Джейн Энн Кренц / Аманда Квик

После света

Глава 1

Маленькая горелка и маленькая чаша рядом с телом рассказали печальную историю. Профессору Лоуренсу Малтби наконец удалось покончить с собой. Судя по темному осадку и стойкому запаху экзотических специй, он прикончил себя обычным уличным наркотиком, известным как «шартрез».

Лидия Смит вышла из обшарпанной спальни, которую Малтби превратил в кабинет, и присела рядом с тощим, скрюченным профессором. Она не ожидала найти пульс, и когда она приложила кончики пальцев к горлу под взлохмаченной седой бородой, она оказалась права.

Она вздрогнула, быстро встала, отступила назад и полезла в сумку за личным телефоном. Ее пальцы дрожали, когда она набирала номер службы экстренной помощи.

«Да, верно», — сказала она уставшему оператору. — «Номер тринадцать, Скрытый переулок. Первый этаж, квартира А. Это в Старом квартале, у Стены.»

«Извините, мэм, но эта улица не отражается на карте», — резко сказал оператор. — Вы уверены в точности адреса?

«Да, я уверена. Скрытого переулка нет на большинстве городских карт» — Лидия сделала еще один шаг от тела. — «Наверное, поэтому его так назвали— «Скрытым переулком». Слушайте, просто скажите медикам, чтобы они двигались по дороге «Мертвого города» в сторону Южной Уолл-стрит и повернули налево у таверны на углу. Как только они окажутся поблизости, любой сможет указать им дорогу».

«Ладно.» — Наступило короткое молчание, прежде чем женщина вернулась на линию. — «Они в пути. Я также пришлю полицейскую машину, так как вы сказали, что есть тело.»

Голос оператора звучал так, словно она вовсе не была уверена, сможет ли Лидия отличить мертвое тело от живого.

«В этой квартире точно есть покойник. Поверьте мне, я видела их раньше».

«Ни при каких обстоятельствах не уходите с места происшествия, мэм. Поскольку это вы нашли тело, будет несколько формальностей.»

Формальности. Лидия почувствовала, как волосы на ее затылке зашевелились почти так же, как несколько минут назад, когда она вошла в наполненную мраком квартиру Малтби и поняла, что что-то определенно не так.

По ее опыту формальности были не лучшим словом.

Несколько формальностей — так напыщенные члены Ученого совета описывали фарс формального расследования, которое они устроили перед тем, как семь месяцев назад уволили ее с должности в университете.

«Нам нужно соблюсти некоторые формальности», — так полицейский детектив, расследовавший убийство Честера Брейди в прошлом месяце, назвала допрос, который Лидия была вынуждена вытерпеть.

Она не виновата, что первой наткнулась на тело Честера в древнем саркофаге пришельцев, подумала она. И не было никаких причин возлагать на нее ответственность за то, что сегодня она первой нашла тело Малтби.

Просто ей не повезло, что она оказалась в этом беспорядке, сказала она себе. Это мог быть кто угодно. Дверь в квартиру Малтби была не заперта, когда она пришла несколько минут назад, так что, естественно, она просунула голову внутрь, чтобы позвать его по имени. В конце концов, это он попросил ее зайти к нему сегодня утром.

На самом деле сообщение, которое он оставил на ее автоответчике, пока она была занята экскурсией по музею, было требованием, а не просьбой.

". . Это доктор Лоуренс Малтби. Мы должны встретиться немедленно, мисс Смит. Пожалуйста, приезжайте в мою квартиру как можно скорее. У меня очень срочные новости относительно инцидента в катакомбах, который произошел несколько месяцев назад и привел к твоему увольнению из университета. .».

Хотя он был уволен со своей должности в Колледже Олд-Фриквенси более десяти лет назад, Малтби, очевидно, не утратил своего профессорского авторитета. Тон его голоса на ее автоответчике был голосом начальника отдела, вызывающего младшего сотрудника в свой кабинет.

Несмотря на грубость, Лидия не теряла времени даром. Волшебные слова, срочные новости, касающиеся инцидента в катакомбах, произошедшего несколько месяцев назад, полностью завладели ее вниманием.

Но дорогая поездка на такси до Хидден-лейн оказалась напрасной. Она опоздала.

Однако она не видела причин упоминать причины, по которым она оказалась у мертвого тела Малтби.

— Послушайте, это не место преступления или что-то в этом роде, — быстро сказала она. «Профессор Малтби не был убит. Похоже, он передознулся Шартрезом. Нет смысла заставлять меня задерживаться, чтобы ответить на кучу вопросов. У меня нет ответов».

Оператор был непреклонен. — «Простите, мэм, но правила есть правила. Оставайтесь на месте, пока не прибудут полиция и медики».

«Хорошо.» — Лидия резко прервала разговор. Она еще раз взглянула на тело, а затем быстро отвела взгляд.

Она не была знакома с Малтби лично, но много лет слышала сплетни на Руин-Роу. Его трагический конец уже давно был предсказан всеми галеристами, имевшими с ним дело. В лучшие годы он был уважаемым штатным профессором пара-археологии. Но его карьера пошла под откос после того, как он погрузился в темную преисподнюю наркомании.

После увольнения из штата Колледжа Олд-Фриквенси он переехал сюда, в Каденс-Сити, где пытался зарабатывать на жизнь частным консультантом коллекционеров и владельцев галерей на Руин-Роу. Но наркотики сделали это невозможным. В конце концов его ухудшающаяся репутация привела к тому, что его консультационная деятельность прекратилась.

В конце концов, Малтби опустился на самую низкую ступеньку в торговле древностями. Он превратился в руинную крысу, зарабатывающую на существование тем, что тайком пробирался в катакомбы и обратно в надежде найти ценную реликвию.

Несколько знакомых Лидии в Старом Квартале рассказали ей, что во время коротких периодов, когда он мог отказаться от своей привычки достаточно долго, чтобы уйти под землю, Малтби иногда появлялся с некоторыми впечатляющими находками. Никто не знал, где он проводил свои тайные раскопки в катакомбах, и, соблюдая негласные правила, регулирующие менее законную сторону торговли древностями, никто не спрашивал.

Несколько секунд она внимательно прислушивалась и не услышала звука сирены. У нее было несколько минут до прибытия медиков и полиции. Конечно, не было никакого вреда в том, чтобы осмотреться.

Стараясь не смотреть на тело, она подошла к столу и осмотрела захламленную поверхность. В одном углу в хаотичном порядке были сложены несколько старых экземпляров «Журнал пара-археологии». Ручки, бумаги и блокнот были разбросаны небрежно.

Она расстегнула наплечную сумку, достала салфетку и открыла ею блокнот. Надписи внутри представляли собой ряд гневных опровержений различных статей, появившихся в недавних выпусках «Журнал Пара-археологии»; письма в редакцию, которые никогда бы не были опубликованы.

Она закрыла блокнот и осмотрела стол. Что-то в расположении предметов, на нем, казалось неправильным. Все вещи, которые можно ожидать увидеть на столе ученого, присутствовали, включая небольшой блокнот, кучу справочников, лампу и промокательную бумагу. Компьютера не было, но это не было неожиданностью. Малтби, вероятно, давно продал его, чтобы купить Шартрез. Либо так, либо его украли. Это был опасный район.

Она пригляделась, пытаясь понять, что ее беспокоит. И тут до нее дошло, что промокашка не была расположена точно по центру, где ее можно было бы использовать должным образом. Ее перетащили или утянули слишком далеко вправо, так что один угол свисал с края. Лампа тоже была не на своем месте. Свет был направлен под странным углом, и он бесполезно освящал пол.

Было легко догадаться, что произошло. Без сомнения, запоздало осознав, что у него серьезные проблемы из-за передозировки, Малтби, очевидно, пытался встать на ноги, возможно, чтобы позвать на помощь. Он был ошеломлен и не мог стоять ровно и, вероятно, дико шатался, цепляясь за ближайшие предметы в тщетной попытке удержаться. Поэтому он сбил лампу и промокашку.

Она наклонилась, чтобы открыть верхний ящик стола. Можно же просто заглянуть внутрь, чтобы убедиться, не оставил ли Малтби хоть какой-нибудь ключ к тому, что он хотел ей сказать?

Она остановилась, чтобы потянуться к ручке ящика, когда заметила маленький лист бумаги, лежащий на изношенном ковре. Он был как раз подходящего размера, чтобы его можно было вырвать из маленького блокнота, который лежал рядом с телефоном.

Заинтересовавшись, она присела и залезла под стол, чтобы подобрать бумажку. Когда она перевернула ее, то увидела, что кто-то очень трясущейся рукой пытался нацарапывать пару слов.

Эмбер Хил

Громкий стук в дверь квартиры нарушил неестественную тишину комнаты. Вздрогнув, она начала выпрямляться. Ее голова ударилась о нижнюю часть стола.

«Проклятие.» — Она вылезла из-под стола и бросила обрывок в сумочку.

Раздался второй стук. Дрожь прошла по ней. Кто бы там ни был, в холле, ему удалось заставить простой стук в дверь звучать как угрозу жизни.

Она колебалась, не зная, отвечать или нет. Она по-прежнему не слышала сирен, что исключало возможность того, что посетитель Малтби был медиком или полицейским. Учитывая характер района, это оставляло много неприятных вариантов.

Она размышляла над тем, разумно ли просто проигнорировать стук. Потом она вспомнила, что дверь была незаперта. Кто бы ни находился в холле, он мог в любой момент попытать счастья с ручкой.

Вероятно, было бы действительно хорошей идеей пойти в переднюю комнату и запереть дверь.

Она поспешила из кабинета, прошла по короткому коридору и на цыпочках пересекла грязную гостиную. В усиленной двери был глазок. Стараясь не выдать своего присутствия, она посмотрела на маленький стеклянный круг. В то же время она потянулась, чтобы закрыть задвижку.

Она остановилась, увидев мужчину, стоящего в темном коридоре. Темная щетина, отросшая за день, поношенные ботинки, износостойкие брюки цвета хаки и рубашка, а также потрепанная кожаная куртка подкрепляли один вывод. Этот парень выглядел так, будто устроил бы интересное свидание, если бы у вас было настроение прогуляться по дикой стороне, но вы бы точно не захотели столкнуться с ним в темном переулке безлунной ночью.

Его глаза были сочетанием золотого и зеленого, и в них была тревога. У него были жесткие, неумолимые черты человека, привыкшего командовать.

Циферблат его часов представлял собой кружок из янтаря. Она знала это, потому что знала этого человека.

В янтарных часах, конечно, не было ничего особенного. Почти все носили янтарь в той или иной форме. Двести лет назад колонисты с Земли быстро поняли, что здесь, на Хармони, уникальный драгоценный камень обладает особым свойством: янтарь позволяет людям сосредоточить свою скрытую пси- энергию, паранормальные силы, которые каким-то образом высвобождаются средой нового мира.

Учитывая тот факт, что ко второму поколению все потомки колонистов проявляли некоторую степень пси-талантов и могли управлять ими с помощью янтаря, этот материал быстро стал предпочтительным источником энергии. Даже маленькие дети могли резонировать с янтарем, открыть дверь ключом или включить рез-экран для просмотра мультфильмов.

Лидия слишком хорошо знала, что Эммет Лондон предпочитал янтарные аксессуары не потому, что они были модными. Он был очень мощным пара-резонатором энергии диссонанса — охотником за привидениями. Он обладал экстрасенсорным талантом и подготовкой, необходимой для нейтрализации опасных, вспыхивающих шаров энергии хаотического диссонанса, так называемых призраков, беспорядочно дрейфующих по бесконечным подземным коридорам инопланетных руин.

Охотники за привидениями были необходимой частью любой раскопочной группы. По сути, это были профессиональные телохранители, которых нанимали в Гильдии для защиты археологов, исследователей и других лиц, которые исследовали и раскапывали древние катакомбы под Мертвым городом.

Пока она не встретила Эммета в прошлом месяце, она была крайне низкого мнения об охотниках в целом. Она считала, что большинство пара-резов с энергией диссонанса немногим лучше высококлассных мафиози. Гильдия охотников была в каждом крупном городе Хармони, и, насколько она знала, они были просто легализованными преступными организациями, управляемые безжалостными боссами.

Эммет был таинственным бывшим боссом гильдии Резонанс-Сити. Вскоре после его прибытия в Каденс в прошлом месяце в таблоидах начали циркулировать слухи о том, что он был избранным преемником нынешнего босса гильдии Каденс-Сити, Мерсера Уайатта.

Эммет отрицал какую-либо заинтересованность в том, чтобы взять на себя руководство местной гильдией, но Лидия не была так уверена, что он сможет избежать этой работы — по крайней мере, если Уайатт окажет на него давление. Было много старых поговорок об охотниках и гильдиях, одна из которых заключалась в том, что «Однажды вступивший в гильдию навсегда остается ее членом». Конечно, общепринятое мнение упускало из виду тот факт, что были женщины-охотницы, но это не имело значения.

В последние несколько недель она изо всех сил старалась не думать о том, что спит с человеком, которого Мерсер Уайатт выбрал в качестве босса гильдии Каденса.

Она распахнула дверь и бросилась в объятия Эммета.

— Ты не представляешь, как я рада тебя видеть, — сказала она ему в рубашку. — «Как ты меня нашел?»

«Я позвонил в твой офис. Мелани сказала мне, что ты здесь». — Он обнял ее за плечи и оглянулся, чтобы проверить грязный коридор. Удовлетворенный, он завел их обоих в квартиру и закрыл дверь. — Какого черта ты делаешь в этой части города?

«Малтби, человек, который живет здесь, сказал, что хочет меня видеть. Когда я приехала, то нашла его лежащим на полу в кабинете». — Она глубоко вздохнула. — Он вроде бы мертв.

Эммет выглядел огорченным. — Только не еще один (Только не снова).

Она нахмурилась. — «Это не похоже на прошлый раз. Похоже, Малтби передознулся Шартрезом. Я вызвала скорую помощь». — Она вздохнула. — Не то чтобы это помогло.

«Где он?»

Стоическая покорность в его голосе раздражала ее. — «Ты не должен вести себя так, как будто у меня есть привычка находить мертвые тела». — Она махнула рукой в сторону кабинета. — Он в комнате дальше по коридору.

Эммет подошел к двери кабинета. Она плелась за ним, сжимая сумочку.

— Это нехорошо, — сказал Эммет.

«Да, ну, для Мальтби все еще хуже».

«Это не то, что я имел ввиду. Возникли некоторые сложности. Последнее, что нам сейчас нужно, это мертвое тело».

Он исчез в кабинете.

Встревоженная, она поспешила к дверям. Эммет стоял над останками Малтби, рассматривая небольшое пространство с задумчивым выражением лица.

«Какие сложности?» — спросила она. — «Не пойми меня неправильно, я рада тебя видеть, но что ты здесь делаешь? Когда ты вернулся домой из похода с Зейном и его приятелями?»

Неудивительно, что сегодня Эммет выглядел немного грубоватым, подумала она. Ее юный сосед, Зейн Хойт, и его приятели были подающими надежды пара-резонаторами энергии диссонанса из той части города, где хороших образцов для подражания явно не хватало. Мальчики по соседству быстро взрослели, и обладали большой пси-силой, и мало кто знал, как с ней справиться. Это был рецепт катастрофы. Они отчаянно нуждались в наставнике и твердой руке.

Спонсируемые Гильдией отряды охотников-скаутов были полезным общественным ресурсом для мальчиков Каденса, но в той части города, где жили Лидия и Зейн, их не было. Эммет решил эту проблему пару недель назад, когда незаметно подтолкнул Гильдию к созданию отряда по соседству. Он даже зашел так далеко, что проявил активный интерес к вновь созданной группе.

Все мальчики, включая Зейна, боготворили Эммета. В конце концов, он был одним из самых могущественных пара-резов в городе. Молодые мужчины, как обнаружила Лидия, были очень впечатлены грубой силой.

— Вернулся около трех часов утра, — сказал Эммет. — «Высадил мальчиков у их дома и пошел к себе, чтобы отдохнуть. Не хотел тебя будить. Телефон зазвонил, как только я вошел в дверь». — Он рассеянно потер челюсть. — Я еще не ложился.

