Мастер Разума V

Глава I

Внимательно наблюдаю за сукой, которая перемещается вдоль канатного ограждения. Отключаю лишние мысли. Сейчас не стоит отвлекаться. Поединок и правда будет рискованным.

В голове пульсирует мысль, что скорее уж он будет безнадёжным — я не чувствую разума цели, а значит не смогу на неё воздействовать. Тогда как она точно обрушит на меня всё, что имеет. И судя по многочисленным артефактам на её пальцах, выдержать это будет непросто. Если быть до конца точным, я сразу сдохну.

Выдохнув, загоняю эту мысль в самые глубины своего сознания. Что у меня есть? Чем я могу ответить? Пять простеньких техник? Сомневаюсь, что они помогут. Тем более Сестии в курсе их существования.

Не отрываю взгляд от ехидно скалящейся суки, что уже добралась до боковой стенки и не спеша приближается ко мне. Она хорошо подготовилась. Но кое-чего всё равно не учла.

Оставив глаза открытыми, ныряю в “чертог”. Приходится изрядно сконцентрироваться и потратить на процесс несколько секунд вместо одной, но в итоге всё получается.

Зато я буду стоять с открытыми глазами, изображая наблюдения за противником. При этом правда не двигаться, но такое поведение можно объяснить массой факторов. Боюсь, опущенные веки вызвали бы куда больше вопросов.

Разница хроно-потоков, моё основное преимущество. Пока в реальности проходит одна секунда, у меня их протекает около двадцати. С учётом того, как медленно продвигается аристократка, есть как минимум минута, чтобы проверить возникшие идеи.

Сразу же пробую дотянутся до её разума. Матерюсь, ощутив полную пустоту. Откуда Сестии взяли подобный артефакт? Почему решили выставить её против меня? Или это личная инициатива? Какого хера здесь происходит?

Самый очевидный вариант — войти в боевой раж. Как тогда в аэропорту. Надавить силой по площади, вынудить артефакт перегреться. Эта сука не менталист. Она не сможет ответить мне тем же оружием.

Но нельзя. В зале не только Салвец. Уверен, тут есть и другие менталисты. Локальные атаки они скорее всего не заметят. Но вот удар такой мощи точно не пропустят. Да и другие высокоранговые одарённые обратят внимание. Тем более, я скорее всего зацеплю зрителей. А если увлекусь, то вовсе могу попытаться убить всех присутствующих.

Ладно. Отбрасываем. Остаются концентрированные удары по малой площади. Без перевода себя в полноценное боевое состояние.

Снова и снова прощупываю цель. Пытаюсь заставить её ментальную защиту проявиться. Бью вслепую — иногда такое срабатывает. Особенно с узконаправленными артефактами, которые обеспечивают хорошую маскировку, но низкий уровень самой защиты.

После нескольких попыток приходится признать, что её артефакт к категории таких точно не относится.

Улавливаю выплеск силы — вибрации тонкого плана проходят через тело, заставляя меня реагировать.

Сразу же выныриваю обратно. Как только чувствую тело, бросаюсь в сторону. Резкая боль обжигает правую ногу и бок.

Катнувшись по рингу, встаю на одно колено. Мельком оцениваю повреждения. Штаны и рубашка изорваны в лохмотья, ткань быстро пропитывается кровью.

— Сегодня ты умрёшь, Теодор. Но перед этим ты получишь свою порцию унижения. Я растопчу тебя! Убью всех, кто тебе дорог. Заберу каждого! Они будут умирать в таких муках, что ты и представить себе не можешь!

Тщётно пытаюсь нащупать её ментальную броню. Бесполезно. Увидев, как она поднимает правую руку, снова делаю рывок в сторону.

На этот раз боль обжигает левый бок в районе живота. Эта сука даже не применяет свои техники. Лишь использует один из боевых артефактов, обрушивающий на меня что-то вроде ударов плетью.

Вскочив на ноги, принимаю стойку. И через три секунды обрушиваю на неё удар замораживающей техники. Два кубометра пространства. Внутри этого объёма всё должно было стать льдом. Как собственно и сама девушка.

Но ничего не происходит. Абсолютно ничего. Вижу, как ухмыляется аристократка, снова поднимающая руку.

Прыжок. Боль. Теперь у меня горит правое плечо и часть корпуса. Ещё десяток таких ударов и от одежды ничего не останется, а я буду полностью залит кровью. После чего начну вырубаться от кровопотери. Раны это её подобие плети оставляет не слишком глубокие, но если их будет много, возьмёт количеством.

— Ну что же ты застыл? Давай, поросёночек. Иди к мамочке, скушай морковку. Получи плёткой по толстому заду. Не стесняйся. Ты же любишь, когда тебя стегают, да толстожопый выродок?

Дина увлечённо говорит и снова подбирается ближе. Я же отступаю назад. Техники не пробивают защиту. Отклика её разума я не чувствую. Как быть? Рискнуть и попытаться ударить на полную мощь. Предположим, с Диной я разберусь. Но как потом быть со всеми преподавателями, что присутствуют в зале? Сможет Алейна обеспечить прикрытие в таком случае? В конце концов она несчастного Давдена, который совсем не одарённый и не менталист, вытаскивала из-за решётки почти сутки. В моём же случае, всё будет куда сложнее.

Стоп. Она ведь наблюдает за мной, верно? А где-то рядом кружит грёбанный Примус. Он должен понимать, что ещё немного и мне придёт конец на этом сучьем ринге. Или защита стен так хороша, что я выпал из поля зрения?

Взмах руки, прыжок. Снова по правой ноге. Не сдержавшись, издаю стон, поднимаясь на ноги. Увидев, как улыбается девушка, посылаю ей воздушный поцелуй и она снова бьёт плетью. На этот раз ухожу вовремя — лишь слегка цепляет левую руку.

А ещё я чувствую эмоции. Не целиком, а лишь отголоски, но они точно принадлежат ей.

Удар. Прыжок. Теперь плеть врезается в живот, разрывая ткань рубашки и рассекая плоть. Больно. Машинально бью электрической техникой, предсказуемо не добиваясь результата.

Снова отпрыгиваю. Морщусь от ощущения дикой боли в правой ноге, по которой попадают уже третий раз.

А потом в голове как будто что-то щёлкает. Я почувствовал её эмоции. Очень слабо и буквально на секунду, но тем не менее. Её защита не безупречна. Как только девушку клинит в определённом направлении, она даёт сбой.

Глянув на аристократку, которая впилась в меня взглядом охотницы и приоткрыла свой рот, решаю попробовать новую тактику.

— Что такое, Дина? После той ночи в ящике, ротик больше не закрывается? Ты так намекаешь, что не прочь отсосать?

Сестия яростно машет рукой, но я ухожу в сторону — момент удара был заранее понятен, так что выходит увернуться.

— Ты промахнулась, шлюха. А вот гости той вечеринки ни разу не промазали мимо твоих дырок.

Есть. Снова чувствую отклик её сознания. Пробивает через защиту всего на секунду, но зато куда более отчётливо.

Рывок в сторону. Плеть бьёт по поверхности ринга, но девушка не даёт мне даже открыть рот. Сразу же повторно взмахивает артефактом. Потом ещё. После целой серии ударов, которые в основном проходят мимо, останавливается, со злобой смотря на меня.

Вытираю кровь с рассечённой правой щеки.

— На что ты надеешься? Убьёшь меня и все сразу забудут, как драли тебя той ночью? Сколько членов побывало в твоей заднице, Диночка? Тридцать? Пятьдесят? Сотня?

Новый удар и прыжок в сторону. Дважды повторяю манёвр, прежде чем она прекращает размахивать рукой с артефактом. На этот раз у меня получается выполнить сразу две задачи. Во-первых, снова ощущаю её эмоциональный отклик. А во-вторых, становится понятно, какой артефакт отвечает за удары плетью. Массивный перстень с желтым камнем, надетый на большой палец правой руки. Это единственное украшение, которое светится.

— Мне интересно, а тебе вообще понравилось? Каково это, не знать, кто именно тебя трахает?

Что-то орёт, взмахивая рукой. Вот теперь полностью уклониться я не успеваю — удар приходится на правую руку, рассекая кожу и верхний слой плоти. А следующий цепляет правый же бок.

— Ты сдохнешь! Сдохнешь тут, сука! Я заберу у тебя всё! Слышишь? Сожгу твой дом, снесу твои клубы, отдам твоих сук в бордель! От тебя ничего не останется, тварь!

Выкрикивая угрозы, продолжает наносить удар за ударом, заставляя меня бегать по рингу. Несколько раз успешно достаёт меня. А один из ударов едва не лишает меня глаза. К счастью, всё обходится рассечённой бровью, но в этом тоже ничего приятного нет.

Ещё несколько таких подходов и моя скорость движения заметно снизится. После чего я начну получать всё больше раненией. А ведь эта сука так и не использовала ни единой техники из своего арсенала.

— Знаешь, как тебя называют другие студенты? Слышала, что о тебе говорят за спиной? Как подписывают видео с той вечеринки?

На самом деле, я не знаю, выкладывал кто-то видеозаписи или нет. Да и про слухи не в курсе. Но люди — грязные ублюдские животные. Уверен, в сети полно записей с вечеринки Сестиев, а по университету само собой бродят слухи.

— Убью! Всех! Сдеру кожу с твоих сук! Их будут иметь, пока они не сдохнут! Слышишь?

Яростно ревя, непрерывно наносит удары. А я чувствую выплески эмоций, которые становятся куда более мощными. В очередной раз отпрыгнув в сторону, цепляюсь за один из них. Не успеваю — контакт исчезает прежде чем я добираюсь до её ментальной брони.

Как только гонка прекращается, вытираю заливающую лицо кровь и снова кричу.

— А ты спрашивала у своих друзей, они подходили к тому ящику? Что они теперь говорят тебе при встрече? Просят повторить для них на бис?

Новый крик. Выброс эмоций. Только на этот раз я не пытаюсь уклониться от удара. Прыгну и потеряю время. Снова.

Вместо этого сразу же тянусь к её ярости. Цепляюсь за неё. Скольжу по каналу связи. Плеть разрывает мою правую щёку. Цепляет десну, оставляет раны на черепе. Но боль, это всего лишь физическое чувство. Я могу ненадолго взять его под контроль.

Доля секунды и я добираюсь до её ментальной брони. Стоп. Это же не защита. По крайней мере не в обычном её понимании.

Какая-то часть разума удивляется странному механизму обороны, который выстроен артефактом. В то время, как другая продолжает активно действовать.

Изучает систему защиты. Оценивает. Ставит заслуженный высший балл создателю артефакта за сообразительность и за уникальность идеи. А потом обрушивается на многослойную стену изнутри, разваливая её на части.

В глазах аристократки, которая уже занесла руку для нового удара, появляется ужас. Его же она излучает по всем направлениям. Правильно, сука. Надо было убить меня сразу, а не пытаться гонять по рингу. Ну а ещё лучше, не стоило вообще бросать этот идиотский вызов.

Её собственная ментальная броня настолько слаба, что я практически не чувствую сопротивления. Момент и её сознание оказывается в полном моём доступе.

Первым делом, заставляю её опустить плеть. Уклоняюсь от удара. Наношу её же руками ещё один, тоже уйдя в сторону. Позволяю себе передышку.

Чувствую, как в голове снова всё начинает смешиваться. Только не сейчас. Вашу мать, это совсем не время для приступа. Какого хера они вообще появились? И почему я не проверил своё подсознание этим утром?

Спустя мгновение снова имитирую её атаку, отпрыгнув на метр вправо. А потом меня натурально клинит. Да, ситуацию я держу под относительным контролем — по крайней мере идею всё же перейти в полноценный боевой режим и ударить по всему университету, а потом залить центр индийской столицы кровью, выходит заблокировать. Но вот более локальные идеи успешно пробивают себе путь.

Заставляю девушку броситься ближе ко мне, орудуя плетью. Краткосрочный и временный контроль разума. Когда закончу, просто выжгу все оставленные следы, сделав всё так, чтобы это выглядело естественно. Ни один менталист не подкопается.

Пару раз уклонившись, бросаюсь на аристократку, которая оказалась совсем рядом. Сбив её с ног, наваливаюсь сверху. Срываю жёлтый перстень с пальца. Чувствую, как её трясёт от ужаса и ненависти.

Что-то крича, принимаюсь срывать остальные кольца. В то же время пытаюсь отстраниться от ситуации и понять, что со мной происходит? Такое ощущение, что ещё немного и полностью потеряю контроль над самим собой.

Откинув в сторону последний артефакт, переворачиваю девушку. Внутри меня плещется ярость. Иррациональная, захлёстывающая сознание, повергающее его в безумие.

Вцепившись в тонкую ткань майки, с треском разрываю её. Вцепляюсь в узкую полосу ткани, которая прикрывает грудь и стягиваю её на живот девушки.

Встав, подцепляю пальцами шорты, сорвав их вместе с трусиками. Поднявшись, отпускаю её сознание на свободу, действуя в режиме микроконтроля.

Дина не сразу понимает, что появилась свобода действий. А как только до неё доходит, пытается добраться до своего боевого артефакта. Но до него не меньше пяти метров, а рычаги управления разумом девушки, всё ещё в моих руках.

Заставляю её споткнуться, а когда та падает, бью электрической техникой, стараясь использовать минимум силы. Подхожу ближе к бьющейся в конвульсиях аристократке. Опускаюсь рядом с ней на одно колено.

— Хотела убить всех, кто мне дорог? Так ты вроде говорила, да? Уничтожить меня? Растоптать? Стереть саму память? А не слишком ли поторопилась, сука?

Та дёргается, то ли пытаясь что-то сказать, то ли желая подняться. Я же хватаюсь за полосу ткани, которая обхватывает её живот и рывком приподнимаю тело противницы. Надавливаю.

Теперь она, по сути, стоит раком, обращённая задницей к трибунам. Отступив в сторону, собираюсь сказать что-то ещё, но тут меня внезапно отпускает. Иррациональное безумие рассасывается, забиваясь в уголки сознания. Вместе с этим сразу возвращается ощущение боли от ран и дикой усталости.

Глянув на стоящую в позе Сестию, которую ещё подёргивают от разряда электричества, снова касаюсь её сознания, отдавая приказ не двигаться. После чего поворачиваюсь к тем, кто наблюдает за справедливостью поединка.

Пять судей. Трое мужчин и две женщины в чёрных мантиях. Помимо одежды, их ещё объединяет ошеломлённое выражение лиц. Видимо в таком формате поединки тут проходят не слишком часто.

— Она повержена. Я победил.

Вижу, как они переглядываются между собой и обмениваются фразами. Жаль нависший купол мешает ощутить их эмоции.

В следующую секунду вспоминаю, что тренер говорил о правилах поединка и добавляю.

— Я не хочу забирать её жизнь. Но претендую на её имущество и клиентов. А ещё на неё саму. Требую договора полного патронажа.

Забавно, но эти формулировки срабатывают. Купол исчезает и на разум сразу же наваливаются эмоции массы присутствующих людей. Уловив что-то знакомое, поворачиваю голову и вижу Марсу Ситтову, стоящую рядом с оператором. Девушка помахивает мне рукой со сжатым в ней микрофоном, а потом занимает место перед камерой, принявшись что-то рассказывать.

На ринг выскакивает сразу несколько человек. Сразу трое берутся вытаскивать Дину, параллельно пользуясь возможностью облапать аристократку. Один и вовсе “держит” её ладонью между ног, активно сжимая пальцы.

Ещё двое застывают рядом со мной. Хорошо чувствую их сомнения — вроде я весь в крови, но одновременно с этим помощи не прошу.

Краем глаза вижу, как к рингу подбегает Август, расталкивающий работников. Набросив на сестру плед, бросает злобный взгляд в мою сторону, но быстро переключается на служащих, которые тащили Дину.

Я же заканчиваю с ликвидацией следов своего вторжения в её разум и наконец обращаю внимание на подошедших “помощников”.

— Всё в порядке. Спущусь отсюда сам.

Те отступают назад, явно не возражая против такого решения. Я же шагаю к краю ринга, стараясь не оступиться. Эта сука забрала у меня немало крови. В самом, что ни на есть, прямом смысле.

Оказавшись у канатов, немного неуклюже выбираюсь с арены, а рядом немедленно оказывается Ранна. Скрипнув зубами, оглядывает меня. А потом озвучивает внезапную новость.

— Один из водителей передал приказ Алейны через охрану. Срочно покинуть университет и возвращаться.

Удивлённо моргаю. Водитель? Через охрану учебного заведения? Приказ Алейны? Она точно секретную службу возглавляет? Или детским садом руководит?

Синеволосая непонимающе пялится на меня, а вот подошедшая с другой стороны Фабия всё понимает правильно.

— Зал экранирован. А водитель передал только фразу о том, что нужно срочно ехать домой. Но подтекст там понятен.

На мгновение задумываюсь. Потом вспоминаю провокацию, которую устроили “Сампатти” внутри этих стен и быстро определяюсь.

— Идём. Со всем остальным разберёмся позже.

Пока шагаем в сторону двери за рингом, через которую попали в зал, меня дважды пытаются остановить. Сначала какой-то мужик, требующий, чтобы я посетил медика, а потом юрист. Мол, раз я хочу получить всё, что есть у Дины и её саму в качестве клиентки на полном патронаже, стоит подписать бумаги.

От обоих выходит успешно отмахнуться и через несколько минут мы уже оказываемся в холле. Охрана вовсю пялится на окровавленного студента, который идёт с таким видом, как будто вот-вот рухнет на пол, но вопросов никто из них не задаёт. Видимо в курсе поединка. Возможно даже наблюдали за ним.

Внедорожник с заведённым двигателем ждёт прямо около ворот. Как только я втягиваюсь внутрь, развалившись на заднем сидении, водитель резво стартует, прямо с места.

Сначала просто наслаждаюсь ощущением расслабленности. Наконец можно никуда не идти, а просто оставаться в состоянии покоя. Да, порой подбрасывает на кочках или качает при поворотах, но это не так критично. Ключевой момент — больше не нужно двигать ногами.

Потом всё же понимаю, что ситуация, мягко говоря нестандартная. Мы прём по улицам Дели, пролетая светофоры на красный и не беспокоясь о скоростном режиме. При этом покинули здание университета имени Джанко, сделав это весьма спешно.

Опираясь левой рукой на сидение, чуть подтягиваюсь, выпрямляя положение тела. Бросаю взгляд в зеркало заднего вида.

— От кого мы бежим?

Пару секунд тот молчит. Когда хочу повторить вопрос, решив, что тот не услышал, коротко отвечает.

— Сомбун. Они пришли за тобой.

Так вот откуда у Дины взялись артефакты! Как их там называли в прессе? Тигры Тайланда? Или просто Тигры? Если честно уже не помню.

Машина резко сворачивает в сторону и я, морщась от боли, приваливаюсь к двери.

— А прикрытие? Ты тут что, один совсем?

Водитель снова отвечает с лёгкой задержкой и крайне сухим тоном.

— Они вмешаются, когда покинем городскую черту.

Он вообще человек? У этого парня даже эмоциональный фон толком не поменялся. Хотя должен был. Не каждый день за тобой гоняются легенды тайских джунглей.

Ещё один крутой поворот. Рядом звучно матерится Ранна, а впереди раздаётся голос Фабии.

— Может стоит ехать медленнее? Если за нами погонится ещё и полиция, лучше от этого точно не станет.

Обращаю внимание, что водитель никак не реагирует на слова девушки. Зато спустя несколько секунд бросает быстрый взгляд в зеркало заднего вида, смотря на меня.

— Сомбун только что установили визуальный контакт. Они совсем рядом. Приготовьтесь к маневрированию и пристегнитесь.

Глава II

Нашарив пальцами ремень безопасности, пристёгиваюсь. И почти сразу понимаю, что водитель не шутил, когда говорил про маневрирование. Сначала он бросает внедорожник на встречку, чудом избежав столкновения с другой машиной. Потом расходится с многотонным грузовиком, мимо которого мы проносимся буквально впритирку.

Спустя двадцать секунд я понимаю, что предыдущая быстрая езда скорее относилась к категории комфортных поездок. А вот настоящий хардкор начинается только сейчас.

Несмотря на пристёгнутый ремень, меня мотает из стороны в сторону. Щуплая Ранна пару раз вовсе едва не выскальзывает из-под него. Когда это происходит впервые, сама фиксирует себя, вцепившись в спинку водительского сидения. А второй инцидент предотвращаю уже я, навалившись на неё одной рукой.

Когда выскакиваем на относительно пустую дорогу, тело получает передышку, а желудок прекращает вжиматься в спину. Это сразу же сказывается на работе мозга, который подбрасывает здравую идею. Раз группа прикрытия вмешается в дело после того, как мы покинем город, у меня будет шанс идентифицировать менталиста. Даже если я сам по какой-то причине не справлюсь, есть Ранна. За пределами Дели металла тоже немало. Но думаю девушка сможет разобраться. Осталось только как-то ввести её в курс дела.

Пытаюсь сообразить, как именно это сделать, а водитель внезапно снова выкручивает руль, уходя на развязку. Цепляя барьер, молнией проносимся по ней и выскакиваем на старую разбитую трассу. Видимо одна из старых дорог, которая когда-то вела к пригородам, а потом оказалась заброшена из-за нового плана городского развития.

Мысли отстранённо проносятся в голове, а вот глаза фиксируют приближающееся здание. Бывший торговый центр, построенный прямо под проходящей над ним новой дорогой. Старое и новое в одном флаконе. Почти в одном.

Новый манёвр. Визг покрышек. Лязгнувший металл. Спокойный голос водителя, который начинает что-то говорить.

В следующий момент мир перед глазами начинает крутиться, сливаясь в одно пятно. А когда всё заканчивается, я понимаю, что нас всё-таки достали. Внедорожник опрокинут на крышу, я свисаю вниз головой. Водительская дверь смята и изорвана в клочья. Бронированный металл, который по утверждению Анкера должен выдерживать попадание из гранатомёта, выглядит как кусок картона после нескольких ударов ножа.

Сам шофёр насквозь пробит куском той самой брони. Учитывая размеры куска металла, вошедшего в его бок, точно не жилец.

Рыча от боли дотягиваюсь до крепления ремня безопасности. Нажимаю на кнопку. Заваливаюсь вниз.

Звук двигателя. Визг тормозов. Хотят проверить? Или просто спалят всё к херам на расстоянии?

Тянусь к их сознаниям. Ничего. Сукины выродки прикрыты артефактами. Я ничего не могу сделать. По крайней мере прямо сейчас. А на то, чтобы сконцентрироваться, нужно время.

Трясу синеволосую. Просунув руку между её телом и сидением, нащупываю крепление ремня.

А потом представляю, сколько времени займёт её возвращение в сознание и концентрация на использовании силы. Не знаю, почему Сомбут ещё не добили нас, но они могут ударить в любой момент. Девушка банально не успеет обнаружить и накрыть их.

Стискиваю зубы, стараясь унять боль. Потом прикрываю глаза, ныряя в “чертог”. Оказавшись внутри собственного сознания, слегка успокаиваюсь. Теперь у меня куда больше времени. Да и возможности тоже подросли.

Первым делом создаю иллюзию. Два точно таких же внедорожника, как у нас, которые выворачивают из-за торгового центра. Судя по грохоту, который доносится снаружи, Сомбут немедленно бьют по ним какой-то мощной техникой.

Чтобы сходу не портить игру, представляю, как смятые автомобили разлетаются в разные стороны. А потом генерирую сразу две иллюзии. Первая — мощный взрыв на дороге, что проходит над торговым центром. А вторая — звено из трёх штурмовых вертолётов, которые уже находятся на подлёте.

Одновременно с этим пытаюсь сосредоточиться, чтобы окунуться в боевое состояние. Выходит с большим трудом — слишком много нервных клеток и сил забрал недавний бой. Да и потеря крови, наверняка тоже сказывается. Учитывая количество ран, вытекло её точно немало.

Впрочем, у меня выходит расширить зону контроля и я внезапно чувствую отклик сознания. Немедленно обрушиваюсь на него, но сразу же чувствую разочарование. Всего лишь бомж, который развалился на второй этаже здания торгового центра и оттуда наблюдает за ситуацией.

Плюс в его обнаружении, тоже имеется — теперь у меня есть пара глаз, которые могут дать визуальную картинку.

Микроавтобус. Тот, сука, самый, микроавтобус. Эти парни стояли перед воротами моего особняка. И не получив ответа, просто уехали.

На асфальте рядом с машиной, трое азиатов. Двое пялятся на иллюзорные вертолёты, ещё один разговаривает по телефону.

Стоп. Как они гнались за нами на этой рухляди? И кто тогда ударил по машине, если преследователи подъехали сильно позже? Не понимаю.

В следующее мгновение отгоняю эти мысли прочь. Плевать, как там всё произошло. Сейчас нужно разобраться с этой троицей и выжить. Всё остальное, потом.

Пытаюсь раскачать себя. Вспоминаю о предательстве в старом мире. Брате, девушке. Всех павших соратниках. Срабатывает, но уже не так хорошо. Сучья Алейна забросила в сознание мысль о том, что вернуться не выйдет. Теперь разум старается абстрагироваться от прошлого. Раз я никак не смогу вернуться и отомстить, после чего сплясать на их трупах, значит и думать об этом тоже не стоит. Видимо логика моего подсознания выглядит приблизительно так.

Переключаюсь на то, что происходило не так давно. Салвец. Я ведь могу её потерять и никогда не увидеть. Ранна. Синеволосая совсем рядом, но если тайцы ударят по машине, то умрёт. Фабия. Последняя из рода Диксит, потерявшая свою семью из-за меня.

А ещё гребанные Тигры, которые отправили девушку из глуши в громадный мегаполис, не озаботившись её сопровождением и заронив в неё комплекс неполноценности. Я прямо вижу иссушенных тайских бабуль, которые твердят ей, что города для идиотов и надо жить в лесу. Подтираться листвой и жрать дерьмо обезьян. Они же старше, они мудрее, они всю жизнь гниют в болоте и ты должна. А как иначе? Хорошей жизни захотела? А ты ничего не перепутала часом? Где ты и где хорошая жизнь?

Чего они ждали, когда отправили девчонку в город одну? Всерьёз рассчитывали, что она выгребет, выплывает и сама станет на ноги? Если так, то нахера ей этот дикий клан из джунглей? Не будь она такой закомплексованной, давно бы послала их к херам.

Ярость не просто разгорается. Она буквально бушует. Не знаю, почему меня так понесло на этой теме, но схема работает. Я чувствую всё пространство вокруг. Не только бомжа, что лежит на втором этаже здания, но и ещё группу бездомных поблизости. Водителей машин, что сейчас остановились наверху — взрыв посреди дороги вышел настолько реалистичным, что произошло массовое столкновение. Слишком многие попытались выкрутить руль.

Ощущаю даже разум одинокого доставщика еды, который заблудился и свернул не туда. Он остановил свой мопед и клацает по экрану телефона, пытаясь понять, как выбраться из опустевшего района города, пока местные бродяги не порезали его из-за еды в заплечной сумке и транспорта.

Вот кого не ощущаю, так что это сучьих Сомбут. Но уверен, это лишь дело времени.

Тот, что говорил по телефону, машет рукой остальным, кивая в сторону опрокинутого внедорожника. Мне такая активность совсем не нравится, так что я создаю иллюзию запуска ракет. Сразу доброго десятка, которые мчатся к микроавтобусу тайцев.

Неожиданно, но срабатывает. Один из мужчин сразу же выделывает пассы руками, видимо ставя щит. Второй машинально бросается под прикрытие транспорта. А тот, что до сих пор держит в одной руке телефон, просто растерянно смотрит на ракеты.

Дальше я занимаюсь сразу несколькими задачами. Во-первых, веду ракеты дальше, поддерживая иллюзию. Вплоть до момента их попадания в цель. Одна и вовсе бьёт в корпус мужчины с телефоном в руке.

Впрочем, взрывы я на этот раз не имитирую. Не хочу распыляться.

Во-вторых, одним ударом взламываю ментальную защиту всех людей в непосредственной близости. Отправляю вперёд доставщика и заставляю бомжей вылезти из своих берлог, подтягиваясь к старой дороге.

В-третьих, увеличиваю давление на тот участок земли, где стоят тайцы. Обрушиваю на него всю свою силу и ярость, стараясь перегрузить артефакты и заставить их ментальную броню проявиться.

Когда на дороге, спустя считанные секунды появляется доставщик, один из тайцев снова поднимает руку, намереваясь ударить техникой. Но их главный, который опять что-то говорит в трубку, прикрикивает на него и машет в сторону внедорожника.

А он забавный тип. Настолько, что не может отличить иллюзию от реальности. Если честно, такого я точно не ожидал.

Веду доставщика ближе, пытаясь нашарить в его памяти мысли об оружии. Рассчитываю на шокер или баллончик, который парень мог таскать с собой, но всё оказывается ещё лучше. Складной нож. Не слишком большой, но это полноценное летальное оружие в отличии от прочего суррогата.

Третий таец что-то кричит, указывая на доставщика, но их главный попросту отмахивается. Внутри тихо проскальзывает удивление. Не должны так себя вести люди, прибывший в большой город чужой страны и напавшие на его жителей. Эти троица максимально беспечно — как если бы они стояли на своей собственной земле и обсуждали начало сезона дождей.

Впрочем, сейчас не время анализировать. Это только отвлекает.

Веду курьера сервиса доставки ближе. Говорящий по телефону таец что-то понимает только в момент, когда мой боец оказывается практически вплотную. Более того — доставщик успевает ткнуть в него ножом. Правда без особого толка — срабатывает защитный артефакт и оружие вылетает из руки парня, покатившись по асфальту. А через секунду верхняя часть его тела превращается в настоящее кровавое месиво — удар наносит третий член их небольшой банды, застывший около микроавтобуса.

Бросаю вперёд всех бомжей, которые успели подобраться к зданию торгового центра. Их не так много — всего одиннадцать человек. Но это хватает, чтобы отвлечь внимание.

Сам же снова давлю на противников, пытаясь увидеть их разумы в тонком плане. Беру под контроль полицейский патруль, который сейчас мчится в нашу сторону и вот-вот будет на месте. Сомневаюсь, что эти парни смогут что-то сделать, но внимание на себя точно оттянуть должны.

Крики умирающих бродяг. Показавшаяся из-за поворота патрульная машина. Полыхающая внутри меня ярость. Перед глазами раз за разом появляется картины, как старые тайки рассказывают остальным о гибели молодой дуры, что отправилась за мечтой в мегаполис и это почему-то заставляет сознание испытывать всё более сильную злость.

Визг тормозов. Выстрелы. Гаснущие сознания обоих полицейских. Я потерял ещё одну пешку, но теперь это не так важно. Защита одного из тайцев проявилась. Того самого, что сейчас стоит всего в нескольких метрах от нашего опрокинутого авто.

Обрушиваюсь на его ментальную броню. Пробиваю её, выламывая целые куски. Потом впиваюсь в его разум. Буквально раздираю тот по частям, уничтожая саму суть разумного существа. Глазами пары оставленных наблюдателей вижу, как таец падает на колени и закрывает руками лицо, истошно что-то крича.

А вот и контроль над его телом. И теми жалкими крохами, что остались от разума мужчины. Ставлю его на ноги. Разворачиваю лицом к оставшимся.

Память. Надо было просмотреть её. Зря упустил такой шанс. Впрочем, есть ещё двое.

К ним и веду взятого под контроль одарённого. Вижу, как азиаты переглядываются между собой. Главный снова что-то говорит в телефон и внезапно вытягивает вперёд левую руку. Сознание их родственника немедленно гаснет — используя своих наблюдателей, вижу, как его тело распадается на две неравные половинки, рассечёное одним ударом.

Теперь он внезапно выбрасывает руку по направлению к внедорожнику и я вижу, как отваливается часть машины. Ублюдок рассёк пополам броню. Где-то совсем рядом со мной.

Где-то на краю сознания появляется мысль, что прямо сейчас я могу истекать кровью — стараюсь на ней не зацикливаться. Вместо этого сосредотачиваюсь на двух оставшихся мужчинах. Один заносит руку для нового удара, сжимая в другой телефон. А второй просто замер около микроавтобуса, едва не ли вживамаясь в него спиной.

Не чувствую их сознаний. Давление уже почти на пределе, а я всё никак не могу зафиксировать их ментальну броню. Твою, сука, мать!

Он вот-вот ударит. И на этот раз точно кого-то убьёт. Даже если первая атака никого не прикончила, дважды таких чудес не будет.

Внутри проскакивает идея и сразу её реализую. Ваан Сомбун. В той самой одежде, которая была на ней в баре “Королевства Красоты”. Выходит из-за полицейской машины и прихрамывая на одну ногу, тащится к микроавтобусу.

На момент, но срабатывает — оба тайца реагируют, пялясь на иллюзию широко раскрытыми глазами. Более того, я чувствую отголоски их эмоций. Почти как в случае с противницей на ринге. Чем сильнее терзается их разум, тем выше вероятность того, что я доберусь до защиты и благополучно её пробью.

Генерирую новые иллюзии девушки, которые заполняют всю дорогу. Их сотни. Возможно тысячи. В самом разном состоянии — вот она идёт по дороге, с бокалом алкоголя в руке. А вот Ваан кричит от ярости. Ещё одна проекция — лежит на асфальте, прямо перед парой мужиков и яростно мастурбирует. Масса разнообразных вариантов.

Тайцы ломаются спустя всего пять секунд реального времени. Сначала чувствую ментальную броню того, что прижимался к металлу транспорта. А потом сбой даёт и оборона их командира.

Бью по ним одновременно. Прошив защиту, потрошу разумы, вычёрпывая всё, что нахожу в памяти и забрасывая это в “чертог”. Пригодится. Если не прямо сейчас, то позже может быть полезным. Как минимум, мне надо понять, какими ещё силами располагает семья Сомбун и чего от них стоит ожидать?

Выжигаю их сознания дотла и два тела оседают на асфальт дороги. Убираю иллюзию. Ещё раз сканирую окрестности. А убедившись, что рядом нет противников, возвращаюсь в реальный мир.

Первым делом освобождаю Ранну. Потом открываю дверь со своей стороны и вытаскиваю девушку. Морщусь, глядя на большую шишку с боковой части головы. Теперь понятно, почему она до сих пор не пришла в себя.

Стоп. Почему отклик Фабии стал настолько слаб. Распахнув дверь с её стороны, на момент застываю. Перерубленный бицепс руки, пропаханное колено, отрезанный кусок челюсти. Чем бил этот таец? Лазерным лучом? Раны такие, что впору и правда подумать о каком-то странном и запредельно мощном оружии.

Аптечка в машине, к счастью имеется. Но есть и нюанс — я не слишком хорош в обращении с бинтами. Поэтому просто заливаю раны медицинским гелем. Хотя, как по мне, больше бы подошло слово “герметик”. По сути, состав именно это и делает — заполняет собой рану, после чего застывает останавливая кровотечение. Ещё он не даёт плоти срастись, но в больнице его легко растворят. Вот для экстренных случаев, такая штука крайне полезна.

Закончив, критично осматриваю результат своей работы. Вышло откровенно херово и коряво, но кровь я остановил. Всё остальное зависит от кавалерии — если Фабию успеют довезти до больницы, то девушка должна выжить.

Прихрамывая, обхожу внедорожник, намереваясь осмотреть тела убитых тайцев. В этот момент взбодрившийся после убийства одарённых и поглощения их силы, мозг, выдаёт неожиданную мысль — а ведь нет никакой группы прикрытия. Никто не пытался нам помочь. Даже в моменте, когда противник принялся долбить по машине при помощи артефакта. Всё, что происходило до этого, ещё можно списать на странный и безумный тест моих способностей. Но как мне кажется, подобное тестирование не должно включать в себя мою ликвидацию. Для этого ещё слишком рано.

Мозг сразу принимается набрасывать идеи, но я останавливаю его и шагаю дальше. Об этой странной херне я подумаю потом. Сейчас же хочу глянуть на трупы и заодно осмотреть микроавтобус на котором они приехали.

Подойдя к машине, внезапно слышу отдалённый звук голоса. Сначала не понимаю, откуда он идёт, а потом останавливаю свой взгляд на простеньком мобильном телефоне. Там до сих пор кто-то говорит? Куда этот таец звонил? В секс по телефону?

Чуть подумав, поднимаю аппарат. Прикладываю его к уху. Женский голос на момент замолкает. А потом я слышу слова на чистом хинди.

— Ты убил троих Младших, чужак. И поплатишься за это. Жди, когда Тигры придут и сожрут твою душу.

Обрывает связь, а я опускаю руку, с лёгкой растерянностью смотрю на телефон. Чужак? Она подразумевала, что я наполовину римлянин? Или имела в виду моё иномирное происхождение?

Глава III

Несколько секунд стою около микроавтобуса. Потом убираю кнопочный телефон тайца в карман. Он всё равно заблокирован — видимо азиат принял вызов, а не набирал номер сам. Но учитывая старинную модель аппарата, справиться с задачей скорее всего будет несложно.

Быстрый обыск транспорта ничего не даёт. Никаких примечательных вещей, если не считать за такие бутылки с водой и остатки еды. Выбравшись оттуда, осматриваю разбитый фургон снаружи. Только сейчас понимаю, что у него номера Тайланда. То есть эти парни гнали аж оттуда до самого Дели на этой развалюхе?

И это те самые страшные Тигры, которыми меня пугали после убийства Ваан? С тем, что они умеют сражаться, я полностью согласен. Бейся против них любой местный одарённый, пусть даже высокого ранга, ему бы пришлось крайне тяжело. Но вот Мастера Разума и Иллюзий они не потянули. А всё почему? Потому что артефакты надо делать более стабильными.

Проверяю состояние Ранны и Фабии. Вроде в норме. Если быть более точным, живы. Чувствую отклик сознаний обеих девушек.

Размышляю. Сканирую окрестности. Во внедорожнике, по идее должен быть установлен датчик. Так что в скором времени стоит ожидать прибытия подкрепления. А пока можно напомнить о себе в информационном пространстве.

Достав купленный вчера телефон, захожу на свой аккаунт в “Коммуник” и переключившись на канал, запускаю режим прямой трансляции. Использование медиа мы с Алейной не обговаривали — прямого запрета на это нет. Возможно женщина предполагала, что я сам откажусь от засветки в социальных сетях. Если так, то зря. Популярность ещё никогда не мешала выживанию. В худшем случае, в один прекрасный день мои подписчики начнут считать меня ублюдком и ненавидеть. Возможно даже запишут десяток-другой видео на эту тему. Но реальной угрозы они не несут. А вот в качестве инструмента давления на окружающее общество, вполне сгодятся.

Сначала демонстрирую всем трупы тайцев, лежащие на асфальте. Потом снимаю разбитый и опрокинутый внедорожник. Развернувшись к фургону, демонстрирую и его.

Потом шагаю к останкам доставщика еды, показывая то, что осталось от его тела. И начинаю говорить.

— Думаю все вы помните историю с Ваан Сомбун. Девушкой, которая трагически погибла на крыше “Королевства Красоты”. Тогда многие говорили мне про её семью и предупреждали, что они могут попытаться отомстить. Скажу честно, я в это не верил. Более того, я сам предлагал им помощь и пытался связаться с родственниками Ваан, чтобы помочь им, рассказав всё, что знаю.

Остановившись, веду камерой вокруг, демонстрируя зрителям окружающую меня территорию.

— Как вы уже наверняка догадались, жизнь распорядилась иначе. Сомбун действительно пришли за моей головой. Преследовали меня на улицах Дели, убили водителя и ранили двух моих клиенток. Мне удалось выжить исключительно за счёт счастливой случайности, не более того. Спасло то, что они не слишком хорошо представляли себе бой в городских условиях.

Сделав паузу, приближаю картинку разбитой машины, крупным планом показывает повреждения. Заодно показываю в кадре ноги Фабии, которые торчат из-за автомобиля.

— Я справился. За счёт безумного везения и фактического чуда. Но хочу задать вопрос. Как так получается, что трое тайцев могут устроить охоту на улицах Дели, а их даже не пытаются остановить? Куда смотрит Министерство безопасности? Что предпринимает полиция? Всё, что они сделали, так это направили сюда одинокий патруль. Обрекли на гибель двоих служителе правопорядка у которых не было ни единого шанса. Где тот безопасный мир о котором нам постоянно говорят политики?

Выдав тяжелый вздох, иду к опрокинутому автомобилю. Зайдя за него, показывая Ранну и Фабию, которые лежат на асфальте.

— У каждой из них непростая судьба. Семью одной вырезали Сестии, вторая потеряла брата и возможно свою мать из-за интриг сильных мира сего. Где справедливость, спрашиваю я вас? Почему никому нет дела, что прямо в черте Дели одни одарённые пытаются убить других, при этом массово истребляя всех, кого видят поблизости.

Сразу же подтверждаю свои слова, снимая трупы нескольких ближайших бродяг.

— Этим людям просто не повезло оказаться рядом. Теперь они мертвы. Да, это бездомные. Но напавшим на меня бандитам нет никакого дела до вашего социального статуса. Если бы нас настигли в центре города, то среди погибших мог оказаться кто угодно. Вы сами, ваши родственники, знакомые, коллеги по работе. И это не война кланов — никто не присылал мне уведомлений или бумаг. Просто в городе появилась группа бандитов, решивших, что им позволено абсолютно всё.

Вдалеке слышится завывание сирен и я сразу навожу камеру телефона на дорогу, которая ведёт к зданию торгового центра.

— Они прибыли только сейчас. Слышите? Неизвестные посреди дня нападают на студентов и расстреливают их коллег, а полиция приезжает, когда всё уже кончено.

Максимально давлю на эмоции, а потом и снимаю небольшую колонну из трёх полицейских авто, которые показываются из-за поворота. Когда тормозят метрах в десяти от меня и снаружи показываются достающие оружие патрульные, громко кричу.

— Теодор Ли-Корнелий. Студент университета имени Джанко. Вызовите скорую, здесь двое пострадавших.

Если изначально с их стороны веет настороженностью и опасением, то после моего обращения, эти эмоции слегка потухают. Оно и понятно — передо мной обычные патрульные, которые имеют весьма слабое представление, что делать в случае конфликта одарённых. А теперь они получили своего рода ориентир. Во-первых, выживший является студентом известного университет, что исключает упреждающий огонь на поражение. Во-вторых, на месте столкновения имеются раненые, которым нужна помощь.

Пока они разбираются с техническими вопросами, остаюсь около фургона, продолжая трансляцию и комментируя действия полиции. Когда на дороге появляются новые машины полиции, проверяю количество зрителей и чувствую, как брови сами по себе ползут наверх. Больше трёхсот тысяч человек. И едва ли не каждую секунду прибавляется ещё по несколько тысяч. Либо местные блоггеры решили внезапно упомянуть мой прямой эфир, либо так срабатывает вал отметок, которые ставят обычные зрители.

В любом случае, подобное количество человек означает мощную волну внимания, которая появится сразу по окончанию трансляции.

Раздумывая о том, как можно использовать этот ресурс, на автомате продолжаю описывать действия полиции. Сам же наблюдаю за новыми действующими лицами — двумя мужчинами в гражданском, что выбираются из нового авто.

Один увидев камеру, сразу же ныряет обратно, напоследок что-то рявкнув второму. А через секунду тот уже шагает в мою сторону. Приблизившись, останавливается в паре метров, мрачно разглядывая телефон. Хорошо чувствую лёгкое раздражение, которое полицейский излучает в пространство.

— Прошу вас прекратить съёмку. Это запрещено законами Индийской республики. В случае невыполнения законного требования сотрудника полиции, буду вынужден составить протокол об административном правонарушении.

Беру крупным планом его лицо.

— Видите? Они не хотят, чтобы общественность знала об их халатности. Второй приехавший вообще спрятался в машине и не хочет показываться.

Бросив быстрый взгляд на экран телефона, чувствую ещё одну вспышку удивления. Больше четырёхсот тысяч зрителей. Вашу же мать. Откуда столько?

— Повторю. Закон запрещает вести съёмку на месте преступления до момента, когда криминалисты закончат свою работу. Прошу вас убрать телефон.

В голосе проскальзывают лёгкие нотки усталости, которые теперь появляются и в эмоциональном фоне полицейского. Интересно. Это он так задолбался разгребать трупы за одарёнными? Или настолько хорош, что им попросту затыкают все возникающие бреши в крепости полицейского управления?

После недолгого размышления, выдаю ещё пару фраз о халатности людей в форме и всё же выключаю телефон, прервав трансляцию. Как только убираю аппарат в карман, полицейский представляется.

— Амин Джайн. Старший следователь по особо важным делам управления полиции Дели. Вы можете рассказать, что здесь произошло?

Сразу же достаёт компактный диктофон, а я начинаю излагать историю. Собственно, сейчас даже не приходится лгать. Умалчиваю лишь тот факт, что наш водитель работает на Первую службе и скорее всего формально числится в какой-то военной структуре.

Пока обрисовываю следователю ситуацию, никак не могу отделаться от мысли, что во всей этой ситуации присутствует нечто совсем неправильное. И связано это сразу с двумя факторами.

Первый — те слова, что передал водитель. Сразу после боя, я бы не в состоянии здраво рассуждать, поэтому просто рванул к выходу. Сейчас же в голове появляется логичный вопрос — а нахера было покидать университет? Там есть охрана и масса высокоранговых одарённых в виде преподавателей. Попробуй эта тайская троица ворваться внутрь периметра, их бы раскатали в мясной фарш без нашего участия.

А второй смущающий меня момент — отсутствие группы прикрытия. Не верится, что Алейна отпустила меня в город без всякого присмотра. Водителя за таковой можно не считать. Она прекрасно понимает, что разум обычного человека я вскрою за секунду. А ещё через две он будет готов выполнить любой мой приказ.

По идее, где-то рядом постоянно должен находиться менталист высокого ранга. Но его не обнаружилось, когда Сомбун догнали внедорожник и атаковали нас. И если первый контакт он мог пропустить, потому что ждал приказов от руководства, то почему не вмешался потом? Когда один из тайцев ударил по перевернутому автомобилю, проделывая в нём дыру?

Логичным кажется предположить, что прикрытия у нас и правда нет. По крайней мере на территории города. Но это никак не вяжется с образом Алейны, которая на мой взгляд не может допустить подобную оплошность.

Какому из вариантов верить? Какой окажется верным? И почему сегодня всё сложилось именно так? Кто помог Сомбун подобраться к нам?

Сейчас было бы неплохо расспроси́ть водителя, но тот мёртв. Убит всё теми же тайцами, в сотрудничестве с которыми я его теперь подозреваю.

В процессе моего рассказа, на место событий наконец прибывает скорая. Медики сразу же приводят в чувство Ранну, а вот с Фабией всё куда более проблематично — судя по отклику её сознания, девушка так и не приходит в себя.

Через десять секунд синеволосая подходит к нам Бросив взгляд на следователя, морщится и поглаживает боковую часть головы.

— Они хотят забрать Фабию в больницу? А мне предлагают сделать томографию головного мозга. Остановить их и подождать других врачей или ехать?

Чувствую искреннее удивление, которое при этих словах испытывает следователь. Видимо офицер не привык, чтобы кто-то так запросто спрашивал, а не послать ли к херам бригаду государственных медиков, что прибыли по вызову на место преступления.

Глянув на Ранну, пожимаю плечами.

— Езжай. Но будь на связи и соблюдай осторожность. Никаких инъекций, таблеток и еды с водой, пока не убедишься в их безопасности. Если покажется, что появилась какая-то угроза, просто убивай всех, кого видишь.

Когда клиентка шагает обратно к машине скорой помощи, полицейский чуть ошаренно уточняет.

— Вы в курсе, что только что отдали ей приказ, который может трактоваться, как подстрекательство к убийству? Массовому, если что.

Повторяю своё движение плечами.

— А вы в курсе, что мы успели проехать половину города, прежде чем оказались здесь. И ни один полицейский патруль не удосужился отреагировать на происходящее.

Тот едва заметно кивает. И сразу же возвращает мне вопрос.

— Это, кстати, весьма интересный момент. Зачем ваш водитель свернул именно сюда? Почему не придерживался пути, на котором ему могли попасться патрульные? В конце концов, он мог просто выехать к одному из районных управлений полиции. Судя по вашему маршруту, такая возможность появлялась, как минимум, дважды.

Намёк понятен. Видимо полицейскому пришли в голову те же мысли, что и мне. Впрочем, полной картины я ему раскрывать всё равно не намерен.

— Я бы с радостью поинтересовался у него этим моментом, но увы не могу.

Следователь чуть морщится, бросая взгляд в сторону внедорожника. Судя по эмоциональному отклику собирается задать очередной вопрос, но тут на горизонте возникают новые действующие лица.

Вернее, сначала я вижу машины. Два бронированных армейских внедорожника зелёного цвета, между которыми втиснулся чёрный седан представительского класса.

Когда те тормозят, на асфальте внезапно оказывается группа бойцов в полной выкладке, которые по чистой случайности располагаются так, чтобы накрыть полицейских огнём. А следом на белый свет выползает мужчина с небольшим пузом, затянутый в костюм. Скептически оглядевшись, шагает к автомобилю, внутри которого так и сидит неизвестный мне полицейский чин, предпочитающий не светить своей физиономией.

Впрочем, в этот раз ему не оставляют выбора — приходится вылезти из комфортного укрытия, чтобы обсудить вопросы с коллегой.

Как и предполагаю, всё решается крайне быстро. Всего минута и полицейские получают приказ сворачиваться. Немедленно ощущаю острое недовольство следователя. То ли негодует из-за того, что ему не дали заняться делом, то ли расстроен из-за вхолостую потраченного времени.

Что интересно — мужчина, который вынудил стражей порядка убраться, со мной разговаривать не спешит. Если я верно расшифровываю его эмоциональный фон, он чего-то опасается. Возможно как раз контакта со мной. А там как знать, о чём может переживать функционер военной контрразведки.

В том, что это именно она, я почти не сомневаюсь. Алейна задействовала ведомство, чтобы разгромить департамент специальных операций. Логично, что “кавалерия” относится к ним же.

Вот что меня напрягает — скорость их реакции. Понятно, что эти парни не имеют никакого отношения к обеспечению нашей безопасности. Но они прибыли сильно позже полиции. Возможно это банальная халатность, но может оказаться и чем-то ещё. Например попыткой удержать контрразведку подальше от места событий.

Хотя, такое предположение тоже кажется странным. Здесь толком ничего не успели сделать. Полицейские лишь оцепили периметр и ждали криминалистов. Никто не пытался скрыть улики или наоборот, что-то подбросить.

Чёрный седан начинает двигаться, постепенно набирая скорость, а ко мне подходит один из военных.

— Теодор Ли-Корнелий, приглашаю вас проехать с нами. У меня приказ обеспечить вашу безопасность вплоть до прибытия в нужную точку.

С трудом сдерживаю ироничную усмешку. Безопасность? Это как интересно? Попробуешь при помощи огнестрела убить одарённого, если тому вдруг взбредёт в голову атаковать?

— В какую именно точку?

Слегка давлю силой и мужчина на момент заминается. Но всё же находит в себе силы сопротивляться.

— Не могу раскрыть координаты. Секретная информацию.

Имеется небольшой соблазн вскрыть его разум и самостоятельно выяснить, куда именно меня собираются отвезти. Но боюсь, это не самым лучшим образом скажется на здоровье армейца. После чего мне придётся убить всех остальных, либо взять их под свой контроль. Ни один из вариантов мне не слишком нравится, поэтому я просто киваю.

Спустя двадцать секунд обе военные машины трогаются с места, покатившись по старой разбитой дороге. Когда выворачиваем на следующую развязку и встраиваемся в потом автомобилей, внезапно понимаю, что направление выбрано не совсем верно. Мы вроде и движемся к окраине Дели, но при этом должны сделать громадный крюк.

В то, что индийская военная контрразведка что-то напутала с адресами, я не верю. Значит остаётся только один вариант — меня целенаправленно везут не туда.

Ещё раз глянув в окно, озвучиваю свои сомнения.

— На твоём месте я бы рассказал о цели визита. Потому как я уже слегка беспокоюсь и готов пустить в дело силу, чтобы избавиться от этого странного чувства.

На секунду прервавшись, добавляю.

— Грубо говоря, убить вас всех и пойти дальше пешком.

Глава IV

Какое-то время боец колеблется. Снова давлю на него силой и в этот раз приём срабатывает — тот поворачивает ко мне голову, начиная говорить.

