Звёздный султан-покоритель принцесс (том 1)

Глава 1

Звёзды на окраине Галактики блестят по–особенному. Каждая в своём чарующем спектре зазывает в сказку неизведанного. Чтобы подарить новый мир, новые возможности. Или отнять всё, что имеешь.

Чем дальше от Центра империи, тем опаснее и страшнее.

Потому что в итоге найдётся тот, кто невообразимо сильнее тебя.

— Как думаете, кто–то выжил? — Спрашиваю с нахлынувшей печалью.

Через боевой прицел флагманского крейсера я наблюдаю выплывающее из черноты дальнего космоса корыто. Корпус малого корабля класса «разведчик» в решето, местами насквозь, вместо рубки огромная дыра, через которую поблёскивают звёзды. Куски обшивки распыляются по вакууму буквально на глазах, а движок доплёвывает остатки плазмы из разрушенного ядра.

Всё, долетался.

— И как он только выскочил из гипер–тоннеля? — Делится впечатлениями штурман.

— Спроси лучше, как это корыто в тоннель вошло.

Маячок его молчит, но даже это не мешает определить его принадлежность. На изуродованной обшивке корпуса можно рассмотреть часть Знака моего флота. Сомнений не возникло, что это малый разведывательный корабль Лары, которая отправилась ещё месяц назад на опаснейшее задание.

Твою мать. Девочка, как ты могла.

— Тел и останков не обнаружено, — констатирует интеллект флагмана. — Следы от ударов свидетельствуют, что корабль атакован Поглотителями.

Да знаю я. В трёх сотнях парсеков весь звёздный сектор заполонили неизвестные прежде чужаки, что саранча или вирус. Девятнадцать обитаемых систем уже сгинуло. Лишь две цивилизации на тот момент делали шаги к освоению космоса, но это им вряд ли помогло.

— Рейдерша не могла так просто сдаться, — слышу от мага совершенно спокойное. — Вероятно, у неё есть план.

— У Лары всегда есть план, — соглашаюсь не без сарказма. — Даже когда она в полной заднице рядом с опаснейшими существами Галактики. И теперь без корабля.

Но у неё есть куча технических примочек, которые должны сохранить ей жизнь. В холодном вакууме хотя бы на час.

— Командор! — Восклицает штурман. — В корабле обнаружен передатчик! Его… расщепляет! Считываю.

— Шевелись, придурок!! — Встрепенулся я и даже подскочил с кресла.

— Держимся, командор, — заговорил механический голос в рубке флагмана, передавая сообщение Лары . — Удача на нашей стороне. Есть возможность усилить наш флот. Я тут кое–что обнаружила интересное, поэтому задержусь, чтобы разобраться в деталях. Но одно уже известно точно, Поглотители…

Прервалось.

— Простите, командор, это всё. Передатчик распался, последствия гипер–перехода.

— Долбаный ты тормоз, — выругался я, наблюдая, как полностью распадается и сам корабль.

— Ретранслятор механический, что я сделаю!! — Огрызнулся в ответ штурман.

— Подтверждаю, мгновенное считывание невозможно, — поддержал его интеллект.

Странно, почему она не воспользовалась квантовым передатчиком? Побоялась вывести Поглотителей на мой флот? Мы–то удерём, у меня ядра на кораблях заряжены. Похоже, у неё самой были сложности.

И, тем не менее, есть шанс, что Лара жива. Аргумент у меня в наличии имеется железобетонный. Она слишком красивая, чтобы умереть девственницей!

Что же ты нашла, девочка моя бесстрашная.

* * *

Я командор Руди Робин, Вольный адмирал Империи 9 ранга.

В моём распоряжении ныне потрёпанный Космофлот, в составе которого:

Флагманский крейсер: 1, авианосец: 1, линейный крейсер: 1, средний корабль: 3, истребители: 18, абордажная команда: 36 бойцов (все криворукие инвалиды).

Имеются Герои на службе:

Маг–мастер(работает за еду);

Звёздная рейдерша(прекрасная и недоступная, в данный момент пропала на рейде в зоне Поглотителей).

Вселенские артефакты: только снятся.

Заложено на верфи и оплачено 2 тяжёлых корабля (это моя перспектива пополнить флот).

Ресурсов для строительства нового тяжёлого корабля накоплено: 33,3%

Мой имперский счёт: 199 999,9 ринн.

Заслуг перед Галактической империей: 0

Вероятность с имеющимся флотом вызволить любимую дочь Императора: 0 %, лучше даже не лезть в систему той бешеной ведьмы!

* * *

Немногим позднее.

Наконец, мой флот добрался до заветной планеты, о пользе которой знают лишь избранные адмиралы Империи. И которая сулит мне очередной экзотический экспонат в Гарем.

2550 парсеков до Центра Империи (Первого круга цивилизаций).

250 парсеков до Поглотителей. Уровень опасности в секторе: повышенный.

Система Дзибан, планета Амазония. Мир Третьего круга защиты Звёздной Империи Зинон.

Доминирующая раса: люди, население: 7,7 млн.

Условия существования: крайне суровые.

Статус планеты: особый заповедник.

То есть похищать никого нельзя! Империя санкционирует только добровольное согласие. За которым и прибыл.

— Стать наложницей какого–то проходимца? — Рассмеялась Страпонелла, вальяжно восседая на троне из костей своих врагов. — Я не ослышалась⁈ Ты себя–то видел, щегол? Я — королева мира, великая и непобедимая! А ты кто?

Властительница местного мира, она же лучший воин всей Амазонии и уверенная в себе красотка, совершенно не восприняла своих необычных гостей всерьёз. Сексапильная особа ростом метра под два, атлетичная, смуглая, жгучая и прекрасная, даже вообразить не могла кто я.

Будучи самой вожделенной девой этой отсталой планеты средневекового развития, вероятно, решила, что луки, стрелы, дротики и бусы из клыков меж здоровенных буферов могут внушить мне серьёзные опасения.

Скорее позабавить. Как и то, что на планете матриархат, и в рабстве значительно преобладают мужчины.

Улыбаюсь, вылавливая заинтересованные взгляды её подруг, толпящихся по флангам. Хотя я тут себе надумал, а они просто хотят сесть мне на лицо.

Так–то я красавчик хоть куда. Покоритель сотен женских сердец. Светловолосый, рослый, глаза сшибают наповал. Губы в естественном изгибе полуулыбку выдают бравую. Одних бесит, других чарует. Из–за меня кидались с обрывов и топились в кислотных речках дочки звёздных лордов. Особо настырные — по нескольку раз.

На мне парадный белоснежный мундир командора с кучей цветных значков на груди по моим расчётам должен впечатлить дикарок вдвойне. Хотя я и сам не знаю, что мне бабы с гарема туда налепили, провожая.

На счёт щегла прекрасная королева тоже погорячилась. Мне триста сорок пять лет по имперскому исчислению. Запечатлел свой биологический возраст я в двадцать один, на пике сексуальной активности. Теперь мучаюсь.

И никому в Империи сей секрет не рассказываю.

Королева Амазонии госпожа Страпонелла развалилась на троне полуголая, расставив мощные округлые бёдра, и не стесняется. Причинные места закрывают скудные кусочки тканей, на груди кожаные полоски, прикрывающие лишь соски. Когда её смех бьёт, наливные сиськи, где каждая с мою голову, так смачно трясутся. Сущая пытка!

Мысленно я уже присосался к соску, как жадный младенец, обхватив одну сисю обеими ладонями. Хрен отлепит. Только через мой труп.

Так, млять! Соберись, Руди.

— Вообще–то, ваше величество, — начинаю официозно, стоя перед ней на пол этажа ниже, что весьма унизительно. — Я вольный звёздный адмирал — покоритель Галактики. Слышали о таких?

Говорю не без нот сарказма, окидывая оценивающим взглядом зал приёмов её монументального дворца.

Почему они всегда думают, что в безопасности? Эти отсталые на тысячи лет аборигены.

А здесь слишком много напускного и ничего полезного. Квантовых экранов или магических куполов нет, мои всё просканировали. Крейсер, что ожидает на орбите, в полной боевой готовности, чтоб в любой момент телепортировать меня из пекла. Если вдруг что. А то и вдарить, как следует.

На этот же случай со мной мой верный пёс, маг Артимидус, владеющий магией гравитации и колебаний на уровне мастера. Я зову его Арти, ростом под метр восемьдесят, худой, смазливый и рыжий! А ещё вечно важный и подозрительный интеллигент. Очень редко улыбается. Но сейчас речь не о нём.

— Адмирал? И где ты там адмиралишь, в каких диких морях за облаками? — Посмеивается королева, продолжая трясти стоячей грудью размера так шестого.

Ремень с соска съехал. Небольшого, бардового, чуть привставшего. Вот, сука.

— Вокруг вас, — объясняю дикарке, нагло её рассматривая. — Космос необъятен, мы покоряем его. Планет, подобных вашей тысячи тысяч. Неужели не интересно отправиться в круиз? Посмотреть на экран во время гипер–скачка, стоя раком? Вы даже не представляете, какой оргазм можно испытать в момент перехода.

— О, как запел. И чем обязана визиту со столь щедрым предложением стать вашей шлюхой? — Начинает она кривляться на публику, стреляя сочными зелёными глазищами в меня.

По сторонам от трона новые полуголые воительницы в лохмотьях всё пребывают. То ли охрана, то ли подружки, решившие на нас посмотреть и себя показать. Все атлетичные, высоченные и по–своему симпатичные. Но в тени властительницы меркнут.

— У вас невероятные глаза цвета чистейшего изумруда, умопомрачительная фигура и гонора хоть отбавляй, — говорю, как чувствую, не сдерживаясь. — И это понятно, ведь вы обладаете колоссальной силой на генетическом уровне. Такой женщиной хочется владеть вдвойне. По крайней мере, пару–тройку раз оприходовать. Кх… Потом гарантирую хорошую должность в гареме или во флоте. Может, вас заинтересуют женские гладиаторские бои на смерть? Слава на всю Галактическую империю обеспечена, хотя бы на один бой точно.

Смотрит недоверчиво и так эротично.

Нет, такую точно нельзя сразу в расход!

— Губу закатай, щегол, — бросает умопомрачительная женщина, посмеиваясь.

— Уверены? — Уточняю с наигранным удивлением.

Со стороны подхихикнули.

А королева задумалась, похоже. Взгляд суровый перевела на подруг, стоящих внизу. Ей в ответ жестами что–то показали. Страпонелла улыбнулась им по–свойски, тоже начала знаки подавать.

Ну, само очарование. Женщина в своей естественной среде обитания. Уверенная и бесстрашная. Налюбоваться не могу красоткой. Желание начинает перерастать в нечто большее.

Я бы мог взять её силой на борт, а в случае отчаянного сопротивления испепелить их поселение без особого труда. Правда, ценою пары крейсеров, которые успеют получить за агрессию от имперского контроллера с орбиты. Грозной боевой станции, обеспечивающей порядок и самую быструю связь в Галактике.

Если собью контроллер из адмирала перейду в статус пирата. На меня объявят охоту, недвижимость и счета на всех планетах империи конфискуют. А недостроенные корабли на верфи приватизируют.

Стоит рисковать так из–за одной экзотической бабы?

К тому же у меня от флота почти нихрена не осталось с последней драки, чтобы так разбрасываться кораблями. Два крейсера и авианосец с горсткой истребителей, все потрёпанные. Из батальона абордажного лишь четверть уцелела. Придурки.

Есть ещё кое–что, не дающее действовать с позиции силы.

Мои собственные убеждения и принципы. Порой на уровне маразма. Да, я такой. Старый, трёхсотлетний маразматик.

А дело вот в чём. Империя охватывает тысячи миров по всей Галактике Эрар. Её технологии позволяют быть всему. И эта идея, как самый гадкий и непобедимый вирус живёт в мыслях, как нечто самостоятельное. Эта искусственность и фальшь в теле, в чувствах — так приелись.

И не только мне. В Империи есть ценители первозданного, несметные богатеи или одержимые, готовые душу Квазару продать за подобную экзотику.

Их можно понять. Хочется натурального, естественного и стихийного.

Истинного тела, истинных чувств. Это кредо звёздных султанов.

Истинные чувства и добровольное согласие отправиться со мной.

Именно по этой причине я завоёвываю принцесс по всей Галактике своим объятием и харизмой! Точно не военным превосходством. Пусть порой и чешутся руки.

Люблю посещать отсталые миры, где явно больше натурального. И меньше шансов сгинуть.

Но я не один такой, у меня есть могучий конкурент с мощным флотом и «бешенством матки» посильнее моего, который жаждет застать меня врасплох вот уже четверть века! Иногда он дышит в затылок и зарится на моё из принципа.

Долбаный Сандерс.

— Командор, — шепчет на ухо мой верный маг Арти. — Вам не кажется, что здесь какой–то подвох? Нужна ли вам такая?

Иногда он делает так намеренно, хотя может использовать и мысленную коммуникацию. Однажды спросил почему: сказал, что так до меня лучше доходит.

— Какая? — Переспрашиваю.

— Ну, «Страпонелла». Это ж намёк.

Язык местных в мозги вгрузили за секунды. Скорее всего, простое совпадение.

— Да брось, Арти, — отмахиваюсь. — Она же истинная женщина. Ты только представь, как она раздвигает эти мощные ляхи, допуская к заветной нежной и горячей щёлке.

— Ну не скажите, вон как слуги по струнке ходят, — зашептал активнее, показывая на местных дохленьких мужчин–рабов, которые значительно уступают даже ростом женскому полу.

— Ты слишком подозрителен, — не соглашаюсь с магом.

— Командор, — продолжает тихо, воровато поглядывая на королеву. — Её нельзя пускать в гарем. Она ж всех ваших наложниц…

— Вот! Давно пора заканчивать их интриги, как раз такая и нужна. Порядок наведёт.

Убийцу, может, вычислит.

— Подумайте, что станется с кошечкой Эмилией, она же ваша любимица, — поёт Арти. — Эта дылда ей все уши оборвёт себе на бусы. А хвост на воротник. Эмилия очень гордится своим хвостом. Она вряд ли переживёт…

— Нарастим обратно, — отмахиваюсь.

— Чего шепчетесь, коротышки с крохотными писюнами, задумали недоброе? — Встрепенулась Страпонелла, вновь обратив на нас двоих внимание. Вероятно, она почуяла, что обсуждают её. Но как распознать дикарке имперский язык. Разве что тон и мимику.

— Простите, ваше величество, — отвечаю я. — Арти о моей бывшей главной жене, та ещё ревнивица.

— А, ну смотри мне.

— Командор… — не унимается маг.

— Да брось, Эма очарует и её, даже не сомневайся, — отвечаю с лёгкой улыбкой.

Страпонелла рассматривает нас в ответ с прищуром. От света изумрудных глаз не скрыть очарования.

Вскоре к ней поднимается по ступенькам худощавая девка под метр девяносто с голыми весьма выпуклыми ягодицами да плоской грудью и шепчет на ухо. Так как у меня слух с квантовым усилением, я слышу всё.

— Мы разбили войско мятежницы, саму Шидру удалось оглушить и схватить, — докладывает новенькая.

— Отлично, посадите её на кол, — отвечает королева совершенно непринуждённо.

— А гости… — замялась девка. — Стоит ли пугать этих нежных мужчинок воплями?

— На ветхую площадь отведите, но позовите всех, пусть наслаждаются её агонией. Подольше помучайте. Кол пожирнее найдите. И соски зажмите прищепками.

Чуть слюной не поперхнулся.

— Будет исполнено, властительница, — ответила девка покорно, затем излишне напрягая булки да дефилируя, спустилась и исчезла. Взглядом чёрных глаз скользнув по моему магу напоследок.

— Понравилась? — Раздалось от Страпонеллы. — Думаю, воительница Бешенасука не прочь возлежать с вашим слугой. Раз она так кокетничала перед ним. Должна признать, очень необычный цвет волос и эти пятнышки на щеках возбуждают и меня.

Арти прокашлялся.

— Простите, ваше величество, я соблюдаю целомудрие, — ответил маг, похоже, пребывая в ужасе.

— Жаль, она бы тебе точно дала, — бросает королева.

Арти хорош, баллов ему добавляет мужская фригидность.

— А эта красотка тебя, чем не устраивает? — Спросил мага мысленно по нашей внутренней связи.

— Бешенасука? Мне кажется, её имя прямо говорит, что она неуравновешенная женщина, — отвечает Арти.

— Да не сядет она на твоё тощее смазливое лицо.

— Командор, прекратите провокации!

— Так что на счёт жениться, ваше величайшее величество? — Напомнил я бодрым голосом о своём главном вопросе. — Принимаете ли вы моё предложение руки и сердца?

— Мой ответ нет! — Объявила властительница на весь зал. — Я не оскорбилась лишь потому, что ты ещё не знаешь наших порядков, адмирал. А так бы кол по тебе без масла плакал. Могу предложить рабынь. Как раз с войска поверженной Шидры уцелевшие остались, каких удалось повязать. Самый свежак. А то не пройдёт и недели, передохнут на каторге в лавовых жаровнях.

— От рабынь не откажусь. Покажете? — Потёр ладоши в предвкушении.

Всегда волнующий момент!

— Выводите из пыточной! — Прогремела Страпонелла на весь зал.

Да так, что я поёжился.

Две минуты суеты и стали выталкивать в зал девушек, на которых без слёз не взглянешь. В лохмотьях с мехами, в кусках кожи, полуголые и окровавленные, завязанные по ногам и рукам. Во ртах кляпы у всех без исключений. У кого волосы в крови, у кого ляжки, абы как перебинтованы, половина хромает. Несколько идут в полуобмороке, глядишь завалятся. У одной руки от локтя нет! Чем–то забинтовали наскоро. Как назло, с самой шикарной задницей — самая покоцанная.

Всего шестнадцать особей в шеренгу выстроили справа. Все высоченные, от метр девяносто.

Мда! Впервые мне так рабов подают. Товарного вида никакого.

— Вы бы их хоть помыли, — бурчу, поглядывая на нескольких красоток, которых всё же разглядел, несмотря на кровь и грязь.

— Велика честь, ещё полчаса назад они на поле брани рубились, — прогремела Страпонелла. — Ну что скажешь, адмирал? Тройка годных точно найдётся. Давай подходи, посмотри поближе. Не укусят.

Да я вижу. С кляпов слюни текут с кровью.

Двинулся к краю шеренги. Каждая смотрит на меня с презрением, будто с пьедестала, и дикостью, словно сожрать готова.

— Какие–то они злые, — комментирую.

— Ещё бы! — Восклицает королева и поднимается. — Это ж воительницы. С поля брани ни одна живой даваться не хотела, кого оглушили, кого сетью повязали. А в рабах быть для мужчины им хуже смерти. Может, не стоит тогда? А то я позабыла, что ты мужик.

А вот мне её дойки забыть, что она баба ну никак не дают!

Стала спускаться ко мне грациозно, болтая десятком тонких светлых кос, которые до пояса доходят. Уф! Вот это женщина. Бёдра широкие узкая тряпка посередине не так уж и прикрывает, оттого изгибами с ложбинками налюбоваться не могу, то в жар, то холод бросает. Мощная и одновременно женственная. А меч на поясе просто огромный, метра под два. А весом килограммов двадцать.

Квант–датчики так и подсказывают, когда прицел в глазу навожу на него. Все параметры: состав металла, плотность, вес, заточка. Всё выводится мелкой табличкой перед глазами, которая совершенно не мешает зрению. И силой мысли улетает прочь.

— Случаем, сам не хочешь моим рабом стать? — Заявляет, подходя практически вплотную и вызывая новую волну вожделения. — Почётным рабом. Кормить будут досыта, купать меня разрешу, раз в месяц. Дам иногда на голую смотреть. Вижу, что влюбился. Чего мучиться? Оставайся. Здесь рай для мужчин, да и только. Драться не надо, только прислуживать.

Смотрю на неё снизу–вверх. Глаза мои чуть ниже уровня её груди. Нет, эта дылда тут самая высокая, два двадцать точно. Пленницы тоже атлетически сложённые, некоторые на вид — убийцы. Другие хоть и не мощные, но жилистые — выглядят, как боевые роботы.

Рабы–мужчины все местные попрятались. Но я и так помню, там ни бицепсов, ни трицепсов.

Похоже, у них только женщины и воюют. И не мудрено, что здесь матриархат. Амазония — планета, где женщины значительно крупнее мужчин. А эти все скалятся, ну точно самки богомола.

Плюс условия на планете крайне суровые, одна ошибка — смерть, зазевался — смерть. Сорок девять процентов планеты — это раскалённая лава, ещё столько же — ледники. И всё вперемешку. Вот и дерутся за клочки ещё не погоревшей и не остывшей земли.

Но недолго им осталось со своей мышиной вознёй. Через полгода в систему нагрянут Поглотители. И имперский контроллер королева засунет себе в задницу. Да и никакой звёздный флот здесь не поможет. А точнее не полезет.

— Ещё и думать вздумал? — Выпалила Страпонелла с удивлением. — Моим рабом мечтает стать каждый мужчина.

— Нечего здесь думать! — Воскликнула одна из стражниц. — Соглашайся!

— Соглашайся! — Ржут её подружки, кокетливо выставляя сочные бёдра.

— Заманчивое предложение, но, пожалуй, откажусь, — ответил вежливо и к рабыням взор обратил.

А то еле на ногах стоят.

— Как знаешь, с тебя нежного толку всё равно никакого, — бросила Страпонелла и кинжал крючковидный достала размером с тесак. — Давай подсоблю. Чтоб товар разглядел получше, а то застесняли горные бабы бедолагу.

Арти напрягся в тот же миг, готовый её расщепить. Но когда она потянулась одежду пленницам резать, выдохнул с облегчением.

Страпонелла со знанием дела проходит строй, топы меховые и лифчики подцепляет бедолагам, сиси нежные или торчащие обнажая да дойки вываливая. На этом не останавливается, сразу и низ с трусишками срезает, обнажая волосатые лобки.

Один минус в первозданности конечно же имеется — мало кто бреет пах. Но не беда!

Пленницы стоят и не шевелятся, гордо задрав подбородки, пока рассматриваю.

А посмотреть есть на что. Если по лицам, что все в крови да боевой раскраске сложно определить, то по телам элементарно. Девицам лет по восемнадцать–двадцать. Совсем молодухи.

У одной рана на животе сочится огромная, и сердце моё дрогнуло.

— Арти, походный мед комплект давай, — командую решительно, встав перед пострадавшей. — Ваше величество не будет против, если чуток подлатаю?

— Ой, да что мне за дело, — отмахнулась Страпонелла, последней пленнице одежду дорезав.

Пачку кванто–пластырей принял от мага и быстро прилепил поверх раны. Плюс наших технологий в том, что промывать ничего вручную не нужно. И эффект анестезии даст, и микроорганизмы убьёт, и ткани нарастит быстренько.

Впервые девица дёрнулась беспокойно, но позади стоящая воительница её тут же под задницу голую угрожающе ухватила.

Второй пластырь налепил для полной уверенности и вернулся к трём предыдущим, чтобы и царапины залатать. Другим клею, тоже дёргаются, будто специально показывают, как брезгуют. Но вскоре замирают, ощущая эффект.

Одной бедолаге ляжку заделывать пришлось сразу тремя.

— Сердобольный ты наш, — комментирует Страпонелла иронично, встав позади меня немного. — Что за штуки–то хоть? Не отрава?

— Прокладки бабские, — отвечаю, посмеиваясь. — У вас же то из одной дырки, то из всех щелей.

— Ну сучёнок, поговори мне ещё, — говорит с улыбкой или оскалом, хрен разберёшь.

Но я не обращаю внимания. Сосредоточен на раненных, которые начали уже переглядываться между собой. Особенно те, кого я залатал.

Дошёл до однорукой. А красива зараза. Прям очень–очень. Глазища сине–голубые аж пожирают, волосы золочёные в косах звёздным светом светятся. Фигурка самая атлетичная, но не перекаченная. По сравнению с другими невысокая, метр восемьдесят девять навскидку. Смотрит хищно, с вызовом. Самая непокорная среди пленных. И явно самая породистая. Ягодицы уж очень хороши, да сиси аккуратные красивы.

— Дочь их вождя Шидры, — представляет её Страпонелла. — Второй меч клана Лавиана воительница по имени Муана. Билась даже с одной рукой, когда окружили. Достойна уважения. Если рабыней для утех собрался делать, вторую руку ей отрежь и зубы вырви, только так останешься в безопасности. Хотя она тебя легко и ляжками задушит. Вижу, как глаза твои горят, адмиральчик. Послушай королеву, не вздумай у писюна идти на поводу, лишишься его быстро. Давай я её с мамашей лучше на кол определю.

— Да какие утехи, это не наш метод, — отмахиваюсь и к обрубку тянусь.

Муана задышала чаще, встрепенулась. Сразу две воительницы сзади подошли, придерживая за бёрда.

Снял тряпку, что от крови уже хлюпает, из раны хлынуло. А эта и не пикнула даже, глаза закрыла, вероятно, со смертью смирившись. Шесть пластырей налепил быстро. Но они только обрубок заделают, чтоб руку вернуть надо на крейсер её доставить. Ну хотя бы обезболят.

Всех обошёл, отступил, окидывая взглядом. Жалко девок стало, не думал, что сердце моё ледяное растопят эти гордые взгляды.

В гарем их брать — себе дороже. Да и только Муана приглянулась.

Так куда их деть? Потом решу. Пока только в голову приходит в погрузочную команду или на арену. Можно Фракции какой–нибудь продать в качестве гладиаторов.

В любом случае здесь оставлять нельзя.

— Всех забираю! — Объявляю громко и королеве. — Чем тут в вашей дыре расплачиваются?

— Я бы твоими прокладками взяла. Вещь годная, похоже, — отвечает Страпонелла деловито, встав ко мне боком и чуть бедро отставив, что булка аж торчком встала.

Всё, сил моих больше нет. На заднице королевы соринку увидел чёрную.

— У вас там прилипло на ягодице что–то, — говорю, подступая.

— А? Где? — Выгибается, чтобы посмотреть. И ещё больше добавляет жару!

— Да вот, — показываю рукой, едва ли не касаясь.

Шлёпает себя по голой булке, пытаясь стряхнуть.

— Давайте я, — говорю и сам смахиваю.

От касания сперма аж вскипела. Самопроизвольный выстрел не произошёл только потому, что королева тут же нахмурилась. Но шлёпнуть по попке пару раз дала!

О, Великий Квазар, это невероятные ощущения. Особенно в такой обстановке, когда игра даже не с огнём, а с лавой!

Страпонелла смотрит с подозрением. А я у неё на сочном бедре страшный шрам замечаю. Пожалуй, его пластырь точно сумеет убрать.

Вероятно, ошарашенная моим поведением, королева не сразу понимает, что произошло, когда леплю ей штуку на бедро и старательно приглаживаю. В штанах уже тесно, но я улыбаюсь невинно.

— Вот так–то лучше.

— Убери свою дрянь, — фыркает королева и сдирает небрежно, а следом ахает. — Куда делось родовое клеймо⁈ Ты… ты…

Воительницы заохали. А пленницы улыбки растянули злорадные.

Взгляд королевы уничтожающий направлен на меня. Вот–вот набросится! Поборолся с мыслью провалиться сквозь землю, а следом и подать сигнал крейсеру нейтрализовать дикарку высокоточным квантовым выстрелом.

— Простите, ваше величество, — вмешался Арти, закрывая меня собой. — Давайте всё сделаю как было, пока материя несинхронна.

— Так, а ну отвалили от меня, шаманы хреновы! — Отступила Страпонелла с опаской. — Сама разберусь! Переклеймят, не страшно. По сто прокладок чудодейственных давайте за каждое никчёмное мясо и валите обратно за облака, чтоб я вас больше не видела и не слышала.

— Простите, ваше величество, но высокие технологии, не соответствующие вашему развитию, законами Империи передавать строго запрещено, — высказался важновато Арти на свой страх и риск.

Хотя так и есть. Не имеем права. Контроллер с орбиты всё видит! И на первом же посту имперской системы меня арестуют. А коль уже были косяки, никаким штрафом не отделаюсь.

— Золотом можем, самой высшей пробы, — предложил я.

— Хм, — задумалась королева.

К ней прыткая воительница подскочила, на ухо шептать начала.

Страпонелла смотрит на меня недобро! И чует моё сердце беду.

Дело в том, что мы на этой планете под шумок руду и добываем. Проведя скорую высокотехнологичную гео–разведку, обнаружили залежи золота в верхних слоях, каким хочу расплатиться, да очень ценный металл, который нужен для строительства космических кораблей.

Пока мы здесь болтаем, мои там цедят.

Воительница отрапортовала и на меня посмотрела победно.

— Мне тут доложили, что вы на моей земле золото без спроса раскопали, — заявила Страпонелла хищно. — Оно того стоило, адмирал?

Заулюлюкали бабы вокруг. Аж страшно!

Чую, и Арти уже там что–то накастовал вдарить.

В подтверждение её слов сообщение от одной добывающей группы и приходит виртуальным красным конвертиком прямо в глаз.

Установка захвачена! Трое работяг в плену! Налетели как ураган буквально минуту назад. Ещё так сработали, что мой крейсер зазевавшись, с опозданием это передал.

А теперь запросил меры ответные.

— Так, не надо никакого кратера на месте этой мирной деревушки, — отвечаю громко.

Все бабы и заткнулись.

— Ась? — Встрепенулась королева, посмотрев с подозрением.

— Да это я не вам, а артиллерии. Крови просят, а я вот думаю, что можем ещё договориться.

— Конечно можем. Всё золото теперь моё. Твоих воинов я забираю в рабство. А ты владей этими, — отмахнулась, легко отдавая пленниц.

— Там двадцать пять кило, не жирно, мать? — Начинаю злиться.

— Моя земля, — отвечает с руками на боках.

Её воинственные бабы по флангам начинают напирать угрожающе.

— Да вы бы и не добыли оттуда столько. Простите, но ни техники, ни знаний.

— Хочешь сказать, что вы лучше нас? — Возмутилась Страпонелла с хищным оскалом.

Снова стадо загалдело. Пленницы оживились, тоже ухмыляются.

— Дело в прогрессе, — отвечаю, и понимаю, что без толку объяснять.

— Нет, ты всё же хочешь нарваться, — огрызнулась и дальше с хитринкой елейно так: — Раз ты считаешь, что ваш прогресс лучше нашего. Давай проверим прогресс мастерства! Во! Хорошо я загнула, да?

— Да, Страпонелла! — Поддержали подруги. — Ты лучшая, так его!!

Руку подняла, все притихли.

— Так и к чему? — Развожу руками я.

— Я верну твоих людей и отдам воинов Шидры, если ты лично поучаствуешь в нашем турнире! — Заявляет торжественно. — Проверка мастерства, храбрости и прочности духа!

Бабы вокруг аж взвыли от восторга и затопали, как полоумное племя дегенераток.

— А золото? — Уточняю ставки.

— Нет. Забудь, — оскалилась.

— Тогда ставки маловаты, не находите, ваше величество? — Надавил я.

— И чего же ты хочешь, щегол? — Спрашивает с напускным презрением.

— Вас! — Отвечаю нагло. — Если выиграю, забираю вас.

— Хм, — королева покривилась.

— А если проиграю, вы заберёте золото, моих людей и меня.

— Не бреши, золото в любом случае моё.

— Так что?

— Слишком много хочешь. Меня. Сбрендил?

— Уж не струсили ли вы, великая Страпонелла?

— Что⁈ — Взревела женщина и на меня пошла, похоже, чтоб задушить сиськами. Уже свои воительницы придержали.

— Это вызов… вызов, вызов же, — зашептали со всех сторон с придыханием.

— А ну заткнулись!! — Прогремела и на меня уставилась прожигающе.

Борьба взглядов продолжается недолго. Королева выдыхает.

— Хорошо, я принимаю вызов, — отвечает она спокойно. — Если выиграешь, разрешу овладеть мной. А там посмотрим. Если проиграешь, останешься моим рабом. Но золото!

— Да чёрт с ним! — Выругался я.

До чего ж алчные эти бабы! По всей галактике так.

Я уже дал команду двум другим добывающим станциям спешно сворачиваться, пока и их не накрыли дикие племена. Лучше синица в журавле, чем рука в небе. Тьфу, млять.

— Отлично, — подытожила Страпонелла и пошла к своему трону, покачивая сочными бёдрами, под гробовую тишину.

Уселась вальяжно и выдала:

— Испытание устроим завтра на рассвете. Это будет забег охотника, первого ранга!

Все ахнули, я пожал плечами.

Но мне тут же вывалилось в глаз окошко с полной информацией об этом забеге. О местной культуре бортовой интеллект флагманского крейсера в первую очередь всегда узнаёт, дабы я не встрял по глупости.

Их страшный Забег — это, по сути, полоса препятствий по горам с обрывами в лаву, самая жёсткая и опасная, где можно убивать своих соперников на дистанции. Вишенка на торте — финальная схватка с участием местных хищных животных.

— Участвовать будут все желающие, — продолжила королева с довольным видом. — Любая может выиграть и заполучить нашего гостя. Либо сгинуть на пути. Одно условие, раз уж мы заговорили о вызове.

— Я слушаю.

— Вызов подразумевает честь, честь — честность. Поэтому заключим так! Адмирал, если кто заметит, что используешь свои чудеса, тебе несдобровать. Убьём твоих людей, и девок Шидры не получишь.

Зал замер после её слов. Дышать, видимо, перестали все присутствующие, каких уже под сотню набралось.

Арти мысленно передаёт:

— Мы запеленговали наших людей, щитами их не кроют, телепортируемся отсюда и дело с концом. Сдалась вам эта полоумная кобыла.

Отмахиваюсь от мага и объявляю своё решение:

— Я согласен!

Глава 2

Кровавый рассвет встречаем на площадке возвышенности, переходящей в горную гряду с заснеженными вершинами. При этом со всех сторон лава плещется геенной огненной, дымка утренняя нависла над островками земли и скудной зелени в низинах. Гул стоит извечный, вода от надвигающейся лавы шипит и испаряется. Вдалеке гром гремит, озаряя красные облака с вихрями фиолетовыми.

Чёртов ад, а не планета. Вот почему здесь населения так мало и грызутся за каждый островок земли.

Желающие овладеть мной вышли нетерпеливо на стартовую площадку к отчерченной линии. Целых восемь воинственных смуглых молодух набралось, не считая главной красотки. Все по–летнему одеты, потому что здесь, как в парилке. Хотя до снега рукой подать.

Хоть и рядом не стояли со Страпонеллой, но среди кандидаток отметил для себя двух. Мясную милашку с каштановыми волосами, лоснящимися, как у жеребца, хорошим размером груди и глазами голубыми и блядскими. И чёрненькую худышку с сильно выпирающими ягодицами, зенками необычными сине–фиолетового цвета и чересчур милым личиком.

На меня девки поглядывают с интересом, с иронией. Ещё бы! Пришлось напялить их лохмотья, и стать полуголым самцом. Для полной картины в соответствии с условиями соревнований взять лук с колчаном, как обязательный аксессуар, и выбрать одно из предлагаемого второго оружия. Мечи всяких разновидностей, копья, топоры, дубинки, хлысты.

Взял обычный меч, самый лёгкий, и то еле приспособил за спину. Оказалось, это кинжал.

Соперницы все упакованные перевязями, за спинами страшные игрушки прикреплены. Такая пройдёт в толпе на торговой станции Первого круга империи без задней мысли и посыплются прохожие по кусочкам.

Сами лыбятся, а у меня мандраж. Стрелы из колчана сыплются собаки, а эти ржут, как лошади. И не только эти!

Зрителей вокруг и вдоль маршрута — целое бабское племя. Человек под триста. Тоже смеются, будто в цирк первый раз попали.

Но стоит Страпонелле руку поднять, воительницы затыкаются. И ветер начинает завывать по новой.

— Ритуальный танец во славу богов и их благословения! — Объявляет местная старая шаманка, разодетая, как пугало, и страшная, что смерть.

Со всех сторон застучали палочками в такт, создавая наитупейшую мелодию. Шаманка выть начинает протяжно, а кандидатки бросаются в пляс. Ляжки лоснящиеся в стороны расставили, сиськами трясут. У Каштанки через раз сочные буфера выпадают, она их поправляет с видом невозмутимым.

Налюбовался, позабыв о всех проблемах.

Исполнив танец, не иначе племени «тумба–юмба», девки встают обратно на позиции с воодушевлёнными лицами и ноздрями раздутыми.

Вот это настрой!

— Да начнётся! — Восклицает шаманка.

Но тут из толпы зевак раздаётся недовольное:

— Это не честно! Щегол тоже должен получить благословение!

— Да! Да! — Подхватывают аборигенки. — Пусть танцует!

Страпонелла, стоящая со мной рядом, смотрит на меня снисходительно сверху–вниз и соглашается:

— Танцуй, адмирал, яйцами хоть потряси напоследок, как свободный.

Трёхсекундная пауза. Затаили дыхание девки. Так, ладно.

Чем больше вы выделываетесь сейчас, тем слаще будет вас потом трахать и подчинять.

А пока «врежем рока в этой дыре».

— Штурман, врубай мою любимую, — передаю мысленную команду на флагман. — Да погромче.

Выхожу вперёд, чтоб всем было лучше видно.

Мелодичное вступление быстро нарастает, опускаясь прямо с неба на головы. Ошарашенные дикарки рты раскрывают с недоумением, устремляя взоры вверх.

Музыка начинает играть мощно на всю округу. Самая модная сейчас на задворках Империи, где любят оторваться на злачных станциях и проблеваться потом в невесомости. Энергичный трек пошёл, заставляющий своими вибрациями, пробирающими до костей, плясать даже душу.

Исполняю танец со всеми своими фишками, от которых девки современные пищат. Танцор диско отдыхает! Сперва скачу, быстро перебирая ногами, затем электроника сломанного выдаю, следом пластику безупречную демонстрирую. И завершаю всё это эффектным прыжком с оборотом вокруг своей оси. Хотел ещё сальто исполнить, но это уже слишком круто для этих дурочек.

Аборигенки ошарашенно смотрят, глаз оторвать от меня весь танец не могут. Одни посмеиваются, другие в шоке. Но все в восторге.

Закончил вместе с музыкой, поклонился. Пособирал обратно стрелы и встал довольный.

Одна только Страпонелла невозмутимо смотрит с подозрением. И заключает:

— Неплохо, щегол. Ты так у меня перед совокуплением будешь теперь отплясывать.

— Губу закатай половую, ваше величество, — выпалила одна из соперниц. — Он мой.

— Э, не, этот породистый раб — моя добыча, — подхватила третья.

— Потекли смотрю? — Окидываю взглядом удивлённые лица кандидаток в мои госпожи.

— Не переживай, на бегу проветримся, — пошутила девка из стартующих, другие поддержали, хихикая.

Задрожала вдруг земля и загремело в небе. Чуть в стороне с соседней гряды лавина снежная пошла.

Твою мать. Это ж из–за музыки!

Воительницы заохали и сами. Но Страпонелла выдала невозмутимо:

— Пиздец клану Синего ветра. Одной проблемой меньше. Озеро теперь наше.

— Арти, — вою, мысленно взывая к магу, который тут неподалёку на челноке завис замаскированном. И страхует меня.

— Всё в порядке, командор. Заслонку успел поставить, — рапортует маг.

— Долбаные имперские штрафы. Спасибо друг. Это ж на сколько бы я встрял?

— Триста тридцать особей. Полагаю, пришлось бы платить от семи тысяч ринн.

— Не, ну баб тоже жалко.

— Прекратите строить из себя циника, командор. Я вас знаю лучше других.

— Да начнётся! — Снова восклицает шаманка. — Забег охотника первого ранга!

От её визга вторая лавина пошла по соседнему склону, но всем плевать. Заликовали, в палочки забили.

Вперед мужчины–рабы выбежали с мишенями плетёными и выставили их на дистанции в пятьдесят пять метров. Десять штук.

— Поразивший цель трижды, может двигаться дальше! — Объявляет Страпонелла и вскидывает лук первой.

Не успел опомниться. Все стали стрелять по своим целям, как из пулемётов. Я аж охренел такой скорости. Покатилось несколько рабов, получивших стрелами в ляжки явно неслучайно. А забавы ради.

Я только стал разбираться, как стрелу прикладывать, а воительницы уже рванули вперёд меж истыканных мишеней, заправив луки за спины.

Секунды две смотрю на задницы полуголые. Мощно бегут. Эпично.

Маг обозначается, подсказывает, что делать. Кое–как приноровился под стёб зрительниц. Натянул стрелу, произвёл выстрел, палка упала, не долетев. И ко мне местные интерес потеряли тут же.

— Арти, выручай!

— Командор, а как же честные состязания?

— Не беси меня!

Вторая полетела уже с самонаведением. Чуть не спалился, когда волнами пошла, выравниваясь, и точно в центр воткнулась!

Но на меня уже не смотрят, все дикарки–зеваки по флангам на кочках поскакали за основной группой лидеров.

Воткнул ещё две стрелы тем же способам и рванул за девками.

Дальше целая полоса препятствий начинается. На скалу полез, завидев, как скрываются наверху уже последние задницы. Ускорился на искусственном ветру. Мне маг и так гравитации сбавил, потому что на планете она выше стандартной. А теперь веса вдвое меньше. Поскакал вверх, как обезьяна по дереву, нагоняя дикарок.

Пятнадцать метров без страховки вверх, цепляясь за мелкие выступы. Два раза чуть не сорвался, но меня маг подпихнул.

Наверху узрел, что творится дальше. Если по сторонам дорожки есть, по которым зрители перемещаются, то на нашей полосе полный алес. Сперва островки льда идут, мимо которых бабы скачут мощными прыжками, дальше расщелины паутиной, где из дыр дымится. Как раз там сейчас все. Прыгают с отработанными движениями, как будто тренируются.

— Эй! Щегол! — Окликают с толпы зевак. — Так не интересно, пошевелись!

Немного постояв, двинул дальше. Резко похолодало, затем резко зажарило. Прыгаю, как дебил, и думаю, зачем мне всё это надо⁈

Спуск пошёл. Где надо по верёвкам, как по лианам ползти. Целая паутина натянута метров на сто вперёд. А внизу лавовая речка движется, периодически капли выплёвывая вверх. Причём на всех маршрутах такое счастье. Не угадаешь.

Тут–то дамочки замедлились, стали аккуратно ползти, свесившись над лавой. И о чудо, все их колюще–режущие предметы даже и не подумали выпадать. Магнитные свойства используют, кто бы догадался.

Догнал хвост, пошёл по незанятой верёвке ногами, расставив руки и облокотив их на незримые перила, сотворённые магом.

— А щегол хорош! — Хвалят меня зрительницы. — Какая изящная походка! Смотри не сорвись, дуралей!

— Вот именно, — ворчит Страпонелла, отставая от трёх лидеров.

Лава, как по заказу сильнее заплескалась! Жар такой пошёл, что не продохнуть. Пришлось квантовый скафандр активировать, окутав невидимой плёнкой тело.

Одной свесившейся девице каплями огрело. Та ахнула, почесалась и дальше двинула, как ни в чём не бывало. Будто её веничком в бане похлопали. Вторую аж захлестнуло, та чуть не сорвалась. Повисла на одной руке, покривилась, но взглянув на меня воодушевилась и полезла дальше.

Вот это любовь, я понимаю!

Обычного человека бы прожарило до кости, вскипятив кровь и пропекая мясо. А эта поползла, только лоскуты ниже груди пеплом осыпались, и часть тугой сиськи второго размера показалась. Но в масштабе её тела для меня это третий–четвёртый.

Вперёд вырываюсь! За тремя лидерами бегу. Стапонелла позади взбирается и кричит гадко:

— Куда щегол⁉

Недолго думая, лягает мощным и неожиданным ударом поднявшуюся следом конкурентку, и та улетает в лаву уже без шансов!! Вскоре слышу, как с истошным воплем плюхается прямо в жижу.

Нихрена себе бабы за меня дерутся. Это была первая мысль, когда я встал в ступоре.

Страпонелла промчала, чуть плечом меня не сбив, мимо и другие стали проноситься, не обращая внимания на погибшую подругу.

— Арти! — Крикнул в голос, спохватившись. — Фиксируй, по пункту три заберём!

Это директива Империи по мирам второго и третьего круга. Когда засвидетельствована смерть без участия извне и можно успеть забрать на борт. Тогда нет нарушений, только налог. Контроллер с орбиты такое анализирует за доли секунды.

А мы туго соображаем!

— Фиксирую захват, — отвечает Арти до циничного спокойно.

— Поздно, — выдохнул я, увидев, как повалил в том месте пар, и двинул дальше.

— Готово, командор! Абориген на борту, оказываем медпомощь, — докладывает маг неожиданно приподнято.

— Да неужели⁈

— Хм… похоже, мы наткнулись на сверхлюдей, у неё только серьёзные ожоги. Хотя ещё три секунды и повреждения мозга были бы необратимы…

— Так, ясно! Всех так забирай, чую я, это только начало!

И правда. Полоса препятствий вниз пошла, и теперь девки по островкам затвердевшей лавы начали прыгать в своих скудных сандалиях. А лава где застыла, где мягкая — не сразу понятно. Вот и очередная курица, которая вышла в лидеры, перепрыгивая с твёрдого островка, угодила в ловушку, посчитав, что другой тёмный островок тоже твёрдый. Так и бултыхнулась.

С двух сторон ей весело зааплодировали. Та в ответ рукой помахала и ушла совсем, поднимая целый столб пара.

— Готово, командор! — Подтверждает маг успешную телепортацию и второй.

Нагоняю девок. А те после неудачи лидера стали аккуратно тащиться. Маг мне воздушные подушки приспособил, я скольжу, как по льду на коньках, выбрав заранее проложенный интеллектом маршрут. Ума не надо, у меня виртуальные пунктиры, как идти. Траектория просчитана, исходя из температуры поверхности участков. Вот только она всюду от невыносимой до полнейшего ада.

У девок сандалии и лохмотья горят плохо, видимо, пропитаны чем–то. А вот ноги уже все чёрные от копоти. Как им только оружие всякое за спиной не мешает⁈

Стал обгонять основную группу и за Страпонеллой устремился, она как раз в лидеры выбилась с чёрненькой худышкой, которая мне понравилась.

А каштановая мясная девица с большой грудью, которая мне приглянулась, наоборот отстала. Только на неё посмотрел, оглянувшись. А она в ответ оскалилась и подругу как пихнёт в бок, пользуясь тем, что та на самый край прыгнула и едва равновесие удержала. Та плюхнулась в лаву и зашипела, воспламеняясь. Крик разразился истошный. Явно неглубоко ушла. Но всё же потянуло её в пучину адову, накрывая с головой.

Забрали и её на последней доле секунды!

— Ты будешь мой! — Воскликнула Каштанка злорадно, нисколько не жалея о содеянном.

И помчал я от неё со всех ног, поддавшись инстинкту самосохранения.

В дымку ворвался за лидерами. А там вода, падающая со скалы водопадом в лаву, шипит так, что ничего другого не слышно. Скала впереди метров под пятьдесят в высоту. С такой сорваться и кранты. Снизу обычный камень, по которому вода бежит по–всякому. По центру мощный поток, но лезут все по сторонам, где только ручейки. А выше ледяные сосульки огромные нависают. И всё это в ледяную гору перерастает. Очень крутой подъём, усложняемый ещё и скользким льдом с водой, ничего хорошего не обещает. Ещё с середины скалы шипы ледяные вообще вверх растут гигантскими острыми зубами, где такое видано⁈

— Да вы издеваетесь! — Выругался на бегу, чувствуя, что в скафандре сильнее запыхался. — Какая нормальная шкура выдержит всё это! То лёд, то лава, тьфу на вас, мазохистки чёртовы.

— Предложение об экстренной эвакуации в силе, — напомнил маг. — Трёх особей вам недостаточно? Вполне приемлемые молодые, пусть и агрессивные особы.

— Я хочу Страпонеллу, — шиплю на него голосом и начинаю лезть! — Ещё больше, мать вашу!

Вода ледяная обдаёт, пусть и по плёнке скафандра, но достаточно бодряще. Если бы это был космос, технология бы плавно реагировала, защищая. А здесь всё внезапно, как сущее издевательство.

Цепляюсь за первые выступы и понимаю, что даже с гравитационными подушками мага, дующими в потную задницу, мне легко не взобраться. Если только полететь! А это прямое нарушение их правил, аннулирующее успех.

И как назло, с одной стороны подъём пологий, где собрались зеваки, оттуда всё видно.

Что делать, пробую другую технику. Ращу когти из квантовых частиц, каких у меня в теле достаточно на всякие мелкие фокусы. И пробую с когтями незаметно карабкаться. Аборигенкам тоже нелегко. Девицы ползут и кряхтят. Ещё бы! Весят под сто двадцать килограммов, с гравитацией Амазонии — это все двести. А сама королева двести пятьдесят, но уверенно лезет, как киборг. Вот же лошадь.

Сверху крики и брать. Шлюхами друг друга называют.

Им заняться нечем, вскоре драки пошли прямо в подвешенном состоянии.

— Он мой! — Кричит одна и дёргает снизу за ногу лидершу, поднявшуюся уже на тридцать метров.

Та даёт ей пяткой по лбу, сбрасывая вниз прямо на ледяные шипы. Бедолага насаживается сразу на три пики и, наламывая их, летит уже вниз. Катится, гонимая магическим ветром в лужу и добросовестно тонет.

Вскоре Арти рапортует о перенесённой на борт флагмана моей четвёртой честно сворованной девице.

Каштанка меня нагонять стала, прям увязалась за мной. Куда я отклоняюсь, она следом. Уже метров двадцать пять высота, ледяные наросты пошли. Только когти и спасают.

— Куда полез, красавчик⁈ — Посмеивается, сиська одна вывалилась, ореол небольшой, розовый, сосок стоит колом.

За ногу ухватить хочет!

— Сгинь, нечистая сила! — Кричу на неё, отбрыкиваясь. — Я передумал, не нравишься ты мне!

— Ой ты, ой ты, — смеётся Каштанка.

Карабкаться всё тяжелее. Преследовательница подпирает, явно не желая меня скидывать. Кажется, даже плечо своё подставить собралась. Сбоку лезет, страхует.

— Шкурка твоя нежная, нельзя её портить, — посмеивается ещё.

Чтобы не увидела блеск от плёнки скафандра приходится его свернуть. И тягу гравитационную ослабить. Она ж не дура.

И повис я, как сосиска, за очередной выступ ухватившись. В надежде, что мимо меня проскочит, чтобы лидерство вернуть. Тогда спокойно воспользуюсь всеми благами и поднимусь налегке последним.

Она вроде так и начала обходить. Но когда её голова с моим плечом поравнялась, она, встав на выступ, окинула меня взглядом заинтересованным с головы до ног. Уловила, видимо, что я на сиську её голую уставился. И взяла меня за задницу без всяких церемоний.

— Устал бедняжка, давай подпихну, — предложила, облизываясь. — Есть одно средство, от которого даже самый ленивый мужчинка зашевелится, как миленький.

С этими словами она полезла мне меж булок, ловко выправила яйца из ткани. Конечно, они тут же скукожились ещё больше. Но это не помешало Каштанке меня за них ущипнуть!!

— Ай, сука!!

Вырвавшись, рванул вверх, аж подпрыгнул. Силы сразу появились и прыть.

— Ой, какие лысые, забавно, — рассмеялась садистка вслед. — Давай–давай, беги щегол. Береги свои яички, они тебе ещё пригодятся.

В этот самый момент я понял, что хочу взять её на борт не меньше, чем их королеву. Чтоб хорошенько поиздеваться, отодрать по полной программе.

Но пока я не могу в полной мере воспользоваться своей силой на чужой территории, строю из себя беспомощную паиньку.

Только расслабился, сосульки мелкие сверху полетели.

Метров десять осталось. Вверх смотрю, оставляя далеко позади Каштанку.

А там худощавая красота с сине–фиолетовыми глазами первой наверх забралась. Самая ловкая среди кандидаток оказалась. Дальше не побежала. Давай всех соперниц скидывать! Ну и подлюка же.

Одна полетела от пинка в нос, вторая от удара в челюсть! Все визжат от души так.

Страпонеллу хитрая решила пихнуть ногой в лицо, и сама каким–то чудом в лаву полетела.

Пятая, шестая, седьмая с дистанции. Всех на борт! Моё!!

Королева тоже не стала уходить. Встала на месте, чтоб понаблюдать за мной и Каштанкой. А может, чего недоброго задумала.

Только сейчас до меня дошло, что нас всего трое на испытании осталось.

Глава 3

Вряд ли Страпонелла осталась, чтобы меня сбросить. Я для них приз. Возможно, поиздеваться, показывая своё превосходство. Коварный план родился сразу. Скинуть её к чертям в лаву, когтями вцепившись снизу. И по пункту три… А она будто мысли мои прочла, да за три метра до моего подъёма скрылась из виду. Вероятно, посчитала, что делает мне очередное одолжение.

Когда тяжело поднялся вторым, зеваки с обеих сторон стали скандировать.

— Стапонелла! Страпонелла!!

— Щегол! Щегол!! — Расслышал в толпах, но следом ворчания пошли. — Что ты как варёный! Может стрела в задницу ускорит твой порыв⁈

— Да бегу я!

Оказавшись на платформе из сплошного льда, пошёл неуклюже поскорее от края. Лишь бы Каштанка не настигла. Я мог скинуть её, но не стал уподобляться подлым девкам. Да и в любой дуэли — третий не лишний. Зачем весь удар брать на себя.

Поначалу казалось, что испытание на этом участке — это просто удержаться на ногах. Но впереди вдруг треснул лёд и Страпонелла, которая не так уж и далеко ушла, угодила по самое колено в дыру. Кое–как выползла и дальше только на четвереньках стала передвигаться.

Вид роскошного голого зада, где только узкая тряпка посередине, прикрывающая зону бикини, напомнил мне о главной цели. И хорошенько возбудил.

Каштанка вылезла за спиной и сразу на четвереньки встала, свесив огромные сиськи. Так они обе и поползли. Но я же не такой. Двинулся с прямой спиной и гордой походкой, сетуя на то, что для такого льда пушинка. Стал всматриваться, а там подо льдом вода идёт потоком, которая в водопад потом превращается.

Не прошёл и пяти шагов, трещинки пошли под ногами! Всё бы ничего, да что–то подо льдом мелькнуло змеевидное толщиной немалой!! Так я и сел на четвереньки, как миленький под громкий ржач толпы.

— Это очень опасное существо, — подсказывает Арти. — В данном водоёме шесть взрослых особей до двенадцати метров длинной. Но они все на прицеле. Можете, не волноваться.

Но от этого не легче.

— Не бойся щегол, это всего лишь ледяная анаконда! — Закричали девки. — Сильно не топай просто.

— Да вы сами, те еще змеи, — огрызнулся я.

— Яйца подбери! — Продолжили клевать. — А то откусят. Га! Га! Га!

Твою мать! Заправил обратно, а то так и болтались.

Поспешил за Страпонеллой, опасаясь за причиндалы, которые, похоже, так и манят мою преследовательницу Каштанку.

Оторвался от озабоченной. Стороной стал королеву обходить, чтобы вместе с ней не провалиться. А твари подо льдом, как взбесились, начали ртами прямо к поверхности присасываться, демонстрируя десятки рядов крючковидных зубов по кругу. Пасти, что бездонные пропасти, у некоторых под метр в диаметре глотка.

К счастью, лёт толстый. Местами.

— Поцелуй анаконды, — комментирует Страпонелла с весёлым настроем, поглядывая на меня деловито и продолжая вилять задом при передвижении. — Нравишься ты им. Одна такая засосёт, и будет медленно переваривать живьём около суток. А стоны твои через уши её выходить будут. Она даст тебе дышать, покуда не растворятся твои лёгкие.

— Жуть какая, — ахнул, стараясь ползти вровень с королевой на дистанции в пять метров.

— Жуть ждёт нас дальше, в заключительном испытании. А это почти ручные зверушки.

— Слушай, я понимаю, что ты тут самая крутая воительница, — перехожу на дружеский разговор.

Хотя это и не в моих правилах. Но очень уж кардан у неё хорош.

— А то, — ухмыляется, поглядывая хищно. — Уже сдаёшься? Только скажи, я убью последнюю шлюху, осмелившуюся бросить мне вызов прямо здесь. А тебе кинут верёвку, чтобы вытянуть. Легонько высекут для знакомства с рабским хлыстом, омоют, почистят…

— Так, стоп, — прервал, поглядывая назад. — Я не сдаюсь. А предлагаю тебе возможности.

— Это какие?

— Улететь с этой конченой планеты. Меньше, чем через полгода сюда нагрянут Поглотители. И твоему миру конец. Вас расплавят вместе со льдами, лавой и этими змеями, даже не поздоровавшись. Перемешают в кашу всё, даже не ознакомившись с обычаями и не восхитившись красотой. Здесь никто не выживет. Вы обречены.

— Ой, напугал волосатыми яйцами, — усмехнулась и ускорилась.

— Они отберут твоё золото! — Попытался воззвать к жадности.

— А, хм… это совсем меняет дело. Хотя! Подавай сюда этого Поглотителя, я ему устрою насадителя. Га! Га! Га!

Так, похоже, это у них врождённый дебильный смех.

Чуть отвлёкся, поглядывая на право. Площадь целая с руинами стоит.

Оттуда как раз пар ушёл, и видно кучу кольев да клетки со скелетами. На одном жирном центральном колу кто–то устроился. Приблизив фокус, рассмотрел вполне красивую, полумёртвую дамочку лет тридцати пяти на вид. Мощные ляжки впечатлили даже больше, чем то, что её уже насадили по самое небалуйся. Видно, что ещё дышит, но уже голову склонила с закрытыми глазами. За ноги верёвками держат врастопырку, чтоб никуда не делась, руки завязаны за спиной.

— Шидра? — Спрашиваю мага. — Предводительница пленниц, которых я хочу купить?

— Похоже, да.

— Пункт третий? — Спрашиваю, затаив дыхание.

— Не выйдет. Судя по показаниям, она ещё неделю протянет, если ей не помогут, — ответил Арти и вздохнул. — Варвары.

— Не то слово, — ответил в голос.

— Что сказал? — Встрепенулась Страпонелла и улыбнулась, поняв, куда я смотрю. — О, это мой злейший враг, который, наконец, получил по заслугам. Я ещё думаю, как унизить её посильнее. Может, подскажешь, адмиральчик? Что–нибудь из своей жизни там.

— Я подумаю, — бурчу недовольно и ползу, заметно отставая.

Сейчас меня всё больше заводят мысли о том, как я изощрённо накажу эту надменную королеву. Она будет визжать у меня, прося оргазмы ещё и ещё.

Треск позади, всплеск и рёв омерзительный раздаются! А следом и вопль истошный! У меня волосы дыбом на лобке, когда оборачиваюсь. Нет! Каштанка успела перекатиться на твёрдый участок. И подставить зеваку! Анаконда бросилась прямо на толпу и схватила одну. В тварь полетели копья, но было уже поздно.

Телепортировали восьмую прямо из желудка. Добро пожаловать на борт!

Но на этом ужасы не закончились. Следом вторая гадина вылезла, ещё больше! В попытке сожрать кого–то наполучала стрел в глотку и завалилась на лёд, пуская синюю жижу. Девки, оказавшиеся ещё злее всякой твари, потащили тушу из воды, радостно гогоча. Но сородичи потянули змея к себе. Началась драка за дичь. Перетягивание канатов.

Вмешались воительницы с лассо и всё же вытянули тушу, а с ней и ещё одну мелкую гадину, которую полезла душить голыми руками здоровенная дылда. Брр!! Пока пятился, перебирая ногами на заднице, не заметил, как местность сменилась.

Глубокий участок закончился, лёд стал окаменелый и не такой скользкий. Поднялся, маг мне саднящие колени быстро подлечил. Странно, что квантовые щитки не сильно помогли. Скорее без них я бы вообще кости проморозил.

Девицам на дистанции плевать, что происходит позади. Идут себе.

Ступени вниз пошли. За королевой поспешил. А дальше обрыв, и снова верёвки, только теперь вертикально вниз.

Полез, внезапно почуяв себя развалиной. Повело, Арти ветром придержал. Подскочила как раз Каштанка и стала деловито спускаться, на меня внимания не обращая.

Какие–то они вялые стали. Похоже, устали все.

А нет, Страпонелла быстро спустилась, прыгнув с высоты метров в десять, а затем скрылась внизу в погоревшей роще, затянутой гигантской паутиной, больше смахивающей на рёбра динозавра, а то и целое кладбище. Надо же, угадал. Маг всё просканировал и выдал, что такие звери здесь ещё недавно гуляли по планете, как у себя дома.

Следом Каштанка зашевелилась быстрее. В конце уже съехала по верёвке, как пожарник и помчала скорее за королевой, вынимая из–за спины лук.

— Арти, следи за ними, — напомнил магу.