Вдалеке завыли сирены. Пора, подумала Лидия.

«Кто тебе звонил?» — спросила она. — Почему ты не лег спать?

«Это длинная история. Я объясню позже». — Он внимательно посмотрел на нее. — А пока, пожалуйста, скажи мне, что этот мертвец не имеет ничего общего с твоей новой консультационной работой?

«О нет, с проектом Хепскотт (Hepscott) дела идут отлично», — сказала она, с облегчением от возможности дать положительный, оптимистичный ответ. Она бросила беспокойный взгляд на Малтби. — Это было, ммм, личное дело.

— Да, я боялся именно этого. — Выражение лица Эммета стало еще более жестким. — «Это связано с теми вопросами, которые ты задавала на Руин Роу последние пару недель, не так ли? О твоих так называемых «Потерянных выходных («потерянного уикенда»)»?

Ей следовало бы знать, что он в курсе тайных расспросов, которые она начала вести здесь, в Старом квартале. Эммет был бывшим боссом Гильдии. У него были связи.

— Мне позвонил Малтби, — оживленно сказала она. — Не я ему.

«Ты просто не можешь отпустить это, не так ли? Ты полна решимости доказать, что стала жертвой какого-то заговора охотников за привидениями. Ты не смиришься с тем, что то, что случилось с тобой, было действительно несчастным случаем».

Она сузила глаза. — «Именно поэтому я не сказала тебе, что провожу свое расследование. Я знала, что получу много рез-статики».

«И именно поэтому ты бы получила от меня помехи (Именно по этой причине я бы тебе помешал)». — Он указал на тело. — «Подобные вещи случаются в этой части города. По крайней мере, ты должна была позвонить мне до того, как пришла задавать свои вопросы».

— Я знала, что ты вернешься очень поздно. Я предположила, что сегодня ты будешь отсыпаться.

— Ты бы позвонила и пригласила бы меня, если бы знала, что я не сплю?

Она начала чувствовать себя загнанной в угол. — «Я знаю Старый квартал, Эммет. Я прожила здесь всю свою жизнь. Мне не нужно сопровождение».

«Не в том районе, где ты живешь, это совсем другой Квартал. В этом районе тебе нужен эскорт».

Она крепче сжала ремешок сумочки. — Знаешь, сейчас не время для лекций о личной безопасности.

«По дороге в эту ночлежку я встретил трех наркоторговцев, предлагавших забить мне полноценный шартрез, парочку шлюх, парня, который пытался продать мне «горячий» рез-экран, и одного из этих улыбчивых идиотов в зеленых халатах, который обещал раскрыть секреты истинного блаженства, если я куплю книгу. И это было всего в полуквартале между этим местом и местом, где я припарковал Слайдер. Мне повезет, если машина все еще будет там, когда я вернусь к ней».

«Я уверена, что ты найдешь Слайдер там, где ты его оставил. Никто не осмелится прикоснуться к нему. Теперь все знают, кто ты такой, Эммет, благодаря той дурацкой статье в «Каденс Таттлер» на прошлой неделе.

К большому отвращению Эммета, популярный таблоид разместил его фотографию на первой полосе. Картинка сопровождалась захватывающей дух прозой, ставящей под сомнение истинную причину его присутствия в Каденсе. Заголовок гласил: Следующий Босс Гильдии?

Эммет уперся руками в бедра. — Ты напугала меня до полусмерти, Лидия.

«Неа. Ты охотник за привидениями. Ничто не может тебя напугать».

Она говорила легкомысленно, но в глубине души чувствовала облегчение, что он отказывается от спора. У них было всего несколько коротких недель в этих очень сложных отношениях, и все и так было достаточно неурегулированным. Им не нужно было серьезное противостояние.

Они услышали, как сирены резко замолчали снаружи в переулке.

Эммет поднял брови. — Не возражаешь, если я спрошу, что ты собираешься рассказать копам?

Она вздрогнула. — Надеюсь, они не будут задавать слишком много вопросов.

«Это второй раз за месяц, когда ты сообщаешь о мертвом теле. Подозреваю будет не несколько вопросов.»

Кто-то стучал в дверь.

— Я впущу их, — сказала Лидия. Она повернулась и пошла по коридору.

Когда она открыла входную дверь квартиры, то увидела столпившихся в темном коридоре: двух медиков, полицейского в форме и слишком знакомое лицо.

— Здравствуйте, мисс Смит, — сказала детектив Элис Мартинес. — Довольно интересное место для встречи. — Она перевела взгляд жесткого полицейского на точку за левым плечом Лидии. — Как и с вами, Лондон. Что такое? Вы двое не можете придумать ничего более романтичного, чем найти мертвое тело?

Один из медиков посмотрел на Эммета. — Где мертвец?

— В том коридоре, — сказал Эммет.

Двое медиков и офицер направились в кабинет.

Лидии не нравилось темное облако, которое, как она чувствовала, сгущалось над ее головой. — Что вы здесь делаете, детектив? — осторожно спросила она. — «Это не убийство».

Элис не отводила взгляда от Эммета. — Вообще-то я искала вас, мистер Лондон. Я позвонила в офис мисс Смит, чтобы узнать, знает ли она, где вы находитесь, и мне сказали, что вы оба, вероятно, находитесь по этому адресу. Представьте мое удивление, когда я обнаружила, что мисс Смит только что позвонила и сообщила о мертвом человеке.

«Детектив». — Эммет вежливо склонил голову.

У Лидии сложилось впечатление, что он не удивился, увидев Элис Мартинес. Облако над головой стало темнее и зловещее. В любую минуту мог пойти дождь.

— Почему ты хочешь поговорить с Эмметом? — резко спросила она.

— Мне нужно задать ему несколько вопросов, — сказала Элис. — Просто формальность.

«Что?» — возмутилась Лидия. — «Ты не можешь быть серьезно. Ты же не думаешь, что Эммет как-то связан со смертью профессора Малтби? Я нашла тело. Эммет не при чем. Он приехал позже.»

Элис и Эммет посмотрели на нее. У Лидии возникло неприятное ощущение, что она слишком остро отреагировала. Не самая умная вещь в присутствии копа, сказала она себе.

— Я не планировала говорить с мистером Лондоном о смерти Малтби, — спокойно сказала Элис. «Хотя, возможно, мне придется пересмотреть это решение. Но пока оставим это. Причина, по которой я охотилась за ним этим утром, заключалась в том, чтобы задать ему несколько вопросов, касающихся другой проблемы, которой я занимаюсь на данный момент».

«Проблема?» — Лидия переводила взгляд с Элис на Эммета, а затем обратно. Новая волна страха потрепала ее нервные окончания. — «Какая проблема? Что здесь происходит?»

— Сегодня рано утром кто-то пытался убить Мерсера Уайатта, — тихо сказал Эммет.

«Кто бы это ни был, это почти удалось», — добавила Элис. — «Уайатт находится в реанимации в Мемориальной больнице Каденса под охраной. Врачи закончили операцию пару часов назад. Его состояние оценивается как критическое».

Лидия немного расслабилась. — «Я понимаю. Это прискорбно, но я не могу сказать, что я удивлена. Уайатт, в конце концов, босс Гильдии. Никто не достигает этого положения, не нажив себе врагов. Политика гильдии, как известно, грязная. По крайней мере, здесь, в Каденсе.

— Верно, — согласилась Элис очень нейтральным тоном.

Лидия нахмурилась. — Итак, почему ты хочешь допросить Эммета?

— Потому что на улице ходят слухи, что он новый исполняющий обязанности главы Гильдии Каденса. — Улыбка Элис была ледяной. — «Как я слышала, он возглавит Гильдию, если Уайатт не выберется из реанимации».

Глава 2

Он знал, что это будет нелегко.

Три часа спустя Эммет наблюдал, как Лидия щелкает замком на входной двери ее квартиры. Она не сказала ни слова по дороге домой после формальностей в офисе детектива Мартинес. Продолжающееся молчание было плохим признаком. Обычно Лидия никогда не брезговала дать ему знать, о чем она думает.

Как будто она пережила какой-то шок, но он не знал, как с этим справиться. Во-первых, он не был уверен, что расстроило ее больше всего: обнаружение тела Малтби или известие о том, что человек, в чьей постели она довольно часто была, был временным главой Гильдии Каденса.

У него возникло неприятное ощущение, что именно вторая новость заставила ее напрячься и замолчать.

Лидия была убеждена, что у нее есть все основания не доверять охотникам за привидениями, и не скрывала своего отрицательного мнения о Гильдии. То, что у нее был роман с ним, не означало, что она изменила свое мнение ни по одному из пунктов, напомнил он себе.

И тот факт, что она тайно занималась личным расследованием тайны своих «потерянных выходных», не прося его о помощи, действительно выводил его из себя.

Они спали вместе, черт возьми. Это означало, что они должны были обсуждать вещи до того, как она начнет заниматься потенциально рискованными вещами, такими как попытки найти доказательства преступных действий со стороны пары членов Гильдии.

Он подумал, что тот факт, что он очень сильно был бы против такого расследования, не дает оснований держать ее планы при себе. Несмотря на ее невысокое мнение о Гильдии, она, вероятно, не подозревала о том, на какой риск идет.

Он вырос в Гильдии и шесть лет контролировал организацию Резонанс-Сити. Он слишком хорошо знал риски.

Первое, что нужно сделать, это снова заставить ее говорить, решил он. Это были отношения. Согласно всем советам гуру, в отношениях важно общение.

Он последовал за ней в тесный холл ее маленькой квартиры, пытаясь придумать с чего начать разговор.

«Учитывая все обстоятельства, — сказал он, сбрасывая кожаную куртку, — я думаю, что все прошло хорошо».

Она бросила сумочку на маленький столик. — Никто из нас не сидит в тюрьме, если ты это имеешь в виду.

Ладно, начало положено. По крайней мере, она снова говорила с ним.

Большой комочек меха бегал по полу на шести невидимых маленьких ножках. Два наивно ярко-голубых глаза сверкали из глубины спутанного серого меха.

— Привет, Мохнатик. — Лидия подхватила комок мусора из сушилки, поцеловала его в макушку и усадила к себе на плечо. — «Ты не представляешь, как я рада тебя видеть. У меня был очень трудный день».

Пушок моргнул своими милыми лазурными глазками на Эммета, которого это не обмануло ни на минуту. Он видел вторую пару глаз Мохнатика, те, которыми он охотился ночью. Маленький пушистый комочек выглядел таким же безобидным, как что-то, выметенное из-под кровати, но в глубине души он был очень умелым маленьким хищником. Была поговорка о пушистиках. К тому времени, когда вы увидите зубы, будет слишком поздно.

К счастью, они с Мохнатиком обнаружили, что у них есть кое-что общее. И это- Лидия.

— Хорошо выглядишь, Мохнатик. — Эммет взъерошил мех пушка и был вознагражден урчащим звуком. По крайней мере, Мохнатик был рад его видеть.

«Я избавлюсь от этого делового костюма, — объявила Лидия. Она пошла по коридору к спальне. — А потом я выпью бокал вина. Даже, два.

— Я открою бутылку, — сказал Эммет, пытаясь казаться полезным.

Он говорил с воздухом. Она уже исчезла в спальне.

«Призрачное дерьмо». — Все шло не очень хорошо.

Он прошел в маленькую кухню, открыл дверцу холодильника и некоторое время размышлял над выбором продуктов внутри. Среди ограниченных предложений был пакет молока и остатки запеканки с макаронами и сыром. На верхней находилась бутылка поистине ужасного белого вина, которое Лидия держала под рукой. Этот напиток, по его мнению, был лишь на пару ступеней выше «Зеленых руин» и «Ацидной ауры», излюбленных напитков среди изгоев и бродяг, слонявшихся по Старому кварталу.

Но особого выбора не было, поэтому он вытащил бутылку и поставил ее на прилавок.

В последнее время ему удавалось избегать пить паршивое вино Лидии, потому что они вдвоем проводили много времени в его новом доме в нескольких кварталах отсюда. Там был не только лучший вид на Мертвый город с террасы его городского дома, а также были более вкусные вина.

Несколько недель назад, когда он намеревался найти жилье здесь, в Каденсе, у него была недвижимость на выбор. Агент по недвижимости пытался продать ему одно из больших закрытых поместий на Руин-Вью-Хилл. В конце концов, деньги не были проблемой. Он много заработал, управляя Гильдией Резонанса, и у него было хорошее чутье, когда дело доходило до инвестиций.

Но у него было несколько условий для будущего жилья. Первое из них, он не хотел, чтобы Мерсер Уайатт и его жена Тамара были его соседями. Другое и гораздо более важное, состояло в том, чтобы быть как можно ближе к Лидии.

Он полагал, что через месяц в этих непростых отношениях, вероятно, слишком рано, чтобы просить ее переехать к нему, не говоря уже о браке, поэтому он выбрал близость. Это означало дом в Старом квартале. Кроме того, ему нравилась атмосфера в этом районе.

Агент по недвижимости, в конце концов, отказался от попыток убедить его в преимуществах особняка на холме и нашел для него привлекательный таунхаус, построенный после Эпохи Раздора, который недавно был реконструирован и отреставрирован.

Однажды Эммет привел Лидию к себе домой, когда обдумывал покупку, просто чтобы посмотреть, как она отреагирует. Сияние восторга в ее лагунно-голубых глазах, когда она шла по просторным комнатам и выходила на террасу, чтобы увидеть великолепный вид на Мертвый город, скрепило сделку. Она выглядела потрясающе в его доме. Прямо как дома.

Он надеялся, что через месяц или два он сможет указать, сколько денег она могла бы сэкономить, если бы отказалась от своей тесной квартиры и переехала к нему. После этого он планировал осторожно подтолкнуть ее к идее выйти замуж.

Он предпочел бы сразу вступить в полноценный «Брак по Завету («Ковенант Брак»)» со всеми юридическими и социальными узами, связанными с таким союзом. «Браки по Завету» было почти невозможно расторгнуть. Для получения развода требовалась команда юристов, много денег и годы терпения. И тогда оставалось социальное клеймо на всю жизнь.

Большинство людей сначала выбирали стандартный, легко продлеваемый годовой «Брак по расчету», чтобы прощупать почву, хотя предполагалось, что если кто-то случайно забеременеет в БР (Брак по Расчету), пара немедленно получит лицензию на «Брак по Завету».

Первое поколение колонистов с Земли установили жесткие ограничения «Брака по Завету», не потому что они были ханжами; скорее они были отчаявшимися людьми. Двести лет назад, когда таинственное энергетическое поле в космосе, известное как Занавес, открылось, обеспечив ворота между Землей и несколькими другими обитаемыми мирами, поселенцы решили построить новые дома на Хармони.

Но вскоре после того, как они основали свои колониальные города и деревни, энергетическое поле исчезло без всякого предупреждения, отрезав их от Земли. Занавес больше никогда не открывался.

Отрезанные от всех контактов с Землей, семьи, навсегда разлученные со своими родственниками на родной планете. Вскоре, высокотехнологичное инженерное и сельскохозяйственное оборудование начало разваливаться из-за отсутствия запасных частей. И тогда, колониальные лидеры собрались с силами и сосредоточились на составлении планов, которые обеспечили выживание их расы.

Стремясь создать социальную структуру, способную выдержать неизвестные суровые испытания и нагрузки, которые ждут впереди, они сформировали Республику городов-государств, которая объединила все колониальные города на планете в единую Федерацию. Затем они приступили к разработке строгих законов, регулирующих «Брак по Завету».

«Брак по Расчету» был большой лазейкой в законе. Он был разработан для людей, которые хотели попробовать пожить вместе, прежде чем стать серьезной и ответственной ячейкой общества, которые хотели испытать отношения, прежде чем брать на себя нерушимые обязательства. Но в конце концов зрелые, ответственные взрослые должны были заключить «Брак по завету». Спустя все эти годы он все еще считался краеугольным камнем стабильного общества.

