Мастер печатей. Том 3

Глава 1

Я отразил летящий в меня десяток металлических тонких спиц малым огненным щитом, и уже хотел атаковать в ответ потоком пламени, но выскочившие из земли копья заставили меня резко взлетать вверх, под самую крышу зала для поединков.

— Повторяю еще раз, — раздался громкий голос Шмелева, усиленный заклинанием настолько, что его прекрасно было слышно по всему огромному помещению. — Огнев боевой маг, владеет силой металла, а его родовой дар — отравление. Если хоть одна из его атак тебя коснется, то ты станешь трупом быстрее, чем успеешь ощутить боль. Слишком медленно!

Внезапно меня откинуло вниз направленным потоком силы, что я чуть не впечатался в пол, лишь возле самой поверхности успев освободиться от довлеющего влияния и сгруппироваться. Я отпрыгнул в сторону, избежав тем самым удара тяжелым огромным клинком, который воткнулся в пол в том самом месте, где я только что находился.

— Огнев опытный дуэлянт, он выиграл десять поединков, закончив их все менее чем за шесть ударов, — продолжал разноситься голос, повторяя изо дня в день одно и тоже, отвлекая меня тем самым от тренировочного боя с магом из отдела Шмелева, владеющего точно таким же магическим даром, что и мой будущий противник. Десять ножей ринулись в моем направлении с бешеной скоростью, которые я отбил тремя хлесткими ударами огненной плети, пуская в ответ несколько огненных, крутящихся пил, воткнувшихся в металлический щит, которым в мгновение окутал себя маг. Доля секунды, и пилы взорвались, разнося магический барьер в металлическую стружку, разлетевшуюся в разные стороны. — Неплохо, но все еще медленно, Огнев не будет ждать эти секунды, пока ты готовишь заклинание. Ты должен находиться в постоянном движении!

Я взлетел вверх, оставляя позади себя огненный след от заклинания стихийного полета, которому меня первым делом научил Совинский. Рывок в сторону, и поступью тени я тут же оказался в другом месте, уходя от роя мелких металлических летающих жучков, образующих полноценный жужжащий рой, внутри которого они могли в считанные секунды разрубить свою жертву на небольшие кусочки. Обманный маневр, и я один за другим направил в сторону своего противника несколько огненных вихрей, которые окружили противника и начали быстро сближаться. Я успел наложить печать обездвиживания за несколько секунд до того, как три вихря соединились в один большой огненный смерч, запечатывая мага внутри него.

— Магию теней ты применять не должен, только в самом крайнем случае. У тебя есть все шансы на победу, если будешь полностью сконцентрирован на бое. Используй только обычное пламя в самом начале и не раскрывай все карты в первые секунды, — продолжал говорить Шмелев прописные истины, повторяя одно и тоже уже шесть дней подряд.

Неожиданно я почувствовал шевеление воздуха у меня за спиной, которое буквально обожгло холодом разгоряченную кожу. Разворот, и я перехватил руку с клинком, остановившийся в нескольких сантиметров от моего горла. Выбив одним движением небольшой тонкий стилет, который упал со звоном на каменный пол, я осторожно заломил тонкую девичью руку и завалил Валерию на пол, придавливая ее своим телом, не давая двинуться.

— Да как ты вечно меня вычисляешь, — заговорила она и поморщилась, когда я поднялся на ноги, протягивая ей руку, помогая встать. Свет в зале зажегся, что говорило о конце тренировки, длящейся уже несколько часов.

— Хочешь незаметно подступиться к своей жертве, не делай никаких резких движений, которые могут тебя выдать, — проговорил я нахмурившейся девушке. Она вместе со Светланой помогали мне тренироваться, раз за разом атакуя из тени, в которой они становились практически невидимыми.

— А Свету ты как вычисляешь? — спросила она, мысленно разбирая атаку до мельчайших подробностей, как обычно это бывало.

— По запаху, — усмехнулся я. — Не повторяй ее ошибок и не используй дорогой парфюм, которым от нее несет на несколько метров вокруг.

— Неплохо, — подошел ко мне Егор Ежов, так звали молодого мужчину, которого Шмелев ставил мне в спарринги несколько последних дней. Маг седьмого уровня, точно такой же по силе, как и Огнев, владеющий основными магическими приемами, которые использовал мой будущий противник. Вдобавок ко всему, насколько мне было известно, это был один из новых преподавателей, которых нам представят после Нового года. Его взяли вместо Утконосовой. Она с первого дня моего поступления в академию была настроена против меня и сейчас категорично заявила, что против того, чтобы допустить меня до экзаменов после нескольких месяцев отсутствия. Шмелев особо спорить не стал, просто отстранив ее до окончания какой-то проверки. — Но Андрей Николаевич прав, ты слишком долго думаешь над каждым последующим шагом. Это битва на скорость, а не на силу, и победит тот, кто достанет своего соперником первым. Чаще используй поступь тени, как ты ее называешь, и постоянно перемещайся. — Он пожал мне руку и вышел из зала, разблокировав перед этим вход, за которым маячило с десяток любопытствующих студентов, стремившихся узнать, что тут происходит уже почти целую неделю. Обычно мы заканчивали поздно вечером, когда никого в стенах академии уже не было. Сейчас была середина дня, поэтому как обычно скрыться не удастся.

— Иди отдыхай, — спустился вниз Шмелев, подходя к нам. — Ты должен полностью восстановиться перед поединком.

— Бой сегодня вечером, — скептически посмотрел я на дядю. Я был в себе уверен, но чувство легкой тревоги все равно присутствовало. — Полностью восстановиться не получится.

— Сейчас десять часов утра, а резерв у тебя истощился максимум процентов на десять. Иди домой и проведи оставшееся перед боем время в свое удовольствие, это пойдет тебе на пользу. Проследишь? — обратился он к Валерии, которая в это самое время подбирала свой тонкий клинок с пола. Оказавшись в ее руке, он засветился фиолетовым светом, растворившись в ее хрупкой ладони. Меня еще подобным фокусам не учили, бросив пока все силы на тренировку магии огня и физическую подготовку.

— Конечно, — кивнула она, подходя ко мне и беря за руку. — Пойдем домой, будем проводить время в свое удовольствие, — проворковала она, выходя из зала. Никого уже рядом со входом не было, скорее всего, Егор всех разогнал, однако, направленные на нас взгляды я ощущал до самого выхода из академии. О том, что между мной и представителем князя Болиглавского состоится поединок не знал, наверное, только слепой и глухой, но прямо никто из студентов у меня ничего не спрашивал.

До дома добрались быстро, обсуждая предложение Выдрова. Я до сих пор колебался, и в итоге вчера рассказал Лере о нашем с ним разговоре. Эта идея, в отличие от меня, ей понравилась, и она с энтузиазмом ее восприняла.

Отдохнуть мне, разумеется, никто не дал. Сначала буквально сразу за нами в дом влетел вихрь из братьев Сапсановых и Дианы, которые охая и ахая начали сокрушаться, что им удалось только сегодня вернуться, и им осталось так мало времени, чтобы со мной пообщаться. Но спустя час разговоров они заверили, что в последний путь, то есть на поединок, они будут сопровождать меня все вместе.

Игнат пускал скупую слезу и вместе с моим поверенным уточнял условия завещания, которое я в принципе не собирался составлять. Складывалось такое чувство, что в меня верила только моя жена, остальные же провожали меня печальным взглядом, включая слуг, которые демонстративно вытирали белоснежными платками абсолютно сухие глаза.

Решив не обращать на все это внимание, я закрылся с Лерой в комнате, где она влиянием магии разума погрузила меня в сон, а сама охраняла мой покой. Шмелев был прав, нужно было действительно отдохнуть, ведь эту неделю меня гоняли с таким упорством, что занятия у старика на десятом уровне изнанки показались мне детским лепетом.

Лера разбудила меня минут за пятнадцать до выхода, за что я ей был невероятно благодарен. Очередную волну поддержки от дорогих и близких мне людей я бы не вынес. Этот навязанный сон пришелся очень кстати. Впервые за долгое время я мыслил четко и здраво, переосмыслив некоторые вещи, которые отрабатывал на тренировках. В итоге я понял, как нужно было действовать, поэтому за исход поединка совершенно не переживал.

Я зашел в зал, в котором провел всю неделю за десять минут до назначенного времени. Да, такого аншлага я совершенно не ожидал. Помимо уже знакомых лиц из комиссии в количестве десяти человек, среди зрителей я увидел несколько незнакомых мне мужчин, сидевших рядом с пышущим от важности Болиглавским, в отдалении Совинского, Кононову и Ежова, которые натаскивали меня перед этим боем, а также самого Тигрова, в окружении нескольких охранников и Выдрова. Мои тоже все присутствовали, заняв целую ложу, и пристально наблюдали за тем, что происходило внизу на своеобразной арене, где находился я, Шмелев, секундант Болиглавского и непосредственно мой противник, которого я видел впервые. Немного наглый, самоуверенный, с ехидной ухмылкой на лице. Волосы коротко стрижены, пепельного цвета. Особое внимание привлекал рваный шрам над правой бровью. Двигался он мягко и очень плавно. Опасный противник. Не стоит расслабляться.

— Добрый вечер, — поприветствовала нас та же самая женщина, что зачитывала решение комиссии. — Напоминаю, что дуэль магическая, без применения артефактов, оружия и связи с вашими тотемами. Надеюсь, это понятно. Как только на часах отобразиться указанное время, вас накроет защитный купол, и в тот же момент поединок начнется. Прошу секундантов удалиться с поля и присоединиться к комиссии, которая будет внимательно наблюдать за соблюдением всех правил обозначенной дуэли.

— Удачи, — похлопал меня по плечу Шмелев и легким движением взмыл вверх, присоединяясь к свите Тигрова, которые занимали самые удачные позиции для наблюдения. Секундант Огнева такими способностями не обладал, поэтому он, злобно посмотрев почему-то в мою сторону, побрел вверх по одной из лестниц к князю, которого представлял.

В воздухе прямо передо мной и Огневым появился огненный циферблат, отсчитывающий секунды до начала боя. Я смотрел за своим противником, который демонстративно рассматривал ногти, периодически бросая взгляд на часы.

Меня отвлек гул голосов, раздавшихся сверху. Мы с Огневым синхронно повернулись в ту сторону, глядя на то, как Тигров вместе со своей свитой спешно удаляются их зала. Шмелев остался стоять, напряженно переговариваясь о чем-то с вошедшим в зал мужчиной. Довольно громко зазвонили мобилеты всех членов комиссии. Многие ответили на звонок, тут же выходя из зала и проходя мимо нас. Когда отметка на часах показала ровно десять, никакой купол не опустился и поединок не начался.

Учитывая, что из комиссии осталась только женщина, общающаяся с нами до этого, и какой-то старичок, я плюнул на всех и взмыл в воздух, опускаясь рядом со Шмелевым, который, разговаривая по мобилету, поднял руку, останавливая меня от каких-либо вопросов.

— Я все понимаю, но не могу выделить больше людей. В академии осталось только четыре мага высокого уровня, — прошипел он. — Целителей и лекарей вы и так всех уже забрали, включая первогодок.

— Что происходит? — спросил я, когда он отключился, замахиваясь, чтобы разбить о стену мобилет.

— Три прорыва, с интервалом в пять минут. Все высокого уровня. Девятый или десятый на землях Ужинцева, седьмой на землях Кондоров и восьмой в где-то в окрестностях Новосибирска, — закрыл он глаза. — Такого не было уже несколько лет. Все члены комиссии — маги восьмого уровня, и Тигров направил их на ликвидацию прорывов. Обычные маги не справятся с такой угрозой. Сворачиваемся, — крикнул он женщине, которая словно ожидала приказа от Шмелева. Она кивнула и поднялась на ноги.

— Внимание, — прозвучал откуда-то приятный женский голос, усиленный магией до такой степени, что донесся даже до нижнего этажа здания. — Студенты академии, находящиеся внутри, просьба не покидать здание и нулевой уровень, не выходить на поверхность. Прорыв в черте города. Внимание, приказом имперской службы, все обученные маги уровня шесть и выше должны оказать необходимую помощь в ликвидации прорыва.

— Может, уже начнем? — прогнусавил князь Болиглавский, словно ничего экстраординарного за пределами зала не происходит.

— В связи с чрезвычайными обстоятельствами, — немного опешив от наглости князя, пробормотала женщина, провожая взглядом всех оставшихся магов, ринувшихся из зала, включая Шмелева, — я, как глава комиссии, откладываю начало дуэли. Участники, по желанию, могут остаться тут или помочь в устранении прорыва. Мы возобновим дуэль, как только появится такая возможность. — Едва сдерживаясь, пояснила она. — И, как представитель имперской службы безопасности, напоминанию, что все вы являетесь обученными магами шестого уровня, — процедила она.

Князь, скорчив презрительную гримасу, вместе со всем своим сопровождением встали со своих мест и неспешно двинулись в сторону выхода. Я, посмотрев на своих друзей, которые оставались на своих местах, не рискуя выходить за пределы защищенного зала, бросился на выход, не обращая внимание на охранников, пытавшихся перекрыть мне выход. Всё-таки магов наверху слишком мало, сомневаюсь, что этот жирный боров будет им помогать.

Когда я выскочил с нулевого уровня, сразу вспомнил, что на улице лютейший мороз. Быстро окутав себя огненной аурой, я осмотрелся, слыша, как за моей спиной закрываются ворота, а здание академии накрывает прозрачный защитный купол. Судя по крикам и молниям, бьющим из неба в какие-то черные тучи, нависающие в нескольких метрах от земли, этот самый прорыв случился недалеко в центральном парке.

Я ринулся в ту сторону, сталкиваясь с бегущими в разные стороны людьми. Они не просто были испуганы, многие находились в самой настоящей панике, которая волнами накатывала на жителей Норильска. Я на несколько секунд остановился в нерешительности, рассматривая представшую моему взору картину. Сотни теней, точные копии тех, что я видел во время инициации Валерии, вылетали из огромного зеркального окна, зависшего высоко над кронами деревьев, и тут же устремлялись вниз, ища себе подходящую жертву. А когда находили, то без жалости разрывали ее на куски. Шепот, который исходил от них, оглушал настолько, что сквозь него даже не было слышно криков истерзанных тварями людей. Маги, прибывшие на подмогу, помимо тех, кто еще оставался в академии, ничего не могли с ними сделать. Почти все заклятия, которые они пускали в их сторону, пролетали сквозь черные очертания, не причиняя им никакого вреда.

Одна из теней спикировала рядом со мной, но тут же отпрянула в сторону, соприкоснувшись с пламенем окружающим меня щита. Видимо, только огонь может отпугнуть их, так же было и в том мире, когда я прибыл туда за Лерой. Достав из хранилища меч правителя огнедемонов, я провел по лезвию рукой, напитывая его золотым пламенем вечности, помня наставление старика о том, что оно может разогнать нависшую надо мной тьму. В подробности он не вдавался, но описания хватило, чтобы попробовать использовать его на тенях из самой настоящей бездны.

Шмелева я не видел, но отметил, что молнии, бьющие откуда-то с другой стороны улицы, так же вполне эффективны против этих монстров. Заметив, как одна из теней легко, словно играючи, подняла в воздух молодую женщину, я взлетел следом за ними. Через секунду я уже настиг тварь и тут же проткнул ей глотку пылающим клинком. Неожиданно я почувствовал, как меч соприкоснулся с чем-то твердым, а из раны в мою сторону брызнула черная смолянистая жидкость, после чего тень просто лопнула, разлетевшись по воздуху небольшим облаком пепла. Значит, золотое пламя может их не просто отпугнуть, но и убить. Подхватив девушку, я аккуратно ссадил ее на землю, тут же после этого ринувшись в сторону Совинского, который, закрывая огненным щитом группу людей, старался вывести их в безопасное место.

— Мы не справимся, — увидев меня, проговорил Совинский, не останавливаясь. — Их слишком много, а наши атаки против них ничего не стоят.

— Уводите всех, кроме магов огня, это единственное, что может их отпугнуть, — прокричал я, насаживая на меч с разворота очередную тварь.

— Мы уже догадались, но нас всего трое вместе с тобой. Надеюсь, кто-нибудь на подмогу к нам все же придет.

Я остановился, оглядывая самое настоящее побоище. Что-то противопоставить теням могли только Совинский, а также прибывшие ему на помощь Гюрзов и Шмелев. Остальные маги были лакомством для теней, которые в первую очередь охотились именно за ними. Я взмыл вверх, окруженный золотистым пламенем, стараясь проникнуть в самую сердцевину того смерча, который вили вокруг центрального парка тени. С каждой секундой их становилось все больше, и я уже видел, как они постепенно начали разлетаться по городу, перестав концентрироваться только в одном месте.

Нужно срочно что-то предпринять, иначе пострадает весь город. Немного подумав, я вложил почти всю свою энергию в огненную ауру, которая уже начала распространяться вокруг меня на десятки метров. Главное, чтобы получилось, иначе я рискую не пережить этот бой. Окутывающее меня пламя начало быстро уплотняться, превращаясь в толстый, крепкий щит. Однако вместо того, чтобы придать ему стабильность, я специально разорвал несколько центральных линий заклинания и заставил его взорваться, мгновенно выплеснув всю вложенную в него силу. Золотистые осколки разлетелись в разные стороны, а взрывная волна достигла пару сотен метров в диаметре. Осколки пронзали и уничтожали теней целыми группами, ведь даже небольшая щепотка золотой пыли обращала тварей в пепел.

Наступила тишина, прерываемая только стонами раненных и покалеченных людей. Оставшиеся в живых тени ринулись к окну портала, которое начало стремительно уменьшаться. Я плавно опустился на землю, опираясь на меч, который воткнул в снег. Изо рта текла алая кровь, а в груди невыносимо горело и противно хлюпало. Однако я не обращал на это внимание, ведь перед закрывающимся окном портала стоял человек с закрытым капюшоном лицом. Я не видел его глаз, но был абсолютно уверен, что это именно тот, кого называют демоном Тени.

Глава 2

Демон Тени сделал небольшой шаг вперед и небрежно махнул рукой, откидывая находившихся рядом со мной магов, словно надоедливых мух, и моментально разрушая их защитные заклинания. Выплеснутая им сила во много раз превышала ту, что давила на меня в мире огнедемонов. Мгновенно сформировавшись в огромный кулак, она сжала мое тело так, что я услышал хруст собственных костей. Если бы не пламя жизни дракона и закаленное изнанкой тело, то раздавило бы в считанные мгновения. Меня подняло в воздух и медленно потащило к фигуре в капюшоне, в то время, как сам демон не сводил с меня пронизывающего до костей взгляда. Все мои энергетические каналы были заблокированы, будто на меня надели антимагический ошейник. Огненные потоки бились внутри меня, не в силах вырваться наружу. Магия печатей не отзывалась, что делало мое положение практически безвыходным.

— Вижу, что ты смог перебороть мою печать. Это похвально, — голос Тени ударил по ушам оглушительным раскатом грома. Только спустя несколько секунд я понял, что он эхом разносится у меня в голове. Собрав всю свою силу, я смог немного повернуть голову в сторону, стараясь увидеть хоть кого-нибудь из команды Шмелева и понять в каком состоянии они находятся. К сожалению, поблизости я смог разглядеть только Совинского, который через колоссальное давление пытался подняться с земли. — Если бы мне не помогли, то я никогда бы не смог тебя найти, — рассмеялся демон. Я закрыл глаза, концентрируя остатки энергии золотого пламени в одной точке. Сил осталось около трети от всего резерва, но стоило попытаться сделать хоть что-то для своего освобождения.

— Кто ты и что тебе нужно? — прохрипел я, повторяя вопрос, который не так давно ему задавал, но он оставил его без ответа.

— Мне нужен ты. — Все-таки смог услышать он меня, хотя я говорил очень тихо. — За такой небольшой промежуток времени ты стал сильнее, это превосходит то, на что я изначально рассчитывал.

Меня притянуло уже совсем близко к демону. Сила давления постепенно начала становиться меньше, как и окно закрывающегося за ним портала. Все же твари с десятого уровня не могут долго находиться в лицевом мире и использовать на максимум свои силы, что хоть как-то дает шанс на победу над ними.

Я призвал огнедемона, напитав его потоком золотого пламени. Метка огнедемона не была магией в чистом виде и не требовала выхода энергии и формирования заклинания. Именно поэтому я сделал ставку на нее и не прогадал. Огненный фамильяр вылетел у меня из груди, правда причинив при этом очень сильную боль, и устремился вверх, быстро увеличиваясь в размерах и расправляя свои золотые крылья.

— Меня невозможно убить вашим жалким подобием колдовства, — хмыкнул демон и резко выбросил руку в сторону огненной птицы, бормоча какое-то заклинание. Огнедемон вскрикнул и спикировал вниз, легко пробивая появляющиеся у него на пути теневые преграды и приближаясь к монстру со скоростью падающего метеорита.

Демон сделал шаг назад, стараясь сплести еще какое-то заклинание, но все его старания пропали зря. Фамильяр вонзился в тело демона, который вскрикнул, теряя контроль над магией, сдерживающей меня. Не став терять время, я и тут же переместился в сторону поступью тени и с помощью печатью вознесения поднялся в воздух. Я смотрел, как его начинают окружать золотые нити, исходящие, казалось, из самого его тела, обдумывая, что делать дальше. В этот момент я впервые посмотрел на демона истинным зрением. Ни макра, ни энергических потоков в его теле не было. Словно передо мной находился сплошной сгусток темной энергии, принявший физическую форму. Он развел руки в стороны, легко разрывая окутывающие его золотые нити.

— Занятно, но теперь… — разнесся голос над парком. Его слова потонули в раскате грома, от мощи которого буквально содрогнулась земля. Темный водоворот начал кружиться над фигурой в капюшоне. Яркая вспышка молнии сформировалась в центре вихря, озаряя своим светом чуть ли не половину города. Одновременно со вспышкой на небе, на земле поднялась огненная стена и стремительно начала движение в направление противника.

Оглянувшись, сначала я увидел Гюрзова, который создал заклинание и теперь управлял им, постоянно подпитывая его магией ветра и молнии. Потом в поле моего зрения попал Совинский, что тоже уже пришел в себя и сотворил несколько десятков огромных огненных мечей, которые устремились после небольшой задержки к неподвижно замершей фигуре. Очередной раскат грома, и полностью сформировавшаяся молния вонзилась в то место, где стоял демон. За несколько мгновений до того, как все три сильнейших заклятия ударили по своей цели, черная фигура буквально истаяла в воздухе одновременно с окончательно закрывшимся порталом.

Все же, опыт у Шмелева был не маленький. В тот момент, когда заклятия столкнулись в одной точке, место взрыва накрыл прочный серебристый купол. Щит принял основной удар на себя, но, к сожалению, не справился со всей высвободившейся после разрушения заклятий энергией. Взрывной волной меня откинуло на добрых двадцать метров. Находясь в воздухе, я сумел быстро сориентироваться и сгруппироваться. Используя заклинание стихийного полета, завис в паре метрах над землей, предотвращая себя от ненужных травм. Поднявшись выше, решил осмотреться. Из-за поднявшейся в воздух земли, грязи и снега некоторое время не было ничего видно, но когда эта дымка осела, то предо мной предстал огромный кратер в том месте, где только что находился демон вместе с зеркальной гладью портала, а вокруг лежали вырванные с корнем вековые деревья.

Пока я находился под влиянием Тени, он каким-то образом подавил мой слух, поэтому вернувшиеся звуки стали полной неожиданностью и слегка сумели меня дезориентировать. Крики, стоны, плач все смешались в жуткую какофонию. В центральном парке до прорыва проходило какое-то мероприятие, ничем другим я не мог объяснить такое большое количество людей, собравшихся в этот час здесь. Раненых было много, причем, почти все в очень тяжелом состоянии. Твари десятого уровня порезвились на славу, ради забавы терзая и калеча своих жертв.

Я быстро спустился вниз и подошел к Совинскому, который уже находился у края ямы и так же, как и я, оглядывал это побоище, не зная, как именно можно помочь всем пострадавшим. Практически сразу к нам присоединился Шмелев, которого я не мог увидеть ранее. Он был бледен и держался за правый бок. Крови, вытекающей из раны, было так много, что она сумела насквозь пропитать толстую ткань его пальто.

— Ты ранен, — утвердительно проговорил я, подходя к нему ближе.

— Пустяки, царапина, — отмахнулся он от меня и не дал к себе прикоснуться, чтобы я занялся его лечением. — Надо оценить обстановку, связаться хоть с кем-нибудь и решить, что делать дальше, — поморщился он, глядя на кратер, который оставил после себя взрыв. Мужчина выглядел слегка оглушенным и рассеянным, возможно, отходил после боя, а может, помимо кровоточащей раны, его в полете еще и смогло контузить, хотя кроме ранения печени и нескольких ушибов у него я больше ничего увидеть истинным зрением не смог.

— Парень, ты спас нам жизнь сегодня, дважды, — раздался голос Гюрзова позади меня. Он ковылял к нам, опираясь на какую-то деревяшку и подволакивая сломанную ногу, которая висела плетью.

— Помогите нам, пожалуйста, — вывел всех из небольшой прострации едва слышимый женский голос. Я вздрогнул и резко обернулся. В нескольких метрах от нас лежало неподвижное тело девочки-подростка на коленях у говорившей женщины. Она не обращала внимание на свои раны, которые тоже были довольно серьезными, только гладила девушку по длинным слипшимся от крови волосам и умоляюще смотрела на нас.

— Я вызвал целителей из городского госпиталя, скоро они будут здесь, — тихо ответил Шмелев, закусив губу то ли от боли, которая его терзала, то ли от бессилия. Девушка была еще жива, но сердце едва билось, замедляясь с каждым новым ударом. И таких вокруг были десятки. Если им не помочь в самое ближайшее время, то городские целители тут точно будут уже не нужны.

— Андрей, — обратился я к Шмелеву, если мне не изменяет память, впервые по имени. Он от неожиданности резко ко мне повернулся и посмотрел мне в глаза немигающим взглядом. — Вытащи из академии Петра, — прикрыл я на секунду глаза, собираясь с мыслями. — И организуй сюда быструю доставку моих лекарей из клиники. Пошли туда Валерию, чтобы они знали, что приказ идет от меня, помощь от высокоуровневых магов жизни тут точно лишней не будет. И пусть мне никто не мешает, ладно?

— Я же вижу, что у тебя сил после боя практически не осталось, к тому же ты ранен. Что ты задумал? — процедил Совинский, когда я сел на колени, прикладывая руку к земле. Боль в груди, как и кровотечение прошли в тот момент, когда демон Тени схватил меня невидимой рукой. Да и повреждений никаких я в себе не увидел, поэтому мне было не до конца понятно, что именно произошло, когда я взорвал щит. Шмелев уже отошел в сторону, разговаривая по мобилету, отдавая соответствующие распоряжения, поэтому от него каких бы то не было нравоучений ожидать не стоило.

— Я же просил, чтобы мне никто не мешал, — процедил я, освобождая магию жизни и начиная плетение заклятия массового исцеления. На какие-то точечные манипуляции не было времени, поэтому необходимо до прибытия подмоги сделать все, чтобы осталось в живых как можно больше человек. А сколько их и где находятся, я не имел ни малейшего понятия, поэтому нужно попытаться накрыть магией все пространство центрального парка, чтобы никого не упустить.

Зеленый туман начал клубиться вокруг меня и постепенно распространяться в разные стороны. Я вплетал в потоки магии жизни тонкие нити зеленого пламени дракона, который в несколько раз усиливал исцеление от моих заклинаний. Я не мог управлять им напрямую и воздействовать на других, но соединять с магией жизни у меня хорошо получалось, по крайней мере, старик на изнанке всегда был доволен моими успехами в этом направлении.

Я управлял заклятием массового исцеления, постепенно увеличивая его радиус, при этом чувствуя каждого раненного, которого коснулся зеленый туман. Но их было слишком много, а их раны были чересчур серьезные. Поэтому, когда мой источник уже практически опустошился, мне удалось стабилизировать чуть больше половины истерзанных тварями людей.

— Выпей это, — краем глаза я заметил приближающийся силуэт, поэтому голос брата не застал меня врасплох. Он сел рядом со мной, протягивая склянку с зеленым содержимым.

— Что это? — тихо спросил я, стараясь лишний раз не отвлекаться от поддержания заклятия.

— Зелье восстановления. Не перенасыщает источник, тем самым не наносит вред, как от макра, хризолита и твоей настойки с изнанки, и от него нет зависимости. Побочные эффекты конечно есть, и очень неприятные, но проявятся только через два дня. Пока так и не понял, как полностью от них избавиться, — быстро пояснил он, вкладывая в мою руку колбу. Петр поставил перед собой зеленый кристалл, в который направил собственный неоформленный поток магии жизни. Впитав магическую энергию, кристалл засиял и начал испускать из себя преобразованные тонкие нити, вплетающиеся в основу моего заклинания, подпитывая его и усиливая. Почти сразу магический туман стал гуще и плотнее. — За десять секунд полностью восполняет резерв мага. Моя разработка, так что не отравлено.

— Ну последнее — это довольно сомнительное утверждение, учитывая, как ты его расписал в самом начале. Надеюсь, нашу клинику ты так не рекламируешь, — пробормотал я, делая глоток и больше не расспрашивая Петра о зелье. Я был уже на грани истощения, поэтому лишний источник энергии мне не помешает, и плевать на то, что будет через два дня.

— Тяжело, — пробормотал брат, направляя больше магии в кристалл, который засиял еще ярче. — Их слишком много. Я с такими травмами никогда не работал. Мне не стоит пока спрашивать, что тут произошло, и почему тут нет никого из лекарей кроме тебя?

— Нет, не стоит, — тихо ответил я, чувствуя, как магия огня и жизни начала восстанавливаться и заполнять почти иссякший источник.

Вместе с этим я увидел, как из разных точек вокруг меня начинают зажигаться подобные кристаллы, как у Петра, после чего нитей магии жизни стало гораздо больше, и все они подстраивались под мое изначальное плетение. Поддерживать заклинание стало заметно проще, поэтому, рискнув, я расширил зону действия зеленого тумана. Постепенно начал ощущать, что магия жизни начала наконец работать, излечивая легко раненных и стабилизируя находившихся на грани смерти людей. Точечно маги жизни с людьми в подобных ситуациях не работали, прибегая к стандартной практике массового исцеления. Может и зря, я бы направил несколько целителей провести элементарную сортировку, чтобы не тратить силы на легкие раны.

— Хорошо поработали, дальше мы сами, — раздался рядом голос Огурцова, и я смог разглядеть его, когда он приблизился ко мне практически вплотную. Он, увидев меня, немного удивился, после чего склонил голову в приветственном жесте. — Снимите заклятие, нам нужно самим оценить обстановку.

Я кивнул и встал на ноги, разрушая созданное мною сложное плетение. Туман быстро рассеялся и теперь можно было различить, что происходило вокруг. Шмелев, Совинский и Гюрзов стояли неподалеку, напряженно глядя в мою сторону. Рана дяди затянулась, но до полного излечения было еще далеко, точно также обстояли дела и с ногой Гюрзова. Боль мне, конечно, удалось убрать, но вот сам перелом таким образом срастить было практически невозможно. Слишком тонкая работа для грубого заклинания, как и излечить раны девочки, которая все еще находилась без сознания на руках у своей матери.

Один за другим на поляне начали появляться мои целители после яркой вспышки сработавших свитков перемещения. Последними на поляне появилась Валерия, которая с ужасом в глазах осматривала то, что осталось от парка. Вместе с ней вышел пожилой мужчина, в котором я узнал декана факультета артефакторики. Он сразу же подошел к Шмелеву, докладывая о проделанной работе.

— Я так за тебя переживала, — ко мне подлетела Лера. Ее щеки пылали, а глаза в темноте горели ярким сиреневым цветом. — Как ты мог броситься сюда один, заперев нас в академии в полной неизвестности, — прорычала она, но потом резко успокоилась. — Я чувствую знакомую ауру, — нахмурилась она. — Точно такую же, как тогда, во время моей инициации. Что тут произошло? — быстро взяла она себя в руки, напряженно вглядываясь мне в лицо.

— Я потом все объясню, ладно? — я покосился в сторону Шмелева. Девушка кивнула и обернулась, когда к нам вплотную подошел один из лекарей моей клиники.

Десять высокоуровневых целителей встали в круг, оттеснив нас подальше от края кратера, после чего вытянули руки, из которых ярким потоком начали вытекать изумрудные потоки, соединяясь между собой в центре образованного ими круга. В точке соприкосновения их магии начала формироваться фигура, которая понемногу поднималась вверх, зависнув в нескольких метрах над землей. Сначала я не мог разобрать, что именно пытались сделать целители, но когда заклинание приобрело окончательную форму, то стало ясно, что это бутон какого-то цветка, который начинал светиться все ярче, испуская яркий, бьющий по глазам изумрудный свет.

Неожиданно он распустился и превратился в большой цветок с десятью лепестками, от которого начала исходить волна, образующая ровный светящийся круг. С каждым новым выбросом, радиус этого круга увеличивался, пока не вышел за границы парковой зоны, останавливаясь чуть ли не возле ворот норильской академии магии. Пульсация прекратилась, и из центра цветка начали вырываться нити, переплетающиеся между собой в замысловатый узор и мгновенно заполнившие весь радиус круга.

Все это было видно обычным зрением, поэтому яркий зеленый свет, полностью озаривший небо над всем парком и за его границами, видел каждый, кто наблюдал за работой магов. Когда все линии соприкоснулись и переплелись между собой, вниз полил самый настоящий магический дождь, капли которого сами устремились к искалеченным после прорыва людям, не затрагивая тех, кому помощь целителей в данный момент была не нужна. Изумрудные капли также без труда проникли в тела Шмелева и Гюрзова, что находились рядом со мной. После чего их раны и порванные энергопотоки начали довольно быстро восстанавливаться. Стояла идеальная тишина, никто не смел ни единым звуком мешать целителям.

Минут через десять дождь начал уменьшаться, после чего и вовсе прекратился. Цветок в центре закрылся и опустился вниз, а все нити медленно вернулись к магам, втягиваясь в их руки.

— Сто три человека находятся в парке, тридцать один за его пределами. Троих из них спасти нам не удалось. Навскидку, половине из них нужно будет дальнейшее лечение в условиях клиники, — отрапортовал Огурцов, подходя к нам, внимательно оглядывая Шмелева и Гюрзова. — Вас это тоже касается, — безапелляционным тоном заявил он, на что мужчины не обратили никакого внимания. — Хорошо, что местные лекари успели вовремя. Еще минут пять простоя и мертвых было бы гораздо больше. Мы своими силами некоторых едва смогли стабилизировать, — закончил он свою речь и отошел в сторону, когда его позвал главный лекарь городского госпиталя.

Я молча смотрел, как он отдает распоряжения всем лекарям в парке, включая своего коллегу из госпиталя, прикидывая, на что действительно способны мои целители, если задать им цель, мотивацию и ускоряющего пинка. Валерия тоже решила заняться хоть каким-то полезным делом, начиная вместе с целителями осматривать пострадавших и по возможности оказать какую бы то не было помощь. Она отошла в сторону пришедшей в себя девочки, которая кашляла, практически не переставая. Но была стабильна и в сознании. Мать пострадавшей поднялась на ноги и бросилась к моей жене, крепко обнимая и благодаря за спасение дочери.

Постепенно в парковую зону начали стягиваться силовые ведомства Норильска. Очень вовремя, конечно. Шмелев, глядя на то, как в один кружок по интересам собираются военные, служители правопорядка и другие личности при погонах и в форме, только поморщился и отвернулся.

— О чем думаешь? — обратился я к Шмелеву.

— Даже не знаю, — тряхнул он головой. — Я не могу понять, что именно произошло. Четыре прорыва одновременно, и самый сильный здесь, у нас, когда город остался практически незащищенным. Я не верю в такие совпадения.

— И правильно. Эта тварь сказала мне, что ей помогли, — кивнул я, направляясь к кратеру, внимательно осматривая его дно.

— Он с тобой разговаривал? — подлетел ко мне Шмелев, хватая за руку, заставляя тем самым обернуться и посмотреть на него.

— Да, видимо, я ему чем-то понравился. Цвет волос, наверное, необычный или его покорила моя харизма, — хмыкнул я, выдёргивая руку.

— Ты когда-нибудь уже станешь серьезнее? — прорычал он.

— Когда в этом появится необходимость. — Отмахнулся я, после чего плавно спустился в центр кратера, разглядывая землю. Что-то не давало мне покоя, но мне никак не удавалось понять, что именно.

Неожиданно появившийся передо мной волчонок начал громко лаять, видимо, пытаясь мне о чем-то сообщить. Потом он замолчал, укоризненно на меня посмотрел и бросился в сторону, начиная разгребать землю передними лапами.

Я подошел к нему, глядя на то, как он роется в мерзлой земле и, в конечном итоге, с гордо поднятой головой достает оттуда макр. Отбежав от меня подальше, он демонстративно его раскусил и, выплюнув одну половину, лег на землю, начиная методично пережевывать свою добычу. Я присел на корточки, проведя рукой по ямке, которую вырыл волк. Земля была рыхлая, припорошенная снегом. Скорее всего, она опустилась сюда после взрыва, закрыв собой то, на что намекал мой волчонок. Я вновь вернулся в центр и выпустил из руки очищающее пламя. Каким образом оно работало мне не мог ответить даже учитель. Меня терзал только один вопрос: откуда пламя знает, что именно ему очищать? Но, так или иначе, действовало оно на манер бытового заклинания очищения, только сжигало весь мусор и грязь, не оставляя после себя даже пепла. Я чувствовал направленные на меня взгляды, но головы не поднимал, внимательно следя за тем, как сгорает несколько сантиметров земли подо мной, обнажая что-то вроде каменной платформы. Когда огонь распространился на стены кратера, стало понятно, что это просто — разрушенный подземный ход, который элементарно завалило с обеих сторон землей и снегом.

— Теперь я точно уверен в том, кто именно помогал теням пролезть в лицевой мир с изнанки десятого уровня, — поднял я голову вверх, обращаясь к Шмелеву, после чего вновь посмотрел себе под ноги, разглядывая открывшуюся моему взору картину.

Глава 3

Шмелев медленно спустился и встал рядом со мной. Мы находились в центре идеально ровного круга, внутри которого были выскоблены знакомые мне символы и расположены питающие заклинание макры. Именно один из них отрыл мой питомец.

— Я такое уже видел раньше. На пятом уровне изнанки, где развлекался долгое время Глеб Сапсанов. Готов поспорить, что аналогичные круги вы найдете и в других местах, — посмотрел я на дядю, который в это время присел, проводя рукой по выгравированным на камнях линиям.

— Не думаю, что это Сапсанов, — встал он, отряхивая руки и глядя на меня. — Хотя, на первый взгляд, все ведет именно к нему, — поморщился он. — Насколько я помню, он говорил, что хочет уничтожить все три рода, которые, якобы, предали его. И прорывы сейчас случились именно там, где они находятся. Новосибирск был первым, и являлся отвлекающим маневром, если следовать этой теории.

— Но что-то тебе не нравится в ней, я прав? — задумавшись, я еще раз посмотрел на круг перемещения.

— Что-то не нравится. — Кивнул дядя. — Как он смог проникнуть на десятый уровень, выжить там, да еще и сотворить аналогичный портал, призвав разумную, дьявольски сильную тварь? Каким бы сильным магом Сапсанов не был, благодаря подпитки от его макров, я сомневаюсь, что он на это мог быть способен, особенно без благословения своего тотема, — серьезно проговорил Шмелев, глядя в открытые проходы туннеля. — Ладно, выбираемся. Пока мы не осмотрим досконально этот подземный ход, судить о чем-то все же рано.

Договорив, мужчина еще раз посмотрел на изображение круга и, резко оттолкнувшись от земли, взлетел вверх, выходя на поверхность. Что бы дядя не думал, но я был практически уверен в том, что это Сапсанов. О том, что я обладаю магией теней, знали всего несколько человек. И эту информацию он скорее всего смог получить от моей жены в момент нападения на нее. Пока я лично буду исходить именно из этой теории. Хотя, было действительно не совсем ясно, как он мог выйти лично на Демона Тени, да еще и договориться с ним.

Оглядевшись еще раз, я последовал примеру Шмелева и вылетел из кратера. Делать тут действительно было больше нечего. Вряд ли мне позволят в одиночку прогуляться по переходам, чтобы первым все осмотреть.

— Оцепить это место и никого не подпускать, — обратился Шмелев к одному из четверых подошедших к нему высокопоставленных силовиков, в сопровождении Андрея Сапсанова, он хмурился, старался выглядеть собранным, но было видно, что он нервничает. Не удивительно, впервые за время его правления в графстве случилось нечто подобное. — Если кто-то попытается прорваться туда или оттуда, то сразу доложить. Никому парк не покидать до особых распоряжений.

— Да, будет сделано, — кивнул мужчина и отошел в сторону, отдавая распоряжения своим людям. Они были облачены в черную военную форму, без знаков отличия, вооруженные автоматами, что уже являлось довольно редким оружием в этом мире.

Шмелев сразу же начал выяснять, почему подкрепление прибыло так поздно, хотя на место прорыва все силовые структуры должны были явиться раньше него самого. Опасность миновала, поэтому можно было уходить, оставляя дядю во всем разбираться, но покидать парк мне все же пока не хотелось. Вдруг всплывет еще какая-нибудь важная для меня информация. Пока все было тихо, я отошел в сторону и подошел к Валерии и Петру, которые вместе с Огурцовым решали вопрос транспортировки пострадавших в нашу клинику, оставалось только все согласовать со мной. Это было ближайшее лечебное учреждение к Норильску, поэтому я без раздумий дал добро. Тем более, что клиника пока еще была закрыта, а род Сапсановых все расходы и компенсацию на лечение брал на себя. Перемещать столь многих пострадавших с помощью свитков было опасно, поэтому мы некоторое время потратили на организацию транспорта и непосредственно эвакуацию. Все мои лекари, кроме Огурцова, который еще мог понадобиться здесь, покинули парк. Помимо прочего, в клинику я направил Петра и Леру, чтобы они проследили за всем сами. Целители, может, у меня и хорошие, но организаторы так себе.

Потратив на это довольно много времени, я решил вернуться к кратеру, где обнаружил, что следы прорыва уже были практически ликвидированы, а людей в форме значительно прибавилось. Кроме того, возле защитного купола, где я оставил Шмелева, сейчас находилась целая толпа людей, включая прибывшего князя Тигрова с Выдровым. Отправленные на подмогу пара десятков магов слонялись без дела, разглядывая кратер через прозрачную стену, которой окружили место прорыва, обсуждая случившееся между собой. Перед Тигровым, буквально вытянувшись по струнке, стояла та самая женщина из совета, которая общалась с участниками моей дуэли с Болиглавским.

— На данный момент парк очищен от посторонних, все пострадавшие распределены по лечебным учреждениям. Двадцать три гражданских мертвы, в том числе четыре мага, из которых двое наших — это Лебединский, Карпов, граф Смородинов, прибывший с визитом к графу Сапсанову, и один из свиты князя Болиглавского — Огнев. Не так плохо, как могло бы быть, — протянула она лист бумаги Тигрову, заканчивая свой отчет. — Кононова и Ежов в тяжелом состоянии находятся в клинике в соседнем баронстве, — добавила она.

— Так, а где сам князь Болигавский? — спросил Тигров, изучая протянутые женщиной документы.

— Сбежал, — фыркнул Совинский.

— Как сбежал? — удивленно вскинулся князь. Заметив меня, он кивнул и махнул рукой, подзывая к себе ближе.

— Быстро и молча, — ответил наставник, усмехнувшись. — Лично видел, находился в это время рядом. Когда одна из тварей напала на Огнева и буквально разорвала его на несколько частей за пару секунд, он вместе со своей свитой опытных магов, среди которых, кстати, было два мага огня, моментально исчезли из видимости. Даже их ауры не чувствовалось. То ли каким-то хитрым заклятием невидимости себя накрыли, то ли скрылись при помощи свитка. Некогда было разбираться, куда и каким образом они свалили. Главное, что в битве они участия не принимали, — злобно проговорил мужчина, сжимая руки в кулаки.

— Это можно считать за свершившийся факт предательства и дезертирства? — тихо уточнил Шмелев, глядя почему-то на меня.

— Я не считаю, что спасение собственной жизни в условиях, когда участие в бою равносильно смерти, считается предательством, — раздался противный голос обсуждаемого князя откуда-то сбоку от нас. Мы все резко обернулись, глядя, как появляются буквально из ниоткуда сам Болиглавский и его свита. Истинным зрением увидел, что это все же были очень сложные чары невидимости, по мере разрушения которых проявлялись все находившиеся под ними люди.

— Это основной постулат аристократии, — прищурился Тигров, делая шаг ему навстречу. — Возможно, вы не могли вступить в схватку с тварями, выйдя из нее победителями, хотя, как я вижу, двое из вашего сопровождения являются магами огня, но вы могли сделать многое, для сохранения жизни ни в чем не повинных людей, и прикрыть тех, кто не струсил и старался закрыть прорыв.

— Я не соглашусь с вашим утверждением, — хмыкнул князь, останавливаясь в непосредственной близости от Тигрова, который едва сдерживал гнев, глядя на своего собеседника. — Я не обязан рисковать собственной жизнью и жизнью моих подданных, защищая ваших людей. Не стоит пытаться меня как-то принизить и выставлять трусом. Я действовал рационально в рамках сложившейся ситуации, — скривился Болиглавский, глядя прямо в глаза Сибирскому князю. — Тем более, здесь за все отвечаете именно вы, а я всего лишь приглашенный гость, попавший в смертельно опасную ситуацию.

— Возможно, над вами я власти и не имею, — тихо проговорил Тигров. — Но я добьюсь того, чтобы вы ответили за вашу трусость перед высшими чинами империи.

— У вас ничего не выйдет. Не спорю, вы стоите чуть выше по социальной лестнице, но к короне вы не приближены так, как я. Так что, не нужно бросаться голословными угрозами, ведь вы все равно будете всегда на месте проигравших, — оскалился московский князь, переводя взгляд на меня.

— Ну, служить непосредственно императору и лизать задницу Мышкину — это отнюдь не одинаковые условия, — покачал головой Шмелев, вставая рядом с Тигровым. — Лично я, как и все собравшиеся, будут утверждать, что вы повели себя не как представитель власти, который должен защищать земли империи от внешнего и внутреннего врага, а как трус и предатель.

— Можете делать и говорить все, что захотите, — рассмеялся Болиглавский в лицо Шмелеву. — Но никогда не стоит лаять на тех, кто выше вас, граф, запомните об этом. Значит так, наш поединок с бароном Мануловым был прерван, хотя никаких видимых причин для этого я все же как не находил, так и не нахожу. Я здесь, чтобы уточнить о месте и времени проведения следующего боя, с единственной оговоркой, чтобы больше нас никто не смел прерывать.

— Да как у тебя вообще язык поворачивается сейчас вспоминать об этом, — прорычал Тигров.

— Дело чести. В Москве мало кому будет интересно знать, что где-то там далеко случился какой-то незначимый прорыв, — развел он руки в стороны, чем уже вывел меня из себя. Таким не место среди высшего общества, если он свои собственные амбиции ставит выше безопасности империи. Если бы не золотое пламя дракона, я вообще не мог даже представить, что осталось бы от города и как бы далеко расползлись тени, пока портал был открыт. Наше счастье, что мы остались живы, а эта тварь, еще хуже, чем те, кто населяет изнанку, открыто смеется над случившейся бедой.

— Здесь и сейчас, — громко проговорил я, вставая напротив князя. — Называешь это делом чести, которую уже никаким поединком не отмыть? Тогда здесь и сейчас.

— Костя, — прошипел мне в ухо Шмелев. — Тебя в бою когда контузить успело? Тебе нужно, как минимум, набраться сил и отдохнуть.

— Не переживай, сил на пару-тройку ударов мне хватит, — отмахнулся я, не отворачиваясь от князя, который искренне улыбался и, прищурившись, с усмешкой смотрел мне в глаза.

— Да будет так, славно, больше не нужно будет отвлекаться на подобные мелочи, — хлопнул Болиглавский в ладоши. — От меня будет выступать…

— Осади коней, трус, — теперь уже усмехнулся я. — Никаких больше замен. Только ты и я. Если ты считаешь меня дурачком, не способным прочитать имперский дуэльный кодекс, то ты сильно заблуждаешься. Видишь ли, замену ты можешь просить только раз, вызывая благородного на поединок. Хоть в обществе мы не равны, но я как-никак являюсь бароном, если ты не забыл. Не мои проблемы, что своего бойца ты не уберег, и он не может вместо тебя принять участие в дуэли, — наклонил я голову в бок, внимательно следя за тем, как меняется выражение лица самоуверенного князя.

— Вы правы, ваше благородие, — вмешалась женщина из совета. — В кодексе действительно есть подобные уточнения, что во второй и следующие разы замену должна подтвердить другая сторона поединка.

— Я выше тебя по социальному статусу, Манулов, и не тебе указывать, что и как мне делать, — взял себя в руки Болиглавский, отвечая мне на вызов, словно не обратил внимание на слова представителя собранной им же самим комиссии.

— Но ты не выше законов Империи, — пожал я плечами. — Если хочешь, можем обратиться хоть к самому императору, к которому ты приближен, как говоришь, пускай нас рассудит. Только учти, этот поединок сейчас не только за мою честь и честь моего рода, который ты оскорбил, но и за честь всех тех, кого ты бросил на смерть своей трусостью и самовосхвалением. Но тебе решать, ты всегда можешь отказаться от навязанной тобой самим дуэли.

— Подтверждаю законность требований Манулова. — Голос Тигрова был подобен грому. — Князь Болиглавский сам объявил, что это дело чести, а значит обязан принять условия. Дуэль будет проведена здесь и сейчас.

— Ну раз так, то давай, посмотрим, на что ты способен, — хмыкнул Болиглавский, выходя вперед.

— Отец, — молодой юноша совершенно не похожий внешне на князя, тронул его за руку, заставляя обернуться в свою сторону. Он был низкого роста, немного худощавый, с ярко зелеными глазами на бледном лице. Светлые волосы делали его блеклым и каким-то невыразительным. Я даже навскидку не мог определить его возраст, где-то от четырнадцати до двадцати пяти. Даже не верилось, что он являлся не просто сыном, но вообще родственником Болиглавского. Что он говорил, мне было не слышно, но судя по всему они о чем-то очень бурно спорили.

— Что ты творишь? — потянул меня за руку Шмелев. Тигров смотрел на меня с одобрением, Выдров с интересом, а Совинский вместе с несколькими другими магами готовили пространство для поединка. — Я не готовил тебя к бою с магом-универсалом. Тем более, это глава рода и у него есть свои секреты, о которых мы можем только догадываться.

— Сейчас твои нравоучения ни к месту, — покачал я головой. — Что можешь сказать о нем в двух словах?

— Универсал, но свой дар не развивает, насколько мне известно. Основная магия — иллюзии, поэтому будь осторожен. Вроде не гнушается отравлениями, но это больше родовые способности. Да я почти ничего про него не знаю, — вспылил Шмелев.

— Спасибо хоть на этом, — похлопал я его по плечу и, отвернувшись, вышел внутрь уже огороженного периметра вслед за князем Болиглавским.

Нас сразу же накрыл матовый купол, через который не было видно, что происходит снаружи. Князь выглядел уверенным в себе и усмехался, пристально меня рассматривая. Между нами в воздухе появился яркий циферблат, отсчитывающий время до начала боя. На подготовку нам выделили всего минуту, поэтому я сразу начал готовить самые мощные печати. На долгий поединок я не рассчитывал, надеясь при первой же возможности нанести решающий удар.

Когда раздался громкий звук, оповещающий о начале боя, я тут же взлетел вверх, используя стихийный полет, уворачиваясь от пронесшихся рядом со мной ледяных копий. Князь на мгновение исчез из вида, но почти сразу же появился вместе со своими четырьмя копиями, которые настолько были похожи на самого мага, что даже истинным зрением отличить, где оригинал, а где иллюзия было невозможно. Атаковали они вразнобой и совершенно разными заклятиями от обычных огненных шаров, до более сложных разностихийных вихрей и летающих копий и кинжалов. Истинное зрение мне больше мешало, нежели давало хоть какое-то преимущество в этом бою. От обилия нитей переплетающихся и ярко светящихся чар, глаза практически сразу же устали, поэтому пришлось без сожаления вернуться к обычному зрению. Я не мог понять, где настоящая атакующая магия, а где иллюзия, поэтому приходилось отражать все атаки, принимая их на многочисленные выставленные щиты или уклоняться от них. Я перемещался по полю, непрерывно используя поступь тени и вяло отвечая стандартными атакующими заклинаниями. Мне нужно было экономить силы, стараясь при этом вычленить настоящего противника. Но копии постоянно исчезали и возникали в самых неожиданных местах и время от времени, просто менялись местами. Так что, сделать это было очень непросто.

— Ты так и будешь продолжать бегать от меня, как загнанный зверь в клетке? — раздался голос князя, исходящий от всех копий и оригинала одновременно. — Может, примешь уже свою смерть достойно и сразишься, как благородный, если причисляешь себя к нам? — рассмеялись все Болиглавские, давая мне время на короткую передышку и выполнение очередной задумки.

Я остановился под самым куполом в центре поля и призвал энергию жизни, используя для этого кольца-артефакты. Внешняя энергия лавинообразным потоком хлынула от стоявшего на земле князя в опустевшие накопители, энергию которых я потратил на формирование нескольких печатей, оставалось только их замкнуть и нанести удар. В иллюзиях никакой магии жизни не было и быть не могло, поэтому теперь я был точно уверен в том, где находится настоящий противник.

Вытянув руку вверх, я выпустил свое самое сложное заклятие огненного дракона, сотворенного из черного иллюзорного пламени. Оно стремительно пролетело через все поле, разрушая своим телом и изрыгаемым пламенем все копии князя и, устремившись к нему, пролетела сквозь его тело, не оставляя от защитных чар ни единого следа и разрушаясь само. Урона черное пламя практически не наносило, но сделало то, что от него требовалось — полностью лишило моего противника защиты.

Печать обездвиживания, направленная на князя, полностью того парализовала, заставив его замереть с вытянутой вперед рукой и открытым ртом. Он мог только вращать глазами, в которых промелькнула паника и страх, когда я медленно спустился вниз, вставая на землю прямо напротив него. Я молча наблюдал, как резко вспыхнула над головой Болиглавского печать огненной кары, сила которой начала давить на противника, но из-за непослушного тела, он не мог пошевелиться и хоть немного уменьшить боль. Стало жарко, несмотря на то, что на улице было очень холодно. Снег внизу начал стремительно таять, испаряясь плотным туманом, довольно сильно снижающий видимость. По краям печати, прямо из переплетенных линий, начали формироваться четыре огненных копья, которые, после яркой вспышки света, стремительно полетели вниз к своей цели. Все четыре копья вонзились в тело князя, нанося тому смертельные ранения. Несколько секунд, и все они обратились пеплом, а освобожденное от печати обездвиживания тело рухнуло на голую землю.

— Ну вот и все, — проговорил я одновременно с исчезнувшим защитным куполом.

— Отец! — внутрь огороженного пространства влетел тот самый молодой парень, который бросился к телу князя, переворачивая его на спину. — Ты убил его! — злобно выплюнул он в мою сторону, поднимаясь на ноги. В его глазах разгоралась ярость, а магия внутри него бушевала, требуя выхода наружу.

— Это был честный поединок, — ровно ответил я. — Никто не виноват в необдуманных поступках твоего отца. Не следует вести себя так самоуверенно, чтобы не повторить его путь.

— Мой род тебе этого никогда не простит, — прошипел он.

— Таковы правила. Этот конфликт исчерпан. Никаких претензий друг к другу наши рода больше не имеют, — ответил я. — И что я тебе все объясняю? Узнаешь у своих более мудрых и влиятельных друзей. А пока в течение часа, выполни все обозначенные мною условия в случае победы. Если ты не знаешь о них, обратись к своим юристам, чтобы подготовили все документы на передачу земель, а банкиры перевели деньги на мои счета. И да, в вечернем выпуске имперской газеты, хочу увидеть проникновенную речь с извинениями в мой адрес. Надеюсь, я ничего не забыл.

Я оставил парня стоять рядом с телом князя и, развернувшись, сделал шаг из круга. Я почувствовал движение у себя за спиной раньше, чем раздался крик Шмелева.

— Осторожно, сзади! — резко развернувшись, я перехватил руку с направленным на меня кинжалом. Сразу выбить его не получилось, парень стискивал лезвие мертвой хваткой, которое все еще находилось в непосредственной близости от меня. Второй рукой я схватился его за кисть, правда на клинке в этот момент сработал какой-то хитрый механизм и моментально удлинившееся лезвие порезало мне руку, но все же смог отвести клинок в сторону от себя. Удар по руке, второй — ногой в живот, и противник, согнувшись пополам, наконец выронил оружие. Завалить его на землю особого труда не составило. Все еще удерживая его на болевом приеме и выворачивая руку, я дотянулся до брошенного кинжала и ударил им в живот активно сопротивляющегося противника.

Эта возня заняла всего несколько секунд, пока Тигров и Шмелев бежали к нам. Поднявшись на ноги, я смотрел, как извивается в судорогах парень.

— Это ранение не должно быть смертельным, — проговорил я, активируя истинное зрение. Как я и думал, ни один орган и сосуд сильно не пострадали. Даже человек спокойно бы пережил подобное ранение, не говоря уже о маге. И тогда я увидел, как черный густой яд стремительно разносится по телу младшего Болиглавского, распространяясь от черного лезвия кинжала. Обычным зрением было видно, как кожа парня покрывается черной сеткой, повторяя ход сосудов.

— Твоя рука, — Шмелев схватил меня за запястье, рассматривая ладонь, где после контакта с кинжалом остался глубокий порез, а от раны шла медленно точно такая же черная сеть.

— Зараза, — прошептал я. Боли я не чувствовал, даже малейшего дискомфорта, да и магия жизни никак не отреагировала на рану. — Огурцов! — позвал я своего целителя, который тут же подлетел ко мне. — Стабилизируй его, нужно узнать, что это за яд и какое к нему противоядие.

Я не успел договорить, как целитель уже склонился к раненному своим же собственным оружием младшему Болиглавскому, прикладывая к его груди зеленый кристалл.

Тихий шелест за нашими спинами привлек внимание, отвлекая от созерцания работы целителя. Я развернулся, во все глаза глядя на то, как к нам практически бесшумно, несмотря на габариты, подъезжает несколько бронированных автомобилей на гусеничном ходу с огромными пушками и пулеметами по бокам. Остановившись в нескольких метрах от нас, открылся люк одной из машин, откуда выскочило несколько военных с автоматами и только после них вылез уже не молодой мужчина в военно-полевой форме. Он спрыгнул на землю и обвел всех тяжелым и хищным взглядом.

— Может, мне кто-нибудь объяснить, что здесь в конце концов происходит? — громко спросил он.

Глава 4

— Ваше сиятельство, — поприветствовал гостя князь Тигров, уважительно склонив голову. То же самое повторили все остальные. Я немного замешкался, но после тычка в бок от Шмелева, стоявшего рядом, поклонился, быстро выпрямившись и не сводя с мужчины взгляда. Он был не молод, но выправка и движения выдавали в нем опытного военного. Его лицо мне было смутно знакомым, но вспомнить, где именно я видел этого, судя по обращению, графа, пока не получалось. — Мы благодарим вас за помощь, но прорыв удалось ликвидировать силами магов, находившихся в это время в городе.

— Вы самостоятельно закрыли прорыв десятого уровня? — поднял удивленно бровь мужчина, обводя нас всех пристальным цепким взглядом, задерживая его у меня за спиной, где лежал израненный Болиглавский-младший, а вокруг него, не обращая ни на кого внимания, копошился Огурцов.

— Все верно, десятого уровня, — кивнул Тигров, выходя вперед.

— Это кто? — тихо спросил я у Шмелева, но судя по тому, как все уставились на меня, включая резко повернувшегося князя, услышали мой вопрос все находившиеся поблизости от меня люди.

— Ваше сиятельство, пройдемте к командному пункту, я вам все объясню, — нарушил тишину Тигров, обращаясь к графу, который все это время смотрел на меня. — Отправим уже всех причастных к героической победе на заслуженный отдых. Если у вас, после разговора со мной останутся какие-то вопросы, то вы сами сможете поговорить с каждым. Все будут находиться либо в городе, либо недалеко за его пределами, пока мы не закончим работу в месте прорыва. — Граф нахмурился и кивнул, давая князю увести себя в сторону подальше от нас. Андрей Сапсанов сначала замешкался, но все же к ним присоединился, как-никак он владелец этих земель. Военные, прибывшие вместе с графом, разделились, коих оказалось человек двадцать, вышедших из все еще подъезжающих бронированных автомобилей. Несколько остались на месте, не сводя с нас взгляда и держа оружие наготове, остальные последовали за своим начальником.

— Вот вроде вопрос задал ты, но под землю почему-то захотелось провалиться мне, — прорычал Шмелев, поворачиваясь ко мне.

— А что не так было в моем вопросе? — передернул я плечами, глядя, как располагаются в наспех сформированном командном пункте прибывшие военные во главе с графом и князем.

— Костя, высокопоставленных лиц Империи ты должен знать в лицо, — покосился на меня дядя, сложив руки на груди.

— А я когда был удостоен чести быть представлен этим лицам? — парировал я. — Газеты я редко открываю, а ты мне эти лица даже на картинке не показывал. Сомневаюсь, что я императора то самого узнаю в случае чего, — выдохнул я, рассматривая свою руку. Сеть черных вен распространялась очень медленно, что не могло не радовать. Надеюсь, мои чудо-лекари все же успеют узнать, что это за хитрый яд.

— Это граф Орлов Данила Андреевич, — подошел к нам Выдров, кивая в сторону графа. — Андрей, иди к ним, ты как участник событий лучше сможешь рассказать, что на самом деле произошло, чтобы не вводить его сиятельство в заблуждение. — Шмелев сосредоточенно кивнул и двинулся в сторону командного пункта. — Орлов, Костя, Министр обороны Российской Империи. Под его началом весь силовой блок, за исключением, конечно, разведки и специальных групп, что под началом имперской службы безопасности. Кроме того, он один из ближайших советников самого императора. Неплохой человек, как по мне, да и военный хороший. Без раздумий отправил к нам на прорыв один из элитных отрядов, хотя наверх еще никто не докладывал. Это говорит о многом, — нравоучительным тоном сказал он, разглядывая мою руку, все больше хмурясь при этом.

— Спасибо за пояснение, — поблагодарил я Выдрова, вздрагивая и резко поворачиваясь назад сразу, как ощутил за спиной постороннее присутствие. С ничего не выражающим лицом на меня смотрел Огурцов, протягивая мне кинжал, которым пытался убить меня Болиглавский. Он держал его через плотную тряпку, стараясь не прикасаться к клинку голыми руками.

— Огурцов! Сколько раз повторять, чтобы ты не подкрадывался ко мне со спины, — прорычал я.

— Я просто к вам подошел, — хмыкнул целитель, протягивая мне кинжал. — Что мне с этим делать?

— Ты определил, что это за яд? — спросил я, делая шаг назад, чтобы не напороться на острие черного клинка. Я впервые смог его рассмотреть. Лезвие словно было сделало не из стали, а из черного камня, как и рукоять, которая, как я помнил, на ощупь была просто ледяной.

