Самый злой вид 11 — Кровь за кровь

Глава 1

Почти догоревший костер мгновенно вспыхнул с новой силой, когда в его горячие объятия попала большая куча хвороста, а следом за столь щедрым питанием в огонь отправились массивные сухие полена.

— Сколько нам еще ждать маму?

— А тебе просто сидеть с нами не комфортно и нужна мама?

— Вежливые вампиры вопросом на вопрос…

— Девчонки, вы такие смешные, кстати, мне сегодня такой анекдот рассказали, я не знала плакать или смеяться.

— Ирина! — дружный вопль двух девичьих глоток спугнул целую стаю мирно спавших птиц, что породило целую цепную реакцию, и мирно спавший лес наполнился различными звуками.

— Сто лет как Ирина, — отмахнулась от сестер младшая дочка алукарда, — Так хотите послушать, что мне сегодня рассказали ребята из Разведки или так и будем ждать маму в тишине?

— Рассказывай уже, мама, похоже, сильно занята, раз уж к нам выбраться вовремя не смогла.

— Мама обязательно придет, иначе бы она связалась с нами.

Со времен примирения дочерей с отцом и примирения отца и матери семья Александра не собиралась вместе. Вторжение в северные провинции Орода, их захват, наведение порядка на новых территориях и их оборона вкупе с возведением грандиозной оборонительной линии — Вала, что должен был полностью отрезать весь север враждебного королевства от остальных человеческих земель, занимали у вампиресс все свободное время. Но даже на войне есть место отпуску. Получить оный для родни алукарда оказалось крайне просто, а провести его женская часть семьи решила за совместными посиделками недалеко от возводимого вампирами Вала. И ныне дочери Александра ожидали собственную мать, которая по непонятным причинам задерживалась, но связываться по амулету не спешила.

— Рассказывай, что там тебе разведчики в уши залили, — махнула рукой старшая София, все еще недовольно пофыркивая на среднюю сестру, посмевшую первой вслух задать вопрос, витавший у всей троицы в голове.

— А чего сразу «залили», Соф, чего ты такая раздраженная? — Ирина требовательно посмотрела на старшую сестренку.

— Не обращай внимания, Ир, это так…

— Чего?

— По службе, — нехотя выдавила из себя София и злобно прошипела, — Офицеры идиоты.

— У тебя все идиоты, — улыбнулась Ирина, осознав, что реальных причин для плохого настроения у старшей нет, и они с Люсией в очередной раз наблюдают обычное проявления тяжелого характера своей сестры, которая мало того что всегда имела свое мнение на любую ситуацию вокруг, так и делать все стремилась лишь по своему и никак иначе, отчего в армии Софии было довольно нелегко, — Так вот. Свежий анекдот. Все слышали про пророчество о том, что империю погубят ящерицы, и что Леопольд из Корпуса Разведки вокруг этого пророчества целую стратегию разработал, ради которой забросил многие дела с орками и кочевниками?

— Слышала, — кивнула, София.

— В курсе, — поддакнула сестре Люсия, — Только там же все отлично получилось. Дракониды напали на Песчаные рудники. Империи теперь будет очень несладко.

— Ха! Значит про ситуацию знаете, а свежий анекдот еще не слышали, — довольно потерла руками Ирина, — Так вот. Дракониды действительно атаковали Песчаные рудники, что довольно сильно были повреждены случившимся в том районе землетрясением, только вот не вышло у ящериц ничего. Полное фиаско. Умылись кровью и отступили.

— О как…

— О поражении драконидов я еще не слышала, — призналась София, — Только в чем тут анекдот?

— А это и не он, — усмехнулась Ирина, — Затравка истории. В общем, дракониды попробовали священников на зуб, им эти зубы выбили, и они убрались к себе не солоно хлебавши. Только вот, как вы должны помнить, наши ящерки незадолго до этого устроили у себя переворот, и к власти у них пришли оголтелые фанатики и нацисты, которые первым делом принялись убивать рабов из числа всех прочих рас, кроме своей.

— Их же свои и остановили, когда поняли, что так новые власти всю экономику уничтожат.

— Остановили, — с улыбкой кивнула Ирина, — Только рабов они все равно очень много на тот свет отправили, и драконидам пришлось самим браться за работу, которую раньше делали их рабы. А это, сами знаете, для надменных ящериц как серпом по яйцам. Ситуацию должен был решить удачный поход на Песчаные рудники и захват таких нужных для экономики рабов там. Леопольд через своих агентов очень хорошо преподнес эту идею драконидам, и потому они так вовремя ударили по светошам.

— Похоже все-таки поспешили, раз набег провалился, — едко подметила София.

— Для нас-то вовремя, церковь от Светлого похода отвлекли, а остальное не так и важно, — отмахнулась Ирина, — Так вот. Атака отражена, армия кровавую юшку сплевывает, а рабов как не было так и нет. И что бедным ящерам делать?

— Неужели повторно ударили? — удивилась Люсия, — Только, что в такой глупости смешного?

— Не, повторно не ударили, по крайней мере пока не ударили, да и скорее всего не скоро ударят. Священники им лицо конкретно так разбили. Но рабы-то нужны!

— К кочевникам что-ли пошли? — предположила София.

— Верно, сестренка! Именно к кочевникам за рабами и пошли, а те не дураки в бой с ящерицами вступать — вещи собрали, на лошадей сели и севернее перекочевали. А севернее у нас граница империи!

— Забавная ситуация.

— А то! Говорят, Леопольд в полном недоумении. Он же специально многие планы с орками и кочевниками отменил, чтобы больше сил на драконидов осталось, спровоцировал ящериц на атаку, а в итоге в империю все равно полезли кочевники, как это изначально и планировалось!

— Действительно смешно, — улыбнулась Люсия, — Но с общими пророчествами оно всегда так, предполагаешь одно, а по факту все иначе. Вот и здесь также — бьют империю кочевники, а по факту виноваты в этом ящерицы.

— Кочевникам империю не свалить, — категорично заявила София, — Силы не те. Там даже на серьезные успехи рассчитывать не приходится, прямо на границах всех положат. Нынешние степняки не чета прежним. Да и имперцы границу десятилетиями укрепляли.

— Уверена, что Леопольд что-нибудь придумает, он на таких делах не одну собаку съел. Сейчас отойдет от столь странного загиба судьбы, что с ним приключился, и возьмет ситуацию под свой контроль. Оружие, артефакты, серебро… Империи будет больно.

— Спорим? — азартно вскрикнула София.

— Какой спорим? Ты мне еще за наш спор насчет детей с родством душ долг не отдала!

— Пфф! Зассала, — ухмыльнулась София и повернулась к младшей, — А что там, кстати, насчет твоих найденышей с непонятно откуда появившимся родством душ?

— Совсем последних новостей у меня нет, — пожала плечами Ирина, — Всех обратили, раскидали по разным подразделениям, обильно накормили кровью священников из империи и Орода, отчего религиозного фанатизма и дурости у детишек сильно поубавилось…

— Казнили скольких? — прервала сестру София.

— Двоих.

— То есть, новых казней нет?

— Верно, так что ты проиграла спор Люсе. Мои найденыши оказались более адекватны, чем ты о них думала.

Не слова ни говоря, София приподнялась с бревна на котором сидела, подошла к Люсии, опустилась перед ней на колени и, задрав челку, подставила сестре лоб, в который тут же прилетел мощный щелбан, откинувший старшую из вампиресс на землю.

— Это я любя, по-сестрински, — улыбнулась Люсия.

— Я почувствовала, — потерев лоб, София вернулась на место, — Так про ящериц спорим или ссышь?

— Остерегаюсь, — оскалилась средняя сестра, — Леопольд и сам может пересмотреть свои планы, или ему прикажут в Триумвирате. Кроме того, мы не знаем насколько там все пострадали от землетрясения и потому представления не имеем о возможностях как драконидов с кочевниками, так и имперцев. То есть, спор глупый и я в нем не участвую.

— Как знаешь. А по землетрясению и правда никакой информации?

— Откуда? У нас, когда тряхнуло, вспомни, мы считай месяц не знали, что в Элуре точно повреждено. В Ороде до сих пор не знают. А уж империя с ее размерами и враньем чиновников о ситуации в своих уездах еще лет десять знать реальные масштабы разрушений не будет, — Люсия махнула рукой, закрывая тему.

Всколыхнувшие весь континент мощнейшие землетрясения были одной из излюбленных тем разговором между вампирами, правда обсуждали кровопийцы не сами землетрясения, а их причину, вокруг которой и ломали копья в бесконечных спорах и предположениях. Впрочем, тема того заслуживала. Не каждый же век происходят столь масштабные катастрофы планетарного масштаба, после которых в разрухе лежат даже не провинции, а целые страны. Хуже же всего была неизвестность, которая и заставляла вампиров делать одно предположение о природе землетрясений за другим и никто, даже всезнающий Корпус Науки, не мог дать гарантий, что землетрясения более не повторятся. Более того, большинство сходилось во мнении, что еще ничего не закончилось и основной разгул стихии все еще впереди.

— А про гоблинов правда?

— Смотря о чем спрашиваешь.

— Наши, вроде, хотят специальные обелиски с искусственными аномалиями под землей ставить и вокруг этих обелисков формировать гоблинский клан, чтобы популяцию мохнатиков поддержать и не дать им сгинуть. Причем, обелиски будут не простые, а с артефактами, через которые гоблинам можно будет команды отдавать, типа повеления бога и все такое.

— Не, не слышала о таком, — покачала головой Софья, — Но, думается мне, дурость это огромная. Опять богов изображать будем, опять кому-нибудь его священную мозоль отдавим.

— Не скажи. Вроде пока кроме мамы Мур никто божественный нас не трогал. Гоблины же и вовсе магические существа и богам они не интересны. Никакого риска создавать искусственные священные места нет. Только вот, я не знаю, насколько рассказ об этом был верным, и действительно ли Триумвират подобную программу одобрил.

— Скорее тебе планы на будущее озвучивали. У Корпуса Мастеров столько работы, что руки опускаются, а большинство работников в Чергории за вурдалаками бегает. Тут не до строительства священных обелисков для гоблинов, свои бы штаны сохранить, тем более Женева нужна как воздух.

— Да. Новая столица необходима.

Первоначальные планы — перенести столицу королевства Элур из Касии в новый, специально для этого построенный город — предполагали, что возводить Женеву будут крайне медленно и без суеты и лет за двадцать может быть построят что-то похожее на новую столицу. Реальность, как всегда, внесла в этот план коррективы, и работы по возведению Женевы были максимально ускорены. А все потому, что кое-кто, не будем показать пальцем на Мур, оказался слишком ревнив и не пожелал, чтобы ее единственный в мире Храм располагался в одном с вампирами городе, и потому мамочка со всей своей божественной дурью что-то там колданула, или как это там у богов называется, и все жители Касии женского пола фанатично возжелали вампиров. Причем, с неимоверной точностью определяли кровопийц даже когда те были замаскированы в толпе. Недавно подобная «пытка» прекратилась, но намек триумвиры поняли и Женева уже строилась даже несмотря на то, что планы по самому городу до конца так и не были завершены.

— А я считаю Женеву глупостью. Если в Касии было так тяжело находиться, как об этом рассказывают, так всегда можно было перенести столицу в Кас.

— Ты не права. Перестраивать всегда сложнее чем новое строить. А Кас пришлось бы перестраивать.

— Тогда я бы оставила все как есть и перенесла Храм Мур. Чего ради одного храма всю столицу переносить? Касия веками была политическим центром Элура и нет никаких причин это менять. Люди привыкли, мы привыкли, соседи привыкли, местоположение удобное… Триумвират просто осуществил свои хотелки, ведь у папы город его имени есть, у дяди Кости есть, а у дяди Жени считай нет, ведь не объяснишь же каждому, что буква «е» в слове «Ебург» это в честь одного из триумвиров.

Три сестры замолчали и задумались, глядя на пламя костра, что медленно пожирало дрова. Тихая ородская ночь вступала в свои права, а три вампирессы продолжали молчать.

— Вроде давно не виделись, а поговорить не о чем, — покачала головой Ирина.

— Так, может, обменяемся кровью? — оживилась София.

— Ждем маму, — отрезала Люсия, — А тем для разговора нет именно потому, что давно не виделись. Чужие мы друг другу… почти чужие. В детстве так и не подружились толком, а затем сразу в армию. Ну а как у нас в армии натаскивают и сколько есть свободного времени — сами знает.

— Да уж… После такого начинаешь завидовать старшим вампирам, которые иногда по полвека не видятся, а потом встречаются будто вчера расстались и болтают как ни в чем не бывало, чтобы потом еще десяток лет не видеться.

— Чему тут завидовать? — удивилась Ирина.

— Сейчас бы сидели и весело общались, а не маму ждали, — улыбнулась София.

— Иди ты, сама знаешь куда и насколько. Раз не о чем говорить, давайте поговорим о политике.

— О политике говорить не буду, — София стала похожа на нахохлившегося воробушка, — У меня в подразделении все только о политике и говорят.

— Так время такое. Наши реформы сильно взбудоражили Элур. Про Светлый поход вообще молчу.

— Ой, да ладно тебе, — отмахнулась София и передразнила младшую сестру, — «Время такое». Когда оно другое было? Я вот не помню. А реформы дурацкие. Что сословная реформа, что военная, что административная. Одни половинчатые решения. Через сто лет все придется переделывать и вновь проводить новые реформы.

— Общество не стоит на месте и ему всегда будут требоваться изменения и реформы. Даже мы, вампиры, и то постоянно что-то меняет у себя, а люди и вовсе живут в социуме который любой из изначальных считает либо диким, либо просто неправильным.

— И кстати, Софа, — в спор сестер влезла Люсия, — Чем тебе военная реформа не нравится? На мой взгляд армия Элура будет лучшей армией мира как по организации, так и по возможностям.

— Насчет «лучшей армии» я бы не была столь категорична, но спорить не буду, а половинчатой военную реформу я считаю из-за того, что она не затрагивает наемников. Непосредственно к армейской реформе у меня вопросов нет… хотя я бы поспорила насчет флота.

— Флотом пусть люди занимаются, а чем тебе, сестренка, наемники не угодили?

— Они не нужны, — пожала плечами София, — Есть армия, есть дружинники, есть ополчение. Наемники в этом ряду даже не лишние, а вовсе вредные, и внутри нашего государства они не нужны. Сейчас, когда так много отрядов бладианцев погибло в Валерии, Триумвират навсегда мог избавиться от этого наследия прошлого, но вместо этого папа поддержал не только бладианцев, но и весь институт наемничества в Элуре.

— Зря ты так, сестренка, — скривилась Люсия, — Наемники нужны. Кто-то должен охранять те же купеческие караваны и склады. И это самое простое использование наемников. А ведь есть и куда более глубинные причины их существования.

— Например? И не вздумай заявить об использовании наемников за рубежом, там они просто зарабатывают деньги, а не отстаивают интересы Элура.

— Даже «простого зарабатывания денег» уже хватит, ведь зарабатывают они эти деньги для Элура, да и «империя там где ее армия», а бладианцы неимоверно верны отцу и их можно считать его личной армией. Но я говорила не об этом, про зарубежные дела наемников я даже и не думала.

— Тогда о чем речь?

— О нашем новом дворянстве — титулованном сословии. Реформы Триумвирата подрезают им крылья, но многие вольности сохраняются, потому как их просто нельзя отменить из-за слишком большой революционности подобной идеи. И самая главная вольница, оставшаяся у нашей знати, это их личная дружина. Наше титулованное сословие все еще имеет право на свои собственные вооруженные силы. Только вот в мирное время да еще и в полностью безопасном, подчиняющемся закону государстве, личные дружины вещь весьма затратная, особенно если это нечто большее чем мужики с дубинами. И тут на сцену выходят те же бладианцы — хорошо обученные, хорошо экипированные и многочисленные наемники. И как ты думаешь, что именно выберет наша знать: иметь личную дружину в сотню рыл и десятилетиями мира не просто платить им, а еще и экипировать, или же иметь десяток верных телохранителей и содержать пять десятков наемников, зная что при нужде эти пять десятков быстро превратятся в тысячу, но в мирное время платишь ты только за пятьдесят?

— Ну… если смотреть с этой точки зрения…

— А с этой и надо смотреть. Через сто лет в Элуре большая часть личных дружин нашего титулованного сословия будет состоять из бладианцев, а те в свою очередь прежде всего верны отцу. То есть, у нас и овцы будут целы, а именно дворяне будут спокойны за свою жизнь и имущество — и волки будут сыты, то есть мы, вампиры, будем знать, что против нас оружие дворяне поднять не смогут. А если заглянуть еще дальше, то и совсем становится понятно почему наемники все еще существуют.

— И что там такого в «еще дальше»? — заинтересовалась старшая сестра, одновременно коря себя за недальновидность.

— Среди титулованного сословия растет количество вампиров, сестренка. И этого не остановить. В будущем знать Элура все больше и больше будет состоять из нас, а не людей. И вот представь, Софа, станешь ты баронессой, и тогда из кого будешь себе личную дружину заводить, чтобы порядок на своих землях поддерживать?

— Бладианцев найму, — кивнула София.

— А почему?

— Потому что они лучшие.

— А вампиры привыкли иметь все самое лучшее и после нас лучшие это бладианцы. И вот получается, что лет через сто пятьдесят, наемники станут не просто чем-то вредным и ненужным, они станут личной армией вампиров и запасной армией Элура. Смотреть надо не только на то, что на поверхности, сестренка.

— Ладно-ладно, уела. Можешь бить щелбан. Заслужила.

— Не буду, а то еще последние мозги выбью, — рассмеялась Люсия.

— Ой-ой-ой, какие мы стали важные, — несмотря на обиженные нотки в голосе, глаза Софии смеялись, — А растолкуй тогда такой глупой старшей сестре, зачем все гвардейские полки переводим на паладинов и будем обучать их по нашим методикам? Это же опасно.

— Опасно. Но опять же, не так все и просто. Черные Арбалетчики, полк охраняющий королевский дворец, новой реформе подвергнут не будет и даже более того, в его составе никаких паладинов не останется вовсе. Одни простые люди и все. То есть, рядом с триумвирами всегда будут находится обычные, пусть и хорошо тренированные, солдаты, которые даже толком защитить их не смогут, не говоря уж о предательстве и ударе в спину. Дворец будет под полной охраной жандармов, а главный гвардейский полк Элура станет не более чем церемониальным. А ведь сейчас Черные арбалетчики это реальная боевая сила. При этом все остальные гвардейские полки будут состоять исключительно из паладинов да еще и подготовленных по нашим стандартам и методикам. То есть, элурская гвардия становится чрезвычайно опасным и эффективным инструментом войны, по сути боевой гвардией — настоящей элитой армии. Сейчас все эти будущие элитные полки располагаются в Касии, но всего через несколько десятков лет Касия перестанет быть столицей, и самые лучшие, самые сильные и самые опасные для нас войска людей будут в нашей армии, но не у нас под боком. И Триумвирату останется лишь следить через память крови за верностью этих элитных полков да использовать их против наших врагов там где использование вампиров чрезмерно. При этом количество потенциальных паладинов среди людей есть величина ограниченная. И если большая часть таких потенциальных кандидатов попадет в нашу гвардию, где будет надрессирована на верность нам, то это значит, что любые возможные заговорщики получат самый минимум потенциально опасных для вампиров бойцов. Мы не только сделаем себя сильнее, но и ослабим противников. И все это будет стоит нам лишь денег. Это явно хорошая сделка.

— Согласна. Впрочем, я и сама примерно так думала, — коварно улыбнулась София, — Правда, меня беспокоит как на это отреагируют во всем остальном мире. Светлая Церковь уже давно активно набирает паладинов в свои легионы, теперь же они, скорее всего, будут забирать туда всех и делать это силой, не спрашивая у кандидатов их желания.

— Могут, — кивнула Люсия, — Скорее всего, церковники даже введут что-то типа обязательного призыва в светлые легионы всех личных магов, особенно молодых. Вот только сокращение количества алхимиков и артефакторов и превращение их в верных Церкви паладинов будет очень нехорошо воспринято уже магами, а значит светошам придется либо идти на конфликт с магами, либо договариваться. Конфликт это всегда непредсказуемо, так что будут договариваться.

— Не верю в договор, — влезла в разговор молчавшая Ирина, — Не сейчас. Вспомните, как обстоят дела у магов в мире! Не будут священники договариваться со слабыми.

— В империи маги сильны, как и раньше. Это в Валерии все печально, считай две гражданских войны за год случилось, плюс страшный голод, плюс почти всех архимагов тайно диверсанты перерезали. Но Валерия лишь пример для магов остального мира и не более. Так что, ныне маги людей растеряны, это да, но не слабы, а в империи и вовсе все как всегда, даже лучше. Все-таки кровавые маги всегда были оппонентами более традиционных валерианских магов, и теперь к ним многие побегут, кто раньше опирался на поддержку валерианцев. Нет, не рискнут светоши конфликт с магами из-за паладинов начинать, будут договариваться.

— Знаешь, Люсь, я в данном вопросе как-то больше на стороне Иринки… Нет-нет, — вскинула руки София, — Ты тоже права, но сама посуди: многие человеческие маги привыкли опираться на Валерию не только как на пример для подражания, но и шантажировали своих королей тем фактом, что если на них будут как-то не так смотреть, то они переберутся в Валерию на постоянное место жительства и все. В самой Валерии эти негласные заявления всегда поддерживали тем, что периодически предлагали сильным магам переселиться к себе и даже были готовы это профинансировать. А что теперь? И ладно там деньги, их в Валерии найдут, но какой маг поедет в разрушенную страну, у которой до сих пор вдоль дорог гниющие трупы валяются и где во многих местах хозяйничают ликане. А вы сами знаете, что после того как победившая сторона освободила оборотней, те ведут себя хуже некуда и отрываются за столетия рабства, наводя свои порядки и ведя себя по отношению к людям хуже, чем маги относились к ним. И их даже приструнить нечем, они сейчас в Валерии сила. Маги контролируют только столицу и несколько крупных городов.

— Раб всегда мечтает о других рабах, — пожала плечами Люсия, — И да, Софа, ты права, но не совсем.

— Ха-ха-ха!

— Не смейся. Ты верно все сказала, но не учла, что Светлая Церковь совсем недавно, по сути, разделилась, и я сейчас не про тех кто ушел в Ганию вслед за старым Наместником в попытке найти настоящие заповеди Демура.

— Ты о Церковном Банке?

— Верно! После того как в Вобанэ поменялась власть и на трон сел новый Наместник, банкиры светош получили независимость, и поверь, они воспользуются ею на полную катушку. Огромная масса кредитов, выдаваемых дворянству многих стран, легко перекинется и на магов, которым теперь нечем будет выбивать из своих правителей финансирование. Раньше то они это шантажом делали, пусть и не прямым, а теперь даже идиот понимает, что никуда маги из страны не денутся, и бюджеты урежут. И куда деваться магам? Правильно, они пойдут брать кредиты у Церковного банка, а там им их обязательно дадут. Кардинал Верзье не зря называется финансовым гением нынешнего поколения. Но дав магам деньги, Верзье привяжет их к банку, а не к Церкви, то есть к себе, а не к Наместнику. Так что, будут светоши договариваться и поголовно всех личных магов в паладины насильно не запишут. Я бы даже сказала, что маги империи станут настолько сильны, что запретят церковникам увеличивать численность светлых легионов. А все потому, что маги перебежчики из других стран к ним обязательно будут и их будет немало.

— Кровавые маги имеют не лучшую репутацию. Многие не рискнут менять устоявшиеся привычки.

— Брось, маги в целом имеют не лучшую репутацию, и их внутренние разборки на тему нужно ли применять в ритуалах массовые жертвоприношения или стоит ограничиться малым количеством жертв это даже не вопрос добра и зла или там морали, а банально обычный подход к рабочему процессу, и воспитанные в валерианской традиции маги легко сменят сторону. Да, таких пока будет не много, но стоит церковникам надавать — и ряды имперских магов резко вырастут в количестве и качестве. Светоши не могут этого не понимать. Так что конфликта из-за паладинов не будет, будут договариваться.

— Даже если Светлый поход пойдет совсем плохо?

— А может быть хуже, чем сейчас? — усмехнулась Люсия.

Внезапно случившееся раскрытие вампиров не стало для последних трагедией. В конце концов, к этому готовились долгие годы. Объявление Светлого похода просто активировало старые планы, и в империи на воздух взлетели склады, амбары и хранилища, где хранилось все потребное для войны людей и вампиров. Пошедшие на Элур армии умирали в походе от болезней, плохой еды и разного рода других неприятностей. Элурский флот пустил на дно все суда людей до которых смог дотянуться, а мог он многое. В прибрежных городах горели порты, причалы и склады. Шорез и Ильхори, соседи Элура и одновременно удобные плацдармы для вторжения в его земли были превентивно выведены из игры. В Шорезе на трон сел бывший кардинал Вестор, еще в самом начале Светлого похода перебежавший на сторону вампиров, чтобы сохранить свою жизнь, а в Ильхори и вовсе ныне была республика во главе с двумя имперскими герцогами, которые за свой счет организовали в этом королевстве успешный переворот. Обе страны щедро поделились с Элуром своими территориями, обе страны заключили с вампирами союз и тем самым подарили кровопийцам надежный тыл.

Контролируемое Светлой Церковью королевство Ород потеряло весь север, в котором ныне вампиры не только строили мощную линию обороны, но и нависали над остальной страной этаким дамокловым мечом, благодаря чему даже идиот никак не планировал наступать на Элур из Орода. А ведь это к тому же было технически невозможно, ведь с давних времен между странами лежало магическое Лесное поле и преодолеть его армией было крайне сложно.

Вот и получалось, что вторгнуться в Элур силы Светлого похода могли лишь из королевства Гарн. Собственно, именно это и было сделано по приказу нового Наместника, который решил, что ему хватит сил, чтобы сломить оборону вампиров. И ведь хватило! Правда, вампиры и не оборонялись, так, наносили легкие удары и, уводя население приграничных районов вглубь страны, по тихому уничтожали высокопоставленных офицеров, священников и магов, заодно не забывая травить воду и делать прочие пакости для простых солдат. Как результат, сильно потрепанная и лишившаяся большей части ударной силы человеческая армия уперлась в мощные укрепления крупных городов и была вынуждена отступить назад в Гарн.

Как слышали вампирессы, при этом отступлении священники старались по максимуму проводить с землей ритуалы, вредящие вампирам, а обычные солдаты сжигали и разрушали все, что могло гореть и быть разрушенным. Но это было уже простым актом отчаяния. Первый удар Светлого похода Элур выдержал, и стоило это вампирам всего лишь потери одного армейского полка, но не своего, а человеческого.

— Зря ты так саркастически настроена по этому поводу, Люсь, — София поджала губы, — Нас мало и мы сильны, а людей много и у них инициатива. Вспомни историю. Первые удары по Ильхори вурдалаки тоже отбили без всяких проблем.

— Они бы их и дальше отбивали. Только вот папка их основную армию уничтожил, а добили вурдалаков не люди, а гномы.

— Ну, не так же все было! — возмутилась Ирина.

— В смысле? Ты же пила кровь отца и знаешь…

— Я не про его бой! — отмахнулась младшая вампиресса, — Я про гномов. Лысые многое сделали для победы Первого Светлого Похода, но основную тяжесть той войны вынесли на себе люди и не стоит преуменьшать их заслуги. И сейчас их недооценивать нельзя. Их церковные ритуалы очень и очень опасны. Или забыла, как наши валялись по земле от боли, воя, когда они по Касии ритуалом ударили? А ведь таких ритуалов у светош много. Вон, землю выжигают, что нам по ней ходить без защиты нельзя. Разве этого мало?

— Временный эффект.

— Но очень опасный и очень неприятный, и никто не может дать гарантии, что очередной случайный пророк не произнесет некое видение о будущем, благодаря которому священники смогут создать ритуал, убивающий нас на большом расстоянии. Честно скажу, когда услышала о том, что всего одним обычным ритуалом церковники дотянулись от империи до Касии и неплохо нас приложили, я очень испугалась. Будь я в тот момент триумвиром, я бы обязательно отдала приказ использовать тайные арсеналы и полностью уничтожить все города людей.

— Это нарушение Плана.

— Знаю. Но мне было очень страшно. И я до сих пор не могу отделаться от мысли, что однажды церковники создадут ритуал, убивающий нас.

— Вот тогда и придет время тайных арсеналов. А пока работаем кулаками и мозгами.

— Смешно. Кстати, есть последние новости из Чергории? Как там наши?

— Да, вроде, все по прежнему. Выставленные вурдалаками армии уничтожены, теперь старшие бегают по всей стране и уничтожают одиночек, а те в свою очередь массово обращают простых людей. Пока удается избежать слишком уж негативных последствий и все свеженькие вурдалаки довольно быстро уничтожаются, но уже пара десятков городов под ноль сожрана.

— Странно это.

— Что именно?

— Вурдалаки обращают простых людей только когда наши войска близко. В тылах все живут как раньше. Такое впечатление, что вурдалаки задались идеей задержать продвижение наших армий, а не максимально осложнить всем жизнь.

— И что странного? Это же их страна. Если они всех обратят, то сами лишатся кормовой базы, а они не самоубийцы.

— И все равно. Могли бы сбежать, а они время тянут.

— А что им еще делать?

— Не знаю.

Вампирессы вновь замолчали.

— И нам опять не о чем говорить, — спустя несколько минут печально произнесла София, остальные девушки лишь вздохнули и погрузились в свои мысли.

Три сестры тихо сидели у костра. А тем временем вокруг происходили самые разные события.

Несколько кораблей, держась поближе друг к другу, отплывали от берегов Чергории держа курс строго на запад. В их трюмах, страдая от тесных пространств, малого количества еды и дурного запаха спасались от вампиров верные герцогу Илию вурдалаки.

Западные гномы мобилизовали собственное население и формировали армию, что должна была быстро взять под свой контроль территории уже освобожденные вампирами от вурдалаков.

Ставший высшим вампиром Леонид постоянно перемещался порталом между Чергорией и Элуром и с ужасом понимал, что и там и там война идет совсем не так, как он того хотел.

Являвшийся големом под управлением одного из вампиров Великий Князь Эльфов уверенно наводил порядок в Великом Лесу, и ушастые долгожители были согласны на любые его предложения, а значит вскоре эльфов ждали довольно болезненные реформы.

В королевстве Тор, наверное, впервые за все время существования этой северной страны благодарили бога за то, что они фактически отрезаны от остального мира Валерией и у них есть очень веская причина не участвовать в Светлом походе. Заодно аристократы придумывали причину, почему Тор не сможет участвовать в войне против вампиров в будущем.

В соседней с Тором Валерии забившиеся по дворцам маги с ужасом наблюдали, как те, кого они всю свою жизнь считали животными, да и продолжают считать так по сей день, наводят на улицах их городов собственные порядки, и даже представить боялись, к чему это все приведет.

Правители Тошала, Бади и Гарна разрывались между ультиматумами священников, собственными интересами и интересами политических сил своих стран, а заодно страдали от недостатка как золота с серебром, так и товаров. И если первое они худо или бедно получали благодаря щедрым кредитам, то товары поступали в их страны весьма в ограниченном количестве и по совершенно неприемлемым ценам. Говорить о том, что приходилось закрывать глаза на факт элурского происхождения этих товаров и вовсе было неприличным.

Генералы, командующие армиями Светлого похода, зализывали раны и строили планы, как им не только избежать позора, но и победить в набирающей обороты войне против кровопийц. Их солдаты мозги не нагружали, а просто радовались, что выжили на проклятых землях и каждый день возносили хвалу Демуру, не забывая дополнить ее несколькими бутылками дрянного вина, что практически даром раздавали им священники.

В Ороде церковники проводили постоянные проповеди и промывали населению головы, готовясь всех людей превратить в ярых фанатиков и направить в атаку на вампиров. Наместник пока не давал разрешение на это, но никто из священников не сомневался, что его подобие обязательно одобрит такой план, ведь он сам долгое время жил в Ороде и знает местные реалии и важность страны для дела света.

На Севере Налимского хребта, по обе его стороны, люди постепенно разгребали завалы в шахтах и возобновляли добычу так нужных всем ресурсов. На войну и Светлый поход всем им было плевать, им надо было работать и кормить свои семьи.

Там же, на севере, но уже глубоко под Налимскими горами, умирали от голода последние местные гоблины. Некогда единоличные властители этих мест были в мгновение ока отправлены на свалку истории всего одним, пусть и масштабным катаклизмом.

В Драконьей горе уже десятая по счету экспедиция, отправлявшаяся в глубины земли, вернулась ни с чем. Имаго, некогда так сильно навредившие вампирам, а потом так щедро снабжавшие их своими антимагическими шипами, исчезли и найти их орды не получалось.

В Гнезде сотни вампиров судорожно доводили свои старые проекты до финальной черты, ведь в войне на уничтожение даже самая незначительная мелочь может стать той соломинкой, что переломит хребет верблюду.

Тысячи вампиресс с замиранием сердца следили за ежедневно публикуемыми бюллетенями Корпуса Науки о состоянии дел и развитии плода ребенка, что сейчас рос в специально созданной для этого среде. Все говорило о том, через десяток лет общину вампиров ждал фантастический бебибум. А пока будущие матери жадно читали сухие строки написанные лично шефом Корпуса Науки и подбирали правильные имена своим будущим деткам.

А Ебурге, в собственном доме, маленькая девочка, склонившись над листами бумаги, увлеченно расписывала их. Ведь ей как раз пришло в голову, как можно превратить одно защитное заклинание в другое, а то и заставить окутать предмет сферой, а не куполом, что очень важно для любых летающих штуковин. И маленькая Злата очень хотела уже вечером порадовать свою взрослую подругу и наставницу законченными расчетами.

Элурские эльфы с улыбкой наблюдали за редкими гостями в красных плащах и тихо посмеивались про себя тому, насколько глупы вампиры, которые считают их несчастными.

Александрийские гномы, получив от своего эрла артефакты и оружие, готовились к большому походу в Проклятый лес, где непонятные мелкие червяки брали всех под свой контроль и убивали любых непрошеных гостей. Так как среди этих непрошеных гостей уже значилось несколько тысяч гномов, для лысых коротышек это было делом чести, на фоне которого забывалась даже их ненависть к вампирам. Кстати, последним были готовы простить многое, ведь столь нужное оружие и артефакты поставили именно они. Потому все чаще подземные жители в разговорах между собой осторожно высказывали мысль о том, что возможно не все вампиры такие плохие, как они о них думают.

Пользуясь хорошей погодой имперские легаты провели очередной конвой к Сахии и высадили на острове очередное подкрепление, что должно было способствовать освобождению этой земли от войск высадившихся здесь элурцев. По непроверенным слухам, проклятыми элурцами командовал сам Каларгон, легендарный генерал прошлого, но легаты слухам не верили и просто подвозили на остров все новые и новые войска.

Дракониды, что сразу в двух походах так и не смогли захватить достаточного количества рабов, тайно готовились к третьему, и в этот раз поражения и неудачи были для них недопустимы. Работать должны низшие расы, а высшие наслаждаться результатом их трудов.

В империи архимаг и канцлер в одном лице продолжал строить верфи, на которых можно будет строить могучие корабли, что в будущем принесут империи контроль над мировым океаном, а пока просто позволял оставить верных ему магов и людей в столице, а не отправлять их куда-либо по воле Светлой Церкви. На все это у него было полное одобрение и поддержка императора, который продолжал с пугающей периодичностью принимать наркотики и издавать все более и более нелепые приказы и законы. Но архимага это волновало не сильно. Благодаря сотрудничеству с вампирами он заработал много денег, на которые купил нужных людей, и сейчас во всю ездил по ушам наследника престола. Так что император с его идеями подчинения драконидов и большим количеством нелепых законов был выгоден Розу как никто другой.

Наместник Демура получил свежий донос, из которого следовало, что еще недавно посадившие его на трон кардиналы ныне им весьма недовольны и уже обсуждают кандидатуру нового наместника. Это было более чем ожидаемо, но была и проблема. Наместник почти не имел верных лично ему священников и был вынужден опираться на инквизиторов, которые отнюдь не стремились становится верными собачками и могли предать в любой момент, особенно если им покажется, что Наместник впал в ересь.

Старый Наместник Рон, добрался до столицы Гании и тихо осваивался в древнем городе, а заодно и подливал масла в огонь новых интриг внутри Вобанэ, ведь отнюдь не все верные ему люди отправились с ним в изгнание. Да, многие оставшиеся в Алье священники отнюдь не блистали роскошью своих одеяний и громкими должностями, но в основе любой структуры лежат тысячи неприметных людей, что трудятся на самых низших должностях и от них зависит если не все, то многое. Наверху лишь направляют, исполняют же указания такие вот неприметные работники имена которых истории даже неизвестны. И любой правитель знает, что иногда вовремя поданная бумага подчас куда важнее пары боевых легионов. И сейчас именно от экс — наместника зависело, попадет ли любая подобная бумага к его преемнику вовремя или же потеряется в пути.

Много южнее обжитых людьми земель, в колониях Элура, губернаторы истово молились, чтобы инспекторы никогда не появились на их островах, а заодно готовились к самой масштабной военной операции в истории колоний, ведь на континенте, прямо рядом с островами элурцев появился непонятный гриб, что так легко захватывает тела и подчиняет их своей воле. Казалось бы в чем угроза от гриба если он на континенте, куда люди только за рабами и наведываются? Так гриб не пожелал сидеть на континенте и острова его манят так сильно, что подчиненные его воле тела строят новый флот. Потому хочешь или не хочешь, а надо собирать армию и наносить ответный удар.

Если же вновь вернуться на север, то… Впрочем, и так понятно, что много всего происходило в мире, в океане плавалиа невиданные ранее монстры, соседний континент манил своими тайнами, а вот тем для разговора не было. Совсем. Три сестры просто тихо ждали маму.

Глава 2

Может быть для кого-то подобное заявление будет неожиданностью, но трон является не очень комфортным предметом мебели. Прямо говоря, очень даже не комфортной мебелью является трон. Бывший кардинал Светлой Церкви и нынешний генерал в отставке Элура, а также вполне себе действующий король Шореза Вестор Первый, в принципе, подозревал об этом факте, но в полной мере осознал его ровно в тот самый момент, когда приспособил свою пятую точку к упомянутому выше предмету мебели. И дело было даже не в удобстве самого трона как кресла, хотя и это тоже было очень не очень. Дело было во всех проблемах, которые возникали у лица, чья задница восседала на троне.

Убегая в Элур и обрезая всяческие прошлые связи и, по сути, отрекаясь от прежней жизни, Вестор знал, что просто не будет. Предателей не любит никто. Да, их используют, им улыбаются, им дают деньги и осыпают различными благами, но только лишь до тех пор пока предатель необходим. Как только в нем отпадает надобность, все положительное в его жизни завершается, и в самом лучшем случае ему светит подохнуть забытым всеми где-нибудь в глухой провинции. И это именно самый лучший исход дела для предателя. Вестор был готов к нему и очень на него надеялся. И не только надеялся, а вполне себе готовился. Вексели на предъявителя, спрятанный в надежном месте мешочек с драгоценными камнями, документы на новую личность и пара лично ему преданных слуг. Все что высокопоставленный священник приготовил себе на старость, все пошло в ход когда пришлось бежать от прежней жизни в неизвестность.

Поначалу все складывалось по планам Вестора. Он отрекся от Светлой Церкви, принял мартианство и Истинную Церковь, присягнул в верности вампирам, подкрепив присягу как личным, так и служебным архивами, всячески обличал Наместника и Вобанэ. Но стоило бывшему кардиналу чуток успокоиться и обжиться на новом месте, как события понеслись вскачь.

Вместо дальнейшего использования Вестора как обличителя преступлений Светлой Церкви, вампиры отправили его в армию и приказали ему подавить восстание травоедов, что как раз решили поднять многочисленные мятежи по всему югу Элура против своих новых властителей. Но и это назначение, в целом, было Вестору понятно. Его повязывали с новым домом кровью, чтобы даже мыслей не было предать еще раз. Ведь просто проповедовать перед толпой элурцев о благе вампиров — и убивать этих самых элурцев ради вампиров это две очень большие разницы, и если в первом случае Наместник вполне еще мог простить заблудшую овцу и вернуть беглеца в лоно Светлой Церкви, то после второго таких вариантов развития событий не было.

Неожиданно Вестору понравилось воевать… нет, неправильно: Вестору понравилось руководить армией. Тем более в Элуре все связанное с армейским руководство было очень умно организованно, и бывший кардинал испытывал почти физическое удовольствие, руководя большими и малыми сражениями. Потому его следующий шаг был вполне предсказуем — место офицера в армии для предателя куда лучше, чем небольшой дом в глуши. Но, бросившись в ноги королю-вампиру, Вестор меньше всего ждал, что его прошение о назначении ему генеральского чина будет удовлетворено. И уж совсем не ждал предложения возглавить новую королевскую династию Шореза.

И Мур же его подбила согласиться на это предложение!

Сидя в кабинете Вестор нервно щипал собственную бровь. Вредная привычка, что была с ним всю жизнь. Только всю предыдущую жизнь страдал ус священника, но «король должен быть гладко выбрит, государь» и вот любимые усы сбриты цирюльником, и для удовлетворения привычки остались лишь брови. Да и те удается подергать лишь вот так, сидя в одиночестве в собственном кабинете, потому как если заметят… «Королю не подобает показывать собственные слабости, государь.»

И откуда этой девице вообще знать, что подобает королю, а что нет? Она всего одного и видела! И тот даже не человек, а вампир. Кровопийца, что живет за счет людей и их жизней!. Но нет. Король должен то, должен это… Тьфу! А ведь это его будущая жена! Ведь подарив беглецу и предателю трон, вампиры позаботились о том, чтобы рядом с ним всегда был верный им человек. В данном случае жена.

Луиза Авен, семнадцати лет от роду. Бывший офицер женской гвардии Элура и племянница канцлера Элура. Умна, красива, обаятельна и до безумия предана вампирам. Поначалу, когда Вестор лишь только увидел девушку, которую ему отрекомендовали как будущую жену и помощника, он почти что влюбился. Да и как тут не влюбиться, если первое, что видишь, это внушительную девичью грудь, а когда поднимаешь взгляд, натыкаешься на красивое, почти кукольное личико и большие яркие глаза. Нет, перед таким набором аргументов решительно невозможно устоять. Хорошо хоть Вестор давно не был романтичным юношей и умел сдерживать собственные позывы.

Потому как уже вечером выяснилось, что присланная вампирами девица не только красива и верна им, но еще и крайне деспотична и обладает собственным видением на сложившуюся ситуацию и особенно на то, как должен выглядеть ее будущий муж и как ему надобно себя вести. И все это под безукоризненное признание его, Вестор, главенства. И вот уже «король не должен так выглядеть, государь» — и внезапно весь привычный мужчине гардероб полностью заменен. Причем поменяны не просто вещи, а изменены даже ткани и фасоны привычной одежды. Про «король не должен себя так вести, государь», «король не должен так говорить, государь», «король не должен так смотреть, государь» и «король не должен это есть, государь» говорить даже не приходилось. Менять в себе надо было буквально все.

— Ваше величество! В вашем положении совершенно недопустимо сидеть и ничего не делать! У вас нет на это времени, государь.

Прикрыв глаза Вестор волевым усилием подавил желание протянуть руку к брови и стал глубоко дышать успокаивая себя.

— Даже королю надо иногда отдыхать, моя дорогая. — почувствовав уменьшение гнева Вестор посмотрел в глаза визитерше, — И я не просто сижу, я размышляю.

— И о чем вы размышляете, Ваше Величество?

Вопрос был неуместен, но отвечать на него было надо. Луиза его будущая жена и, как минимум, с ней надо наладить хотя бы минимальную симпатию, иначе грядущая супружеская жизнь будет наполнена болью и страданием. К тому же неуемная девица практически официальный надсмотрщик и контролер, приставленный вампирами к шорезскому королю, а потому отвечать не просто надо, а это обязательно.

— О новых границах королевства, моя дорогая. Переданные Элуру земли совсем не бесхозные и у некоторых из них владельцем является отнюдь не корона в моем лице.

— Кому-то это не нравится, государь? — тут же сделала стойку Луиза, излишне резко приблизившись к королевскому столу.

— А кому-то подобное может понравиться? — Вестор не упустил возможность немного поиздеваться над девушкой, — Но я не об этом думаю. Мне надо компенсировать владельцам земли их потери.

— Какие потери? Элур не отнимает земли у владельцев, государь, они ничего не теряют.

— И что, мне надо проигнорировать недовольство дворян?

— Конечно!

— Нет, дорогая моя, так это не работает. Ныне у меня и так шаткая поддержка, и если я буду игнорировать столь важные моменты, то вся она испарится, и я перестану быть королем. С одной стороны это даже и неплохо. Только вот тогда и ты, дорогая моя, не станешь королевой, и это совершенно точно нарушит планы вампиров.

— Что вы планируете с этим делать, Ваше Величество? — как и всегда, когда речь заходила о планах вампиров, Луиза тут же принималась эти планы отстаивать.

— Надо подарить недовольным и пострадавшим от договора с вампирами поместья где-нибудь в центре Шореза.

— Какие с этим есть препятствия? Насколько мне известно, у нас хватает свободных поместий, чьи владельцы погибли, а вскоре еще последуют конфискации имущества тех, кто выступил против вашей власти, государь.

— Все так, дорогая моя, только вот прежде чем бесхозные поместья, чьи владельцы погибли в недавних военных действиях, перейдут в собственность казны пройдет минимум два года.

— Почему так долго, государь? В Элуре такие вопросы решаются куда быстрее.

— Мы в Шорезе, дорогая моя, и здесь это требует времени. Как мне докладывали, сначала должен пройти срок в три месяца, в который ожидается появление официальных наследников. Если прямые наследники не появляются, поместье переходит под управление королевского управляющего, но не в собственность короны, так как по закону требуется выждать еще год, в который свои права на свободное поместье могут заявить дальние родственники владельца. Если не появится и дальних родственников, то за работу принимаются Дворянское собрание и Геральдическая комиссия, которые в срок до одного года должны либо найти наследника, либо объявить земли коронными. И только после их решения свободные поместья перейдут под мою руку.

— Я поняла, Ваше Величество, свободные поместья у нас появятся не скоро.

— Именно так, дорогая моя.

— Может ли король изменить закон? — хитро прищурившись, Луиза посмотрела на Вестора.

— Может, но обратной силы он иметь не будет, — король широко улыбнулся, — Поэтому делать ничего подобного я не буду, тем более поддержки в этом вопросе я не получу. Более того, уверен, что попробуй я заикнуться о подобном законе — и мятеж гарантирован.

— А что с конфискацией земель у бунтовщиков? Мне говорили, что чуть ли не четверть всех земель королевства перейдет под вашу руку, государь.

— Да, примерно четверть, — кивнул Вестор, — Но с этими землями проблем будет даже немного больше, чем с освободившимися поместьями.

— Опять законы Шореза, государь?

— Не только, дорогая моя, — расслабившись, Вестор по привычке протянул руку к брови и стал ее дергать.

— Ваше Величество! Королю не подобает столь явно демонстрировать…

— Все-все-все! Уже убрал, — Вестор помахал рукой в воздухе и демонстративно положил ее на столешницу, — Не начинай.

— Ваше Величество…

— Хватит, больше не говорим об этом.

— Да, государь, — уловив в голосе мужчины стальные нотки, Луиза предпочла оставить свои нравоучения на более позднее время.

— Возвращаясь к конфискации поместий у бунтовщиков, — нарочито мягким голосом примирительно произнес Вестор, — Земель там много и уже один этот факт заставит даже моих нынешних сторонников сделать все возможное, чтобы как можно меньше этих земель досталось в собственность короны, ведь иначе в моих руках будет слишком значительное влияние.

— И это хорошо, государь, — Луиза покивала каким-то своим мыслям и тут же пояснила, — Хорошо, когда у короля много влияния. А что говорят по этому поводу законы Шореза?

— Если вопрос про сроки, то они тоже заранее известны. Время суда над бунтовщиком, три месяца после решения суда и год на работу Дворянского собрания и Геральдической комиссии.

— А эти здесь зачем, государь?

— Затем, чтобы у короля не было соблазна объявлять своих дворян мятежниками ради конфискации их земель. Даже в случае настоящего бунта и решения суда о конфискации земель, земли не переходят в королевскую собственность пока Дворянское собрание и Геральдическая комиссия не объявят их коронными. И как ты понимаешь, дорогая моя, и Дворянское собрание и Геральдическая комиссия будут всеми силами искать для этих земель наследников.

— А если найдут, что тогда, ваше величество?

— Что значит «если»? — усмехнулся Вестор, — Конечно наследники найдутся. Ну, сейчас, когда на войне погибло много дворян, наследники явно найдутся не для всех поместий, но найдутся. Мне столько земель никто иметь не позволит.

— Но ведь решением суда земли будут конфискованы, государь.

— В пользу королевства Шорез, а не короля. Даже временные управляющие на этих землях будут не королевские, а кабинетные. Если же Дворянское собрание или Геральдическая комиссия найдут наследника на конфискованное поместье, то этот наследник должен будет подать королю прошение о возвращении конфискованных земель ему, на что я должен буду передать дело в суд, и уже суд должен будет решить, можно ли наследнику вступать во владение конфискованными землями или нет.

— Как все сложно, Ваше Величество, — закусила губу Луиза, — Как я понимаю это сделано ради того, чтобы никто в королевстве не имел слишком много власти?

— Именно так, дорогая моя.

— И сейчас вам, государь, надо найти земли ради того чтобы заткнуть глотки недовольным передачей земель Элуру?

— Да.

— И сколько надо поместий, государь?

— Минимум десяток средних поместий и пяток малых. Этого хватит, чтобы не было недовольных среди тех, кто уже поддержал меня.

Провозглашение Вестора королем сопровождалось серьезными тайными баталиями в тиши кабинетов. Будущих союзников будущего короля покупали, вербовали, запугивали и шантажировали со страшной силой. Вампиры не поскупились ни на компромат, ни на деньги. Вестор это оценил, как «оценили» подобное и дворяне Шореза, а потому особой веры им не было. Действительно свой круг верных и надежных людей королю еще только предстояло сформировать в ближайшее время.

— А сколько поместий имеется, государь?

— Если говорить о тех, что не жалко отдать, — Вестор вновь потянул руку к брови, но в последний момент спохватился и просто почесал себе щеку после чего демонстративно вернул руку на стол, — То таких поместий шесть средних и два мелких. Если не обращать внимание на собственную выгоду, то найдем все потребное. А что такое, моя дорогая, есть какие-то предложения?

— Есть, государь, но я пока думаю. А скажите, Ваше Величество, среди Дворянского собрания или Геральдической комиссии есть ли получатели компенсаций за передачу земель Элуру?

— Это было бы слишком хорошо, дорогая моя, — рассмеялся Вестор, — Но, к сожалению, ни среди управителей Дворянского собрания, ни среди членов Геральдической комиссии таковых нет, и отдать сейчас королевские поместья, а потом восполнить потери за счет конфискаций и прочего, не выйдет.

— А компромат…

— Забудь! — излишне строго и резко произнес Вестор, — Все что можно, я уже использовал. Давить дальше просто опасно.

— Жаль. Но тогда, Ваше Величество, никаких вариантов у вас нет, и надо либо отдать недовольным королевские поместья, либо игнорировать их недовольство, указывая на тот факт, что никакие земли они не потеряли.

— Это просто игра словами, дорогая моя. Даже самый безграмотный травоед понимает, что отошедшие Элуру земли потеряны, пусть права собственности на них и не изменились.

— Тогда отдавайте королевские поместья, государь.

— Вот и сижу думаю о том, какие отдать, а ты меня попрекаешь бездельем.

— И в мыслях не было, Ваше Величество, — нагло соврала Луиза.

— А что у тебя за идеи?

— Женские дела, государь. Это вы, мужчины, предпочитаете решать все криками и кулаками, мы, хрупкие женщины, выбираем тишину. Уверена, я смогу найти ключик к сердцам жен, матерей, дочерей и сестер управителей Дворянского собрания и членов Геральдической комиссии.

— Ах, вот оно что, — протянул Вестор, который до этого даже не смотрел на дела с этой стороны, — С этого может что-то выйти.

— Обязательно выйдет, государь, — сделав глубокий поклон и продемонстрировав королю свою грудь, Луиза замерла, — Есть ли еще какие-то думы, что тяготят, Ваше Величество?

— Ты знаешь, есть! — еще несколько минут желавший поскорее избавиться от назойливой девицы Вестор теперь лихорадочно просчитывал открывшиеся перед ним возможности, ведь как бывший священник он по простому забыл главное житейское правило о том, что жены подчас имеют куда больше власти, чем их мужья.

— И что же это, государь?

— Религия, дорогая моя, религия. Светлая Церковь или Истинная, вот в чем вопрос.

— Но ведь вы мартианец, Ваше Величество.

— Именно дорогая моя, именно. А Шорез, как ни круги, находится в сфере влияния Светлой Церкви. И стоит мне только заикнуться о том, чтобы вернуть на земли королевства Истинную Церковь, меня сожрут с потрохами.

— Но это необходимо делать, государь. Светлая Церковь враждебна вам и ее ослабление полностью в ваших интересах.

— Это я и так знаю, меня не надо убеждать в столь очевидных вещах. Только вот никак не получится бескровно выкинуть из Шореза Светлую церковь даже за десяток лет, поверь, как бывший кардинал я знаю о чем говорю. Тут лет на двадцать работы, то есть до конца моей жизни.

— И двух церквей в стране быть не может…

— Именно так, дорогая моя. Для Светлой Церкви мы еретики, и инквизиторы обязаны отправить нас на костер. Работа у них такая.

— Значит надо просить помощи, государь.

— Предлагашь идти на поклон к королю Элура?

— Нет, государь. Проблему должны решать патриархи Истинной Церкви.

Вестор задумался. Уже второй раз за короткое время он услышал дельное предложение по решению проблемы, о котором он опять не подумал, но которое лежало буквально на поверхности. Он ведь не один. За ним стоит Истинная Церковь. Ее возможности бывшему кардиналу Светлой Церкви не очень известны, но организация это явно не слабая и кровно заинтересованная в том, чтобы в Шорезе никаких конкурентов у них не было. И почему он об этом не подумал? Впрочем, это понятно. Как кардинал он привык иметь за своей спиной мощь Светлой Церкви, вот только находясь в опале никогда к этой мощи не прибегал, предпочитая решать проблемы своими силами, и столкнувшись со сложностями как король, по привычке действовал как привык, то есть исключительно собственными силами.

Интересно, а что еще из своих проблем он может спихнуть на кого-то другого или же решить неким путем, о котором до этого не думал? Вестор сильно задумался и его рука опять потянулась сначала к несуществующим усам, а затем к брови, но около глаза король ее остановил и с веселостью во взгляде посмотрел на на пышущую гневом девицу рядом с собой.

— Я исправлюсь, дорогая моя, обязательно исправлюсь.

* * *

— Много я видел в своей жизни, но такое… — мужчина в маске покачал головой и достав артефакт связи активировал его, — Доклад.

— Дворец полностью под нашим контролем, экселенц.

— Газ?

— Развеялся, экселенц, все измерительные приборы показывают норму. Воздух чист.

— Славно.

Сняв с лица маску, что не только скрывала внешность мужчины, но и служила отличным противогазом, полностью фильтруя из воздуха вообще все кроме кислорода и азота, Гор еще раз осмотрел так поразившую его картину.

Огромная спальня хозяина дворца была заполнена голыми девушками. Выстланный шкурами пол был плотно оккупирован молодыми красавицами на все вкусы и предпочтения. Столы ломились от алкоголя, причем, последний был не в бутылках, а в бочках. На столах стояли бочки вина! Запах в спальне стоял соответствующий — разврата и пьянки, отчего вампир даже поморщился и предпочел вновь натянуть маску налицо.

— Наблюдатели сообщают, что все тихо, экселенц, — ожил артефакт связи, — Наше проникновение никто не обнаружил.

— Славно. Действуем по плану.

Последние реформы Светлой Церкви, по сути, узаконившие некоторые еретические мысли и отколовшие от Церкви банк, превратившийся в независимую организацию, позволили вампирам осуществить свою давнюю мечту, а именно: задать некоторые вопросы финансисту по фамилии Верзье. До этого неугомонный кардинал и непризнанный финансовый гений церковников и носа из Вобанэ не показывал, не обращая внимания даже на очень настойчивые просьбы важных людей о личной встрече. Но все течет, все меняется и Верзье не стал исключением. Получив свободу от Наместника и независимость от Церкви, кардинал стал лишним в неприступной твердыне священников, о чем новый Наместник ему прямо и заявил. Верзье был вынужден покинуть безопасное место.

Конечно, хитрый кардинал выехал из церковной крепости не в чистое поле. Предварительно он купил в столице империи целый дворец и даже хорошо его оборудовал в плане безопасности, небезосновательно предполагая, что без охраны его жизнь будет крайне недолгой. И в этом кардинал был прав, врагов у него было больше чем у кого-либо еще, а вот друзей как-то не наблюдалось. Раньше финансового гения прикрывал Наместник Ронн, но теперь тот сам был вынужден бежать из Алье и с некоторым трудом сохранил свою жизнь и здоровье. На подчиненных Верзье также не мог положиться, ведь в Церковном Банке царила атмосфера всеобщего подозрения и завистничества, а потому от сотрудников банка кардинал мог ожидать лишь подножки и плевка в спину, но никак не помощи или поддержки.

Потому защиту своего нового дворца Верзье доверил не только священникам инквизиции и магам, но и сам целую неделю ползал по огромному дворцу, лично проверяя каждую комнату, а затем заплатил за это же самое действие архимагу из Гании, который после проверки всей предыдущей защиты, еще и своей добавил.

Вампиры смотрели на все телодвижения Верзье спокойно. В мире не было защиты которую было бы невозможно преодолеть. Вопрос стоял в цене и времени которое нужно потратить на преодоление обороны. Впрочем, главной причиной спокойствия вампиров относительно укрепления нового дворца Верзье был тот факт, что все четыре независимые защиты были полностью бессильны перед обычным сонным газом. Яд из воздуха защиты убирали мгновенно. Любой вид вреда распознавали и нейтрализовали. Но обычный сон не нес вреда или угрозы, а потому перед ним защита пасовала. И нет, охрана знала о подобной уязвимости защиты, ведь она была совершенно стандартной, но этому не придавалось никакого значения, ведь «никто и никогда не сможет наслать во дворец столько сонного газа, чтобы все охранники заснули разом».

Может быть никто и не мог, но вампиры могли. А потому когда Верзье переехал на новое место жительства и закатил по этому поводу большую пьянку, в его дом тут же наведались подчиненные Гора и буквально окутали дворец облаком сонного газа, что моментально усыпил всех его обитателей.

— Мне даже немного завидно, — вампир оторвал взгляд от идеальной, по его мнению, женской груди и непроизвольно сглотнул, — Надо будет потом найти эту девицу, а пока за работу.

Осторожно продвигаясь между обнаженных красоток, Гор приблизился к кровати, на которой безмятежно спал Верзье. Газ застал его в момент очередного возлияния в себя бокала вина, а потому выглядел мужчина не очень презентабельно. Телекинезом подхватив тушку финансового гения, вампир также осторожно прошел к двери и покинул спальню кардинала, быстро переместившись в его кабинет. Там, положив тело прямо на пол, Гор магией вскрыл ему вену и набрав крови человека в пузырек, зарастил порез.

Сев в хозяйское кресло, вампир опустил палец в склянку с кровью, мгновенно его вытащил, скривился и вызвал Александра.

— Ночи, экселенц.

— И тебе здравствовать, Гор. Как дела?

— Как по нотам, экселенц. Проникли во дворец легче, чем на полигоне. Кровь Верзье и его тело у меня.

— Он там еще живой?

— Живой, экселенц, но алкоголя в нем… я только пальчик в кровь макнул и то противно.

— Докладывай, — Александра явно не интересовали проблемы разведчика, возникшие из-за потребления крови, содержащей большое количество алкоголя.

— В целом ничего нового, экселенц. Все планы Церковного Банка нам были известны и ранее, разве что по некоторым моментам надо будет чуть-чуть подправить акценты, но в целом ничего нового.

— Твое мнение?

— Это гений, экселенц. Все, что говорят о Верзье — правда, и даже больше. Просчитывает он все и моментально. У него уже есть методы противодействия на некоторые наши операции, которые мы еще и не начинали. Но…

— Но?

— Советую оставить Верзье в живых.

— Ты только что описал опасного противника и предлагаешь оставить ему жизнь?

— Верно, экселенц. Верзье сейчас самый опасный для нас противник. По сути, он единственный, кто может обеспечить империи тыл и не дать нам его разрушить. Но Верзье остался без сдерживающего фактора в лице Наместника. А без этого фактора он сопьется.

— Точно сопьется?

— Я не вижу в крови этого человека ничего, что остановит его от подобного исхода. Это законченный алкоголик, экселенц. Гений и алкаш в одном лице. И его больше ничто не сдерживает.

— Обратить?

— Дерьмо человек, экселенц.

На том конце связи надолго замолчали, обдумывая услышанное.

— Гор, ты можешь быть уверен, что Верзье сопьется и тем самым нанесет империи больше урона, чем пользы, за то время которое у него будет до потери человеческого лица?

— Да, экселенц. Так просто Верзье свой пост не покинет, и это будет крайне болезненно. Да и пока он будет возглавлять банк, мы же тоже не будем сидеть без дела. Кровь у нас, планы известны, наметки планов известны. Он наш с потрохами, экселенц. Не рыпнется.

— Каков шанс, что осознав факт успешного нападения на свой дворец и поняв, что был в шаге от гибели, Верзье перестанет бухать?

— Максимум три месяца сухим побудет, экселенц, потом снова возьмется за бокал. Но я не верю в три месяца, экселенц. Недели не выдержит.

— Чего так?

— Он без вина не трахается, экселенц. Так что с одним алкоголем он может быть и завязал бы, но с женщинами и вином… не сможет, не тот он человек.

— Все зло от баб.

— Не согласен, экселенц.

— Да это я так, шучу. Сам так не считаю… хотя что-то в этом, конечно, есть. Ладно. Делай там что хочешь. Верзье пусть пока живет. Кровь его в Гнездо переправь самым первым делом. Ну и все. Удачной работы, Гор.

— Вечности, экселенц.

Прекратив разговор с алукардом, Гор поднялся из кресла, магией закинул в него все еще спящего Верзье и поместил на стол лист с проектом договора о финансировании возведения новой императорской верфи, которым подразумевалось, что после окончания этого строительства верфь фактически перейдет в собственность Церковного Банка. Макнув перо в чернила, Гор ловко вычеркнул из проекта договора пункты о переходе любых прав собственности к банку, а внизу почерком канцлера Роза сделал приписку «все ясно?».

Отношения Роза и Верзье и так были антагонистичными и хуже таким шагом их было сделать невозможно, зато помочь канцлеру поставить зарвавшегося банкира на место очень даже было можно. И речь тут шла не только о верфи, ведь Верзье, еще толком не успев освоиться в независимом Банке, уже стал строить планы на министерство финансов Империи, а этого нельзя было допустить ни при каких обстоятельствах. Во благо вампиров министерство должно было оставаться насквозь неэффективным и коррумпированным. Потому Верзье должен забыть дорогу в сферы влияния канцлера раз и навсегда. Гору думалось, что страх смерти будет достаточным поводом, чтобы кардинал уяснил, что ему можно делать, а на кого даже смотреть косо опасно.

Когда утром стало известно о проникновении неизвестных во дворец Верзье, в столице поднялась знатная паника, ведь каждый из аристократов прекрасно представлял насколько хорошо был укреплен дворец главного банкира. Но никаких последствий не последовало, злоумышленников так и не нашли, и вскоре все затихло. Верзье неделю ходил хмурый, а затем вновь закатил оргию. Единственным отличием этой оргии от других ей подобных стало то, что на нее были приглашены многие отпрыски знатных фамилий империи. Бухать в компании одних лишь красоток Верзье теперь боялся.

* * *

— Господин, во всей нашей армии только три таких артефакта и стоят они…

— Заткнись, уродец.

— Я прошу вас передумать, господин.

— Исчезни с глаз моих.

Проводив недовольным глазом выскочившего из палатки мужчину, имперский легат повернулся к сидящему за столом офицеру.

— Твой человек готов?

— Готов, милорд, сделает все как надо.

— Точно?

— Его семья у нас, выбора у него нет.

— Тогда держи артефакт. Цель ты знаешь.

— Будет исполнено, милорд.

* * *

— Может передумаете? У нас всего три таких артефакта, преподобный, это очень мало и получить новые мы сможем очень не скоро.

— Но в этом году?

— В этом, преподобный.

— Тогда ладно. Давай его сюда.

Получив требуемое, кардинал повернулся лицом к находящемуся рядом мужчине крестьянского вида.

— Держи. Цель ты знаешь. Активация стандартная…

— Ваше преподобие, так это…

— О, Всесветлый! Открываешь коробку и надавливаешь подушечкой пальца на этот острый камень, чтобы брызнула кровь. Все. После этого вампиры будут наказаны, а Всесветлый примет твою душу под свое крыло, я лично помолюсь ему о тебе десять раз.

— Благодарю, ваше преподобие. Все сделаю в лучшем виде.

— Главное дойти до цели.

— Не извольте сомневаться, ваше преподобие, не первый раз, дойду.

Глава 3

— Что стало причиной того, что мы в очередной раз облажались, да еще и так громко?

— Как и всегда: недооценка противника и шаблонность действий.

— А подробности я могу услышать?

— Подробности просты, экселенц, — за очередной косяк вампиров отчитывался глава разведки общины, что стоял в королевском кабинете алукарда перед немного раздраженным главой вампиров, — Получив результат, никто не стал работать дальше, ведь никто не ждал от людей такой прыти.

— Сергей, не зли меня… И не надо совать мне запястье, твою кровь я потом выпью, — отмахнувшись от соратника, Александр вскочил со своего кресла и принялся расхаживать по кабинету, — Не молчи.

— Докладываю по порядку, экселенц. Получив информацию о доставке в действующую армию людей сразу трех артефактов уровня опасности «ультра», мы сразу же разработали план по их изъятию. Кроме того, аналитический отдел выдал прогноз на развитие ситуации в случае если артефакты останутся в руках людей. Тролли были абсолютно уверены в том, что верхушка Светлого похода не удержится и обязательно применит столь мощные артефакты в самое ближайшее время. В связи с запредельным уровнем внешней охраны артефактов было решено дождаться момента отдачи приказа на их применение и изъять столь опасные игрушки во время их транспортировки до места применения.

— Звучит, вроде, логично, но дурость же, — Александр вопросительно посмотрел на собеседника, — Или там и правда была такая охрана, что ее никак обойти было невозможно?

— Практика показала, что все возможно, — повесил голову разведчик.

— Так… и что дальше? В смысле, продолжай доклад по порядку, — поправился алукард.

— Дальше все как и прогнозировали тролли — люди решили применить мощные артефакты против нас. Установленное наблюдение выявить момент извлечения артефактов из под охраны не смогло, — Сергей развел руками, — Вины наблюдателей в этом нет, люди тоже не пальцем деланные и кое-что умеют, да и приучили мы их к бдительности и ответственному подходу к охране.

— Я и не собирался никого наказывать, — немного успокоившийся Александр продолжал нарезать круги по кабинету, но уже в куда более медленном темпе, — Мне надо понять и разобраться, почему подобное вообще случилось.

— Без наказания не обойтись, экселенц. Ты не будешь, так я обязательно всех взбодрю и не раз.

— Взбадривать подчиненных это твое право и обязанность. Что там дальше было?

— А дальше на наших военных разведчиков вышел мужик… Сам вышел, — уточнил разведчик, заметив немой вопрос алукарда, — И поведал, что один из генералов лично поручил ему доставить некий артефакт под стены города и активировать этот артефакт своей кровью. Гарантией исполнения задания была находящаяся в заложниках семья мужика. То есть либо он выполняет приказ, либо его семью вздернут на ближайшем суку.

— В принципе, ожидаемая практика, — пожал плечами Александр, — Вскоре станет обыденной.

— К сожалению, экселенц. Но в данном случае еще и мужик наш был, из Элура, а элурцев ныне за людей считать не принято.

— Ожидаемо и знакомо, — тяжело вздохнул алукард, — Что там дальше?

— Военные разведчики, на которых вышел мужик, были сплошь из молодых, никто больше десяти лет еще не отслужил, но оценить насыщенность артефакта силой смогли — сам знаешь, человеческие изделия неслабо фонят, — впечатлились и доложили о ситуации прямо на самый верх.

— Мне никто ничего не докладывал.

— С полковником они связались, экселенц. Для обычных рядовых, да еще и молодых, это уже запредельные высоты.

— И что полковник?

— Поднял всех по тревоге, связался с моими и Генкиными орлами, артефакт, принесенный мужиком, оценили, поняли, что это именно то, что мы ждем и… успокоились.

— В смысле?

— В прямом смысле, экселенц. Видя перед собой один из трех искомых артефактов все дружно решили, что на этом можно успокоиться и что в ближайшее время больше ничего не будет. Тревогу отменили, все расслабленные вернулись по местам.

— А семья мужика?

— Саша! Ты уж настолько плохо о моих не думай!

— Я не думаю, я спрашиваю, — огрызнулся вампир.

— Семью вытащили. Их охраняли-то так… для галочки. Так что проблем с этим не было. Вытащили, подлечили, наградили. Все честно и по справедливости.

— Как наградили?

— По справедливости, — раздраженно проговорил Сергей, недовольно зыркнув на алукарда, — Золото и земли. Все от твоего имени.

— Ты не обижайся, а отвечай. Сам знаешь, что мы все чудим, и надо вникать в детали. А то бывают знаешь ли… моменты.

— Это ты про три чета которыми наградили солдата за храбрость?

— И этот случай в том числе, хотя были и другие моменты. Но ты не отвлекайся, а продолжай.

— Так все рассказал. И мои и Генкины разошлись, армейцы тоже вернулись в казармы, и все дружно стали думать о том, как бы изъять оставшиеся два артефакта. О том, что люди могут применить самое мощное свое оружие массово никто не подумал. И сразу говорю, в этом я на стороне своих подчиненных. Не было никакой вероятности, что люди рискнут использовать все три артефакта сразу. «Кровавый предел» слишком редкое и дорогое изделие, чтобы люди его могли использовать массово.

— Я знаю, как изготавливается «Кровавый предел», и знаю сколько десятков тысяч людей надо пустить на жертвы ради одного артефакта. И лучше твоих подчиненных понимаю, что сейчас не время применять такие вещи, ибо это оружие последнего шанса, а не первого удара. Но реальность у нас с тобой оказалась несколько иной, — Александр вернулся в кресло и, откинувшись на спинку, уставился на разведчика, — Как вышло так, что сразу был использован второй артефакт?

— Особенность Светлого похода, что первого, что второго, это двойственность командования. Генералы тянут одеяло на себя, священники на себя. После отступления из Элура в армии активно ищут виноватых и все показывают друг на друга пальцем. О сотрудничестве и речи не идет.

— У победы много отцов, поражение всегда сирота.

— Все так, экселенц. В данном же случае поражения как такового не было, а потому в верхах Светлого похода все еще царит раздрай и шатание, и новый Наместник не спешит этот хаос устранять, так как ему самому непонятно, кто виноват и что с этим всем делать. Сам знаешь, они там в Вобанэ стратегии как перчатки меняют. И в этих вот условиях на местах приняли решение о том, что им надо подбодрить солдат и наказать нас за то, что мы так хорошо оборонялись. Как нетрудно понять, решение о применении артефакта кардиналы и генералы принимали раздельно и каждый желал получить этот успех себе. Просто для понимания ситуации: доставку и охрану всех трех «Кровавых пределов» осуществляло специальное подразделение Светлого легиона, и у местных не было никаких прав на использование данных артефактов. Оба «Кровавых предела» получены шантажом командира этого подразделения.

— Ты хочешь сказать, что генералы и кардиналы, независимо друг от друга, приняли решение показать себя с лучшей стороны, и в один и тот же момент времени им в голову пришла одна и та же идея?

— Все так, экселенц. Но в том, что мысль применить «Кровавый предел» пришла в одно время нет ничего необычного, просто именно тогда командование армии и поставили в известность о том, что в Империи для их нужд заказали изготовление еще трех подобных артефактов.

— Ах вот оно что. Ну тогда понятно. Зная, что у тебя есть три «Кровавых предела» под рукой и тебе скоро сделают еще три… м-да… тут кто хочешь подумает о том, что хотя бы разок надо бахнуть.

— Вот они так и подумали. А мои, получив один артефакт в руки, расслабились и решили, что дело сделало и можно ничего не опасаться, так как два сразу люди применять точно не будут.

— Ясно. Что можно сказать о втором артефакте? Почему фонящий силой «Кровавый предел» смогли пронести так далеко на нашу территорию?

— А что тут скажешь, экселенц? Одни предположения и никаких фактов. Что касается фона то его можно перебить молитвами священников… точнее не перебить, а забить. В лагере людей священниками так все намолено, что мы не можем отслеживать перемещение артефактов даже такого уровня как «Кровавый предел». Скорее всего, артефакт на нашу территорию нес религиозный фанатик. Но это лишь гипотеза.

— Что по третьему артефакту?

