Арментроут Дженнифер Ли

Храбрая

Дженнифер Арментроут

Храбрая

Переведено специально для группы

"*°†Мир фэнтези†•°*"

http://vk.com/club43447162

Оригинальное название: Храбрая / Brave

Автор: Дженнифер Арментроут / Jennifer L. Armentrout

Серия: Грешные 3/ Wicked #3

Перевод: Светлана Дианова

Редактор: SD

Глава 1

В комнате было так темно, что я ничего не могла разглядеть, кроме слабого серебристого лунного света, просачивающегося сквозь щель в толстых шторах. Воздух был неподвижен и сперт.

Но я знала, что не одна.

Я никогда не была здесь одна.

Подавшись вперед, я вгляделась в темноту. Холодный металл ошейника впился мне в шею, когда я заставила замедлиться свое сердце, но удары по ребрам усилились, пока давление не сжало мою грудь.

Я не могу дышать.

Я не могу в нем дышать…

Что-то придвинулось ближе к кровати.

Я ничего не видела, но почувствовала легкое движение воздуха. Мое сердце подскочило к горлу, и каждый мускул в моем теле напрягся. Там. Тонкую полоску лунного света заслонила тень.

Он был там.

О, Господи, он стоял там, и выхода не было. Я ничего не могла поделать. Это мое будущее, моя судьба.

Мой выросший живот заболел, когда я повернулась, прижимаясь спиной к изголовью кровати. Цепь внезапно дернулась, отбросив меня в сторону. Мои руки взлетели вверх. Я схватилась за кровать, но это было бесполезно. Раздался крик, быстро растворившийся в полумраке комнаты. Меня дернули вперед и потащили по кровати к нему. К…

Мои глаза распахнулись, и я вскочила, чуть не свалившись с кровати. В последний момент я поймала себя на том, что хватаю ртом воздух — свежий воздух, слегка пахнущий и напоминающий мне осень на севере.

Я тут же откинула с лица спутанные кудри и оглядела комнату, остановившись на окне. Занавески были раздвинуты так же, как я оставила их перед сном. Лунный свет струился по небольшому дивану и гостиной. Окружение и запах были знакомы. Сладостное облегчение пробежало по моим венам при виде их.

Но я должна была быть уверена, что то, что я только что пережила, было кошмаром, а не реальностью. Что я больше не в плену у принца, одержимого идеей обрюхатить меня, чтобы исполнить какое-то невероятное пророчество, которое откроет все Врата в Мир Иной.

Я медленно положила руку на живот.

Определенно не вырос.

Определенно не беременна.

Значит, я точно не в том доме с принцем.

Я подняла дрожащую руку и провела ею по волосам. Это был просто кошмар… глупый кошмар. В какой-то момент мне пришлось к ним привыкнуть. В конце концов я перестану просыпаться в панике.

Мне придется.

Мой желудок сжался, снедая меня изнутри, когда я сделала глубокий, спокойный вдох. Голодный. Я была голодна, но могла игнорировать голод, потому что игнорирование жгучей пустоты в моем животе до сих пор срабатывало.

Резко выдохнув, я уронила руки на кровать и с трудом сглотнула. Теперь я окончательно проснулась. Как и прошлой ночью… и ночью перед этим.

Позади меня скрипнула кровать, а затем низкий, сонный голос прохрипел:

— Айви?

Моя спина напряглась. Не оглядываясь, я высвободила ноги из-под одеяла. Жар пополз по моим щекам.

— Прости. Я не хотела тебя будить.

— Не извиняйся. — Сон покинул его голос, кровать снова скрипнула, и я, не глядя, поняла, что Рен сел.

— Все в порядке?

— Да. — Я прочистила горло. Он спрашивал меня об этом миллион раз. «Все в порядке?» И второй по популярности вопрос: «С тобой все хорошо?» — Да. Я просто… проснулась.

Молчание.

— Мне показалось, что я слышал, как ты кричишь.

Проклятие.

Жар, поднимающийся по моему лицу, усилился.

— Я… Не думаю, что это была я.

Он ответил не сразу.

— Тебе приснился кошмар?

Я была уверена, что он уже знал ответ на этот вопрос, а это означало, что это можно было легко признать. К тому же кошмар — это же не так страшно. Черт, Рен из всех людей понял бы, если бы я в придачу испытывала ПТСР^1, которое присоединилось бы к основному блюду «Вещей, Которые Были Немного Не В Порядке Прямо Сейчас». Тем более что он также провел некоторое время с принцем и его веселой группой шизанутых фейри.

Но почему-то я не могла признаться ему, что мне снятся кошмары, что иногда, просыпаясь, я думала, что до сих пор нахожусь в том доме, прикованная к кровати.

Рен думал, что я храбрая, и я была храброй, но в такие моменты, как сейчас, я… Я совсем не чувствовала себя храброй.

— Я просто спала, — прошептала я, глубоко вздохнув. — Тебе надо выспаться. У тебя завтра дела.

Рен покидал то, что я теперь называла «Отелем Добрых Фейри», чтобы узнать, может ли он помочь найти супер-пупер Кристалл. Изначально этот Кристалл принадлежал хорошим фейри — фейри Летнего двора. Орден забрал его у них, а потом Вал выкрала его у Ордена, и теперь он оказался у принца. Без Кристалла мы не сможем запереть принца в Мире Ином.

— Айви. Сладкая, — голос Рена смягчился, когда он положил руку мне на плечо. Прикосновение потрясло меня. — Поговори со мной.

— Я разговариваю с тобой. — Я отстранилась и соскользнула с кровати. Как только мои ноги коснулись пола, я отошла. Грызущая пустота в животе нарастала. — Думаю, я пойду потренируюсь.

— В три часа ночи? — спросил он недоверчиво, и я не могла винить его за это. Тренировки посреди ночи действительно казались странными.

— Да. Чувствую беспокойство. — Лечь рядом с Реном прямо сейчас, когда мой желудок чувствует то же самое, что и голова, было не вариантом.

Слова Фэй, сказанные мне той ночью, когда она помогла мне сбежать от принца, нашли подходящий момент, чтобы перебраться в мои мысли. «И если ты продолжишь питаться, то пристрастишься к этому. Возможно, это уже произошло».

Рен знал о питании, о том, что я могла кого-то убить, но он не винил меня. Он даже верил, что я не могу причинить ему вреда. Что я не уступлю той части себя, которая проснулась, пока меня держали в плену — части меня, которая была фейри и теперь знала, как кормиться, и что это может заставить меня чувствовать.

И как легко это было.

Рен доверял мне, а я нет.

Я не могла позволить себе верить в это прямо сейчас, потому что никогда, никогда не прощу себя, если причиню Рену боль так, как причиняла ее другим. Во рту у меня пересохло, руки беспомощно сжимались и разжимались.

— Айви?

Поняв, что я потерялась в своих мыслях, я моргнула и сфокусировала взгляд.

— Ты видел спортзал в подвале? Он даже меня мотивирует на беговую дорожку.

Конечно, он видел спортзал.

У Рена не было бы тела, которое он имел, не занимайся он в спортзале.

— Вместо того чтобы идти в спортзал в три часа ночи, почему бы тебе не вернуться в постель? — спросил он. — Мы можем посмотреть несколько сериалов. Уверен, ты пропустила несколько эпизодов «Ходящих мертвецов».

Я пропустила много эпизодов моего любимого зомби-шоу, что было отстойно, потому что каждый раз, когда я видела Динь, он был в нескольких секундах от того, чтобы все проспойлерить. То же самое было и со «Сверхъестественным».

Сладкая, почти горькая волна тоски ударила меня в живот, временно перекрывая тени, задержавшиеся в глубине моего сознания. Мне хотелось нырнуть обратно в кровать, прижаться к Рену и заснуть в его объятиях, слушая, как Рик Граймс^2 снова превращается в того Рика, которого мы все знаем и любим. Это было бы нормально, и видит Бог, я так сильно хотела нормального, так долго.

Именно поэтому я поступила в колледж, хотя у меня уже была карьера. Ну, правда, карьера в Ордене. Кто теперь знает? Но мне очень хотелось узнать, каково это — проснуться и пойти в школу или на работу, не боясь умереть на работе или обнаружить, что твои коллеги были убиты. Нормальным было бы ходить в рестораны и кино. Оставаться дома и устраивать марафон по просмотру сериалов, не беспокоясь о возможном, надвигающемся конце света. Нормальность означала бы, что моя лучшая подруга не закончила бы тем, что стала сукой-предательницей и не умерла бы из-за своих действий и сделанного выбора.

Нормальность была так недооценена.

Прикроватная лампа вспыхнула без предупреждения. Свет залил комнату, достигая того места, где стояла я. Какой-то странный инстинкт во мне с ревом пробудился к жизни. Не знаю почему, но я не хотела, чтобы меня сейчас видели. Я попятилась от света, но в тот момент, когда мой взгляд встретился с этими зелеными глазами, я замерла.

Рен Оуэнс был… Боже, он был красив в каком-то диком смысле. Он напоминал мне золотую с медным отливом осень Северной Виржинии. Его волосы рыжевато-коричневого цвета лежали в беспорядке, падая на лоб и умоляя, чтобы их зачесали назад. Густые, длинные ресницы, которым я, по-чесноку, завидовала, обрамляли его потрясающие глаза. Его скулы были широкими, и они сочетались с твердым, точеным подбородком. Нос у Рена был с горбинкой, но и это каким-то образом добавляло ему привлекательности. У него была пухлая пара губ, которые обычно были изогнуты в улыбке, и когда он улыбался, то появлялись две глубокие ямочки.

Сейчас он не улыбался, что образовывало мрачную линию, определенно без ямочек.

До того, как все случилось с принцем, Рен спал голым или без футболки, и мы не могли оторваться друг от друга. Серьезно. Даже когда мы были ранены, и наши тела ныли от ран, мы не могли игнорировать химию, возникавшую между нами. Но с тех пор, как я вернулась… с тех пор, как мы воссоединились, в постель он ложился в футболке, боксерах и пижамных штанах.

Мы только целовались.

Три раза, если быть точной, и это были целомудренные, сладкие поцелуи, которые отдавали более глубокой, сдержанной потребностью.

Я думаю, что именно из-за этих кошмаров Рен спал в одежде, потому что эти кошмары начались в первую ночь и повторялись каждую ночь после этого.

И эти кошмары были как предчувствия. Предупреждение о том, что должно произойти, и я не могла избавиться от этого чувства, даже когда всходило солнце и меня окружали люди, которые не отказались от меня — которые решили вернуться в ад и вытащить меня оттуда.

Я подавила дрожь.

— Пожалуйста. — Он протянул мне руку. Мои глаза проследили за яркими виноградными лозами, вытатуированными на его руке, которые исчезали под белой футболкой, надетой на него. — Иди сюда и останься со мной.

У меня перехватило дыхание от растущего комка в горле. Мне так хотелось быть рядом с ним. Отчаянно. Но я… Мне нужно было пространство, я нуждался в этом… Я не знаю, что мне было нужно. Я просто не могла оставаться здесь.

— Может, позже, — сказала я, наконец, двинувшись. Я подошла к маленькому комоду, где была припрятана кое-какая моя одежда. Чувство вины, как желчь, подступило к горлу. — Если ты еще не будешь спать, когда я вернусь, мы можем что-нибудь посмотреть.

— Ты не вернулась прошлой ночью.

Я вытащила леггинсы.

— Я не могла заснуть, поэтому не хотела тебя беспокоить.

— Ты же знаешь, что никогда не доставляешь мне хлопот. Вообще. — Последовала пауза. — И я больше не смог заснуть. Я ждал тебя. — Терпение, которого у меня не хватало, помогало держать его голос ровным. — Я могу пойти с тобой в спортзал. Просто дай мне…

Резко обернувшись, я увидела, что он уже спустил ноги с кровати.

— Нет!

Рен замер, его глаза слегка расширились.

— Нет?

Я сжала штаны в руках.

— Я имею в виду, я не хочу, чтобы ты специально вставал и чувствовал, что обязан составить мне компанию. Я и так уже разбудила тебя. Тебе нужно снова лечь спать.

Его плечи приподнялись при глубоком вдохе.

— Да ничего страшного. Я могу пойти с тобой. — Он встал, вытянул руки над головой и потянулся. — Мы можем устроить гонки на беговых дорожках. — Он опустил руки. — Тот, кто проиграет, должен будет пойти на кухню и украсть коробку с булочками, которые они присылают каждое утро.

Мое сердце бешено колотилось, когда он сделал шаг ко мне, а затем еще один. Комната была не очень большой, так что ему не потребовалось много времени, чтобы оказаться прямо передо мной.

— Я только переоденусь. Или я могу пойти вот так? Что думаешь? — поддразнил он с легкой усмешкой. — Возможно, это не самая удобная одежда для бега.

Кровь застучала у меня в ушах, когда мой взгляд упал на его рот. Мой желудок сжался, когда Рен потянулся к одному из моих локонов. Сейчас он вытянет его и отпустит. Это было его любимым развлечением, а потом, если бы все было нормально, он опустил бы свои губы на мои. Предвкушение закружилось во мне, когда тугая дрожь пробежала по позвоночнику. Приятное тепло разлилось по моим венам.

Но хочу ли я поцеловать его? Или я… хочу питаться от него?

Тот факт, что мне даже пришлось спросить себя, был ужасающим.

Я сделала шаг назад и ударилась о комод, задребезжав им.

Рен застыл, как статуя. Между нами воцарилось молчание, и я уставилась на него широко раскрытыми глазами.

— Я не причиню тебе вреда, Айви. Ты ведь это знаешь, правда? Со мной ты в безопасности. Всегда.

О Боже, неужели он думает, что я страшусь, что он причинит мне боль? Конечно, он так и думает. Как я могла винить его за то, что он так думает, когда я веду себя как сумасшедшая, когда он рядом со мной?

Мое лицо вспыхнуло, когда я отвернулась.

— Я знаю, что ты не причинишь мне вреда. Извини…

— Перестань извиняться, Айви. Проклятие. Просто перестань извиняться.

Я открыла рот и закрыла его, когда поняла, что собираюсь снова извиниться.

Рен отступил назад, давая мне пространство.

— Тебе не за что извиняться.

Но разве это так? Мне казалось, что у меня есть список извинений длиною с жизнь, начиная с того, что я не сразу узнала принца, маскирующегося под Рена. И было еще кое-что… Боже, было так много всего, что моя голова раскалывалась, пытаясь со всем разобраться, и было трудно вспомнить, что Рен был не в курсе всего этого.

Но разве так могло быть? Как он мог так спокойно спать по ночам? Я хотела спросить его, как он справляется с этим, потому что он тоже был в плену. Им питались… питались самым ужасным образом, и там была эта женщина-фейри. Брина. Она утверждала, что у нее с Реном… Она много чего утверждала, но я знала, что если что-то из этого и было правдой, то Рен не был добровольным участником.

Ярость сменила сердечную теплоту. Я снова хотела выколоть ей глаза, я это планировала. Прямо перед тем, как убила ее. Медленно. Болезненно.

Рен смотрел на меня так, что мне казалось, будто он видит меня насквозь, и если это так, то ему, вероятно, не понравилось то, что он увидел. Его плечи напряглись, а затем он резко выдохнул.

— Ладно.

Облегчение охватило меня.

Его взгляд скользнул по мне, и я подумала, что он, возможно, заметил, как расслабилась моя поза в ответ на его отступление. Его челюсти напряглись.

— Я буду ждать тебя.

Я знала, что так и будет.

И я знала, что в глубине души он понимал, что в этом нет смысла.

Глава 2

Мои кроссовки стучали по беговой дорожке, сотрясая все вокруг, словно стадо коров топтало эту штуковину, но я не обращала на это никакого внимания. Мои руки сжались в кулаки, прижатые к бокам. Выбившиеся из-под резинки кудри теперь прилипли к затылку и вискам. Пот стекал по шее и скапливался в местах, которые я не хотела даже признавать.

Просто беги.

Агрх.

Я ненавидела бегать… черт возьми, я вообще ненавидела любую физическую активность, но будучи членом Ордена, кому при рождении предназначено охотиться на фейри, что питаются людьми, я, вроде как, должна была быть в форме.

Но в данный момент я была на беговой дорожке не потому, что я, своего рода, предопределена защищать человечество. Я бежала, потому что мне больше нечего было делать. Я застряла здесь, в основном под домашним арестом в «Отеле Добрых Фейри». Поскольку принц гребанного Мира Иного мог вынюхать меня, как какая-нибудь ищейка, мне было слишком рискованно бродить по узким улочкам Нового Орлеана.

Мои ногти впились в ладони.

Фэй, работавшая под прикрытием в особняке принца, объяснила, что чары, окружающие «Отель Добрых Фейри», скроют мое присутствие от принца. Именно такой силой обладали фейри, пришедшие из Летнего двора.

Двора, который, как сказал нам Орден, больше не существует.

Мои губы сжались, пока я набирала скорость, буквально уходя в никуда. Орден о столько лгал. Они знали, что есть хорошие фейри — фейри, которые отказались кормиться людьми, которые жили обычной жизнью, старели и умирали, как люди.

Орден одно время работал вместе с ними.

Знал ли об этом Дэвид^3?

Будучи лидером отделения Нового Орлеана, Дэвид Фостин должен был знать истинную историю взаимоотношений Ордена и фейри. Значит, он тоже лгал, и по какой-то причине это задевало за живое. С тех пор как меня отправили в Новый Орлеан, Дэвид больше всего для меня подходил на роль отца. Он был злобным упрямцем и проводил больше времени, критикуя меня, чем раздавая похвалы… таким уж был Дэвид, и я ему доверяла.

Все мы в Ордене доверяли Дэвиду… мы доверяли самому Ордену.

Я даже не знала, почему я так переживаю из-за этого. В конце концов, разве это имеет значение? Я сомневалась, что все еще являюсь членом Ордена.

После того, как я пропала без вести около месяца назад или где-то так, и с «Элитой» — супер-специализированной секретной группой внутри Ордена, разыскивающей Полукровок, я была уверена, что они считали, что либо я мертва, либо что я та самая Полукровка, которую они искали.

Рен был послан сюда именно за этим.

Я сглотнула, преодолевая внезапный приступ тошноты, и слегка покачала головой. Пот лился ручьем, усеивая панель управления. Проблема заключалась в том, что нам нужен был Орден, чтобы открыть Врата и отправить принца домой. Я понятия не имела, как мы завершим этот акт, так называемый ритуал крови и камня, который должен быть совершен в Мире Ином. Как, черт возьми, мы должны будем заполучить в Мире Ином пропавший на данный момент Кристалл с кровью принца, смешанной с моей? От одной мысли об этом у меня начинала болеть голова, не говоря уже о текущей моей жизни. В моем мозгу просто не было места для всего этого.

Прошлой ночью я оказалась здесь, оставив Рена в комнате. Через несколько часов я снова была здесь, потому что бег обычно отключал мой мозг. Когда я бежала вот так, отталкиваясь всем телом, пока мои икры не начинали гореть, бедра болеть, а сердце бешено колотиться, у меня почти не оставалось места для размышлений и раздумий о неделях моей жизни, которые я потеряла… о неделях, проведенных с принцем.

Обычно я не думала об ужасном платье, которое он заставил меня надеть, или о том, как я была прикована цепью к кровати. Когда я бежала до тех пор, пока мои мышцы не начинали ощущаться, как готовая лопнуть резина, я могла игнорировать коварный голод, грызущий мой желудок — такой голод, которой не утолить никаким количеством пончиков или лангустов.

Пока я не оказывалась в состоянии, что мои бедра становились похожими на цементные глыбы, я не думала о том, что принц заставил меня питаться невинными людьми. Я не слышала, как они хныкали, пока мои кроссовки стучали по беговой дорожке. Я не чувствовала эйфорию, которая приходила после кормления.

И я бежала так, пока не чувствовала, что моя грудь горит, чтобы у меня не осталось возможности подумать о том, что эта сука Брина сделала с Реном. Или что принц сделал со мной… пытался сделать это со мной.

Держать свои мысли закрытыми было главным приоритетом в данный момент, но бег сейчас не особо мне помогал.

Мне нужно было сосредоточиться на чем-то… на чем угодно.

Мой взгляд скользнул по стене. Там было несколько встроенных телевизоров, но все они были выключены. Я никогда не видела, чтобы фейри тренировались здесь. Честно говоря, я не знала, нужно ли им это.

Значит ли это, что у них не бывает, например, болезней сердца?

Почему я вообще даже думаю…

Ремень беговой дорожки внезапно остановился у меня под ногами, отбросив меня вперед. Я ударила руками по поручням, поймав себя на том, что в ту же секунду чуть не ударилась головой о панель управления.

— Господи, — пробормотала я, поднимая глаза.

Динь стоял рядом со мной, держа шнур электропитания.

— Добрый день, Айви-Дайви. Я рад видеть, что твои рефлексы все еще неплохо работают.

Выпрямившись, я отпустила поручни и повернулась к нему, глубоко дыша.

— Но твои наблюдательные способности полный отстой, — добавил он, одной рукой придерживая серую перевязь, которую носил наискось. — Я протянул руку прямо перед твоим носом и отключил эту штуку.

— Ты просто засранец. — Моя грудь тяжело вздымалась и опускалась.

Он гордо улыбнулся.

— Я многогранен. Засранец — одна из моих граней.

В один из таких дней я собиралась прямо-таки убить Динь. И у меня было много причин вести себя так, будто пришло время провести зачистку, когда дело касалось его. Начну с того, что до недавнего времени я думала, что Динь был размером с куклу Кена. Именно таким я нашла проклятого брауни на кладбище Сент-Луиса № 1, страдающего от перелома ноги и разрыва хрупких, тонких крыльев. Он был около фута ростом, если не меньше.

Я сделала ему бандаж на ножку из палочек от мороженого и вернула к жизни маленького засранца, хотя укрывательство любого существа из Мира Иного привело бы меня к смерти. Я до сих пор не знаю, почему спасла его. Я просто чувствовала себя так плохо из-за него, но, возможно, часть меня, которая была фейри, взяла верх, заботясь о другом существе из Мира Иного. Кто знает? И как он отблагодарил меня за это? Тратил мои деньги на странное, случайное дерьмо, которое он заказал на Амазоне, скрыл от меня, что я Полукровка, и забыл упомянуть, что он выбрал свой рост в двенадцать дюймов в высоту. На самом деле Динь был очень, очень высок.

И прекрасно анатомически развит.

Когда я видела Динь в человеческом обличье, мне становилось неуютно, потому что я никогда не думала о Динь таким образом. Мало того, что он сотни раз видел меня в нижнем белье, когда был миниатюрного роста, а теперь, когда Динь стал намного больше и…

И взрослый размер Динь был… горячим.

От осознания этого меня слегка затошнило, но это была правда. Когда он был маленьким, у него было такое милое, красивое личико, и он был просто Динь, а теперь, когда он стал совсем большим, у этого милого личика стали широкие скулы, рельефное тело и…

Да уж.

Я скривила лицо. При виде Динь у меня до сих пор текли слюнки, но, наверное, при наступающем конце света он все еще оставался Динь, хотя мне часто хотелось стервозно отправить его пинком под зад в Мир Иной, но я вроде как… не знаю… любила его.

Не то чтобы я когда-нибудь говорила ему об этом.

Волосы у Динь были такими светлыми, что казались почти белыми, и сегодня он их подстриг. На нем были джинсы и термофутболка. Должно быть, он схватил одно из полотенец по пути сюда, потому что держал его в свободной руке. Я взглянула на перевязку, где внутри лежал свернувшийся маленький комочек. Он носил Диксона — своего котенка — в слинге, который, я была уверена, был предназначен для человеческих детей…

Подождите секундочку.

Мои глаза сузились, когда присмотрелась к серой термофутболке Динь.

— Ты носишь футболку Рена?

— Да. Я думаю, это сделает меня ближе к нему. Помоги нам сблизиться, чтобы мы могли стать братьями от разных матерей.

— Хм. Сомнительно. — Рен разозлится. — Это как-то странно.

— Но почему? Девушки все время делятся одеждой.

— Да, ключевое слово «делятся», Динь. Ты же просто взял его футболку. — Я не могла поверить, что должна была это объяснять. — Полотенце для меня?

— Да. У тебя такой вид, будто ты купалась в болоте. — Он бросил его в меня. — Но, по крайней мере, ты больше не выглядишь так, будто у тебя лопнуло глазное яблоко.

— Спасибо, — пробормотала я, вытирая лицо полотенцем. Когда я сбежала из особняка, один из приспешников принца пытался вдохнуть мою жизнь. Во время борьбы у меня лопнул кровеносный сосуд. Даже думать об этом было противно, не то, что видеть.

Вэлор, фаворит принца, был уже в прошлом. Рен устранил его. Это был один из Древних, о котором нам не нужно было теперь беспокоиться.

— Не могу поверить, что ты снова в спортзале, — продолжал Динь, отступая в сторону. — Зачем ты здесь так много бегаешь? Ты готовишься к надвигающемуся зомби-апокалипсису, о котором я ничего не знаю? Потому что, если это так, то нам срочно нужно найти деревенского мужика, чтобы стать лучшими друзьями с тем, кто не боится грязной работы. Знаешь, из тех, от кого, вероятно, несет потом и мужиком, такого сложного для понимания, который сначала заставит тебя ненавидеть его, но потом, постепенно, со временем, ты начинаешь любить его.

Я уставилась на него.

— Ты много об этом думал.

— Есть такое. Я люблю быть готовым. Поскольку мы находимся на юге, найти его будет нетрудно. Итак, почему ты так много занимаешься в спортзале? — спросил он, возвращаясь к теме.

— А что мне еще остается делать? — Я обернула полотенце вокруг шеи, наблюдая, как маленький комочек на дне слинга начал шевелиться.

— Не знаю. — Динь погладил по внешней стороне слинга, и в ответ послышалось приглушенное мурлыканье. — Ты могла бы провести время с некоторыми из здешних пиплов. Они довольно крутые.

— Ты считаешь, что они крутые, потому что боготворят тебя.

Его улыбка стала такой широкой, что лицо могло запросто треснуть.

— Ну да, есть такое. Они очень умные.

Большинство здешних фейри никогда не видели брауни. Принц и Зимний двор фактически уничтожили род Динь.

— Ты также можешь провести время с Марли или Брайтон, — добавил он. — Мама Марли почти всегда во дворе, что-то выкапывает или сажает. Она очень интересная. Странная. Но странное может быть интересным, а Марли — это интересно. И мне нравится Брайтон. — Он сделал паузу. — Но не думаю, что я ей нравлюсь. Вообще-то, я почти уверен, что она меня боится.

Я выгнула бровь. Динь определенно любил поболтать.

— Она вроде как идет в противоположном направлении от того места, куда иду я. — Он поджал губы. — Только сегодня утром я был в общей комнате. Ну, знаешь, комната, в которой ты никогда долго не тусишь, но в любом случае, я отвлекся. В комнате есть все эти классные игры, диваны и прочее дерьмо. Я был там, выигрывая в эту странную игру, в аэрохоккей, когда вошла Брайтон и встретилась со мной взглядом, а затем сразу же вышла. Я не понимаю почему. Я очень дружелюбный и доступный. Я также знаю, что чертовски хорош собой, даже по человеческим меркам.

Я решила не указывать ему на все способы, которыми он, вероятно, пугал Брайтон, потому что это была кроличья нора, в которую я не хотела падать. Кроме того, мне нужно было срочно принять душ, потому что я действительно чувствовала себя так, словно купалась в болоте. Я сошла с беговой дорожки, и в тот момент, когда мои ноги коснулись земли, весь мой мир закачался.

— Уххх.

Динь схватил меня за руку, удерживая на ногах. Головокружение исчезло так же быстро, как и появилось.

— Ты что, пьяна? — спросил он.

Я фыркнула, высвобождаясь.

— Хотелось бы. Я еще не завтракала и не обедала. Что глупо с моей стороны.

Динь молча изучал меня.

— Тебе не кажется, что ты перестаралась?

— Перестаралась в чем? Сидеть без дела в непрошеном длительном отпуске?

— Ты не сидишь без дела. Ты тренируешься. Безостановочно.

— Ничего я не перестаралась. — Я пошла прочь, огибая велотренажеры и проходя мимо беговых дорожек для ленивых людей — эллиптических тренажеров.

Динь шел не отставая.

— Не то, чтобы ты нуждалась в напоминании, но тебя держали в плену несколько недель и…

— Ты абсолютно прав. — Я резко повернулась к нему, когда во мне вспыхнул вездесущий гнев. — Я не нуждаюсь в напоминаниях. Я знаю, где была.

— Но знаешь ли ты, куда направляешься? — тихо спросил он.

Я открыла рот, но не знала, как ответить на этот вопрос. Куда я направляюсь? Гнев улетучился, поглощенный замешательством и почти непреодолимым чувством беспомощности.

Боже, я ненавидела это чувство, потому что в последний раз я чувствовала себя так много лет назад, когда фейри убили моего парня Шона. Тогда я была беспомощна. Я была совершенно беспомощна, когда принц нацепил мне на шею ошейник и повел меня на цепи.

Я все еще была беспомощна, запертая в «Отеле Добрых Фейри».

Малыш Диксон высунул свою серую головку из слинга и огляделся сонными кошачьими глазами. Динь наклонился и почесал его за ухом.

— Рен скоро вернется.

Мой желудок ухнул, как будто я была на американских горках, которые вот-вот сиганут вниз с крутого холма. Я не видела его с тех пор, как ушла посреди ночи.

— Я видел, как он уходил с Фэй.

Горячее, удушающее чувство окутало меня, скручиваясь внизу живота и смешиваясь со всеми другими дерьмовыми вещами, через которые я проходила. В горле у меня стоял горький привкус, словно я страдала от несварения желудка.

Я не знала, что он ушел с Фэй. Он что-то говорил мне об этом? Я не могла вспомнить. Впрочем, это не имело значения. Я имею в виду, я не подозреваю что-то или что-то подобное. Рен сказал, что любит меня, что он влюблен в меня, и я верила ему. Полностью. Просто…

Меня не было рядом с ним. Это был кто-то другой, и со мной… со мной было что-то не так.

— Они собирались выйти, чтобы посмотреть, смогут ли они найти Кристалл. — Динь все еще чесал котенка за ухом, а Диксон мурлыкал, как мотор. — То, что ты застряла здесь, в то время как твой парень там работает, чтобы помочь тебе как-то с этим, должно быть отстойно для тебя.

Я перевела взгляд на него.

— Неужели? Ты так пытаешься заставить меня чувствовать себя лучше? — Я повернулась и направилась к двери. — Просто чтобы ты знал, это не работает, и ты отстой.

— Я не пытаюсь тебя утешить, — ответил он, следуя за мной. — Я просто указываю на очевидное.

— Динь, нет необходимости указывать на очевидное, когда оно очевидно.

На полсекунды воцарилась тишина.

— Ты не присоединилась к нам за ужином вчера вечером.

Подумав, что это, должно быть, самый длинный период в тренажерном зале в моей жизни, я поспешила наверх.

— Ты не присоединилась к нам за ужином ни вчера вечером, ни до этого, — продолжал он. — А это значит, что я ужинал с Реном. Сам. Один. Без ансамбля. Мы же можем поубивать друг друга.

— С тобой все будет в порядке. — Слава Богу, я добралась до двери.

— Где ты была? — спросил он. — Ты была здесь, но как бы и не была.

— Я здесь, Динь. Я только… — Я не знала, что ответить, потому что слова меня подвели. Как я могла объяснить, что каждый раз, когда я была рядом с фейри, они смотрели на меня с недоверием, почти со страхом? Они знали, кто я такая. Они знали, почему принц держал меня в плену. Они знали, что я символизирую. — Ты же знаешь, как я отношусь ко многим людям. Вы, ребята, ешьте в кафетерии. Я не занимаюсь групповой деятельностью…

Динь схватил меня за руку, не давая открыть дверь. Он повернул меня к себе, и на этот раз выражение его лица было на сто процентов серьезным.

— Еда в кафетерии — это не групповое занятие. — Его взгляд скользнул по мне. — И не похоже, что ты вообще ела в одиночестве.

Я рассмеялась в ответ.

— Поверь мне, я уже поела. Много. Вообще-то, ем постоянно. — И это была правда. Я должна была это сделать, потому что если бы я этого не сделала, голод бы меня достал. — Я только…

— Бегала по десять миль в день, выпила тонну кофе и не спала?

Мои глаза расширились.

— Да ладно. Ты что, преследуешь меня?

— Я внимательно наблюдаю. И Рен тоже. — Его взгляд по-прежнему был прикован ко мне. — Твое лицо выглядит по-другому.

— Чего?

— Твои щеки ввалились, а под глазами залегли тени. Раньше их там не было.

— Вау. Ты начинаешь развивать у меня комплекс.

— Похоже, он у тебя уже есть.

Чувствуя себя неловко, я высвободила руку и сорвала полотенце с шеи, бросив его в ближайшую корзину для белья.

— Нет причин обращать на меня внимание. Хорошо?

— Айви…

Прежде чем он успел остановить меня, я открыла дверь и шагнула в холл. Я была не в настроении для такого разговора. Точно так же, как я была не в настроении, когда Рен говорил об этом, меня уже достали с этим.

Рен хотел поговорить о вещах, которые я не хотела обсуждать ни с кем, и особенно с ним.

Я поспешила дальше по коридору, зная, что Динь все еще топал прямо за мной. Ускорив шаг, я дошла до конца и повернула, тут же резко остановившись.

Таннер стоял передо мной.

Он был тут главный. Я думала о нем как о короле добрых фейри, но он не был королем. По крайней мере, я так не думала.

Когда я впервые увидела его, то чуть не впала в ступор. Он был самым старым фейри, которого я видела в то время. На серебристой коже вокруг глаз проступили едва заметные морщинки, а в волосах было больше соли, чем перца.

Он был живым и стареющим доказательством того, что он не питался, по крайней мере, не достаточно регулярно, чтобы предотвратить процесс старения.

— Вот ты где. — Таннер улыбнулся, сложив руки перед собой. Он всегда был одет так, словно собирался на деловой ланч — темные брюки с белой рубашкой на пуговицах. — Я искал тебя.

— Потрясающе, — прощебетала я, радуясь возможности отвлечься. — Что случилось?

Таннер взглянул на Динь, его взгляд упал туда, где, как я знала, должен находиться Диксон.

— Я только что получил потрясающую новость.

— Амазон Прайм сделает доставку прямо сюда? — спросил Динь.

Я закатила глаза.

Таннер продолжал улыбаться, очевидно, без ума от брауни-переростка.

— Пока нет, но мы работаем над этим.

Они серьезно работали над этим? Бог ты мой.

— Я искал тебя с тех пор, как узнал, что Рен ушел с Фэй, — продолжил Таннер, и я попыталась проигнорировать уродливую, глупую боль в груди. — Мы установили контакт с другой группой, которая, как мы полагаем, может помочь нам найти Кристалл. Это отличная новость, потому что, когда я недавно связывался Фэй, ей и Рену не везло во «Флаксе».

«Флакс» был клубом, который, как мы знали, управлялся Древними, а именно Марлоном Сент-Крайерсом, крупным застройщиком в городе. «Флакс», возможно, был одним из мест, где был спрятан этот супер-пупер Кристалл.

— Неужели? — Возбуждение загудело во мне, вибрируя в моей крови, которого не было, казалось, целую вечность. — Каким образом?

— Они будут здесь через несколько дней, — сказал он. — И у них есть… уникальный талант находить то, что потеряно.

— Уникальный талант? — Динь задумался, и когда я взглянула на него, то увидела, что Диксон спрятался в слинге. — У меня есть несколько уникальных талантов.

— И вы считаете, они действительно могут помочь? — Я оборвала Динь, прежде чем он стал бы вдаваться в подробности, которые никто из нас не хотел слышать.

Ну, может быть, Таннер и хотел. Откуда же я знаю?

Таннер кивнул.

— Я действительно так считаю. — Его бледный взгляд скользнул по мне. — У меня есть кое-какие дела, которые нужно решить. Надеюсь увидеть тебя сегодня за ужином.

— Конечно, — пробормотала я.

Он сразу же ушел, оставив меня с Динь. Я повернулась к нему, задаваясь вопросом, если помощь Таннера уже на пути к нам, то что тогда Рен и Фэй делают во «Флаксе»? Или где они вообще? Но как только я увидела выражение лица Динь, я перестала думать об этом.

Он снова был серьезен.

— Куда это ты собралась?

— В душ.

— А после него?

Я пожала плечами.

— Даже не знаю. Наверное, надо перекусить.

— Ладно. — Он протянул руку в сторону вестибюля «Отеля Добрых Фейри». — Я могу пойти с тобой.

— Я просто собираюсь перекусить и позависать в своей комнате. Я уверена, что у тебя есть дела поважнее, — сказала я ему, отступая назад. — Как будто у тебя нет целой аудитории фейри, готовых обласкать твое эго и позволить тебе обмануть их историями.

На его лице не отразилось ни малейшей перемены. Никакой ухмылки. Никакого самодовольного блеска в глазах.

— Айви, с тобой все хорошо?

— Конечно, — ответила я со смехом. — Я уже сказала вам, ребята, что со мной все хорошо.

И я говорила им это. Я говорила Динь и Рену, что буду в порядке в тот день на качелях — день, который, казалось, был вечность назад, но я не была в порядке.

Я была далеко не в порядке.

Глава 3

Скрестив руки на груди, я побрела по длинному узкому проходу библиотеки «Отеля Добрых Фейри». Она находилась на том же уровне, что и лобби и спортзал, но в другом крыле. Я случайно нашла ее несколько дней назад, когда все ужинали.

И почему все обедают в одно и то же время? Было ли это похоже на какую-то странную, придворную традицию фейри Летнего двора? Это было больше похоже на старшую школу, но с привлекательными людьми с серебристой кожей… которые даже не были людьми.

Расправив руки, я потянулась и провела пальцами по толстым фолиантам. Некоторым из этих книг должно быть десятки лет, если не больше. Многие были написаны на языках, которых я не понимала. Дальше стояли новые книги и много жанровой фантастики, как романтика и саспенс^4. У них даже был приличный современный отдел молодежных книг.

Именно туда я и направлялась, пока все в этом огромном здании сидели и ужинали. Судя по аромату, исходящему из кафетерия, я подумала, что они едят тушеное мясо. Обычно от этого у меня текли слюнки, но мой желудок скрутило от беспокойства.

Каждый день я либо умирала от голода, либо была на грани рвоты, и, казалось, между этим всем не было никакого промежутка. Когда же это прекратится? Прошла неделя с тех пор, как я была здесь в последний раз… Я… я была накормлена. Голод должен был исчезнуть.

Наверное, мне стоит спросить кого-нибудь об этом. Фэй знала, что я была вынуждена сделать, но это потребовало бы, чтобы я на самом деле поговорила с ней… с кем-то, так что да, не так я хотела провести время.

Дойдя до конца прохода, я свернула направо, и двинулась вглубь библиотеки. Мне здесь нравилось. Было тихо, и никому, даже Динь, не пришло бы в голову искать меня здесь. Я могла взять книгу, найти уголок и просто сидеть и читать.

И я это сделала!

Я взяла старый исторический роман, в котором был парень с бочкообразной грудью и цыпочка, которая была в нескольких секундах от того, чтобы потерять свое платье. Я нашла маленькую комнатку в глубине, и свернулась калачиком в удобном, огромном кресле.

Мне потребовалось несколько глав, чтобы погрузиться в историю о молодой женщине, оказавшейся втянутой во вражду между шотландскими кланами. Я любила читать, но было трудно сосредоточиться, когда казалось, что я должна быть там, делать больше… делать хоть что-то.

Может, именно это и было со мной не так? Может, я просто не привыкла сидеть и ничего не делать целыми днями. Потому что кто знает? Я могу так сидеть здесь неделями. Может быть, даже месяцами.

Так у меня ничего не получится.

Раздраженная своими мыслями, я снова сосредоточилась на том, что читала. Как только я отключила свой мозг, книга меня захватила. Я так увлеклась картиной зеленых холмов и горных туманов, что не услышала приближающихся шагов.

— Айви.

Пораженная низким, ровным, как грех, голосом, я чуть не уронила книгу, когда подняла подбородок. Воздух вырвался из моих легких в тот момент, когда мой взгляд встретился с глазами цвета весенних листьев.

Рен.

Я не ожидала, что он найдет меня.

— Привет, — сказала я, обретая дар речи, пока закрывала старую книгу в мягкой обложке. Мое укромное местечко перестало быть таковым. — Что ты здесь делаешь?

Его брови приподнялись в ответ на мой вопрос, и я тут же пожалела, что задала его. Это выглядело так, будто я не хотела, чтобы меня нашли, а я и не хотела, но я также не хотела, чтобы Рен узнал об этом.

— Я имею в виду, не пора ли ужинать? — быстро добавила я, чувствуя, как горят мои щеки. Это был еще один глупый вопрос, о котором я тут же пожалела.

— Да, сейчас ужин. — Подойдя ближе, он сел на мое кресло и вытянул свои длинные ноги. — Именно поэтому я и ищу тебя.

Первые два вечера я морально готовилась к ужину, заставляя себя есть под взглядами любопытства и недоверия. Я не знаю, как Рен это сделал, но это был первый вечер, когда он действительно искал меня. Ну, насколько я знаю. Может он и искал меня до этого, но не мог найти, но я не стала поднимать эту тему по ночам.

— Я просто увлеклась чтением этой книги, — солгала я. — Надеюсь, ты не прервал свой ужин, чтобы найти меня.

Странное выражение, которое я не могла полностью расшифровать, мелькнуло на его лице, но исчезло прежде, чем я смогла понять, что это было. Он взглянул на книгу.

— Ты что, весь день здесь торчишь?

— Эм, я здесь уже некоторое время.

Он прикусил нижнюю губу. Мгновение прошло в напряженном молчании, и… ну, просто между нами все было странно. И все это было из-за меня. Я это понимала. Я странно себя вела. В тот день на качелях — день, когда я почувствовала, что, наконец-то, получила, что хотела, что с Реном и Динь рядом со мной все будет в порядке — теперь казался мне другой жизнью.

Медленно выдохнув, он наклонился вперед, упершись локтями в колени.

— Я вернулся пару часов назад и искал тебя. Вообще-то, это было первое, что я сделал.

Мое сердце сжалось, когда волна вины захлестнула меня. Его невысказанный вопрос повис в воздухе между нами. Где ты была? Отличный вопрос. Я должна была быть на месте и ждать его. Все, что угодно могло случиться, пока он был снаружи. Принц, Орден — все, что угодно, и я волновалась, но не ждала его.

Я нашла место, чтобы спрятаться, именно это я и сделала.

Рен отвел взгляд, сосредоточившись на одной из полок.

— Я проверил спортзал, общие комнаты и внутренний двор. Надо было догадаться заглянуть сюда, маленький книжный ботаник. — Его усмешка была краткой. По-прежнему никаких ямочек. — Я думал… я думал, что ты будешь в комнате или где-то еще, ну, знаешь, где легко найти.

Чувство вины нахлынуло на меня, растекаясь по венам, как аккумуляторная кислота.

— Мне очень жаль. Время просто как-то ускользнуло от меня. — Я сжала книгу. — Итак, что произошло во «Флаксе»?

— Нам удалось проникнуть внутрь. — Линия его подбородка немного смягчилась. — Фэй использовала чары на людях. Не могу поверить, что это чертово место открыто. Там был персонал и несколько низших фейри, о которых мы позаботились.

Я была немного удивлена, что «Флакс» был открыт и работал. В последний раз, когда я была там, это была настоящая бойня. Тела, свисающие с потолка, и все такое. Зрелище, которое мне не так-то легко забыть.

— Мы ничего не нашли, — продолжал он. Фэй никогда не видела Кристалл в доме, где скрывался принц, поэтому он, должно быть, где-то был спрятан. — Выйдя оттуда, мы решили проверить некоторые кладбища. Ничего подозрительного там нет.

— Таннер связывался с вами, ребята? — Я опустила глаза, когда он посмотрел на меня.

— Ага. — На мгновение воцарилась тишина. — Сказал, что кто-то или что-то приедет, чтобы помочь нам найти Кристалл, но я поверю, когда увижу его, понимаешь? Если этого Кристалла не было в особняке, значит, он должен быть где-то здесь.

Я кивнула.

— Как работается с Фэй?

— Странно, — ответил он, и, к счастью, я не почувствовала укола ревности. — Кто бы мог подумать, что мы будем работать бок обок с фейри?

— Мне это и в голову не приходило. — Я не указала, что технически он встречался с кем-то, кого можно было считать фейри, так как я была Полукровкой. — Как ты думаешь, «Элита» знала?

Рен вырос в тайном подразделении Ордена, и ему было суждено стать ее членом.

— Я никогда не слышал ничего подобного, но «Элита» должна была знать. — Его голос стал жестче, и я подняла глаза. Он снова сосредоточился на книжной полке. Его губы скривились от отвращения, когда он продолжил: — Кайл должен был знать.

Я почувствовала то же самое отвращение. Кайл Клэр возглавлял отдел «Элиты», из которой вышел Рен, и он был мудаком. Гигантский, пылающий придурок, который убил лучшего друга Рена, Ноя.

Ной оказался Полукровкой, и Рен разрывался между своим долгом и тем, кто был ему дорог. Точно в таком же положении он оказался и со мной.

— Вот это-то меня и беспокоит. — Рен откинул голову назад, наклоняя ее из стороны в сторону. — Зачем им держать в секрете тот факт, что были фейри, которые были хорошими? Что они работали бок обок с ними?

— Не знаю, — прошептала я. Казалось, это был вопрос года.

Взгляд Рена встретился с моим.

— У нас члены Ордена каждую неделю умирают на гребанных улицах, сражаясь с фейри. Сколько человек погибло в ту ночь, когда открылись Врата?

— Шестнадцать, — ответила я, эту цифру я никогда не забуду.

— И все это время здесь было полно фейри, которые могли сражаться на нашей стороне, которые хотели того же, что и мы. Какая-то чушь собачья.

Тут было много чего. Чушь собачья была только одной из них.

— Я уже думала об этом. Я просто не могу поверить, что не было никакой причины. Я не говорю, что это оправданно, но почему Орден забрал Кристалл у этих фейри, и почему они скрывали свой старый союз от всех нас? В этом должно быть что-то большее. — Я бросила взгляд в безмолвные проходы. — И я не могу поверить, что это был просто приказ. Особенно с тех пор, как Таннер не совсем откровенничает о том, как и почему это произошло.

— Да, всякий раз, когда я поднимал этот вопрос, он уклонялся от ответа. Как и Фэй. — Он наклонился, его рука коснулась моей согнутой ноги. — И ты знаешь, что они всегда говорят. У каждой истории есть три стороны.

— Ордер. Летний Двор. И правда, — ответила я. — А ты… ты доверяешь им… здешним фейри?

Когда взгляд Рена снова встретился с моим, я не отвела взгляда.

— Да, иначе я не отдал бы кинжалы, будучи здесь.

Таннер попросил, чтобы наше оружие, на всякий случай, сдавалось. Мы так и сделали, но терновый кол остался в нашей комнате, потому что такого рода вещи были редкостью, и это было единственным оружием, которое могло уничтожить Древнего.

— Мы уязвимы, так что у них было достаточно шансов уничтожить нас. Они заботятся о том, чтобы нас накормили, чтобы у нас была крыша над головой, и чтобы мы были в безопасности. Кроме того, они помогли тебе добраться сюда. — Он протянул руку и слегка коснулся моей ладони кончиками пальцев.

— Ты им доверяешь?

Мой взгляд упал на его пальцы. По правде говоря, в этом мире было только два человека, которым я доверяла на сто процентов. Рен и, как бы безумно это ни звучало, Динь. Я на собственном горьком опыте убедилась, что неважно, насколько хорошо ты считаешь, что знаешь кого-то, это не значит, что ты действительно его знаешь. Вал была тому доказательством.

— Я доверяю тебе, — сказала я.

Рен тихонько просунул руку под мою ладонь, переплетая свои пальцы с моими. У меня перехватило дыхание, когда в груди образовался узел эмоций. Я медленно сомкнула свои пальцы вокруг его. Он поднес наши руки ко рту и поцеловал мою ладонь. Крутящийся вихрь тоски и нерешительности образовал внутри меня запутанную путаницу. Мне хотелось одновременно забраться к нему на колени и убежать.

Он опустил наши руки к своему бедру.

— Пойдем, поужинаем вместе.

«Да» вертелось у меня на языке, но не это вырвалось изо рта, когда я высвободила руку.

— Я уже прихватила кое-что поесть, но ты можешь идти. Я собираюсь вернуться к мужчинам в килтах.

Мускулы напряглись на его челюстях, а затем выражение лица разгладилось.

— А что ты ела?

Вспомнив разговор с Динь, я преувеличенно подробно описала то, что съела сегодня. Половина из этого была ложью. Приняв душ, я съела огромную миску хлопьев и бутерброд с арахисовым маслом. И то и другое осело у меня в желудке свинцом, и была пара моментов, когда я думала, что проведу остаток дня, молясь фарфоровому богу.

Когда я закончила, то не была уверена, поверил мне Рен или нет.

— Хорошо, — протянул он. — Тогда посиди со мной, пока я ем.

Напряжение просочилось в мои мышцы. От осознания того, что кафетерий будет битком набит фейри… фейри, которые точно знают, кто я такая, и чего от меня хотел принц, у меня скрутило живот.

Я вжалась спиной в подушку кресла.

— Я думаю, что просто посижу здесь.

На его лице промелькнуло разочарование, и мне пришлось отвести взгляд.

— Айви. — Наступила пауза, когда я почувствовала на себе его пристальный взгляд. — Я скучаю по тебе.

— Я прямо здесь, — сказала я, пытаясь подавить внезапный всплеск раздражения. Раздражаться на него было неправильно. Рен не делал ничего плохого. Я сделала глубокий вдох и заставила себя улыбнуться. — Мне больше некуда идти.

— Ты здесь, моя сладкая. — Его голос был мягким, но я все равно вздрогнула, услышав это обращение. Я должна была догадаться. Когда принц выдавал себя за Рена, он никогда не называл меня так. — Физически ты здесь, но не более того.

Я открыла рот, но не знала, что ответить, потому что он говорил правду. Никому не нужно быть наблюдательным, чтобы увидеть это.

Он ждал, что я отвечу, и когда я не ответила, его плечи поднялись с глубоким вздохом. Он встал, и когда заговорил, его голос заставил мое сердце заныть, потому что… неизмеримая пропасть между нами все увеличивалась и увеличивалась, и я уже забеспокоилась, что не найду достаточно большого моста, чтобы мы могли ее пересечь.

— Пойду, возьму что-нибудь поесть. Ты знаешь, где меня найти.

Сжав губы, я кивнула.

Рен уставился на меня сверху вниз, и я подумала, что он может что-то добавить, но он промолчал. И я сидела там, уставившись на то место, где он стоял, еще долго после того, как он ушел.

Я хотела, чтобы он остался.

Я хотела, чтобы он поднял меня и потащил в кафетерий.

Но я также не хотела ничего большего, чем то, что он только что сделал, то есть оставить меня наедине с пустотой.

Глава 4

Когда вечер превратился в ночь, я бросила читать и вышла из библиотеки. У меня действительно не было плана, куда я иду. Беспокойная, я просто бродила по коридорам, избегая, ну, всех.

Я знала что, сколько бы я ни избегала возвращаться в комнату, Рен все равно проснется. Он просто мог лежать, не отрывая взгляда от телевизора, было ли это в девять вечера или в два часа ночи. Каждый вечер он ждал меня, пока я переодевалась в ванной, словно мне снова было шестнадцать. Одеяло с моей стороны кровати было откинуто. Я забиралась внутрь и ложилась, и через несколько секунд он обнимал меня, крепко прижимая к груди.

Этот контакт, его грудь, прижатая к моей спине, его рука на моей талии, всегда изматывал меня. Это было слишком много и не совсем достаточно одновременно, но это было единственное, что помогало мне заснуть.

Рен был единственной причиной, по которой я спала.

Я спала те скудные часы, которые мне удавалось получать каждую ночь благодаря ему, потому что он ждал меня. Потому что он всего лишь был терпеливым, и, Боже, он был таким хорошим парнем. Идеальным. Серьезным. Он мог даже складывать подогнанные простыни, а кто может это сделать? Это я была такой… такой чертовски облажавшейся.

Я остановилась прямо перед внутренним двором и уставилась на сотни и сотни мерцающих огоньков.

Когда я впервые увидела старую электростанцию на Питерс-Стрит, она выглядела как одно из многих ветхих, заброшенных зданий, но в ней было какое-то мощное очарование. Теперь я видела ее такой, какой она была на самом деле: прекрасно отреставрированным зданием, которое соперничало с любым из шикарных отелей в Новом Орлеане. Фэй сказала, что они могут приютить сотни фейри, ищущих безопасное место. Внутренний двор был прекрасен и умиротворен. Вот почему я часто оказывался здесь. Я могла спокойно побыть здесь одна.

Я могла думать… думать обо всем, о чем не хотела думать в присутствии других людей.

Проходя под бумажными фонарями и мерцающими лампочками, я задавалась вопросом, не так ли выглядят части Мира Иного.

Это было то, о чем я никогда раньше не думала.

Я пошла по тропинке к тому месту, которое теперь считала своим, к качелям. Воздух был не по сезону прохладным, и местные жители, вероятно, считали, что он слишком холодный. А я была бы в восторге, если бы не знала, что это из-за того, что Зимний двор наводнил Новый Орлеан.

Это как бы убрало все веселье по поводу похолодания.

Остановившись на тропинке, я обхватила себя руками и прислушалась. Это было странно. Из «Отеля Добрых Фейри» доносились отдаленные звуки смеха и разговоров. Но сирен не было слышно. Никаких ревущих клаксонов. Новый Орлеан никогда не спал, и никогда не был тихим. Только не так. Это, должно быть, фейри. У них были магические способности к блокированию звука или что-то в этом роде.

Черт, а если бы они могли разливать это по бутылкам и продавать?

Я дошла до качелей и села, отталкиваясь ногами. Освободив руки, я положила их на бедра и закрыла глаза. Мой желудок сжался, заставляя меня резко втянуть воздух.

Я была так чертовки гол…

Нет.

Открыв глаза, я глубоко и медленно выдохнула. Я огляделась вокруг, рассматривая полностью распустившиеся ирисы, в то время как я игнорировала дрожь, пробегающую вверх и вниз по моим рукам. Потом я делала то, что делала каждый вечер.

Дрейк.

Каждый мускул в моем теле напрягся, сжимая грудь и горло, пока я не подумала, что меня сейчас вырвет.

Дрейк. Дрейк. Дрейк.

Я снова и снова мысленно повторяла имя принца. Я повторяла его до тех пор, пока напряжение немного не спало, и не стало легче дышать. Я произносила его имя до тех пор, пока мне больше не хотелось кричать.

Эта умственная гимнастика была тяжелее, чем бег на беговой дорожке. Снижение чувствительности. Потому что как бы я посмотрела в лицо Дрейку, если бы одна мысль о его имени вызывала у меня тошноту?

Дрожа от поднявшегося резкого ветра, я оглядела двор. Цветы зашевелились, огни закачались. Здесь было так же пусто, как я себя чувствовала, и, черт возьми, я ненавидела то… что ненавижу это.

Потому что это была не я.

Это было не то, кем я была.

Так какого черта я здесь делаю? Я должна быть внутри — я должна поговорить с Реном. Мы были командой. Партнерами. Любовниками. Друзьями. Мне нужно поговорить с ним. Сказать ему, что я чувствую, потому что если я просто произнесу эти слова, я знала, что он поможет мне понять их смысл. Мне нужно было рассказать ему о непрекращающемся голоде.

Я могла бы поговорить с ним об этом. Я могла бы поговорить с кем-нибудь, сказать им… сказать Рену, что я не чувствую себя собой. Что каким-то образом я потеряла саму Айви Морган.

Потому что я не могла продолжать делать то, что делала — бесцельно бродить и прятаться. Это было совсем не храбро, но самое главное — не умно.

Из курса психологии 101, что я посещала в Лойоле, я хорошо знала, что иногда разговор по душам с кем-то будет лучшим лекарством. Может, это и не исправит всю сумятицу в моей голове, но должно помочь. Это был первый шаг во всем исцелении и борьбе с травмами. Выразить словами то, что я чувствовала, было все равно, что вырезать эту тьму внутри меня.

Я найду Рена и поговорю с ним. Я определенно скажу что-то чертовски значимое.

Поднявшись с качелей, я поспешила внутрь и обратно по коридору, проходя мимо нескольких закрытых дверей, стараясь не смотреть на проходящих мимо меня фейри. Никто из них никогда не подходил ко мне, когда мы пересекались. Большинство даже не смотрели в мою сторону. Я задумалась, относились ли они к Рену так же — потому ли, что мы были членами Ордена, или потому, что я была Полукровкой.

Данный вопрос, вероятно, лучше оставить без ответа.

Когда я приблизилась к одной из больших зон общего пользования, я услышала кое-что, что заставило меня полностью остановиться.

Я услышала смех Рена.

Притянутая к нему почти неконтролируемым образом, я медленно поползла вдоль стены, как ползучая змея. Остановившись прямо перед широкой аркой, которая вела в комнату, я выровняла своё ползучее существо и заглянула внутрь.

Динь был первым, кого я увидела, и я была немного шокирована тем, что он был в комнате со смеющимся и не собирающимся его убивать Реном.

Динь сидел на подлокотнике дивана, рядом с неуютно себя чувствующей Брайтон. Ее светлые волосы, как всегда, были собраны сзади в хвост. Брайтон было около тридцати, но выглядела она на десять лет моложе, в ней было что-то нестареющее, так же как и у ее матери.

Рядом с Брайтон сидел фейри, которого я встретила в ту ночь, когда сбежала от принца. У него были светлые волосы, так что я знала, что это Кален. Динь утверждал, что не может отличить Калена от Дэйна, другого фейри, участвовавшего в «Операции по возвращению Айви», но у Дэйна были темные волосы, так что я понятия не имела, почему у него возникали такие трудности.

Рен сидел в кресле, повернувшись к двери в профиль. Он откинулся назад, положив ногу на колено и подперев щеку кулаком. Он улыбался, и его плечи были расслаблены. Все его тело казалось таким. Рен выглядел… расслабленным.

Я не видела его таким с тех пор… с тех пор, как я сказала ему, что я Полукровка. Конечно, в следующий раз, когда я видела его, это был не он, а принц, который притворялся им. Рен был схвачен в ту же ночь, когда я сообщила ему эту новость. Я больше не видела «настоящего» Рена, пока принц не отвел меня в камеру, где его держали.

Прикусив губу, я перевела взгляд с него на Фэй. Она была в своем человеческом обличье. Темные волосы. Насыщенная коричневая кожа. Красивая. Она сидела на подлокотнике кресла Рена.

Я почувствовала во рту привкус крови.

Отпустив губу, я скрестила руки на груди, а Фэй улыбнулась Рену, словно они были прям друзья-друзья.

Я имею в виду, не то чтобы я ревновала, но я предполагала, что совместная разведка — отличный способ сблизиться. Вот так мы с Реном сблизились… ладно, я остановила эту мысль, прежде чем вбежать в общую комнату, схватить Фэй за волосы и оторвать ее от подлокотника кресла.

Динь полностью одобрил бы это, так как он любил драмы всех видов.

Вместе с ними в комнате были и другие фейри, которых я не узнала, но мой взгляд вернулся к Динь и Рену.

Они выглядели именно так… в хорошем настроении, как будто это была обычная ночь, любой день недели. Они были даже счастливы, а главное, чувствовали себя непринужденно. Ни один из них не был таким рядом со мной. Даже Динь. Конечно, он был Динь, но даже ему иногда казалось, что он ходит вокруг меня словно по яичной скорлупе.

Разговор с Реном обо всем отошел на задний план. Последнее, что ему сейчас было нужно — это разбираться с моим эмо-дерьмом, потому что он тоже прошел через некоторые неприятные вещи, и ему нужны были такие моменты, как этот. Моменты, когда он мог просто расслабиться и быть нормальным и не думать о том, что случилось с ним… с нами.

Я не хотела отбирать это у него.

Я отступила назад и повернулась, направляясь к лифтам, когда остановилась. Куда я направляюсь? Вздохнув, я развернулась и направилась обратно во двор. После нескольких недель, проведенных в этой проклятой комнате в особняке принца, я не хотела быть запертой в еще одной комнате. На улице было холодно, у меня побежали мурашки, но я предпочла это четырем стенам с дверью.

Снова пройдя по тропинке, я провела пальцами по вьюнку, который почти полностью обвил арку. За пределами этого места лозы и цветы начали погибать из-за холода, но здесь все было живым. Зачарованным. Может быть, поэтому мне было так спокойно? Я двинулась дальше в сад, подальше от «Отеля Добрый Фейри».

— Эй.

Вздрогнув от этого голоса, я обернулась и слегка нахмурилась. В нескольких футах от меня стоял мужчина-фейри. Я не видела его раньше, но он был примерно моего возраста. Я оглянулась. Конечно, там никто не стоял. Я повернулась к фейри, удивленная, потому что никто из них никогда не говорил со мной.

— Это ты мне?

Руки фейри уперлись в бока.

— Ты здесь единственная, верно?

Вау. Ладно, это, может, и было лишним.

— Да, но у меня есть имя, и оно не Эй.

Его челюсть напряглась, а бледно-голубые глаза буквально горели, когда он шагнул вперед.

— Я знаю, как тебя зовут, но это не имеет значения. Твое имя не относится к делу.

— Хм. — Я издала короткий смешок. — А я думала, мы белые и пушистые.

Он проигнорировал это замечание.

— Почему ты здесь?

Это показалось мне глупым вопросом.

— Ну, это довольно длинная история, но я могу дать тебе версию для чайников, если хочешь. Нужна?

Фейри усмехнулся.

— Мы все знаем, кто ты, и что это значит. Это все, что нам нужно знать.

Внутренне, все мое тело сжалось, но я сохраняла непроницаемое выражение лица, когда двинулась к нему. Я ни за что не дам ему понять, что меня это беспокоит.

— Я знала, что не должна была обновлять свой статус в Facebook про Полукровку.

Его губы раздвинулись.

— Ты стоишь здесь, как будто все это шутка, в священном для нас месте, подвергая опасности наши жизни? Я рад, что ты можешь найти в этом юмор.

Все резкие ответы замерли на кончике моего языка.

— Как я могу подвергать опасности ваши жизни? Послушай, то, что я принадлежу Ордену, не означает, что я в нескольких секундах от того, чтобы убить вас всех.

— Это не имеет ничего общего ни с твоей принадлежностью к Ордену, ни с твоим беспорядочным убийством нашего вида.

Прозвучало очень похоже, что это имело какое-то отношение к Ордену.

Глаза фейри сузились.

— Это все из-за того, что ты Полукровка. Принц, в конце концов, найдет тебя здесь. Мы все это знаем. Это всего лишь вопрос времени, и когда он это сделает, он не просто заберет тебя и уйдет. Он убьет нас всех, — парировал фейри, леденя мою кровь. — Неужели тебе до сих пор смешно, Полукровка?

Мне стало ещё холоднее.

— Мне сказали, что это место охраняется…

— Да, но ненадолго. Наваждение исчезнет. — Усмешка сползла с его лица. — И именно поэтому у нас нет другого выбора. Пока ты здесь, мы все в опасности. Моя семья. Мои друзья. Они все умрут, потому что Таннер дал тебе кров.

У меня не было возможности попросить его объяснить все возможные варианты, потому что за спиной у меня хрустнула ветка. В глубине души я проклинала себя за то, что была так беспечна — за то, что не осмотрела место, каким бы безмятежным оно ни казалось.

Я обучалась в Ордене с самого рождения. Мне следовало бы быть осторожнее.

Но было уже слишком поздно.

Прежде чем я смогла полностью осознать, что происходит, обжигающая боль пронзила мою спину, распространилась по боку и вниз по ногам, опуская меня на колени.

Глава 5

Время замедлилось до бесконечности, когда липкое, влажное тепло потекло по моей спине. Шокирующая боль лишила мои легкие дыхания, когда я уперлась рукой в тротуар. В ошеломленном состоянии недоверия я приложила ладонь к спине.

Резко вскрикнув, я тут же пожалела о своем решении. Отдернув руку, я увидела, что она покрыта чернильной тьмой. Кровь. Много крови. В воздухе стоял металлический запах.

Меня… закололи.

Святое дерьмо, меня зарезали!

Очнувшись от шока, я вскочила на ноги и развернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как лунный свет отражается от неровного клинка, изогнувшегося высоко надо мной.

Инстинкт взял верх.

Я схватила нападавшего за руку и вывернула ее. Хруст костей не наполнил меня ликованием, как обычно, потому что из-за движения поток жгучей боли прошел через мое тело. Я споткнулась вслед за ним, когда фейри упал вперед, уронив клинок и прижав сломанную руку к груди… большой груди.

Фейри оказалась женщиной.

— Ты ударила меня ножом! — выдохнула я.

Она подняла голову как раз в тот момент, когда я ударила ее коленом в подбородок, откидывая ее голову назад. Она опрокинулась навзничь, то ли оглушенная, то ли мертвая, когда приземлилась на спину.

Я потянулась к поясу за кинжалом, но тут же вспомнила, что у меня нет оружия. Мы обещали не таскать его с собой. Черт бы все побрал…

Чье-то тело врезалось мне в спину, увлекая в ближайший кустарник. Приземлившись на спину, из меня вырвался крик, разорвавший ночную тишину. Все мое тело напряглось от боли, и на секунду, всего лишь на одну чертову секунду, я застыла.

И это было на секунду дольше, чем нужно.

Меня перевернули на живот. Кто-то прижал меня своим весом к земле. Колени впились мне в спину, и я очутилась в листьях и цветах. Грязь и ветки впились мне в лицо, когда руки пригнули мою голову. Пока я кричала от ярости, мне в рот набилась земля и, Бог знает, с чем еще.

Я должна была предвидеть. Я должна была это предвидеть. Слова продолжали крутиться в моей голове. Там было два фейри, а может и больше, и я повернулась спиной, по крайней мере, к одному из них. Дважды. Так глупо… смертельно глупо. Я должна была предвидеть.

Я изо всех сил постаралась высунуть голову из грязи, и успела вдохнуть глоток чистого воздуха за мгновение до того, как мое лицо снова было вбито в грязь с чрезмерной силой. Мокрое тепло окутало мое лицо, заполнив рот, когда я потянулась, пытаясь схватить одну из рук, которые были переплетены и полны решимости задушить меня в чертовом кусте буддлеи.

— Просто отпусти, — сказал голос мне в ухо. — Просто отпусти и облегчи себе задачу.

Отпустить означало задохнуться в кустах, а это было совсем не то, как я хотела покинуть этот мир, так что ответом было большой, жирный нет.

— Я не могу оставить тебя в живых, — продолжал он. — Мне нужно думать о своей семье. Мы должны защитить это сообщество.

Подняв ноги, я уперлась руками в куст — скорее сквозь куст — и подтянулась изо всех сил, какие только были во мне. Пространство между землей и мной росло. Зарывшись в него, я хрюкнула, переворачивая свое тело.

Фейри все еще был на мне, пока не соскользнул с моей спины, увлекая меня за собой. Я приземлилась ему на грудь. На мгновение мы оба были ошеломлены. Затем я бросилась в бой. Подняв правую руку, я опустила локоть и ткнула ублюдка в бок. Ребро не выдержало. Возможно, и два.

Он хрюкнул, опустив руки. Скатившись с него, я отползла в сторону, вскочила на ноги и подняла руки.

Вот дерьмо.

Мои глаза расширились, когда я посмотрела на свою левую руку. Там была ветка — гребанная ветка, воткнутая прямо в середину моей руки!

— Твою Богодушумать! — заорала я, протягивая здоровую руку и хватаясь за окровавленный конец. — Святое дерьмо, у меня в руке ветка!

— Она должна была быть у тебя в голове, — пробормотал фейри.

— Как грубо, — выдохнула я.

Фейри вскочил на ноги, двигаясь безумно быстро. У меня не было возможности вытащить ветку, поэтому я шагнула в сторону и машинально взмахнула рукой. Своей рукой с веткой я ударила фейри по лицу. Он упал на бок, увлекая меня за собой. Я приземлилась на колени. Фейри взвыл, когда кровь хлынула из его разинутого рта.

— Господи Иисусе, — простонала я. Моя рука-ветка не попала ему в глаз, но теперь она была прижата к его щеке. Ветка прошла сквозь его щеку.

Так чертовски мерзко.

Освободив руку с веткой, вырвав ее из него, я поднялась на ноги и ухватилась за один конец ветки. Головокружение охватило меня, когда я отступила назад. Я выдернула ветку и закричала, когда ожог боли распространился по всей руке. Тошнота скрутила мой желудок.

Вытащив ветку, я отбросила ее в сторону. Мгновение спустя проклятый фейри был уже на ногах, его лицо было в крови.

— Боже милостивый! — воскликнула я, опуская изуродованную руку. — Ну и мерзкая рожа у тебя.

Фейри издал рев и бросился на меня. Я метнулась в сторону. Или думала, что сделала это, но мои рефлексы были не на высоте. Он поймал мою левую руку и сжал ее. Ярость и боль пронзили меня насквозь. Я потянула его ближе к себе, одновременно поднимая колено. Я ударила его в живот, но это едва помешало ему. Свободной рукой он ударил меня наотмашь.

Я с треском упала, ударившись об одно колено.

— Дерьмо.

Когда в последний раз обычный фейри так меня дубасил? Я не могла вспомнить. Должно быть, давно это было.

Следующий удар почти уложил меня плашмя на спину, но я оттолкнулась, восстанавливая равновесие. Мы с фейри стояли нос к носу, и без такого полезного оружия, как железный кинжал, поэтому требовались творческие способности и сила, чтобы пережить фейри.

Но мои шаги были слишком медленными. Удары, которые я наносила, не имели никакой реальной силы. Каждый мой удар был все слабее и слабее. Сказалось время, проведенное без тренировок и сражений. Я не была готова. Моя голова была не в том месте.

Вот почему обычный фейри надрал мне задницу.

Каждый удар, который я получала, либо ранил мое тело, либо мою волю. Каждая новая вспышка боли казалась шокирующе реальной. Каждый раз, когда меня сбивали с ног, вставать становилось все труднее.

Но я это делала.

Я продолжала подниматься.

С трудом поднявшись на ноги, я вытерла кровь с глаз. Ну, с одного глаза. Другой опух и приобрел нечеткость. Прошло всего несколько минут с тех пор, как меня буквально ударили ножом в спину, но мышцы налились свинцом, а кости стали хрупкими.

И я все еще истекала кровью.

Какой бы шум мы ни производили, он терялся в проклятых чарах, которые фейри наложили на двор. Мои ноги отяжелели, когда я зашаркала прочь от тропинки, ближе к входу.

Рен с Динь были всего в нескольких ярдах от него, но если бы они были и в другом городе, это бы ничего не меняло.

Тяжело дыша, я обернулась в поисках какого-нибудь оружия. Нож затерялся в темноте, рядом с все еще лежащей ничком женщиной-фейри.

— Ты начинаешь уставать. — Кровь и слюна капали изо рта фейри. — Ты слабеешь с каждой секундой. Как ты сражалась с нашим видом и выживала все эти годы выше моего понимания.

— Пошел ты, — выпалила я, покачиваясь. Или, может быть, это был внутренний двор, который двигался. Я понятия не имела. Это заявление просто взбесило меня, но он был прав. Сосредоточься, Айви. Я должна была быть умнее. Я была слаба и устала, а подкрепление в данный момент отдыхало, наслаждаясь прекрасным вечером. Я не собиралась побеждать в этом бою. Ни за что.