— Нет, даже близко не получилось разобраться, — пожал он плечами, поморщившись, когда парень, все еще лежавший на земле, застонал. — Никогда ни с чем подобным не встречался.

— Тогда оставь у себя, может он поможет для идентификации яда, — проговорил я. Выдров прошел мимо меня, медленно подходя к телу убитого мною князя.

— Хорошо, как вам будет угодно, — пожал плечами Огурцов, закинув клинок в какой-то плотный пакет. — В общем, яд распространяется очень быстро и никак не реагирует на мою магию. Более того, у меня сложилось такое впечатление, что под действием магии жизни, яд начал вести себя более активно. А рану я залечил быстро, правда, мне кажется, вверенный мне объект все еще умирает. Нужно решить, что с ним делать дальше, — равнодушно пояснил он.

— Его тоже забирай в клинику, — не раздумывая, сказал я, наблюдая за действиями Выдрова. Он сел на голую землю возле трупа и положил одну руку ему на грудь. Запахло сыростью и тленом, а вокруг мужчины начал клубиться едва заметный черный дым. — Вместе с ножом. Выясните, что убивает этого придурка, я прибуду к вам сразу, как только освобожусь.

— Хорошо, у меня как раз сохранился один из свитков, — кивнул целитель, после чего пристально посмотрел мне в глаза. — Ваше благородие, я бы рекомендовал вам сразу отправляться вместе со мной, но в текущих реалиях не в праве настаивать на этом. Однако не задерживайтесь надолго, мы все еще не знаем, чем был пропитан кинжал. И да, не пытайтесь пока применять магию, чтобы излечиться. Этим, скорее всего, вы себе только навредите, — довольно серьезно проговорил Огурцов и развернулся, подходя к успокоившемуся парню, вытаскивая свиток из кармана пальто.

— Эй, куда вы его собрались перемещать! Не смейте к нему прикасаться! — вышли из ступора маги из свиты Болиглавского и быстрым решительным шагом направились в нашу сторону, размахивая руками. Я сложил руки на груди, усмехнувшись, глядя, как Совинский и женщина из комиссии, имени которой я так и не удосужился узнать, встали так, чтобы перекрыть им дорогу. Но нашего вмешательства не потребовалось. Огурцов быстро активировал свиток и исчез в вспышке света из парка. А дежурившие рядом с нами военные, прибывшие с графом Орловым, получили по переговорному устройству какой-то приказ и довольно оперативно скрутили всех, кто прибыл в сопровождении убитого князя.

— Что происходит? Вы еще ответите за самоуправство! Да вы вообще знаете, кто я? — заголосил, судя по перстню, слуга рода Болиглоавских, но, получив прикладом автомата по шее, довольно быстро снял все свои вопросы. Куда именно их увели, я так и не понял. Они словно исчезли из поля зрения, без каких-либо вспышек и любых сопровождающих перемещение визуальных эффектов. Ну и славно, видно князь со Шмелевым уже дошли до рассказа о том, как именно себя повели высокопоставленные гости из столицы.

Я тихо двинулся в сторону Выдрова, который все еще сидел рядом с телом князя. Черного дыма больше не было, но по мере приближения к ним, я ощущал потусторонних холод и усиливающийся запах затхлости и тлена. Остановившись мерах в пяти от них, я внимательно смотрел на работу мага смерти. Хоть и не было черного дыма, который постоянно окутывал Марьяну, когда она допрашивала скорпиниду в клубе Гюрзова, выглядело это все равно зловеще и даже пугающе.

Работал Выдров с душой покойного князя довольно долго. За это время военные из отряда Орлова уже сняли защитный купол с кратера и спустились вниз исследовать открытые части подземного хода. Это были не просто военные, а профессионалы, с запредельным уровнем подготовки. Я с такими встречался лишь пару раз в своем мире, и то это была личная охрана императора. Да, сказать честно, я и сейчас бы несколько раз подумал, перед тем, как затевать ссору с подобным отрядом. И это несмотря на то, что моя физическая подготовка, не говоря уже о магических способностях, в разы превышала то, что было у меня раньше.

По слухам, собранным Совинским и которыми он поделился со мной, пока мы ждали, чем закончится разговор с вышестоящим руководством, я узнал, что прорывы на землях Кондоров и Ужинцевых принесли гораздо больше разрушений, чем у нас. Кондоры смогли сами запечатать прорыв, который унес жизни всех их людей на территории нескольких поселений, не считая пяти прибывших от князя Тигрова на подмогу магов. Ужинцевы же пострадали гораздо серьезнее. Из их семьи погибло пять старших членов, каждый из которых был далеко не самым слабым магом, да и от двух отрядов Тигрова в живых осталось всего три человека. Прорыв удалось ликвидировать только людям Орлова, которых граф отправил во все опасные точки. Жертвы среди гражданских исчисляются сотнями, а ведь это оказался прорыв седьмого уровня с любимыми Ужинцевыми скорпинидами. Кто еще скажет, что это все обычное совпадение? Никто не ожидал, что в Норильске мы справимся своими силами, именно поэтому сейчас в этом городе была самая большая концентрация военных и руководства из самых верхов.

— В принципе, я мог бы вернуть его к жизни. Душа очень сильна и не слишком-то хочет покоиться с миром, но подумал, что это было бы не совсем справедливо по отношению к тебе, — вывел меня из задумчивости Выдров, поднимаясь на ноги и подходя ко мне. — На будущее, когда работает маг смерти, лучше не находится поблизости, может случайно зацепить, — улыбнулся он, похлопав меня по плечу.

— Вы что-нибудь узнали? — напряженно спросил я, ощущая покалывание в руке. Сеть черных линий не распространялась, но концентрировалась в одном месте, от чего рука онемела и здоровой кожи было уже практически не видно. Скорее всего, именно об этом и говорил Огурцов. Магия огня, что окутывала меня согревающей аурой, ускоряла процесс. Но развеять ее при минус двадцати градусах на улице, было крайне затруднительно. Теплую одежду тут не выдавали.

— Для тебя информации не особо много, — нахмурился он, глядя мне в глаза. — О том, где его сын взял кинжал, которым тебя ранил, он не знает. Даже удивился, что его отпрыск обладает подобным оружием.

— Он не мог соврать? — посмотрел на тело Болиглавского. А ведь у меня роилась робкая надежда, что Выдров сможет найти ответ на этот вопрос.

— Нет. По ту сторону магу смерти той силы, что я обладаю, не могут, — покачал он головой. — Связи с Глебом Сапсановым, по крайней мере прямой, тоже нет.

— Ясно, — выдохнул я.

— Константин, правильно? Я могу с тобой поговорить? — голос графа Орлова, приближение которого я даже не почувствовал, заставил в очередной раз за этот вечер резко обернуться. Мужчина смотрел на меня заинтересованным взглядом, останавливая его на поврежденной руке, которую я потирал, пытаясь хотя бы таким способом убрать неприятное чувство онемения. Выдров отошел в сторону, подходя к Тигрову и Шмелеву, сразу начиная докладывать о своем своеобразном допросе.

— Разумеется, ваше сиятельство, — склонил я голову, соглашаясь на его просьбу. — Я полностью в вашем распоряжении.

— Пройдем в менее людное место, — показал он на уже полностью опустевший командный штаб.

Мы молча прошли до места назначения, после чего зашли в установленный специально для Орлова шатер. Внутри кроме стола и нескольких стульев ничего больше не было. Орлов сел на один из них и вытащил артефакт ярко красного цвета, напоминающий внешне пирамидку-тюрьму, добытую мною с пятого уровня изнанки. Он активировал его и поставил на стол. Пирамидка тут же засветилась, испуская режущие по глазам красные лучи, которые словно начали сканировать пространство, изгибаясь под замысловатыми углами, пока полностью не покрыли огороженное тканью пространство.

— Так нас никто не услышит, — пояснил он, указывая рукой на свободный стул, стоявший напротив него. — Твой наставник все рассказал о тебе, а также то, что ты сегодня сделал во время прорыва, но у меня осталось несколько вопросов, — подождав, пока я сяду, продолжил он. — Откуда ты знал, что огонь может отогнать и причинить вред монстрам, вырвавшимся через прорыв в лицевой мир? — постукивая по столу пальцем, спросил он, глядя на меня тяжелым взглядом. Я не знал, какими силами обладал министр обороны, но от исходящей от него ауры было немного тяжело дышать.

— Я не знал, — честно ответил я. — Я — маг огня и обнаружил эту слабость теней, когда одна из них напала на меня возле входа в парк.

— Почему ты называешь их тенями? — немного удивился он моему ответу.

— Ну, они похожи на них, — пожал я плечами. — По крайней мере, ассоциации они у меня вызвали именно такие. Давайте сразу поясню, чтобы не ходить вокруг да около. Я обладаю золотым пламенем, который поглотил из цветка черного дракона, купленного мною на одном аукционе. Именно это пламя смогло нанести вред тварям, а при взрыве огненного щита даже многих убить. Если бы не оно, то все могло обернуться гораздо печальнее.

— Ты смог противостоять главному монстру, как сказал граф Шмелев, — задумчиво потер он подбородок одной рукой, уже не глядя на меня.

— Тут мне просто повезло, — стараясь говорить спокойно, пояснил я. — Он по какой-то причине не хотел меня убивать. И я понятия не имею, что он думал со мной сделать, но мне удалось применить артефакт, который ненадолго смог лишить его контроля над нами. Тогда остальные маги бросились в атаку и заставили его отступить прежде, чем закрылось окно портала.

— Теперь все складывается. Ты молодец, от себя лично и от министерства обороны хочу выразить благодарность тебе за твои действия. Ты не сбежал, не стал отсиживаться, а бросился на защиту города и всей империи, — серьезно проговорил он, вновь посмотрев на меня. — Несмотря на то, что ты воспитанник сиротского дома, тебе удается вести себя, как подобает настоящему аристократу. Жаль, что многие об этом забыли. Как себя чувствуешь? Я вижу, что ты получил серьезное ранение.

— Пока не понятно, мои лекари разбираются в том, что смогло нанести такие травмы. Но помирать, вроде, пока не собираюсь, — прислушиваясь к своим ощущениям, проговорил я.

— Я готов предоставить тебе помощь лучших лекарей столицы.

— Пока не нужно, мои целители не так плохи, — улыбнулся я, посмотрев на Орлова с благодарностью. — Но я буду держать в уме ваше предложение.

— Да, еще один момент, — кашлянул он. — Род Болиглавских требует отдать им Степана, которого ты ранил после дуэли. Это…

— Нет, пока я не разберусь, чем был отравлен клинок, которым этот Степан нанес мне удар в спину, после честной дуэли, он останется в моей клинике под присмотром моих людей, — прервал я графа. — Он еще жив только благодаря этому факту. Если они и дальше будут что-то еще требовать от моего рода и меня лично, можете им передать, что их наследничка я вышлю почтой в маленькой коробке, по крайней мере то, что от него останется, — возможно это прозвучало довольно резко, особенно в присутствии такой значимой для империи фигуры, но семейка Болиглавских уже и так принесла мне довольно много неприятностей, чтобы с ними миндальничать.

— Это твое право, сынок. Я его не оспариваю и не буду ничего предпринимать, как и его высочество Тигров. Все видели, что произошло, — сразу же успокоил меня Орлов, подняв руку. — Приближенные к князю Мышкину рода сильно разошлись в последнее время, чувствуя свою безнаказанность и защиту перед короной. Это послужит многим хорошим уроком, — кивнул он, поднимаясь на ноги. — И еще, твои подозрения в отношении Глеба Сапсанова граф Шмелев передал в полной мере. Сотворив подобное, он стал не просто вашей локальной проблемой, сейчас ей будут заниматься и имперские службы. Но все равно, будь предельно осторожен.

— Я это учту, — кивнул я, поднимаясь вслед за графом. — Я могу идти?

— Ступай. Тебе нужно обратиться к целителям, как можно быстрее, не буду больше тебя задерживать, — неожиданно протянул он мне руку, которую я пожал без каких-либо колебаний и сразу же вышел наружу, где меня уже ждал Шмелев, меряя шагами пространство возле входа.

— Ну, как прошло? — сразу же спросил он, прерывая свое поистине увлекательное занятие.

— Неплохо, — резюмировал я этот разговор, отходя с дядей подальше. — Есть свиток до моей клиники? Что-то мне не шибко хорошо в плане здоровья, — разжал я кулак, показывая последствия ранения.

— Разумеется, Захар Иванович сделал их достаточное количество, чтобы прыгать из двух точек несколько дней без остановки, — как-то отрешенно проговорил Шмелев, протягивая два свитка. — С красной печатью — это свиток напрямую до ворот клиники, с синей — до входа в этот парк. Возьми оба.

— Благодарю, — я взял протянутые артефакты, в очередной раз разглядывая копошившихся военных. — Скажешь, чем закончится осмотр туннелей.

— Разумеется, — серьезно кивнул он и отошел в сторону, давая мне возможность активировать свиток и переместиться на земли своего баронства.

Шмелев не соврал. Я действительно оказался сразу же у дверей клиники, возле которой стояло двое вооруженных охранника. Подтвердив мою личность, меня тут же пропустили внутрь. В здании стояла подозрительная тишина. Даже на первом этаже и в холле было пусто, чего я точно никак не ожидал. Пройдясь по коридорам и дойдя до палат, понял, что на каждую комнату было наложено заклятие тишины, чтобы не беспокоить других пациентов и посетителей. Эти чары работали в стационарном режиме. Ремонт был сделан по всем правилам с элементами вычурной роскоши. Уже действительно было все готово для ее открытия.

Добредя до кабинета Огурцова, я зашел внутрь, садясь на диванчик, расслабленно откидываясь на спинку и закрывая глаза. Нужно было немного передохнуть, прежде, чем идти на поиски хоть кого-нибудь из своих.

— Нам сообщили, что ты вернулся, — дверь отворилась, и в кабинете зажегся яркий свет всех висевших здесь светильников. После чего внутрь буквально влетела Валерия и Петр. Огурцов и еще пара целителей вошли следом, аккуратно закрывая за собой дверь.

— Есть новости? — спросил я, разглядывая нерешительно топтавшихся недалеко от меня моих близких.

— Ну, в общем да. Хорошая, плохая и средняя. Начну с хорошей, — аккуратно проговорил брат, подходя ко мне, присаживаясь на диван с краю. — В общем, то, что отравляет твой организм — это не яд, и ты не умрешь.

— Замечательно, — выдохнул я, не до конца понимая причину такого беспокойства в поведении Петра и Леры, которая стояла и смотрела на меня округлившимися глазами, закусив от волнения губу. — А что это?

— Тут сложно сказать точно. — Поморщился брат. — Этот дегенерат, что ранил тебя, находится в лечебной коме, поэтому не может ответить ни на один вопрос. Однако мы можем точно сказать, что кинжал проклят. Как снять проклятие мы не знаем, только выяснили в чем его суть… — он замолчал, посмотрев мне в глаза. — Но ты не волнуйся, прошло не так много времени, и мы обязательно найдем, как его снять, тем более, мы уже поняли, как немного затормозить процесс.

— Да говори уже все, — прорычал я, выпрямляясь.

— Проклятие уничтожает магические каналы. Когда оно полностью распространится по организму и проникнет к источнику, то уничтожит и его, — тихо проговорила Валерия, после чего наконец подошла ко мне и, садясь рядом, взяла меня за руку. — Оно полностью может лишить тебя способности к магии.

Глава 5

— Что? — я непонимающе посмотрел на свою жену, стараясь осознать эту немного шокирующую для меня новость.

Как следует подумать мне не дали. Мир несколько раз перевернулся, в глазах потемнело, и я ощутил знакомый рывок, через мгновение оказываясь в густом сером мареве. Передо мной сидел Манул на своем постаменте и раздраженно размахивал пушистым хвостом.

— У тебя, похоже, входит в привычку блокировать связь между нами, — рыкнул он, поднимаясь на лапы и подлетая ко мне практически вплотную на той конструкции, где сидел.

— А другого времени ты не мог найти, чтобы поговорить? — отшатнулся я, чтобы не быть сбитым тяжелым мраморным постаментом, резко затормозившим в нескольких сантиметрах от меня. Кот немигающе смотрел на меня своими желтыми, практически человеческими глазами, словно пытался проникнуть в мое сознание и покопаться в нем, ища ответы на свои невысказанные вопросы.

— Нет, не мог. Я и сейчас-то еле до тебя достучался, — фыркнул Манул, сразу же начиная забавно водить усами, словно принюхиваясь. Спустя несколько секунд, он облегченно выдохнул и спокойно сел, прикрывая лапы хвостом, кончик которого все равно непроизвольно дергался. — А, ну теперь понятно. Эта штука блокирует связь с тотемом, то есть со мной, разберись с ней как можно быстрее, — махнул он лапой на мою поврежденную руку.

— Ты про проклятье? — нахмурился я, переводя взгляд с раздраженного Манула на свою руку и активируя истинное зрение. Черная сеть медленно, но неумолимо распространялась выше, уже занимая практически две трети предплечья. На первый взгляд, она действительно напоминала действие яда, чем-то отдаленно похожего на тот, которым отравили графа Сапсанова в свое время. Правда тут не было никаких связующих точек, которые я мог бы разрушить. Хотя я впервые в этом мире слышал такое слово, как проклятье и проклятая вещь, но, если честно, сомневался, что оно как-то кардинально отличается от сложного заклинания, только если какой-то своей определенной спецификой.

— Такой большой, а в проклятье веришь, — усмехнулся Манул после того, как я рассмотрел повреждение. Затем он резко откатился назад, ставя свой постамент на привычное место.

— А что это? — спросил я его, вспоминая слова брата. — Меня уверили, что это не яд.

— Сам клинок ты внимательно рассмотрел? — Манул выпустил когти на передней лапе и стал затачивать их о камень, на котором сидел, вызывая столб искр, сопровождающихся противным звуком. — Это обычный артефакт, действие которого основано на макрах, поглощающих магическую энергию. Так что, это не яд и уж тем более не проклятье, и ты легко с этим справишься, с учетом твоих новых возможностей, — махнул он лапой, закрывая малозначимую для него тему.

— Почему ты прямо не можешь сказать, что именно мне сделать, чтобы быстрее избавиться от этого? — помахал я рукой перед его мордой.

— А голова тебе на что? Надо творчески подходить к процессу, включать воображение и смекалку, — закатил он глаза, показывая, что больше в этом деле помогать мне не намерен.

— Ну, спасибо за совет, — поблагодарил я бога хотя бы за ту информацию, которую он предоставил, сразу начиная обдумывать варианты решения свалившейся проблемы.

В клинике я провел не так уж и много времени, за которое повреждение и отравляющее действие кинжала стали нестабильными. Что же изменилось? Только одно: согревающую мое тело огненную ауру я убрал сразу же, как только переступил порог здания. Значит, она каким-то образом замедляла распространение так называемого проклятья.

— Ладно, отключай пока мыслительную деятельность и внимательно слушай, что я тебе скажу, — прервал меня Манул, становясь предельно серьезным. — Та тварь, демон Тени, как ты уже понял, смогла вырваться из закрытой нашими печатями клетки и скрылась от нашего зрения. Он стал сильнее и теперь одним только своим присутствием блокирует связь между богами и их жрецами, именно поэтому мы не смогли ничем помочь. Тигр, наверное, только смог бы прорваться, да Орел, но их тогда не было рядом с прорывом.

— Что ему от меня нужно? — задал я риторический вопрос, ответ на который мне никто так ни разу и не дал, включая саму Тень.

— Да кто же его знает, — развел он лапы в стороны. — Но у меня есть идея, чем ты можешь себя защитить. Ты разобрал хранилище старика Манулова? — прищурился он, снова пристально на меня посмотрев.

— Эм, нет, — тряхнул я головой, понимая, что совершенно упустил из вида оставленный мною в Ангарске склад.

— Какое расточительное отношение к своему наследству. Это не просто тайник бывшего Манулова, это тайник всех Мануловых, передаваемый из поколения в поколение, так сказать, — назидательно поднял он лапу, чтобы я проникся важностью момента. — Лет триста назад, один из моих почитателей уже сталкивался с похожей проблемой, нарвавшись на монстра десятого уровня. Что там было, уже неважно, но у него появилось оружие, которым предок Манулов смог ранить ту тварь.

— Думаешь, что это оружие сейчас на складе? — как-то мне вообще не верилось, что подобное существует в природе, но кот не просто так меня выдернул к себе ради этого разговора.

— Понятия не имею, — тряхнул он мордой. — Но тебе стоит все там осмотреть и изучить записи. В прежние времена принято было свои приключения переносить на бумагу. Надо же, бросить такую сокровищницу на разграбление, побираясь при этом по дворам в поисках куска черствого хлеба, — сокрушенно покачал он головой. — Надеюсь, жена у тебя менее расточительная. Надо с ней поговорить. Предупреди ее, чтобы нашла место поспокойнее, мне есть что с ней обсудить. — Сказал кот. — Поверить не могу, что я дал тебе покровительство…

Его наигранные причитания утонули в серой дымке. Открыв глаза, я понял, что за время моего отсутствия мало что изменилось, только Петр о чем-то рассказывал, аккуратно подбирая слова, чтобы не расстраивать меня еще больше.

— Надо тебя стабилизировать до того, как эта дрянь перейдет на все тело, а потом всерьез займемся поиском решения этой проблемы, — уверенно проговорил он, подзывая Огурцова, в руках которого был какой-то небольшой чемоданчик.

— Стой, — вклинился я, останавливая главного целителя моей клиники в нескольких шагах от себя. — Это не похоже на действие заклинания, — уверенно проговорил я, поворачивая голову в сторону брата. — Я ощущаю это именно как распространяющийся яд или что-то на него похожее, — решил все же пока не говорить о подсказке Манула. Нужно сначала самому попытаться разобраться, прежде, чем выдвигать теории, основанные на нюхе моего тотема.

— Костя, мы абсолютно уверены, что это не яд, — упрямо тряхнул головой Петр. — Клинок проклят, и на нем я не смог обнаружить ни единого следа какого-либо отравляющего вещества.

— Это все, конечно, замечательно, — покачал я головой, — но я, пожалуй, займусь этой раной самостоятельно, — встал на ноги, оглядывая всех собравшихся. — Так что, оставьте меня одного на некоторое время.

— Костя, не глупи, магия жизни против проклятья бессильна, — подошла ко мне Валерия, заглядывая в глаза.

— Поверь, я знаю, что делаю, — ответил ей, стараясь скрыть раздражение. — И принесите мне клинок, хочу взглянуть на него поближе.

— А я знаю этот взгляд. Ему сейчас хоть ногти вырывай, он не передумает. Ладно, время еще есть, поэтому уверен, что ничего страшного не произойдет, если он некоторое время потратит на самостоятельные попытки, — скептически посмотрел на меня Петр. Огурцов флегматично пожал плечами и достал из кармана халата кинжал в ножнах, которым Болиглавский нанес мне ранение, положив его на свой стол. Подождав, пока все, кроме Леры покинут кабинет, я подошел к своей жене, которая хмурилась, оставшись стоять в центре кабинета.

— Все хорошо, правда, — успокаивающе прошептал я ей на ухо, обнимая за плечи. — С тобой хочет что-то обсудить Манул.

— Он с тобой говорил? — вздрогнула она, отстраняясь.

— Именно поэтому я уверен в своих действиях, — кивнул я. — Он попросил, чтобы ты нашла место поукромнее, понятия не имею, что ему от тебя надо.

— Хорошо, — серьезно кивнула она. — Но с тобой после этого у нас состоится очень серьёзный разговор о твоем поведении, — угрожающе проговорила она, окончательно придя в себя, и вышла из кабинета, хлопнув дверью. Я только усмехнулся и прошел к столу, садясь в удобное кресло, вытаскивая из ножен клинок.

Это действительно был камень, как я и предполагал в самом начале. Но при ближайшем рассмотрении увидел едва заметные вкрапления на клинке изумрудного цвета, которые засияли, как только я пустил по лезвию обычное пламя. Кинжал тут же поглотил магию, становясь по ощущениям немного тяжелее, а рукоять теплее. Не думал, что когда-нибудь еще встречусь с макрами из тварей-паразитов, которых разводил на изнанке Сапсанов. А это становится любопытным.

Огненная аура покрыла мое тело. Рука снова онемела, но я тут же заметил, как черная сеть начала будто втягиваться в рану, освобождая руку от своего влияния. Магия жизни обтекала черные нити стороной, как бы я не направлял ее к центру раны. Ну что ж, попытаемся справиться и без нее. Достав из хранилища свой кинжал огня, я провел острым лезвием по ладони, вскрывая затянувшуюся коричневой коркой рану и выпуская из нее густую чёрную жидкость, что залила чуть ли не все свободное пространство стола.

К счастью, очищающее пламя без каких-либо проблем справилось с этой странной субстанцией, не оставляя и следа. Онемение в руке тут же прошло, но сеть, идущая по ходу сосудов, все еще находилась в теле, стараясь проникнуть в энергетические потоки. Выпущенное мной черное пламя только укрепило нити, делая их толще и ярче. Обычный огонь, как и ледяное пламя, прошли сквозь них, словно не встретив на своем пути ничего противоестественного.

Я откинулся на спинку кресла, на секунду задумавшись, после чего выматерился в голос. Очищающее пламя спокойно убрало эту гадость со стола, так, возможно, оно может справиться и с тем, что осталось внутри. Я направил серебристое пламя прямо к ране, едва сдерживаясь, чтобы не закричать, благо, физического урона мой собственный огонь мне не приносил. Резкая серебристая вспышка принесла с собой такую боль, что темнело в глазах. Но, когда я пришел в норму, то увидел совершенно здоровую конечность с затянувшимся свежим рубцом.

Уф, это было неприятно. Последствия такого жаркого эксперимента нужно будет внимательно изучить, но пока для этого времени особо не было. Очень уж меня заинтересовал этот клинок, о котором не знал даже глава рода Болиглавских.

Я поднялся на ноги и вышел из кабинета, прогуливаясь по пустому коридору и заглядывая в каждую палату в надежде встретить хоть кого-нибудь, кто смог бы меня сориентировать. Петра, Валерию и Огурцова я нашел в отдельной палате. Они все стояли возле одной кровати о чем-то тихо переговариваясь.

— А вот и я, — оповестил всех, заходя внутрь, заставляя их обернуться и удивленно на меня посмотреть.

— Не ожидал увидеть тебя так скоро, — сжал губы Петр, подходя ближе. — Давай уже приступим тогда к лечению, если ты не против. Не хотелось бы, чтобы участь прошлой жизни настигла тебя и в этой, — прошептал он, отводя от меня взгляд.

— К счастью, в этом нет необходимости. Я уже совершенно здоров, — показал ему руку, которую брат схватил, начиная вертеть ею, разглядывая совершенно чистую рану.

— Но как? — подозрительно посмотрел он на меня, наконец отпуская мою многострадальную конечность.

— Потом объясню и, пожалуйста, никому пока об этом не говори, — подумав, произнес я, натягивая на руки добытые из хранилища перчатки, которые лежали без дела со времен посещения пятого уровня. — Думаю, для некоторых это может стать полной неожиданностью.

— Я тебя понял, — серьезно кивнул он, отходя от меня. — А мы как раз решаем, что делать дальше с нашим недалеким отпрыском главы княжеского рода, — он указал на кровать, где я увидел лежавшего парня.

— А вот он то мне и нужен, — кивнул я, подходя ближе. Черная сеть покрыла полностью его тело, концентрируясь на области груди. В сам источник она еще не проникла, это я видел истинным зрением, но до полного поглощения энергетических каналов оставалось не так уж и много времени. — Разбудите его, мне нужно с ним поговорить, — отдал я приказ Огурцову, который удивленно на меня посмотрел.

— Если его разбудить, то болезнь практически сразу выжжет ему магические каналы, — сжал он губы, не сводя с меня взгляда. — Кроме того, он будет испытывать достаточно сильную боль.

— Главное, чтобы не помер до того момента, пока все не расскажет, — ровно проговорил я, рассматривая бледное лицо Степана Болиглавского. Мне важно было знать происхождение этого клинка, и как можно скорее. Я был практически уверен в том, что за всем этим стоит кто-то еще. — Лера, как твои навыки магии разума? Сможешь залезть к нему в голову, если он откажется говорить? — посмотрел я на свою жену.

— Учитывая, что он уже будет практически обычный человек, то это сделать не так уж и сложно, — пожала она плечами. — Но я могу полазить только по верхам, тебе нужно четко задать вопрос, чтобы он был сконцентрирован на нем, — кивнула она.

— Ты так и будешь стоять? Буди своего пациента, — отдал я распоряжение своему главному целителю, не отходя далеко от постели Болиглавского-младшего. Огурцов пожал плечами и прикоснулся пальцами ко лбу парня, который тут же открыл глаза и пронзительно закричал. — Эй, слышишь меня? — наклонился я к нему, чтобы он мог меня рассмотреть. Он замолчал и вперился в меня ненавидящим взглядом. — Узнал, вот и отлично. Кто тебе дал кинжал, чтобы ты его применил против меня? — задал я вопрос, бросая взгляд на Леру. Она сосредоточенно кивнула и приложила руки к его вискам, закрывая глаза.

— Я тебе ничего скажу, — прошипел он, дернувшись. — Я скорее сдохну…

— Да нет, ты не сдохнешь, не в моей клинике. Очень серьезные репутационные потери, но ты останешься без дара и способности к магии, если не начнешь говорить, — усмехнулся я, глядя пристально ему в глаза. — Этот кинжал был отравлен, и яд полностью заблокировал твой источник.

— Как и твой, — прорычал он, закрывая глаза и отворачивая от меня голову в тот самый момент, когда Валерия убрала свои руки и кивнула мне.

— Ну и идиот, могли ведь договориться, — хмыкнул я, отстраняясь. — Вводите его в сон, а то от его крика уши заложило, — отдал я приказ лекарю, двигаясь на выход из палаты следом за своей женой. Она выглядела обеспокоенно и очень напряженно, видимо то, что она увидела заставило ее очень сильно нервничать.

— А с ним-то, что делать? — остановил меня Петр. — Как убрать эту дрянь, мы так и не придумали.

— Ничего. Пусть становится обычным человеком без дара. Стабилизируйте его и отправьте домой к родне, — подумав, ответил я. — Нам действительно смертельные случае в клинике еще до ее открытия не нужны. Только не забудь принести ему наши извинения и напои его нашим фирменным чаем из сервиза, который ты нам подарил на свадьбу, в знак искренности наших намерений, — я увидел, как заблестели глаза брата. Ну, значит, он правильно все понял. Скоро у нас появится полностью подконтрольный наследник рода Болиглавских.

Мы с Валерией прошли в кабинет, на который наложил сразу же заклятье тишины.

— Я не знаю, что происходит, — сразу начала говорить Лера, — но мысли и воспоминания этого парня были очень яркими и четкими. О времени, когда это происходило, я не скажу, но уже лежал снег, когда состоялась встреча Болиглавского и этой женщины. Она обещала решить его проблему и помочь сделать его главой рода, а этот кретин должен был в свою очередь этим самым ножом нанести тебе хотя бы маленькую рану, если убить не получиться, — она прикрыла глаза, сжимая кулаки.

— И ты знаешь, что это была за женщина? — спросил я, нарушая вмиг установившуюся в кабинете тишину.

— Да, меня с ней познакомила Светлана, когда тебя не было. Это глава московского клана Теней. Она звала меня присоединиться к ним, говорила, что они работают на самого императора, и работа на них и с ним очень престижна. Что происходит? Зачем Теням нужна твоя смерть? — обеспокоенно спросила она меня.

— Не знаю, но думаю, что это выясню в самое ближайшее время. — Я достал из кармана штанов мобилет. — Светлана? Манулов беспокоит. Извини, что так поздно, но мне срочно нужно с тобой встретиться. И я говорю сейчас не как ученик с учителем, а как барон, который очень хочет получить ответы.

Глава 6

Договорившись встретиться со Светланой через час в моем особняке, я прошелся с небольшой проверкой по клинике. Убедившись, что у моих целителей все под контролем мы с Валерией, используя свиток, который дал мне Шмелев перед отбытием, переместились в Норильск. Мне не хотелось брать жену с собой в город, где совсем недавно случился высокоуровневый прорыв, но она смогла меня убедить, что наш особняк под защитой Игната является самый безопасным местом из всех, что нам сейчас доступны. Да и при общении со Светланой она все же лишней не будет. Так или иначе, Лера знает ее гораздо лучше, чем я.

Оказавшись возле входа в парк, мы пошли сразу к дому. Улицы были буквально заполнены представителями различных ведомств, как местных, так и прибывших. Отходя дальше от парка, мне начало казаться, что многие из них просто слонялись по главным дорогам, создавая лишь видимость работы. Они вяло патрулировали улицы, не углубляясь внутрь жилых кварталов. Ну да ладно, не мне с ними разбираться, у каждого подразделения есть свое начальство. Гражданских тоже было довольно много. Обычным людям не терпелось узнать, что произошло, поэтому самые активные уже собирали сплетни, разнося их всем, кто хотел их слушать.

Возле нашего дома было подозрительно тихо. Фонари в проулке, где располагался особняк не горели. Если бы не отблески света, идущего от внутренней части нашего двора и отражающиеся от лежавшего на дорогах снега, то стояла бы непроглядная темнота. Столбы ярко-голубого света поднимались вверх, но при этом практически не освещали пространство за пределами высокого забора. Отворив ворота и не увидев на улице никого из охранников, мы осторожно зашли внутрь и резко остановились, разглядывая представшую нашему взору картину.

— Почему-то я уже не уверена, что наш дом — это самое безопасное место в городе, — тихо прошептала Валерия, не поворачиваясь ко мне и еще сильнее сжимая мою руку, которую держала всю дорогу. Я ничего ей не ответил, рассматривая те самые столбы света, которые виднелись снаружи.

Их было пять и поднимались они словно из земли, устремляясь в верх и заканчиваясь где-то на уровне крыши здания. Внутри этих столбов были заключены тени, которые были буквально вмурованы в эту световую ловушку. Они бились о незримую преграду, стараясь выбраться наружу, но чем яростнее они стучались о невидимые стены, тем ярче становился свет, который обжигал их, заставляя на мгновение замирать, чтобы после этого еще более активно пытаться сломать запечатавшую их ловушку. Я был уверен, что это были именно те твари, что выбрались из портала, хотя внешне они выглядели немного иначе, приобретя более оформленные черты, напоминающие человеческие. Их тела были окутаны фиолетово-черным густым дымом, рты открывались в беззвучном крике, но черты лица были все же скрыты от взора дымкой, подобно вуали. Ловушки были размещены хаотично, в основном перед главным входом и довольно кучно. Пришлось аккуратно протискиваться между ними, чтобы их не задеть и не сломать структуру артефактных плетений, выпуская тем самым тварей на свободу.

Осторожно поднявшись по крыльцу, запорошенным снегом и каким-то пеплом, я открыл дверь в дом, ожидая увидеть все, что угодно, вплоть до разорванных на куски тел оставшихся в здании слуг и резвившихся не попавших в ловушку тварей, но открывшаяся картина все равно смогла повергнуть меня в кратковременный ступор.

— Что тут происходит? — рявкнул я, переступая порог. Больше десяти пар глаз недоуменно уставились на меня, обернувшись на мой крик.

— Эм, создаем атмосферу праздничного настроения, — как-то неуверенно ответил вышедший вперед Игнат, тряхнув красным колпаком, надетым на голову. Колокольчик, висевший на его верхушке, в воцарившейся тишине громко звякнул, что послужило своеобразным сигналом для слуг, возобновивших тут же прерванную появлением хозяина работу.

Внутри было тепло и уютно. Играла тихая веселая музыка, в воздухе разносился запах цитрусов и корицы. Из разожженного камина доносились звуки огня и треск дров. Вся гостиная была украшена фигурками Манула, облаченного в новогодние праздничные одежды. Игрушечный паровозик проворно кружился по периметру комнаты, периодически издавая гудки на поворотах. Елка была украшена сверкающими и переливающимися на свету от мигающих гирлянд макрами. Прислуга, собравшаяся сейчас здесь, была одета в забавную, разноцветную форму, а на головах у всех были точно такие же колпаки, что и у Игната, который все это время непонимающе смотрел на меня, не зная, что именно привело меня в такое негодование.

— Какое праздничное настроение? — вырвалось у меня, когда я встретился взглядом с призраком.

— Ну, дык, до Нового Года осталось совсем ничего, — нахмурился он. — А сегодня как раз никого из хозяев не было, вот мы и решили подготовить все, чтобы сделать вам сюрприз по возвращению.

— Ты вообще в курсе, что происходит снаружи? — полюбопытствовал я, стараясь отыскать взглядом охранников.

— Вы про прорыв говорите? Да не переживайте, в дом ни одна тварь не проникнет. Я как почувствовал неладное, так сразу и активировал все ловушки для монстров, которые еще ваш дед тут установил. Не беспокойтесь, эта черная мерзость из них не вырвется, — махнул он рукой.

— Твой дед установил тут ловушки? — неожиданно спросила Лера, трогая меня за руку, заставляя обернуться и посмотреть на нее.

— Как неудобно получилось, — попятился Игнат, налетая на дворецкого, который быстро спустился вниз и подошел к нам, встречая хозяев дома. — Я, это… Пойду, проверю защитный экран, а то мало ли, правильно говорите, времена неспокойные, мало ли чего.

— А ну стоять! — рыкнул я, заставляя призрака замереть на месте. — Потом все расскажу, — честно пообещал я жене, наткнувшись на неприветливый взгляд. Она скептически хмыкнула и сложила руки на груди, не прекращая на меня довольно злобно смотреть. Похоже, тайна моего происхождения скоро тайной являться уже не будет. — Где вся охрана? И почему не сообщили никому, что у нас во дворе происходит слет монстров десятого уровня? — спросил я больше у дворецкого, нежели у Игната, который, опустив голову, ковырялся носком ботинка в пушистом ковре.

— Охрана обходит периметр, — ответил мужчина, отпихивая от себя призрака. — Скорее, отдельно стоящие помещения на предмет затаившихся тварей. Не переживайте, у них при себе есть переносные артефакты, по действию точно такие же, как и стационарные снаружи, и активируются они автоматически, если поблизости с ними будет находиться монстр. Я рад, что вы смогли победить в дуэли, — улыбнулся он и склонил немного голову в знак уважения.

— Ладно, а не сообщили-то почему? — обернулся я на звук открывшейся двери. В дом вошли потерянные мною охранники, которые, стряхнув снег с одежды и обуви, быстро прошли внутрь.

— Когда сработали артефакты, поймавшие тварей, все средства связи вышли из строя, — ответил дворецкий. — Поэтому связи с внешним миром у нас никакой не было, а выходить за пределы хорошо защищенного от внешней угрозы особняка мы посчитали нецелесообразным. Мы же действительно не знали, что происходит снаружи. Вот и решили отвлечься и успокоиться таким образом, — обвел он рукой украшенную гостиную под очередной гудок игрушечного паровозика. Я достал из кармана мобилет. Связь была, скорее всего именно в момент активации защиты произошел какой-то сбой. Небольшая потеря, учитывая, что могло бы случиться, если бы тени смогли проникнуть в дом.

— Все чисто, никого постороннего больше не замечено, — доложил один из охранников, протягивая мне несколько синих шариков, мягко пульсирующих приятным светом изнутри.

— Оставь у себя, — ответил я, выходя на улицу и набирая знакомый номер для звонка. — Не отвлекаю? У меня тут небольшая проблема во дворе дома в Норильске. Надо бы ее решить, и как можно быстрее, да и информация для размышления и новой головной боли у тебя появится, — веселым голосом сообщил я Шмелеву и отключился, рассматривая все еще беспокоящихся тварей.

— Что у тебя тут происходит? — буквально в нескольких сантиметрах от ловушки появился Шмелев, переместившись к моему дому при помощи свитка. Он отшатнулся, с трудом удержав равновесие и чуть не впечатавшись спиной в очередной столб света. Дядя резко взлетел вверх, перелетая жуткие препятствия, и опустился рядом со мной, не отрывая взгляда от беснующихся монстров.

— Сам в шоке, — честно ответил я. — Этот дом полон сюрпризов. Но нельзя не отдать должное моим предкам, защита у них получилась выше всяких похвал, — вздохнул я. — Их надо отсюда убрать. Я подумал, вдруг живые экземпляры вам нужны для каких-нибудь опытов или еще чего-то более мерзкого, чем вы там у себя занимаетесь. Да и показать хотел, что скорее всего ничего еще не закончено. Не известно, сколько теней смогло разлететься по разным уголкам города.

— Вот почему с тобой никогда не бывает просто? — спросил у меня Шмелев, повернувшись ко мне, после чего быстро спустился вниз, связываясь с кем-то по мобилету.

Вызванная группа прибыла на место менее, чем через минуту. Это были ребята графа Орлова, поэтому не удивительно, что работали они четко, быстро, без лишних вопросов. Попросив поочередно отключать ловушки, они тут же перемещали теней в специальные пространственные хранилища, используя артефакты, в виде небольших коробочек с красным кристаллом в центре. Управились они всего за несколько минут, полностью очистив мой двор от этой мерзости.

— Мне нужно идти. Ты правильно сказал, скорее всего, все только в этом городе начинается, — отрешенно проговорил Шмелев, исчезая во вспышке активированного свитка перемещения. Оглядев двор еще раз обычным и истинным зрением, я вошел в дом, плотно закрывая за собой дверь. До встречи со Светланой оставалось еще немного времени, поэтому можно было отдохнуть и поговорить со своей женой, которая о чем-то разговаривала с Игнатом и дворецким на повышенных тонах.

— Дорогая, пойдем со мной, — позвал я Валерию, направляясь вверх по лестнице в сторону своего кабинета.

Открыв дверь перстнем, сначала пропустил девушку, а после зашел сам, накладывая печать тишины на кабинет. Она недоумевающе на меня посмотрела перед тем, как сесть на диван, стоящий возле стены.

— Я же обещал, что все тебе расскажу, — ответил я, доставая фотографию родителей из ящика стола и усаживаясь рядом с ней. Рассказ получился коротким, да по факту и говорить-то особо было не о чем. Так, голые факты, о которых я знал сам.

— То есть, получается, ты изначально знал, что мой отец и дядя были причастны к гибели твоего рода? — тихо поинтересовалась она слегка дрожащим голосом.

— Именно поэтому я и не хотел ничего говорить. Вы не отвечаете за поступки старших, и если ты надеешься, что эту информацию я получил недавно, и это повод от меня отделаться, подав на развод во имя каких-то своих собственных принципов, кодекса рода и тому подобных незначительных для меня вещей, то можешь на это даже не рассчитывать, — посмотрел я ей в глаза, осторожно вытаскивая фотографию из ее рук, в которую она вцепилась мертвой хваткой.

— Ты дурак, — улыбнулась она и прижалась ко мне. — Выходит, Шмелев твой дядя. А я все гадала, что связывает вас, раз он так о тебе беспокоится. Но даже представить не могла, что между вами родственные отношения.

— Внимание, жители и гости Норильска, — раздался громкий голос графа Орлова так отчетливо, будто он стоял прямо рядом с нами. Валерия от неожиданности вздрогнула и встала на ноги, озираясь по сторонам. — Говорит граф Орлов. Министерством обороны Российской Империи проводится ликвидация последствий прорыва. Приказываю оставаться в своих домах и не мешать работать сотрудникам министерства обороны. Если вы находитесь на улице и вам негде укрыться, немедленно обратитесь к представителям местной полиции, вас отведут в убежище. Повторяю, не выходите из своих домов и не покидайте укрытий до особых распоряжений. — После щелчка, все затихло. Отличное заклинание, даже сквозь все защитные барьеры дома пробилось.

— Это из-за тех монстров, что были у нас возле дома? — спросила Лера, садясь ко мне на колени.

— Вероятнее всего. Им сейчас нужно будет прошерстить каждый уголок города, чтобы ничего не упустить. Думается мне, что в ближайшее время мы будем в доме одни, не считая прислуги, так что можно отдохнуть.

Меня прервал настойчивый стук в дверь. Валерия недовольно поднялась на ноги и пересела на стул, стоящий возле стола. Я снял печати и открыл дверь, увидев на пороге переминающегося с ноги на ногу Игната.

— Мне тут надо кое-что вам показать, — улыбнулся он, заглядывая мне в глаза и подпрыгивая от переполнявших его чувств. — Не говорил раньше, еще хотел самом тихо избавиться и шума не поднимать. Но сейчас, думаю, что все же стоит, учитывая, что все экземпляры вы отдали этим вооруженным людям, а снаружи вообще творится не пойми чего, — тараторил он, схватив меня за руку. Игнат потащил меня в сторону лестницы, совершенно не обращая внимание на мои возмущения. Я увидел, как Лера выскочила из кабинета и, закрыв дверь, пошла следом за нами.

— Да куда ты меня ведешь, — попытался я вырваться, но сила призрака в разы превышала мою собственную, поэтому моего сопротивления воодушевленный Игнат даже не заметил.

— Сейчас все сами увидите. Я бы не стал вам мешать, но мало ли что удумают эти вояки. Вломятся еще в дом и обыскивать станут, — тихо говорил он, направляясь решительным шагом в сторону подвала, который, в свое время, я отдал на растерзание брату. Мне уже самому стало любопытно из-за чего всполошился так призрак, хотя, мне почему-то казалось, что ничего хорошего меня там не ждало.

Дверь была открыта. Петр ее не закрывал, не имея родового перстня, да и не было в доме никого, кто мог бы вломиться сюда без ведома Игната. Свет зажегся автоматически. В переоборудованной под нужды брата лаборатории стояла идеальная чистота и порядок. Все было аккуратно расставлено по своим местам в разнообразных стеклянных шкафах, запечатанных сверху несколькими заклятиями. Призрак выпустил мою руку, наконец поняв, что я не сбегу и подошел к дальней стене, нажимая в определённой последовательности на едва заметные выступы, которые я изначально принял за дефекты покраски.

— Ты что, моей смерти хочешь⁈ — прошипел я, когда увидел, что именно было спрятано за частью стены, отъехавшей бесшумно в сторону.

Я смотрел на крупную клетку, занимающую практически все пространство тайника за стеной, и едва сдерживался, чтобы не прибить этого призрака-конспиратора на месте. Внутри, за толстыми прутьями из неизвестного мне металла золотистого цвета находилась одна из теней, атаковавшая город. В отличие от остальных, эта тень практически не шевелилась, но и человеческие очертания едва проглядывались через густой черный туман.

— Да что вы такое говорите! — воскликнул Игнат, хватаясь за то место, где пульсировал в его груди макр. — Даже и в мыслях подобного не было!

— А если бы она выбралась? — стараясь успокоиться, спросил я, глядя в глаза призраку.

— Да и не вырвется она отсюда, — пробормотал он. — В такие ловушки ваш отец всегда ловил тварей, и ни одна не выбралась. А между тем, некоторые даже посильнее были, эта вообще доходяга какая-та. Это же не просто клетка, это артефакт, который силу монстра поглощает. Видите, ослабла она совсем, даже не шевелится практически. Только скажите, я ее вмиг наружу выкину, пусть это министерство обороны с ней разбирается, как хочет.

— Я сейчас ее уничтожу, а ты убери эту ловушку, чтобы больше никаких тварей в моем доме не было, — сквозь зубы процедил я, зажигая золотое пламя у себя на ладони.

Но направить его я не успел. Мимо меня прошла Валерия, приближаясь к клетке вплотную. Туман заклубился и, словно поднялся с пола, концентрируясь прямо у прутьев, все же не прикасаясь к ним.

— Что ты делаешь? — тронул я жену за плечо, убирая пляшущее на руке пламя. Она резко обернулась, глядя на меня светящимися в полумраке сиреневыми глазами. От нее исходила аура, едва заметно покрывающая ее тело фиолетовым свечением.

— А ты ее не слышишь? — удивленно спросила Лера. — Она разумна, и я понимаю ее речь.

— Нет, я не… — я не закончил фразу, понимая, что именно нужно было сделать, чтобы понять, о чем говорит Валерия. Магия тени вырвалась из источника, разливаясь по телу приятной прохладой. Голову на мгновение накрыл плотный туман, через который не было ничего слышно и видно, но потом все это рассеялось, полностью изменив восприятие.

Я посмотрел на тварь. Это была не бесформенная тень, какой она виделась мне через призму обычного зрения. Передо мной находилась красивая женщина, стоявшая в едва заметной черной дымке, а из одежды на ней был небрежно накинут фиолетовый плащ, под которым виднелось стройное обнаженное тело. Она с усмешкой смотрела на меня черными глазами, вцепившись руками в прутья клетки, которые обжигали ее бледную кожу, оставляя на месте ожогов черные плотные корки.

— Что ты такое? — спросил я.

— Я солдат, который до конца служит своему повелителю, — ее шепот эхом разнесся по лаборатории. — Почему я не могу ослушаться твоего приказа, человек? — прорычала она. — Я не хочу отвечать на твои вопросы, но никак не могу остановить себя.

— Приятный бонус, — сам удивился я ее ответу. — Зачем вы здесь?

— Сегодня была обычная разведка. Мы должны были посмотреть, на что вы способны. Но как оказалось, вы слабы и практически ничего не можете нам противопоставить. Когда мой повелитель вернет себе свою силу и перейдет в этот мир, он поведет свою армию за собой, и мы не оставим от вас, жалких насекомых, даже мокрого места, — рассмеялась она, отпуская прутья, делая шаг назад. Ее взгляд был безумен, а ее лицо перекосило от внезапно нахлынувшей ярости.

— Похоже, ты не до конца осознаешь то, что случилось со всей, твоей так называемой, армией, — усмехнулся я. — Ну, может, хотя бы ты ответишь на мой вопрос. Что твоему повелителю от меня нужно? Вы же не просто так решили штурмом взять мой дом, значит, прекрасно знаете обо мне, — прищурился я, не отрывая взгляд от тени, со лба которой струйками тек пот. Сил у нее и вправду было не так уж и много.

— Ему нужен ты, жалкий человечишка, — тихо прошептала она. — Когда он заполучит тебя, он вытряхнет из тела твою никчемную душу и примерит этот мясной костюмчик на себя. Так он обретет истинную силу, и никто не сможет противостоять ему, — она рухнула на пол, громко со свистом втягивая в себя воздух.

— Сколько пафоса, — фыркнул я, делая шаг назад. Игнат, прищурившись, смотрел на нас, задумчиво крутя пуговицу на своей рубашке. — Зато теперь все стало предельно ясно, наконец-то.

— Внимание, работают маги света, — раздался вновь голос графа Орлова. — Просьба дезактивировать защитные заклинания со своих домов на две минуты.

— Выполняй, — кивнул я Игнату, который вскинул в этот момент голову и с вызовом посмотрел на меня. — Зачем нам идти на конфликт на ровном месте?

Он пробурчал что-то нецензурное и растворился в воздухе. Сеть заклинаний, идущая толстым слоем по стенам, мигнула, после чего исчезла, оставляя дом без защиты. Несколько секунд ничего не происходило. Судя по всему, действие артефакта, удерживающий тень в клетке, начало ослабевать. Тварь резко вскочила и, засмеявшись, дернула прутья, вырывая их из пола и бросая себе под ноги. Золотое пламя дракона вспыхнуло на ладони, преобразовываясь в огненный шар.

Неожиданно, яркий белый свет, исходящий откуда-то извне, начал постепенно заполнять комнату. Он не слепил глаза и своеобразно огибал предметы, не оставляя ни единой тени. Тварь попятилась и сделала несколько шагов назад, пронзительно закричав, когда свет достиг ее тела, за долю секунды оставляя от нее только горсть пепла и макр, который со стуком упал на пол.

— Я себя голым почувствовал. Вот будто стоял перед вами, а на мне даже носков не было, — пробубнил Игнат, появляясь рядом с нами. Сеть охранных чар вновь начала окутывать особняк, делая его снова своеобразной небольшой крепостью.

Подняв с пола фиолетовый макр, я положил его на стол. Главное, голыми руками к нему не прикасаться, а то неудачный опыт уже был.

— Интересно, она говорила правду? — напряженно спросила Валерия, рассматривая оставшийся от твари пепел.

— Думаю, да, — без каких-либо сомнений ответил я.

— И что мы будем делать? — обняла девушка себя за плечи, поворачиваясь ко мне.

— Нанесем удар первыми, — пожал я плечами и направился в сторону выхода. Нужно как можно быстрее попасть в Ангарск и полностью перерыть этот склад.

Глава 7

Было совершенно непонятно, сколько времени понадобится властям, чтобы зачистить город от пробившихся в лицевой мир тварей и когда отменят, так называемый, комендантский час. Поэтому, созвонившись со Светланой, я перенес встречу на завтра.

Валерия же, после того, что услышала от тени изнанки, со злостью в глазах ринулась в библиотеку, где находилось довольно много книг по разным заклинаниям, описанием известных изнанок и населяющих их монстрам. Да почти вся библиотека, как оказалось, состояла из подобных книг, рукописей и заметок. Серолаповы любили разного рода эксперименты и довольно ответственно подходили к сбору информации обо всем, что только может пригодиться в их изысканиях.

Тогда я узнал, что во время переделывания библиотеки в кабинет, Лера наткнулась на запертую секцию с несколькими странными книгами, которые не смогла в свое время открыть. Решив, что они или несут в себе какую-то ценную информацию, или сами по себе являются достаточно ценными, она оставила их на своем месте, в надежде, что в будущем появится время, чтобы ими заняться и подробно изучить.

Как я и надеялся во время рассказа моей жены, это оказались старые рукописи моих предков. Почему они находились здесь, было не совсем понятно, главное, что книги сохранились, и у меня появилось больше возможностей узнать про род моего отца.

Используя картотеку, помощь Игната и поисковые чары, она выбрала из сотен книг всего лишь несколько десятков, которые, как она думала, могли хоть немного помочь с поиском необходимой нам информации. Я ее поддержал, полностью согласившись с ее планом сначала покопаться в книгах, начиная с местной библиотеки. Но не сегодня. Нужно было отдохнуть после эмоционального и физически тяжелого вечера.

С трудом уложив ее спать и даже прибегнув к магии жизни, чтобы погрузить ее в целебный сон, я вернулся в библиотеку, посмотреть на выложенные из небольшого потайного стеллажа книги. Они были очень старыми и ветхими. Наверное, еще более древними, чем книга по родовой магии, которая до сих пор лежала в сейфе в моем кабинете.

Сон не шел, поэтому я решил провести время с пользой и начать штудировать дневники деда и отца, в которых пытался найти ответы на свои вопросы: откуда мой отец взял информацию о магах тени, как получил макр и как вообще пришел к мысли, чтобы создать артефакт, подавляющий их силу. Удача мне улыбнулась уже под утро. На часах было начало седьмого, когда прозвучал сигнал о снятии всех ограничений на передвижение. Изучив записи отца от корки до корки, я узнал, что для создания артефакта, к моим родителям обратилась мать Леры, несмотря на разногласия и откровенную вражду между нашими родами. Она же и показала формулу и этапы изготовления медальона, который, по ее словам, поглотил бы не раскрывшийся дар магии тени еще в детском возрасте. И обратилась она раньше, чем родилась Валерия. Медальон был нужен для Андрея. Никаких конкретных описаний и объяснений, к сожалению, не было. Только упоминание о том, что этапы изготовления и формула были предоставлены из книги теней, о которой отец упомянул вскользь и поклялся никому не разглашать эту информацию. Единственная заметка, которую он оставил на полях, говорила, что для создания артефакта нужен маг жизни и маг, владеющий стихией молний, чтобы расколоть макр и придать тому необходимую форму, а также извлечь свойства. Не густо, но по крайней мере, стало известно, что есть какая-та особая книга, и что мальчики с даром все-таки рождаются, но по какой-то причине их дар блокируют еще в детском возрасте.

— Игнат, — тихо позвал я призрака. Спустя несколько секунд в дверь робко поскреблись, и на пороге показался нахмурившийся страж дома.

— Вызывали? Случилось чего? — серьезно спросил он, оглядывая кабинет пристальным взглядом.

— Нет, поговорить с тобой хочу, — тихо сказал я, поднимаясь на ноги. Все тело затекло, и пришлось несколько раз потянуться, чтобы размять затвердевшие мышцы. Все-таки корпеть за бумагами без движения мне было не привычно. — Мне тут на глаза попалась неожиданная информация, — пристально посмотрел я на призрака, который от моего взгляда немного смутился и сделал шаг назад ближе к двери. — Как пишет мой отец, ты оказывал моему роду неоценимые услуги и не только в охране дома. Ты у нас, оказывается, непревзойдённый консультант в узкой сфере деятельности. И почему ты молчал о своих сверхспособностях? — усмехнулся я, садясь на край стола.

— Дык, это… Вы не спрашивали никогда, — пожал он плечами, расслабленно выдыхая. Судя по его виду, пока я говорил, он уже понапридумывал себе в голове всякого и мысленно готовился если не к смерти, то к приличному нагоняю. — А я в хозяйские дела не лезу, аукнуться может.

— А обсуждать роман между Петром и Алиной со служанками в гостиной к этому не относится? — полюбопытствовал я.

— Так они и не хозяева, гости просто, — махнул он рукой. — Да чего они так себя неприлично ведут? Как вспомню, что они вытворяют, аж стыдно становится. Да и не первый я это начал. Ленка это все. Любит девчонка слухи разные распускать, — наябедничал он, сжав губы.

— Ладно, оставим это на вашей совести, все равно в борьбе со сплетнями я бессилен, — улыбнулся я. — Значит, ты действительно можешь по макру определить какой твари он принадлежал, ее уровень и некоторые свойства как самого макра, так и существа, из которого он был получен? — все же решил уточнить я то, что прочитал в дневнике. Мне не совсем верилось, что стоявший передо мной призрак может обладать подобными способностями.

— Ну, — буркнул он, отлипая от закрытой двери и проходя в центр кабинета, вставая передо мной. — Оракулом я был, ну или типа того, раньше, до смерти. Вот и сохранились определенные способности, но только то, что касается изнанки. С этим миром я не могу работать. Дед ваш вытащил меня, когда я так переродился каким-то образом, жизнь какую-никакую дал, — ударился в ностальгию он, шмыгнув носом. — Да и вы, ваше благородие, хозяин хороший, как и женушка ваша. Как к человеку обращаетесь, не ожидал такого, честно, благодарен буду вам по гроб жизни за такое отношение, — низко поклонился он мне в пол.

— Стоп, — поднял я руку, понимая, что расчувствовавшегося духа начинает заносить. Хотя, возможно, таким образом зубы мне начинает заговаривать, уводя от темы. — Давай по душам позже поговорим, — он выпрямился и так усиленно закивал, что я уже действительно начал сомневаться в его искренности. — Чего-ты темнишь, Игнат.

— Да что вы такое говорите, ваше благородие, — возмутился он, снимая со своей головы красный колпак с брякающим колокольчиком. — Вы о твари той спросить хотите, я прав? — опустил он голову под моим тяжелым взглядом в полной тишине. — Да я не знаю, что вам ответить, как не дал конкретного ответа отцу вашему, когда он мне тот макр фиолетовый оценить дал, — вздохнул он. — Не хочу неправым оказаться, чтобы в глазах ваших не упасть. Да и лезть вам в это не советую, какая-та тварь эта неправильная, и макр у нее непонятный.

— Говори все, что думаешь и чувствуешь, — проговорил я. — Иногда к интуиции следует прислушиваться больше, нежели к здравому смыслу, — приободрил я парня, стараясь уже в конце концов его разговорить.

— Эх, была не была, — махнул он рукой. — Но я вас предупреждал, чтобы потом не судили меня строго, ежели не прав окажусь. — Я кивнул, уверяя, что обвинять его ни в чем не буду, да и в мыслях подобного не было. Все же строго дед с отцом его воспитывали. — В общем, сказать могу, что макр этот, как и тварь, с десятого уровня. Аура темная такая, что аж находиться рядом с тем кристаллом не хочется, не говоря уж о самом монстре. Про изнанку не скажу, так глубоко не могу смотреть, но… — Парень немного замялся, почесав затылок, поморщившись. — Не тянет он на десятый уровень, ну вот печенку свою на растерзание готов отдать, не дотягивает. Я же говорил, что монстры в ловушку всякие за все время попадались, но даже обычный жабоклык с седьмого уровня или химера жуткая без названия с шестого, более матерыми были, а они не самые страшные представители своих изнанок. Вот с пятого уровня эта доходяга, как пить дать, вот чувствую это, но аура жуткая, даже десяткам многим фору даст, — развел он руки в стороны. — А что за тварь, так определить не могу, будто и не монстр это вовсе, а низших дух, как я, только с энергией темной. Как-то так. Не могу я в этом деле вам помочь, — виновато посмотрел он мне в глаза и глубоко вздохнул. — Отец ваш рассерчал в свое время, когда ему тоже самое ответил.

— Спасибо, Игнат, — поблагодарил я его. — Возможно, ты прав, — задумался я, садясь за стол. Слишком легко их можно убить, да и повелитель их особой стойкостью не обладает. А ведь старика я за все эти месяцы на изнанке даже пальцем тронуть не мог, не то, что каким-то пламенем концентрации лишить. Тем более, как говорила Тина, не может тварь с десятого уровня в лицевом мире находиться, да и силы она теряет здесь стремительно. Я чисто машинально открыл первую попавшуюся книгу из тех, что принес с собой из библиотеки. Нужно было обдумать эту информацию.

— Вот-вот. А подружка ваша, красивая такая, фигуристая, которую вы отогревали внизу, да чуть пол дома не спалили, существо как раз с десятого. Да дочка ее, которая несколько дней в доме жила. Тут без сомнений, все как на ладони, — радостно проговорил призрак. — А тени эти ваши, тьфу, только прикидываются монстрами бездны, а на самом деле пшик один. А подруга ваша придет еще к вам в гости? Уж больно понравилась она, глаз не отвести, посмотреть бы на нее еще разок…

— Игнат… — покачал я головой.

— Все понял, исправлюсь, — поднял он руки, улыбаясь. — Так я пойду, или еще нужен вам для чего? — я махнул рукой, и парень тут же исчез, растворившись в воздухе. Сосредоточиться на чтении я не мог. От усталости, недосыпа и переизбытка информации в голове гудело. Нужно закругляться и действительно отдохнуть, чтобы переварить все, что случилось сегодня.

— Так и знал, что ты здесь. Избыток адреналина и колебания энергии в организме вряд ли дали бы тебе заснуть без посторонней помощи, — дверь открылась без стука, и внутрь зашел Петр. Он сел напротив меня, хватая лежавшую на столе ближе к нему книгу. Выглядел он уставшим, глаза были красными, а лицо бледным. Хотя, почему-то мне показалось, что я выглядел еще хуже. — Что читаешь? — он открыл книгу и начал листать страницы, прищурившись, стараясь разобрать выцветший мелкий текст. Что странно, но Валерия эту рукопись открыть не могла. Скорее всего, только маги жизни могут прочитать то, что в ней написано, другого объяснения этому я не находил.

— Заметки моих предков, без понятия, что там написано, еще не смотрел, — ответил я ему.

— А, ну теперь понятно. Этим мемуарам лет триста, если не больше, — пробормотал он, не поднимая головы, полностью погружаясь в написанное.

— Ты чего здесь делаешь? — спросил я, откидываясь на спинку стула.

— Экзамены же через час, ну или типа того, — поднял он голову, недоуменно уставившись на меня. — Тем более, что в моей помощи в клинике пока нет надобности. Твой Болиглавский спит сном младенца, и будет находиться в этом состоянии еще минимум неделю, пока его энергетические каналы полностью не разрушатся. Ну, это в том случае, если Огурцов не найдет, как убрать эту черную гадость из его тела, или ты не смилостивишься и пойдешь против всех принципов природы и аристократии, захотев ему помочь, — усмехнулся он, бросая книгу на стол в раскрытом виде.