— С тобой всего лишь хотят поговорить. У меня чёткий приказ — доставить объект на место, обеспечив его безопасность. Не вступать в конфликты, не выдавать информацию.

Откинувшись на среднем сидении внедорожника, разжимаю губы в саркастической усмешке.

— Во-первых, ты только что нарушил последний пункт приказа. А во-вторых, я бы ещё поспорил кто тут и чью безопасность обеспечивает. Ну а в третьих, ты вообще в курсе, чем я занимаюсь? Может стоит развернуть транспорт к военной базе, где меня ждут рекруты, а не страдать ерундой?

Судя по эмоциональному фону, парень как раз абсолютно не врубается, о чём я говорю. Излучает сильное удивление, к которому примешивается недоумение. Но всё же отвечает.

— У меня приказ. Я никак не могу его нарушить. Вас ждут для обычной неофициальной беседы.

Угу. Очень странное сочетание слов в одном предложении. “Обычная” и “неофициальная”.

Впрочем, вариантов не так много. Конечно, я могу разобраться с этой группой бойцов. Даже не придётся их убивать — достаточно установить временный контроль и заставить отвезти меня на базу. Но судя по всему, парень не врёт и мы на самом деле направляемся к какой-то шишке из военной контрразведки. А значит, он попытается достать меня снова. В теории даже может прислать сотрудников на территорию самой базы. Да и других способов вывести меня на беседу, тоже немало.

Как итог, принимаю решение просто подождать и посмотреть, куда они меня доставят. А потом послушать, что такого интересного хочет сказать некто, облечённый властью.

По моему предположению, мы должны остановиться около какого-то государственного учреждения. Но вместо этого, машины заезжают на задний двор небольшого офисного центра, расположенного неподалёку от окраины.

Что забавно, их тут встречают — пара мужчин в дешёвых костюмах, под которыми наверняка имеется оружие. Когда выхожу наружу, один из них сразу шагает ближе ко мне. Переглянувшись с бойцом, который со мной общался, кивает.

— Следуйте за мной, вас уже ожидают.

Формулировка вызывает усмешку. Шагая следом, картинно зеваю и уперев взгляд в спину громиле, сообщаю.

— Могли бы просто сказать, что кто-то из ваших боссов возгорел желанием поболтать. А если бы я убил этих парней? Совсем не цените жизнь персонала.

Чувствую волну раздражения, исходящую от мощной фигуры. Отвечает, не поворачивая ко мне головы.

— Думаешь ты бы смог? Это профи. Вооружённые до зубов и отлично подготовленные спецы.

На этот раз, его пренебрежительный тон голоса вызывает раздражение уже у меня. Да, в коридорах здания наверняка установлены камеры. Но что-то подсказывает — местные функционеры в курсе моих возможностей. По крайней мере в какой-то мере. Не каждый одарённый способен устроить массовую бойню в аэропорту, да ещё и разделаться с целой группой охотников за его головой, тоже располагающих силой.

— Боюсь, они бы не смогли сделать и выстрела. Или ты думаешь, что трое ублюдков из Сомбун сдохли сами по себе? Вспороли себе животики, осознав тщетность бытия?

Тот на момент сбивается с шага. Всё-таки оглядывается на меня, хмуря брови.

— Не знаю. И на твоём месте, я бы не угрожал сотруднику контрразведки прямо в ведомственном здании.

Невольно усмехаюсь. Я уже просканировал всю постройку. Более того — вычленил семь объектов, на которых обращают минимум внимания и взял их под контроль. Уборщики — люди с которыми почти не разговаривают, что облегчает задачу управления. Всё, что нужно, дать приказ работать шваброй, соответствуя стандартному алгоритму, да глазеть по сторонам.

Ещё я обнаружил сразу пятерых одаренных. Трое вовсе не защищены от менталистов, у двоих артефакты имеются, но слабенькие. Возможно где-то здесь присутствуют и другие, с лучшей защитой и готовые среагировать на мою атаку — такую возможность я тоже допускаю. Но боюсь, в случае реального противостояния, им придётся тяжело. Конечно, если они тоже не менталисты, причём высокого ранга.

— Знаешь, на твоём месте, я бы тоже мне не угрожал. Потому что военная контрразведка, это одно, а её отдельный сотрудник, совсем другое. Думаешь генералы станут устраивать бойню в Дели, разрушать перспективный проект и терять херову тучу обученных солдат и одарённых, лишь бы отомстить за твою смерть? Вот и мне кажется, что нет.

Снова сбивает с шага. Теперь чувствую сильное напряжение и страх — его разум заливает этими двумя чувствами практически всё вокруг.

— Приношу извинения. Не хотел обидеть.

Его ведёт страх. Но слышать его слова всё равно немного приятно. Поняв, что реально этому рад, прислушиваюсь к собственным ощущениям. Разум снова ушёл в режим турбулентности, как тогда на ринге? Или совсем недавно, во время схватки с Сомбун? Какого хера происходит и что это вообще такое? Из-за чего?

Стоп. Когда всё началось? Первый приступ. Бой в аэропорту отпадает — там я испытывал искренние эмоции. Прогнал через себя всю боль старой жизни и едва не сдох на месте.

А вот потом, пожалуй и пошёл процесс этих странных всплесков. Не понимаю. Тонкая часть разума проверена не один раз. Осталось только копнуть у самых основ. В той части, где бессознательное граничит с человеческим сознанием. Или как-то так. В конце концов, я практик, а не теоретик. Исследованиями и научными работами, обычно занимались те, у кого не выходило достаточно высоко поднять свой ранг.

Ведущий меня охранник останавливается около дверей лифта. Нажав на кнопку, косится в мою сторону. Насторожен, слегка испуган, растерян. Судя по всему, я только что сломал его привычную тактику общения с подобными “посетителями” и теперь мужик банально не понимает, что ему делать.

Поднимаемся на третий этаж здания и через полсотни метров он останавливается около одной из дверей.

— Заходите. Вас ждут. Когда беседа закончится, я провожу вас назад.

В глаза старается не смотреть. Более того — даже взгляда от пола не отрывает. Можно книгу писать — “угроза смерти, как способ привития хороших манер”.

Кивнув ему, нажимаю на дверную ручку и оказываюсь внутри. Но вместо предполагаемого мужчины, вижу миловидную секретаршу в короткой юбке и почти прозрачной рубашке.

Учитывая, что здание является офисным центром, в таком наряде ничего удивительного нет. В конце концов, её тело должно быть доступно шефу в любой момент. Не ждать же условному генералу, пока девушка стянет штаны, чтобы её трахнуть? Не по уставу получится.

Вот, что меня на самом деле удивляет — факт отсутствия отклика разума секретарши. Либо она прикрыта артефактом, либо защищена сложной техникой. Оба этих варианта сразу выводят её из разряда офисной шлюхи, превращая в фигуру с неопределённым статусом.

Учитывая, что сидящего за дверью мужчину, я наоборот хорошо чувствую, это удивительно вдвойне.

Сделав несколько шагов, останавливаюсь перед входом в помещение, где меня ждут для разговора. А потом убираю пальцы от дверной ручки и повернувшись, сталкиваюсь взглядом с девушкой.

— Ты уверена, что мне нужно именно туда?

Момент внимательно изучает меня. Потом внезапно улыбается.

— Уверена. Только собеседник будет другой.

Встав из-за стола, подходит и по хозяйски распахивает дверь. Коротко машет головой и плотный мужчина, что сидел за столом, сразу же выметается. Испытывая при этом безмерное облегчение.

Сама девушка проходит внутрь, сразу же устраиваясь на его месте. А я занимаю кресло для посетителей. Глядя на неё, вопросительно поднимаю брови и та первой задаёт вопрос.

— Давай обойдёмся без прелюдий. Я просто спрошу, где Алейна? Куда она пропала?

Стоп. Она куда-то пропала? Или это такая формулировка, намекающая, что женщина не хочет контактировать с военной контрразведкой?

Учитывая, что мне на самом деле ничего не известно, остаётся только пожать плечами.

— Мне о её местонахождении ничего не известно.

Собеседница поджимает губы, укоризненно рассматривая меня. Если бы не её защита от моей силы и немедленное подчинение человека, который занимал кабинет до этого, я бы засомневался, что передо мной высокопоставленный сотрудник контрразведки. Больше похожа на обычную студентку. И если молодость можно объяснить процедурами, то вот мимику она похоже тренирует специально.

Пока мысли проносятся в голове, прощупываю её, пытаясь обнаружить артефакт защиты или зафиксировать ментальную броню. Правда пока безрезультатно.

— Боюсь, ты не совсем понимаешь ситуацию. Мы обрушились на департамент специальных операций, обвинив их в подготовке переворота. Надавили на “Сампатти”, убили немало гражданских. Под арестом сотни людей. И знаешь, что теперь выясняется?

Вопрос риторический, но я всё равно покачиваю головой. А опирается локтями о столешницу и продолжает.

— Наши собственные следователи начинают задавать вопросы. Часть документов, от которых отталкивались, оказалась поддельной. Переписки, служебные приказы, разнообразная бюрократическая мелочь. Другие основания денежных переводов. Мы выпотрошили одно из ключевых подразделений министерства безопасности, вырвав ему зубы. Представляешь, что будет, когда вскроется, что всё это было из-за ложной информации?

С трудом сдерживаю усмешку. Херовые вы какие контрразведчики, если повелись на такую разводку. Да ещё и устроили настоящую бойню в отдельном взятом ведомстве.

Зато теперь мотивы ведомства становятся более чем понятными. С одной стороны, у них есть министерство безопасности, которое считает военных контрразведчиков едва ли не заклятыми врагами и готово на всё. А с другой — те люди, что санкционировали всю эту херню. Без отмашки с самого верха, генералов не убивают. Да и крупнейшую финансовую корпорацию страны не громят.

Алейна же просто растворилась на просторах ФАС. И видимо сидящая передо мной девушка считает её чуть ли не единственной надеждой на спасение.

Развожу руками и начинаю медленно излагать.

— Я на самом деле не имею никакого представления, где она находится. После первого контакта, когда она доставила меня на базу, где проходит обучение, я её больше не видел.

Светловолосая девица вздыхает. Откинувшись в своём кресле, внезапно забрасывает ноги на стол.

— А чем ты там занимаешься на этой своей базе? Что за новая методика? Откуда она взялась?

Такой поворот беседы мне уже не нравится. Слишком опасно. К тому же я не знаю, какую версию ей изложила Алейна.

— Об этом лучше поговорить с координатором проекта, а не со мной. Я лишь обучаю людей и если честно, не слишком разбираюсь, каким объёмом информации владеют другие партнёры.

Девушка усмехается и подняв руку, чешет левую грудь. Специально пытается вывести меня из себя? Или это вбитый в подкорку стиль поведения, призванный сбить собеседников с толку?

В очередной раз пробую обнаружить её разум, но ничего не выходит. Не знаю, кто ставил ей защиту, но сделали это явно профессионально. Либо сама девушка является одарённым высокого ранга.

— Не слишком разбираешься, говоришь? А мне кажется, что ты очень даже неплохо всё понимаешь. И скорее всего отлично представляешь, что будет после того, как механика обучения окажется в руках этой стервы. Разве не так?

Какой-то слишком откровенный выходит разговор. Как по мне, совсем с перебором. Особенно, если учесть, что на мне с высокой долей вероятности установлен “жучок”, передающий все данные.

— Послушай, я просто пытаюсь выжить. Всё моё участие в делах Алейны ограничено исключительно подготовкой выделенной группы людей. Всего остального я не касаюсь.

По большей части это правда. Но судя по взгляду девушки, она в это совсем не верит. Хотя, мимикой она владеет великолепно — даже я не понимаю, какие эмоции настоящие, а какие ложные.

— Чтобы остаться в живых, нужно понимать, что происходит. Ты это знаешь, я это знаю, Алейна это знает. Общеизвестная истина, как видишь. Могу поспорить, на тебя сейчас навешана груда разнообразного отслеживающего дерьма. И скорее всего, она услышит этот разговор. Либо прослушивает его прямо сейчас, в режиме реального времени.

Спускает ноги на пол и снова немного наклоняется вперёд. Впивается в меня взглядом.

— Алейны, если ты это слышишь, тебе лучше выйти на связь. Иначе я просто сдам всё, что у меня есть, наверх. И посмотрю, как скандал о пяти тайных службах пожирает всех причастных. Ты может и выживешь, но вот прежней власти тебе не видать. Подумай, нужно ли это кому-то из нас? На мой взгляд, взаимовыгодное сотрудничество всё же более предпочтительно.

Да она в панике. Отлично себя контролирует, но на самом деле внутри наверняка истерика. Иначе точно не стала бы угрожать главе Первой службы раскрытием информации. На такое способны только те, над чьей головой и так занесён клинок. Потому как шансы этой девчонки выжить, только что упали до минимально низких значений.

Снова откидывается назад, задумчиво разглядывая меня. Наконец взмахивает рукой.

— Можешь идти. Если вдруг увидишь эту стерву, сообщи, что я хочу с ней поговорить.

Не вставая с кресла, уточняю.

— Чьё имя ей назвать?

Та слегка улыбается.

— Просто опиши мой наряд. Или скажи, что её ждёт для беседы та самая блондинистая блядь, что надрала её жопу в джунглях Вьетнама. Она сразу поймёт.

Занятный поворот событий. Если она говорит правду, то возможно никакой истерики и нет. Достаточно ввести в уравнение новую переменную, как самым вероятным появляется предположение, что девушка лишь использовала угрозу, как способ давления. Своего рода рычаг на странных односторонних переговорах.

Поднявшись, шагаю к двери. Когда берусь за ручку, сбоку слышится голос.

— Кстати. Это правда, что ты трахаешь почти всех женщин, с которыми встречаешься?

Застыв на месте, поворачиваю к ней голову, смотря с выражением немого вопроса и та снова забрасывает ноги на стол. Скрещивает руки под своей небольшой грудью.

— То есть я не в твоём вкусе?

Ещё одна провокация? Или она решили дать мозгу небольшую разгрузку перед тем, как я уйду.

Внутри на момент полыхает вспышка раздражения, быстро перерастающая в полноценную злость.

— При других обстоятельствах, я бы может тебя и поимел. Заставил ползать вокруг, вылизывать мои яйца и умолять наконец вставить тебе в любую из дырок. Но как видишь, я спешу. Дела не любят ждать.

Договорив, тяну дверь на себя и покидаю кабинет. Спокойно добираюсь до коридора, где сталкиваюсь с тем же сотрудников, который привёл меня сюда. Мужчина, не задавая лишних вопросов, сразу шагает по коридору, возвращаясь к лифту.

А через минуту я уже выезжаю за пределы торгового центра на потёртом седане с молчаливым водителем. Тот следует поставленной задаче — доставить пассажира на военную базу. Сам же я погружаюсь в размышления.

Момент первый — странное поведение погибшего сотрудника, что был за рулём внедорожника. Сколько бы раз я не прокручивал в голове последние, события, единственные реалистичным вариантом остаётся подстава.

Противоречит этой версии только факт его ликвидации. Но кто сказал, что Сомбун собирались сохранять жизнь предателю? К тому же, судя по тому, что я видел, тайцы хоть и сильны, но не слишком умны. Вполне вероятно им кто-то помогал.

Момент второй — пропажа Алейны. С одной стороны, это вроде бы облегчает мой план побега. Но с другой, его же и усложняет. Если женщина наблюдает за всем со стороны, держа руку на пульсе, то вполне может вмешаться в развитие ситуации и всё сорвать.

Момент номер три — блондинка, что мне только что угрожала. Конечно, тут может быть масса допущений. Начиная от того, что возили меня в здание, которое вовсе не относится к военной контрразведке и заканчивая совсем безумными. Но наличие самой девушки, которая в курсе существования тайных служб, знает Алейну и располагает определённой властью — подтверждённый факт.

Набрасываю самые разные версии, но к какому-то определённому решению не прихожу. А когда наша машина оказывается около первого блокпоста, её внезапно окружают вооружённые солдаты, сразу же берущие авто на прицел.

Хорошо чувствую их опасение и готовность стрелять — давлю силой, приглушая негативные эмоции. Потом медленно открываю дверь. Показываюсь — из-за тонированного стекла, они не могли рассмотреть моего лица.

— Свои. Какого хера тут происходит?

Военные переглядываются, а офицер с погонами лейтенанта тянется к рации. Перед тем, как воспользоваться устройством связи, озвучивает ответ.

— Приказ командования. Полная изоляция периметра, переход в красный режим тревоги, разрешён огонь на поражение.

Глава V

Водителя, выделенного контрразведкой оставляют для проверки, а я добираюсь до базы на армейском внедорожнике. Как только останавливаемся около базы, вижу ждущую около входа Сидни. И надо сказать, настроение у девушки не самое позитивное — тревога, страх, сомнения.

Увидев меня, бросается к транспорту. Затормозив почти вплотную, начинает говорить.

— Тут тревога. И приехал тот дедок, разговаривал о чём-то с Анкером. Все, как будто готовятся к бою. Что случилось?

Собираюсь ответить, но тут в проходе появляется сам Бхатт, тоже во весь опор несущийся ко мне. Остановившись, косится на девушку и тоже обращается.

— Идём внутрь. Хочу тебя кое с кем познакомить.

Глядя ему в глаза, усмехаюсь.

— Для начала, пара моментов. Во-первых, мне нужен прямой канал связи с Алейной. Желательно прямо сейчас. Во-вторых, на первом посту проверки стоит машина. Нужно детально проверить человека и транспорт. Плюс отследить, куда он поедет.

На секунду замолчав, добавляю.

— Если что, я только что в офисе военной контрразведки. И не скажу, что мне там сильно понравилось.

Офицер меняется в лице. Медленно отвечает.

— В главном управлении? Или познакомился с блондинкой?

Интересно. То есть та девушка всё-таки имеет отношение к ведомству? Потому как на обратном пути меня посетила вполне здравая мысль — а что, если она просто соврала? Это ведь не так сложно, как кажется. Арендовать здание, подобрать людей, провести операцию. И создать ощущение того, что ты действительно имеешь дело с одной из государственных структур Индии.

Но если отталкиваться от эмоционального фона капитана и его вопроса, это всё же правда.

Киваю ему.

— С блондинкой. И ещё вопрос по поводу нашего водителя. Вернее, приказа покинуть университет сразу после боя. Кто его отдал? Зачем было бежать из укреплённого здания?

Наш местный куратор с лёгкой усталостью морщится. Поджимает губы.

— Так вот почему вы уехали… Мы потеряли связь с водителем, ещё во время твоего присутствия на ринге.

Выдохнув, добавляет.

— Разберёмся. Давай за мной. Тут правда срочное дело.

Разворачивается, но я не двигаюсь с места и Анкер вынужденно притормаживает. Оглядывается на меня.

— Алейна. Я же сказал, мне нужен канал связи. И где вообще Давден?

Брови капитана снова сходятся вместе.

— Руководство на операции закрытого типа. Контакт только эпизодический и по тем каналам, которые я никак не могу тебе предоставить. А подполковник Джожи здесь. Присматривает за рекрутами. Идём.

Чуть подумав, всё-таки шагаю ко входу в здание. “Операция закрытого типа”, угу. Удобное объяснение невозможности контакта.

Когда оказываюсь в проёме, мысли сразу переключаются на другое направление. Почему водитель нас кинул? Это же был сотрудник Алейны. Скорее всего многократно проверенный. Возможно с установками контроля. Его обработал другой менталист? Тогда почему я ничего не почувствовал? Предал сам, поведясь на деньги или угрозы? Такое возможно, но на мой взгляд не слишком вероятно. Первая служба должна бдить за своим персоналом.

Слишком много странностей в этой истории. И как минимум, одна переменная, от которой я абсолютно ничего не знаю.

Вздыхаю, шагая по коридору. Вот же сучье дерьмо. Как будто мне было мало старых проблем? Теперь на горизонте объявились ещё и Сомбун с их идеей мести. Которым скорее всего кто-то серьёзно помог.

Добираемся до блока, выделенного под руководящий состав и Бхатт ведёт меня к одному из кабинетов. Открыв дверь, делает приглашающий жест, указывая на проём.

Сканирование пространства ничего не даёт. Давдена и рекрутов я хорошо чувствую. Как и остальных присутствующих на базе. А вот внутри этой комнаты ничего. Человек, который меня ждёт, прикрыт артефактом. Как-то слишком много становится в моей жизни людей прикрытых от внимания менталистов.

Захожу внутрь и на лице сама собой появляется отчасти нервная усмешка. Сейчас я действительно удивлён — никак не ожидал встретить здесь этого человека.

Сухой старичок, которого я встретил в свой первый день. Как его там? Сай Нго вроде бы?

Вьетнамец, который при прошлой встрече назвался другом отца Теодора кивает на небольшой диванчик. Сам он сидит на таком же, только напротив, а между ними располагается невысокий столик.

За спиной с лёгким щелчком закрывается дверь — Бхатт в этой встрече принимать участия явно не будет.

Когда усаживаюсь на место, старый вьетнамец поднимает пиалу с чаем и чуть отпивает напиток. Внимательно разглядывает меня.

— Вижу, ты удивлён, Теодор. Мне же так тебя называть?

Намёк на то, что он в курсе кто я такой? Откуда? Работает с Алейной? Или получил информацию откуда-то ещё? Хотя, судя по встрече на этой базе, с Первой службой этот старик какие-то контакты точно имеет.

Недолгую заминку тот толкует по своему. Вернув пиалу на место, уточняет.

— Нас никто не услышит. Можешь говорить абсолютно открыто.

Тянусь силой к стенам кабинета, но никакой защиты не обнаруживаю. А потом обращаю на воздух. Сай Нго не стал выставлять прикрытие по периметру. Он обработал всё пространство внутри помещения. Не совсем понимаю как, но это объяснимо — природа силы вьетнамца явно отличается от моей.

Он так и ждёт ответа, так что я отвлекаюсь от анализа ситуации и переключаю внимание на собеседники.

— Да, я уже привык к этому имени.

Тот едва заметно усмехается.

— Наверное ты хочешь спросить кто я такой и что тут делаю? А ещё поинтересоваться, почему мы встретились в самый первый день?

Слегка развожу руками и утвердительно киваю. Раз сам хочет рассказать, пусть выкладывает. Как минимум, версия старика будет интересной.

Тот какое-то время ждёт, видимо предполагая, что я всё-таки озвучу более развёрнутый ответ. Потом продолжает.

— Ты пробил барьер своего мира при помощи какой-то мощной техники. И по ощущения, скорее всего сразу же переместился сюда. Хотя на самом деле, проболтался снаружи нашего барьера почти двадцать дней. И только потом нацелился на Теодора Ли-Корнелия.

Внезапная новость. Если ей верить, то мой разум почти три недели провёл где-то за Гранью. Как раз там, где обитает Тварь. Пусть и почти дохлая, в данном конкретном случае.

Сам старик излагает дальше.

— Я сумел определить твою цель и к счастью действительно оказался знакомым твоего отца, Дэшена Ли. Смог прибыть в дом как раз к моменту замещения сознания. Изначально предполагалось, что я постепенно возьму тебя под крыло и установлю контакт, но после того, как стало проявляться твоё поведение, стратегию было решено изменить.

Смотря на него, усмехаюсь.

— Решили, что такого бешеного пса стоит держать подальше от себя?

Сай Нго едва заметно пожимает плечами.

— Вспомни, что ты делал в самом начале. Бил по всем вокруг, как сошедший с ума тигр. Издевался над женщинами, как-то использовал их ментальные эманации, вёл себя полностью иррационально. Конечно мы предпочли наблюдать.

С трудом удерживаюсь от того, чтобы издевательски хмыкнуть. Да, я действовал грубо и не слишком продуманно. Мог бы сделать всё на порядок лучше. Но в итоге мои действия всё равно привели к определённому успеху. Группа бойцов, определённый уровень известности, контакты с элитой нового мира.

Да, развивай я постепенно свою сеть и не демонстрируй так открыто свои возможности, всё было бы куда лучше. С другой стороны, при таком раскладе меня прижал к ногтю сидящий напротив вьетнамец. Который не рискнул идти на сближение по одной простой причине — ни один разумный человек не потащит домой ядёрную боеголовку, на которой тикает рандомный таймер. Вещь вроде и дорогая, да и использовать её можно по всякому. Но меняющиеся в случайном порядке числа будут постоянно напрягать — неизвестно, когда она сдетонирует, прикончив тебя самого на месте.

А я был ещё похуже ядерной боеголовки. Намного.

— Тем не менее вот вы здесь. Сидите и разговариваете со мной.

Тот чуть наклоняет голову.

— Ты изменился, Тео. К тому же у меня нет особого выбора.

Вот сейчас не совсем понимаю о чём он. При чём тут вообще выбор?

— В каком смысле?

Молчит. Снова берёт в руки пиалу, отхлёбывая чай. Понимаю, что он вырос в азиатской культуре и стар, но манера поведения всё равно раздражает. К тому же в голову лезут мысли о Ранне и Фабии. Клиентка так и не вышла на связь — непонятно, как у них обстоят дела.

Наконец ставит пиалу на место и снова упирает в меня взгляд.

— То существо, что ты зовёшь Тварью. С ним что-то не так.

Чувствую, как брови ползут вверх. Подаюсь вперёд.

— Что именно? И почему ты так решил?

Переход на “ты” старика не смущает, а вот сам вопрос заставляет ненадолго задуматься.

— Те люди, что использовали её силу, получая почти безграничные возможности, стали меняться. Каждый по-своему, но процесс пошёл. Единственное объяснение — что-то поменялось на другом конце канала связи.

Что за грёбанная привычка, выдавать информацию исключительно порционно? Машинально повышаю тон голоса.

— Как именно меняться? Что с ними произошло? Ты можешь объяснить развёрнуто и сразу?

На лице старика появляется улыбка.

— Думаю, в своей прошлой жизни ты тоже был молод и горяч. С возрастом понимаешь, что не всегда надо спешить. Порой нужно только немного подождать, чтобы победа, как зрелый фрукт, упала тебе в раскрытые ладони, Тео.

Возможно на его условных учеников или молодых родственников из числа одарённых, такие сентенции и действуют. Я же просто вздыхаю, с ожиданием смотря на вьетнамца и спустя секунду он продолжает излагать.

— Большая часть людей, которые были связаны с силой монстра из-за барьера, потеряли свои старые возможности. Кое-какие навыки у них остались, но всё самое ценное утеряно. И все они, как будто разом слетели с катушек. Основная масса исчезла, уйдя с радаров. Некоторые принялись убивать направо и налево, после чего были ликвидированы. Но как ты понимаешь, таких были единицы. Местоположение основного количества объектов нам неизвестно.

Мрачно угукаю. О чём я там недавно думал? Что мне и без Сомбун хватает проблем, да? Жизнь похоже решила ещё немного меня взбодрить. Чтобы уж совсем не расслаблялся.

Прежде чем ответить, прогоняю информацию в голове. Сегментирую, анализирую, строю гипотезы. И только потом озвучиваю вопрос.

— Кто ты? Откуда тебе известно о Твари и адептах? И что ты теперь собираешься делать?

Снова какое-то время молчит. То ли раздумывает, какой объём информации мне выложить, то ли просто по привычке.

— Монстра из-за барьера победили римляне. Об этом они пишут во всех своих источниках. Сейчас, конечно засекреченных, но на момент событий вполне открытых. Но они не упоминают, что в одном строю с римскими одарёнными, стояли и наши предки. Восемнадцать родов Азии послали своих лучших бойцов, чтобы принять участие в битве.

Сделав короткую паузу, скорбно вздыхает.

— Живыми вернулись представители только трёх. Именно они и создали Гуйанчайен. Организацию, призванную наблюдать за барьером и исследовать то, что осталось от монстра.

Непонимающе качаю головой.

— И они не поняли, что Тварь на самом деле жива? До них не дошло, что требуется добить её?

В глазах Сай Нго впервые мелькает какие-то эмоции. Я бы сказал, что это лёгкое раздражение. Но сложно дать точную оценку по мимолётному отблеску.

— Безусловно, в скором времени они осознали, что их враг жив. Но на тот момент ситуация изменилась. Одарённые сплотились перед лицом общей угрозы. А как только она миновала, попытались изменить баланс сил. К тому же тогда на Рим выкатывались всё новые орды варваров. Они потеряли почти весь цвет своей элиты. И не могли позволить умереть тем, кто стоял на ступень ниже. Новая атака на монстра наверняка привела бы к этому.

Задумчиво рассматриваю старого азиата. Что-то здесь не сходится. И кажется я понимаю, что именно.

— А ещё некоторые одарённые хотели добраться до силы этого монстра, не так ли? Посчитали, что расправились с разумом и получили бездонный источник энергии, из которого можно без остановки черпать? Мне вот интересно, как вы до этого принимали экзамены у одарённых? В те времена, когда установки для присвоение статуса было нельзя подключить к полудохлой Твари?

Собеседник слегка улыбается.

— Обходились своими силами. Правда и процент выживших одарённых, выживших после получения новой категории силы, был куда меньше. Если брать грубо, умирал каждый второй.

Вздохнув, снова берёт в руки сучью пиалу. Стараюсь держать себя в руках. Как ни странно получается — спокойно дожидаюсь момента, когда старик поставит её назад и посмотрит на меня. Ещё секунду помолчав, рассказывает дальше.

— Некоторые и правда соблазнились новыми возможностями. Но Гуйанчайен продолжал наблюдать. Мы не вмешивались. Лишь изучали, фиксировали и готовились на тот случай, если произойдёт нечто непоправимое и наш противник очнётся. Признаюсь, мало кто из нас верил в такое, но мы следовали указаниям основателей.

Когда он снова замолкает, не выдерживаю.

— Чего ты хочешь от меня?

Секунду буравит меня взглядом. А потом неожиданно отводить его в сторону. Имитирует смущение? Или ему на самом деле из-за чего-то стыдно?

— Я глава Гуйанчайена. Когда мне присвоили нижнюю ступень допуска, в организации была почти тысяча одарённых. Сейчас всего сто двадцать пять. У нас есть ресурсы. Наёмники, финансы, недвижимость, акции компаний и даже ручные политики. Всё необходимое, чтобы наблюдать за теми, кто использует силу монстра.

Теперь до меня доходит. Откинувшись на спинку дивана, уточняю.

— Но не осталось никого, кто знал бы, что делать, когда Тварь проснётся? Так? Вы просрали всё, что можно и допустили её возвращение. А теперь ты пришёл и просишь у меня помощи?

Не так уж и крепка его нервная система. Видимо привык к тому, что все вокруг ведут себя спокойно и уважительно — при таком раскладе держать каменную маску несложно. А вот сейчас, вьетнамец выглядит раздражённым.

— Мы несли вахту веками. Наблюдали и фиксировали. Выполняли все заветы основателей.

Разжимаю губы в усмешке. Киваю ему.

— Согласен. Выполняли. А вот своей головой не думали. Что мешало перебить тех, кто пользовался мощью Твари? Донести информацию до нужных людей в правительствах? Да в конце концов, собрать новую коалицию одарённых и добить грёбанное чудовище из-за Грани!

Пару мгновений смотрит на меня с таким выражением лица, как будто сейчас размажет по стенке. Потом всё-таки берёт себя в руки.

— Многие из тех, кто пользовался силой из-за барьера, были одной крови с руководство Гуйанчайена. А новые установки для присвоения категории силы, позволяли сохранить десятки тысяч жизней одарённых.

Выдохнув, стараюсь успокоиться. Рвать и метать всё равно уже поздно. Эти сучьи идиоты проморгали восстановление Твари, хотя наверняка могли не раз инициировать её уничтожение.

— Чего ты хочешь от меня?

В этот раз Сай Нго не пытается взяться за пиалу и не строит из себя умудрённого жизнью старца, разговаривающего с учеником. Вместо этого скалит зубы в неожиданно хищной усмешке.

— Помощи. Знаний о том, как уничтожить врага и разобраться с его адептами. Либо мы решим эту проблему немедленно, либо мир снова погрузится в хаос.

Пафосно. Но по сути своей, верно. Если не остановить Тварь сейчас, количество её последователей будет быстро расти. Тот же оригинальный Тео с радостью бы ухватился за возможность стать сильнее остальных и отомстить этому миру. Что-то мне подсказывает — подобных ему ещё немало. Они самого разного возраста и разбросаны по разным странам. Но их всех объединяет одно — готовность пойти на что угодно, ради желания доказать миру свою ценность.

— Как ты это себе представляешь? На носу война с Римом, а вокруг одни враги. К тому же я пока ещё слишком слаб, чтобы тягаться с Тварью, пусть даже и знаю, как это сделать.

Уголки губ вьетнамца дёргаются в лёгкой усмешке. Достав из кармана сложенный лист бумаги, разворачивает его и кладёт на стол. Убрав руку, хитро щурит глаза и комментирует.

— Для начала мы посетим с тобой одно замечательное место, где очень часто умирают люди.

Глава VI

С интересом рассматриваю лист бумаги. Забавное у него понимание фразы “замечательное место”. Что-то мне подсказывает, сам бы он там провести время в качестве клиента отказался. Потому как даже идиот не будет желать оказаться в специализированной тюрьме для смертников.

Подтекст понятен — мне нужно будет прикончить одарённых, которые и так приговорены к смерти, за счёт чего уровень моей силы вырастет. Вопрос только в том, откуда это известно самому вьетнамцу?

Поднимаю на него глаза, собираюсь задать вопрос, но он опережает меня, начиная говорить сам.

— Хочешь спросить, откуда я так много знаю о механике твоего усиления? Если так, то напомню, что ты был под наблюдением с самых первых шагов в этом мире. Само собой мы сканировали всё, что возможно. Включая любые отклонения потока.

Ладно. Предположим, это может быть правдой. Уверен, категория силы у Сай Нго тоже разительно отличается от той, что он демонстрирует окружающим при помощи кольца на пальце.

Правда, остаётся ещё один момент. Вернее, даже два. Начать решаю с того, что кажется не таким острым.

— А каким боком ко всему этому относится Алейна?

Тянется было к пиале с чаем, но сразу убирает руку. Может ведь быть нормальным, когда захочет.

— Она в курсе существования нашей организации. В её мире монстр из-за барьера был уничтожен в глубокой древности. Секреты создания артефактов того времени утеряны. Поэтому тут она помочь не в состоянии. Но зато осознает угрозу и готова оказать поддержку иными методами.

Пробую взглянуть на ситуацию более глобально. Если Тварь очнулась и начала действовать, посвященные в ситуацию одарённые неминуемо объединятся. Хотя бы из-за инстинкта самосохранения. Алейна не исключение — могу поспорить у неё есть немало идей по поводу своей дальнейшей судьбы и серьёзные амбиции. Но прямо и здесь и сейчас, она будет сражаться на общем фронте против врага всего человечества.

А я теперь представляю ценность не только в качестве источника знаний о новой механике обучения одарённых. Только я имел опыт прямого противостояния с ней. Более того, в том бою почти все мы выжили. Тогда как местные, пытаясь убить противника, наоборот почти все сдохли. Да ещё и не добили врага. Разница, как говорится, налицо.

Смотря на вьетнамца, перехожу ко второму моменту.

— Чтобы одолеть Тварь, понадоблюсь не только я. Нужен целый отряд. И это должны быть не просто слегка натасканные одарённые. Мастера вне рангов. на худой конец те, кто достиг первого ранга. Что-то вроде ваших Оптимусов, только куда сильнее.

Вижу, как он поджимает губы.

— Сколько человек тебе нужно?

Поморщившись, пытаюсь объяснить.

— Дело не только в количестве. Обучение, подготовка и развитие займут время. Не уверен, сколько именно, но это точно будут не дни. Скорее всего даже не недели.

Какое-то время молчит. Потом уточняет.

— Как быстро монстр проник в ваш мир? Когда начался полноценный хаос?

Кривлю губы в печальной усмешке.

— Прошёл, как минимум год. Но тогда у Твари не было готовой сети рабов, располагающих связями и силой. А сейчас есть. Если она на самом деле пробудилась и сможет действовать более или менее разумно, всё полетит к херам уже через пару месяцев. Возможно раньше.

Старик моргает. Всё-таки берётся за пиалу, отпивая чай. Хотя, как по мне, сейчас Сай Нго лишь пытается тянуть время. Видимо ожидал от меня совсем другого ответа.

Ставит пиалу на место. Упирает в меня взгляд.

— Это в корне меняет дело. Придётся оповестить правительство ФАС. Обозначить им суть проблемы и затребовать дополнительные ресурсы. Что тебе нужно для подготовки отряда?

Вот значит, как они запели. То я расходный материал, из которого все хотят выкачать методику определения Пути и дальнейшей подготовки одарённого, то избранный, к ногам которого готовы бросить любые ресурсы.

Структурирую данные в своей голове и озвучиваю ответ.

— Во-первых, факт моего существования должен держаться в секрете. Привыкай к мысли, что любой одарённый может оказаться адептом Твари. Во-вторых, для подготовки отряда, мне нужны только люди, время и определённые небольшие ресурсы. Плюс место, где их можно будет обучать, но оно и так уже имеется.

На секунду остановившись, продолжаю.

— В-третьих, понадобится не только сформировать ударную группу. Для начала нам нужно будет уничтожить большую часть высокоранговых адептов Твари на поверхности планеты. Пока она держит с ними связь, нанести ей какой-то урон проблематично.

Тот кивает. Потом бросает взгляд на брошюру о тюрьме, которая всё ещё лежит на столике.

— Визит запланирован на завтра. Надеюсь после этого, твой уровень силы поднимется. А пока предлагаю обсудить детали. Что нужно тебе прямо здесь и сейчас? Немедленно.

Не уверен, сколько именно смертников содержится в том заведении, но если речь не о сотнях одарённых высокого ранга, то мои способности не вырастут настолько критично. Впрочем, вслух я этого не говорю. Для того, чтобы справится с новой угрозой, мне потребуется, как можно быстрее вернуться к прежнему уровню силы. Раз Сай Нго хочет помочь с этим, почему бы и нет?

Следующие полчаса обсуждаем с ним технические вопросы — связь, ресурсы, отбор добровольцев, который я хочу проводить самостоятельно и стратегию борьбы.

Насколько я понимаю по подтексту, денег и наёмного персонала у вьетнамца хватает. А вот посвящённых во все тайны людей, которые понимают, что происходит — нет.

Перед прощанием он оставляет мне мобильный телефон, с некоторой гордостью заявляя, что его точно не смогут прослушать и отправляется на выход. А я ещё какое-то время сижу на диване, уставившись в одну точку и переваривая только что состоявшийся разговор.

Из этого состояния выводит только звук открывающейся двери и вошедший в кабинет Бхатт. Остановившись, около проёма, бросает на меня взгляд и сразу же хмурится.

— О чём вы говорили то? У тебя такое лицо, как будто всё вот-вот накроется жопой слона.

Эмоции он вроде излучает правильные, но это может быть работа какого-то сложного артефакта. Насколько я понимаю, Алейна именно на них и специализируется.

Встаю на ноги. Тяжело вздыхаю.

— Он поговорил с тобой об усилении?

Военный с непонимающим видом кивает.

— Да. Ещё как поговорил. Я правда не понимаю, от чего вы хотите защищаться? Это и так военная база с охранным периметром, блокпостами и управляемыми минами вокруг. У нас даже свой узел ПВО есть. Да и какой идиот станет нападать на объект индийской армии? Сходу нас не взять, а подкрепление подойдёт максимум за полчаса.

Хочется припечатать его парой фраз, которые заставят задуматься, но раз капитана не поставили в курс дела, значит пока это для него лишняя информация.

— Задай этот вопрос Алейне. Возможно она повысит твой уровень допуска.

Тот с лёгкой обидой хмурится, а я шагаю к двери. Уже выйдя, притормаживаю. Оборачиваюсь к нему.

— И ещё кое-что. Присматривай за одарёнными. И за теми, у кого есть искорка дара, но её не хватило для обучения. Если заметишь что-то нетипичное или странные изменения, сообщай мне. Не пробуй выяснить сам и не отправлй группу задержания. Просто сообщи мне.

Теперь он похоже действительно впадает в ступор. Недоумённо разглядывая меня, пожимает плечами.

— Ты же не забыл, что я твой куратор?

Выдавливаю из себя лёгкую улыбку.

— Помню. Но боюсь, скоро всё изменится. А если ты пропустишь изменения у кого-то из слабых одарённых, то расклад поменяется ещё быстрее. Настолько, что ты даже не успеешь осознать, что именно тебя убивает.

Вроде бы проняло. По крайней мере задумался. Вот и хорошо.

Шагаю дальше по коридору, стремясь, как можно быстрее вернуться в жилой блок. По дороге сталкиваюсь с одним из братьев-медведей. Тот сразу отступает к стене и низко гудит.

— А занятия сегодня будут?

Вашу, сука, мать. Я ведь и правда должен их готовить. А в свете текущих событий, с этим лучше поспешить.

— Через полчаса. Ждите.

Тот молча кивает, а я двигаюсь дальше, на ходу доставая из кармана телефон. Хочу отправить сообщение Ранне, но клиентка уже отписалась сама. Фабию подлечили, всё в норме. Сейчас они возвращаются на базу в составе небольшой колонны из четырёх машин, присланных Анкером.

Отбиваю короткое сообщение, давая знать, что я в порядке. Потом пишу Айле — информирую, что сегодня за ними с Падмой тоже прибудет транспорт. На этот раз из числа людей Сая Нго.

Подумав, пишу ещё одно сообщение. Теперь уже Салвец. Её включение в группу было одним из моих условий, на которой вьетнамец с лёгкостью согласился. Возможно под его началом осталось совсем немного членов организации, но вот ресурсы у старика огромные. А врагов, в отличие от Алейны почти нет.

Оказавшись в жилом блоке, делаю себе порцию кофе. Подумав, выхожу с ней наружу и с третьей попытки одалживаю у одного из военных сигарету. Закуриваю. Делаю глоток напитка. Пытаюсь успокоить взбудораженный мозг, который один за другим набрасывает абсолютно безумные варианты планов.

Даже если Тварь пришла в себя и полностью активна, у меня есть какое-то время. Механика её адептов полностью сломана и им придётся переучиваться заново. А ещё привыкать к голосу, который постоянно находится внутри их головы.

Плохая новость в том, что основная их масса, скорее всего освоит новые способности очень быстро. Максимум за неделю. А голос Твари превратится в привычного спутника ещё раньше.

То есть через пять-семь дней стоит ожидать начала первого этапа. Одарённые, заключившие договор с Тварью, ринутся убивать. Формально — для того, чтобы поднять свой уровень силы. Но на самом деле, потому что изнутри их будет жечь постоянная жажда. И единственный способ её утолить — прикончить одарённого, пожрав саму его сущность.

Окурок едва не обжигает пальцы и я бросаю сигарету под ноги. Повезло мне, конечно. Убраться из одного мира, в котором ты победил врага, но оказался предан людьми, чтобы попасть в другой. Где Тварь всё ещё жива, а люди, в принципе, такие же никчёмные куски мяса, как в твоём. Если смотреть со стороны, получается забавная картина. Но стоит глянуть изнутри ситуации, как становится немного грустно.

Перед зданием тормозят машины. Из одной выскакивает Ранна, сразу бросившаяся ко мне, а потом выбирается и Фабия, которой помогает один из солдат.

Обе девушки отправляются спать. Я же меряю шагами кухню жилого блока, обрабатывая сценарии в своей голове. И постепенно прихожу к выводу, что задуманное практически нереализуемо. Да, прогресс местных одарённых куда быстрее, чем в моём старом мире. Но подготовить несколько десятков Мастеров первого ранга за два месяца? Как? Тем более, большинство из них совсем не моего профиля.

До первых рангов Подмастерья, я их возможно дотяну. Если очень сильно повезёт, то может быть поднимутся ещё выше. В конце концов, Ранна же смогла быстро стать мощной ударной единицей? Почему не получится у этих?

Сразу же поправляю сам себя. Клиентка не просто тренировалась. Она постоянно участвовала в схватках, наравне со мной. Подвергала свою жизнь опасности и убивала. Фабия и Айла, которые тренируются достаточно упорно и каждый день, при этом всё ещё страшно далеки от уровня силы девушки.

В голову приходит идея и я тянусь к телефону в своём кармане. Набираю номер Сай Нго. Объясняю ему задумку. Выслушав, тот медленно тянет слова.

— Это вызовет вопросы. Много разных вопросов у многих разных людей. Руководство ведомств в курс дела ввести можно, но я не думаю, что рассказывать всё оперативникам, это хорошая идея. Тебе придётся работать с ними втёмную.

Допив кофе из уже второй чашки за последние пятнадцать минут, сразу же обозначаю свою позицию.

— Я не против. Это единственный путь ускорить их развитие. Опасный, но действенный.

Какое-то время он размышляет. Наконец соглашается.

— Хорошо. Я всё организую и сообщу, как только будет что-то подходящее.

Положив телефонную трубку, усаживаюсь на стул и прикрыв глаза, ныряч в “чертог”. Ещё раз прохожусь по всем массивам данных, проверяя не упустил ли я что-то? Убедившись, что нет, возвращаюсь в реальный мир. И поворачиваю голову на осторожный кашель, который доносится со стороны дверного проёма.

Давден. Стоит, оперевшись на стенку и рассматривает меня. Судя по эмоциональному фоне, слегка волнуется. Ещё улавливаю странное и слабое чувство, которое не могу идентифицировать.

На какие-то доли секунды возникает мысль, что его подгребла под себя Тварь, но я быстро понимаю, что чудовище из-за Грани тут ни при чём. Это эмоции самого безопасника.

— У меня два вопроса. Первый — ты собираешься заниматься с этими рекрутами? Тяжело держать в узде десятерых молодых одарённых, которые так и норовят что-то выкинуть или куда-то пойти.

Замолкает. Колеблется, решая, стоит ли ему говорить дальше. Наконец решается.

— И второй — та медсестра, что ухаживает за Бабуром, уже занята? В смысле ты успел залезть к ней в голову?

Не сдержавшись, усмехаюсь. Так вот в чём дело. Джоши запал на блондинку в белом халате. А помня моё прошлое, резонно предположил, что я уже давно поимел её, превратив в подконтрольный себе объект.

— Медсестра вся твоя. Если раздвинет ноги, трахай сколько влезет. А до рекрутов я сейчас доберусь.

Поднимаюсь на ноги, а офицер напротив, проходит внутрь, останавливаясь около торца стола.

— А что за старик сюда приезжал? Ещё один босс Первой службы? Я считал, что всем рулит Алейна.

Останавливаюсь. Рассказать ему всю правду? Пожалуй ещё рановато. Да и сложно сказать, как это воспримет сам подполковник.

— Скажем так, у него было ко мне дело. Которое мы благополучно обсудили. Больше тебе пока знать ни к чему.

Судя по излучаемым эмоциям, офицер слегка обижается, но на фоне всего остального, это мелочи.

Уже подходя к тренировочному залу, внезапно понимаю, что не задал вьетнамцу важного вопроса — а следил ли кто-то за потенциальными адептами Твари на территории Римской империи? Он говорил только про Азию. Китай, ФАС, Япония. Но ещё есть Рим. Не говоря уже о Южной Америке. Твою же мать! Даже если каким-то чудом выйдет разобраться с последователями твари здесь, то останутся те, что живут в провинциях Римской империи.

В голове на момент рождается и сразу же тухнет мысль о возможном скрытном проникновении и ликвидации целей. Ну да, так и вижу, как римляне старательно закрывают глаза на группу одарённых, которые перемещеается от одного города к другому, сея повсюду разрушения и хаос.

Надо как-то решить эту ситуацию. И пожалуй, я даже знаю, как именно. Завтра, после визита к смертникам, мой уровень силы вырастет. С высокой долей вероятности, я смогу установить контакт с правителем Рима. Он ведь тоже идёт по Пути Разума, пусть и застрял на одной планке, став вечным Подмастерьем без Мастера.

Но головой соображать должен. Хотя бы как-то. Иначе не смог бы захватить власть. Уверен, как только получит доказательства существования Твари, вопрос о войне будет на некоторое время отложен в долгий ящик.

Впрочем, через несколько секунд вспоминаю его биографию и понимаю, что прежняя уверенность в благоразумии императора благополучно шатается. Этот придурок попал в мир, где перед ним открывались колоссальные возможности. Я бы сказал, просто громадные. И он мог выбирать сам. Член знатного рода, за которым никто не следил и которому никто не угрожал. Деньги, влияние, статус. Парень мог стать кем угодно. Выбрать любой формат жизни.

Но в итоге он оказался настолько больным на всю свою голову, что двинул к римскому трону. Не для того, чтобы поменять какие-то вещи. которые ему не нравились или сделать жизнь людей лучше, а просто потому что захотел. Единственное, что ему не нравилось — факт присутствия чужого зада на императорском престоле.

Теперь же он постепенно превращает Рим из республики в типичную диктатуру, параллельно разваливая к херам экономику и добивая тех немногих, кто способен размышлять сам, не ведясь на потоки дерьма, что публикуются в газетах.

Кто бы ни оказался в теле римского правителя, он однозначно страдает от тяжелой психологической патологии. Сомневаюсь, что его интересует что-то кроме сохранения личной власти.

Поняв, что остановился, не дойдя десяток метров до входа в общий зал, усмехаюсь. Чего я себя накручиваю? Да, он болен. Да, он психопат. Не такой, как я, а самый натуральный. Но на этом можно сыграть. Собственно, такими людьми всегда легко манипулировать — заранее знаешь, что им нужно и на какие кнопки надо давить.

Выдохнув, отгоняю в сторону мысли о стратегии и шагаю к дверям зала. Оказавшись внутри, вижу блондинку, которая размахивает руками, почему-то не двигаясь с места. А рядом, напротив друг друга стоят парень с дредами и один из братьев-медведей.

Остановившись, набираю в лёгкие воздуха и рявкаю.

— Отставить! Что здесь происходит?

Глава VII

Троица почти синхронно поворачивает ко мне головы. А потом все трое начинают говорить. Одновременно и достаточно путано. Приходится снова рявкнуть.

— Заткнулись. Отвечать по очереди.

Тычу пальцем в парня с дредами, который весь лучится от ярости.

— Рассказывай. Что тут происходит?

Рекрут заминается. Косится в сторону блондинки, которая уже сдвинулась с месте и теперь со злобой пялится на него. Наконец решается и начинает говорить.

— Небольшой личный конфликт. Думаю можно списать это на тренировки силы в естественных условиях.

Девушка, которая сегодня одета ещё более откровенно чем вчера — щеголяет в одном полупрозрачном топе под которым нет белья и отчётливо проступают соски, громко хмыкает. А один из братьев-медведей, что стоит напротив паренька, щурит глаза. Это как раз тот, что открыл в себе Путь Звука. И судя по его эмоциональному фону, был готов пустить свои навыки в дело. Как собственно и дредастый рекрут.

Прохожусь по их эмоциям и в голове начинает складываться картинка. Сделав ещё пару шагов вперёд, засовываю руки в карманы.

— То есть ты решил подкатить к девушке, она тебя отшила и в ход пошла сила. А потом появился благородный рыцарь на белом коне, у которого свои планы на её жопу и решил вмешаться. Как итог, вы сборище тупых имбицилов едва не поубивали друг друга, едва начав изучать азы управления своей истинной мощью.

Сделав секундную паузу, добавляю

— Вы на самом деле такие тупые или тщательно притворяетесь? Угробить шанс изменить всю свою жизнь, из-за пары сисек, пизды и жопы. Познакомиться вы точно не успели, так что про богатый внутренний мир можете не рассказывать.

Парни, едва не схлестнувшиеся в конфликте, смущённо переглядываются. А блондинка разворачивается ко мне, упирая руки в бока.

— А вы всех женщин считаете кусками мяса с тремя дырками? Или иногда делаете исключения?

Глянув на неё, усмехаюсь.

— Не с того угла смотришь. Во-первых, бывают исключения и их достаточно много. Во-вторых, на мой взгляд мужчины ещё хуже. Свора озабоченных ублюдков, чьи разумы искалечены в детстве и до сих пор не избавились от подростковых комплексов. Девять из десяти носят социальные маски и прячут себя настоящего где-то в глубине. Так и проводят всю жизнь, утопая во лжи самим себе и окружающим. Женщины в этом плане, обычно честнее.

Девушка хлопает глазами, не зная, что ответить. Я же выдыхаю и отдаю команду.

— Занять свои места. Вы здесь, чтобы учиться использовать силу, а не обсуждать психологические проблемы человечества.