Мне придется поджать хвост и бежать.

— Ты должна умереть, — мягко произнес фейри. — Ничего личного. Тебе просто нужно умереть, и тогда принц не придет за тобой.

— Смерть звучит достаточно лично для меня. — У меня защекотало в затылке. Мне показалось, что я слышу какое-то движение во дворе.

Фейри атаковал.

Поднырнув, чтобы избежать среднего апперкота, я сместила свой вес и ударила ногой. Я выполнила этот маневр, выбив ноги ублюдка прямо из-под него. Он упал с мясистым шлепком, и я не стала терять времени.

Я схватила тяжелый речной камень и изо всех сил обрушила его ему на голову. Тошнотворный хруст сотряс все мое тело. Упав на бок, я уронила окровавленный камень.

Тяжело дыша, я зажмурилась от вида двора, в котором сейчас было все шиворот-навыворот, и откинулась назад, упав на задницу. В груди у меня было такое чувство, будто мое сердце бьется… заикаясь.

Ладно.

Мне надо встать.

Мне нужно было попасть внутрь и найти… мне нужно было найти Рена. Я должна была сказать ему… Что я должна была ему сказать? Всё. Я должна была рассказать ему все.

У меня кружилась голова, и я лежала на спине. Как это случилось? Я не была уверена, но знала, что если буду продолжать лежать здесь, то уже не встану.

Я просто умру.

Ты уже умираешь. Голос, который шептал в моих мыслях, стал шоком для моего организма. Я… я умирала. Липкая кровь покрывала все мое тело. Там почти ничего не останется.

Медленно моргая, я сделала судорожный вдох. Я сама себя к этому подвела. Я была не в той форме, чтобы сражаться. Плохо ела. Не спала. Мне следовало быть внимательнее. Я должна была догадаться. Это была дилетантская ошибка, как и все те годы, когда я убивала фейри до того, как мне разрешили это сделать. Из-за меня все погибли, и вот теперь… а теперь я сама себя убила.

Нет.

Я не умру. Я просто… посплю.

Я могла бы поспать. Рен найдет меня. Я проснусь, и он будет здесь. Итак, я посплю. Думаю, так и сделаю. По крайней мере, какое-то время.

Но тут воздух застрял у меня в горле, и я открыла глаза. Ярко сияли звезды. Я все еще была здесь. Я была одна. Ни Рена, ни Динь. Я повернула голову вправо. Однако фейри все еще был здесь, и, судя по всему, он был чертовски мертв.

А я была жива.

Облегчение сменилось острым чувством разочарования, которое я не понимала, но не могла сосредоточиться на этом сейчас, потому что мне нужно было встать. Если я этого не сделаю, кто будет следить за Динь? Рен мог бы, но винить будет только себя.

Я не могла позволить этому случиться.

С трудом поднявшись на ноги, я пошатнулась, пока не заставила себя развернуться. Я пошла обратно к дверям, но мне казалось, что я пробираюсь через зыбучие пески, и я совсем не двигалась вперед. Нет, это было медленно и неровно, и весь мир продолжал мигать. Я спотыкалась о камни, стискивая зубы, когда заставляла одну ногу ступать перед другой. Если бы я только могла добраться до дверей, войти внутрь и добраться до Рена…

Завернув за угол, я споткнулась на тропинке и протянула руку, схватившись за увитую виноградом решетку. Мягкий свет фонарей в вестибюле падал на дорожку. Двери были прямо там. Я проглотила вкус крови и продолжила идти, мои шаги стали вялыми.

Рен. Рен. Рен. Нараспев произносила я его имя. Я была уже рядом. Просто надо было еще немного пройти. Мои руки онемели. Я перестала чувствовать их, но это было нормально, потому что мои ноги все еще работали. Еще чуть-чуть…

В двойных дверях появилась тень, и она стала ближе. Тень стала более отчетливой формой, а затем фигура стала человеком.

— Рен, — позвала я, но это был булькающий шепот. Я попробовала еще раз, но теперь не было слышно ни звука.

Он выглядел так, словно был вызван моими песнопениями, и, возможно, так оно и было, потому что двери открылись, и он вышел наружу, окинув взглядом двор.

Я поняла это в тот момент, когда он увидел меня.

Он резко остановился.

— Айви?

И я поняла это в тот момент, когда свет изнутри достиг меня.

Я открыла рот, но язык не слушался.

— Айви! — Паника зазвучала в его голосе, когда Рен бросился бежать, стуча ногами по тротуару.

Что-то ударило мне в спину, между лопаток. Что-то острое и горячее, и оно забрало весь воздух, который остался в моих легких. Украло то, что у меня оставалось.

Я упала, но не почувствовала удара. Ярость волнами накатывала на Рена, заполняя двор и затмевая все остальное. Он был размытым пятном, проносящимся мимо меня.

Моя щека вдруг оказалась прижатой к прохладному камню. Я больше не чувствовала своих ног. Наверное, это было плохо, но я больше об этом не думала. Раздался резкий крик, и рядом со мной приземлилось тело, голова которого была повернута под неестественным углом. Это была она — женщина-фейри.

Я не убила ее.

Глупо, глупо с моей стороны.

Еще одна нелепая дилетантская ошибка.

— Айви. Давай, Айви. — Нежные руки перевернули меня на спину. — Боже ж ты мой.

Тон его голоса говорил мне, что я должна волноваться, но я не могла найти в себе силы, чтобы вызвать эти эмоции.

Чья-то рука легла мне на затылок.

— Сладкая, посмотри на меня. Пожалуйста. — Он поднял меня, и я оказалась невесомой. Парящей. — Черт возьми, открой глаза и посмотри на меня.

Разве я не смотрела на него?

Заставив себя открыть глаза, я обнаружила, что смотрю на красивое лицо Рена. Эти живые глаза казались темными в лунном свете, широкими и бесконечными. Он был так бледен, и его лицо было сильно омрачено.

— Я…

— Не пытайся говорить, — сказал он, двигаясь быстро, практически летя. — Айви, просто держись. Держи глаза открытыми и смотри на меня, хорошо? Оставайся со мной.

Но я итак пыталась. Мне надо было сказать.

— Прости… меня.

Глава 6

Мир то вспыхивал, то гас, как лампочка. Я пыталась следить за тем, что происходит. Я знала, что Рен несет меня внутрь. Я чувствовала его твердое плечо своей щекой. Я ощущала каждый его шаг. Темнота уступила место теплу и свету.

— Мне нужен врач! — кричал Рен, и в его голосе слышалась дикая паника. — Господи Иисусе, кто-нибудь! Мне нужен чертов врач!

Мне становилось все труднее держать глаза открытыми, и я подумала, что, возможно… возможно, было уже слишком поздно для врача. Мир снова исчез.

Следующее, что я помню — это то, что я лежу на мягкой поверхности, которая не слишком хорошо освещена, а в комнате необычайно светло… слишком ярко. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что я нахожусь в лазарете, в комнате в подвале «Отеля Добрых Фейри», которая, я была уверена, мало что видела.

— Рен. — Его имя совалось с моих губ.

— Я здесь. — Он осторожно коснулся моей щеки кончиками пальцев, привлекая мое внимание. — Твою мать, Айви.

Послышались и другие голоса. Женский, который я не узнала.

— Сейчас я тебя больно уколю, — сказала она, держа меня за правую руку.

Я ничего не почувствовала, пока смотрела в глаза Рена, удивляясь, почему его лицо кажется расплывчатым.

Но тут рядом с Реном внезапно появился Динь.

— Что с тобой случилось? Айви? — Его глаза расширились от ужаса, когда он осмотрел меня. — Кто это сделал? Принц?

В комнате кто-то ахнул. Прохладная рука на моей руке замерла.

— Нет, — прорычал Рен, и это единственное слово эхом отозвалось в комнате, как выстрел. — Это была фейри, которая жила здесь.

— Их было двое, — сумела прошептать я.

— Этого не может быть. — Это был Таннер, но мне его было не видно. — Те, кто живет здесь, не причинят тебе вреда… никому из вас.

Тот факт, что я истекала кровью от многочисленных колотых ран, доказывал обратное.

Воздух в комнате наполнился статическим напряжением, и пальцы Рена покинули мою щеку. Я больше не видела ни его лица, ни глаз. Он отпрянул, и я не видела, как он дернулся, но услышала, как чье-то тело ударилось о стену.

— Нет! — крикнул кто-то, и Динь резко обернулся. Раздался крик.

Что, черт возьми, происходит? Мне стоило немалых усилий поднять голову и прояснить зрение, но я успела увидеть, что Рен прижал Таннера к стене, держа возрастного фейри за горло.

— Ты сказал, что здесь мы в безопасности, — голос Рена был слишком ровным, слишком холодным. — Мы тебе доверяли.

— Вы здесь в безопасности, — возразил Таннер, говоря спокойно, хотя Рен был в нескольких секундах от того, чтобы задушить его. — Мы бы никогда такого не сделали…

— Ты несешь чушь, — прервал его Рен. Мышцы под темной рубашкой напряглись, когда он поднял Таннера. — Посмотри на нее. — Через секунду Рен закричал: — Посмотри на нее!

Таннер, должно быть, посмотрел на меня, но я не могла видеть дальше плеча Рена.

— Похоже, что она в безопасности? — требовательно спросил Рен.

Динь отошел от того места, где я лежала.

— Нет, — ответил Таннер. — Я понимаю, что ты расстроен. И я тоже. Я также потрясен… — его слова оборвались, когда Рен ударил его спиной о стену.

— Динь, — крикнула Фэй с порога. Когда она успела сюда добраться? — Ты должен оттащить Рена от Таннера. Он не имеет никакого отношения к тому, что с ней случилось!

Динь покачал головой.

— Я не собираюсь разгребать это дерьмо, леди. Ему просто повезло, что это Рен держит его за шею.

Что было правдой. Я видела, на что способен Динь.

Я резко втянула воздух, когда Динь повернулся ко мне. Никогда еще он не выглядел таким потусторонним, как сейчас. Черты его лица были резкими и брутальными… звериными. Но когда он взял мою изуродованную руку за запястье, он был нежен.

— У тебя в руке дырка.

Динь. Даже в самые тяжелые моменты он оставался Капитаном Очевидностью.

— Рен, — начал Таннер, прочищая горло. — Тебе надо понять…

— Что мне нужно, так это то, чтобы ты заткнулся и послушал меня, — прорычал Рен.

— Я собираюсь сделать две вещи до боли ясными. Прежде всего, ты узнаешь, кто это сделал, кто был вовлечен и знал об этом, и зачем. Затем ты мне точно скажешь, кто эти мертвые ублюдки. И вторая вещь, которую тебе лучше понять до мозга костей, это то, что если Айви не выйдет из этой чертовой комнаты, смеясь своим смехом, улыбаясь мне, я сожгу этого ублюдка вместе со всеми вами.

Проклятие.

— Рен, — выдохнула Фэй.

— Ты меня понял? — спросил Рен. — Скажи мне, что ты меня понял.

— Понял, — тихо ответил Таннер.

Моя голова была слишком тяжелой, чтобы приподнять ее. Я лежала на спине, уставившись в потолок, освещенный сверхъярким светом.

— Я чувствую себя странно, — прошептала я, или, по крайней мере, мне показалось, что я сказала это вслух. Мои губы шевелились, но я не слышала своих слов. Мое сердце подпрыгнуло в груди. М-да, я чувствовала себя не в своей тарелке.

Не обращая внимания на волну тошноты, последовавшую за вспышкой боли, я крикнула:

— Рен.

Он оказался рядом с моей головой в одно мгновение. Кончики его пальцев коснулись моего подбородка, медленно поворачивая мое лицо к нему.

В моем животе расцвело зерно паники.

— Я… я как-то не так себя чувствую.

— Что ты имеешь в виду, сладкая? — Он перевел взгляд на другую сторону кровати. — О чем она говорит?

Мой язык еле шевелился.

— Я не… чувствую своих ног.

Рен выругался и начал отстраняться.

— Не надо! — Паника охватила меня, когда я попыталась поднять руку. Если он уйдет, я не думаю, что увижу его снова. — Не уходи… от меня.

Его рука скользнула по моему лбу.

— Я здесь, рядом с тобой. Я никуда не уйду. Никогда. Ты ведь это знаешь, правда? — Его голос стал хриплым. — Никогда не оставлю тебя.

— У нее в руке чертова дырка, — снова заметил Динь.

— Рука наименьшая из моих забот, — отрезал женский голос. Кто-то надавил мне на бок. — Мне нужно, чтобы ты помог ее перевернуть. Я должна посмотреть, что там со спиной.

У меня пересохло во рту. Перевернуть меня звучало плохо.

— Нет, — простонала я. — Я не…

— Прости, сладкая, но мы должны. — Рен наклонился вперед. Его прекрасные зеленые глаза были всем моим миром. — Мы сделаем это быстро. Я обещаю. Но мы должны это сделать.

У меня не было особого выбора. Рен осторожно сжал мое правое плечо, а другой рукой обхватил мою щеку.

— Держись, сладкая. Просто держись.

Я не хотела держаться. Я знала, что это будет больно… очень больно, и не думала, что смогу вынести еще одну боль. Я была на пределе, между жжением в верхней части тела и онемением в ногах.

Руки опустились на мое бедро. Динь. Это был Динь. Мой яростный взгляд встретился с его.

— Я должен, — сказал он, словно умоляя. — Ты можешь вырвать горло мне за это позже. Ладно?

Они повернули меня на бок.

Кто-то закричал, и это прозвучало так, словно раненое животное попало под танк. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это я… я издавала ужасный, рваный звук, и это было примерно тогда, когда мир снова захотел исчезнуть, но Рен не позволил этому случиться.

— Держи свои прекрасные глаза открытыми для меня, Айви. Я знаю. Мне очень жаль, милая. Мне очень жаль. Я знаю, что это больно, — говорил он и продолжал говорить, пока руки и пальцы двигались вдоль моей спины, от плеч до основания позвоночника. — Осталось совсем немного. Ладно? Док осмотрит тебя и поможет.

Спина и живот горели огнем, прожигая грудь насквозь.

— У нас… есть… доктор?

— У нас есть. — Его взгляд на мгновение скользнул по моему плечу, а затем вернулся ко мне. — Она почти закончила. Еще пара секунд. — Его губы прижались к моему лбу. — Ты все еще здесь, сладкая?

Кажется, я сказала «да». Я знаю, что мои губы шевелились, но я ничего не услышала. Не думаю, что Рен тоже, но потом меня уложили обратно, и часть адского пламени стала ослабевать… все стало ослабевать.

Я снова отключилась, может быть, на несколько секунд, а когда пришла в себя, мне показалось, что я слышала, как Рен сказал:

— Там она сказала, что просит прощения. Почему она так сказала?

— Я не знаю. — Я решила, что это был Динь.

Я почувствовала, как Рен убирает волосы с моей щеки, а потом его лицо оказалось прямо передо мной. Он выглядел так, будто кричал, но голос его звучал так далеко, словно он стоял в конце туннеля.

— Я здесь, — прохрипела я. — Я все еще здесь.

— Да, это так, моя сладкая. — Его улыбка была слабой. — Ты здесь.

— Все нехорошо, — сказала женщина, та, которая, как я догадалась, была врачом. — Там все совсем не хорошо.

— Ни хрена себе, Шерлок. Что нам нужно сделать? — спросил Динь.

— Не думаю, что ты меня понимаешь, — ответила она. — Раны на спине глубокие, слишком глубокие. Там определенно есть внутренние повреждения, и это то, что я могу сказать только о колотых ранах.

— Понятно. Тогда вылечите ее, — приказал Рен.

Фейри подключала что-то к капельнице.

— Я не хирург. У меня нет опыта работы с такими ранами…

— Тогда найдите хирурга, — отрезал Рен, его рука замерла на моей макушке.

— У нас здесь нет хирургов, — тихо ответила Фэй. — У нас редко бывают такие травмы. И когда такое случается, мы не вызываем врача для исцеления. Фейри питаются, чтобы исцелить себя.

— Я приведу его. — Динь отошел от кровати. — Просто дайте мне полчаса.

Подождите. Что он собрался делать?

— Ты не можешь просто пойти за доктором, — возразила Фэй. — Я почти уверена, что это называется похищением.

— Разве похоже, что меня это волнует? — бросил Динь. — Кроме того, я приведу врача, и тогда ты наложишь на него чары.

— Мы не верим в это, — заявила она. — Мы…

— Вы что, издеваетесь надо мной? — вмешался Рен. — Мне все равно, во что вы верите. Если нам нужен хирург, то мы приведем гребанного хирурга.

— Время на исходе, — сказала женщина-фейри, и вся комната затихла. — У нас осталось мало времени.

— Что? — выдохнул Рен, его взгляд был безумным.

Отказываясь даже моргать, я уставилась на лицо Рена, позволяя своему единственному здоровому глазу запечатлеть в памяти жесткую линию его челюстей и изгиб скулы.

Он был так прекрасен, внутри и внешне, и иногда я думала, что не заслуживаю его… его доброты. Не тогда, когда я потратила впустую столько драгоценного времени. За последнюю неделю мы могли бы сделать так много, заполнить целую жизнь воспоминаниями.

— Я могу дать ей кровь. У нас есть немного, но она Полукровка, — продолжила она. — Я понятия не имею, что это с ней сделает… поможет или навредит.

— Дайте ей кровь, — решил Динь.

— Это даст нам еще немного времени, но не достаточно, — сказала женщина. — Ее кровяное давление снижается с каждой секундой. У нее слишком высокий пульс. Она потеряла слишком много крови, и до сих пор ее теряет. Она будет недостаточно стабильна для операции. Если бы в ней не было крови фейри, у тебя не было бы даже шанса попрощаться.

Рен уставился через кровать, мускулы на его челюсти напряглись.

— О чем ты говоришь?

В этот момент я перестала слушать, потому что, кажется, уже знала, что она собирается объяснить Рену. Я не слышала ее слов, но знала, что была прав. Это было в широко раскрытых глазах Рена, когда он повернулся ко мне. Я знала, что она сказала, потому что его лицо выражало отрицание, а рука судорожно сжимала мой холодный лоб. Мне не пришлось ее слушать, потому что я услышала внезапный протестующий возглас Динь.

Я умирала.

Не через пару дней. Не через несколько часов. Я умирала прямо сейчас.

— Нет. Нет. Боже, нет, — голос Рена вернулся ко мне, когда он придвинулся, его рука коснулась моей щеки. Он прижался своим лбом к моему. — Его голос превратился в прерывистый шепот. — Такого не может быть.

Я хотела прикоснуться к нему. Чтобы обнять его, утешить, но я слишком устала, и мои руки были слишком тяжелыми.

— Я не позволю тебе умереть. Черт возьми, нет. — Рен поцеловал меня в лоб, а когда отстранился, его губы были испачканы красным… моей кровью. Его челюсти сжались, когда он посмотрел через кровать. — Держите ее в живых, пока я не вернусь с доктором.

Врач здесь не поможет.

Вокруг меня раздавались голоса. Они умоляли Рена быть реалистом, и были угрозы, большинство из которых исходило от Рена. Динь притих.

Судорожно вздохнув, я отвела взгляд от Рена, потому что не могла справиться с болью, исказившей его лицо. Я оглядела комнату, наткнувшись на фигуру, стоящую далеко позади, у стены, где только что стоял Таннер.

Марли.

Она смотрела на нас, ее лицо было лишено эмоций, и по какой-то причине мне было трудно отвести от нее взгляд, но потом мне стало ее не видно. Мои веки отяжелели, но я услышала, как Динь тихо сказал:

— Есть другой выход.

Глава 7

Мои ресницы затрепетали, и мягкий свет проник сквозь темноту. Я все еще была в комнате, куда меня принес Рен, но верхний свет был выключен. Все стало мягче.

— Привет, ты вернулась. — Рен коснулся моего подбородка, слегка наклонив мою голову влево. Я увидела его, и мое сердце защемило. В его глазах стояли слезы, густые ресницы были влажными, когда он провел большим пальцем под моей губой. Неужели он плакал? Не думала, что я когда-либо увижу его плачущим.

Улыбка не коснулась его глаз.

— Я уже начал немного волноваться. Я думал… — его голос дрогнул. — Я думал, что потерял тебя.

Я думала также. Я не помнила, как снова вырубилась. Последнее, что я помнила, это как Динь сказал что-то о существовании другого выхода, а потом не осталось ничего, кроме чернильной, всепоглощающей тьмы. Ничего не снилось. Не было ни единой мысли. И у меня было такое чувство, что прошло всего несколько минут.

За это короткое время комната почти опустела. С Реном остались только Динь и Фэй. Они стояли в ногах кровати, и Динь держал Фэй за плечо. Она выглядела так, словно была в нескольких секундах от того, чтобы выскочить из комнаты.

Мой взгляд медленно вернулся к Рену.

Слабая улыбка Рена ослабла, когда его большой палец задрожал на моей губе.

— Мне нужно, чтобы ты продержалась еще немного, хорошо? Мне нужно, чтобы ты сделала это для меня. Сможешь?

Мой рот хотел вымолвить слово «да», но я не была уверена, получилось ли у меня или нет.

Он придвинулся ближе, его ярко-зеленые глаза поймали мой взгляд.

— Я люблю тебя, Айви. Ты это знаешь? Все только для тебя. Все только из-за тебя. Я люблю тебя так чертовски сильно, и именно поэтому я должен сделать это. — Его голос снова сорвался, став низким и хриплым. — Мне жаль, моя сладкая. Прости меня.

За что он просил прощения? Смятение охватило мои туманные мысли. Простить его?

Динь почти толкнул Фэй вперед. Фейри, обычно грациозная и проворная, споткнулась. Остановившись у моей головы, она бросила взгляд назад.

— Я с этим не согласна. Если бы вы знали, что он с ней сделал и как это…

— Знаю, — рявкнул Рен, отрывая от меня взгляд. — Я знаю, но я бы предпочел, чтобы она разозлилась и возненавидела меня, чем умерла. Делай это немедленно.

Замешательство сменилось тревогой. Что же происходит? Я попыталась заставить свой язык работать. Я хотела знать, что происходит, но тут Рен наклонился и поцеловал меня в лоб. Он задержался, его губы нависли прямо над моими.

Что-то… что- то темное и гладкое шевельнулось у меня в животе.

— Динь, — начала Фэй. — Ты не хочешь этого делать. Мы не знаем, что это сделает с…

— Если ты этого не сделаешь, я обещаю тебе, что это будет очень неразумный жизненный выбор. — Динь подошел ближе и заговорил жестким голосом, которого я никогда раньше от него не слышала. — Я серьезно, Фэй. Ты мне нравишься, но Айви мне нравится больше. Если ты позволишь ей умереть, то ты сделаешь это в последние мгновения своей жизни. Так что не надо увиливать.

— Вы оба можете пожалеть об этом. — Затем Фэй положила руку мне на голову. — Вам придется сдерживать ее, когда все это произойдет, — сказала она Динь, и когда она заговорила снова, в ее тоне было что-то грубое и соблазнительное. — Посмотри на меня, Айви.

Я не могла не подчиниться.

Моя голова дернулась, и мой нос коснулся Рена. Пристальный взгляд Фэй поймал мой. Ее губы шевельнулись, а потом я стала падать, тонуть и больше не могла вынырнуть оттуда. Единственное слово, которое она произнесла, эхом отдавалось снова и снова.

Кормись.

Маленькая часть моего мозга, которая все еще функционировала нормально, знала, что произошло. Фэй использовала принуждение. И не важно, что я это знаю. Это было все равно, что сопротивляться соблазну укола морфия. Никаких шансов бороться с этим. Возникла вспышка паники, которая пришла от страха потерять контроль, но она исчезла прежде, чем полностью сформировалась.

— Айви, — прошептал Рен в промежуток между нашими губами, а затем легонько поцеловал мою разбитую, кровоточащую губу и я… я не ответила на поцелуй, хотя мои губы коснулись его губ.

Нет, я вовсе не поцеловала Рена.

Глубоко внутри меня вспыхнул зверский голод, грызущее зверство, которое разожгло огонь в моей крови.

Я глубоко вздохнула.

Первый вкус его сущности был подобен дуновению зимнего ветра после долгого, бесконечного лета. Освежающая прохлада скользнула по моему языку и попала в горло.

Да.

Я снова вдохнула. Глубоко. Беспрестанно.

Рен дернулся, и чья-то рука опустилась на тонкий матрас рядом с моей головой. Пальцы вокруг моих челюстей дернулись, но я так вцепилась в него, что он не мог отстраниться. Рен ощущался…

Он был как капля кофеина, разбудившая каждую часть моего существа. Он был, словно нырок с головой в ледяное озеро. Он ощущался как вкус жизни.

Вначале была вспышка боли, а затем чудесная, томная прохлада, разбудившая мои чувства. Я подняла свою изуродованную руку со стола, сжимая затылок Рена, прижимая его к себе.

Он застонал мне в рот, звук был смесью боли и чего-то более теплого, более горячего. Чего-то похожего на вкус лета и солнца. Удовольствия.

Я продолжала вдыхать его, втягивая его сущность в себя, пока не перестала понимать, где кончаюсь я, и начинается он. Я была окружена его свежим ароматом, который всегда напоминал мне об открытом воздухе. Я была окружена им. Электричество пробежало по моим венам. Воздух потрескивал… или, возможно, это была моя кожа. Да, это была моя кожа, искрящаяся жизнью. Сила наполняла мои слабые мышцы. Ткани снова соединялись вместе. Мое когда-то еле бьющееся сердце теперь уверенно билось в груди.

Рука Рена опустилась на мое плечо. Его пальцы впились в меня, разрывая мою рубашку и впиваясь в кожу. Мне не было больно. О Боже, нет, это было чудесно. Все так и было. Вездесущая жажда была утолена, но я…

Я хотела большего.

Самая чистая сила текла через меня. Мое тело полностью контролировало ситуацию. Я контролировала ситуацию, и ничто и никто не мог этого изменить. Я броском кобры, затащила Рена под себя. Его рука все еще сжимала мое плечо, когда я оседлала его бедра. Сладчайший огонь пожирал мое тело. Мой рот слился с его, как и наши бедра. Рен застонал, сотрясая меня, и я ответила ему своим собственным стоном. Другой вид потребности пробивался наружу. И тут же все мое тело напряглось и раскрылось.

Я хотела всего его внутри себя.

Протянув руку между нашими телами, я нашла пуговицу на его джинсах. Ничего не стоило расстегнуть ее. Моя рука метнулась к моей собственной.

Все тело Рена дернулось подо мной, но он держался, его пальцы сжимались и разжимались на моем плече.

— Хватайте ее, — резко приказал кто-то. — Хватай ее, пока она его не убила.

Убила его? Я не хотела его убивать. Я просто хотела его, всего его, во всех отношениях, потому что он был моим. Я хотела трахаться и кормиться, и я не хотела, чтобы что-то нам мешало…

Рука Рена отпустила мое плечо и обвилась вокруг моей шеи. Я почувствовала, как его рука задрожала, когда его губы коснулись моих, сначала слабо, но все еще отвлекая меня. Рен поцеловал меня… целовал, когда я вдохнула. Его рука напряглась, дергая меня за волосы. Прикосновение кончика его языка к моему изменило все.

Я перестала вдыхать, когда волна желания обожгла мою кожу. Поцелуи. Целоваться было так же хорошо, как и кормиться, поэтому я прикоснулась своим языком к его груди, когда она поднялась. Острое желание пронзило меня. Я тосковала по нему. Трепетала. Моя кожа покалывала от вожделения, когда мои бедра, дрожа, прижимались к нему, когда я почувствовала его, твердый и большой…

— Рен.

Животный звук вырвался из глубины меня, эхом разносясь по комнате. Кто-то был рядом, слишком близко к нам. Я прервала контакт, подняв голову.

— Уходите, — выдохнул Рен, прижимая мою голову к своей с ослабевающей силой. — Она не убьет меня.

— Ты выжил из ума?

Я издала низкий предупреждающий рык и отвела голову в сторону. Мне было все равно, кто к нам приближается, потому что я разорву их в клочья, если они попытаются встать между нами.

— Она моя. — Губы Рена скользнули по моим губам, привлекая мое внимание. Я вцепилась в его брюки спереди, разрывая молнию. — Черт возьми, уходите сейчас же.

Послышалось проклятие, а затем голос, который я смутно узнала.

— Это твое предсмертное желание.

— Уходите, — простонал Рен, когда я нашла то, что искала, обхватив руками его горячую длину.

Кто-то ответил, но это было потеряно в желании, пульсирующем в моих венах. Я услышала, как хлопнула дверь, а потом Рен трясущимися руками стянул с меня штаны.

— Люби меня. — Его голос был хриплым и грубым, как удар хлыста по моей чувствительной коже. — Возьми у меня все, что тебе нужно.

Все превратилось в размытое пятно из дрожащих рук и скользкой кожи. Рен не держал меня так крепко. Его рука опустилась на обнаженную кожу моего бедра, но он прожигал меня насквозь, его бедра поднимались, когда я опускалась ему навстречу. В воздухе пахло кровью и сексом. Огромное и ужасное напряжение нарастало во мне, пока я пожирала Рена, покусывая его губы, посасывая и облизывая. Всплески энергии вошли в меня, когда я поднялась и обрушилась на него.

— Поцелуй меня, сладкая, — прорычал Рен, звуча с придыханием. — Поцелуй меня, Айви.

Я разве не целовала его? Нет. Я снова кормилась, потерявшись в ощущениях дуэли, пока гонялась за очередным кайфом, очередным освобождением.

Рука Рена судорожно сжала мое бедро.

— Айви. Пожалуйста. — Он вздрогнул подо мной. — Я люблю тебя.

Я люблю тебя.

Эти три слова повторялись снова и снова, пробивая дыры в красном тумане, затуманившем мои мысли. Я люблю тебя. Мое сердце сжалось. Я люблю тебя. Оторвавшись от его губ, я села и откинула голову назад. Напряжение во мне стало невыносимым. Я вскрикнула, когда дикость взяла верх. Рен подо мной задрожал и застонал, когда он в последний раз дернул бедрами вверх, выжимая из меня вздох. Его освобождение перенесло меня за край наслаждения. Меня охватило самое сильное ощущение, словно каждый нерв выстрелил одновременно во всех частях моего тела. Никогда еще я не испытывала ничего подобного. Я упала на грудь Рена, дрожа всем телом.

Последнее, что я помню, прежде чем соскользнуть в ожидающее ничто, была рука Рена, бегущая по моей спине, и его шепот, повторяющий эти три слова снова и снова.

— Я люблю тебя.

Когда я снова открыла глаза, то сразу поняла, что нахожусь в той же комнате и лежу на теплом, твердом теле.

Слегка пошевелившись, я подняла голову и посмотрела вниз. Лицо Рена было повернуто ко мне. Его глаза были закрыты, и под ними залегли темные тени. Они выглядели как синяки, и на его скулах появилась изможденность, которой раньше никогда не было.

Во рту пересохло, я подняла руку и коснулась его щеки. Сухая кровь запеклась на моих пальцах.

— Рен.

Под его веками что-то шевельнулось, но ресницы не поднялись. Мой взгляд упал на его грудь. Она поднималась с неглубоким, неровным дыханием. Я перекатилась с него на небольшое свободное место на столе.

Я… мне было как-то нехорошо.

Свесив ноги со стола, я встала на трясущиеся ноги. Мои руки были липкими, когда я потянулась вниз и натянула штаны. Повязка была порвана, но держалась. Рен по-прежнему не двигался.

Что я наделала?

Где-то на задворках сознания я это понимала, но голова была словно наполнена туманом, мышцы обмякли, а кости стали хрупкими.

И моя кожа… моя кожа казалась онемевшей.

— Со мной что-то не то, — прошептала я в тишине комнаты.

Я быстро обвела комнату взглядом, и мое дыхание застряло в горле, когда стены без окон, казалось, сжимались и сжимались. Давление сдавило мои легкие. Я поплелась к двери.

Дверь распахнулась прежде, чем я успела до нее добраться. Динь стоял в дверях, его белокурые волосы выглядели так, словно он провел несколько часов, проводя по ним руками.

— Айви. — Он посмотрел на Рена. — Он все еще жив.

У основания моего позвоночника началась дрожь. Конечно, Рен был еще жив. Я не хотела его убивать. Я хотела…

— И я все еще травмирован тем фактом, что ты собиралась изобразить настоящее порно прямо на моих глазах. — Динь вошел в комнату. — Я и забыл, как это случается после…

— Мне нехорошо, — прошептала я, чувствуя спазмы в животе. Я положила на него руку и сделала неглубокий вдох.

— Буду честным, ты нехорошо выглядишь.

Я попыталась отойти в сторону, но ноги подкосились. Динь двигался, как молния, быстро, ловя меня. Каким-то образом мы оказались на полу, Динь держал меня за подбородок. Его глаза были широко раскрыты от беспокойства.

— Айви, что не так? — спросил он.

Все было не так.

Онемение на моей коже распространилось, просачиваясь в кости и органы.

— Я не могу… Я себя не чувствую.

Он нахмурился.

— В этом нет никакого смысла.

— Я не могу… — онемение внезапно охватило меня. Сначала это было ощущение гудения, но потом оно начало гореть. — Моя кожа… она болит.

Динь уставился на меня, и мне показалось, что на его лице появилось понимание, но жжение усилилось. Я подняла руку, почти ожидая увидеть ее в огне, когда из меня вырвался крик.

— Дерьмо, — пробормотал Динь. — Дерьмо. Дерьмо.

Все мое тело дернулось, когда огонь распространился по всей моей коже, начиная от основания позвоночника и скатываясь вниз по ногам, затем вверх по туловищу и по рукам. Крича, мои мышцы напряглись, когда моя спина согнулась.

— Айви, — слабый, хриплый голос прорвался сквозь пелену боли.

Широко раскрыв глаза, я посмотрела направо. Рен слез со стола. Он сделал один шаг, но упал на колени, проползая оставшееся расстояние. Его затененные глаза расширились от удивления.

— Айви.

Боль, которую я никогда не испытывала и не знала, что такое возможно, поглотила каждый кусочек моего тела. Я отпрянула от Динь, но он обхватил меня за талию, а Рен схватил меня за лицо. Его губы шевелились, но я не слышала ни единого слова из того, что он говорил. Ничто не имело смысла, кроме того, что мое тело разрывало себя изнутри.

Из меня вырвался пронзительный визг, от которого обычно волосы на моем теле встали бы дыбом, потому что он звучал так по-фейрийски. Скованность ушла из меня, и я поджала ноги, тяжело дыша, когда часть ожога ослабла.

А потом, когда я уже думала, что все кончено, сильнейшее желание взорвалось у меня внутри. Это было почти так же плохо, как пожар. Я перевела взгляд с Динь на Рена.

Нужда захватила меня.

Оскалив зубы, я рванулась к нему, но Динь поймал меня, когда Рен шлепнулся на задницу.

— Что с ней такое? — паника звучала в его голосе. — Я думал, мы вылечили ее.

— Мы сделали это, — простонал Динь, извиваясь, когда я набросилась на него… на Рена. — Теперь она расплачивается за последствия.

Часы сливались в единый калейдоскоп острой, как бритва, потребности и всепоглощающего желания… вожделения к Рену и к тому, что было внутри него. Затем боль возвращалась, выворачивая и прожигая меня насквозь.

Мир вокруг меня, то появлялся, то исчезал. Динь прижимал меня к себе, а я чувствовала, как Рен убирает с моего лица мокрые от пота волосы. Он что-то шептал мне, но не было ничего, кроме прохладной, приятной бездны, в которой я плавала.

Затем произошло вот что.

Без предупреждения меня окатил сильный холод. Было так жестоко холодно, что моя кожа словно запылала. Покалывание пронзило каждый дюйм моего тела, как будто каждая часть моей кожи была пронзена до мозга костей. Боль снова окутала меня, став моим миром, но на этот раз это был ледяной огонь.

— Что… что происходит? — ахнула я, не в силах видеть сквозь боль. Комната… весь мир был белым.

— Ты взяла слишком много, — голос Динь был напряжен. — Ты зашла слишком далеко. Мне очень жаль, Айви. Прости.

В его словах не было никакого смысла. Слова вообще были бесполезны для меня, когда ледяной огонь усилился. Из моего горла вырвались крики, совсем не похожие на визг.

Я почувствовала, что меня кто-то трогает, и поняла только, что Динь больше не держит меня. Я узнала запах Рена. Он держал меня все время, обхватив дрожащими руками за талию, его дрожащие ноги обвились вокруг моих. Моя спина согнулась, и я растянула его объятия так, что они почти разомкнулись.

Затем… затем это было похоже на бушующий огонь, который заливают водой. Вначале боль почти не ослабевала, но постепенно исчезала, как дым на ветру. После ожога я провалилась в знакомый глубокий сон. Я была не уверена, как долго я была без сознания, но просыпаться было трудно. Мои веки, казалось, были сшиты вместе, и мне стоило большого труда открыть их.

Первое, что я увидела, был низкий потолок. Лазарет. Я была в лазарете. Почему? Я порылся в своих воспоминаниях, но они были туманны, и я была слишком обессилена, чтобы пробираться через темные и призрачные куски воспоминаний, чтобы понять, что, черт возьми, произошло.

Но я знала, что была не одна.

Это потребовало усилий, но мне удалось повернуть голову влево.

Динь сидел рядом с моей кроватью на одном из этих металлических стульев. Его лодыжка устроилась на колене. На коленях у него свернулся калачиком Диксон. Маленький котенок делал то, что делал всегда. Дремал. У этого котенка была самая лучшая жизнь.

В последний раз, когда я видела Динь, Диксона с ним не было. И он был не один. Рен был с ним… Рен держал меня.

— Рен, — прохрипела я.

Динь поднял на меня глаза. Он ничего не сказал, глядя на меня, и первые зерна беспокойства зашевелились во мне.

Я попыталась заговорить снова, но мой рот соперничал с пустыней Сахарой. Я прочистила горло.

— Что… что происходит?

Динь оглянулся на меня с серьезным видом.

— Ночь темна и полна ужасов.

Я нахмурилась.

— Что?

Он пожал плечами.

— Мне всегда хотелось сказать это кому-нибудь. Мне не хватает только леди Мелисандры в красной накидке с капюшоном.

Я уставилась на него.

— Вообще, знаешь, — сказал он, откидываясь на спинку стула, — я другое хотел сказать тебе. Ну, представь, что у людей плохие новости. Он типа: «Моя машина только что сломалась», и я такой: бум! «Ланнистеры передают привет», или «Меня уволили с работы» и я: бум! «Север помнит». Это, наверное, делает меня дерьмовым брауни, но мне все равно.

Не имея ни малейшего представления, почему он так застрял на цитатах из «Игры престолов» в данный момент, я попыталась сесть и поняла, что не могу двигаться. Сбитая с толку, я посмотрела вниз на свое тело. На талии у меня было тонкое белое одеяло, но не оно удерживало меня на месте.

Мои запястья и лодыжки был привязаны белыми полосками ткани. Мой желудок сжался. Я была связана по рукам и ногам.

— Ди-Диинь, почему… меня…

— Связали так, будто ты участвуешь в каком-то долбаном БДСМ дерьме? — Он наклонился вперед, помня о Диксоне. — Ланнистеры шлют тебе привет.

— Динь! — Во мне вспыхнула паника.

Его взгляд метнулся в сторону, потом вернулся ко мне.

— Ты не помнишь?

У меня было смутное подозрение, что я не хочу вспоминать.

— На тебя напали, — предложил он.

— Да. Я это помню. Гуляю по двору, занимаюсь своими делами. На меня напали два фейри. — Они пырнули меня ножом, — прошептала я, переполненная гневом и ужасом. — Они действительно ударили меня ножом.

— Да, так и было. А еще проделали в тебе приличные дырки. У тебя даже была дырка в руке, и позволь тебе сказать, что это было ужасно. Я мог смотреть прямо сквозь нее и видеть другую сторону комнаты.

Я устало посмотрела на свою руку.

— Ты уже совсем поправилась. — Протянув руку, он похлопал меня по левой руке. — Никакой зияющей дыры. Никаких смертельных колотых ран. Ты как новенькая. — Он сделал паузу. — Лучше.

— А как…? — Я замолчала. Всплыли новые воспоминания. Я умирала. Вроде как все по правилам, истекающий кровью с внутренними ранами умирает, но я этого не сделала.

Я вдруг вспомнила, как Рен склонился надо мной. Он говорил мне, что любит меня, что все только для меня и из-за меня, и он…

Мне жаль, моя сладкая. Прости меня.

Простить его?

Мое сердце бешено заколотилось в груди. Кусочки ночи начали складываться вместе.

— На самом деле ты проспала целую вечность, — продолжал Динь. — Ну, не вечность, конечно, а четыре дня.

Четыре дня? Святое дерьмо.

— Я немного волновался, что ты умерла и скоро начнешь вонять.

Мелькали образы меня на Рене, двигающейся на нем в кровавом, диком сплетении наших тел. Неужели мы…?

— А где Рен? — спросила я, пытаясь сесть. — И почему я связана?

— Ну, видишь ли, это довольно длинная история, полная сюжетных поворотов и, вероятно, сюжетной дыры или двух.

— Динь!

Его взгляд встретился с моим, и я вспомнила, как он кричал на Рена, потому что… О Боже, я кормилась от Рена. Я питалась им.

Беспокойство переросло в полномасштабный ужас.

— А где Рен? — закричала я. — Где он, Динь?

Малыш Диксон зашевелился на коленях у Динь. Он положил руку на голову котенка.

— Успокойся. Диксону нужен пятый сон за день.

Мои глаза сузились.

— Клянусь Богом, Динь, если ты не ответишь мне, я прибью тебя прямо сейчас.

— Видишь ли, в этом-то и проблема, и вот почему ты связана. Это просто мера предосторожности. Теперь, когда ты проснулась, Таннер будет здесь…

— Зачем эта предосторожность?

Некоторое время он молчал.

— Ты изменилась. Мы не думали, что это произойдет. Мы были не в курсе.

Мой пульс подскочил до небес.

— Что, черт возьми, это значит, Динь?

Брауни съежился.

— Ну, скажем так, твоя кожа теперь вроде как мерцает.

У меня отвисла челюсть.

— Как у фейри, — добавил он.

Глава 8

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать то, что сказал Динь, потому что я никак не могла врубиться.

— Моя кожа мерцает?

— Да. Как у фейри, — повторил он. — Ты же не налегаешь на серебро или что-то в этом роде, просто похоже, что ты попользовалась тем же лосьоном, что и стриптизерши.

Я уставилась на него, а затем мой взгляд метнулся к тому, что на мне. На мне была рубашка с длинными рукавами, которая не была моей, но я не собиралась сосредотачиваться на этой хрени в данный момент… и с моими проклятыми запястьями, все, что мне было видно — это верхняя часть моей руки. Кожа выглядела нормальной. Когда мне удалось поднять руку на дюйм, я прищурилась. Я выставила ее на свет…

— Твою мать! — ахнула я, широко раскрыв глаза. Моя кожа действительно мерцала, как будто я смазала себя блестящим лосьоном. — Срань господня, у меня кожа как…

— Немного мерцает, да, но, эй, могло быть и хуже. Ты могла бы выглядеть как Эдвард в солнечном свете, вся такая блестящая и дерьмовая.

Мой взгляд метнулся к нему.

— Это едва заметно. То же самое и с ушами.

— С ушами? — завопила я.

— Да, — протянул он. — Они теперь немного заостренные. Как у меня. — Он склонил голову набок, демонстрируя свои уши. — Ничего такого, на чем можно было бы задержать взгляд. Кроме того, у тебя есть кудри, чтобы прикрыть их, если ты чувствуешь себя неуверенно.

О Боже, я даже не могла вникнуть в то, что он говорит. Мне нравились мои нормальные, округлые человеческие уши, а теперь он говорит, что они у меня заостренные, как у фейри?

— И моя кожа мерцает?

Динь щелкнул пальцами, привлекая мое внимание.

— Послушай, есть и другие хорошие новости. С тех пор как ты была не в себе пару дней, ты проспала худшие последствия.

Я сделала глубокий, ровный вдох, но это не помогло подавить надвигающуюся панику.

— Что за худшие последствия, которые почему-то не включают мою мерцающую кожу или мои заостренные уши?

Диксон воспользовался этим моментом, чтобы вытянуть перед собой свои маленькие лапки. Динь наклонился и почесал его за ухом.

— Ну, пока ты спала, ты не всегда спала. Иногда ты просыпалась.

Всплыли смутные воспоминания, вспышки гнева и желания, потребности…

Я резко втянула воздух, крепко зажмурившись.

— Были времена, когда ты была голодна, как зомби, жаждущий мозгов. Таким типом голода, — тихо сказал Динь. — Вот почему ты привязана. Фэй, кажется, думает, что худшее уже позади. Как будто ты преодолела детоксикационную часть, и теперь тебе придется иметь дело с меньшим наплывом сильных желаний.

Я вспомнила.

В моем животе образовался узел. Я вспомнила, как Фэй, шепча, принуждала меня. Кормись. Одно это слово повторялось снова и снова, и я насытилась.

Мои глаза распахнулись.

— С Реном все в порядке?

— Ну, ты знаешь…

— С Реном все в порядке? — спросила я, тяжело дыша.

Динь убрал руку с головы Диксона.

— С Реном все в порядке. Он жив. Он был бы здесь, но Таннер и Фэй беспокоились, что присутствие его, как человека рядом с тобой, не поможет тебе преодолеть желание высосать его досуха.

Меня затопило облегчение, но за ним последовали нехорошие эмоции, когда осознание того, что произошло, обрушилось на меня.

— Ты… вы все заставили меня питаться Реном.

— У нас не было выбора, Айви. Ты умирала, и мы больше ничего не могли…

— Ты должен был позволить мне умереть! — закричала я, и Диксон дернулся на коленях у Динь. Я попыталась успокоиться, но сердце застряло где-то в горле.

Он нахмурил брови.

— Так хреново говорить, Айви.

— Это пипец, что ты заставил меня питаться Реном!

— Он был готов к этому, Айви. Рен сделал бы все, чтобы спасти тебя.

— Даже заставив меня сделать что-то настолько ужасное? — спросила я, и глаза мои затуманились. — То, что Рен вызвался добровольцем, не делает это правильным. Я могла его убить.

Выражение его лица разгладилось.

— Но он в порядке, и с тобой все будет в порядке.

— За исключением того, что моя кожа и уши изменились. Я не в порядке. — И это еще не все. Я питалась Реном, а потом мы занимались сексом… кровавым, сумасшедшим сексом.

— Что ж, это так. Мы не знали, что так будет, но…

— Принц со мной это сотворил. Он заставил меня… — мой голос сорвался. Гнев прожег меня насквозь. — Что вы все со мной сделали?

— Мы спасли тебя…

— Что вы со мной сделали? — закричала я.

Его глаза расширились.

— Мы не… мы не знаем, Айви.

Я не могла в это поверить. Смерть — отстой. Да. Агрх. Но они заставили меня питаться против моей воли… питаться Реном, и это превратило меня в Бог знает что? К горлу подступила тошнота. Как я теперь буду смотреть на Рена?

Как я смогу снова смотреть на себя? Быть Полукровкой — это не то, с чем я полностью смирилась, а теперь еще и это? Я не могла… я не могла с этим смириться.

— Все будет путем.

— Убирайся, — прошептала я.

— Айви, — пробормотал он.

Сокрушительная ярость и горький страх вихрем закружились внутри меня, подпитываясь силой, о которой я и не подозревала. Я подняла левую руку, разрывая сковывающие меня узы пополам.

— Обалдеть, — Динь вскочил, прижимая Диксона к груди, и отступил от кровати. — Айви…

Разорвав ткань вокруг другого запястья, я села и повернулась к Динь.

— Немедленно убирайся с глаз моих долой.

Динь замер на мгновение, а затем ретировался, выйдя из комнаты.

Я не могла ни сидеть, ни лежать в этой кровати. Мои мысли мчались наперегонки с сердцем.

Что они со мной сделали?

Дрожащими руками я разорвала путы вокруг лодыжек и спустила ноги с кровати. Я стояла босиком, с удивлением обнаружив, что голова у меня не кружится. Подняв левую руку, я впервые заметила красный, ужасный шрам. Такой же шрам был и на моей ладони. Сжав ладонь, я с легкостью вспомнила об ослепительной боли из-за ветки, пронзившей мою руку.

Теперь было даже не больно.

Нельзя было не заметить мерцание, когда я повернула руку и поймала мягкий свет. У меня упало сердце. Тысячи вопросов посыпались на меня, но я уже знала, какими будут ответы.

Может быть, я слишком много забрала, и это изменило меня?

Кто знал, что такое возможно? Никто. Или, возможно, все они знали, просто не сказали мне.

Фонтан эмоций вырвался вверх, закупоривая мое горло. Я крепко зажмурилась. Я не могла в это поверить. Вдобавок ко всему, я была сейчас…

Я не знала, кем.

Судорожно вздохнув, я открыла глаза. Мой взгляд скользнул по комнате. Стены были голыми, но справа от меня была ванная комната. Я поспешила к ней, включив свет.

Я остановилась перед овальным зеркалом над фарфоровой раковиной, не обращая внимания на спутанные рыжие локоны.

— О, Божечки, — прошептала я.

Здесь свет был ярче, и когда я подняла подбородок, блеск моей кожи усилился. Мое лицо выглядело так, будто я взяла один из этих высококлассных хайлайтеров и размазала его по всему лицу.

Именно так я обычно выглядела, когда пыталась сделать лицо скульптурным.

Но Динь был прав. Это было не так заметно, не для незнакомца или нормального человека, который понятия не имел, что фейри существовали взаправду, но для меня?

Было заметно.

Но это было еще не все. Мои черты были такими… острыми. Более утонченными. Опять же, это было не совсем заметно, но мое лицо стало другим.

Схватившись за раковину, я наклонилась и уставилась на свое отражение. Там, где я получала удары, от которых должны были остаться следы, остались лишь слабые синяки. На нижней губе у меня было маленькое красное пятнышко. Едва заметный багровый синяк на моей челюсти.

Как будто прошли недели с того боя, в котором мне надрали задницу. Драка, с которой я должна была справиться одной связанной за спиной рукой, но мне надо быть честной с самой собой.

В моей голове творился хаос… и это продолжается до сих пор. Я неправильно питалась и особо не спала. Я была слаба, и посмотрите, что это дало мне?

Две колотые раны и даже больше.

Были ли мои глаза бледнее? Они всегда были светло-голубыми, но они были почти… теперь они переливалась, стали ярко бледно-голубыми на фоне черноты моих зрачков.

Подняв дрожащую руку, я откинула волосы назад и повернула голову в бок.

Я ахнула.

Кончики моих ушей были определенно заостренными. Ничего экстремального, и опять же, нормальный человек, вероятно, не заметил бы этого, но это были не мои уши.

Это была не моя кожа.

Отбросив волосы, я повернулась к зеркалу и оскалила зубы. Обычные. У меня вырвался вздох облегчения. По крайней мере, они не выглядели странно заостренными, как у большинства фейри.

Дверь в комнату открылась, и я резко обернулась. А что, если это Рен? У меня скрутило живот. Я не была готова к встрече с ним. Я не знала, буду ли когда-нибудь готова увидеть его, но я…

— Айви? — раздался голос Фэй.

Определенно не Рен. Волна разочарования захлестнула меня. Я не хотела его видеть, и все же какая-то часть меня, где-то глубоко внутри, хотела, чтобы это был он. Та же самая часть меня хотела, чтобы это был Рен, сидящий там, ожидая, когда я проснусь.

Раньше между нами было что-то непонятное. Теперь станет чертовски неловко… если вообще что-то осталось.

Вздохнув, я вышла из ванной. Фэй была одна, уставившись на кровать и, вероятно, на разорванные повязки.

Гнев вырвался наружу.

— Ты применила ко мне принуждение.

Фэй вздернула подбородок.

— Я не хотела этого делать. Поверь. Я знаю, что с тобой сделали, пока ты была с принцем. Я им так и сказала. Они не хотели, чтобы ты умерла.

Я вспомнила ее нежелание и угрозу Динь.

— Возможно, позволить мне умереть было правильным решением.

— Айви, ты не можешь так считать. В действительности.

— Ты не знаешь, что я чувствую, — парировала я. — Ты не имеешь ни малейшего понятия.

На мгновение она замолчала.

— Ты совершенно права. Позволить тебе умереть было бы проще. Это определенно решило бы проблему с принцем. Хотя бы временно.

Я скривила губы.

— Мне казалось, ты говорила, что каждая человеческая жизнь ценна.

— Так и есть. — Она подошла к стулу и села. — Но то, что я заставила тебя сделать, было неестественным. То, чем ты стала, неестественно.

Я резко втянула воздух.

— Ну, это заставляет меня чувствовать себя намного лучше.

— Я не пытаюсь заставить тебя чувствовать себя хуже.

— Тогда тебе стоит лучше стараться, — отрезала я.

Ее плечи напряглись.

— Я знаю, что ты расстроена. Я понимаю. Я сочувствую, но что сделано, то сделано. Ты жива.

— Какой ценой? — спросил я, подходя к ней. — Ты даже не знаешь, кто я.

Ее взгляд скользнул по мне.

— Я предполагаю, что кормление, пока ты была с принцем, и это последнее запустило ту часть тебя, которая является фейри, делая ее доминирующей. Должно быть, поэтому в тебе стало больше фейри… того, что нас характеризует. Какие бы гены фейри не были в тебе сейчас, они просто сильнее. Я не знаю, что это делает с тобой, но ты не совсем фейри. Ты все еще Айви.

Смотря на мерцание моей кожи и на заостренные уши, я не чувствовала себя Айви.

— И ты знала, что это произойдет?

— Я никогда такого не видела, но знала, что это возможно. В тот момент я об этом не думала. Я спасала тебя, как требовали Рен и Динь. — Она сделала паузу. — Как ты себя чувствуешь? Голодна?

Я проигнорировала вопрос.

— Где Рен?

Ее ресницы опустились.

— В настоящее время он допрашивает всех фейри в этом здании, чтобы выяснить, имеют ли они какое- либо отношение к нападению. Он не здесь не потому, что мы хотели убедиться, что это безопасно для него. Что-что, а потребовалось абсурдное количество времени, чтобы убедить его в этом.

Отвернувшись, я запустила руку в свои грязные, сальные волосы.

— Он…

— Он в порядке, — сказала она гораздо тише. — И не похоже, что ты нападешь на него, так что он будет здесь, как только я скажу ему, что все хорошо.

Я закрыла глаза, глубоко вдохнула и задержала дыхание.

Фэй на мгновение замолчала.

— Я знаю, что ты злишься на него… на всех нас, но он сделал это, потому что любит тебя.

Но будет ли он все еще любить меня, когда увидит? Как только он поймет, что я все больше и больше превращаюсь в фейри? Неужели однажды он действительно подумает о том, что наделал, позволив мне питаться от него, как сука Брина?

— Айви?

Выдохнув, я открыла глаза. Комок страха подступил к горлу.

— Я изменилась. Это очевидно. Но вы все не знаете насколько. Например, нужно ли мне теперь кормиться?

— Ни один фейри не нуждается в кормлении, чтобы выжить, Айви. Это выбор. Ты можешь жить нормальной жизнью, но ты можешь стать сильнее, чем раньше. Возможно, есть и другие вещи, которые изменились. Дело в том, что у нас действительно не было такого прецедента. В первую очередь не то, чтобы было большое количество Полукровок. Я знаю только одного или двух, которые питались людьми, и те Полукровки жили в Мире Ином. У нас есть только записи об их существовании. Они изменились, как и ты.

Я повернулась к ней лицом, когда ее слова заняли центральное место.

— Какие другие вещи?

Фэй посмотрела на пустую кровать, а затем ее бледный взгляд встретился с моим.

— Ты помнишь, как я говорила с тобой насчет… пристрастия?

Все во мне замерло. Я планировала поговорить с ней об этом, но меня вроде как зарезали.

— Да. Я помню.

— Я надеюсь, что ты проспала самое худшее… жажду, которая приходит после кормления, но она задерживается на некоторое время. У тебя все равно останется потребность.

Я полностью понимала, что она говорит, но кислота все равно хлынула в мой желудок. Эта потребность была еще до того, как я насытилась Реном.

— Ты должна быть осторожна, — посоветовала она. — Когда ты с Реном.

Ей не нужно было вдаваться в подробности того, к чему она клонит. Скрестив руки на талии, я прошла небольшой круг.

— Ты говоришь так, будто мерцающая кожа и заостренные уши не имеют большого значения.

— Как по мне, так нет.

Я бросила на нее мрачный взгляд.

— Ну, ни хрена себе.

— Да не особо видно, — добавила она. — Сейчас это может показаться невероятным, но могло быть и хуже.

На мгновение я остолбенела.

— Да, я могла умереть, и, возможно, так и должно было случиться.

Шок отразился на лице Фэй.

— Ты не в серьез.

— Я то? — Я была не так уверена. Не то чтобы у меня было желание умереть, но я… я просто больше не чувствовала себя собой и не могла себя контролировать. Это стала не моя жизнь, не моя судьба, не мое предназначение, и даже не мое тело.

И я вспомнила тот момент разочарования, когда очнулась во дворе и поняла, что не умерла.

Узел в моем животе расширился. Во мне все забурлило.

— Я чуть не погибла в бою, в котором должна была победить. Я была вынуждена питаться своим парнем. — Мой голос немного повысился, когда я подумала о том, что я сделала с ним потом, что мы сделали. — А через несколько дней я очнулась и обнаружила, что мое настоящее тело изменилось. Не говоря уже о том, что меня удерживали против моей воли психованный принц фейри. Не веди себя так, будто то, что случилось со мной — обычный вторник. Весь мой мир изменился в тот момент, когда я узнала, что я Полукровка. Почти все, что я знала до этого момента, было гребанной ложью, но когда я смотрела в зеркало, я все еще выглядела как я. Я все еще была Айви. Теперь, когда я смотрю в зеркало, я не узнаю себя, и это не только из-за физических изменений.

Сочувствие отразилось на ее лице, и это было, пожалуй, ужасней всего. Сделав глубокий вдох, я отвела взгляд и сосредоточилась.

— Как ты думаешь, сколько еще продлится это желание высасывать людей досуха?

Фэй на мгновение замолчала.

— Даже не знаю. Может быть, продлиться несколько дней. Может, через пару недель пройдет.

Недель? Мышцы на моих плечах напряглись. Я не могла справиться с неделями.

— Ты что, никогда не кормилась?

— Никогда.

Остановившись, я посмотрела на нее через плечо.

— И Дрейк никогда этого не замечал? Ему это не показалось подозрительным?

Она повернулась ко мне.

— Дрейк никогда не обращал на меня внимания. Брина и Вэлор обычно отвлекали его, когда он не пытался убедить тебя перейти на темную сторону.

Я нахмурилась, думая, что что-то в этом было не так.

— Я знаю, что ты через многое прошла, Айви, и поиск Кристалла — это последнее, о чем ты думаешь, но я хотела сказать тебе, что мы ожидаем, позванных нами фейри, завтра. Они с опозданием прибудут сюда. Им приходится действовать осторожно, чтобы не вызвать подозрения принца. — Она встала, вытирая руки о джинсы. — Надеюсь, ты сможешь присоединиться к нам.

Другими словами, она имела в виду, что надеется, что я разгребла свое дерьмо, с которым колупалась достаточно долго, и помогу им. Я рассеянно кивнула, мои мысли застряли на том, что только что сказала Фэй.

Как же принц не догадался, что она не кормилась рядом с ним? Разве кто-то из команды темного принца не решил бы, что это подозрительно?

Потому что я чертовски уверена, что тот факт, что они не заметили, был безумно подозрительным.

Глава 9

Я догадалась, что Фэй не считает меня опасной, раз мне разрешили покинуть лазарет. Она прошла со мной через отель, и я решила, что это не потому, что она боялась, что я начну нападать на фейри. Фэй была со мной, потому что мне надрали задницу. Она была как телохранитель, которого я не хотела, и в котором не должна была нуждаться.

К счастью, она оставила меня у лифта, но мои шаги замедлились, когда я шла к комнате, которую делила с Реном. Мое сердце едва не выскочило из груди, когда я остановилась перед дверью. Был ли он внутри? Трепет наполнил меня, когда я потянулась к ручке.

Господи, когда это я успела стать такой тупой курицей? Это было просто смешно. Сделав глубокий вдох, я распахнула дверь и вошла в прохладную комнату.

Кровать была идеально застелена, и пуста. Она выглядела так же, как я ее оставила, просто и аккуратно.

Я скучала по своей квартире.

Я скучала по себе.

Резко выдохнув, я направилась в ванную. На моей коже и волосах скопилась многодневная мерзость, и я должна была верить, что как только приму душ, все станет яснее, обретет больше смысла, и, может быть… только может быть, я буду чувствовать себя собой, несмотря ни на что.

Я намеренно старалась ни о чем не думать, снимая одежду, избегая зеркала, когда прошла мимо него в душ.

Меньше всего мне хотелось знать, мерцают ли моя грудь.

Я терла и терла себя, словно могла каким-то образом стереть это дурацкое мерцание. К тому времени, как я закончила, моя кожа чувствовалась нетронутой и действительно немного ныла. Я как раз закончила надевать леггинсы и футболку, которую Динь подарил мне на день рождения в прошлом году, конечно, с зомби-троллем куклой, когда открылась дверь. Я резко обернулась, воздух застрял у меня в горле, когда я увидела, что это Рен.

Он встал, как вкопанный, его глаза слегка расширились, пройдясь по мне пристальным взглядом с головы до пят, заметно больше зависнув на футболке, чем на чем-либо другом, но все же шок светился в его глазах. И я не знала, было ли это из-за того, что он не ожидал увидеть меня в комнате, или из-за моей новой блестящей внешности.

Но он… он хорошо выглядел. Здоровым и красивым в своем диком стиле. Глядя на него сейчас, я почти могла представить, что не питалась им. Что я не видела его с этими ужасными тенями под глазами и впалыми скулами.

Однако я помнила, что сделала с ним. Это воспоминание подпитывало слова, которые раздвинули мои губы.

— Нравится мой новый облик? — Мой голос сочился кислотой. — Я выгляжу как вампир из «Сумерек». Повернув голову, я отодвинула назад мокрые локоны. — И посмотри! Теперь, когда у меня есть эти супер-потрясающие заостренные уши, мне не нужен костюм на Хэллоуин.

Он склонил голову на бок, пока смотрел на меня.

— Ты выглядишь прекрасно, как всегда.

Резкий смех вырвался из меня.

— Серьезно?

— Серьезно, — ответил он. — Красивая и горячая. Хотя футболка немного странная.

— Подарок от Динь, — объяснила я, гадая, был ли Рен честен. Как он мог считать меня красивой, когда я на самом деле выглядела так, будто во мне течет кровь фейри?

— Это-то понятно. — Кривая усмешка тронула его полные губы. — Боже, ты даже не представляешь, что я чувствую, когда вижу тебя перед собой. Живой. Говорящей. Сексуальной, даже в футболке, которую вообще не следовало одевать.

Я уставилась на него.

— Моя кожа блестит, а уши заострились.

— Я даже не заметил. Все, на что я обратил внимание, это то, что ты стоишь и дышишь. — Его взгляд снова скользнул по мне. — Но теперь, когда ты указала мне на это, я вроде как врубился.

У меня отвисла челюсть.

— Как ты можешь так думать, ведь я больше похожа на тех существ, на которых мы рождены охотиться и убивать? В этом нет никакого смысла.

Рен выглядел озадаченным.

— Ты ничего не понимаешь. Твоя кожа может быть зеленой, а уши — размером с НЛО, и я все равно буду думать, что ты потрясающе красива.

В этот момент я начала задаваться вопросом, был ли Рен под кайфом.

— Может, я скажу дерьмовую мысль, но я немного удивлен, что вообще должен это говорить, но дело не только в том, как ты выглядишь. Не пойми меня неправильно, это хороший бонус, но это ты, Айви. Та, что внутри, сладкая.

Ага.

Это было совсем не дерьмово. Это было… на самом деле это были прекрасные слова, которые я так отчаянно хотела услышать, и во что хотела верить.

Между нами повисла тишина, а потом Рен пошевелился. Пинком захлопнув за собой дверь, он направился ко мне, напряженно сжимая губы. Рен был парнем действия, а не болтуном. Он собирался доказать, что все еще считает меня красивой. Он собирался заключить меня в объятия. Поцеловать меня, и я не знала, как мне на это реагировать, и на что я способна.

Я отстранилась.

— Нет.

Рен тут же остановился, сдвинув брови.

— Я о том, что не знаю, стоит ли тебе сейчас подходить ко мне. — Следующая часть признания добила меня. — Я… я не знаю, как среагирую.

Он понял.

— Я тебе доверяю.

— Не стоит, — я отвела взгляд. — И тебе не следовало доверять мне раньше.

— Я доверял, и ты не причинила мне вреда.

— Разве я не причинила тебе вреда? — ахнула я. — Я питалась тобой. Я помню, как ты выглядел потом…

— Я был в порядке… я и сейчас в порядке. Я просто чувствовал себя уставшим. Вот и все.

— Но это было не все, что я сделала. — Мои щеки вспыхнули, когда я вспомнила, как стаскивала с него брюки.

— Ты про то, что было после того, как ты насытилась? — Его голос стал ниже. — У меня не было с этим никаких проблем. Это было так…

— Все пошло наперекосяк, — сказала я, качая головой. — Я была не в своем уме. Я питалась тобой и я…

— Я сказал тебе взять у меня то, что тебе нужно, именно это я и имел в виду. Я дал тебе то, что тебе было нужно, неважно, как это было.

— А ты не думал, что это неправильно? — мой голос упал до шепота.

— Я думаю, как мы дошли до этого момента, было неправильно, но то, что мы сделали на том столе, не было неправильным между нами.

Наблюдая за ним, я знала, что он верит в это, но все равно чувствовала, что сделала что-то не так. Я сложила руки на талии, глядя в сторону.

На мгновение он замолчал.

— Я столкнулся с Фэй. Она сказала мне, что ты очнулась и все в порядке. Что ты поднялась в нашу комнату. Я пришел, как только узнал. Я бы тоже там был. Я хотел быть там, но…

— Я знаю. Они хотели убедиться, что я не собираюсь высасывать из тебя жизнь. — Мои губы изогнулись в грубом подобии улыбки.

— Я никогда не верил, что ты это сделаешь. — Его пристальный взгляд был тверд, когда он потянулся к своему боку. Именно тогда я поняла, что у него висит там терновый кол. Он снял его с крючка и положил на маленький столик у двери. Я догадалась, что вся эта история с не ношением оружия теперь стала не актуальна. — Ни разу, Айви.

— На самом деле? — Я снова посмотрела на него и ощутила тот же острый, как бритва гнев, который я чувствовала к Динь, несмотря на то, насколько хорошими были их намерения. Злиться было чертовски легче, чем находиться в ревущем замешательстве и почти непреодолимом беспокойстве.

— Ты могла бы это сделать, но не сделала. — Рен шагнул вперед, прежде чем снова остановиться. — Я знаю, что ты всегда будешь останавливаться.

Возможно, он так считал, но я не.

— Ты идиот, если ты веришь в это. Ты не должен был соглашаться, чтобы я кормилась тобой. Это было слишком опасно…

— Я бы рискнул еще раз. — Еще один шаг вперед. — На сто процентов, я бы снова рискнул всем, чтобы спасти тебя.

Неверие пронеслось сквозь меня, как и ярость.

— Ты же знаешь, что может случиться с людьми, когда ими кормятся. Они не на что не способны. Ты в курсе!

— Как я уже сказал, я бы рискнул еще раз. — Он выдержал мой взгляд. — Это был мой выбор.

— Это никогда не было твоим выбором, Рен! Он был моим, и его у меня отняли.

— Какой у тебя был выбор? — Он замолчал, раздувая ноздри. — Ты умирала, Айви. Не было времени, чтобы вызвать хирурга или отвезти тебя в больницу. Ты истекала кровью прямо у меня на глазах. Выбора не было, потому что позволить тебе умереть, никогда не было вариантом.

— Если бы ты сделал это, по крайней мере, тогда мне не пришлось бы питаться тобой, как это делал принц! — В тот момент, когда эти слова слетели с моих губ, я пожалела, что сказала их.

Лицо Рона побледнело.

— Ты бы предпочла умереть, Айви?

Я сделала глубокий вдох.

— Я этого не говорила.

— Тогда, сладкая, мне нужно, чтобы ты рассказала всё подробно, потому что я думаю о худшем.

Я отвернулась, запустив руки в волосы. Я не была дурой. Если бы Динь и Рен не заставили Фэй сделать это принуждение, я была бы мертва. А я не хотела умирать.

Но я не хотела быть такой.

Боже, я просто не хотела ничего из этого.

— Айви.

Он произнес мое имя так тихо, что я отреагировала на него, не задумываясь. Я повернулась к нему, опустив руки.

— Когда я нашел тебя снаружи, то подумал, что опоздал. Когда я нес тебя в эту чертову комнату, я был весь в твоей крови. Насквозь промокший. — Пока он говорил, его взгляд не отрывался от моего. — И когда та фейрийская докторша сказала, что ты умираешь, мне показалось, что часть меня умирает прямо здесь и сейчас.

Я открыла рот.

— Позволь мне высказать это, и ты можешь кричать на меня и злиться сколько угодно, — настаивал он, и я захлопнула рот. — Я никогда не был так напуган, как в тот момент. Я мог потерять тебя еще до того, как буду с тобой. И когда Динь сказал, что возможно, есть другой выбор, он стал единственным выбором, который у меня был, и я его сделал, зная, что ты, возможно, возненавидишь меня за это. Я сделал этот выбор, зная, что это может причинить мне боль. Я сделал этот выбор, зная, что ты никогда не простишь меня за это.

Голос Рена стал хриплым.

— Я бы предпочел, чтобы ты злилась на меня до конца своей очень долгой жизни, чем позволить самой яркой гребанной звезде в мире погаснуть. Ты можешь ненавидеть меня сегодня и завтра, но, по крайней мере, у тебя будет завтра, и я позабочусь о том, чтобы у тебя была целая куча их, чтобы злиться на меня.

Боже.

Я не знала, что на это ответить. Эмоции подступили к горлу. Слезы наводнили мои глаза. Я отступила назад. Присев на край кровати, я наклонилась, уронив руки на колени.

Рен не издал ни звука, но я почувствовала, как он придвинулся ближе. Он опустился передо мной на колени, удивив меня. Подняв глаза, он положил руки по обе стороны от моих бедер, близко, но не касаясь меня.

— Мне жаль, что я принял участие в том, чтобы заставить тебя так чувствовать. Я ненавидел это делать, зная, через что тебе пришлось пройти. Я ненавидел тот факт, что меня не было с тобой, когда на тебя напали. Черт, — выдавил он из себя. — Я сожалею, что я ушел от тебя в ту ночь, когда ты сказала мне, что ты Полукровка. Я мог бы остановить все это.

Я напряглась.

— Рен…

— Да, ты скажешь, что это не моя вина, но если бы я не вел себя как придурок и не попал в плен, принц никогда бы не смог выдать себя за меня. Ничего из этого не случилось бы.

Но это было неправдой. Даже если бы Рен полностью принял то, кем я оказалась в тот момент, когда я сказала ему, Дрейк нашел бы другой способ.

Он был жутким и психованным шизиком.