— Командор, полагаю, область препятствий, где было допустимо насилие, у них прошла…

Спустился деловито, вступая впервые на почву какую–никакую.

— Щегол! — Кричит Страпонелла. — Ну что ты там застрял⁈

Чую по колебаниям в воздухе что–то неладное. Вдобавок, и маг затаился.

— Арти⁈ — Зову.

— Помехи… — слышу в голове прерывистое и очень тихое.

Иду вперёд неуверенно. Так, полагаться теперь могу только на себя. И телепорт!

Телепорт⁈ Ау!

Тяжелее стало. Вот и гравитационная магия ушла. Задействую ряд квантовых частиц тела для укрепления опорно–двигательной и один процессор для дополнительного контроля… Так, уже лучше. Пусть и тратится мой энергетический резерв.

Прохожу под сводом обугленных костей, в конце две фигуры вижу ощетинившиеся благо не в мою сторону. Каштанка на полголовы ниже королевы, но не менее мощная.

— Простите, дамы, а почему сеть не ловит? — Интересуюсь деловито.

— Сетью не поймаешь! — Ответила из–за плеча Каштанка.

— Это долина «Чёрная дыра», адмиральчик, — комментирует Страпонелла. — Здесь тебе уже ничего не поможет. Вокруг сплошной магнит.

Так, похоже, магнитное поле или около того.

— А с чего ты взяла, что мне кто–то помогал? — Спрашиваю с глазами щенячьими. Скорее на публику, которая по сторонам спускается. Отделяют их теперь от нас реки лавы с обеих сторон.

— Я может и выгляжу, как дура, — отвечает, на меня не глядя. — Но знаю вас, пришлых с небес. Был тут один, еле ноги унёс.

— А как его знали⁇ — Поинтересовался, затаив дыхание.

— Слушай, не поверишь, как и тебя, — усмехнулась, обернувшись на моё приближение.

— Руди? — Спросил, недоумевая.

— Нет! Щегол. Все вы «Щеглы», — ответила королева и рассмеялась.

Каштанка подхватила со злорадным хихиканьем, поднимая ткань на выпавший сосок.

— И много с ним полетело? — Спрашиваю, затаив дыхание.

— Нашлась одна дура с клана Поющей лавы, — ответила Страпонелла нехотя.

— А воительницу не Аниматриса случаем звали? — Встрепенулся.

— Всё–то ты знаешь, — прокомментировала королева. — Да, славная была воительница, сильная. Но продалась за звёздочки в небе.

Вот же! Я знал! Я всегда знал, что девка адмирала Сандерса не проста! Все женские гладиаторские бои выигрывает на Рубиконе. Так, получается, мой главный враг побывал здесь ещё до меня. Печально.

Поравнялся с воительницами, встав у края шеренги со стороны королевы. Та посмотрела на меня изумрудными глазищами с подозрением и произнесла угрожающе:

— Слишком хитрый ты.

— Послушай, я всё сам преодолел. Как докажешь, что не сам? — Развожу руками.

— Может и сам. Но раз занервничал, не чист ты, адмиральчик, — ответила женщина.

— Да он всю дистанцию, как задохлик, — поддержала меня Каштанка. — Мои рабы и то лучше бы шевелились.

Впереди дремучий лес из торчащих рёбер. Вместо крон паутина шматами и зонтиками. Местами порванная превратилась в вуаль, затрудняя видимость. Что–то там впереди мелькает. А по сторонам в оба уха уже зеваки улюлюкают.

Страпонелла вдыхает полной грудью и выдаёт мечтательно:

— Свежий лесной воздух, запах сладкой смерти.

— А мне кажется, тут явно кто–то недавно сдох и разлагается вовсю, — парировал я.

— Ничего ты не понимаешь, дурак, — произнесла Каштанка и напряглась, пригибаясь. Тоже что–то заметила!

Одна только королева двинула вперёд уверенно, оставляя нас позади. Со словами:

— Настреляем белок. Кто первую убьёт, того и первый удар по Лавольву будет.

Каштанка поспешила и чуть стороной от королевы пошла с луком на изготовке.

Пауки серо–синие замелькали, размером с собаку!! Девицы стали по ним палить живенько. Только тетива трещит, да стрелы свистят.

Но пока безуспешно. Живность паукообразная двигается слишком быстро.

— И это по–вашему белки⁈ — Восклицаю.

— А кто⁈ — Отвечает Каштанка, недоумевая, и стреляет в очередную цель.

Тварь взвизгивает и валится поражённая в прыжке.

— Есть! — Радуется девка.

— Больше крови! — Кричит явно увлечённая процессом расстрела Страпонелла.

Вскоре попадает и она. Начинают сыпаться пауки на спины, лапки поджимая. Писка всё больше. А следом и визг помощнее пошёл. Если поначалу мелкие паучки шли, то спустя метров пятьдесят уже по пояс мне стали высовываться. На них по две стрелы девки расходуют. Начинают из трупиков вытыкать, потому что боезапас не бесконечен.

Иду следом, стараясь не угодить в лужи синей крови. И не касаться мерзких занавесок паутины. Аккуратно луком отодвигаю, где можно. Это обе воительницы идут напролом, нравится им лесочек. По кровище шлёпают весело.

— Стрельни хоть разок, Щегол! — Кричат мне зеваки, которых за всей этой помойкой уже и не видно.

— Отвалите дуры! — Огрызаюсь. — Если я стрельну, тут пропасть на три километра разверзнется до самого ядра. Поняли, курицы?

— Чего мелет⁈ — Возмущаются.

— А ничего! — Отвечаю, перепрыгивая очередную мерзкую ворсистую тушку. — Я станцевал, и лавина сошла. Точно хотите беды накликать?

— Вот заливает, — посмеиваются. Но уже неуверенно как–то.

Паук выскочил на меня со стороны! Взвизгнул я от страха. А тот и повалился стрелой поражённый. Каштанка мне козырнула довольная.

— Щегол, не отставай, — произнесла деловито. — А то помрёшь. Одна царапина и яд тебя точно убьёт, неженка.

— Да ну брось.

— Яйца точно отсохнут, уж поверь. Мы проверяли, — добавляет она, продолжая подкалывать меня с позиции силы.

Так, всё. Надоели.

Перевожу тело в боевую трансформацию. Для всех окружающих пока незаметный процесс. А для меня весомый. Задействую все квантовые частицы для укрепления скелета и жил. И все три кванто–процессора, что внутри меня. Скорость, защита, сила.

Теперь моя мощь соизмерима с местными, шкура даже потолще. А реакция посерьёзнее будет. Могу замедлять время на короткий срок. Для окружающих это скажется практически неуловимыми действиями.

Страпонелла выскочила так, что чуть душа в пятки не ушла. Охапку стрел у меня из колчана всю вытащила.

— Случаем не попутала чего, мать? — Выругался я на волне.

— Тебе всё равно не нужны, — прокомментировала спокойно и умчала дальше.

Писка всё меньше. Вскоре стихает шум охоты. «Лес» начинает таиться. За шматами паутины девок не видно, спешу по интуиции, не желая оставаться один.

— Я здесь, — в ухо от Арти раздаётся шёпотом.

— Тьфу, ты! Придурок, напугал, — рычу на него.

Блеснула грань в воздухе метрах в трёх. Незримым пришёл на страховку.

— Гравитационный ранец дать? — Предлагает средство отсюда свалить. Вероятно, знает то, чего ещё не знаю я!

— Да отстань ты, — шепчу ему в ответ, заняв принципиальную позицию. — Не лезь. Что там с телепортом?

— Аномальное поле блокирует сигнал. Пробуем перенастроить, калибруем.

— Всё, калибруй дальше, — отмахиваюсь от мага.

Вываливаюсь на проталину, отплёвываясь.

Девки оборачиваются и смеются надо мной. А мне вот не до смеха. Я их ледольва увидел с другой стороны на проталину выходящего. Эти тоже уставились на него, посерьёзнев.

— Много крови, большой пришёл, — прокомментировала Страпонелла.

Похоже, теми тараканами они его и приманивали. Шестиногая собака в синей чешуе размером с лошадь. Морда широкая, как у жабы, зубы синими кинжалами во все стороны торчат. По два глаза с обеих сторон, жёлтые с щёлками, как у змеи. Улыбнулась нам, типа зевнула, язык змеиный высунув.

— Мой первый выстрел! — Воскликнула Каштанка, прицеливаясь.

Ой, да подавись.

Свистнула стрела и прямо в глаз! Тварь взбрыкнула и бросилась с рёвом прямо на меня.

Я что, самый вкусный⁈

Но ей преградила путь Страпонелла с двумя изогнутыми мечами наголо. Рубанула пару раз, высекая по шкуре искры, и увернулась от когтистой лапы.

— Кто убьёт ледольва, тот и выигрывает забег! — Кричит Каштанка, подсказывая мне правила, и рвётся в атаку второй с двумя топорами.

Почуяв окружение, зверь вертится то за одной, то за другой. Огрызается, выбрасывая лапы. Но в какой–то момент прыгает прямо на Каштанку! Та успевает уйти с линии атаки, но всё же получает когтями по плечу. Оседает, перекатывается.

Пользуясь отвлечением, Страпонелла взмывает в воздух с прыжка метра на три и летит эпично в замахе карать ледольва.

Понимая, что она может его сейчас зарубить, ускоряюсь за счёт своей новой формы! Время замедляется втрое, и теперь я могу спокойно поразмыслить, что к чему. Королева медленно летит к цели. Цель разевает пасть в ответ, изгибаясь, чтобы принять атаку в более удобном положении. Каштанка тем временем бьёт наотмашь, чтобы срубить опорную лапу.

Если правильно понимаю, в случае, если Каштанке удастся задуманное, королева не нанесёт большого ущерба. А Каштанка добьёт вторым ударом.

Хитро! Но тут вмешиваюсь я. Хватаю свою зубочистку и иду, присвистывая, чтобы поразить тварь. Если правильно понимаю, достаточно пронзить глаз и достать до мозга.

Сисястая успевает рубануть ногу, королева проходит по шее вскользь, лишь сшибая чешуи. И тут появляюсь я, втыкая в глазницу кинжал по самую рукоять.

Возвращаюсь в обычный режим и пропавший в процессе звук ударяет по ушам.

Однако зверь не сдыхает! С оперением в одном глазу и рукояткой в другом, он бросается на меня, разевая пасть так широко, что можно спокойно войти, не пригибаясь.

Толпы зевак со всех сторон ахают и охают, добавляя бою грандиозности. Который хочется выиграть во что бы то ни стало!

Только я решился на подлый приём, выраженный в очередном рывке на ускорении, как между мной и пастью встала мощная потная ляжка! Это Страпонелла поставила ногу прямо в пасть ледольву, чтобы он её со мной не захлопнул.

— Берегись Щегол! — Закричала и добавила, посмеиваясь: — а ты не промах!

— Страпонелла! Страпонелла!! — Заскандировала толпа, забила палочками боевую музыку.

Со звериным рыком королева ухватилась руками за верхнюю челюсть и стала её рвать, вопреки хлынувшей из её тела крови. Какая бы не была прочная шкура у воительниц, этому зверю всё по зубам.

Недолго думая, Каштанка седлает ледольва, хватая за край челюсти и начинает с бешеным ритмом рубить шею топором. Первые три быстрых удара — тщетны, но четвёртый заставляет тварь мотнуть головой в сторону. И тут происходит хруст!

Это королева ломает зверю челюсть, рывком в сторону.

Ледолев взбрыкивает, скидывая Каштанку и перекатывается, избавляясь от Страпонеллы, которая успевает выпрыгнуть и не получить лапой.

Не давая зверю опомниться, обе снова летят на него с двух сторон, явно желая добить.

Спешу и я в ускоренном режиме. На этот раз решаю разобраться наверняка. Генерирую квантовый резак из арсенала «космического туриста», который вырастает у меня из костяшек правой руки. На его создание приходится тратить четверть резерва. Но это того стоит!

Подпрыгнув за счёт усилителей, я пролетаю над башкой, оказавшись у цели раньше воительниц. Попутно вынимаю свой кинжал из глазницы и успеваю выставить его вниз. Да, за такие быстрые движения мне приходится расплачиваться резервами вдвойне, но приходится! Далее мой сверхтонкий резак, который лишь отблёскивает розовым, проходит поперёк лба ледольва и дальше. Лобовая кость… мозг… хребет…копчик!

Пролетел. Эффектно перекатился уже с кинжалом и встал горделиво, не оборачиваясь. Как мать его самоуверенный ниндзя, какие вокруг Запретного города и по его крышам скачут примерно раз в полгода.

Звон ошеломительный сразу нескольких железяк о шкуру заставили всё же обернуться. С недоумением обе воительницы встали над трупом. Тварь сдохла мгновенно, ибо я поразил всю нервную систему.

— Страпонелла убила! — Закричали зеваки.

— Нет! Яйцесоска сразила! — Стали возражать другие.

Резко поперхнувшись слюной, я растёр нос. Ничего себе имечко у Каштанки.

Через мгновение обе окровавленные местами девицы медленно повернули головы и подняли на меня взгляды, несколько ошалелые, я бы сказал — вздрюченные.

— Не может быть, — прошипела королева. — Ты… ты! Как так вообще⁈

— Вот же подлый хорёк, — выругалась Каштанка она же Яйце…

Толпа ахнула.

Шаманка на проталину высунулась, вероятно, выдавать свой вердикт. Но не тут–то было! Через мгновение она вскрикнула с испуга и рухнула на землю. Перелетая через неё, из гущи костей и паутины выскочил ещё один ледолев, крупнее прежнего раза в полтора! А за ним ещё трое, как наш первый!! Все на нас оскалились, присели, угрожая прыгнуть.

— Это знак! — Завопила шаманка с земли, уползая по–пластунски обратно.

— Славная будет драка, — оскалилась королева. — Никому не лезть! Продолжаем!!

— Нет, мы так не договаривались, — возмутился я и за мгновение вырастил из руки дезинтегратор, ставя сразу максимальную мощность.

Произвёл четыре точных выстрела. Взрывая головы первым двоим и прошибая тела двум следующим, успевшим оттолкнуться. Это стоило мне ещё двадцати процентов резерва, по пять на выстрел.

Мгновенно издохшие хищники попадали. А следом наступила гробовая тишина, нарушаемая лишь обильным журчанием синей крови, вытекающей из туш.

— Полагаю, ваше величество, что эти зверьки были вне наших договорённостей, — прокомментировал я громко, демонстративно медленно втягивая ствол орудия обратно в кулак.

Яйцесоска сглотнула слюнку, захлопала перепуганными голубыми глазами, не отрывая их от кулака. А Страпонелла поставила руки на бока, взглянув на меня с неожиданным интересом.

Надо же, нисколько не испугалась.

— Так я победил? — Уточняю на всякий случай. — Ледольва поразил мой кинжал.

Демонстрирую обрубок. Упс.

— И не подкопаешься ведь, — прокомментировала королева с укором, несмотря на неуверенные возгласы от зрителей, что я нечестный Щегол, которого пора приглашать на кол.

— Ну что, собирай вещи, красавица, мы отправляемся в свадебное путешествие! — Потираю ладоши.

И пленницы теперь мои!

— Губу закатай, Руди, — выпалила Страпонелла, впервые назвав меня по имени. — Я дам овладеть мной, таков был уговор. А там посмотрим. Может, поженимся.

Молча соглашаюсь. И ликую в душе. После секса со мной ещё ни одна не устояла!

— Но сперва, пойдём мятежницу Шидру навестим, — добавила королева спокойно. — А то увидела её, и руки зачесались снова.

— К чёрту всех! — Взвыл, представляя, как купаемся голенькими.

— Ты обещал мне идей подкинуть, как унизить мятежницу ещё больше, — напомнила Страпонелла.

Сдалась она ей⁈ Вот чёрт. А я и забыл на радостях.

Речь ведь о той самой бедолаге на колу? Предводительница доставшихся мне теперь пленниц и мать той злющей очаровашки Муаны. Как бы Шидру вызволить и забрать на борт! Ретивые бабы служить мне так просто не будут. А если спасу Шидру, станут обязаны. Да они мне все разом и дадут.

Подождите–ка.

Я тут подумал, что мне удачно подвернулась хорошая абордажная команда на флот.

Глава 4

Вышли через небольшой отрезок «леса» и перебрались по мостику на хоженую тропу, где часть зевак за нами смотрела. А там стали подниматься по широким ступеням вверх к Ветхой площади.

Ветер задувает, окатывая ледяной крупой, аж поёжился. Но довольно улыбаться не перестал.

Смотрят на меня аборигенки теперь по–другому. С интересом и опаской. Никто щеглом больше не зовёт. А я сзади на королеву любуюсь, чуть отстав. Предвкушаю.

Что Страпонелла, что Яйцесоска шествуют, как ни в чём не бывало. На теле кровь засохшая так и осталась. Но не сочится от ранений. Похоже, очень быстро сворачивается кровь, даже на обширной ране. Вот это я нарвался на расу.

Что за сокровище для вольного адмирала!

Пока ковыляю, думаю по поводу новой абордажной команды. Уже облизываюсь! Спонтанная идея перерастает в очевидное решение. У меня всегда с этим были проблемы. Из–за этого я даже с победой в битве не мог получить максимальную выгоду. Подбитые крейсера врага не удавалось захватить быстро и малой кровью. А иногда, провозившись долго, из–за стервятников приходилось такие бросать.

С хорошей абордажной командой проще пополнить свой флот. Захватить и восстановить вражеский крейсер или авианосец, да ввести в состав своей группировки. Порой отбиться от вражеского десанта — не менее важная задача.

Так и сдались мне эти аборигенки с допотопными луками и топорами?

А вот сдались! Увидев, как воительницы проходят полосу препятствий, как они быстро управляются с древним оружием. Как не горят, не тонут, не мёрзнут и не дают! Я понял, что выйдет из них толк.

В основном адмиралы нанимают абордажников на злачных станциях или у частных военных компаний. Некоторые используют рабов. При этом изощряются по всякому, чтобы усилить своих бойцов. Экзо–скелеты, квантовые частицы, как у меня (хотя и дорого), всякие прочие энергетические примочки для эффективного штурма и выживания. Другие используют роботов или киборгов, третьи всяких дебилов и извращенцев. Но опять же со всякой техникой. И энергетическим оружием.

Так вот и защиты на кораблях стоят против всякого технического и энергетического. Команда в пробоину врывается на борт авианосца, чтобы всех там перещёлкать, а в ответ бабах электро–магнитной волной, и все беспомощные становятся. Оружие не пашет, экзо–скелеты переклинивает.

А если представить моих новых подруг! Никаких штук, уязвимых для внешних воздействий. Луки, копья, топоры — всё это внутри корабля сработает. Только сила и нужна человеческая. Да и такое оружие им можно с нашими технологиями да материалами довести до ошеломительных высот. Плюс девки с Амазонии живучие и злые, что дьяволицы.

Оснастить их кванто–скафандрами, динамичной защитой, мини–генераторами ЭМП и вуа–ля. Элитная абордажная команда, какой нет ни у одной тупой адмиральской морды.

Хочу такую! Да не морду…

Поднялись к Ветхой площади, куда стянулись воительницы и с другого фланга, прихватив рабов.

Шидра на колу так и спит обнажённая, соски небольшой груди большими прищепками зажаты. Ляжки мощные, тонкая талия кубиками пресса прочерчена. Волосы в косах золотых, частично от крови почерневших.

Страпонелла встала под ней, посмеиваясь. И скомандовала:

— Натягивайте ещё!

Закрутили бобины, затрещали канаты. Замычала бедолага, аж сердце кровью обливается.

— Ну что, Руди? — Обернулась ко мне королева–садистка. — Чего заробел? Небось, чуешь опасность? Да, она гроза всех мужчинок Амазонии была, кастрировала только в путь всякого, кто попадался у неё на пути. Мятежничала, в общем.

— А смысл её мучать? Киньте в пасть анаконде и дело с концом, — предложил я.

— Кстати идея не плоха! — Согласилась королева. — Подождать пару часов, пока не переварится кожа, и вытащить её! А потом снова скормить и снова.

— Да что она тебе такого сделала? — Развёл руками.

— Ничего, просто бесит. На, — кнут мне подала. — Выпори её своей мужской ручонкой. Слышишь, Шидра? Мужчинка Руди тебя сейчас накажет.

Мятежница глаза вдруг открыла, что в груди моей проморозило. А они у неё синие–пресиние! Как две бездонные пропасти.

— Не смей, — выдавила сипло.

— Я тебя вытащу отсюда, потерпи, — шепчу ей.

Загоготали аборигенки вокруг. А эта снова глаза опустила.

— Ладно, — ответил и за спину зашёл. Решил было под шумок её резаком перерубить, чтоб не мучилась. А этим бы сказал, что рука у меня тяжёлая и кнут хорош.

Но жертва забилась на колу, как рыба только что пойманная. Сама стала ещё глубже насаживаться. Взвыла утробно, аж мурашки по моей спине пошли.

Сколько я всего повидал, но никогда бы не подумал, что взбудоражит меня такая сцена. Поэтому, отступая, быстро скомандовал магу:

— Готовьте телепорт по пункту три. К чёрту, не могу больше смотреть на это!

— Констатировать смерть мы не сможем без факта, вас привлекут! — Возразил маг. — Ищите возможности убить её поскорее, чтобы мы могли вытащить.

Вот чёрт. Не могу я резаком воспользоваться против местных разумных, имперский контроллер спалит.

Отхожу в толпу под шумок. Выбираю самую на вид туповатую бабу с луком и шепчу ей на ухо:

— Я слышал, ты очень меткий стрелок. Очень–очень.

Смотрит с подозрением. Улыбаюсь. Кивает, как дура, растягивая улыбку без двух передних резцов.

— Но что–то я засомневался, — продолжил задумчиво.

Посерьёзнела сразу.

— А спорим на килограмм золота, что в глаз Шидре не попадёшь?

— С какой дистанции? — Уточняет заинтересованно.

— С двадцати, нет, тридцати шагов, — отвечаю задиристо. Это не должно выглядеть слишком легко.

Осмотрелась женщина, прищурилась. Кивнула мне и пошла! Встала у самого края обрыва напротив Шидры и крикнула мне:

— Тут двадцать три шага!

— Нормально, — отвечаю.

— Килограмм, да? — Уточняет наивная.

— Да! Да!

— Ну смотри, мужчинка! — Говорит и натягивает тетиву с треском.

Вижу, мятежница выть перестала и взглянула на стрелка с гордостью.

Через мгновение стрела влетает точно в глаз! Но Шидра и не думает помирать. Скалится!!

— Кто посмел⁈ — Взревела Страпонелла.

Стрелявшая тут же попыталась затеряться в толпе, однако её быстро схватили и поволокли к королеве. Но этой уже не до дурочки. Страпонеллу вдруг осеняет:

— Нет! Шидра не должна умереть, как воин! Насаживайте сильнее!!

Закрутились механизмы, заскрипел канат. Взвыла мученица в голос. И пошла оседать аж рывками. Твою ж…

— Командор! — Обозначился Арти. — Скоро. Но… мы не можем открыто тело украсть. Политического скандала не избежать.

— Так, я понял, — отвечаю, смекнув. — Готовь им шоу…

Отбежал насколько мог подальше. Как раз Шидра издала предсмертный крик, проклиная всех и вся. И вдруг взорвалась мощно, расплескивая внутренности и кровь по всей толпе кровожадных баб. Попросил мага сгенерировать кровищи побольше.

Такого эффектного взрыва от тела на колу явно никто не ожидал. Да я и сам не думал, что выйдет так смачно, ещё и с воссозданными наскоро внутренностями, которые сюда телепортировали. Искусственные кишки красиво полетели, извиваясь, как змеи, и врезались в ошалелые рожи да упали на волосы.

Немного магии, техническая визуализация и творческая нотка Арти сделали своё дело.

Шидру разорвало на колу, как кровавую бомбу. А на самом деле её спиздили под шумок.

Секунд десять все стояли в шоке. Пока шаманка не воскликнула, быстро сориентировавшись:

— Это знамение!! Зло сидело в мятежнице всё это время!! Узрите очищение!! Страпонелла! Страпонелла!!

— Страпонелла! — Подхватили идиотки вокруг. — Истребительница зла! Теперь у нас есть кол добра!

Уши уже к херам вянут.

— Шидра у нас, — запоздало доложил Арти. — Командор, вы…

— Гений?

— Нет, больше не просите о таком, это отвратительно.

— А я думал, тебе понравилось. Да и на что жалуешься? Мы избавили женщину от недели страшных мук.

Вскоре я набрался наглости, потому что уже невтерпёж и, ухватив за мозолистую руку Страпонеллу, потянул её из толпы.

— Ты чего? — Ахнула, опешив. Но пошла, притормаживая с каждым шагом.

— Где ваши покои? — Спросил и, заметив ошмётки на волосах, уточнил: — может, искупаемся сперва?

— В кипящий источник пошли, — легко согласилась королева. — Сама хотела помыться.

Руку расцепила, опомнившись, и повела уверенно через расщелину в скале. На спуск пошли, и минут через десять у горячих источников оказались, где уже плещется голышом девок двадцать. Которые думают, вероятно, что в пару их не видно.

Над ними мужчины хлопочут тощие, спины натирают, с краёв примостившись.

Выбрав свободную дырку с булькающей водой, Страпонелла живенько скинула с себя кровавые лохмотья на платформу из застывшей лавы и стала медленно погружаться.

Просто голое тело меня бы не возбудило, то ли дело если к нему прилеплена такая очаровательная голова. Да ещё и своя история с харизмой. Тут уж член мой поднапрягся.

— Снимай одёжу, застеснялся что ли? Чего я там не видела? — Возмутилась королева, устроившись, как в джакузи. — Эй, черви! Браги сюда!! А то трезвой, похоже, я адмиральчику не дам. Слишком уж тощий у меня мужчинка на сегодня.

М–да, так меня ещё никто не унижал.

Сразу трое жилистых рабов выскочили хрен пойми откуда, засуетились. На меня смотрят с завистью. А я жду, пока они свалят, чтобы не смущаться.

Пока хлопочут с едой для королевы и драят ей сиськи, любуюсь другими девицами. Приметил тугих молодух, которые сами намываются и хихикают, непринуждённо болтая друг с другом и вероятно думая, что их не рассмотреть. Но я вижу их своим вспомогательным зрением очень даже хорошо.

Скинул лохмотья. В воду ногу опустил и отдёрнул. Кипяток!!

Заржала Страпонелла, как лошадь. Кивнула на соседнюю дырку, где вода поспокойнее.

— Для неженок там. А здесь для настоящих воинов.

Так, похоже, в воде не потискаемся. Руки бы этим рабам переломать, которые её сиськи трогают. Моё!

Пошёл к другой дыре плескаться, чтобы хотя бы подмыться да переодеться. Попробовал браги, чуть горло не расплавилось. С флагмана сгенерировали мне коньяка самого лучшего. От двух глотков по шарам так дало, что чуть под воду не ушёл с концами. Рабы еле выловили, спохватившись.

Распарило меня да разморило, что не заметил, как время прошло.

Новые тряпки рабы притащили, намекая, что пора вылезать. Страпонелла уже над душой стоит одетая. Даже не понял, когда она успела.

Внимательно ведь смотрит, как вылезаю. На член мой вялый с сарказмом уставилась.

— Ты думаешь, стоит позориться, Руди? — Выпалила, и дружок мой ещё дальше в мошонку спрятался.

Как–то даже обидно стало. Улыбнулся в ответ с оскалом. Подожди у меня, дрянь.

Во дворец зашёл, как на казнь. Совершенно неуверенный ни в чём. Видимо, эта дебильная планета убивает самооценку любого мужика своей аурой. Это я ещё продержался неплохо.

Дальше в покои завела, где по центру колодец, из которого сияет и жарит неслабо. Оказалось, что там лава течёт внизу, метров в семьдесят до неё. А этой как источник тепла и света неплохой. По стенам плетей, кнутов и всяких оков с верёвками тьма, будто она всё это коллекционирует. К счастью, накладного фаллоса не приметил и выдохнул с облегчением.

Королева развалилась на спину на шкурах толстенных во много слоёв. И, ляжки расставив зазывая, заявила снисходительно:

— Впускаю, подходи.

Совсем не так я это представлял. Даже вывалившиеся частично в стороны мясные сиськи не добавляют жару. В бане уже видел, поэтому спокоен.

— А может, я поруковожу? — Спрашиваю неуверенно.

— О, давно мной в возлежании мужички не помыкали, — заговорила неожиданно кокетливо и стала извиваться эротично.

Умеет же!

— Трусы снимай, — командую нетерпеливо.

— А я думала, ты на мне их разорвёшь, — произнесла разочарованно. И сама на себе их рванула, оголяя промежность, заросшую светлыми волосиками густо.

— Грудь, — добавил строго.

Сорвала и верх, обнажаясь полностью. В лежачем положении сиськи у неё даже не растеклись, сохранили сочную форму. Разглядев аккуратные, всё ещё вдавленные соски я посмотрел ей в глаза.

Смотрит с хитринкой, красотка. У которой в башке хрен знает что творится. Садистка чёртова. Это и сбивает!

Ну не хочется мне ей удовольствий доставлять. Жёстко трахнуть, чтоб пощады просила. Стоит и перевоспитать. Заберу в гарем, так и сделаю. Любовь ведь чудеса творит. Это я о той, когда любят тебя, вопреки и беззаветно.

Любовь…

— Покажи писюн что ли, — выдаёт Страпонелла.

Раздеваюсь и я, чувствуя, будто у нас здесь не страстный секс намечается, а возлежание для протокола в династическом браке.

Глядит на причиндалы разочарованно. Мля! Если бы она не была такой красивой, я бы так и не смущался, чувствуя себя прыщавым подростом, как триста тридцать лет назад.

— Да ты впервые с женщиной, — заключает она вдруг уверенно и дальше так заботливо. — Не стесняйся, подходи, давай приласкаю.

Удосуживается даже приподняться, колени сгибая, но ноги не сводя.

Двинулся послушно. Нечто в этой заботе проклёвывается возбуждающее.

На шкуры залез с ногами, между ляжек мощных, поближе к груди. Пах на уровне её лица. Ну давай детка, покажи, что умеешь.

Королева посмотрела с некоторым недоумением на меня уже снизу–вверх, в таком ракурсе на фоне бюста, очаровательна вдвойне.

Ладошку потянула к промежности. Да под яйцами пальцем провела неуверенно.

— Причиндалы без единого волоска, — прокомментировала. — Очень странные впечатления. Ты как ребёнок, может в лаву совокупление, лучше сиськой тебя покормить?

— Ваше величество, — прорычал с укором.

— Да пошутила я. Пожалуй, мне нравится, — выдала впервые так ласково и почесала под яйцами, вызывая волны. И жар в паху.

Только членом в рот ей прицелился полустоячим, а она на меня вопросительно посмотрела. Так! Похоже, оральный секс ей неведом.

Да и ласки чужды. Но можно это исправить. Присаживаюсь к ней, опускаясь к великолепной груди. Смотрю любвеобильно на лицо недоумевающее. От моего томного взгляда не может устоять ни одна. Страпонелла не исключение.

Поправляю локоны на её прелестном лице заботливо. Подаюсь вперёд, затаив дыхание. Аккуратно в уголок губ сочных целую. Не реагирует. Да она в шоке! Но я не могу уже остановиться и касаюсь верхней губёхи деликатно, обнимая своими двумя.

Краснеют щёки, даже на смуглом лице румянец не скрыть! Опешила мадам. Ротик приоткрыла, не шевелится, дыхание затаила.

Пробую язык просунуть, не даёт. Увожу поцелуи к шее, дорожку делаю из них. О! Мурашки по её коже пошли. А нежная она у неё по ощущениям, после забега и не подумал бы. Слышу сдержанный ах! Иду ниже, к груди. Страшно! Как на нестабильном Ядре сижу, вот–вот разорвусь до кварков. Ладошками мясные шарики подпираю, прикидывая вес. Да такой сиськой убить можно даже без размаха! К соску всё ближе и ближе.

Как бы в колодец не швырнула! От двояких ощущений начинаю возбуждаться ещё больше. Играть с огнём, оказывается, иногда даже очень интересно.

Сосок целую! Мычит, по морде не бьёт. Смиренно держится.

Обрабатываю его языком, применяя все свои умения и чуткость. Чую, как она начинает извиваться. Встаёт сосок, обсасываю его, мну грудь. Ко второй сиське приступаю, смакуя. Мимолётное ощущение, что сбылись все мои мечты так сладко. Грудь невероятная. Обхватываю обеими руками сильнее. Облизываю второй и дую на него.

Ахает аж. О да, детка!!

Впечатления ни с чем несравнимые, когда крупное мощное женское тело вокруг тебя. Что–то из разряда, как почувствовать себя сыночком у заботливой и похотливой мамки. У неё можно посидеть на коленке, или покататься на её шее.

— Я уже не могу, вводи свой стручок скорее, — взвыла вдруг королева, сбивая весь петтинговый настрой.

Упала на спину беспомощно, ноги шире расставив. Меж волос в щели поблёскивает. Прикинул, что если сбрить всё, вполне аккуратная писечка. Жилы от паха отходят мощные, создавая сексуальные ложбинки, ягодицы снизу, как упругие шарики, переходящие в женственные бёдра — всё так невероятно возбуждает. Что член мой начал наливаться уже по полной.

Приподнялся обратно и выловив тот самый взгляд! Сюрприз, малышка. Или лучше звать тебя кобылой?

— Почему такой большой⁈ — Воскликнула, приподнимаясь обратно с глазами изумрудными навыкате.

Не без квантовых примочек я его таким сделал. Естественно, без потери чувствительности. То есть всё, как надо. Для каждой дырки у меня свой размер. А здесь я на глаз определил, что надо конский. И сработало.

Страпонелла в восторге. Обратно поднялась чисто на мышцах пресса.

— А можно потрогать⁇ Где ж ты раньше такой был! Почему сразу не показал, как прибыл. Мы бы не занимались всякой ерундой, а сразу сюда.

— То есть нужно было с порога сразу членом помахать? — Уточняю, посмеиваясь.

— Конечно! — Отвечает со всей серьёзностью. — Был бы совсем другой разговор. Иди сюда, сокровище ты моё.

Стала трогать, мять, ощупывать. Но не брать в рот!

Возбуждение на грани. Опасаясь, что член начнёт падать, к сожалению, этот процесс я не контролирую искусственно, отстранился.

— Ну чего ты? — Возмутилась королева мягко. — Обиделся?

Губища ещё бантиком сделала, будто я ей ребёнок. Но со мной так не надо!

— Так примеришь его или как? — Спросил уже обыденно.

— Да и поскорее! — Выдала очень возбуждённо, если не истерично, и снова на спину рухнула бревном.

Миссионерская поза? Э, нет, дорогуша.

— На четвереньки становись, — командую.

Секунды две смотрит с недоумением. И обидой! А затем живенько переворачивает свою мясную сексапильную тушу. Тело мышцами и жирком играет в процессе, сиськи колышутся, ягодицы трясутся.

— Ноги шире, на локти обопрись, выгнись, — подсказываю. Выполняет!

Шикарная распахнутая задница сводит с ума.

Головка члена начинает дымиться. Ракурс шедевральный! Особенно, если наклониться и грудь свисающую увидеть. Если бы она ещё волосы распустила, наверное, я бы уже выстрелил.

Пристраиваюсь, руки ставя на широкий таз. Чуть развожу булки мышечные и горячие, рассматривая щель и аккуратную не заросшую дырку ануса. Мне бы не сконфузиться после первого же погружения!

Вспоминаю кровь и мясо, что творилось с её участием совсем недавно. Как она злорадствовала от мучений Шидры. Чуть отпускает. И я ввожу…

Тугое и жаркое лоно впускает нехотя. И только благодаря обилию смазки. Королева ахает и воет, стоя смиренно. По ягодицам мурашки идут крупные. Первые ощущения самые сладкие. Но я придерживаю свой стон. С молчаливой циничностью продолжаю показывать, как я крут в этих делах.

Вогнал по самые яйца, упираясь в матку. Королева охнула с удивлением и застонала в голос. Не вытерпел, стал сразу долбить. Почуяв сладкую власть над грозной кобылой.

— А ты хорош!! — Закричала дылда. — Аааа!! Вот это да! О боги! Да!! Быстрее! Жёстче!! Отшлёпай меня! Выпори, унизь…

Огрел ладонью по булке, кожу прожгло так, чуть не завыл. А эта ещё просит.

Под шумок большой палец к анусу подвёл, чуть ниже смазав и стал под долбёжку вставлять. Это уже для галочки.

— Эй, не так быстро извращенец! — Возмутилась, когда вошёл на полпальца. — Эта дырка только для мужа!

Задолбил сильнее, скорее от злости. Зашлёпало смачно от ударов моего таза по её заднице. Сиськи затряслись, стали тереться сосками о шкуры.

— Слушай! А! Я! И! Не против! Чтобы! Им! Стал! Ты! — Выдала через удары.

Так ясное дело!

— Командор! — Ворвалось в глаза с красным сигналом от штурмана. — Тревога!!

— Готовлю телепортацию! — Подключился и маг в башку, обламывая кайф.

— Стойте! Стойте! Я почти!! — Закричал. — Чёрт!!

Всё возбуждение, как рукой сняло. Член стремительно стал падать прямо в пещерке королевы. Вынул, та с недоумением смотрит из–за плеча.

— Писюн стёр? — Спрашивает участливо, как родная.

Хочу её неимоверно. Но!

— В зоне выхода из гипера двенадцать тяжёлых кораблей, вошли в Систему минуту назад, — докладывает штурман прямо мне в мозг. — Идут на полной скорости к Амазонии и вероятнее всего нам на перехват. Через шесть минут заблокируют маршрут отступления, тогда боя не избежать.

Двенадцать тяжёлых кораблей⁈ Против моих трёх, да ещё и с горсткой истребителей. Мне кранты. Без шансов.

— Это адмирал 7 ранга Сандерс, — передаёт Арти.

Твою мать! Вот кого бы на кол!! Мой злейший враг летит меня уничтожить. Одеваюсь живенько.

— Руди? — Окликает королева настороженно. — Больше не желаешь владеть мной? Или устал бедненький?

— Мне срочно в путь, любовь моя, — говорю беспокойно, заправляя причиндалы в трусы. — У тебя три минуты, чтобы решить, полетишь ты со мной или останешься на этой конченой планете.

Глава 5

Страпонелла не захотела со мной лететь. Но расставание было тяжёлым. Уж не думал я, что она скажет мне на прощанье:

— Руди, ты останешься в моём сердце лучшим мужчиной. А твой великолепный писюн моё жадное лоно ещё долго будет вспоминать. Если ты вернёшься…

— Не факт! — Воскликнул, готовый уже через секунду свалить отсюда навсегда.

— Если всё же вернёшься, — заговорила королева неожиданно чувственно. — Я дам тебе в другую дырку. Теперь буду беречь её для тебя, мой адмиральчик с небес. И буду ждать.

Взгляд уже другой. Нежный, щенячий. Прямо в душу смотрит. Точно влюбилась.

Не всегда дело в члене, скорее наоборот. Но на этот раз именно тот случай. Хотя уверен, ещё и моя харизма сработала.

Обнял её быстренько, ухватив по–хозяйски под прокаченные выразительные ягодицы. Схватила в ответ за мои и прижала сильнее к сиськам прямо носом, от пола оторвав. Так и держала, пока не вырвался в нетерпении, потому что в заднице зудит! А в уши штурман жужжит, что пиндец неминуемо близко.

Взгляд влюблённых изумрудных глаз не дал мне уйти так просто.

Подал мысленную команду, и мне в руки сгенерировали букет из сотни свежих алых роз. Вручил ошарашенной королеве со словами:

— Это с другой планеты, есть миры, где такое растёт.

Грустно стало вдруг. Я ведь не увижу её больше. Если возвращаться, то не раньше, чем через год из–за массы подвисших дел. Поглотители нагрянут сюда быстрее. А они никого не пощадят.

Поэтому второго шанса ей уже не видать.

Да и все они здесь обречены. А игрища кровавые — это бесиво и агония, подаренная им свыше.

— В душе ты добрая, я знаю, — вырвалось почему–то.

— Поучи ещё, — хмыкнула Страпонелла, оскалившись.

— Прощай, — произнёс напоследок и, не дожидаясь ответа, телепортировался в рубку флагмана с тяжёлым сердцем и полными яйцами.

Всегда бесит в таких ситуациях недоделанный процесс, но утешает обоюдная недосказанность. Думаю, фотографий её задницы, что я нащёлкал глазами хватит, чтобы разрядиться позже и не раз.

Всё, удовольствия потом. Главное проскочить!

Планета Амазония уходит за пелену тумана. А впереди зловещая чернота и звёзды, среди которых на меня устремлён вражеский флот, хотя невооружённым глазом его пока и не видно.

Только техническим.

— Сорок секунд, командор! — Выдал с претензией штурман уже по внутренней голосовой связи. — Когда–нибудь твои бабы всех нас погубят!

— Рули молча, а, — рыкнул на него, усаживаясь в своё кресло перед мониторами.

— Есть, командор! — Быстро перестроился мой подчинённый.

Подобрав челнок, уносимся на трёх кораблях к центру Системы. Штурман взял траекторию, чтобы успеть свалить к одной из дальних точек гипер–выхода, какую Сандерс не успевает перекрыть по всем расчётам. Потому что мы уже стартанули.

Все гипер–выходы и входы в системах только вокруг их звёзд, как основного ориентира и создателя данной аномалии, переросшей в нечто постоянное и полезное.

По–другому из системы не свалишь. Только в межзвёздное пространство, чтобы сгинуть там. Ведь до любой другой системы на обычных движках пилить придётся лет сто. У меня есть это время. Но не у членов моих экипажей, да и у самих кораблей не факт, что хватит ресурса.

Этот путь отступления я всегда держу в голове. И это путь отшельника.

Подвожу итоги рейда длиною в две недели. Улетаю из системы Дзибан без самой красивой женщины Амазонии. Но хапнул двадцать шесть девок той же расы, с которыми ещё предстоит наладить деловые отношения. Ох уж эта Муана!

Но радует больше другое. Скажем, есть утешительный приз. Думаю о нём, пока сматываюсь от Сандерса на всех парах. И это металл под волнующим названием Илинум!

Мы нашли его на Амазонии, хотя ничего не предвещало! Целых, мать его, девятнадцать килограммов! Неслыханно за один присест.

Самая ценная валюта для вольных адмиралов ни золото, ни драгоценности, ни говяжье мясо, а особый красный металл — Илинум! Самый редкий металл в Галактике. И крайне необходимый в кораблестроении. Всего–то пятьдесят килограммов красного металла необходимо, чтобы удержать стабильным Ядро реактора любого тяжёлого космического корабля. И я о прыжковом ядре! О том, которое позволяет перемещаться в межзвёздном пространстве, прыгать от одной звёздной системы к другой.

Любой другой корабль, который этого не может — для нас, адмиралов, бесполезен. Он обуза, хлам. Посмешище.

Чтобы заложить на верфи тяжёлый корабль нужно пятьдесят килограммов Илинума. Ну и имперские ринны для аренды верфи, прочих материалов, работ и налога. Ринны! Электронная валюта, чёрт бы её побрал.

У каждого гражданина и подданного имеется свой Счёт в единой инфосети по всему подконтрольному Империи пространству. Единая валюта всех миров Первого круга. И частично второго.

Кстати о риннах!

Вдогонку Имперский контроллер, гуляющий по орбине Амазонии, вываливает мне счёт. Налог за взятых на борт аборигенов, сбор за ущерб на планете, за добытый металл… ничего не упускает из виду, собака такая. А ещё предъявляет за применение имперских технологий в отсталом мире — самый грабительский побор.

За убийство животных вдобавок хотел припаять. Но я кинул ему тут же апелляцию о том, что была самозащита, и проканало.

В итоге вышло четыре тысячи двести ринн, которые попросят заплатить на первой же таможенной имперской станции. Для сравнения: совокупная стоимость строительства тяжёлого корабля от двадцати тысяч и выше, в зависимости от конструкторской конторы. Крейсера дешевле, авианосцы подороже. К последним ещё и истребители нужны — по пять тысяч ринн штука, иначе толку от авианосцев никакого.

Далеко идущие планы по восстановлению моей мощи уходят сейчас на второй план. Ибо мой дохлый флот удирает из системы, где я на флагмане впереди несусь, поджав хвост.

Траектории рассчитаны, сюрпризов быть не должно.

И теперь на зелёной сетке нашего объёмного радара вижу, как навстречу вылетают четырьмя клиньями целый рой истребителей, обгоняя тяжёлые корабли. Четыре сотни единиц, ничего себе накопил! Да они нас истерзали бы как пираньи, если бы успевали.

И нахера так стараться? Жечь энергию и бодрить пилотов? Я ж проскакиваю в любом случае.

Всё это тоже предусмотрено. До планеты Сандерсу лететь часов пять. Система маленькая. А вот перекрыть мне путь ко входу в гипер–тоннель он мог за десять минут. Потому что в безопасной полусфере Звезды двигаться от одной гипер–зоны до другой не так уж и далеко.

Чужой разведывательный корабль засёк, идущий на безопасном расстоянии параллельным курсом. Похоже, он давно уже здесь пасётся, раз выдал себя. Энергия на маскировку кончилась, перевёл все резервы на ускорение. Вот как враг меня нашёл! Подмывает пустить в преследование пару истребителей, чтобы сбить его к херам. По просчёту траекторий вероятность перехвата под девяносто процентов. Но при этом я могу потерять один истребитель. А у меня их крохи.

Спустя полчаса Сандерс запрашивает видеосвязь!

Понял, что упускает?

Принимаю вызов. И рожа его довольная возникает на большом экране. Холёный сорокалетний мужик с серо–голубыми вечно вытаращенными глазами, как всегда, красит волосы и брови в иссиня–чёрный цвет. Но в походе немного расслабился, и появились первые седые волосинки.

Были времена мы пили вместе, когда ему было двадцать лет. Он казался мне безрассудным, молодым путешественником с романтикой в сердце. Счастливым, светлым. Однажды я выложил с дуру ему свой секрет. Мне казалось, что мы лучшие друзья.

— Руди Робин! — Воскликнул радостно.

— Глеб Сандерс, — ответил ему сдержанно. — А ты постарел дружок. Если примчал в систему за илинумом, я его весь высосал, не сомневайся.

— К чёрту красный металл, — бросил адмирал, широко раскрывая свою наглую пасть.

— Ты мне лучше скажи, дорогой. — Заговариваю ему зубы — Где два миллиона ринн на истребители нашёл?

— Меньше по отсталым мирам летай, тогда может научишься зарабатывать.

— Приму к сведению, — язвлю.

— Кстати! Где твои корабли? Неужели просрал весь свой флот? Подумать только, еще полгода назад у тебя был седьмой ранг, а теперь ты на дне. Бегаешь ото всех. Как так вышло, Руди?

— Это ты постарался, — осенило меня.

— Ты о чём? — Засуетился Сандерс.

— Битва с Дуаданом два месяца назад в системе Хоппа. Я разгромил его. Три тяжёлых корабля были бы моими трофеями, если бы ты не надоумил его взорвать их ядра, заодно уничтожить два моих крейсера. Ты думаешь я не видел, как ты эвакуировал Дуадуна на челноке? А я и думаю, как он решился очернить своё имя таким подлым поступком? Он в чёрном списке Империи, так и передай ему. Хотя, подлецу должно быть всё равно, теперь он служит у тебя и не светится. Так ведь?

— Ты заблуждаешься, я не знаю ничего об этом, — замялся Сандерс.

— Есть запись, где чётко видно на челноке знак твоего флота. А также зафиксирована идентификация.

— Такое не предъявишь, брось, — взвыл мой враг наиграно.

— А я попробую, — огрызаюсь.

Потому что из–за их подлости я лишился пяти тяжёлых кораблей, сорока истребителей и полсотни лучших абордажников.

Говорят, в космосе нет правил. В системах до Третьего круга включительно они есть. Конвенция империи, которую нарушают только пираты. Или будущие пираты.

Нельзя взрывать ядро тяжёлого корабля! Если ты желаешь и дальше продолжать карьеру адмирала. Мы ведь друг друга не убиваем! Поверженный флот — это не есть смерть его лидера. Проигравшего адмирала принято забирать на борт и довозить до станций имперской юрисдикции.

Самоуничтожение в зоне систем третьего круга карается снятием статуса. В зоне второго и первого — за такое тюрьма или казнь, в зависимости от заслуг.

У нас не водятся дебилы, которые самоубиваются при удобном случае, чтобы подгадить другому.

Конечно, я блефую на счёт того, что у меня есть доказательства причастности Сандерса. В эйфории победы даже не думал, что какой–то улепётывающий кораблик ознаменует ловушку. Я был даже рад, что Дуадун спасся сам и не пришлось его держать на борту. А потом уже было поздно что–то фиксировать. Я просто уносил ноги на потрёпанных трёх кораблях и молил Квазар, чтобы не вылезли стервятники.

Но теперь Сандерс выдал себя реакцией.

— Ну ты и урод, — произнёс я от души.

Глеб всё понял и рассмеялся в экран. А следом заявил:

— Слушай, я готов тебя отпустить и простить все твои словечки в Мирах первого круга в мой адрес. И те нелесные слова на императорских балах. И то, что ты трахнул мою дочку перед её свадьбой.

— Мы любили друг друга! — Воскликнул я совершенно неискренне.

— Хватит заливать. У тебя целый гарем, только я не знаю пока, где ты его прячешь.

— Да что ты ко мне прицепился? — Развожу руками, не теряя бдительность. Получаю параллельно доклады и поглядываю на радар.

— А ты не догадываешься, Руди? — Съязвил Сандерс и ещё ближе подался, увеличиваясь на экране и раздувая волоски в ноздрях. — Я знаю тебя больше двадцати лет, и твоя рожа нисколько не изменилась.

— Я пользуюсь кремами! Процедурами всякими, вакко–пластикой, магическими штучками. Знаешь, тебе пора заканчивать массаж простаты и начинать массаж лица. Проси одно после другого немытыми руками. Уверен, помолодеешь на десять лет точно.

— Полно заливать. Я знаю твой секрет, — обрубил Сандерс. — Мне нужно только знать, где находится твоя Секретная планета с Источником. А так как ты можешь соврать, я пороюсь в твоей навигационной системе и журналах. Оставляй флагман, и вали куда хочешь, больше тебя не потревожу.

Я догадывался, что он позарился на мою тайную обитель. Но всё это время строил козни как–то стороной, не выдавая истинных целей. И вот свершилось. Ему нужна планета, на которую мне когда–то посчастливилось наткнуться. Райский мир с благоприятными условиями жизни, где я царь и бог. Где я властвую в роли императора одной из средневековых держав вот уже триста лет. Там и обитает мой гарем из экзотических красоток галактики, на отдельном острове живут. Там и запретный город с императорским гаремом из местных девушек.

Планета, которую я зову Оазис, спрятана за аномалией и астероидным полем, её ни пиратам, ни вольным адмиралам, ни имперским экспедиторам никогда за века не найти.

Этот придурок решил, что вся информация на флагмане. Но нет. Всё у меня в голове. Даже мой талантливый штурман без моего участия не сумеет прыгнуть в тайную Систему.

Я почти уверен, что Сандерсу не нужна сама планета. Он жаждет добраться до Источника, дающего вечную молодость. И он действительно скрыт в Оазисе.

И я им воспользовался.

— Руди, послушай, — обозначился Сандерс, вероятно посчитавший, что я раздумываю над его предложением. — Пока ещё никому нет дела до такого придурка, как ты. Потому что ты незаметная фигура, совершенно не выдающаяся. Но стоит акцентировать внимание адмиралов хотя бы третьего ранга, и твои путешествия превратятся в рулетку на выживание, куда бы ты ни полетел, везде будет ждать ловушка с их–то боевыми ресурсами. А если намекнуть кому из членов императорской семьи об Источнике, у тебя даже на верфях начнутся проблемы.

— А ты вхож, чтобы намекать? — Усмехнулся я. — С такой рожей только в сторону самого паршивого десятиюродного родственника имперского посмотришь, и тебе выколют глаза. Думаю, на Зэрдине ты был от силы раза два по дню и дрожал от взглядов местных лордов.

— Тебя самого сколько в Центре не было? Год? — Спрашивает морда.

— Около того, — пожимаю плечами. Если быть точным в столичных системах Империи я не появлялся уже пятнадцать месяцев.

— Многое изменилось, Руди, — начинает по–дружески. — Тебе давно стоит остепениться и жить припеваючи в Первом кругу цивилизаций.

— Сам разберусь, за меня не переживай старик, — ответил, акцентировав на последнем слове.

Если на то пошло, имперской семье меньше всех есть дело до вечной молодости. Они и так регулярно обновляют свои тела и живут лет по двести. Хотя, пятьсот ещё никто не протянул. А с Источником мог бы.

— Последний шанс, Руди, — нахмурился Сандерс, быстро потеряв терпение.

— Давай, пока.

Прервал связь.

Лечу к Звезде и чую, что–то не так. Хотя штурман докладывает, что всё хорошо. Интеллект флагмана выдаёт свои расчёты, убеждая в том же самом. Арти молчит вообще. А что он может? Магия в вакууме не пашет. Маг пусть хоть трижды мастер, но в космосе чувствует себя очень уязвимо. Даже не знаю, на кой чёрт он ко мне привязался когда–то.

— Куда, командор? — Всегда заранее интересуется штурман, чтобы раскидать задачи на все корабли.

Стандартный прыжок возможен на расстояние до ста парсеков. Флагман прыгает чуть дальше. Это в случае, если я флот решу оставить на произвол. Всем вместе и разом — лишь в этом надёжность.

Полистал звёздную карту. Сотни обитаемых систем, десятки пригодных для жизни планет. Просторы, путешествуй хоть куда! Полная автономия на тысячу парсек. Даже в обширном секторе третьего круга ещё есть необитаемые области и загадочные аномалии.

А если по хоженым системам скакать: две сотни вариантов есть для первого же прыжка, Сандерс при всём желании не угадает, если решит преследовать. Но может предположить, если знает мои цели. Если я хочу к Центру поскорее, чтобы в итоге скрыться за вторым кругом, то выбор сужается.

По поводу Кругов галактической империи. В Первом, самом маленьком по сравнению с прочими, объединение самых могучих цивилизаций. Там воевать вообще нельзя. Стоит один выстрел в любой из систем произвести, находясь в космосе, и тебя боевые станции расщепят за секунды. Хоть один тяжёлый корабль имеешь, хоть сто. Всё в пыль.

Второй круг уже большой. Он как объёмный шарик с выпуклостями и углублениями, захватывающими отдельные зоны за рамками или исключающими мёртвые системы. Здесь тысячи миров, все обитаемы. Очень много искусственных планет. И всяких глобальных экспериментов с расами, которые устраивают Репитеры и Реконструкторы, возомнившие себя богами. Но это уже другая история. Так вот, в зоне Второго круга вольным адмиралам можно сражаться лишь по обоюдному согласию. Один вызывает, другой принимает вызов. А имперский контроллер протоколирует и даёт добро.

Третий круг — это уже беспредел. Но зато по добыче — здесь самое сладкое. И девки, и заработок. Ресурсы можешь подобывать, где вздумается. Легко разбогатеть, но риск сгинуть, потеряв всё, очень велик.

Пораскинув мозгами, решаю дать небольшой крюк, заскочив в обитаемую систему без пригодных к жизни планет. Даю установки штурману, дальше его забота.

Откидываюсь на кресло, спинка отъезжает назад, превращая его в кровать. До точки выхода ещё четыре часа пилить. А я что–то очень устал! Надо бы в бортовой медблок сходить, вычистить из тела микроорганизмы, которые я нахватал в Амазонии, и какими могла угостить королева. Да вроде недомоганий нет. Это подождёт.

Придремал на чуть–чуть. Разбудили, собаки.

На радар взглянул быстро, всё пока идёт, как надо. Точки на зелёной сетке медленно, но верно сближаются друг с другом. Два часа и семь минут до гипер–прыжка.

— У нас проблемы с личным составом, — раздалось недовольное от Арти по связи.

— Что такое? — Встрепенулся поднимаясь.

— Ваше новое приобретение в лице очаровательных дикарок очнулось от реабилитационного сна, посовещалось и решило проверить корпус флагмана на прочность.

— В каком смысле⁈ — Подскочил аж.

— Они выломали несколько переборок и пошли разгуливать по кораблю. К счастью мне удалось обездвижить часть, потому что два разных племени вздумали вновь выяснить отношения.

Твою мать, а я и забыл, что они воевали буквально вчера!

— Выгоняй всех на смотровую площадку, а там заслонки снимайте, пусть на звёздочки пока смотрят. И дивятся.

— Командор, они требуют вас…

— Да иду я!

Глава 6

Шёл до Смотровой, как бешеный зверь, распинывая куски обшивки, которые старательно подбирали мини–роботы–ремонтники, поднятые по тревоге. Эти бешеные суки у меня в космос открытый вылетят. Убью за флагман!

Но спесь сошла на нет, когда выглянул на площадку с высоким округлым потолочным сводом и белой палубой. Где встали двумя кучками мои полуголые крупные подружки, которых звёздочки в черноте, похоже, даже не заинтересовали. Первое, что бросилось в глаза: они изорвали белые халаты, подаренные им после восстановления здоровья. И сделали из них свои национальные лохмотья. Снова голые бёдра, сиськи, едва прикрываемые или вообще свободно висящие под тряпочками.

Жару подбавляет, что волосы почти у всех распущены, у кого до плеч они, у кого до задниц. А ещё этот здоровый румянец на смуглых щеках. Конечно, симпатичных немного, но в целом, картина глаз радует.

Быстро пробежался глазами с порога. Шидры здесь нет. Та так быстро не очухается. Но её дочь Лиана уже успела кинуться на врагов. И теперь она и ещё одна дебилка лежат неподвижно и глазами в ужасе хлопают.

Арти в противоположном углу стоит. Хоть и руки скрещены на груди, но напряжение чувствуется, глаза бешеные выдают решимость. Похоже, он на грани всех положить. А амазонки уже смекнули, что не стоит ему перечить. Но всё же некоторые рыпаются.

— Где там щегол? — Выкрикивают. — Пещера его никудышная, всех переловим, кто не успел удрать! Дурманить нас вздумали своими глюками? А ты шаман рыжий, что смотришь? Сил–то хватит на всех?

Выхожу и встаю перед ними на дистанции шагов в семь. В ответ все взгляды устремили дикие. Ненавидящие, уничтожающие и презирающие.

— О, расхаживает, как у себя дома, ну прямо ничего не боится, щегол, — комментируют девки, каких я из лавы доставал.

— Вы бы полегче, — обозначается Каштанка, выходя вперёд. — Он в забеге охотника победил.

Все замолкают, начинают перешёптываться. А я в недоумении:

— Когда ты успела помереть, Яйце… кх, кх, грызка? — Поинтересовался, к Арти ближе подступая, чтоб при случае отбил.

— Она сама изъявила желание, — ответил маг. — В суете не успели спросить.

— Да, я женой твоей готова, Руди, — согласилась женщина.

Хоть этой я и не предлагал. Похоже, запала. По глазам вижу вожделеющим, не может от меня оторваться.

Так, по крайней мере, одна на моей стороне. Подождите–ка!

— А что тут делает ребёнок⁈ — Ахнул и на мага посмотрел.

— Да эта из пасти анаконды которая. Что я должен был делать? — Разводит руками тот.

Смотрю на мелкую, лет четырнадцать на вид. Хотя судя по габаритам расы и того меньше. В ответ хмурится. Злее старших выглядит. Вот же зверёк! Сероглазая, блондинка, крепенькая. Проскальзывает даже детское очарование.

— Но у меня есть правило, — шиплю на мага. — Никаких детей на борту.

— Выбросить через шлюз? — Спрашивает Арти цинично.

— Ты что?

— Тогда продадим на первом же рабском рынке и дело с концом, — дальше несёт пургу и, похоже, издевается.

— Так, я понял. Пусть сидит до возвращения в Оазис. Там оставим на попечительство.

В конце–концов на флагмане длинной в сто пятьдесят метров достаточно кают.

— Не вздумай, щегол! — Крикнула пискляво мелкая.

Чего⁈

— Охренела что ли, пигалица⁈ Ремня получишь, — фыркнул на неё. К той сразу Каштанка подошла и приобняла за плечи, они переглянулись, как знакомые. Мелкая головушку светленькую опустила, выдохнула.

Перевёл взгляд на остальных баб, которые по ощущениям уже готовятся наброситься на меня все разом.

— Быть рабом у мужчинки, да никогда, — промямлила Муана с пола.

— Точно, мы лучше обратно в пыточную, — поддержала её подруга.

— Мы не рабыни! Мы воины! — Воскликнула красивая худышка, которая всех с края подло скидывала в забеге, пока не огребла от королевы.