— Экзамены? — удивился я. — Впервые об этом слышу. Почему мне никто не сказал, я вообще-то тоже учусь.

— Ну тут ситуация, конечно, двоякая, — хмыкнул он, разваливаясь на удобном стуле. — Если бы ты выиграл поединок, то, считай, экзамен ты сдал. Первогодки и десяти процентов не знают того, чему тебя учил Шмелев. Если бы ты на дуэли проиграл, то эта поистине для тебя значимая информация потеряла бы всю свою привлекательность и актуальность, — смотрел он на меня, сложив руки на груди. — Тем более, экзамен вряд ли состоится, учитывая случившееся. Кононова и Ежов в тяжелом состоянии отдыхают в клинике, трое преподавателей, направленных к Ужинцевым, еще не вернулись, это если верить слухам. Шмелев и Совинский еле передвигаются после бессонной ночки. Но, так или иначе, в восемь утра состоится сбор всех студентов академии в главном здании. Всем уже направили оповещения. Как-то так.

— Мне не приходило никакое оповещение и Валерии, как я понимаю, тоже, — прикрыл я глаза, полностью распрощавшись с мыслями о сне, начиная себя немного корить, что не отправился на отдых несколько часов назад.

— Считай меня своим оповещением, — улыбнулся Петр, поднимаясь на ноги. — И да, Шмелев просил тебе передать, чтобы ты не распространялся о том, что излечил полностью свою рану. Слухи о том, что Болиглавский тебя ранил проклятым клинком, лишающий дара, распространяется со скоростью звука. От кого и откуда без малейшего понятия. Но, цитирую «это пока нам на руку».

— Он реально думает, что Сапсанов купится на какие-то слухи и решит проявить себя, пока у меня заблокирован источник? — оторопел я немного от планов Шмелева.

— Тот, кто сможет познать ход мыслей сумасшедшего, получит всемирное признание и почет, — пожал плечами брат. — Это я о Сапсанове, если что, а не о Шмелеве. — Поправился Петр, на мгновение задумавшись. — Ладно, собирайтесь, нам через полчаса выдвигаться в академию.

Как бы мне не хотелось послать все эти академовские сборища к бездне, я разбудил Леру и принялся собираться, простояв в душе больше половины отведенного мне времени, стараясь прийти в рабочее состояние. Откат от зелья Петра уже чувствовался, принося с собой пока только ярко выраженную слабость во всех мышцах. Я боялся даже представить, что будет дальше. Зная моего брата, я почти уверен, остальные эффекты будут намного хуже. Когда я оделся, Валерия с Петром уже ждали меня внизу, обсуждая случившееся ночью.

Добираться решили на машине, которую водитель уже подготовил и припарковал рядом с входом. Город словно вымер. Людей видно не было, кроме военных, уже более тщательно патрулирующих улицы. Да и машины встречались крайне редко. Но, я был практически уверен, что через день-два город снова вернется в свое прежнее русло.

— О чем думаешь? — тронула меня за руку Валерия, когда мы уже подъезжали к воротам академии.

— Хотел узнать, ты не находила у своей матери какую-нибудь странную книгу? — неожиданно спросил я сразу же, как только этот вопрос возник у меня в голове.

— Нет, я перерыла все оставшиеся после нее вещи, стараясь найти хоть что-нибудь, что рассказало бы мне о даре и родне по ее линии. Но ничего не нашла, — нахмурилась она, выходя из машины. — Ты что-то нашел в записях отца?

— Да, потом расскажу, — кивнул я, беря ее под руку и проходя мимо невозмутимо стоявшей возле входа охраны.

Мы прибыли за несколько минут до начала собрания. Зал уже полностью был заполнен студентами разных факультетов и курсов, и их было гораздо больше, нежели присутствующих во время сборища перед началом учебного года. Я увидел Андрея, сидевшего в самом центре рядом с Олегом, Дианой и Алиной. Он махнул нам рукой, показывая, что занял для нас места рядом с ними.

— Как настроение? — весело спросил Петр, присаживаясь рядом с Дианой. Вся четверка выглядела уставшей, взъерошенной и невыспавшейся. В отличие от нас, они даже находились здесь в той же одежде, в которой прибыли сюда вчера вечером, только сейчас она была мятая, в каких-то странных и подозрительных пятнах. Ему никто не ответил, только одарив его злобным взглядом. Похоже, ночка у нас прошла еще достаточно спокойно.

— Внимание, — разнесся по залу голос Шмелева, и спустя несколько секунд воцарилась полная тишина. Дядя выглядел как обычно, только круги под глазами выдавали усталость. Он обвел всех собравшихся тяжелым взглядом. — Сегодня город пережил одну из самых страшных ночей за все время своего существования, но со всеми имеющимися на тот момент имперскими и городскими ресурсами, нам всем удалось ее пережить. У меня несколько новостей: назначенные на сегодня экзамены по понятным причинам отменены. Следующий семестр начинается седьмого января без каких-либо переводных экзаменов. — Он на некоторое время замолчал, давая радостному шепоту пронестись по рядам студентов. — Это не все. Наша академия заявлена для участия в турнире, который пройдет в мае следующего года. Это групповой турнир между восьмью элитными академиями Сибири. Участники турнира будут освобождены от летних экзаменов и практики, а студенты пятого курса, вопреки всем договоренностям, выпустятся из академии, не проходя дополнительный заявленный ранее год обучения. В отборочных испытаниях внутри академии могут принять участие все желающие, независимо от курса, факультета и уровня подготовки, за небольшим исключением, которое я озвучу позже. Каждая группа будет состоять из пяти человек, и сформирована самостоятельно ее участниками. Отборочные испытания начнутся в марте и продлятся до середины мая. Группы будут заниматься по индивидуальной программе, но об этом скажу позже. Списки участников и сформированных групп капитаны команд должны будут предоставить не позднее десятого января.

— Это про этот турнир ты говорил? — спросил меня Андрей, пока Шмелев сделал очередную паузу, ожидая, пока все студенты бегло обменяются своими соображениями на этот счет.

— Наверное, — пожал я плечами. — Это один из самых простых способов назначить нам преподавателей, не привлекая излишнего внимания, — прошептал я. — Это, если вы все согласны на предложение Выдрова.

— Разумеется, — фыркнула Диана под всеобщее одобрение моих друзей, что не забыли тут же возмутиться тому, что я в них не верю.

— Тишина. Сейчас я скажу о том исключении, о котором упомянул ранее. К сожалению, правилами турнира запрещено участвовать магам смерти, магам разума и артефакторам, но по личной инициативе маги этих направлений могут тренироваться вместе с группами, набираясь дополнительного опыта. У меня все. Приятно отдохнуть на новогодних каникулах. — Произнеся это, он довольно быстро удалился через второй вход, оставив всех студентов одних, обсуждать услышанное.

— Что значит маги разума не могут участвовать, — возмутился Андрей, стукнув кулаков по спинке стоявшего впереди него стула. — Ладно маги смерти, но мы то, что можем такого непоправимого сделать?

— Свести человека с ума, взорвать мозг, лишить воли. Это я навскидку перечислила то, что пришло первым в голову, — ответила Алина.

— Да ладно, это если специально делать, но у нас же есть и безопасные способы воздействия, наверное, — нахмурил брови Андрей, потерев рукой подбородок. Видимо, пытался вспомнить хоть одну безвредную манипуляцию с разумом жертвы.

— А вы чем занимались во время прорыва? — спросил я Олега, который нехотя поднялся на ноги, когда многие студенты начали постепенно покидать зал.

— Людей не хватало. Помогали раненным в транспортировке, сортировке, поиску, разбирали завалы. Это как, ни крути, город моего рода, и я не мог остаться в стороне, когда настигла беда. Девчонки тоже делали все, что им было под силу, — ответил парень, покачав головой. — Нам с братом, наверное, никогда не отплатить тебе за все, что ты сделал для нашего рода, — неожиданно произнес он.

— Ну для начала вы можете вернуться к себе в поместье, — заискивающим тоном произнесла находившая рядом Лера. Олег только усмехнулся, даже на нее не посмотрев, и направился к выходу, куда уже выдвинулись остальные члены нашей скромной компании. — Я же говорила, семейная глухота, — тихо рассмеялась она. — Ладно, даже пытаться больше не буду. Все равно это бесполезно, так что нам проще будет достроить для них отдельное крыло.

— Костя, мы можем с тобой поговорить? — раздался знакомый голос у меня за спиной. Я резко развернулся, рассматривая подошедшую к нам Светлану.

— Разумеется, я очень долго ждал этого разговора, — произнес я. — Найдем менее людное место?

— Я не буду тебе мешать, — неожиданно произнесла Валерия, прикоснувшись к моей руке. — Я в поместье брата. Мне кажется, я знаю, где может находиться та вещь, о которой ты спрашивал.

Я кивнул, проводив ее взглядом до выхода из зала, после чего в сопровождении Светланы вышел в коридор. Мы зашли в первый попавшийся открытый кабинет, на который я тут же наложил заклятье и печать тишины

— Так о чем ты хотел со мной поговорить? — спросила она, закидывая ногу на ногу. Она с любопытством смотрела на меня, слегка улыбаясь.

— Ну вопросов у меня на самом деле всего три, — прищурился я, в ответ окидывая ее взглядом с головы до ног и садясь напротив нее. Именно сейчас ее вызывающая манера поведения меня очень сильно раздражала. — Первый: что такое книга теней? Второй: почему вы насильно уничтожаете мальчиков с даром тени. И самый главный третий вопрос, требующий предельной от тебя искренности при ответе на него: какого хрена ваш московский клан хочет меня убить?

Глава 8

— Что? — округлила девушка глаза, выпрямляясь на стуле. Вся ее вульгарность и надменность резко испарились, оставляя место недоумению и предельной собранности.

— Ты прекрасно слышала все вопросы, и теперь я хочу выслушать ответы, чтобы сложить в голове адекватное представление о том, кто вы такие и что из себя представляете, ну кроме чрезмерной важности и ощущения превосходства над обычными магами, — усмехнулся я, сложив руки на груди и откидываясь на спинку стула. Последние несколько минут меня начало ощутимо знобить, и я искренне надеялся, что на этом ухудшение самочувствия на некоторое время затормозится, чтобы можно было без проблем закончить этот разговор.

— Откуда ты знаешь про книгу теней? — ровно спросила она, не сводя с меня пристального взгляда. Ее сердцебиение немного ускорилось. Все же, мне удалось хоть немного своими вопросами выбить ее из колеи.

— Это все, что тебя интересует? — полюбопытствовал я. — То есть, то, что меня хотят убить твои подруги из клана, не вызвало у тебя негодования?

— Я не состою в клане и не подчиняюсь его главе, — тряхнула она головой, после чего положила руки на стол и слегка наклонилась в мою сторону. — И к покушению на тебя не имею никакого отношения, — прошептала она. Ее глаза блестели и засветились ярким сиреневым светом, как всегда бывало у Леры, когда что-то вызывало у нее какие-либо эмоции. Но сердце билось ровно, не учащая своего ритма. Либо она настолько хорошо натренирована, либо все же говорит правду.

— Но это не мешает тебе сводить главу клана с моей женой в мое отсутствие, — тихо проговорил я, после чего выпрямился и бросил каменный клинок на стол перед собой, который издал громкий звук, приземлившись на столешницу. Светлана от неожиданности вздрогнула, сердцебиение на несколько секунд ускорилось, а она сама лишь мельком взглянула на кинжал, после чего вновь перевела взгляд на меня.

— Я все тебе расскажу. Костя, я тебе не враг, что бы ты сейчас обо мне не думал. Можешь позвать магов разума, эмпатов, сенсоров, службу безопасности в полном составе, если думаешь, что я тебя подставила и сейчас начну увиливать от ответа. Что тебя интересует? — спросила она, делая глубокий вдох. Ну допустим, особой выдержкой она все же не обладает.

— Все, и особенно ответы на три вопроса, озвученных мною ранее.

— О содержании книги теней посторонним не должно быть известно, — начала она говорить, рассматривая кинжал Белоглавского. — Даже вольные маги, воспитанные вне клана, знают лишь о ее существовании. Предполагаю, что в книге содержатся секреты и тайны магов с даром тени, секретные техники, заклинания, создание специфических артефактов. Книга находится под защитой главы и семи старейшин, которые передают эти секретные знания только тем, кто остается служить клану. Они проходят сложный и опасный ритуал связи между сестрами, которыми они становятся, полностью отрекаясь от своего рода, семьи и даже тотема. Таким образом тайны клана остаются внутри клана, ведь расплата за предательство всего одна — смерть. — Все это время я не сводил с нее взгляда, стараясь уловить хотя бы единый намек на то, что она пытается что-то скрыть или говорит неправду. Пока ничего подозрительного в ее поведении и мимике я не заметил.

— Сколько всего этих кланов у нас в Империи? — спросил я, когда девушка замолчала, прикрыв глаза. Судя по описанию, на первый взгляд эти ячейки мало чем отличаются от фанатиков собирающих людей в секты у меня в родном мире. Здесь я даже представить себе не мог, что при наличии тысяч богов и доступного обучения магии одаренных может существовать нечто подобное.

— Три. В Москве самый большой, ну об этом я тебе уже говорила, есть еще в Краснодаре и Владивостоке, но там от силы по десять человек, поэтому особой опасности и значимости не представляют, — ответила она. — Обычно, за редким исключением, все девочки с открывшимся даром тени воспитываются при специальных учреждениях при клане. Там они обучаются основам контроля силы и базовым умениям. Те, кто не хочет оставаться на служение темному богу и невнятным целям, вольны уйти, но секреты книги теней им никогда не будут доступны. Как-то так, — поморщилась она. — Больше ничего о книге я не знаю.

— Я так понимаю, ты ушла оттуда вовремя? — хмыкнул я, тихо постукивая пальцами по столешнице, периодически вызывая и тут же гася искры разного цвета драконьего пламени. Это помогало сосредоточиться и не отвлекаться на свое недомогание.

— А ты бы не ушел? — скривилась она, уже более расслабленно усаживаясь на неудобном стуле.

— Это зависело бы от того, что помимо секретных знаний они готовы были бы мне предложить, — ответил я. — Ты сказала, что они служат какому-то темному богу? Кого ты имеешь в виду? — ухватился я за слова девушки, сказанные ей на эмоциях.

— Не знаю. Честно. Может самому демону тени или богу-покровителю главы клана. Меня эти подробности не слишком интересовали, когда я думала, как побыстрее свалить из этой средневековой пыточной, — она пристально на меня посмотрела, сощурившись. Я чувствовал, как ее переполняют гнев и вспыхнувшая ярость, только не совсем было понятно, на кого они были направлены: на меня или на тех, кого затронули ее подростковые воспоминания.

— Ты же говорила, что все, кто служат клану отказываются от тотема? — удивился я этой явной нестыковке.

— Все, кроме главы клана, которая на своем посту уже несколько десятков лет. Ее бог-покровитель — черная вдова, — пояснила она.

— Как символично, — поморщился я. — Ну тогда вернемся к мальчикам с даром тени. В прошлый раз ты говорила, что из-за проклятья они не рождаются, давай попробуем еще раз, потому как мои источники уверяют, и у меня нет причин им не верить, что мальчики спокойно приходят в этот мир, только их по какой-то причине лишают дара. И, возможно, не только дара, — покосившись на клинок, все еще лежавший на столе, проговорил я.

— Да не знаю я, — вскочила она на ноги, потирая лоб. — Я уже говорила, что все это на уровне легенд и слухов. Да, по одной версии, боги наложили проклятье, и теперь мальчики не рождаются — это на первых занятиях в клане рассказывают старейшины, в этом я не соврала. Но от некоторых вольных магов я слышала совершенно иную версию, что, согласно пророчеству, однажды демон тени вернется в этот мир в облике одного из своих почитателей, владеющих его даром. И, чтобы не допустить его пришествия, главы кланов тщательно следят за тем, чтобы этот мир никогда не увидел мужчину с даром тени. Но ведь это же полный бред, — развела она руки в стороны и рухнула на стул, наконец прекратив мельтешить передо мной.

— Почему демон возродится только в мужском теле? Девочки его не привлекают или не хочет становиться демонессой тени? — усмехнулся я, услышав только что подтверждение своей теории, которая крутилась у меня в голове, потому как иного объяснения не видел.

— Парни сильнее, — пожала она плечами. — Это уже доказанный факт. Взять хотя бы твое развитие. У тебя приобретенный дар, но ты гораздо сильнее меня. А теперь представь, если бы у тебя этот дар был врожденным? Кстати, — встрепенулась она, посмотрев мне в глаза. — Нет ни одного мага тени выше шестого уровня. Как бы они не развивались, но никто ни разу не слышал о том, что тень достигла своего предела. Кроме твоей жены. У нее изначально был седьмой уровень, мы проверили сразу же, как только приступили к занятиям. Именно это заинтересовало главу клана, и она вынудила меня организовать встречу с Валерией.

— И теперь она хочет ее к себе в секту, — кивнул я, поднимаясь на ноги. — Теперь мотивы понятны и без каких-то пророчеств с возрождением вашего повелителя, которое вообще может не иметь никаких оснований. Я просто ей мешаю заполучить очень ценный экспонат в свою коллекцию прислужников. Пока я жив, Лера никогда не бросит дом и семью в обмен на неизвестные привилегии.

— Про то, что они хотят тебя убить, я слышу впервые. Единственный раз, когда я о тебе говорила, был еще в сентябре, когда обещала узнать про тебя и твой дар. Больше мы эту тему не поднимали, — тихо проговорила она. — Это оружие, — она кивнула на клинок, — один из десяти магических клинков клана тени, которые охраняются ничуть не хуже, нежели книга. Как он попал к тебе в руки?

— От одного не слишком сведущего в боевых искусствах мага, которого они подговорили воткнуть его мне в спину, — взяв кинжал в руки, ответил я. — Не совсем понимаю, правда, почему они выбрали столь нелепый способ?

— У них есть специальные маги — провидцы. Они видят варианты будущего и вероятный исход. Очень важный момент, когда идешь на дело, — усмехнулась она, покачав головой. — Скорее всего, именно этот необученный, как ты говоришь, маг и являлся практически единственным шансом на успех. Ты всегда осторожен и ждешь нападения, будто у тебя это заложено где-то на подкорке сознания. Но этот удар по какой-то причине ты пропустил. Он смог тебя ранить? — спросила она, переведя взгляд на перчатки, которые я все же решил в общественном месте не снимать, подтверждая слухи о ранении.

— Возможно, — ответил я, пряча кинжал в хранилище. — А где ты была во время прорыва? — неожиданно возник в голове вопрос, который я тут же задал.

— Не поверишь, отключилась. Просто в одно мгновение, еще даже когда не было слышно тревоги. Я почувствовала нарастающее беспокойство, а потом темнота. Очнулась от твоего звонка по мобилету. И, знаешь, до истощения магических каналов и источника оставалось совсем немного, я еле успела восстановиться. Будто что-то тянуло стремительно из меня силу без моего ведома. Я рассказала об этом Шмелеву и лекарю, к которому тут же обратилась, но он только развел руками. Это… странно, — задумалась о чем-то Светлана, глядя перед собой.

— Ты права, это очень странно, — подтвердил я, запоминая неожиданно пришедшую информацию, а также отмечая, что мой и Лерин источники были в полном порядке и никакой потери дополнительной энергии я не ощущал. — У тебя мобилет с собой? — поинтересовался я, выводя ее из задумчиво-отрешенного состояния. Она кивнула, доставая его из кармана брюк. — Звони этой Черновдовиной и скажи, что я требую с ней встречи. Если откажется, передай, что я обещал в этом случае впервые посмотреть на красоты столицы, попутно вычищая и сжигая дотла ее курятник. Место и время я сообщу за два часа до встречи через тебя, поэтому всегда будь на связи. У нее есть все средства и возможности оказаться в любой точке империи за полчаса, — остановил попытавшуюся возразить девушку. Она кивнула и, набрав номер, приложила мобилет к уху.

Разговор оказался довольно коротким. Передав дословно все мои слова, Светлана получила заверения в том, что паучиха согласна на все мои требования, после этого тут же отключая вызов. Видимо, она ждала подобного развития событий и соответственно этого звонка. Ну что ж, нужно будет решить, где и как организовать встречу, чтобы это было выгодно исключительно мне. Кивнув ей, я вышел из кабинета, оставляя девушку одну размышлять о случившемся только что разговоре.

В академии было пусто и тихо. Мои шаги эхом отражались от стен, унося звуки далеко вперед. Даже как-то непривычно было видеть академию без единого студента. Выходя наверх в лицевой мир, я увидел, как закрываются ворота, а вход в академию покрывает сложная сеть защитных чар. Довольно странно, ведь та же Светлана все еще находилась внутри, насколько мне было известно. Скорее всего, внутрь ведет еще один вход, скрытый от общей массы учащихся.

Из машины, припаркованной рядом со входом, вышел один из знакомых мне охранников, работающих в моем доме.

— Ваше благородие, Валерия Николаевна попросила вам передать, что она находится в поместье графа Сапсанова, — сказал он, открыв передо мной дверь.

— Андрей Николаевич там? — спросил я, садясь в теплый прогретый салон.

— Насколько мне известно, они уехали вместе с Валерией Николаевной. Подробности мне не известны, — ответил водитель, трогаясь с места.

— Давай тогда в поместье, — отдал я распоряжение, надеясь застать главу рода Сапсановых у него дома, чтобы переговорить с глазу на глаз.

Быстро добравшись до поместья, я зашел внутрь, оглядываясь по сторонам. На воротах, как и при входе в дом, меня никто не остановил, хотя никого из прислуги и охраны я не знал. Дом выглядел точно так же, как в последний раз, когда был здесь. На элементарный, хотя бы косметический ремонт Андрей явно не желал тратить ни времени, ни средств. Все те же трещины на стенах, подпалены на полу и потолке. И выглядел как-то пусто и неуютно, словно тут давно никто не жил, хотя народу в поместье было, на удивление, довольно много. В холе и коридорах мне встречались многочисленные родственники, которых я помнил еще со времени своей свадьбы, удивляясь, что они все так и не покинули этот гостеприимный дом.

Добившись ответа от третьего по счету остановленного слуги, где, собственно говоря, находится хозяин этого жилища, я направился к кабинету главы рода. О том, чем занималась моя супруга мне никто так и не ответил. Сложилось чувство, что с уходом дворецкого все пошло наперекосяк и никому не было абсолютно никакого дела, что творится в поместье. Да и слуги все были молодые. Видимо, Валерия утащила с собой лучших, раз братья плавно переселились к нам, оставив поместье на растерзание родне с необученным элементарным правилам поведения персоналом.

Дверь кабинета была открыта. Постучавшись, я ее приоткрыл, увидев Андрея, сидевшего за столом и корпевшего над какими-то бумагами. Весь кабинет был уставлен коробками разного размера, два больших сейфа выставлены в центре комнаты, а из мебели остались только два стула и письменный стол. Пара слуг, подошедших к кабинету, извинившись, оттеснили меня в сторону и, взяв в руки по паре коробок, не торопясь вышли в коридор, вяло о чем-то переговариваясь, больше не обращая на меня внимания.

— Что у тебя тут происходит? — тихо спросил я у встрепенувшегося на мой голос Андрея, после чего он отложил папку в сторону и поднялся на ноги.

— А на что это похоже больше всего? — улыбнулся он, подходя ко мне ближе. — Переезжаю. Надоело мотаться туда-сюда по десять раз за день, когда понадобится подписать всего лишь пару бумажек. А у тебя как раз очень удобная для работы библиотека, я сам Валерии помогал ее обустраивать пару месяцев назад. Всегда верил, что ты вернешься и снимешь с ее хрупких плеч эту тяжкую ношу управленческого дела, — приобнял он меня за плечи, глядя на сейф, стоявший прямо перед нами.

— И получившийся из библиотеки новый кабинет достанется тебе, — подытожил я, на что Андрей ничего не ответил, только многозначительно хмыкнул, продолжая разглядывать свой собственный сейф. — Чего твоя родня до сих пор делает в поместье? — спросил я, глядя, как очередные коробки выносят наружу.

— Ждут официального оглашения завещаний, — поморщился он. — Через два месяца наш юрист зачитает перед всеми родными вверенные ему бумаги с последней волей всех братьев Сапсановых. Таковы правила нашего рода. Вот и сидят, окончательно превращая мое поместье в гнездо кишащих змей на краю бассейна с крокодилами, в борьбе за столовый сервиз и серебряные ложечки. А ты чего здесь забыл?

— За Лерой приехал, да поговорить с тобой хотел, — ответил я, закрывая перед носом вновь появившихся слуг дверь и накладывая запирающие чары и печать тишины на кабинет. — Где она, кстати?

— Разбирает комнату матери, которую отец превратил в некий храм памяти о ней. Думается мне, что с тем упорством, с которым она взялась за поиски какой-то очень нужной для нее вещи, она решила превратить комнату в пустое место, покрытое каменной крошкой, — покачал он головой, отходя от меня и садясь за стол. — Можешь считать нас неблагодарными детьми, но трепета перед платьями покойной и ее личными вещами мы, в отличие от отца, не испытываем. Так что, это надолго, — махнул он рукой.

— Хорошо, дадим ей поразвлечься, — я сел напротив, ощущая, как озноб постепенно меняется жаром во всем теле. Ну, с этим я справлюсь достаточно легко. Пустив по телу леденящее пламя, я ощутил впервые за несколько часов какое-то облегчение, от чего даже в голове прояснилось. — У меня к тебе есть просьба, мне нужен дирижабль на несколько дней. — Сразу перешел я к делу, решив именно таким образом добраться до Ангарска, где находился склад старика Манулова. — Не хочу, чтобы кто-то знал о том, куда я направляюсь.

— Без проблем, — пожал он плечами. — Я буквально за несколько минут до того, как ты пришел, смог деликатно отказаться от приглашения на новогодний бал у императора и предновогоднего торжественного мероприятия у Тигрова, не оскорбив корону и светлого князя. Может и неправильно использовать трагедию, случившуюся в городе, в своих собственных интересах, но мне уже просто хочется отдохнуть и не видеть этих холеных морд высшей знати, — пожаловался мне на свою нелегкую судьбу графа Андрей, покачав головой. — Так что, дирижабль мне в ближайшее время не пригодится. Только скажи дату, чтобы я согласовал все с персоналом судна. А я могу поинтересоваться, зачем тебе куда-то скрытно лететь? Ты снова хочешь ввязаться в какую-то непонятную авантюру или просто решил в кои то веки полетать, насладившись полетом? — прищурился он, с любопытством глядя на меня.

— Просто полетать, — коротко ответил я, задумавшись. — Скорее всего, он понадобится мне после Нового Года, но перед началом учебного семестра, — определился хотя бы с временным промежутком, не надеясь на то, что смогу восстановиться в ближайшие сутки.

— Хорошо. Не хочешь отвечать, меньше для всех опасности, — сделал демонстративно безразличное лицо Сапсанов. — Эх, давно мы так просто не сидели, надо бы почаще видеться, а то встречаемся только за завтраком. Надо будет выбраться куда-нибудь, развлечься, выбросить хотя бы на один вечер из головы все свалившиеся проблемы. Ты как, не против?

— Я не против. Но смею напомнить, что когда мы в последний раз выбирались в люди, чтобы развлечься, нас едва не загрызли мутировавшие скорпиниды, — улыбнулся я, глядя на то, как меняется выражение лица Андрея.

— Слушай, почему ты вечно все портишь? Даже помечтать спокойно не даешь, — всплеснул он руками. — Вот запомни, как только с моим дядюшкой все решится, мы возьмем недельный отпуск от семейных дел и уедем куда-нибудь, где есть море, песок и много вкусных алкогольных коктейлей. Будет проводить время без жен, невест, дам сердца. Исключительно в мужской компании, чтобы ничего не отвлекало от отдыха и созерцания прекрасного, — решительно произнес он, ткнув в меня ручкой, которую крутил в руке. — И ты не посмеешь испортить отдых моей мечты.

— У тебя нет дамы сердца и невесты, кстати, почему от коллектива отрываешься, даже Петька себе подружку завел, — поинтересовался я, рассматривая немного смутившегося парня.

— Я глава затухающего рода под покровительством князя Тигрова. Первый мой брак будет исключительно политически и экономически выгодной сделкой, удовлетворяющую все стороны, поэтому стараюсь обходиться не слишком обременительными связями без продолжения, — поморщился он.

— Ладно, не буду теребить тебя за больное, — произнес я, обводя взглядом коробки. — Мне нужен кусок земли рядом с моим особняком, который принадлежит тебе.

— Зачем? — напрягся Андрей.

— Теплицы разобью в конце огорода за домом, где посажу кусты вишни и смородины, — вспылил я. — Тебе не кажется, что мой дом стал слишком тесным для всех его обитателей?

— И на что ты намекаешь? — осторожно спросил он. — Что мы тебе мешаем, и ты хочешь бросить нас на произвол судьбы вот в этом доме? — обвел он руками вокруг себя.

— Да не брошу я вас! Дом просто расширим, пристроим два больших крыла, и живите себе на здоровье. Но для этого нужна земля, — пояснил я тут же расслабившемуся парню. — Правда, я пока не говорил с Игнатом, но думаю лазейку с защитой мы все же найдем.

— Разумеется, — разулыбался он. — Хоть весь участок забирай до дороги. Скажу юристам, чтобы подготовили дарственную. Да говори уже, по глазам вижу, что хочешь еще о чем-то попросить. Для тебя я постараюсь сделать все, что в моих силах.

— Даже не знаю, как спросить, чтобы это не выглядело странно, — потер я лоб, собираясь с мыслями. — Ты случайно не помнишь медальон, который твоя мать тебе подарила в раннем детском возрасте? Я понимаю, что это глупо, человек не может помнить о том, что произошло в годовалом возрасте, — махнул я рукой, понимая по удивленному выражению лица Андрея, что сморозил глупость.

— Тебе Лера про него рассказала? — после небольшой паузы, ответил парень, видимо, придя к своим каким-то выводам. Я молча кивнул, решив не переубеждать его, чтобы не вдаваться в подробности о своем происхождении. — Я так понимаю, он вам зачем-то нужен?

— Да, хочу увидеть, что он из себя представляет. Расскажешь про него? — попросил я, глядя на задумавшегося Сапсанова.

— Я не снимал его до своего восемнадцатилетия. Мне было пять, когда умерла мама, но я помню, как она постоянно повторяла, чтобы этот странный медальон я ни в коем случае не снимал, иначе мне грозит смерть. Когда придет время, он сам спадет с моей шеи. Звучало это довольно зловеще, особенно для маленького ребенка, поэтому я запомнил ее наставления. Во время инициации и пробуждения дара, в груди возникла сильная боль, которая тут же прошла вместе с тем, как засиял камень и начал пульсировать, обжигая кожу. Несмотря на сохраняющийся дискомфорт, я не рискнул его снимать, но зачарованная цепь, на которой он висел, на следующий день разорвалась, хотя чары были направлены как раз на предотвращение подобных эксцессов. — Он поднялся на ноги и подошел к одному из сейфов в центре кабинета, открывая его родовым перстнем. Андрей достал небольшую коробку из камня с рунами и письменами на крышке, напоминающие те, которые я достал из сейфа Иглобрюхова. Надо бы их открыть и уже наконец посмотреть, что граф так тщательно оберегал. — Не знаю, зачем отец его сохранил, но он вызывает у меня жуткий страх и тревогу, когда я к нему не то, что прикасаюсь, но даже когда нахожусь рядом, хотя я носил его практически всю свою жизнь.

Андрей протянул мне коробку, с которой я снял крышку и извлек обсуждаемый медальон. Осколок фиолетового макра ярко сиял, излучая свет, который погрузил треть комнаты в полумрак. Я ощущал распространяющуюся от медальона ауру, точно такую же, что исходила от демона тени, и которую ощущал в его мире во время инициации Леры. Сила тоже была сконцентрирована в нем нешуточная, от которой моя собственная магия тени пробудилась и вынырнула из источника, разливаясь по телу, словно откликаясь на зов, который мне не был слышен. Положив макр обратно в шкатулку, я закрыл крышку, и наваждение тут же пропало.

— Говорю же, жутко становится. Видимо, отец с ним что-то сделал, после того, как забрал его у меня, — пожал он плечами. — Я хотел избавиться от него, как будет время, но все руки не доходили, поэтому и спрятал его в сейфе от посторонних глаз. Все же, думаю, такая вещь не должна попасть не в те руки, чем бы она не являлась.

— Я могу его забрать? — не надеясь на положительный ответ, спросил я. Конечно, могу ошибаться, но похоже этот артефакт каким-то непостижимым образом запечатал чистую энергию дара тени Андрея. Еще бы знать, можно ли ее применить на благое дело или действительно лучше уничтожить, чтобы никому не навредить.

— Серьезно? Этим ты окажешь мне услугу, избавив от этой жути. Только, надеюсь, потом расскажешь, зачем он тебе понадобился, — махнул он рукой, когда в дверь раздался требовательный стук. Сняв все наложенные печати, я отворил дверь, натыкаясь на стоявшую на пороге расстроенную Валерию.

— Так и думала, что ты здесь, — грустно улыбнулась она. — Ничего не нашла, пусто, — развела она руки в стороны. — Нужно будет еще порыться в библиотеке и в комнате отца, но мне кажется это все бесполезно.

— Пошли домой, — приобнял ее за плечи, выводя в коридор, пропуская уже успевших заскучать слуг, прохлаждающихся возле двери.

Мы доехали до особняка. По дороге я рассказал то, что вычитал в дневнике и откуда узнал о книге теней. Заодно понял причину, по которой она не осталась при разговоре со Светланой. Она была на нее настолько зла и винила ее в покушении на меня и вообще во всех смертных грехах, что едва сдерживала рвущуюся наружу силу, с которой даже не справлялся артефакт у нее на пальце.

В гостиной я увидел Петра, развалившегося на диване, читавшего одну из рукописей моих предков.

— Нравится тут находиться, так празднично, сразу настроение поднимается, — поднял он взгляд, глядя на меня под гудок проезжающего новогоднего паровозика.

— Ты как проник в кабинет? — раздеваясь, кивнул я на книгу, которую он держал в руках.

— Никак, эту ты оставил в библиотеке. Костя, мне нужно с тобой поговорить, — захлопнул он ветхие мемуары, вставая на ноги. — Желательно, прямо сейчас.

Глава 9

Я спустился в подвал следом за Петром, после чего подождал пока он запрет дверь и наложит на комнату заклинание тишины.

— Ладно, и о чем ты хотел со мной поговорить, да еще так срочно? — я сел на единственный стул возле стола, на котором стояли многочисленные склянки, колбы и пробирки с разноцветным содержимым.

— На твоем месте, я бы не стал это трогать, — быстро проговорил брат, останавливая меня. Я одернул руку, которую протянул к одной из них, чтобы поближе рассмотреть то, что было налито внутри. В мутной зеленой жидкости что-то плавало и, вроде как, двигалось, шевеля маленькими конечностями. Было, конечно любопытно, но после предупреждения Петра я решил не выяснять подробности. — В общем, я хотел спросить у тебя одну вещь, ты не против, если Алина переедет к нам? — осторожно поинтересовался он, подходя ко мне ближе.

— Маг смерти, имеющая в родне импульсивную мать и влиятельного деда, а также не контролирующая своего питомца, который жрет все, что только сможет найти? — скептически посмотрел я на нахмурившегося Петра. — Конечно, можно. Только спроси разрешения у ее родственников, а то я сомневаюсь, что семейную драму, переходящую в разборки магов такой узкой направленности, мой дом сможет вынести. — Усмехнулся я, потирая глаза, в которые, судя по ощущениям, насыпали снега, начинающий постепенно таять, вызывая непроизвольное слезотечение.

— Уже спросил. Марьяна сама предложила это, когда узнала о том, насколько твой особняк защищен от прорывов и нежелательных гостей, — выдохнул он, словно реально думая, что я откажу. Я вообще, если честно, думал, что девушка уже переехала к нам, учитывая слухи, которые мельком до меня доходили от прислуги.

— Когда она это предложить успела? — заинтересовался я, не до конца понимая, зачем для обсуждения этого вопроса Петр притащил меня в подвал, закрывшись от внешнего мира.

— После собрания. Перехватила меня уже у выхода и прополоскала мозг в те короткие пять минут, что мы ехали до особняка в ее машине, — передернул он плечами. — Но вообще, я тебя не за этим позвал, — стал предельно серьезным брат. — Мне бы хотелось, чтобы ты посмотрел на это. — Он положил на стол рядом со мной свиток, которому по виду было как минимум несколько сотен лет.

— Свиток? — непонимающе посмотрел я на желтую ветхую бумагу, боясь даже к нему прикоснуться, чтобы он не развалился у меня в руках.

— Ну да. Я даже не знаю, сколько ему лет, и вообще сомневаюсь, что это бумага, больше похоже на чью-то кожу, — задумавшись, ответил он. — Не переживай, я проверил на себе, он абсолютно безопасен, — заверил меня Петр, делая шаг назад, чтобы лучше меня видеть. — Просто, понимаешь, после нападения на поместье Сапсановых, я много думал о том, каким образом можно было помочь друг другу в короткие сроки в случае опасности. С тех пор я начал искать информацию о связующих чарах или заклинаниях, а когда ты исчез — это вообще превратилось в навязчивую идею. Я перерыл библиотеку твоих предков, Сапсановых, даже в закрытую секцию библиотеки в академии сумел получить допуск, но все тщетно. После того, как напали на Валерию, я уже в открытую начал спрашивать у Шмелева, Совинского, да и у некоторых других преподаватель, известно ли им о чем-нибудь подобном. И сегодня Марьяна дала мне это, — он указал рукой на стол.

— Слишком ты возбужден для человека, нашедшего какое-то заклинание в старом свитке, — пристально посмотрел я на брата. Я слишком устал, а внимание было несколько рассеянным, чтобы вникать в подробности чар. — Что это?

— Ритуал связывания, по крайней мере, так написано, — пояснил Петр. — Если я правильно уловил всю суть, то принцип действия завязан на объединении двух человек между собой и возможности переместиться к связанному с тобой объекту, а также, при необходимости, поделиться своей силой, восстанавливая энергию другого и повышая на короткое время его уровень. Эти чары связывания не ограничены в расстоянии между объектами, если верить написанному, хотя те же свитки перемещения в этом плане на совсем длинные расстояния не заточены.

— И именно поэтому мы обсуждаем этот ритуал за закрытыми дверьми без лишних ушей и свидетелей, — подытожил я, теперь понимая, откуда такая конспирация. Похоже, Марьяна передала Петру какие-то редкие и секретные знания, хранящиеся под семью замками, если не в тайнике самих Выдровых, то в сейфе службы безопасности точно. Похоже, они со всей серьезностью отнеслись к идее организовать нас в группу, чтобы мы сработались, став единым целым. Я нехотя повернулся, взял в руки свиток и развернул его, вчитываясь в написанное. Сон и усталость прошли моментально, как только я перевел взгляд на структуру заклинания, нарисованного схематично в виде круга с символами и переплетенными линиями.

— Это же магия печатей, я прав? — нарушил тишину Петр, присаживаясь на край стола, который стоял позади него.

Я ничего не ответил, только уже более внимательно начал вчитываться в написанное. Это меня, мягко скажем, слегка ошарашило, ведь, до этого момента я считал, что про магию печатей в этом мире никто не знал и уж точно не практиковал. Изучал структуру плетения я довольно долго, после чего, задумавшись, отложил свиток, покачав головой.

— Нет. Очень похоже внешне, но это не магия печатей, которую практикуют в нашем мире, хотя, не могу исключить того, что именно это заклинание чуть ли не копия той печати, которой я связал наши с тобой души, только измененная в ключевых точках и упрощенная. Да и двухкомпонентная, если ты внимательно читал пояснения к формированию плетения, — вынес я вердикт, бросая взгляд на рисунок.

— И должен быть навык, чтобы так соединять линии между собой, даже я не смогу этого сделать, хотя магия в нашем родном мире была более тонкая и искусная, нежели здесь, — покачал Петр головой, выпрямляясь. Мне показалось, он расстроился тому факту, что я не подтвердил его теорию о перемещении еще кого-то в этот мир, помимо нас, даже несмотря на то, что это могло произойти несколько веков назад. — Не хочешь проверить?

— А ты, я смотрю, уже не так враждебно настроен к идее быть связанным со мной? Недавно все было совсем иначе, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги.

— Просто хочу быть уверен в том, что смогу помочь своим друзьям, — твердо проговорил Петр, глядя мне в глаза. Он был настроен крайне решительно. Я даже удивился, насколько он смог измениться за то недолгое время, пока меня не было. — Я вряд ли попаду под пристальное внимание ваших врагов, а сидеть и бессильно метаться по дому в неизвестности, когда кто-то опять пропадет, уже надоело. Особенно, если я могу помочь.

— Я устал, да еще и побочные эффекты от твоего зелья накатывают волнами, но, если ты хочешь это сделать прямо сейчас, то можно попробовать, — сказал я, доставая из ножен кинжал, который, разумнее всего было держать в хранилище, но без него мне было все же не совсем комфортно, и ощущаться это стало все сильнее, когда я вернулся в лицевой мир и стал его прятать от посторонних. Петр кивнул, закатывая рукав рубашки и протягивая обнаженную руку в мою сторону. — Когда я скажу, тебе следует направить энергетические потоки в направление сформировавшегося плетения, подпитывая его своей магией, — напомнил я и аккуратно провел лезвием клинка по своему предплечью.

Из образовавшейся раны сразу же потек ручеек крови. Тоже самое я проделал с Петром, после чего перехватил его руку таким образом, чтобы наша кровь перемешалась, а раны соприкоснулись друг с другом. Тонкая линия магии огня, окутавшая наши руки, словно начала вбирать в себя капли крови. Используя эту высвободившуюся энергию, я начал формировать это подобие печати, которое постепенно проявлялось над нашими головами ровным кругом алого яркого цвета. Направив в сторону плетения довольно мощный поток собственной магии, я кивнул Петру, который проделал тоже самое. Огонь и лед, встретившись в центре, буквально слились воедино, заполняя собой все свободные от символов участки печати. Несколько секунд, и полностью сформированное заклятье резко опустилось вниз, накрывая нас с братом и растворяясь в наших телах.

Я почувствовал очень сильный холод, который буквально на мгновение сковал меня, но затем жар от огня быстро привел меня в чувство, оставляя какое-то ощущение переполнения, сменившееся некоторой опустошенностью. Судя по тому, как покраснела кожа стоявшего напротив меня парня, он ощутил нечто подобное, только моя магия его наоборот слегка подогрела, но лед быстро нивелировал все последствия. Мы разомкнули руки. Первым, что я заметил, это полностью исчезнувший надрез, хотя магию жизни я блокировал, не давая ей вмешиваться в ход ритуала. Небольшое покалывание в области запястья привлекло мое внимание, и я увидел, как на коже начинает пропечатываться рисунок в виде тонкого браслета с двумя перекрещенными между собой символами, олицетворяющих огонь и лед.

— Я думаю, нужно проверить, как это работает, — задумчиво посмотрел Петр на свое татуировку. — Давай, иди куда-нибудь и активируй эту штуку, посмотрим, перенесет ли меня оно к тебе или нет.

Пожав плечами, я молча вышел из комнаты в подвале и направился сразу же в свою спальню, понимая, что могу отрубиться даже на ходу. Мне все же хотелось, чтобы моя кровать была где-то поблизости, когда магия жизни решит окончательно погрузить меня в лечебный сон, невзирая на мои сопротивления. Валерия находилась в комнате, критически рассматривая вещи, которые доставала из многочисленных пакетов и развешивала их в шкаф.

— Наконец-то заказанную еще неделю назад одежду полностью доставили, — пояснила она, увидев меня на пороге. — Что хотел от тебя Петр? — спросила она, продолжая заниматься увлекательным занятием, хотя, как мне казалось, мои вещи мало чем отличались друг от друга.

— Спрашивал разрешение, чтобы Алина переехала к нам, — ответил я.

— А она разве не живет здесь? — удивилась Лера, подозрительно косясь на меня.

— Получается, что нет. Но это еще не все. Хочу тебе показать кое-что, — заставил я жену переключить все свое внимание на меня и прикоснулся к татуировке, направляя туда небольшой поток магии. Буквально через пару секунд комнату озарила красная вспышка, на месте которой появился Петр, хмуро оглядываясь по сторонам.

— А хорошо, — протянул он, улыбнувшись. — Перемещение даже не почувствовал. Из плюсов нужно со своей стороны активировать эту метку, из минусов — затраты около десяти процентов от резерва. Но это не критично, — пояснил он. — Нужно со всеми переговорить, думаю завязать всех на себе, так будет безопаснее. Отдыхай, завтра тебе придется поработать, сомневаюсь, что кто-то откажется, а кроме тебя повторить это плетение вряд ли кто-то сможет.

— Объяснишь, что это было? — подняла бровь Лера, глядя на закрытую дверь, в которую вышел Петр, насвистывая какую-то бодрую мелодию.

— Конечно, — выдохнул я и завалился на кровать, даже не раздеваясь. Валерия села рядом, проводя рукой по моим волосам. Я потратил несколько минут, объясняя смысл проведенного ритуала и, согласившись, что его нужно провести между нами, погрузился в сон, давая магии жизни работать над моим телом в свое удовольствие.

Я резко открыл глаза, просыпаясь от яркого света, светящего мне в лицо. Солнечные лучи пробивались даже через закрытые плотные шторы, освещая комнату. Валерии не было. Часы показывали начало десятого утра.

Приведя свой внешний вид в относительный порядок, что было сделать не так-то и просто, учитывая бледную кожу, осунувшееся лицо и черные круги под глазами, я спустился вниз в столовую, откуда доносились голоса. Все девчонки, живущие в особняке, о чем-то рьяно спорили, перебивая друг друга. Петр, который вяло ковырялся в тарелке, стараясь, судя по виду, абстрагироваться от женского щебетания, облегченно выдохнул, когда увидел меня в дверях комнаты.

— Да откуда ты взяла эту чушь? — раздраженно бросила вилку в тарелку Валерия, хмуро глядя на Диану, которая говорила до этого. — Тебе эта недомать совсем мозги промыла, стараясь за счет тебя подняться в обществе.

— Что за переполох с утра пораньше, и где братья? — спросил я, натыкаясь на злой взгляд Петра. Видимо, зря я вообще влез в женский разговор.

— У Тигрова с докладом. Тридцатого декабря ежегодно проходит слет всей аристократии, которые отчитываются перед князем о проделанной за год работе, — пояснила Алина, внимательно оглядывая меня. — Ну и видок, краше в гроб только кладут, — вынесла она вердикт, возвращаясь к прерванному завтраку.

— Ну так, тридцать восемь часов сна даже для гордого льва перебор, — хмыкнул Петр.

— Сколько я спал? — удивленно переспросил я, понимая, почему ощущал голод и жажду.

— Нормально. Тебе нужно было восстановить силы. А к князю с докладом я отправила твоего поверенного. Он хорошо разбирается в делах рода и юридически подкован многочисленными бумагами, договорами и отчетами, — улыбнулась мне Валерия, вновь поворачиваясь к насупившейся Диане, видимо, решив вернуться к прерванному разговору. — Я лично полностью согласна с Петром. Не стоит ей доверять. Пока Олег не вмешался и сам не попросил о встрече, эта дамочка даже не пыталась с тобой идти на контакт, а тут, надо же, материнский инстинкт проявился, когда поняла, что ее брошенная дочка имеет перспективы влиться в богатый род.

— Мы прекрасно тебя понимаем, найти своих родных, спустя столько времени — это сильный эмоциональный стресс. Но, ничего хорошего из этого не выйдет. Тем более, все, кто здесь присутствует сейчас росли либо с тобой в сиротском доме, либо в неполной семье. Валерия вообще воспитывалась в качестве инструмента в делах рода, не имея права голоса ни в одном вопросе, как большинство женской части аристократических семей, — пожала плечами Алина. — Маги смерти, как правило, исключение, — задумавшись, добавила она. Я понимал, что девчонки отговаривали Диану общаться со своей нашедшейся матерью, но истинную причину, хоть убей, не понимал.

— Костя, ну хоть ты ей скажи! — всплеснула руками Валерия, обращаясь ко мне. Увидев мой непонимающий взгляд, она вздохнула и покачала головой. — В общем, ситуация следующая. Шмелев нашел их мать, которая обманом оставила новорожденных детишек старосте поселения, где семнадцать лет назад произошла бойня. Каким-то непостижимым образом детей удалось спасти, и они оказались в сиротском доме. Мадам Крапивникова совершенно не интересовалась судьбой своих нагуленных от любовника детей, пока муж находился на службе в другой стране, где и помер в результате каких-то интриг. После его смерти, кстати, ее довольно больно опрокинули с завещанием, не оставив ей ничего, так как она не успела родить наследника, поэтому вернулась в свой род. После разговора с Олегом, она стала стремиться восстановить родственные отношения, а вместе с ними и статус, утерянный несколько месяцев назад, когда ее брат ввязался в какие-то темные делишки, в результате которых весь род лишили баронства, титула и были арестованы вся недвижимость и счета. Даже, вроде, посадили кого-то. Но тут, узнав, о тесных отношениях между дочерью и Олегом, она начала промывать мозги Диане, заставляя ее согласиться вернуться в род и принять благословение своего тотема, мотивируя это тем, что на безродной девчонке из сиротского дома, граф никогда не жениться.

Сначала мне показалось, что вся вылитая на меня информация совершенно никакой смысловой нагрузки не несла. Я слушал только, чтобы не обидеть Диану, которая смотрела на меня, видимо, ожидая моего мнения на этот счет. Но, когда Лера произнесла фамилию ее матери, я был рад всем пояснениям жены и теперь слушал уже более внимательно.

— И это — полная чушь, о чем мы пытаемся сказать уже целых полчаса, — продолжила Валерия. — Моя мать, как раз сирота без рода. И отец — прямой наследник, между прочим, без каких-либо проблем женился на ней, и даже после ее смерти не привел в дом ни вторую жену, ни третью. Говорил, что будет думать только тогда, когда мы достигнем совершеннолетия. Родная мать Олега, конечно, из рода магов, являющихся жрецами и имеющие благословление тотема, но титулом никаким не обладали.

— А я вообще родилась вне брака матери и отца, что считается позором рода. Но деду и матери абсолютно на это наплевать, — усмехнулась Алина. — Я, конечно, очень тесно общаюсь со своим отцом и очень его люблю, но воспитывалась в роду матери. Так что…

— Я могу поинтересоваться, кто твой отец? — неожиданно спросил Петр, поворачиваясь к Алине. — Почему-то ты никогда не говорила о нем. Мне бы хотелось знать, откуда можно ждать неприятностей, особенно, когда ты переехала ко мне.

— Эм… — она немного смутилась. — Милый, ты только не сердись, я обязательно бы тебе рассказала, но меня просили не слишком это афишировать. — Она поцеловала Петра в щеку и взлохматила его волосы, заглядывая в глаза.

— Ну и? — хмуро поинтересовался он, делая глоток сока.

— Андрей Николаевич Шмелев, — тихо произнесла она. Петр поперхнулся и закашлялся, вскакивая на ноги. — Да ладно тебе, он хороший. Тем более, он очень тесно с вами со всеми общается по какой-то причине, о которой ты тоже не хочешь мне говорить. И он совершенно не против наших отношений. Ну хочешь, я позову его на ужин, и ты сам у него это спросишь…

— Не надо, — отдышался брат. — А ты знал? — не увидев ни капли удивления на моем лице, спросил он, сдвинув брови.

— Догадывался, — хмыкнул я. — Учитывая отношения между Марьяной и им, я о чем-то подобном подозревал, особенно когда Алина ринулась из Новосибирска сюда, чтобы поступить в академию. Норильск — не предел мечтаний девушки из высшего общества, выросшей в столице Сибири. — Я отодвинул пустую тарелку, глядя перед собой, не общаясь ни к кому лично. Они многого не знали, или просто не свели всю имеющуюся информацию воедино. — Крапивников — один из магов, напавших на вас в поместье в сентябре.

— Это тот, которого мы первым нашли в отрешенности и медитации? — прищурился Петр. Все недоуменно уставились на меня, а в столовой воцарилась полная тишина.

— Ну, судя по тому, что случилось со всем его родом, то да, это он, — подтвердил я. — Сейчас надо узнать, какие цели преследует женщина: при помощи Сапсановых стать официальной тещей и влиться в высшее общество, из которого ее выгнали пинком без шанса на возвращение в ближайшее время, или доделать то, что не удалось ее брату. Тут зависит от того, насколько она в курсе дел. Странно, конечно, что Шмелев вас свел, скорее всего, хотел посмотреть, что остатки рода Крапивниковых будут предпринимать, и насколько тесно они общаются с Глебом Сапсановым, — пожал я плечами. — Наверное, он думал, что я сразу ввиду вас в курс дела, владея этой информацией. — Посмотрел я на ошарашенную еще больше Диану. — И тут тебе самой решать, что именно делать в этой ситуации. Я бы продолжил общение. Скорее всего, Шмелев и все остальные на это как раз и рассчитывают. А насчет Олега… Я так понимаю, он не поднимает тему брака только по одной простой причине: ждет оглашения завещания отца и главы рода, где могут оказаться очень интересные сюрпризы. Могли бы просто об этом ей сказать и закрыть эту тему, — повернулся я к смутившейся Валерии.

— Я об этом не подумала, а сам брат ничего не отвечает на простой вопрос о дальнейших планах, только сердится. Теперь понятно почему, — пробурчала она. В столовую вошел дворецкий. Он поклонился, обращаясь ко мне.

— Ваше благородие, с необъявленным визитом прибыл граф Вересков. Что мне ему передать?

— Скажи, что сейчас приду, — поднялся я на ноги, глядя, как Петр вскакивает вместе со мной, а девчонок просто разрывает, и они едва сдерживались, чтобы не начать прямо сейчас обсуждать свалившуюся на них информацию.

— Я с тобой, по отдельности они все милые, добрые, ласковые, но вместе целый серпентарий. И главное, они меня не отпускают, заставляя принимать чью-либо сторону, — прошептал он, выходя из столовой вместе со мной. — Так что, я твой главный помощник на текущий момент, и переговоры без меня совершенно невозможны.

— Доброе утро, ваше сиятельство, — поприветствовал я графа, который стоял в центре гостиной, разглядывая висевший над камином портрет главы рода, то есть мой.

— Доброе утро, ваше благородие. Извините за то, что без предупреждения. Но вы долгое время отсутствовали, а потом были заняты подготовкой к дуэли с Болиглавским, поэтому наша встреча всегда откладывалась. Но я бы хотел с вами поговорить, пока вы хоть немного свободны, — улыбнулся он, пожимая мне руку.

— Ну, тогда прошу в мой кабинет, — кивнул я, указывая рукой в сторону лестницы.

Глава 10

— Так о чем вы хотели со мной поговорить, ваше сиятельство? — спросил я, как только мы втроем расположились в моем кабинете. Граф Вересков выглядел собранным, но в глазах все же можно было разглядеть какую-то усталость, которой не было, когда мы встречались на аукционе Иглобрюхова. — Насколько я понял, инициатива о встрече исходила все же с вашей стороны, несмотря на то, что в этом разговоре я заинтересован не меньше вашего, — улыбнулся я, переводя взгляд на моего дворецкого, который принес в кабинет кофе и легкие закуски.

— Вы совершенно правы, — кивнул граф, глядя на меня. — Сначала, я бы хотел обсудить с вами помощь с моей стороны в развитии клиники, о которой мы разговаривали с вашими помощниками. Перейду сразу к делу, если вы не возражаете. Я обдумал это предложение. Учитывая, что вы оказываете довольно специфические услуги, предназначенные больше для обеспеченной прослойки населения Империи, я предлагаю вам время для рекламы на официальном аукционе Новосибирска в течение года в середине торгов, что обеспечит вас реальными клиентами, способными оплатить все процедуры в вашей клинике. — Это было довольно заманчивое предложение. И было неожиданно слышать его от графа, а не от нас самих. Видя мое небольшое замешательство и удивление на лице Петра, граф достал из портфеля, который был при нем, пачку документов, перекладывая их на стол. — Так же, могу вам предложить подготовить специально для аукциона определенные сертификаты с перечнем редких и дорогих услуг. Продаваться они будут, скажем, раз в месяц, тем самым создавая дефицит и повышая их цену.

Мы с братом переглянулись, не совсем понимая, что происходит. Насколько мне было известно, Петр пытался договориться на разовую рекламную акцию во время проведения аукциона, и то не был до конца уверен, хватит ли нам средств, чтобы это оплатить. Граф Вересков пристально посмотрел на меня, после чего перевел взгляд на Петра. Видимо, истолковав наше недоумение по-своему, он кивнул своим каким-то мыслям, в очередной раз извлекая в воцарившейся тишине новые документы.

— Ну и напоследок, могу организовать продажу некоторых средств с вашего завода, упоминаемые вашими помощниками ранее, через сеть магазинов косметической продукции, которой управляет моя супруга. Сеть очень известная и популярная среди определенной категории людей, так что в убытке вы точно не останетесь, — пододвинул ко мне бумаги граф, неожиданно замолчав. — Что скажете?

— Эм, — я задумчиво пролистал документы, особо не вчитываясь в написанное. — Вы предложили гораздо больше того, на что мы в принципе рассчитывали. Но, боюсь, сейчас я не могу принять решение, нужно обсудить все затраты на размещение рекламы с моим поверенным и юристами, — поморщился я, подбирая слова. Деньги у меня имелись, Болиглавские или уже перевели деньги на счета, или сделают это в ближайшее время. Но я не знал, что творится с доставшимися мне землями и сколько еще вложений потребуется, чтобы привести свое баронство в нормальное состояние, чтобы все мои предприятия работали стабильно, не говоря уже о том, чтобы приносили прибыль.

— Наверное, все же, я не с того начал разговор, — покачал граф головой, постукивая пальцами по столешнице. — Меня не интересуют деньги в вашем конкретном случае. Не принимайте сказанное мною в штыки сразу, но мне бы хотелось, чтобы вы оказали моему роду небольшую услугу, в обмен на мою помощь в продвижении вашей клиники.

— Звучит подозрительно, и явно не предвещает ничего хорошего, — хмыкнул я, откладывая документы в сторону, которые тут же взял Петр, начиная сразу их внимательно изучать. Мне не слишком нравился подобный подход, но все же было любопытно, что именно от меня хочет граф.

— Нет-нет, ничего противозаконного я не требую, — замахал руками мужчина. Судя по его странному поведению, он еще не до конца принял решение, хотя просил встречи со мной несколько месяцев. — Вы продемонстрировали тогда на аукционе Иглобрюхова свои уникальные способности в сфере целительства, несмотря на ваш юный возраст. Ваше благородие, я просто хочу попросить вас осмотреть моего сына.

— Что конкретно вы имеете в виду? — нахмурился я, не до конца понимая суть его просьбы.

— Вы можете осмотреть моего сына, как целитель? — решительно спросил он, выпрямляясь на стуле. — Мы уже шесть месяцев пытаемся исцелить его, возили на осмотры к известным лекарям в разные уголки мира, в дорогие и не очень клиники, даже к шаманам обращались, но все говорят, что сделать ничего невозможно. Да и надежды уже практически никакой не осталось. Но он мой единственный сын, наследник. Есть еще шесть дочерей от трех браков, но сына смогла мне родить только одна, — как-то грустно улыбнулся он своим мыслям. — Именно поэтому я хотел с вами встретиться, — посмотрел он на меня сосредоточенным взглядом.

— Просто осмотреть и вынести свой вердикт, даже если он будет не утешительным, я правильно понимаю? — уточнил я, раздумывая над словами графа. Мне был известен этот тип людей, который готов на все, лишь бы его собеседник согласился сделать необходимое. Но тут главное чувствовать грань, чтобы не зарваться и не нажить себе впоследствии влиятельного врага, потому что эмоции и чувства ослабевают и включается разум. Тогда заказчик понимает, что заплатил слишком много. И вот тут могут начаться проблемы.

— Да, — кивнул он. — Все, что я вам предложил — это просто плата за ценную услугу от вас. Если это вас не устраивает, назовите вашу цену.

— Расскажите кратко, в чем суть проблемы, только после этого я отвечу, возьмусь за это или нет.

— Полгода назад, во время прогулки, моя супруга с сыном оказались в самом эпицентре прорыва. Не слишком сложного, всего лишь второго уровня. Но прорыв есть прорыв, да еще и в людном месте. Мы так и не смогли понять, что именно тогда произошло, но, когда началась паника, их раскидало в разные потоки спешащей убраться подальше толпы, и жена потеряла ребенка из вида. Когда все закончилось, мы нашли его раненным и без сознания в нескольких кварталах от места прорыва. Все раны целители залечили, но он не может ходить, хотя все тесты и обследования, проводимые всеми лекарями мира, показывают, что все в порядке и никаких серьезных травм нет, — пояснил граф, полностью сконцентрировавшись на проблеме.

— Сколько лет сыну? — задал я очень важный для принятия решения вопрос.

— Шесть. Вы поможете? — с вспыхнувшей надеждой во взгляде спросил мужчина, хотя внешне никаких эмоций не проявлял.

— Я его осмотрю. Насчет помощи ничего не обещаю, — согласился я, хотя не верил в то, что могу что-то увидеть такого, чего не смогли все лекари мира. Тут, скорее всего, проблема психологического характера, которую родители, как правило, замечать не хотят. — Когда?

— Можно прямо сейчас, если вы не возражаете и у вас не запланировано каких-то дел, — спохватился граф. — Сын вместе с женой остались в машине, я могу за ними сходить.

Я кивнул вставшему на ноги графу и, позвав дворецкого, попросил того проводить мужчину и встретить гостей.

— Не слишком ли много он предложил за обычный осмотр? — скептически посмотрел на меня Петр, когда Вересков вышел в коридор. — Я прикинул, один день рекламы в середине аукциона стоит около пятисот тысяч, он же предлагает целый год. И это, не считая остального.

— Он отчаялся и пытается сделать хоть что-то, — пожал я плечами. — Он неплохо ориентируется в ситуации, предложи он просто деньги, то ушел бы ни с чем. А так, по факту, Вересков нашел то, что могло бы меня действительно заинтересовать, чтобы я не отказал ему сразу. Тем более, для графа это ничего не стоит. Собственно, как и для меня моя ответная услуга, но в итоге мы экономим деньги на рекламе, которая в перспективе должна принести значимую прибыль.

— Вот нравится мне иметь дела с отчаявшимися. Можно получить с них гораздо больше, чем в обычных условиях, — задумчиво протянул Петр. — Я изучил документы. Вообще никаких подводных камней, и выглядит это так, словно оказывает некую спонсорскую помощь, оформленную юридически по всем правилам. Все бумаги, кстати, уже подписаны графом.

— Что там с выплатой по итогу дуэли? — поинтересовался я, прекрасно понимая, что брат, действительно ставший помощником, в курсе если не всех, то многих дел в баронстве.