Троица плетётся к своим креслам, а я шагаю к кафедре. В принципе, чего-то вроде этого, стоило ожидать. Стоит свести в одном месте пачку самцов и какое-то количество самок, как начнётся борьба за внимание самой симпатичной из них. Не факт, что блондинка полностью тянет на эту роль, но откровенный стиль одежды даёт ей конкурентное преимущество перед всеми остальными.

Само занятие проходит уже в другом режиме — каждый из рекрутов получает свою комнату для тренировок, в которой может оттачивать навыки управления силой. Все требуемые данные я передал Давдену ещё вчера, воспользовавшись телефоном. А тот в свою очередь переадресовал их Бхатту. Как итог, обучающиеся обеспечены всем необходимым.

Распределив девять рекрутов, остаюсь наедине с блондой и веду её в очередное отдельное помещение. Закрыв дверь, разворачиваюсь, окидывая девушку взглядом. Короткая юбка, полупрозрачный топ, пару раз выглянувшие на свет кружевные трусики. Форма одежды скорее подходит для развратной вечеринки, чем учёбы.

— Ты так привлекаешь внимание или наоборот, защищаешься от окружающего мира?

Полыхает смущением и злостью, моментально затапливая своими эмоциями комнату.

— Вам что-то не нравится?

Выставляет правое бедро, обнажив часть лобка. Слишком примитивно. В случае с её сверстниками, возможно и сработало бы. Старый я, в котором ещё были осколки личности настоящего Тео, тоже наверное бы кинулся вперёд с членом наперевес. Но сейчас, организм никак не отзывается на провокацию.

— На случай, если хочешь соблазнять не только спермотоксикозных дебилов всех возрастов, рекомендую пересмотреть тактику. Тупое оголение всех возможных частей тела, работает далеко не со всеми.

Новая порция смущения пополам со злобой. Сразу же становится прямо и одёргивает юбку, стараясь стянуть узкую полоску ткани максимально вниз. Правда слегка перебарщивает — та действительно опускается ниже, но при этом обнажает солидную часть лобка девушки.

Сразу же тянет наверх и в этот раз ошибается уже в другую сторону — демонстрирует мне обтянутые прозрачными кружевами половые губы.

Хмыкнув, медленно качаю головой.

— Если ты думаешь, что твоё тело чем-то кардинально отличается от остальных, то зря. Предлагаю перейти к занятию.

На этот раз её эмоции проявляются не только на уровне тонкого плана — в дополнение к этому, щёки девушки заливает краска. Кое-как вернув юбку на её обычное место, выдавливает из себя слова.

— Что мне делать?

Ну вот и она настоящая. Та самая, что скрыта под слоем защитной брони.

— Видишь вон ту ёмкость? Попробуй потянуться к жидкости внутри и почувствовать её.

Рекрут чуть морщится и поворачивается в сторону большой стеклянной банки, на дне которой находится немного текучей субстанции. Вещество, которое используют для разгона демонстраций. Влияет на нервную систему, заставляя человека испытывать прилив разнообразных ощущений. По задумке создателей, они должны быть позитивными, но как сказал Анкер, в реальности бывает всякое. Многое зависит от состояния конкретного человека. В любом случае, это самое безобидное, что нашлось в арсенале индийских силовиков. Концентрированная доза паралитического или сонного газа может прикончить с куда более высокой степенью вероятности.

Глянув на блондинку, цокаю языком.

— Видишь кресло? Как думаешь для кого оно? Приземли свою задницу, расслабься и почувствуй жидкость.

Широко раздувает ноздри, гневно смотря на меня, но предпочитает не комментировать указание. Вместо этого усаживается на место, после чего прикрывает глаза.

Спустя долгие десять минут, проходится языком по губам и тихо шепчет.

— Вроде бы чувствую. Очень странное ощущение…

Понижаю тон голоса, чтобы не сбить настрой.

— Теперь попробуй управлять. Перемести её с места на место, побросай по стенкам. Привыкни к тому, что ты можешь направить эту жидкость куда угодно.

Первые секунд тридцать ничего не происходит. Потом я вижу, как концентрированная субстанция начинает колебаться. Сначала чуть-чуть, а потом всё сильнее и сильнее. Спустя несколько минут тренировки, она уже активно плещется по банке. Неплохо. Я бы даже сказал, удивительно. Скорость прогресса местных одарённых впечатляет.

— Попытайся перевести жидкость в газообразное состояние. Представь, что она распыляется, при этом сохраняя свои свойства.

Девушка чуть дёргает головой, ничего не отвечая, но судя по эмоциональному отклику, она меня прекрасно услышала.

На этот раз справляется практически сразу — проходит совсем немного времени и я вижу, как внутри банки появляется лёгкая дымка. В обычных условиях, газ переходит в другое состояние после контакта с воздухом, на что требуется какой-то промежуток времени. С точки зрения полиции удобно — ты выпускаешь по толпе струю жидкости, а та сама по себе превращается в облако, моментально рассасываясь по большой площади.

Какое-то время просто жду, наблюдая за тем, как девушка работает с субстанцией. Когда собираюсь перейти к следующему этапу, чувствую в коридоре отклик знакомого сознания и внутрь проскальзывает фигурка Ранны.

Синеволосая на момент останавливается. Поджав губы, проходится взглядом по мне. Переводит его на блондинку, которая сейчас откинулась в кресле, широко раскинув ноги. Клиентку такой расклад явно не радует, но возмущаться она не спешит. Просто прислоняется к стене, сложив руки под грудью.

Я же возвращаюсь к образовательному процессу.

— Расщепи газ на молекулярном уровне. Выведи небольшую часть за пределы ёмкости и собери обратно. Потом всё повтори, но уже для того, чтобы вернуть его на место.

Блондинка прикусывает нижнюю губу, пытаясь сосредоточиться, я я жду результата. Обычно, Путь Ядов предполагает манипуляции в плане создания разнообразных отравляющих веществ из подручных материалов. И формирования противоядий. Грубо говоря, при наличии нужных компонентов, одарённый в состоянии изготовить дозу убойной химии. Либо, напротив, создать эффективное противоядие, моментально определив, для чего именно оно нужно.

В данном же случае, имеет место какое-то ответвление, которое я вижу впервые. Тоже своего рода Путь Ядов, только вот блонда не в состоянии их создавать. Только управлять тем, что уже изготовлено. Что не делает её менее эффективной. Осталось только обучить девушку контролировать вещество, которое находится под управлением и направлять его. При таком раскладе, она сможет точечно подвести яд к любой цели, засунуть молекулы внутрь организма и собрать химию внутри. Почти идеально, если нужно бесшумно устранить цель.

Ожидания затягивается. Блондинка нервно кусает губы и периодически скребёт ногтями подлокотники кресла, но ситуация внутри банки не меняется. Когда уже начинаю думать, что всё же поставил слишком высокую планку на первом занятии, чувствую мощную эмоцию удовлетворения. Сразу же упираю взгляд в ёмкость и вижу, как облако газа стремительно становится всё менее плотным.

Даже не успеваю открыть рот, чтобы скомандовать отбой. Одарённая забирает слишком много вещества и само собой, не удерживает контроль. Успеваю почувствовать вспышку страха с её стороны, а потом меня накрывает.

Такое ощущение, как будто кто-то вклинился в моё сознание и разделил его на сотни пластов. А я одновременно присутствую в каждом из них, наблюдая за определённым отрезком собственной жизни.

Пытаюсь нырнуть в “чертог”, чтобы собраться воедино, но не получается. Очень странное действие, если учитывать, что это простой отравляющий газ, который применяют против обычных людей. Теперь же выясняется, что он способен вывести из строя и менталистов.

Хотя, нет. Сомневаюсь, что реакция той же Салвец будет идентичной. Скорее всего дело в конструкции тонкой части моего разума. И контакте с Тварью за пределами мира. Сложно сказать, с чем я ещё мог повстречаться, пока сознание болталось где-то между версиями вселенных.

Пока мысли хаотично и рвано скачут в голове, я продолжаю попытки нырнуть в собственное сознание. Стоит признать, не слишком успешные — тонкий план никак не реагирует на мои действия.

Определённое облегчение наступает только после того, как я перестаю пробовать погрузиться в собственный разум и вместо этого просто стыкую пласты между собой. Связываю тонкими нитями, устанавливая контакт.

Не уверен, сколько проходит времени до момента, когда снова начинает работать зрение, но судя по ситуации в комнате, минуло максимум несколько секунд.

Вместе с возможностью видеть, возвращается и ощущение тела. Я снова могу двигаться. Пусть и чувствую свои конечности очень странно — как будто они принадлежат кому-то ещё.

Осматриваюсь. Блондинка свернулась клубком в кресле, выставив задницу и обхватив себя руками. В её случае, газ однозначно не вызвал никаких положительных эмоций. Сейчас я не чувствую отклика сознания рекрута, но это и так очевидно.

Медленно поворачиваю голову. И обнаруживаю, что с Ранной ситуация несколько иная, если не сказать больше. Синеволосая всё так же стоит около стены. Только вот одна её рука находится под тонкой майкой и мнёт собственную грудь, а вторую она уже запустила в шорты и активно работает пальцами.

С некоторым трудом делаю шаг. Второй. Наконец оказываюсь рядом с блондой и стаскиваю её с кресла вниз. Вцепившись в ногу, волоку девушку к выходу.

Добравшись до двери, опускаю ручку вниз и сталкиваюсь с военным в противогазе. Тот мгновение смотрит на меня, оценивая ситуацию. А потом всовывает мне в руки ещё один противогаз. Поняв, что я толком не могу двигать собственными пальцами, помогает надеть.

Вдохнув очищенный и странно пахнущий воздух, приваливаюсь к стене. Наблюдаю, как в помещение влетает ещё пара солдат с противогазами на лицах. Третий склоняется над лежащей на полу блондинкой, надевая такой же ей на голову.

Уловив движение, поворачиваю голову влево. Та самая медсестра, что присматривала за Бабуром. Только теперь сжимает в руках шприц и судя по всему, собирается сделать инъекцию мне прямо в руку.

Разум машинально противится идее, но использовать силу сейчас затруднительно — попробую ударить по чужому сознанию и моё собственное разлетится в клочья. Поэтому просто поднимаю правую руку, выставляя перед девушкой ладонь. Лица не видно из-за противогаза, но судя по тому, как всплёскивает руками, явно удивлена.

Пытается что-то объяснить, но слух в отличие от всего остального, ещё не восстановился, так что разобрать её слова я не могу. А настаивать медсестра не рискует — видимо предполагает, что я могу использовать силу.

Как результат, отступает от меня в сторону и опустившись на пол рядом с блондинкой, делает укол ей. Вытащив из кармана упаковку с пятью одноразовыми инъекциями, извлекает ещё одну и вкалывает Ранне, которую вытаскивают сразу двое военных. Силу синеволосая не использует, но активно работает руками — то пытается добраться до паховой области, то лезет себе под майку.

Солдатам приходится удерживать её ещё секунд десять после инъекции. Дальше девушка разом успокаивается и они осторожно усаживают её на пол рядом с блондой

А медсестра поворачивается ко мне, держа в руках ещё один шприц. По идее внутри должно быть что-то вроде универсального антидота. Или ещё какая-то дрянь, прочищающая мозги. По крайней мере, я не вижу никакого резона убивать меня прямо сейчас.

Осознав, о чём размышляю, слабо усмехаюсь. Убивать? Да я еле на ногах стою. Сейчас любой вояка с уровнем интеллекта обезьяны и меткостью крота, сможет меня запросто прикончить, расстреляв в упор.

Чуть помахиваю рукой и девушка в белом халате опасливо приближается. Убедившись, что я не собираюсь препятствовать, расстёгивает пуговицу на рукаве рубашки и закатывает его. Потом осторожно вгоняет иглу в вену.

Боли от укола почти не чувствую. Правда и результата сходу не замечаю. Он проявляется только спустя какое-то время и постепенно — как будто перегревшийся мозг медленно остывает, возвращаясь к работе в штатном режиме.

Ощущение чужого эмоционального фона появляется секунд через двадцать. А спустя минуту, наконец пропадает чувство разделённости сознания и я сразу же ныряю в “чертог”, проверяя целостность структуры разума.

Убедившись, что всё в норме, возвращаюсь обратно. Бросаю взгляд наверх — внимание привлекает странный гул над головой. Система вентиляции — видимо включили, чтобы отфильтровать газ. Могу поспорить, тут у неё есть и такой функционал. Военная база всё-таки.

Блондинка уже поднялась на ноги и пошатываясь, крутит головой в противогазе по сторонам. А вот Ранна всё ещё сидит на полу, уставившись в стену перед собой. И судя по эмоциям, испытывает дикое смущение, к которому примешивается порция возбуждения. Забавно. Это из-за того, что она не успела себя довести до оргазма? Или остаточное действие газа?

А вот и фигура Анкера. Поняв, что на офицере нет противогаза, стягиваю свой. Сам куратор останавливается в метре от меня и укоризненно цокает языком.

— Первая новость — ты чуть нас всех не угробил. Газ зацепил техника из дежурной смены. И тот едва не запустил программу самоликвидации базы, обойдя требование подтверждения со стороны командира. Хорошо, что коллега заметил.

Чуть помолчав, окидывает взглядом девушек и понизив тон голоса, продолжает.

— Ну а вторая новость, очнулся ваш Бабур. И по-моему, тебе надо объяснить, какого хера с ним творится и во что он вообще превратился? Потому как прямо сейчас мне дико хочется подорвать его вместе со всем зданием.

Глава VIII

Пару секунд молча смотрю на Анкера. Потом уточняю.

— Что с ним?

Вопрос звучит весьма обобщённо, но думаю подтекст прекрасно понятен. Какого такого хера произошло с Бабуром, что офицер Алейны рассматривает его в качестве угрозы?

Впрочем, когда тот открывает рот, чтобы ответить, я чувствую всё сам. Зашкаливающую концентрацию силы. Совсем рядом. Тянусь к ней, но меня отвлекает голос координатора.

— Газ привёл его в себя. Видимо сказалось воздействие на нервную систему. Но прямо сейчас он… Думаю, тебе лучше взглянуть самому.

Поморщившись, оглядываюсь на девушек. Блонда по-прежнему валяется на полу. В себя пришла, но подниматься пока не спешит. Ранна, залившаяся краской, стоит привалившись к стене.

Молча кивнув офицеру, шагаю мимо него, направляясь к палате Бабура. Параллельно пытаюсь понять, что именно там происходит. И невольно замедляю шаг.

Изначально я решил, что речь идёт о неконтролируемом выбросе силы. Такое бывает, когда попадается действительно мощный одарённый, который толком ничего не умеет, но зато обладает колоссальным потенциалом. Не уверен в том, что Бабура можно отнести к полноценным “гениям”, но в принципе случай у парня похожий. Поэтому версия возникла в моей голове практически сразу и выглядела убедительной.

Но вот теперь, я начинаю сомневаться. Даже будь индиец трижды “гением”, я всё равно должен чувствовать его сознание. Хотя бы какой-то его отклик. Не бывает такого, что необученный одарённый вдруг берет и закрывается от Мастера Разума. А всё, что я ощущаю сейчас, это бурлящую вокруг Бабура силу, которая выступает в качестве своего рода брони. Настолько мощной, что через неё не пробиться.

Вот и поворот в коридор, где находится его палата. Обойдя двоих дежурящих солдат в полной экипировке, на момент останавливаюсь. Дверь палаты впечатана в стену и буквально развалилась на части. Пол усыпан осколками бетона — самой постройке видимо тоже досталось изрядно. Какого хера?

Делаю несколько шагов вперёд. Снова притормаживаю, оценивая обстановку. Странно. Пространство вокруг заполнено концентрированной мощью. Я предполагал, что контакт со мной в аэропорту пробудил внутренние ресурсы самого индийца. Спровоцировал изменение тонкой части его разума. Но глядя на происходящее, понимаю, что теория скорее всего была не слишком верна. Либо передо мной один из самых мощных одарённых за всю историю человечества.

Ныряю в “чертог”. Усиливаю ментальную защиту. Проверяю прочность связей собственного разума, корректируя ситуацию там, где это необходимо. Создаю вокруг себя ещё один защитный кокон.

Закончив с подготовкой, переключаю внимание на мир за пределами моего сознания и пытаюсь пробиться к разуму Бабура. Не выходит — как я ни стараюсь сделать всё максимально тонко и осторожно, все “щупы” попросту рвутся в облаке силы, которое бурлит совсем рядом.

Прогоняю в голове все похожие случаи из своего старого мира. Впрочем, именно таких не обнаруживается. Да, бывали ситуации, когда в мир выплёскивалась чистая сила в её первозданном виде. Порой одновременно с этим сгорал разум самого одарённого и кто-то из Мастеров терял подопечного. Но в моей памяти нет ни одной ситуации, в которой некто мог бы продемонстрировать подобную, зашкаливающую мощь.

Как вариант, я могу попробовать пробиться при помощи целенаправленного удара. Использовать свою собственную силу, чтобы проложить тоннель к сознанию Бабура. Конечно, если от него вообще что-то осталось. Но при таком раскладе будет крайне сложно спрогнозировать дальнейшее развитие ситуации.

Вынырнув в реальный мир, оглядываюсь на Бхатта, который стоит рядом с солдатами, наблюдая за мной. Эмоции всё ещё прежние — опасение, агрессия и желание убраться отсюда подальше.

Если честно, не совсем понимаю, чем всё это обусловлено. Да, происходящее выглядит достаточно дико. Но это с точки зрения одарённого, тогда как офицер, обычный человек. Или ему уже доложили наблюдатели Алейны?

Вспомнив о том, что так и не смог их обнаружить на территории базы, кривлю губы в усмешке. В Дели этих парней тоже не обнаружилось. Может и нет никаких наблюдателей, а глава Первой службы не так уж крута, как кажется.

В голове мелькает мысль, что Алейна вовсе может оказаться кем-то ещё. Но против этой версии сразу же находится масса весомых аргументов. Например, слова одарённой, которая представилась главой военной контрразведки Индии. Или моя недавняя беседа с Сай Нго. Фактически, оба подтвердили, что Алейна именно та, кем представляется.

Идти вперёд мне категорически не хочется. Неизвестно, что произойдёт, когда я окажусь в “зоне турбулентности”. Но и других вариантов я не вижу. Отправлять на разведку кого-то из слабых одарённых, нет никакого смысла. Они попросту умрут, даже не успев ничего толком рассмотреть. Конечно, можно очистить здание от людей, и устроить мощный направленный взрыв. Но во-первых, далеко не факт, что он прикончит Бабура. А во-вторых, сейчас передо мной колоссальный по своей мощи источник силы, который вполне вероятно получится использовать.

Решившись, начинаю осторожно продвигаться вперёд. Вот и первый контакт с чужой мощью — чувствую давление на внешний защитный кокон, который выставил, ещё будучи в “чертоге”. По мере того, как приближаюсь к входу в палату, давление постепенно нарастает. А когда оказываюсь около самого проёма, вовсе становится зашкаливающим. Приходится снова нырнуть в “чертог”, занявшись изменение структуры защитного кокона — если он лопнет и удар обрушится на мою естественную ментальную броню, боюсь ощущения будут куда хуже.

Наконец заглядываю внутрь. Удивлённо моргаю. Нет, мне не показалось и это не галлюцинация — в воздухе висят трое солдат. Вернее, их трупы. Черные, спёкшиеся глаза, потрескавшаяся кожа, сведённые судорогой челюсти. И установленные на каждом камеры, которые судя по всему, продолжают работать.

Вот оно что. Одаренных из числа военных я на территории базы уже фиксировал — видимо они сообщили Анкеру, что в палате происходит что-то странное и тот недолго думая, отправил туда эту троицу. Скорее всего, сильно удивившись, когда те сдохли, да ещё и зависли в воздухе.

Впрочем, не сказать, что мне самому такое развитие событий кажется нормальным. Подобное я вижу впервые. И если быть до конца честным, вся эта херня кажется более чем странной. Не должна так работать сила отдельно взятого одарённого. У каждого есть свой Путь. А такого, чтобы один человек мог управлять сразу многими сферами, полноценно раскрываясь в каждой, попросту не бывает. Вернее, не должно быть — как ни крути, сейчас перед моими глазами наглядный пример того, что подобное всё-таки возможно.

Ещё один шаг вперёд. Теперь я на самом пороге палаты. Вокруг бушует настоящий хаос, отсекающий все ощущения внешнего мира. Теперь я не чувствую отклики чужих сознаний. Как будто всё отрезало мощной стеной.

Но и пробиться к Бабуру тоже не могу. Сам парень по-прежнему лежит на кровати, опутанный проводами. И это странно. Раз произошёл выброс силы такого масштаба, он по идее должен был очнуться. Или сдохнуть. В крайнем случае, хотя бы содрогнуться от конвульсий. С другой стороны, данная ситуация однозначно выходит за рамки нормальности. И пока сложно сказать, как она могла отразиться на самом индийце.

Продвигаюсь ещё на один метр. Идти всё тяжелее — сила давит со всех сторон, прогибая мою защиту и пытаясь ворваться внутрь. Откуда в нём столько? У Бабура не должно быть настолько мощной тонкой части разума. Иначе я бы это сразу почувствовал. Можно пропустить мимо себя относительно слабого одарённого, но нельзя пройти мимо сверкающей сверхновой. Тем более я долгое время находился рядом с ним.

Стоп. Замерев на месте, едва ли не принюхиваюсь. Знакомый оттенок. Запах Твари. Очень слабый, на самой грани осознания, но он есть.

Первая мысль — монстр получил контроль над индийцем. Но будь это так, сейчас бы всё воняло Тварью. Тогда как я различаю лишь слабый оттенок её запаха.

Пробую набросать хотя бы ещё одну версию, но спотыкаюсь об очевидный факт недостатка информации.

Ладно. Раз данных нет, значит их стоит добыть. Прилагаю усилие, чтобы ещё немного продвинуться вперёд. Делаю ещё один шаг. До кровати Бабура остаётся какой-то метр. Преодолею его и наконец появится возможность оценить ситуацию. При тактильном контакте я наконец доберусь до его сознания. Как минимум, получится выяснить, жив вообще индиец или нет. А заодно и прояснить момент с источником силы.

Собираюсь с силами, чтобы сделать последний рывок, когда Бабур внезапно выпрямляется. Просто садится в кровати, потянув за собой многочисленные провода и пару капельниц. Лицо каменное, руку опущены вниз, но вот глаза живые — наполнены страхом и безумием.

Я даже толком не успеваю среагировать, как тот поворачивает голову, смотря прямо на меня. И внезапно дёргается вперёд.

Слышу, как за спиной трещит стена. С потолка сыпятся то ли куски штукатурки, то ли бетонная крошка. А индиец вытягивает руку, касаясь моего плеча.

В следующий момент мир вокруг, как будто исчезает. Я проваливаюсь в никуда. Сверкающее всполохами, громадное белое облако, состоящие из сотен воронок и наполненное силой.

Паника. Шок. Страх. Непонимание. Этот убойный коктейль на несколько секунд полностью захлёстывает сознание, вводя его в полный ступор.

Наконец давлю чувства и возвращаю себе контроль. Я жив и наблюдаю за потоками силы вокруг. Значит всё ещё в порядке. Конечно, если Бабур не расщепил, к херам, всю Индию на атомы, а мой разум не застрял тут в таком виде навечно. Смотреть на ситуацию под таким углом мне совсем не хочется, поэтому стараюсь оценить происходящее и понять, что собственно творится.

Первое впечатление — я нахожусь в бурлящем океане силы, который полностью хаотичен и рвётся наружу. Но постепенно приходит понимание, что верен только последний пункт. Да, энергия пытается отыскать выход, но она отнюдь не хаотична. А вокруг меня совсем не океан. Скорее уж бурная река, у которой есть вполне чёткое направление.

Тут же появляется и догадка по поводу того, где именно я нахожусь. Это тонкая часть разума Бабура. Парень стал связующим звеном между каким-то мощным источником силы и… На момент замявшись, всё же заканчиваю мысль словами “и нашим миром”. Формулировка мне откровенно не нравится, так как предполагает контакт с чем-то, находящимся за барьером. А единственное могучее существо, которое является крайне могущественным и точно там находится, это Тварь. Но и другие предположений у меня нет. Сложно представить, что где-то на планете может находиться источник подобной мощи, на который никто не обратил внимания.

Теория порождает массу вопросов, но пока я пытаюсь лишь подтвердить её. Либо опровергнуть — всё зависит от результатов.

Не знаю, как со стороны выглядит осколок моего сознания, выступающий в качестве своего рода “аватара”, но как быстро выясняется, он способен перемещаться. Вот и отлично.

Скольжу между полыхающими воронками и пульсирующими сгусткам, пытаясь добраться до места, откуда они все появляются Впервые вижу такую структуру тонкого плана. Хотя, с другой стороны это логично. Если Бабур изначально не был одарённым, то всё, что я вижу рядом, сформировалось искусственным образом.

В какой-то момент замираю на месте. “Озираюсь” по сторонам, если это слово допустимо использовать в такой ситуации.

Как мне кажется, я миновал уже приличное расстояние, но поток всё никак не заканчивается. Более того, я даже не могу рассмотреть места, где он начинается. Да, внутри тонкой части разума может быть спрятано многое. При желании, там можно отстроить целую вселенную, по которой получится блуждать веками. Но Бабур ничему не обучался. А значит и не мог выстроить внутри себя подобной структуры. И если прикинуть, что где-то в его сознании находится пробоина, ведущая за барьер, то возникает весьма забавная перспектива оказаться там самому. Проскользнуть через сознание индийца за пределы планеты.

Интересно, я сейчас тут полностью? В том плане, что ядро тонкой части разума целиком переместилось в сознание бывшего шофёра? Или раскололось надвое и вторая половинка сейчас медленно охреневает от происходящего? А то и вовсе не понимает, что происходит.

Пытаюсь отыскать нить, которая связывала бы меня с собственной оболочкой. Ничего не обнаружив, слегка теряюсь. Как так? Выходит я не могу вернуться и заперт тут? Или весь вопрос в том, чтобы использовать более тонкий тип силы?

Переключаюсь на другой уровень восприятия. Проделываю это действие автоматически, не задумываясь о том, где я нахожусь и что происходит. Суть произошедшего доходит до меня только спустя пару секунд. Раз я смог провернуть такое, до значит доступны и все остальные опции.

Концентрируюсь. Разбрасываю во все стороны тонкие “щупы”, исследуя пространство. На это уходит какое-то время, но в конце концов, я получаю результат. Стоит признать, весьма обескураживающий.

Во-первых, вокруг меня плотная оболочка, которая точно сформирована не самим Бабуром. Защитный слой выглядит так, как будто образовался естественным образом, но индиец на такое не способен. К тому же сейчас это грёбанный монолит, об который неустанно бьётся поступающая извне сила. Скорее всего защита стала такой уже после того, как я оказался внутри. Иначе мой разум не проскользнул бы сюда ни в каком виде.

Во-вторых, я нащупываю горловину, из которой хлещет та самая сила, что пытается пробить во внешний мир. Я совсем рядом с ней — в весьма опасной близости.

В-третьих, я пробую управлять бурлящей рядом силой и это неожиданно получается. Сложно, проблематично и требует полной сосредоточенности. Но я всё же могу с ней управляться, что открывает немало вариантов для разрешения ситуации.

Первым делом запускаю пару исследовательских “щупов” в ту самую горловину, откуда прут потоки энергии. Но не чувствую ничего кроме голой силы. Если Тварь и имеет ко всему происходящему отношение, то весьма опосредованное.

И это говорит не только о безопасности Бабура с данной точки зрения. Как там выразилась Алейна? Нельзя убраться из мира, если Тварь ещё цела и нельзя попасть в мир, если она уже уничтожена? Вроде бы женщина использовала похожую формулировку.

Не уверен на сто процентов, но как мне кажется она заблуждалась. Или откровенно лгала. Безусловно, ещё предстоит разобраться в том, откуда взялась эта сила и кому она принадлежит. Но в теории, её наличие даёт шанс прорваться в мой старый мир. И растереть в кровавый порошок всех тех ублюдков, о чьей смерти я давно мечтаю.

Волевым усилием останавливаю свернувшие не туда мысли. Для начала стоит выжить. А уже потом строить какие-то далеко идущие планы.

Концентрируюсь, полностью избавившись от размышлений. После чего тянусь к одному из сгустков силы, что находится рядом. Обхватываю его “щупами”, разрываю на части, впитываю. Повторяю процедуру ещё с парой десятков таких же, постепенно нацеливаясь на всё более крупные объекты.

Следующий этап — отплываю в условный центр пространства, внутри которого нахожусь и формирую что-то вроде его завихрения. Я не смогу взять под контроль ту мощь, что находится здесь, но зато способен задать её траекторию движения. По крайней мере надеюсь на это.

Через какое-то время вокруг формируется настоящий водоворот из бурлящей силы. Разгоняю его, постепенно придавая всё большее ускорение. Когда скорость становится на мой взгляд, вполне приемлемой, меняю угол движения потока, направляя его прямо в горловину.

Опасаюсь, что инерции окажется недостаточно, но в реальности, её хватает с головой. Бурный поток сталкивается со сгустками силы, что появляются в пробоине, увлекая их за собой наружу.

Как только основная масса энергии оказывается за пределами этого изолированного пространства, приступаю ко второму этапу, в котором уверен ещё меньше, чем в первом — запечатываю дыру. Буквально, ставлю на неё громадную заплатку, пытаясь придать ей такую же структуру, как той броне, что до сих пор прикрывает меня от внешнего мира.

Настолько концентрируюсь на задаче, что не сразу замечаю происходящих вокруг перемен. А когда понимаю, что происходит нечто непонятное, успеваю лишь переключить внимание на ту самую стену, которой пытался подражать. После чего сознание стремительно затухает.

* * *

Затёкшие мышцы. Головная боль. И странное ощущение — как будто внутри что-то поменялось. А ещё я ничего не чувствую. Хотя рядом точно кто-то есть — я хорошо слышу дыхание.

Ладно, хер с этим. Управление силой восстановится. Ключевой момент, что я вернулся в тело. Или остался в оболочке Бабура. Тоже на самом деле, вариант. Хотя и подразумевает некоторые проблемы с прадедом.

— Тео? Очнулся? Ты помнишь себя? От памяти вообще что-то осталось? Эй? Ты меня слышишь?

Чуть поворачиваю голову и вижу в полутьме смутно знакомое женское лицо. Кто она такая? И почему спрашивает меня о памяти?

Глава IX

Разглядывая женщину, пытаюсь понять, откуда я её знаю и кто это вообще такая? Странно, что я не помню её лица. Судя по тьме, которую разгоняет слабый свет, попадающий в помещение через стеклянную дверь, сейчас ночь. Сомневаюсь, что ко мне пустили бы незнакомку.

Да и вообще, я ведь должен быть на военной базе. Разве нет? И…

Ловлю себя на мысли, что не могу построить продолжение фразы. Понимаю, что оно должно иметь место быть. Но сознание отказывается выдавать какую-то информацию из памяти. Как будто её и нет. Да, я был на военной базе и потом оказался в сознании Бабура. Индийца, который… Да вашу же мать! Кем он был? Почему я полез внутрь его разума? Как всё это получилось?

Прикрыв глаза, ныряю в “чертог”. Концентрируюсь. И понимаю, что структура тонкой части моего разума изрядно перемешана. Вернее не так. Она изменена. Подверглась внешнему воздействию и сейчас выглядит совсем не так, как должна.

Оцениваю масштаб повреждений. Судя по всему, изменения затронули только часть памяти и некоторые из функциональных блоков. С научной точки зрения, речь идёт об изменении состояния модулей разума. Грубо говоря, они мутировали.

На момент представляю, что произошло бы, охвати изменения моё сознание полностью и понимаю, что о таком сейчас лучше не думать. В лучшем случае, я бы забыл всё, что знал и лишился способностей одарённого. Либо они приобрели совсем иной характер. Только вот вернуть себе воспоминания, я бы не смог. По той простой причине, что не знал бы, как это делается. Да и “чертог” тоже оказался бы разрушенным.

Сосредотачиваюсь на работе с одним из блоков памяти, пытаясь откатить его в прежнее состояние, а заодно и вернуть свою память. Если говорить грубо, сейчас “клетки” тонкой части моего сознания стали другими, но при этом они должны сохранять всю записанную в них информацию.

Времени уходит немало, но в конце концов у меня получается. Разум получает доступ к восстановленной порции воспоминаний, а я перехожу к следующему блоку.

Так, поочерёдно работаю со всеми повреждёнными местами, приводя себя в порядок. К моменту, когда заканчиваю, память полностью функционирует, а я прекрасно чувствую отклики сознаний. Включая Салвец, через ментальную броню которой просачивается лёгкое беспокойство. Менталистка должна прекрасно понимать, чем именно я сейчас занимаюсь, но видимо отнюдь не уверена, что попытка завершится успехом.

Закончив, выныриваю обратно в реальный мир. Подняв веки, поворачиваю голову, найдя взглядом Анну. Та сразу подаётся вперёд.

— Получилось? Ты же работал с разумом?

Слегка усмехаюсь, наблюдая за встревоженной женщиной. Не ожидал, что она будет всерьёз из-за меня переживать.

— Да. Что случилось на базе? И где я вообще нахожусь? Что это за место?

Та машинально оглядывается на дверь и ненадолго заминается. Наконец начинает говорить.

— На базе произошёл определённый инцидент, из-за которого тебя эвакуировали сюда. Бабур тоже тут, только в другом крыле госпиталя. Остальные отдыхают — не все успели сбежать, когда всё началось. А та синеволосая девчонка вовсе пыталась подобраться к тебе. Чудом осталась жива.

Мгновение молчу, переваривая информацию. Успели сбежать от чего? На момент, когда я вошёл в контакт с индийцем, газ уже должен был выветриться. Там случилось что-то ещё? Или всё дело в Бабуре? Я ведь вроде закупорил пробоину в его разуме и вернул всё на свои места. Конечно, если какой-то из блоков моей памяти не стёрся полностью.

— О чём ты говоришь? Что именно произошло на базе?

Чувствую лёгкое удивление, исходящее от Салвец. Странно, раньше я не мог ощущать эмоции менталистки, если она сама этого не позволяла. Защита у её разума всегда была достаточно мощной.

— А что ты сам помнишь? Как это ощущалось?

Поморщившись, снова прохожусь по закоулками собственной памяти. Даже повторно заныриваю в “чертог”, чтобы проверить всё досконально. Не обнаружив никакой информации, возвращаюсь обратно. Всё же меня затянуло в процесс целиком, а не разбило на два осколка. Другой вариант — какая-то часть моего разума, оставшаяся автономной, сгинула в том замесе.

Сканирую окружающее нас пространство. Внезапно для себя обнаруживаю следящее устройство. Замаскированный под муху артефакт, вроде бы сделанный из какого-то камня. Решив рассмотреть его позже, пока просто блокирую. Проверив всё ещё раз, начинаю объяснять.

— Меня затянуло в сознание Бабура, где оказалась пробоина, ведущая за пределы барьера. По крайней мере, мне так кажется. Я оказался заперт там, поэтому пришлось заделать дыру. Когда это наконец вышло, сознание отключилось.

Анна внезапно усмехается. Наклоняется ближе ко мне.

— В сознание Бабура? То есть ты всё это время считал, что находишься внутри разума индийца? Думаешь он смог бы вместить такой объём силы?

Сама постановка вопроса подразумевает, что верным ответом будет отрицание. С другой стороны, я вроде бы работал не с таким глобальным объёмом энергии. Хотя, стоит признать, точно его оценить в тех обстоятельствах, было весьма сложно.

Приподнимаюсь на кровати. Убедившись, что тело пусть и чувствует себя дискомфортно, но вполне слушается, усаживаюсь на неё, поджав под себя ноги. Смотрю на Салвец.

— Рассказывай. Что случилось и где был мой разум?

Она снова разжимает губы в усмешке. Покачивает головой.

— Сама я видела только видеозаписи. Но выглядело всё это, весьма внушительно.

На секунду останавливается, сделав короткую паузу, после чего продолжает.

— Первое и очень короткое видео сделано камерой одного из погибших военных. Видно, как Бабур касается тебя, после чего электроника выходит из строя. Следующая запись сделана камерой в коридоре. Она зафиксировала, как медленно распадаются в пыль стены комнаты. Это произошло спустя три секунды после контакта. Ещё через двадцать, рухнуло всё здание. А спустя где-то три минуты, в руины превратилась вся база.

Грёбанное сучье дерьмо. То есть я вовсе не копался в сознании индийца, разбираясь с его небольшой проблемой. А выступил в качестве катализатора процесса. Сам же его правда и остановил, но что-то мне подсказывает, без контакта с моим разумом, прорыв не стал бы настолько глобальным.

Выдохнув, уточняю.

— А дальше? Когда всё остановилось?

Преподавательница едва слышно цокает языком.

— Зона поражения продолжала расползаться ещё около трёх часов. Скорость постепенно снижалась, но в случае продолжения процесса, он неминуемо бы уничтожил ближайшие населённые пункты. А потом, скорее всего добрался бы до Дели.

Кашлянув, проясняю ещё один момент.

— И военные ничего не пытались сделать?

Вот теперь от неё веет лёгкой мрачностью.

— О, они пробовали. Через тридцать пять минут после начала процесса, к базе отправили звено дронов огневой поддержки. Хотели визуально оценить ситуацию и при наличии возможности, уничтожить цель. То есть вас с Бабуром. Техника отказала и рухнула, не долетев пятьсот метров до периметра. Тогда они пошли другим путём и запустили крылатую ракету, наведя её точно по координатам здания. Та тоже вышла из строя, даже не взорвавшись.

За дверью кто-то проходит и женщина на момент замолкает. Покосившись в сторону выхода, пару секунд ждёт, после чего продолжает излагать.

— Тогда индийцы решили, что всё дело в электронике. И недолго думая, подогнали дивизион самоходных орудий. Подумали, что обычные снаряды, в силу их примитивности, должны поразить цель. Как ты догадываешься, этот подход снова не сработал. Ну а к моменту, когда они обсуждали совсем радикальные варианты, вроде отправки вперёд штурмового отряда одарённых, которые заключили контракт с армией в обмен на свобождение от тюремного заключения, всё закончилось.

Забавно. Выходит, я оперировал не относительно небольшим объёмом силы, который находился внутри сознания Бабура, а колоссальной мощью, что расползалась по всей округе. Ещё и прикрывая эпицентры от поражения любыми стандартными средствами.

— Как это выглядело? Я понимаю, что все здания рухнули. Но что именно с ними произошло? Насколько затронуло грунт? Если распространение шло в форме сферы, то на месте базы сейчас должен быть идеально ровный кратер.

Салвец трясёт головой и глянув на меня, разжимает губы в усмешке.

— Ты только что закрыл прорыв за барьер, который мог уничтожить этот мир и первым вступил в контакт с силой, чья природа никому неизвестна. А всё, что тебя интересует, это формат воздействия и геометрическая модель формирования зоны поражения? Ты серьёзно, Тео?

На самом деле, меня куда больше занимает вопрос информированности Алейны. Как много она знает про ту мощь, что скрывается там, за барьером? Насколько глубоко погружена в это? Ставила ли с ней эксперименты? Грубо говоря, лгала она мне целенаправленно или добросовестно заблуждалась?

— Вопросов у меня много. Но для начала хотелось бы понять, как эта штука воздействует на окружающий мир и что с её помощью можно провернуть. А потом разобраться в том, каким образом у Бабура появился канал связи, ведущий за пределы барьера. Для того, чтобы его пробить, нужна прорва силы. И подготовленный концепт.

Вижу, как она слегка морщится.

— Не совсем понимаю, что такое “концепт”, но если ты так называешь технику, то предположу, что она действительно необходима. А что до силы… Вспомни себя в аэропорту. Ты использовал свои возможности не слишком тонко, но поток выплёскиваемой мощи должен был зашкаливать. К тому же рядом были умирающие одарённые. Плюс, безумная концентрация эмоций. Неизвестно, как это повлияло на формирование пробоины. Пока даже непонятно, с чем именно мы столкнулись.

Угу. Вот этот простенький факт меня и напрягает. Тварь, это грёбанный монстр, мечтающий сожрать всё до чего дотянется. Вернее, всех до кого дотянется. Но наличие за барьером ещё одного источника силы, намекает на существование какого-то другого относительно разумного организма. Не может же она просто течь через пространство. В таком случае, одарёные бы не смогли путешествовать между мирами. А как я теперь знаю, такие случаи не сказать, чтобы редкость. Будь всё пространство за барьером заполнено подобной силой, в лучшем случае, люди бы попадали в новое место абсолютно искалеченными и иными.

Ну а мысль о том, что где-то там есть, как минимум ещё одно существо, по своей мощи схожее с Тварью, заставляет здорово напрячься.

К тому же я пока абсолютно не понимаю, как у Бабура вышло пробить барьер. Да, он прикоснулся ко мне в самый неподходящий момент. Скорее всего получил удар по своему сознанию и впитал какую-то часть ревущей на тот момент внутри меня силы. Но как, вашу мать, его разум оказался связан с барьером? Не понимаю.

— Это мало что объясняет. Если быть точным, то совсем ничего. Бабура накрыло спонтанным и неконтролируемым выбросом силы, тут я согласен. Но с какого хера это повлияло на барьер? Для такого нужно целенаправленное воздействие. Причём подготовленное.

Несколько мгновений Салвец молчит. Потом пожимает плечами.

— Конечно, я не специалист по проделыванию дыр в стенах между мирами, но разве воздействовать на барьер можно только с одной стороны?

Интересная мысль. И отчасти логичная. Если допустить, что существует условная Тварь номер два, то стоит предположить её способность к осознанным действиям. В теории, она действительно могла воспользоваться удобным моментом и добраться до сознания индийца.

Правда, в этой теории присутствует сразу целая пачка обширных пробелов. Самый очевидный — непонятно, ради чего ей просто закачивать сюда голую силу. Выжечь планету? Уничтожить человечество? Или переформатировать мир в свою собственную среду обитания?

Плюс, я не совсем понимаю, какое именно условие было соблюдено в этом грёбанном аэропорту? Как мне кажется, в истории Земли хватало моментов, когда уровень используемой силы был куда больше. Но почему-то, канал связи был установлен именно сейчас.

Единственное, что приходит на ум — частицы Твари, которые оказались вплетены в структуры тонкой части моего разума. Это могло бы многое объяснить. Но с другой стороны, тут как минимум два иномирца, которые тоже должны были контактировать с монстром. И какой-то критичной разницы между нами нет. Вроде бы.

Качнув головой, бросаю взгляд на Салвец, которая всё ещё ждёт ответа.

— Такая теория порождает ещё больше разнообразных вопросов. А что, кстати, с самим Бабуром? Он пришёл в себя?

Менталистка протяжно вздыхает.

— Насколько я знаю, пока ещё нет. Вас обнаружили посреди крошки в которую превратилось здание и доставили сюда. Оба целы и формально здоровы, но возвращаться в сознание никто из вас не спешил. Впрочем, если ты пришёл в себя, то возможно индиец тоже очнулся.

Вот вроде и отвечает на вопрос, но при этом не выдаёт той самой информации, которую я подразумевал. Приходится уточнить напрямую.

— Ты проверяла его разум? Что с ним?

На этот раз молчит куда дольше. Наконец решается.

— Я несколько раз проверила комнату на прослушивающие устройства и ничего не нашла. Но это не значит, что их нет. Уверен, что хочешь это обсуждать?

Стоп. В каком смысле нет? Та муха до сих пор сидит на грёбанной стене. Ничего не слышит, не видит и не фиксирует, но остаётся на месте.

Прикрыв глаза, отправляюсь в “чертог”. Использую разницу в течение времени, чтобы ещё раз детально проверить помещение. Возвращаюсь обратно.

— Вообще-то здесь есть, как минимум один мобильный артефакт, используемый для прослушки. Каменная муха на стене. Но я изолировал её с самого начала разговора. Других устройств пока не вижу.

Чувствую, как от Салвец исходит волна настоящего негодования. Момент неподвижно сидит на месте. Видимо снова сканирует палату. Потом не выдерживает и крутит головой по сторонам.

— Где именно? Можешь указать направление?

Поднимаю руку, показывая пальцем на часть стены, где находится муха и женщина прикусывает губу. Секунд тридцать пялится туда, а потом снова поворачивается ко мне.

— Не понимаю. Я не вижу ни артефакта, ни твоего выставленного блокиратора. Абсолютно ничего.

Теперь я тоже не совсем врубаюсь. Салвец — менталист четвёртой категории, Квартус. Не самый высокий уровень силы, но при этом её точно не назвать слабой. Раз я увидел эту сучью муху, то она тоже должна была её распознать. Почему женщина её не видит?

Переключаю внимание на артефакт, используемый для слежения. Присматриваюсь. Анализирую. Изучаю. На первый взгляд ничего необычного. Да, изготавливать такую штуку из цельного куска камня, а потом придавать гибкость и нужные свойства при помощи техники одарённых, это в какой-то степени извращение. Но тут речь скорее о личных вкусах и предпочтениях, чем функционале. В конце концов, у того же секса, концепция тоже одинакова — член попадает в одну из дырок женщины и оба партнёра получают удовольствие. Но вот антураж всем нравится разный — от ванильной нежности до траха в бондаже или под водой. Тут то же самое. Из чего не изготовь артефакт, суть у него всё равно будет такой же.

До меня доходит только спустя какое-то время — когда я уже третий раз присматриваюсь к сучьей мухе, пытаясь понять, что с ней не так.

Отблеск той самой силы, что рвалась в этот мир из-за барьера. Вот что отличает этот артефакт от всех остальных. И видимо по этой же причине его не видит Салвец, зато смог обнаружить я.

Стоп. Какого хера? С трудом удерживаюсь от того, чтобы вскочить на ноги и начать мерять палату шагами. Кто-то использовал именно эту силу, чтобы вести за мной наблюдение? И единственный вариант, который приходит в голову — Алейна. Это объясняет отсутствие поблизости менталистов и групп наружки. Живые люди, это фактор риска. А вот каменная муха, которую я не могу обнаружить — гарантия успеха.

Выходит эта грёбанная сука лгала мне. С высокой долей вероятности, абсолютно обо всём — от путешествий между мирами до своей собственной истории.

Открываю рот, чтобы выдать краткую версию истории Салвец, но тут же чувствую отклик нового сознания. Вернее, сразу доброго десятка.

Первое, что фиксирует мой разум — отпечаток той самой силы, которая применялась при изготовлении артефакта. Ну а второй момент вполне очевиден — половина поднимающихся на этаж людей, являются одарёнными. И абсолютно все из этой компании готовы убивать.

Глава X

Быстро вскакиваю на ноги и сразу же ловлю на себе удивлённый взгляд Салвец. Сначала не понимаю, какого хера она сама сидит на стуле, а потом до меня доходит — она же не чувствует ни одного из ублюдков, что поднимаются наверх. Они прикрыты точно так же, как сучья муха на стене.

— Сюда поднимается группа ликвидации. Где остальные?

Вот теперь менталистка одним движением оказывается на ногах. Сразу же разворачивается к двери.

— Бабур в другом крыле. А девушки в комнате отдыха персонала, метрах в тридцати отсюда

Уже неплохо. Остаётся только решить вопрос с транспортировкой. И каким-то образом выбраться отсюда.

— За мной.

Скомандовав, забираю телефон и шагаю к двери, распахивая её. Когда выходим в коридор, слышу задумчивый голос Анны.

— Почему я их не чувствую, а ты видишь? Такой же фокус, как с той мухой на стене?

Мне вот куда больше интересно, с какого хера военный госпиталь, куда привезли пару особо опасных пациентов, настолько плохо охраняется? Сомневаюсь, что сети Алейны настолько плотно окутывают армию, что вся местная безопасность состоит из её людей. Разве что нас специально отвезли на объект, находящийся под её контролем?

Быстро шагая вперёд, сканирую окружающее пространство. Пациенты, дежурные медсёстры, вкрай вымотанный врач, оставшийся на вторую смену подряд и сейчас мечтающий о двух вещах: холодном пиве и женских губах на своём члене. Одинокий охранник, переживающий из-за завтрашнего свидания.

Стоп. Что за херня происходит? Почему я слышу их грёбанные мысли? Это же просто сканирование, оно должно только демонстрировать эмоции. А не давать тебе настолько глубокий доступ к каждому, отдельно взятому разуму.

Добравшись до комнаты отдыха, где ощущаются сознания девушек и Давдена, рывком открываю дверь. И сразу сталкиваюсь с взглядом подполковника, который моментально становится тоскливо-печальным.

— Что на этот раз?

Судя по интонации, безопасник ни на секунду не сомневается, что нас ждёт очередные неприятности. И стоит отметить, он полностью прав.

— Сюда поднимается группа зачистки, чтобы всех нас убить. Сваливаем.

Офицер тяжело вздыхает и бросает взгляд на Салвец. Возвращает его на меня.

— Иногда мне кажется, что ты будешь в безопасности, только когда создашь своё собственное государство.

Отступаю назад, освобождая дверной проём и глядя на него, усмехаюсь.

— Мысль на самом деле неплохая. Да и глава безопасности у меня уже есть.

Тот покидает комнату, останавливаясь рядом со мной и внезапно растягивает губы во вполне искренней улыбке.

— На твоём месте, я бы не рисковал. Глава безопасности, который не прочь прикончить правителя, это так себе затея.

Смотря, как Айла пытается разбудить Ранну, тянусь к разуму синеволосой, выдёргивая её из состояния сна. После чего поворачиваюсь к офицеру и тоже изображаю на своём лице улыбку.

— Так я же тебе мозги перепрошью, чтобы мысли то были, а вот рука не поднималась.

Давден сразу же мрачнеет, а оглядывающаяся по сторонам Салвец, чуть нервно интересуется.

— Бабура ты тоже собираешься забрать? И куда вообще дальше?

Первым на ум приходит сухонький вьетнамец, который в теории может прикрыть и от Первой службы, но я сразу же отбрасываю эту мысль в сторону. Хватит бегать и прятаться за чужими спинами, пытаясь интегрироваться то в одну, то в другую структуру. Достало. Возможно, подполковник не так уже неправ — стоит озаботиться своим собственным государством. Или хотя бы собственной армией. Чтобы ни у одного выродка этого мира даже мысли не появилось ко мне подобраться.

От Анны исходит волна лёгкой нервозности — женщина однозначно испытывает дискомфорт. Понимаю. Хреново, когда сталкиваешься с противником, которого не можешь распознать привычными средствами.

Вылетевшая из комнаты Ранна, бросается на меня, обвивая шею руками. Машинально обхватываю её талию ладонями, но сразу же отстраняю девушку.

— Всё потом. Сначала надо разобраться с этими ублюдками.

Та непонимающе морщится, а я киваю на Салвец — мол менталистка сейчас всё объяснит. Судя по тому, как синеволосая кривит лицо, идея пообщаться с Анной, ей не слишком нравится. Но иного источника информации сейчас нет.

Сам же я отступаю к стене и усаживаюсь на стоящую около неё каталку. Прислоняюсь спиной к холодному бетону. И прикрыв глаза, ныряю в “чертог”.

Сейчас бы взглянуть под микроскопом на тонкую часть своего разума и понять, что именно там поменялось. Но на это сейчас абсолютно нет времени.

Накрываю своим полем внимания весь госпиталь, а заодно и прилегающую территорию. Чувствую разумы сотен людей. Персонал, пациенты, водители, которые пьют кофе на первом этаже. Жители пары прилегающих к объекту жилых домов, расположенных недалеко от окружающей госпиталь стены.

Неплохо. Я бы даже сказал, хорошо. Более чем достаточно материала, с которым можно работать.

Оцениваю тех, кого отправили меня убивать. Ровно четырнадцать человек, которые разбиты на четыре группы. Две поднимаются в лифтах, которые должны появиться справа и слева от нас, как раз на постах дежурных медсестёр. В каждой по двое одарённых, плюс по паре обычных бойцов. Ещё две смешанные пары поднимаются по лестницами, видимо блокируя таким способом альтернативный спуск на первый этаж.

И, наконец, ещё двое остаются в холле. То ли для перестраховки, то ли для того, чтобы дать знать штабу о неприятностях, если операция вдруг провалится. Хотя, последнее маловероятно — эти парни должны знать, по чью именно душу пришли. И понимать, что если я смогу разобраться с теми, кто поднимается на этот этаж, то без проблем прикончу и тех двоих внизу.