— После… ну… как только стало известно о применения людьми «Кровавого предела», командир группы наблюдения за основным лагерем Светлого похода приказал не считаясь с потерями пробиться к хранилищу артефактов. Это было сделано. Третий «Кровавый предел» нами успешно захвачен, параллельно получена информация о том, что два других артефакта были тайно переданы, один в руки генерала Лерута, а другой в руки кардинала Геда. Как «Кровавым пределом» распорядился генерал мы знаем, ну и о том, что сделали священники, тоже знаем или, как минимум, догадываемся, — Сергей виновато вздохнул и добавил, — Потерь при штурме нет, хотя потрепали моих знатно.

— Где сейчас группа наблюдения, что штурмовала армейский лагерь?

— Отошла на нашу территорию, экселенц.

— Артефакт все еще у них?

— Да, экселенц, — от тона голоса алукарда Сергей непроизвольно подтянулся и глянул на Александра.

— Пусть вернутся и применят «Кровавый предел» на главном лагере людей.

— Будет исполнено, экселенц.

* * *

— На эту минуту у нас есть одни лишь предположения, экселенц.

— Тоже самое я слышал и два часа назад от Сергея. Неужели совсем ничего нового?

— Абсолютный ноль. Применение таких артефактов, как «Кровавый предел», стирает любые следы, экселенц. Мы даже не можем определить точное место активации артефакта. Нет, примерное место понятно, но это круг радиусом в сотню метров и где точно все случилось можно лишь гадать.

— А как там вообще дела? Работать не опасно?

— Скафандры высокой защиты успешно справляются со всеми внешними последствиями применения артефакта, экселенц. С остальным успешно справляется наш магический шаблон. А вот люди дохнут сразу, даже в скафандрах. Мы две группы потеряли, прежде чем последовал запрет на использование магов.

— Плохо.

— Полностью согласен, экселенц. Но могло быть и хуже.

— Это да. Если целью был Транос, то мы избежали очень большой беды.

— Да, экселенц.

Отпустив главного жандарма, Александр задумался о случившемся. Очень несвоевременное желание военных и священников отличится в Светлом походе поставило вампиров в очень неудобную ситуацию, ведь впервые за всю историю людей в бою был применен артефакт по своей разрушительной силе сравнимый с водородной бомбой мощностью в десятки, если не сотни мегатонн. Крайне опасный прецедент, последствия которого пока не могли просчитать даже сверхумные тролли.

Хуже всего в подобной ситуации была необходимость ответной реакции. Ведь если одна сторона начала применять оружие из своих закрытых арсеналов, то и вторая сторона конфликта обязана это сделать, иначе выглядеть она будет жалкой и слабой. Отдав приказ главному разведчику использовать против людей их же оружие, Александр надеялся не только дать врагу достойный ответ, но и не допустить ответной реакции, которая могла бы запустить порочный круг взаимных ударов, выбраться из которого можно было лишь полностью разрушив весь мир. В ситуации, когда вампиры использовали артефакт людей против них, шанс не нарваться на ответную реакцию был куда выше, чем если бы Корпус Армии распечатал свои закрытые арсеналы.

Решение было очень хорошим. Почти. Ведь один скользкий момент в этой ситуации все же был: Александр отдал приказ уничтожить артефактом «Кровавый предел» главный военный лагерь людей, но люди схожего урона вампирам не нанесли. Более того весь урон от применения сверхмощного артефакта сводился к гибели двух вампиров и… все.

Что именно произошло теперь уже не узнаешь, но пока ситуация выглядела так, что кардинал Гед отправил с артефактом религиозного фанатика, что для священника было куда более привычным делом, чем тот же шантаж с заложниками, что использовали военные. Личность религиозного фанатика и его мотивы были неизвестны, но если проложить прямую от лагеря людей и до места, где произошла боевая активация артефакта, можно смело говорить о том, что шел он к городу Транос, который по всей видимости и был его конечной целью и заданием от кардинала. И от подобной катастрофы вампиров спасло чудо, а именно некоторая безграмотность священников в магии и ее особенностях.

Как и в любом другом деле, в магии был путь качества и путь количества. С качеством, после Ночи Мур и столетий эльфийского надзора за магами людей, у последних все было очень сильно не очень. Да, в последние годы ситуация исправлялась, но путь качества все еще не был выбором людей. Они брали количеством. И артефакт «Кровавый предел» был квинтэссенцией этого пути, ведь для его создания кровавые маги просто и без затей приносили в жертву почти сотню тысяч человек, а потом каждый год добавляли еще по тысяче для поддержания артефакта в рабочем состоянии, ведь потери силы в нем были просто чудовищными. Ну, по меркам вампиров, что уже давно шли по пути качества. И именно «страшные» потери силы и давали «Кровавому пределу» совершенно уникальный магический фон, обнаружить который мог любой вампир.

Скорее всего этот фон и почувствовали два молодых вампира, что занимались банальным патрулированием местности, оставленной людьми. По крайне мере их последним докладом в штаб было сообщение о том, что они обнаружили некую движущуюся аномалию и отправляются ее проверить, а вскоре после этого артефакт «Кровавый предел» был активирован и оборвал их жизнь. То есть, можно предположить, что патрульные обнаружили вражеского лазутчика и тот, находясь в полностью безнадежной ситуации, активировал артефакт.

Никак иначе объяснить применения «Кровавого предела» в абсолютно безлюдной местности объяснить было нельзя.

И вот теперь за убийство двух вампиров, Александр собирался ответить убийством почти пятидесяти тысяч человек.

И как после этого можно ждать, что люди не запустят порочный круг взаимных ударов сверхоружием?

Впрочем, война это путь обмана, а разведка людей никогда не могла похвастаться своей эффективностью. Нет, внутри своего социума люди еще более или менее что-то могли, но в первую очередь благодаря священникам и пастве, которую они исповедовали. А вот за пределами человеческого общества и владений Светлой Церкви разведка людей уже откровенно пасовала. И грех было этим не воспользоваться! Надо просто придумать и запустить слухи о том, что применение артефакта в «чистом поле» на самом деле очень больно ударило по военной силе вампиров. Пусть люди думают, что у них хоть что-то получилось. Тогда у них явно будет куда меньше желания повторно применять «Кровавый предел».

— Глава Корпуса Будущего, экселенц. — Юлия как всегда бесшумно возникла в дверях кабинета, а не воспользовалась связью.

— Зови.

— Доброй ночи, Саш.

— И тебе не хворать, Ген. Чем порадуешь?

— Хорошего мало. Ситуация скверная. Впрочем, я не для этого пришел. Ты мне скажи, мы же будем отвечать?

— Уже отвечаем.

— Ясно. И?

— Главный военный лагерь людей, — о чем спрашивает старый друг было понятно сразу, — Применим «кровавый предел», захваченный у людей.

— Умно, — покивал головой Геннадий, — Но этого мало. Надо распустить слухи о том, что нам нанесен огромный урон, иначе люди могут обидеться.

— Сам о том же подумал только что.

— Тогда я немедленно займусь этим, экселенц.

— Кого пустим под воображаемый нож?

— Наемников, экселенц. Подсчитать их точное количество никто не сможет, так что сколько скажем, столько официальными потерями считаться и будет. Понятное дело, слухами увеличим официальные потери в десять раз.

— Хорошо. Действуй.

Долго побыть в своем кабинете одному алукарду не дали. Стоило двери за Шефом Корпуса Будущего закрыться, как в нее просочился Константин, что лично летал на инспекцию последствий применения сверхмощного боевого артефакта.

— Ну, я тебе скажу, там месиво. Верхние сантиметров тридцать земли просто выжжены в пыль, все что ниже — это такая мешанина всего подряд, и какой-то совершенно чудовищный фон, мало похожий на обычные магические искажения, — поделился своими впечатлениями триумвир, — Жуткое впечатление.

— Изменение свойств физических объектов?

— Имеется, но к счастью не повсеместно, а местами. Впрочем, это не отменяет того факта, что для проживания те земли более не пригодны и никогда таковыми не станут. Там надо все огораживать и наблюдать, что из всего этого выйдет.

— Серегины орлы захватили третий «Кровавый предел», и я приказал использовать его на главном военном лагере светлых.

Константин на пару минут задумался, а затем просто молча кивнул полностью одобряя решение алукарда.

— Сами будем разыгрывать из себя потерпевших или…

— Геннадий уже занимается этим. Официально заявим о гибели в эпицентре применения артефакта одного полка наемников. Неофициально полков будет десять.

— Нормально, — вновь кивнул триумвир, — Правда…

— Что такое? — уловив некоторое напряжение в голосе собеседника, Александр заинтересованно посмотрел на соратника.

— В лагере людей тысяч тридцать солдат и примерно столько же обслуги, плюс к этому в радиусе поражения окажутся военные лагеря поменьше и соседние деревни. Как бы не тысяч восемьдесят людей по итогу на тот свет отправится, если не сто.

— И что?

— Когда кровавые маги придумали и создали первый «Кровавый предел», его тестировали в голой степи. Собственно, там было все то же, что и у нас: чудовищный фон, испепеление материи, изменение свойств физических объектов и так далее, радиус поражения тоже совпадает с тем первым и единственным испытанием артефакта. Но, если ты помнишь, по расчетам магов там должно было быть еще одно свойство артефакта, испытать которое не получилось из-за того, что орочья орда откочевала далеко от границы империи.

— Ритуал кровавого жертвоприношения, — кивнул головой Александр, показывая, что понял о чем идет речь, — Вроде как жертвы артефакта должны были усилить его эффект.

— Именно. Тогда в степи маги убили меньше тысячи орков. У нас потери и того меньше. А там мы убьем прорву народу.

— Бабах может быть сильно больше.

— И свойства с последствиями иные. Не заметить подобное даже людям будет сложно.

— Значит надо лучше охранять место применения артефакта и посторонних туда не пускать.

— К сожалению, посторонних там уже хватает. Людей там больше чем вампиров.

— Они же дохнут…

— Это если лезть в область применения, а рядом-то чего им дохнуть? — усмехнулся Константин, — К тому же, когда я улетал, искаженный магический фон уже стал спадать, его радиус уменьшился примерно на километр. Через пару дней вообще исчезнет.

— Тогда… В общем, если у людей последствия применения «Кровавого предела» будут сильно отличаться от наших, и они об этом прознают, надо будет запустить хорошую магическую теорию объясняющую данный факт. Например, подтвердить, что различия вызваны количеством жертв, но заявить, что для возникновения этих различий надо, чтобы количество жертв перевалило за некий предел, а если нет, то и выглядит все так, будто никого артефактом и не убило.

— Ладно, это пусть Геннадий придумывает, — отмахнулся Константин, — Я просто напомнил. Ты мне лучше скажи: когда будем тебя кровью поить на убой?

Стоило Леониду шагнуть на следующий этап эволюции вампира и стать тем, что уже открыто называют высшим вампиром, как вся община, а точнее ее верхушка, стала плотоядно поглядывать в сторону Александра и всячески намекать ему о том, что пора бы и алукарду стать высшим. И логика в этом была. Все же именно Александр был первым, кто в принципе заглянул за барьер и вкусил «настоящей жизни и возможностей» высшего вампира. Многие считали, что ныне алукарда надо было просто поить кровью до одурения и эволюция не заставит себя ждать. Корпус Крови даже доставил для этих целей в столицу несколько тонн отборной магической крови из особых запасов. Сам Александр пока сопротивлялся, не очень желая ставить на себе подобные эксперименты и подстегивать собственное развитие.

— Если бы не нынешняя ситуация, я бы тебя послал.

— Как и раньше, — широкая улыбка на лице Константина не оставляла сомнений в том, что триумвир прекрасно знает ответ алукарда, как и причину такого ответа, — Но ведь ситуация поменялась и ты не можешь это игнорировать.

— Именно. В наших условиях еще один высший вампир нам не помешает. Так что я согласен.

— Вот и хорошо. Большую ванну мы уже подготовили, бочки с кровью тоже во дворце.

— А ванна зачем?

— Машка считает, что поглощение крови всем телом, а не только через рот, способствует лучшему усвоению крови и ускоряет изменения самого тела.

— Это лишь теория и она ничем не подтверждена.

— Согласен, но хуже не будет, а вот лучше очень даже может быть. Да и просто быстрее так будет. Полежишь в ванне впитывая кровь, а слуги периодически будут ванну наполнять новой.

— Не-не-не, — активно замотал головой Александр, — Людям это видеть не надо. Никаких слуг.

— Ладно, никаких людей. Если так хочешь я тебе лично кровь потаскаю. От меня не убудет.

— А ты мне зачем? Чудишь?

— Просто понаблюдать хочу, — рассмеялся Константин рассматривая напрягшегося алукарда.

— Потому про людей и заикнулся, — Александр понял задумку товарища.

— Иногда тобой очень просто манипулировать.

— Мы слишком давно друг друга знаем.

— И это тоже, — легко согласился Константин, — В общем, ванна, кровь и пара вампиров для ее подтаскивания к ванне в наличии имеются. Объект эксперимента согласен. Осталось выбрать время.

— Второй вампир кто?

— Семен лично вызвался поработать для тебя грузчиком.

— Сам Шеф Корпуса Крови, наш чахнущий над запасами крови Кощей.

— А заодно и твой лучший друг, что будет рад тебе помочь и позаботиться о тебе, если все пройдет успешно. Да и кровь он какую-то особую притащил и применять ее хочет по какой-то методике.

— Да, Семен любит составлять букеты из крови, и они у него получаются волшебными.

— Вот вот. Цени.

— Я ценю, — искренне улыбнулся Александр.

— Так когда?

— Пошли сейчас. Все равно больше часа в сутки выделять на эти ваши кровавые ванны я не смогу, а когда этот час выделять — мне все равно.

— Тогда пошли, — проявив завидный энтузиазм, триумвир вскочил на ноги, — Пока тебя еще чем-то не загрузили.

Проходя мимо секретаря, пара высокопоставленных вампиров была остановлена Юлией.

— Срочный доклад из Корпуса Разведки, экселенц. «Кровавый предел» успешно применен против военного лагеря людей.

— Отлично, — первым отреагировал Константин, — Теперь твари знают, что в эту игру можно играть вдвоем.

— Война вышла на новый уровень. Теперь ход за Наместником.

Глава 4

— Я не разрешал вам садиться, канцлер.

— Мне не требуется ваше разрешение, подобный.

— Ты в этом уверен, маг? — подобная наглость со стороны посетителя требовала ответа, и Наместник не нашел ничего более подходящего чем начать тыкать, показывая тем самым, кто именно в этом кабинете хозяин.

— С вашего позволения, я архимаг, подобный. И я уверен.

— Что дает тебе такую уверенность, маг?

— Я не твой подчиненный, священник, — канцлер Роз нахально улыбнулся смотря прямо в глаза Наместника, — Кроме этого я банально сильнее, и я тебе нужен куда больше, чем ты мне. Про тот факт, что я в несколько раз тебя старше, я скромно умолчу, ведь ваша Светлая Церковь никакого уважения возрасту не оказывает.

— Но, тем не менее, про уважение ты заговорил, — Наместник осознавал, что всего парой грубых фраз загнал ситуацию в тупик, и теперь его беседа с одним из самых могущественных людей в империи ни к чему хорошему не приведет, и это, если говорить мягко, ведь, по сути, только что он нажил себе смертельного врага, — но остановиться уже не мог, ведь на кон был поставлен не только его авторитет, но и авторитет всей Светлой Церкви, а значит и Всесветлого, — Указываешь мне мое место, маг?

— Это не более чем легкий намек на тот факт, что я не намерен уважать тех, кто столь грубо меня оскорбляет, священник. Не ищи в этом другой смысл.

— То есть, меня ты уважать не намерен?

— Все так, священник, именно тебя и именно не намерен.

Ситуация в кабинете накалилась до предела, а ведь еще минуту назад это была не более чем обычная деловая встреча двух могущественных людей, наделенных в империи огромной властью.

— Что если я извинюсь за свои слова, канцлер? — простой вопрос дался наместнику очень тяжело, ведь на языке так и вертелось желание отдать приказ немедленно убить наглеца, и только осознание того факта, что это не просто испортит отношение со всеми магами империи, а приведет к войне с ними, останавливало главу Светлой Церкви от столь радикального шага.

— Одного простого извинения будет недостаточно, подобный, — стоило Ластору сделать небольшой первый шаг к улаживанию им же созданной ситуации, как и архимаг Роз убрал явную грубость из своей речи, — Надеюсь, вы это понимаете.

Наместнику очень хотелось раздавить наглеца, но он понимал: за все в жизни надо платить, тем более за оскорбительное и неуважительное поведение, которое он на эмоциях позволил себе в отношении столь могущественного собеседника. И тем не менее один момент требовал прояснения. Архимаг Роз уже отвечал на него только что, но проверка не помешает, тем более в таком важном вопросе.

— Скажите, канцлер, ваше неуважение точно распространялось только на меня или же охватывает всю Светлую Церковь? — наместник подобрался и властно посмотрел на архимага.

— А вы оскорбляли меня от своего лица или лица Церкви?

— Не юлите, канцлер!

— Даже не думал, подобный, — мягко улыбнулся Роз, — Вас ведь волнует мой ответ на ваш вопрос по причине, что мое плохое отношение к себе вы простить можете, а вот к Церкви не простите никогда, но ведь есть и обратная сторона. Я могу простить ваше личное оскорбление и грубость, но оскорбление от лица Церкви прощать не буду.

Зло посмотрев на мужчину, Наместник тяжело выдохнул и прикрыл глаза. Канцлер Империи архимаг Роз. Древний и сильный кровавый маг, бесспорный лидер всех кровавых магов империи. Лично убил в магических ритуалах миллионы людей. Владелец большого числа лично им созданных артефактов. Богатейший человек страны, богатый настолько сказочно, что с легкостью оплачивает содержание целой армии чиновников верных лишь ему одному. Кроме армии чиновников архимаг Роз содержит несколько отрядов наемников, то есть имеет под рукой личную армию. Взяток не берет, руку в казну не запускает, по крайней мере, такие факты Светлой Церкви неизвестны. Деньги зарабатывает оказывая протекцию торговцам, которые за это делятся с ним частью своих доходов.

Надавить на архимага Роза практически невозможно. Шантажировать и угрожать нечем. Даже император, выбирая между собственной дочерью и канцлером, выбрал канцлера. Небольшой, но очень примечательный факт, многое говорящий о сидящем перед наместником человеке.

И этот человек очень-очень нужен Светлой Церкви, а потому…

— Я приношу вам свои самые искренние извинения, канцлер Роз, я повел себя недостойно, вспылил и полностью признаю свою вину. Прошу меня простить. Также, как Наместник Всесветлого в нашем бренном мире и глава Светлой Церкви официально заявляю, что Светлая Церковь не имеет к вам никаких претензий и считает вас верным сыном Всесветлого.

— Я принимаю ваши извинения, подобный, и прошу извинить меня за допущенную в отношении вас личную грубость.

— Я извиняю вас, Канцлер, — благосклонно кивнул головой Наместник, — А теперь когда мы разобрались…

— Прошу простить меня, подобный, что прерываю вас, но хочу уточнить один момент.

— Слушаю вас, канцлер, — легко быть великодушным если тебе это ничего не стоит.

— Вы знаете о нападках, что допускают некоторые кардиналы в отношении как меня лично, так и моих коллег по нелегкому ремеслу кровавого мага?

— Эти факты мне известны, канцлер, — мысленно Наместник скривился, ведь он только что лично заявил собеседнику о том, что Светлая Церковь никаких претензий к нему не имеет, и проклятый кровавый крайне удачно воспользовался подобным шансом, чтобы повернуть ситуацию в свою пользу, — К сожалению, я не могу приказывать своим братьям по вере любить магов и потому подобные досадные инциденты случаются.

— Правильно ли я вас понял, подобный, что Светлая Церковь рассматривает подобные «досадные» инциденты как личную инициативу отдельных кардиналов и никоим образом не поддерживает этих кардиналов в таком отношении к магам?

— Все так, канцлер, — в очередной раз мысленно скривившись, наместник заставил себя держать лицо и дать собеседнику столь важное подтверждение.

К сожалению, проклятый маг прав. Он нужен Церкви куда больше чем Церковь нужна ему и, понимая этот факт, архимаг Роз вовсю им пользуется. Потому пока надо давать ему любые обещания и подтверждения — позже, когда нужда в могущественном кровавом маге отпадет, некоторые из них можно будет и пересмотреть. Сейчас же… впрочем, отдельные кардиналы и правда зазнались. Щелкнуть их по носу и окунуть в дерьмо будет даже полезно. А то некоторые стали слишком много о себе думать и слишком много на себя брать, забывая, что еще вчера они были всего-лишь вторыми или третьими заместителями тех, кто реально управлял Светлой Церковью. Но чистки верхушки кардиналов, что сначала провел предыдущий Наместник, а затем повторил и он, Ластор, вынесли на вершину власти не лучших и достойнейших, а тех кто остался и просто хотя бы что-то мог делать. Ведь пока вчерашние епископы, волею судьбы в мгновение ока ставшие кардиналами, наберутся опыта и понимания того, как работает Вобанэ, пройдет несколько лет. И вот тогда всех нынешних выскочек, решивших, что они поймали судьбу за хвост, можно будет убрать в монастыри и заменить на действительно достойных руководителей. А пока надо терпеть и сжимая зубы, давать магам возможность разобраться с теми из братьев по вере, кто решил, что ныне он вершина пищевой цепочки.

— Тогда мы действительно разобрались, подобный, — улыбнулся архимаг Роз и небрежно закинул ногу на ногу.

— Раз так, то больше не смейте говорить мне о том, что я слабее вас. За мной вся мощь Демура и не вам, канцлер, сомневаться в силе Всесветлого, — видя довольную рожу собеседника наместник не удержался от того, чтобы не оставить последнее слово за собой.

— Ну что вы, подобный, и в мыслях не было. Сравнивая себя и вас, я сравнивал архимага и священника, но никак не Всесветлого. Впрочем, — Роз широко улыбнулся, даже скорее оскалился, — За это я уже извинился. Поэтому давайте перейдем к делу, подобный. Зачем вы меня звали?

— Звал… да… Мне нужна ваша консультация, канцлер.

— Дайте угадаю, подобный. Инцидент в Гарне?

— Вы правы, канцлер. Именно инцидент в Гарне интересует меня в первую очередь. Почему уничтоживший наш военный лагерь артефакт был столь чудовищно разрушителен? По данным разведчиков, аналогичный артефакт, примененный нами в Элуре, имел куда меньшую мощь. Могли ли вампиры что-то сделать с захваченным у нас артефактом и каким-то нечестивым образом усилить его?

— Мы с коллегами уже обсуждали этот феномен, но, сразу скажу вам, преподобный, к единому мнению не пришли.

— И к чему же вы пришли?

— Собственно, вариантов ровно два, и сразу отмечу, что ни один из них не затрагивает возможность того, что вампиры каким-либо неизвестным образом усилили доставшийся им «Кровавый предел». В это никто из моих коллег не верит. Как вы знаете, использовавшиеся артефакты создаются по очень простой технологии накачки предмета грубой магической силой. Да, там есть и сложные магические плетения и заложенные в артефакт ритуалы, но в своей основе это обычное накачивание силой.

— Мне известна технология создания подобных артефактов, канцлер.

— Отлично, потому как первый вариант ответа, почему мощь примененных в Элуре и Гарне артефактов столь разительно отличается, заключается в том, что, один из них был накачан силой более, чем другой.

— И это могло дать столь большой разброс магической мощи?

— Как это ни странно, но да, подобный, это могло дать столь значительный разброс. Мы с коллегами прикидывали и даже считали и уверены, что такое могло быть.

— Ясно, канцлер. А каков второй вариант?

— Заложенный в артефакт ритуал кровавой жатвы, подобный. Чем больше убило артефактом в начале его действия, тем больше магической мощи он выдаст в конце. Так это должно работать. Элурцы заявили о гибели одного полка…

— Десяти.

— Не так и важно, подобный. В военном лагере погибло на порядок больше. Кровавая жатва вполне могла добавить подобной мощи артефакту. Только…

— Да-да?

— Расчеты показывают, что для столь значительной разницы в мощи вампиры должны были активировать свой артефакт прямо в нашем военном лагере, а вот наш артефакт был активирован на значительном расстоянии от размещения их полка… десяти полков.

— Как я понял, лично вы склоняетесь к первому варианту, канцлер?

— Верно, подобный. Первый вариант куда более реалистичен. Либо же имели место оба факта.

— Значит оставшиеся у нас артефакты могут быть столь же могущественными как и тот, что уничтожил нашу армию в Гарне, или же могут быть аналогами элурского варианта?

— Да, подобный, но не хотите же вы сказать, что Церковь планирует применять «Кровавый предел» еще раз?

— Единства в этом вопросе нет, канцлер, — честно ответил Наместник, — Ряд кардиналов требует немедленного и жесткого ответа вампирам. И повторное применение «Кровавого предела» стоит у них на первом месте.

— Но ведь и вампиры тогда ответят!

— А это второй вопрос по которому я позвал вас, канцлер, — Наместник ощутимо напрягся, — Как вы считаете, сколько у вампиров есть артефактов аналогичных нашему «Кровавому пределу»?

— Не менее десятка, подобный, — архимаг Роз подобрался и всей позой стал демонстрировать серьезность своего следующего заявления, — Но скорее всего их не менее сотни.

— Сотни⁈ — наместник аж привстал с собственного кресла, — Но меня уверяли, что их не может быть больше пяти штук! Некоторые из кардиналов вовсе утверждают, что у вампиров не может быть и одного подобного артефакта.

— Не надо недооценивать Алекса Блада, подобный, — покачал головой Роз, — Он по-настоящему могущественный маг. А кроме этого, ему служат другие могущественные маги и архимаги. И об этом факте тоже не стоит забывать. Блад найдет чем ответить, даже если у него всего пять своих «Кровавых пределов» в запасе. Но… на последнее я бы не рассчитывал. Сотня, не меньше. Я на месте Алекса Блада имел бы сотню, а он куда умнее меня.

— Это все меняет, — тихо прошептал Наместник.

— Кроме этого, — архимаг сделал вид, что не расслышал собеседника, — Императору было доложено о результатах применения «Кровавого предела» в Гарне, и владыка осведомлен об эффективности данного артефакта. Сейчас император требует применить подобный против драконидов. Мне сложно противостоять этому решению императора. Аргументов против просто нет.

— Дались этому дебилу эти ящерицы, — пробормотал себе под нос Наместник, — Канцлер, насколько я понял с ваших слов, его императорское величество, решительно настроен на применение «Кровавого предела» против драконидов.

— Вы все правильно поняли, подобный. Отступать владыка не намерен. Насколько мне известно, сейчас во дворце прорабатывается указ о запрете на передачу силам Светлого похода любых мощных артефактов без личного разрешения императора.

— Тогда не будем мешать этой инициативе его величества, канцлер.

— Хотите, чтобы весь гнев радикально настроенных кардиналов пал на голову императора? — архимаг ухмыльнулся, отчего у наместника появилось желание выбить собеседнику зубы, — Не лучшая идея, подобный. Император вполне может узнать, что вы спихнули ответственность на отсутствие «Кровавого предела» в войсках Светлого похода на него, и какова будет его реакция никто предсказать не может. Я бы обиделся.

— Расскажите ему об этом вы, канцлер?

— Да ни за что! — архимаг демонстративно выставил вперед ладони, — В данном вопросе я полностью на вашей стороне, подобный. Воевать с вампирами можно лишь привычным оружием. В противном случае их ответ нам всем очень сильно не понравится. Что же касается императора, то он безумен, но не идиот. Если Светлая Церковь одобрит его указ о запрете передачи артефактов, он все поймет. Это слишком простая интрига для человека который всю свою жизнь только и занимается разного рода хитрыми интригами. Император сразу поймет, что вы перекинули ответственность и вину на него, вместо того, чтобы самому заявить о том, что больше войска Светлого похода применять ультрамощные артефакты не будут.

— Значит Светлая Церковь выступит против указа, — наместник устало прикрыл глаза, — Я не поленюсь лично навестить его величество во дворце и попытаться отговорить от столь пагубной для всего Светлого похода идеи.

Всю жизнь служивший Всесветлому на посту инквизитора, наместник всей душой ненавидел интриги. Проблемы он привык решать очистительным огнем, а не хитрыми комбинациями в тиши дворцовых кабинетов. Подобное было противно Ластору и ситуацию он воспринимал как испытание, что Всесветлый послал ему для укрепления его веры.

— Этого будет мало, подобный. Чтобы император поверил, вам придется начать с его величеством реальный конфликт.

— Конфликт? А не слишком ли, канцлер? — наместник подобрался, мгновенно вспомнив, что сидящий перед ним человек более сотни лет крутится в самых верхах и интриги для него также естественны, как и справление малой нужды, а еще архимаг Роз смертельно обижен на императора и явно не упустит возможность нанести тому вред чужими руками.

— Выбирать вам, подобный, но если позволите, я напомню вам, что если вы не начнете конфликт с императором, его начнут радикально настроенные кардиналы, желающие применения «Кровавого предела», которые также не забудут поставить вам в вину бездействие по столь щепетильному вопросу. То есть, Светлая Церковь в любом случае получит конфликт, но если вы будете мягким с императором и ограничитесь лишь разговорами и неодобрением, вы получите конфликт и внутри Светлой Церкви. Кардиналы вас не простят. Вы уверены, что потянете еще один раскол?

Очень хотелось выбить архимагу зубы и плюнуть в его нахальную рожу, но он был прав. Отсидеться за спиной императора и свалить на него невозможность применения ульртамощных артефактов против вампиров не выйдет. Решительно настроенные кардиналы вынудят наместника озвучить свое мнение по данному вопросу, а открыто заявлять о том, что он против еще одного применения «Кровавого предела» или же открыто поддерживать эту инициативу Ластор был не готов. Его власть над Светлой Церковью все еще была зыбкой, и сильные группировки кардиналов с легкостью могли влиять на его решения.

Если бы не указ, о котором говорил канцлер, можно было бы заболтать ситуацию и потянуть время, но своей очередной неуместной инициативой безумный император создал ситуацию, когда конфликт светской и религиозной власти стал неизбежен. А все проклятые вампиры, что показали всему миру мощь некоторых артефактов, что ранее хранились за семью замками. Теперь некоторые личности желают использовать их для прорыва обороны вампиров, а другие бьются в припадке, предрекая чуть ли не конец всей человеческой цивилизации. Сам наместник склонялся к тому, что применять такие артефакты можно лишь против тех, кто сам их не имеет. Только вот вампиры обязаны иметь нечто подобное, и вопрос только в количестве. Например, собеседник уверен в сотнях боевых артефактов аналогичных «Кровавому пределу». И если эти цифры верны, то страшные предсказания о конце человеческой цивилизации уже не выглядят фантастикой.

— И что вы предлагаете, канцлер?

— Отлучение императора от церкви, подобный.

— Ни за что! Мне проще убить его величество и договориться с его наследником.

— Ваше право, подобный, но императора хорошо охраняют и убить его так просто не получится. Сам он тоже умирать не собирается. Несмотря на негативные последствия, что наркотики оказывают на организм его величества, придворные целители свою работу знают на отлично и так просто умереть владыке не дадут.

— Отлучить императора от церкви во время Светлого похода это самая худшая идея, что я слышал, канцлер. Волнения внутри империи Светлой Церкви не нужны.

— Тогда остаются деньги, подобный. Бюджету империи срочно требуется пять миллионов золотых. Только вот, если вы их не дадите, то конфликт у вас будет еще и со мной. Отлучение предпочтительнее.

— Пять миллионов⁈ Финансовые дела империи настолько плохи?

— Не верите мне, спросите у кардинала Верзье, подобный, — пожал плечами архимаг.

— И спрошу… как только он выйдет из запоя. Но пять миллионов…

— Это лишь самые неотложные траты, подобные. Если их не сделать, дела империи будут плохи, потому я не допущу, чтобы Светлая Церковь…

— Это решать не вам, канцлер! — отрезал наместник, — И я не глупее вас, понимаю, что отсутствие денег в бюджете не закончится для империи ничем хорошим. Какие еще есть варианты кроме отлучения от церкви и отлучения от финансов?

— Не знаю, подобный. На мой взгляд, любые другие шаги радикально настроенные кардиналы сочтут слишком мягкими и не простят их вам.

Наместник усилием подавил очередную вспышку гнева и задумался.

Ставший камнем преткновения «Кровавый предел» создавался кровавыми магами и поступал в арсеналы имперских армий, то есть гипотетический указ императора должен был лишить силы Светлого похода вообще всех ультрамощных артефактов. И если жестко не отреагировать на подобное, то очень многие в Светлой Церкви сочтут это предательством со стороны Наместника. А он занял свой трон именно на волне разговоров о предательстве веры наместником Ронном. И здесь ссылкой в монастырь дело не закончится и придется взойти на очищающий костер, чего очень хотелось бы избежать. А значит надо, как и предлагает мерзкий маг, сидящий перед ним, устраивать самый настоящий конфликт с императором.

Бросить все дела и прямо сейчас поехать во дворец и отговорить императора от подписания столь вредного указа? Да проще дождаться второго пришествия Демура! Отравленный наркотиками мозг владыки империи глух к доводам разума. Император давно живет в каком-то своем мире.

Дождаться приказа и отлучить императора от церкви? Да большего подарка вампирам и представить нельзя! Ведь отлучение императора от церкви означает отсутствие имперских легионов в Светлом походе. Император глава всех легионов империи, и отлучать главу, но использовать его солдат… это прямо сообщать всем, что отлучение не более чем фарс. В принципе, плевать. Священники смогут объяснить пастве и не такие выкрутасы властьимущих, да и без легионов в Светлом походе можно обойтись, было бы такое желание. Сложно, но можно. Хуже всего это гарантированная нестабильность внутри империи, которая обязательно последуют при таком варианте ответа на указ императора. Многочисленные чиновники на местах решат, что это их шанс на получение еще большей власти, и империя затрещит по швам под натиском внутренних конфликтов. Тут уж всем станет не до Светлого похода. Даже здесь в Вобанэ самые радикальные кардиналы забудут о вампирах, ведь подобные проблемы в империи обязательно приведут к проблемам с их финансами.

Лишить имперский бюджет дотаций Светлой Церкви? Это можно. Как временная мера очень даже действенно. И плевать на заявление канцлера о конфликте, у Церкви есть, что предложить мерзкому архимагу за его нейтралитет. Только вот мера и правда временная, ибо если затянуть выплаты хотя бы до конца года, чем это обернется представить сложно. Сложно, но можно. Экономить ведь будут на зарплатах. Многочисленные имперские чиновники не получать свои деньги и чтобы прокормить собственные семьи банально возьмут подношения купцов. В смысле, потребуют подношений с купцов, а те в ответ поднимут цены и… империя затрещит под гнетом внутреннего конфликта. Так что, не давать деньги можно, но уже через полгода дать их придется и тогда император окончательно потеряет рамки приличия, ведь таким образом он выиграет конфликт со Светлой Церковью. А выиграв один раз… эх… дальше все будет очень плохо. А хуже всего, что за полгода до императора даже не дойдет вся сложность ситуации с нехваткой бюджета. У него-то все будет хорошо! Это канцлер и министр финансов будут иметь многочисленные проблемы, а у императора все будет в норме и он даже не почешется от отсутствия в казне так необходимых ей пяти миллионов золотых.

Убить императора? Наследный принц Альберт хороший мальчик, богобоязненный и кроткий. Он отменит любой приказ, стоит церкви попросить об этом. Только канцлер верно заметил, что охраняют императора очень хорошо. Наркотики до предела обострили паранойю владыки людей, и теперь даже самые лучшие убийцы до него просто не доберутся.

Поднять против императора верных сынов церкви? Такие есть среди придворных и их много. Но империя это не привычный наместнику Ород. Здесь по одной указке священников никто ничего делать не будет. Тем более свергать императора. Искренне верят многие, но фанатиков нет, а значит работать можно лишь мягкими уговорами или же угрозами и шантажом. Результат получить можно, но что останется от репутации Светлой Церкви по итогу? Одни развалины, ведь все увидят как легко священники убрали неугодного императора и невольно будут ставить себя на его место. Страх и ненависть знати — последнее, что нужно сейчас Светлой Церкви.

И что делать? Выбирать между плохо и отвратительно никакого желания нет. А выбирать придется.

Впрочем… Ультрамощные артефакты могут производить не только кровавые маги. Даже «кровавый предел». Наделенные силой Его священники вполне осилят подобные изделия. Тем более пускать под нож грешников им не менее привычно, чем магам.

Решено! Приказ о создании собственных ударных артефактов снизит накал истерии у радикалов и позволит наместнику выиграть немного времени, а там… разведка может и донести о наличии у вампиров сотен похожих артефактов, и тогда уже даже самые горячие головы трижды подумают прежде чем требовать применять нечто, чем могут ответить и им.

Только вот и с императором надо что-то делать. Не дело это, когда одна заблудшая душа доставляет Церкви Всесветлого столько проблем. Правда, тут действительно можно обойтись деньгами. Надо лишь сделать это хитрее и убедиться, что император на своей шкуре почувствует, что значит злить Наместника и Светлую Церковь.

— Канцлер, правильно ли я понимаю, что если казна империи не получит пяти миллионов золотых монет, то экономить вы будете на зарплатах чиновников?

— В том числе, подобный.

— А можем ли мы с вами договориться о некоем изменении подобных намерений?

— Договориться? Я пока еще не услышал даже предложения, подобный.

— Например, ваши суперкорабли и суперверфи, канцлер. Это очень дорогая затея, которая всесторонне поддерживается императором. Если вы приостановите финансирование стройки…

— Невозможно!

— Почему? — как можно мягче поинтересовался наместник.

— Почему? — архимаг удивленно посмотрел на священника, — Скажите, подобный, а как вы видите перспективы Светлого похода?

— Мы обязательно победим исчадий Мур!

— Победим, значит, — медленно проговорил архимаг Роз, — И вы в этом уверены?

— Полностью!

— А что будет, если мы проиграем?

— Это невозможно, канцлер. Всесветлый не даст подобному случится!

— И все-таки. Что будет, если Светлый поход потерпит неудачу?

— Почему у вас вообще возникают подобные мысли, канцлер? На нашей стороне Демур и…

— Просто ответьте на мой вопрос, подобный, мы не на проповеди, чтобы вы рассказывали мне о величии Всесветлого.

— Я не допускаю мыслей о неудаче, канцлер. Да, сейчас события развиваются очень плохо, но так будет не всегда. Первый Светлый поход тоже в начале столкнулся с многочисленными трудностями и неудачами, но в итоге мы победили вампиров.

— В тот-то и суть, подобный, что во время Первого Светлого похода мы не победили вампиров. Мы лишь выдавили их из Ильхори. И сделали мы это путем страшных потерь, как человеческих так и территориальных. За возможность гордо заявить о том, что «мы победили вампиров», люди расплатились землями Сахии и Закатных королевств, ныне известных как Чергория. Первый Светлый поход закончился полным поражением людей, а ведь тогда мы были куда сильнее, а вампиры слабее. Теперь же все наоборот. Мы слабы, а нелюди сильны и имеют многочисленных союзников даже среди людей. Так что не обижайтесь, подобный, но и Второй Светлый поход ждет разгром и поражение, и очень хорошим результатом будет, если после всего этого, человеческие королевства все еще будут существовать на карте мира. Ради этого я и работаю. Ради этого я и строю суперверфи и суперкорабли.

— И как они помогут сохранить человеческие королевства? — неприкрытый сарказм в голосе наместника мог не заметить только очень глупый человек.

— Вместо того, чтобы воевать с вампирами, в чем как вы, подобный, поняли, я не вижу никакого смысла, я работаю над тем, чтобы империя имела крепкие тылы и мощную оборону.

— Обороной войны не выигрывают, канцлер.

— А я не собираюсь выигрывать войну, подобный, я хочу, чтобы люди жили и только.

— И не собираетесь уничтожать вампиров? — в голосе наместника появились нотки гнева.

— Королевство Чергория, подобный, — широко улыбнулся архимаг Роз глядя прямо в глаза собеседника, — Королевство вампиров, которое существует уже сотню лет и все эти годы Светлая Церковь собирается его уничтожить. Собирается, собирается и собирается… а воз и ныне там.

— Это другое, канцлер!

— Не сомневаюсь, подобный, — улыбка архимага стала еще шире, — А слышали ли вы, подобный, о реформах, что вампиры проводят в Элуре. Например их сословная реформа.

— Полная ерунда и глупость! И при чем здесь реформы вампиров в Элуре, канцлер?

— Реформы вампиров важны тем, что уже сейчас видно к чему они приведут.

— И к чему?

— Вампиры «ломают» привычное нам общество, подобный. Сословная реформа, о которой многие отзываются крайне нелицеприятно, называя ее и глупой, и недальновидной, и смешной, свою функцию выполнит полностью, а именно она изменит общество до неузнаваемости. Уже через двадцать лет Элур будет совершенно другим государством с совершенно непривычным для нас обществом и тогда вампиры проведут еще одну реформу, а потом еще одну. И в результате у них будет полностью покорная их воле страна, где люди будут жить под властью вампиров и радоваться этому.

— Поэтому мы и должны…

— Вы не поняли главного, подобный. Вампиры настолько уверены в своей победе, что с легкостью проводят в воюющей стране важные для них реформы и не сомневаются в этом. И именно в этом я вижу наш шанс. Пока вампиры перекраивают Элур под себя, мы должны максимально укрепить империю, так чтобы в течение следующих нескольких сотен лет вампиры и люди существовали бок о бок, но даже не думали нападать друг на друга. Только так человечество может выжить. Поэтому, подобный, даже не думайте о том, чтобы приостановить финансирование имперского бюджета. Лучше отлучите императора от церкви, а в финансовые вопросы не лезьте! Иначе Второй Светлый поход закончится еще хуже чем Первый.

Надменный тон архимага стал последней каплей. Гневно посмотрев на сыплющего негативными прогнозами собеседника, наместник тихо, но очень веско проговорил:

— Если император подпишет указ, запрещающий передачу ультрамощных артефактов силам Светлого похода, я прекращу финансовую поддержку имперского бюджета, канцлер. А теперь идите и думайте, как будете жить дальше. Всего доброго, канцлер.

Молча поднявшись, архимаг Роз небрежно поклонился наместнику и не быстрым шагом покинул кабинет главы Светлой Церкви. Глядя в спину удаляющегося канцлера, наместник не мог отделаться от мысли, что только что его обманули. Он не знал как, не знал каким образом, но каждой клеткой своего тела чувствовал, что проиграл в некой дуэли, о которой даже не подозревал. Видеть улыбку на лице удаляющегося от Вобанэ архимага Роза наместник Ластор уже не мог, да и не хотел, ведь эмоции захлестнули его и ему требовалось время, чтобы успокоиться и не отдать приказ об уничтожении одного наглого мага, который все еще был нужен Светлой Церкви куда больше чем она ему.

* * *

От бесконечного крика кардиналов у наместника болела голова, но он старался не показывать своего состояния и не призывать силу Демура ради банального исцеления собственной немощи. Трехчасовое совещание подходило к концу и вскоре можно будет отдохнуть и помолиться, а там и голова пройдет, тем более большую часть вопросов удалось решить… Ну как «решить». Согласовать пути будущего решения проблем. К сожалению, окончательно удалось решить всего один вопрос: единогласным решением кардиналов было принято считать бывшее королевство Ильхори врагом и пособником вампиров, но посольство не отзывать и войну не объявлять, дабы использовать земли новообразованной республики для шпионажа за Элуром и вампирами.

По всем остальным вопросам такого единодушия добиться не удалось. Даже предложение наместника организовать дополнительные производства артефактов и начать создавать собственные ультрамощные ударные артефакты встретило сопротивление группы кардиналов, и пока удалось договориться лишь до созыва комиссии, которая и должна будет вынести окончательный вердикт, стоит ли священникам создавать собственные аналоги «Кровавого предела» или нет. Как оказалось, и это стало для наместника полной неожиданностью, не все кардиналы были готовы к массовым человеческим жертвоприношениям.

Когда же речь зашла о Светлом походе, группа кардиналов и вовсе бросила наместнику обвинение в том, что он полностью следует в войне с вампирами планам старого наместника и, несмотря на собственные заявления, не отходит от старых планов ни на шаг. Ластор был вынужден при всех признать, что некоторые из прежних планов куда лучше, чем его собственные предложения, и был вынужден наблюдать, что подобное крайне не понравилось многим из присутствующих.

Парой осторожный замечаний удалось выяснить, что многим кардиналам не нравится возня имперских войск в Сахии, где, по отчетам командующего, удается наносить вампирам существенный урон. Большинство присутствующих были уверены, что отчеты ложные, ведь противостоит силам имперских легионов не кто-то, а сам генерал Каларгон, который еще сто лет назад доказал всем, что воевать он умеет получше многих. А раз наместник этим отчетам верит и все еще, согласно планам предыдущего наместника, отправляет туда войска, то и сам он не лучше.

Ощутив, что трон под ним зашатался, Ластор попытался перевести тему совещания, но кардиналы не дали этого сделать и вынудили наместника дать обещание послать в Сахию инспекцию. Когда же Ластор попытался предложить просто вывести войска с Сахии, его чуть было дружно не заплевали, обвинив почти во всех грехах, ибо оставлять земли людей поганым вампирам может только предатель.

Таким образом, не удалось решить даже вопрос с точными планами относительно Светлого похода и все вновь отложили до выяснения различных моментов и подробностей, а если говорить прямо, кардиналы опять не смогли взять на себя ответственность за план военной кампании и ничего кроме «собрать большое войско» родить не смогли. Ладно хоть денег на это «большое войско» выделили с лихвой и теперь, если вампиры не атакуют, можно будет собрать на их границах действительно огромную армию.

Но что с этой армией делать дальше Наместник не знал. Душа требовала нанести немедленный удар по вампирам, но разум упорно говорил о том, что так он не более чем подкормит кровопийц, а где-то на задворках сознания противно зудела высказанная архимагом Розом мысль о том, что люди проиграли Первый Светлый поход и проиграют Второй, и надо не воевать, а укреплять собственные тылы.

Завершив совещание, наместник устало поднялся из кресла и пошел молиться, очень надеясь, что Всесветлый не оставит слугу своего и пошлет ему озарение и укажет путь к победе над проклятой нелюдью.

Но мечты о покое и молитве были разрушены запыхавшимся служкой, что со всех ног догнал наместника в коридоре.

— Подобный, только что получена информация из Ильхори. Король вампиров Александр Кровавый объявил королевство Сахия частью королевства Элур.

— А что король Сахии? — растеряно произнес Наместник, не зная как ему реагировать на подобную неприятную новость.

— Неизвестно, подобный, но из Ильхори сообщают о том, что, по слухам, Александр Кровавый собирается взять дочь короля Сахии в жены и королевство будет ее приданым.

— Созывайте военный совет, — устало и тихо произнес Ластор, — Отдавать вампирам Сахию никак нельзя.

Бредя обратно к себе в кабинет, наместник размышлял о том можно ли случившееся считать знаком Демура и указанием, что сначала Светлый поход должен очистить от вампиров земли королевств, потерянные еще во время Первого Светлого похода. По всему выходило, что именно знаком это и является, и Демур в мудрости своей указал им путь. Осталось лишь убедить в этом других кардиналов.

Глава 5

— Значит наша провокация полностью удалась?

— Не то слово, экселенц. Такого успеха даже я не ожидал, — довольный Геннадий аж светился и источал энтузиазм от которого даже сидеть спокойно не мог, отчего постоянно ерзал на стуле, — Поверили все. Мир людей напоминает разворошенное осиное гнездо. В Вобанэ у отдельных кардиналов случилась натуральная паника.

— С чего вдруг? — удивленный Александр с недоумением посмотрел на друга, — Там вроде истериков нет. Контингент не тот.

— Так ведь Сахия прямо под боком империи. Великий канал пусть и широкий, но флота для его патрулирования у людей нет и еще долго не будет. И одно дело, когда там у нас пару полков резвится, и совсем другое, когда остров официально — территория королевства Элур. В таких условиях ни один нормальный солдат не пойдет на север, зная, что у него прямо под боком рассадник страшных вампиров, которые могут в любой момент переплыть Великий канал и прийти к его семье за их кровью. Мы, по сути, половину имперских армий сейчас сковали и теперь использовать их против нас в Элуре нельзя. Никто их из империи не уберет. Да и личные владения очень многих священников оказываются в опасной близости от наших новых предполагаемых земель. Все это они теперь вынуждены держать в уме при будущих планах Светлого похода.

— Это да, свинью мы светошам подложили знатную, — покивал головой довольный Александр.

Пока война между людьми и вампирами набирала обороты были и те, кто получал от этого противостояния выгоду. Одной из таких стран была новообразованная Республика Ильхори, которая после заключения союза с вампирами оказалась в очень интересном положении места, где открыто присутствовали послы как Светлой Церкви, так и Королевства Элур. При этом в Ильхори присутствовали послы и других государств, что вели войну против вампиров, равно как и дипломаты тех, кто вампиров открыто или скрытно поддержал. По сути, новообразованная республика стала государством на территории которого враги могли вести хоть какие-то переговоры. О нейтральности, понятное дело, речи не шло. Как официальный союзник вампиров, Республика Ильхори на подобный статус претендовать не могла, но как страна в войне не участвующая, выгонять врагов вампиров не спешила, тем более, что подобного от них никто из союзников не требовал.

Именно подобная уникальная ситуация и породила необычное предложение, поступившее от одного из аналитических отделов троллей. Дипломатические каналы было предложено использовать для создания масштабной мистификации, целью которой была бы мощная дезинформация противников вампиров. Таковой дезинформацией была предложена весть о полном присоединении королевства Сахия к королевству Элур в результате свадьбы алукарда вампиров и сахианской принцессы.

Понятное дело, будь вопрос в одной лишь дезинформации — предложение троллей никто даже не стал бы рассматривать, ведь подобную новость можно донести до Вобанэ десятком других путей. Но обман священников был не единственной целью предложенной троллями операции. Одновременно отрабатывались новые методы воздействия на общество, проверялись новые каналы передачи информации и скорость ее прохождения, привязывались к вампирам нужные им люди в Ильхори и многое другое. Но самое главное, тролли предлагали открыто сливать через соседнюю державу и ее дипломатов не только дезинформацию, но и передавать людям совершенно секретные сведения прямо из стана вампиров. Результатом такой работы должна была стать полная неспособность светош отделять правду от вымысла и как следствие создание серьезного замешательства в руководстве Светлого похода.

Только вот уже самая первая переданная через каналы в Ильхори информация стала настоящей бомбой, взорвавшей мозг половине аристократов человеческого мира. В свадьбу вампира и сахианской принцессы не просто поверили, а моментально стали считать это уже почти случившимся фактом. Да среди поверивших был даже сам король Сахии! Человек, который по своей должности был обязан знать, что его дочь ни за кого замуж не собирается, — и тот поверил провокации вампиров, и когда послы других стран официально обратились к нему с просьбой подтвердить или опровергнуть информацию из Ильхори, лишь покивал головой и сообщил, что все это полная правда! Шок, который в этот момент испытали вампиры, было словами не передать. А уж что чувствовали люди… Союз человека и вампира. Рас, что, по всеобщему мнению, из за самой природы не могут существовать вместе: ведь первые лишь корм для вторых.

— Светоши писаются кипятком, экселенц, — Геннадий продолжал источать энтузиазм и подпрыгивать на стуле чуть ли не с каждым своим словом, — Всего за сутки кардиналами принято столько выгодных для нас решений, что я даже в некоторой растерянности. Работы по созданию суперкораблей, ведущиеся силами канцлера Роза и подчиненных ему магов, решено усилить и увеличить финансирование за счет резервов церковного банка.

— Погоди. Банк же теперь независимый. Какие резервы? — нахмурился Александр, — Да и суперкорабли это ныне вроде как любимая игрушка императора людей. Что-то я сомневаюсь, что он будет рад допустить в свой огород церковников.

— Официальной реакции из дворца пока нет, но император явно будет сильно недоволен светошами. И это нам на руку, — помахал пальцем Геннадий, что уже явно имел планы на очередной конфликт светской и религиозной власти в империи, — Что касается банка, то финансирование новых верфей будет осуществлено за счет кредитов взятых Светлой Церковью, а возьмут они средства из чрезвычайных резервов. Неприкосновенный запас банка.

— Верзье в восторге?

— Говорят даже пить бросил, — широко улыбнулся вампир, — Чуть ли не на коленях перед наместником ползает и пытается убедить того отменить это решение.

— Флаг ему в руки. Хотел стать независимым, пусть свою независимость отстаивает. Нам эта грызня только на пользу, — почесав ухо, Александр скривился от неприятных мыслей, которые поспешил озвучить, — Что у нас говорят в Сахии?

— Полное принятие нашей провокации за чистую монету, — рассмеялся Геннадий, — Король Сахии встретился с послом Элура и озвучил ему просьбу оставить за собой титул герцога Сахианского и те земли, которыми он по факту владеет сейчас. В остальном он полностью поддерживает наши начинания. Идея выдать свою дочь за тебя ему очень нравится. То, что он при этом перестанет быть королем, его не пугает.

— И его не смущает, что никаких предварительных переговоров с ним мы не вели? — ехидство в голосе Александра хватило бы на целый выводок ехидн.

— Его величество посчитал это мерами секретности и полностью одобрил подобное поведение с нашей стороны. Сейчас его интересуют лишь сроки предстоящей свадьбы и согласны ли мы признать его герцогом Элура, — сообщил последние новости с острова веселый Геннадий и с огромным удовольствием уточнил, — Официальные документы о приданом его величество уже готовит. Как сообщают мои агенты, формулировки в документы самые благоприятные для нас.

— Я в шоке. Ну ладно король, а как к этому отнеслись сахианцы? Их же не так давно буквально сожрали почти под корень.

— Так ведь не люди их ели, экселенц. А мы им тогда даже помогали. Опасения присутствуют, но города рассчитывают получит права схожие с Уром, а остальные земли им не интересны. Аристократы почти ничего не теряют, да и связи с нашим элурским дворянством у них крепкие, потому новые веяния их не пугают. Купцы вообще видят в объединении стран сплошную выгоду. Мнение травоедов как всегда никто не спрашивал.

— И что нам теперь с этим всем делать? — схватился за голову Александр.

— Как что? — удивился Геннадий и даже перестал подпрыгивать от эмоций на стуле, — Идти под венец!

— Шутник, — окрысился алукард, — Я серьезно.

— Так и я серьезно, экселенц. Провокация удалась, успех стопроцентный, надо его развивать! — эмоции опять стали переполнять шефа Корпуса Будущего и он начал фонтанировать ближайшими планами, — То есть, пока публично молчим и ничего не подтверждаем и ничего не опровергаем, в Ильхори распространяем новые слухи, что все это был всего лишь розыгрыш, а тем временем готовим торжества и свадьбу. Представляешь какой будет эффект, когда об этом станет известно? Тут на одном возникшем хаосе можно будет такие схемы провернуть… Я заранее в предвкушении и экстазе!

— Эффект-то представляю, только не очень понимаю, почему ради этого эффекта, я должен брать в жены практически незнакомую мне девчонку, — хмуро бросил Александр, предпочитая не смотреть на друга и его предвкушающе-радостное поведение.

— Саша! Не надо использовать мой мозг как женский детородный орган, — видя реакцию алукарда, вампир немного успокоился и стал похож на серьезное высокопоставленное лицо, а не ребенка который получил нежданный праздник, — Я тебя знаю не первое столетие. Все что тебе нужно от женщины это смазливая мордашка и стройное тело. Все остальное тебе не интересно.

— С каких это пор?

— С тех пор как единственным исключением из этого правила была Марианна! Или мне напомнить тебе про твою бывшую гражданскую жену, что осталась на Земле? Так я напомню, если ты забыл. Как это можно было взять в жены — объяснишь или опять стыдливо лицо отводишь будешь?

— Вот что ты сразу про мою бывшую вспоминаешь? — раздосадованно огрызнулся Александр, не очень любивший вспоминать этот мимолетный эпизод своей человеческой жизни, и тут же попытался перевести разговор на личную жизнь друга, который тоже не мог в свое время похвастаться семейным счастьем, — Я тебе твою не поминаю.

— И не надо поминать чертей всуе. А твою первую, пусть и гражданскую жену, поминаю потому что такое в жены можно было взять лишь будучи слепым, глухим и тупым, — Александр со всем сказанным был согласен, но открыто признавать себя неправым в таком вопросе сильно не хотел, — Ты ничем из этого не страдал, но оказался практически под венцом и жил вместе с этим исчадием ада без всяких проблем, пусть и не долго. И всех достоинств у твоей первой ровно одно — смазливая внешность. Даже слишком смазливая. У нас все мужики на нее… скажем так, засматривались.

— Говори прямо, дрочили, — махнул рукой алукард.

— Дрочили. Но издалека. Подходить к этому никто даже не думал. Обжегся ты один. Остальные оказались умнее.

— Но заметь, я со своей быстро разошелся, а ты побои от своей терпел до самого конца, — признавать свою старую неудачу все еще было больно, а потому Александр сделал очередную попытку уколоть друга.

— Так я то свою любил и брал ее в жены не за красивую попу, а за деловые качества, а то, что к этим качествам прилагалась еще и тяжелая рука, узнал сильно после свадьбы, — спокойно ответил Геннадий, что к побоям от жены привык еще на Земле и даже воспринимал их как нечто должное и ничуть не стыдился, — А вот то, что твоя бывшая — мегера, было видно по одному взгляду на нее. Или скажешь нет?

— Чего уж там, — махнул рукой Александр, — Видно. И я это видел.

— Вот! Признаешь. Так что не надо сношать мне мозг, — довольный Геннадий аж потер руки и вновь стал с трудом сидеть на месте, — Сахианская принцесса девочка ладная, красивенькая, умненькая. Для тебя идеальная жена. Хватит тебе фрейлин валять, королю нужна королева.

— Я бы этого тролля, что предложил подобное…

— Не трогай Мишу, он предложил гениальный ход. Я его уже премировал годовой нормой мяса. Детишек его сразу на высокие посты в аналитическом отделе поставлю, — расписал свои планы вампир, — Давно нам таких щедрых идей не подбрасывали, хотя вот все на виду было, бери и пользуйся, — но нет, никто и не почесался. Все в лоб действовали.

— Хитрые планы имеют правило срабатывать не так, как этого бы хотелось их составителям. А в лоб это всегда надежно и правильно.

— Но не всегда легко, — улыбнулся Геннадий.

— А когда оно легко-то было? — удивился Александр, — Ладно. Мою свадьбу… Гипотетическую, — тут же добавил алукард увидев как встрепенулся его собеседник, — Мы обсудим с триумвирами, а пока…

— Ты все еще трахаешь мне мозг, экселенц, — покачал головой недовольный Геннадий, — Решение ты уже принял, триумвиры его подтвердят. И ты это знаешь.

— Я много чего знаю, — раздраженно огрызнулся алукард.

— Ну что ты ломаешься как девица в первый раз на сеновале? Так сложно признать, что женитьба на сахианской принцессе настолько нам выгодна, что никто даже обсуждать не будет иные расклады? И не говори мне, что ты кого-то полюбил. Я тебя не первый век знаю, Марианну ты еще не забыл.

— Не забыл, — повесил голову Александр, — И никого на примете нет. Фрейлин только и пользую.

— Вот! Чего тебе еще надо?

— Так ведь это свадьба, Гена. Серьезный поступок.

— О мой бедный мозг, — показательно запричитал вампир, раскачиваясь из стороны в сторону, — Тебя сегодня уже столько раз поимели, бедненький ты мой.

— Не юродствуй.

— А ты перестать трахать меня в голову и тупить. Мы вампиры и нам ныне даже внешние приличия соблюдать не надо. Плевать мы хотели на человеческие законы и традиции. А по нашим законам, принцесса Сахии не более чем младшая жена! И с каких это пор, взять в семью младшую жену у нас стало считаться серьезным поступком? А?

— Но у меня нет старшей…

— Это твои личные сексуальные предпочтения, и они меня не волнуют. И никого не волнуют. А человеческая женщина может быть только младшей женой и ничем более. Это наш закон, который ты лично, экселенц, подписывал. Так что, со всем уважением, кончай тут разводить драму и включай мозг. Мы тебе красотку в постель предлагаем, целый остров в приданое и огромную выгоду в противостоянии с людьми, и при этом никаких обязательств с твоей стороны. А ты еще нос воротишь!

— Ну а если она не захочет? — вампир использовал самый последний довод, чтобы избежать возможного брака.

— Принцесса на все согласная, — оскалился шеф Корпуса Будущего.

— Обложили, демоны, — тяжело вздохнул Александр. — Ладно. Согласен.

— Так бы сразу. А то пять минут тебя уже ломаю.

— Все. Закрыли тему, — в голосе алукарда прорезались властные нотки, — Докладывай о ситуации с просителями и жалобщиками.

— Канцлер успешно замотал дела в комиссиях и комитетах, — пожал плечами Геннадий и переключился на новый доклад, — Сейчас все предложения и прошения либо отозваны, либо отклонены. После подавления мятежей и наведения порядка в стране, желающих погреть руки на нашей временной слабости сильно поубавилось. Сейчас таковых ровно ноль. Остались лишь реформаторы и революционеры, но они всегда идут по другому списку.

— Это я все знаю, — отмахнулся Александр, — Что с твоим заданием?

— Жадные купцы стали бедными купцами, — хищно ухмыльнулся Геннадий, — Не все, но большая часть свое получила. Остальные вскоре последуют за ними.

— Какова реакция делового сообщества на столь явные вмешательства в их дела с нашей стороны?

— Все все поняли и никаких претензий нет. Те кто понять не успел и успел высказать свои претензии в нашу сторону вслух, дико извиняются и каются.

— Попытки финансирования оппозиции предпринимались?

— Ни малейших, экселенц. Некоторые из тех, кто вскоре разорится за свои старые дела, вышли на меня и попытались решить проблему привычным способом.

— И сколько предложили?

— Я за неделю больше украду, если у меня такое желание возникнет, — фыркнул Геннадий, — Такие гроши, что и вспоминать неприятно.

— Ты что, не взял? — широко распахнул глаза алукард.

— Конечно, взял! А всех, кто давал, поместил в темницу за взяточничество. Ну, как всегда.

Взятки вампиры любили и всегда с удовольствием их брали, ведь по сути для них это была полностью легальная возможность подзаработать… в отличии от тех, кто такие взятки давал. Последние неизменно оказывались либо в тюрьме, либо, если им очень повезет, просто не у дел.

— Что делают те, кто не разорился и не сел за взятку?

— А что они могут? Пытаются спасти остатки капиталов и закрывают дела, пока могут.

— Переезд в другие страны?

— Как это ни странно, но нет. Даже в Шорез, Ильхори или Валерию. Парочка купцов попыталась перебраться в колонии, а так… большинство собирается пересидеть несколько лет на своих капиталах и потом начать все сначала, но тоже в Элуре. Еще парочка купцов решила пойти в политику, благо наша сословная реформа теперь им это позволяет.

— Хорошо. Тогда разоряй оставшихся и забывай про них. Канцлеру тоже скажи прикрывать все эти комитеты и комиссии. Повеселились и хватит, надо делом заниматься.

— Да, экселенц.

— Что слышно по перемещениям артефактов категории «ультра»?

— Приказ императора полностью соблюдается. Но вот кардиналы, — Геннадий замялся, подбирая правильные слова.

— Что наши светлые друзья?

— Многим одного раза не хватило. Большинство священников в верхушке Светлой Церкви считают необходимым массово применить против нас мощные артефакты и этим первым ударом лишить нас основной армии. Наш удар по их военному лагерю только раззадорил аппетиты светош, и они мечтают повторить его, но уже в нашу сторону.

— Плохо. Я рассчитывал на другой эффект.

— В уничтоженном военном лагере оказалось на редкость мало высокопоставленных священников, — Геннадий развел руками, — Что же касается обычных солдат, то светоши все еще придерживаются мнения, что они всегда смогут набрать себе новых бойцов в любых количествах. В головах церковников как аксиома сидит мнение, что обычный травоед станет солдатом, если ему приказать.

— А ведь каких-то сто лет назад они уже избавились от этого мнения.

— И сейчас избавятся вновь, но, боюсь, повторного применения чего-то из закрытых арсеналов нам не избежать.

— Контролируй это особо внимательно. Ошибки более не допустимы.

— Уже, экселенц. Но замечу, что некоторое время у нас есть. Церкви еще надо создать свои сверхмощные боевые артефакты.

— У них же есть опыт, — Александр нахмурился вытаскивая из памяти все, что знал об артефактах производимых Светлой Церковью.

— Опыт есть, а артефактов нет. И их сначала нужно изготовить. Орлы Сергея уже взяли это под контроль, и Гор лично обещал взрывать храмы в которых начнут производить нечто из списка «ультра».

— Решили действовать открыто? Впрочем, это не мое дело, — влезать в дела Корпусов более чем это необходимо для управления общиной вампиров никто из триумвиров не спешил, у каждого из них хватало и своей работы.

— Наличие мощной сети наших агентов тайной для священников не является, а давать им возможность работать спокойно — глупо, — тем не менее пояснил резоны разведчиков Геннадий, — Заодно, под шумок, уничтожим и некоторые другие опасные наработки церкви. Тех же големов.

— Меня больше пугают церковные ритуалы и возможное вмешательство Демура.

— Делаем все, что в наших силах, экселенц, — подобрался Геннадий, который и сам прекрасно понимал опасность исходящую как от первого, так и от второго.

— Хорошо. Тогда можешь идти.

— А как там… — не заданный вопрос был правильно понят собеседником.

— Никак, только кровь перевожу сотнями литров. Эффекта нет.

— Ничего не чувствуешь?

— Если хоть что-то чувствовал, то сразу бы сказал.

Глава 6

— Не подумай, что я жалуюсь, командир, но одиннадцать суток я еще никогда в жизни не бодрствовала. Когда нам ждать еще один детектор и подготовленные экипажи для него?

— Все в жизни бывает первый раз, сержант, — говорить подчиненному, что он не спал уже двадцать суток, Леонид посчитал ниже своего достоинства, — Что касается твоего вопроса, то дирижабль с новым детектором уже в пути, а экипажи будут через неделю. Вот тогда и поспишь… наверное.

— Но это несправедливо, командир, я…

— Отставить разговорчики. Докладывай обстановку, сержант.

— Слушаюсь, — недовольство вампирессы чувствовалось даже через артефакт связи, — Две крупных стаи двигаются строго на юг, командир. В каждой не менее сотни особей. Предположительно будут в квадрате 13В часов через пять.

— Пять часов? Почему так долго, сержант?

— На пути два замка. Уверена, что будут пробовать их на зуб, командир. Один могут даже взять, тогда стая может быть увеличена… ну или уменьшиться.

— Ясно, — Леонид быстро сделал пометки на карте, — Дальше.

— Лесной массив в квадрате 5Г. Не менее шести одиночных отметок. В трех случаях, подозреваю, норы, так как сигнал периодически слабеет.

— Принято, — новые пометки легли на карту, — Дальше.

— Остальной сектор патрулирования чист, командир. Сержант Рино доклад закончила. Разрешите переместиться в следующий сектор патрулирования?

— Перемещайтесь, сержант. Удачного патрулирования. До связи.

Бросив карандаш на карту, Леонид склонился над ней и казалось застыл. Лишь спустя пару минут, оторвавшись от созерцания отметок на карте, воевода позволил себе сделать тяжелый вздох и устало прикрыть глаза.

Война с вурдалаками шла не по плану.

К счастью, вины его подчиненных в этом не было. Просто вурдалаки почему-то воевали не так как они делал это в Ильхори или как этого можно было бы от них ожидать в сложившихся условиях. У воеводы вообще создалось устойчивое впечатление, что с ним не воюют, его банально задерживают, выигрывая немного времени разными мелкими пакостями и заставляя подолгу топтаться на одном месте, вычищая его от вурдалаков. Причина подобного поведения врага была не очень понятна, но игнорировать этот факт было глупо. Вурдалаки не воевали, а всеми силами задерживали армию вампиров.

Разведка еще давно совершенно точно выяснила, да и из памяти крови это было известно почти с самого начала, что солдаты регулярной армии вурдалаков специально оставлялись командирами в тылу с приказом сидеть там тихо и по возможности обращать в вурдалаков всех случайно встреченных людей. Тогда воевода не придал этим фактам никакого особого значения, ведь подобный шаг со стороны противника вполне себе ожидался заранее.

За исключением уникумов, недавно обращенный вурдалак силой воли практически не обладает и действует очень предсказуемо, а именно бежит вперед и жрет всех, до кого может добраться, попутно заражая окружающих и обращая их в себе подобных. Этим фактом вурдалаки очень умело пользуются в битвах против людей уже не первую сотню лет. Потому такое поведение врага воеводой ожидалось и практически игнорировалось. Решать проблему защиты тылов добровольно взялись гномы, вампиры же должны были идти вперед и уничтожать армии вурдалаков не отвлекаясь на такие мелочи как тотальная зачистка всего и вся и охрана случайных выживших.

По факту же после уничтожения первой армии врага вторая армия не собиралась. Отдельные отряды вурдалаков более не собирались в единое войско, а просто бегали от вампиров каждый сам по себе, но при этом такие отряды с завидной регулярностью оставляли на своем пути отдельных солдат, что закапывались в глубокие норы и сидели в них сутками, выжидая пока вампиры пройдут дальше. Если бы не разработанный учеными детектор, проблем от таких диверсантов было бы очень много. Ведь приказ у таких солдат был только одни — обращать людей в вурдалаков.

При этом сами такие отдельные отряды не просто бегали от вампиров, а отчаянно маневрировали, чтобы не просто уходить вглубь страны, а кружить примерно на одном месте. Из-за этого даже случилось несколько битв, когда такой отряд отрывался от преследования вампиров, обходя по флангам заходил им в тыл и натыкался там на подразделения армии гномов, что занимали освобожденные от вурдалаков земли. Гномы были готовы воевать, а потому ничего особо страшного не случалось, но некоторое количество гирдов в таких стычках было потеряно, а один из отрядов подземных коротышек и вовсе сожран подчистую. Из-за этого факта вампиры стали куда более осторожно подходить к преследованию противника и куда более тщательно контролировали, что именно у них происходит в тылу, ведь полностью и безоговорочно доверять гномам они пока не могли. И это привело к потере времени.

Задерживают. Однозначно задерживают. Другого объяснения нет. Леонид надул щеки и в несколько приемов выпустил воздух. Ситуация ему очень не нравилась. Что такого готовят вурдалаки, что им нужно время? А ведь однозначно что-то готовят, иначе бы не задерживали вампиров с такой тщательностью.

В прошлый раз сюрпризом стала Сахия. Тогда в качестве мести людям вурдалаки сделали этот остров практически безжизненным. Но это была именно месть, которая ни на что не влияла и не требовала никакой подготовки. Лишь несколько отчаянных самоубийц готовых идти до конца ради общей цели.

А что сейчас? Зачем вурдалакам время? Да и куда они могут ударить?

Гномы несколько десятков лет крепили оборону своих гор и так просто ее не сломить. И честно говоря, Леонид, который лично осматривал крепости и форты гномов на границе, не видел возможности сделать нечто, что эту оборону сокрушит в какие-то краткие сроки. Нет, если задаться целью — пробить можно любую оборону, но этот факт известен и самим обороняющимся, а потому гномы, которые буквально сражаются за свою жизнь и будущее своей расы, создали не просто оборону, а какую-то параноидальную полосу препятствий и даже использование изделий из закрытых арсеналов вампиров не гарантировало ее быстрый прорыв. Это воевода знал точно.

Тифлинги относились к охране своих границ куда более просто. Особенно на фоне гномов! Но лишь на этом фоне оборона границ тифлингов смотрелась простой. По факту это была мощная, многоступенчатая линия созданная крайне милитаризованной расой и так просто эту оборону тоже было не пробить. Но даже если это и удастся, то что далее? Тифлинги законченные урбанисты и, прорвавшись на их земли, вурдалаки упрутся в стены городов, взять которые у них не выйдет.

Великий лес? Но эльфийские земли это тыл вампиров. Да, не все и частично границу с ушастыми вурдалаки все еще контролируют. Вот только для преодоления этой границы вурдалакам ровным счетом ничего не надо. Ведь эльфы границу все еще не контролируют! Ходи кто хочешь в любую сторону! Кстати, это реально может стать проблемой. Вампир, управляющий марионеткой великого князя, порядок среди ушастых еще не навел. Надо будет его поторопить, а то не ровен час отдельные вурдалаки проберутся через Великий лес в земли людей и ловить их там станет куда как сложнее, а Мур может посчитать это необходимым.

Но это все в будущем, а пока выигрывать время вурдалаки могут лишь для каких-то своих внутренних дел. И насколько эти дела опасны и могут повредить вампирам исполнить их планы?

Внимательно посмотрев на карту, Леонид стал оценивать текущую ситуацию с точки зрения появления внезапной опасности.