Но прикусила язык, когда ей Каштанка на ухо шепнула что–то.

— Так, всё, всё, — выставил руки вперёд. — Никого из вас в рабыни брать даже не собирался. Мне воины нужны. Драк будет много, обещаю. Все вражеские мужики ваши, издевайтесь потом над ними, как хотите.

— Ишь что заливает, — начали возмущаться в основном девки с клана Шидры. — За тебя воевать предлагаешь? А с чего нам чужаку дохлому в верности клясться?

Похоже, привлечь на свою сторону удалось только воительниц королевы, какие в меньшинстве.

— Так, ждите здесь, — произнёс на выдохе и двинул в коридор до медблока, где Шидра лежит.

Растолкал её в капсуле, перейдя в боевую трансформацию. А то мало ли.

После всех процедур свежая на вид тридцати пяти лет женщина сразу сориентировалась, куда смотреть. Уставилась синими глазищами, что дыхание моё перехватило, и стала медленно подниматься. А вид… ну прям убийца.

Не испытывая судьбу, отошёл на три шага и поприветствовал её:

— Поздравляю с перерождением, великая Шидра. Меня зовут командор Руди. Я на этом борту главный и принимаю все судьбоносные решения единолично и беспринципно.

В ответ глазами смотрит неотрывно, не моргая секунд пять. Чую, вот–вот набросится. Поэтому ещё шаг назад сделал.

— Боишься меня? — Спрашивает она спокойно.

— Плохого ничего не делал, с чего мне бояться? — Выдал и сглотнул.

Усмехнулась вдруг Шидра. Да так резко, что я чуть не пукнул с испуга.

— Ты тот, кто кнутом меня стегать хотел, — заговорила с оскалом. — А потом подговорил вражьего воина в глаз мне выстрелить. А ещё ты сказал, что освободишь меня. И сделал это. А ещё излечил все раны. Это же твой дом? Или лодка, как вы зовёте.

Кивнул ошарашенный. Умная ведь баба оказалась.

— Выходит, я обязана тебе, командор Руди. Так чего от меня хочешь?

Вывел виртуальный экран ей под нос и показал со стороны планету Амазонию удаляющуюся. Приблизил, конечно, чтоб лучше рассмотрела шарик с красно–розовыми завихрениями.

— Это ваша планета, ваш мир, и мы его покинули навсегда. Понимаешь, о чём я?

Кивнула, не сильно впечатлившись.

— Путешествие долгое, но интересное, — излагаю дальше. — Без драк не обойдёмся. Ты и твои соратницы на этой лодке со мной повязаны на какое–то время.

— Соратницы? — Встрепенулась Шидра и стала спуститься с кушетки, в которую превратилась капсула.

— Я забрал всех пленниц у Страпонеллы, — объявил деловито. — Не переживай, никого не отстрапонила.

— Муана? — Ахнула женщина.

— И её забрал. Все излечены, как и ты.

Шидра засияла, а я расслабился. Да практически растёкся по полу.

— Теперь я должна тебе вдвойне, — заключила. — Говори, что надо?

Изложил доступным языком идею. Предводительница мятежниц всё сразу поняла и, чуть поразмыслив, согласилась служить. А затем посоветовала:

— Даже я не заставлю воительниц признать тебя нашим лидером. Потому что ты мужчина, а они в нашем мире считаются низшими созданиями и по вере, и по силе. Но ты из другого мира и у тебя есть шанс на признание. А для этого придётся доказать свою силу в поединке.

— Мне не хочется крови на своём корабле. Ни капельки, именно по этой причине я велел раздать всем прокладки. К тому же здесь дети, — развёл руками.

— Рукопашный бой подойдёт, — предложила. — Объяви о своей неоспоримой силе и встреть несогласную. Если уверен, что победишь.

Уверен, просто женщин бить — не в моих правилах.

Двинули на Смотровую вместе. Поначалу Шидра поозиралась в коридоре из белого металло–пластика, шарахнулась пару раз от мелкой робототехники, но вскоре уже уверенно пошла за мной в белом халате, шлёпая босыми ногами сорок девятого размера.

Когда вышли на площадку, там творился балаган. Интеллект флагмана всех в поле заключил статическое, чтоб не расползались по кораблю, как тараканы. Вот и взбесились. Но, увидев, Шидру заткнулись в миг.

Оклемавшаяся Муана рванула к маме, я едва поле успел убрать.

А за ней и другие бывшие пленницы. Окружили, стали обниматься. Мамашка руку дочки осмотрела. Дальше уже всех по плечам и сиськам похлопала. А вторая группа тем временем к стенке вжалась в ужасе. Похоже, Шидра страха им нагоняла не малого раньше.

Немного потискавшись с девками, главная воительница устремила свой взор на бывших врагов. Толпа соратниц, как по мысленной команде расступилась, давая прямой тоннель.

Каштанка вперёд встала с решительным настроем. Остальные через борьбу на лицах тоже исказили лица злобно. Но проскочила обречённость.

— Мир! — Объявила вдруг главная воительница. — Нам нечего больше делить! Все обиды прочь, жизнь вторую даровали нам Боги!

Три секунды длится пауза, нагнетая. Но затем я вижу, как расплываются лица девок королевы.

— Мир! — Согласилась Каштанка, вероятно, посчитавшая себя лидеров другой группы.

И две толпы пошли на сближение, по плечам друг друга захлопали. Заговорили тихо. Засекретничали по–бабски.

Немного подождав, продрал горло. Толпа теперь единым строем ко мне повернулась с гордо поднятыми подбородками. Взгляды решительные, злые. Похоже, готовы лодку мою захватить. Ага, вместе сила.

Но тут Шидра высказалась неожиданно для всех:

— Я присягну на верность командору Руди. Я признаю его силу.

Половина девок ахнула. Вторая завозмущалась. Больше всех Муана.

Шидра тут же подмигнула мне.

Отправив Арти со Смотровой в знак того, что я сам крутой, снял с себя адмиральский китель, обнажая безупречный торс. Перепроверил отклик квантовых процессоров, переводя тело в боевую форму. Резервы куда надо направил, которые успел от корабля зарядить в кресле. И объявил смело:

— Кто усомнился в моей силе, прошу поднять руки.

Лес рук. Тааак.

— Предлагаю рукопашный поединок, — говорю дальше. — Но не до смерти, как вы любите, а пока кто–то из нас не вырубится или не сдастся. Кто первый хочет попытать счастье?

Едва я договорил Муана вырвалась вперёд, распихивая подруг.

Взведённая как курок, напружиненная. Пока быстро волосы в куль перевязывала, взмылилась ещё. А под конец взглянула дико.

— Ну что, Руди, пощады не жди!

С этими словами бросилась на меня в прыжке и ножку изящно вытянула.

Ускорившись вдвое, сделал выпад в сторону и ушёл от пятки в нос, которая по нему только чиркнула. Ничего себе скорость у девки!

Решил тут же подловить, ухватив за талию. А там не просто пресс, какой ожидал прощупать, а самый настоящий камень! В итоге моя рука, усиленная квантовыми частицами так, что обычно такой лапой я стволы винтовок в бараний рог заворачиваю, чуть не переломилась, словно тросточка, от её натиска.

И, тем не менее, манёвр и соперницу удивил, и зрительниц. Заохали, затаились. Интерес к схватке появился. А то до этого уже махнули рукой, мол, труп.

Разбежались в стороны после выпадов. Я сделал вид, что даже не больно. Встал в стойку. А она, подняв ногу с потрескавшейся палубы, оскалилась и снова полетела на меня, ещё быстрее рванув. На этот раз не стал блокировать или лезть напрямую. Отскочил, ладошкой провёл по ляжке проносящейся и по заднице шлёпнул слегка вдогонку.

И тут меня осенило от ощущений! Вот же хитрые сучки!

Если бы не ласкался с королевой, не понял бы, в чём подвох. То кожа нежная, то как резина. Похоже, эта раса тоже во время опасности форму боевую может принимать!

И точно, жилы играют под кожей, мышцы бугрятся, ягодицы торчали и так, а теперь ещё больше. А сиськи мелкие вообще не дёргаются от прыжков. Робот, нет, раз красивая пусть будет «кукла–убийца».

Участвовала бы она в забеге, похоже, и Страпонелле могла бы составить хорошую конкуренцию. Не зря та её хвалила, мол, лучший меч клана. Ну, или второй.

— Дерись! — Возмущаются на меня зрительницы.

Муана ещё раз бросается в атаку с прыжка, успеваю уйти едва–едва. И увидеть, как проламывается сверхпрочный пол от её пятки!! Это мог бы быть мой череп, хотя он явно менее прочный. А ей хоть бы что, вытащила из дыры ногу и носом не повела. Взгляд сине–голубых глаз не отрывает от меня сосредоточенный.

— Не ломай корабль, — пригрозил кулаком.

— Я тебя почти поймала, — зашипела Муана хищно, пригибаясь и начиная уже аккуратно красться ко мне.

Сократила дистанцию на два метра и как выбросит ногу со стороны! Ускорился на максимум и только так успел сообразить, что носок уже почти у моей челюсти завис и медленно приближается. Резерв в таком режиме стремительно тает, особенно, когда я привожу своё тело в движение. На такой скорости жилы уже трещат. Но тело слушается. Подныриваю прямо под шпагат и мимо паха проношусь.

Тряпка в сторону свесилась, которая была в роли юбки, и вижу я узенькую ткань, разлохмаченную по бокам, что едва скрывает промежность.

Замедленные звуки, что безмолвие. А зрители, что статуи, которые особо не смущают, когда ты в режиме ускорения. Всё равно ничего не увидит. Именно поэтому я с превеликой радостью нагло отодвигаю ткань, чтобы рассмотреть пиздёнку Муаны, что оказалась довольно эстетичного вида.

Белые волосики, стоящие дыбом, вероятно, от боевой трансформации, не сильно портят впечатлений, половые губёшки раскрылись из–за шпагата, обнажая вторые более нежные. Показалась розовая плоть, и я чётко сумел распознать заветную бусинку. Успел потеребить клиторок пальцем три раза прежде, чем провалиться дальше.

Вернул время, проскочив между ног. Звук ворвался и ударил по барабанным перепонкам — такой эффект приходится терпеть, когда ускоряешься на максимум. Но оно того стоит. Я слышу сквозь гомон едва уловимый вскрик.

Муана неожиданно слабнет и падает на живот. От удара я вижу, как колышутся её расслабленные булки. Ха! А вот и уязвимая точка нашлась, отключающая боевую форму по щелчку.

Соперница не сдаётся. Гриву откидывает эффектно, поворачивая на меня голову, и смотрит с порозовевшими щеками с укором и подозрением. Вскакивает быстро и снова летит драться.

Замедляю процессы вокруг, ускорив тело и восприятие, и теперь добираюсь до небольших сисечек. Удаётся оба соска покрутить в процессе и смыться, дабы не выхватить.

Возвращаюсь в нормальный режим быстро, чтоб не тратить резервы зря. Муана вскрикивает в голос, хватаясь за грудь. Болельщицы переглядываются.

Развернувшись неуклюже, девка не смогла скрыть недоумения. Ляжки уже не так расставляет. Ой, а там пятнышко мокрое виднеется на трусиках. Быстро же она потекла.

— Ах ты змей! — Вскрикнула с обидой, но нападать не решилась.

Зато раззадорился я! И двинул на неё, ускорившись на треть. Заметил, что дёрнулась, чтобы застать врасплох, зашевелился быстрее. Поднырнул и, оказавшись сзади, за талию обхватил. А прижав ближе, поднял руки, залезая ладонями под тряпочку топа и за грудки схватил.

Только она дёрнулась, когда время вернул в нормальный режим, я ей тут же соски зажал. Сразу ослабла! Даже руки, которые попытались сбросить мои, бессильно упали обратно.

— Вот ты и попалась, — шепчу ей на ухо сладко и кручу твердеющие от возбуждения холмики.

Мы с ней почти одного роста, очень удобно держать.

— Отпусти, — слышу с придыханием.

В толпе начинают подхихикивать. Но Шидра грозит сама всем соски покрутить, те сразу затыкаются.

— Сдаёшься? — Спрашиваю тугую красотку, попавшую в мою власть.

— Нет, — стонет.

— Дерись! Муана! Бейся! — Кричат подруги как–то чересчур визгливо. А эта всё, растаяла под воздействием моих волшебных пальцев. Тантрические техники это вам не хухры–мухры.

Благо Каштанка девочке глаза закрыла, вероятно, углядев разврат.

— Нет? — Уточняю я, изгаляясь по–полной. — Хорошо, сама напросилась.

Одну руку с груди опускаю на бедро, при этом не отпускаю второй сосок. Ибо рыба тогда сорвётся с крючка. Завожу на голую ягодицу, неистово кайфуя от тактильных ощущений и власти. А дальше уже проскакиваю пальцами меж холодненьких булок в нечто более жаркое.

Девка взвыла, почуяв, как я под ткань полез. Ноги её подкосились, когда писюшки влажной коснулся, пришлось придержать. А она вроде худенькая, но совсем ведь не пушинка. Так и недолго на палец насадиться, что почти и сделала. Но предупреждая беду, Муана заверещала несдержанно:

— Ай! Ай! Сдаюсь!

Оттолкнул для пущего эффекта, упала на коленки. Голову опустила бесстыжую, волосами завесила. Стоит на четвереньках, обтекает. И думает над своим поведением.

— Есть ещё желающие? — Спросил деловито, вытирая об штанину влажные от смазки пальцы.

Все молчат. То на меня, то на поверженную смотрят в ужасе. Встаёт неуверенно Муана, оборачивается со взглядом стыдливым на меня и мямлит:

— Я признаю твою силу, командор Руди. И последую за тобой.

Каштанка руку подняла тут же, сиськами всколыхнув аппетитно, и выпалила:

— А со мной так подраться? А там и подрать?

— Тут вообще–то дети, — укорил её, глядя на мелкую, которая хлопает непонимающими глазами.

Только наши взгляды встретились, малышка и шагнула вперёд со смелым заявлением:

— Я готова сразиться с тобой!

Засмеялись женщины вокруг. Чую, сердца их дрогнули и подтаяли. И не только сердца.

Навстречу иду и перед девочкой на корточки присаживаюсь, хотя в ней метр пятьдесят пять уже.

— Тебя как зовут, милая?

— Тина из клана Серых охотников! — Объявила звонко.

— А лет сколько?

— Двенадцать циклов мне, скоро в воины посвящение ждёт.

Да уже вряд ли…

Сгенерировал куклу, которая появилась у меня в руках, будто по волшебству. Такие, самые распространённые куклы в мирах Второго круга. Девочкам нравятся.

— Я сдаюсь, — ответил мягко. — Держи свой приз. Это кукла, игрушка, которой можно играть, воображая всякое.

Приняла, как завороженная.

— О боги, Руди, — простонала Каштанка. — Я сейчас расплачусь.

— Я тоже куклу хочу, — брякнула вдруг одна из воительниц. — Всегда мечтала о своей кукле.

— И я…

Только второй вручил, все загалдели.

Материала для безделушек не так много в регенераторе, всё в обороте для нужд. Но наскрёб дикаркам кое–как. Одной куклу, второй кена, третьей плюшевую кошечку. Все довольные, как дети.

Оставив воительниц на Смотровой, велел Арти на камбуз их отвести и покормить. Похоже, бунтовали они, потому что голодные.

В рубку двинул. Хотя у меня перед глазами все мониторы высвечиваются по мысленной команде, да хоть на толчке я буду сидеть. Главное, чтоб естественные звуки из задницы за какую–нибудь команду не приняли.

Но без рубки никуда. Там механические рычаги есть на экстренный случай. Педали, как на катамаране, если реактор заглохнет.

А вообще, это самое защищённое место на корабле.

Штурман, развалился в кресле справа от моего, почёсывая пузо. Сходил поел, теперь доволен и готов к службе. Мужику пятый десяток пошёл. И кажется, что в жизни ничего не надо кроме этого кресла и пожрать. Вид просточка и раздолбая обманчив, он лучший штурман из тех, кого я когда–либо знал.

Распознав мою решимость, он выпрямляет спину и его зрачки расширяются. А это значит, что он начал активно принимать и обрабатывать информацию во взаимодействии с интеллектом.

В рубке появляется Арти и деловито усаживается на кресло слева, пристёгивая ремни. Всё, команда флагмана в сборе.

А мы всё ближе в раскалённой Звезде и точке выхода. Корабли Сандерса всё ещё стремятся перехватить мою эскадру. И это выглядит даже глупо. Но тучи почему–то сгущаются.

И тут меня осенило, где я прокололся!!

Глава 7

Пять минут и считанные секунды до вхождения в зону гипера. Местное солнце уже на все экраны, затемнено до упора, но всё равно больно смотреть на термоядерные реакции. Несмотря на наши щиты, в кабине стало душно. Обдув пошёл сильнее, но это не помогло.

Не везде зоны выхода прямо у Звезды, иногда чуть дальше. Такое бывает, когда в системе несколько звёзд. Или она очень большая.

Но сейчас меня волнуют не звёзды! И даже не бабы!

На радаре пять авианосцев и семь крейсеров противника. И они идут на пределе своих ядер. Странно, а где ещё три крейсера? Насколько помню, месяц назад у Сандерса было пятнадцать тяжёлых кораблей, неужели в битве где–то потерял? По количеству истребителей и не скажешь, что дрался.

В ином случае разделять свой флот глупо в секторах Третьего круга. Ни один адмирал так не делает. Это кратное ослабление сил, которым незамедлительно могут воспользоваться конкуренты.

Если только у него нет чёткого плана. Игры ва–банк!

За время в пути Сандерс вызывал меня по видеосвязи ещё три раза. Уверен, что он очень хотел показать мне, как безнадёжен.

Но его корабли продолжают сближаться по опасной зоне Звезды. А туча истребителей, завершив манёвр, уже завернула моему флоту в хвост. По сути у меня нет выбора. Я иду в определённую зону, которую он мог заранее посчитать, зная мой темперамент!

А что его знать⁈ Я тяну до последнего, и выбираю самые крайние варианты.

И теперь мой флот летит прямиком в ловушку.

Но я хладнокровен. Считаю секунды до момента, когда уже не смогу выскочить на флагмане в сторону межзвёздного пространства, где за мной уж точно будет бесполезно лететь все сто лет.

— Что вы делаете, командор⁈ — Жужжит в левое ухо Арти.

— Как что? Заряжаю фотонные торпеды. Три самые мощные, — отвечаю со злорадством, хотя он и так видит, сколько я туда заряда установил.

В обычном бою торпеды менее мощные, работает количество, а не качество, ибо большую часть, скорее всего, собьют на подлёте.

— Они не долетят до целей, если решили напоследок поддать Сандерсу, — так и говорит маг. — Зачем такие траты энергии? А если на выходе нам придётся давать бой?

— Не мешай мне, дружище, — говорю, следя за счётчиками интеллекта.

Время пуска, время полёта, таймер взрыва. Наша скорость.

Штурман справа молчит. Он сосредоточен. Его дело не воевать.

Этим занимаюсь я.

Произвожу пуск по таймеру! Три вспышки почти одновременно коротко озаряют центральный экран, торпеды пошли! Самое лучшее средство, без потери энергии донести мощь до цели — это именно они. Мои родненькие!

Искажение в пространстве впереди говорит о многом! Три крейсера Сандерса врываются в систему из того самого тоннеля, куда я должен войти.

Ну суки!

Секунда, две… через пять их ядра после перехода перезарядятся для атаки! А они уже и морды свои треугольные повернули на меня, чтобы вдарить именно по флагману. Но увы. Торпеды уже долетели.

Первая беззвучная вспышка, это голубушка находит свою цель! Крейсер даже щиты не успел включить, его разорвало пополам и понесло к Звезде частями! Через пару мгновений вторая торпеда входит в другой корабль, снося ему нос и вышибая ослепительно–лиловое ядро наружу вместе с конструкцией из илинума! О! Никогда бы не подумал, что такое возможно.

Иииии… давай, давай, родненькая! Третий крейсер делает манёвр уклонения. Ага, лишь в мечтах. Бах! Торпеда взрывается о защитное поле, но разрушительный шарик разрастается, поглощая его и пожирая обшивку за мгновения. Корпус посыпался, как миленький, а за ним и человечков стало вытягивать в космос. Небось, это абордажики, которые уже намылились меня брать. В подтверждение вижу по белым вспышкам, турбины на ранцах заработали у некоторых уцелевших. Только хрен вам с маслом! Крейсер пошёл на крен по плоскости эклиптики, для пущей уверенности полоснул из двух дальнобойных фазеров флагмана, разбирая его ещё больше. И корабль, как и другие понесло к Звезде.

Никаких шансов, Сандерс. Не спасёшь ты свои корыта.

— Есть! — Вскрикнул я, подпрыгивая в кресле.

И захлопал в ладоши медленно да смачно. Как же я хорош!

Штурман поддержал, похлопал вместе со мной. И предложил излюбленное:

— Как–нибудь выпьем за это, Руди.

— Обязательно!

Минус три тяжёлых корабля одним махом. Получи, придурок!

Входим, тараня мелкий космический мусор, оставшийся от крейсеров. Интеллект докладывает:

— Крейсер Орёл к прыжку готов.

— Авианосец Вера к прыжку готов.

— Флагман Василий к прыжку готов.

— Дамы и господа! — Объявляю по громкой связи в большей степени, чтоб услышали воительницы, да и на их языке. — Вас приветствует командир борта Руди Робин! Устраивайтесь поудобнее. Наш полёт продлится пять минут и девятнадцать секунд. Возможны воздушные ямы, чёрные дыры и астероиды на пути. Но не переживайте, вероятность выжить в пути целых тринадцать процентов!

В ответ по трубе постучали гаечным ключом.

— Вообще–то все двадцать пять, — возмутился Арти. — Зачем пугать девушек?

Стартуем!!

Звёзды сливаются в линии, а кабина превращается в кашу. Дыхание перехватывает, и ты не понимаешь, как дышать. Дрожь металла передаётся костям. Трясёт всё тело. Бедные пассажирки, бывало, что гости на борту и блевали, и обсерались.

Обычно по активности роботов–уборщиков всё становится ясно.

Мысли обо всём, только не о конечной точке. Только так, а не иначе. Или всё превратится в вечность.

Пять минут тряски. Выровнялись. Приборы, панели, экраны начинают возрождаться. Интеллект ещё глючит, но уже что–то там считает. По тоннелю пошли стабильно. Все три тяжёлых корабля идут в интервалах полукилометра друг от друга. Бывало и хуже.

Двенадцать минут. И новый безмолвный космос врывается на экран. Вроде те же огоньки в черноте светятся. И Звезда в задницу жарит. Но вываливается на экран информация о новой системе. Мы прыгнули на семьдесят три парсека в систему без пригодных для жизни планет. Но с большим количеством станций и имперским транспортным узлом. На одной из планет есть закрытые базы, и ведётся добыча полезных ископаемых.

На экран по запросу выходит куча сводок местных новостей. На уходящие караваны с рудой зачастили нападать пираты. Местные власти предлагают с ними разобраться любым залётным адмиралам за щедрое вознаграждение, давая даже предполагаемое место их обитания. И это нормальная практика.

Ещё у них что–то с шахтами. Какую–то тварь разбудили, тоже просят помочь.

Но некогда мне! За мной гонится злющий Сандрес.

Быстро принимаю доклады. Все корабли исправны.

Устанавливаю новую систему для прыжка и даю задание на разворот. Прыгнем дальше!

— Сразу второй прыжок, командор? — Уточняет Арти с удивлением. — К чему спешка? Ядра должны остыть.

— На второй прыжок их хватит, — настаиваю я и продолжаю манёвр.

— Впритык, а если на выходе будет противник? — Не унимается маг. — Система Шори–пять? Астероидный пояс Саямо очень близко. Будет чем поживиться пиратам. Без энергии мы летим к ним на блюдечко. Из–за фотонок флагман вообще не сможет вести огонь, став совершенно беспомощным. Командор?

— Ты чем недоволен? Где твои поздравления? — Посмеиваюсь, переполняясь счастьем, потому что осознал, как сладенько поднасрал придурку.

— Браво, адмирал, — выдал маг безрадостно и снова за своё. — Предлагаю изменить стратегию. И не лететь на Шори–пять.

— Там нет сейчас пиратов. А если и есть, не будут они нас пасти, — излагаю мысль, хотя могу и не слушать, делая своё дело, как считаю нужным.

А я считаю! Потому что Сандерс мог и угадать, куда я прыгнул. Но выйдя в систему, он уже не узнает прав был или пошёл по неверному пути. Мы ведь слиняем без следа.

Хотя он может потрудиться и сделать запрос на местную станцию. Ответ он получит часов через восемь, если его вообще нахер не пошлют из–под имперского контроллера.

Прыгаем дальше!

Уже в тоннеле я понял, что авианосец мой чуть затормозил, поэтому тащится в двадцати километрах позади крейсеров. Но капитана отлупим потом! Главное, чтоб было кого лупить. Слышал я, что даже в гипер–тоннелях корабли терялись. А потом их находили через десятки лет дрейфующими с трупами вместо экипажа. А то и вовсе не находили.

Такой расклад мне не нужен, я и так на последнем ранге, надо мной ржут.

Вышли в новую систему!

Солнце зеленоватое по анализу и данным очень радиоактивное! Поэтому система, по сути, мертва, но это не мешает обитать здесь людям на жилых станциях, наворачивающих круги по орбите планет без атмосферы. Раньше на Шори–пять базировались имперские исследователи и учёные, которые ищут Вселенские артефакты. Теперь их жилые космические комплексы заняты отрепьем и преступниками. Жизнь у них конченая, зато никто не трогает.

Только иногда посещают пираты. За счёт торговли с ними и существуют местные.

Адмиралы с флотами обходят эту систему стороной с давних времён, и ничего не предвещало. Но на прогрузившемся радаре возникла точка!

Причём очень близко в космических масштабах.

— Вот и приплыли, млять, — выругался штурман, очнувшийся, будто после бодуна.

Прямо на нас своей удлинённой мордой коршуна смотрит крейсер! И дистанция для выстрела дальнобойными пушками просто идеальная.

— Так! Без паники, — объявляю я, получая данные.

Лишь у самых зажиточных пиратов есть тяжёлые корабли, если уж на то пошло. И очень мало банд, кто сумел урвать корабль третьего поколения. Гоняют на развалинах второго, какие сотнями списывали в утиль уже без ядер.

Здесь как раз крейсер третьего поколения, что отчасти уменьшает вероятность, что на борту преступники. По сути, это тоже устаревшая техника, которую адмиралы меняют на современные птички четвёртого.

Конечно, имперский флот уже перешёл на пятое поколение тяжёлых, но нам, вольным адмиралам, запрещено такие иметь законом.

— Один корабль, — констатирует штурман. — Признаков активности нет.

— Устаревший, — комментирую и я. Но понимаю, что это никак не скажется на драке в случае чего. Ведь на него спокойно можно повесить и современное вооружение. А по броне и защитному полю он и не сильно уступает. По большей части движками, навигацией и сервисом внутри.

— Командор, вам в очередной раз подфартило, — выражает своё мнение Арти, намекая на то, что он был почти прав.

Ведь крейсер успеет надавать нам всем, пока мы зарядимся.

Но он покоится. А вскоре становится ясно, что бесконтрольно дрейфует. Медленно, но верно поворачивается той стороной, где в корпусе зияет пробоина! И явно не от орудийного выстрела или столкновения. Её расковыряли вручную.

— Василий, запускай квантовое сканирование, — командую интеллекту голосом.

— Я бы не спешил! — Аж подпрыгнул маг.

Такое сканирование — это проявление агрессии, поэтому реакция Арти понятна. Сканировать нужно чуть позже, когда придём в полную боевую готовность.

Только чего ждать?

Радар бьёт в радиусе шести часов крейсерского лёту. Вокруг никого. А если вывалятся сейчас из зоны гипера, нам всё равно кранты. Так зачем переживать по пустякам? Надо действовать.

Серый крейсер длиною под сотню метров походит формой на устремлённого к добыче ястреба. По большому счёту частично бесформенная хрень из–за сложенных по бокам солнечных парусов. Когда–то я летал на таком. Славные были времена.

Стоит в черноте одиноко, безмолвно. Что же случилось с тобой, дружок.

— Ядро потухло, ноль один процент, — докладывает интеллект Василий в процессе сканирования. — Экипаж отсутствует, на борту полная разгерметизация. Внимание найден источник энергии, прохожу заслон… есть признак жизни. Один человек в носовой части. Системы жизнеобеспечения на минимуме.

— Удача на вашей стороне, командор, — раздаётся деловитое от Арти.

— Думаешь можно восстановить? — Посмеиваюсь.

— Да и присоединить к нашему флоту, — подтверждает маг. — Вы ведь понимаете, что нам катастрофически не хватает сил. А этот крейсер, он как нельзя кстати.

— Человек не идентифицируется, — выдаёт интеллект. — Корабль тоже без индивидуального маяка.

— Пират, — встрепенулся я. — Тем лучше.

— Настолько остывшее ядро мы уже не запустим, — говорит штурман. — Зато спокойно выпилим весь илинум из реактора.

— Ядро я попробую запустить, — заявляет вдруг маг нетерпеливо. — Шанс есть. Если выйдет, за час отогреем.

Арти суетится, и это ему не свойственно. Очень странная реакция. Но сейчас я солидарен с ним и уже прикидываю в уме с расчётами, сколько потребуется материала для восстановления, чтобы это корыто смогло лететь с нами. И сколько на это уйдёт времени.

Думаю, за два часа управимся, чтоб провести минимальные работы. Инженеры, подъём!

— Готовим абордажную команду, — заключаю, поднимаясь. — Арти, ты летишь, я тоже полечу.

— Командор, — раздалось от мага с укором. — Вам–то зачем?

— Возжелал, млять. Что за вопросы, Арти?

Молчит, насупился. Сам не свой он в последнее время. Когда я лишился пяти тяжёлых кораблей, он на меня очень обиделся. Хотя знает, что я не виноват в такой оплошности. Меня подставили.

Снарядившись с магом, спустились в челнок. С крейсера «Орёл» уже отстыковался второй с десятью абордажниками. Они у меня дрессированные, постоянно в боевой готовности. Поэтому собрались быстрее нас. Квантовые скафандры, поверх обычные, ещё и антирад велел всем вколоть сразу из–за дрянного местного солнца. А то сдохнут, не долетев до дырки.

На крейсерах к трофейному кораблю приближаться рисково. Там может быть заложена замаскированная бомба.

Вылетели на тесном челноке. Вся группа в одном десантном отсеке. Смотрим друг на друга обыденно. Мы с Арти тоже в двойных скафандрах с грави–ранцами. Но налегке в отличие от бойцов. Те все бородатые, матёрые, на вид маньяки и убийцы, оснащены как кому нравится. У кого экзо–скелет, у кого квантовый процессор, на который тот лет десять копил. Есть несколько киборгов, с психикой у них, конечно, проблемы. У всех оборудования немерено в рюкзаках, да средства поражения всякие.

По большому счёту это наёмники, которые могут на любой станции помахать мне рукой, сойдя с борта. Никого не держу. Только лишь плачу щедро и летаю интересно. А вот рабов абордажниками делать — себе дороже.

Подлетаем к крейсеру, затаив дыхание. Наёмники с тупыми или отстранёнными взглядами всю дорогу. Арти сосредоточен. А я через монитор в глазу интерактивную трансляцию смотрю и слежу за приборами и счётчиками.

Любое подозрительное отклонение и придётся экстренно телепортироваться на флагман. В напряжении так и долетаю. Но всё тихо. Мы будто к астероиду подплыли, которому плевать, что с ним будет.

Подлетели к пробоине два на полтора метра. Первыми стали выплывать абордажники боевыми двойками из обоих челноков, и преодолевать двадцать метров по вакууму на поддуве. Вовнутрь вначале запустили четыре группы мелких роботов–пауков, и только следом стали протискиваться бойцы.

Затем Арти. И последним вошёл уже я. На палубе активировали грави–сапоги, чтобы идти спокойно, а не плыть в невесомости. Команда расползается по обесточенным чёрным палубам, всем всё видно. Ручные сканеры, ночное видение, инфра–датчики, тепловизоры. Наёмники ещё только зашли, а пауки уже по всем вентиляционным шахтам разбежались на тридцать–сорок метров. Особые же роботы — уже к магистралям подключились и каналам внутренней связи. А также подготовились пускать всякие вирусные протоколы, дабы подчинить интеллект, который в данный момент не подаёт признаков жизни.

Всё это возможно так легко только в случае, если крейсер не отбивается. Если он мёртв.

Арти движется сразу в сторону Ядра, прихватив бойца с громоздким оборудованием для реанимации реактора. И ещё одного в охрану. В вакууме его магией можно подтереть задницу, поэтому он всегда в таких случаях берёт дезинтегрирующий пистолет.

Я же двигаюсь сразу в сторону рубки.

Мы на связи. Ничего не глушится. Идут доклады, не утешительные. Много следов крови, и почти нет следов борьбы. Тел нет. И это плохо.

— Вандалы чёртовы, — ругаюсь, шествуя по переходу.

Расковыряли волоконные магистрали, вычистили щитки. В каютах, которые мимоходом прохожу, заглядывая, даже обшивку кожаную с кресел содрали.

Похоже, придётся ещё и бобины с магистралями свои тащить, чтобы запустить эту птичку.

— Командор, похоже, здесь были людоеды, — докладывает старший группы.

— Твою мать, — слышу реакцию других бойцов. — Это Мирники.

У меня аж в груди похолодело. И кванто–процессор чуть защиту не врубил из–за нахлынувшего адреналина в крови. Нет, на корабле их точно не должно быть! Мы бы засекли. Пауки бы точно.

Угораздило же меня практически пересечься с самой жестокой сектой этого сектора. Мало того, что они жрут людей живьём, так ещё и пытают их ради удовольствия. Живут на астероидах Саямо, в зоне, куда даже пираты суются, а от кроваво–красных челноков шарахаются за парсек.

К рубке пришёл, где уже пятеро бойцов с винтовками на изготовке ждут моей команды.

— Дверь заварена изнутри, — докладывает один с глазами жёлтыми, как у волка, и дикими за металло–стеклом шлема.

Пауки уже там, через сетку вентиляции точатся, преодолев все мини–шлюзы.

— Жизненная активность повысилась, — докладывает по связи интеллект Василий.

— Вижу, — бурчу себе под нос и, доставая пистолет с пояса, командую ребятам: — ковыряйте.

Квантовым резаком за двадцать секунд обводят раму по периметру. Вышибают дверь с ноги и вваливаются.

В рубке с тремя креслами места хватает для всех. Несмотря на парящие в невесомости баллоны кислорода, пачки от сухих пайков. И несколько винтовок, которые мои ребята тут же похватали от греха подальше.

Вероятно, уловив движение и зелёные лучи сканеров, человек в скафандре устаревшей имперской модели зашевелился. И выплыл из–за кресла, зацепившись за кусок ремня, развернулся к нам лицом, обескураживая своим жалким видом.

Без слёз не взглянешь!

Через стекло видно практически одни глаза, которые стали бегать растерянно по мраку. Истощённая женщина на вид лет сорока пяти с большим трудом пощёлкала на запястье что–то, и у меня пошёл сигнал, который я принял, ибо в вакууме нам не пообщаться.

Зашипело в ушах гадко, а следом я расслышал, да и по губам высохшим прочитал:

— Кто вы?

— Адмирал девятого ранга Руди Робин, — представился. — С кем имею честь?

— Саманта Лион, — ответила и опустила глаза. — Слава Квазару, я дождалась помощь.

— Полагаю, вы не адмирал, откуда у вас этот корабль? — Спросил я хладнокровно.

— Я вольный адмирал, но… так вышло.

— Как вышло? — Подхватил, чуя, что она темнит.

— К сожалению, я не могу сейчас ответить, — заюлила женщина. — Окажите помощь в восстановлении корабля, и я буду вашей должницей.

— Вы в курсе, что ваш крейсер нуждается в серьёзном ремонте? Но это не самая большая проблема для вас, — заговорил жёстко, принимая доклад от Арти, что ядро удалось расшевелить, и процесс пошёл.

— Что вы хотите этим сказать? — Спросила настороженно и захлопала глазами в ужасе. Ибо рассмотрела, наконец, моих бойцов. Потому что местами загорелся тусклый аварийный свет, озаряя команду головорезов.

Нет, мы не спасательная команда и не благотворительное общество.

Нам ли, путешественникам, не знать, что дальний космос — это одиночество и смерть. Он жесток и не прощает ошибок. Ни её, ни моих. Мне нужен крейсер, и я заберу его в любом случае. Если высажу Саманту на имперской станции, как положено, а окажется, что она преступница — мне потом не отмыться.

Поэтому выход только один: списать всё на людоедов.

Я поднял пистолет и прицелился ей в голову.

— Простите, Саманта, мне очень нужен ваш крейсер.

Глава 8

— Вот как? Хотите лишить меня надежды, когда цель так близка? За корабль буду стоять насмерть, а посему стреляйте, адмирал, — выдала женщина решительно и просто закрыла глаза, смирившись со своей участью.

— Командор, как ни прискорбно, — заговорил маг в ухо. — Но мы вынуждены избавиться от неё. Идентификатора адмирала у неё нет.

— Когда ты стал таким жестоким? — Спросил я Арти и опустил пистолет, не в силах свершить это убийство.

Нет, я бываю очень злой. Очень–очень злой. И безжалостный. Но… порой меня пробирает на сентиментальности.

— У нас есть высшая цель, — напомнил маг сварливо. — И она оправдывает любые средства.

Он о главной миссии Империи. Вызволить любимую дочь императора из плена в зачарованной системе, где правит целая богиня. Уверяет меня уже очень давно, что только я смогу с этим разобраться. А не адмиралы первого ранга со своими армадами.

К сожалению, я дал ему слово. И честно коплю свой флот! Правда хуёво получается.

— Скажите мне, Саманта, зачем вы здесь? — Спросил, давая своим хлопцам знак, чтобы валили из рубки и не пугали харями женщину.

— Я ищу своего сына, — ответила с заблестевшими глазами. — Вот уже двадцать лет. И почти нашла его. Но…

— На вас напали людоеды? — Предполагаю.

— Да… много чего случилось. Но на этот раз я у цели. Мне остался последний рывок, вот почему мне нужен мой крейсер.

— Здешняя система слишком близка к астероидному поясу Саямо, она словно ворота в него, а точнее проходной двор. Вот же вас угораздило.

— Туда мне и нужно, — призналась вдруг и закашляла.

А кислорода у неё ещё часа на два. Хотя баллоны заряженные ещё имеются.

— Смелое заявление, — ответил, отступая. — Что ж, я помогу вам.

Уже на борту флагмана, высвободившись из скафандра, Саманта показала свой повреждённый старенький жетон адмирала. Когда–то за заслуги выдавали такие. Я чуть с дуба не рухнул, проверив гравировку. Пятый, мать его, ранг!!

— И где все ваши корабли? — Спросил ошарашенный. — Сколько у вас было тяжёлых, когда вы отправились в путь?

— Тридцать авианосцев и пятьдесят крейсеров, — ответила, и ноги её подкосились.

Успел поймать. А дальше перехватили наёмники.

Пока адмиральша проходила реабилитацию в медотсеке, я зарядил команду ремонтников. Несмотря на то, что вырвали почти все магистрали и передаточные узлы, проблема восстановить функционал не такая уж большая. Достаточно прямо по переходам раскатать магистрали проводов от рубки в технические отсеки. Трудоёмкий процесс — это всё упаковать эстетично. Но это уже роскошь в данной ситуации. Главное заставить это корыто снова летать и прыгать в гипер–тоннели. А для этого помимо всего прочего нужно заварить обшивку — герметика вышло впритык. Потому что с последнего боя я не пополнял запасы. Много материала ушло на зализывание собственных ран.

Пока идёт процесс, в кают–компании попиваю кофе. Чтобы я поскорее подавился, Арти стоит над душой и клюёт мне мозг.

— Сделайте это, командор.

— Я дал ей слово, — настаиваю, пересчитывая его веснушки на левой щеке.

А этот не унимается.

— Вы отдаёте последние ресурсы на корабль, который с тем же триумфом снова попадёт под пиратов или людоедов. И все ваши усилия насмарку. Более того, есть большая вероятность, что Саманта Лион умрёт мучительной смертью и пожалеет, что не умерла быстро от вашей руки.

— Арти, что с тобой?

— Заберём корабль во флот, — продолжает о своём, как заведённый. — А её скинем на станции здесь же. Не обязательно имперской.

— Она показала свой жетон. Да и сдадут нас, если что–то пойдёт не так.

— Такой жетон можно подделать.

— Послушай, я ей верю.

— Командор, времени не так много, как вы думаете, — прорычал и, наконец, уселся напротив.

— Объясни мне, почему ты так рьяно требуешь от меня копить флот? Тебе всегда было плевать на груды бесполезного металла. Но стоило мне упасть на дно, ты как взбесился.

Молчит, увёл взгляд, думает там что–то, отключив нашу мысленную коммуникацию.

— Давай начистоту, Арти, — продолжаю. — Почему ты со мной столько времени? Я же неудачник тот ещё. Ты мог давно примкнуть к адмиралам пятого или четвёртого ранга, которые имеют сотни кораблей и огромный опыт боевых действий. Маг–мастер, да ещё и рыжий! Тебя с руками и ногами заберут на службу самые рьяные путешественники.

Вылупился своими глазами зелёными. На вид он всегда казался мне мальчишкой. Но кто разберёт эту особую расу. Говорят они долгожители и отшельники, скрывающие местоположение своей родной планеты. Они скорее умрут, чем враг узнает, где она.

— Вы моя единственная надежда, — признался вдруг маг умирающим тоном и опустил свою рыжую головушку, волосы средней длины свесились, завешивая лицо.

— Ты влюбился, — заключаю я. — И как тебя угораздило залипнуть на первую принцессу Галактики? От одной грязной мысли о ней в Первом кругу миров тебя кастрируют. Как ты вообще мог пересечься с ней? Когда правящая династия на Зэрдине высовывает свои головы, там не то что бы с планеты, из системы гонят таких, как мы.

— Опустим это, — ответил спокойно. Даже чересчур.

— Принцесса Мирра, — запел дальше я мечтательно. — О её красоте ходят легенды по всем мирам империи. Даже богиня красоты померкнет перед ней. Душа императора, сокровище Эрар в пятнадцать лет похищенная дерзко. Но прошло уже четыре года, что с ней стало? Неужели ты думаешь, что злодеи могли удержаться? Думаю, она уже давно обычная потасканная девка.

— Замолчите, командор. Вы переходите границы, — прошипел маг — Её не тронут. Этого не случится никогда.

— Какая уверенность.

Посмотрел на меня зло. Но тут же опустил взгляд, будто опомнился.

Точно влюбился. Да и пусть помечтает. Даже я, коллекционер принцесс, не помыслю о прекрасной Мирра. Хотя ни разу не посчастливилось видеть изображений с ней в инфосети или где–либо ещё.

Одно знаю точно. За спасение этой сучки император пожалует благородный титул лорда. А с ним дарует поместье на прекрасной планете Зэрдин. Тогда мне уже не придётся париться на счёт Поглотителей. Когда они дойдут до Центра, Зэрдин прыгнет в другую Галактику. Он может.

Но это лишь в мечтах. А пока идёт обратный отсчёт, мы суетимся по галактике, как сперма в керосине. И ждём конца, который неминуем.

Однако мой Оазис даже Поглотители не смогут отыскать. Пережрут всё вокруг, а моя система останется незапятнанной. Если сбегу туда переждать краха галактической империи, потом уже не будет смысла куда–либо прыгать для путешествий и улова. Всё вокруг будет уничтожено.

— Вы дали мне слово, Руди Робин, — снова обозначился маг, сгенерировав себе кофе.

— Я всегда держу своё слово. Но первым условием было, что я буду потенциально способен на её спасение.

Самое что интересное, злодей, а точнее злодейка даже не скрывается от гнева Императора, а наоборот! Зачарованная система в зоне скопления аномалий не так далеко от Второго круга миров. Пара скачков с обитаемого сектора, и ты близ страшнейших аномалий, таких как «Белая дыра», где колоссальные гравитационные дыры, как минное поле, и «Песнь молний», где в долю секунды долбит по миллиону молний, каждая из которых способна сжарить планету. Что уж говорить о кораблях.

Там и находится Зачарованная система под названием Узз, куда угнали принцессу. Заправляет системой злющая магичка, ведьма или богиня, чёрт её разберёт. Которая и сделала заказ на похищение своим приспешникам. Как принцессу просрала императорская гвардия — уже не так важно. И они, и их семьи до пятого калена казнены. Но сейчас не об этом.

Бешеная ведьма бросила вызов императору сразу. Мол, приходи лично и забери свою дочь, если так уж любишь.

Естественно император разозлился и бросил на Узз целую армаду, которая непонятным образом распылилась на подходе. При том, что карта обхода аномалий у них имелась. Спесь императора была сбита, пошатнулась репутация. Отчего он перешёл к другой тактике и политике. Стал привлекать вольных адмиралов. Авось выгорит.

Первые самые рьяные и самые тупые адмиралы ринулись с тысячами кораблей. За первый год у звезды Узз пало много благородных идиотов. Их становилось всё меньше, и вскоре стали преобладать хитрые.

Спустя два года уже не осталось желающих подыхать неизвестно от чего, ровно, как и терять хоть один свой корабль.

Конечно, имелись смельчаки, идущие туда разведать. Они прибегали к тактике скрытности, чтобы проскочить там к единенной планете с атмосферой.

Но никто не вернулся. Хотя были и лжецы, утверждавшие об этом. Их раскладывала по молекулам имперская служба безопасности, выявляя ложь.

— Спасти Мирра можно, я уже говорил, — проворчал маг. — Для преодоления барьеров до Узз потребуется сто пятьдесят тяжёлых кораблей. А дальше всё куда проще.

— Сто пятьдесят, ага, я уже это слышал. Император сгубил там три тысячи кораблей по технологиям на поколение выше тех, какими располагать могу я.

— Он пошёл напролом, как и первые адмиралы, — поясняет маг уже не в первый раз.

— Допустим. Но ты так мне и не сказал, зачем тебе я? Адмиралов четвёртого ранга сотни, есть и не такие уж зазнавшиеся, которые выслушают и проникнутся. Тебе не придётся ждать. Ты займёшься агитацией. Не один адмирал, так другой согласится. Зачем тратить время со мной? Я ж придурок, каких поискать.

— Затем! — Взвинтился маг.

— Говори, — настоял я, понимая, что он до сих пор утаивает от меня нечто важное.

Неожиданно дрожащей рукой маг отпил кофе, постучал краем об зубы, и с несвойственной ему неаккуратностью ударил кружкой о стол. А затем снова завесился волосами и выдал:

— Только ты способен соблазнить Махаллат.

— Кого⁈

— Правительницу Узз, которая и удерживает принцессу Мирра.

— Ах вот оно что! — Воскликнул и рассмеялся. — Если она старая, да запросто!

— Она очень старая, и она… очень могущественная демоница, — выдавил маг. — Единственный способ вернуть принцессу, это убедить Махаллат… вашими методами. Силой в любом случае не получится.

— Ого! Так ты её знаешь! — Не перестаю порой удивляться его сюрпризам.

— Очень хорошо, — признался–таки хитрец.

— И молчал ведь всё это время, — укорил его.

— Мы с ней не друзья. Но опустим это. Соберите полторы сотни тяжёлых кораблей, как обещали. И отправьтесь в Узз. Как обещали.

— То есть ты предлагаешь пробиться на своих кораблях через некую защиту, затем соблазнить старую кошолку–демоницу, которая после страстного секса с удовольствием отдаст мне Мирра?

— Что–то в этом роде, — буркнул маг с нотками недовольства. Видно по нему, что выругался и теперь жалеет.

— Ладно, — бросил с усмешкой.

Маг не ответил. Похлопал по его тощему плечу и поднялся.

Если мне удастся спасти Мирра, я получу от императора всё, что пожелаю.

Крейсер Саманты залатали, ядро заработало, как надо, переустановили интеллект, теперь адмиральша сможет и в одиночку рулить. Восстановили герметичность, закачали порошка в резервуары для выработки кислорода, дали контейнеров с органикой для замкнутой системы питания. Через пять часов распрощались.

Не успел прослезиться, Саманта исчезла в гипере.

Перед отправкой она оставила мне допотопный чип. Я сразу понял, что это моя награда за доброту. Но не стал подключать его к интеллекту, опасаясь всё же, что это может оказаться вирус. И не только по этой причине. Интуиция не подвела.

Выбрал самую старую боевую планшетку с операционкой и перекачал всё туда.

Что же ты решила мне показать, дорогуша! С предвкушением открыл файл и, чуть потормозив, на экранчике возникла карта нашей Галактики. Вроде ничего примечательного, кроме одного нюанса. Здесь отмечены точные координаты её боёв за все двадцать лет! А это значит, что где–то всё ещё дрейфуют останки и её кораблей, и кораблей её противников. Космос необъятен и даже в системе можно затеряться и не видеть друг друга без специальных приборов и способов обнаружения.

Есть большая вероятность, что хотя бы часть кораблей всё ещё там! Пусть я не смогу реанимировать их, но демонтировать коробку ядра, забрав илинум, уж точно сумею. А это с каждого корабля минимум по сорок килограммов!

Жизнь налаживается.

И первым делом нужно скорее отправляться к границам Второго круга, пока Сандерс не добил меня. А он, как назло вцепился, что клещ. И идёт по пятам. С этим, к сожалению, я принял ещё один факт. У меня на борту одного из кораблей есть его шпион. Вскоре подозрения подтвердились.

Но даже это не могло изменить моих целей. Я собрался посетить Центр империи, где не был уже давно. Во–первых, мои два крейсера, заложенные на верфях, давно достроились, и шпарит аренда за стоянку. А во–вторых, у меня там есть перспективы заработать на очень странных заданиях!

Но путь туда не близкий. По дороге меня ждут приключения! На задницу.

* * *

Командор Руди Робин, Вольный адмирал Империи 9 ранга.

Космофлот в распоряжении:

Флагманский крейсер: 1, авианосец: 1, линейный крейсер: 1, средний корабль: 3, истребители: 18, абордажная команда: 36 бойцов, 24 амазонки.

Герои на службе:

Маг–мастер Артимидус(подозрительный тип);

Звёздная рейдерша Лара(прощай моя неугомонная, я всё дальше от тебя);

Воительница Муана(по кличке бетонная пятка).

Вселенские артефакты: только снятся.

Значимый инвентарь: карта Саманты

Заложено на верфи и оплачено 2 тяжёлых корабля (крейсера достроены).

Ресурсов для строительства нового: 71,3%.

Мой имперский счёт: 199 999,9 ринн.

Заслуг перед Галактической империей: 0

Вероятность вызволить любимую дочь Императора: 1,3 %.

* * *

Спустя девяносто суток бешеной скачки.

Наконец, мой флот добрался до первой системы Второго круга. И можно расслабить булки.

1461 парсеков до Центра Империи.

1300 парсеков до Поглотителей. Уровень опасности в секторе: умеренный.

Система Фаро, Торговая станция Мегалон.

Статус: Большой торговый узел Звёздной Империи Зинон.

А вот и цивилизация подъехала. Вернее мы ворвались. Путешествуя по галактике, вскоре понимаешь, что система системе рознь. Здесь Звезда в сто раз больше, чем в Дзибане. И до Торговой мега–станции пилить на своих движках почти сутки с момента выхода из гипер–тоннеля, каких здесь сотни по периметру Звезды.

И сами зоны в сотни раз обширнее, что почти исключает столкновения, при том, что вероятности одновременно выйти в систему достаточно большие с такими–то потоками.

Как только выскочили в нормальное пространство, сразу на радаре зарябило, а на экране показались нескончаемые вереницы из габаритных огней, что тянутся в черноту.

Это танкера, пассажирские лайнеры и прочие корабли. А также мелкие боевые станции империи, коих в пограничной системе уже немало.

В Фаро есть и планета с атмосферой, очень большая и холодная. Живут на ней колонисты и добытчики с корпораций. Глубоко в недрах под вечной мерзлотой нашли много полезной руды. В том числе и илинум! За которым я, собственно, сюда и рвался в первую очередь, чтоб поживиться.

Нет, не на планету воровать. Злейшие контроллеры на куски порвут. А купить на торговой станции, что вращается на дальней орбите и гораздо более привлекательна для проживания, чем сама планета.

Уничтожив, выброшенный с авианосца без моего ведома маячок, я тяжело вздохнул. Вот и попался, сукин ты сын. Не зря авианосец каждый раз всё больше отставал в прыжке. Как только мы уходили из системы, гадёныш оставлял знаки для Сандерса, а потом только прыгал.

Обычно с предателями у меня разговор короткий. Но пока капитана Веры просто вяжут без объяснения причины прямо в рубке. Да и зачем озвучивать, он сам всё понимает.

Преодолев примерно треть системы, мы вызываем интерес. И запрашиваем санкцию под прицелом императорской боевой станции, которая считывает мои представительские данные, как пылесос всасывает в режиме турбо.

— Командор Руди Робин, Вольный адмирал Империи 9 ранга, — подтверждает контроллер. — Ордеров на арест не имеется, зарегистрировано в инфосети триста девяносто три послания на вашу идентификацию с Первого круга. Обязательных к получению нет.

Чего⁈ Хм, кто там обо мне вспомнил? Да ещё и с Первого круга цивилизаций.

Соглашаюсь на списание налогов и сборов в сумме четыре тысячи двести ринн за Амазонию. И спокойно прохожу зону контроля на своих мизерных по сравнению со станцией корабликах.

Но это полдела. Часа два пришлось ждать после заявки, пока сама Станция даст добро пришвартоваться с указанием уровня и платформы.

Торговая станция Мегалон — это место незабываемое. Я был здесь уже раз сорок за всю свою карьеру адмирала. И с каждым разом она становилась всё больше и удивительнее. Перевёрнутая ёлка с кучей платформ вместо веток вмещает в себя столько людей и кораблей, что с ума можно сойти. Здесь только одних уровней под семь сотен, которые разветвляются на десятки и сотни платформ. Даже танкера, которые раза в три больше боевых тяжёлых кораблей, превращаются в песчинки на её фоне, а вскоре растворяются в её огнях, как пылинки.

Войдя в искусственную атмосферу Мегалона, удерживаемую генераторами полей, мы швартуемся на участке платформы, притираясь практически к чужим крейсерам. Но переживать нечего, всё рассчитывает интеллект до миллиметра.

Раздав указания, облачаюсь в белоснежную парадную форму адмирала с воротником–стоечкой, причёсываюсь и выхожу прогуляться. Абордажники в гражданских одеждах вываливаются следом по трапу и растворяются в толпе прохожих. Я здесь на трое суток, поэтому не пожалел им выходные.

Но самому не до отдыха. Надо к имперской инфосети подключиться, что можно сделать здесь лишь в специальных местах. Да и по рынкам рабов прогуляться. Выбор девушек здесь огромнейший.

Для меня прогулки по таким рынкам — всегда волнительный процесс.

А ещё прибыльный, если знаешь, кого покупать для перепродажи.

При этом в глубине своей чёрной души всегда надеюсь найти ту самую. Даже в таких злачным местах в заднице мира. Хотя совершенно не ведаю, что такое истинная любовь.

Но острое предчувствие не оставляет меня.

Глава 9

С собой взял в охрану Муану и её мамашу, остальные бабёнки пусть учат уроки. За три месяца в пути, они хорошо втянулись, несмотря на то, что никаких вылазок и драк у нас не было. Зато перестали считать, что они самые умные. Раза с третьего в тугие мозги удалось вгрузить базовые знания и основные языки. Теперь они хотя бы бреют пах и одеваются, как нормальные люди. Брюки, блузки, сапоги, где у них ножи хранятся.

Кстати об оружии. На станции строго запрещено всё стрелковое и подобное ему. С холодным оружием проще, но не сильно разгуляешься.

Арти убыл с борта раньше меня по своему плану, я его не трогаю.

Стоя на трапе своего флагмана, вдохнул морозный воздух и оглядел масштабы. Народа кишит, что в глазах больно. Одеты, кто во что горазд: плащи, рабочие комбезы, скафандры, адмиральские кителя в толпах мелькают. Телеги ездят, гравимашины катаются по своим дорожкам, погрузка–разгрузка идёт. И не только материальных товаров, но и рабов, которых можно распознать по сцепке из верёвок или особым наручникам и, конечно же, ошейникам.

Гам стоит такой, что даже гул двигателей заглушается. Но порой над головами резко проносятся полицейские летающие гравики, дающие звуковой резонанс.

По ширине наша платформа метров пятьсот, а вот в длину под три километра. Ещё и разветвляется. Примерно с середины пирсы переходят в технические конструкции и жилые блоки. А у самой основы «Ёлки» уже стоят целые комплексы, куда нам собственно и нужно.

Между платформами высота метров под двести, поэтому кажется, что ты на планету вступил. После длительных походов в замкнутом корабле за радость подивиться таким просторам. На душе моей лёгкость, настроение на высоте.

Гравитация стандартная имперская. Дылды идут за мной напружиненные, вызывая неловкость. Всех рассматривают с зенками навыкате. На них тоже смотрят в ответ с недоумением. При том, что люди здесь стараются вообще идти с глазами в пол и не вызывать взглядами конфликтов.

Сам топать ножками до центральных лифтов средь вонючей челяди постеснялся, поэтому ловлю гравик, который довозит сразу до основы станции.

У десяти обычных лифтов очередь, в которой приходится постоять минут пятнадцать. Зато войдя вовнутрь, я жму нужный уровень, и частично прозрачный лифт несёт нас троих со скоростью ветра.

Амазонки чуть ли не визжат от восторга, рассматривая больше не конструкции станции, а белый шарик планеты, что буквально над головой. А я посмеиваюсь. И подмечаю для себя попутно, что часть платформ Станции пустует, другая — закрыта на ремонт. Где танкера стоят, там огромные роботы погрузчики работают. В общем, жизнь кипит. Здесь даже затеряться можно и жить. Правда, органика для еды достаточно дорогая. Придётся вкалывать или быстро разматывать сбережения.

Наш лифт движется от основания вверх по сердцевине, где платформы постепенно уменьшаются в размерах. Чем ниже уровень, тем чище и богаче платформы да меньше всякого сброда.

Летим на лифте быстро, с нами на разных уровнях ещё сто пятьдесят колбочек с людишками, в противоположную сторону столько же.

Выходим на уровне, где платформа уже метров двести в длину, по обе стороны стоит дюжина дорогущих яхт с полной автономией и челноки, часть из которых военные имперские. Их по тёмно–зелёному окрасу легко можно определить.

Заворачиваю сразу в стеклянный павильон, где стоят кабины с доступом к инфосети. Обе девицы идут за мной, дисциплинированно держа дистанцию в три шага. Стук каблуков меня даже успокаивает.

Свободных кабин много. По незнанию когда–то толкался на нижних этажах. А теперь, как у себя дома. Усаживаюсь перед монитором, прохожу идентификацию по глазу. И ву–аля, вываливается целый инфо–мир с доступом и к почте, где действительно сообщений тьма от разных адресатов.

Как только начал разбираться, сразу выдохнул. Большая часть посланий — это приглашения погостить, которые потеряли свою актуальность давным–давно. Девчонки сходили с ума, когда я наведывался на балы разных лордов с миров Первого круга и всем строил глазки. А сам приходил, чтобы просто пожрать, потрахаться за кулисами или в туалете, да посветить лицом. Наобещать и свалить. Сдуру оставил контакты там–сям.

Добежал глазами до письма от конструкторов, которые собрали мне крейсера. Ещё восемь месяцев назад пришло, что всё достроили. И предлагают забрать мои корыта да поскорее. Пока они не развалились.

Дальше налоговые уведомления пошли, которые открывать даже не хочу. А от последнего сообщения у меня волосы дыбом встали, и сердце забилось бешено.

Что, млять, Репитерам от меня надо⁈

«Командор Руди Робин, мы предлагаем вам посетить наш ближайший офис. У нас для вас заманчивое предложение».

Да хер там!

Корпорация по влиянию ничем не уступающая самой империи обратила свой взор на муравья⁈ Да не поверю. Ловушка⁈ Чей–то розыгрыш?

Я всегда обходил стороной подобные организации. Дело в том, что они злейшие экспериментаторы с древних времён, которыми по слухам руководит некий искусственный интеллект высшего порядка. В общем, в древние времена, когда империя только набирала обороты, Они нашли Землю, изолировали её и получили для неё неприкосновенный статус.

А затем эти дебилы откопировали Землю, сделав ещё две. Теперь в Солнечной системе вокруг солнца вращается не одна, а три планеты по одной орбите.

Основная Земля при этом живёт в своей естественной среде обитания, но под колпаком Репитеров. А две другие планеты — это Ад и Рай. Подобно, как я воровал амазонок с забега, упавших в лаву, они перемещают землян перед самой смертью на одну из этих планет.