Эммет подумал, что с его точки зрения нет необходимости делать какие-либо пробные прогоны. Он не мог представить свое будущее без Лидии. Он был бы счастлив сразу же вступить в «Брак по Завету». Но он знал, что ему повезет, если она согласится начать с «Брака по Расчету».

У Лидии были проблемы с охотниками за привидениями. Он пытался максимально дистанцироваться от политики Гильдии, но знал, что она все еще беспокоилась о его связях с организацией.

Теперь, благодаря почти смертельному нападению на Мерсера Уайатта несколько часов назад, не было никакого смысла даже поднимать вопрос о браке в ближайшем будущем.

Он налил два бокала «зловещего» белого вина и поставил бутылку обратно в холодильник. Из спальни не доносилось ни звука. У Лидии было достаточно времени, чтобы переодеться в джинсы и свитер. Что задержало ее?

Мохнатик бесшумно ввалился на кухню и посмотрел на него с пола. Пушок тревожно подпрыгивал.

«Что такое, приятель? Хочешь крендель?» — Эммет снял крышку с банки. Пушки были всеядны. Лидия обычно кормила Мохнатика тем, что приготовила для себя. Но когда дело доходило до закусок, ему явно нравились крендельки.

Но Мохнатик проигнорировал крендель. Вместо этого он издал странный звук, звук, очень похожий на тихое рычание.

— Понятно, крендель не хочешь. — Эммет закрыл банку крышкой. — Что не так, приятель?

По шерсти Мохнатика прошла дрожь. Он выглядел так, словно пытался ощетиниться, что не так-то просто сделать комочку меха. Затем он пару раз подпрыгнул, повернулся и пробежал несколько футов назад в спальню, остановился и покатился обратно на кухню. Он еще немного ощетинился.

«Понял.» — Эммет взял два бокала с вином. — «Ты хочешь сыграть в игру «Найди Лидию», да?»

Мохнатик быстро поплыл обратно по коридору к спальне.

Эммет осторожно последовал за ним. В последние недели они много раз играли в эту игру, как в помещении, так и на улице или в ближайшем парке. Мохнатику нравилось. Правила были просты. Эммет смотрел на Мохнатика и говорил: «Найди Лидию», и он радостно мчался прочь, чтобы привести его туда, где она находилась в тот момент.

Но на этот раз в поведении Мохнатика было ощущение срочности.

В дверях спальни Эммет остановился, пытаясь разобраться в ситуации, прежде чем сделать ход.

Лидия стояла у окна, повернувшись к нему спиной. Она все еще была в строго скроенном деловом костюме с юбкой. Она даже не сняла пиджак. Ее лицо было скрыто в руках, и ее плечи дрожали.

Его внутренности превратились в лед. Он видел Лидию во многих настроениях, включая злость, страстность, радость и страх. Он видел, как она противостоит энергетическим призракам, убийце и честолюбивой жене Мерсера Уайатта, Тамаре, не дрогнув. Но за то короткое время, что он знал ее, он ни разу не видел Лидию в слезах.

Пушок запрыгнул на подоконник рядом с Лидией и свернулся там, глядя на Эммета с видом взволнованного ожидания. Язык тела мехового комочка говорил, чтобы он что-то сделал.

Прости, приятель, — подумал Эммет. — Я понятия не имею, что делать.

Но он точно не мог продолжать просто стоять здесь, наблюдая, как Лидия тихо всхлипывает. Она рвала его сердце.

«Лидия? Сладкая?» — Он поставил бокалы на комод и встал позади нее.

Она пару раз всхлипнула. Слезы продолжали течь. Он схватил пару салфеток из коробки на тумбочке и сунул ей в руки.

Лидия без комментариев взяла у него салфетки и высморкалась. Не в силах придумать, чем еще заняться, Эмметт дал ей еще салфеток.

Она вытерла глаза и глубоко вздохнула. Он положил руки ей на плечи сзади и нежно помассировал.

Поток слез в конце концов утих, но она не обернулась. Вместо этого она пристально смотрела в окно на старое здание через улицу. Она всхлипнула еще пару раз.

— Прости, — пробормотала она. — «Я ненавижу, когда это происходит».

«Все нормально.» — Он продолжал массировать ее напряженные плечи. — «Ты имеешь право. Это был тяжелый день».

«Ты так думаешь? Господи, я наткнулась на один труп, прошла полицейский допрос и узнала, что ты теперь глава гильдии Каденса. Обычный день». — Она вытерла глаза тыльной стороной ладони. — «Я не вижу веских причин, чтобы плакать».

Он вздрогнул. — «Последний пункт заставил тебя плакать, не так ли? Тот факт, что я согласился временно возглавить Гильдию».

— Зачем ты это сделал, Эммет? — резко спросила она.

«Это. . сложно», — сказал он.

«Скажи мне одну вещь. Это связано с Тамарой Уайатт?»

Вопрос удивил его. — «Конечно нет. Тамара не имеет к этому никакого отношения».

— Она твоя бывшая невеста. Она разорвала помолвку и вышла замуж за Мерсера Уайатта, когда узнала, что ты собираешься уйти с поста Босса Гильдии Резонанса. А теперь ты только что возглавил Гильдию Каденса, занял место ее мужа. У вас двоих длинная история.

«Что бы нас не связывало с Тамарой, это закончилось, когда она дала понять, что хочет быть женой главы Гильдии больше, чем моей женой. Я сказал тебе это в ту ночь, когда ты встретила ее».

«Если это не из-за Тамары, то почему? Верна ли старая поговорка? Однажды вступивший в гильдию навсегда остается ее членом?»

«Гильдия Каденса сейчас находится в очень щекотливой ситуации», — сказал он, тщательно подбирая слова. — «Уайатт говорит, что готовится уйти в отставку через год или два. Он утверждает, что намерен модернизировать организацию по тому же принципу, что и Гильдия Резонанса, прежде чем покинет свой пост».

«Ты действительно думаешь, что он намеревается превратить Гильдию Каденса в респектабельное коммерческое предприятие с советом директоров и избираемым генеральным директором? После более чем трех десятилетий управления организацией железной рукой? Это нужно переварить».

«Уайатт — хладнокровный прагматик». — Эммет задавался вопросом, когда он произносил эти слова, почему он пытается защитить Босса Гильдии Каденса. Наверное, потому, что он только что согласился возглавить Гильдию, подумал он. В глубине души он молился о том, что, когда Лидия узнает о случившемся, она не причислит его к той же категории, что и Уайатта, чтобы она не пришла к выводу, что он действительно гангстер.

— Я согласна, что он чертов реалист, — пробормотала Лидия.

«Он искренне обеспокоен будущим Гильдии. Он внимательно изучил текущее положение организации и понял, что Гильдия Каденса должна измениться, если хочет оставаться актуальной».

«Ха».

«Уайатт признает, что у него проблемы с привлечением и удержанием хороших, высококвалифицированных охотников. Было время, когда талантливые диссонанс-энергетические пара-резы записывались в Гильдию на всю жизнь. Теперь многие из них приходят на несколько лет, быстро зарабатывают деньги на охоте за привидениями, а затем уходят, чтобы заняться более респектабельным делом». — Он колебался. — «Это особенно популярно у охотников, которые хотят жениться вне Гильдии».

«Угу.»

Больше она ничего не сказала, но в дальнейших комментариях не было нужды, подумал он. Они оба были хорошо осведомлены о фактах. С тех пор, как они были основаны в Эпоху Раздора, гильдии охотников действовали как закрытые, обособленные общества со своими традициями и собственными правилами. Исторически сложилось так, что если вы росли в семье гильдии, шансы, что вы выберете супругу из другой семьи гильдии, были очень высоки.

«Уайатт хочет изменить имидж гильдии Каденса», — сказал он. — «Его цель — превратить ее в профессиональную бизнес-организацию».

— Как ты поступил с гильдией «Резонанса»?

Он не был уверен, куда это заведет ее. Ее тон был слишком нейтральным для его душевного спокойствия.

— Ну, в целом так, — сказал он.

«Без обид, но Уайатт, кажется, начал довольно неудачно, учитывая, что сегодня утром его чуть не убили». — Она высморкалась в салфетку. — «Знаешь, такие вещи не очень хороши для имиджа. Они заставляют людей думать о гангстерских распрях и соперничестве Боссов».

Он ничего не сказал. У него больше не было аргументов, чтобы переубедить ее.

Она снова всхлипнула, вытерла последние слезы и скомкала салфетку. — Теперь ты бизнес-консультант, Эммет.

«Я бизнес-консультант. И работаю на Гильдию, но это всего лишь временная должность».

«Если ты вернешься в Гильдию, ты не сможешь уйти во второй раз».

Очень осторожно он убрал руки с ее плеч. — И если я вернусь в Гильдию, ты разорвешь наши отношения? Это то, что ты пытаешься мне сказать?»

«Нет.» — Она обернулась, ее глаза сверкнули внезапной яростью и возмущением. — «Я пытаюсь сказать тебе, что мысль о том, что ты будешь руководить Гильдией Каденса, даже в течение нескольких недель, пугает меня больше, чем все ловушки иллюзий и энергетические призраки в Мертвом городе, вот что я пытаюсь тебе сказать.»

Он почувствовал, как его собственный запал начал угасать. — «Неужели мысль о том, чтобы переспать с боссом гильдии, так сильно оскорбляет твои тонкие чувства? Я думал, что у нас с тобой нечто большее, чем просто случайная интрижка».

«Не говори глупости».

«Извини, но это не игра. Я чувствую себя грязным в данный момент. Я тоже очень устал играть в угадайки. Почему бы тебе не сказать мне, почему ты плачешь? Всем будет проще. Короткие предложения и не больше двух слогов, хорошо? Ведь я охотник, помнишь? Я не понимаю громких слов».

«Отлично.» — Она всплеснула руками. — «Хочешь знать, почему я плачу? Я плачу, потому что боюсь, что если ты займешь пост Мерсера Уайатта, тот, кто пытался убить его прошлой ночью, попытается избавиться и от тебя. Я до смерти боюсь, что если ты возглавишь Гильдию Каденса, то подвергнешь себя серьезной опасности». — Слезы снова навернулись на ее глаза. — И мне невыносимо думать о том, что я буду делать, если тебе будет больно или еще хуже.

Он ошеломленно уставился на слезы, катившиеся по ее лицу. — «Именно это тебя расстроило? Думаешь, тот, кто напал на Уайатта, придет за мной?

Она вытерла глаза рукавом и молча кивнула.

— Боже, милая.

Он остановился, не зная, как быть дальше. Он был готов услышать, как она скажет ему, что разорвет их отношения, если он возглавит Гильдию. Он был так сосредоточен на аргументах, призванных убедить ее потерпеть в течение короткого промежутка времени, что не мог думать ни о чем другом. Она расплакалась, потому что боялась за его безопасность?

Он не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то беспокоился о его здоровье и благополучии. Еще в «Резонансе» стало понятно, что он может позаботиться о себе.

Да, за эти годы ему удалось довести до слез парочку предыдущих любовниц, но обиженные всегда ясно давали понять, что причина была в обычном мужском грехе — неспособности понять и ответить должным образом на потребности женщины. Ни одна из тех любовниц никогда не плакала, потому что она боялась, что он может быть ранен или убит.

Облегчение и странное чувство удовлетворения захлестнули его. Лидия беспокоилась о нем.

«Все будет хорошо, — сказал он. — «Нет причин беспокоиться обо мне. То, что случилось с Уайаттом, это что-то личное, а не дела Гильдии».

«Это правда?» — Она отвернулась, чтобы взять еще одну горсть салфеток. «Откуда ты это знаешь?»

«Я объясню позже. Сейчас у меня на уме кое-что поважнее».

Она вытерла еще слезы и сердито посмотрела на него через плечо. «Что именно?»

Он медленно улыбнулся и потянулся, чтобы вернуть ее в свои объятия.

«Это», — сказал он.

Он поймал ее лицо обеими руками и приблизил ее губы к своим. Она напряглась. А потом, с тихим, приглушенным криком, она практически прыгнула на него, очень крепко обхватив руками его шею, держась так, словно боялась, что он ускользнет от нее.

«Эммет».

В нем все переходило с нуля на полный-рез. Желание охватило его, согревая кровь и делая его тяжелым и беспокойным от потребности.

Он хотел нежных, успокаивающих объятий, нескольких объятий и поцелуев, призванных успокоить ее. Но ее внезапный, страстный ответ развеял все его джентльменские планы.

— Ладно, это тоже работает, — прошептал он ей.

Он потянул ее за собой на кровать. Краем глаза он увидел, как Пушок спрыгнул с подоконника и побежал по ковру. Маленький шарик мусора из сушилки вылетел из спальни и незаметно исчез в коридоре. Наверное, смутился, подумал Эммет.

Он снова обратил внимание на Лидию, которая приземлилась на него сверху и оседлала его бедра. В таком положении ее юбка задралась выше колен.

— Обещай мне, что будешь осторожен. — Она расстегнула его ремень.

«Я буду осторожен».

Она расстегнула его рубашку. — Обещай мне, что не будешь рисковать.

Кислотно-зеленый призрачный свет плясал на краю поля зрения. Он быстро погас, но за ним последовал еще один поток сверкающей энергии. Мерцание, подумал он; маленькие вспышки нестабильной энергии диссонанса часто появлялись, когда он и Лидия занимались любовью.

Пси-Энергия просачивалась и вырывалась из маленьких щелей, скрытых отверстий и невидимых вентиляционных отверстий в древних стенах из зеленого кварца, окружавших руины в этой части города. Часто, когда он оказывался сильно возбужденным, волны его сексуальной энергии резонировали с веществом. Результатом были небольшие вспышки безобидного призрачного света, которые исчезали так же быстро, как и появлялись.

— Буду, — пробормотал он, скомкав ее юбку вокруг талии. Он коснулся промежности ее трусиков. Она уже была влажной. Удовлетворение бурлило в нем. — «Без вариантов». — Кроме тебя, добавил он молча. Любовь к Лидии была самым большим риском, на который он когда-либо шел.

Она освободила его из тюрьмы его молнии. Ее пальцы скользнули по нижней стороне той части его тела, которая теперь стала твердой, как камень. Когда она обхватила его, он на несколько секунд перестал дышать.

Она прижалась к нему, запустив пальцы в волосы на его груди и целуя его.

Энергия зашевелилась и замерцала в воздухе вокруг них. Не призрачный свет, просто трепет ощущений. На этот раз источником была Лидия, понял он, хотя и не думал, что она знает о невидимых потоках, движущихся по кровати.

Она была пара-резонатором эфемерной энергии, также известные как ловушка иллюзий. Ее пара-таланты приняли форму, отличную от его собственной. Она не могла призвать призрачный свет, но могла разорвать опасные ловушки призрачной тени, которые давно исчезнувшие ксеносы оставили, чтобы охранять свои секреты в руинах. Она была лучшей танглершей, с которой он когда-либо работал, подумал он. Когда дело доходило до владения грубой пси-силой, она по-своему была так же сильна, как и он.

Она скользила вниз по его телу, касаясь его кончиком языка в разных точках по пути. Он понял, куда она направляется, и знал, что если он не возьмет ситуацию под контроль, то потеряет ее, прежде чем доберется до своего любимого пункта назначения.

Он перевернул ее на спину. Несколькими эффективными движениями выбрался из штанов и ботинок. Когда он опустился на нее, предвкушение уничтожило все связные мысли.

Он расстегнул ее пиджак, а затем блузку и взял между зубами один сладкий, спелый сосок.

К тому времени, когда он закончил раздевать ее, ее глаза превратились в бездонные лужи ярко-голубого цвета. Он наклонил голову и поцеловал ее, пока она не начала ерзать и извиваться под ним, пока не застонала. Мягкий звук ее потребности был самой сладкой музыкой, которую он когда-либо слышал.

Он устроился между ее бедрами. Запах ее страсти обострил его потребность, пока он не мог думать ни о чем другом, кроме как раствориться в ней.

Призрачный свет снова вспыхнул, когда он проник в ее плотный, влажный жар. Она приподняла бедра, чтобы погрузить его глубже. Он чувствовал, как ее пальцы царапают его спину под расстегнутой рубашкой.