— И мне придется жить с этим всю оставшуюся жизнь, — добавил Рен, медленно поднимая руки. Он нашел мои, пропуская сквозь них свои пальцы. — И мне придется жить с тем выбором, который я сделал, и с тем, который я отнял у тебя. Я более чем готов сделать это, но я ни секунды не жалею, что сделал этот выбор, чтобы спасти тебя, даже если это означает, что ты меня ненавидишь.

В глубине души я знала правду и понимала, как все запутано. Если бы я была на его месте, а Рен был бы Полукровкой и умирал, я бы сделала то же самое, чтобы спасти его.

Я бы отняла у него право выбора.

Я бы не думала о его желаниях.

Я бы спасла его, даже если бы это стоило мне его любви.

Моя грудь сжалась, и я прошептала самое правдивое, что могла сказать в тот момент.

— Я не ненавижу тебя.

Рен крепче сжал мои руки и склонил голову. Его кудри упали на лицо, и когда он заговорил, его голос был хриплым.

— Я не могу потерять тебя.

— Этого не произошло.

Он поднес мои руки к своим губам, целуя их.

— Тогда почему мне кажется, что я уже это сделал?

Вздрогнув, я потянула на себя руки, но он удержал меня.

— Почему ты так думаешь?

Он поднял на меня глаза цвета росистой травы.

— Тебе действительно надо знать об этом, сладкая?

Я хотела сказать «да», но слово застряло у меня на языке. Мои мысли метались, чтобы найти способ отрицать все это, почему он так себя чувствует, но я их не нашла. Не потому, что он был прав. Не так, как он думал.

Потому что это не он меня потерял.

Это я потеряла себя.

Глава 10

После этого мы с Реном почти не разговаривали, но он уговорил меня пойти с ним поужинать, и у меня не хватило духу придумать отговорку.

Потом я обнаружила, что Рен в какой-то момент конфисковал железные кинжалы, и мы вооружились на случай, если кто-то захочет пойти со мной на второй раунд.

— Кто-нибудь еще участвовал в нападении? — спросила я, пристегивая кинжал к бедру. Было так приятно получить его обратно. Я натянула футболку поверх пояса и кинжала.

— Насколько я могу судить, нет. — Рен открыл дверь, и мы пошли по коридору. — И поверь мне, я был очень убедителен, когда речь заходила о том, как важно говорить правду.

Я взглянула на него. Его челюсти были сжаты в жесткую линию.

— Так ты думаешь, что это были только те двое?

Рен кивнул, нажал на кнопку, чтобы вызвать лифт.

— Я опросил почти восемьдесят процентов здешних фейри. До сих пор никто из них не был вовлечен.

Восемьдесят процентов?

— Черт возьми, ты был занят.

Двери лифта открылись, и он отступил в сторону, пропуская меня внутрь.

— Мне нужно было чем-то заняться, так как мне запретили входить в твою комнату. Либо так, либо сойти с ума.

Я скрестила руки на талии, сосредоточившись на коричневых панелях на стенах. Я не могла представить, что было бы, если бы Рен был ранен, и мне не разрешали видеть его.

— У меня есть несколько вопросов. — Рен прислонился к стене, привлекая мой взгляд. — Фейри тебе что-либо говорили?

Медленно выдохнув, я кивнула.

— Они пришли за мной не потому, что я член Ордена. — Я сделала паузу. — Или была. Кто сейчас знает. Во всяком случае, они сделали это, потому что я была Полукровкой и…

То, что сказал мне фейри, с ревом вернулось ко мне. Святое дерьмо, я забыла, что фейри сказали, что принц найдет меня здесь, что он, в конце концов, прорвется сквозь чары.

Мой желудок сжался, когда лифт открылся на первом этаже.

— И что? — Рен вышел из лифта.

Я последовала за ним, чувствуя, как леденеет моя кожа.

— Они просто испугались. Вот и все. — Мой взгляд поднялся к нему. — Они просто испугались.

— Мне плевать, испугались они или нет. — Его взгляд стал жестче. — Предполагалось, что здесь ты будешь в безопасности. А по факту — нет.

Двери за нами закрылись, но никто из нас не двинулся с места.

— И я должна была суметь защитить себя.

— У тебя не было кинжала, чего больше никогда не случится.

— С кинжалом или без него, я должна была легко убить их или сбежать, — заметила я, все еще испытывая отвращение к тому, как легко это было для фейри. — Я была не готова, и ничего не предпринимала для этого раньше.

Рен шагнул ко мне.

— Ты убила одного из них, Айви. Без оружия. После того, как тебя ранили ножом. Отдай себе должное.

Мои губы дернулись, но это не превратилось в настоящую улыбку. Не тогда, когда слова фейри эхом отдавались в моей голове.

— Мне нужно срочно поговорить с Таннером. Я присоединюсь к тебе в кафетерии.

Он склонил голову набок.

— Я могу пойти с тобой.

— В этом нет необходимости. — Я быстро обошла его. — Это займет всего пару минут. Я сейчас приду.

Рен открыл рот, но я не дала ему возможности что-либо сказать. Я побежала по другому коридору, с облегчением оглянувшись, не увидев его.

Мне не потребовалось много времени, чтобы найти Таннера. Он был в своем кабинете, и когда я ворвалась в комнату, он сидел в кресле с откидной спинкой напротив Марли, занятый чаепитием.

Марли была изгнана из Ордена много лет назад, что всегда раздражало меня. Она отдала им свою жизнь, а затем и часть себя им. Ходили слухи, что она была поймана фейри без защиты клевера, и с тех пор ее мозг стал на несколько завитков короче, но кто знает, было ли это правдой? Марли, может, и странная, но всегда, когда я была рядом с ней, она была тверда, как камень.

И я не могла не вспомнить, как она стояла в дальнем конце комнаты, куда Рен принес мое окровавленное тело. На ее лице не было никаких эмоций. Могла ли она иметь к этому какое-то отношение?

Она могла быть странной, но мне всегда казалось, что я ей нравлюсь.

— Айви. — Таннер поставил крошечную чашку на блюдце и улыбнулся, хотя было очевидно, что он был удивлен, увидев меня. — Я так рад видеть тебя на ногах и в полном здравии.

— Да неужели? — спросила я, многозначительно глядя в спину Марли. Она даже не обернулась.

— Конечно. — Он посмотрел на меня, и в его голосе прозвучало удивление вопросом. — То, что случилось с тобой, непростительно, и я приношу тебе самые искренние извинения за то, что это произошло. Я обещал тебе убежище. Ты этого не получила.

Прежде чем я успела ответить, это сделала Марли.

— Айви — опытный член Ордена. С двумя обычными фейри ей было бы нетрудно справиться. В свое время, в пору расцвета, я могла уложить четверых в мгновение ока.

Вау.

Мои глаза сузились на ее спине.

— Что ж, спасибо за то, что ты говоришь так, будто это я во всем виновата.

— Это не твоя вина, — поспешил добавить Таннер. — Я рад слышать, что Рен больше не нашел заговорщиков. — Его взгляд опустился туда, где кинжал создавал небольшую выпуклость вдоль моего бедра. — Хотя я понимаю, почему ты ощущаешь необходимость вооружиться.

— Я здесь не для того, чтобы говорить о ножевом ранении.

— Тогда зачем ты здесь? — Марли оглянулась на меня через плечо, когда я направилась туда, где они сидели. — Полагаю, это что-то очень срочное, раз ты забыла, что надо стучать.

Как бы сильно мне не нравилась Марли, я должна была игнорировать ее в этот момент.

— Может ли принц найти меня здесь?

Брови Таннера поползли вверх, когда он подался вперед в своем кресле.

— Кроме того, что случилось, ты здесь в безопасности, Айви. Могу тебя заверить…

— Я не спрашиваю, в безопасности ли я, — отрезала я. — Потому что независимо от того, что вы утверждаете, это, очевидно, не так. Я спрашиваю, может ли принц разыскать меня здесь?

Он взглянул на Марли, которая спокойно отпила чай из своей крошечной чашки, и через мгновение ответил:

— Наше присутствие здесь сильно скрыто чарами, даже от других фейри. Пока они не научатся смотреть и видеть, они не найдут нас.

Я не была дурой.

— Это не ответ на вопрос, Таннер.

Сцепив руки вместе, он склонил голову набок.

— Чары не бесконечны. Всему есть предел, Айви. Принц не искал нас раньше, но теперь, я уверен, он знает, что мы существуем в Новом Орлеане. Он будет искать, и он могуществен.

Мое сердце перевернулось в груди.

— А что это вообще значит?

Марли опустила чашку.

— Он говорит, дорогая, что принц может проделать дыру в гламуре. Чары не удержатся против его воли.

О, Боже мой.

— То есть ты хочешь сказать, что если он каким-то образом узнает, что «Отель Добрых Фейри» находится здесь, то он сможет снять чары и прорваться сюда?

Улыбка сползла с лица Таннера, когда он кивнул.

— Он смог бы, но у нас нет оснований полагать, что он узнает о нас.

— И почему же? — потребовала я. — У вас здесь сотни фейри. Любой из них мог сказать что-то не то не тому фейри.

— Они знают, что поставлено на карту, — ответил Таннер. — Никто из них не хочет, чтобы его нашел принц. Они знают, что с ними будет.

Но даже если это и так, это еще не значит, что принц когда-нибудь не найдет это место.

— А вам не приходило в голову, что в его команде может быть кто-то вроде Фэй, играющей в шпиона?

Губы Таннера сжались. Марли не ответила, и я всерьез задумалась, приходило ли им это в голову. Если нет, то они были полными идиотами.

Давление сдавило мне грудь.

— А что будет, если принц ворвется сюда?

— Кроме того, что он заберет тебя? — Марли вздернула подбородок. Ее лицо без единой морщинки скрывало ее истинный возраст. — Здешние фейри без кормления не могут сравниться с принцем и его воинами. — Взгляд Марли стал холодным. — Если он придет, они не переживут ни одной атаки, которую он может предпринять.

Я закрыла глаза. Значит, напавший на меня фейри был прав.

— Мое пребывание здесь опасно для всех них.

— Принц, живущий в этом мире, опасен для всех живых существ, — сказал Таннер, и когда я открыла глаза, он уже откинулся на спинку стула. — Фейри, которые считают это место убежищем, знают об этом.

— Думается, это многим не по нраву, — заметила я.

Таннер ничего не сказал в ответ на это.

— Итак, позвольте мне прояснить ситуацию. Фейри здесь в основном в безопасности, пока принц не пронюхает об этом месте? Но если он это сделает, то найдет способ проникнуть внутрь, и убьет всех фейри здесь к едрени хрени?

Таннер побледнел.

— Это маловероятно, но да.

Маловероятное? Ага. Ну конечно. Я чувствовала, что знаю Дрейка достаточно хорошо, чтобы осознавать, что рано или поздно он найдет это место.

— Мне кажется, вы забыли упомянуть об этом всем в момент моего прибытия в «Отель Добрых Фейри».

— Он не забыл упомянуть об этом, дорогая. Он предпочел этого не делать. — Марли выдержала мой взгляд. — Безопасность тех, кто находится здесь, не имеет никакого отношения к миссии не подпускать семя принца к твоему животу.

Меня слегка подтошнило прямо в рот.

— Можешь ты больше никогда об этом не упоминать? Пожалуйста.

— Это правда, — ответила она. — Эти фейри были бы мертвы, если бы принц обнаружил это место, независимо от того, была ли ты здесь или нет. Держать тебя подальше от его рук — это главный приоритет.

Это было трудно проглотить. Мне не нравилось сознавать, что моя жизнь — или, вернее, моя утроба — имеет большую ценность, чем другие жизни.

— Или я могла, ну вы понимаете, просто умереть. Это решило бы проблему.

Она выдержала мой взгляд.

— Однако, похоже, тебя трудно убить, когда ты можешь покормиться и исцелить себя.

Я резко втянула воздух.

— Я это не выбирала.

— Знаю. — Что-то промелькнуло на ее лице. Сочувствие? Сострадание? Ступор? Кто знает? — Я знаю, что ты не стала бы ничего предпринимать, но здесь есть люди, которые сделают это за тебя. И они будут продолжать делать все, что угодно, чтобы спасти тебя.

Она была права.

— Но то, что я здесь, означает, что существует маловероятный шанс того, что он обнаружит это место.

— Это не имеет значения, милая, — повторила Марли.

Я моргнула и повернулась к Таннеру.

— Каждый раз, когда кто-то выходит туда… во внешний мир, находящийся за пределами зачарованности этого здания, он рискует быть замеченным одним из приспешников принца. — У меня сердце екнуло в груди. — Точно так же, как когда Рен и Фэй отправились туда искать Кристалл. Их могли заметить и выследить.

— Фэй осторожна, и она осознает риск, — заявил Таннер.

— А что насчет Рена?

Таннер не ответил, и в голову мне пришла ужасная мысль. Знал ли Рен об опасности моего пребывания здесь? Нет. Он ни за что бы ни согласился подвергать здешних фейри опасности. Но потом я подумала о том, что он сделал для меня. Я, очевидно, не знала, как далеко он может зайти, чтобы защитить меня.

— Ты сказал, что мое присутствие здесь не было проблемой.

— И это так, Айви. — Таннер взял свою чашку. — Мы прожили здесь дольше, чем ты думаешь, и не были обнаружены теми, от кого мы хотели бы остаться скрытыми. Мы будем продолжать в том же духе.

— Теперь все по-другому. То было еще до появления принца.

Он покачал головой.

— Все гораздо сложнее. — Появилась слабая улыбка одобрения. — Я ценю твое беспокойство о моих братьях и сестрах больше, чем ты думаешь, особенно после того, что с тобой сделали, но мы готовы пойти на риск, чтобы убедиться, что принц не откроет эти двери, разрушив мир смертных так же, как его двор разрушил наш мир.

Явно, не каждый фейри здесь был готов взять на себя такой риск.

— Я не ценю твое беспокойство, — возразила Марли. — Это заблуждение и оно приведет к глупым решениям.

— Тебе что, наплевать на здешних фейри? — вскипела я.

На ее лице появилась легкая улыбка, напомнившая мне бабушкину.

— Ты же не хочешь, чтобы я отвечала на этот вопрос.

— И мы не будем просить ее отвечать на этот вопрос, — добавил Таннер.

Я не могла поверить, что они могут так пренебрегать риском, связанным с этим. Или тем фактом, что они думали, будто бы я буду в порядке. Обитатели этого места были фейри, но они не причиняли вреда людям. Как и Динь, они просто пытались выцарапать какую-то жизнь. И Динь с Реном тоже были здесь. Их безопасность была для меня самым основным приоритетом.

— Меня это не устраивает.

— Мы и не ожидаем этого от тебя, — ответила Марли. — Мы просто ожидаем, что ты справишься с этим. Ты выросла в Ордене. Ты знаешь, что иногда приходится жертвовать многими, чтобы защитить немногих. Ты жила этой жизнью каждый день, дышала этим. Продолжай в том же духе, Айви. Ничего не поменялось.

Я втянула воздух и повернулась к Таннеру.

— Вы все должны понять, что это только вопрос времени, когда принц поймет, что вы укрываете меня здесь. Дело не в том, сделает ли он это, а в том, когда он это сделает. Что же вы тогда будете делать? Как долго чары будут действовать против него?

Таннер сделал глоток чая.

— Надеюсь, у нас будут недели. — Последовала пауза, когда его бледный взгляд встретился с моим. — Но если нам не совсем повезет, у нас будут дни. Если нет, то несколько часов.

Глава 11

Продолжай в том же духе?

О, я собиралась продолжать в том же духе. Захлопнув за собой дверь, я включила свет и направилась к узкому шкафу рядом с комодом.

Заметив сумку, в которую Динь уложил мои вещи, я схватила ее с нижней полки шкафа и бросила на кровать.

Дней? Часов? Недель? Они понятия не имели, сколько времени у нас есть, прежде чем принц найдет это место и прорвется сквозь чары. Это не было маловероятным событием. Это было неизбежно. Здесь было слишком много лиц, слишком много неизвестных переменных в игре. Со мной здесь принц без вариантов обнаружит «Отель Добрых Фейри», и у меня не было сомнений, что первым человеком, которого он уберет, будет Рен.

Когда я уставилась на сумку, меня охватила паника. С внезапной ясностью я поняла, что не могу сказать Рену или Динь о том, что собираюсь сделать. Никто из них не хотел бы, чтобы я уезжала. Они остановят меня, а весь смысл был в том, чтобы уберечь их.

Это означало, что мне придется уехать без них.

Резкая боль пронзила мою грудь, когда я повернулась к комоду. Смогу ли я это сделать? Смогу ли я уйти отсюда, не попрощавшись? Без еще одного поцелуя? Без еще одного «я люблю тебя»?

А как насчет Динь?

Он будет так зол, и, вероятно, будет раздражать Рена до такой степени, что тот станет способен на хладнокровное убийство, но Динь должен понять. Он знает, на что способен принц.

— О Боже, — прошептала я, прижимая ладонь ко лбу. Когда я закрыла глаза, у меня обожгло горло.

Что же я делаю?

Паника превратилась в боль, которая высасывала душу. Мне придется оставить их. Я это знала. Только так они будут в безопасности, пока не найдут этот проклятый Кристалл или пока я… не найду способ ослабить принца, чтобы его можно было убить.

Опустив руку, я открыла глаза. Они были влажными, когда я уставилась на комод. Все были сосредоточены на том, чтобы вернуть принца в Мир Иной, потому что убить его было практически невозможно, но, на самом деле, не было ничего невозможного.

Кто-то должен был знать, как ослабить его настолько, чтобы отрезать ему голову.

Стальная решимость наполнила меня, когда я шагнула вперед, открывая ящик. Поскольку принц мог чувствовать меня, он должен знать, что я все еще в Новом Орлеане. Если я уйду, он последует за мной. Я просто должна продолжать менять местоположение, пока не найду способ ослабить ублюдка достаточно сильно, чтобы убить его. Пока меня не будет, Рен с Динь могли бы поработать с Таннером, чтобы найти Кристалл. Они будут в безопасности, и только имело значение.

Дверь открылась как раз в тот момент, когда я вытащила из ящика несколько штанов. Обернувшись, я увидела Рена, стоящего в дверном проеме.

Дерьмо.

Я догадывалась, что вряд ли смогу уйти отсюда, не повидавшись с ним и не попрощавшись. Все стало чертовски сложнее.

Ничто в нем не выглядело расслабленным, когда его взгляд переместился с моих рук на открытую сумку на кровати.

— Ты не пришла в кафетерий. — Последовала пауза. — Айви, что ты делаешь?

В этот самый момент я просто застыла между кроватью и комодом, прижимая штаны к моей груди.

— Я… я вещи собираю.

Войдя в комнату, он закрыл за собой дверь.

— Собираешь вещи, чтобы ехать куда?

Я открыла рот, но не знала, что сказать. Я не планировала встречаться с ним до отъезда.

Его брови опустились, когда он подошел ближе.

— Что ты делаешь, сладкая?

Сглотнув, я посмотрела на сумку. Огромная часть меня хотела бы солгать, но я уже лгала ему слишком много раз. Как бы это ни было отстойно, я должна была сказать правду.

— Я… мне нужно уехать.

— Уехать? — Он остановился рядом со мной. — Ладно. Я чувствую, что упускаю жизненно важную часть какой-то истории. Что-то еще случилось? — Его глаза вспыхнули ярким зеленым цветом. — Кто-то снова пытался напасть на тебя?

— Не было никакого нападения с того момента, как я оставила тебя в коридоре. — Я положила брюки в сумку и посмотрела на него снизу вверх. — А ты знаешь, что принц может пройти сюда через чары?

Выражение его лица разгладилось.

— Айви, здесь ты в безопасности. Несмотря ни на что. Я собираюсь сделать это так…

— Я не беспокоюсь о своей безопасности! — Мое разочарование возросло. — Почему все продолжают говорить об этом, как будто я нуждаюсь в заботе? Мне надрали задницу. Я чуть не умерла, но я жива и мне не страшно.

Замешательство заполнило его поразительные глаза.

— Я не говорю, что ты боишься, но все было бы хорошо, если бы ты боялась, Айви. Никто не может винить тебя за это.

Выругавшись себе под нос, я развернулась и схватила охапку нижнего белья. Дело в том, что я не боялась. Я была зла. В ярости. Я все время злилась, но не боялась. Не за себя.

— Я не боюсь.

Последовала пауза, пока я запихивала свое нижнее белье в сумку.

— Айви…

Я резко повернулась к нему.

— Ребята, вы хоть понимаете, что я здесь единственная, кого принц не убьет? Если он не найдет другую Полукровку еще где-нибудь в мире, раскрою тайну, я переживу эту историю. Я не могу сказать то же самое обо всех вас.

— Да, и то, что он хочет от тебя, это не прогулка по парку, Айви.

Мои руки напряглись.

— Я точно знаю, чего он от меня хочет. Поверь мне. Из-за этого я и получила билеты в первый ряд.

Рен отпрянул, поморщившись.

— Мне очень жаль. Это было бессердечно с моей стороны… вот так выдать все это.

— Это не имеет значения. — Я отмахнулась от него. — Я не могу быть здесь. Не тогда, когда принц чертовски хорошо знает, что я все еще в Новом Орлеане. Он будет искать меня здесь. Это только вопрос времени, когда он проследит фейри досюда.

— Так ты… решила оставить единственное место, которое могло бы защитить тебя от него, чтобы защитить фейри здесь?

— Точно. — Я подошла к комоду, ища верхнюю одежду. — К этому я и веду. И давай не будем забывать, что не все счастливы видеть меня здесь. Я не могу винить их за то, что они не хотят видеть меня здесь. Если я уйду, они будут в безопасности.

— Это абсурд.

— Не думаю, что ты действительно в это веришь.

— Я не буду тебе врать. Мне плевать на здешних фейри.

Я ахнула, когда повернулась к нему лицом.

— Рен, ничего себе.

— Что? — Он тяжело вздохнул, когда встретился с моими широко раскрытыми глазами. — Это чистая правда. Я не желаю им зла. За исключением тех мертвых ублюдков, которые напали на тебя, остальные кажутся крутыми, но выбора нет совсем, когда он возникает между тобой и ними.

Это заставило меня чувствовать себя мягкой и пушистой на сердце по всем статьям.

— Не только фейри находятся в опасности из-за меня. Динь тоже. И ты. — Паника распространилась по моему животу, достигнув груди. — Принц больше всего на свете хотел бы убить тебя. И ты это знаешь.

На его челюсти дрогнул мускул.

— Я бы ничего так не хотел, как бы встретиться лицом к лицу с этим ублюдком.

Меня охватил ужас. Одна только мысль о том, что Рен встретится лицом к лицу с принцем, заставляла меня кричать до тех пор, пока мой голос не сдастся.

— Ты это серьезно? Ты же знаешь, на что он способен. Это не то же самое, что сражаться с нормальным фейри или даже с Древним. Принц…

— Я знаю, на что он способен, — прорычал Рен, сверкая глазами. — Не стоит недооценивать силу моей ненависти к этому сукиному сыну.

— Я знаю, но…

— Я сам могу о себе позаботиться. Как и Динь. Уходя, ты не делаешь нам никаких одолжений.

Схватив рубашки, я поднесла их к кровати.

— Я не думаю, что делаю тебе одолжение. Я… — Зажмурившись, я покачала головой и попыталась снова. — Я не смогу жить, если с тобой что-то случится, или с Динь. Ты понимаешь? Я не смогу с этим смириться.

— И мы чувствуем то же самое по отношению к тебе. Я думаю, ты уже знаешь это.

Я знала.

Посмотрите, что они уже сделали, чтобы спасти меня. Рен будет жить с чувством вины всю оставшуюся жизнь за то, что заставил меня кормиться. Думается, он не чувствует себя так уж плохо из-за этого, но все равно. Из-за меня они уже пошли на жертвы и сделали ужасный выбор.

Теперь это прекратится.

Его голос звучал ближе, ровнее.

— Я понимаю, что ты не хочешь подвергать этих людей опасности. Что ты хочешь защитить меня и Динь, но сладкая, ты просто… ты так реагируешь из-за того, что с тобой случилось. Очень резко. Ты не обдумываешь все до конца.

Я бросила рубашки в сумку.

— Я реагирую, потому что должна что-то сделать. Я не могу просто сидеть и ждать, пока он начнет штурмовать это место, или ждать, пока кто-то из тех двадцати процентов, с которыми ты еще не разговаривал, захочет или не захочет убить меня, чтобы защитить свои семьи. Я не собираюсь этого делать.

Рен нежно положил руку мне на плечо, но я все равно вздрогнула от прикосновения. Но на этот раз он не отдернул руку, как обычно, когда я нервничала. Вместо этого он осторожно повернул меня к себе.

Я сделала глубокий вдох.

— Я не могу здесь оставаться, Рен. Ты же знаешь, что я не могу этого сделать. Я не могу смириться с тем, что подвергаю опасности другие жизни, и я знаю, что ты тоже не в порядке.

Он выглядел так, словно собирался не согласиться с последним утверждением.

— К нам идет помощь. Фейри, которые могут найти Кристалл. Завтра.

— Но что, если это не сработает? — спросила я. — А что, если они не смогут вовремя найти Кристалл? И если мы добудем этот Кристалл, то как, черт возьми, мы поймаем принца и соединим его и мою кровь в Мире Ином?

Его челюсти напряглись.

— Мы еще в раздумьях…

— В том-то и дело. Я даже не думаю, что вы начали об этом думать, а что если мы ничего не придумаем?

— Мы сделаем это, — твердо сказал он. — Даже если мне придется сделать все это одному.

— Я вздохнула. — Мы должны сосредоточиться на том, чтобы найти способ ослабить его. Должно быть что-то, или кто-то, кто знает, как этого достичь.

Последовала пауза.

— И это то, что ты хочешь сделать снаружи? Выяснить, возможно ли это?

— Это должно быть возможно. У него должна быть слабость, и даже если убить его будет трудно, это должно быть легче, чем завершить ритуал крови и камня.

И я точно знала, с чего начну.

С Ордена и «Элиты». Если у каких-то двух групп и были идеи на этот счет, то это были только они, и им уже давно пора было начать говорить.

Прошло долгое мгновение.

— Ладно. — Его плечи расправились, как будто он пришел к какому-то заключению. — И куда мы отправимся?

— Я не думала так далеко наперед, — призналась я, опуская разговор о визите в Орден. Я не смогу долго оставаться в Новом Орлеане. Мой визит к ним должен был быть быстрым, и у меня есть предчувствие, что он будет кровавым. На этот раз я буду подготовлена. О, да, вашу мать. — Но я думаю, что мне нужно уехать как можно дальше. Может, в Европу? У меня есть накопленные деньги. Я думаю, что смогу выбраться прежде, чем он поймет, где я нахожусь.

— А что потом? — спросил он, обхватив мои щеки своими широкими ладонями. Он притянул меня к себе, прижав к груди. Одна рука обхватила меня за талию. — Скажи мне, что будет дальше.

Расслабившись от его прикосновения, я слегка вздохнула. Усталость овладела моим телом. Я не хотела оставлять его одного. Боже, это было последнее, что я действительно хотела сделать.

— Даже не знаю. Продолжайте работать до тех пор… пока мы не придумаем, как вернуть его в свой мир или пока не сможем убить его, но я буду везде, а ты… ты и Динь будете в безопасности.

Все в Рене изменилось в одно мгновение. Легкая дрожь пробежала по его телу, а затем все его тело напряглось.

— Стой. Ты собираешься уехать без меня?

Слегка нахмурившись, я опустила уголки губ.

— Я не хочу, но если я не буду рядом с тобой, то тебе не будет грозить опасность… ну, или ты будешь в меньшей опасности. Принц направится туда же, куда и я. Ты просто будешь в… нормальной опасности, которая намного лучше, чем близость к психованному принцу.

Рен отстранился, наклонив мою голову так, чтобы наши взгляды встретились. Его губы приоткрылись при резком вдохе.

— Ты здесь собирала свои вещи, чтобы уехать без меня. Именно это ты и делала.

Понимание просочилось в его черты.

— Срань господня! Если бы я не вошёл в эту комнату, ты бы даже не попрощалась? Или ты и планировала улизнуть отсюда, не сказав ни слова?

Дерьмо.

Я не хотела отвечать, потому что он не понял бы моего ответа.

Рен опустил руку и сделал шаг назад, потом еще один.

— Черт, Айви.

О, это было нехорошо.

— Не знаю, что и сказать.

— Думаю, этим все сказано, — резко ответил он.

— Нет-нет, это ни о чем не говорит. — В центре моей груди расцвела паника иного рода. Все шло не так, как я планировала. С другой стороны, у меня не было особого плана. Рен был прав насчет всей этой резкости. — Ты не понимаешь. Если бы я могла…

— Ты совершенно права. Я не понимаю, Айви. Я даже не могу понять, как ты могла бы уйти отсюда, ничего мне не сказав. — Его пристальный взгляд скользнул по мне, и я подумала, что он не уверен, на кого смотрит. — После всего, что случилось, ты сделаешь это со мной?

Я выпрямилась.

— Я сделаю все, чтобы защитить тебя. Так же, как ты сделал бы все, чтобы защитить меня, верно?

— Ты просто насрала на меня прямо сейчас? — он взорвался. — А это гребанная защита включает в себя то, что я буду чертовски нервничать?

Я скрестила руки на груди.

— Ну, нет…

— Ладно. Как насчет того, чтобы заставить меня сойти с ума от беспокойства? — Он шагнул вперед, опустив подбородок. — Значит ли это, что, защищая меня, ты заставляешь меня думать, что с тобой опять случилось самое худшее? Что еще один фейри добрался до тебя или еще хуже?

Я вздрогнула.

— Я бы оставила письмо. Я бы не стала…

— Письмо? Ты, должно быть, издеваешься надо мной. — Подняв руку, он запустил пальцы в свои растрепанные волосы. — Я должен был догадаться. — Опустив руку, он хрипло рассмеялся. — Ты уже делала такое раньше.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что я делала такое раньше? Насколько я знаю, это первый раз, когда мы оказались в таком затруднительном положении.

Его глаза расширились от недоверия.

— Это не так. В том чертовом особняке ты заключила сделку с этим сукиным сыном, чтобы освободить меня.

У меня опустились руки.

— Это совсем не так.

— Не так? Ты напрасно подвергала себя опасности, — возразил он.

— А что мне оставалось делать? — Я закричала, борясь со слезами. — Он собирался убить тебя, Рен. Разве ты не понимаешь этого? А что еще мне оставалось делать?

— Все что угодно, только не соглашаться отдать себя этому чудовищу, чтобы освободить меня! — закричал он в ответ, напрягшись всем телом.

Воздух застрял у меня в горле, когда я отступила на шаг.

— Ты думаешь, я забыл об этом? — Он покачал головой. — Черт меня возьми, если я позволю тебе уйти отсюда, чтобы сделать это снова.

— Ты собираешься остановить меня? — заорала я в ответ. — Запереть меня в этой комнате? Приковать меня цепью к кровати?

Одна сторона его губ изогнулась в невеселой улыбке.

— Не искушай меня, Айви, потому что ты явно нуждаешься в ком-то, кто сделает за тебя лучший выбор в жизни.

Мое сердце бешено колотилось в груди. Вездесущая ярость, кипевшая внутри меня задолго до того, как я сбежала от принца, взорвалась, как супер-вулкан.

— Неужели?

— В самом деле. — Он скрестил руки на груди. — По крайней мере, тогда я буду знать, что не найду тебя где-нибудь в кровавой мешанине, или что ты не будешь носиться вокруг, чтобы попасть в плен.

Я сорвалась.

— Значит, ты ничем не лучше принца!

Кровь отхлынула от лица Рена. Я тут же поняла, что зашла слишком далеко. Держать кого-то, где бы то ни было, не круто, но, Боже, Рен совсем не походил на принца.

Что со мной не так?

Что-то должно было случиться, чтобы я сказала ему это. Что-то ужасное. Но у меня не было шанса на какое-то глубокое самопознание, чтобы точно выяснить, насколько моя голова была не в порядке.

Выражение лица Рена застыло.

— Таннер сказал, что фейри должны быть здесь завтра. Ты можешь подождать до тех пор, прежде чем убежишь и сделаешь… — он на мгновение отвел взгляд, а затем снова сосредоточился на мне. — Сделаешь то, что ты собираешься делать?

Я вздрогнула. Его тон был невероятно отстраненно-холодным. Я никогда не слышала, чтобы он так говорил со мной. Никогда.

— Ты останешься? — требовательно спросил он, сверкая изумрудными глазами. — Остаться, пока не придут те, кто, по мнению Таннера, смогут найти Кристалл? Если это обман, то я не скажу ни слова. Обещай мне, что останешься хотя бы до тех пор. Пожалуйста.

Часть меня не хотела рисковать и ждать еще час. Кто знает, когда эти волшебные хрустальные вынюхивающие фейри на самом деле появятся. Я не сомневалась, что принц обнаружит это место, но у нас, вероятно, была пара дней до того, как это произойдет. Возможно, даже неделя, но когда принц придет, я знала, что ему не потребуется несколько часов, чтобы прорваться.

Рен… Рен сказал: «Пожалуйста», и все, о чем я могла думать, было то, что он говорил то же самое мне, умоляя меня держаться, когда я была ранена.

Я прерывисто выдохнула, плюхаясь на кровать.

— Отлично. Я останусь, пока они не приедут, но если они не смогут помочь…

— Ты уйдешь, — прорычал он. — Уже понял.

Мой взгляд метнулся к нему.

— Рен…

— Не надо, — оборвал он меня, и у меня скрутило живот. — Я не хочу слышать то, что сейчас сорвется с твоих губ.

Я напряглась. Невозможно было ошибиться в ярости, отразившейся на его лице или в его голосе. Он был сдержан, но внутри бушевал, как око шторма в разгар урагана.

— Я знаю, что ты прошла через ад и пытаешься справиться. Черт, я знаю, что огромная часть тебя все еще застряла в этом аду, особенно после нападения и того, что мы сделали, чтобы спасти тебя… того, что произошло между нами позже. Я знаю, что огромная часть тебя все еще там, в том доме. Это то, что будит тебя каждую ночь, и поэтому ты проводишь свой день, прячась от меня… от всех. Вот почему ты со мной не разговариваешь.

— Я… я разговариваю с тобой, — сказала я, чувствуя, как сжимается мое горло.

— Чушь собачья! — огрызнулся он. — Видеть, как ты страдаешь, и не иметь ни малейшего понятия, как тебе помочь, убивает меня, разъедает каждый чертов день. Эта боль хуже всего, что я пережил в том проклятом доме.

— Ты ничего мне толком не рассказал! — напомнила ему я. — Было не похоже, что бы тебя это заботило и, что тебе хотелось поделиться.

— Айви, ты не спрашивала.

Воздух застрял у меня в горле. О Боже, он был прав. А я… я нет, не спрашивала.

— Но ты хочешь знать сейчас? Хорошо. Как ты уже знаешь, меня схватили в ту ночь, когда ты сказала мне, что ты Полукровка. Я был захвачен своими мыслями и попал прямо в чертову ловушку, которую устроила эта сука. Я потерял сознание, а когда очнулся, то был в этой черной, как смоль, камере, прикованный к чертовой стене. Первым я увидел принца и понял, что он собирается сделать. После того, как он покормился мной и выбил из меня дерьмо, он стал мной. Потом он оставил меня с Бриной.

Мой желудок скрутило.

— Эта сука умеет пользоваться своими ногтями и зубами.

В памяти всплыл образ его обнаженной груди. Его кожа была изодрана в клочья и покусана. Я почувствовала вкус ярости, которую испытала, увидев его, и мне снова захотелось пролить кровь.

— Так она…?

— Использовала ли на мне принуждение? — Его глаза вспыхнули. — А если бы она это сделала, что-нибудь изменилось бы?

— Боже. Нет. — У меня внутри все перевернулось. — Это была бы не твоя вина. Я бы не стала думать иначе о тебе или о чем-то подобном.

Рен долго молчал.

— Она забавлялась со мной, но больше ее интересовала моя голова, чем мое тело. Вполне уверен, что, на самом деле, она испытывает отвращение к людям и не опустится до того, чтобы трахнуть одного из них. Она сказала что-то другое?

Меня охватило облегчение, но оно было горько-сладким. Узнав, что между ним и Бриной, хоть она и утверждала обратное, ничего не было, не уменьшало ужасных вещей, которые были сделаны с Реном.

— Да, и я никогда не была уверена, что верю ей. Фэй сказала, что Брина этого не делала, но Фэй солгала бы, чтобы удержать меня от нападения на Брину. — Вернулись воспоминания о насмешках Брины. — Она знала, где находится татуировка Ордена.

Три переплетенные спирали находились в том же месте, что и моя, возле бедренной кости.

— Их любимым развлечением было раздеть меня догола и оставить отмораживать яйца.

— Иисус всемогущий. — Прерывисто выдохнув, я снова села на кровать. Усталость вернулась, приглушая гнев, пока он снова не закипел. Молчание было нарушено, когда Рен сказал:

— Я понимаю, что знаю только одну десятую того дерьма, через которое ты прошла, и я хотел бы знать все. Все до единой чертовски ужасной вещи… но я ждал, потому что хотел, чтобы ты была готова… чтобы ты могла поговорить со мной. Поэтому меня до чертиков шокирует, что ты собиралась бежать без меня, даже не сказав мне об этом. Что ты не хочешь, чтобы я был рядом с тобой, несмотря ни на что.

Все, что я собиралась сказать, превратилось в пепел на моем языке. Я не хотела, чтобы это произошло именно так. Нисколько.

Он с трудом сглотнул.

— И знаешь, что я только сейчас понял? Ты ведь все всегда решала за себя, не так ли? Никогда не было нас. Сначала была ты, а потом я за тобой гнался.

Слезы текли по моему горлу, когда я встала на дрожащие колени.

— Все было совсем не так. Рен, это…

— Не так? Возможно, тебе стоит подумать об этом. — Он отступил назад, открывая дверь. — Черт тебя подери, Айви! Ты собираешься пока остаться, но не ради меня… не ради нас. И не потому, что ты пытаешься защитить меня. Ты бросаешь меня на произвол судьбы. Ты бросаешь нас… если мы вообще существовали.

Глава 12

В тот вечер я много думала.

Больше я ничем не занималась.

И на этот раз я не провела ночь, думая о том, что случилось или что могло случиться, пока принц держал меня в плену. Я даже не думала о том, что меня зарежут. Вместо этого я лежала, и мои мысли были поглощены тем, что сказал Рен, пока я смотрела на успокаивающий белый потолок.

Рен ушел и больше не возвращался в нашу комнату, а я не спала и не убирала всю свою одежду обратно в шкаф. Вместо этого я собрала себе маленький мешочек, уложив в него одежду на два дня, и положила обратно в шкаф на случай, если у нас не будет времени.

А потом я стала ждать.

Часть меня ожидала, что Рен вернется, но другая половина знала, что то, что я планировала, глубоко ранило его, и несколько часов не смогут залатать дыру, которую снова я пробила в нем. Я не хотела, чтобы все так обернулось. Я просто не…

Боже, я просто плохо соображала.

Теперь, когда я была здесь совсем одна, не имея ничего, кроме моей собственной глупой головы, чтобы составить мне компанию, я поняла, что весь этот порыв без понятия, куда идти, был невероятно глупым и жестоким. Таким чертовски жестоким, не только по отношению к Рену, но и к самой себе.

Рен был прав насчет того, что мой уход сделал бы с ними. Это было бы ужасно, и, хотя у меня были самые лучшие намерения, честно говоря, они были на грани истерики.

Я поддалась панике, и мысль о побеге была, по крайней мере, чем-то отличным о того, чтобы сидеть сложа руки.

Или чтобы получить удар ножом.

Ты ведь всегда решала за себя.

Мне потребовалось несколько часов, чтобы разобраться с отрицанием этого утверждения. Неужели я убегала от него все это время? Я не хотела в это верить, потому что это было так ужасно.

Боже, отстойно было признаваться в этом самой себе, но это было правдой. Даже с самого начала я делала все исключительно трудным для Рена. И вовсе не потому, что я хотела бросить ему вызов. Когда я встретила Рена, он был первым парнем, которым я заинтересовалась после смерти Шона. Я была так замкнута, было так неловко показать интерес к парню. Все стало проще между нами, когда я, наконец, открылась ему… когда я, наконец-то, позволила себе влюбиться в Рена.

Но потом я узнала, что я — Полукровка.

Вот тогда-то я и начала ему врать… тогда я начала убегать, решать все за себя. Может быть, не физически, но определенно в голове. Я не сказала ему, что видела принца возле кафе «Дю Монд». Я скрывала правду о том, кем являюсь, пока фактически не выпалила это ему на чертовой улице. Рен обучался с рождения и был членом «Элиты». Он знал, как позаботиться о себе, но я ошарашила его, вызвав к жизни его самый большой страх. И не только это, но и то, что я постоянно лишала его возможности принимать решения. Не то, чтобы я должна была подключать его ко всему. Видит Бог, Рен никогда не ожидал этого от меня, но когда ты с кем-то, когда ты любишь его, ты делишься с ним своими планами.

Потому что вы команда.

И ты ничего не будешь скрывать от него. Ты уж точно не солжешь и не сравнишь его с монстром.

Я облажалась, и не единожды, задолго до того, как принц вонзил в меня свои когти.

Теперь пропасть между нами действительно казалась непреодолимой.

Неудивительно, что Рен чувствовал себя так. У нас никогда не было шанса нормализовать наши отношения. Ходить на свидания и проводить ленивые выходные дома, узнавая друг друга и неизбежно действуя друг другу на нервы. У нас не было возможности нормально поссориться из-за того, что мы будем есть и хотим ли мы еще чего-нибудь в будущем. У нас не было возможности построить какое-либо доверие, поэтому я была поражена тем, насколько терпеливым и понимающим он был еще несколько часов назад. Для нас обоих… это все еще было чем-то новым, и у нас еще не было шанса полностью слиться и стать кем-то.

Все было каменистым в начале, рваным в середине, и теперь… возможно, в самом конце… это станет катастрофой, ожидающей своего часа.

Мы были сломлены.

Это была не только моя вина. Ошибка, которую совершил Рен, принявший участие в принуждении и позволивший мне питаться им, казалось небольшой. Я понимала, почему он это сделал. Но, даже поняв то, что случилось, это все равно встало между нами. Что об остальном? Я все-таки была девушкой, чтобы понимать, что все остальное моя вина.

И я понятия не имела, можно ли это исправить, или хочет ли Рен исправить это, но я знала, что все это не будет иметь значения, если Рен, в итоге, будет убит или если принц каким-то образом преуспеет, и дело дойдет до рождения ребенка. Наши отношения были наименьшей из наших забот. Не то, чтобы мне не казалось, что мою грудь вот-вот разорвет, и сердце выскочит из груди. Это присутствовало. Это было так же больно, как получить удар ножом в спину.

Думается, мне необходимо сосредоточиться. Мне нужно было разобраться со своим дерьмом, прежде чем я смогу даже подумать о том, как привести свою крышу в порядок.

Принц собирался найти меня. В конечном счете. Потому что в данный момент я была для него более легкой мишенью, чем поиск еще одной Полукровки, особенно, когда «Элита» считала своим долгом убивать всех Полукровок, попадавшихся им на пути.

Чтобы весь этот детский Армагеддон сработал, зачатие ребенка между принцем и мной должно было быть по обоюдному согласию. Он должен был понимать, что этого никогда не случится, так на что же принц мог надеяться? Единственная причина, по которой он уговорил меня остаться с ним, быть с ним, была свобода Рена.

У него был залог.

И Дрейк в него верил.

Только в предрассветные часы меня осенило, что я ошиблась насчет принца, собиравшегося убить Рена на месте, и это осознание заставило меня расхаживать по комнате, пока не начало всходить солнце.

Принц не станет убивать Рена. О нет, он использует его против меня, как и раньше. Принц сделал бы то же самое с Динь, если бы обнаружил его присутствие. У него все еще были средства контролировать меня. Все, что ему было нужно — это добраться до одного из них.

Остановившись у окна, я подняла взгляд на гаснущие звезды.

Я вернулась к исходной точке.

Даже если я уйду отсюда, принц все равно пойдет за Реном, потому что он знал, что это вернет меня обратно, где бы я не находилась. Он бы сделал то же, что и раньше, использовал бы Рена, и хотя я знала, что поставлено на карту, я любила Рена. Я не буду причиной его боли. Только не снова. Никогда больше после Шона. Это было моей слабостью.

Не Рен, а мое прошлое.

Дрожа, я поняла, что передо мной было только три варианта, и когда последняя из звезд замерцала, я осознала, что бегство не было одним из них.

Найди Кристалл и заверши ритуал.

Придумай, как ослабить принца и убей его.

Или отправляйся по тропинке, которая с самого первого дня не позволяла Динь сказать мне, что я Полукровка. По тому же пути, с которого Рен и Динь вытащили меня несколько дней назад, чтобы навсегда вычеркнуть из уравнения.

Я выглядела дерьмово, когда смотрела в зеркало, проспав всего несколько часов и по-прежнему не видя Рена. Здоровый блеск, от высасывания из него жизненных сил, терялся в темных тенях под моими глазами и, ну, в слегка мерцающей коже, которая, на самом деле, не мерцала. В этом Динь ошибался. И я тоже.

Это был очень слабый серебристый блеск, который только казался мерцающим. Я знала это, потому что уже некоторое время стояла перед длинным зеркалом, прикрепленным к задней стороне двери ванной комнаты, голая.

До того, как моя кожа начала выглядеть так, будто я покрыла себя тенями для век «Урбан Дикей», я не часто смотрела на себя полностью обнаженной. Я имею в виду, мне действительно не нужно было проверять множество различных шрамов и растяжек, но вот я здесь.

Почему? Потому что у меня появился новый жизненный девиз. Все было просто.

Разберись со своим дерьмом.

Поскольку самоубийство не было моим главным выбором, и я не могла помочь найти Кристалл, единственное, что мне оставалось сделать, это найти способ ослабить принца.

Я заставляла себя осознать, что мое тело изменилось. Это определенно был новый оттенок кожи, мои черты стали более резкими, более четкими, мои уши были заостренными, и да, мои глаза стали… ну, они стали, вроде как, классными. Я имею в виду, контраст между радужной оболочкой и зрачками был поразительным. Люди, вероятно, подумают, что у меня линзы. Я смогу с этим справиться. Мое тело изменилось, но оно все еще было моим.

Мой взгляд опустился ниже пупка.

Мне действительно нужно найти бритву. Или воск.

Но я могла справиться с этим, потому что я должна была с этим справиться. Возможно, моя внешность немного изменилась. Возможно, мне надрали задницу несколько дней назад. Возможно, я немного потеряла себя, когда Дрейк держал меня в плену. Возможно, я и заблудилась по дороге, но я все еще была Айви.

Я встала боком и вздохнула.

И моя задница все еще не была самой привлекательной частью в мире обнаженки. Можно подумать, что дополнительная фейрийность дала бы мне красивую попку в форме сердечка или что-то в этом роде. На это я бы не стала жаловаться.

Чего уж там.

Повернувшись другой стороной, я провела руками по бокам и спине, мои пальцы скользили по шершавому гребню нового шрама.

Я с трудом сглотнула, снова повернувшись лицом к зеркалу. Я держала глаза открытыми, пока гладила руками свою талию, а затем грудь. Мои руки остановились там, сжав их.

Все это было… моим.

Мое тело не принадлежало принцу. Или Рену. Мое тело уж точно не принадлежало какому-то дурацкому пророчеству. Оно было мое… серебристая кожа, заостренные уши, и все шрамы были моими.

Осознав, что в основном я ласкаю свою грудь, я закатила глаза и опустила руки. Я быстро переоделась, завязав волосы на макушке, потому что не заботилась о своих ушах. Нет. Нисколько.

Теперь я отправилась на поиски Динь, что было нетрудно. Мне просто нужно было найти самый большой и громкий стол в кафетерии.

Он практически держал двор. Все, что я могла видеть, это его поразительно белые волосы в центре дюжины или около того более светлых голов.

Не обращая внимания на то, как мои желудочные соки начали пузыриться от запаха жареного мяса, я зашла в кафетерий. Мне также нужно было закупиться «Тамс»5, потому что моя неспособность есть, выглядела как-то глупо. Это была одна из причин, по которой мне надрали задницу.

Головы поднялись, и все следили за моим продвижением. Разговоры прекратились. Послышался шепот.

Мои плечи начали сгибаться под тяжестью взглядов, но я сдержалась. Старая Айви не опустила бы подбородок. Ей было бы по-фигу.

Так что новой Айви было все равно.

Изобразив на лице подобие ухмылки, которая всегда раздражала Дэвида, я подняла подбородок и подошла к столу Динь. Только оказавшись там, я поняла две вещи.

Динь был без Диксона.

Иииии Рен сидел за столом.

То, что я до сих пор его не заметила, говорило о том, что мне тоже нужно поработать над своими наблюдательными навыками, но вот он сидит, склонив свою рыжевато-коричневую голову над тарелкой яичных белков и, вероятно, бекона из индейки и тостов из цельной пшеницы.

Потому что Рен так любил здоровую пищу.

Увидев его, я окончательно запуталась. Он не вернулся в комнату, пока я была там, но он только что принял душ. Его волосы все еще были влажными, и он изменился. Он был одет в черную термофутболку, с засученными до локтей рукавами. Я понятия не имела, где он принимал душ, так как он не вернулся в комнату.

Тысячи слов вертелись у меня на языке. Я хотела извиниться. Мне хотелось сказать ему, что он был прав. Я хотела попросить его помочь мне все исправить.

Но я ничего из этого не сказала, потому что это были вещи, для которых ни один из нас не нуждался в аудитории. И конечно, точно не я, потому что я, вероятно, разражусь ужасными, отвратительными слезами.

У меня было такое чувство, что он знал о моем присутствии, даже не поднимая глаз. Возможно, из-за того, что разговор за столом затих, или из-за того, что включилось его странное шестое чувство, но его плечи напряглись, и он перестал жевать.

Динь, с другой стороны, не знал, что я стояла тут… или, что я жива, потому что это выглядело так, будто он пожирал глазами мужчину-фейри напротив него. Впечатляющий уровень траханья глазных яблок, из которого я могла бы извлечь уроки. Но когда я увидела, что губы Динь приоткрылись, и он выглядел так, будто вот-вот оближет его нижнюю губу, я вмешалась.

Я прочистила горло.

— Динь.

— Айви! — Динь просиял, взглянув на меня. Перед ним стояли три пустые тарелки, а фейри, сидевший напротив, был забыт. — Ты здесь, чтобы поесть с нами?

— Э, нет. Я уже поела. — Я умудрилась съесть банан по пути вниз, так что это не было ложью. Перевернуть новый лист и все такое. — Мне нужно с тобой поговорить.

Он тяжело вздохнул.

— Послушай, прошлой ночью был небольшой пожар. Я потушил его прежде, чем он распространился, и уже извинился за это. Комната, правда, все равно нуждается в ремонте.

Я заставила себя отвести взгляд от Рена. Он все еще не признал, что я здесь.

— Нет, я не об… погоди, вчера вечером был пожар?

— О. — Динь откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Забудь. О чем ты хотела поговорить?

Я открыла было рот, но потом решила не расспрашивать о пожаре, потому что, наверное, не хотела этого знать.

— Я хочу поговорить с тобой. — Я украдкой взглянула на Рена. Он перестал есть, опустив вилку и положив руки на стол. — Наедине, Динь.

— О, секретные беличьи штучки. — Динь начал подниматься. — Я здесь для этого.

В этот момент Рен поднял голову и поймал мой взгляд.

— Привет.

Одно это слово было ровным, бесстрастным. Пустым.

— Привет, — выдавила я из себя.

Он пристально посмотрел на меня, и я набралась храбрости, чтобы пригласить его присоединиться к нам. Но потом его челюсти сжались. Взяв свою тарелку, он встал и отошел от стола.

— Увидимся позже, ребята.

— Подожди… — Я замолчала, потому что это было бесполезно. Рен был уже на полпути через кафетерий. Глядя, как он уходит, я почувствовала, как больно стало в груди.

— Какого черта? — спросил Динь.

Я повернулась к нему, моргая от внезапного потока горячих, глупых слез. Я проклинала себя. Я не собиралась исключать Рена из этого разговора. Я просто не ожидала увидеть его, поэтому потратила драгоценные минуты, стоя там, как идиотка.

Операция «Разберись со своим дерьмом» началась замечательно.

Я глубоко вздохнула.

— Мы можем выйти в коридор?

— Да. — Хмурость омрачила черты лица Динь. — Конечно.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Мне нужно было сосредоточиться и не быть на грани слез.

— Что творится с тобой и Реном? — спросил он, как только мы вышли в коридор. — Это из-за тебя он чуть не оторвал мне голову сегодня утром, когда я сказал ему, что он выглядит дерьмово? Потому что мальчик действительно выглядел так, будто на него сильно наехали и опустили.

Я остановилась, скрестив руки на груди.

— Я даже не хочу знать, что это значит.

— Ну, это значит получить по…

— Динь, — отрезала я. — Я не просила тебя приходить сюда, чтобы говорить о Рене.

— Но я хочу поговорить о нем. Вы там почти не разговаривали друг с другом. Это странно.

Я сделала глубокий вдох.

— Я знаю. Мы поссорились вчера вечером, но все будет хорошо. Все будет хорошо.

— Что? — На его лице промелькнуло беспокойство. — Как большая драка? Или маленькая? О Боже, вы что, расстались? С кем я буду жить?

— А с кем ты будешь жить? — Я изумленно уставился на него. — Тебе не двенадцать, и ты не наш ребенок.

— Но обо мне нужно заботиться. Любить. Мне нужен доступ к Амазон.

— Тогда найди работу, Динь. Ты достаточно похож на человека, чтобы сделать это.

— Работу? — Абсолютный ужас отразился на его лице. — Потеря крови, должно быть, что-то сделала с твоим мозгом, потому что ты не в своем уме.

— Ладно. Этот разговор свернул на совершенно бессмысленную территорию. Все хорошо. Двигаемся дальше. — Я изо всех сил старалась сохранять терпение. — Послушай, я хочу задать тебе пару вопросов о принце.

Фейри, проходившая мимо нас, остановилась и ахнула. Ее серебристая кожа приобрела более бледный оттенок серого.

Схватив Динь за руку, я потянула его в соседнюю комнату. Она была маленькой, с круглым столом и двумя стульями.

— Садись.

Динь неторопливо пошел в самый дальний угол от двери и сел на стул, вытянув длинные ноги.

— Находиться здесь с тобой — это неприлично.

Я покачала головой, поскольку я закрыла дверь за собой.

— С тобой что-то не так.

Он ухмыльнулся.

— Я бы сказал то же самое о тебе.

— Туше, — пробормотала я, садясь напротив него. — Но давай проанализируем друг друга позже. Однажды ты сказал мне, что убить принца невозможно, но нет ничего невозможного.

Динь перекинул руку через спинку стула.

— Ну да, технически это не невозможно.

— Хорошо. — Я положила руки на стол. — Мы знаем, что терновый кол ослабит Древнего…

— Чтобы ты могла отрубить ему голову, — закончил он за меня. — Ты можешь сделать то же самое с принцем, но, как ты знаешь из первых рук, даже зарезать его колом не так-то просто.

— Нет, не просто. — Принц надирал мне задницу каждый раз, когда мы дрались, и в последний раз у меня был терновый кол. — Значит, единственный способ убить принца — это ослабить его настолько, чтобы можно было сражаться с ним.

Динь медленно кивнул.

— Ладно, значит, там должно быть что-то, что ослабляет его, верно? Чтобы было легче убить его.

— Да. Терновый кол. — Он прищурился. — Но ты и так это знаешь.

Я постучала пальцами по столу.

— Должно быть что-то еще, что не требует встречи с ним нос к носу. Мне нужно, чтобы ты подумал об этом, Динь.

Он склонил голову набок.

— Я уже думал об этом.

— Подумал хорошенько, — настаивала я. — Мне нужно, чтобы ты действительно подумал об этом. Может, это что-то маленькое. А может, и нет. Ты был в Мире Ином, пока там был принц. Может быть, ты что-то видел или слышал.

Он наморщил нос.

— Единственное, что я видел, это как он кормится и трахается. Много. Я слышал много стонов и криков. Не полные боли крики. Знаешь, принц всегда был мудаком, но не таким большим, как сейчас. О! Может быть, секс — это его слабость.

Мои брови поползли вверх.

Он пожал плечами.

— Скорее всего, нет. Я имею в виду, как бы много он им не занимался, я сомневалась, что секс ослабляет его. Наверное, он придает ему сил. Как и каждый раз, когда он приходил, он включался, как Марио…

— Ладно, давай двигаться дальше от секса. — Позже мне понадобится мочалка для мозга от всего этого.

Он положил огромную ногу на стол.

— Почему ты вообще спрашиваешь об этом? Я думал, что придут какие-то фейри, которые помогут найти Кристалл?

— Они собираются, но я стараюсь планировать заранее на случай, если они не найдут Кристалл, — объяснила я. — К тому же нам придется взять у него кровь. Ничто из этого не будет легким, когда сражаться с ним в бою почти невозможно.

Прежде, чем Динь успел ответить, дверь без предупреждения распахнулась, обнаруживая Фэй.

— Наши гости прибыли.

Глава 13

Мы с Динь последовали за Фэй дальше по коридору, к кабинету Таннера, который, как я предполагала, стал теперь официальным местом встречи. Я понятия не имела, где Рен, был ли он уже в кабинете или на подходе. Мне не нравилось, насколько мы были разделены, но я отложила эту проблему на потом.

Моя рука коснулась кинжала на бедре, когда Фэй остановилась перед кабинетом Таннера. Ее взгляд проследил за моей рукой.

— Наш гость не желает тебе зла.

Заметив, как гости переходят от множественного числа к единственному, я взглянула на дверь.

— Об этом мне судить самой.

— Не вини ее за это, — вмешался Динь, скрестив длинные руки на груди.

Ее ресницы опустились.

— Нет, не буду. — Последовала небольшая пауза. — Как ты себя чувствуешь, Айви?

— Прекрасно.

Судя по выражению ее лица, она мне не совсем поверила, но настаивать не стала. Повернувшись, она открыла дверь, и я, не зная, чего ожидать, медленно последовала за ней.

— Ах ты, мать моя мартышка, — пробормотал Динь, останавливаясь позади меня.

Я сразу поняла, что вызвало его реакцию.

В одном из кресел с откидной спинкой сидел незнакомец, похожий на… ну, на викинга. Не такой исторически точный, как те, что украшали обложки исторических романов, которые я читала. Он был высок и статен, его бедра были широкими, как стволы деревьев. Его волосы были великолепной гривой светлых волн, длиной намного ниже плеч, на которые была натянута простая белая футболка.

Незнакомец был потрясающе красив, и он определенно не был обычным фейри. У фейри был вид Древнего, одного из самых опасных фейри. До недавнего времени мы верили, что в нашем мире не осталось Древних фейри.

Должно быть, мы ошиблись.

У меня было такое чувство, что Орден нас обманул.

Но было что-то неприятно знакомое в чертах этого фейри… в угловатых скулах и выразительном рте. В бровях тоже. Что-то в его лице и фигуре напомнило мне о…

Холодок пробежал у меня по спине.

Он выглядел как Дрейк — более теплая версия принца Зимнего двора. Я взглянула на Фэй, но она выглядела невозмутимой, когда села на диван у окна. Она должна была увидеть сходство. Предупреждение, что незнакомец может сойти за кузена Дрейка, было бы очень кстати.

Воздух шевельнулся вокруг моей левой руки. Моя голова дернулась в сторону. Рен был здесь, двигаясь тихо, как проклятый призрак. Наши взгляды встретились, и мое сердце дрогнуло. Прервав контакт, он сосредоточился на незнакомце. Единственной эмоцией, которую он выказал, было сжатие его челюстей.

Видел ли он то же, что и я?

— Кто это? — спросил незнакомец, уставившись на меня, как на насекомое под микроскопом.

Таннер встал из-за стола, но прежде чем он успел представить меня, Динь шагнул вперед и встал рядом со мной.

— Это Баффи с плохими волосами.

Я медленно повернулась и посмотрела на него.

— Баффи с плохими волосами?

Он нетерпеливо кивнул, глядя на незнакомца.

— Да, словно это комбинация Баффи и Бейонсе, двух величайших женщин всех времен. Ты прямо как Баффи. С плохой задницей. Но ты не Бекки с хорошими волосами. У тебя плохие волосы. Мы все это знаем.

Я уставилась на него.

— Мои волосы не так уж плохи.

— О, они плохие. — Глаза Динь сверкнули. — Ты определенно не Бекки.

— Я думаю, это комплимент… не быть Бекки, — вмешался Рен, и когда я посмотрела на него, в его глазах плясало веселье. — Но я совершенно уверен, что быть Бекки — это не только про волосы.

Я ненавидела их всех. Серьезно.

Незнакомец вздернул подбородок, а затем встал, раздувая ноздри.

— Это ты принадлежишь принцу Зимнего Двора.

Подождите.

Что?

Рен напрягся.

Неужели он только что сказал это?

Услышать такое, все равно, что услышать, что у нас проблемы с давлением в кабине самолета, когда вы находитесь в данном самолете, на высоте тридцать тысяч футов над землей.

— Я ему не принадлежу.

Одна светлая бровь выгнулась.

— Ты и есть та самая Полукровка.

— А вы тот самый фейри в пяти секундах от того, чтобы получить удар в горло.

Он усмехнулся низким, мягким, почти чувственным звуком.

— Так ты приветствуешь того, кто пришел помочь тебе?

— Вначале вы хотите знать, кто я, а потом говорите, что я принадлежу Дрейку…

Фейри зашипел… оскалил острые зубы и действительно зашипел. Мои брови приподнялись, когда его губы скривились в отвращении.

— Не произноси его имени.

— Но почему? Он же не Волан-де-Морт.

— Волан-де-Морт? — он выглядел растерянным.

Я пристально посмотрела на него и покачала головой.

— Неважно. А вы кто такой?

Он наклонил голову.

— Я Фабиан. — Воздух вокруг него замерцал, словно взлетела сотня светлячков. — Принц Фабиан из Летнего двора.

У меня отвисла челюсть. Принц Фабиан? Фэй и Таннер, конечно же, не упомянули, что один из наших гостей был принцем.

Принцем.

Принцем, способным оплодотворить Полукровку.

Я резко втянула воздух.

Рен осознал это одновременно со мной, потому что внезапно оказался рядом.

— Расслабься, — сказал Фабиан. — Мне неинтересно оплодотворять тебя.

Я моргнула.

Ну что ж, это был один из самых грубых способов высказать это.

— Я рад это слышать. — Улыбка Динь напомнила мне о том дне, когда были скидки на Амазоне.

Таннер откашлялся.

— Мне очень жаль. Я знаю, это, должно быть, шоком, что наш гость принц.

— Чертовски верно, это шок, — проворчал Рен. — Ты ни разу не упомянул, что мы ждем еще одного проклятого принца.

— Или что наши гости, на самом деле, оказались просто гостем, — добавила я.

— Я путешествовал не один, — объяснил Фабиан, садясь. — Мои консулы не нужны на этой встрече. Они отдыхают.

— Консулы. Как странно, — пробормотала я.

Принц Летнего двора склонил голову набок.

Фэй пошевелилась в луче солнечного света, льющегося в окно.

— Мы не знали, что Фабиан приедет. Мы предполагали, что он пошлет…

— Своего консула. Поняла, — вмешалась я. — Я не знала, что принц Летнего двора все еще жив и здоров.

— До недавнего времени ты не знала, что Летний двор все еще существует, — мягко напомнил мне Таннер ровным голосом. Он был прав. Мы полагали, что дворы фейри были разогнаны. Очевидно, мы ошибались или нам солгали. — Весь наш двор был уничтожен во время войны с Зимним двором. Безопасность и расположение оставшихся членов королевской семьи — это не то, к чему мы относимся легкомысленно. Простите, что мы не сказали вам этого, но наш принц не заинтересован в исполнении пророчества.

— Даже если бы это было так, ты не в моем вкусе. — Фабиан откинулся назад, закинув ногу на ногу. — В отличие от принца Зимнего двора, мой долг перед нашим миром не стоит того, чтобы опускаться до размножения с Полукровкой.

Охренеть.

Я почувствовала облегчение, услышав это, но в то же время и обиду. Он произнес это так, словно я была вонючим одноклеточным организмом.

— Приятно это слышать. — Рен прислонился к стене, выглядя расслабленным, но меня не обманешь. Он был наготове. — Простите, что мы не выстилали красную дорожку. У нас не самое хорошее впечатление о принцах Мира Иного, тем более что вы выглядите как принц Зимнего двора.

Есть! Слава Богу, я не единственная, кто это заметил.

Фабиан нахмурился.

— Я совсем не похож на этого ублюдка.

— Нуууу, — протянула я, — да, как сказать. Не так ли, Фэй?

Она кивнула.

— Я вижу сходство.

— Я видел принца Зимнего двора. — Динь нахмурился. — Он на него не похож.

Я отрицательно покачала головой.

— Цвет волос другой. Кое-что на лице есть, но да… он похож…

— Не думаю, — задумчиво произнес Динь, сдвинув брови.

Взгляд принца Летнего двора остановился на Динь, взгляд был оценивающий.

— Брауни. Я не видел никого из вашего вида больше ста лет.

Динь широко улыбнулся.

— И ты никогда не видел такого брауни, как я.

Я закатила глаза.

— У тебя будет достаточно времени, чтобы потешить свое самолюбие Динь, позже…

— И, надеюсь, другие части, — спокойно ответил Фабиан.

О, Боже.

Рен подавился чем-то похожим на смех.

— Да, конечно. Ну ладно. Итак, вы принц. Сколько членов королевского двора здесь, в нашем мире, и все ли они чувствуют то же, что и вы?

— Ты об этом, не заинтересованы ли они в том, чтобы увидеть тебя обнаженной настолько, чтобы заняться сексом? — спросил он.

Я прищурилась. Боже правый.

— Да. Об этом. Спасибо, что так любезно об этом сказали.

— Те из придворных, кто еще жив, а их немного, не желают исполнять пророчество. Как и сказал Таннер. Мы пришли сюда, чтобы избежать правления Зимнего двора, чтобы прожить свою жизнь. Мы понимаем, что его присутствие сделает с этим миром. Он уничтожит его, как он и его королева уничтожили наш мир.

— Королева? — спросил Рен.

— Маб? — Я повернулась к Динь, вспоминая, как он всегда произносил ее имя.

Глаза Динь расширились.

— Маб не выбирала чью-то сторону. Она не Зимний двор и не Летний. Она не такая красивая, как Титания или Моргана.

— Подождите. Я думал, что это один и тот же человек, только с разными именами, — сказал Рен.

Я думала так же, потому что именно этому нас учил Орден. Кроме того, я была почти уверена, что Моргана была полностью вымышленной, частью сказок о короле Артуре.

Фабиан усмехнулся.

— Если вы в это верите, то кто мы такие, чтобы разубеждать вас?

Боже, он нам так помогал.

— Их имена были взаимозаменяемы на протяжении многих лет, сменяя друг друга в различных мифах. — Таннер сел, положив руку на стол. — Но это же мифы. Правда в том, что они не одно и то же. Наша политика никогда не была точно представлена в легендах, которые рассказывали смертные.

Рен слегка покачал головой.

— Как думаете, королева тоже здесь?

— Мы не знаем, приходила ли в этот мир какая-нибудь королева, — ответила Фэй. — Будем надеяться, что этого не случилось, и это осложнение никому из нас не нужно.

У меня голова шла кругом.

— Но что, если кто-то из них это сделал?

— Королева Моргана была на стороне Зимнего двора во время войны. Она стала их королевой. — Губы Фабиана скривились от отвращения. — Если она перешла в этот мир, я лично вырву позвоночник из ее спины.

Я подняла брови.

— Она убила моего брата во время Великой войны и отказала нам в чести похоронить его тело. — Глаза принца горели нечестивым светом изнутри. — Она и есть, как вы, люди, это называете? Само зло?

— Звучит примерно так. — Рен развел руки. — У нас есть какие-нибудь доказательства, что она или какая-нибудь другая королева замешаны в этом?

— Нет, — ответила Фэй. — Я была с принцем. Я не видела ни Морганы, ни какой-либо другой королевы.

— Ты хоть знаешь, как выглядит Моргана? — Фабиан заерзал на стуле. — Она многоликая королева и в совершенстве овладела искусством предательства. Нужно быть королем, чтобы узнать эту суку. — Он сделал паузу. — Или, по случайному совпадению, брауни. Их способность видеть даже сквозь самые сильные чары была одной из причин, по которым Зимний двор охотился за ними.

В ее человеческом облике тусклый блеск унылости лег на темную кожу Фэй, и она опустила глаза.

— Как бы мы убили ее, если бы она была здесь? — спросила я.

— Так же, как ты убила бы любого из нас, — ответил принц Летнего двора. — Обезглавив.

Этот вопрос вернул меня к предыдущему разговору с Динь.

— Но она, очевидно, должна быть ослаблена. То же самое и с Дрейком. — Я проигнорировала то, как сжались его губы. — Как нам ослабить одного из вас настолько, чтобы стать на равных?

Комната затихла, когда Фабиан посмотрел на меня со своего места.

— А зачем тебе знать, как ослабить королевскую особу?

Я встретила его горящий взгляд.

— Чтобы убить Дрейка. Зачем еще ж.

— Я думал, тебе нужна помощь в поисках Кристалла. — Фабиан наклонился вперед, поставив обе ноги на пол. И тут я поняла, что на нем нет обуви. Странно. — Только не для убийства принца Зимнего двора.

— Нам действительно нужна помощь в поисках Кристалла. — Взгляд Таннера метнулся между нами. — В какой-то момент принц захватил Айви в плен. Понятно, что она немного не в себе… кровожадна, когда дело касается его.

— Она не единственная, — бросил Рен.

— Я не просто кровожадна, — уточнила я. — Я очень кровожадна.

— Ты думаешь, я скажу тебе, как ослабить принца Зимнего двора? А это значит, что ты узнаешь, как меня ослабить? — Фабиан усмехнулся. — Какая же ты глупая.

Я выпрямилась, когда шагнула вперед.

— Вы хотите, чтобы мы слепо вам доверяли, и все же не хотите поступить так же? У нас нет причин использовать это знание против вас. Я только хочу убить принца, потому что будь я проклята, если проведу недели, месяцы или всю оставшуюся жизнь, оглядываясь назад в поисках его, гадая, в безопасности ли кто-нибудь из моих знакомых, потому что он использует их, чтобы добраться до меня.

Фабиан ухмыльнулся, когда его ледяной взгляд остановился на мне.

— Ты глупая маленькая девочка. Ты говоришь так, словно ты особенная снежинка, уникальная и единственная в своем роде.

Рен фыркнул с того места, где стоял.

Я бросила на Рена убийственный взгляд, прежде чем посмотреть на Фабиана.

— Вы не знаете, кто такой Волан-де-Морт, но знаете, что значит «снежинка»? Я называю это чушью собачьей.

Фабиан склонил голову набок.

— Кто знает, когда встретишь особенную снежинку.

— Да, и те, кто называет других снежинками, исторически являются настоящими снежинками.

— Палки и камни, — пробормотал Фабиан. — Или я — резина, а ты — клей. Все, что ты говоришь, отскакивает от меня и прилипает к тебе.

У меня отвисла челюсть. О Боже, это было похоже на разговор с более грубым Динь.

Который, кстати, буквально дрожал от возбуждения, когда наклонился и прошептал мне на ухо:

— Мне нравится этот парень. Он мне очень нравится. Могу я оставить его себе?