Если они действительно зовут меня. Значит, у них появились проблемы, которые нельзя решить официально. И гонораром они уж точно не обидят.

«Уважаемый наниматель, я постараюсь заглянуть к вам на огонёк, как только буду поблизости. С уважением, Руди Робин», отправлено.

А что ещё я могу им сказать? Идите к чёрту?

К слову, у Репитеров есть партнёры — Реконструкторы, такие же больные фантазёры. Но эти пошли ещё дальше!

Взяли патент и скопировали всю Солнечную систему, млять. Но с одной Землёй конечно. И откопировав её уже вместе с людьми, создали на каждой разные эпохи времени. Своего рода прошлое, настоящие и будущее. И тоже играются, как хотят. Людей там перемещают, изменяют будущее, если что–то произошло в прошлом. Героев, избранных выбирают. Тешатся.

И ради чего?

Да просто… имперское шоу делают, изгаляясь над клонами.

Завершив с письмами, глянул здешние цены на илинум. Предложений официальных немало, но они грабительские. Значит, пора подниматься к платформам повыше, где имеется чёрный рынок.

Но перед этим я выставил добытое золото с Амазонии на продажу в открытом сетевом рынке. Королева забрала своё с одной добычи, и пусть подавится. А две другие принесли мне ещё тридцать шесть кило. Посмотрев среднюю цену, выставил по низкой, чтоб быстрее всё сбагрить.

Задержался ещё на полчаса, чтобы полистать важные новости с Первого круга, а затем сгонял на злачный уровень к старому знакомому за илинумом и докупил несчастные четырнадцать кило, которые доставят только завтра. Чтобы у меня было ровно на новый корабль, дабы при случае заложить на верфи третий тяжёлый. Я подумываю уже о втором авианосце, с которым будет больше манёвров в бою.

Минус девяносто три тысячи ринн за красный металл. Жаба душит, а что делать? Официально он стоит в два раза дороже.

Завершив дела, прибыл в Центральный рабский павильон, который занимает немалую площадь. На входе идентификатор, который не пустит сюда каких–нибудь бомжей просто продрочить. Только платёжеспособные сеньоры. И их заявленная ранее охрана.

А вот он и рынок. Всё в рядах из крупных лавок, небольших сцен и палаток. Всюду обнажённые тела, тела, тела. Ошейники на шеях у всех без исключения, блестят металлом или уже потускнели. Кнут щёлкает, визг стоит. Плач, истерики рабынь. Смех господ. Торги и ругань.

На фоне современной станции всё это выглядит, как гигантский музей античности. Или постановка.

Покупателей по рядам шарится не много, рабов на продажу раз в десять больше. Но местами прямо уж много купцов и зевак скапливается, явно, что–то интересное увидели.

Узрев вакханалию, обе амазонки пришли в ужас.

— Это вам не ваш детский сад, — подлил масла в огонь.

— И не говори, — согласилась Шидра. — Столько слабых и жалких. Избавить бы их скорее от мучений. Чего они трясутся так? А та вот вообще обоссалась.

— Зачем ты привёл меня смотреть на этих мерзких червей, — брякнула и Муана надменно.

— Вам и не надо смотреть, только меня охранять, — ответил и двинул вперёд уверенно.

Так как я уже здесь обитал, то знаю, где могут продавать неплохой товар. Однако когда меж рядов нырнул, всё же стал рассматривать полуголых бедолаг. Многие, увидев адмирала в белоснежной форме, прониклись интересом. Я ведь не тот, кто берёт рабов для тяжёлых работ или чтобы пустить в расход. Со мной интересно, со мной безопасно. Да и на вид я добрый!

А эти всё смотрят, взглядами провожают.

— Купи меня! — Выкрикивают опытные женщины. — Я сделаю всё, что пожелаешь…

— Я всё умею, — зазывает ещё одна.

— Адмирал! — Слышу и продавцов. — Заскочи, не пожалеешь!

— Рабы по двадцать ринн, третий в подарок! — Горланит ещё один.

Очень много уже пошарпанных девок, пусть и отмытых да причёсанных. По глазам всё видно. Мужиков много щуплых, на вид совершенно бесполезных. В контраст пошёл павильон с гладиаторами–качками. Так они все вжали головы, когда моих баб увидели.

Молодух свежих на продажу не так много, но все вызывают жалость, которую я задвигаю куда подальше.

Поворот на перекрёстке, и новые ряды живого товара. Экзотика началась. Расы с кожей необычного цвета, с глазами всякими. Отдельный павильон кошечек, на которых без слёз не взглянешь. А всё потому, что их родина отсюда очень–очень далеко. Что ж, самые нежные создания в постели и самые ревнивые. Но им надо полюбить тебя, иначе жди беды.

Мимо столбов «позора» двинул, где рабов хлещут и на цепи держат непокорных. Когда ты видишь положение таких людей, начинаешь радоваться малому.

С расы феек торговец одну малышку продаёт. Увидел, у меня аж в груди ахнуло от алмазного блеска с кожи и глазищ голубых. Как вообще её сюда довезли? Продавец ей в рот кляп засунул и крылья с салатовым перламутром перевязал, чтоб не рыпалась. А та всё равно шипит. Дикарка, которая никогда не покорится грубой силе. И как всегда взяли тот вид, что магией не обладает. Иначе всем бы тут была пизда.

Сколько раз я уже наблюдал, что пытаются приручить феек. Это невозможно, если не знаешь их языка, который в мозг вгрузить нельзя, нет известных технологий. Пока не побываешь на планете, не узнаешь, как это работает.

Эту в любом случае купят. Любых денег не пожалеют. Товар очень редкий. Фейку любой внешности и состояния оттяпают с руками и ногами. А всё потому, что секс с ними в прямом смысле слова омолаживает. Вероятно, что она ещё не продана лишь по той причине, что сюда ещё не дошёл покупатель, который может себе позволить потратить двадцать–тридцать тысяч ринн.

Мои амазонки ошарашенно на всё это смотрят, ко мне ближе теперь жмутся.

А я иду, сиськи, сиськи, сиськи проматываются, всех размеров и форм. Ниже–выше, больше–меньше, торчком или висячие, соски всех калибров мелькают, быстро приедаясь. Фигуры любые, от очень худых до толстых. Гармоничных, сексапильных и несколько безобразных. Молодые рабы всё реже на пути. В некоторых лавках продают рабов возрастом аж под пятьдесят, такого можно за пятнадцать ринн купить.

Снова взгляды встречные и умоляющие атакуют. Ребят, простите, я точно не за вами. Прохожие покупатели находятся, кто прям с прилавка просит булки раздвинуть, чтоб осмотреть товар. У многих сканеры ручные для обнаружения имплантов и всяких прочих примочек. По дорожкам навстречу уже купленных рабынь ведут. И сразу возникает вопрос, где они таких милашек взяли?

Наконец, пройдя рынок наискосок, до заветного ряда дошёл, где купцы именитые, плохим товаром не торгуют. Но и цены здесь ого–го.

Палатки с мужиками быстро прохожу.

— Адмирал, бери в телохранители, — бурчат в след.

— В абордажники пойду, — говорят другие.

Не, не, не!

В нужную палатку завернул, затаив дыхание.

— Неужели Руди к нам пожаловал! Старик!! — Воскликнул седой пузатый дед, которого я едва знаю.

Руку протягивает со мной здороваться, а её тут же Муана перехватывает и загибает, что тот падает на колени с визгом.

— Отбой, милая, — говорю спокойно, и амазонка отпускает продавца.

К нему тут же подбегают местные охранники.

— А ну брысь, — шипит на них Шидра. — Яйца лишние? Ах да, два же.

Оба шарахаются назад.

— Чем порадуешь? — Спрашиваю, как ни в чём не бывало, и обращаю внимание на девять выстроенных обнажённых девиц.

Вот это я понимаю, товар!

Все чистенькие, свеженькие, тугие. И стыдливые, потому что взгляды у всех в пол.

— Девственницы? — Уточняю.

— Да, и только у меня, — отвечает дед суетливо. — Первоклассный товар. Все с Шенни. Везли в самых комфортных условиях.

О, этот мир славится своими красотками. И абсолютной беспомощностью.

Все милые, хорошенькие. Но не вызывающие у меня порывов.

— Покажи других, — настаиваю сразу.

Дед смотрит на меня неотрывно секунд пять. Пока к нему не подступают мои бабы, явно переигрывая.

Хозяин лавки дал знак, и вывели сразу трёх из–за занавеса.

— Вот это уже другое дело, — потёр ладоши я, уставившись сразу на огромные сиськи одной из девиц.

Черноглазая тугая телом молодуха с непропорционально огромной грудью притянула всё внимание. Шарики ещё красивой формы, соски тоже аккуратные. Но всё до поры–до времени. Опомнившись от наваждения, я оценил объективно её не женственную фигуру ниже груди, а затем отмёл и двух других рабынь, которые не подошли моему вкусу.

— Ещё выводи, — затребовал капризно.

Насупившись, продавец щёлкнул пальцами, и вывели ещё двоих.

Ути крошки мои! А вот это в точку!

Девочки молоды и прекрасны, что глаз не оторвать. Точёные фигурки, идеальная белая кожа, волосы золотые распущены до ягодиц. За подбородок поднял каждую, чтоб на меня взглянули. Глазища у обеих, что звёздные галактики. У одной светло–зелёные, у другой голубые. Задницами повернул, голубоглазую сразу отмёл. Слишком плоская.

— Почём? — Указал на выбранную.

Та в ответ впервые с вызовом посмотрела. И ещё больше понравилась. С характером сучка. Ростом метр шестьдесят от силы, грудь мелкая торчком с сосками набухшими. Но выраженная прям на рёбрах шариками. Бедра округлые и очень женственные. Изгиб глаз снизу очень уж интересный. А губёхи так поцелуя и просят.

— Полторы тысячи ринн, — выпалил купец. И мне захотелось дать ему в морду, пробив насквозь.

На эти деньги можно десять рабынь купить! Средняя цена на рабыню 150–200, на девственницу 500. И то она должна быть не сильно страшная.

— Ничего не напутал? — Спрашиваю с нажимом.

— Они для аукциона приготовлены. Самый лучший товар для аукциона, ты же знаешь, Руди. Посмотри, какая прелестная.

— Я беру! — Обозначился позади меня купец.

Обернулся к нему, чтобы высказать.

— В рот ты берёшь, понял? — Прогремела Муана, опережая меня, и нависла над ним угрожающе.

— Что за произвол! — Взвизгнул мужик и выскочил из палатки.

— Покупай девку, хороший товар, — поддержала меня Шидра, взяв рабыню за волосы и оттянув голову, чтобы лучше рассмотреть.

У той аж губа нижняя затряслась, а с уголка глаза слезинка потянулась.

Надо отдать должное, рабыня даже не дёрнулась, а с ужасом в глазах просто прикусила язык. С другой стороны, иначе быть не может, шеннийки смирные и послушные от природы. Потому что их мир давным–давно порабощён империей.

— Хорошо, тысячу даю, — согласился я.

Продавец кивнул, насупившись, и мы совершили сделку.

— Как зовут тебя? — Спросил, накрывая девушку плащом, который докупил здесь же.

— Как пожелает мой хозяин, — ответила тоненьким голоском, что и положено. Идеальная рабыня.

Ошейник у неё новенький, перекодировали за секунду.

— Ладно, назову тебя Анна. Очень уж ты мне напоминаешь подругу девства, которая мне так и не дала, но письку показала.

— Спасибо, хозяин, — ответила рабыня с некоторым недоумением на лице.

Двинули дальше. На флагмане я могу разметить ещё человек двадцать в качестве пассажиров. Но тратить ринны на рабынь? Арти будет в бешенстве. Так! Когда я успел попасть под его влияние?

Да не… он просто заинтриговал меня своей демоницей. К чёрту принцессу, хочу демоницу!

Вышли уже вчетвером до следующей лавки. А там целый постамент с выстроенными девицами. И одна другой краше.

Покупателей немало собралось, все рассматривают, но продавец с тремя грозными на вид охранниками бдит, слишком много трогать не даёт. Один попытался палец сунуть в товар, его тут же отогнали.

Девки все смуглые. Улыбчивые, во всех глазами стреляют, как артистки. Эффект новизны сработал. Но!

Осознав, что моя Анна получше будет, дальше пошёл.

Ряд мужиков подкаченных и довольно молодцеватых со свисающими шлангами начался, и я просто устремил взгляд вперёд, чтобы этого не видеть. Но услышал вдруг от Шидры радостное:

— Командор, купи мне этого!

— Ты ещё нихера не заработала, голубушка, — осёк я и дёрнул за собой.

До лавки с кошечками хорошими уже дошёл. И сердце моё взвыло. Какие же они все нежные и чарующие. Смотрят своими глазками кошачьими, будто уже любят беззаветно. Устоять невозможно. Чуть не купил! Но вспомнил про Эмилию, мою крошку! Она будет ревновать. Начнутся кошачьи драки, жесточайшие кстати. Тем более, моя Эмочка всем фору здесь даст по внешности и постельным навыкам.

Наверное, это главное существо в Оазисе, по которому я действительно скучаю.

Увидев кото–девочек, мои амазонки разразились хохотом, еле успокоил. Стали дразнить, шипеть на них. Кривляться, мяукая. Рабыни уши прижали, хвостами захлестали в разные стороны, обиженными взглядами стали провожать.

Занырнул в палатку с рабынями из мира Эсты. Это всегда испытание воли! И выскочил тут же, придерживая дымящийся член и кашляя от цен. Девка ценою в истребитель! Ёбнулись что ли⁈ Да, они того стоят, потому что у них идеально всё. Слишком идеально от природы. И это потому, что у них принято уродок с младенчества кидать с обрыва. Оттого и вышла раса приторно красивая с идеальными частями тела до микрона. Такую положишь на кровать, и от куклы резиновой не отличишь. Ни прыщика на коже, ни пигмента лишнего. В этом и фишка рабынь с Эсты.

Надо просто туда слетать.

Постепенно остыв, я перешёл на следующий ряд, и он оказался уже последним в павильоне. Устав морально, решил было завязывать. Но обратил внимание на странного покупателя. А вернее покупательницу. Лица не увидел, ибо капюшон накинут на голову, но белый локон успел приметить. Ростом она маловата, фигурка тонкая, да ещё и повадки явно не мужские. Её сопровождают трое высоких мужчин в плащах тоже с накинутыми капюшонами. Девок рассматривает вскользь, ладошку вытягивает и виртуальную фотку продавцам демонстрирует. Те отрицательно мотают головами, как сговорились.

Наверняка ищет кого–то.

Пока шёл за ней, отвлекаясь на рабынь без всякого акцента, вскоре убедился в этом ещё больше.

Странная покупательница заинтересовала меня. Интуиция подсказывает, что таким в этой дыре просто не место.

Решив завести разговор, подошёл ближе. И сразу заметил, как напряглась её охрана. Но простой жест изящной и нежной ладони с дорогущими кольцами на пальцах остановил сцепных псов. Девушка сама повернулась ко мне и озарила сиянием своей улыбки.

Таких молодых и очаровательных среди господ ещё поискать на окраине Второго круга империи. Необычайно красивое лицо сразу сняло всю уверенность, как рукой. Никогда ещё не видел столь глубоких, интересных, лиловых глазищ, смотрящих прямо в душу. В сочетании с аристократичной утончённостью лица — это нокаут.

— Чем обязана? — Спросила голосом, где ласка граничит со строгостью.

— Я просто заметил, что вы…

— Вольный адмирал, я полагаю? — Перебила ещё более строго.

Вроде на вид лет двадцать, а такое ощущение, что уже довольно взрослая и опытная женщина, которой и перечить не хочется. Только слушаться.

Прямой взгляд продолжил смущать, но я быстро перестроился.

— Да, вольный адмирал 9 ранга Руди Робин, — представился с лёгким поклоном и натянул улыбку, сделавшись душкой.

— Простите, плохо разбираюсь в рангах. А какой выше первый или девятый?

— Девятый, конечно, — соврал галантно.

— Должно быть, у вас тысяча кораблей, — произнесла девушка без всякого восторга и перевела взгляд на мою рабыню, стоящую чуть в стороне за мной.

— Побольше, — усмехнулся. — Две точно наберётся.

Незнакомка неожиданно посерьёзнела и заявила жёстко:

— Терпеть не могу адмиралов. И прошу вас не идти за мной.

Развернулась и двинула дальше. Хорошая попка, но скверный характер.

Только я рот открыл, чтобы послать её нахер вдогонку. Передо мной возник один из её охранников и предупредил спокойно так:

— Вам следует послушать госпожу, адмирал.

На мгновение с квадратной морды слетела виртуальная маска с левой рожей. И я потерял дар речи. Мне достаточно увидеть глаза, чтобы понять: это имперской чёрный гвардеец! Мои бабы обступили его конечно. Но с его как минимум пятью квантовыми процессорами, которые я успел выявить, он нас всех здесь размотает одной рукой, покуривая.

А их тут трое таких!

Придержал своих задиристых девок. Выдохнул.

И только сейчас до меня дошло, что таинственная девушка нихрена не представилась в ответ.

Досада осталась, и я подошёл к продавцу, к которому та подходила, да по секрету спросил:

— Что той дамочке было надо?

Тот хотел было послать меня, но нависла Шидра, вероятно, решившая хоть на слабом отыграться, и ухватила бедолагу сверху за череп. Как раз её лапы хватило, чтоб хорошенько обхватить. И тот зашептал воровато:

— Хавиши она ищет, девку лет пятнадцати. Но мы таких не продаём.

Хавиши⁈ Ого! Редкая раса. Темперамент такой, что они преданней собак, оттого ценятся очень высоко. Несмотря на то, что они в большей степени красотой не блещут. Однако никто не станет официально торговать здесь детьми этой расы. Странно, что дамочка не понимает, за такое продавца выгонят со станции навсегда. И это в лучшем случае.

— А что дамочка показывала? — Продолжаю допрос.

— Она ищет определённую Хавиши. А если она похищена, её здесь точно не сыскать, господин.

Конечно, конечно. Каждый продавец рабов здесь знает, что есть и чёрный рынок, где продают всё. А ещё он уверен, если расскажет об этом подобной особе или мне, его потом уже никто не сыщет. Свои же через шлюз выкинут в открытый космос.

Поэтому ничего у неё не выйдет. Так и кричу ей в след:

— Ничего у вас не выйдет!

Замирает, стоя ко мне спиной. А затем резко разворачивается со словами:

— Это почему? Вы что–то знаете?

Глаза, что фазеры, аж прожигают. Но на таком расстоянии я держусь. И отвечаю участливо:

— Ищите не там, где нужно. Но я могу помочь.

— Вот как? — Произнесла заинтересованно. — Что ж, слушаю вас.

Двинула мне навстречу спешно, чего никак не ожидал. Но проявил вежливость и потопал навстречу, делая вид, что не замечаю, как щетинятся её гвардейцы.

И те вскоре снова преградили мне путь, в ответ и мои подружки обозначились, готовые проявить себя. Но таинственная незнакомка всех развела в стороны, ещё быстрее сокращая со мной дистанцию.

— Говорите! — Затребовала.

Взволнованный тон, в глазах надежда. Долго ищет, похоже.

— Есть другой рынок, — прошептал загадочно. — Но пройти туда мы сможем только вдвоём.

— Я согласна!

— Госпожа, исключено, — возразил один из гвардейцев.

— Выполняйте приказ, — выдала жёстко и мне повелительно: — ведите.

Глава 10

Я не соврал на счёт чёрного рынка рабов. Он здесь имеется. Но на самом злачном уровне, куда ещё нужно пробиться через полицию, объясняя им, что ты не дурачок и осознаёшь всю опасность.

На верхних уровнях люди пропадают. Особенно такие неженки, как мы. Тут что с охраной, что без. На органы и органику пустят всех, не спрашивая идентификации.

Но незнакомка со мной пошла без всяких вопросов.

Быстро дав указание более смышлёной Шидре, я оставил с ними рабыню Анну. Трое гвардейцев пошли было за нами, но шарахнулись у лифта. Вероятно, увидели взгляд своей госпожи.

Девушка выдохнула с облегчением, когда мы остались вдвоём. Но тут же снова насторожилась и даже напряглась.

— Я могу узнать ваше имя? — Спросил, пока мы несёмся в клоаку.

— Нет, — ответила, стоя спиной.

— Ясно, — прокомментировал с наигранной обидой.

— Простите, зовите меня Дэль.

— Хорошо, Дэль. Я Руди.

— Я уже поняла.

— Не сочите меня навязчивым или невежественным. Я просто увидел вас и сразу понял, что случилась какая–то беда, — стал заливать.

— А вам есть дело? — Обернулась и посмотрела на меня, обдавая жаром и своими сладкими духами.

— Я бросил все свои дела, чтобы помочь, — развожу руками с улыбкой. — Пусть вам не нравится моя форма и вероятно мой образ жизни. Но я не плохой человек, уж поверьте.

Нагло вру.

— Охотно верю, — выдала с натянутой улыбкой и отвернулась к прозрачной стенке.

Ну совершенно непробиваемая особа.

— Дэль, на верхней палубе вам придётся поумерить пыл, — инструктирую пока едем. — Не говорить свысока и не смотреть на других покупателей вызывающе. С продавцами буду общаться я сам.

— Я поняла вас, — отвечает, не оборачиваясь. Мля, похоже, она очень расстроена.

Кто же ты, Дэль? Если это даже не бойцы из Чёрной гвардии, наёмника с пятью процессорами не найдёшь так легко, и стоить его услуги будут в цену крейсера.

В любом случае императорских кровей человек так далеко в клоаку никогда за века не сунется. Да ему и не позволят порядки императорского дома. Значит, это просто очень богатая дамочка.

Но если всё же она с Зэрдина, мне лучше ей не дерзить вообще. Несмотря на то, что очень порывает.

Лифт доехал до конечной. И мы вышли на технический уровень, где нас сразу принялись встречать, как я и предполагал. Полицейские как в засаде сидели и с радостью пошли на нас вчетвером.

Без особых церемоний я выдвинулся навстречу, дал отсканировать глаз и на лапу двадцать ринн монетами, каких припас на такой случай. Служивые не задали никаких вопросов, отступили, но на Дэль уставились с подозрением.

— Чуть побыстрее, мадам, — шепчу ей, подталкивая в проём.

Стоило коснуться спины, девушка пошевелилась, будто испугалась меня. Дальше мы уже стали спускаться по технической лестнице в полумрачном свете. Завоняло мочой и куревом, но Дэль никак это не прокомментировала. Поплелась дальше очень медленно, будто по ступенькам из металло–пластика никогда не ходила.

По стенам пошли граффити с нелестными надписями в адрес империи. На пролётах стали появляться странные люди, предлагающие наркоту.

— Нет, спасибо, — выпалила на первом же Дэль, пришлось взять её под руку и поторопить.

Спустились на пять уровней вниз, похолодало. Вышли в ангар огромный на платформу металлическую, что на три метра выше уровня пола.

Раньше это был передаточный склад для танкеров. Шлюзы десятиметровые в стенах задраены и поблёскивают сальным металлом. А вся площадь заставлена контейнерами, где и размещаются лавки. Есть где и контейнеры на контейнерах стоят, лестницы наверх приварены арматурные. Под высоким потолком балки наверху, где и переходы открытые технические видно, с которых вниз странные люди поглядывают, да и ходят такие же.

Центральное освещение слабое, на стенах огромных редкие красные огоньки горят, основной источник исходит от лавок. Спектров намешано так, что свет фиолетовый переходит в розовый, местами он красный. Здесь и не обламываются костры жечь в бочках. А ещё музыка играет, танцы в нескольких местах. Входов пожарных сюда с каждой стороны по нескольку штук. Да ещё и технические коридоры выходят, откуда что–то всё везут на телегах. Народа намного больше, чем в Рабском павильоне. Местами не протолкнуться.

Рынок в целом не только рабский. Но это единственное место на Мегалоне, где можно найти детей.

Спустились уже туда, Дэль сразу и взбрыкнула:

— Лестница кончилась, отцепитесь же от меня.

— Простите, госпожа, — покривлялся, отпуская руку.

Посмотрела с укором.

— И куда вы меня привели, адмирал?

— На дискотеку, — выпалил и двинулся вперёд как раз к танцовщицам. Я даже не обернулся, но по стуку каблуков понял, что Дэль поспешила за мной.

Пройдя ряд меж контейнеров через толпу с боем, я вышел к сцене, где на шесте наяривают девки. Восхитился навыками, но не фигурами. Жаль, такое не закачаешь в мозг, нужны тренировки. А то бы моим наложницам цены бы не было.

— Это рабыни? — Раздалось в ухо от Дэль.

— Нет, проститутки, — ответил и двинулся дальше.

— Да подождите, вы! — Раздалось нервное.

Ну а как? Тут пару раз оботрутся об тебя грязными комбезами, в лицо плюнут гнилыми ртами, и нервы ни к чёрту.

Обернувшись руку подал и в глаза посмотрел, как я умею обворожительно.

— Не отставайте, мадам.

Посмотрела с недоумением. Засомневалась. Сзади мимо проходящий толкнул ещё и рявкнул:

— Куда прёшь, дура!

— Да я на месте стояла! — Взвинтилась Дэль и живенько за руку меня взяла.

Как только почувствовал касание, тоненький разряд тока кольнул аж на кончике члена. Сжал чуть крепче, потянул следом, довольный собой, ибо первый этап соблазнения пройден.

Пришлось тащить её через пол рынка, чтобы дойти до лавок с нелегалами.

Как только выяснилась моя цель, Дэль вырвалась вперёд меня к продавцу и сразу спроецировала фотку девочки.

— Вы не видели её? Я заплачу любую цену.

Ошарашенный продавец замотал головой нервно и поозирался воровато.

Отдёрнул дамочку. И к лицу ближе прислонился, опускаясь под её капюшон, да шепнул угрожающе у ушка с серёжками за полтинник:

— Вы что творите?

— Я дам сто тысяч, так ему и скажите, — прошипела в ответ и отстранилась. — Вы что себе позволяете?

— Ой, уж не думаете ли вы, что пытаюсь вас соблазнить, — заявил с нотками цинизма.

Захлопала глазищами с недоумением.

— Вы не мой типаж, — добавил ещё. — Мне аристократки, как вам адмиралы. Уж поверьте.

— Охотно верю, — бросила с кривой ухмылкой. — Что ж, действуйте по своему усмотрению, гляжу, профессионалом себя считаете в делах контрабанды. К слову, не удивительно. Вы же вольный адмирал.

— Вы же вольный адмирал, — передразнил её.

И получил удар кулачком по груди.

— Бьёте, как девчонка, — усмехнулся и двинул к продавцу уже я.

— А я кто по–вашему? — Раздалось в спину.

Избалованная дочь высокого лорда с Первого круга, полагаю. Которая по своей прихоти пытается найти для себя особого раба. Я бы её трахнул, у меня ещё не было таких богатых девок, готовых сто штук за рабыню выложить.

Подошёл в упор к продавцу, который сразу с недоверием на меня посмотрел.

— Пятьдесят тысяч за девку даём, всё по тихой без документов, — прошептал ему.

— Адмирал, свалил бы ты отсюда со своей лярвой, да поскорее, мой тебе дружеский совет, — прошипел тот в ответ.

На рабынь его взглянул, сидят в сторонке под навесом шесть несвежих, но ещё не старых куриц, верёвкой связанные. Явно пиратский товар. За ними закуток с проходом завешенным замечаю, где рожа мелькнула секунду назад.

Ага! Сканер мой успел увидеть всё, что надо.

— А эти почём? — Спрашиваю, делая вид, что мне интересен его товар. И иду к ним ближе.

Торговец выскакивает, преграждая путь в закуток.

— Дэль, будьте любезны, подойдите сюда, кажется, мы нашли вам подружку! — Выдал я громко.

— Какую подружку⁈ — Ахнула дамочка и подбежала живенько. Видимо, наивно полагая, что нашли её девку.

— Вы ж хотели себе языкастую, чтоб шлифовала хорошо, — отвечаю. — А ну языки все показали. Скажите «Аааа». Давайте, давайте.

Рабыни послушно стали открывать рты и высовывать языки. Позади засмеялись зеваки. Продавец чуть расслабился. Но Дэль тут же взвинтилась:

— Да как вы смеете!

— Прости дорогая, но я не могу больше терпеть твоих извращений, вернёмся на яхту и подпишем бумаги на развод!

С этими словами я резко перехожу в боевую трансформацию, ибо слышу, как защёлкала механика за занавесом. Затем ускоряюсь на максимум! Мир замирает и становится безмолвным. А я с неимоверными усилиями спешу через занавеску. К сожалению, она рассыпается в труху, частицы так и зависают в воздухе.

В небольшом закутке три на три метра крепенький парень стоит, судя по татуировкам, из местной банды. А так как линзы в глазах — ещё и скрывается от властей.

Уже набирает по проводной связи кому–то. Здесь такое используют как раз, чтобы власти станции не отследили.

Сбавив скорость восприятия, жду, пока этот придурок наберёт.

Перехватывая трубку, насаживаю подбородок на квантовый резак и понемногу опускаю тело, чтоб не шумел. Чёрт, пара капель крови попала на мундир. Растяпа.

Но оно того стоит, ибо дозвон пошёл!

— Что надо, Свин? — Раздалось из динамика с того конца недовольное.

— Там эту девку с Хавиши ищут, — заговорил я, подделывая сиплый голос.

— Да ёп мать, — услышал первую реакцию. — Подожди, а ты кто?

Вешаю трубку. Вот вы и спалились, идиоты.

Слышу, как вопит продавец:

— А куда⁈ А что⁈

Срезаю провод, прицеливаюсь глазом в сечение, считываю данные, прозваниваю магистраль. Так… схема есть. Не так много вариантов. До коммутатора мысленно дохожу, оттуда частицы пошли вот по этому проводу. На свежий звонок проще отследить. И за долю секунды я по проводу, будто по тоннелю дохожу до противоположного телефона. Отдаляюсь, моделируя местность. Ага, понял где это!

Попались голубчики.

— Ты что делаешь! — Воскликнул торговец, ворвавшись в закуток.

Ускорился, свернул ему шею и посадил на пол.

Но увы, рабыни видят процесс и смотрят с ужасом. Прислоняю палец к губам.

— Тсс, девочки, ладно? А то и вас придётся пустить в расход.

Закивали понимающе. А тут Дэль обозначилась. Но не успела заглянуть, я назад её потолкал.

— Что вы тут проворачиваете, скажите мне на милость? — Возмутилась.

— Всё, пошли, я знаю, где девка, — ответил несколько вздрюченный, взял её за руку нагло и потянул за собой через толпу.

Лишь потому что у торговца свой закуток, прохожие не сразу поймут что к чему.

Пробились через толпу, завернули на перпендикулярную улочку. Чуть потерялся, пришлось подняться на первый же контейнер по лестнице, чтобы осмотреться.

Выскочил на площадку бара, где мужики с бандитскими рожами сидят и попивают своё дерьмо, от которого они сдохнут на десять лет раньше.

Не обращая на них внимания, осмотрелся. И вычислил, наконец, точное место. Это контейнеры прямо под техническим тоннелем. В три этажа стоят, там и лестницы наварены сбоку аж до потолка к переходам наверху. Сам контейнер нам нужен с зелёной маркировкой. Оттуда уйти можно и наверх, и по тоннелю. Поэтому времени не так много.

— Всё, есть, — сказал встревоженной девушке и дёрнул её обратно.

Азарт взыграл такой, что аж мурашки по шее пошли.

— Как вы так быстро? — Спрашивает Дэль попутно.

— Поживите с моё, барышня, — посмеиваюсь.

Не сказать, что мне подфартило. Одно время я активно занимался розыском людей. И знаю, как что устроено. Вдобавок, у меня на этот счёт процессор один заточен частично под шпионские штучки. В ущерб защиты, к сожалению, ну да ладно.

Всего у меня их три, и каждый делит по две функции. Усиление с вооружением, скорость с силой, защита со сканом–анализатором. Хотя в идеале надо, чтобы каждый квантовый процессор занимался одним делом.

— Поторопимся, — дёрнул девушку быстрее, чувствуя, что нас уже могут искать.

— Мне не нравится ваша излишняя спешка, — выпалила Дэль. — Может, вы объясните мне, что происходит? А то держите в неведении, как какую–то дуру.

Дура не дура. А сто тысяч ринн я от тебя затребую дорогуша. Но сейчас просто нагоняю страстей:

— У нас пятнадцать минут, а потом уже все головорезы, что здесь дань стригут, начнут охотиться на нас.

— Это почему? — Ахнула.

— Из–за того, что вы меня не послушали и влезли. Торговец понял, что вы из Первого круга. А с такими иметь дело никто не будет, проще застрелиться. С одним парнем я разобрался, но не уверен, что в толпе не было стукачей.

— То есть как разобрались? — Спрашивает, плетясь за мной, как маленькая девочка за ручку.

— Поговорил по душам, дал взятку, — отвечаю и вырываюсь, наконец, на более просторную дорогу.

Отсюда прямой путь к нужным контейнерам!

Но лезть уже никуда не надо. Девку закутанную в плаще выводят из того самого помещения и вниз по лестнице ведут сразу двое. Экстренная эвакуация, как мы вовремя. Вижу внизу трёх верзил, которые озираются по сторонам, и стоят на шухере.

Метнулся в сторону с их поля зрения, дёрнув барышню грубо за собой. К контейнеру закрытому прижался, чтобы они нас не увидели раньше времени. А вообще, я тут как белая ворона в своём парадном мундире. Только тусклый свет и спасает.

Обернулся, Дэль смотрит перепугано. Но уже прониклась атмосферой наших приключений. Даже руку теперь не вырывает, держится цепко.

— Я должен вас спросить, перед тем как начну действовать, — заговорил с ней строго.

Хотя этот разговор уже запоздал. Просто поддался порывам и убил двух гадов просто так, без мотивации.

Барышня захлопала глазами. Насупилась.

— Что значит действовать? — Возмутилась и заявила наивно. — Мы сдадим их полиции и дело с концом. Но я должна сперва убедиться, что её нашли.

— Полицию? Вы шутите? Мне придётся с ними разобраться.

— То есть как? Давайте я вызову сюда офицеров, — выдала и прикусила язык.

Тааак, млять! Вот ты и проговорилась.

Так–то ребята гвардейцы справятся, я уверен. Если успеют до того, как девицу на челнок не посадят, а там пиши–пропало. Но мне они тут не нужны. Я награду свою хочу!!

— Нельзя их сюда, — загоняю дамочке. — Будет переполох и много жертв. Вы должны это понимать. Я разберусь с конкретными виновниками. Доверьтесь мне.

— Хорошо, — ответила, чуть помедлив.

Обернулся. Как раз уже спустились.

— Говорите, зачем она вам? — Настаиваю.

— Это дочь моей бывшей очень преданной служанки. Я освободила их и опустила на родину. Но случилась беда, дочь похитили в одном из портов. Я уже полгода гоняюсь за призраками, но вот один из нанятых детективов дал уверенную наводку, что её перевезли сюда.

Надо же. Она ведь впряглась за людей, которые по большому счёту не должны её заботить.

Что ж, благородно с её стороны.

Даже стыдно теперь конючить оплату. Но эти озвученные сто тысяч ринн теперь как шкура неубитого медведя.

Скрипя зубами, двинулся за уходящей бандой. Быстро перебрал свои возможности. И понял, что лучше разобраться с ними за первым же поворотом без привлечения свидетелей и других дружков.

Дэль девать некуда, потащил за собой. А то и её в рабство угонят. Видел я, как на неё смотрели те самые промышляющие на станциях похитители. Только зазевался и жену твою аль тёщу уже спиздили.

У тоннеля народа уже нет. Никто к местам обитания банды не лезет. Но всё же стоят наблюдатели, поглядывают со стороны. Кто на крыше контейнера, кто сверху.

Поэтому делаю вид, что прогуливаемся, пока не скрываемся под трёхметровым сводом. Где я вжимаю в нишу Дэль и, взяв за плечики, догорю взволнованно:

— Останьтесь. Дальше я сам, любовь моя.

Перепуганные глаза расширяются ещё больше. А ротик приоткрывается.

Да, детка, я твой герой.

Выловив нужную реакцию, рвусь за похитителями уже один. Они как раз заворачивают за угол! Перехожу в боевую трансформацию и ускоряюсь. На повороте меня ждёт сюрприз.

ЭМП растяжка! Которая бахает запоздало уже за спиной и цепляет меня волной!

Весь квант во мне становится на время бесполезным, по инерции я падаю вперёд прямо к ногам ошалелых бандитов.

— Как быстро нагрянул! — Восклицает один.

— Что, адмирал, не ожидал, да? — Посмеивается второй, поднимая меня с пола за ворот и дальше отрывая от земли очень даже легко. Млять, похоже, усиленный имплантами здоровяк попался.

— Повнимательнее с ним, Габи, — говорит самый мелкий на вид и самый пошарпанный мужичок в засаленном военном комбезе, который и держит девочку.

— Давай я с ним разберусь, — обозначается третий верзила с блестящими синевой глазами.

Киборга мне тут ещё не хватало!

Двое бандитов с девочкой начинают удаляться. А мне в глаз уже идёт здоровенное шило.

Воззвал к системе. Только скафандр откликнулся! Остальное на перезапуске. Да и так сойдёт! Врубил плёнку, и шило проскользнуло по защищённой щеке мимо.

Перехватил за держащие меня руки и ногами оттолкнулся от тела. И вышло, как он бетонной стены. Враг даже не шелохнулся, а я отлетел. У мужика остался ворот моего кителя и ухмылка на роже.

— Ну не пидарас, мне завтра на парад ещё! — Выругался я, поднимаясь.

— Да сдохнешь раньше, — рассмеялся киборг с шилом и бросился на меня с замахом.

Попятившись быстро, наткнулся на стену, и успел пригнуться! Кулак пролетел надо головой, всколыхнув волосы, и пробил стену сантиметров на тридцать! Что там, металло–пластик, да?

Мужик с имплантами тут же подскочил и с ноги мне зарядить решил, будто моя задница — это футбольный мяч! Едва успел дёрнуться в сторону. И нога не просто вошла в стену, а ещё и пропахала её, на выходе всё же подпнув меня.

Крутануло знатно, так и присел на пол. Когда–то я отказался от боевых имплантов, потому что некрасиво! А теперь жалею. Хотя внедрение в тело всяких железяк — заразительно, сперва импланты, потом ты уже киборг. А тут как раз живой пример двух стадий.

— Не ломайте станцию, идиоты! — Воскликнул с досады я, приподнимаясь. — Вон уже трещины пошли на потолке. Осторожнее, сверху!

Эх, никто не отвлёкся.

— Вот же загоняет, — ухмыльнулся третий мужик, который ещё стену не портил.

Все трое обступили меня, готовые уже просто зажать.

А тут процессор защиты откликнулся. Я как раз выставил локоть, чтобы блокировать очередной удар мужика с имплантами. Кванты быстро состряпали мне щиток на предплечье, который тут же звякнул о металл. Меня аж до костей потрясло. А этому хоть бы что!

Сбоку нога мне прямо в рёбра влетает. Я снова в стену впечатываюсь. От удара оседаю. Не успеваю очухаться, нависают все трое надо мной, рожи радостные скалятся.

Достаю из сапога наградной нож из илинума. И всем троим сапоги протыкаю. Живенько, как швейная машинка! Раз, два, трииии. На третьем туго пошёл, со скрежетом.

Только первый вскрикнул и завалился назад. А двое других даже не поняли, что произошло. Но тут у меня функции все заработали. Только резерва крохи, всё сожрало.

Поэтому я что смог, так это резак родить. Подрубил киборга первым, уже никакой экзо-скелет из титана не поможет. Тот с недоумением рухнул на пол и стал осматриваться, как идиот. А я, перекатившись, вонзил клинок в гада с имплантами. Хотел в сердце, чуть не дотянулся. Пришлось ещё вверх руку вести.

Кровью меня забрызгал, гад.

Третьего уже лежачего на салат порубил. Этот самый слабый оказался. И тут же чуть от дезинтегратора не выхватил, который киборг вырастил из руки. Успел уклониться и рубануть по черепушке, прошивая мозги. Разобравшись, выпрямился довольный.

А тут Дэль стоит. В глазах ужас, потому что всё это наблюдает.

— Вы… вы в порядке? — Выдаёт.

— Да, — отвечаю, не успев толком отдышаться. — Я… я за этими побегу. Ждите здесь.

Не послушала, двинула за мной.

— Нет уж! Этот ещё шевелится. Аааа, — завизжала и на меня чуть не прыгнула.

Придержал, чтоб не прислонялась и не пачкала свой плащ.

Эти с девочкой удрали уже далеко, судя по всему. Дальше целый лабиринт пошёл и вариантов море. Пришлось врубать систему следопыта и по остаточным колебаниям их следы искать. Система повела вниз по лестнице, на этаж где уже тепловые магистрали, провода всюду тянутся. Мелкие роботы–ремонтники лапками по стенам и потолку перебирают, мешая «следопыту» верно определять путь.

На интуиции вышел верно и настиг сучат в узком коридоре технического этажа. А те стоят с другой стороны перед шлюзом, похоже, здесь им как раз должны открыть по некоему сигналу.

Медлить не стал, бросился карать на ускорении. Одного затылком приложил к трубе, расколов череп. Второму руку сломал, которая с пистолетом оказалась. А затем его же оружием вышиб мозги.

Тем временем добыча моя по стеночке противоположной сползла и сжалась вся.

Слышу, Дэль кричит, заблудилась. Позвал. Прибежала взмыленная, уже и капюшон упал, шевелюру шикарную демонстрируя. И плащик сверху расстегнулся, выставляя на обозрение неплохое белокожее декольте с цепочкой из крупных голубых бриллиантов. Анализатор быстро показал. Охренеть, крейсер на шее висит.

Дальше, как в замедленной съёмке, Дэль летящей походкой рванула вроде как ко мне обниматься после долгого и томительного расставания. Но хрен там. Проскочила мимо и бросилась к лежащей девочке. Капюшон сбросила и заключила, отшатываясь:

— Это не Милина.

— Ну хотя бы Хавиши, — усмехнулся я горько. И выдохнул с разочарованием.

Этой лет шестнадцать, на редкость для этой расы красивая. Черноглазая, ресницы, как у коровы, нос не коршуном, как у них чаще бывает. Смотрит затравленно, но сидит смирно. Однако в какой–то момент начинает хмуриться, всматриваясь в лицо Дэль.

— Ты кого–то ищешь? — Спросила вдруг спасённая певучим девичьим голоском, обращаясь к барышне.

Утерев сопельки, та закивала быстро и снова присела к девочке, продемонстрировав фотографию.

— Юлира, — произнесла девочка, распознав искомую. — Нас вместе привезли.

— Её зовут Милина, — поправила Дэль и замерла вдруг, вытаращив глаза.

— Я знаю, где её держат, — заявила Хавиши и добавила с нотками надежды: — Юлира рассказывала о вас, госпожа.

Неожиданно для нас ручки шлюза щёлкнули, и петли противно заскрипели с отворяющимся люком. Оттуда показались новые бандитские рожи. И засияло кое-что пострашнее.

Да ёп вашу мать.

Глава 11

Двое головорезов высунулись сперва, а затем вышли полностью. Относительные габариты обнадёжили, пока у одного глаза синим не засветились, а у другого зелёным.

Два долбаных киборга, которые иной раз и не дохнут от смертельных попаданий.

Дэль девочку ухватила, стала пятиться. А я их собой закрыл, отступая.

Один с синими глазами присвистнул, будто собаку зазывает. И из шлюза вылезла металлическая образина в полтора метра на ножках, как у паука. С дезарами и фазерами на спине уже активными. Спирали на стволах энергией играют и переливаются. Красота, что загляденье.

В такт сверкания и у меня очко заиграло, что тут греха таить.

— Интересно, где вы надыбали боевого робота имперской штурмовой пехоты? — Интересуюсь у ребят.

— А вот и не скажем, — заулыбался один с синими глазёнками.

— Перекодировали даже, какие молодцы. А сложно было? — Заговариваю им зубы.

— Не.

— Почём этот? Может, поторгуемся? — Пою дальше и быстро оборачиваюсь, убедившись периферийным зрением, что девки уже на углу.

Мне бы ещё пара минут, и резерв чуток подкопится!

— Ты слишком разговорчивый для того, кто наших пацанов так быстро завалил, — говорит второй с оскалом.

— Хотя туда им и дорога, — выпалил второй и присвистнул ещё раз!

Загудели пушки, готовые в любую секунду начать плеваться! Всё, что сейчас на меня смотрит, не просто продырявит, а до частиц развалит, что и мокрого места не останется.

— Руди! — Эта ещё визжит. Богачка с Зэрдина.

— Беги дура!! — Кричу. Честно, не понимаю, что на меня нашло. Обычно я просто удираю, спасая свою шкуру. Но и друзей не завожу, чтобы не терзали потом муки совести.

Блеснуло на двух стволах, предвещая пиздец.

Но я был бы не я, если бы не имел тузов в рукаве! А точнее в ноге!

Дистанция шесть метров! Отделяю от сапога мини–ЭМП шарик уже взведённый! Три! Две! Одна! Пинаю его под робота! Ща, млять, попляшете у меня. Радиус небольшой, только их и зацепит. Там двойной эффект, против всех сгодится!

— Се–ха–ша!! — Крикнула вдруг Дэль, вызывая заклинание. Мелкие молнии понеслись из–за спины! И заслонка энергетическая с вихрями фиолетовыми встала между мной и дебилами.

Как раз мой шарик о заслонку стукнулся и обратно ко мне полетел.

— Да, млять, — всё, что я успел сказать. Бахнуло сразу с двух сторон!! По заслону со звонкой пулемётной дробью. И под ногами разок. Рухнул на пол с нулевым резервом, отключенными процами, да ещё и парализованный.

В принципе мой «туз» сработал.

Кто ж знал, что Дэль ещё и маг. По цвету поля ясно, что мастер. Но меня это не радует. Я хочу высказать ей всё, что о ней думаю, но онемел язык. Я лежу на спине и смотрю в потолок, едва дыша при этом.

Очень быстро обстановка меняется. Крыша проламывается с треском впереди меня и сзади. К нам падают гвардейцы. Один прям сквозь поле Дэль проходит, насрать ему, и роботу пушки в узелок завязывает, успев принять на грудь его плевки.

Бандитов вяжут быстро. Кажется, одному оторвали руку и засунули ему же в рот.

Надо мной встаёт один гвардеец со светящимся фиолетовым глазом, причём одним. Это самый мощный вариант киборга.

Получается, не я её герой, а как раз эта вот машина–убийца.

— Вы в порядке, командор Руди Робин, — озвучивает мужественным голосом. И это даже не вопрос, а утверждение. Мол, что разлёживаюсь.

Неожиданно ко мне подскакивает Дэль. Нависает очень близко. Такая красивая сейчас, глаз не отвести.

— Простите, я поняла свою оплошность! Вы… вы такой смелый, — заговорила, и показалось, что вот–вот поцелует.

— Да с ним всё хорошо, — обрубает гвардеец.

— А ну ладно, — поднимается обратно девушка и уходит. А вернее её уводит гвардеец.

— Не стоит благодарности, — первое, что я говорю, когда язык приобретает чувствительность.

Когда поднимаюсь, чтобы принять сидячее положение, уже никого из них нет, в том числе и бандитов. Только куча полицейских, которые с глазами обосравшихся собак, метаются по тоннелям. Похоже, их шефу объявили предупреждение.

Увидели меня, даже не подошли. Один пальцем по своей шее выразительно провёл, намекая, что мне кирдык. Как раз тот самый, кому я взятку давал.

Вскоре я почуял вибрацию по полу. И ко мне ворвались обе мои амазонки, чуть не разорвав всех людей в штатском, вздумавших встать у них на пути.

Как они тут оказались, чёрт их разберёт.

Пришлось всё же явиться к шефу сектора и дать показания, после чего он сперва настоятельно попросил, а затем и вовсе взмолился, чтобы я забыл об этом инциденте.

Всё хотели скорее замять. Я согласился посодействовать.

Только спустя несколько часов вернулся на флагман, где у трапа смиренно стояла Анна. Идентифицировав ошейник, местные полицейские сами довели её до моего корабля, у которого и оставили.

Распорядившись дать девочке каюту и покормить, я пошёл к себе принять душ. И в процессе совсем загрустил.

Я даже не знаю, расстраиваться мне или нет, что меня не взяли на завершающий этап поиска. Хотя оставалось дело за малым, не сложно было догадаться, что Хавиши уже купил какой–то чиновник или просто богатей, живущий на этой станции. И теперь он никуда не денется. Уверен, всё у нашей богатенькой особы будет хорошо.

Когда она вот так свалила, я понял, какая между нами пропасть. И вспомнил, что эта сучка теперь должна мне кучу ринн. Но она мне их простила.

С другой стороны, будет мне уроком, как связываться с жителями Зэрдина. Ты для них — расходный материал.

За трое суток на Мегалоне я лишился трёх абордажников, которые решили не возвращаться. Выяснилось, что эти хитрецы закрыли свои счета, и теперь неустойку за ранний разрыв контракта с них стрясти не выйдет. Но Арти привёл мне новую команду из восьми человек, которых отбирал лично. Контракты на год с оплатой в тридцать процентов сразу и подъёмное пособие. В общем, минус восемь тысяч ринн из казны.

А ещё ж подкупили запчастей, порошка для кислорода, органики и прочей лабуды на десятку.

С такими растратами я понял, что скоро буду на мели.

Поэтому всерьёз подумал о предложении Репитеров. Хотя ещё не ясно, что они хотят. Но главное, что заплатят много. По карте их ближайшая станция находится в системе трёх звёзд Гелир, это в семи сотнях парсеков отсюда. Примерно десять скачков, с учётом стоянок на перезарядку Ядер и залётов на станции, выйдет дней двадцать пути.

Но тут ещё такое дело. Почти по маршруту имеются целых две точки, которые Саманта обозначила на своей карте, как места её сражений. Возможно, там будет, чем поживиться. Один нюанс, придётся снова выходить в сектора Третьего круга. И не мудрено, адмиральша всё это время и рыскала вдоль граничных систем.

В итоге с учётом отклонений для рейдов от основного маршрута выйдет месяц пути. И это меня устраивает. Как раз познакомлюсь с Анной поближе.

Но как задрали эти постоянные перелёты, да чернота космическая. Хочется иной раз кости на планете бросить на недельку. И не какой–нибудь суровой. А в курортный мир слетать, чтоб с морем и без песчаных акул. Но это всегда такой геморрой: пока зарегистрируешься, пока в атмосферу зайдёшь с перегрузками. Потом тяжелее втягиваться. На станциях же чем проще. Пристыковался, отстыковался, дальше полетел. Никаких потрясений.

Домой хочу, там курорты самые лучшие. Но столько ещё всего надо сделать! Я бы мог осесть в Оазисе навсегда. Но так вышло, что душа моя путешествий просит. Да и не совсем уж плевать мне на Империю с её прекраснейшими, загадочными и магическими мирами. Куда я обязательно ворвусь, чтобы найти свою принцессу.

А пока у меня перекаченные королевы по кораблю ходят уже, как у себя в пещерах. Быстро освоились бабы. Шкур себе в каюты нагенерировали, все картриджи опустошили, пришлось заправлять. Вычту из зарплаты!

После переклички, дал команду на отбытие с Мегалона.

Мы уже стали движки греть и почти отшвартовались, когда незнакомец запросил вход для короткого разговора. Чтобы убраться со станции нам дали пятнадцать минут, поэтому я занервничал, но человека впустил, распознав в нём одного из телохранителей Дэль.

Встретил его прямо в шлюзовой, дабы не терять времени.

Этого ещё не видел. Не высокий, но матёрый мужик в чёрном мундире, лет сорока. Рожа квадратная, скулы ярко выраженные, а глаза тёмно–карие, как у безумца. Судя по излучениям, мощи в нём побольше, чем у первых охранников Дэль. Знаков различия не видно, плащ скрывает практически все регалии. Но от дорогущего металла на орденах веет целым состоянием.

— Была б моя воля, вы бы уже были мертвы, адмирал. Просто, по щелчку пальцев, — выдаёт он с порога, причём моего.

— Как хорошо, что воля не ваша, да и нет у вас такой роскоши, — подковырнул и явно разозлил козла ещё больше.

Однако он лишь нахмурился, но не стал меня закручивать в узелок. Просто продолжил угрожать:

— Сейчас по милости госпожи вас пощадили. Но внемлите, когда мы пересечёмся с вами вновь, не ждите пощады. И молите Великий Квазар, чтобы этого не случилось. А ещё молчите о произошедшем. Это в ваших интересах. Ведь за то, что вы сделали, вас положено казнить.

— Да понял я, — перебил его. — Это всё?

— Нет, держите, — произнёс, протягивая небольшую ничем не примечательную белую карточку. — Откройте без посторонних.

Взял. Тот развернулся и двинул не прощаясь.

Класс. Виноватым меня сделали.

— Попадись мне ещё! — Рявкнул ему вслед и быстренько закрыл шлюз.

— Вась, рули, — передал управление Интеллекту, а сам в каюту свою пошёл.

Забыл уже как активировать эти карты. И так и сяк попробовал. Об столик побил, дунул, плюнул на неё. И голос женский внезапно пошёл!

— Моё имя Аделина Зэр Зерар, я девятнадцатая принцесса и прямо–наследная дочь Императора Зинона.

У меня аж в горле перехватило от услышанного. Принцесса⁈ Твою мать! Твою! Сука! Мать!! Я думал дочь какого–нибудь высшего лорда Первого круга. У них ведь тоже гвардейцы в охране.

А карточка продолжает вещать:

— Выражаю благодарность вам, адмирал Руди Робин. И желаю успехов на пути благородных свершениях. Творите подвиги и дальше. Сегодня вы мой герой.Милина у меня. И только благодаря вашей решимости и находчивости. Об одном прошу: не говорите никому, что с нами произошло. Я думала о том, чтобы наградить вас по достоинству. К сожалению, данная процедура невозможна в нынешних условиях, так как я прибыла инкогнито. Однако приглашаю вас в свою резиденцию на Зэрдин. В любое время, когда сможете прибыть, я приму вас, если не буду в отъезде сама. По прибытию в Эру вам нужно будет просто представиться, остальное уже не ваша забота.

Через мгновение карточка рассыпалась в пыль прямо у меня в руках. Около минуты я переваривал сказанное. А затем откинулся на кровати, руки на затылке сложив.

Меня. Пригласила. Принцесса. Всей нашей галактики. Девица из рода Зэров, вечных правителей всей ЭРАР. А это значит что? Что? Что?

Правильно! Я заберу её в свой гарем, когда она влюбится в меня! И тогда Сандерс умрёт от зависти. Хотя если так выйдет, умру я. Нет, не от зависти. От имперских армад, которые будут преследовать меня до самого пояса Саямо. Где я только пёрну, чтобы скакнуть уже насовсем, и мою задницу тут же раздерут тысячи фазерных лучей.

И почему улыбка не сходит с моего лица?

Она сказала, творите подвиги и дальше. Что я находчивый и благородный. Странные ощущения. Уже даже мысль проскочила, что и ринн мне никаких не надо. Хватит и похвалы Аделины. Ох, ты моя Дэль…

Лечу к Репитерам, а может, и мимо проскочу, прямиком в Центр в твои объятия!

Покидаем Мегалон и выдвигаемся за добычей.

Хочу корабли, больше кораблей…

* * *

Командор Руди Робин, Вольный адмирал Империи 9 ранга.

Смешной Космофлот в распоряжении:

Флагманский крейсер: 1, авианосец: 1, линейный крейсер: 1, средний корабль: 3, истребители: 18, абордажная команда: 41 бойцов, 24 амазонки.

Герои на службе:

Маг–мастер Артимидус(подозрительный тип)

Звёздная рейдерша Лара(прощай моя неугомонная, я всё дальше от тебя)

Воительница Муана(по кличке бетонная пятка).

Вселенские артефакты: а они существуют?

Значимый инвентарь: карта Саманты

Заложено на верфи и оплачено 2 тяжёлых корабля (заберите свой хлам!).

Ресурсов для строительства нового: 100,1%(или 50 кг илинума).

Мой имперский счёт: 83 799,9 ринн.

Заслуг перед Галактической империей: 0, Похвала: 1

Вероятность вызволить любимую дочь Императора: 1,3 %.

* * *

Немногим позднее. Спустя три скачка!

Каждый раз, прыгая всё дальше от условленной системы, я думаю о Ларе, нагло прыгнувшей к Поглотителям. Моя рейдерша может быть уже мертва. И я должен был ждать её там. Но Сандерс согнал меня к чёртовой бабушке с того сектора. Его шпиона я ссадил на Мегалоне, пощадив змеюку подколодную. Хотя стоило и выкинуть через шлюз в космос. Мне бы за это ничего не было.

Она знает что–то важное о Поглотителях!

Мы условились с Ларой ещё до рейда, что подберу её, когда смогу на Шори–четыре или Шори–пять, соседствующие Системы, где есть жилые станции, чтоб перекантоваться.

Это наш план «Б».

Лара, моя Лара. Всегда восхищался её изобретательностью. Она обескуражит любого противника своими сюрпризами. Лара вечно что–то мутит, на уме у неё пара–тройка вселенских артефактов, которые она почти нашла, ну вот–вот, ещё немного. В самую клоаку лезет бесстрашно с глазами горящими. Сама по себе баба, как баба. Голубоглазая блондинка — стандартный набор, спортивная, но не сверхсильная. Скорее мозги — её достоинство и куча технических примочек, о половине которых мало что знаю. Любит передовое и необычное, заимствует у периферийных миров всякое.

Подобрал её когда–то, попросила подбросить на триста парсеков. Стал клеиться, дала в морду — так и подружились. Она, одна из немногих, кому я доверил тайну и рассказал об Источнике. Она была там, но воспользоваться не решилась…

И вот наш флот выныривает в систему Третьего круга. Где нам снова нужно держать ухо востро, а шоколадный глаз сжимать посильнее.

* * *

1260 парсеков до Центра Империи.

1411 парсеков до Поглотителей. Уровень опасности в секторе: умеренный.

Система Риннитаки. Статус: непригодная для существования.

Оказавшись в мёртвой системе с почти потухающей Звездой, я понял, что гипер–выдохов здесь осталось только три. И перекрыть их можно за милую душу очень быстро по меньшей траектории, потому что местное солнце не жарит. Это прискорбный факт, от которого только ещё больше леденеет в груди.

И на кой чёрт Саманта попёрлась когда–то сюда со своим флотом?

Удаляясь от звезды во мрак неизведанного, понимаю, что появись тут вскоре тот же Сандерс, и я окажусь в ловушке. Но жадность твердит мне в ухо: Руди, ты проскочишь, а тут много добычи. Руди, забери её, пока не забрали другие. Руди, застегни ширинку.

Обнадёживает всё же несколько фактов. Тут в округе две с половиной сотни систем, куда можно в один прыжок, и нахрен никому не сдалась эта Риннитаки. И сама система большая, планет мёртвых куча, затеряться легко. Крейсерский, даже самый навороченный радар всю систему и подавно не покрывает.

Адмиральша дала точные координаты. Только до точки, как выяснилось уже тут, почти двое суток переть. Ух, мля.

Устремляется, пролетая первую планету, покрытую тёмным льдом и кое–как отражающую остатки света. Кажется, что это сплошная глыба. Уклоняемся подальше, ибо гравитация от неё бешеная. Просто, как только мы зайдём за планету, я разожму булки.

— Вера, готовь боевые двойки, — командую авианосцу. — В авангард, на фланги и в затылок.

— Есть, командор! — Отвечает новоиспечённый капитан корабля, повышенный из помощников.

Придётся истребителям поработать сменами в охранении. Для моего флота — нормальная практика.

Потому как кораблей класса «разведчик» у меня нет, последний забрала Лара. Это особые корабли и очень полезные. Но стоимость строительства, как треть тяжёлого корабля. Из–за того, что там тоже предусмотрено ядро, нужен илинум, пусть и пятнадцать килограммов всего. Плюс всякое шпионское оборудование.

Бело–синие птички вылетают с ангара авианосца, растопырив скользкие крылья, и проносятся мимо нас, устремляясь дальше на кратковременном форсаже. Аэродинамичная форма, всё по науке. Ибо такие модели за милую душу бьются и в атмосфере.

Думал спокойно уйду в каюту и сяду на толчок газету почитать, да что–то напряжение всё не сходит, когда я в черноту на мониторах вглядываюсь. Мы ж будто стоим, а какая–то сука оттуда на нас смотрит.

Мелкими строчками в голове бегут все процессы флота. Звучат доклады умерено тихо, ибо всё спокойно. Но я сижу в рубке ещё часов пять, в какой–то момент поймав себя на мысли, что затекли ноги. И только когда проходим траекторию второй по счёту планеты, позволяю себе сойти с мостика и подумать о чём–то другом…

Движемся по мёртвой системе вторые сутки. На мониторах даже с кратным увеличением Звезды не видно. Идём по приборам. И вот каким–то чудом первый объект!