Города Чергории? После установления в закатных королевствах власти вурдалаков, города новой объединенной страны стали тем, что можно было назвать «безопасное место». А все потому, что вурдалаки даровали городам некоторые привилегий, как то: наличие укреплений, в том числе магических; наличие городской стражи; наличие собственной магической поддержки; наличие местного самоуправления состоявшего из числа горожан, а не вурдалаков или сохранившейся в стране аристократии. При этом вурдалаки на территории городов никакой вседозволенности не имели. По закону самих вурдалаков не имели. В первую очередь это было сделано ради контроля над новенькими кровопийцами и их оперативного уничтожения, если после обращения они демонстрировали признаки неадекватности. Но для людей это была реальная защита, а потому города воспринимались «безопасным местом». При этом вурдалаки свято соблюдали правило «разделяй и властвуй», и города получили свои вольности не просто так, а в качестве противопоставления иным группа населения Чергории. В тех же деревнях вурдалаки подчас позволяли себе такие «вольности», после которых деревень и вовсе не оставалось. Аристократы, более не имевшие власти в городах, тоже радость от данного факта не испытывали, зато были вынуждены чуть ли не каждый день демонстрировать лояльность новой власти, в том числе отдавая под обращение своих младших сыновей. Ну и, конечно, сами города оставались полностью обособленными образованиями и между собой практически не взаимодействовали, а обычно даже враждовали за право на какие-то особые привилегии от вурдалаков. То есть, создав островки псевдо безопасности, вурдалаки позаботились, чтобы все вокруг их ненавидели и ни при каких обстоятельствах им не помогали. И, тем не менее, недавно города Чергории восстали. А кто бы не восстал, когда всех вокруг стали кушать без всякого разбора?

В обычных условиях никакой поддержки такое восстание получить не могло. Крестьяне и аристократы, наоборот, просто из мести и зависти с радостью бы помогли вурдалакам вырезать горожан. Но в ситуации, когда все оказались по одну сторону баррикад и вурдалаки более не сдерживали себя, а жрали всех без какой-либо оглядки на собственные законы и не только жрали, но и обращали, никакой альтернативы городам не стало. А потому именно в города хлынули все желающие спасти собственную жизнь и не стать вурдалаками. Сейчас города успешно отражали попытки отдельных отрядов вурдалаков захватить их, а также без особых усилий сдерживали осады со стороны свежеобращенных кровопийц, при этом вампирам города сдавались сразу и без условий… ну, за редким исключением, упоминать которые даже не стоит. И гномьи отряды чергорийские города пускали без проблем, даже с радостью, ведь те предназначались для их защиты.

Да, на возвращение власти над городами вурдалакам требовалось время. Вот только им были нужны целые города, способные противостоять вампирам и выдерживать долгие осады. А нынешние города Чергории, опять таки за редким исключением, к длительным осадам готовы не были. Позволяя иметь в городах укрепления, вурдалаки пристально следили за тем, чтобы ничего особо мощного и опасного люди не строили. То есть, сейчас время нужно не только для возвращения контроля над городами, но и их существенного укрепления, а никаких приготовлений для этого разведка вампиров не выявила, что говорило воеводе о том, что таких приготовлений нет.

Значит дело не в городах. Пусть они и стали головной болью вурдалаков, но помочь им в будущем будут не способны, а значит кровопийцы скорее всего будут города игнорировать. Что, кстати, успешно делают уже прямо сейчас.

Значит дело в замках? Неужели вурдалаки создают сеть замков, что должна будет неким образом удержать вторжение вампиров в неких рамках? Да это бред! Замки людей особой мощью не отличаются, за этим особо следили, и прямо сейчас вурдалаки с легкостью берут штурмом вставшие на их пути укрепления. Ну пусть это и требует у них затрат и некоторого времени, особых проблем таких штурмы не создают. Стаи свежеобращенных вурдалаков человеческие замки выдерживают, но и то не всегда. Иногда их оборону банально продавливают количеством особей в стае. Обезумевшие от жажды новые вурдалаки с потерями не считаются, а замки для них как красная тряпка для быка.

Да, помимо человеческих замков в Чергории есть замки вурдалаков. Но и с ними все не так просто. Во-первых, все такие замки давно известны и, опираясь на них, невозможно организовать никакую вменяемую оборону, а во-вторых, всего три вурдалакских замка построены как неприступные твердыни. Остальные выполняли функции местных гарнизонов и герцог Илий всегда держал в голове возможность вурдалаков, составляющих эти гарнизоны, восстать против него. А потому такие замки обеспечивали своим обитателям высочайший уровень комфорта, но не могли похвастаться мощью своих укреплений и защитных артефактов. Руководство вурдалаков всегда было готово к восстанию среди своих и заранее подготавливало себе условия для успешного подавления любого мятежа.

Посему и замки можно было списать и вычеркнуть из списка подозреваемых. Да, вурдалаки могли, опираясь на них, создать некий укрепленный район, в котором могли планировать некоторое время оборонятся, но создать проблемы для вампиров это не могло. И враг должен был это понимать, ведь за время вторжения в Чергорию вампиры показали очень много из своих истинных возможностей. Не все, но многое.

Неужели речь идет о чем-то совсем новом и вурдалаки сделали ставку на эти самые норы, ставшие такой небольшой, но неприятной досадой для вампиров? Неужели все дело в них? Но при чем здесь время? И ответ очевиден — это не норы. Не стоит искать опасность там, где ее нет. Детектор с легкостью находит спрятавшихся под землей вурдалаков, но даже если бы его не было, норы никак не могли стать козырем вурдалаков. Мелкая, незначительная проблема и не более. Не надо наделять ее неким смыслом более того, что она уже имеет.

Да, зарывшиеся в землю вурдалаки с помощью личной магии и неких выданных им запасов крови подчас выкапывали такие норы, что выкурить их оттуда было очень непросто. Как сообщали воеводе вампиры с мест, некоторые норы были пятиуровневыми и представляли из себя натуральный лабиринт, но успешно оборонять их вурдалаки не могли. Не против обладающих магией вампиров. Так что, всей проблемы было такую нору обнаружить, а с этим успешно справлялся новый детектор твердолобых. После же обнаружения зачистка норы были лишь делом времени, причем, подчас проведенного весьма приятно, ведь вампиры не стеснялись делать из таких мероприятий развлечение и даже соревнования.

Нет, дело не в норах. Задумка хорошая, исполнение отличное, но создать вампирам проблемы норы не способны. Они задерживают, выигрывая вурдалакам время, это верно, но не более.

Значит дело в армии вурдалаков? В той самой армии, что никак не может собраться в одном месте и правильно делает, ведь как только это случится, Леонид обязательно переместится к лагерю этой армии и уничтожит ее. Вурдалаки могут догадываться о подобном, потому и не собираются вместе большими отрядами, но что еще они могут сделать с остатками своей регулярной армии, что требует времени и создаст проблемы вампирам?

Перебравший в уме десятки возможных вариантов воевода, выдал всего один ответ — ничего. Армия вурдалаков наиболее опасна, если это слово вообще уместно в таком контексте, именно в своем нынешнем состоянии, так как разбитая на множество небольших отрядов и отчаянно маневрирующая, она создает максимальные проблемы вампирам. Но опять! Задерживая вампиров, а не останавливая их!

Значит вурдалаки укрепляют столицу? Это возможно, но полностью лишено смысла, ведь стоит им запереться в столице и они обречены. Да, несколько месяцев в осаде они пересидят, но потом все будет завершено и отнюдь не в пользу вурдалаков.

Идет подготовка некоего подземного укрытия для правящей верхушки? Учитывая имеющийся опыт с норами, исключать этот вариант нельзя. Правители вурдалаков могли решить спрятаться и переждать десяток другой лет в надежном укрытии где-нибудь под землей. На создание такого укрытия им действительно нужно время. Вариант возможный, только Леонид с трудом мог представить себе, как блестящий потомственный аристократ герцог Илий, окруженный такими же потомственными аристократами, составляющими верхушку правителей вурдалаков, собираются вместе и решают спрятаться под землей. Отдав на разрушение и разграбление дело всей своей жизни. Просто чтобы спастись. Возможно, но маловероятно. Герцог Илий аристократ старой закалки, из тех времен, когда свое вырывали мечом и, захватив, отстаивали от чужих посягательств тем же самым мечом, а всех несогласных тихо или с помпой прикапывали под ближайщим деревом. Понятное дело, что времена меняются, но просто сдаться и спрятаться в тайном убежище это не в характере Илия. Сбежать, чтобы продолжить борьбу, он мог, но похоронить себя под землей до лучших дней… В этом Леонид сильно сомневался.

Может быть дело в некотором неизвестном союзнике? А то и в богах? Что там в столичных храмах творится и известно корпусу Разведки?

Вызвав начальника разведки, воевода принялся ждать, все еще внимательно блуждая взглядом по карте Чергории и выискивая малейшую зацепку на ответ на свой вопрос.

— Звал, командир?

— Да, заходи, Андрей, — махнув рукой появившемуся вампиру, воевода указал ему на карту, — Я тут внезапно для себя осознал такую вещь, что наш противник тянет время. Все телодвижения вурдалаков можно объяснить только этим. В связи с этим у меня вопрос…

— Командир, — зашедший разведчик поморщился, — Прекращай говорить как алукард. Ощущение, что с Александром говорю, а вижу твою мор… лицо… экселенц. Со всем уважением.

— Не с той ноги встал? — участливо поинтересовался Леонид, не став заострять внимание на не слишком подчинительном тоне временного подчиненного, тем более что Андрей был изначальным вампиром, а тем всегда позволялось больше, чем остальным.

— Суток пятнадцать назад? Может и не с той ноги. Уже не помню, — отшутился разведчик, — И говори, как тебе нравится, — это я так… поворчал. Сам прекрасно знаю, какие эффекты дает нам память крови.

— Раз разрешаешь, то я так и буду делать, — буквально выдавил из себя Леонид, но так и не сорвался, — А теперь к моему вопросу. Зачем вурдалаки тянут время?

— Да шут их знает, экселенц! Мы тоже по этому поводу голову себе ломаем, — поняв, что его выводы для собеседника не новость, Леонид лишь с пониманием кивнул головой, — Аналитики во мнениях расходятся.

— Что тролли говорят?

— На богов грешат, экселенц, — тяжко вздохнул разведчик, — Только глупость это. В храмах все спокойно… ну, как может быть спокойно, учитывая обстоятельства. В общем, там скорее будет поддержка наших действий, чем поддержка вурдалаков. Этим среди богов ловить нечего. Впрочем, как и всем магическим существам.

— Это я понимаю, но вдруг…

— Никаких «вдруг», экселенц. Никаких богов не вылезет. Гарантирую.

— Сплюнь, — поморщился Леонид, буквально представив результат возможной ошибки разведчика, а воображением воевода всегда обладал хорошим, — Тайные союзники?

— Из под земли? Не смеши меня, Леня. Мы с тобой изначальные и мир этот познаем вместе. Много под землей адекватных рас ты знаешь?

— Кроме гномов и троллей? — улыбнулся воевода.

— Естественно, — с важным видом кивнул разведчик.

— Ни одной.

— И я ни одной. А гномы наши союзники и если уж кто и вылезет, то сначала к ним, и они нам скажут.

— Точно скажут?

— Куда они денутся с подводной лодки? Гномы наши союзники и они прекрасно понимают, что отныне привязаны к нам на веки вечные. Не будем лезть к ним под землю — надежнее союзников у нас не будет.

— Ты это на Совете Вампиров говори, а не мне.

— Уже, экселенц. Доклад на столе алукарда. А возвращаясь к твоему вопросу — никто из под земли не вылезет.

— А наоборот?

— Намекаешь, что вурдалаки могут строить некое тайное убежище под землей? — на секунду задумался разведчик.

— Именно на это и намекаю.

— Сомневаюсь. Ресурсы такое убежище пожрет в страшных количествах и их перемещение тайной для нас не останется. Разве что убежище делают под одним из замков, где ресурсы и хранятся, тогда все останется в тайне. Только герцог Илий прятаться под землю не будет. Сбежать может, а прятаться не будет. Характер не тот.

— Даже спасая свою жизнь? — ухмыльнулся Леонид и чисто из желания поспорить, ведь недавно и сам рассуждал схожим образом, добавил, — Жить захочешь и не так раскорячишься. Не то что под землю зароешься, а и в небо улетишь или даже океан переплывать бросишься.

— Не буду спорить, экселенц.

— И не спорь. Я сам схожим образом думаю, и не верю, что герцог Илий решит укрыться под землей. Но что по поводу причин, ради которых вурдалаки нас задерживают?

— Это должно быть нечто простое, экселенц. Очень простое.

— И какие у нас есть простые варианты?

— Бегство, — улыбнулся разведчик.

— И куда?

— Без понятия, — развел руками вампир, — В Гнезде пристально наблюдают за всей Чергорией. Леопольд, как и мы тут, ночами не спит, с магов не слазит, расслабиться им не дает. Но из необычного засекли лишь отплытие большой эскадры. Но, сам понимаешь, не побегут они через море. Запах это…

— Ну да. Не побегут. Хотя… А что это вообще за эскадра?

— Не знаю, — пожал плечами разведчик.

— А кто был на кораблях? — напрягся Леонид.

— Кто? — удивился разведчик, — Ну… люди… наверное… Хотя они же… О, черт!

— Вот-вот. Зачем вурдалакам строить корабли для людей? Или позволять людям их строить? Они же ничего больше рыболовецких шаланд не строили.

— Для себя они их строили, экселенц, и сбежали на них, — улыбнулся разведчик, — Через море, сбежали! вот он твой ответ!

— Вот именно! И чего ты лыбишься как дурак, когда у нас вурдалаки прямо из под носа исчезли, и еще неизвестно как на это отреагирует Мур?

— Плакать я точно не буду, экселенц. Зато загадка разгадана.

— Разгадана. А куда смотрели ваши хваленые тролли?

— Не трогай троллей. У них на любые перемещения по морю стоит не просто низкий приоритет, а нечто вроде пункта «невозможно без специальных условий». Так что их игнорирование данного факта понятно. А вот мы…

— Мы так не любим море, что тоже, как и тролли, допускаем перемещение по нему лишь в самых крайних случаях.

— Это мы, получается, вурдалаков на подсознательном уровне за братишек считаем, раз оцениваем их по себе?

— Только вслух это больше нигде не говори, — скривился воевода, — Даже слышать такое противно.

— Принял, понял, осознал. Больше не буду. Пошел связываться с Гнездом. Пусть маги Леопольда ищут эту эскадру.

— Все силы на это бросить! Это мой приказ как воеводы. Мы должны знать где на юге они высадятся!

— Сделаем, экселенц. Не волнуйся.

— Тут блин все для победы делаешь, а потом внезапно узнаешь, что главный враг сбежал и теперь его искать.

— Найдем, — обнадежил воеводу разведчик, — Не скроются. И никуда не денутся. Воздушные корабли у нас доработаны, путь среди воздушных аномалий находим быстро. Беглецы на новом месте даже развиться толком не успеют, как мы их с небес накроем и всех вырежем.

— Это мы обсудим позже, кого и как вырежем, а пока следить и глаз не спускать!

— Будет исполнено, экселенц, — небрежно козырнув, разведчик покинул общество Леонида.

Воевода тем временем вновь глянул на карту, только в этот раз он не искал на ней ответы, а просто улыбался. По сути, в эту минуту он точно понял как именно ему надо воевать с вурдалаками дальше и что нужно делать ради быстрейшего выполнения поручения взбалмошной Мур. Война в Чергории вновь обрела понятные контуры.

Неожиданно мысли воеводы перескочили за тысячу километров от того места, где он находился, и сосредоточились на Гарне, где ныне концентрировались силы Светлого похода. После применения сверхмощного артефакта людей против священников, у тех началась совершенно непонятная вампиру активность, а именно путем своих церковных ритуалов они активно намаливали землю.

Нет, ритуалы по освещению земли силой Демура светлые отцы проводили и ранее, это даже стало некоей нормой нынешнего Светлого похода. Земля на время превращалась в материал враждебный самой природе вампиров. Это само по себе давало людям преимущество и служило неплохой защитой против вампиров. Только все подобные ритуалы требовали от священников большого труда и огромного вложения сил, но при этом никакой долговечностью не отличались.

По докладам разведки, нынешние ритуалы ничем не отличались от старых, но, во-первых, в них принимало участие куда большее количество священников, а во-вторых, время проведения ритуалов было сильно увеличено. Эффект это дало очень неоднозначный. Да, церковники сильно увеличили время действия освященной земли и теперь эффект враждебности вампирам намоленная земля хранила несколько недель. Но, с другой стороны, такая освященная земля периодически стала обращаться временными магическими аномалиями. И теперь было даже не понять: это из-за концентрации молитв, их качества или того факта, что благодаря вампирами все верующие в Демура священники возносят ему молитвы неверно. Хуже всего, что любой из этих фактор мог сыграть против вампиров. Хотя сами священники думали иначе, ведь пара их военных лагерей была в результате таких совместных ритуальных молитв уничтожена магическими аномалиями. Но вампиры смотрели в будущее, а не радовались настоящему.

В будущем же все было очень неясно. Тут и Демур мог серьезно обидеться за столь грубые нарушения собственных заветов, тут и большое количество приграничной земли, ставшей для вампиров враждебной, тут и растущее количество аномалий на тех же самых границах. Все это представляло опасность. А главное, даже уничтожив собственные войска и создавая неожиданные магические аномалии, священники не собирались останавливаться и продолжали проводить свои ритуалы. Зачем? Для чего? Почему? Ответов не было. Церковники как заведенные просто молились на землю.

И вот откуда это все взялось? Простой и понятный Светлый поход стал каким-то сложным, проблемным и непредсказуемым. Да, неопасным. Элур стоял и будет стоять. Вампиры как жили, так и будут жить и править, но количество проблем которые им надо будет решить пока только росло. А ведь все должно было быть просто! Люди должны были зайти, завязнуть, попасть в плен, накормить вампиров, и это должно было повториться несколько раз, после чего можно было бы договариваться о совместном существовании. А что теперь?

Оставалось лишь радоваться тому факту, что так вовремя удалось стать высшим вампиром и теперь перемещение на большие расстояния для него ровным счетом ничего не значили, надо было только быть сытым. Да, этому факту однозначно стоило радоваться. А жалеть… жалеть стоило о том, что ни одна война никогда не идет по плану. Впрочем, это откровением для многовекового вампира не являлось.

Глава 7

— Итак, Патрик, чем порадуете меня сегодня? — не глядя в сторону зашедшего в кабинет человека, вампир налил себе полный кубок крови и вернулся к столу.

— Новости довольно скверные, ваше величество, — королевский секретарь всем своим видом демонстрировал вселенскую скорбь. — Мне неприятно сообщать об этом, ваше величество, но в Мюнхе началось крестьянское восстание. Травоеды сожгли поместье управляющего и осадили баронский замок.

— О как, — крякнул Александр, поудобнее устраиваясь в собственном кресле, — А Мюнх это у нас…

— Маленькое баронство на востоке страны, ваше величество.

— Патрик, я же просил, когда мы наедине, называй меня «государь». Я сам знаю величество я или нет. Оставим официоз для церемоний, нам с тобой дело делать надо, а не слух друг друга ублажать.

— Да, государь.

— Отлично. Итак. В Мюнхе крестьянское восстание недовольных властью вампиров травоедов и…

— Прошу прощения, ваш… государь, но в Мюхне простой бунт. Не против вампиров.

— Не против вампиров, Патрик? — удивился Александр, готовый к чему угодно, кроме обычного крестьянского восстания, о котором ему сообщат со столь скорбным выражением лица.

— Да, государь. По свидетельствам очевидцев, три деревни баронства Мюнх уже несколько лет сильно страдают от недорода, а зима в этом году в тех местах выдалась особенно лютой и в деревнях много людей померло от голода…

— Достаточно, Патрик, ситуация мне понятна. Местный барон совсем не интересовался делами в деревнях, но свою часть урожая забирать не забывал в полном объеме.

— Да, государь, все так.

— Угу. Голодные крестьяне подняли на вилы очередного мудака. Против вампиров ничего не имеют. Против королевской власти не злоумышляют. Соседей на бунт не подстрекают.

— Истинно так, государь.

— И зачем мне об этом знать, Патрик? Что в этой новости такого, что вы мне ее сообщили?

— Так ведь… — растерялся королевский секретарь, — Бунт… против устоев…

— «Против устоев», Патрик, это когда против вампиров или против закона. А у нас голодные люди выразили свое презрение идиоту, который их до этого довел. Не надо сообщать королю такие новости. С этим должны разбираться люди на местах, и только если они не справляются, я должен знать об этом. Потому как если я буду разбираться в каждом мелком деле, мне просто не хватит времени на все. Моя работа заключается в том, чтобы заставить работать других, а не работать за них.

— Я понял, государь, — Патрик Тис низко поклонился, — Больше подобное не повторится, но я…

— Требуется мое решение, да? — Александр сходу понял невысказанную просьбу своего секретаря.

— Да, государь. Такие вопросы всегда находились в ведение короля, и я не могу взять на себя ответственность за это.

— Понимаю. Что касается моего решения… Накажите местного барона, Патрик. Крестьянам объявите мою амнистию… пусть только поместье для управляющего отстроят лучше прежнего и идут по домам.

— Наказать барона, государь? Но это…

— Против правил. Я знаю, — кивнул Александр, — Но этот идиот своими поступками довел крестьян до открытого бунта. Голодные люди, видя как у них на руках умирают их родные и близкие, взялись за топоры и вилы и выразили идиоту свое недовольство. Они в своем праве, Патрик. Мне не в чем их винить. А вот местный барон кругом передо мной виноват. Не уследил, не предотвратил, не помог. Виновен. И должен быть наказан. Пошлите в этот Мюнх кого из красных плащей, пусть разберется, накажет кого надо и поможет кому надо.

— Но ведь крестьяне нарушили закон, государь.

— Нарушили, Патрик и виноваты, я не отрицаю, потому и объявил об амнистии, но голод это… Как бы сказать… Я вампир, Патрик, я пью человеческую кровь, — Александр поднял в руке наполовину полный кубок и демонстративно из него отхлебнул, — И сейчас я сыт. И по причине своей сытости я не трогаю ни вас, ни кого-либо другого во дворце. И все остальные вампиры в королевском дворце сыты и обеспечены кровью на долгое время. Все это знают и все спокойны. Слуги и придворные свободно передвигаются по дворцу и ничего не боятся. Но скажите мне, Патрик, были бы вы все так спокойны, если бы знали, что по дворцу расхаживают десятки голодных вампиров, каждый из которых спокойно может сожрать всех людей во дворце? — алукард ехидно прищурил глаза, — И можете не отвечать мне, Патрик, потому как я знаю, что вы не были бы спокойны, вы бы попытались что-то с этим сделать и всячески пытались бы накормить нас. Просто потому, что это прежде всего соответствует вашим интересам. Ну или вы еще как-нибудь решили бы проблему голодных вампиров рядом с собой, может быть даже просто сбежали из дворца. Вариантов много. А обсуждаемый нами барон не пытался ничего сделать и довел своих крестьян до бунта. А ведь у него были десятки путей решения проблемы, вплоть до отказа от титула или земель, которые доставляют ему столько проблем. Он этого не сделал и его проблемы стали моими проблемами, а я не люблю проблемы, особенно те, что мне подбрасывают со стороны. Накажите этого барона, Патрик, чтобы другим неповадно было. И еще… Я отменяю предыдущий приказ. Не вздумайте прекратить мне докладывать о подобных случаях. Хочу знать, когда случаются такие неприятные моменты, и хочу знать имена идиотов, что создали эти проблемы…

— Да, ваше величество.

— Но решать их все равно должны местные власти. Это их работа, Патрик, — на всякий случай уточнил Александр.

— Я вас понял, государь. Я прослежу, чтобы барон понес наказание.

— Хорошо. Это все новости требующие моего внимания или есть что-то еще? — допив кровь вампир посмотрел на человека.

— Больше никаких новостей нет, государь. В Элуре все спокойно.

— Хорошо, можешь идти.

— Да, государь. Только…

— Что-то еще?

— Личная просьба, государь, — несмело проговорил королевский секретарь и даже немного потоптался на месте, что для Патрика Тиса было совсем не типично.

— Говори, — махнул рукой Александр, готовясь удовлетворить очередное прошение придворного и на этом завершить сегодняшние «человеческие» дела и заняться своими обязанностями как алукарда вампиров.

— Герцоги Гуян, государь. Их семейство является вампирами…

— И что?

— Получается, вы награждаете верных людей, и мы можем рассчитывать… — Патрик явно нервничал и чувствовал себя крайне неловко.

— Желаете обратиться вампиром, Патрик?

— Да, государь. Вечная жизнь, сила, здоровье…

«Вот и началось».

Аналитики давно просчитали, да и сами вампиры понимали, что люди рядом с ними всегда будут желать оказаться в их рядах… ну, большая часть людей. Просто привыкнув видеть кровопийц рядом с собой на постоянной основе, будет уже трудно бояться потерять свою человечность. И все бы ничего, отказать не трудно, но у вампиров были Гуяны. То есть вампиры сами создали прецедент, когда они не отказали и взяли в свою общину людей. Так почему одних принимают, а другим отказывают? Как объяснить подобное так, чтобы это было понятно и не вызывало гнева? Слуги должны быть верными не только из страха, а значит их придется принимать в вампиры, пусть и после выполнения ими неких условий.

Сами условия уже давно были разработаны, просто их пока никто не озвучивал, ведь до этой минуты никто из окружения вампиров о своем обращении в вампира не заикался. И вот перед алукардом стоял первый такой человек.

— Патрик, а ты в курсе, что став вампиром, ты прекратишь служить мне и будешь служить обязательную сотню лет в армии?

— Я слышал об этом, государь и, признаться, меня это немного пугает. Не нахожу в себе военного призвания, не мое это.

— Тогда о чем мы вообще говорим, Патрик? — усмехнулся вампир.

— Но ведь всегда можно сделать исключения, государь, — заметив проблеск гнева на лице Александра, придворный быстро поправился, — Ну или уменьшить время службы.

— Этого не будет никогда, потому что этого не будет никогда. Знаешь почему, Патрик?

— Потому что не будет никогда, ваше величество, — подобострастно поклонился мужчина, чутко поняв, что сейчас совсем не время демонстрировать какое-либо иное мнение кроме уже озвученного королем.

— В том числе, — рассмеялся Александр, из голоса которого моментально ушло раздражение, — Но главная причина в том, что это работает. А зачем менять то, что работает?

— Но ведь сто лет это…

— Это работает, Патрик. Это работает.

— Да, государь.

— Потому все желающие стать вампиром должны быть готовы к вековой службе на благо вампиров. Что же касается условий при которых мы вообще будем рассматривать просьбу человека обратить его, то они простые — три награды.

— Прощу прощения, государь, но я не понял.

— Человеку надо получить три любые королевские награды. Не важно, военные, статские или какие-еще. Три любые королевские награды. После этого такой человек может подать прошение об обращении себя вампиром.

— А семья?

— Три награды, Патрик, три награды.

* * *

Император выглядел плохо. Лицо дергалось, взгляд бегал, кончики пальцев нервно подрагивали, сильно расширенные зрачки придавали владыке людей вид законченного безумца. Все это весьма радовало архимага Роза, пока тот бесстрастно смотрел на сидящего императора, что вызвал его к себе в кабинет и вот уже целую минуту никак не мог начать разговор.

— Некоторое время назад я отдавал четкий и недвусмысленный приказ атаковать драконидов, канцлер. Этот приказ до сих пор не выполнен. Мои военные так и не смогли дать мне внятного ответа почему это произошло. Сейчас они арестованы и, вне всяких сомнений, вскоре будут казнены. Это порадует меня, но не даст мне ответа на мой вопрос, канцлер. А потому я позвал вас, — император впервые твердо взглянул на Роза, — Почему мы все еще не атаковали драконидов, канцлер? Почему мой приказ все еще не выполнен?

— Кхм… Ваше императорское величество, как канцлер империи я не отвечаю за военные дела и не должен в них разбираться. Мое дело вовремя давать деньги на армию и делать это в полном объеме, — заметив недовольство на лице императора, Роз прекратил лить воду и ускорился, — С этой точки зрения могу ответственно сказать, что военные денег на боевую операцию против драконидов не просили.

— Я отдавал приказ и вам, канцлер, — название должности Роза император буквально прошипел, — Вы должны были выделить деньги без всяких просьб со стороны легатов.

— К моему великому сожалению, ваше императорское величество, но мою просьбу о дополнительном финансировании войны против ящеров Наместник Светлой Церкви проигнорировал и деньги на этот проект вашего императорского величества не выделил, а без церковных денег казна не способна оплатить подобные расходы. И в условиях, когда военные также не попросили новых финансовых вливания, я позволил себе сконцентрироваться на текущих делах государства.

— То есть, кроме нелепых оправданий, у вас, канцлер, тоже ничего нет? Это прискорбно.

Тон императора не сулил ничего хорошего как и его лицо, ставшее каменной маской. Роз напрягся и мгновенно сформировал защитное плетение, пока не став напитывать его силой и ожидая следующий ход безумного императора. При необходимости архимаг был готов с боем прорываться из дворца, но хотелось бы этого избежать.

— Это не совсем так, ваше императорское величество. Лично мной для войны с драконидами подготовлены запасы провизии и военного обмундирования, что позволят десяти легионам воевать не менее двух месяцев, — и то и другое было подготовлено Розом к банальной перепродаже по завышенной цене, но император об этом все равно никогда не узнает, а потому говорить можно что угодно, — Также я курирую проект постройки новых верфей, на которых будут созданы новые корабли, что позволит империи захватить морское побережье драконидов, и в результате доминирование легионов вашего императорского величества в том районе будет абсолютным, — взгляд императора потух, а лицо расслабилось и архимаг «добил» владыку людей, — Также, так как Светлая Церковь денег на войну с драконидами не дала, мной был сформирован фонд добровольных пожертвований от патриотически настроенных купцов, что выделили свои личные деньги на благое дело борьбы с нелюдью. Именно из этого фонда я и собирался выделять деньги военным, если бы те их попросили.

Роз изящно поклонился.

— Как вы можете видеть, ваше императорское величество, со своей стороны я сделал все возможное, чтобы выполнить ваш приказ, хотя все обстоятельства были против меня.

— Хмм… Вы меня почти убедили, канцлер. Но я все еще не получил ответ на свой вопрос. Как мой канцлер — вы оправдались, но как архимаг… мне прекрасно известно, что вы знаете обо всем происходящем в империи и вместо того, чтобы ответить на мой вопрос простыми и понятными словами, вы вылили мне в уши кучу придворного словоблудия. Мне повторить свой вопрос?

— Не стоит, я и в первый раз прекрасно его услышал, — Роз неспешно поклонился, скрыв этим движением свою победную ухмылку и одновременно расслабляясь и распуская подготовленные магические плетения, — Если говорить простыми словами, то здесь все просто, ваше императорское величество. Деньги. Презренный металл без которого невозможно ничего сделать. Имперская казна пуста и из-за этого факта мы во многом зависим от благорасположения Светлой Церкви и ее Наместника. Таким образом священники имеют огромное влияние на государственные дела и даже могут диктовать свою волю имперским чиновниками, ваше императорское величество, — Роз говорил банальные, всем известные вещи, но от этого они не переставали быть правдой, а правда всегда были сильным оружием в умелых руках, особенно если правильно ее подать, — В настоящее время, из-за всем известных событий, Светлой Церкви совершенно невыгодно распыление сил имперских легионов, а потому военные получил из Вобанэ недвусмысленное указание как можно сильнее затягивать выполнение приказа вашего императорского величества. Война с драконидами священникам не нужна. Увы.

— Ну что же. Я вижу, что не зря в свое время оставил вас канцлером, Роз, — император самодовольно улыбнулся, — Вы единственный, кто осмелился сказать мне в лицо правду. А это дорогого стоит. Я вам верю, канцлер. Вы оправданы!

Розу это оправдание было и даром не нужно. При необходимости он бы разнес и дворец, и императора с его охраной, но ситуация складывалась так, что надо было низко поклониться и многословно поблагодарить владыку людей за проявленное милосердие и политическую прозорливость.

— Теперь поговорим серьезно, канцлер, — довольный услышанной лестью император вальяжно махнул рукой, приглашая посетителя кабинета сесть напротив себя, — Буду с вами откровенен, канцлер, когда дракониды атаковали Песчаные рудники я ликовал. По моему скромному мнению, после такого Церковь более не могла оставаться на прежних позициях и игнорировать мои желания. Тем не менее, в кои веки я ошибся. Желание урезонить Алекса Блада, что некогда так сильно щелкнул Светлую Церковь по носу, оказалось для священников куда сильнее здравого смысла, и они продолжили воевать с вампирами, хотя вампиры куда дальше драконидов, живущих прямо у нас под боком.

Слушая подобный бред, архимаг Роз с трудом сохранял на лице заинтересованное и почтительное выражение. Оказывается, вампиры, которым всего лишь надо переплыть Ночное море, живут далеко от империи, а дракониды, которым до границ империи надо шагать через пустыню и великие степи, живут рядом. Прямо под боком. Чудеса логики безумцев во всей красе.

За свою долгую жизнь архимаг бесчисленное множество раз видел, как наркотики убивают даже самый изощренный мозг, и в очередной раз констатировал, что ничего в мире не меняется. Император тупел прямо на глазах и Роза это бесконечно радовало. Скоро, очень скоро он отомстит и насладится видом поверженного врага.

— Но желание священников победить вампиров мне понятно, — тем временем продолжал владыка империи, — Еще мой великий предок завещал уничтожать кровопийц там где их встретишь и не считаться ни с какими затратами и потерями. Я пока еще до величия моего деда не дорос, а потому оспаривать его завещание не буду, да и не хочу. Вампиров надо уничтожить всех и под корень. Но и дракониды представляют опасность. А потому, канцлер, хочу узнать. Можно ли что-то сделать с пустой казной империи?

От подобного вопроса со стороны императора Роз чуть было не утратил контроль над лицом, лишь в последний момент сумев сохранить на лице почтительное выражение.

— Ваше императорское величество, причина огромных расходов вам прекрасно известна. Львиную долю казенных средств сжирают имперские легионы, — император на это заявление лишь согласно кивнул, но никак иначе не отреагировал на то, что слышал уже не одну сотню раз, — При этом огромную армию мы содержим не просто так, а ради выживания человечества. Угроза вампиров слишком реальна и игнорировать ее невозможно. Именно по этой причине Светлая Церковь с легкостью дает имперской казне дополнительные средства, когда нам не хватает собственных доходов. Таким образом священники просто оплачивают армию людей и экономят свои средства, — последняя фраза вызвала на лице императора злобную гримасу, но владыка империи все еще молчал, что для него было совершенно нетипично, — Посему решением проблемы пустой имперской казны могут быть следующие действия…

— Говорите проще, канцлер, — не выдержал император.

— Как будет угодно вашему императорскому величеству, — склонил голову Роз, — Первое решение: договориться со Светлой Церковью о передачи части имперских армий под ее патронаж и, соответственно, ее финансирование. Это решение снимет наиболее острые финансовые проблемы империи, но, без сомнения, ослабит власть вашего императорского величества. Второе решение проблемы: договориться со Светлой Церковью о возвращении Песчаных рудников под руку вашего императорского величества. Это решение также снимет наиболее острые финансовые проблемы имперской казны, но, к сожалению, ныне затраты на содержание рудников также достаточно велики, а потому…

— Канцлер, — в очередной раз не выдержал император и прервал собеседника, — Мне все это хорошо известно! Я слышал эти предложения десятки раз. Мне нужно нечто новое! У вас есть решения, которые не заключаются в том, что нам надо будет о чем-то договориться со Светлой Церковью?

— Как это ни странно, ваше императорское величество, но такое решение у меня есть.

— Я вас внимательно слушаю, канцлер.

— Недавние реформы Светлой Церкви невольно дали нам в руки возможность, который мы можем воспользоваться к своей выгоде, ваше императорское величество.

— И о чем идет речь?

— Церковный банк, ваше императорское величество. По древнему закону, единственным банком на территории людей и под светом демура мог быть банк Светлой Церкви. Отделив банковскую структуру от Церкви и сделав ее независимым банком, Светлая Церковь тем самым нарушила этот закон и сделала его бесполезным.

— Вы предлагаете…

— Да, ваше императорское величество, — Роз победно улыбнулся, — Я предлагаю основать Имперский Банк и наделить его правом эмиссии денежных средств. Это мгновенно решит все финансовые вопросы государства.

«А еще гарантированно убьет экономику империи и нивелирует все последние шаги этого выскочки Верзье».

Но произносить подобное вслух архимаг Роз не стал, вместо этого мужчина пристально посмотрел прямо в глаза императора и принялся ждать его вердикта на услышанное.

— Мне нравится, канцлер, — спустя пять секунд проговорил император, в глазах которого зажегся безумный огонек быстро перерастающий в пламя, — Что для этого нужно сделать?

— Вашему императорскому величеству надо будет издать соответствующий указ для министерства финансов. Я прослежу, чтобы этот указ был выполнен точно и в срок. Остальное сделает новый Имперский Банк.

— Хорошо, канцлер. Я так и сделаю, — важно кивнул император, — А теперь я хочу услышать ваше мнение о ситуации на южной границе.

— О какой именно ситуации идет речь, ваше императорское величество? — архимаг стал быстро перебирать в уме все свои операции проводимые его людьми на юге и никак не мог найти место, где же они прокололись и за что его сейчас будут ругать.

— Вторжение кочевников, канцлер, — раздраженно бросил император, — Я говорю о вторжении кочевников, которых на это вынудили дракониды.

— Но не лучше ли вашему величеству, — от удивления Роз даже пропустил полное титулование императора, ведь он был уверен, что сейчас его будут в очередной раз ругать за какую-нибудь аферу, о которой императору донесли придворные лизоблюды, — О военных стычках на южной границе вам лучше расскажут военные.

— Я же сказал вам, канцлер, что мои военные сейчас арестованы и дожидаются казни.

— Что, все? — впервые за разговор древний архимаг потерял над собой контроль.

— Конечно, все, канцлер. Чем вы меня слушали? Военные не выполнили мой приказ и будут казнены. Все высшие военные чины! Мне некому докладывать о ситуации на юге! Вы же точно в курсе всего, потому не злите меня и рассказывайте!

Роз мгновенно взял себя в руки, попутно пообещав, что обязательно накажет тех своих подчиненных, кто должен был сообщить ему столь великолепную и важную новость. Некоторых из них, видимо, придется отправить на алтарь. Но каков император! Наркотики сделали то, что Роз не мог добиться интригами! Теперь этого ублюдка на троне обязательно убьют военные. Жить старому козлу осталось год или два, не более, а значит надо ускорить дела с наследником престола.

— На данный момент все атаки кочевников и орков отбиты, ваше императорское величество…

— А были еще и орки, канцлер?

— Орки там всегда есть, ваше императорское величество. Они там живут. В этот раз зеленошкурые просто воспользовались ситуацией и попробовали пограбить наши приграничные города. Но ни у них, ни у конееб… кочевников, ничего не получилось. Пограничная стража вашего императорского величества бдит.

— Но префекты провинций сообщают мне совсем иное, канцлер.

— Врут, ваше императорское величество. Просто врут. Под предлогом вторжения кочевников или орков префекты списывают многие вещи, что были ими украдены или потеряны. Слишком удобный повод, чтобы им не воспользоваться. Но реальная ситуация не так ужасна, как об этом пишут в докладах местные чиновники. Да, ряд деревень пострадала, но не более того. Ни один город не был разграблен. Вглубь земель империи никто не продвинулся. Ситуация пока остается тяжелой и набеги будут продолжаться, но на эту минуту все спокойно. В этом я могу поклясться.

— Всех казню, — тихо пробормотал себе под нос император, но Роз тем не менее его услышал и в очередной раз порадовался тому, что с его врагом сделали наркотики, — А что скажете по поводу Светлого похода?

— Боюсь, ваше императорское величество, здесь у меня куда меньше информации. Священники не любят магов и особенно не любят меня, потому всех моих людей всячески уничтожают под любым удобным предлогом. О том, что точно происходит в Элуре, я могу лишь догадываться и довольствоваться слухами.

— Я издам указ запрещающий трогать ваших людей, канцлер, — уверенно заявил император, — Но какие именно слухи дошли до вас, мой друг?

— Даже и не знаю, что сказать, ваше императорское величество. Про разгром и уничтожение армии людей я помолчу, это известно всем. Про нынешнее укрепление границ тоже… Пожалуй вот! Этот слух совершенно свежий, но, боюсь, непроверенный.

— Говорите уже, канцлер, — раздраженно бросил император, — Я сам разберусь в его правдивости.

— Поговаривают, что в Вобанэ многие кардиналы очень сильно недовольны последними событиями в Элуре и особенно тем фактом, что вампиры применили особые артефакты, изготовленные людьми, что привело к очень большим потерям в Светлой армии.

— И? — заинтересованный император даже немного подался вперед, чтобы лучше слышать собеседника, который нарочито сообщал слух не очень громким голосом.

— В Светлой Церкви зреет мнение, что против вампиров следует применить несколько особо мощных артефактов, чтобы, так сказать, уравнять счет в войне. Поговаривают, что отдельные кардиналы уже ведут переговоры с военными о допуске их людей к арсеналам, ну и составляют планы, как применить полученное в этих арсенала против вампиров.

— Но я же запретил!

— Когда подобное останавливало церковников, ваше императорское величество? Кардиналы уже давно ставят свои желания выше чьих либо еще.

— Да я их…!

— Боюсь, ваше императорское величество, здесь вы бессильны.

— Ну это мы еще посмотрим, канцлер, это мы еще посмотрим.

Глава 8

— Это что за круглая какашка? Зачем ты мне ее показываешь?

— Специальная магическая бомба это. Граната называется. Очень нужная и полезная вещь.

— И куда эту полезную магическую какашку заряжать?

— Не надо ее никуда заряжать. Рукой кидается.

— Дурость.

— Не скажи. Если первая линия гирда щиты грамотно и плотно поставит, то такими гранатами можно много ущерба врагу нанести. Они легкие, но больно злючие. Магия. Убивают все в небольшом радиусе вокруг себя.

— Дурость это. Крепкий щит и добротное копье — вот все, что нужно честному гному в бою. Я в свой гирд эту пакость брать не буду.

— Тан прикажет и возьмешь с радостью, еще и поблагодаришь, — усмехнулся молодой гном одетый в какие-то промасленные тряпки, поверх которых был натянут совершенно шикарный кожаный фартук весьма щеголеватого вида, — Так что решай, я тебе рассказываю как ими пользоваться или бойцов потом пришлешь?

— С таном я еще поговорю! И брать ничего не буду, — сплюнув под ноги собеседника, затянутый в доспехи гном резко развернулся и пошел к выходу с огромного склада, — Честному гному нужно лишь доброе копье, остальное дурость.

Посмотрев вслед воину, кладовщик лишь разочарованно покачал головой и тоже сплюнул на пол. Когда же он сам подошел к выходу, то прямо в проеме столкнулся еще с одним гномом в доспехах, правда не полных, а так, скорее показывающих статус носителя и его отношение к воинскому сословию.

— Где здесь кровопийские изделия выдают, знаешь? — обратился он к кладовщику.

— Знаю. Я их выдаю прямо здесь.

— Нашел значится! Гез Бала Дрын, седьмой стальной гирд, — представился боец, — тан приказал зайти и получить особое оружие, что вампиры прислали для помощи в зачистке леса.

— Заходи, — приглашающе махнув рукой, гном в шикарном щеголеватом фартуке и промасленных обносках первый пошел вглубь гигантского склада доверху забитого всевозможными вещами, — Твоему гирду только оружие надо или еще чего?

— Дык это… нам все надо, — осторожно ответил воин, оценивающе посматривая на бесконечные стеллажи заполненные всяческим добром.

— Тогда тебе повезло, старина, вампиры много всего нужного прислали. Сколько у тебя бойцов в гирде?

— Двести сорок шесть утром было.

— Солидно, — покивал гном в фартуке и вновь махнул рукой, — Пойдем смотреть, что эрл прислал. Здесь у нас, значит, гранаты. Это такая магическая бомба, так что не смотри, что она маленькая, бахает сильно и больно. Щиты стеной плотно ставишь, гранату кидаешь и за щитами все мертвы. Главное, подальше кинуть.

— Магия? — воин уважительно посмотрел на ящик в котором грудой лежали округлые железяки, своим видом напоминавшие экскременты гномьих коз.

— Скорее всего магия, но мне не докладывали, лишь показали как использовать и бахнули. Доброе оружие.

— И сколько можно взять? — воин кивнул на ящик с новым для него оружием.

— Сколько унесешь, — хохотнул кладовщик, — У меня их многие тысячи лежат, это просто для демонстрации ящик. Но сразу много брать не стоит, все равно пользоваться не умеете толком… Сколько, говоришь, у тебя бойцов?

— Двести сорок шесть с утра было.

— Значит тысячу штук бери, вам в самый раз будет.

— Дак не унесем, — воин приценился к весу гранаты подкинув ее в руке, — Панцирные мы.

— Тогда вам больше надо. Две тысячи. А насчет веса не беспокойся. Все уносить и не надо. Думаешь я тут наверху, а не у себя на складе, просто так сижу? Эрл всего прислал, чтобы мы пауков да змей осилили и поголовье их сократили, отведя угрозу от города. Но на нижние склады запретил хоть что-то перетаскивать. Все здесь лежит, — кладовщик рукой обвел стеллажи, — Гирды, как в поход идут, к нам теперь заглядывают и забирают нужное, но не все, а что взять могут. Остальное, что они попросят, я записываю и на передовой форт отправляю. Там тоже склады сделаны и в них все вас дожидаться будет. В бой сходили, вернулись и пополнили нужное.

— То есть нам все самим тащить не надо?

— Нет. Как и сто лет назад, гирды всем необходимым эрл снабжать будет. Ваше дело воевать. Так что, я на твой гирд две тысячи гранат записываю…

— А зачем записывать тогда? Мне дед рассказывал, что сто лет назад просто все брали нужное и никому не отчитывались. Золотое времечко было.

— Ну, — кладовщик похабно улыбнулся, — Наши таны хотели сами пауков истребить, только силы не рассчитали. Эрл Блад про это прознал, но ругать никого не стал, просто припасов всяких прислал, вроде как подарок танам, и в гирды уже они все дают. Потому отчетность строгая, — кладовщик потряс бумагами, что резко вытащил из кармана своего фартука, — Все как у нас положено… А склады и прочее как у людей… вампиров положено.

— То есть, отчеты для наших пишешь, а кровопийцы спрашивать с нас ничего не будут?

— Именно. Все как раньше было и как дед тебе рассказывал.

— Тогда четыре тысячи гранат пиши! — воин сразу уловил, что речь идет о даровом оружии, и не стал сдерживать свои позывы, — Что еще есть?

— Четыре так четыре, — пожал плечами кладовщик, — Но это вам много будет. Что касается остального… Панцирные вы, говоришь? Тогда вам артефактные броневые листы нужны.

— Это что такое?

— Пластина стальная сильно магией зачарованная. Под кирасу ее крепишь и все. Активировать не надо, она сама магически запускается когда в кирасу сильный удар следует, и тогда кираса цельной остается. Не пробивает ее удар и тело тот удар совсем не чувствует. Пластина та легкая, тонкая, под кирасой даже не ощущается, а удар останавливает даже таранный, но всего один. Тонкая пластина и магии много не удерживает. С другой стороны, никто не запрещает между боями их менять. А некоторые ее не только под кирасу размещают, но и спину ей прикрывают и даже за щитом располагают. Очень хвалят.

— Тысячу давай!

— Тысячи тебе мало будет, — важно заявил кладовщик, помечая что-то в своих бумагах, — Одноразовые они, а вы минимум месяц пауков бить будете. Десять тысяч на тебя пишу, панцирный.

— Пиши, — отказываться от полученной даром защиты воин не собирался, тем более спрашивать за ее расходование с него никто не будет.

— Панцирные, говоришь, — задумчивый кладовщик зашел вглубь склада и с сомнением стал смотреть на шарики размером с голубиное яйцо, — Это вам тогда не надо. Не про вас это.

— А что это? — сладкий вкус халявы буквально витал в воздухе, и так просто отказываться от дармового оружия воин не спешил.

— Да баловство одно. Заряды к боевым рогаткам. У вас их все равно нет.

— Что за заряды? — сдаваться воин не собирался как и выпускать из рук возможное оружие.

— Разные. От создающих дымы, до разрывных.

— Беру!

— Так у вас рогаток нет, панцирный. Зачем они тебе?

— Рогатки тоже пиши! И это, дымы нам, и правда, без надобности. Разрывные давай. Побольше! Из нор выкуривать тварей будем. Думаю хорошо получится.

— Тебе видней, как оно с пауками воевать сподручней, и если так хочешь… Значит десяток рогаток и три ящика разрывных зарядов для стрельбы из них.

— Пять!

— Пять ящиков, — покорно согласился кладовщик и повел довольного воина глубже в недра склада, — А это у нас стандартные артефактные наручи. Говоришь, двести сорок шесть бойцов в гирде?

— С утра было, — кивнул гном, с сомнение рассматривая лежащие на стеллажах не презентабельно выглядящие простые шкатулки, — Только есть у нас такие, — в этот момент армейская привычка брать всего и побольше все-же перевесила здравый смысл, — Хотя беру. Три сотни пиши!

— Уже записал, — ехидно оскалился кладовщик, — И ты сразу своих заставь сменить наручи на эти, они особые, в три раза лучше тех, что мы делаем.

— Быть не может! У нас лучшие артефакты!

— Я серьезно тебе говорю. Эти наручи в три раза лучше наших. При мне их испытывали. Гиз второго железного гирда после того испытания хотел аж тысячу штук себе взять, только вот таких наручей не так и много нам эрл прислал, потому больше трех сотен я тебе не дам и не проси.

— Триста пятьдесят! — воин прикинул, что если артефакт в три раза эффективнее того, что носят его бойцы, то такая вещь ему очень даже пригодится.

— Ладно, триста пятьдесят, — тяжко вздохнул кладовщик, — Шатры брать будешь?

— Буду!

— Десять шатров пишу… Походные кровати, котлы…

— Все беру! — глаза гнома аж горели от осознания пролившегося на его голову дождя из всяких нужных вещей.

— Походная кузня?

— Нужна.

— Значит одна походн…

— Пять!

— Куда тебе?

— Панцирные мы!

— Ладно, пять, — кладовщик вновь углубился в бумаги, — Материя…

— Десять рулонов!

— Я даже не сказал, что за материя, — возмутился кладовщик.

— Всю беру какая есть. Нужно!

Еще некоторое время гномы эмоционально обсуждали различные расходные припасы, присланные вампирами для армии подземного народа, и то их количество, которое получит один конкретный гирд, после чего кладовщик подвел воина к огромным деревянным ящикам.

— А вот это у меня станки для запуска ракет.*

(*Ракеты как оружие были приняты на вооружение некоторыми европейскими армия в начале 19 века. По своему внешнему виду больше напоминали то, что ныне продается как фейерверки. В зависимости от размеров били на дальность от двух до пяти километров, но точность была практически нулевая. В данном случае речь идет именно о таких ракетах, а не привычных нам по виду и возможностям.)

— Что за магия?

— В этом я не разбираюсь. Но говорят оружие стоящее.

— И как оно работаете?

— Собираешь такой станок, на него укладываешь пять ракет — это такие длинные трубы с толстым концом, поджигаешь их и они летят далеко вперед. Как о землю ударяются, раздается сильный взрыв и все вокруг огнем выжигает в большом радиусе. Если магической защиты нет, то это гарантированная смерть.

— А если защита есть?

— Защита взрыв поглотит. Разве что дышать тяжело будет. Но тебе то с того что? Пауки защиты не имеют.

— Беру!

— Да погоди ты со своим «беру», — кладовщик бросил раздраженный взгляд на командира гирда, — Дослушай!

— Что такое?

— Стрелять ракетами это не так просто как я описал. Еще сложнее ими попадать куда надо. Оружие громоздкое. Требовательное к условиям хранения. Опасное при эксплуатации. А в бою еще и непонятно, попадешь ты им по врагу или нет. Если попадешь, то все выжжешь. Гнездо пауков даже штурмовать не придется, там одни трупы будут. А если промахнуться… вреда ноль, а сил потратили много.

— Сил, говоришь, потратили много? — горько усмехнулся воин, — А ты знаешь, сколько наших пауки при штурмах их гнезд сожрали? Мы под землей воевать привыкли, против гоблинов. А здесь враг у нас другой и потери у нас совсем другие. Так что, беру я твои ракеты. Жить все хотят. Научимся их применять. Не идиоты.

— Воля твоя. Я предупредил, — кладовщик пожал плечами, — Только не научитесь вы, это не гранаты кидать, тут думать надо.

— Посмотрим, — пожал плечами гном, — А это… припасы там съестные и…

— Не-не-не, это не ко мне, — быстро замотал головой кладовщик, — Это к Хоргу Скряге зайди. Как от меня выйдешь третий склад по левой стороне. Еда, медицина и прочее, все у него.

— Знаю я Хорга, — насупленно пробормотал воин, — Ничего он не даст.

— Хе-хе, так то оно так, но сейчас даст. Эрл много всего прислал ради победы над пауками и обещал спросить, если присланное им пойдет не на войну. Так что, даже Хорг Скряга все что попросишь даст. Иначе вампиры не поймут.

* * *

— А ведь нас узнают и без красных плащей.

Проводив взглядом молодую горожанку, которая непроизвольно прикрыла рукой горло и, опустив взгляд вниз, поспешила побыстрее удалиться от двух вампиров, Александр завел руки за спину и повернулся к прогуливающему рядом с ним Леониду, что нашел немного времени в своем плотном графике и переместился к алукарду ради отчета. Правда, отчет воеводы перед главным вампиром проходил не в королевском кабинете и не в Гнезде, а прямо на улицах столицы Элура Касии. Сменив свои роскошные одежды на более простые варианты, два вампира вышли на прогулку в город, которая стала возможной после того как безумная и всепоглощающая похоть со стороны женщин сменилась на легкое возбуждение, причем присутствующее даже не у всех представительниц прекрасного пола. Узнавать даже хорошо замаскированных под людей вампиров тоже больше никто не спешил, впрочем, сами вампиры на всю жизнь запомнили и теперь никогда не забудут о том факте, что существует возможность легко узнавать их в толпе. Но сейчас король и алукард вместе с воеводой не особо прятались от людей и не сильно скрывали свою принадлежность к расе кровопийц, ведь Александру просто захотелось пройти по городу не как король.

— Ну да, мы же ничем не отличаемся от обычного горожанина. Ну подумаешь кожа чистая и красивая, ну подумаешь сами как куколки идеальные, ручки без мозолей работы не знающие, одежка чистая и сшитая на заказ, оружие ценой в хорошую деревню…

— Все-все, хватит, — Александр пихнул воеводу в плечо.

— Хватит так хватит. Кстати, ты не думал избавляться от красных плащей?

— Чем тебе не угодили наши инспекторы? — от удивления алукард даже приостановился.

— Извини, экселенц, не так выразился. Ты не думал сделать символом вампиров нечто более современное, чем красный плащ? Сам знаешь, плащи сейчас почти и не носят, а лет через двадцать и вовсе про них забудут.

— Не смеши меня. В нашем мире плащи повсеместно носили до конца девятнадцатого века, а если вспоминать военных, то до середины двадцатого, да и после, вроде, носили в отдельных странах. Наши нынешние дворянские моды не более чем сиюминутная блажь, которая скоро пройдет. Минимум два века плащ будет актуален и современен, а там посмотрим, может и заменим на красные шапки, но что-то мне подсказывает, что так и оставим все. Хороший символ, примечательный.

— Как знаешь, — пожал плечами Леонид, — Но мое мнение ты услышал.

— И отверг.

— И отверг, — кивнул воевода, — Возвращаясь к разговору. Вурдалаки создали… точнее маги, подчиненные вурдалакам, создали некий артефакт, что защищает их от обнаружения детектором. Я в этом уверен.

— Ты понимаешь, насколько неправдоподобно звучит такая версия? Мы на голову превосходим…

— Мы? — усмехнулся Леонид.

— И мы в том числе, — резко проговорил Александр, — И наши маги и мы на голову превосходим остальной мир в области артефактов. И тут ты заявляешь, что вурдалаки создали артефакт, что скрывает их от нашего детектора, который мы сами придумали только что. Это невозможно. Фантастика сплошная.

— Как тогда объяснить группу вурдалаков, что просочилась через подконтрольные нам территории?

— Оператор детектора ошиблась или не заметила их.

— Я пил ее кровь, экселенц. Ошибки нет, а группа вурдалаков, сбежавшая из Чергории, есть. Эльфы их заметили и доложили своему Великому князю, а управляющий куклой князя передал мне.

— Значит они просочились через границу до того как мы стали использовать детектор.

— И чего им тогда делать в Великом лесу? Уши отращивать, чтобы на эльфов походить? Им надо быстро попасть в людские земли и там затеряться, и если исходить из этого факта, то группа вурдалаков, которую заметили эльфы, покинула Чергорию сильно после того как мы стали мониторить ситуацию с помощью детектора обнаружения этих тварей. А значит они прикрылись от детектора. Точно говорю, артефакт это.

— Я скорее поверю в ошибку оператора, которую никто не заметил, чем в артефакт, который скрывает вурдалака от детектора. Или был сбой детектора.

— Не было сбоя. Проверяли.

— Леонид, — Александр повернулся к спутнику, — Детектор — новая, даже новейшая техника. Она может сбоить или выдавать ошибки. Это нормально.

— Может, но на сердце неспокойно…

— Вот это уже куда более ощутимый аргумент, чем сказки про возможные артефакты, что скрывают присутствие вурдалаков. С интуицией в нашем мире не шутят, — на секунду алукард остановился, а затем вновь продолжил движение, — Попрыгай по тылам вурдалаков, что у них еще остались, попей крови, может что и выяснишь.

— Сделаю, — кивнул воевода, — А ты как…

— Отстань, — раздраженно отмахнулся от собеседника Александр, — Несколько бочонков крови в день выпиваю и ничего, кроме перевода продукта. Или думаешь я высшим стать не хочу?

— Я просто поинтересовался.

— Я просто ответил.

— Про детей и спрашивать не буду…

— С женой помирись сначала, а потом… пусть она и спрашивает, — главный вампир явно не спешил усмирять свое раздражение, и это явно не понравилось воеводе, который сначала решил завязать разговор, но после столь грубого ответа еще разок наступил на больную мозоль алукарда.

— А сам когда женишься?

Глубоко вздохнув, Александр унял раздражение и тяжело посмотрел на собеседника.

— На Праздник Урожая.

— Значит я могу отдавать приказ об активизации боевых действий в Сахии?

— Подожди немного. Разведка сообщила, что появилась возможность заставить светош послать на остров еще пару легионов сверх того, что они запланировали. Гор там пашет, чтобы все прошло как надо, — алукард вновь бросил взгляд на шагающего рядом собеседника, — Каларгон же…

— Каларгон эти два дополнительных легиона сожрет и не подавится, — воевода правильно понял вопрос, который так и не был озвучен, — Чтобы мы начали волноваться по поводу возможностей Каларгона перемолоть имперские войска, в Сахии должно высадиться не менее десяти дополнительных легионов.

— Мне так и доложили. Поэтому подожди немного с новыми планами, пусть Каларгон пока по старым работает.

— Сделаю, экселенц.

— А что скажешь про Александрию?

— Что с ней не так?

— Таны глупость учинили. «Подарки» мои приняли, но с условием, что они их распределяют, а не вампиры. Я сразу хотел все в передовые форты отправить и с них сражающиеся с пауками гирды снабжать, но нет. Гномы все по своему делают, а у них, сам знаешь, снабжение идет с того, что на хребте утащить можешь, а не что обозы привезут. Идиотизм какой-то.

— Традиции, что ты хочешь? Под землей воюют иначе.

— Я это все знаю, но сейчас гномы воюют не под землей и сто лет назад, во время Светлого похода, таких проблем не было.

— Тогда ситуация была иная. Сейчас таны гордость тешат, да независимость показывают…

— Не надо мне прописные истины рассказывать, я это все не хуже тебя понимаю, даже лучше, ибо это моя работа. Ты ответь, мешает нам такое поведение танов или нет? Мы все-таки немало им всего ценного со складов передали. Казначейство мне уже плешь по этому поводу проело.

— Шли этих казначейских работать лучше, экселенц, — возмутился воевода, — Я лично просматривал списки того, что ты гномам «подарил», там сплошь одно старье и цена ему…

— Чего запнулся?

— Вещи там, понятное дело, ценные, и если продавать их, то денег выручим очень много, но только лишь по причине того, что для всех остальных наше старье очень ценно. Для нас это все хлам, что места на складах занимает. Теперь же мы гномов им усилили, а это куда ценнее денег. Сейчас лысые в тонус придут, вспомнят как воевать на поверхности, потренируются, привыкнут к твоим «подаркам» и в результате Элур станет сильнее. А казначейские… шли их куда подальше, экселенц. У нас война, а они хлам по рыночным ценам считают.

— То есть тебя как воеводу все происходящее в Александрии устраивает?

— Более чем, — кивнул Леонид, — Ситуация развивается по планам Корпуса Армии. Ты же их сам читал.

— А вот сердце не на месте. Тревожно.

После такого заявления напрягся уже воевода, ибо игнорировать даже чужую интуицию было глупо.

— Отдам приказ тщательно все проверить, экселенц.

— Хорошо. Как тебе Храм Мур? — два вампира как раз вышли на площадь где располагалась новая достопримечательность элурской столицы.

— Достойно получилось, но я не помню, чтобы по проекту у него была красная крыша.

— Это Ольга переделала. В Женеве все крыши будут красные, но потренироваться решила тут.

— Приятно получилось. Надеюсь, Мур тоже понравится.

— Так давай зайдем и спросим, — Александр изменил направление движения и чуть ускорился, воевода поспешил за ним.

— А как дела с мартианцами?

— Деньги берут с удовольствием, а задницу лизать не спешат.

— Оно тебе надо?

— Нет, я предпочитаю более традиционные забавы, — алукард улыбнулся, — Но все же хочется видеть чуть больше послушания от тех, кого ты с рук кормишь.

— Так может…

— Занимайся своим делом, Лёня, а мы уж как-нибудь со своим справимся. С рук уже едят, скоро хвостиком вилять будут и писаться от радости, а потом и зад лизать, как заправские потомственные придворные. Все просчитано. Просто хочется побыстрее. Ворчу и не более того.

Встретили вампиров приветливо, но без восторгов, и узнав причину визита, тут же проводили гостей к Верховной жрице. Сесилия встретила алукарда и воеводу сидя за столом в собственном кабинете, но осознав, кто именно посетил ее, тут же бросила все дела и, встав, с достоинством поклонилась.

— Чем обязана визиту, ваше королевское величество?

— Да вот гуляли и стало интересно, как мама относится к построенному в ее честь храму и решили заглянуть, спросить.

Жрица растерялась, ибо названная причина визита была, если мягко говорить, слегка натянута. Считая, что ее разыгрывают, Сесилия тем не менее ответила на вопрос.

— К сожалению, мнение Госпожи по этому вопросу мне неизвестно.

— А как там… — Александр неопределенно махнул рукой в воздухе, тем не менее его вопрос был понят и без слов.

— Госпожа раздражена. Причина этого мне неизвестна, — быстро поспешила добавить жрица, увидев как напряглись при ее словах вампиры, — Но все последние дни, когда мне удается почувствовать Госпожу, она явно раздражена, ваше величество.

— А про нас точно ничего?

— Нет, ваше величество.

Подойдя к жрице Александр коснулся мочки ее уха и тут же, попрощавшись, покинул Храм Мур.

— И что там в крови? — уже на ступенях храма поинтересовался Леонид.

— Ничего. Мама раздражена. Больше ничего.

— Плохо.

— Не то слово, — нахмурился алукард, — Вот что, удвой-ка ты усилия по Чергории. Надо ускориться.

— Но мы и так…

— Удвой усилия, Лёня. Раздраженная мама это последнее, что нам всем надо.

* * *

— Ты видела последние цифры по продажам похабных картинок?

— Видела.

— Впечатляет?

— Еще как, — архимаг Роксолана устало прикрыла глаза, — Жалко, что деньги нельзя есть.

— Договор о поставках зерна уже заключен.

— Я в курсе. Просто ворчу. Тем более все, кто мог умереть от голода, уже умерли. Сейчас у нас проблема не еда, а оборотни.

— Эта неблагодарная псина все еще не собирается наводить порядок среди своих?

— Даже претензии слушать отказывается. «Ликане превыше всего» и прочая дичь — вот и все, что от него можно услышать. Кстати, он как-то узнал, на какую сумму мы продаем похабных картинок, и уже намекал, что надо делиться.

— Псина неблагодарная, — зло бросила Ламия, — Всегда знала, что хороший оборотень, это мертвый оборотень.

— Что делать будем?

— Делиться нельзя.

— Но продажи сильно растут. Солдаты Светлого похода с большим удовольствием покупают наши похабные картинки.

— Они именно наши, Рокси, наши и точка. Псины к ним никакого отношения не имеют.

— Так что делать? Гонту прислали нам вампиры, убивать его нельзя.

— Значит надо поговорить с вампирами. Тем более прибыль от продажи похабных картинок мы с ними делим. Получается, псина хочет залезть в хозяйский карман. Не думаю, что вампирам это понравится.

— Сомневаюсь, что из-за такой мелочи они на него обозлятся. Максимум пожурят и по рукам ударят, а у нас все останется как и было.

— Вода камень точит, — архимаг Воды широко улыбнулась, — Да и выхода нет. Псину надо убирать и обратно сажать оборотней в клетки. Иначе Валерии конец.

— А все из-за вампиров.

— Не любишь ты их, — покачала головой Ламия.

— Они не золото, чтобы я их любила.

— А все из-за того, что их наемники убили…

— Помолчи лучше, — огрызнулась Роксолана.

— Молчу. Но тебе стоит забыть прошлое и жить настоящим. А в настоящем Валерия существует благодаря вампирам и их помощи.

— Только вот будущего у нас нет.

— Вот поэтому нам с тобой и надо работать, чтобы у нашей страны было будущее.

— Не надо этого пафоса, оставь такие речи для толпы.

— Хорошо. Но обещай подумать над моими словами. И поверь, с вампирами куда проще договориться, чем ты об этом думаешь.

— И что ты предложишь им в обмен?

— Союз.

— Мы и так в союзе.

— Я предложу им хороший союз.

Глава 9

Глянув на лежащий на столе и сигнализирующий о вызове артефакт связи, Александр активировал его.

— У нас скоро будут проблемы, экселенц, — тут же услышал мужчина, даже не успев ничего сказать.

— Что вы опять создали и упустили? — хмуро поинтересовался алукард.

— На этот раз это не мы, экселенц, — бодро отрапортовала Мария и не дожидаясь дальнейших вопросов продолжила, — Мои как раз закончили исследование мозговых червей, что управляют змеями и пауками в Проклятом лесу, и вывод однозначен — это нежизнеспособная магическая мутация.

— Ошибки быть не может?

— Лично я с выводами подчиненных полностью согласна.

— Как так получилось? Обычно нежизнеспособные магические мутации живут не дольше пары лет, а черви появились года три назад.

— Может даже пять. По крайней мере, последние исследования показывают, что эта цифра куда ближе к истине, чем три года. Что касается прочего, то им очень повезло. Симбиотический, или паразитический образ жизни, позволил им существовать за счет носителей и таким образом уменьшить эффект от того факта, что организм нежизнеспособен. Поэтому и мы не сразу разобрались, что имеем дело с тупиковым видом. Но всему приходит конец, экселенц, жить за счет других долго не выйдет. Тролли проанализировали предоставленные им выкладки и данные исследований и выдали ответ. От одного месяца до двух лет. Причем месяц это реально, а два года практически фантастика. По сути, предел уже достигнут, и скоро червяки начнут умирать.

— Вымирание будет постепенным?

— Да, экселенц. Все будет закончено в срок от месяца до трех.

— А что будет с носителями мозговых червей?

— Сомневаюсь, что кто-то сможет выжить. Но, если хочешь, можно провести дополнительные изыскания.

— Я тебя понял. Дополнительные исследования не нужны. Отбой, — Александр отключил артефакт и нервно хмыкнул, после чего посмотрел на присутствовавшего в его кабинете Евгения, что слышал весь разговор с шефом корпуса Науки, — Что будем делать с полностью готовой к бою и нами же вооруженной армией гномов?

— Что и планировали, только чуток раньше.

— Значит заселяем Налимский хребет гномами.

— Все лучше, чем пытаться восстановить популяцию гоблинов.

— У гномов кровь придется покупать, а гоблины дармовой ресурс.

— Уже нет. Восстановление их популяции выльется в копеечку. Кроме того никто не запрещает отправить армию лысых на Вал. Кстати, пусть они его и достраивают. И сэкономим, и войска высвободим.

— Как только в Ороде увидят, что им противостоят не вампиры, а гномы, Вал будут штурмовать двадцать четыре на семь.

— И это тоже нам выгодно.

* * *

Управлять куклой, изображающей Великого князя эльфов, оказалось не только просто, но и психологически приятно. Знай себе маскируйся, чтобы быть рядом, да отдавай приказы — и все. Больше никаких хлопот или проблем. Подчиненные эльфы все сделают сами.

Пережившие жуткую эпоху смут и гражданских войн эльфы задались целью наконец-то позаботиться о нормальном существовании своей расы и делали все для этого. При этом любые внутренние конфликты, которых и во времена расцвета могущества расы эльфов всегда хватало, гасились самими их участниками. Представители старших каст даже интриговать перестали! При этом точкой концентрации всех полезных усилий эльфов стал их Великий князь. Общество буквально объединялось вокруг своего правителя.

И вот последнее было удивительней всего.

Ну ладно у целой расы пелена с глаз спала или как еще назвать происходящее у эльфов? Пусть будет пелена с глаз! Так бывает. Надоело строить всем подлянки и устраивать гадости, заметили, что они сами живут отнюдь не на сияющем замке на скале, а в чем-то больше напоминающем выгребную яму — и занялись внутренними проблемами. Это нормально и даже, более того, это естественно. Но почему эльфы выбрали Великого князя в мессии и спасители расы, с трудом понимали даже многомудрые тролли. Ведь, по сути, именно Великий князь и завел всю расу эльфов в тупик. Своей жаждой власти, жаждой силы и жаждой влияния на всех и вся, он почти погубил Великий Лес, а затем еще и превратил его в место, где даже знать выживала с большим трудом, а нижние касты и вовсе влачили столь жалкое существование, что даже жизнью это назвать было невозможно. Но теперь Великий князь хороший и именно он должен привести эльфов в светлой будущее, ну или хотя бы навести порядок.

Кстати, последнее удалось.

Прекратившие взаимную вражду и интриги верхние касты с легкостью выполнявшие любые приказы своего правителя, довольно быстро привели свои территории в приемлемое состояние. Заработали оставшиеся производства, оживилась торговля, были устранены наиболее одиозные банды, удалось избежать большого голода.

Вампиры ожидали, что в таких условиях эльфы опять возьмутся за старое и устроят междоусобицу, но опять ошиблись. Даже несколько устроенных агентами вампиров прямых провокаций, что раньше вызвали бы резню, остались без последствий. Точнее, вместо того, чтобы вновь начать грызться друг с другом, эльфы в кои-то веки сели и поговорили. И о чудо! Оказалось, что их проблемы можно решить общением, а не ядом в бокале или кинжалом в спину. К тому же эльфы поняли, что кто-то стравливает их друг с другом, и еще крепче объединились вокруг Великого князя перед неизвестной внешней или внутренней угрозой.

После этого собравшиеся вместе представители верхних каст эльфов постановили, что Великий план является пережитком прошлого и отменили его. Столь историческое событие произошло буднично и без ажиотажа вокруг него. Собрались, поговорили, убедились, что Великий князь не против и отменили то, ради чего эльфы жили и работали несколько столетий подряд. Новый Великий план, названный План Реорганизации, больше всего напоминал «построение социализма в отдельно взятой стране». Согласно новой доктрине эльфов Великий лес было решено превратить в государство полностью независимое от любых внешних факторов. Главным пунктом Плана Реорганизации было превращение многочисленных магических аномалий, что как язвы покрывали тело Великого леса, в прежние магические рощи. Для этого магам надо было вновь вернуть к жизни мелорны. На это дело в принудительном порядке подряжали чуть ли не всех магов Жизни и Природы.

Само общество эльфов должно было стать максимально консервативным и традиционным, но не таким, как тысячу лет назад, а с учетом уже сложившихся современных норм. То есть загонять нижние касты «в стойло» никто не планировал. Им давалась и свобода, и некоторые права, но в рамках традиций расы эльфов. Самую большую проблему ушастой расы, а именно взаимные претензии каст друг к другу, План Реорганизации предполагал решить с помощью максимального размывания границ между кастами.

План был откровенно сырой и немного наивно-романтичный, но это был первый план эльфов в котором они хотя бы приступали к решению своих основных проблем и ставили своей целью реформы своего общества, а не подчинение других себе. Вампирам это понравилось и Великий князь эльфов получил официальное предложение союза. Управляющий тушкой Великого князя вампир на предложение ответил согласием. Собранные им главы верхних каст, узнав, что в качестве демонстрации добрых намерений вампиры готовы предоставить Великому лесу продовольствие, тоже одобрили союз с кровопийцами.

Проснувшиеся в одно прекрасное утро жители столицы эльфов обнаружили, что в их городе, во-первых, открылся пункт покупки крови, где любой желающий за реальные деньги может сдать немного своей крови на прокорм вампиров, а во-вторых, эти самые вампиры и их слуги из числа магов людей строят рядом со столицей самый настоящий телепорт, что после окончания стройки свяжет их земли с Элуром и другими союзниками вампиров. Легкие деньги и перспектива новых торговых маршрутов порадовали эльфов и дали им надежду, что все изменения к лучшему, что произошли в последнее время, никуда не исчезнут. Когда же Великий князь объявил, что их новые друзья вернут в Великий лес мелорны… любой сторонний наблюдатель, мог спокойно заявить, что отныне более верных союзников чем эльфы у вампиров нет.