Он погладил ее, и ее тело сжалось. Он снова толкнулся, на этот раз очень медленно, почти полностью выходя. Она вскрикнула. Он опустился по самую рукоять. Она корчилась вокруг него.

Ее оргазм пронзил его, неумолимо увлекая его к собственному освобождению.

Он держался до последнего, а затем позволил силе ее оргазма унести его прочь.

Хотя какой-то инстинкт заставлял его попытаться справиться с потоком сексуально заряженной энергии, пульсирующей между ними, в конце концов он так и не был уверен, достиг ли он своей цели. Когда он был с Лидией, невозможно было определить раскаленную добела грань между капитуляцией и контролем.

Глава 3

Лидия неохотно выплыла из восхитительно смутного состояния, которое последовало за чрезмерным кульминационным моментом. Она привыкла к отличному сексу, подумала она. Может быть, это было не так уж и хорошо. Жизнь, вероятно, была бы намного проще, если бы она никогда не испытала то, что нашла в объятиях Эммета.

Конечно, ее предыдущий сексуальный опыт нельзя назвать обширным. На самом деле ее подруга Мелани, которая была своего рода экспертом в этом вопросе, несколько раз предупреждала ее об опасностях ее чрезмерно скучной сексуальной жизни.

Но правда заключалась в том, что страсть никогда не была для нее главным приоритетом, подумала Лидия. Сколько она себя помнила, ее единственной великой и выдающейся целью было стать пара-археологом. После потери родителей, когда она была подростком, она оказалась одна в этом мире. Мечта исследовать подземные катакомбы Мертвого Города и составить каталог тайн древностей Хармони помогла заполнить пустоты в ее жизни.

Она видела себя блестящим, очень уважаемым членом факультета пара-археологии в университете. Она планировала добиться безупречной академической репутации, писать блестящие статьи и книги и объявить о новых ошеломляющих открытиях в «Журнал пара-археологии».

Ее амбиции, напористость и сильный пси-талант быстро подняли ее по карьерной лестнице в первые несколько лет. Она была на пути к достижению всех своих целей. Но примерно семь месяцев назад все резко изменилось. Катастрофа (события) в катакомбах, которую она с горечью называла «потерянными выходными», чуть не убила ее. Хуже того, это разрушило ее многообещающую карьеру.

Это событие также оставило у нее провал в памяти, относительно того, что на самом деле случилось с ней в те два дня. У нее не было ясных воспоминаний о сорока восьми часах, которые она провела, блуждая по бесконечным светящимся туннелям и переходам под Мертвым городом.

Подробности инцидента выяснили в ходе следствия. По словам ее товарищей по исследовательской группе, она исчезла в неизведанном и немаркированном коридоре и не вернулась. Как только заметили, что она пропала, руководитель группы Райан Келсо, разумеется, отправил охотников за привидениями на ее поиски. Но было слишком поздно. Она исчезла.

Сорок восемь часов спустя она проснулась и обнаружила, что находится одна в маленьком неизведанном помещении. Это было не самое худшее. На самом деле плохая новость заключалась в том, что она каким-то образом потеряла рез-янтарь. А это означало, что она — обречена. Настроенный янтарь работал как компас в лабиринтах катакомб. Без него у нее не было шансов добраться до любого из выходов.

Но Мохнатик нашел ее.

До сих пор она не знала, как он это сделал, не говоря уже о том, как он вообще почувствовал, что она в беде. Но она никогда не забудет великолепное зрелище, как он сидел рядом с ней и с тревогой облизывал ее лицо, когда она, наконец, открыла глаза.

Он безошибочно привел ее к ближайшему выходу. Она слишком хорошо знала, какой была бы ее судьба, если бы он не появился в тот момент, когда появился. Вопрос был только в том, умерла бы она от жажды, или раньше сошла бы с ума, бесцельно блуждая по бесконечной зеленой ночи инопланетных катакомб. Шансы быть обнаруженной поисковой группой были почти нулевыми.

Никто не был более удивлен ее появлением, чем ее коллеги по раскопкам, потерявшие надежду. Они праздновали и веселились — дня три.

А затем до нее дошла реальность ее новой ситуации: все полагали, что этот инцидент под землей ослабил ее пара-рез поле (понизил ее уровень пси-таланта). Врачи-психиатры, осмотревшие ее впоследствии, быстро заполнили ее медицинскую карту такими зловещими фразами, как устойчивая парапсихическая травма и пара-амнезия. Типичные последствия встречи с иллюзорной ловушкой или большим энергетическим призраком.

Самым удивительным аспектом этого случая, с точки зрения парапсихологов, было то, что после этого, она могла функционировать нормально. Она определенно была не первым пара-резонатором эфемерной энергии, который потерял контроль над ловушкой или наткнулся на мощного энергетического призрака. Однако она была одной из немногих, кто прошел через подобный опыт и не попал в интернат.

Ее признали чрезвычайно хрупкой, с точки зрения психики, и поэтому ненадежной в профессиональной команде раскопок. Никто не хотел работать с пара-резом с поджаренными мозгами.

На официальном допросе два охотника за привидениями, на которых была возложена ответственность за защиту команды, обвинили Лидию в том, что она сама виновата, ушла в одиночку в неизведанный и не проверенный коридор, вопреки всем очень строгим правилам безопасности. Она, в свою очередь, обвинила их в том, что они не выполнили свою работу должным образом.

Результаты расследования были в значительной степени предрешены. Официально — инцидент произошел в результате несоблюдения Лидией установленных процедур. Ее уволили с должности в университете.

Со своей стороны, она поклялась никогда больше не доверять охотнику за привидениями.

Жизнь определенно сильно изменилась за последние несколько месяцев, подумала она. Вместо того, чтобы работать в академической исследовательской группе, она теперь работала в третьеразрядном музее, «Доме древних ужасов Шримптона», и встречалась с охотником за привидениями.

С другой стороны, ее сексуальная жизнь определенно наладилась.

С другой стороны, она знала, что влюбилась.

Она знала, что Эммет растянулся на кровати рядом с ней, одна рука обвила ее талию в небрежной собственнической хватке.

Она уставилась в потолок. — «Не могу поверить, что сплю с Боссом Гильдии».

— Временным Боссом, — пробормотал он в подушку. — «Исполняющий обязанности Босса Гильдии. Нет, подожди, давай назовем это консультант Гильдии».

«Я сплю с Боссом Гильдии».

— Бывшим Боссом Гильдии? — он попытался.

«Босс Гильдии».

Он перевернулся на спину и скрестил руки за головой. — Иногда ты можешь мыслить слишком буквально, ты знаешь это?

Она приподнялась на локте. — Вероятно, это результат моего академического образования.

«Вероятно.»

На несколько секунд она позволила себе насладиться видом его в своей постели. Он по-прежнему был в рубашке, но на этом все. Щетина на подбородке подчеркивала суровые, бескомпромиссные черты и углы его лица охотника.

— У тебя даже не было возможности побриться этим утром, не так ли? — она сказала. — «Ты должно быть устал.»

«Как я уже сказал, телефон зазвонил, когда я вошел в дверь около трех часов ночи». — Он вытянул одну руку из-за головы и потер подбородок, скривившись. — «Врачи не знали, выживет ли Уайатт, поэтому я просто бросил вещи и вернулся в машину».

«Я не понимаю. Почему тебе позвонили из больницы? Ты даже не член Гильдии Каденса».

Он тяжело выдохнул. — Как я уже сказал, это сложно.

«Объясни.»

«Уайатт был едва в сознании, когда прибыл в отделение неотложной помощи. Но он Босс Гильдии до мозга костей. Он бодрствовал достаточно долго, чтобы позвонить паре членов Совета Гильдии и отдать кое-какие приказы. Потом он заставил больницу позвонить мне. Когда я приехал, его везли в операционную». — Эммет покачал головой. — И все еще отдавал приказы.

«Подожди секунду.» — Лидия села, натянув на себя простыню. — «Уайатт приехал в больницу? Но мне показалось, ты сказал, что его чуть не убили из магрез-пушки».

«Он должен был быть мертв. Кто-то всадил в него две пули. Целились, вероятно, ему в верхнюю часть груди. Но он явно почувствовал, что что-то не так, когда вышел из машины и попытался нырнуть в укрытие. В результате оба выстрела прошли низко и по касательной. Тем не менее было много повреждений, не говоря уже о шоке и кровопотере».

«Удивительно, что он не истек кровью».

— Он был в Старом квартале у Южной стены, когда это произошло. Ему удалось вызвать пару маленьких энергетических призраков. Он использовал их для частичного прижигания ран и замедления кровотечения. Затем он сел за руль своего большого Oscillator 600 и поехал в отделение неотложной помощи.

— Он использовал призрачную энергию, что бы прижечь кровоточащую рану?

«Никто никогда не говорил, что Мерсер Уайатт не такой крутой, как кажется».

У нее перехватило дыхание от удивления. Большая часть зеленого излучения, испускаемого неустойчивыми проявлениями энергии диссонанса, которые все называли призраками, имела пси-природу, и производимые эффекты были наиболее выражены на паранормальном плане. Но часть жуткого свечения принимали форму тепловой энергии. Призраки часто были достаточно горячими, чтобы поджечь бумагу, дерево или стену спальни, как она обнаружила на собственном горьком опыте в прошлом месяце.

Тем не менее мысль об использовании одного из них на открытой ране была ошеломляющей.

«Я никогда не слышала о таком, — сказала она. — «Теоретически, я полагаю, это возможно. Но охотник должен обладать невероятной степенью контроля, чтобы манипулировать призраком с такой точностью, которая необходима для остановки кровотечения и одновременного не получения сильных ожогов».

«У охотников есть врожденный иммунитет к эффектам призрачного огня», — напомнил он ей. — Полагаю, это необходимая защитная реакция, чтобы справиться с пси-талантом.

Она вздрогнула. — «Даже в этом случае я могу только представить, сколько боли это вызовет как на физическом, так и на психическом уровнях».

Он пожал плечами. — «Это больно, но не так сильно, как ты думаешь, если ты не используешь часть пси-энергии призрака, чтобы отвлечь свой разум от боли».

Она нахмурилась. — Ты слышал об этой технике?

«Конечно. Мы получаем теоретические и немного практических знаний в базовой подготовке. Это была экстренная медицинская процедура, разработанная полевыми медиками Гильдии в Эпоху Раздора.

Историю Гильдий учил каждый ребенок в начальной школе. Они были созданы сто лет назад как боевые единицы для защиты городов от угрозы харизматичного фанатика Винсента Ли Вэнса и его последователей.

Вэнс был мощным пара-резонатором энергии диссонанса — охотником за привидениями, — который провел свои юные годы в поисках янтаря. Те, кто знал его лучше всех, всегда считали его психически неуравновешенным, но его эксцентричность не была большой проблемой, потому что по большей части он избегал общества, чтобы в одиночку разведывать и искать.

В какой-то момент своей жизни Вэнс исчез под землей в катакомбах под Городом Олд-Фриквенси. Когда через несколько месяцев он так и не появился, его сочли мертвым.

В конце концов он превратился из неряшливого, полусумасшедшего искателя янтаря, в мечтателя, страдающего манией величия, целью которого было не что иное, как завоевание всех городов-государств. Он утверждал, что обнаружил огромную сокровищницу древних секретов Хармони, которые позволили бы ему создать идеальное общество. Он пообещал, что те, кто будут сражаться на его стороне, будут вознаграждены огромной властью и богатством.

Жизнь в колониальных городах сто лет назад была тяжелой. Привлекательность утопического мира была сильна.

Вэнс собрал армию недовольных последователей еще до того, как кто-то начал воспринимать его всерьез. У него также появилась любовница по имени Хелен Чандлер, чрезвычайно талантливый пара-резонатор эфемерной энергии, который, как говорили, мог распутать любую ловушку иллюзии, которая когда-либо была обнаружена.

В своей секретной штаб-квартире где-то в комплексе туннелей под Городом Олд-Фриквенси Вэнс составил подробный план завоевания. Его стратегия поначалу работала хорошо, потому что в колониальных городах никогда не было постоянных армий. На Хармони не было нужды в военных. Все города-государства были тесно связаны между собой и с самого начала сотрудничали в борьбе за выживание.

На «Хармони» также не было больших арсеналов. Высокотехнологичные охотничьи ружья и пистолеты, привезенные с Земли некоторыми колонистами, перестали функционировать через несколько лет, потому что не было возможности обслуживать их или воспроизводить боеприпасы. В эпоху Вэнса существовало всего несколько небольших частных фирм по производству боеприпасов, выпускавших револьверы и несколько винтовок для нужд городских полицейских, а также для фермеров и охотников. Оружие было общеизвестно ненадежным, потому что техника изготовления резонирующего янтаря спускового крючка еще не была доведена до совершенства. В любом случае, ни одна из этих фирм не имела возможности поставлять оружие в больших количествах новобранцам Вэнса, даже если бы их можно было заставить это сделать.

Но на Хармони было собственное оружие: опасные и могущественные энергетические призраки в катакомбах.

Вэнс вел партизанскую войну в лабиринтах туннелей под городами-государствами. Его охотники призывали и манипулировали огромным количеством могущественных энергетических призраков. Его распутыватели (уничтожители/ обезвреживатели), расчищали ловушки на многих километрах неизведанных подземных коридоров, позволив силам Вэнса наносить быстрые удары, а затем исчезали в катакомбах.

В серии быстрых ударов армия Вэнса быстро добилась разрушительных результатов. Олд-Фриквенси пал через несколько дней. Олд-Кристалл последовал за ним менее чем через месяц. Но охотники в двух городах сопротивлялись больше, чем ожидал Вэнс, и этим они выиграли драгоценное время для Олд- Резонанса и Олд- Каденса.

Под предводительством могущественного охотника по имени Джерретт Нокс, чьим тайным научным увлечением оказалось изучение истории древних войн на Земле, Резонанс и Каденс быстро свели своих охотников вместе. Гильдии были созданы для организации боевых сил.

Нокс оказался одаренным лидером и проницательным тактиком. Он также очень хорошо знал катакомбы, потому что потратил годы на их картографирование.

Потребовался почти год, чтобы победить Вэнса и его последователей, но в конце концов его приспешники были разбиты. После финальной битвы за Олд-Каденс Винсент Ли Вэнс и его возлюбленная Хелен Чандлер бежали в неизведанный подземный сектор. Они исчезли где-то в милях не нанесенных на карту катакомб, и больше о них ничего не слышали.

«Я видела несколько несчастных случаев во время работы под землей, но я никогда не видела, чтобы охотник пытался использовать призрака, чтобы остановить кровотечение», — сказала Лидия.

«Это старомодная низкотехнологичная процедура, которая в наши дни почти никогда не используется», — терпеливо объяснил Эммет. — «Подземные бригады скорой помощи имеют современные медицинские наборы, которые содержат более безопасное и эффективное оборудование».

— Но в Гильдии по-прежнему учат старым методам?

— Да учат, — сказал Эммет. — «Но не каждый охотник может этим воспользоваться. Манипулировать маленькими призраками очень сложно».

— Держу пари, — пробормотала она. — Но Мерсер Уайатт, без сомнения, умеет этим пользоваться.

— Когда требуется, да, — сухо сказал Эммет.

«Наверное, это потому, что он Босс Гильдии». — Она сморщила нос. — Ладно, заканчивай свой рассказ.

«Ну. Как я уже сказал, Уайатт добрался до скорой помощи, отдал несколько распоряжений, и его срочно отправили в операционную. В прошлый раз, когда я проверял его, он все еще был без сознания».

«Насколько критично его состояние? Они действительно думают, что он может умереть?

«Я не знаю. Врачи сейчас очень осторожны».

— А пока ты новый Босс Гильдии.

«Ага.»

Она вздохнула. — «Ну, я полагаю, я могу понять, почему ты решил, что должен заменить Уайатта, когда он попросил тебя помочь. В конце концов, вы оба связаны с Гильдиями. Вероятно, у вас очень укоренилось чувство лояльности по отношению друг к другу».