И одарённые, и обычные люди, прикрыты мощными артефактами. Новые способности значительно улучшают тонкость моего восприятия и возможно влияют на что-то ещё, но пока непонятно, насколько изменился потолок силы. Не факт, что он вообще сдвинулся с места. А если отталкиваться от моих старых возможностей, то пробить ментальную защиту этих парней будет крайне непросто.

Сначала решаю попробовать более простые методы. Устанавливаю контроль над всем персоналом этажа. Как итог, когда противник почти синхронно вываливается из лифтов, их немедленно атакуют. Одну группу — охранник и две дежурные медсестры, а вторую доктор вооружённый скальпелем и опять же, две работницы госпиталя.

Рассчитываю на фактор внезапности, но он не срабатывает. Пули, выпущенные охранником, банально виснут в воздухе, после чего осыпаются на пол, а остальные даже не успевают добраться до цели — какая-то секунда и все мои “бойцы” разлетаются в разные стороны сломанными куклами оседая на пол.

Внутренне рыкнув, концентрируюсь. Ладно, вы сами напросились, ублюдки. В прошлый раз это закончилось тем, что Бабур стал живым порталом для неизвестной мне силы из-за Грани, но сейчас у меня имеется полностью законченный “чертог”, да и уровень возможностей несколько вырос.

Снова прокручиваю в голове воспоминания старого мира. Переключаюсь на этот. А следом вбиваю в свою же голову мысль о том, что я всё-таки смогу вернуться. Оказаться рядом с Бортисом. Загляну ему в глаза, перед тем, как отправлю на тот свет. Совсем недавно, это казалось невероятным. И всё благодаря блядской Алейне. Не удивлюсь, если она использовала артефакты для давления на мой разум и большей убедительности. Раз я не мог отследить её каменную муху, то и мягкое влияние тоже мог запросто упустить. Другая природа силы — простой одарённый никак не сможет её распознать.

Ненавижу! Как же я, мать вашу, ненавижу всех этих ублюдков! Алейну, Бортиса, всех предателей скопом, всех тварей, что когда-то улыбались в лицо и хлопали по плечу, а за спиной шептались, распространяя омерзительные слухи. Всех, кто разом забыл о моём существовании, как только стало понятно, что Тридцатке никак не удержаться. Да и вообще, какая это Тридцатка, если больше половины Мастеров уже мертвы?

Гнев концентрируется внутри меня. Собирается туго сжатой пружиной, которую едва получается сдерживать.

А потом я разворачиваю её. Целенаправленно обрушиваю на тех выродков в чёрной экипировке, что прямо сейчас продвигаются вперёд по коридорам, намереваясь добраться до меня и убить.

Я даже не успеваю придать форму своим действиям. По сути, это сырая сила в её чистом виде.

Сдавливаю их ментальную броню. Сжимаю так, что она идёт волнами и корёжится. Преобразовываю часть своей мощи, всё-таки придавая ей форму. Добавляю к давлению удары сотен раскалённых игл, что вонзаются в их защиту.

Первым не выдерживает артефакт одного из солдат поддержки. Искусственно сформированная защита лопается, разлетаясь ошмётками и моя сила пронизывает разум бойца.

Воспоминания хлещут потоком и я укладываю их в “чертог”, чтобы отсмотреть потом. В теории это можно сделать и сейча, я в состоянии выделить часть своих ресурсов, распараллелить сознание и проанализировать данные. Но боюсь сбить концентрацию.

Когда понимаю, о чём только что подумал, приходит осознание простого факта — уровень моей силы всё же вырос. Причём, более чем значительно. Разделение разума на несколько автономных компонентов — фокус, который доступен старшим Подмастерьям. Я бы даже сказал, только самым талантливым из их числа.

Солдат двигается вдоль стены коридора, выставив ствол автомата и прикрывая остальных. Ещё один такой же боец идёт справа от него, а вот двое одарённых держатся за их спиной.

Пытаться развернуть его, чтобы открыть огонь, бесполезно. Прикончат раньше, чем парень сделает оборот. Поэтому, поступаю иначе. Даю приказ остановиться и подать сигнал о том, что заметил впереди движение. Потом достать из разгрузки ручную гранату. Выдернуть чеку. Разжав пальцы выждать. И внезапно бросить назад.

Уши глухо фиксируют грохот взрыва. Сознание самого солдата сразу же гаснет, равно как и его напарника. Вот оба одарённых живы — у них артефакты физической защиты оказались куда мощнее.

Впрочем почти сразу меняю взгляд на ситуацию. Возможно их прикрытие и было более сильным, но того одарённого, что был ближе к гранате, взрыв всё же достал — хорошо чувствую излучаемую им боль.

Пользуясь моментом, обрушиваюсь на его разум и почти сразу вскрываю его. Бесцеремонно вламываюсь внутрь. Выжигаю то, что делает его разумным человеком. Какие-то доли секунды и от вражеского бойца остаётся только пустая оболочка.

Глядя его глазами на склонившегося напарника, который достаёт из кармашка на тактическом поясе какой-то медицинский артефакт, внутренне усмехаюсь.

Использовать силу, в его нынешнем состоянии невозможно, я спалил всё, включая ядро тонкой части разума. Но взятый под контроль ублюдок в такой же экипировке, что и солдаты. С той лишь разницей, что в его случае отсутствует автомат.

Кладу пальцы его руки на рукоять ножа. А уже в следующее мгновение, всаживаю лезвие в глотку напарника. Проворачиваю. К такому его артефакты оказались не готовы — атака при максимально тесном контакте, да ещё со стороны союзника. Не уверен, какие именно настройки вкладывала в них Алейна, но даже я понимаю, что сложно заставить такую хреновину: и пули останавливать, и от обычного удара ножом прикрывать. Как не крути, второе куда сложнее распознать, как атаку.

Уловив гаснущее сознание второго одарённого, заставляю оболочку вытащить пистолет и пустить пулю себе в голову. Ни к чему оставлять свидетельства моих методов работы.

Переключаюсь на вторую группу, которая хоть и замедлилась из-за моего давления, но продвигается вперёд.

По разуму неожиданно прокатывается волна тепла — вот и тонкие вибрации от убийства двух одарённых.

Концентрируюсь на солдатах сопровождения и через несколько мгновений их разумы практически одновременно поддаются. Повторяю фокус — сигнал об остановке движения и две летящие назад гранаты.

На этот раз всё проходит даже удачнее — ранения получают оба одарённых. Вскрываю их сознания и яростно рву в клочья содержимое, наслаждаясь болью ублюдков. Что такое, сукины дети? Не нравится, когда вас вот так жестоко убивают? А мне значит, всё пришлось бы по душе, так?

Возможно я говорю это вслух — до конца не уверен. На разум уже начинают накатывать волны зашкаливающей агрессии. С одной стороны, это приводит к вспышкам силы, которые по своей мощи в разы превосходят мой средний уровень. Но с другой — значительно ухудшается мой самоконтроль.

Теперь группы на лестницах. Кто является слабым звеном, я уже понимаю, так что сразу сосредотачиваюсь на ментальной защите бойцов сопровождения. Не знаю, за каким хером они вообще их отправили? Учитывая, с кем именно придётся иметь дело, было бы логичнее сформировать штурмовую группу из одних одарённых.

Один готов. Имитирую скольжение ноги по ступени, а потом просто падаю на идущего сзади одарённого. Прежде чем тот успевает что-то понять, взрывается зажатая между двумя телами граната, отправляя обоих на тот свет.

Вот второй оказывается поумнее. Как только его солдат выкидывает непонятный фортель, сразу же пускает в ход силу, впечатывая парня в стену. Мгновение и тот превращается в мешок мяса с переломанными костями и раздавленными внутренностями.

Ладно. Посмотрим, на что годится твоя собственная ментальная броня, ублюдок.

Странно, но мне даже не приходится всерьёз напрягаться. Стоит сосредоточиться, как защита цели разваливается надвое, и я вторгаюсь в разум очередного противника.

На этот раз не спешу его убивать. Вместо этого вытаскиваю из памяти те части, что связаны с командованием этой операции и средствами связи. О том, кто дал отмашку атаковать нас, выяснить не выходит — этот одарённый является обычным членом отряда. Как выясняется, их командир был в той группе, которую я уничтожил первой.

Со связью везёт больше — если не считать рации, у этого паренька есть с собой телефон для экстренной связи со штабом. Кто именно там ответит, и кто вообще стоит во главе, он не знает. Но точно знает, для чего именно требуется телефон.

Достав его руками трубку, звоню. Объясняю, что мол старший офицер мёртв, половина отряда полегла, но основные цели благополучно уничтожены. Все второстепенные тоже мертвы.

Не сказать, что это даст большой выигрыш во времени. Если Первая служба хотя бы немного знает своё дело, они всё проверят и перепроверят, как только группа выйдет из здания. Но в нашем случае даже десять минут форы — уже неплохо.

Докладываю то же самое по рации мужчине внизу. Закончив говорить, слышу его голос.

— Ты это ловко придумал. Но не слишком умно как по мне. Надо признать, ты вообще не слишком то умён, мальчик. Мог бы спокойно жить и жить, а вместо этого ввязался вот в такое дерьмо.

Менталист. Причём, явно неплохой, раз я не почувствовал его действий. Твою же, сука, мать! То есть, на базе он в теории тоже мог всё это время быть. Да и по городу тоже вполне мог следовать за мной. С учётом артефактов Алейны, раньше я бы его не заметил.

Не сдержавшись использую голос подконтрольного одарённого, чтобы рявкнуть.

— Вы как будто слишком умны? Сунулись в логово тигра, не прихватив с собой ружей.

Уши взятого под контроль человека Алейны улавливают тихий смех.

— Не самая плохая метафора, парень. Пожалуй стоит её запомнить. Только вот насчёт ружей ты ошибаешься. Мы их захватили. А теперь извини, время для плана “Б”.

Хмыкнув про себя, обрушиваю удар за ударом на его ментальную броню, но этот выродок защищён куда лучше остальных. Логично — его прикрывает не только артефакт, но и собственные способности.

Беру под контроль персонал в холле, бросая его в атаку, но бесполезные идиоты дохнут, едва двинувшись с места. А вот в сознание его сопровождающего из числа обычных солдат, я пробиться не успеваю — слишком быстро они покидают здание.

Стоп. А это что такое? Встревоженные сознания, мысли о смерти и убийствах, ощущение ответственности. Полиция? Какого хера?

Следом за обычными стражами правопорядка, чувствую разумы одарённых. Нет, пожалуй это всё же не полицейские. Скорее уж пожаловали безопасники.

Ещё несколько десятков сознаний. Сразу несколько групп одарённых. Подлетающие к зданию госпиталя вертолёты. Что они собрались делать? Бросить всё это в бой? Согласен, нагрузка будет немаленькой, но я всё равно перебью весь этот сброд. Атаковать Мастера Разума вне категорий на такой позиции — безумие. Особенно, если вспомнить, что теперь мои способности несколько изменились.

Новая пачка разумов. На этот раз почти одни одарённые. И если я верно понимаю, это военные. Шестнадцать человек, обладающих силой. Ни одного слабее пятой категории.

Ещё пара вертолётов. Итого, их уже пять. Нахера столько? Думают, что я дам им выйти на позицию, откуда можно произвести прицельный снайперский выстрел? Или собрались бить по госпиталю ракетами?

Автомобили подъезжают один за другим, а оттуда вываливаются как обычные люди, так и одарённые. Последних я насчитал не меньше сорока — крайне серьёзная сила.

Пытаясь понять, как именно Алейна хочет вынудить командование всей это разносортицы, отдать приказ о моей ликвидации? И не сразу понимаю, что меня отвлекает какая-то странная вибрация.

Чуть выждав решаю на всякий случай вынырнуть из “чертога”. А оказавшись в реальности, понимаю, что это всего лишь телефон. Поморщившись, вытаскиваю его из кармана. Мгновение смотрю на неизвестный индийский номер. После чего клацаю по кнопке ответа и подношу аппарат к уху.

Глава XI

Приложив телефон к уху, жду. Пару секунд на том конце провода молчат. Потом слышится осторожный голос.

— Тео?

Тембр слегка искажён помехами. То ли такое херовое качество у связи, то ли рядом пытаются развернуть глушилки сигнала. Но я узнаю звонящего. Сай Нго. Руководитель Гуйанчайена, который не смог ничего сделать и просрал ситуацию.

— А кто же ещё? Извини, но у меня нет времени.

Разводить долгие хороводы с расшаркиванием и соблюдением этикета, сейчас не хочется. Не тот настрой и совсем не те обстоятельства.

На момент тот запинается. Как будто ожидал несколько иной реакции. Или злится из-за выказанного “неуважения”. Потом всё же начинает говорить.

— Я знаю, что у тебя сейчас сложная ситуация. Алейна совсем слетела с катушек. Но я могу помочь. Мои люди уже на подходе — вытащат тебя оттуда и переправят в защищённое место. Конечно, пока придётся побыть там, но ты же и так собирался помочь нам из-за появления Твари, правильно?

Задрали. Сукины дети. Грёбанные сучьи выродки. Заморочили мне голову, вбили мысль, что не смогу вернуться домой и оторвать головы всем, кого ненавижу. А теперь продолжают манипулировать. Не удивлюсь, если вьетнамец попросту договорился с Алейной и они хотят переложить меня из одной корзины в другую. Чтобы был целее и не возмущался.

Хер им в глотку и расплавленной меди в зад! Никакого больше сотрудничества на вторых ролях. Тем более я наконец почувствовал силу. А эти идиоты подгоняют сюда всё новые группы одарённых. Когда закончу с ними, мои возможности возрастут, как минимум вдвое.

Глубоко внутри звучит робкий голос, что от такого количества я могу и надорваться, как итог сдохнув в здании этого грёбанного госпиталя или на его руинах. Но он почти сразу меркнет на фоне мощного рёва той части разума, что требует мести и крови.

— Тео, ты ещё здесь? Слышишь меня?

Кривлю губы в ухмылке и решаю, что всё-таки стоит ответить.

— Ты просрал Тварь и свою организацию. Твой мир может развалиться на куски и погибнуть. А вместо того, чтобы консолидировать силы, вы с Алейной пытаетесь доиграть старую партию. Знаешь, я тут подумал и решил, что вы всем скопом можете идти нахер. Я убью Алейну. А если встанешь на моём пути, то убью и тебя. Хочешь помочь? Не путайся под ногами.

Он начинает что-то торопливо говорить в ответ, но я уже вырубаю телефон и убираю его в карман. Прохожусь взглядом по напряжённым лицам остальных. Улыбаюсь.

— Мы выберемся отсюда. А вот те, кто пытается нас достать, нет. Вы главное не попадите под удары техниками и доживите до конца.

Стоящий сбоку от девушек Давден вздыхает и скептически интересуется.

— А дальше? На нас нападает бывший работодатель, верно? Если я всё верно расслышал, ещё одного потенциального союзника ты только что пригрозил прикончить, если станет путаться под ногами. Ну вот убьёшь ты тут всех, а потом?

Вопрос звучит с оттенком лёгкого фатализма. Да и эмоции офицер испытывает похожие — как будто уже смирился со своей участью, но ради проформы интересуется, в какую конкретно форму выльется ожидаемый им ужасный конец.

— Я думал ты служишь стране и людям, а не отдельным личностям, майор. Или забыл, что давал присягу? Те, о ком ты говоришь, проспали вторжение Твари. И боюсь, этот мир на самом деле может быстро превратиться в труху. Всё, что я собираюсь сделать — убить их, дав планете шанс выжить.

Хмурится. Судя по эмоциональному фону, злится. Причём достаточно сильно.

— Присяга? Я хорошо помню её слова. Только вот кому мне тут служить, если каждый первый погряз в коррупции, а за каждым вторым тянется вереница преступлений. Зачем?

Усмехаюсь. Через три дома от госпиталя выгружается новая группа одарённых, а в небе появляется ещё пара штурмовых вертолётов. Интересно, как они объяснят наличие такого количества техники и солдат на столичной окраине? Это же полноценная армейская операция в черте города.

Собираюсь ответить Джоши, но тут он неожиданно добавляет.

— И вообще-то, я уже давно стал подполковником.

Смотря на него, растягиваю губы в ироничной ухмыке.

— Система гниёт, но никто не мешает её очистить. Взять и навести порядок на планете. Тем более, иначе Тварь всё равно не победить.

Вот теперь среди эмоций офицера появляется лёгкий интерес.

— Хочешь подмять под себя весь мир?

Отрицательно покачиваю головой.

— Нахера мне ваш мир? Я соберу отряд, который будет способен выкосить всех врагов, а потом вернусь к себе. Возможно оставив кого-то здесь, чтобы он разобрался с Тварью.

Чувствую бешеное изумление со стороны Сидни. Да и все остальные, если не считать Ранны, здорово удивлены.

Взмахиваю рукой, остановив Фабию и Сидни, которые уже начинают что-то говорить.

— Потом. Сейчас пора действовать.

Перевожу взгляд на Ранну и озвучиваю инструкции.

— Найди помещение, где много металла. В идеале, цельнометаллические стены. Стащи туда всё, что найдётся и выстрой щит. Сплошной, без разрывов. Удерживай его. И постарайся перехватывать ракеты до того, как они будут попадать в здание. Скорее всего ничего подобного не произойдёт, но тебе стоит быть готовой. Когда найдёшь помещение, просто докатите меня туда.

Глаза пялящейся на меня Сидни расширяются и она невольно поднимает глаза к потолку, что-то шепча себе под нос. Согласен — мысль о том, что по зданию, где ты находишься, в любой момент могут долбануть ракетой, это не слишком приятно.

Сам же я возвращаюсь в исходную позицию, запрыгивая на каталку, и прикрыв глаза, ныряю в “чертог”.

Трачу какое-то время на концентрацию. За счёт разных хронопотоков, в этом моменте у меня есть определённое преимущество.

Решив, что уже готов, накрываю куполом своего внимания весь этаж. Это не просто прощупывание находящихся тут разумных. Отнюдь. Сейчас моя сила пронизывает всё пространство, окружая людей со всех сторон. Я могу нанести удар по любому из них. По каждому ублюдку, что окажется в зоне контроля.

Расширяю территорию действия купола, быстро охватив весь корпус госпиталя. Тянусь дальше, добираясь до соседних домов. Чувствую страх гражданских, которых просят немедленно эвакуироваться, настрой бойцов спецназа — им сообщили, что здесь находится крайне опасный преступник-одарённый и непонимание военных — они пока не понимают, зачем их пригнали в Дели.

Даже пилоты вертолётов, которые барражируют поблизости, не в теме. В отличие от спецназа министерства безопасности, их инструкций я не слышу — видимо приказ отдали задолго до того, как экипажи прибыли на место. Но хорошо улавливаю эмоции — непонимание, определённое количество недоверия и моральные терзания.

Скорее всего этих парней предупредили, что в случае необходимости придётся полностью уничтожить здание госпиталя. Вот они и дёргаются — ни один нормальный человек не захочет ровнять с землёй корпус, где находятся сотни пациентов. Особенно, если это такие же военные, как ты сам.

Когда “радиус поражения” вырастает до трёх сотен метров, если отсчитывать расстояние от здания госпиталя, останавливаюсь. Для начала будет достаточно и этого. Тем более я пока не вошёл в полную силу, а только разгоняюсь. На самом деле жаль. Потому как при таком раскладе, я бы просто поджарил мозги всем присутствующим и спокойной походкой двинул дальше. Но выбора нет — придётся импровизировать.

Есть только один момент, который мне крайне не нравится — нигде не фиксирую того менталиста, который выбрался отсюда живым. До этого я хорошо его чувствовал, так что вариантов всего два — либо сюда прибыл кто-то более сильный и скрыл его от моего взора, либо он элементарно свалил подальше от места событий.

Второй пункт меня полностью устраивает. А вот первый заставляет немного тревожиться. С другой стороны, какой у меня выбор? Не соглашаться же на очередное предложение следующего в очереди на “поюзать” иномировую мощь?

Собравшись, начинаю действовать. Сначала самая незаметная часть плана — беру под контроль всех гражданских в соседних домах. А заодно и полицейских, которые бегают от квартиры к квартире, занимаясь срочной эвакуацией.

Под моим контролем сейчас находится десятка три многоквартирных зданий. От ста до трёхсот апартаментов в каждом. Итого, около двенадцати тысяч человек.

Тонкий контроль практически неосуществим. В теории он возможен, да и на практике я могу перехватить управление любым телом. Но в моём простеньком плане такой подход не потребуется.

Первым делом разделяю всех, над кем установил контроль. Ставлю простую задачу патрульным — продолжать перемещаться по зданиям и докладывать в штаб о выполнении задачи по эвакуации гражданских. Следом даю команду всем детям — немедленно одеться и рвануть за пределы этого района. Потом ещё час быстро идти пешком, соблюдая осторожность, а следом обратиться к первому попавшемуся полицейскому за помощью.

Сам не знаю, с какого хера решаю убрать отсюда детей? На секунду даже задумываюсь над этим. И понимаю, что их смерти вызвали бы у меня дискомфорт. Взрослые — понятно. Большая часть те ещё куски дерьма и сучьи выродки, которые заслуживают пули в лоб. Ну а дети, они пока ещё слишком тупы, чтобы осознавать вещи, которые творят. Да, они жестоки, не знают границ и будь у них свободный доступ к оружию, убивали бы точно чаще, чем взрослые. Но маленький объём жизненного опыта их отчасти оправдывает.

Ещё раз прогнав в голове своё самооправдание, не выдерживаю и захожусь нервным смехом. Всё же что-то стало не так с моим сознанием. Сначала беспокоюсь о детях, потом сам же подгоняю под это какую-то базу. Идиотизм.

Перехожу к следующему этапу — все женщины моложе тридцати лет получают команду надеть своё самое сексуальное бельё и выйти в подъезды.

Следом — все остальные. Мужчины, женщины постарше, старики, бабули. Эти должны вооружиться любым подходящим предметом и быть готовыми к бою. Огнестрела в их домах нет, но у каждого найдутся кухонные ножи, тесаки для рубки мяса, молотки или отвёртки. Любая подобная херня сойдёт.

Закончив с прилегающими домами, переключаюсь на тех, кто рядом. Хочется сразу перехватить управление вертолётами. Но это лучше всего сделать в последнюю очередь. Тонкая часть моего разума не слишком стабильна. Если вдруг пройдёт яркий импульс и одного из пилотов переклинит, последствия могут быть не самыми лучшими. Например, одарённые сходу пойдут в атаку. Тогда как весь мой план, собственно и нацелен на их уничтожение. Тут ровно семьдесят два человека, которые располагают силой.

А нет, вот ещё двадцать, которые только что въехали в зону действия купола. Итого, уже девяносто два. Немало, стоит признать. Даже после того, как я перебил штурмовую группы Первой службы, мощи не хватит, чтобы разобраться с ними разом. По крайней мере, если использовать классические методы.

Кто-то принимается орать в мощные динамики, предлагая мне сдаться. Надо же, даже имя с фамилией называют правильно — видимо тут решили не врать.

Проникаю в разумы всех силовиков, которые присутствуют рядом с госпиталем. Каждый обычный человек превращается в подконтрольный мне инструмент. Спецназ безопасников, полицейские, армейцы, прибывшие на место смежные группы. Даже переговорщик, которого выдернули сюда в соответствии с протоколом, а теперь игнорируют, из-за чего мужчина здорово расстроен.

Убедившись, что все нужные объекты находятся под контролем, отдаю новую команду и около тысячи молодых женщин вываливаются из подъездов, направляясь к окружённому госпиталю.

Регулирую скорость групп из разных домов, стараясь сделать так, чтобы они подошли к выставленному полицией барьеру все одновременно. А когда первые ряды оказываются совсем рядом, выкручиваю их уровень возбуждения до максимума.

Вокруг госпиталя выставлено два периметра. Внешний — для посторонних и внутренний, для всех присутствующих, которые не получили приказ выдвинуться вперёд.

Одарённыё находятся между ними. Как и подавляющее число силовиков. А вот внешний периметр, состоящий из обычной натянутой ленты, охраняют только редкие патрульные. И они находятся под полным моим контролем.

Впрочем, в данном случае, отпускаю вожжи, давая им действовать так, как заблагорассудится. Точно так же поступаю с остальными бойцами, чьими разумами управляю.

Растерянность. Удивление. В некоторых случаях ещё и похоть. Полицейские думают о чём угодно, но только не о том, как остановить толпу, по большей части, практически голых женщин, которая прёт прямо на них.

Отдельные патрульные пытаются преградить им дорогу, но их просто уносит вперёд живой человеческой волной. Один, не зная, что делать, стреляет в воздух. Само собой, без всякого результата.

Внимание одарённых вся эта ситуация тоже привлекает. Почти все они видят бредущих вперёд женщин. Правда, в отличие от полицейских, эти представляют, что сейчас происходит. И реагируют соответственно — готовятся бить по полуголым гражданским боевыми техниками.

Банально. Просто. Предсказуемо. Интересно, Алейна всё же здесь или предпочла не соваться? И куда при таком раскладе, пропал её сучий менталист?

Подстёгиваю возбуждение женщин, доводя их до такого состояния, что основная масса начинает скулить от желания, а выделения текут по ногам. Потом отпускаю поводок.

Тысяча жаждущих секса женщин. Готовых напрыгнуть на любой член в округе. Часть из них бежит обратно. Туда, где в подъездах остались мужчины. Но девяносто процентов ломится вперёд, набрасываясь на вооружённых и экипированных бойцов.

Добрая треть стянутых к госпиталю силовиков разом теряет боеспособность. Да, они и так под моим контролем. Но подобный ход усыпляет бдительность одарённых — те машинально относят оставшихся вооружённых людей к своим союзникам.

Зря. Ещё один приказ и пространство снаружи заполняется звуками стрельбы. Пистолеты, дробовики, автоматы, снайперские винтовки. Подконтрольные мне бойцы используют всё доступное оружие, чтобы убивать одарённых.

А я буквально чувствую, как впитываю извергаемую ими при смерти мощь. Пусть Тварь и изменила меня во время путешествия между мирами, зато подарила мне весьма неплохую способность.

Упакованный в чёрную экипировку безопасник, в упор расстреливает одарённого из своего же ведомства. По нему сразу же бьёт техникой ещё один — превращая тело автоматчика в кусок свежей заморозки. А в следующую секунду уже этот одарённый получает пулю в затылок от водителя грузовика, что ещё недавно спокойно смолил сигарету.

Наношу удар по последнему звену противников — вертолётчикам. Сразу же доношу до них приказ и через несколько секунд на вражеских одарённых обрушивается шквальный огонь с воздуха.

Автоматические пушки, пулемёты, реактивные снаряды. Экипажи воздушных машин перемалывают в кровавый фарш всех подряд, но цепляют и настоящие цели. Хорошо чувствую, как одно за другим, гаснут сознания одарённых. И каждая их смерть приносит мне толику силы.

Изначально я предполагаю, что кто-то из них будет сопротивляться. Что здесь окажутся высокоранговые ублюдки, которые поймут в чём дело и сразу же ответят. Что придётся сильно постараться, чтобы устранить хотя бы половину целей.

Но нет — всё проходит до смешного гладко. Почти все одарённые дохнут от рук оказавшихся рядом бойцов силовых ведомств, а немногих выживших благополучно уничтожают экипажи вертолётов.

Умным оказывается только один — этот сразу окружает себя целой пачкой щитов и когда начинается стрельба, использует техники, основанные на массовом поражение целей.

Более того — не особенно стесняясь, сбивает пару вертолётов и даже добирается до бронированного микроавтобуса, на котором прибыл сюда со своими коллегами.

Здесь я его и останавливаю — наваливаюсь всей своей мощью, заставляя застыть на месте. Сначала хочу просто пробить ментальную броню и спалить мозги, но защита у парня оказывается на высоте — возиться слишком долго. Поэтому даю команду спецназовцу безопасников, который оказывается поблизости и тот разряжает в одарённого целый магазин штурмовой винтовки. Сил на то, чтобы удерживать внешние щиты, у цели на тот момент нет — он способен лишь вести битву за свой разум.

Удивляюсь объёмному притоку мощи, который следует за его смертью. Какой категории силы он был? Четвёртой? Третьей? Если да, то как-то быстро он погиб. И не слишком умно — мог бы долбануть какой-то техникой по площади, снеся госпиталь, а заодно перебив подконтрольных мне людей.

Закончив, прохожусь по окрестностям сканом. Никого. Вернее, свежие лица появляются — фиксирую несколько патрульных автомобилей, которые приближаются к госпиталю. Но с ними всё просто — установить контроль, загрузить инструкцию по общению с диспетчером и штабом, после чего отпустить в автономное плавание.

Меня интересует вопрос по поводу исчезнувшего менталиста. А ещё фактор присутствия Алейны — она где-то поблизости или нет?

Какое-то время продолжаю наблюдать. Смотрю не только через тонкий план — используя глаза всех подконтрольных мне объектов, чтобы оценить ситуацию.

Так ничего и не обнаружив, ненадолго задумываюсь. Не может быть такого, чтобы здесь не было подвоха. Алейна ведь должна понимать, что девяносто одарённых меня не остановят. Будь они слаженным боевым соединением и знай с кем имеют дело — шанс может и появился бы. Но их надёргали небольшими партиями из разных подразделений, добавив несколько сотен разномастно вооружённых бойцов. Шансов у этих парней изначально не было.

В чём тогда заключается её план? Ради чего всё это? Не понимаю.

Собираюсь вынырнуть из “чертога”, когда внезапно чувствую разум ещё одного одарённого. Следом за ним второго. Потом третьего.

А спустя какие-то десять секунд, до меня доходит суть плана этой белобрысой суки. Стоит признать, она весьма точно меня просчитала. Возможно и звонок вьетнамца организовала специально, чтобы ещё больше вывести из себя и заставить не думать о слабой логичности происходящего.

Глава XII

Как я сразу не догадался? Почему меня не смутила сборная солянка из разных служб, которые не координировали свои действия между собой и толком не понимали, за каким хером их сюда вообще притащили?

Ловушка. Вот чем был её план “Б” — заставить меня масштабно применить силу в черте столицы. Устроить такое, что обязательно заметят.

Стоит признать — сработало. Сейчас уже нет никакой разницы, по чьим приказам и для чего сюда прибыли все эти парни в форме. Формальное обоснование не играет роли. По крайней мере для группы экстренного реагирования, которую я чувствую на горизонте. Семеро одарённых. Судя по ментальной броне, категория силы не ниже второй. Возможно есть и первые. Если бы не недавний контакт с Бабуром и новые грани моих возможностей, я бы их даже не почувствовал.

Время ценно, но я использую всё ту же разницу в хронопотоках, чтобы немного подумать и оценить расклад.

Сражаться с ними? Шансы на победу, безусловно есть. Но они крохотные. В конце концов, это семеро опытных и мощных ублюдков, которые долгое время тренировались работать в команде. То есть прекрасно знают сильные и слабые стороны друг друга, плюс взаимодействие должно быть полностью отлажено. Боюсь, мои обычные фокусы тут не пройдут. А при схватке чистой силой, я уничтожу максимум одного из них. И то не факт.

Бежать? Откровенно говоря, не хочется. Да и некуда. Они же всё равно будут меня преследовать. Убийство девяноста двух одарённных, состоящих на государственной службе, это серьёзно. Ради такого и всю армию в ружьё можно поставить, не говоря о группе чрезвычайного реагирования.

Формально они относятся к министерству безопасности. Но на деле представляют собой что-то вроде автономного крыла, состоящего из трёх боевых групп, которые располагают прямой связью с премьер-министром Индии. Основная задача — прикрытие правительственных зданий в случае атаки на город. Дополнительная — ликвидация психов вроде меня, массово истребляющих сотрудников силовых ведомств, включая людей наделённых силой.

Разделяю работу сознания на два потока. В одном прокручивается и подвергается анализу вся доступная информация о противнике — пытаюсь отыскать в своей памяти какие-то данные о личном составе этого самого крыла и специфике бойцов, что там служат.

А второй задействую для расчёта отступления. Столкновение не имеет никаких перспектив. Значит остаётся лишь бежать.

Основной вопрос — куда. Аэропорты отпадают сразу. Захватить самолёт я смогу. Скорее всего даже обеспечу сопровождение военными истребителями, которые поднимутся на перехват, чтобы прикрыться от узлов ПВО.

На этом моменте останавливаюсь, забраковав схему. Пара перехватчиков точно не прикроют меня от ракет “земля-воздух”. Ни единого шанса.

Выбираться по земле? За пределы Дели мы выехать, скорее всего сможем. Если безумно повезёт, даже оторвёмся от этой боевой семёрки. Но куда потом? К утру наши морды будут на всех телеканалах.

Стоп. У меня же есть ещё один козырь в рукаве.

Выныриваю из “чертога” и спрыгнув с каталки, шагаю к Ранне.

— Со мной только один телефон. Где остальные?

Девушка на момент открывает рот, но сразу же смыкает губы и с чуть виноватым видом пожимает плечами. А сбоку хмыкает Салвец, протягивающая мне тот самый аппарат, при помощи которого я держал связь с дедом.

Не знаю, как именно он у неё оказался, но уточнять детали сейчас уже нет времени. Ключевой момент в том, что женщина не испытывает никаких негативных эмоций и подставой этот её ход, точно не является.

Разблокирую устройство и жму кнопку вызова. Параллельно отслеживаю дистанцию до приближающихся одарённых. Они ещё далеко, но с каждой секундой расстояние сокращается. Времени осталось не так много.

К моему удивлению, трубку снимают после первого же гудка. Слышу хриплый мужской голос.

— Тео? Что у тебя там происходит? Я сейчас смотрю на сводку из Дели и…

Хмыкнув, перебиваю его.

— Требуется срочная эвакуация из Дели. Я сам, плюс один раненый и ещё семь человек. Желательно сразу за границу ФАС.

Мгновение тот молчит.

— На северо-востоке от Дели, сразу за Мератхом, есть грузовой авиаузел. Едь туда. Всё остальное отправлю в ближайшие пять минут. Только не приведи за собой погоню. Если на хвосте кто-то будет, операция отменяется.

Где-то в глубине сознания имеется мысль, что сейчас он задаст пару вопросов по поводу моих способностей, но вместо этого прадед просто кладёт трубку.

Вытаскиваю из своей памяти карту Дели и окрестностей. На самом деле, расклад не самый лучший. Нам придётся пересечь Джамну, а потом прокатиться, считай, через треть города. В основном по окраинным его районам, где не так много полиции, а камеры вовсе отсутствуют. Тем не менее, расстояние отнюдь не маленькое. Особенно, когда тебя преследуют одни из лучших одарённых Индии.

Засовываю телефон в карман пижамных штанов и выдохнув, принимаюсь отдавать команды.

— Спускаемся вниз. Мы с Ранной забираем Бабура. Давден, Анна, вы отвечаете за всех остальных. Внизу есть автомобили скорой помощи — возьмём один из них. В городе сменим.

Подполковник чуть прищуривает глаза.

— Ты же мне вот недавно про верность стране рассказывал, нет? А теперь хочешь, чтобы я дезертировал и бежал в Рим, верно?

Глянув на него, пожимаю плечами.

— Хочешь, оставайся. Но тебе сначала выпотрошат мозги, а потом убьют. В живых такого свидетеля никто не оставит. Даже если бюрократы в погонах попытаются, то Алейна тебя всё равно потом достанет.

На секунду прервавшись, сразу же продолжаю.

— К тому же речь шла скорее о целой планете, а не только Индии.

Безопасник хмурится, но спор не продолжает. Сам понимает, что это не имеет смысла.

До лифта добираемся вместе. Одновременно с этим появляется пара ходячих пациентов, которые толкают каталку с Бабуром. Джоши и Салвец, вместе с пятёркой девушек, загружаются в обычный лифт, а мы с Ранно завозим каталку в тот, что предназначен для транспортировки пациентов.

Когда жму на кнопку минус второго этажа, где стоят скорые, синеволосая, от которой так и прут самые разнообразные эмоции, осторожно уточняет.

— Мы и правда полетим в Рим?

Молчу. Вместо этого тянусь к разумам воздушных экипажей и разбиваю вертолёты на две группы. Отправляю их в разные стороны, намечая цели. Одна должна атаковать элитный ночной клуб, где каждую ночь развлекается золотая молодёжь, а задача второй — прорыв в центр и нанесение удара по парламенту.

Есть небольшой шанс, что двигающиеся сюда одарённые примут бойню около госпиталя за отвлекающий манёвр и посчитают, что по основной цели я решил отработать прямо сейчас. Либо предположат, что виновник торжества перемещается по земле, следуя за воздушной техникой.

Вбив в головы экипажей инструкции, бросаю быстрый взгляд на Ранну.

— Не совсем в Рим, но на территорию империи.

Чувствую, как от неё веет слабой грустью и невольно удивляюсь. Правда, уже в следующую секунду приходит понимание. Петер. Грёбанный идиот, который влез в безумный замес из-за собственной тупости, а сейчас вовсе пропал.

Прохожусь по разумам девяти водителей, которых спустил на минус второй этаж, выбирая оптимальный вариант для поездки. Определившись, отправляю его заводить машину, а сам снова обращаюсь к клиентке.

— Шансов остаться никаких. Алейна устроила ловушку, из которой невозможно вырваться, оставаясь здесь.

Это на самом деле правда. Слишком уж всё вышло глобально. Груда трупов, тысячи подконтрольных мне людей. Масса убитых одарённых. И однозначная засветка возможностей менталиста. Какую бы безумную версию я не придумал — отбиться не выйдет. Это тебе не суицидник-студент и не разгром отдельного клана. Речь о сотнях погибших силовиков.

— А получится? Мы же в центре Союза, отсюда до границы…

Сомнения понятны. И если быть до конца честным, у меня они тоже присутствуют. Но тут придётся положиться на прадеда. Ему нужны мои способности, а значит старик выложится по полной, чтобы вытащить меня отсюда.

— Если стряхнём с хвоста погоню, то да.

Та хмуро кивает и упирается взглядом в стену. Я же пытаюсь прикинуть, как отвлечь семёрку одарённых, что прямо сейчас прут сюда. Элитные ублюдки вряд-ли затормозят около госпиталя. Скорее всего бросятся в погоню. И среди них наверняка есть мощный менталист. Да и поисковыми техниками, они тоже должны владеть. С какой стороны ни посмотри, херовый расклад.

Выкатываем конструкцию с Бабуром на парковку и мне в голову приходит внезапная мысль. Основная задача отдельного боевого крыла — прикрытие правительственных зданий, верно? Именно поэтому одна группа боевых вертолётов сейчас направляется к парламенту.

Так почему бы не ударить с глобальным размахом? Заставить их считать госпиталь лишь местом первого столкновения? Этапом крупной операции, которая пошла не по плану?

Добираемся до остальных и загружаем Бабура в массивную машину скорой помощи с бронированными бортами. Водитель уже порылся в электронной начинке и вырубил навигатор, который отслеживал местоположение автомобиля. Можно ехать.

Места на такую компанию, надо признать, маловато. Девушки рассаживаются по скамейкам. Салвей приземляется на крутящееся кресло рядом с Бабуром, а я отправляюсь в небольшой отсек для персонала, расположенный рядом с кабиной. Куда прямо сейчас усаживается Давден.

Как только трогаемся с места, прикрываю глаза, снова ныряя в “чертог”. Начинаю действовать.

Первым делом формирую единый отряд из уцелевших бойцов разных ведомств. Их оказывается не так много — меньше сотни. Но это уже неплохо. Усаживаю их в оставшуюся технику и разбив на две группы, выставляю каждой задачу. Первая должна прорваться к Национальному банку Индии и попытаться взять его штурмом, а вторая отправится к зданию министерства безопасности.

Следующий шаг — вывести из домов всех вооружённых холодным оружием людей, к которым добавляются те самые женщины, которых я вывел на улицы практически голышом.

Сначала поручаю им собрать разбросанное оружие и боеприпасы. Это позволяет вооружить хотя бы какой-то процент огнестрелом. А следом расплёскиваю в разные стороны, партиями приблизительно по тысяче человек. Инструкции у всех одинаковые — нападения на полицию, погромы, поджоги машин. Пусть немного раскрасят душную индийскую ночь.

Безусловно этого мало. Хаос окажется не таким большим и противник, при наличии желания и мозгов может быстро понять, в чём дело.

Но и работать с теми людьми, мимо которых сейчас проносится медицинский транспорт, я не могу. Это выдаст наш след куда лучше, чем его показала бы любая поисковая техника.

Какое-то время размышляю над этим. А потом даю водителю приказ изменить маршрут. Спустя десять минут он останавливается в ста метрах от окружного полицейского управления. Так, чтобы не попасть под камеры наблюдения. Сейчас ночь, но внутри всё равно имеется около двухсот человек личного состава. Дежурные, группы быстрого реагирования, вернувшиеся с задержанными патрульные.

Одарённые тут тоже имеются. Правда всего двое и слабые — девятой категории. Их беру под контроль разом со всеми остальными.

Сначала инструктирую главу дежурной смены — он связывается с главным управлением столицы и сообщает, что патрули зафиксировали входящие в город колонны бронетехники, а военные открыли огонь по полицейским.

Дальше отдаю приказ физически разрушить систему связи, экипироваться и отправиться всем личным составом к зданию Генерального Штаба. Сейчас каждый из этих стражей порядка, убеждён, что предотвращает государственный переворот. И штурм здания штаба необходим для ареста лидеров военного заговора.

Снова едем вперёд. А через несколько минут я фиксирую отклик сознаний где-то над нами. Ещё один вертолёт. На это раз гражданский — съёмочная группа.

Беру разумы журналистов под контроль. Убеждаю их, что они своими глазами наблюдают вторжение военных, которые радостно уничтожают полицейские патрули и якобы открывают огонь по ним самим, повредив оборудование.

После того, как журналистка передаёт сообщение в редакцию, обрываю связь и вбиваю им новые установки — лететь за пределы Дели и посадить машину на максимальном удалении от города.

Отчаянно ищу за что ещё можно зацепиться. А потом пробую новый подход — вместо того, чтобы сканировать силой пространство поблизости, тянусь намного дальше. Если смотреть с технической точки зрения — выбрасываю что-то вроде концентрированных лучей, направляя их в разные стороны.

Но самом деле, я просто скольжу по тонкому потоку, пробираясь по узкой дорожке. А удалившись на несколько километров от точки своего местонахождения, останавливаюсь и принимаюсь осматриваться.

Через пару секунд уже перехожу в режим непрерывной работы, постепенно разбрасывая свою сеть всё дальше.

В ход идёт всё — полицейские патрули, криминал, частные охранники. Вечеринка рейва в заброшенном цеху, посетители которой отправляются громить город.

Спустя минут пять, мне улыбается удача. Военная школа, где готовят офицеров пехоты. И расквартированная вплотную к ним часть — бригада мотострелков, в которой курсанты учатся реально управлять солдатами.

Задумка наверное неплохая. Но в моём случае, это позволяет бросить в бой около трёх тысяч подготовленных людей, у которых есть оружие и бронетехника. Одарённые здесь тоже имеются, но они слишком слабы — без проблем вскрываю их разумы и вместе с остальными убеждаю в необходимости скорейшего подавления переворота. Эти отправляются в бой, считая что безопасники при поддержке полиции пытаются сместить гражданское правительство. А заодно с этим и обезглавить армию, не дав ей вмешаться в конфликт.

Одарённые из автономного крыла всё ещё где-то позади. Не знаю, на чём эти парни перемещаются, но они уже достигли госпиталя, по дороге видимо разобравшись с частью отправленных бунтовать гражданских.

В какой-то момент вовсе чувствую чужое внимание. Один из них пытается просканировать ментальной техникой солидную часть города. Сразу же изолирую автомобиль, выставляя что-то вроде щита.

Впрочем, поганец наверняка получает какие-то данные. Как минимум, фиксирует людей со следами вмешательства в разум, которые направляются в центр Дели. Весь вопрос в том, хватит ли его квалификации, чтобы остановить их не вступая в бой. Происходи всё это вчера, я бы сказал, что точно да. Но теперь тонкая часть моего сознания получила щедрый бонус от неведомой силы из-за Грани. Если вспомнить, что даже я не мог отыскать следящие артефакты Алейны, вполне вероятно, менталист тоже не справится с задачей. Тем более, человеческий разум, это не артефакт. Там всё обстоит куда сложнее.

Нас он вроде бы не замечает. А я продолжаю ширить хаос. Телефонные звонки в полицию с сообщениями о солдатах на улице и перестрелках, уличные беспорядки, отправляющиеся в центр люди в форме, начинающиеся пожары.

Когда пересекаем реку, перенаправляю все нити на тот берег, который мы только что покинули, стараясь дотянуться как можно дальше. И на этот раз формирую возле каждой большую зону контроля.

“Чертог” начинает потрескивать. Исключительно в моём воображении, конечно. Но нагрузка и правда слишком велика — конструкция её едва выдерживает.

Зато я беру под контроль сразу десятки тысяч человек, отправляя их на улицы. Смещаю территорию, которая находится под моим охватом и обрабатываю новую партию. Повторяю процедуру.

Сознание рвётся от боли, в которой растворяются все мысли. Я же концентрируюсь на технической стороне процесса, отрабатывая задачу по шаблону. Пятнадцать секунд и на улицы вываливается ещё полсотни тысяч людей. Часть отправляется к центру города, другие принимаются строить баррикады. Третьи ищут оружие, сбиваясь в отряды. Я даю каждому относительно широкую автономию в плане принятия решений, обеспечивая только базовые установки. Так они смогут действовать максимально эффективно.

Заканчиваю спустя семь циклов, когда понимаю, что испытываю вполне реальную боль. Это заставляет оценить состояние “чертога”, а потом вяло удивиться — конструкция держится буквально на честном слове.

Сворачиваю зоны контроля и убираю нити, что ведут на другой берег Дели. Потом трачу какое-то время, чтобы восстановить целостность “чёртога” и привести в порядок тонкую часть своего разума. Наконец выныриваю обратно.

Первое, что вижу, когда открываю глаза — обеспокоенное лицо синеволосой. Выдохнув, поджимает губы и несильно бьёт меня кулаком в плечо.

— Ты мог хотя бы предупредить?

Глядя на неё, чувствую нарастающую головную боль, которая волнами захлёстывает череп и вяло интересуюсь.

— О чём именно?

Отчётливо слышу, как скрипят её зубы. Приблизив своё лицо к моему, выдавливает из себя слова.

— Например о том, что ты будешь корчится в судорогах и вести себя так, как будто умираешь!

Забавно. Не ожидал, что перегрузка тонкой части моего разума может привести к подобным последствиям.

— Я в норме. Просто слегка перенапрягся.

Озвучиваю слова, сканирую пространство вокруг, используя зрение местных жителей, чтобы осмотреться. Мы уже на самой окраине Дели. Ещё немного и выберемся за его пределы. Потом останется быстрый рывок по пустой дороге к аэропорту и всё закончится.

Внезапно чувствую, как начинает притормаживать машина. Моментально вцепляюсь в сознание водителя, чтобы выяснить причину, но внезапно выясняется, что там уже нечем управлять — его выжгли. Сейчас это биологическая оболочка, у которой единственная задача — остановить авто. Повлиять я на это никак не могу.

Сучье дерьмо! Кто мог провернуть такое с подобной ловкостью? Я ведь даже не почувствовал ничего.

Стараясь не обращать внимания на острую головную боль, расширяю зону контроля, но ничего не обнаруживаю.

Качнувшаяся Ранна, упирается рукой мне в грудь, чтобы удержать равновесие. Я же тихо озвучиваю команду.

— Готовься к бою. Как только определишь цель, бей. Не дожидайся моей отмашки.

Глаза девушки чуть расширяются от удивления, а машина скорой помощи полностью останавливается. Ещё секунду и из кабины доносится глухой голос Давдена.

— Тео, ты цел? Кажется у нас тут нарисовалась небольшая проблема.

Глава XIII

Вместо того, чтобы двинуть на выход, тянусь к разуму самого Давдена. Без всякого полного контроля. Просто использую его глаза, чтобы осмотреться.

Вашу же мать! Дорога перегорожена несколькими массивными внедорожниками. А перед ними выстроилась группа людей. Впереди сама Алейна с Бхаттом и ещё парой мужчин. Тогда как позади та самая группа рекрутов, которых я тренировал.

При этом я не чувствую никого из них. Даже водителей, которые остались в машинах — глаза бывшего безопасника их видят, а вот отклик сознаний я не ощущаю.

Сучья тварь. Значит всё это время она вела наблюдение. А когда поняла, что цель ускользает, решила вступить в игру лично. Ещё и дождалась, пока я окажусь максимально вымотан.

Вон тот скалящийся урод рядом с ней — менталист из холла. Я успел зафиксировать его облик глазами подконтрольных мне людей. То есть этой группе будет что противопоставить мне в плане ментальных техник.

Мои бывшие ученики вряд-ли способны на что-то серьёзное, но раз их сюда притащили, значит у Алейны есть план.

— Ты выйдешь, Тео? Или нам заглянуть внутрь?

Мелодичный голос прокатывается по дороге, проскальзывая в каждую щель и заполняя собой всё вокруг.

Машинально прогоняю в голове данные, пытаясь отыскать выход из ситуации. И упорно его не вижу. Как ни крути, меня раздавят. Алейна наверняка обеспечила себе поддержку артефактами — сейчас её мощь намного выше моей. Тогда как я измотан и мало на что способен.

Взгляд падает на Бабура и через секунду я уже поднимаюсь со своего места, касаясь парня рукой. Когда не срабатывает, тянусь к его разуму. Тоже не выходит.

Из-за чего он смог установить контакт в прошлый раз? Откуда взялась пробоина? Нас отравили газом, да. Но суть же была не в этом. Да и под рукой нет новой порции отравляющего вещества, чтобы пустить его в дело.

Сложно сказать, что именно произошло с тонкой частью его разума и по какой причине индиец внезапно превратился в живой портал, один конец которого находился на планете, а второй выходил за Грань. Воссоздать картину полностью, я в любом случае не смогу.

Зато есть возможность повлиять на его состояние в целом. Сначала хочу отдать приказ, но сразу понимаю, что Алейна наверняка слышит всё, что говорится внутри транспорта. Выдохнув, сам пробегаюсь глазами по названиям отсеков. Открыв один из них, вытаскиваю оттуда инъекцию.

Адреналин. Когда-то его кололи прямо в сердце. Теперь же медицинские протоколы предполагают введение вещества в кровеносный сосуд. Хотя, в этом мире может и предпочитают действовать по старинке.

Вгоняю иглу в кожу и медленно ввожу содержимое. Отбросив в сторону шприц, пару секунд смотрю на парня, который начинает мелко подрагивать и шагаю к выходу.

Пожалуй, надо было больше времени уделять наращиванию силы. Переоценил себя. Сразу полез на уровень, который не потяну. Будь у меня хотя бы пара недель и возможность спокойно убивать одарённых, всё могло бы кардинально поменяться. В крайнем случае, хватило бы и пары-тройки дней. При грамотном подходе это бы дало многое. Конечно пришлось бы устроить настоящую кровавую баню в отдельно взятом городе. Но результат мог оказаться неплохим.

Теперь же я шагаю навстречу заведомо более сильному противнику, а единственной надеждой остаётся индиец, который способен превратиться абсолютно во что угодно. Не удивлюсь, если он просто станет сверхмощной бомбой, которая накроет все окрестности силой из-за Грани.

Выпрыгнув на дорогу, шагаю навстречу Алейне. Та, прищурившись, рассматривает меня. Внезапно улыбается.

— Даже не переоделся? И почему-то решил, что я не рискну столкнуться с тобой лицом к лицу. А ведь поначалу производил весьма неплохое впечатление.

Остановившись, прохожусь взглядом по лицам остальных присутствующих. Менталист ухмыляется, Бхатт отводит глаза в сторону. Ещё один мужик мрачно пялится на меня. А вот десятка рекрутов смотрит в пустоту. Как грёбанные зомби. Грубый ментальный контроль? Настолько полный, что они даже не могут шевельнуться без команды

Глянув на Алейну, задаю вопрос, чтобы слегка потянуть время.

— Зачем тебе это всё? Почему сразу не выложили карты на стол?

Та деланно поднимает брови.

— Карты? На стол? Ты воспринимаешь всё это, как игру, Тео? Или как там тебя на самом деле. Тут и не пахнет игрой, парень. Мы в реальной жизни. Где нет запрещённых приёмов, если ты хочешь добиться победы. Понимаешь?