* * *

— Проведенные мероприятия по тайному наблюдению за настроениями в обществе выявили следующую картину, экселенц, — докладчик приосанился и, не сводя взгляда с листа бумаги, быстро отрапортовал, — Поддержку вампирам выказывают не более двадцати процентов населения Элура. Негативное отношение к нам испытывают не более тридцати процентов населения. Не более сорока процентов занимают выжидательную позицию. Не более двадцати процентов населения колеблются в зависимости от настроения окружающего их большинства. Сбор сведений производился негласно и уже после подавления всех мятежей, а потому ему более чем можно доверять.

— У вас сто десять процентов получилось, — ухмыльнулся Олег.

— Это просто примерный порядок цифр, экселенц, без разбора по социальным группам и местности, потому и сто десять процентов. Точные цифры я могу…

— Не надо, — остановил подчиненного главный жандарм, — И так все понятно. Фактически половина населения Элура нам не лояльна.

— Именно так, экселенц. А потому необходимо срочно предпринять меры по расширению численности Корпуса Жандармов и придания нам…

— Стоп. Садись. Увеличить численность мы всегда успеем. Другие предложения есть? — Олег обвел взглядом собравшихся в его кабинете старших руководителей Корпуса, — Готов рассмотреть самые необычные идеи.

— Неделю назад, — тихо проговорил заместитель Олега сидящий справа от него, — Во время дегустации и проверки качества свежесобранной крови, стюарды обнаружили ячейку заговорщиков. Этим интересным людям не хватало денег на их борьбу с нами и они не придумали ничего лучшего чем сдавать кровь. Бунтовщиков взяли еще на этапе подготовки… Я это к чему. Нам нужно больше пунктов сбора крови и обязательно иметь такие пункты по всей стране. Повара из Корпуса Стюардов или провизоры Корпуса Крови все равно пробуют всю собираемую кровь, и даже если больше идиотов среди заговорщиков не будет и все будут твердо знать, что мы из крови получаем всю информацию о жизни людей, все равно кто-то что-то да и услышит или увидит. Нам лишь надо немного потренировать сборщиков на выявление потенциально опасных ситуаций и тогда увеличивать численность Корпуса сверх запланированного не придется. Разве что, возможно, надо будет принять законы по принудительному сбору крови… за деньги! — поспешил добавить заместитель, — И не в больших объемах. Нам для контроля много не надо.

— Большой брат следит за тобой?

— Именно так, экселенц.

— Идея не новая.

— Я ее новой и не называл, — улыбнулся заместитель, — Сейчас мы все равно будем выбирать между увеличение численности жандармов, усилением контроля и мероприятиями по повышению лояльности среди человеков. Прочие меры неприемлемы.

— Я бы так не сказал, — задумался Олег, — Гайки закрутить еще немного можно. Но ты прав, Триумвират одобрит лишь три названных тобой пункта. Остальное пока не к месту.

— Потому и предлагаю нагрузить Корпус Крови дополнительными обязанностями. Семен хороший друг Александр и алукард будет рад дать его подчиненным дополнительные обязанности.

— Вот политики мне сейчас не надо, — отрезал Олег, — Тем более мы с вами тоже считаемся корпусом Александра и им являемся.

— Я просто так, к слову.

— Я тоже просто так и к слову, — кивнул Олег, — И чтобы завершить тему — проработай предложенный план. Только не надо никаких тренировок среди сборщиков и прочего. В дела Корпуса Крови вообще не лезь, они и так расширяются и в количестве и в обхвате территории, так что учить их не надо. Определи каналы оперативного получения свежесобранной крови нашим Корпусом. Я готов пойти на небольшое увеличение численности Корпуса ради создания нового специального подразделения. В конце концов выявлять бунтовщиков это наша работа и отдавать ее кому-то другому не стоит.

* * *

— Мы будем рады вновь видеть вас у нас в гостях.

— Буду рада вновь посетить вас, — хмурое лицо Колет совершенно не отражало даже малой доли радости о которой она говорила.

Развернувшись, вампиресса легко вскочила на лошадь и направила ее в сторону от провожающей ее делегации. Заводная лошадка медленно поплелась следом за наездницей. По сравнению с тем, какое посольство заезжало в земли тифлингов, покидающая их одинокая всадница смотрелась откровенно жалкой. Чего нельзя было сказать о результатах самого посольства.

Диверсионная и террористическая деятельность Колет буквально сломала тифлингов о колено, заставив принимать самые решительные меры, чтобы умаслить рассерженных вампиров.

Тифлинги быстро выявили и наказали всех виновных в нападении на посольство, договорились с Триумвиратом о выплате виры и заключили с вампирами весьма выгодный для последних союз. По сути, Колет покидала страну триумфатором. На душе вампирессы скребли кошки и было противно от такого триумфа, но факт оставался фактом. За очень выгодный союзный договор с тифлингами вампиры заплатили жизнями своих слуг.

Колет очень сильно хотелось наплевать на все. Развернуть подаренного тифлингами скакуна. Вынуть меч и посносить к Мур головы ублюдочных нелюдей, что решили поиграть ее людьми в политику и убили всех ее сопровождающих. Да, исполнители и организаторы этого уже были мертвы. Впервые столкнувшись с обстоятельствами непреодолимой силы, воинственные тифлинги испугались. А потому сами казнили всех виновных. Но в том то и дело, что только их. Все последователи и подчиненные уродов остались на своих местах и ныне копят злобу на вампиров, заняв должности своих казненных патронов.

В Гнезде знали об этом факте, но приказ не изменили. Колет должна была покинуть тифлингов и направиться к кобольдам. А потому скрепя зубами вампиресса послушно уезжала прочь от тех кого хотела убить. Впрочем, ее подчиненные действительно погибли не зря и Колет это признавала.

Союз вампиров и тифлингов, по сути, был односторонним. По крайней мере, в ближайшие годы. Тифлинги должны были все, вампиры не должны были ничего. Да, это был союз из под палки, на который тифлингов буквально вынудили, но хуже от этого союз не становился. Возможно в будущем недовольные тифлинги и решат пересмотреть договор с вампирами, а то и вовсе избавиться от него, но ведь тогда и Колет никто не запрещает вернуться обратно и вновь вырезать несколько сотен уродов. Как говорится, дипломатия должна быть с кулаками. Или изначальные выражались как-то иначе? Точно! Добро должно быть с кулаками. Хотя дипломатия тоже не откажется от столь полезных дополнений. Вампиресса была в этом полностью уверена. А потому, если тифлинги решат обмануть вампиров, Колет с радостью их навестит и тогда новый союзный договор будет уже не таким приятным для одной из сторон и этой стороной точно будут не вампиры.

* * *

— Ваше величество, эмиссары короля Элура подтвердили, что все наши пункты договора будут приняты и одобрены.

— Хорошо-то как!

— Хорошо, ваше величество.

— А чего морда такая хитрая?

— Есть новости и получше, ваше величество.

— Лучше? Ну рассказывай.

— Эмиссары элурского короля заявили, что Александр Первый не согласен с фактом полного исчезновения королевства Сахия. А потому его величество Александр Первый считает себя не вправе забирать все земли нашего королевства под свою руку.

— Это как так?

— Нам оставляют земли, которые мы контролируем на этот день. Вы, ваше величество, остаетесь королем Сахии, как и ваши потомки.

— О как! И что… ну… как…

— Союз, ваше величество. Элур и Сахия заключат новый, еще более крепкий союз. Провинции нашего королевства, которые мы ныне не контролируем, станут приданным ее королевского высочества, на которых будет основано герцогство Сахианское. При необходимости нам готовы выделить беспроцентный кредит.

— Беспроцентный?

— Именно так, ваше величество.

— Так ведь это же мы всем недовольным рты заткнем! А армия?

— При необходимости вампиры готовы прислать на помощь вашему величеству три элурских полка.

— Они…

— Человеческие полки, ваше величество.

— Это хорошо, всем злопыхателям рот заткнем. С другой стороны, вампиров боятся больше… Эх, думать надо. А дочь?

— Обращение ее высочества в вампира произойдет только по ее собственному желанию.

— Да нет! В смысле, это тоже хорошая новость, но я про другое. Дочь про изменения договора знает?

— Я спешил порадовать вас первым, ваше величество.

— Так иди и обрадуй дочку. Пусть знает, что папа не ошибся. С вампирами можно и нужно вести дела. Они не церковники, не обманут!

* * *

— Что подобному сообщать будем? Правду или…?

— Не знаю. За правду могут в монастырь отправить.

— Если не доложить, и подобный прознает…

— Костер.

— Повезет, если дрова сухими будут. Потому и спрашиваю.

— Может как-то хитро сказать. Правду, но… не всю.

— А как тут не всю правду доложишь? Про Валерию расскажешь, так обязательно про другие страны спросит и тут молчать уже не получится. Не поймет.

— Не хочу в монастырь! Я только жить начал!

— Может назад вернуться получится?

— Опять смотреть в эти опостылевшие провинциальные лица и слушать мелкие грешки? Я не для этого столько лет Всесветлому молился!

— Может письменный доклад?

— И что поменяется? Все равно кругом мы с тобой виноваты.

— Так может подобный остынет и…

— Ну так-то… провинция всяко лучше монастыря… да и есть там у меня пара грешниц, хе-хе-хе, требующих отеческого наставления.

— Не о том думаешь. Так значит письменный доклад и правда?

— Выходит так.

* * *

— Кардиналы, подавшие вам доклад, подобный, взошли на очищающий костер. Всесветлый принял их души.

— Перед очищением они покаялись?

— Во всех грехах, подобный. С ними работали мои лучшие инквизиторы. Очень-очень вдумчиво работали, подобный. И свою работу продолжат. Есть ниточки.

— Это хорошо. Всесветлый не оставит вас. Теперь по докладу. Эти тупицы убедили совет кардиналов, что союз вампиров, людей, гномов и эльфов невозможен. Теперь же мы знаем, что такой союз либо уже существует, либо вот-вот будет существовать. Это позор Церкви и угроза всему человечеству.

— Валерия должна быть предана огню, подобный.

— И как это сделать? У них теперь в союзниках все нелюди!

— Орки в союз не входят, подобный.

— Нам от этого легче?

— Нет, подобный.

— Значит говорить о том не стоит. Вампиры, эльфы, гномы, тифлинги, кобольды, Валерия, Сахия, Шорез, Ильхори… Это огромная сила! А что у нас? Войска Светлого похода стоят на границе Элура и буквально завязли там!

— Если отдать приказ на использование особых артефактов…

— То и вампиры будут их применять! Или ты еще не понял этого?

— Наличие у вампиров таких артефактов сомнительно, подобный. В любом случае, их у нелюди мало.

— Зато нелюди много. А теперь в союзе с ними не самые слабые страны. Как бы мы теперь не были той стороной, что должна обороняться.

— Люди услышат призыв Всесветлого и…

— Помолчи!

— Я…

— Помолчи. Я знаю все, что можешь сказать. Сам не раз это говорил. Но сейчас слов мало. Нужны дела! Как у нас с влиянием в Непокоренных королевствах? Сможем создать хоть какой-нибудь альянс, способный выступить единой силой?

— Нет, подобный. Наше влияние в Непокоренных королевствах велико, но и валерианские отступники традиционно играют там не последнюю роль. Рассчитывать мы можем лишь на южные страны, но…

— Что такое?

— Мы уже выбрали оттуда много войск для Светлого похода. Большего эти карлики дать не смогут, да и не захотят, подобный.

— Почему не захотят?

— Южные Непокоренные королевства традиционно тяготеют к Гании, а там теперь…

— Там теперь бывший Наместник Ронн воду мутит… Хотя, если сообщить ему о союзе нелюдей… Эльфы у него прямо под боком.

— Бывший Наместник Ронн может и согласится помочь делу Всесветлого, но власти Гании нет. Они эльфов не бояться. Слишком давно они торгуют с этой нелюдью, подобный.

— Первый удар мы тоже нанести не можем… И что делать?

— Особые артефакты…

— Помолчи!

— Но, подобный…

— Просто помолчи. Мне надоело из раза в раз указывать на опасность особых артефактов. В Элуре наши братья справляются ритуалами и этого довольно! Что касается наших действий… Надо направить дополнительные войска в Сахию. Сейчас этот остров становится ключевой точкой всей войны против вампиров. Сорвем свадьбу, отвоюем Сахию, разобьем там войска вампиров и все нынешние союзники Элура задумаются о своей судьбе.

— Особенно если мы хорошо накажем отступников, подобный.

— Особенно если хорошо накажем, а мы накажем хорошо. Твои инквизиторы об этом позаботятся.

* * *

— Я начала возведение телепорта в Женеве. Города еще нет, а телепорт уже есть.

— Ты же сама говорила, что строишь Женеву ускоренными темпами. А теперь — «города нет».

— Ускоренными темпами по сравнению с изначальным планом. Канализацию возводим ударно. Дороги строим. А вот за здания пока не принималась. Фундаменты разве что. Телепорт будет первым строением нашей будущей столицы.

— На мой взгляд это даже хорошо, проще поставки организовать будет.

— Не так и хорошо. Женева важна, а телепорт это блажь.

— От меня что хочешь? Или поплакаться пришла?

— Убеди Костю приостановить возведение телепортов. Они дорогие, жрут много ценных ресурсов, он будет только рад придержать их стройку.

— А ты тем временем мужу мозг выедать будешь? Не боишься, что он тебе по голове настучит?

— Я найду аргументы, что убедят Женю.

— Как найдешь и убедишь, подходи ко мне, я подумаю насчет разговора с Костей.

* * *

— Господин капитан, я обнаружил путаницу в наших документах, но никак не могу найти ее причину.

— Что там у тебя?

— Вот, господин капитан. Последние сообщения с броненосного крейсера «Кианит». Извольте посмотреть на эту строчку: экипаж — 507 человек, больных нет.

— И что?

— А вот, господин капитан, отчет о подготовке броненосного крейсера «Кианит» к дальнему плаванию. Экипаж — 505 человек. И по финансовой росписи у них на борту должен быть экипаж в 505 человек. А они в отчетах указывают 507. Скоро крейсер возвращается в порт и мне необходимо привести все финансовые бумаги в порядок, чтобы по ним организовать выплаты денежного довольствия морякам, а у меня два лишних человека! И как прикажете им платить, господин капитан?

— Не суетись. Сейчас разберемся. Лейтенант! Принеси мне все отчеты с крейсера «Кианит» с момента выхода в поход.

— Вот, господин капитан, отчеты крейсера «Кианит».

— Так, что тут у нас… 507, 507, 507, все здоровы, 507… 505… Это еще что такое?

— Не могу знать, господин капитан.

— Я вот тоже не знаю, как это на «Кианите» посреди моря два новых члена экипажа появились.

— Прикажете связаться с капитаном и…

— Дурак! Свяжешься ты с «Кианитом», вопрос им задашь. И что? Если это ошибка, мы посмеемся и ладно, а если там реально два новых члена экипажа?

— Так откуда им там взяться, господин капитан, посреди моря-то.

— Вот именно, лейтенант! На крейсере посреди моря появились два новых члена экипажа, а капитан об этом ни в одном докладе не указал. Вот! «Все нормально». Что это значит?

— Так ошибка это, господин капитан.

— Или?

— Или… экипаж взят под ментальный контроль и…

— Вот! Умеешь думать когда заставят! Не зря я тебя в помощники взял. Быстро составь рапорт, а я пока свяжусь с адмиралтейством.

— А мне что делать прикажете, господин капитан?

— Ты, финансовая душа, пока про услышанное молчи. Тут дело как бы не государственное.

— А деньги?

— А что деньги. У тебя по бумагам в экипаже сколько?

— 505.

— Вот на 505 человек смету и составляй. А пока вот, подпиши расписку о неразглашении и расписку об ответственности. Растреплешь кому, повешу.

— Так я ведь…

— Иди-иди, смету составляй. Морячки домой вернутся, денюжки получить захотят. Иди работай. А мы тут пока выясним, что за два новых члена экипажа на «Кианите» появились и кто это такой смелый, что решился морочить голову капитану боевого корабля Элура. А если сами не выясним, то вампиров позовем, и уж они обязательно все выяснят. А ты иди, работай. Может еще что интересного в бумажках найдешь… А если найдешь, сразу ко мне беги. Таким интересным бумажкам я всегда рад.

Глава 10

Левую ногу вперед, правую подтянуть. Левую ногу вперед, правую подтянуть. Шаг. Шаг. Шаг. Тяжелый щит клонит руку к земле, но надо держать. Щит это защита. Щит это спасение. Щит это основа всего и его надо держать до последнего. Шаг. Шаг. Шаг.

— Бей!

Чуть отвести щит и резко выбросить правую руку с зажатым в ней копьем. Ни в кого не попал — цели нет, но не индивидуальными победами силен гирд гномов, а слаженным действием всех бойцов, что работают как единый механизм. И именно так побеждают своих врагов гномы.

— Марш!

Прикрыться щитом и шаг, и шаг, и шаг.

— Бей!

На этот раз наконечник копья находит цель. К сожалению, острейшее перо оставляет лишь небольшую рану на теле паука. Слишком далеко была тварь Проклятого леса, и невысокому гному было просто не дотянуться до нее. Но воинская удача на стороне гномов! Верещащий от боли паук вместо того чтобы отскочить назад, резко подается вперед и сам насаживает себя на копье гнома. Остается лишь вытащить его из тела поверженного врага и, прикрывшись щитом, сделать еще несколько шагов вперед, прежде чем командир подает очередную заветную команду «Бей».

Шор Губошлеп доволен. Он нашел свое призвание.

Зря мать отговаривала его от похода, настаивая, что в семейной мастерской ему будет лучше. Что может быть лучше чем чувствовать локоть товарища и время от времени насаживать на свое копье очередного врага? Да и работа не сложная, знай себе ходи правильно, тяжелый щит держи, да бей копьем по команде. Куда проще чем в мастерской, где многие поколения его семьи создают тонкую гравировку на всем, что только можно. Нет, заниматься гравировкой тоже не так уж и сложно, Шор пробовал и у него даже получалось, но боги наградили его слишком толстыми пальцами. С такими высокое искусство его семьи Шору не дастся. Зато в армии он как дома. Шагай и бей, бей и шагай.

— Стой!

Шор Губошлеп подался вперед и даже чуток подпер щит плечом. Он уже опытный воин и знает что сейчас будет. В этот раз твари не подловят его на слабости.

Бах! В щит с той стороны будто бы молотом со всей дури шарахнули! Казалось, нерушимое изделие гномов даже немного погнулось, но к счастью, это лишь обман чувств. Щит цел. А теперь быстро перенести вес назад и не обращать внимания на ноющие плечо и руку, дождаться новой команды и…

— Бей!

Острие копья летит прямо в морду огромной змее, та открывает пасть, но Шор успевает чуток подправить направление удара и попадает прямо в нёбо твари. Теперь быстро вытащить копье, пока змея не начала извиваться от боли и не вырвала застрявшее в ее теле оружие из рук бойца. Тогда позору не оберешься — гном, потерявший оружие в бою, это завсегда предмет шуток для его товарищей. К счастью, Шор пока избегал такой участи, но пара его приятелей уже успели оконфузиться и теперь шагали в последнем ряду гирда рядом с ранеными и магами.

— Марш!

Прикрыться щитом, шаг, шаг, шаг.

— Стой!

Упереться в щит и подготовится к атаке. В бою надо думать наперед.

Но в этот раз удара не следует. Врага сдерживает товарищ, стоящий сильно левее Шора, а справа и вовсе тишина. Сейчас вновь последует команда «бей», и победоносный гирд отправится дальше, зачищая очередное гнездо тварей Проклятого леса.

— Стой!

А это что-то новое. Шор переглядывается с приятелем, но тот также не понимает происходящее. Но на всякий случай оба подпирают свои щиты и готовятся держать удар неважно кого. Гномы победят всех.

* * *

— Надо послать крейсер на перехват. Пусть встретят «Кианит» в море.

— И будет у нас два крейсера с экипажами «+1» от штатного состава? — ухмыльнулась вампиресса в мундире Корпуса Армии.

— Значит послать два крейсера.

— Почему не три? — вампиресса продолжала издеваться над собеседником, а увидев его непонимание, пояснила свою мысль, — Ну чтобы равное количество кораблей было. Два с увеличенным экипажем, а два со штатным.

— Можно и десять. Но не слишком ли мы много внимания уделяем «Кианиту»? — еще один вампир в мундире Корпуса Армии посмотрел на собравшихся.

— Корабль идет от берегов соседнего континента и везет двух неучтенных пассажиров. Учитывая, что на том континенте некогда погибли все человеческие колонии, лучше нам уделять «Кианиту» как можно больше внимания, — молодой парень в мундире Корпуса Будущего явно злился — и от насмешек вампирессы, и от непонимания, что выказывали на его просьбу остальные вампиры.

— Тогда шлем всю эскадру.

— Я уже приказала готовиться к выходу в море всем кораблям, но вся эскадра это перебор. Для встречи хватит и одного корабля.

— Ты же только что была против этого!

— Я просто подтрунивала над тобой, — широко улыбнулась вампиресса, — А так, в обстановке неизвестных возможностей потенциального противника, слать к нему навстречу все наши боевые корабли это не самая разумная идея. Хватит и одного, причем наименее ценного. Остальные будут его прикрывать.

— Жаль у нас нет магов разума для защиты экипажа.

— Всего предусмотреть невозможно. Столетия без менталистов обходились. Да и уверен, что менталист тут справится? Что если это не магия, а свойство организма?

— К чему гадать? Надо выходить в море и встречать «Кианит». И я согласен — лучше всей эскадрой, вдруг придется давать бой.

— А что говорят в Гнезде?

— Пока молчат.

— Обычно там решения принимаю быстрее.

— Видимо, что-то случилось, и наш вопрос не приоритетный. Либо же дают нам возможность действовать самостоятельно. Не вечно же старшим нас опекать?

— Раз так, то выходим всей эскадрой и посылаем навстречу разведчик. Проследите, чтобы на каждом корабле было минимум двое из наших.

— Запах!

— Не морщись. Все идем! И если что, топить «Кианит» без жалости, магии не жалеть, в крайнем случае разрешаю питаться экипажами.

* * *

— Два члена экипажа взявшихся из воздуха? — Геннадий с любопытством глянул на докладывающую ему о курьезе Светлану Львовну, — Как интересно. А что говорит командир корабля?

— С ним не связывались, экселенц. Не хотят спугнуть его гостей раньше времени, ведь дополнительный экипаж появился у чужих берегов и это может значит что угодно.

— Логично. Тогда проследи, чтобы встречать этот… «Кианит» вышло минимум два крейсера.

— Положено всю эскадру поднимать, — хмуро напомнила вампиресса, — А на встречу, скорее всего, отправят какой-нибудь легкий разведчик, который не жалко.

— Это пусть военные решают, им виднее. Наше дело убедиться в отсутствии угрозы для общины. У нас кто-то есть в порту?

— Пару агентов найдем.

— Значит одного нашего агента послать в море вместе с эскадрой или теми кораблями, что выйдут, а одного поместить на разведчик, что будет встречать крейсер. Армейские тоже захотят присутствовать, следовательно минимум два вампира на корабле у нас будет… Кровь им с собой выдать получится?

— Запасы в порту должны быть. Плюс экипаж если дела пойдут совсем плохо.

— Тогда в любом случае отобьются или сбегут.

— Запах…

— Потерпят, — отрезал Геннадий, и в этот момент его артефакт связи завибрировал, — Слушаю.

— Гена! Мне срочно нужны липовые имперские дворяне, — услышал голос главы Корпуса Разведки вампир, — Я знаю, у тебя есть подготовленные люди.

— Люди есть, но они сейчас в Ильхори, — взмахом руки Геннадий отпустил Светлану Львовну, — А у твоего Гора, прости за каламбур, целая гора разного рода липовых дворян под рукой. Зачем тебе мои?

— Так в том и дело, что они у него под рукой, а мне как раз в Ильхори агенты нужны! А там только твои люди.

— Что у тебя случилось?

— Император убийц в Ильхори послал. Старому наркоману сильно не понравилось, что целых два герцога от него сбежали и так удачно отхватили себе целое королевство.

— И что тут такого? — фыркнул Геннадий, — Мы давно этих убийц ждем.

— Во-первых, мы ждем убийц от светош, — ворчливо проговорил Сергей, — А во-вторых, император послал обычного придворного вместо нормального убийцы.

— Это как? — удивился Геннадий.

— Ты сейчас хочешь, чтобы я тебе логику наркомана объяснил? — почти рассмеялся Сергей.

— Не надо, а вот план свой объясни. Я все еще не понимаю зачем тебе мои липовые имперские дворяне в Ильхори. Я их, как-бы, там не просто так держу, чтобы налево и направо их раздавать, у них задание есть.

— Придворный посланный убить герцогов Леваз и Фидо, кроме приказа получил на руки крупную сумму золота, понятное дело, векселем…

— О боги, — покачал головой Геннадий, — Наркотики забирают даже зачатки разума.

— И не говори, но нам это на руку. Вексель надо обналичить, а сделать это в Ильхори не так и просто.

— Там же Церковный Банк есть.

— Гена, ты от жизни отстал. Банк есть, но работать ему свободно никто не дает, дураков нет.

— То есть, если твой придворный — дурачок, то он пойдет с векселем в банк, и его там примут и под белы ручки проводят куда надо, а липовые дворяне его освободят и… и что дальше?

— Вообще, это план «б», и я надеюсь до него не дойдет, — заявил довольный проницательностью собеседника Сергей, — План «а» заключается в том, что придворный у нас совсем даже не дурак, все же дураки при дворе редко выживают, и с векселем он пойдет в худшем случае к ростовщикам, а в лучшем случае начнет искать людей способных ему помочь.

— И тут на свет выйдут мои имперские дворяне. Патриоты своей далекой родины и вообще полностью позитивные ребята готовые на все ради императора и его воли. Понятно. И что дальше?

— Как ты сказал, разыграют из себя имперских патриотов и убедят придворного, что убить узурпаторов не так то и просто, и кроме золота, надо еще и хорошо подготовится, например, создать в Ильхори шпионскую сеть…

— Ну я тебя понял, — кивнул сам себе Геннадий, — Создается шпионская сеть, которая резко получает некую ценную информацию. Придворный делает доклад в империю, легализует наших агентов в глазах императора, а затем попадается при попытке убийства герцогов. Его, ясное дело, казнят, но шпионская сеть остается, и император ей пользуется. Мы гоним в империю дезинформацию и выглядим красавчиками перед руководством Ильхори, которых мы спасли от убийц.

— Все верно. Так что очень нужны твои липовые имперские дворяне. Не знаю, чем они у тебя сейчас занимаются, но мой вариант явно интереснее.

— Надеюсь, операция совместная?

— Обижаешь. Корпус Будущего и Корпус Разведки бок о бок, как единый организм, на благо…

— Все-все-все… Будут тебе мои агенты. Ради такого дела всех отдам.

— Легенды у них надежные?

— Даже их родные матери подтвердят их личность. Но только внешне, разговоры лучше не начинать.

— Пластические операции?

— Естественно. Так что, по документам там комар носа не подточит, ибо они все настоящие, но разговаривать со старыми знакомыми настоящих дворян моим агентам не стоит.

— Самое главное это настоящие документы, остальное обеспечим! — явно обрадовался полученной информации Сергей, — Тогда я начинаю операцию, а ты пока думай, какую дезинформацию мы будем сообщать в империю.

— А чем тебя не устраивает та, что создают тролли из особого отдела Корпуса Армии?

— Хочется эксклюзива, чтобы наркоман прочнее сел на крючок. Если у императора будет источник с уникальной информацией которая будет подтверждаться… Ты же представляешь как это можно обыграть?

— Представляю и реакцию императора представляю, но такие игры не одобряю. Уникальность это слишком особый товар, с которым легко можно попасть впросак. Лучше работать стандартно. Заодно организовать такую же сеть в Шорезе. Если все будут сообщать одну и ту же информацию, то такой единый оркестр будет гарантированно услышан и ему поверят.

— Не учи меня работать, — проворчал Сергей, — Не хуже тебя все понимаю. В том же Шорезе «имперская» разведывательная сеть уже функционирует.

— Тогда зачем тебе уникальность и эксклюзивность?

— Эхх… Не хочу сглазить… Гор и Роз в империи практически подмяли под себя столичных менталистов. Понимаешь?

— Кажется да. Через пару лет сеть в Ильхори будет провалена, но ее глава героически сбежит в империю. Организовать ему прием у императора ради получения награды не сложно.

— Не дороже денег.

— Все так. Если при этом параллельно дискредитировать текущего главу разведки, то императору даже и искать новую кандидатуру не придется. Герой прямо перед ним будет. Ему всего-то и останется как пройти проверку у менталистов.

— И он ее пройдет.

— Хмм… На такую операцию потребуется несколько лет.

— Мы рассчитываем на пять. При удаче можно справиться за три.

— Сергей, а ты помнишь, что Роз спит и видит как лично убивает императора?

— И что? От перемены мест слагаемых сумма не меняется. Старый император, новый император… В любом случае через несколько лет главой разведки империи будет наш человек.

— То есть, этот вариант у тебя не единственный?

— Конечно, нет. Я все яйца в одну корзину не складываю.

* * *

— Сколько мы можем выделить денег на реконструкцию крепостей Лесного поля?

— К моему сожалению, ваше величество, проблема у нас не в деньгах. Нам не хватает строительных материалов, а конкретно камня. Его просто нет. Землетрясение разрушило не только многочисленные здания, что теперь требуют ремонта, но и каменные карьеры в которых добывался камень. На сегодня ни один из карьеров не смог выйти на уровни добычи даже пятилетней давности.

— Что у нас с кирпичными заводами? — Александр отвел взгляд от человека и посмотрел на стоящую за его спиной Ольгу.

— У меня все рассчитано, ни одного кирпича на сторону не дам. Разбирайте городские крепостные стены и будет вам камень.

— Не самое умное твое предложение, Ольга.

— А другого у меня нет, экселенц. Никаких излишков камня, кирпича или бетона нет и не предвидится.

— И при этом ситуация такова, что нам нужно реконструировать крепости Лесного поля. Как с нашей стороны, так и с той. Твое предложение?

— Я предлагаю отменить реконструкцию, экселенц. Она буквально не к месту и не ко времени. Я не могу гарантировать даже возведения простых дерево-земляных укреплений, так как бревен в достаточном количестве у меня нет.

— Альтернативные строительные материалы?

— Дерьмо и палки, экселенц?

— Не дерзи, — рыкнул Александр, — Я тоже не в восторге от проблемы, но решать ее надо.

— Я так не считаю, экселенц. Мои инженеры осматривали крепости и форты Лесного поля и текущий ремонт был признан достаточным. Военные сгущают краски.

— Я и без тебя знаю, что военные сгущают краски, но в этих крепостях сидят именно они и не просто сидят, а ждут штурма. Каждый день ждут. День за днем. И их очень нервирует тот факт, что ремонт их укреплений произведен на скорую руку. И их ничуть не успокаивает знание того факта, что твои инженеры признали укрепления достаточно надежными, ибо не твоим инженерам за этими укреплениями сидеть. По сообщениям наблюдателей, практически во всех фортах наблюдается падение морали и боевого духа. И это только начало. Через пару месяцев ситуация станет хуже, а когда об этом станет известно в Ороде…

— Последуют атака и бла-бал-бла, — помахала рукой Ольга, — Жить захотят, отобьются. Человеки…

— Пошла вон!

— Экселенц…

— Вон!

Развернувшись, вампиресса молча покинула королевский кабинет, а его хозяин тем временем вновь вернул свое внимание на помощника канцлера, что ныне стоял ни жив ни мертв и боялся даже дышать.

— Не трясись и не думай, что увидел нечто запретное. Обычная беседа с этой упрямой бабой. Так что у нас по деньгам?

— Ваше королевское величество, выделить деньги можно, но как я и сказал, покупать на них нечего.

— Не надо повторять, я давно все понял, — отмахнулся Александр. — Деньги есть?

— Имеются, ваше величество. Налоги собираются хорошо и…

— Избавь меня от подробностей.

— Приношу свои извинения, ваше величество.

— Да-да, — отмахнулся от человека вампир, — Юля! Верни эту дуру!

Когда в кабинет вернулась невозмутимая Ольга, Александр зло зыркнул на нее, но подавив эмоции вопрос задал уже спокойно:

— Что у тебя с шанцевым инструментом?

— Возвести земляные укрепления хочешь? Лопаты найдем. С тележками хуже, но тоже решаемо. В дефиците кирки, но их можно купить у гномов — у лысых должен быть запас. Прочее нам не нужно, да у военных и своих топоров с пилами и ломами хватит. Только глупость это все, экселенц. Уверена, что командиры на местах уже давно выгнали солдатиков на земляные работы и уже осознали, что наличными силами возвести что-то толковое у них не получится. Ни сил, ни времени не хватит.

— Твое предложение.

— Наплевать на реконструкцию. И это мое обдуманное предложение, экселенц. Понимаю, что человекам страшно, но им будет страшно и за крепкими стенами. Природа у них такая. А если уж совсем невмоготу от страха, то пусть бухают. Вина у нас много.

— Понятно. Иди, работай.

— Ваше королевское величество, — подал голос придворный, — Мы могли бы закупить потребные материалы за границей.

— Нет. Эта, — Александр махнул рукой на закрывшуюся за вампирессой дверь, — Уже все что можно скупила и в Шорезе, и в Ильхори. Тем более, что там тоже не изобилие стройматериала. Землетрясения у соседей не было, зато была война. Так что им самим есть что отстраивать.

— Можно сообщить военным, что мы закупаем материалы и им надо лишь подождать. Это снимет некоторое напряжение, ваше величество, и даст нам время.

— А потом до гарнизонов крепостей дойдет информация о том, что Женева строится ударными темпами, да и в других городах темпы строительства никто не снижал. И что тогда? Мятеж?

— Новые каменоломни…

— В них должны были работать военнопленные, но с ними у нас не сложилось. А без дополнительной рабочей силы все бесполезно.

— Можно вывести горожан…

— Приказы о строительном ополчении уже подготовлены. Только это исправит ситуацию с нашей стороны Лесного поля, где есть города. А с той стороны все останется как есть.

— Тогда может и правда стоит разобрать городские крепостные стены? Если сообщить о временном характере…

— Нет. Городские укрепления придают уверенности. Народные бунты нам тоже не нужны.

— Тогда…

— Достаточно. Думать о подобном не ваша работа… да и не моя. Выделите потребные на реконструкцию суммы и на этом остановимся. Остальное не ваша забота.

— Будет исполнено, ваше королевское величество, — человек величественно поклонился и покинул королевский кабинет.

Поднявшись на ноги, Александр подошел к висящей на стене карте мира и стал разглядывать ее.

— Может и правда решить проблему вином? — пробормотал себе под нос алукард.

— Экселенц, к вам на прием рвется Сесилия Райт.

— Пусти ее.

Вернувшись в кресло, Александр принялся ждать жрицу Мур, которая почему-то не спешила заходить в кабинет. Наконец, спустя пять долгих секунд, дверь открылась и в проеме показалась несколько растрепанная жрица.

— Ваше величество.

— Сесилия, — кивнул на поклон вампир, — Чем обязан?

— Я не знаю, ваше величество. Госпожа очень сильно недовольна и мне подчас кажется, что она… боится, — произнеся столь крамольные слова, жрица буквально вжала голову в плечи, но ничего не произошло.

— Причем здесь мы, Сесилия?

— Я не знаю, ваше величество, но я хотела поинтересоваться, как у вас идут дела в Чергории. Все же…

— Боишься, что мама на нервах все-таки выполнит свою угрозу и уничтожит наш мир? — улыбнулся Александр, — Что касается дел, то в Чергории все по плану. Не могу сказать, что хорошо, но по плану. Приказ мамы будет выполнен и сомнений в этом нет. Дело за временем.

— Я донесу эту информацию до Госпожи, ваше величество.

— Как тебе будет угодно. Что-то еще?

— Есть ли еще какая-то информация, которая может быть интересна Госпоже?

— Сомневаюсь, Сесилия.

— А если подумать, ваше величество?

— Даже если я дважды подумаю, то мой ответ не изменится, — мягко улыбнулся Александр и, стараясь не показывать, как его беспокоит внешний вид и поведение жрицы Мур, добавил, — Если уж великая богиня чего-то не знает, нам, простым вампирам, и вовсе это неизвестно.

— В ваших словах так и сквозит ирония, — вспыхнула жрица, — Будь вы человеком, ваше величество, я бы прокляла вас за богохульство.

— К счастью, я не человек, Сесилия.

* * *

— Береговые батареи и артефакты наведены на цель. С эскадры сообщают, что «Кианит» у них на прицеле. Обещают уже вторым залпом накрыть крейсер и отправить его на дно.

— Сообщения с крейсера не менялись?

— Одну минуту, экселенц… Нет. По прежнему: «Все нормально. Гости в порядке. Иду в порт.» Сообщение повторяется раз в пять минут.

— Голос опознали?

— Все, кому давали послушать сообщение, утверждают, что это голос офицера связи Георга Кима. Опознан по характерному произношению буквы «р». То есть, сообщение передает тот, кто и должен его передавать.

— Ладно. Маги готовы?

— И маги и войска готовы. Население из района порта принудительно эвакуируется.

— Кровь?

— Все запасы свезены поближе к нашему ударному отряду.

— Тогда ждем швартовки.

Следующий час собравшиеся наблюдали как броненосный крейсер «Кианит» медленно и в тоже время величественно подползает к причалу. По палубе корабля бегали матросы и офицеры. Шла обычная и привычная всем работа. Внешне все было как всегда… за тем исключением, что никогда ни один корабль в истории вампиров не получал такого внимания как «Кианит».

Наконец трап спущен и на палубе появились они…

— Выглядят как люди, экселенц. Все артефакты указывают, что это люди. Угрозы не фиксируется. Магии не фиксируется. Артефакты на объектах отсутству… не фиксируются.

— Ну пойдем встречать гостей.

Старший вампир поправил мундир и шагнул к трапу по которому как раз спускались два необычно одетых мужчины.

— Добро пожаловать в…

— Нам не о чем говорить с тобой, раб. Нам не интересны твои заискивания и лесть. Отведи нас к жрице сестры Судьбоносной, раб, и побыстрее, иначе мне придется наказать тебя и напомнить тебе твое место в этом мире.

— Не думаю…

— Я уже начинаю сердится. Работай быстрее, раб.

Подавив желание убить наглецов прямо на месте, вампир решил посмотреть, чем же это все закончится, тем более, что перед ним стояли не маги, а жрецы, что несколько настораживало. Но даже осторожность не могла заставить вампира полностью подавить свою природу.

— Я не знаю никаких жриц сестры Судьбоносной, уродец, и не знаю Судьбоносную. Могу проводить тебя к храму Демура, ушлепок.

— Слуги брата не интересуют Судьбоносную, мы будем говорить с теми, кто служит той, кого вы зовете Мур.

Глава 11

— Рада, что возвращаешься домой?

Маленькая вампиресса неспешно повернулась к подошедшему мужчине и искренне улыбнулась ему.

— Конечно, рада. Но… — девушка немного замялась, — С одной стороны рада, а с другой стороны…

— Что такое? — изначальный вампир с искренней отеческой заботой в глазах подошел к вампирессе почти вплотную.

— Здесь предстоит еще столько работы. Мы даже половины запланированных дел не выполнили. Про остальное я молчу, а то грустно становится.

— По секрету, между нами, — хитро улыбнулся Вадим, — Сюда сразу пришлют новую партию штрафников, так что за дело не волнуйся, будет кому принять выпавшее из твоих рук знамя.

— За дело я не волнуюсь, — рассмеялась Бетти, — Я столько крови с себя сцедила, что даже недавно обращенные сразу в суть проблем вникнут.

— Тогда что тебя волнует, малышка?

— Я опять не довела свое задание до конца, — пожала плечами девушка, — Во время обязательной службы нас почти никогда не снимали с назначенных нам заданий до тех пор пока мы их не завершали. А теперь… я не могу завершить ничего из намеченного, потому что меня дергают в новое место. Бесит.

— Время сейчас такое, — пожал плечами изначальный, — Но ведь тебя волнует не только это.

— Кровь мою пил? — прищурила глаза Бетти.

— Нет. Просто опыт существа, что на несколько веков тебя старше.

— Опыт, — печально протянула девушка, — Я вот такого опыта за собой не замечаю. Скорее, все наоборот. Как была ребенком при обращении, так им и осталась.

— Ерунда это. Давно доказано, что это теория ложная.

— Знаю, что ложная. Но ощущения никуда не деваются.

— Тогда в чем дело? — вампир заботливо потрепал волосы девушки, пытаясь вернуть ей радостное настроение.

— Ученые.

— Что ученые? Выдвинули новую гипотезу и требуют немедленно, прямо сейчас, бросив все, ее проверить?

— Нет… В смысле, да, но это уже проблемы моих сменщиков. Я про другое, — Бетти поправила растрепанные изначальным волосы и задумчиво продолжила, — Понимаешь, когда я плыла сюда, я все знала.

— Прямо вот все? — насмешливо поинтересовался Вадим, — И даже смысл жизни? И все такое?

— Не перебивай, — нервно дернула плечом Бетти, — Я не про это.

— Извини, малышка. Слушаю тебя.

— Я знала свое будущее. Корпус Разведки, внешние операции под прикрытием… мечтала попасть в команду Кисы и стать ее заместительницей. Вся моя служба в Армии была посвящена этому. Я не хотела ничего другого.

— И что изменилось?

— Я увидела, что могут сделать ученые, если их никто не контролирует.

— Ах вот оно что! — улыбнулся вампир, — Да, подобное отрезвляет.

— Я будто мгновенно стала старше, — не слыша слов собеседника продолжила Бетти, — И теперь мои детские мечты о разведке и тайных операциях выглядят такими убогими, ведь пока я буду развлекаться где-то там, — девушка махнула рукой в сторону, — Наши твердолобые дома могут такого наворотить, что… — вампиресса ощутимо вздрогнула, — Аж страшно иногда становится.

— Ты себя накручиваешь, малышка. Все не так ужасно.

— Надеюсь. Но Корпус Разведки теперь точно не для меня.

— И куда планируешь пойти служить? В Корпус Будущего?

— Почему туда?

— Ну как? Тут тебе и разведка, тут тебе и планирование нашего развития, тут и задание направления этого развития.

— Нет. Я хочу контролировать ученых, а контролем общины у нас занимается Секретариат. Вот туда я и пойду служить. Буду контролировать наших твердолобых, чтобы они не сотворили ничего… — Бетти задумалась, — Чтобы они ничего не сотворили. Вампиры должны процветать, а не разгребать чужие проблемы. Так что — Секретариат. Теперь только Секретариат! Разведка подождет до лучших времен.

* * *

Бег давался удивительно легко. Страх смерти подстегивал лучше любых магических стимуляторов, но в отличие от последних не придавал дополнительных сил. Запыхавшийся тяжело дышащий парень обессиленно упал под корни поваленного дерева и в бессильной ярости несколько раз ударил кулаком по земле.

Все было напрасно. Все оказалось совсем не так, как он себе это представлял.

Когда позавчера, выпивая с приятелями по отряду, молодой человек хвалился своей удалью и делился с собутыльниками мечтами убить хотя бы одного вампира прежде чем погибнуть, он совсем не думал, что сегодня как загнанная собака будет бежать от преследователей из числа вампиров и молить Всесветлого даровать ему еще немного сил и времени.

А ведь план был так хорош!

Да, он слабый маг, но его семья довольно древняя и известная, а самое главное, основателем его рода был Архимаг! Да, это было давно, но кое-какие артефакты от предка остались. Семья столетиями хранила их как свое самое ценное сокровище, но когда Церковь призвала людей в новый Светлый поход, родня снарядила своего воина и ничего для него не пожалела. В том числе и доставшихся от архимага ценных старинных артефактов.

Так что и надо-то было всего лишь договориться с командиром отряда об отлучке, а лучше прямо получить от него задание на разведку, пробраться к укреплениям, что проклятые вампиры возводили между Налимским хребтом и Северным морем, подловить там одиночного вампира и, применив артефакты предка, убить проклятого кровопийцу, а затем с триумфов вернуться в свой отряд. Верный и хороший план!

Молодой парень уже предвкушал как станет героем, как его будут ставить в пример другим, как его наградят, как девушки будут восторженными глазами смотреть на него, убийцу вампиров… Реальность оказалась слишком далекой от грез.

Нет, договориться с командиром удалось сразу. Матерый вояка вошел в положение пышущего энтузиазмом подчиненного и выдал ему приказ на проведение разведки укреплений неприятеля. Добраться до нужного места получилось с легкостью. Приятели пугали его егерями вампиров, их тайными засадами и прочим, но ничего такого на пути человека не встретилось. Удалось даже краешком глаза взглянуть на часть возводимых кровопийцами укреплений и в бессильной злобе убедиться в правоте слов священников, что утверждали, будто многие еретики перешли на сторону врага всех людей и ныне служат ему. Теперь парень сам видел, что рабочие на стройке это люди. Вампиры так не одеваются! Да, они твари, нелюди и враг, но во вкусе им не откажешь. Форма изысканная и красивая. Этого у вампиров не отнять! Человек и сам бы не отказался носить такую, да простит его за эти мысли Всесветлый…

В общем, удалось посмотреть на укрепления вампиров, убедиться в правоте церковников и порадоваться за свою ловкость, ведь парень увидел свою цель! Молодая, красивая, элегантная девушка в красном мундире вампиров, что негромко покрикивая на рабочих командовала их действиями. Вампир, что прославит его и сделает героем!

Было немного жаль, что вампиром оказалась такая красавица, но враг людской должен быть уничтожен, а потому всего после пары секунд колебаний и размышлений о том, не стоит ли ему подождать какого-нибудь другого вампира, желательно постарше и пострашнее, человек активировал один из артефактов своего далекого предка. Родовые записи утверждали, что носит он название «Песнь сокола» и с его помощью можно убить любого мага вплоть до магистра. А раз может убить магистра, значит и вампира убьет с легкостью, рассудил молодой парень и нанес свой первый удар.

Дальнейшее человек помнил урывками. Вот вырвавшийся из артефакта синий луч расплескивается о неожиданно возникшую вокруг вампирши защиту, вот она злобно смотрит прямо в сторону человека, и того до костей пробирает страх, хотя он и знает, что нелюдь не может его видеть, ведь он скрыт листвой. Вот уже вспыхивает защита вокруг него самого, ведь девушка в красивом красном мундире применяет что-то из огненной магии. К сожалению, парень слабый одаренный, да и учился плохо, потому распознать заклинание нелюдя не получается. Вот активируется один атакующий артефакт предка за другим, но все они не могут достать до вампира. Та либо уходит от удара, либо закрывается от него надежной защитой, а потом страх становится всепожирающим, и человек бежит. Бежит изо всех сил, зная, что если его догонят, то все будет очень печально.

— Набегался малыш? — резко подняв голову, человек увидел, что на поваленном дереве, в корнях которого он нашел свое временное пристанище, сидит девушка, которую он недавно пытался убить, — Набрался эмоций? Это хорошо. — В следующее мгновение нелюдь оказывается прямо перед его лицом, — Вкуснее будешь.

Летящий в его голову кулак человек уже не увидел.

* * *

— Как же хорошо было, когда о нас никто не знал. Мы спокойно правили из тени, делали что хотели и вообще… как же хорошо было!

— Горюешь о прошлом? На тебя это непохоже, экселенц.

— Меня будем обсуждать потом, — Александр поднялся с дивана на котором лежал, — Докладывай о ситуации. Новости есть?

— Гости прибыли в столицу. Размещены в лучшей гостинице. Кровь получить пока не вышло.

— Пока? — вычленил главное алукард.

— Именно «пока», экселенц, — кивнул Сергей, — Они нас от людей не отличают. Просто не допускают к себе вообще никого и именно поэтому до крови пока не добрались. Это временно.

— Они команду целого крейсера дурили, но нас и людей не отличают? Точно уверен?

— С частью команды уже поработали менталисты, да кровь у всех матросов взяли на пробу. Гости не так могущественны как было предположено вначале. Ментальное воздействие вообще не зафиксировано. Более всего случившееся на «Кианите» похоже на нечто типа заклинания «Вуали» и «Доверия» объединенных в одно магическое воздействие областного типа. То есть, все в экипаже просто стали считать гостей своими и при этом не обращать на них внимания.

— А как же защитные артефакты, расставленные внутри корабля? Магическое воздействие они должны были остановить. Собственно, ради этого они там и размещены.

— Все внутренние защитные артефакты «Кианита» разряжены, экселенц.

— Это как? — напрягся Александр, почувствовав, что сейчас услышит нечто, что его очень сильно разозлит

— Расследование еще не закончено, но предварительный…

— Короче!

— Установлено, что «Кианит» вышел в поход всего с одним заряженным артефактом внутренней защиты, экселенц. Остальные были разряжены еще до экспедиции и в порядок не приводились. По показаниям некоторых свидетелей, в единственном рабочем артефакте заряда было менее половины. Он более чем мог разрядиться за время похода.

— То есть, ты хочешь сказать, что боевой корабль был направлен в опасное плавание к берегам неизведанного и потенциально враждебного континента всего с одним еле работающим защитным артефактом?

— Предварительный вывод именно такой, экселенц, — Сергей пожал плечами, — Обычный армейский бардак. Где-то сэкономили, где-то не успели, где-то поленились, где-то не посчитали нужным, где-то и вовсе украли.

— А наши куда смотрели?

— Море, экселенц. Это вотчина людей, а не вампиров.

— Это наши корабли, Сергей! Какого черта они ходят в боевые походы с разряженными артефактами?

— Уже несколько десятков лет это считается неважным, — в очередной раз пожал плечами разведчик, — Абордаж стального корабля практически невозможен. К берегу они не пристают, подпускать любые плавсредства к себе им запрещено уставом… В общем, у капитанов и адмиралов преобладает точка зрения что все внутренние защитные артефакты это не более чем блажь. Главное чтобы работали основные боевые системы, и тогда на корабль никто не попадет, а значит вся эта внутренняя система защитных артефактов это не более чем приятный довесок. Но если он не работает, то ничего страшного в этом нет.

— А раз это всего лишь приятный довесок, то и обслуживать его надо по остаточному принципу. Что в переводе с армейского на гражданский означается, что это и вовсе делать не надо.

— Все так, экселенц.

— Боцмана «Кианита» под трибунал! — прорычал Александр.

— Уже, экселенц.

— Капитана…

— Уже, — улыбнулся Сергей, прервав разошедшегося алукарда. — И адмиралов тоже. Головы уже сняты, экселенц.

— Включая наших инспекторов?

— Да, экселенц. Собственно инспектор всего один. Уже направлен в колонии. Туда как раз очередная партия штрафников отбывает. Он найдет себе местечко среди них.

— Почему наш инспектор не выявил столь вопиющий факт нарушения устава, выяснили?

— Естественно, — еще шире улыбнулся Сергей, — Вампир в основном уделял внимание адмиралам и фактам нецелевого использования ими средств морского бюджета. А вся эта кутерьма с пофигистическим отношением к внутренним защитным артефактам решалась на уровне капитанов. Инспектор до них не снисходил, считая, что те сами справятся, а ему хватит контроля адмиралов.

— В целом я его даже понимаю, сам часто так поступаю, — пробормотал успокоившийся Александр, — Ладно. Вернемся к гостям. Предположим, что их могущество мы оценили неверно…

— Это даже не предположение, экселенц. Мы совершенно точно их переоценили. Воздействие на экипаж «Кианита» было минимальным и привычно магическим, без каких либо неизвестных приемов и техник. С момента прибытия в Элур гости ничего опасного не демонстрировали. По докладам наблюдающих за ними агентов они ощущаются даже послабее Сесилии. Буквально чуть-чуть, но каждый из них слабее нашей жрицы Мур. А ее возможности и силы нам прекрасно известны и понятны.

— Могут и скрываться.

— Естественно, могут. Но зачем? Нас они вообще не воспринимают за разумных. Мы для них как предмет мебели. Чего от нас скрываться? Единственный момент который пока не прояснен до конца — это знание гостями нашего языка. Но Сесилия Райт на прямой вопрос об этом высказала предположение, что это дар богини. Типа, Мур также может. И это все. Остальное продемонстрированное гостями нам понятно.

— Ладно, не мне учить вас работать. Что скажешь по результатам внешних наблюдений за нашими гостями, раз кровь взять «пока» не смогли, — выделив слово «пока», алукард с интересом посмотрел на разведчика.

— Надменны, высокомерны, осторожны. Крайне осторожны. Никого к себе не подпускают. Едят в разное время. По одному не ходят даже в туалет. Из интересного. При приближении дирижабля к Касии, по заявлениям всех наблюдателей, оба гостя практически одновременно скривили лица. Вид из иллюминатора при этом не менялся, запахов в воздухе не было.

— Почувствовали влияние мамы?

— Да, экселенц. Инцидент произошел как раз по границам той области, которую мы фиксировали при феномене сексуального влечения людей к нам.

— Интересно. Сила Мур им неприятна… Очень интересно. Но ничего не понятно. Что говорит по этому поводу Сесилия?

— По этому вопросу жрицу еще не опрашивали. В остальном все по прежнему. Мама волнуется.

— А чего ей волноваться? Вот чего Мур нервничать? Ведь вроде все в рамках привычных божественных разборок. Ничего не выходит за те границы и правила, о которых мы знаем.

— Мур названа сестрой этой их Судьбоносной. Может дело в этом?

— Демур тоже ее сестрой назвал, и что? Мы здесь. И причины нашего появления в этом мире ты знаешь не хуже меня.

— Создавая нас, мама собиралась лишь подгадить «братишке», уничтожив его «кормовую» базу. По факту же получилось вторжение в чужой для нее мир. Кстати, Мур всячески это вторжение нивелирует и ограничивает.

— Ладно Мур, но куда смотрит Демур? Почему у нас тут разгуливают эмиссары кого угодно, кроме него? Где его пророки? Такое бездействие меня ныне пугает даже больше, чем эти странные гости с непонятными силами и намерениями.

— Мы извратили его веру…

— Так извратили, что священники вон у нас по границам чуть ли не святые земли создали, фонящие силой Демура так, что рядом находится невозможно! И это при активированной защите!

— Ученые предполагают…

— Да читал я отчет! Я о другом? Где пророки Демура и что они сейчас делают? Ты глава Корпуса Разведки. Найди их!

— Экселенц. Если они есть, я их найду, но в данную минуту нет ни одного факта наличия пророков Демура в известном нам мире.

— А что там у священников?

— Из нового? Обсуждают предложение группы кардиналов сделать официальное заявление Наместника о том, что Светлая Церковь не имеет никаких претензий к гномам и эльфам, проживающим на территории Элура, и всем им дается прощение, если они выступят в войне против нас и помогут людям.

— Так это старая идея.

— Обсуждают на новый лад, экселенц.

— Каковы предварительные итоги обсуждения?

— Пока продолжают обсуждать, экселенц, — улыбнулся разведчик, — Но Гор вскоре подбросит им новую информацию и предложение примут.

— Ну пусть развлекаются. Я так понимаю, по результатам у нас появится еще один канал дезинформации противника?

— Верно, экселенц. Для этого все и делается.

— Развлекайся. И ищи пророков Демура. Как никогда не искал ищи. Мы должны быть уверены, что их нет. От этого зависит наша война с людьми.

— Понимаю, экселенц. Сделаем все возможное. Но хочу отметить, что даже с силой Демура у людей нет шансов прорвать нашу оборону.

— Да плевать на линию обороны! Я терять вампиров не хочу, Сергей. И так уже многих похоронили. Смотреть на новые статуи в мавзолее я не желаю. Лучше первым ударю и всех убью.

— Александр Кровавый во всей красе.

— Пошути мне тут еще, — беззлобно огрызнулся алукард, уже давно привыкший к своему новому прозвищу, — И поскорее добудь кровь гостей… И знаешь что? Как только они проведут переговоры с Сесилией, можешь с ними больше не церемониться. При необходимости разрешаю силовые методы. Кровь важнее внешних приличий и правил.

— Это не потребуется, экселенц. План разработан. Легкий сонный газ. Метод доставки газа уже подготовлен. Гарантия стопроцентная. Заснут наши гости и никакие силовые акции не потребуются.

— У них с собой совсем никакой защиты?

— По сообщениям наблюдателей, наши гости больше всего напоминают отправленных в один конец смертников. Ноль защиты, ноль оружия, максимум пафоса и апломба.

— Но ведь пророки ценны для богов.

— Вот и посмотрим насколько эти пророки ценны для этой Судьбоносной, — пожал плечами Сергей, — Пока они выглядят полностью беззащитными.

— В опасные игры играем.

— Уже который век, экселенц.

— Это точно. Но знаешь что во всем этом хорошо?

— Что, экселенц?

— Обещание мамы уничтожить нас вместе с этим миром теперь не более чем фикция. Судьбоносная ей это просто не позволит. Ведь соседний континент это ее корова и она ее доит.

Глава 12

— Милая, тебе удалось поговорить с Ольгой по нашему делу?

— А где «здравствуй, милая»? «Как твои дела, милая»? «Милая, я так рад тебя видеть»?

— Здравствуй, милая! Я так рад тебя видеть! Как твои дела? Тебе удалось поговорить с Ольгой?

— Мерзкий старикашка! — вопреки словам выглядела Мария довольной и улыбалась в тридцать два зуба, — Что касается твоего вопроса, милый, то с Ольгой я даже говорить не стала. Она сейчас хуже дракона… Не обычного, а мифического. Сожрала бы меня с потрохами и не подавилась.

— И как нам быть?

— Никак. Лишнего камня нет. Ждем.

— Ты же не говорила с Ольгой! Откуда знаешь?

— С Ольгой не говорила, а с ее заместителями говорила, — пожала плечами Мария, — Дополнительные объемы стройматериалов будут лишь в следующем месяце. Тогда и на Гуян выделят часть. А через два месяца ресурсов будет выше крыши. Хватит на всех, в том числе и на наш город.

— У меня люди в землянках живут…

— Милый, люди в землянках у тебя живут, потому как им по твоему распоряжению деревянные дома строить запрещается.

— В моем городе деревянных построек не будет, — излишне резко заявил Арнольд Гуян.

— Тогда мирись с землянками, дорогой.

— Через месяц стройматериалы точно будут? — несколько насупленно спросил вампир.

— Будут. На фронте затишье, боев почти нет. Часть молодняка вернули в родные казармы и мобилизовали на общественные работы.

— Не понял.

— Когда-то давно, милый, когда мы лишь появились в этом мире, у нас не было ничего, даже одежды. А уже через год была собственная крепость и все такое.

— Я помню историю, но при чем здесь это?

— На добычу всего необходимого направлены молодые вампиры. Магия может многое, кровь у нас есть. Через месяц проблема нехватки стройматериалов будет решена самым кардинальным образом и у нас вместо дефицита всего и вся будет одно сплошное изобилие. Цены придется регулировать в ручном режиме, иначе масса купцов разорится.

— Проблемы толстосумов меня мало волнуют, а вот ждать еще месяц… — мужчина крепко обнял свою супругу и жарко зашептал ей в ухо, — Милая, а может быть можно как-то договориться в обход Ольги?

— С чего бы это?

— Ты же матриарх Гуянов, милая. Помоги своей новой семье.

— Матриарх я всего несколько лет, а вампир общины уже несколько сотен. Ты предлагаешь мне предать общину?

— Нет, что ты! — испугался Арнольд услышав столь страшное обвинение, — Я это так сказал… не подумал. Я не собираюсь никого предавать!

— Я знаю, дорогой, — Мария подергала мужа за ухо, — В противном случае ты был бы уже мертв.

* * *

— Что там у тебя, солнышко?

— Папа! Люди моего возраста обычно уже мертвы или к ним обращаются крайне уважительно. А ты «солнышко»! Я…

— Так что там у тебя, солнышко? А то я немного занят.

— Тьфу на тебя! Я уже опытный вампир и мои заслуги…

— Солнышко, я правда занят. Если хочешь поболтать, то давай сделаем это чуть позже. Если что-то срочно, говори, а не строй из себя грозного вампира перед теми из своих сослуживцев кто нас сейчас слушает.

— Ры-ры-ры… Ладно. У нас тут случился небольшой инцидент. К одному из наблюдательных фортов, что мы строим перед Валом вышел молодой волшебник. Понятное дело, мозги у него промыты полностью, верный фанатик Светлой Церкви и превосходства людей и все такое, интересно не это…

— Погоди-погоди, солнышко, — Александр остановил рассказ дочери, — А как он к вам вышел? Его что, передовые дозоры пропустили?

— Да нет, пап. Передовые дозоры его как раз и засекли, просветили на «ультра» артефакты и решили пропустить дальше. После этого в строящийся передовой форт направили меня, чтобы я послужила приманкой, ну и проконтролировала ситуацию.

— Интересные у вас там игры, солнышко, — по голосу Александра было понятно, что его одобрения такие армейские тактики получить никак не смогут.

— Нормально все, обычная тактика. Но кое-что интересное произошло.

— И?

— Волшебник-дурачок оказался из старой семьи. В его роду давно передавались артефакты основателя и почти все из них он взял с собой в вылазку, в которой желал убить хотя-бы одного вампира.

— Так, — алукард напрягся, — И что там оказались за артефакты?

— Он атаковал меня с помощью «Песни сокола», пап.

— Атаковал? И ты до сих пор жива? Как ты отбилась?

— Папа, он буквально меня атаковал, — чуть ли не смеясь заявила вампира. — Артефакт был использован на меня.

— На тебя? Чушь какая-то. «Песнь сокола» используется на птиц, солнышко.

— Я это и так знаю, пап. А этот идиот не знал. У них в семье передавали артефакты из поколения в поколение и об их возможностях рассказывали устно. Видимо на каком-то поколении, рассказ о «Песни сокола» изрядно сократили и до наших дней дошло лишь само название и тот факт, что с его помощью можно гарантированно убить магистра. Тонкости применения древнего артефакта моему пленнику неизвестны.

— Может это не «Песнь сокола», солнышко?

— Мы проверили, пап, зарядили артефакт и использовали его на голубе. Еле впятером справились. Жуткая штука! Монстрик из голубя получился на славу. При удаче такая химера и архимага порвать может. Все как в хрониках описано.

— Ладно. Артефакт твой законный трофей, солнышко. Можешь пользоваться.

— Я не за этим с тобой связалась. На мой трофейный артефакт здесь никто не претендует и пленник тоже только мой, но сразу говорю, пап, и пленника передам общине и артефакт. Я по другому поводу.

— И?

— Если нашелся один представитель древнего рода…

— Хочешь организовать поисковый отряд с целью выявления семей у кого еще могли заваляться артефакты из эпохи до Ночи Мур?

— Да, папа, все верно.

— Это бесполезно солнышко.

— Почему? Память крови…

— Не считай родителей глупее себя, солнышко. Двести лет назад артефакт «Слезы ручья» был куплен в дамской лавке как бесполезная и дешевая бижутерия.

— Серьезно?

— А зачем мне врать, солнышко? — усмехнулся Александр, — Тогда же, двести лет назад, в Корпусе Будущего было создано специальное подразделение вампиров в чьи задачи и входил поиск таких вот бесхозных артефактов у людей которые забыли или никогда и не знали их реальную цену. И знаешь сколько за эти двести лет было найдено артефактов?

— Десять?

— Один! Наши разведчики и агенты украли, выманили обманом или шантажом, вынудили отдать или просто купили тысячи ценных древних артефактов. А случайно нашли лишь один. Тебе повезло, солнышко. И сама понимаешь, что превращать удачу в работу не стоит.

— Но сейчас война, папа. Многие могли взять артефакты из родовых сейфов.

— В истории людей это второй Светлый поход, солнышко.

— Думаешь из моей затеи ничего не выйдет?

— Извини, солнышко, но нет. Так что пользуйся своими трофеями и продолжай служить как служила, а мне пора. У меня тут жрецы непонятной богини все еще не пуганные ходят.

* * *

— Захваченные в бою люди и предметы являются неотъемлемой собственностью вампира только в том случае если он действовал один и в своих интересах. Во всех остальных случаях распределение трофеев происходит исключительно с одобрения непосредственных руководителей вампира или специально созданной комиссии по распределению трофеев, — услышал Александр стоило ему только прекратить разговор с дочерью.

— Костя, я эти законы сам писал, не надо мне их напоминать. Давай лучше вернемся к нашим баранам.

— С баранами поговорить не удалось. Опять обозвали «рабом» и надменно проигнорировали. Сесилия разводит руками. Послы ее слушают, кивают, но прямое общение с нами все еще считают ниже своего достоинства. Там столько высокомерия, что не знаешь с какого бока подходить.

— Значит придется идти мне лично.

— Думаешь стоит? Когда короля и алукарда прилюдно назовут «рабом»… как-то это не очень. Я бы не стал.

— Выкручусь. Иного выхода я не вижу.

Посланцы или лучше сказать полномочные послы от одной богини к другой продолжали доставлять вампирам много головной боли. Но к счастью, после того как разведка получила кровь обоих жрецов, сам уровень проблемы сильно упал, но при этом перешел в некое новое русло.

Ран и Хот, а именно так звали двух высокомерных идиотов прибывших с соседнего континента, служили своей богине с самого детства. Они вообще не знали иной жизни, вне стен храма Судьбоносной, которая кроме этого звучного титула имела и вполне себе обычное имя — Мара. По заявлениям или лучше сказать откровениям богини перед своими жрецами, эта самая Мара являлась сестрой Мур и последние годы была сильно недовольна тем фактом, что ее сестренка тоже имеет виды на мир, где давно и прочно обосновалась Судьбоносная. Богини будут разбираться с этим вопросом в своем тесном семейном круге, а жрецы направлены к соперникам дабы установить рамки и границы будущего противостояния, а также очертить свод неких общих правил, которым жрецы Мур и Мары будут подчиняться в грядущих разборках друг с другом.

Как можно понять, эта информация серьезно порадовала вампиров. Да, разборки богов это всегда неприятно, но они сами в этих разборках никак не участвуют, даже как рабы одной из сторон. Не интересны вампиры Маре. Она своим жрецам так и донесла идею, что «жалкие рабы сестры ее не волнуют». Получив эту информацию, весь Совет Вампиров чуть ли не единодушно облегченно выдохнул. Бежать и воевать за чужие интересы не надо. Спасаться от преследования могучих священнослужителей разъяренной богини тоже не надо. Жизнь легка и предсказуема, а главное спокойна.

Так бы оно и было, если бы не две новых проблемы, что принесли с собой жрецы Мары, а точнее, знания полученные из их крови.

Первой проблемой были землетрясения. Полученные жрецами откровения прямо сообщали, что и первое землетрясение, то что основательно потрепало Элур и Ород, и второе землетрясение, от которого досталось империи и драконидам, были лишь частью «изменения Судьбы мира, дабы он принял свою новую владычицу». Кстати, соседние континенты тоже трясло. Как и морское дно. И как и сообщали ученые, землетрясений этих было… нет не много, а просто очень-очень много. И целью всех этих ударов были разного рода глубинные подземные обитатели этого мира. Чего это стоило Маре знает лишь она одна, но вроде результатами Судьбоносная осталась довольна. По крайней мере жрецы ощущали эмоции своей госпожи именно таким образом.

Вампиры не стали задаваться вопросом зачем богине все это было нужно. Это просто не их уровень, да и сделать с этим они ничего не могут, а потому — ударила и ударила, землетрясения так землетрясения. Но вот в чем вопрос — а как в будущем избежать таких ударов по себе? Ну ладно, они как «рабы» Мур соперницу не интересуют. А эльфы? Гномы? Гоблины там или орки? Они Судьбоносную интересуют? И не будет ли так, что в один не очень прекрасных день богиня решит и их судьбу поменять? Причем радикально и решительно. А пострадают все вокруг. Ущерб от предыдущих землетрясений до сих пор не разгребли. Налимские горы вон больше километра высоты потеряли. Ранее труднопроходимые перевалы теперь чуть ли не равнина. И что будет если также будут менять судьбу гномов? На месте Элура образуется море? И как избежать такой судьбы? Идти на поклон Мур и ноги ей лобызать? А примет ли мама своих рабов и нужно ли ей их подобное унижение?

Одни вопросы, на которые ответов пока нет. Да, есть некоторая надежда на ведущиеся между жрецами переговоры, но полностью полагаться на волю других вампиры просто не привыкли, а потому очень нервничали.

Вторая всплывшая в связи с визитом гостей проблема была давней. Вампиры каждый день сталкивались с эффектом постепенного поглощения мира магией. Вот только в их краях подобное бедствие было остановлено самими вампирами и окружающие наоборот, страдали из-за резкого падения магического фона вызванного работой синтезирующих установок вампиров. Именно на необычайно низкий магический фон и обратили внимание гости с соседнего континента. У них все было совсем наоборот и они просто не могли не почувствовать разницу. Почувствовать и задаться соответствующими вопросами, а именно откуда эта самая разница взялась. Задались схожими вопросами и вампиры.

Но тут их интересовали совсем иные грани древней проблемы. Первым вопросом, что задали себе вампиры был — а как Мур реагирует на то, что магический фон вокруг вампиров так необычайно мал? И ответ на этот вопрос был получен. Мама плохо реагировала на подобный факт, хотя и с трудом его принимала. Мария тогда сразу заявил, что вытеснение вампиров из Касии, то есть местонахождения пока единственного храма Мур точно было связано и с этим фактом. Скорее всего руководствовалась Мур другими соображениями, но и этот факт к рассмотрению принимала.

Вторым вопросом стал тот самый магический фон. Вампиры уже давно определили, что он, по сути, характеризуется двумя параметрами — общим и частным. А именно есть некое общее значение всего магического фона, от которого в том числе зависит и степень погружения всего мира в магию, и есть его частные показатели, зависящие от области и местности. Вампиры пока что научились влиять именно на второй показатель и были способны чуть ли не полностью лишить магии некую определенную область пространства, но никак не могли повлиять на тот факт, что в мире рождается, например, все больше и больше спонтанных пророков. И понятное дело, вампиров очень сильно интересовала сама возможность влиять на общий магический фон мира напрямую. Но главным было даже не это. Влияние вампиров на частный магический фон явно сказывалось и на общем фоне, но как-то не так, как это себе представляли вампиры чуть ранее, и отсюда возникал вопрос — а не уничтожит ли мир слишком большая разница потенциалов общего и частного магических фонов? И это было очень важно.

Мария, в свойственной ей простой манере, и вовсе сравнила проблемы магического фона с внешним и внутренним давлением. Внутреннее давление вампиры научились убирать, делая миру своеобразное кровопускание. А вот внешнее давление никуда не делось, и хотя при «кровопускании» оно отступало, но его существованию это не мешало и оно постепенно возвращало свои позиции, причем куда быстрее, чем это хотелось бы вампирам.

И еще один вставший перед вампирами вопрос вытекал именно из этого факта. Частный магический фон или же внутренний, как его только что поименовала Мария, мало того, что нес негативные для мира последствия, был важен для вампиров. И не только как источник в котором они должны существовать и без которого как магические существа не могут протянуть и секунды. Нет. Магический фон обеспечивал работой многочисленные промышленные артефакты вампиров. И как выяснилось, его распределение по миру проходило куда медленнее, чем вампиры предполагали ранее. Если зачерпнуть откуда-то воды, то оставшаяся вода быстро заполнит пустоту. Как оказалось, подобное свойство магического фона отличается от воды. Вампиры знали это и ранее, но теперь получили информацию которая свидетельствовала о том, что перераспределение магического фона с мест с высокой концентрацией и перетекание его в места с низкой концентрацией происходит в несколько раз более медленно чем думалось ранее. А это уже ставило под вопрос промышленность вампиров и их планы на будущее.

Внезапно вампиры осознали, что их компактное размещение артефактов и синтезирующих мощностей, это, конечно, хорошо и очень способствует защите этих мощностей от врага, но без того, чтобы они сами по себе создавали искусственный магический фон, по типу того который они планировали создать для голодающих в горах гоблинов, все их планы обречены на провал. Но убивать мир своими руками и передавать его в руки магии вампиры были не готовы. А значит у них было всего одно решение — промышленные и синтезирующие мощности должны быть равномерно распределены по большой территории.

— Сахия, Чергория, Колонии, — проговорил Константин, — На первые лет триста нам этого хватит. Потом можно будет придумать что-то еще. Континент у нас большой. Место найдется.

— Надо только чтобы его никто не занял.

— Разберемся. Пока что там гоблины, орки и эта странная плесень, которая дальний родственник хорша. Сильными противниками они не выглядят. Лет через триста тем более.

— Твои бы слова да… Ладно, не буду упоминать богов, — махнул рукой Александр.

— Что решаем по поводу Чергории? Там вскоре ожидается глобальный голод. Города еще плюс минус уцелели и отбились от бродячих вурдалаков, а вот деревни с крестьянами там уничтожены практически полностью. Даже если запасов хватит на этот год, в следующем урожая ждать не приходится. Если брать их под свою руку, то надо делать это быстро и решительно.

— А что решать? Мы в ответе за тех кого приручили. Тем более, как выяснилось, они нам очень даже нужны. Так что присоединяем Чергорию к Элуру. Распорядитесь ускорить там постройку телепорта. Материалы для него разрешаю брать из неприкосновенных стратегических запасов.