— Давай-ка кое-что проясним, — тихо сказал Эммет. — «Это не было каким-то рефлексом лояльности Гильдии, которая заставила меня согласиться взять на себя управление, пока Уайатт не выздоровеет».

Она нахмурилась. — Тогда зачем ты это сделал?

Он глубоко выдохнул. — Думаю, еще один тип рефлекса. Я сделал это, потому что Мерсер Уайатт — мой отец».

Глава 4

Она просто сидела посреди смятой кровати, потеряв дар речи.

В глазах Эммета мелькнуло кривое веселье. — «Когда я рос, в кругах Гильдии в Резонансе ходили довольно распространенные сплетни».

Она сглотнула. — «Могу представить.»

— Только не говори, что в Каденсе не полоскали эту историю?

«В моих кругах точно нет», — бодро сказала она. — «Но, с другой стороны, я никогда особо не общалась с членами Гильдии».

— А сплетни, касающиеся кого-либо из ее членов, тебя не волновали, верно?

Она слегка пожала плечами. — У меня были другие интересы.

— «Ага, например, поступить в престижную аспирантуру, чтобы стать весьма уважаемым профессором пара-археологии и публиковать трудные для чтения трактаты о крошечных, незначительных артефактах, на которые всем наплевать, а затем скучные профессорские дебаты, где ты обмениваешься остроумными остротами с кучкой напыщенных академиков».

«Эй, это была моя жизнь, и она мне нравилась, пока парочка охотников-идиотов не справились со своей работой, и чуть не убили меня, а в довершение всего, меня еще и уволили. Не кати на меня бочку, Лондон.»

Его челюсть слегка дернулась. Но все, что он сказал, было: «Извини. Это был долгий день.»

Повисла короткая, напряженная пауза.

— Расскажи мне о своем отце, — наконец сказала она.

«Не так много, есть что рассказать. Моя мать рассказала мне историю о том, что еще до моего рождения она и ее муж, Джон Лондон, были на грани расторжения простого «Брака по Расчету». У него была интрижка с кем-то». Он сделал паузу. — У нее тоже.

— Насколько я понимаю, у нее был роман с Мерсером Уайаттом?

«Да. Но Уайатт в то время был в «Браке по Завету» и быстро продвигался по служебной лестнице здесь, в Каденсе. Его жена была беременна. О разводе не могло быть и речи».

«Нет, конечно нет.»

«Джон Лондон погиб во время раскопок под землей. Через несколько месяцев мама родила меня и вписала имя Лондона в свидетельство о рождении. Это было единственное, что она могла сделать в сложившихся обстоятельствах».

— Я полагаю, Уайатт знает правду? — она сказала.

— Я тоже так полагаю. Я никогда не спрашивал.

Она расширила глаза. — Ты только предполагаешь?

— Мы не будем об этом говорить, хорошо? — Эммет сел и свесил ноги с кровати. — «Мама всегда давала понять, что с точки зрения ее, закона и отдела пособий Резонансной гильдии я сын Джона Лондона. Меня все устраивает.»

«Я понимаю. Настоящая коммуникабельная семья.»

Он встал и исчез в ванной. — «Когда я рос, Уайатт приезжал в Резонанс-Сити несколько раз в год. Всякий раз, когда он был в городе, чтобы поговорить о делах с лидерами Гильдии, он навещал меня и маму. Он вел себя так, словно был каким-то почетным дядей. Он всегда появлялся с охапкой новейших игрушек и игр. Он подарил мне мой первый янтарь. Показал мне, как вызывать призрака. Следил за тем, как у меня шли дела в школе. Приглашал маму поужинать».

— Как долго это продолжалось?

В ванной побежала вода.

— Ужины с мамой прекратились, когда несколько лет спустя она вышла замуж за члена Совета Гильдии «Резонанс», — через некоторое время сказал Эммет. — «Это она разорвала отношения. У меня сложилось впечатление, что когда она рассказала ему, произошла большая битва воли. Уайатту это не понравилось, но, в конце концов, у него не было выбора. Когда моя мама принимает решение, она его придерживается».

«А как насчет твоих собственных отношений с Уайаттом? Он продолжал навещать тебя?»

«Мы оставались на связи. Когда я начал продвигаться по иерархии Гильдии Резонанса, он дал мне несколько советов, научил меня основам политики Гильдии. Но наши пути сильно разошлись, когда он понял, что у меня есть свои представления о будущем Гильдии Резонанса».

«Что случилось?»

«Уайатт был в ярости, когда узнал, что я планирую делать с организацией. В те дни он все еще был привязан к традициям Гильдии. Он допускал возможность, что если мне удастся преобразовать Гильдию Резонанса в современное коммерческое предприятие, может быть и остальные Гильдии со временем последуют этому примеру. У нас было несколько очень красочных дискуссий на эту тему. В конце концов он отказался от попыток изменить мое мнение».

— Потом ты сделал Тамаре предложение, а дорогой стареющий папочка появился на твоем балу по случаю помолвки и украл твою невесту?

«Честно говоря, жена Уайатта умерла за год до этого. Что касается Тамары, она уже решила разорвать нашу помолвку, потому что я сказал ей, что планирую уйти со своего поста в Гильдии. Она просто сказала мне об этом утром на следующий день после приема».

«Черт возьми, утренний сюрприз».

«Сам виноват. Я должен был это предвидеть.»

Вода продолжала литься в ванной, фактически прервав все коммуникации со спальней и с ней.

Раздраженная, Лидия вылезла из постели, накинула халат и прокралась в ванну. Она отодвинула занавеску.

Эммет мылся под струей горячей воды. Она пыталась игнорировать тот факт, что он был голым и мокрым. Вода блестела на его широких плечах.

«Мне кажется, что положение Тамары снова в опасности», — сказала она, повысив голос, чтобы он мог слышать сквозь шум воды. — «Муж в реанимации. Если Уайатт не выживет, она больше не будет Миссис Босс Гильдии. Кроме того, ты новый глава Гильдии. Ее это не обрадует. В конце концов, похоже, что она выбрала не того мужчину».

«Это проблемы Тамары». — Он потянулся за бритвой. — Я буду немного занят некоторое время.

— Ты так и не удосужился сказать мне, почему ты не думаешь, что тебе грозит та же опасность, что и Мерсеру Уайатту.

«Он был не совсем в трезвом уме из-за того, что его накачали веществами, чтобы контролировать шок и подготовить его к операции. Но последнее, что он сказал мне перед тем, как его увезли, было: «Не дай Гильдии развалиться из-за этого. Это была не политика, это было личное».

— Ты имеешь в виду, что он знает, кто в него стрелял?

— Думаю, да, но мне он не сказал. Он сказал, что позаботится об этом, когда выйдет из больницы.

Дрожь прошла по ней. — «Прекрасно. Просто замечательно. Мы находимся в центре семейной мыльной оперы Гильдии».

Эммет выключил душ и схватил полотенце, которое она ему протянула.

«Когда дело доходит до неблагополучных семей, — сказал он, — я поставлю свою против любой в любое время».

Глава 5

Ей приснился один из снов о «потерянных выходных».

Она бежала по бесконечному коридору, который светился зеленым со всех сторон. Позади нее не было слышно ни звука, но она знала, что ее преследователи были там, в катакомбах, в поисках ее.

Она сжимала что-то в одной руке, но не знала, что это было. Она знала только, что не должна его уронить.

Затем, без предупреждения, она оказалась уже не в коридоре, а в огромном помещении с потолком намного выше, чем в любом из тех, что она когда-либо видела под землей.

Она задыхалась. Ее сердце колотилось. Только что произошло что-то очень пугающее, но она не могла вспомнить, что именно.

Она споткнулась и упала на зеленый кварцевый пол. В ужасе от того, что она только что задела какой-то объект, который мог содержать ловушку иллюзию, она вскочила на ноги и повернулась, чтобы посмотреть, обо что именно она споткнулась.

Человеческий череп смотрел в ответ. Глазницы смотрели на нее без жалости или раскаяния.

Челюсть шевельнулась. Мёртвая голова заговорила. .

Она проснулась в холодном поту и села прямо в постели. «Слова.»

Эммет зашевелился рядом с ней. — «В чем дело?»

У изножья кровати Мохнатик поднял голову. Она могла видеть все четыре его глаза, как зеленые, так и голубые, светящиеся в ночи.

— Слова на клочке бумаги, который я подобрала с пола в квартире профессора Малтби, — прошептала она.

Эммет поднялся с подушек. — Какая бумажка?

— Я бросила ее в сумочку как раз перед тем, как пришел ты с детективом Мартинес. Она откинула одеяло и встала с кровати. — «Я отвлеклась и забыла об этом».

Она схватила халат и поспешила по короткому коридору к маленькому столику, где оставила свою сумочку. Эммет натянул брюки цвета хаки и, зевая, пошел более неторопливым шагом. Пушок устроился у него на плече, несомненно, надеясь, что эта полуночная экспедиция будет включать в себя набег на банку с крендельками.

Лидия открыла сумочку и пошарила внутри. — Он где-то здесь.

— Успокойся, милая. — Эммет включил свет в холле. — Что заставило тебя взять эту бумажку?

«Потому что это выглядело как последнее, что написал Малтби». — Раздраженная тем, что не смогла найти клочок бумажки, она перевернула сумочку вверх дном и вывалила содержимое на стол. — «Там была незаконченная фраза».

Эммет начал интересоваться. — Думаешь, он пытался написать сообщение прямо перед смертью?

«Может быть.»

— Ты ничего не сказала об этом Мартинес.

«Нечего было говорить. Насколько мне известно, сообщение могло быть началом списка продуктов. Кроме того, Мартинес интересовали только ты и Мерсер Уайатт. Сомневаюсь, что смерть еще одного закоренелого наркомана от Шартреза является первоочередной задачей для копов Каденса.

Эммет наблюдал, как она перебирает вещи, вываленные из сумочки. Там были ее бумажник, небольшая шкатулка для драгоценностей с несколькими запасными янтарными браслетами, которые она купила после «Потерянных выходных», расческа, календарь и пачка салфеток. Его внимание привлек круглый предмет из зеленого кварца.

— Какого черта ты носишь надгробное зеркало в сумочке?

— Зейн нашел его на днях. И отдал мне».

Зеркала из гробниц были одними из самых распространенных инопланетных древностей. Никто не знал, как инопланетяне использовали их, но поскольку одна сторона обычно была гладкой, как стекло, и давала четкое отражение с зеленым оттенком, эксперты пришли к выводу, что это могли быть зеркала. Одни профессора считали, что зеркала имели религиозное значение.

Зеркала в гробницах были разных странных форм и размеров, но, как и большинство других древностей, обнаруженных на Хармони, они были сделаны из того же повсеместно распространенного зеленого кварца, который древние инопланетные колонисты использовали для создания почти всего. Вещь была практически неразрушимой. Насколько эксперты могли сказать, он был почти полностью непроницаем для элементов и биологических процессов, которые природа использовала для переработки всего остального.

Эммет взял маленькое надгробное зеркальце и стал изучать богато украшенную резьбу, окружавшую отражающую поверхность.

«Красиво», — прокомментировал он, переворачивая его в руке, чтобы рассмотреть элегантно выполненный рисунок на обороте.

«Да!» — Наконец она заметила клочок бумаги, застрявший в складке бумажника. — «Слава Богу. На минуту я подумала, что потеряла его».

Эммет положил зеркало на стол и стал изучать обрывок бумажки, которую она поднесла к свету.

— Эмбер Хил? — Он нахмурился. — Ни о чем мне это не говорит.

«Так было и у меня, когда я нашла его сегодня. Но сейчас мне приснился еще один из этих глупых снов о «потерянных выходных». На этот раз я была в каком-то массивном помещении. На полу валялся скелет». — Она замолчала, пытаясь восстановить некоторые из быстро испаряющихся подробностей. — Может быть, два скелета, я не уверена.

«Звучит как кошмар».

«Я знала, что должна выйти из комнаты и продолжать двигаться. Они преследовали меня». Клочок бумаги в ее руке дрожал.

— Полегче, дорогая. — Эммет обнял ее за плечи и прижал к своему твердому, теплому телу. — «Это просто сон.»

Пушок перепрыгнул с плеча Эммета на плечо Лидии и успокаивающе заурчал ей в ухо. Она подняла руку и погладила его.

— Я знаю, — сказала она, стряхивая последствия кошмара. — «Я в порядке. Сегодняшний сон был просто моим бессознательным, напоминающим мне об этой маленькой записке».

Не было никакого смысла говорить Эммету, что сны о «потерянных выходных» становятся все более частыми и причудливыми. Он будет только беспокоиться. У него было достаточно проблем в данный момент.

По правде говоря, она надеялась, что кошмары были признаком того, что ее амнезия начала проходить. В последние месяцы у нее все чаще возникало мимолетное видение того темного места, где были спрятаны ее воспоминания о «потерянных выходных». Однако до сих пор она не видела ничего твердого или опознаваемого. Это было все равно, что увидеть привидение краем глаза. Когда поворачиваешься, чтобы посмотреть, оно исчезало.

Но теперь она была убеждена, что в один прекрасный день она точно вспомнит, что случилось с ней в катакомбах. Когда этот день настанет, она планировала подать главный иск. Для этого она уже составляла список недорогих адвокатов. Проблема заключалась в том, чтобы найти того, кто был бы достаточно смелым, чтобы сразиться с гильдией Каденса.

Она быстро отвернулась от стола и направилась на кухню. — «Есть что-то знакомое в том, что написал Малтби. Я знаю, что видела эти слова где-то еще».

— Есть идеи, где? — спросил позади нее Эммет.

«Да.» — Она рывком открыла холодильник и заглянула в светящееся нутро. — «На пакете молока».

Эммет подошел к ней сзади и стал изучать пакет молока на верхней полке. — «Молочная ферма Эмбер Хиллз».

«Да.» — Она помахала бумажкой. — «Честно говоря, я просто не могу представить себе человека, готовящего дозу Шартреза, и беспокоящегося о покупке пакета молока в продуктовом магазине, а ты?»

«Он мог написать слова раньше, а потом отвлекся».

«Эммет, когда ты составляешь список продуктов, ты пишешь молоко, а не название фермы».

«Хм.»

— Насколько я понимаю, ты не составляешь списков продуктов.

Он пожал плечами. — «Я просто иду в магазин и покупаю то, что хочу».

Она покачала головой и закрыла дверцу холодильника. — «Кроме того, почерк Малтби был правильным, аккуратным и разборчивым. Я видела несколько примеров на его столе. Но посмотри на почерк на этом листе бумаги. Эмбер Хил была написана рукой, которая сильно дрожала».

— Возможно, — сказал Эммет явно не убежденный.

«Знаешь, что я думаю? Я думаю, что Малтби пытался написать Молочная ферма Эмбер Хиллз, потому что знал, что умирает. Он оставил мне подсказку».

«Помедленнее, дорогая. Зачем ему использовать последние несколько мгновений своей жизни, чтобы написать название молочной фермы?»

«Хороший вопрос.» — Она развернулась и направилась в спальню. — «Я возвращаюсь к нему домой, чтобы посмотреть, не пропустила ли я что-то еще».

«Сейчас?» — осторожно спросил Эммет.

— Я не могу придумать лучшего времени, а ты?

— Черт, — сказал Эммет. — Я этого боялся.

Глава 6

Туман спустился с реки ранним вечером. Он затопил Скрытую улочку, сгустив и без того глубокие тени, спрятавшиеся в узком проходе. Было час тридцать утра. Лишь горстка окон в ветшающих многоквартирных домах, возвышавшихся по обеим сторонам переулка, освещалась в этот час.

Эммет прекрасно понимал, что отсутствие освещения не означает, что поблизости не велась оживленная деловая активность. Большинство предпринимателей, которые занимались своими делами и продавали свои товары в этой части города, предпочитали работать ночью и в тени. Единственным исключением может быть Грини (Зеленый (улыбчивые идиоты в зеленых халатах)), съежившийся за маленьким столиком под единственным уличным фонарем в переулке, с книгами, сложенными перед ним. Он не выглядел счастливым из-за работы в такой час. Эммет не винил его.