Как ни странно, отчасти я и правда её понимаю. Мой путь с самого начала был щедро выстелен трупами. Да и методы я использовал абсолютно любые. Но в данном случае, речь идёт обо мне. А человек, это странная скотина — с радостью готов разорвать постороннего или порадоваться его проблемам, при этом начиная возмущаться, если то же самое происходит с ним самим.

— Возможно. Вопрос только в том, что ты теперь будешь делать с Тварью? Да и война с Римом всё ещё остаётся на горизонте.

Женщина довольно усмехается и проводит рукой по волосам.

— Можешь не беспокоиться, Тео. Та сущность, которую ты называешь Тварью, это… Как бы выразиться так, чтобы ты понял. Неразумная личинка, присосавшаяся к одному из миров. Её прилепили, чтобы она подпитывалась его силой, а когда вызреет, сожрала, окончательно повзрослев.

Выражение лица я удерживаю каменное. Но вот внутри бушует моря эмоций. Она лжёт? Но зачем ей это сейчас? Алейна уверена, что я не выберусь из этой заварушки. Да я собственно и сам в этом не уверен.

А если это всё правда, то выходит монстр, который едва не уничтожил мой старый мир и угрожает этому, всего лишь чей-то детёныш. Невольно возникает два вопроса. Первый — кто его родители? Второй — каким образом они разбрасывают своих личинок между параллельными вселенными? Как ни крути, такой подход к кормёжке потомства подразумевает наличие широких возможностей в плане управления силой.

Вдогонку к ним летит и третий вопрос — чем они питаются? Если для выкорма детёнышей, требуется пожирать миры, то что едят взрослые особи?

Алейна видимо понимает, какой хаос творится сейчас в моей голове. Понимающе усмехается.

— Когда я услышала впервые, тоже не поверила своим ушам. А потом нашла доказательства. Много веских подтверждений этой теории. К счастью, за Барьером или Гранью, как ты говоришь, водится много разных существ. Одно из них тоже сейчас рядом и его не интересует уничтожение человечества. Я бы сказала, оно нас даже не замечает.

Насколько я понимаю, сейчас речь идёт о том самом источнике силы, из которого женщина черпает свою мощь. Но далеко не факт, что она всё верно истолковала.

— Собираешься использовать одного монстра, чтобы раздавить другого? Зачем тогда были нужны все эти игры со мной?

Изображает лёгкую обиду, поджимая губы.

— Ну что ты, Тео? Какие игры? Я действительно собиралась изучить твою технологию подготовки одарённых и механику управления силой. Да, я хотела её скопировать. Но у тебя тоже была своя задача. Стать противовесом римскому императору и вступить с ним в схватку. Я бы подождала, пока получу всю информацию, а потом дала бы тебе сбежать.

Быстро оглядывается назад и расплывается в улыбке.

— Возможно дала бы тебе прихватить с собой кого-то из первой команды рекрутов. Среди них есть весьма многообещающие экземпляры. Ты ведь хотел сбежать, правильно? Не зря же ты взял под контроль того телохранителя и связывался с инкой? У тебя был план. Скорее всего хотел отвлечь моё внимание, а сам слинять к прадеду.

Забавно. Тут она тоже меня просчитала. Возможно не до конца, но базовую идею уловила абсолютно верно.

— И что изменилось? Только не говори, что это из-за ситуации с Бабуром.

Светловолосая женщина бросает быстрый взгляд на бронированный медицинский транспорт.

— Ты прошёл через то же пространство, что и я. Совсем иным маршрутом, но тоже пробил Барьер, чтобы оказаться в этом мире. И зацепил по дороге немало всего. Поэтому, когда бедный индиец вступил с тобой в контакт, он тоже зачерпнул всякого. Ну а дальше ты и так в курсе. Спонтанный прорыв, идущий в этот мир поток силы, угроза уничтожения планеты.

На мгновение замолкает, после чего сразу продолжает излагать.

— Ты молодец. Предотвратил гибель мира. Но Барьер стал тоньше. Инородная сила просачивается активнее. Теперь ты мне не нужен. Я и так поняла основу стратегии развития одарённых в твоём мире. Всё, что было нужно, залезть в головы этим бедолагам и посмотреть на то, чем ты там занимался.

Устало вздыхаю. Получается, именно ситуация с Бабуром перевернула шахматную доску и поставила меня самого под удар. Не слишком приятный расклад. Мягко говоря.

Чувствую, как за моей спиной корёжится тонкая часть разума индийца. Адреналин всё-таки оказал своё воздействие. Правда не совсем то, на которое я рассчитывал.

Пытаюсь продолжить беседу, заодно вытащив дополнительную информацию.

— Как ты собираешься разделаться с Тварью? Личинка это или нет, но её отрава уже здесь, на Земле. Сотни одарённых, которые совсем скоро начнут слетать с катушек.

Глава Первой службы медленно покачивает головой.

— Не думаю, что я хочу об этом говорить, Тео. Время заканчивать. Сказала бы, что рада знакомству, но это не совсем так.

На последнем слове дёргается, снова упирая взгляд в транспортник. И тут я её хорошо понимаю — сложно не обратить внимание на человека, вокруг которого начинает буквально клубиться сила.

Сработало. Не знаю, почему только сейчас, но тонкая часть разума Бабура опять превратилась в связующее звено между планетой и неизвестным созданием, что находится где-то за Гранью.

Вот теперь я чувствую действия Алейны — она моментально выбрасывает “щупальца”, пытаясь дотянуться до открывающегося портала.

Проделываю то же самое. По-хорошему, женщине стоило ударить по мне и только после этого приступать к обработке Бабура. В спокойной обстановке и без конкуренции. Но видимо удивление сыграло своё дело — она отработала на инстинктах.

В следующую секунду мы сталкиваемся между собой. Надо признать, это странный бой. В реальном времени он длится доли секунды, а вот для нас растягивается на добрые полчаса. А полем битвы становится чужое сознание.

Сразу же убеждаюсь, что Алейна не менталистка. Вернее, какие-то способности у неё есть, но они либо обусловлены артефактами, либо находятся на очень слабом уровне развития. По той простой причине, что технически она работает на том же поле, что и я, но ориентируется в происходящем куда хуже.

Я бы назвал это хорошей новостью, но проблема в том, что есть и плохая — в данном конкретном случае, тонкость и изящный подход к работе вовсе не требуются. Только грубая сила, чтобы оттеснить противника.

Ещё Алейна “однопоточник”. Запредельно сильна и судя по всему, универсальна. Как шлюха, что может предложить тебе и жопу, и глотку. Но, в отличие от жрицы продажного секса, светловолосая может использовать только одну свою дырку. Вернее, в данном случае, одну нишу для приложения силы.

Собственно, поэтому я ещё жив, в реальном хронопотоке проходит слишком мало времени, чтобы она успела отдать кому-то приказ, а сама женщина не в состоянии размазать меня по асфальту, потому что занята.

Давим друг на друга. Рвём в клочья сознание бедняги Бабура. Стараемся выкинуть вторую сторону, не дав ей подключиться к набирающему мощь потоку силу, который пропускает через себя тонкая часть сознания таксиста.

Выкладываюсь по полной, но грёбанная сука побеждает. Я даже пытаюсь воззвать к своей памяти. Подстегнуть самого себя воспоминаниями и местью. На этот раз не срабатывает — я слишком измотан. Нет, я не передумал убивать Бортиса и остальных выродков. Если бы он стоял сейчас передо мной, я бы ни на секунду не задумался. Но эта мысль больше не воспламеняет и не заставляет разум перейти в режим берсерка.

В какой-то момент понимаю, что уже на грани. Ещё немного и всё — меня выкинут отсюда. А потом расщепят на атомы.

Пытаясь зацепиться хотя бы за что-то, в очередной раз вбиваю опоры в тонкую часть сознания индийца. Его разум наполовину разрушен, но уцелевшие компоненты вполне годятся в качестве точки опоры. Особенно, если использовать сразу целую пачку.

Моментально ощущаю разницу со своими прошлыми попытками — испытываю такое чувство, как будто установил контакт с частью своего собственного сознания.

Сначала не понимаю, что происходит. А потом до меня доходит. Тот случай на военной базе. Наши разумы были переплетены. Только вот индиец практически полностью потерял свой. Тогда как я выбрался из той мясорубки почти целым.

Как итог — его сознание скопировало отдельные моменты моей памяти, пытаясь заполнить образовавшуюся пустоту. Более того — используя ошмётки отдельных блоков и сырую энергию, оно воссоздало некоторые компоненты, которые принадлежат мне. По той простой причине, что другого образца под рукой не оказалось.

Это отчасти странно — самовосстановление тонкой части разума, как правило встречается у немногих. И большинство из них является Мастерами.

Но сейчас не время анализировать. Раз выпал шанс, им стоит пользоваться. По максимуму.

Сразу же тянусь к тем самым компонентам разума Бабура, что скопированы с моих. Если говорить грубо, его сознание заимствовало элементы базовой инфраструктуры, взяв за основу мои. А раз так, то…

Мгновение и я чувствую, что кусочек тонкой части разума Бабур стал моим. В буквальном смысле этого слова. Теперь выкинуть меня отсюда, крайне непросто. По сути, это всё равно, что выбросить человека из его собственной головы.

Тянусь к следующим уцелевшим осколкам. Часть меня никак не касаются, но приличное количество скопированы — эти я сразу же вбираю, делая частью новой структуры.

Где-то очень далеко проплывает вопрос по поводу того, что я буду делать, когда всё закончится? Но я сразу же про него забываю. Это всё не важно. Сейчас нужна победа. Любой ценой.

Обрушиваюсь на Алейну, которая теперь оказывается в невыгодной позиции. Продолжаю обшаривать закоулки разума индийца, охватывая всё новые и новые осколки.

В какой-то момент времени их становится достаточно много, чтобы вытолкнуть её наружу. Теперь в моих руках полный контроль. А вместе с ним приходит и поток колоссальной мощи.

Странное ощущение — управлять помимо своего разума, ещё и частью чужого. Зато теперь я располагаю на самом деле громадной силой. Которую, надо признать, с трудом сдерживаю — она распирает тонкую часть моего собственного сознания, пытаясь всеми силами вырваться наружу.

Возвращаюсь в своё тело и открываю глаза. Усмехаюсь, смотря на ошеломлённую Алейну, которая делает шаг назад. Стоящий рядом с ней менталист удивлённо хмурится, глядя на своего босса. А я наконец выпускаю поток хлещущей силы наружу.

Первой целью становится как раз этот одарённый, что только недавно скалил зубы. Бью сырой мощью, без всяких концептов и мыслеконструкций. Обычный удар силой, который практикуется Учениками на самых первых занятиях, чтобы освоиться. Только в этом случае, в него вложена запредельная мощь.

Мужчина даже не успевает понять, что происходит. Его просто расщепляет на множество мелких лоскутов, которые сгорают в воздухе.

Только сейчас осознаю, что использую заёмную силу в режиме “как есть”. Грубо говоря, она не успевает “усвоиться”, чтобы быть задействованной в рамках Пути Разума.

Ныряю в “чертог”. Пробую исправить ситуацию. Но поток мощи слишком велик. Настолько, что я не справляюсь с учётом разницы в течении времени. Более того — сдерживать напор рвущейся из-за Грани мощи я тоже не в состоянии. Всё, что выходит — корректировать направление выброса, обрушивая их на ту сторону, где находится Алейна и её подручные.

Когда наконец заканчиваю работу и перенаправляю часть заёмной силы по назначению, становится чуть проще. По крайней мере, теперь я могу оглядеться и оценить обстановку, не опасаясь, что моё сознание разорвёт на части.

Первым делом проверяю команду Алейны. Сама женщина жива — окружила себя целой грудой щитов и пытается отступить. Что занятно — уцелело ещё и несколько рекрутов. Видимо узы контроля пропали и они банально рванули отсюда. Сейчас я чувствую их сознания справа от дороги — залегли и выжидают.

Остальные люди, которых она привела с собой, мертвы. От внедорожников тоже мало, что осталось. Да и асфальта впереди почти нет. Метров триста дороги практически полностью уничтожено.

Сконцентрировавшись, тянусь к щитам Алейны. На этот раз в ментальном плане, как и подобает Мастеру Разума. Наношу удар. И понимаю, что выставленная ею броня поддаётся без особых усилий. Стоит ткнуть в неё, как та сразу же лопается.

За какие-то несколько секунд прохожу все линии защиты и вторгаюсь в разум. Здесь происходит короткая заминка — она даёт мощный отпор, нанося удары с такой силой, что я невольно предполагаю наличие ещё одной дыры в Грани, через которую черпает поддержку уже она сама.

Осознание происходящего приходит чуть позже, когда её натиск ослабевает и я начинаю продвигаться вперёд. Грёбанная сука превратила собственные кости в артефакты. По сути, весь её скелет, это один цельный артефакт. Не знаю, как именно она это сделала и что за технологию использовала, но источник силы, становится понятен. Как и причина по которой он быстро показал дно.

Хотя, стоит признать — с такими резервами, она бы могла уделать почти кого угодно.

Медленно продавливаю её защиту и в конце концов добираются до тонкой части разума. Изначально хочу вскрыть её и выкачать всю память. Во-первых, интересно, какой способ она использовала для прорыва в этот мир. А во-вторых, её технологии создания артефактов тоже могут здорово пригодиться.

Но она пытается сбежать. Проделать дыру в окружающем её урагане и вырваться. Утащив с собой всё, что знает.

Знание подобной механики, позволяющей переместиться в рамках одного мира и занять новое тело, мне бы тоже пригодилось. Но выбора нет — приходится нанести удар на поражение. Сдавить и уничтожить.

Когда осознаю, что всё закончено, тянусь к Бабуру, собираясь закрыть пробоину. И почти сразу понимаю, что сходу запечатать её не выйдет. Более того, объём льющейся оттуда силы быстро нарастает. Если оставить всё, как есть, то боюсь никто из находящихся поблизости, не уцелеет. А после того, как мой разум окончательно растворится, под угрозой окажется и вся планета.

Не то, чтобы я сильно переживал из-за человечества, но вот людей из команды терять не хочу. Да и умирать меня не тянет.

Спешно достраиваю концепт, позволяющий использовать этот формат силы на Пути Разума. Говоря техническим языком, расширяю пропускную способность.

А потом разделаю сознание на два потока. Один занимается тем, что пытается освоить получаемую энергию, а второй работает над закрытием пробоины, что ведёт за Грань.

На самом деле использовать подобный объём, это далеко не самая простая задача. Хотя бы по той простой причине, что для него нужно подобрать подходящие цели.

Сначала охватываю близлежащую территорию куполом контроля, рассчитывая, что это окажется достаточно затратно. Поняв, что расход всё равно невелик, раздвигаю границы. Ещё. И снова. В какой-то момент не выдерживаю и выпускаю всю подконтрольную мощь. А через мгновение голова взрывается от обилия информации.

Я накрыл громадную площадь. Практически весь Дели, плюс солидный кусок окрестностей. Чувствую всех — от встревоженного премьер-министра, который мчит на рабочее место до ожидающих нас агентов прадеда.

Помогает этот ход ненадолго — поток из-за Грани так и хлещет, выливая на меня целый океан мощи. Двигать границы дальше не выйдет — разум слишком перегружен информацией. Если к ней добавится ещё пара миллионов человек, начнётся разбалансировка. Чудо, что я как-то сохраняю баланс прямо сейчас.

Единственный выход — использовать её на людях. Только вот на тонкое вмешательство я сейчас не способен. Особенно, если говорить сразу о тысячах или десятках тысяч. А меньшее число обработанных целей мне никак не поможет.

Впрочем, определяюсь достаточно быстро. Первая категория целей — насильники, педофилы, наркоторговцы. Составить мыслеконструкцию, которая прошерстит разумы миллионов людей, получается довольно быстро. А когда цели оказываются выявлены, наношу удар, разом убиваю все выявленные объекты.

Следом — коррупционеры. Этих оказывается неожиданно много. Уже нанеся удар, внезапно осознаю, что прикончил премьера. И по-моему кого-то из министров.

Концентрация расплывается, не позволяя задержаться на этой мысли. Слишком большой напор силы, который ещё и продолжает расти.

Чувствую недоумение и испуг той самой чрезвычайной группы, что нас преследовала. Тогда они казались грозными противниками, тогда как сейчас я могу раздавить их одним ударом.

Впрочем, делу это не поможет, так что я двигаюсь дальше. Радикалы и фанатики всех мастей. Этих оказывается куда меньше, чем коррупционеров, хотя я рассчитывал на другой результат.

Ладно. Идём дальше. Теперь настаёт черёд мошенников. Не разделяя на дополнительные категории, убиваю всех разом.

Внезапно чувствую ответное внимание. Присматриваюсь. Доктор Патрик. Тот самый, что теперь контролируется Тварью. Что-то почувствовал и пытается оценить происходящее.

Обрушиваюсь на него, разнося в клочья ментальную броню и вскрывая разум. Вытаскиваю оттуда всё, что возможно, а потом сжигаю. Запускаю поиск других адептов Твари и через несколько секунд, в Дели становится ещё на какое-то количество человек меньше.

Слишком мало. Сила уже начинает бесконтрольно прорываться наружу. Пока ещё не убивает, но зато влияет на человеческое сознание, заставляя столичных жителей вытаскивать на поверхность самые глубинные инстинкты и желания.

Сдерживать бесполезно. Я могу лишь перенаправить удар или изменить его формат, но чтобы освоить имеющийся объём, придётся уничтожить всё население города или большую его часть. После чего у меня больше не останется ресурсов для “сброса давления”.

Второй поток сознания, всё это время работавший над конструкцией, которая должна запечатать пробоину, наконец добивается успеха. Ещё раз проверяю результат работы и спустя долгие десять секунд, запускаю процесс.

Всё срабатывает, как надо — дыра одномоментно блокируется и ревущий поток силы иссякает.

Только теперь осознаю, что моё сознание всё-таки пострадало. Причём, это весьма мягкое определение. Если бы не “чертог”, от моего ядра разума тоже мало бы что осталось.

Пытаюсь запустить процесс восстановления и концепт вроде бы срабатывает — компоненты начинают постепенно собираться вместе. А потом я решаю на секунду вернуться в реальный мир, чтобы посмотреть на всё своими глазами. А заодно оценить ситуацию — сейчас я настолько выжат, что опасаюсь просканировать даже территорию вплотную к себе.

Выныриваю. Боль. Темнота перед глазами. Ощущение дикого давления в ушах. Сразу же пытаюсь отправиться обратно в “чертог”, но не успеваю — проваливаюсь в темноту забытья.

Глава XIV

Как ни странно, первым ощущением приходит не боль. Вместо неё чувствую усталость, которая давит на разум. Как будто я долгие десятилетия не позволял себе отдохнуть и расслабиться.

Боль приходит следом. Тупая и разом заполнившая голову. Настолько, что мне сложно пошевелиться.

Есть соблазн потянуться к тонкой части разума и просканировать пространство вокруг, но вряд-ли это сейчас будет хорошим решением. По крайней мере мне так кажется. Впрочем, пока мысли рвано мечутся внутри черепной коробки, не давая сосредоточиться на чём-то одном. Не сказать, что я полностью уверен в своих собственных выводах.

Осторожно поднимаю веки. И сразу сталкиваюсь с взглядом стоящей рядом Айлы. Та издаёт радостное восклицание, и через мгновение её уже отталкивает в сторону Ранна. На заднем фоне я замечаю Салвец.

Чуть поворачиваю голову в сторону. Иллюминаторы. Мы всё же добрались до аэропорта? И сейчас в самолёте?

— Ты как? Помнишь меня? Всех нас?

Перевожу взгляд на Ранну. Удивлённо хмурюсь. Разлепив губы, выдавливаю из себя слова.

— А не должен?

Та косится в сторону и поджимает губы.

— Анна сказала, у тебя настоящий хаос в голове. И полностью оценить повреждения невозможно из-за каких-то изменений.

Вот оно что. На секунду смещаю взгляд в сторону и вижу озабоченное лицо менталистки, которая внимательно смотрит на меня. Потом предпринимаю попытку принять сидячее положение.

Айла с Ранной сразу же тянут руки, помогая мне, и всё получается. Морщась от боли в голове, веду взглядом по сторонам. Действительно самолёт.

— Где мы? Как добрались до места встречи? Что там вообще произошло?

Девушки переглядываются. Стоящая в стороне Фабия и вовсе нервно смеётся, а Сидни смотрит на меня, как на какое-то существо высшего порядка.

Наконец синеволосая начинает рассказывать.

— Адреналин не сработал. Не знаю, на что ты рассчитывал, вводя его Бабуру, но раз стоял там и продолжал говорить, а не сражался, значит нужного эффекта не получил. Поэтому я начала вводить ему все препараты подряд из той же секции. После седьмой или восьмой инъекции всё получилось.

Чуть прищуриваю глаза. Значит, это клиентка добилась успеха в вопросе с индийцем. Сама она, сделав короткую паузу, продолжает.

— Потом… Сначала он корчился в судорогах. А когда тело начало светиться, мы выскочили из машины. Видели, как ты уничтожаешь врагов. Дальше ты сам начал светиться. Вы оба сияли всё ярче. Как два небольших солнца, в связке между собой. Мы отбежали метров на сто, но всё равно было ярко.

Снова замолкает, кусая губы и озабоченно рассматривая меня. Возможно представляет, что на тот момент творилось внутри моего сознания. Или пытается понять, какими могут оказаться последствия.

Вместо неё начинает говорить Салвец, вставшая сбоку от девушки.

— Я ни разу не видела такой мощи. Даже у Примусов. Зашкаливающий уровень силы. Очень странной по своему характеру. Ты бы видел, как выглядела дорога, после того, как всё закончилось.

Сейчас я сижу на чём-то вроде разложенного кресла, которое стоит в боковой части отсека, напоминающего багажное отделение. Правда груза тут сейчас почти нет, только несколько больших и тщательно закреплённых ящиков. А вот пассажирские кресла присутствуют.

Спустив ноги встаю, опираясь о край этого самого кресла. Стараясь не кривить лицо от боли, обвожу взглядом девушек.

— А дальше? Как мы добрались до точки контакта?

Ранна со вздохом пожимает плечами.

— Наш транспорт перестал существовать. Остались только лохмотья металла. Поэтому пришлось реквизировать три автомобиля, которые оказались на трассе. Потом объехали повреждённый участок по бездорожью и добрались до аэропорта. Там сначала требовали подтверждения, что ты это на самом деле ты, и вообще находишься в сознании. Пришлось немного надавить.

Когда заканчивает, из дальней части отсека доносится голос Давдена.

— Немного? Ты чуть не разнесла там всё на мелкие кусочки. Фабия заставила их главного пускать на себя слюни, а Салвец была готова просто убить всех и взять под контроль экипаж нужного самолёта. И как мне кажется, знай вы, какой именно из них, нам нужен, всё именно так и произошло бы.

Поворачиваю голову к офицеру, который уже поднялся со своего места и шагает ко мне. Остановившись в нескольких метрах, горько усмехается.

— Помнишь я говорил, что ты уничтожишь Индию? Так вот, зря я тогда с тобой не поспорил. Миллионов на десять сразу. Уже был бы обеспеченным человеком.

Вопросительно поднимаю брови, а сам Джоши молча протягивает мне планшет. Взяв устройство в руки, вижу открытый сайт, который ведёт прямую текстовую трансляцию событий в Дели.

Вашу мать. Последствия оказались несколько более жёсткими, чем я предполагал.

Во-первых, разошедшиеся новости о попытке государственного переворота, заставили правительство спешно отправиться на рабочие места. Тем более, что было сразу два варианта — военные пытались вызвать подкрепление, утверждая, что заговор в министерстве безопасности, а те, в свою очередь, обвиняли армию. При этом на улицах велись вполне реальные бои, горела техника, а в небе периодически взрывались вертолёты.

Во-вторых, Генеральный штаб самостоятельно отдал приказ о вводе в город ряда частей. Тогда как полиция подняла по тревоге отряды спецназа и на всякий случай попыталась установить контроль над зданием, где находились сами штабисты.

В-третьих, устранив премьера, я убрал единственную фигуру, которая могла навести порядок и обладала соответствующими полномочиями. И как будто, мало этого, плюсом к нему загнулись все члены правительства кроме единственного министра без портфеля, включенного в кабинет исключительно ради сохранения парламентской коалиции.

Вдобавок к этому, мой удар по коррупционерам выкосил почти девяносто процентов парламента.

А финальным аккордом стало то самое влияние силы, что привело к обострению самых тёмных желаний всего населения столицы. К тому же, все стороны конфликта изрядно охренели от неожиданных смертей в своих рядах, само собой списав это на действия противника.

Результат получился занятным. В Дели всю ночь шли ожесточённые бои — остатки офицеров Генерального Штаба подтягивали резервы из числа частей, которые им подчинялись, а полиция запросила помощи у Республиканской гвардии, которая немедленно развернула мобилизацию, плюс бросила в бой ряд кадрированных соединений. Собственно, под эту задачу структура и была когда-то развёрнута — чтобы в случае необходимости, создавать на базе небольших кадровых структур полноценные части.

Само собой в конфликте были задействованы и сами полицейские. В одном Дели форму носят десятки тысяч человек. Да в целом, в конфликт оказались втянуты все силовые структуры страны.

Ночью в столице творился настоящий хаос. Бушующие толпы гражданских, слетевшие с катушек стражи порядка, расстреливающие толпу из автоматов. Военные, пробивающиеся сквозь неё же на танках. Массовые изнасилования, оргии, убийства — город стал настоящим пеклом.

Судя по цифрам часов на планшете, сейчас уже наступило утро. И ночное безумие постепенно сходит на нет. Правда, объявилась другая проблема. Тот самый министр без портфеля, объявил себя исполняющим обязанности главы страны. Остальные члены кабинета были мертвы, а от парламента осталась десятая часть состава. Если отталкиваться от закона, он и правда стал временным руководителем Индии.

Но как часто бывает, имелся нюанс. Его втиснули в правительство исключительно по соглашению между партиями. Министр без портфеля — это по сути нулевая фигура в плане власти. Всё, что у него есть — статус. Ну, а его небольшая партия в парламенте, голосов которой не хватало правящей коалиции, получила возможность разыграть перед избирателями новую карту. Мол, смотрите, мы настолько серьёзная сила, что вошли в правительство.

Впрочем, детали не так важны. В отличие от того факта, что уцелевший член правительства представляет крохотную политическую структуру и не имеет связей ни с одним из ведомств. А теперь он становится главой государства со всеми вытекающими последствиями.

Ответ прилетел полчаса назад — группа выживших парламентариев организовала “Комитет спасения”, который и объявила временным правительством Индии. В новостях оказался даже их призыв к армии, полиции и остальным силовикам — прекратить междоусобные разборки и подчиняться исключительно приказам “Комитета”.

Чем всё это закончится, пока непонятно. Но Ассамблея ФАС уже собралась на срочное заседание. Как и главы государств Союза. Что интересно, в обоих случаях, без своих индийских коллег.

Вздохнув протягиваю планшет мрачному Давдену, и тот забирает устройство. Глядя на меня, вопросительно поднимает брови. Мне же остаётся лишь пожать плечами.

— Я не собирался устраивать нечто подобное. Это побочный эффект.

Экс-безопасник кривится в хмурой усмешке.

— Ты сейчас вписал всю Индию в побочные потери?

Настаёт мой черёд хмурить брови.

— Индия цела. Дели пострадал, согласен. И чтобы ты знал, правительство и парламент обезглавлены не просто так. Ночью мне было нужно куда-то выплеснуть силу. В первую очередь я сосредоточился на преступниках. Так что выживший министр, единственный, кто не воровал.

Джоши чуть покачивает головой, иронично заявляя.

— Потому что не мог. У него крошечная партия, а на посту министра без портфеля много не украдёшь. Зато, если сейчас удержится, то развернётся по полной.

На момент прикрываю глаза, стараясь избавиться от головной боли. Распахнув их, решаю, что стоит перевести разговор в другое русло.

— Всё. Проехали. Им стоило лучше приглядывать за своим задним двором. Пусть теперь сами разбираются. Лучше скажите, где мы прямо сейчас? Как далеко до границ Рима?

Подполковник мрачно цокает языком, а сбоку слышится голос Ранны.

— Через полтора часа войдём в воздушное пространство империи. Правда ты так и не сказал какой у тебя план.

Всё ещё стоящий напротив меня Давден изображает на лице мрачную ухмылку.

— Могу поспорить, хочет убить императора, разрушить империю и сокрушить всё, до чего дотянется.

Губы машинально разжимаются в усмешке, а бывшего безопасника перекашивает от изумления. Глядя на меня, уточняет.

— Только не говори, что я полностью угадал?

Ещё раз пожимаю плечами.

— Возможно. Насчёт разрушения империи, не уверен. Возможно проще будет оставить её и временно захватить престол. Как тебе должность шефа безопасности Рима кстати? Не слишком быстрый карьерный скачок?

Теперь он смотрит на меня, как на полностью отмороженного психопата.

— Индиец на посту главы безопасности Рима? Может ещё легатом преторианцев меня сделаешь? Силы подкинешь? Это всё этого из того же разряда.

Поморщившись, машет головой и сразу же добавляет:

— Вообще, ты сначала снеси императора и возьми Рим. А потом ещё удержи Вечный город.

Развернувшись, возвращается на своё место. Я же ещё раз осматриваюсь и уточняю.

— Где Бабур? Он выжил?

Салвец отчётливо хмыкает и сразу же начинает говорить, опережая Ранну.

— Как ты сам думаешь? Не знаю, как вы оба уцелели в прошлый раз, но в этот его попросту выжгло. Отказало не просто сознание — перестал работать мозг. А потом загнулось и тело.

Жаль. Хотя, я же сам вмешался в работу его разума, перехватив контроль. И, либо уничтожил те компоненты, что сделал своими, либо вобрал их в себя. Ни один из вариантов не предполагал, что таксист останется жить. Впрочем, на тот момент я об этом даже не задумывался. Всё, что было необходимо — победить.

— А что это вообще было? И как ты смог управляться с подобной мощью?

Задавшая вопрос Салвец, упирает в меня взгляд, а со стороны доносится голос Фабии.

— Ещё мы бы с радостью послушали рассказ о твоём происхождении. Оказывается кое-кто в курсе, что ты прибыл из другого мира. А вот мы абсолютно ничего не знаем.

Обвожу их взглядом. С усмешкой усаживаюсь на край широкого разложенного кресла. И начинаю говорить.

— О том, что я из другого мира, вы и так уже в знаете. Если коротко — меня убили, поймав в ловушку. Но я сумел прорваться сюда. И угодил в тело Тео, чей разум был предельно слаб. Остатков моих сил хватило, чтобы выжечь его и захватить плоть.

Глянув на Давдена, который с интересом меня слушает, добавляю.

— Наверное ты уже понял, что твоя бабуля, на самом деле не имела с тобой никакого родства. Технически генокод остался прежним. Но на деле, в её голове был совсем иной разум.

Судя по тому, как расширяются глаза офицера, такую теорию он не рассматривал. Даже если и предполагал, то видимо, как нечто совсем невероятное.

Салвец оглядывается на Джоши. Прищурившись, рассматривает его. Возвращает взгляд на меня.

— Алейна приходилась ему бабушкой?

Вздохнув, пожимаю плечами.

— Технически. На самом деле в её голове была совсем другая женщина.

Менталистка задумывается. А вот Сидни, которая изумлённо пялится на меня, уточняет:

— А какая длинная версия истории? Что за Тварь, о которой вы говорили на дороге? И Барьер?

На момент задумываюсь, стоит ли им выкладывать абсолютно всю информацию. Определившись, выкладываю ответ.

— Если чуть погрузиться в детали, то я был из команды, которая спасла старый мир. Не стоит так удивлённо на меня смотреть. Тогда я был другим. Наивным, верящим в человечество, считающим, что ради него стоит рисковать жизнью. Мы так и сделали. Выиграли битву. Обеспечили каждому возможность спокойно жить и не опасаться, что завтра его город вырежут безумные адепты Твари.

На момент сделав паузу, ловлю на себе внимательный взгляд Давдена и продолжаю.

— Но нас предали. Обвинили в том, чего мы не совершали. Открыли охоту. Загнали моих товарищей как зверей. Те, кто вчера рукоплескал и благодарил, стали поливать грязью. Я погиб последним из всех. Рассчитывал забрать с собой всех тех, кто шёл по нашим трупам к власти, но не вышло.

Секунд десять все молчат, ошарашенно рассматривая меня. Наконец Фабия выдавливает слова;

— Ты поэтому такой? Из-за прошлого?

Разжимаю губы в усмешке:

— Если ты про наше знакомство, то отчасти виноваты осколки разума Тео. Какая-то часть его оказалась связана с моим сознанием и я опасался вычищать их, поскольку такие эксперименты в моём старом мире приводили к гибели людей. Как итог, моя сила росла, когда член оказывался в девушке, которая этого, мягко говоря, не хотела. Да и сдерживаться было практически невозможно.

Вот теперь, рядом удивлённо хмыкает Салвец. Как только перевожу на неё взгляд, женщина интересуется:

— А сейчас? Что изменилось? И ты не ответил на вопрос по поводу управления силой.

Киваю ей.

— Пока не ответил. Он неразрывно связан с моим происхождением из другого мира. Я прошёл Грань. Ту самую, за которой живёт Тварь, что по мнению Алейны является личинкой какого-то куда более серьёзного монстра. И судя по всему, мой разум вошёл в контакт с чем-то ещё. Тем самым объектом, сила которого прорывалась через Бабура. Отсюда и возможность управления.

Римлянка непонимающе хмурится.

— И что это такое? Я с трудом могу представить существо, располагающее подобной мощью. Если оно прорвётся сюда, то… Планета просто исчезнет.

С усмешкой развожу руками.

— Грань существует не просто так. Даже Тварь не способна уничтожить человечество самостоятельно, для этого ей нужна помощь самих людей. А это существо, если верить словам Алейны, вовсе не интересуется нами, как кормовой базой.

Менталистка с сомнением хмыкает. А вот Джоши решает задать ещё один вопрос:

— И много тут может быть таких, как ты?

Встретившись взглядом с офицером, снова ломаю его чувство реальности своим ответом.

— Как минимум ещё один. Император Рима. Причём, мне кажется, что он из моего мира и тоже менталист. Слишком уж совпадают методики работы.

На секунду замолчав, добавляю:

— Правда, к счастью для этой планеты, он куда слабее. Использует только то, что успел выучить. Будь на его месте полноценный Мастер Разума, империя бы давно охватила весь этот шарик, населённый людьми.

Какое-то время все снова молчат. Потом Салвец кивает куда-то назад.

— Мы кстати прихватили выживших рекрутов. На случай, если ещё кто-то захочет изучить их и понять, как именно шла подготовка.

Оглядываюсь. Сзади ещё один отсек, в который можно пройти через проём в переборке. Возвращаю внимание на женщину.

— Сколько их? И кто там?

Вместо неё отвечает Ранна, которая хмуро косится на менталистку.

— Блондинка, заучка и странный парень с дредами. Остальные мертвы.

Итого, трое. Если установить контроль, станут неплохой поддержкой. Впрочем, для этого нужно восстановить работоспособность тонкой части своего разума.

Сделав пару глотков воды из бутылки, которая стоит в подлокотнике, предупреждаю, что меня не стоит беспокоить, и вытянувшись в кресле, ныряю внутрь “чертога”.

Как ни странно, получается с первого раза. Конструкция хоть и повреждена, но уцелела. Зато все остальные компоненты сознания за время боя не раз успело перетряхнуть — многие всерьёз покорёжены.

Погружаюсь в работу по их восстановлению, параллельно улучшая “чертог” и анализируя произошедшие изменения. В момент, когда добираюсь до самого интересного, чувствую лёгкий дискомфорт. И судя по тому, что вплотную ко мне стоит Ранна, он напрямую связан с девушкой.

Прерываться не хочется, но как знать, что сейчас происходит снаружи. Хотя, судя по спокойствию членов экипажа, пока ситуация штатная. Подавляю соблазн перехватить контроль над ним, чтобы обеспечить доступ к полной информации о рейсе и вынырнув “на поверхность”, открываю глаза.

Источником беспокойства и правда является клиентка, которая трясёт меня за плечо. Поняв, что я очнулся, прекращает. Убрав руку, озвучивает причину, по которой меня потревожила.

— Через пять минут мы идём на посадку. Под нами Белград.

Глава XV

Я бы не отказался ещё энное количество часов поработать с тонкой частью своего разума, но раз мы скоро начинаем снижаться, стоит подготовиться к встрече.

Вскочив на ноги, понимаю, что сейчас чувствую себя намного бодрее. Не сказать, что полон сил и готов на свершения, но по крайней мере вернулось ощущение силы. Да и организм в целом, настроен на активность.

Оглянувшись назад, уточняю:

— А что с рекрутами? Как вы их вырубили?

Салвец, сидящая в кресле по правому борту, прикладывает руку ко рту, прикрывая зевок. Потом поворачивает голову ко мне.

— Я отключила их сознания на неопределённый период. Чтобы привести в чувство, нужно повторное вмешательство менталиста. Или мощная доза профильных медикаментов.

Звучит неплохо. Прямо сейчас времени разбираться с ними у меня нет. Учитывая, что Алейна залезла в их головы, это наверняка займёт приличный промежуток времени. Но и утилизировать подобный актив, было было глупо. Три Ученика. Вода, Яды и Воздух. Если добавить к этому остальных, уже получается базовое ядро отряда. Конечно, если предположить, что их обучение продолжится и каждый из моих людей будет развиваться.

В голову приходит ещё одна идея. Салвец. Я же не проверял её специализацию. С высокой долей вероятности, у неё тоже Путь Разума. Если так, то я могу заполучить ещё одного мощного одарённого. Причём, ей требуется куда меньше времени, чтобы освоиться. Тонкая часть сознания уже достаточно раскачана, да и с теорией женщина точно знакома.

Впрочем, это тоже придётся отложить на потом. Как минимум, до момента, когда мы приземлимся и станут понятны дальнейшие действия.

Расположившись в кресле, всё-таки проникаю в разумы членов экипажа, проверяя не ждёт ли нас какой-то подвох? Как быстро выясняется, если подстава и предполагается, то никто из людей на борту не в курсе.

Ещё пара минут и самолёт начинает снижаться, заходя на посадку. Оглядев салон, командую:

— Будьте готовы к бою! На случай, если нас встретят не совсем так, как планировалось. И само собой, никому ни слова о моём иномирном происхождении.

Секунду назад все они излучали относительно спокойные эмоции. После моих слов тональность меняется, все разом подбираются для схватки. Даже Давден проверяет пистолет в своей кобуре. Хотя наверняка понимает, что в случае столкновения с одарёнными вряд-ли успеет сделать хотя бы один выстрел.

Когда оказываемся близко к земле, я тянусь к разумам встречающей делегации, оценивая их намерения. Часть людей прикрыта артефактами, но эмоции я всё равно чувствую. После произошедших изменений от меня сможет полностью закрыться разве что Примус. Да и то ему придётся сильно постараться.

Приземляемся мы в крупном авиаузле, но группа, которая встречает самолёт, выделяется на общем фоне. Двое одарённых, один обычный человек, увешанный артефактами, и отряд охраны. Не слишком многочисленный — всего двенадцать бойцов. Но среди них тоже есть четверо одарённых.

После посадки, пилот выруливает прямо к аэропорту, пристыковываясь к самому зданию. И уже через несколько минут мы покидаем борт вместе с экипажем.

Заминка выходит только с рекрутами — их приходится буквально нести на себе. Блондинку забирает себе Давден, парня с дредами тащит на руках Салвец, а вот заучку волокут Падма с Айлой.

Когда добираемся до скромного посадочного зала, который служит и местом выгрузки, экипаж шагает дальше. А вот я притормаживаю и полностью остановившись, разворачиваюсь направо. Туда, где за стеной ожидают встречающие нас люди.

Мгновение, и из коридора показывается мощная фигура, мужчина с проседью в чёрных волосах. Следом выходит ещё один. Выглядит приблизительно на тот же возраст, но с куда более скромными физическими параметрами. А вот и третий — худощавый паренёк в очках, что с интересом пялится на меня.

Его то они зачем сюда приволокли? Тот, что идёт первым, прадед Тео. Веспасиан Корнелий. Второй, видимо кто-то из соратников. Именно он и есть тот самый обычный человек, увешанный артефактами. Но кто третий? Он одарённый и судя по крепкой ментальной защите, не последней категории. При этом никак не тянет на чиновника или солдата. Да и в качестве представителя аристократии его рассматривать сложно. Слишком молод, чтобы иметь большой вес в обществе.

Проконсул провинции замирает в паре метров от меня. Внимательно вглядывается в лицо. Потом окидывает взором рекрутов, которые сейчас уложены на пластиковые стулья, что тянутся вдоль стен.

— Рад тебя видеть, Тео. Но не совсем рад, тому что сейчас происходит в Индии. Боюсь, теперь война начнётся куда раньше.

Сходу в карьер? Или просто прощупывает? Может сомневается, что хаос в Дели, дело рук его правнука.

— Меня пытались убить. Пришлось ответить. Остальное, это просто последствия.

Вижу, как на лице Веспасиана появляется странное выражение. А среди эмоций отчётливо подсвечивается изумление.

— Хочешь сказать, ты всё это устроил в одиночку? Уничтожил правительство Индии и вверг страну в хаос?

Пожимаю плечами.

— Если чуть вдаваться в детали, то мне помогли. Но это была единоразовая акция. Вариант, который больше не выйдет использовать.

Тот с сожалением хмыкает.

— Жаль. Нам бы не помешала такая мощь для удара по Риму.

Теперь в его эмоциональном фоне появляются отблески сомнения. Оно и понятно. Когда молодой парень заявляет, что в гордом одиночестве выпотрошил мегаполис, невольно начнёшь задаваться вопросом, а не лжёт ли он?

Машинально сканирую территорию на факт наличия следящих артефактов. Фиксирую только один — он находится у того самого паренька в очках. Давлю силой, вырубая его и вижу, как он удивлённо поднимает брови. Мгновение стоит на месте, потом хмуро смотрит на меня.

— Это ты вырубил фиксатор? Зачем? Как ты вообще до него добрался?

Веспасиан излучает новую порцию удивления, а я снова двигаю плечами.

— Не люблю, когда кто-то ведёт запись, не предупредив меня.

Прадед Тео оглядывается на паренька, делая успокаивающий жест рукой. Когда возвращает внимание на меня, уточняю:

— Мы так и будем разговаривать здесь? Или уже куда-то поедем?

Мужчина усмехается, но идти куда-то не спешит. Вместо этого внимательно рассматривает меня. Наконец принимается говорить.

— Знаешь, я иногда поглядывал, как там дела у правнука. И во всех докладах он был той ещё размазнёй. А сейчас передо мной человек, не далее, чем вчера убивший сотни тысяч, но у него даже глаз не дёргается.

Подтекст понятен. Он его, в целом и не скрывает. А вот какой ему дать ответ, я пока не знаю.

Пытаюсь определиться, прокручивая в голове варианты. Наконец, останавливаюсь на одном из них.

— Даже загнанная в угол крыса, будет сражаться за свою жизнь. Ну я всё же слегка эффективнее мелкого грызуна. Да и потяжелее.

Медленно кивает, по-прежнему не спуская с меня взгляда.

— Согласен. Но откуда у тебя такие навыки? Ты не просто обучился чему-то новому. Если отталкиваться от докладов моих людей, твоя фигура оказалась в игре на самом высоком уровне. Настолько, что закончилось это всё вчерашней бойней в Дели.

Цокнув языком, выразительно обвожу взглядом зал посадки. Если смотреть на ситуацию объективно, он полностью прав. Но не говорить же этому мужику, что я уничтожил разум его правнука, а на самом деле с ним беседует Мастер Разума из другого мира? Боюсь, его реакция точно не будет позитивной.

— Не только ты хотел заполучить новую технологию подготовки одарённых. Каждый мечтает о небольшой армии, которая сможет разгромить любого противника. Вот люди и потянулись. А я оказался под давлением.

Усмехнувшись, добавляю:

— Как ты уже понял, мне совсем не нравится находиться под давлением. Как правило это заканчивается такой вот мясорубкой, как вчера в индийской столице.

Молчит. Рассматривает меня. А из-за его спины выходит второй мужчина. Встав рядом с Веспасианом, помахивает рукой.

— Так-то он прав, Весп. Нам лучше поговорить в другом месте.

Прадед Тео пристально смотрит на меня из под кустистых бровей. Наконец кивает.

— Хорошо. Но перед тем, как мы начнём работать вместе, ты всё мне объяснишь.

Сделав паузу, взглядом указывает на рекрутов.

— А это кто? Прихватил с собой сувениры?

Чуть покачиваю головой.

— Бойцы, которые потенциально смогут противостоять преторианцам. С ними ещё придётся поработать, но перспективы есть.

Веспасин удивлённо хмыкает, а вот тощий паренёк подтягивается ближе. С интересом рассматривает троицу, что лежит без сознания.

— Ментальный контроль? На долгосрочную перспективу? Как у тебя получилось?

Уперев в него взгляд, решаю всё же прояснить момент, которым заинтересовался изначально.

— А это кто вообще такой? На охранника он не тянет и точно не из чиновников. Да и армейского запаха я не чувствую.

Проконсул слегка хмурится, а вот на лице его соратника появляется лёгкая усмешка.

— Юный гений. Один из лучших в плане теоретической разработки новых техник. Думаю, он сможет помочь тебе освоиться и начать обучение.

Прадед Тео выплёскивает целую волну сомнения, а я кривлю губы в усмешке.

— Вот так топорно? Могли бы придумать что-то получше, раз хотите заполучить мою методику обучения.

Паренёк явно смущается, а вот Веспасиан переглядывается со своим соратником и взмахом руки указывает в сторону проёма.

— Думаю пора выдвигаться. Все вопросы обсудим, когда прибудем на место.

В транспорт, мы правда забираемся только спустя четверть часа. Слишком много времени занимает дорога по переходам громадного здания.

Остающихся без сознания рекрутов берут на себя охранники Веспасиана, которые дотаскивают их до конечной точки маршрута. Я же пытаюсь набросать более или менее правдоподобную историю, которую можно преподнести прожжёному римскому фукционеру.

Когда забираемся в громадный тонированный автобус, на который наклеены фотографии какой-то популярной группы, прадед окидывает взглядом остальных присутствующих и снова обращается ко мне:

— Вижу твою сводную сестру и последнюю из прямой ветви Диксит. Плюс, пару служанок и клиентку. Но кто такие вот эти двое?

Учитывая, что уже перечислил знакомые лица, и так понятно, о ком именно идёт речь — он говорит о Салвец и Джоши.

Не оборачиваясь на них, озвучиваю ответ.

— Подполковник министерства безопасности Индии и преподаватель университета имени Джанко.

Тот деланно фыркает.

— И зачем ты их с собой притащил? Контрразведчик ФАС на земле Рима, плюс разыскиваемый здесь военный преступник, за голову которого объявлена награда. Решил дополнительно усложнить мою жизнь?

Выпрямившись в кресле, отвечаю ему в тон.

— Первый займёт позицию главы безопасности Римской империи. А вторая, при должном обучении, способна дать фору когорте преторианцев.

Несколько секунд проконсул молчит, о чём-то раздумывая. Но в конце концов не выдерживает.

— Здесь мы в полной безопасности. Предлагаю сразу разобраться с вопросом, а не терять время. Откуда ты узнал, как обучать других людей? Как сам освоил все эти фокусы?

Насчёт уровня безопасности, я бы поспорил. Хотя, по большей части он прав. Весь автобус — один цельный артефакт, чьей задачей является сохранить жизни своих пассажиров. Элегантное решение. К тому же ещё и замаскированное — не всякий одарённый распознает заключенную в компонентах транспортного средства, силу.

— Всё, что я могу тебе сказать — вдохновение. А ещё контакт с существом из-за Грани. Не тем, что скоро попытается уничтожить Землю, а совсем другим. Но мощи в нём ничуть меньше.

Сам проконсул попросту пялится на меня, явно не совсем понимая о чём идёт речь. А вот худощавый парёнек, который занял кресло через одно от меня, крутится на месте, поворачивая голову.

— Что ты об этом знаешь? Можешь рассказать? Тут просто не совсем понятная ситуация — я пока не уверен во что верить.

Невольно усмехаюсь. Не знает он во что верить. Угу.

— А разве есть какие-то варианты? Монстр из-за Барьера проснулся и обрушился на этот мир. Его адепты уже сходят с ума и наращивают силу. Не знаю, как долго вы собирались готовиться к удару по императору, но как по мне, стоит ускориться. Потому что совсем скоро можно столкнуться с абсолютно новой угрозой.

“Гений” вроде собирается спросить что-то ещё, но его сразу же перебивает прадед Тео:

— В это ты тоже успел влезть?

Перевожу на него взгляд и пытаюсь сделать хорошую мину при плохой игре.

— Я уже рассказал всё, что мог. Если тебе нужна моя помощь, придётся смириться с этим. Привыкай к мысли о том, что мы равные партнёры.

На этот раз мне действительно удаётся удивить старика. По крайней мере изумление среди его эмоций зашкаливает.

— Равные партнёры?

Невозмутимо киваю.

— Именно так. Я сам укомплектую команду и сам решу, как мне выполнять те или иные задачи. По поводу общей цели можете не беспокоиться — я тоже хочу добраться до императора и вырвать ему глотку. Но определять свой каждый конкретный шаг буду самостоятельно.

Пока Веспасиан пытается осмыслить услышанное и придумать ответ, ко мне обращается его “второй номер”.

— То есть ты прибыл сюда, чтобы убить императора? А потом? Есть какие-то планы на будущее?

Глянув на него, момент раздумываю. Понятное дело, он пытается меня прощупать. Что смущает, так это прямота с которой римлянин интересуется моими планами на будущее.

— Сам по себе, меня император интересует не сильно. Но он двинутый на власти и до последнего будет за неё цепляться. А преторианцев задействует для чего угодно, но только не для борьбы с новым противником. Чем быстрее он освободит престол, тем лучше будет для всех.

На секунду замолчав, продолжаю.

— Ну а дальше нужно будет определиться, кто именно станет новым правителем Рима.

Прадед Тео удивлённо хмыкает.

— Даже так?

Слышу, как тяжело вздыхает сидящий далеко сзади Давден.

— Этот парень растёр в порошок сначала мою оперативную группу, а потом и целый департамент министерства безопасности. Ну а закончилось всё полноценной мясорубкой в Дели. Не удивлюсь, если через пару недель он и правда будет подбирать кандидатуру нового императора. Правда не факт, что после его вмешательства уцелеет Рим. Возможно следующему правителю придётся отстраивать его заново.

Все трое встречающих с удивлением смотрят на офицера. Реагируют правда по-разному. Прадед испытывает удивление и лёгкое уважение, его соратник азарт и предвкушение, а вот тощий паренек в очках обеспокоен.

Я же бросаю взгляд в окно и понимаю, что автобус движется отнюдь не в сторону города. Вокруг сейчас сплошные поля и деревья.

Вернув внимание на Веспасиана, уточняю.

— Куда мы едем?

Теперь настаёт его черед усмехаться.

— В мою загородную резиденцию. Оптимальное место в качестве временной базы. Сам всё увидишь.

Звучит отчасти двусмысленно, но я сомневаюсь, что он организовал мой трансфер из Дели только ради того, чтобы прикончить здесь. Тогда уж проще было сбить самолёт “случайной” ракетой. А взять меня в плен, сохранив при этом жизнь, можно было ещё давно — буквально в момент первого контакта.

Остаток пути проделываем молча. Я даже успеваю изобразить сонливость и нырнуть в “чертог”, продолжая модернизацию конструкции и работу над тонкой частью своего разума. Да, буквально вчера я был настолько силён, что вверг целый город в хаос, но сейчас можно рассчитывать только на свои собственные силы.

В конце концов сворачиваем с трассы, подъезжаю к окружённому каменным забором зданию. Проехав через задние ворота, оказываемся в небольшом дворике, где автобус наконец останавливается.

Чувствую сознания охранников, которые всю дорогу следовали за нами на нескольких автомобилях. Напряжение, которое они испытывали на протяжении пути, постепенно спадает. Да и агрессивно-настроенных личностей я поблизости не замечаю. Не похоже, чтобы нам готовили здесь ловушку.

Веспасиан поднимается на ноги и окидывает взглядом салон.