Кусок от челнока вылез в пространстве, старая модель, наш имперский. Спустя час сканеры заметили скопление металла, истребители, разведав, прислали картинку. Продырявленные блоки боевой орбитальной станции величиной всё, как полкрейсера. И какого чёрта она тут делает? Никаких признаков жизни или следов.

Достигаем точки координат Саманты, когда кажется, что вышли за рамки системы в межзвёздное пространство.

И что сказать?

— Нихера тут нет, — выругался зло, глядя на пустой радар и наглухо чёрные мониторы, где изредка звёздочка какая–никакая блеснёт.

— Командор, не время отчаиваться, — заявляет штурман в неожиданно приподнятом настроении. — Движение планет системы просчитаны. А самой системы относительно Квазара? Вот. Ща, разберёмся!

Выдав расчёты, штурман предположил, что точка за пятнадцать лет сместилась и до неё нам ещё три часа. Пошли на поводу, продолжая пребывать, как в заднице у негра. И когда уже надежда на успех потухла, радар выдал один единственный сигнал!!

Я чуть было уже шампанское не открыл от радости.

Но рано порадовались, точка так и осталась одна на всей области, даже когда мы долетели до дрейфующего крейсера. А точнее до его каркаса, откуда уже давно выскребли всё ценное.

— Неделя насмарку! — Выругался я, ударив кулаком по подлокотнику.

Сюда пилили три с половиной суток, обратно столько же!

— Я в гибернацию на неделю упаду, — бросил, выходя из рубки. — Разбудите уже в нормальной системе.

Долбаная Саманта.

— Командор! — Окликнул маг.

Замер, потому что и сам принял этот доклад. Истребитель авангарда что–то нашёл!!

Сгруппировав флот, устремился туда. И вот оно, счастье привалило! Сперва на радаре засияло, а затем на мониторах красота поплыла, подсвеченная нашими истребителями.

Корабли всяких мастей, сбившиеся в кучку из–за гравитационных свойств, почти все собрались в одном месте. Шесть тяжёлых и мелочёвка. Поодаль ещё три крупных плавают в невесомости.

Потираю ладоши.

— Илинума не обнаружено, — докладывает интеллект, просканировав их.

— Да кто бы сомневался, вы лучше сюда посмотрите, господа, — отвечаю я, не унывая. И вывожу на монитор корпус креалимского крейсера времён большой войны. — Не вяжется, ребятки, да?

Корабль в форме сигары с выдающимися орудийными башнями по размерам раза в два крупнее нашего крейсера. Обшивка местами отсутствует, обнажая скелет.

— Война прошла пятьсот лет назад, — соглашается маг. — Что среди крейсеров третьего поколения Саманты делает один древний креалимский корабль?

— Вот именно, а ещё интересно, почему тут корабли в основном только её, — говорю я загадочно.

Идентификаторы откликнулись, тут действительно много тяжёлых кораблей нашей адмиральши! По мелочёвке непонятно. Противника лишь один крейсер, плюс этот древний.

— Чую я нечто грандиозное! — Прыгаю на кресле, как придурок и командую. — Туда!

— Куда⁇ — Разводит руками штурман.

— Да просто летим дальше!

Вскоре догадка моя подтвердилась. Не пролетели и десяти минут с края радара потянулись к центру точки, всё больше и больше. А затем на зелёной сетке зарябило.

— Кладбище кораблей! — Объявил я восторженно, выводя на монитор бессчётное скопление боевых птичек всех видов.

Для наглядности Интеллект на мониторах обрисовывает контурами цельные объекты во тьме. И теперь это выглядит как обширный астероидный пояс, которому конца не видно.

Мне хочется пуститься в пляс.

— Здесь могут быть пираты, — говорит Арти.

— Здесь они точно есть, — заявляет штурман.

— Мочить всех будем без разбора, что зря летели что ли? — Говорю цинично, принимая данные от сканера. И уже получая положительные результаты с некоторых объектов, где выявлен илинум.

Глава 12

По комбинированному анализу интеллекта Василия здесь около тысячи тяжёлых кораблей. Мелочёвки всякой ещё больше, и она сильно мешает продвигаться вперёд.

Прежде чем бросаться и начать ковырять свою добычу, нужно убедиться, что никто не ждёт в засаде.

Авианосец выпускает все истребители, большая часть которых уносится на разведку подальше.

Габаритные огоньки стали стремительно удаляться. На поясе из кораблей вдалеке что–то блеснуло!

— Боевая готовность раз, — объявил сразу и передал координаты. — Боевая двойка вперёд.

Основная масса лёгких кораблей осталась в ближайшей зоне, облетать вокруг кладбища, лавируя меж мелких каркасов и мусора. Сами мёртвые корабли покоятся, они давно уже замерли, найдя друг с другом гравитационный баланс. Между одними не пропихнуться даже истребителю, тогда как есть и коридоры для пролёта и большому кораблю. Здесь и зинонские, и креалимские корабли, и некоторые совершенно незнакомые на вид бандуры.

Похоже, образовалась своя система, а то и целый мир. Который вполне могли и занять определённые силы.

Уходим на флагмане от скопления, чтобы пока наблюдать со стороны. Кладбище идёт теперь по левому борту.

Полчаса затаённого спокойствия, пока не раздаётся крик в эфире! А затем уже видна на поясе вспышка! Что–то случилось с ушедшими на дальнюю разведку истребителями. Сразу пропал с радара один. А следом и второй. Да чтоб вас там!

— Данные? — Уточняю я сквозь зубы, хотя и сам понимаю, что нихрена они не успели увидеть.

Но опасная зона нам теперь ясна. Ценой неприемлемой.

— Не будем спешить, — заключаю, отзывая остальные птички поближе.

Думал, сейчас высунется пиратский флот, и начнём драку, а нет! Будто затаились. На оптике присматриваться стал. Сверкает периодически через щели в кораблях и прорехах между ними. Что ж вы там гады мутите?

— Анализ спектра показал, что это сварочные аппараты, — доложил Василий.

— А они разве ещё не поняли, что истребители — это знак, что рядом вражеский флот? — Это скорее риторический вопрос от меня команде.

Они продолжают пилить корабли, игнорируя опасность?

Здесь половина кораблей с открытыми каркасами. Разбирали обшивку. Листы брони зачем–то им креалимские понадобились. Нахрен они никому не нужны. Никто не купит этот бесполезный хлам.

Замигала тревога! Аж сердце в пятки.

— Да понял, понял, — говорю себе под нос. Принимая в мозг данные.

Пять разогретых ядер сразу скан показал!

— Приготовиться к бою! — Кричу чисто символически ритуальную фразу.

И броня корабельная начинает сиять синевой от обволакивающего силового поля. Щиты на полную! С ядер сразу пошло отматывать энергию с бешеной скоростью.

Вываливаются из середины кладбища пять тяжёлых кораблей без откликов на идентификацию! Четыре крейсера третьего поколения конструкции Зинона и один похожий на них, но неизвестный мне вообще, как и не числящийся в имперской базе.

Вышедшие с разных мест несколько беспорядочно, выстраиваются в какой–то смехотворный боевой порядок. Брони наварено, конечно, аж в три слоя, на таких стыдно в системе будет показаться.

Расстояние полторы тысячи километров до врага.

Управление тремя тяжёлыми забираю себе. Фазеры на полную мощь кручу. У флагмана три дальнобойные пушки. У крейсера две. У авианосца одна. С шести пушек по фокусу бьём по незнакомой модели крейсера. Чисто проверить!

Выстрелы! Понеслись ядрёно–зелёные лучи к цели. Через пару секунд вспышка! Бах!! Насквозь нахрен разорвало. Пффф.

— А нет у вас силового поля! — Восклицаю, потому что был прав! Наварив столько брони, они только выдали свою слабость.

Взводятся пушки. Пять, четыре три… Пока не очухались, долблю по второму! Синим сверкнуло поле, но прорвалось, как миленькое, пропуская энергию колоссальной силы. Крейсер пошёл на крен, потеряв управление, но не разрушился.

Ответный удар зафиксирован! Два луча устремились навстречу. Всё во флагман бахнуло!!

Сотрясло знатно, но щиты выстояли. Ядро — минус пятнадцать процентов мощности. Ух, пошла жара.

— Слабенько что–то, — посмеиваюсь.

И вижу, что оставшиеся три крейсера, плюнув криво летящими торпедами, пытаются свалить обратно.

А ну идите сюда!! Долблю ещё по одному уже меньшей мощностью, целясь в движки, чтобы лишить хода. Встаёт как миленький, а дальше плывёт беспомощно. Останется только захватить.

Удаётся зацепить ещё один, но сучёнок успевает вместе с последним скрыться за массивные телами кладбищенских исполинов.

Не бой, а избиение какое–то. Ну а что взять с пиратов? Их сила, когда они неожиданно врываются из засады, вгрызаясь в обшивку. Но на этом я собаку съел.

С другой стороны, эти пираты куда мощнее всех предыдущих, ну–ка завели и восстановили сами столько кораблей!

Воспользовались своей отчуждённостью, ведь ни один придурок, попав в мёртвую систему в межзвёздное пространство не полетит на такое расстояние. По сути, это кладбище в данной системе, как иголка в стоге сена.

— Полагаю, у них нет достаточно хорошей навигации, — говорит маг совершенно спокойно, оправдывая то, что они пососали.

— И с вооружением беда, — добавил штурман, почёсывая частично оголившееся пузо. — Что делаем, командор?

— Под прикрытием кораблей будем брать на абордаж вот того, — киваю на последний подбитый. — Допросим уцелевших, там разберёмся.

— Согласен, но имеется вероятность, что у них есть боевые станции ближнего боя. Может, стоит разведать? — Предлагает маг.

— Командор, — протянул штурман задумчиво. — А вам не кажется странным, что они не смогли соскрести со стольких кораблей достаточно оборудования на усиление орудий и полей?

— Да, есть такое дело, — поддерживаю мнение и тоже чешу своё пузо.

— Может, заманивают? — Продолжил мысль штурман, пока мы неминуемо приближаемся к цели, а наши истребители кружат вокруг нас, будто водят хоровод.

— В принципе, согласен, — отвечаю, уставившись с максимальным приближенным на корабль, что хотим взять. — Наши три тяжёлых для них намного ценнее тех, что они потеряли. К тому же, завести ядра и вывести бутафорию — много ума не надо. Что–то здесь действительно не чисто.

— Я возьму челнок, — подрывается вдруг Арти.

— Уверен? — Переспрашиваю. И никогда его не останавливаю в порывах.

— Да, пролечу аккуратно и гляну.

Челнок не разведчик. Но в ближнем радиусе действий ничем не хуже. В данном случае нам важна маскировка, генератор которой у челнока имеется. А ещё энерго–щиты получше, чем у разведчика. Скорость только ниже, да прыгать челнок не может в другую систему. Хотя есть и прыгающие модели.

Пока Арти снаряжается, оба крейсера готовят абордажные команды, которые придётся грузить на оставшиеся два челнока.

Спешу в ангар флагмана, чтобы лично проверить готовность моих золушек. Они уже там активно разбирают оружие, балуются лёгкими драчками, рассматривают свои новые сгенерированные по особому заданию луки, стрелы и мечи.

Все экипированы квантовыми скафандрами, не как у меня спрятанным в теле, а в виде браслета на руке. Также не побрезговали и бронированным трико, в котором они выглядят сногсшибательно. К сожалению, обычные скафандры их габаритов найти пока не смог. К трико присобачили всякое мелкое оборудование, в том числе и присасывающиеся к любой поверхности перчатки, за спины ранец, на ноги грави–сапоги. С собой и национальное оружие из композитных материалов, и немного стрелкового современного. Бабы заценили его мощь. За три месяца обучения, много что поняли.

Выстроил, чтобы пожелать им удачи. Смотрят с задором. Ни страха на лицах, ни волнения. Заряженные на все сто. Жаждут битвы, по бешеным глазам видно.

— Ну что, боевые самки! — Говорю приподнято, встав перед ними с видом наставника. — Это ваше боевое крещение, как у нас на флоте говорят. Пока вы в роли подчинённых должны выполнять приказы старших, потому что они знают, что делать там. А вы наматывайте на ус. Учитесь. Каждая из вас может вскоре стать… десятницей! А то и сотницей.

— Да!! — Закричали амазонки, луками да мечами тряся.

— Об одном прошу, девоньки мои, — заговорил менее воодушевляюще. — Не лезьте на рожон, не подставляйтесь без необходимости. Вы мне очень дороги, как друзья и соратники.

— Ну вот, — раздалось от Каштанки. — Я сейчас расплачусь!

— Сопли подбери, командор! — Выкрикнула Муана, прыгая на месте в нетерпении.

— Руди, мы не подведём, — произнесла Шидра уверенно. — И вернёмся целыми, не беспокойся.

Что ж, да поможет вам Квазар! Подумал, кивнул, вышел, вытирая скупую слезу.

Не знаю, когда успел к этим девкам привязаться! Неужто в постели.

Быстро прозваниваю мысленно все камеры, какие с экипировкой в комплекте у абордажников. Естественно, я буду видеть всё их глазами. Если только ЭМП не долбанёт. Хотя откуда у пиратов такая роскошь, когда здесь каждая энергоёмкость на счету.

В рубку вернулся, хотя не упускаю боевую ситуацию ни на секунду, независимо от моего места положения.

Маг вылетел с флагмана довольно быстро, без всяких церемоний. У его любимого челнока помимо мелкокалиберных фазеров на борту есть две кассеты с фотонными торпедами и пять расщепляющих материю бомб. Поэтому поднасрать он там сумеет. А мы его с борта страхуем, чтобы телепортировать успеть. Главное дистанцию не разорвать.

Затаив дыхание, слежу за челноком, который удаляется во вражескую зону. Два других с абордажниками только готовятся к старту.

Спустя двадцать минут Арти входит в ближнюю боевую зону и активирует маскировку. Далее залетает в кладбище, и мы теряем визуальный контроль. Теперь следим от его лица и с помощью моделирования полёта, всё синхронизируется.

Он свободно пролетает огромные глыбы креалимских крейсеров, следом попадается авианосец, который он пролетает насквозь через огромную дыру, которую явно проделали мощным выстрелом. Впереди область, где зависла мелочёвка, истребители, какие даже не определяются в базе, заполонили обширное пространство. Арти ювелирно лавирует меж объектов, чтобы их случайно не задеть и не определить себя. Облетает куски солнечных парусов, обглоданную на треть спасательную шлюпку, тело замороженное в скафандре…

Показались огоньки! Тусклые, синие, едва уловимые. Но сканер устремляет луч для анализа. Это габаритный огонь стыковочного шлюза! Вскоре уже виден объект! Это покоящийся крейсер! Вот ты и попался.

Нет, другой. Что–то с ним не так.

Понятно… он состыкован ещё с одним. А точнее сварен с ним намертво блоком, выполняющим роль тоннеля. И таких крейсеров с авианосцами Зинона аж восемь в связке.

— Здесь целый пиратский город, — докладывает Арти и передаёт данные сканера.

Народа там кишит! И некоторые бегают, как угорелые.

— Осторожно! — Спохватываюсь я, но Арти уже тревожит крылом небольшой обломок, облетая жилой крейсер.

Растревоженный кусок идёт дальше и сталкивается с более крупным, тот ещё с двумя, дальше до истребителя доходит, который раскидывает уже с десяток обломков. И пошла цепная реакция! Под конец пошатнуло крейсер! Он стукнул ещё один! Стал расползаться участок кладбища.

Твою мать!

Уверен, пираты здесь не летали именно по этой причине. У них есть другой путь.

Но теперь кладбище начинает шевелиться всё сильнее. И, похоже, пиратские конструкции начинают трещать по швам.

Челнок мага лавирует меж шевелящихся обломков, пребывая на грани быть смятым! Но каким–то образом Арти удаётся от обшивки всё отвести. В какой–то момент я понимаю, что он прилагает к этому магическую руку!

Но как⁈ В вакууме не действует его магия.

— Как ты это делаешь? — Спрашиваю напрямую.

— Воздействую на обшивку и поле челнока, — отвечает маг без утайки. — Магия гравитации передаётся по ним. Так и челноком управлять проще. Я думал, что ты уже догадался.

— Эдакий затейник, — посмеялся штурман.

— Подожди, так ты решил кладбище расшевелить? — Осенило меня. Вряд ли бы мелкий обломок сумел заставить двигаться крупный объект. Иначе давно бы здесь кто–то из местных это сделал, да даже случайно.

— Магия колебаний, — признался Арти. — Проверил, как работает в такой ситуации. Смотрите.

— Зашибись, ты скрыто разведал, — гнусавлю. — Нашёл когда испытывать.

— Боюсь, иначе не выкурим никого, — ответил самодеятель.

С другой стороны, он прав.

Корабли разлетелись в одной области довольно сильно, и показалась очень странная хреновина! А точнее бандура! Местами она ещё сверкает от сварки, но уже видно, что работы завершаются.

— Что это за ебень⁈ — Ахнул штурман.

— Три ядра⁈ — Воскликнул я, получая анализ от Василия. — Но как⁈

Они слепили из тяжёлых кораблей нечто очень устрашающее! Похоже, за основу взяли древний креалимский авианосец, он в два раза крупнее наших, и наварили на него сегментов от крейсеров Зинона. А что там с реактором они сделали при трёх ядрах — ума не приложу. Похоже, с генераторами там всё в порядке. И орудий хренова туча, которые как раз готовятся по нам палить, потому что мы вышли на прямую наводку!

Погнали! Надо действовать быстро. Пока этот мутант кораблестроения нас не развалил!

Выпускаю восемьдесят торпед из всех кассет флагмана и крейсера по рассредоточенным целям! С ними вылетают два челнока с абордажниками, врубая маскировку. Так врагу будет сложнее определить значимую цель!

По левому флангу ниже плоскости эклиптики выруливают наши старые друзья. Два крейсера! Их фазерные лучи летят в торпеды. Естественно, что враг хочет их сбить. Идут мелкие вспышки от детонации. Три, пять, семь, двенадцать сбивают. Истребители уносятся к ближнему прикрывать высадку.

А мои голубчики–десантники несутся к цели, которую я определил как приоритетную! Мы захватим эту бандуру!!

Гигантский корабль начинает проявлять активность, когда мы ещё на полпути. Очко играет, но я спокоен. Первые же мощнейшие вражеские фазеры полосуют космос, как прожектора тьму в ночи. Почему–то мимо, но будто он настраивается.

Новый залп уже другими пушками врезается в наш крейсер Орёл! Вот это мощь! Поле защитное к херам снесло! Ещё такой удар и развалится мой линейный.

Выдвигаюсь на флагмане его закрыть!

Мой авианосец поддерживает огнём одной дальнобойной пушки. Но она как кошачий пердёж на фоне такого замеса. Ему бы самому не получить!

— Вера! За мной на линию…

Тем временем истребители начинают клевать один из крейсеров противника. Второй успевает дать по моему подбитому крейсеру разок и пробить обшивку!! Но затем переключается на ближний бой, вероятно, решив, что подбил Орла.

Теряю один истребитель, второй!! Тела лётчиков сразу на молекулы, телепортировать нечего! Да ёп вашу мать! Пушек гады наварили дохера и даже непонятно, что это за орудия такие с зелёными лучами! Бью в ответ фазерами, и один замолкает, начинает крениться и сыпаться. Да сдохни уже!

Новый залп от гиганта! Ой–ёй!! Три луча проносятся выше, и да! Нам повезло, потому что я не успевал закрыть Орла флагманом.

Арти уже прыгнул на обшивку Мутанта прямо с челнока и бахнул магией, создав контакт с орудийной башней! Похоже, поэтому гигант и промазал.

Опасаясь торпед, мутант задолбил из мелких орудий. Дождь из коротких лучей на пару мгновений озарил пространство. Но следом засияло несколько вспышек. Парочка торпед достигла цели, отвлекая на себя и расщепляя верхние листы брони. Но этому хоть бы что, шкура толстая. Под одними листами другие.

В этот же момент подоспели оба челнока, и высадка на корпус пошла! Только орудийные башенки стали поворачиваться к веренице десантников, с челноков пошёл огонь на прикрытие. Молодцы, успели подавить сектор обороны.

Одновременно с этим истребители раздолбили все орудия на обоих крейсерах, а затем принялись хреначить по двигателям, делая корабли беспомощными.

Гигант дал по моему флагману ещё два раза, но только вскользь. Я нутром почуял, как рычит Арти, вызывая на обшивке колебания, дабы сбить систему прицеливания крупного калибра.

Проделав дыры специальными квантовыми резаками с третьего раза, абордажники вместе с мини–роботами рванули вовнутрь! Тем же временем истребители уже устремились на гиганта, но чуть не посыпались от шквального огня мелкокалиберных орудий.

Успел увести, но лишился ещё одного истребителя. Твою мать!

Один пиратский челнок откуда ни возьмись выплыл, а с ним ещё три вражеских истребителя хрен пойми каких моделей! В жизни не видел такого уродства. Решают прикрыть своего гиганта, открыв огонь по моим челнокам. Направляю свои группы истребителей туда, минуя расчётные сектора орудий монстра! Нельзя терять больше птичек, их тринадцать осталось.

Драка идёт вокруг главной цели. А с сектора боя всё дальше разлетаются кладбищенские корыта, обнажая всё то дерьмо, что налепили за десятки лет пираты.

А ещё уносится их городок. Медленно, но верно.

Выдвигаюсь на сближение с гигантом одним кораблём, оставляя позади авианосец и подбитый крейсер. Герметичность на Орле установили не сразу, двоих членов экипажа размазало, что собрать уже не вышло. Третьего удалось реанимировать.

Пиратский челнок рассыпается быстро, два истребителя чуть дольше продержались, но им явно динамики не хватило, третий удрал, челнок пустил за ним двенадцать торпед, уже не уйдёт…

Перевожу полное внимание на десант, ворвавшийся вовнутрь пиратской поделки. Там своя драка! Я пытаюсь контролировать процесс, давая указания. Но штурм идёт наперекосяк. Внутри всё не так, как в обычных крейсерах, и моя старая команда, двинувшаяся к рубке, начинает тупить! Пауки тоже бегают, как долбаёбы среди рек проводов и в лабиринте труб. Вгрызаются в бутафорию или отлетают от излишнего напряжения.

Из–за открытого пространства на борту, тяжело зачищать всё по секторам. Их нет! Балки, переходы на весу, большие пространства. Перестрелки пошли какие–то бандитские снизу–вверх и сверху–вниз.

Усложнилась задача тем, что вакуум быстро заполонил пространство, ни о какой системе отсеков с отсеканием утечек и речи не пошло. Но на удивление у всех пиратов добротные скафандры оказались. И это меня насторожило сразу.

Амазонки мои, которые в хвост пошли, тоже немного пометались. А затем как начали всех кромсать! Если вначале у меня сердце ёкнуло раза три, когда мои дуры подставились под заряды дезов, то вскоре я перестал об этом переживать. Собрали кишки обратно в животы, да пошли спокойно. Одной правда ногу оторвало, залатали быстро, и на одной попрыгала дальше драться.

— Куда, дура! — Ору ей в ухо.

А та ржёт.

— Оставьте того дрыща в синем комбинезоне! Он же сдался! — Кричу Шидре, уж очень он на механика похож. Но ему тут же тонкая чёрная стрела в глаз залетела и через затылок вылетела, прибив ещё одного следом.

Поначалу пиратов на борту было человек четыреста, но треть состава амазонки изрубили и истыкали в трюмах, на корме. Вскоре пираты просто стали от моих дьяволиц убегать и прятаться. Но амазонок это ещё больше раззадорило. Они ж охотницы и следопыты от природы. Муана, как сущий зверь, вскоре по потолку и вентиляциям стала бедолаг ловить, перебегая на четвереньках, как в фильмах ужасов.

Человек сорок лично она прикончила, вероятно, решив пойти на рекорд.

Арти заскочил вовнутрь, когда с внешними угрозами разобрались. Двинул в носовую часть помогать. По своему флангу прошёлся, как сущая смерть, расщепив половине мозг, другой переломав кости гравитационными ямами. К концу он так обессилел, что откинулся назад в объятия идущих за ним на халяву абордажников.

Спустя сорок семь минут боя, всё закончилось.

Как раз на флагмане и я подошёл, часть раненных уже телепортировав в медблок. Сработали в этом плане отлично, ни одного абордажника не потеряв. В интенсивных боевых условиях не всегда получается так делать. Особенно если защита не подавлена полностью.

А здесь усложнилось тем, что вскоре по всему кораблю в невесомости кровь каплями разлетелась. Жуть! И всё из–за кровожадных баб, которые вместо того, чтобы кровь припекать лучами, пускали её колющими и режущими предметами, да кромсали, как маньячки бедных мужиков. А те все щуплые, слабенькие, явно недоедающие. Совершенно безобидные даже с оружием, потому что на курок надавить сил нету.

В итоге гигантский корабль, который пираты старательно лепили десятилетия, мы захватили с особым цинизмом, перебив почти всех, менее чем за час. Еле баб остановил, уже взмолился, чтоб оставили мне хотя бы капитана в рубке для допроса. Шидра сама в бедро подружке ножик воткнула, дабы успокоить.

Убедившись, что вражеский флот разбит, решил наведаться в пиратский городок. Но уже с дружеским визитом. Потому что у меня есть вопросы!

Глава 13

Входов в пиратское пристанище целых шестнадцать, плюс грузовой шлюз. Выбрал самый непримечательный. На платформу к шлюзу спустился прямо на турбинах в одиночку, пока мои там зализывают раны и приходуют гиганта. Ещё не дал команду на абордаж трёх подбитых крейсеров противника. Но это подождёт. Пока дозваниваемся, мило просим сдаться. Две попытки свалить на спасательных капсулах пресекли.

В общем, все заняты делом! Один только я гуляю.

Постучался вежливо в люк диаметром два метра, поскрёб коготками по металлу.

Заслонка иллюминатора отъехала почти мгновенно, и на меня уставилась рожа в скафандровом шлеме через оргстекло.

Помахал ему с добродушной улыбкой. Жестом показал, чтоб открывал. Тот отрицательно мотнул головой и закрыл заслонку обратно. А рожа–то бритая! Даже адмиралы в дальних походах себе такое не позволяют. Что уж говорить о пиратах, которые в замкнутой системе варятся в собственном дерьме десятки лет.

Снова постучался уже более настойчиво. На этот раз пират продемонстрировал мне старенький импульсный пистолет, которым обшивку не продырявишь, не то что бы мою защиту.

В ответ помахал ему квантовым–резаком. Серебристый блеск сверхтонкого лезвия под определённым углом ни с чем не перепутаешь.

Пират всё понял верно и зашевелился. Видимо, не захотел, чтобы я вскрыл их, как консервную банку.

В шлюз прошёл без препятствий, перешагнув порог. Люк задраился, прошла процедура закачки воздуха. Во время которой низенький пират смотрел на меня неотрывно и с недоверием. А я вычислял, что здесь за система жизнеобеспечения. Кстати, на удивление вполне годная.

Впустил меня дальше. Вобрав механический шлем в воротник и глотнув затхлого скудного на кислород воздуха, переступил через порог и подивился. Ого, гравитация тридцать процентов от стандартной! Какая роскошь для пиратского городка! Для этого нужен целый крейсерский генератор особого типа.

Думал я, что встретит какая–нибудь таможня, но дальше пустой отсек, сменяющийся широким переходом, где кипит жизнь. Мелкие пластиковые заслонки и крыша по стенам с обеих сторон создают невероятную тесноту, но там живут, спят, что–то жрут. Тусклый свет не даст всё это рассмотреть, поэтому задействую специальное оборудование.

Куда двигаться знать не знаю, но варианта пока только два. Протискиваюсь местами, прошу прощения.

Женщины, дети, все грязные и худые. Затравленные.

Внутри прохладно, но терпимо. Вонь ужасная, перехожу на замкнутую систему дыхания. И слышу разговоры, вычисляя язык с периферии. Знаю такой. И меня осеняет. Это не пираты, а повстанцы.

И уж точно не людоеды, потому что много здесь бесполезного мяса, как те бы выразились.

Это повстанцы, и не простые революционеры внутри какого–то государства. А выходцы из восставшей некогда против гнёта Империи цивилизации. По технологиям та не сильно отставала когда–то, поэтому взбунтовалась. Были драки, флот на флот, успехи, воодушевления. Но затем примчала уже армада и снесла всё к херам. Несогласные сдаться отступили, ушли в подполье или сбежали в другую систему. Устраивали набеги на имперские объекты. Но всё постепенно утихло.

И вот я их нашёл. Повстанцев с Хироса.

За любую информацию о них власти Империи дадут награду. За любую помощь им — покарают нещадно. Начинаю собирать компромат. Записываю видео и отчёты анализа складываю в информационное хранилище. Мало ли пригодится.

Миную переход «гетто», очередной шлюз, выхожу в пространство побольше. Ещё на подходе слышал музыку, а теперь убедился. Здесь вполне шикуют. Много барахла с империи, причём вполне современного. Пусть и в тесноте, но стоят целые лавки в два–три этажа с побрякушками и предметами быта, кафешки, клуб с дохлой старой стриптизёршей. Всё в синеве от света. И люди проводят досуг, болтают между собой, посмеиваются. Одеты в старые комбезы, в рабочую спецовку, в металлические скафандры или простые лохмотья. Никого не волнует, что там за корпусом творится. Что флота их уже нет. Что их уносит в межзвёздное пространство.

На меня только посматривают с удивлением. Потому что рожа незнакомая и такая холёная. А у них тут большая деревня, все друг друга знают.

До ларька с едой обособленного дохожу уже на выходе в другой отсек.

Женщина с пластиковым лицом наполовину и такой же рукой смотрит на меня недоверчиво. Рядом на стойке двое работяг бородатых что–то жрут, похожее на хот–доги.

Подошёл к ней, руководствуясь интуицией. Она явно опечалена чем–то. И это мне на руку.

— Здоровья вам, что продаёте? — Спрашиваю на их языке без акцента.

Глаза серые делает шире, отчего замечаю, что вокруг зрачка у неё всё красное, ни белого пятнышка. Похоже, наркотой местные и не брезгуют. Ведь что им ещё здесь делать, дабы не сойти с ума?

— И тебе парень не скукожиться и не скрыситься, — ответила она мужским голосом. — Как всегда дрянь доморощенная имеется всякая, но есть для особых покупателей мороженая говядина. Триста грамм намутила. Шестьдесят минтов за пятьдесят грамм. Сжарю или сварю при тебе. Приправа хорошая. Ну а самогонка на наших грибах, как всегда лучшая в Пасете.

— А что посвежее? — Усаживаюсь деловито и смотрю с улыбкой.

Баба тоже улыбается, вместо зубов пластины металлические.

— Посвежее только через два дня, малыш, — отвечает с претензией.

Так, поставка очередная? То есть через два дня нагрянет сюда кто–то с империи?

— А поточнее?

Этот вопрос женщину смутил, и она отстранилась, поглядывая на моих соседей.

Один как раз ко мне повернул своё облезлое лицо и спросил:

— А тебе разве не лучше знать? Ты ж бастольский.

Бастольский⁈ Бастоль? Адмирал третьего ранга Веренг Бастоль⁈ Один из богатейших лордов Первого круга, который получил титул за свои заслуги перед империей?

Он замешан⁈ Да ну нахрен⁈ Вы серьёзно⁇ Ха, ха, ха!!

— Арти, слышал? Они сказали — Бастоль.

— Вполне логично, что у них есть покровитель из империи, — ответил маг спокойно в ухо. — Иначе откуда такой инструмент и оборудование.

Ещё какой покровитель!

Едва скрыл ликование. Новость прекраснейшая. Ровно, как и ввергающая в щекотливый ужас.

— Да я не полетел обратно, — отмахиваюсь, посмеиваясь искусственно.

— Рисковый парень, — комментирует местный. — Хотя не похоже по твоей роже, что здесь два месяца проторчал.

— Да, раскусили меня. Я отдельно прибыл, поторговать.

— О, ну это уже не наше дело, — затушевались оба.

— Так, а может, вы хотите купить у меня что? — Пытаюсь выудить побольше информации. — Есть много всяких квантовых протезов, руки, ноги, зубы, члены. Резиновые куклы высшего качества, а?

— Мы в дела мэра не лезем, — забурчали. — Всё через него.

— О, ну давайте к нему загляну. Не подскажете куда, а то я уже заплутал здесь.

— Да все пути ведут к нему. Центральная площадь, не заблудишься, — отвечает один.

— Где его головорезов больше, там и он, — бросила женщина нервно, нарезая что–то на плахе и этим: — Ещё будете крысятинки?

— Да, не откажемся, мэм.

— Вон он! — Рассылал со стороны, откуда пришёл.

Трое верзил в современной армейской экипировке рванули за мной, распинывая товары местных лавочников. У каждого ножи, тесаки, дубинки, пистолеты в кобурах и даже наручники!

Таких на гигантском корабле не было. Похоже, это уже местная полиция.

— Вынужден откланяться, — прощаюсь с женщиной.

Та под лавку ныряет, а клиенты прочь бегут. Я за ними.

— А ну стоять! — Кричат вслед головорезы.

Ныряю в переход, где снова тесно поселённые разлёживаются. Но на середине лестница вертикально вверх идёт к норе. Туда и лезут мои попутчики. Я было за ними собрался.

— Не ходи за нами! — Отбрыкиваются.

— Площадь где⁈

— Тебе дальше.

Побежал трусцой до следующего сегмента. И вышел в ангар, где всё контейнерами заставлено. О! Похоже, жилой квартал для богатых. Тут уже потеплее, трубы тепловые греют и света побольше. Из дырок, вырезанных под окна, поглядывают на меня упитанные и зажиточные жители. Лужайки с землёй три на три вижу. Теплицы мелкие под ультрафиолетом. Кошек в загонах и кроликов.

На перекрёстке выскочили на меня новые бойцы, преграждая дорогу, и решили меня схватить. Оторвал одному руку с экзо–усилителем, второму череп проломил. Третий стал убегать. Те, кто гнались за мной, притормозили и пушки стали лихорадочно доставать.

Видит Великий Квазар, не хотел я драться.

Дезинтегратор на малой мощности пробил всем троим черепа ювелирно. И я спокойно развернулся к покалеченному, который корчится в луже крови.

— Где мэр и как его зовут? — Уточнил любезно.

Бедолага всё доложил на последнем издыхании. И я двинул дальше, а вскоре вышел в соединительный тоннель, который ведёт в корпус авианосца. В тоннеле новый шлюз, где сразу мелькнула полиция. А затем и вовсе решила устроить оборонительный рубеж. Пришлось пробиваться с боем. Раскурочил люк, кинул туда ЭМП–сюрприз, подождал, когда бахнет. И проломился дальше.

В принципе могу со всеми разобраться так с учётом того, что резерв для моих чудес пополняется блоками с боевого скафандра.

В новом корпусе вектор гравитации меняется, потому что корабли друг к другу сварены под углом в девяносто градусов. Миновав несколько переходов с жильцами и лавками, вышел в большое пространство ангара, где должны базироваться истребители.

А вот и центральная площадь, где уже забегал целый взвод полицейских около мэрии. Здание главного босса сооружено из контейнеров и сильно выделяется среди окружающих построек.

Вижу, что и бойцы в скафандрах появились, подобные тем, с какими уже дрались.

Похоже, мэр по имени Беллисий уже в курсе своего положения. Но почему–то ещё рыпается.

Выхожу на видное место, потому что всех убивать не хочется. И встаю перед полицейскими, которые ещё думают с ошалелыми лицами, наставлять на меня оружие или нет.

— Я вольный адмирал флота, давший вашему пизды! — Объявляю во всеуслышание. — Стоит мне только подумать, и ваш городок развалится на части от парочки выстрелов с фазеров средней мощности. Шлюзов для изоляции явно не хватит, мы покромсаем всё на мелкие кусочки. Если у вас здесь семьи, подумайте хотя бы о них.

— Чего ты хочешь, чужак? — Спросил один, на вид самый умный.

— К мэру наведаться, переговорить мирно.

— Так уж мирно, — вмешался старый военный.

— Вы первые начали, уничтожив наши истребители, — парирую.

— Они напоролись на силовой мост!

— Проехали, — обрубаю. — С вами я это обсуждать не буду. Где Беллисий?

— Я здесь! — Раздалось сверху. Вышел–таки мэр на балкончик к арматурным перилам.

В белой рубашке, цепи на шее и руках золотые. Седые волосы, рожа загорелая. Холёный дедуля. Босс мафии.

Щёлкнул пальцами, на меня двадцать два ствола сразу посмотрело.

— Что мешает мне прямо здесь тебя и положить, адмирал? — Заявил и зажёг сигару.

Семь метров по лестнице преодолеваю за две секунды, гравитация в помощь. Никто даже моргнуть не успевает. Встаю рядом и протягиваю палец к его лицу.

— Вы позволите? — Спрашиваю в нормальном режиме и поджигаю ему сигару синим пламенем.

Внизу недоумение и назревающий переполох. А я говорю шокированному главарю, вставшему в ступор, на ухо:

— Вероятно, ты решил, что обладаешь всеми доступными технологиями, чтобы вот так общаться со мной. А ещё сетуешь на то, что даже если здесь всё пойдёт прахом, посадишь жопу на заранее подготовленный челнок и сумеешь в незримости свалить. К сожалению, он уже под прицелом. Пусть и замаскирован умело. Поболтаем без свидетелей?

Кивнул и сделал настороженно первую затяжку.

— Дерьмовый табак, честно, — прокомментировал я, вдохнув запах.

— А мне сказали, что лучший в империи.

— Кто сказал? — Подхватил я.

— Тот, кто не оставит твою выходу без внимания, — огрызнулся босс, перестроившись, и зашёл в дверь первым.

Двинулся за ним. Шикарный холл, кабинет. Деревянная мебель, полки с красивыми сувенирами, сервант со всякой выпивкой. Расселся на кресле, закинул ногу на ногу. Я развалился на диване напротив.

Подметил, что на стенах мониторы в сетку, где камеры транслируют всё, что творится в городке и у шлюзов. Несколько выглядывает в черноту. Похоже, он в курсе, что его станция не покоится.

Позади набежали его приспешники. Но он крикнул им:

— Дверь закройте с той стороны!

Шлюз задраили. И мы остались вдвоём.

— Выпьешь? — Кивнул он на сервант.

— Нет, спасибо, я сразу к делу, — ответил, попутно незаметно сканируя помещение.

— И какому?

— Веренг Бастоль, — озвучил имя, вылавливая реакцию.

И я её получил!

— А кто это? — Усмехнулся главарь наигранно.

— Тот, кто торгует с тобой. Ты поставляешь ему илинум, который пилишь здесь, он тебе товары, оборудование и кое–что ещё.

— И что же?

Вот и всё, уже не отрицает.

— Имперские маяки, — почти утверждаю.

— Чего⁇

— Штуки, которые легализуют большие корабли. Своего рода, паспорта на них. С такими ни один имперский контроллер не докопается.

— А, это, — усмехнулся. — И? Хочешь возразить? Ты уничтожил наш флот. И захватил Мамонта.

— Хм, вот как эту образину кличут.

— Если бы не ты, мы бы в скором времени наваляли Империи, — заявляет вдруг, как одержимый сущую глупость. — Эти твари разрушили мой мир и растоптали миллиарды судеб! Может, многие здесь забыли, но я нет!

Ноздри раздул, как бешеный бык.

— Постой–ка, — развожу руками. — Ты давно был в системах Второго круга? Хотя бы второго.

— Не был! Мой дед там был, и его загнали сюда. Но Веренг уверил…

Заткнулся. Да я уж понял, понял.

— И когда его ждать? — Уточнил, держа в уме, что сказала женщина в ларьке.

— Через неделю, — ответил, нагло соврав. — Так что можете, не спешить. Илинум нужен? Знаю, что нужен.

— А есть упакованный?

— Всегда есть. Но если подождёшь суток трое–четверо, будет в два раза больше. С тебя пайки и кислород. Не откажемся и от медикаментов.

Приятно слышать, что мужику не плевать на его город с двумя тысячами душ.

Однако он желает меня задержать, чтобы нагрянул его покровитель и всё порешал. А ещё отчаянно верит, что мы не заберём его Мамонта.

Но мы уже над этим работаем. К сожалению, времени в обрез. И уже не получится повозиться с другими подбитыми крейсерами противника. На восстановление движков нужно много времени и материалов. А ещё не уверен, что успеем много попилить илинума с кладбищенских кораблей. Личного состава у меня не хватит и туда, и сюда.

Либо гиганта расшевелим, либо останемся с носом. Хотя всё равно будем в плюсе, хотя бы из–за сделки, которую я решаю провернуть сразу.

Поэтому заявляю без прикрас:

— Если ты ещё не понял, Беллисий, ваш город уносит с постоянных координат сейчас уже со скоростью девять километров в сутки. Но прогрессия идёт к геометрической. Боюсь, что в скором времени Кладбище кораблей займут другие, а вас Веренг уже не найдёт.

Секунды три босс смотрит на меня дикими глазами, зажав в зубах сигарету.

Затем он кашляет. Глаза его начинают бегать.

— Да пиздец, — произносит он, морща нос и заявляет: — Вы можете нас вернуть?

— Всё можем, — отвечаю легко. — Только илинум весь сгружайте, что есть. Три часа времени даю, чтобы всё соскрести по сусекам. А мы пока займёмся другими делами. Если уложишься вовремя, оставим тебе твои три крейсера с экипажами. И дадим кислород с едой. Да и… я знаю, что твой большой дядька, который кормит вас с руки, прибудет через двое суток. Хотя, думаю, у нас не более восемнадцати часов, если быть точным.

У Беллисия шары навыкате. Крыть нечем.

— Когда прибудет адмирал третьего ранга Веренг Бастоль, передай ему пламенный привет от коллеги, — подытожил я для записи, поднимаясь. — Ты понял?

— Да понял, понял.

Маяки забирать нет смысла. Идентификаторы явно палёные. Уверен, Бастоль хочет идеалистов подставить и инсценировать своё героическое предотвращение нападения на Империю. А заодно лично замести следы, покрошив их в пыль.

Если вспомнить о былом, этот адмирал за последние пятнадцать лет со дна поднялся не хило. Прям взлетел. И вот в чём его секрет. Контрабанда илинума, помощь повстанцам. Грёб с Кладбища в одно жало.

И вот попалась, сучка. Я ещё подумаю, как это использовать.

— Нам нужны энергоблоки и кабель, — раздалось в ухо от Арти меркантильное. — Своих материалов уже не хватает.

— Блоки и кабель ещё, — добавил к заказу я.

— Сколько надо? — Спросил мэр вымученно.

— Всё, что есть, — ответил и телепортировался демонстративно из его кабинета сразу на борт флагмана. А он как раз плывёт параллельным курсом за городком, который уже выплыл из зоны кладбища.

С Мамонтом пришлось возиться. Повстанцы его ещё не доделила в части самого важного для нас — это двигательной системы. Канючили нужные материалы у покровителя, а он намеренно давал по чуть–чуть.

И вместе с тем, гениальное решение, как заключить три Ядра в одну систему корабля, оценили все мои специалисты. Одно ядро — на генератор защиты, второе — чисто на вооружение, третье — на прыжок. И если всё выйдет, даже после двух прыжков этот гигант будет боеспособен на порядок выше имперских аналогов. А всё потому, что повстанцы умудрились соединить технологии двух империй. Поверженного Креалима и наши зинонские.

Такое не построишь на верфях Империи. Такое и не дадут строить. Но в качестве трофеев никто не запрещает иметь. В случае если пройду технологическую комиссию. Но до этого ещё дожить надо, доволочив этого зверя в обход Бастоля!

А для этого я начинаю подгонять все процессы уже одними только матерными словами.

Задействовав все ресурсы из наших запасов на ремонт, удалось–таки заставить эту трёхсотметровую бандуру двигаться! Мы ещё даже не залатали гиганта, а внутри уже пошли мощнейшие энергопроцессы.

Тем же временем, удалось спилить с семи кладбищенских крейсеров, разлетевшихся уже прилично, сто сорок пять кило илинума! Усложняло работу то, что повстанцы покусали отовсюду понемногу, как специально. Город повстанцев с Хироса дал нам ещё двести двадцать кило. Итого триста шестьдесят пять килограмм красного металла. Что, в общем–то, не хило. На семь тяжёлых.

Я даже подумал, сбагрить часть, чтобы были ринны на строительство новых кораблей.

Исправно вернув город Пасет на место буксиром, мы двинули обратно!

Затаив дыхание, я какое–то время наблюдаю за тем, как в конце тащится бандура. Как скачут диаграммы показателей. И чувствую, как мы задницами сидим на пороховой бочке. Не выдержав напряга, я увеличиваю дистанцию между ним и основным флотом. И мне искренне жаль нервы моих ребят, кто сейчас там на реакторах устраняет неполадки в онлайн режиме.

И совершенно не хочется нарываться на адмирала второго ранга, когда я так уязвим. Даже если он войдёт в систему с частью флота, мне всё равно будет кранты.

Но мы неминуемо приближаемся ему навстречу к потухшей Звезде Риннитаки.

К сожалению, мне не удастся свалить из системы до его появления здесь. Но у меня есть план, как проскочить.

Чувствую себя жирным медленным хомяком.

Всё моё!! Не отдам!!

Глава 14

Рассчитав траекторию маршрута, мы даём крюк с учётом, что его радары до нас не добьют как можно дольше времени. Для страховки Арти на челноке вылетает по прямой вперёд и к опасной зоне врубает маскировку.

Полная тишина в эфире.

Подгребаем за третью планету системы. Ждём!

Сижу в кресле, с бешеным сердцем глядя на радар, мою потную задницу обдувает кресло снизу через специальные поры. Но штаны всё равно мокрые.

Первый час тишины, как пытка. Никогда ещё не было такого напряга. Второй час, третий… кажется, что мэр Пасета нас всё–таки не обманул. И лучше бы прямо сейчас рвануть.

Но в какой–то момент от резких звуков я просыпаюсь в кресле. И весь эфир взрывается множеством зашифрованных сообщений! Для нас это противные скрипучие звуки, разная интонация и громкость, всё вперемешку.

Однако и этого достаточно, чтобы понять. Некий флот здесь! А судя по интенсивности обмена информацией, кораблей очень много. Бастоль, не Бастоль, уже не важно. Главное свалить! Главное, чтоб враг не понял ничего до того, как прибудет к месту, где и Кладбища как такового нет. Потому что по цепной реакции разлетелось в разные стороны в итоге всё. Если в этот раз ещё можно собрать что–то. То со следующего захода уже днём с огнём не сыщешь.

Подгадил я знатно.

И у меня с собой смертный приговор тому, кто сейчас прётся за добычей.

Поэтому моя жизнь висит на волоске, как и всех, кто со мной.

Говорил я, что нет места на борту детям! Потому что в такой ситуации только их и жалко. Ну ещё и Аню. Остальные все так или иначе заслуживают смерти.

Вот только хватит ныть! И дрожать!

Арти возвращается спустя шесть с половиной часов. Маскировка на последнем издыхании. Расчёт настолько точен, что когда он стыкуется, реактор глохнет полностью. И посылает всех на хрен.

— Флот прошёл, шестьдесят пять тяжёлых кораблей, — докладывает Арти, выходя из шлюза. — Два крейсера остались у зоны гипера, и пять разведчиков вокруг Звезды летают, не получится застать врасплох.

Твою мать.

— Может это и не Бастоль, — предполагаю. — Слишком мало кораблей.

— Остальное в системе Второго круга могли остаться за несколько прыжков с целью, чтоб не вызвать подозрений.

Ну конечно, перемещение армады в четыреста кораблей не останется незамеченным ни в одной системе Второго круга. А тем более у границ с мирами Третьего.

— Придётся дать бой, — говорю недовольно. — Два в четыре. Мамонту систему прицеливания наладили. У него шесть дальнобойных, по огневой мощи на дистанции он, как три крейсера. Получится даже два в шесть. Дадим залп по одному, второго уже добьём после.

— Не забывайте, что у нас два повреждённых корабля, Орёл без капитального ремонта не выдержит ещё одной встряски. Авианосец тоже не боец. Да и сам Мамонт не в лучшей форме, удары он не держит, — излагает Арти.

— Согласен, неизвестно, как он примет фазер. Всё на соплях висит.

— Может, диверсию? Блоки челнока зарядятся через три часа, — предлагает маг.

— Да ты на ногах едва держишься, друг, — отвечаю ему заботливо.

Как ни крути, Арти отрабатывает за троих рейдеров. Мне даже неловко. А всё из–за этой принцессы Мирра.

— Я успею передохнуть и накопить сил, — отвечает маг решительно.

— Тогда я пойду с тобой, — соглашаюсь только с этим условием и добавляю. — Хорошо, что они не оставили авианосец. Сотня истребителей разорвут нас в клочья в любом случае. С диверсиями или без. Да хоть насри на иллюминатор рубки.

— Командор, мне не до шуток, — взвыл Арти и двинул в переход.

Когда я тоже собрался покинуть ангар, Муана вылезла из–за угла в коротких шортах и свободной тонкой маечке. И кокетливо так промурлыкала:

— Руди, меня бери на диверсию. Я доказала свою силу в бою.

— Да, щас. Посиди, подумай лучше над своим поведением.

— Да зачем? Просто дай мне плетей, и вопрос исчерпан, — пожала плечами и посмотрела глазами своими шикарными виновато и так эротично!

— Не наш метод, — ответил, подошёл, взяв за булку торчащую и поцеловал в уголок губ. — Пошли ко мне, есть пару часиков…

— Куда? — Строит из себя паиньку.

— На диверсию, млять, — отвечаю и, ухватив за резинку шорт, тяну за собой.

А то перед смертью секса хочется аж до трясучки.

Через четыре часа снарядились и двинули вдвоём на челноке. Предварительно составив чёткий план. К сожалению, контролировать всё у меня не получится, поэтому пришлось обсуждать с командирами кораблей действия и тайминги. Управление флота оставил на штурмане флагмана. Самому дистанционно управлять чревато. Засекут сигнал, разворошим гнездо раньше времени.

Из–за опасности, что залетит разведчик, врубили на челноке маскировку сразу.

Полёт вышел изнурительный, потому что выбрали хитрую траекторию и проскочили по счётчику. Как раз зашевелились крейсера, увидев на радаре наш выплывающий из–за крайней планеты флот.

Первым делом штурман стал посылать сообщения, вводящие в заблуждение, дабы потянуть время и сбить с толку.

А затем вдруг залп фазеров прилетел в крейсер противника, когда мы уже подлетали к нему. Это и спасло от нашего уничтожения, ибо враги уже целились. Несмотря на мощь, ударной силы хватило лишь на снятие защитных экранов. Да и Мамонт всё же подвёл, два луча из шести пролетели попросту мимо. С системой наведения ещё нужно работать.

Рассчитывал на больший ущерб, но и этому стал рад, когда, вылетев из десантного шлюза, мы с Арти на турбинах понеслись на обшивку! Несколько турелей повернулись на нас, но пушки челнока быстрыми ударами мелкокалиберных фазеров подавили точки.

Разворачивая пушки на мой флот, враг замешкался. Мы же живенько высадились на корпус крейсера!

Не мешкая, Арти сразу установил контакт с оголившимся корпусом, сбивая наводку дальнобойных орудий! Я же рванул к области рубки бегом прямо по обшивке, лавируя мимо турелей. И пригибаясь от красных лучей, что посыпались на меня, как из душа! Под конец пришлось тяги поддать с турбины, дабы не сбили к космос к херам.

Тем временем мои хлопцы перекинули огонь на второй крейсер и долбанули по нему. А следом уже пустили кучу торпед, чтобы сбить с толку лишними целями. Но враг всё равно успел дать! Четыре луча унеслись, прорезая пространство. И даже на бегу, я затаил дыхание, глядя в сторону своего флота! Слава Квазару, вспышек взрыва не увидел. И через секунду с особым остервенением я вонзил резак в уязвимое место обшивки, о котором знают лишь немногие командоры.

Турели ближнего боя переключились на челнок, но его увели к корме, где есть мёртвая зона.

Я же в боевой трансформации как бешеный станок прорубил себе дыру! Оказавшись в нише, пополз по листу внутренней брони уже на максимальной скорости. Добрался до магистральной трубы, разгрыз её и пролез дальше. По ней уже вышел к вентиляционной шахте, раскромсав которую вызвал первый сигнал о разгерметизации.

Пока соображал в чём дело вражеский экипаж, я вылез по шахте к нужному шлюзу. Упав вниз, не увидел людей. И возрадовался, что входной люк в рубку не задраен!

Ворвавшись на капитанский мостик, я без церемоний пробил всем троим черепа, они даже не поняли, что произошло. Задраил люк в рубку! Ринулся обратно, выкинул центрального из кресла и уселся, перехватив управление вырванным глазом капитана.

Уже по ходу увидел показания их наводки. Мой Орёл разваливался. А Мамонт сыпался понемногу, давая крен.

Млять, как знал! И заранее отстыковал челнок, куда запихнул и абордажную команду, и часть экипажа — своих ценных инженеров.

Не теряя ни секунды, навёл орудия на соседний крейсер, у которого уже сняли поле. И начал долбить из всего, что есть практически в упор. А следом зацепил ещё двух разведчиков, прикрывая наш десантный челнок, который они атаковали.

Вынести сразу не вышло, но от ударов крейсер промазал по моим! Но если бы попал, там было бы сразу минус два.

Получив хорошенько, крейсер рывками стал поворачивать на меня свой основной калибр. Но тут Арти, который продолжал сидеть на обшивке перехваченного корабля, дистанционно направил челнок к противнику и выпустил торпеды по области рубки, чтобы сбить спесь. А следом ещё и бомбы зарядил, которые пробили корпус и пошатнули гада.

Пострелять в меня он успел только мелкими пушками уже под конец, но я перевёл часть энергии на поле с питания орудий и принял всё на щит. Дальше участь соседа была решена, он получил прямой удар от выровнявшегося Мамонта и стал разваливаться. Из пробоин в космос полетели люди. Короткие вспышки пламени, пожирающие потоки выходящего воздуха довершили его агонию.

За спиной в рубку уже начали ломиться члены экипажа. Одновременно с этим попытались перехватить управление с других отсеков. Но как я упоминал ранее, в рубке есть интересные рычаги, которые всё это блокируют.

Учуяв, что пошёл в ход квантовый резак, я вырастил дезинтегратор и встретил пидарасов, как полагается. Вскоре и маг мой подоспел, ворвавшись через ту же дырку прямо на головы тем, кто вздумал поиграть со мной в перестрелку.

Местная абордажная команда, яростно защищающая борт, быстро кончилась, а экипаж весь забился в корме, где и заблокировался.

К счастью все разведывательные корабли противника были у меня как на ладони, потому что для системы они свои. Ещё троих улепётывающих я просто проводил букетами торпед. Думаю, с концами.

Флот мой подплыл к частично захваченному крейсеру спустя три часа. Умудрился дотащиться и полуразвалившийся Орёл, которого взял на буксир Мамонт. А ведь мощности хватило!

Я ещё на подходе стал ржать над этим, как лошадь. Похоже, нервное.

Мои бабёнки были рады, когда я впустил их на борт нового трофея разобраться с теми, кто остался на корме.

Сам я уже не сомневался, что это корабли адмирала Бастоля.

Выловив второй крейсер, которого потянуло к Звезде, мы пришли к выводу, что его уже не починить. Зато можно позаимствовать в трюмах запасное оборудование для ремонта, да и части с него самого забрать. В основном для Орла, затем уже для Мамонта.

В задраенных отсеках были ещё люди, но мы не церемонились.

Так как его ядро ещё не остыло, и долго не остынет, на илинум с него я и не рассчитывал. Ибо, нарушив коробку при таком раскладе, взлетаешь на воздух, без вариантов.

Крейсер Бристоля оказался как нельзя кстати. Крепкий, по космическим меркам ещё молодой. Очень хороший.

Но Орёл всё равно дороже, латаный перелатанный. Раз пять уже мог закончить свою лётную карьеру. Но всё время выживал каким–то чудом и кроился проволокой, гвоздями да пластилином. Вот и сейчас его спешно заварили, затянули пробоины, установили герметичность, восстановили магистрали. Пушки поставили с вражеского подбитого.

Истребители мои без дела не летали, сумели–таки выловить подбитый разведкорабль, который ещё можно восстановить. Пилот из него выпрыгнул со страха на капсуле. Ну и дурак. Затащили ценный трофей в ангар крейсера и занялись восстановлением.

Провозившись около восьми часов с зудом в заднице, мы прыгнули в безопасную систему Второго круга. Где уже не страшен мне серый волк.

Уносясь в гипер–тоннеле, я мысленно распрощался с Мамонтом, который запыхтел под конец и не сумел прыгнуть с нами. Потому что вероятность, что всё откалибровали верно также велика, как ему наладили наводку.

— Вот почему я с вами, командор, — рассмеялся штурман после десяти минут напряжённого выжидания уже в новой системе.

— Это почему же? — Поинтересовался я, наблюдая, как, наконец, выходит из гипера наш миленький… Мамонт.

Целый и невредимый!

— Вам всегда везёт, — каркает штурман, почёсывая пузо.

— Сплюнь, постучи по дереву.

— Откуда нахватались такого? — Удивляется ещё.

* * *

Командор Руди Робин, Вольный адмирал Империи 8! ранга.

Космофлот в распоряжении:

Флагманский крейсер: 1, Дредноут: 1, авианосец: 1, линейный крейсер: 2, средний корабль: 3, разведчик: 1, истребители: 13, абордажная команда: 41 бойцов, 24 амазонки.

Герои на службе:

Маг–мастер Артимидус(киборг–убийца)

Звёздная рейдерша Лара(до встречи на Шори–четыре)

Воительница Муана(кровожадная сука, но секс изумительный).

Вселенские артефакты: 0.

Значимый инвентарь: карта Саманты(увижу, расцелую).

Заложено на верфи и оплачено 2 тяжёлых корабля (заберите свой хлам!!!).

Ресурсов для строительства нового: 415 кг илинума (моё довольное лицо начинает трескаться).

Мой имперский счёт: 83 799,9 ринн.

Заслуг перед Галактической империей: 0, Похвала: 1

Вероятность вызволить любимую дочь Императора: 3,33 %.

* * *

Двое суток спустя. Нам всем нужен отдых!

1114 парсеков до Центра Империи.

1513 парсеков до Поглотителей. Уровень опасности в секторе: умеренный.

Система Антарес, планета Килон. Мир Второго круга защиты Звёздной Империи Зинон.

Статус: развивающаяся цивилизация под покровительством Империи.

Килон — планета с хорошим климатом и условиями жизни неплохими. Цивилизацию искусственно ускорили в развитии и интегрировали в прогресс и культуру Империи. Имперцы с Первого круга для них — боги. Любые, даже самые конченные будут лучшими гостями.

От адмиралов вообще писаются. Но мне на планету не надо.

На орбите ближнего естественного спутника Килона висят очень привлекательные для меня станции. Килонцы, как самые добросовестные ремонтники с щадящими ценами за услуги, подмечены вольными адмиралами давно.

Это одна из причин, почему я решил завернуть в Антарис на пути к Центру империи. Мне нужно полностью и качественно отремонтировать свой флот, а заодно пополнить трюмы уже на торговой станции, каких здесь хватает.

И есть вторая причина, более весомая. Здесь нет таможенных имперских контроллеров, которые бы обязательно докопались до странного корабля. Здесь только орбитальная охрана планеты из четырёх боевых спутников — стандартной группировки, замыкающей весь сектор круга. И это не те интеллектуальные контроллеры, которые следят за действиями чужака. Для этого здесь целая цивилизация со своими законами.

Ремонтирую станцию я выбрал уже знакомую и для прочих не примечательную. Но мастера здесь очень хорошие и проверенные.

Когда прибываешь на своём могучем флоте из пяти тяжёлых кораблей на крохотный комплекс с четырьмя платформами и штатом в двести человек, чувствуешь себя королём. Вот как я сейчас.

Но тут какая–то дрянь выплывает из–за спутника с целой кучей исполинов, и в первое мгновение в груди холодеет. Потому что до сих пор мерещатся лучи в лицо. Выдыхаю с облегчением, вспоминая, что я неприкосновенен в этом Кругу. И уже можно показывать средний палец в монитор после дозвона.

А корабли всё выплывают и выплывают, идут вереницей в сторону большой ремонтной станции, которая в трёх сотнях километрах от нашей крошки.

Крейсера группами, цилиндром выстроились, внутри авианосцы летят. По флангам охранение, разведчики носятся. Один пронёсся совсем рядом с нами. Флот шествует ударными группами, расположенными уже в форме клина, минут сорок мимо нас проплывая. Уверен тамошний хмырь на флагмане, что впереди, надо мной посмеивается.