Слайдер едва помещался в крошечном пространстве возле входа в ночлежку, где жил Малтби. Эммет выключил двигатель и посмотрел на Лидию, как он надеялся, со строгим выражением.

— Держись поближе ко мне, — приказал он. — «Я вхожу первым. Если что-то случится, позволь мне разобраться с этим, хорошо?

«Расслабься.» — Она отстегнула ремень и открыла дверь. — «Что может пойти не так? Я же говорила тебе, я просто хочу быстро осмотреть дом Малтби. Мы придем и выйдем через пять минут».

— Почему это меня не успокаивает? — сказал он, приоткрывая дверь.

Пушок, присевший на плечо Лидии, моргнул голубыми глазами, а потом, когда понял, что Лидия вот-вот выйдет из Слайдера, открыл свой второй набор. Его маленькое тело дрожало от предвкушения. Он любил ночь.

Эммет встретил Лидию и Мохнатика у капота машины. Он призвал несколько струй призрачной энергии и прикрепил их к номерному знаку.

«Ну, это, безусловно, должно гарантировать, что машина все еще будет здесь, когда мы вернемся», — сказала Лидия с кривой усмешкой. — «Никто в здравом уме не станет красть Слайдер у охотника за привидениями, который достаточно силен, чтобы привязать к нему маленькое привидение на городской улице».

Он пожал плечами. — «Не знаю о факторе страха, но я знаю, что призрачная энергия, цепляющаяся за машину, облегчает ее поиск в случае кражи».

Он максимально раскрыл свои пара-резные чувства и знал, что Лидия, вероятно, делает то же самое.

Следы пси-энергии просачивались, струились и текли вокруг них. В этом не было ничего необычного, особенно в этой части города. Но теперь они чувствовали себя сильнее, чем днем. Эммет не удивился. Хотя исследователям так и не удалось это доказать, большинство людей, обладавших хотя бы унцией чувствительности к пара-резу, — включая практически всех, начиная со второго поколения колонистов, — были убеждены, что после наступления темноты призрачные потоки шепчут немного громче.

Одна популярная теория утверждала, что не пси-энергия была более мощной ночью, а то, что люди просто становились более чувствительны к ней, когда солнце садилось. Логично, подумал Эммет, что без отвлечения на солнечную радиацию, приходящую с дневным светом, человеческий разум мог лучше сосредотачиваться на других видах энергии.

Какова бы ни была причина, нельзя отрицать, что здесь, в тени стен Мертвого города, между закатом и рассветом становилось куда интереснее.

Было трудно разглядеть Грини за столом. Струящаяся мантия и тяжелый капюшон очень эффективно скрывали пол, возраст и черты лица. Только когда фигура заговорила с ними, Эммет понял, что это мужчина.

«Нашли ли вы истинное блаженство?» — пробормотал Грини, протягивая книгу Лидии.

— Еще нет, — сказала Лидия. — Но я работаю над этим.

«Прочитайте это и узнайте о тринадцати шагах, которые каждый может пройти и познать секреты вечного счастья. Ключи к блаженству были даны Мастеру Герберту духом древнего философа Хармани — Аматеона. Они твои». — Грини сунул книгу ей в руки.

«Хорошо спасибо.» — Лидия нетерпеливым движением бросила книгу в сумочку.

Грини улыбнулся из-под капюшона и протянул миску. — «Не большое вознаграждение. Достаточно скромное, если учесть, что я только что показал вам путь к блаженству».

«Забудь про это.» — Лидия выхватила книгу из сумочки и бросила на стол. — «Я не буду платить за совершенное блаженство. Лучшие вещи в жизни должны быть бесплатными».

«Если вы не можете позволить себе сделать пожертвование сейчас, возможно, вы сможете сделать это позже», — пробормотал Зелёный.

— Конечно, — сказала Лидия, идя вперед.

Зеленоглазый задумчиво взглянул на Эммета.

— Побереги дыхание, — посоветовал Эммет. — «Я член Гильдии. Я мало читаю».

Грини вздохнул и съежился в своей мантии.

Эммет взял Лидию за руку и повел ее от стола к лестнице многоквартирного дома. Дверь, ведущая в маленькое сырое фойе, была не заперта, как и в то утро, когда он пришел в поисках Лидии. За последние несколько часов запах в вестибюле, казалось, усилился.

Прихожая была освещена тусклой, шипящей флуоресцентной лампой. Если в узком коридоре и был когда-то свет, то он давно перегорел.

— Квартира А, — сказала Лидия. Она нетерпеливо двинулась вперед.

Эммет схватил ее за руку и потянул назад. — «Я пойду первым. Я здесь охотник, помнишь? Телохранитель с завышенной зарплатой?»

«Правда, Эммет, мы не в подземной экспедиции. Я действительно не думаю…»

«Да, я заметил эту тенденцию. Ты должна начать».

Он двинулся в холл, все чувства обострены.

Ничто не шевельнулось в тенях, но он заметил тонкую полоску света под нижним краем двери квартиры прямо напротив Малтби. Это было интересно, подумал он. Когда он пришел сегодня утром, не было никаких признаков соседа.

Он остановился перед дверью Малтби и подергал ручку. К его удивлению, она легко повернулась в его руке. Полицейские и медики даже не удосужились запереть дверь после того, как забрали тело.

Он открыл дверь. Заскрипели ржавые петли.

Откуда-то из квартиры донесся слабый скрежет. Сразу же последовала тяжесть неестественной тишины; напряженная, дрожащая тишина испуганного человека.

Он среагировал инстинктивно, толкая Лидию, стоявшую прямо за ним, обратно в коридор.

«Оставайся здесь.» — Он отдал приказ так же, как в старые дни в катакомбах, когда отвечал за безопасность археологической группы: ровным, жестким голосом, который давал всем понять, что он ожидает полного и беспрекословного подчинения. На собственном горьком опыте он обнаружил, что это был единственный верный способ привлечь внимание P-A (пара-археолога), которые были склонны полностью погружаться в свою работу и часто забывали о том, что происходит вокруг них.

Лидия сделала, как ей сказали, зависнув в коридоре. Мохнатик вздрогнул от волнения.

В квартире он услышал бешеный скрежет. Эммет понял, что это не то стремительное движение, которое указывало на то, что кто-то приближается к нему. Больше похоже на шум человека, пытающегося протиснуться в открытое окно. Злоумышленник предпочел бегство, а не конфронтацию.

Эммет быстро вошел в квартиру, пригнувшись и двигаясь под углом, чтобы его силуэт не выделялся на фоне слабого света из холла. Адреналин зашкаливал, дикий и мощный. Его добыча убегала.

Он добрался до двери кабинета за считанные секунды, но сразу понял, что опоздал. Ночной воздух врывался в открытое окно, но комната была пуста.

Он посмотрел на пол, не замечая ничего, кроме бледного квадрата серого света, отмечавшего окно. Его обутая нога наткнулась на что-то, похожее на плотно скомканную ткань.

Черт, только не еще одно тело. Он взглянул вниз, пытаясь удержать равновесие. Света из переулка было достаточно, чтобы разглядеть завернутый ковер, за который зацепился его ботинок. Злоумышленник, должно быть, поднял его, чтобы добраться до половиц, подумал он. Парень что-то искал.

Задержка стоила ему нескольких решающих секунд.

К тому времени, как он добрался до окна и прижался к стене, он понял, что опоздал.

С того места, где он стоял, он мог видеть часть окутанной туманом улицы, которая тянулась вдоль всего здания. Сочетание речного тумана и темноты сделало невозможным обнаружение его добычи, но он услышал шаги, приближающиеся к входу в переулок.

Много шагов, подумал он. Два человека, а не один.

Он подумывал о том, чтобы вызвать призрака, чтобы остановить убегающих незваных гостей. Проблема заключалась в том, что у него не было возможности узнать, кто еще может быть поблизости. В утренних газетах были бы не очень красивые заголовки, что у нового босса Гильдии есть привычка поджаривать невинных прохожих дикой призрачной энергией. Проклятый имидж.

— Эммет? — Голос Лидии доносился из гостиной. Он звучал тревожно и озабочено. — Эммет, ты в порядке? Ответь мне.»

«Я в порядке.»

Вот вам и выполнение приказов. Ни с того ни с сего он вдруг вспомнил отчеты о расследовании «Потерянных выходных Лидии». Конечно, они были помечены как конфиденциальные, но у него не возникло проблем с получением копии через свои связи в Гильдии.

Двое охотников, которые были приписаны к команде Лидии, показали, что она попала в беду из-за того, что не подчинилась их приказам.

Иногда было слишком легко представить, как это могло произойти, подумал он. Она была, как по натуре, так и по воспитанию, волевой. В погоне за целью она могла быть очень, очень решительной.

Он отвернулся от окна и увидел четыре глаза, светящиеся в темноте недалеко от него.

— Спасибо за поддержку, Мохнатик. — Он протянул руку и подобрал пушка, который был приведен в полный охотничий режим. — Но мы их упустили.

Неся Мохнатика, он вышел из кабинета и прошел в гостиную. Лидия была силуэтом в дверях.

— Они ушли, — сказал он.

«Что случилось?» — спросила она, закрывая дверь.

«Некоторые люди нагрянули сюда первыми. Они вылезли через окно, прежде чем я успел их схватить.

— Ты в порядке? — резко спросила она.

«Пушок и я оба в порядке. Вероятно, пара грабителей. Не большой сюрприз в этом районе. Должно быть, они узнали, что Малтби мертв, и решили зайти посмотреть, не оставил ли он где-нибудь наркотиков.

«Хм.»

Ему не нравился звук этого хм, но он решил проигнорировать его. Вместо этого он достал фонарик из кармана, подзарядил его небольшим импульсом пси-энергии и провел лучом по комнате. — «Они действительно разнесли это место в поисках его тайника».

Вместе они наблюдали за хаосом, охватившим крошечную гостиную. Ковер был свернут и отодвинут в сторону. Из разорванных подушек на диване торчала пена. Книги были сметены с полок и бесцеремонно брошены на пол.

— Они определенно что-то искали, — зловеще сказала Лидия.

— Остатки Шартреза, как я уже говорил.

«Может быть.» — Она направила собственный свет на расчлененный диван. — Но есть и другой вариант.

Он взглянул на нее. — Думаешь, они хотели посмотреть, не оставил ли он какую-нибудь подсказку тебе? Не надо, Лидия. Нам не нужны никакие теории заговора, чтобы объяснить этот разгром. Малтби употреблял наркотики, помнишь? Скорее всего, это было сделано парой оппортунистов, ищущих бесплатного наркотика».

«Но ты должен признать, что «случайная» передозировка Малтби сегодня, в тот самый день, когда он решил оставить сообщение о том, что хочет сказать мне что-то важное, — это то, что ты мог бы назвать очень интересным совпадением».

«Это совпадение. И точка.» — Смирившись, он направился обратно в кабинет.

— Я действительно ненавижу, когда у тебя такой тон в голосе, — сказала она, торопясь за ним.

— Какой тон?

«Тон, который говорит, что ты знаешь, что я права, но не хочешь этого признать».

«Я выше этого», — сказал он. — Я могу признать, когда ты права.

«Действительно? Попробуй как-нибудь, когда у меня будет под рукой рез-кодер».

Она заглянула ему через плечо, пока он направлял свет в комнату. — «Боже, они действительно устроили здесь беспорядок, не так ли? Смотри, они даже пол попытались вскрыть».

Нельзя было отрицать, что кабинет был в гораздо худшем состоянии, чем вторая комната. Ящики были выдвинуты из стола, содержимое выброшено на пол. Кресло для чтения было перевернуто, сиденье разорвано.

— Давай побыстрее, — сказал он, подходя к столу. — «Кто-то еще может решить зайти сегодня вечером».

«Мы ищем все, что связано с молочной фермой Амбер Хиллз». — Лидия изучала пол. — «Интересно, был ли у него сейф».

«Если тот, кто был здесь раньше нас, не нашел его, я сомневаюсь, что нам повезет», — предупредил он. — «Злоумышленники явно потратили много времени, громя это место».

— Знаешь, в чем твоя проблема, Эммет? Ты пессимист/фаталист, ты выбираешь худший сценарий». — Она отодвинула несколько сваленных книг, чтобы поближе рассмотреть шов на половицах. — «Нужно научиться мыслить позитивно».

«Прелесть планирования наихудшего сценария в том, что я редко разочаровываюсь». — Он взял тяжелый учебник и пролистал его. На каждой странице были нацарапанные от руки заметки. «Похоже, Малтби никогда не терял интереса к своей старой профессии, несмотря на наркотики».

— Я же говорила тебе, когда-то он считался экспертом в своей области.

Десять минут спустя Лидия отказалась от книжного шкафа и стояла, оглядываясь, уперев руки в бока. — Ненавижу это говорить, но, возможно, ты прав. Тот, кто пришел сюда раньше нас, имел возможность очень тщательно обыскать эту комнату.

Он сопротивлялся искушению сказать, что я же говорил тебе. — «Согласен.»

— Но они все еще были здесь, когда мы прибыли, — задумчиво добавила она. — «Начали с гостиной, судя по ее внешнему виду. Это означает, что они не нашли того, что искали».

«Может быть, наркотиков не осталось».

— Ладно, допустим, злоумышленники искали Шартрез. — Она сложила руки. — «Если бы это было так, их бы не заинтересовало то, что Малтби хотел мне рассказать. А это значит, что его секреты все еще здесь.

«Дорогая, здесь нет ничего, что имело бы какое-либо отношение к молочной ферме», — сказал он как можно мягче.

— Пакет молока, — прошептала она.

«Что?»

«Бедный человек умирал. Может быть, он не пытался зашифровать загадочную заметку. Может быть, он просто пытался донести до меня очевидное сообщение.» — Она бросилась обратно в гостиную.

«Что на этот раз?» — сказал он Мохнатику.

Они последовали за ней в маленькую кухню. Она открыла дверцу холодильника. Внутренний свет освещал ее лицо. Он видел, как ее глаза расширились от возбуждения.

Подойдя ближе, он заглянул ей через плечо. Там была половина бутерброда, покрытая плесенью, и какие-то неопознанные кусочки мяса, которые стали пушистыми и серыми.

Пакет молока Амбер Хиллз стоял на верхней полке.

Лидия взяла его с большой осторожностью. — Пусто, я думаю. — Она помолчала и медленно улыбнулась. — Нет, не совсем.

Он уловил крошечное покалывание пси-энергии.

" Ловушка?» — спросил он.

Она кивнула. — «Да.» — Она осторожно открыла крышку коробки и заглянула внутрь. — «Никакого молока, просто очень неприятная ловушка иллюзий. Так так так. Интересно, что она скрывает?»

«Не пытайся распутать ее сейчас. Давай выбираться отсюда.»

«Согласна.» — Она с удовлетворением закрыла коробку. — У меня есть то, ради чего я приходила.

Он выключил фонарик, подошел к входной двери и в мутный глазок проверил коридор. В холе никто не стоял.

Он открыл дверь и вышел из квартиры с Пушком на плече. Лидия молча последовала за ним, баюкая пакет с молоком.

Без предупреждения дверь прямо через коридор приоткрылась всего на три дюйма (≈7,5 см). Цепь зазвенела. Появился кусочек лица.

«Ты новый Босс Гильдии, не так ли?» — прохрипел мужчина. — Видел твою фотографию сегодня в газетах.

Эммет подумал, что одним из многих недостатков его новой должности была очень высокая популярность. С другой стороны, иногда это может быть полезно.

— Я Эммет Лондон, — сказал он. Он не представил Лидию, которая очень тихо стояла в коридоре.

«Так и думал. Меня зовут Корниш.» — Он покосился на Эммета. — «Эта история с Малтби. Дело Гильдии, да?

«Да.»

Эммет скорее почувствовал, чем увидел удивление и неодобрение Лидии, но не обратил на это внимания. Он не лгал старику. По его мнению, пока Лидия была замешана в этом беспорядке, это было делом Гильдии. В конце концов, она спала с ним, а он руководил Гильдией Каденса. Это было достаточно простое уравнение.