— Предлагаю осмотреть ваши комнаты и немного отдохнуть после дороги. На такое количество гостей мы не рассчитывали, но места хватит для всех.

Глава XVI

Как быстро выясняется, места здесь и правда предостаточно. По сути, мы приехали в небольшое подобие дворца, где при желании можно разместить и несколько сотен человек.

Под нашу компанию выделили часть гостевого крыла. Десяток просторных апартаментов с отдельными ванными комнатами.

Веспасиан назначает встречу через два часа, после чего удаляется. Вместе с ним уходят и остальные. Остаются только двое охранников, без лишних слов занявших позицию около выхода из крыла. Но бежать я отсюда не собираюсь. К тому же, если вдруг такая необходимость возникнет, то двое одарённых пятой категории, вряд-ли смогут меня остановить.

Рекрутов приказываю уложить на постель в одной из комнат. Возможно и стоит заняться ими прямо сейчас, но я хочу немного отдохнуть. Как минимум, принять душ и сменить одежду.

Последняя, к слову, ждёт нас прямо в аппартаментах. Исключением становятся только Девдан и Анна — им сменные комплекты приносит чопорный слуга в чёрной ливрее с вышитым на ней гербом Корнелиев.

Хорошо чувствую его внимание к моей персоне — я на тот момент ещё стою в коридоре, раздавая последние указания. Но мужчина оказывается идеально вышколенным — даже не поворачивает головы в мою сторону. Просто отдаёт свою ношу “гостям” и удаляется по коридору.

Оказавшись в самих апартаментах, осматриваюсь. По сути, это одна большая комната. Около стены слева стоит кровать, напротив которой расположено большое зеркало. Справа пара кресел и небольшой столик. На стене плоский телевизор.

Сразу же шагаю к ванной комнате, но меня обгоняет Ранна, на ходу стягивая одежду. В итоге, приходится отправиться внутрь вместе. Радует только то, что здесь хватает места — не приходится толкаться.

Когда смываю с себя грязь и пот, внезапно чувствую пальцы синеволосой на своих яйцах. Поворачиваюсь и вижу её прищуренные глаза, в которых играют огоньки.

— Только вчера я вырезал массу людей. И немного устал.

Девушка фыркает, опуская взгляд ниже.

— По-моему он с тобой не согласен.

Ладно. Физиологическая реакция организма оказывается вполне предсказуемой. В конце концов, сколько у меня уже не было секса? Трое суток? Четверо?

Выдохнув, сжимаю пальцами её задницу. Шлёпаю. Та ойкает и внезапно прижимается всем телом, расплющивая грудь о мой корпус.

— А ты можешь со мной, как с ними?

Отлично чувствую её смущение, захлёстывающее желание и толику страха. А вот на то, чтобы осознать смысл слов, уходит какое-то время. Сама она пытается объяснить.

— Я хочу так же. Чтобы… Ну… Чтобы, как с ними!

Выпаливает последнюю фразу, видимо не зная, как высказать мысль вслух. Я же хмыкаю про себя. Судя по эмоциональному фону, девушка говорит правду, а не пытается подыграть, считая, что мне это понравится.

Её пальцы всё ещё играют с моим членом и яйцами, на что мозг реагирует вполне однозначно. Как и на озвученное предложение.

— Значит хочешь побыть бесправной сукой, с которой будут делать всё, что угодно?

Та дёргается от моих слов, а через секунду прижимается ещё сильнее. Тихо выдавливает из себя слова.

— Да…

Хмыкнув, чуть отодвигаю её от себя, а потом обхватываю волосы и толкаю к бортику ванной.

— Вперёд.

Ранна осторожно ставит ногу на пол, а я выбираюсь следом. Держа её одной рукой за волосы, веду к кровати. Ставлю на колени. И подвожу лицо к своей правой ноге.

Та понимает намёк сразу, принявшись отчаянно работать языком. Постепенно поднимаю её всё выше, в конце концов, прижав лицо девушки к своим яйцам.

Пару минут наслаждаюсь тем, как она отчаянно работает языком. А заодно чувствую волны возбуждения, которые накрывают комнату. Синеволосой это и правда нравится. Вот уж действительно, нельзя судить о ком-то по первому впечатлению.

Насаживаю её ртом на член.

— Высунь язык! Кончик должен быть на яйцах! Дыши носом!

Та старательно пытается выполнить команду, а я прижимаю её голову, удерживаю вжатой в пах. Наконец отпускаю и та судорожно втягивает воздух. Пара секунд и снова оказывается в таком же положении.

Держа за волосы, снимаю её голову с члена. Отвешиваю серию шлепков по небольшой груди. Выкручиваю правый сосок.

Момент, когда открывается дверь, я благополучно пропускаю. Слишком поглощён процессом. Понимаю, что к нам кто-то зашёл только после того, как выпрямляюсь и обнаруживаю перед собой двух девушек.

Айла и Фабия. Обе в халатах — точно такие же висят и в нашей ванной.

Азиатка сбрасывает свой первым, сразу же шагая к нам. Аристократка с опаской смотря на Ранну, повторяет действие, избавляясь от одежды.

Сама синеволосая дёргается в их стороны, видимо собираясь что-то сказать. Я же напоминаю о её текущем статусе.

— Сейчас ты послушная сука, которая выполняет все команды. Забыла?

Та на момент, замирает, не двигаясь с места. Я же тянусь правой рукой к ремню, который лежит на кровати и разворачиваю её, уткнув лицом в одеяло. Несколько раз опускаю его на ягодицы, оставляя красные полосы на нежной коже.

Поворачиваю голову к Айле, которая тоже излучает дикое возбуждение. И в голову сама собой приходит схема продолжения.

— Фабия, на кровать! Подставь пизду под язык этой суки. А твой должен быть на моих яйцах.

Когда чуть разочарованная аристократка запрыгивает на кровать и укладывается перед Ранной, та пытается отвернуться, но я опускаю ладонь на её затылок, прижимая лицо к промежности аристократки. А сам пристраиваю мокрый от её слюны член к заднице синеволосой.

Вхожу и та вздрагивает всем телом, что-то застонав. Но Диксит сразу обхватывает её голову руками, не давая прекратить работать языком. Потом и вовсе сжимает её бёдрами, надёжно фиксируя девушку.

Язык Айлы скользит по моим яйцам, а захлёстывающее всех возбуждение настолько велико, что тело напрочь забывает об усталости.

Ранна кончает не меньше пяти раз. По крайней мере на этой отметке я перестаю фиксировать вспышки удовольствия девушки, переключившись только на свои ощущения.

Фабия с Айлой тоже получают свою порцию удовольствия. Первую оргазм накрывает дважды, а вторая настолько отчаянно работает пальцами между своих ног, что кажется успевает достичь пика раза четыре.

Не знаю, сколько точно времени всё это длится, но в какой-то момент не выдерживаю и вцепившись руками в ягодицы Ранны, кончаю.

Вытаскиваю член и к нему сразу же тянутся губы азиатки, которая заглатывает инструмент, слизывая остатки спермы.

После нескольких её движений, запускаю пальцы в волосы Айлы и подношу её лицо к заднице синеволосой. Та сразу же принимается слизывать вытекающую сперму и Ранну снова трясёт от оргазма.

Отступив в сторону, опускаюсь на кровать. Ложусь, разбросав руки в стороны и расслабив мышцы. Слева от меня довольно стонет Фабия, снова сжавшая голову клиентки стройными бёдрами. Но как только разводит ноги в стороны, Ранна вырывается из хватки, отодвигаясь назад. Рукой вытирает лицо от слюней и с сожалением смотрит на мой опавший член.

Против ожидания, девушек она выгонять не спешит. А когда я начинаю постепенно отключаться, понимаю, что они махнулись местами с Фабией и теперь уже аристократка вовсю работает своим языком.

Сознание уже на самой грани отключки, когда я чувствую прикосновение к моим яйцам. Открыв глаза, вижу хитрые глаза Ранны. Спустя секунду к ней присоединяется Фабия, а по пальцам ног гуляет язык Айлы.

Сил уже нет, но тройные усилия дают результат — я снова возвращаюсь в боевое состояние. Правда на проявление активности, ресурсов моего организма не хватает. Поэтому, на этот раз главная роль достаётся Ранне.

Синеволосая забирается на меня сверху, охнув от вошедшего во влагалище члена. А потом принимается насаживаться на него сверху. Нагнувшись вперёд, неожиданно командным тоном рявкает на Фабию, заставляя ту вылизывать задницу самой Ранны и мои яйца. Плюс, порой покрикивает на Айлу, которая так и продолжает обрабатывать мои пальцы.

Учитывая моё состояние, вставать абсолютно не хочется, поэтому просто расслабляюсь, лёжа на кровати и наслаждаясь ощущением узкого влагалища. В какой-то момент Ранна просто опускается на меня, прижимаясь грудью и я обхватываю её правой рукой за спину, машинально запуская пальцы в волосы.

Забавно, но девушка немедленно кончает. А следом оргазм накрывает и меня — стенки её влагалища с безумной силой стискивают член, плюс синеволосая буквально заливает меня эмоциями удовольствия.

Застыв, несколько секунд лежит на мне сверху. Потом поднимается и схватив за волосы Фабию, подтягивает её лицо себе между ног, заставив всё вылизать.

Сквозь сон чувствую язык Айлы, которая избавляет член от следов соития. Но продолжения не застаю — изрядно уставший мозг вырубается, наконец провалившись в мир сновидений.

Просыпаюсь от того, что об меня кто-то трётся. Чем-то мягким и приятным. Открыв глаза, поворачиваю голову. Ранна. Уперевшись руками в кровать, скользит по мне своей грудью.

Увидев, что я проснулся, чуть хриплым голосом заявляет.

— Скоро совещание. Но до него ещё десять минут. Можем успеть?

Чувствую исходящее от неё возбуждение. Настоящее, более чем реальное желание. Хотя её только недавно дважды трахнули.

— Лучше отложить. Опоздаем.

Та разочарованно морщится и лезет пальцами к члену, но я сразу перехватываю руку. Расслабиться, это отлично. Но не в том случае, если тебе вот-вот нужно обсуждать ряд глобальных вопросов. Причём могут всплыть темы, о которых ты даже не подозреваешь.

— Я же сказал, потом. Как только будет время, тебя снова поимеют.

Уровень возбуждения резко усиливается, но теперь к нему добавляется смущение. Из-за этого девушка на момент прекращает попытки добраться до члена и у меня выходит подняться с кровати.

Сначала быстро посещаю ванную комнату. Когда выхожу, обнаруживаю Ранну, стоящую раком на краю кровати. Ноги в чулках, спина выгнута, лицо уткнуто в одеяло. На половых губах блестит смазка, а от самой девушки бьёт волна жёсткого возбуждения.

Собираюсь напомнить, что сейчас не самое подходящее время, но вовремя улавливаю её эмоции. Она на максимальном взводе. Не знаю, что именно так на неё повлияло, но факт остаётся фактом. Если откажу сейчас, возникнет весьма острая конфликтная ситуация.

К тому же, при таком виде, внизу всё снова начинает шевелиться. Не слишком активно — всё-таки из меня не так давно выжали большую порцию энергии, но процесс идёт.

Молча подхожу к ней и девушка буквально замирает, тяжело дыша. Провожу пальцем между половых губ и она сразу подаётся бёдрами на меня. Повторяю. Усмехнувшись, относительно слабо шлёпаю по области клитора и она глухо стонет. Продолжаю шлёпать её по мокрым от смазки половым губам и через полтора десятка ударов она кончает, вцепившись зубами в одеяло.

К тому моменту я уже достаточно возбуждён, чтобы перейти к основному действу. Начинаю с классики, а через пару минут переключаюсь на задницу — как ни крути, времени у нас всё равно не так много.

Впрочем, немного увлекаюсь процессом. Когда заканчиваю и вытащив член, отступаю назад, смотря на быстро сжимающееся колечко ануса, как раз наступает время планируемой встречи.

А после того, как мы оба быстро посещаем ванную комнату и одеваемся, времени вовсе не остаётся — опаздываем почти на десять минут.

Выйдя в коридор, сталкиваюсь с Айлой, который с прищуром рассматривает Ранну. Видимо недовольна тем, что в этот раз синеволосая предпочла ни с кем не делиться. Клиентка отвечает ей довольной улыбкой и проводит кончиком языка по губам, заставив азиатку нахмуриться ещё больше.

Вот потом нам навстречу шагает Салвец. Покосившись на синеволосую, усмехается, но вопрос озвучивает совсем другой. Хотя, это скорее можно назвать предложением.

— Я бы тоже не отказалась присутствовать на встрече. Насколько я понимаю, они планируют мятеж. Веспасиан популярен среди офицеров, да и любое восстание обречено без поддержки легионов. Думаю, я смогу пригодиться.

Слева открывается дверь и оттуда показывается Давден. Скрестив руки на груди, разглядывает меня.

— Во-первых, не могли бы вы трахаться как-то потише? Или переехать чуть подальше? Не всем нравится слушать звуки вашей мини-оргии. А во-вторых, я ведь будущий глава безопасности Рима, не так ли? Думаю, мне тоже стоит пойти.

Оба настроены достаточно решительно. Насколько я понимаю, Салвец сама хочет услышать детали плана действий и оценить его эффективность. А вот Джоши боится остаться не у дел. К тому же, у безопасника похоже наклёвывается депрессия. А если быть до конца точным, то быстро прогрессирует. И он банально пытается себя расшевелить.

Кивнув, озвучиваю ответ.

— Идите за мной.

Удивляются. Но само собой ничего не уточняют — в конце концов, я ведь с ними полностью согласился.

Около выхода из крыла ждёт всё тот же слуга, показательно глянувший на наручные часы. Впрочем, это единственное указание на опоздание, которое он себе позволяет. А потом бодро приглашает нас идти следом и шагает к лестнице.

Через пару минут выводит нас к массивной двери на втором этаже, которая тоже является отдельным артефактом и распахнув её, склоняет голову в уважительном кивке.

Чувствую, как от него исходит лёгкое чувство гордости и даже восторга. Сначала не понимаю — даже начинаю просчитывать варианты подставы. А потом до меня доходит — он же принимает меня за настоящего Тео Ли-Корнелия. Пусть наполовину китайца, но тем не менее, члена древнего римского рода. Который с точки зрения слуги вновь доказал исключительность фамилии Корнелиев.

Захожу внутрь. Большой деревянный стол, приставленные к нему стулья. Пара книжных шкафов, плюс ещё один с алкоголем внутри. И всё те же трое, что встречали нас в автобусе.

Когда следом вваливаются остальные, чувствую недоумение Веспасиана. Окинув их взглядом, уточняет.

— За каким африканским носорогом ты припёр сюда ещё троих?

Сохраняя невозмутимое выражение лица, подхожу к столу и отодвинув для себя стул, жестом показываю, чтобы остальные тоже занимали места. Поворачиваю голову к проконсулу.

— Во-первых, не забывай, что мы равноценные партнёры. Я же не спрашиваю какого хера тут делает этот увешанный бесполезными артефактами мужик и одарённый, что должен скопировать мою методику, верно? Хотя запросто могу взять под контроль их обоих и ты даже не поймёшь, что происходит.

Теперь ощущаю его лёгкую настороженность. Плюс, откровенное опасение второго римлянина и как это ни странно, интерес со стороны тощего парня в очках. Сам же продолжаю.

— Да, это здание само по себе, отчасти артефакт. Ты напитал силой всё, что смог. Но даже с учётом этого, ты не поймёшь, что я перехватил управление этими парнями. И пятёрки, что дежурят внизу, тоже ничем не помогут. В Дели я убивал их пачками.

Пару секунд старик мрачно разглядывает меня. Наконец разжимает губы, озвучивая ответ.

— Ты же сказал, что провернул всё в Дели при помощи какой-то схемы, которую нельзя использовать повторно.

Усмехаюсь и пожимаю плечами.

— Так, разве тут стоит вопрос о том, чтобы стереть с лица земли Белград? Мне нужно будет лишь перебить либо взять под контроль всех в этом доме.

Внезапно скалится в усмешке и я чувствую исходящую от него волну чего-то напоминающего удовлетворение.

— Хорошо. Но ты хотя бы скажи, ради чего они здесь? Помочь с какими-то вопросами?

Усевшись на своё место, согласно помахиваю рукой и киваю в сторону Салвец.

— Мой военный эксперт. Вопросы связанные с армией. Мрачный индиец рядом с ней, эксперт по безопасности и контрразведке. А ещё один из будущих правителей Рима. Ему по статусу положено. И наконец моя клиентка на правах полного патронажа. Она здесь, чтобы убить всех вокруг, если вдруг у меня это не выйдет.

Закончив “представлять” своих помощников, сам задаю вопрос.

— Итак, какой у вас план? С чего собираетесь начать?

Глава XVII

Переглядываются. Потом прадед Тео коротко кивает.

— Для начала я представлю остальных. Гирр Луциан — один из кадровых дипломатов, сейчас оказавшийся не у дел. И член древнего рода патрициев, которому посчастливилось избежать чисток.

Указывает на второго мужчину, который наклоняет голову в знак приветствия. А Веспасиан уже переключает внимание на худощавого юношу.

— Марк Сапето. Из провинции Германия. Волей случая оказался втянут в происходящее и теперь является нашим союзником. Формально Децимус. На деле, добрался, как минимум до пятой категории силы. И отлично подкованный теоретик.

Когда проконсул замолкает, сам юноша тоже решает вставить пару слов.

— Ты зря думаешь, что я хочу скопировать твою методику. Вернее, я конечно хочу. Кто бы на моём месте от такого отказался? Но я не собираюсь её красть. Просто хочу помочь разобраться. Это ведь ещё сырая механика, о которой ничего не известно. Ни один из институтов с подобным ещё не сталкивался.

Парень неподдельно воодушевлён. А мне, по крайней мере становится понятен его энтузиазм. Учёный. Только в данном случае, специализирующийся на способах применении силы и разработке новых техник для одарённых.

Слова о том, что моя технология подготовки сырая и требует допиливания, звучат забавно. Но опровергать я их, само собой, не собираюсь. Вместо этого, произношу совсем другое.

— Если мне потребуется помощь, я безусловно к тебе обращусь. Но если быть до конца честным, пока мне не хочется посвящать кого-то в детали.

От Веспасиана отчётливо несёт недовольством. Но это его проблемы, которые меня никак не касаются. Пусть ярится, сколько влезет — ему и так повезло, что в данном случае наши задачи совпадают. Он получит свободу от пришибленного на голову императора, а я сформирую отряд, который прихвачу с собой по возвращению домой. Заодно выяснив у идиота, занимающего римский престол, как он сюда попал?

— С этим будете разбираться сами. А пока я предлагаю перейти к плану.

Проконсул нажимает кнопку небольшого пульта и на роллеты на окнах быстро ползут вниз. Как только внутри темнеет, загораются мягко светящиеся лампы, а сам римлянин берет в руки другой пульт — включает громадный монитор, который висит у него за спиной.

Пока откладывает его в сторону и берёт в руки устройство, напоминающее указку, успеваю рассмотреть карту, которая сейчас отображается на этом самом мониторе.

Европейская и Азиатская части Римской империи. Плюс, захвачена Северная Африка. Повсюду расставлены многочисленные пометки. И судя по эмоциональному отклику Салвец, они ей знакомы.

Прадед Тео поднимается на ноги и встаёт сбоку от карты.

— Сначала я хочу, чтобы ты оценил общий расклад. Раз уж речь идёт о полноценном партнёрстве, а ты ещё и притащил военного консультанта, хотелось бы услышать предложения по поводу ситуации.

В голосе звучит ирония, но вот эмоции он испытывает совсем иные. Причём, в основном это ожидание и некоторые опасения. Либо считает, что я могу оказаться подставной фигурой, либо банально хочет проверить правнука. Оценить, насколько обоснована моя самоуверенность и могу ли я анализировать ситуацию или только способен убивать людей при помощи своей силы.

— На территории провинции расквартированы двенадцать легионов. В одном я уверен на все сто процентов. Это пятьдесят второй, что длительное время находился под моим командованием. Легаты остальных одиннадцати тоже с нами, но имеется проблема среднего офицерского состава. Около шестидесяти процентов центурионов, это недавние выпускники. Две трети из них, вовсе “железнолобые”, которые прошли обработку в академиях.

Сделав короткую паузу, продолжает.

— Ключевые должности занимают старые кадровые офицеры, которые однозначно поддержат нас. Но та прослойка, что каждый день контактирует с солдатами, вызывает опасения.

Снова замолкает и я пользуюсь моментом, чтобы уточнить.

— Ты же не планировал ударить только при помощи военной силы? Наступать на Рим с такой группировкой, это безумие.

Я не знаю точную численность римской армии. Но глядя на карту, легко предположу, что в её составе куда больше сотни легионов. Рассчитывать на успех, если тебя максимум поддерживает десять процентов военных — такой себе расклад.

Сам Веспасиан вздыхает. Смотрит на меня.

— Обо всём по порядку, Теодор. Сначала про наши военные силы. Итак, в моей провинции, у нас имеется двенадцать легионов, которые в теории можно привлечь на нашу сторону. Малая Азия — там с нами проконсул, но наладить контакт удалось лишь с семью легионами из четырнадцати. И то, мы не уверены во всех.

Смещает указку и кусок территории, который в моём старом мире принадлежит Турции, заметно укрупняется. Правда, потом мужчина сразу возвращает масштаб к прежним значениям. И ведёт указкой на север.

— Великое Киевское княжество и Норманния. На территории первых расположено пять легионов. Два из них поддержат нас. Ещё три укомплектованы исключительно “железнолобыми”. Из нормальных офицеров только легаты. Мы постараемся сохранить их личный состав, но это вряд-ли будет осуществимо. Плюс, есть местные войска, который подчиняются Великому князю.

Снова на момент делает паузу. Добавляет.

— Организационно разбиты на девять дружин. Штат каждой приблизительно соответствует римскому легиону. И они полностью нас поддержат. А что касается Нормании, там развёрнуты четыре легиона, из которых с нами только два.

Прекратив говорить, смотрит на меня с таким видом, как будто ждёт комментариев. Эмоциональный фон у него вроде не меняется и я решаю, что стоит действительно озвучить свою точку зрения.

— Пока я не вижу козыря Если опираться на армию, мятеж обречён на провал. Без шансов. Разве что сформировать мощный ударный кулак и сразу рвануть к Риму, чтобы уничтожить императора. Но вы не успеете подавить внутрение очаги сопротивления. На это, как минимум, уйдут сутки. За это время остальная имперская армия подготовится к обороне.

Вижу, как слегка хмурятся брови Веспасиана. Не отрывая от меня взгляда, излагает ответ.

— Признаю, ты прав. Мы собирались убрать императора и только после этого поднимать в ружьё легионы. Организовали целую операцию по его заманиванию на территорию провинции. Но твоя выходка в Дели спутала все карты. В легионы уже спустили новые приказы — проверять технику и личный состав. Готовиться к выступлению. А “железнолобых” собираются выпустить из академий досрочно. Уже через пять дней. То есть ещё немного и армия будет заполнена молодыми офицерами, которые беззаветно преданы императору.

Откинувшись на стуле, помахиваю рукой.

— А запасной вариант? Он же у вас был?

На этот раз вместо прадеда Тео в беседу вклинивается Гирр.

— Естественно. Ты и есть наш резервный вариант.

Усмехаюсь. Подаюсь вперёд, положив руки на стол.

— А теперь можно детальнее? На что именно вы рассчитывали?

Гирр было открывает рот, но его сразу же перебивает Веспасиан.

— Что ты подготовишь отряд одарённых, который сможет выровнять баланс сил. И возможно сможешь разобраться с преторианцами. Как минимум, найти способ эффективного противодействия им.

Прерывается, почему-то испытывая чувство, похожее на смущение. Но Гирр сразу же продолжает.

— Дело в том, что они очень ловко выявляют твои мысли. Для защиты нужны мощные артефакты, которые есть далеко не у всех. Поэтому большинство офицеров пока не подозревает, к чему именно мы готовимся.

Занятно. То есть все слова о том, что какой-то процент военных на их стороны и готовы отправиться в бой по первому приказу, это просто умозрительная оценка. Как всё будет обстоять на самом деле, неизвестно.

Какое-то время раздумываю. Потом решаю, что на сегодня уже хватит пикировки. Пора переходить к делу.

— Сколько их на территории провинции? И как я могу вступить в контакт?

Луциан откашливается, а проконсул мрачно заявляет.

— Не меньше двухсот, разбитых на группы. Только в Белграде семьдесят четыре человек. Трое из них будут на торжественном приёме по случаю дня рождения моей правнучки. Думаю там ты сможешь взглянуть на них своими глазами. Правда придётся наблюдать из укрытия. Твоя внешность слишком приметна. Никого из твоих людей тоже взять не получится — преторианцы их быстро раскроют.

Демонстрирую Веспасиану уверенную усмешку.

— Я ведь уже говорил о партнёрстве, так? На приёме я появлюсь под чужой личиной, это не так сложно. Тех, кого решу взять с собой, тоже замаскирую. А ментальная защита у них будет такой, что преторианцы не заподозрят подвоха.

Чувствую мощную волну интереса со стороны “гения”, которому очень хочется уточнить, как именно я собираюсь всё это провернуть. Надо отдать парню должное — определённая самодисциплина у него всё же имеется. Сидит на месте, сцепив пальцы и жадно прислушиваясь к словам.

А вот прадед Тео всё же озвучивает сомнения.

— Это преторианцы. Одна девчонка из новеньких, она не так опасна. Но помимо неё прибудут два старших офицера. Не думаешь, что это слишком рисковано?

— Если мне придётся сражаться с ними прямо там, возможно это и будет рискованно. Но я собираюсь лишь наблюдать. А если получится, то перехватить контроль, чтобы покопаться в голове хотя бы одного из них.

Судя по излучаемым эмоциям, мои слова далеко не до конца убеждают всех присутствующих. Хотя нет, Сапето вроде не испытывает сомнений по поводу того, что я на самом деле могу разделаться с гвардейцами.

Вот проконсул, крутнув в руках указку, заявляет.

— Не совсем понимаю, как ты собрался это сделать, но предположим, у тебя всё получится. Продолжая нашу беседу — если окажется, что от этих ублюдков можно как-то защититься, всё станет гораздо проще. И ещё один важный момент — нам бы пригодился контроль над некоторыми чиновниками, которые не относятся к одарённым. Ты же сможешь такое провернуть?

Поднявшись, подхожу ближе к карте. Рассматриваю её. Потом указываю пальцем на одну из отметок, рядом с которой изображён кусок металла.

— Академия?

Слегка заинтересованный прадед Тео, кивает. Я же продолжаю изучать карту. Наконец озвучиваю свои мысли.

— Сколько там курсантов?

Веспасиан переглядывается с Гирром и тяжело вздыхает.

— Мы планируем уничтожить её. Но там имеется свой узел ПВО и когорта охраны. А вокруг настоящий оборонительный периметр. Проблем в том, что курсанты легко могут стать офицерской прослойкой для резервистов. В Софии их хватает — если не подмять город сразу, то они за сутки смогут набрать личного состава на несколько легионов. Без тяжелой техники и авиации, но это всё равно будет неприятно.

Поворачиваю к нему голову, сталкиваясь взглядами.

— Я спросил, сколько там курсантов? Вашими планами на ликвидацию академии, никто не интересовался.

Гирр громко и с долей иронией хмыкает, а проконсул внезапно усмехается.

— Около пяти с половиной тысяч. Плюс полсотни преторианцев. Чем это поможет?

Думаю, продолжаю рассматривать карту. Большинство обозначений уже понятны — я могу более или менее ориентироваться в вопросе.

Потом в голову приходит неожиданная идея. Преторианцы должны обновлять свои установки. Те, кто уже совсем давно в строю, от такой процедуры могут быть избавлены, но вот с относительными новичками совсем иная история.

— У преторианцев же бывают какие-то общие сборы, верно?

Недоумение и интерес — сразу от всех троих. Плюс Давден, для которого вопрос тоже звучит неожиданно.

— Да. Раз в три месяца. Но до следующего ещё далеко.

Глянув на ответившего Веспасиана, пожимаю плечами.

— Значит придётся дать им повод собраться пораньше. Чтобы вписались в мой план.

Тот кривится в усмешке.

— Ты может намекнёшь в чём он состоит?

Ещё раз посмотрев на карту, подбиваю последние компоненты и принимаюсь излагать.

— На приёме ведь будут не только преторианцы. Наверняка там соберётся весь цвет местной аристократии и новых кланов. Самые сильные и подготовленные одарённые, которые живут в этой провинции, верно?

Проконсул молча кивает, а я продолжаю.

— Скажем так, я завербую их. Обеспечу контроль над лидерами семей, а потом отберу лучших из их родственников, чтобы укомплектовать свой отряд. Не уверен в численности — об этом ещё нужно подумать. Но это в любом случае, детали. После приёма я получу возможность выбирать. Единственное, что понадобится, так это прикрытие. Но не думаю, что с этим возникнет проблема. В крайнем случае, можно придумать какой-то закрытый лагерь для золотой молодёжи, куда все они и подтянутся.

Скептицизм прадеда Тео можно почувствовать, даже не будучи Мастером Разума. Тем не менее, он лишь помахивает указкой.

— А дальше?

Чуть отступив от него, озвучиваю своё видение ситуации.

— Одновременно я спровоцирую преторианцев на сбор в одном конректном месте. И либо сделаю их союзниками, либо просто всех убью. Всё, что потребуется с вашей стороны — небольшая техническая поддержка. Потом всё зависит от того, по какому варианту пойдут дела с этой сучьей гвардией. Если первый, то можно будет спокойно обработать все академии. А вот реализация второго заставит поспешить. При таком раскладе мне понадобится самолёт. Придётся посетить сразу три точки за очень короткий промежуток времени.

Глаза Веспасиана чуть округляются — на этом моменте он всё-таки не выдерживает.

— То есть ты предполагаешь, что так запросто сможет установить контроль над местной аристократией, потом разобраться с преторианцами, а дальше превратить курсантов трёх академий в лояльных бойцов.

Отойдя к торцу стола, помахиваю рукой.

— Последнее, далеко не факт. Возможно придётся просто перебить их. Но это будет лучше, чем оставлять три потенциальных очага сопротивления, в каждом из которых по несколько тысяч обученных офицеров. Пусть пока и не до конца доучившихся.

Учебных заведений, в которых готовят “железнолобых”, тут и правда три. София, Бухарест и Афины. Точки, которые мне нужно будет посетить, чтобы обеспечить наличие пушечного мяса. Не уверен, что оно мне понадобится, но пусть лучше будет и не пригодится, чем наоборот.

Прадед настоящего Тео молча буравит меня взглядом, а вот Гирр задаёт вопрос.

— Ты ведь понимаешь, что это будет непросто?

Чуть поворачиваю голову в его сторону.

— А по-твоему разбираться с ублюдками в Дели, было просто? И вообще, убивать высокоранговых одарённых, это лёгкое занятие. Вы же наверняка в курсе про аэропорт, не так ли?

Слышу, как громко хмыкает Веспасиан.

— В курсе. Но там тебе противостоял куда более слабый противник.

Оперевшись поясницей о стол, киваю.

— Да. Но тогда и я был намного более слаб. Ты ведь понимаешь, что слова по поводу уничтожения всех в этом здании, отнюдь не были шуткой? Да, потом у меня будет изрядно болеть голова, потому что вся эта грёбанная резиденция, считай один сплошной артефакт. У тебя даже паркет силой напитан. Но я справлюсь. Точно так же, как и с теми одарёнными, которые явятся на твой приём.

Кашлянув, добавляю.

— Единственная причина, по которой я не стал сходу брать вас всех под контроль — благодарность за спасение. В Дели я выложился по полной. Если бы не тот самолёт, то в лучшем случае мы бы прятались в какой-то глубинке, а потом долго выбирались к цивилизации. Ну а в худшем, были бы мертвы. Плюс, как не посмотри, мы родственники. Одна кровь.

Последние слова заставляют Джоши испытать настоящее негодование. Видимо проецирует на происходящее свою ситуацию с Алейной. Наверное непросто осознать, что ты почти всю свою жизнь охотился вовсе не на слетевшую с катушек родную бабулю, а на абсолютно чужую женщину, которая когда-то уничтожила её разум.

Веспасиана мои слова слегка раздражают. Но при этом, он испытывает и нечто вроде гордости. Видимо рад, что правнук достиг такого уровня силы, ещё и провернув всё самостоятельно.

Впрочем, это не мешает ему сразу же уточнить.

— Даже если предположить, что всё выйдет, как нам это поможет?

Выкладываю уже готовый и сформулированный в голове ответ.

— Если у меня выйдет перехватить контроль над преторианцами, то возможно получится обработать академии в незаметном режиме. В таком случае, можно будет продолжить эту операцию, постепенно охватив все академии империи. И когда эти ваши “железнолобые” хлынут в войска, а император начнёт подготовку к броску на восток, он своими же руками сформирует ударную группировку, которая потом попрёт на Рим.

Гирр испытывает некоторое восхищение. То ли от моей самоуверенности, то ли от самого концепции, предполагающей использование чужого “оружия”. А вот глава провинции, явно сомневается.

— А если нет? Пусть даже ты вырежешь каким-то образом все три академии и нам не придётся тратить время, чтобы с ними разобраться. Во-первых, остаются ещё Византийская, Измирская и Черниговская. А во-вторых, это пусть и повлияет на баланс сил, но не слишком значительно.

Наступает мой черед хмурить брови. Сразу же отвечаю, скопировав его же стиль.

— Предлагаешь мне сделать за вас абсолютно всё? Ну, хорошо. К моменту мятежа, у меня под рукой будет группа подготовленных одарённых. Скорее всего целый крупный отряд. Когда ваши легионы придут в движение и император отправит навстречу лояльные войска, большая часть подготовленных людей останется среди легионеров. Думаю им понадобится серьёзная поддержка, чтобы одержать верх.

Сделав паузу, выдыхаю воздух и продолжаю.

— А остальных я возьму с собой в Рим. Всё, что понадобится — средство доставки.

Вот теперь оба старших заговорщика выглядят озадаченными. Несколько секунд молчат. Потом Гирр осторожно уточняет.

— То есть ты ничего не знаешь о плане “Цитадель”?

Глава XVIII

Вопросительно поднимаю вверх брови и Веспасиан кривит губы в ухмылке.

— В случае мятежа, столица будет закрыта. Три кольца внешнего периметра, плюс эшелонированная оборона в самом Риме. Армия, преторианцы, спецназ имперской безопасности и легион личной охраны императора. Около тысячи подготовленных одарённых. Самые слабые — третьей категории силы.

Ненадолго задумываюсь. В одиночку мне не пройти. Даже если прорву первые линии защиты, дальше меня окружат и подтянут дополнительные силы. А если количество одарённых действительно будет таким, то расклад вовсе выйдет печальным.

Да, со мной будут и другие, но продемонстрировать высокий уровень мощи сможет разве что Салвец. По крайней мере на текущий момент.

И это значит одно — необходимо срочно укомплектовать отряд и приступать к тренировкам. Требуется до максимума подтянуть уровень бойцов. Даже если не рассматривать вариант при котором я отправлюсь на штурм Рима в самом начале мятежа, то рано или поздно мне всё равно предстоит столкнуться с императором. А значит, придётся иметь дело и с его личным батальоном охраны. Да и преторианцев никто не отменял. Плюс, римские легионы тоже насыщены сильными одарёнными.

Не самый удачный расклад. Я бы предпочёл подобраться к императору в момент его замешательства и решить всё одним ударом. Но всё упирается в прогресс новичков и наличие времени. К тому же, у меня ещё даже нет отряда.

Корректирую план, который успел сложиться в голове и озвучиваю следующий вопрос.

— Когда состоится приём?

В эмоциях проконсула проблёскивает вспышка интереса.

— Завтра вечером. Тебя доставят к моменту, когда все уже соберутся, чтобы не привлекать лишнего внимания. Представят экспатом из Китая, который обосновался на Ближнем Востоке, а сюда прибыл с бизнес-визитом.

Кивнув, уточняю ещё один момент.

— А досрочный выпуск новых курсантов состоится через неделю, верно? То есть у меня всего пять дней, чтобы подготовить людей к схватке.

Прадед Тео молчит. Транслирует в окружающий мир колебания. Потом осторожно предлагает.

— Поэтому, мы и хотели выделить тебе Марка в качестве помощника. Ну а идеальным решением, было бы раскрытие механики тренировок, чтобы мы смогли начать массовое обучение. В легионах тоже немало одарённых — их можно изолировать от преторианцев и натаскать.

Отрицательно качаю головой.

— Скорее всего можно. Только в таком случае, многократно возрастает риск утечки информации. К тому же есть ещё один момент, который ты не учитываешь.

Глава провинции поднимает брови вверх и я добавляю.

— Мало знать, как это делается. Нужно ещё располагать определёнными особенностями. Которые вряд-ли встречаются на каждом шагу.

Тут я практически не лгу — сомневаюсь, что в этом мире полно Мастеров, добравшихся до вершины развития своего Пути. Только такие способны определить направление любого одарённого, кем бы он ни был. Все прочие видят лишь тех, кто относится к их собственному Пути. Плюс, какие-то смежные ниши.

Усмехнувшийся проконсул пожимает плечами.

— На успех я и не рассчитывал, но попытаться был должен. Какой теперь план? Что поменялось?

Вздохнув, пожимаю плечами.

— Концепция. Придётся прорываться к императору с боем, вместо того, чтобы прикончить его одним ударом в самом начале. А это значит, мне нужно ознакомиться с вашей военной стратегией.

Ещё раз глянув на карту, уточняю.

— Насколько я понимаю, она строится на быстром прорыве к Риму? Или вы предполагаете, что остальные провинции восстанут вслед за Балканами?

Веспасиан тоже косится в сторону висящего на стене экрана.

— Не факт. У нас почти идеальная ситуация — настроения проконсула и легионов совпадают. У остальных дела обстоят несколько хуже. Либо главы провинций из числа новой аристократии, лояльной Луцию, либо легионы набиты “железнолобыми”.

Забавно. На что они вообще тогда рассчитывали? Вернее, в случае успешной ликвидации императора, понятно на что. Но даже при таком раскладе, мог найтись кто-то из его окружения, готовый “принять бремя власти”. А если отталкиваться от того, что во главе Рима стоит параноик идущий по Пути Разума, с него станется оставить ментальные закладки на случай своей гибели. Как минимум старшим преторианцам, которые держат под контролем всех остальных.

При таком раскладе, начавшийся мятеж автоматически превращается в полноценную гражданскую войну. Долгую, кровавую и в потенциале могущую закончиться распадом империи на части. Или вторжением внешнего противника.

— То есть вы ставили на прорыв к Риму?

Проконсул глухо что-то ворчит, излучая недовольство.

— Мы собирались убить Луция. А потом начать поход на столицу, да. Но ты сорвал нам все планы.

Медленно качнув головой, отвечаю.

— На самом деле тебе стоит сказать мне спасибо, дед. Действуй вы таким образом и нарвались бы на отпор. Или думаешь, преторианцы разом поднимут руки вверх? А выпускники всех этих академий просто застрелятся? Вам бы пришлось ввязаться в долгую войну, без серьёзных шансов на оглушительную и быструю победу.

Сам проконсул молчит, чуть смутившись после слова “дед”, а вот Гирр решает отреагировать.

— Всё ведь завязано на Луции. Как только исчезнет фигура императора, менталистам станет некому служить. Какой смысл сражаться, если повелитель, которому ты дал присягу, мёртв?

Поворачиваю голову к аристократу. Судя по излучаемым эмоциям, он и правда верит в свои собственные слова. Как минимум, считает их заслуживающими доверия.

— Подумай. Менталисты, которые служат императору. Не устраивают заговоров, не пытаются его убить, не бегут за границу. При том, что их ещё и забривают туда насильно.

Он разводит руками.

— Тот факт, что старший командный состав преторианцев как-то влияет на разумы остальных, очевиден. Но долгосрочный ментальный контроль невозможен. А для обновления…

Не выдержав, разражаюсь смехом. За спиной громко фыркает Салвец. Вот хмурый Веспасиан, судя по всему собирается задать вопрос, но я опережаю его, начиная говорить первым.

— Посчитайте количество отдельных соединений. Прикиньте, кто стоит во главе — относятся они к тому самому старшему составу или нет? Как быстро они поднялись по карьерной лестнице? Какое количество небольших автономных групп присутствует на территории империи? Какова частота их контактов с командованием?

Сделав паузу, продолжаю.

— А главное, почему никто из них, ни разу за всю историю существования преторианцев, не пытался обрушиться на императора? Ведь, если отталкиваться от вашей теории, командующий гвардией может отдать любой приказ. И перепрошить мозги “железнолобых” так, чтобы они подчинялись ему. Даже если не рассматривать такие кардинальные шаги, он должен быть фигурой номер два в империи. Но что-то мне подсказывает, к нему не обращаются за протекций и он не пытается продвинуть на ключевые посты своих родственников и друзей. Не пользуется властью, которая у него есть. Почему?

Гирр озадаченно хмыкает. Ну а задумчивость сейчас излучают сразу все присутствующие. Первым свои мысли озвучивает проконсул.

— Хочешь сказать, что сам император тоже менталист?

Глянув на него, показательно хлопаю в ладони.

— Неужели. До кого-то наконец дошло. Ваш хвалёный Луций, поднялся за счёт своего дара. И построил систему личной власти, активно его используя. Да, вы можете его убить. Но преторианцы и все те, кого он держит под прямым контролем, продолжат сражаться. Как минимум по той причине, что их хозяин оставил ментальные закладки с подобными установками.

Сразу, как заканчиваю говорить, слышится звонкий голос Марко.

— Но ведь долгосрочный контроль невозможен. Как он это делает?

Тяжело вздохнув, поворачиваю к нему голову.

— Вот сам у него спросишь, перед тем, как эта скотина сдохнет. Конечно, если доживёшь до того момента и будешь рядом.

Ещё раз оглядев присутствующих, решаю, что на этом можно закончить.

— С военными планами ознакомьте Салвец. Заодно и Давден пусть присмотрится. Потом они уже доложат мне. А сам я начну подготовку к завтрашнему приёму.

Озадаченно хмыкнув, уточняю.

— Здесь есть помещения для тренировок? Моим людям понадобится место для практики. Плюс, нужна как минимум одна комната с мощной вентиляцией. И не помешают образцы лёгких отравляющих веществ. Нелетального действия.

Мои слова вызывают искренний интерес у всей троицы, но к счастью в расспросы они не погружаются.

— Я распоряжусь и для вас всё подготовят. Образцы веществ тоже достанут. Если потребуется что-то ещё, просто обращайся к Рэдди. Он теперь закреплён за вами.

Сначала не понимаю о ком он, а потом вспоминаю того слугу, что провожал нас сюда.

Кивнув, разворачиваюсь и шагаю к двери. Ранна двигается следом. Когда оказываемся в коридоре и снова идём за молчаливым слугой в ливрее, внезапно тихо говорит.

— Это же будет война. Большая и настоящая. Если всё развернётся не так, погибнут миллионы. А ещё есть эти адепты и все остальные. Всё может повернуться в любую сторону.

Не уверен, кого именно девушка подразумевает под “всеми остальными”. Но в целом, она права. Полностью и абсолютно.

— Да. Скорее всего развернётся мясорубка, в которой погибнет немало людей.

Та поджимает губы и тихо хмыкает.

— Там же будет масса обычных жителей. Простые люди, которые живут простой жизнью.

Слегка поворачиваю к ней голову.

— А эти твои простые люди смотрят новости? И могут думать? Думаешь они не понимали, к чему идёт, когда начали прессовать Сенат? Или начались чистки среди аристократии? О нет, они прекрасно всё осознавали. И могу поспорить, радовались в душе. Ну а как же, те, кто всю жизнь стоял над ними, теперь втоптаны в грязь и раздавлены. Многие вообще убиты. Повод для праздника.

Отмечаю, что шагающий впереди слуга излучает концентрированное внимание и внутренне усмехаюсь. Сам же продолжаю.

— Вот, представь. Сидит обыватель перед телевизором с бутылкой пива в руке. И смотрит на публичный суд над аристократами, который и так понятно, чем закончится. Он ведь искренне наслаждается процессом. Получает дофамины без всякого напряга и риска. Те, кому он завидовал, теперь повержены. У народа нашёлся свой защитник.

Громко цокнув языком, подвожу итог.

— Только это стадо тупых дебилов, не понимает одной простой истины. Когда наверху есть какая-то конкуренция, социальные лифты работают и шанс имеется у каждого, кто способен оторвать жопу от продавленного дивана и начать что-то делать. Но стоит власти оказаться в руках одного лица, как всё застопоривается. Вариантов подняться наверх всё меньше. Вернее, он остаётся только один — лизать нужную жопу и сглатывать. Все, кто не хотят этим заниматься, оказываются в пролёте.

Несколько секунд молча шагает рядом. Наконец выдаёт ответ.

— Может ты и прав. Но… Что они могли сделать? Против них была армия, полиция, безопасность.

Недовольно морщусь и пытаюсь объяснить.

— Армия? Её саму зачистили одной из первых. Боевые офицеры, ветераны рядового состава, легаты — убрали тех, кто что-то собой представлял и был готов сражаться за свободу. Военные смолчали. Не ударили по Риму, не стали развешивать на столбах чиновников, не попытались перебить преторианцев. Пара заговоров была, да. Но и только. То же самое проделали с полицией и безопасностью. Ты же не думаешь, что они изначально были сворой ублюдков, с единственным достоинством в виде лояльности царствующей жопе?

Синеволосая непонимающе хмурит брови.

— А обычные люди тут причём?

Коротко смеюсь.

— При том, что они всё знали. И если с Сенатом и репрессиями против аристократов, я ещё могу их понять, то здесь ситуация иная. Увольняли, арестовывали и убивали лучших. Это знали все. Могу поспорить, сарафанное радио донесло новости до каждого уголка империи. Но, если не брать в расчёт редкие исключения, никто даже не попытался как-то выразить недовольство. Выкатись гражданские на улицы, легионы наверняка взялись бы за оружие. Сложно решиться на выступление, когда ты чувствуешь себя окружённым врагами. Куда легче, если понимаешь, что остальные тоже осознают происходящую несправедливость.

Мы уже добираемся до входа в крыло и Рэдди оставляет нас, с интересом покосившись на меня. А вот клиентка тихо замечает.

— Мне всё равно их жалко. Пусть ты и считаешь большинство людей тупым мясом, но они ведь могут измениться, если обеспечить им условия.

Губы сами собой расходятся в усмешке и я указываю на очевидный факт.

— Как раз стаду и нужны условия. Чтобы появился кто-то, готовый выполнить работу за них. Будь человечество менее ущербным, выгрызло бы счастливое будущее самостоятельно. Но они каждый раз предпочитают пастухов, вручая им ключи от своих жизней.

Этот аргумент ей крыть нечем. К тому же мы добираемся до остальных — собрав их в небольшой гостиной, которая имеется в этой части крыла, рассказываю об итогах встречи.

Закончив, даю приказ подготовиться к тренировкам. А сам останавливаю взгляд на Сидни. Последняя из одарённых, у которой не проявился её Путь, если не считать Салвец.

— В мою комнату. Живо.

Поднявшись на ноги, шагаю в сторону апартаментов. Сводная сестра плетётся следом, а рядом быстро оказывается Ранна. Покосившись назад, шепчет.

— В прошлый раз было неплохо, но я не хочу сейчас с ней. И вообще, у неё же нет зависимости!

Последние слова звучат достаточно яростно и я невольно усмехаюсь. Забавно. То есть она всё же использовала речь Айлы для оправдания групповых занятий в постели. От которых сама же получила массу оргазмов.

Глянув на неё, уточняю.

— То есть мне всё сделать самому?

Чувствую мощную волну негодования, которую выплёскивает на меня девушка. А в следующий момент висящий на стене светильник, с лязгом сжимается, став бесформенным куском металла.

Качаю головой. Девушки бывают странными. Могу поспорить, даже если залезть ей в голову, то отыскать логическую причину разницы в реакции, будет проблематично.

— Её направление ещё не открыто. Ты ведь не забыла, что Сидни тоже одарённая?

Теперь она транслирует удивление, которое быстро заменяется на смущение.

— То есть ты… А она просто… Почему сразу не объяснил?!

Остановившись около двери, пожимаю плечами.

— А я был должен? К тому же никто не знает, как развернётся ситуация.

Снова злится, морща нос и яростно смотря на меня. Но комментариев больше не озвучивает.

Я же захожу внутрь и усевшись на край постели, киваю в сторону кресел, стоящих по обе стороны от небольшого столика.

— Усаживайся. Всё, что тебе нужно сделать — максимально расслабиться. И разум, и тело. Понятно? Никакого напряжения.

Девушка, одетая в футболку и облегающие спортивные штаны, с некоторой опаской мостит задницу в кресло. Косится на меня.

— А зачем? Что ты собираешься сделать?

Страх. Пожалуй, с этим сейчас тоже надо будет поработать.

— Всего лишь выяснить природу твоей настоящей силы.

Пару секунд молча смотрит на меня. Потом кивает и прикрывает глаза. Я же оглядываюсь по сторонам. В самолёте прослушка вроде как отсутствовала. По крайней мере так утверждала Ранна — девушка проверила всё пространство вокруг, используя свои возможности.

Но она не упоминала, что проверяла здание. Вздохнув, поворачиваю голову к синеволосой.

— Пока я занимаюсь процессом, просканируй все апартаменты. А ещё лучше всё крыло. Если найдёшь камеры или жучки, уничтожь.

Та бросает подозрительный взгляд на Сидни, которая сползла в кресле, слегка раздвинув ноги. Но всё же укладывается на постель, тоже закрывая глаза. Пока ей проще работать именно так — с телом в состоянии покоя и без отвлечения на внешние факторы. По крайней мере, если речь идёт о каких-то ювелирных задачах, требующих концентрации.

Сам я сосредотачиваюсь на разуме Сидни. Для начала проверяю и обновляю установки. Переплетаю их с базовыми компонентами её сознания, делая неотъемлемой частью характера. Теперь девушка не будет испытывать страха по отношению ко мне и без колебаний выполнит любой приказ. Даже если я дам команду прыгнуть в километровую пропасть.

Закончив, пытаюсь добраться до её источника. Получается с первой попытки — многочисленные смерти одарённых серьёзно подняли мой уровень силы.

Вот с Путём её развития, сразу определиться не выходит. Приходится потратить какое-то время, чтобы его идентифицировать. А когда это получается, чувствую прокатившееся по сознанию удолетворение.

Отцепившись от разума девушки, довольно потягиваюсь, сидя на кровати. Направление Пути очень узкое. Но если она будет показывать настолько же быстрый прогресс, как все остальные, то быстро станет крайне смертоносной.

— Открывай глаза. И готовься услышать новость, которая изменит твою жизнь.

Глава XIX

Перед тем, как начать рассказывать, бросаю вопросительный взгляд на Ранну. Та, пожав плечами, объясняет, что нашла и уничтожила около полусотни устройств наблюдения. При этом транслирует вполне очевидное смущение. Видимо синеволосая не подумала, что за нашим сексом будут наблюдать через прицелы видеокамер.

Впрочем, когда начинаю излагать, чуть отвлекается от своих мыслей. И не зря — у Сидни Путь Крови. Если быть более точным, относительно узкая его специализация — она может работать только с лейкоцитами.

На первый взгляд, далеко не самый эффективный вариант, у которого имеется только ограниченное применение. И это на самом деле так. Зато в тех областях, которые ей подвластны, возможности почти безграничны.

Во-первых, девушка способна работать в медицине. Тяжелые пациенты, у которых проблемы с иммунной системой, больные переживающие иммунный шок и так далее. Все случаи, когда требуется ускорить деление лейкоцитов, либо целенаправленно ударить ими по определённому объекту.

Второй вариант, куда более интересен. Она может убить любого человека, устроить ему тот самый иммунный шок. Только куда более сильный, чем в “естественном” случае. Например, обрушить всю мощь лейкоцитов на нейроны головного мозга. Или сердце. На худой конец — заблокировать артерию.

Ещё один плюс — от такого удара сложно защититься. Требуется артефакт, изготовленный одарённым, который идёт по Пути Крови. Или кем-то из тех, кто практикует Путь Жизни, либо одно из его многочисленных ответвлений.