— Да все вроде идет своим чередом, — пожал он плечами. — Наши юристы сегодня встречаются с людьми Болиглавского, чтобы согласовать передачу земель в твою собственность. Твоего присутствия пока не требуется, если у них возникнут какие-то вопросы, то подписание документов перенесут на другой день, после согласования с тобой. Деньги все до копейки перевели на твой счет, ими уже занялся твой поверенный, распределяя по счетам и оплачивая небольшие долги, которые у нас появились. Если бы что-то случилось, тебя бы из комы вывели, чтобы ты разъяснил дальнейшие действия. Не переживай, ты вернулся, и теперь к тебе будут бегать по любому поводу все твои многочисленные помощники, которых мы наняли в свое время.

— Хорошо. Кстати, я хочу, чтобы ты тоже присутствовал во время осмотра, — попросил я брата. — Все же, опыта работы традиционными для лекарей методами у тебя гораздо больше. Не хотелось бы выделяться.

— Без проблем, — кивнул он. — Думаю, тебе нужно помариновать их для проформы, чтобы не чувствовали себя главными в этой ситуации, а знали, что ты им оказываешь одолжение, а я пока приготовлю комнату внизу для осмотра и манипуляций, вдруг понадобится. С другой стороны здания было что-то типа больничного крыла, ну или не совсем больничного, но инструменты и элементарная кушетка там имеются. — Петр встал и подошел к двери.

— Ваше благородие, — в кабинет после стука влетел Игнат, чуть не сбив Петра с ног, и встал передо мной, вытянувшись в струнку. Брат пробурчал что-то нелицеприятное и вышел в коридор, закрыв за собой плотно дверь.

— Что случилось? — понимая, что продолжения не дождусь, спросил я у духа.

— Вот, только что принесли. От той красавицы, которая затмила мой разум и покорила мое сердце, — мечтательно проговорил он, протягивая мне плотно запечатанный конверт из странной шершавой бумаги. Внутри лежало что-то твердое, больше похожее на камень. — Я его проверил, никаких чар на самой бумаге нет, что внутри не скажу, но сила чувствуется, не враждебная, — уточнил он.

— Кто принес-то? — поинтересовался я, разрывая бумагу и извлекая наружу небольшой артефакт, в виде прямоугольника по размеру конверта с синим макром в центре.

— Мужчина, хмурый такой, из ее племени, — пояснил призрак. — А с этими что делать? — уточнил он, имея в виду жену Верескова с сыном. — Дамочка вообще никакого доверия не вызывает, но пацан вроде нормальный, — улыбнулся Игнат, косясь в сторону выхода.

— Развлеките их пока чем-нибудь, — отмахнулся я. — Валерию тоже привлеки, пусть как хозяйка дома с ними разбирается, пока я не спущусь.

— Будет выполнено все в лучшем виде, — отчеканил он и вышел из кабинета с гордо поднятой головой. Надеюсь, я об этом не пожалею.

Интересно, как эта штука работает. Покрутив в руке присланный Тиной артефакт, я притронулся к засветившемуся макру, направляя в него немного энергии, стараясь таким образом его активировать, как некоторые другие, видимые мною ранее. Комнату озарила яркая синяя вспышка, и я почувствовал, как начал куда-то проваливаться, но переноса, как при использовании свитка, не ощущал.

Мир вокруг меня несколько раз перевернулся, и я увидел очертания знакомой мне пещеры на десятом уровне изнанки. Своего тела я не видел и не чувствовал. Это было довольно странно, но беспокойства и чувства угрозы не вызывало. Из синей ряби, которая заполняла все пространство пещеры, показалось сначала очертание девушки и только потом оно преобразилось в фигуру Тины, которая стояла прямо напротив, глядя мимо меня.

— Здравствуй, — прозвучал ее голос у меня в голове. — Как и обещала, я нашла информацию о том, кого ты называешь демоном Тени. Пришлось ее проверять и потратить очень много сил, чтобы скрыться от преследователей этой сущности, поэтому все, что удалось мне собрать, я передаю тебе подобным способом. Со мной все в порядке, если тебя это интересует, — улыбнулась она, делая шаг вперед. — Если в будущем тебе понадобится помощь, я тебе ее окажу, но в прямой конфликт вступать не стану, даже воздух и сама аура мира теней отравляет меня. Все данные я передам тебе при помощи этого артефакта. Как только ты дослушаешь мое сообщение, они сразу же окажутся в твоем разуме, в виде мыслей и образов. Так будет намного быстрее и проще. Я, надеюсь, что скоро мы с тобой увидимся.

Тина исчезла в усиливающейся ряби воздуха, от которой уже начинала понемногу кружиться голова. Резкий рывок и сильная головная боль, которая, впрочем, тут же прошла, вернули меня в реальный мир. Я проморгался, осматривая ничуть не изменившийся кабинет. Ничего не понимая, покрутил в руке артефакт с потухшим макром. Но только подумав о том, что никакой информации мне больше не передалось, как перед глазами начали мелькать многочисленные картинки различных объектов, местности, образов теней и самого демона Тени с постоянными, всплывающими будто из ниоткуда пояснениями огнедемонши. Складывалось чувство, что я смотрел какой-то документальный фильм, который транслировался исключительно для меня.

Когда я закончил, научившись в конце концов управлять этими потоками постороннего сознания, прошло около сорока минут реального времени, хотя мне казалось, что провел за изучением несколько часов, совершенно забыв о том, что меня ждут еще неоконченные дела. Нужно было обдумать полученную информацию, которая в корне меняла все представления об этой твари, и только потом делать выводы.

— Ты скоро? — в кабинет вошла Валерия, выводя меня из задумчивости. Я поднял на нее взгляд, стараясь сфокусироваться, что сделать было не так уж и просто, после воздействия на меня артефакта. Тряхнув головой, я поднялся на ноги, понимая, что прошло уже достаточно времени, чтобы гости успели заскучать.

— Что-то случилось? — спросил я, чувствуя раздражение, исходящее от жены.

— Я просто, видимо, плохая хозяйка, — передернула она плечами. — Мне уже невыносимо сидеть с этой крашеной куклой, которая всем своим видом высказывает пренебрежение ко всему, что видит. Ты не поверишь, но все ее мысли заняты исключительно элитными шмотками, предстоящим сегодня перед аукционом показом мод, мастерами, слетевшимся в Новосибирск со всей империи, и новогодним балом у императора, на который муж урод берет свою первую жену, эту старую кошелку, а ее оставляет дома, лишив всех прелестей жизни высшего общества, — нахмурилась Лера. — Может, я чего-то не понимаю, но как можно думать и, не затыкаясь, говорить обо всем этом, когда у тебя болен ребенок?

— У людей разные приоритеты, — пожал я плечами. — А где сам граф?

— С Петром что-то очень активно обсуждают в лаборатории, — махнула она рукой. — А графиню я посадила в гостиной, раз ее все так возмущает в моем доме. Не хочу сорваться и высказать все, что о ней думаю. Матвея, сына графа, развлекают девчонки с Игнатом в библиотеке. Знаешь, Игнат так странно себя ведет с мальчиком, словно стал действительно живым. Наверное, при жизни, он очень любил детей…

Неожиданно шум, крики и звуки бьющейся посуды, раздавшиеся в коридоре и пронесшиеся рядом с моим кабинетом, на мгновение повергли нас с Валерией ступор. Не сговариваясь, мы выскочили в коридор. Я даже представить себе не мог, что могло произойти такого, с чем защита Игната не смогла бы справиться.

Глава 11

Резко открытой нами дверью мы сбили с ног Степана, помощника дворецкого, который только поднялся на ноги. Весь коридор возле него был залит чаем, соком и усеян осколками разбившегося сервиза.

— Я недавно попросила тебе принести чай, — как-то растерянно проговорила Валерия, переводя на меня недоумевающий взгляд.

— Что тут произошло? — спросил я у слуги, но детский визг, раздавшийся из гостиной, заставил ринуться к лестнице и спуститься вниз, не дожидаясь ответа.

Мимо меня пронеслось белое пятно, в котором я узнал своего волка. Он несся с огромной скоростью, перелетая препятствия, отталкиваясь от стен и взмывая под потолок, в погоне за иллюзорной белкой-переростком, которая улепетывала от него, постоянно маневрируя и резко меняя направление. Все это сопровождалось шипением и кряхтением выдры, которая периодически обгоняла волчонка, стараясь добраться до юркой белки первой.

На спине у волка сидел маленький мальчик, которого довольно плотно зафиксировали ремнями к телу духа, чтобы тот не свалился во время движения своего необычного скакуна. Ребенок оглашал просторы гостиной восторженным визгом, упрашивая волка двигаться быстрее, чтобы поймать эту белку-диверсанта и не дать злобным врагам империи, в лице выдры, завладеть ей первой.

Я во все глаза смотрел, как белка прыгает на верхушку наряженной елки. Выдра и волчонок, резко развернувшись, прыгнули синхронно вверх, с двух сторон атакуя своего врага. Волк клацнул зубами и резко спикировал вниз, держа в зубах вполне себе материальное заклинание. Выдра, пробежав по веткам ели, зацепилась за какое-то украшение и рухнула вниз. Злобно вереща, она потянула дерево за собой, которое упало с оглушительным грохотом в нескольких сантиметрах от замершего волка. Питомиц Алины выпутался из переплетенных гирлянд и веревок и с гордо поднятой головой прошествовал к отскочившему волку, после чего начал что-то ему высказывать, злобно топорща усы. В это время, от упавшего дерева потянуло гарью, и ель со всех сторон окутало яркое зеленоватое пламя.

Естественно, тут же сработали защитные чары, и с потолка полился поток ледяной воды, который быстро потушил начавшийся пожар, заливая пол на пару сантиметров, не говоря уже о людях, которые находились в это время внизу. Граф с Петром застали уже окончание этой сцены погони, глядя на орущую матом графиню Верескову, которая забыла о любых правилах приличия, стоя в холодной воде в центре гостиной.

— Игнат, — едва сдерживая ярость, позвал я духа, который тут же материализовался передо мной. — Будь добр, объясни мне, что это что такое? — прошипел я, стараясь взять себя в руки, лихорадочно соображая, что именно говорить графу Верескову и как перед ним извиняться.

— Дык, сами же сказали, ребенка веселить, — нахмурился призрак, явно не понимая, почему хозяин так сердится.

— Я сказал развлекать, — глубоко вздохнул я. — Книжку ему почитать или сказку рассказать, а не устраивать погоню верхом на волке, превращая дом в руины. Как ты волка заставил принять в этом участие?

— Эм… ну… — немного смутился Игнат, опуская глаза в пол.

— Костя, не злись, мы все уберем, — подскочили ко мне мокрые девчонки. Они улыбались, а в глазах мелькали задорные искры. — Тем более, смотри, как мальчик рад, — пролепетала Диана, показывая в сторону ребенка, который с гордо поднятой головой, искренне улыбаясь, ехал на спине не менее гордого волка к своему отцу.

— Спешу доложить, — звонко прокричал мальчик, глядя на своего отца. — Лазутчик пойман, секретная информация не попала в руки врага! — волк выплюнул на подставленную опешившим графом ладонь белку, которая тут же истаяла воздухе, когда Диана развеяла заклинание. Петр стоял, не шевелясь, с ужасом не лице осматривая то, во что превратилась наша гостиная.

— Хорошо поработал, сынок, — ответил граф, рассмеявшись, потрепав мальчика по волосам. — Родина может спать спокойно, пока на ее страже такие богатыри, как ты.

— Простите, ваше сиятельство, — подошел я к мужчине, хлюпая по начавшей постепенно уходить воде. Граф немигающим и каким-то стеклянным взглядом смотрел, как девчонки вместе с Игнатом снимают многочисленные ремни, чтобы стащить ребенка со спины что-то снова жующего волчонка и пересадить того в инвалидное кресло, которое подкатила к ним недовольная выдра.

— За что? — удивился он, поворачиваясь в мою сторону. — Это, наверное, первый раз за долгое время, когда я вижу его улыбку. Вы даже не можете себе представить, что это для меня значит. Мы тоже стараемся его развлекать, как можем, но вы и ваши, хм, девушки, — наконец подобрал он слово, стараясь понять, кем именно мне приходятся воркующие девчонки, — отнеслись к нему, как к полноценному ребенку, а не как к инвалиду. Я благодарен вам и вашей семье за эти минуты радости, которые вы подарили сыну.

— Спасибо, — выдохнул я, не веря в то, что эта шалость не сорвала мне сделку. Как оказалось, граф довольно сентиментален и очень сильно любит своего сына. — Только это не мои девушки. Диана моя сестра, а Алина — невеста моего брата, — внес я некоторую ясность. — Валерия моя супруга, с ней вы уже должны были познакомиться.

— Ох, извините, — слегка смутился граф, бросая взгляд на свою жену. — Не обращайте на нее внимание, судя по всему, она оставила свои манеры у себя дома, — повысил он голос, чтобы до женщины, на вид лет тридцати, дошло, что пора бы уже замолчать. Посыл она поняла правильно, и наконец наступила тишина, прерываемая только щебетанием мальчика, рассказывающей подоспевшей Валерии основные этапы подготовки этой спецоперации, которые она пропустила.

— Раз контакт найден, то мы можем начинать, полагаю, — осторожно проговорил Петр, обращая внимание графа на себя. — Давайте пройдем в столовую, там сухо, и никто нас не потревожит. Не следует пока пугать мальчика больничной атмосферой, если мы ничего не найдем.

— Да, конечно, — стал вновь предельно серьезным граф и подошел к сыну, взявшись за ручку кресла, толкая его в указанном Петром направлении.

Оставив всех в гостиной, приказал убрать все до того момента, как мы вернемся. Я призвал волчонка, мысленно давая тому указания. Он кивнул и прошмыгнул следом за мной, усаживаясь на пол рядом с мальчиком, положив морду ему на колени, тем самым успокаивая. Закрыв плотно двери, я подошел к ребенку, присаживаясь перед ним, чтобы не смотреть на него сверху вниз.

— Тебя же Матвей зовут? — он кивнул, начиная гладить волка. — А меня Костя. Знаешь, кто я?

— Целитель, так папа сказал, — нахмурился парень. — Я много целителей видел за последнее время, поэтому знаю все, что вы будете делать. И мне не страшно, — добавил он, посмотрев мне прямо в глаза. — Но вы не похожи на целителя. Больше на агента секретной службы, — подозрительно прищурился парень.

— Я не агент секретной службы. Однако ты прав, я не совсем обычный целитель, но ничего плохого тебе не сделаю, — улыбнулся ему, после чего кивнул Петру, который подошел к нам ближе.

Поднявшись на ноги, я сделал несколько шагов в сторону, наблюдая за манипуляциями брата, который проводил свою диагностику через зеленую пирамидку. Когда он закончил, то повернулся ко мне и растерянно развел руки в стороны. Понятно, он ничего не нашел. Граф глубоко вздохнул и отвернулся, чтобы скрыть разочарование.

— Ну теперь я попробую, — я сел на колени, чтобы было удобнее. Взяв мальчика за руку, уже привычным движением пустил несколько нитей магии жизни, внимательно глядя истинным зрением за ее продвижениями и осматривая целостность энергетических потоков.

— А у вас глаза зеленым светятся, — как-то восторженно прошептал Матвей, не отводя с меня взгляда. — Я чувствую прохладу в теле, но мне не холодно. А где ваша пирамидка или шар, через который вы работаете? — полюбопытствовал мальчик, непроизвольно дернувшись, когда нити жизни достигли позвоночника. — Простите, я не специально.

— Я же не обычный целитель, и пирамидки мне не нужны, — ответил я, чтобы успокоить ребенка, продолжая осмотр.

Действительно, все было в полном порядке, на первый взгляд. И энергетические каналы все были целыми и ярко сияли, и все ткани с нервами и сосудами нигде не прерывались. Даже в ногах, которые мальчика совершенно не слушались. Я усилил поток, пуская его строго по позвоночнику и нервам, ведущим к обеим ногам, и тогда понял, что именно мне не понравилось при первом осмотре. Мощный поток на одном из участков позвоночника слегка затормозился, а потом разбился на многочисленные тонкие нити самостоятельно, чтобы пройти через незримое взглядом препятствие. Что же это такое. Вряд ли можно будет увидеть это обычным взглядом.

— Матвей, можешь рассказать, что произошло, когда тебя ранили? — осторожно спросил я, глядя в глаза мальчику. Судя по всему, моя магия приносила ему небольшой дискомфорт, стараясь пробить этот странный блок, но он всем своим видом не показывал этого, только пристально следил за мной.

— Я помню, что долго бежал от чудовища. А потом споткнулся о камень и упал на землю. Тогда монстр прыгнул мне на спину, больно вонзаясь когтями в кожу. Но вдруг раздалось несколько выстрелов, и монстр умер, придавив меня своим телом. Больше не помню ничего. — Опустил он глаза, вновь начиная теребить уши волчонка.

— Что это были за монстры? — спросил я у графа, поднимаясь на ноги.

— Волколаки и лисы. — Ответил он. — Со второго уровня.

— Ваше сиятельство, вы верите в Новогоднее чудо? — прямо спросил я у мужчины, который округлил глаза, подавшись вперед.

— Вы что-то нашли? — спросил он у меня, хватаясь за ручку инвалидного кресла и крепко ее сжимая.

— Возможно. Я могу описать свои наблюдения и нестыковки, которые вы передадите своим целителям. Тут нужно заглянуть, так сказать, изнутри, а не при помощи кристалла. Даже мне не до конца понятно то, что заметил. — Прямо ответил я. Волчонок заворчал, когда детская ручка стиснула его ухо.

— Я буду ходить? — шепотом поинтересовался Матвей, с разгорающейся надеждой глядя на меня.

— Не знаю. Это только подозрения, — честно сказал, освобождая своего волка и отпуская того заниматься своими делами. Дух сделал один шаг, после чего укоризненно на меня посмотрел и вернулся на свой пост, поставив лапу ребенку на колени.

— Вы можете это сделать сами? — осторожно спросил граф. — Я в долгу не останусь и заплачу любую цену.

— Нет, — покачал я головой. — Дома подобное сделать невозможно, нужны определенные инструменты для проведения операции, как минимум, а в клинику я смогу попасть только на открытие. У меня есть дела, которые требуют решения и не терпят отсрочки. Может быть позже, но не сейчас.

— У тебя не осталось свитков до клиники? — тихо спросил Петр, подходя ко мне и уводя в сторону.

— Нет. Если бы были, то вопрос бы решился сам собой. А лететь туда и обратно, мне не слишком хочется. Особенно в канун Нового Года. Может, это эгоистично, но отдых мне тоже нужен, хотя бы несколько дней, — прошептал я.

— Что тебе нужно для операции, — продолжил наседать на меня брат.

— Хотя бы увеличительное стекло, очень тонкий пинцет и очень маленький скальпель. А также подходящие условия. Не буду же я ребенка резать на кухонном столе, — продолжал шептать я, чтобы граф не услышал моего ответа.

— Внизу у нас находится подобие больнички, я же уже говорил. Там есть увеличительная призма и самые разные инструменты, — с воодушевлением шептал Петр мне на ухо.

— Ты с ума сошел, я же не целитель, на самом-то деле, — прорычал я.

— Ой, будто ты за свою жизнь ни разу себя не штопал в каком-нибудь подвале при помощи метательного ножа, зубной нити и бутылки с водкой, — всплеснул он руками. — Любую ошибку ты уберешь при помощи магии жизни, воздействуя напрямую. Не стоит упускать такой шанс втереться в доверие и поиметь дружеские отношения с таким влиятельным человеком, как граф Вересков. Ну и ребенка спасти. Ты только посмотри на него, он же смотрит на тебя, как на ожившего бога.

— Ваше сиятельство, — выдохнул я, обращаясь к графу, ожидающего окончания нашего разговора. Мальчик все это время действительно смотрел на меня огромными глазами, стараясь не разреветься. — Мы сейчас отойдем ненадолго, подождите немного. Давай, показывай свою больничку.

Петр вытолкнул меня из столовой и потащил в сторону крыла, противоположном от лаборатории. Войдя на кухню, он открыл неприметную дверь, ведущую в очередное подвальное помещение. Спустившись по крутой лестнице, Петр молча отворил железную дверь и пропустил меня вперед. Это оказалась небольшая комнатка, которую озарил яркий свет, падающий таким образом, что предметы не оставляли под собой тени. Все стены были уставлены стеллажами, на которых стояли банки с разными органами, мелкими существами изнанки и еще непонятно с чем. В центре находилась небольшая тумба, на которой виднелись инструменты, рядом с которой стоял железный стол с припаянной к нему раковиной и другими трубками, уходящих в пол.

— Вот, чем тебе не место для операций? — обвел помещение Петр внимательным взглядом.

— Это стол для вскрытия, а по стенам стоят извлеченные органы тварей. Какая больничка? — вспылил я.

— В углу есть аптечка. Какая разница для чего нужен этот стол. Ну давай я постелю клеенку, и вообще ты сюда только за инструментами пришел.

— Мальчики, не проще вам отправиться в клинику, а не заниматься самодеятельностью? — раздался голос Валерии у меня за спиной. — Как только вы ушли, граф попросил меня, чтобы я повлияла на ваше решение, но смотрю, вы время зря не теряете, — хмыкнула она, обводя взглядом это странное место, назначение которого мне еще предстояло выяснить.

— До клиники лететь не известно сколько… — Вздохнул я, очередной раз объясняя проблему.

— Две минуты, включая сборы. — Улыбнулась Валерия. — Костя, во время прорыва я занималась транспортировкой раненых, больных и прочих от клиники до парка и обратно. У меня сохранилось с десяток свитков в обоих направлениях. — Подошла она ко мне. — Помоги им, прошу тебя. — Я кивнул, соглашаясь со всеми доводами, которые мне предоставил Петр. Тем более, я не просто так спустился следом за братом. Просто не хотел облажаться, если моя теория окажется не верна. — Огурцова я предупрежу. Отправляйтесь с Петром, а я сопровожу графа и мальчика.

— Лера, тебе кто-нибудь говорил, что ты чудо! — выпалил брат.

— Да, мой муж каждый день об этом напоминает. Все, уходите. Встретимся там. — Она разорвала свиток и вложила его мне в руку. Яркая вспышка света, ощущение рывка, и мы с Петром тут же оказались возле дверей клиники, где уже ждал меня Огурцов.

В курс дела главного целителя моей клиники я ввел быстро. Задумавшись, он подтвердил, что моя теория о блоке в месте травмы имела под собой веские основания. Показав мне операционную, инструменты и артефакт, который увеличивал изображения в десятки раз, он оставил меня готовиться к процедуре. Сам Огурцов, после того, как лично осмотрел Матвея, отказался оперировать, мотивируя тем, что, в отличие от меня, не видит, где именно находится описываемый мною блок.

Всего полчаса потребовалось для того, чтобы все подготовить, облачить меня в лекарский халат и подвести к столу, где уже спал лечебным сном мальчик, готовый к процедуре. Работать с артефактом увеличения оказалось очень удобно и информативно. Никого постороннего рядом с собой я не оставил, только Петра и Огурцова, которые помогали тут же нивелировать все последствия моего вмешательства. Через тонкие и едва заметные разрезы я добрался до позвоночника и уже под десятикратным увеличением смог увидеть три небольших осколка макра, которые и блокировали проведение импульсов. Извлечь их было проще простого, клиника к этому времени была оснащена уже всем необходимым даже для подобного рода манипуляций.

— Да быть того не может, — поморщился Огурцов, рассматривая едва заметные осколки желтого кристалла, выложенных мною в небольшую стеклянную емкость. — Какова вероятность, что при выстреле в монстра повредиться макр, осколки которого вонзятся глубоко в тело ребенка? Их не было заметно через призму ни одному целителю, потому что разбившийся макр был уже активирован до того, как попал в тело. А учитывая нестабильность потоков, лично я принял это за небольшую погрешность в измерениях, что случается довольно часто. Тут действительно большая удача, что вы их смогли обнаружить. Как вам это удалось? — посмотрел он на меня пронзительным взглядом, стараясь, видимо, понять, как разгадал эту загадку необученный маг жизни, а не целитель с огромным стажем.

— Просто в таких делах погрешности должно хватить, чтобы найти проблему, — пожал я плечами, снимая с себя халат и перчатки. — Будите мальчика, нужно проверить, сработало или нет.

Подождав, пока ребенок откроет глаза и сядет, недоуменно озираясь по сторонам, я подошел к нему, проводя пальцем сначала по одной ноге, затем по другой.

— Чувствуешь что-нибудь? — он нахмурился, глядя на свои ноги, потом радостно закивал, а из глаз покатились слезы. — Попробуй пальцами пошевелить, — попросил я, после чего внимательно следил за тем, как ребенок шевелит обеими ступнями, прикладывая к этому пока много усилий.

— Спасибо вам, теперь я верю в то, что Новогодние чудеса случаются, — прошептал он и обнял графа, который влетел в палату, услышав речь своего сына.

— Вам следует на некоторое время остаться здесь, — сказал я уже не скрывающему эмоций графу Верескову. — У нас запланировано открытие отделения реабилитации. Я думаю, целители, специализирующиеся на этом, не откажутся принять своего первого пациента еще до официального открытия клиники.

— Да, разумеется, — согласился мужчина. — Как вы скажете. Ваше благородие, я могу с вами поговорить наедине?

— Да, пойдемте за мной, — кивнул я, выходя в коридор и направляясь в кабинет Огурцова. Наверное, мне следует сделать свое собственное помещение, чтобы не отвлекать главного целителя. А то слишком часто я тут оказываюсь по совершенно разным причинам.

— Я хотел поговорить с вами об оплате, — сразу же сказал мужчина, как только за нами закрылась дверь. — Сегодня вечером состоится новогодний аукцион, где я уже расскажу о чудесах вашей клиники. Можете сами посетить наше мероприятие, чтобы убедиться в том, что свои слова я держу.

— Я могу вас попросить об одной услуге? — перебил я радостного графа. — Никому не говорите, что это именно я провел эту операцию. Пусть это останется тайной. Вы находитесь в клинике, значит нужно благодарить моих лекарей. Я могу рассчитывать, что это все останется между нами? — прямо спросил я у него.

— Конечно. У вас на это могут быть свои причины, не мне проявлять к ним интерес, — сосредоточенно кивнул Вересков. — Давайте прямо, что вы хотите за излечение моего сына?

— Ответную услугу, которая, возможно, мне может от вас когда-нибудь понадобиться, — посмотрел я ему в глаза, ожидая ответной реакции. — Ничего противозаконного, аморального и того, что идет вразрез с вашими принципами. Жизнь долгая, и в любой момент может понадобиться помощь тех, кому в той или иной мере доверяешь.

— Согласен. Это разумный обмен, — кивнул мужчина. — Но, я хочу поблагодарить вас лично. Когда-то я поклялся своему богу, что отдам самую ценную вещь, хранящуюся у меня в роду уже больше сотни лет, тому лекарю, который сможет поставить моего единственного наследника на ноги. Я держу свою клятву, и теперь эта вещь принадлежит вам. Тем более, вы действительно будете в ней заинтересованы и возможно примените по назначению, учитывая, что кинжалом огня вы пользуетесь довольно часто и не даете ему заржаветь на полке в музее.

Он поставил на стол, рядом с которым мы стояли, шкатулку, с испещренной защитными символами крышкой. Я не удержался и открыл ее, глядя во все глаза на клинок, который был точной копией моего огненного кинжала, только рукоять его была сделана из темно-зеленого камня, а по лезвию периодически пробегали изумрудные искры. Висевший на поясе кинжал огня нагрелся и, вытащив его из ножен, я увидел, как огненные всполохи появляются на лезвии в том же ритме, что и искры на лежавшем на столе в защитном футляре клинке.

— Что это? — я захлопнул крышку и вложил тут же охладившийся кинжал в ножны, поворачиваясь в сторону графа.

— Кинжал жизни. Одна из частей клинка восьми стихий, — пояснил он.

— Я не могу его взять. Это слишком дорогой подарок, — тряхнул я головой, даже приблизительно не догадываясь об его истинной стоимости.

— Не дороже жизни моего сына. Возьмите его, не заставляйте меня нарушить мою же собственную клятву. — Он положил на стол свою визитку и пропуск на аукцион, точную копию которого, в свое время, я отдал своему поверенному. — Всего доброго, Константин. Надеюсь, мы с вами продолжим общение в менее трагичных обстоятельствах.

Он пожал мне руку и вышел из кабинета, оставляя меня одного раздумывать над случившимся.

— До чего договорились? — в кабинет вошли Петр и Валерия буквально в тот же самый момент, как только за графом закрылась дверь.

— Что вы сегодня с Алиной посетите Новосибирский аукцион и посмотрите, как именно расхваливает нашу клинику учредитель. Тем более, тебе бы не помешало встретить Новый год с семьей своей невесты, пора привыкать общаться с ее родственниками, ну или бросать это гиблое дело, найдя себе девушку попроще, — усмехнулся я, глядя на краснеющего от возмущения брата, пытающегося что-то мне ответить под ехидные смешки не сдерживающейся Валерии.

— А вы будете дома прохлаждаться? — наконец пришел в себя Петр.

— Ну, с меня аукционов уже хватит, по крайней мере, на ближайшее время. Слишком они шумно проходят в моем присутствии. — Покачал я головой, после чего повернулся в сторону Валерии. — Не хочешь сходить сегодня поужинать куда-нибудь? Мы с тобой так никуда никогда и не выбирались вместе. — Она радостно закивала и, подойдя ко мне, крепко обняла. Проведем несколько вечеров в тишине и спокойствии, чтобы потом начать серьезно разбираться с проблемами повелителя Теней, потому что добытая Тиной информация очень сильно сдвинет дело с мертвой точки и приблизит меня к нанесению удара.

Глава 12

К ресторану с лаконичным названием «Сапсан» мы подъехали без четверти восемь. Андрей, как главный совладелец этого элитного в Норильске заведения, организовал нам столик, хотя места здесь бронировали за несколько недель вперед. Сегодня Лера хотела находиться именно в общем зале вместе с остальными, а не использовать для ужина закрытую часть заведения, отведенную для владельцев. Валерия, по распоряжению отца, которое он отдал еще при жизни, также владела половиной ресторана. Но честно отдала управление в руки своему брату, получая лишь на наши счета ежемесячную прибыль уже с вычетом всех трат, включая налоги.

Популярность этого заведения среди местной аристократии объяснялась не столько отменной кухней и искусным шеф-поваром, которого в свое время нашел где-то на просторах Чукотки отец Валерии, сколько отличной системой охраны и защитными артефактами, полностью блокирующие здание при малейшей угрозе со стороны монстров. Надежность этих самых артефактов проверили совсем недавно во время прорыва, когда все посетители были заблокированы в здании, ведь не все гости ресторана были магами, встречались и обычные, но довольно обеспеченные люди. Все это мне рассказала Лера, расхваливая это место еще днем, когда я предложил ей самой выбрать ресторан. Было видно, что выходить из дома она все равно опасалась, поэтому выбрала знакомое место с надежной охраной.

— Мне кажется ты немного нервничаешь, — спросил я у молчаливо смотрящей в окно машины жены.

— Нет, что ты! — она повернулась ко мне и улыбнулась. — Хотя, ну может быть, совсем чуть-чуть. Ты не поверишь, но это мое первое свидание, если этот вечер можно так называть, ведь мы уже женаты, — задумалась она над своими же словами.

— Я конечно совершенно не романтик, но постараюсь исправиться, — тихо ответил я, понимая, что это действительно наш первый совместный выход в свет.

— Ловлю на слове, — рассмеялась она и вышла из машины, когда водитель открыл перед ней дверь.

Взяв ее под руку, мы поднялись по высокой, широкой лестнице и вошли в фойе, где нас встретила не слишком улыбчивая охрана и молодой мужчина, к которому мы сразу же подошли.

— Добрый вечер, меня зовут Иван — я младший распорядитель ресторана. Представьтесь, пожалуйста, — улыбнулся он, мазнув взглядом по родовому перстню Валерии. Я был в перчатках, поэтому все мои кольца были скрыты от посторонних глаз.

— Барон и баронесса Мануловы, — обратился я к мужчине, который кивнул и открыл небольшую папку, которую держал в руках. Он довольно долго вчитывался, перелистывая страницы, хмурясь.

— Простите, но ваши мена отсутствуют в моем списке, — поднял он глаза, захлопнув папку. — А свободных мест, как вы понимаете, нет. Но вы можете прийти в другой день, забронировав столик заранее, либо подождать, может, вам повезет, и кто-то не придет. — Проговорил он менее приветливо, оценивающе глядя на нас с женой, будто считая в уме сколько примерно стоят наши наряды, выбирая по получившейся сумме дальнейшую тактику поведения.

— Я чего-то не понимаю или ты, Иван, не знаешь, кто сейчас находится перед тобой? — процедила сквозь зубы Валерия. Я решил не вмешиваться, давая ей полное право разбираться с персоналом своего ресторана самостоятельно. — Меня и не должно быть в каком бы то не было списке, — в ее глазах промелькнули сиреневые огоньки, что говорило о едва контролируемой в этот момент ярости.

— Ваше благородие, у нас единые правила для всех, независимо от статуса и положения в обществе, — холодно проговорил так ничего не понявший распорядитель. — Я вынужден вас просить удалиться…

— Добрый вечер, Константин, не ожидал вас здесь увидеть, — я повернулся на тихий голос Гюрзова, который прервал очень интересную речь распорядителя. Граф вышел из зала ресторана в сопровождении очень привлекательной женщины и, увидев нас, тут же остановился. — Прошу простить, если вопрос покажется бестактным, но у вас какие-то проблемы?

— Нет, что вы, — усмехнулся я. — Думаю, это недоразумение разрешится само собой, когда лакей на входе додумается позвать главного администратора или кем тут является его начальник. Как ваша нога, кстати? — полюбопытствовал я, пожимая протянутую мне руку.

— Все в норме. Твои целители действительно творят чудеса, даже застарелую травму колена вылечили, как сказали, случайно, но я совершенно не в обиде, — улыбнулся он. — А я бы на вашем месте все же прислушался к словам барона и позвал Владимира Просапсанова. Кстати, советую прямо сейчас писать заявление на увольнение, я прав, Велерия? — повернулся он к успокоившейся девушке, уже с интересом разглядывающая всех собравшихся, в ожидании дальнейшего развития событий.

— Все так, — кивнула она, смерив побледневшего распорядителя пристальным взглядом. Мужчина что-то пробормотал и достал мобилет из кармана, с кем-то торопливо связываясь. Охранники на входе многозначительно переглянулись и усмехнулись. Похоже, в отличие от распорядителя, они были в курсе, кто решил навестить сегодня вечером свои владения.

— Мила, познакомься с моими друзьями — Валерия и Константин Мануловы. Это Мила, моя супруга. — Мы обменялись любезностями, после чего синхронно обернулись в сторону распахнувшихся настежь дверей и появившейся в проеме запыхавшейся фигуры полноватого мужчины, который переводил взгляд с Валерии на распорядителя. Его лицо начало багроветь, а одышка, как мне показалось, слегка усилилась.

— Константин, я могу с тобой поговорить? — неожиданно спросил Гюрзов у меня, посмотрев в глаза. — Пускай дамы развлекаются, доводя Просапсанова до сердечного приступа, мы им только помешаем. Я хотел связаться с тобой чуть позже, но раз мы уже столкнулись здесь, то…

— Я отойду на несколько минут? — тронул за плечо Валерию, которая о чем-то тихо переговаривалась с графиней Гюрзовой, демонстративно не обращая внимание на появившегося мужчину, который не сказал за это время ни единого слова. Лера кивнула и, хищно улыбнувшись, наконец повернулась к стоявшему в своеобразном ступоре Просапсанову. Мысленно ему посочувствовав, я вышел на улицу вслед за графом. Возле входа никого не было, поэтому мы остановились именно здесь. Заклятье тишины граф накладывать не стал, поэтому вряд ли он хотел сообщить мне какую-то важную и секретную информацию.

— До меня дошли некоторые слухи от высшей аристократии столицы, — посмотрел он пристально на меня. — Многим не слишком понравилась демонстративная расправа с твоей стороны над родом Болиглавским. Ты не только убил главу рода, но и смертельно ранил единственного прямого наследника. Некоторые особо закостенелые главы родов видят в тебе угрозу давно сформировавшейся прослойке элиты. Ты слишком быстро набираешь силу в магической плане, расширяешь владения и тесно общаешься с влиятельными личностями. Если прямо, то наиболее приближенные ко дворцу семьи пытаются настроить окружение императора против тебя, тем самым убрав выскочившего неизвестно откуда барона с шахматной доски. Сами напрямую они связываться не хотят, чтобы не повторить судьбу князя Болиглавского, но вот руками имперского двора и, если получится, самого императора, они попытаются это сделать непременно.

— Какое вообще дело до меня столичным семьям? — удивился я, обдумывая эту действительно важную для дальнейших планов информацию. — В Москве у меня дел никаких нет и, сомневаюсь, что будут. Болиглавский сам сунулся туда, где ему были не рады. Если бы не его грубые действия в отношении моих владений, я бы даже не знал о его существовании.

— Ну это не мое дело, что именно вы с князем не поделили, — развел он руки в стороны. — Просто хотел тебя предупредить, чтобы ты был осторожнее. Дел-то ты в столице ни с кем не имеешь, но кому-то явно смог перейти дорогу.

— Можешь назвать фамилии наиболее активных семей? — спросил я. Это может и ничего не значило, но хотелось бы убедиться, что за этими слухами не стоит Глеб Сапсанов и его сторонники. Насколько я помню, после того, как он расквитается со всеми обидчиками, Сапсанов хотел идти на столицу, устроив переворот и потягаться силами с действующим императором Кречетом.

— Я постараюсь, но ничего не обещаю, — кивнул он. — Свяжись с князем Тигровым. Я слышал, у тебя с ним есть точки взаимодействия, не просто же так он был свидетелем на твоей свадьбе, — прищурился граф. — Он в этом котле варится уже очень давно, так что сможет потянуть за определенные ниточки, чтобы узнать всю правду, если ты, конечно, действительно не хочешь идти боевым маршем на столицу, — усмехнулся он. — У меня же только слухи и ничего больше.

— Спасибо за предупреждение, — поблагодарил графа, заходя внутрь ресторана. Если я прав насчет Сапсанова, то эти слухи нам даже на руку. Будет проще выйти на человека, приносящего мне основные проблемы. Попрощавшись с Гюрзовыми, я подошел к Валерии, удивленно смотревшей на Просапсанова, который явно вел себя не слишком адекватно в сложившейся ситуации. Того молодого парня не было видно. Скорее всего, его быстро убрали из фойе, чтобы не нервировать важную гостью.

— Да будет милостив ко мне Великий Сапсан и сохранит мою голову на плечах за то пренебрежение, которое по моей вине оказали любимой сестре главы рода, — тихо бормотал он, глядя в потолок.

— Тебе не кажется, что кто-то переигрывает? — полюбопытствовал я у жены, которая выдохнула с облегчением, увидев меня.

— В стрессовой ситуации каждый ведет себя по-разному, — пожала она плечами. — Но, тут ты прав, он явно преувеличивает масштаб проблемы. Ты не поверишь, я даже и слова ни одного не сказала за все это время. Владимир Павлович, может уже впустите нас внутрь, или так и будем друг на друга смотреть? — поинтересовалась она у мужчины, который тут же открыл перед нами дверь, поклонившись.

— Разумеется, ваше си… благородие, извините, я еще не привык к новому обращению, — проговорил он, обгоняя нас и принимая верхнюю одежду, передавая ее подбежавшему слуге. — Ваш любимый столик готов, располагайтесь, — проводил он нас в дальний угол ресторана, в котором одновременно сочетался стиль и гармонично вписывающаяся роскошь. Все места были заняты, и в зале стоял равномерный гул голосов. Играла тихая приятная музыка, между столиков сновали официанты. Даже было не привычно находиться в этой спокойной размеренной обстановке. — Обслуживать я буду вас лично. Сейчас принесу меню и карту вин, — вернувшись в свою привычную колею, проговорил Просапсанов.

— Если ты не против, можно я закажу? — спросила она у меня, остановив мужчину. — Карту вин не нужно. Принесите то вино, которое доставляют сюда специально для меня. Может, оно не самое элитное, но мое любимое, — пояснила мне Валерия. Мне было без разницы, в местных винах я совершенно не разбирался, поэтому ничего по этому поводу сказать не мог.

— Отличный выбор, — кивнул мужчина и, поклонившись, буквально испарился выполнять заказ.

— Ну, начало нашего первого свидания нельзя назвать удачным, — проговорила Валерия, оглядывая зал. — Тут так тихо. Нет этих гонок со смертью и шумных родственников. Как же хочется, чтобы это был не единственный беззаботный для нас вечер, — взяла меня за руку Лера, глядя в глаза.

— Когда-нибудь это станет скучной нормой, не приносящей того удовлетворения, которое мы испытываем этим местом сегодня, — улыбнулся я, сжимая ее ладонь. Пришедший Просапсанов поставил рядом с нами бокалы и разлил вино из бутылки. Положив на край стола меню, он молча сделал шаг назад и скрылся из поля зрения, чтобы нам не мешать.

— Знаешь, о чем я сейчас думаю? — нахмурившись, произнесла Лера. — Если бы не то покушение на изнанке на нас с братом, мы бы с тобой никогда не встретились. Если бы не дядя со своей жаждой мести, я бы сейчас сидела где-нибудь в особняке какого-нибудь старого графа, весь остаток своей жизни проведя запертой в золотой клетке. Я представляла себе это, когда тебя не было рядом, и поняла, что жизни без тебя у меня не будет. Несмотря на то, что мой дядя сделал с моей семьей, сколько боли и горя принес, я ему даже благодарна, что он смог свести меня с тобой, — тихо проговорила она, глядя пристально мне в глаза.

— При встрече, я обязательно передам ему твои слова, — ровно произнес я, беря бокал и делая глоток терпкого вина. Наверное, нужно было как-то иначе отреагировать. — Лера, ты… — Я резко замолчал, понимая, что в зале стало подозрительно тихо. Перестала играть музыка, не было слышно звона посуды и голосов посетителей.

Мы с Валерией синхронно повернули головы в сторону зала, глядя на то, как замерли в тех же позах, в которых находились только что люди. По полу и стенам начал клубиться фиолетовый дым, заполняя постепенно все пространство внутри ресторана. Все окна покрылись сеткой изморози, через которую не было видно, что происходит снаружи. Дым начал сгущаться, местами образуя яркие светящиеся замысловатые плетения на стенах.

— Я знаю, что это такое, — в полной тишине голос жены прозвучал довольно громко. Она обеспокоенно посмотрела на меня, хотя полностью самообладание не потеряла. Сердце едва ускорило свой ритм. — Это одно из известных заклятий клана Теней. Может перенести даже целое здание в своеобразный карман, находящийся вне времени и пространства. Когда действие заклятия спадет, в реальном мире пройдет не больше секунды. Мне о нем рассказала Светлана и научила его создавать.

— И я даже подозреваю, для каких целей, — хмыкнул я, понимая, что будь подобная штука у меня в свое время в прошлой жизни, многих проблем можно было бы избежать, до конца оставаясь незаметным в любой ситуации. Я бросил взгляд на наручные часы, отмечая, что они остановились. — И на магов Тени оно не распространяется, — подытожил я, видя, как из сформировавшегося фиолетового клуба дыма появились три фигуры, тут же устремившихся в нашу сторону. Женщины, лет тридцати, с яркими волосами такого же цвета, как у Леры, и такими же светящимися фиолетовым светом глазами. Вперед вышла только одна, двое остались в некотором отдалении. Бегло оглядев ее, понял, откуда Светлана взяла моду одеваться в белую рубашку, обтягивающие черные брюки и черный корсет.

— Если хочешь, могу его развеять. Это не сложно, — демонстративно не обращая внимание на женщину, проговорила Валерия. Тень, тем временем, взяла стул и, поставив его рядом с нашим столиком, села на него. — Я маг седьмого уровня. Одной моей грубой силы хватит, чтобы разрушить этот карман, вернув естественный ход времени.

— Пока не стоит, — не задумываясь, ответил я, делая очередной глоток вина. Я не знаю, зачем сюда прибыли тени, но подвергать опасности посторонних людей все же не стоило. — А неплохое вино.

— Графа Мангустова. Как по мне, оно очень недооценено. Но в наши края завозится специально, слишком далеко находимся от юга империи, — проговорила Валерия, так же, как и я делая глоток из бокала. — Кстати, после вашего знакомства, нам на него дают отличную скидку.

— Простите, а я вам не мешаю? — надменно поинтересовалась незваная гостья, очень сильно удивившись нашей реакции на ее появление.

— Вообще-то мешаешь, — ответил я, медленно поворачиваясь в ее сторону. — Я предупреждал, что сам назначу место и время нашей встречи. Сейчас мне не хочется вести беседу, глава клана Тени, я же правильно понял, кем ты являешься? Поэтому, будь добра, уйди и не мешай.

— А ты наглец, — рассмеялась она, после чего села прямо, закинув ногу на ногу, с вызовом глядя мне в глаза. — Ты слишком слаб, чтобы тягаться не только со мной, но и со всем моим кланом. Поэтому я выбираю, где и когда мы будем встречаться.

— Как ты узнала, что я нахожусь здесь? — поморщившись, задал я интересующий меня вопрос. Возможно, она права. Если силу ее спутниц я мог оценить, то о потенциале самой главы клана не мог сказать ничего дельного. Нужно было активировать истинное зрение для этого, но в данный момент я был занят несколько другим делом, высвобождая из источника магию теней, которая теплой волной раскатилась по моему телу.

— У меня есть свои осведомители. Везде. В любой точке империи. Очень важно в моей работе плести подобные паутины, чтобы всегда быть в курсе событий, — проговорила она, повернув голову в сторону Валерии, которая рассматривала меню, внешне полностью выключившись из нашей беседы.

— Тот распорядитель, Иван, — усмехнулся я. — Теперь понятно, почему он устроил это шоу. Тянул время, чтобы вы успели прибыть. Хитро, но не очень умно. Дорогая, ты можешь покинуть это место, боюсь, тут может быть очень шумно, — обратился я к супруге, которая подняла на меня светящиеся в полумраке глаза.

— Твоей супруге нечего опасаться. Мы ей не причиним вреда, это не в наших интересах. Вот тебе стоит немного сбавить тон, — холодным голосом произнесла женщина, вперившись в меня немигающим взглядом. — Я вижу, ты получил мой подарок, — кивнула она на руку, перчатку с которой я не снимал, стараясь поддерживать легенду о ранении проклятым кинжалом.

— Меня буквально только что озарило, — задумчиво проговорил я, не глядя на женщину. — Не так давно моя жена спросила меня: как я всегда реагирую на ее приближение и всегда знаю, в какой точке помещения находится Светлана. Но ответ тебе известен, не просто так ты отправила по мою душу необученного слабого мага, — откинулся я на спинку стула, вертя в руках полупустой бокал. — Я вас чувствую, и подкрасться ко мне ни тебе, ни твоей пастве для нанесения удара не получиться. Даже в численном превосходстве, как сейчас, — я прямо посмотрел ей в глаза, глядя, как на мгновение ее зрачок расширился от удивления, но потом вновь принял свою обычную форму. — Если ты сейчас же не отзовешь своих шавок, которые окружают нас и пытаются подобраться ко мне из тени, твой клан поредеет на шесть человек. Даю тебе время, чтобы это обдумать, пока я допиваю это чудесное вино.

— Ты блефуешь, — фыркнула глава клана, скрестив руки на груди. — У тебя нет столько сил и возможностей, чтобы отразить атаку одновременно нескольких обученных теней.

— Если ты так уверенна, то, может быть, мы это проверим? — я повернулся к ней. Все это время, пока вел ничего не значащую беседу, я просто тянул время, подбираясь нитями магии жизни к каждой наемнице. Их не было видно обычным взглядом, но под влиянием магии тени, они виделись мне расплывчатыми силуэтами. Я тянул из них жизненную энергию, концентрируя в своих кольцах, заменяя ее своей так, чтобы они не почувствовали никакого влияния из вне. Когда моя магия жизни полностью проникла и распространилась по их телам, я был готов атаковать.

— Пусть будет так, — улыбнулась она. — Убейте его!

Глава 13

Сделав последний глоток, я поставил на стол пустой стакан и резко направил золотое пламя по ходу все еще связывающих нас нитей жизни, так, как научился это делать у деда, прочитав в его дневнике. Быстро приблизившиеся ко мне тени после приказа своей главы, остановились от скрутившей их внезапно возникшей боли, которая вывела всех из маскировки. Секунда, и все атакующие меня наемницы вспыхнули, как спички, окутанные настолько жарким пламенем золотого огня, что обдали нас жаром, даже находясь в нескольких метрах от нас. По залу пронеслись громкие и жуткие предсмертные крики, следом за которыми наступила полная тишина, а от теней остались лишь куски пепла и подпалины на дорогом паркете. Лера вздрогнула, округлившимися глазами глядя на меня, сжимая стакан в руке побледневшими пальцами.

— Ну вот, испугала мою жену, не нужно было этого делать, — холодно проговорил я, обращаясь к женщине, которая вскочила на ноги, делая шаг назад. — Сядь! — рявкнул я, выпуская фиолетовые нити силы, которые окутали тело женщины и притянули ее ближе, заставляя вернуться на то место, где она несколько секунд назад находилась.

— Ты за это ответишь, — прошептала она, буквально прожигая меня ненавидящим взглядом. Обе сопровождающие ее девушки переглянулись и сделали несколько шагов в сторону выхода, все же не решаясь покинуть ресторан без приказа главы клана.

— Не так давно, я получил очень интересную информацию о делах клана, касающиеся вашего, так называемого, повелителя. Оказалось, он не является богом или демоном, как и тварью изнанки, не говоря уже о сущности, рожденной самой бездной, — пристально смотрел в глаза тени, решив, что сейчас самое время уточнить некоторые детали, которые предоставила мне в своем сообщении Тина. — Да, он долгое время удерживался печатями богов на десятом уровне, находясь в гордом одиночестве и изоляции, набираясь сил, чтобы вырваться на свободу. И знаешь, откуда он черпает силу? От ритуальных алтарей, которые находятся здесь, в лицевом мире. Не делай такое удивленное лицо, ни за что не поверю, что ты не в курсе этого, — усмехнулся я, глядя на вытянувшееся лицо женщины. — Меня некоторое время интересовал один вопрос, почему маги тени, каждый из которых имеет наивысший потенциал развития, не может преодолеть шестой уровень? Не поделишься мыслями?

— Тебе этого не понять, — прорычала женщина, дернувшись, стараясь освободиться от сковывающих ее пут.

— Разумеется, ведь я не прошел инициацию в том виде, в котором она должна проходить, — хмыкнул я. — Ритуал, придуманный десятки, а может и сотни лет назад, который связывает мага тени не столько с той сущностью, сколько с алтарями, которые тянут из них силу, не давая полностью развить свой потенциал, и кормя при этом демона Тени. Но конечно, этого слишком мало, поэтому большая часть магии, напитывающая алтари, исходит от убитых вами во время инициации мальчиков. Кстати, армия твоего повелителя, если ты не знала, всего лишь обращенные и измененные под влиянием магии как самого повелителя, так и энергии с ритуальных алтарей монстры третьего уровня. Да, они представляют угрозу, но с ними реально бороться, что собственно, я и сделал. А вся эта чушь с пророчеством о пришествии демона в лицевой мир, лишь корм для твоего стада, чтобы они слушались твоих жестоких приказов и не задавались лишними вопросами.

— Ты ошибаешься в главном, — успокоилась тень, прищурившись. — Он придет, рано или поздно, и он уже выбрал для себя тело, способное выдержать его сущность. Если не хочешь этого, воткни себе нож в сердце и избавь мир от пришествия этой тьмы.

— Спасибо за предложение, но я, пожалуй, еще поживу. Мне нравится этот мир и покидать его не намерен, — усмехнулся я, с вызовом глядя в глаза женщине, и наконец, активируя истинное зрение. — Так где находятся алтари? Не поделишься секретом? — спросил у нее, стараясь не выдать свое замешательство после того, как осмотрел ее, и наконец осознал, почему не мог даже приблизительно определить ее уровень силы. Я понятия не имел, что за тварь находилась передо мной, но она точно не была живым человеком. Все ее внутренности были изменены, превратившись в слизкие, облепленными черными нитями, словно коконом из паутины непонятно каким образом все еще функционирующие органы. Сердце билось редко, окруженное непроницаемой черной сумкой нитей. Единственным оставшимся нетронутым оставался источник, испускающий из себя фиолетовые потоки, которые сияли ярче, чем у меня или у Леры.

— Зачем тебе эта информация? Неужели хочешь своими силами попытаться их уничтожить? — рассмеялась она, запрокидывая голову назад. — Даже мне это не под силу, что может сделать всего лишь обычный маг седьмого уровня? — хм, я даже не знал, что поднялся на один уровень, хотя это было ожидаемо, после изнурительных тренировок на изнанке и поглощения первородного пламени. — Хватит, мне надоели эти игры, — ее голос разнесся по всему залу, отражаясь эхом от стен, создавая ощущение прозвучавшего потустороннего голоса. Она с легкостью разорвала связывающие ее фиолетовые нити и медленно поднялась на ноги. — Я слишком долго создавала то, что имею сейчас, адаптируясь к магии этого мира и человеческому телу, чтобы ты смог все разрушить, впустив того, кто с легкостью сможет меня уничтожить.

— Значит, конкуренты тебе не нужны, — хмыкнул я. — Что же ты за тварь? Ты не служишь богу черной вдовы, ведь у тебя нет кольца. Но ты не просто так говоришь о своем служении пауку. Пытаешься таким образом скрыть свою истинную сущность? — пока я говорил, то продумывал свои дальнейшие действия. Не дожидаясь от нее ответа, резко вскочил на ноги, и поступью тени переместился к Валерии, откидывая ее от себя в сторону, накрывая огненным щитом. Сделал я это очень вовремя. В то место, где я только что находился, ударила волна фиолетового дыма, растворяя словно кислотой стул и прожигая часть пола.

Печать ускорения, ловкости, силы слетели с моих рук, немного повышая мой уровень и делая намного сильнее. Но этого все равно было недостаточно. Передо мной находился противник, превышающий меня по навыкам, магической силе и опыту. Я стал отчетливо это чувствовать, когда существо перестало скрывать свою истинную сущность.

— Для человека, ты очень умен. Жаль, что придется тебя убить. Ты бы был хорошим слугой. — Прозвучал измененный голос монстра, который начал испускать волны силы, едва не сбивающие меня с ног. Темная аура окутала ее, скрыв на мгновение от глаз плотным коконом. Яркая фиолетовая вспышка, и этот твердый панцирь разлетелся на мельчайшие осколки по всему залу, только чудом не зацепив людей, которые находились в стазисе и даже не подозревали, что происходит рядом с ними на самом деле. Столб яркого света ударил сверху, накрывая большую часть зала, где находились посетители.

— Я при помощи Манула скрою часть зала в тени, чтобы обезопасить людей, так будет быстрее, чем пытаться разрушить заклинание, — прозвучал голос Валерии, после чего воздух начал сгущаться, формирую очередную дымку, полностью поглотившую большую часть помещения и перемещая в некое субпространство рядом с реальным миром, которое они называли тенью. Физически никого рядом больше не было, тем самым давая нам пространство для маневров.

Это послужило своеобразным сигналом, во время которого паучиха, завершив трансформацию, бросилась на меня. Ее нынешнее тело мало чем отличалось от того, что было раньше, за исключением костяной короны, что пробивалась сквозь волосы, и отростков, напоминающих лапы паука, выросшие прямо из ее спины. Материализовавшись передо мной, она попыталась атаковать меня одной парой отростков, но я быстро увернулся, призывая божественный меч, принимая очередной стремительный удар на него. Соприкосновение с мечом вызвало какой-то резонанс, от которого пошла такая вибрация по руке, что я чуть не выронил клинок. Волной голой силы, выброшенной в мою сторону монстром, меня откинуло в дальний конец зала, благо, большая часть энергии развеялась о выставленный мною щит.

Не став терять времени, я прыжком вскочил на ноги и отправил в нее мощнейшую печать сокрушения, что легко сбила женщину с ног. Хотя силы я туда вкладывал столько, что мага равного мне уровня снесло бы с частью стены. Решив закрепить успех, я отправил в нее десяток огненных стрел золотистого пламени, что плотным потоком устремились в сторону цели. К сожалению, тварь легко их отбила своими отростками, а часть даже приняла на тело, поглотив энергию из разрушившегося заклинания.

— Не сопротивляйся, ты слишком слаб, чтобы сражаться против меня на равных. — Чудовище оттолкнулось своими отростками от земли и моментально встало на ноги. — Ты только оттягиваешь неизбежное, еще больше раззадоривая меня своими слабыми атаками.

Не договорив до конца, тварь выпустила в меня сразу четыре сгустка энергии, на подлете ко мне превратившиеся в сеть паутины, которыми она пыталась меня поймать. К счастью, меч правителя огнедемонов, который я достал из хранилища, заменив им божественный меч, легко разрубил сети на еще подлете, окрашивая пущенный по клинку огонь в фиолетовый цвет.

Отбив еще несколько сетей, я использовал поступь тени, и переместился ей за спину, но женщина тут же среагировала, моментально развернувшись и подставив под удар моего меча один из своих отростков, а также стараясь схватить меня остальными. Вот только она недооценила меч повелителя огнедемонов. Лезвие горящего клинка, легко отрубило пытавшийся заблокировать его отросток, а также сильно ранило еще два. Зашипев, она отскочила от меня и выпустила из своих рук в мою сторону фиолетовые нити, что в полете превратились в толстые извивающиеся жгуты, пытающиеся меня схватить, или хотя бы сбить с ног. Пока я уворчивался от них, заметил, как на месте обрубка одного из отростков быстро сформировался другой. Какое гадство. Как же ее убить.

Я рискнул еще раз наложить на себя усиливающие печати. Нужно быть еще быстрее, чтобы суметь к ней подобраться и попытаться нанести точный удар. На мгновение дыхание перехватило, а сердце бешено застучало, едва не выпрыгивая из груди. Это немного дезориентировало меня, и я чуть не пропустил удар, успевая уйти из-под него, лишь используя навык перемещения тени. Мой источник пульсировал в такт биения сердца и словно расширялся, заставляя нити сиять ярче, испуская избыток энергии, которую я не смог усмирить. Неожиданно что-то изменилось. Какой-то щелчок, сопровождающийся резкой болью в груди. Сначала мне показалось, что источник просто взорвался, но, когда пелена перед глазами исчезла, я понял, что все вернулось в норму. Ощутив всплеск силы, которую не чувствовал раньше, я в одно мгновение оказался рядом с тварью, которая, слегка опешив, сделал шаг назад.

— Как ты это сделал? — прошипела она. — Почему ты стал заметно сильнее?

Той уверенности в ее движениях я больше не видел, да и мелькнувшие искры паники в глазах только добавили мне уверенности в каждом движении. Я легко уходил от ее уже не кажущихся стремительных атак, подбираясь все ближе, пока наконец, не сделал последний шаг, с разворота втыкая пылающий фиолетовым огнем клинок ей в грудь. Тварь замерла, глядя на меня непонимающим взглядом, после чего закричала, запрокинув голову, и рухнула без движений на пол. Серая тень, напоминающая очертания гигантского паука начала отделяться от тела, устремляясь вверх и в сторону, стараясь как можно быстрее скрыться от этого места.

Столб яркого света ударил по ней, поймав в ловушку, из которой эта едва заметная тень не могла выбраться.

— Я ее не могу убить, но задержу, — раздался в голове радостный голос Манула, будто он сам только что участвовал в этой жаркой схватке. — Это всего лишь дух, не слабый, конечно, но и не высший, чтобы у тебя были с ним какие-то проблемы.

Энергии в кольцах было накоплено достаточно, чтобы начать формировать печать распыления. Игнат, в свое время, испугался ее действия, говоря, что она могла его убить. Значит, и на духа неизвестной твари может подействовать. В этот раз создавать печать было заметно легче. То ли потому, что я стал сильнее, то ли навык за несколько применений сумел отточить. Так или иначе, не прошло и десяти секунд, как на помещение опустилась черная дымка, а перед глазами встала серая пелена. Стало тяжело дышать, а энергии в артефактах явно не хватало, чтобы распылить дух этой твари, поэтому я постепенно вливал собственную магию огня в артефакты до тех пор, пока яркая вспышка света не озарила комнату. Дух паука разбился на множество осколков, рассекая постепенно растворяющийся черный дым.

От нахлынувшей слабости я покачнулся, но головокружение тут же прошло. Энергии в потускневшем источнике было не больше трети, но и это хватит, чтобы оставаться в форме и закончить это дело.

— Стоять! — Валерия, разбив все еще окутывающий ее щит, сделала несколько шагов и резким движением выпустила из рук знакомые мне фиолетовые жгуты, которые достигли спешащих убраться подальше женщин, сопровождающих главу своего клана на встрече. Нити плотно обвили своих жертв, спеленав так, что они не могли пошевелиться. Лера дернула рукой и обе тени подкатились к моим ногам. — Как ты? — она подошла и обеспокоенно посмотрела мне в глаза, взяв за руку.

— Бывало и хуже, — покачал я головой, поворачиваясь в сторону пленниц. — Ну и кто будет говорить первой?

— Ты сгоришь в пламени бездны за то, что сделал с моими сестрами, — выплюнула одна из них. Валерия немного ослабила жгуты, давая ей возможность не только пошевелиться, но и сесть. Приняв устойчивое для себя положение, она посмотрела с вызовом на меня снизу-вверх.

— Я там уже был, в принципе, место не плохое. Уютно, душевно, да и кормят хорошо, — усмехнулся я. — Я смотрю, ты знала, что твоя хозяйка не человек. Что это был за монстр?

— Единственный монстр в этой комнате — это ты, — прошипела она. — Посмотри в глаза своей жене. Ни я одна считаю тебя таковым. Но ты показал себя во всей красе перед ней и ничто не остановит теперь ее перейти к нам…

— Ой, да заткнись ты, — протянула Валерия, подходя к ней ближе. — Знаешь, чего я действительно испугалась? Того, что вы могли причинить вред моему мужу, напав на него в численном превосходстве. И сожалею я только о том, что не смогла ему помочь, а они умерли так быстро. Милый, можно я сама попытаюсь узнать, что именно она скрывает? — повернулась ко мне Лера, посмотрев такими щенячьими глазами, что в этой небольшой просьбе отказать явно не мог. Тем более, я все еще не до конца восстановился и мне требовалось несколько минут, чтобы прийти в относительную норму.

— Хорошо, попробуй, — пожал я плечами, садясь на стул, окидывая взглядом побоище, которое мы тут устроили. Мне даже повезло, что заклятие все еще действует и никто не был свидетелем этой битвы. Валерия удовлетворенно кивнув, поднялась на ноги и одним движением стянула жгуты до максимума, приложив одновременно с этим свои руки в голове женщины. Вот тебе и скучный вечер.

— Это одна из старейшин клана, — спустя минут пять проговорила Лера, делая шаг назад, откидывая закатившую глаза женщину от себя на пол. — Из всего этого сброда, находившихся сейчас здесь, было четыре старейшины, три из них сгорели на работе в самом начале. Только они знали о том, что на самом деле происходит, и что их глава не человек. Но подробности им не известны, как и про то, где находятся алтари. Я довольно тщательно покопалась в ее голове, но нет никакой информации. Только преданное служение клану, выполнение основных приказов этой твари и череда убийств. Ни на какого императора их клан не работает. Если и выполняют черную работу, то только через посредников. И да, сегодня они планировали тебя убить, а меня похитить, промыть мне мозги и попытаться сделать все, чтобы я стала частью их тайного общество. В общем, ничего интересного, — недовольно проговорила она, подходя ко мне. — Ты плохо выглядишь, с тобой точно все в порядке?