Принц Летнего двора услышал его, и в его бледно-голубых глазах вспыхнул интерес.

— Меня никогда раньше не держал брауни, но…. Я кое-что слышал. Интересные вещи.

Мне так нужен был взрослый прямо сейчас, но все взрослые пялились в потолок, притворяясь, что живая версия фейри с «Тиндера»6 не сидит прямо перед нами.

Динь, выпрямился.

— Скажи же.

Фабиан шагнул к нам.

— Это правда, что брауни со…

— Прекрасно, — вмешался Рен, очевидно, к облегчению Таннера, увидев выражение его лица. — Давайте вернемся к нашей теме. Вы говорили о том, что Айви — не особенная снежинка.

Дорогая горская мамочка, я была в двух секундах от того, чтобы метнуть кинжал через всю комнату и вонзить его принцу Летнего двора в глаз, ударить Динь и выбросить Рена в окно.

— Ладно, Фабио, — огрызнулась я. — Вы можете перейти от оскорблений меня и рассказать что-нибудь действительно полезное? Для примера?

Его светлые брови нахмурились.

— Ты что, тупая? Меня зовут не Фабио, а Фабиан.

Я закатила глаза.

— Однако. — У меня не хватило терпения объяснять, кто такой Фабио^7. — Просто скажите то, что вам нужно сказать.

Ухмылка принца Летнего двора стала еще шире.

— Принц нашел другую Полукровку и уехал из Нового Орлеана, забрав Кристалл с собой.

Глава 14

Весь ад разверзся вокруг меня, пока я просто стояла в центре комнаты, уставившись на принца Летнего двора. Фэй встала, и Таннер тоже. Рен двинулся вперед, задавая вопросы, но я не слышала, что он спрашивал. Динь был спокоен. Вроде как. Он снова смотрел на Фабио так, как Рен смотрел на меня, когда я ему действительно нравилась.

Но я… я была так потрясена, что не могла думать, во мне бурлили эмоции. Одна из них выделялась. Облегчение. Оно волнами прокатывалось по мне, вызывая головокружение.

Принц не станет меня искать.

Рен был в безопасности.

Как и Динь.

Я была в безопасности.

Ну, в такой же безопасности, как и любой из нас, но Дрейк больше не охотился за мной.

У меня перехватило дыхание, а на глаза навернулись слезы.

Все это, вероятно, означало, что со мной что-то не так. Я имею в виду, Дрейк все еще был там, полный решимости обрюхатить какую-то бедную, случайную Полукровку, но он не собирался преследовать меня.

Смех клокотал у меня в горле, но я подавила его прежде, чем он вырвался, и сморгнула слезы облегчения. Никто бы не понял.

Я была таким ужасным человеком, но ничего не могла с собой поделать. Тяжесть спала с моих плеч. Нам все еще приходилось иметь дело с Дрейком, но я… я чувствовала себя свободной.

— Я думал, что «Элита» убила всех Полукровок? — голос Таннера перекрыл шум, привлекая мое внимание.

— «Элита» выслеживала каждого Полукровку, которого смогла обнаружить, — ответил Рен, и я вздрогнула, зная, что я одна из них. — Это не значит, что они знают о каждой Полукровке в мире. Принц, очевидно, искал их лучше, чем мы.

— Я не знаю, правда ли это, так как вы, ребята, вероятно, убили их целый полк, — заметил Динь.

Рен бросил на него мрачный взгляд, прежде чем повернуться к Фабиану.

— Откуда вы это знаете?

— Точно так же, как принц Зимнего двора отправил следопытов на поиски возможных Полукровок, мы сами следили за ними. — Фабиан зевнул, казалось, ему наскучил весь этот разговор. — Они со своим консулом уехали два дня назад.

Два дня назад? Пока я была в отключке, потому что какие-то фейри пытались убить меня, и считали, что принц придет сюда? Еще один почти истерический смех зародился глубоко в моем животе.

— Ты понятия не имела, что они ищут других Полукровок? — спросил Рен у Фэй.

— Я знала, что Вэлор хотел, чтобы принц искал других, но, насколько я знаю, они не занимались поисками активно. — Недоверие окрасило ее голос. В какой-то момент она потеряла человеческий облик. — Так куда же он направился?

Фабиан вытянул ноги, скрестив их в лодыжках.

— Этого мы не знаем.

— Вы, очевидно, знаете все остальное, но не знаете этого? — заметила я.

— Да. — Его взгляд метнулся ко мне. — Именно это я и хочу сказать. Риск был слишком велик для моих шпионов.

Какое бы облегчение я ни испытала, когда обнаружила, что Дрейк не собирается меня искать, оно постепенно исчезло.

— Тогда он и эта Полукровка могут быть, где угодно.

Он элегантно пожал плечами.

— Это все меняет, — сказала Фэй, тяжело садясь обратно, лишенная своей обычной грации. — Я ничего не знала ни о следопытах, ни о том, что он сможет так быстро найти другую Полукровку.

— Это ничего не меняет. — Все взгляды устремились на меня. То, что я сказала, было правдой. Для меня все изменилось, но у нас по-прежнему была одна и та же цель — теперь более срочная и отчаянная. — Мы должны найти его, отправить обратно или убить его.

Рен резко повернулся ко мне.

— Ты что, с ума сошла?

— Прошу прощения?

— Тебе ничего не нужно делать, кроме как держать свою симпатичную маленькую задницу здесь, подальше от всего, — заявил он, будто у него нет желания умереть. — Возможно, принц и охотится за другой Полукровкой, но ты все еще Полукровка, Айви.

— Ни хрена себе, — выплюнула я в ответ. — Но только я могу сказать, куда моя задница пойдет, а куда нет.

Его глаза вспыхнули глубоким зеленым светом.

— Если его здесь нет, то тебе незачем отправляться за ним. Самое разумное и безопасное для тебя — остаться здесь.

— И что же? Ты собираешься пойти за ним?

Его челюсти напряглись.

— Это моя работа.

— Это и моя работа!

Динь легонько коснулся моей руки.

— Он прав, Айви. — Он прищурился, глядя на Рена. — Он действительно плохо излагает свою точку зрения, но она у него есть.

— Спасибо, — выдавил Рен, прежде чем сделать глубокий вдох. — Послушай, я понимаю, что это и твой долг тоже, но ты все еще в опасности. Он может снова обратить свое внимание на тебя.

Скрестив руки на груди, я выставила вперед бедро, переходя в стандартную позу взбешенного человека.

— И я понимаю, что это твой долг, но ты же понимаешь, что принц контролирует меня только через твою задницу, верно?

Рен отступил назад, его спина напряглась.

— Да. Пусть это дойдет до тебя, приятель. — Я была в ударе. Теперь уже нельзя останавливаться. — Ты отправишься туда, и если он не убьет тебя, то захватит в плен. Использовать тебя, чтобы заставить меня согласиться на все, вероятно, намного проще, чем убедить какую-то случайную Полукровку заняться с ним сексом.

— На самом деле, — вмешалась Фэй, — если Полукровка не знает, кто она и кто он, это будет совсем не трудно. Секс на одну ночь случается постоянно.

Таннер тяжело опустился на стул.

— Это плохо.

— Тебе все равно слишком рискованно туда идти. — Рен проигнорировал их. — Не хочу показаться ослом, но чем дальше ты будешь, тем лучше.

— Итак, я должна сидеть и делать, что именно? Ухаживать за садом снаружи? Может быть, взять уроки вязания?

— По крайней мере, тогда ты хоть чем-то займешься. — Одна сторона его губ приподнялась. — Все беды от безделья, по крайней мере, так говорят.

Я собиралась ударить его.

Серьезно.

— Я собираюсь засунуть свои страдающие бездельем руки так глубоко тебе в задницу, что ты почувствуешь себя марионеткой.

— Знаешь что? — Рен наклонился вперед, понизив голос. — Мне могло бы это даже понравиться.

Мое тело вспыхнуло от гнева и чего-то совершенно другого. Я проигнорировала последнее замечание, встав прямо перед лицом Рена.

— Я не останусь здесь, Рен. Этого не случится.

— С тобой невозможно договориться. — Покачав головой, он провел рукой по волосам. — Клянусь Богом.

— Прекратите ссориться, — сказал Динь, танцуя между нами. — Это меня напрягает.

— Жаль, что у меня нет попкорна, — добавил Фабиан.

Я развернулась к принцу Летнего Двора.

— Почему вы вообще здесь? Вы пришли неизвестно откуда…

— Из Флориды, — подсказал он.

— Фигурально, — пробормотал Рен себе под нос.

— Вы пришли сюда только для того, чтобы сообщить нам, что Дрейк уехал? Вы не могли бы, я не знаю, позвонить?

Таннер вздохнул.

— Вы все еще нуждаетесь во мне. — Он сплел пальцы вместе. — В конце концов, как ты собираешься найти Кристалл? Или принца Зимнего двора, когда мы не знаем, куда он отправился? Даже если мы обнаружим его, он будет умнее, скрывая свое присутствие. Мы можем чувствовать друг друга, но он не будет знать, что я работаю с вами.

— Неужели он действительно думает, что принц двора, которого он помог уничтожить, находится в том же городе, что и он, чтобы присоединиться к нему за обедом? — усомнился Рен, поднимая хороший вопрос.

На челюсти Фабиана дрогнул мускул.

— Принц Зимнего двора не видит во мне угрозы. Ему может стать просто любопытно. — Его взгляд скользнул ко мне. — Это будет его слабостью.

Встретив пристальный взгляд принца Летнего двора, я почувствовала, что это была не единственная слабость, которую нужно было изучить.

— Все это не имеет значения, если мы не знаем, куда отправился принц. — Фэй подняла руки. — Мы можем сидеть здесь и спорить, кто уезжает, а кто остается, но все это не имеет значения. Мы понятия не имеем, куда он делся.

— Это еще один хороший вопрос, — вмешался Динь.

Люди вокруг меня начали строить догадки, но это было все, что они могли сделать. Рассуждать. Но это ничего не значило. Мы не могли гоняться за ложными уликами или подозрениями. У нас не было времени. Нам нужно было найти кого-то, кто бы знал…

И тут меня осенило.

— Я знаю, кто, вероятно, в курсе, куда делся Дрейк, — сказала я, и все взгляды обратились на меня. — Марлон… Марлон Сент-Кайерс. Застройщик в городе? — добавила я, когда все продолжали смотреть на меня. — Древний, который тесно сотрудничал с Дрейком. Он может знать, куда тот отправился.

Таннер повернулся к Фэй.

— Как думаешь, такое возможно? Доверил бы Дрейк ему такую информацию?

— Они были близки, так что это возможно. — В ее бледных глазах вспыхнуло возбуждение. — Это стоит проверить.

— Тогда именно это мы и сделаем. — Решимость наполнила меня. — Мы найдем Марлона и позаботимся о том, чтобы он заговорил.

Глава 15

После этого собрание разошлось. Таннер хотел, чтобы все «успокоились и подумали о будущем», прежде чем мы поговорим о том, чтобы отправиться на поиски Марлона. Рен бросил на меня взгляд, который сказал мне, что наш разговор… эм, спор, не закончен, прежде чем он вышел из комнаты. Принц Фабиан плавно поднялся, и когда я увидела, что он нацелился на Динь, я вышла в коридор. Рен уже исчез.

Фэй последовала за мной, и взглянув на нее, я не могла не заметить напряженность на ее лице.

— Ты в порядке?

— Ага. — Фэй кивнула, но все еще выглядела немного больной. — Просто Фабиан сказал кое-что о королеве Моргане. О том, что я бы ее не узнала, если бы увидела. — Сделав глубокий вдох, она заправила волосы за ухо. — Сама возможность находиться рядом с ней, ничего не зная, заставляет меня чувствовать себя так, словно кто-то прошелся по моей могиле.

Мои брови поползли вверх.

— Она такая ужасная?

Фэй остановилась, глядя на меня.

— То, что рассказывали о ней в сказках, чтобы развлечь детей — это одно. Сказки. — Она слегка покачала головой. — Рассказы про ее жестокость передаются только шепотом среди старейших из нашего рода, ее жестокость просто ужасна. Она совершала такие тяжелые преступления, что у нее отняли способность творить жизнь. В каком-то смысле она наш бугимен, которого мы все боимся. Ее ненависть к Летнему двору превосходит только ненависть к людям. — Фэй, с трудом сглотнув, отвернулась. — Если она замешана, то открытие Врат в Мир Иной будет наименьшей из наших забот.

После жутковатого разговора с Фэй я попыталась найти Рена, потому что была более чем готова ко второму раунду нашего спора. Я знала, что причинила ему боль прошлой ночью, но это не меняло того факта, что он не имел абсолютно никакого права пытаться диктовать мне, что делать.

К сожалению, он куда-то подевался, это напрягало, потому что заставило меня хотеть кричать на него больше.

Вообще-то мне нравилось кричать на него. Это позволяло мне почувствовать себя… нормально. И это было немного запутано, но неважно.

Поскольку его нигде не было видно, я занялась другим. Я направилась в спортзал, но не пошла в комнату с беговыми дорожками. Я направилась в маленький зал, с толстыми циновками на полу и боксерской грушей.

Там я провела остаток дня одна, возобновив старые тренировки, будто мне снова было шестнадцать. Несколько месяцев назад я бы отказалась от такой затеи, заново практиковать методы уклонения от ударов, но теперь я понимала, что мне это надо. Мне нужна была вся возможная практика, особенно если я планировала снова встретиться с принцем.

Хотя было бы неплохо иметь партнера.

Я перешла к боксерской груше, работая с железным кинжалом. Я не била так сильно, как могла, потому что сомневалась, что фейри оценили бы мешок, полный порезов, но я набрала скорость, поскольку теперь слишком знакомое ощущение закипало к жизни в моем животе. Это напомнило мне о грызущем голоде, но это была жажда, та же самая, которую, как я себе представляла, испытывает наркоман. Это было далеко не так плохо, как раньше, но она все еще была там, тень внутри меня.

Пот заливал мне глаза, когда дверь открылась и в комнату ворвался свежий воздух. Выдернув лезвие из груши, я обернулась и увидела Брайтон.

Она стояла в дверях, одной рукой сжимая концы своего хвоста.

— Прости. Я не хотела тебя прерывать.

— Все в порядке. — Проведя рукой по лбу, я убрала кинжал в ножны. — Что случилось?

— Я просто бродила вокруг. Увидела, что ты здесь. — Она кивнула на маленькое окошко в двери. — Я не видела тебя с тех пор… ну с тех пор, как на тебя напали. Кажется, у тебя все хорошо.

— Так и есть. Я бы сказала, что мне повезло, но думается, меня спасло то, что я наполовину фейри. — Эти слова слетели с моего языка легче, чем я думала. — Вся эта история с кормлением спасла мне жизнь.

— Именно это я и слышала. Не возражаешь, если я сяду или это отвлекает?

— Присаживайся. — Я пожала плечами. — Я все равно закончила.

Она выдвинула один из средних стульев и развернула его.

— Как ты со всем справляешься? Со всей этой историей с кормлением?

Я начала было говорить ей, что у меня все хорошо, но замолкла.

— Честно говоря, не знаю. — Я подошла к тому месту, где она сидела. — Я имею в виду, я счастлива быть живой, но знание о том, что я сделала, чтобы быть здесь, меня огорчает.

Она подняла на меня глаза.

— Я могу это понять.

Отвернувшись, я прикусила губу.

— Ты знаешь, что сделали Рен и Динь?

На мгновение воцарилась тишина.

— Я слышала, что они заставили Фэй применить к тебе принуждение.

— Так и было. Я была так зла на них, но…

— Больше не злишься?

— Я и сейчас злюсь. — Резко выдохнув, я села на коврик перед ней. — А в тоже время нет. Я понимаю, почему они это сделали. Я ценю это, но меня это не устраивает.

Она сложила руки на коленях.

— Я думаю, вопрос в том, сможешь ли ты простить их?

— Я уже сделала это, — сказала я, и это была чистая правда. — Мне вроде как пришлось, понимаешь? Потому что я сделала бы то же самое, чтобы спасти их.

Слабая улыбка тронула губы Брайтон.

— Что ж, я рада, что ты еще жива.

Мне было интересно, действительно ли ее мама чувствовала то же самое. Впрочем, это, на самом деле, не имело значения.

— И я тоже. В любом случае. — Я откинулась назад, опершись на руки. — Ты что-нибудь слышала о наших гостях?

Брайтон широко раскрыла глаза и кивнула.

— Да. Чертовски невероятно. Еще один принц? И Полукровка? — Ее плечи напряглись. — Этот гребанный Орден лгал нам с самого первого дня.

Я ничего не могла с собой поделать. Я подавила смешок, но она выругалась, и я не могла вспомнить, чтобы слышала, как она ругалась раньше.

— Я имею в виду, что почти все, что мы считали правдой, оказалось неправдой. — Ее губы сжались. — А что еще мы знаем, что неправда?

— Боже. Это может быть что угодно. Но должна же быть причина, почему они не рассказали нам о фейри Летнего двора или о королевских дворах. — Я вытянула ноги. — А Орден вообще знает, что принц уехал?

— У меня нет ни малейшего понятия, и в данный момент, рискованно, чтобы просто даже связаться с ними и узнать. — Она откинулась назад. — Но нам придется это сделать. Как только мы получим Кристалл, нам понадобится их помощь, чтобы открыть Врата.

— Или мы убьем принца. — Я проигнорировала ее удивленный возглас. — Для этого нам, вероятно, тоже понадобится Орден, учитывая, что нам понадобится вся помощь, которую мы сможем получить.

Затем Брайтон указала на очевидное.

— Убить принца почти невозможно.

— Почти невозможно, — подчеркнула я. — У него должна быть какая-то слабость, кроме эго, а принц Летнего двора знает, что их ослабляет. — Я сморщила нос. — Я отчасти понимаю, почему он не был так откровенен с этой информацией, но если мы сможем ослабить его, мы, вероятно, сможем убить его.

Она, казалось, обдумывала это.

— Тогда нам просто нужно позаботиться о других принцах и принцессах, верно? Потому что кто знает, сколько здесь людей из Летнего двора?

Я фыркнула.

— Верно? Мы просто должны верить, что все они живы и пусть живут как хиппи-фейри? — Мне кое-что пришло в голову. — И я серьезно сомневаюсь, что принц Летнего двора не кормится. Сила практически капала с него.

— Я думаю… — дверь в комнату отворилась, и на пороге появился Динь. У него была компания.

— Марли и команда искали тебя. — Он отступил в сторону. — Сказав им, что ты, вероятно, здесь или в библиотеке, я решил сопровождать их, потому что я такой крутой. — Он взглянул на Брайтон и помахал ей рукой. — Привет!

Брайтон, казалось, утонула в стуле, когда пробормотала:

— Привет.

Он отвернулся от нас.

— Я также нашел вашу дочь. Я так вам помогаю.

Я выгнула бровь, заглядывая за него. За спиной Марли стоял Таннер. Ни один из них не выглядел счастливым.

Я оттолкнулась руками от пола и села прямо. Я решила, что они готовы обсудить планы по поиску и допросу Марлона.

— Что случилось?

Марли ворвалась в комнату. В руке у нее болталось что-то металлическое. Подождите. Это… наручники?

— Рен рассказал нам.

Меня пробрал озноб.

— Рассказал вам что? — Динь нахмурился, когда его взгляд скользнул по нам.

Глаза Марли были похожи на ледяные глыбы.

— Айви собирается бежать.

Глава 16

На добрую, долгую секунду я была слишком потрясена тем фактом, что Рен действительно сдал меня, чтобы иметь более сильную реакцию.

Святое дерьмо, он действительно пошел к Марли и Таннеру?

На следующей неделе я надеру ему задницу!

— Что? — воскликнул Динь, и его голос эхом отразился от стен маленькой комнаты. — Ты собиралась бежать?

— Уже нет. — Марли подняла наручники.

Я ясно поняла зачем нужны наручники. Я оттолкнулась от пола.

— Вы собираетесь надеть на меня наручники? Вы что, с ума сошли?

Марли крепче сжала наручники.

— Девочка, мой ум острый, как скрипка.

Острый, как скрипка? Это даже не имело смысла. Без разницы. Она сделала шаг ко мне, и моя рука метнулась к кинжалу.

— Если ты приблизишься ко мне хоть на дюйм, то увидишь, что этот кинжал острее скрипки.

— Айви, — выдохнула Брайтон, поднимаясь со стула.

Марли стояла неподвижно.

— Ты собиралась сбежать…

— Я собиралась уехать, когда думала, что принц все еще здесь, и это полностью был мой выбор. — Мои пальцы крепче сжали рукоять кинжала. — Но все это сейчас спорный вопрос, не так ли?

— Именно это я и пытался объяснить Марли. — Таннер, вечный посредник, стоял справа от меня.

— Это все еще опасно. Не имеет значения, нашел ли он другую Полукровку для оплодотворения или нет. — Марли вздернула подбородок. — Нам не нужно, чтобы ты убегала, Айви. Как уже сказал Рен, тебе нужно остаться здесь, где нет принца.

Я изо всех сил старалась говорить спокойно.

— Во-первых, если я захочу уехать отсюда, то уеду. Никто не сможет удержать меня здесь против моей воли. Я уже была в таком положении, и у меня есть опыт, чтобы доказать обратное. Я не собираюсь доказывать это заново.

Марли открыла рот, но Таннер положил руку ей на плечо, заставляя замолчать.

— Это правда. Мы не удерживаем ее против ее воли. Она может уйти отсюда, когда захочет.

Я оценила его поддержку, но еще не закончила.

— Во-вторых, ты сейчас слишком остро реагируешь. — Мышцы на моей шее напряглись. — Когда я узнала, что принц может пройти через чары, я действительно планировала уехать. Мое присутствие здесь было слишком большим риском для меня, чтобы жить с этим, и мне плевать, согласна ты с этим или нет.

Глаза Марли слегка расширились.

— Но я согласилась остаться, пока не приедут гости. Сейчас все это не имеет значения. Дрейк нашел еще одну Полукровку, и хотя это чертовски большое облегчение, это не значит, что мой долг перестал существовать. — Когда она снова заговорила, я прервала ее. — Ты действительно не хочешь со мной спорить. Серьезно. Потому что ты не выиграешь.

Она стиснула зубы.

— Мама, — тихо начала Брайтон. — Ты не можешь всерьез надевать наручники на Айви. Это неправильно.

— Иногда то, что необходимо, не всегда правильно, — холодно ответила она.

Я проигнорировала это заявление дня, потому что мне больше нечем было крыть на данный момент. Я нацелилась на Таннера.

— Когда мы обсудим поиски Марлона?

По-прежнему сосредоточенный на Марли, он сказал:

— Мы уже обсудили это.

Я вспыхнула.

— Вы что?

Только тогда он посмотрел на меня.

— Несколько часов назад. Команда отправляется на разведку в девять утра.

У меня покраснело в глазах.

— И я предполагаю, что меня удобно отстранили от этой встречи?

Таннер отвел взгляд.

Горький смех вырвался из меня.

— Но держу пари, что Рен там был. Во время этой встречи он рассказал вам о моем плане уехать?

— Он сделал это еще до прибытия Фабиана и его консула, — ответил Таннер. — Я верю, что он не хотел, чтобы это случилось. — Он искоса взглянул на Марли. — Я сделал ошибку, упомянув об этом Марли, которая, как ты можешь видеть, очень эмоционально отреагировала.

У меня должна была быть эмоциональная реакция.

— Я буду с любой командой, которая уйдет завтра. — Я обошла Таннер и Марли, молча призывая ее поднести наручники поближе ко мне. — Я закончила.

Не дав им возможности ответить, я крадучись вышла в коридор. Я прошла около пяти футов.

— Айви. Подожди. — Это был Динь.

Глубоко вздохнув, я повернулась, чтобы сказать ему, что все, что он хочет сказать, должно подождать, но я увидела выражение его лица.

Выражение его лица было пораженным.

— Ты собиралась меня бросить?

О, Боже.

— Я…

— Ты действительно собиралась это сделать? — Динь подкрался ближе, его глаза наполнились слезами. — Почему?

Проведя руками по лицу, я покачала головой.

— Не имеет значения. Принц…

— Нашел себе новую Полукровку и больше ты его не волнуешь. Да, я был там. — Он упер руки в бока. — Но раньше? Ты собиралась оставить меня… оставить нас. Вот почему Рен так расстроен.

— Ну, есть много причин, почему он расстроен, и да, это одна из них.

Динь смотрел на меня так долго, что меня охватило беспокойство.

— Значит, ты собиралась уехать, ничего мне не сказав.

Я переступила с ноги на ногу, чувствуя себя неловко.

— Я узнала, что принц может пройти через чары. Я… я запаниковала. Я могла думать только о том, что он использует тебя или Рена против меня. Я думала, что если уйду, то вы, ребята, не будете подвергаться риску.

— А ты не думала, что мы взбесимся и бросимся искать тебя? — потребовал он.

— На самом деле я не думала об этом.

— Нет. — Его глаза наполнились болью. — Ты не подумала.

Стыд окутал меня, как колючее одеяло.

— Я понимаю, и я сожалею. Я бы так и сделала… Я сделаю все, чтобы защитить вас двоих.

— И мы сделаем все, чтобы защитить тебя, — тихо сказал он. — Ты спасла мне жизнь, Айви.

— Ты спас мою, — напомнила я ему.

— И ты накричала на меня за это. — Когда я начала отвечать, он продолжил. — Я понимаю почему. Реально.

Я потерла тыльную сторону ладони о бедро.

— Можем ли мы… не знаю. Начать все сначала? Мне действительно очень жаль. Это был глупый план…

— Жестокий и глупый план.

— Да. — Я вздохнула. — Так оно и было.

Он вздернул подбородок.

— Однажды я уже потерял семью. Я не хочу снова потерять ее, Айви.

У меня перехватило дыхание.

— И это то, чем ты являешься для меня… ты и даже Рен, — сказал он, и мне захотелось, чтобы Рен был здесь и услышал это. — Вы двое — это все, что у меня есть. Если бы ты меня бросила, это бы меня убило.

Чувство вины застряло у меня в горле, и мне нужно было с этим жить. Я шагнула вперед и положила руку ему на плечо.

— Динь, мне очень жаль. Я просто запаниковала, и я понимаю, что это не очень хорошее оправдание, но это правда. Я запаниковала и не думала о том, что это может сделать с тобой и Реном. И это было неправильно, потому что вы двое — все, что у меня осталось. Вы… — Я сделала глубокий вдох. — Вы — моя семья.

Динь изучал меня мгновение, а затем прыгнул вперед, обхватив меня своими длинными руками. Он обнял меня крепко-крепко, и я отреагировала без раздумий, обхватив его руками. Зажмурившись от внезапного потока слез, я прижалась лицом к его груди.

Я училась крепко обнимать Динь.

— Все прощена, — прошептал он мне на ухо. — Но, если ты еще раз подумаешь о чем-то подобном, я тебе этого не прощу.

— Хорошо, — хрипло прошептала я.

— А я пойду и закажу на Амазон какую-нибудь странную дрянь. Мало того, я обнародую свой список желаний, а это значит, что это будет твой список желаний, — продолжил он. — Ты этого не захочешь.

Мои губы дернулись, когда я отстранилась.

— Я этого не захочу.

— Хорошо.

Глубоко вздохнув, я посмотрела на закрытую дверь спортзала.

— Мне нужно найти Рена. Ты хоть представляешь, где он сейчас?

— Я думаю, он в бассейне.

Меня охватило удивление.

— Тут есть бассейн?

Динь посмотрел на меня, как на придурочную.

— Ты везде тут поскиталась и до сих пор не нашла бассейн? Ты не берешь от жизни все.

Динь был прав.

Я не брала от жизни все, если не знала, что в этом чертовом здании есть бассейн, и, очевидно, он был на втором этаже. Слабый запах хлорки чувствовался издалека, и с каждым шагом мой прежний гнев вспыхивал с силой тысячи пылающих солнц.

Я знала, что совершила ошибку, когда решила уехать. Рен был прав. Это была резкая реакция, но то, что он побежал к Таннеру, зашло слишком далеко.

Настало время для такой сильной реакции, которая не включала бы в себя плач и ощущение, что ты придурок.

Ударив кулаками по двустворчатой двери, я ворвалась в комнату и тут же резко остановилась. Мои глаза расширились. Комната была большой и светлой благодаря окнам от пола до потолка, расположенным вдоль всей дальней стены. Бассейн был огромным, размером с олимпийский, но не бассейн заставил меня замереть на месте.

В нем был Рен.

— Святое дерьмо, — прошептала я.

Он не слышал меня, потому что в данный момент скользил под водой, как какой-то морской бог. Пока он плыл, его тело было гладким и быстрым. Он был одет только в то, что казалось черными плавками. На ближайшей скамейке лежала стопка аккуратно сложенной одежды, и я почти могла представить, как он стоит там, складывая джинсы и рубашку. Его ботинки были засунуты под скамейку.

Татуировка пантеры на его спине двигалась вместе с ним, совершенно потрясающее произведение искусства, каким-то образом выделенное блестящей водой. Мышцы на его спине напрягались, когда он прорывался на поверхность и нырял снова. Сначала он меня не заметил, и это было здорово, потому что у меня появилось больше времени, чтобы подкрасться к нему, когда он поднял свои сильные руки, стирая воду и убирая волосы с лица.

У меня пересохло во рту и защемило в груди. Он был…

Голова Рена резко повернулась в мою сторону. Эти глаза были похожи на отполированные изумруды, идеально спрятанные за густыми влажными ресницами.

Напряженная тишина заполнила комнату, пока мы смотрели друг на друга. Он был тем, кто сломал ее.

— Привет, — сказал он, приближаясь от середины бассейна к краю, где стояла я.

Я медленно моргнула, а затем взяла гормоны под контроль. Ладно. Рен был горяч и похож на какого-то Бога. Ей Богу! Меня не так-то легко было отвлечь.

— Я так зла на тебя, — сказала я ему.

— Реально? — сухо уточнил он, опуская тяжелую руку на плитку. Одна сторона его губ приподнялась. — Это как-то отличается от сегодняшнего утра, когда ты злилась на меня?

— О. — Я резко рассмеялась. — Ты думаешь, это смешно?

Ухмылка не исчезла.

— Сладкая, я всегда думаю, что ты забавная.

— Неужели? — Окей. Я покажу тебе кое-что действительно забавное.

Его вторая рука поднялась и приземлилась на плитку.

— У тебя есть прикованная к этому собственная аудитория.

Развернувшись, я подошла к скамейке и взяла его одежду.

— Айви…

Я развернулась и включила режим настоящей сучки, метнувшись к концу бассейна.

— Не смей этого делать. Клянусь Богом, Айви! — Мускулы на его руках напряглись, пока он вылезал из бассейна. Через несколько секунд он уже был на ногах.

— Айви…

— Слишком поздно! — Я выбросила его одежду в бассейн.

Рен развернулся, но спасать его вещи было поздно. Его рубашка и штаны приземлились с приятным всплеском. Какое-то время он молча смотрел на них.

— Черт, — выплюнул он.

Я повернулась к нему, ухмыляясь, как Безумный Шляпник.

— Это было действительно забавно, не так ли?

Его прищуренный взгляд остановился на мне.

— Ты что, с ума сошла?

— Я нет, но думаю, ты точно.

— Это я-то сумасшедший? Ты только что бросила мою одежду в бассейн!

— И я хотела бы сделать это снова! — Я подошла к нему вплотную. Поскольку он был на добрый фут выше меня, мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него. — Ты сдал меня Таннеру!

Понимание вспыхнуло на его лице, а затем он закатил глаза.

— Так вот почему ты выбросила мои вещи в бассейн? Господи, Айви. — Он закашлялся и коротко рассмеялся. — Я сказал Таннеру сегодня утром, еще до того, как появился принц Летнего двора.

— О, так значит, то, что ты сдал меня до того, как это стало неуместным, делает это нормальным?

Его брови нахмурились.

— Он должен был знать, на случай если ты не сдержишь свое обещание и сбежишь.

Я изумленно уставилась на него.

— Ты это серьезно?

Откинув мокрые волосы с лица, он отступил назад.

— Так же серьезно, как ты швыряешь мое дерьмо в бассейн.

— Я собираюсь бросить в бассейн тебя, — огрызнулась я, изо всех сил стараясь не отводить взгляда от его лица, потому что он был мокрым и чертовски привлекательным. — Ты не должен был ему говорить.

Мускул дрогнул на его челюсти, когда он отвел взгляд, и, черт возьми, мой взгляд опустился. Его грудь была вся мокрая и твердая, и вода все еще стекала по его тугому прессу. Боксеры сидели неприлично низко, и это оставляло мало места для воображения. Насквозь промокшие, они цеплялись за каждый длинный, твердый дюйм…

Стойте. У него что, стоял?

Мои глаза расширились.

Да. Да, именно так.

— Мое лицо здесь, наверху, — усмехнулся Рен.

Я покраснела, когда мой взгляд метнулся к нему.

— Мудак.

— Не то, чтобы я возражал, что ты смотришь на меня так, будто хочешь меня укусить, но сейчас я немного беспокоюсь, что ты действительно можешь это сделать.

Я скрестила руки на груди.

— Я обещала тебе, что останусь, пока мы не узнаем о Кристалле, и я это сделала. — Мои руки сжались в кулаки. — Ты мог бы мне доверять.

Покачав головой, он уставился в потолок.

— Я доверяю тебе, Айви. Я верю, что ты всегда будешь делать то, чего я меньше всего ожидаю.

Я наклонила голову.

— У тебя есть желание умереть прямо сейчас?

Рен снова отвел взгляд, нахмурившись, когда его штаны проплыли мимо нас.

— Мне жаль, что тебе не понравилось то, что я сказал Таннеру, но я чувствовал, что он должен знать, так как он дал нам убежище… не самое лучшее убежище, но все же лучше, чем ничего. Кто знает, что случилось бы, если бы ты ушла, как бы это отразилось на этом месте? Но нет, это не то, о чем ты думала. — Его тяжелый взгляд нашел мой. — Ну, знаешь, с твоим великим планом побега и все такое.

Черт побери, он был прав, но я, черт возьми, не говорила ему об этом.

— Ты знаешь, что сделала Марли?

— Я ни хрена Марли не говорил.

— Но Таннер же это сделал, — возразила я. — Она появилась всего несколько минут назад с парой наручников. Да. С наручниками.

— Что? — Он рассмеялся, на этот раз смех был более легким, более искренним. — Я бы раскошелился, чтобы увидеть это.

— Ты это серьезно?

Он что-то сказал и снова засмеялся, и, клянусь, передо мной встала белая пелена ярости. Бросившись вперед, я ударила его руками в грудь.

Его смех оборвался, когда он потерял равновесие и стал падать назад.

Я даже не знаю, как произошло то, что произошло дальше. Руки Рена взметнулись вверх, и он, должно быть, схватил меня за руку, потому что в следующее мгновение я уже падала боком в бассейн.

Мой крик был заглушен потоком воды, поглотившей меня целиком. Я опустилась почти на самое дно, крепко зажмурив глаза и набрав полный рот воздуха.

Черт возьми, вода была холодной.

Уперевшись ногами в дно, я оттолкнулась, вынырнув на поверхность и хватая ртом воздух. Я услышала плеск воды рядом с собой, предупредивший меня о том, что Рен сделал то же самое. Падение в воду испортило мне прическу и волосы закрыли мне лицо, как темно-рыжая спутанная вуаль. Используя одну руку, чтобы грести, другой я отбросила их с лица.

Рен повернулся в воде ко мне, его глаза расширились от удивления.

— Ты столкнула меня в бассейн.

— Ты затащил меня в бассейн! — Мои ноги добрались до ступени.

Он уставился на меня на мгновение, а затем сделал самую безумную вещь. Рен начал смеяться… смеяться глубоким, грудным смехом, держась за другую сторону бассейна.

Что-то в его смехе было таким… заразительным.

Мои губы дернулись, а затем вырвался смешок. Это было похоже на прорыв дамбы. Один тихий смешок, и я выпустила его. Наш смех достиг вершины, и мой желудок сжался от его силы, потому что это… мы… были смешны.

К тому времени, как я добралась до мелководья, где могла стоять, вода доходила мне до груди, я уже задыхалась.

— Мы такие глупые… — Я замолчала, потому что посмотрела на Рена. Он просто смотрел на меня, слегка приоткрыв рот, словно только что стал свидетелем полного солнечного затмения. — Что?

— Я… — Он покачал головой, его щеки порозовели. — Я просто очень давно не слышал, чтобы ты так смеялась.

Я нахмурилась, мои руки держались на воде. Наши взгляды встретились на расстоянии.

— Такое… такое чувство, что прошло много времени. Приятно так смеяться. — Я почувствовала себя полной дурой, признав это, и мои щеки вспыхнули.

Рен оттолкнулся от стены и доплыл до середины бассейна.

— Это было прекрасно.

Я прикусила губу, наблюдая, как он подплывает ближе.

— Неужели?

— Да. — Он добрался до того места, где его ноги касались дна. Через мгновение его грудь резко поднялась и опустилась. — Мне просто хотелось бы слышать его почаще.

У меня перехватило дыхание, когда внутри меня раздулся пузырь эмоций.

Рен остановился.

— И все, чего я хочу, это чтобы ты чувствовала это чаще. Вот чего я хочу.

Я открыла рот, чтобы сказать ему, что есть так много более важных вещей, чего пожелать, но слова застряли у меня в горле, потому что я тоже хотела этого. Я тоже этого хотела.

Я почувствовала, как мое лицо начало морщиться.

— Поговори со мной, — тихо, как всегда, попросил Рен. — Поговори со мной, Айви.

Это было похоже на острие кинжала, наведенного на надутый воздушный шар. Я разрывалась, каждая мысль и чувство оголились, пропитывая мою кожу и угрожая затянуть меня обратно.

Он не прятался, не притворялся. Больше не было места для лжи. Я закрыла глаза.

— Я не… Я больше не знаю, кто я.

Глава 17

Ну вот.

Я сказала это.

Я сказала это вслух, и я сказала это Рену. Слова нельзя было вернуть назад, особенно когда они вырвались наружу. Ни за что.

— Айви. — Он произнес мое имя так, словно оно сломало его. Как будто он был воздушным шаром, который тоже лопнул.

Я держала глаза закрытыми, потому что не хотела видеть его лицо.

— С тех самых пор, как… принц, я не чувствую себя собой. Я делала разные вещи, и я знаю… я знаю, что он заставлял меня делать эти вещи, но это заставляло меня чувствовать, что я… больше не я. — Я подняла руки из воды и сжала их в кулаки. — Теперь я даже не похожа на саму себя, и у меня есть эта вещь внутри меня… эта потребность, которой никогда не было раньше… этот голод. Я просто…

Сжав губы, я резко вдохнула через нос и открыла глаза. Рен не подошел ближе. Он был неподвижен, как статуя, но смотрел на меня, и я знала, что он не отвел взгляда. Ни разу.

— И я застряла в своей голове, понимаешь? Просто пытаюсь разобраться в каждой чертовой вещи, которая произошла, это все трудно выбросить из головы. Вот почему те фейри надрали мне задницу. Я не обращала ни на что внимания, и я плохо ела, и… и в тот вечер я сказала себе, что, наконец-то, поговорю с тобой. Я бы рассказала тебе, что происходит, но ты… Я увидела тебя с Динь и Фэй в одной из общих комнат, и ты выглядел таким расслабленным. Настолько расслабленным и нормальным, что я не хотела разрушать это. Я не хотела отнимать это у тебя.

Рен закрыл глаза, лицо его напряглось.

— Я действительно собиралась поговорить с тобой в тот вечер, но потом… а потом случилась вся эта история с поножовщиной. — Я судорожно втянула в себя воздух. — Потом я кормилась тобой, и мы… ты знаешь, что случилось дальше. Потом я узнала, что принц может пройти сквозь чары, и просто запаниковала. Я вышла из себя и да… да! Мой план был глупым. Я очень резко отреагировала. Ты прав. И Динь прав, потому что это было жестоко. И прости, что не сказала тебе. Я бежала, и это было неправильно, но я просто хотела убедиться, что вы оба будет в безопасности, потому что ты и Динь — это все, что у меня есть. Я хотела контролировать ситуацию, но я просто не все продумала.

Его глаза снова были открыты, выражение лица напряженным. Он казался бледным. Мне было тяжело смотреть на него, потому что он выглядел так же, как и я.

— И я… Сегодня утром я проснулась и сказала себе, что все будет хорошо. Я собиралась взять себя в руки. Контролировать себя. Обещала себе, что я смогу не обращать внимания на голод. Что мое тело — это мое тело, и мои мысли тоже мои. Что меня вполне устраивает слегка серебристая кожа и заостренные уши. Я даже сделала высокий хвост, чтобы доказать это. — Теперь я говорила бессвязно и не могла остановиться. — Сегодня утром я проснулась, убеждая себя, что все под контролем, а потом… Оказалось, что это не так.

Дрожь пробежала по мне, когда я отступила назад, наткнувшись на борт бассейна.

— Ты говоришь мне, что я должна остаться здесь, а потом Марли пытается приковать меня к, одному Богу известно, чему, и все, чего я хочу, это чтобы все было так, как раньше.

Челюсти Рена напряглись, и долгое время стояла тишина.

— Мне очень жаль.

Не ожидая такого ответа, я моргнула.

Он тяжело вздохнул.

— Я не хотел отнимать это у тебя сегодня. Черт. — Он поднял руку, провел ею по голове, откидывая назад пряди мокрых волос. — Я просто хотел, чтобы ты была в безопасности, а если принц покинул Новый Орлеан, то ты будешь в безопасности здесь.

— Я знаю, — прошептала я, вытирая слезы на щеках. — Но я должна быть там, когда ты пойдешь искать Марлона. Мне надо…

— Вернуть контроль. Понимаю. — Он опустил руку и шагнул вперед, помешивая воду. — Я все усложнил для тебя, пока думал, что делаю все проще, что поступаю правильно.

— Мы оба приложили к этому руку, — тихо призналась я, и это было правдой. Мы оба думали, что делаем то, что лучше для нас обоих, но, в конце концов, мы приносили больше вреда, чем пользы.

Рен отвел взгляд, его челюсти напряглись.

— Да, но это я вылил на тебя кучу дерьма за то, что ты планировала уехать без меня, а потом развернулся и решил сделать то же самое.

— Но ты, вероятно, собирался сначала сказать мне, — заметила я.

— Это не имеет значения. — Мускулы на его плечах напряглись. — Мы облажались, не так ли?

У меня снова перехватило дыхание. Он не смотрел на меня, и я почувствовала, как мой желудок упал, словно я была на американских горках.

— Я знаю, что ты, вероятно, больше не захочешь иметь дел со мной. Я знаю, что причинила тебе боль и… черт, ты был прав, когда сказал, что я всегда убегала. Ты не должен продолжать догонять меня. Это неправильно. — Я с трудом сглотнула, когда он повернул ко мне голову. — У нас даже не было шанса наладить нормальные отношения. Не стоит удивляться, что это не сработало. Мы не можем…

— Что? — Рен прошелся в воде так, словно родился в ней. Через мгновение он был прямо передо мной, а затем его руки коснулись моих щек, обхватив их ладонями. — Давай сделаем паузу на секунду, потому что я хочу кое-что прояснить.

Наши взгляды встретились, и я даже не смогла сформулировать ответ.

— Я был зол на тебя. Ты, наверное, все еще злишься на меня. Мы ссоримся, и у нас есть кое-какие проблемы, но это нормально. То, с чем мы имеем дело вне нас не определяющее, мы все еще остаемся собой. — Его взгляд искал мой. — Я все еще люблю тебя. Я все еще здесь, с тобой. Для тебя стало все не так?

Мое сердце чуть не взорвалось в груди. До этого самого момента я не знала, как сильно мне нужно было услышать эти слова… вспомнить, что это нормально. Пары ссорились. Иногда они говорили то, о чем не хотели бы говорить, иногда не спорили и делали то, что могло ранить друг друга. Это не было похоже на нас с Шоном, мы с ним никогда не спорили. Хотя бросались трубки. Двери, иногда захлопывались прямо перед носом. Я просто… Я просто забыла об этом.

Я совсем забыла, что буря и шторм нам нипочем.

И это делало наши отношения особенными, потому что я знала, что в нормальном мире есть люди, которые никогда не преодолевали первые трудности, которые сдавались в тот момент, когда становилось тяжело или требовалось признать, что они были неправы. И наши препятствия были труднопреодолимыми. Они все еще были там, размером с небоскребы, нависая над нами, как тень зимы, когда ты так отчаянно цепляешься за лето.

— Я все еще здесь, — сказала я, мой голос дрожал, все мое тело дрожало. — Я все еще с тобой. Я все еще люблю тебя. И никогда не прекращала. Не могу.

Я не знаю, кто сделал первый шаг. Это могла быть и я. Может, Рен. Но какая бы дистанция ни была между нами, она исчезла, и я не знаю, он ли поцеловал меня или я его. Мы оба вцепились друг в друга. Рен держал меня за щеки. Я вцепилась в его плечи, приподнявшись на цыпочки.

И когда наши губы встретились, это был самый сладкий, самый нежный поцелуй. Прикосновение наших губ, которое превратилось в медленное исследование, как будто мы заново знакомились друг с другом, и… так на самом деле и было.

Его обнаженная кожа на моих руках была горячей и влажной, когда одна из его рук скользнула назад, его пальцы коснулись моего уха и запутались в моих волосах. Мои губы приоткрылись, когда я прошептала его имя, и поцелуй стал глубже, когда он вздрогнул рядом со мной.

Боже, как же мне не хватало этого — близости, интимности. То, что произошло между нами после того, как я покормилась, не было интимным. Это была просто жестокая потребность, двигающая нами обоими. Здесь все было по-другому.

Мои руки скользнули вниз по его груди, туда, где его сердце билось так же бешено, как и мое.

Рен отстранился, чтобы спросить:

— Всё в порядке?

Так ли это? Мы были в бассейне и ругались несколько минут назад. Любой мог войти к нам, но мы все еще были здесь, и мне было все равно. Я хотела его. Я нуждалась в нем так, как никогда раньше, и мы целовались, и я не пыталась высосать его сущность.

Я нуждалась в этом.

— Да, — ответила я и подумала, что тоже должна ему показать.

Обхватив рукой его шею и наклонившись, я приблизила свои губы к его губам. Этот поцелуй был совсем не похож на предыдущий. Он не начинался сладко и медленно.

О, нет.

Рен издал гортанный звук, от которого у меня подогнулись пальцы ног и кровь превратилась в раскаленную лаву. Рука на моем затылке напряглась, а другая опустилась, обвив мою талию, прижимая наши бедра. Поцелуй стал глубже, и первое прикосновение его языка к моему было похоже на попадание горящей спички в бензин.

Рен придвинулся ближе, зажав меня между своим телом и стеной бассейна. Я наклонила голову, когда рука на моем бедре скользнула вниз. Он приподнял мою ногу, обвивая ее вокруг своей талии, и я застонала в поцелуе.

Казалось, что между нами нет преград с его боксерами и моими тонкими леггинсами. Почти. Я чувствовала его стоячий член у своего лона, и когда он толкнулся бедрами, я подумала, что могу получить оргазм прямо сейчас.

Мое тело отреагировало не задумываясь. Я не думала о нашей ссоре, о том, как я изменилась, или о том, что принц сделал со мной. Для этого не было места. Мы целовались так, словно попали в засуху и нам только что дали воды. Каждый раз, когда я двигала бедрами, он отвечал. Наши тела двигаясь, посылая волны по воде, и наши руки исследовали друг друга, скользя по влажной коже. Его пальцы были у меня под футболкой, скользили по ребрам все выше и выше, пока мое сильно сердце не забилось в груди.

Потом Рен остановился.

Прервав поцелуй, он прижался своим лбом к моему и глубоко вздохнул. Теперь его рука скользнула по моей щеке.

— Может… может, нам стоит притормозить? — Его теплое дыхание танцевало на моих губах. — Я хочу убедиться, что ты готова к этому.

Мое сердце сжалось в груди самым чудесным образом. Открыв глаза, я коснулась его подбородка, ища его пристальный взгляд. Я нашла его.

— Я готова. Более чем готова, и я… я не хочу ждать.

Рен прорычал что-то очень похожее на «Слава Богу», а потом снова поцеловал меня. Наши руки шарили в воде. Мне удалось освободить его, и каким-то образом он спустил мои промокшие леггинсы ниже колен. Это была скользкая работа, и мы оба смеялись, потому что, черт возьми, с мокрыми леггинсами было нелегко, но потом смех прекратился.

Взгляд Рена задержался на мне с всепоглощающей интенсивностью, когда он приподнял меня ровно настолько, чтобы я почувствовала его между своих бедер. Затем его губы скользнули по моим губам и вдоль моей челюсти, когда я почувствовала его руку. Один палец — и я чуть не взорвалась, как фейерверк.

— Боже, — выдохнула я, вцепившись в его руку.

Он работал рукой, прижимая ладонь прямо к самому чувствительному месту. Он добавил еще один палец, и мы оба громко застонали. Это было слишком, и когда он глубоко вонзил свой палец в меня, первый оргазм поразил меня так сильно, что я уронила голову ему на плечо, чтобы заглушить свой крик.

— Я скучал по тебе, — его голос был хриплым и прерывистым. — Черт, я так по тебе скучал.

Необузданные эмоции нахлынули на меня, и мое тело затряслось. Он поцеловал меня в шею, заставляя откинуть голову назад.

— Я скучала по тебе, — сказала я. — Мне всего этого не хватало.

— Уже нет, — пообещал он. — Больше никогда.

А потом он оказался внутри меня, так, как я хотела, всегда хотела. Сначала это был шок. Рен не был маленьким, и я не могла раздвинуть ноги в леггинсах до колен, и по какой-то причине это делало все намного больше… вау. Трение, натянутость были невероятными.

Он начал двигаться, одной рукой обхватив меня сзади за шею, а другой обхватив за талию, вдалбливаясь в меня — одним глубоким, долгим толчком за другим.

То, что мы делали, зная, что нас могут поймать в любой момент, было безумием, но это не остановило нас. Это были только мы, наши тела двигались вместе, пока все не стало безумным, посылая воду выплескиваться через край.

— Черт, сладкая — простонал он, и я почувствовала, как внутри меня нарастает ужасное напряжение, смесь желания и похоти.

Он отодвинул нас назад, а затем бортик бассейна впился мне в спину, когда он вжался в меня так глубоко, как только мог, терся об меня, пока он снова не подтолкнул меня к краю блаженства, а затем бросил прямо в него. Я кончила, вскрикнув, когда он уткнулся головой мне в шею, толкнувшись раз, а затем и два, прежде чем он последовал за мной, резко выдыхая мое имя в этом странно-чувствительном месте, у основания шеи.

Я обмякла в его руках, моя щека скользнула к его груди, смутно осознавая, что он вышел из меня и опустил меня так, что мои ноги коснулись дна бассейна. Но он не отстранился, все еще крепко прижимая меня к себе.

Его дыхание замедлилось, когда он опустил подбородок на мою макушку. Некоторое время мы так и стояли, не разговаривая. Остались только мы и плеск воды.

Рен был первым, кто нарушил тишину. Его рука крепче сжала мой затылок.

— У нас все в порядке?

Впервые за много дней мне не нужно было думать о том, как ответить на этот вопрос. Я уже знала ответ.

— Должно быть.

Глава 18

Секс, несвязанный с кормлением, не решал всех проблем, с которыми мы сталкивались, но он чертовски успокоил меня настолько, чтобы я могла поговорить о них.

— Я не знаю, как строить отношения, — призналась я, прижавшись щекой к груди Рена. После бассейна мы возвратились в свою комнату и переоделись в сухую одежду. Ну, в основном, Рен переоделся, натянув спортивные штаны, а я стащила одну из его рубашек. Она была достаточно длинной, чтобы прикрыть все самое интересное. Потом мы упали на кровать, он на спину, а я на бок, прижавшись к нему. Одна его рука обвилась вокруг моей талии, другая покоилась на моем бедре. — Я имею в виду, как делала это раньше. Как у меня было с Шоном. Наверное, я просто забыла, как это делается.

— Я не думаю, что есть один способ строить отношения. — Его рука была неподвижна, но большой палец медленно и непрерывно поглаживал меня. — И знаешь, что я думаю?

— Что?

Рен перекатился на бок, и в следующее мгновение мы оказались лицом к лицу.

— Нам надо дать себе передышку.

Мой взгляд блуждал по его лицу.

— Мне нравится, как это звучит.

Его губы изогнулись в улыбке, когда он провел рукой по моему боку.

— Серьезно. Мы оба прошли через разное количество дерьма. Мы оба с этим справляемся. Мы не будем идеальными.

Сложив руки между нами, я слегка улыбнулась.

— Ты очень близок к совершенству.

Он поймал кончик моих волос и потянул за локон, распрямляя его.

— Нет, это не так. Сегодня утром мне следовало держать рот на замке. — Он отпустил локон, наблюдая, как тот отскакивает назад. — Ты имеешь полное право злиться на меня из-за этого.

Да уж.

— И у тебя есть полное право злиться на меня за то, что я пыталась сбежать от вас, ребята.

— Точно. — Его улыбка стала шире, когда он коснулся пальцем моей щеки. — Посмотри на нас, мы в чем-то согласны.

— Значит, ты не будешь беситься, когда я встану завтра утром и пойду искать Марлона?

— Нет. — Он тяжело вздохнул. — Это будет нелегко, но я справлюсь.

— Хорошо.

Он провел пальцем по моей скуле.

— И ты собираешься продолжать говорить со мной, верно? Особенно когда чувствуешь, что больше не знаешь, кто ты? Ты ведь позволишь мне напомнить тебе, правда?

Слезы мгновенно затуманили мои глаза. Рен увидел их, потому что его рука замерла с пальцем прямо под моей губой.

— Правда? — настаивал он.

— Правда, — прошептала я, задыхаясь.

Опустив руку, он провел большим пальцем по моей губе.

— Обещай мне это, Айви.

Я проглотила внезапный ком в горле.

— Обещаю.

Он наклонился, его губы заменили большой палец, нежно целуя меня. Когда он отстранился, его взгляд был чуть менее тяжелым.

— Когда мы были в бассейне, и ты позволила мне осуществить мои мечты…

Вау.

Он широко улыбнулся, и мое сердце пропустило удар. Там была одна из этих ямочек! И бьюсь об заклад, если бы я могла видеть целиком его лицо, обе бы явились мне во всей красе.

— Как ты себя чувствовала? Кроме того, что ты была совершенно безумна?

Я закатила глаза.

— Я чувствовала себя… нормально. Как будто я не думала о… — Жар пробежал по моим щекам, но я не позволила себе отключиться. — Я не думала ни о нем, ни о чем подобном.

Если Рен и беспокоился по этому поводу, то не подал виду.

— А как насчет всего этого высасывания моей сущности?

Жар на моих щеках усилился, но я преодолела неловкость.

— Я не хотела кормиться. Желание в тот момент не возникало.

— Это ведь хорошо, правда?

— Да, именно так… Я не знаю, будет ли так всегда или меня снова поразит… жажда. — Я заставила себя продолжить. — Я имею в виду, что она там. Не все время, но похожа… на расстройство желудка.

Он поднял бровь.

— И гораздо серьезнее, чем изжога, — добавила я.

Рен на мгновение замолчал.

— Айви, ты должна доверять себе. Я знаю, что это легче сказать, чем сделать, но даже когда ты… умирала, ты не хотела кормиться. И когда ты кормилась, ты остановилась. Эта часть тебя никуда не делась. Я ни разу не волновался, что ты набросишься на меня, как липучка из фильмов про инопланетян.

Я тихо рассмеялась.

— Хорошо знать.

— Я тебе доверяю. — Его глаза встретились с моими. — Я хочу убедиться, что ты начинаешь доверять себе.

У меня снова поплыло перед глазами, и даже не помогло, когда он поцеловал меня в кончик носа.

— А теперь перейдем к более серьезному разговору.

Ах, милый.

Он приподнялся на локте.

— Не знаю, осознала ты это или нет, но ты очень сильная.

— Конечно я такая, — пробормотала я.

Он опустил руку на изгиб моей талии.

— Нет, Айви. Ты сильнее, чем думаешь.

Я нахмурилась, глядя на него.

— Когда ты столкнула меня в бассейн, я не потерял равновесие. Ты не должна была так легко это сделать.

Неуверенная, должна ли я быть раздражена этим заявлением или нет, я нахмурилась еще сильнее.

— Я тренируюсь с тех пор, как себя помню. Сбить тебя с ног не так уж и сложно.

Он усмехнулся, глядя на меня сверху вниз.

— И я тренируюсь с тех пор, как себя помню. Кроме того, я на добрую сотню фунтов тяжелее тебя. Когда ты толкнула меня, мне показалось, что в меня врезался грузовик.

— Ух, ты, — пробормотала я. — Это не лестно.

Хихикая себе под нос, он поднял брови и посмотрел на меня.

— Я хочу кое-что попробовать, хорошо? Я хочу, чтобы ты меня удержала.

Я уставилась на него.

— Серьезно?

Он кивнул.

— Я хочу посмотреть, сможешь ли ты…

Рену не надо было просить дважды. Я села, положив руки ему на плечи, и толкнула его обратно в кровать. Я переместилась, оседлав его.

— Ну ладно, — рассмеялся он. — Ты за это поплатишься.

Я усмехнулась.

— Я всегда здесь, чтобы сбить тебя с ног.

Он послал мне воздушный поцелуй, и я почувствовала, как его мышцы напряглись под моими ладонями. Он начал подниматься, но я толкнула его вниз, удерживая относительно прижатым.

— Это все, что у тебя есть? Ну же, Рен. Прекрати издеваться надо мной.

— Я над тобой не издеваюсь. — Его челюсти сжались, а тело напряглось. Он поднял плечи, но я еще сильнее надавила на него, не давая сесть. — Господи, — пробормотал он, опускаясь и теряя набранные дюймы. — Именно об этом я и говорю.

Я моргнула, а затем резко откинула голову назад.

— Ты действительно не дурачишься? Ты не можешь сесть?

— Нет.

Я ему не поверила.

— Попробуй еще раз.

— По-любому. — Рен свернулся калачиком, и я почувствовала силу и мощь в его теле. Он не сдерживался, но и не сильно приподнялся. Его мускулы дрожали. — Видишь?

Потрясенная, я отпустила его, и тогда он взлетел как ракета, обхватив меня за талию, прежде чем я упала с него.

— Святое дерьмо.

— Да. — Как только я успокоилась, он снова упал на кровать. — Именно об этом я и говорю. Ты сильнее меня.

Все, что я могла сделать, это уставиться на него. Я всегда была быстрой и сильной. Годы тренировок сделали это, но у Рена было больше мышечной массы. Я не должна была быть в состоянии одолеть его.

На его щеке появилась ямочка.

— И это так чертовски горячо.

Я склонила голову набок и вздохнула.

— Что? Помнишь ту ночь, когда ты меня швырнула?

— Да, помню. Ты вломился в мою квартиру, — сухо ответила я.

— Я не вламывался. Балконные двери были не заперты.

Я закатила глаза.

— И все же вы вошел без разрешения, Рен.

Он не обратил на мое замечание внимания.

— В любом случае, я думаю, что в тебе есть немного силы фейри.

Откинувшись назад, я положила руки на его пресс.

— Ну, знаешь, быть Полукровкой и все такое? Я никогда по-настоящему не болела, пока росла. Я никогда не ломала кости, но никогда не была такой сильной.

— Наверное, это из-за кормления. — Его руки легко опустились на мои бедра.

Я вспомнила, как очнулась после всего.

— Фэй сказала, что могут быть и другие… изменения во мне, и я… я разорвала веревки, которыми меня привязали. Я совсем забыла об этом.

— Веревки? — улыбка исчезла с его лица.

— Да. А ты не знал? Очевидно, они боялись, что я сделаю что-то ужасное. — Я глубоко вздохнула, вспоминая, как тренировалась. Я не включала полный зверский режим на манекене, так что не заметила бы, если бы была сильнее, чем раньше. — Может быть, это пройдет.

— Возможно. — Он склонил голову набок. — Но посмотри на Фэй, Калена и Дэйна. Они не питаются, и они сильны.

И я изменилась физически. Этого нельзя было отрицать. Быть сильнее — это неплохо. Нисколько. Учитывая мою работу и то, что нам предстояло сделать, это было благословением.

Удивительно.

Я не была уверена, как относиться к этому изменению. Потом я поняла, что меня это вполне устраивает. Я просто должна была позволить себе быть в порядке.

Неужели все так просто?

Я пошевелилась, а затем замерла, полностью выбравшись из головы. Я чувствовала, как он твердеет подо мной. Мои брови поползли вверх.

— Да ладно?

Появилась кривая ухмылка.

— Не знаю, помнишь ты или нет, но у тебя под моей рубашкой ничего нет, и ты сидишь на мне верхом.

От того места, где я почувствовала, как он набухает, исходило острое покалывание.

— Хорошее замечание.

— И, как я уже сказал, ты горяча, как ад.

Я засмеялась и наклонилась вперед, удивляясь тому, как напрягся его пресс в ответ, и как его глаза стали темно-зелеными.

— Должно быть, приятно быть парнем.

Его глаза закрылись, когда кончики его пальцев прошлись по краям рубашки, которая была на мне.

— Это когда ты сидишь на моем члене.

Смех вырвался из меня, и я была благословлена двумя ямочками, появившимися на его лице.

Его пальцы скользнули под подол рубашки.

— Я хочу тебя видеть.

У меня перехватило дыхание, потому что я поняла, что он имел в виду. Мой пульс тут же участился. Я была совершенно голая под рубашкой.

— Могу?

Закусив нижнюю губу, я кивнула.

Рен приподнял рубашку, сдвинул ее по бокам и снял через голову. Когда он бросил ее на кровать рядом с собой, я была совершенно голой и не могла скрыть тот факт, что каждая часть меня имела серебристый перелив.

И Рен все это воспринимал.

Его пристальный взгляд встретился с моим, а затем скользнул ниже, с интенсивностью почти физической ласки. Я почувствовала его взгляд, когда он прошелся по моим плечам. Мои груди отяжелели, соски напряглись, и мне было трудно усидеть на месте, когда его взгляд продолжал снижаться, пробегаясь по изгибам моих бедер, вплоть до того места, где мои колени были согнуты.

— Спасибо, — наконец произнес он хриплым протяжным голосом.

У меня пересохло во рту.

Кончики его пальцев, еле касаясь, скользили по моим бокам и бедрам, вниз по внешней стороне бедер, а затем снова вверх, по нижней части живота. Его руки остановились чуть ниже моей груди.

— Ты прекрасна, Айви. Я ведь уже говорил тебе об этом, верно?

Я обрела дар речи.

— Да.

На его лице появилась полуулыбка, когда его пальцы коснулись моей груди.

— Я не думаю, что говорю это достаточно часто.

Я сделала неглубокий вдох.

— Ты можешь продолжать говорить мне это. — Мой голос дрогнул, когда его пальцы оказались очень близко к моим соскам, прежде чем ускользнуть. — Я не возражаю.

Он прикусил нижнюю губу, посасывая ее между зубами. Часть меня сжалась в ответ. Его пальцы обхватили самую середину моей груди, и пытка, когда он приближался, а затем отстранялся, была, возможно, самой ужасной вещью, которую он мог сделать.

— Завтра нам придется встать пораньше. — Теперь его взгляд следовал за пальцами.

— Какой…? — Я вздрогнула, когда он снова приблизился. — Какой у нас план?

— Фэй сейчас выясняет, где живет Марлон, поскольку я не думаю, что он все еще находится в том отеле. — Его руки скользнули к моим ребрам, и в этот момент я задыхалась от предвкушения. — И так как он обычно не остается во «Флаксе» до вечера, у нас действительно нет времени ждать.

— Согласна. — Я сглотнула, пытаясь сосредоточиться. — Кто поедет с нами?

Руки Рена остались на моей талии, к моему большому разочарованию.

— Пока точно не знаю.

Я начала было отвечать, но Рен внезапно сел. Обхватив меня рукой за талию, он слегка наклонил голову и поцеловал меня. Это было недолго, слишком недолго, а потом он отстранился, поймав мой взгляд.

Сначала я понятия не имела, что он задумал. Я могла бы сказать, что он хочет продолжить. Помимо того, что он раздел меня догола, он все еще был тверд подо мной, и не было никакой ошибки в его взгляде, но он не шевелился.

А затем… затем я поняла, что он творит, и подумала, что могу развалиться на части.

Рен не просто ждал.

Он передавал мне бразды правления в этом деле, давая мне полный контроль.

— Я люблю тебя, — прошептала я, а затем взяла его, показывая ему то, что я хотела сначала его руками, а затем его ртом.

— Пришлось долго копать, но, кажется, я нашла, где живет Марлон, — объявила Фэй на следующее утро, когда мы сидели за маленьким столиком в кафетерии.

На меня пялились, но я игнорировала эти взгляды. Прямо сейчас, я не могла позволить себе быть захваченной глупыми отвлечениями. Тот факт, что Динь сидел слева от меня, а Рен справа, помогал мне.

— С тех пор как его новый дом был достроен около месяца назад, он не останавливался в отеле, — объяснила она, когда я взяла кусок бекона. Мой аппетит все еще не вернулся к норме, но мне нужно было поесть. — На самом деле, он купил старый дом в районе Лейк-Виста. Ремонт был завершен несколько недель назад.

— В Лейк-Висте? — Мои глаза расширились. Святое дерьмо, это был один из самых богатых и престижных районов Нового Орлеана. Будучи злым, Древний фейри, должно быть, хорошо работает на него.

— Да. Его дом находится на улице Фламинго. — Повернув ноутбук, который она держала перед собой, лицом к нам, мы увидели огромный дом. — Мило, не правда ли?

— Завидую, — прошептала я, глядя на красивый двухэтажный дом с балконом. Фэй нашла его на каком-то сайте недвижимости.

Динь наклонился и прищурился.

— Почему мы не живем в таком месте?

Я посмотрела на него.

— Если ты хочешь жить в таком месте, тебе действительно нужно найти работу.

— Я не думаю, что найду какую-нибудь работу, которая помогла бы тебе купить этот дом.

Рен фыркнул.

— В любом случае, — я проглотила кусочек бекона, — я почти уверена, что этот район имеет огороженную территорию.

— С охраной, — подсказала Фэй.

— Это не должно быть проблемой. — Рен взял кусок пшеничного хлеба и бросил его мне на тарелку.

Фэй закрыла ноутбук.

— Мы не причиняем вреда людям.

— А мы и не планируем. — Рен посмотрела туда, где Дэйн и Кален сидели рядом с Фэй. — Нам нужно проникнуть в этот район как можно незаметнее.

— И это означает, что ты хочешь, чтобы мы применили принуждение. — Дэйн наклонился вперед, скрестив руки на столе. — У меня нет с этим никаких проблем.

Фэй вздохнула.

Я спрятала свою усмешку, откусывая кусочек хлеба, и тут же пожалела об этом. Без масла. Без варенья. На вкус он был как картон. Я бросила его на тарелку и потянулась за кофе, чтобы прополоскать рот после него. И как только Рен его ел?

— И я тоже, — вмешался Кален. — Но я сомневаюсь, что тот, кто стоит на воротах, человек. Марлон должен быть дураком, если это так.

— Согласен, — Рен посмотрел на мой отброшенный хлеб. — В любом случае нам придется поторопиться и чертовски надеяться, что он дома.

— А что потом? — спросил Динь.

— У нас есть транспорт, который не вызовет подозрений, — ответил Дэйн, склонив темноволосую голову набок.

— А что потом? — повторил Динь.

Я проигнорировала Рена, когда он ткнул пальцем в то, что называл хлебом, подталкивая его ближе ко мне.

— Потом мы проникнем в его дом.

Динь наклонил голову, когда я схватила второй кусок бекона.

— Это будет совсем не просто.

— Нет. — Рен тяжело вздохнул, когда понял, что я ни за что на свете больше не положу этот хлеб в рот. Он взял его с моей тарелки. — Вот почему мы должны действовать быстро, потому что они ни за что не должны понять, кто мы такие.

— Но они же меня не знают, — возразил он. — Я мог бы атаковать их молниеносно.

Я скользнула по нему долгим взглядом.

— Вряд ли. Ты останешься здесь, где тебе будет хорошо и безопасно.

Динь нахмурился.

— Но я…

— Ты должен остаться и составить компанию принцу Фабиану, — предложила Фэй. — Он не поедет с нами.

Уголки губ Динь приподнялись вверх.

— Это я могу сделать. Когда вы, ребята, уезжаете?

Кален проверил время на своем телефоне.

— Как только наша Полукровка, крошечка-хаврошечка, закончит завтракать.

Я остановилась с куском бекона на полпути ко рту.

— Полукровка крошечка-хаврошечка?

Фейри ухмыльнулся.

— Ты готова к этому? — спросил Дэйн, совсем не улыбаясь. — Я не пытаюсь быть придурком, спрашивая, но ты уже некоторое время не в своей тарелке и…

— И не так давно мне надрали задницу два фейри, — закончила я за него. Я взглянула на Рена. Сегодня утром он задавал мне тот же вопрос, и ответить на него было нелегко. — Я готова, как никогда в жизни.

Этот ответ, похоже, не удовлетворил Дэйна.

— Если он там, то с ним будет много фейри, а он не обычный фейри…

— Он Древний. Я знаю. — Мои плечи напряглись. — Но я уже не та Айви, на которую напали во дворе.

— Она готова. — Рен встретил пристальный взгляд Дэйна.

Дэйн притих, и затем он произнес:

— Ей лучше быть.

Мои глаза сузились, но потом Рен обнял меня за плечи, наклонился и поцеловал в висок, и я полностью отвлеклась.

— Заканчивай, — прошептал он, проводя носом по изгибу моей скулы. — И тогда, надеюсь, до обеда мы точно узнаем, где находится этот ублюдок.

Глава 19

Способ передвижения оказался на удивление разумным. Это был фургон цветочника, только внутри не было никаких цветов. Одна скамейка, идущая вдоль одной стороны, а другая сторона была оборудована цепями, привинченными к стене.

Это был настоящий фургон похитителей.

Кален и Дэйн сели впереди. Фэй залезла назад из опасения, что ее узнают, так как мы не знали, будут ли фейри стоять на воротах. С другой стороны, если у ворот будут фейри, то они сразу почувствуют, кто такие Кален и Дэйн. Фургон не должен был привлекать к себе никакого внимания, пока мы следуем к воротам, но не он даст нам зеленый свет на въезд.

Выехать за пределы «Отеля Добрых Фейри» было… Боже, это было трудно выразить словами, особенно для меня. Пока Фэй с парнями выходили из дыры в стене за пределами двора, как будто это было нормой, мой желудок скрутило, словно он был полон гадюк. Все вокруг разговаривали, но я их не слушала. Я остановилась на пороге, не в силах пошевелиться.

Рен положил свою руку мне на спину. Он ничего не говорил, но я знала, что он почувствовал мою настороженность. Наверное, это было написано у меня на лице. Вместе с ним я вышла из-под защиты внутреннего двора и быстро поняла, что снаружи было теплее, чем в прошлый раз, когда я была там. Более нормальная температура для октября в Новом Орлеане.

Было очень странно выходить из внутреннего двора в мир, который существовал за пределами чар «Отеля Добрых Фейри». Несмотря на то, что я знала, что Дрейк со своими приспешниками были далеко, я почти ожидала, что они появятся из воздуха.

Но они этого не сделали.