В теории, тут тоже могут быть профильные техники. Да и артефактологи вопросами подобной защиты занимаются. Но всё упирается в их эффективность. И само собой, стоимость артефактов.

Тем более, одно дело — защититься от одарённого на уровне Ученика и совсем иное — противостоять Подмастерью. А если учитывать скорость развития местных жителей, Стоун может выйти к этой планке буквально за пару недель. При условии, что будет постоянно тренироваться.

Кратко объяснив ей расклад, выхожу в коридор и добираюсь до выхода из крыла. Мне навстречу сразу шагает Рэдди и я озвучиваю причину своего появления:

— Мне нужны люди, которых можно убить.

Слуга непонимающе хмурит брови, а один из охранников опасливо косится на меня, после чего двигает пальцами правой руки. Сам он наверняка считает, что незаметно, но я отлично чувствую, как начинает работать защитная техника. Эти-то почему меня боятся? Предупреждены? Или с ними успел потолковать Давден?

— Сколько? И для каких целей?

Мужчина наконец справляется с удивлением и теперь смотрит на меня с таким видом, как будто принимает заказ на брусничные пироги.

— Для начала человек десять. Завтра утром ещё, хотя бы десяток. Но лучше — больше. Они понадобятся для практической подготовки моих людей. И я думаю, стоит найти пару помощников, чтобы уносить трупы.

Мужчина излучает определённую толику непонимания, но вместо вопросов наклоняет голову.

— Всё будет сделано, господин Теодор. Через полтора часа вам доставят требуемое. Господин Веспасиан передал мне все остальные запросы, и они тоже будет готовы приблизительно к этому времени.

Кивнув ему, разворачиваюсь, шагая назад. По пути, размышляю, не стоит ли вбить в голову Давдена определённые установки. Например, запретить разглашать информацию. И наложить ограничения на свободные контакты с третьими лицами.

Потом понимаю, что подполковник быстро догадается обо всём. Стоит мне поставить блок на определённые действия, как он сложит два плюс два, после чего гарантированно впадёт в ярость. А зачем мне впавший в боевое безумие безопасник под боком?

Стоп! А зачем мне вообще этот безопасник? Сваливать на него административную работу? Так её пока и нет. Будет, безусловно, но с этой задачей может справиться и кто-то ещё. Тем не менее я притащил его сюда. Аж из самого Дели. Зачем?

Невольно возникает мысль о ментальном воздействии на свою собственную персону, но если подумать, это просто невозможно. Даже умудрись некто поставить ментальную закладку, она бы точно сгорела в том океане силы, который лился из-за Грани во время контакта с Бабуром. Да и среди тех, кто мог провернуть что-то подобное, на ум приходит только Алейна.

Хотя, есть ещё Сай Нго. Может сухонький вьетнамец оказаться менталистом высшей категории? В теории, да. Плюс, он тоже способен использовать ту же самую силу, что и иномирянка в теле бабушки Джоши.

Как итог, возвращаюсь к себе и нырнув в “чертог”, тщательно сканирую разум на предмет чужого вмешательства. Убедившись, что таковое отсутствует, возвращаюсь обратно в реальность. Размышляю. Останавливаюсь на мысли, что тут сыграл роль целый набор факторов. Начиная с того, что Давден оказался одним из местных людей, которых я знаю дольше всего. И заканчивая некоторой схожестью — для него вся эта история тоже приобрела личный оттенок. Да, его не предали, но всё равно изрядно потрепали семью. Насколько, я понял, отправив некоторых её членов на тот свет.

Занятно. Никогда бы не подумал, что стану таскать с собой кадрового контрразведчика, используя того как своего рода талисман. Это определение приходит в голову само по себе, и на момент меня охватывает веселье.

Впрочем, уже через минуту я переключаюсь на рабочие задачи. Объясняю девушкам порядок тренировок. Рассказываю, что именно нужно делать. Второй раз наведываюсь к Рэдди, на этот раз запросив мужчин и женщин. Эти после экспериментов Фабии точно выживут, но возможно чуть двинутся головой.

Потом принимаюсь за работу с рекрутами. Очищаю их разумы от инструкций, оставленных Алейной, и закладываю свои собственные установки. Всё стандартно: полное подчинение, обеспечение моей личной безопасности и абсолютная преданность. Плюс, определённая автономность в действиях.

Закончив, ещё несколько секунд сижу на стуле, рассматриваю троицу, что уложена на кровати. Пожалуй, надо будет выпить кофе. И перекусить. Я не ел с… А действительно, сколько? Пожалуй, прошли полные сутки или чуть больше.

Стоит об этом подумать, как желудок моментально принимается урчать от голода. Есть соблазн немедленно подняться с места и добраться до Рэдди, запросив еды. Но сначала надо закончить дела здесь.

Касаюсь сознаний бывших рекрутов, нанося по одному острому уколу, и те моментально начинают ворочаться. Первым приподнимает голову парень в дредах. Глянув в одну сторону, замечает лежащую заучку и хмурится. Потом бросает взгляд на блонду, что лежит в коротенькой юбке и на лице появляется лёгкая улыбка.

Наконец обращает внимание на меня. Тут его лицо приобретает выражение полного изумления, а эмоции закручиваются в лихой коктейль.

— Что…?! Как мы здесь оказались вообще? Это какая-то программа обучения?

Его голос заставляет подняться зубрилу. Она тоже ведёт взглядом по сторонам и на лице появляется настоящая паника. Понимаю, если женщина приходит в себя на кровати, где находится ещё пара человек, это может изрядно смутить. Хотя в данном случае, они все одеты. Волноваться вроде не о чем.

Последней поднимается блондинка. Критично глянув на остальных, усаживается на кровати, поджав под себя ноги. Упирает взгляд в меня. И с лёгкой хрипотцой уточняет:

— Нас же чем-то вырубили, да? Я как раз тренировалась с газом, когда открылась дверь. А потом всё, как отрезало..

Помрачневший паренёк с дредами трёт лоб рукой.

— Слушай, а я ведь тоже практиковался. И, просто отрубился.

Брюнетка с зализанными волосами непонимающе хмурится и вдруг тычет в меня пальцем:

— Это ведь — вы? Какая-то безумная программа подготовки?

Отрицательно качаю головой и демонстрирую им лёгкую усмешку.

— Во-первых, поздравляю. Вы выжили. Остальные рекруты мертвы. Во-вторых, вас взяли под ментальный контроль. Сразу скажу, это сделал не я. Тем не менее, память за определённый промежуток времени отсутствует. По той простой причине, что вы играли роль одушевлённых кукол.

Сделав короткую паузу, продолжаю:

— И наконец, в-третьих, могу поздравить с зачислением в мой отряд. Теперь все вы заговорщики, которые собираются убить императора Рима.

Пару секунд с ошеломлённым видом смотрят на меня. Наконец, сидящий в центре парень, осторожно интересуется.

— Это ведь шутка, да? Какой контроль? Кто нас атаковал? При чём тут вообще Рим, если мы в Дели? Да если я окажусь в империи, меня сразу арестуют.

Ещё раз кривлю губы в усмешке.

— Человек, который подмял ваши разумы под себя, уже мёртв. Не стоило ему пытаться лично достать меня. А вы уже давно не в Дели. Балканы. Провинция Римской империи.

Парень замолкает, а вот блондинка яростно выпаливает:

— Я не собираюсь слушать этот бред! Ладно вы издевались над нами при обучении. Но уложить троих студентов в кровать, а потом вот так открыто над ними стебаться? Вам кто-то говорил, что вы так себе преподаватель?

Перевожу на неё взгляд.

— Если начистоту, то я вовсе не преподаватель. Максимум меня можно назвать наставником. И не самым лучшим, тут ты полностью права. Но вы на самом деле находитесь под Белградом. Более того, включены в мой отряд, который фактически уже примкнул к заговорщикам.

Блонда шумно выдыхает воздух и вскакивает на ноги, одёрнув короткую юбку. Было шагает к двери, но я тут же рявкаю:

— Стоять!

Девушка замирает на месте, непонимающе хлопая глазами.

— Задрала майку. Выкрутила соски. Быстро!

Выполняет команду и кривится от боли. А вот в глазах дредастого парня появляется странное выражение. Вроде он и доволен зрелищем, но при этом испытывает отчётливый дискомфорт. Видимо не нравится, что команды отдаёт другой мужчина.

— Теперь попрыгала на правой ноге.

Блонда отрывает левую конечность от пола и делает несколько прыжков. Я же уточняю.

— До тебя уже дошло, что выбора нет? Или хочешь продолжить эксперименты?

Мгновение, и слышится её прерывающийся из-за прыжков голос:

— Как вы это делаете?

Ещё раз пожимаю плечами.

— Ментальный контроль. Теперь вы полностью преданны мне и не сможете нанести никакого вреда. Более того, если понадобится, умрёте, чтобы я жил. Так что на вашем месте, я бы постарался не доводить всё до какой-то крайней ситуации. Плюс, выполняете любые приказы. Если я дам команду станцевать стриптиз, а потом заглотить хер вон того парня, ты именно так и сделаешь. Понятно?

Ответить не успевает. Дверь комнаты открывается и внутрь заглядывает Ранна. Пристально пялится на колышущуюся грудь блонды, которая так и не опустила майку. Переведя взгляд на меня, сухо говорит:

— Я собиралась узнать, не хочешь ли ты перекусить. Но как вижу, ты тут немного занят.

Не успеваю ответить, как уже захлопывает дверь, излучая сильное раздражение. А мне остаётся только вздохнуть. Синеволосую я почувствовал ещё в момент, когда та шла в эту сторону по коридору. Но почему-то не подумал, что она заглянет внутрь.

— Стоп! Прикройся и вернись на кровать.

Ошарашенная блонда усаживается на постель, одёргивая майку, а ещё раз прохожусь по ним взглядом.

— Запоминать имена я не хочу. Тем более, вас будет много. Будете номерными бойцами. Первая, второй, третья. Отныне это ваши позывные внутри отряда. А теперь встали и двинули в душ. Рядом ещё две свободные комнаты, можете занимать обе. Ни с кем не конфликтовать, силу применять только в случае угрозы для жизни. Тренировки через полчаса, так что вам стоит поторопиться.

Вопросов не задают. Слишком растеряны и ошеломлены внезапным поворотом событий. Что-то мне подсказывает, такого они точно не ожидали.

Сам я всё-таки отправляюсь поесть. Как быстро выясняется, рядом с гостевым крылом есть и столовая, где мы располагаемся на перекус. Хотя, когда пара официантов споро начинает таскать блюда, быстро понимаю, что это скорее плотный обед: фазаны, утки, свинина. Плюс, пара вариантов гарнира: несколько десертов, кофе и даже три бутылки с вином.

Алкоголь сразу запрещаю. А вот всё остальное бойцы радостно уминают. Не один я испытывал чувство голода.

Пятнадцать минут выделяю на послеобеденный отдых. Но это для всех остальных. Сам же уединяюсь в комнате с Салвец и запускаю в работу её источник, активируя Путь одарённого.

Тут всё предсказуемо — точно такой же Путь Разума, как у меня. А учитывая её навыки работы с ментальными техниками, женщина по сути стартует с позиции младшего Подмастерья. Всё, что нужно — потренироваться и отточить практические навыки. После этого, в моей команде появится ещё один мощный боец.

Пока нахожусь внутри её сознания, ненавязчиво изучаю мысли. На всякий случай. Анне я доверяю, но учитывая опыт прошлого мира, никогда не помешает подстраховаться.

К счастью ничего кроме желания мести и надежды на легальное возвращение в Рим, к которым примешиваются размышления о карьерном росте, я не нахожу. Вернее, имеется ещё один момент — она остро интересуется темой перемещений между мирами и моим прошлым. Но это как раз объяснимо, я бы на её месте тоже хотел больше узнать о неизвестное ранее сфере.

Закончив, перемещаюсь в часть здания, которая уже подготовлена к тренировкам, и всё происходящее сливается в один сплошной ряд картинок.

Вот я пытаюсь объяснить Сидни, как именно концентрироваться на лейкоцитах и что себе представлять. Дальше уже стою около Первой, наблюдая, как та пытается расщепить на безопасные составляющие газ, находящийся внутри металлического баллончика. Потом тренирую Третью, которая пытается освоить выпаривание воды.

И так с каждым. Перемещаюсь от одного к другому, консультируя, рассказывая, направляя. К вечеру начинаю понимать, почему работа преподавателя подходит далеко не всем людям. Пожалуй, для такого нужно либо очень любить нести знания в массы, либо быть законченным мазохистом. Впрочем, есть и третий вариант — особо не напрягаться, формально выполняя задачи и получая зарплату.

Правда, в моём случае, такой подход не прокатит. От навыков этих одарённых зависит моя собственная жизнь. Чем дальше они уйдут в развитие по своему Пути, тем выше мои шансы на победу.

Единственная, кому не требуется помощь, это Ранна. Синеволосая сама крушит металлические конструкции, останавливает пули и безжалостно плавит пластины бронежилетов. Видимо вымещает раздражение, что накопилось за день.

Около полуночи отправляю всех спать. Для одного дня, они и так добились неплохих успехов. Ну а мне нужно подумать о том, кого именно взять с собой завтра. И в каком формате будет оптимально обеспечить маскировку.

Когда оказываюсь в комнате, Ранна уже лежит под одеялом, транслируя множество разносторонних эмоций. На момент задерживаюсь около порога, но быстро решаю, что для разговора я слишком устал. К тому же, мы уже беседовали на тему контактов с другими девушками, и тогда я сказал всё, что хотел. Да и ей наши сегодняшние игры, вроде пришлись вполне по душе.

Спустя десять минут уже выбираюсь из душа. Забравшись под одеяло, вытягиваюсь на спине, предполагая поработать над “чертогом”. Но стоит прикрыть глаза, как чувствую шевеление под боком. Синеволосая переворачивается на другой бок, а потом полностью скрывается под одеялом.

Ещё секунда, и её губы обхватывают мой член. Неожиданно! Особенно, если учесть её поведение во второй половине дня.

Отбрасываю в сторону одеяло, наблюдая за тем, как в полутьме двигается голова девушки. Впрочем, длится это недолго. Пара минут, и она уже отодвигается в сторону. Укладывается на спину, разводя ноги. Намёк более чем прозрачный! Так что через несколько мгновений мой член оказывается внутри, а девушка глухо стонет, прикусив нижнюю губу.

Через какой-то промежуток времени укладываю её на бок и меняю отверстие, вогнав член в задницу. Когда заканчиваю, девушка сразу уносится в душ. Топаю следом. Забравшись под струи воды поворачиваю к ней голову.

— Что это было?

Та косится на меня и слегка морщит нос.

— Я захотела, чтобы ты меня трахнул. Это разве странно?

Слова звучат вполне логично, но вот эмоции у неё какие-то чудные. Постоянно меняются и плавают. Ревность, желание, страх, любовь. Стоп! Что?!

Присматриваюсь. Анализирую. Окружаю её разум облаком силы, вычленяя малейшие детали.

— Ты в норме? Выглядишь странно?

Моргнув, понимаю, что уже около минуты неподвижно стою с мочалкой в руке. Киваю ей.

— Ничего не хочешь мне сказать?

Момент смотрит мне в глаза, а потом внезапно усмехается.

— Мастеру Разума? Такие, как ты, должны и так всё знать, разве нет?

Приняв душ, возвращаемся в постель, и клиентка почти сразу отключается. Я же ещё раз прогоняю в голове ситуацию, пытаясь разложить всё по полочкам, но усталость берёт своё. е замечаю как проваливаюсь в сон.

* * *

С усилием подняв веки, пытаюсь понять, что именно меня разбудило. Потом чувствую отклик сознания Салвец — женщина стоит за дверью апартаментов. А следом на уши обрушивается грохот громкого стука.

— Тео! Просыпайся. И посмотри последние новости! Лучше прямо сейчас!

Глава XX

Вздохнув, тянусь к тумбочке. Но быстро понимаю, что там лежит только телефон, который мне вручил куратор первого курса. Тот самый аппарат для связи с Веспасианом, на котором нет приложений и заблокирован почти весь функционал.

Вот же сучье дерьмо! И почему я вчера не попросил у Рэдди новый?

Встав на ноги, накидываю халат. Добравшись до двери, отпираю замок и распахиваю её. Протягиваю руку вперёд.

— Мне нужен твой телефон.

Менталистка бросает взгляд куда-то за моё плечо. Обернувшись, вижу обнажённую Ранну, которая поднялась на ноги и сейчас потягивается, делая вид, что не замечает открытой двери.

Это что сейчас такое было? Всплеск ревности? У Салвец? Мне кажется или мир сходит с ума?

— Телефон.

Та тихо кашляет и отрывает взгляд от голой девушки, переведя его на моё лицо. Протягивает мне планшет, который сжимает в руках.

— Дворецкий притащил только это. Для новостей сойдёт.

Кивнув ей, закрываю дверь. Пожалуй, чуть позже надо будет разобраться в ситуации. Надо признать, всё куда проще, если у тебя есть ментальный контроль. Никаких потенциальных конфликтов. Может просто вбить одной из них пару установок в голову?

Впрочем, эти мысли улетучиваются, как только я опускаю взгляд на экран планшета. Сейчас там открыта статья с громким заголовком “Мальчик, который смог — раскрыта тайна бойни в Дели”.

И всё бы ничего, но рядом с заголовком висит моя фотография. Вернее, это снимок ещё старого Тео, с висящими щеками и заплывшим от жира лицом.

Грёбанные же сучьи выродки! Какого хера? Кто смог вплести меня во всё это дерьмо? Откуда журналисты могли что-то узнать?

Вчитываюсь в текст. И постепенно понимаю, что неизвестные сценаристы полностью отработали получаемую зарплату.

Жизнь Тео до момента начала обучения, они пропускают. Уделяют этому лишь один абзац. Мол, парень страдал, подвергался унижениям и был замкнут. Жил в доме с мачехой и сводной сестрой без особых перспектив.

Тут же отмечают, что в университет имени Джанко его отдали лишь с целью полностью лишить наследства и статуса официально признанного одарённого.

А вот дальше начинается неплохо продуманный сюжет. Если ему верить, то Тео оказался завербован римской разведкой, которая в какой-то момент использовала на нём экспериментальную технологию, сделавшую парня менталистом. К этому пункту сразу же добавляют и Салвец. Якобы она была агентом Рима и занимая профильную должность в университете, прикрывала Ли-Корнелия, помогая ему скрыть свои способности. Более того, оказывала прямую поддержку.

В следующих двух абзацах, журналисты проходятся по контрразведке. По их версии министерство безопасности облажалось несколько раз подряд. Начиная с того, что доверило следствие завербованному Римом майору Давдену Джоши и, заканчивая попыткой департамента специальных операцией провести контригру, которая закончилась их собственным разгромом.

Дальше они расписывают, каким именно образом я расширял агентскую сеть, беспощадно воздействуя на разумы людей при помощи Салвец, обеспечивая контроль и убивая. Достаточно грамотно стыкуют разрозненные сцены — не знай я, как всё происходило на самом деле, вполне мог бы поверить сам.

Самый эпичный кусок текста начинается в конце. Репортёры утверждают, что группа агентов, во главе со мной, активировала некие ментальные артефакты, которые мы перед этим разместили на территории Дели. Что привело к столкновениям между силовыми структурами и массовым беспорядкам. А чтобы остановить хаос было некому, мы заодно ещё и ударили по правительству с парламентом.

Откуда у юного студента, сотрудника министерства безопасности и преподавателя университета, взялись эти самые артефакты и что они собой представляют, авторы статьи не объясняют. Лишь ссылаются на тот факт, что это — разработка Римской империи.

Ну, а заканчивается всё это словами о нашем побеге из Индии и перелёте на борту грузового самолёта в Римскую империю.

Дочитав, поднимаю глаза на Ранну, которая стоит напротив, натянув только чулки. Впрочем, увидев моё выражение лица, девушка перестаёт транслировать возбуждение и озадаченно хмурится.

— Что-то случилось?

— Да. Случилось. Накинь халат и иди к Рэдди. Мне нужны ещё два планшета и телефон, который нельзя будет отследить по сигналу, либо адресу подключения. На всякий случай уточни, что я собираюсь авторизоваться в социалках и выложить видео. Пусть подготовят аппарат так, чтобы он не оставил следов.

Через несколько секунд синеволосая скрывается за дверью, а я усаживаюсь на кровать.

В целом, всё логично. Глупо было думать, что никто не пройдёт по нашему следу. Да, по моим прикидкам, это должно было занять куда больше времени. Но видимо вмешался кто-то из бывших в курсе общей ситуации. Возможно Сай Нго. А может быть та светловолосая шлюха, что возглавляет военную контрразведку. Либо — вообще кто-то третий.

Как бы там ни было, факт остаётся фактом — они смогли отследить наш маршрут. И ловко связали фактуру, подставив всех, кто улетел со мной. Стоит признать, грамотный ход. Только недавно Индия была расколота из-за боёв в столице. Военные, полиция и безопасники не доверяли друг другу, а обыватели тупо опасались всех.

Теперь же им рассказывают о том, что всё произошедшее на самом деле является актом агрессии противника. Что разом снимает все моральные вопросы и переводит ненависть в сторону Рима. Заодно поднимая боевой дух индийской армии, и увеличивая готовность общества пойти на жертвы.

Кто-то просчитал действия императора? Готовит социум к грядущей войне? Или они собираются ударить первыми? Вмазать по имперским войскам до того, как те сами начнут наступление?

Сразу же трясу головой. Вряд-ли. Этот вариант маловероятен. В непосредственной близости от границы римских военных не так много. А прорваться вглубь армии ФАС никто не позволит. Слишком мощные там укрепрайоны.

Значит предполагают играть от обороны. Вполне вероятно, уже сегодня начнут собирать резервистов и наполнять кадровые части пушечным мясом из резерва. А когда закончат, вполне могут начать и обычную мобилизацию. Чем больше солдат будет в строю, тем выше шанс выдержать первый удар Рима, не дав ему стать сокрушающим. Грубо говоря, не позволить легионам дойти до Индии. При таком раскладе, война скорее всего станет затяжной, что позволит ФАС рассчитывать на потенциальную победу.

Впрочем, больше всего меня волнуют слова о грузовом самолёте, на котором мы добрались до границ империи. Если предположить, что эта статья уже находится перед глазами правителя Рима и всех его подчинённых, что отвечают за безопасность, они наверняка проверяют данные по перелётам. По крайней мере, я бы на их месте точно этим озаботился.

Отыскать все грузовые рейсы, которые стартовали из данного аэропорта несложно. Это дело буквально пары минут. Столько же уйдёт, чтобы сформировать список точек посадки. А дальше останется лишь совместить очевидный факт — родство между обвиняемым и Веспасианом Корнелием.

Вашу мать! Не знаю, что за сучий выродок решил засветить меня перед римским императором, но я бы не отказался выпотрошить ублюдка. Вот прямо сейчас.

Правда, стоит признать, вопрос совсем в другом. Как быть? Сюда неминуемо явится противник. Преторианцы, имперская безопасность или кто-то ещё. Для меня глобальной разницы нет. В любом случае придётся сражаться. Или бежать.

Поднявшись на ноги, размышляю. Идея с телефоном неплоха. Как только меня обеспечат техникой, займусь. Но ложный след — это так, уловка на дурака. А недооценивать своего противника— одна из ключевых ошибок, часто совершаемых людьми.

Ладно. Предположим, император получил эту информацию в докладе. Как он будет действовать?

Принимаюсь мерить комнату шагами, набрасывая в голове варианты. Первым порывом, скорее всего станет приказ об обыске всей недвижимости проконсула и задержании его самого. Но Веспасиан популярен в войсках. Настолько, что его до сих пор не трогали, чтобы избежать проблем. Даже несмотря на то, что в легионах осталось не так много старых офицеров.

Советники наверняка порекомендуют правителю Рима быть более сдержанным. И для начала проверить информацию. В целом, достаточно привести довод о том, что ФАС хочет запустить конфликт внутри империи, чтобы сидящий на троне отбитый параноик задумался. Такие, как он, всегда видят в происходящих процессах чужую руку.

Хорошо. Как он поступит при таком раскладе? Самый очевидный вариант — отправит сюда преторианцев, чтобы всё проверить. Но в каком формате? И куда именно?

Опция первая — всё же даст команду “фас”, и его менталисты проникнут в разум Веспасина. Вернее. Попробуют это сделать. На руке прадеда Тео красуется кольцо Квинтуса. Формально он лишь пятой категории силы. Но судя по его ментальной броне, давно достиг, как минимум, третьего. Видимо попросту не желает привлекать к себе лишнего внимания.

Безусловно, это рискованно. Думаю сам император прекрасно осознает возможные последствия ошибки.

Опция номер два — оценить общий настрой самого проконсула и его ближайшего окружения. Проникнуть в мозги охранников и прислуги. И, само собой, проверить экипажи всех самолётов, что прилетали в Белград.

Открывается дверь и в комнату влетает хмурая Ранна, которая останавливается в паре метров от меня.

— Я уже всё посмотрела. У тебя ведь есть план? Или мы просто сбежим отсюда?

Слегка покачиваю головой.

— План в процессе оформления. А бежать мы не станем. В крайнем случае дадим этим ублюдкам бой здесь и сейчас.

Такое развитие ситуации, само собой не будет лучшим исходом. Но лучше так, чем снова ударяться в бега. Предполагаю, что со штурмовыми группами преторианцев мы как-то разделаемся. А потом займёмся легионами. Если верить прадеду Тео, они практически готовы к мятежу. И если всё пройдёт успешно, будут способны продержаться какое-то время. Хотя бы пару недель, за которые я смогу выковать подобие боевого отряда и обучить одарённых слаженно действовать, комбинируя свои возможности.

— Рэдди сказал, что телефон будет через полчаса. Раньше никак не получится.

Кивнув ей, останавливаюсь около сложенной на комоде одежды и принимаюсь облачаться. Пожалуй, стоит побеседовать с Веспасианом и озвучить ему свои мысли. Если всё сделаем правильно, имеется шанс избежать немедленного начала конфликта. Жаль в Дели не осталось никого, кто мог бы выступить в качестве инструмента давления на общественное мнение.

Хотя, стоп. Почему, никого? Марса Ситтова! Как мне кажется, красноволосая блядь заглотит предложение об интервью по самые гланды. Осталось только выйти на связь и договориться об условиях.

Одевшись шагаю к двери. На момент возникает желание попросить Ранну остаться, но потом решаю, что пусть лучше будет рядом. Девушка изрядно продвинулась по Пути Металла и в случае необходимости может быть смертоносно убедительной.

Проконсул, к которому нас проводит всё тот же слуга, обнаруживается в гостиной второго этажа. Не спеша потягивает кофе, опустив взгляд в экран планшета. Глянув на меня, приглашающе помахивает рукой, и я опускаюсь на стул напротив.

Странно. Как-то слишком безмятежно он выглядит. Внешний вид можно подделать, но у него и эмоции такие же. Никакого серьёзного беспокойства.

— Ты запросил телефон, который будет защищён от обнаружения. Пришла какая-то идея в голову?

Несколько секунд размышляю. Совместив его поведение со своими собственными мыслями, начинаю говорить.

— Планируешь перебросить нас отсюда, вместе с охраной и прислугой, которые в курсе? А экипаж самолёта, я так предполагаю, уже отправился на тот свет.

Мужчина чуть хмурится и поднимает на меня взгляд.

— Зачем? Они просто вылетели с рейсом к инкам. Вернутся через восемь дней и тогда их можно будет спокойно допросить.

Ловкий ход. Хотя, в моей голове упорно бьётся мысль, что ликвидировать команду самолёта было бы куда надёжнее.

— Я могу зачистить воспоминания твоего персонала, а на их место внедрить ложные. Правда, если сюда явится кто-то из старших офицеров, то вмешательство могут заметить.

Среди излучаемых эмоций появляется отчётливый интерес, но сам он помахивает головой.

— Не стоит. Я регулярно меняю смены персонала во всех своих резиденциях. Часть отправляется на тренировочные базы, а другие работают на месте. Теперь настанет черёд тех, кто видел вас. По документам, они двинут на экстремальную практику выживания в африканских джунглях. Десятидневный тур. Не самый дешёвый кстати. С полной гарантией того, что никто не сможет отвлечь твоих людей от дела. Их просто не найдут.

Хмыкнув, чуть наклоняюсь вперёд.

— А тебе не кажется, что это слишком слабый ход? Что помешает преторианцам выбросить там десант из пары тысяч военных и прочесать джунгли, квадрат за квадратом?

Тот откладывает в сторону планшет, рассматривая меня.

— В теории ничего. А на практике, подобная операция будет замечена. Нельзя скрыть две тысячи солдат, которых ты вынужден перебрасывать по воздуху. Ситуация и так на грани взрыва. Наверху это хорошо понимают. И не хотят перегибать палку, пока в войсках не окажется свежий выпуск “железнолобых”.

Интересная у них тут ситуация. Император перебил херову груду людей и вырезал или заставил бежать массу аристократических родов. Но всё равно опасается остатков старого офицерского корпуса и выжившей знати. Сразу видно, что до Мастера ему далеко — не способен взять под контроль даже ключевые фигуры. Могу поспорить, он и преторианцев обрабатывает с внешней поддержкой. Скорее всего при помощи артефактов.

— То есть ты ставишь на то, что они удовлетворятся формальным объяснениями и ничего не заподозрят?

Проконсул делает ещё один глоток кофе и задумчиво помахивает чашкой в воздухе.

— Обязательно заподозрят. Но ничего не найдут. Ты будешь на приёме, а остальные укроются на новой базе, где продолжат тренировки. Они обязательно ввалятся прямо в эту резиденцию, пока я сам буду общаться с гостями. Найдут какой-то предлог, чтобы войти в дом, не нанося мне оскорбления. А потом покопаются в мозгах всех, кого тут обнаружат.

С усмешкой разведя руками, продолжает:

— Только вот незадача. Они найдут лишь полностью честных людей, которые трудятся на Веспасиана Корнелия. А то, что они прибыли лишь пару часов назад, это уже детали. Ротация смен у меня происходит без всякого расписания. Так что, подозрения у них будут. Но и только. Ни одного достаточно веского резона, который можно предъявить императору.

Звучит спорно. Но в реалиях подковёрных имперских игр, проконсул точно должен разбираться лучше.

Сам он, недолго помолчав, напоминает о своём вопросе:

— Зачем тебе телефон?

Откидываюсь на стуле, машинально сканируя всё здание. Напитанные силой стены и предметы мебели здорово мешают, но я всё равно чувствую отклики сознаний людей. В голове проскакивает мысль, что надо поставить эксперимент с Салвец. Её сила не затронута той мощью из-за Грани, что изменила тонкую часть моего разума. Стоит выяснить, может ли она чувствовать других людей, находясь внутри дома, превращённого в один гигантский артефакт?

— Хочу дать интервью. А заодно выложить видео на своём канале. Пусть в новостях появится альтернативная точка зрения.

Тот удивлённо хмыкает:

— Интервью? Думаешь у тебя его согласятся взять?

Растягиваю губы в усмешке.

— ФАС, это не империя. К счастью, там несколько иные правила игры. У меня его не только возьмут, но ещё и растащат по всем медиа. А будь необходимость, могли бы ещё и заплатить.

Пожимает плечами. Бросает быстрый взгляд на Ранну.

— Кого возьмёшь с собой на приём?

Стоит признать, он быстро адаптируется. Идея о том, что несмотря на всё происходящее, я засвечусь на глазах сотен одарённых, Веспасиана не сильно вдохновляет. Но он даже не пытается оспорить мой первоначальный план.

— Ранну, Фабию и Сидни. Плюс Давдена.

Теперь на его лице появляется выражение недоумения.

— Первые трое, хотя бы одарённые. Обладают ментальной защитой. Но твой безопасник обычный человек. Преторианцы считают всё из его мозга.

Устало вздыхаю.

— Во-первых, я установлю защиту каждому. Во-вторых, наложу ложные воспоминания. В-третьих, они будут прикрыты иллюзиями. Сомневаюсь, что преторианцы станут проверять абсолютно всех гостей на этом твоём приёме. Максимум попытаются выборочно покопаться в головах некоторых.

Прадед Тео задумчиво кивает, а я поднимаюсь на ноги.

— А теперь прошу меня извинить. Нужно подготовиться к вечернему рандеву с высшим светом.

Глава XXI

Перед тем, как начать подготовку к вечернему приёму, я снова отправляю всех тренироваться. Отдаю приказ не жалеть себя и выкладываться по полной. Совсем скоро от объёма освоенных ими навыков будет зависеть моя жизнь. Да и их, собственно, тоже.

Когда разбираюсь со всеми техническими вопросами, появляется Рэдди, который протягивает мне телефон. Коротко объясняет, что отследить моё реальное местонахождение будет невозможно. Соединение с сетью трижды проходит через коммерческие спутники, плюс пропущено по целой цепочке серверов. Часть которых самоликвидируется, как только я вырублю аппарат. А если мне снова понадобится доступ к глобальной сети, то автоматически будет выстроена новая цепочка.

Интересно, откуда у римского проконсула такие возможности? На штатное средство связи, которое используется государственными служащими, это мало походит. Конечно, они тоже обожают закрытые линии. Никому не хочется выносить грязное бельё на публику. Но как правило, речь идёт о телефонах с относительно простой защитой. А сейчас я держу в руках устройство, прикрытие которого может стоить, как автомобиль бизнес-класса. Или, что более вероятно, как роскошный особняк на океанском побережье.

Хотя, он же ещё и аристократ. Член древнего патрицианского рода. Это могло бы всё объяснить.

Качнув головой, обрываю размышления и шагаю в сторону комнаты, которую приметил сегодня в качестве площадки для общения. Небольшой конференц-зал, расположенный вплотную к гостевому крылу. Максимально обезличенное помещение, по виду которого будет крайне сложно определить, где именно я нахожусь.

Добравшись до места, усаживаюсь за стол и включаю телефон. Загружаю приложение “Коммуник”. Авторизуюсь.

Интересно. Около трёхсот тысяч комментариев, едва ли не за три миллиона новых подписчиков. Что забавно, мне даже не заблокировали аккаунт, хотя по идее могли бы.

Тысячи новых личных сообщений. Открыв строку поиска, вбиваю фамилию Ситтовой и нахожу диалог с университетской журналисткой. Тоже писала. Пыталась выяснить, где я нахожусь и что происходит.

Несколько мгновений раздумываю. Потом встаю на фоне стены и включаю видеокамеру, наведя её на себя. Глянув на своё собственное изображение, начинаю говорить:

— Я тут почитал утром новости. И знаете, немного охренел от потока лжи и дерьма, которое вылили на меня грёбанные ублюдки. Что самое смешное, вы всё это проглотили. Приняли за чистую монету и решили, что студент первого курса действительно мог сотворить такое с Дели?

Делаю показательную паузу и продолжаю:

— Хорошо, пусть мне якобы помогала римская разведка, а ещё офицер министерства безопасности и преподаватель из университета. Давайте предположим, что так. Но задайте себе вопрос: — Будь в распоряжении разведки Рима ментальные артефакты, способные свести с ума население мегаполиса, стали бы они доверять их таким дилетантам?

Буквально на доли секунды замолкаю.

— Вы представляете, сколько должна стоит подобная хреновина? И насколько она ценна? Вот вы бы вручили пятилетнему ребёнку ручную гранату? А если прикинуть, что это ещё и уникальная граната, сделанная из цельного бриллианта? Тут точно такая же ситуация.

Новая пауза. Пусть осмыслят. Переварят данные, представят в голове картинку. Осознают определённую нелогичность изложенной в медиа теории.

Решив, что прошло уже достаточно времени, продолжаю:

— Если посмотреть на представленную гипотезу, станет понятно, что это натуральный лютый бред. Единственное, чего хотели добиться его авторы, отвести подозрения от самих себя. И судя по шумихе в СМИ, у них это получилось. Но я прямо сегодня дам интервью, в котором назову реальных виновников произошедшего в Дели. Выложу все факты, которые мне известны, и озвучу фамилии ублюдков, что должны умереть. Ждите.

Прекратив запись, отправляю видео на публикацию. Стоит ему появиться на странице, как сразу же начинают сыпаться комментарии. Первые — от тех, кто даже не начинал смотреть ролик. Оскорбляют, желают смерти и пишут разнообразную мерзость. А вот через несколько минут появляется настоящий вал целевых отзывов — люди интересуются, о ком идёт речь, требуют назвать фамилии немедленно и выражают сомнения в моей честности. Плюс, помимо этих трёх основных категорий, присутствует масса относительно уникальных комментариев: кто-то признаётся в том, что это он, одна девушка кидает свои сиськи, а третий парень зачем-то постит видео с котом.

Вижу, как в режиме реального времени растёт количество просмотров. Сотни, а потом и тысячи репостов блогеров. Упоминания на профилях телеканалов и новостных сайтов. Последние ещё и размещают публикации, в которые встраивают видео, тоже наращивая мне просмотры. Что-то подсказывает, к вечеру этот короткий ролик станет одним из самых популярных на всей территории ФАС.

Начинают сыпаться и личные сообщения. Но их настолько много, что я не просматриваю даже мельком. Лишь наблюдаю за нужным мне диалогом.

Вот и сучья Марса. Присылает сообщение с вполне предсказуемым вопросом: — Не хочу ли я дать интервью каналу университета вместо непонятного медиа?

Усмехнувшись, жду. Следующее сообщение — предлагает деньги. Потом контакты каких-то своих знакомых у инков. Юридическая контора, которая занимается быстрым оформлением нового гражданства и обустройством жизни переехавших. С полной сменой личности — от документов до внешности.

Игнорирую, оставаясь онлайн. Вижу, как девушка несколько раз начинает набивать сообщение, сразу же останавливаясь. Наконец отправляет его.

Забавно. На этот раз там фотография. Правда открыть её, не просмотрев всей переписки, я не могу. Ловкий ход.

Ещё пару минут жду. Поняв, что фантазия девушки видимо исчерпана, захожу в диалог. Чуть приподнимаю брови, увидев фото — на нём Марса сидит за столом своего кабинета, расстегнув рубашку и демонстрируя грудь в полупрозрачном кружевном белье.

Прочитав все сообщения, жду. Через минуту сбрасывает новое фото. Снова в рубашке, но на этот раз без лифчика. Улыбается в камеру, одной рукой держа телефон, а второй сжимая грудь.

Выждав ещё секунд тридцать, набиваю ответ.

— Могу рассмотреть вариант, но мне нужен какой-то стимул.

Проходит буквально пара мгновений и приходит новое сообщение от девушки:

— Какой стимул? Назови номер счёта и я опустошу весь наш бюджет.

В этом я не сомневаюсь. Учитывая безумную посещаемость канала и моё последнее видео, которое разлетится по сети, это интервью захотят посмотреть абсолютно все. На мой взгляд, оно принесёт им столько денег, что перекроет все текущие фонды в десятки раз. А если Марса договорится о рекламной интеграции и успеет её смонтировать, то прибыль будет и вовсе зашкаливающей.

Но в данном случае, меня не интересуют деньги. Слишком легко отследить и уж больно незначительную сумму может предложить канал. Учитывая мои текущие возможности, я без проблем обеспечу себя практически любым объёмом наличности. Банков и обеспеченных людей вокруг много. Высокоранговых одарённых, которые трудятся в охране — мало.

Глянув на фотографии, которые она присылала для привлечения внимания, разжимаю губы в усмешке. И отбиваю ей сообщение.

— Для начала, трахни себя в задницу. От души и со вкусом. Жду видео.

Молчит. То ли размышляет, то ли побежала искать смазку. На какое-то время вовсе пропадает из сети. У меня даже мелькает мысль, что Ситтова решила свернуть беседу.

Но потом пиликает уведомление и в диалоге появляется загруженное видео. Клацаю по нему. Сразу же сохраняю в память телефона. Открываю.

Красноволосая не просто поимела саму себя в зад. Она устроила из этого настоящее небольшое шоу. С постепенным обнажением, выгибами тела и торчащим из задницы вибратором в финале.

Досмотрев видео до конца, закрываю его и вижу короткий вопрос от девушки:

— Достаточно?

Какое-то время размышляю. Потом решаю, что её сознание уже достаточно деформировано. Сомневаюсь, что журналистке приходится трахать свою собственную жопу вибратором перед записью каждого интервью. А значит, сейчас она будет куда более восприимчива к получаемой информации. Как минимум, станет относиться к ней менее критически.

Впрочем, на всякий случай добавляю ещё один пункт:

— Да. Но всё время, пока мы будем говорить, ты будешь наполовину голой. Никаких штанов или юбок. Трусики тоже не надевать. И лифчик тебе тоже придётся снять. Оставь одну рубашку.

Сразу же присылает подтверждение. А уже через минуту проходит вызов по видеосвязи.

Приняв звонок, вижу раскрасневшуюся Марсу, через рубашку которой торчат возбуждённые соски.

— Предупреждаю, что уже веду запись. Каждое твоё слово может быть использовано во время финального монтажа материала.

С усмешкой пожимаю плечами.

— Да без проблем. Как там твоя задница? Не болит? Может холодно?

Машинально опускает взгляд вниз, а я сразу добавляю.

— Я кстати еще не убедился, что ты на самом деле выполняешь мои условия.

Вздохнувшая девушка встаёт в полный рост, демонстрируя обнажённый выбритый лобок. Снова усаживается на место, упирая взгляд в экран.

— Теперь мы можем начать?

Тоже приземляюсь на один из стоящих здесь стульев и киваю ей.

— Конечно. Задавай вопросы.

Слегка меняет выражение лица. И уже совсем другим тоном интересуется:

— Ты сказал, что назовёшь фамилии тех, кто пытался дестабилизировать ситуацию в Индии. Кто эти люди? И зачем они это сделали?

Делаю вид, что раздумываю над формулировками ответа, хотя на самом деле, они уже давно имеются в моей голове. Вопрос из числа самых очевидных. Было бы странно обойтись без него.

— Что касается целей, это очень просто. Кому-то хочется изменить расклад внутри Союза. Лишить Индию её главенствующей роли. И посмотри на ситуацию сама. У них ведь получилось. Почему верховные органы Союза собираются без индийских представителей? Зачем на территорию Индии прибыл целый десант тайских и вьетнамских генералов? Насколько я знаю, ФАС хочет установить новое временной командование армией. Фактически, переподчинив её себе.

Та подаётся вперёд, кажется абсолютно забыв про свою обнажённую промежность и отсутствие бюстгальтера.

— Но у Индии есть премьер-министр. Идёт формирование нового правительства.

Деланно скалю зубы.

— Угу. Премьер имеется. Только это бывший министр без портфеля, у которого нет ни малейшего шанса удержать власть. А против него выступают остатки парламента. Обе стороны призывают силовиков подчиняться именно их приказам и как мне кажется, назначат в ближайшее время даты выборов в новый созыв парламента. Заметь, наверняка это будут разные даты. Раскол во власти может зайти куда дальше, чем сейчас.

Снова двигается на стуле и внезапно ойкает, поморщившись от боли. Похоже зацепилась за что-то нежной частью своего тела. Задаёт новый вопрос.

— Предположим, это действительно так. Но откуда эта информация у тебя?

Вот теперь надо сыграть тонко. Примешать настоящую фактуру, наложив поверх неё тонкий слой лжи.

— Помнишь, как разгромили клан Диксит? Когда по нему ударили Сестии, за ночь перебив всех, кого можно.

На лице красноволосой появляется лёгкое непонимание, но она всё же кивает. А я продолжаю объяснять:

— У Сестиев были наёмники, которых те использовали. Только вот, эти парни отнюдь не обычные вольные стрелки. В ту ночь на улицах Дели работал штурмовой отряд одной из тайных служб, которые негласно контролируют всю жизнь ФАС.

Вижу, как округляются глаза журналистки, но задать ей вопрос не позволяю, излагаю дальше:

— Я выяснил это случайно. Уже после того, как спас Фабию Диксит и она рассказала мне некоторые интересные детали. Насколько я понимаю, её семья получила информацию о готовящемся ударе по правительству Индии. Только вот Диксит недооценили размах проблемы и хотели продать данные. Из-за чего попали в поле зрения противника и были уничтожены. Сестиев использовали исключительно в качестве инструмента прикрытия.

Как только замолкаю, Марса влезает с вопросом:

— Кем были эти люди? И есть ли другие источники информации? Кто-то может подтвердить твои слова?

Снова изображаю на лице задумчивость. Наконец отвечаю.

— Во-первых, сама Фабия Диксит. Во-вторых, офицер Давден Джоши, который расследовал моё дело. Его оперативники обнаружили слежку и выяснили, кто за ней стоит. Майор оказался настолько умён, что раскрыл большую часть схемы и привлёк департамент специальных операций Министерства безопасности. Но ты же прекрасно помнишь, что случилось с департаментом и генералом Викрамом, не так ли? А ещё наверняка в курсе, что крупнейшей финансовой корпорации страны потребовался всего день, чтобы полностью сменить собственников.

Девушка буквально впивается в меня взглядом.

— Их обоих относят к твоим людям. Есть кто-то извне?

Пожимаю плечами.

— Возможно уцелел кто-то из департамента специальных операций. Всем арестованным наверняка изменили память, но если кому-то из сотрудников удалось сохранить свободу, он может дать показания. Ещё сотрудники оперативной группы майора Джоши, но насколько я знаю, все они мертвы.

Чуть нахмурившись, моргает, рассматривая меня. Снова задаёт вопрос:

— То есть никого нет, правильно? И хочу напомнить, ты до сих пор не назвал фамилии этих людей.

Наступает мой черёд чуть податься вперёд, приблизившись к зрачку видеокамеры.

— Глава Первой службы, которая известна под именем Алейна. Знаешь, что самое смешное? Она приходится бабушкой майору Джоши. Вот такая семейная драма. Вместе с ней работал вьетнамец Сай Нго. Он отвечал за независимое финансирование и теневую сторону дел. Плюс, главы остальных четырёх служб, что были в одной связке с Алейной.

Несколько секунд Марса раздумывает. Определившись, быстро выпаливает слова:

— Как Диксит смогли узнать об этом? Где криминальный клан и где гипотетическая Первая служба, о которой ходят легенды?

Забавно. То есть юная репортёрская шлюха в курсе существования тайных служб? Как минимум знает о слухах, которые циркулируют в определённых кругах.

— Они владеют ночными клубами, барами и борделями. Один подслушанный и записанный разговор, где перебравший с веществами мужчина хвастается бляди своим родом занятий и дело в шляпе.

На секунду замолчав, продолжаю:

— Возможно сами Диксит тоже сочли бы это бредом. Люди многое говорят, когда их сознание находится под воздействием того или иного дерьма. Но на следующий день та проститутка не вышла на работу. Её прикончили. Якобы автомобильная авария, но связь очевидна.

Журналистка демонстрирует мне скептическую гримасу.

— Автомобильные инциденты, достаточно частое явление на улицах Дели. Почему Диксит решили, что её убили?

Отодвигаюсь назад, прислонившись к спинке стула.

— Записанная беседа. Погибшая девушка. Клиент, который не пробивался ни через одну информационную систему. Достаточно, чтобы заподозрить неладное. А потом они копнули глубже. И погибли.

— Я могу получить эту запись?

Вполне искренне смеюсь, смотря в камеру.

— Она уничтожена. Или находится где-то в архивах Первой службы.

Несколько секунд молча сидит, прикусив губу и рассматривая меня. Наконец оживает.

— То есть ты говоришь, что тайные службы реально существуют. И они хотели убрать Индию от рычагов влияния на ФАС. Но зачем им это? Ради чего?

Шумно выдыхаю воздух, натягиваю на лицо выражение сожаления и вселенской скорби.

— Власть. Когда у тебя уже есть много денег, остаётся только она. Это группа людей, которая хочет стать полноценными серыми кардиналами. Каждый из них уже достаточно влиятелен. Но им хочется другого — полной, безраздельной власти над Союзом. Для чего требуется дестабилизация. Деградация управляющих структур. Деморализация и столкновения между разнообразными силовыми структурами. И всё это, в момент, когда ФАС стоит на пороге большой войны.

Хмыкнув, крутит головой, разминая шею.

— Что именно произошло в Дели? Кто конкретно нанёс удар по городу и как он это сделал?

Секунду молчу. Потом принимаюсь рассказывать.

— Атаку организовала Алейна. Не уверен, кто именно ей помогал, но скорее всего среди ключевых фигур был и тот самый Сай Нго. К слову, вы можете поинтересоваться у главы военной контрразведки Индии. Они с Алейной знакомы.

Университетская репортёрша удивлённо поднимает брови вверх.

— У генерала Ракхама?

Отрицательно качаю головой.

— Нет. У настоящей главы. Светловолосая девушка, которая любит носить открытую одежду и вертеть своей задницей. Никогда бы не подумал, что она способна рулить таким ведомством, но факт остаётся фактом. К тому же, её настоящий возраст скорее всего куда больше, чем двадцать лет. Да и категория силы просто безумная.

Прищурившись, продолжаю:

— А ещё проверьте, куда исчез доктор Патрик. Тот самый, что работал в нашем университете. Где он сейчас? И задайтесь вопросом, почему не проводятся экзамены? Спорим, их больше не будет? Ни на следующей неделе, ни через месяц. А если всё не разрешится, то одарённые не получат новые ранги и спустя год.

Ситтова не выдерживает и эмоционально всплёскивает руками.

— Почему? Как это взаимосвязано?

Цокнув языком, несколько секунд молчу. Потом озвучиваю ответ:

— Знаешь, на самом деле эта информация выходит очень далеко за пределы нашей договорённости. И я бы советовал выложить тебе это видео прямо сейчас. В сыром виде и без монтажа. Даже трусики не надевать. Если потратишь время на подготовку материала, тебя скорее всего убьют. А может быть сотрут с лица земли весь университет.

Та открывает рот, но я снова говорю, перебивая её:

— Они использовали силу монстра, что находится за Барьером. Мощное существо, которое очень долго пребывало в спячке. Что позволяло спокойно задействовать его энергию для решения прикладных задач. Но теперь случилась неожиданность — эта грёбанная Тварь проснулась. Каждый из одарённых, который пользовался её силой, превратился в подконтрольную марионетку с постоянной жаждой убийства. Только вопрос времени, когда они окончательно слетят с катушек и примутся заливать города кровью.

Делаю короткую паузу и Марса всё-таки вклинивается:

— Назови источник информации? Откуда ты это знаешь?

— Меня пытались убить. Не дать покинуть страну. Это ведь очень удобно — свалить вину на человека, который уже мёртв. А ещё лучше, если никто даже не догадывается о его гибели. Но как видишь, я жив. Те же, кто пытался провернуть этот фокус, мертвы. Они совершили классическую ошибку любого идиота — решили потешить своё самолюбие перед тем, как прикончить меня. Так что данные из первых уст. Эти идиоты сами мне всё рассказали.

Взмахнув рукой, останавливаю журналистку, которая уже начинает задавать вопрос и добавляю:

— Достаточно проверить изложенные факты, чтобы убедиться в их правдивости. А теперь, я думаю тебе лучше приступить к публикации. Иначе твоя жизнь оборвётся ещё до того, как мы закончим беседу.

Сбрасываю вызов и кладу телефон на стол. Спустя секунду он уже пиликает сообщением. Поднимаю аппарат и губы сами расходятся в усмешке. Сообщение от Ситтовой.

— В следующий раз я свой зад трахать не буду! Кто обрывает интервью на середине?!

Вздохнув, набиваю ответ.

— Не переоценивай привлекательность своей жопы. А насчёт ликвидации я не шутил. Поторопись с публикацией.

Читает сразу же. Принимается что-то набивать, но уже через пару секунд уходит в оффлайн. Отлично. Значит запись скоро появится на сайте ТВ. После чего разлетится по всей Индии. Не сказать, что это была идеальная заготовка, но пришлось работать с тем, что есть под рукой.

Поднявшись на ноги, шагаю к выходу. Открыв дверь, сталкиваюсь с Ранной, которая как раз тянула пальцы к ручке. Девушка удивлённо моргает, а потом осторожно озвучивает причину визита:

— У нас тут небольшая проблема. Фабия случайно накрыла того парня, что был с твоим дедом. И не может его остановить.

Глава XXII

Шагаю следом за Ранной, по пути узнавая детали. Как оказывается всё просто — паренёк сунулся посмотреть, как тренируются одарённые, и попал под мощный удар, который наносился по подопытным. Только вот последние были надёжно связаны. А этот на свободе и теперь не отстаёт от Фабии. К тому же, он ещё и одарённый. Когда синеволосая в паре с Давденом решили заставить его остановиться, то Марко пригрозил пустить в ход силу. А это не самый лучший вариант.