— Уверен?

— Другого решения проблемы я не вижу. Давать умереть миллионам людей довольно глупо, все же это наша кормовая база. А теперь еще и промышленная, пусть и в будущем. Так что присоединяем. На проблемы плевать.

— Экселенц, — в королевский кабинет заглянула Юлия, — Очередные переговоры жрецов закончены. Вы просили сообщить.

— Спасибо. Ну что? — Александр перевел взгляд на Константина, — Пойду попробую поговорить с этими упертыми баранами имени Мары.

— Зря. Только репутацию потеряешь, а им поднимешь.

— Посмотрим, — зло произнес алукард и быстро покинул кабинет.

Догнать двух гостей с соседнего континента удалось недалеко от зала где они и вели переговоры со жрицей Мур.

— Любезные, одну минутку, надо поговорить.

— Нам не о чем говорить с рабом.

— Еще раз назовешь меня рабом и я тебя убью, — ни один мускул на лице Александра не дрогнул, а свое грозное предупреждение вампир произнес с легкой улыбкой.

— Ты не посмеешь, раб.

— Ты сам выбрал свою судьбу, — улыбка Александра стала шире и он перевел взгляд на второго жреца, — Ты тоже все еще считаешь меня рабом?

— Ты был рабом, есть раб и будешь рабом.

Произнеся это второй жрец с надменным выражением на лице попытался развернуться, но за спиной мужчин выросли фигуры гвардейцев.

— Не хотите говорить, так просто выслушаете. У меня есть сообщение для вашей госпожи.

— Слушаю тебя, раб, — чуть ли не через губу вымолвил жрец.

— Уважаемая Мара, ваши посланцы были грубы, нахальны и совершенно нетактичны. Такое хамское поведение совершенно оскорбительно для любого разумного существа. Я не знаю до чего вы успели договориться с Мур и до чего успели договориться ваши жрецы между собой, но хочу поставить вас перед фактом, что эта моя земля. Эта земля вампиров. И на нее нельзя так просто ступить и начать нам хамить.

— Раб ты…

— Помолись своей Судьбоносной госпоже, жрец и скажи, услышала ли она мои слова.

— Судьбоносная слышала твои слова, раб и она…

Не слушая жреца, Александр резко приблизился к двум мужчинам и схватив их за горло резко вытянул из них всю кровь. Спустя несколько секунд под ноги алукарда вампиров упали два мертвых тела. В полной тишине Александр повернулся и осмотрел присутствующих. Первым из них от шока отошел Константин.

— Хорошие переговоры, Саш, — пробормотал триумвир, — Сразу вспоминаешь за что тебя прозвали Потрошителем. Я вот как-то иначе представлял твой разговор со жрецами. Совсем иначе.

Проигнорировав соратника, Александр нашел глазами тоже далеко не ушедшую от места переговоров Сесилию и обратился к ней.

— Что там мама? — коротко поинтересовался алукард.

Сесилия поняла вопрос короля и прислушалась к чему-то внутри себя, после чего неожиданно для всех улыбнулась.

— Великая Госпожа довольна.

Глава 13

— Садись, рассказывай до чего вы договорились с нашими уже мертвыми гостями.

— Так ведь вы… — жрица с недоумением посмотрела на алукарда, ведь прямо при ней он пил кровь тех, с кем она и договаривалась, а теперь просит ее рассказать об итогах этих переговоров.

— Да ты не мне, ты им рассказывай, — Александр махнул рукой в сторону присутствующих в его кабинете вампиров, — Они-то кровь твоих собеседников не пили.

Понятливо кивнув, жрица села на предложенное мужчиной место и начала неторопливо рассказывать. Сам Александр тем временем погрузился в раздумья, ведь ему слушать доклад Сесилии было не нужно, он и так знал о ситуации даже больше чем жрица Мур, ведь только что убил и выпил, а точнее, выпил и убил ее оппонентов из конкурирующего храма. И теперь знал все, что знали они, и на самом деле пока что ситуация для вампиров складывалась не очень хорошо.

Некогда вампиры появились в этом мире лишь как способ одного бога устроить пакость другому богу. Все пошло далеко не по планам Мур, а если уж говорить прямо, то вообще все пошло не по плану, но суть в том, что в конечном итоге пакость богини удалась. Пусть не сразу, пусть спустя несколько столетий, пусть не в том виде как оно планировалось, но своей цели Мур добилась. Ее порождения, вампиры, устроили верующим в Демура «веселую жизнь».

Как понял Александр из крови жрецов, среди богов такое считалось нормальным и даже, более того, такое поведение приветствовалось некими «старшими богами». По крайней мере именно такое впечатление о ситуации сложилось у жрецов Мары Судьбоносной. Что за «старшие боги» — жрецы у своей покровительницы не спрашивали, и вампир даже не был уверен, что верно понял те неясные образы, что Мара посылала своим жрецам в качестве ответов, так что тут можно было лишь строить одни догадки. А фактом было то, что такое отношение Мур к Демуру было естественным и нормальным среди всей их божественной братии. Но была и обратная сторона такого деяния. А именно негласное правило не захватывать чужие «территории» если ты на них пакостишь. Что-то типа: пакость это пакость, захват территорий это захват территорий и смешивать их не надо. Одно — это безобидный дружеский укол, второе — война.

Так вот Мур устраивала именно «дружескую» пакость, а получилось, что оказалась почти втянутой в полноценную войну. И «маму» вампиров это не вдохновляло. Точнее говоря, поначалу ситуация очень нравилась Мур, ведь и пальцем не пошевелив она получила доступ в целый мир, причем дорогу ей проложил соперник и конкурент — Демур. А после ее «детишки», сами того не желая, а главное, не получая на это указаний от мамы, сильно поспособствовали тому чтобы Мур укрепилась на новых для нее территориях нового мира. Вроде как принцип честной божественной конкуренции был соблюден и причин начинать войну ни у кого не было. Ведь никто не виноват, оно само так получилось…

Случайно-то оно может и случайно, но Александр прекрасно помнил, как его родная бабушка часто приговаривала, что «за случайно — бьют отчаянно», и иногда добавляла, что «за умысел — бьют вдвойне». Оказалось, что боги придерживаются схожего принципа и готовы закрывать глаза на «случайно», но бить за это будут обязательно, может быть даже очень сильно. И похоже Мур уже получила несколько претензий от своих божественных собратьев, отчего и стала вести себя куда скромнее, что, впрочем, не спасло ее от визита родственников и практически личных разборок лицом к лицу. Лицом в данном случае выступали жрецы, а не настоящие лики богов, но и так приятного было мало.

Мара Судьбоносная, старшая сестра Мур (что бы это там у богов ни значило), не поленилась послать к родственнице своих делегатов, которые в простой и понятной форме высказали Сесилии Райт как свои претензии, так и претензии своей госпожи. При этом Мур сходу признала все претензии обоснованными и дальше переговоры были по сути лишь о почетной капитуляции и ее условиях. И вот это было очень плохо для вампиров. Ведь фактически они оказывались в противостоянии с последователями сразу нескольких богов без какой-либо союзной поддержки. А ведь поддержка, пусть и очень не нравилась вампирам, но была включена во все их планы и расклады. Мур, несмотря на все ее выкрутасы, в случае любых божественных конфликтов невольно была бы на стороне, пусть не любимых, но своих детишек.

Теперь же рассчитывать на подобное не приходилось. И это в то время как за спинами людей виднелась тень Демура, а на соседнем континенте во всю набирала силу вера в Судьбоносную. При этом и Демур и Мара относились к вампирам даже не плохо, а очень плохо. Да, про Демура точной информации не было, но что-то подсказывало Александру, что этот бог ненавидит вампиров всей своей душой, если она у него вообще есть, а вот Мара выражалась куда более конкретно, и ее жрецы не раз и не два получали о вампирах довольно четкое послание: «жалкие рабы Мур».

И как в таких условиях алукарду вампиров не нервничать?

Кстати, была и небольшая, но очень хорошая новость. Судьбоносная более не собиралась перекраивать этот мир под себя. Вроде все цели богини достигнуты и надобности в дальнейших потрясениях нет. И это было замечательно. Новые землетрясения вампирам были не нужны, с лихвой хватило предыдущих. Теперь можно было рассчитывать, что Налимские горы хотя бы еще тысячу лет простоят на своем месте незыблемыми, а не превратятся в равнину или море. Пока этого было достаточно. А вот со всем остальным придется что-то делать. Мур отступила практически полностью, оставив себе лишь незначительные «плацдармы», претендовать на которые ее божественные родственники не могли уже сами, так как в таком случае уже они первыми объявляли бы войну Мур. В общем, кое-что мама отстояла, и результаты переговоров жрецов подсказывали вампиру, что Мур спланировала все заранее.

Чем закончились переговоры, одобренные самими богами? Во-первых, Сесилия Райт, как первожрица обязывалась ограничить себя лишь одним храмом, Мур это обязательство поддерживала. Единственный в мире Храм Ночи должен был быть расположен в Касии, а сам город должен был быть объявлен «священным».

Во-вторых, по всей территории вампиров жрицам Мур позволялось иметь свои представительства. Служительницы Мур не имели права проводить в этих представительствах общественные молитвы, проповедовать во славу Мур и совершать именем богини любые общественные обряды и ритуалы. Почти светский офис, если бы при этом никто не запрещал в этих представительствах личные молитвы, личные ритуалы и частные беседы. Личными считались любые действия, участниками которых были шесть или менее людей, а общественными считались любые действа с участием семи и более человек. Количество таких божественных представительств ничем не ограничивалось, кроме того факта, что они не могли находится за пределами территории обитания вампиров.

В-третьих, Мур позволялось иметь свои представительства в любом городе континента, где проживает более пятидесяти семи тысяч человек. Каждый такой город мог содержать лишь одно представительство, а сами представительства имели точно такие же ограничения как и их аналоги на территории вампиров, но с одним исключением: жрицы в этих представительствах не должны были подчиняться центральному Храму Ночи.

В-четвертых, никаких храмов, никаких представительств и никакой деятельности за пределами «родного» континента. Лучше даже не соваться к соседям и не нервировать их. При этом, жрецы Судьбоносной также обязывались не соваться на континент вампиров. Также служители Мур и Мары договорились выдавать беглецов и ренегатов друг другу.

Как реагировать на этот пункт Александр пока не понимал.

С одной стороны, Мур явно победила. Она отстояла для себя целый континент и в будущем, пусть даже очень далеком будущем, этот континент может стать ее вотчиной. Все же, и идиоту было понятно, что даже столь усеченные в возможностях представительства Мур быстро станут некими религиозными центрами, вокруг которых верующие в богиню и будут собираться, пусть даже и не для общественных молитв и ритуалов. Сотня-другая лет таких сборов — и уже ни один бог не сможет предъявить Мур претензии в захвате чужой территории, ведь территория будет ее.

Но, с другой стороны, совершенно непонятно почему на это пошла Мара. Жрецы Судьбоносной были преисполнены пафоса и уверенности в том, что их богиня полностью «захватит» этот мир. И тут Мара уступает треть этого мира сестре. Да, торги по этому поводу были жаркими. Фактически, все эти дни только четвертый пункт договора и обсуждался, но в результате Мара все же уступила! И вампир этого не понимал. Все карты были на стороне пришлой богини и ее жрецов. И это пугало. Видимо Демур все же не так уж и бездействует, как об этом думают вампиры, и Мара просто оставляет братишке его старую территорию, заодно позволяя ему разобраться с нахальной вторженкой самому. По другому смотреть на ситуацию у вампира пока не получалось.

В общем, результаты переговоров были таковы. Мур отступила по всем фронтам и везде выкинула белый флаг, но позиции в будущем для себя оставила великолепные и так просто оставлять мир в котором никто не желает ее видеть, не собиралась. При этом явно готовилась к таким результатам переговоров заранее и потрясением для Мур они не стали, все же все ее последние действия, о которых известно вампирам, очень гармонично накладывались на получившийся в результате договор.

Выбивался из этого лишь один момент — приказ вампирам уничтожить вурдалаков. Что-то Александру уже не верилось, что это было импульсивным поступком ветреной богини — не после того как Мур так все точно организовала со своими храмами в мире, где ей не рады другие боги. Или все-таки случайность, и Мур именно такая, как о ней думают вампиры? От мыслей о подобном голова стремилась взорваться.

— И наконец, самое главное. Касия должна быть объявлена священным городом Мур, — заявление Сесилии, решившей выделить сказанное в отдельный пятый пункт договора, вызвало оживление вампиров, и Александр невольно оторвался от своих мыслей и вернулся к реальности.

— Так это что, нам выселять отсюда Истинную Церковь? — резко разозлился Константин, — А не жирно ли будет?

— Нет, никого выселять не надо, ваше высокопревосходительство. Просто в границах города жрицы Мур должны быть ничем не ограничены.

— И этого много. Здесь наша власть и наши законы, — продолжал гнуть свою линию вампир.

— Светская власть и светские законы, ваше высокопревосходительство, — глаза жрицы зажглись, — На них мы не претендуем. Но свое не отдадим!

— Плевать мне…

— Стоп, — вмешался в нарастающую ссору Александр, — Чуть позже обсудим детали, а пока успокоились оба. И, Сесилия, спасибо за доклад, я тебя больше не задерживаю.

— Да, ваше величество, — жрица с достоинством поклонилась и быстро покинула кабинет.

— Ты и правда готов объявить Касию священным городом Мур?

— Вполне. Там все не так страшно, как тебе сейчас видится. Но это пока не главное.

— А что главное?

— Убив жрецов, я стал сильнее.

— Высшим? — на лицах присутствующих вампиров отразилась искренняя радость и ожидание чуда.

— Нет, не настолько сильнее, но теперь я чувствую предел, за которым стану высшим. Теперь я точно осознаю, что встал на верный путь нашей эволюции.

— И что надо для продвижения по этому пути? Больше крови или еще парочку жрецов на закуску?

— Не знаю, но очень хочу выяснить. И выясню.

* * *

— Что делает наш дурачок? Почему он не пьяный и со шлюхой, а бегает по городу и раздает всем свои бредовые указания?

— У дурачка очередное просветление. Силой Всесветлого убрал у себя опьянение и с энтузиазмом взялся за работу. Желает выслужиться перед Наместником.

— И куда смотрела Анна? Почему ее девочки не проконтролировали, чтобы дурачок не просыхал?

— Девочки Анны сработали как им велено. Но до дурачка добрался личный секретарь, и пока тот в очередной раз блевал в уборной, зачитал ему личное послание Наместника.

— И слуги позволили секретарю…

— Слуги уже казнены. Новые проинструктированы и знают о судьбе своих предшественников. Больше подобное не повторится.

— Нам от этого не легче!

— Знаю, но теперь поздно метаться в истерике. Работаем с тем что есть.

— И то верно. Что там наш Светлый Маразматик написал нашему дурачку, что тот забыл о бабах и вине и побежал работать как в зад ужаленный?

— Шлюхи слышали лишь часть послания Наместника. В нем подобный угрожал нашему дурачку смертью.

— И все? Как-то маловато для того трудового энтузиазма, который демонстрирует нам Верзье. Он сегодня при мне бутылку вина в сторону отставил. Сам. Лично!

— Видимо в послании было что-то еще.

— Узнать получится?

— Личный секретарь Верзье верен только ему. Я попробую зайти через Вобанэ, но там нас пока не любят. Могут не ответить из вредности.

— Деньги брать не забывают! Пусть отвечают. Донеси до фанатиков мысль, что деньги теперь контролируем мы и от нас зависит сколько получит Церковь, а сколько останется в Банке.

— В Вобанэ и так это знают. Когда отделялись, мы слишком уж вылезли на свет. Даже идиоты все поняли и теперь смотрят на Верзье не более чем на генератора идей. Руководителем банка его считают лишь недалекие люди.

— Тогда пусть не строят из себя девственниц на брачном ложе. Нам надо точно знать о чем именно маразматик написал дурачку. Это и в их интересах тоже. Пусть выясняют.

— Поведение Верзье для него неестественное, но приказы дурачок пока отдает толковые. Мы уже заработали почти полмиллиона…

— Плевать на деньги! Они лишь способ получить больше власти и влияния, а не самоцель. У Банка и так денег больше чем мы можем потратить. Мы купили себе независимость от фанатиков из Светлой Церкви. Еще десяток лет и вся империя будет у наших ног. Надо лишь держать дурачка подальше от управления и делать вид, что именно он у нас самый главный. Или ты думаешь что среди подчиненных нет желающих занять наши места?

— Есть, конечно, только на прошлой неделе одного в монастырь отправил.

— Вот! А дурачок у нас финансовый гений. Не забывай об этом. На его идеях даже дебил денег заработает, а наши подчиненные должны есть с наших рук, а не зарабатывать их себе сами. Я в монастырь на старость лет не хочу.

— Монастырь. Скажешь тоже. Нам одна дорога. На костер.

— Рад, что ты это понимаешь, друг. Узнай у фанатиков, что именно подобный написал дурачку. Купи нам эту информацию. Выкради. Убей за нее, в конце концов. Узнай, что могло так вдохновить Верзье. Чувствую, это важно.

— Сделаю.

— Теперь о дурачке. Его энтузиазм прибылен, но надо вернуть его в алкогольный туман и разврат. Сейчас его деятельная натура нам только вредит.

— Наркотики?

— Нет. Почувствует и силой Всесветлого себя вылечит. А после задумается и не очень понятно к каким мыслям придет.

— Вино сейчас не вариант. Сам говорил, бутылки в сторону отставляет.

— Остаются шлюхи. Кого он в последнее время выделял?

— Не было таких, но знаешь…

— Да-да?

— Был я днями у Анны, там новенькая появилась. Простушка из деревни. На лицо не сказать, что красавица, но такая… приятственная. Зато грудь. Ох-ох-ох. Королевское вымя! Глаз не оторвать!

— Грудь это хорошо. Дурачок это любит. Но вдруг оно не сработает? Попользует простушку, да снова за работу. У него такое уже было.

— Так по-умному действовать надо. Мыслю, что если новенькую нарядить в дворянское платье, ну в то, по новой моде… с вырезом… да показать нашему дурачку, он обязательно ее захочет.

— Если она такая, как ты описываешь, ее любой захочет.

— Вот-вот. Только дурачок у нас к отказам не привык.

— Это да. Ему редко отказывают.

— А наша простушка откажет.

— Чем еще больше его распалит!

— Именно! А как женщину уломать если она не дает?

— Деньги… или вино! Ты гений! Дурачок сначала попробует купить, а потом напоить.

— Сначала за знакомство, потом за дружбу. Пары бокалов хватит. Потом вино само внутрь пойдет.

— А ну как опять силой Всесветлого себя отрезвит?

— Может. Но сутки у нас будут, а там все в наших руках.

— Хорошо. Только сначала приведи эту простушку ко мне. Сам ее проинструктирую.

* * *

— Как дела у светош?

— Без изменений, государь. Окружают армейские лагеря защитой, молятся минимум пять часов в день, даже старшие священники этим не пренебрегают.

— А вампиры?

— Бездействую, государь.

— Что у нас?

— Работаем по плану, государь. Набираем в армию отбросы, неделю другую их обучаем и отсылаем светошам.

— Жалуются?

— Жалуются, государь, но сейчас священники и таким «солдатам» рады. Жалобы больше формальные чем искренние.

— После устроенного вампира это понятно, но тут другой вопрос.

— Слушаю, государь.

— На меня вышли банкиры…

— Требовали долги, государь?

— Почти. Требовали двинуть армию к границам или отдать долги. Что скажешь?

— Буду честен, государь. Ко мне тоже подходили. Уже моими долговыми расписками перед лицом трясли. Хотели, чтобы я убедил ваше величество в необходимости усилить войска Светлого похода нашей регулярной армией.

— И много у тебя долгов?

— Много, государь. Сами знаете, дворец строю.

— Слышал. Говорят больше моего будет.

— Врут, государь. И в высоту меньше и в ширину. Я бы никогда…

— Верю-верю, а потому долги твои казна оплатит.

— Благодарю, государь. Отслужу живота не жалея.

— Верю. Как со своими долгами разберешься, придумай как мне быть. Свой интерес понимать должен.

— Приложу все усилия для этого, ваше величество.

— Прикладывай. Моя армия должна быть при мне. С вампирами пусть разбираются священники. Это их работа.

— Но нелюди…

— Нелюди твои долги не оплатят.

— Да, государь. Я все понял, государь.

— Раз понял, ступай.

— Удаляюсь, ваше величество.

— Ступай, мудак муров, свинья продажная. Дворец у него меньше моего! «Я бы никогда, ваше величество»! А то мне не доложили! Впрочем, пока не время. Сохрани мне армию и тогда может быть я оставлю тебе жизнь, а пока служи… лучше тебя все равно никого нет.

* * *

— Вот, преподобный, это новое слово в военной мысли. За этим будущее. Наши армии станут непобедимы и неуязвимы. Я назвал это автоматон!

— Земляной голем? И что в нем необычного?

— Он может больше, преподобный. Много больше своих предшественников. Но главное, для его контроля совершенно не нужен маг! Хватит обычного паладина. А еще он крепкий. Выдержит три, а то и четыре удара от вампира. Магия же ему вовсе не страшна.

— Сомневаюсь, но поверю. И сколько это стоит?

— Цена не так важна, преподобный. Главное, победить вампиров. А мой автоматон это может с легкость. Наши армии станут непобедимы!

— Прямо непобедимы?

— Да будет Всесветлый мне свидетелем. Непобедимы.

— Это хорошо. Но все же, какова цена?

— Цена не важна, преподобный, ведь непобедимая армия стоит любых денег.

— Все так, но хотелось бы услышать более приземленные данные. Желательно в золоте. Сколько Светлой Церкви будет стоит непобедимая армия скажем в тысячу таких автоматонов?

— Боюсь озвучивать вам эту цену, преподобный.

— А вы рискните.

— Миллион, преподобный.

— Миллион. То есть один ваш автоматон стоит тысячу золотых?

— Верно, преподобный. Ровно тысячу золотых. Но прошу учесть, что мой автоматон совершенно неуязвим для вампиров.

— Это еще надо доказать.

— Мы проводили опыты, преподобный! Автоматон легко расправляется с вампиром.

— Ладно, я доложу Наместнику о вашей работе, но…

— Двадцать процентов, преподобный.

— От суммы заказа?

— Как можно, преподобный. От прибыли.

— Тоже неплохо. Я доложу Наместнику и выскажу подобному свое положительное заключение о ваших автоматонах. Заодно поспособствую получению вами заказа.

— Вы не пожалеете, преподобный. Автоматоны действительно сомнут вампиров и не оставят им шансов. Второй Светлый поход закончится победой людей.

— Тысячи автоматонов для этого хватит?

— Нет, преподобный.

— А сколько надо?

— Не могу знать, преподобный. Но думаю, что армии потребуется не меньше тридцати тысяч автоматонов.

— Тридцати тысяч? Ну и запросы у вас… Впрочем, мы уже договорились, а значит оно и в моих интересах. И если автоматоны себя покажут…

— Они себя покажут, преподобный. Вампиры столкнутся со своей смертью. Это я вам обещаю.

Глава 14

— Чертовы гении берущиеся из ниоткуда и как снег падающие с неба на наши головы! — глава Корпуса Разведки эмоционально откинул от себя доклад, — И почему этот головастый ублюдок еще не работает на нас и все еще жив?

— Испытания автоматонов происходили на новообращенных вурдалаках, помещенных под подавляющие магические щиты. В нормальных условиях даже обычный вурдалак покажет совсем другие результаты, про матерого помолчу. Для вампира автоматон и вовсе не противник, так что явной угрозы для нас пока нет, — заместитель Сергея, в отличие от шефа, был до хладнокровия спокоен и собран, полностью игнорируя эмоции начальника.

— Мне достаточно и небольшой призрачной угрозы. Этот парень на коленке, из дерьма и палок создал превосходного боевого голема. Да, с нашей точки зрения, несовершенного. Да, с кучей детских ошибок, которые теперь надо отлавливать и лечить. Но создал же! Одного этого факта достаточно чтобы напрячься и начать активно работать. Напомню, что нам для достижения такого уровня големов понадобилось больше ста лет.

— Гений на то и гений, экселенц. Там где другие берут упорной работой, он идет кратчайшим путем.

— Слабое оправдание, — отмахнулся от слов подчиненного успокоившийся Сергей, — Расскажи о парнишке подробнее. И про этого, его старшего товарища, не забудь.

— Фельдик Рашони, девятнадцать лет. Четвертый сын в семье бедного дворянина из провинции Молизе. Личный маг. Одаренность проявилась еще в раннем детстве, и по этой причине уже в восемь лет был отдан в магическую школу для будущих артефакторов.

— Почему не школа паладинов, если отец дворянин?

— Семья бедная, экселенц. Видимо отец решил, что зарабатывающий себе на жизнь артефактор стоит куда больше дворянской чести сына. Да и сын четвертый…

— То есть, точной информации у нас нет?

— Семью Рошани наши агенты еще не навещали, экселенц.

— Обязательно навестите. Выбор школы для дворянина необычный. Может он продиктован бедностью, а может быть тут кроются иные причины о которых нам надо знать. Стоит все проверить. Сориентируйте Гора, если он сам еще не направил агентов к этим Рошани.

— Да, экселенц.

— Что там дальше про нашего гения?

— В школе Фельдик характеризовался преподавателями как умный, прилежный ученик, но самодур.

— Интересно. И в чем это проявлялось?

— Ни в чем, экселенц. Школьные наставники такой характеристикой Рошани просто прикрыли свой зад от претензий со стороны Светлой Церкви. Учившиеся вместе с нашим гением артефакторы характеризуют парня как умного, замкнутого в себе молодого человека со странными или необычными идеями. Фактически же парень с самого начала обучения показал недюжинный талант к артефакторике, но при этом любые наставления преподавателей ставил под сомнение и всегда их проверял, а также отличался полной пассивностью в любых религиозных делах, часто забывая ходить даже на обязательные для личных магов проповеди. При этом веру в Демура под сомнение никогда не ставил, священников не ругал, Церковь ему просто неинтересна.

— Это как раз понятно, маг он и есть маг. Да помню я, что в империи для личных магов приняты совсем иные нормы отношения с Церковью, — прервал Сергей желавшего поправить его подчиненного, — Но никто не мешает парню повторять за более сильным старшими товарищами, а те Светлую Церковь не жалуют. Впрочем, это не важно. Какие необычные идеи парень высказывал во время учебы, выяснили?

— В основном рабочие, экселенц. Большей частью по доработке и улучшению существующих артефактов.

— Что-то интересное есть?

— Там все интересное, экселенц, но все ранние работы Рошани отличаются… как бы это сказать… излишней сложностью. Даже нам будет сложно массово реализовать большую часть тех наработок, что парень предлагал сделать. Но все предложения и идеи рабочие.

— Гений не от мира сего, далекий от практики. Как это знакомо.

— Именно так, экселенц. Школа артефакторов «сломать» его не смогла.

— Кстати, почему? Там ведь готовят ремесленников, а не инженеров. Методики отлажены и работают столетиями. Что не сработало на Рошани?

— И тут мы плавно переходим ко второму участнику работы над автоматонами. Рикардо Обуди. Сорок лет. Не женат. Из купеческих детей. То ли восьмой, то ли девятый сын в семье среднего достатка. Плут, ловкач, вор, мошенник, делец и спекулянт. В задницу без мыла пролезет, это как про него сказано. При необходимости продаст песок драконидам и купит у них лед, причем первое дорого, а второе задешево. Имеет репутацию человека который может достать все что угодно. На момент поступления Рошани в школу, занимал в этой школе должность, назовем это, завхоза.

— Почему только назовем?

— В школе артефакторов Обуди является мастером на все руки, экселенц. Он и складом заведует, и столовой он заведует, и за закупки любых материалов для школы он отвечает, и рабочие поделки учеников продает, и… ну по сути он ведет всю внешнюю финансовую деятельность школы. Единственные деньги, которые проходят мимо его рук, это плата за обучение учеников и дотации от государства и магов-меценатов. Эти деньги глава школы получает лично, но затем они все равно попадают к Рикардо Обуди. По описанию знающих его людей — та еще хитрая шельма. По свидетельствам очевидцев, Обуди почти сразу выделил Фельдика Рошани из числа прочих учеников школы и оказывал ему всяческое покровительство.

— Из этих? — скривился глава разведчиков.

— Судя по всему, нет, экселенц. Никакого сексуального подтекста. Обуди хоть и не женат, имеет двух любовниц на содержании. Так что у нас тут скорее всего чисто деловой подход. Ловкий делец заметил потенциал парня и стал его заранее обхаживать, в том числе защищая от влияния наставников школы. И это Обуди полностью удалось. Сейчас в их тандеме Рошани занимает полностью подчиненное положение и ничем кроме работы над артефактами не занимается. Внешний мир парню неинтересен.

— Для нас это плохо, но работать можно. Кто финансировал работу над автоматонами? Я не верю, что завхоз школы артефакторов может заработать такие деньги на школе, даже полностью ее обворовывая.

— Правильно не верите, экселенц. На хорошую жизнь Обуди действительно хватает — две постоянные любовницы, крепкий дом среднего размера, личный слуга, две служанки, кучер. Одним словом, уважаемый человек среднего достатка. Профинансировать работу уровня создания боевых големов ему не из чего. Но… В пятнадцать лет Фельдик Рошани покинул школу артефакторов, полностью заплатив весь долг за свое обучение. Деньги на это ему дал Обуди. После этого Обуди зарегистрировал в магистрате создание ремесленной мастерской по ремонту артефактов.

— А разрешение от гильдии?

— Было получено заранее. Вообще, Фельдик Рошани имеет все мыслимые разрешительные документы от гильдии магов своего города и числится там мастером.

— Без обязательной отработки подмастерьем? Охренеть. Теперь этот Рикардо Обуди заинтересовал меня чуть ли не больше чем пацан.

— Да, экселенц. Мы тоже обратили на него внимание. Личность весьма необычная и в своем роде талантливая. Мне тандем Рошани-Обуди сразу напомнил другую пару, что сильно дополняют друг друга в работе: Каларгон-Фушон, где один талантливый военачальник, а другой талантливый организатор. Здесь все также. Гениальный артефактор и при нем талантливый делец. Зубодробительная смесь.

— Понятно. Так на чем они делали себе деньги?

— Вскоре после открытия ремесленной мастерской по провинции Молизе среди воров стали распространяться специальные артефакты, позволяющие отключать любую магическую защиту домов. Ныне такие артефакты встречаются даже в Алье. Стоят они безумно дорого, кто их создает ворам неизвестно, но на работу артефактов никто кроме владельцев ограбленных домов не жалуется. Любая магическая защита блокируется этим артефактом на раз.

— У нас есть образец этого артефакта?

— Обижаете, экселенц. У нас есть три таких артефакта.

— Три это хорошо. Доказать авторство парня выйдет?

— Нет, экселенц. Артефакт сложный и хитрый, вполне в духе поделок Рошани, но в нем нет ничего «авторского», свойственного только работам Фельдика. Лет через десять может быть и удастся привязать стиль артефакта к парню, но сейчас это невозможно даже для нас, люди и вовсе ничего не заметят.

— Ладно. Значит работы над автоматонами велись в режиме самофинансирования?

— Верно, экселенц. На начальном этапе все финансирование работ велось из личных средств нашей парочки. Кроме универсальных воровских отмычек, мастерская Рошани прославилась ремонтом старых родовых артефактов. А это дело тоже очень выгодное, пусть и доходы там куда меньше чем от преступной деятельности.

— То есть, и официально деньги у Рошани есть и зацепить его на этом не выйдет?

— К сожалению, экселенц. Рикардо Обуди, судя по всему, хорошо заботится о своем подопечном и так глупо его не подставляет. Да и сам не подставляется. Повторюсь, ворье не знает кто делает им артефакты-отмычки.

— Ну здесь-то цепочку посредников будет отследить проще, чем доказать авторский стиль артефакта.

— Без сомнения, экселенц, но пока наши агенты этого не сделали.

— Почему Гор еще не послал туда вампира и всем занимаются люди?

— У дела низкий приоритет, экселенц. Опасности для нас нет и отвлекать на дело вампиров, для которых в империи и так работы больше чем можно предположить, Гор не стал. Я его в этом полностью поддерживаю. Наши агенты из числа людей справятся и так, без памяти крови и прочей нашей поддержки.

— Без памяти крови, без памяти крови… — проворчал Сергей, — А ты понимаешь, что нам нужен этот Фельдик и этот Рикардо?

— Да, экселенц. Такие люди должны работать на нас или не работать ни на кого.

— Верно все говоришь. А делом этим у тебя занимаются люди.

— У вампиров есть более важные дела, экселенц.

— Важные… Такие самородки как этот Рошани и такие дельцы как Обуди на дороге не валяются. В таких делах использование вампиров должно быть в приоритете. Впрочем, время у вас еще есть. Церковники пока не поняли, что попало в их руки. Постарайтесь, чтобы так оно и было. И побыстрее завербуйте для нас этих двух гениев. Чую, они нам еще понадобятся.

* * *

— Гонта.

— Наставник? Что вы здесь делаете?

— Да вот пожаловались на тебя, песик.

— Я…

— Молчать!

— Вы больше не мой наставник и я не обязан…

— Ты, щенок, до самой своей смерти будешь мне обязан. А если начнешь рычать и показывать зубы, смерть твоя наступит куда раньше чем ты думаешь. Я доходчиво объясняю?

— Доходчиво.

— Тогда слушай. Сейчас бросаешь все свои «важные» дела и идешь на прием хоть к Ламии, хоть к Роксолане. Там посыпаешь свою буйную голову пеплом и говоришь, что осознал всю пагубность нынешнего поведения ликан в Валерии и теперь ты точно знаешь, что оборотням и людям вместе не жить. Мол вы разные, долгая и кровавая история взаимоотношений… Плети любую чушь, главное, чтобы обыватели в нее поверили. После чего просишь их выделить тебе земли для компактного проживания на них ликан.

— В резервацию нас загнать хотите⁈ Да я…

— Молчать, песик. Сядь и спокойно слушай, что тебе говорят умные вампиры.

— И что же говорят умные вампиры?

— Что территории вам выделят. И землями не обидят. Есть такое умное слово — автономия. Будет у ликан своя провинция. Будешь там главным. Можете любые законы себе писать и жить как вам нравится. Магам на ваши земли будет плевать.

* * *

— Значит ты стал сильнее и теперь точно осознаешь, что встал на путь становления тем, кого мы называем высший вампир.

— Именно так.

— И это после того как ты выпил кровь жрецов.

— Зачем ты все это повторяешь по кругу?

— Просто проговариваю вслух. Смакую.

— Раздражает немного. Даже бесит уже.

— Понимаю-понимаю…

— Леонид!

— Уже и поглумиться над любимым начальством нельзя.

— Начальство не в духе. Говори по делу и вали в Чергорию, тебе ее еще захватывать до конца. Кстати, местных уже обрадовал?

— Некоторым сообщил, — улыбнулся воевода, — Аж писались от счастья, так рады были. Ну и срались от ужаса, куда уж без этого.

— А как новость восприняли гномы? Проблем не будет?

— Коротышки отреагировали неожиданно адекватно, — Леонид стал серьезным. — С их королем я еще не общался, но некоторые лысые из его окружения на меня выходили и, скажем так, одобрили это наше начинание. Некоторые закидывали удочки насчет длительного торгового договора и будущих приграничных отношений. В целом, гномы довольны, что Чергория будет нашей провинцией.

— Неожиданно. Но давай вернемся к тому ради чего я тебя вызвал, а то ты меня сбил своими повторениями. Что думаешь о всем произошедшем.

— Что нам рано тягаться с богами. Мы с ними даже рядом не валялись.

— А если серьезно? — алукард нахмурил брови и его тяжелый взгляд буквально сверлил Леонида, который в свою очередь все это выражение недовольства со стороны Александра успешно игнорировал.

— Так я серьезен, экселенц. Рано нам с богами соперничать. Нам продемонстрировали мастер-класс и указали на наше место в пищевой цепочке. Осталось понять как с этим связано твое усиление… и связано ли оно вообще, а то ведь мог просто хорошей крови глотнуть и приподняться… но это вряд ли.

— Кровь была обычной. Я не чувствовал ее как-то иначе, чем кровь сильных магов или жрецов.

— Что не отменяет того факта, что именно на крови двух сильных жрецов ты почти эволюционировал. А значит надо идти на поклон к Сесилии и собирать кровь с ее лучших девочек.

— Даже звучит пошло, а уж предлагать такое первожрице Мур…

— Она и не такое в жизни слышала, — отмахнулся воевода, — Да и поймет она все. Главное, чтобы Мур на дыбы не встала из-за того, что мы всех ее сильных жриц в добровольно-принудительные доноры запишем. Ибо если мама обидится, нам крышка. Ничто не спасет.

— Ты как-то высоко оцениваешь Мур, — нахмурился Александр, — Да, она победила, сохранив плацдармы в этом мире, но в целом ей показали ее настоящее место, и теперь мы можем не беспокоится за свое будущее. Указывать нам, угрожая уничтожить, Мур точно больше не сможет.

— Не сможет… Ты не так смотришь на ситуацию, экселенц.

— И как я должен на нее смотреть? — скептически поинтересовался Александр.

— А смотреть ты должен на результат всего произошедшего за все время. И результат этот демонстрирует нам, что мама у нас та еще штучка. Смотри. Несколько сотен лет назад в этом мир пролезла «воровка» Мур. Это не ее территории и не ее мир. Она не имеет здесь никаких прав, кроме случайного выверта людского сознания, благодаря которому двери в этот чужой для мамы мир оказались для нее открыты. Так было несколько сотен лет назад. А теперь? Теперь наш мир официально признан территорией Мур! Официально! Другая богиня признала, понимаешь, признала Мур в этом мире. Маре стоило лишь покачать головой и Мур бы ушла не солоно хлебавши, но нет. Мур здесь и теперь это навсегда. Да, ей напомнили правила, щелкнули по носу и урезали в возможностях, но главное в том, что ее признали. Залезшая в чуждой дом воровка признана его собственницей — и не кем-нибудь, а владельцами. И после этого ты говоришь мне, что я высоко оцениваю Мур? Скорее, я ее недооцениваю.

— Если смотреть на ситуацию так…

— А как еще смотреть? Или я в чем-то неправ?

— Прав. Все так. Как минимум один из богов этого мира признал право Мур находиться здесь. Думаю, это многое значит.

— Я вот тоже думаю, что это многое значит. А еще я думаю, что Мур заранее знала результат и подготовилась к нему.

— А вот сейчас я тебя не понял, — признался Александр и с удивлением посмотрел на воеводу.

— Я сейчас смотрю на ситуацию в целом уже с нашей точки зрения.

— И что? — Александр по прежнему не понимал собеседника, которого вызвал к себе лишь ради обсуждения факта его возможной эволюции с другим вампиром, который эту эволюцию уже прошел. И вот вместо этого обсуждения два могущественных вампира обсуждают богов и их дела.

— До последнего времени у нас все было… не скажу «хорошо», но назовем это «ровно». Стабильно. А затем начали появляться странности.

— Это какие?

— Например, мы начали чудить. Этого мало?

— Эффект нарастал постепенно. Приписывать его Мур… Мне кажется ты притягиваешь ситуацию за уши.

— Нарастал-то он постепенно, а на пик вышел аккурат к тому моменту как люди о нас узнали.

— Пусть так, но как все это связано?

— Я думаю… да что там «думаю», я почти уверен, что Мур специально играла нами. Для нашей создательницы это не сложно.

— Зачем?

— А ты вспомни ее договор с Марой, — ухмыльнулся воевода.

— Погоди… ты хочешь сказать, что считаешь будто Мур все заранее просчитала и исходя из этого, с нашей помощью, заранее создала себе хорошие будущие позиции? Это бред, Леонид.

— Бред? — рассмеялся воевода, — Пять лет назад мы сидели на попе ровно и даже колонии были нашими фактически условно. Мы отдали их на откуп людям и вмешивались лишь когда там происходила какая-то полная дичь. А теперь? Колонии наши, пусть пока это и не так выражено, но мы там присутствуем и это наши земли, которые мы лично контролируем. Это раз. Чергория. Еще недавно это чужое и враждебное королевство на другом краю материка. Теперь это наша провинция. Официально это наши земли. Это два. Сахия. Чужой остров, бывший не более чем разменной картой в наших политических играх с империей. Теперь это наши земли. Это три. И все эти земли стали нашими аккурат к эпохальному историческому договору между Марой и Мур, в котором одним из ключевых определений было словосочетание «территории вампиров». И эти самые территории мы внезапно так в несколько раз увеличили. Аккурат к договору! — Леонид эмоционально вскочил на ноги, — Аж бесит, тварь! Мы и правда «жалкие рабы Мур». Эта падла просчитала нас как… детей! Не удивлюсь если и людям информацию о нас она послала! Да и детишки эти с родством душ тоже небось ее рук дело. Она буквально создала вокруг нас хаос и замешательство, чтобы мы не имели возможности подумать над происходящим, а потом поставила нас в жесткие рамки борьбы за собственное выживание и отдала приказ уничтожить вурдалаков, и все ради того, чтобы мы захватили побольше территорий к ее договору с Марой. А мы повелись. Халява, чужое, взять-взять. Как собачки.

— Ты преувеличиваешь, — Александр и сам понимал, что воевода скорее всего прав, уж очень логично звучало все высказанное Леонидом, но признать это в открытую алукард был пока не готов.

— Преувеличиваю⁈ А давай проверим! — с этими словами Леонид исчез из кабинета переместившись в одному ему известное место.

Оставшись один Александр задумался. По всему выходило, что воевода прав. Все случилось очень уж хорошо для Мур. Буквально сошлось в нужный ей идеальный результат. Как маме удалось зацепиться за этот мир и что она пообещала за это Маре — это дела богов. Вампиров они не касаются. А вот вполне себе земные дела… Здесь все как сказал Леонид. Нежданно-негаданно даже для самих себя вампиры серьезно расширили свою территорию или же подтвердили свою власть над территориями, которые до этого фактически ими не контролировались. И все это привело к тому, что договор с Марой, будь он заключен хотя бы год назад, был бы для Мур в несколько раз менее выгоден. Теперь же все складывалось так, что вампиры во славу своей создательницы преподнесли ей на блюдечке здоровый кусок этого мира и ничего за это не попросили.

— Может мы и правда «жалкие рабы»? — пробормотал алукард, — А впрочем, кому как не создательнице знать, как ее инструменты будут реагировать на те или иные события, и управлять этим.

Только вот получалось, что вампиров просто и незатейливо использовали даже не потрудившись сообщить об этом. Чувствовать себя использованным резинотехническим изделием, да еще и глупым, было для Александра внове. А ведь фактически этим Мур показала всем вампирам их место.

— Что и требовалось доказать! — с громким криков в кабинете возник Леонид, — Я только что подошел к Сесилии с вопросом, чтобы она поинтересовалась у Мур: надо ли нам выполнять ее прежний приказ и уничтожать вурдалаков.

— И что? — заинтересовался Александр.

— И ничего! Ти-ши-на! Мур не посчитала нужным даже ответить на вопрос своей жрицы, ибо вопрос глупый. Зачем ей сейчас уничтожать вурдалаков? Ей была нужна Чергория под нами, а она уже получена. Остальное маму не волнует.

— Значит Мур врала.

— Как это необычно. Никогда такого не было и вот опять.

— Сядь! — жестко скомандовал Александр, — Ты прав, но эмоции оставь при себе.

Подчинившись, воевода сел и посмотрел на алукарда.

— Нас использовали. Грамотно, жестко и бесцеремонно. Но это не повод бегать и заламывать себе руки. Ощущать себя слабым и беспомощным противно, но надо себя контролировать.

— Согласен. Переборщил, — виновато опустил голову Леонид.

— Ладно, как мама нас использовала — мы еще обсудим, как и ее хитрый план, я тебя из Чергории не для этого вызывал.

— Да не знаю я, что сказать насчет крови. Просто собери литров сто с сильных жриц Мур и выпей разом. Будет результат, значит будем «разводить» жриц… Проклятие!

— Что? Тоже подумал, о еще одном хорошем совпадении?

— Так ведь все одно к одному, экселенц. Если кровь жриц ускоряет нашу эволюцию, мы же в лепешку разобьемся, а по всей нашей территории этих представительств Мур понастроим и будем туда людей агитировать.

— Вот-вот. И мама значительно ускорит свое укоренение в этом мире.

— И что потом?

— Думаешь, стоит сейчас задавать этот вопрос?

— Нет. Но я бы задал три других.

— Всего три? Ты счастливый вампир. У меня сотни вопросов в голове.

— У меня больше, но важных три.

— Ладно. Так какие три вопроса ты считаешь важными?

— Первый вопрос. Почему бездействует Демур. Даже с учетом наших действий по его нейтрализации он все равно должен быть силен в этом мире. Очень силен. А он бездействует. Даже со жрецами своими не общается, что максимально странно. Второй вопрос. Зачем Мара устраивала землетрясения? Тряся землю, бог не может взять себе власть. Показать свою силу — да, но не захватить власть. То есть, реальная причина землетрясений, устроенных Марой, нам неизвестна, а она об этой причине скорее всего врет. И третий вопрос. Какой козырь имеет в рукаве Мур, что участвуя в переговорах, на которых ее позиция была откровенно слабой, ей позволили получить свое.

— Хорошие вопросы. Но я бы заменил третий вопрос на другой. Чего Мур хочет от нашего мира?

— Почему на него?

— Если ты прав, нам только что показали разницу уровней между нами и богами, а потому все эти вопросы, касающиеся их внутренней кухни, не имеют смысла.

— Почему?

— Ты правильно сказал. Рано нам еще с богами связываться. Просто рано. Не доросли пока.

Глава 15

— Мы сидим здесь как крысы.

— Я с вами решительно не согласен. Где еще можно встретить такую благость? Даже в лучших имперских храмах нет такой благодати как тут. А вы про крыс! Неправильно это.

— Место хорошее. Каждую секунду ощущать силу Всесветлого, и его теплые касания это действительно хорошо, но мы сами себя здесь заперли, преподобный, и как крысы боимся высунуть нос из своей комфортной норки. Разве не так? А ведь вампиры не дремлют.

— Но благость, преподобный, благость великая. Где еще можно такое встретить? Наш лагерь это чудо господнее, настоящее касание Всесветлого нашего скорбного мира. Домой вернусь, обязательно устрою подобное в своем храме. Всех служек выгоню на молитвы, они у меня с колен не встанут, но сделают из храма островок воли Его.

— Да, вы правы. Я тоже так поступлю. На солдат это действует благотворно, а значит и прихожане будут в восторге от столь близкого соприкосновения со Всесветлым. Но до возвращения домой надо еще дожить, преподобный.

— А что нам угрожает за стенами лагеря да еще и укрепленными силой его? Вампиры сюда не сунутся.

— А мы? Мы отсюда выйдем?

— Вопрос.

* * *

— Все отчеты — одна сплошная ложь, мой генерал.

— Все?

— До единого, мой генерал. Инспекция войск, расположенных на острове Сахия, показала, что дела там обстоят совсем не так, как об этом пишет командующий. Я лично опросил нескольких ветеранов и их показания в корне отличаются от отчетов офицеров.

— А как же успехи? Выдуманы?

— Успехи есть, мой генерал, но они преувеличены. Сильно преувеличены, мой генерал.

— Я понял. Что на ваш взгляд нужно сделать, чтобы исправить ситуацию?

— Во-первых, надо сменить командующего, мой генерал. Ложь и фальсификации недопустимы.

— Согласен.

— Во-вторых, нам надо послать на Сахию еще больше войск, мой генерал.

— Еще больше? Там и так уже три легиона!

— По моему мнению, нам нужно иметь на Сахии не меньше восьми легионов, мой генерал.

— Восемь легионов? Однако.

— Минимум, мой генерал. Лучше двенадцать.

— Двенадцать? Ну и запросы у вас. И что это нам даст?

— Победу, мой генерал!

— А победа воодушевит людей…

— Да, мой генерал! Показав солдатам, что мы можем побеждать вампиров, мы уберем у них страх и тогда…

— Я все это слышал и из уст церковников, не надо повторять мне очевидное.

— Виноват, мой генерал!

— Виноват. Двенадцать легионов. И где нам столько взять?

— Необходимо начать срочное формирование новых легионов, мой генерал.

— Новых? Ну допустим. А деньги?

— Деньги даст Церковь, мой генерал!

— Церковь? Светоши дадут, сомнений нет. А император? Владыка желает уничтожить драконидов. Двенадцать новых легионов его величество прикажет отправить на юг.

— Надо убедить его величество в необходимости захвата Сахии, мой генерал.

— И как это сделать? Вопрос!

* * *

— Ты видел укрепления, что нелюдь построила на севере?

— Нет, не видел.

— А я видел. Штурмовать такое… Там высота стен в два раза больше чем в моем родовом замке.

— Маги…

— Маги будут и с той стороны. И их будет как бы не больше чем у нас. Разве нет?

— Священники…

— Ты им до сих пор веришь?

— Я верую и вера моя крепка!

— Не ори. Я не провокатор, не надо мне орать лозунги, я тебя инквизиции не сдам. И моя вера тоже крепка, но крепка ли она у священников? Ты их рожи видел?

— И что нам делать?

— Вопрос!

* * *

— Дык это братец, страха я там натерпелся, жуть! Никогда этаково страха не испытывал, а ведь я на медведя ходил

— И чаво думкаешь?

— На убой нас послали как свиней. Нелюдь кормить. Думкаю, бежать нам надо пока до боя дело не дошло.

— И куда бежать-то?

— Вопрос.

* * *

— Что у нас с бюджетом?

— Все хорошо. Даже излишек небольшой появился.

— Однако, удивительно это. Излишек-то откуда?

— С северных земель, что по договору с нами вампирам отошли, беженцы пошли. Многие не желают жить под вампирами, многие просто боятся. Народ бежит.

— А деньги откуда?

— Вампиры за каждого беженца нам приплачивают. Чтобы приняли, чтобы не выгоняли, ну и так…

— И сколько?

— Немного, но бюджету это в самый раз. В этом году сведем расходы с доходами, а в следующем, даст Всесветлый, пойдут доходы от торговли и тогда все совсем хорошо станет. Республика окупится.

— За беженцев приплачивают значит? А почему? Им ведь люди для питания нужны.

— Я тот же вопрос задал. Их посол сказал, что для питания им людей хватает, а вот бунты совсем не нужны. Отвлекают. Им проще денег беженцам дать и нам приплатить, чтобы не препятствовали и помогали.

— Какой хороший, взвешенный и обдуманный подход. И как бы нам еще чего найти, за что нам вампиры заплатят, а?

— Вопрос.

* * *

— Я с градоначальником говорил. Магистрат нам склады за половину цены выделит.

— Заманчивое предложение. А договор будет?

— Градоначальник сказал, что будет.

— И на сколько?

— Полгода.

— Э, нет. Проходили, знаем. Через полгода градоначальник цены в три раза поднимет, а товар уже на складе и деваться некуда. Или плати, или товар отберут.

— Вампиры на это плохо смотрят.

— С чего бы это? Вампиры плохо смотрят на нарушения закона. Тут красные плащи сразу набегут и всех на каторгу. А городские склады магистрат по любой цене сдавать может. То дело коммерческое. Вампиров оно не касается.

— А как бы нам сделать так, чтобы касалось?

— Вопрос.

* * *

— Что ищешь ты на дне бутылке, друг мой? — услышав вопрос, Роз привычно вздрогнул, будучи полностью уверенным, что дома он один — ведь слуг маг отпустил, но тут же взял себя в руки.

— А просто так выпить я уже не могу? — раздраженный своим привычным испугом, канцлер бросил злой взгляд на незваного гостя.

— Ой, гневный кровавый маг, берегитесь кто может, страшно! — рассмеялся Гор и сел напротив архимага, — Празднуешь убийство очередной падали, виновной в смерти принцессы?

— Все-то ты знаешь…

— Работа такая.

— Чего тогда спрашиваешь, если все знаешь?

— Умные люди называют это вежливостью.

— Вежливые люди не заходят без спроса в чужие дома.

— Так то люди, а я-то вампир.

— На все у тебя есть ответ, нелюдь, — Роз скривился, — Зачем пришел?

— Разве я не могу просто пообщаться со старым другом и поздравить его с убийством врага?

— Ты? — почти рассмеялся человек, — Нет, ты не можешь. Говори зачем пришел и выметайся, у меня еще три бутылки и до ночи я намерен их прикончить, без того чтобы наблюдать твою мерзкую рожу.

— Все-таки магам не стоит пить. Всего одна бутылка, а у тебя на языке все, что на уме.

— Еще соври, что ты обиделся, — ухмыльнулся архимаг.

— Не буду. И я тут по делу, ты прав.

— Говори и уматывай.

— Хорошо. Ты зачем банк ограбил?

Осоловевшие глаза Роза уставились на вампира в недоумении, после чего человек попытался сконцентрироваться, но продолжал смотреть на гостя как на болвана.

— Какой банк?

— У нас в империи, что много банков в последнее время грабили? Вроде всего один был. Центральное здание Церковного Банка.

— Это же твои дела были, — пьяно пробормотал архимаг и попытался взяться за бутылку, но не смог сдвинуть ее с места, гость явно удерживал ее магией, — Отпусти, а то сейчас ударю.

— Погоди бить, — серьезный вампир предостерегающе поднял руку, — Ты точно уверен, что ты никому не приказывал ограбить банк.

— Да будь ты проклят! — перестав пытаться оторвать бутылку от стола, Роз откинулся на стул, — Уже выпить дома нельзя без того чтобы кровососы тебе не мешали!

— Ближе к делу, канцлер.

— Ближе к делу, — передразнил вампира человек, — Нет, я не приказывал никому из своих ограбить светош, и вообще я уверен, что это ты на банк напал.

— Удивлю тебя, друг мой, но это не я.

— Точно не ты?

— Мамой клянусь, — широко улыбнулся вампир.

— И кто тогда ограбил светош? — ответа на этот вопрос Роз явно не ждал, — И сколько хоть украли? Это ты, небось, знаешь.

— А тебе не сказали?

— Светоши сделали из этого дела великую тайну. Моих людей послали к Мур. Императорским запросом разве что не подтерлись.

— Украли почти миллион золотых. Серебром.

— Это же уйма монет и весят они… — архимаг пьяно поводил рукой перед лицом, — Много.

— Много, — кивнул вампир, — И грабители их все унесли, и их все еще не нашли. И потому, друг мой, ты точно уверен, что никто из твоих в этом не участвовал? Провернуть подобное в Алье могут единицы, и все они служит либо тебе, либо мне.

— Что ты заладил? Нет, никто из моих в этом не участвовал. Они другим заняты были.

— Тогда у нас появилась некая третья сила, которая решила пощипать жирок с церковников.

— Не смеши меня. Во время войны с вампирами и объявленного Светлого похода? Никто из людей не пойдет на это! Церковный банк единственная организация, которая хоть как-то удерживает Светлый поход на плаву.

— Роз, вот ты человек?

— Человек!

— И ты прямо сейчас строишь огромные, мощные, но не очень нужные и даже вредные людям корабли всего с одной единственной целью — удержать магов в империи и не дать им попасть на войну с вампирами где они нужны как воздух, ведь без магической поддержки люди против нас не более чем мясо.

— Это другое!

— Это то же самое. Прежде всего каждый решает свои проблемы. Война с нами идет далеко и мало волнует большую часть людей. Так что найдутся желающие пограбить церковников, и их будут сотни. Только вот возможностей даже единицы не имеют.

— Да, ты прав, извини… что-то я…

— Пьян, — закончил за архимага вампир, — А потому нелогичен.

— Пьян, — кивнул собеседник.

— Так протрезвей.

— Зачем? — работающему с кровью магу убрать из своей собственной крови такой простой яд, как этиловый спирт, как два пальца оросить, но в эту минуту Роз не видел практического смысла возвращать свой разум в реальность.

— Ты слишком пьян, — фыркнул вампир, — Я только что сообщил тебе, что кто-то напал на церковный банк и этот кто-то не мой и не твой человек, при этом ни я и ни ты не знаем кто это сделал. Ты точно не понимаешь зачем тебе трезветь?

— Дерьмо, — человек поднялся и вышел из столовой, а спустя пять минут перед Гором предстал совершенно иной Роз, не тихий домашний алкоголик, а великий кровавый маг и всемогущий канцлер империи, — Мне на ум приходит только император, — сообщил он вампиру свои предположения о том, кто бы мог стоять за нападением на церковный банк.

— Я тоже подумал о нем в первую очередь, но не сходится.

— Что именно?

— Почти все. Император мог напасть. Да что там «мог», он прямо заинтересован в том, чтобы прибрать банк к рукам, как заинтересованы в этом и тысячи имперских сановников, а потому найти исполнителя не сложно, но главное тут в том, что императору надо взять банк под свое покровительство, а не грабить его прямо посреди белого дня, разрушая половину здания.

— И что? Сначала ограбить, а затем заявить, что банк это достояние империи и жизненно важный объект, а потому его надо охранять. Желательно имперскими легионами. А где легионы, там империя. Где империя, там император.

— Половина здания банка разрушена.

— Эксцесс исполнителя. Сам знаешь как это бывает. Исполнительных дураков много.

— Все так, — улыбнулся вампир, — Но вот тебе еще один аргумент в пользу того, что это не император — чтобы разобраться в деле и найти виновных в нападении на банк, он повелел найти Черного Гвидо и уговорить его взяться за это дело.

— Ладно. Это не император. Но сам говорил про тысячи имперских сановников, что спят и видят: как бы им прибрать банк к рукам.

— Ни один из придворных, обладающих возможностью организовать нападение и ограбление банка, не посмеет сделать подобное без одобрения от императора, пусть молчаливого. Никто из дворцовых жополизов на свою игру в такой области не решится. Не верю. Трусость, которую они называют здравомыслием, это их вторая натура.

— А я не верю в неизвестную силу. Если не император, значит церковники. Они тоже заинтересованы в возвращении контроля над банком и им сделать это даже проще. Пара таких нападений — и после надо лишь напомнить перепуганным банкирам, что когда они были под крылом Светлой Церкви ничего такого с ними не случалось.

— Красиво говоришь. Вот только Наместник повелел найти Черного Гвидо.

— Да Мур их дери! — рассвирепел Роз, — Этот Гвидо еще жив? А то может его давно прикопали, а теперь ищут лишь для вида.

— Жив. Сидит себе спокойно в Храмовых трущобах и почти не прячется.

— Запад города? Это же территория Остроклювых! А, ну да, он же выручил их главаря лет семь назад. Они его не тронут.

Гвидо Вердес, он же Черный Гвидо был личностью по своему легендарной. Бывший паладин одного из имперских легионов быстро разочаровался в карьере военного, но столь же быстро нашел свое призвание в рядах городской стражи, где вскоре стал основным поставщиком для всех окружающих столицу тюрем. В лучшие времена пятая часть всех заключенных была помещена за решетку усилиями Черного Гвидо и его подчиненных.

Очень быстро у принципиального стражника появились смертельные враги, но простые бандиты мало что могли сделать личному магу, да еще и прошедшему службу на неспокойных южных границах империи. При этом двухметровый амбал Гвидо мог разобраться с противниками без всякой магии, причем, обычно так и делал, за что снискал дополнительное уважение горожан. Именно это и сыграло с бывшим паладином злую шутку. Городское отребье воспользовалось этой популярностью неподкупного стражника и сделало своего самого главного врага не абы кем, а главным следователем Алье.

Сколько воры и убийцы дали ради этого взяток до сих пор ходят легенды, но зато Черный Гвидо оказался в новых для себя условиях и новой лиге, где уже обитали зубры, которые легко могли обломать рога принципиальному стражнику. Собственно, так оно и вышло. Главный следователь столицы быстро заимел самых влиятельных недругов, а вот покровителями как-то не обзавелся. В результате, ныне самый известный стражник империи был вынужден скрываться от многочисленных посланных по его душу убийц. При этом именно Черного Гвидо продолжали звать тогда, когда кому-то было кровь из носу но необходимо найти истинного виновного в совершенном преступлении.

— Это все равно светоши. Пусть не Наместник, — архимаг поморщился, — Но кто-то из кардиналов точно. Там не придворные трусы, им одобрения начальника не нужно. Им будет достаточно воли Демура.

— Я думаю в том же духе, но есть одна заковырка, — Гор хитро прищурился, ожидая когда собеседник пожелает услышать продолжение, и маг его не подвел.

— Какая?

— Тебе не интересно кто из кардиналов завел близкое знакомство с целым магистром?

— А разве в нападении на банк участвовал магистр?

— Это пока все неофициально, но мои смотрели руины, и один магистр там точно был. Стену здания сложили «гордостью земли». За это я ручаюсь.

— Не знаю такого заклинания.

— Весьма специфическое и исключительно для магистров и выше.

— Тебе не кажется, — архимаг хитро посмотрел на вампира, — Что нам с тобой тоже нужен Черный Гвидо?

— Нам? — улыбнулся Гор, — Мне он точно не нужен, а вот тебе, как канцлеру, он просто необходим.

— Зачем это… — Роз осекся и в досаде скривил лицо, — Проклятие! Если там был магистр, все подумают на меня!

— Адресок Гвидо подсказать? Если подсуетишься, успеешь первым.

* * *

Мария раздраженно швырнула папку с текущими отчетами на свой стол и устало плюхнулась в кресло, амебой развалившись в нем. Настроение было ниже плинтуса, и причин для изменения ситуации пока не предвиделось.

Вампирам очень грамотно показали их место. И хотя это крайне злило вампирессу, но в целом она признавала, что случившееся было даже полезно для вампиров, а то некоторые стали зазнаваться. Теперь же, после столь знатного щелчка по носу, община могла встряхнуться и оценить свои возможности более здраво. И да, эти возможности все еще были очень велики, просто были сферы, соваться в которые было откровенно рано.

И это злило и раздражало девушку! Осознавать себя великим и могучим повелителем всего и вся — и тут же понимать, что кое-где кое в чем ты не более чем «жалкий раб». Причем, откровенно признаваясь самой себе, Мария понимала, что даже такое определение вампиров было очень не слабым преувеличением их статуса. Рабы, ведь, хоть что-то могут, сбежать, например, — вампиры же больше походят на бактерий, которых разводит опытный биолог чтобы после поместить для изучения под микроскоп. А Мур даже изучать вампиров не надо, сама их создала.

И что это значило для вампиров в целом и Корпуса Науки в частности? А значило это, что предстоит активизировать усилия по изучению шаблона! И Марии, как главе Корпуса Науки, надо будет очень сильно подумать над тем, за счет чего «активизировать усилия» и где взять на это дополнительные ресурсы.

Да и сказать «активизировать усилия» легко, а как это воплотить в реальные и полезные дела, если усилия по изучению шаблона неизменно наращиваются последние полвека, и все возможные направления исследований уже давно осваиваются специальными командами ученых и исследователей? Да, сейчас появился прорыв в виде возможности блокировать шаблон. В частности, в ближайшее время это позволит воплотить вековую мечту тысяч вампиресс: заиметь собственного ребенка, а не довольствоваться ребенком мужа от младшей жены. Но как реальное дело, а именно возможность блокировать шаблон, превратить в теорию по изучению этого шаблона Мария представляла себе туманно. Тем более этим уже занимаются и без ее начальственного пинка и указания.

Пойти на радикальные меры и выйти к Триумвирату с предложением по обращению в вампиры преступников, а затем начать использовать на них старый добрый метод научного тыка, надеясь, что тысячи негативных результатов в итоге выльются в один единственный положительный… Так ведь сотни лет могут пройти прежде чем этот один единственный вариант выпадет ученым в лотерею имени научного тыка. И если раньше большие сроки вампирессу бы не испугали, то теперь время работало против общины вампиров, ведь никто не мог поручиться, что уже завтра мамочка Мур еще раз не использует вампиров в своих целях, сделав их очередной разменной монетой в игрищах богов. И кто мог бы поручиться, что все это не завершится полным уничтожением вампиров? Мария такой гарантии точно дать не могла. Наоборот, на месте Демура она бы обязательно ответила пакостью на пакость и послала бы в мир специально выведенных для уничтожения вампиров магических существ. Люди после такого славили бы своего бога если не тысячелетиями, для столь короткоживущей расы это просто невозможно, то несколько сотен лет отменной искренней веры это бы Демуру гарантировало. А ведь вполне возможно, что прямо в эту минуту где-нибудь в лесах империи уже осваиваются в этом мире будущие убийцы вампиров.

Мысль заставила Марию вздрогнуть, после чего девушка стала активно анализировать, что это сейчас с ней было, магическая интуиция или же просто отголоски ее плохого настроения. По всему выходило, что это плохое настроение вылилось в столь неприятные для вампиров рассуждения, но ведь и доля правды в них была! А значит надо работать, а не лежать в кресле и дуться на весь несовершенный мир.

Но опять же, это лишь благие пожелания, «работать, а не лежать»… делать то что? Подчиненные не идиоты и сами прекрасно понимают всю важность исследования шаблона, в конце концов они его носители и избавиться от него и в их интересах. Да, общину вампиров ждут серьезные потрясения, если шаблон исчезнет, но если шаблон останется, у вампиров возможно вообще не будет будущего. Быть куклами непонятно кого — не самая приятная участь для разумных существ, привыкших быть на вершине пищевой цепочки.

А что если пойти от обратного? Не избавляться от шаблона, а эволюционировать его? Да, это эволюция в рамках шаблона, но с его полным изменением! Сначала сделать всех высшими вампирами, а потом… Проклятие! А если и это просчитано Мур и она ждет от своих «инструментов» именно этого шага? А если не ждет? Вот чему мамочка была рада, когда Сашка убил двух наглых жрецов Мары? Тому, что «любимая старшая сестренка» потеряла двух сильных жрецов или тому факту, что ее игрушки узнали о пути, на котором они могут стать сильнее. Или и то, и другое?

Да, просчитывать богов дело неблагодарное. А ведь когда-то совсем недавно Мария и сама с надменными нотками превосходства рассуждала о том, чего хочет Мур и что она из себя представляет! Глупая, тупая вампиресса!

Ладно, сейчас не время себя корить, надо работать. Не важно чего хочет Мур, вампиры должны стать высшими.

Надо заманить Леонида в лабораторию и хорошенько его погонять там, сравнить с теми результатами, что были в свое время получены на Александре, и понять идентичны ли они или есть различия. Самого алукарда тоже надо запереть в лаборатории… Мечты-мечты… Кто же даст запереть в лаборатории главу общины и ее воеводу, да еще и в момент войны с людьми. Но уговорить их на исследования надо.

Решив, что хватит мучить голову бесплодными размышлениями, которыми в эту же минуту предаются и ее подчиненные, Мария взяла папку с текущими отчетами и открыла ее. Первым докладом лежал отчет из лаборатории деторождения. С ребенком все было нормально. Остальные подопытные образцы тоже в порядке. Здесь все хорошо. Надо лишь подождать. Далее новые големы… Пробежав глазами по сухим строчкам отчета, вампиресса убедилась, что здесь все без изменений. Вот только в отличии от первого отчета, это не радовало. Вампирам был нужен прорыв в големостроении, нужны изменения. А их нет.

Следующий отчет заставил Марию улыбнуться. Злата прямо оправдывала свое имя. Настоящее золото вампиров. Самородок. Бриллиант. Четыре новых вплетаемых в материал заклинания, благодаря которым новые летающие корабли стали еще более совершенными. При этом цена их создания уменьшилась, а простота увеличилась. Знать бы каких богов поблагодарить за Злату, Мария бы в их честь золотой храм возвела! Лично вырвала бы ради этого золото из рук казначейских!

Стоп, а что если направить на исследование шаблона Злату? Будет ли с этого толк? Девочка гений, но как и все гении она натура увлекающаяся. Полет ей интересен, Злате нравится летать, и она со скоростью пулемета создает новые заклинания повышающие комфорт и качество полета. Но шаблон… скучные и долгие исследования непонятно чего. Для ребенка это не интересно.

И слава всем богам вселенной, что ребенком Злата пробудет не долго. Дети вообще растут быстро. Несколько лет вампиры могут и подождать своего гения, а пока можно заняться и эволюцией. Стать высшей вампирессой и повелевать силами, от которых аж дух захватывает, Марии очень даже хотелось.

Надо лишь развести в Элуре побольше жриц Мур, а там и Злата вырастет, увлечем ее шаблоном и… Мечты-мечты… Вот уже свою работу взваливаешь на слабые плечи человека. Триумвират за это по голове не погладит.

Для начала надо понять почему жрецы сделали Александра сильнее. Тупо плодить жриц Мур и заставлять их молиться мамочке, а после пить их кровь, глупо. Да, возможно это работает, но почему это работает? Мария буквально на коленке могла составить десяток теорий и любая из них могла быть верной. Нужны опыты и эксперименты. Корпусу Науки предстоит много работы.

И зря триумвиры пугали ее скорой ненужностью ученых для общины. Ученые будут нужны вампирам еще долго, очень-очень долго. Ведь еще столько тайн вселенной надо открыть, и кто это сделает если не Корпус Науки? Военные, жандармы, строители? Не смешите меня. Никто, кроме ученых. Никто кроме нас!

Глава 16

Редко когда можно увидеть, что в одном помещении находятся два человека столь разных по своему социальному положению, что это видно даже маленькому ребенку, хотя каждый из присутствующих, в меру своих сил, пытался свое истинное социальное положение скрыть. Два мужчины стояли друг напротив друга, а между ними на столе лежал камень, скорее даже булыжник, каких много валяется по обочинам дорог. Отличие этого камня от своих дорожных братьев было в том, что он был не просто неказистым, а весьма отталкивающим на вид. Даже в руки брать его не хотелось, тем более без нужды.

— Что это за мерзость? — наконец подал голос важный мужчина в простых одеяниях типичного горожанина, сшитых из ткани стоимостью в добрую деревню.

От него так и веяло властью, и если своей простой по покрою одеждой он еще и мог скрыть свое высокое положение, если бы кто-то смотрел на него издалека и в темноте, то есть не замечая ни дорогой ткани из которой пошит «простой» наряд, ни чистой кожи которую могли обеспечить лишь дорогие магические процедуры, то аура человека привыкшего повелевать выдавала его с головой даже на расстоянии. Такое не скрыть.

— Артефакт, господин префект.

Второй мужчина почтительно склонил голову. Одет он был в довольно приличного вида куртку из тех что обычно носят средней руки приказчики и простые штаны, какие можно увидеть на любом зажиточном крестьянине. Но «низкое» происхождение человека выдавала не его одежда, а его внешний вид. Грубая кожа лица показывала, что мужчина привык находиться на улице большую часть светового дня, покрытые множеством давно заживших мелких шрамов руки указывали на привычку к грубому ручному труду, ну а ужасный перегар, что бывает лишь от употребления крайне дешевых напитков, лишь подтверждал выводы об этом человеке как о выходце с самых низов общества.

— Не смеши меня, любезный. Я видел артефакты. Они выглядят не так.

— Не смотрите на неказистый вид, господин префект. На самом деле это очень ценный артефакт.

— Ценный? Это? — лицо аристократа скривилось, — Если бы не слова моего помощника, что рекомендовал мне встретиться с тобой, характеризуя как некогда успешного мага… я бы уже ушел из этой дыры.

Намек собеседник понял сразу.

— Такой внешний вид артефакт имеет лишь из-за отсутствия у меня нормальных материалов, господин префект, а так это нужный нашим легионам артефакт. С ним империя станет непобедимой!

— Непобедимой? — ухмыльнулся префект, — Я слышу подобное три раза в день! И весь этот маскарад я устроил ради давно спившегося мага с завиральными идеями?

Речь мужчины была прервана тихо открывшейся дверью, в которую зашел еще один участник встречи. На этот раз никто не пытался скрыть свой истинный социальный статус и все было на виду. Любой желающий мог разглядеть как знак мага так и три других магических регалии, указывающих на высокое положение человека в иерархии гильдии магов. Кроме видимых всем знаков присутствовала на человеке и соответствующая его статусу дорогая одежда.

— Прошу простить меня за опоздание, милорд, — изящно склонился в поклоне вошедший.

— Кворк, я же просил тебя переодеться. Еще не хватало того, чтобы по городу пошли слухи, что префект гуляет по нему инкогнито! Недоброжелатели меня на смех поднимут.

— Тысяча извинений, милорд, но у меня нет простых одежд.

— Плохо. Иногда это полезно. Заведи, — отдав приказ префект повернулся к своему старому собеседнику, — Вот, магистр, знакомься, твой бывший коллега по гильдии. Давно спился, из-за чего колдовать толком не может даже трезвым, но раньше вроде бы подавал надежды. Утверждает что создал артефакт с которым имперские легионы станут непобедимыми.

— Это он, ваша милость? — лицо магистра приобрело брезгливое выражение, причем никто не мог сказать смотрел ли он при этом на своего бывшего спившегося коллегу или же на его неказистое изделие.

— А как ты думаешь? — ехидно отозвался аристократ.

— Мне осмотреть его, милорд?

— Подожди, — остановился магистра префект, — Давай сначала послушаем что он делает.

Аристократ был услышан, но начал спившийся маг издалека.