— Малтби убили, не так ли? — Корниш хмыкнул, как будто то, о чем он все время думал, только что подтвердилось. — «Я знал, что он не мог случайно передознуться. Он не всегда резонировал с тем, что вы бы назвали хорошо настроенным янтарем, но он не был дураком, когда дело касалось шартреза. Он знал, как обращаться с ним. Употреблял годами, знаете ли».

Лидия двинулась вперед. — «Мы пытаемся выяснить, что именно произошло здесь сегодня. Вы можете нам помочь?»

«Я? Неа.» — Корниш очень быстро покачал головой. — «Я ничего не видел. Только сегодня утром слышал шум в холле. Следующее, что я знаю, это ты, новый Глава Гильдии и кучка копов и медиков, заполнили это место. Потом я видел, как они вынесли бедного старого Малтби».

«Когда мы приехали сегодня вечером, в квартире Малтби было два человека». — Эммет потянулся к кошельку и намеренно вынул пару купюр. — Вы случайно не видели, как они вошли?

Корниш с большим желанием осмотрел наличные. «Ну…..»

— Как я уже сказал, это дело Гильдии, — ровным голосом сказал Эммет. — «Я ищу только правильные / правдивые ответы».

Корниш колебался, очевидно, размышляя о риске солгать новому Боссу Гильдии Каденса. Затем он тяжело вздохнул и покачал головой с глубоким сожалением.

«Не видел, чтобы кто-то входил в парадную дверь», — сказал он. — «Должно быть, воспользовались окном в переулок. Слышал, как они громят дом, но никого не видел.

«Спасибо.» — Эммет передал деньги через щель в двери. — Гильдия ценит вашу честность, мистер Корниш.

Корниш просиял, осознав, что ему заплатят, хотя он не смог предоставить никакой полезной информации.

— Благодарю вас, мистер Лондон, сэр. Весьма признателен. Извините, я не смог помочь вам. Рад, что ты проявляешь интерес к тому, что случилось с бедным старым Малтби. Мы с ним были соседями много лет. Я буду скучать по нему, даже если он был наполовину сумасшедшим.

Корниш попытался закрыть дверь.

— Подожди, пожалуйста, — настойчиво сказала Лидия. — «У меня есть еще один вопрос. Были ли в последнее время у профессора Малтби гости? Скажем, за последние два-три дня?»

— Не то, чтобы я видел. — Корниш помолчал, размышляя. — Не слышал, чтобы кто-нибудь стучал в его дверь ни вчера, ни позавчера, если уж на то пошло. Но-"

«Да?» — подсказала Лидия.

«Малтби уходил за ночь до того, как выпил слишком много шартреза или что там на самом деле произошло». — Корниш слегка пошевелился, пожимая одним плечом. — Впрочем, в этом не было ничего необычного. Сколько я его знал, он выходил два, а то и три раза в неделю, всегда ночью.

— Чтобы купить наркотики? — спросила Лидия.

«Неа. Слишком долго отсутствовал. Кроме того, он получал свой Шартрез от того же парня, который продает мне… «— Корниш замолчал на полуслове, с опозданием осознав, что собирался сказать. — «Я имею в виду, что все здесь знают, что покупка шартреза не занимает больше шестидесяти секунд. Дилеры не любят стоять и болтать с покупателями».

«Как долго Малтби гулял по ночам?» — спросила Лидия.

— Часы, — сказал Корниш. — «Иногда он не возвращался до чертова рассвета».

Эммет достал из кошелька еще немного наличных. — Есть идеи, куда Малтби ходил по ночам?

«Конечно. У него была тайная дыра в стене. Спускался в катакомбы один в поисках реликвий. Даже не брал охотников следить за призраками. Он был очень хорошим уничтожителем ловушек. Когда-то, когда он был профессором в каком-то колледже, работал со многими командами по раскопкам. Он знал, как найти хорошие вещи, и знал галереи на Руин-Роу, которые покупали их, не задавая лишних вопросов».

— Малтби торговал незаконно добытыми предметами старины? — спросил Эммет.

Корниш снова пожал плечами. — Так он платил за свой «Шартрез».

Глава 7

Лидия зашла в свою маленькую гостиную и очень осторожно поставила пакет с молоком на столик.

«Бедный Малтби». — Она скинула туфли. — «Он, без сомнения, надеялся найти впечатляющие предметы старины в катакомбах и использовать их, чтобы попытаться восстановить свою профессиональную репутацию. Я знаю, что он, чувствовал».

Пушок запрыгнул на стол и наклонился вперед, чтобы осторожно понюхать пакет молока. Он тут же отступил, рыча.

Эммет повесил свою кожаную куртку на спинку кресла. — «Для Малтби было бы невероятно опасно работать в одиночку под землей все эти годы».

— Риск никогда не останавливал руинных крыс от проникновения в катакомбы, ты это знаешь. Кроме того, Малтби в свое время был превосходным наладчиком ловушек и прекрасным П-А.

«Ловушки — не единственная опасность внизу». — Эммет стоял за диваном, его сильные руки слегка упирались в спинку. Он изучал невинный на вид пакет из-под молока. — «Интересно, как он все эти годы умудрялся избегать бродячих призраков».

— Все знают, что при необходимости можно убежать от призрака, — напомнила она ему.

«Только если ты заметишь его вовремя, и только если он не загонит тебя в угол». — Он показал ей зубы в опасной улыбке. — «Да ладно, признайся, что элитным академическим типам нужны мы, охотники низшего класса, когда вы уходите в подполье, и ты это знаешь».

Она поморщилась. «Наладчики ловушек», как правило, предпочитали преуменьшать опасность крайне непредсказуемых энергетических призраков, прежде всего из-за давнего соперничества с охотниками за привидениями. Отношения между двумя типами пара-резонаторов часто сводились к «мозг против мускулов».

«Наладчики ловушек» считали себя научной, интеллектуальной стороной исследовательских групп. Обычно это были хорошо образованные, профессиональные пара-археологи (П-А) с несколькими степенями, которые гордились своим академическим статусом. Охотники, с другой стороны, традиционно имели только обучение в Гильдии методам обращения с призраками и другим вопросам безопасности в катакомбах. Короче говоря, для «наладчиков» они были всего лишь телохранителями.

Но правда заключалась в том, что призраки, технически известные как нестабильные проявления дисгармоничной энергии, или НПДЭ, были серьезной проблемой, потому что они появлялись случайным образом и практически без предупреждения. Достаточно было малейшего прикосновения к зеленым энергетическим полям, чтобы вы потеряли сознание и оказались в отделении неотложной помощи. Более обширное столкновение может убить. Только человек с природным талантом резонировать с хаотичной пси-энергией, формирующей призраков, мог вызвать или уничтожить НПДЭ.

«Ладно- ладно.» — Она откинулась на диванные подушки и раскинула руки в стороны вдоль верха. — Я согласна, что охотники за привидениями полезны под землей.

Он слегка перегнулся через спинку дивана. Она почувствовала его пальцы на затылке. Дрожь прошла через нее.

«У меня сложилось впечатление, что ты находишь меня иногда полезным и на земле», — мягко сказал он.

Она спрятала улыбку. — «Я провожу исследование старой поговорки о том, что охотники очень хороши в постели. Ты отличный объект исследования».

«Вот как?» — Он прочертил рисунок на ее затылке. — Пришла к каким-то выводам?

— Я все еще в процессе исследования. — Волосы теперь приятно шевелились на затылке. — «Я ожидаю, что это займет у меня некоторое время. Я планирую провести много обширных тестов».

Он убрал пальцы с ее кожи, неторопливо обошел диван и остановился на противоположной стороне столика. Он смотрел на нее с тревожной напряженностью.

«Пока я твой единственный испытуемый, я не возражаю против обширных исследований», — сказал он. — «Но если это не так, мне нужно знать сейчас».

Что-то жесткое и мрачное проскользнуло в его голосе. Она знала его достаточно хорошо, чтобы понять, что он редко говорил таким тоном, по крайней мере, с ней. Она беспокойно сглотнула.

— Эммет?

— Извини, — сказал он, совсем не извиняясь, просто хладнокровно и решительно. — «Вероятно, сейчас неподходящее время для этого разговора, но, учитывая обстоятельства, нам придется провести его в ближайшее время, так что мы могли бы покончить с этим сегодня вечером».

Она замерла. — Ты говоришь о походе к дантисту или о наших отношениях?

Его улыбка была короткой и лишенной юмора, но, по крайней мере, его рот слегка изогнулся. — «Наших отношениях.»

«Понятно.»

Это была тема, которую им обоим удавалось избегать открыто обсуждать. В конце концов, роман продолжался всего несколько недель, напомнила она себе. Они все еще исследовали «новые земли». Не нужно было торопиться с решениями или обязательствами. Были проблемы. Никто ничего не говорил о любви. Им нужно было время.

Бла бла бла.

Но в их нынешнем соглашении также было несколько основных пунктов, которые ее беспокоили. Один- заключался в том, что пока они встречаются, ни один из них не будет спать ни с кем другим.

Может быть, им стоило обговорить этот пункт раньше, подумала она.

— Проблема в том, — продолжил Эммет тем же слишком ровным тоном, — из-за этой ситуации с Уайаттом и Гильдией я какое-то время буду занят. У меня не будет времени играть в игру так, как ты имеешь полное право ожидать.

Во рту пересохло. — «Ради всего святого, я не считаю наши отношения игрой».

«Плохой выбор слов. Послушай, я тоже не считаю это игрой. Но это не значит, что к нашему нынешнему соглашению не применимы какие-то ожидания и условности».

Она почувствовала первую вспышку гнева. — «Ожидания?»

Он шевельнул рукой в небрежном жесте раскрытой ладони. — «Цветы, ужины вне дома, билеты в театр, долгие прогулки у реки. Ну все, что связано с романтикой».

«Конечно. Верно. Эти ожидания». — Это только показало, как мало она знала об интрижках, размышляла она. Она даже не думала об их отношениях с точки зрения ожиданий. Может быть, она боялась смотреть на это так конкретно, потому что какая-то ее часть боялась, что это не продлится долго.

«Что я пытаюсь здесь сказать, — сказал Эммет, — так это то, что я не смогу проводить с тобой много времени, пока Уайатт не вернется к своим обязанностям. Днем у меня будут собрания, а по вечерам я буду работать допоздна».

Она села на край дивана, плотно прижав колени друг к другу. — Ради всего святого, Эммет, я не жду, что ты будешь постоянно меня развлекать.

«Я знаю это.» — Он провел рукой по волосам. — «Я не говорю о развлечениях, черт возьми. Я говорю о том, чтобы убедиться, что мы с тобой одинаково понимаем нашу нынешнюю договоренность».

— Договоренность, — нейтрально повторила она. Что-то подсказывало ей, что она научится ненавидеть это слово.

Он бросил на нее задумчивый взгляд. — Я не очень хорошо справляюсь с этим, не так ли?

«Кажется, ты запутался. Почему бы тебе не сказать все прямо? Так получается гораздо понятнее.

«Хорошо, я хочу быть уверен, что мы оба согласны с тем, что то, что между нами происходит, является уникальной…»

«Договоренностью?» — ледяным тоном закончила она.

«Да.»

«Да, нет проблем, Лондон». — Она подарила ему свою самую яркую, самую изысканную улыбку. «Получилось так, что я сама буду очень занята в ближайшие дни. У меня появился новый частный клиент, и я все еще работаю полный рабочий день у Шримптона. А еще есть попытки выяснить, почему профессор Малтби послал за мной в день своей смерти. Да, я думаю, можно с уверенностью сказать, что у меня не будет много свободного времени, чтобы прыгать по постелям других мужчин».

Он обогнул стол в два длинных шага, обхватил руками ее плечи он поднял ее на ноги.

— Если тебе есть хоть малейшее дело до меня, — пробормотал он, — ты не станешь шутить о том, что спишь с другими мужчинами.

Ошеломленная его яростной реакцией, она провела пальцами по его широкой груди и всмотрелась в его лицо. Чувство удивления развернулось внутри нее.

— Ты хочешь сказать, что будешь ревновать, если узнаешь, что я встречаюсь с кем-то еще? — осторожно спросила она.

— Я не буду делить тебя с другим мужчиной, — сказал он низким грубым голосом. — «Я не смогу. Я почти уверен, что это сведет меня с ума».

Она коснулась его лица кончиками пальцев. — О, Эммет.

«Пока у нас соглашение, — ровно сказал он, — Мне нужно все или ничего».

Она встала на цыпочки и легонько поцеловала его в губы. — «То же самое касается и меня, Лондон. Все или ничего.»

Напряжение спало с его плеч. Он медленно улыбнулся и поднял руки, чтобы обхватить ее лицо. «Без проблем. Ты единственная женщина, которую я хочу видеть в своей постели. Похоже, у нас здесь есть взаимопонимание».

Он притянул ее к себе и поцеловал, прежде чем она успела слишком расстроиться из-за семантики. Когда его рот сомкнулся над ее ртом, она почувствовала горячую, неотложную потребность, которая текла через него, потребность, которая была обуздана самообладанием и контролем, которые были неотъемлемой частью его натуры.

Низкий гул заставил Эммета поднять голову. Они оба повернулись, чтобы посмотреть на Мохнатика, который все еще стоял на столе, кружа вокруг пакета с молоком, его мех то топорщился, то опадал.

Эммет неохотно отпустил ее. — «Тебе лучше заняться этой ловушкой, прежде чем твой пушок случайно ее активирует». — Он взглянул на свои янтарные часы. — Если ты поторопишься, сегодня мы еще сможем поспать пару часов.

Вот вам и страстная интермедия. Она была потрясена быстрой и эффективной манерой, в которой Эммет только что сменил тему. Очевидно, достигнув своей цели — уверив себя, что она будет ему верна, пока он много работает на новой работе, — он был готов перейти к следующему пункту повестки дня.

Ей пришло в голову, что способность так быстро переключать внимание, вероятно, была одной из черт характера, которые помогли ему подняться до высших эшелонов руководства Гильдии. Это умение, без сомнения, сделало его потрясающим генеральным директором, но она чувствовала, что в отношениях это может сбить с толку.

Поговорим об этом потом.

Но он прав, подумала она. Пора узнать, что Малтби спрятал в пакете из-под молока.

— Сомневаюсь, что Мохнатик смог бы захлопнуть ловушку, — сказала она, поворачиваясь к столу. «Еще в первые дни подземных исследований было предпринято несколько попыток использовать животных для идентификации и запуска ловушек иллюзии, но они потерпели неудачу. Психические вибрации ловушек, кажется, резонируют только с людьми. Некоторые эксперты считают, что это потому, что инопланетяне настроили их так, чтобы они резонировали с разумом, который развился до такой степени, что стал уязвимым перед воображением».

«Другими словами, умы, которые подвластны кошмарам, но тебе не нужно, чтобы он опрокинул коробку, пока ты работаешь над ловушкой». — Эммет подобрал Мохнатика. — Я буду держать его подальше от тебя.

«Спасибо.» — Она снова открыла пакет из-под молока и изучила темные тени внутри. — «Знаешь, нам очень повезло, что те злоумышленники, которых мы застали врасплох, не подумали проверить холодильник Малтби».

«Я предполагаю, что они проверили его, но не догадались о «сюрпризе» в пакете молока».

«М-м-м.» — Она заглянула в коробку, изучая тени внутри. Янтарь, который она носила на запястье, слегка нагрелся, когда она использовала его, чтобы настроиться на пси- частоты маленькой ловушки.

Она была маленькой, но резонирующие узоры были чрезвычайно сложными.

— Малтби был настоящим профессионалом, — пробормотала она. — «Это не простая ловушка. Вероятно, он нашел ее где-то в катакомбах и сумел обезвредить, не уничтожив. Затем он сбросил ее в эту коробку. Это было непросто».

«Ты видишь, что он использовал, чтобы закрепить ее?»

«Еще нет.»

Ловушка иллюзий должна была быть прикреплена к какому-то материалу инопланетной конструкции, обычно к объекту, сделанному из зеленого кварца или гораздо более редкого камня грёзалита.