А может, и не заметил. Хотя как тут не заметишь такую бандуру. К Мамонту разведчик и летел посмотреть поближе и пофоткать.

Армада, мать её. Вот где искусство войны. Триста пятьдесят тяжёлых. Нет, не наш обиженный. Он ещё там.

— Разлетались тут, — ворчу. — Развыё…

Пачки мы свои захлопнули, наконец, в рубке. И принялись швартоваться.

Станция не затейливая, строилась сразу для ремонтных целей, а не переделывалась потом. Четыре платформы крестиком двести на двести метров, выдвижные пристани имеются и швартовые конструкции, блоки жилые, хозяйственные, складские и прочие по центру. Вниз по длинной антенне коммуникации, вверх — солнечные паруса. От платформ по идеальному радиусу всё в синей плёнке. Это генератор поля имперский, никогда не подводит, поэтому своя атмосфера есть. А вот с притяжением беда, слишком слабое, поэтому без грави–сапог не обойтись.

Первым швартую флагман и быстро захожу один в старую добрую таверну под затейливым названием «Рыгальня», где периодически собираются местные работяги, чтобы пропить заработанное.

Отдельный блок по центру с панорамными окнами с видом на светящийся жёлто–оранжевый свод планеты, навивает воспоминаний. Мест человек на сто, но занята лишь треть.

— О! Работёнка подъехала! — Загалдели сразу, как только я вошёл в белоснежном мундире весь красивый такой, и зааплодировали до кучи. По сравнению со мной такие коротышки, что неловко. Килонцы мелкий и щуплый народ, но очень старательный.

Поклонился всем в три стороны. И к барной стойке направился, где все стулья свободны. Уже взглядом задорным встречает низкорослый седой Галинур. Помню его ещё мальчишкой–подмастерьем. А теперь он здесь старый босс. Ну бармен по совместительству.

— Галинур, дружище, вижу, станцию ещё не развалил, я даже удивился, — посмеиваюсь, пристраиваясь деловито и ставя локти на столешницу.

— Господин Робин! Как там заведено? Отбираю у бедных и даю богатым? — Парировал тот и широко улыбнулся, глядя чёрными глазами прямо в душу.

— За деньги! — Подхватил ещё какой–то шутник, который меня явно знает.

Но сейчас меня интересует только Галинур, я сюда не пить в круг друзей приехал.

— Как там в Империи дела? — Спрашивает, наливая мне, как обычно.

— Я с задворок, сам в Центре полтора года не был, — отвечаю, как есть.

— Это оттуда ты корабль странный притащил? — Посмеивается, уже увидев бандуру. — У пиратов отжал?

— Да, дрался за него как зверь…

Немного поболтали. Узнал, что в их системе за последний год адмиралов с флотами зачастило. Да и станций ремонтных понастроили с дилетантами кучу. Информация для размышления!

Под конец самое сладкое обсудили. Поглотителей. Наряду с тем, что в системе о них мало что знают, всем плевать. Но сам Галинур наслушался уже от адмиралов. В основном байки. Мало кто их видел, мало кто ушёл от них. Да даже потому, что миры отсталые пока на их пути.

Мне посчастливилось засвидетельствовать. И одного раза хватило.

— Они выходят из межзвёздного пространства, по нему и двигаются, — рассказываю, что знаю, к нам уже и местные подсели уши греть. — Как только заходят в систему, сразу стремятся ко всему, что связано с нами, очень быстро и стремительно. Уничтожают станции, колонии на планетах, корабли. Лупят с излишком, будто очень злы на нас. Скорость их кораблей раза в три больше, чем у наших. Орудия бешеной силы и огромной дальнобойности. Если вовремя их атаки ты не оказался у гипер–выхода, считай, кранты.

— Думаешь, нас обойдёт эта напасть? — Слышу со стороны наивные надежды.

— Не печальтесь, господа инженеры, сюда им не добраться, — посмеиваюсь.

По крайней мере, ещё лет пять точно. А лучше им вообще не думать об этом, а то гайки мне неправильно закрутят на кораблях.

Мои абордажники с экипажами ввалились одной толпой нагло, чуть всех местных коротышек не перепугав. Но я обернулся и палец поперёк губ приложил, все и заткнулись.

Благо настоял, чтоб амазонки смирно сидели. Потому что их разорвёт, если они увидят таких мелких мужичков, да ещё и бородатых.

К делу перешёл:

— В первую очередь надо Орла восстановить. Ему хребет переломило на этот раз. С авианосцем тоже не всё ладно, обшивка трещит по швам, я уже давно тяну, жду, что сама зарастёт…

Рассказываю, внимательно слушает, не перебивая. Гомон за спиной только раздражает.

— Разведчика ещё посмотри, три истребителя и по мелочи, тебе мои работяги обозначат проблемы.

— Неужто из боя прям? — Интересуется Галинур участливо.

— Да, там получилось три подряд, — признаю.

— О, понятно. А с громадиной этой что?

— Здесь самое сложное, — признаюсь. — Мы там набрали брони в трюмы, должна пригодиться. Но она может показаться странной. Его бы покрепче облепить. Я подумываю даже, наварить экраны. Генератор поля самый мощный нужен, наш сдох. Пушки подлатать, да наводку откалибровать. А вообще нутрянку ему сделать надо всю, я схему перешлю. Хочу в нём истребители размещать, двадцать–тридцать штук хотя бы.

— Подожди, самопальный он?

— Ага.

— Мдя, — задумался Галинур.

А я дыхание затаил. Но не выдержал и добавил:

— За мной не постоит, ты же знаешь.

— Хорошо, но дело небыстрое, — сдался пройдоха вскоре. — Да и стоить будет дорого, из–за одних только материалов, сам понимаешь. Боюсь, и оборудование придётся докупать. А ещё брать субподрядчика, своих возможностей не хватит.

— Понимаю. И плачу илинумом сразу. Пойдёт?

— О, я не ослышался? Клад нашёл?

— Честная добыча.

— Интересная у тебя добыча, — снова Галинур о новом корабле, который, похоже, его очень заинтересовал.

— Лечу легализовать, у меня на это месяц с момента введения во флот этой Дуры. Хрен с ним журнал подделаем, но вечно так продолжаться не будет, докопаются по полной. Поэтому и хочу, чтобы привёл к некоторым стандартам и загладил признаки того самого самопала. Подвести хочу к модернизированному танкеру.

— А так можно что ли? — Рассмеялся Галинур.

— Да хрен его знает, — ответил и поник.

— Странный он какой–то излучает по нашим приборам больше положенного, — прокомментировал вдруг Галинар, опустив взгляд на физическую планшетку, что у него за стойкой.

— Три ядра, — говорю, он и так всё узнает.

— Ништяк, это ж как надо коробку илинума соорудить, чтоб всё это стояло, — воодушевился, но следом поник. — Хм, но… это же не по технологии. Патент на коробки у определённых имперских компаний, мы туда не лезем. Друг, не по стандартам это.

— Да знаю, — отвечаю с досадой. — У него и пушки не стандартные.

— А какие?

— Креалимские, похоже. Пираты посчитали, что они лучше зинонских. Даже древние. И, похоже, это так и есть.

— Квазар меня раздери, — ахнул Галинар, отшатываясь.

Он бы мог легко отказаться от такой работы, если бы попросил кто–то другой.

Но он мне должен.

В течение нескольких часов местные инженеры оценивали масштабы работ, в итоге за всё Галинур попросил шестьдесят три килограмма илинума. В другой ситуации я бы придушил его слегка, чтобы уменьшить цену на треть. Но из–за Мамонта прикусил язык. Мне ведь придётся его здесь оставить на время. А им придётся очень постараться творчески.

Заключив официальную сделку на работы, я был спокоен за Мамонта, пока он здесь. В первую очередь занялись ремонтом моего основного флота. И нам пришлось ждать сутки напролёт, чалясь то на флагмане, то в таверне.

По платформам уже было лучше не разгуливать. И не потому, что там стало не пропихнуться из–за рабочих и стеллажей с материалами. От вспышек сварки деваться не куда. Я бы мог воспользоваться и квантовой сваркой, оставшись с голой задницей. Но для луча фазера без разницы, чем приварена броня, ему всё одно.

Немного заскучал. Но так, по крайней мере, я увидел, насколько Галинур серьёзно подошёл к процессу с Мамонтом, заказав кучу всего, что доставляли с планеты и торговой станции вереницами мелких транспортников.

Кстати, креалимскую броню он тоже заценил и порекомендовал спрятать её под зинонской, из которой и сделаем экраны. Короче три слоя брони выйдет.

Перед отбытием Галинур позвал меня на личный разговор. Я отнёсся к этому скептически, ожидая, что он переоценил процесс дороже и теперь попросит дополнительную плату. Но мой старый друг так никогда не делал. И теперь не изменил себе.

— Боюсь, чтоб мы не делали, с регистрацией Мамонта будут проблемы, — выразил тот беспокойство, когда я зашёл в его скромный жилищный отсек. — Поверь, я очень хочу приложить свою руку к этому чуду не напрасно.

— Ну и что ты предлагаешь? — Спрашиваю в расстроенных чувствах.

— Я тут вспомнил об одном адмирале с похожей проблемой. Но в его случае от кондора Чёрной гвардии откопал и хотел его под челнок зарегистрировать. Болтливый попался и залётный, лишь раз его видел. Он мне назвал одного человека из империи, кто может решить и твой вопрос. Ввести в имперский реестр кораблей Мамонта без всяких проверок.

— Кто же это?

— Некий господин Щеникус Забель, — выпалил Галинур. — Вроде так его назвал.

— Пффф, ну и сказанул, — ответил я разочарованно. — Это ж замминистра имперской палаты. Как раз в Адмиралтействе и курирует вопросы Реестров. Мало того, узнав о подобном, только обрадуется и раздавит меня, как клопа. Только мне к нему даже через посредников не пробиться. Это ж птица высокого полёта. К лордам с Зэрдина с моим рангом лучше даже не подкатывать.

— А ты дальше послушай, — не унимается мой друг. — Адмирал тот болтливый не просто так залетал. А проездом. В Аиру на Фейран спешил.

— И? — Встрепенулся я.

— Щеникус Забель феек собирает, как одержимый. Понятное дело, из–за репутации он не станет их заказывать официально, ловить или брать на рынках. Так вот за любую фейку он запросто всё провернёт. Под градусом адмирал даже выложил мне, куда надо отвезти. В тихой системе за Первым кругом у твоего замминистра резиденция на отсталой планете, видимо, где он развлекается подальше от глаз политиков и врагов…

Всё что нужно я узнал. И понял, что это хорошее решение проблемы!

Несмотря на то, что когда мой друг упомянул планету Фейран, по моей спине прокатились мурашки.

До системы феек с Антареса четыре прыжка. Ради Мамонта можно и задержаться на пути к Центру. Потому что если всё получится, как задумано, этот корабль станет моим крупным козырем в любой битве.

Поэтому решаю отправиться в Мир феек, где десять лет назад я с треском провалился, пытаясь забрать в гарем тамошнюю принцессу. И теперь жажду реванша!

Глава 15

1005 парсеков до Центра Империи.

1475 парсеков до Поглотителей. Уровень опасности в секторе: минимальный.

Система Аира, планета Фейран. Мир Второго круга защиты Звёздной Империи Зинон.

Доминирующая раса: фейки, население: от 200 млн.

Условия существования: благоприятные (для самих феек).

Статус планеты: особый заповедник.

С пометкой: применение технологий запрещено.

Голубая планета, тёплые водоёмы, не хищная зелень, мирные травоядные и ласковое солнце. Что может подгадить этот великолепнейший курорт, где можно ягоды есть прямо с ветки и запивать перебродившим соком винограда, текущим прямо в рот? А я скажу что. Долбанные фейки!

Несмотря на то, что эти крошки сказочно красивы, они до омерзения дикие и противные характером. А ещё с удовольствием растерзают меня самым изощрённым способом. Особенно если распознают.

Ибо, невзирая на то, что по всей планете у них около сотни крупных кланов, где тысячи семейств, слава моя прогремела на большую часть их мира. Потому что я высветился именно в правящем клане. А потом еле ноги унёс, прокляв их громко напоследок.

Поэтому мне нужно подготовиться на этот раз хорошенько.

— Уверены, что хотите такого риска? — Спрашивает Арти перед высадкой, хотя ему я всё уже объяснил.

— Да, — говорю кратко. Решительности всё больше, когда вспоминаю былое.

Вот же маленькая, подлая сука. Когда я отдам тебя жирному извращенцу Щеникусу, он отрежет твои фиолетовые крылья, чтобы ты не навредила ему магией. Тогда ты точно пожалеешь, что не согласилась полететь со мной.

Перед тем, как нагрянуть, нужно кое–что провернуть. Чтоб не повторять своих же ошибок.

Именно поэтому я вскрываю каюту Лары на флагмане. Прости подруга, кое–что одолжу.

С этими мыслями роюсь в её шкафчиках в поимках косметики. Я помню, как она закупалась хорошими наборами. Не сказать, что сильно красится, скорее, поддавалась женским порывам. Мало ли на вечер к лордам однажды позовут или на приём короля с периферии. Ведь где–нибудь нас адмиралов с коллегами да принимают, как дорогих гостей.

А девочки, они ж любят выглядеть красиво.

Вот и на Фейране любят красоту. А некрасивых считают злыми. Это как у людей встречают по одежде, а провожают по уму. Феи встречают по роже. И ни в коем случае нельзя улыбаться, показывая зубы!!

Я не гей, я только учусь. Но мне позарез нужно хорошенько накраситься вакко–косметикой, которая держится очень долго и не смывается.

Сам не могу, но для этого у меня есть рабыня Анна.

— Ань, подсоби, — вручаю девушке коробку.

Теперь она ходит одетая и выглядит вполне деловой.

Хотя и освоилась на корабле, и амазонок перестала бояться, но постоянно дёргается от моих движений. При том, что ещё не трогал её и не сердился даже. Только тортиками баловал.

— Как прикажешь, хозяин, — прощебетала.

И приступила к моему преображению! Поначалу несмело, но потом увлеклась. Раза три переделывали.

— Вам не понравилось, простите хозяин! — Падала в ноги каждый раз.

На четвёртый удачный целую в лобик и отпускаю.

Мой флот зависает за зоной орбит, ближе нельзя. А я вылетаю на челноке с Арти к тёмной стороне планеты. Три из двенадцати контроллеров машут мне орудийными дулами, приветствуя издалека. И спрашивают:

— Цель?

— Экскурсия, — отвечаю и мысленно заполняю данные анкеты. Ставлю галочки, где надо. Добровольное согласие на риски, ознакомление с правилами пребывания, знание ответственности.

— Принято…

Даже вечно непробиваемый Арти посмеивается надо мной. Штурман вообще ржёт как лошадь из рубки в эфир. Эта скотина уже разослала по всем кораблям мою разукрашенную рожу, теперь там хохот стоит, не умолкая.

Приближаясь, на радаре вижу две движущиеся точки. Похоже, ещё есть любители экскурсий. Надеюсь, не встретимся до того, как вас сожрут феечки. А то я быстро привязываюсь к людям.

В отличие от многих промышляющих здесь работорговцев, я знаю порядки местных изнутри. Феек тоже можно понять, они озлоблены на чужаков, потому что любой гад с не сверкающей кожей может оказаться злостным контрабандистом.

Высадка в ночное время — самый лучший вариант.

Выбрав наиболее благоприятную зону, исходя из прошлого рейда, телепортируюсь на поверхность голышом!

На зелёную полянку с цветами у сказочного леса, который в ночи светится всеми красками от светлячков, будто это микро–галактика. Впереди озерко. Быстро прокашлявшись с непривычки от запахов, двинулся купаться. Собираю вприпрыжку по дороге цветочки и разгоняю салатовых и зелёных светлячков, которые летают и здесь.

Погружаюсь в тёплую водицу. Температура даже ночью комфортная. Ну не рай? Косметика не смоется, можно в озерко с головой. А точнее нужно. Нахожу мох и драю подмышки, посвистывая мелодию. На ближайшие камыши садится всё больше мотыльков, привлекаемые звуком. А ещё подплывают голубые змейки, которые светятся пульсирующими кольцами.

Так, интонацию настроил верно.

Вылезаю из воды и растираюсь пыльцой цветов. А затем нахожу листики, немного лозы вытягиваю со стеблей и сооружаю себе трусы. Конечно, во все дыры видно мои яйца, но теперь я на пятьдесят процентов свой.

Всё это нужно, чтобы живым добраться до главного клана. Я бы мог выбрать любой, но мне нужна Вупина–ри, надеюсь, она ещё принцесса. Кстати обычные фейки очень тупые и чаще контроллер не засчитывает их неосознанное решение покинуть этот мир.

Облегчает задачу то, что мужчины без крыльев — это обычное явление на Фейране. Скорее с крыльями — это нонсенс. Поэтому нет нужны клеить на спину поломанные и жаловаться на жизнь.

До рассвета, сидя на зелёной кочке, я ловлю на свои пальцы красивых бабочек, которые меня нисколько не боятся, а наоборот, проявляют интерес. Когда первые лучи солнца озаряют красивую долину, с крупных деревьев начинают шевелиться фейки!

Мир приобретает не только насыщенные краски, но и разрастается блеском, уносящимся к голубому и чистому небу под хоровое мелодичное пение. Миниатюрные девочки с большими глазищами и перламутровыми крылышками всегда так радуются рассвету.

Я совсем забыл, как здесь прекрасно. И снова напоролся на те же грабли.

Дуновение ветерка и лёгкий шелест ознаменовали приближение. А затем я услышал это долбаное шипение!

Ёп вашу мать, снова раздавил задницей долбанного жука! В тот раз был даже менее жирный. А теперь голубая жижа на всю ягодицу, что и не отмажешься.

Развернулся на кочке к ней лицом, затаив дыхание. Сожрёт, не сожрёт!

А вот и мой первый контакт! Блондинка с белоснежными волосами ростом метр пятьдесят и очень женственной фигуркой. Кожа белая и безупречная, от пыльцы чуток сверкает. В раздельном купальничке из сплетённых мелких листочков прилетела и впилась в меня красивыми глазищами салатового цвета. А ещё встала в боевую стойку, напрягая свои сочненькие бёдрышки. Подумать только каждую ночь они плетут себе новую одежду из листьев на ветках, где и спят.

От вида такой сказочной крошки неподготовленный извращенец может сразу достать причиндалы и начать наяривать. Первая мысль и возникла такая. Но это чревато оторванным членом.

Фейка угрожающе забалакала на своём, увидев, что я её не боюсь. Пока ещё не понимая, что она несёт, я стал обращать внимание на подлетающих стрекоз и жучков, на дёрганье их крыльев. Подключился мой процессор, чтобы разобраться в этой долбанной азбуке Морзе или двоичной системе с помощью вибраций. Добавил нужные волны с ночного пения в озерке. Ведь язык феек вообще не постоянный! Он зависит от состояния природы. Точнее всё взаимосвязано. Даже шелест листьев может повлиять на этот сказочный язык. Оттого фейки сами друг друга могу сразу и не понять. Особенно, когда долго не виделись или далеко живут друг от друга.

— … ты дур, дур, дурной что ли? — Наконец пошло распознавание заикающегося, как оказалось писклявого голоска. — Священный жук, жук, жук, жук.

— Прости, я не заметил его, не специально сел, — отвечаю ей, стремительно набирая словарный запас в мозг.

И фейка вдруг затыкается, делая круглые глазища. А затем отшатывается и плюхается на задницу, под которой тоже прыскает.

— Ой, гов, гов, говорящий!

— Тебя как зовут, красотка? — Продолжаю выказывать дружелюбие и симпатию.

— Ой, спасибо, ри, ри, Риси я. А, а, а. Ты кто?

— Я Руди, давай дружить? — Предлагаю ей, подмечая, что у неё салатовый перламутр на крыльях, а значит, не обладает магией.

Смотрит внимательно прямо в глаза. Думает, секунд десять. И вдруг выдыхает с облегчением.

— Ты красивый и добрый, я согласна, — отвечает счастливо, перестав заикаться.

Не успел опомниться, подскочила ко мне и уселась на коленку. Лицо её стало очень близко! Улыбнулась закрытым ртом, не показывая своих игольчатых зубок, в глаза мне посмотрела чересчур доверчиво. Обнюхала волосы, как зверушка. Пока это делала, потёрлась сисечками. Пусть они под листьями, но я всё равно чувствую эту упругость. Понюхал её в ответ, древесный запах, ягодки. Мммм…

Фейки вообще зреют рано! Эта, судя по всему, может уже и мама. Пусть и выглядит, как совсем молоденькая миниатюрная девушка.

Посмотрела на трусы. И резко сорвала лопух к чертям, обнажив привставшего дружочка.

— Плохо сплёл, Руди, — пискнула и поднялась, а затем и вовсе запрыгала, как дура. — Идём, Руди, Руди, Руди. Сплетём хорошо.

Поднялся. И напугал её. Отлетела аж, как белка пугливая. Надо отдать должное, реакция, какой позавидует убийца.

— Друг всё ещё красивый и добрый? — Спрашиваю настороженно.

Молчит, хмурится, щёки надув. Конечно, она в шоке. Может, не поняла сразу, что я чужак. А может, изумилась росту. У них мужики, как они сами ростом, атлетичные, конечно, за счёт того, что по деревьям лазят. И у меня фигура хорошая, но гигант я для неё.

Начинаю наиграно плакать, усаживаюсь обратно.

— Ой, я, я, я! — Взвизгнула и в мгновение ко мне подлетела да обняла. — Руди, не плач. Ты всё ещё красивый и добрый. Плачут добрые. Но слёзы смывают и портят пыльцу, это нехорошо.

Встала ещё так. Своими ножками мою согнутую в колене обступила. Приобнял за тугую и тонкую талию, потому что мочи нет терзаться. Подалась ещё ближе и коленом в пах упёрлась, почти на колено усевшись.

За попу упругую ухватил, и когти на спине почуял тут же. Понял, не дурак. Опустил, та тоже убрала своё оружие.

Разлепились, как ни в чём не бывало. Тот же открытый и доверчивый взгляд. Может, животные рефлексы сработали?

Снова понялся по её зову и пошёл в сторону леса. А Риси то бежит по полянке, то подпрыгивает, взлетая и планируя вперёд, то круги наворачивает вокруг меня, шелестя крыльями, как огромная стрекоза. Я всё жду, когда у неё листок задерётся, прикрывающий писюшку, а лучше отлетит. Но, увы.

Так Риси долеталась, что к нам вскоре стали слетаться другие фейки из леса!

— Это Руди! Руди! Красивый и добрый друг! — Завизжала моя подружка радостно.

И по цепочкам понеслось моё имя с восторгом.

Все прибывающие фейки в купальничках из листьев, как будто одна школа учила всех плести. Фигурки плюс–минус похожие, сочные, есть и худые, Все пыльцой поблёскивают. Лица приятные, симпатичные, милые. Улавливаю, несмотря на мелькания, и ошеломительных красоток. А ещё совсем уж приторных. Волосы всяких цветов и оттенков, от белых до голубых. Тёмных почти нет, ни волос, ни глаз. Здесь всё как в сказке: чем дальше, тем страшнее.

Крылышки подмечаю для себя разных перламутровых отблесков. Салатовые — без магии, таких много. С голубыми крыльями девицы тоже преобладают, эти уже могут корнями деревьев задушить или ветками отхлестать по морде не сорванными. С синими — штук пять только вычислил, они живностью мелкой управляют, могут мух натравить, которые с лёгкостью обглодают.

Но всех круче фейки с фиолетовыми крыльями, которые всеми стихиями управлять могут. По праву сильнейших такие и становятся во главе семей и кланов. Сейчас только одну приметил, но это не моя бывшая подружка.

Все феечки без исключения на причиндалы летят посмотреть. Каждая подлетит поближе и посмотрит, а затем отлетает по кругу, новых подруг зазывая.

— Хоботок! Хоботок! Глядите, хоботок! — Орут, вообще меня не опасаясь.

Ну конечно, их же всё больше, и больше. Целый рой.

— Ой, ой, я виновата, я! — Подлетела уже у леса Риси и ладошкой крохотной попыталась прикрыть моё достоинство.

Но только хуже сделала. Член стал стремительно расти от её нежного касания.

Вероятно, почуяв неладное, вместо того, чтобы отдёрнуть руку, моя подружка ухватила за рычаг.

— Не покажу! — Заявила всем.

— Пестик! Пестик! Теперь пестик! — Закричали её ушлые сородичи.

Самое интересное в том, что если бы я не знал их языка и пах бы по–другому, меня бы этот же рой разорвал на кусочки! И за пестик бы они дрались уже отдельно от меня.

В лес с высокими и могучими деревьями Риси заводит настойчиво. Там и большая часть феек на ветки разлетается.

— Не улетай! — Объявляет, оставляя меня под первыми же кронами. — Я сейчас.

Без моей подружки стало страшно. Две сотни фей вокруг смотрят, одно неверное движение, и я разорван в клочья. Стою, пошевелиться страшно!

— Я здесь, — приходит сообщение от Арти. — Командор, соберитесь и успокойтесь. Иначе вспотеете. А они не привыкли ещё к этому запаху.

— Да знаю я. Сколько ещё можно держать челнок на орбите?

— Уже надо улетать. Время стоянки закончилось. Вы заявили экскурсию на трое суток, теперь только через 64 часа смогу вернуться, чтобы забрать вас. В любом случае. С фейкой или без.

Отвлекла внезапно подскочившая незнакомая девка с синими крыльями! Волосы русые, почти золотые, глазища топазами горят, личико миленькое и встревоженное. А фигурка уфф!!

— Пестик мне, хочу детей таких красивых, — заявила и пошла прям на меня агрессивно.

Так на траву и лёг ошарашенный, на спину упав. С моим–то опытом, да так тушеваться! Села сверху! Листики на паху зашелестели раздвигаясь, но так ничего не сняла вообще.

Чую примеряется своей дырочкой крохотной на мою головку здоровенную, что страшно.

— Куда, куда, — вою.– Порвёшься ведь…

Насадилась туго и с усилием, аж по самые яйца запихнула, ибо скользкая уже вся. Сам чуть не застонал в голос от того, как плотно обволакивает. Чуть скривила лицо, а следом глаза расширила. И как давай скакать со стонами громкими! И всё это на глазах у целого клана.

Что–то я подобного не помню. В тот раз сам соблазнял феек, со скрипом удалось парочку оприходовать. Прежде, чем главная грымза спалила.

Как только выстрелил вовнутрь, эта нахалка и отстыковалась довольная. Хихикнула, мне глазками поморгав кокетливо и унеслась.

А за ней уже моя подружка возникла, замерла с ветками в руках, которые нарвала для меня. Глаза на мокром месте. Бросила в меня всё это и улетела обиженная.

Завыли жалобно с веток.

— Первая серия сантабарбары, пожалуйста, наслаждайтесь, — проворчал себе под нос.

— Говорит! — Ахнули на ветках и по цепочке над головой: — Говорит, говорит…

Стали спускаться, прямо ко мне подлетая и усаживаясь. Ветку с члена одна сняла опасливо и облизнулась!

— Мара, — представляется ещё одна, глядя на дружка, что засомневался вдруг падать. — Ты красивый и добрый, дружи.

Это она с членом моим разговаривает?

— Лира, дружи! — Встревает вторая, тоже поглядывая на пах… Третья, четвёртая. И по очереди начинают имена называть, и все вместе хором. И по второму кругу.

— Я Руди, — отвечаю, наконец.

И ах вырывается песней из глоточек феек. И они как давай ко мне ластится, будто им мой голос, как одобрение очередной барьер пересечь.

Садятся на коленки по две штуки, волосы гладить начинают в пять рук, спинку чесать. Как увидели, что член снова стал колом, взвизгнула одна с коленки:

— Я!

— Нет я, — обозначилась сбоку фейка с фиолетовыми крыльями. Та, которую здесь и заприметил в единственном экземпляре. Все и расступились, поникшие. Никто возразить не может.

А у этой взгляд строгий. Если у всех прочих тело нежное, то у фиолетовой уже с выраженными мышцами ноги, пресик кое–какой есть. Когда усаживается, во взгляде мудрость отражается, будто уже меня раскусила. Глазища синие, лиловым отдают, волосы рыжие.

— Пожалуйста, пользуйся, — отвечаю, соблюдая формальность, когда уже и нет смысла что–то комментировать.

Несмотря на то, что второй раз уже. Кайфа не меньше, лунка что надо. А выстрел ещё более быстрый, потому что самочка хороша. И двигается тазом более искусно.

Получив своё, тоже свалила, не прощаясь.

Как только скрылась главная. Снова на меня стали липнуть. Гладить, щекотать, нежно трогать оголённые участки кожи, мурчать в ухо и крутить соски. С каждым разом всё изобретательнее вызывать волны приятного. Они, как профессиональные шлюшки, которые вылавливая реакцию, давят на нужную эрогенную зону. Но!

Ни одна балда за вялый член не схватила, будто специально нельзя. Пока он не поднялся в третий раз!

Тут же началась драка среди феек с синими крылышками, кто натянется следующей. Не до крови, и без зубов, но фейки стали улетать в кусты и биться о ветки с визгом. Пока возились, ушлая с голубым перламутром появилась, не особо красивая. Но задницей повиляла, насаживаясь и пошло дело.

Мне бы их сиськи увидеть, да ни одна не показала. Всё через листики у них деликатно. Так пять выстрелов сделал за час на честном слове и запрокинул голову без сил. Все и разлетелись.

А затем вернулась Риси очень грустная, веткой отдельной снова писюн прикрыла. И, насупившись, без слов стала мне трусики плести, сидя в сторонке, как сиротка.

— Тоже хочешь детей? — Спрашиваю деловито, сидя в позе лотоса.

Молчит.

— Риси? — Окликаю.

— Все хотят от такого красивого, но я постараюсь не хотеть, — выпалила.

— И что ты во мне нашла? — Спрашиваю, вздыхая.

— Не одноразовый, говорящий, — выпалила и застеснялась вдруг.

А затем как набросится резко, что у меня в груди ухнуло, и боевая трансформация чуть не врубилась. А она на спину меня уложила и сверху на пояс села, ляжками нежными и упругими обхватив.

Да неужели, член уже болит, но эта крошка мне почему–то нравится больше всех сегодня увиденных. Но если сделаю это, сбежит. А жалко расставаться вдруг стало.

А она в сторону дорожки смотрит, откуда я вышел, замерла.

Слышу топот приближающийся, сперва один бежит, за ним ещё! А следом и целая толпа. Голову приподнимаю, и вижу, как из густого кустарника леса выскакивают и в сторону поля удирают мужчины–фейки! Кожа не блестит, листиков на паху нет! Все бегут, как угорелые, со стручками вставшими.

За ними шелест листьев надвигается, как ураган. Фейки с радостным визгом врываются в пространство, преследуя их! А те, как от смерти бегут. Кто успел на поле выбежать, попадали навзничь, как мёртвые. Но у выхода замес начался. Фейки со всех сторон, как ястребы посшибали кого успели. И давай трахаться яростно по парам! Тридцать секунд и первые крики оргазма со стороны мужичков. А затем им просто отрывают головы.

Твою мать!

— Одноразовые, — слышу спокойный комментарий моей подружки.

Глава 16

Свингер–вечеринка в лесу за пару минут завершается кровавым месивом с расправами над мужичками. Фейки разлетаются, на останки со всех сторон налетают насекомые и всякая прочая живность. Очень сознательно, как на пирушку, которую ждали в засаде.

Зрелище не для слабонервных, поэтому я опускаю голову и смотрю уже на кроны и частично попавшее в область зрение деловитое лицо хищника.

— Не бойся, я закрыла, — говорит Риси, держа ладошку у меня на грудной клетке как раз над сердцем.

А я и думаю, почему у них мужички все прячутся! Неужели они по разу выстреливают, и за ненадобностью их убивают. Почему я упустил этот момент?

Когда всё улеглось, Риси слезла с меня и спешно навязала трусики.

— Ты знала, да? — Спрашиваю её попутно.

Кивает.

То есть, когда она закрывала мой встающий стручок, она хотела меня защитить, думая, что я тоже «одноразовый»? Но вела всё равно в лес. Однако почему уцелели те, кто успел выбежать на поле? Видимо, потому что членами в землю зарылись. Так и выжили.

Похоже, моей подружкой овладевают инстинкты, с которыми она борется осознанностью. Может, я её пробудил?

Углубляемся в лес. Не подружка меня ведёт, сам ковыляю по старой памяти и навигации в башке. А она за мной спешит ножками босыми, глаз не отрывая влюблённых. Замечаю в кустах мужичков. Сидят с перепуганными смазливыми лицами, увидели Риси, зубами застучали громко. А той хоть бы что.

Догадались спрятаться, какие молодцы. А фейки с крон куда–то делись. Звезда ласковая поднимается к зениту, в лесу живность пробуждается. Птички поют, насекомые стрекочут. Пыльца спиралями всех цветов радуги над цветочками тянется, что дымка, добавляя сказочного очарования.

К ручейку шириной в метр вышел под навес гигантского папоротника. Несмотря на быстрый поток, рыбки в нём розовые и красные ходят косяками туда–сюда, никого не боятся, лезь да лови. А рядом куст черники, куда и усаживаюсь перекусить, да водицы похлебать.

Ягоды крупные, такие ешь в самых дорогих ресторанах станций на периферии за бешеные бабки. Изумительно, сладкие, прыскают во рту. Мммм… С черники на землянику перекинулся, стал в пачку закидывать горстями, мыча от удовольствия.

Фейка заботливо водицы на листочке поднесла. Попил, поблагодарил милашку.

А та на живот улеглась рядом, эротично попку приподняв, на локти подбородок поставила, смотрит и умиляется. Одно только сбивает, эти сложенные крылья на спине, как тюль, напоминающие о том, что она не человек, а зверёк.

Спохватился, листы с кустика растёр в руке и подмышки помазал.

— Забыла! — Воскликнула та, вскочила и рванула ввысь, только шлейф пыльцы за ней остался. В кустах неподалёку что–то зашевелилось резко и мужичок–фей прямо в воду плюхнулся. Там началась потасовка, и вскоре ручеёк на время окрасился в красный, пока всё не унесло вместе с набросившимися к поверхности рыбкам, от активности которых ещё и забурлило.

Вот тебе и рыбки, млять. Пираньи долбаные.

Собрался уже без Риси идти. Потому что мне до заката надо в правящий клан добраться. Если конечно за десять лет ничего не поменялось. Не должно.

Ручей перешагнул, а она навстречу вышла, что сердце моё ёкнуло. В обеих крохотных ладошкам горсточка орехов. Протягиваю руку, пересыпает аккуратно. Смотрит застенчиво и так эротично.

— И что ты во мне нашла, — спрашиваю себе под нос, задумчиво и иду дальше, выявив нечто похожее на тропку.

— Когда смог третий, стал ещё красивее, — стала рассказывать с восхищением. — Но потом и четвёртый, и пятый… а теперь ты уже никому не нужен, пустой хоботок. Опомнятся, убьют. А я спрячу. Но не сказала, не надо пугать. Ой, сказала. Но ты кушай, кушай. Забудь об этом.

Надо же какая заботушка.

— А если я бесконечный? — Посмеиваюсь.

— Так не бывает. Даже злые с небес обманщики.

— А видела таких?

— Только что видела, — дала неожиданный ответ. В груди похолодело, я думал, она на меня намекает. А нет!

Устремилась в сторону густого кустарника, вероятно, показать. Я за ней. Продрался через ветки и оказался у обрыва. Внизу долина простирается, на которую я с поляны и смотрел. И поля открытые, и рощи кусками, и речка извилистая. Пейзаж изумительный.

Если бы не почерневший челнок, пропахавший носом зелёную красоту, который покоится уже и дымится. Фейки его облепили, точат зубами, скрип на всю округу стоит. Из открытого шлюза тащат бедолагу в разорванном подпаленном скафандре, тот кричит и брыкается. Ещё двоих уже кромсают неподалёку прямо на земле. Ещё одна фейка с размаху винтовку об камушек ломает.

Понятно. Это контрабандисты, которые вздумали проскочить мимо контроллера, и их подбили. Ну а дальше оставили на растерзание фейкам.

Такое бывает нередко. Ведь одна такая крошка на чёрном рынке стоит под двадцать тысяч ринн. Ну или как четыре истребителя.

Скорее всего, эти идиоты решили, что им удастся обмануть самые злейшие контроллеры в секторе. Хер там. А ещё меня вдруг осенило, что фейки их магией долбанули не хило. И точно, с движков вода испаряется, а под днищем ещё сочится.

Всё, хватит на это глазеть, щёлкая орешки.

— Мне надо к Мерцающим грибам, — озвучиваю цель подружке, понимая, что моя сказка также может продлиться недолго. — Знаешь где это?

Лицо удивлённое, а следом и перепуганное сделала. Кивнула неуверенно.

Ути крошка, так и хочется на руки взять да потискать.

А что если её и забрать на борт? Думаю, раскрутить на согласие можно, которое контроллер по протоколу засчитает. В общем, пусть это будет план «Б».

Надо просто подготовить почву заранее.

Идём на спуск, Сверху деревья лианами обросшие, цветы всех мастей прямо на головы свисают. Сам иду босыми ногами буквально по ромашкам всех цветов радуги. Пыльца в воздух поднимается, нас окутывая. Риси начинает кружиться, хихикая. Бегает вокруг меня топчет ещё больше.

Чуть успокоилась, когда полянку прошли и вывалились на зелёный непроглядный луг, где трава мне по пояс, а ей по грудь. И тут я решился, ибо пора начать раскручивать, как раз силушки подкопил. Да нотки желания почуял, ибо идущая чуть впереди, виляющая задница уж очень хороша.

— Риси? — Окликаю.

— Ау? — Обернулась и за руку взяла. — Не бойся, пыльца луговую саранчу отпугивает.

Получается, ты специально пыльцу растревожила, чтобы меня оградить. Как мило.

Помню я тех образин. Их фейки в клане Мерцающих грибов в клетках держали, в роли гончих для охоты. Размером с собаку твари. Вспомнил, меня аж передёрнуло. А я всё думал, где такие мутанты водятся!

— Риси? — Снова зову. — Почему у меня пустой хоботок?

— Потому что не пестик, — выпалила деловито.

— А если пестик? — Усмехнулся.

— Как пестик? — Ахнула и остановилась.

Разговоры идиотов? Да. Спасибо Арти не слышит уже. Хотя он только будет рад, что я продолжаю черпать опыт. Чтобы во всеоружии его чучундру демоницу Махаллат соблазнять.

Подружка трусишки мои природные потрогала, пощупала.

— Напугал, — выпалила.

— Так, а если пестик? Всегда причём твёрдый может?

— Такое не бывает, — захихикала с мечтательным видом. — Руди, затейник. Такое только в сказках.

— Сказочный герой мужчина с постоянным пестиком? — Уточняю. Похоже, я полностью настроился на её язык. Теперь он, как родной.

— Угу, — отвечает застенчиво и взгляд уводит. Жмётся вся, носочек по земле растирает.

— Покажи, что под листочками, и у меня вырастит пестик, — шепчу ей.

Хмурится. И выдаёт:

— Так бесчестие, грудь только для детей.

— А внизу?

— Бесчестие, — отвечает недовольно.

— А потрогать–то хоть можно? С закрытыми глазами, а?

— Наглый, — фыркает и демонстративно уходит.

— Эй, Риси, ты же трогала мой стручок. Наглая? — Корю в ответ.

Оборачивается, смотрит пытливо. Начинаю делать вид, что плачу.

Подлетает сразу, льнёт с объятиями.

— Ладно, — говорит, вздыхая. — Щупай, но глаза не открывай.

Не успел зажмуриться, верх слетел, обнажая грудь второго размера с розовыми сосочками, а следом и трусишки ветром сдуло с лысеньким пахом. Обернулась и спиной прильнула. Шелест крыльев и не очень приятные ощущения от касания к ним чуть сбили настрой.

Взял за грудь, и зарычал мысленно от удовольствия. Пожмякал холмики, потеребил сосочки, борясь с жаждой их пососать. Почуял, как сердечко у той бьётся часто. Прям, как у птички пойманной. Не смог удержаться, на корточки опустился и вниз руку повёл. А там уже ручьём смазка течёт по бёдрам!! Отдёрнул обратно с перепуга, эта не реагирует. А у меня ещё больше мыслей пошло извращенских.

Сзади руку через тугие булки просунул, вытер смазку запястьем по нежнейшим половым губам, проводя, и на животик ладошку положил. А затем поднялся вместе с ней, между ног держа. И под сисечки.

Не знаю, просто так захотелось. Оставалось только всадить и подолбить на весу, как я хочу.

— Ой, ой, — запищала и заёрзала на руке. Пришлось выпустить, поставив аккуратно. А она на четвереньки и упала, продолжая дёргаться бесконтрольно. Кончила что ли?

Обернулась вдруг, в глазах дикость. На пах мой смотрит. И, конечно же, там уже колом стоит.

— Пестик! — Ахает. — Не соврал. Всегда пестик. Не удержаться. Дай!

С места буквально набросилась с ураганом от взмаха крыльев! Но я не дал себя повалить, ибо понимаю, что если кончу в неё, она свалит. И не будет плана «Б».

Начала царапаться, стремясь схватить! Прикрикнул на неё, не помогло! Отшвырнул. Снова ринулась, как тупое животное!

— Риси! Нет! — Рявкнул, руку выставляя, куда она грудками упёрлась тут же.

Частое дыхание стало медленней и глубже. Зрачки начали сужаться.

Отвернулась вдруг, схватила свои пожитки и быстро напялила. А потом побежала прочь, через десять метров взлетев. И унеслась за ближайшие кроны. Только шлейф от пыльцы и остался.

И тут до меня дошло, что она с собой всё это время боролась. Сперва, чтоб не погубить меня, потом чтобы не расстаться. Похоже, фейки не контролируют себя, увидев вставший член. Поэтому я рву травы побольше и плету себе юбчонку поплотнее.

Маршрут проверяю в башке. И двигаюсь по виртуальным контурам, что процессор выдаёт. Главный клан близко! Ещё метров триста и выйду к нему.

Шуршали гадины со всех сторон, но покинул луг без боя. Шум водопада стал доноситься, а вскоре и хихиканья ветром донесло. Попытался обойти, да буреломы пошли, терновник стеной, стрекот мощный и угрожающий за ним. Змеи с деревьев до кучи свесились, будто ими кто–то управляет, подгоняя меня к купающимся.

А там фейки голышом плещутся в пруду под водопадом, штук двенадцать, все огненно рыжие! Крылья с красным перламутром. У меня аж дыхание перехватило, такой вид в базе данных не числится, я не знаю, что они умеют. И как опасны!

— Славная охота, — слышу, как переговариваются. — Да, славная, славная. Чужаки вкуснее. Злых много, добрых нет.

Так, понятно. Волосы от крови отмывают. Сисечками светят, а затем и глазками одна в меня стреляет.

Вроде успеваю спрятаться, дёрнувшись от края.

Но тут дуновение ветерка развеивает всякую надежду. И с другой стороны встаёт совершенно голенькая, очаровательная, но злая фейка, которая уже скалится. Похоже, более крутым особям листочками закрывать свои прелести ни к чему. Лупки твои с головой оторвут.

— Красивый и добрый, дружить! — Восклицаю поскорее.

Глаза расширяет от удивления. А я продолжаю:

— Постоянный пестик, как в сказке, значит, ещё более красивый.

Прыскает фейка. По флангам другие начинают хихикать гадко.

— От диких нахватался, чужак? — Раздаётся уже строгое за спиной почти в затылок!

Обернуться боюсь. Просто волосы на затылке дыбом, да очко заиграло весело. Похоже, там самая злая!!

— Да, выходит то были дикие, — признаю свою оплошность.

— И выжил же, — комментирует первая. — Чего надо?

— Подглядывал зачем? — Сзади сразу и второй вопрос в затылок.

— Никогда не видел с красными крыльями, — выпалил, что первое в голову пришло.

— Доросли, что такого, — отвечает та, что за спиной.

— Доросли?

— Да, были зелёные, потом голубые, синие, фиолетовые, и вот. Рожать надо, чтоб цвет менялся и сила росла. А у нас уже выросла. И ум окреп. Чтобы сообразить, какой–то ты странный.

— Да, чересчур, — соглашаются другие.

Вижу, что все двенадцать голых миниатюрных кукол уже здесь. А ещё сообразил, что о фейках ни черта мы не знаем! Это не виды, это степень развития у них такая.

Не шевелюсь и не дышу!

— Что с ним делать будем? — Спрашивает та, что первая прилетела.

— Я сытая, — ответила одна и зевнула широко, игольчатые зубы обнажив, каким пиранья позавидует.

— Я тоже…

— А он высокий. Я бы потешила пещерку, — выпалила капризно та, что позади стоит.

— Жаль, что ты первая сказала, — вздохнула ещё одна рыжая подружка и, руки за голову подняв, потянулась телом эротично.

— Да, с ней и не поспоришь, — поддержала третья фейка, ухватила себя за сисюшки и стала мять.

— Простите, красотки, — вмешиваюсь, понимая всю щекотливость ситуации. — Я утром уже потешил пять пещерок. Поэтому могу ещё две–три, при условии нежного обращения с собой. Если дадите отдых, утром перезаряжусь на девять выстрелов, обещаю.

— Мы не тупые, чтоб поверить, — фыркнула одна, на вид самая невзрачная, но с грудью самой крупной. — У чужаков шишечки всегда.

— Ещё бы! Они ж вас до смерти боятся, когда вы с когтями и зубами. Вы ж не пробовали ласково небось? Грудь показать, попочку? — Объясняю.

Глазищами хлопают, переглядываются с недоумением.

— Ну да, я одному руку оторвала, потом к хоботку а там шишечка, — поделилась своим опытом одна маньячка.

— Я вроде не была так жестока, только магией оглушила, и тоже шишечка была, — говорит другая и мне: — так что надо было делать?

— Вот встаньте на четвереньки ко мне попками. Ты, ты и ты, — говорю, указывая пальцем на самых разговорчивых. И не надеюсь, что послушают.

И тут три с окрепшим умом дурочки с удовольствием встают передо мной рачком, распахиваясь бесстыже!

— Спинки прогните, крылышки повыше сложите, ножки шире, вот! — Подсказываю, слюнки подбирая.

— Ой, почему от этой позы я уже хочу пестик, — стонет одна.

— И вправду, пещерка зачесалась, — делится ощущениями другая. \

Млять, молчи лучше!

— Я тоже хочу так встать! — Воскликнула четвёртая, какую и не звал. За ней потянулись другие. И вскоре все передо мной раскорячились.

Вид, конечно, ошеломительный, учитывая округлости аппетитные, безупречную кожу, полное отсутствие волосиков на промежностях и крохотные розовые отверстия, зазывающие буквально хором!

Нет, ну точно сейчас, млять, запоют.

Беспринципные кровожадные крошки, легко могут свести с ума. Но с учётом пустых яиц, остаётся восхищаться только эстетикой.

Из–за спины последняя краснокрылая фейка выходит, которая в затылок дыхала.

И у меня сердце обваливается в трусы. Потому что это Вупина–ри! Моя ненавистная принцесса Фейрана, которая нашла меня быстрее, чем я её.

Да, я шёл к её пристанищу, но не думал, что напорюсь на неё по пути. Прежде у неё были фиолетовые крылья. А теперь? Получается, она стала ещё круче.

Красота — добро? Нет! Красота — это сила для Фейрана. Вместе с ужасом меня сразу накрыла волна беспомощного очарования. Впервые я вижу её голой! Но моё внимание перетягивают эти огромные глаза, цвета голубой лагуны, этот аккуратный носик, сочные губёшки, и уж дальше торчащие сисёнки. В Империи она бы с лёгкостью стала самой известной моделью, рекламирующей детские купальники.

Но она дикая и злая тварь, которая заслуживает участи, что я для её уготовил.

Вроде бы, что злиться на такого ангелочка?

Просто она откусила мне член, и я ещё целый час выл и корчился, под смех всего клана, пока не появился на орбите Арти и не телепортировал меня.

Мне и квантовые частицы не помогли, я был слишком расслаблен, поверив в её ласку. А потом было уже поздно.

И всё потому, что она посчитала меня бесполезным, после того, как ей нашептали приспешницы, которые меня застукали с другой. Если бы это была ревность или месть за предательство, я бы понял этот порыв.

Но она просто назвала меня одноразовым!!

Что⁇ А теперь и не узнала вовсе.

— Какой красивый, — прокомментировала, впервые увидев накрашенным.

И я выдохнул с облегчением из обоих отверстий.

— И не похож на чужака, — продолжила принцесса, рассматривая с позиции силы. — Но запах тебя выдаёт. Так и что же дальше, странный мужчина? Докажи, что хотели, и я решу твою участь.

Как тут докажешь, когда член спрятался не то что бы в мошонку, он, похоже изнутри засунулся в задницу.

Но я не унываю. У меня есть безупречный план.

Подстраиваюсь к ряду из попочек, начиная с первой. Пусть и под строгим надзором принцессы, но решаюсь действовать. Не знаю, кто создал всех нас в галактике, но у всех баб письки примерно одинаково устроены. У феек не исключение.

Сперва, неуверенно трогаю ягодицу первой сучки, проверяя реакцию, и вижу, как сфинктер у той скукоживается. Но сама не рыпается. Веду палец к писечке, готовый в любую секунду отпрыгнуть, замедлить время и рвануть километров на двадцать отсюда. Но фейка смирно стоит. А другие поглядывают, как могут.

Затаив дыхание, провожу по нежным половым губам, и моя первая жертва начинает поскуливать. Да! Внутреннее ликование сравнимо с мысленным оргазмом. Неужели…

Немного манипуляций без проникновений, и вот клиторальный оргазм подкатил за двадцать секунд! Да такой, что фейка рванула со свистом, как ракета–петарда, прямо в терновник, откуда вылетела, прорывая кроны, и унеслась с восторженным воплем.

Её подружки взвыли почему–то разочарованно и стали подниматься.

— Назад! Следующая! — Объявил я, потирая ладоши, и взглянул на главную, которая так и осталась стоять позади меня и взирать с подозрением.

С такого ракурса красотку с руками на боках трахнуть хочется ещё больше. В том числе и по голове. Определённо, фигурка у Вупины–ри, как в порно–мультике.

— А ты ещё сможешь, чужак? — Выпалила она. — Куда делся твой пестик?

— Смогу, — отвернулся от неё. И полез к следующей, хотя остальные всё же засуетились, строй нарушили, кто–то даже сел, выпрямив спину. Другие крылышки стали расправлять, потягиваясь. Быстро же они спеклись, не умеют долго рачком стоять.

Вторая же, почуяв касание сразу в нежном месте, замерла статуей. Мурашки покатились по нежным булочкам. Потеребил, как предыдущей, но понял, что этой надо входить и два пальца вставил в тугую пещерку, не оставляя и клитор в покое. Чуть помассировал, и фейка стала сокращаться мощно. А вскоре взвизгнула, вскочила и побежала к обрыву, с которого прямо в воду и полетела.

— Куда, пошла! — Третью ловлю. Остальные обратно смирно встают.

— Что за пестик такой, — жужжит позади в ухо принцесса. — Почему так быстро?

Ай, иди. У меня на этот раз щёлка шикарная, что хочется сразу и языком. Но я пробую пальцами. Большими в лоно, четыре на животик. Поработал техникой и скривтанула крошка. Заверещала, как миленькая и поползла, как змея прочь.

Четвёртая встречает сразу с тянущейся меж половых долек почти до земли сопелькой смазки. Вот это мило! Тронул только и бах! Разорвало фейку от оргазма, что от визга последние птицы с крон разлетелись. Пятой сучке в попку пальчик сунул, не удержавшись. Ей так понравилось, что сама насаживаться стала. Помассировал там немного, и брызнула очередная жертва, как миленькая.

В итоге довожу до оргазма всех разными техниками!

Кроме принцессы.

Оборачиваюсь к ней с дымящимся членом, стоящим уже колом и естественно прорвавшим все листики трусов и юбку из травы.

— Видишь? — Показываю на него.

А у той шары на выкате и слюна аж потекла с уголка сочных губ.

— Ты не одноразовый, — прошептала с восторгом. — Ты вечный. С таким я захвачу весь мир и усмирю непокорных!!

Хм, далеко идущие планы. Замечательно.

Опомнилась, засуетилась. Встала передо мной рачком, выгнувшись так, что низ сисек стало видно. Определённо самый лучший вид сзади мне достался в финале. Аккуратная киска с плотно сомкнутыми половыми губами выглядит просто идеально и манит. Но я собрал волю в кулак, засомневался. Потому что все её подружки разлетелись. Скорее всего, я им больше не интересен.

Мне же нужен хороший предмет шантажа. Наобещать оргазмов после вылета, подогрев новыми эпизодами. Будет смотреть, как других приходую и взмолится.

Так что нет, моя хорошая!! Как бы ни хотел засадить, точно нет! Прямо возгордился собой тут же.

Хлопнул по попе пару раз со словами:

— Прости, дорогуша, на сегодня я устал.

— Ай! — Вскрикнула вдруг принцесска и задёргалась, выгибая спину. Будто кошка, которая хочет выблевать комочек шерсти.

— Что уже⁈ — Взвизгнул сам и упал на задницу ошарашенный.

Через пару мгновений моя надежда на месть улетела прочь, ударившись попутно о ствол дерева.

Сижу и думаю в одиночестве. От двух, мать его, шлепков по заднице она кончила! Ну насмотрелась на оргазмы подруг, только это в оправдание лезет. А раньше я что с ней делал? Пытался любить, вился вокруг неё, пел в уши романтические истории про космос. Как хорошо в других мирах. А на самом деле лучше, чем тут почти нигде нет. Особенно, когда я разобрался, где собака зарыта.

Анализирую ситуацию. Так, похоже, у красных феек эффект другой, не как у диких. Ведь Риси после оргазма полезла полноценный секс получать. А этим хватило. Видимо, у них стадия развития такая.

Чуть подождав, авось вернутся, двинулся спуск искать к пруду, откуда все свалили. Даже последняя фейка, что туда занырнула, подвывая, уползла быстро в кусты.

Пока иду, надо мной и рядом бабочки с красивыми крыльями начинают скапливаться. Птички с перламутровыми яркими пёрышками на ветках появляются, провожая глазами–пуговками. В траве змеи зашуршали. Вижу, жуки размером с хомячков уже строем идут за мной. Корни деревьев трещат в земле! Листва шелестит, как живая, будто хочет меня предупредить.

И мне это совсем не нравится. Потому что сама природа ждёт, когда моим телом можно поживиться!

К воде спустился, контур виртуальный по тропке до Мерцающих ведёт. Но теперь я уверен, что эти тропки только для жертв феек, где потом их трупы быстро перерабатываются природой. Мужики по ним и ходят местные. Девки же летают, как им вздумается.

Уселся на поросший мхом камень и загрустил.

Минут десять ничего не происходило, только бабочек налетело вокруг и село на землю столько, что можно с цветочной поляной спутать эту красоту.

А затем Риси над водопадом вдалеке пропахала с криками:

— Руди! Руди! Скучаю! Остыла! Вернись! Ру, ру, Руди!

Позади дуновение ветерка ураганом снесло всех бабочек в воду. И голос Вупины–ри задумчивый такой раздался:

— Руди? Руди Робин…

Млять, узнала!

Глава 17

Подумал, убьёт, поэтому боевую трансформацию врубил в ту же секунду. И замер, чтоб без лишних движений, дабы не провоцировать.

Тем временем, моя Риси умотала прочь, похоже, куда глаза глядят.

Как же тяжело и некомфортно без сопровождения и страховки в таких мирах ходить!

Принцесса обошла меня и на коленку устроилась, протискиваясь между ног. Уже приодетая в листики, бусики у неё на шейке из дерева и косточек. Волосы в паутинке какой–то форму колпака на голове делают стойкую. Корона что ли?

Посмотрела с подозрением и произнесла неожиданно кокетливо:

— Руди, как я могла забыть этот запах. И этот вкус.

Меня аж передёрнуло. Чуть не поддал коленом.

— Чтоб цвет менялся, и сила росла, рожал? — Спрашивает она совершенно серьёзно.

— Какой цвет, крошка? Кого рожал? — Посмеиваюсь.

— Я Вупина–ри, вожак правящего клана Мерцающих грибов, — заявляет надменно. — Не крошка, о росте не суди.

— Виноват, ваше блестящее.

— Так не рожал? — Спрашивает, ёрзая. — Но преобразился. Пестик же новый, сильный. Бесконечный. А сколько за раз можешь, если отдохнёшь?

— Двадцать, — отвечаю, не думая.

Похоже, ни одна дура так и не поняла, что можно руками. Они что, не мастурбируют⁈ Ага, только сиськи мнут.

Ха! Когда красные фейки спалят, что от этого не забеременели, я уже помашу им членом с флагмана.

— Как отдохнёшь, буду первая, — говорит требовательно. А глазища как горят!

Да неужели? Оргазмы у них не одноразовые. Вероятно, только эффект зачатия так действует, что потом уже мужик не нужен. А значит, вставлять и кончать в неё всё равно нельзя! Потеряет интерес.

Вот ты и попалась, сучка гадкая. Растягиваю победную улыбку, но спохватываюсь, чтобы пачку не сильно открывать. Зубы им вообще показывать нельзя! Она сперва разорвёт, а потом опомнится.

Сидит на коленке очаровательный, хищный зверь, опаснее которого нет на этом свете. И думаю я, как же его уговорить дать осознанное согласие, которое засчитает контроллер!

Только рот открываю, чтоб начать обработку. Поднимается и зовёт в свой клан.

— Дорогу знаешь, но я всё равно провожу, — говорит, как ни в чём не бывало. — А то вьются дикие, устала гонять уже. Пестик им твой, который теперь мой, покоя не даёт.

За ней иду и любуюсь виляющей задницей. Широкие бёдра, булочки упругие торчат в сочетании с тонкой талией — термоядерная сметь!

— Точно твой? — Уточню на всякий случай.

— Клятву любви мне не забыть твою. Я три дня плакала, когда тебя чужая пыльца унесла.

— Серьёзно?

— Да, я погорячилась, заставив тебя плакать. Мы не дикие, чтоб поддаваться слезам других, но иногда тянет. А ты точно ещё не отдохнул?

Обернулась даже с надеждой во взгляде. Ох, что за крошка — первое впечатление, которое точно тебя убьёт!

— Нет, ещё нет!

И так она спрашивает каждые три минуты, пока не выходим из–под крон, покидая лес. Спускаемся и шагаем вдоль речки. Сразу распростёрлись пейзажи. Слева горы, покрытые зеленью, справа через берег до горизонта равнина. А впереди скалы из застывших синих хрустальных грибов. До пристанища метров пятьсот. А я сразу справа замечаю странности.

Вернее мне процессор вываливает данные, обнаружив сразу три корабля. Три лёгких транспортника, один старой модели, военный десантно–планетарный, два поновее — гражданские, какие с лайнеров спускают на планету.

Они не летят по небу и не покоятся. Они по полю скачут!

— Что за хрень⁈ — Говорю в голос, получая данные.

У них движки не работают, вычислительная активность нулевая. Но они взлетают на десять метров и по наклонной снижаются до полной посадки. И так прыг–скок, прыг–скок.

Молнии красные замечаю, что играют мелкой паутиной вокруг обшивки. И особенно искрятся под днищем.

— Это что, млять, за полтергейст? — Не выдержал на эмоциях.

Главная фейка рассмеялась, но чуть не подавилась слюной. Вероятно, всю дорогу думает о члене.

— Моё! — Выпалила односложно и на меня посмотрела победно. — Теперь любишь меня ещё больше?

— Как знать, как знать, — ухмыльнулся и посмотрел на красивых бабочек, которые вылетели за мной из леса, а теперь аккуратно устраиваются на одинокие цветочки, как бы без палева.

Всё ещё надеются на мой труп? Вот и ящерки с перламутровой зелёной чешуёй подползают.

Фейка взгляд мой проследила. Нахмурилась.

— Задолбали! — Взвизгнула.

И как выбросит руку в сторону! И как долбанёт из пальцев красная молния! Я и пикнуть не успел, а справа, где бабочек было много теперь площадь три на три метра в пепле до земли. Вокруг пыльца стала подниматься. А она вверх шибанула ещё разрядом, и ливень тут же пошёл нам на головы. Через секунду уже об незримый купол над башкой забился. Зато пыльцу к земле прибило быстро. Жижа потекла чёрная в траве.

Через секунд тридцать ливень областью небольшой закончился. И Вупины–ри заявила злобно:

— Мне за девяносто пять лет всё надоело, меня тошнит от нахлебников, от пыльцы и от одноразовых! У меня чешутся руки, и зудит пещерка! Отдыхай скорее, Руди. Или я спалю весь лес с дикими, потому что они раздражают меня.