Какая-то часть меня все еще ждала, что нас ждет ловушка, что принц внезапно появится и скажет нам, что нас переиграли. Другая часть меня хотела поноситься вокруг, вдыхая все хорошие и плохие запахи города.

Желание последней части я выполнить не успевала. У меня было не так уж много времени, чтобы осознать, что я… свободна.

— Мы приближаемся к воротам. — Кален заглянул в открытое окно, разделяющее переднюю и заднюю часть фургона.

Рен, сидевший рядом со мной на скамейке, кивнул.

— Сделай это.

Кален закрыл створку, и я резко выдохнула, проведя руками по коленям в тренировочных штанах.

— Нервничаешь? — тихо спросил Рен.

Я хотела было сказать «нет», но потом кивнула.

— Немного. Давненько я даже не надевала таких штанов.

Его взгляд скользнул по мне.

— Ты чертовски хорошо в них выглядишь.

— Спасибо. — Я стрельнула в него усмешкой. По правде говоря, они были свободнее, чем должны были быть, но мне было приятно их натягивать.

Я притихла, когда фургон остановился, ненавидя себя за то, что ничего не вижу, но мы с Реном напряглись. Его рука потянулась к железному кинжалу на поясе, а моя — к тому месту, где мой был прикреплен к бедру. Рен засунул терновый кол в свой сапог изнутри.

— Привет, — услышали мы голос Дэйна. — У нас есть приказ…

— Какого черта? — воскликнул незнакомый голос. Дерьмо.

Рен отцепил свой кинжал как раз в тот момент, когда мы услышали, как открылась дверца машины, а затем раздался стон боли. Кто-то выругался, а потом наступила тишина.

Мы посмотрели друг на друга, зная, что это может означать только одно и очень плохое.

Мы быстро получили ответ.

Задняя дверь распахнулась, открыв Калена с мужчиной, перекинутым через плечо. Рен соскочил со скамейки и потянулся к нему.

— Один фейри и этот человек, — сказал Кален, когда они с Реном уложили человеческого мужчину на пол фургона. — Он без сознания, но живой. Под принуждением. Решил, оставить его здесь на тот случай, если кто-нибудь придет и найдет его в отключке.

— Правильно. — Рен перевернул человека на спину. — А что с фейри?

— Сразу же признал нас. — Челюсть Калена напряглась. — Обезвредил его. — Он посмотрел туда, где сидела я. — Сейчас мы направляемся к дому. Ребята, вы готовы?

Я кивнула.

— Ага.

Кален опустил голову и покачал ею. Закрыв дверь, фургон снова с грохотом ожил, когда Рен занял свое место рядом со мной, а я уставилась на лежащего без сознания мужчину.

Ему повезло, что он остался жив.

— А знаешь, что? — сказала я, глубоко вздохнув. — Как думаешь, если бы эту операцию выполнял Орден, они бы вырубили его или убили?

Рен долго не отвечал.

— Думаю, это бы зависело от того, кто это был.

— Да. — Это было не очень хорошо, потому что, хотя я и знала, что мы не должны были убивать людей, этакое случалось. Часто. — Пожалуй, да.

Когда фургон снова замедлил ход и остановился, Рен положил руку мне на затылок.

— Эй.

Я перевела свой взгляд на него.

— Да?

— Я люблю тебя. — Затем он поцеловал меня, шевеля своими губами так нежно, что мои пальцы на ногах свернулись в сапогах. — Ты собираешься быть осторожной?

Я прижалась лбом к его лбу.

— А ты?

— Да, потому что я хочу уложить тебя в постель хотя бы еще раз, прежде чем мы отправимся в путь. — Он прикусил мою нижнюю губу. — Тебе нравится, как это звучит?

Мне нравилось, поэтому поцеловала его в ответ.

— Тогда тебе лучше позаботиться о том, чтобы не пострадать самому.

Он ухмыльнулся мне прямо в рот.

— Мы друг друга поняли.

— Да, — прошептала я, отстраняясь от него, когда услышала, как открылась и закрылась дверь со стороны водителя.

Сойдя со скамейки, мы осторожно, чтобы не наступить на беднягу на полу, присели на корточки у задней двери. Через несколько секунд дверь открылась, и мы выскочили на солнечный свет.

У нас не было лишнего времени, чтобы тратить его впустую или думать о том, что я должна была сделать, и что от меня потребуется, потому что я уже знала. Это глубоко засело в моих костях и мышцах. Я сражалась и охотилась тысячу раз.

Сегодня все было точно так же.

Это было моим.

Мы с Реном обогнули фургон, следуя прямо за Каленом, как раз вовремя, чтобы увидеть высокую женщину-фейри, бегущую вниз по широким каменным ступеням. Там ее и встретил Дэйн. Я едва заметила движение, а он уже поразил ее. Она отшатнулась, на мгновение шок отразился на ее лице, прежде чем ее черты сморщились сами собой.

Я взлетела по ступенькам, мое сердце бешено колотилось… настоящее предвкушение битвы. Это было так давно, но эта смесь страха и возбуждения могла опьянять, она была опасна. Или она могла обострить чувства.

И мои чувства были обострены.

Сжав руку в кулак, я стукнула ею по двойным бронзовым дверям и отступила. Даже не оглядываясь назад, я знала, что парни были прямо за мной.

Дверь медленно приоткрылась, за ней мелькнула серебристая кожа. Все, что мне нужно было увидеть. Я поставила ногу в сапоге на середину двери и ударив, широко распахнула ее. Лицо за дверью отшатнулось, теряя равновесие. Он упал, когда Рен пролетел мимо меня. Фейри был мертв еще до того, как успел поднять тревогу.

Но тревога была не нужна.

Осматривая широко распахнутое фойе, я увидела несколько фейри, по меньшей мере, дюжину из них бездельничала. Они стояли и разговаривали в комнате в стиле атриума или смотрели телевизор из комнаты отдыха за винтовой лестницей.

С таким количеством фейри Марлон должен был быть здесь.

— О, посмотрите. — Рен улыбнулся с текучей грацией. — Добро пожаловать на вечеринку.

— Ура! — Дэйн повертел кинжал… железный кинжал в своих руках фейри. Он, как и Кален, был в перчатках, так как простое прикосновение железа обжигало их кожу.

После приглашения на вечеринку со всех сторон раздалось жуткое шипение, видимо оно очень разозлило фейри. Затем они бросились в атаку.

Какая-то крошечная часть меня задавалась вопросом, может, я еще не готова, но чистый адреналин, бежавший по моим венам, и годы тренировок дали о себе знать. Инстинкт взял верх.

Шагая по испанской плитке, я выхватила кинжалы из ножен на своих бедрах и развернулась, ударив заостренным концом в грудь фейри, справа от себя. Выдернув кинжал, я развернулась и вырубила фейри слева от себя прежде, чем рухнул первый.

Еще один атаковал меня, и я низко пригнулась, сбивая его с ног. Я переместилась, вонзив нож в живот фейри. Вскочив, я метнулась вправо, едва не попав под то, что могло бы быть подлым апперкотом. Я поймала удар сзади, прямо между лопатками. Затем я, даже не запыхавшись, резко развернулась.

Рен поймал фейри, обхватив его рукой за шею. Его ярко-зеленые глаза были сосредоточены на мне, когда я вонзила кинжал глубоко в живот фейри, которого он держал.

— Так чертовски горячо.

Покраснев, я усмехнулась.

— Если вы, ребята, закончили трахать друг друга глазами, поднимайтесь сюда, — крикнул Кален с середины лестницы.

— Дай нам еще секунду. — Рен подмигнул мне, развернулся и ударил плечом фейри, несущегося на него сзади.

Закатив глаза, я бросилась к лестнице, перепрыгивая через две ступеньки сразу. Кален добрался до второго этажа и столкнулась лицом к лицу с очень высоким и очень лысым мужчиной. Беспокойство пробежало у меня по спине. Лицо было похоже на лицо одного из рыцарей…

— Черт, — пробормотал он, и через секунду фейри поднял руку. Кинжал вырвался из рук Калена и врезался в ближайшую стену, где лезвие дрогнуло от удара.

Древний.

Да. Он был одним из тех рыцарей, что прошли через Врата в ту ночь, когда принц вошел в наш мир.

— Ты, как всегда, выбрал не ту сторону, летний фейри. — Древний шагнул вперед как раз в тот момент, когда на лестнице за моей спиной послышались шаги. — И ты умрешь за это.

Древний взмахнул рукой в сторону и, даже не дотронувшись до Калена, отшвырнул его в стену. Гипсокартон треснул, и в воздух полетели ошметки штукатурки. Кален упал на колени, явно ошеломленный.

Древний повернулся ко мне, склонив голову набок. Сначала на его лице отразилось любопытство, а потом понимание.

— Полукровка?

— Хай! — прощебетала я, взлетая в воздух. Я развернулась и оттолкнувшись ногой, ударила Древнего в живот. Я приземлилась на корточки, когда Древний споткнулся и потерял равновесие, упав на одно колено. Удивление, которое наполнило его взгляд, отражало то, что чувствовала я.

Обычный удар такого рода свалил бы человека на несколько часов. Он мог бы оглушить обычного фейри, может быть, даже сбить его с ног, но Древнего? Он просто бы заставил его споткнуться.

Мой удар сбил с ног Древнего.

Я была сильнее.

Поднявшись, я широко улыбнулась, крепче сжимая кинжалы.

— Сюрприз. Я не обычная Полукровка.

— Скоро ты станешь мертвой Полукровкой. — Проговорил он себе под нос.

— Ну, насчет этого я ничего не знаю. — Поймав краем глаза пристальный взгляд Рена, я кивнула. Мы должны были проскочить мимо Древнего прежде, чем сбежит Марлон. — Вроде как я уже сделала это. Но что-то пошло не так.

Древний начал поднимать руку, и я поняла, на что он способен. Я рванула вперед, крутанувшись, когда Рен пронесся мимо нас. Я заметила, как Дэйн схватил Калена за руку и поднял его на ноги как раз в тот момент, когда Древний схватил за ногу меня. Он отшвырнул меня в сторону. Я перегруппировалась, готовясь к удару. Я с силой ударилась об пол, но все же удержала кинжалы, и вздохнула сквозь резкую боль.

— Я больше на это не куплюсь. — Древний двинулся ко мне.

Я вскочила на ноги.

— Но ты уже это сделал.

Он резко остановился и развернулся, но было уже слишком поздно. Рен рванул вперед, и Древний издал гортанный стон. Выдернув терновый кол из груди Древнего, Рен ухмыльнулся.

— Похоже, ты собираешься умереть.

У Древнего отвисла челюсть, когда он уставился на свою грудь. Я промчалась мимо него, оттолкнув его, и мы присоединились к летнему фейри в конце коридора. Все двери были открыты, комнаты пусты. Одна из них осталась закрытой в самом конце. Двупольные двери. Очевидно, главная спальня.

Дэйн ударил плечом в двери, и те распахнулись настежь. Я сразу же увидела Марлона, стоявшего перед большой кроватью. Он поднял руку, и она оказалась не пустой. В руке он держал пистолет.

Пистолет, направленный прямо на Рена.

— Чёрт. — Мое сердце застряло в горле. Я метнулась влево, оттолкнув Рена в сторону, когда выстрел эхом отозвался в коридоре.

Рен восстановил равновесие и поймал меня, обняв одной рукой за талию. Его глаза слегка расширились. Он выпрямился и встретился со мной взглядом.

— Спасибо, сладкая.

Кивнув, я отстранилась, когда снова услышала выстрел. Дэйн и Кален были на Марлоне. Пуля попала в потолок, не причинив никому вреда.

— Пистолет? — Кален рубанул Марлона по руке. Пистолет упал на пол, когда Дэйн вывернул другую руку Марлона. — Это довольно безвкусно.

— Я думаю, что ты слишком сильно полагался на своих охранников, потому что это было слишком легко. — Дэйн слегка улыбнулся. — Это было жалко.

Марлон усмехнулся, когда Дэйн дернулся позади него.

— Вы еще пожалеете об этом. Когда принц…

— Но ведь принца здесь нет, не так ли? — Я вошла в спальню. — Значит, он ни хрена не собирается делать.

Марлон пристально посмотрел на меня, когда Дэйн защелкнул железные наручники на его запястье, а Кален заставил Марлона пододвинуть другую руку.

— Ты и есть, та чертова Полукровка.

— Да, это я. — Я улыбнулась, убирая один кинжал в ножны.

— Сядь, — приказал Дэйн, а заставил, чтобы Древний именно это и сделал, заставив его опуститься на скамью, сильно нажав на плечи.

— Меньше похожа на Полукровку и больше на фейри, — выплюнул Марлон. — Очень интересно.

— Так и есть. Это долгая история, но я здесь не для того, чтобы рассказывать тебе все об этом. — Я прикрепила второй кинжал к своему бедру. — Потому что, откровенно говоря, я не хочу тебе об этом рассказывать.

Марлон улыбнулся, обнажив зубы.

— Он должен был убить тебя. Он должен был пойти напролом и трахнуть тебя, а потом убить.

Мне нечего было ответить.

Рен двинулся, как потревоженная кобра. Его кулак врезался в челюсть Марлона, отбросив его в сторону. Кален поймал Древнего, когда Рен опустился на колени и приблизил свое лицо прямо к лицу Марлона.

— Тебе нужно думать прежде, чем ты ей скажешь что-нибудь.

— Я тебя помню. — Марлон рассмеялся, и из уголка его рта потекла голубовато-красная кровь. — Ты был её домашним животным.

Я вся напряглась.

— Я не могу дождаться, когда убью эту суку.

Марлон поднял темную бровь, когда его взгляд метнулся ко мне.

— Ты думаешь, что сможешь убить её? — Он снова рассмеялся.

— Ты просто идиотка.

— Однажды я чуть не выколола ей глаза. — Гнев нахлынул на меня, когда я шагнула вперед. — Я собираюсь сделать это снова. Медленно.

— Неужели? Она вырвет твои глаза и съест их в качестве закуски.

Я закатила глаза.

— А зачем кому-то есть глазные яблоки? Это отвратительно.

Кален ухмыльнулся, когда схватил Марлона за волосы и дернул его голову назад.

— Куда отправился принц?

— Он уехал? — ответил Марлон.

— Не притворяйся, будто ничего не знаешь. — Я сложила руки на груди. — Ты же прекрасно знаешь, что его нет в городе. Он уехал, потому что нашел еще одну Полукровку. И ты расскажешь нам, куда он отправился.

— Так вот почему ты снова появилась после своего дерзкого побега? — фыркнул Марлон. — Ты такая храбрая.

Я ухмыльнулась.

— Мы собираемся выяснить, насколько храбр ты.

— Я ни хрена тебе не скажу, — прорычал Марлон, когда Кален дернул его за волосы. — Можешь просто убить меня.

— О, ты сейчас заговоришь. — Склонив голову набок, Рен выпрямился, держа в руке терновый кол. — Ты знаешь, что это такое?

Взгляд Марлона скользнул по колу. Он поморщился.

— Знаю.

— И ты знаешь, что это может сделать с тобой? Он может причинить тебе боль. — Рен улыбнулся и прижал кол прямо к сердцу фейри. — Он может убить тебя.

— Так же поступит и принц, если узнает, что я разговаривал с тобой. Я умру в любом случае. — Марлон судорожно сглотнул. — Убить меня — это не угроза.

Мне стала видна холодная улыбка Рена, когда он поднял кол к горлу Древнего.

— Умереть — это легко, а я не собираюсь облегчать тебе задачу.

Рен поступил, как и обещал.

Это было не просто и не чисто. Это было кроваво и грязно, и Марлон продержался гораздо дольше, чем многие из них. Сотни тонких порезов покрывали каждый дюйм обнаженной кожи, и несколько раз мне хотелось отвернуться, но я заставляла себя не делать этого. Только не тогда, когда Рен держал в руках кол, и не мог позволить себе роскошь закрыть глаза. Поэтому я заставила себя смотреть, и даже не вздрогнула, когда кровь брызнула из жизненно важной артерии на горле Древнего, усеяв лицо Рена и забрызгав перед моей рубашки. Я ни разу не отвела глаз, и именно поэтому в глубине души знала, что когда Марлон произнес слова, которых мы так долго ждали, это была правда.

— Сан-Диего, — выдохнул Марлон. — Принц уехал в Сан-Диего.

Это были его последние слова.

Глава 20

Когда мы вернулись в «Отель Добрых Фейри» и встретились с Таннером и командой, у нас осталось немного времени наедине.

Сан-Диего.

Дорога туда займет больше суток, примерно двадцать семь часов. Нам придется ехать на машине, так как с собой мы берем много оружия, а для него нам потребуется слишком много людей, чтобы мы могли совершить путешествие по воздуху.

Мы с Реном нуждались в душе, так как ни один из нас не собирался отправляться в путь окровавленным. Да и мы, вероятно, не так спешили, как могли бы, потому что это была идея Рена принять душ вместе, и не то, чтобы я жаловалась.

Как я могла это делать, когда Рен смыл пятна крови с моего лица? Или когда я сделала то же самое для него, когда мы стояли под постоянным потоком воды? Я думала о том, что нам пора отправиться в путь, когда он оказался позади меня в душе. А когда он втягивал в это дело свою руку и другие части своего тела, жаловаться, строить стратегию, и вообще думать было для меня самым далеким делом.

— Мы хорошо поработали сегодня, — прошептал он мне в шею.

— Да.

Он поцеловал меня в место под ухом.

— Айви, ты была великолепна.

Легкая улыбка тронула мои губы.

— Так же, как и ты.

— Да. — Он оторвал свой рот от моей шеи, когда его пальцы скользнули по самой чувствительной части меня. — Это был не мой…

Я положила свою руку поверх его, успокаивая его.

— Не твой что?

— Сегодня был не самый лучший мой день.

Моя улыбка начала исчезать.

— Что ты имеешь в виду?

На мгновение он замолчал.

— Я знал, что должен сделать, чтобы заставить Марлона говорить. Я знал, кто он такой. Что он бы сделал с нами, если бы у него была такая возможность. Но мне все равно не нравится, что мне пришлось это сделать.

У меня сдавило грудь.

— Но тебе пришлось это сделать.

Рен не ответил, и я начала поворачиваться к нему, но рука, обвившаяся вокруг моей шеи, остановила меня. Он отвел мою голову назад, слегка повернув ее, а затем поцеловал, рассеивая мои мысли. Рука между моих бедер скользнула вверх, а другая обвилась вокруг моей талии. Он приподнял меня на самые кончики пальцев.

Я ахнула ему в рот, когда он вошел в меня сзади, пронзая так глубоко, что сначала я думала, что не смогу этого вынести, но он доказывал, что я могу, снова и снова. Мы были скользким, мыльным месивом, когда я вытянула руки, упираясь ладонями в мокрую плитку перед собой, а Рен держал одну руку вокруг моей талии, а затем другая снова прошла между моих бедер. Он ласкал меня пальцами и членом, его горячее дыхание обжигало мне шею, его слова обжигали мои уши. Когда я кончила, то откинула голову на его плечо, испытывая почти внетелесный экстаз.

В тот момент меня чертовски удивили две вещи. Во-первых, что я еще не оказалась на заднице, а во-вторых, даже после всего этого секса в душе, Рен был готов зайти на второй круг, когда мы одевались.

Иногда я задавалась вопросом, был ли Рен вообще человеком, но я догадывалась, что мы просто наверстывали упущенное время.

И нам нужно было многое наверстать.

У нас оставалось еще несколько свободных минут, и я воспользовалась ими, остановившись перед дверью и загородив ее своим телом.

Рен выгнул бровь, держа обеими руками наши сумки.

— Что ты там делаешь?

— Я хочу кое-что сказать и хочу полностью завладеть твоим вниманием.

Одна сторона его рта приподнялась.

— Сладкая, ты всегда полностью завладеваешь моим вниманием.

— Я знаю, но я действительно хочу этого прямо сейчас. — Я сделала глубокий вдох. — То, что ты сделал сегодня, чтобы заставить Марлона говорить, было нелегко. Я знаю. Мне было трудно смотреть, но я это сделала. Я наблюдала за этим. Но наблюдать совсем не то же самое, как делать это.

— Нет. — Он резко выдохнул. — Совсем не то.

— Рен, но ты должен был это сделать. Нам нужно было знать, куда отправился принц. Ты сделал то, что должен был сделать, и ты не должен сожалеть об этом.

Его подбородок опустился, и на мгновение я не была уверена, что он ответит.

— А я и не сожалею.

Я была не уверена, что поверила ему.

— Обещаешь?

Взгляд Рена встретился с моим.

— Обещаю.

— Ты сдержишь это обещание, — поклялась я. Прыгнув вперед, я потянулась и поцеловала его в уголок рта. Его руки обвились вокруг меня, и он крепко прижал меня к своей груди. Прошло несколько мгновений, прежде чем я смогла заставить себя отстраниться от него. — Нам лучше поторопиться.

— Да. — Его голос стал низким. — Если мы этого не сделаем, то, возможно, никогда не покинем эту комнату, апокалипсическая ты детка или нет.

Я покраснела, и повернулась открыть дверь, зная, что он выполнит это довольно приятное предупреждение. Придя в вестибюль, мы обнаружили довольно приличную группу людей, ожидающих нас у дверей, которые я никогда раньше не видела открытыми. Судя по всему, они вели к фасаду здания.

Дэйн и Кален стояли рядом с Фэй, трое из них несли черные вещевые мешки, так что я предположила, что они были частью нашей команды. Я оглядела группу, с облегчением заметив, что Марли в ней нет, но немного нервничая из-за незнакомых мне лиц фейри.

Однако Динь был здесь, стоя немного в стороне от группы. Рядом с ним стоял довольно большой чемодан. Слинг, закинутый на его плечо, оказался… рюкзачком с «Чудо-Женщиной». Я оставила Рена и подошла к нему.

— Где ты его взял?

— Я украл его у маленькой девочки-фейри. — Он сделал паузу. — Хештег «бандитские будни».

— Что? — У меня отвисла челюсть.

— Шучу, — сказал он, и я не была уверена, верю я ему или нет. — Заказал его на Амазоне несколько месяцев назад. Хорошо сочетается с моим трико.

Я посмотрела на него, когда Рен присоединился ко мне, держа два бумажных стаканчика с кофе. Подмигнув, он протянул мне один из них.

— Спасибо. — Затем я снова повернулась к Динь. — А зачем ты собрал чемодан?

— Зачем? — Динь наморщил нос. — Мы понятия не имеем, как долго будем отсутствовать, и я не собираюсь носить одну и ту же одежду.

— Ты никуда не пойдешь, Динь. Ты останешься здесь…

— Я здесь не останусь. Черт возьми, нет. Ты едешь в Сан-Диего, и я тоже. Я нужен вам.

Меня охватило разочарование.

— Динь…

— Не динькай мне, — огрызнулся он в ответ. — Я понимаю, что ты хочешь сохранить меня в целости и сохранности, но я могу постоять за себя.

Я знала, что он может постоять за себя, но все же не хотела, чтобы он подвергал себя опасности.

— А как же Диксон? Ты не можешь взять его с собой.

— Мне это известно. Охота на принца и, возможно, его убийство — это не место для очаровательного котенка, — сказал он. — Брайтон последит за ним вместо меня.

Мои брови поползли вверх, а затем я покачала головой и шагнула ближе к Динь.

— Я не хочу подвергать тебя опасности.

Динь улыбнулся.

— Айви-Дайви, я знаю, что я чертовски мил и очарователен, но мне кажется, ты забываешь, на что я способен. Вы, ребята, нуждаетесь во мне в этой поездке.

Рен легонько коснулся моей руки, привлекая мое внимание.

— Как бы мне не было больно это признавать, Динь прав. Мы могли бы использовать его.

— Не забирай это у меня. — Динь понизил голос. — Вы все там рискуете своими жизнями. Я уже провел достаточно времени, наблюдая, как ты уходишь и делаешь это. Пришло время мне сделать шаг вперед.

Я хотела еще поспорить, но Динь и Рен были правы. Мы могли бы использовать его. Я не могла отнять это у него. Я вздохнула.

— Ладно.

— Хорошо. — Динь посмотрел на Рена. — Подождите. Вы двое уже перестали ссориться? О, королева Маб, вы снова влюблены!

Мои глаза расширились, когда я огляделась вокруг, заметив, что несколько незнакомцев наблюдают за нами с отстраненным интересом.

— Динь…

— Мы никогда и не расставались, — сказал Рен, обнимая меня за плечи.

Сине-красный рюкзак соскользнул на пол, когда Динь захлопал в ладоши, как перевозбужденный тюлень.

— Браво, ребята! Это просто очаровательно.

— Динь, — повторила я снова, на этот раз чуть повысив голос.

— Слава дворам фейри, я не стану дитем разведёнок.

— Динь, в последний раз повторяю: мы не твои родители. — Я покачала головой, собираясь повернуться, но остановилась. — Подбери свой рюкзак.

Рен наклонился вперед, когда Динь схватил рюкзак с пола.

— Ты говоришь совсем, как его мама.

— Заткнись, — прошипела я.

— А вот и вы двое. — Таннер вышел из толпы. Он не смотрел на меня так, словно меня здесь не должно было быть. — Позвольте мне представить вас консулам Фабиана.

Незнакомцы шагнули вперед, и после размытых слов, очень похожих на имена фейри, за исключением последнего чувака, который был представлен, как Фред, я поняла, что с этого момента не запомню больше ни одного имени.

Каждый из них улыбался и добродушно кивал, даже более вежливо, чем их принц.

— У нас есть три машины, которые ждут вас снаружи, — сказал Таннер, и Фэй вышла вперед, неся несколько конвертов.

— У каждого из нас будет телефон, оснащенный GPS, который будет отслеживаться отсюда на случай, если что-то случится и нам придется расстаться, — объяснила Фэй, протягивая мне конверт.

Поставив свой кофе на соседний столик, я ощупала конверт, коснувшись четырех отдельных телефонов. Я решила, что Динь будет путешествовать вместе с Реном и мной.

— Почему их четыре?

— Потому что я присоединюсь к вам.

Мои челюсти сжались, когда я обернулась. Появился Фабиан, выглядевший так же лихо, как никогда.

— Ага, тогда вам придется найти другую машину для путешествия.

— Айви. — Динь тихонько заскулил.

— Он будет кататься на мне верхом.

Рен поперхнулся кофе и повернулся, тихо хрипя.

Я повернулась к Динь.

— Может быть, ты хочешь еще раз обдумать то, что ты только что сказал?

— О, нет. Я всё правильно сказал.

— Если он поедет с нами в машине, то не будет кататься на тебе верхом, пока мы в ней, хорошо? — Я не могла поверить, что мне действительно пришлось произнести эти слова. — Я думаю, что найду того, с кем поедет Фэй…

— О нет. — Рен схватил меня сзади за рубашку. — Ты не оставишь меня с ними.

Фабиан медленно подошел к Динь, разглядывая чемодан.

— А что там в чемодане? Выглядит довольно… громоздко для одежды.

Если подумать, то принц Летнего двора был прав.

Взявшись за ручку большого чемодана, Динь посмотрел на Фабиана.

— Это наше последнее средство. Это значит, что этот чемодан нельзя открывать, если только дерьмо не зашло так далеко, что мы в нем по самые уши.

Рен толкнул меня локтем.

— Эм, а что, по-твоему, находится в чемодане?

— Понятия не имею, но думаю, что мне следует это выяснить. — Я направилась к нему, но тут открылись двери и в комнату хлынул солнечный свет. Как и сегодня утром, я на секунду вздрогнула, поняв, что могу просто уйти отсюда.

И именно этим все и занимались. Я последовала за Реном наружу, где Фэй и ее команда погрузились в один из внедорожников, консул Фабиана сел в нечто вроде модного Порше, так что нам остался внедорожник размером с небольшой танк.

Я даже не пыталась забрать ключи у Рена.

Загрузив в багажник сумки, которые мы с Реном поспешно упаковали перед выходом из комнаты, я обошла машину и направилась к переднему пассажирскому сиденью. Динь последовал за мной.

— Как думаешь, принц уже нашел Полукровку?

— Надеюсь, что нет. — Я открыла дверь. — Потому что это чертовски все усложняет.

— Это больше, чем просто все усложняет. — Фабиан внимательно наблюдал за мной. — Если принц Зимнего двора нашел ее и сделал то, чего мы боялись, нам придется с этим разобраться.

Я вся напряглась.

Пальцы Рена скользнули по моей талии, когда он проходил мимо.

— Мы так и сделаем.

Разобраться с этим.

Я знала, что это значит. Я это ненавидела. Потому что в такой ситуации вполне могла оказаться я… меня можно было взять под контроль, как и сказала Марли, когда я только приехала сюда. Но если принц нашел Полукровку и сумел сделать свое дело, мы должны были остановить рождение ребенка, и я знала, что команда, с которой мы путешествовали, не собиралась опускаться до очень неудобного разговора с этой Полукровкой и надеялась, что она добровольно сделает то, что будет правильно в этом случае.

Я смотрела, как Фабиан подошел к другой стороне внедорожника, а затем мой взгляд переместился на другие машины.

Я знала, что они сделают. Они уберут эту женщину, не задавая никаких вопросов.

Мысль об убийстве невинной женщины и ее ребенка вызывала у меня отвращение. Я не хотела этого делать. Я не хотела, чтобы кто-то из нас делал это.

Так что у нас оставался только один выход.

— Нам лучше сначала найти ее, — сказала я, преисполняясь стальной решимости. — И сделать так, чтобы она, черт возьми, не забеременела.

Глава 21

Мы еще даже не выехали из штата Луизиана, а я уже была готова заклеить скотчем рты Динь и Фабиана. Всего несколько часов пути, и я узнала две вещи.

Фабиан чтобы не говорил, звучало как оскорбление для меня. А Рен обладал волшебной способностью отключаться от всех и сосредотачиваться на вождении.

Потирая лоб, я смотрела в окно, пока мы ехали по шоссе I-10. Снаружи виднелись неясные очертания зданий и деревьев, и каким-то образом разговор на заднем сиденье перешел на меня и мои волосы.

— Я не думаю, что она умеет по-нормальному их расчесывать, — сказал Динь. Он наклонился вперед, оказавшись на полпути между сиденьями. — Потому что, когда она это делает, они просто превращаются в гигантский пуф.

Досчитав до десяти, я скользнула взглядом по Рену. Слабая улыбка заиграла на его губах, и если бы он не сидел за рулем, я бы его ударила.

— Значит, она не все расчесывает? — звуча искренне, растерянно спросил Фабиан.

Я оглянулась через плечо.

— Я причесываюсь, придурки вы этакие.

Рен фыркнул.

— Я видел, как она это делает. Когда они мокрые.

— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, кроме моих волос, хорошо? — предложила я, прежде чем забраться на заднее сиденье, как бешеная паукообразная обезьяна, и задушить их всех.

— О чём, например? — Динь откинулся назад. — Мне скучно.

— Ты уже заскучал, а у нас осталось еще около двадцати часов пути, — напомнила я ему.

Динь застонал.

— Я этого не вынесу.

— Я мог бы развлечь тебя, — предложил Фабиан. — Мы могли бы…

— Ага, как же. — Я подскочила, потому что у меня было чувство, что его версия развлечения Динь была не в рамках PG-13, и мне не хотелось быть свидетелем всего этого. Мой взгляд остановился на принце Летнего двора. Ему определенно нравился Динь, но фейри в значительной степени нравилось все, что ходило и имело дыру. Волна покровительства захлестнула меня. — Фабиан, давайте поговорим о вас.

Принц Летнего двора положил руку на спинку сиденья и наклонил голову.

— У меня нет никаких проблем с этим.

— Конечно, нет, — пробормотал Рен себе под нос.

Я с трудом сдержала улыбку.

— А сколько вам лет?

Принц Летнего двора приподнял белокурую бровь. На вид ему было около тридцати, но инстинкт подсказывал мне, что это не его настоящий возраст.

— Старше, чем некоторые деревья, посаженные вдоль этой дороги.

Так что мои подозрения оказались верны. Я взглянула на Рена и увидела, что он слушает.

— Тогда это означает, что вы кормитесь, потому что вы точно не стареете, как Таннер.

— Я же принц. Весь королевский двор кормится.

— Неужели? — сказала я, моя рука сжалась у меня на коленях. Это было еще кое-что, о чем Таннер умолчал.

— Тебе не нравится это слышать. — Появилась ухмылка. — И все же ты кормилась, чтобы спасти свою жизнь.

— Это был не мой выбор, — ответила я.

Динь снова наклонился вперед.

— Но Фабиан умалчивает о том, что у них есть люди, которые добровольно хотят, чтобы ими кормились. Их никто не принуждает.

Мои брови поползли вверх.

— Добровольно или по принуждению? Я помню людей, которые были у Дрейка в том доме. Некоторые из них выглядели так, словно хотели быть там, но я сомневаюсь, что кто-то из них знал, во что они ввязываются.

Лицо Фабиана омрачилось.

— Те, кто дает нам честь питаться ими, делают это без всякого принуждения. Они знают, кто мы такие. Они предпочитают помогать нам так же, как мы помогаем им.

Я ни на секунду в это не поверила.

— И как же вы им помогаете?

— В моем сообществе мы защищаем смертных, которые позволяют нам кормиться ими. Они ни в чем не нуждаются. Ни в деньгах. Ни в здравоохранении. Ни в безопасности.

Что мне напомнило об эскорте, но я решила оставить эту часть при себе.

— И они знают, на что вы, ребята, способны? Как вы можете истощить их до такой степени, что они превратятся в безмозглых, психически больных существ?

Его глаза сузились.

— Мы никогда не берем больше, чем нам нужно. Если бы кто-то из моих подданных сделал это, он был бы казнен на месте.

— Неужели? — Взгляд Рена метнулся к зеркалу заднего вида. — Это довольно жестоко для расы существ, которые всегда ставили себя на первое место.

— Как будто ты что-то знаешь о нашей расе, — ответил Фабиан. — Мы пробыли здесь гораздо дольше, чем ты думаешь. Подумай об этом.

— Я думаю об этом, — сухо ответил он.

— Вы ничего не знали ни о Летнем дворе, ни о том, что наши дворы поселились здесь. На то есть свои причины. Мы никого не убиваем. Мы не оскорбляем смертных. Хотите верьте, хотите нет, но мы считаем их равными.

— Я знаю, что в это трудно поверить, — вмешался Динь. — Но он говорит правду.

— А ты откуда знаешь? — спросила я, глядя на Динь.

Он встретился со мной взглядом.

— Потому что зачем ему лгать?

— О, я даже не знаю. Чтобы мы его не убили? — предположила я.

Принц Летнего двора фыркнул.

— Меня нелегко убить.

— Да, вернемся к этому. Если вы идеальный пример не одержимого убийствами фейри, который любит и лелеет людей, то почему бы вам не рассказать нам, как ослабить Дрейка?

Он рассмеялся, и этот звук был слишком холодным для принца Летнего двора.

— Ты же мне не доверяешь. Так с какой стати мне тебе доверять? Ты можешь быть Полукровкой, а он — Чудо-мальчиком…

— Чудо-мальчиком? — Рен сморщился.

— Но Орден уже однажды предал нас, — продолжал Фабиан, пристально глядя на него. — Тот факт, что мы сейчас работаем вместе с вами, чтобы остановить принца Зимнего двора, ставит меня и моих людей в невероятно невыгодное положение. Неужели вы думаете, что я решил ехать с вами только из-за него? — Он взглянул на Динь. — Кто-то должен присматривать за вами обоими, и я не стану рисковать ни одним своим консулом.

Динь нисколько не смутило данное заявление.

— Как Орден предал Летний двор? — спросил Рен, положив руку на руль. — Таннер упоминал об этом. А теперь вы это сделали. Мы в полном неведении относительно того, что произошло.

— Вы много чего не знаете, — фыркнул принц, а потом улыбнулся, и я бы поклялась, что почувствовала, как из моих ушей пошел пар. — Вы когда-нибудь думали об этом? — Его взгляд встретился в зеркале со взглядом Рена. — Действительно подумайте, почему Орден и ваша драгоценная «Элита» так много скрывали от вас… от тех самых людей, которые готовы были убивать и умирать за них без угрызений совести или вызова? Кто-нибудь из вас задумывался, что вы убиваете невинных людей? Что не каждый фейри хочет править миром смертных? Кто-нибудь из вас хоть раз за свою невероятно короткую жизнь задавался вопросом, сражаетесь ли вы на правильной стороне?

Чувствуя себя неловко от всей правдивости его слов, я резко развернулась и посмотрела на лобовое стекло. Прошло мгновение, и я взглянула на Рена. Мускул дрогнул на его челюсти, когда он уставился прямо перед собой. То, о чем спрашивал принц Летнего двора, тоже задело его за живое.

А как же иначе? Он был совершенно прав. Мы убивали и умирали за организацию, которая лгала нам. И вот мы здесь, судим Фабиана и ему подобных.

— И что же они сделали? — тихо спросила я, неуверенная, готова ли я это услышать и хочу ли.

Фабиан не отвечал так долго, что я подумала, что он никогда не ответит, но потом он заговорил.

— Все, что вы знаете, практически ложь.

Костяшки пальцев Рена побелели от того, как сильно он сжал руль.

— Вы собираетесь ввести нас в курс дела?

— Не мы начали эту войну со смертными, — сказал он, глядя в окно, в то время как Динь спокойно наблюдал за ним. — Мы не были теми, кто нарушил договор между нашими расами.

Я нахмурилась.

— Какой договор?

Он улыбнулся так, как, по-моему, это делали родители, прежде чем пожалеть, что не могут что-либо объяснить своим детям.

— Раньше мы могли более свободно путешествовать между нашими мирами. Некоторые хватали людей и забирали их с собой, но поверьте мне, когда они это делали, обычно это были люди, по которым вы никогда не будете скучать. Люди, которые заслужили свою судьбу.

Динь выгнул бровь.

— Другие шли по доброй воле. — Он элегантно пожал плечами. — В конце концов, мы красивы, а смертных тянет к красоте. Раньше Полукровок было намного больше.

Я прикусила нижнюю губу. Я все еще не знала, кто был фейри: моя мать или мой отец. Наверное, я никогда этого не узнаю.

— Орден был создан в тот момент, когда мы впервые пересекли границу, и наш договор оставался в силе в течение сотен лет. Они охотились на тех, кто убивал смертных в этом мире, и оставляли в покое тех, кто этого не делал. Когда наш мир начал колебаться, и все больше фейри пересекали границу, мы работали вместе с Орденом, чтобы то, что происходило с нашим миром, не случилось с вашим. Мы рассказали им о своих слабостях. Мы поделились своими секретами и помогли им запечатать Врата, но, в конце концов, все, что мы им показывали и чему учили, они использовали против нас. И вовсе не факт, что они, забрав у нас Кристалл, создали трещину между нашими двумя видами. Таннер же вам это не рассказал? Я в этом не сомневаюсь. Он не хотел бы ошеломить вас правдой.

Внутри машины стало холодно.

— А в чем же заключается правда?

Он отвернулся от окна.

— Как только мы запечатали Врата, Орден вырезал всех фейри, которые сражались рядом с ними, забрал Кристалл, который мы использовали, чтобы запечатать Врата, а затем убил нашего короля, в конечном счете, ослабив весь Летний двор и изолировав нас.

Я ахнула от удивления.

— Мы уже были ослаблены, потеряв нашу королеву и моего брата много десятилетий назад в битве с Зимним двором, — продолжал он. — Орден знал это. Мы им доверяли.

— Но почему? — спросила я через мгновение. — Почему они это сделали?

Фабиан склонил голову набок.

— Это вопрос, ответа на который мы ждали много лет. У меня такое чувство, что мы получим его скорее раньше, чем позже.

Разговоры о том, как мы дошли до хладнокровного предательства, что было равносильно убийству, безусловно, разрушили атмосферу в машине. Единственным благословением было то, что Динь и Фабиан заткнулись на несколько часов.

Большую часть времени я размышляла над тем, что сказал Фабиан. Поначалу я хотела отрицать все, потому что мне было трудно отпустить годы другой истории, но я знала, что Орден лгал. Мы уже видели доказательства этого. Вопрос был в том, как много они лгали, и почему они отвернулись от фейри, которые помогали им?

У меня не было ответов, но когда мы остановились после восьми часов езды, где-то в никогда не заканчивающемся штате, известном как Техас, чтобы заправиться и поесть, я использовала короткое время наедине с Реном, чтобы собраться с мыслями, пока он заправлял машину. Динь с Фабианом отправились в круглосуточный магазин, который был пристроен к заведению быстрого питания. Наш конвой присоединился к ним, за исключением одного фейри по имени Фред. Он просто смотрел за стеклянные витрины круглосуточного магазина, очевидно, стоя на страже.

— А что ты думаешь о том, что рассказал Фабиан? — Я прислонилась к пассажирской двери, щурясь от угасающего солнечного света.

— По-честному? — Он повернулся так, что оказался лицом ко мне. — Я не знаю, зачем ему лгать. Да и какой в этом смысл?

— Знаю. — Я вздохнула и убрала локон с лица. — А как насчет всего этого кормления?

— Мы оба знаем, что есть люди, которым нравится кормление. — Он вытащил заправочный пистолет. — Вполне возможно, что у них есть целый гарем людей, готовых отдать немного себя в обмен на деньги и защиту.

Я фыркнула. Гарем людей? По какой-то причине я представила себе группу едва одетых людей, обмахивающих принца Летнего двора пальмовыми листьями.

— И, честно говоря, я даже не знаю, как это принять. Пару месяцев назад, я был бы категорически против этого, но сейчас? Все изменилось. — Вставив пистолет на место, он вытер руки о штаны. — Я думаю, что мы должны отказаться от некоторых наших убеждений.

Я медленно кивнула.

— Пожалуй, ты прав.

— Я всегда прав, разве ты не знаешь?

Я фыркнула.

— Продолжай убеждать себя в этом.

Усмехнувшись, он остановился передо мной.

— Обрабатывать все, что мы узнаем об Ордене, не так-то просто. Заставляет задуматься… о некоторых вещах, которые мы делали.

Мой желудок неуверенно дернулся.

— Да, это так.

А именно это заставило меня задуматься о том, сколько невинных душ я могла бы убить в прошлом. Не похоже, чтобы все фейри, за которыми я охотилась, были пойманы с поличным. Некоторые из них бежали от меня.

И я гналась за ними, будто… словно зверь и убивала их.

— Эй, — тихо произнес Рен, привлекая мое внимание. Я подняла глаза и увидела в его взгляде беспокойство. — О чем ты задумалась?

— Я просто вспоминала тех, за кем охотилась. Были ли они виновны или нет. Словно я могла убить…

— Остановись. — Он наклонился вперед, глядя мне прямо в глаза. — Мы не можем вернуться и изменить то, что сделали. Мы должны жить с этим и смириться. Но это не значит, что с этим легко иметь дело. Мы просто должны это сделать.

Я поймала себя на том, что снова киваю, потому что он был прав. Мы не могли изменить того, что делали или не делали.

— Мы можем только изменить то, что собираемся сделать.

— Вот именно, — ответил он, глядя поверх внедорожника. — Ты хочешь пойти со мной или остаться здесь?

— Остаться здесь.

Рен опустил подбородок, целуя меня в висок, а затем в уголок рта.

— Что ты хочешь, чтобы я принес тебе поесть? А вообще ничего не говори. Ты уже несколько часов ничего не ела.

— Это прям приказ.

Затем он поцеловал меня, а когда отстранился, то прикусил мою нижнюю губу так, что все самое интересное тут же встрепенулось.

— Ну а что ты хочешь, чтобы я тебе принес?

— Бургер и немного жареной картошки, — смилостивилась я.

— Ну ок, — пробормотал он, прежде чем снова поцеловать меня, и затем ушел, с важным видом пересекая парковку.

В конце концов он принес мне гамбургер и картошку фри, и я съела… всё, кроме помидора, потому что фу. Рен взял у меня обмякший кусок и шлепнул его сверху на свой бургер.

Гамбургер и картофель фри странно осели у меня в желудке, а потом меня вдруг охватила небольшая потребность чего-то большего. Это было почти, как желание покурить после ужина, но я сосредоточилась на Рене, Динь и Фабиане, которые спорили об ограничении скорости, пока потребность не прошла.

Где-то в середине ночи Динь заснул, и Фабиан тоже. Я предложила сесть за руль, но Рен настоял на том, чтобы ехать дальше. В конце концов я задремала, а рука Рена лежала у меня на бедре.

Во сне я ощутила внезапный рывок вперед, и рука Рена, ударившая меня в грудь, разбудила меня несколько часов спустя. Я заворчала, широко раскрыв глаза.

Сначала я увидела только темную дорогу и слабый свет красных задних фар.

— Что происходит?

— Фэй остановилась впереди. — Рен потянулся к мобильному телефону, когда Динь и Фабиан зашевелились на заднем сиденье. — Она не должна была останавливаться.

Я выглянула в окно и не увидела буквально ничего, кроме темноты.

— А где мы находимся?

— Вот-вот пересечем Аризону. — Он поднес трубку к уху. — Другая группа впереди…

В нескольких ярдах впереди вспыхнули огни, ослепительно яркая интенсивность которых, пронзила темноту.

Внезапно Фабиан наклонился между двумя передними сиденьями.

— Какого…

Ночной воздух взорвался выстрелами.

Глава 22

Поначалу все мы замерли, настолько были потрясены звуком, разрывающим ночное небо. Стрельба нас не задела, но это ничего не значило. Пули могли пролететь довольно большое расстояние.

— Кто-то стреляет в них! — Динь чуть ли не размахивал руками у меня за спиной. — Выпустите меня. О, королева Маб, выпустите меня! — Он подергал дверную ручку. — Я так хочу убить этих стрелков! Я собираюсь пойти на них с полным динь!

— Ты включил замки защиту от детей? — спросила я.

— Чертовски, верно, — Рен резко обернулся. — Мне нужно, чтобы вы оба оставались в этой чертовой машине, пока мы не узнаем, с чем имеем дело.

Фабиан наклонился вперед.

— Я принц. Я могу…

Рен нажал на газ и рванул в левую полосу за секунду до того, как я увидела машину, несущуюся в нашу сторону.

— Господи Иисусе! — воскликнула я, хватаясь за ручку над окном.

Машина появилась из ниоткуда… из проклятой пустыни! Двигатель внедорожника взревел, когда мы набрали скорость, приближаясь к тому месту, где в ловушку была поймана Фэй.

— Мне плевать, кто вы такой, — сказал Рен. — Но если в нас стреляют, то есть хороший шанс, что они знают, кто находится в этих машинах. Думается, в этих пистолетах не обычные пули.

Понимание поразило меня.

— Ты думаешь, это Орден?

— А кто еще мог бы стрелять в нас посреди ночи, посреди гребанного нигде?

— Если это так, то они знали, что мы едем. — Прямо сейчас у нас не было времени по-настоящему углубляться в эту теорию.

— Вы нужны нам живым, — сказал Рен Фабиану. — Постарайся остаться в этой машине и не умереть. Потому что я почти уверен, что пуля в голову уложит вас достаточно надолго, чтобы они потом сняли эту большую голову с ваших плеч.

— Такое возможно, но я быстрее пули.

— Может, вы оба останетесь на своих местах? — потребовала я. — По крайней мере…

Наше заднее окно внезапно взорвалось. Стекло рассыпалось по всей машине. Крутанувшись в кресле, я увидела самую странную вещь на свете.

Фабиан прижал Динь к сиденью, накрыв его своим телом.

Ладно. Фабиан только что заработал несколько бонусных очков, но не пострадал ли Динь?

— Динь?

— У меня все просто замечательно, — приглушенно крикнул он.

— Пригнись, Айви. — Рен потянулся ко мне одной рукой и дернул вниз так, что я распласталась на центральной консоли.

— А как насчет тебя? — запротестовала я.

— Со мной все будет в порядке.

— Это так…

— В бардачке есть пистолет. — Рен погладил меня по спине. — Возьми его, но не высовывайся.

Бормоча что-то себе под нос, я медленно наклонилась и рывком открыла бардачок. Сунув руку внутрь, я схватила «Глок». Он был тяжелым в моей ладони.

Как члены Ордена, мы тоже были обучены владению оружием, но пользовались им не часто, обычно предпочитая более спокойный способ заколоть насмерть.

— Я умею стрелять.

— Дай мне его.

— Фиг тебе, — прошипела я. — Ты же за рулем.

— Я могу выполнять много задач. — Он толкнул меня в спину как раз в тот момент, когда мое окно разлетелось вдребезги.

Я ахнула, когда осколки отскочили от моей спины.

— Рен.

Его рука сжала мою рубашку сзади в кулак. Шины взвизгнули, когда он снова ударил по тормозам.

— Я в полном порядке. Дай мне пистолет, Айви.

Выругавшись себе под нос, я вырвалась из хватки Рена и села прямо. Я метнулась к разбитому окну, не обращая внимания на хрустящее стекло. Вытянув вперед руку, я несколько раз выстрелила в седан, виляющий перед нами.

— Черт возьми! — закричал Рен, снова хватая меня за плечо и толкая обратно вниз. — Ты что, совсем спятила?

— Уверен? — уточнила я. — Ты не можешь вести машину и стрелять одновременно. Ты же не Джеймс Бонд.

— Пусть он будет Джеймсом Бондом, — попросил Динь с того места, где он был припечатан к сиденью. — Позволь ему…

Заднее правое окно разлетелось вдребезги, и осколки стекла полетели в сторону Фабиана.

Я посмотрела назад над сиденьями, заметив, что седан теперь оказался позади нас, когда мы пронеслись мимо машины, в которой была Фэй. Рен проскочил между ними и свернул с дороги. Дорога стала ухабистой, когда он свернул налево. Я почувствовала, как внедорожник поднялся на двух колесах, пока мы выезжали на дорогу.

— Они снова у нас за спиной, — довольно спокойно заметил Фабиан. — Я действительно верю, что они либо собираются стрелять в нас, пока мы не умрем, либо заставят нас разбиться.

Сквозь разбитые окна залетала пыль. Фабиан был прав. Они явно пытались убить всех нас.

Снова выругавшись, я приподнялась, и Рен закричал на меня.

— Лежите и не двигайтесь! — прокричала я Фабиану.

Глаза фейри расширились, увидев, когда я подняла пистолет над его головой и нажала на курок. Седан позади нас внезапно свернул влево, виляя хвостом, пока не остановился в нескольких ярдах от нас.

— Вот дерьмо, — прошептала я. — Кажется, я прихлопнула водителя.

— Моя девочка, — пробормотал Рен за секунду до того, как дернуть меня обратно вниз.

Убийство водителя ничего не дало. В машине, вероятно, было больше людей. Фэй и команда оказались в ловушке, их машины не двигались. Кто знал, были ли они еще живы? Нам нужно было вытащить больше оружия. И у нас действительно был один — тот, кто был нужен нам живым в конце этого дела, и он был тот, кто, вероятно, мог бы выпустить Кракена на этих ублюдков.

— Останови машину.

— Что? — спросил Рен.

Я вывернулась из-под его руки.

— Останови машину!

Он взглянул на меня, и кто знает, что он увидел на моем лице, но он собрал впечатляющую цепочку Ф-бомб, прежде чем ударить по тормозам.

Я уставилась на заднее сиденье.

— Вы можете убрать того, кто еще сидит в той машине? И сможете ли вы сделать это так, чтобы вас не убили?

Фабиан перевел взгляд с Динь на меня. Он снова улыбнулся.

— Я способен на это.

Тогда сделайте это. Я обеспечу прикрытие.

Прежде чем Рен успел остановить меня, я распахнула дверь и, пригибаясь, выскользнула наружу.

— Какого черта ты творишь? — спросил Рен, вылезая из внедорожника.

— Отвлекаю внимание. — Я прокралась вдоль борта машины. — Перестань беспокоиться обо мне. Я сама могу о себе позаботиться. Ты должен сделать то же самое, и все для того, чтобы достать чертов пистолет.

Какое-то мгновение он пристально смотрел на меня, а потом, как мне кажется, понял, что в этом споре ему не победить.

— Там сзади есть несколько пистолетов. Айви…

— Я бы взяла один из них на всякий случай, если все пойдет наперекосяк. — Поднявшись, я направилась к стоящему на холостом ходу седану и открыла огонь. — Ну же, Фабиан!

Задняя дверь распахнулась, и оттуда выскочил принц Летнего двора. Он прошествовал мимо меня, его волосы развевались на внезапном горячем ветру, который кружился над пустыней. Я продолжала стрелять, пока не отступила, отбросив пистолет в сторону, когда Фабиан издал рев, который даже отдаленно не походил на человеческий… или фейри.

Желтоватое свечение исходило от его тела, окружая его светом, пока он не стал выглядеть так, словно солнце взошло ночью только для него. Вдалеке я услышала, как Рен открывает внедорожник, но не могла оторвать глаз от Фабиана.

Дверцы седана распахнулись настежь. Два… нет, три человека выскочили из него. Я видела, как они поднимают руки. С пистолетами. Дерьмо.

Воздух вокруг Фабиана искривился, а затем расширился. Волосы по всему моему телу встали дыбом, когда я сделала шаг назад, подальше от него, как раз в тот момент, когда вспышка неестественной силы покинула его тело, пронеслась через пространство и врезалась в седан.

Машина взмыла в воздух, и, по меньшей мере, два человека разлетелись в разные стороны. Они приземлились с глухим стуком, как раз когда машина взорвалась с оглушительным треском, вспыхнув пламенем, как будто в нее попал проклятый огненный шар.

— Срань господня, — отшатнулась я, потянувшись за кинжалом. Я никогда не видела ничего подобного.

Фабиан рванул вперед, размытое пятно скорости, достигнув первого человека на земле, прежде чем я успела даже моргнуть. Он поймал парня за шею и сломал ее в мгновение ока. Он повернулся ко второму мужчине — тот был одет во все черное. Принц Летнего двора положил руку ему на голову.

И это было все.

Мужчина выронил пистолет и с криком отпрянул назад. Пламя вспыхнуло над его телом, как будто он стал жертвой самовозгорания.

Фабиан рассмеялся и резко развернулся, нацелившись на третьего мужчину, который все еще стоял на ногах. Он повернулся, чтобы бежать, но далеко не ушел. Через секунду Фабиан уже был на нем, и до меня донесся запах обуглившейся плоти.

Я продолжала отступать, пока не врезалась во внедорожник. Обернувшись, я увидела Рена, стоящего с пистолетом в руке.

— Возможно… возможно, нам следовало раньше выпустить его из машины.

— Боже мой, — пробормотал он, широко раскрыв глаза.

Та сила, которой мог обладать принц, была не просто пугающей. Оружие массового поражения с заостренными ушами и, по-видимому, очень возбуждающее Динь. Если он способен на такое, то на что же в действительности способен принц Зимнего двора?

Динь высунул голову из окна.

— Это было довольно горячо. Буквально. Образно.

Я повернулась к нему.

— Думаю, ты должен быть очень, очень осторожен с ним.

— Нам нужно добраться до остальных. — Рен протянул мне еще один пистолет. — Там все еще слышны выстрелы.

Я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Фабиан вытаскивает людей, выброшенных из машины. Мой желудок скрутило, когда я посмотрела на Рена.

— Пожалуйста, будь осторожен. Не дай подстрелить себя.

Рен одарил меня дьявольской улыбкой.

— Держи себя в руках, потому что, когда все это закончится, у меня будет много идей о том, как я хочу высвободить часть адреналина, который появится после этого боя.

Ой.

Это определенно была отличная мотивация, чтобы остаться в живых.

Потянувшись, я схватила его за подбородок и приблизила его рот к своему. Я поцеловала его изо всех сил, и это было грубо и яростно. Когда я отстранилась, мне почти не хотелось отпускать его.

— Я люблю тебя.

Его рука скользнула по моему бедру.

— Докажешь мне это позже.

Затем Рен исчез, бросившись за борт внедорожника, навстречу сверкающим фарам.

Я резко повернулась к Динь.

— Оставайся…

— Не надо, — он открыл дверь, заставив меня отступить на шаг. — Я уже не ребенок, Айви. Я сам могу о себе позаботиться. Поверь мне.

— Я знаю, что ты не ребенок, Динь. — Еще одна быстрая череда выстрелов эхом прокатилась по шоссе. — Но это действительно опасно.

— Я все понимаю. — Он закрыл за собой дверь. — Но я могу помочь. Так что, если ты хочешь прикрыть мне Амазон, то делай это, но я не останусь в этой машине, пока вы все рискуете своими жизнями.

Послышался крик, и я услышала топот ног по земле. Споря с Динь, я просто убью нас обоих.

— Держись поближе к Фабиану.

На его лице появилась дикая ухмылка.

— Не надо повторять мне дважды.

Когда Динь пронесся мимо меня, я резко обернулась и увидела бегущего ко мне мужчину. Я не узнала его, но он определенно был человеком. Он поднял руку, и лунный свет блеснул на кинжале.

Член Ордена.

Дерьмо.

Он рванул вперед, и я низко пригнулась. Вскочив, я резко развернулась и ударила его ногой в спину. Раздался тошнотворный хруст, который заставил меня вздрогнуть.

Человек упал, дергаясь и корчась в судорогах.

— Какого…? — Я отшатнулась назад, шокированная тем, что простой пинок в спину мог сотворить такое… Боже.

Теперь я была сильнее. Как я могла все время забывать об этом?

Удар в спину сломал ему позвоночник. Мой желудок скрутило, когда я развернулась, и у меня не было времени, чтобы действительно переварить это. Второй человек бросился на меня, и я уклонилась от его атаки. Он резко обернулся, но я поймала его за руку. Резко повернувшись, я поморщилась от хруста кости и отчаянно проигнорировала вопль мужчины от боли. Он выронил кинжал.

— Я не хочу убивать тебя, — сказала я, давя на мужчину, пока он не упал на колени. Я действительно не хотела этого делать. Убивать людей — это совсем не то же самое, что убивать фейри. Они не разлагались на глазах, как это делали фейри. Вместо этого это было кровавое месиво, которое оставалось с тобой надолго после того, как дело было сделано. — Значит, если я отпущу тебя, ты будешь хорошо себя вести, да?

Мужчина издал резкий смешок.

— Тебе лучше доделать начатое и убить меня, потому что если ты меня отпустишь, я убью тебя, сука.

— Вау. — Я увеличила силу давления из злости. — Я держу твою сломанную руку, чувак.

— Убей меня, — выдохнул он. — Иди и сделай это, предательская шлюха!

Мои челюсти сжались, когда кто-то в отдалении закричал. Там сверкнула вспышка оранжевого света, и я предположила, что Фабиан освещает некоторых людей самым худшим из возможных способов. — Ты же член Ордена.

— Так же, как и ты, — сказал он, склонив голову набок. — Но ты же предала нас.

— Ни хрена я не предавала. Как вы узнали, что мы будем здесь?

— А ты как думаешь? Ты… — он дернулся и выхватил кинжал.

Я выругалась, когда он ударил меня сзади. Отпустив его, я отпрыгнула в сторону. Он с трудом поднялся на ноги.

— Что бы ты ни думал обо мне, это неправда. Я не предавала Орден. Я пытаюсь остановить…

Он набросился на меня, как товарный поезд, и инстинкт взял верх. Я не хотела убивать его, но и не хотела, чтобы меня зарезали. Я уже знала, как это паршиво.

Рванув вперед, я вонзила свой второй кинжал ему в грудь, между ребер. Я выдернула его и прошептала:

— Мне жаль.

Он не произнес ни слова, падая вперед.

С трудом сглотнув, я обошла внедорожник, возвращаясь к свету фар. Я держалась в темноте, мчась к машине, в которую был посажен консул принца.

По всему боку виднелись пулевые отверстия. Окон уже не было. Мои шаги замедлились, и гамбургер, который я съела раньше, почти выпал на землю.

Все до единого… они медленно разлагались, их бледные глаза были широко раскрыты от ужаса и боли, пока кожа шелушилась и облуплялась. Пройдут месяцы, а они не смогут издать ни звука.

— Боже, — выдохнула я, отворачиваясь от этого зрелища, а затем снова глядя на него. Мой взгляд встретился с Фредом, и я не знала, что сказать, но поняла это… Я видела это в его взгляде.

Он умолял меня об этом.

Я посмотрела на кинжал, зная, чего он хочет… зная, что я могу быстро покончить с этим для них. Все внутри меня восстало против этой идеи, которая была настолько сумасшедшая. Я могла убивать во время битвы, но мне было трудно совершить убийство из милосердия? Но это было совсем другое дело.

На мгновение зажмурившись, я попыталась заставить себя собраться, а затем… я это сделала. Я позаботилась обо всех них, и когда я закончила, я хотела покончить со всем этим, потому что их искаженные болью лица и знание в их глазах, что я отправляю их обратно в мир, который умирает, будут преследовать меня до конца моих дней.

Но это было еще далеко не все.

Я повернулась и резко остановилась, увидев Фабиана, который стоял рядом, глядя в машину.

— Мне пришлось это сделать.

— Знаю. — Он перевел взгляд на меня. — Спасибо.

— И не говорите… — я заметила движение за его плечом и, не раздумывая, выстрелила из пистолета. Фабиан резко обернулся, когда еще один член Ордена упал.

— Не благодарите меня за это, — сказала я и побежала к другой машине — туда, где больше не было слышно выстрелов.

Динь был впереди, не оставаясь рядом с Фабианом. Он стоял на коленях рядом с чем-то… с кем-то и был без рубашки.

Фэй… он был рядом с Фэй.

— Она…?

— Я в полном порядке. Пуля в меня не попала, но осколок стекла чуть не оторвал мне руку, — ответила она напряженным голосом. Именно тогда я увидела, что Динь обматывает своей рубашкой ее бицепс. — Я исцелюсь. А вот Дэйн… да… он мертв.

Давление сдавило мне горло. Дерьмо.

— Кален?

— Он с Реном, — ответил Динь, не поднимая глаз. — Я останусь с ней.

Я двинулась было вперед, но остановилась.

— Мне… мне очень жаль, что так вышло с Дэйном.

Фэй закрыла глаза.

Сделав глубокий вдох, я бросилась бежать. Впереди показался грузовик, из тех, что с ходовыми огнями наверху. Я старалась вести себя тихо, но это было бессмысленно. Между нами стояла еще одна машина, которая выглядела так, словно только что прибыла на место происшествия. Даже часть меня не надеялась, что они в «Команде не собирающейся нас убивать». Я просто знала, что это не так.

Двери открылись, и из них вылезли пятеро. Пятеро. Отлично. Я не видела оружия, так что, по крайней мере, это было так. Фабиан внезапно оказался позади меня.

Шансы начинают выглядеть намного лучше.

Прилив адреналина накрыл меня, когда я рванула вперед, достигнув первого члена Ордена. Она бросилась на меня, но я выстрелила ей под руку быстрее, чем она успела заметить. Я подошла к ней сзади и запечатала все чувства внутри себя. Я не думала о том, что она была человеком или что мы когда-то были на одной стороне. Я не задавалась вопросом, будут ли они все еще сражаться со мной, если узнают, как сильно Орден лгал. Я должна была сделать это для себя. Я не могла думать о том, что нажимаю на курок и стреляю ей прямо в грудь.

Развернувшись, я ударила другого сапогом в спину, и он упал на одно колено. Я опустила кинжал вниз, выдернув его обратно, когда попала в цель.

Услышав за спиной топот ног, я резко развернулась и отпрыгнула в сторону, едва не получив кинжалом в грудь. Я пыталась ударить с размаху, но шея мужчины резко дернулась в сторону. Он упал, открыв Фабиана.

— Спасибо, — выдохнула я.

— Я твой должник.

Фабиан быстро расправился с оставшимися членами группы, расчищая мне путь туда, где, как я надеялась, все еще находился Рен. Я приблизилась к решетке грузовика, когда из него вышел человек. Я подняла пистолет, приготовившись проделать в нем дыру, кто бы это ни был.

Кален поднял руки.

— Это я… только я.

— Дерьмо. — Я опустила пистолет. — Я могла бы пристрелить тебя. А где же Рен?

Лицо его резко дернулось.

— Он взял одного из них.

Очевидно, Рен был единственным, у кого хватило ума оставить одного из них в живых. Я последовала за Каленом вокруг грузовика, не сводя глаз с других членов Ордена.

Я увидела Рена и хотела обнять его от облегчения. Я умудрилась этого не сделать, главным образом потому, что он держал направленным на кого-то пистолет, и я решила, что объятия не помогут ситуации на данный момент.

— Теперь, когда Айви присоединилась к нам, я надеюсь, что ты передумаешь и начнешь говорить. — Голос Рена был тверд, как гранит. — У нее гораздо меньше терпения, чем у меня.

Я ухмыльнулась, когда добралась до него. Мой взгляд проследовал туда, куда указывал пистолет, и мне пришлось посмотреть вниз, потому что Рен держал на мушке того, кто стоял на коленях. Я ахнула, узнав темноволосого мужчину.

Каждый мускул в моем теле напрягся, когда я посмотрела вниз на человека, который убил лучшего друга Рена. Человека, который управлял «Элитой» и приехал в Новый Орлеан, чтобы выследить меня.

На Кайла Клэра.

Глава 23

Кайл не изменил своего решения. Не то чтобы я была сильно удивлена. Как члены Ордена, мы были практически воспитаны, чтобы держать рот на замке, если попадем в плен к врагу.

А для Кайла мы были врагами.

Итак, мы должны были заставить его говорить, как это было с Марлоном, и я совсем не хотела этого всего видеть. Даже если Кайл был громадным придурком, которому нужна была огромная доза кармы.

Так как это был только вопрос времени, когда наша маленькая разборка на шоссе будет замечена каким-нибудь ничего неподозревающим человеком с ужасной удачей, нам надо было уйти с дороги и найти безопасное место, где мы могли бы допросить Кайла и выяснить, как они узнали, что мы направились в Сан-Диего.

Все, кто остался в нашей группе, забрались во внедорожник, включая связанного Кайла с кляпом во рту. Мы добрались до какого-то жуткого придорожного мотеля, где я бы в жизни не подумала бы остановиться, но у них были свободные места, и выглядели они так, будто привыкли слышать крики посреди ночи.

Мы заплатили наличными за три комнаты и засунули Кайла в среднюю, с кляпом во рту и привязанным к одному из этих неудобных стульев. В комнате с ним остались только мы с Реном. Мы полагали, что присутствие в ней кого-то из фейри не заставит его вести себя хорошо.

Кроме того, Кален был занят, сбрасывая наши поврежденные машины и добывая нам новый транспорт, а Фэй отдыхала, ожидая исцеления руки. Я догадывалась, что Кален собирался использовать принуждение, чтобы кто-то отдал ему свои ключи, и своей перегруженной головой, я решила не размышлять, правильно это или нет.

Рен встал прямо перед ним, скрестив руки на груди.

— Я собираюсь вытащить кляп и надеюсь, что ты достаточно умен, чтобы не наделать много шума.

Кайл сердито посмотрел на Рена, и я понятия не имела, будет ли он достаточно умен.

— Мы хотим поговорить с тобой, и ты должен нас выслушать, — сказал Рен, подходя ближе. — Мы с тобой на одной стороне.

Прошло несколько секунд, и Кайл кивнул. Рен вытащил кляп, и первое, что вырвалось изо рта у Кайла, было:

— Мы не на одной стороне, мальчик. Мы перестали быть на одной стороне в тот момент, когда ты понял, кем она была, и ты не убил ее.

Я приподняла бровь.

— Это будет прекрасный разговор.

Яростный взгляд Кайла метнулся ко мне.

— Надо было прислушаться к своему чутью, когда мы встретились в первый раз. Слушая истории о том, как ты сражалась с принцем и выжила. Все это было чушью.

— Вопреки тому, во что ты веришь, я действительно сражалась с принцем и выжила. Мало того, меня похитили и держали против моей воли, но я осталась жива. — Я выдержала его пристальный взгляд. — Я не знала, что я Полукровка.

Он усмехнулся.

— Как будто это имеет значение.

— Наверное, нет, — задумчиво произнесла я, — потому что я уверена, что в свое время ты убивал многих Полукровок, людей, которые понятия не имели, кто они такие, и почему ты их убиваешь.

— Почему бы тебе не спросить его, скольких он убил до того, как встретил тебя?

Рен застыл.

— У него не хватило духу расправиться с Ноем. Или с тобой, судя по всему. — Кайл улыбнулся. — Но он убил…

— Заткнись, — выплюнула я.

— Я думал, ты хочешь, чтобы я говорил? — Он наклонился вперед, насколько позволяла ему веревка, которую Рен, Бог знает, где нашел. — Как ты себя чувствуешь, зная, что он приехал в Новый Орлеан именно для того, чтобы всадить пулю между глаз Полукровки… чтобы убить тебя? Но я думаю, видимо, у тебя золотая киска, потому что…

Рен двинулся так быстро, что я едва успела заметить, как его кулак врезался в лицо Кайла, отбросив назад его голову вместе со стулом. Челюсти Рена были такими сжатыми, что могли раскусить камень, пока он стоял там, глядя на Кайла сверху вниз.

Я шагнула вперед.

— Просто чтобы ты знал, мне нравится мысль о том, что моя вагина золотая. Это вовсе не оскорбление.

— Ага, конечно. — Кайл выплюнул полный рот крови. — Освещение здесь дерьмовое, но я тебя вижу.

У меня было чувство, что я знаю, что он имел в виду, и я поняла, что мне все равно. Это выбило дух из меня, будто меня снес мчащийся поезд, но что было, то было. Я знала, что выгляжу по-другому. Я знала, что это значит, и мне было все равно.

— Мне плевать, что ты там видишь.

— Как же так? Как же ты скрываешь, как ты на самом деле выглядишь? — поинтересовался он. — Потому что я чертовски уверен, что если бы Дэвид увидел тебя такой, какая ты есть на самом деле, он бы перестал защищать тебя.

Я склонила голову набок, когда Рен оглянулся на меня.

— Дэвид защищает меня?

На мгновение мне показалось, что Кайл не собирается отвечать.

— Он не хочет верить, что ты предала Орден. Очевидно, что он ошибается.

— Я не предавала Орден. — Я сделала паузу. Дэвид, все еще верящий в меня, был удивительно хорошей новостью. Я поджала губы. — Ну, убийство тех членов Ордена, которые напали на нас, вероятно, является большим аргументом в разделе предательства, но мы защищались.

Кайл пристально посмотрел на меня. Его левый глаз заплыл, и я предположила, что эта травма была получена в машине.

— Ты выглядишь как чертова фейри. Ты просто отвратительна.

Ударив, как молния, еще раз, кулак Рена соединился с животом Кайла. Этот контакт эхом разнесся по всей комнате. Он схватил Кайла за плечо, не давая стулу опрокинуться назад.

— Я думаю, ты хотел сказать, что она красива, но я понимаю. Слова никогда не были твоей сильной стороной.

— Придерживаться своего долга никогда не было твоим. — Кайл посмотрел на Рена и рассмеялся. — И что же теперь?

Они смотрели друг другу в глаза.

— Ты чертовски хорошо знаешь, что я выполнял свой долг снова и снова, каждый гребанный раз.

— Но не тогда, когда это имело значение.

— Ты ошибаешься. Когда это имеет значение, я поступаю правильно. — Рен отступил назад, и стул встал на место. — Мы здесь не для того, чтобы обсуждать то, что я должен был сделать. Как вы узнали, где мы находимся?

Кайл снова выплюнул кровь.

— Отсоси у себя.

— Фу, ну что за слова, — пробормотал Рен, опустив руки.

Предводитель «Элиты» рассмеялся, и смех его прозвучал булькающе.

— Как ты думаешь, какую информацию ты получишь от меня? Мы оба знаем, чем все это закончится.