Добравшись до гостиной, обнаруживаю Диксит, которая прижалась спиной к стене. А перед ней на коленях стоит парень, поднимающий руку вверх.

— Я отдам тебе всё! Свои наработки, деньги, дом! Всё, слышишь! Просто позволь мне быть с тобой! Я уже вижу, как наши маленькие дети бегают крошечными ножками по полу спальни. Понимаешь? Даже знаю, как мы их назовём. Мы никогда не состаримся, а я буду любить тебя вечно! Это навсегда!

Сучье дерьмо и блядское везение. Серьёзно потрепало его мозг. А это ведь “гений”, как его называл Веспасиан. У парня неплохая ментальная защита, которую Фабия, судя по всему, прошила без малейших проблем.

Остановившись, готовлюсь вмешаться, когда вижу самого проконсула, заходящего в проём напротив. Засунув руки в карманы, прислушивается к потоку бреда, который извергает его одарённый. А потом переводит вопросительный взгляд на меня.

Разведя руками, обрисовываю ситуацию:

— Этот идиот сам полез посмотреть на тренировки. Без предупреждения. Повезло, что вообще остался жив.

Римлянин снова бросает хмурый взгляд на уроженца Германии и внезапно уточняет:

— То есть сейчас он готов ради неё на всё?

Оценивающе взглянув на одарённого, киваю.

— Ради её пизды и пары ласковых слов, сделает почти всё, что угодно. Разве что суицид можно исключить. Но если потребуется сдохнуть ради её спасения, это всегда пожалуйста.

Марк внезапно поворачивает голову и прищурившись, вперивает в меня взгляд.

— Она прекрасный нежный цветок, а не бульварная девка! Не смей её оскорблять!

Это его так слово “пизда” зацепило? Сначала хочу уточнить, но быстро отказываюсь от этой идеи. И тянусь к разуму парня.

Забавно. Ментальная защита почти цела. Атака Фабии прошла через единственное слабое место. Причём расположено оно так, что нужно ещё догадаться. Я бы, например, просто бы стал пробиваться силой, не утруждая себя.

Хотя, в случае с Диксит видимо имел место удар по площади, который накрыл всех поблизости. Отсюда и такой результат.

Как вариант, можно осторожно пробраться в его сознание через ту же самую уязвимость, но у меня нет столько времени. Да и желания щадить его тоже, если уж на то пошло.

Вскрываю ментальную защиту. Прохожусь по его сознанию, очищая его от установок, автоматически вбитых Фабией. Проверяю всё ещё раз. И на всякий случай решаю воспользоваться случаем, чтобы проверить одарённого.

Раздробив собственный разум на десятки потоков, сканирую содержимое памяти. Наталкиваюсь на интересный факт — в курсе заговора не только троица, которая нас встретила. Если смотреть на тех, кого можно считать лидерами, в теме, как минимум, ещё два человека: легат, командующий пятьдесят вторым легионом и заместитель главы имперской безопасности провинции, когда-то давно пересекавшися с Веспасианом. Тот в молодости спас ему жизнь во время боя.

Вынырнув из чужого разума, грубо “свариваю” ментальную броню, возвращая её на место. А сидящий на полу парень, ошалело крутит головой.

— Что это было? Как она это сделала? Это же ментальная техника!

Невольно усмехаюсь. А вот Веспасиан с интересом рассматривает Фабию. Потом поворачивается ко мне.

— И она так может с любым?

Не убирая с лица улыбку, взмахиваю рукой.

— Хочешь опробовать на себе? Не гарантирую, что ощущения будут приятным, но ради интереса, можем поставить эксперимент.

Чуть меняется в лице, одновременно с этим выплеснув мощную волну негодования. Отрицательно покачивает головой.

— Не имею такого желания. А вот от человека с такой способностью, точно бы не отказался.

Киваю. И решаю, что обнаруженный мной момент можно прояснить прямо сейчас. Лучше так, чем раздумывать и подбирать момент.

— Почему ты не сказал, что в курсе вашего заговора, как минимум, ещё два человека? Сам же утверждал, что преторианцы могут раскрыть любого.

Тот косится на Марко, который всё ещё с ошеломлённым видом сидит на полу. Судя по набору эмоций, которые сейчас излучает проконсул, парню однозначно влетит за сегодняшний поступок.

Потом переключает внимание на меня.

— С ними не должно возникнуть проблем. Оба защищены артефактами от сканирования памяти и окружены верными людьми. К тому же у преторианцев нет ни единого основания, которое позволило бы настаивать на проверке разума.

Указываю рукой на поднимающегося Марко.

— У него тоже были артефакты. И неплохая ментальная защита. Но всего одна ошибка, сделанная во время выстраивания брони и всё. Парень спёкся.

Крутнувшийся на месте одарённый громко возмущается:

— Это не ошибка, а ловушка! Если бы менталист использовал на мне свою технику, то автоматически бы выбрал самое слабое место и оказался бы в капкане. А дальше я уже сам бы решал, выжечь ему разум или отпустить живым.

Занятно. То есть паренёк владеет ментальными техниками. Причём на том уровне, который позволяет корректировать структуру своей брони. Но я бы не сказал, что это ему помогло.

— И что случилось с твоей хвалёной ловушкой, когда ударила Фабия? Или чем она помогла в процессе вскрытия разума?

Тот непонимающе морщится, покосившись на девушку.

— Она не использовала ментальную технику. Ударила чем-то похожим, но… Подожди! В каком смысле вскрытия? Что ты со мной сделал?

Веспасиан с интересом наблюдает за диалогом, а я объясняю:

— Рассёк твою ментальную броню. Вычистил всё, что оставила Фабия, и вернул как было. Не совсем, конечно. Тебе ещё нужно будет привести всё в порядок. Но раз ты не корчишься от боли на полу, а разговариваешь, значит всё в относительном порядке.

Открывает рот, чтобы что-то сказать. Закрывает его. Сейчас он излучает только одну эмоцию — крайнее изумление.

Оглядывается на проконсула. И медленно тянет слова.

— Это нарушает все принципы построения техник. У менталистов своя механика, но даже она подчиняется общим законам. А у меня ни одна сигналка даже не сработала, не то что защита. Не понимаю…

Поморщившись, ставлю в беседе точку:

— И не поймёшь, пока я тебе не объясню. Чего не произойдёт, пока жив император. Пока же советую привыкать к новой реальности и больше не заходить в тренировочный блок без разрешения. Потому что после следующего инцидента, я буду вынужден вколотить в твой разум запрет на приближение к моим людям. Или… Просто прикончу. Зависит от настроения.

Шмыгает носом, и явно собирается что-то возразить. Но его окликает Веспасиан, который уводит одарённого дальше по коридору.

Достав телефон, разблокирую его, выходя в сеть. Открываю сайт ТВ-канала университета. Видео со мной уже здесь. Оно в диком темпе набирает просмотры и комментарии. Цитируемость тоже бешеная. Этим видео поделились уже около ста тысяч раз. Хотя с момента публикации прошло всего ничего.

Переключаюсь на “Коммуник” и понимаю в чём дело — Ситтова оставила комментарий со ссылкой на интервью, который уже набрал груду “апробо”, заменяющих тут лайки, и взлетел наверх.

Пробежав глазами текст, удивляюсь её выдержке. Красноволосая выложила своё фото, продемонстрировав ягодицы и одну грудь с прикрытым соском. Пообещала опубликовать полную версию обнажёнки после того, как коммент займёт первое место под видео.

Что интересно, обещание сдержала — сразу под комментарием размещена короткий момент из видео, где она только становится в позу и собирается ввести себе вибратор в зад. Плюс фотография с обнажённой грудью. Впрочем, тут она тоже оставила дополнение. Если комментарий продержится первым на протяжении ближайших десяти часов, то она выложит трёхминутное видео, где трахает сама себя.

Как же легко развести мужскую часть человечества. Всё, что нужно: привлекательная женская жопа, вибратор и камера.

Впрочем, если отвлечься от стандартов современной журналистики, то меня больше интересует вопрос: видел это видео Веспасиан или нет? Если да, то почему не задал ни одного вопроса про Тварь? Уже в курсе? Или счёл это обычной игрой? Может в чём-то меня подозревает? Подобных эмоций я не улавливал, но при должном самоконтроле их можно спрятать и достаточно глубоко. Настолько, что внешний анализ ничего не покажет.

Тряхнув головой, упираюсь взглядом в Фабию и командую:

— За мной! Пора готовиться к вечернему рандеву.

Девушка шагает следом, почему-то испытывая весьма противоречивые эмоции — от опасения до лёгкой злости и возбуждения. Это у неё реакция на поведение Марко? Или дело в чём-то ещё?

Встретив по дороге Давдена, отправляю его за Ранной и Сидни. После чего ему нужно заглянуть ещё и к Веспасиану. Уточнить, если ли какие-то изображения персонажей, под прикрытием которых мы появимся на приёме. Будет неловко, если для входа будет нужно предъявить документ с фото, а я создам иллюзии с абсолютно другой внешностью.

Когда заходим в комнату, убираю с постели валяющиеся там чулки Ранны. Повернувшись, натыкаюсь на хмурый взгляд Фабии, которая уселась в кресло. Не успеваю прикинуть причину её настроение, как девушка озвучивает вопрос:

— Теперь я всегда буду реагировать только на тебя?

Приземлившись на край кровати, уточняю:

— В каком смысле?

Диксит вздыхает и тонкая рубашка натягивается, демонстрируя контуры сосков.

— Сегодня я тренировалась на мужчинах и женщинах. Вторые меня не привлекают, а вот пара мужиков была ничего так. Вот если посмотреть объективно, прямо привлекательные. Один вообще мой типаж. Раньше я бы уже прикидывала, как затащить его в постель. А теперь…

Взмахнув рукой, слегка надавливаю:

— А теперь?

Останавливает взгляд на мне. Облизывает губы.

— А теперь ничего. Мне плевать на этих мужиков, хотя я вроде понимаю, что по всем критериям они должны мне нравиться в физическом плане. Но нет никакой реакции. Понимаешь? Зато стоит увидеть тебя, как внизу всё сразу разогревается, а соски стоят! Я вот сейчас сижу в кресле и теку, как блядская сука! Прикидываю, согласишься ты меня отодрать, если подползти и попросить или нет?

На момент запнувшись, продолжает с таким же уровнем экспрессии.

— Раньше было ещё терпимо. А когда вчера мы с Айлой поучаствовали, стало невыносимо! Стоит тебя увидеть, между ног всё мокро, хоть бельё вообще не носи. Да и штаны тоже. Ходи в юбке и протирай салфетками! Я даже прямо сейчас думаю только о том, как подставить тебе какую-то дырку, чтобы ты меня наконец трахнул по-нормальному.

Замолкает, уставившись на меня и тяжело дыша. А комнату заполняет тяжелое и практически осязаемое возбуждение. На самом деле, результат достаточно интересный. Отвращения к другим мужским особям я в неё точно не закладывал. Да и в принципе, установок на сексуальное желание, как таковое, не было. Только подчинение и обеспечение моих интересов в любой ситуации.

Но тут такой же расклад, как с Айлой, — формат первого вмешательства и взаимодействие с вибрациями тонкого плана их разумов привёл к серьёзными изменениям. На фундаментальном уровне.

Внезапно вскакивает на ноги, подходя ближе ко мне. Останавливается всего в метре. Хорошо чувствую запах выделяемой смазки. С лёгкой хрипотцой уточняет:

— Ты трахнешь меня? Может станет легче.

Улавливаю отклики сознаний Ранны и Сидни, которые уже около входа в гостевое крыло. Не будь их, я бы ещё мог подумать. Но раз совсем скоро все трое будут в сборе, оптимально заняться подготовкой к вечерней операции. У нас и так осталось не так много времени. А качественная отработка целей на приёме, крайне важна.

Девушка понимает моё молчание по-своему. Рухнув на колени, прижимается лицом к правой ноге, обхватывая её руками. Трётся о неё щекой.

— Ну пожалуйста. Умоляю. Куда-нибудь. Да хоть пальцы мне в задницу вставь! Пожалуйста!

Вашу мать. Чувствую себя, как человек, который настолько хорошо выполнил поставленную задачу, что это оказалась даже слишком.

Прикрыв глаза, ныряю в “чертог”. Клиентка и сводная сестра скоро будут здесь. Разница в потоках времени, хотя бы даст шанс успеть.

Тянусь к разуму Фабии. Проникаю в него. Оцениваю ситуацию.

Херово обстоят дела — успокоить её точно не выйдет. Сознание полыхает от возбуждения. Она сейчас на пределе. Не будь установки на абсолютную лояльность и непричинение вреда, девушка уже силой пыталась бы стянуть с меня штаны.

Пытаюсь найти способ выйти из состояния крайнего возбуждения не прибегая к методу физического контакта. И не нахожу ничего более лучшего, чем сосредоточить внимание на её центрах удовольствия. Вернее на их надстройке в тонкой части разума.

Надавливаю. Сразу же ощущаю воздействие на своё тело в реальности. И выныриваю из “чертога”.

Открыв глаза, опускаю их вниз. Фабия на полу. Лежит около моей ноги, вцепившись зубами в край тапка и скуля. Одной рукой обхватывает мою ногу, вторая между её плотно сжатых бёдер.

Невольно предполагаю, что я ошибся и вместо однократного воздействия, устроил ей длительную сессию. Но нет. Прямо сейчас я не контактирую с её сознанием. Что не мешает Диксит биться в судорогах на полу.

Когда Ранне и Сидни остаётся буквально десяток метров до входу, Фабия наконец открывает глаза. Разжав стиснутые на краю тапка зубы, шумно выдыхает воздух. Хрипло спрашивает:

— Как ты это сделал? У меня как-будто сверхновая между ног взорвалась.

Объяснить или просто что-то ответить, не успеваю. Распахивается дверь, и на пороге появляется Сидни. Вскинув брови при виде распластавшейся на паркете девушки, усмехается и шагает в сторону кресла. А вот появившаяся следом Ранна недовольно хмурится, втягивая ноздрями воздух. Задерживает взгляд на моих штанах. Переводит его на Фабию. И что-то пробормотав, уверенно направляется к кровати, собираясь расположиться рядом со мной.

Сама Диксит с трудом поднимается и усаживается на паркет, опираясь спиной о кровать. Сгибает в коленях подрагивающие ноги.

Наблюдающая за этим Сидни, поджав губы, качает головой.

— Жалкое зрелище. Как можно настолько не уважать себя, чтобы валяться в ногах у мужика и… Что ты там делала, кстати? От чего так зверски кончила? Он тебе ногу на лицо поставил? Или на задницу?

Хмыкнув, тянусь к её разуму. Установки на месте. Все старые “настройки” тоже. Проблема в том, что уважением к другим членам команды я в неё не закладывал. И приказа такого тоже не отдавал.

Тяжело дышащая Фабия, разжимает губы, отвечая.

— Да пошла ты, грёбанная шлюха! Если Тео скажет, сама раздвинешь ноги. И будешь умолять, чтобы он в тебя вошёл! Будешь делать всё, что тебе скажут. Сучья блядь!

Неожиданно. Не предполагал, что Фабия способна на настолько агрессивную реакцию. А вот среди эмоций Сидни наконец появляется лёгкое беспокойство. Бросив осторожный взгляд на меня, уточняет:

— Он же вроде избавился от всего и ему это теперь не нужно. Какой смысл проделывать что-то такое со мной? А вот ты могла бы и лучше себя контролировать.

Старые привычки лезут наружу. И пусть от личности оригинального Тео уже ничего не осталось, мне это всё равно не нравится. Уперев взгляд в Стоун, осаживаю её:

— Во-первых, она не может себя контролировать. Никаким образом. Во-вторых, если ты продолжишь, то я исключительно в профилактических мерах проверну тот же фокус с твоим разумом. Только снимать напряжение не буду. Так что тебе останется только тихо сходить с ума, мастурбировать, да слушать, как я трахаю кого-то ещё.

Вот теперь она транслирует отчётливый страх. Подобравшись в кресле, сглатывает слюну.

— Я ведь просто прокомментировала. Не имела в виду ничего такого.

Скептически скривившись, киваю.

— Ну да, конечно. Абсолютно “ничего такого”.

Обведя троих девушек взглядом, слегка повышаю громкость голоса:

— Всё. Успокоились и заняли свои места. Для начала я займусь вашей ментальной защитой. А потом прикинем, что можно придумать с внешностью.

Глава XXIII

Работа с разумами девушек занимает несколько часов. Сначала усиливаю ментальную броню, полностью её перестраивая. Потом создаю фальшивку, которую цепляю поверх оригинала.

Закончив, выныриваю из “чертога” в реальность, и знакомлюсь с документами, которые принёс Давден. Как быстро выясняется, на каждого действительно готово небольшое досье, в котором имеются не только фотографии, но и трёхмерная голограмма.

Если отталкиваться от ролей, то Джоши будет играть роль моего помощника, Ранна превратится в сестру, а Фабия и Сидни станут её подругами. Девушкам достаётся роль аристократок, переселившихся на Ближний Восток вместе с семьями.

Не сказать, что всё это выглядит на сто процентов убедительно. С другой стороны, пропускать гостей будут охрана самого проконсула. А все остальные вряд-ли заинтересуются нашей компанией настолько, чтобы копаться в биографических деталях. Тем более, что отыскать последние будет сложно. В реальности таких личностей не существует.

Так что легенды составлены в основном для того, чтобы не запутаться во время беседы с гостями и знать, кого именно отыгрывают остальные члены команды.

Просматривая материалы, понимаю, что несколько недооценивал Веспасиана. Он приготовил не только фальшивые документы, голографические образы и краткие биографии. Ещё тут есть варианты одежды. Более того, имеется краткая пояснительная записка о том, как предпочтительно выглядеть.

Всё это заставляет меня внутренне усмехнуться. Подход к делу безусловно основательный. Но всё это можно было оформить не в настолько тяжеловесно-бюрократическом стиле.

Впрочем, общее понимание ситуации эти данные всё равно дают. И если подбить всю информацию, становится ясно, что девушки не сильно стесняют себя при выборе одежды для приёмов.

Единственное правило, которое соблюдает женская часть аристократии — носить платья. Вот их внешний вид сильно отличается. Если почтенные матроны появляются в глухих вечерних нарядах, то девушки щеголяют в самых разных вариантах: декольте, голые спины, высокие разрезы, ультракороткие модели, обтягивающие платья на голое тело и так далее. Каждая изощряется, как может.

Прадед Тео передал и каталог с разными моделями платьев, которые можно использовать для вечеринки. Сидни и Ранна едва ли не пожирают его глазами. Но я пока откладываю в сторону. Еще не время.

Вместо этого приступаю к работе над ментальной бронёй Девдана. А потом переключаюсь на формирование ложных воспоминаний.

Слишком мелкие детали тут не нужны. Хватит обычного хаоса, на фоне которого будут выделяться отдельные яркие моменты. Вот их как раз максимально детализирую, стараясь сделать так, чтобы всё выглядело реалистично. Если один из преторианцев решит залезть девушкам в голову, то в первую очередь увидит именно их.

Конечно, кто-то из них может копнуть глубже. И неминуемо наткнётся на настоящую ментальную броню, которая расположена под слоем фальшивой памяти. Но я не зря столько с ней работал. Скорее всего менталист примет её за оболочку ядра сознания и отступит.

Безусловно, грамотный одарённый, идущий по Пути Разума, поймёт, что его пытаются развести. Достаточно какой-то длительный промежуток времени покопаться в памяти, чтобы заподозрить неладное.

Но для такого потребуется время. И соответствующая обстановка. Тогда как мы будем посреди бурлящего хаоса вечеринки, где сложно сконцентрироваться. К тому же, длительное и глубокое вмешательство будет сложно скрыть. Не говоря о том, что каждый из компании прихватит с собой по артефакту для ментальной защиты. От проникновения в сознание они не спасут, но вот работу преторианцев сильно осложнят.

Наконец, разобравшись с ментальной бронёй и ложной памятью, переключаюсь на внешность. Давден превращается в араба с Ближнего Востока, чей отец был римлянином. Корректирую цвет кожи и черты лица. Плюс, подправляю волосы.

Волосы Ранны становятся чёрными, а черты лица глобально меняются. Теперь она выглядит, как ребёнок из семьи китайца и римлянки. Вот Фабия и Сидни сохраняют условно римский формат лиц и белую кожу. Согласно легенде, обе они из семей чистокровной аристократии.

Своё собственное лицо я тоже правлю в полном соответствии с голограммой. А следом корректирую и внешние очертания тел.

Иллюзии максимального уровня исполнения. Их можно не только наблюдать, но и дотронуться. При кратковременном контакте возникает полное ощущение прикосновения к живому человеку. К тому же, в данном случае я не меняю объём. Если просто держать кого-то из девушек за талию, то у тебя не будет ни единого шанса распознать подвох. Для того, чтобы всё понять, нужно буквально прощупывать лицо. Только при таком раскладе можно распознать, что его черты сильно изменены.

Когда заканчиваю, до момента выезда на приём остаётся всего пара часов. А перед этим нас ждёт ещё и транспорт до новой базы. Сюда, скорее всего, заявятся преторианцы — тут моё мнение полностью совпадает с точкой зрения Веспасиана. Как раз во время торжественного вечера, на котором будет сам проконсул и его ближайшее окружение. Отличный момент для вторжения на территорию резиденции и сканирования персонала.

Поэтому загружаемся в пару фургонов с эмблемами компании по доставке продовольствия, которые незадолго до этого заехали во двор, и около часа трясёмся в дороге. Когда двери распахиваются, и я выпрыгиваю наружу, озираясь по сторонам, невольно чувствую удивление. При прощании Веспасиан сказал, что я буду впечатлён новым местом размещения. Но не предупреждал, что оно окажется настоящей крепостью. В буквальном смысле этого слова.

Старинные каменные стены, массивные постройки, запах сырости, которым тянет из-за решёток.

Крутнувшись на месте, упираю вопросительный взгляд в Рэдди, который прибыл вместе с нами, отправившись во втором микроавтобусе, и тот немедленно объясняет:

— Часть старой крепости переделана в расчёте на постоянное проживание группы людей. Есть залы для тренировок, измельчители биологических отходов, да и темница вполне функционирует. Отличное место для того, чтобы укрыться, господин Теодор.

Мрачно оглядывающаяся по сторонам Салвец уточняет:

— А местные не будут удивлены? Сомневаюсь, что тут постоянно кто-то живёт.

Слуга переводит взгляд на неё, и выражение его лица становится чуть менее уважительным.

— Крепость относится к историческим объектам, находящимся под защитой государства. А прямо сейчас она на балансе армии. Свободное посещение и съёмка под строгим запретом. Для обеспечения этого вокруг установлен защитный периметр. Сигнализация, видеонаблюдение, нелетальные мины. Если к нам решат заглянуть гражданские, мы обязательно об этом узнаем.

Интересный подход к решению вопроса безопасности. С другой стороны, чтобы искать нас тут, нужно иметь крайне нестандартный способ мышления.

Ещё раз окидываю взглядом крепостную стену и поворачиваюсь к Рэдди.

— Веди нас. Посмотрим, как тут всё устроено.

Мужчина шагает вперёд, а за ним растягивается наша группа. Окрестности я уже просканировал. Если не считать девяти мужчин внутри здания, из которых шестеро спят, вокруг никого нет. Скорее всего, это охрана. Дежурят сменами по трое, меняясь каждые восемь часов.

Касаюсь их разумов и догадка подтверждается — вся троица сейчас прилипла к мониторам, наблюдая за нами.

Первым делом мы как раз заходим к ним. Рэдди представляет мне вытянувшегося по струнке центуриона третьей категории, который командует местными бойцами, после чего ведёт дальше.

Первое впечатление крепость производит довольно удручающее. Камень, сырость, влажность, капающая кое где вода. Один раз вовсе мелькает силуэт крысы, что заставляет здорово напрячься часть девушек.

Всё меняется, когда добираемся до того сектора, что оборудован для постоянного проживания. Такое впечатление, что мы попали в совсем другое здание: стены отделаны новенькими пластиковыми панелями, пол тоже выстелен чем-то современным, работает система вентиляции.

Правда, планировка здорово смущает. По сути, здесь имеется гостиная, плюс — восемь приличного размера спален и столовая. Огромные кровати, установленные повсюду зеркала, висящие на стенах плоские ТВ. Как-то слабо это походит на военный объект.

Когда, после осмотра всех помещений поворачиваюсь к Рэдди, тот сразу же начинает говорить сам:

— Раньше крепость курировалась одним из легатов. Он приложил немало усилий, чтобы сделать из неё своего рода гнездо для внебрачных утех. Не только для себя, но и других старших офицеров легиона. Если пройти дальше, вы найдёте там зону для отдыха.

На секунду замолкает, после чего излагает дальше:

— Но потом объект оказался под контролем господина Веспасиана и он превратил его в то, чем он является сейчас. Но вот жилой комплекс было решено оставить в его первозданном виде.

Забавно. Ради интереса, шагаю вперёд, добираясь до двери, что виднеется в конце коридора. Прохожу по короткому коридору и оказываюсь в помещении, которое больше всего напоминает зал небольшого клуба.

Расставленные столики, кожаные диваны, сцена с тремя металлическими шестами для стриптиза, барная стойка. Всё, что нужно для полноценного отдыха офицеров, которых сопровождает отряд блядей. Что-то мне подсказывает, устроивший всё это легат был не слишком щепетилен в плане трат государственных денег на свои нужды.

Вернувшись, сталкиваюсь со слугой, который ожидает около входа.

— Господин Веспасиан просил напомнить о выборе одежды для сегодняшнего приёма. Платья будут доставлены, как только девушки определятся. Но желательно сделать это в ближайшие сорок минут, чтобы успеть.

Кивнув ему, двигаюсь к остальным, и подозвав ту троицу, что возьму с собой, даю команду определиться с внешним видом. Остальным приказываю разложить вещи и пока отдыхать. Условия для практических заданий будут обеспечены позже. Так что сейчас у них всё равно нет других вариантов.

Пока девушки листают каталог, обсуждая варианты нарядов, тянусь к разуму Рэдди. Слуга защищён артефактами, но для меня это не является критической проблемой. Осторожно проделываю пробоину в его ментальной броне и проникаю в разум. Аккуратно исследую память мужчины, параллельно анализируя текущие мысли.

На первый взгляд никакого подвоха не обнаруживается. Если таковой и имеет место быть, то Рэдди о нём точно не в курсе. Заодно выясняю, как они обеспечивают связь крепости с “большой землёй”. Постоянное курсирование транспорта между историческим объектом и городом неминуемо привлечёт внимание. Поэтому в большинстве случаев людей и ресурсы перебрасывают через подземный тоннель, ведущий к одному из ярусов парковки казино, что находится в трёх километрах отсюда.

Заведение располагает камерами наблюдения только в игровых залах, а владельцем является близкий соратник Веспасиана. Идеальное прикрытие для того, чтобы незаметно ввозить и вывозить из крепости всё что угодно. Казино, это такой объект, куда может прибыть практически любой груз. В конце концов, мало ли что захотели заказать выпившие гости, впавшие в состояние полного куража.

Именно по этому тоннелю доставляют платья, когда девушки наконец определяются со своим выбором. Мой же собственный наряд можно отнести к классике. Костюм-тройка и туфли. Всё. Стандарт, который не должен привлекать большого внимания.

Оружия на приём пронести не выйдет, но оно нам и не понадобится. Подготовленный одарённый, сам по себе является мощным инструментом для уничтожения всего живого в округе.

Обсудив с Рэддом вопрос взаимодействия, захожу к себе, чтобы переодеться и вижу Ранну, которая втискивается в платье. Натянув его, чуть поворачивает голову.

— Поможешь застегнуть?

Шагаю к девушке и застёгиваю молнию на спине. Отступаю назад и та разворачивается, смотря на меня.

— Нравится?

Прохожусь по ней взглядом. Обтягивающее короткое платье, достающее до середины бедра. Декольте не сильно глубокое, но имеется. Вот бюстгальтер точно отсутствует.

Клиентка проводит пальцами по бёдрам и хитро улыбается.

— Белья, если что на мне нет.

Они сговорились? Такое впечатление, что дух Тео решил вернуться, но случайно перепутал оболочки и, расколовшись на части, ворвался в разумы девушек.

— Сегодня там будут преторианцы. И масса целей из числа одарённых аристократов. Не думаю, что на приёме выйдет развлечься.

Вижу, как сверкают глаза девушки. Раздув ноздри, внезапно проводит рукой по своим волосам.

— Это потому что я теперь брюнетка? Так это временно. До момента, как всё закончится.

Внимательнее присматриваюсь к её эмоциям. Неуверенность, колебание, страх. Какого хера? Откуда всё это?

Выдохнув, решаю спросить напрямую:

— Что происходит? Если переживаешь из-за секса втроём, то я не понимаю, почему? А если дело в чём-то ещё, самое время мне об этом сказать.

Втягивает воздух. Какое-то время молча смотрит на меня.

— Тогда… В тот раз мне понравилось. Очень. И в первом случае, и во втором. Но… Сейчас я думаю, а что если кто-то из них больше устроит тебя в постели? Или просто понравится больше?

Пару секунд осмысливаю её слова. Потом концентрируюсь на том, чтобы сдержать усмешку. Порой меня здорово удивляет хаос, который присутствует в её голове.

— Ты ведь сейчас в этой комнате, верно? Стоишь, одетая в платье на голое тело и смотришь на меня?

Прищуривается и неуверенно кивает. Я же продолжаю.

— Кто-то ещё здесь есть? Или может быть кто-то спит со мной каждую ночь в одной постели? Прекращай забивать голову ерундой. Лучше вспомни, как ты дико кончала, пока прыгала на моём члене, а Фабия обрабатывала твою задницу языком.

Уже открывшая рот девушка, захлопывает его, клацнув зубами и косится в сторону кровати. Подтягивает пальцами подол платья.

— Может успеем?

Соблазнительно. Но боюсь, после такого нам обоим придётся переодеваться. А запасных комплектов одежды нет. Как и времени, собственно говоря.

— Через десять минут нам уже надо быть внизу. Извини, но не сейчас.

Корчит расстроенную гримасу, но всё же шагает за мной к выходу. В коридоре сталкиваюсь с Фабией и Сидни. Первая в относительно длинном платье, с парой разрезов, которые доходят практически до паховой области. А вот вторая выбрала обычное вечернее платье с лёгким декольте и длиной чуть выше колена.

Прихватив с собой Давдена спускаемся вслед за Рэдди в тоннель. Обнаруживаем там полноценную железную дорогу. Если быть точным, что-то вроде узкоколейки, по которой курсирует единственный самоходный вагон. Удобно. На мой взгляд, пару тонн груза этот аппарат перевезти точно способен. А гонять его из конца в конец можно хоть двадцать раз на день. Расстояние небольшое.

Слуга рассказывает, как управлять техникой, и объясняет, что на той стороне нас встретит ещё одно доверенное лицо Веспасиана. Спустя считанные секунды мы уже медленно удаляемся от одинокой мужской фигуры, уходя всё дальше в тоннель.

Сидящая справа от меня Сидни, оглядывается назад и уточняет:

— Что делать, если нас раскроют? Не то, чтобы я сомневалась в твоей маскировке, но там будут преторианцы, о которых все так много говорят. И неизвестно, кто ещё может появиться на горизонте.

Поворачиваюсь к ней.

— Действовать по обстановке. В случае, если дело дойдёт до реальной схватки, первыми убивай как раз преторианцев. Скорее всего ты сможешь пробить их защиту, несмотря на артефакты. Если не выйдет, достань всех, кто будет представлять опасность.

Когда замолкаю, в разговор вклинивается хмурая Ранна:

— А ты сам чем будешь заниматься?

Если верно понимаю её эмоции, в её голове сейчас крутятся весьма разные варианты развития ситуации. Включая в те, что являются максимально развратными.

— Устанавливать ментальные закладки, проверять разумы, брать одарённых под контроль. В первую очередь старших аристократов, но в целом, чем больше людей получится подмять, тем лучше.

Сделав короткую паузу, объясняю:

— Нам понадобится настоящий боевой отряд. Как минимум, десятка три человек, Пути которых будут максимально эффективны. Для такого потребуется просеять сотни одарённых.

На самом деле, далеко не факт, что среди сотен отыщется нужное мне количество бойцов. Скорее всего придётся брать и тех, чьи возможности далеки от идеальных. Правда преимущество всё равно будет за нами. Местные не знакомы с механикой использования силы при помощи Пути. Они, собственно, даже не в курсе, как определять его направление и запускать в работу источник. Что на самом деле странно — неужели здесь полностью отсутствовали экспериментаторы? Хотя, если глянуть с другой стороны, в моём старом мире тоже никто не пытался разработать техники, напоминающие те, что используются здесь. Как только появилась концепция Пути, все исследования крутились вокруг неё.

— То есть нам просто изображать из себя мебель, пока ты будешь работать?

Бросаю взгляд на мрачного Джоши, который задал вопрос, а сам он добавляет:

— Если честно, я вообще не понимаю, нахера ты тащишь меня с собой? Оружия не пронести, дара у меня нет. Если начнётся замес, то что мне делать? Кидаться с голыми руками на одарённых? Прятаться под столом?

Вздохнув, формулирую ответ:

— У тебя есть глаза, мозги и навыки оперативника. Наблюдай, анализируй, сопоставляй. В теории ты можешь заметить то, что мы спокойно пропустим мимо своего внимания. Понимаешь?

Его эмоциональный отклик расплывчат. Сформированная мною защита настолько хороша, что сам с трудом чувствую настроение офицера.

Но внешне реагирует нормально. Кивнув мне, снова устремляет взгляд вперёд.

Спустя несколько минут добираемся до конца тоннеля, где нас встречает лысый мужчина в пиджаке. Он же провожает к лимузину, который ждёт на парковке. За его рулём ещё один человек Веспасиана, отрезанный от пассажиров перегородкой из тёмного стекла.

Особняк, в котором проходит сам приём, расположен вплотную к городу в одном из предместий.

Пока едем, в голову приходит неожиданная мысль. Раз Римская империя уцелела и существует до сих пор, то откуда здесь взялись такие же названия, как и в моём старом мире?

По идее, Белград сейчас должен называться совсем иначе. Ведь в этой реальности, варварские племена не прорвали оборону империи, а были разгромлены. Пожалуй, когда будет свободное время, стоит провести небольшое историческое исследование.

Наконец подъезжаем к громадному четырёхэтажному зданию. Официальная резиденция проконсула, где и происходит приём. Лимузин останавливается на подъездной дорожке, и мы по очереди выбираемся наружу. Изображая элегантного джентльмена, подаю руку Ранне, а потом и Фабии. Сделав шаг в сторону, окидываю взглядом нашу небольшую группу.

— Идём. Посмотрим, как отдыхает и развлекается цвет римской аристократии.

Глава XXIV

Поднявшись по ступеням, демонстрируем охране на входе свои пригласительные и проходим в просторный холл. Ещё двадцать метров по прямой и оказываемся перед ступеньками, которые ведут в громадный зал, наполненный людьми.

Пожалуй, я несколько недооценил масштабы мероприятия. Здесь, как минимум, три барные стойки, за которыми разливают алкоголь, добрый десяток столов с закусками вдоль стен и островки столиков с креслами, где гости могут отдохнуть.

Самих гостей, навскидку не меньше нескольких сотен. И это далеко не все. Я чувствую отклики разумов людей, находящихся на этаж выше. А вот собственно и широкая лестница, по которой прямо сейчас поднимается группа из трёх женщин.

Справа появляется вышколенный парень в ливрее. Скользнув по нам взглядом, делает жест рукой, показывая на зал.

— Сегодня, к вашим услугам все помещения резиденции проконсула, кроме закрытого сектора. Наслаждайтесь и развлекайтесь в своё удовольствие.

Лицо абсолютно невозмутимо, но я хорошо чувствую его внимание к девушкам. И определённую зависть ко мне.

Кивнув, спускаюсь по ступеням, параллельно сканируя всё здание. Странно, но пока не чувствую присутствия самого Веспасиана. Да и Гирра Луция тут нет. Плюс, не ощущаю ни одного менталиста. То есть обещанные преторианцы, тоже пока не явились.

Оказавшись внизу, переглядываюсь с Давденом, и они с Ранной отступают в сторону. Стреляющая по сторонам глазами Сидни тоже устремляется вглубь зала. Я же медленно направляюсь к ближайшей барной стойке. Для начала стоит взять себе коктейль, а потом расположиться в одном из кресел, изображая скучающего и слегка уставшего аристократа. Так будет куда проще обрабатывать чужие сознания.

С удивлением чувствую, что Фабия, которая по плану тоже должна была отделиться, медленно двигается следом. Оглянувшись замедляюсь и дожидаюсь, пока девушка окажется рядом. Вопросительно поднимаю брови, а та тихо шепчет:

— Можно я побуду рядом?

Не понимаю. Раньше за ней такого не отмечалось. Девушка просто подчинялась установкам, которые я сам вколотил ей в разум. Теперь же таскается за мной, как преданная собачонка. Если отталкиваться от излучаемых эмоций, то ещё и и опасается, что я сейчас её прогоню.

Подавив вздох, едва заметно наклоняю голову.

— Хорошо. Не мешай и смотри в оба.

Стоит признать, это выбивается из нашей схемы работы, в которой каждый одарённый действует автономно, выполняя собственную задачу. Я обрабатываю гостей, а девушки присутствуют где-то поблизости, изображая отдыхающих. Проявляя себя только в том случае, если дело дойдёт до открытой схватки.

Собственно, именно поэтому я и взял их собой. Если вдруг преторианцы окажутся куда более крепким орешком, чем я считал. Лучше перестраховаться и обеспечить себе поддержку. А именно эта троица продвинулась в своём развитии куда дальше остальных. Вернее — Ранна с Фабией. Сводная сестра Тео пока только начала идти по своему Пути. Но учитывая её редкую способность, уже сейчас может выборочно бить по целям. Старших преторианцев на приёме будет всего двое, ликвидация даже одного из них — уже успех.

Впрочем, как мне кажется, на этот раз я скорее переоцениваю противника. Сомневаюсь, что эти менталисты окажутся способны мне противостоять. Скорее всего я увижу одарённых на уровне Учеников, идущих по Пути Разума, не более того. Справиться с такими, всё равно, что пристрелить вооружённого арматурой алкаша, который толком не стоит на ногах.

На подходе к отдельно стоящему бару едва не сталкиваюсь с жизнерадостным пухляшом, который сразу отскакивает в сторону.

— Извините. Задумался и не заметил. Вы, к слову, не хотите выпить? Вместе с вашей спутницей, конечно.

Слегка напрягшись, проверяю эмоциональный фон. Подвоха вроде не чувствую. По крайней мере на первый взгляд. Он действительно хочет выпить и пообщаться? Хотя… Где-то на заднем присутствует ещё что-то.

Тот воспринимает моё молчание как задумчивость и сразу же добавляет:

— Вы же не отсюда? Правильно? Я почти всех тут знаю, а вот вас вижу впервые. Посидим, выпьем, развеем скуку. А заодно введу вас в курс дел местной богемы.

Откровенной угрозы он не излучает. Так что согласно киваю, и мы вместе подходим к барной стойке. Глянув на коктейльную карту, наугад заказываю один из лонгов, а толстячок снова принимается говорить:

— Вы недавно переехали? Или у кого-то в гостях?

Странно. Чувствую что-то завуалированное. Какое-то намерение, скрытое за этими вопросами. Но пока не могу понять, в чём именно дело. При этом, в остальном он смотрится абсолютно безобидно.

— С бизнес-визитом. Ищу варианты для инвестиций.

Тот внезапно плещет самой настоящей радостью. Вполне себе искренней. Ожидаю услышать слова об имеющемся проекте для вложений, но новый знакомый меня удивляет.

— Тут такая конкуренция, что будет сложно подобрать варианты. Лет тридцать назад Балканы были стремительно развивающейся территорией, ну а теперь, увы, почти все сферы заняты.

Отвлекает. И слегка тревожит. Возникает мысль немедленно пробиться в его разум и выяснить всё наверняка, но решаю подождать, пока доберёмся до одного из островков со стоящими там столами.

Тот же, бросив взгляд на Фабию, которая тоже сделала заказ, восхищённо цокает языком.

— Хочу отметить, ваша спутница просто прелестна. Правда, судя по отсутствию кольца на пальце, это лишь подруга.

А вот теперь он максимально собран и с нетерпением ждёт ответа. Пухляш запал на Диксит? Не спорю, выглядит девушка неплохо. Иллюзия изменила цвет волос на рыжий. А черты лица, несмотря на мою “рихтовку”, выглядят точёными. Но подкатывать к женщине, которая сопровождает мужчину, — за гранью логики.

— Подруга моей сестры.

Внешне толстячок остаётся таким же: нацепленная на лицо улыбка, невозмутимое выражение глаз и готовность общаться. Но вот эмоциональный фон выдаёт его с головой — собеседник рад моему ответу.

Бармен по очереди выставляет на стойку приготовленные коктейли, и мы шагаем следом за пухляшом, который ведёт нас к уже занятым им столикам. Забавно, кстати. Не так давно я сам был в теле настоящей жирной туши с обвисшими щеками. А сейчас, практически на полном автомате ставлю маркер “толстяк”, мужику, чей вес не так уж сильно превышает норму.

Проходя мимо висящего на одной из колонн зала зеркала, бросаю взгляд на отражение. Если подумать, то от лишнего веса старого Тео, мало что осталось. Солидную часть убрала процедура присвоения ранга, а почти всё из оставшегося ушло за время моих последующих приключений в Дели, когда толком и поесть было некогда.

Шагая вперёд, продолжаю сканировать зал. Преторианцев и проконсула всё ещё нет, и это напрягает. Скорее всего римские менталисты окажутся слабыми противниками, но мне хотелось бы убедиться в этом лично. И только потом начинать процесс обработки гостей. А так как, эти долбанные сучьи выродки до сих пор не явились, приходится тратить время впустую.

Когда оказываемся рядом со столиками, наш знакомый притормаживает. И внезапно подаётся вправо, одновременно делая жест рукой.

— Знакомьтесь, это мои прекрасные дочери: Адель, Жозефина и Танна.

Не сказать, что сидящие в креслах девушки действительно красивы, разве что Жозефина выделяется на общем фоне симпатичным лицом. Но одеты они более чем откровенно. И реагируют на моё появление с показным энтузиазмом.

Обменявшись приветствиями, усаживаюсь в кресло. Фабия сразу же занимает то, что стоит слева. Предварительно налегает на него, пододвинув вплотную к моему, и недолго думая, кладёт руку на мой подлокотник.

Толстячок слегка хмурится, тоже занимая своё место. А я наконец понимаю подоплёку его вопросов и тактики поведения. Он целенаправленно ищет того, кто может повестись на его дочерей. И, как минимум, две из них не против. Одна наклонилась над столом, вывалив практически всю грудь в декольте, а вторая закинула ногу на ногу, обнажив ноги почти до самых трусиков.

В теории, можно уйти прямо сейчас. Никто не заставляет сидеть тут в их компании. С другой стороны, я всё равно хочу дождаться появления преторианцев и только потом начинать действовать. А эта странная банда невест в сопровождении свахи-сутенёра в лице отца — не самое плохое прикрытие.

Сам он уже что-то тараторит про экономическую ситуацию, постоянно скашивая глаза на девушек. Закончив говорить, неожиданно добавляет:

— Могу я поинтересоваться, как вам Белград? Как проводите свободное время?

Сделав маленький глоток коктейля, пожимаю плечами.

— Если честно, пока не успел толком посмотреть город. Слишком занят делами.

Тот всплёскивает руками и делает такое лицо, как будто узнал о мировой катастрофе.

— Мои дочери знают город, как свои пять пальцев. Если хотите, они продемонстрируют вам всю дружелюбность римских Балкан.

Не успеваю ответить, как Адель ещё больше подаётся вперёд, практически укладываю тяжелую грудь на столик.

— Я с радостью помогу вам всем, чем только получится. Только скажите.

Тон голоса и выражение лица такое, что даже полному идиоту станет понятно, какой подразумевается подтекст. Интересно, в чём проблема этой семейки? Почему они себя так ведут?

Смотря на девушку, озвучиваю ответ:

— С радостью возьму ваш номер телефона. Если что-то понадобится, непременно свяжусь.

Та сразу тянется к сумочке, доставая оттуда визитку. Забирая из её рук кусочек картона, внезапно чувствую что-то странное — какой-то объект, который пока находится за пределами здания, но уже ощущается тонкой частью моего сознания.

Машинально хочу потянуться к нему, чтобы исследовать более детально, но сдерживаю себя. Если Мастер Разума не понимает, что именно перед ним находится, значит не стоит лезть к этой херовине. Для начала оптимально понаблюдать и оценить ситуацию.

Глядя на дочь пухляша, слушаю её рассуждения о том, как прекрасен ночной Белград и с какой радостью она проведёт мне экскурсию по самым интересным его местам. А сам фокусирую внимание на объекте. Это человек. Скорее всего. Как минимум, я чувствую слабый отклик разума. Плюс, он постепенно перемещается, становясь ближе. Один из гостей? Если да, то что с ним не так?

Сучье же дерьмо! Что это вообще такое? Не может человеческое сознание так выглядеть! Я наблюдал через тонкий план за миллионами разумных и ни разу не видел ничего подобного. Даже адепты Твари сохраняют стандартный спектр человеческих эмоций.

— Вы меня слушаете?

С трудом оторвавшись от мыслей, упираю взгляд в девушку. Киваю.

— Да, конечно. Просто задумался.

Чувствую исходящее от неё недоверие. А заодно и раздражение пухляша — видимо с точки зрения отца-сутенёра, дочь заваливает задачу прямо на его глазах. Причём — в плохом смысле слова.

На всё это накладывается злость Фабии, которая буквально хлещет из девушки. Похоже ей вся эта ситуация крайне не нравится.

Объект снова смещается. Теперь он практически внутри здания. По крайней мере, если я правильно интерпретирую эмоции тех гостей, что находятся рядом с ним.

Стоп! Он же сейчас среди людей. То есть, это точно человек.

Мысль проста и очевидна. Тем не менее она приводит к настоящему взрыву внутри сознания. По той простой причине, что не может человеческий разум транслировать нечто подобное. Ни одной эмоции. Ничего. Я бы скорее поверил, что к особняку подползает громадный осьминог, который каким-то чудом обрёл зачатки разумности.

Выдохнув, тянусь к коктейлю, но сразу же убираю руку в сторону. Алкоголь, сейчас точно будет плохой идеей.

— Вы всё-таки меня не слушаете!

Бросаю взгляд в сторону Адель, которая корчит обиженную гримасу. Чувствую, как внутри постепенно нарастает ярость. Странно. Я был стабилен в последнее время. Более или менее. А сейчас чувствую себя так, как будто на грани срыва.

Разочарованный пухляш уже поднимается на ноги, отправляясь искать следующую жертву. А в дело вступает ещё одна его дочь, которую вроду зовут Танной. Откинувшись в кресле, перебрасывает ногу на ногу, демонстрируя прозрачное кружевное бельё и принимается рассказывать, что могла бы присоединиться к сестре, чтобы сопроводить меня в путешествии по городу.

Я настолько сфокусирован на неизвестном, что не сразу чувствую вибрации тонкого плана. А когда понимаю, что происходит, уже поздно.

Фабия. Девушка всё же не выдержала и ударила. Тем самым оружием, которое всё это время изучала.

Обе девушки сейчас выглядят, как выброшенные на берег рыбы. Адель хватает ртом воздух, пялясь в никуда, а Танна судорожно сжимает бёдра, опустив правую руку на лобок.

По идее, они сейчас должны переключить внимание на Диксит, но вместо этого пока остаются на своих местах. Хотя, грудастая вроде начинает шевелиться. Судорожно выдохнув, несколько раз моргает. С некоторым трудом фокусирует взгляд на Фабии.

— Знаешь… Я бы… Хочешь я сделаю тебе массаж? Наверху есть подходящие комнаты. Знаю отличное место.

Говорит прерывисто, разрывая речь негромкими стонами. Судя по всему, Фабия выкрутила её состояние на самый максимум.

Сучий пухляш со своим выводком блядей! Теперь оставаться здесь точно нельзя. Придётся уйти, чтобы не привлекать внимания.

Поднимаюсь и Диксит тоже моментально вскакивает на ноги. Чувствую ещё один всплеск вибраций тонкого плана, после которого обе цели расслабляются. Обмякают в своих креслах, видимо пытаясь понять, что именно с ними только что случилось.

Третья сестра, уткнувшаяся в телефон, даже не обращает внимание на происходящее. Так что я просто шагаю вперёд. Сбоку сразу же оказывается Диксит.

— Извини. Я не хотела, но… Они так раздражали! Будь ситуация другой, заставила бы их ползать голыми по залу и отдаваться каждому, кто попросит.

Несмотря на угрозу, слова заставляет внутренне усмехнуться. Притормаживаю около колонны и обернувшись к девушке, тихо говорю.

— Во-первых, они и так готовы раздвинуть ноги перед первым встречным. Это очевидно. А во-вторых, готовься. Возможно совсем скоро придётся принять бой.

Вижу, как глаза рыжей спутницы на момент расширяются, а потом она сразу же окидывает взглядом окружающих, как будто собираясь отыскать среди них угрозу.

Ранна и Давден — около дальнего бара. Сидни — в противоположном конце зала. Не самый лучший расклад. Возможно зря я понадеялся на то, что противник окажется слабым.

Фиксирую новые изменения в пространстве. Момент номер один — к зданию всё-таки прибыл проконсул. А вместе с ним и приличный отряд охраны. Восемь одарённых и ровно двадцать обычных бойцов, прикрытых артефактами.

И момент номер два — ещё один странный объект, который быстро приближается к особняку. Только этот двигается со стороны главного входа.

Выдохнув, стараюсь успокоиться. Всё в порядке. Чем бы ни оказалось это неведомое дерьмо, я справлюсь. Далеко не факт, что это вообще противник. Как знать, вдруг я зафиксировал какую-то странную аномалию, которая имеется у какого-то процента местных одарённых?

С моим разумом, всё-таки что-то не так. Слишком много эмоций. Бьют через край. Прямо сейчас, я раздражаю сам себя этой попыткой успокоиться.

Скрипнув зубами, прикрываю глаза и ныряю в “чертог”. Раз обычные средства не срабатывают, попробую использовать тяжелую артиллерию.

Сканирую свой собственный разум. Выглядит он странно — все чувства, как будто гипертрофированы. Каждая эмоция норовит вырваться к максимальным значениям. И я на самом деле не понимаю, какого хера происходит? Ведь у остальных всё в порядке.

Нет. Ошибаюсь. У Фабии тоже проблемы. Выругавшись про себя, выныриваю в реальность. И обнаруживаю, что Диксит навалилась на меня, прижав спиной к каменной колонне. А сама, мелко дрожа, едва ли не сползает вниз.

Машинально обхватываю её руками за талию и она глухо стонет, уткнувшись носом мне в грудь. Кончила от контактов с моими пальцами? Из-за того, что я коснулся её через платье?

Внутри сознания творится настоящий хаос, но я всё же вычленяю основной момент этой ситуации. Ни у кого из других гостей, появление странных объектов, проблем не вызывает. Только у меня и Диксит. В обоих случаях, имеет место Путь одарённого, связанный с Разумом. Только у девушки, он крайне специализированный.

То есть сюда вот-вот войдёт пара ублюдков, которые воздействую на менталистов одним фактом своего присутствия?

Поняв, что отвлёкся от наблюдения, ещё раз прохожусь сканом по зданию. И понимаю, что объект, который зашёл через главный вход, уже направляется к ступеням, что ведут в зал.

Продолжая сжимать талию Диксит, смещаюсь в сторону. Поворачиваю голову так, чтобы неизвестный попал в поле зрения.

Пару мгновений просто пялюсь на нового гостя. А потом осознаю, кто именно передо мной находится. Складываю два плюс два.

Блядское сучье дерьмо! Какого хера, я вообще решил, что римский император из моего старого мира? И куда более важный вопрос — как теперь быть?

Конец пятой книги

05 мая 2023 года

Следующая часть уже начата и доступна по ссылке: https://author.today/reader/269823

Content

Мастер Разума V

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Глава XIX

Глава XX

Глава XXI

Глава XXII

Глава XXIII

Глава XXIV