Хм. Выговорилась, отвернулась.

Так то, хера се магия у неё. Куда я там собрался её тащить? В резиденцию замминистра? Похоже, крылья ей придётся резать самому ещё на корабле. Вот только жалко как–то теперь.

— Впечатляющая магия, — комментирую, стараясь отвлечь и кое–что выяснить. — Раньше ты управляла только водой, огнём и ветром.

Обернулась обратно, поправила огненно–рыжую чёлочку кокетливо.

— И слабыми умами, и растениями. Отныне мы достигли новой стадии совершенства благодаря особой медитации, — заговорила чересчур заумно для фейки. — Таких немного, кто владеет самой сильной магией.

— А корабли вы как оживляете? — Интересуюсь, и чувствую, как сердце бешено стучит.

— Коробки ваши? Эти птицы вонючие? Да раз плюнуть — магией молнии. Но пока выходит чуточку хуже, чем надо.

Ага, прыг–скок.

— Для чего они вам нужны? — Спрашиваю, затаив дыхание.

— Чтоб на охоту на них летать, — отвечает деловито. — А то выше облаков самим дышать уже нечем.

— А зачем вам это?

— Как зачем? Популяция самцов резко сократилась из–за диких. Их наплодилось тьма.

— Так вы сами же из диких. Это стадии вашего развития, как понимаю.

— А ну да, — отмахнулась и посмотрела в сторону кораблей, которые перестали шевелиться.

— Так что с популяцией? Мужиков мало? — Продолжаю выуживать информацию, не переставая любоваться фигуркой деловой крошки.

— Да, в слабых кланах уже голод. Их пастбища пусты. Скоро и нас постигнет та же участь. Я соврала, чтобы тебя не расстраивать: дикие виноваты только наполовину. Из–за появления чужаков с небес всё так. Их трупы сильно подпитали злую хворь, которая убила многих наших самцов. И теперь всё только хуже.

Похоже, контрабандисты натаскали сюда трипера, понятно…

— В принципе искать мужиков с пестиками за облаками — идея неплохая, — поддерживаю, мысленно потирая ладоши. — Их в других мирах так много, что девать некуда. И можно найти не одноразовых. Если хорошо искать.

— Легко поверю, — буркнула тихо и дальше с надеждой, взглянув пытливо. — Ну ты как?

Всё у неё оргазм на уме. Похоже, и психует из–за этого.

Через речку к нам фейки полетели. Похоже, они и управляли кораблями.

Ещё на подлёте узнал часть девок с пруда. Так! А это уже интересно.

Они втроём и встали передо мной сразу рачком, пусть и в листиках своих.

— Песнь шелеста листьев пусть радует тебя на пути, Руди! — Поприветствовали в позе и тут же взвыли. — Потешь пещерку! Невмоготу!

Похоже, у них бешенство матки. Мысленно взялся за голову. А принцесса подошла и пинка по заднице каждой дала, что девки полетели носом в землю.

Рядом ещё пять рыжих феек с красными крыльями стоят, со мной ещё не познакомились. С недоверием и недоумением на меня посматривают. На принцессу глядят с опаской.

— Нахалки! — Рявкнула Вупина–ри на феек, разлетающихся в разные стороны в испуге. — По второму разу вздумали вперёд меня. А ну идите дальше колдовать с вонючими птицами. И тащите ту жирную коробку, кто её поджечь пытался?

— Это ваша дочка Мира–ли, — брякнула неуверенно стоящая.

— Вот же мелкая дрянь, подвесьте за крылья на три дня, — прошипела принцесса.

— Свершим, ваше блестящее, — пискнула одна и унеслась. За ней и остальные последовали.

— Это же твоя дочь, — укорил я тихо.

Посмотрела на меня с неодобрением, кажется, вот–вот вцепится.

— У меня их пятьдесят три, одной больше, одной меньше, — выпалила принцесса и дальше чересчур ласково: — пошли в клан, Руди. Наконец, ты дома.

Пятьдесят три дочки⁈ А по фигуре и не скажешь, что рожала! Киска так вообще девственница. Но это ещё посмотрим.

Лес грибов полых внутри из синего хрусталя от пяти до пятнадцати метров высотой, впаянных частично в отвесную скалу — это и есть их дом. Ну и вокруг лагерь, как целый городок. Плюс внутри пещеры ещё, где узников держат, мужиков на чёрный день и саранчу свою. В самом поселении, как и раньше, всё в корнях могучих деревьев, но самих деревьев нет. На корнях кусты растут и мелкие деревца, больше смахивающие на ветки. Сюда и речка к ним заворачивает, водоёмки у каждой хижины, какие они плетут из веток.

Ещё на подходе нас заметили. И в один миг с поселения взмыл в воздух, будто что–то взорвалось, целый пчелиный рой.

Млять, теперь их стало раза в три больше. Прижимаюсь к подружке ближе, дабы показать, что свой. Принцесса за руку сама хватает и плетётся мелким шагом с высоко поднятым подбородком.

Фейки всех мастей налетели, как ураган и стали виться вокруг нас, затмевая свет почти полностью. Многие тут же сели и начали, бежать по земле, создавая целое столпотворение. Галдёж такой, что ничего не разобрать. Но вроде как на что–то жалуются. А! Ябедничают друг на друга.

Принцесса недолго терпит. Вскоре бахает молнией вверх, сшибая с десяток дурочек. И кричит не своим голосом:

— Прочь отсюда, бездельницы!! На охоте почему нет никого⁈ А клан озёрных отчего ещё живой⁈

Через пять секунд феек ветром сдуло. Понеслись кто куда. Мизерная часть только обратно в лагерь полетела. В основном с фиолетовыми и красными крыльями. В общем, вся блатота.

Как только фейки увидели, что мы за руку с принцессой держимся, никто хищно даже не взглянул. Поняли без слов, чей я Жигало.

В гриб самый крупный поселила, где и сама живёт. На верху, где шляпка — целый пентхаус с видом на равнину и испытательный полигон кораблей. Мне отдельная палата, куда живенько фейки с голубыми крылышками фруктов нанесли. И нормальных, и перебродивших.

Только о мясе заикнулся, прикусил язык! А то бы мне ляжку оторванную мужскую притащили.

Пока ем на ковре из мягкой свежей листы, принцесса в рот смотрит. Похоже, охраняет. У них тут всё из прутьев и листвы, именно свежей. Лагерь проходили, сидят фейки, как пчёлки и плетут с утра до вечера. Помню, так и было.

И площадь помню, мимо которой прошли. Там я в клетке и сидел, а вокруг меня уже хищные твари вились, ожидая дозволения к трапезе. Если бы не долбаный контролер, давно бы пожёг всех к чертям. Очень хотелось.

Но когда ты подписываешь все согласия, деваться некуда. За население этой планеты задницу разорвут очень могущественные покровители из Зэрдина. В тот момент под прицелом был весь мной флот.

Пока ем и пью, а следом и пьянею, любуюсь на очаровашку, которая действительно всё больше вызывает у меня желание её забрать. Но не замминистра Забелю, а себе.

Слишком быстро я остыл, и обида прошла. Достаточно посмотреть на эту прелесть, и уже в мыслях нет ей навредить. Только оприходовать. А ещё что с неё взять? Их мышление, как у диких животных. А не как у людей. По крайней мере, так было с крыльями предыдущей стадии.

— Отдохнул? — Спрашивает в очередной раз и ресничками порхает, в душу заглядывая.

Хочется о деле с ней поворковать. Но, похоже, на уме у малышки, только потеха.

— Ладно, раздевайся, — говорю, как ленивый кошак.

Сияя от счастья, Вупина–ри просто разводит руки в стороны и ветром всю листву с тела сдувает. Хочется сразу обнять и присосаться к сисечкам, но увы, мне подставляется задница, как я учил.

Борясь с желанием вставить член, ласкаю киску пальцами. На этот раз принцесса не взрывается от оргазма сразу и не улетает, как быстро сдувающийся шарик. Но выть начинает, как только касаюсь нежных мест. В пещерку тугую и горячую сперва один палец ввожу по смазке, следом второй со скрипом. Большой палец в попку на полпальчика, смазка в помощь. Три раза толкнул, как завопила, дёрнулась было улетать, как подружки её недавно. За крылья ухватил. И сработало!

Осталась, стала извиваться, как змея, попкой мотая. Под конец рухнула без сил, но от манипуляций задёргалась, как эпилептичка.

Отпустил. А та опомнилась через пару минут и заявила:

— Ты видел то, что не должен был увидеть. Какой позор.

Ах вот, почему они сваливают, стыдятся под конец.

— Да чего уж там, — посмеиваюсь, кивая на прозрачные стены, через которые на нас глазеет весь лагерь.

— Этих я сотру в порок при случае, — говорит спокойно, укладываясь на бочок и подпирая голову локотком. — А ты… ты великолепен. Покажи его!

Эта дура думает, что я всё это делал членом.

— Боюсь, ты ж его в прошлый раз оттяпала, — говорю, опасаясь повторений.

— Но вырос же.

— Мне было больно. Но не больнее, чем от того, что ты разбила мне сердце, — заливаю.

— Но ты же меня простил, раз вернулся, — говорит и с ласковым видом тянется к члену. — У меня снова чешется.

Захотелось её в разных позах. На лицо хоть посмотреть, а не долбить тупое мясо. Но нельзя, чтобы она видела, какие я провожу манипуляции. Срисует и сможет сама! А то и уличит в подлоге. Пока я монополист, чувствую себя всё лучше. Мне и достаточно, что она из–за плеча на меня поглядывает, ротик зубастый раскрывая и глаза закатывая периодически.

Двадцать пять оргазмов… такой ненасытной суки я ещё не видел. Под конец она уже ползла ко мне и со слюнями изо рта мямлила, чтоб ещё. Но к счастью вырубилась прямо у меня в объятиях.

Делать нечего, член уже разрывало. Поэтому я передёрнул быстро и кончил ей на очаровательное лицо, пока она не в сознании.

Не заметил, как сам уснул. А когда проснулся к вечеру, ни принцессы рядом, ни листьев, прикрывающих мой член. Решила посмотреть? Или… Вот сука!

А я и думаю, чего это мне такой великолепный сон приснился. Принцесса всё–таки присела на мой член.

В подтверждение того, что я перестал быть Вупине–ри интересен после нормального полового акта, который та фактически своровала, ко мне стали ломиться другие фейки. Стоило только зашевелиться, целая очередь выстроилась, которая по всему лагерю змеёй завилась, уходящей за горизонт!

Первые малышки уже знакомые, с красными крылышками сразу скинули всё и раскорячились. Потеребил без особого желания, пометались по пентхаусу, как залётные бешеные мухи, да уползли. Следом начали заходить неуверенно уже всякие. Листики снимать не хотят, шипят, пока за киску уже не трогаешь рукой. Это, как кнопка управления. Тогда и сисюшки дают потрогать, и по–всякому поизгаляться.

Весь вечер и всю ночь я теребил клиторки уже безрадостно, а они всё не кончались. Похоже, женские половые органы я лет десять видеть не захочу теперь. Кому бы они не принадлежали!

Пусть среди основной серой массы и проскакивали с фигурами ошеломительными, и с лицами, что картину пиши. Сначала шипели, затем стонали, потом визжали, ударяясь о потолок, и уползали довольные.

К утру от жилища принцессы не осталось и живого места. Разгромили всё. С чувством неловкости, вывалился из жилого гриба залечь куда–нибудь на дно, из последних сил отчаянно объявив:

— Всё, я устал!

Первые сутки миновали. Оставалось продержаться ещё двое. На удивление фейки стали принимать меня, как своего. Те, кого я уже обрадовал, начали подкатывать, проявляя заботу и внимание. Ягоды, орехи, букетики цветов, гроздь перебродившего винограда, сиська в руку… Никто не дерётся за меня. Просто слабые уступают более сильным и ждут своей очереди.

Понаблюдав за полигоном, я понял, что принцесса проводит время там. Слишком часто молнии сверкают, попадая по фейкам.

Принцесса застала меня в небольшой хижине у речки с тремя девицами из фиолетовых, которые чесали мне приятно спинку и волосы. И я уже подметил для себя красотку из трёх, какую хочу по–настоящему.

— Вон, ничтожества! — Объявила Вупина–ри надменно, и подчинённые унеслись прочь, разломав крышу, только шлейфы пыльцы выдавали, в каком направлении удрали.

— Не знают, как надо, — добавила она.

С этими словами достала мой член, лизнула его три раза, вызывая мощную эрекцию, и насадилась на него со скрипом, глядя своими обворожительными глазами прямо в мои!

— Многоразовый, — простонала. — Оставайся навсегда!

Получила своё и умчала, снова потеряв ко мне интерес. В итоге второй день прошёл бесполезно. И наступил последний, самый волнительный.

Утро началось с того, что я вышел из шалаша и увидел, что по всему поселению фейки стоят раком и молчат. Как мне чуть позже объяснили, теперь это у них такая медитация.

Мне и смешно и горько.

На всякий случай начал уговаривать полететь со мной обычных феек. Подкатил и к тупым, и к умным. Тупые ни бе, ни ме, ни кукареку. Умные хихикают, говорят, что я недоброе затеял.

По моей просьбе после полудня отыскали Риси. Кинули мне её к ногам связанную. Если не вернётся принцесса к концу моей «экскурсии», эта малышка — моя последняя надежда.

Увидев меня, Риси обрадовалась. Но дрожать не перестала. Взял на руки и потащил в шалаш под завистливый хор сотен феек, которые захотели очередной порции ласки.

Как закрылись от всех, расслабилась. Прижал к себе, погладил по белым волосикам. Прижалась в ответ, как дочечка. Вздохнула тяжело.

— Полетишь со мной? — Спрашиваю. — Тогда у тебя будет постоянный пестик.

Смотрит недоверчиво. А мне нужно–то всего одну фразу.

— Я добрый, красивый и не одноразовый, — напоминаю ей. — И буду любить тебя.

— Как меня любила мама? — Выдаёт с грустью.

Киваю, целую в лобик.

— Просто скажи: «я даю добровольное согласие на убытие с планеты под покровительство Руди Робина и в его власть».

Только и всего.

— Это волшебные слова? — Спрашивает дурочка. И начинает раздражать.

Киваю, вытягивая беззубую улыбку.

— Но эти слова злые.

— Если не скажешь их, то больше не увидишь меня, — выбрасываю последний козырь, чтобы надавить.

И Риси повторяет эти слова. Без запинки.

Что ж. Вот и всё. Контроллер сам передаст данные на мой челнок. После чего Арти спокойно её телепортирует. И повяжет для транспортировки.

Переменившись в лице, я попросил Риси никуда не уходить. А сам решил прогуляться. Потому что камень задавил вдруг на душе.

До эвакуации оставалось двадцать шесть минут, когда принцесса соизволила явиться ко мне на речку. Где я уселся один со своими думами, прогнав всех феек.

Вупина–ри сразу полезла трахаться, но я придержал.

— Есть дело, — ответил на молчаливый вопрос. И предотвратил тем удар молнии, а то она уже замахнулась. — А потом ты почешешь свою пещерку моим пестиком в последний раз.

Принцесса явно расстроилась, услышав такое.

— Ты снова решил уйти? — Поинтересовалась, перестроившись.

— Да, на этот раз навсегда, — драматизирую. — Но ты можешь пойти со мной. И тебе не придётся расставаться с моим пестиком надолго.

— За облака с чужаком? Какой мне от этого прок?

Сомнения в голосе. Но член здесь играет решающую роль!

— Тебе же нужны железные коробки, ну эти вонючие птицы, чтобы путешествовать? — Захожу с другой стороны. — Иначе, зачем вы возитесь с ними каждый день? Кстати, далеко научились летать?

— Через лес уже прыгаем, — призналась. — Но сил уходит много. Вы столько не тратите уж точно.

— Представь, что силы на полёт за облаками тратить будет не нужно, — подхватываю идею, развивая своё предложение. — У меня есть корабль размером с твой город. А в нём будут хорошие благоухающие птички, которыми научу вас управлять. Мы будем путешествовать вместе, мой пестик будет всегда у тебя под рукой, как рычаг скорости. И ты забудешь о пыльце, насекомых и одноразовых самцах, которые тебя достали. Впереди новые миры и новые возможности. Новые самцы, которых вы и ищите! Неужели не интересно? Вижу же, как устала от этого примитивного мира и хоботков с шишечками.

Принцесса задумалась! А я перестал дышать.

Потому что у меня возникла новая идея!!

Если мне удастся взять их на борт Мамонта и обучить управлять истребителями… Уууу!! Я же видел, как Арти через обшивку передавал магию наружу даже в космосе. А у этих магия молний, которую можно использовать как в защите, так и в нападении! Это помимо основного оружия лёгких кораблей. Допустим, я усажу в кабине лётчика и фейку, в паре у них выйдет отличный тандем! Она его кроет магией, он её трахает. Все довольны.

— Большой корабль даже можно благоустроить под ваш мир, места там много, чтобы перелёты были комфортнее. Что скажешь? — Продолжаю давить.

С едой мы тоже что–то придумаем, они вроде и фрукты с ягодами едят на ура. Не обязательно человеческое мясо.

— Я не знаю, ты гонишь ветер слишком быстро, — пробурчала Вупина–ри, на меня не глядя.

— Осталось мало времени, меня выгоняют отсюда плохие чужаки. Это те, каких вы обычно убиваете за их шишечки.

Минут десять её уговариваю, посматривая на время! Счётчик уже на секунды. А эта грымза всё не сдаётся, она тупит!

— Сколько я могу взять с собой? — Выдаёт вдруг. И я не верю своим ушам!

Да хоть всех! Хочется так и крикнуть. Но на челнок мы утрамбуем не больше тридцати феек. Телепорт от флота до челнока не добьёт, чтоб конвейером всю планету стырить. А второй заход контроллер не даст нам сделать. Интервал между экскурсиями шесть месяцев должен быть.

— С собой двадцать девять, но выбирай тех, кто обладает магией молнии. Другие бесполезны будут.

— Так и хотела, — ответила принцесса и полетела в свой город, зазывая собрание.

А я глянул на виртуальные часы и ужаснулся! Время подходит к концу!

Вскоре раздаётся в мозгу голос подлетающего к орбите Арти:

— Слава Квазару вы живы, командор! И как удачно! Готовы покинуть этот сказочный ад?

— Подожди ещё!

— Нет времени!

— Найди!!

Глава 18

На орбите лишние сорок минут обошлись нам в круглую сумму штрафа. Но оно того стоило. Потому что Вупина–ри привела толпу феек с красными крыльями намного большую, чем мест на челноке!

Кастинг занял десять минут, потому что я должен был выбрать самых прелестных, а главное уже прирученных к моим пальцам. После произнесения контрольных фраз всех перенесли на челнок под плач провожающих.

Принцесса хохотала всем в лицо перед отправкой. Она торжествовала.

Увидев толпу хищниц, маг пришёл в ужас и скукожился.

В стремительном полёте к флоту девки визжат не то от радости, не то с испуга, им стены корабля сделали прозрачными для наглядности. Одна только Риси забилась между мной и Арти и головы не поднимает.

Ещё в полёте, я составил послание для ремонтников на Антаресе. И выслал с ним новую схему отсеков Мамонта, с учётом новых пассажирок.

Полистав в сетевом пространстве перечень хозяйственных товаров, которые предлагают торговые станции системы Аира, я заказал с Фейрана дёрна, кустарников, молодых деревьев, всяких семян и яиц с личинками насекомых.

— И зачем, командор? — Уточнил Арти, поглядывая на феек перепугано, потому что они уже начали чесать его по спинке, деликатно интересуясь, пестик у него, хоботок или шишечка.

— Будем на Мамонте оранжерею делать для наших малышек, — ответил, посмеиваясь.

— Только без пыльцы, Руди, — обозначилась Вупина–ри и пробурчала недовольно. — Долго ещё до просторной птицы? Или давай мы здесь напрудим.

— Потерпите, девочки, скоро! — Ответил я счастливый, как ребёнок.

И решил. Что ни за что на свете чиновнику не отдам ни одну из вас! И в первую очередь Риси, дикую, но преданную мне всей душой феечку, которая пошла против своей природы.

А на счёт регистрации Мамонта. Обойдусь без чиновника. У меня есть более весомый покровитель, к которому попытаю счастье обратиться.

Репитеры со своей миссией на Земле подождут!

Мы полетим на Зэрдин по приглашению девятнадцатой принцессы Аделины–Зэр Зерар! По дороге и два достроенных крейсера заберём. Если они, конечно, ещё не развалились.

* * *

Пришлось ждать завершения ремонтных работ и благоустройства оранжереи на Мамонте, чтобы заселить феек туда.

Ринны катастрофически тают!

Не испытывая судьбу с полудикими существами, вгрузил в их головы наши языки и общие познания о культурах. Объяснил доступно, что такое корабль и почему нельзя здесь колдовать по–крупному. Приобщил их к современным развлечениям и дал доступ к различным развлекательным каналам. Теперь писаются от счастья и разжижают мозги.

Мне удалось нанять ещё двенадцать лётчиков, пока без покупки истребителей. Можно было больше, но я объяснил ситуацию, и очень много, кто отказался в этом участвовать.

И, тем не менее, дюжина счастливчиков с большим энтузиазмом согласились укрепить войсковое товарищество, оставшись жить с фейками. Девки были в неописуемом восторге от новых молодцеватых парней. Им объяснили, что жрать таких не надо. Только любить.

Собственно, лётчики были только рады любвеобильному обществу и возможной перспективе быть защищёнными магией во время боёв. Лишь две барышни для них остались под запретом: это принцесса и моя первая знакомая. Их я оставил для себя.

Вупину–ри и вовсе стал брать на флагман, потому что она проявила огромный интерес к процессам путешествий по звёздным системам, в отличие от её подчинённых. У которых только члены на уме…

И вот спустя сто шесть дней я с отремонтированным флотом, в составе которого теперь и два новеньких крейсера, подплываю к границам Первого круга.

К счастью, мне удалось удачно проскочить, несмотря на то, что два раза контроллеры докапывались до моего нового дредноута с фейками на борту. Понимая, что ещё немного, и мой чудо–кораблик арестуют, я зашевелился.

По пути заложил на верфи в проверенной конструкторской компании ещё два авианосца и два крейсера. А также сделал заказ на сто истребителей и двух разведчиков. Не забыл пополнить и штат абордажников, наняв дополнительно сто пятьдесят рыл.

Чтобы изыскать средства на всё это пришлось продать весь илинум. Но оно того стоит. Я ращу свой флот. Нет, не до ста пятидесяти тяжёлых, бороздя Второй круг и почёсывая жиреющее пузо. Так я ещё лет десять не соберусь к Махаллат. А потом Мирра уже будет старой дряхлой и никому не нужной.

Опытные люди знают: когда адмирал заказывает лёгкие корабли и людей, это означает лишь одно. Он собрался биться с другими адмиралами в Третьем кругу миров или за его пределами.

* * *

Командор Руди Робин, Вольный адмирал Империи 8 ранга.

Космофлот в распоряжении:

Флагманский крейсер: 1, Дредноут: 1, авианосец: 1, линейный крейсер: 4, средний корабль: 3, разведчик: 1(+2 заказано), истребители: 13(+100 заказано), абордажная команда: 191 бойцов, 24 амазонки.

Герои на службе:

Маг–мастер Артимидус(слишком много самодеятельности)

Звёздная рейдерша Лара(до встречи на Шори–четыре)

Воительница Муана

Маг–мастер фейка Вупина–ри.

Вселенские артефакты: 0.

Значимый инвентарь: карта Саманты(надеюсь, ты нашла сына).

Заложено на верфи и оплачено: 4 тяжёлых, 102 лёгких корабля.

Ресурсов для строительства нового: 0 кг илинума.

Мой имперский счёт: 25 539,7 ринн.

Заслуг перед Галактической империей: 0, Похвала: 1

Вероятность вызволить любимую дочь Императора: 6,1 %.

* * *

25!! парсеков до Центра Империи.

2700 парсеков до Поглотителей.

Система Рубикон.

Статус: Союз цивилизаций, буферная зона, пограничный контроль.

Огромная система с массивной синей звездой, где до жилой планеты пилить дней семь, навивала самых дрянных воспоминаний.

Планета Жедон, на которой давно уже случились все природные катаклизмы и техногенные катастрофы, теперь напоминает огромную круглую станцую с несуразно торчащими высотками до небес, где нет места почве или растениям в жилых зонах. Всё заменило искусственное. И там почему–то мёдом намазано двенадцати миллиардам имперцев, живущих в собственном дерьме и питающихся собственным дерьмом.

Но им так нравится.

Кстати, здесь самая известная гладиаторская арена, где можно выставить своего раба подраться. Мужская лига, женская лига. Лабиринты смерти. Всё транслируются в Первый круг и пользуются огромной популярностью. Имеются и всякие реалити–шоу на выживание, где можно попытать своё счастье, заработав миллион ринн или померев зрелищной смертью.

К слову о шоу. Есть и более щадящие, где не убивают, а просто насилуют. Как раз бабский вариант. Выпускают в лабиринт, и она спасается. Есть ещё остров на выживание, куда скидывают целую кучу женщин, которые пытаются выстоять против вооружённых клонов. Оружие разбросано по острову, кому как повезёт.

И это всё Рубикон. Единственный и неповторимый.

А чего стоит тотализатор! На ставках тут и богатеют господа.

Когда мы вываливаемся флотом в системе, то сразу в лицо летят виртуальные баннеры, размером со станцию, коих здесь, как звёзд. Реклама суётся даже в навигационную систему, а порой проецируется прямо в рубку, что дико бесит. Посчитавшись и убедившись, что все прыгнули удачно, я веду флот по пространственной дорожке, обозначенной зелёными огнями космо–дронов, и так до пункта стоянки. А точнее швартовой пограничной платформы. И всё под присмотром боевых станций, которые жопу разорвут, стоит только на огонёк крейсером наехать.

Чтобы понимать масштабы: в это же время из гипера от Звезды выходит ещё около десяти тысяч кораблей по своим дорожкам. Радар можно вырубить, вся сетка в точках. Но визуально видно, как тянутся и гражданские суда, и транспортные караваны. И боевые флота вольных адмиралов. И на выход, и на вход. И на переход в одну из систем Первого круга.

Здесь уже не так удивляешься адмиралам с флотами под двести тяжёлых. Тут ходят армады по семьсот–восемьсот кораблей, для которых я просто вошь.

Мы же, набираем силу медленно, но верно. Наш козырь в особых кораблях и их потенциале, который нельзя просчитать математически и статистически. Этим я и буду брать наивных врагов.

С этой мыслью и швартую флот на платформе «отстойника».

— Ваш корабль арестован до выяснения обстоятельств, — приходит сообщение от контроллера после проверки.

— Вот же сука, — выругался я, когда, наконец, серьёзно докопались до Мамонта.

Сидим втроём в рубке флагмана и чешем яйца.

— У нас пятнадцать суток, пока его не отбуксировали. Но до этого будет процедура досмотра, — прокомментировал маг.

— Это хреновая новость. Фейки порвут любого, кто сунется, — выразил мнение я.

И представил, как чёрный спецназ врывается на корабль, а там зелёный луг с цветочками, бабочки порхают, и птички на деревьях поют, но вдруг давятся и начинают кашлять. А следом в рожи летит тридцать красных молний.

— Имперская гвардия не церемонится, в таком случае они уничтожат корабль, — добавил дерьма штурман.

Надо было предусмотреть этот вопрос, и переместить феек на флагман!

Твою мать.

— Надо было воспользоваться услугами замминистра, — пробурчал Арти недовольно. — А теперь поздно.

— Я всё решил, — произнёс, готовый кого–нибудь прибить.

Но только на себя могу злиться. Я тащил Мамонта за собой из–за опасений, что его загребут в любой имперской системе, если оставлю. И вот теперь он арестован, экипаж тоже. Телепортация запрещена, всё засекут и пошевелятся ещё быстрее.

Пятнадцать суток! За это время я должен решить шкурный вопрос, обратившись к принцессе Аделине. Загвоздка в том, что иногда аудиенции с имперской особой можно прождать месяц, два, три…

— Что за дерьмо, — выругался я в очередной раз, когда пришёл на монитор долбаный красный текст. — Мне отказано в посещении Первого круга? Система Эра меня не ждёт?

— Вы ж уверили, что есть приглашение, — простонал штурман. — Что, зря летели?

— Похоже, нас намеренно хотят здесь задержать, — пробурчал маг недовольно, перелистывая прилетающие от контроллера ордера.

— Вот же собака, — прошипел я. — Это дело рук Бастоля. Чую я, точно он! Обиженный хитрый ублюдок подкупил гвардейцев. В скором времени он попытается уличить меня в чём–то, связанном с Мамонтом и повстанцами на Риннитаки. Уверен, что он знает об их стройке и совмещении технологий. Что ж, пора запуливать компромат на урода всем подряд.

— Не думаю, что кто–то захочет противостоять адмиралу третьего ранга Бастолю, — не соглашается со мной маг. — Тем более он лорд с Зэрдина.

— С самого Зэрдина, ты хотел сказать, — покривлялся я и спросил. — Почему вы молчите в тряпочку до самого конца, а потом критикуете меня?

— Никакой критики, командор, вы лучший, — посмеялся штурман, почёсывая пузо и ковыряясь в носу.

— Вы не сообщаете нюансов, и не выносите на обсуждения свои решения, — завёлся маг. — Если бы вы отбросили излишние чувства и отдали бы существо по имени Риси чиновнику Щеникусу Забелю, у них бы не возникло вопросов к дредноуту. Да и лететь сюда бы не пришлось. Думаете, принцесса Зэрдина опустится до того, чтобы помочь вам легализовать странный корабль? Не думаю.

— А мы ещё посмотрим, — хмыкнул я. — Что ж, план «Б».

Все встрепенулись.

А я стёр пыль с механической панели связи. И занялся настройкой экстренного канала.

— Адмиралтейство? — Удивился штурман. — Это сколько вы уже там не были, командор?

— Шесть с половиной лет, — ответил честно, загружая данные.

Млять, если бы не послал всех нахер когда–то, было бы попроще.

— Насколько мне известно, для вольных адмиралов посещение Адмиралтейства на сборы раз в год — обязательное мероприятие, — заумничал Арти, всколыхнув своей рыжей шевелюрой, как педик.

— Да знаю, адмирал Картер на меня уже давно обиделся, — признаю. — Однако я рассчитывал, что старый хрыщь вот–вот скончается от старости, и все мои косяки аннулируются. А он всё держится.

— И вы решили…

— Да, я решил покаяться. А точнее немного подраматизировать.

С этими словами я набираю сообщение в Адмиралтейство, приплетая, что у меня есть строчная информация о Поглотителях. Но, увы, меня держат по непонятной причине на Рубиконе. Отреагировать они должны!

Ответа пришлось ждать час.

— А вот и санкция! — Хлопнул в ладоши я, будто выиграл по большой ставке.

— И что вам даст Мицар? — Удивляется Арти, имея в виду, что меня пускают не в систему Эра с заветным Зэрдином. А лишь в соседнюю, где Адмиралтейство.

— А не скажу, — посмеиваюсь и принимаю входящий звонок с погранконтроля.

С чего бы им мне звонить?

На экране возникает квадратная рожа того самого гвардейца, который мне перед отлётом с Мегалона угрожал, передавая сообщение принцессы! Вот так сюрприз. Смотрит своими тёмно–карими зенками, скулы выражены и напряжены.

Что он делает на пограничной боевой станции⁈ Они меня ждали⁈

Всё меньше сомнений, что это его рук дело.

— Что ж, вы отчасти выкрутились, господин Руди Робин, — произнёс гвардеец с ухмылкой. — Но не думайте, что я дам вам проскочить дальше. Кстати говоря, у меня есть пока неподтверждённая информация о вашей связи с повстанцами Хироса. Улика прямо у меня в руках. Теперь вы уж точно никуда не денетесь. И эр–адмирал Картер вам не поможет. Руки марать не станет, что бы вы там ему не напели, вынудив откликнуться.

Конечно, этот злобный мужик не мог перехватить такое сообщение, какие бы у него возможности ни были.

Но мог запросто бахнуть из пятидесяти дальнобойных пушек по флагману и написать рапорт об ошибке системы.

— Господин гвардеец, — обращаюсь к нему.

База данных выдаёт его имя, это даже не секрет. Гарнер Ивилон, командир полка чёрной гвардии Первого круга доверия Зэров! Да он на Зэрдине по особнякам лордов, как у себя дома ходит! Кошмарит там всех, поёбывая служанок.

Вот же докопался.

— Слушаю вас? — Состроил хитрую рожу, вероятно, ожидая каких–то просьб или предложений от меня.

— Сколько вам петушок Бастоль заплатил? — Интересуюсь.

— Не понимаю о чём вы, я лишь выполняю долг перед Империей, — отчеканил.

— Гарнер? — Снова зову, кивает. — Вы тут не скучайте, ладно? А я пока пойду.

Вырубил связь, не дав сказать. Зелёные сообщения от контроллера радуют. Но в систему Мицар пропускают только флагманский крейсер с распоряжением явиться через сорок восемь часов обратно.

Ну вцепились! Куда я там денусь? У них в Мицаре и базируются имперские армады. Они же регулярные войска, которые курят в системе годами и с удовольствием разомнутся.

Лечу в гипер–зону и думаю. Всё ведь закрутилось не в мою пользу с этого Мамонта. Не забрали бы мы его у повстанцев, кто бы что мне предъявил?

Чего я так в этот корабль вцепился? Ответ прост! Мамонт не поддаётся боевым вычислениям и прогнозам на исход. Это моё колоссальное преимущество на поле боя и отличная приманка для любителей нападать на слабых. Ибо каждый второй придурок полезет драться со мной визуально имея на один или два корабля больше. Да выхватит! И это не только потому, что у дредноута шесть дальнобойных фазеров. Скорее преимущество в трёх ядрах.

Но меня могут раскусить намного раньше. А ещё посадить в тюрьму, лишив всех преимуществ. И обнулив все достижения.

Однако переживаю я больше за судьбу моих людей. Нет, не экипажа. Эти ребята вольные, они спокойно сойдут на станции после допросов и показаний против меня, и пойдут во флот любого другого адмирала. Меня заботит судьба амазонок, феек и Аньки. Они же в статусе рабов вошли в имперскую систему. Их судьбы будут жестоки.

Перемещаемся в Мицар!

Вот где парящие космо–пирсы, что елочные ветки, раскинулись по всему пространству, мощнейшие боевые станции и колоссальные верфи на орбитах планет, которые по радиусу чуть ли не замыкают кольцо. Вереницы лайнеров, танкеров и яхт замерли, уходя в бесконечность. Несмотря на то, что это центр галактики, где звёзд мириады, куда ни обратишь взор, искусственных огней не меньше.

В системе несколько обитаемых планет. Одна с атмосферой пустынная, половина площади используется, как полигон. Вторую построили из металла. Вот туда–то мне и надо. На величайшую искусственную планету Империи под названием Буран, где и базируется Адмиралтейство.

К счастью, система не самая большая. Четыре часа и двенадцать минут я трачу на прибытие и посадку в Буране, где в Адмиралтействе меня должен ждать разъярённый эр–адмирал Джигур Картер. По имперской должности он куратор всех вольных адмиралов. Но хочет быть их начальником.

Мечтает перед смертью стать освободителем Империи. По слухам, помешан на Поглотителях, чем я и воспользовался.

Совершив посадку на предоставленном месте в космопорту, я спустился на подземный уровень и сел в лифт, встретив лишь парочку прохожих наверху. Планета Бурат так устроена, что на лифте можно попасть в любую точку, независимо, где ты. Лифтовыми магистралями пронизана вся планета почти до центра, где всем системам даёт энергию искусственное ядро. Самих лифтов под землёй миллиард, станций контроля чуть поменьше. Всё автоматизировано.

Люди здесь живут под поверхностью и на ней припеваючи. Искусственные оранжереи, парки, бассейны. Всё, как на космическом лайнере: у богачей высокий класс, у отрепья — эконом. Атмосферы единой нет, всё в генераторах полей и солнечных парусах. Старые кварталы до сих пор пользуются шлюзовой системой, сохранённой на случай аварий, где они чаще и случаются.

Преодолев пятьсот километров за две минуты в мерцаниях, дрожи и давящем гуле, я выхожу на площади перед Адмиралтейством, похожим на целый дворец или замок. Серый, страшный замок, высотой под полкилометра, если со шпилем. Вверху есть площадки для посадки средних кораблей чинов и самого Картера. Адмиралам высших рангов можно прямо сюда спуститься, а всякой шушере приходится ещё и на лифте со скоростью звука лететь.

Но не беда!

Под синим куполом, весело и вприпрыжку я скачу по металлической земле до входа в монумент. По обе стороны двадцатиметровые металлические статуи с монстрами из прошлого, каких Империя победила давным–давно.

По сути, мне нахрен не сдался сам Картер. Мне нужна его спецсвязь, которая есть только в личном кабинете эр–адмирала. По ней я напрямую свяжусь с первым кругом гвардии самой принцессы Дэль, тамошние гвардейцы просто буду обязаны передать моё сообщение в кратчайшие сроки. Воспользоваться связью в своих целях Картер не даст в любом случае. Поэтому проберусь туда тайком. Вот и весь план!

Запудрить мозги какой–нибудь чушью старику не составит труда, я уже так делал.

Но всё усложняется тем, что в Адмиралтействе не всё тихо! Неделя ежегодных сборов миновала ещё пару месяцев назад. Но почему тогда в основной палате адмиралов тьма?

И многие знакомые рожи с большим удивлением прожигают меня взглядами.

Гам в гигантском зале, отделанном серым мрамором, говорит о том, что заседание ещё не началось. Адмиралы в парадных мундирах разных цветов собрались по кучкам. Как всегда группы по рангам или интересам.

Сверху под монументальным потолочным сводом на виртуальном табло повестка дня:

«Борьба с Поглотителями!»

И пометка внизу мелким, но выразительным шрифтом:

«Шестым пунктом дополнение. Важная информация от адмирала 8 ранга Руди Робина»

Так! Спокойно. До заседания ещё есть время. Шагаю по центру, как ни в чём не бывало, выбирая местно, где примоститься меж колонн. Попутно слушаю комментарии от некоторых:

— А старый пердун не сбрендил, этот придурок действительно прилетел. А где он просрал весь свой флот? С шестого ранга на самое дно, это ещё надо умудриться. О, Квазар, что за дебильная улыбка…

Глава 19

Синхронизация успешно прошла, и в глаз полез список собравшихся. Надо же, это уже третий день экстренных сборов. Больше восьми сотен вольных адмиралов здесь, и целых шесть адмиралов имперских армад. Их тёмно–зелёная форма мелькает впереди, где самые важные птицы скучковались.

Столько адмиралов ещё никогда не собирались вместе. С чего бы это?

Преодолев половину пути по огромному залу, быстро нахожу глазами дряхлого Картера! Чтобы поскорее переговорить лично в укромном местечке и избежать фиаско на выступлении с трибуны, я должен пробиться к нему. Ясное дело, что хочу смыться раньше, чем начнётся собрание.

Но эр–адмирала облепили целых три вольных адмирала первого ранга, самые именитые и уже дремучие деды, которые отчаянно молодятся всеми возможными средствами, однако распад уже пошёл, словно пыльца, кожа крупицами распыляется по воздуху.

Там же и трое в зелёных мундирах. И какая–то блондинка среднего роста в кремовом мундире вольной адмиральши.

Пролистал ещё раз список в башке. Хм… целых десять адмиралов баб. Самая крутая до третьего ранга доросла. Некая Виктория Блат, она и стоит с Картером. Задница в штанишках ничего так. Но баба в ранге — это удар по самолюбию.

Смирившись с тем, что подступиться с ходу к Картеру не выйдет, я скромно встаю один. Выбрал место, чтобы наблюдать за лысым дедом. Пока наш зал не превратился в зал заседаний, шанс ещё есть!

Регламент перед глазами, ещё сорок три минуты. Адмиралы продолжают прибывать. Места всем хватит.

Приметил стоящего неподалёку высокорослого Сандерса в серебристом мундире с короткостриженой иссиня–чёрной шевелюрой. Судя по знакам на мундирах собеседников, примостился он к адмиралам на два ранга выше и активно работает ртом. Меня увидел, пачка остановилась, а зенки впились.

Козырнул ему средним пальцем быстренько. Языком потолкал в щёку. Два адмирала рядом с ним переглянулись. Серьёзные дядьки. Закивали на меня недовольно. Сандерс им начал что–то активно трещать. К сожалению, я не могу напрячь свой квантовый слух. Всё такое здесь нейтрализуется в целях безопасности. Мои процессоры не пашут в боевом и разведывательном режиме вообще. Я могу только душить руками и бить в морды по старинке. Не повезло тем, кто с усилителями и экзо–скелетами имперского производства с лицензиями, тех даже за такое заблочит система безопасности Адмиралтейства.

В общем, можно всех здесь посылать на хер. Если, конечно, решил больше никогда в жизни не летать за Второй круг.

Адмиралтейство — это единственное место, где можно посмотреть в защищённом режиме данные обо всех адмиралах с указанием типа и количества тяжёлых кораблей. Ничего не скачаешь, даже если список у тебя в глазу, но можно запомнить. Или сфоткать пиратским методом.

По количеству средних и лёгких кораблей данных нет, такое в бою может стать сюрпризом. Но прогнозы никто не отменял. ТТХ тяжёлых кораблей известны. Авианосец вмещает до ста истребителей, вместо истребителя может быть и разведчик. Туда можно запихнуть и средний корабль за счёт трёх мест. Крейсер — не вмещает кораблей вообще, за то пристыковывает два средних корабля и два разведчика. К авианосцу тоже можно что–то пристыковать, но это уже ухищрения.

На себя интересно посмотреть. Восьмой ранг, шесть тяжёлых. Дредноут не числится вообще. Ну и пусть ржут, наивные. Стоит понарываться на тех, у кого кораблей по десять, думаю, уже вывезу. Если флот не конфискуют.

А когда заберу корабли с нового заказа, даже Сандерсу смогу поддать. Смущает только его четыре сотни истребителей. Но это не так страшно, если с фейками выгорит.

Так, а где ты у нас, придурок, что–то в списке седьмых рангов не вижу.

Выше листаю, ещё выше. Да не может быть! Чуть слюной не поперхнулся, Сандерс получил шестой ранг! Двадцать один тяжёлый корабль⁈ С трудом, но преодолел эту планку. Учитывая, что потерял три корабля, где ты нахапал столько новых?

Твою мать. Вот он и трётся с пятыми рангами почти как свой.

Правее с кучкой молодцеватых адмиралов вижу и старого знакомого. Над которым раньше ржали все, кому не лень. Даже я! Я же и прозвал его Дырявым. И у этого весёлого и вечно легкомысленного парня, которому сейчас стукнуло от силы тридцать, уже пятый, мать его, ранг и семьдесят семь тяжёлых. Мдя.

Неужели в поисках экзотики на задворках, я отстал от жизни? А надо было просто вылизывать вокруг Зэрдина всем, кому не лень? Да по половине смазливых и нежных лиц с рангами от пятого и выше не видно и близко той нотки жёсткости, с которой ты пускаешь на смерть сотни лётчиков. Они вообще дрались в космосе? Что за сборище косплейщиков?

По списку я сейчас не самый последний, хоть это утешает. Подо мной ещё двести адмиралов с меньшим флотом. В конце пять днищ, у которых по одному кораблю в наличии. Когда–то и я так начинал. Доставкой занимался в основном, подкапливая на второй корабль.

Все на меня озираются, не по статусу я встал. Мне надо вначале зала примоститься к таким же неудачникам. Так они и думают.

А я уже вижу, как со стороны Картера из толпы прямо на меня пузатый мужик идёт, не высокий, но широченный, как тяжелоатлет. Мундир адмиральский у него лиловый с красными дубками на стоячем вороте. Морда злая, как у бешеной собаки. Судя по всему квантовой пластикой увлекается. Весь из себя холёный дед с идеальной кожей, бровями плотными и ровными да густыми светлыми волосами, выдают лишь усталые от жизни светло–голубые глаза и свисающие с бакенбардами брыла.

Сомнений не возникло сразу же, что это адмирал третьего ранга Веренг Бастоль.

Встаёт передо мной с ухмылкой, от верха до низа демонстративно рассматривает.

— А вот и ты, — первое, что произносит гнусаво. — Ловко, ловко, молодой человек.

— О чём это вы? — Строю из себя дурака. — А вообще, здравствуйте коллега. Коль вы решили о ловкости поговорить. Ловко — это, когда повстанцев десять лет снабжаешь современным имперским оборудование и помогаешь им строить боевые корабли. За что илинум гребёшь лопатой, не уплачивая налог.

— Я бы на вашем месте помолчал, господин Робин, — прорычал тот, глазами метнувшись влево–вправо.

— Да знаю я, что вы молитесь на тот счётчик времени, который мне установили на Рубиконе, — говорю ему, глядя прямо в глаза. — Затаив дыхание, считаете каждую секунду.

К слову, сорок третий час пошёл отматываться уже.

— Вы бредите, молодой человек, — бросил Бастоль, хмуря нос и уже не глядя на меня так пристально.

— Интересно, а что они скажут, когда вычислят, что один из крейсеров флота — это бывший ваш, — продолжаю. — Кстати, там сохранился судовой журнал с историей захвата. Система Риннитаки, тот самый сладенький Клондайк.

— Хм, разберёмся, — прожевал слова адмирал, уже не такой напористый.

— Так и чего подходили–то, господин Бастоль?

— Сказать, что твоя жалкая судьба решена, проныра, как бы ты ни извивался, змей паршивый, — бросил дед, собираясь уже пойти.

— Змей не змей, а навалял тебе хорошо, — огрызаюсь.

— Доморощенный сопляк, что ты вообще о битвах знаешь? — Прорычал Бастоль и пошёл в толпу к своим коллегам, бурча себе под нос. — Навалял он мне, еле ноги унёс.

Кричать вслед уже не стал.

Просто улыбнулся и выловил заинтересованный взгляд Сандерса, всё ещё стоящего с той стороны напротив. По роже стало ясно, что–то петух заподозрил. Похоже, я подсказал ему ещё одного союзника, чтобы козни строить против меня.

Слежу внимательно за Картером, что–то он разошёлся, горячо беседуя с имперским адмиралом. Другие уже просто стоят, как идиоты. Ещё на десять метров подступаю, уже аккуратно поддавая плечом своим более ранговым коллегам.

— Эй, невежа, — бурчит один.

— Знай своё место, — вякает второй, глядя на мои скудные знаки.

— Может, пойдём, выйдем? — Предлагаю мужикам. Затыкаются сразу.

Но в спину бурчат:

— Ничего, встретимся ещё на поле боя…

А ну да. Я и забыл, что здесь клубок змей, где каждая пытается другую сожрать. Именно по этой причине я посылал это долбаное Адмиралтейство куда подальше. Да и ходили на собрания сюда одни только самые тёпленькие. Враги же готовые вцепиться друг другу в горло близко, как сейчас не стояли. Что же изменилось?

Пытаюсь выловить взгляд эр–адмирала, а он, похоже, ещё более слепой стал.

Зато оборачивается Виктория Брат! Женщине около сорока, точёное безупречное лицо, явно сделанное. Широкие прямые брови придают синим глазам естественного удивления. По–особому очаровательно смотрится.

Она явно собиралась просто выйти из толпы, но тут наши взгляды встретились. Ещё глубокие и интересные глаза на пару мгновений задержались на мне. И она двинула навстречу. Но посторонилась, потупив взгляд, повернувшись боком, чтобы протиснуться мимо меня.

Я чуть метнулся, малость оторопев, но успел посторониться ценой толчка крупного, крепкого мужчины.

Когда Виктория протиснулась мимо меня, едва касаясь грудью размера третьего, вновь посмотрела, но теперь уже снизу вверх, немного исподлобья. В этот самый момент я ощутил некий вызов. И у меня даже защекотало от волнения и предвкушения возможной интрижки.

Я не любитель искусственного, уверен, у неё и тело безупречно, насколько позволяют генетика и технологии красоты. Да и писечка, как у девочки. Может даже девственное плево устанавливает перед каждым выходом с флагмана. Здесь дело в силе, которая в ней скрыта. Она адмиральша третьего ранга — в этом её сексапильность. Характер, знания, внутренняя составляющая.

Да, я старше. Но мне вечно двадцать один. И чувствую себя на двадцать один. И мудрости нихрена не прибавляется.

Сбоку возмутился широкоплечий крепкий мужик, которого я толкнул:

— Полегче, эм… Руди⁈

И я вдруг понял, что знаю его! Ещё один старый товарищ, с которым мы успели погулять по злачным местам и хлебнуть приключений. Ух ты, ныне уже адмирал четвёртого ранга Борис дэ Влуд. Тридцать три года ему. Вот он–то мне оказался неслыханно рад, и даже не посмотрел на адмиральские знаки.

Шесть с половиной лет не виделись, с того самого момента, как я послал Адмиралтейство. Радостная встреча, эмоции. В общем, он меня от адмиральши отвлёк.

Пятнадцать минут бессмысленной трёпки. И Борис мне вдруг выдаёт по секрету на ухо:

— А ты в курсе, что вообще происходит?

— Да откуда, — пожимаю плечами.

— Ты ж на повестке, как путешественник с дальних уголков Эрар, самый первый должен всё знать. Думал, ты мне расскажешь, что там на самом деле творится.

— Нихрена я не знаю, не томи, — ворчу

— Серьёзно⁇ И не знаешь, что Поглотители вторглись в сектор Шори? Что сразу в систему Шори–три зашли? И что связь с тамошними колониями потеряна?

Твою дивизию!!

— Это как⁈ Почему так быстро⁇ По прогнозам наших аналитиков, два–три года ещё ждать. Обосрались по полной, да? А что инфосети молчат⁈ — Засыпаю его вопросами и вызываю у соседей недовольство.

— Да не шуми ты, — шепчет, отводя меня в сторонку. — Всё замяли пока, информацию засекретили, чтобы не пугать наши миры. Поглотители там уже месяц сидят. Это ещё три дня назад Картер объявил. Мы и сами не знали.

— Так и чего? — Рассуждаю по дороге. — Поглотители идут по межзвёздному пространству, расстояния известны, время посчитано исходя из данных по первому сектору вторжения. А тут на тебе, восемьдесят систем не тронули, и оказались там, где их и не ждали.

— Вот именно. Есть предположение, что они умеют прыгать в гипер, — выпалил Борис.

— Да у них и так скорость бешеная, куда им ещё прыгать?

— По своим технологиям, Квазар их разберёт, — говорит товарищ и вдруг спрашивает деловито: — так и чего ты хочешь тогда объявить, если знаешь меньше нашего?

— Да это Картер что–то попутал, — отмахиваюсь и наблюдаю, как адмиральша моя с обиженным Бастолем воркует, на меня поглядывая. Вряд ли обо мне говорят. Рожа с брылами растянулась счастливо.

Конечно, он ей интересен, среди адмиралов всех рангов с титулами лордов Зэрдина по пальцам пересчитать. Потому что мы, как ни, крути рабочие лошади. А лорд — это уже титулованный босс, которому нет необходимости шевелиться, как нам.

— Что ж, такое в духе Картера, — посмеивается Борис. — Но раз оповестил тебя о заседании, неужели помирились?

— Ну почти.

— Ладно, не рассказывай, — быстро потеряв интерес к этой теме, на плечи мне свою могучую лапу положил и поинтересовался: — после заседания какие планы?

— А какие предложения? — Спрашиваю чисто формально.

— В клуб один пойдём, — говорит загадочно. — Ты такое любишь. Только не слейся, признаться, без тебя веселье уже не то.

Я бы и рад вспомнить шальные годы. Но! Часики тикают.

— Если разберусь с делами, обязательно, дружище, — откланиваюсь неожиданно для Бориса.

— Я в Дайстаре остановился! — Кричит уже вслед. — За всё плачу, только явись!

Где ж ещё. Лучшая гостиница в элитном районе развлечений для взрослых. Помню, помню. И никогда не забуду я тех танцовщиц–богинь, одна такая минет влагалищем сделает, живо ей поклянёшься в любви и верности. Ну а пока у меня есть все шансы своей задницей попробовать то же самое, порадовав Бастоля и Ивилона.

Поэтому я снова пробиваюсь к Джигуру Картеру, только уже с намерением обозначиться и попытаться до начала заседания попасть к нему в кабинет. А то уже затрещал пол в тестовом режиме. Откуда вскоре должны кресла выехать.

Борис присылает сообщение с координатами на мой старый ИН, который активировался, как только я пересёк Первый круг. Теперь и не отвязаться.

Недалеко продвинулся. Со стороны входа слышна нездоровая суета. Обернувшись, увидел чёрные мундиры и зашевелился! Гвардия здесь! Да ёп вашу мать!! Ивилон и постарался. Вряд ли официально, ибо входящих в голову требований нет, они протоколируются. Значит, они просто хотят меня задержать по общим полномочиям и продержать всё отведённое время!

Спешу к Картеру и понимаю очевидное. Пусть он и авторитет в Империи, но впрягаться за меня не станет, даже если на колени упаду.

— Он здесь! — Кричит Бристоль, показывая на меня.

Ну собаки серые.

Расталкиваю двух адмиралов первого ранга, налетаю на Картера. Старик смотрит ошалело. Сбоку ещё и имперский адмирал впился взглядом. С этим лучше не ссориться!

— Господа, простите великодушно! — Кланяюсь.

— Руди! — Восклицает старик очень удивлённо, будто только меня рассмотрел.

— Разговор срочный, не терпит отлагательств, эр–адмирал, — буквально хватаю его под подмышку.

— На нас напали? — Ахает дед, поддаваясь моей силе.

— Хуже, — шепчу ему и тяну дальше. — И только вы сможете спасти Империю. Поскорее за мной.

Потянул худощавого Картера, как пушинку. А он ещё и храмой. Хоть на руки бери, как невесту, и беги! А позади всё ближе вражья суета. Взвод гвардейцев здесь, не меньше.

— Руди Робин! Вы арестованы! — Закричали, понимая, что упускают.

Обернулся мельком уже у выхода в смежное помещение. А зря! Два дебила в чёрном по стенкам побежали. А один по потолку!!

— Не споткнитесь! — Кричу им из–за плеча.

Ничего себе устроили шоу акробатов при адмиралах. Если бы не мешающая толпа, ещё бы и квантовое ускорение врубили бы за милую душу. Гвардейцев не блокирует система безопасности Адмиралтейства. Мне ни с одним не справиться здесь.

Рванул деда сильнее. В коридоре он споткнулся! Пришлось поднимать, и взваливать на плечо.

— Плохо мне, сынок, ой плохо, — воет. — Но ты беги! Что надо этим извергам?

— Переворот хотят устроить, я слишком много знаю! — Нагоняю страстей.

Поворот, новый холл! Третья дверь! Коридор! Ещё поворот! Куда идти помню, а дед на плече у меня что–то замолк.

Позади топот нарастает и приближается! В лифт ныряю, жму на девяносто шестой с дедом на плече!! Двери закрываются перед носом разъярённого гвардейца. Слышу, удаляясь, как набегают ещё и ещё!! Уносимся вверх уже по тёмной шахте. Слышно, как гудят соседние. Только бы эти скоты не догадались, куда я намылился. Пусть думают, что на одну из верхних платформ, где челноки и гравики.

Нужный этаж. Двери открываются под бешеный ритм сердца. Фух. Никого.

Ставлю деда, а он спит. Тормошу его. С ног валится. Млять!! Снова беру на плечо и несу дальше. Навстречу простые служащие идут.

— Что случилось?

— Что с господином эр–адмиралом? — Одна девка прямо прикопалась и пошла за мной.

— Да всё нормально, просто много выпил! — Кричу всем. — Млять, да где его кабинет⁈

Заплутал что–то.

— Уже? Ещё ж не вечер, — сдала его девка и стала подсказывать: — Туда, по коридору и направо.

Уткнулся в закрытую дверь.

Деда спустил, стал по щекам бить, сползает.

— Сейчас открою, — выдаёт девка и своим глазом открывает по сканеру.

Вместе заносим! Предбанник и сразу большая приёмная с панорамными стёклами с видом на металлоконструкции. В смежную комнату девка тащит, где у него, похоже, помещение для отдыха.

— Подожди, — останавливаю её. — Он просил срочное сообщение передать, где спецсвязь на Зэрдин.

Девка с ужасом в глазах секунды две на меня смотрит.

— Дело важное, и срочное, шевелись, — рычу на неё, чуя, как в затылок давит. — Соображай!

Прикрикнул. Она и смылась с визгом.

Тьфу, мля! Деда на красный ковёр уложил, сам полез к столу искать. Шпионское оборудование нихрена не пашет, потому что глушат всё. Магистралей не вычислить под отделкой. Уселся на его мягкое кресло, успокоился.

Где же ты, сука. Виртуальные панели активировались и взлетели над столом. Это общая база, спасибо, не надо.

Ящики слева и справа стал открывать. Млять, чего только нет у старого придурка! Нахрен он всё это хранит⁈

Дед застонал!

— Джигур, миленький, где связь с Зэрдином, срочно! — Вою. — Джигур, скорее! Мир спасать некому!

— Под столешницей слева, — промямлил. — Так что стряслось?

Нащупываю кнопку, игнорируя деда. Поднимается панель оранжевого цвета и зависает над лицом. Есть!

А нет. Облом. Глаз деда нужен!

Метнулся к нему. Опять без сознания старый. Поднял и усадил в кресло, а тот сползать стал, обошёл со спинки и перехватил под грудь. По щекам побил! Плохо реагирует.

В коридоре приближается топот, через незакрытую дверь всё слышно! Один, нет сразу трое!!

Мать! Мать! Мать!

Никогда у меня ещё очко так не играло!! Вивальди!!

Деду глаз раскрыл уже пальцами. Застонал тут же, сопротивляться начал.

— Да что вы себе позволяете! — Рявкнул вдруг звонко.

— Да это я — Руди! Спецсвязь скорее…

Активировалось!

В проёме показался взмыленный щуплый гвардеец с выставленным пистолетом дезинтегратора прямо в меня.

— Любое слово и вы оба трупы, — произнёс офицер, тяжело дыша.

Ещё двое с винтовками высунулись следом.

— Ну что, добегался, господин Робин?

Глава 20

— Тревога! — Взвизгнул дед, аж в ушах засвистело.

И в проёме упал заслон, срубив стволы винтовок и пол руки с пистолетом. С той стороны начал нарастать вопль. А Картер ко мне обернулся хмурый и выдал:

— Рассказывай сынок, что стряслось. Я тебя ещё ребёнком помню, таким потерянным. Вернулся в родную обитель, и правильно. Блудный сын, покайся.

Похоже, у него уже маразм старческий пошёл. Мне в три раза больше лет, чем ему. Когда бы он там успел меня маленьким увидеть?

Только рот открыл здоровья ему пожелать, в заслонку стали долбить! А затем сверху к стеклу снаружи спустился гвардеец на квантовых присосках и начал резаком стекло пилить бодренько! Искры в нас и полетели, панельки зарябило.

— Ну взбесились, ироды! — Выругался дед.

— Господин эр–адмирал, прошу в сторонку! — Попросил я чисто формально и откатил его вместе с креслом от стола.

— Сообщение Аделине Зэр Зерар! Я Руди Робин! Помогите! — Выдал голосом под автонабор. И нажал отправить!

И правильно, что не стал мусолить и объяснения писать. Через секунду меня к херам сшибли и повалили!!

Оказавшись на ковре под гвардейцем, я не стал оказывать сопротивление. Лёгким движением на шею надели браслет, который заблокировал все мои примочки и связь. Руки за спиной застегнули силовыми наручниками.

— Вы арестованы именем императора! — Объявили мне сквозь зубы.

Деда тоже повязали. И двоих нас повели наверх к посадочной площадке, где уже дожидался гвардейский межпланетный челнок, поблёскивающий чёрными гранями.

Грубо обращаясь, нас затолкали в отсек. Картер посмотрел на меня почему–то с гордостью и выпалил:

— Мы пытались, сынок. Но против системы не попрёшь.

— Вы будете представлены к имперской награде, эр–адмирал, обещаю, — выдал я, поддавшись мимолётному порыву.

Ведь если бы не дед! Надежда бы сейчас не теплилась.

— Что вы там несёте? Обдолбались что–ли⁈ — Раздалось из динамика. И челнок стал набирать высоту.

Когда нас посадили по камерам хрен знает куда, пусть и всё ещё на планете Буран, я уже не был так уверен, что сообщение до принцессы дошло. Ушлый Гарнер Ивилон заточил на меня такой зуб, что он мог всё это перехватить, имея высокие полномочия и полное доверие имперской семьи. Наверное, не стоило так нарываться.

Просто не люблю я зазнавшихся уродов.