— Основной проблемой войск на поле боя является магия, господин префект, и в особенности ее остаточные проявления, которые имеют свойство накапливаться и переходить в спонтанные магические реакции. Из-за этого на поле боя магию стараются применять в строго отмеренных пропорциях, выходить за которые не рекомендуется. Либо же армии, сошедшиеся на поле боя, применяют максимум магии в начале битвы, а победитель выявляется путем подсчета того кто меньше пострадал от спонтанных магических аномалий. Мой артефакт изменит все, и первый подход, и второй.

— И что он делает? — впервые с начала беседы аристократ проявил видимое нетерпение.

— Это поглотитель остаточной магии, господин префект. Он………

— Пфф! Это ненаучный мистический бред! — не выдержал стоящий рядом с префектом провинции магистр, — Давно известно, что без подготовленного ритуала запасать магию в накопители невозможно. А внедрение нужного ритуала в артефакт сделает его размером с небольшой дом!

— Это так, ваше превосходительство, — спившийся маг поспешил поклониться, — Но мой поглотитель ничего не запасает, он поглощает лишнюю магию в пространстве, а затем в течение нескольких дней возвращает ее обратно, и этот процесс не остановить. Мой артефакт работает как губка. Быстро впитывает, но не удерживает.

— То есть, если использовать на поле боя твои поглотители, то спонтанные магические аномалии не появятся сразу, но появятся через несколько дней?

— Все верно, ваше превосходительство, вы верно поняли принцип работы моего артефакта.

— Я не верю! Это мистификация, милорд. Этот проходимец обманывает вас.

— Может быть, может быть, — задумчиво пробормотал префект, по новому смотря на неказистый камень на столе и человека, что его принес, — Но видишь ли в чем дело, Кворк. Твоего спившегося коллегу мне порекомендовал помощник. Очень амбициозный молодой человек никак не связанный с нашим собеседником ни узами родства, ни узами дружбы. А это значит что сподвигнуть моего помощника на обман своего господина могли лишь деньги. Но у этого денег нет, все давно уходят на выпивку. Даже перед встречей со мной не удержался и выпил какой-то сивухи, — префект брезгливо помахал рукой перед своим носом, — А это значит, что мой помощник увидел потенциал и возможность. Возможность для себя, Кворк, понимаешь? Вот я и хочу разобраться. Мой помощник дурак или же мы с тобой стоим перед магом, что сделал невозможное. А, Кворк? Как думаешь?

— Я не знаком с вашим помощником, милорд. Мой долг давать вам советы по поводу магии и я прямо говорю — существование такого артефакта невозможно. Нонсенс!

— А если все-таки предположить? — префект внимательно посмотрел на магистра, вынуждая его изменить свою точку зрения.

— Его надо испытать, ваша милость, — буквально выдавил из себя маг, скривив лицо так, будто у него запор.

— Иного, ваше превосходительство, я и не прошу, — тут же подал голос создатель артефакта, — Испытайте и сами убедитесь, ваше превосходительство. Все так как я описал и работает и…

— Мы тебя поняли, помолчи, — властным жестом префект остановил словоизлияние мужчины, — Завтра с утра приходи к служебному входу во дворец. Тебя там будут ждать.

— Слушают, господин префект!

— И артефакт принести не забудь, — насмешливо бросил аристократ в спину удаляющемуся мужчине.

— И зачем вам это, милорд? — магистр дотерпел пока дверь за его бывшим коллегой не закроется, — Это ведь чушь, такого…

— Мне на это плевать, Кворк, — оборвал мага префект, — Завтра утром к тебе приведут этого и твоя задача провести испытание артефакта.

— Но…

— Помолчи, я не договорил, — веско припечатал аристократ, — Вне зависимости от того как пройдут испытания, твоя задача будет заключаться в том, чтобы узнать об устройстве артефакта все возможное. Ты должен уметь делать его сам, без участия этого.

— Но…

— Я не договорил, Кворк!

— Тысяча извинений, милорд.

— Как только ты будешь уверен, что знаешь об артефакте все и сможешь его сделать самостоятельно, избавься от своего бывшего коллеги. Он нам не нужен. Ты понял?

— Да, милорд. Но зачем? Артефакт не будет работать так, как сказал… этот, — магистр кивнул на дверь, — Это невозможно.

— Вот поэтому, Кворк, ты лишь магистр и мой советник, а я глава целой имперской провинции. Ты не думаешь наперед!

Магистр хмуро посмотрел на аристократа, но промолчал.

— Смотри, — префект оценил молчание советника и продолжил, — Мой помощник, пусть ты его и не знаешь, очень амбициозный молодой парень. Как я и сказал, у него нет причин обманывать меня, а значит мой помощник увидел в артефакте потенциал.

— Не одаренный не может оценить истинный потенциал магического изделия, милорд.

— Все так, но он может оценить коммерческий потенциал магического изделия…

— Я не понимаю, милорд. Как мы можем продавать артефакт, что не работает?

— Легко, Кворк, легко. Главное, чтобы покупатели думали, что артефакт работает. И у меня есть возможность убедить военных в том, что артефакт работает. Ну а если он и в самом деле работает… Ты понял меня, Кворк?

— Все будет сделано в лучшем виде, милорд.

— Не сомневаюсь. А теперь пошли уже из этой клоаки, пока нами не заинтересовались местные обитатели.

— Да, милорд. Но зачем вы…

— Зачем я решил поиграть в маскарад вместо того чтобы сразу вызвать этого во дворец?

— Да, милорд. Это было бы разумнее.

— И остались бы свидетели, Кворк. А теперь… Скромный посетитель войдет во дворец, со мной он встречаться не будет, а значит он никому не будет интересен и никому не будет никакого дела до того, что этот посетитель исчезнет. Мои враги ничего не заподозрят и не смогут использовать это против меня. И еще, Кворк, если артефакт не работает, не думаешь же ты, что продавать его мы будет от своего имени? Этот уже половине своих собутыльников разболтал о том, какой чудесный артефакт он создал. Слухи теперь все равно пойдут. И когда артефакт появится в продаже, связать его с нами никто не сможет. Ты понял меня, Кворк?

— Предельно, ваша милость, все будет сделано в лучшем виде. Я обо всем позабочусь.

— Не сомневаюсь, мой верный Кворк, не сомневаюсь.

* * *

— У меня странное чувство, будто это никогда не закончится, — красивая девушка в латах ловко увернулась от удара дубиной, что еще недавно была обычной оглоблей, и почти мгновенно оказавшись за спиной противника, скрюченными пальцами с огромными когтями ударила его по шее и крепко удерживая пригнула тело к земле, — Городок вроде маленький, а работы выше крыши, — отбросив лишенный крови труп в сторону, вампиресса бросилась к очередному врагу, вновь подныривая под его удар и оказываясь у него за спиной.

— Ты так говоришь из-за вчерашнего, — ее напарница предпочитала грубый силовой подход к битве и не плясала вокруг противника, а продавливала его мощью своих ударов, — Второй подряд город где вурдалаки успели заразить население, — «магический кулак» впечатал врага в каменную стену и девушке оставалось лишь снести дезориентированному кровососу голову, что она и проделала, одновременно немного подкрепившись его кровью, — Люди в этой провинции какие-то безынициативные, задавленные. Послушно дают себя кушать и почти не сопротивляются.

— Так на брифинге же говорили, — присев и пропустив над собой удар, вампиресса резко подпрыгнула и кульбитом оказалась за спиной очередной цели, — Губернатором здесь был древний вурдалак, еще из Ильхори. Старая гвардия, — отбросив тело, чтобы труп не мешал движению по дороге, вампиресса осмотрелась в поисках новых врагов, — Опыт и все такое.

— Откуда опыту взяться? Вурдалаки в Ильхори скрывались. Скорее уж личные особенности характера, видимо той еще жесткой падалью был и всех задавил чтобы и брыкаться не смели, — собеседница вытащила руку из поверженного вурдалака и аккуратно поправила чуть растрепавшуюся за время боя челку, — Поймать бы его и самого нагнуть и кровь пить медленно-медленно.

— Это в тебе крестьянские корни говорят. Не любишь ты господ, все бы тебе их… нагибать.

— А чего их любить? — удивилась вампиресса, — Тупые, слабые, завистливые, никчемные. Пошли подвал проверим. Парочка наших клиентов там точно есть. Может даже больше, отсюда точно не чую.

— Свежеобращенное мясо, — презрительно махнула рукой собеседница, — Никакого удовольствия от драки. Смазка для мечей.

— Что ты хочешь от простых горожан? — с напарницей девушка была полностью согласна, но прежде чем юркнуть в подвал вампиресса по всем правилам и уставам окружила себя магической защитой.

— Ничего я от них не хочу. Что я, себя человеком не помню? Жалко их просто. Прояви они инициативу, все были бы живы, а мы не тратили бы здесь свое время, а шли вперед.

— Да догоним мы армию вурдалаков, догоним, — магией сжигая двух заранее учуянных ей вурдалаков успокоила напарницу девушка, — Никуда они от нас не денутся. Впереди море, дальше им бежать некуда.

— Надеюсь. А то совсем скучно стало. Я от этого похода больше ждала.

— Куда больше? И так крови хлебнули…

— Да я не об этом. Драк хороших почти не было. Поначалу вроде как нормально было, а теперь сплошное разочарование. Рутинная армейская работа. Аж вспомнила себя во время службы.

— А я рутине радуюсь. Все просто и предсказуемо. Сейчас зачистим Чергорию, вернусь в родной Корпус Мастеров, обниму мужа и буду ждать когда твердолобые закончат свои эксперименты над детьми. Обещают, что через десять лет будет можно.

— Тоже ребенка хочу. У мужа от младшей жены четверо, но свой все равно лучше. Слышишь?

— Это наши чем-то убойным ударили, — тоже прислушиваясь к сильному грохоту вдали девушка остановилась, — Интересно, зачем?

— Почему, вдруг, наши?

— На брифинге говорили магистров в городе нет, а тут явно что-то уровня магистра. Не меньше.

— Так может местные мину взорвали?

— Не хотелось бы. Потери сейчас ни к чему, ведь уже почти победили.

— Оптимистка ты! Тут еще чистить и чистить территории.

— Раньше бы так оно и было, но теперь, с детектором, все проще. За месяц справимся и домой.

— Вот и в Гнезде так уверены. Уже даже приказ о присоединении новых земель к Элуру пришел. А я что-то сомневаюсь, что справимся так быстро. Чергория большая, а учитывая, сколько нам приходится работать… ох, не уверена я.

— Просто мы на самом поганом участке фронта. Но во многих провинциях народ сам от вурдалаков отбился.

— То в городах. А деревни?

— Деревни всегда страдали, — тяжело вздохнула бывшая крестьянка, — Их с нуля восстанавливать придется.

— И все это время кормить горожан из наших запасов, — проворчала напарница.

— Пока за зерно с нами расплачиваются кровью, проблем в этом я не вижу.

— А если зерна не хватит?

— Так ведь это только говорится про зерно, но наши же поставляют готовую продукцию и сразу кормят. А чем кормят, знаешь?

— Червяки-пауки-тараканы, — рассмеялась вампиресса, — Знаю. Но так ведь людям нравится!

— Это потому что они не знают, что едят.

— И не узнают. Да и вспомни себя, когда голодала, тебе не все равно было чем брюхо набить?

— Все равно, — тяжело вздохнула девушка.

— Вот то-то. Так что…

Вдали еще раз что-то загромыхало, на этот раз сильнее и дольше.

— О, это наши боевые амулеты. Этот звук ни с чем не перепутать. Неужели, кто-то из матерых вурдалаков в городе остался?

В подтверждение предположения ожил артефакт связи:

— Замечен гвардейский отряд противника не успевший покинуть город. Пытались спрятаться в городских катакомбах, но обнаружены отрядами зачистки. Всем подразделениям сохранять бдительность. При боевом контакте не рисковать, сохранять осторожность и вызывать резервы.

— Э-как командир замаскировал приказ, вперед не лезть, занять оборону и дождаться подкрепления, — усмехнулась одна из девушек, ее же напарница молча активировала амулет связи.

— Старшой, наша помощь нужна?

— Вы в своем районе закончили?

— Почти. На втором этаже один доходит. Сейчас обернется, мы его убьем и…

— Раз не закончили, то продолжайте выполнять боевую задачу, и не надо меня отвлекать, приказ вы слышали, — связь оборвалась.

— Вот же нехороший вампир, — покачала головой девушка, убирая амулет связи, — А на гражданке такой милашка. Вежливый, учтивый, предупредительный.

— На гражданке мы все спим зубами к стенке. Пойдем убивать этого оборачивающегося.

— Может подождем пока сам не нападет? Не люблю убивать спящих.

— Пойдем-пойдем, — поторопила вампирессу напарница, — Убьем, еще раз быстро все проверим и доложимся командованию, а то может и правда где помощь нужна, а мы тут стоим ждем, пока человек вурдалаком обернется и на нас бросится.

— Ладно, пойдем. Но старшему я припомню. Попросит он у меня крови…

— Ты же на добыче, а не на распределении. Чего ему у тебя крови просить?

— А вот специально ради такого отдел сменю!

— Ха! Первая же от такой работы взвоешь.

— Это верно. Мне активность нужна. Я на одном месте сидеть не люблю.

— Скоро у вас этой активности выше крыши будет. Гоблинов под Налимскими горами почти не осталось. Я со своими говорила, есть приказ строить специальные воздушные корабли. Будете летать за кровью на юг.

— Да, тоже слышала. И за гоблинской кровью, чтобы ее количество в рационе не снижать, и расширим ассортимент за счет орков и драконидов. Будет весело.

— Это точно. Охотничьи угодья там знатные. Считай, две трети континента в полном распоряжении Корпуса Крови.

— Только я летать не люблю. Мотает сильно.

— Говорят, новые корабли просто сказка. Комфорт и безопасность высочайшие.

— Посмотрим, — вампиресса ткнула мечом в лежащую без сознания в луже собственной крови женщину и, убедившись, что та умерла, повернулась к напарнице, — Вместе все осмотрим или…

— Никаких «или», действуем по уставу.

— Скучная ты.

— Зато живая.

* * *

Последние пару недель Наместник пребывал в стабильно отвратительном настроении. Плохие новости следовали одна за другой и казалось даже проблесков чего-то позитивного нет и не предвидится в потоке сплошных скверных донесений. По этой причине подчиненные старались не попадаться на глаза владыки Светлой Церкви, а когда он сам выходил из кабинета и прогуливался по Вобанэ, демонстрировали ужасающий трудовой энтузиазм и молились Всесветлому, чтобы подобный не обратил на них внимания.

Точно такую же стратегию поведения демонстрировали и кардиналы. Последние разве что не молились, когда Наместник был рядом, но зато всегда имели за пазухой парочку новостей, которыми могли бы порадовать Наместника и показать свою ценность и значимость для Светлой Церкви. К сожалению, все эти позитивные новости были сугубо второстепенными и не могли разбавить собой поток негатива. Собственно, поэтому их и берегли на крайний случай.

— Это нельзя сообщать Наместнику, — собравшиеся в углу древней церкви три кардинала тихо шептались промеж собой, — Он точно казнит того, кто доложит об этом. Я бы казнил.

— Ваш крутой нрав всем известен, преподобный, но не все из нас столь кровожадны. Есть же монастыри. А монастырь это не плаха, человека можно и назад вернуть.

— Не о том думаете. Кого пошлем докладывать? Наших нельзя. Вдруг и правда казнит?

— Сразу на костер не пошлет, а потом уговорим заменить на монастырь.

— Я рисковать не буду!

— И что? Меняем Наместника?

— Ну вы… скажете тоже, — кардинал с опаской осмотрелся по сторонам, — Меняем… Нельзя так. Давайте думать кого не жалко.

— А может подсластим? У кого что есть на крайний случай?

— Нет. У меня ничего такого нет…

— Да ни у кого ничего такого нет!

— Потише.

— Извините. Нервы. Вампиры целую страну присоединили. Какой тут подсластить? У меня только новость о поимке орковских диверсантов, что пару складов в пограничье спалили. Наместник такой новости так порадуется, так порадуется… а потом я ему о Чергории раз и… на костер!

— Вот и у меня тоже. Повышение сборов и пожертвований в половине моих епархий. Звучит вроде приятно, но по факту мелочь, особенно если недоброжелатели о реальных цифрах доложат.

— А они доложат.

— Не сомневаюсь. Но кого слать? Моих жалко.

— Моих тоже.

— Не смотрите на меня, я команду не один год собирал. Все верные. Просто так не отдам.

— Проклятые вампиры, не могли недельку подождать.

— А что бы изменилось через неделю?

— Через неделю открывается набор в церковные училища.

— И что?

— Как что? В этом году количество церковных училищ увеличено в три раза.

— Так за это отвечаем не мы.

— За организацию новых семинарий отвечаем не мы, а вот за набор туда слушателей отвечаю я.

— А ведь и точно! В три раза больше молодых священников через несколько лет! Такая новость кого угодно порадует. Под нее и о Чергории сообщить можно. Только вот, преподобный, вы наберете нужное количество семинаристов и послушников?

— Не уверен, друзья, не уверен. Пока запись не откроется, я ничего обещать не буду.

— А если набор провалится?

— Вы меня совсем за желторотого епископа не держите. Если не будет достаточного количества желающих, найду кем места занять. Слава Всесветлому, травоедов в империи хватает.

— Если у вас все схвачено, тогда чего ждать? Сообщим Наместнику, что еще до открытия официальной записи все места в новых училищах и семинариях заняты. Народ жаждет служить Демуру и жаждет пойти воевать с вампирами. Наместник придет в благостное расположение духа и тут вы ему про Чергорию…

— Нет, я так рисковать не буду… хотя…

— Да-да?

— Мы слушаем.

— А давайте вместе?

— Вместе?

— Именно! Троих не казнит.

— Ну… если не просто новости сообщим, а еще и планы какие предложим…

— Мол мы предвидели и заранее озаботились?

— Именно!

— А это может прокатить. Троих, и правда, не казнит Тем более если подадим новость правильно. А если с конкретными планами, да с хорошими новостями…

— Мне боязно, но я с вами. Планы сейчас придумаем или просто скажем, что они есть?

— Планы должны быть и они должны быть хорошие.

— Все ясно, пошел загружу своих. Сколько у нас есть времени?

— Два часа. Потом Наместнику доложат другие и тогда точно костер.

— Тогда поспешим, друзья. И еще… я этого не говорил, но постоянно бояться Наместника мне надоело. С этим надо что-то делать.

— Над этим мы обязательно подумаем завтра. Сегодня нам надо избежать костра.

* * *

— Извините, что вынужден вам этого говорить, но вы плохо выглядите, канцлер. Может сходите к целителю?

— Пустое. Но спасибо за заботу, Патрик. Из уст королевского секретаря она выглядит приятной. Здоровье у меня в полном порядке, я просто заработался.

— И что у вас такого случилось, канцлер, что работать пришлось вам, а не заместителям?

— Можно сказать, ерунда, милорд, пришел свежий комплексный отчет из провинций, и он не очень хороший.

— И что у нас случилось?

— Да все по прежнему, Патрик, воруют.

— Известная напасть. Сколько в этот раз?

— Восемьдесят три.

— Мур их дери!

— Вот-вот. Ничего не боятся.

— Речь ведь не о простых чинушах?

— Если бы! Сплошь городские главы.

— Южные провинции?

— Не только, к сожалению, не только. На юге, Патрик, вампиров еще боятся. А вот у нас… цифры вы слышали, не хочу их повторять.

— Мне доложить его величеству?

— А вот с этим, Патрик, я бы попросил вас немного подождать. Его величество может разозлиться.

— Его величество обязательно разозлится, канцлер. Если разные твари начинают вообще ничего не бояться и не довольствуются теми суммами, что им разрешено класть себе в карман…

— Вот поэтому и не сплю, Патрик. Государь отправит красных плащей. Те на местах разберутся, вопросов нет, но ведь кто-то воров прикрывал свыше! А вампиры по цепочке пойдут — и всех их на каторгу несмотря на звания и должности.

— Заслужили.

— Я не спорю, но мне кем их заменять, Патрик? А ведь вы не хуже меня знаете, что любой страной правят чиновники. И что мне делать, если вампиры всех их на каторгу, пусть и за дело?

— А еще его величество может подумать, что люди плохо справляются…

— Молчите, Патрик, я этого не слышал. Мне надо разобраться с текущими проблемами, а о будущих будем думать завтра.

— Список кандидатов, кого скорее всего придется заменять, у вас уже готов?

— Всю ночь над ним работал.

— Так давайте я его величеству и доложу вместе с этим списком. Заодно попрошу время, чтобы мы разобрались с ситуацией. Государь любит деятельных и никогда не накажет верных.

— А мы все еще в списках верных, Патрик?

— Всегда, канцлер, мы с вами всегда в этих списках.

— Отрадно слышать. Тогда, если не возражаете, я лично доложу его величеству о восьмидесяти трех мерзавцах и представлю свои планы по исправлению ситуации. Ну и заодно попрошу не отнимать власть у людей и дать нам еще время. Все последствия беру на себя, Патрик.

— Канцлер, вы забываете, что я тоже человек и тоже заинтересован, чтобы меня не заменили вампиром.

— Вам, Патрик, опасаться нечего, вы служите государю с давних пор.

— Но я всего лишь человек, канцлер. Человек в королевстве вампиров.

— Я вас услышал, Патрик. Что думаете о моем докладе государю?

— Я буду рядом с вами, канцлер. Государь прислушается к двум верным людям и у нас будет время.

— Эх, не рассчитывал я, что на старость лет придется бороться с казнокрадами.

— Неужели парочку ваших людей тоже придется отправить на каторгу?

— Вы правильно все поняли, Патрик. Только боюсь не парочку, а пару десятков.

— Но вы…

— Нет, Патрик, я чист, мне моих доходов хватает и в казну сверх разрешенного я руку не запускаю.

— Тогда точно волноваться нечего. Государь однозначно позволит нам самим разобраться со своими людьми.

— Нам? Так вы тоже?

— Все мы грешные ходим то под демуром, то под мур.

Глава 17

Три немного растерянных человека в дорогих одеждах стояли рядом со скромной кроватью на которой лежало бездыханное тело. Казалось лежащий на кровати человек просто спит. Лицо умиротворенное, руки сложены на животе и сцеплены в замок. Совершенно ничего необычного кроме того, что тело не дышало и открыть глаза больше не могло.

— Он точно мертв?

— А то ты не чувствуешь? Просто кусок мяса. Мертвее не бывает.

— Чувствую… Но…

— И кто это постарался?

— Не я.

— И не я.

— Не надо так смотреть на меня. Я тоже не имею к этому никакого отношения и вопрос задал не для того, чтобы отвести от себя подозрения.

— Я просто так… Только ведь вчера обсуждали как было бы хорошо его прикончить.

— Обсуждали. И его смерти я рад. Но она не к месту. Мы не готовы.

— К месту, не к месту. Кто-то нас опередил.

— Нет. Не посмели бы. Да и не заходил к нему никто. К тому же, неужели вы не чувствуете?

— Чувствуем.

— Вы понимаете, что это знак? Всесветлый покарал грешника.

— Сейчас не время обсуждать знаки. Что будем делать?

Вопрос заставил троицу людей стоящих у кровати с мертвым телом замолчать и задуматься. Несколько минут царила тишина, нарушить которую никто не хотел. Лишь осторожно приоткрывшаяся дверь заставила мужчин оторваться от мыслей. Испуганная служанка, увидев три пары рассерженных глаз направленных на себя, в испуге испарилась, при этом не забыв плотно прикрыть за собой дверь.

— Может вернем старика?

— С ума сошел? На плаху захотел? Он ведь не пощадит.

— Если сразу объяснить ему, благодаря кому…

— Я против. Старика мы контролировать не сможем. Он сожрет нас и не подавится. Мы для него обуза.

— Согласен. Старик нам не по зубам. Даже пытаться не стоит.

— Тогда кого? И не смотрите на меня, я вот так вот лежать не хочу.

— У тебя кровать роскошнее будет.

— Сейчас не время для шуток. У тебя есть конкретное предложение?

— Люций.

— Он же тряпка. Без милости… Хотя…

— Вот-вот. Люций с радостью сменит покровителя, тем более мертвого, а мы покажем преемственность и не вызовем проклятия на наши головы. Или вы думаете гнев Его единичен?

— Люция можно легко контролировать и он не взбрыкнет. Не тот человек.

— Я тоже согласен на Люция. Не самая плохая кандидатура. К тому же он молод и если будет вести себя правильно…

— Нас ждет долгое процветание.

— Можно сказать и так.

— И еще. Я тут подумал, — мужчина кивнул на мертвое тело, — Хорошо получилось. Демур явно дал нам знак. Может, когда закончим свои дела, не станем ждать второго знака Всесветлого? Мы сами можем явить его волю.

— Ты сейчас про императора?

— Заснул человек и не проснулся. А нам сразу легче станет. Наследника убедим не лезть в наши дела.

— И немного заставим поделиться своими. Просто мысли вслух.

— Мысли верные. Вернемся к ним позднее. Кто будет убеждать Люция?

— Ты предложил, тебе и карты в руки. Только много ему не обещай. Всесветлый милостив, но не добр. Пока неизвестно сколько наш новый Наместник проживет, много ему давать не стоит.

* * *

— Так и знал, что найду тебя здесь!

— Мы же договорились о встрече здесь еще вчера, было бы странно не найти.

— Ага. Новости слышал?

— Смотря какие.

— Наместник умер!

— Славно, — пробормотал погруженный в свои мысли глава разведки вампиров в империи и резко встрепенулся, наконец-то удостоив гостя взглядом, — Что?

— Наместник умер.

— Как?

— Во сне.

— Роз, ты меня за дурака держишь? Наместник был сильным жрецом. Очень сильным. Не очень умным, но очень сильным. А такие не умирают просто во сне. Да боги, я видел как в пузе священника проделали дырку размером с кулак, а тот лишь поморщился и заживил ее!

— Такое и я видел, — фыркнул архимаг, — Хотя такое не каждый проделать может. Но это не отменяет того факта, что Наместник просто умер во сне.

— Так не бывает. Ему помогли.

— Кто?

— Пока не знаю.

— Тогда зачем говоришь? — человек почти не скрываясь подтрунивал над вампиром.

— Затем, что владеющие силой Демура так просто не умирают. — резко прекратив говорить, Гор замер будто пораженный молнией, — Проклятие!

— Что-то понял? — заинтересовался архимаг.

— Естественным образом Наместник мог умереть только в одном единственном случае. И это очень плохо. Очень-очень плохо.

— Демур лишил его своей милости, — зажмурил глаза все понявший Роз, — Проклятие! Только этого нам не хватало!

— Он точно умер во сне? Твои информаторы не могли ошибиться? — вампир с некоторой надеждой посмотрел на человека.

— Мои люди уверены в своих словах. Но, сам понимаешь, их могли обмануть.

— Не смеши меня. Через сутки все равно правда выплывет наружу. В Вобанэ ныне слишком много разных фракций, чтобы подобное осталось в тайне. А обманывать тебя ради суток неведения даже священники не будут.

— Созван Совет Кардиналов. Будут выбирать нового Наместника. Сутки это много и кто-то мог пойти на такой обман даже рискуя вызвать мою немилость.

— Не думаю, — Гор активно покачал головой, — К тому же созыв Совета затянется. Часть влиятельных кардиналов на границе с Элуром.

— И кого это когда останавливало? Выберут без них.

— И то верно. Примерная кандидатура нового Наместника известна?

— Это я хотел спросить у тебя.

— Хм, — вампир задумался, — Если твоя информация верна и Наместник просто умер во сне без всякой посторонней помощи, то самой влиятельной фракцией Вобанэ становятся традиционалисты. После отставки Ронна в их рядах произошли серьезные изменения, сильно обновился состав, и за последнее время они собрали значительное количество сторонников за счет того, что прямо не поддерживали Наместника, но и не шли против него. Благодаря этому их ряды славно пополнились священниками на местах.

— Значит Лоренс, Джосив или Родриг.

— Не думаю, — хитро улыбнулся вампир, — Это троица ныне самая влиятельная и никто из них не захочет что-то потерять или что-то отдавать другому. Да и после столь странной смерти Наместника…

— Его трон ныне не так уж и притягателен, — кивнул архимаг понимая вампира с полуслова, — Если это была воля Всесветлого, то теперь никто из кардиналов не может быть уверен в том, что со следующим Наместником не случится что-то такое же. Все влиятельные кардиналы откажутся сами.

— Именно, — вампир задумался, — А значит кандидатур у нас не так и много.

— И кто? — Роз заинтересованно глянул на собеседника, который в ответ с укором посмотрел на него, — Извини, я не очень сильно разбираюсь, кто в Вобанэ кому задницу лижет, у меня свои дела есть. Влиятельных кардиналов знаю, а остальные мне не интересны, — маг презрительно махнул рукой.

— Люций или Амэтус. Два молодых кардинала. Креатуры ныне мертвого Наместника. Были ему полностью верны. Вера обоих сильна, но кроме веры у них ничего и нет, даже собственных мыслей. Я бы выбирал между ними.

— Нет собственных мыслей и вера сильна? Инквизиторам они понравятся. Но ты уверен, что остальные кардиналы согласятся на марионетку на троне?

— Все влиятельные кардиналы, выступавшие против политики нового Наместника, сейчас в рядах Светлого похода. Причем, их туда не сослали, они там себе репутацию зарабатывают. Вне всяких сомнений, они будут против любых кандидатур, связанных с командой Наместника, но они далеко, друг мой. Их голоса учтут на Совете Кардиналов, но не более. И они это понимают.

— Значит останутся в войсках и будут дальше повышать себе репутацию и зарабатывать влияние находясь в оппозиции уже новому Наместнику, — архимаг задумался, — Вы точно удержитесь?

— Я не военный, друг мой. И случится может всякое. Например второе пришествие Демура абсолютно точно изменит все расклады.

— А если без новой ночи Мур?

— Выстоим. Должны. Друзья рассказывали, что на границе намолено так, что все светится. Там даже магия работает иначе. Но за пределами намоленых границ все люди наша законная добыча. Патовая ситуация которая нам на руку.

— Мне это рассказывали. Но именно это меня и смущает.

— Не волнуйся. Мы готовы ко всему. Даже ко второму пришествию Демура.

— Не накаркай! — скривился архимаг, для которого любой бог был не более чем досадной помехой, — Значит Люций или Амэтус? И на кого поставишь?

— Люций.

— Спасибо.

— Решил заработать пару очков перед императором, друг мой?

— Это никогда не повредит, — ухмыльнулся архимаг, — Старый ублюдок почти потерял связь с реальностью, но иногда все еще бывает адекватен. В очередной раз подтвердить в его глазах свою информированность и незаменимость будет полезно. Да и придворные начали забывать, кто управляет империей. Снова напомнить им их место в пищевой цепочке не помешает.

— По моему мнению, друг мой, ты слишком тянешь с убийством императора.

— Знаю, но кронпринц не так прост как кажется. Я даже не могу гарантировать, что сохраню пост канцлера!

— Так это было бы славно. Альберт поставит своего человека, тот наломает дров, в чем мы с тобой ему поможем, и император вспомнит о старике Розе и приползет к тебе за помощью.

— Я думал об этом, но ты не хуже меня знаешь, что выпускать власть из своих рук бывает очень опасно даже на мгновение. Минимум три архимага будут готовы помочь Альберту править империей.

— Но у тебя же вроде сложились дружеские отношения с кронпринцем.

— Не верю я в дружбу около трона.

— Тоже верно. Предать может любой. Но не будем о грустном, зачем ты меня звал и так настойчиво просил о встрече?

— Мне нужна услуга.

— И кого надо убить?

* * *

Бюрократия. Величайшее изобретение человечества и его же величайшее проклятие. Но именно она давала возможность королю людей и алукарду вампиров побыть наедине с собой. Почитать доклады, отчеты, рапорты, наблюдения, аналитические записки. Да, большей частью вся подобная документация читалась секретарями и затем просматривалась через память крови, но часть работы Александр делал сам, да и нужная кровь была не всегда под рукой, в то время как бумага вот она, приятно пахнет и ее можно пощупать руками. Да и подумать было о чем.

В империи случилось совершенно неординарное событие. Прямо во сне умер Наместник Ластор. Лег спать живым, бодрым и полным сил и не проснулся. Причина смерти неизвестна, но точно ясно, что Наместнику никто не помогал. Ни яда, ни кинжала, ни магии. Здоровый человек просто взял и умер. Нет, в жизни так бывает. Сосудик в мозгу лопнет там или сердце внезапно остановится. Бывает. Но Ластор был Наместником Всесветлого и силой Его был не обделен. Болячки, смертельные для простых людей, для него были не более чем легкой простудой. Но только при условии, что сила Всесветлого не оставила Наместника. А именно это скорее всего и случилось в Вобанэ.

Для вампиров смерть Наместника значила, что Демур все же обозначил свое присутствие в этом мире и показал, что не просто все еще наблюдает за происходящим здесь, но и готов вмешиваться в дела мирские. И начал бог-отморозок прямо со своего первожрица. При этом было решительно непонятно, чем ему не угодил фанатик Ластор на своем месте. Вроде как идеальный слуга для Демура. Но видимо это было не так и троллям придется хорошо напрячь свои головы, чтобы понять в чем тут дело.

Еще одной неприятной новостью было подтверждение перемещения боевых артефактов из списка «ультра» поближе к границам Элура. Прямые запреты и преграды вообще не сыграли никакой роли в решении кардиналов вновь ударить по вампирам как можно сильнее, а лишь немного затормозили их. И это значило, что местный аналог ядерного оружия вновь будет применен на поле боя. Сейчас офицеры Корпуса Армии решали, когда и где вампиры в очередной раз преподадут людям урок и насколько жестоким он будет. Александру сильно не хотелось повышать градус текущего конфликта, но головы кардиналов требовалось остудить и желательно радикально.

Закончилось расследование странного ограбления церковного банка в столице империи. Один из проигравших в Валерии магистров добрался до Бади и там нашел службу у местного герцога. Место придворного мага было свободно по вполне банальной причине — герцог был разорен и имел такие долги перед банком, что даже продажа всего имущества и всей семьи герцога в рабство не покрыла бы и половины долга.

С предложением выйти на большую дорогу и поработать кистенем к герцогу банкроту пришел лично магистр, которого не очень устраивало будущее прозябание в нищете. А вот грабить священников решил уже сам аристократ, ведь сколько на той «большой дороге» заработаешь? Слезы. А в банке, да еще в столице империи, должно лежать много. И с долгами расплатиться хватит и на текущие расходы останется. Магистр с доводами герцога согласился и поехал грабить банк.

Совершенно не ясным оставалось, зачем волшебнику в этом плане был нужен герцог, но чужая голова потемки и пока крови не хлебнешь, разобраться в ней бывает сложно. Вампиры решили пока не вмешиваться в ситуацию и посмотреть за тем, как будут развиваться события. Рано или поздно банкиры также найдут грабителей и было очень интересно знать, как они с ними разберутся.

Ведь в самом Церковном Банке тоже все было не очень ладно, ведь его глава пил. Сильно, много, часто. Правящие за его спиной «директора» вроде как были довольны таким развитием событий, но в финансовых вопросах и на пятую часть не были также хороши как Верзье. Да, в интригах они понимали лучше кардинала, благодаря чему и заняли свои высокие места, но в финансовых делах эти люди разбирались довольно поверхностно. И вампирам было интересно, как именно такие люди разберутся с теми, кто их ограбил. Большинство делало ставку на усечение головы, но были и оптимисты, считающие, что ради хорошего наказания директора заставят Верзье просохнуть и придумать нечто заковыристое. Впрочем, банкирам надо сначала узнать кто-же покусился на самое святое, что у них есть, на кошелек, а с этим пока были объективные трудности.

Неожиданно хорошо все было в Шорезе и Ильхори, странах союзниках вампиров. Новые власти укреплялись и упрочняли свое положение почти не встречая сопротивления. Удивительная картина, особенно для Шореза, который вампиры, по сути, завоевали для своего ставленника. Но тем было проще и не приходилось отвлекаться на помощь сателлитам. Тем более что внутри Элура хватало мест, где требовалось приложить усилия и ресурсы вампиров. Причем, некоторые из таких областей были совсем даже не очевидными. Например, купцы Элура почему-то перестали боятся кровопийц.

Так-то Александр понимал, что для этого есть объективные причины, ведь даже в бытность герцогом Касом он сильно заигрывал с купцами и максимально привечал их в противовес дворянству. На территории герцогства для купцов действовали максимально выгодные им условия, о которых мечтали все прочие купцы Элура. И видимо теперь они решили, что пришел их звездный час. Геннадий уже разорил несколько торговых компаний, что забыли свое место, но это буквально никого не испугало. Купцы требовали от короля привилегий. Требовали! Оставлять такое без ответа было нельзя.

— Юля. Позови ко мне канцлера если он во дворце.

Вызванный прибежал к королю буквально через пять минут. Вот уж кто не забывал свое место и не забывал с кем имеет дело, и Александру это нравилось.

— Канцлер, лет двадцать назад у вас был помощник из купеческой семьи, успевшей сбежать из Закатных королевств, — начал вампир, выслушав положенные приветствия подчиненного.

— Его звали Нестор, ваше величество.

— Именно он. Знаю, что вы давно его не видели, но постарайтесь найти его.

— Да, ваше величество, — мужчина и глазом не повел, не выдавая свое недоумение относительно полученного приказа.

— Все просто, — Александр не стал держать аристократа в неведении относительно своей задумки, — Купцы Элура совсем потеряли страх. Вернуть его не сложно, оторвать пару голов и дело в шляпе, но боюсь эффект будет временным и никакой пользы от него не будет. Надо действовать хитрее и бить сильнее.

— Налоги, ваше величество, — догадался канцлер.

— Все верно. Пугать купцов мы не будем, но будем их доить. Помнится мне, упомянутый Нестор был большим почитателем разного рода хитрых налоговых схем, которые он все время предлагал вам воплотить в жизнь.

— Именно так, ваше величество.

— Его хитрые схемы нам не нужны, сами придумаем не хуже, а вот энтузиаст налоговых сборов нам весьма пригодится.

— Тем более чужеземец. Поставленный во главе фискалов, он будет собирать на свою голову весь гнев купцов.

— Именно. А нам будут доставаться их деньги.

— Я постараюсь найти своего бывшего помощника, ваше величество.

— Постарайтесь сделать это быстрее, канцлер. Заодно подготовьте указы по новым налогам, конкретные цифры и схемы вам предоставят из Казначейства. И, думаю, для начала нам стоит ограничить эти указы конкретными территориями, а именно королевским доменом.

— Но, ваше величество, если не распространить новые налоги на все территории королевства это приведет к коллапсу, особенно среди мелких торговцев.

— Не волнуйтесь, канцлер, мы наказываем богатых купцов, а не казну пополняем. Мелких торговцев никто не тронет, а если они понесут большие убытки, их при нужде можно будет и компенсировать из тех средств, что получим от их наглых коллег. В общем, Казначейство знает что делать, вам надо лишь воплотить их идеи в указы, что я подпишу. Если купцы не поймут, налоги будут подняты для всех территорий Элура — и старых, и новых.

Выжимание «крупного бизнеса» на периферию может и не самая умная мысль для любого правителя, но вампиры не любые правители, а благодаря памяти крови и вовсе уникальные. Вытесненные на периферию купцы, а они сами туда сбегут от высоких налогов королевского домена, ничуть не изменятся. В их головах так и останется идея, что король им должен. Только теперь они будут еще и обижены. А обиженные люди, да еще и с деньгами обязательно постараются обидчику отплатить. И тогда уже Геннадию не придется напрягать свои ресурсы и тихо-мирно банкротить наглецов, забывших свое место, — он разберется с мятежниками силой. Заодно все нелояльные новой власти элементы будут подчищены, ведь именно такие люди и будут брать деньги купцов на революции, восстания, мятежи и прочие забавы, что так любит радикальная оппозиция. Так что в Элуре однозначно станет «чище». Главное не проспать момент, но с памятью крови сделать это очень сложно.

— К вам Константин, экселенц, — не успела Юля договорить как в кабинет алукарда ворвался встревоженный триумвир.

— У меня новость. Она и хороша и плохая. С какой начать?

— Давай с хорошей, — невольно улыбнулся Александр сам не понимая чему.

— Священники не будут бить по нам артефактами из списка «ультра», по крайней мере не в ближайшее время.

— Это, конечно, хорошо, но не хочешь же ты мне сказать, что кардиналы использовали их против…

— Человеческих городов. Три небольших города стерты с лица земли. Кого в этом обвинят думаю понятно и так. Это, кстати, плохая новость.

— Подробности известны?

— Никаких подробностей пока нет.

— Давай размышлять, — алукард откинулся в кресле, — Скорее всего это экспромт. Не думаю, что кардиналы хотели так поступить изначально. Разведка сообщала точно об их желании применить оружие против нас. Артефакты они раздобыли, но тут внезапно умер Наместник, на которого и хотели, скажем так, произвести впечатление и заставить его изменить свои решения. Кто будет новым Наместником пока неизвестно.

— Да чего там неизвестного? — ухмыльнулся Константин.

— Не все такие умные и осведомленные, как мы.

— Как выяснилось, кто-то умнее чем мы думали.

— Считать священников идиотами не самая удачная наша идея.

— Брось. Мы не только священников, мы всех вокруг идиотами считаем. Высокомерие бессмертных.

— Что есть, то есть, — кивнул Александр, — Но вернется к нашим светлым баранам. Смерть Наместника заставила кардиналов остановиться и задуматься. Кого точно выберут новым главой Светлой Церкви им неизвестно, но цель у них осталась прежняя — активизировать войну против нас. И они применяют артефакты против своих городов. Не самый умный ход, но и не самый глупый. Людям расскажут о зверствах вампиров и нашей подлой сущности, а Вобанэ и император будут поставлены перед фактом необходимости ответных мер. Да, и Наместник и император очень быстро узнают кто именно применил артефакты, но это ничего не поменяет, ведь рассказать об этом они не смогут. Для всех ультраоружие применили мы.

— Да плевать. Что делать будем?

— Наши планы эта атака никак не изменила.

— Это понятно, — отмахнулся Константин, — Я про ответные шаги. Мы ведь тоже не можем оставить это дело без ответа.

— Есть предложение?

— Кац предлагает сдаться*.

(*Если что, это фраза из старого комедийного фильма)

— Не понял.

— Давай договоримся с новым Наместником. Они вроде как ответят, мы вроде как получим оплеуху, и все останутся при своих. В Вобанэ с легкостью на это согласятся.

— После того как Демур прямо во сне убил их предыдущего Наместника, они с легкостью согласятся сотрудничать с вампирами? — ехидно улыбнулся Александр.

— Это единственное слабое место моего плана. Но я не думаю, что там все настолько обезумели от страха, чтобы не обращать внимания на очевидные вещи, а очевидная вещь такая, что удар нанесли они. Фактически это мы пострадавшая сторона. Причем, если их священники в проповедях не будут раздувать истерию, все быстро забудется. И нам и им проще договориться. Только нам надо будет сделать вид, что мы немного проиграли.

— Нет.

— Нет?

— Нет, — подтвердил алукард, — Я не против договариваться со священниками, но первый шаг сделать должны они.

— Никто из кардиналов договариваться с нами не будет. Если мы не сделаем первый шаг, придется и дальше хреначить друг друга «атомными бомбами».

— И мы к этому готовы.

— Мы готовы, а людей жалко.

— Сказал бы я, что бабы еще нарожают, но промолчу. Наша война с людьми и так идет по максимально неудобному для нас сценарию и подыгрывать в этом церкви я не хочу. Пусть нападают. В конце-концов, нам нужны пленные.

— Хозяин — барин, — пожал плечами Константин и добавил, — В принципе, я с тобой согласен, но немного времени до начала большой драки нам бы не помешало.

— Мы столько лет к этой драке готовились. Сколько можно откладывать?

— И то верно. Да и чего там драться? Начать и кончить.

Триумвир махнул рукой и быстро удалился, оставив алукарда наедине с отчетами, которые сами себя не прочитают. Даже если это отчеты магов.

Случайно встреченная Колет девочка Злата оказалась даже не самородком, а изумительной чистоты бриллиантом размером с бычью голову. Новые заклинания она создавала буквально на коленке, и ее ничуть не смущала их сложность. Благодаря малолетнему будущему архимагу вампиры уже закрыли столько пробелов, что было даже страшновато, а что будет когда девочка вырастет и выучится. Впору было задуматься о космических кораблях… ну если бы в том космосе было хотя бы что-то интересное. Хотя и просто так слетать будет интересно… когда-нибудь. Сейчас главное разобраться с более насущными делами и заодно в очередной раз отдать приказ об усилении охраны Златы и в очередной раз распорядиться о пересмотре ее дополнительной учебной программы. Предыдущую юный гений уже освоила.

А затем наступил момент, который Александр оттягивал всеми силами. В кабинет зашел разодетый камердинер и важно провозгласил:

— Ваше величество, ваша невеста прибыла во дворец.

Глава 18

Невеста… Александр грустно улыбнулся.

С женщинами ему явно не везло. Как оно будет в этот раз пока неизвестно, но предчувствия были не добрыми.

За свою короткую человеческую жизнь он успел побыть женатым мужчиной и испытать все прелести брака: страсть, восторг, счастье, радость, разочарование, скуку, монотонность, боль. Развод стал спасением, но главное, удалось сохранить неплохие отношения с бывшей женой, которая спустя всего полгода после расставания признала, что он был отнюдь не худшим мужчиной на планете, а если подумать так и вовсе входил в золотой фонд представителей своего пола. Вместе им быть было больше не суждено, но дружбу сохранили. И это после весьма болезненного расставания.

Тогда, в своей человеческой жизни, Александр этим гордился. Став вампиром и прожив долгую жизнь, мужчина понимал, что ему было чем гордиться. Правда, повторить достижение человеческой жизни в вампирской получилось далеко не сразу. Его здешняя бывшая жена лишь недавно восстановила с ним нормальные отношения. И пусть длительное время, потребовавшееся на устаканивание ситуации, можно списать на долгую продолжительность вампирской жизни, при которой спешить нет нужды, но… Почти век на обычное примирение? Это явный перебор даже по меркам вампиров.

И вот теперь его ждала очередная невеста… на месте которой он предпочел бы увидеть совершенно иную женщину.

Марианна. Герцогиня Каса. Роскошная, красивая, умная, волевая… давно мертвая. Но от этого не менее любимая. Забыть самую яркую любовь всей своей долгой жизни у Александра никак не получалось. Как не получалось и перестать думать о том, что бы было если бы он тогда не отступил. И пусть о последнем алукард думал не часто, но себя обманывать не стоило даже в мелочах. Думал. Редко, но клевал себе мозг и нервы мыслями о том, что он мог поступить иначе. Да и про жену думал. Мог быть и с ней честнее и сразу расставить все точки над «i», не доводя ситуацию до абсурда.

Но это все было в прошлом, сейчас его ждало настоящее. Как там в песенке пелось? Жениться по любви не может ни один король? Вроде так. И вскоре Александру придется на своей шкуре испытать верность этого утверждения, ибо в приданом у невесты целая страна. А это много. Даже по меркам вампиров много. Так ведь Сахия не просто страна, а страна в стратегически важном и выгодном месте. И все это богатство достанется Элуру, а значит и вампирам, всего лишь по факту свадьбы. Тут не до любви и романтики, тут в ходу совсем другие понятия. И если кто-то услышал слова «жадность», «расчет», «цинизм», «прагматизм» и прочие, то ему не показалось. Именно эти слова и витали в воздухе королевского дворца Элура.

Виктория Анна Луиза Сахианская стояла у окна и ждала. Заранее проинструктированные слуги оставили девушку одну и дали ей время обвыкнуться. А чтобы разговору будущих супругов точно никто не помешал, жандармы перекрыли все подходы к малой королевской гостиной и даже озаботились постами на этаж выше и ниже означенного места. Приказ алукарда был точен, а потому исполнен со всей тщательностью. Нарушить покой разговора парочки мог лишь Леонид, обладавший способность перемещаться в любую точку мира о которой он знал, но воевода был занят и его появление во дворце не ожидалось от слова совсем.

— Ваше высочество.

— Ваше королевское величество, — девушка низко склонила голову перед вошедшим в малую гостиную Александром.

Принцессу немного потряхивало от напряжения, а вот страха в глазах не было и вампиру это сразу понравилось.

— Как я могу вас называть, ваше высочество? А то имя у вас очень уж длинное, — алукард прекрасно знал, что принцессу Сахии иначе чем Анной никто и не звал, но вежливость требовала вопроса.

— Как вам будет угодно, ваше королевское величество, — девушка еще раз склонила голову.

— Как угодно? — Александру почему-то не понравилось услышать из девичьих уст столь привычную его уху конструкцию про его волю во всем и над всеми, — А если я захочу назвать вас Бревном?

— Как вам будет угодно, ваше королевское величество.

— Так. Ясно, — вампир плотно сжал губы, — Так дело у нас с вами не пойдет.

— Я вся в вашей воле и…

— Помолчи, — Александр подошел к девушке и коснулся мочки ее уха, на что принцесса слегка дернулась, но усилием воли заставила себя вернуть голову на место и позволить королю делать что он пожелает, — Первое, меня зовут Александр. Допустимо, особенно наедине, Алекс. Я старый, древний вампир из другого мира. Все эти «ваше королевское величество» и прочие эпитеты забудь. Повтори.

— Вы старый, древний…

— Имя! — немного резко скомандовал вампир отчего девушка в страхе дернулась.

— Александр, — с трудом выговорила принцесса, — Можно Алекс, но наедине.

— Вот. Так и называй. Я не обижусь. Если очень хочешь быть со мной вежливой, дозволяю обращение «мой король» и «милорд». Тоже не обижусь, но, пожалуйста, используй эти обращение в более официальных беседах.

— Я поняла вас, милорд, — девушка вновь склонила голову, на что Александр лишь закатил глаза, но комментировать действия собеседницы не стал.

— Второе. Я знаю, что все вокруг называют тебя Анной. И я знаю, что тебя это устраивает. Но теперь ты в новом для себя месте. Если желаешь, считай, что родилась заново. Поэтому я повторю свой вопрос. Как мне к тебе обращаться?

— Ваше… Мой… Александр, я…

— Просто скажи имя, — пришел на помощь девушке вампир и постарался добро и подбадривающе улыбнуться, — Не нужно официоза.

— Анна, милорд. Мне будет привычнее, если вы будете называть меня Анной. Я привыкла к этому имени, меня так с детства все называют.

— Отлично, — кивнул Александр, — Так вот моя дорогая Анна, я продолжу. Третье. Мы начинаем называть друг друга на «ты», — девушка попыталась возразить, что даже к отцу она обращается на «вы», но вампир был быстрее, — Это не обсуждается. Особенно наедине. Мы станем друг другу близкими кхм… людьми, — поймав немного укоризненный взгляд принцессы, Александр поправился, — Ладно, мы будем близкими друг другу разумными. Правда близкими. Мы будем каждый день видеться как в официальной, так и в неофициальной обстановке. Каждый день. А еще я весьма любвеобилен. Так что и в одной постели мы будем встречаться часто. Глупо называть друг друга на «вы».

— Как тебе будет угодно, Александр, — с некоторым вызовом проговорила порозовевшая при упоминании постели принцесса, а затем вновь низко поклонилась.

— Делаешь успехи, — похвалил девушку вампир, — Четвертое. Перестань мне кланяться по любому поводу. Я тебя не съем. Если я захочу увидеть твою макушку, я сам тебя нагну. В разговоре с человеком, я предпочитаю видеть его лицо и глаза.

— Я лишь выказываю вам уважение, милорд.

— Понимаю. Но пойми и ты. Я слишком давно живу на этом свете, чтобы понимать разницу между выказыванием уважения и настоящим уважением. Да, во многих ситуация надо чтобы люди демонстрировали тебе свою преданность и уважение. Так они быстрее привыкнут подчиняться тебе. Но у нас с тобой другая ситуация. Не находишь?

— Нахожу.

— Отлично. Тогда идем дальше. Пятое. Для всех людей вокруг ты моя жена. И не надо поправлять меня про невесту, — остановил вскинувшуюся девушку вампир, — Ты стала моей женой в тот самый момент когда я так решил, остальное не так существенно. Так вот. Для всех людей вокруг ты моя жена. Но есть один маленький нюанс. Ты человек, а я бессмертный вампир. А значит однажды у нас возникнет вопрос из разряда: а как долго мы еще будем оставаться супругами? Ты изучала мою официальную биографию?

— Да, милорд.

— И прекрасно помнишь, что однажды я был женат.

— Да, милорд. На…

— Я прекрасно помню имя своей бывшей жены, — подняв руку остановил принцессу веселый Александр, — Так вот сейчас она вампир. Если тебе интересно, вампиром она стала по своей воле. И она мне больше не жена. Но с ней я совершил одну ошибку, которую не хочу повторять с тобой. А потому сразу сообщаю тебе, что несмотря на тот факт, что для всех людей вокруг ты будешь моей женой, для вампиров ты будешь моей младшей женой. Для всех вампиров ты уже моя младшая жена. Хочешь знать, что это значит?

— Да, милорд, — принцесса отчетливо напряглась.

— По нашим законам вампир не может быть женат на человеке. Только на другом вампире. Но так получилось, что на эту минуту мы, вампиры, не можем размножаться естественным путем. Наши девушки пока что не могут рожать нам детей. Зато детей нам могут рожать человеческие женщины. Так был введен институт младших жен. У вампира может быть жена и с ее согласия у него может быть любое количество младших жен. Дети от младших жен считаются общими детьми пары вампиров. Сами младшие жены родив одного или нескольким детей могут просить об обращении себя в вампиров и после этого статус младшей жены они теряют. Это понятно?

— Да, милорд.

— Так вот, жены вампирессы у меня нет. А значит только лишь я решаю кто будет моей младшей женой. Сразу скажу, что у нас не очень одобряют наличие младшей жены без наличия обычной жены, но к тебе никаких претензий ни один вампир не выскажет.

— Я…

— Хочешь мне возразить, и сказать, что именно тебе вампиры и будут высказывать свои претензии?

— Да, милорд, — решительно кивнула девушка.

— Будь вампиры людьми, так бы оно и было. Ты слаба, я силен. Тебе можно бросить в лицо любую претензию, ответить ты не сможешь. Я же порву такого умника на куски. Но суть в том, что я не зря начал речь про тот факт, что для всех людей ты будешь моей женой. Только для вампиров ты будешь младшей женой. А у нас немного иные взгляды на людей. Грубо говоря и это факт — люди слабы. И что из этого следует?

— Что милорд? — гадать девушка не стала.

— Что человек не может отказать вампиру. А значит в любых ситуациях когда действует принцип невозможности отказа человека вампиру, виноватым является сильный вампир, а не слабый человек. Поэтому никто из вампиров и слова тебе не скажет по поводу твоего статуса младшей жены и всего прочего. В нашем понимании ты не можешь мне отказать. Точка.

— Спасибо за пояснение, милорд.

— Всегда, пожалуйста, но продолжим, — Александр кивнул в сторону кресел у стены и первым пошел занимать одно из них, — Твой статус младшей жены дает тебе существенные преимущества перед другими людьми. По сути, для нас ты полувампир. Почти своя. Твою кровь не могут пить без твоего ведома, тебе не могут указывать что делать и прочее. Но есть и моменты в которых ты все еще продолжаешь числиться человеком, — присевшая на краешек кресла девушка обратилась в слух и Александру это понравилось, — Есть у нас древний закон. Напавший на вампира человек становится собственностью вампира. Поэтому даже являясь младшей женой, даже моей, ты обязана вести себя с другими вампирами вежливо, ты не можешь указывать им что делать и тем более не можешь приказывать им. Ты младшая. Уже не обычный человек, но еще и не вампир. Поэтому будь вежлива, соблюдай приличия и все у тебя будет хорошо. А когда придет время и ты пожелаешь стать вампирессой, я лично тебя обращу. И в этот момент ты автоматически перестанешь быть и моей женой для людей и моей младшей женой для вампиров, а станешь обычной рядовой вампирессой. Ясно?

— Да милорд, но что если я не захочу становиться вампиром?

— Это не беда. Захочешь — станешь. Не захочешь — не станешь. Неволить тебя никто не будет. Но в последнем случае через десять лет ты перестанешь быть моей младшей женой. Этот статус будет тобой потерян. Люди живут недолго, но ждать решения всю их жизнь мы не любим. И сразу поясню. Если ты дашь согласие обратиться вампиром, то никаких сроков для тебя существовать не будет. Можешь стать одной из нас и через двадцать лет. Плюс есть нюансы связанные с детьми. После рождения детей, срок в десять лет тоже перестает быть обязательным. В общем, время подумать у тебя есть и его много.

— Я поняла, милорд.

— Молодец. Тогда шестое. Проясним твой статус среди людей, — Александр серьезно посмотрел прямо в глаза девушки и выдержал небольшую паузу, — Ты не досадное приложение к собственному приданому, которая здесь никому не нужна. После нашей свадьбы ты будешь реальной королевой Элура со всеми правами и обязанностями положенными этому титулу. Это в том числе означает, что если какой-то придворный посмеет косо на тебя посмотреть или любым образом принизить тебя, я оторву ему голову. Без суда и следствия, прямо при тебе. И «оторву голову» это не фигура речи, — девушка немного побледнела, видимо представив себе эту картину, а заодно и вспомнив о самом старом прозвище разумного, что ныне сидел перед ней — Потрошитель, — Уясни для себя сразу. Ты реальная королева Элура. Это не обсуждается. Но думаю ты понимаешь, что не все короли дают своим королевам власть?

— Мне это известно, — быстро кивнула девушка беря себя в руки.

— Так вот я не исключение. Список дел в которые ты можешь вмешиваться подготовлен. Прочитаешь и выберешь из него то, что тебе по душе. Все выбранные тобой сферы деятельности будут твоими на полном серьезе и твоя власть в них будет властью королевы. Во всех остальных вещах ты лишь моя тень. Безмолвная, покорная, на все согласная. Не будешь лезть не в свои дела и все у тебя будет хорошо.

— Спасибо за предупреждение, милорд, — чуть склонила голову принцесса.

— Седьмое, — Александр откинулся в кресле, — Есть одна сфера жизни, о которой я сразу хочу предупредить тебя заранее. Религия. Так как боги реально вмешиваются в дела вампиров, мы в ответ вынуждены ограждать себя. Это не означает, что церковь, любая церковь: хоть Демура, хоть Мур — закрыта для тебя. Нет. Делай что и раньше делала. Молись, постись и прочее. Но вот если ты захочешь чего-то нового или твой духовник начнет тебе советовать что-то, чего он раньше не советовал, то ты не медля ни секунды идешь ко мне. Я сразу хочу донести до тебя всю серьезность ситуации. Например, если однажды ты попытаешься участвовать в дворцовых интригах, решив, что теперь ты достаточно взрослая и опытная, чтобы играть на поле с большими дядями, — я, максимум, пожурю тебя, напомнив, что ты лезешь не в свое дело. Но если ты вольно или невольно повредишь вампирам, то я без слов оторву тебе голову. И ныне ситуация такова, что любые божественные вопросы могут стать делом против вампиров. Так что не стесняйся рассказывать мне все новое в сфере религии и вообще не вздумай играть против вампиров. Напоминаю, что это один из наших основных законов. Люди не вредят нам и живут спокойно. Вредят нам и становятся рабами независимо от заслуг и своего положения в обществе. Не вреди и будь внимательна, и все у тебя будет хорошо. Будет власть, будут деньги, будет уважение. Ясно?

— Да.

— И мы плавно перешли в восьмому пункту моей речи. Бюджет. Как королеве Элура тебе будет позволено сформировать собственный двор. В королевском дворце под него будет выделено крыло. Плюс, если пожелаешь, можешь построить себе отдельный дворец, — увидев заинтересованный взгляд девушки, Александр пояснил, — Вскоре у Элура будет новая столица и там можно будет возвести целый дворцовый комплекс. Расходы на все это будут оплачиваться из казны. Ну а что касается денег лично тебе, то в год ты будешь получать миллион четов. Повторю, это лично тебе. На булавки. Твоих придворных и прочие расходы твоего двора Казначейство будет оплачивать отдельно. Здесь у тебя лимитов нет, ну кроме здравого смысла.

— Это очень щедро с вашей стороны, мой король.

— Считай это моим кредитом доверия тебе.

— Я ва… тебя не подведу.

— Тогда девятое. Подготовка нашей свадьбы. Я хочу поручить ее тебе. Помощников можешь пригласить из Сахии или воспользоваться местными. Мне все равно. Главное, сделай нашу свадьбу грандиозной и незабываемой.

Давая принцессе настоящее дело, Александр хотел посмотреть как она с ним справится. Девушка это явно поняла, а потому молча кивнула принимая задание.

— Тогда десятое и последнее. Если тебя что-то не устраивает — говори мне об этом прямо и сразу. Скрывать что-то бессмысленно. У нас, вампиров, есть то, что мы называем памятью крови. Выпив лишь каплю крови живого существа, мы знаем о нем все. Всю его жизнь, — изумленная девушка смотрела на Александра широко раскрытыми глазами, — Поэтому скрывать от нас что-то бессмысленно. Лучше прийти самому и все рассказать. Так будет быстрее и проще. И чтобы между нами не было недомолвок. Каплю твоей крови я выпил, когда потрогал тебя за ухо. Любой контакт вампира с кожей может закончится тем, что мы попробуем кровь человека. Так что для этого не надо сдавать нам литры крови или проводить какие-то специальные ритуалы. Я просто поглажу тебя по голове и буду знать чем ты живешь и дышишь.

Александр удовлетворенно кивнул, увидев, что паника у девушки прошла, а в глазах появилось понимание.

— Вопросы есть? И нет, это не первый и последний раз когда ты можешь их задать. Если сейчас тебе в голову ничего не приходит, а завтра появлятся сотни вопросов — ты можешь прийти ко мне в кабинет и задать их. Даже среди ночи. Мы, вампиры, спим мало и в основном делаем это днем. Так что я буду рад ответить на любые твои вопросы. Не стесняйся их задавать или просить совета. Ты моя жена и заботиться о тебе моя обязанность. И как короля, и как вампира.

Принцесса Анна решительно кивнула.

— Тогда будем считать, что наше знакомство состоялось. Сейчас тебя проводят в твои комнаты, где ты будешь жить до свадьбы. Осмысли все услышанное сейчас от меня. Завтра поговорим более детально и подробно. И помни. Я на твоей стороне и пока это так, все у тебя будет хорошо.

* * *

Ночь только вступала в свои права, вечерняя прохлада бодрила кожу, а на небе появлялись первые редкие звезды. Чудное время. Время вампиров.

Геннадий с видимым сожалением прикрыл окно и вернулся в кресло для посетителей. Правда хозяйки кабинета еще на месте не было, но ее поступь уже была слышна, а значит надо соблюсти приличия. По крайне мере их часть, ведь вломился в кабинет Геннадий без спроса.

— Что такого потребовалось от меня главе всемогущего Корпуса Будущего, что он соизволил ожидать меня в моем же кабинете? Да еще и забыв поставить меня об этом в известность.

— Не юродствуй, глава всемогущего Казначейства.

— Не буду, — хмуро ответила вампиресса, — Так что у тебя случилось, что ты забыл о нормах приличия.

— Брось. Что у тебя в кабинете такого, что надо скрывать от меня?

— Сам факт того, что кабинет мой.

— Ты права. Приношу свои извинения. Буду должен.

— Ага, — голос женщины сочился ядом, — С тебя долг истребовать это как подвиг совершить.

— Преувеличиваешь.

— Немного. Так зачем пожаловал?

— Проблема у меня. Не так давно Александр приказал мне сделать зарвавшихся купцов бедными. Я сделал. Но этого не хватило. Купцы как наглели, так и наглеют. Теперь принято решение придавить наглецов налогами. Но, ты сама знаешь, налоги это дело такое. Здесь заплатил, а там забыл.

— Так ведь можно напомнить.

— Можно, но не делай вид, что не поняла о чем я.

— Прекрасно поняла.

— Вот. Поэтому я и пришел к тебе.

— Хочешь отомстить купчишкам.

— Отомстить я могу и без твоей помощи. Сама знаешь, что я контролирую и какие возможности есть у моего Корпуса.

— Тогда я не… Подожди-подожди-подожди, — зачастила казначей, — Ты же нам тут коммунизм устроить не хочешь?

— Нет, — рассмеялся Геннадий, — Хотя идея заманчива. Коммунизм напугает наших доморощенных начинающих капиталистов до усрачки. Но нет. Это слишком мелко. Сначала они не поймут что происходит, тут же еще в этом вопросе непуганые идиоты, а потом будет поздно пить боржоми. Я хочу не отомстить, и даже не наказать, а сделать так, чтобы любой разбогатевший товарищ никак и ни при каких обстоятельствах не мог влиять на власть с помощью своих денег.

— Вот как… Может лучше коммунизм? Что ты на меня смотришь? Коммунизм будет построить проще, чем осуществить задуманное тобой.

— Все не так сложно. Нужно лишь… Как это в нашем мире называлось… Забыл уже… Во! Завести службу финансового мониторинга.

— По сути, такая служба у меня есть.

— Есть, но твои ребята следят лишь за нашими деньгами попавшими в руки подрядчиков. Схожий отдел есть и в моем Корпусе. Я предлагаю объединить их усилия и взять за горло вообще всех у кого есть деньги.

— И зачем? Александр же уже взял, пусть пока и силами человеков.

— Человеки пусть сами свои налоги собирают. Мы будем собирать информацию.

— Ах вот оно что. Тебе опять Светлана на уши присела?

— Не буду скрывать. Частично идея ее.

— Вот неугомонная баба, — покачала головой казначей, — Ладно. Предварительно я согласна. Будем собирать информацию о деньгах. И я так понимаю, как только любой имеющий деньги захочет поиграть в политику, к нему будут приходить твои бойцы и подробно рассказывать как нечестно он нажил свои капиталы, а потому ему надо выбрать одно из двух. Либо он сохраняет свои нечестно нажитые капиталы и забывает про политику. Либо остается в политике, но без капиталов.

— Идея именно такова, — кивнул довольный, что его сразу поняли, Геннадий.

— Хорошо. А если капиталы нажиты законным путем? Ну там, наследство или реально кто честно наторговал миллионы?

— Смешно, — оскалился Геннадий, — Но невозможно. Что касается варианта с наследством или лотереей, кладом или еще каким способом мгновенного получения огромных денег, то нет ничего сложного. Вспомни, много ты знаешь тех, кто мгновенно получив большие деньги смог нормально ими распорядится?

— Обычно ничем хорошим это не заканчивается.

— То есть, такие люди для нас безопасны. И это ответ на твой вопрос. Мгновенно разбогатевшие люди скорее купят себе театр, бордель и пафосную карету, чем пойдут в политику.

— Ладно, считай ты меня убедил. Меня агитировать за контроль над деньгами не надо.

— Я знал, что ты сразу меня поймешь. Детали согласуют помощники.

— Естественно.

— А как у тебя вообще дела? Все же раньше ты с людьми дел почти не имела. Помощь не нужна?

— Я и много раньше их почти не имела, — улыбнулась вампиресса, — Бухгалтерия, знаешь ли, общение с людьми не всегда подразумевает. Что касается твоего вопроса, то нормально у меня все. В пределах ожидаемого. Человеки, конечно, раздражают, но мы над этим работаем.

— Если не секрет, то над чем именно?

— Секрет, — хмыкнула женщина, — Много у тебя секретов с памятью крови?

— Парочка. И все же, что вы там затеяли?

— Ничего такого. Просто наш любимый алукард выдал своей невесте безлимитный кредит финансового доверия.

— Слышал и полностью поддерживаю эту идею.

— Все поддерживают, а платить должна я, — хмуро заявила женщина.

— Брось, нам от этого сплошная выгода. А слишком уж увлечься королеве ты первая не позволишь.

— Я все понимаю, Ген. Разведка, дезинформация, ловля на живца, репутация и прочее. Выгоду вампиров от яркого и богатого двора королевы я вижу не хуже тебя, но платить за все это мне! И мало того, что платить, мне надо будет завести для этого специальный отдел! А это дополнительные работники!

— Тебя Константин не кусал? — улыбнулся Геннадий

— Нет, я его идейная последовательница!

— Оно и видно, — хмыкнул мужчина, — Так значит у тебя все нормально и моя помощь не нужна?

— Иди уже отсюда, — махнула рукой глава Казначейства, — Помощников потратить мои деньги у меня и так хватает.

— Ухожу-ухожу. Хорошей тебе ночи, о всемогущий хранитель вампирских богатств.

— Шут доморощенный, — без злобы буркнула в спину уходящему вампиру женщина и закрывшаяся дверь отрезала Геннадия от казначея.

Довольно улыбнувшись глава Корпуса Будущего неспешным шагом отправился в свой кабинет. Ночь предстояла длинная и работы было много.

Финансовый контроль должен был стать лишь одним из кирпичиков будущего фундамента безопасности власти вампиров и их диктатуры над людьми. Сейчас же надо было поработать над другим. Тем, что в прошлой жизни называлось «культурой отмены».

Идеальный инструмент для кого-то типа вампиров, которые и раньше предпочитали не убивать, а разрушать репутацию вредных для них людей. Теперь же надо было сделать следующий шаг и ввести в обиход культуру отмены, когда сами люди будут вычеркивать кого-то из общественной жизни лишь по факту того, что они ведут себя непривычно и не следуют принятой политике. И первыми на себе это испытают купцы, решившие, что большие деньги дают им право диктовать власти свои условия. Идиоты забылись. Идиоты будут наказаны.

* * *

— Командир, у меня очень неоднозначная новость. Прошу меня не бить.

— Всего раз было и то за дело, — фыркнул вампир, — Что там у тебя случилось?

— У нас, командир.

— И что у нас случилось?

— У нас завелся культ.

— И что в этой новости неоднозначного. Месяца не проходит, как вылавливаем разного рода культистов извращающих веру.

— Верно, командир, но то культисты привычные и обычные.

— А эти серо-буро-малиновые?

— Почти. Новые культисты поклоняются неизвестному богу. Почитаемое новыми культистами имя в исторических хрониках ни одной расы или страны не значится. У нас завелся новый бог, командир.

Глава 19

Когда принцессе Анне впервые сообщили, что к ней, как возможной будущей супруге, проявил интерес король Элура и одновременно глава всех вампиров… девушка от страха потеряла сознание. Нет, верные ее отцу придворные потом нивелировали этот досадный инцидент, пустив слух, что принцесса лишилась чувств от радости. Но кто надо знал, а значит знали и вампиры и, конечно, самый главный вампир, ее возможный жених и муж — Александр Первый Кровавый. Некоторые, правда, называли его Жестокий, а некоторые — Потрошитель, и это, как понятно, душевного спокойствия принцессе Анне не добавляло, а даже совсем наоборот. Впрочем, все это было лишь первой реакцией крайне молодой девушки на весьма неоднозначные новости о своем будущем.

Потом, когда у принцессы появилось время подумать и обсудить ситуацию с мудрыми людьми и советниками отца, она поняла, что все не так и страшно, как ей виделось это в первое мгновение, прямо перед тем как она лишилась чувств.

Первое и самое важное — вампиры Элура не жрали людей. Нет-нет, людьми они питались, точнее питались их кровью, что уже было крайне неприятно и мерзко, но и не более того. Ибо элурские вампиры пили кровь людей, но не жрали их, как это бывало ранее во времена Нашествия или во времена геноцида ее родной Сахии. И уже один этот факт внушал думающим людям определенный оптимизм.

Вторым фактом, внушающим осторожный оптимизм, была фигура самого короля Элура — Александра и грозного вампира по прозвищу Потрошитель. Ведь Алекс Блад, герцог Кас, был личностью хорошо известной всем власть имущим на протяжении сотен лет. Сотен лет! И за это время он показал себя как адекватный человек с которым можно и нужно иметь дела. Да, сейчас советники спорили о том, когда именно Алекс Блад стал вампиром и можно ли его старые заслуги записывать ему нынешнему, но факт оставался фактом. Алекса Блад, он же король Александр Кровавый, был уравновешенным разумным с которым можно вести дела и который очень сильно заботится о своих друзьях и союзниках.

И одного этого было достаточно для того чтобы остатки королевства Сахия яростно желали породниться с этим вампиром, просто закрыв глаза на то что он питается человеческой кровью. Ведь это кровь его врагов! А значит все не так уж и плохо. А после потенциальной свадьбы к крови врагов Элура добавится кровь врагов Сахии. Тут и вампирам будет хорошо, и остаткам самой Сахии. А значит свадьбе быть!

Потому принцесса, тяжело вздохнув, не стала устраивать скандалы и подтвердила, что готова исполнить свой дочерний долг и выйти замуж за того на кого укажет ее отец. Король тогда погладил Анну по голове, а после крепко обнял и пообещал, что все будет хорошо. Почему все будет хорошо — отец не объяснил, но принцесса сделала вид, что поверила ему.

Когда переговоры были завершены и вампиры пригласили будущую королеву Элура перебраться к ним, Анна лишь кивнула головой министру, что сообщал ей эту новость, и пошла собираться. Впрочем, «пошла собираться» это лишь громкие слова. Еще как только стало известно о намерении вампира взять Анну себе в жены, принцессе все было понятно. Будущего не избежать, а значит к нему надо просто подготовиться. И она готовилась. Платья, тряпки, украшения, посуда… все это готовили слуги. Принцесса же засела за книги.