Я перевела взгляд с одного на другого.

— И чем же все это кончится?

Кайл скривил верхнюю губу.

— Он собирается убить меня.

Глядя на Рена, я ждала, что он ответит, и когда он не ответил, я решила, что пришло время вмешаться.

— Ладно. Давайте вернем этот поезд на рельсы. Ты знаешь, что принц нашел еще одну Полукровку?

На быстро кровоточащей челюсти Кайла напрягся мускул.

— Ни хрена себе.

— Значит, тебе не приходило в голову, что если принц отправился в Сан-Диего за другой Полукровкой, то, возможно, я не была на борту, чтобы забеременеть и возвестить конец света, как мы его знаем?

Прошло еще мгновение.

— Это не меняет ни того, кто ты есть, ни той опасности, которую ты представляешь.

Я шумно выдохнула.

— Ладно. Я подскажу. Почему, как ты думаешь, мы направляемся в Сан-Диего? Не смей говорить, чтобы я отправилась, чтобы встретиться с принцем, потому что я могу просто ударить тебя, и знаешь что? Я бью намного сильнее, чем Рен.

— Ты путешествуешь с кучей фейри, — ответил он. — Совершенно уверен, что это очевидно.

— Мы пытаемся остановить его, тупой сукин сын. — Рен подошел и встал за стулом Кайла. — Но ты вроде как встал на нашем пути, задержав нас. Тебе лучше надеяться, что он ее не нашел.

— Орден в Сан-Диего следит за ним. Мы же не дураки.

Рен хлопнул Кайла ладонями по плечам, заставив его подпрыгнуть.

— Это мы еще обсудим.

Маленькая надежда, что мы не опоздали, вспыхнула в моей груди.

— Они еще их на засекли?

Кайл ничего не ответил.

— Это не значит, что принца там нет, что он еще ее не нашел. — Руки Рена сжались, впиваясь в плечи мужчины. — И пока ты здесь лаешь не на то чертово дерево, он получает именно то, что хочет.

— Ты же знаешь, что у нас почти нет времени, чтобы помешать ему добиться успеха, — я снова попыталась урезонить этого человека. — Тебе вовсе не обязательно должно нравиться то, кто я есть. Ты можешь думать все, что угодно, но сейчас ты уже должен понять, что мы не работаем на принца.

— Но вы же работаете с фейри.

— И это не первый раз, когда Орден работает с фейри. — Рен улыбнулся, когда Кайл поморщился. — Хочешь поговорить об этом?

Кайл притих.

— Вот это и есть самое интересное во всем этом. — Руки Рена переместились с его плеч, приближаясь к горлу мужчины. — Ты рассказываешь мне о долге, но все вы… кучка проклятых лжецов. Ты никогда не думал, что один из нас пересечется с Летним двором и узнает о том, как Орден и «Элита» работали бок обок? Как они помогли закрыть Врата? Как они не убивали людей и не питались ими?

Ну, за исключением членов королевской семьи. Они кормились, но я подумала, что лучше пока держать это при себе.

Его глаза сверкнули.

— Вас всех учили убивать, а не болтать с фейри, распивая чаек с печеньками.

Мои брови поползли вверх.

— Орден лгал нам… всем нам, и продолжает делать это, потому что они думали, что никто из нас никогда не будет общаться и слушать фейри Летнего двора?

— Пока все работало.

Я уставилась на него, на мгновение остолбенев.

— Это совершенно глупо.

Кайл одарил меня кровавой ухмылкой.

— Члены Ордена никогда не были обучены общаться и слушать фейри. Вас учили бить первыми. Всегда.

— Еще раз, — сказала я. — Это глупо и небрежно.

— А знаешь, что самое глупое? Что вы решили возобновить это.

— Прям боюсь-боюсь. — Я закатила глаза. — Я так понимаю, что вы объявили нас в розыск и засекли. Вот как вы нашли нас.

— Возможно в Техасе, — согласился Рен, хватая Кайла за шею. — Когда мы остановились, чтобы перекусить. Я также предполагаю, что отделение в Южной Калифорнии будет следить за нами.

Мужчина с трудом сглотнул. Он может вести себя так, будто он был крутым дерьмом, но он был напуган.

Кайл глубоко вздохнул, когда Рен отпустил его и отступил назад.

— Мне нечего вам всем сказать.

— Ладно. — Я улыбнулась. — Потому что ты сказал нам кое-что, что мы можем использовать.

Глаза Кайла сузились.

— Я ни хрена тебе не сказал.

— О, сказал. — Я тихо рассмеялась, когда Рен поднял на меня глаза. — Ты мне точно сказал, с кем нам нужно связаться. С Дэвидом.

Его глаза расширились от понимания.

— Так что… — Я показала ему средний палец. — Спасибо тебе за это.

Не было слов, чтобы описать то удовлетворение, которое я почувствовала, когда его лицо побледнело.

— Давайте, убейте меня.

— Я бы с удовольствием сделал это для тебя. — Рен прошёл мимо него, шлепнув его по затылку в процессе разговора. — Но разве это не докажет твою правоту, версию о том, что мы враги?

Я пристально посмотрела на него, но сумела сохранить спокойное выражение лица. Судя по выражению лица Кайла, он был так же удивлен, как и я.

Рен улыбнулся Кайлу, глядя сверху вниз.

— Если я оставлю тебя в живых, то, надеюсь, через твой дубовый череп дойдет, что мы с тобой на одной стороне. Я не хочу, чтобы твоя кровь была на моих руках. И на Айви тоже.

Глава 24

Подавив зевок, я последовала за Реном в соседнюю комнату. Перед уходом мы заткнули Кайлу рот кляпом и на всякий случай включили телевизор. Хотя он и никуда не собирался уходить. Нет, если только он не развил сверхъестественные способности и не сумел вырваться оттуда, где мы его оставили…

Привязанным к трубам в ванной комнате.

— Ты действительно собираешься позвонить Дэвиду? — спросил Рен, останавливаясь перед кроватью, которая была стояла посередине. Интересно, сколько людей забеременело и умерло на этой кровати?

Затем меня слегка затошнило, и я решила, что мне не нужно об этом думать.

— Я думаю, что другого варианта нет, если дело дойдет до того, чтобы открыть Врата и отправить принца обратно.

— Это очень рискованно. — Он оглядел маленький грязный гостиничный номер, приподняв бровь, когда увидел телевизор, выглядевший так, словно его привезли из восьмидесятых. — Возможно, он и не считает, что ты его предала, но когда…

Рен замолчал, и я смотрела, как он отстегивает кинжал и терновый кол. Он положил их на маленький ночной столик, стоявший ближе к двери. К ним присоединился пистолет.

— Когда он увидит, как я выгляжу сейчас? — закончила я за него.

Рен повернулся ко мне.

— Это ни черта ничего не меняет, но может поменять его точку зрения.

Я прикусила нижнюю губу.

— Я все понимаю. Вот почему будет лучше, если я позвоню ему, как только мы доберемся до Сан-Диего. Звонить ему сейчас — это слишком большой риск. Мы можем наткнуться на еще один блокпост по пути, если я ошибаюсь насчет него.

— Можем. — Он снял ботинки. — Мы не можем здесь долго оставаться. Другие члены «Элиты» будут искать Кайла. У нас, наверное, есть еще несколько часов в запасе. Нам нужно отдохнуть, а потом отправляться в путь.

— Согласна.

— Я думаю, ты права, — сказал он, проводя рукой по своим растрепанным волосам. — Мы свяжемся с Дэвидом, когда доберемся до Сан-Диего и… свалим оттуда.

Я кивнула, наблюдая, как он стягивает рубашку через голову, демонстрируя свои четко очерченные мышцы пресса и груди. Что-то было не так в его тоне, и его пристальный взгляд ускользал от меня всякий раз, когда мы встречались глазами.

— А что мы будем делать с капитаном придурком? Неужели мы действительно планируем оставить его в живых?

Его губы дрогнули в слабой улыбке.

— Мне следует убить его. Я хочу этого. Что плохо. По самым разным причинам. — Он присел на край кровати, и я очень удивилась, когда эта штука не рухнула. — Но если ты или я убьем его, это только докажет его правоту… докажет то, во что должны верить другие члены Ордена.

— Значит, мы просто оставим его здесь?

Снова запустив руку в волосы, он кивнул.

— Я думаю, что это было бы правильным.

Я вообще не считала, что это было бы правильным. Оставить Кайла в живых означало, что мы будем оглядываться назад каждую секунду, пока разбираемся с Дрейком и всем остальным. Нам нужно было поговорить об этом.

— Кайл был прав.

Моргнув, я нахмурилась.

— В чем?

Рен наклонился вперед, положив руки на колени.

— О том, что я убивал Полукровок.

Все мысли об убийстве Кайла исчезли.

— Рен…

— Ты знаешь, скольких я убил? — Он опустил подбородок и слегка покачал головой. — А я знаю.

О, нет.

— Это не имеет значения.

— Не имеет? — Я вроде как думаю, что это так. — Он на мгновение замолчал. — Я бы убил тебя, если бы не узнал поближе… если бы узнал, что ты Полукровка, прежде чем ты сама узнала, кто ты.

Это было тяжело слышать, но я подошла к нему.

— Но ведь все получилось не так.

— Но могло произойти. — Он поднял голову, и в его взгляде было столько беспокойства, что у меня заныло сердце. — Они были похожи на тебя, Айви. Некоторые из них не были членами Ордена, но другие были, и они понятия не имели, кто они такие. Они понятия не имели, что были в нескольких секундах от смерти. Они даже не поняли, что их поразило.

У меня перехватило дыхание, и я обнаружила, что не могу подобрать слов.

— Иногда я не знаю, как ты можешь быть со мной, — сказал он, и эти слова разбили мне сердце. — Как ты можешь смотреть на меня, любить меня, зная, зачем я приехал в Новый Орлеан.

Я проглотила комок в горле.

— Ну, хорошо, что ты не пытался меня убить.

Рен улыбнулся совсем не так, как я ожидала. Я опустилась перед ним на колени, положив одну руку ему на ногу, а другой, обхватив его подбородок.

— Посмотри на меня.

Его взгляд медленно поднялся на меня.

— Я смотрю на тебя, моя сладкая. Даже когда мои глаза отведены в сторону.

Моя грудь сжалась в ответ на эти слова. Боже, Рен был… он был слишком хорошим для всего этого. Я увидела это с внезапной ясностью. Если бы он не родился в этом мире, то, возможно, стал бы врачом, спасающим жизни людей, или учителем, открывающим лучшее в молодых людях для будущего.

И может, если бы я не была рождена в этом мире, я бы тоже была бы… лучше.

— То, кем ты был раньше, и то, что ты сделал, это не то, кем ты стал сейчас и что собираешься делать. — Я провела большим пальцем под его губой. — Мы оба делали то, чего не хотели, и мне нравится думать, что мы не делали бы этого, если бы знали правду. Мы уже не те, кем были раньше.

Глаза Рена закрылись, когда он повернул голову, целуя мою ладонь, и я почувствовала, как напряжение покидает его.

— Сегодня мы убили людей… людей, с которыми я когда-то работал. Я узнал, по крайней мере, троих из них.

Я резко втянула воздух.

— Я знаю, что нам пришлось это сделать. Если бы мы этого не сделали, они бы не задумывались дважды, прежде чем убить нас. — По его телу пробежала дрожь. — Но от этого мне ничуть не легче.

— Мне так жаль, — прошептала я.

Рен не ответил, и когда я посмотрела на него, то сразу поняла, что кровь Кайла не может быть на руках Рена. У меня не было никакой возможности настаивать на том, чтобы он убил Кайла.

Напряжение продолжало покидать его, и я решила, что должна что-то предпринять. Все, что угодно, лишь бы облегчить его страдания. Сон мог бы помочь, и мы оба нуждались в этом, но все, что я хотела в тот момент, это унять его боль и отвращение к себе, и был только один способ, который я знала.

Я не думала о тонком, грязном ковре, когда опустилась на колени между его ног и потянулась к пуговице на его брюках.

Он выпрямился, подняв голову и поймав мое запястье.

— Айви…

Я шикнула на него и потянулась, нежно целуя, пока возилась с застежкой-молнией. Тогда я почувствовала его, уже твердого и напряженного. Я прервала поцелуй и снова опустила голову, когда мой взгляд переместился на его естество.

— Ну, пожалуйста. — прошептала я.

Рен отпустил мое запястье, поднимая один палец за другим.

Потянув молнию вниз до конца, я схватила его за штаны и боксеры. Он приподнял свои бедра, и я смогла стащить их и снять. Затем я взяла его в руки, удивляясь, как он может быть гладким, как шелк, и в то же время твердым, как сталь.

Рен резко выдохнул, когда я провела рукой от кончика к основанию и обратно. Блестела капелька жидкости. Все его тело дернулось, когда я провела большим пальцем по его кончику, и мой взгляд метнулся к его лицу. Он пристально смотрел на меня, его губы слегка приоткрылись, когда он потянулся к моей голове, нашел резинку в моих волосах и стащил ее. Локоны в беспорядке упали мне на плечи, а потом его рука пробежала сквозь них, останавливаясь на моем затылке. Он использовал малейшее давление, чтобы показать мне, чего он хочет.

Его соленый вкус танцевал на моем языке, и я затрепетала от нежного стона, который он издал. Я не стала тянуть. Дело было не в том, чтобы играть и дразнить. Все дело было в том, чтобы вытащить его разум из тех темных мест, куда он ушел. Речь шла о том, чтобы успокоить его. Я взяла его в рот, и, хотя, у меня не было большого опыта в минете, я быстро поняла, что когда парень уже в тебе, то на самом деле нет неправильного способа сделать это.

Ну, за исключением, возможно, использования зубов в не столь соблазнительной манере, но все равно.

— Айви, — прорычал он, все его тело напряглось, когда я сосала и двигала туда-сюда, водя языком по головке. Он выругался, и его тело напряглось.

Жар затопил меня, скользя вниз по телу. Я тосковала по нему совсем не так, как несколько мгновений назад.

Я втянула его так далеко, как только могла, и этого оказалось достаточно, судя по тому, как его рука сжалась вокруг моей головы, и по томным звукам, которые он издавал. Затем его рука скользнула к моей шее, и его большой палец нашел мой пульс, это странно чувствительное место для меня, и он нежно массировал кожу, пока я не сжала свои бедра вместе. Он распух на моем языке за секунду до того, как попытался оттащить меня, но я не позволила ему этого сделать, потому что он пульсировал и рычал мое имя.

Когда все закончилось, я, довольно гордая собой, отодвинулась. Или же я попыталась сесть поудобнее. Но я не успела устроиться. Рен резко двинулся, хватая меня под руки, поднимая на ноги. Я ахнула, когда его пальцы быстро справились с моими штанами, и прежде, чем я успела сказать «ах», он стащил с меня штаны, нижнее белье и ботинки.

Господи, какой же он был одаренный!

И сильный… действительно сильный.

Рен приподнял меня на кровати, когда он устроился так, что самая интимная часть меня была выстроена в линию перед его ртом.

Он ничего не сказал, когда я посмотрела на него сверху вниз. Мое сердце бешено колотилось от яростной, необузданной силы, запечатленной в его поразительных чертах. Ошеломленная, я сцепила ноги, чтобы сохранить равновесие, когда он схватил мои бедра… мою задницу, и его пальцы впились в мою плоть.

А потом его рот оказался на мне.

Без предупреждения. Никакого медленного нарастания. Губы. Язык. Сосание. Потягивание. Я ахнула, хватаясь за его голову, чтобы не упасть. Он пожирал меня, его рот был горячим, влажным и всепоглощающим.

Я попыталась произнести его имя, но потеряла всякий контроль, когда мое тело напряглось. Я была за пределами связной речи, за пределами всего, кроме того, что его рот делал между моими бедрами. Мне казалось, что я вот-вот умру, что я умираю, а потом это случилось. Я закричала, мое тело сжалось, когда освобождение пронзило меня, пульсируя и пульсируя, и никогда не кончаясь. Это подкосило мои ноги.

И тут Рен поймал меня.

Я рухнула в его объятия — обмякшая, довольная и обессиленная. Я едва справилась с тем, как он прижался ко мне, так что мы оба лежали на боку, и моя щека покоилась на его груди. Между нами не было произнесено ни слова, и вот так он заснул, крепко прижимая меня к себе, словно боялся, что я ускользну от него.

Хотя я не заснула.

Я не могла этого сделать, так как приятная дымка освобождения исчезла, и я подумала о том, что мне нужно было предпринять.

То, что я должна была сделать для него.

Глава 25

Рен все еще был в душе, когда я выскользнула из комнаты. Я сказала ему, что проверю Кайла и удостоверюсь, в порядке ли он, прежде чем мы отправимся в путь. Я настояла на этом, потому что не хотела, чтобы Рен был рядом с этим ублюдком.

Было еще рано, и утреннее солнце заставило меня вздрогнуть, когда оно жгло парковку. Я была не одна, когда вышла на улицу.

Фабиан стоял перед дверью, за которой держали Кайла.

— Вы что, всю ночь здесь торчали? — спросила я.

— Время от времени, — ответил он без всякого выражения на лице. — Хотел убедиться, что он остается там, где ему нужно быть.

— Он никуда не денется. Доверьтесь мне.

— Он и не денется.

От холода в его голосе у меня по спине пробежал холодок. Я огляделась, но больше никого не увидела.

— А где же Динь?

— Спит в комнате в конце коридора. Он сейчас с Фэй. — Фабиан наклонил голову. — Почему ты его так называешь? Динь?

Я подняла брови и откинула с лица выбившийся локон. Этот вопрос меня удивил.

— Я просто… ну, он никогда не называл мне своего настоящего имени и напомнил мне Динь-Динь.

Губы Фабиана изогнулись.

— Интересно. — Последовала пауза. — Я слышал вас вчера вечером, ребята.

Мои глаза расширились, когда жар хлынул мне в лицо. О Боже, мы почти не шумели! Ну, стоны то были… определенно стоны сексуального характера. Стены в этом месте должны были быть такими же тонкими, как тот чертов ковер. — Я не знаю, что вы там слышали, но это были не мы.

Он нахмурился, наблюдая за мной.

— Я слышал, как вы с Реном разговаривали с тем человеком внутри.

— Аааа. — Я издала сдавленный смешок. Боже. А теперь я просто смутилась. — И?

Его хмурое выражение исчезло, но взгляд все еще оставался тяжелым.

— Именно поэтому я тут и стою.

Мой взгляд метнулся к нему. Прошла напряженная минута, полная понимания, а затем Фабиан отступил в сторону. Я потянулась к двери.

— Я так же слышал, как ты стонала, — добавил Фабиан. — Ты вопила, как дикий лось на пастбище.

У меня отвисла челюсть.

— Дикий лось пасется на пастбище?

— Да. Именно так. Это довольно… беспокойно.

О Боже, я совсем не походила на дикого лося.

С пылающим лицом я отмахнулась от него и открыла дверь мотеля. В комнате было тихо, но мы оставили свет в ванной комнате включенным, и я могла видеть его из прихожей.

Он дремал, уткнувшись подбородком в грудь и прижав запястья к трубе. Однако у этого человека были кошачьи чувства, потому что я сделала только один шаг к нему, и он тут же проснулся.

— Доброе утро, — сказала я, направляясь к нему. — Я бы принесла тебе кофе и пончик, но потом вспомнила, что ты мне не нравишься.

Он фыркнул и отвернулся.

— Если ты здесь, чтобы, наконец, убить меня, просто покончи с этим, потому что ты чертовски меня раздражаешь.

— Я здесь не для этого. — Войдя в ванную, я села на закрытое сиденье унитаза. — Я хочу поговорить.

— А я хочу воспользоваться этим туалетом, так что если ты не собираешься, то как насчет того, чтобы двинуть своей задницей и развязать меня?

Я рассмеялась.

— Этого не случится. Пока нет.

Его взгляд медленно скользнул по мне.

— Ты же знаешь, что они придут за мной. Они уже должны быть рядом, приближаясь ко всем вам.

— Я все понимаю. — Я скрестила одну ногу на другой. — Значит, у нас не так уж много времени.

— У вас почти не осталось времени.

— Почти. — Мой взгляд скользнул по нему, и я увидела, как мелкая дрожь пробежала по его телу. — Ты можешь мне не верить, но меня похитил принц. Меня схватили против моей воли. Я боролась, чтобы остаться в живых и не сдавалась. Ты даже не представляешь, что мне пришлось для этого сделать. — У меня перехватило дыхание, но я продолжила. — Ты можешь ненавидеть меня. Ты можешь ненавидеть Рена. Но сейчас мы — лучший шанс в мире. Мы были на одной стороне.

На его челюсти дрогнул мускул.

— Были?

Я не возвращалась к этому вопросу. Пока нет.

— А ты женат? У тебя есть дети? — спросила я.

— Что? — рявкнул он.

— Просто любопытно. Многие члены Ордена женятся друг на друге. Заводят детей. А ты что же? — Я положила подбородок на ладонь. — Ты совсем не выглядишь так, как раньше. Никакого обручального кольца. Ты всецело поглощен своей работой. Долгом.

— Да, — буркнул он. — Искоренение фейри — мой долг.

— Даже тех, что помогали Ордену? Летнего двора?

Кайл не ответил.

— И что же случилось? Почему ты не можешь мне этого сказать? Я слышала их версию, но знаю, что должно быть что-то еще. Должно же быть что-то, почему Орден повернулся против них.

Сжав губы в тонкую линию, он откинул голову назад на дно раковины.

Стиснув зубы, я покачала головой. Мне хотелось ударить его по лицу, но я сомневалась, что это заставит его говорить.

— Этого не может быть только потому, что они просто фейри.

Его голова резко повернулась ко мне.

— Не может быть?

Я замерла.

— Не имеет значения, кормились ли они или нет, помогали ли Ордену. Они — проклятая мерзость, заражающая наш мир, чертова болезнь. Орден не замечал этого, но мы то видели. — Его глаза сверкнули. — Мы сделали то, что должны были сделать, как и всегда.

Неужели он серьезно?

— Вы… «Элита» отвернулись от фейри Летнего двора только потому, что они были фейри?

— Есть ли еще одна причина, о которой я не знаю?

— Срань господня, — прошептала я, потрясенная до глубины души. — И это все? Вы предали их. Убили их. Забрали их Кристалл. Вы сделали все это, потому что они были фейри. Вау. У меня действительно нет слов.

Он выругался и обозвал меня идиоткой, но все, что я могла сделать, это уставиться на него. Здесь не было ни глубокой мотивации, ни скрытого плана действий. Просто… фанатизм и страх. Если именно это и представляла из себя «Элита»…, то они были ничем не лучше того фейри, который хотел захватить мир смертных.

Я была совсем на него не похожа. И Рен тоже. В тот момент, когда мы узнали, что есть фейри, которые просто пытаются жить своей жизнью, не причиняя вреда другим, мы объявили перемирие. Это было нелегко, но мы…

Мы хотели быть хорошими людьми.

В большинстве случаев.

Только не сегодня, правда. Сегодня я не была хорошим человеком. Я была худшим из худших.

И меня это вполне устраивало.

Кайл тяжело вздохнул.

— Ему придется убить меня, ты это понимаешь? Рано или поздно. Потому что я найду тебя и убью. Тогда он придет за мной, и если он не убьет меня, то я убью его. Он же предатель.

Я развела руками. Разговор был окончен.

— Он не собирается убивать тебя.

Кайл ухмыльнулся.

— Ты тупая сука, если думаешь, что это умный ход.

— Знаешь что? Я, конечно, сука, но не дура. — Я поднялась с туалета. — Я понимаю, почему он думает, что если оставить тебя в живых, то это поможет снова построить мост с Орденом. Он просто такой человек. Хороший человек. Он лучше, чем ты.

— Он трахается с Полукровкой, — выплюнул Кайл.

Я холодно рассмеялась и попятилась из ванной.

— И ему это нравится. Очень.

На его лице появилось выражение отвращения.

— Он это сделает. Я тебе это обещаю. Или мы с ним снова увидим друг друга.

— Ты ошибаешься, очень сильно ошибаешься. — Я остановилась перед выходом.

— Рен не собирается убивать тебя. Я не допущу этого.

Он рассмеялся.

— Что? Ты собираешься это сделать? А потом соврать ему об этом позже? Довольно трудно убить меня, когда ты так далеко отсюда.

— Нет. — Я подождала, пока он посмотрит на меня, а потом улыбнулась. — Я тоже не собираюсь этого делать, потому что дала обещание больше не лгать ему.

— Ну, разве это не мило, — выплюнул он, качая головой.

— Так оно и есть. — Я обхватила рукой дверь и начала ее открывать. — Но я не говорила, что никто не собирается убивать тебя, Кайл.

Я отступила в сторону.

И тут вошел принц Летнего двора.

Глава 26

Кален нашел нам один из тех больших внедорожников, в который могла поместиться чертова футбольная команда, так что теперь мы все были в одной машине.

Все мы, кто остался в живых.

Один день в дороге, и мы уже потеряли пять человек. Об этом было трудно думать или даже признать.

Я думаю, именно поэтому Фэй и Кален сидели тихо на самом дальнем заднем ряду. Я не очень хорошо знала Дэйна, но он мне нравился, даже если он называл меня крошечкой-хаврошечкой.

Фабиан тоже молчал, и я была уверена, что это связано с тем, что он потерял всех своих консулов. Все до единого погибли в той машине, изрешеченные железными пулями.

Я прикусила губу и посмотрела на Рена. Он понятия не имел, что я сделала. Как и планировалось, мы уехали, не проверив снова Кайла, и он не спросил меня, как там Кайл. И я не спрашивала Фабиана, что он сделал с Кайлом, но Летний принц заметно расслабился, когда мы уехали.

Я была уверена, что он заставил Кайла заплатить за каждую смерть, которая имела место.

Часть меня все еще пребывала в состоянии недоверия к тому, что сказал мне Кайл. Отделение «Элиты» были теми, кто предал Летний двор просто потому, что они были фейри. Я не хотела в это верить. Я хотела, чтобы была какая-то причина, которая помогла бы мне понять, почему члены «Элиты» сделала то, что они сделали. Но там не было ничего, кроме фанатизма и страха.

И все, на что я могла надеяться, это то, что фанатизм и страх не распространились далеко на Орден. Я понимала, что такое возможно, но Кайл сказал, что Дэвид не хотел верить, что я предала его. У нас был шанс.

Мои пальцы сжались вокруг одноразового телефона. Я даже не помнила, как вытащила его из кармана, но держала его уже несколько часов, и устройство было горячим в моих руках.

Звонить Дэвиду было огромным риском, но нам надо было поговорить. Он был нашей единственной надеждой, когда дело дойдет до открытия Врат, чтобы отправить принца обратно.

— Эй. — Динь наклонился вперед между сиденьями, его голос был тихим. — Я тут кое о чем подумал.

С Динь, можно было только догадываться, что это могло быть. Я повернулась к нему:

— О чем?

— Как ты думаешь, возможно ли такое, что Орден уже выяснил, что это за Полукровка, и поместил ее… ну, не знаю, под защиту? — спросил он.

На челюсти Рена дрогнул мускул.

— В Сан-Диего находится «Элита», что совершенно очевидно. Если бы они узнали, что это за Полукровка, тогда она бы точно не была под охраной.

Рен был прав. «Элита» убила бы её немедленно. Они даже не попытаются защитить ее.

— Это как-то странно, — прокомментировал Динь.

— Ты только сейчас это понял?

Он посмотрел на меня.

— Это просто неправильно.

Да.

Да, так и есть.

Динь откинулся назад, и когда я посмотрела на Фабиана, мой взгляд встретился с его взглядом.

— Если Полукровка все еще жива и не скомпрометирована, она будет находиться под защитой Летнего двора, — сказал он. — Мы не допустим, чтобы ей причинили вред.

— А если она будет скомпрометирована?

— Тогда мы перейдем этот мост, и когда подойдем к нему… если подойдем, — ответил Фабиан, глядя в окно. Это был совсем иной ответ, чем в начале нашего путешествия. — Будем надеяться, что это не так.

Я не была уверена, что в прошлом у нас все получалось, но была готова попробовать. Это не могло повредить. Мы провели остаток пути, обсуждая наш план действий на тот момент, когда мы доберемся до Сан-Диего. По словам Фэй, Таннер позаботился о ночлеге. Мы остановимся в довольно уединенном доме, недалеко от Сан-Диего, в Дель-Маре. Я понятия не имела, знал ли он владельца или это была какая-то штука типа «Эйрбиэнби»8, что заставило меня усмехнуться. Фэй знала, где взять ключи на территории дома, и, несмотря на то, насколько серьезным был наш визит, я была взволнована, узнав, что он стоял на пляже. Мне захотелось хоть разок пройтись босиком по песку.

Но все по порядку.

Оттуда я позвоню Дэвиду по одноразовому телефону. Сама связь на телефоне, который Таннер предоставил нам, была зашифрована, и он не отслеживался, подключаясь к Wi-Fi вместо вышек сотовой связи. Правда это не означало, что Дэвид не сможет отследить нас через интернет, если мы будем использовать статический IP-адрес, из чего следовало, что нам нужен был общественный Wi-Fi просто для уверенности.

А дальше, ну, все, что у нас было — это надежда.

Надеюсь, что Дэвид выслушает меня и согласится встретиться с нами. Надеюсь, у них есть хоть какое-то представление о том, где находится принц, и надеюсь, что мы не слишком опоздали.

Мы добрались до Сан-Диего около обеда и остановились в ресторане быстрого питания, где был бесплатный Wi-Fi, чтобы позвонить и взять что-нибудь поесть.

Припарковавшись на заднем дворе, я осталась в машине с Реном, а остальные пошли в ресторан. Динь собирался прихватить для меня не одну, а две порции жареной курицы, и я была счастлива сообщить, что очень, очень хочу их съесть.

С прошлого раза у меня не было никаких желаний, так что я подумала, это хорошо.

— Ты готова? — Рен встретился со мной взглядом. Он откинулся на спинку водительского сиденья, его рука покоилась на спинке моего сиденья.

Кивнув, я сделала неглубокий вдох.

— Готова, как никогда в жизни. — Мои пальцы зависли над цифровым набором. Номер Дэвида я знала наизусть. — А что, если он не ответит?

— Тогда продолжай звонить, пока он не ответит.

Я снова кивнула. Мой желудок скрутило. А что, если Кайл солгал? А что, если Дэвида вообще нет в Сан-Диего? Мы так сильно рисковали.

Рен коснулся моей щеки, привлекая мое внимание. Его пристальный взгляд искал меня.

— У тебя все получится.

— Да. — Я попыталась улыбнуться, но это было как-то странно. — Дэвид, он же…

— Что?

Я слегка покачала головой.

— Он для меня, как отец. Я знаю, что это звучит глупо…

— Это не так, — он провел большим пальцем по моей щеке. — Нисколько.

На этот раз улыбка получилась более легкой.

— Просто, когда Кайл сказал, что Дэвид не верит в то, что я предала Орден, это действительно что-то значит для меня, но действительно ли он так думает? Я имею в виду, что Дэвид может быть большим придурком, но это было бы так… это было бы очень больно.

Рен наклонился ко мне и поцеловал меня в лоб.

— Мне бы хотелось сказать что-нибудь такое, что могло бы все исправить, но я ничего не могу сказать, кроме того, что если он так думает о тебе, то он совсем тебя не знает.

Потянувшись, я поцеловала его в губы, а когда отстранилась, мне пришлось проглотить внезапный комок в горле.

— Мне нужно позвонить ему.

— Позвони.

И именно это я и сделала. Набрав его номер, я нажала кнопку громкой связи и стала ждать. Раздался гудок, потом другой, и к четвертому гудку я уже начала беспокоиться, что он не ответит.

Но потом, на пятом гудке, он все-таки взял трубку.

— Слушаю?

Мой желудок упал, когда я уставилась на телефон. Это определенно был Дэвид. Только он мог ответить на незнакомый номер.

Я взглянула на Рена, и он кивнул.

— Дэвид? — сказала я, поморщившись, когда мой голос дрогнул. — Это Айви.

Мое вступление было встречено долгим молчанием, а затем:

— Ты жива.

Я моргнула.

— Ага. Как и Рен.

— Ты мне расскажешь, где была, что делала? — спросил он.

— Я хочу. Поэтому я и звоню тебе. Надеюсь, ты там же, где и я.

— И где же это?

— В Сан Диего. — Телефон чуть не треснул от того, как крепко я его сжимала.

Последовала еще одна молчаливая пауза.

— Забавно. Там же где и я.

Ну, по крайней мере, это была хорошая новость. Я так решила.

— Я знаю, что ты, вероятно, не доверяешь мне, потому что одному Богу известно, что ты думаешь, но я не предавала Орден. Я здесь, чтобы остановить принца. И Рен тоже.

— Ты не знаешь, о чем я думаю. Это, наверное, хорошо, но тебе лучше начать говорить и рассказать мне, где ты была, черт возьми. — Дэвид сделал паузу. — Я так понимаю, что тебе нужно многое мне рассказать, девочка.

Мне нужно было многое ему рассказать, но я начала с самого очевидного.

— Я и есть та самая Полукровка.

Дэвид притих.

— Ты, вероятно, уже знаешь это, — продолжила я, слегка задыхаясь. — Но я не знала об этом, пока не появился принц… ну, я действительно узнала об этом прямо перед этим. Я порезалась терновым колом, но до этого момента ничего не знала. Я и понятия не имела. И Рен не знал.

Я закрыла глаза, ненавидя говорить то, что должна была сказать.

— Принц похитил Рена, а потом и меня. Он держал меня некоторое время в плену, но я вырвалась… мы вырвались. И если вы последовали за принцем сюда, то должны знать, что он не получил от меня того, чего хотел.

— Может быть, я и это знаю. — Последовала пауза. — А может, и нет.

Инстинкт подсказывал мне, что Дэвид знал, что принц охотится за другой Полукровкой.

— Я хочу встретиться с тобой… только Рен и я. Нам нужно поговорить.

— Мы это уже делаем.

— А под разговорами я подразумеваю, что мы не хотим попасть в ловушку, Дэвид. Мы с тобой на одной стороне.

— С чего ты взяла, что это ловушка?

— О, даже не знаю. — Я открыла глаза и уставилась на покрытые листвой пальмы, колышущиеся на ветру. — Может, потому что целый конвой членов Ордена и «Элиты» пытались убить нас в Аризоне.

— Что? — воскликнул он.

Я посмотрела на Рена, неуверенная, была ли его реакция искренней. Вот тогда-то и заговорил Рен.

— Ты не знал об этом, Дэвид?

— Ну, привет тебе, мистер Оуэнс. Рад узнать, что я на громкой связи. Кто-нибудь еще хочет поздороваться?

— Сейчас с нами больше никого нет, — подчеркнула я последнюю фразу. — Но мы пришли не одни. Мы пришли с подкреплением.

— Для чего?

— Чтобы убрать принца, какого же черта еще?

— Девочка, ты и этот тон. Смотри у меня, — предупредил Дэвид.

По какой-то причине это замечание заставило меня улыбнуться, потому что это было так по… по-Дэвидовски.

— Извини.

На другом конце провода послышался тяжелый вздох.

— Я ничего не знал об этой истории с Аризоной. Думаю, что это был Кайл. И я предполагаю, что именно поэтому я ничего о нем не слышал.

Я чувствовала на себе пристальный взгляд Рена.

— Мы хотим встретиться и поговорить.

— Почему я должен считать, что это не ловушка с твоей стороны?

— Потому что если бы я работала на принца, то не беспокоилась бы о том, чтобы поймать Орден в ловушку. Я бы забеременела и держалась от вас как можно дальше.

— От вас? — Он громко расхохотался. — А ты думала, что ты одна из нас?

— Я всегда буду частью Ордена, но я решила, что после всего, что произошло, это больше не вариант, — призналась я. — Мы с тобой на одной стороне, Дэвид и не важно, что я Полукровка. Клянусь тебе.

Дэвид молчал так долго, что я начала беспокоиться, что он повесил трубку, но потом он сказал:

— Хорошо. Мы встретимся сегодня в одиннадцать вечера, в Квартале Газовых Фонарей^9, напротив конференц-центра. Я буду у знака.

Он повесил трубку, и я несколько секунд смотрела на телефон, прежде чем заговорить.

— Ну, я думаю, все прошло нормально?

Дом в Дель-Маре на самом деле не был домом.

Это был долбанный особняк — роскошный особняк из песчаника, стоящий на утесе с видом на Тихий океан, прямо в Государственном заповеднике Торри Пайнс.

Я никогда не видела ничего подобного.

— А почему бы нам не жить в чем-нибудь подобном? — спросил Динь, таща свой чемодан вверх по широким ступеням.

Прежде чем я успела ответить, Фабиан оказался рядом с Динь.

— Сравнив с тем, где я живу, это место будет посрамлено.

Глаза Динь расширились.

— У тебя есть аккаунт в Амазоне?

— Конечно. — Фабиан улыбнулся.

Динь посмотрел на меня.

— Я переезжаю.

— Угу, — пробормотала я, слишком отвлеченная домом и предстоящей встречей.

Фэй была впереди, открывая двойные двери. Внутри все было таким же ошеломляющим. Нас встретил большой атриум с элегантной винтовой лестницей.

— Я, чур, выбираю спальню! — Динь промчался мимо нас, прижимая к груди свой багаж. Его рюкзак «Чудо- Женщина» стучал по его боку.

— Он всегда такой? — спросил Фабиан, глядя вверх, туда, где Динь уже исчезал в коридоре.

Кален фыркнул, когда он проходил мимо со своей черной спортивной сумкой в руке. Это был первый звук, который он издал с тех пор, как мы сели в машину.

— В большинстве случаев, — сказала я принцу Летнего двора.

— Мне это нравится. — Он склонил голову набок. — Его жажда жизни так… заразительна.

— Вы называете это жаждой жизни, а я — синдромом гиперактивности. — Рен вошел, неся наши сумки.

Фабиан в ответ лишь пожал плечами.

Я внимательно посмотрела на него.

— Вы что… вам действительно нравится Динь?

Принц Летнего двора повернулся полубоком ко мне.

— Если ты боишься, что я каким-то образом причиню ему вред, то тебе нечего бояться.

Это был не совсем тот ответ, который я ожидала.

— Динь мне как брат… очень странный, часто раздражающий брат. Я знаю, вы сказали, что не причините ему вреда, но если вы это сделаете, я найду способ надрать вам задницу. И это будет не очень приятно.

Фабиан усмехнулся.

— Странно, но ты мне начинаешь нравиться.

Я нахмурилась, думая, что это был странный ответ.

— Тогда все в порядке.

Рен улыбался, когда я повернулась к нему. Я понятия не имела, что сказать о Фабиане, который поднимался по лестнице в поисках комнаты, или о Динь, или об обоих.

Подойдя к нам, Фэй сняла ключ с кольца и протянула его мне.

— У вас есть несколько часов, прежде чем вы отправитесь на свою встречу.

Рен кивнул.

— Мне нужно принять душ и немного вздремнуть.

— Мне все еще не нравится мысль о том, что вы пойдете туда одни, — сказала Фэй, скрестив руки на груди. — Мне это совсем не нравится.

— Мы не пойдем одни, — напомнила я ей. — Ты и Кален пойдете с нами, но вас никто не увидит.

Мы с Реном были не настолько глупы, чтобы идти без подкрепления. Точно так же, как я знала, что Дэвид тоже этого не сделает.

— Я знаю, но то, что нас не увидят, означает, что у нас не будет много времени, чтобы отреагировать, — возразила она.

Кален присоединился к нам, под его глаза залегли тени.

— Если кто-то из членов Ордена хотя бы взглянет на вас так, что мне это не понравится, им конец.

— Ну, Дэвид, вероятно, будет смотреть на меня так, что тебе это не понравится. Он смотрит на всех как-то неодобрительно, — объяснила я. — Я действительно не думаю, что Дэвид собирается что-то предпринять.

По крайней мере, я на это надеялась.

— Для него же лучше, чтобы так и было, — сказал Кален.

Возможно, Калену следовало бы остаться, но он развернулся и зашагал прочь, исчезая в огромном доме.

— Ты думаешь, он будет готов к этому? — спросил Рен, думая о том же, что и я. — Это будет достаточно рискованно, и ни одна из сторон не станет торопиться с выводами.

Фэй вздохнула, убрав волосы с лица.

— Будет.

— Он был очень близок с Дэйном, не так ли? — спросила я.

Она кивнула.

— Был, но мы… мы все знали, на что подписываемся, когда уезжали. — Она вздернула подбородок, но ее нижняя губа задрожала. — Нет большей чести, чем умереть за то, что правильно, за Летний двор и за человечество. — Ее голос слегка дрогнул. — А теперь прошу меня извинить.

— Да, — прошептала я, жалея, что не могу сказать больше.

Рен подтолкнул меня локтем.

— Пойдем поищем себе комнату.

Что мы и сделали, и это была хорошая комната в конце коридора на втором этаже. Одна стена целиком была стеклянной и выходила на океан. Через час солнце должно было сесть за океан, и мне… мне очень хотелось это увидеть.

Мне нужно было это увидеть.

— Вау. — Рен бросил наши сумки на скамейку перед кроватью. — Эта комната безумна… весь дом сплошное безумие.

— Точно. — Мой взгляд зацепился за огромную двуспальную кровать. — Как думаешь, Таннер знает, кто здесь живет?

— Думается, что да. Я имею в виду, что аренда такого места будет стоить целое состояние. — Рен посмотрел на огромный телевизор, установленный прямо напротив кровати. — А Фабиан говорил, что у него есть такое же жилище? Я тоже могу попытаться переехать к нему.

— Заткнись. — Вообще-то я скучала по своей квартире. Динь сказал мне, что арендная плата уже выплачена, так что мой дом все еще там. Слава Богу.

— Я собираюсь залезть в душ. — Рен усмехнулся. — Хочешь присоединиться ко мне?

Я бы ничего так не хотела, как сделать это, но моя голова была занята другим.

— Я, пожалуй, пойду, осмотрю пляж.

Одна сторона его губ приподнялась.

— Я буду скучать по тебе.

Я рассмеялась.

— Ну, по крайней мере, я не заграбастаю всю воду.

— Точно. — Он протянул мне руку. — Подойди сюда на секунду.

Я подошла к нему и вложила свою руку в его ладонь. Он притянул меня к своей груди, обхватил руками и крепко прижал. Рен ничего не сказал, когда наклонил голову, а я подняла свою. В этом не было необходимости. Все, что он чувствовал, было в поцелуе, и, наверное, это было хорошо, что я не присоединилась к нему в душе, потому что он определенно не отдыхал бы после этого.

— Я ненадолго, — пообещала я ему.

Он провел губами по моему лбу.

— Будь осторожна.

— Всегда.

Выйдя из комнаты, я спустилась по лестнице и нашла заднюю дверь, которая вела на веранду… а далее к огромному бассейну. Куда большему, чем тот, что был в «Отеле Добрых Фейри».

Мои щеки вспыхнули, потому что я сразу же подумала о том, что мы с Реном сделали в том бассейне.

Наверное, я уже никогда не смогу смотреть на бассейны по-прежнему.

Дойдя до конца патио, я увидела тропинку, которая вела вниз к пляжу. Я сняла ботинки и носки, а затем закатала штанины. Мне не потребовалось много времени, чтобы спуститься по крутой тропе. Я остановилась, резко выдохнув, когда мои пальцы ног погрузились в прохладный песок.

Температура была холоднее, чем я ожидала, и это, вероятно, было связано с тем, что здесь был принц Зимнего двора, но золотистые волны и песок были все еще абсолютно прекрасны.

Я шла по пляжу, приближаясь к плещущейся береговой линии, когда протянула руку и стянула резинку с волос, позволяя ветру просеять кудри.

Прохладная вода дразнила мои пальцы, и на мгновение я позволила своей голове освободиться от всех стрессов, забот и страхов. Мне не хотелось думать и чувствовать ничего, кроме того, что я видела.

Вода стала огненно-оранжевой, когда солнце поцеловало океан. Было мгновение, когда казалось, что мир вот-вот вспыхнет, где вода и небо были ошеломляюще красными и синими, а затем Солнце исчезло, ускользнув далеко за пределы того, что могли видеть глаза.

Дыхание у меня было прерывистое, а затылок горел огнем. Я никогда не думала, что увижу закат солнца на тихоокеанском побережье, и это было прекрасно.

Я отступила назад, отходя до тех пор, пока не убедилась, что волны не коснутся меня, а затем села на песок, помня о кинжалах, все еще прикрепленных к моим бедрам.

Я понятия не имела, сколько времени прошло, пока я сидела там, но звезды застилали небо, и было так тихо, так мирно, что единственными звуками были грохот волн и отдаленное движение транспорта.

Сегодня все может быть хорошо. Дэвид мог бы поверить нам, и вместе мы могли бы найти принца, надеясь остановить его прежде, чем он доберется до Полукровки, и тогда мы либо убьем Дрейка, либо отправим его обратно в Мир Иной. Или сегодня вечером все может пойти очень плохо. Мы с Реном можем попасть в ловушку, которую, как бы быстро не двигались Кален и Фэй, они не смогут предотвратить.

Но сегодня вечером что-то все равно произойдет.

Резкий вихрь покалываний заплясал у меня на затылке. Я обернулась, не удивившись, увидев высокую фигуру Рена, двигающуюся по песку.

— Тебе следовало бы отдохнуть.

— Уже. — Он приблизился ко мне. — Минут пятнадцать, а потом я выглянул в окно и увидел, что ты сидишь здесь.

Я совсем забыла, что из спальни открывается прекрасный вид.

— Рен, у нас впереди долгая ночь. Я то и дело засыпала в дороге.

— Я все понимаю. — Он сел позади меня, расставив ноги по обе стороны от меня. Обхватив меня руками за талию, он притянул меня к своей груди. — Когда я увидел тебя здесь, то подумал, что могу оставить тебя в покое, но потом подумал, что не хочу этого делать.

Я рассмеялась и расслабилась в его объятиях.

Несколько мгновений Рен молчал.

— Здесь очень красиво.

— Точно. Тебе следовало посмотреть на закат солнца. Это было… удивительно.

— Жила бы тут?

Я начала отвечать так же, как и несколько месяцев назад, но поняла, что мои, наши обстоятельства изменились.

— Мне очень нравится Новый Орлеан, но здесь есть что-то такое же хорошее. Я могла бы жить и здесь.

— Я тоже, — ответил он. — С другой стороны, я был бы готов жить там, куда бы ты ни поехала, даже если бы это была Аляска.

— Серьёзно? Аляска?

— Даже на Аляске.

Я снова рассмеялась.

— Тебе не нужно беспокоиться, что я когда-нибудь выберу Аляску.

Рен поцеловал меня в щеку.

— Слава Богу.

Улыбка исчезла с моих губ.

— Ты нервничаешь из-за сегодняшнего вечера?

— Было бы глупо не нервничать.

— Точняк.

Рен очень долго молчал, а потом сказал:

— Я знаю.

У меня перехватило дыхание. Инстинкт подсказал мне то, что я должна была понять, о чем он говорит, не спрашивая. Он говорил о Кайле, и я не знала, что сказать. Не то чтобы я думала, что Рен никогда не узнает, но я надеялась, что успею на двадцать четыре часа раньше него.

— Мне очень жаль, — сказала я, наконец. — Я не могла позволить тебе сделать это. Я не могла этого сделать, а он не мог жить. Он пришел бы за тобой…

— Не надо извиняться.

Я начала поворачиваться в его объятиях.

— Но я должна была это сделать, потому и не сказала тебе. Мне следовало бы…

— Я знаю, почему ты мне ничего не сказала. — В его голосе слышались грубые нотки. — Глупо было оставлять его в живых.

— Это не так. — Я сделала глубокий вдох. — И так. Я имею в виду, я понимаю, почему ты хотел оставить его в живых. Может быть, это доказало бы остальным членам Ордена, что мы их не предавали, но он продолжал бы преследовать нас. Из-за него убили бы еще больше наших.

— Ты совершенно права. И это был бы я, кто уложил бы его. Этот сукин сын наверняка бы об этом позаботился, потому что он знал… да, он знал, что это достанется мне.

— Вот почему я не могла этого допустить, — тихо призналась я.

С минуту он молчал.

— Ты сделала так, чтобы мне… мне не нужно было нести его смерть на своих плечах. Спасибо. — Он обвил рукой мой подбородок, запрокидывая мою голову назад и поцеловал меня. — Спасибо тебе, моя сладкая.

Я действительно не знала, что на это ответить. Вообще никаких мыслей. Но потом Рен снова обнял меня и крепко прижал к себе, отгораживаясь от прохладного воздуха.

Прямо тогда и там я вознесла молитву тому Богу или Богам, которые слушали меня, чтобы встреча с Дэвидом прошла так, как нам нужно, и чтобы это не было ловушкой.

Потому что если так, то я не планировала умирать сегодня ночью. Я не собиралась смотреть, как умрут Рен, Фэй или Кален сегодня вечером. Это подразумевало, что мы тогда тоже будем убивать, а мне этого не хотелось.

Но я сделаю так, как придется.

Глава 27

Мы с Реном прибыли в Квартал Газовых Фонарей в Сан-Диего за полчаса до назначенного времени, чтобы осмотреть окрестности. Фэй и Кален тоже были с нами. Мы их не видели, но знали, что они где-то есть. Все мы были вооружены, но наше оружие было хорошо спрятано.

Я сразу поняла, почему Дэвид выбрал именно это место. Оно было открытым и кишело людьми. Улицы с барами и ресторанами напоминали мне Французский квартал.

— Было бы здорово заглянуть здесь куда-нибудь, — сказала я, счастливая, когда уловила запах жареных гамбургеров и мой желудок не взбунтовался.

Рука Рена крепче сжала мою.

— Нам следует сюда вернуться, когда все это закончится. Нам бы не помешал отпуск.

Я улыбнулась, мне нравилось, как это звучит — идея строить планы. Это заставляло меня чувствовать, что у меня есть будущее, которого я жду с нетерпением. Я хотела сказать ему об этом, но Рен снова заговорил:

— Там. — Он тихо выругался и потянул меня в сторону, подальше от центра тротуара. — Дэвид уже здесь. И он здесь не один.

— Ну и что? — Я нисколько не удивилась, что Дэвид сделал то же самое, что и мы, а именно приехал пораньше, чтобы попытаться взять ситуацию под контроль. Я проследила за взглядом Рена, и мне потребовалось некоторое время, чтобы найти Дэвида.

Он сидел в центре скамейки, обхватив руками спинку и вытянув длинные ноги, скрещенные в лодыжках. Для незнакомца он выглядел как обычный парень, наслаждающийся прохладной ночью. За ним стоял Майлз Дейли, его заместитель.

Мои плечи напряглись. Я никогда не знала, как ко мне относится Майлз. Он был старше меня, может быть, лет тридцати, и совершенно непроницаем.

— Я не могу винить его за то, что он пришел не один, — сказал Рен. — И я сомневаюсь, что они здесь единственные.

Я внимательно осмотрела небольшую парковую зону, но то, что я не увидела никаких знакомых лиц, не означало, что каждый человек и каждая пара, которых я видела, не были членами Ордена. Они могли бы окружить нас дюжинами, и мы бы ничего не узнали, так как не знали никого из членов Ордена Сан-Диего.

Посмотрев на Рена, я сжала его руку.

— Готов? — спросила я.

Мой взгляд остановился на том месте, где сидел Дэвид, когда он кивнул. Я потянулась и поцеловала его в губы.

— Давай сделаем это.

Рен отпустил мою руку, когда мы переходили улицу. Мое сердце бешено колотилось в груди. Я сомневалась, что они попытаются что-то сделать в таком людном месте, но я и раньше ошибалась.

— Привет, — первым заговорил Рен, запрыгивая на тротуар. — Давненько не виделись.

Дэвид и Майлз подняли головы и посмотрели на меня, но я знала, что они знали о нашем приближении еще до этого момента.

— Что-то вы рано, ребята, — сказал Дэвид.

— И вы тоже, — ответила я.

— Я думал, ты придешь один. — Взгляд Рена скользнул по заместителю Дэвида. — Как поживаешь, Майлз?

Майлз вздернул подбородок.

— Не жалуюсь.

Если они оба были здесь, то кто же тогда управлял отделением в Новом Орлеане? Я уже собиралась спросить об этом, когда ступила под уличный фонарь, и не успела.

Мужчины увидели меня, вроде как, действительно увидели меня.

Ленивое развалившееся тело Дэвида мгновенно напряглось. Он подтянул ноги и сел прямо, широко раскрыв глаза. Впервые в жизни я увидела реакцию Майлза. Его рот приоткрылся, когда его взгляд скользнул по моему лицу.

— Вам еще следует посмотреть на уши, — сказала я, оставив волосы распущенными.

Майлз резко захлопнул рот.

— Какого черта? — воскликнул Дэвид. Казалось, он вот-вот встанет, но он не мог пошевелиться.

Рен сделал шаг вперед, но я подняла руку, останавливая его.

— Я выгляжу по-другому. Я знаю. Это долгая история.

Дэвид встал и сделал шаг в мою сторону. Я почувствовала, как напрягся Рен.

— Как? — спросил Дэвид хриплым голосом. — Как это возможно? Ты не могла стать…

— Это произошло недавно. — Мне стало немного не по себе от их пристального внимания. — И я вам все расскажу, но думаю… — Я посмотрела на Рена, который выглядел так, будто был в нескольких секундах от того, чтобы убедить, что они смотрят на кого-то или что-то еще. — Я думаю, нам следует начать с самого начала.

— Да. — Выражение лица Майлза разгладилось, став непроницаемым. — Я думаю, что ты должна это сделать.

Так вот что мы с Реном сделали. Мы рассказали им все, начиная с того, как я узнала, что я Полукровка, как принц смог захватить Рена и меня, и как мы сбежали. Я даже рассказала им о принудительном кормлении и о том, что фейри помогла мне сбежать. Мы рассказали им, как на меня напали и каким образом я была исцелена.

Рен, понизив голос, пояснил.

— Я сделал такой выбор. Не Айви. Если бы выбор был за ней, она бы никогда не согласилась на это и не была бы сейчас здесь.

Дэвид выглядел несколько испуганным, когда снова сел, в то время как выражение лица Майлза ничуть не изменилось.

— Он спас мне жизнь… кормление спасло мне жизнь. — Я переступила с ноги на ногу, чтобы не упасть. Я не была этим довольна. Рен был прав. Я бы ни за что не согласилась на это, и я была зла на него, но я сделала бы то же самое, чтобы спасти ему жизнь. Вот почему я… я сейчас вот так выгляжу. Это сделало ту часть меня, которая является фейри, сильнее, но я все еще Айви. — Я вздернула подбородок, произнося последние слова. — То, кем я являюсь, не изменилось.

— Трудно поверить в это, когда я смотрю на тебя и вижу, что ты изменилась, — сказал Майлз.

— Только потому, что она выглядит еще красивее, чем раньше, это не значит, что она уже не та же крутая Айви, которая хороша в битве, — вмешался Рен.

Вполне вероятно, что в тот момент я влюбилась в него еще больше.

Майлз склонил голову набок, его брови сошлись на переносице.

— Вы все понятия не имеете, через что нам пришлось пройти, чтобы попасть туда, где мы сейчас находимся. Понятия не имеете, — продолжил Рен, его голос стал жестче. — И если бы мы действительно работали с принцем или против Ордена, то не стояли бы здесь. Не сомневайтесь в моей верности, и вам лучше не сомневаться в ее верности.

— И это все? — настороженно спросил Дэвид.

— Да, — ответил Рен.

Вроде. Мы рассказали им все… все, кроме того, где находится Летний двор, и что они приехали с нами. Я также не рассказала им о Динь.

— А почему вы не связались со мной… с нами? — В голосе Дэвида послышался гнев. — У нас там были люди, которые искали тебя. Вас обоих. Несколько недель, пока мы не решили, что вы оба мертвы…

— Или что мы предали Орден, — закончила я за него. — Мы не сделали ни того, ни другого, но связываться с вами было слишком рискованно. Я все еще исцелялась, и моя голова тоже… — Сделав судорожный вдох, я попробовала еще раз. — Я не была готова говорить ни с тобой, ни с кем-либо еще.

Дэвид на мгновение встретился со мной взглядом, а затем отвел глаза.

— А как же Кайл? — спросил Майлз. — Дэвид упоминал, что вы столкнулись с ним по дороге сюда. Мы ничего о нем не слышали.

— Он мертв. — Я была единственной, кто ответил. — Он пытался убить нас, и если бы он был жив, то продолжал бы пытаться. Итак, он мертв… мертвый лжец.

— Смелые слова, — пробормотал Дэвид.

— Правдивые слова. — Я подождала, пока мимо нас не прошла молодая пара. — А вы знаете, как «Элита» и Орден однажды закрыли Врата?

Майлз не ответил. И Дэвид тоже.

— Я знаю, что Орден когда-то работал с фейри, чтобы закрыть Врата. Именно так вы все получили в свои руки Кристалл, и я знаю, что «Элита» предала тех фейри… фейри, которые не охотились на смертных, фейри, которые охотились на других из своего рода, которые этим занимались. — Раздался резкий вздох. — Кайл сказал, что это была «Элита», которая повернулась против них, но не было ни одной причины, по которой Орден не знал бы об этом. Я знаю, что это было раньше, чем в наше время, и истории изменились за эти годы, но я жива благодаря хорошим фейри.

— Трудно поверить, что такие существует, — заметил Майлз.

— Ты был бы удивлен, — Рен пригвоздил его взглядом, — тем, что когда-то считал правдой. Я был воспитан в «Элите». Я знаю, что меня учили много лгать.

— И это заявление чертовски близко к предательству. — Майлз обошел вокруг скамейки. — Ты и сам это понимаешь.

— И все же это правда. — Я не спускала с него глаз. — Орден знал, что раньше были хорошие фейри… что они помогли нам. Почему нам никогда об этом не говорили?

— Договор между нашими родами был заключен так давно, что теперь уже не имело значения, как это было раньше, — сказал Дэвид. — Если я правильно помню, именно Летний двор помог нам однажды, и после того, как Врата закрылись, Летнего двора больше не стало. Это было бы слишком опасно для наших членов, если бы они знали, что возможно… только возможно, существовали фейри, которые не хотели причинять вред им или другим смертным. Каждый раз, когда они будут колебаться, чтобы определить, действительно ли фейри, с которыми они имеют дело, хотят причинить им вред, они будут уязвимы для нападения.

— Я понимаю это, но нам следовало бы знать заранее. — Мои руки сжались в кулаки. — Они были здесь, всегда были. Они могли бы помогать нам все это время.

— Они могли бы это сделать. И еще многие из наших членов погибли бы, пытаясь расшифровать, какие фейри были хорошими, а какие плохими, — рассуждал Дэвид. — И ты забываешь, что у нас не было никаких оснований полагать, что эти фейри Летнего двора все еще здесь. Нам сказали, что все они были убиты.

— Лучше было бы сказать заколоты. — Я поняла, о чем говорил Дэвид. Это даже имело смысл, но не делало это нормальным, и мы все должны были закрыть на это глаза, если у нас была хоть какая-то надежда победить принца. — Мы можем стоять здесь всю ночь и спорить о том, кто из нас больший предатель, и пока мы это делаем, я полагаю, что принц становится на шаг ближе к Полукровке, которая находится в Сан-Диего.

— Потому что именно из-за этого вы все еще здесь, верно? Если бы вы все нашли Полукровку, вы бы убили ее, и тогда мы бы не разговаривали об этом. — Рен вздернул подбородок. — Мы здесь для того, чтобы остановить принца, как и вы.

— Мы знаем, как отправить его обратно в Мир Иной, — сказала я, и это привлекло их внимание. — У него есть Кристалл. Мы знаем, что существует ритуал, который запечатает его в Мире Ином. А если мы не сможем достать Кристалл и завершить ритуал, то убьем его. Поскольку мы понятия не имеем, как ослабить этого ублюдка настолько, чтобы достать его терновым колом или обезглавить, нам понадобится помощь Ордена.

— Нам понадобится вся возможная помощь, — подтвердил Рен. — Нам нужно работать вместе, а потом вы можете вышвырнуть нас из Ордена. Изгнать нас. Что угодно. Но прямо сейчас нам нужно покончить со всем этим.

— Я знаю, что прошу слишком многого, — сказала я. — Но я прошу вас поверить в то, что мы вам говорим.

Дэвид сжал губы и тяжело выдохнул, когда его взгляд встретился с моим.

— Я знаю тебя уже много лет, девочка. Известно, что ты принимала много плохих и глупых решений.

Хм.

— Ты часто бываешь безрассудной и импульсивной, — продолжал он, и я действительно не была уверена, куда ведет этот список моих вопиющих недостатков. — Но я никогда не считал, что тебя предательницей. Я тебе верю.

Облегчение ударило меня так сильно, что я чуть не упала. Я посмотрела на Рена и увидела, что его плечи расслабились.

— Спасибо, — сказала я, потому что это было все, что я могла сказать. — А что насчет тебя?

— Присяжные все еще не пришли к этому решению, — ответил Майлз после секундного колебания. — Но вы оба правы. Нам нужны все, чтобы остановить принца. Нам нужно работать вместе. Всем нам.

— Тогда что же дальше? — Рен положил руку мне на поясницу.

Дэвид встал.

— Надо все спланировать.

— Сейчас не время для этого. Вот так, на открытом месте. — Майлз скрестил руки на груди. — Отделение в Сан-Диего разместило нас в одном из своих домов на побережье. Мы можем встретиться… все вместе. Это значит, с кем бы вы ни приехали.

— Мы приехали с фейри, — ответил Рен. — А ты уверен, что те члены Ордена не будут возражать против этого? А «Элита»?

— Они будут готовы встретиться со мной? — выпалила я.

— Мы подготовим их, — пообещал Дэвид. — Нам всем нужно многое отложить в сторону, если мы хотим помешать принцу добиться успеха.

Я взглянула на Рена.

Он кивнул.

— Скажите нам, когда и где.

Глава 28

Когда мы вернулись в дом в Дель-Маре, там было тихо. Мы уже рассказали Фэй и Калену обо всем, но не смогли найти Фабиана и Динь. Ну, мы, на самом деле, не так уж сильно и искали, полагая, что они прячутся в одной из многочисленных спален.

Рен остановил меня, когда я направилась к лестнице, схватив за руку и потянув в заднюю часть дома, приостановившись, чтобы схватить мягкое на вид одеяло со спинки дивана. Он повел меня на веранду, окружавшую бассейн, к одному из удобных на вид шезлонгов.

Так что именно там мы оказались после нашей встречи с Дэвидом и Майлзом. Наши кинжалы лежали на столе, в пределах досягаемости, а наши ботинки были убраны под стул. Я лежала на боку, между его ног, и прижималась к его груди. Одеяло было накинуто на нас, и мы оба смотрели на звезды, покрывающие ночное небо, а низкий шелест волн был успокаивающим, убаюкивающим звуком.

Я была рада, что он привел меня сюда. В этом было что-то настолько нормальное, что я пожалела, что у меня нет возможности замедлить время и сделать так, чтобы этот момент длился вечно.

— Да, — наконец произнес Рен, его пальцы лениво перебирали мои волосы. — Я думаю, что смогу жить здесь.

Усмешка тронула мои губы.

— Особенно если бы у нас был этот дом и вид из окна.

— Верно, — пробормотал он. — Но все, что мне нужно, это иметь возможность видеть звезды и быть с тобой здесь, как сейчас.

Усмешка превратилась в улыбку.

— Ну вот, ты всегда говоришь правильные вещи.

Он крепче обнял меня за плечи.

— Я не всегда говорю правильные вещи. Я думаю, ты это знаешь.

— Но, когда ты это делаешь, ты компенсируешь все глупости, которые вылетают из твоего рта.

Рен усмехнулся и потянул на себя мой локон. Прошло еще мгновение.

— Я думаю, сегодня все прошло хорошо.

Я закрыла глаза.

— Да.

— По-моему, ты не очень-то в это веришь.

Я прикусила губу, когда мой желудок скрутило от нервов и чего-то еще. Голод-то был налицо, но с ним можно было справиться.

Он отпустил мой локон, и его пальцы скользнули по моей щеке.

— О чем думаешь?

Порыв почти заставил меня промолчать, но я остановила себя прежде, чем эта дурная привычка взяла верх.

— Я… Мне интересно, не было ли сегодня, ну ты знаешь, слишком легко. Понимаешь, что я имею в виду? Может я просто паранойю…

— Нет. Ты не паранойешь. Учитывая все обстоятельства, это было легко.

Я наклонила голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх.

— Ты думаешь, это ловушка?

Серебристый лунный свет падал на его скулы.

— Может и так, но мы будем к этому готовы.

Мы должны были, но я снова и снова прокручивала в голове реакцию Дэвида на меня. И он, и Майлз были шокированы, но я ожидала большего сопротивления, чтобы убедить их, что мы их не предали.

Но Дэвид знал меня. Может, он и не очень хорошо знал Рена, но в глубине души знал, кто я такая.

— Слава Богу, Дэвид все еще здесь. Если бы это было не так, я не думаю, что мы смогли бы убедить Майлза.

— Я понятия не имею, как понять, что думает этот парень, — признался он.

— Не расстраивайся. Я знаю его уже много лет и до сих пор не могу… — прижавшись к его груди, я положила руку ему на бок. Мой желудок начал успокаиваться, но мой разум был далек от этого. — Я… я очень голодна.

— Я уверен, что там есть еда… — Рен замолчал. — Но ты ведь не о еде говоришь, верно?

— Нет, — прошептала я, моя рука обвилась вокруг его рубашки. Стыд обжег мне горло.

Пальцы Рена продолжали двигаться вдоль моей щеки.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь?

Я сглотнула внезапный комок в горле и снова закрыла глаза.

— Я так не думаю. На самом деле все не так уж плохо. Это… чувство исчезает. Я просто… не знаю. Я просто хотела сказать это вслух.

Рука на моей талии почему-то напряглась сильнее.

— Я рад, что ты это сделала. Я просто хотел бы что-нибудь сделать, чтобы тебе стало легче.

Напряжение немного спало с моих мышц, когда стыд исчез. Но Рена это не беспокоило. По крайней мере, не настолько, чтобы иметь какую-то измеримую реакцию на это. Я не знаю, чего ожидала, как Рен отреагирует, но он не испугался и просто оставался рядом.

— Ты делаешь это прямо сейчас. Помогаешь мне.

— Я рад это слышать, хотя и не чувствую, что делаю что-то особенное.

— Ты все делаешь правильно. — Я сжала его бок, испустив вздох. Мне нужно было сменить тему. — Итак, предположим, что наша следующая встреча — не ловушка. Мы найдем Полукровку раньше принца, но нам все еще нужно найти Кристалл, или нам нужно придумать, как ослабить его настолько, чтобы убить. Найти Полукровку до того, как он это сделает — всего лишь маленький шаг в правильном направлении.

— Но это же шаг вперед. — Рен замолчал, и прошло несколько минут, прежде чем он снова заговорил. — Есть кое-что, о чем никто из нас толком не говорил.

— Что это?

— Ритуал. — Напряжение закралось в его тело. — Я спрашивал об этом Таннера и Фэй. Даже Марли. Ни у кого из них нет никаких подробностей о том, как именно мы должны безопасно завершить ритуал.

— Ты имеешь в виду, как смешать мою кровь и кровь принца на Кристалле, находясь в Мире Ином? — Я положила руку ему на плечо.

— Да. Айви, мне не нравится сама идея этого ритуала. Никто не говорит об этом, должны ли вы быть в Мире Ином, чтобы завершить его? — Его рука обвилась вокруг моего затылка, пальцы запутались в моих волосах. — Мне не нужно много знать, чтобы понять, что есть метрическая тонна дерьма, которая может пойти не так.

Его передернуло и я почувствовала это всем телом.

— Да, вроде того… как попасть в ловушку в Мире Ином.

— Этого не случится, — твердо сказал он.

Мне хотелось в это верить. Я должна была поверить в это, потому что в противном случае сама мысль о том, что я окажусь в ловушке в Мире Ином с очень разозленным принцем, приводила меня в ужас. Но у нас не было достаточно информации об этом ритуале, например, сколько времени у меня будет между его началом и возвращением через Врата.

Но какая-то крошечная часть меня все же заинтересовалась возможностью увидеть Мир Иной, пусть даже всего на несколько секунд.

— Я думаю, ты что-то задумала насчет того, чтобы найти способ ослабить принца, — сказал Рен. — Сражаться с ним будет опасно, но это не такой большой риск, как ритуал. Нам просто нужно выяснить, как это сделать.

Если только Фабиан не собирается начать говорить, то я не была уверена, как мы это узнаем. Мне начинало казаться, что у нас нет выбора, как все это будет происходить.

Он был бы, если бы мы хоть дошли до того момента, когда у нас действительно появился бы хотя бы один выбор.

— И ты считаешь, что это разумно? — спросил Фабиан на следующее утро за завтраком. Мы сидели на кухонном островке, достаточно большом, чтобы вместить десять человек. — Что им можно доверять?

— Настолько, насколько можно доверять нам. — Я очистила банан от кожуры. — Они тоже рискуют встречаться с нами.

— Но их больше, чем нас, — заметил Кален, повторяя то, что он сказал прошлой ночью.

— Но у нас есть принц Летнего двора. — Рен опустился на барный стул рядом со мной. — Я почти уверен, что он сможет уничтожить дюжину из них примерно за пять секунд, если все пойдет наперекосяк.

Я выгнула бровь, жуя свой банан.

— Будем надеяться, что до этого не дойдет.

Фабиан склонил голову набок.

— Они что-нибудь рассказали тебе о принце Зимнего двора или о Полукровке?

— Нет еще. Надеюсь, что они еще помянут нам о нем сегодня добрым… — я что-то заметила краем глаза, и это привлекло мое внимание. Я обернулась.

Срань Господня.

Я опустила банан, когда в комнату с жужжанием влетел Динь… двенадцатидюймовый Динь с маленькими крылышками. У меня отвисла челюсть. Рен проследил за моим взглядом и издал сдавленный звук. Я так давно не видела его в таком виде, что забыла, о чем говорила.

Он пролетел по кухне, его крылья двигались бесшумно, но все смотрели на него. Лицо Фэй выглядело так, будто она вот-вот соскользнет с табурета, а Кален на самом деле… ого, он, на самом деле, начал ухмыляться.

На брауни были темные брюки, но он был без рубашки и без обуви, пока он, жужжа, облетал маленький светильник, а затем возвратился обратно.

— Динь. — Мои глаза расширились, когда он навис над плечом Фабиана. — Ты уменьшился в размерах.

— Слышал, что сегодня утром мы отправимся на экскурсию. Решил, что надо быть слишком симпатичным, чтобы убивать меня в таком виде. — Он приземлился на широкое плечо принца Летнего двора. — Кроме того, так я буду менее пугающим. Именно из-за этого Рен не убил меня сразу.

— Я не поэтому не убил тебя сразу, — сухо ответил Рен.

Я смотрела, как Динь садится на плечо Фабиана.

Кален посмотрел на Фэй, а потом снова посмотрел на Динь.

— Я никогда не видел брауни в таком виде.

— Ты вообще никогда не видел брауни до меня, — заметил Динь, убирая ноги с верхней части груди Фабиана. — Так в каком же виде я тебе больше нравлюсь? Большим или маленьким?

Мои брови нахмурились.

— Я думаю… таким, — ответил Кален. — Да. Вот таким.

— Только не мне, — пробормотал Летний принц.

Динь наклонился и схватил прядь волос принца. Он откинул их назад и прошептал что-то на ухо Фабиану, что вызвало у него глубокий смех.