— Да, мне уже лучше. — Я поднялся на ноги и подошел к начинающей приходить в себя старейшине клана. Развеяв наложенные Лерой связывающие чары, я достал из хранилища свой кинжал, который тут же вонзил в сердце пытавшейся убить меня тени. Больше чем узнала Валерия, она мне не скажет, а после случившегося оставлять ее в живых было бы непростительной глупостью. — А теперь ты, — повернулся я к бледной девушке, глядя на нее сверху-вниз. При ближайшем рассмотрении стало понятно, что ей от силы лет двадцать пять, а по уровню она едва смогла достигнуть четвертого. Убрав путы, я поднял руку, заставляя ее замереть на месте, когда она тут же начала пятиться от меня. — Как тебя зовут?

— Анна, — испуганно посмотрела она на меня.

— Вот что, Анна. Ты сейчас вернешься в свое стадо безропотных овечек с промытыми мозгами и расскажешь все, что сегодня видела и слышала. Без вранья, без недомолвок. Это ты в состоянии сделать? — она очень активно закивала, подтверждая мои слова. — Отлично. После этого вы в кротчайшие сроки выберите себе нового пастуха, который в течение сорока восьми часов должен мне будет позвонить на этот номер и рассказать о выполнении своего домашнего задания. — Я быстро написал номер мобилета на салфетке карандашом, которые быстро передала мне моя жена. — Суть вашего задания предельно проста: найти ответ на интересующий меня вопрос. Где располагаются алтари, кто их охраняет и кому еще известно об их существовании. И да, за это время вы передадите мне книгу теней. Где я живу, вы прекрасно осведомлены, поэтому никаких проблем с этим, думаю, у вас не будет. Все понятно?

— Да. — Она дрожащей рукой взяла из моих рук салфетку с номером, не делая больше никаких движений. — Я могу идти?

— Нет, — резко ответила Валерия. — Нужно здесь немного убраться, перед тем, как резвеять заклинание. Не просто будет объяснить всем, откуда тут взялись кровь, пепел и пара трупов за несколько секунд. Ну и из тени вернуть всех обратно.

Я кивнул, призывая очищающее пламя. Как оказалось, оно довольно эффективно справилось не только с пятнами крови, пеплом и остатками мебели, но и с трупами, уничтожив их за несколько секунд. Все никак не могу перестать восхищаться своему приобретению. Вот только небольшие подпалины с пола убрать никак не могли. Ну, надеюсь, на это никто внимания не обратит. Вернув всех в реальный мир ресторана, мы с Валерией скептически все осмотрели, и не найдя к чему можно было придраться, сняли заклятие, наложенное тенями в самом начале, возвращая времени естественный ход. Анна исчезла довольно быстро, оставив после себя только едва заметный, стелящийся по полу фиолетовый туман.

— Да уж, — выдохнула Лера, наливая себе полный бокал вина из бутылки и делая большой глоток. — Это не то, о чем я представляла, когда ты позвал меня на ужин.

— Пожалуй, нам в ближайшее время стоит ужинать дома, — усмехнулся я, окидывая взглядом зал, пытаясь понять, что именно меня настораживает.

— Согласно полностью, — улыбнулась супруга.

— Я сейчас приду. Нужно умыться и немного себя в порядок привести, — проговорил я, поднимаясь на ноги, слушая перебранку Просапсанова с каким-то официантом, когда произошла недостача одно из стульев за ближайшим к нам столиком. Судя по всему, никто ничего не заметил. Часы снова начали свой ход, значит, ничего критического все же не произошло.

Зайдя в мужской туалет, я осмотрел помещение истинным зрением, а при помощи магии жизни убедился, что никого постороннего не было. Кроме одиноко стоявшего над раковиной мужчины, лицо которого я рассмотреть не смог, старающегося остановить кровь, текущую тонким ручейком из носа. Наложив печать на дверь, чтобы мне никто не помешал, я тихо подошел к единственному человеку в уборной и резко развернув его лицом к себе, толкнул в сторону стены, прикладывая кинжал к его шее.

— Кто ты такой? — тихо спросил я, глядя молодому парню в глаза.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — пролепетал он, поднимая вверх руки и опуская глаза, стараясь рассмотреть клинок.

— Ты единственный из всех гостей ресторана, кто изменился за пару секунд. Еще недавно ты сидел в дальнем от меня конце зала, ожидая, как я понял, свою девушку. Но сейчас ты измотан, твои энергетические каналы спутаны, чуть ли не сожжены, а твой источник опустошен. Ты явно видел все, что происходило в зале на самом деле и принимал активное в этом участие, поэтому спрашиваю последний раз: кто ты такой?

— Хорошо, расскажу. Но ты все неправильно понял, — ответил он нормальным голосом, опуская руки и переставая корчить из себя испуганного идиота.

Глава 14

— Может, всё-таки уберёшь нож? — посмотрел он мне в глаза, говоря при этом совершенно спокойным голосом. — Ты же наверняка уже оценил моё состояние и прекрасно понимаешь, что я сейчас ничего не смогу тебе сделать.

Я секунду раздумывал над его словами, но в итоге сделал шаг назад и, не сводя с него взгляда, медленно опустил кинжал. Впрочем, убирать его в ножны я не стал.

— Ладно, дай мне минуту-другую, чтобы хоть немного в себя прийти, и сразу всё объясню. Я тебе не враг, — он тяжело выдохнул и, не дожидаясь от меня никакого ответа, повернулся к раковине, чтобы умыться и привести себя в порядок. Кровь из носа у него бежать перестала, но выглядел он действительно неважно. Чёрные круги под глазами всё отчётливее проявлялись на бледном лице. Прислонившись к стене, я вертел в руках клинок, не сводя с парня взгляда. Он был прав, кем бы он ни являлся, в этом состоянии для меня действительно опасности никакой не представлял. Всё это время я его рассматривал через зеркало: светлые короткие волосы, серые, практически стального цвета глаза, рост немного выше среднего. Лет двадцати пяти-тридцати, не больше, но в плане магического развития уровня уже седьмого, а может и начало восьмого. Перстня на пальце нет, значит, не из аристократии и не имеет тотема. Довольно необычно встретить мага высокого уровня, который не влился бы в другой род или не основал бы свой.

— Ну, вроде в голове немного прояснилось, — тихо проговорил он, поворачиваясь ко мне. — Для начала, разреши представиться. Меня зовут Виктор Зыков, я работаю под командованием Андрея Шмелёва. — Тихо проговорил он, протягивая руку к карману пиджака.

— Стоп! Не нужно этого делать, — остановил я его, немного удивившись его словам. Он одёрнул руку, вопросительно на меня посмотрев. — Пожалуйста, не делай никаких резких движений. Меня в данной ситуации это очень сильно нервирует.

— У меня при себе нет оружия, я не боевой маг. Просто хотел достать мобилет и позвонить начальству, чтобы избежать ненужных вопросов. — Пояснил он.

Доля логики в его словах всё же была, поэтому я сам достал свой мобилет и набрал номер дяди. Когда раздались гудки, я включил громкую связь и положил аппарат на одну из тумб, стоявших рядом с нами.

— Давай быстрее, я немного занят, — вместо приветствия раздался из динамика раздражённый голос Шмелёва. Тут же послышались звуки какого-то хлопка, громкого удара чего-то тяжёлого о землю и тирада отборных ругательств, издаваемых несколькими незнакомыми мужскими голосами.

— У тебя всё хорошо? — осведомился я, пытаясь понять по звукам, где он находится и грозит ли ему в этот момент опасность.

— Да, — коротко бросил он. Посторонние звуки сейчас слышались немного вдалеке и были приглушёнными. Скорее всего, он вышел в другое помещение, где было относительно тихо. — Что случилось?

— Андрей Николаевич, Зыков беспокоит, — проговорил парень, глядя на меня. — Мы с Константином в «Сапсане». Случилась неприятность, так что мне, к сожалению, пришлось вмешаться.

— Виктор? — удивился Шмелёв, услышав голос своего подчинённого. — Все живы?

— С нашей стороны да. Правда, у меня осталось процента три энергии, но в остальном всё хорошо, — хмыкнул он. Я уже внимательно следил за разговором. То, что этот парень говорил относительно работы на Шмелёва, оказалось чистой правдой. Можно было немного расслабиться, не ожидая неприятностей, по крайней мере, от него.

— Хорошо. Я… — раздались короткие гудки после того, как в очередной раз что-то загромыхало. Это немного насторожило. Надеюсь, со Шмелёвым всё в порядке.

— Ладно, допустим ты говоришь правду. А теперь рассказывай с самого начала, как Шмелёв отправил тебя следить за мной и докладывать о каждом моём шаге, — положив мобилет в карман и вложив кинжал в ножны, проговорил я.

— Всё не совсем так, — поморщился Виктор. — Некоторое время назад, Андрей Николаевич обратился ко мне с просьбой по возможности сопровождать тебя, когда ты находишься вне академии и своего дома. Ну и в случае опасности оказать необходимую помощь. Ни о какой слежке никто разговора не вёл. — Пожал он плечами. — Как я понял из разговора со Шмелёвым, ты не слишком приветствуешь явную охрану и был бы против моего присутствия, — он сделал шаг назад, прислонившись спиной к стене. — В общем, если не вдаваться в подробности, я своего рода маг поддержки, практикующий, помимо прочего, навыки маскировки и скрытности.

— И что это значит, если всё же уделить время небольшим подробностям? — нарушил я возникшую тишину, будто должен был по этому небольшому пояснению понять, какую роль он играл в случившейся схватке с монстром-пауком.

— Я могу управлять жизненными потоками и энергетическими каналами других, хотя лечить не умею. Усиление определённых параметров, вроде силы, ловкости, скорости. В случае, как сегодня, пришлось полностью сконцентрироваться на увеличении общего уровня магии, в остальном ты смог справиться самостоятельно, — пояснил он.

Значит, вот что это было. Печатями я усилить себя на целый уровень бы не смог, а естественным прорывом это точно не было, потому как в настоящее время больше не чувствовал этой возросшей на несколько минут энергии в источнике. Теперь действительно стал понятен этот скачок и неприятные ощущения перед этим, когда грубо вмешались в мои собственные энергетические потоки.

— Ты должен был это почувствовать. Скорее всего, своим грубым вмешательством я всё-таки доставил небольшой дискомфорт, хотя до последнего себя раскрывать не хотелось, — поморщился он. — Но по-другому сделать это, не причинив боли, у меня вряд ли бы получилось в такие короткие сроки. Как ты знаешь, до шестого уровня магу подниматься довольно легко. А вот начиная с седьмого, каждый уровень развития магии ощущается, как пропасть перед следующим, поэтому своего максимума мало кто может достичь. Тем более, первоначальный переход довольно труден, пришлось выложиться по максимуму, чтобы помочь тебе переломить барьер между седьмым и восьмым уровнями. Именно это позволило на равных биться с этим монстром. Кстати, впервые видел подобную тварь. Не поделишься информацией, что это было? — прищурился он, глядя на меня с некоторым любопытством.

— Понятия не имею. Я даже не сразу понял, что она монстр, — честно ответил я. — Кстати, как ты оказался вне поля действия заклинания теней?

— Ну, это было довольно непросто, но, как я уже говорил ранее, моя основная специализация — это маскировка. Поэтому разные пространственные карманы и завесы меня врасплох не возьмут. Спустя минут пять после появления тумана, я смог пробиться через эту временную и пространственную петлю. Меня, конечно, предупреждали, что скучно не будет, но я, если честно, не думал, что в первый же день на новом задании попаду в подобную заварушку, — улыбнулся он. — Надеюсь, без обид? — протянул парень мне руку.

— Естественно без обид. Скажу даже больше: спасибо за помощь, было очень кстати — не зная, что ещё сказать, проговорил я, пожимая протянутую руку Виктора и снимая печати с дверей, в которую ломились уже несколько минут. — Я так понимаю, мы с тобой не прощаемся.

— Не могу ответить на этот вопрос, — честно проговорил он. — Тут как начальство прикажет. Время сейчас, сам понимаешь, неспокойное. Но в ближайшие пару дней на меня точно не рассчитывай, — развёл парень руки в стороны. — Нужно восстановиться, выложился я полностью.

Я кивнул и вышел из уборной, перед входом сталкиваясь с Просапсановым, который пытался в это самое время вскрыть двери. Он удивлённо вскинулся, но ничего не ответил, только проводил немного неприязненным взглядом.

Валерия сидела за столиком, вяло ковыряясь в тарелке с каким-то салатом. Увидев меня, она отложила вилку в сторону.

— Ты долго, — проговорила она. — Пока тебя не было, я заказала перекусить, нужно поесть, пока мы здесь. Но я тоже не скучала, — хитро прищурилась она. — Пока ты был занят своими делами, я перехватила этого Ивана, который пытался при помощи свитка перемещения улизнуть, когда меня увидел. Вдобавок ко всему, он отключил один из защитных артефактов, чтобы тени смогли проникнуть внутрь. Теперь он сидит в подвале под охраной. Не знала, как с ним поступить, если честно, — покачала она головой. — Всё-таки подобные решения я ещё не могу принимать самостоятельно.

— Пусть пока посидит, — отмахнулся я. Заниматься этим парнем мне не слишком хотелось, прекрасно понимая, что это обычный информатор, который практически ничего не знает о своих нанимателях. — Шмелёв, наверное, скоро прибудет.

Валерия удивлённо на меня посмотрела, но кивнула. Я коротко рассказал о беседе с Виктором и телефонном звонке дяде. Решив, если в течение часа он не позвонит и не объявится, то буду поднимать всех на уши, чтобы его разыскать.

— Я могу тебя спросить, когда именно ты собирался мне рассказать о твоих проблемах с кланом тени и каким-то супермонстром? — я поднял голову, разглядывая Шмелёва, который стоял надо мной, хмурясь и сложив руки на груди.

— Как-то ты долго, я уже даже волноваться стал, — поприветствовал я его, глядя на часы. Прошло не больше получаса с того момента, когда распрощался с Зыковым. Я не видел, чтобы тот выходил из уборной и находился в зале. Скорее всего, он не лукавил, когда говорил, что практикует маскировку и скрытность. — Ты чем занимался? Выглядишь, будто тебя на стройке закопали живьём, откуда тебе пришлось героически выбираться. — Оглядел его с ног до головы, немного удивляясь его внешнему виду. Одет Шмелёв действительно был в какое-то подобие военного утеплённого костюма, покрытого грязными пятнами, пылью и штукатуркой. Даже непривычно было его видеть не в костюме и строгом пальто.

Он злобно на меня посмотрел, после чего молча развернулся и притянул к себе свободный стул, стоящего недалеко от нас столика. Так же, не говоря ни слова, он сел на него, оглядывая зал, ненадолго задерживая взгляд на подпалинах на полу.

— Меня Виктор кратко ввёл в курс дела. Скажи на милость, чем ты думал, скрывая даже от меня всю эту информацию? — не ответив на мой вопрос, прямо спросил он, накладывая заклятие тишины на наш столик, после чего протянул руки к только что принесённой бутылке с вином, покрутив которую, отставил от себя, досадливо поморщившись.

— Я не хочу иметь дела со спецслужбами, пока сам во всём не разберусь, — пожал я плечами. — И не нужно так на меня смотреть. Если бы ты был на моём месте, ты бы сделал точно так же.

— И почему это? Чем я заслужил твоё недоверие? — всплеснул он руками. — Это дело не только твоё и твари изнанки. Если ты не справишься, я так понимаю, он вырвется на свободу и устроит здесь кровавую баню, и, прости, это становится делом имперского масштаба.

— У меня есть определённые опасения, — ровно проговорил я. — Какова вероятность, что император и подчиняющиеся ему спецслужбы, зная об особенностях клана Тени, понятия не имеют о том, что творила глава клана, стараясь не допустить пришествия этой сущности в наш мир? Уничтожение мальчиков, алтари и ещё невесть что, о чём мне не известно. Как ни крути, своими не слишком гуманными методами монстр в теле главы решал очень много проблем, включая ограничение по силе своих прислужниц. А теперь появился я, и все, имеющие ко всему этому отношение, активизировались, включая демона тени. Так или иначе, слухи о том, что я представляю угрозу империи и власти, разносящие в столице, скорее всего, взяты не на пустом месте. И ты просишь довериться спецслужбам, которые, в теории, могут задуматься над самым простым решением всех свалившихся с моим появлением проблем, просто меня ликвидировав? — прямо спросил я, глядя на озадаченного мужчину.

— Костя, как тебе вообще в голову пришли подобные мысли? — тихо спросил Шмелёв, хмурясь ещё больше. Судя по тому, что он не задал никаких уточняющих вопросов, Виктор разговор с главой клана передал ему довольно точно. В конечном итоге он всё же взял бутылку с вином, разлил часть по нашим с Валерией бокалам, а потом, не соблюдая этикет и приличия, сделал несколько глотков прямо из бутылки.

— Книжки умные читал, которые развили интеллект и логику, — усмехнулся я. — Скажешь, что это не так?

— Нет, не так, — наконец заговорил Шмелёв. — Клан Тени находится под пристальным наблюдением спецслужб. Пока они полезны и не переходят определённые границы, их ликвидировать никто не станет. Может о том, что ты говорил, и известно определённому кругу лиц, приближённых к престолу, но в этом я очень сильно сомневаюсь. Гибель мальчиков с даром тени вызывает в последнее время все больше беспокойства и, поверь, практически все аристократы пытаются решить эту загадку с проклятьем, которого, как оказалось, никогда и не было. За десять лет погибло двенадцать наследников известных родов, в которых пробудился этот дар, причём не во время самой инициации, а гораздо позже, что только подтверждает твои слова о работе клана.

— Я должен им посочувствовать? — осторожно уточнил я, не понимая, к чему он клонит.

— Нет, я просто хочу сказать, что не обо всех делах, творящихся в клане, известно наверху. Ты решил эту загадку и устранил часть проблемы, но до полной победы ещё очень далеко, и я сомневаюсь, что ты сможешь справиться своими силами. — Пристально глядя на меня, говорил дядя, буквально подбирая слова. — Поэтому я уверен, что император и заинтересованные в сохранении жизни своих наследников семьи тебе в этом помогут, включая спецслужбы, которым ты по какой-то причине не доверяешь.

— Не все, кто работает в сфере безопасности, являются моими родственниками, — ответил я. — Хорошо, что ты предлагаешь?

— Попробую разузнать всё, что касается теневого клана через свои связи, да задействую Выдровых, которые с Медведевым, главой имперской службы, на короткой ноге. Скажем пока, что вся эта информация поступила ко мне из непроверенного источника, и у меня есть личный интерес в этом деле, ведь жена моего любимого племянника обладает даром тени, а я, как верный дядюшка, очень забочусь обо всей своей родне, включая ещё твоих нерождённых детей. — Постукивая пальцами по столешнице, проговорил он. — О том, что здесь произошло, пока никому знать не нужно. На счёт Зыкова не волнуйся, он человек проверенный, и будет молчать, а меня тут в принципе быть не должно.

— Хорошо, звучит всё довольно логично. Только не тяни время. — Он кивнул, соглашаясь. — Кстати, ты так и не ответил мне, почему так одет.

— Тут проще показать, так что пошли со мной, — немного подумав, ответил Шмелёв, поднимаясь на ноги. — Валерия, кстати, тоже может присоединиться. Мы так и не разобрались в том, чем этот объект является. Но с учётом произошедшего здесь сегодня, можно попытать удачу и показать нашу находку тебе, вдруг ты опять прочитал какую-нибудь книгу, в которой говорилось о чём-нибудь подобном, — усмехнулся он.

— Позволь угадать, вы уже разобрали туннели под городом? — спросил я, немного удивившись такому внезапному приглашению.

— Абсолютно верно. И это, кстати, очень большое сооружение с многочисленными переходами, занимающее не только пространство под всем городом, но и даже выходя немного за него. Вырыты они, кстати, уже довольно давно, и только в небольшой части, там, где произошёл прорыв, есть следы недавнего пребывания, — кивнул он. Теперь было понятно, где он находился во время нашего звонка.

Глава 15

— Подожди немного, есть один вопрос, — остановил я Шмелёва, который уже двинулся в сторону выхода. — У нас в подвале под охраной сидит парень, информатор клана тени, заберёшь? Или мне самому с ним разбираться?

— Сейчас я точно этим заниматься не буду, так что пусть пока сидит. Но чуть позже отправлю за ним своего человека, — махнул он рукой. — Может, чего дельного скажет.

Одевшись, мы вышли из ресторана под облегчённый выдох Просапсанова и направились в точку спуска, которым являлся тот кратер, который образовался во время взрыва. Вокруг сновало довольно много людей в военной форме с автоматами, встречались и гражданские, которые что-то активно обсуждали между собой, передавая из рук в руки какие-то бумаги. Вся местность была освещена переносными фонарями и какими-то странными на вид, светящимися разными цветами лампами. Спустившись вниз, мы зашли в один из проходов следом за Шмелёвым. Внутри оказалось темно, холодно и затхло. Стены, создающие довольно широкий коридор, и высокий потолок, словно поглощали свет, исходящий от многочисленных расставленных по полу светильников. Лера шла следом за мной, крепко вцепившись мне в руку. Чем дальше мы продвигались, тем больше она нервничала. Это было видно по её участившемуся сердцебиению и силе, с которой она стискивала мою ладонь. Я тоже чувствовал какое-то беспокойство, поселившееся где-то в груди, но причину так и не смог определить. Скорее всего, так на нас действовала остаточная сила демона тени.

— Мы так и не смогли понять, что это за круг и кто его создал под землёй в точке прорыва, — голос Шмелева звучал довольно гулко. Хотя эха на удивление не было. — Это место не числится ни на одной карте города. Андрей и Олег Сапсановы тоже были не в курсе подземных переходов. Но, мне кажется, твои предки о нём всё же знали. Не просто так, та часть, что проходила как раз под твоим домом, была качественно заделана. Мы так и не смогли через неё пробиться, пришлось искать обходные пути, — повернулся ко мне дядя перед очередной развилкой. Пока мы шли, я не встретил ни единой комнаты или какого бы то ни было помещения, в которые могли вести эти многочисленные коридоры. Истинное зрение тоже ничего подозрительного не показывало.

— Костя, послушай, мне тут как-то не по себе, — тихо проговорила Лера. Я повернулся к ней и увидел, что её глаза ярко горели сиреневым светом. Макр в её кольце засветился, буквально за несколько секунд превратившись в источник света, который отражался от стен и освещал гораздо больше пространства, нежели стандартные светильники, расположенные в коридоре. — Твои глаза стали фиолетовыми. — Неожиданно проговорила она. Я тряхнул головой, понимая, что нити магии тени спокойно выбрались из моего источника, и сейчас разносятся по телу, легко оттесняя потоки огня и магии жизни в сторону. Это было довольно странно, потому что я прекрасно научился контролировать эту силу, и без моего приказа она не могла выбраться наружу.

— Думаю, будет правильно, если ты не пойдёшь с нами дальше, — обратился я к Валерии. Она даже не стала спорить и кивнула, освобождая мою руку и делая шаг назад. — Хотя тебе лучше вообще уйти подальше. Мне кажется, ты плохо держишь под контролем свою силу. Кто знает, к чему это может привести.

— Лейтенант Ежов, сюда! — быстро после моих слов сориентировался Шмелёв, крикнув в проход, где тут же появился знакомый мне парень, готовивший меня к дуэли с Болиглавским. — Егор, отведи как можно скорее Валерию на поверхность, и пусть все посторонние уберутся из туннелей подальше, так, на всякий случай.

— Будет сделано, — кивнул Егор, пожимая мне руку в знак приветствия. Быстро он всё же оклемался от ранения, да ещё и в строй вернулся. Видимо, мои лекари действительно могут творить чудеса. Проводив взглядом буквально рванувшую подальше от этого коридора жену, я повернулся в сторону Шмелёва.

— Ну что, показывай свою странную и непонятную находку, которая связана с даром тени, и не говори больше, что ты не знал, — укоризненно я посмотрел на мужчину, что задумчиво наблюдал за тем, как уводят Валерию.

— Можешь верить, можешь нет, но я правда не знал. Просто решил проверить одну гипотезу, пошли, хватит уже на месте стоять. — Он зашёл в проход первым, скрываясь из вида в темноте. Переходя через своеобразную арку, я будто ощутил небольшой толчок, очень похожий на перенос или перемещение с помощью свитка, но на очень короткую дистанцию.

— Скажи, ты же в курсе, что это какой-то переход? — обратился я к Шмелёву, который находился рядом со мной. Несмотря на попытки хоть как-то осветить это место, в помещении было темно. Я мог различить только очертания предметов, и то, если они находились в непосредственной от меня близости.

— Да, обычный переход на двести метров. Мы сделали таких несколько десятков, после того, как все осмотрели, чтобы не блуждать часами. Этот самый короткий, потому что заканчивается своеобразным тупиком, — тихо проговорил мужчина, уверенно продвигаясь вперёд. Пришлось следовать за ним до очередной арки, возле которой находилось три человека вооружённой охраны. Чем ближе я подходил к проходу, тем сильнее магия тени бушевала внутри меня, стараясь вырваться наружу. — Так, бойцы, вы пока свободны, — обратился он к охране. — Покиньте туннели и ждите дальнейших указаний.

Парни кивнули и с явным облегчением покинули это подозрительное место. Я, немного замешкавшись, всё же переступил порог, оказываясь в просторной, ярко освещённой пещере. От неожиданности я даже прикрыл глаза, уже успев отвыкнуть от света, и когда проморгался, увидел то, что хотел показать Шмелёв.

— Это место находится прямо перед особняком Сапсановых. Даже странно, что они раньше о нём не знали, — проговорил он. — Глубина тут метров десять, не больше.

— А рядом с ним тонкое место, — пробормотал я, не зная, почему вспомнил об этом именно сейчас.

— Всё так, — кивнул он, отходя немного в сторону и пропуская меня вперёд. — И я считаю, что причина истончения пространства находится прямо перед нами. Впрочем, смотри сам.

Прямо в центре на небольшом возвышении стояла конструкция, имеющая типичную форму жертвенного алтаря. Я поднялся по ступеням вверх, чтобы лучше рассмотреть это сооружение. Фасад верхней панели был покрыт рельефом, изображающим раскрытую пасть какого-то чудовища, с предметом между клыками, смутно напоминающим человеческое сердце. Между основанием и крышей была выполнена овальная ниша-пещера, вокруг которой расположен орнамент, в виде переплетённых между собой двух змей. По углам пещеры изображено нечто вроде четырёх факелов. Из ниши во все стороны исходил как раз тот самый свет, ослепивший меня на входе. Только сейчас он потускнел и выглядел лишь небольшим огоньком, меняющим свой цвет от белого до багряно-красного, слегка при этом мерцая.

Истинное зрение показывало, что камень алтаря был покрыт многочисленными неизвестными мне заклинаниями, которые переплетались между собой, образуя множественные точки воздействия. Все нити были одного цвета — фиолетового, только совершенно разных оттенков. Источник внутри меня, словно замер вместе с сердцем, пропустившим несколько ударов, отчего в груди неприятно сдавило, но потом всё вернулось в норму.

— Довольно зловеще, — обернулся я к ожидающему меня Шмелёву. — Вы уже провели анализ материала, из которого он сделан?

— Сплав серебра, бронзы и какого-то неизвестного в нашем мире металла, — тут же ответил он. — Это пламя, какой-то источник энергии, но его сущность мы определить не смогли. А что скажешь ты? Есть как-нибудь мысли?

— Ничего, — пожал я плечами. — Какой-то алтарь или что-то очень похожее на него. Но, учитывая, как дар тени реагирует на эту конструкцию, это вполне может быть тот самый алтарь-накопитель, на котором приносили в жертву мальчиков с даром тени. Подожди немного, хочу кое-что проверить.

Я, не обращая внимание на окрик дяди, высвободил часть внезапно успокоившейся магии тени и, сформировав тонкую нить, направил её в самый центр этого небольшого пламени — единственное место, которое было свободно от переплетённых между собой заклинаний.

Как только магия тени соприкоснулась с этим огоньком, я ощутил знакомый рывок, проваливаясь в пустоту.

— Повелитель, всё почти готово к вашему возвращению, — я резко открыл глаза, вскакивая на ноги и озираясь по сторонам. Своего тела я практически не ощущал и видел только расплывчатые контуры, когда поднёс руку к глазам. Хранилище не открылось, но жар от огненного кинжала, всё ещё находившегося в ножнах на поясе, я чувствовал очень хорошо.

Впереди меня находилось две фигуры, облачённые в чёрные балахоны. Они стояли ко мне спиной на краю какого-то выступа, глядя перед собой. Быстро осмотревшись, я понял, что явно нахожусь не в лицевом мире. Небо заволокло тяжёлыми тучами, из которых то и дело вырывались молнии, но грома и дождя я не наблюдал. Тихо подойдя к боковому краю, я вскинулся, разглядывая тысячи знакомых фигур, находившихся внизу. Точно так же выглядели тени, вторгнувшиеся в реальный мир во время прорыва.

— Мне нужно тело, без него я не могу долго существовать на поверхности, — раздался знакомый голос, в котором можно было уловить нотки раздражения. — Этот мальчишка силён, и я не могу его контролировать. Нужно как можно быстрее найти ему замену.

— Но у нас нет замены, — как-то неуверенно ответил его собеседник. Я с запозданием отметил, что могу использовать свои способности даже вне своего тела. Активировав истинное зрение, смог разглядеть, что рядом с демоном Тени стоит обычный человек. Но по голосу и структуре его энергетических потоков так и не смог понять, кто это. Видимо, мы с ним ещё ни разу не встречались.

— Есть. Его женщина мне вполне подходит. Она не связана ритуалом и тоже очень сильна. Не самый лучший вариант, но для начала этого будет достаточно. Потом, когда наберусь сил, смогу найти нормальное вместилище.

— Как вам будет угодно, мой повелитель, — поклонился незнакомец. — Я доставлю её к вам в самое ближайшее время.

— Да кто ты такой⁈ — рявкнул я, выходя из тени и доставая кинжал огня из ножен, лезвие которого было окутано ярким пламенем, хотя огонь по клинку я не пускал.

— Как ты тут оказался? — удивлённо воскликнул демон, поворачиваясь ко мне лицом. Человек тоже обернулся, но лица его мне так и не удалось разглядеть. Оно было закрыто тенью капюшона. Единственное, что я смог заметить перед тем, как меня выдернуло из этого мира — это ярко вспыхнувшие красным огнём глаза, свет которых смог пробиться даже через плотную ткань.

— Да приди же в себя, Костя! — я услышал голос Шмелёва и резко открыл глаза. — Что произошло? — прорычал он, обеспокоенно заглядывая мне в глаза. — Ты в порядке?

— Да. Кстати, это точно алтарь тени. И у нас очень мало времени, — вскакивая на ноги, проговорил я. — Лера. Она в опасности, — резко повернулся я в сторону дяди. — Найди её, и глаз с неё не спускай. А мне нужно как-то разрушить этот алтарь.

— Костя, разрушение алтаря может быть очень опасно… — Попытался вразумить меня Шмелёв. — Мы не можем просчитать все последствия и, вполне возможно, ты сделаешь только хуже.

— Да уходи же ты! — прорычал я. — Мне не под силу находиться в двух местах одновременно. Но раз уж я смог воспользоваться таким своеобразным переходом, то и им ничего не стоит повторить мой манёвр. Тем более, тут тонкое место, и прорыв организовать с той стороны не будет особой проблемой. А там целая армия теней только и ждёт, чтобы прийти сюда и растерзать всё живое. Так что хватит тратить наше время!

Шмелёв, видимо, хотел что-то ещё сказать, но, посмотрев мне в глаза, коротко кивнул и, быстро развернувшись, бросился из пещеры, оставляя меня одного. Я же в это время уже вглядывался в структуру заклинания, пытаясь найти хотя бы одну уязвимую точку. Но чем дольше я распутывал нити, тем больше был уверен, что дело не в них, а в том источнике энергии, который всё ещё находился в центре алтаря и, после прямого взаимодействия с моей магией, будто увеличился в размерах. Не придумав ничего другого, я достал из пространственного хранилища меч огнедемона и, пустив по нему поочерёдно чёрное пламя, которое может разрушить любой щит, а вслед за ним золотое, уничтожающее сотворённых демоном Тени тварей даже при малейшем касании. Некоторое время мне пришлось потратить, чтобы соединить два пламени в одно, как учил меня старик на изнанке. Когда у меня это получилось, я резким движением направил клинок в сторону огонька, исходящего от алтаря, и пронзил его насквозь. Рукоять меча быстро нагрелась, от неожиданности я даже чуть не выронил клинок, но, пустив к руке ледяное пламя, тут же остудил им обожжённую кожу. Огонь внутри алтаря лихорадочно менял свой цвет, пока и вовсе не погас. Резко и тихо. Оставшийся на его месте чёрный дым окутал всё ещё пылающий смешанным пламенем клинок и буквально впитался в него, после чего пламя меча также погасло, и наступила полная темнота.

Я сделал несколько шагов назад, спускаясь с возвышения и ощущая всем телом возникшее давление, по силе превышающее даже то, что чувствовал на десятом уровне изнанки. Окутывающие алтарь нити чар ярко засияли, начали искрить и после довольно громкого хлопка распались. Осколки разлетелись в разные стороны, превращаясь в капли крови, застывающие в полёте и вонзающиеся в стены по всему периметру. Выставленный мною щит они пробить не смогли. Ну хоть в этом повезло. Спустя десяток секунд, пол под моими ногами начал вибрировать, а на голову стали сыпаться мелкие камни и песок. Решив, что больше смотреть мне не на что, я рванул со всевозможной скоростью по туннелю, стараясь как можно быстрее покинуть это место. Выбрался я как раз в тот самый момент, когда после череды толчков проход за моей спиной завалило рухнувшим потолком.

— Костя, что происходит? — ко мне подбежала Лера, заглядывая мне в глаза. Подземные толчки с каждой секундой ощущались все чётче.

— Надеюсь, все покинули туннели? — громко спросил я у Шмелёва, что подошёл ко мне следом за женой. Внезапно появившийся ураганный ветер резкими порывами поднимал ветви, землю и снег, практически сбивая всех находившихся в парке людей с ног.

— Да. Мы ожидали чего-то подобного, так что были готовы к экстренной эвакуации, — ответил дядя, оглядываясь по сторонам. — У тебя там всё получилось? Прорыва не будет?

— Понятия не имею, — прокричал я в тот самый момент, когда буря прошла так же неожиданно, как и началась.

— Смотрите, что это там? — мы резко обернулись на гул голосов. В той стороне, где находилось поместье Сапсановых, в небо ударил огромный луч света, который яркой вспышкой взорвался где-то высоко, окрашивая ночное небо в фиолетовый цвет.

— Надеюсь, поместье не сильно пострадало, — философски протянул я, понимая, что один из алтарей всё же разрушить мне удалось. Но неизвестно, сколько их ещё разбросано по всей империи, если и не за её пределами.

— Ну вот и нашёлся повод моему брату выгнать из своего дома всех родственников. — Обняла меня Лера, видимо, пытаясь успокоить. — Так что будем считать, что это к лучшему.

— Но дом вас всё равно придётся перестраивать, сомневаюсь, что после этого светопреставления Сапсановы вернутся в родное поместье. — Усмехнулся Шмелев, поворачиваясь ко мне. — А теперь, я бы попросил рассказать мне всё, что там произошло. Особенно про армию теней, которая готова вторгнуться в наш мир.

Глава 16

Я смотрел на дворецкого, стараясь хоть что-то понять по его выражению лица. Он, как и до этого, выглядел абсолютно безэмоционально и лишь мельком бросил взгляд на карты в своей руке. Всё же, выдержкой он обладал феноменальной. Я посмотрел на часы. До запланированного отлёта в Ангарск оставалось меньше часа, вполне есть время, чтобы не спеша доиграть эту партию.

Несколько дней мы провели в тесном семейном кругу, наслаждаясь спокойствием и ничегонеделанием. Празднование Нового года прошло без каких-либо эксцессов, если не считать того факта, что с Валерией мы планировали провести короткие каникулы и сам праздник наедине друг с другом. Но собирающиеся на различные торжества домочадцы решили иначе, отложив все свои дела и планы, чтобы составить нам компанию и не оставлять нас вдвоём. Мы, конечно, были безумно этому рады, но вида не подали.

Всю прислугу в честь праздника мы распустили по своим делам, заказывая еду из ресторана на дом. Дворецкий вместе со своим помощником особняк не покинули, потому что не дело оставлять хозяев в таком большом доме одних. Ну это с его слов. Хотя, мне почему-то показалось, что, посвятив всю свою жизнь служению графу Сапсанову, мужчина просто растерялся от внезапно свалившейся на него свободы, и не знал, чем следует себя занять.

Охраны в доме, после инцидента в ресторане, стало значительно больше. Дядя в этом плане превзошёл самого себя. Все ребята обладали магией молнии и огня, которая позволяла отбиться от теневых марионеток демона, снизив риск потерять людей к минимуму. Шмелев был встревожен той ситуацией, которую я видел на изнанке, поэтому последние несколько дней проводил в Новосибирске и Москве, стараясь выяснить, кому и что именно известно про действие клана и демона тени.

Сегодня мы как-то спонтанно все собрались в гостиной и после нескольких часов общения прямо на полу сообразили покерный стол. Постепенно к этому весёлому действу присоединился Игнат, который с некоторой завистью в глазах смотрел на нас, подглядывая из-за угла, пока мы его не позвали к нам. Эта участь не обошла и дворецкого, которого подтянул за стол призрак. Мы и не возражали, тем более, он сумел привнести некоторую изюминку в наши посиделки, умудрившись за несколько часов игры довольно неплохо подправил своё положение.

— Слушай, я не понимаю, как он это делает, — прошептал Игнат так, чтобы все, находившиеся внизу домочадцы, его непременно услышали. Дух уже давно сбросил свои карты и теперь пододвинулся ко мне ближе. — Мы уже и колоды меняли, и за ним пристально все наблюдают. Как он умудряется так профессионально жульничать? Что-то с ним нечисто, ты бы справки навёл, он не так прост, как кажется, — всплеснул он руками, подозрительно косясь на мужчину, сидевшего напротив меня.

В этой партии нас осталось всего двое. Остальные уже давно вышли из игры и оживлённо обсуждали везение дворецкого, который за последний час выиграл у меня повышение своего годового жалования в два раза, повышение жалования всей прислуге в полтора, годовое бесплатное обслуживание в моей клинике для всех работников, без посещения отделения косметологии и эстетики, а также две собственных комнаты в ещё только запланированной пристройке к дому, которая, судя по всему, будет раза в три больше самого особняка, если учесть все хотелки проживающих. Пётр предложил разместить бассейн и тренажёрный зал, а также новейшую лабораторию. Если последнее никому, кроме меня, интересно не было, то первые два пункта по нраву пришлись всем, включая мою жену, поэтому я скрепя сердце внёс некоторые коррективы в формирующийся план. Благо Сапсановы от щедроты душевной решили вложиться в строительство, поддержав материально, отчего я понял, что сваливать никуда они в ближайшее время точно не планируют.

— Ну ты же сам его пригласил принять в этом участие, — усмехнулся я, глядя на насупившегося духа. — Смирись с тем, что ему просто везёт, — похлопал я по плечу Игната и улыбнулся, глядя на свои четыре семёрки. Не говорить же всем, что иногда я просто сбрасывал карты, чтобы удовлетворить просьбы дворецкого, который по какой-то причине раньше не обратился ко мне с этими требованиями. Только вот две свои новые комнаты он выиграл честно, я до последнего тянул, но тут удача всё же была на его стороне.

— Ставлю всё, что выиграл до этого, в обмен на дополнительное крыло для прислуги в строящейся части здания, — пододвинул он в центр стола все расписки

— Идёт, — согласился я без раздумий. Этот пункт в план обновлённого здания всё равно был обговорён с нанятым архитектором ранее. Мне не нравилось, что все работающие на нас люди ютились в отдельно стоящей постройке рядом с домом. Охранные чары, разумеется, были наложены на это здание, но не в том объёме, который был необходим для их защиты, учитывая напряжённую обстановку, царящую вокруг меня с первого моего дня появления в этом мире. — Четыре семёрки, — улыбнулся я, вскрывая карты.

— Очень сильная рука, — кивнул дворецкий. — Но четыре дамы всё же выше, — наконец, позволив себе хоть какие-то эмоции, проговорил мужчина улыбнувшись.

— Да это просто невозможно! — завопил Игнат, подбегая к дворецкому, поднимая его на ноги, начиная хлопать того по карманам и заглядывать в рукава. Я рассмеялся, глядя на слегка недоумённое лицо мужчины, который, впрочем, не спорил, предложив самостоятельно вывернуть карманы, чтобы защитник дома убедился в его честности.

— Ваше благородие, — прервал нас один из охранников, подошедший ко мне со спины. — У входа две женщины. Они требуют с вами встречи, говорят, что вы их ожидаете.

— Кто такие? — удивлённо повернулся я к нему. Лично я никого не ждал. Обо всех потенциальных гостях охрана была предупреждена заранее, а для Тины Игнат сделал лазейку, чтобы она могла перемещаться напрямую в дом.

— Не представились. Но этого и не нужно, они из клана Тени, — ровно ответил он, едва заметно поморщившись. — Что прикажете с ними делать?

— Пусть ждут. Я переговорю с ними, когда освобожусь. В дом не пускать, от них ничего не брать. — Интересно, даже не позвонили, хотя назначенные сорок восемь часов истекли сутки назад. Я уже планировал поездку в Москву сразу после того, как навещу склад в Ангарске. Нужно было напомнить о себе девочкам и показать, что не следует пренебрегать моими словами, но они решили проявить благоразумие и объявиться на несколько часов раньше.

— Разумеется, не первый день на службе. — Кивнул мужчина и вернулся к входным дверям, передавая напарнику моё распоряжение.

— Игнат, подойди на секунду, — позвал я призрака, который задумчиво смотрел в сторону удалившегося охранника. Встрепенувшись, он в считаные секунды оказался передо мной, напряжённо глядя мне в лицо. — Можешь наложить какую-нибудь защиту на дом, чтобы прибывшие маги не могли пользоваться своей силой?

— Хм, — он, прикусив губу, почесал подбородок, глядя при этом на входную дверь. — Я не обладаю настолько специализированными навыками, чтобы можно было сделать антимагическую сеть на конкретного человека. Единственное, что могу предложить — это наложить своеобразное заклинание на гостиную. Но оно тогда заблокирует источник не только у гостей, но и у всех, кто тут находится.

— Так и сделаем, — кивнул я, вытаскивая из хранилища кинжал в ножнах и сразу же вешая его на пояс. Проверив накопители, убедился, что они полны энергии, значит, магией печати я буду в состоянии пользоваться, чтобы защититься, если вдруг у теней в головах зародится такая глупая идея напасть на меня в моём же собственном доме. — Так, народ, закругляемся, — обратился я к сидящим на полу домочадцам, ожидающим моего решения. — И прошу вас уйти наверх. Как бы вы ни хотели мне помочь, но тут вы абсолютно бессильны, — сразу же остановил я гул возмущённых голосов.

Все нехотя поднялись, убрали за собой с пола карты, напитки и лёгкие закуски и, ворча, начали расходиться по особняку. За исключением Леры и Петра, которые, синхронно сложив руки, встали напротив меня, всем своим видом показывая, что одного меня тут не оставят.

— Вас это тоже касается, — ровно проговорил я.

— Но мы… — попытался возразить брат.

— Ничем тут не поможете, — отрезал я, поднимая руку, прерывая его на полуслове. Посмотрев на меня с негодованием, они всё же решили больше не спорить и ушли в сторону столовой. Я только вздохнул, прекрасно понимая, что при первой же возможности эти двое как можно ближе приблизятся к огороженной призраком зоне, чтобы как минимум подслушать разговор и вмешаться, если подумают, что мне грозит опасность. Я покачал головой и развернулся, оглядываю гостиную.

По моему указанию Игнат наложил антимагический барьер, действие которого тут же можно было почувствовать на своей шкуре. Ощущения были не слишком приятные. Свет несколько раз мигнул и стал приглушённым, воздух начал чувствоваться спёртым, а в грудь словно положили камень, который давил на лёгкие, не давая им нормально функционировать. Судя по всему, подобное ощутили все оставшиеся внизу. Двое охранников проверили пистолеты, приводя их в готовность, ещё один поднялся по лестнице, чтобы можно было видеть всё, что происходит в комнате, но одновременно с этим находясь вне поля действия барьера. Кивнув ребятам, стоявшим возле входа, я встал в центре комнаты, готовясь встречать прибывших гостей.

От открытых дверей по мне резануло холодным воздухом. В помещение вошли две девушки, одетых явно не по погоде, в стильные короткие шубки и высокие сапоги. Никаких головных уборов на них не было, и было видно, что они об этом уже сильно пожалели, убрав ладошки от красных ушей, как только оказались внутри гостиной. Увидев меня, вперёд вышла молодая женщина, чем-то едва уловимо напоминающая внешне мою жену, только немного постарше и выше. За ней, неуверенно оглядывая комнату, топталась уже знакомая мне Анна, прижимая руку к груди и стараясь незаметно, как ей казалось, сделать глубокий вдох.

— Вы опоздали, — холодно проговорил я, пристально рассматривая вставшую напротив меня женщину. Она неожиданно вздрогнула, когда игрушечный паровозик сделал несколько гудков, заезжая на очередной круг, и отвела изучающий взгляд в сторону.

— Я от лица всего клана приношу за причинённые неудобства извинения. Возникли некоторые трудности, поэтому пришлось слегка задержаться, — нарушив гнетущую тишину, проговорила она. — Как оказалось, некоторые старожилы нашего клана были в курсе творящегося беспредела. И были слегка недовольны кардинальной сменой режима, поэтому их пришлось немного изолировать, и только после этого провести выборы и согласовать дальнейший путь развития.

— Меня это должно интересовать? — хмыкнул я, удивившись ответу тени на моё замечание, которое, в принципе, можно было проигнорировать.

— Мне кажется, да, — подняла она на меня глаза нахмурившись. — Согласно нашему кодексу, вы вправе…

— Нет, — отрезал я, прекрасно понимая, что она имеет в виду. Подобные правила были практически везде, включая мой собственный клан. Сильный пожирает слабого и становится на его место. Так, собственно, в своё время и я пробился вверх, став главой мелкого клана, превратив его в солидную организацию, с которой начали считаться.

— Но вы даже не выслушали моё предложение, — тряхнула она головой.

— Я прекрасно знаю, что именно вы хотите сказать. Нет, меня это не интересует. Вы сами по себе, я сам по себе, и мне совершенно не хочется, чтобы мы когда-нибудь ещё с вашим кланом пересеклись, — сложил я руки на груди и сел на край стола.

— Но почему? — похоже, она удивилась моему ответу. Неужели тени думают, что существует очередь из желающих возглавить эту не слишком законную ячейку.

— Потому что я барон, и у меня есть обязательства перед Империей, — попытался доходчиво ей всё объяснить, чтобы эту тему больше не поднимали. — И возглавлять клан наёмных убийц с внезапно возникшими проблемами не входит в мои планы.

— Мы занимаемся не только ликвидацией, — поморщилась она. — Слежка, сбор информации, охрана — вот основной перечень наших услуг. — Сказала она, бросая взгляд на Анну, которая внимательно слушала наш диалог. — Хорошо. Если вы передумаете, то в ближайшие две недели можете связаться со мной. Мы ослаблены, и нам нужен сильный лидер. Так устроен наш клан. — Кивнула она, не рискуя больше развивать тему, которая мне была не по душе. Похоже, мои действия и быстрая расправа над Черновдовиной, кем бы она ни была на самом деле, их смогла впечатлить. — Меня зовут Кира. В настоящее время я исполняю обязанности главы. Вы просили предоставить вам книгу Теней.

Она замолчала, и вперёд вышла Анна, доставая из наплечной сумки внушительных размеров книгу в твёрдом переплёте из толстой чёрной кожи с выгравированными на обложке символами. Она молча подошла ко мне и протянула гримуар. Я кивнул стоявшему неподалёку Игнату, который сразу же приблизился к нам, забирая книгу из рук девушки.

— Её может открыть только маг тени, — сказала Кира, внимательно наблюдая за действиями духа. Он вертел громоздкий фолиант, проверяя на скрытые чары и заклинания, которые могли бы принести вред. Закончив его осматривать, он посмотрел на меня и пожал плечами. Понятно, значит, ничего подозрительно на книге он обнаружить не смог.

— Открой её, — приказал я. Анна взяла книгу в руки и подошла к дальнему краю небольшого стола, на который я опирался. Положив её на стол, она достала из небольшого кармашка на корешке книги, который не было видно до этого, длинную, тонкую и острую иглу. Проткнув ей палец, она капнула кровью на символы, находившиеся в центре обложки, которые тут же засветились фиолетовым цветом и словно пришли в какое-то движение. Когда это закончилось, раздался щелчок, и книга сама раскрылась на середине. — Занятно. — Проговорил я, мазнув по написанным мелким шрифтом жёлтым страницам, сделанным из плотной бумаги. Девушка отошла, скрываясь за спиной Киры, которая в это самое время приблизилась ко мне, доставая из уже своей сумки какой-то свёрток. Когда она потянулась к сумке, охрана в доме напряглась. Дежурившие возле дверей парни протянули руки в висевшим в кобурах пистолетах, но выхватывать и направлять их на женщину они всё же не спешили.

— Я ещё не выжила из ума, чтобы на вашей территории попытаться на вас нападать, особенно, когда на помещение наложены антимагические чары, блокирующие источник, — улыбнулась она, посмотрев мне в глаза впервые за всё время пребывания в моём доме. Я ей не ответил, просто не мигая смотрел на неё. В итоге она первая отвела взгляд, признавая в этой мимолётной схватке своё поражение. — Есть ещё одна причина, по которой мне пришлось отложить нашу встречу, — проговорила она, разворачивая свёрток, который оказался в итоге довольно большой картой Российской Империи и граничащих с ней территорий. На столе она не поместилась, поэтому Кира молча прошла в центр комнаты и, присев, разложила её на полу. — Мне пришлось потратить довольно много времени, чтобы узнать все подробности ритуалов инициации и связанных с ними алтарей. Старожилы нашего клана и одна из оставшихся старейшин были в курсе всего происходящего, но всю информацию из них пришлось вытягивать, пока в покоях бывшей главы я не нашла эту карту. — Она села поудобнее, посмотрев на меня снизу вверх. — Всего алтарей сорок девять, и расположены они на территории Империи и граничащих с ней землях. Но все они образуют группы из семи алтарей, с одним главным в центре. Я направила своих сестёр проверить эту информацию. Мы обнаружили, что функционируют только три группы, они помечены красным цветом, — она указала на яркие, нарисованные на карте кресты. — В Москве, Владивостоке и в Сибири. Остальные разрушены или по какой-то причине не работают. Я отметила их синим цветом. Вы действительно хотите их разрушить? — полюбопытствовала она, поднимаясь на ноги.

— Я ещё не решил, — пожал я плечами, не вдаваясь в подробности. — Как вы определили, какие алтари работают, а какие нет.

— Рядом с теми, которые обозначены красным, никто из сестёр не смог находиться дольше нескольких минут. При их приближении алтари быстро вытягивали из них силу практически до полного опустошения, напитываясь и озаряя небо сиреневым светом. Рядом с тем, что были разрушены ранее, не происходило ничего. Это просто камни с жутким барельефом, — ответила Кира, отходя к двери. — Когда вы разрушили алтарь, находившийся здесь, мы это ощутили. Я не могу описать эти чувства, но сложилось впечатление, что частица силы вернулась в наши тела, напитывая источники родственной энергией. Что бы вы ни делали, вы находитесь на верном пути, — улыбнулась она. — Всего хорошего, надеюсь, что вы передумаете и примете наше предложение, ну или хотя бы не будете столь категоричным в ограничении общения между нами.

Они вышли из поместья в сопровождении одного из охранников. Я в это время рассматривал карту. Да быть того не может. Я сел на пол, стараясь разобрать место, где находится, по словам тени, центральный алтарь Сибирской группы. В месте недалеко от сиротского дома, где меня воспитывали, в непосредственной близости к поместью Серолаповых.

— Ну что за наглая девица, на продолжение отношений надеется. Будто не их демонский клан нас несколько дней назад чуть не убил, — в гостиную влетела Валерия. Тут же свет мигнул, и в комнате стало заметно светлее, а стягивающие грудь путы будто разорвались, давая полную свободу движениям. Игнат снял барьер и теперь сидел рядом со мной, вглядываясь в разноцветные крестики на карте.

— Так и думал, что вы будете греть уши за дверью, — покачал я головой, поднимаясь и доставая мобилет из кармана.

— А что мне остаётся делать, когда ты говоришь, что охота сейчас ведётся не только на тебя, но и на меня, — глубоко вздохнула она, прижавшись на несколько секунд ко мне, после чего отстранилась и присоединилась к Игнату, рассматривая карту. — Ты ей веришь?

— Нет, поэтому всё, что она сказала, стоит проверить, — кивнул я, набирая номер Шмелева. — Есть информация? — коротко спросил я, дождавшись ответа после продолжительных гудков.

— Не совсем, — уклончиво ответил дядя. Голос у него был уставшим и немного раздражённым.

— У меня есть. Можешь ко мне заехать, как будет время? — полюбопытствовал я, бросая взгляд на часы. Дирижабль отправляется через тридцать минут, нужно было постепенно выдвигаться к поместью Сапсановых, где меня ждал пилот, чтобы обговорить детали маршрута, о которых я пока никому не сообщал.

— Сейчас буду, — Буркнул он, после чего связь оборвалась, и буквально через несколько секунд в дверь постучали. Шмелев буквально ворвался в особняк, удивлённо рассматривая ползающих по полу Игната и Леру.

— Быстро ты, — усмехнулся я. — А до Ангарска у тебя, случайно, свитков нет?

— Случайно нет. Тебе зачем? — пристально посмотрел он на меня.

— Проверить кое-что. Меня тут, наконец, навестили представители клана Тени и предоставили любопытную информацию, — быстро сменил я тему, чтобы дядя не лез с ненужными расспросами.

Пересказав всё дословно, я указал рукой на карту. Бегло её изучив, Шмелев взмахом руки поднял её в воздух и сложил её в свёрток, который плавно опустился к нему в руки. Нет, бытовой магией тоже нельзя сторониться, она довольно неплохо может облегчить жизнь.

— Я направлю людей проверить информацию, — сосредоточенно кивнул мужчина. — Я обо всём доложил Выдрову, но пока никакого вразумительного ответа нет. Похоже, про всё, что ты говорил, действительно никому не было известно. Я хочу запросить аудиенцию у императора и надеюсь, что ты составишь мне, Выдрову и князю Тигрову компанию.

— Пожалуй, я откажусь, — покачал я головой. — Не хочется чувствовать себя мышью, которая, зная о мышеловке, всё равно суёт туда голову.

— Ты неисправим, — махнул Шмелев рукой. — Потом вернёмся к этому разговору. Я правильно понял, что ты хочешь полететь в Ангарск по своим очень важным делам, которые важнее твоей безопасности и, возможно, вторжения демонов в ближайшее время один? У тебя нет сопровождения, а у меня лишних людей, которых я бы мог направить с тобой.

— Мне они не нужны. Я хочу, чтобы о моём пребывании там знали только те, кто находится сейчас здесь. Единственное, могу тебя попросить всё же выделить кого-нибудь, присмотреть за Валерией, пока меня не будет?

— Вряд ли. Если только Совинского. Я с ним свяжусь, — кивнул он и, развернувшись, направился к выходу. — Не встревай ни во что, прошу тебя, — проговорил он и, глубоко вздохнув, вышел из дома.

— Тебе действительно нужно лететь? — спросил Пётр. — Может, мы всё-таки полетим вместе?

— Нет. В доме безопасно. А уж если прижмёт, то я с вами свяжусь, — помахав перед его лицом рукой, на которой было шесть полос от проведённых ритуалов связывания, проговорил я. — Тем более, я знаю, чем вас занять в ближайшие сутки. — Улыбнулся я, обнимая брата за плечи.

— Вот не нравится мне твоя улыбка, — попытался он отстраниться от меня.

— И небезосновательно, — подтвердил я. — Мне нужна большая свободная комната. У нас найдётся хоть немного свободного пространства?

Глава 17

Путь до Ангарска должен был занять около десяти часов, именно поэтому я решил вылететь ближе к ночи, чтобы утром быть на месте. Петра с Валерией оставил разбираться с вещами из моего хранилища, которые выложил перед ними в одной из пустых комнат в подвале, о назначении которой можно было только догадываться. Я думал, что они воспримут мою просьбу в штыки, но ребята взялись за это дело с подозрительным энтузиазмом. Мне даже показалось, что они не заметили, как я с ними попрощался и покинул подвал. Ну хоть будут делом заняты и останутся под охраной в доме, пока меня не будет.

Единственное, что я оставил у себя — это клинки кинжала восьми стихий, меч огнедемона и шкатулки из сейфа Иглобрюхова. Склад в Ангарске будет вполне подходящим местом, чтобы, наконец, узнать об их содержимом, не переживая за жизнь окружающих.

Сев в дирижабль, я закрылся в каюте и начал изучение книги Теней. Это действительно был сборник заклинаний и ритуалов, которые вписывались в этот гримуар многие столетия. О ритуале перемещения силы было написано в самом конце, и изобрели его не так уж и давно. Что послужило причиной для его создания, сказано не было, но что-то мне подсказывало: без участия Черновдовиной и её хитрых схем, связанных с алтарями и демоном тени, тут не обошлось. Как оказалось, силу, заточенную в кристалле, можно легко снова поместить в человека. При этом, что удивительно, кристалл мог применить на себя не только человек, из которого изъяли силу, но и другой маг тени, насыщая ей свой источник и повышая уровень. Неплохое подспорье мог бы организовать для себя клан, если бы не тратил такой ресурс на подпитку алтарей. Нужно будет поговорить с Андреем, вдруг он захочет вернуть свои силы обратно и развивать навыки вместе со мной и Валерией.

Пока заняться было нечем, я решил разобраться с завесой, в которую уходили тени. Скрываться в тени оказалось довольно просто. Уже через полчаса с того момента, как я начал практиковаться, мне удалось оказаться в этом субпространстве рядом с реальным миром. Я смотрел на свою комнату словно через многогранную призму фиолетового цвета, что сначала меня немного дезориентировало. Но несколько раз перейдя из реального мира в тень, я немного свыкся к причудливым искривлениям пространства и начал без труда передвигаться, научившись определять расстояние между предметами, не натыкаясь на ножки стульев и не врезаясь в дверные косяки.

Освоившись с завесой, я приступил к изучению марионеток, управление которыми было одной из важнейших частей этого вида магии. И с ними дела обстояли сложнее. Как оказалось, каждая из них обладала лишь десятой частью магического резерва и способностями призвавшего их мага. Нужно было первым делом научиться концентрироваться, чтобы управлять ими одновременно, как бы соединяя своё сознание с ними и повышая их эффективность в бою. Как правило, маги тени делали это из завесы, не давая возможности противнику нанести по себе удар. Когда я понял, как именно нужно было объединяться с марионетками, то начал буквально видеть их глазами. Правда, одновременно появившиеся девять изображений комнаты с разных ракурсов были размыты и накладывались друг на друга, находясь позади моего собственного восприятия мира. Не выдержав свалившегося на меня потока информации, я тряхнул головой, возвращая себе естественное зрение. В глазах двоилась, а в горле, после этого небольшого эксперимента поселился ком. Нужно начинать с малого, например, с управления одной теню. Но дирижабль, находившийся в воздухе, не то место, где следовало начинать практиковать подобные вещи. А вот объединить все девять марионеток в одну, превращая их в гигантскую тень за спиной создателя, научиться стоило. Это было истинное воплощение магии тени и требовало очень много энергии для использования. Но само объединение практически ничего не стоило в плане магических затрат.

— Ваше благородие, через пятнадцать минут мы приземляемся, — раздался голос помощника пилота из-за двери. — Если желаете, можете пока пройти в главный зал, там на вас накрыли стол с завтраком. Как-никак в пути находимся уже достаточно долго.

После этих слов, я тут же ощутил голод и решил воспользоваться предложением. Развеяв тень, занимающую всё свободное пространство комнаты, я открыл дверь, где меня ждал уже не молодой мужчина. Мы прошли в большое помещение, больше напоминающее ресторан с десятком столиков. И занят был только один. Слуга рода Сапсановых, расставлял тарелки с едой и напитками перед одиноко сидящим парнем, которого я совершенно здесь не ожидал увидеть.

— Ты что здесь делаешь? — сел я напротив Петра, прожигая его взглядом.

— Не поверишь, сплю. Думал к тебе сразу же прийти, как только мы взлетели, но тут же отключился, как только вошёл к себе в комнату, — невинно проговорил он, делая глоток ароматного кофе.

— Пётр! — прорычал я, все еще не отводя от него взгляда. — Я просил остаться в особняке. Если бы мне нужна была твоя помощь, то непосредственно бы к тебе обратился.

— Да у меня дела в Ангарске образовались. Нужно встретиться с одним человеком. Помнишь, я говорил тебе про владельца клиники на Дальнем Востоке, так вот, говорят, он как раз сегодня должен остановиться в этом городе на короткую стоянку, — проговорил он, ловко орудуя вилкой, разрезая что-то похожее на гренки с омлетом.

— И ты не будешь таскаться за мной следом, отправившись сразу по своим делам? — решил всё же уточнить я.

— Ну почему же, — удивлённо вскинулся он. — Как я могу оставить тебя одного. А почему именно Ангарск? Не думал, что ты хочешь вернуться в это не слишком приятное место.

— Дела у меня здесь. Вот такой вот это деловой город, — усмехнулся я. — Так почему ты решил бросить всех в особняке, тайком прокравшись на борт и объявившись передо мной только тогда, когда мы уже приземлились? Надеюсь, Леру ты с собой не захватил.

— Зачем она мне? Пусть дома сидит под охраной, — отмахнулся он. — И почему сразу тайком? Всё согласовано с пилотом дирижабля… Хорошо, — он бросил столовые приборы, поёжившись от пристально направленного на него взгляда. Я его очень хорошо знал, чтобы понять, когда он что-то скрывает. Хотя в данном случае, это понял бы любой. Слишком нелепые оправдания он придумывал. — Сегодня приезжает Марьяна, и мне не слишком хочется проводить время рядом с ней, — поморщился он.

— Она мать твоей девушки. Тебе придётся с ней общаться, так или иначе, — рассмеялся я, глядя на скривившегося брата.

— Мне нравится Алина, которая характером пошла в уравновешенного отца, а не в мать с садистскими замашками. Никогда бы не сказал подобного, но эта женщина меня иногда пугает, — выдохнул он. — Да, я позорно сбежал. Если уж мне и предстоит сегодня распрощаться с жизнью, лучше я сделаю это рядом со своим братом, вляпавшись в очередные приключения. Смерть от руки потенциальной тёщи на семейном ужине уж слишком для меня позорна. Ну давай, унижай меня, насмехайся, ты же всегда об этом мечтал, — покачал он головой, с упрёком в глазах уставившись на меня.

— Мне, конечно, безумно интересно, что именно ты сделал Марьяне, когда гостил в их поместье всего один вечер, но спрашивать это не буду. Скорее всего, это очень позорное деяние, воспоминание о котором будет унижать тебя в твоих собственных глазах. — Пожал я плечами улыбнувшись. — А ты когда-нибудь задумывался, что, если не смотреть на наше истинное происхождение, по крови, Алина — моя двоюродная сестра? — после моего простого вопроса, Пётр поперхнулся только что сделанным глотком кофе.