Искусство общения. Искусство управления. Искусство дипломатии. Анну интересовало все, что позволит ей выжить в окружении тех, кто питается человеческой кровью, пусть даже он эту кровь покупает, а не вырывает силой из горла поверженного врага. Но лишь одними книгами принцесса не ограничилась. У отца хватало верных и мудрых людей, что освоили все интересное ей не по книгам, а были, так сказать, действующими практиками. И принцесса училась у лучших, сожалея лишь о том, что времени у нее мало, а раньше она на обучение… скажем так, плевала.

Чтобы Анна могла без проблем добраться до Ура, будущий жених прислал за невестой один из новейших кораблей своего флота. Полностью железный! Когда крейсер «Пироп» входил в бухту, казалось на набережную высыпало все население Лабара. Все жители столицы желали посмотреть на один из кораблей о которых в последнее время было столько разговоров. Еще бы! Ведь эскадра таких железных монстров под командование адмирала Бракка буквально выгнала имперские корабли из Ночного моря. Хотя слово «выгнала» оно не совсем верное в контексте того, что именно адмирал Бракк сделал с вражеским военным и торговым флотом на море. И вот один из его легендарных кораблей прибыл в Сахию ради того чтобы забрать принцессу Анну и доставить ее до Ура в целости и сохранности.

На борту железного крейсера Анну повсюду сопровождал лейтенант Старк, личный помощник легендарного ныне адмирала Бракка. Офицер произвел на девушку крайне положительное впечатление — сильный, крепкий, начитанный, знающий. При этом лейтенант не лебезил перед своей будущей королевой и если и старался ей угодить, то делал это крайне уместно и без ненужной лести.

В отличии от офицера, корабль Анне не понравился. Нет, внутри все было местами даже лучше чем во дворце. «Адмиральская каюта», как ее назвал лейтенант Старк, была большой, шикарной и уютной, а артефакты, о которых принцесса раньше даже не слышала, и вовсе делали ее каюту местом удивительным и комфортабельным. Но вот за ее пределами все было совсем иначе. Металл повсюду. Постоянное ощущение работающих машин. Угольная копоть и дым. Нет. Корабль принцессе решительно не понравился. И потому она была рада когда сошла по трапу в порту Ура, где ее встречала крайне внушительная делегация «лучших людей города», несколько вампиров в своих, уже всем известных, алых плащах и умопомрачительно красивая девушка в роскошных одеждах, что особенно бросалось в глаза на фоне скромного дорожного платья самой принцессы.

Как через час объяснила посланная с ней отцом верная статс-дама, девушка была племянницей канцлера Элура и будущей королевой Шореза, «лучшие люди города» — не более чем местные богатые и успешные купцы и торговцы, а вот вампиров не опознала даже многоопытная придворная. К сожалению, люди пока очень мало знали о внутренней кухне этой расы и, кроме заметных красных плащей, в другой геральдике вампиров разбирались очень слабо. Гербы на мундирах, равно как и сами мундиры, принцесса видела, но что они означают тоже не знала.

Как выяснилось в Уре, дальнейшее путешествие до Касии вновь пройдет по воде, на этот раз, для разнообразия, не по морю, а по реке Великой. Для этой цели король Александр прислал за невестой специальную прогулочную речную яхту, что с давних пор принадлежала ему и обычно возила богатых клиентов в Кас в тамошнюю Академию Красоты на омолаживающие и прочие косметические процедуры.

Все это принцессе пояснила Луиза, родная племянница канцлера Элура и нынешняя невеста короля Шореза, что не так давно, с помощью вампиров, занял престол в соседней стране и ныне активно укреплял там свою власть. В том числе и таким вот выгодным браком с влиятельной аристократкой из верного вампирам рода.

Сама Луиза Анне не понравилась сразу, еще там на пристани, когда встречала ее с официальной делегацией. Дальнейшее общение девушек это впечатление лишь усилило. И хотя принцесса понимала, что дело тут скорее во внешних данных Луизы, поделать с собой ничего не могла, да и откровенно не хотела. Да и кто бы хотел⁈

Мало Луизе было выделиться при встрече своим куда более роскошным и дорогим платьем и украшениями, из-за чего на ее фоне Анна смотрелась буквально как замухрышка из бедной дворянской семьи, так и… Ну вот как, как эта грудь может быть настолько пышной и стоячей? Как⁈ Это ведь полностью противоречит законам бытия!

Нет, у самой Анны грудь тоже была вполне себе в норме. Но только если ее поддерживать! Корсет или специальные одежды и принцесса смотрелась весьма и весьма эффектно, но стоило облачиться в обычные платья как грудь… исчезала. Что поделать. Такое строение тела досталось ей от матери, и этот факт приходилось, пусть и с зубовным скрипом, просто принимать. А эта Луиза даже в обычных платьях, уж девушки то такие вещи видят сразу, смотрелась как… как… как богиня плодородия и дойная корова в одном флаконе!

И будто этого ей было мало! Роскошные густые, длинные и крепкие волосы, идеальная форма лица без малейших изъянов, красивейшие глаза и кожа… кожа за которую хочется убить несколько раз подряд!

Сама Анна тоже не была дурнушкой, но на фоне Луизы ее невнятно пепельные волосы и банальные карие глаза совсем не смотрелись. Да и личико, в другое время и на другом фоне вполне себе миловидное, рядом с роскошной племянницей канцлера смотрелось… никак оно не смотрелось. Ладно хоть ростом она была чуток выше своей новой знакомой и это немного примирило девушку с действительностью. В остальном же одни слезы. А про юношеские покраснения на коже лица и еще остающиеся с детства немногочисленные веснушки и вовсе упоминать не стоит. Ради собственного здоровья не стоит! Никому! Даже будущему мужу!

В остальном девушки были похожи. Гордая осанка выдавала в обеих высокородных, отточеные повелительные жесты показывали, что росли девушки отнюдь не в хлеву, а в замках в окружении многочисленных слуг, и конечно же улыбки. Они были прямо родными сестрами близнецами.

Луиза будущая королева соседнего государства. С ней надо поддерживать хорошие, дружеские отношения даже если очень хочется вцепится в ее наглую, идеально красивую физиономию и расцарапать ее до крови. Нет, надо улыбаться и мило ворковать, изображая нежную дружбу. Иначе нельзя. Не поймут. Ни будущий муж, ни придворные, которые, что бы кто ни говорил, имеют очень больше влияние на политику страны и которым конфликт двух королев однозначно крайне не понравится. А если придворным что-то не нравится… Нет. Лучше об этом не думать и просто не начинать никому ненужный конфликт. А потому мило улыбаемся и говорим комплименты. Пусть подавится!

И Анна понимала, что в эту же самую минуту ее собеседница испытывает полностью схожие чувства. Девушка буквально ощущала, что она тоже не понравилась своей сопровождающей. Точнее, не впечатлила ее своей серостью и обыденностью. Будто бы для своего короля Луиза ожидала чего-то другого… особенного и яркого, а не обыкновенной девушки пусть и королевской крови.

— А на эти покраснения на коже не смотри, милая, — напоследок заявила принцессе Луиза, — Станешь королевой, и в твоем распоряжении будет вся Академия Красоты Каса. Там тебя в миг в порядок приведут, — и поклонившись, покинула Анну.

Хотелось догнать мерзавку и убить, но пришлось лишь холодно улыбнуться и развернувшись пойти вслед за слугами, что провожали ее до короля и будущего мужа.

Впрочем, Луиза действительно подсказала Анне отличное решение ее «проблем» с внешностью. Академия Красоты. Легендарное заведение в Касе, оказаться в котором мечтаю все женщины мира. После свадьбы это место станет для Анны открытым в любое время дня и ночи. А уж что там можно сделать! За время совместного путешествия по Великой Луиза немного рассказала об этом принцессе и теперь Анна была в предвкушении своего будущего преображения в прекрасную даму. Но это лишь перспективы, а пока надо пережить встречу с женихом, который отнюдь не лестью придворных носит прозвища Кровавый и Потрошитель, а заработал их вполне себе заслуженно. Впрочем и здесь Луиза успела успокоить свою новую знакомую, рассказав, что вампиры вообще нормальные ребята и даже просто милашки, которых так и хочется затискать, а уж король… при одном упоминании Александра на лицо Луизы выплывала дурацкая мечтательная улыбка, за которую наглую дворянку так и хотелось ударить. Но Анна сдержалась, а заодно полностью успокоилась, окончательно убедившись, что убивать и кушать ее прямо с порога никто не будет.

Первое свидание с женихом прошло… странно. У Анны создалось впечатление, что она Александру не нужна, но при этом… нужна. И дело точно было не в огромном приданом принцессы, а в чем-то другом, но большего женская интуиция девушке не подсказывала. Инструкции данные ей женихом тоже были странными. Нет, отдельные моменты были четкими и понятными, но вот информация о том, что пить ее кровь нельзя никому, а пробовать можно всем, это как? Странно, другого слова не подобрать. Но в чужие края со своими законами не ходят. Особенно люди к вампирам. И не потому что вампиры лучше, а потому что люди для них корм.

Закончившись, встреча с Александром принесла принцессе четкое понимание — жить в Элуре можно. Она явно не прогадала, когда с покорностью приняла решение отца и не стала закатывать скандалы по поводу поездки в логово ужасных вампиров. Здесь она сможет создать свой дом и мешать ей в этом никто не будет, даже наоборот, помогут. А там… дети и бессмертие?

Принцесса подошла к огромному, в половину стены, зеркалу, что нашлось в одной из комнат выделенных ей во дворце апартаментов и посмотрелась в него. Вроде вампиры любят показывать людям свои длинные клыки? По крайней мере так ей рассказывала статс-дама. Анна оскалилась своему отражению. После чего задумчиво посмотрела на результат и кивнув отошла от зеркала.

Надо написать отцу, успокоить его и одобрить. Пусть не волнуется за свою дочь. А клыки… клыки ей явно пойдут.

Глава 20

С ненавистью швырнув на стул сумку с успевшими за последние дни надоесть документами, что кровь из носа надо сегодня до ночи хотя бы прочитать, Гонта сел на кровать и стал яростно снимать с себя сапоги. Сходу у оборотня это не получилось, отчего он еще больше впал в раздражение и гнев, и вместо спокойных и уверенных движений, просто стал тянуть с себя предмет обувь еще сильнее, пытаясь решить возникшую проблему голой мощью. Наконец, расправившись с сапогами, Гонта откинулся спиной на кровать и попытался успокоиться и настроиться на рабочий лад.

Получалось откровенно плохо. Дела вокруг оборотня шли настолько неудачно, что мысли раз за разом возвращались к ним, вызывая гнев, ярость и злобу. Проклятые вампиры предали ликан встав на сторону людишек и магов. И теперь оборотни вынуждены перебираться в выделенную им провинцию, где, по соглашению с правителями Валерии, они и будут жить в автономии, но подчиняясь законам магов и самим магам. Сволочи!

А ведь все было так хорошо. Оборотни победили, обрели свободу и власть, и теперь… Сволочи! Не зря он сразу возненавидел этих хитрых кровопийц, что используют все вокруг лишь для собственной выгоды.

Хуже всего был тот факт, что работы для Гонты только прибавилось. Ныне ему надо переселить всех оборотней Валерии в одну провинцию. Надо проследить, чтобы никто при этом не потерялся и не остался на старом месте. Надо организовать переселение людишек из провинции в окрестности столицы. Надо проследить, чтобы никто из людишек не остался на старом месте. И все это должен он, Гонта. Маги умыли руки. Местный магистр, стоило ему увидеть приехавшего принимать дела оборотня, презрительно скривил губы и пробурчал что-то невнятное, указав на лежащий на столе отчет по провинции, и пожелал Гонте удачи в делах, после чего резко юркнул в карету и только его и видели. Маги рангом пониже вели себя схожим образом. Они просто бросили свои места на прибывших оборотней и уехали в столицу. Ведь там их ждали новые назначения и должности! Сволочи! Все вокруг гады.

Вообще, по мнению Гонты, люди, а точнее маги, только выиграли от этого переселения оборотней. Да, бывшие рабы получили целую провинцию, но неудобную, северную. Да, они получили власть, но власть без опыта ее использования стоит недорого. Да, люди не будут жить с ними бок о бок, но переселяют местных жителей на полностью обезлюдевшие в результате гражданской войны земли. То есть, оборотни будут осваивать неплодородные северные земли, а платить за них как за обычные, в делах хозяйственного управления провинцией во всем полагаться на магов и их советы, а сами маги резко решили проблему вымершей столицы заселив земли, которые их усилиями остались без людей и в обычных условиях восстанавливались бы не менее полувека.

Вампиры сволочи! Ведь все это проклятые маги смогли лишь с их помощью! И они за это еще заплатят! Дай только Гонте время и…

Резкий стук в дверь прервал мысли оборотня и заставил его с ненавистью посмотреть в сторону источника шума. Подниматься не хотелось, но по старой, вбитой еще во время обучения привычке он успел закрыть щеколду и теперь попасть в его личную комнату можно было лишь полностью выломав крепкую дверь.

— Кого там Мур принесла⁈ — крикнул Гонта все еще не желая вставать с кровати, некогда принадлежавшей здешнему магистру, а потому бывшей необычайно уютной и комфортной.

— Открывай, Гонта, свои, — раздался приглушенный дверью женский голос.

Заинтересовавшийся оборотень поднялся на ноги, с сомнением посмотрел на брошенные на полу сапоги и босиком пошел к двери, отодвинул защелку и запустил в комнату сразу трех самок.

— Что еще случилось? — буркнул Гонта, осознав, что сразу трое представительниц его вида на ночь глядя посетили его совсем не ради плотских утех.

— Мы тут с девочками собрались и подумали… — начала одна из оборотней.

— Что ты лишь слабый мужчина… — продолжила речь ее товарка.

— Твое место в поле… — ехидно молвила третья.

— Ты не настоящий воин… — вновь подала голос первая.

— А править должны только воины…

— И этим все сказано…

Единая фраза сказанная на три разных голоса тремя разными женщинами выбила Гонту из колеи и он не сразу осознал, что именно пришедшие к нему самки говорят. Смысл фразы немного ускользал от него, а еще почему-то резко заболела голова.

— Я не понял, — растерянно заявил оборотень пытаясь вернуть мыслям ясность.

— Еще и глупый, — фыркнула одна из визитеров.

— Ты нам больше не нужен, глупенький. Мужчины слабые и править не должны.

— Что тут не ясно?

— Собирай свои вещи и проваливай.

— Пока мы добрые.

И вот только теперь Гонта понял. Это переворот! Самки хотят лишить его власти и отобрать его победу.

— Но…

— Давай-давай быстрее, пока мы тебя еще терпим.

— Убивать тебя не будем, мы не люди.

— Будешь работать в поле.

— Ты крестьянин, тебе привычно.

— Вернешься к семье.

— К истокам.

— Но я вам нужен! — завопил Гонта, жалея, что не одел сапоги и не озаботился оружием прежде чем открыть самкам дверь.

— Зачем?

— Слабые мужчины нужны лишь для размножения.

— Ты нам не нужен.

— Именно я договаривался с магами Валерии, — Гонта быстро просчитывал ситуацию и пытался заговорить гостей.

Три самки. Вооружены, но оружие в ножнах. Женщины оборотней сильнее и даже с одной он бы не справился, с тремя даже призрачных шансов нет. Надо заговорить им зубы, как его этому учили вампиры.

— Валерией ныне правят два архимага.

— Обе женщины.

— Как и мы.

— Женщина с женщиной всегда договорится

— Уже договорились.

Последняя фраза выбили Гонту из себя.

— Как договорились? — промямлил он.

— Языками.

— И губами.

— А еще ртами.

Проклятие! Они подготовились. И что делать?

— Я нужен вам чтобы связываться с вампирами, — сделал еще одну попытку Гонта, — Кровопийцы мне верят, я их ставленник. Без меня они не будут вести с вами дела.

— Вампиры сильные.

— Сильные всегда договорятся между собой.

— Они нас поймут.

Есть! С вампирами самки еще не договорились. Значит есть шанс.

— Девочки, да он просто время тянет.

— Зубы нам заговаривает.

— Значит по хорошему не хочет.

Последнее что запомнил Гонта это маленький кулачок летящий точно в его челюсть.

* * *

Леонид задумчиво покрутил в руках увесистый пакет с кучей защитных магических печатей и грифами наивысшей секретности, что ему передал обычный курьер в мундире Корпуса Обслуживания. Ситуация очень походила на шутку, только вот отправитель так шутить не умел. Значившийся в качестве такового генерал Каларгон, пусть он у вампиров и рядовой, на подобный розыгрыш был просто не способен. Не тот характер и склад ума. Ловушка? Мина? Покушение на убийство? Но от кого? Священники не в курсе кто именно командует армией вампиров. Для людей вообще вся внутренняя кухня вампиров мрак и тайна. А значит это не люди. Отправитель ложный и это все же шутка? Кто-то из триумвиров? Они бы могли сделать подобное. Тогда в пакете приглашение на чай с кровью или еще что-то в таком роде. Дурацкое и бессмысленное.

Тяжко вздохнув воевода положил пакет на стол и задумчиво посмотрел на него.

— Если что-то можно объяснить глупостью, ей это и объясняй, — пробормотал Леонид, вспомнив, что рядовые вампиры доступа к фельдъегерям не имеют, и Каларгон мог банально не сообразить, что как «человеческий» генерал доступ к этой службе он все же имеет. Вот это вполне себе в духе простого вояки Каларгона.

Вскрыв пакет, воевода убедился, что он прав. Послание от генерала Каларгона и его заместителя Фушона, что ныне успешно воюют с имперскими десантами, которые периодически высаживаются на острове Сахия и героически там погибают, пусть и не в полном составе.

Кроме послания в пакете были карты, схемы и рисунки, которые воевода пока отложил в сторону и принялся читать, что именно ему пишут подчиненные, выбравшие столь экстравагантный способ доставки своего послания.

Еще через пять минут Леонид увлеченно рылся в присланных материалах и задумчиво их изучал, и пока он это делал лицо воеводы все более и более мрачнело. И было от чего! Пакет не зря был защищен по высшей возможной планке и не зря прикрыт грифами наивысшей секретности. Каларгон прислал воеводе анализ общей ситуации и анализ всех боевых действия против имперских войск, что противостояли генералу на острове Сахия. И все было плохо.

Люди учились.

Пока еще плохо, но учились. На примере двенадцати битв, случившихся в разное время, Каларгон убедительно доказывал, что имперские войска меняются и подстраиваются под ситуацию, чтобы как можно лучше противостоять элурским войскам. Опытный полководец уже сейчас указывал в каком именно направлении пойдет развитие военной мысли Империи и как это отразится на эффективности их легионов в лучшую сторону. Генерал прямо заявлял, что в одной из битв ему откровенно повезло, что его оппонент не очень умен и явно упустил сразу два шанса на, если не победу, то как минимум ничью. Но ведь глупого легата могут и заменить, а вот опытные офицеры более низкого ранга останутся и тогда… Нет, Каларгон не проиграет. Он ведь тоже не новичок и знает как командовать. Он тоже меняет и тактику и стратегию вверенных ему войск, но делает это только он. В самом Элуре королевские войска продолжают использовать старые тактики и методы, отчего пребывающее на Сахию пополнение приходится еще и подготавливать прежде чем бросить в бой. А это дополнительное время, не говоря уж о деньгах и прочих ресурсах.

Вывод прост. Элуру нужна военная реформа. Причем, как королевским войскам, так и вампирам. Суть реформы описывает уже Фушон, как более опытный администратор, но эту часть послания Леонид пока читать не стал. Все же и Фушон, и Каларгон вампиры «юные» да и доступа ко всему объему информации вампиров высшего звена не имеют. По факту они дилетанты, но дилетанты говорящие истину.

Люди меняются, а вампиры нет. И пусть тролли предусмотрели многое, да и сами вампиры в этом поучаствовали, закостенелость уже чувствуется. А в военном деле это путь в никуда.

Леонид и сам понимал, что ситуация будет ухудшаться, но скорость, с которой люди подстроились под новые условия, была неожиданной. А ведь из империи приходят и куда более опасные новости, чем повышенная по сравнению с расчетной эффективность человеческих войск в Сахии. Новые големы, новые артефакты, новые заклинания, новые ритуалы.

Человечество медленно просыпается от дремы и стряхивает с себя шелуху самолюбования и самоуспокоенности. Люди инстинктивно почувствовали угрозу и начинают тихо осознавать, что они здесь больше не царь горы.

Опасно. И смертельно опасно для вампиров. Тут даже речь не о военной реформе, а о пересмотре всех планов, начиная с Великого Плана Вампиров.

И что делать? Переместиться к триумвирам и вывалить отчет Каларгона на их головы? Пожалуй так и стоит поступить, только сначала надо посетить Генштаб и «обрадовать» тамошних офицеров. В конце концов именно военные и должны первыми узнавать об опасности и первыми противостоять ей. Работа у них такая.

* * *

— Что говорят разведчики? — волевой мужчина в военном мундире пристально посмотрел на невысокого, плотного мужичка в простых, но крайне удобных одеждах.

— Укрепления нелюди стали еще мощней, милорд. В некоторых местах стены достигают высоты старых тополей. И это сделано только за месяц. Но и там, где нет столь высоких стен, все плохо. Мы дали вампирам укрепится и теперь…

— Помолчи, богохульник! — гневный окрик священника заставил мужичка неосознанно втянуть голову в плечи.

— Да, преподобный, прошу простить меня.

— Всесветлый простит! А я…

— Сейчас не время гневных проповедей, кардинал, — прервал священника военный и повернулся к докладчику, — Докладывай дальше, любезный.

— Егеря не смогли найти слабого места в укреплениях вампиров, милорд. Я уже послал новые группы, поставив им конкретную задачу.

— Эти безбожники плохо искали! — крик священника вновь заставил мужика в простых одеяниях вздрогнуть.

— Кардинал! Еще одна реплика и я вас удалю с совещания, — имперский легат был настроен решительно.

— Да ты…

— Пошел прочь!

— Я…

— Здесь командую я! — военный резко хлопнул ладонью по столу, — Под вашим командованием Церковь уже навалила большую кучу дерьма и сделала Ород самым уязвимым местом в человеческой обороне. Но отвечать за это вы будете не здесь, а в Вобанэ. А теперь пошел прочь! — легат повернулся к докладчику, — Продолжай, любезный.

— Да, милорд, — человек низко склонился, — Укрепления вампиров крайне сильны. Данный факт не подлежит сомнению. Это подтверждают не только мои егеря, но и маги которых удалось провести и показать им возводимые вампирами постройки. Линия укрепления тянется от самого побережья Северного моря и до вершин Налимских гор. Больше сотни разведчиков было потеряно нами в этих рейдах, но мы можем быть уверены в непреодолимости вампирских укрепления без их длительной осады. И еще, милорд…

— Да-да?

— На укреплениях замечены гномы.

— Да Мур их… — легат быстро взял себя в руки, — И много гномов замечено вашими егерями?

— Пока нет, милорд. Лишь в трех местах.

— Но это пока, — кивнул своим мыслям легат, — Что по Лесному полю?

— Ни один из моих егерей, кто смог проникнуть в Лесное поле, назад еще не вернулся, милорд.

— И не вернется. Это ты хочешь сказать, любезный?

— Да, милорд.

— А ведь укрепления на границе Лесного поля не так хороши как на севере… Ловушка?

— Скорее всего, милорд, — почтительно склонился старый егерь.

— Но воевать мы должны. Иначе нас не поймут. При этом север неприступен, а на юге ловушка. И что нам делать?

— Не могу знать, милорд.

— Это вопрос не к егерям, любезный, — легат поднялся, — Значит вампиры укрепляются?

— Да, милорд.

— Вот и мы будем укрепляться.

* * *

— Имя точно нигде не упоминается? Вы разные варианты написания проверили?

— Да, брат. Мы проверили все наши архивы. Кровопийцы также допустили братьев до своих архивов… кстати, их архивы куда полнее наших, брат.

— Это ожидаемо, не отвлекайся. Ты точно все варианты проверил?

— Да, брат. Имя полностью новое. Богов и демонов с таким именем еще не было в нашем мире. По крайне мере о них никто не слышал. Я могу это гарантировать.

— Можешь идти, брат, я доволен твоей работой.

Отпустив докладчика патриарх Нестор повернул голову в сторону присутствующих в его кабинете двух патриархов Синода Истинной Церкви и молча посмотрел на них.

— Мне это все равно не нравится, — не выдержал взгляда Нестора один из патриархов, — Сильно не нравится.

— Но это наша работа, — тут же подал голос другой, — Мы должны пресекать ересь. Кто, если не мы?

— Тогда почему мы бездействуем относительно Храма Ночи и этих выкормышей Мур? — тут же ринулся в атаку первый, — Этих трогаем, а этих не трогаем. Тем можно, этих нельзя. Это ли законы Всесветлого? Так ли он завещал нам?

— Человек слаб.

— Не надо сообщать мне очевидные вещи, брат. Я не хуже тебя знаю порочность и слабость человеческой натуры. И я не против разобраться с этими сектантами своими силами, но мне это не нравится. Мы должны действовать в единообразном виде, а не быть некоей субстанцией в проруби, что подчиняется воле мирских владык, а не воле Демура.

— С этим я смогу согласиться, брат, но учитывать мнение светских властей нам тоже приходится. Так было и так будет пока Демур не явит нам свой облик во второй раз

— Это…

— Кто из вас сегодня молился? — прервал перепалку патриархов Нестор.

— Дважды.

— Я молился утром.

— И как результат? — заинтересовался Нестор.

— Всесветлый молчит, брат, — ответил один из патриархов, а второй лишь неопределенно пожал плечами.

— А сила?

— Что сила? — не понял вопрос Нестора патриарх.

— Как ощущается твоя сила?

— С этим проблем нет. Я как будто стал сильнее за последнее время.

— И я, — неожиданно поддержал его недавний оппонент, — Силы Его стало точно больше.

— Вот и у меня так, — задумчиво кивнул Нестор, — Молчит, но силы больше… И давайте вернемся к сектантам.

— А что к ним возвращаться? Вампиры доверили нам разгром новых сектантов, чтобы не подставляться самим. Отсутствие имени в архивах ничего не говорит, кроме того, что это просто новая неизвестная величина. И совать голову в это пекло будем мы с вами, братья. Вампиры хитры, но даже не думают скрывать свою хитрость и действуют прямолинейно, позволяя нам выполнять за них всю грязную работу. Нам надо разделить ответственность. Иначе это несправедливо.

— И кровопийцы нас пошлют куда подальше, а еще урежут бюджет и будут нагло скалиться. Нам это надо? К тому же они обязательно упрекнут нас в малодушии и отсутствии веры, ведь мы явно покажем им, что боимся новых сектантов, а значит не верим в защиту Всесветлого для своих слуг. Давайте просто уничтожим сектантов, захватим часть живыми, выпытаем у них всю информацию и отправим в очистительный огонь. Спасем души, даровав их Всесветлому. Благое дело. И никто не упрекнет нас в слабости.

— А если что-то пойдет не так?

— Для этого я и предлагаю отправить на дело не рядовых братьев, а отправиться кому-то из нас. Сила Демура с нами. Всесветлый не даст свершиться беде.

— А вампиров вы уже не учитываете?

— При чем здесь вампиры, брат?

— Всесветлый допустил появление этой гадости в мире, брат.

— Кхм…

Нестор молча наблюдавший за перепалкой патриархов решил обозначит свое присутствие в кабинете.

— Прошу прощения за эту ересь, брат, — говоривший тут же среагировал на многозначительный хмык главного патриарх.

— Это не ересь, — значительно проговорил Нестор, — Всесветлый допустил появление вампиров и Всесветлый против них. Но они всё ещё здесь. И что это значит?

— Что?

— Это значит, что у Всесветлого есть на них свои планы, братья. Наш бог силен и мы видим это, ощущаем это, пользуемся этим. Сила Всесветлого растет в нас. Но вампиров он не трогает…

— Они нужны Ему… — ошарашенно проговорил один из патриархов явно новую для себя мысль.

— Нужны, — кивнул Нестор, — Иного объяснения я не вижу. Мы слабы, но Всесветлый силен. А потому… — патриарх обвел собравшихся тяжелым взглядом, — Оба отправляйтесь в рейд против сектантов и приведите души их под сень Демура. Ересь Мур мы пока потерпим, Всесветлый пока ничего не молвил против сестры своей, но всяких новых… давить нещадно и отправлять Всесветлому души их. Что касается вампиров… Ждем и готовимся. Ждем воли Демура, братья, ждем воли Его.

Глава 21

— Как тебе невеста? — Геннадий с кряхтением развалился на диване с блаженным выражением лица, ничуть не смущаясь своего сильно неуместного поведения, вытянул ноги, удобно разместив их на дорогой кожаной обивке.

— Хорошая девочка. Я доволен. Лучше чем ожидалось.

— Да? — заинтересованно повернул голову к Александру гость королевского кабинета, — И чем?

— Всем, — усмехнулся алукард, — Но главное, своей полной лояльностью. Она готова принимать буквально все, чтобы обустроить свою жизнь на новом месте. Почти идеальная жена.

— Приспособленка?

— Ты знаешь, нет, — покачал головой Александр и чуть подумав добавил, — Ну, не более прочих. Просто готова принимать меня такого как я есть и быть мне нормальной верной женой. Удивительно, но кажется мне повезло.

— Поживем, посмотрим, — зевая пробормотал многоопытный, даже спустя столетия хорошо помнивший тяжелую руку своей супруги, что давно осталась в прошлой жизни.

— А знаешь, что забавно? — улыбнулся Александр.

— Сейчас узнаю.

— Такой подход у Анны появился во время ее путешествия по Великой в компании Луизы.

— Племянницы канцлера? — уточнил Геннадий, знавший десяток Луиз, что могли бы составить принцессе компанию в путешествии.

— Да. Девушка так хорошо расписала моей невесте вампиров, все с нами связанное и меня в частности, что у Анны в голове все ее опасения исчезли и теперь она уже примеряет на себя будущее превращение в вампира! Буквально три дня назад с трудом сознание от страха не теряла, а теперь думает о том, какие клыки ей подойдут. Представляешь прогресс?

— Хорошая девочка.

— Ну, это мы еще посмотрим. Времени прошло слишком мало, чтобы судить об этом.

— Я про Луизу.

— Ах это, — улыбнулся алукарда, — Да, хорошая. Даже жалко отдавать ее королевой в Шорез. Такое самому надо.

— Но ты же не? — Геннадий даже приподнял голову от дивана с тревогой смотря на друга.

— Конечно, нет. Но пообещал ей обращение. Понятное дело, вместе с супругом и детьми. Заслужила.

— А не жирно будет?

— В самый раз. К тому же разве плохо, если в Шорезе на троне будут сидеть вампиры?

— Прямо вампиры-вампиры или по методике Гуянов — с человеком в роли формального лидера?

— Это пусть сами решают, главное, чтобы были лояльны, а остальное не наше дело.

— Проследим, — вновь зевнул Геннадий.

— Ты ко мне в кабинет спать пришел? — наконец заинтересовался поведением друга Александр.

— Почти, — отозвался вампир, — Здесь меня искать не будут, хоть полчасика отдохну, а то которые сутки на ногах и всем от меня что-то надо.

— Ну отдыхай. А заодно подумай как бы нам и в Ильхори королевскую династию вампирами сделать.

— Так Ильхори ныне республика. Или ты, твое величество, забыл?

— Сегодня республика, завтра… кто знает, — фыркнул Александр.

— Это приказ? — немного напрягся шеф Корпуса Будущего.

— Пожелание. Сам посуди. Шорез и Ильхори для нас как задний двор, но при этом, по местоположению, это наши передовые рубежи. Нам выгодно посадить там правящие династии вампиров, особенно по методу Гуянов, когда номинальный глава династии все еще человек.

— Да, выгодно, — согласился Геннадий, — Тем более с Шорезом ты уже почти все решил.

— Вот именно. А ты займись Ильхори. Сам пока не лезь, присматривайся. Не маленький, понимаешь, что их «идеальный республиканский триумвират» долго не протянет и один из герцогов начнет тянуть одеяло на себя. Власть есть власть и ей не делятся.

— Не учи батьку детей делать, — отозвался Геннадий, — Присмотрюсь. И если ни один из троих меня не устроит…

— Найдешь четвертого, — кивнул Александр, — В конечном итоге, в Шорезе у нас все получилось очень хорошо, хотя мы это и не планировали. В Ильхори должно быть лучше.

— Договорились, — устало зевнул Геннадий, — А теперь, будь другом, займись тем, чем ты занимался пока я не пришел, поработай там или еще чего и дай мне минут двадцать поспать. И если что, меня здесь нет, — вампир еще раз зевнул, — Ильхори для тебя я завоюю завтра.

* * *

— Значит вампиры предлагают расширить наш текущий союз и сделать его постоянным.

— Зачем спрашиваешь, король, я тихо говорил?

— Не злись, эрл. Я не с тобой говорю, — король гномов и не думал гневаться на придворного, — Как дела в закатных землях?

— Элурцы почти захватили их. Еще немного и полностью зачистят все от кровососов.

— Наша помощь была им нужна?

— Да, король. Наши гарнизоны хорошо прикрыли земли от закатных вампиров. Элурцы нам благодарны. Я лично общался с их командиром. Он умеет разговаривать с гномами, его речи были правдивы, а не как у… прочих.

— Это хорошо, — кивнул король, — А как у нас дела с деньгами в казне?

— Продажи наших товаров увеличились. В казне появилось свободное золото.

— И уменьшились расходы, — вступил в беседу еще один из королевских советников, — Раз вампиры нам больше не угрожают, больше нет необходимости в строительстве мощных укреплений. Спасибо Матери Земле — выстояли. Теперь можем работать и трудится как прежде.

— То есть, ты предлагаешь вступить в союз с вампирами и прочими?

— Да, король.

— А что на это скажут люди? Не ты ли ратовал за торговлю с ними?

— Плевать на людей, король. Вести дела с вампирами выгоднее.

* * *

— Союз с вампирами позволит нам вздохнуть свободно, братья. Они обещают построить телепорт по которому товары Великого Леса смогут быстро поступать на их рынки, а их товары к нам. Все будут довольны.

— Но доставлять наши товары будут их купцы, брат. Такой договор они хотят.

— Они честно называют свою выгоду от союза. А мы будем производить, брат. Вспомни старые времена, когда амра покупали у нас все, что бы мы им не предложили, и просили еще и побольше. Мы сможем вернуть те золотые времена.

— Но тогда покупали они у наших купцов, а теперь будут у вампиров.

— Да, чем-то придется поступиться и некоторые касты не получат всей выгоды, кому-то придется пожертвовать собой. Ныне Великий лес не может даже прокормить нас, братья. Предложение вампиров это спасения для нашего народа.

— А что думает по этому поводу Великий князь?

В последнее время правитель Великого леса вновь стал появляться на публике и стал похож на себя прежнего, а не куклу, в которую он превратился после предательства жрецов. При этом Великий князь все больше и больше интересовался делами и политикой, а не просто отпускал ядовитые и желчные комментарии, чем он славился в последние месяцы.

— Великий князь полностью одобряет союз эльфов с вампирами и считает его благословением богов.

— А как же люди?

— Проблемы людей нас не касаются, брат.

* * *

— Зачем нам союз с вампирами? Это против славных традиций предков.

— Это не противоречит нашим традициям, просто предки так не делали.

— По мне так этого достаточно. Предки не делали и я не хочу. Я против всех этих телепортов, даже если он нам выгоден.

— Вот именно. Выгоден нам. Тифлинги получат столько блага, сколько смогут унести.

— Не все в жизни исчисляется выгодой. Или вы уже забыли эту бешеную тварь, что убила сотни наших воинов. Их кровь требует отмщения!

— Месть это путь в бездну. Мы были виноваты. Бешеная тварь взяла честную виру.

— И что это меняет? Чужаки теперь могут убивать тифлингов на нашей земле? Предки из могил восстанут за такое святотатство.

— Если выгода и благо для народа для вас ничего не значит, тогда слушайте другой аргумент. Наша страна граничит с людьми, эльфами, кобольдами и орками. Земли людей почти захвачены вампирами и никто не сомневается в том, что так оно и останется в будущем. Эльфы и кобольды, как и мы, уже получили предложение вступить в союз. И это предложение они примут. Орки дикие животные. Наши предки их убивали, мы их убиваем, наши потомки будут убивать. Старый враг. Если мы откажемся от союза с вампирами, мы окажемся в кругу врагов.

— Так было всегда, так завещали предки, так правильно.

— Но мы можем это изменить. У нас останется достаточно врагов, но будут и союзники. Это ли не то, чего хотят предки?

— А что скажут люди на землях восхода? Вампиры им лютые враги.

— Если люди восхода решат выступить против нас, это будут только их проблемы.

* * *

— Вампиры держат свое слово. Что нам нужно еще знать? Какой нам еще нужен союзник?

— Здесь нет противников союза и нет нужды повышать голос. Мы хотим взвесить все риски для нашего народа.

— Риски есть. Люди Империи и рабы Демура обидятся на нас.

— Они и так нас ненавидят. Будет еще хуже?

— Я об этом и говорю. Люди нам враги. Вампиры предлагают союз и защиту, а еще телепорт и торговлю. Противники союза есть? Тогда объявите народу, что старейшины проголосовали за союз. Пусть договариваются.

— А люди?

— Мы старейшины кобольдов. Мы думаем о кобольдах. О людях пусть думают их старейшины.

* * *

— Как называется этот город?

— Без понятия. Мясо что-то говорило о Тираке, но он ли это — я не знаю. Да и какая разница? Мы пробудем здесь не больше дюжины дней. Отъедимся и продолжим путь.

— Да-да, я помню. Темнее всего под пламенем свечи.

— Именно! Не забывай об этом. Прятаться надо не в мелких городишках, а прямо под носом у врага. В этом залог успеха.

— Да, милорд. Я помню, милорд.

— Вот и молодец. А теперь поспешим пока ворота не закрыли. И не забывайте, мы простые наемники. Если кто опять забудет поклониться или начнет задирать перед мясом свой нос, я лично вырву ваше сердце.

Бегство из Чергории прошло тяжело. Постоянные патрули элурцев, их облавы и засады, основательно уменьшили численность отряда вурдалаков. Да и оставлять дом и родные места не менее тяжело, чем скрываться и бежать от сильного врага. Но, слава Мур, у них были амулеты и была технология их производства. Чергория и ее смертельно опасные земли ныне за спиной, впереди лежит Империя и будущее.

Ради этого будущего придется скрываться, таиться и жить в тени, но жить! В то время как тысячи других вампиров Чергории погибли от рук элурцев, И ныне нет даже уверенности, что все группы получившие амулеты смогли вырваться из ловушки в которую превратилась их бывшая страна. Но плевать на других. Они вырвались! Мур или другие боги вели их и вот они почти у цели. Сейчас надо немного передохнуть в этом маленьком городке, подкрепиться кровью человеческого мяса и продолжить движение. Их цель — столица провинции Монтеза, славный город Монтеза. Большой, кипучий и уже давно не знавший вампиров. Он станет отличной базой для выживания их группы. Прежней жизни уже не будет. Никогда. Но они будут живы. А люди и элурцы… Может быть когда-нибудь и ответят, но лидер небольшого отряда вурдалаков об этом не думал. Свое будущее он видел в сохранении Тайны, а не Мести или Чести. На свету он уже пожил, теперь пришла пора перебраться в Тень.

* * *

Глядя как на посадку заходит огромный диск летающего корабля, в душе Грега гремела в фанфары и расцветала настоящая Гордость. Олицетворенная Мощь общины вампиров, вот чем ему виделся могучий небесный корабль доставивший на его базу очередную партию груза.

Вампир знал, что такие корабли стали возможны лишь благодаря усилиям одной гениальной девочки, что и составила новые заклинания для их работы. Но пусть это магесса их и составила, воплотили их в жизнь вампиры, его братья и сестры. И теперь, с каждым днем все больше и больше летающих дисков появляется в небесах Элура. Глупые люди их боятся. Но Грег помнил, что век назад люди так же боялись ездовых драконов, а потом, всего за год, так к ним привыкли, что уже и не замечали. Люди вообще быстро ко всему привыкают. Такова их природа. Скоро и гигантские диски в небе перестанут вызывать у них суеверный ужас и станут фоном.

К счастью, здесь не было неграмотных крестьян, для которых все летающее в небесах и отличающееся от птиц это повод для страха. Первая постоянная база Элура и вампиров на соседнем континенте. Отборные команды вампиров, магов и людей возводящие твердыню для жизни и будущего. Еще один повод для Гордости.

Некогда давно, еще до Ночи Мур, люди уже осваивали эти земли. Но затем в мир явился Демур и многочисленные катаклизмы чуть было и вовсе не уничтожили цивилизацию. Тогда обошлось, но цену за это заплатили гигантскую. Люди лишились всех своих колоний и долгие столетия не решались на повторение своей экспансии за океан. А вампиры решились.

Сначала могучие железные корабли основательно и очень осторожно изучили побережье соседнего материка, составили подробные карты как берега, так и глубин и повторили все это несколько раз подряд. Затем маги применяя могучие заклинания изучили эти земли с воздуха и вот, наконец, Триумвират дал добро на строительство постоянной базы.

Грег знал о всех проблемах, что этому сопутствовали, как знал и о разборках с местными служителями одной богини. В Гнезде вообще ничего не скрывали даже от рядовых вампиров. И тем больше было поводов для гордости: Вампиры не побоялись богов! Плевать его братья и сестры хотели на этих могучих мистических паразитов! Триумвират решил, что здесь будет оплот вампиров — и он здесь будет! Точка. И ни боги, ни демоны этому не помешают. Такова воля вампиров и она нерушима.

Но воля волей, а осторожность осторожностью. Первую базу было решено организовать на приличных размеров острове рядом с континентом. Окрестности острова за последние годы были хорошо исследованы, да и сам остров облазили сразу несколько экспедиций, которые даже кое-что нашли. И по мнению Грега это кое-что было куда важнее осторожности, ведь недра острова Надежды хранили в себе серьезные залежи лунного серебра. Так что вампир не сомневался, что даже будь здесь опасно, первую базу Триумвират все равно строил бы здесь. Но желания совпали с возможностями. Северный остров был почти пуст и угрожать вампирам мог лишь скукой.

— Добро пожаловать на остров Надежды, экселенц, — Грег шагнул к сошедшему с трапа вампиру в мундире Корпуса Мастеров.

— Благодарю, — присланный для инспекции строительных работ изначальный вампир тепло кивнул Грегу, — Показывай свое хозяйство.

— Так может… — Грег показал на свое запястье.

Обмениваться кровью с изначальными запрещено, но если инициатива исходит от них то можно. Закон старый и верный. Грег бы его еще дополнил запретом на обмен кровью молодых и старых вампиров, естественное с тем же ограничением на недействительность закона если того желает старый вампир. Но Триумвират эти идеи пока отвергал.

— Кровью обменяемся перед отлетом, пока показывай как тут у тебя дела старым добрым способом.

— Прошу. Предлагаю начать с самого сложного участка строительства — морского порта.

— Да, остров не имеет естественных гаваней. Слышал, — инспектор кивнул, — И даже немного завидую вам. Сложная и интересная задача по строительству. Давненько я таких не встречал.

— И мы почти решили все проблемы, экселенц. Маги закончили подъем грунта, заодно углубив дно будущего порта. Сейчас размещаем сваи, укрепляем дно, проведена разметка территории под будущие пирсы. Как только будут готовы материалы, сразу возведем первые постройки. Уже через месяц сможем начать принимать корабли, пока в единичных количествах, но по полной программе…

— Смотрю, дорогу уже проложили.

— Да. На эту минуту до сих пор не решено как именно с острова будет вывозиться руда, но мне думается воздушный путь не выберут в силу его дороговизны, а потому я позволил себе бросить чуть больше ресурсов на организацию портовой инфраструктуры. Дороги и склады уже практически завершены. Как только заработает шахта, порт будет готов начать отгрузку руды.

— Похвально, — кивнул инспектор.

В течение получаса два вампира облазили весь будущий морской порт, быстро перемещаясь из одной точки строительства в другую. Возведший за свою жизнь не одну сотню капитальных построек, изначальный буквально на ходу схватывал все о чем ему говорят и подмечал даже самые мелкие недочеты.

Затем комиссия, пусть и состоящая из одного разумного, осмотрела форт, ныне и являющийся основой всей новой базы вампиров, потом инспектор навестил почти завершенные шахты и наконец осмотрел строящуюся систему укреплений будущей главной базы.

Плавно переместившись в кабинет Грега, два вампира плотно засели над бумагами и планами, где инспектору на схемах объяснили какие именно изменения от первоначальных проектов уже внесены, какие еще будут, а какие пока под вопросом. Высокий гость остался полностью доволен.

— Не знаете когда нам выделят ресурсы для строительства телепорта? — стоя недалеко от трапа уже загруженного в обратный путь небесного корабля, поинтересовался у отлетающего инспектора Грег.

— Вот это не подскажу. Знаю, что в скором времени начнутся работы сразу над десятком новых телепортов, но вот поставлены ли вы в план, — изначальный пожал плечами, — Думаю, Шеф просто еще не решила где точно все будет строиться и нужен ли нам телепорт именно здесь. Все же расстояния… м-да. Закон сохранения энергии действителен и для магии, по крайней мере пока это так.

— Понимаю, — Грег правда понимал, но именно с телепортом его база будет иметь полностью законченный вид и выполнять свои функции на сто процентов, а потому очень уж хотелось ускорить появление в хозяйстве столь полезной постройки.

— В любом случае мы работаем над этим. Главное, это вырвать разрешение у Казначейства, а это у нас уже есть. Остальное вопрос технический. Решим.

— Благодарю.

Проводив инспектора, Грег долго смотрел вслед улетающему кораблю и лишь когда он совсем скрылся вдали, вернулся к себе в кабинет и вновь зарылся в планы. Работа сама себя не сделает. База должна быть построена. Такова воля Триумвирата. Таково желание всех вампиров.

Глава 22

Насколько буднично может произойти присоединение одной страны к другой? Ответ на этот вопрос зависит от слишком многих обстоятельств, чтобы на него был простой ответ. Но на четвертом столетии своего пребывания в новом мире вампиры могли ответить на этот вопрос всего одними словом — буднично. Очень буднично, если говорить прямо.

Закатные королевства людей. Этот отделенный от некогда единой Империи Великим лесом анклав человеческой расы и до Ночи Мур был местом уникальным и особенным, а уж после посещения мира Демуром и вовсе стал походить на бывшую «метрополию» лишь тем, что его тоже населяли люди. Даже религия, этот «главный столб человечества», в Закатных королевствах была иной и сильно отличалась от привычных для людей восхода картин.

Когда на закатные земли людей пришли вурдалаки, ждать помощи было неоткуда, и некогда гордые и спесивые Закатные королевства очень быстро ушли в историю, а на их место пришла Чергория. Единое королевство без короля, и люди в нем были уже на вторых ролях, а то и вовсе в роли пищи. За век своего правления вурдалаки многое сделали ради укрепления своей власти и объединения страны в монолитную структуру не помнящую времена до вторжения и не делящую себя на бывших граждан того или иного закатного королевства. Даже названия бывших стран были под негласным запретом и за их упоминание можно было угодить в крепость, откуда люди уже не возвращались домой никогда.

Вторжение Элурского экспедиционного корпуса население Чергории восприняло без эмоций, а поначалу и просто не обратила на него никакого внимания. В мировоззрении местных людей одни вампиры пришли к другим вампирам делить и перераспределять охотничьи угодья и пищу. Разве что нынешние хозяева Чергории использовали такой распространенный для вампиров прием как массовое обращение людей ради задержки вражеской армии, а пришлые нет, но это никого не удивляло и не радовало. Просто элурские вампиры побеждали чергорийских и у них не было причин обращать людей для того чтобы помешать врагу. В остальном же… Нет, и в остальном тоже были отличия. За кровь платили — немного, но и это было удивительно. В голодающие города завозили продовольствие — ну в те куда могли это сделать. Были и прочие мелочи. Но в целом люди не особо обращали на них внимание. В их понимании одни кровопийцы сменяли других и потому никто не удивился, когда однажды утром было повсеместно объявлено о присоединении бывшей Чергории к королевству Элур.

Это историческое событие прошло максимально буднично. И не только на землях самой Чергории. В Элуре народ тоже не сильно удивился или обрадовался, да и событие было в общем-то уже привычным. Подумаешь присоединили земли где-то на закате. Недавно вон присоединили к королевству Северные острова, оттяпали по паре провинций от Шореза и Ильхори, остров Сахию сделали личной королевской вотчиной, получив его как приданое. Теперь вот Чергория. И что? Плясать и веселится по этому поводу? Вот еще! Нет, если король соизволит выставить для своих подданных угощения и вино, тогда другое дело, но раз уж наш милостивый Александр Кровавый на это дело не раскошелился, то и нам многогрешным не стоит. Присоединили и ладно. То дело господское, а нам не веселиться, а работать надо.

В стане врагов Элура царила схожая картина. Там тоже привыкли к тому, что вампиры присоединяют к своей стране новые земли, и если по поводу Сахии, Шореза или Ильхори еще можно было покричать и потопать ногами, то закатные земли давно были отрезанным ломтем и их переход от одних кровопийц к другим в мировоззрении человеческих политиков совершенно ничего не менял.

Поэтому обширные земли закатных королевств, по размеру территории сравнимые с историческими владениями самого Элура, были присоединены без помпы, пафоса и скандалов. Просто в один будничный день поменяв свою «прописку», о чем народу и объявили герольды на площадях.

При этом вампиры решили повторить опыт своих предшественников по вытравливанию предыдущей памяти и даже пойти немного дальше. Вурдалаки оставили городам их прежние названия, заставив людей забыть лишь их бывшие страны. Границы земель вурдалаки тоже не меняли, предпочтя сохранить историческое наследие завоеванных в неизменном виде.

Объявив о создании Закатных провинций Элура, вампиры поменяли вообще все.

Двадцать новых провинций королевства могли похвастаться совершенно непривычными для местных границами и полностью новым административно-территориальным делением. Названия новых провинций вообще никакого исторического прошлого не имели. К этому добавлялось переименования вообще всех городов на новый лад! Прежние названия сохранили лишь деревни, села и разного рода географические объекты, такие как леса, реки, горы и прочее.

Местные жители могли лишь почесать себе затылок — да и принять нововведения, пусть они и усложняли им жизнь. Тем более что нарушители новых порядков теперь попадали в крепость не ради того, чтобы дальше отправиться на прокорм вурдалаков, а лишь для небольшой воспитательной беседы и выплаты штрафа. Но да, штраф платили кровью, в этом ничего не поменялось. При этом все знали, что для особо злостных нарушителей и бунтовщиков были подготовлены места на каменоломнях, благо необходимости в этом строительном материале было столько, что для его добычи использовали любые возможные методы и никого не могли удивить планы применения в этом деле труда преступников.

В общем, вампиры основательно встряхнули население своих новых территорий и стали в хорошем темпе приучать новых подданных к своим порядкам. При этом, чтобы не плодить сущности и законы, система управления Закатных провинций полностью повторяла систему управления, что использовалась вампирами в колониях. То есть, как только военные комендатуры Экспедиционного Корпуса прекращали свою работу, на их место приходили местные управленцы, пусть назначенные вампирами, но местные! Людей это сильно удивляло. Некоторых даже сильнее чем новые названия городов и границы провинций. Ведь получалось, что сами управлять своими землями новые хозяева не будут. Губернаторы провинций были подчинены непосредственно правительству в столице Элура. То есть выходило, что вампиров в новых Закатных провинциях… не будет. Очень это было для всех удивительно и непонятно, а потому вызывало законные опасения.

Кроме названий и границ, основательному переделу подверглось дворянское сословие, благо новые элурские законы позволяли вампирам перетасовывать карты почти как им было угодно, особенно для титулованного сословия, ведь для него был нужен титул. А это такая вещь, которая без подтверждения со стороны, особенно стороны короля, ничего не стоит. И бывших чергорийских дворян, по самые уши замазанных сотрудничеством с вурдалаками, вампиры прессовали нещадно. Лишение земель, лишение титулов, лишение денег, лишение жизни.

Бывшие дворяне терпели сплошные лишения. И как-то так «само собой» получилось, что именно на дворян повесили все ошибки руководства бывшей Чергории какие только могли найти. Здесь вампиры действовали строго по анекдоту «вали все на предшественника»*. В результате, всего за месяц от бывших дворян в этом статусе осталось не более пятой части. Остальные отправились на самый низ социальной лестницы в статусе людей виновных во всех бедах своих бывших подданных.

(*С завода уходит старый директор. На его место приходит другой. Предыдущий даёт приемнику три конверта и говорит:

— Вот тебе три конверта. Если будет плохо — открой первый конверт. Если будет очень плохо — открой второй конверт. А если будет совсем плохо — открой третий конверт.

Новый директор завода пожал плечами и положил конверты в сейф. Проходит некоторое время. У новичка ничего не получается и он вспоминает про сейф с конвертами. Открывает первый. Там написано: «Вали все на меня».

Прошло ещё некоторое время. Дела снова стали идти не очень. Руководитель открывает второй конверт. Там написано: «Вали все на меня и делай модернизацию».

Прошло ещё некоторое время. Новый кризис и директор открывает третий конверт. А там написано: «Готовь три конверта».)

В самом Элуре изменения были не столь революционными, та пора уже была в прошлом. Ныне вампиры даже подумывали о том, чтобы самим сделать искусственный шаг назад, небольшой откат к прежним традициям, чтобы снизить возникшие социальные напряжения и дать населению сбросить пар, прежде чем начать нормальный эволюционный путь развития собственной страны, но пока к единому мнению на этот счет не пришли. Все же даже внутри общины были группы как считающих проведенные реформы недостаточными, так и тех кто считал их излишне резвыми и поспешными. Не помогали в этом деле и тролли. К сожалению, просчитать все заранее было просто невозможно. Поэтому приходилось больше ориентироваться на собственное чутье и опыт, благо последнего у вампиров было в достатке, причем как собственного, так и заемного, полученного через память крови.

Да и не до социальных экспериментов было вампирам. Светлый поход. Божественные разборки. Новые… Впрочем, и двух озвученных проблем было более чем достаточно, чтобы не уделять слишком много времени всему остальному. Тем более люди и вампиры на местах и так справлялись с ситуацией своими силами, доказывая тем самым, что управленческая политика Триумвирата проводится абсолютно правильно.

Северные острова приходили в себя после вековой пиратской вольницы и привыкали к элурским законам и порядкам. Про те места можно было бы и не упоминать, да только именно на одном из этих северных островов вампиры строили свое тайное убежище. Телепорт, подземная база, огромное хранилище крови, порт и все это укрыто таким количеством магии и артефактов, что будь кто-то в состоянии это видеть — для него бы все светилось. Расточительство, но необходимое если вид хочет выжить.

Немного схожая ситуация была в бывших южных герцогствах. Ныне самые обычные провинции королевства также привыкали жить по тем же самым законам, что и столица, и население там уже не вздрагивало каждый раз когда видело представителя власти, от которых теперь можно было получить не только пинка, но и нечто хорошее, например, посевное зерно в долг или направление на временную работу. Для вампиров же главным достижением в южных провинциях была полностью спокойная ситуация с бунтами. Полыхающий юг, на усмирение которого в свое время было брошено много усилий и войск, внезапно оказался очень лояльной территорией приносящей сплошную прибыль. По крайней мере, Казначейство южными провинциями было довольно, а это говорило о многом.

На фоне Юга плохо смотрелся Север, привыкший за века тайного владычества вампиров к некоторому привилегированному положению в составе Элура и теперь оказавшийся в тех же условиях, что и вся остальная страна. Ныне на землях герцогства Кас зрело недовольство политикой своего сюзерена, и это недовольство поражало буквально все слои населения. Привыкший задирать нос Север осознал себя на равных и ему это не понравилось. Но пока вампиров это волновало мало. Бладианцы были верны своему титульному хозяину, вампиры были верны общине, а гномы с эльфами предпочитали в человеческие дела не лезть. Так что если бунты и случатся, то опасности они представлять не будут, хотя лично Александру и будет неприятно приводить к покорности тех, о ком он столько лет неустанно заботился и опекал.

На этом фоне выгодно смотрелись острова Каларгона, они же бывшие Южные острова, ныне являющиеся самой спокойной и благополучной частью владений вампиров и Элура. Люди там, как и прежде, переваливали товары из колоний в метрополию да обратно и растили виноград из которого делали лучшее в мире вино. На все остальное им было плевать. Идеальная провинция и пока что лучшее вложение вампиров наряду с колониями, где инспекторы вампиров взбодрили и привели в чувство зажравшихся чиновников, а потому там все устаканилось так и не успев начаться. Тем более инспекторы никуда уезжать не собирались и их хмурые, вечно недовольные лица продолжали «радовать» местных управленцев, заставляя их работать лучше и воровать поменьше. Последнее мгновенно отразилось на условиях жизни простых людей и те радовались. Злые языки поговаривали, что радость та прежде всего вызвана тем фактом, что вампиры далеко на севере и не могут угрожать жителям колоний, но кто надо знал истинные причины народного счастья. Семья, работа, уверенность в будущем. Что еще простому люду надо? А если что и надо, то в колониях это обязательно есть или скоро будет.

* * *

— В Залоне волнения.

— Опять? — удивленный взгляд алукарда был красноречивее тысячи слов.

— А ты что хотел? Мы не в игре, здесь сохранения не работают.

— Не надо меня поучать, — отмахнулся от Константина Александр, — Насколько все серьезно в Залоне?

— По факту ерунда. Людям не нравится, что на улицах много эльфов.

— А их там разве много? — нахмурившийся алукард стал вспоминать все, что знал о нынешнем положении дел в своем северном владении.

— Не больше чем обычно. Сам знаешь, среди эльфов тунеядцев и лентяев нет. Будь они магической расой, я бы был уверен, что это прописано в их магическом шаблоне. Так что шляющиеся по Залону товарищи эльфы делают это со смыслом и по работе, а не праздно шатаются по улицам от безделья.

— В чем выражаются волнения?

— Протесты и выражение озабоченности. Погромов пока не было. Против власти тоже никто не возникает.

— Делать людям нечего, — сквозь зубы процедил Александр, — Организаторов и зачинщиков на рудники лет на пять. Поработают руками, глядишь и голова в порядок придет.

— Я уже распорядился, — успокоил алукарда Константин.

— Тогда чего пришел, раз сам все решил?

— Да мысль пришла в голову и я ее думаю.

— Мне уже это нравится.

— Вот смотри, — не обращая внимание на алукарда, Константин по хозяйски развалился в кресле для посетителей, — У нас есть стратегически важный город — Ур. Мы там даже пошли навстречу местным и сделали город свободным от вампиров.

— Кроме гарнизона маленького форта.

— Само собой. Присмотр за человеками никто не отменял. Но для всех Ур это зона свободная от вампиров, да еще и живущая по своим особенным законам. Вторым таким городом, живущим по собственным законам, у нас является Александрия…

— Да-да, а еще Ебург и Константинополь. Короче, Склифосовский, — поторопил товарища Александр.

— Ну, Ебург с Константинополем сюда мало подходят. Просто в первом правят маги и город построен для магов, а во втором всем заправляют бладианцы, но правят там они по законам Элура, а в Уре и Александрии есть свои собственные законы, отличные от королевских.

— И ты предлагаешь провернуть нечто подобное в Залоне, еще одном стратегическом для страны городе.

— Именно.

— А зачем? Древние ограничения, касающиеся Залона, и так дают ему особый статус. К чему менять то, что работает?

— А мы этот статус подтвердим. Почешем пузико местному чувству собственного величия. Нам это ничего не будет стоит, а народ успокоится, замурлычет от удовольствия…

— И начнет резать эльфов.

— Эльфы тут не при делах. Претензии к ним большей частью надуманы. Они там давно живут.

— И многих раздражают своей непохожестью на людей. А этого более чем достаточно.

— И что? Будто мы не знаем куда преступников девать? Тем более наши планы по набору военнопленных провалились, а на новых рудниках кому-то работать надо. Почему не заполнить эту лакуну за счет внутренних ресурсов? Чтобы бабы новых человеков нарожали нужно время, вот разного рода маргиналы* нам его и дадут.

(* Не знаю надо ли пояснять, но на всякий случай:

— Лакуна это пустое место, незаполненность.

— Маргиналы это люди живущие по принципу «и нашим и вашим», а также люди, которые не могут определиться со своим местом в обществе или профессиональной деятельности и мечущиеся от одного направления к другому. Преступники и бунтовщики это частный случай маргинализации.)

— По мне — так себе идея, — признался Александр после небольшого размышления.

— Поэтому я ее и думаю, а не осуществляю. Но Залону, Касу и Гуяну надо дать какие-то особые права, выраженные в официальных постановлениях и законах. Без этого волнения будут продолжаться. Несильные, но неприятные и периодические. К тому же, лет через сто весь север и так будет нашим в том плане, что людей везде заменят вампиры. Почему-бы заранее не подготовить себе теплые места и оградить людей от разного рода соблазнов?

— С этого бы и начинал, а то «стратегический город», «особые законы», — проворчал Александр, — Даю разрешение на проработку темы.

— Вот спасибо, отец родной, не оставил своими милостями холопов своих, — шутливо склонился в поклоне Константин, так и не оторвав задницу от кресла, — Я к тебе не за разрешением зашел, а за дельными мыслями.

— Извини, — повинился перед триумвиром и соправителем Александр. — Привычка. Всем нужно мое одобрение и…

— Да понял я, — махнул рукой Константин, — Мысли есть?

— Нету. Идея правильная, но сырая. Думай дальше.

Немного расстроенный вампир покинул королевский кабинет и следующие пару часов Александра никто не беспокоил. Благо на дворе была ночь и люди, доставляющие алукарду и королю больше всего проблем и забот, пока сладко спали и видели десятый сон. Лишь с первыми лучами рассвета внезапно активировался артефакт связи, сигнализируя, что главный вампир опять кому-то понадобился.

— У нас бунт, экселенц, — безэмоционально сообщил алукарду новость главный жандарм, и в эту самую минуту в кабинет Александра ворвался взволнованный Константин, но видя, что хозяин занят, говорить ничего не стал, а молча занял кресло, но в этот раз даже и не думал в нем разваливаться, а сидел ровно, будто в него вставили кол.

— Кто взбунтовался на этот раз? — поинтересовался Александр отмечая необычное и даже странное поведение гостя и на всякий случай готовясь к бою.

— Обращенные ородские дети, экселенц.

— Это которые фанатики с сильным родством душ?

— Да, экселенц, они самые.

— И как они взбунтовались? — немного успокоился Александр, поняв почему так взволнован Константин, — Они же были раскиданы по разным подразделениям и за ними пристально следили.

— Вот в разных подразделениях они и взбунтовались. Внезапно стали вести себя неадекватно, будто пьяные, а затем с криками «умри порождение Мур» попытались убить тех вампиров, кто был рядом с ними.

— И как результат?

— Все дети захвачены и нейтрализованы. Потерь нет. Но…

— Надо решить, что с ними делать дальше, ведь по закону их необходимо казнить, но это же дети.

— Да, экселенц, — смущение главного жандарма чувствовалось даже через артефакт.

— Жди, — распорядился Александр и посмотрел на Константина, — Идеи есть?

— Мне неприятно это говорить, но их надо отдать Марии, — тяжело, будто заставляя себя выдавливать каждое слово, произнес Константин.

И Александр сразу понял старого друга и соратника.

Фанатично воспитанные в вере в Демура дети изначально не могли обладать родством душ, этим странным феноменом позволяющим вампирам находить среди людей будущих верных членов своей общины. Верных не только из-за шаблона, а прежде всего благодаря убеждениями. Тому самому родству душ.

Но дети обладали родством и согласно закону были обращены. И именно среди них были первые казненные обращенные вампиры обладающие родством. Уже одно это заставляло держать группу ородских детей на особом положении и, как выяснилось, все было не зря. Они предали и восстали.

Только вот вампир существо магическое и против своего шаблона они ничего не может, а шаблон, в том числе, оберегает общину от таких вот неожиданных выступлений, если произошла эмоциональная привязка обращенного к группе. А у детей она произошла. Это специально проверяли несколько раз.

И это означает, что в работу шаблона вмешались внешние силы и внесли в него изменения. Что приводило триумвиров к осознанной необходимости не просто казнить бунтовщиков, а отправить их в Корпус Науки на «вскрытие» и тем самым обречь их на долгую и мучительную смерть. Детей…

— Мария нам этого не простит, — пробормотал Александр.

— Есть такое слово «надо» и Маша его понимает лучше многих. Мне самому противно, но это наш шанс не тыкаться вслепую, проводя эксперименты на преступниках, как твердолобые этого и хотят, а сразу понять что и как надо поменять в нашем шаблоне. Это ведь оно, внешнее изменение магического шаблона. То, что мы так страстно желаем.

— Всех захваченных бунтовщиков доставить в Корпус Науки, — бросил в артефакт связи алукард и зло откинул от себя ни в чем не повинный прибор, — Почему судьба раз за разом ставит перед нами дилемму: дадим ли мы детям жить или убьем их? Почему нельзя просто давать им жить?

— В прошлый раз это были вурдалаки.

— И что⁈ — почти накинулся на собеседника Александр, — Это что-то меняет.

— У нас очень простые законы и их трактовка двояких смыслов не подразумевает. Да и не так часто мы решаем подобные моральные задачи. Закон суров, но это закон.

— Оправдание моральных уродов, — сквозь зубы процедил Александр.

— Ты не в духе.

— Будешь тут в духе, — зло бросил алукард, — Подставил детей Демур, или еще кто из их божественной семейки, но под нож их отправлю… отправил я.

— Зато предложил это я! Думаешь мне сейчас легко? — голос Константина сорвался.

— Извини, — тут же повинился Александр, понимая, что соратник чувствует себя ничуть не лучше его самого.

— Забыли, — отмахнулся Константин и поднялся на ноги направляясь к выходу, — Обо всем забыли. Прошлое в прошлом.

Но не успел триумвир покинул королевский кабинет как дверь открылась и на пороге появилась секретарь Юлия с несколько задумчивым выражением на лице, что для девушки было крайне непривычно.

— Что еще случилось? — интуиция Александра буквально вопила, но о чем именно понять вампир не мог.

— Со мной только что связался Леопольд из Корпуса Разведки. По его данным, дракониды атаковали Песчаные рудники и прорвали оборону людей.

— Как? — только и смог вымолвить из себя алукард, пораженный новостью сильнее чем громом среди ясного неба

— Подробностей Леопольд не знает, — развела руками вампиресса, — Обещал сообщить их через пару часов.

— Черт знает что, — ошеломленный Константин вновь вернулся в кресло, — Мы знали, что у ящериц готовится еще одна атака, но… Как⁈

— Скоро узнаем, — быстро успокоившийся Александр взял себя в руки, — Но если оборона прорвана…

— Несколько дней и все. Сделать церковники уже ничего не успеют. Захват Песчаных рудников драконидами это, по сути, свершившийся факт.

— И к добру он для нас?

— Скоро узнаем.

Глава 23

— Ты можешь объяснить мне как это получилось?

— Могу, но перед вами изображаю дурачка, чтобы помучить и насладиться получившимся эффектом. Я очень люблю бесить начальство и держать его в неведении.

— Вот злиться не надо, — строго проговорил Леонид, рассматривая сидящего перед ним разведчика, — Сам должен понимать, ситуация необычная. Я даже Чергорию бросил и сюда переместился.

— Да все у вас нормально в Чергории, — отмахнулся от воеводы злой Леопольд, — Вурдалаки уничтожены, а остальное яйца выеденного не стоит и само со временем решится.

— Конечно, нормально! Конечно, решится! — взмахнул руками Леонид, — Подумаешь, на огромную территорию лояльных нам войск — с гулькин нос, и те гномы. Это у вас, в Корпусе Разведки, тысяча это уже охренеть как много, а мы, в армии, немного другим порядком величин оперируем и пара полков для нас это капля в море. Впрочем, мы здесь не мои проблемы с Чергорией обсуждаем. Вернемся к Песчаным рудникам. Что известно на эту минуту?

— Территория постепенно занимается отрядами драконидов. Мирное население они либо убивают, либо угоняют в рабство. Оборона в некоторых местах еще держится, но, по сути, это агония. Прорыв в одном месте это прорыв везде.

— Перспективы?

— В городах люди еще некоторое время потрепыхаются. С осадой у драконидов традиционно все плохо из-за… — разведчик посмотрел в глаза воеводе, — Впрочем, это вы и без меня знаете лучше всех. Возможно церковники даже удержат парочку портов. Все предпосылки для этого есть.

— А в прочих городах? Там ведь население должно поголовно взять в руки оружие.

— А толку? Дубинами и кольями от латников и магов отбиваться?

— Да хоть мясом забросать и то толк. Разменяют одного на сотню и уже хорошо. Сколько там у драконидов войск?

— Около трехсот тысяч.

— Сколько⁈ — ошарашенный воевода аж присел, чтобы тут же вскочить и протянуть руку к руке разведчика, — Ну-ка, дай, — решительно потребовал Леонид.

Кочевряжиться Леопольд не стал и послушно подставил изначальному вампиру свое запястье, не забыв резануть по нему когтем. Попробовав крови разведчика, Леонид полминуты осмысливал новую для себя информацию.

— Это все меняет, — наконец пробормотал воевода, — А хитро они свои диверсии провернули. Из твоих точно никто не мог помочь ящерицам?

— Я, конечно, предоставил драконидам информацию об обороне Песчаных рудников и дополнительно снабдил их анализом слабых мест в этой обороне, плюс подкинул пару планов, что разработали тролли, но конкретно диверсии и такой эффект…

— Эффект и правда «такой», лучше и не скажешь, — вздохнул воевода, — Так наши агенты участвовать могли?

— Я проверю, но сильно сомневаюсь. Прямого запрета не было, как и причин помогать. Не стали бы мои ребята ради ящериц стараться… но я проверю.

— Проверь. А то, если это наши, то такие кадры мне нужны.

— Такие кадры всем нужны, — улыбнулся разведчик, — И еще, экселенц.

— Да?

— Не знаю важно это или нет, — с сомнением проговорил Леопольд, — У меня создалось впечатление, что дракониды очень удивлены своему успеху. Сами можете судить. По тому как ящерицы занимают территорию на прорыв обороны людей они явно не рассчитывали.

* * *

— Значит посмотрела, что могут сотворить твердолобые без контроля со стороны, и решила побыть таким контролем.

— Верно, экселенц.

— А почему тогда к нам?

— А куда еще? — искренне удивилась Бетти, забыв, что вопросом на вопрос отвечать неприлично, да и неправильно.

— Разумно, — хмыкнула Юлия и, поманив новую потенциальную подчиненную пальчиком, уверенно пошла по коридору куда-то вглубь дворца.

Путь двух вампиресс завершился в подвале перед мощной дверью от которой так и несло могучей магией… да и стены тут явно были непростые, Бетти аж поежилась, представив, что будет если она попытается продавить такую стену голой силой. Выходило, что даже ей, с ее силой более чем столетнего вампира и всеми защитными артефактами, что на постоянной основе носили все члены общины, будет несладко, если не сказать фатально.

Глава Секретариата достала артефакт-пропуск и приложив его к двери уверенно потянула ее, а затем взяв спутницу за руку провела девушку внутрь.

— Здесь у нас архив, склад, арсенал и всякое прочее, — пояснила Юлия, — На защиту не смотри, она стандартная и пока что наполнению не соответствует. В будущем это изменится, но сейчас здесь лишь небольшой арсенал того, чего у людей нет, и хранилище крови вампиров.

Бетти кивнула, показывая, что поняла свою возможную начальницу. Все вампиры занятые проектами общины периодически сдавали кровь. Письменный доклад не всегда мог отразить все нюансы дела, а потому его всегда дополняли некоторым количеством своей крови. И такая кровь поступала на хранение именно в Секретариат Триумвирата, где секретари и помощники триумвиров пробовали ее и могли составить для своих начальников быстрый и точный отчет, а также сообщить важные сведения не утопая в тоннах бумажных докладов.

— Ну вот. Пробуй, — Юлия кивнула на стеллажи заполненные рядами маленьких флаконов, в которых находилась манящая рубиновая жидкость.

Отличались флаконы лишь цветом этикетки и надписью на бирке, что была приделана к горлышку.

— Не маленькая, разберешься. Через час пришлю кого-нибудь забрать тебя, а там посмотрим, подходишь ты Секретариату или нет.

— Я не подведу вас, экселенц, — Бетти было понятно, что это своего рода испытание и проверка ее лояльности, но девушка не возражала, ведь всю жизнь готовя себя к стезе разведчика понимала, насколько важно постоянно проверять свое ближайшее окружение, даже если это самое окружение не способно предать тебя по той или иной причине.

Тем более причин, которые бы мешали предательству и являлись бы константой в этом мире не было. И магическую клятву и магический шаблон можно было обойти. Против любого щита всегда найдется свой меч. Даже заверенные богами клятвы скорее всего можно обойти, просто вампиры пока не знают как, но это ведь не причина таким клятвам доверять. Не так ли?

Пройдясь вдоль стеллажей, вампиресса отметила для себя тот факт, что они сгруппированы не по Корпусам, а по какой-то другой системе, более удобной для Секретариата, и потому ей придется немного потрудиться, выискивая здесь флаконы с фиолетовой этикеткой, символизирующей принадлежность к Корпусу Науки. Учитывая количество стеллажей, часа, что дала ей Секретарь Триумвирата на работу, могло и не хватить, а потому надо было поторопиться.