Я действительно не хотела знать, что это было.

Я прикончила банан, а потом пришло время уходить. Соскользнув с табурета, я последовала за Реном в прихожую. Динь покинул плечо Фабиана и перелетел ко мне. Он приземлился, балансируя рукой, рядом с моей головой.

— Я очень рад познакомиться с этими членами Ордена. — Он придвинулся ближе к моей голове.

— Почему?

— Потому что мне не терпится увидеть их лица, когда они увидят меня! — Его смех был больше похож на детское хихиканье. — Они просто взбесятся.

Усмешка тронула мои губы.

— Скорее всего, так и будет. Поэтому я хочу, чтобы ты держался поближе ко мне или к Фабиану, хорошо? По крайней мере, поначалу.

— Конечно… ох! — Он повернулся ко мне на моем плече и прокричал, когда я приблизилась к двери. Я поморщилась.

— Фабиан, не забудь мой чемодан!

Рен резко обернулся.

— Твой чемодан?

— Да. Это план Б.

— У нас есть план Б, который включает в себя твой чемодан? — спросил он.

— Есть. — Динь спрыгнул с моего плеча и приземлился на чемодан, который Фабиан пока не выкатывал.

Я остановилась, когда Фэй и Карен направились к выходу.

— Эм… может, ты все же расскажешь нам, что там в чемодане, а, Динь?

— Мои вещи. — Он держался за ручку, пока Фабиан выкатывал его вместе с чемоданом за дверь. Динь помахал мне маленькой ручкой. — Мои друзья.

— Что ты имеешь в виду под своими друзьями? — Я поспешила за ними на яркое солнце. — Динь!

— Все в порядке. — Он слетел с чемодана, и принц поднял его, положив в багажник внедорожника. — Не беспокойся об этом, Айви-Дайви.

Но я волновалась, очень волновалась, потому что понятия не имела, что, черт возьми, у него в чемодане. Я двинулась за ним, но Фэй встала передо мной.

Ее бледно-голубые глаза были полны сдерживаемого беспокойства.

— Я знаю, что ты доверяешь этим людям, но если мы попадем в ловушку…

— Если мы попадем в ловушку, то будем сражаться. Я надеюсь, что это не так, но у нас нет других вариантов. Нам нужна их помощь.

Вздохнув, она отвернулась.

— Знаю.

Я очень надеялась, что мы с Реном были правы. Что мы не собираемся сожалеть об этом, но мы уже слишком глубоко увязли, и теперь нельзя было остановиться.

Кален сел за руль, а Фэй на пассажирское сиденье. Мы с Реном заняли средний ряд, а принц Летнего двора — заднее сиденье. Динь летал между нашим рядом и рядом Фабиана, отвлекая нас, пока мы ехали к гавани, где находился указанный дом.

— Я думаю, что это здесь, — объявил Кален. — Но это же не дом.

Я наклонилась над Реном, чтобы выглянуть в боковое окно. Кален был прав. Адрес привел нас к тому, что было либо кондоминиумом, либо многоквартирным домом на Оушен Фронт Уолк. Здание было трехэтажным.

— Это правильное место. — Рен постучал пальцем по окну, указывая на то, что казалось огороженным двориком вокруг нижнего уровня.

Снаружи стояло несколько человек. Они не были одеты так, как будто словно собирались прогуляться по песчаным дюнам. Темные очки скрывали их глаза, а джинсы и свободные рубашки не скрывали кинжалов, которые, как я знала, они несли.

Я была готова поспорить, что перила и забор были полностью железными.

Мое сердцебиение ускорилось, когда я откинулась назад. Весь ли дом был под контролем Ордена?

Рен сжал мое колено, когда Кален заехал на одно из парковочных мест.

— Давай сделаем это.

Я повернулась к Динь, который теперь сидел на кресле рядом с принцем.

— Твой рюкзак с тобой? Тот с «Чудо-Женщиной»?

Его маленький лобик нахмурился.

— Вообще-то да. Он находится в багажнике.

— Прекрасно. Я хочу, поместить тебя в него.

Динь сморщил нос.

— Но я же задохнусь!

Я закатила глаза.

— Я не собираюсь застегивать его до конца. Я думаю, что так будет лучше, если ты сначала останешься незамеченным.

— Отлично. Как хочешь. Но если я задохнусь, то вернусь и буду преследовать тебя всю оставшуюся жизнь.

Не обращая на его слова внимания, я посмотрела на Фабиана.

— Не могли бы вы достать рюкзак для меня? Пожалуйста?

— Вау. Ты сказала «пожалуйста». — Принц Летнего двора развернулся и полез в багажник. — Должно быть, это ранило твою душу.

— Так оно и было, — пробормотала я, пока ждала, когда Динь залезет в рюкзак. Он, конечно, устроил из этого шоу. Топая и постанывая, когда Фабиан застегнул молнию, оставив пару дюймов зазора наверху.

Я взяла рюкзак, удивляясь тому, насколько он тяжелый.

— А вот и Дэвид. — Рен кивнул в сторону окна. — Сначала выйдем мы, а потом все остальные, хорошо?

Они согласились, и когда я снова посмотрела на Фабиана, он кивнул. Рен выбрался наружу, и я последовала за ним, выскользнув в ту же дверь. Встав, я закинула сумку на спину.

Секундой позже крошечный кулак ударил в центр моей спины. Я хмыкнула и, повернув голову, прошептала:

— Прекрати это, Динь.

— Здесь жаааааарко, — захныкал Динь.

— Заткнись, — прошипела я, гадая, не следовало ли нам оставить его дома, когда Дэвид отошел от стеклянных дверей патио.

Дэвид кивнул Рену, но, как и другие члены Ордена, стоящие во внутреннем дворике, они все еще смотрели на внедорожник.

— А кто еще в машине? — спросил он.

— Фейри. — Я проигнорировала быстрый удар ногой в почку. — Наши друзья. Они идут на огромный риск, приехав сюда.

— И мы очень рискуем, принимая их.

Я оглядела членов Ордена, уловив тот самый момент, когда они поняли, что моя кожа приобрела серебристый оттенок. Я не обратила на это внимания.

Рен повернулся и жестом пригласил остальных присоединиться к нам.

— Это Кален и Фэй из Летнего двора. Они помогли нам… и всегда помогали.

Мускул дрогнул на челюсти Дэвида, когда два фейри медленно приблизились к нам. Он не произнес ни слова. Они получили от него короткий кивок, который был возвращен двумя фейри.

— Срань Господня, — прошептал другой член Ордена, и именно тогда я поняла, что теперь Фабиан вышел из машины.

Фабиан направился к ним с таким видом, словно вышел на утреннюю прогулку. Ветер развевал его светлые волосы, когда он переступил через железные перила.

— Это Фабиан, — сказала я. — Принц Фабиан Летнего двора.

Слышимый вздох не ускользнул от меня. Так же, как и застывшие члены Ордена. Или то, как некоторые потянулись к своим спрятанным кинжалам. Рен шагнул ближе к Фабиану, но принц Летнего двора просто улыбнулся.

— Вы ведь не ожидали увидеть королевскую особу, не так ли? — Фабиан склонил голову набок.

Дэвид скользнул по мне долгим взглядом.

— Нет.

Я пожала плечами и подняла голову.

— Вы должны понять только одну вещь. — Фабиан подошел ближе, и я поклялась, что в тот момент мы даже не слышали шума уличного движения. — Если вы будете угрожать кому-то из нас, я убью каждого из вас прежде, чем вы даже поймете, что произошло. Я не хочу, чтобы это случилось. Я хочу, чтобы мы работали вместе, как и раньше, но попытавшись испытать меня, вы не переживете последствий.

Динь стукнул меня кулаком по спине, как я догадалась, в знак согласия.

Ну, это, вероятно, было не то, что Дэвид хотел услышать, но он выжал из себя:

— Приму к сведению. — Дэвид шагнул вперед, оказавшись лицом к лицу с принцем Летнего двора. — И, если кто-то из вас причинит вред кому-то из наших членов, мы проведем наши предсмертные вздохи, убивая каждого из вас.

Фабиан широко улыбнулся.

— Приму к сведению.

— Вот и хорошо. — Рен хлопнул в ладоши. — Теперь, когда мы все уладили, может, продолжим?

Дэвид ухмыльнулся.

— Следуйте за мной.

Принц Летнего двора выгнул бровь, глядя на мужчин, а затем последовал за Дэвидом, проходя через двери патио. Следующим был Рен, а за ним Фэй и Кален. Я была замыкающей.

— Хороший рюкзак, — фыркнул один из членов Ордена, когда я проходила мимо.

Я обернулась.

— Так и есть, разве нет?

Я получила еще один пинок в спину и поклялась, что когда все закончится, спущу Динь в унитаз.

Пройдя через внутренний дворик, я сразу же поняла, что это не обычный многоквартирный дом. Так он выглядел только снаружи.

Узкий коридор вел к широкому открытому пространству, которое, как я предположила, было большим залом для совещаний, напомнивший мне штаб-квартиру в Квартале. На стене висела большая карта того, что, как я предполагала, было Сан-Диего и прилегающими городами. Там было несколько столов в стиле кафетерия со скамейками и, по меньшей мере, три дюжины членов Ордена.

Все они стояли и смотрели на нас пятерых.

Большинство проявляли открытую враждебность. Лишь немногие выказывали любопытство. Я увидела Майлза, стоящего рядом с высокой темнокожей женщиной, выражение лица которой было почти таким же непроницаемым, как и у него.

— Эти люди выглядят дружелюбно, — пробормотал Рен себе под нос.

— Правда? — прошептала я в ответ.

Дэвид быстро представил нас друг другу, и когда он подошел к женщине, я узнала, что ее зовут Лиз, и она руководит отделением Ордена в Сан-Диего.

— Нам сказали, что мы все сражаемся на одной стороне, — сказала она, скрестив руки на груди. — Как вы можете себе представить, нам трудно с этим смириться.

— Так же, как нам трудно принять то же самое от Ордена, — ответила Фэй, стоя рядом с Каленом. — Но мы все здесь.

— Как и мы. — Лиз подняла руку. Члены Ордена сели, когда ее взгляд нашел меня.

— Так ты и есть та самая Полукровка?

Я вздернула подбородок.

— Да. Хотя большинство зовут меня Айви.

Она не обратила на это внимания.

— И это тебя принц держал в плену, но потом ты сбежала?

Я молча кивнула.

Она наклонила голову, и я предположила, что это был своего рода кивок «хорошей работы».

— А что у тебя в рюкзаке?

Динь перестал дергаться, и Фабиан повернулся ко мне.

— Мой… в этом рюкзаке находится мой друг.

Дэвид поднял брови.

— Твой друг?

— Да.

— У тебя есть друг в рюкзаке? — настаивал он.

Рен плотно сжал губы.

— Да. — Осторожно, я позволила рюкзаку соскользнуть с моего плеча. Я опустилась на колени и поставила его на пол. Потянувшись к промежутку между молниями, я ощутила резкую боль. Я резко отдернула руку.

Динь укусил меня за палец!

Маленький ублюдок!

— Веди себя прилично, — предупредила я, тряся укушенной кистью.

Из сумки послышался тихий смех.

— Какого черта? — Дэвид шагнул вперед. — Что у тебя в рюкзаке, Айви?

— Заноза в заднице, — пробормотала я, расстегивая молнию. — Ну же, выходи.

Несколько членов Ордена стояли ровно, в то время как другие пытались заглянуть поверх стоящих. Вздохнув, я выпрямилась, когда одна крошечная рука вылезла из сумки, обхватывая материал, а затем другая.

Глаза Лиз сузились.

— Что это…?

Появились торчащие, в разные стороны, как иглы светлые волосы, а затем лоб, за которым следовали два больших круглых глаза. Затем, поскольку Динь знал, что все смотрят на него, он медленно расправил свои крылья, чтобы они стали видны.

Кто-то выругался.

У Лиз отвисла челюсть, но она ничего не сказала.

— Это… — Дэвид замолчал, когда Динь поднял руку и пошевелил пальцами.

— Выпендрежник. — Рен вздохнул, скрестив руки на груди.

Я подавила усмешку.

— Это Динь. Он… ну, он брауни.

— Брауни? — Лиз покачала головой. — Они находятся в нашем мире?

— Нет. Только Динь.

Именно в этот момент он вылетел из сумки и приземлился на мое плечо. Приземлившись, он поднял мои волосы и… спрятался за ними.

Я подавила желание закатить глаза.

— Так или иначе, он был в рюкзаке. Он — э… застенчивый мальчик.

Рен издал сдавленный звук.

— У тебя есть брауни? — Майлз быстро заморгал. — Я думал они…

— Все были убиты Зимним двором? — За него ответил Фабиан. — Почти все они были. Динь — единственный из своего рода в этом мире.

Динь выглянул из-за моей головы, когда сжал кулачками мои волосы и прошептал:

— Что-то вроде этого.

Я прочистила горло.

— Как-нибудь я расскажу вам, как познакомилась с Динь.

На лице Лиз промелькнуло удивление.

— Мне бы очень хотелось услышать эту историю.

Я улыбнулась в ответ.

— Но нам нужно поговорить о принце и Полукровке.

— Этим мы и заняты. — Лиз смотрела, как Динь перелез на мое другое плечо, выражение недоверия все еще было написано на ее лице. Она слегка покачала головой. — Мы не смогли выяснить, кто эта Полукровка, но мы знаем, где находится принц. Насколько нам известно, он не вступал в контакт с Полукровкой.

Я была настоящей реалисткой, чтобы позволить надежде улетучиться. Просто потому, что они не думали, что принц уже связался с Полукровкой, еще не означало, что этого не произошло.

— И где же принц?

— Он отсиживается на одном из пляжных курорт-отелей, — ответил Майлз. — В «Валенсии».

Никогда о таком не слышала, но держу пари, что там было очень мило. Похоже, так оно и было.

— А сколько фейри у него с собой? — спросил Кален.

— Около дюжины, которые приехали вместе с ним, — ответила Лиз. — Но у него есть еще. Здешние фейри собирались в этом же отеле.

— Орден не пошел за ним? — Фабиан нахмурился.

— В отеле есть люди. Слишком много тех, кто может попасть под перекрестный огонь. Это привлекло бы много внимания. А двенадцать фейри, которых он привез с собой — это рыцари. — Челюсть Лиз напряглась. — Орден храбр, и мы готовы умереть за наше дело, но мы не глупы.

— А почему вы считаете, что он не встречался с Полукровкой? — спросил Рен.

— Нам повезло, что мы узнали, что он покидает Новый Орлеан. Его заметили, и мы смогли проследить за ним, — объяснил Майлз.

Один из членов Ордена, сидевший за столом стал отвечать. Его представили нам, когда мы только вошли. Почти наверняка его звали Роб.

— Мы смогли выследить его, как только он въехал в город, по номерным знакам тех, кто путешествовал с ним. Он приехал на курорт, и мы все время следили за ним. Он еще ни разу не выходил.

Что-то… что-то во всем этом было не так.

— Двое его рыцарей приходили и уходили, судя по всему, с поручениями. — Лиз подошла к карте и указала на черную кнопку. — Вот здесь находится отель. Мы думаем, что Полукровка находится где-то в этом районе.

Странный холодок пробежал по моей спине, когда я посмотрела на Рена, а затем на Фабиана, в то время как Динь цеплялся за мои волосы. Принц Летнего двора сказал, что его люди узнали, что Дрейк покинул Новый Орлеан. Марлон рассказал нам, куда уехал Дрейк, а тем временем Орден видел, как принц покинул город.

Было… было слишком много совпадений или небрежной работы по поручению принца. В последнее было трудно поверить, так как Дрейк умудрялся остаться незамеченным все это время, устроив базовый лагерь недалеко от Нового Орлеана так, чтобы Орден никак не мог узнать его местонахождение. Но что теперь? Все, мать их, видели его.

Мне это не нравилось… совсем не нравилось.

Я сделала шаг назад.

— Что случилось? — спросил Динь, говоря прямо мне в ухо. — Твои плечи внезапно напряглись, как индейка в День Благодарения.

Я наморщила лоб.

— Я… я не знаю.

— Они должны знать, что вы знаете, что они здесь, — сказала Фэй, ее лицо было напряжено. — И они, должно быть, удивляются, почему вы до сих пор не напали.

Дэвид кивнул и принял более расслабленную позу.

— Я думаю, они считают, что мы слишком боимся сделать это.

— А разве это не так? — спросил Фабиан.

— Оооо, — пробормотал Динь.

Руководитель отделения Нового Орлеана прищурился.

— Мы ничего не боимся. Мы же умные. Мы уже все спланировали.

— А что конкретно подразумевает этот план? — спросил Рен.

— Мы знаем, что Кристалл у принца. — Лиз отвернулась от карты. — Когда Полукровка будет здесь, мы сможем завершить ритуал и отправить его обратно.

Рен напрягся, и внезапно тот факт, что члены Ордена так охотно приняли наше присутствие, обрел смысл. Они поняли, что нуждаются в нас — в том, чтобы я отослала принца обратно, но было еще кое-что, что меня раздражало.

— Этот ритуал, — сказал Майлз. — Как он называется?

— Ритуал «Крови и камня», — ответил Фабиан.

— Совершенно верно. Я тут кое-что почитал по этому поводу. — Взгляд Майлза нашел мой. — Ты знаешь, что это за ритуал?

— Я знаю, что моя кровь и кровь принца должны быть на Кристалле, — сказала я, поморщившись, когда Динь наступил на мои волосы, дергая их. — И я знаю, что он должен быть завершен в Мире Ином.

Майлз поднял брови.

— Но знаешь ли ты, что происходит после завершения ритуала?

— Я убираюсь к черту из Мира Иного? — Я так предполагала.

Кто-то фыркнул, но Майлз шагнул вперед, слегка нахмурившись.

— Возможно, я неправильно читаю ритуал, но из того, что я могу понять, чья бы кровь не была на этом Кристалле, он остается в Мире Ином навсегда.

Ужас взорвался у меня внутри.

— Что?

— Он заманит вас обоих в ловушку в Мире Ином. Не только принца. — Майлз взглянул на Фабиана. — Я полагаю, что тот, кто рассказал тебе о ритуале, забыл рассказать тебе об этом.

Глава 29

Ошеломленная, я опустила руки. Он не мог говорить правду. Огромная часть меня пошла на отрицание, потому что это означало бы, что все они… все они мне лгали.

— Нет, — прошептал Динь, а затем еще громче, — это не может быть правдой. — Он подошел к концу моего плеча. — Нет.

Я не могла пошевелиться, потому что все вокруг со щелчком встало на свои места. Никто не был готов поделиться информацией о ритуале с Реном. Те, кто знал об этом ритуале, с готовностью принимали перемены, через которые я прошла, и доверяли мне… доверяли нам.

— Какого хрена? — Гнев наполнил тон Рена, когда он повернулся к Фэй и другим фейри Летнего двора. — И это правда? Айви окажется в ловушке в Мире Ином?

Фэй побледнела, и я сразу поняла, что это правда, и мне показалось, что пол разверзся у меня под ногами. В моей груди образовалась пустота.

— Теперь это имеет смысл.

Рен повернулся ко мне.

— В этом нет никакого чертова смысла.

— Но это так. — У меня перехватило дыхание, и я не могла отвести глаз от Фэй. — Вот почему вы, ребята, помогли мне сбежать и убедились, что я в безопасности. Это было не по доброте душевной. Я была нужна вам… нужна живой, если только вы не найдете другую Полукровку. Ту, у которой был бы шанс попасть в Мир Иной вместе с принцем и завершить ритуал.

Дэвид и Майлз вместе с отделением Сан-Диего молча наблюдали за происходящим. Я понятия не имела, о чем они думают.

— Ты знала, что нужна живой для завершения ритуала. — Фабиан повернулся ко мне. — Это должна быть кровь Полукровки и Зимнего принца. Ты должна быть живой, чтобы это произошло.

— Ни хрена себе, — огрызнулся Рен. — Мы это знаем. Мы также знаем, что ритуал должен быть завершен в Мире Ином. Но никто ни разу не упомянул о том, что там ее ждет ловушка.

— Это довольно значимая вещь, чтобы забыть сказать кому-то, — вмешался Майлз.

— Мы ничего не забыли. — Фэй повернулась к нам, ее глаза умоляли нас понять. — Мы надеялись найти способ сделать так, чтобы ты не оказалась там в ловушке.

У меня вырвался сдавленный смешок.

— Вы надеялись?

— Как неловко, — пробормотала Лиз себе под нос.

— Вот именно. — Рен направился прямо ко мне. — Мы уходим.

— Чего? — Я повернулась к нему, и Динь снова взобрался на мое плечо, положив руку мне на голову, чтобы не упасть.

— Мы покончили с этим дерьмом. — Его ярко-зеленый пристальный взгляд встретился с моим. — С нас достаточно, к хренам собачьим.

Кален направился к нему.

— Рен…

— Черт возьми, нет. — Он бросил на мужчину-фейри опасный предупреждающий взгляд, на который Кален, обратив внимание, остановился. — Мы на это не подписывались. Айви на это не подписывалась. Она не собирается жертвовать собой. К черту все это дерьмо.

Есть ли у меня выбор?

От этого вопроса у меня по спине пробежала дрожь. Как я и боялась прошлой ночью, у нас остался только один выход. Найти способ ослабить принца достаточно надолго для того, чтобы убить его.

Предательство смешалось с гневом, когда я подняла подбородок и уставилась на членов Ордена.

— Кто-нибудь из вас знает, как убить принца?

Дэвид и Лиз обменялись взглядами. Она заговорила.

— Терновый кол…

— Мы знаем, что терновый кол убьет его… убьет любого принца. — Я посмотрела на Фабиана, который выгнул бровь. — Но сражались ли вы с принцем? Рыцарем или Древним?

Губы Лиз сжались в тонкую линию.

— Нет…

— Значит, вы не понимаете, как невероятно трудно сражаться даже с Древним, а это совсем не то, как встретиться лицом к лицу с принцем, — сказала я им. — Итак, я полагаю, вы понятия не имеете, как ослабить принца.

— Прямо перед нами стоит человек, который может ответить на этот вопрос, — заметил Дэвид.

— Айви, — сказал Рен, и в его голосе прозвучало разочарование. — Давай уже…

Снаружи кто-то крикнул, и я обернулась так быстро, что Динь сорвался с моего плеча и завис рядом.

Дверь, через которую мы вошли, сорвалась с петель. Чье-то тело пролетело по воздуху и с громким шлепком упало на пол. Это был член Ордена, один из тех, кто был снаружи. Его горло… Боже, оно было вырвано, обнажая внутренности.

— Дерьмо. — Я потянулась за своими кинжалами. Члены Ордена вскочили со своих стульев, и все, что я только что узнала, отошло на задний план.

Вернулось раннее чувство, кричавшее о том, что с того момента, как принц покинул Новый Орлеан, и до сегодняшнего дня, все было слишком легким. В глубине души я понимала, что это ловушка и все мы попали прямо в нее.

Еще одно тело приземлилось рядом с другим, брошенное из глубины зала.

— Мы попали в засаду! — закричала Лиз, размахивая оружием. — Приготовиться!

— Спрячься, Динь. — Я крепче сжала кинжалы и молилась Богу, чтобы он услышал, когда ледяной воздух ворвался в большой зал заседаний, просачиваясь через полы.

Рен появился рядом со мной, держа в руке терновый кол.

— Это нехорошо.

— Да, нехорошо.

Рев, от которого содрогнулись стены, скрутил мой желудок. Через несколько мгновений они уже стояли в дверном проеме. Кален вскинул руку, позволив кинжалу, который он держал, вылететь. Он ударил в грудь первого фейри, сбив его с ног, но затем один и еще один прошли через узкий проем, пока десятки фейри не оказались в комнате вместе с нами. Большинство из них не были нормальными фейри. Большинство из них были Древними… рыцарями принца.

— Дерьмо, — прошептала я, подавляя укус страха.

Мы встретились с ними лицом к лицу.

Инстинкт взял верх, когда колья со свистом пронеслись в воздухе, некоторые упали, с грохотом ударившись о пыльный пол, а другие ударили точно. Крики и вопли смешивались с влажным звуком рвущейся плоти и треском ломающихся костей. Это был настоящий водоворот хаоса, и я быстро потеряла Динь из виду в толпе быстро движущихся тел.

Рен сбил с ног ближайшего фейри, двигаясь плавно и грациозно, как танцор. Я резко развернулась, вонзая кол глубоко в грудь фейри, когда Фабиан начал светиться, как солнце. Я заметила, как он крадется вперед, подняв руку. Огненный шар света сформировался в его руке, когда Дэвид расправился с рыцарем.

Я направилась к ним, отрезанная нападавшим на меня фейри. Я крутанулась в сторону, моя обутая в сапог нога поскользнулась на чем-то мокром… на крови. Выпрямившись, я подняла глаза и увидела, что ко мне приближается женщина-фейри. Она бросилась ко мне, но не вступила в бой. А потом все встало на свои места. Она не давала мне вступить в контакт. Они не пытались бороться со мной. Они знали, что я была Полукровкой и что меня… меня нужно оставить в живых, но если там была еще одна Полукровка, то меня можно устранить.

В данный момент все это не имело никакого значения.

Бросившись к ней, я схватила ее за руку, когда она попыталась обойти меня. Она закричала, когда я повернулась, разворачивая ее к себе. Вонзив кинжал ей в грудь, я выдернула его и отпустила ее. К тому времени, как она упала на пол, она уже полностью разложилась.

Температура снова упала, и я резко повернулась к выходу, когда в комнату вошла высокая стройная женщина. Брина. Эта чертова сука была здесь. Каждая часть моего мозга отключилась, когда я кралась к ней. Если кто-то и умрет сегодня, то только она. Я клялась Богу и детенышам лам, всем на свете, что эта сука умрет.

Первым ее настиг член Ордена. Это был Роб. Он поднял руку, но она была быстрее… чертовски быстрее. Ее рука взлетела и прошла прямо через грудь мужчины.

Мои шаги резко остановились, а рот открылся от ужаса. Подождите. В этом не было никакого смысла. Такое было невозможно.

Брина отдернула руку, и она превратилась в кровавое месиво. Его сердце… она держала сердце Роба. Но Брина не была Древней. Она была обычной фейри. Как же тогда…

Мое сердце подскочило к горлу, когда я увидела принца. Он вошел в дверь, когда Брина уронила искалеченный орган. Страх и ярость закрутились внутри меня, когда я уставилась на принца.

Он обвел взглядом комнату, пока его выразительные губы не скривились в ухмылке. Он нашел меня.

Дрейк улыбнулся.

— Привет, Айви. Давненько не виделись.

Мое тело превратилось в лед, когда позади меня раздался рев раскаленной ярости. Рен. Это был Рен, отчего крошечные волоски по всему моему телу встали дыбом.

Фабиан резко обернулся, шок отразился в единственном слове, которое он произнес на языке, которого я не понимала.

Плечи принца напряглись, когда он перевел взгляд с меня на принца Летнего двора. Какое-то чувство промелькнуло на лице Дрейка, когда он посмотрел на другого принца.

Господи, как же они были похожи! Как будто они могли быть…

— Нет. — Фабиан опустил руку, и яркое сияние исчезло с его лица, когда он споткнулся… фактически отступил на шаг назад. — Нет. Мои глаза лгут мне. Это не ты. Ты же мертв.

Что, черт возьми, происходит? О чем говорит Фабиан, и почему они так пристально смотрят друг на друга?

— Айви! Айви! — Динь летел под потолком, его крылья отчаянно двигались, когда он выкрикивал мое имя так, что во мне взорвалась паника. — Она здесь! Она…

Все произошло очень быстро.

Эта сука Брина резко повернула голову, ее взгляд проследил за полетом Динь. На ее лице промелькнуло удивление, и она всплеснула руками.

По комнате прокатилась ударная волна. Из-за нее мои колени подогнулись, меня подняло в воздух и отбросило назад. Я мельком увидела, как Динь отлетел назад, тяжело приземляясь на спину. Я перекатилась на бок, и в комнату хлынул ледяной туман. Я потеряла один из своих кинжалов.

Такая сила… была ненормальной.

— Рен! — крикнула я, поднимаясь на колени. — Рен…

— Здесь, — буркнул он, и из густого белого дыма я увидела его руку. Его костяшки пальцев были окровавлены, когда они обхватили мои. Рен сжал мою руку и тут же отпустил.

Сквозь туман донесся тихий смех… смех, от которого у меня по спине пробежал холодок ужаса.

Я медленно встала, тяжело дыша и сжимая единственный оставшийся у меня кинжал. Ледяной туман откатился назад, открывая тех, кто все еще стоял.

Их было немного, но я увидела Дэвида и Майлза, стоящих рядом с Каленом и Фэй. А еще я увидела Лиз. Я не видела Динь. Мой желудок резко сжался.

Но там был принц, его грудь тяжело вздымалась и опускалась.

Он был не один. Что-то поднялось, как призрак, высокое и стройное, и когда туман рассеялся, я увидела костяную корону и поняла, что это была Брина.

Рен застонал.

— О, черт возьми!

За спиной принца Зимнего двора стояла королева, улыбаясь кровавой улыбкой.

Глава 30

— Черт, — прошептала я, замерев на месте.

Визгливое предупреждение Динь имело смысл. Брауни раскусил Брину… увидел ее настоящую сквозь чары. Он увидел королеву и пытался предупредить нас.

Но было слишком поздно.

Перед нами стояла чертова королева, и она выглядела как Брина, но не так. Ее волосы теперь отливали матовым серебром, почти достигая талии. У нее было лицо Брины, но подбородок был острее, глаза шире, а губы полнее. Ее голубые глаза сияли на фоне цвета расплавленного серебра.

И эта корона…

Она действительно выглядела так, словно была сделана из кости, изогнутой в полукруг и заостренной, чтобы подниматься в три одиночные точки, средняя из которых была самой высокой.

Она провела рукой по плечу Дрейка, отвлекая его взгляд от принца Летнего двора.

— Сосредоточься, любовь моя, — прошептала она. — Сосредоточься.

Принц замер на месте.

По бокам от них стояли три рыцаря и еще два фейри. Мы предприняли многое, но недостаточно… даже близко недостаточно с королевой, находящейся здесь.

Кто-то, какой-то храбрый дурак, бросился на нее, размахивая чем-то похожим на терновый кол. Член «Элиты». Она схватила мужчину за руку и резким движением сломала ему кость. Мужчина закричал, когда она рывком притянула его к себе. Она была похожа на ударившую кобру, вцепившись ртом в его горло. Крик мужчины оборвался бульканьем, когда кровь хлынула в туман. Она подняла голову и отпустила мужчину. Он упал на пол с разорванным горлом, когда она повернулась к нам лицом.

— Твою мать, — выдохнул Майлз у меня за спиной.

Кровь струилась по ее подбородку, когда она наклонила голову.

— Сюрприз?

Я судорожно втянула воздух. Комок страха застрял у меня в горле. Брина все это время была королевой?

— Брауни? — она заговорила. — И где же он?

Я понятия не имела, где находится Динь, но куда бы он не пошел, я молилась, чтобы это было подальше отсюда.

— Ах ты, сука, — прорычал Фабиан. — Ты лживая, предательская сука.

— Осторожней, — сказала она, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Я полагаю, что ты последний из своего двора? Что ж… — Она рассмеялась и посмотрела на неподвижного и молчаливого Дрейка. Она положила руку ему на грудь. — Ты последний, кто знает, кто он такой.

Ноздри Фабиана раздулись.

Подождите. Неужели Дрейк…

Взгляд королевы метнулся ко мне.

— Посмотри на себя. Я должна сказать, что изменения в тебе являются улучшениями. Но их не так уж много. — Ледяные глаза нашли Рена. — А как же ты? Ты все такой же аппетитный, каким я тебя помню.

Мощная ярость охватила меня.

— Знаешь, что я помню? Как выкалывала тебе глаза.

Ее кровавая улыбка стала шире.

— Да, я тоже это помню и планирую отплатить тебе за это очень… очень скоро, но пока ты нам нужна живой.

Я напряглась, и моя рука сжала железный кинжал.

— Здесь никогда не было другой Полукровки, не так ли?

— Нет, глупая маленькая сучка. Возможно, здесь кто-то и есть. — Она пожала плечами — Но я понятия не имею. Ты ушла в подполье, и нам нужно было вытащить тебя оттуда. — Королева рассмеялась, когда Рен тихо выругался. — В конце концов, неужели ты считаешь, что наши действия были бы так очевидны?

Я так и знала.

Черт возьми, я так и знала.

Мы все были одурачены, нам надо было это предвидеть. А теперь мы все здесь оказались в ловушке, с Дрейком или кем бы он там ни был, и с проклятой королевой.

— Но почему именно Сан-Диего? — требовательно спросила Лиз. — Почему именно здесь?

— Потому что здесь самое большое количество членов Ордена. Ни в одном другом городе нет их в таком количестве, как здесь, — ответил Дэвид. — Если разгромить отделение в Сан-Диего, это будет иметь разрушительный эффект.

Все произошло так быстро.

Несколько членов Ордена выступили вперед, размахивая своими железными кинжалами. Кален выкрикнул предупреждение, но было уже слишком поздно. Они вцепились в плечи других членов Ордена, и полоснули лезвиями по горлу.

Ужас охватил меня, когда я резко обернулась и увидела, как Дэвид провел лезвием по горлу Лиз.

— Нет! — закричала я, сама не зная почему. Но было уже слишком поздно.

Лиз схватилась руками за горло, пытаясь остановить поток крови, но споткнулась и упала на колени. Прошло всего несколько секунд, и она присоединилась к остальным членам Ордена на полу.

Мои широко раскрытые глаза метнулись к Дэвиду, и мое сердце разбилось. Я не могла в это поверить. Дэвид предал нас… всех нас. Мой рот открылся, но у меня не было слов, когда я уставилась на человека, который был мне самым близким человеком, почти отцом. Это снова было похоже на Вал, но еще хуже, намного хуже.

— Сукин сын, — прохрипел Майлз, и впервые в своей жизни я увидела на его лице настоящие эмоции, когда он смотрел на Дэвида с ужасом и недоверием. — Как же так? Как ты мог так поступить?

— Потому что в этой войне нам не победить. — Дэвид вытер лезвие о штаны, очищая его от крови. Его пристальный взгляд нашел мой. — Неужели ты ни разу не спросила, почему я так легко принимаю то, во что ты превратилась? Или то, что ты сделала с Кайлом? Я знал, что он пошел за тобой. И я знал, что один из вас или оба убьют его.

У меня перехватило дыхание. Я уже сомневалась в этом. Мы оба так думали, но нам нужна была надежда. Глупые. Мы все были чертовски глупы.

— Прямо сейчас, по всему городу, членов Ордена ждет та же участь. А что же в Новом Орлеане? То же самое, согласно плану. Но вот чего я не планировала, так это брауни. — Губы королевы скривились, обнажив острые как бритва зубы. — Где же он?

Сделав неглубокий вдох, я отодвинула все, что было с Дэвидом, на задний план, и встретилась с ней взглядом. Мне придется иметь дело с этим новым предательством позже… если оно вообще будет.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Ладно. Ты хочешь поиграть в игру. Я люблю игры. — Она всплеснула руками. — Это игра, которую я люблю, называется «убить всех». Кроме тебя. Я все еще нуждаюсь в тебе, но остальные скоро умрут. — Ее взгляд нашел Фэй. — Начнем с тебя.

Грудь Фэй поднялась от резкого вздоха, но она не двинулась с места, когда Кален подошел и встал рядом с ней.

— А может не с тебя. — Королева медленно двинулась вперед. — Может, с него.

Мое сердце дрогнуло. Она пристально смотрела на Рена.

— Если ты тронешь хоть один волосок на его голове, то пожалеешь об этом.

— Почему-то я в этом сомневаюсь. — Она двигалась быстрее, чем я могла уследить. Через секунду она уже стояла позади Рена, обхватив его шею длинными пальцами. — Тебе нравится эта игра, Айви?

Челюсти Рена сжались, когда он замер, встретившись со мной взглядом. Мое сердце колотилось быстро, слишком быстро, когда я поднесла кинжал к своему горлу. Я не колебалась ни секунды. Ни на секунду.

— Если ты причинишь ему боль, я перережу себе горло, и тогда тебе действительно придется найти другую Полукровку. Как тебе нравится эта игра?

Ее губы сжались, когда она склонила голову набок.

— Ты убьешь себя, чтобы спасти его?

— В одно мгновение.

— Айви, — выдохнул Рен.

На ее лице отразилось недоверие.

— Тебе не стоит…

Звук пластиковых колес, скользящих по деревянному полу, привлек все наше внимание к двери. Сначала я не могла поверить своим глазам. Я моргнула, думая, что мне все это мерещится, но мои глаза не лгали.

Чемодан Динь катился по полу, проскользнул мимо принца и остановился совсем рядом с Фабианом. Затем в комнату, летя со скоростью маленькой ракеты к чемодану, подлетел Динь. Зажав молнию в своих крошечных ручонках, он потянул ее вдоль шва. Одна сторона чемодана распахнулась, и сотни кукол-троллей вывалились наружу, рассыпавшись по полу в море неоново-голубых и ярко-розовых волос.

— Что за…? — Я отшатнулась на шаг назад.

Королева склонила голову набок, держа Рена в руках.

Все уставились на него, потому что сотни кукол-троллей катались по полу в крови, и да, это было действительно странно.

Полетев вперед, Динь завис над морем своих кукол-троллей и поднял руки.

— Вставайте, мои маленькие детки.

Куклы задрожали на полу, а потом затряслись. Все до единой. Их маленькие пластмассовые тельца покачивались, а потом и сами тела… они больше не были пластиковыми. Их ноги сгибались. Их руки двигались. Они повернули головы, и их глаза были бледно-голубыми, как у всех существ из Мира Иного.

У меня не было слов.

Куклы-тролли поднялись на свои короткие ножки. Их рты открылись, и высокий пронзительный визг вырвался из них, поднимая крошечные волоски по всей длине моих рук.

Ну что ж, из-за этого мне всю жизнь будут сниться кошмары.

— Вот дерьмо, — прошептала я. — Вместо того чтобы быть Королем ночи, он стал Королем троллей.

Головы кукол повернулись к королеве.

Издав яростный вопль, королева отшвырнула Рена в сторону, заставив его проскользить несколько футов по полу. Он опустился на одно колено, когда я бросилась к нему, и, схватив за руку, подняла.

— Нам нужно убираться отсюда, — сказал он, глядя широко раскрытыми глазами на кукол. — Немедленно.

— Согласна.

Крепко держа его за руку, я крикнула Динь, пока куклы топали по полу, направляясь к королеве. Динь взлетел мне на плечо, когда я повернулась к Фэй и Калену. Мужчина-фейри встретился со мной взглядом и кивнул.

Куклы подбежали к королеве, вцепившись своими маленькими ручонками в ее платье. Они карабкались вверх по ее ногам, целыми дюжинами.

Она закричала, срывая одну из них с бедра. Ее маленький рот был залит кровью. Они кусались? Она смяла ее в руке и закричала от ярости. Десятки других карабкались вверх по ней, достигая ее живота, вгрызаясь в него руками и… ртами. Рыцари двинулись к ней, но их тоже одолели куклы. Они проглотили их целиком, как ковер из плотоядных кукол-троллей.

Мне понадобится терапия… годы терапии.

Рен направился к двери, и Динь перескочил с моего плеча на его, но мне на спину опустились руки, отрывая меня от Рена. Моя рука выскользнула из хватки Рена, когда меня развернули. Я оказалась лицом к лицу с Дэвидом.

— Я не могу отпустить тебя, — сказал он, крепко сжимая мою руку. — Мне очень жаль, Айви.

Я не остановилась, чтобы подумать о том, что делаю, но моя грудь болела, а глаза горели, когда я крепче сжала кинжал.

— Дэвид, — произнесла я хриплым голосом.

Его взгляд встретился с моим за секунду до того, как я глубоко вонзила кинжал ему в грудь. Дэвид открыл рот, но не смог произнести ни слова. Ни одного. Я увидела, как его глаза потускнели.

Резко выдохнув, я отпустила кинжал и сморгнула горячие слезы. Я вздрогнула, когда другая рука коснулась моей руки. Я обернулась и увидела рядом с собой Майлза.

— Нам нужно идти, — сказал он. — Сейчас же.

Не в силах говорить, я заставила свои ноги двигаться. Мы мчались по залитому кровью полу и наши ноги скользили и скользили. Уже в дверях я поняла, что Фабиана с нами нет. Он стоял перед Дрейком и говорил слишком быстро, чтобы я могла его понять.

Королева стояла в центре комнаты, вращаясь и раскидывая во все стороны злобных кукол-троллей.

Фабиан поднял упавший кинжал. Я остановилась, сердце застряло где-то в горле. Это было железо. Оно не убило бы Дрейка на самом деле…

Фабиан не ударил ножом принца Зимнего двора.

Он разрезал свою собственную ладонь, пустив кровь, и поднял эту окровавленную ладонь, проведя ею по лицу Дрейка и прижав ее к его рту.

Все тело принца Зимнего двора содрогнулось, когда то, что казалось тысячью светлячков, окружило его, окутав все тело мерцающим золотым сиянием. Прошла всего секунда или две, а затем мерцающие, ослепительные огни исчезли.

Там стоял Зимний принц, его сияющие голубые глаза были широко раскрыты, но ничего не видели. Это было похоже на то, как будто слой тьмы просочился и скользнул прочь. Черные волосы сменились на золотистые. От впадин его щек отделились тени. Черты его лица были такими же, но он не принадлежал к Зимнему двору. Он был…

Какого х..?

— Айви! — Рен снова был рядом со мной.

— Смотри, — прошептала я. — Посмотри на него.

Рен проследил за моим взглядом.

— Какого черта?

Принц отступил на шаг, его широко раскрытый взгляд метнулся мимо Фабиана на нас. Его взгляд встретился с моим, и все его лицо исказилось, словно он страдал от боли.

Я столкнулась с Реном, когда принц резко развернулся и издал звук, который был настолько же ужасающим, насколько нечеловеческим и примитивным. Запах горелого озона наполнил воздух, когда мощная волна энергии прокатилась по полу. Сначала она поразила рыцарей.

Они рассыпались в ничто, распадаясь на месте.

С членов Ордена, предавших нас, содрали кожу. Их кости были раздавлены в пыль. Удар был настолько сильным, что выжег их тени на полу.

Все еще отшвыривая кукол-троллей, королева повернулась к принцу. Ее глаза расширились от шока, а затем энергия ударила в нее. Она вместе с куклами потеряла равновесие и все они отлетели назад. Королева ударилась о стену… и пробила ее насквозь.

— Я думаю, нам пора идти. — Рен схватил меня за руку и начал пятиться назад. — Серьезно.

Оторвав взгляд от этой странной сцены, я повернулась и побежала по коридору, догоняя остальных членов группы.

— А как же Фабиан? — спросил Динь, когда в поле зрения появились двери патио.

— Забудь о нем, — ответил Рен.

— Что? — Динь спрыгнул с плеча Рена.

— О, черт возьми, нет. — Я поймала Динь в воздухе и обхватила его руками за талию. — Ты туда не вернешься.

— Но…

— Нет. — Я крепко держалась за эту мысль, когда мы выскочили во внутренний дворик. — И не смей меня кусать или менять форму.

Лицо Динь вытянулось, и я, не обращая на это внимания, побежала через парковку. Кален уже достал ключи, подбегая к водительской двери. Фэй забралась на переднее сиденье, а Майлз — на второй ряд. Рен забрался внутрь и повернулся ко мне, протягивая руку. Его взгляд скользнул поверх моей головы.

— Какого черта? — он начал пробираться обратно.

Я обернулась, и у меня отвисла челюсть.

Фабиан стал ломиться в дверь, и с ним был Дрейк, его лицо все еще было в крови.

— Какого хрена вы тут творите? — Я потянулась за кинжалом, но поняла, что у меня ничего не осталось. — Что вы тут делаете с Дрейком?

— Это не Дрейк. — Фабиан крепко держал принца за руку.

— Чушь собачья! Я знаю, кто он, даже с более светлыми волосами.

— Ты ошибаешься.

— Фабиан, это принц Зимнего двора. — Фэй опустила окно. — Я видела его каждый день. Это и есть Дрейк.

Принц Зимнего двора прищурился, прикрывая глаза рукой и неуверенно покачиваясь на ногах.

— Я… — Он замолчал, вздрогнув, как будто что-то или кто-то приблизился к его лицу.

— Это не принц Зимнего двора. — Динь впервые сбил меня с толку. — Я уже видел его раньше, Айви. Я знаю, как выглядит Дрейк. Я видел его в Мире Ином, помнишь?

Растерянная, я покачала головой.

— Нам нужно двигаться, — предупредил Кален. — Нам нужно убираться отсюда к чертовой матери.

— Впусти нас, — потребовал Фабиан.

— Ни хрена. — Рен толкнул меня на сиденье. — Я собираюсь убить этого сукина сына. Мне плевать, что сейчас он выглядит как пляжный принц.

Рен выскочил из внедорожника прежде, чем я поняла, что он делает. В мгновение ока его кулак врезался в челюсть принца, откинув его голову назад. Я рванула вперед, чувствуя горький привкус в горле. Принц же…

Принц медленно повернул голову к Рену. У него была разбита губа. Он даже не поднял руки, когда кулак Рена снова скользнул вперед, ударив его под подбородок и отбросив голову назад.

— Перестань! — крикнул Динь. — Ты должен остановиться, Рен!

Рен снова вскинул руку, но Фабиан перехватил его кулак.

— Ударишь его еще раз, и я позабочусь, чтобы от тебя ничего не осталось.

Свободной рукой я схватила Рена сзади за рубашку и потянула назад. Он не сдвинулся с места, пока я не обняла его за талию.

— Этого вполне достаточно.

— Нет. — Рен покачал головой. — Этого совсем не достаточно.

— Он же не Дрейк! Посмотри на него. Он другой, — крикнул Динь, и затем маленький ублюдок вонзил свои зубы в мою руку.

— Ой! — Я отпустила его, отдернула руку и потрясла ею. Динь вылетел из машины и бросился к плечу принца.

— У нас нет на это времени, Динь. Уйди от…

— Если ты не пустишь их обоих в машину, я не поеду!

Я изумленно уставилась на проклятого брауни.

— Ты что, совсем спятил?

— А ты? — парировал Динь.

— Это не Дрейк, — сказал Фабиан прерывающимся голосом. — Это мой брат.

Глава 31

Поездка обратно в Дель-Мар была долгой… неловкой и напряженной.

Вероятно, это было связано с тем фактом, что принц, который похитил Рена и меня, который пытался соблазнить меня, чтобы вызвать фейрийский апокалипсис, и который был во всех отношениях убийцей и психопатом, молча сидел на заднем сиденье внедорожника, и глядел в окно.

Между армиями кукол-троллей, предательством Дэвида и появлением королевы, это был официально худший понедельник в истории.

Всю дорогу до дома Рен практически сидел лицом к заднему сиденью. Так же поступили и Майлз, и я.

С принцем было что-то не так.

Он не произнес ни слова. Он не смотрел ни на кого из нас. Он даже не ответил ни на один из кратких комментариев о нем. Он просто сидел, и я не могла поверить, что была с ним в машине и не пыталась убить его.

— Он был под чарами, — объяснил Фабиан, пристально глядя на Дрейка. Было ясно, что они братья. Я уже видела это сходство раньше, и теперь, когда цвет волос изменился, оно стало очевидным. — Мы считали, что он погиб в Великой войне с Зимним двором. Я видел, как он упал, и никак не мог до него добраться. Королева Моргана забрала его тело. Мы думали, что она сделала это, чтобы отказать нам в нашей похоронной традиции. Теперь я знаю. Она подчинила его своим чарам.

И теперь мы знали, с какой королевой имеем дело. Конечно, она должна была быть той, кто был бугименом всех фейри. Отлично. Нам чертовски повезло.

— Так вы хотите сказать, что он не несет ответственности за свои действия, просто потому что был заколдован? — требовательно спросил Рен.

— Да. — Фабиан посмотрел на Рена. — Именно это я и хочу сказать.

— Чушь собачья, — прорычал он. — Этот ублюдок…

— Был под ее чарами, — вмешался Фабиан. — Точно так же, как человек был бы под чарами. Это могущественное заклинание, которое может сотворить только король или королева. Одно из тех, что запрещено.

Рен откинулся на спинку сиденья.

— Мне. Всё. Равно.

— Я знаю, что это трудно принять. Мне тоже трудно с этим смириться. Поверь мне, — сказала Фэй, повернувшись на своем кресле. — Но когда кто-то из нашего рода находится под чарами, мы не можем контролировать то, что делаем. То же самое можно сказать и о смертных.

Майлз напрягся.

— Он убил десятки наших членов, либо своими руками, либо по своему приказу.

— А человек, которому ты доверял, предал всех вас и своих людей, — напомнила ему Фэй.

Я крепко зажмурилась, чтобы не слышать правды в этих словах. Я даже не могла думать о том, что сделал Дэвид или что я покончила с ним.

Майлз ничего не ответил. Потому что, что он мог сказать? Я открыла глаза.

— Но это не одно и то же. Мы не знали, что делал Дэвид, и как долго он это делал. Мы знаем, что он сделал.

— Но это же был не он. — Динь приземлился на спинку нашего сиденья. — Он был не тем, кто он есть на самом деле. Ты же видела, что он сделал, когда вышел из-под чар. Он протащил эту суку-королеву сквозь стену.

— Мне. Всё. Равно.

— Все это чушь собачья, — пробормотал Рен.

— Дай угадаю. Он не помнит всего того ужасного дерьма, что натворил? — потребовала я ответа.

Принц медленно повернул голову, и его глаза встретились с моими.

— Я помню все, что сделал. Всё.

Я резко втянула воздух, когда дрожь пробежала по моей коже. Он не… он говорил как тот принц, которого я знала, но в то же время он не был похож на себя. Он отвернулся к окну.

— Это ничего не меняет, — сказал Рен.

— Это все меняет, — ответил Фабиан. — Вот увидишь. Дай ему время. Ты все поймешь.

Рен резко рассмеялся.

— Это просто невероятно.

Так оно и было на самом деле. Но вот мы здесь, и мне нужно было отвлечься, потому что я хотела вырвать терновый кол из руки Рена и ударить им в грудь этого ублюдка, под чарами он или нет.

Я посмотрела на Динь.

— Ты собираешься объяснять насчет кукол-троллей?

Он вздохнул, проходя по спинке нашего сиденья и пиная что-то, чего никто из нас не мог видеть.

— Я ненавижу оставлять их там. Это мои дети.

Дети? Они были просто порождением ночных кошмаров.

— А как ты заставил их двигаться? — Я подумала о тех случаях, когда они попадались мне в квартире. — Они всегда были на это способны?

— Ну, я беру каплю своей крови и смешиваю ее с их волосами, чтобы оживить их.

Мои глаза расширились.

— И я несколько раз пробовал это сделать дома. — Динь пожал плечами, глядя на меня снизу вверх. — Иногда они выбирались наружу.

О, мой Бог.

Эти чертовы куклы были живыми!

— Блин, я не знаю, что сегодня может быть более хреновым, — пробормотал Рен.

— Королева, — ответила Фэй. — Это самая хреновая вещь.

— И что же нам теперь делать? — спросил Майлз.

Ему никто не ответил.

Потому что ни у кого не было ответов. Все это время мы верили, что имеем дело с психованным принцем, но теперь нам предстояло иметь дело с королевой, и никто из нас не был готов к этому.

Рен схватил меня за руку, удерживая на ступеньках, пока все остальные входили в огромный дом.

— Иди ко мне, — сказал он.

У меня не было особого выбора. Не то чтобы он мне был нужен. Держа меня за руку, он притянул меня к своей груди и обнял.

Прерывисто вздохнув, я закрыла глаза и впитала его близость и тепло. Прошло довольно много времени, прежде чем он заговорил.

— Мне очень жаль. — Рен поцеловал меня в лоб, а потом в каждое веко. — Я знаю, как ты относилась к Дэвиду.

Меня передернуло.

— Вот почему он так хорошо относился ко мне, к тому, во что я превратилась. Дерьмо. Я думала это было… — Я не смогла закончить эту мысль. Только не сейчас. — Я просто не могу в это поверить. Никогда, даже за миллион лет, я бы не подумала, что он повернется против нас.

— Я все понимаю. — Он провел рукой вверх по моей спине, запустив пальцы в волосы.

— Когда это случилось? Неужели он всегда работал с королевой? Знал ли он, что она здесь, или она каким-то образом добралась до него?

— Мы никогда этого не узнаем. — Рука на моей талии напряглась. — Но там ты поступила правильно.

Точно.

Но от этого мне было не легче.

Я снова сглотнула.

— Когда она схватила тебя за горло, я никогда в жизни так не боялась.

— Должен признаться, я и сам был не очень счастлив. — Он сделал паузу. — Но ты, кажется, не испугалась. На самом деле ты была довольно крута в своем ответе.

— Я бы так и сделала. Клянусь тебе…

— Я знаю, — прошептал он. — И это меня пугает.

— Ты и сам был довольно крутым парнем. Ударить принца и все такое.

— Я хочу разорвать ему глотку, Айви.

Я вздрогнула.

— Он этого не делал… он даже не пытался остановить тебя. — Медленно, я подняла свой взгляд на него. — Он не стал давать сдачи. Тот принц, которого я знала, так бы не поступил, Рен. И ты это прекрасно знаешь.

Рен отвел взгляд, и на его подбородке дрогнул мускул.

— И что же нам теперь делать? — хрипло прошептала я. — Теперь он находится в этом доме, а сумасшедшая, действительно могущественная королева, может натворить, Бог знает, что. Мы даже не знаем, сколько членов Ордена осталось… — мой голос дрогнул. — Вот это… это просто ужасно.

Он положил подбородок мне на макушку.

— Мы все выясним, — сказал он через мгновение. — Мы должны это сделать.

Я не представляла себе, как мы могли бы это сделать. Если мы не знаем, как победить принца, то как, черт возьми, мы победим королеву?

Рука с моих волос скользнула к щеке. Рен откинул мою голову назад, и мои глаза медленно закрылись. Он поцеловал меня, и это было нежно и сладко, и каким-то образом напомнило мне, что вокруг меня все еще было хорошо. Что мы все еще были вместе в этой неразберихе.

Открыв глаза, я отстранилась и обхватила его щеку, вытирая пятно крови.

— Нам лучше зайти внутрь.

— Да. Согласен.

Мы вошли в дом, и оба застыли при виде принца. Фабиан положил руку ему на плечо, уводя молчаливого мужчину прочь.

— Мне это не нравится. — Рен скрестил руки на груди, когда Фабиан повел брата на кухню. — Совсем.

— И мне тоже. — Я смотрел, как Динь жужжит им вслед. Я не могла поверить, что принц был в машине вместе с нами, а теперь оказался в этом доме вместе с нами. Было так много причин для беспокойства. Слишком. — А здесь мы вообще в безопасности?

— Я не верю, что Дэвид знал, где вы остановились, но это не значит, что они не узнают. — Майлз провел рукой по голове. — Дерьмо. А что я скажу его жене?

— Как думаешь, она знала о его действиях? — спросила Фэй.

— Я хочу сказать «нет», но, черт возьми, я никогда не думал, что такое произойдет с Дэвидом. Она тоже может быть в этом замешана. — Плечи его напряглись, он отвел взгляд. — Мне нужно связаться с кем-нибудь из отделения в Новом Орлеане. Мне необходимо…

Ему нужно было убедиться, что они живы.

Боже.

Я не могла позволить себе думать о тех, кого знала — о тех, кто был мне дорог, возможно, уже мертв. Если бы я спустилась в эту адскую дыру, то, вероятно, никогда бы не вынырнула оттуда.

Майлз повернулся ко мне, и во второй раз за этот вечер я увидела эмоции на его лице. На этот раз это была печаль, глубокая печаль.

— То, что ты там сделала? С Дэвидом… Тебе пришлось.

Я моргнула и сглотнула от внезапного ожога боли.

— Я просто хочу, чтобы ты это знала. — Майлз вздрогнул и вздохнул, глядя на Фэй и Калена. — Теперь остались только мы.

Кален вздернул подбородок.

— Мы не можем здесь долго оставаться. Принц мог бы протащить ее сквозь стену, но это не убило бы ее. Он бы даже не вывел ее из строя на такое долгое время.

— Королева, — прерывисто вздохнула Фэй. — Я не могу в это поверить. Все это время это была Брина.

— Как будто мне было нужно больше причин ненавидеть ее. — Я потерла ладонью бедро. — Чего я не понимаю, так это того, что если Брина всегда была королевой, то как я смогла одолеть ее в тот единственный раз?

— Я думаю, ты застала ее врасплох. — Слабая улыбка украсила губы Фэй, но она быстро исчезла. — Не думаю, что она ожидала от тебя нападения. Я думала, что это было просто высокомерие Брины. На самом деле это было высокомерие королевы.

Я все еще не могла понять, почему мы не догадались, что она была королевой, но опять же, как член Ордена, Рен и я были воспитаны верить, что нет никаких дворов, никаких принцев, никаких королев. Нас заставили поверить, что это всего лишь пыль.

Я начала расхаживать по комнате.

— В данный момент нам нужно заняться чем-то гораздо более важным, — сказал Рен. — А что, черт возьми, мы будем с ним делать? Неужели мы всерьез позволим ему просто бродить вокруг? Он…

— Я знаю, Рен. Но я говорю вам, что этот человек не Дрейк — больше нет. — Фэй села на один из толстых мягких стульев. — Это старший брат Фабиана. Наследник Летнего двора. На самом деле он должен быть королем.

Я коротко покачала головой. Я даже не знала, что сказать на все это.

— А где же настоящий Дрейк? Я предполагаю, что он был настоящим, не так ли? Динь видел его однажды в Мире Ином.

— Должно быть, он погиб на войне, — ответил Кален. — И королева Моргана поставила на его место брата Фабиана.

— И никто из вас этого не знал? — требовательно спросил Рен.

— Мы выросли не в Мире Ином, — сказала Фэй, качая головой. — Мы никогда не видели ни Дрейка, ни брата Фабиана. Мы этого не знали. Мы увидели то, что хотела показать нам королева. Кого-то, кто мог бы сойти за Дрейка. Вот насколько сильны ее чары.

Если Динь видел его в Мире Ином до Великой войны, то сколько же ему на самом деле лет? Боже. Не важно.

— А что, если это обман?

— Разве ты его не видишь? — Фэй подвинулась к краю своего сиденья. — Он уже не тот человек, которого я ненавидела и боялась. Он не нанес ответного удара, когда Рен атаковал его. Одного этого должно быть достаточно для доказательства.

Я встретилась с ней взглядом.

— Мне все равно, будет ли он отныне и навсегда в команде хороших фейри, он все еще тот человек, которого я ненавижу и боюсь.

Фэй плотно сжала губы.

— Я могу понять почему. Действительно. Но он напал на рыцарей и королеву. Ты должна доверять мне, когда я говорю…

— Доверять тебе? — Я рассмеялась, когда перестала расхаживать перед ней. — Вы все лгали мне с самого начала. Ты знала, что я окажусь в ловушке в Мире Ином, но не сказала мне об этом.

— Все это очень запутанно, — вмешался Майлз.

Я бросила на него быстрый взгляд.

— Я рад, что мы вернулись к этому маленькому куску дерьма, — голос Рена окаменел. — Ни за что на свете Айви не завершит этот ритуал. Ни за что.

Фэй напряглась.

— Я просто хочу подчеркнуть, что ничего об этом не знал. — Кален поднял руку. — Нисколько.

Я посмотрела на него.

Кален пожал плечами.

— Просто говорю.

— Мы надеялись найти способ убедиться, что ты не попадешь в ловушку, — начала Фэй. — Мы…

— Ты надеялась, что найдешь способ убедиться, что я не попаду в ловушку? Ты что, издеваешься надо мной? Как ты думаешь, что случилось бы со мной, если бы мы завершили ритуал и я оказалась бы в ловушке со злой версией принца?

— У нас не было выбора! — Фэй вскочила на ноги, ее глаза были полны ярости. — Ты единственная Полукровка, которую мы знаем, единственная достаточно сильная, чтобы завершить ритуал. А какой еще у нас был выбор? Открытие Врат разрушит этот мир. Я не драматизирую, говоря это. Это уничтожит все вокруг.

— Пожертвовать одним, чтобы спасти многих? — Я резко рассмеялась.

— Мы надеялись, что до этого не дойдет.

Рен шагнул вперед.

— Ты знаешь, как сильно я хочу покончить со всеми вашими жизнями прямо сейчас?

— Я в этом не сомневаюсь, Рен, но как это поможет? — Майлз поднял брови. — Мы уже в этом. И если ты им не доверяешь, я это понимаю. Но меньше всего я ожидал, что окажусь рядом с фейри и соглашусь с ними.

— Ты согласен с ними насчет принца? — Я резко повернулся к Майлзу. — Серьезно?

— Он ведь нам понадобится, не так ли? — Если он действительно не Дрейк, а брат того другого большого блондина, то нам понадобятся они оба, чтобы победить ее. Потому что то, что я там видел… то, на что она была способна, было совсем не похоже на то, что я когда-либо видел.

Я удивленно отступила назад.

— Тогда что нам делать? — Фэй снова села. — Королева уже здесь. Ты хоть представляешь, что это значит для смертных и фейри?

— О, я предполагаю, что нас ждет обычная кровавая бойня, — огрызнулась я.

— Я знаю, что нам нужно сделать.

Мы все обернулись на звук голоса. Это был он. Сам принц. Формально известный как Дрейк, в настоящее время он все еще занимал первое место в моем списке убийств.

Кровь была смыта с его лица, и теперь светлые волосы были влажными и откинуты назад.

— Мы должны остановить королеву.

Глава 32

Мое сердце тяжело забилось, когда я посмотрела на принца. Я могла чувствовать гнев и напряжение, исходящие от Рена, но это было ничто по сравнению с буйством эмоций, которые сейчас боролись внутри меня.

Позади него стояли Фабиан и Динь, который уже не был в форме крошечного Динь. Он был уже взрослым и, к счастью, нормально одетым.

— Ты хочешь знать, что нам нужно делать, — сказал он, и теперь его голос был больше похож на тот, что я помнила. Глубокий. Со странным акцентом. Меня чуть не стошнило. — Мы должны остановить ее.

— Ни хрена себе, — огрызнулась я, и его левая бровь слегка приподнялась. — Во всем этом нет никакого «мы».

Фабиан резко выдохнул.

— Он…

Принц поднял руку, заставляя брата замолчать.

— Она имеет полное право сердиться. Ненавидеть меня. Как и он.

— Рад, что мы с тобой на одной волне, — выдавил Рен, его челюсть напряглась. — Мне буквально требуется вся моя выдержка, чтобы не схватить кол и не проткнуть им твой гребанный глаз.

Я резко втянула воздух, когда мой взгляд метнулся от Рена к принцу. Лицо последнего было настолько бесстрастным, что Майлз, должно быть, был поражен полным отсутствием эмоций.

— И я не стану тебя останавливать.

Удивление пронзило меня насквозь. Принц не мог быть настоящим. Он ни за что не позволит Рену убить себя.

— Неужели? — Рен шагнул вперед. — Давай попробуем это сделать.

Фабиан напрягся, но тут заговорил Динь.

— Ребята, я понимаю, что вы хотите прям проткнуть-проткнуть его, убить, но вам действительно нужно отпустить это.

Я сердито посмотрела на него.

— Тебе легко говорить.

— Это действительно не так просто. — Динь встретил мой пристальный взгляд. — Я знаю, что он сделал с тобой, но сейчас он уже не тот принц, которого ты знала.

У меня перехватило дыхание.

— Я ни в коем случае не могу доверять тому, что он говорит. Чары это или нет, но он — принц. Он держал меня…

— Я знаю, что сделал с тобой. С того момента, как я увидел тебя в том коридоре, после того, как чары были разрушены, я все помню. Я закрываю глаза и вижу это. Когда стоит тишина, я слышу твой…

— Этого вполне достаточно. — Голос Рена был тихим и предостерегающим.

Он перевел взгляд с меня на Рена.

— Я помню, что я сделал с тобой, как я стал тобой…

— Серьезно. У тебя есть желание умереть? — У меня дрожали руки, и я сжала их вместе.

— Возможно, — пробормотал он, и я моргнула. — Королева хотела совсем не того, чего хотел я. Никогда такого не было. У меня нет ни малейшего желания следовать ее плану.

— Значит, теперь ты не хочешь меня обрюхатить?

Его челюсть напряглась.

— Не обижайся, но нет.

Я приподняла брови.

— Облегчение.

— Я знаю, что нет почти ничего, что заставило бы тебя поверить мне…

— Вообще-то есть. — Тут мне в голову пришла одна мысль. — Как же нам ослабить принца настолько, чтобы можно было убить?

— Вам надо…

— Брат. — Фабиан схватил брата за плечо. — Если ты расскажешь им, они используют это против тебя… против нас.

— Нам придется пойти на такой риск, — ответил принц, стряхивая руку брата. — Есть два способа ослабить нас. Если наша магия обернется против нас, она может серьезно ранить нас, и на ее исцеление уйдут месяцы. И есть одна штука… если им коснуться нашей кожи, он будет равносилен яду. Хуже, если он попадет в нашу кровь. Вы трое носите его на себе.

— И что же это? — Майлз шагнул вперед.

— Четырехлистный клевер, — ответил принц, и Фабиан закрыл глаза. — Он ядовит не только для нас, но и для наших рыцарей и других Древних.

У меня отвисла челюсть, когда моя рука потянулась к цепочке на шее. Клевер в медальоне был как бы частью моего тела, такой частью меня самой, что я даже не думала о нем.

— Ты это серьезно?

Он кивнул.

— Большинство из вас уже носят на себе нашу величайшую слабость. Используйте это и терновый кол, и нас будет не так уж трудно убить.

Сжимая затылок, Фабиан отвел взгляд.

— А королеву? — спросил Кален, заговорив впервые с тех пор, как появился принц. — Разве это ослабит королеву?

— Должно было бы. Обычно. Но королева Моргана с годами выработала к нему терпимость. На нее он никак не повлияет.

— Конечно, нет — пробормотала я, скрестив руки на груди и посмотрев на Рена.

Он все еще сжимал терновый кол и не сводил глаз с принца. Ни разу. Я не могла сказать, что он чувствовал по поводу всего этого, кроме убийственной ярости, ясно отпечатавшейся на его лице.

— А что собирается делать королева? — тихо спросила Фэй, в то время как я все еще была зациклена на том факте, что четырехлистный клевер все это время мог ослабить проклятых Древних и принца.

— Она ведь все равно хотела бы открыть Врата, верно? — Майлз присел на подлокотник ближайшего дивана.

— Она не может обойтись без принца, готового выполнить ее требования.

— А что, если она найдет мужчину Полукровку и займется с ним «боу-чика-боу-вау»? — спросил Динь.

— В пророчестве никогда не упоминалось, что произойдет, если королева или король породнятся с Полукровкой, но я думаю, что это сработает, — сказал принц.

Фабиан повернулся к нам лицом.

— Это будет иметь тот же эффект. Король или королева не из этого мира с Полукровкой и дитем такого союза. Это снимет все печати.

Я резко выдохнула.

— Теперь мы должны беспокоиться о том, что королева найдет кого-то и забеременеет?

— Моргана не может зачать ребенка, — ответил принц.

— А ты откуда это знаешь? — с вызовом спросил Рен.

— Не может. Он прав. — В глазах Фэй вспыхнула надежда. — Помнишь? Я же тебе говорила.

Было дело. В тот день, когда я встретила Фабиана.

— Легенда, которой нас учили, гласила, что Моргана совершила великое злодеяние и, чтобы избежать лишения своих сил, отказалась от способности творить жизнь.

— Это звучит как очень плохой фантастический роман, — пробормотал Рен, и я медленно моргнула.

Все здесь звучало именно так, но в этом не было ничего нового.

— Какое же великое злодеяние она совершила? — поинтересовался Динь.

Челюсть принца напряглась, и блеск в его глазах отразил то, что излучал Рен. У меня было подозрение, что все, что сделала королева, было связано с принцем.

— А что она теперь будет делать? — спросила я, убедившись, что мы не изменили тему разговора. — Я сомневаюсь, что она просто подожмет хвост и спрячется.

— Если ее первоначальный план провалился, то у нее был запасной план, — объяснил принц. — Она вернется в Мир Иной, и мы должны остановить ее.

Мои губы приоткрылись, когда я уставилась на него. Мне казалось, что я все неправильно поняла.

— Если она должна была вернуться в Мир Иной, то зачем мы должны ее останавливать? — нахмурился Кален.

— Ты не понимаешь, — заговорил Фабиан. — У нее Кристалл. Если она заберет его с собой в Мир Иной, то сможет в любой момент снова открыть Врата со своей стороны.

— Она вернется со всей армией, какую только сможет собрать, а она там есть… существа из нашего мира, способны посеять такой хаос, какого еще не видели смертные, — отрезал принц. — Из чистой злобы и мести она опустошила бы города. Миллионы людей могут умереть.

— Подождите. — Рен нахмурился. — Врата же запечатаны…

— Они были запечатаны, когда мы прошли через них, не так ли? — Принц встретил его пристальный взгляд. — Их можно снова открыть. Мало того, что есть Древние, готовые положить конец своей жизни, если они ей больше не понадобятся, чтобы снова открыть Врата. Она может открыть Врата с помощью Кристалла.

Я вспомнила, когда он пришел сюда. Ту ночь я никогда не забуду.

— Если она всегда могла открыть Врата в Мир Иной, то почему она этого не делала раньше? Почему бы просто не привести сюда армию вместо того, чтобы пытаться сделать Полукровку беременной?

— Потому что она может пройти только через те Врата, через которые входила, — сказал он. — А с Кристаллом ей не придется ждать зимнего солнцестояния. Кристалл достаточно силен, чтобы открыть любые Врата.

Мои плечи напряглись. Почти все Врата в Мир Иной были разрушены брауни — все, кроме одних в Новом Орлеане. Дитё апокалипсиса открыло бы все Врата, будь они разрушены или нет.

— Она знает, что открытие всех Врат будет иметь больший эффект, чем просто открыть одни. Орден не смог бы остановить то, что проходит через все эти Врата одновременно.

Принц молча кивнул.

На лице Рена появилось понимание.

— Она попытается пройти через Врата в доме рядом с домом ЛаЛори.

— Мы должны вернуться туда раньше нее. — Взгляд принца скользнул по нам. — Мы должны убить ее. Если мы этого не сделаем, она заберет Кристалл с собой и вернется еще более сильной, чем прежде.

— И, вероятно, еще больше разозлится, — предположил Динь.

— Как же нам убить королеву? Ты же сам говорил, что клевер ее не ослабит, — спросил Майлз.

— Она заберет с собой то, что осталось от рыцарей, но если вы, ребята, позаботитесь о них, то мы с братом позаботимся о королеве.

Я открыла рот, чтобы прервать его.

— Между нами говоря, мы должны быть в состоянии вытащить ее оттуда. Фабиан вздернул подбородок. — Она самая могущественная из нашего рода, но не сказать, что ее нельзя остановить. Наверно можно, если мы все будем работать вместе.

Взглянув на Рена, я встретилась с ним взглядом. Я медленно выдохнула. Несмотря на то, что принц сказал нам, что может ослабить его, доверять ему все еще было огромным риском.

— У вас нет причин доверять мне, и я не виню вас за это, — сказал принц, как будто прочитав мои мысли. — Но у вас нет другого выбора.