— Постучать? — заботливо поинтересовался я, глядя на то, как брат пытается выкашлять попавшие не в то горло капли жидкости.

— Да иди ты, — отдышавшись, просипел он. — Вот почему ты такой? — поморщился он, глядя на меня не слишком добрым взглядом.

— От всего сердца сочувствующий тебе брат? — невинно уточнил я.

— Да если бы. — Горестно вздохнул Пётр. — Но скорее, козёл.

— Ошибаешься, я — дикий кот. — Не согласился я с его характеристикой, но Пётр ничего не ответил.

Молча позавтракав, мы оделись и вышли из дирижабля, предварительно попросив пилота нас дождаться. В этом городе я не планировал задерживаться долго.

В Ангарске было заметно теплее и солнечнее. Склад находился на окраине города, и путь до него даже от вокзала был мне известен.

— Скажи, а почему мы не наняли водителя и не взяли машину? — просопел Пётр, оглядывая тёмный переулок через полчаса блуждания по злачным местам города, которые вели к хранилищу Манулова. Редкие прохожие бросали на нас настороженные взгляды, но не более того. Даже мелкие воры и бродяги сторонились нас. Это было странно, потому что не только я, но и брат были одеты довольно просто и неброско, а родовой перстень я скрывал под перчатками.

— Потому что сюда никто не поедет в здравом уме, — ответил я, заворачивая за угол, вплотную приближаясь к свалке, которая вроде стала больше, а, может, мне так показалось из-за сугробов, покрывающих весь сваленный здесь мусор. — И да, напомню ещё раз: тебя никто не просил идти за мной. Мог бы и дальше отсыпаться в дирижабле, прячась от своей будущей тёщи.

Пётр ничего не ответил, только злобно на меня посмотрел, продолжая идти следом, хмурясь и озираясь по сторонам.

Складские помещения за время моего отсутствия ничуть не изменились. Судя по количеству снега на дороге между этими боксами, можно было подумать, что сюда уже очень давно никто не наведывался. Пробираться через сугробы явно не входило в планы брата, поэтому он, махнув рукой, быстро очистил перед нами тропинку, разметав снег по сторонам и засыпая стоящие неподалёку входы в подземные склады, включая мой. Подойдя к своему боксу, подождал, пока Пётр очистит дорогу к нему, и приложил перстень к замку, глядя, как охранные чары постепенно исчезают вместе с щелчком открывшегося замка.

— Теперь я могу поинтересоваться, что именно мы тут забыли? — тихо спросил парень, спускаясь вместе со мной вниз по обледеневшим ступеням.

— Это склад Мануловых, тех, что были до меня. Тут они хранили ценное оружие, книги и артефакты, — решил пояснить я, заходя в помещение, которое тут же озарилось ярким светом, висящих под потолком светильников. — Какого… — тихо проговорил я, накидывая на себя защитный купол и доставая кинжал из ножен. Картину, представшую моему взору, я точно не ожидал здесь увидеть.

Везде царила разруха. Видно, что кто-то что-то искал. Оружие было разбросано по полу, как и немногочисленные книги, свитки, исписанные листы. Сейф был вскрыт, но на деньги и макры взломщики не покусились, просто вывалив всё на пол. Стекло оранжереи было разбито. Все растения завяли, а некоторые были просто вырваны с корнем и брошены рядом. Всё помещение и валяющиеся в беспорядке вещи были залиты какой-то ярко-зелёной субстанцией, которая, словно кислотой, прожигала дыры в каменном полу, не говоря о книгах, на которые она попала. Карты на стенах были разорваны, а в самой стене зияла огромная дыра. Сеть защитных заклинаний была разрушена, только некоторые стеллажи остались под охраной. Видимо, эти чары грабители вскрыть не смогли.

— Какое варварство, — поморщился брат, осторожно переступая через подозрительные пятна на полу. Ледяная полупрозрачная корка покрывала его тело, выполняя роль магического щита. — Это же бурый лилейник, — подошёл он к валяющемуся цветку, поднимая его за засохший стебель. — Я уже долгое время пытаюсь найти его для зелья, о котором прочитал в одной из книг твоих предков. Я уже все аукционы пролазил и с парой охотников связался, но все они говорят, что он исчез с изнанки. За такое кощунство нужно убить тех, кто это сделал довольно жестоким способом, предварительно подвергнув пыткам.

— С расправой ты немного опоздал. Можешь быть удовлетворён хотя бы тем, что их смерть точно не была лёгкой, — проговорил я, подходя к разрушенной стене, рядом с которой на полу лежали трупы грабителей.

Их было двое. И далеко уйти после погрома они не смогли. Тела мужчин были плотно стянуты тугими зелёными стеблями, покрывающие их от шеи до ног, оставив свободным только голову, кисти и ступни. Было непонятно, откуда взялись эти жгуты. Истинное зрение показывало, что это не чары или артефакт, а вполне себе живое существо, теоретически растительного происхождения. Тонкие белесоватые нити шли куда-то вверх, уходя через тонкие дыры в потолке. Ствола или какого бы то ни было тела я не заметил, скорее всего, оно пряталось где-то в потолке. Вряд ли это было частью защитных чар, поэтому я решил на всякий случай не прикасаться к этим стеблям. Присутствие неизвестного существа немного напрягало, но тревожить его всё же не спешил, не чувствуя в данный момент от него какой-либо опасности. Я присел, рассматривая останки, даже близко не представляя, сколько они тут смогли пролежать. Слегка отодвинув один из зелёных жгутов, я пригляделся, увидев, что это непонятное растение было прикреплено к своим жертвам своеобразными длинными прозрачными шипами, через которые даже сейчас постепенно поступала в стебли по каплям чёрная жидкость из тел убитых.

— Какая мерзость, — протянул брат, после чего бросил взгляд на дыру в стене. — Что там?

— Скорее всего, путь, через который они проникли сюда и хотели тем же путём выйти, — пожал я плечами, поднимая голову.

— Ну сейчас проверим, — серьёзно кивнул он и пролез через проём, скрывшись в темноте. Никаких подозрительных звуков оттуда не доносилось, поэтому я вернулся к осмотру неудавшихся грабителей. На пальцах у каждого красовался перстень с изображением змеи. Аккуратно сняв их, я принялся их рассматривать, пытаясь разобрать, кто именно был запечатлён на родовых перстнях.

— Чисто, — Пётр перелез через дыру обратно, подходя ко мне вплотную. — Абсолютно пустое помещение, точно такое же, как и это. Никаких следов или завалявшегося для приличия сейфа. Что это? — он взял один из протянутых перстней, поднося его к глазам. — Змея? Знаешь кто это?

— Нет, — покачал я головой, сжимая кольцо в кулаке, оглядывая при этом то, что осталось от хранилища Мануловых. — Из змей я знаю только Гюрзова и Ужинцевых, но у них совершенно другие изображения. Необходимо выяснить, кто владелец этих побрякушек. Так нагло решить меня ограбить и даже не замести следы… Либо они идиоты, либо наглые и самоуверенные психи, либо хотят вывести меня с ними на конфликт. Ставлю на последнее. Судя по тому, что все защитные чары внизу были отключены изнутри, эти двое прекрасно знали, куда и зачем они пришли.

— Тут мне добавить особо нечего, — кивнул он, отдавая мне перстень. — Ты сюда пришёл за чем-то конкретным или так, просто посмотреть на наследство.

— За чем-то конкретным. — Поморщился я, оглядываясь по сторонам. — Но сейчас нужно разобраться с вещами, оценить убытки и, если удастся, попытаться понять, что именно им здесь было нужно.

Отойдя от хищного растения, я направил небольшой поток очищающего пламени на лежащие рядом со мной книги, стараясь убрать эту зелёную жидкость. Соприкоснувшись с огнём, жидкость вспенилась, начала испаряться, в результате чего повалил едкий дым, который быстро рассеивался. Очистив таким образом одну из книг, я поднял её с пола, открывая твёрдый переплёт. Но, как оказалось, целым остался только он, все страницы превратились под действием кислоты в какую-то слизкообразную субстанцию, которая потекла на пол тяжёлыми вязкими каплями, как только я открыл книгу. Видимо, всё будет немного сложнее, чем я предполагал.

Глава 18

Тряхнув головой, я принялся постепенно очищать все предметы, которые находил, просматривая их и складируя в пространственное хранилище. Пётр тут же присоединился, очищая механическим путем, при помощи какого-то скребка и щетки, оружие и артефакты. Как оказалось, повреждение получили только некоторые книги, тогда как всё оружие, разные подписанные склянки, макры и каменные шкатулки оказались целыми. Я, немного подумав, всё же рассказал Петру о демоне тени и своих злоключениях с кланом. Он молча меня выслушал, не перебивая, и уже более внимательно начал изучать каждую попавшуюся ему книгу, рукопись или просто листы в поисках необходимой нам информации. Всё же не просто так Манул направил меня сюда.

— Смотри, кажется, я кое-что нашёл, — в полной тишине его тихий голос прозвучал набатом. Он протянул мне старую книгу в кожаном переплёте. Сохранилась она в идеальном состоянии. На обложке золотом было выведено: «Книга заклинателя. Том I. Духи и демоны изнанки.»

Опершись спиной на пустой стеллаж, откуда я выгреб всевозможные артефакты, полезные для охоты на изнанке, я открыл книгу, пролистывая толстые жёлтые страницы.

— Я тут пробежался по тексту, используя простенькое поисковое заклинание по ключевым словам. Если хочешь, просто перескажу, чтобы время не тратить, потом тщательно изучим, — проговорил брат, садясь на единственный сохранившийся стул, стоявший напротив меня. Я кивнул, захлопнув книгу, готовясь внимательно слушать. — В общем, существует три типа духов. Низшие, как Игнат, средние и высшие. Низшие особой опасности не представляют. Бороться с ними просто: ритуалы изгнания написаны на тридцати страницах в двенадцати модификациях. Духи среднего типа куда серьёзнее и опаснее, но как с ними бороться тоже известно. Правда, тут уже фантазия заклинателей даёт сбой, и описан всего один ритуал. Спорим, ты точно не попал ни в одну из формул и ингредиентов, когда убивал чёрную вдову в ресторане.

— Ты уверен, что это был средний дух? — перебил я его, сомневаясь в его заключении.

— Абсолютно. Про дух чёрной вдовы там написано достаточно подробно и, как оказалось, она смогла исчезнуть из поля зрения, когда писалась эта книга. — Он посмотрел на меня, потом хмыкнул и сложил руки на груди. — Ну, если ты мне не веришь, то слушай и сам сделай выводы. Как правило, духи средней ступени — это сильные маги, почившие на изнанке, но в лицевом мире без тела они практически бессильны, поэтому, проникая к нам, они стараются вселиться в соответствующие их способностям и желаниям тела. Отличить вселившегося духа от настоящего человека практически невозможно. Только если он сам себя хочет по какой-то причине выдать, а также после смерти, когда тело распадается от быстрого гниения, а все внутренности человека превращены в кашу, покрытую серыми нитями со специфическим запахом вишни и крыжовника. Ничего не напоминает?

— Я не почувствовал приятного аромата ягод, — усмехнулся я, покачав головой. — Но, в целом, да, похоже. Но только это не исключает, что есть ещё подобные твари, и конкретно это — чёрная вдова.

— Как знаешь, мне абсолютно всё равно, как её зовут, полагаю, что тебе тоже. А теперь самое интересное, — хлопнул он в ладоши, выводя меня из задумчивости. — Что касается духов высшей ступени, то о них известно немного, только то, что это маги десятого уровня, переродившиеся на низших уровнях изнанки. Их заклинатели прозвали демонами, потому что по силе и жестокости они ничуть не уступают порождениям бездны. Понятно, что о них ничего не было известно, магов десятого уровня можно по пальцам сосчитать за последние веков пять. Всего было сказано о четырёх демонах: кровавая лисица, радужная змея, женщина в белом и, кто бы мог подумать, демон тени. Никаких описаний, просто перечисление известных имён, которые дали им много лет назад. И немного плохих новостей: о способах умерщвления этих сущностей на момент написания трактата ничего не известно. Как-то так, — развёл он руки в стороны.

— Ну это уже что-то. По крайней мере, сейчас известно, откуда следует начинать поиски. Совинский же вроде говорил, что знаком с некоторыми заклинателями, вполне возможно, что за несколько десятков лет информации о высших духах появилось гораздо больше. — Покрутив книгу в руках, я закинул её в наполовину заполненное пространственное хранилище. На обратном пути в Норильск более внимательно всё перечитаю, возможно, Пётр мог пропустить какие-нибудь детали.

Оглядев пустой склад и укрепив огненный щит, я вновь подошёл к телам. Хищное растение, пока мы находились внутри склада, вело себя спокойно и совершенно не обращало на нас внимания, давая время заняться своими делами. Периодически со всех сторон я слышал какое-то урчание и шорох, но это нечто знакомиться с нами не спешило. Достав кинжал, пустил по нему золотистое пламя, поднося его к стеблю, оплетающему тела грабителей.

— Что ты делаешь? — спросил меня Пётр, подходя ближе. — Не думаю, что тревожить это существо — хорошая идея.

— Нужно их обыскать. Может, тогда смогу больше узнать о том, кто это такие, и понять, что именно они тут искали. Ты же не можешь исключить того, что есть некий предмет, который они забрали, и он сейчас лежит в нагрудном кармане у одного из них? — пояснил, как мне казалось, вполне очевидные вещи напрягшемуся парню. Он неуверенно кивнул и сделал несколько шагов назад, приближаясь к выходу из помещения.

Я резко полоснул кинжалом по стеблю и отшатнулся, когда зелёный жгут неожиданно резко сжался, а из раны хлынула та самая зелёная жижа, которой было покрыто всё помещение. Щит выдержал плевок ядовитой субстанции, даже особо не потеряв энергии и не истончившись.

По ушам резанул громкий вопль ярости и боли. Я развернулся и отпрыгнул в сторону в тот момент, когда из потолка вырвался новый жгут. Удар был нанесён с такой силой, что смог пробить пол, оставив после себя глубокую ямку. Неожиданно появившийся перед Петром стебель стремительным движением оплёл тело и ноги парня, поднимая его вверх к потолку. Я рванул в его направлении, но стена из трёх точно таких же жгутов образовалась передо мной, перекрывая путь, а четвёртый, ударив меня в грудь, отбросил назад, впечатав при этом в противоположную стену. Волной золотого пламени, выброшенной вперёд, я сжёг эти стебли, превратив их в зловонный пепел, и снова кинулся на помощь к брату.

Пётр тем временем уже освободился самостоятельно, выпустив несколько десятков ледяных игл, которые разорвали жгут на мелкие части, а ледяным мечом, который являлся чуть ли не продолжением его руки, он сделал несколько резких взмахов, перерубая ещё два летящих в его сторону отростка. Я увернулся от появившихся сбоку от меня жгутов и полоснул по ним кинжалом огня, вызывая тем самым очередной жуткий рёв, от которого содрогнулись стены.

Нужно ударить по самой твари, а не по его отросткам, которых становилось всё больше и больше, и они постепенно заполнили собой половину свободного пространства. Благо они были довольно медлительны, и нам с Петром удавалось легко уходить из-под удара.

— Ну давай, покажись, — прорычал я и резко ушёл в тень, хватая Петра за руку и утаскивая того за собой.

— Что происходит? — дёрнулся он, закрыв глаза от фиолетовой ряби.

— Магия тени, — быстро проговорил я, наблюдая, как отростки беснуются по всему помещению, пробивая стены, стараясь понять, куда так быстро пропали её жертвы.

Неожиданно всё затихло. А жгуты, включая те, что оплетали грабителей, словно истаяли в воздухе. От наступившей тишины стало даже немного не по себе. Истинное зрение через завесу работало плохо, но всё же сгущение воздуха я смог различить. Это сгущение становилось всё отчётливее, формируя невидимые обычным взглядом очертания, похожие на человеческие, только длинные руки то укорачивались, то удлинялись, касаясь пола. Оно остановилось в нескольких шагах от нас и начало вертеть головой. Прозрачный, светящийся макр в его грудной клетке пульсировал ярче, когда существо недовольно рычало.

— Тихо, — едва шевеля губами, проговорил я, остановив Петра, когда тот открыл рот, чтобы что-то спросить. Он удивлённо на меня посмотрел, но потом кивнул, сосредоточенно вглядываясь перед собой, стараясь хоть что-нибудь разглядеть.

Я сделал несколько плавных шагов и приблизился к этой твари на расстояние удара. Оно стояло ко мне спиной, но всё равно смогло почувствовать моё приближение. Когда я одним движением вышел из тени, призывая божественный меч, оно развернулось и вскинуло в моём направлении руки. Но было уже поздно. Не дожидаясь, когда отделившиеся от её рук уже знакомые мне зелёные отростки прикоснутся ко мне, я всадил в грудь существа меч, разбивая им макр на несколько крупных осколков.

Тварь тут же проявилась, совершенно потеряв способность к маскировке после разрушения кристалла. Оно действительно обладало человеческим телом, только покрыто оно было древесной корой. Вместо глаз и рта, словно были вырезаны неумелой рукой тонкие щёлочки. Руки были заменены тонкими ветками, от которых отделялись отростки, не так давно нас атаковавшие. Существо вскрикнуло и осело на пол, заливая его ярко-зелёной жидкостью, вытекающей из распоротой грудной клетки. Через несколько секунд тело твари начало уменьшаться и деформироваться, пока не превратилось в обычную сухую, толстую ветку. Вызволив Петра из завесы, я осторожно переступил через это странное существо, давая брату возможность самому изучить то, что осталось от монстра, и направился в сторону тел грабителей. Тщательно обыскав их, не обнаружил ничего, что могло бы их хоть как-то идентифицировать. Только в кармане штанов у одного лежали два скомканных листа, которые, судя по виду, он второпях вырвал из какой-то старой книги. Это был рукописный текст на пожелтевшей бумаги. Такую книгу мы не находили, значит, это была одна из тех пяти, что не подлежала восстановлению.

Я вчитался в текст. Это были записи из какого-то дневника Манулова. Начало и конец были оборваны, но даже из написанного я понял, что тут он говорил о клинке восьми стихий, с помощью которого он смог избавиться от преследовавшего его духа кровавой лисы. Благо к моменту их боя, она была ослаблена, и по силе Манулов ничем не уступал ей, находясь на шестом уровне развития.

Осознав всю мощь оружия, а также зависимость мага от него, которая заставляла держать его рядом с собой и использовать всё чаще, даже не по назначению, он смог разобрать клинок и спрятать их, заточив в специальные шкатулки-артефакты, которые прятали их ауру и не позволяли при помощи поисковых чар их отыскать. Переживая, что клинок может попасть не в те руки, один из них он вручил на сохранение человеку, к которому не станут вламываться и стараться обокрасть коллекционеры и охотники. К сожалению, списка, куда он спрятал остальные части, не было. Только об одном было досконально известно: клинок молний находился здесь, на складе, и, скорее всего, именно поэтому за десятки лет место хранилища Мануловых ни разу не менялось. Кинжал тщательно охранял малоразумный дух леса, который был заточен в специально отведённом месте. Я бросил взгляд на разбитое стекло, теперь понимая, зачем Мануловы держали у себя целую оранжерею редких цветов изнанки. Это было местом обитания того самого духа, которого освободили недоумки, поплатившись за это жизнями. Духа нельзя было изгнать стандартным способом, только убить божественным мечом Манула, поэтому я правильно поступил, выбрав для решающего удара именно его.

Сердце бешено колотилось, когда я перечитывал написанное. Вот оно. Есть реальный способ избавиться от демона тени и как минимум отыскать ещё один кинжал. Я поднялся и тихо подошёл к Петру, который всё ещё рассматривал остатки толстого сука, лежащего на полу.

— Понятия не имею, что это такое, — посмотрел он на меня заинтересованным взглядом. Его кора очень крепкая, даже часть нельзя отломить, чтобы посмотреть, что находится внутри.

— Зато я знаю, — проговорил я, опускаясь на колени, призывая меч. Он вошёл в дерево легко, не встретив никакого сопротивления. Зелёная жижа появилась в месте прокола и будто начала впитываться в клинок, который ярко при этом засиял, заставляя на некоторое время закрыть глаза. Когда сияние прекратилось, я вытащил клинок, глядя, как сук без каких-либо дополнительных движений раскалывается на две части, явив нам шкатулку из белого камня, с выгравированными символами на крышке. — Я — идиот, — резюмировал я, вглядываясь в знакомые знаки. Достав из хранилища шкатулки из сейфа Иглобрюхова, положил их рядом с собой, сравнивая изображения. Они были идентичными, только центральные символы на каждой из них отличались друг от друга.

— Это что? — непонимающе переводил взгляд с каменных коробок на меня Пётр. Я молча начал открывать по отдельности каждую. Как оказалось, занятыми были только две, одна из них была пуста. При явлении нового клинка, кинжал у меня в ножнах нагревался и вспыхивал, сразу же успокаиваясь, как только крышка шкатулки закрывалась. — Клинок восьми стихий? — вскинулся он, когда до него дошло, что именно он увидел. Я кивнул, извлекая из центра сука шкатулку, которую долгие годы хранили Мануловы на этом складе. Клинок молний был на месте. Дух леса справился с возложенной на него миссией. — Слушай, я знаю, что это за символы, на вводных лекциях по артефакторике нам об этом говорили, — перевёл на меня взгляд брат. — Молния, — указал он символ на крышке артефакта, который я извлёк из центра дерева. — Воздух, вода и огонь, — поочерёдно ткнул он пальцем в шкатулки Иглобрюхова. — Подожди, но ведь клинок огня находится у тебя уже давно…

— Не удивлюсь, что он знал о нём и хотел его у меня отобрать, когда со мной бы расправился, — усмехнулся я. — Даже место приготовил для него. Надеюсь, ему сейчас несладко приходится.

— Он умер, — пожал плечами Пётр. — Через неделю после аукциона. Мы слегка запоздали со второй дозой противоядия. Но, знаешь, никто по этому поводу не расстроился. Получается, что эти двое приходили сюда за клинком, — перевёл он тему, поднимаясь на ноги.

— Да, но они, не разобравшись, разбудили от спячки духа, который не позволил им закончить начатое. — Спрятав шкатулки и собственный кинжал в хранилище, от греха, как говорится, я поднялся на ноги. — Осталось два, и тогда можно будет закончить с демоном. По крайней мере, мой предшественник на посту жреца Манула, смог при его помощи избавиться от кровавой лисицы.

— Это у вас проклятье на роду такое, находить конфликты с опаснейшими тварями? — полюбопытствовал он, направляясь к выходу.

— При встрече с Манулом обязательно про это спрошу, — хмыкнул я, выходя на свежий воздух, только сейчас понимая, каким затхлым и спёртым он был внизу. — Ещё бы знать, где находятся оставшиеся два.

— Найдём, — уверенно сказал Пётр, поворачиваясь ко мне. — Тем более, мне кажется, что один из клинков находится в роду змей, совершивших налёт. Так что, нужно думать, где спрятан последний. Куда теперь?

— Домой. Мне здесь делать больше нечего. Только вот у тебя тут встреча назначена, насколько я помню? — прошёл я мимо него, направляясь к выходу от этих складов, куда мне больше не за чем было возвращаться.

— Домой так домой, — пробубнил он, не ответив на мой вопрос, догоняя меня и вставая рядом.

Мы, не спеша, шли в сторону ждавшего нас дирижабля, говоря на отстранённые темы. В основном обсуждали отношения Петра с Алиной, и как наладить связь с Марьяной, которая искренне хотела счастья для своей дочери, где совершенно не видела находившего рядом с ней Петра. В своих рассуждениях брат неожиданно пришёл к выводу, что встречаться и жениться на сироте в аристократическом обществе, когда ты туда не входишь, самое лучшее, что может произойти с выпускником детского дома.

— Эй, Денисов! — раздался голос за моей спиной, как только мы шагнули на площадь, где в своё время Олег под влиянием чар своего дяди, хотел убить Валерию. Нас окружали с десяток молодых парней, вертя в руках дубинки, цепи и ножи. Я обернулся, разглядывая окликнувшего меня. — Что, не узнаёшь своих товарищей?

— Смотрите какая важная птица к нам прилетела, — рассмеялась девчонка, стоявшая рядом с заводилой, направляя в мою сторону арбалет. — Как только раскрылся магический потенциал, так сразу нос в небо задрал.

— Это они ко мне обращаются? — уточнил я у Петра, который в это самое время удивлённо взирал на парней и девушек, воспитывающихся вместе с нами в сиротском доме. Мне пришлось напрячь память, чтобы, наконец, вспомнить, где я видел их всех раньше. Те мимолётные встречи в лесу и в общем зале во время распределения, когда я только возродился в этом мире, уже напрочь стёрлись из моей памяти.

— Ну, раньше ты был Денисовым, если я не ошибаюсь, — протянул брат, приложив руку лицу и выразительно покачав головой.

— А я смотрю, Петруша, ты так и бегаешь рядом с этим нытиком. Что, больше никто не хочет охранять этого придурка? — пробасил бугай, находящийся сбоку от меня. Немногочисленные люди, пришедшие в этот час на площадь, спешно её покидали, косясь в сторону назревающего конфликта.

— Он совсем идиот? — полюбопытствовал я у брата, зная о том, что память парня, в которого он попал во время перемещения, сохранилась у него наравне со своей собственной.

— Да, и это не лечится, — закатил он глаза. — Слушай, Сава, ты на что рассчитываешь, нападая на двух магов, один из которых является представителем знати? — попытался вразумить главаря брат. В это время количество окружающих нас молодых людей увеличилось до пятнадцати, и все они были чем-либо вооружены.

— Это ты, что ли, из высшей знати? — сплюнул он. — Да какие из вас маги? — заржал он, и его тут же подхватили все остальные члены банды. — Так, недоучки, которые только и успели обучиться контролю, чего ещё можно успеть за неполные полгода, поэтому ты мне зубы тут не заговаривай. Я сказал этому молокососу, что мы ещё с ним встретимся и расквитаемся за всё. Так вот, я своё слово всегда держу, — оскалился он.

— Именно поэтому ты взял с собой больше десятка человек, — хмыкнул я, доставая мобилет, чтобы посмотреть на время. Было начало одиннадцатого. Быстро мы управились на складе, как ни крути, один бы я дольше там копошился.

— Слушай, только не убивай этих недалёких, — обратился ко мне Пётр, делая шаг назад. — Котят и щенят грех трогать, а по уровню развития они только перешли на эту ступень.

— Да я и разговаривать с ними больше не собираюсь, — проговорил я. — И так уже поздно, а нам домой лететь ещё десять часов. Завтра же открытие клиники, не следует пропускать это очень важное мероприятие.

— Эй, Денисов, ты совсем, что ли, оборзел. Со мной говори…

Что он хотел сказать дальше, я слышать не хотел. Сконцентрировав силу тени, я собрал её в ступне и топнул ногой. Фиолетовая вспышка, преобразовавшаяся из голой силы, мощь которой сотрясла землю, отбросила этих наглых и самоуверенных сироток далеко за пределы довольно внушительной по размеру площади. Жгут, созданный из магии тени, взметнулся в сторону, в воздухе обхватывая главаря. Дёрнув рукой, я заставил его замереть на месте, научив тем самым базовым законам физики, после чего он с удвоенной скоростью полетел обратно, приземляясь на спину возле моих ног.

— Я не Денисов, Сава, — наклонился я к стонущему парню. — Я — Манулов. И я не только барон Российской Империи, я ещё маг седьмого уровня. А теперь ты скажешь мне, на кого работаешь, потому что с твоим явно преувеличенным авторитетом и отсутствием мозгов, я искренне сомневаюсь, что ты обзавёлся связями, чтобы тебе в тот же миг доложили о моём прибытии в Ангарск, — пристально смотрел я в красные от боли и злости глаза. Магическая верёвка всё ещё оплетала его тело, прижимая к нему руки, и он бессильно трепыхался, стараясь освободиться от сковавших его пут.

— Да пошёл ты, Денисов, — прорычал он, отводя глаза в сторону.

— На кого ты работаешь? — повторил я, ещё сильнее стягивая фиолетовый жгут. Вся нереальность происходящего кричала мне, что в своих рассуждениях я оказался прав. Чувство смертельной опасности вдруг вспыхнуло в груди, распространяясь по телу. Я глубоко вдохнул холодный воздух и выпрямился, стараясь успокоить часто бьющееся с непривычки сердце.

— Здравствуй, Константин, — со спины прозвучал знакомый мужской голос. — Я медленно повернулся, встречаясь с мужчиной взглядом. — Отпусти паренька, это я его отправил к тебе. Вижу, что слухи о твоём ранении оказались пустой болтовнёй.

Глава 19

Глеб Сапсанов выглядел намного лучше, чем во время нашей последней встречи. Никаких шрамов на лице больше не было, взгляд его стал более осмысленным и сфокусированным, а походка ровной и плавной. Кроме того, истинным зрением я видел, что под одеждой тело Сапсанова уже не было обезображено огромным количеством соединённых между собой макров. Один единственный сиял красным светом в груди, прямо напротив ярко пульсирующего источника. На его лице красовалась лёгкая усмешка, когда он пристально оглядел меня с ног до головы. Это преображение мне, мягко говоря, не слишком нравилось, и явно не сулило для меня ничего хорошего.

— Какая неприятная встреча, — медленно проговорил я, прерывая это возникшее молчание, во время которого мы бегло оценили, на что каждый был способен. О его истинной силе я мог только догадываться. Сапсанов очень умело скрывал свою ауру, а тело было так сильно изменено под воздействием различных экспериментов, что судить обычными для мага жизни способами было нерационально.

— Напротив, Константин, лично я очень рад, что нам наконец-то удалось увидеться, — улыбнулся он и сделал шаг мне навстречу, заложив руки за спину. — Я уже давно хочу с тобой поговорить и выяснить как можно больше о твоих, не побоюсь этого слова, выдающихся способностях. Не переживай, убивать тебя, как и причинять тебе вред, сегодня в мои планы не входит. — Я не шевелился, готовя все имеющиеся у меня в арсенале мощные печати и подпитывая кольца энергией огня.

— Ты же не веришь ему? — тихо спросил Пётр, в это время плетя какое-то хитрое заклятие. Ледяной доспех уже полностью окружил его тело, а вокруг нас начал подниматься морозный туман, который уплотнялся, принимая очертания какого-то змея. В это время, до сих пор связанный фиолетовыми нитями главарь задержавшей нас шайки, что лежал на земле, начал активно ёрзать, стараясь сбросить с себя путы.

— Конечно, нет, — ровно проговорил я. Неожиданно в груди появился тяжёлый ком, после чего я увидел перед собой формирующееся марево готового проявиться волчонка. Оставив его в особняке рядом с Валерией, не думал, что, почуяв грозящую мне опасность, он сможет переместиться ко мне так быстро. Я остановил его, приказав скрыться. В этой схватке дух мне явно ничем не сможет помочь. Манул его знает, какими способностями обладал этот псих. Не исключаю, что в арсенале Сапсанова есть парочка противных заклятий, с помощью которых он может нанести вред моему волку.

— Я тут подумал, что лишние свидетели нам всё-таки не нужны. Ты же не против поговорить с глазу на глаз? — спросил меня мужчина и, не дожидаясь моего ответа, щёлкнул пальцами и мгновенно разорвал стягивающие путы на лежащем парне, который тут же вскочил на ноги и бросился прочь с приличной скоростью. Взмахом руки он разбил щит Петра на множество осколков и отбросил парня в сторону, подальше от нас. Я не видел, куда он приземлился, следя за Сапсановым, которому хватило меньше пяти секунд, чтобы разрушить два довольно сильных заклинания, особо при этом не напрягаясь.

Практически сразу снег, земля и камни взметнулись вверх, образуя вокруг нас ровный круг большого диаметра. Серый дым, окружив их, начал уплотняться, превращаясь в настоящий смерч, отгораживая нас плотной стеной от остального мира. Мы находились в самом центре этого вихря, не поддаваясь его влиянию, но даже так я прекрасно осознавал, что как только прикоснусь к нему, то он тут же втянет меня в себя и разорвёт на несколько частей. Несмотря на беснующуюся вокруг нас стихию, внутри царила идеальная тишина. Всё произошло настолько быстро, что я не успел как следует среагировать, только сделал несколько шагов, упёршись спиной в эту магическую, практически живую стену, от которой исходила просто чудовищная по силе энергия. Теневой завесой я воспользоваться не смог, чтобы скрыться от глаз Сапсанова, собственно, как и поступью тени, которая просто не сработала, оставив меня стоять на том же самом месте. Можно было сделать вывод, что мы были не только отгорожены этим барьером, но и находились в каком-то подобии пространственного кармана, который полностью блокировал способности к перемещению при помощи магии.

— Что тебе нужно? — тихо спросил я у Сапсанова, который только ухмылялся, глядя на мои попытки обойти его чары. Я прекрасно осознавал, что мой противник намного сильнее меня. Нужно было выжидать и воспользоваться первой попавшейся возможностью, чтобы выбраться отсюда, либо, на крайний случай, атаковать.

— Мне нужен ты, Константин, — ровно проговорил он, не сводя с меня пристального взгляда. — Понимаешь, я учёный и всегда им был, а месть, на которую мне пришлось потратить годы, слишком утомляет. Я никуда не спешу, поэтому могу немного отвлечься и заняться тем, что мне действительно интересно.

— И когда ты понял, что мстить своим обидчикам не достойно тебя? Неделю назад, когда покушение на несколько родов твоим любимым способом не удалось? — усмехнулся я, выдохнув, когда печати невидимыми обычному взгляду нитями сформировались над головой у мужчины. Осталось только их замкнуть, но ещё не время, чтобы идти в атаку первым.

— Да ладно тебе, — отмахнулся он и искренне рассмеялся. — Я, конечно, слышал, что во всех этих трагических событиях виновником сделали меня, но я тут совершенно ни при чём, — отсмеявшись, ответил Глеб Сапсанов. — Мне это даже льстит, но нет, это не моих рук дело. Хотя идея была довольно неплоха, но реализация немного подкачала.

— И ты знаешь, кто за этим стоит? — скептически спросил у него я, не веря ни единому его слову, даже несмотря на то, что говорил он это вполне уверенно.

— Теоретически. Не только у меня есть причины для мести этим родам. Когда идешь на подобное преступление, всегда могут остаться либо выжившие, либо недовольные, либо недовольные потомки выживших. Это всегда нужно учитывать и не расслабляться ни через год, ни через десять лет, ни через сто, — замолчал он, ненадолго задумавшись над своими словами. Потом тряхнул головой, возвращаясь к прерванному им самим разговору. Возможно, ты и твои друзья с ним встретитесь и, несомненно, проиграете, потому что даже мне не хватит сил, чтобы противостоять ему. Но если ты примешь моё предложение, я помогу тебе в противостоянии с ним, и тогда наши шансы существенно возрастут, — посмотрел он наверх и очередным взмахом руки замкнул контур магического смерча, словно накрывая нас непроницаемой крышкой и погрузив при этом в непроглядный мрак. — Так-то получше будет, теперь никто не сможет разрушить этот барьер и помешать нашему разговору. Моё личное изобретение, прекрасно получилось, не правда ли? — вверх взметнулось несколько белых шаров, осветив ярким неестественным светом площадку, где мы находились.

— О ком ты говоришь? — проигнорировав его самовосхваление, повторил я вопрос, уже действительно заинтересовавшись в ответе. Может, Сапсанов и не врал. Он не тот человек, который будет скрывать свои подвиги, даже столь неоднозначные.

— Я отвечу, но позже, когда получу от тебя ответ на мой вопрос, — прищурился он, начиная мерить шагами свободное пространство. — Так вот, на чём мы остановились? Точно. Я учёный, изобретатель. Найдя способ пробить границу собственного магического предела, меня заинтересовало нечто иное. А именно, ты. Точнее, даже не ты, а род Мануловых в целом. Есть прописные истины, законы, которые твой бог нарушает вопреки здравому смыслу. Ведь всем известно, что магом можно только родиться. Но все Мануловы, что были до тебя, магами не являлись. И силу получили гораздо позже возраста инициации. Тогда у меня родилась вполне здравая идея: если может он одарить магией неодарённого, значит, это может сделать кто-то другой, не так ли? — он говорил всё быстрее, а в глазах промелькнул тот безумный огонёк, который я видел в единственную нашу встречу. Значит, он всё же не смог полностью исцелиться, и, вполне возможно, что это безумие может захлестнуть его с головой.

— И я так понимаю, этот кто-то — ты. В боги метишь? — рассмеялся я, даже не думая, что в своём самоутверждении он сможет так далеко зайти.

— Может, и не в боги, но магом десятого уровня мне вполне под силу стать, — оскалился он. — Но даже имея ту силу, которой обладаю на текущий момент, я могу разгадать эту тайну, которую вы со своим мелким божком скрываете. У меня уже есть люди, которые готовы со мной сотрудничать. Как оказалось, никому не нужные сироты — отличный пласт для научных экспериментов. Даже не требуют ничего запредельного, когда слышат, что можно стать сильнее, быстрее и развить магический дар, которого у них отродясь не было, — поморщился он. — Но если всё получится, то подобным образом я смогу заполучить в своё собственное распоряжение преданную мне армию сильных бойцов, которые не предадут и будут благодарны до конца своей жизни, в которой появится хоть какой-то смысл. И вот тогда можно и вернуться к мести, которая по прошествии времени станет только слаще, — проговорил он с каким-то злорадством, прикрывая глаза. — Я уже смог развить в некоторых что-то похожее на источник, но он пуст, и мне неизвестно, как его можно заполнить. И именно поэтому мне нужен ты.

— Я понятия не имею, о чём ты говоришь, — покачал я головой. — Я — Серолапов, если ты помнишь, и мой дед владел тремя разными стихиями. Мне в наследство досталось две. Манул просто первым откликнулся на зов в Доме всех богов, так что мне нечем тебе помочь, — как можно убедительнее произнёс я.

— Я бы мог тебе поверить, правда, но мне стало известно, что ты смог получить от моей племянницы дар тени, которым никто из твоих предков не владел ранее. И произошло это во время её инициации. Так что хватит, — прорычал он, переставая мельтешить перед глазами и, резко остановившись, приблизился ко мне на несколько шагов. — Как бы ты ни артачился, исход нашей беседы только один: ты будешь работать со мной или добровольно, что я советую тебе сделать, и тогда всё быстро закончится, или мне придётся тебя сломать и подчинить, и поверь, для этого я даже не пошевелю и пальцем. Так каков твой ответ? Ты согласен работать со мной?

— Катись в бездну, — буквально выплюнул я. — В твоих играх в бога и опытах над отчаявшимися людьми я участия принимать не стану.

— Ну как знаешь, — прищурился он, медленно поднимая руки. — Так даже будет интереснее.

Волной голой силы меня отбросило назад. Активированные за мгновение до этого щиты приняли удар о внутренний слой магического вихря на себя, но, не выдержав давления, с громким хлопком тут же разрушились. Высвободившейся энергией меня отбросило вперёд, подальше от установленного Сапсановым барьера. Аура, которую противник сейчас не подавлял и никоим образом не скрывал, склоняла меня к земле, заставляя кости трещать под этим давлением. О том, чтобы пошевелиться и хоть как-то противостоять ему, не шло и речи.

— Ты поднялся до седьмого уровня за такое короткое время. Это похвально. Но магу девятого ты противопоставить ничего не сможешь, — как сквозь вату донёсся голос Сапсанова, вызвав волну головной боли.

Я закрыл глаза, вспоминая те ощущения, что испытывал, находясь на десятом уровне изнанки. Стоявшему и с интересом взирающему на меня противнику было далеко до уловок учителя, к которым тот прибегал во время наших с ним тренировок. Очистив сознание, я высвободил огонь, бушевавший внутри меня, окружая себя им, словно плотной капсулой. Все виды пламени переплетались между собой, соединяясь и разделяясь, заставляя чужеродную силу, воздействовавшую до этого на меня, отступить. Я выпрямился, чувствуя свободу в движениях, и резко замкнул контуры всех трёх печатей огня, которые ждали своего часа. Печать кары, меча правосудия и поглощения огненной луны вплетались друг в друга, усиливая собой действие каждой. Четыре копья и меч полетели вниз практически одновременно с появившимся гигантским шаром, совершенно в этот раз непохожим на луну. Своим действием печать огненной луны заставила Сапсанова пошатнуться, но не оторвала того от земли и не притянула к себе, как я на то рассчитывал. Подобной атаки он всё равно не ожидал. Окружив себя несколькими разностихийными щитами, маг крутанул в руке появившееся из ниоткуда копьё, с наконечника которого безостановочно летели электрические разряды. Направив навершие копья прямо в центр проявившихся печатей, он ударил туда внушительного размера молнией, которая разбила мои заклинания, оставив после себя только смешанный запах гари и озона.

Не став терять времени, я тут же отправил в Сапсанова дюжину теневых стрел, что легко прошли сквозь его щиты. Но, к сожалению, он в несколько размашистых движений своим копьём сбил почти все летевшие в него стрелы, пропустив только одну, которая впилась в его плечо и, тут же растворившись в его теле, начала отравлять его магией тени. Однако зелёные потоки его жизненной энергии быстро подавили растекающуюся отраву, залечив даже такого внушительного размера рану.

— Неплохо, вполне неплохо, — самодовольно усмехнулся он, поставив копьё рядом с собой и несколько раз ударив им о землю, от чего я ощутил несколько внушительных толчков, едва справляясь с тем, чтобы не упасть и остаться стоять на ногах. — Но, как я уже говорил, между нами два уровня разницы, это больше, чем пропасть.

После очередного лёгкого стука копья, из земли рядом со мной вырвались несколько тонких цепей, по которым пробегали многочисленные маленькие молнии. Я отпрыгнул в сторону и взлетел вверх, активируя вместе с этим печати ускорения и силы, но направленное в мою сторону заклятие в одно мгновение настигло меня и обвило ноги и грудь. Рывок вниз, и я упал на колени прямо перед своим противником. Несколько электрических разрядов прошли через моё тело, заставляя сердце сбиться с привычного ему ровного ритма, огненную ауру, защищающую меня, потухнуть, а источник и потоки, выходящие из него, ярко засиять и прийти в нестабильное состояние.

— Ну вот, пожалуй, и всё, — подошёл ко мне практически вплотную Сапсанов, скривив губы в презрительной усмешке. — Я ещё раз повторю свой вопрос…

Он недоговорил. Яркий столб света пронзил купол, окутывая меня теплой, чистой энергией. Цепи с оглушительным звоном порвались, упав на землю. Быстро поднявшись, я вложил как можно больше силы в печать сокрушения и откинул мужчину подальше от себя.

— Я не могу тебя отсюда вытащить, но защиту какую-никакую организую, — прозвучал в голове голос Манула, без привычных ноток ехидства. Он был напряжён и предельно сосредоточен, что явно говорило о не слишком радужных для меня перспективах закончить поединок в свою пользу. — Побарахтайся ещё немного, помощь скоро прибудет.

— Побарахтаюсь, — прошептал я, направляя в атаку всех своих марионеток, не связывая их с собой. Волчонок, повинуясь мысленному приказу, тут же бросился на Сапсанова, а огнедемон, вылетевший из груди, поднялся вверх и тут же спикировал вниз, нанося мощнейший удар щитам слегка опешившего Сапсанова, отражающего нападение девяти теней. — Мне нужна минута, всего лишь минута, — проговорил я, опускаясь на землю и садясь на колени.

Другого выхода я не видел. Между нами действительно была пропасть в голой силе и, если бы Сапсанов захотел, он просто смял бы меня за считаные секунды. Но я был нужен ему живым, поэтому у меня появился призрачный шанс закончить с ним раз и навсегда. Я достал из кармана штанов медальон Андрей Сапсанова, который положил туда, когда рассматривал его во время изучения книги Теней на борту дирижабля. Сам ритуал поглощения силы из него был достаточно прост. Но последствия его описаны в книге Теней не были. Ну что ж, самое время это проверить на себе.

Вложив его в руку и сжав кулак, я одним резким движением пронзил ладонь кинжалом огня насквозь, доставая остриём лезвия до кристалла. Разрушив его, я высвободил находившуюся внутри него силу, которая тут же потекла по току крови в рану лавинообразным потоком, устремившись сразу в сторону источника. Я чувствовал, как закипает внутри меня кровь. Под действием этого неестественного жара, сердце стучало, как бешеное, а дыхание участилось. Магия жизни тут же включилась в работу, но под напором всё ещё исходящей от медальона магической энергии отступила, буквально спрятавшись в стремительно увеличивающемся источнике. Фиолетовые нити практически разрывали моё тело и собирали его вновь, проникая, казалось, в каждую клеточку.

Я не мог сфокусироваться, чтобы посмотреть, что творится передо мной, но доносившиеся до меня звуки борьбы вселяли надежду на то, что время у меня ещё есть. Избыток энергии, которая не могла поместиться в теле, оплетала меня фиолетовым туманом, становившийся всё плотнее, окружая моё тело полупрозрачным панцирем. Меня подняло вверх в тот самый момент, когда зрение прояснилось, и я увидел отлетевшего в сторону волчонка, который свернулся клубком и исчез в божественном столбе света моего бога.

Сапсанов смотрел на меня злым, безумным взглядом, направляя своё копьё на меня. Волны силы начали отделяться от меня в так биения замедлившегося сердца, сбивая противника с ног и буквально расширяя границы всё ещё кружившегося вокруг нас смерча.

— Ты хотел увидеть, как я поглощаю чужеродную силу? — мой голос был ниже и разнёсся эхом в этом замкнутом пространстве. — Так смотри.

Вновь появившиеся марионетки слились в одну, увеличиваясь в размерах и превращаясь в огромную тень у меня за спиной. Я напитывал её бушующей внутри меня силой, прекрасно понимая, что у меня будет всего один удар. Больше церемониться Сапсанов со мной не станет. Появившийся в руках у тени кинжал, ставший точной копией того, что я всё ещё держал в руках, стал практически чёрным. Сделав глубокий вдох, я выбросил руку вперёд, указывая на противника остриём своего собственного клинка. Сапсанов сделал шаг назад, округлившимися глазами глядя на тень, которая буквально растаяла в воздухе, растворившись в кинжале, который летел в его сторону. Пробив все наложенные щиты, он без какого-либо сопротивления вонзился ему в грудь.

В ушах шумело, а от резко накатившей слабости я чуть не свалился вниз. Приземлившись на ноги, я сделал несколько шагов в сторону рухнувшего тела и обессиленно опустился рядом с ним. Мужчина держался за грудь, ловя ртом воздух и глядя куда-то мимо меня.

— Кто стоит за демоном тени, отвечай же, — прохрипел я, едва оставаясь в сознании. Я чувствовал онемение, жжение и боль во всём теле, но держался из последних сил. Сапсанов схватил меня за руку и, посмотрев осмысленным взглядом, захрипел, закатывая глаза, которые в то же мгновение стали стеклянными. Рука разжалась и безвольно упала ему на грудь. — Гадство-то какое, — прошептал я, глядя, как на тело моего врага стекают капли крови.

Проведя рукой по лицу, обнаружил, что кровь идёт у меня из носа. Ощутив металлический привкус во рту, я понял, что началось какое-то внутреннее кровотечение. Руки и тело просто горели. Стянув с себя куртку, увидел тонкие раны на коже, которые словно были сделаны очень острым, тонким клинком. Через мгновенье очередной разрез появился на предплечье, из которого также потекла тонкая струйка алой крови.

Источник слабо пульсировал, а все энергетические каналы переплетались между собой, скручиваясь в небольшие клубки. Самые тонкие нити изгибались и рвались. Похоже, с вложенной в заклятие силой, я всё-таки не рассчитал. Наложенный Сапсановым барьер после его смерти медленно опал, оставив после себя внушительного размера кратер.

— Ты справился, — как-то отрешенно проговорил Манул. — Не ожидал, поэтому искренне хвалю. Я займусь волчонком.

— Костя! — я тряхнул головой и попытался подняться, но ноги практически не слушались. Ко мне спустилось несколько человек, в которых я узнал Петра и всё семейство Выдровых, включая Алину. Брат тут же бросился ко мне, прикладывая ко мне руки, пуская внутрь меня поток магии жизни, стараясь хоть немного стабилизировать моё состояние.

— Бригаду лекарей сюда, живо! — прокричал Алексей Владимирович, садясь рядом со мной и заглядывая мне в лицо. — Всё будет хорошо, только не отключайся. Мы не смогли быстро разрушить барьер, слишком сложное и высокоуровневое заклятие, извини.

— Никто и не ждал, что победа над таким противником дастся легко. У нас проблемы, — прохрипел я закашлявшись. — За прорывами стоит не Глеб Сапсанов.

— А кто? — нахмурился он, провожая взглядом нескольких парней, которые оттащили в сторону от нас бездыханное тело мужчины.

— Он не сказал, но тут допрос по вашей специализации. Как вы тут оказались? — спросил я, обводя всех взглядом. От вмешательства Петра стало намного легче, по крайней мере, все энергетические каналы распрямились и перестали рваться.

— Я позвал Алину при помощи этого, — кивнул он на свою руку, где виднелись линии от ритуала связывания. Я кивнул, помня о том, что вся их семья была связана между собой подобным, поэтому они и смогли так быстро перенестись сюда. — Шмелев остался в Норильске рядом с Лерой. Мы не знали, что именно происходит, и кто ещё стоит под ударом.

Целители прибыли на удивление быстро. Отогнав всех подальше, они довольно оперативно переложили меня на носилки, не забыв приложить к моей груди светящийся кристалл. Мужчина-лекарь хмурился и постоянно смотрел на меня обеспокоенным взглядом. Этих пяти минут хватило, чтобы на меня снизошло озарение, ведь ничем другим я назвать это не смог.

— Нужна тщательная диагностика, но и сейчас понятно, что ваше состояние нестабильно, — проговорил целитель. — Я погружу вас в лечебный сон, надеюсь, что хотя бы так вы сможете перенести транспортировку.

— Подождите. Марьяна, — позвал я стоявшую рядом с нами женщину, пристально следившую за каждым действием лекарей, заставляя тех напряжённо оглядываться и коситься в её сторону. Она вздрогнула и наклонилась ко мне, стараясь расслышать мой голос. — Мне нужно встретиться с императором. И как можно быстрее.

Целитель, корпевший надо мной, не стал больше ждать и, приложив руку к моему лбу, отправил в лечебный сон без сновидений.

Глава 20

Пробуждение было долгим и неприятным. Я словно пытался выплыть из какого-то засасывающего меня болота. К счастью, я видел вдалеке знакомые лица и слышал обрывки фраз, что служили мне ориентиром. Когда у меня всё же получилось выбраться из этого омута и открыть глаза, то первым, что я увидел, было лицо Огурцова, склонившегося ко мне, и морду моего волчонка, который часто дышал, открыв пасть и капая мне на плечо прозрачной слюной. Увидев, что я очнулся, целитель тут же начал светить маленьким фонариком мне в глаза. Волк, в свою очередь, потоптался передними лапами у меня по груди и, лизнув меня в щеку, крутанулся в прыжке и растворился в воздухе. Я облегчённо вздохнул, всё-таки ему не так сильно досталось, как мне ранее казалось.

— Ваше благородие, наконец-то вы пришли в себя, — выдохнул мужчина и отстранился. — Мы уж и не знали, что и думать. Из лечебного сна я вывел вас уже давно, но проснуться вы изволили только сейчас, — осуждающее посмотрел он на меня, покачав головой, будто лично я был в этом виноват и сделал это специально, чтобы ему насолить.

— Сколько времени прошло? — голос мой звучал хрипло. Я сел в постели оглядевшись. Меня переместили, судя по знакомой обстановке, в клинику моего баронства. Вокруг кровати стояли различные приборы, светящиеся макры и другие непонятного предназначения артефакты, что равномерно гудели и пищали. На стуле возле кровати сидел Шмелев, который, отложив газету, внимательно на меня смотрел.

— Две недели. Если быть точным, то пятнадцать дней, — отчеканил лекарь, прикладывая к моей груди пирамидку, от которой исходило приятное тепло, и какой-то шар, начинающий слабо пульсировать в так биения моего сердца.

— Ничего себе, — пробормотал я, нарушая тишину, как только Огурцов закончил свой осмотр и кивнул, слегка улыбнувшись. — Но как же…

— Если вы об открытии клиники, то всё прошло хорошо. Ваша супруга справилась, хотя желающим попасть сюда было, как мне показалось, не до пафосных речей. Каким-то образом вам удалось разрекламировать нашу клинику наилучшим образом. У нас запись уже на три месяца вперёд, и она увеличивается с каждым днём, особенно, после того, как мы выписали первых довольных нашими услугами пациентов. Я слышал, что многие из высшего света хотят с вами встретиться, чтобы попасть сюда, минуя эту длинную очередь, которой никогда не было даже при вашем деде, — протараторил он увлечённо, забыв даже про кристалл, который оставил у меня на груди. Он уже начал ощутимо жечь, поэтому я, не дожидаясь каких бы то ни было дальнейших действий лекаря, сам убрал артефакт, переложив тот на тумбу, чем привёл спохватившегося Огурцова в чувства. Вообще-то, об открытии клиники я хотел спросить в самую последнюю очередь, но эта хорошая новость как-никак смогла меня приободрить.

— Что со мной было? — перевёл я разговор в интересующее на текущий меня момент русло.

— Это мне у вас нужно спросить, — недовольно скривил мужчина губы. — Еле разобрался. Наберут с улицы кого попало в целители, даже опрос нормальный не проведут, когда пациент в сознании. Где это видано, что сразу в лечебный сон погружать, хорошо хоть ничего сами делать не стали, а то, чувствую, наворотили бы они дел…

— Огурцов! — немного повысил я голос, косясь в сторону дяди, который всё ещё сидел не двигаясь.

— Я не знаю, что именно привело к таким последствиям, но главный энергетический канал при первом осмотре был надорван, что говорило о практически полном магическом истощении. Но это не самое страшное. Мне сначала показалось, что вас придавило тяжеленной каменной плитой и вы пробыли под ней несколько часов. Если бы вы видели, в какое кровавое месиво превратились все ваши внутренности. Как вас вообще смогли продержать в относительно стабильном состоянии до моего прибытия до сих пор остаётся загадкой, — задумался он прервавшись. — Но всё обошлось, правда, работы пришлось проделать довольно много.

— Как я тут оказался? — спросил я, осматривая себя в это время. Никаких повреждений заметно не было, единственное, что источник стал намного ярче, а энергетические каналы, отвечающие за магию тени, стали значительно толще и прочнее, по сравнению с остальными.

— Тебе повезло, что ты прилетел в Ангарск на дирижабле Сапсановых, — выпрямился Шмелев, впервые подав голос. — Ты был в таком плачевном состоянии, что перемещать твоё тело при помощи свитка было опасно, поэтому, загрузив на борт, тебя отвезли в Новосибирскую клинику, куда пригласили Сергея Валентиновича, — кивнул он на Огурцова. — Когда ты стал походить на человека, а не на разорванную в драке тряпичную куклу, мы приняли решение перевезти тебя сюда, где тобой смогла всерьёз заняться целая команда целителей.

— Всё так, — подтвердил Огурцов. — Вы полностью здоровы. Я вывел вас из лечебного сна ещё три дня назад, но, видимо, ваша магия жизни посчитала иначе, продлив ваш отдых.

— Есть какие-нибудь последствия? — решил уточнить я. — Всё же лучше знать о подобном заранее, чтобы не было никаких сюрпризов.

— Ну… Физически вы полностью здоровы, как я уже сказал, — тихо проговорил он, пристально глядя мне в глаза. — Но во время последней фазы лечения, ваша магия стала нестабильна. Где-то раз в несколько часов от вашего источника исходил разрушительный энергетический импульс. Мы даже перевели вас пока в отдельное здание, которое отстроили специально для лечения людей баронства, чтобы вы не разрушили главное здание и не потревожили наших первых клиентов. Но потом всё прекратилось. Я даже не знаю, что это было, впервые за время своей долгой практики видел подобное, — сжал он губы, покачав головой. — Так что, в вашем магическом состоянии вам придётся разбираться самостоятельно, но, прошу вас, только не здесь. Всё-таки этому крылу ещё нет и месяца.

С этими словами он развернулся и вышел из палаты, бурча себе под нос, что его ждёт какая-то пациентка, которая вечно всем недовольна: то зубами, то ногтями, то носом, то ушами, и вообще в ней походу ничего врождённого, созданного природой и её родителями, скоро не останется.

— Ну, рассказывай, как ты это сделал? — тихо спросил дядя, подаваясь вперёд, когда мы остались с ним наедине. — Выдровы сказали, что магический барьер, окружающий вас, был настолько сильным, что его не смогли пробить несколько магов седьмого уровня.

— Мне просто повезло, — выдохнул я. — Позаимствовал чуток магической силы из одного артефакта и нанёс удар, которого он не ждал. Недооценка соперника никогда не приводила ни к чему хорошему.

— Понятно, — видимо, подобный ответ его смог удовлетворить. — Он что-нибудь тебе сказал?

— Только то, что, страдая манией величия, решил создать свою собственную армию из обычных людей, сделав из них магов. Хотел, чтобы я присоединился к экспериментам. Как я понимаю, практически весь мой выпуск из сиротского дома служил ему в качестве подопытных зверушек. Можете запросить список у Кайотовой и взяться за них. Нужно их как минимум осмотреть. Кто знает, что он сделал с ними за время своих опытов. — Я поднялся с кровати, ощутив небольшую слабость и головокружение.

— Мы этой бандой, как назвал её Пётр, уже занимаемся, только не были в курсе проводимых экспериментов. — Кивнул серьёзно он. — Ты куда-то спешишь?

— А чего мне разлёживаться. Уже неплохо отдохнул, — усмехнулся я, обводя взглядом палату, в которой не увидел ни единого шкафа. — А где моя одежда?

— Это всё, что тебя интересует? — с улыбкой спросил он.

— Нет, но я не слишком комфортно себя чувствую в этой ночной сорочке, — показал я на белоснежную рубашку, больше похожую на платье с завязками на спине.

— Это стандартная больничная пижама твоей клиники, — фыркнул Шмелев, откинувшись на спинку стула. — В детском отделении, кстати, они ещё и расшиты миленькими манульчиками. Ты уверен, что Глеб Сапсанов не стоит за недавними прорывами? — стал он предельно серьёзным, резко сменив тему.

— Практически. Но этот вопрос я хотел обсудить с тобой, — сел я обратно на кровать, раз делать пока было особо нечего. — Выдровы же должны были его допросить, ну то, что от него осталось.

— Не смогли. Он действительно был очень сильным магом, и к тому же предусмотрительным. После смерти его душа не откликнулась на призыв, хотя маги смерти, пытающиеся вытащить её из загробного мира, прикладывали к этому достаточно усилий. Так что, у нас на руках только труп спятившего Глеба Сапсанова и не одного ответа, — хмыкнул мужчина, прикрыв глаза руками.

— Вы обыскали тело? — спросил я у него, нарушив внезапно повисшую тишину. Не на такой исход я, конечно, рассчитывал. И самое главное, мне совершенно не понятно, кто мог стоять в этом случае за демоном тени. Скорее всего, это тот мужчина, которого я видел во время перемещения на изнанку при прикосновении к алтарю.

— Ты хочешь забрать это? — он вытащил из кармана родовой перстень, положив его на тумбу. Взяв кольцо в руки, я пристально разглядел выгравированный рисунок, в виде оскалившейся морды волка и кивнул, сжав его в руке. Теперь можно и Петром заняться, тем самым загладить кармический долг перед вселенной. — Я удивился, когда его увидел. Даже странно, что Сапсанов держал у себя только один трофей. Это из-за тебя род якобы не прервался? — я кивнул, решив, что больше скрывать эту информацию незачем. — Мне стоит знать, зачем он тебе сейчас?

— Да, и мне нужна будет твоя помощь. На мне висит долг перед тотемом рода отца. Для этого мне нужен этот перстень, чтобы вернуть Серого Волка и основать новый род Серолаповых. У меня уже есть кандидат на эту должность, который, в целом, если особо не придираться, выполнил все поставленные условия, — проговорил я, сам обдумывая сказанное.

— Пётр? — спросил Шмелев, теперь уже с интересом глядя на перстень у меня в руке.

— А что, есть ещё подходящие варианты?

— И ты хочешь, чтобы я сопроводил вас к Дому всех богов? — прищурился он. — Хорошо. Я договорюсь со смотрителем. Давыдов обычно никому в подобных вещах не отказывает, особенно когда уверен в полном успехе проведённого ритуала.

— Спасибо. Я бы мог сам, но, думаю, у тебя всё же это получится быстрее, — поблагодарил его. — А где все?

— Сейчас десять часов утра. Твои друзья и супруга находятся в академии, где с них на тренировках дерут по три шкуры, — усмехнулся он. — Это самый лучший способ отвлечь их от ненужных мыслей. Постоянные сидения возле постели умирающего, ну, возможно, не совсем умирающего, и в принципе непонятно, что с ним происходящего пациента никому точно не принесло бы пользы. А так они хоть делом заняты, — как-то раздражённого проговорил он, вставая на ноги.

— Но ты-то здесь, — не преминул я напомнить, что, когда пришёл в себя, единственным посетителем не из персонала клиники был как раз он. — Что с алтарями, вы проверили информацию, которую предоставил мне клан Тени?

— Мне сказали, что ты должен сегодня очнуться, вот я и решил тебя навестить первым, — посмотрел он на меня. — Да, всё соответствует. Но мы в тупике. Нам пока не известно, как можно уничтожить главные алтари в каждой группе, но не в этом основная проблема. Как только мы уничтожаем мелкие алтари, активируются в это же самое время те, что были не активны до этого. Пока это замкнутый круг, и мы не знаем, как его разорвать.

— Когда я разрушил алтарь, где-то активировался новый? — спросил я, не совсем понимая этот механизм. Насколько я помнил, именно из разрушенного мною алтаря высвободилась энергия, которую впитали в себя маги тени.

— В том-то и дело, что нет, — развёл он руки в стороны. — Но привлекать тебя к этому мы не станем. Слишком высок риск того, что, находясь поблизости от тонких мест и алтарей, демон сможет заполучить тебя и сразу же вторгнуться в наш мир. Это обсуждалось с графом Орловым и начальником имперской службы безопасности. — Прервал готовые вырваться у меня возмущения. Я захлопнул рот, понимая, что они все правы. И такое пристальное ко мне внимание отнюдь не из-за меня лично. Заполучив выходной костюмчик, демон тени сразу выйдет в свет и доставит очень много проблем. Тем более, я себя раскрыл, поэтому второго шанса вырваться с изнанки, если вдруг снова туда провалюсь, у меня может и не быть. — Я схожу к Огурцову, спрошу, можно ли тебя забирать, да вещи твои принесу, — бросил он на меня оценивающий взгляд и вышел из палаты.

Я покрутил в руках перстень. Мне было известно, что нужно делать дальше. Осталось только спросить у Петра, согласен ли он стать жрецом Серого Волка. Раньше я эту тему старался не поднимать, раскрыв только некоторые теоретические возможности получения благословения тотема. Всё же, я не был до конца уверен, что мы сможем забрать родовой перстень у Сапсанова.