Каждый флакон был довольно простым артефактом, позволяющим хранить в себе кровь в свежем виде до нескольких месяцев. А еще артефактом была запирающая такой флакон пробка, что позволяла получить немного содержимого даже не открывая емкость, надо было лишь перевернуть ее, не забывая при этом держать подушечку собственного пальца на пробке. Идеальная система позволяющая экономить время и силы, а также экономно расходовать кровь во флаконе. Потерев руки Бетти принялась за «работу».

Уже пять минут спустя девушке пришлось устроить себе небольшой перерыв чтобы «переварить» полученные знания. Очень уж они были… необычными. Да, именно необычными. Другие слова приличным вампирессам использовать не стоит.

Нет, Бетти знала, что в столице есть заведения где можно удовлетворить любые, даже самые извращенные сексуальные пристрастия, и знала, что некоторые такие заведения контролируются вампирами. Да собственно она сама уже долгое встречалась с одним таким извращенцем, из-за которого до сих пор и пребывала в теле девочки, вместо того чтобы немного подрасти и измениться. Бетти это никогда не тревожило и никогда не мешало, а в работе разведчика так даже и помогало. Но некоторые вампирессы смотрели на это несколько иначе и их работа в Корпусе Науки позволяла им много. Например менять всяким извращенцам пол и использовать их в специфических заведениях как «рабочий персонал». Таким образом под нож пускались сотни преступников, а наука вампиров двигалась вперед семимильными шагами. Например, в отчетах прямо указывалось, что все последние достижения химерологии так или иначе связаны с работами Эстер — вампирессы, что и занималась курированием специфических столичных борделей и «производством сотрудниц» для них.

Уже одна эта информация убедила Бетти, что она выбрала правильное направление в жизни и контроль Корпуса Науки просто необходим. А ведь были и другие моменты!

Интересной оказалась и информация о Борисе. Об этом изначальном вампире слышала вся община. Как его только не называли промеж собой другие. Тридцать три несчастья. Горе не беда. Ходячая катастрофа. Мастер разрушений. Беги пока можешь. Хрен убьешь.

Последнее для Бориса не очень подходило по смыслу, его надо было звать скорее «хрен он сам убьется», но Бетти бок о бок работала и даже дружила с изначальным вампиром, и тот в свое время объяснил ей причину, почему Борис именно Хрен Убьешь, а не как-то иначе*.

(*Мало ли кто не знает. Борис Хрен Попадешь это второстепенный герой одного из фильмов Гая Ричи. Весьма колоритный персонаж. Вампиру прозвище чуток поменяли, но общее звучание оставили.)

Казалось беды, которые Борис навлекал на окружающих одним фактом своего присутствия, никогда не закончатся, но тут появилась девочка-кобольд с необычными личными способностями — и все как рукой сняло! Надо было лишь держать этих двоих рядом друг с другом и все. Борис Хрен Убьешь превратился в самого обычного изначального вампира.

И казалось бы, что тут такого опасного? Радоваться надо. Но ведь это же реальная возможность создать способ вредить вампирам! Если ученые поймут механику процесса и повторят его, они создадут страшное оружие. И не только против вампиров.

Контроль и только контроль! Как можно больше контроля!

Вновь потерев ладошки, маленькая вампиресса принялась за дальнейшую «дегустацию» флаконов с фиолетовой этикеткой.

Покидала закрытое хранилище Бетти в крайне задумчивом состоянии. Часа ей хватило. По крайне мере она успела попробовать все необходимое, но вот на осмысление полученной информации явно уйдет куда больше времени.

— Не передумала? — встретила девушку Юлия и тут же требовательно поманила ее пальцем, чтобы можно было прикоснуться к мочке ее уха.

— Убедилась, что я на своем месте, экселенц, — Бетти послушно повернула голову, чтобы начальнице было удобнее.

— Тогда на сегодня отдыхай. Завтра познакомлю тебя с твоим непосредственным начальником и он уже объяснит тебе что к чему, — заявила Секретарь Триумвирата, подтверждая тем самым что Бетти прошла проверку и принята на службу в Секретариат.

— Да, экселенц.

Коротко поклонившись, вампиресса направилась в покои, что временно предоставили ей во дворце, пока она находилась в столице. Ее последнее глобальное задание, а именно инспекционная поездка по колониям, кроме естественных неудобств связанных с нахождением рядом с океаном, принесла девушке дружбу с изначальным вампиром и некоторую симпатию к самим колониальным острова, чья природа была поистине райской. И если на симпатию можно было забить, то вот дружба… Вадим должен знать о том, что происходит рядом с колониями за которые он ныне отвечает.

И если информация о разумных кристаллах, на которую ученые Корпуса Науки обращали преступно мало внимания, еще была не так и важна, то вот разумная плесень, что ныне осваивала континентальные земли, явно была большой угрозой. Да, сейчас этот собрат и разновидность хорша больше в океан не лез, но по земле продолжал разрастаться, и если пока что это не проблема, то лет через сто…

Разумная грибница медленно, но неотвратимо разрастающаяся по континенту, населенному большим количеством орков и гоблинов… Бетти было заранее страшно.

* * *

— Вот зачем я здесь? — раздался жалобный голос прямо над ухом прикорнувшей девушки.

— Стефи! — не выдержала Колет, — Ты ноешь уже второй день! Сколько можно?

— Столько сколько нужно. Я не понимаю своего места.

— Тебе же объяснили.

— А мне мало, — буркнула Стефания, — Я не верю в такие глупости, как «вы же так хорошо сработались вместе когда ездили к гномам».

— Но мы же и правда хорошо сработались тогда, — недоуменно произнесла Колет, которая, стоило ей только вернуться, получила от алукарда новое задание, которое сейчас и выполняла, только вот напарница ей досталась капризная.

— Это потому что я лысых знаю как себя. Столько лет с ними работала. А оборотни не моя тема. Чем я тебе с ними помогу?

— Хотя бы тем, что ныть не будешь! Тебе же куча лет, что ты ноешь как маленькая девочка.

— Будь ты мужиком, я бы тебя ударила, — бесхитростно заявила Стефания, — Но так и быть. Прощаю.

— Вот спасибо, — глаза сами возвелись к потолку, — И еще не ной, пожалуйста.

— Ладно. Так какая у нас стратегия, босс?

После давно ожидаемого переворота среди оборотней, когда самки оборотней скинули Гонту и взяли власть в свои руки, среди ликан установится своеобразный триумвират. Три молодых женщины, или все же лучше говорить самки, так как оборотни привыкли употреблять к самим себе именно это слово, неплохо дополняя и понимая друг друга, где силой, а где обычной беседой, взяли власть над всей территорией автономии, что маги Валерии выделили для проживания оборотней. Самое интересное, что самки даже с двумя нынешними правительницами Валерии договорились и проблем с ними не имели. И все бы хорошо, только вот взявшая власть троица никогда не обучалась у вампиров. А все кто обучался, быстро присягнули на верность новой власти. Вампиров, которые многое вложили в независимость ликан, такое положение дел устроить не могло, Элур все-таки не благотворительная организация и для блага других не работает. Вот алукард и отправил свою личную помощницу, что уже не раз выполняла его сложные поручения, в Валерию чтобы она переговорила с текущими правительницами оборотней насчет их лояльности вампирам и Элуру. В помощь Колет получила Стефанию, с которой в свое время так удачно решила проблему гномов.

Сами грядущие переговоры вампирессу беспокоили не сильно. Среди оборотней, особенно самок, царил культ силы. Кто сильнее, тот и прав. То есть, с ними надо было вести себя примерно как с тифлингами: нагло, уверенно и не бояться бить в морду. Видимо для последнего к Колет и приписали Стефанию, которая уже который век примерно так с гномами и общалась и, если так можно сказать, руку набила.

Волновало же девушку то, как именно ей озвучивать перед ликанами свои требования о фактическом вассалитете целой расы, что еще недавно была в рабстве. В какие слова надо облечь такое заявление, чтобы не вызвать немедленный негативный ответ и неизбежную после него войну? И пока решения этой задачи у Колет не было.

Как же просто было в армии. Бить морды легко. А теперь надо разговаривать, находить компромиссы, подбирать слова. И именно так получать желаемое. А как убедить раба, что он должен стать слугой? И ладно бы, сделать это пока он раб. Там все понятно, ты предлагаешь более лучшие условия! Так нет.

Ныне ликане попробовали вкус свободы. Насладились своим могуществом и властью над людьми, вдоволь поиздевавшись и поглумившись над последними. Получили землю в автономию и вот теперь к ним на переговоры прибудут две девушки и прямо с порога объявят, что такая сладкая вольница закончилась и у оборотней теперь новый господин. Да, лучше прежнего, но это все еще хозяин которому надо подчиняться!

— Тоже думаешь как бы «обрадовать» ликан информацией о том, что они наша корова и мы ее доим? — мудрая Стефания видела Колет насквозь.

— Скорее, думаю о том, сколько нам придется убить, прежде чем они признают этот факт.

— Это как раз не проблема.

— Почему?

— Поединок и все. Проблем нет.

Ритуальный поединок. В культуре, что поклоняется силе, такое явление просто неизбежно. Аналог был и у оборотней.

А ведь скорее всего алукард на что-то подобное и рассчитывал, отправляя послом свою личную помощницу и давая ей в напарницы Стефанию. Самки примут их и примут их вызов. А благодаря тифлингам опыт таких боев у Колет имеется, да и Стефания тумаки раздает без комплексов.

— А ты сможешь скрыть магию во время поединка? — уточнила у напарницы Колет, зная как негативно бывшие рабы магов относятся ко всяким проявлениям магии.

— Пфф! — Стефания гордо задрала голову, — Чтобы разобраться с этими соплячками магия мне не потребуется. Голой силой вынесу. В рукопашной я очень хороша! Да и на свете живу не первый век. Справлюсь.

— Тогда я…

— Вот не надо мне этих «я»! Ты босс. Важно надуваешь щеки и снисходишь до этих жалких смертных со своими мудрыми решениями. Будем играть в могущественную тебя и ее жалкую служанку меня. «Жалкая слабая служанка» всех отмудохает в ритуальном поединке и преподнесет головы проигравших своей госпоже. Только обойдемся без голов. Я их немного побью, продемонстрирую свое полное превосходство над ними и сделаю вид, что ты вообще на запредельном уровне и превосходишь меня в силе так же как я их. После этого слушать тебя будут как живое божество.

— Если ты все это уже давно придумала, чего тогда который день ноешь? — рассерженная Колет поняла, что над ней жестоко издевались, и теперь напоминала злобную фурию.

— Я женщина. Что я просто так поныть не могу?

Глава 24

— Император с утра разговаривал с Наместником и потребовал от нас полного финансирования операции нападения на драконидов, упирая на то что он был прав, а мы нет и теперь он думает переложить на нас всю ответственность за случившуюся катастрофу.

— Какая разница, что думает эта пародия на человека? Его величество был достойным правителем империи. Хитрым, умным, сильным — но теперь это просто наркоман, каких много в нищих кварталах. Почему мы вообще обсуждаем его слова?

— Эта пародия на человека все еще Владыка Империи и ему подчиняются легионы. Не нуждайся империя в деньгах, мы бы уже давно наблюдали за войной людей с ящерами. С нашим мнением император считается лишь потому, что в казне нет денег и мы ему их даем. Иначе бы и утреннего разговора не было.

— Вы хотели сказать, что мы давали деньги, ведь уже некоторое время мы держим казну на голодном пайке. Из-за чего часть нашего влияния утеряна.

— Казна все еще нуждается в наших деньгах.

— Увы, но вскоре даже это будет не важно, ведь сейчас, благодаря канцлеру, организован Имперский банк. Миряне, так или иначе, получат недостающее золото. И не от нас.

— Пустое и глупое начинание. Банк хорош тем, что в нем есть деньги. В Имперском банке их нет и никогда не будет.

— Деньги можно сделать. Ни для кого из присутствующих не секрет, что канцлер Роз в ультимативной форме потребовал от этого пьянчужки Верзье снизить содержание драгоценных металлов в монетах, оставив им прежний номинал. А ведь есть еще и бумажные деньги, братья. Да и других способов хватает. Не стоит недооценивать наших оппонентов и кичиться тем, что у них нет денег. Их и у нас скоро не будет.

Четыре сидящих в зале кардинала на некоторое время замолчали обдумывая услышанное.

На экстренное совещание собрались самые влиятельные фигуры Светлой Церкви, люди которые фактически ей руководили и от их решения и взвешенной позиции зависело многое, если не все. И это при том что Церковь еще не отошла от всех потрясений последних лет и оттого цена ошибки собравшихся была особенно велика.

Кардиналы думали и взвешивали свои решения, рассматривая их со всех сторон и очень жалели о том факте, что взвалить ответственность на чужие плечи было просто невозможно и не было даже шанса, что вину за их провал можно будет возложить на нынешнего Наместника Демура, ведь даже последний нищий в столице империи ныне знал, что новый Наместник Люций не более чем ширма для тех, кто реально имеет власть в Вобанэ. То есть, для четверки собравшихся ныне кардиналов.

При этом события в мире происходили такие, что каждый из присутствующих кардиналов с благословением вспоминал те времена когда был простым епископом и от его решения не зависело, будет ли существовать Светлая Церковь и есть ли будущее у человеческой расы. Теперь же у них было все: власть, деньги, женщины, но ко всему этому на их плечи легла и тяжелая ноша управления, к которой некоторые из них явно были не готовы.

— А ведь в чем-то император прав и рассуждает он в верном направлении, — прервал молчание один из кардиналов, — Наш брат по вере правильно сказал, мы лишились золота Песчаных рудников и теперь уязвимы в финансовом плане. Вскоре у нас не будет такого количества денег к которому мы привыкли за последние годы. Нам жизненно необходимо вернуть контроль над золотыми приисками.

— Плевать на золото! — сидящий по левую руку от него священник в порыве эмоций чуть не вскочил со своего места, — У нас больше нет источника лунного серебра! Вот настоящая проблема! Из чего нам делать артефакты для войны с вампирами? Из железа?

— Есть и другой вопрос: если имперские легионы вернут Песчаные рудники, то вернет ли император их во владение Светлой Церкви? — проговорил третий кардинал.

— А хуже всего тот факт, что император давно говорил всем об опасности драконидов, но его не слушали. Теперь он укрепит свою репутацию и его наркотические бредни будут восприниматься дворянами как откровение, мы же оказались в дураках, — подытожил четвертый собравшийся, — Мне жаль, но я считаю, что император должен умереть. Его наследник куда более благоразумен. С ним мы договоримся о чем угодно.

— Как ловко вы перешли от обсуждения наших текущих проблем к заговору и убийству императора.

— Никакого заговора, брат мой. Трон империи занимает безумец и в столь тяжелые времена мы не можем позволить себе проявлять слабость и снисхождение. На троне должен сидеть сильный владыка людей.

— Наследнику не так много лет и назвать его сильным и мудрым нельзя. Никто не готовил его к трону, — указав на очевидную слабость в предложенном плане, священник пристально посмотрел на собеседника.

— Тем лучше для нас. Новый император будет вынужден прислушиваться к нашему мнению, а не тому, что говорят ему голоса в его голове.

— Убить владыку можно, — медленно проговорил один из кардиналов, — Но у всего есть последствия. Если наше участие в заговоре против императора раскроется, нам не поможет даже наличие долгов дворянства перед Церковным банком. Они предпочтут нас просто уничтожить. Ведь мы покусимся на то, что принадлежит им по праву рождения.

— Значит наше участие должно остаться тайной.

— Лучше всего поручить это дело кому-то со стороны, а самим остаться чистыми.

— И кому? У вас есть кто-то на примете?

— Архимаг Роз давно точит зуб на императора. Об этом известно всем в столице. Если дать ему свое отеческое благословение…

— Которым он будет шантажировать Светлую Церковь до конца своих дней? — ехидно рассмеялся не участвовавший до этого в обсуждении убийства императора кардинал, — Хороший план для желающих умереть.

— Все можно сделать тайно, брат мой, — немного обиделся его собеседник, — Намеки проклятый маг понимает, не первую сотню лет живет под ликом Всесветлого. Небольшого разговора ему будет достаточно, но при этом даже самый лучший менталист не сможет вытащить из его головы подтверждение, что мы причастны к заговору. А еще Роз достаточно могущественен, чтобы избавить нас от императора. Фактически, в империи он единственный кто может это сделать, кроме нас.

— Я против, но лучшего плана у меня все равно нет.

— Тогда так и решим. Император должен отправиться к Демуру, — сделавший заявление кардинал последовательно заглянул в лицо каждому из соратников и, не увидев там неприятия, удовлетворенно кивнул.

— Раз мы заговорили об убийствах… Бывший Наместник Ронн тоже должен умереть.

— Это вы намекаете на тот отчет братьев-инквизиторов, в котором они утверждают, что Наместник Ластор был убит, а не умер своей смертью.

— Именно об этом отчете я и говорю, брат мой. Мы и так слишком долго его игнорируем, делая вид, что ничего не было.

— Здесь нечего обсуждать. Братья-инквизиторы ошиблись.

— Я так не думаю. Ронн был и остается влиятельным священником, у него много последователей и сторонников даже в стенах Вобанэ. У него была и возможность и причина для убийства Ластора, тем более убить получилось тайно и большая часть братьев, даже часть из присутствующих здесь, считают, что Наместника покарал Демур. Уверен, Ронн сейчас просто в восторге от такого подарка судьбы.

— Это все лишь косвенные улики.

— А то, что Ронн требовал вернуть его в Вобанэ уже на следующий день после смерти Ластора, это как?

— Выглядит странно, но доказательством его вины не является.

— К тому же хочу напомнить вам, братья мои, что Ронн ныне под защитой Гании. За последние годы мы многое сделали ради того, чтобы эта страна перестала воспринимать Светлую Церковь как врага и стала относится к нам лояльно. Всего одно неверное действие и мы может потерять все, что с таким трудом создали.

— Гания ныне слаба и бедна.

— Но это не повод плевать в душу их правителей. Убьем Ронна — вновь поссоримся с Ганией и пустим по ветру все прикладываемые последний век усилия наших братьев по примирению. Я не считаю этот размен равноценным. Вот если бы у нас были твердые доказательства вины Ронна, которые мы могли бы предъявить ганийцам на суде…

— Такого подарка Ронн нам не сделал и не сделает, — фыркнул мужчина, — Поэтому стоит отложить отчет инквизиторов до тех пор пока они не найдут более конкретные доказательства убийства Ластора, чем тайных ход, которым недавно пользовались, и необычную алхимическую реакцию крови Наместника. Ходом могли воспользоваться слуги, а полный список эликсиров, что принимал Ластор, был известен только ему одному.

— Я считаю также, что сейчас не время начинать очередную свару внутри Церкви, мы еще не отошли от предыдущей.

— Тогда еще один аргумент, братья мои. Что если Ронн решит убить уже нас? По его приказу убили Ластора, Наместника Демура в нашем грешном мире, — мы же с вами вовсе простые слуги Всесветлого. Уверены, что Ронн остановится? Уверены, что в эту минуту он не замышляет уже наше убийство? Люций тряпка. Он без вопросов передаст власть более сильному, а без нас среди живых Ронн будет единственным авторитетным священником.

Троица несогласных с убийством кардиналов нахмурилась и задумалась. Озвученная угроза была слишком реальной, чтобы игнорировать ее.

— Если рассуждать так…

— Ронн опасен для нас, спору нет. Но в Гании нас не простят.

— Плевать на Ганию. На кону выживание Светлой Церкви, этот еретик заведет нашу веру в могилу, если вновь станет Наместником, — продолжал давить на соратников выступавший за ликвидацию кардинал, — Его бредни вредны и их можно терпеть лишь пока он далеко. Необходимо срочно убить Ронна! Это вопрос нашего будущего!

— Все согласны? — спрашивающий обвел присутствующих тяжелым взглядом, — Тогда надо решить как это сделать.

— Не хотел говорить, но раз такое дело…

— Мы слушаем вас, брат мой.

— Есть у меня верный человек в окружении Ронна. Как шпион бесполезен, но яд подлить сможет.

— Интересные у вас знакомства. Может у вас и в моем окружении есть такой человек?

— Сейчас не время выяснять отношения, братья! Мы все здесь имеем «верных людей» и это не повод для разговора, мы не дети и не в игрушки играем.

— Понял. Молчу.

— Ваш человек точно сможет подлить яд Ронну?

— Да. Но обычный яд на нашего бывшего главу не подействует. Это уже проверено наверняка.

— Даже так… как интересно.

— В том, что обычный яд не подействовал на Ронна нет ничего необычного. Ронн не зря был Наместником, он всегда был не обделен силой Всесветлого, и впав в ересь не утратил ее.

— Раз у нас такой откровенный разговор, братья… Есть у меня особый яд. Сила Всесветлого не спасет от него.

— Какие интересные вещи у вас имеются. Нам уже стоит опасаться за свою жизнь?

— Мы же договорились! И вы обещали молчать!

— Все-все, умолкаю.

— Если вы уверены, что яд подействует.

— Подействует. Яд разработан на основе крови оборотней. Противоядия нет, брат мой. Сила Всесветлого и магия бесполезны. Он даже вампиров убивает. Собственно, против них он и создавался.

— Тогда так и поступим. Возражения есть? — возражений не последовало, — Раз простые вопросы мы решили, давайте перейдем к более сложным. Светлый поход. Что думаете братья?

— Светлый поход ныне не ко времени. Вампиры должны быть уничтожены, сомнений нет, но наши собственные проблемы не позволяют нам это сделать.

— Смелая мысль, брат мой.

— Я говорю, что думаю. А думаю я, что нам необходимо либо быстро побеждать, либо забыть о войне с вампирами до лучших времен. Быстро победить мы не можем, — кардинал развел руками как бы предлагая собеседникам опровергнуть его слова.

— У нас есть легионы паладинов, что еще не вступали в бой. Мы можем…

— Бросить в бой лучшие части в надежде что они победят? А если они проиграют?

— Всесветлый не позволит случиться такому!

— Проигрывать будут наши паладины, а не Всесветлый. И не забывайте, что на стороне кровопийц стоит Мур. Брат с сестрой могут ненавидеть друг друга, но договориться при нужде смогут.

— А по итогу пострадаем мы с вами, братья.

— Я вижу, что ваша вера подвергается сомнению, братья.

— Глупо отрицать очевидное, — после этих слов все четверо присутствующих виновато опустили голову, — Вампиры сильны и пока что мы можем только обороняться. Это у нас получается хорошо.

— А если ударить чем-то посильнее? Как нам и предлагают некоторые из братьев. Проклятые маги называют такие артефакты ультра мощными. Применив их мы можем создать для себя преимущество и быстро уничтожить вампиров.

— Не думаю. Скорее вампиры ударят по нам в ответ схожими артефактами и мы все умрем. Твари уже показали всему миру, что защита Вобанэ для них не преграда. Пару Кровавых пределов не выдержат даже эти древние стены.

— А если мы одновременно применим большое количеством таких артефактов?

— Производство подобных артефактов связано с определенного рода затратами и много их быть не может. Чтобы их было много, подобные артефакты надо собирать в арсеналы веками.

— Но судя по всему вампиры научились обходить это препятствие, — заметил один из кардиналов, намекая на сообщения разведки о наличии у врагов рода людского сотен ультра мощных боевых артефактов в арсенале.

— Да, и тем важнее для нас соблюдать негласный запрет на применение таких сильных артефактов. У нашего врага их банально больше.

— И что вы предлагаете, брат?

— Нам нужно лишить наших менее стойких и склонных к простым решениям братьев соблазна применять мощные артефакты против вампиров. Про три уничтоженных города все помнят? — кардинал быстро посмотрел на соратников и, увидев их желание слушать его, дальше продолжил, — А еще нам надо наказать драконидов. И если вдруг имперская армия использует в походе против ящериц все свои сильные артефакты… это можно будет понять.

— А потом просто не производить новые. Это вы хотите нам сказать, брат мой?

— Верно.

— Но позвольте, мне было приказано создавать наш собственный аналог подобных артефактов, на это выделены средства, я организовал братьев…

— И создавайте, Всесветлый с вами. Мы ни в коей мере не претендуем на сокращение финансирования ваших проектов. Но ведь создавать можно по разному, брат мой. И если вдруг быстрого результат у вас не получится, мы поймем и ничего вам не скажем. Финансирование ваших работ будет продолжено. А там… может лет через двадцать, порадуете нас положительным результатом.

— Но остаются еще маги, — напомнил очевидное один из собравшихся, указывая соратникам, что отнюдь не священники создают самые мощные боевые артефакты империи.

— Во-первых, с магами можно будет договориться. Уверен, они найдут куда деть силу полученную от массовых жертвоприношений. Для них все эти мощные артефакты всегда были простым разбазариванием их ограниченных ресурсов. Во-вторых, пара-тройка мощных артефактов в арсенале нам в любом случае не помешает.

— Если рассуждать так… Но ведь остаются еще вампиры! Что если кровопийцы решат, что мы ослабли, и сами ударят по нам?

— Не думаю. Только идиот будет использовать все свои ультра артефакты. Вампиры никогда не поверят, что мы применили против драконидов весь свой арсенал. Так что здесь все наоборот. Мы покажем вампирам свою силу и мощь. На примере драконидов, увидев нашу решимость, вампиры не рискнут вылезать со своих проклятых земель.

— А если что-то пойдет не по плану? Если вампиры все-же узнают, что мы применили ВСЕ?

— Они не поверят. Я бы не поверил. Они будут думать, что это наша хитрость, чтобы заманить их в ловушку, и мы специально даем информацию о том, что у нас больше нет мощных артефактов. Повторю. Никто в здравом уме не будет тратить весь свой арсенал. В это невозможно поверить.

— И в любом случае у нас останутся ритуалы, что уже хорошо показали себя. Это в атаке пока ничего не получается, но в обороне мы сильны. Всесветлый за нас. Защитить наши земли мы сможем даже в самых неблагоприятных условиях.

— Уверены, брат мой?

— Да.

— Хорошо. Принимается. Как будем применять артефакты против драконидов?

— Предлагаю убить двух ворон одной стрелой.

— И как это сделать? — на одного из кардиналов уставились три пары глаз.

— Его величество желает покарать драконидов и войти в историю как их победитель. Не будем ему мешать. Пусть он лично возглавит нашу армию. В этом случае, если что-то пойдет не так, вся вина за применение ультра артефактов будет на императоре. А нам будет проще добраться до него. Все же императорский дворец охраняется лишь чуть хуже чем Вобанэ.

— Но мы же решили доверить убийство императора архимагу Розу.

— Если император покинет дворец, мы и сами сможем добраться до него, и нам не придется договариваться с проклятым магом.

— А в боевом походе всякое может случится, — насмешливо протянул церковник, — Даже если пойдут слухи, что священники убили императора, доказательств этого не будет. На войне люди гибнут. Этим никого не удивить. И что с того, что в данном конкретном случае погибнет император? В глазах дворян он погибнет во славу людей. Достойная смерть. Нам мстить не будут.

— Мне это нравится куда больше, чем договор с Розом.

— Вы сможете убедить этого безумца лично пойти в поход?

— Думаю, да. Есть у меня пара идей.

— Хорошо. Тогда доверяем это дело вам.

— И вернемся к Светлому походу, братья. С вампирами надо что-то делать.

— Переговоры?

— Для Империи это выход. А Гания и Ород? Их земли под прямым ударом вампиров.

— Боюсь, их проблемы придется временно считать незначительными. Ради блага людей.

— И в их землях сосредоточены наши армии. Защитить людей они смогут.

— Это все хорошо. Но как мы объясним прихожанам переговоры с нелюдью?

— К Мур прихожан, как мы объясним это аристократам? Мы приложили столько усилий ради организации Светлого похода — и теперь договариваемся с врагами рода людского? Нас сметут.

— Переговоры в любом случае должны быть тайными. У Светлой Церкви с давних пор есть артефакт прямой связи с Алексом Бладом.

— На который ныне отвечает какой-то рядовой вампир!

— А вы откуда это знаете, брат мой?

— Пытался связаться, разве непонятно?

— И зачем же, позвольте спросить, вы пытались…

— Остановитесь! Этот разговор может привести к ссоре. Была попытка разговора и все. Забыли. Теперь мы знаем, что там нам отвечают и не так уж и важно кто. Слуга всегда может позвать господина.

— Это верно, но не снимает вопроса о том, как мы будем объяснять людям свое бездействие в отношении вампиров.

— Нужно поражение…

— Страшно слышать такое.

— Другие варианты еще хуже, — покачал головой высказавший идею кардинал.

— Какие будут предложения?

— У меня есть одно.

— Слушаем вас, брат.

— В Ороде направленный туда командующий развил бурную деятельностью. В числе прочего он очень сильно прижал наших братьев, обвинив их в поражениях.

— Так это правда! — чуть ли не единодушно высказались собравшиеся.

— Но не мирянину судить нас!

— Когда вы правы, вы правы.

— Так вот. Мне стало известно, что укрепления вампиров на севере Орода занимают гномы.

— Проклятые нелюди! А ведь мы предлагали им выступить на нашей стороне.

— Да. Но это хороший шанс для нас. Как недавно сказал брат по вере, убьем двух ворон одной стрелой. Забывший свое место легат получит приказ атаковать удерживаемые гномами укрепления всей мощью ородских армий. Его поражение позволит нам снять его с должности и отправить в отставку, а всем остальным покажет слабость армии людей даже против гномов, а не только против вампиров. После такого никто не будет возражать, что мы стоим в обороне. Даже последние глупцы не посмеют обвинить нас в бездействии и предательстве.

— Глупцам поводы не нужны, они обвинят нас даже выигрывай мы. Но здесь вы правы. Мы легко заткнем всем критикам рты.

— А ведь можно и не полностью бездействовать…

— Что вы имеете ввиду?

— Сахия. В наших интересах прогнать элурцев с острова. Войну там можно и продолжить. Что еще больше заткнет всем рты.

— Значит отдаем приказ ородским армия на штурм и, как только они проиграют, начинаем переговоры с вампирами.

— А если наши войска победят? Там ведь будут не вампиры, а гномы.

— Вот именно, гномы. Именно это мы и скажем в случае победы наших войск. Вампиры так и останутся непобежденными, что является важным для нашего плана. Это во-первых. Во-вторых, вы все читали отчет о снижении уровня выпускников наших церковных училищ. Здесь в империи это пока не так заметно, но на периферии ощущается куда сильнее. Ородские армии прежде всего укомплектованы именно такими выпускниками. Боюсь, шансов у них нет даже против гномов. Без Светлых легионов и паладинов армия людей слаба. Ну и в-третьих, мы всегда можем предупредить вампиров об атаке.

— Это уже лишнее!

— Лишнее, — признал свое неправоту кардинал, — Но ведь можем.

— Значит в Ороде отправляем войска в атаку, крепим оборону в Гании и воюем в Сахии.

— Верно.

— Так.

— Согласен. А если, что-то пойдет не так, будем отступать и выжигать землю силой Демура. Вампиры очень плохо реагируют на подобное. Договориться с нами будет и в их интересах.

— А в Сахии? Есть ли у нас шанс там победить?

— Есть. Война позволила некоторым генералам проявить свой талант. У нас уже есть хорошие полководцы, на кого мы можем рассчитывать, в том числе и среди наших братьев по вере.

— Одних полководцев мало.

— Поэтому мы дополним их новыми големами и артефактами. Всесветлый ниспослал людям свое благословение и оно уже воплощено в конкретные изделия.

— А еще разработан новый ритуал. Он позволяет выжигать всех вампиров в округе. Пока радиус поражения небольшой, но братья стараются.

— Отрадно это слышать. И раз мы договорились насчет вампиров, — молчание соратников было красноречивее их слов, — Тогда перейдем к самому главному вопросу на сегодня. Финансы.

— Ластор сильно поторопился, даровав независимость Церковному банку.

— Теперь мы имеем еще и Имперский банк.

— И это хуже всего. Церковный банк хотя бы все еще принадлежит Светлой Церкви.

— Но больше не управляется ей, брат мой, а это важнее.

— Не отрицаю. Но пока банкиры отдают нам прибыль, на это можно закрывать глаза.

— Вы не хуже меня знаете, что прибыль можно считать очень по разному. Управляющий Совет банка уже повысил собственное содержание больше чем в десять раз. И это сделано за наш с вами счет. Дальше будет только хуже. Особенно сейчас, когда Песчаные рудники временно контролируются драконидами и мы не можем получать золото с их приисков.

— А еще этот развратник Верзье хорошо подсадил дворян на дармовые кредиты и теперь последние пляшут под дудку банкиров выполняя все их указы, и дальше будет только хуже.

— По Церковному банку надо что-то решать.

— Предлагаете вновь присоединить банк к нам?

— Управляющий Совет на это не пойдет. Им будет проще начать с нами войну. Учитывая их нынешнее влияние на аристократию, кому от этого будет хуже я сказать не берусь.

— Банк должен зарабатывать деньги, а не лезть в политику.

— Предлагаете поговорить с управляющими и Верзье?

— Можно поступить жестче. Вводим в столицу подразделения светлых паладинов, окружаем банк и особняки банкиров и диктуем им свои условия. Несогласных отправляем в монастырь.

— Они на все согласятся, а через месяц ответят так, что мы сами будем не рады, что начали все это.

— И паладинами нам все равно не решить проблему Имперского банка.

— У последнего сейчас нет денег, потому предлагаю о нем пока не говорить. Надо решить что делать с Церковным банком.

— Во-первых, предлагаю лишить всех банкиров сана. Раз они отделены от Светлой Церкви, то они больше не священники и не братья нам.

Все согласно закивали.

— Тогда надо переименовать банк.

— Я хотел предложить это вторым пунктом. Пусть называются Банком людей. Или еще как. Главное, чтобы их никак не связывали с нами.

— Но от собственности над банком мы не отказываемся!

— Естественно, нет. Об этом речи не идет.

— Это хорошие предложения, но они не решают наши проблемы с банком. Может все же паладины и ультиматум?

— Главная проблема с банком в том, что используя НАШИ деньги, банкиры взяли себе слишком много власти. И прежде всего за счет раздачи кредитов аристократии. Выкупив долговые обязательства знати, мы вернем себе власть.

— Выкуп долговых обязательств это хорошо, но откуда мы возьмем на это деньги?

— Частично деньги за выкуп к нам и вернутся. Светлая Церковь все же собственник банка.

— Вернутся не в полном объеме, брат мой. Да и для начала выкупи деньги все равно надо будет брать из казны Церкви.

— А это еще одно мое предложение. Имперский бюджет банкрот. Это ясно каждому. Денег в казне нет. Расходы намного превосходят доходы. И эту разницу покрываем мы за свой счет. Это огромные суммы.

— Ластор уже пытался однажды не дать мирянам денег. Ничего хорошего из этого не вышло. Многие расходы имперской казны идут в наших интересах и если они их сократят пострадаем прежде всего мы сами.

— Поэтому я предлагаю убрать из этого уравнения посредников в лице имперских чиновников. Свои интересы мы должны оплачивать сами. Во-первых, так у нас будет больше власти. Кто деньги платит, тот законы и пишет. Во-вторых, мы сэкономим те суммы, которые обычно прилипают к рукам чиновников.

— А к рукам наших братьев никакие суммы не прилипают?

— Вы не хуже меня знаете, что прилипают и много. Но сейчас это происходит два раза. Сначала деньги получают братья и забирают свою «долю», а потом деньги получают чиновники и тоже про свои интересы не забывают. Убрав из этой схемы чиновников и их интересы, мы оставив в казне значительные средства. Их хватит на покрытие изначальных затрат по выкупу долговых платежей.

— А почему мы раньше так не делали? Неужели кардиналы, что были до нас, были глупее нас?

— Нет. Это было своеобразной формой взятки имперской аристократии. Все-таки Светлая Церковь не совсем законно стала собственником Песчаных рудников, и, если бы мы не делились, у нас бы отобрали все. Теперь мы можем себе это позволить. Сила и власть у нас, делиться больше не обязательно. В последние годы мы больше делали это по традиции, чем из необходимости. Теперь мы можем позволить себе финансировать собственные интересы напрямую, минуя чиновников. Да и легионеры, получая выплаты от лица Церкви, будут куда более лояльны и помешать этому император, и особенно его наследник, не сможет.

— Предположим. Но…

— Да. Вторая главная проблема с банком это невозможность управлять им и контролировать его. И эта проблема при независимом банке никуда не денется. Нам придется с этим мириться.

— Можно создать специальную контрольную комиссию.

— И как быстро банкиры с потрохами купят ее членов?

— Комиссионеров назначать исключительно из числа братьев по вере и менять их каждые полгода.

— Можно. Но банкиры все равно найдут способ оставить часть прибыли себе и никогда не потерпят нашего влияния на банк.

— С этим нам придется мириться.

— Предположим. Значит требование не лезть во власть. Выкуп долгов. Комиссия.

— И переименование с лишением сана.

— Верно, — кивнул кардинал, — Что если банкиры на все это не согласятся? Мы ведь ничего не даем им взамен.

— Здесь вариантов быть не может. Если управляющие не примут наши справедливые требования, тогда в дело вступят светлые паладины и пусть Всесветлый разбирается кто из нас прав, а кто нет.

Глава 25

Когда-то здесь жили гномы. Огромные и величественные подземные города были раскиданы по всей территории Налимского хребта и полны жизни. Затем сюда пришли гоблины. Они уничтожили все наследие предыдущей цивилизации и загадили все то, что уничтожить не смогли. Но жизнь была, да. Дикая и примитивная, но была. И вот гномы снова возвращаются под своды Налимских гор.

Да, это не Тошал, родина их предков, откуда последних выгнали вампиры, но и эти пещеры обильно политы гномьей кровью. Больше двух веков кланы пытались прогнать из этих мест мерзких мохнатых коротышек. Бесчисленные гирды гибли в сражениях с гоблинами в бесплотных попытках зачистить хотя-бы кусочек вожделенных гор, и вот долгожданный день наступил. Гномы снова хозяева Налима. Теперь навсегда.

Было немного обидно, что победу принесли не воинские умения славных бойцов подземного народа, а природная катастрофа, но гномы были готовы мириться с этим. Землетрясение открыло их потомкам дорогу на новые территории и теперь они своего шанса не упустят. Уже сейчас кланы Александрии собирают караваны переселенцев, что наполнят стены древних городов жизнью и смехом подрастающих детей.

Шагая сквозь Налимский хребет и по пути осматривая древние города своего народа, Шор Губошлеп не мог не восхищаться работой старых мастеров. И пусть он из семьи граверов, но и работу каменщиков и строителей оценить может, ведь прежде всего он гном! И эта работа поражала. Даже гоблины не смогли стереть с древних стен память об истинных хозяевах этих прекрасных подземных городов.

Пока гномий гирд шагал сквозь Налимские горы по направлению к Валу, многие сослуживцы Шора обсуждали промеж собой перспективы поселится в эти места навсегда. Любому идиоту было понятно, что раз территории свободны, их надо побыстрее занимать. А места здесь было много. Александрийские кланы, даже реши они в полном составе переехать сюда, при всем желании не могли бы полностью заселить эти горы. Но «невозможно» это не то слово, что любят слышать гномы, а значит заселять свои древние поселения они будут очень активно, и кланы будут за это платить, всячески поощряя переселение сюда молодых гномов. Вот бойцы и обсуждали перспективы да мечтали о женских прелестях своих подруг, что ждали их дома.

Шор Губошлеп в этих обсуждения не участвовал. Не так давно пришедший в гирд, он уже считался здесь ветераном, ведь за его спиной была военная кампания в Проклятом лесу. Молодые бойцы не спешили лезть к столь уважаемому гному со своими мечтами и чаяниями, а ведь они были одногодками Шора! Но статус бывалого бойца и значки принадлежности к воинскому сословию ограждали Губошлепа от пустой болтовни. Сам гном может быть и поучаствовал бы в обсуждениях какую гному лучше взять в жены и где лучше поселиться: в этом городе или том, что они проходили два дня назад, — но статус заставлял его держать лицо и лишь ухмыляться в ответ на бросаемые в его сторону взгляды. Отслужив свое, эти молодые гномы вернутся в клан и сменят оружие в руках на добрый рабочий инструмент, а Шор останется здесь. Он воин. Это теперь его призвание. Гирд теперь это его судьба и его же семья. Хотя боевитую молодку в жены тоже хотелось.

Вал впечатлил даже видавших виды гномов. Люди… ну ладно, вампиры, что сумели построить ЭТО, вызывали невольное уважение. Выходя из под свода горы, Шор ожидал увидеть что угодно. Поле битвы. Бескрайние поля или такие же бескрайние леса. Болота или заводи. Да он даже море был готов увидеть, говорят оно тут не так и далеко. Но что точно не ожидал увидеть вместе со своим гирдом Шор так это широченную стену по которой и была проложена дорога, а чуть вдалеке виднелся величественный замок. И его стены были так высоки, что казались продолжением местных отвесных скал. Решив проверить свою догадку, Шор подошел к краю стены по которой шагали воины гномов и посмотрел вниз.

Лучше бы он этого не делал! Высота закружила голову и лишь резкий рывок назад позволил гному не свалиться с огромной высоты. Стена была столь высокой, что первое, что увидел Шор, была не земля, а верхушки деревьев! И вот спрашивается: зачем строить так высоко? Воистину подземным жителям никогда не понять наземников.

В замке гирд встретила девушка в красном плаще, представилась сержантом и заявила, что дальше гномов поведет она. Вид вампира вызвал в бойцах глухое роптание, но воинская дисциплина не позволила им чего-то большего. Да и так гномы ничего не сделали бы наглой самке. Между ними и вампира нет войны, а старые обиды… таны посчитали что прошлое должно остаться в прошлом. Пока…

Как оказалось, идти им еще далеко. До того самого моря про которое Шор не так давно вспоминал. За право беспрепятственно заселять Налимские горы кланы взяли на себя обязательство охранять Вал и все северные земли от вторжения людей. И сейчас элурские полки и вампирские подразделения заменялись на гномов, начиная именно с самых далеких замков. К счастью гирд Шора был не первым, а потому холодного и стылого моря он так и не увидел, а вот замок в котором они разместились Шору понравился своими глубокими подземельями с не очень высокими сводами. Казалось, что укрепление изначально строились под гномов и их комфорт. Хотя, как теперь знал Шор, когда имеешь дело с вампирами ни в чем нельзя быть уверенным. Возможно они действительно сразу строили этот замок как место будущего обитания гномов.

Начало службы на Вале было спокойным. Гномы обживались на новом месте и втягивались в рутинный процесс постоянного патрулирования стен. Командирам гирда такая воинская служба была знакома еще по бастионам Александрии, ограждающим предместья города от Проклятого леса и его чудовищ. Молодые бойцы привыкали чуть хуже, но истинный гном трудолюбив и уперт, а потому вскоре служба пошла своим чередом. При этом гражданский быт для своих союзников вампиры организовали так, что ничего кроме службы от гномов и не требовалось. Знай себе ходи в патрули, внимательно наблюдай за окрестности и все. В казарме тебя ждет вкусная еда, напитки на любой вкус, теплый очаг и все прочие мыслимые удовольствия доступные на службе. Сказка, по которой и не скажешь, что где-то на юге идет война и легионы людей готовятся к вторжению в эти земли.

Но вскоре реальность напомнила о себе. Разведчики принесли весть об огромной армии людей, и офицеры все чаще стали пропадать на бесконечных совещаниях. А затем гирд подняли по тревоге, и прежде чем покинуть ставший домом замок, командиры не забыли сообщить бойцам о том, что они идут в бой который возможно станет для многих последним. Гномам предстояло выполнить свою часть договора и защитить Вал от людей.

* * *

Шор Губошлеп с интересом смотрел на армию людей. С высоты и расстояния было видно плохо, но кое-какие детали гном замечал.

Прежде всего в глаза бросалось отсутствие четкого построения. Нет, на толпу ополченцев армия врагов была не похожа, но и на слаженный военный механизм тоже не походила. Сравнивая с элурскими полками или терциями Каса, Шор невольно обесценивал противника в своих глазах, ведь эти люда даже построиться нормально не могли. Спрашивается: как они будут воевать?

Вторым, что бросалось в глаза воина, была странная расстановка людей для штурма. Находящиеся впереди солдаты относились к легко вооруженным пехотинцам, в то время как сам гном выставил бы в первые ряды хорошо защищенных латников. И можно было бы сказать, что люди сделали ставку не на металл, а на магию, но магов Шор тоже не видел. Назвать себя опытным стратегом гном не мог, но он однозначно вел бы этот бой иначе.

Несмотря на статус ветерана, Шор впервые участвовал в сражении которое предполагало защиту, да еще и за крепкими крепостными стенами. До этого Шор всегда атаковал, а его защитой был верный щит и плотный строй соратников. В таком бою принимать участие гному еще не приходилось, так что может люди и правда делают все правильно и это он чего-то не знает.

Надо сказать, что в построении собственной армии Шор тоже не все понимал. Понятно, что место боя или, лучше сказать, штурма, выбрали люди, и повлиять на это гномы не могли. А выбрали люди участок Вала с не самыми высокими и прочными стенами. Как сказали вампиры, почва здесь была плохая и вот так сразу поднять ее над поверхностью у магов Земли не получилось. Многое пришлось делать заступом и лопатой и участок был одним из двух слабых мест Вала. И несмотря на это на стены были поставлены отборные гирды, плотность построения которых была так велика, что всего один успешный удар высшей магией мог отправить к предкам тысячи лучших гномьих бойцов.

Сам Шор никогда бы не стал делать ставку на несокрушимость обороны и сделал бы ее многоступенчатой, ведь даже заняв стены Вала, люди не получат нормального пути за него. Для этого им надо будет взять как минимум три замка. А это время. Много времени. Поэтому глубину обороны можно было и увеличить. По крайней мере так считал Шор.

Бой начался внезапно и совсем не так как ожидал гном. Вместо ударов магии люди просто побежали к стенам. С лестницами и связками хвороста, но без толковой защиты. Шор помнил, как ему объясняли, что обычно такие штурмы подготавливают несколько дней, постепенно приближаясь к стенам и лишь будучи уверенными в успехе, делают последний рывок. А вот так просто бежать с голой задницей и без нормальной защиты в надежде целым достигнуть стены? И что? Ну добегут люди непосредственно до Вала и дальше? Лестницы еще надо установить, тюки накидать и все это время находится под поражением гномов. И на что рассчитывают люди?

Тем временем боевые маги и арбалетчики гномов начали выкашивать в рядах бегущих людей целые просеки, а в тылу людей раздались странные звуки — и атакующие с энтузиазмом побежали назад, оставляя по пути сотни трупов своих друзей. Именно в этот момент Шор понял, что атака случилась без приказа и что-то пошло не так, как это задумывал командующий людей.

Следующий час армия людей просто стояла вне досягаемости ударов гномов и обе стороны смотрели на сотни трупов, что ныне разделяли врагов. А в задних рядах людей бегали офицеры и иногда били кому-то морду, вызывая среди гномов усмешку и понимание.

А потом армия людей отошла. Разведка доложила, что чуть дальше построен огромный укрепленный лагерь и несколько лагерей поменьше, и люди обустраиваются там. Ближе к вечеру приехал парламентер и воюющие стороны договорились об уборке трупов под стенами Вала. Люди пришли за своими павшими братьями и сами сожгли их, устроив погибшим достойные похороны.

Утром все повторилось.

Армия людей выстроилась для атаки, немного постояла и ушла обратно в свой лагерь. В этот раз никто не атаковал. Так повторялось несколько дней, пока однажды гирд Шора не был поднят по тревоге прямо посреди ночи.

В небе вместо звезд висели огромные сверкающие шары не освещавшие все в полной мере, но дававшие достаточно света, чтобы не тыкаться беспомощно в темноте. Люди пошли на штурм.

В этот раз все было похоже на то, как это себе представлял Шор.

Одетые в крепкие доспехи люди, прикрывая себя и товарищей огромными щитами, медленно приближались к стенам одновременно по пути собирая из заранее подготовленных конструкций полностью прикрытые со всех сторон пути подхода для штурмующих. Наземные туннели. Так вроде люди называли эту тактику штурма крепостей*. Не лучший, но и не худший вариант.

(*Полностью придумано автором, в нашей истории я таких примеров не знаю, слишком сложно, но это мир магии, тут так можно.)

Глядя на то как быстро люди возводят сборные тоннели, которые все ближе и ближе подбираются к стенам, Шор испытывал странные чувства. Все выглядело нереально. Нет, в этот раз все похоже на настоящий штурм, но это Вал Вампиров, а не замок мятежного барона. Здесь обычные тактики не помогут. Тут надо бить высшей магией! Иначе эти стены не сокрушить.

Спустя пару часов, возвращаясь обратно в казармы, гном был полностью удовлетворен. Прокладываемые людьми по земле конструкции хоть и были крепкими, да еще и прикрыты магией, оказались беззащитны против установленной на стенах артиллерии. Магические заряды просто разрушили все приготовления людей и все их усилия оказались бессмысленными. Да, на это потребовалось время, но у гномов оно было и попытка штурма провалилась прямо в самом начале.

Следующие дни люди возводили напротив стен небольшие укрепления из бревен и земли. За ними могли легко укрываться от обстрелов со стен сразу десяток другой солдат. Такие укрепления возводили в шахматном порядке, постепенно приближая их к стенам. Появились на поле боя и огромные передвижные щиты-стены, благодаря наличию колес помогавшие штурмующим быстро и безопасно подходить к стенам. В общем, классическая осада, как Шор ее себе представлял. Он даже когда-то читал, как называются все эти приемы и ухищрения, но за ненадобностью давно забыл.

Гномы тоже не сидели без дела и не просто смотрели на все эти приготовления людей. Артиллерия и артефакты работали не то чтобы постоянно, но с завидной периодичностью, и выносили то одно, то другое возводимое укрепление людей вместе с теми кто там укрывался. Каждый вечер к гномам прибывал парламентер, который договаривался о временном перемирии ради сбора и захоронения трупов. Счет погибших уже шел на тысячи и конца этому было пока не видно.

А затем случилось самое страшное событие в жизни Шора. Именно так гному хотелось думать, так как еще раз переживать подобное он не желал.

В какой-то момент надоедливая возня людей под стенами Вала активизировалась, и не успели гномы опомниться как по ним ударили сотни заклинаний, выпущенных как магами так и артефактами, заработали установленные осаждающими метатели, а в небе набух огромный огненный шар, который постепенно падал на гномов. Шор знал, что среди людей есть архимаг, но знать и видеть его работу… Такой опыт лучше переживать, читая о нем, а не находясь под ударом высшей магии.

У гномов был свой архимаг. Время потраченное людьми на осаду дало возможность подземным жителям не просто дополнительно укрепиться, а сосредоточить на слабом участке лучших из лучших, включая своих самых сильных магов. Поэтому активность людей всего минуту была односторонней, а затем уже в другую сторону ударили всевозможные атакующие заклинания. Поле боя расцвело от разного рода активирующихся щитов и прочих защитных конструктов. В воздухе буквально запахло магией, а затем огненный шар упал на стены.

Дышать стало нечем. Шор пытался вдохнуть, но в легкие врывался лишь раскаленный магией пар. Стоящий рядом с гномом боец сначала выронил из рук копье, а затем просто вспыхнул как спичка и в мгновение ока обратился пеплом. Кто-то страшно заорал. Боль пронзившая тело была ужасной.

Закончилось все внезапно. Шор очнулся осознав себя стоявшим на коленях. Примерно половина гирда была мертва. Посмотрев в сторону командира, гном увидел лишь непонятный кусок пережаренного мяса. Заставив себя подняться на ноги, Шор тут же стал помогать своим товарищам. Некоторые из них были ранены и даже покалечены, а некоторые, как и сам Шор, просто находились в шоке.

Краем глаза гном заметил, что земля под атакующими людьми превратилась в грязь, что засасывала солдат в себя. Для возникновения магических аномалий было еще рано, а значит это работа их архимага. Это радовало: подойти к стенам у людей не получится, и воспользоваться удачной атакой своего архимага они не смогут.

Пинками и крепким словом Шор стал строить остатки гирда. Никто не знает что еще есть в запасе у людей и надо быть готовым к драке. Если люди поднимутся на стены, их будут здесь ждать боевые порядки гномов, сломить которых одной лишь магией невозможно. Лучшие бойцы мира могут полностью погибнуть, но никогда не сдадутся. И если люди хотят взять Вал, им надо будет сначала перешагнуть через мертвых гномов. А гномы пока еще не мертвы. Шор построил гирд и принялся ждал.

К удивлению гнома магические аномалии так и не возникли. Видимо люди применили некий ритуал, позволивший им безнаказанно применить много заклинаний и не получить за это привычные последствия. Вот только и для гномов это было во благо.

Шор видел, что архимаги еще пару раз обменялись ударами, но никаких успехов ни одна из сторон больше не имела. Магистры и артефакты тоже больше не собирали свою кровавую жатву. Поняв, что очередной штурм завершился провалом, армия людей отошла, а сам Шор в этот момент лишь на честном слове остался стоять на ногах, а не сел там где стоял, как это сделали некоторые из его гирда.

Вечером привычно прибыл парламентер. В этот раз перемирие длилось два дня. Погибших было так много, что за более короткое время убрать и похоронить их просто не успевали. А когда догорел последний погребальный костер, разведчики сообщили, что армия людей ушла. Совсем ушла к себе на юг.

Оставшиеся непобежденными гномы отстояли Вал и выполнили свой договор с вампирами.

А еще через день Шор был выбран командиром гирда и назначен гезом. Первый шаг на пути к становлению таном был сделан.

Глава 26

— Церковники хотят мира. Мне сообщили, что они уже два раза связывались. Это так? Когда заключаем мир?

— Тебе все сообщили правильно. Да и что тут такого необычного? Священников можно понять. Тыла у них теперь нет, воевать пока невозможно. Мир желателен как никогда. Но, другой вопрос, нам это зачем? — алукард с интересом посмотрел на прорвавшегося к нему на прием Леонида.

— Затем, что люди не мы, и мгновенной готовности к этой войне у них изначально не было.

— Далеко начал, я тебя пока не понимаю, — Александр даже оторвался от просмотра текущих докладов, чтобы полностью уделить все свое внимание беседе с воеводой.

— В отличии от нас, Саш, люди только начинают воевать. Мы реально готовились к этой войне несколько столетий, строили планы, наполняли арсеналы, а люди делали это лишь на словах. Они все это время жили в мире и военные расходы прежде всего воспринимали как возможность грабить бюджет. И сейчас, когда жареный петух клюнул их за задницу, люди очнулись от дремы и разминают мышцы готовясь к драке. По-настоящему. И уже привнесли в военное дело много нового. Меняют тактику, меняют генералов мирного времени на хорошо зарекомендовавших себя в боях. Про магию и артефакты вообще молчу. Мы тормозим этот процесс как можем. Где-то успеваем, где-то нет. Но быть сильными везде мы пока не в состоянии и люди своим шансом обязательно воспользуются. Тем более не факт, что там, — Леонид возвел глаза к небу, — За них никто играть не начнет. Нам нужен мир не меньше чем он нужен людям. Пока мы не научимся обходит свой шаблон, даже будучи сильнее и могущественнее людей — мы будем слабее их.

— Философия от военных… — фыркнул Александр.

— Я…

— Да понял я тебя. Люди не стоят на месте, а мы памятник который, вроде, никто не посадит, но и толку от него нет. Уничтожить всех человеком мы можем, а вот превзойти их нам собственный шаблон не даст. Получается мир?

— Ну…

— Красноречивое мычание, — улыбнулся Александр, — Я так понимаю, Сахию хочешь оставить на сладкое?

— Конфликт малой интенсивности, — пожал плечами воевода, — Так вроде в нашем мире говорили. Вреда от него не будет, а вот пользы много. По крайней мере, я так думаю.

— Эх, вот не верил я в пророчество, что ящерицы погубят империю, а ты смотри, — Александр встал и налил себе и гостю крови, — Все сложилось так, будто подстроено кем-то наверху.

— Я и сейчас не верю в это пророчество, — воевода с благодарностью принял кубок с кровью и тут же отхлебнул, — Они ее пока не погубили, просто временно поставили в неудобную позу, да еще и со спущенными штанами. Что-то подсказывает мне что это не конец. И уж тем более не гибель.

— Тоже считаю, что Церковь вернет рудники и все прочее. Но время и силы… У них ведь был шанс дать нам по лицу, так чтобы выбить кровавую юшку и заставить нас харкать зубами.

— Был, — согласно кивнул воевода, — Небольшой, но был.

— А теперь его нет. Это ли не гибель империи? Людям придется жить с нами в одном мире. А это полностью соответствует нашим планам. Великому Плану.

— Вот теперь философствуешь ты.

— Не отрицаю, — пожал плечами Александр.

— Так что насчет мира? — уловив, что в беседа настала пауза, Леонид поспешил вернутся к волновавшей его теме.

— Люди расположили свои армии слишком близко к нашим границам.

— Предлагаешь их немного отодвинуть? — намек алукарда воевода понял сразу.

— Именно. Уничтожь нынешние военные лагеря, пусть строят новые укрепления подальше от границы. Соблазнов в будущем будет меньше.

— Я понял. Все сделаю, экселенц. А потом?

— А потом мы, так и быть, поговорим о мире. Но на наших условиях.

* * *

— Ультиматум фанатиков принимать нельзя. Почувствуют нашу слабость и разорвут на куски.

— И что предлагаете делать?

— У нас долги дворянства и офицеров… Вернем вере ее истинное предназначение.

— Глупость. Внутренняя свара еще никому пользы не приносила. Можем потерять больше чем получим.

— Предлагаете принять ультиматум.

— Выбора нет.

— А как же наши планы?

— Мы решили откусить слишком большой кусок. Он нам пока не по зубам.

— Что вы предлагаете?

— Недавно нас ограбили.

— Что вы предлагаете⁈

— Терпение, друг мой.

— Слушаю вас внимательно.

— Недавно нас ограбили. Это сделал маг. Магистр. Но не местный, а беглец из Валерии которого приютил герцог из Бади.

— И что?

— Банку нанесен ущерб. Мы имеем право на защиту. По всем законам правда на нашей стороне.

— Я все еще не понимаю куда вы клоните.

— Мы принимаем ультиматум идиотов из Вобанэ, но в нем есть лазейка. Ультиматум касается лишь империи. В соседних странах наши руки развязаны, и не просто развязаны, а в том же Бади мы имеем право на ответный удар. Фактически можем делать там что угодно

— Предлагаете оставить наши планы в империи в покое и реализовать их у соседей?

— Почему нет? Это не то, что мы хотели, но это власть, которую мы сможем передать по наследству.

— А там, наши дети или внуки вернутся в империю и повторят попытку. Мне нравится.

— Рад что вы со мной согласны.

* * *

— Оборотни фактически присягнули на верность вампирам. А ведь чуть не в ногах у нас валялись! Проклятые отродья!

— А ты как хотела?

— Я была о них лучшего мнения.

— Об оборотнях? Ты всегда была слишком романтичной особой, Роксолана

— Зато у тебя, Ламия, цинизма хватит на нас двоих. И как теперь быть с твоими планами союза с вампирами?

— Наш союз стал еще крепче, ведь теперь, если мы предадим вампиров, нам в тыл ударят их вассалы оборотни.

— И тебя это устраивает?

— Гордость моя страдает безмерно, но разум говорит, что Валерии так будет лучше. Путем потери не самых хороших и нужных земель мы получили значительную выгоду, которая перевешивает наши репутационные потери. Теперь вампиры нам должны и для страны это очень хорошо.

— Патриотка до мозга костей.

— Так было и так будет.

— Значит отстраиваем страну и плевать на этих животных?

— Именно. И заметь, отстраиваем не без помощи вампиров. Их похабные картинки приносят нам потрясающий доход.

— И из-за них все моралисты мира настроены к нам враждебно, а когда узнают о новом союзе — мы станем изгоями.

— И мы еще крепче станем привязаны к вампирам.

— Я не пойму, ты за них или за нас.

— Мы же уже определились, что я за Валерию. Но сейчас все, что выгодно вампирам, выгодно и Валерии.

— А в будущем?

— Когда будущее наступит, тогда и будем решать. Сейчас меня все устраивает.

— Прямо вот все?

— Почти. Осталось договориться с вампирами о компенсациях за оборотней, раз уж они взяли наших слуг к себе пусть дают нам за них виру, и выторговать лучшие условия по картинкам, ведь именно на нас сыпятся обвинения в разврате, а прибыль мы делим пополам. И когда это случится, вот тогда я буду полностью довольна. И я и Валерия.

* * *

— Большой город. Народ непуганый. Забыли жалкие людишки о вампирах. Так мы напомним…

— Если узнаю, что выпил кого-то без моего разрешения я лично тебе голову оторву!

— Командир ты чего? Это же людишки!

— Ничего! Привык командовать людьми? Отвыкай! Теперь наша жизнь должна проходить в тени!

— Я это уже слышал, но…

Внезапный рывок командира не застал вурдалака врасплох. Он был к нему готов, успел увидеть начало движения и даже почти успел защититься. Но почти не считается. Его противник был старше и опытнее и к тому же был полностью сыт.

— Надо было давно оторвать тебе голову, — откидывая мертвое тело прорычал вурдалак, — Есть еще желающие оспорить мои решения или сомневаться в них?

Таковых не нашлось. Несколько вурдалаков-беглецов продолжили обживаться в империи привыкая к новой для себя роли жизни в тени.

* * *

— Вроде, дельные вещи говорит, — неплохо одетая горожанка обратилась к стоящей рядом женщине, которая, как и она, слушала о тех нововведениях, что ныне пришли в Чергорию вместе с новой властью, о чем с трибуны рассказывал собравшемуся на площади народу глашатай.

— Говорит хорошо, только для простого люда это все глупость.

— Считаете?

— Что те кровопийцы, что эти, — пожала плечами более «опытная» женщина, — Нам все без разницы. Люди как страдали, так и будут страдать.

* * *

— За последние годы наш народ много страдал. Бесчисленные беды поразили Великий лес, и эльфы из гордого и уверенного в себе народа превратились в жалкое подобие самих себя. Мы помним величие наших предков. Но мы его не достойны.

Стоявший на балконе Великий князь уже некоторое время обращался к собравшимся у дворца эльфам.

— Причины наших неудач разные, но есть два момента которые их объединяют. Касты. Жрецы и Воины, решившие, что их власть важнее прочих. Ныне враги нашего народа повержены. Но это стоило нам огромных жертв. И никто: ни я, ни вы, не может дать гарантии, что в будущем такая ситуация не повторится. Поэтому, как правитель всех эльфов, я объявляю, что отныне распускаю систему Каст! Все кончено! Начиная с этого момента никаких каст в нашем обществе нет и больше никогда не будет. Возврата к прошлому не будет. Касты вне закона. Мы снова станем великими! Это мое торжественное вам обещание, народ мой! И если кто-то с этим не согласен, пусть скажет об этом прямо сейчас или замолкнет навеки!

* * *

— Нас предали.

— Вы ожидали иного?

— От священников? Да! Светлым отцам я верил почти как родителям.

— Они всегда были себе на уме.

— Но всегда были за людей! А теперь я даже не знаю что думать.

— Прежде всего, они были за себя и в этом ничего не поменялось.

— Но как нам теперь быть?

— Жить как жили и помнить, что рассчитывать мы можем только на своих. Среди священников друзей у нас больше нет.

* * *

— Каковы наши потери на этот день?

— Ваше величество, все крестьяне, которых мы отправили в составе ополчения, домой уже не вернутся.

— Ужасно. Такого я не ожидал.

— В прошлый Светлый поход все было аналогично, ваше величество.

— Но тогда священники не предали нас!

— События тех лет можно оценивать по разному, ваше величество. К счастью, мы были готовы и пострадали минимально. Проблем с обработкой земли не будет. Урожаи не сократятся. Потери налогов можно пережить, если чуть урежем расходы.

— Что говорят дворяне?

— Общество единого мнения пока не сформировало. Но вот купцы, ваше величество, в их среде начались очень нехорошие брожения.

— И кто мутит воду?

— Мои агенты, ваше величество, подозревают банкиров, но доказательств нет.

— Значит власти хотят?

— Хотят, ваше величество.

— И что предлагаешь?

— Казни во все времена хорошо остужали горячие головы, государь.

— Списки готовы?

— Всегда, ваше величество.

— Тогда действуй.

* * *

— Нет денег, нет войск, нет еды, нет поддержки. Я ничего не забыл?

— Ничего.

— Вот вам и результат нашего участия в Светлом походе. А ведь я предупреждал короля!

— Сотрясать воздух своей прошлой правотой глупо. У вас есть конкретные предложения как мы будем спасать страну?

— В этот тяжелый для державы час я не вижу иного выхода кроме смены династии на более достойных и…

— То есть вы предлагаете подкинуть в костер еще дров и надеетесь, что огонь погаснет?

— А вы предлагаете сплотиться вокруг слабого короля? Может нам и светлых отцов продолжить слушаться? Хотите дождаться тех времен, когда они поведут нас на корм вампирам?

— Не переигрывайте. Светлая Церковь предала нас, но не нашу расу.

— Я услышу ваше предложение или нет?

— Менять династию я не буду, поддерживать короля тоже.

— И что же вы будете делать?

— Заложу свои земли столько раз, сколько смогу, продам все, что могу продать и покину королевство.

— Это…

— Местная возня мне надоела. Перспектив у нее нет. Начну все сначала в империи.

— Вы не патриот!

— Сейчас это волнует меня в последнюю очередь.

* * *

— Мы умирали храбро сражаясь, а эти…

— Потише, господа, или хотите оказаться на костре?

— Мне уже ничего не страшно. Я вел солдат в бой. Штурмовал этот трижды проклятый Вал. Хоронил братьев. Лишился ноги и ради чего? Толстопузые нас предали!

— Это так, господа, но это не повод кричать об этом на каждом шагу.

— А у вас есть другие предложения?

— Инквизиторы арестовали генералов и увезли их на юг.

— И что? Обычная практика. Священники никогда не признают, что произошедшее поражение это их вина. Легатов казнят. Помочь им нельзя. Если вы намекаете на это, конечно.

— Нет, вы сказали все верно. Я думаю точно также. Но хочу добавить, господа, что мы с вами живы.

— Надолго ли?

— Это зависит уже от нас. Военные и священники никогда не будут вместе. После казни легатов это ясно всем, господа. Если мы не будем кричать о своих мыслях на каждом шагу, найдем нескольких единомышленников…

— И зачем все это? Церковники крепко держат власть. Переворот нам не устроить. Даже просто вывести полки на площадь не получится!

— Сейчас, да. Но ведь никто не мешает нам затаиться, воспитать правильно думающих офицеров и, я верю, что однажды, пусть не для нас с вами, но наступит возможность и мы скинем этих тварей и вернем себе власть.

— Затаиться и ждать?

— И готовить смену, господа. Правильные офицеры с правильными мыслями могут многое.

— Без магов мы обречены.

— Маги думают как мы. Договориться труда не составит.

— Так может ударим?

— А вот ударить мы пока не можем. Но однажды, однажды мы обязательно ударим. И тогда живые церковники позавидуют мертвым.

* * *

— Отец ценил вас и вашу работу, ваше высокопревосходительство. Но в свете всего происходящего в стране, мне на посту канцлера нужен истинный патриот своей страны.

— И кто это, ваше императорское величество? — Розу очень хотелось оторвать императору Альберту голову, но смерть сразу двух императоров за одну неделю это не то, к чему он готов и что планировал.

— Вы его знаете, это герцог Форлезо. Но я не хочу обижать вас, ваше высокопревосходительство. Вы верно служили империи на своем посту и вы зарекомендовали себя как мой друг. Поэтому я желаю видеть вас на посту своего советника.

— По каким вопросам, ваше императорское величество?

— Вы архимаг, Роз, значит по вопросам магии. Но зная ваш кругозор, я буду только рад услышать ваше мнению по любому вопросу.

— Повинуюсь, ваше императорское величество.

* * *

— Доволен?

— Точно не горюю.

— Тварь! Мог хотя бы предупредить!

— Да что случилось?

— Этот молокосос снял меня с поста канцлера и назначил на мое место этого павлина, герцога Форлезо.

— Славно!

— Славно? Да я тебя убить готов, нелюдь проклятая! Признавайся, это ты сделал?

— Но ведь ты же сам предупредил меня о том, что Альберт имеет намерение сменить тебя, вот я и подстраховался.

— Тварь!

— Не понимаю твоего раздражения. Герцог Форлезо фактически финансируется тобой.

— Это пока он финансируется мной! Быть на посту канцлера империи и брать деньги на финансирование своей организации глупо. Даже идиот сможет заработать на такой должности. А если сам не сможет, найдутся доброхоты, что за долю малую объяснят ему как это сделать.

— И все таки герцог у тебя в кармане. Он твой должник и он тебе многим обязан. По мне, все получилось славно.

— А как будет через год?

— Через год? Ну давай подумаем, — вампир с улыбкой глянул на архимага, — Напомни мне, кто не так давно создал такую организацию как Имперский банк.

— Я его создал, только это все ерунда пока в этом банке нет денег.

— А напомни мне, сколько мы с тобой украли за последний год?

— Много мы с тобой украли.

— А теперь, мой старый друг, сложи два этих факта воедино.

— Да говори уже, тварь нечеловеческая, надоел своими намеками! — взорвался находившийся на грани Роз.

— У Имперского банка нет средств. Зато эти средства есть у тебя и у… меня. Как думаешь, этих средств хватит, чтобы у Имперского банка внезапно появились так нужные ему финансы?

— Тварь… — на этот раз в голосе бывшего канцлера сквозило неподдельное уважение, а сам архимаг резко успокоился, — Ты же это сразу задумал?

— Может да, может нет. Какая разница? У нас с тобой есть шанс устроить все так славно, что никто и никогда не сможет нам помешать. И то что канцлер не ты…

— Лишь поможет делу.

— Славно, что ты это понял, мой старый друг. Так я могу считать это согласием на продолжение нашей совместной работы?

— Можешь. Можешь, тварь ты нечеловеческая.

— Славно, — кивнул вампир, — И еще. Альберт молод и впереди его ждет славное и долгое правление. Но он обычный человек. Лет через пятьдесят он умрет. А ты нет.

— Предлагаешь заранее заводить дружбу с его детьми?

— Именно это я и предлагаю. Пока никто не знает, что пять дней назад именно ты казнил императора, твое влияние на императорский род будет крепнуть год от года. Заведешь хорошие отношения с сыновьями и внуками Альберта и никто в империи не посмеет даже косо смотреть на тебя.

— А если императорский род узнает кто именно убил их главу?

— Не узнают. Это невозможно. Я тебе это обещаю.

* * *

— Надо будет следующим летом пригласить всех наших значимых аристократов с новых земель и послов союзников на Великие игры.

— Хочешь показать им наше превосходство?

— Скорее, пусть увидят, что мы такие же разумные как и они, и ничто человеческое нам не чуждо.

— Только вот загонять аристократов в Гнездо придется силой. Сами они в наши владения не поедут.

— Проведем Великие игры в Женеве. Заодно похвастаемся новой столицей.

— Ольга не успеет. Она мне уже плешь проела с просьбами подействовать на тебя и урезать осетра.

— Ей и так вернули всех мастеров плюс разрешили использовать Корпус Армии. И она все еще плачется?

— Будто первый раз. Жену мою не знаешь?

— О чем разговор? — в кабинет стремительно ворвался Константин.

— О женской природе.

— Тогда я пошел, ваши жалобы на жен мне не интересны, — вампир сделал попытку развернутся, но был остановлен.

— Стоять. Чего пришел?

— Юля сказала, что кровь ученых, занимавшихся исследованием разумной грибницы, у тебя.

— У меня, — Александр повернулся, — Вон та склянка с золотой этикеткой.

Константин бодрым шагом приблизился к столу.

— Там что-то важное? — поинтересовался Евгений.

— Общие опасения как распространение грибницы повлияет на наше намерение колонизировать континент.

— Будет много проблем. Это и так сказать можно. Но ведь огнем все нормально выжигается, так что справимся.

— Меня волнует, как бы этот разумный хорш не привлек к нам внимания богов, — заявил Константин попробовав кровь.

— Он же магический. Богам он не интересен.

— Он захватывает под свой контроль тех, кто интересен богам. А это много хуже.

— Орки и гоблины? Их боги до сих пор никак не проявляли себя.

— Это не значит, что они бездействуют. Или пример гномов тебя ничему не научил?

— А что с гномами?

— Так подумай и скажи, кто больше всех выиграл от всех ситуаций, что произошли в последнее время.

Триумвиры дружно задумались над словами соратника.

— Ну, если так смотреть, то гномы и правда получили больше всех, потеряв при этом меньше всех.

— Вот именно. И зная, что это не их интрига, мы должны сделать вывод, что либо эта раса чертовски везучая, либо им кто-то, — Константин ткнул пальцев потолок, — Помогает. И зная историю гномов, я ставлю на второй вариант.

— Да и пусть помогает, — махнул рукой Евгений, — Главное, чтобы к нам не лез.

— Боги это проблема, — пробормотал Александр.

— Справимся.

— Или сдохнем, — закончил за Евгением Константин.

— И так каждый раз, — вздохнул Александр, — Только подумаешь, что жизнь наладилась, как РАЗ — и ты понимаешь, что все только начинается.

— Такова жизнь.

— И главная в нашей жизни игра только начинается.

Конец 11 книги

16 марта 2023 — 1 декабря 2023 Санкт-Петербург

Content

Самый злой вид 11 — Кровь за кровь

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26