Просидеть в камере с отключенными процессорами целые сутки — это как целый год. Со своими скудными мыслями без всякой визуализации и связи с внешним миром. Свыкнуться сложно. Но можно поразмыслить в тишине. Когда ещё такая возможность появится?

Картер собрал вольных адмиралов по проблеме Поглотителей. Три года никого это не волновало. Что изменилось сейчас? Запахло жаренным у границ Второго круга? И что же собрался предложить эр–адмирал? Объединиться нам для борьбы? Интересно, а кто будет в первом эшелоне? Конечно же самые наивные идиоты без положения в Империи. Неужто адмирал первого ранга бросится в атаку на опаснейшего врага и с лёгкостью пустит в расход кровью нажитые корабли?

И что хотел сказать вольным наш дед, когда позвал и имперских адмиралов? Максимум, что те могут, это выразить обеспокоенность на совете у императора, исходя из новостей и обсуждений в Адмиралтействе. Они не станут своевольно воевать без дозволения Зэрара–Зэра, нашего великого императора всех миров.

Так в итоге что? Скоро будет известно всем, что Поглотители могут прыгать. Причём намного дальше, чем мы. И затем начнётся щекотливая рулетка: сожрут нас — не сожрут. Или ещё сутки поживём. Паника, как цепная реакция, погрузит миры Второго круга в хаос. Кто сможет, побежит. Кто не сможет, встанет стеной, а точнее раком.

Исходя из моих соображений, на самом деле, есть несколько предположений. Либо Поглотители просто пролетели мимо систем по межзвёздному пространству с тактической точки зрения, либо они всё же могут прыгать на триста парсек. Но не имеют навигационных карт. То есть, прыгают вслепую.

С такой новостью, даже проблема с моим флотом ушла на второй план.

Как я теперь Лару с Шори–четыре заберу, если там будут Поглотители⁈

Я лишь раз их видел. И хватило! Можно сказать, мне посчастливилось свалить, когда они нагрянули в систему. Там бандуры раз в десять больше наших тяжёлых. На медуз похожие! И чем бьют непонятно, но летит так мощно и ярко, что планета дрожит. На моих глазах планетарный спутник диаметром в экваторе под пять тысяч км разнесли с шести залпов, бахая, как пулемёт. И всё из–за какой–то крохотной колонии там.

Обозлённые твари. И неясно на что.

Хотя, что кривить душой. Людей и все их проявления они уничтожают без всяких разговоров.

Почти сутки меня продержали, но кормили хорошо.

А затем за мной пришёл крепкий молодой гвардеец, которого впервые вижу. Молчаливый, но совершенно не злой, скорее озадаченный. Снял ошейник, свернув его до горошины, и спокойно вывел из пустующего блока задержания прямо на посадочную площадку, где ожидал новенький Чёрный кондор шестого поколения. Это средний корабль с межзвёздным перемещением, бешеной скоростью в самой системе и немыслимым сроком автономии. Такой мне только снится.

Когда уселись в комфортабельных креслах друг напротив друга, гвардеец впервые подал голос:

— Я капитан гвардии Первого круга доверия девятнадцатой принцессы Норман Кас. У вас есть ко мне какие–то вопросы, господин адмирал?

Обычный офицер сразу же показался мне важной птицей. Такой участливой, что в пору пустить слезу.

— Эр–адмирал Картер в порядке? — Это первое, что меня интересовало. Дед ведь мне помог в конце концов.

— Да, его удалось спасти, — отвечает мужчина безразличным тоном. — Сейчас он на реабилитации, командиру гвардии предъявлено обвинение в превышении полномочий. Но это вас уже не касается.

— Гарнеру Ивилону? — Уточняю.

— Нет, его подчинённому, — отвечает, явно смутившись.

— Вот гнида, — пробурчал себе под нос. Гвардеец на это промолчал.

Чёрный кондор начал набирать высоту.

— Куда мы? — Интересуюсь.

— На Зэрдин. Или у вас другие планы?

— Нет, всё верно. Её высочество получила моё сообщение?

— Да, ей передали. Но она не может дать вам аудиенцию в ближайшее время. В Парящем дворце проходит недельный бал по случаю дня рождения внука Седьмой принцессы. Мы прибудем в резиденцию госпожи, где вы будете ожидать.

Так не пойдёт!

— Вы сможете передать ей ещё сообщение? — Спрашиваю, набираясь наглости.

Вижу, что гвардеец едва сдерживает улыбку. А затем выдаёт:

— Если у вас какие–то проблемы, я их решу.

— Да ну, — усмехнулся я и подался вперёд, а затем произнёс с прищуром: — Гарнера Ивилона на кол надо посадить и ещё одного придурка кастрировать, лорда Веренга Бастоля. По силам? Не?

— А вам палец в рот не клади, — хмыкнул гвардеец и вздохнул тяжело. — Нужны веские улики. Они у вас есть?

— Конечно, есть, иначе стали бы они устраивать арест без санкций перед столькими адмиралами.

— Весомый аргумент, — прокомментировал Норман. — Но без ведома госпожи Аделины–Зэр я не могу инициировать процесс против столь высокопоставленных подданных.

— Хорошо, что на счёт моего флота? Его арестовали на Рубиконе, досмотр через тринадцать суток по регламенту.

— Мне нужны подробности, — ответил гвардеец спокойно.

И мне вдруг показалось, что он вынюхивает! Э нет, дружок.

— Когда ожидается прибытие принцессы в её резиденцию? — Перевёл тему.

— Через день, два, три. Неизвестно. Она может соизволить погостить у кого–то ещё.

Засада!

Мне нужно легализовать Мамонта! И поскорее. Но этому хмырю я не доверяю. И выкладывать суть проблемы не хочу.

— Вы можете снять с ареста мой флот? — Последняя попытка.

— Нет полномочий.

— Если у вас какие–то проблемы, я их решу, — напомнил я, кривляясь.

Норман усмехнулся и произнёс:

— Впервые вижу человека, который ещё вчера чуть не погиб от рук гвардии, таким жизнерадостным.

— Да где там? — Развожу руками. — Жизни я порадуюсь, когда свалю от вас подальше.

— Могу вернуть на Рубикон, — предлагает гвардеец с ироничным выражением на лице.

— Нет уж, господин офицер гвардии, везите к моей покровительнице. Молиться на неё буду.

— Не знаю, что в вас нашла госпожа, — выдал себе под нос.

— А что не так?

— Вершители судеб, сидящие в рубке, — произнёс претензией.

— А ну да, — не стал даже спорить.

Вот значит, какого мнения об адмиралах в его кругах. Не удивительно, что и принцесса отреагировала на меня вначале негативно.

Стремительно покинув Искусственную планету, Кондор полетел к Звезде, преодолевая расстояние в два раза быстрее крейсерской скорости.

Ещё когда вывели из кутузки, заработал весь внутренний функционал доступной связи, и глобальный номер в том числе. Куда мне уже прилетело шесть сообщений. Первые четыре от Бориса, который сдержанно и политично побеспокоился, что же со мной произошло. И почему меня арестовали.

«Обознались, я уже давно улетел по своим делам, так что до новых встреч, друг мой», — ответил ему, дабы слух плохой не разлетелся.

Пятое от Сандерса. Уж никак не ожидал, что он напишет!

«Чем ты насолил Бастолю? Он предлагает большие средства адмиралам ниже рангом поддать тебе. Увандер, Дункан–оун и Рейкинен согласились, насколько я знаю. Так что будь начеку».

Хм. Польщён такой заботой. Или хитрым введением в заблуждение.

«Спасибо друг, я знал, что мы помиримся», — ответил ему, давая знать тем самым, что меня выпустили.

И открыл самое сладкое сообщение, которое оставил напоследок.

От адмиральши Виктории Блад!

«Вы в порядке?»

И весь текст. Но и это очень даже мило.

«Да, Виктория, спасибо за заботу. Я уже лечу на Зэрдин по делам», — настрочил ей мысленно и отправил.

Заметил по бегающим зрачкам гвардейца, что–то просматривает в виртуале. А может и переписывается.

Вскоре приходит сообщение от Бориса, где он сожалеет о столь короткой встрече. И что вечер у них не удался, бабы оказались новые, неопытные и дрянные.

Дождался через полчаса и ответа от Виктории!

«Жаль, что вы так быстро отбыли с Бурана», — вот это заявочка!

«Да, я хотел пригласить вас на ужин, если честно. Но гвардейцы, как взбесились, спутав мне все планы», — решил пофлиртовать.

Ответ пришёл сразу!

«Смело с вашей стороны было им не подчиниться. На счёт ужина, я подумаю. Человек вы неординарный, мы могли бы интересно побеседовать».

«Если всё сложится, я пробуду в Первом круге ещё пару недель», – ответил.

«Жаль. А потом куда?».

В тюрягу или к Репитерам за заданием! Но ей отвечаю:

«В направлении Ферада или Электры».

«Третий круг. Как смело».

«Надеюсь, вы меня не подкараулите, с моим жалким флотом», – выпалил.

«Да что с вас взять, Руди Робин? Разве что вашу очаровательную улыбку».

Вот это поворот!

«Знаете, ваш взгляд меня взволновал», – иду в наступление.

И это типичная ситуация, когда едешь к одной бабе, переписываясь с другой.

«Флиртуете со мной?» – приходит от Виктории через мгновение.

«Нет, что вы».

«Флиртуете», – утверждает . — «А когда посмотрели на меня, о чём подумали?».

«А вы уверены, что хотите это знать?» – Предупреждаю адмиральшу, а сам и не жду другого ответа!

«Уверена».

Что ж, сама напросилась. Ввожу лёгкую артиллерию. Если бы она была девочкой лет восемнадцати, которая живёт романтикой и белыми простынями на свадьбу в первый раз, я бы не позволил себе того, что выдал ниже.

«Как трахаю вас стоя, пристроившись сзади. При этом сжимаю одной рукой ваш сосок, а другой трогаю внизу животика шаловливыми пальцами. Это происходит где–нибудь в общественном месте под щекотливым чувством, что нас вот–вот раскроют, поэтому вы не можете кричать, хотя постепенно теряете контроль от моих звериных и глубоких толчков».

Отправил! Ответа нет. Минуту, две… пятнадцать.

Неужели спугнул? Спустя полчаса приходит сообщение от неё. И затаив дыхание, я открываю конвертик!

«Оргазм под ваши строчки был великолепен» — от её слов и у меня там что–то внизу накалилось. Это она теребила себя? Мдя, полчаса. Для мастурбации это немало. А значит, в обычном сексе она может оказаться непробиваемой.

Следом приходит ещё сообщение, где Виктория пишет уже как ни в чём не бывало:

«Не хотите задержаться на пару дней, как закончите дела? На Цохако курортный сезон в разгаре. А у меня как раз снят там особняк на берегу».

Похоже, она хочет и меня снять… на берегу!

Цохако — это курортная планета, куда летают и лорды, и прочие богатеи. Адмиралы высоких рангов тоже могут себе позволить отдых там. Планета находится в системе Первого круга, туда один скачок с Зэрдина. Здесь всё близко.

«Я постараюсь, Виктория», — всё, что нашёл ответить.

Потому что от предложения адмиральши только больше давить на душе стало. Куча пряников, если всё получится с принцессой. И полный провал, если она меня пошлёт!

Через полтора часа со старта проходим гипер–тоннель. Я даже не почувствовал процесса. И вот мы в системе Эра. В Центре империи и всей Галактики.

Вроде ничего особенного, но звёзд вокруг столько, что в монитор невозможно смотреть. Главный вихрь Квазара, Чёрная дыра нашей галактики Эрар, как на ладони. По легенде там до сих пор живут Гелиоры, маги–отшельники, которые могут легко убить или даровать невиданную силу. Сами они покинуть свою планету не могут. Но ждут любого с распростёртыми объятиями.

Чёрной кондор набирает скорость, устремляясь к, казалось бы, далёкому голубому свечению.

Боевые станции, коих вокруг Звезды тысячи, даже на нас не реагируют. Рекламные баннеры висят по сторонам от нашей выездной космической полосы скромно и ненавязчиво. Транспорта не так много. Всё, что я вижу по пути на мониторах, встроенных в борта, это роскошные яхты или сказочного вида навороченные лайнеры. Ну и чёрные корабли имперской гвардии, шныряющие туда–сюда. Куда без них!

Эта система полностью под их охраной. Поговаривают, что Чёрная армада императора может разобраться с любым прочим флотом. Хотя за свою немалую жизнь я всего пару Чёрных крейсеров видел вместе, и то мельком.

Вскоре замечаю первые станции с колоссальными зеркалами, которые образуют целую систему по усилению света от Звезды, дабы на планете Зэрдин всё цвело и пахло. Так решили проблему с потухающим солнцем ещё семь сотен лет назад. Затем запускали в него всякие возрождающие заряды и прочее. В итоге, столичная планета, а точнее Императорская, продолжает процветать. Пусть и на последнем издыхании, если по ощущениям со стороны.

Но это чисто моя точка зрения.

Главное, что императорской семье здесь нравится. И они на курорты Второго круга не сильно зарятся. Только на ближайшие системы. Иначе, куда бы они ни сунулись, всю планету в оцепление возьмут, да всю шушеру выгонят. Весь криминал вычистят и половину чиновников казнят заодно. А нам такого не надо! С прикормленными ведь проще работать.

Что ещё сказать о Зэрдине. Внутри планета уже давно перестала быть естественной. Подобно тому, как человек может превращаться в киборга, снабдили нутром и столичную планету.

Никогда официально не скажут, но по слухам из разных источников, Зэрдин может совершить прыжок в другую галактику. И спокойно найти там систему с пригодным светилом, встать на оптимальную орбиту, да процветать дальше. Они и армады все свои в подземные ангары заберут, чтоб от местных в случае чего отбиваться.

А может, всё это байки.

Зачем тащить всю планету? Если можно умотать на яхтах или супер–современном лайнере куда угодно, хоть в межзвёздное пространство. С полной автономией и гарантией жизни на пять веков вперёд.

Ещё два часа лёту. И спускаемся на аквамариновую планету с лёгкой тряской. Белые облака ровненько плывут, никаких завихрений с циклонами. За погоду отвечают чиновники. Головой.

А ещё, насколько знаю, над своими резиденциями её регулируют сами хозяева. Хочешь дождь, хочешь снег. Удобно, чё.

Идём на посадку, минуя зависшие в облаках не особо заметные платформы. И вот она резиденция девятнадцатой принцессы! Обширная территория со своей посадочной площадкой, крупные особняки с дворцом по центру, который выглядит, как хрустальный.

Сады красочные, фейки бы удавились от зависти, прудики и речки голубые, вокруг густой зелёно–красный лес, над которым стаи птиц летят, как в замедленной съёмке. Лужайка огромная с фонтанчиками, на километры никаких поселений и особняков с соседями! Зато слуг по дорожкам бегает в белых одеждах целая армия.

Сели, двигатель не заглох, а меня уже на выход просят.

Гвардеец Норман козырнул и свалил на Кондоре прочь, не успел я глазом моргнуть. Похоже, им здесь нельзя парковаться.

Оставил меня перед выстроившимися слугами. Целый взвод мальчиков и девочек во главе с важным на вид пятидесятилетним мужичком образовался так быстро, будто они из–под земли выдвинулись на лифте. Потому что готов поклясться, когда снижались, никого у посадочной площадки не было.

Все из расы Хавиши, кто бы сомневался. Поэтому о паре девок, что приметил, можно забыть. Как и о любом безобразии со служанками.

Проводили в гостевой дом, что на берегу у прудика. А там апартаменты на всё крыло! Можно в прятки играть хоть вдесятером. Там же и крытый бассейн, и выпивки тьма. И… экран на всю стену с центральными шоу–программами, какие недоступны за Первым кругом.

Трёх служанок мне прикрепили, которые поесть принесли, что пожелал. Причём из натуральных продуктов! Как пузо набил, массаж предложили. А потом и искупать.

Лучший сервис подъехал, парикмахерша пришла и представилась, мол, зовите — в любую секунду прискочу, косметолог обозначился — мужик. Психолог наведался, спросить, как у меня дела и не шепчут ли мне в голову призраки.

Под конец от такой заботы я прослезился и на радостях взял бутылку самого дорогого алкоголя, какого пробовал в жизни лишь стопку, и то, своровал на приёме у лорда, пробравшись в личный кабинет.

Пять дней я кайфовал, позабыв о всех проблемах, растёкся в апартаментах, как жирный барсук. А когда днём вбежала взмыленная служанка и объявила взволнованно:

— Господин! Принцесса прибыла!

Я вывалился с дивана и змеёй пополз скорее под душ, чтобы взбодриться.

Глава 21

Похоже, ей до меня просто не было дела. Я думал, что ворвётся в апартаменты вот–вот, и мы обнимемся.

Спешил, прихорашивался перед зеркалом, мундир адмиральский чистый напялил. Отдышался, покрутился, любуясь собой. А всем плевать. В резиденции резко народа прибавилось. То ходили в белом только, а теперь пёстрых людей, словно бал сюда нагрянул. Оказалось, нет. Просто родня всякая вернулась вместе с принцессой.

С гравиков слуги нескончаемыми вереницами тащат коробки и пакеты по разным зданиям и в сам дворец. Детворы стало по территории бегать уйма. Пузыри мыльные полетели во все стороны, шарики разноцветные взмыли до небес. Всё это под крики нянек, визг мелкоты, ссоры за игрушки. Смех подростков гадкий донёсся, что–то затеяли. Заплескались в воде вместе с девками.

Первое чувство, это забиться в угол спальной комнаты и не высовываться. Это ж всё родня императорская, даже пятилетний клоп заноет, указав на меня пальцем, и казнят к херам. И мундир им мой, как красная тряпка. Тем более, белый, млять, угораздило же. Как у слуг цвет выбрал.

До вечера никто не трогал. И я всё сомневался, стоит ли переться во дворец и просить встречу, когда в резиденции такой балаган.

Как раз с заката костры стали жечь у водоёмов наряду с естественной подсветкой всюду. Музыка заиграла живая. Похоже, оркестр сюда пригнали.

Как я жалею, что пожадничал, не купив читерский протокол обхода защиты за двадцать пять тысяч. Сейчас бы всё работало, и ускорение, и боевая форма. Я бы ещё в Адмиралтействе надавал бы этим хмырям. А тут и процы не работают, и телепорт блокируется. И сил в ногах своих нет!

Узнав у слуги, где принцесса, всё же решился высунуться. Выскочил и присоседился к группе слуг, дальше короткими перебежками от клумбы к клумбе, от дерева к дереву, минуя скопления имперских монстриков. Пара перекатов по лужайке и подполз к фонтану. Фух! Полпути пройдено.

Слуги на меня озираются, как на дебила. Я им подмигиваю, как дебил. К счастью, детвора увлечена какими–то трансляциями, зависшими в воздухе. Аплодируют, смеются, прям закатываются.

На полусогнутых до крыльца рванул. И… последний рывок!

Первый пролёт преодолевается успешно. На втором из пола вырастает гвардеец и останавливает меня:

— Что вы делаете, господин Робин?

Это первый на сегодня офицер. Да и за все пять дней ни одного не видел. Так они под землёй, оказывается, дежурят.

— Я, это… чтоб детворе не мешать, — выдал я с ходу.

— Так они на вас и смотрят, — кивнул гвардеец и посмеялся.

Не понял⁈ Выпрямился, с высоты пролёта видно лучше. Моя удивлённая рожа транслируется онлайн. То есть всё это время они наблюдали за мной, как я тут крался!

Помахал им. Обернулись, зааплодировали снова.

Мда, не такие уж и страшные эти монаршие дети.

— Вы по какому поводу? — Спросил гвардеец уже более строго. — Господа Аделина–Зэр сейчас занята. Велела не беспокоить.

— Я понял. Когда у неё часы приёма?

— Я доложу о вас, когда будет к месту.

— Смотри мне офицер, у меня вопрос жизни и смерти так–то, — наехал уже на него.

Потому что неделя осталась!!

— Вы здесь никто, попрошу проявлять смирение и сдержанность, — выпалил тот и уехал обратно вниз. И правильно сделал, пока по роже не схлопотал.

Примерно представляя, что будет, если продолжу движение вперёд, я стал спускаться угрюмо.

И тут на меня налетела детвора! От пяти лет до пятнадцати, мальчики и девочки в несколько дюжин.

— Адмирал! Настоящий! — Завопили. — Почему ты крался? А расскажи о своих битвах? А правда, что за Первым кругом есть жизнь? А что у тебя за значки? А почему! А что! А как!

Голова кругом, перебивают друг друга, щупают форму. Млять, ну точно стая гиен.

Няньки налетели в помощь. Слышу, с пруда надо мной ещё ржут подростки.

— Так! — Воскликнул, понимая, что сейчас разорвут. — Готов рассказать пару историй!

Не думал, что избалованные дети купятся на это. Видимо, всё прочее уже приелось. Мне даже места искать не пришлось. Из газона за мгновение выросли мягкие диванчики всем под попки прямо у крыльца.

Одна матёрая нянька подошла и на ухо мне шепнула:

— Ты хоть и гость тут знатный, но только попробуй цензуру не соблюсти.

Экран ещё возник огромный с левой стороны от меня. И я сразу понял, что туда и мысли свои транслировать можно, и из памяти всякое. Знавал я такое медиа–оборудование у лорда одного. На нём можно свои самые горячие встречи пересматривать и товарищам показывать, чтоб от зависти шипели.

Как бы сейчас случайно не вывести на экран, как прелестная сказочная фейка насаживается на член, извиваясь как змея.

Чую, что матёрая служанка имеет полномочия отрубать мне голову.

Детский сад в рот смотрит, ждёт!

Настроился я, продышался. И нашёл, что им показать.

Оазис свой вспомнил, запретный город показал, как красиво одеваются наложницы и танцовщицы на праздник, как целая площадь красочно одетых людей приветствует своего императора. То есть меня! Картинка, от которой дух захватывает у самого каждый раз. И даже сейчас.

Рассказал про народ тот, живущий жизнью своей средневековой. Не знающий бед и не нуждающийся ни в чём излишнем. Про обряды, обычаи и культуру.

Когда начал, ожидал, что зевать начнут. А не стали! Глаза вытаращили, смотрят и слушают. Как орлом я летаю над миром, как помогаю отчаявшимся и попавшим в беду героям. Как наблюдаю за судьбами и зарождающейся любовью. Как спасаю смелых, потерявших всякую надежду. Это в частности, когда всадник со стрелой в спине и любимой в седле уносится в тупик к обрыву, а за ними гонятся пятьдесят тысяч человек. Словно загнанный зверь мой герой убивает примерно половину в рукопашном бою, но затем устаёт, млять, совсем чуть–чуть осталось…

— Всё, хватит пропаганды! — Взвизгнула матёрая нянька, и всё вырубилось. — Завтра я доложу о вашей выходке госпоже!

Дети недовольно загалдели. А меня погнали в шею в гостевой дом.

— Правда глаза режет, бабуль! Люди счастливы везде! — Крикнул ей в след.

И увидел, как адмирал Бастоль выходит с крыльца весь расфуфыренный во фраке блестящем. Улыбка на лице сияет, как приклеенная. С ним щегол какой–то светловолосый, тоже в костюме тысяч за сто. Щебечут, как тёлки.

Отвернулся и за клумбу заскочил, чтоб меня не распознал. Но судя по всему, он и прибежал сюда, чтобы упредить мой шаг.

Только я подумал о стаканчике вкусного напитка перед телеком, слуга подскочил:

— Вас просит подойти, его светлость девяносто шестой эрц–принц…

И пошёл я к подросткам у пруда, юродным племянникам императора, как на казнь.

Пятнадцать избалованных подростков, каждый из которых может только пальцем указать на челядь, и того проглотит сама земля этой кибернетической планеты.

Нет, мне не страшно. Просто обидно будет!

Дохожу до открытой беседки с огнём, где все сидят и кормятся с рук от слуг. Опускаюсь на колено перед отпрысками и представляюсь, как положено.

— Вольный адмирал восьмого ранга…

У всех взгляды с вызовом, вздрюченные или гадливые. И как назло, все красивые, особенно девки — любительницы краситься в переходный возраст. Благо уже все одетые по–простому, в балахонах удобных. Никто не обвинит, что я на сиськи–пупырышки смотрю. Но бдительности терять нельзя, это змеюки те ещё.

Но, млять, случается чудо.

— Встань, адмирал, это ж не официальная встреча! — Восклицает темноволосый синеглазый парень, похоже, самый старший среди пиздюков. Лет семнадцать ему. Он и вызвал, похоже.

— Благодарю, ваше высочество, — отвечаю учтиво, поднимаясь. — Признаться, впервые мне выпала честь посетить резиденцию принцессы и быть подле стольких её славных родственников. И мне отрадно за Империю. Я вижу мужественных ребят и ангельски прекрасных девушек.

— А хорошо поёт, — посмеивается худой и мелкий щегол.

— Молчи, невежа, — шипит ему с другой стороны щекастый толстячок.

Девки некоторые смотрят со змеиным интересом, будто вот–вот скомандуют мне раздеться и побегать.

— Говорят, адмиралы посещают миры за Третьим кругом, — начал эрц–принц. — И не редко бьются между собой. Не могли бы показать нам на проекторе мыслей что–нибудь интересное и захватывающее?

— А лучше битву самую злющую! — Подхватил ещё один парень.

— Зачем кровь? — Возмутилась красивая, но явно тупая соска, говорящая в нос. — Я вот хочу посмотреть на девушек с других миров, как они красятся, что носят.

— А я хочу на животных посмотреть, — закартавила ещё одна. — Интересно, а везде есть кошки?

На ум пару миров сразу пришло.

— Если госпожа нянька не накинется, — начал я с улыбочкой.

— Будь уверен, я сумею тебя защитить, — выпалил эрц–принц важно. Ух, мама моя родная!

Что ж. Сами напросились!

Врубил им сразу самое жёсткое. Где мир захватила растительность, заточенная на то, чтобы переваривать любую, попавшую к ней органику извне. Живность показал в океане жёлтом, которая обгладывает до костей на раз. Как раз в одном месте колонию спасали. Что за дебилы решили поселиться на такой!

Себя показал, как я поднимаюсь по кораллу от воды с рукой обглоданной до плеча, спешно её залепляя пластырем. Хотел колониста вытащить из воды, а ко мне мелочёвка присосалось. Как дрались с гигантскими насекомыми в одном мире, там мою экспедицию так на кусочки порубили, только головы и успевали телепортировать в медкапсулы для регенерации.

Минут через пять лица у всех вытянулись, глаза почти вылезли из орбит. У девок слёзы проступили.

Это при том, что молодёжь в обход всем запретам родителей упивается трансляциями гладиаторских боёв на Рубиконе.

— Ладно, давайте теперь милых кисок покажу, — объявил снисходительно.

— Нет! — Возмутился сразу эрц–принц с горящими глазами. — Адмирал, ещё! Шоу с Рубикона скудная постановка по сравнению с твоими приключениями.

Вот о чём и говорю.

Шесть из восьми девочек ушли, два нежных пацана тоже. Остались самые стойкие. Щас, млять!

Вскоре заболела голова, и трансляцию пришлось прервать. Эрц–принц похлопал по плечу, глядя на меня и дико, и с восторгом.

Как раз из–под земли выехал гвардеец и объявил:

— Госпожа велела всем готовиться ко сну.

— Слушаюсь, — кивнул эрц–принц, другие повторили дисциплинированно.

Все во дворец направились, а принц со мной. Дальше расспрашивает. А под конец признаётся:

— Я тоже хочу свой флот. Путешествовать по галактике, искать новые миры и биться с врагами. Однажды, сбегу с Зэрдина и начну свой путь, как ты, Руди.

Проникся, надо же. Сыном двоюродной сестры принцессы оказался, Ярон дэз–Зэр. Так у них кличут троюродных.

— У Вас всё получится, Ярон, — отвечаю ему по–свойски. — Надумаете взяться за дело, я помогу советом, расскажу тонкости…

За такую агитацию меня точно повесят. Но удержаться не смог.

Ярон сердечно поблагодарил, и мы расстались.

В апартаментах служанку молоденькую допросил:

— Кто там с адмиралом Бастолем приходил?

— Это сын его Эмиль Бастоль, — докладывает деловито. — Его отцу титул пожаловали высший, теперь они могут не скрывать своих чувств. Поэтому и обсуждали помолвку.

Я так на диван и сел.

— Кто⁈ Жирный Бастоль и принцесса любят друг друга⁈

Служанка заулыбалась, что здесь редкость.

— Нет же. Сын его. Они давно уже тайно… ой, много болтаю! — Прикусила язык.

— Ладно, — бурчу недовольно. — Сделай мне массаж и свободна.

— Да, господин!

Лежу на кушетке и думаю. Неужели ей нравятся такие немужественные папенькины сынки? В принципе он ничего так, если оценивать непредвзято. Разочарование накрыло. Если принцесса любит его. Мне уже не подкатить. А ещё этот ушлый адмирал сто процентов напел ей что–то о нашей коллизии.

Как я так встрял⁈ Почему так совпало? Что ж. Продолжаем следовать плану.

Утром встал рано и вышел на прогулку. А заодно разведку. Метнулся во дворец, снова не пустили. Пошёл в сад, нарвал букет цветов шикарный и вернулся. Гвардейцу вручил:

— Нет, не тебе, морда. Передай принцессе.

— Да что вы себе позволяете? — Возмутился солидный офицер.

— Да ты не обижайся, мужик, ты не в моём вкусе. А подарок ты обязан передать, насколько, мне известно. А если промедлишь, он завянет. Порча подарков госпожи — это уже увольнение. Так что поторопись. И чтоб ни листочка не упало.

Насупился, двинул с букетом во дворец. Я за ним, но тут второй гвардеец выехал из пола и остановил.

— Да сколько вас тут, — выругался, разворачиваясь.

— Батальон, — ответил второй браво уже мне в спину.

Презент сработал. Но даже слишком.

Только я вернулся в апартаменты, чтобы опрокинуть стаканчик холодного коктейля, как из пола выехала принцесса!! В простеньком лёгком летнем платье, косы русые на голове накручены, нежная шея оголена, щёки румяные, глазищами лиловыми впилась в меня. Аж дыхание перехватило, настолько она прекрасна!

Букет в руках чуть в меня не швырнула.

— Их нельзя рвать! — Рявкнула и бросила всё же на диван, что оказался рядом.

Опустился на колено, как положено.

— Рад приветствовать, ваше высочество…

— А я и забыла какой у вас нрав! Между прочим, эта нянечка вырастила двух наших принцев.

— Пожаловалась? — Спросил, глядя снизу вверх томным взглядом.

Секундная пауза.

— Встаньте! Чёрт с этой нянькой. Вы открылись мне с другой стороны.

— Это с какой же, — смотрю в её глаза неотрывно. Хотя так и тянет взглянуть на торчащие через ткань соски. Грудь без лифчика! Почти третий стоячий, ммм.

Отступает на шаг.

— Наконец, я увидела вас настоящего! — Заявляет неожиданно зло.

— Надо же, у вас талант, с ходу судить о людях, — парировал.

— Не забывайтесь, адмирал, — бросает впервые так надменно. — Вы ещё здесь лишь потому, что помогли мне тогда. Это единственная причина, почему не передала вас в соответствующую Службу, как только узнала.

— Так и что вы узнали? — Делаю шаг к ней навстречу.

Чувствую, как слабеет от моих чар. Но держится из последних сил!

Я и сам держусь из последних сил, а точнее сдерживаюсь. Дабы не ухватить за осиную талию и не засосать страстно.

Млять, откуда ты такая взялась, красотка! Красотка! Красотка! Ааааа!!

— Вы… вы преступник! — Обвиняет растерянно. — Веренг мне всё рассказал. И не мудрено, это похоже на вас. Вы знаете чёрные рынки, знаете, как продают нелегальных рабов. Вы там, как свой. И теперь я понимаю, почему вы чувствовали себя среди преступников, как рыба в воде.

— Вот как? — Отступаю теперь я.

— Именно так. Мне просто хотелось посмотреть в ваши бесстыжие глаза. Перед тем, как я отдам распоряжения.

— И где ваша совесть? — Хмыкаю.

— Совесть⁇

— Благодарность.

— Благодарность⁈

— Именно так, — передразниваю. — Да будет вам известно, что я раньше был лучшим детективом трёх секторов Второго круга. Моя вторая профессия — это искать людей. На моём счету более сотни найденных детей. Удивлены? Нет, в ваших глазах я вдруг стал монстром. Потому что вы выслушали подонка…

— Не забывайтесь! Бастоль теперь герцог!

— Подонок он, — бросаю брезгливо. — Хитрый и изворотливый. А вы решили встать на его сторону, даже не выслушав меня.

— Так а какие могут быть оправдания? — Разводит руками принцесса. А вид такой, мол, мне тебя жаль мужик.

— Не оправдания действий. А мои аргументы, доказывающие, что не я преступник, а он. Вы готовы их выслушать?

Снова иду на неё. Полметра дистанции, чую, уже снизу заскрипели механизмы, и гвардеец защёлкал позвонками, разминая шею.

Удивление в её взгляде чарует вдвойне. Как же хочется прижать к стенке, ощутив тугое бедро меж своих. Но и задушить эту дурочку тоже подмывает.

— Хорошо, говорите, — отвечает неуверенно.

— Нет, так не пойдёт, — заявляю жёстко. — Хочу суд. Ваш официальный суд. Вы имеете такие полномочия, как принцесса. Пригласите на него Бастоля, офицера Гарнера Ивилона.

— А он тут причём⁇ — Перебила.

— Вам будет очень интересно узнать всех героев, — продолжаю с ухмылкой. — Также прошу взять в независимые свидетели офицера Нормана, который меня привёз сюда. И специалиста по коммуникациям связи высшего уровня. Это важно.

Принцесса поморгала непонимающе. Сделала ошарашенный вид.

— Хотите правды? — Нахмурился я. — Сделайте судебное заседание. Если нет. Бросьте меня в тюрьму, и дело с концом.

— Хорошо, но…

Метнулся назад и вручил ей цветы. Со словами:

— Подарки — неотдарки!

— Вы дурак? — Фыркнула и исчезла с букетом.

Хм, тут и телепорты работают.

Решительность принцессы узнать правду поражает. Бастоля дёрнули за сорок минут, вероятно, из своего поместья. Остальные ещё раньше примчали. Но что–то они тянули меня приглашать.

В итоге через полтора часа я, наконец, попал в этот чёртов дворец, где в зале приёмов собралось человек пятьдесят. Все расселись по обе стороны. Виновники поближе к принцессе устроились. Смотрят на меня с презрением. И делают вид, что тоже судят.

— Официальный суд, как и просили, адмирал, — развела руками Дэль с подковыркой, одетая уже в официальный лиловый брючный костюмчик. — Все желающие имеют права присутствовать. Ведётся протокол, всё, как положено.

Похоже, Бастоль ей посоветовал и семью пригласить, и нагнать страстей побольше, чтобы у меня поджилки сильнее тряслись. Эрц–принц тоже здесь с другими малолетками.

Но я так, мать его, спокоен. Они ж все дети. Не ведают, что в своей жизни творят.

— По регламенту стоит озвучить обвинение, — произнесла принцесса жёстко и кивнула Бастолю.

Тот живенько поднялся, любезно поклонился в своём парадном серебристо–золотом фраке, расплываясь рожей, чуть покраснел. Видно, что спешно собирался, даже причесаться не успел. Бакенбарды на брылах разлохматились.

Продрав дряхлое горло, мой враг начал!

— Адмирал 8 ранга Руди Робин обвиняется… — заговорил торжественно и жёстко.

Обвиняюсь в связи с пиратами, поставках им современных технологий, подготовке и свершениях каких–то там диверсий от имени освободителей Хироса и бла, бла, бла. В конце добавил о незаконной торговле илинумом, рабами и наркотой.

Привёл в доказательство Мамонта, который я получил от них якобы в подарок. Попросил выкатить их некий протокол, который тут же возник в центре зала в виде виртуального списка, где появились данные судовых журналов с моих кораблей интервала посещения Риннитаки. В общем, всё, что нужно.

Как они их получили, даже не сомневаюсь, что на штраф–стоянке и скачали шпионским оборудованием ближнего действия. Но вывели только один эпизод. Ибо крыть больше нечем. Ну и заодно перекодировали захваченный мной крейсер Бастоля, изменив дистанционно идентификатор. Теперь враг мой вообще ни при делах.

В целом поработали неплохо.

Уверен, что перехватили все сообщения с моего флота, компромат отфильтрован и уничтожен, история затёрта. Сработали чисто, но задействовать пришлось все лучшие связи.

Ещё в процессе гости суда заохали от обвинений. Гарнер оскалил победную улыбку. А принцесса стала смотреть на меня с ещё большим разочарованием. Наверное, потому что по моей роже и не скажешь, что я раскаиваюсь.

Эрц–принц только с надеждой взглянул. А я ему подмигнул.

— Что скажете на это, господин Робин? — Раздалось от принцессы с нотками брезгливости. — Жду ваших аргументов. Весь зал ждёт.

Глава 22

Огляделся, посмотрел ещё раз на людей. Тишина гробовая в зале.

— Это, — начал я неуверенно, и пощёлкав пальцами, указал на сидящего рядом с принцессой приглашённого специалиста. — Как вас там, Оливер. Канал связи гвардии высшего порядка откройте, пожалуйста, до флагмана моего. Система Мицар, планета Буран, 119 порт. Крейсер «Василий», идентификатор ВА 110696969.

Оливер на принцессу посмотрел вопросительно. Оу, откуда я знаю о таких возможностях гвардии? Упс. Вы ещё пешком под стол все ходили!

А два петуха (Бастоль и Гарнер) переглянулись.

— Да всё вы затёрли, не переживайте, — усмехнулся я. — Рано ещё переживать. Я скажу когда.

В зале гам пошёл. Принцесса нахмурилась:

— Паясничать вздумали?

— Ни в коем случае, ваше высочество, — отвечаю с улыбкой. — Оливер, ну что вы возитесь?

— Оливер, дай, что он просит, — отмахнулась Дэль.

Ути зайка.

Гвардеец расфокусировал взгляд и начал мысленную операцию. Вскоре пошёл дозвон!

Сонное лицо Арти возникло с некоторым недоумением. А затем он взбодрился, подрываясь с койки.

— Командор⁈ — Раздалось громкое и растерянное.

— План «Б» в плане «Б», — говорю ему.

— Поясните, командор.

— Где планшетка, Артимидус! — Рявкнул я.

В зале загалдели. Принцесса закатила глаза.

Вынул из–под задницы. Ну слава Квазару, выполнил хоть эту просьбу.

— Трансляция по каналу высшего уровня защиты, искажений быть не может, — комментирую я. — Данная планшетка ещё с древних времён, с защитным корпусом даже от квантового скана. Данные с неё не перепишешь, их не исказишь, а тем более не удалишь. Врубай сразу запись.

— Пусть передача данных по высшему каналу и достоверна, — сразу заверещал Бастоль. — Но запись легко можно регенерировать на любой лад!

— Параллельные протоколы будут высвечиваться как раз для специалиста, он оценит, — парирую, и всё выводится в зал!

Начинается фильм, как мы выходим в систему, находим первые корабли. Первая атака пиратов, отступление. Разведка и появление Мамонта. Пусть нарезками, но хронология сохранена, главное отразить моменты. Дальше моё путешествие по городку, краткий разговор с женщиной за прилавком, затем с мэром.

— Подделка! — Визжит Бастоль.

— Позвольте, адмирал, это смешные аргументы, — поддержал его и Гарнер.

— Да какие аргументы, господа, — отмахиваюсь. — Просто какая–то запись. Прошу заметить специалиста Оливера, что параллельные данные от протоколов подделать сложнее.

Оливер неуверенно кивает. Принцесса хмурится.

— И это всё? — Смеётся Бастоль.

— Нет, не спешите. Дальше, Арти, — говорю, и выводится новое изображение. — Первая нарезка нужна для того, чтобы предположить, как я заполучил странный корабль. Согласитесь, сложно такой фильм состряпать так складно, не имя таланта. Ведь так?

— Точно! — Раздалось восторженное из зала от эрц–принца.

— Может я Спилберг?

— Однозначно! — Снова его голос.

Несколько подростков даже зааплодировали, но прекратили под строгим взором принцессы.

Пока начинается новый эпизод на большом экране, я спрашиваю своего оппонента:

— Господин Бастоль, то есть мы с вами не пересекались в Риннитаки? Да?

— Конечно, нет!

— Действительно, что вам там делать, в этой мёртвой системе, если вы не знаете о Кладбище кораблей и халявном илинуме.

— Вот именно! — Огрызается.

— А где–нибудь вообще мы с вами бились, не помните? — Дальше драконю его.

— Нет, конечно! Я бы стёр тебя в порошок, а не слушал бы сейчас твой преступный бред! — Выругался.

И явно занервничал.

— Конечно, вы стёрли всё, — говорю с наигранным восхищением. — И журналы, и даже идентификаторы перебили на моём новом корабле. Да, да на том самом. Чтобы он и не был вашим. Чтобы даже малейшей мысли не возникло об этом.

— Ваше высочество, давайте уже закончим этот цирк? — Взвыл Бастоль.

— Интересно, — начал задумчиво я. — Кто должен быть задействован, чтобы так ловко изменить имперский реестр? Вероятно, очень высокий чиновник. Уууу.

— Адмирал Робин, по существу, пожалуйста, — обозначилась принцесса, посмотрев на меня пристально.

— Будет исполнено, ваше высочество! Позвольте продемонстрировать, как я получил крейсер, который чудесным образом оказался мой ещё до атаки. Путь тоже будет, как фильм. Поехали.

Начинается с высадки. Я и Арти! Камера то от меня, то от него. Уже вспышки от ударов фазеров озаряют пространство.

— Вы хотели увидеть меня настоящего, Дэль? — Говорю ей попутно, подступаясь ближе, смотрит на меня перепугано, а я добавляю хищно. — Сейчас увидите.

И вот я бегу по обшивке корабля, перепрыгивая лучи, пригибаясь под ними. Доли секунды промедлений, и меня бы разметало на частицы уже безвозвратно. Но я несусь бесстрашно. Даже не думал, что со стороны это будет выглядеть так круто.

Никто не пикает, все смотрят, раскрыв рты. Принцесса хмурится, но глаз не отрывает.

Когда я рублю обшивку, народ ахает в зале участливо. Будто тот герой всё ещё там. И за него переживают сердечно.

— Господин Ярон, для пущей картины не одолжите проектор? — Спрашиваю эрц–принца.

— Конечно, адмирал!

И слуга подаёт поток для подключения, который виден всем.

— Сейчас будет синхронизация, — комментирую. — Проектор транслирует мысли, а их не подделать. В ином случае искажение будет заметно.

С этими словами дальше транслируются уже всё параллельно. Как я вгрызаюсь в обшивку, как ползу по внутренней броне, дальше по шахте. И вот он мой заход в рубку, хладнокровное убийство трёх членов экипажа. От данного эпизода кто–то в зале даже захныкал, а остальные ахнули. Следом мои манёвры с огнём из корабельных пушек по противнику.

— Индекс видите! — Акцентирую внимание на том, что когда целюсь во второй крейсер с перехваченного, он высвечивается, как «Свой» с номером и романтическим именем «Мария».

Пошёл расстрел штурмующих рубку! И я притушил звук. Со словами:

— Вот он я настоящий, ваше высочество. Хладнокровный убийца, действующий без промедления на поле боя. Ну а вы, господин Норман? Теперь видите, как я сижу в рубке флагмана и вершу судьбы?

Это чтоб зря не болтал.

— Простите, — слышу негромкое от гвардейца, опускающего голову.

— Каждая секунда моего промедления — это смерть моего соратника, — говорю жёстко, обращаясь к принцессе, к гвардейцам, к толпе. — Каждый залп врага — это смерть моего соратника. Каждый вздох врага — это смерть моего соратника. Поэтому я всегда на острие атаки. И я не дам ни вздохнуть, ни пёрнуть. Поняли господин, Бристоль? Я. Всегда. На. Острие. Атаки.

Запись вырубилась.

— Это… это что за фанатичный бред? — Заговорил оппонент, обращаясь к принцессе. — Прекратите это, ваше высочество. Вы же видите, он сбрендил.

— Что–то ещё, адмирал Робин? — Произнесла принцесса взвинчено, игнорируя герцога.

— Да, ваше высочество, теперь аргументы, — отвечаю спокойно и киваю Арти.

Он включает следующую запись. А я комментирую.

Это уже инженеры мои постарались. Засняли, как разбирают щиток с маячком захваченного крейсера Бастоля.

— Дистанционно можно изменить и в базе данных, и на корабле транслируемый номер идентификатора, — рассказываю для дебилов. — Транслируемый! А вот физический, то есть заводской номер, увы, нет.

Как раз мой работяга и светит на корпус цилиндра, где выбит механически номер ВАА 220117109.

Я его ещё и озвучиваю. Для протокола.

— Подделка! — Восклицает Бастоль.

— Да помолчи ты, — шипит на него его же друг гвардеец.

— Вот именно, помолчите, господин Бастоль, — подкалываю я.

И в зале начинают посмеиваться.

— К делу! — Принцесса в нетерпении.

— О, обязательно, ваше высочество, — посмеиваюсь и Бристолю: — Дорогой адмирал, вы так наивно купились на моё бахвальство. Перед собранием в Адмиралтействе вы скушали мою наживку. Потому что я не был уверен, что вы догадаетесь так сделать. Не стали бы вы перебивать номер якобы не своего крейсера, не стали бы утверждать, что мы не пересекались. Тогда бы и не вышло у меня ничего. Но вы же так любите себя. Чтобы какой–то адмирал восьмого ранга отжал у вас крейсер. Да никогда! Я сотру его в пыль. Ля, ля, ля.

— К чему ты ведёшь, сосунок? — Прорычал Бастоль.

— Герцогу не подобает так выражаться. Но это всё, на что вы способны сейчас. А веду я к тому, что ты потянул за собой всех, идиот, — посмеиваюсь и командую Арти вывести новую информацию, комментируя дальше: — У меня нет доступа к номерам идентификаций кораблей, как у любого другого законопослушного адмирала, кроме нашего господина Бастоля.

— У меня тоже нет! — Огрызается.

— Поверю пока на слово, — ехидствую. — Нет доступа, повторюсь. И я могу только знать их названия и принадлежность. По ним вычислить дату ввода в строй. Ну и конструкторское бюро найти не сложно. Так вот к чему я. Крейсера «Победа», «Штурмовой», «Каллисто», «Жанжон»…

Перечисляю и вывожу на экран маркировку и принадлежность через данные Арти.

— Это же ваши крейсера, господин Бристоль? — Спрашиваю, намеренно не назвав тот, который теперь мой.

— Ну… э…

— Отвечайте, — прорычала на него принцесса.

— Да, мои, — заёрзал на стуле Бастоль.

Вижу, как гвардеец Гарнер прикрыл ладошкой лицо, ибо он уже сообразил к чему я. Умный мужик, но недостаточно, чтобы не связываться с такой тупой свиньёй. Которая рано или поздно подставит всех.

— Эти крейсера одной партией сошли со стапелей пять лет назад, конструкторская компания «Космос–Торн» выполняла заказ, — продолжаю и обращаюсь к специалисту. — А теперь господин Оливер, прошу вас получить санкцию от её высочества Аделины–Зэр Зерар и подать неотложный запрос в компанию, с просьбой–требованием дать все идентификационные номера крейсеров той партии. А мы пока подождём.

— Выполняйте, — бросила принцесса, впившись в выведенный виртуальный список и сама выдала. — Здесь не хватает одного корабля.

— А ну да, его ж затёрли, — усмехнулся я.

Бастоль красный, как варёный рак вжал голову в свой парадный фрак.

Две минуты потребовалось на выполнение запроса. Это ж мать его императорский запрос!

— Диктуйте, — скомандовал я спецу.

Он продрал горло и начал тоненько:

— «Победа» номер ВАА 220117105, «Штурмовой» — 220117106… «Каллисто» –220117107, 220117108, 220117110, 220117111…

— Ой, — вмешался я. — Так мы вместе, выходит, строились! Мой крейсер под номером 109! Какое совпадение. Согласитесь, я не мог знать заранее столь конфиденциальную информацию, за которую компания отвечает головой. А значит перебить номер на корпусе маяка на нужный не сумел бы при всём желании. Для пущей уверенности её высочество легко инициирует запрос и на сверку номера двигателя, коробки ядра и других блоков, имеющих заводские маркировки. Уверен вся серия и ныне мой несчастный кораблик совпадут по большинству параметров.

Наступила гробовая тишина.

Принцесса проморгала часто.

— Ваше высочество, — взвыл Бастоль. — Это провокация.

— Так уж и провокация. Вся серия ваша, — бросила принцесса зло. — Получается, вы ввели меня в заблуждение и оклеветали адмирала Робина.

Бастоль затрясся. А его дружок гвардеец уставился на него прожигающе.

— Позвольте, подытожить, ваше высочество, — произнёс я с лёгкой улыбкой, которая многих бесит. Но некоторых и очаровывает.

Принцесса просто кивнула, её взгляд устремился поверх наших голов.

Ну а мне остаётся добить своего врага:

— Да, признаю, я прибыл в систему Риннитаки поживиться, потому что у меня была информация о подбитых крейсерах двадцатилетней давности. Выпиливать илинум из них не является незаконным. Напоровшись на Кладбище из тысячи кораблей со времён битвы Зинона и Креалима, я нашёл пиратов, дал бой, они оказались повстанцами. Их город, слепленный из старых кораблей, уничтожать не стал из–за женщин и детей на борту, но выяснил, откуда у них современное оборудование. Жители свидетельствовали, и местный мэр подтвердил, некий адмирал более десяти лет снабжал их жизненно важными ресурсами, современным оборудованием и даже вооружением. Я выяснил его личность и понял, что он уже скоро нагрянет. Потому что посещает свою кормушку довольно часто. Прихватив странный корабль пиратов, потому что он меня заинтересовал, как боевая единица, я двинул флот в обход армаде этого некоего адмирала, но пришлось драться с его охранением у гипер-выхода. В результате боя я захватил один корабль под номером…109. Спустя время меня арестовали в Рубиконе. Бастоль сговорился с Гарнером. Вместе они сумели незаконно меня задержать. Также незаконно вмешаться в мои судовые журналы, что тоже преступление. Дальше Бастоль обратился к связям, самым высоким по положению, способным вмешаться в имперский реестр. А значит, это мог быть только министр или его заместитель. Думаю, замешаны ещё чиновники по торговым направлениям, ведь илинум нужно было как–то незаметно сбывать. Уверен, со всеми коррупционерами разберётся Служба дознания. Стоит лишь немного надавать по имеющимся уликам, и все признания посыплются градом слёз.

Вздохнул, наслаждаясь реакцией и закончил с наигранным прискорбием:

— Что ж… поздравьте, я раскрыл целую преступную сеть, засевшую на самой верхушке и потерявшую нюх от вседозволенности. К сожалению, констатирую, вы пригрели змею, госпожа Аделина. И эта змея чуть не заставила вас расправиться с невиновным человеком. Слава Квазару, справедливость восторжествовала. Я закончил, ваше высочество.

В зале разразились аплодисменты.

— Взять их! — Рявкнула принцесса, больше не медлив.

Бастоль упал в ноги и заплакал. Но это не помогло, его схватили выехавшие из подземелья гвардейцы и заковали, как недавно крутили меня. Его подельник офицер гвардии Гарнер Ивилон повёл себя более достойно. Он поднялся, расправил плечи и посмотрел на меня пристально. А затем кивнул с лёгкой улыбкой ободрительно и пошёл с конвоем прочь.

Насколько мне известно, если Бастоля, как герцога, могут и просто понизить, вышвырнув с Зэрдина, то этому уж точно светит смертная казнь.

При этом даже когда всех вывели, аплодисменты не утихли. Лишь после того, как принцесса подняла руку, все затаили дыхание.

А я впервые опустил глаза, потому что устал смотреть на всех мило.

— Я приношу свои извинения за беспочвенные обвинения в ваш адрес, господин Руди Робин, — раздалось от неё с нотками чувственности. — Ваша репутация пострадала незаслуженно.

Просто кивнул в ответ, продолжая не смотреть.

— Вы удивили меня уже в третий раз, — вдруг призналась она, не стесняясь людей. — И знаете, я действительно увидела вас с другой стороны. С настоящей.

Думаю, вряд ли. Но я промолчал на это.

Принцесса поднялась с трона и все упали на колено, как и положено.

В том числе и я. Но всё же с такого положения возымел наглость озвучить просьбу:

— Ваше высочество, вы могли бы принять меня?

— Да, идёмте, — ответила устало, и двинулась из зала.

Мне нужен был разговор наедине. Чтобы решить главную проблему. И лучше по накатанной, пока она чувствует свою вину.

Поспешил за ней, и дёрнул Оливера.

— Не вырубай канал пока, я ещё не закончил, — шепнул ему. Гвардеец кивнул, глядя на меня восторженно и несколько ошалело.

По сути он поучаствовал в этой авантюре. И не без его помощи полетят самые золотые и прежде неприкосновенные головы. И никто ничего уже не замнёт. Ведь протокол вёлся официальный. Все материалы уже, где следует. Не отмажешься! Именно поэтому мне и нужен был суд. А не разговор в кабинете, после которого Бастолю бы всё сошло с рук, потому что он отец её возлюбленного Эмиля. Точно бы не стали выносить сор из избы.

А потом меня бы через годик уже раскатали по полной. Без всякого шума.

Принцесса приняла в отдельной гостиной. Сразу впилась вопросительно и одновременно растеряно.

— Давай быстрее, пожалуйста, мне ещё надо объяснить всё отцу, — говорит, усаживаясь за массивный стол из голубого хрусталя.

После такого заявления я чуть не рухнул на подкосившихся коленках.

Император услышит моё имя⁈ Нахер! Нахер!

Но постарался не подавать вида. Усевшись на диванчик напротив, сразу произнёс:

— Можно вас попросить, изолировать помещение, чтобы нас не подслушивали.

Принцесса пробежалась глазами и выдала:

— А канал?

— Он мне нужен.

— Готово, говорите, — произнесла через три секунды.

— Только вы сможете помочь, — перешёл сразу к сути. — Корабль, который я забрал у повстанцев, нужен мне.

— И в чём проблема?

— Он несколько больше стандартных, и боюсь, что не пройдёт комиссию…

— Вы предлагаете мне пойти на преступление, которое подобно раскрытому вами же сегодня? Не цинично ли с вашей стороны? — Возмутилась.

— Дэль, вы тронули меня своим отношением к бывшей рабыне и её дочери, — пою дифирамбы, делая чувственный вид. — Моя ситуация похожа.

— Не поняла?

— Смотрите.

Всё ещё сидящий в напряге Арти вывел нам с планшетки ещё одно видео. Его мы монтировали примерно месяц назад. Очень трогательная запись. Мы старались.

Увидев первых же феек, Дэль раскрыла рот и вытаращила свои лиловые глазища.

Дальше пошёл сюжетец, как мы играем с девицами, одетыми уже в нормальные спортивные одежды в мяч. Фейки при этом прибегают к нечестной игре, постоянно взлетая. Зрительницы–болельщицы, которые тоже фейки, визжат и хлопают в ладоши.

Замутили танцы на камеру, прямо в воздухе закрутились красотки. Помню, что постановка, но даже сейчас так трогательно смотрится, что слеза скупая по моей щеке покатилась.

Потом запись переходит в новый эпизод, как я даю пробовать фейкам торт.

— Руди, это такая гадость! — Заявляет одна из них на имперском языке.

— Ягод давай, да пожирнее, — требуют малышки.

— Вы со своими ягодами, мне все картриджи выгребли, — отвечаю, посмеиваясь. — Они ж только на вкус настоящие.

— У нас здесь долго растут, — кивает на парник ещё одна. — Да и всё эта Риси сжирает. Что вот с дикой делать? Ну дура, дурой.

— Какая я дикая? — Возмущается Риси. — Руди, а мне торт нравится. Ой, дай пирожное…

Дразню её, не давая!

Вцепляется. Потом отдёргивается.

— Ой! Я тебя поранила! Прости, прости.

Пилоты в кадре. Обнимаются с фейками.

— Ты моя прелесть… — воет один и целует в губы!!

Останавливаю запись, на моменте, как они обнимаются со счастливыми улыбками, не отрывая друг от друга влюблённых глаз.

Принцесса в шоке.

— Это ведь не… — начала и запнулась.

— Всё настоящее. И фейки тоже.

— Они… они разговаривают. Общаются!

— Посмотрите сюда, — перевожу кадр выше, показывая на металлический потолок. — Это тот самый странный корабль, который могут арестовать в любой момент. Они там живут, потому что изъявили желание покинуть планету. Я устроил им оранжерею с их фауной, им нравится. У них много места и полная безопасность. Если вы ещё не озадачились этой проблемой, то озвучу. Им на Фейран занесли много болезней, поражающих мужчин. Популяция идёт ко дну. Вид вымирает. Фейки бегут с планеты, я спас кого сумел вывезти. И всё это теперь моя забота. И они не рабы, вы же сами всё увидели. Ни кляпов, ни ошейников, ни цепей. Малышки счастливы, они даже нашли себе пару.

— Это чудо, — шепчет Дэль, переполняясь восторгом. — Как вы сумели их приручить?

— Подружиться, — говорю с мягким укором.

— Подружиться! — Соглашается воодушевлённо — А они не нападут на других?

— Нет, если другие не будут желать им зла. Но в том и проблема. Контрабандисты ловят их, некоторые чиновники платят огромные деньги за феек. Живодёры отрезают им крылья, чтобы лишить магии ради своей безопасности. А вы в курсе, что крылья для феек — это половина их души. И когда корабль арестуют, их всех ждёт эта участь. Боль, страдания, разочарование в нас. Быть может эти сказочные существа просто дают нам последний шанс? Я прошу вас помочь мне, чтобы такое предотвратить.

Шмыгнул носом, слезу вытер.

— Неволя для них — это кощунство, — согласилась Дэль, заметив, как я растроган. — Эти создания заслуживают жить свободно. И то… то, что ты делаешь — очень благородно. Скажи, что нужно. И мы это устроим.

Вот и всё.

Я попросил занести Мамонта в имперский реестр без шума, под маркировкой авианосца. Принцесса всё сделала быстро. Прям по горячим следам.

Я попросил держать всё в тайне, и Дэль дала мне слово. Теперь у нас этих тайн целых две. Растём в отношениях!

Когда вернулся в свои покои внезапно уставший как собака, ко мне постучался гвардеец Норман и сообщил, что с моего флота сняли все ограничения. А затем он пожал мне руку.

Я думал, что меня попросят с Зэрдина ещё до обеда.

Поэтому активно опустошал бар, как не напившийся за все триста с лихвой лет, алкаш. Совесть меня сжирала изнутри, как едкая кислота.

Надо быть такой сукой, чтобы сетовать на благородство с фейками. Когда они нужны мне, чтобы воевать.

Да, они сами не жалуются. И не прочь защищать своих пилотов в кабине. Но они просто не знают другой, вполне нормальной жизни.

— Руди! Прекращай, — говорю сам себе вялым языком и падаю в бассейн прямо в мундире.

Он белый, но на самом деле красный. И вода… даже зэрдинская, она не смоет это всё.

Погружение спиной вниз, как замедленное падение в моей жизни… Безмолвие даёт ещё больше сил точить себя и дальше. Касаюсь дна. И вижу, над поверхностью лицо. Нет, мне не показалось. Кого ещё черти принесли?

Выныриваю из любопытства. Эрц–принц пожаловал.

— Да, Ярон? Прости, я в зюзю, — говорю фамильярно.

— Руди, ты был великолепен. Слов нет, чтоб описать, как ты размазал герцога Бастоля. Этот старый лизоблюд мне никогда не нравился. Как и его напыщенный Эмиль. А теперь я понял, что интуиция меня не подвела.

— Я рад, что ты начал разбираться в людях. Это важно, — мямлю. — Прости, я…

— Ты в зюзю, — смеётся и треплет мою мокрую шевелюру.

— Мне уже пора, да? — Спрашиваю с грустью.

— И не вздумай, — заявляет вдруг Ярон воодушевлённо. — Императорский бал на носу. Шестой принц устраивает праздник галактического масштаба. Уууу, даже не представляешь, что там творится каждый год! В прошлом году я подсмотрел и три ночи потом уснуть не мог. Будут все самые известные звёзды шоу–бизнеса, именитые лорды, актрисы, победители прошлых сезонов лабиринтов смерти, все–все–все. Если тётушка тебя не позовёт, это сделаю я. Будешь моим гостем. Ты ж не против?

— На бал–то?

— Ну да.

— Императорский?

— Да! Руди. Да!

— А бабы будут?

— Целая куча!

— Тогда я согласен.

Продолжение следует!

Вторая книга сюда:

https://author.today/reader/375472/3468972

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Звездный султан-покоритель принцесс (том 1)

Content

Звёздный султан-покоритель принцесс (том 1)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Nota bene