Долго ждать не пришлось. Вернувшийся Шмелев с ухмылкой на лице бросил на кровать рядом со мной чистую одежду, сообщив, что Огурцов был несказанно рад, что его трудный пациент чувствует себя хорошо и решил покинуть это гостеприимное место. Прямо из палаты при помощи свитка мы переместились к входу в академию. В первую очередь мне бы хотелось увидеться со своей семьёй.

Учебный год был в самом разгаре. Коридоры были заполнены студентами, которые настороженно косились в мою сторону, провожая пристальными взглядами, которые я чувствовал на себе до самого спуска на этаж, где располагались залы для тренировок. Встретившийся мне по пути младший Кондор буквально шарахнулся при виде меня в сторону. Видимо, весть о поединке с Сапсановым разлетелась быстро, особенно в узких кругах заинтересованных лиц. Как ни крути, это было мне на руку. Хоть не буду отвлекаться на разборки с местной аристократией в ближайшее время, многие представители которой не станут переходить мне дорогу и нарываться без веской причины. Мы прошли в одно из пустых изолированных помещений, находившееся в противоположном крыле от того, где занимались остальные. Здесь я тренировался некоторое время, когда готовился к дуэли с Болиглавским.

— Прежде чем выпускать тебя без присмотра в общество, нужно убедиться в том, что ты контролируешь свою силу, — ответил мне Шмелев на мой немой вопрос. Я согласно кивнул, выходя в центр пустой комнаты с каменными стенами, густо оплетёнными сетями защитных чар. Об этом я и сам думал, пока мы спускались вниз. Всё же, причинить вред своим близким, помня слова Огурцова о нестабильности источника, было последним, что мне хотелось бы сделать в этой жизни.

Первое, что я проверил, была родственная мне стихия огня. Все доступные мне виды пламени слушались беспрекословно, сплетаясь в самые различные заклинания. Теперь мне не нужно было плести сеть чар, направляя каждую в свою точку. Мне хватало только подумать о плетении, как оно тут же формировалось само, без моего активного участия. Походу, Утконосова добивалась от меня чего-то подобного. Я даже замахнулся на огненного дракона, который появился в центре комнаты и, пролетев круг, распался на яркие искры. На удивление, по моим ощущениям, энергии из источника для этого плетения было затрачено в разы меньше, чем я использовал ранее. Шмелев пристально наблюдал за моими действиями, постепенно расслабляясь, видя, что я всё же не только держу под контролем свой источник и могу распределять силу, но и работать с чарами гораздо тоньше и быстрее, чем делал это ранее.

Когда я призвал своих марионеток, они появились передо мной в ту же секунду. Тени изменили свою форму, став плотнее, и теперь не походили на полупрозрачные фиолетовые дымки, теряя свои очертания при стремительных движениях. Сейчас их атаки были манёвреннее, точнее и хитрее, даже без моего управления. Попытавшись объединиться с одной из них, я увидел знакомую картинку, только теперь она была чёткой и не расплывчатой. Управлять тенью стало намного легче. Мне хватало даже коротких команд, чтобы скорректировать атаку или заставить тень изменить тактику.

Разорвав эту связь, я без малейших усилий объединил всех марионеток, сотворив истинное воплощение магии тени. Появившееся у неё в руках оружие было больше похоже внешне на меч огнедемона и тут же начало тянуть из меня силу, напитывая клинок. Помня о последствиях, я разорвал тянущиеся от меня фиолетовые нити и направил удар в сторону одного из манекенов, который был расположен в дальней части зала. Он разлетелся на сотни кусков, когда клинок вонзился ему в грудь. Я оценил своё состояние, с удивлением обнаружив, что источник после всего это был заполнен больше, чем на две трети. И это было странно.

— Что за артефакт ты применил во время схватки с Глебом Сапсановым? — проводя рукой по лицу, задумчиво спросил Шмелев, разглядывая при этом то, что осталось от мишени, которую не так-то и просто было повредить. Когда я готовился к дуэли с Болиглавским, то так и не смог оставить на ней ни единой царапины.

— Что-то типа концентрированной в одном месте магии тени, — не вдаваясь в подробности, пояснил я. — Не знал, как это сможет повлиять на меня, но другого выхода тогда особо не было.

— Ну, скажем, повлиял он на тебя очень хорошо, несмотря на те болезненные изменения, которые ты при этом испытал. Ты не только смог полностью стабилизировать источник и взять свою магию под полный контроль, но ты ещё и повысил свой уровень. Теперь, судя по тому, что я вижу, ты по силе от меня отстаёшь совсем ненамного, — покосился на меня дядя. — Мне понадобилось в своё время полтора года непрерывных тренировок, чтобы пробиться на восьмой. Маги подобной силы находятся под пристальным вниманием очень многих людей. Тебе этого пока не нужно, поэтому не станем использовать артефакт, чтобы подтвердить мои догадки, передавая тем самым данные в специальный отдел. — Серьёзно сказал он, открывая дверь зала. — И да, с этого дня всегда используй медальон, который будет скрываться твою ауру от посторонних.

— Я тебя понял. — Кивнул я, выходя в коридор следом за ним. До меня доходили слухи, что маги с уровнем развития силы начиная с восьмого, находятся под контролем у специальных служб Империи. И не только у них. И те, кто заинтересован в сильных магах, будут стремиться перетянуть меня на свою сторону, решая тем самым много собственных проблем. Находясь в раздумьях, я даже не заметил, как мы дошли до тренировочного зала, который в основном использовался для занятий.

— Да вы издеваетесь! — раздался вопль Андрея Сапсанова из-за дверей. Мы её приоткрыли и вошли внутрь, глядя на то, как парень, тяжело дыша, стоял напротив Совинского и держался за правый бок. Я обвёл взглядом помещение. Каждый тренировался под руководством собственного наставника. Зал был разделён защитными прозрачными куполами на секторы, чтобы никто никому не мешал и случайно не причинил вреда. Я узнал Виктора Зыкова, который с незнакомым пожилым мужчиной гонял в это время Петра, а также Ежова, занимающегося с Дианой. Остальные преподаватели были мне неизвестны. — Вы, кроме меня, никого не трогаете в плане физической подготовки. Скажите, мой отец и вашему роду сделал что-то мерзопакостное, что вы теперь отыгрываетесь на мне? — простонал он.

— Ты — маг разума, — тихо ответил наставник. — И не владеешь техниками прямого магического боя. Если прижмёт и придётся отступать, то единственное, что может тебя спасти — это твоё тело. Потому что не боевые маги в боевой ситуации должны уметь только три вещи: быстро бегать, стрелять и хорошо прятаться, — без какой-либо издёвки проговорил Совинский, не сводя с несчастного парня пристального взгляда.

— Да вы шутите, — всплеснул руками Андрей, попытавшись выдержать взгляд Совинского. — Нет, видимо, не шутите, — сник он уже через минуту и развернулся, подходя к нарисованной белой линии на полу. После чего поднял голову и посмотрел в направление входа, только тогда увидев нас. — Костя! — радостно завопил он, подбегая ко мне, забыв тут же про боль в боку. — Живой. Эй, народ, капитан вернулся!

— А куда ж я денусь, — улыбнулся я, похлопав по плечу крепко обнявшего меня парня. — Капитан? — удивлённо спросил, приобнимая Диану, бросившуюся мне на шею, которая громко всхлипнула, не проронив ни слова.

— Ну да, мы решили несмотря на разрешившуюся проблему с дядюшкой, всё же принять участие в намечающемся турнире и начать тренироваться группой, как того хотел Алексей Владимирович. Мало ли какие ещё проблемы мы найдём на свои головы, — ответил Пётр, снимая с себя ледяной доспех и вкладывая в ножны странной формы меч с немного изогнутым лезвием. — А тебя мы единогласно выбрали капитаном команды. Будет интересно. Почти все выпускники решили принять участие, а очень богатые родители обеспечили их личными тренерами. Но, сомневаюсь, что они смогут хоть что-то тебе противопоставить.

— И ты называешь это интересным? — хмыкнул я. Пётр пожал плечами в ответ, не скрывая улыбки, когда смотрел на меня. — Где Лера? — её я не видел ни тогда, когда пришёл, ни сейчас. Диана отстранилась, глядя на меня покрасневшими глазами.

— Тренируется отдельно со Светланой. Всё же, магия Тени немного специфична. Ты как? — запоздало поинтересовалась она.

— Всё хорошо, — ответил я. — Если вы не против…

— Конечно, не против, — хором ответили собравшиеся, тут же возвращаясь к прерванной тренировке под окрики своих наставников. Неплохо за них взялся Шмелев, который в это самое время вышел из зала, отвечая на звонок.

Отворив дверь соседнего помещения, я вошёл внутрь, с интересом наблюдая, как две девушки, постоянно перемещаясь по небольшому очерченному пяточку, пытаются атаковать друг друга. Постоянно прячась в тени, они не только спарринговались, но одновременно с этим управляли каждая своей марионеткой, сражающиеся между собой.

— Мне кажется, с этим вам будет проще достичь вершин мастерства, — громко проговорил я. Достав из хранилища книгу Теней, я положил её на небольшой столик, стоявший возле одной из стен. Лера резко развернулась на мой голос и едва не пропустила удар фиолетовым жгутом. Перехватив его возле лица, она дёрнула им на себя и повалила Светлану на пол, отзывая одновременно с этим свою тень.

Она быстро подбежала ко мне и крепко обняла, после чего резко отстранилась и довольно ощутимо стукнула в грудь кулаком.

— Ты обещал мне, что не станешь больше подвергать себя опасности, — прорычала она, сжимая кулаки. Её волосы были растрёпаны и выбивались из заколки, в которую они были собраны, на лице проявлялся красный румянец, а глаза горели ярким сиреневым огнём.

— Разве я мог обещать нечто подобное? — удивился я и, отклонившись от очередного удара находившейся в гневе девчонки, перехватил её руку и притянул к себе, крепко поцеловав.

— Мне не сказали, что ты очнулся, — прошептала она мне в губы, полностью расслабившись.

— Это произошло около часа назад, и я сразу же рванул сюда, чтобы тебя успокоить, — тихо проговорил я, оборачиваясь на скрип открывшейся двери. В помещение вошёл Шмелев, который, хмурясь, вертел в руках свой мобилет.

— Что-то случилось? — поинтересовался я, отстраняясь от жены. К нам подошла Светлана, с любопытством и неким беспокойством взирая на мужчину.

— Ты просил аудиенции с императором? — спросил он прищурившись. — Видимо, Огурцов доложил кому-то о твоём состоянии. Полагаю, Выдрову. Именно он сопровождал тебя из Новосибирска в клинику.

— И? — немного не понимая, куда клонит Шмелев, поторопил его я.

— Собирайся. Через час тебя ждёт его императорское величество Пётр Алексеевич Кречет. Свиток перемещения я тебе предоставлю. И почему-то меня хотят видеть вместе с тобой.

Глава 21

Собирался я при помощи Валерии, которая носилась по особняку и пыталась меня одеть так, как полагает аристократу на встречах подобного уровня. Правда, мне казалось, что рубашки, пиджаки, галстуки и другие атрибуты одежды мало чем отличались друг от друга, но женщинам в подобных делах виднее. Когда Лера, скептически меня осмотрев, кивнула, удовлетворившись увиденным, до отправления оставалось не более десяти минут. Дядя ждал меня внизу, разговаривая с дочерью. На сборы он уделил от силы пять минут, когда мы заскочили к нему домой, находившийся, как оказалось, рядом с академией. Он просто переодел рубашку и повязал первый попавшийся под руку галстук. Мне такой вольности не дали.

Когда я спустился, он взглянул на часы и тут же активировал свиток. Прибыть нужно было, по правилам, немного раньше указанного времени.

Мы переместились прямо к высокому каменному забору пропускного пункта, где несколько охранников тщательно нас осмотрели и проверили родовые перстни. Пришлось снять с себя все кольца-накопители. Как оказалось, боевые артефакты нельзя было проносить на себе и с собой во дворец. Спорить о том, что это всего лишь батарейка, и сами по себе опасности никакой не несут, я не стал. Незачем было идти на конфликт с охраной в первые минуты моего появления здесь. Кольцо, открывающее пространственное хранилище, снимать не заставили, но хотели осмотреть предметы, находящиеся внутри него. Когда я по понятным причинам отказался, на кольцо, как мне показалось, привычным жестом наложили какое-то заклятие, чтобы я не мог его открыть. С таким арсеналом, который сейчас находился внутри хранилища, меня бы тут же заперли в камере, обвинив в попытке государственного переворота. Чары, наложенные на артефакт, были сложными, но не запредельными, поэтому при желании я смог бы их вскрыть за несколько минут.

Сам дворец, располагающийся во внутреннем дворе, особого впечатления не произвёл. Не слишком вычурно, но дорого, с этим было не поспорить. Позолота, серебро, дизайнерская мебель. Всё довольно гармонично друг с другом сочеталось. Количество охраны привлекло моё внимание гораздо больше. Все, даже теоретические, выходы и переходы, которые я увидел в то время, как нас вели к предполагаемому месту встречи, были перекрыты высокоуровневыми магами с выправкой военных.

Нас провели на второй этаж и буквально передали из рук в руки уже немолодому мужчине, который провёл в зал ожиданий. Из просторного помещения, где, кроме нас, никого из посетителей не было, вели массивные двери в кабинет императора. Впускать нас не спешили. Встретивший нас мужчина, представившийся Семёном Валерьевичем Прокречетом, начал монотонным, усыпляющим голосом рассказывать о правилах поведения, обязанностях и отсутствии каких бы то ни было прав при встрече с императором. Я честно делал вид, что его внимательно слушаю, стараясь элементарно не уснуть. Небольшая слабость всё же давала о себе знать.

— Не скажешь, зачем тебе нужна встреча с Кречетом? — тихо поинтересовался Шмелев, наверное, в десятый раз, когда инструктаж, наконец, закончился. Ничего нового слуга императорского рода мне не открыл. Наверное, во всех мирах этикет и правила приличия не отличаются друг от друга ни на один пункт.

— Нет. Не хочу тебя впутывать, если окажется, что мои выводы, к которым я пришёл, всего лишь бред умирающего, — в очередной раз ответил я ему. — Меня больше смущает, зачем пригласили тебя, и почему ты такой спокойный.

— А чего гадать, скоро узнаем, — пожал он плечами, глядя на распахнувшуюся дверь. — Не скажу, что я тут частый гость, но раз в несколько месяцев приходится бывать на совещаниях различных структур, отвечающих за безопасность империи. Поэтому встречей с императором меня не удивить.

Из кабинета начали выходить люди, тихо переговариваясь между собой. Среди посетителей я узнал князя Тигрова и Выдрова, которые кивнули, поприветствовав нас, но не остановились, чтобы не задерживать остальных.

— Можете заходить, — кивнул нам Прокречет и указал рукой на раскрытые двери, когда этот поток посетителей иссяк. — Барон Манулов, граф Шмелев, — представил он нас, как только мы вошли внутрь.

Мы оказались в небольшом, по меркам дворца, и довольно простом по убранству помещении, где стоял в центре длинный стол, во главе которого сидел сам император Кречет. Встретившись с ним взглядом, я сразу ощутил мощь человека, по праву занимающий своё место во главе империи. Аура силы, власти и опыта окутала меня с ног до головы, заставляя склониться в поклоне.

— Очень хорошо, что я, наконец, могу лично лицезреть наше юное дарование, о котором в последнее время за этим столом стало слишком много разговоров, — услышал я голос Кречета, который решил таким образом поприветствовать нас. Я выпрямился, окинув беглым взглядом комнату, которую разглядеть не успел. Довольно ошеломляюще для меня было это секундное знакомство с императором, ауру которого в данный момент я больше не ощущал.

Никаких шкафов, сейфов, стеллажей. Просто стол, со стоявшими рядом с ним стульями. Оказалось, он был не один. Я поморщился, коря себя за невнимательность. Но в своё оправдание мог сказать, что с подобными сильными не только в магическом плане личностями мне ещё встречаться не приходилось. Граф Орлов сидел по правую руку от Кречета. Посмотрев на меня, он приободряюще улыбнулся и кивком головы со мной поздоровался. Ещё двоих представительных мужчин я не знал, но их взгляды голодных акул, почувствовавших свежую кровь, буквально прожигали во мне дыры.

— Мне известно, что вы, Константин, просили об аудиенции со мной, после случившегося в Ангарске. Но прежде, мне бы хотелось завершить одно неоконченное дело, — мягко проговорил Пётр Алексеевич, поднимаясь со своего места. — Андрей Николаевич, присядьте пока.

Я переводил взгляд с Орлова, почему-то выбрав его своеобразным якорем, на Кречета, совершенно не понимая, что тут происходит. По виду Шмелева, можно было сказать то же самое. Он как-то подозрительно на меня покосился, после чего подошёл к столу и сел на свободное место поодаль от остальных.

— Ваше Величество, — подал я голос, когда театральная пауза и прикованное ко мне внимание начали раздражать. — Я не совсем понимаю…

— Да, Орлов, ты прав, парнишка, как и его дед, выдержкой особой не обладает, — рассмеялся Кречет, взмахом руки подзывая к себе дежурившего возле стены молодого офицера. Он внимательно выслушал, что ему говорит император и, кивнув, удалился через вторые двери, чеканя каждый шаг.

— Прежде чем впустить вас во дворец, учитывая ваши подвиги и выдающиеся способности, служба безопасности собрала на вас, Константин, полное досье, дополнив даже то, что было у графа Выдрова. — Правильно поняв моё изумление, взял слово граф Орлов. Я, конечно, знал, что меня полностью проверят, прежде чем подпустить к монарху, но не думал, что все мои секреты расскажут прилюдно, если считать двух незнакомых мне мужчин, которые впервые за время моего пребывания здесь заинтересованно повернули головы в сторону министра обороны. Орлов поднялся на ноги и отошёл от стола, вставая по правую руку немного позади Кречета. — Слух о том, что вы являетесь наследником рода Серолаповых уже давно гуляет по столице, но это пока не подтверждено официально. Вы вылитая копия вашего деда, и не только внешне. Вы даже говорите так, как он. После беседы с вами в Норильске, у меня не осталось никаких сомнений в том, какому роду вы принадлежите по праву рождения. И мои домыслы сразу же подтвердились. Думаю, после смерти Глеба Сапсанова, пришло время открыть обществу правду о вашем происхождении, как вы считаете?

— Я не думал об этом, ваше сиятельство, — ответил я Орлову. — Меня вполне устраивает то положение в обществе, которое я занимаю. Я — Манулов. И как уже говорил ранее Его Высочеству Тигрову, от своего бога отказываться не собираюсь. — Решительно ответил я хмурясь. Всё происходящее напоминало какой-то сюрреализм. Мне нужно было задать императору всего один вопрос, после чего я бы уехал из столицы, занимаясь своими делами.

— Никто не говорит о том, чтобы отказываться от бога, — покачал головой Орлов. — Просто то, что вы остались живы после той бойни, даст мне и начальнику службы безопасности возможность официально открыть дело и, наконец, разобраться в случившемся, наказав виновных, и восстановить справедливость. Пока у нас есть только слова спятившего и уже мёртвого Глеба Сапсанова. К тому же, пора прекратить твою, Константин, дискредитацию в высшем свете. Многие недовольны безродным выскочкой, на которого нет управы и который делает всё, что ему заблагорассудится, не нарушая при этом свод правил и законов империи. Имея за собой родословную, вас никто больше не попрекнёт и не станет с помощью вашего имени раскачивать лодку без вашего ведома. — Напомнил мне об информации, переданной в своё время Гюрзовым. Вроде, высшая власть империи ничего против меня не имеет, но по какой-то причине очень хочет вывести меня в свет. Скорее всего, у них на этот счёт свои планы, но те доводы, которые привёл Орлов, звучали убедительно.

— На самом деле, сейчас это не так важно, как это было две недели назад, — ответил я. — Тем более, вы правы, даже я натыкался на подобные слухи. Поэтому я не против официально являться наследником рода Серолаповых. — Принял я окончательное решение, осознавая, что эта новость может очень хорошо в текущих реалиях поднять спрос на услуги клиники и продукцию с заводов. Нужно только всё грамотно организовать, не поскупившись на рекламе. Я тряхнул головой, возвращаясь в реальность, понимая, что в своих размышлениях нахожусь уже далеко за пределами дворца.

— Да будет так, — краешком губ улыбнулся император. — За мужество и отвагу, показанную бароном Константином Мануловым во время ликвидации прорыва десятого уровня, случившегося в канун Нового года, подтвердив тем самым право считаться представителем высшей аристократии, не посрамив свою честь и честь своего рода, своим имперским указом, я возвращаю Константину Манулову титул графа Российской империи по праву рождения, со всеми вытекающими из этого обязанностями. Поздравляю. — Он протянул мне руку, которую я с запозданием пожал. Слишком неожиданным всё оказалось, начиная от разговора, заканчивая награждением. — Подготовьте все бумаги до отъезда графа Манулова из дворца, — приказал он незнакомым мне мужчинам, сидевшим за столом. Они кивнули, начиная что-то активно записывать в своих блокнотах. Я бросил взгляд на Шмелёва, который с задумчивым видом, глядел на нас.

— Ваше Величество, благодарю вас за оказанное доверие. Это было неожиданно, — обратился я к Кречету. Он ничего не сказал, отойдя от меня и садясь в своё кресло. А чего я хотел, это для него обычное дело. Только лично он подобным занимается крайне редко.

— Андрей Николаевич, — обратился он к встрепенувшемуся Шмелеву. — Раз ваш племянник решил, наконец, выйти из тени, то самое время вам обратиться непосредственно к Дмитрию Фёдоровичу Медведеву. Вам двоим есть что обсудить. Константин, так о чём ты хотел со мной поговорить, когда просил Марьяну Алексеевну организовать нашу встречу? — повернул ко мне голову Кречет.

— Это касается вашего договора с Мануловым, который вы заключили несколько десятков лет назад, — спросил я о том, ради чего сюда прибыл. Кречет подобрался и пристально посмотрел мне в глаза. — Мне нужен клинок, и вы прекрасно об этом знаете, — уже твёрдо проговорил я, не отводя взгляда, понимая, что моя догадка оказалась верна. Это был единственный человек в империи, у которого не станут искать кинжал смерти от клинка восьми стихий.

— Господа, я прошу всех покинуть помещение, — тихо проговорил он, но все находившиеся в кабинете его услышали, за несколько секунд выйдя из кабинета, включая офицера, нёсшего службу рядом с выходом. — Присаживайся, Константин, в ногах правды нет, как говорится.

— Ваше Величество, — проговорил я, когда сел на стул, на который указал Кречет. Он поднял руку, останавливая меня, не переставая пристально меня разглядывать. Его взгляд был тяжёлым, но угрозы и какого-то раздражения в нём не было, поэтому я немного успокоился, надеясь на благоприятный для меня исход этого разговора.

— Прошло уже больше ста лет, как в последний раз в моём кабинете находился кто-то из рода Мануловых, — проговорил он, сложив руки на стол перед собой. — Я уже не думал, что кто-то объявится, ведь договор, о котором ты упомянул, был предельно простым. Зачем тебе клинок, Константин? — спросил Кречет, немного прищурившись.

— Я знаю, как убить демона Тени, — прямо ответил я, решив ничего не утаивать. О договоре мне не было ничего известно, поэтому нужно было подбирать слова и ориентироваться по ситуации, а вот на прямые вопросы нужно отвечать быстро, правдиво и по существу. — Для этого мне нужен клинок восьми стихий, одна из частей которого находится у вас, согласно записям моего хм, предшественника, так, наверное, правильнее будет его назвать.

— Мне известная проблема и угроза, исходящая от этого существа. Каюсь, первой моей мыслью было изолировать всех, кто владеет магией тени, но потом я понял, что таким образом проблему не решить. Наша страна большая, и нам не под силу отследить всех магов, рождённых с подобным даром, — проговорил он, постукивая пальцами по столешнице. — Заклинатели мне сказали, что духа высшего порядка убить невозможно.

— Но вы же знаете правду, не так ли? — улыбнулся я. — Ваше Величество, на кону стоит не только моя жизнь, но и жизни моих близких. Я должен сделать всё, чтобы их защитить, поэтому попросил о встрече с вами.

— Да-да, твоя супруга тоже является объектом интереса со стороны этой сущности, — кивнул он. — Только вот избавиться от этой твари будет не так просто, ты же это понимаешь?

— Я прекрасно это понимаю, поэтому не стану бежать в лобовую атаку, а как минимум дождусь того момента, когда будут разрушены все подпитывающие демона алтари. Так он станет слабее. — Кивнул я, соглашаясь с императором.

— И ты уверен, что это поможет его ослабить? Константин, насколько мне известно, чтобы запечатать эту тварь в бездне понадобилось больше сотни богов, сильнее и могущественнее, чем тот, жрецом которого ты сейчас являешься, — покачал он головой, глядя куда-то мимо меня. — И мне известно, что не все из них после этого выжили. Это необычная тварь без разума и чувств. Он смог выбраться из клетки, в которой провёл несколько веков, и теперь меньше, чем за год стал сильнее, чем был раньше. Мы ищем решение, и я уверен, что в скором времени найдём.

— Вы не верите, что я справлюсь, — хмыкнул я. — Но у меня нет иного выбора. Только маг тени может победить в этой битве.

— Ты истинный внук своего деда. Он тоже предпочитал держать проблемы под своим контролем и решать их самостоятельно, не доверяя никому другому. Вот отец твой был иного склада ума. Музыкант и учёный, творческая личность. Я знал их довольно близко, досадно, что Фёдор отказался в своё время переезжать в столицу и стать одним из моих советников. Я не то чтобы не верю в то, что ты не справишься, мне неприятна сама мысль, что другой альтернативы у меня нет, если что-то пойдёт не так.

Смерив меня в очередной раз пронзительным взглядом, Пётр Алексеевич взял со стола лежащий на нём колокольчик и несколько раз в него позвонил. В двери вошёл Прокречет, проводивший до этого инструктаж, и, поклонившись, выжидательно уставился на императора, ожидая дальнейших указаний. Кречет, взяв чистый листок бумаги, что-то быстро на нём написал и положил его на край стола.

— Передай это главному казначею и скажи, чтобы выполнил моё указание как можно скорее, — приказал император мужчине, который подошёл к столу и, поклонившись, взял написанное послание и молча удалился. — Ты удивлён подобным методам, как я вижу, — рассмеялся он, глядя на моё вытянувшееся от изумления лицо.

— Ну, мне действительно кажется, что проще было бы позвонить, — неуверенно протянул я, продолжая глядеть на повеселевшего императора. Сама беседа казалась непринуждённой, что немного ставило меня в тупик. Я ожидал большего официоза со стороны Кречета.

— Все подобные поручения написаны на специальных листах, специальным карандашом. Прочесть это может только тот, кому адресовано послание, — решил пояснить император. — У тебя есть все детали от клинка? — неожиданно спросил он.

— Нет. Не хватает двух: кинжала смерти и кинжала льда. В поисках последнего у меня есть определённые зацепки, которые, я уверен, выведут на владельца.

— Ходят легенды, что этот артефакт обладает особыми способностями, — повернувшись в сторону большого окна, проговорил Кречет. — Он обязательно придёт в руки тому, кто действительно в нём нуждается. Говорят, что он обладает собственной душой и сам выбирает себе хозяина. Верить или нет в подобные слухи — это личное дело каждого. Но доказательство этого находится сейчас передо мной. Собрать шесть клинков за короткое время, тогда как многие теряют не только десятилетия жизни, но и всё, что имеют и остаются с пустыми руками.

После короткого стука, двери раскрылись, и в помещение вошёл мужчина средних лет, нёсший перед собой поднос, на котором что-то находилось накрытое чёрной тряпкой. Поклонившись, он поставил свою ношу на стол перед императором и удалился, закрыв за собой двери. Сняв тряпицу, Кречет указал рукой на три совершенно одинаковые шкатулки, копии тех, в которых находились другие найденные мною клинки.

— Это особенности нашей договорённости с Мануловым, добровольно отдавшего мне на хранение одну из частей клинка восьми стихий. Три шкатулки, три кинжала, и только один из них является оригиналом. Тот, кто владеет остальными частями, сможет без проблем отыскать нужный. Можешь приступать, — я неуверенно поднялся на ноги и подошёл к краю стола, находясь в непосредственной близости от императора.

Недоверчиво посмотрев на шкатулки, я открыл первую, мысленно матеря всеми известными мне ругательствами Манулова, который не сообщил подобных деталей. Внутри на бархатной подложке лежал кинжал, лезвие и рукоять которого были чёрными, как сама бездна. Я не знал, из какого материала он был сделан, но клинок словно впитывал в себя частицы света, не отражая их от поверхности. Взяв его и повертев в руках, заметил пробежавшие по лезвию и рукояти символы, которые зажглись синим огнём при моём прикосновении. От оружия просто разило тёмной, неприятной энергией, которая, распространяясь, будто поглощала частицы моей собственной жизненной силы. Положив его обратно и захлопнув шкатулку, я едва удержался, чтобы не вытереть после него руки о пиджак, но удержался от подобного нарушения этикета. Открыв оставшиеся и изучив остальные клинки, я не почувствовал ничего, что напоминало бы ощущения от прикосновения к остальным частям клинка стихий.

— Ваше величество, — посмотрел я прямо на Кречета, который с едва заметным любопытством смотрел за моими действиями. — Его здесь нет. — Вынес я свой вердикт. К сожалению, я не мог сейчас достать свой кинжал огня, чтобы удостовериться в своём решении.

— Ты уверен? — как-то предельно спокойно спросил он. Я даже содрогнулся от изменившегося взгляда, в котором промелькнули, как мне показалось, ледяные искры.

— Да. — Повторил я уже более уверенно. Мне нужен был этот кинжал, и играть в игры, пусть даже самого императора, поддаваясь на провокации, точно не стану.

— Как ты это понял? — уже более расслабленно с интересом в голосе поинтересовался он. — Даже мне, с моим опытом и силой, не под силу было разобраться в том, где находится оригинал.

— Вы же сами сказали, что только тот, кто владеет другими частями, сможет почувствовать и остальные, — пожал я плечами, понимая, что это была очередная проверка, и оригинального клинка в этих шкатулках не было.

— Ну что ж. Я отдам тебе клинок только при одном условии, — теперь его голос напоминал металл, а взгляд вновь стал тяжёлым, словно гора. Шутки и милые беседы закончились, сейчас передо мной находился император Российской империи, и его слова нужно воспринимать всерьёз. — Если бы не угроза моей стране, этот клинок никогда бы не увидел свет, что бы ты не говорил и не делал. Он предназначен только для того, чтобы очищать этот мир от зла. Я не стану требовать, чтобы ты вернул его обратно, когда всё закончится. Но запомни, если ты применишь его против обычных людей империи и полностью подчинишься его влиянию, я тут же приму меры. И неважно, что ты сделал и ещё сделаешь для нашей страны.

— Я вас понял, ваше величество, — сделав шаг назад, я поклонился, высказывая своё уважение к нему. Это было предупреждение, которое, в принципе, можно было и не озвучивать. Любому идиоту понятно, что, переходя определённые границы и владея подобным оружием, нужно быть готовым к тому, что от тебя проще будет избавиться, нежели направлять на истинный путь.

Кречет тем временем снова позвонил в колокольчик. Только в этот раз в помещение вошёл не старик, а тот же мужчина, что принёс до этого шкатулки с фальшивыми кинжалами. Он так же молча, как и в прошлый раз, подошёл к столу и поставил на него очередную коробку.

Дождавшись от императора разрешения, я открыл её, вынимая кинжал, который внешне ничем не отличался от предыдущих подделок. Волна холода, тут же сменившаяся теплом, прошлась по всему моему телу. На лезвии появились символы, которые не потухли, а наоборот становились ярче, пока синий огонь, исходящий от них, не распространился по клинку, ярко вспыхивая, как зажжённая спичка. Ощущения при этом были странные. Одновременно родственная мне стихия огня соединилась с магией, которую буквально отторгала вся моя сущность. До меня с запозданием дошло, что я маг жизни, именно поэтому не мог как следует принять энергию смерти, исходящую от кинжала. Усилием воли потушив огонь, я положил клинок в шкатулку и тут же захлопнул крышку.

— Неплохо, — усмехнулся император. — Надеюсь, что ты меня не разочаруешь и справишься с миссией, которую сам на себя возложил.

— Справлюсь. У меня нет иного пути, — чётко и уверенно ответил я.

— Всего хорошего, Константин. — Намекнул на то, что мне пора сваливать Кречет. — Да, совсем забыл. Медведев Дмитрий Фёдорович просил отправить тебя к нему. Он, несмотря на то, что является главой моей службы безопасности, очень любит привлекать к своей работе молодые таланты. Он заинтересовал в сотрудничестве с тобой.

— Я могу отказаться? — наудачу спросил я. — Просто подобное предложение поступило ранее от графа Выдрова, — тут же пояснил я, заметив, как вытягивается лицо мужчины. — И мне бы хотелось начать работать с ним, если я выберу этот путь.

— Вот же… Выдров, — рассмеялся император, сразу же расслабившись, когда понял, что ему, самому императору, отказывают не просто так. — Ступай, я передам твои слова Медведеву. Пускай родственные службы между собой сами разбираются.

Я выдохнул и, прижав шкатулку к груди, в очередной раз поклонился и направился к двери. Это была странная, непонятная, но, как ни крути, удачная поездка.

— Константин, — остановил меня возле самого выхода Кречет. Я обернулся, видя, что император, задумавшись над чем-то, смотрит на меня. — Я искренне верю, что при решающем ударе, твоя рука не дрогнет несмотря на то, в каком обличии будет находиться перед тобой демон.

Я кивнул, внутренне содрогаясь от его слов. Ведь, если у демона всё получится, то он будет в теле моей жены.

Глава 22

Все проблемы, пришедшие вместе с новым титулом, я в полной мере ощутил на своей шкуре с первого же дня. Полтора месяца я вертелся, как уж на сковороде, увлекая в это дело Петра, ставшего ближайшим советником. Но даже несмотря на помощь брата, я осознал, что одного моего поверенного и прикреплённых к нему помощников в количестве двадцати человек, которых наняли ранее, катастрофически мало. Пришлось нанимать ещё столько же, чтобы хоть немного снять с остальных бумажную волокиту. Я нагло отжал конференц-зал у Андрея Сапсанова в его поместье, ибо в моём особняке пока не было подобных помещений. Практически каждое утро перед занятиями в академии, которые ни в коем случае нельзя было пропускать, чтобы не потерять форму, я проводил в просторном зале за длинным столом и собирал за ним всех своих юристов, бухгалтеров и экономистов. Огромная куча бумаг, договоров, счетов, обязательств рассматривались не только обученными специалистами, но и мной лично или Петром, чтобы в самом начале моего пути в качестве графа не споткнуться на какой-нибудь ерунде, которая похоронит все мои начинания.

Бумажные обязанности сменялись многочисленными встречами с потенциальными и текущими партнёрами не только из Сибири, но и из других частей Российской империи. Благо большую часть переговоров мы проводили в моём графстве непосредственно на предприятиях, которые интересовали моих будущих деловых партнёров. Информация о моём истинном происхождении, красиво поданная и содержащая не слишком много достоверных фактов, разлетелась по всем уголкам империи и, как я и рассчитывал, это сыграло мне на руку. Со мной шли на сделки и заключали контракты с куда большим желанием, чем до этого.

За деловыми встречами шла непрерывная работа с населением моего графства и доведение до них новых планов развития и мер поддержки. За это время я успел открыть официально два завода, которые находились на бывших территориях Ужинцевых, и были вполне пригодны для дальнейшего функционирования. С учётом, конечно, определённой специфики, в виде изготовления лечебных зелий и обработки уникальных для них ингредиентов, дефицит которых начал вставать на первый план. Покупка на официальных рынках и аукционах некоторых растений изнанки и частей монстров не могла покрыть те потребности, которые нам были необходимы. Тогда пришла идея от Валерии создать учебное заведение или что-то подобное, для подготовки собственных охотников и егерей для работы на первых уровнях изнанки. В поиске преподавателей и инструкторов мне помог Шмелёв, уговорив своих бывших сотрудников, решивших уйти на покой, заняться благим делом в воспитании необученной молодёжи.

На удивление, парни, имеющие даже минимальный магический потенциал, с энтузиазмом откликнулись на это предложение, и уже к концу первой недели у меня было около пятидесяти человек, собранных со всего графства, готовых приступить к обучению. Даже стало немного противно от того, как разбазаривались попусту ресурсы бывших владельцев земель. Даже маг с низшим уровнем потенциала мог трудиться на изнанке, принося определённую прибыль.

Дирижабль Сапсановых практически перешёл в моё единоличное пользование, и чуть ли не стал моим вторым домом. Благо хотя бы ночевать я возвращался к себе в особняк, где за меня бралась Лера, не давая сойти с ума от перегрузки на несвойственной для меня работе. Тут в дело шли её женские хитрости и знания, помогающие расслабиться, начиная от принятия ванн с какими-то хитрыми расслабляющими маслами, массажем, обычными разговорами и заканчивая постелью. От дел графства она отстранилась, но в случае необходимости могла дать какой-нибудь совет, которым я в большинстве случаев пользовался.

О демоне Тени, как и о его последователе слышно не было. Никаких подозрительных прорывов или явлений. Может, это и к лучшему. Где находился кинжал льда, мне до сих пор известно не было. Кольца, на которые я рассчитывал, исчезли, то ли сами по себе, потому что снял их с пальцев убитых, то ли потерялись во время схватки с Сапсановым. Поиск владельца немного затормозился. Когда на одном из семейных ужинов, получив очередной нагоняй от Алины за то, что скрывал нашу родственную связь, я посетовал, что не могу узнать принадлежность рода по изображению на перстне, который смутно помню, Диана предложила свою помощь. Она зарылась в библиотеке академии и начала штудировать все доступные книги по известным родам империи. К этому делу подключилась Алина, передав матери нарисованный нами с Петром по памяти оттиск перстня. Но пока, к сожалению, ни они, ни Выдровы никакой информацией не делились. Шмелёва я после посещения императора больше не видел, изредка разговаривая с ним по мобилету.

Я даже не заметил, как всё неожиданно вошло в колею, и эта бешеная гонка начала затихать. Сегодня была суббота, и впервые за все эти дни я позволил себе взять полноценный выходной. Никаких встреч, перелётов, документов. Хотелось провести этот день в тишине, закрывшись у себя в комнате от всего остального мира, чтобы никого не видеть и не слышать.

Проснувшись утром, я провёл небольшую тренировку, поспаринговавшись с одним из охранников, без использования магии. Физическую подготовку и скорость реакции всё же никто не отменял в схватке с превосходящим противником. И я чувствовал, что демон скоро объявится и это затишье как раз перед бурей.

Лера ещё спала, когда я вернулся в комнату из организованного охранниками своеобразного спортзала в отдельном пустующем здании рядом с особняком. Наполнив до краёв тёплой водой большую ванну, занимающую чуть ли не все отведённое для неё помещение, я погрузился в воду, закрывая глаза и наслаждаясь свалившимся спокойствием.

Дверь скрипнула. Открыв один глаз, увидел, что зашла Валерия. Она села на край, внимательно меня разглядывая. Её взгляд был уставшим, а под глазами проявились едва заметные тёмные круги.

— Всё хорошо? Ты выглядишь уставшей. — Спросил я. Она улыбнулась и, слегка нагнувшись, потрогала рукой воду.

— Просто плохо спала, — тряхнула она головой, словно прогоняя остатки неприятного сна из головы. — Я могу составить тебе компанию?

— Тебе всегда можно, — проговорил я и, приподнявшись, схватил её за талию, стягивая в воду за собой. Она от неожиданности взвизгнула и рассмеялась, переворачиваясь на спину и прижимаясь ко мне всем телом. Я спустил с её плеч халат, который она не успела снять, покрывая шею поцелуями.

— Ты рано встал, — ответила она, положив голову мне на плечо. — Как-то слишком тихо, тебе не кажется?

— Я, когда вернулся в дом, никого не встретил, хотя уже одиннадцать. Либо наши ночные пташки загуляли и сейчас отсыпаются, либо превратились в жаворонков и выпорхнули из особняка с утра пораньше. Ставлю на первое. Вчера была какая-то вечеринка в «Оазисе», Андрей с Олегом точно там были, да и остальные, скорее всего, подтянулись, — тихо сказал я, замечая, как Лера от меня немного отстранилась. — Что-то случилось?

— Нет. Но… я всегда думаю о них. С тех пор как моего дяди не стало, все вздохнули с облегчением и, наконец, почувствовали свободу. Сначала тот же Андрей боялся выходить из дома без сопровождения минимум четырёх охранников, сейчас, наконец осознав, что явной угрозы нет, начал плевать на собственную безопасность, — покачала она головой, всё ещё не поворачивая головы ко мне. — Я им даже немного завидую. Для них наступила обычная жизнь с обычными человеческими проблемами и переживаниями. Я же постоянно ощущаю какую-то пружину, которая очень медленно сжимается у меня в груди. Это беспокойство не даёт мне заснуть и заставляет просыпаться в те моменты, когда тебя нет рядом. И с каждым днём это усиливается. Я чувствую, что что-то произойдёт, что-то плохое, и никак не могу избавиться от этого. Мне страшно, Костя, страшно до дрожи. Не уезжай больше надолго, прошу тебя. Несмотря на толпы охранников, включая имперскую службу безопасности, кружащие вокруг нашего дома и не выпускающие нас из вида, я знаю, что они ничего не смогут сделать, если придёт беда. — Довольно эмоционально проговорила она.

— Посмотри на меня, — попросил я её.

Она раньше никогда не делилась подобного рода переживаниями. У меня самого были похожие ощущения. В чувство смертельной опасности и угрозы это не переходило, даже не усиливалось, поэтому на небольшой дискомфорт и беспокойство я уже не обращал внимания. Наверное, привык. Но для Валерии эти чувства были новы. Магия волчицы, пришедшая со мной в этот мир, наконец, приняла её, и теперь постепенно проникала в её тело и энергетические потоки. Я заметил это недавно, когда понял, что волчонок начал слушаться её, практически так же, как и меня. Раньше, он делал ей одолжение, десять раз подумав, откликаться на просьбы или нет. Сейчас выполнял приказы беспрекословно.

— Прости, не нужно было тебе забивать голову подобной ерундой, — повернулась она и посмотрела мне в глаза. — У тебя сейчас и так очень много забот. Ещё и на истерики скучающей жёнушки отвлекаться, так никаких нервов не хватит, — улыбнулась она, проведя пальцем по моей щеке и заправляя успевшие снова отрасти волосы мне за ухо.

— Это не ерунда, и ты всегда должна говорить о подобном, — нахмурился я. — Ты — это самое важное, что у меня есть. Всё остальное может подождать, — проговорил я, думая, как её в этот момент успокоить. Нельзя было говорить о том, что она действительно чувствует нависшую над ней угрозу. Это ещё больше выведет Валерию из равновесия. Я расскажу ей об этих особенностях магии волчонка, но потом, когда всё закончится. — Магия тени меняется, — прошептал я, глядя ей в глаза. — Я тоже это чувствую. Шмелёв неделю назад говорил, что они нашли способ уничтожить мелкие алтари. И судя по всему, они активно к этому приступили. Скорее всего, то, что тебя беспокоит, связано как раз с этим.

— Ты уверен? — выдохнула она, закусив губу.

— Да, — как можно убедительнее проговорил я. — Нужно немного подождать, и я решу окончательно эту проблему, верь мне.

— Я тебе верю, — прошептала она, потянувшись ко мне, чтобы поцеловать.

Оглушительный взрыв сотряс здание. Пол под нами дрогнул, а с потолка посыпалась пыль вперемешку со штукатуркой. Ножки ванны подломились с одной стороны, и она завалилась набок, выливая воду на пол. Леру я держал крепко, поэтому мы аккуратно перекатились, не забывая всё же про щиты, потому что произойти могло всякое, а быть раздавленными чугунной ёмкостью в наши планы не входило. Поднявшись на ноги, мы переглянулись и на мгновение замерли, после чего буквально вылетели из залитой водой по колено комнаты, забежав в спальню. Лера быстро накинула на себя первый попавшийся под руку халат, который вытащила из шкафа, и достала из прикроватной тумбы пистолет, копия которого лежала у меня под подушкой. За них я отдал целое состояние, сделав на заказ, как и пули к нему, которые помимо небольших макров содержали в себе крохотные артефакты. Пётр корпел над ними несколько недель, и всё же ему удалось заключить в них два вида моей магии, чтобы при выстреле высвобождалась необходимая энергия. Золотистое пламя, которое может уничтожить существо, сотворённое демоном, и непосредственно магию тени, пробивающая многие щиты.

— Стой, — остановил я Валерию, которая подкралась к двери и хотела её открыть, снимая пистолет с предохранителя. — Сигнальные чары не работают. Да и защитное поле особняка целое, — оглядев стены истинным зрением, проговорил я прислушиваясь. Внизу стоял подозрительный грохот, за которым можно было едва услышать чьи-то голоса.

— Тогда какого хрена творится у меня в доме? — прошипела она, прямо посмотрев на меня. — Только не говори, что эта свора непонятно почему всё ещё живущих здесь мальчиков и девочек, опять что-то устроила в единственный твой выходной день.

— Не знаю, возможно. Но проверить стоит, времена неспокойные, может произойти всякое. — Я быстро надел штаны и, достав из хранилища кинжал, а из-под подушки пистолет, открыл дверь и вышел из комнаты. В коридоре стояла пылевая завеса, через которую практически ничего не было видно. Хорошо, что магический щит спасает от любого внешнего воздействия, и эта дрянь не лезет в глаза, рот и не забивает нам лёгкие. Я подошёл к лестнице и быстро спустился вниз.

Одной из стен в гостиной не было. Вместо неё зияла огромная дыра, ведущая на улицу, через которую, словно муравьи, вбегали и выбегали незнакомые мне люди в рабочей форме, убирая камни, доски и различный, оставшийся после взрыва мусор. На меня никто из них не обратил никакого внимания, несмотря на направленный в их сторону пистолет. Все, проживающие в особняке, включая прислугу и охрану, располагались у дальней стены, сидя на диване, стульях и креслах, заботливо туда переставленных, и пили кофе, тихо переговариваясь и пристально следя за работой. Никакой пыли и грязи внизу не было. Чудеса, да и только.

— И кто будет тем неудачником, который объяснит, что здесь происходит⁈ — рявкнул я, опуская пистолет вниз, взирая на встрепенувшихся от неожиданности домочадцев. От звука моего голоса, непроизвольно усиленного магией, дом довольно ощутимо тряхнуло, отчего наступила тишина. Даже рабочие перестали копошиться, замерев в тех позах, в которых только что находились. Девчонки из прислуги моментально исчезли из поля зрения, а охранники встали возле входа, всем своим видом показывая, что не имеют к случившемуся никакого отношения.

— Так это… — решил взять на себя удар Пётр, поднимаясь на ноги. — Сегодня же начало стройки левого крыла. Ты же сам согласовал план проведения работ и сроки. Или это был не ты? — тихо уточнил он, делая шаг назад. — Точно. Ты же отправил план на доработку, заставив уменьшить сроки за увеличение оплаты. — Под моим немигающим взглядом начал объясняться брат, косясь на мою руку, в которой был зажат пистолет. — И поручил мне всё организовать и согласовать с твоим поверенным. Да ладно тебе, я думал ты в курсе, тем более что работы уже ведутся неделю, в дневное время, когда тебя не бывает дома. М-да, да помогите же мне, я же по его глазам вижу, что он меня сейчас убьёт! — повернулся к остальным Пётр, всплеснув руками.

— Все защитные механизмы перестроены, и купол находится теперь немного ближе к центру комнаты. Через него никто из рабочих пройти не сможет. Просто представьте, что вместо этой дыры обычная стена, — вклинился Игнат, выходя вперёд и вставая перед Петром, заслоняя от меня его своей призрачной грудью. От всего происходящего хотелось одновременно схватиться за голову и рассмеяться.

— Работы непосредственно в здании должны начать через два дня, в понедельник, — подошла ко мне Валерия, пряча свой пистолет за пояс халата. — Сейчас не понедельник.

— Ну, начали немного раньше, чего время зря терять. — Недовольно проговорил Андрей, ставя пустую чашку на журнальный столик. Его лицо было немного отёчным, а склеры глаз инъецированы. Олег вообще держался за голову, закрывая глаза тёмными очками от света. Диана, похоже, вообще дремала, положив голову на плечо своего парня, а зеленоватый цвет лица моей двоюродной сестрички пробудил во мне несвойственное для меня чувство, в виде сострадания. Видимо, гулянка и впрямь прошла на славу.

— А почему вы мокрые? — нахмурился он, видимо, туго соображая с утра.

— Приведи их в порядок, в конце концов. — Тихо проговорил я, поворачиваясь к Петру, проигнорировав вопрос Андрея. — Магией жизни там, или антипохмельное дай, на худой конец. Чем они тебе насолили, что ты заставляешь их так мучиться? — брат ничего не ответил, только скептически покосился на Сапсановых и выразительно хмыкнул. Нужно всё прибрать на втором этаже, там пройти невозможно от пыли и грязи. — Обратился к дворецкому, который с каким-то отстранённым видом смотрел мимо меня. — И да, в моей комнате небольшой потоп, нужно его убрать и пригласить рабочих, которые смогут починить разрушенную мебель и сантехнику.

— Будет сделано, — кивнул мужчина, направляясь к выходу из гостиной, чтобы раздать соответствующие поручения.

— Я так понимаю, можно продолжать? — раздался мужской голос со стороны пробитой стены. Я махнул рукой и задумался над тем, куда пойти и чем заняться, чтобы воплотить в жизнь мой первоначальный план отдыха от всех и вся. Валерия молча развернулась и, чеканя каждый шаг, направилась в сторону лестницы. Ну да, переодеться всё-таки не мешало бы.

— О, я смотрю вы, наконец, ремонт начали. Поздравляю. Поздравляю вас с окончательным разрывом всех дружеских отношений, — я развернулся к входным дверям, в которых стоял Шмелёв, разглядывая царивший здесь хаос.

— И тебе доброго утра, — подошёл я к нему, пожимая протянутую руку. — Давно тебя не видел.

— Есть разговор. К тебе и Петру, — коротко пояснил он. — Пойдём в твой кабинет.

Он прошёл внутрь и, демонстративно несмотря на Сапсановых и пытающуюся спрятаться за спинами братьев Алину, поднялся по лестнице. Переглянувшись с подошедшим ко мне Петром, мы двинулись следом.

В кабинете, слава Манулу, никаких разрушений не было. Мы расположились за столом, на который Шмелёв выложил тонкую папку, пододвигая её ко мне.

— Это касается твоего запроса, точнее, запроса Алины по твоей просьбе в отдел службы безопасности. По тому странному рисунку, в котором лично я увидел длинного червяка с раскрытой пастью и огромными клыками, мы нашли только одно похожее совпадение. Всё же, змеи на оттиске перстня практически все похожи друг на друга за редким исключением. Посмотри, похоже ли это на то убожество, с которым работали мои люди последние пару недель. — Поморщился он, прикрывая глаза. Было видно, как он устал. Эта история с алтарями его вымотала, об этом он говорил ещё неделю назад, когда сообщил о решении проблемы с активирующимися алтарями.

— Мы, вообще-то, не художники, — пробурчал Пётр, вставая на ноги и заходя мне за спину, разглядывая рисунок. — Точно он. Тотем — змея Эфа, покровитель рода барона Эфийского. Где-то я уже слышал эту фамилию… — пробормотал он задумавшись.

— Я знаю дочь барона. Кажется, её зовут Анастасия, — посмотрел я на дядю, который кивнул, подтверждая мои слова. — Это девчонка, которая липла ко мне на аукционе Иглобрюхова. И я даже знаю, что она хотела от меня получить. Тебе известно, что приобрёл на аукционе её отец? — обратился я к Шмелёву.

— Конечно, мы тогда проверили всех после твоего исчезновения. Кинжал земли, но ты же сказал, что он поддельный.

— А кинжал огня, которым я владею — нет. Похоже, это представитель того класса людей, которые тратят жизнь и целое состояние на поиски клинка восьми стихий. — Я сжал кулак, рассматривая рисунок змеи с раскрытой пастью. — Знаешь, где его найти?

— Нет. Именно поэтому я тебе не говорил о нём раньше. Оказалось, что барон Эфийский покинул страну через день, после твоей дуэли с Болиглавским. Нам известно, что он находится в Роттердаме и получил политическое убежище. Мы в не слишком в хороших отношениях с Голландией, поэтому все переговоры сегодня окончательно зашли в тупик, и выдавать нам его никто не собирается. Поэтому официально мы ничего сделать не можем. Неофициально тоже, потому как засветились, стараясь уладить этот вопрос мирным путём. — Покачал Шмелёв головой. — Не скажешь, что тебе сделал какой-то барон из затухающего рода, что за вопрос о его экстрадиции на родину взялись на самых верхах?

— Он меня обокрал, — коротко пояснил я. Значит, император понял, зачем мне нужен Эфийский, раз подключил своих дипломатов. Неожиданно. Но это всё равно ничего не дало.

— А, ну теперь понятно, почему он так быстро свалил. Мы ещё постараемся потянуть за некоторые ниточки, но мне кажется, что исход будет точно таким же.

— Дай сразу знать, если что-нибудь проясниться, — выдохнул я, думая над тем, как его найти в чужой стране, не привлекая внимания. — Как дела с алтарями?

— Нормально. Мы сделали все, что могли на текущий момент. Все мелкие алтари разрушены, но вот что делать с главными каждой группы мы не знаем. Сила тени в них разгорается ярче с каждым днём. Это меня тревожит, — прямо посмотрел мне в глаза Шмелёв. — Я боюсь, что мы можем не успеть. Не выходи лишний раз из дома. Отдай все дела в руки своих помощников и находись рядом со своей женой. Ладно, я здесь не за этим, — потёр он глаза рукой, поворачиваясь к Петру. — Давыдов согласен провести ритуал и прибыл в Норильск вместе со мной. Говорит, что подобное впервые на его памяти, но так как тотемный бог уже ждёт своего часа, его нужно только призвать, чтобы он одобрил покровительство над тобой, поэтому священной поляны Сапсановых должно хватить и не обязательно ехать в Дом всех богов.

— А теперь можно поподробнее? — непонимающе посмотрел на меня Пётр. — Я понятия не имею, о чём ты говоришь.

— Ты ему не сказал, что ли? — укоризненно уставился на меня дядя. Под двумя пристально направленными на меня парами глаз мне даже стало немного не по себе.

— Ну… как-то не было времени, — ответил я, не желая признаваться в том, что просто замотался и забыл обсудить с Петром эту тему. — В общем…

— В общем, вводи его в курс дела. Через час встречаемся на поляне, мне нужно уладить ещё некоторые дела. Если всё отменяется, позвонишь. — Он встал и вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.

Мне хватило ровно семь минут, чтобы получить от брата утвердительный ответ, правда, выслушав при этом очень много про себя нового. Я знал, что он согласится, ведь Пётр не раз поднимал разговор о том, что хочет получить благословение бога. Рисковать в Доме всех богов ему не слишком хотелось, поэтому он всё это время искал способ и ждал, когда я расскажу все подробности обретения перстня, ещё с тех пор, когда только заикнулся об этом. Поэтому на место проведение ритуала мы прибыли задолго до его начала.

На поляну меня со Шмелёвым Давыдов не пустил, долго рассказывая о священности этого действа и скрытия от посторонних глаз. На вопрос, почему тогда присутствовал Выдров во время моего священного таинства, смотритель храма под Новосибирском не ответил, просто выкинув нас во двор поместья, используя свою силу.

— Здравствуйте, мальчики, — прямо перед нами появилась Тина, голос которой звучал со стороны, а не раздавался у меня в голове. Помня о предыдущем посещении лицевого мира, она была тепло одета, но даже под теплой шубкой из густого меха, она умудрялась выглядеть привлекательно. — Меня учит дочь общаться обычным для людей способом. Это неплохо помогает, — улыбнулась она, подходя к нам ещё ближе.

— Не ожидал тебя здесь увидеть, — честно признался я немного смутившейся от моего взгляда огнедемонше.

— Я прибыла по просьбе Андрея, — повернулась она к Шмелёву. — Мы со старейшинами узнали, как можно прервать связь между алтарём и этой тёмной сущностью. Дело было не в Косте, как мы с тобой думали ранее, а в мече, который он использовал для поглощения этой энергии.

— Меч повелителя огнедемонов, — проговорил я, вспоминая, как клинок буквально впитывал в себя фиолетовое пламя.

— Да. Нужен меч и маг огня высокого уровня, — кивнула она. — Надеюсь, он у тебя? — серьёзно спросила Тина, посмотрев на меня.

— Конечно, — я достал из хранилища меч и передал его выдохнувшему и заметно расслабившемуся Шмелёву. — Не потеряй, — предупредил я, сразу же замолкая под его взглядом, в котором промелькнула пара молний.

— Это ещё не всё. Я проникла на изнанку, где спрятался ваш демон, хоть ты и запретил мне туда лезть, — в очередной раз кротко улыбнулась она, обращаясь к Шмелёву. — С разрушением алтарей, тот мир начал очищаться. Он уже не наполнен той силой, которая вредила мне. Его армии практически не осталось. Эта сущность находится там, я его чувствовала, и он всё ещё силён. Так что, будьте осторожны.

С этими словами она сделала шаг назад и исчезла в яркой огненной вспышке.

— Я что-то пропустил? — задумчиво рассматривая оставшийся после Тины морозный туман, спросил я у дяди.

— Я зашёл в тупик и попросил помощи, — быстро ответил он, вытаскивая меч из ножен. — В своё время ты поступил точно так же.

— Нет, ну она все-таки очень красивая женщина, с огоньком, я бы сказал. А Марьяна знает? — полюбопытствовал я.

— Может, хватит? — скривился Шмелёв, резко загоняя клинок обратно в ножны с характерным звуком.

— Что Марьяна знает? — появившийся Пётр выглядел очень довольным. Сопровождающий его смотритель кивнул, подтверждая, что всё прошло успешно. Брат показал мне руку, на которой красовался перстень с изображением волка. — Можете меня поздравить, теперь я официально Пётр Волков. Решили с Серым Волком не играть с фамилией, дабы избежать неправильной трактовки. А Волковых, не относящихся к одному роду, в мире достаточно, чтобы никто не проводил аналогий.

— Надеюсь, теперь мой кармический долг выплачен, и все потусторонние сущности, злобные дядюшки и другие твари от меня отстанут, — тихо проговорил я, первым подходя к ожидающему нас автомобилю. Находиться в поместье Сапсановых и возле него было неприятно, возможно, из-за многочисленных гостей, всё ещё заполняющих этот дом и не желающих его покидать несмотря на разыгравшееся не так давно во дворе светопреставление. Я чувствовал направленные на меня взгляды из дома и едва поборол желание повернуться и помахать подглядывающим за нами любопытным родственникам моего деверя.

Доехали мы быстро и без приключений. Давыдов остался в поместье, недовольно напомнив нам то, что ему ещё предстоит заполнять многочисленные официальные бумаги, которые через неделю Петру передадут через ректорат академии, то есть, через Шмелёва. Ну так даже проще. Мои бумаги в своё время мне тоже он передавал. Во время пути Пётр ненадолго выпал из реальности, как я полагал, общаясь в это время со своим богом. Мы ему не мешали, проведя поездку в полной тишине.

Во дворе моего дома царила какая-то оживлённая суматоха. Я даже не сразу понял, что происходит и откуда рядом с моим особняком находится столько народа, тогда как ремонтные работы, не прекращающиеся ни на минуту и слышимые чуть ли не весь город, проводились с противоположной стороны.

Я остановился, разглядывая находившихся на огороженном периметре толпу девушек, которых было не менее двух десятков, подозревая, что меня ничего хорошего не ждёт. Отделившись от своих сестёр, ко мне вышла Кира, остальные в это время молча смотрели на меня немигающим взглядом. Неожиданно для меня, как и для всех остальных, вышедших смотреть на крыльцо это незапланированное представление, включая Валерию, девушка села на одно колено, приклонив голову. То же самое повторили и все остальные в полной тишине.

— Ваше сиятельство, — проговорила она, не поднимая головы. — Нам известно ваше решение относительно нас. Но мы обращаемся к вам снова с просьбой встать во главе нашего клана и использовать наши навыки и умения так, как вы посчитаете нужным для вас и вашего рода. Мы примем любые ваши условия, дадим любую клятву, дабы подтвердить наши искренние намерения. Благодаря вам, мы стали сильнее, ко многим из моих сестёр вернулись силы. Мы готовы встать с вами рядом для борьбы с тем, кого называют демоном Тени, ведь, только победив его, у нас появится будущее, и смогут появиться семьи, дети. Вы дали нам веру, а это порой единственное, что делает нас людьми. Ваше сиятельство, здесь присутствуют не все, только старейшины и сторожили клана, и мы просим вас от себя и от имени сестёр, которых сейчас перед вами нет, дать нам шанс на искупление и возможность служить вашему роду. — Она подняла голову, встречаясь со мной взглядом.

— Манул, дай мне сил, — протянул я, глядя на девчонок, которые явно не знали, что им следует делать, оставшись без своей пастушки и оказавшись на распутье в переломный момент.

— Карма, она такая, — прошептал Пётр мне на ухо. — Как ты там назвал свой клан в своё время? Теневой? Ну, клан Тени можно считать просто неудачным переводом с одного языка на другой. Суть, главное, не меняется.

— Заткнись, — прошипел я, лихорадочно соображая, что следует делать. Я бросил взгляд на Шмелёва, который был, мягко скажем, потрясён увиденным.

Протяжный скрип и грохот во всё ещё стоявшей тишине заставил содрогнуться и перевести взгляд на свой дом, полностью забыв о том, что происходит возле него. Та часть особняка, где велись работы, начала медленно рушиться. Крыша разломилась, а каменная кладка и доски начали осыпаться, полностью оголяя ту часть дома, где, по идее, должны были пристроить всего лишь одно небольшое крыло для прислуги. Разлом получился ровный, точно идущий по линии защитного барьера, удерживаемого Игнатом. Хорошо, хоть, в доме никого в этот момент не было. Все находились во дворе, включая самого призрака, выглядывающего из распахнутой настежь двери.

— Да я-то заткнусь, а вот карма, похоже, тебе открытым голосом говорит, что будет, если ты и дальше будешь отказываться от них. — Протянул Пётр, глядя, как оседает поднявшийся снег. — Ладно, пойду я, пока ты кого-нибудь не убил, например, меня, потому что я первый попался тебе с утра под руку. — Он сорвался с места и, протискиваясь сквозь сидевших на одном колене теней, побежал к рабочим, видимо, разбираться, что произошло.

— Что вы решили, ваше сиятельство? — словно ничего не случилось, спросила меня Кира, даже не повернувшись в сторону рушившегося дома.

— Андрей, — крикнул я Сапсанову, который стоял ближе всех к нам. — Как ты смотришь на то, чтобы выселить своих родственников из твоего поместья и отдать его на растерзание очень красивым и опасным девчонкам?