И он был прав.

У нас не было другого выбора, кроме как довериться ему.

Мы собирались немедленно отправиться в Новый Орлеан, и мы с Реном вернулись в комнату, где провели ночь, чтобы забрать свои вещи.

Он закрыл за нами дверь.

— Мне это не нравится. Вообще.

Я устало вздохнула, убирая прядь волос с лица. Через секунду она снова упала.

— И мне тоже.

— Но этот ублюдок прав. — Он пересек комнату, схватив одну из сумок и практически разорвав молнию. — Мы не можем позволить королеве забрать Кристалл обратно в Мир Иной.

Рен был прав.

Прямо сейчас Фэй вступила в контакт с Таннером, рассказывая ему о том, что произошло, и что мы узнали. Они ждали, что мы — все мы — вернемся в Новый Орлеан.

Никто из нас не был уверен, с кем мы могли бы связаться в отделении Нового Орлеана, кто бы ни работал на королеву, поэтому в настоящее время мы не обращались к ним.

Я не думаю, что кто-то из нас чувствовал себя комфортно с этим, но, как сказал принц, у нас не было выбора, кроме как продолжать двигаться по дороге, по которой мы шли.

Я прикусила нижнюю губу.

— Я просто…

Сунув в сумку рубашку, которую он носил накануне, Рен оглянулся на меня. Что бы он ни прочел на моем лице, это заставило его остановиться и посмотреть мне в глаза. Прошло довольно много времени прежде, чем он спросил:

— На чьей ты стороне, Айви?

Я знала, что означает этот вопрос, но не знала, как на него ответить. Подойдя к кровати, я села.

— Я просто больше ничего не знаю. — Я медленно покачала головой. — Каждый раз, когда мне кажется, что я что-то знаю, каждый раз, когда мне кажется, что я понимаю, что происходит, все меняется.

Рен молча наблюдал за мной.

Я беспомощно развела руками.

— Он был прямо по коридору. Он. принц, но… это уже больше не он. По крайней мере, так мне кажется. Но что мы теперь знаем? Это может быть еще одна ловушка. Посмотри на Дэвида. Никогда за миллион лет я бы ни на секунду не поверила, что он способен предать нас. Но он это сделал. Так что же нам известно? Это может быть…

— Не думаю, что это ловушка, — сказал он, удивив меня. Рен опустился на колени передо мной, положив руки мне на колени. — Меня не волнует, что этот ублюдок понятия не имел, что он делал, пока находился под действием чар. Но я не могу смотреть на него и не видеть, что он сделал с тобой, что он хотел сделать с тобой. И не важно, что именно королева управляла им. Я скорее проткну ему грудь колом, чем буду с ним работать.

— Та же хрень, — пробормотала я.

— Но я… черт, я не могу поверить, что говорю это, но я верю ему… верю тому, что он сказал о королеве. Я не знаю, что это за чертовщина, но совершенно очевидно, что он ненавидит ее так же сильно, как и мы его.

Эта последняя фраза вызвала кривую усмешку на моих губах.

— Мне он совершенно не нравится, но если мы собираемся остановить королеву, то нам нужен он, и нам нужен Фабиан. — Он сжал мои колени. — Но мы можем сделать выбор.

— Какой? А разве у нас есть другой выход?

Эти потрясающие изумрудные глаза встретились с моими.

— Мы уйдем.

Сначала мне показалось, что я не расслышала его правильно.

— Что?

— Мы уйдем, моя сладкая. Мы уберемся отсюда к чертовой матери, никому не скажем, что мы делаем, и уберемся как можно дальше. Мы даже можем взять Динь с собой, если он захочет уйти. — Одна сторона его губ приподнялась. — Мы могли бы путешествовать, посмотреть мир, прежде чем он неизбежно пойдет ко всем чертям. Мы могли бы пожить. Мы отдали годы своей жизни Ордену, своим обязанностям. Мы не должны им больше ни секунды.

У меня перехватило дыхание, когда дикая тоска пробудилась к жизни глубоко внутри меня. Можем ли мы это сделать? Мы будем нужны Ордену, но что же все-таки осталось от Ордена? Так много людей погибло, а остальным мы даже не знали, можно ли доверять. Будут ли они искать нас, когда дерьмо попадет в вентилятор и разлетится повсюду? Скорее всего, нет. Мы могли бы жить… жить нормальной жизнью, пока не столкнемся лицом к лицу с тем, что происходит в мире.

— У нас есть выбор, Айви. — Его взгляд не дрогнул. — Что бы ты ни хотела сделать, я с тобой. На сто процентов.

Воздух застрял у меня в горле. Было почти слишком легко сказать «да», потому что сказать «да» было бы лучше. Мне не нужно было беспокоиться о том, что Рен пострадает или умрет, потому что мы никак не могли встретиться лицом к лицу с королевой и не потерять кого-то. Это было статистически невозможно. Я могу заставить Динь уехать вместе с нами. Мы будем в безопасности и счастливы, по крайней мере, какое-то время.

Если я закрою глаза, то почти увижу нас… нас троих, путешествующих по миру, посещающих места, в которых у нас никогда не будет шанса побывать. Мы бы не беспокоились о том, чтобы остановить королеву или можем ли мы доверять принцу. Как и говорил Рен, мы бы жили столько, сколько сможем.

Но я… Я не могла сказать «да».

Это слово даже не сформировалось на кончике моего языка. Дело было не в долге. Дело даже не в том, чтобы жить нормальной жизнью. У меня не было сил уехать, когда я знала, что происходит… что должно произойти, и я знала, что Рен сделает это только для меня, если я решу уйти.

— Я не могу, — прошептала я. — Я не могу просто так уехать. Извини.

— Я и не думал, что ты согласишься. — Приподнявшись на полпути, он обхватил мои щеки ладонями. — Ты слишком храбра, чтобы бежать и прятаться, но у нас есть такой выбор, и мы делаем выбор остаться, сражаться и надирать задницы.

— Без вариантов!

Глава 33

Мы добрались до Нового Орлеана рано утром в среду, и проехав через весь город, остановились лишь только для того, чтобы заправиться и быстро перекусить. Не знаю уж, как я заснула в машине, сидя между Майлзом и Реном, но половина моего тела оказалась на коленях Рена. Он тоже прикорнул, прислонившись головой к окну и положив руку мне на бедро. Когда я проснулась, то обнаружила, что Динь повернувшись на своем сиденье, пристально смотрит на меня.

— Эй, — прошептал он.

— Эй. — Я села, разбудив Рена, и потерла рукой лицо. — Ты смотрел, как я сплю?

— Возможно.

Рен убрал с меня руку и вытянул шею.

— Ты просто ненормальный.

— Ага, — усмехнулся Динь. — Кстати, мы уже на месте. Подъезжаем.

Я взглянула на Майлза и увидела, что он смотрит на то, что казалось заброшенным зданием.

— Мне сказали, что здесь очень сильное заклинание, — сказал он хриплым голосом. — Я не могу поверить, что оно было здесь все это время, и я понятия не имел.

— Я чувствовала себя примерно также. — Я зевнула. — Просто подожди, пока не увидишь, что там внутри.

Внедорожник остановился, и двери распахнулись. Прежде чем вылезти из машины, Фабиан повернулся к Майлзу.

— Тебе доверяют то, что доверили не очень многим людям. Если ты предашь здешних фейри, я лично сделаю так, чтобы ты желал своей смерти.

Майлз выдержал пристальный взгляд Фабиана.

— У меня нет никакого желания предавать здешних фейри, если они такие, как ты говоришь.

— Ты увидишь, что я не солгал.

Я подавила желание указать ему, что он, возможно, и не лжет об этом месте, но фейри здесь были еще теми лжецами.

Фабиан некоторое время изучающе смотрел на Майлза, а затем вышел из внедорожника. Выходить из машины после сидения стольких часов было больно, и когда я вышла, я размяла ноги, избавляясь от судорог в мышцах.

Когда проржавевшая дверь открылась, зачарованность здания все еще никуда не делась. Мы поспешили внутрь под покровом ночи. У Майлза было такое же выражение лица, как и у меня, когда я впервые увидела, как исчезает сила чар, открывая роскошный отель внутри.

— Господи, — пробормотал он, потирая ладонью лицо, когда вошел в большой вестибюль.

— Этого слишком много для восприятия, не так ли? — Я повернулась к нему. — Ты и правда понятия не имел, что фейри когда-то работали с Орденом?

— Я слышал эти истории, но думал, что это всего лишь слухи. Я не верил, что есть фейри, которые не питаются людьми. Просто не думал, что такое… — Он замолчал, наблюдая, как Таннер приближается к нам.

И я понимала, почему он не мог вымолвить ни слова. Таннер был живым и ходячим доказательством того, что фейри здесь не кормятся. Позади него стояли Брайтон и ее мать.

— Марли? — Майлз опустил руку и пристально посмотрел на женщину.

— Ты выглядишь так, словно по твоей могиле прошелся призрак. — Марли подняла брови, и ее дочь, казалось, глубоко вздохнула. Волосы Брайтон были распущены, и я, наверное, впервые видела ее в таком виде. Они спадали мягкими волнами до середины ее спины. Она слегка улыбнулась нам с Реном.

Майлз изумленно уставился на нее.

— Ты знала об этом?

— Она знает об этом уже некоторое время. — Таннер остановился перед Майлзом и протянул ему руку. — Меня зовут Таннер.

— Майлз. — Через мгновение он пожал Таннеру руку. — Э-э, приятно познакомиться.

Таннер начал было отвечать, но его взгляд метнулся вперед. Он отпустил руку Майлза и отступил назад.

— Фабиан? Это…?

— Да. — Фабиан стоял рядом с Динь. — Это мой брат.

Таннер побледнел, когда обошел Калена и Фэй, его глаза были широко раскрыты и полны удивления.

— Наш король.

— Король? — Рен посмотрел на меня сверху вниз, и я пожала плечами.

Принц никак не отреагировал, когда Таннер поклонился ему.

— Это большая честь для меня, — сказал Таннер. Я ждала, что он поцелует руку принца.

— Это странно, — прошептала я Рену.

— Все это очень странно.

Принц взглянул на нас и заговорил:

— Мы должны все распланировать.

— Конечно. — Таннер выпрямился. — Пожалуйста, проходите сюда. Мы приготовили прохладительные напитки.

Я выгнула бровь, когда Таннер резко повернулся на каблуках.

Марли смотрела на принца с отвращением и изрядной долей недоверия.

— Чары, — пробормотала она. — Как банально.

Холодный взгляд принца скользнул по ней.

— Согласен.

Марли нахмурилась, глядя на него.

Следуя за Таннером, принц миновал Брайтон. Я поняла, что он посмотрел в ее сторону, судя по тому, как широко раскрылись ее глаза, и как она отступила назад, наткнувшись на стену.

Бедная Брайтон.

Мы все оказались в одном из больших конференц-залов, и там нас ждали прохладительные напитки. Кофе. Соки. Пончики. Фрукты. Целый чертов буфет мясного ассорти.

Со мной так не обращались, когда я появилась здесь.

Однако.

Плюхнувшись на диван, я вытянула ноги и откинулась на большую подушку.

— Так вы уже знаете, что произошло? — спросила я, когда Динь присел на подлокотник рядом со мной.

Таннер кивнул, усаживаясь в кресло напротив нас.

— Мне очень жаль слышать о предательстве вашего лидера.

Прикусив губу до боли, я выдохнула.

— И нам тоже.

Рен сел рядом со мной, его нога прижалась к моей.

— И нам также было жаль услышать, что ты знал, что Айви окажется в ловушке в Мире Ином, если она завершит ритуал.

Скулы Таннера еще больше покраснели.

— Я уверен, Фэй объяснила, мы надеялись найти способ обойти это.

— Конечно, — пробормотала я. Не то, чтобы я им не верила. Я просто не верила, что есть какой-то выход, и они, вероятно, знали это в глубине души. Я была живым воплощением небольшой жертвы ради спасения многих. Я могла бы это принять. Но это не означало, что меня это устраивает.

— Теперь это уже не имеет значения, не так ли? — спросила Марли, поворачиваясь с чашкой кофе в руках. Я огляделась, но Брайтон не увидела. — Наш принц больше не заинтересован в том, чтобы положить свое семя тебе в живот.

Я застонала, еще глубже погружаясь в диван, а Динь засмеялся себе под нос. Однако Рен не счел это замечание столь уж забавным.

Как и принц.

— Нет. Вместо этого у нас есть могущественная королева, которую почти невозможно убить, и у нас нет достаточно времени, чтобы спланировать и подготовиться к ее попытке открыть Врата.

Марли улыбнулась принцу.

— Ах да, это проблема, но далеко не такая страшная, как все Врата, открывающиеся одновременно.

Рен вздохнул.

— И то и другое звучит довольно ужасно. Мы все можем с этим согласиться. Как думаешь, когда она прибудет сюда?

Принц не сел и не притронулся к еде. Он стоял позади кресла, на котором сидел Фабиан, скрестив руки на груди.

— Скорее всего, она появится поздно вечером. Она не станет терять время, зная, что встретится лицом к лицу и с Фабианом, и со мной.

Я резко выдохнула.

— Итак, что мы имеем? Двенадцать часов, плюс-минус?

— Да, где-то так. Это не займет много времени.

Рен встал.

— Тогда нам нужно подготовиться. Отдохнуть, сколько сможем. Всем нам.

— А что потом? — спросил Динь.

— Я посмотрю, кто еще остался в Ордене, кому можно доверять, — сказал Майлз, стоя у буфета с едой, к которой никто не прикасался. — Я надеюсь, что такие еще остались.

Я вспомнила выражение лица Дилана, когда Вал предала нас. Я надеялась, что он не перешел на сторону зла, но я даже не знала, жив ли он еще. Так же, как и Джеки или остальные члены Ордена, которых я знала.

— С вами будут наши самые опытные воины, — сказал Таннер. — Некоторые уже находятся у Врат. Она еще не появилась, но они уже там и готовы.

— И у вас есть я, — вставил Динь.

Я открыла рот, но Фабиан опередил меня.

— Ты должен остаться здесь.

Мои брови поползли вверх.

— На этот раз я с вами согласна.

Динь вскочил с подлокотника дивана.

— Все это чушь собачья! Я могу помочь.

— Я знаю, что ты можешь, но если королева каким-то образом завладеет тобой и сможет контролировать, то не останется никакой надежды. — Фабиан поднялся. — Нам нужно, чтобы ты держался как можно дальше от нее. К тому же ты нужен нам здесь. Вот как ты нам и поможешь.

— Ты же знаешь, что я могу помочь. Ты же знаешь, какой я сильный и могущественный. — Челюсть у Динь была твердая, как гранит, но на этот раз я держала рот на замке.

— Королева смогла взять под контроль меня, потому что я был ранен в бою. Я был ослаблен, и она воспользовалась этим в полной мере, — сказал принц с тяжестью в голосе. — И из-за этого я стал чудовищем. Она обязательно сделает то же самое с тобой. Она знает, каково это держать брауни под своим контролем. Мы не можем так рисковать. Ты не можешь.

Скрестив руки на груди, Динь замолчал.

— Динь, — позвала я, наклоняясь вперед.

Какое-то мгновение он не двигался, а потом повернулся ко мне.

— Я знаю, что ты хочешь, чтобы я остался.

— Именно. Нам это нужно. — Я встретила его сердитый взгляд. — Потому что, если мы потерпим неудачу, нам понадобится кто-то здесь, кто защитит это место. Люди здесь будут единственными, кто встанет между королевой и ее уничтожением мира ее армией. Ты станешь нашей последней надеждой.

Динь уставился на меня.

— Как Оби-Ван?

Мои губы дрогнули.

— Да, как и он.

Таннер повернулся на кресле так, чтобы видеть Динь.

— Ты будешь защищать нас. Ты нужен нам здесь.

Его грудь надулась.

— Я… я готов. Я позабочусь, чтобы с теми, кто останется здесь, ничего не случилось. — Он метнулся в мою сторону и встал на колени так, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Но ты обязательно вернешься. Каждый из вас. — Он скривил губы в сторону Рена. — Даже он.

— Мы сделаем это, — сказала я, давая обещание, что сделаю все, что в моих силах, чтобы сдержать его. — Мы обязательно вернемся.

Я закрыла за нами дверь и прислонилась к ней, когда Рен подошел к комоду, отстегивая кинжалы с пояса. Я молча наблюдала за ним, но мое сердце бешено колотилось.

Я любила этого человека.

Я любила его, потому что он гнался за мной, когда я убегала. Я любила его, потому что он никогда не отказывался от меня, ни тогда, когда я была в плену, ни тогда, когда я ушла в себя, отгородившись от всех. Я любила его, потому что он был хорошим человеком, и если бы я захотела сказать ему «к черту все это» и «уходим прямо сейчас», он был бы рядом со мной. Я любила его, потому что знала, что позже он будет стоять рядом со мной, готовый сражаться на моей стороне.

Я просто любила его.

Когда он закончил вытаскивать то, что для любого другого было бы тревожным количеством оружия, он повернулся ко мне.

Нам нужно было проспать весь день.

Мы должны были это сделать, потому что нам нужно было хорошо отдохнуть, а затем немного подготовиться к тому, с чем нам предстояло столкнуться сегодня вечером.

Ни один из нас не произнес ни слова, когда наши взгляды встретились. У него не было слов. Да и в этом не было необходимости. В этих зеленых, как мох, глазах светилось намерение. У меня перехватило дыхание, когда в горле вспыхнули необузданные эмоции. Оттолкнувшись от двери, я подошла к нему.

Рен схватил меня за бедра и оторвал от пола. Я обернула свои ноги вокруг его стройной талии. Его сильные руки подхватили меня сзади, когда он приблизил свои губы к моим. В том, как он поцеловал меня, было что-то дикое, неуправляемое. Это было нуждающимся и требовательным, захватывающим дух и отчаянным, пока он качал меня на своих бедрах. Я застонала от его поцелуя, схватившись за рубашку, желая снять ее немедленно.

Рен поставил меня на пол, слегка наклонившись, чтобы я стянула с него рубашку. Я потянулась к его брюкам, и он помог мне, сбросив ботинки, рекордно быстро стащить с себя штаны и трусы.

— Раздевайся, — прорычал он. — Немедленно.

Я вздрогнула и сделала так, как он приказал, снимая с себя одежду. Он начал терять терпение, помогая мне снять ботинки и брюки, и через несколько минут я уже лежала голая на спине, а губы Рена снова двигались по моим губам. Его твердая длина качнулась ко мне, и я вцепилась в его плечи, застонав, когда он прикусил мой подбородок и шею сбоку.

То, что мы делали в тот момент…

Это было быстро, жестко и красиво. Он был надо мной, а потом внутри меня. Я выгнулась навстречу ему, все внутри меня пульсировало и ныло, когда он все взял под свой контроль. Похоть и что-то гораздо более сильное поглотили меня, когда его бедра двигались в унисон с моими, что было поначалу сильно и медленно.

Его сдержанность лопнула, и он начал толкаться глубже, яростнее, и я никогда не чувствовала себя более полной, более отчаянной, когда наши тела двигались в лихорадочном темпе. Каждое глубокое, жесткое погружение увеличивало интенсивность до тех пор, пока не достигло бешенного темпа. Мои ноги сжались вокруг него, а затем это восхитительное чувство глубоко внутри меня стало нарастать и нарастать. Моя голова закружилась, когда он стал двигаться еще быстрее, ударяясь своими бедрами о мои. Он схватил меня за подбородок, удерживая мой рот своим.

А потом я разлетелась на миллион маленьких осколков и захныкала, целуя его. Поднятая столь сильными, ошеломляющими волнами удовольствия, я не думала, что смогу вынести это еще раз, но я это сделала. Снова и снова, когда он встал на колени, он поднимал меня, вонзаясь в меня с такой безрассудной самоотверженностью, что мне казалось, я умру. Обвив рукой мою талию, он поставил меня на колени и прижался к моим губам. Сделав еще один толчок, его руки сомкнулись вокруг меня, прижимая мое тело к своему, когда он кончил, и его большое тело содрогнулось.

К тому времени, как он опустил меня, мои мышцы обмякли и стали безвольными, так что я наполовину растянулась у него на груди, а потом мы долго не двигались, пытаясь выровнять свое дыхание.

Я нарушила молчание.

— Это было…

Его грудь поднялась с тяжелым вздохом.

— Знаю.

Я поцеловала гладкую кожу его груди и позволила своим глазам медленно закрыться, прижимаясь к нему.

— Айви?

— Ммм?

— Сегодня вечером, когда королева уйдет? Я хочу вернуться к себе домой. Я хочу, чтобы мы спали в моей постели. Я хочу проснуться завтра в своей постели с тобой.

Я улыбнулась, хотя мой желудок был полон узлов, прогоняя томное блаженство. Планирование на потом было потрясающим, но в то же время чертовски пугающим.

— Мне бы этого хотелось.

— Да?

— Да.

Рен притянул меня ближе к себе.

— Хорошо.

Я снова попыталась улыбнуться, но не смогла, потому что в моем животе громоздились друг на друга шары страха и беспокойства. Будет ли у нас этот вечер?

Будет ли у нас завтрашний день?

Проспав большую часть дня и отдохнув как можно больше, наша команда, за исключение Динь, прибыла в дом рядом с печально известным особняком ЛаЛори сразу после семи. Мы вылезли на улице Ройял, потому что внедорожник никак не мог проехать по узкой дороге, не сбивая туристов.

Нервная энергия наполнила меня, та, которую я чувствовала много раз прежде, но на этот раз в ней было что-то острое, как бритва. Осознание того, что мы вот-вот столкнемся с самой опасной из известных нам фейри, привело весь мир к абсолютной четкости.

Все изменилось с тех пор, когда я в последний раз ходила по Ройял, но в каком-то смысле ничего не изменилось. Я была все той же Айви, которая много недель назад шла по этой улице, чтобы войти дом, будучи готовой сражаться и умереть, чтобы защитить город. Я все еще была ею. Да, теперь багаж мой пополнился. Да, меня обманули и предали, но я стала сильнее. Я стала более подготовлена и готова снова защищать этот город.

Шагнуть на тротуар Ройял было все равно что… Боже, это было похоже на возвращение домой. Я так давно не ходила по этим улицам. Слишком долго. Я посмотрела дальше по улице, рассматривая старые здания и тротуары, заполненные туристами и местными жителями, прислушалась к смеху и крикам, ревущим клаксонам и далеким завываниям сирен.

Дом.

Это был дом — мой дом, наш дом. Я не собиралась позволить какой-то суке-королеве провести через Врата какую-то армию, опустошив этот город. Черт возьми, нет. Решимость наполнила меня.

— Будь я проклята, если позволю ей победить.

— Что? — спросил Рен, выходя на тротуар.

Повернувшись к нему, я слегка улыбнулась.

— Просто размышляю вслух.

Он искоса глянул на меня, когда братья проходили мимо нас. Люди останавливались и смотрели, как эти двое сворачивают за угол, направляясь на Больничную улицу. Я не могла их винить. Братья были выше шести футов ростом и выглядели как викинги-завоеватели.

Фэй и Кален последовали за нами, когда мы отправились вслед за братьями. Дом был таким же жутким и запущенным, каким я его помнила, но на этот раз снаружи стоял фейри Летнего двора, охраняя здание.

В этом было различие.

Странные дни.

Войдя внутрь, невозможно было подавить дрожь, которую всегда вызывало это место, даже когда комнаты были полны людей. Майлз уже был там, как и несколько членов Ордена.

Я так обрадовалась, увидев Джеки, что бросилась вперед и быстро обняла ее. Это явно удивило ее, потому что ей потребовалось некоторое время, чтобы ответить тем же жестом.

Я повернулась и посмотрела на Дилана. Он отступил на шаг, и я поняла, что он категорически против всех этих объятий.

— Я действительно рада тебя видеть.

Джеки пристально посмотрела на меня, а Дилан уставился на мои уши.

— Что с тобой случилось, Айви?

— Долгая история, — ответила я, зная, что Рен наблюдает за нами и определенно слушает. — Но я не…

— Злая? — предположила Джеки. — Полукровка ты или нет, но ты всегда была немного злой.

— Никогда еще не было сказано более правдивых слов, — сказал Дилан.

Мои губы дрогнули в легкой усмешке.

— Точно.

— А вот насчет Дэвида… полный отстой. — Джеки покачала головой. — Я бы ни за что не поверила, но…

— Но за последние две недели произошло слишком много необъяснимых смертей членов Ордена, и большинство из них были найдены мертвыми дома. — На челюсти Дилана дрогнул мускул. — Опытные члены Ордена не настолько беспечны, чтобы их выслеживали до дома. Как только мы поговорили с Майлзом, это начало обретать смысл.

— Как там жена Дэвида?

Плечи Джеки напряглись.

— О ней уже несколько недель никто ничего не слышал. Мы не знаем, мертва она или нет, но мы проверили их дом после разговора с Майлзом. Ее сумочка была там, как и телефон, но ее самой там не было.

— Плохой знак, — сказала я.

— Нет, — согласился Дилан. — Мы не знаем, знала ли она о том, что делал Дэвид, или нет, но, в конце концов, это не имеет особого значения. Мы потеряли больше половины наших активных членов.

В моем горле образовался комок. Их смерть была так несправедлива, так чертовски бессмысленна.

— Значит, городу действительно придет конец, если королева вернется через эти Врата с ордой существ из Мира Иного?

Джеки кивнула.

— Привет. — Рен кивнул им обоим и обнял меня за плечи. Наклонив голову, он поцеловал меня в щеку, и мое сердце сжалось самым лучшим образом. Мне нравились все эти быстрые поцелуи, и я никогда не устану от них. Я просто надеялась, что у меня есть шанс доказать это. — Я собираюсь подняться наверх.

— Хорошо. Я с тобой.

Рен шел впереди, внимательно осматривая интерьер. Ничего не изменилось с тех пор, как мы были здесь в последний раз. По крайней мере, насколько я помню, но воздух… да, воздух стал тяжелее. Я не думала, что это имеет какое-то отношение к тому, что Врата были здесь, и тем более к тем смертям, которые произошли в первый раз, когда их открыли.

У меня было ужасное предчувствие, что сегодня вечером мы еще больше усугубим это чувство тяжести.

— Айви.

Напрягшись при звуке голоса принца, я обернулась. Напряжение просочилось в мои мышцы, когда мой взгляд встретился с его.

Он остановился прямо передо мной.

— Ты готова к сегодняшнему вечеру?

Я пожала плечами.

— Настолько готова, насколько это возможно. А ты?

Губы его дрогнули, как будто он хотел улыбнуться, но не знал, как это сделать.

— Настолько готов, насколько это возможно.

— Круто. — Я уже начала отворачиваться.

— Мне очень жаль, — сказал он, еле слышно произнося эти три слова.

У меня перехватило дыхание, когда я снова посмотрела на него.

— Чего?

— Мне очень жаль. Я знаю, что мои извинения ничего не значат. То, что я сделал с тобой, то, что я пытался сделать… — Он замолчал, его голос был хриплым. — Я не прошу у тебя прощения за то, за что никогда не смогу простить себя, но я сожалею о той боли и ужасе, которые причинил тебе…

— Прекрати, — прохрипела я, на мгновение закрыв глаза. Горький клубок эмоций обвился вокруг моего сердца. — Я… я ценю твое извинение. Честно, но я… — Я вспомнила то, что казалось мне целой вечностью назад. — Когда-то я была под принуждением фейри. То, что я оказалась под принуждением, было моей виной. Я вела себя глупо и поплатилась за это. Полностью подчиняясь их чарам, я привела их в дом, где они убили всех, кто был важен для меня. Так что я знаю, каково это — не иметь никакого контроля и делать то, что ты никогда бы не сделал, но я…

— Я понимаю, — просто сказал он после долгого молчания.

Мой взгляд метнулся к нему, и я задумалась… Я подумала, что, возможно, он действительно понимает то, что я даже не могу выразить словами. Не то чтобы я не понимала, что он ничего не мог контролировать. Он тоже был под чарами, лишенный сознательного выбора или воли, и я догадывалась, что это было хуже всего того, что мы с Реном пережили. Я это понимала, но все равно было тяжело. То, что я могла понять, что он был принцем, который пугал меня, и что он не был ответственен за свои действия, но все это знание не меняло того факта, что я никогда не смогу простить его и забыть обо всем.

Принц коротко поклонился мне, а затем обошел меня и направился наверх, а я осталась стоять там, глядя на то место, где он когда-то был.

Резко втянув воздух, я отогнала эту мешанину воспоминаний и эмоций, связанных с моим пленением, и направилась наверх. Сейчас было не время размышлять об этом. Мне нужна была ясная голова, чтобы хоть как-то пережить эту ночь.

Майлз последовал за мной, и я направилась по узкому темному коридору. Волна мурашек пробежала по моей коже, когда я приблизилась к входу в спальню.

Когда я вошла в дверь и увидела Рена, стоящего у заколоченного окна рядом с деревянным стулом, мое сердце заколотилось в груди, совершая беспорядочный танец.

— Похоже, мы прошли полный круг, не так ли? — сказала я Рену.

Он кивнул, глядя на запечатанную дверь чулана-Врат. Прямо сейчас она выглядела как обычная дверь в старом, как ад, доме с белой керамической ручкой, которая немного дергалась. Между верхней частью двери и косяком была щель. Дверь перекосило.

— Ага. — Рен сделал паузу, когда появилась кривая усмешка. — Плутая всю дорогу.

Обняв его одной рукой, я уже не заботилась о том, как это выглядело для остальных. Я хотела прикасаться к его татуированной коже так долго, как только смогу.

Я не знала, сколько времени прошло. Может быть, несколько минут. Может быть, час. Казалось, что время замедлилось и одновременно ускорилось.

Но долго ждать нам не пришлось.

Принц напрягся и повернулся к двери. В комнате воцарилась странная тишина.

— Пора.

Глава 34

Дрожь пробежала по моему позвоночнику, и мои руки автоматически потянулись к железным клинкам на бедрах. Крошечные волоски на моем теле встали дыбом. Все вокруг меня начали реагировать на странное напряжение, просачивающееся в дом.

Дилан коротко выдохнул, создавая туманное облачко.

— Мне кажется, или температура действительно упала градусов на двадцать?

— Тебе не кажется, — ответил Рен.

Лед образовался над дверным косяком и проступил на стене, когда донеслось тихое, очень женственное хихиканье. По комнате пронесся пронизывающий до костей ветер.

— Они здесь, — прошептала Джеки, и завитки ее волос взметнулись вверх.

Ужасное чувство дежавю охватило меня, когда я услышала, как колотится сердце, и ломаются половицы. Мы уже бывали здесь раньше. Все началось здесь, и это была настоящая кровавая бойня.

Я посмотрела на Рена.

Его взгляд встретился с моим. Он подмигнул мне.

Одна сторона моих губ приподнялась.

— Я люблю тебя.

— Докажешь мне это позже.

— Обязательно, — пообещала я, когда воздух застрял у меня в горле.

Фейри Летнего двора шагнули вперед, поднимая арбалеты, когда фейри королевы достигли прохода, и вот они тут.

Первым в обледеневшем дверном проеме показалось обычное лицо, и Кален ударил его в грудь быстрым, чистым ударом. А потом появилась еще одна, и Джеки достала следующую.

А потом они просто продолжали прибывать, как саранча, проскальзывая через открытую дверь. Их было так много, что они заполнили всю комнату, и пол задребезжал под их тяжестью, как сухие старые кости. Волна королевских фейри поглотила наших, унося их вниз. Крики разрывали воздух, когда кинжалы и зубы разрывали плоть.

Я заставила свои легкие наполниться воздухом, а затем отпустила страх и ужас, которые всегда приходили во время такой битвы. Я бросилась в бой, как меня учили… я была рождена для этого. Я наткнулась на ближайшего фейри и с силой ударила его кинжалом. Инстинкт взял верх. Я развернулась, вытянув руку, и ударила еще одного фейри, как раз в тот момент, когда Рен рванул вперед к появившемуся первому рыцарю.

Их было не так легко убить.

Нагнувшись, он ударил Древнего плечом в живот. Сила широкого удара опрокинула Древнего на спину. Он приземлился на спину с удивленным ворчанием. Рен ловко развернулся и вонзил терновый кол глубоко в грудь Древнего. Рен резко развернулся, плечи его напряглись, а рот вытянулся в тонкую линию.

Я обернулась на звук топающих ног. Какой-то Древний целился в меня, глаза его были полны ненависти. Мои мускулы напряглись, как это всегда бывает перед битвой с врагом, которого не так-то легко одолеть. Я ждала идеального момента, зная, что должна действовать аккуратнее в этом вопросе. У него было на тонну больше мышц, чем у меня, но я стала сильнее, чем в прошлый раз, когда была в этом доме. Он потянулся ко мне, и я нырнула под его руку. Подскочив к нему сзади, я ударила его ногой в спину. Он издал рев боли, когда я провела железным кинжалом по его затылку, используя все, что было во мне, чтобы разрезать кости и ткани. Брызнула кровь, заливая мою грудь и лицо. Его рев закончился бульканьем, когда кинжал пронзил его насквозь. Дернув рукой вправо, я отсекла ему голову. Его тело рухнуло вперед, а голова упала прямо вниз, приземлившись со шлепком, который перевернул мой желудок.

Мерзко.

Так чертовски мерзко.

Дикий окрик привлек мое внимание, и я резко обернулась. Мое сердце упало, как камень. Рен был окружен двумя Древними позади него и тремя фейри впереди. Кровь сочилась из уголка его рта, когда он уклонился от удара, который, скорее всего, вырубил бы его или что еще хуже. Он был отброшен назад, и фейри прыгнул ему на спину. Буквально. Как чертова паукообразная обезьяна.

Я рванула вперед и схватила фейри сзади за рубашку, отрывая его от Рена. Я швырнула его на пол и нагнулась, глубоко вонзив кинжал ему в грудь. Когда я выпрямилась и оглянулась, этого фейри уже не было.

Рен убрал одного из Древних, основываясь на обезглавленном теле рядом с ним, но он все еще был окружен, и на его лбу была уродливая рана, от которой у меня перехватило дыхание. Я направилась к нему как раз в тот момент, когда увидела принцев. Братья разрывали фейри на куски, как будто они были всего лишь бумагой. Я не видела ни Калена, ни Фэй, ни кого-либо еще из нашей компании. Я надеялась, что они все еще в строю.

Схватив самого близкого к Рену фейри, я развернула ее к себе. Глаза фейри расширились от шока, когда кол пронзил ее кожу, как горячий нож масло. Я выдернула оружие, мой взгляд устремился к…

В меня врезалось чье-то тело, и потеряв равновесие, я упала на бок. Вспышка паники пронзила меня, когда я перекатилась на колени. Я начала подниматься, но боль взорвалась вдоль моей спины, когда я наступила на ногу, пронзая мои ноги и руки. Я даже не знала, как мне удалось удержать свое оружие, когда мой подбородок ударился о деревянный пол.

Стиснув челюсти от боли, я застонала, и жесткие пальцы впились в мои плечи, грубо перевернув меня. У меня даже не было возможности отреагировать. Мгновение спустя на меня навалился Древний, обхватив руками мое горло.

Надавив сильнее, он перекрыл мне кислород, оказывая давление на хрупкие кости. Он собирался сломать мне шею, как веточку! Паника взорвалась в моем животе. Я отреагировала без раздумий. Подняв обе руки, я воткнула клинки по обе стороны шеи Древнего. Руки фейри оставили мое горло, но было уже слишком поздно останавливать меня. Вскрикнув, я перерезала ему горло, и заодно спинной мозг. Брызнула кровь, когда Древний задрожал и упал на бок.

Откатившись в сторону, я вскочила на ноги и повернулась в сторону Рена. Я подошла к ним сзади и ударила колом в спину одного из них. Другой с визгом бросился на меня.

— Привет! — прощебетала я, ныряя вниз, когда он замахнулся на меня. Оттолкнувшись, я рванула вверх, сбив его с ног. — Пока!

Воткнув кинжал в фейри, я тут же вскочила. Проскользнув под рукой Рена, я направилась прямо к Древнему, подкрадывающемуся к нему. Перевернув кол, я взмахнула рукой как раз в тот момент, когда тело Древнего дернулось передо мной. Его глаза расширились, а затем из глазниц вырвалось пламя. Его рот открылся, и огонь выполз наружу, облизывая его щеки и спускаясь по горлу. Он опрокинулся вперед…

Я отпрыгнула в сторону, когда он упал, и мой взгляд метнулся туда, где он когда-то стоял. За ним был принц.

— Огонь? — отупевши спросила я. Я видела, на что был способен Фабиан, но это… это было нечто другое.

Взгляд принца скользнул по мне.

— У тебя кровь… везде.

— Ага, — прошептала я себе под нос, отступая на шаг назад. — Твой изящный трюк был бы полезен еще минуту назад.

— Прости. Я был занят. — Он резко повернулся к двери.

Я обернулась и увидела, что на меня набросилась женщина-фейри, практически насаживая себя на мой кол. Я моргнула, когда она взорвалась.

— Ладно.

А потом я заметила Фэй.

Она проворно вскочила на стул и закружилась, как танцовщица. Прицелившись из арбалета, она сделала несколько выстрелов, один за другим. Каждая стрела нашла свою цель, поразив трех фейри. Когда они упали, я, наконец, увидела Майлза. Он был весь в синяках и крови, но все еще стоял. Облегчение наполнило меня.

— Ложись! — закричал Фабиан.

Я резко обернулась в тот момент, когда Рен очутился рядом со мной. Обхватив меня рукой за талию, он потащил меня вниз на пол как раз в тот момент, когда воздух вокруг нас взорвался рваными осколками льда.

— Какого черта? — ахнула я, когда что-то похожее на сосульки пронеслось над моей головой. Они ударились о стены, разбивая дерево вдребезги. Некоторые попадали в плоть фейри и смертных, тех, кто был недостаточно быстр.

Я вскрикнула, когда Кален рухнул вниз, толстая сосулька застряла в его бедре. Рен выругался, и его пальцы впились в мою рубашку сзади.

Тихое, почти детское хихиканье эхом отразилось от стен, когда я посмотрела на Врата, а затем послышались слова, древние слова на языке, который я никогда раньше не слышала. Они обрушились на нас подобно потоку холодной воды, посылая холодок вниз по моей спине.

Я повернулась, прижимаясь к Рену, когда высокая, худая тень появилась в дверном проеме, а затем появилась она. Королева.

Она вплыла в комнату, ее острый взгляд метнулся по сторонам и остановился на принце. Она не держала в руках Кристалл. Позади неё с Кристаллом шёл Древний.

На вид Кристалл был размером с баскетбольный мяч, белый, весь в инее, но когда Древний вошел в комнату, он начал светиться радужно-голубым цветом.

Фабиан добрался до королевы первым, его тело начало светиться цветом летнего рассвета. Королева взмахнула запястьем, и он отлетел назад, приколотый к стене… зазубренными сосульками, по одной в каждом плече, распятый там, как муха под микроскопом.

— Боже мой, — пробормотал Рен.

Принц бросился на нее, но она лишь еще раз дернула запястьем, и он покатился назад по полу.

— Сдавайся и живи, — произнесла она голосом, полным дыма и теней. — Встанешь у меня на пути — умрешь.

Мы с Реном вскочили на ноги, когда принц оттолкнулся от стены.

Низкий гул сотряс пол, набирая звук и скорость. Я оглянулась назад, и Рен сделал то же самое. В нижней части двери появился слабый голубой огонек.

— Дверь! — ахнула я. — Она открывает Врата.

Королева повернулась к нам и подняла руку, но мы с Реном уже видели, на что она способна. Мы разделились, он пошел в одну сторону, а я — в другую.

Перепрыгивая через упавшие тела, я сделала около пяти шагов, прежде чем меня сбило с ног и отбросило назад, задницей через голову. Я врезалась в стену. Удар выбил из меня воздух и кол из моих рук. На мгновение я остолбенела, не в силах пошевелиться.

Королева расчистила себе дорогу.

Вот так запросто.

Даже с двумя принцами, армией фейри Летнего двора и остальными членами Ордена она расчистила себе путь.

Фабиан и принц серьезно переоценили свои силы.

Королева шагнула вперед с Кристаллом в руках. Теперь он ярко светился, так ярко, что на него было больно смотреть. Я сдержала проклятие и вскочила на ноги.

— На помощь!

Я обернулась и увидела Фабиана. Бросившись к нему, я потянулась за сосульками. Они были глубоко погружены в стену.

— Мне очень жаль.

Поморщившись, я вытащила первую из них. Все его тело содрогнулось, когда я уронила первую сосульку, но он не издал ни звука, пока я не вытащила вторую. Затем он закричал и упал на колени. Фэй внезапно оказалась рядом с ним, прижимая руку к его ране, останавливая поток крови.

Принц резко повернулся в нашу сторону, и в этот момент Древний, вошедший вместе с королевой, бросился на принца, ударив его плечом в живот. Они рухнули назад, ударившись о стену. Гипсокартон треснул и поддался, и воздух заволокло пылью. Стена задрожала, а затем половина ее разлетелась вдребезги, когда они провалились в другую комнату.

— Используй их, — выдохнул Фабиан, откидывая голову назад. — Используй их против нее.

Мой взгляд упал на толстую сосульку. Она была так холодна, что жгла мне руку. Я подняла голову. Королева была уже почти у самой двери. С сердцем, застрявшим в горле, я развернулась, не давая себе времени подумать о том, что делаю.

Пробежав через всю комнату, я добралась до королевы как раз в тот момент, когда она повернулась ко мне. Удивление промелькнуло на ее лице, когда я подняла руку, опуская сосульку вниз. Она метнулась в сторону, и я промахнулась мимо ее груди.

Но я достала ее.

Сосулька вонзилась ей в плечо, глубоко войдя в кости. Эхо удара прошлось по всей моей руке, сотрясая все тело.

Крича от боли и ярости, королева бросилась на меня. Я даже не знала, ударила ли она меня чем-то или это была просто сила ее ярости. Так или иначе, я отлетела назад, грохнулась на пол, перекатясь на несколько футов. В ушах зазвенело, я замерла, медленно осознавая, что теперь я безоружна.

Я приподнялась на локтях, тяжело дыша и оглядывая комнату. Королева тоже стояла на коленях и рвала на плече свое серебристое платье. Темная кровь запятнала ее грудь.

Дверь внезапно распахнулась, и оттуда хлынул яркий голубой свет. Она сама открыла Врата. Проклятье.

Поднялся сильный и свирепый ветер. Дрожь сотрясла полы, когда мои распущенные кудри упали мне на лицо. Я поднялась на колени, не обращая внимания на боль в костях. Мой взгляд встретился с взглядом королевы, и ее взгляд переместился от меня налево. Я оглянулась. Кристалл.

Королева уронила его.

Крутанувшись, я вскочила на ноги, и мой желудок упал. Королева уже была на ногах и оказалась ближе. Мои ноги скользили по пропитанным кровью половицам.

Рен резко развернулся и двинулся в сторону Кристалла, но было уже слишком поздно. Королева добралась до него первой. Я заорала, когда она обхватила его своими тонкими пальцами. Поднявшись, она прижала его к груди. Она даже не взглянула на меня. Она даже не взглянула на Рена.

Королева посмотрела на принца, туда, где он, спотыкаясь, пробирался сквозь стену.

— Мы еще увидимся, любовь моя.

Его подбородок дернулся вверх, и он взревел от ярости, когда отбросил тело рыцаря в сторону и бросился к королеве, но она была стремительна, как тень. Она развернулась и побежала. У меня даже не было возможности сделать еще один глоток воздуха, прежде чем она вошла в дверь с Кристаллом в руке. Голубой свет растянулся, образуя толстые завитки. Они коснулись королевы и ярко вспыхнули.

Голубой свет распространился и хлынул наружу, кружась вокруг моей ноги. Он быстро и сильно сжался вокруг нее, сбивая меня с ног. Я упала на пол, а затем заскользила по нему, направляясь к двери.

Осознание врезалось в меня со скоростью поезда. Кровь… я была вся в ней. Какая-то часть ее должна быть моей, а это означало…

Должно быть, на Кристалле была моя кровь.

Меня вот-вот засосет в Мир Иной вместе с королевой.

— Рен! — закричала я, пытаясь зацепиться за пол. Мои ногти трескались и ломались. Еще один крик пронзил меня, когда меня тащили за открывшуюся дверь. Размахивая руками, мои ладони ухватились за дверной косяк. Широко раскрытыми глазами я посмотрела назад, и за голубым светом не было ничего, кроме темноты. Сила Мира Иного затягивала меня, растягивая мои руки, пока я не почувствовала, что мои мышцы начинают рваться. Мои пальцы соскользнули, и я потеряла хватку.

Чьи-то руки схватили мои руки, и мой взгляд метнулся к Рену. О, Боже, он оказался рядом, его ноги упирались по обе стороны двери. Мое тело легко оторвалось от пола.

— Держись! — закричал он, его лицо напряглось, когда он стал тянуть.

— Рен, О, Боже, Рен! — кричала я, паника и ужас пронзили мои кости.

Сила росла, поднимая Рена вверх, и я знала, что она была слишком мощной. Это должно было поглотить нас обоих. Каждого из нас.

Нет.

Я не могла допустить, чтобы это случилось с ним. Но я не могла ничего сделать.

Мое тело изогнулось так, что я могла видеть его лицо. Наши взгляды встретились.

— Рен. Отпусти. Ну, пожалуйста! Пожалуйста, отпусти меня. Ты должен отпустить меня.

Ужас отразился на его лице.

— Никогда. Боже, никогда!

— Так надо. — Растянутые до предела, мои руки и плечи горели, как в огне. — Я люблю тебя, Рен. Я так сильно люблю тебя, но ты должен позволить мне это сделать…

— Прекрати! — закричал он, и его красивое лицо исказилось от боли. — Я тебя не отпущу.

Слезы застилали мне глаза.

— Тебе придется это сделать. Ты…

Руки обхватили Рена за талию, а затем меня стали тянуть на себя, прочь от света, обратно за дверной проем. Я упала на колени Рена, когда вернулась назад. Я посмотрела вверх, поверх плеч Рена, который крепко обнимал меня.

Принц.

О Боже.

Принц вытащил меня… вытащил нас… на свободу.

Ветер пронесся по комнате и вырвался из нее, втягиваясь обратно через дверь. Извиваясь в объятиях Рена, я широко раскрыла глаза, когда яркий голубой свет запульсировал один раз, а затем еще два, а затем втянулся внутрь, пока в бесконечной темноте не осталась только точка света, а затем не осталось ничего, кроме леденящей до костей черноты.

Дверь в Мир Иной захлопнулась, запечатав внутри королеву с Кристаллом.

Глава 35

Мы медленно вставали на ноги, по одному за раз. Принц помогал встать брату, а Фэй поддерживала Калена, обняв его одной рукой за плечи.

Майлз сидел рядом с Диланом и Джеки. Все мы были живы, но только мы…

— Мы потерпели неудачу, — прошептала я, глядя на запечатанный дверной проем. — На самом деле мы потерпели неудачу.

Молчание приветствовало меня, когда Рен обнял меня за талию, притягивая к себе. Я почувствовала, как его губы коснулись моего виска, но горькое разочарование захлестнуло меня, почти лишив последних сил.

Мы проиграли.

Королева ушла, но она собиралась вернуться с ужасной, чудовищной армией. Возможно, через несколько дней. Несколько часов, если нам не повезет.

Я отшатнулась назад.

— Но неужели мы действительно потерпели неудачу? — спросил Дилан. — Королева исчезла. Как и все Древние…

— Мы понятия не имеем, все ли Древние ушли, но мы должны были уничтожить почти всех из них. — Майлз, прихрамывая, пошел вперед, поднимая упавший кол. — Но у королевы остался Кристалл в Мире Ином. Она может вернуться в любое время…

— Надолго она не задержится. — Голос Фабиана был хриплым. — Ты ранила ее одной из сосулек, верно?

Повернувшись, мы посмотрели на него, и у меня отвисла челюсть. Он был какого-то призрачного цвета. Мой взгляд метнулся к Калену. Он выглядел также. Оба едва держались на ногах, все их конечности дрожали.

— Да. Я вогнала ее ей в плечо. Довольно глубоко.

Принц пристально посмотрел на меня.

— Ты это сделала? Уверена?

— Да. Попала в кость. А что? — Я отстранилась от Рена. — Что тут такого?

— Если она была ранена собственной магией, своим собственным оружием, то она будет… — Принц замолчал, а потом сделал то, чего я не слышала от него с тех пор, как чары были разрушены.

Принц рассмеялся — низким, громким смехом.

Рен шагнул вперед, его движения были напряженными.

— Ты можешь объяснить нам, что происходит? Потому что я не вижу ничего смешного сейчас.

— Я тоже, — пробормотал Майлз, засовывая кол в ножны.

— Чтобы оправиться от раны, нанесенной одной из этих сосулек, потребуется какое-то время. Это убило бы любого смертного. — Принц снова повернулся к брату и обнял его за талию. — Но для королевы быть раненной собственной магией — это катастрофа. То же самое касается и любого из нас.

— Так что же это значит? — спросила Джеки, вытирая кровь со щеки. — Это ее убьет?

— Нет. — Принц подвел Фабиана к двери. — Но это сильно ослабит ее на очень долгое время.

Я не смела позволить какой-либо надежде расцвести во мне, пока, прихрамывая, шла за ними, но я вспомнила, что он упоминал об этом, когда говорил нам, что ослабляет их.

— Насколько долго… на очень долго?

— На несколько месяцев, — ответил он.

— На несколько месяцев? Ты что, издеваешься надо мной? Не так уж много это времени. — Это было лучше, чем недели или часы, но все же недостаточно долго.

Он остановился и оглянулся на меня.

— Месяцы в Мире Ином — это годы в мире смертных.

— Годы? — повторил Рен. — Во множественном числе?

— Во множественном числе, — подтвердил принц. — И пока она слаба, она не сможет собрать армию. С ее ослабленными силами она не получит много сторонников. Не в Мире Ином, где только сильные и полностью наделенные властью получают поддержку.

Мое сердце громко застучало в груди.

— Так что же все это значит?

— Это значит, что мы не потерпели неудачу, — ответил он, слегка улыбаясь. Улыбка была теплой, но не доходила до его глаз. Мне казалось, что ни одна из его улыбок этого не делала. — У нас будут годы, чтобы подготовиться к ее возвращению.

Я захромала вниз по ступенькам, в моей голове смешались противоречивые мысли и эмоции. Неужели мы потерпели неудачу? Да? Нет? Я не была уверена, и я была слишком чертовски уставшей, чтобы действительно думать об этом, и слишком чертовски рада тому, что мы все остались живы, чтобы корить себя за то, что не заполучили Кристалл или не убили ее.

Я бы оставила это на завтра.

Потому что у нас будет завтрашний день.

— Айви! — завизжал Динь, как только я добралась до нижней ступеньки лестницы.

Я резко остановилась, когда он рванул прочь от Фабиана и почти свалил меня, обхватив своими длинными руками.

— Ты жива!

— Да, — пискнула я. — Мне казалось, что ты должен был остаться в отеле.

— Да, но я не мог больше ждать. Я появился как раз в тот момент, когда все спускались по лестнице. — Он качал меня взад-вперед. — Я вышел совсем один и нашел это место!

— Он был не один, — услышала я голос Таннера. — Он начал волноваться, и мы не смогли его остановить.

Крепко зажмурившись, я обняла его в ответ, слишком счастливая, от того, что могу обнять его снова, чтобы злиться из-за того, что он не послушал нас.

— И что же случилось? — спросил Динь, и я отстранилась, а Фэй начала все объяснять.

Рен подошел к принцам, пока Динь рассказывали обо всем, и я увидела, что Таннер пришел не один. Брайтон была с ним, задержавшись на заднем сиденье. Она смотрела на двух принцев, и ее красивое лицо было бледным.

— Нам нужно отвезти брата обратно в отель, — сказал принц. — Ему нужно отдохнуть, как и Калену.

Динь отодвинулся от меня и поспешил к Фабиану.

— С ним все будет в порядке?

— Безусловно.

— А чем мы можем им помочь? — переспросила я.

— Ничем, — ответил он. — Все, что мы можем сделать — это подождать, пока пройдет действие аффекта.

Глядя на бледные и осунувшиеся лица Фабиана и Калена, мне было очень жаль их.

— И как долго?

— Слишком долго, — проворчал Фабиан. — С нами все будет в порядке… через несколько недель.

Недель? Мои глаза расширились.

— Я… я приехала на внедорожнике. — Брайтон прочистила горло и заговорила снова: — Я могу забрать их обратно.

Судорожно вздохнув, я подошла к тому месту, где стояли принцы. Рен уже был там.

— Эй, — произнесла я, переводя взгляд с одного на другого. — Я просто хочу поблагодарить тебя за то, что ты спас нас… спас меня там. Если бы ты этого не сделал…

Он пристально посмотрел на меня.

— Тебе не нужно меня благодарить. Никогда.

Я неловко пошевелилась.

— Но я благодарю. Мы благодарим.

— Она совершенно права. — Плечи Рена напряглись, когда он протянул руку принцу.

— Благодарю Вас, принц.

Принц перевел взгляд с руки Рена на его лицо, а затем после долгой паузы пожал ему руку.

— Всегда пожалуйста. — Отпустив руку Рена, он взглянул на меня. И меня зовут вовсе не принц, а Кейден.

Слабый солнечный свет просачивался сквозь тяжелые шторы, скользя по полу спальни к кровати. Я понятия не имела, который час, так как Рен, очевидно, был против часов в спальне, но я знала, что это должно быть поздний вечер.

Как мы и договорились накануне, мы не вернулись в «Отель Добрых Фейри» вчера вечером, когда все вышли из дома на Ройял. Мы отправились к Рену, потому что мы… потому что мы могли себе это позволить, и теперь мне казалось, что я спала целую вечность, но когда я смотрела на крошечные пылинки, танцующие в потоке света, я не была уверена, что готова проснуться.

Зажмурившись, я пошевелила бедрами, когда волна беспокойства захлестнула меня. Рука на моей талии напряглась, притягивая меня обратно к твердой, теплой груди.

— Тебе следует еще поспать, — глубокий голос Рена прокатился по коже моей шеи.

Потянувшись вниз, где его рука лежала на моем животе, я переплела свои пальцы с его.

— А разве тебе не положено еще спать?

— Ты же уже проснулась. — Он поцеловал меня в шею. — И я вот проснулся.

Иногда я задавалась вопросом, есть ли у него внутренняя система сигнализации Айви и взимают ли с него за нее ежемесячную плату. Я сжала его руку в ответ. На мгновение воцарилась тишина, а затем он перевернул меня на спину, и я обнаружила, что смотрю в сонные, красивые зеленые глаза.

Вьющиеся каштановые волосы упали вперед, коснувшись его бровей, когда он приподнялся на локте надо мной.

— Я не собираюсь спрашивать, все ли с тобой в порядке. — Он откинул назад прядь моих волос и пристально посмотрел мне в глаза. — Только не надо все держать в себе. Многое произошло, и даже если у нас есть годы, прежде чем мы снова встретимся с королевой, многое еще может произойти.

Я проглотила острые, как бритва, эмоции и прошептала:

— Я обещала, что не буду этого делать.

Рен ждал, глядя на меня сверху вниз.

Сделав судорожный вдох, я медленно выдохнула.

— Неужели ты думаешь, что у нас действительно есть годы до возвращения королевы?

Кончики пальцев Рена скользнули по моей щеке, избегая глубоких багровых синяков появившихся за ночь, и грубых порезов.

— Судя по тому, что они сказали, у нас нет никаких оснований полагать, что это не так.

— Верно, — пробормотала я. — Но что, если они ошибаются?

— А что, если это не так? — Он провел большим пальцем под моей губой. — А что, если нам придется прожить еще несколько лет и быть уверенными, что мы будем готовы, когда она вернется? Годы, сладкая моя. Это очень долго. Это очень много для жизни.

Узел, скрутившийся в глубине моего живота, немного ослабел. Он не исчез полностью, но стало легче дышать. Рен был прав. Не было никаких причин, чтобы братья ошибались. У нас могут быть годы.

— Все кончено, — сказала я, потому что чувствовала, что должна это сказать. — На данный момент все кончено.

Рен быстро поцеловал меня в кончик носа.

— Да, на сегодня все кончено.

Я закрыла глаза, позволив этому действительно проникнуть в меня. Это все еще казалось нереальным. Что мы живем не по секундам, а изо дня в день.

Он поцеловал меня в лоб.

— Ты еще будешь беспокоиться об этом, но потом тебе станет легче. — На этот раз он поцеловал меня в уголок губ и тяжело вздохнул. — Но ты и так это знаешь.

Я знала.

Пройти мимо того факта, что королева может и, скорее всего, вернется, нелегко. Но я не могла жить в страхе. Здоровое количество страха — это одно, но мы…

Мы действительно не потерпели неудачу прошлой ночью.

Я снова открыла глаза.

— Когда она вернется, мы будем готовы убить эту суку.

Рен усмехнулся.

— Так горячо, когда ты говоришь об убийстве злых фейри.

У меня вырвался смешок, и впервые за долгое время я позволила себе по-настоящему заглянуть вперед. У меня практически вся жизнь была впереди… вся жизнь с Реном. Конечно, у нас все еще оставался наш долг. Любой из нас мог погибнуть во время следующего патрулирования, но с помощью Летнего двора это был уже не просто Орден.

У нас могло быть будущее.

Время от времени оно может быть трудным. Хотя с тех пор, как мы уехали из Калифорнии, у меня не было никакой жажды. Я знала, что она может вернуться, но если это случится, я справлюсь с ней. У нас было будущее — то, которое я хотела начать прямо сейчас — обнадеживающее, светлое будущее.

Я вздернула подбородок, и без слов Рен подчинился тому, что я молча искала. Рен поцеловал меня, и это было глубоко, всепоглощающе и прекрасно во всех отношениях, что вызвало слезы на моих глазах. Все, что Рен чувствовал ко мне, было в этом поцелуе, в каждом поцелуе, и когда он вытащил одеяло между нами, он скользнул по мне и вошел в меня.

То, как наши тела соединились, было совсем не похоже на предыдущую ночь, когда мы вернулись домой к Рену и сразу же побежали в душ, смывая кровь. Это было быстро и жестко, как будто это был единственный способ доказать, что мы все еще живы… что, в конце концов, мы все еще были друг у друга. Но сейчас все было по-другому. Рен двигался мучительно медленно, словно это было в первый раз для нас.

Губы Рена не отрывались от моих губ. Не тогда, когда мы двигались вместе, наши бедра толкались и раздвигались. Ни разу, пока его руки оставались обернутыми вокруг моих, удерживая их по обе стороны от моей головы. Даже не когда я обхватила ногами его талию, унося его так далеко, как только могла. Мы целовались так, словно пили друг друга, делая глоток за глотком.

Здесь не было места для слов. Для них просто не осталось места, так как темп наших бедер ускорился. Были только тихие стоны и более глубокие стоны в те короткие секунды, когда наши рты были открыты. Пот пропитывал наши тела, блестел на коже. Каждый мускул в моем теле, казалось, сжимался и разжимался нескончаемыми волнами.

Это… это было занятие любовью — сладкое, спокойное и обжигающее душу. То, как он растягивал каждый поцелуй, каждый толчок, абсолютно уничтожало меня самым лучшим образом. Я никогда не чувствовала себя ближе к Рену, более влюбленной, чем когда-либо.

Рен прервал поцелуй, когда кончил, произнося мое имя на моих губах таким глубоким, гортанным голосом, что у меня подогнулись пальцы ног и я оказалась на краю блаженства. Меня охватила жесткая дрожь. Освобождение, струящееся по всему моему телу, выдуло почти все мысли из моей головы, оставляя место только для накатывающего удовольствия.

Когда все было кончено, только когда наши сердца, наконец, замедлились, и я лежала, свернувшись калачиком в его объятиях, прижавшись щекой к его груди, мы оба заговорили.

— И что же нам теперь делать? — спросил Рен, пока его рука лениво скользила вверх и вниз по моей спине.

Это был напряженный вопрос, потому что я знала, что он не спрашивал о том, что мы будем делать после умопомрачительного секса. Он думал о большем, о долгосрочной перспективе.

— Не знаю, — ответила я через мгновение. — Я думаю… думаю, что хотела бы вернуться в колледж.

— Да? — Его пальцы запутались в моих волосах, прежде чем выскользнуть.

Я сделала неглубокий вдох.

— Я пропустила весеннюю запись, но могу начать летом или осенью.

— Я думаю, это хорошая идея.

Волнение расцвело в центре моей груди, раскрываясь подобно розе, распустившейся в первый раз. Я выглядела по-другому, но не настолько, чтобы смертные действительно что-то заметили. Я легко могу оказаться на публике. Ничего особенного.

— Мне бы очень этого хотелось.

— Я могу навестить тебя в кампусе, — предложил он. — Ну, знаешь, просто чтобы отвлечь внимание.

— Это действительно полезно.

— Я стараюсь.

Усмехнувшись, я провела пальцами по его впечатляющему прессу.

— А как же ты?

Он даже не стал тратить ни секунды на ответ.

— Что бы ты ни хотела делать, где бы ты ни хотела быть, это то, чем я буду занят… и там, где я буду.

— Правда? — Я подняла подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Правда, — повторил он. — Но я подумал, что мы могли бы взять отпуск. Я думаю, мы его заслужили.

Но улыбку, промелькнувшую на моем лице, было не остановить.

— Отпуск был бы просто потрясающим.

Прекрасные зеленые глаза ярко заблестели.

— А куда ты хочешь поехать?

— Куда-нибудь, где холодно, — тут же ответила я. — Куда-нибудь, где будет снег, и мы сможем лепить снеговиков, и пить горячий шоколад, и… займёмся сексом перед потрескивающим камином.

— Думаю, что знаю несколько хороших мест дома, там, где я родился, — ответил он. — И мне очень нравится твоя идея насчет отпуска.

— Это все из-за секса, да?

— Возможно.

Я рассмеялась и снова прижалась к нему. Пока я так лежала, меня охватило удивление, когда я осознала, что впереди меня ждет завтрашний день, неделя, месяц, годы. По какой-то причине до этого самого момента мне не приходило в голову, что у нас будет настоящее будущее, если только нас не убьют на работе или нас не переедет мчащийся автобус.

— Полагаю, теперь мы действительно можем это делать?

— Делать что?

— Планировать. Мы действительно можем планировать. — Я прикусила нижнюю губу. — Какое-то время я действительно не думала, что у нас будет будущее. — Знаешь? Я просто перестала думать о… завтра.

Рука Рена на мгновение замерла, а затем снова начала двигаться. Он молчал.

— Что? — Я подняла голову и встретилась с ним взглядом.

— Ты хотела, чтобы я тебя отпустил.

— Рен…

— Ты хотела, чтобы я тебя отпустил, а если бы я это сделал, то тебя бы уже не было.

— Я не хотела, чтобы тебя затащили в Мир Иной вместе со мной, Рен. Ты злишься из-за этого?

Его зеленые глаза наполнились недоверием.

— Какая-то часть меня злится из-за этого. Вероятно, часть меня будет злиться на то, что ты была готова расстаться со своей жизнью…

— Я вовсе не собиралась рисковать своей жизнью. — Я села прямо. — Все произошло так быстро, и я поняла, что тебя вот-вот засосет внутрь и мне надо было…

— Спасти меня. Знаю. Я это прекрасно понимаю. — Его рука опустилась на мое обнаженное бедро. — Но это вовсе не значит, что мне это должно нравиться. — Он опустил взгляд. — Но сейчас мне это нравится.

Я закатила глаза.

— Перестань пялиться на мою грудь.

Он выгнул бровь и медленно перевел свой пристальный взгляд на мое лицо.

— Ты серьезно говоришь мне не делать этого? Ты вообще меня знаешь?

У меня вырвался невольный смешок.

— Айви, они слишком отвлекают. — Он провел пальцами по одной груди, заставив меня резко втянуть воздух. — Они такие красивые и сейчас выглядят такими одинокими. Красивая грудь никогда не должна быть одинокой.

Я шлепнула его по руке.

Игривая улыбка заполнила его сочный рот, а затем исчезла, как будто ее никогда и не было. Его рука упала на его грудь, прямо над сердцем.

— Мысль о том, что я могу потерять тебя, пугает меня до чертиков, Айви. Тот шок и гнев, которые я испытал… шок и гнев, которые я все еще испытываю и, вероятно, всегда буду испытывать, в какой-то степени подпитываются ужасом от осознания того, что ты могла остаться там в ловушке, с королевой и Бог знает, чем еще.

По мне прокатилась дрожь. Сама мысль о том, чтобы оказаться в ловушке в Мире Ином вместе с королевой, даже тяжело раненной королевой, приводила меня в ужас, потому что я знала по опыту, что это повлечет за собой.

Это не было бы прекрасно.

— Мы через многое прошли, — прошептала я. — Нам обоим предстоит многое пережить.

— Предстоит.

И я знала, что еще долгие годы мне будут сниться кошмары. Возможно, так будет продолжаться до самой смерти. Я все еще просыпалась от сна, полная паники, что я снова там, с цепью на шее, или что я в нескольких секундах от того, чтобы быть пойманной в ловушку в Мире Ином. Как и горе, данный вид страха не собирался уходить легко.

Я сглотнула от внезапного комка в горле, и он, закинув одну руку за голову, пристально посмотрел на меня.

— Я хочу, чтобы ты знала, что я не держу на тебя зла. Все совсем не так. Серьезно.

Я знала, что он не будет, это не в его стиле.

— Я больше не хочу, чтобы ты так себя чувствовал.

— Я и не чувствую, правда, нет. — Он на мгновение закрыл глаза. — Просто… когда я думаю о том, что могло бы произойти… что почти произошло — это потрясает всего меня. Это возвращает меня в ту самую секунду, но не задерживает меня там надолго.

Перебросив волосы через плечо, я положила руку на его твердый живот.

— Я все поняла. Как я уже говорила, если бы ты попросил меня отпустить тебя, я бы разозлилась.

— Ты бы сразу же врезала мне по яйцам.

Усмешка тронула мои губы. Я бы так и сделала. Я бы делала это до тех пор, пока ты бы не отправил свою прекрасную задницу в Мир Иной.

Рука на моем бедре переместилась на спину. С малейшим нажимом он вернул меня к своей груди, туда, где я лежала раньше. Он поцеловал меня в макушку.

— И как я уже говорил, я понимаю, почему ты решила, что именно это и должно было произойти. Мне неприятно это говорить, но я понимаю.

Я прижалась губами к его груди, а затем обняла его за талию, сжимая так сильно, что он рассмеялся.

— Боже, — пробормотал он. — Ты чрезмерно сильна.

Хихикая, я снова сжала его, но на этот раз не так сильно.

— Я знаю, что уже говорил тебе об этом раньше, но мне нужно повторить это снова. Тем более сейчас.

— Ты думаешь, моя грудь все еще выглядит одинокой?

Рен рассмеялся.

— Хочешь верь, хочешь не верь, но я думал совсем о другом.

— Ну, это немного шокирует.

— Понимаю. — Тогда он сел, увлекая меня за собой, мои волосы рассыпались по плечам, и мы оказались лицом к лицу. На мгновение, и я так часто делала, я немного растерялась, глядя в эти прекрасные глаза. — Я был до смерти напуган, когда думал, что потеряю тебя, но в то же время я был так чертовски потрясен тобой.

Я моргнула.

— Что?

Его глаза осматривали меня, когда он протянул руку, поймав пряди моих волос, откидывая их назад.

— Ты пошла за ней с этой сосулькой, зная, как это опасно. Но ты все равно это сделала.

— Ты бы сделал то же самое, — рассудила я.

— Дело не в этом. — Рен погладил меня по щеке. — Ты была так самоотверженна. Часть меня хочет держать тебя взаперти и предпочтительно прикованной к кровати из-за этого, но я не думаю, что когда-либо в своей жизни я был более благоговеен или впечатлен кем-либо.

Тепло начало проникать в мои щеки и растекаться по горлу.

Рука Рена скользнула и обвилась вокруг моего затылка.

— Я люблю тебя, Айви. Я думаю, что ты охренительно красивая и сексуальная. Ты такая забавная и чертовски умная, что иногда я не чувствую себя достойным тебя.

— Рен, — прошептала я, мои глаза наполнились слезами, когда я положила руку ему на грудь.

— И я чертовски восхищаюсь тобой, — продолжил Рен, его голос стал хриплым. — В тебе так много удивительного, Айви, но самое главное — ты чертовски храбрая.

Храбрая.

Опять это слово.

Это слово так много значило для меня, и я знала, что Рен был прав. Он гордился мной, но еще больше я гордилась собой… тем, что я была готова сделать, и что я сделала.

Я улыбнулась и наклонилась, прижавшись лбом к его лбу. Я была храбра, и у меня была вся моя жизнь, чтобы быть храброй.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

Губы Рена изогнулись в усмешке.

— Докажи.

Заметки

[

←1

]

Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР) — тяжелое психическое состояние, возникающее в результате единичного или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику индивида. (здесь и далее прим. переводчика)

[

←2

]

Рик Граймс (англ. Rick Grimes) — вымышленный персонаж серии комиксов издательства Image Comics «Ходячие мертвецы» и одноимённого сериала телеканала AMC.

[

←3

]

В оригинале третьей книги серии вместо Дэвида Фостина — главы Ордена в Новом Орлеане и начальника Айви, появился Даниэль Кювилье, хотя это одно и то же лицо. Уж не знаю, как так получилось, но в английских версиях книг все именно так, я проверила, не придумки переводчиков. То ли Джен забыла, как зовут ее персонажа (причем в главе 1 первой книги упоминается именно Даниэль, а потом везде Дэвид), то ли где-то в издательстве произошла ошибка, то ли у меня «левые» версии английских книг. Я везде Даниэля исправила на Дэвида, чтоб не путать читателя.

[

←4

]

Са́спенс (англ. suspense «неопределённость, беспокойство, тревога ожидания; приостановка»; от лат. suspendere «подвешивать») — состояние тревожного ожидания, беспокойства. В английском языке этот термин широко употребляется при описании бытовых и жизненных ситуаций. В русском языке этот термин употребляется только применительно к кинематографу, видеоиграм и изредка к литературе: словом «саспенс» обозначают художественный эффект, особое продолжительное тревожное состояние зрителя при просмотре кинофильма; а также набор художественных приёмов, используемых для погружения зрителя в это состояние. Саспенс в основном применяется в триллерах и в фильмах ужасов, а также в хоррор-играх.

[

←5

]

Tums — «Тамс». Товарный знак нейтрализатора кислотности [antacid] производства компании «Глаксо-Смитклайн» [GlaxoSmithKline]. Выпускается в жевательных таблетках с различными вкусовыми добавками. Среди рекламных девизов: «Для животика» [ «For the tummy»].

[

←6

]

Tinder (с англ. — «трут», «запал») — популярное, частично платное приложение для мобильных платформ Android и Apple iOS, предназначенное для романтических знакомств в соответствии с заданными параметрами и с учётом геолокации.

[

←7

]

Речь идет, скорее всего, об фитнес-инструкторе из «Фабио фитнес видео», его внешние данные уж больно напоминают принца Летнего двора.

[

←8

]

Airbnb (рус. «Эйрбиэнби») — онлайн-площадка для размещения, поиска и краткосрочной аренды частного жилья по всему миру.

[

←9

]

Квартал Газовых Фонарей (Gaslamp Quarter) — историческое сердце Сан-Диего, в начале прошлого века славившееся на всё побережье своими притонами, салунами, барами и публичными домами.

Content

Арментроут Дженнифер Ли Храбрая