Глава 23

Я медленно спустился при помощи заклинания стихийного полёта, оставляя после себя огненный след, под удивлённый вздох сидевших неподалёку студенток первого курса. Сегодня шёл первый день турнира в академии, объявленный дядей несколько месяцев назад. Мы в процессе жеребьёвки, вместе с командой Павла Муравьева, выпускника боевого факультета, открывали это увлекательное мероприятие. Выглядело это, конечно, подозрительно, ведь мы были единственной группой, не имеющей в своём составе ни одного старшекурсника. Состязаться первыми для нас было не самым лучшим раскладом, с учётом недостаточной по сравнению с остальными подготовки. Но Ежов заверил меня, что никакой подтасовки не было, поэтому не верить Егору, у меня повода не было. Примирившись с подобным раскладом, я теперь внимательно наблюдал с площадки на верхнем ярусе за поединками моей группы, отмечая все нюансы и ошибки, которые они совершали. К сожалению, истинным зрением я воспользоваться не мог. Слишком ярко сиял защитный купол, ослепляя меня, отчего мне было практически невозможно разглядеть, что творится за ним на арене. Ступив на твёрдую площадку, я подошёл к ребятам.

— Костя, это моя вина, — сокрушённо покачал головой Олег. — Я не смог вовремя среагировать и подставился. — Пётр отошёл от него, устранив повреждения, которые парень получил во время боя: остановил кровь, текущую из разбитой брови, и убрал глубокий порез, идущий через всю правую щеку.

— Нет, просто ваши соперники были сильнее и опытнее. Не забывай, что, кроме Соболевского, все остальные — выпускники академии, которые и по уровню, и по знаниям выше вас, — ровно проговорил я, глядя на меняющиеся цифры на табло.

Счёт вёлся до трёх побед. Сначала шли одиночные соревнования. В первом же поединке Пётр смог меня удивить и проиграть капитану команды противника. Что произошло ни он, ни я сказать не могли. На него словно напал какой-то секундный ступор, во время которого он пропустил мощный удар водяным копьём, пробивший его щит и пронзивший плечо. Это явно было не характерно для него. Но магов разума в команде противника не было, поэтому произошедшее осталось для нас загадкой. Бой тут же остановили, и победу присудили нашим противникам. Но вот, Валерии потребовалось всего двадцать секунд, чтобы выбить с арены своего соперника. Мне показалось, что парень, который с самодовольной ухмылкой вышел против первокурсницы, даже не понял, что произошло. Да это и понятно, преобразованную в стрелу марионетку очень сложно заметить магу другой направленности.

Сейчас начались парные состязания. Диана с Олегом выглядели достойно, но после затяжного сражения всё же уступили.

— Константин прав, — кивнул стоявший рядом с нами Виктор Зыков, который числился нашим официальным тренером на этом турнире. В принципе, он действительно являлся одним из наставников, занимающихся нашей подготовкой. Тренировки под его усилением и подавлением нашей магии давали ощутимый эффект, гораздо больший, нежели, когда мы занимались без этих качелей. Теперь было понятно, каким образом молодые сотрудники службы безопасности у Выдрова достигали таких выдающихся результатов в своём магическом развитии за такое короткое время. — Но у вас были все шансы победить. Не нужно жалеть своего противника, Диана, это в первую очередь касается тебя. За поединками наблюдают все преподаватели академии, не считая дополнительно приглашённых целителей. Поэтому не нужно сдерживаться и работать в полсилы.

— Они вышли вперёд, и теперь у нас нет больше права на ошибку, — прошипел Пётр. Я видел, что поражение довольно сильно ударило по его самолюбию, и теперь он пытался найти выход из ситуации, в которую сам нас всех загнал.

— Так,может, мне уже дадут возможность размяться? — тихо поинтересовался я, встретившись с Зыковом взглядом. — Это немного портит репутацию, когда капитан отсиживается за спинами своих товарищей.

— Тогда всё потеряет смысл, — хмыкнул он. — Шмелёву, как ректору академии, нужно не только выбрать победителя, но и посмотреть, что из себя представляют его воспитанники. В свою очередь, мне нужно найти изъяны в ваших действиях и закрыть их на ближайших тренировках. А их, поверь, оказалось чересчур много. Поэтому извини, но ты останешься в тени, выступив в командном состязании всей пятёрки, если вы сможете сейчас сравнить счёт.

Я ничего не ответил, прекрасно все понимая. Как такого опыта ни у кого из ребят не было, поэтому нужно было обкатывать их в условиях реального боя. Но вылететь в самом начале турнира было довольно унизительно для меня, несмотря на то, что на него мне было абсолютно плевать. Передав записку с именами участников следующего боя секретарю, я сделал шаг назад вместе с остальными, когда начало формироваться защитное поле.

— Валерия Манулова и Пётр Волков, — прогромыхал голос Утконосовой над ареной, вызывая следующих участников. Ребята кивнули и вышли в центр, где встали напротив своих соперников. — Антон Душицин и Евгений Соболевский, — представила она.

— Странно, — проговорила Диана, внимательно наблюдая за действиями людей на арене. — У Муравьева сейчас есть все шансы закончить первый этап турнира, но он выставил самых слабых своих участников. Валерия и в одиночном турнире Душицина выбила с одного удара, не говоря уже о Соболевском, который на голову слабее своих товарищей по команде.

Я задумался над её словами, но причину такого поступка назвать не смог. Возможно, у Муравьева есть какой-то козырь, который он готов раскрыть именно сейчас. Я посмотрел на циферблат, зависший в воздухе между соревнующимися, и взлетел вверх, вставая на свою площадку для наблюдения.

— Тяжело, наверное, выполнять роль статиста, когда твоя команда на грани поражения, — я покосился в сторону Шмелёва, который тихо подошёл ко мне и встал рядом. Он смотрел вниз, заложив руки за спину.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я. До боя осталось не больше пары минут. Валерия и Пётр выглядели решительными и довольно озлобленными, это было видно даже с далёкого расстояния.

— Я ректор этой академии и обязан присутствовать на подобных мероприятиях. Хотя бы частично, — поморщился он, не сводя взгляда с арены. — Как твой дом? Разобрались, что привело к его обрушению?

— Да, Игнат, который снял с крыла не только защитный блок, но и все остальные заклинания, используемые при строительстве особняка, — усмехнулся я. — Что с алтарями?

— Прошло всего два дня, — недовольно проговорил он, покосившись на меня. — Два смогли дезактивировать, ещё с двумя небольшие проблемы. При разрушении, высвобождается огромное количество энергии, которая действует на манер взрывной волны, разрушая всё в радиусе нескольких километров. Нужно эвакуировать ближайшие поселения и наложить защитные экраны, только тогда можно приступать к их уничтожению. С третьим алтарём сейчас работают. Останется тот, что расположен рядом с домом Серолаповых. Что с кланом тени?

— Прошло всего два дня, — повторил я слова дяди. — Расположили их в правом крыле поместья Сапсановых. Теперь с удовольствием наблюдаем картину, как нахлебники Андрея массового разбегаются подальше от дома, а те, кто остались, пытаются надавить авторитетом и выжить уже самих теней из поместья.

— Я слышал, что ты принял их в слуги рода. Ты же понимаешь, что теперь будешь находиться под пристальным наблюдением всевозможных служб безопасности и не только их? — поинтересовался он, не скрывая любопытства в голосе.

— Это всего лишь хорошо обученные боевые маги, а наёмными убийцами их сделали как раз всевозможные службы безопасности и высший дух, ими руководивший, — пожал я плечами. Прозвучал громкий звук, сигнализирующий о начале поединка. — Не понимаю этого ажиотажа вокруг клана. Если мне кто-то скажет, что все графы и князья чисты, и у них нет своей, если не армии, то подобных групп для выполнения не совсем законных делишек, я лично плюну тому в лицо. Даже у Сапсанова она есть, и тебе об этом известно. — Шмелёв хмыкнул, только подтверждая мои слова. — Мне давно уже пора делать свой род сильнее, как и своего бога. Кстати, изначально я был против подобного, но Манул был довольно убедителен, аргументируя своё решение. По крайней мере, девочки будут находиться под пристальным вниманием периодически скучающего кота. Приняли мы, кстати, не всех, только верхушку клана, и они будут лично отвечать за действия своих подопечных, отвечая за их косяки собственными жизнями. Они согласились даже на это. — Я передёрнулся, вспоминая, как мы до хрипоты орали с Манулом друг на друга, стараясь доказать, почему каждый из нас был прав. Но как оказалось, с богом особо не поспоришь, особенно когда он в любой момент может в прямом смысле заткнуть тебе рот, лишая возможности говорить.

— Она же его не убьёт? — неожиданно спросил Шмелёв нахмурившись. Он хотел, было, сделать шаг вперёд, чтобы спустить вниз с платформы, но остановился, с зажёгшимся интересом глядя на то, что происходило на арене.

Ничего не значимый обмен простенькими ударами только что завершился, и мои пошли уже в настоящую атаку. Ледяной вихрь за несколько секунд заковал в лёд представителей команды Муравьева, не давая им двинуться с места. Этот манёвр, по факту, только обездвижил их, никак не повлияв на их способности. Ледяная капсула уже трещала, готовая распасться и выпустить заключённых в неё на свободу. Но Валерия не мешкала. Она сделала несколько шагов вперёд и, крутанувшись на месте, свела руки перед собой, давая команду появившимся на несколько мгновений марионеткам объединиться, формируя тень за своей спиной.

— Не уверен. Подобным приёмом я убил Сапсанова, — протянул я, стараясь понять, сколько силы она вливает в стрелу, которую огромная тень вложила в лук и навела в сторону замерших противников.

— Стоп. — Голос Шмелёва пролетел над ареной. — Бой окончен. Победа за командой Манулова. — Тень распалась под вздох облегчения студентов на трибуне. Похоже, эта демонстрация силы смогла напугать многих. Вопросов о том, почему победа была отдана моей команде, ни у кого не возникло. — Поговори со своей женой. Если хочет кого-нибудь убить, пусть делает это не на глазах у всех.

— Если бы хотела убить, вместо лука она бы вложила в руки тени меч, — фыркнул я, спускаясь вниз, как только защитный купол сняли, давая возможность выйти участникам.

— Счёт в поединках команд сравнялся, — противный голос Утконосовой даже не дал возможности провести вдумчивую беседу с Валерией, которая явно была взвинчена и плохо контролировала свои эмоции. По крайней мере, яркий цвет её глаз говорил именно об этом. — Решающий бой, согласно правилам, будет проходить в формате пять на пять.

— Извините, я могу внести одно предложение? — в центр арены вышел Муравьев, который, обратившись к Утконосовой, повернулся в мою сторону. — Согласно тем же правилам, которые едины для всех академий, участвующих в турнире, я могу предложить капитану команды соперника сойтись в решающем бою один на один. — Улыбнулся он, не сводя с меня взгляда. Его направленный на меня негатив, я объяснить не мог. Насколько мне было известно, ни с ним, ни с его родственниками мне встречаться не приходилось. За исключением его младшего брата, учившегося со мной на одном курсе. Станислав Муравьев был, пожалуй, одним из немногих, с кем довольно тесно общался Пётр, узнав, какими навыками он обладает в артефакторике.

— Всё верно. Константин Григорьевич, вы принимаете предложение вашего соперника? — кивнула женщина и тоже повернулась в мою сторону.

— В принципе, это в чём-то даже неплохо, — почесал подбородок Зыков. — Олег ещё не пришёл в себя после удара. Вчетвером вы мало что сможете сделать, потому что явно капитан их команды будет оттягивать тебя на себя, а Диане с Петром придётся больше времени уделять защите Олега.

— Зачем тебе это? — спросил я, выходя в круг, думая точно так же, как и Виктор. Нужно немного расшевелить Муравьева, может, он скажет истинную причину такого невыгодного для себя поступка. — Набрав в команду некоторых заведомо слабых участников, боишься проиграть. Думаешь, у тебя больше шансов выиграть бой против меня? — спросил я в воцарившейся тишине. Все зрители следили за дальнейшим развитием событий, боясь пропустить хотя бы малейшую деталь.

— Хочу посмотреть, на что ты способен, Манулов, — усмехнулся он. — Правдивы вы ли разговоры о твоих уникальных навыках и способностях. Пока я только видел, как ты прячешься за своими товарищами, не высовывая носа на арену.

— А, может, таким образом я хочу дать тебе и твоим дружкам хотя бы видимость шанса на победу? — я прекрасно понимал, что он пытается вывести меня из себя, как и я его. Стало даже любопытно.

— Не слишком ли самоуверенно? — вскинулся он. — Я хотел с тобой встретиться лицом к лицу, именно поэтому я специально проиграл прошлый бой, выставив не самых лучших своих бойцов. Если ты откажешься, даже в традиционном формате у тебя не будет возможности помогать своей команде. Ты будешь биться только со мной и подставишь под удар всех остальных.

— Ваше решение? — повторила Утконосова, прерывая нашу небольшую словесную перепалку.

— Опускайте купол, — не поворачивая головы в её сторону, произнёс я, не сводя взгляда с Муравьева.

Утконосова вышла за пределы защитного поля, оставив нас одних и вывесив циферблат между нами. Мой соперник сделал несколько шагов в мою сторону, остановившись на разделительной черте, переступать которую вне поединка категорически запрещалось.

— Ты, наверное, гадаешь, что побудило меня сделать это? — тихо спросил он у меня, хотя мог бы говорить в полный голос. За защитным барьером не было слышно ни единого звука. — Месть. Обычная месть, которая пьянит и не оставляет никаких шансов на нормальное существование.

— Ты меня ни с кем не спутал? — прищурился я.

— Нет. Ты убил всех, кто был мне дорог. Всю мою семью, представив их как врагов империи. Я остался один и из-за тебя лишился всего, титула, наследства, уважения. Мне даже пришлось сменить город и взять фамилию матери, потеряв благословения бога, которого я чтил всю свою сознательную жизнь. Ты лишил меня всего. И сегодня пришло время, чтобы расплатиться по долгам, — сейчас он был похож на сумасшедшего. Губы были искривлены в злобной усмешке, глаза лихорадочно блестели, а на щеках появился румянец. Его немного потряхивало, и я совершенно не понимал, что он хотел мне противопоставить в таком состоянии.

— Подожди, — немного опешил я от подобного заявления. — С тобой всё в порядке? Ты живёшь в Норильске с самого рождения, насколько мне известно, и у тебя есть младший брат, который сидит сейчас на трибуне. — Часы отсчитывали последнюю минуту до начала боя, но мне он уже был неинтересен. Что-то происходило с парнем, и это сильно настораживало. После моих слов он как-то неуверенно перевёл взгляд в сторону, пытаясь что-то разглядеть за прозрачным куполом. По его телу прошла дрожь, но он быстро взял себя в руки, вновь поворачиваясь ко мне.

— Это не важно. Уже не важно. Мне всего лишь нужно было время. — Из его ушей и носа потекла кровь. Невзирая на боль в глазах, я активировал истинное зрение, концентрируя внимание на парне, стоявшим напротив меня. Чёрные, липкие нити расползлись в его голове, полностью обволакивая его мозг, местами проникая внутрь. Он явно пытался сбросить с себя это стороннее влияние, но в местах разрыва этой сети, тут же появлялись новые нити, которые вонзались в не защищённый от них мозг. Твою мать. Внезапно появившееся ощущение опасности появилось в груди с такой силой, что сердце сжалось, вызывая дикую острую боль.

Я резко сделал шаг назад под громкий звук, говоривший о начале боя. Быстро вскинув руку вверх и послав в воздух небольшой огненный шар, я сигнализировал о том, что прерываю поединок и мне срочно нужна была помощь. Защитная сеть заклинаний начала рябить, говоря о том, что барьер отключают. Муравьев вытащил руку из кармана штанов, которую держал там всё это время и разжал кулак, высыпая на пол находившийся в ладони песок. Печать оглушения тут же полетела в сторону парня, а я метнулся к нему, чтобы не дать возможности сделать то, что ему внушили. Воздушная невидимая волна силы ударила по нему, но даже не сдвинула с места. Толстая земляная корка приняла удар на себя и осыпалась сухой землёй, оседая к его ногам. Нити магии тени плотно обвили его тело, а я повалил его на пол, накладывая печать обездвиживания. Всё это заняло немногим больше секунды, даже купол ещё не до конца опустился. Но этого не хватило. Слишком поздно я сообразил, что происходит.

Под оглушительный звон меня откинуло от Муравьева, перевернув несколько раз в воздухе, и словно под колоссальным давлением припечатало в пол в нескольких метрах от него. И тут я почувствовал, что все пространство вокруг меня стало тягучим и плотным, даже воздух стал плотным и неприятно холодил разгорячённую кожу. Я с усилием поднялся на колени, глядя, как всё вокруг замедляет свой ход. Сердце замедлило свой ритм, время на магическом циферблате, отсчитывающим продолжительность поединка, остановилось. Это было похоже на какую-то временную ловушку, и я, впервые столкнувшись с подобным, не знал, как из неё выбраться. Несмотря на всё это, сознание оставалось ясным, а мысли в моей голове метались со скоростью звука. Магия тени, переливаясь яркими фиолетовыми потоками, вырвалась из тела, окружая меня завесой, в которой я мог хоть немного двигаться. Я поднялся на ноги, но не успел сделать ни единого шага.

Огромная молния ударила сверху в центр огороженного поля прямо передо мной, разрывая исходящей из неё энергии само пространство, из которого вышел человек в чёрном балахоне с закрытым лицом капюшоне. Это был тот самый последователь демона, которого я видел на изнанке рядом с ним. Остановившись передо мной, он наклонил слегка голову набок. Я не видел его лица, но от пристально направленного на меня взгляда тело будто пробил электрический разряд, развеивающий окружающую меня магию тени и заставляя снова упасть на колени безвольной куклой. Он отвернулся и сделал несколько шагов в сторону, скрываясь из поля моего зрения. Через несколько мгновений время неожиданно вернуло свой естественный ход, и раздался оглушительный взрыв. Сверху, пробивая все этажи здания, начали обрушиваться молнии, хаотично ударяющие в пол. Взрывной волной меня в очередной раз подбросило вверх, но ничего сделать я не успел. Одна из молний ударила в меня, пробивая несколько огненных щитов, проходя через всё тело. Разряд достиг моего мозга, и моё сознание просто отключилось, не выдерживая с запозданием возникшей боли.

Глава 24

— Ты слышишь меня? Костя! — я открыл глаза, пытаясь сфокусироваться на человеке, нависающим надо мной. В глазах двоилось, а в ушах стоял звон, через который было плохо слышно говорившего. Тело свело судорогой, и я застонал, пытаясь подняться. Пётр тряс меня за плечи, обеспокоенно заглядывая в лицо. Убедившись, что я вроде пришёл в себя, он немного отстранился, помогая мне подняться. — Наконец-то, — выдохнул он. — По предварительной оценке, ты полностью цел, только был оглушён, поэтому тебя оставили пока в покое.

Я тряхнул головой, прогоняя шум, оглядываясь по сторонам. Вокруг царила полная разруха. По полу в центре арены шли многочисленные трещины, потолка не было, как и на верхних этажах. Через огромную дыру вдалеке, как через туннель, можно было разглядеть вечернее зимнее небо. Несколько верхних ярусов обвалились, накрывая камнями места на нижних этажах. Спасатели оперативно разбирали завалы, извлекая из-под обломков студентов, которые не были в состоянии сами выбраться на поверхность, передавая их тут же дежурившим лекарям. Глухота неожиданно прошла, а в мозг ворвались громкие крики и голоса. Я увидел недалеко от себя лежащее полностью обожжённое тело, и только небольшие фиолетовые искры вокруг него дали понять, что это был Муравьёв, которого использовал демон и его прислужник, чтобы пробраться сюда.

— Это он. Демон Тени, я успел его разглядеть, — быстро проговорил я, обводя взглядом зал. Почти всех своих ребят я нашёл за работой. Они вместе с остальными уцелевшими помогали раненным. — Лера… — её я не увидел. Вскочив на ноги, я лихорадочно начал думать, что делать, теперь полностью понимая, что произошло.

— Мы её не нашли. Она стояла рядом со мной, а потом в одночасье исчезла. И раздался взрыв, — тихо проговорил Пётр, отводя взгляд и хватая меня за руку. — Вот, нашёл это на полу рядом со мной. — Он передал мне обручальное кольцо моей жены, внутренняя часть которого была окровавлена, словно его с силой сдирали у неё с пальца. Переведя взгляд на свою руку, своего я не увидел. Оно спало, когда потеряло связь со своей парой.

— Лера у него, — проговорил я, сжимая кольцо в ладони. — Где Шмелёв?

— Мы не видели его. Ты куда? Да стой же! — я вырвался из его захвата и, протискиваясь через руины, оставшиеся от арены для поединков, пробрался к выходу из зала, где столкнулся с Зыковым, координирующим вместе с ещё несколькими преподавателями эвакуацию и транспортировку.

— Как обстоят дела? — обратил я на себя его внимание. Он резко повернулся на мой голос и с облегчением выдохнул.

— Хорошо, что ты очнулся, — грустно улыбнулся он. — Повезло, что купол с арены не до конца спал. Пострадавших, конечно, много, но никого нет в тяжёлом состоянии. Как и смертельных исходов, кроме Муравьева. Некоторых студентов, правда, пока не нашли, но, как говорят маги смерти, для них работы в зале нет.

— Где Шмелёв? — я отстранённо слушал, что он говорит, отметив только, что из-за меня и моего конфликта с высшим духом, практически никто не пострадал.

— Я не знаю. — Зыков пожал плечами. — Никто его не видел после случившегося. Но этот взрыв магу его уровня не мог причинить вреда, поэтому под завалами его точно нет.

— Ясно, — коротко ответил я, развернувшись и быстрым шагом направляясь на выход из академии. Нужно как можно быстрее найти демона, пока с Валерией ничего не случилось. Думать о том, что могло быть уже поздно, я не хотел.

Возле ворот учебного заведения было столпотворение. Обеспокоенные родители, родственники и просто любопытствующие граждане пытались пробиться через огороженный периметр, чтобы узнать, что происходит. Прибывали одна за одной машины с военными и спецслужбами, периодически отъезжали автомобили с медиками. Половина форта была разрушена. Было непонятно, как взрывная волна достигла лицевого мира, выйдя с нулевого уровня. Скорее всего, снаружи происходило что-то ещё, о чём мы даже не догадывались. Я вышел на парковку, где всегда ждал нас автомобиль с водителем, и сел в машину, не дожидаясь, пока передо мной откроют дверь.

— В поместье Сапсановых, быстро, — коротко бросил я, обеспокоенно смотревшему на меня мужчине.

Путь занял гораздо больше времени, чем рассчитывал, из-за образовавшихся заторов на дорогах, но я хотя бы в тихой обстановке наметил план действий.

— Кира! — позвал я тень, как только зашёл в поместье и, не останавливаясь, побежал по лестнице в кабинет Андрея, где мне никто не будет мешать. Вошедшая следом за мной девушка поклонилась и вопросительно на меня посмотрела, не решаясь говорить первой. — Есть какие-нибудь новости из Роттердама? — если дипломаты не могли решить этот вопрос, то пришлось подключиться мне, благо появившиеся ресурсы это позволяли сделать. Я приказал найти барона Эфийского и доставить сюда, не прибегая к насилию, чтобы не привлечь внимание, но сейчас не было времени церемониться, и последствия вмешательства на данный момент меня совершенно не интересовали.

— Мои люди в Голландии вышли на него, и насколько мне известно, по последним данным, он находится у них, ожидая время отправки, — серьёзно произнесла она. Я в своё время удивился той паутине, которую сплела Черновдовина по всему миру, привлекая к работе на клан не только магов тени, но разбираться в ней решил позже, когда официально решу все вопросы с кланом.

— У него есть один предмет, который мне необходим, — коротко пояснил я. — Это кинжал. Он хранится в шкатулке из белого камня с защитными знаками. В центре символ льда. Сейчас барон мне не нужен, только кинжал.

— Сроки доставки? — уточнила она задумавшись.

— Вчера. — Девушка не удивилась, только сосредоточенно кивнула и развернулась, направляясь к выходу. — Кира. Работайте по обстоятельствам, от этого предмета зависит жизнь Валерии. — Она пристально на меня посмотрела и вышла, плотно закрыв двери. — Мне нужна помощь, — воззвал я к Манулу, избегая церемоний и восхвалений, который он любил слушать в свою честь.

— Я не могу помочь, — голос звучал в голове гулко. Он знал обо всём и даже не спрашивал, что именно мне от него нужно. — И не чувствую её. Валерия скрыта от меня, — раздосадовано и злобно проговорил он. — Но я пытаюсь найти способ с ней связаться. Если что-то получится, то сразу тебе сообщу.

Гадство, а я рассчитывал на его помощь и планировал вылазку даже без кинжала, просто чтобы попытаться вытащить свою жену из лап этой сущности. Притронувшись рукой к груди, я напитал своего фамильяра небольшим количеством энергии, передавая через него сообщение Тине. Она точно должна знать, где расположено его логово.

Прошло около тридцати минут, прежде чем передо мной начало проявляться сгущение воздуха, и вперёд вышла огнедемонша. Она была одета в лёгкое платье, волосы на голове были растрёпаны, глаза горели неестественным огнём. Прямо через всю её щеку шёл глубокий свежий порез, из которого вытекала тонкой струйкой чёрная кровь.

Я вскочил на ноги, ловя оседающую на пол девушку и не давая упасть. Притронувшись к её ране, я направил поток магии жизни. На удивление, несмотря на её сущность, тело хорошо откликнулось на лечение, и спустя несколько минут она открыла глаза.

— Что случилось? — спросил я у неё, выпуская из рук, давая при этом возможность сесть. Она провела рукой по лицу, удивлённо вскинувшись и с благодарностью на меня посмотрев.

— Я попала в засаду, вытаскивая Андрея из ловушки, — прошептала она.

— Шмелёва? — нахмурился я, вставая на ноги и садясь за стол.

— Да. Я знаю, что с вами произошло. Он мне сказал, — кивнула Тина. — Андрей очень сильный маг и смог разорвать временную петлю, в которую вы попали за мгновение до взрыва. Ему хватило времени, чтобы уцепиться за остаточный след прислужника демона и переместиться через ту же точку вслед за ним. Но он попал в пространственную ловушку, застряв между мирами. Всё же такой способ перемещения не совсем естественный для человека. Чудо, что он вообще остался жив. Тогда он смог позвать меня, — улыбнулась она и тряхнула головой. — Я его вытащила, а сама перешла в тот мир, чтобы отыскать твою жену. Но эта сущность была готова к подобному. Место, где он обитает и где находится наибольшая концентрация отравляющей магии, окружено плотным барьером, через который невозможно пробиться ничему живому. Там на меня напали созданные им твари. Если бы не ты и не твой призыв, я бы не смогла очнуться и выбраться сюда.

— А Валерия? — осторожно спросил я у неё.

— Не знаю. Я чувствовала её едва уловимое присутствие внутри этого барьера, — покачала она головой. — Прости, я не могу больше ничего сделать.

— Можешь, — уверенно произнёс я, глядя ей в глаза. — Перенеси меня в этот мир. Только ты знаешь, где он находится и как туда попасть. С барьером я сам разберусь.

— Не разберёшься, — уставший голос Шмелёва заставил меня обернуться. Выглядел он не лучшим образом. Все его тело было испещрено мелкими порезами, а одежда превратилась в лоскуты. — Этот барьер подпитывают алтари, и пока хотя бы один функционирует, его не сломать.

— Так уберите их. Всё, что для этого нужно, у тебя есть, — раздражённо проговорил я. Тина тихо встала и юркнула за дверь, выходя в коридор и оставляя нас одних. Дядя зашёл внутрь и закрыл за собой дверь.

— На это нужно время, — тихо проговорил он. — Я понимаю, что ты чувствуешь, но не нужно нестись неподготовленным сломя голову в самое пекло. Ты только погибнешь, ничего не добившись.

— У нас нет времени, — прикрыл я глаза, стараясь унять гнев.

— Я знаю, — сказал он, подходя к столу и садясь напротив меня. — Все люди из имперской службы, которых отправили охранять вас — мертвы. У меня пропали трое. Я не знаю, кто этот человек, устроивший всё это, но его мощь просто невообразима. Мне за него удалось зацепиться только по одной причине: он обладает тем же даром что и я. Так что, помимо демона тени, у нас есть его прислужник, который ничуть не слабее него самого.

Обдумывая всё, я постукивал пальцами по столу. Мне нужно было взять себя в руки и перестать думать о Валерии. Есть цель, которую нужно уничтожить, всё остальное должно отойти на второй план. Закрыв глаза, мне кое-как удалось сконцентрироваться и успокоиться. Дядя прав, в данном случае эмоции только мешают, но взять их под полный контроль всё же не получалось. На смену тревоге пришла злость. Даже если я разрушу алтарь и смогу проникнуть на изнанку, то без оружия, способного убить высшего духа, там действительно будет нечего делать. Даже Леру без помощи Тины будет не вытащить при живом демоне, который сотрёт огнедемона в порошок. Про мага, охраняющего своего господина, как цепная собачка, вообще ничего толком не известно.

— И что ты предлагаешь? — спросил я, выводя Шмелёва из какой-то прострации. С момента взрыва прошло больше часа, и шансы на успех с каждой минутой ускользали. Как бы мне ни хотелось сделать всё самому, больше не полагаясь на третьих лиц, но он был моим единственным союзником, на которого я действительно мог положиться.

— Думаю, нужно действовать по обстоятельствам. Мага молний мне придётся брать на себя. Как-никак причинить мне вред родственной стихией будет затруднительно. На тебе демон Тени. Я знаю, что тебе известен способ, как его уничтожить. Выдров на это намекнул. Я попробую собрать небольшую группу, кто готов рискнуть из тех, кому доверяю, и кто действительно может помочь, — медленно, обдумывая каждое слово, проговорил он.

— Ваше сиятельство, — в кабинет, постучавшись, вошла Кира, держа в руках мобилет. — Новости из Роттердама. Объект готов заключить сделку. Он без проблем отдаст то, что вы требуете, в обмен на свободу и прекращение преследования с возможностью вернуться в империю.

— Отпустите его, и пусть валит куда хочет, у меня нет сейчас времени и желания на долгие уговоры. Но только предупредите, если о том, что с ним случилось, узнает какая-либо третья сторона или он подсунет мне подделку, его смерть будет медленной и мучительной, — ответил я ей, поворачиваясь в сторону Шмелёва, который, усмехнувшись, смотрел пристально на меня. — Когда вы его доставите? — уточнил я после того, как девушка передала мои слова.

— Вчера, — мягко улыбнулась она. — Если он не обманет, то минут через двадцать предмет будет у вас. Доставлять вещи гораздо проще и быстрее, чем людей.

— Благодарю, — кивнул я. — Что? — повернулся я к Шмелёву, который всё ещё не отводил от меня взгляда.

— И ты его действительно отпустишь? — уточнил он, поднимаясь на ноги.

— Возможно. Но службе безопасности этого знать не нужно, — отрезал я, открывая хранилище и извлекая из него все шкатулки и два кинжала в ножках, добытых на изнанке. Интересно, как собирается этот конструктор?

— Встретимся возле дома твоих родителей через час, — отвлёк он меня от созерцания клинков и положил свиток перемещения на стол. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Эфийский не обманул. Кинжал, который он передал, был подлинным. Ледяная аура, окутывающая его лезвие, была настолько сильной, что в кабинете стало градусов на пять холоднее. Действуя больше по наитию, я открыл все шкатулки и выложил клинки рядом друг с другом в центре комнаты. Они переливались разными цветами, а всплески ауры становились всё интенсивнее. Молнии, сгустки пламени, свист ветра, всё это бушевало в пределах кабинета, вплетаясь в водоворот, в центре которого находился я и все собранные мною кинжалы. Когда чёрный дым, отделившийся от клинка смерти, переплёлся с зелёным светом от кинжала жизни, все части клинка стихий пришли в движение, поднимаясь вверх, кружась в собственном вихре и постепенно ускоряясь настолько, что уже невозможно было разглядеть предметы. Неожиданно наступившая тишина заставила вздрогнуть. Поднятые вверх предметы, которых в помещении осталось не так уж и много после переезда Андрея в мой особняк начали беспорядочно падать вниз. Но мой взгляд был прикован к чёрному кинжалу, висевшему в воздухе прямо в центре кабинета. По всей его длине начиная от рукояти заканчивая лезвием, безостановочно пробегали разноцветные всполохи.

Я медленно подошёл к нему и протянул руку, перехватывая его за рукоять. Чувства могущества, которое описывал в своём дневнике Манулов, не было. Я ощущал, как он пытается воздействовать на меня, но все эти попытки мне без проблем удавалось подавить. Возможно, работать с ним мне будет куда проще, чем остальным счастливчикам до меня. Метнув его в сторону, я без труда переместился к нему, вспоминая уже забытые при этом действии ощущения.

Вложив его в ножны, которые остались от кинжала огня, и в которые он вошёл без какого-либо сопротивления, я подошёл к столу и разорвал свиток.

Оказавшись на крыльце дома, в котором когда-то нашёл старика Манулова, я огляделся. Всё пространство во дворе было перерыто, а в центре глубокой ямы располагался алтарь, точная копия того, что был в Норильске. Только пламя горело в десятки раз ярче.

Меня уже ждали. Я спустился вниз, приветствуя Совинского, в руках которого находился меч огнедемона, Зыкова и самого Шмелёва. Тину, укутанную в несколько шкур, я едва узнал и был рад, что она согласилась нам помочь.

— Вокруг пока чисто. Сиротский дом эвакуирован, так что, всё готово. Я никому не докладывал, чтобы не лезли и не мешали, даже если меня после такого самоуправства ждёт трибунал. — Сказал Шмелёв, глядя на меня. — Я предлагаю следующий план: Николай, как маг огня, займётся алтарём, мы с тобой и Зыковым в тот момент, когда огонь погаснет, перенесёмся на изнанку. Я займусь прислужником демона, а ты им самим. Под усилением от настолько сильного мага поддержки, думаю, справимся, — пояснил он, кивая в сторону Виктора.

— План хороший, но я, пожалуй, внесу свои коррективы, — холодный безэмоциональный голос разнёсся по двору, сопровождающийся раскатом грома в ночном небе. Из леса вышла тёмная фигура, в которой я узнал того самого мага, явившегося на турнир в академии. Он медленно подошёл к нам и рассмеялся. — Ну и живучие же вы. Наверное, это неприятная особенность всей вашей родни.

— Где моя жена? — спросил я, выходя к нему навстречу.

— О, не переживай. Она жива. У повелителя на неё свои планы. Правда, пришлось внести некоторые корректировки по времени появления его в этом ничтожном мире, но это того стоит, — я выдохнул, ощущая, как груз неизвестности сваливается с моих плеч. Ему не было повода мне лгать. Зачем, если он пришёл нас убить и помешать нашим планам.

— Кто ты такой? — спросил Шмелёв, также делая шаг вперёд. Краем глаза я заметил, как Совинский приблизился к карьеру и растворился в темноте.

— Я даже удивлён, что ты не догадался. Даже я почувствовал сходство нашей с тобой магии, — он сбросил капюшон, приближаясь к нам, выходя на свет от стоявших на земле светильников. Лицо мужчины было обезображено глубокими старыми рваными шрамами и ожогами. Красные огоньки глаз смотрелись зловеще, а ухмылка отталкивала, давая понять, что ничего хорошего нас не ждёт.

— Отец? — прошептал Шмелёв, округлив глаза и опуская руки, которые держал сложенными на груди. — Нет, этого не может быть. Ведь ты…

— Да, в тот роковой день я действительно чуть не умер, но по случайности меня занесло в открытое окно прорыва, когда я отбивался от скорпиниды. А потом ещё один прорыв и ещё, пока мое практически бездыханное тело не закинуло в бездну, в мир-тюрьму для одной только сущности. Он смог спасти меня и сделать сильнее. А вот ты, мой единственный сын, на которого я надеялся многие годы, даже не пытался меня найти. Думал, ты сможешь догадаться, что произошло, ведь тело-то не нашли, — прищурился он, призывая в руки плеть, от которой в разные стороны расходились молнии. — Я долго скрывался, даже месть, клокочущая во мне, не могла заставить меня выбраться в лицевой мир. Хорошо, что однажды, мне в руки попался умный, бесхребетный мальчишка, которого я наставил на истинный путь и смог убедить его руками уничтожить свой собственный род, причинивший мне столько страданий.

— Так Глеб Сапсанов — это твоё изобретение? — поморщился Шмелёв, отходя постепенно от шока.

— А чьё же ещё, — рассмеялся, как я понимаю, мой дед. Ну или его жалкая пародия. — Как и ритуалы, способные привести к прорывам, и многое другое. Я не хотел тебя трогать, всё же, что-то человеческое во мне смогло остаться после долгих лет под пытками самой бездны. Но ты постоянно путаешься под ногами и мешаешь нашим с повелителем планам.

Он ударил своим хлыстом, отчего я почувствовал содрогнувшуюся под ногами землю и отшатнулся, доставая клинок из ножен. Он ярко светился, озаряя пространство вокруг меня. Если им можно убить такую сущность, как демон тени, то человека, хоть и сильного мага, и подавно. Энергетическая волна, сформировавшаяся немного в отдалении от нас, обрушилась на землю и пошла мощной волной во все стороны, не замечая деревьев на своём пути, образующие небольшой лесок. Столб фиолетового света ударил из-под земли, распространяясь по тёмному небу, закрывая собой ярко светившиеся до этого звёзды.

— У тебя нет времени на это сражение, отправляйтесь на изнанку! — рявкнул Шмелёв, вскидывая руку в моём направлении и откидывая меня волной голой силы прямо к Тине, стоявшей поодаль от нас. — А его предоставь нам.

— Я подниму твой уровень до начала девятого, но у тебя будет всего пятнадцать минут, — проговорил Зыков, схватив меня за руку, через которую прошла тёплая волна, уже привычно концентрируясь в источнике. Он разжал мою руку и сделал несколько шагов назад, присоединяясь к своим товарищам, готовых вступить в схватку с изменённым бездной магом. Тина обняла меня за плечи, и дом с поляной исчез в темноте.

Глава 25

Через некоторое время я ощутил твёрдую поверхность под ногами и открыл глаза. В этот раз перемещение отличалось от тех, что были до этого. Несколько раз мы словно натыкались на невидимую стену и резко меняли курс, отчего голова кружилась, а я даже через опущенные веки видел калейдоскоп разноцветных ярких вспышек.

Тина стояла рядом со мной, крепко держа меня за руку. Она оглядывалась по сторонам и хмфурилась, видимо, не до конца понимая, что происходит. Мы стояли на вершине горы, в непосредственной близости от яркого фиолетового столба света, который мощным потоком исходил из земли и поднимался вверх, растворяясь в синем, словно нарисованном густыми красками небе. Смешиваясь с этой синевой, этот свет распространялся дальше, образуя плотные тучи, из которых били молнии и падали вниз, тут же превращаясь в огненные шары, больше похожие на метеориты, только окружённые синим, холодным пламенем. Сталкиваясь с землёй, они разрушались, вызывая чудовищные по силе взрывы, и испускали из себя круги чистой энергии, сметающей всё на своём пути, оставляя после себя только чёрную, выжженную землю. Несколько подобных световых столбов взметнулись вверх недалеко от нас, скрывая тут же образованными тяжёлыми тучами местное светило и погружая мир в полумрак.

— Ты говорила, этот мир очищается от влияния магии тени? — тихо полюбопытствовал я в полной тишине, которая стояла здесь, несмотря на царивший хаос. Никаких признаков жизни я не ощущал, мир словно умирал, и все, населяющие его сущности, уходили вместе с ним.

— Он не был таким. После разрушения последнего алтаря что-то произошло, — тряхнула она головой, переводя на меня взгляд. — Барьер, окружающий логово сущности, истончился, но не спал окончательно, мешая нашему переходу. Это ты должен был почувствовать. Но мне удалось всё же пробиться, не навредив нашим телам.

— Ты знаешь, где мы сейчас находимся? — я явственно чувствовал, как клинок, висевший в ножнах у меня на поясе, начинает нагреваться, обжигая кожу на бедре. Как бы меня ни тянуло прикоснуться к рукояти кинжала, я тормозил себя, помня о его опасном влиянии на человека.

— Да, минутах в трёх перелёта от того места. — Оглядевшись ещё раз, задумчиво проговорила она.

— У нас всего пятнадцать, даже меньше, — ровно произнёс я, помня слова Зыкова, сказанные им перед тем, как мы покинули лицевой мир. Она кивнула, отойдя от меня в сторону. Очертания девушки стали на мгновение слегка расплывчатыми, и тут же преобразовались в огромную фигуру огнедемона, занявшую практически всё свободное место на вершине, где мы находились. Фиолетовый свет проникал через тело огнедышащей ящерицы, слегка преломляясь и рассеиваясь вокруг нас, принимая причудливые формы. Этот свет не причинял ей вреда, хотя от него исходила энергия магии тени, к которой тянулась моя собственная.

— Эта энергия не вредит тебе, — заметил я, вскарабкиваясь по чешуйчатой коже огнедемону на спину. Магию я не применял, экономя даже крохи, которые могли бы стать решающими в предстоящем сражении.

— Она делает меня слабее, и существенно. Но не ранит, ты прав. И это странно. — Раздался в голове голос Тины, и мы в ту же секунду взлетели вверх.

— Если получится, и мы сразу найдём Валерию, хватай её и уходи, — сказал я громко, стараясь перекричать гул ветра, от которого закладывало уши. Теперь я видел тот самый барьер, о котором говорила Тина ранее. Плотный ячеистый купол окружал горный хребет и стоявший неподалёку вулкан, который уже начал просыпаться, выбрасывая в небо столбы чёрного пепла. Барьер разрушался, образуя огромные дыры в своём контуре, от которых тут же шли во все стороны трещины.

— А ты? — спикировав резко вниз и залетая в брешь в защитном поле, обеспокоенно спросила огнедемонша, повернув голову в мою сторону и внимательно глядя своими хищными жёлтыми глазами с вертикальным зрачком.

— Обо мне не беспокойся. Когда всё закончиться, я передам тебе сообщение через фамильяра. — Не терпящим возражения тоном ответил я, накладывая на себя прочный щит, чтобы уберечься от пыли, грязи и камней, сыпавшихся вниз с вершины очередной горной гряды. Мы опустились на длинный выступ, который оказался мне знаком. Именно здесь очутилось моё астральное тело, когда я притронулся к алтарю. Только ведущей вглубь горы пещеры тогда не было. Я запустил внутрь несколько тонких изумрудных нитей, и тут же почувствовал жизненную энергию. Похоже, мы прибыли куда нужно.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — тихо проговорила Тина, не спуская с меня настороженного взгляда, когда я, осторожно ступая, вошёл внутрь тёмного прохода.

Истинное зрение не показывало никаких защитных заклинаний или ловушек. Я без каких-либо проблем продвигался вперёд в узком туннеле, ориентируюсь на звуки льющейся воды и держа рядом с собой тусклый огонёк, который хоть немного освещал мне дорогу. Было подозрительно тихо. Я словно находился в вакууме, где единственным звуком, раздражающим все мои слуховые рецепторы, была эта капающая вода. Магии тени я не ощущал, собственно, как и ауры демона тени, присутствие которого, если вспомнить нашу встречу с ним при прорыве в Норильске, должно было давить на меня неподъёмным грузом.

— Мне это не нравится, — мысленно произнесла Тина, крадущаяся следом за мной. Я чувствую, что мы идём прямо в капкан.

Тёмный переход закончился внезапно ярко освещённой пещерой. Это было странное место, буквально пропитанное неизвестной мне магией. Стены, пол, потолок, всё было усыпано прозрачными ярко светящимися макрами, напоминающими разнообразные по форме льдинки. В центре пещеры стояла выполненная из тех же макров ниша, в которую стекала кристально чистая вода из отверстия в потолке, напоминая искусственно созданный кем-то водопад. Именно от него и исходили волны чуждой мне магической энергии.

Обойдя по периметру эту неизвестную конструкцию, я увидел у противоположной от входа стены сидящую на полу девушку. На руки моей жены были надеты металлические браслеты, что были сцеплены между собой толстой цепью, от которой отходила ещё одна и крепилась к вбитому штырю в стене, держа её руки над головой. Она была без сознания, но дышала ровно, будто крепко спала. Истинное зрение блокировали антимагические цепи, которые работали ещё и на манер щита, окружая её непроницаемой капсулой, через которую не проникала никакая магия, даже такая специфическая, как моя. Волчонок лежал у её ног и тяжело дышал. Он был полностью истощён и смог только поднять морду при моём приближении, чтобы посмотреть довольно осмысленным взглядом мне в глаза. Он не был ранен, но ему был нужен только отдых, чтобы оклематься и восстановить силы. Я кивнул ему, мысленно приказав скрыться. Волчонок, уронив морду на пол, растворился туманной дымкой.

— Лера, — тихо позвал я девушку и легонько тряхнул за плечи, стараясь привести чувство. Она встрепенулась и резко открыла глаза. — Тише, я тебя вытащу отсюда, — проговорил я, разбивая тонкой иглой, которую давным-давно подарил мне Манул, связующие точки витиеватого плетения на цепях.

— Костя, — выдохнула она. — Уходи. Мне не выбраться отсюда, он не отпустит меня. — Сжав губы, проговорила она, отводя от меня взгляд. Я открыл замок на наручниках, освобождая из плена свою жену. Направив нити магии жизни к её затёкшим рукам, возвратил им чувствительность. Внешне не было никаких травм и повреждений, только синяки, и те были от стальных браслетов. Но она была напряжена и старалась не смотреть мне в глаза.

— Ты не сможешь ничего сделать, — прошептала она. — Его нельзя убить. Уходи, пока это порождение бездны не вернулось. Он убьёт тебя, — из её глаз катились слёзы и, не выдержав, она припала к моей груди. Её тело дрожало крупной дрожью, и обычных слов для того, чтобы её успокоить было мало.

— Тина, — тихо позвал я огнедемоншу, которая стояла, не двигаясь, спиной ко мне, рассматривая нишу с водой. Она резко обернулась на мой зов и подошла ко мне, присаживаясь рядом. — Уводи её. Вам тут больше нечего делать.

— Я не могу, — напряжённо проговорила она, после того как прикоснулась к плечу Валерии. В её голосе звучали нотки растерянности и нарастающей паники. — Я не могу ни перенестись, ни обратиться. Что-то блокирует здесь мои способности.

— Тогда уходим отсюда, — решительно произнёс я, вставая на ноги и поднимая хрупкое тело своей жены, которая вцепилась в меня мёртвой хваткой.

Неожиданно сияние кристаллов стало прерывистым. Свет начал мигать, то погружая пещеру в непроглядный мрак, то делая её настолько светлой, что слезились глаза. Вокруг льющейся воды начал клубиться серый дым, в конечном итоге принявший очертания фигуры в чёрном плаще и капюшоне. Раздался громкий смех, который эхом отражался от макров, создавая через несколько секунд противный звон, чуть ли не разрывающий барабанные перепонки и проникающий прямо в мозг. На Тину это подействовало гораздо сильнее. Она упала на пол, закрывая уши руками, из которых тонкими струйками вытекала густая чёрная кровь.

— Какая банальная театральщина, — фыркнул я, наклоняясь и ссаживая Валерию на пол. Она испуганно переводила взгляд с фигуры на меня и пятилась, пока не вжалась спиной в стену. Что бы он с ней не сделал, он за это ответит сполна. — Подобными трюками уже никого не удивить и не напугать. Слишком долго ты отсутствовал в реальном мире. — Чувствовалось едва уловимое сгущение воздуха вокруг меня, но того давления, что я испытывал раньше, не было и в помине. Сейчас, если он и был сильнее, то ненамного.

— Я так и думал, что ты заявишься за своей девчонкой. Вы, люди, настолько предсказуемы, эмоциональны и держитесь за привязанностью, которую называете чувствами, — он плавно спустился вниз. — Именно это вас и губит. Когда-то я тоже был таким, как ты: самоуверенным, сильным, жаждущим признания. Но всё изменилось, когда те, кто по какой-то причине считает себя вершителем судеб лицевого мира, не увидели во мне угрозу. Но я был к этому готов. Магия тени — это нечто большее, чем просто магия. Если достичь вершин мастерства, маг тени может даже затмить по силе магов смерти, навыки которых хоть и сильны, но банальны и предсказуемы. С моим опытом и знаниями не составило труда сотворить себе лазейку на случай смерти, выбрать для себя идеальный мир, всё подготовить, чтобы потом возродиться вновь. Я сделал всего одну ошибку, попавшись в ловушку ваших богов. Но сама бездна сделала мне подарок, в виде безвольного израненного слуги, которого она поглотила и переродила, чтобы он сломал печати и помог выбраться мне на волю…

— Слушай, я, конечно, понимаю, дефицит общения никого не оставляет в здравом рассудке, но мне всё равно, кто ты, и тем более плевать на историю твоей паршивой псевдожизни, — иронично проговорил я, прерывая его оду о себе любимом.

— Да как ты смеешь⁈ — взревел он, чем вызвал очередную волну отражённого звука от макров, причинив волну боли, едва пришедшей в себя огнедемонши. Он на несколько шагов приблизился ко мне, но всё равно держался в некотором отдалении. — Ты наглый, самоуверенный человек. Твоя девчонка права, ты ничего не сможешь мне сделать. Особенно сейчас, когда я нахожусь в духовном обличии. На свете нет и никогда не было оружия, способного уничтожить духовное воплощение высшего мага…

— Что тебе от нас нужно? — прямо спросил я. — На меня охоту ты прекратил, а её держишь для каких-то непонятных целей. Что ты хочешь? Я этот вопрос задавал тебе уже десятки раз, но ты так и не даёшь на них ответа.

— О, я хотел сразу, как только мой верный слуга доставил мне твою жену, наконец, обрести тело. Я мечтал об этом несколько сотен лет, но мои планы кардинально изменились, даже в лучшую для меня сторону. Почему я её не тронул? Значит, ты не в курсе, раз задаёшь мне подобный вопрос, — он снова рассмеялся, пряча руки за спину. — Валерия, скажи ему то, что сказала мне, когда я предстал перед тобой.

Я резко обернулся, глядя на свою жену, которая подняла на меня глаза, в которых увидел разгорающийся сиреневый свет.

— Лера? — присел я напротив неё, беря за руку, прекрасно понимая, что демон, теша своё самолюбие и значимость, ничего не сделает, пока вдоволь не наговорится.

— Я сказала, что не подхожу ему в качестве физического воплощения, потому что беременна, — тихо проговорила она, глядя мне в глаза. — Я узнала сегодня утром…

— Что? — оторопело уставился на неё, активируя истинное зрение. Я увидел тот небольшой, едва уловимый взглядом сгусток энергии, ещё даже не образующийся в энергетические жизненные каналы и тем более в подобие человеческого тела. Не удивительно, что, не зная этих особенностей, я этого не заметил раньше.

— Ты даже не представляешь, что это для меня значит, — вывел меня из небольшой прострации холодный голос демона. — Ребёнок, сотворённый двумя сильнейшими на текущий момент в мире магами тени. Его энергию и мощь, которой он будет обладать, я чувствую уже сейчас. Мне не нужны вы, мне нужен он. И у меня на него свои планы. Правда, придётся немного подождать, но что такое восемнадцать лет для существа, который ждал несколько веков…

— Всё будет хорошо, — улыбнулся я, поцеловав руку Валерии, и резко встал. Клинок разгорался всё сильнее, и я начал чувствовать, как энергия из него пытается проникнуть в моё тело. — Забирай меня, — обратился я к демону. Как бы то ни было, но его многословность сыграла мне сейчас на руку, дав больше время подготовиться. — Восемнадцать лет — это, конечно, недолго, но у тебя нет столько времени. Твой мир рушится, магия тени тебе больше недоступна, твой слуга наверняка уже мёртв, а сюда в скором времени пришлют целую армию магов.

— Костя, нет, — Лера схватила меня за руку, но я легко выдернул её, отходя от неё дальше.

— Я даже сопротивляться не буду, только отпусти девушек. Они не представляют для тебя опасности, — напирал я, подходя к нему практически вплотную. — Так ты получишь всё безо всякого риска.

— Этого я не ожидал, — вновь рассмеялся демон. — Я тешил себя мыслью, что буду пытать тебя перед смертью, но ты вновь смог удивить меня и предложить то, от чего я не смогу отказаться ни при каком раскладе.

Ответить и что-либо сделать он мне не дал. Очертание фигуры вдруг размылось, пока вовсе не превратилось в густой чёрный дым, который окружил меня и проник в моё тело. Этот дым начал впитываться в энергетические потоки магии тени и распространяться по моему телу до тех пор, пока оно перестало мне подчиняться. Моё сознание начали заполнять чужие образы и мысли, отодвигая мои собственные в сторону. Вдох — выдох. Теперь нужно лишь немного подождать.

Тина, медленно поднявшись, схватила за руку стоявшую столбом Валерию и потащила её на выход, несмотря на сопротивление, которое она оказывала. Но выход был перекрыт невидимой преградой, на которую они наткнулись и как бы ни старались, выбраться не смогли.

— Ты правда думал, что я выполню обещание? — раздался у меня в голове моей собственный ехидный голос. — Никто в своём уме не отпустит мага тени и одно из сильнейших порождений бездны…

— А ты правда думал, что я настолько глуп, чтобы поверить демону? — ответил я и дёрнул за золотистую нить, которую несмотря на давление и подчинение демона, держал всё это время под контролем. — Ты не настолько сильнее меня, чтобы диктовать свои условия.

Золотистое пламя, с которым я соединил все остальные нити огня, мгновенно распространилось по моему телу, принося невообразимую боль пытающемуся подчинить меня существу. Его мысли метались в голове, а сам он пытался выбраться из огненной клетки, но я крепко держал его, не давая ускользнуть, потому что второго шанса нанести удар уже не будет. О том, что духовную сущность невозможно убить даже кинжалом восьми стихий мне было известно. Манулов писал, что убить лисицу он смог только тогда, когда она вселилась в чужое тело. Я изначально знал, что именно предстоит сделать, убедившись, что эта тварь не находится в теле Валерии. Выбора особо не было, либо я, либо она. Вернув себе частичный контроль над собственным телом, я протянул руку к кинжалу, который легко выскользнул из ножен и, направив лезвие на себя, уверенным резким движением вонзил клинок себе в грудь под оглушительный крик Леры.

Боли я не почувствовал, зато её в полной мере ощутила эта тварь, издав вопль такой силы, что макры начали осыпаться с потолка, разбиваясь и разлетаясь гаснувшими кусочками по полу. Магия жизни, заключённая в клинке, высвободилась первой, лавинообразным потоком проникнув в моё тело, переплетаясь с моими изумрудными нитями. Как только это произошло, энергия потекла из источника неоформленными нитями к кинжалу, напитывая его силой и высвобождая магию, заключённую в нём. Моё тело окутало жаркое пламя, все внутренности в один миг превратились в лёд, лёгкие заполнило водой, а кожа покрылась твёрдой непроницаемой земляной коркой, удерживающей тёмную сущность в этой оболочке. Мои каналы начали очищаться, а тело освобождаться от влияния демона. Все раны и повреждения тут же исцеляла усиленная магия жизни, не оставляя никаких следов и ран. Когда от высшего духа остался лишь небольшой сгусток энергии, земляная корка опала, выпуская остатки сущности на свободу. Небольшое серое облачко устремилось вверх, но под действием внезапно появившегося из ниоткуда ветра его придавило к земле и тут же пронзило мощным ударом молнии, разбивая его на мелкие крупицы, больше похожие на пепел. Последним активировалась сила смерти, которая, окружив меня чёрным дымом, впитала в себя всё, что некогда было демоном Тени.

В наступившей тишине я осторожно опустился на колени, ощущая просто невероятную слабость. Вытащив клинок стихий, я почувствовал, как рана затянулась, оставляя напоминанием о случившемся, только небольшой едва заметный шрам. Клинок потух и теперь был похож на обычный кинжал, сделанный из неизвестного чёрного металла.

— Костя! — подлетевшая ко мне Лера крепко обняла меня, не давая мне даже сделать глубокий вдох. — Ты живой. Я так испугалась. — Выдохнула она отстранившись. — Ты всё знал и не предупредил меня.

— Магия жизни, — поморщился я, стараясь подняться. — Не просто так один из частей клинка — это кинжал жизни. Да и с кинжалом огня я связан. Так что, клинок в любом случае не дал бы мне умереть. Всё же, многое о клинке восьми стихий — ложь, — покачал я головой. — Им нельзя убить человека. Он создан исключительно для охоты на монстров.

— Мог бы сказать или намекнуть…

— Тогда у нас было бы меньше шансов, — прервал я её, отвлекаясь на подошедшую Тину. — Пойдёмте отсюда, не хочется оставаться в мире, который в любой момент может окончательно разрушиться.

Выбрались из пещеры мы как раз вовремя. В тот момент, когда барьер, возведённый демоном, окончательно спал, гора начала рушиться, а небо превратилось в красное полотно с разгорающимся светилом, готовым взорваться и погрузить этот мир в бесконечную тьму и пустоту.

Перемещение в этот раз было быстрым. Мы оказались точно в той же точке, откуда меня забрала Тина. Было светло и очень людно. Огромное количество военных машин, техники, людей в форме и с автоматами, часть из которых, увидев нас, тут же окружили нашу компанию и навела оружие.

— Опустить оружие, — зычный голос графа Орлова заставил обернуться. Он шёл от наспех развёрнутого штаба в нашу сторону в сопровождении Совинского и Зыкова, которые являлись непосредственными участниками произошедших событий.

— Всё кончено. Высший дух уничтожен и больше опасности не представляет. — Быстро ответил я, озираясь и ища в толпе знакомую фигуру. — А где Шмелёв?

— У карьера, — тихо ответил граф. — Мне нужны подробности. Но, это может подождать. — Тихо добавил он, делая шаг в сторону, давая мне возможность пройти. Отмахнувшись от подскочившего ко мне Огурцова, я указал на Валерию, чтобы он ей занялся в первую очередь. Тина, отойдя в сторону, решила исчезнуть, чтобы не привлечь к себе излишнего внимания.

Я подошёл к сидевшему на земле возле накрытого тела Шмелёву, который отрешённым взглядом смотрел перед собой. Я сел рядом, молча глядя в ту же точку, не решаясь заговорить.

— Я убил его, — наконец сказал он, повернув ко мне голову. — В самый разгар боя, он внезапно остановился и не отклонился от моей атаки.

— Он спас тебя, — посмотрел я в полные боли глаза. — Он тебя любил и никогда бы не причинил тебе вреда. — Даже после того, что с ним сделал демон и сама бездна, он оставался человеком, только благодаря мыслям и воспоминаниям о тебе.

— Знаешь, какими были его последние слова? Спасибо, что освободил меня. — Покачал он головой и стукнул кулаком о землю, после чего поднялся и посмотрел на организованный лагерь. — Я ждал тебя. Не знал, что буду делать, если ты не вернёшься. Хреново, кстати, выглядишь, — улыбнулся он, проведя рукой по волосам, становясь похожим на потерянного мальчишку.

— Да ты, как-то тоже не олицетворение свежести и красоты, — пробурчал я, покачав головой, глядя вслед удаляющемуся от меня мужчине, который направлялся прямо к графу Орлову, внимательно наблюдающего всё это время за нами.

— Огурцов требует, чтобы ты пришёл на осмотр, иначе он тебя усыпит и будет бесконечно ставить опыты, пока ему не надоест, — подошла ко мне Валерия и, обняв, крепко поцеловала. — Неужели всё закончилось? — неуверенно спросила она, не отводя от меня своих завораживающих сиреневого цвета глаз.

— Нет, у нас ещё всё только начинается, — улыбнулся я, прижимая Валерию к себе, понимая, что я, наконец, получил то, о чём мечтал в прошлой жизни и в настоящей: мирную жизнь, настоящую семью и верных друзей.

Эпилог

— Константин, прошло чуть больше шести месяцев с тех пор, как новость о вашем происхождении прогремела по всей империи, но вы так и остаётесь в тени, хотя многие хотят с вами пообщаться в непринуждённой обстановке, — сделав глоток вина, укоризненно на меня посмотрел князь Тигров, который не мог проигнорировать приглашение, отправленное Алиной, которая, по словам князя, была ему практически внучкой.

Мы стояли в одном из гостевых шатров, которые установили недалеко от священной поляны бывшего поместья Сапсановых. Лес, отделяющий дом от поляны, вырубили, освободив место для строительства жилого комплекса. Но пока оно не началось, тут находилась чистая поляна, которую решили использовать для празднования свадьбы. Точнее свадеб. До сих пор я считал идею совместить три обряда бракосочетания в один день полной глупостью, но мои друзья были непреклонны, загоревшись этой идеей, которая, по их мнению, ещё больше нас всех объединит.

— Мне нравится оставаться в тени, это неотъемлемая часть моей магии, — ушёл я ответа, разглядывая начинающих прибывать гостей, шумно общающихся между собой.

— Завтра состоится открытие твоей школы, о которой ты ничего никому так и не сказал. Но внимание императора смог привлечь, даже его сын Александр будет присутствовать на открытии, — задумчиво проговорил Тигров, ставя бокал на стол. — Опасное дело ты затеял, как ни крути. Но император верит, что ты справишься.

— Проклятье с дара тени снято, а система образования ещё не скоро перестроится, чтобы оказать этим детям помощь, независимо от их социального статуса, — пожал я плечами. Сама идея открыть школу-интернат при Норильской академии родилась практически сразу же, как только я понял, сколько проблем возникнет в империи без сдерживающих магию тени алтарей. Девочки из клана согласились помогать в обучении контролю, а Андрей, как-то незаметно сблизившись с Кирой, отдал под это дело своё поместье, избавившись от него раз и навсегда. — Прошу меня простить, — я немного приклонил голову и отошёл в сторону, подходя к своей жене. — Прекрасно выглядишь, — я приобнял её, положив руку на округлившийся живот, который из-за её хрупкого телосложения был отчётливо виден.

— Спасибо, — улыбнулась она, кивая в сторону священного круга, где в центре вальяжно лежал белый волк и снисходительно смотрел, как серый волчонок и выдра рычат и шипят друг на друга. — Интересно, Пётр с Алиной также будут друг с другом себя вести после свадьбы?

— Ещё хуже, посмотри на Шмелева с Марьяной. Нет, я, конечно, рад, что они опять вместе. Но, порой, мне кажется, они готовы переубивать друг друга, лишь бы оказаться правыми, — хмыкнул я.

— Ты подумай, у тебя осталось всего немного времени, чтобы отказаться от этой затеи, — к нам подошёл Андрей с Петром, что-то активно обсуждая между собой.

— Что случилось? — спросил я, бросая взгляд на часы. До обряда осталось всего десять минут, поэтому нужно разрешить все споры до его начала.

— Я просто представить не могу, Кира и Андрей вместе. Она же сожрёт его, как ягнёнка на закуску, — всплеснул руками Пётр, закатывая глаза.

— Ну у меня есть в отличие от тебя неоспоримое преимущество, моя жена — сирота, — ухмыльнулся Андрей, сложив на груди руки. — А у тебя полный набор родственников со стороны невесты, мать которой только и мечтает выпустить тебе кишки.

— Хорошо, что у Дианы с Олегом подобных проблем нет, — рассмеялся я. — Оба сироты, никому ничего не должны и просто любят друг друга. Пойдёмте, женишки, ваши невесты уже зашли в священный круг.

Парням сразу стало не до споров. Они поменялись в лице, став за одно мгновение белее платья, в которое была одета Валерия, и на негнущихся ногах пошли встречать свои вторые половинки.

— Как ты думаешь, они и после свадьбы останутся жить у нас? — спросила Лера, беря меня под руку.

— Это риторический вопрос, — покачал я головой, направляясь в сторону священного круга. Ведь проведение обряда возложили на мои плечи.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Мастер печатей. Том 3

Content

Мастер печатей. Том 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог

Nota bene