Она исследовала ловушку уверенным, твердым прикосновением. Пробный подход часто приводил к катастрофе, потому что усилия приводили к нарушению структуры ловушки, что могло привести к ее срабатыванию.

Уловив ритм глубинных токов, она послала несколько психических импульсов, призванных ослабить волны пси-энергии.

Это была самая опасная часть работы. Один неверный шаг на этом этапе, и энергетические импульсы отскочат назад, подавляя ее и запирая в инопланетном кошмаре, который будет длиться до тех пор, пока она не потеряет сознание. Мозгу может потребоваться всего несколько секунд, чтобы отключиться, но это будет ощущаться как вечность.

Раскручивающиеся энергетические волны также поймают любого, кто окажется слишком близко, когда ловушка иллюзий лопнет. Тот факт, что Эммет не удосужился отступить на несколько осторожных шагов, многое говорил о его уважении и вере в ее способности.

Она чувствовала, как энергия ловушки постепенно ослабевает, а затем и вовсе исчезла. Она задержала частоту еще на мгновение, пока не убедилась, что ловушка уничтожена навсегда и ее нельзя сбросить.

— Сделано, — сказала она, пытаясь подавить вспышку эйфории, которая всегда следовала за успешным распутыванием. Считалось не круто, не говоря уже, что крайне непрофессионально, позволять кому-либо видеть, как тебя накрывает.

— Ты молодец, — мягко сказал Эммет.

«Спасибо.» — Похвала заставила ее улыбнуться. Охотники были заведомо скупы, когда дело доходило до похвалы наладчиков. — «Меня похвалил Босс Гильдии».

«Отдал должное». — Он наклонился ближе, пытаясь заглянуть внутрь коробки. — «Что внутри?»

Она посмотрела вниз и увидела крошечное зеленое кварцевое надгробное зеркало и нечто, похожее на сложенный лист бумаги. — «Я не уверена.»

Подняв коробку, она перевернула ее. Зеркало звякнуло, когда оно упало на стол. Сложенная бумага упала на него.

«Он использовал зеркало в качестве якоря», — сказал Эммет.

«Ага.» — Она взяла бумагу и осторожно развернула ее.

— Это копия старой газетной статьи, — сказала она.

Она разложила ее на столе. Вместе она и Эмметт изучили написанное.

Местный студент исчез под землей; Внушающие страх мертвые

Трой Берджис, студент колледжа Олд-Фриквенси, вчера поздно вечером исчез в неисследованном подземном проходе. Поисковая группа была послана вниз, но не обнаружила следы Берджиса. Он считается потерявшимся.

Власти колледжа заявили, что Берджис и двое его товарищей ушли в катакомбы под Олд-Фриквенси без официального разрешения. Очевидно, несанкционированная авантюра была спровоцирована Берджисом.

Джейсон Кларк и Норман Фэрбенкс, два студента, которые сопровождали Берджиса в нелегальной экспедиции, рассказали, что они разошлись, когда Берджис настоял на попытке распутать большую ловушку иллюзий, блокировавшую доступ к одному из коридоров.

Берджис потерпел неудачу и случайно активировал ловушку. Кларк и Фэрбенкс сказали, что стояли далеко, но когда энергия иллюзии захватила Берджисе, они почувствовали некоторый эффект. Они были без сознания почти час. Когда они очнулись, Берджиса уже не было.

Кколледж сообщил, что родители Берджиса умерли, когда он был маленьким. У него не было братьев и сестер. Власти все еще ищут ближайших родственников.

— Статье почти пятнадцать лет, — сказала Лидия. — «С какой стати Малтби понадобилось копировать ее и защищать с помощью ловушки иллюзий?»

«Не представляю». — Эммет взял маленькое надгробное зеркало и внимательно его изучил. «Возможно, это он хотел скрыть. Хотя выглядит вполне обычно».

Она взглянула на зеркало, оценила простую резьбу, окружающую отражающую поверхность, и покачала головой. — «В нем нет ничего особенного. Я уверена, что он использовал его только для привязки ловушки». — Она постучала по бумаге. — «Именно эту статью он хотел скрыть. Но я не могу понять, почему».

«Лидия, я думаю, тебе следует помнить один очень важный факт о профессоре Лоуренсе Малтби».

Она подняла голову, нахмурившись. — «Какой?»

«Он был наркоманом, — сказал Эммет. — «Это означает, что его мозг, вероятно, уже давно был сильно поврежден. Если бы я был на твоем месте, я бы не стал зацикливаться слишком на этой газетной статье или том факте, что он вообще оставил тебе в нем сообщение. Он, несомненно, слышал, что ты задавала вопросы в Старом квартале, и это породило пару иллюзий».

«Я не единственная, кто восприняла его всерьез. А как насчет тех двух парней, которых мы застали в его квартире?

— Я же говорил тебе, что, скорее всего, они искали его заначку, а не старую газетную статью о студенте, пропавшем под землей.

Она легонько постучала вырезкой из газеты о ладонь. «Хм.»

— Я действительно ненавижу, когда ты так говоришь, — сказал Эммет.

Глава 8

Офисы Hepscott Enterprises, Inc. излучали класс и финансовый успех. Мебель и декор были выполнены в различных оттенках серого с редкими вкраплениями черного и малинового. Один только холл у стойки регистрации был в два раза больше ее квартиры, подумала Лидия.

По пути к стойке регистрации она прошла мимо нескольких стеклянных витрин с моделями нескольких проектов Хепскотта. Среди них был закрытый комплекс дорогих домов и новая банковская и финансовая башня, которые возводились в центре города.

Аккуратно сложенный экземпляр «Каденс — Стар» стоял на низком столике перед длинным черным кожаным диваном. Она взглянула на него и увидела крупный заголовок:

«Уайатт тяжело ранен».

Официальные лица гильдии назначают исполняющего обязанности Главы.

Она прочитала эту статью еще утром за завтраком, сидя напротив Эммета. В ней не было ничего, чего он не рассказал ей. Репортер придерживался фактов и не опускался до сплетен. Не было никаких упоминаний о том, что Эммет когда-то был помолвлен с Тамарой Уайатт. «Стар» оставила такие вещи таблоидам.

Лидия была очень рада, что потратила деньги на новый костюм и туфли на каблуках, которые подходили к консервативному ржаво-коричневому цвету наряда. Ансамбль стоил ей месячного дохода, но оно того стоило. Она выглядела почти такой же серьезной и деловой, как секретарша.

«Я могу вам чем-нибудь помочь?» — вежливо спросила женщина за столом.

— Я пришла к мистеру Хепскотту.

Секретарь сомнительно оглядела ее. — «Ваше имя?»

«Лидия Смит». — Лидия одарила ее особой улыбкой, которая у нее появилась, когда она обращалась с секретаршами, охранявшими кабинеты старших преподавателей университета. — «У меня назначено.»

Лицо женщины мгновенно прояснились. — Да, конечно, мисс Смит. — Она наклонилась к интеркому и нажала кнопку. — Мисс Смит здесь, сэр.

— Впусти ее, пожалуйста, Элизабет. — Голос Гэннона Хепскотта был хорошо смодулирован и наполнен уверенностью в себе. Он хорошо сочетался с декором вестибюля.

«Да сэр.» — Элизабет поднялась. — Сюда, мисс Смит.

Лидия последовала за ней к высокой двери, обшитой панелями из красного янтарного дуба.

Личный кабинет Хепскотта был даже больше, чем вестибюль. Он был выполнен в тех же цветах. Вид из панорамного окна был… захватывающим. Он охватывал длинную извилистую полосу реки и большую часть Мертвого города Олд- Каденса.

Несмотря на свою решимость продемонстрировать крутую профессиональную компетентность, у Лидии перехватило дыхание при виде великолепной сцены за окном. Сегодня рано утром рассеялся ночной туман, и зеленые кварцевые башни инопланетной цивилизации сверкали и переливались на солнце.

Она всегда задавалась вопросом, изучали ли древние архитекторы Хармони искусство и поэзию в дополнение к строительной механике и дизайну. Сооружения, которые они оставили над землей, были воздушными, неземными, что всегда очаровывало ее. Вздымающиеся шпили, арочные крыши, балконы с колоннадами и широкие проходы ослепляли глаза и вызывали глубокое чувство удивления.

— Я знаю, что вы чувствуете, — сказал Гэннон Хепскотт откуда-то из-за ее спины. Он казался удивленным. — «Каждое утро, когда я захожу в этот офис, я подхожу прямо к окну и провожу несколько минут, рассматривая руины. И каждый день я задаю себе один и тот же вопрос».

Она понимающе улыбнулась. — Почему они ушли?

«Вероятно, мы никогда не узнаем ответ».

— Нет, но я сомневаюсь, что мы когда-нибудь перестанем задавать этот вопрос. — Она обернулась и улыбнулась мужчине, стоявшему рядом с большим полукруглым столом. — Это делает все еще более загадочным, не так ли?

Гэннон Хепскотт усмехнулся. — «Да, это так.»

Это был первый раз, когда она встретилась с ним лично. До сих пор она имела дело только с членами его штаба.

Хепскотту на вид было около тридцати пяти. Он был высоким, с длинными пальцами на руках и стройным изящным телосложением, которое подчеркивал прекрасно скроенный костюм, который был на нем. Черты его лица были резкими, почти аскетичными.

Ее предупредили, что стиль Хепскотта довольно эксцентричен. Теперь она поняла, почему он приобрел такую репутацию. Он был этюдом из бледности.

Его глаза были очень светлого оттенка серого. У него были поразительные платиновые волосы, которые, как она знала, не существовали в природе. Еще больше поразило то, что он носил их длиной до плеч и завязывал сзади на затылке. Такой образ предпочитали мачо, охотники за привидениями в одежде цвета хаки и кожи, но не генеральные директора и президенты корпораций. И все же Хепскотт блестяще справился с этой задачей. На нем все смотрелось одновременно очень мужественно и очень элегантно.

Его костюм и рубашка были белыми на белом. Его аксессуары были серебряными.

— Пожалуйста, присаживайтесь, мисс Смит. Спасибо, что нашли время этим утром».

«Не за что.» — Она заняла одно из черных кожаных кресел, на которые он указал, и поставила портфель на плюшевый серый ковер. — «Я с нетерпением жду возможности услышать больше о ваших планах».

«Как, без сомнения, сказали вам мой архитектор и дизайнеры, я намерен назвать этот проект «Underground Experience». — Он взял пачку бумаг и опустился на черный диван прямо напротив нее. — «Моя цель — создать самый захватывающий казино-курорт, какой только можно найти в любом городе-государстве. Я планирую возвести его возле Южной стены. — Он сделал паузу, слегка приподняв угол рта. — «Для атмосферы».

«Я понимаю.»

«Мне потребовалось пять лет, чтобы приобрести прилегающую недвижимость, необходимую для курорта, но я, наконец, собрал участок, достаточно большой для моих целей».

«Ваши сотрудники сказали, что вы хотели создать атмосферу, основанную на подземных руинах».

«Да.» — Он разложил на столе несколько рисунков. — «Чего я хочу, так это ослепительной фантастической версии путешествия по катакомбам. С того момента, как гость входит в вестибюль моего курорта, я хочу, чтобы его окружали подлинные реликвии и артефакты, а не репродукции».

«И вот здесь вступаю Я?»

Гэннон улыбнулся и откинулся на спинку дивана. — «Да, мисс Смит, именно здесь начинается ваша роль. Я хочу, чтобы декорации были как можно более аутентичными. У вас будет щедрый бюджет. Я хочу, чтобы вы использовали его для приобретения древностей музейного качества. Посещайте аукционы. Свяжитесь со своими связями на Руин Роу. Расскажи об этом частным коллекционерам. Делайте все, что потребуется. Я хочу только лучшее. Моя команда дизайнеров включит их в декор».

«Это очень захватывающий проект», — сказала она.

«Я не из тех, кто занимается микроменеджментом». — Гэннон поднялся на ноги. — «Я нанимаю квалифицированных людей и позволяю им выполнять свою работу. Тем не менее, этот проект очень важен для меня, и я ожидаю, что меня будут держать в курсе. Мне нужны еженедельные отчеты — лично. Это возможно с вашим графиком?»

Она поняла, что он сворачивает встречу. — Нет проблем, мистер Хепскотт.

«Пожалуйста. Зовите меня Гэннон. — Он изучал ее с теплым, задумчивым выражением лица. — Что-то мне подсказывает, что мы с тобой станем отличной командой, Лидия».

Сорок минут спустя она выскочила из машины перед «Домом древних ужасов Шримптона», расплатилась с шофером и бросилась в здание. Встреча с Гэнноном Хепскоттом прошла гладко и достаточно быстро, но такси попало в пробку на обратном пути в центр города, в результате чего она опоздала на работу на двадцать минут. Она надеялась, что ее босс еще не знает об этом.

Пожилой мужчина за билетной кассой помахал ей рукой. — Доброе утро, Лидия.

«Доброе утро, Боб. Шримп (сокр от Шримптона) уже здесь?

— Нет, все чисто (тебя не спалили).

«Великолепно. Спасибо.» — С облегчением она замедлила шаг, чтобы отдышаться.

Тридцать лет назад Шримптон начинался как третьеразрядный музей, в котором выставлялись дешевые инопланетные реликвии. Репутация /рейтинг заведения быстро упала ниже плинтуса. К тому времени, когда Лидия семь месяцев назад подала заявление о приеме в штат сотрудников, это место уже считалось скорее домом развлечений, чем полноценным музеем. Ни один респектабельный специалист по древностям не воспринимал его всерьез. Конечно, никто с ее образованием даже не подумал бы работать в таком месте при нормальных обстоятельствах.

Но после того, как университет уволил ее, у нее не было большого выбора. Ее профессиональная репутация была подорвана.

Шримптон дал ей работу, когда она отчаянно нуждалась в ней, и она будет вечно ему обязана. Хотя она пыталась построить новую карьеру в качестве частного консультанта по древностям, она поклялась, что отдаст ему все, что должна. Она будет работать во время обеда, чтобы наверстать двадцать минут, пообещала она себе.

Она быстро прошла по длинному выставочному залу, который был затенен и освещался светящимися зелеными люминесцентными лампами, предназначенными для создания зловещей, жуткой атмосферы, которая была визитной карточкой Шримптона.

Несмотря на свою низкую репутацию, под ее руководством музей приобрел несколько довольно симпатичных реликвий, в том числе несколько прекрасных резных урн и подходящую пару колонн из зеленого кварца.

Однако ее самым большим приобретением, которое заставило более высокопоставленных любителей древностей обратить на них внимание, был маленький сосуд из чистого, обработанного грезалита. Он занимал почетное место в конце главной галереи и был защищен ультрасовременной системой безопасности, подаренной Мерсером и Тамарой Уайатт. Табличка рядом с красивым маленьким предметом гласила:

Баночка с мазью. Грезалит. Дар мистера Честера Брэди.

К сожалению, подарок был посмертным, потому что Честер, руинная крыса, сделавший карьеру на нелегальной стороне торговли древностями, столкнулся с незаконными раскопками. Его убили, его тело бросили в саркофаг здесь, у Шримптона.

Лидия устроила Эммету экскурсию по Крылу Гробниц, когда они обнаружили тело. Она знала, что никогда больше не сможет пройти мимо витрины гробов не совсем человеческой формы, не подумав о Честере.

Она открыла дверь и вошла в маленькую анфиладу музейных кабинетов. Сквозь непрозрачную стеклянную панель двери Шримптона не пробивался свет. Боб был прав, босс еще не пришел. Шримптон, вероятно, остановился, чтобы купить коробку пончиков.

Дверь в кабинет секретаря и универсального помощника Шримптона Мелани Тофт была широко распахнута. Лидия высунула голову из-за угла.

— Доброе утро, Мэл.

Мелани оторвалась от таблоида, который просматривала. Это была привлекательная темноволосая женщина с живыми глазами и чувством стиля, которое нельзя было назвать иначе, как очень модным. Лидия иногда задавалась вопросом, не покупает ли она всю свою одежду в отделах нижнего белья. У Мелани была обширная коллекция прозрачных блузок, очень коротких юбок и смелых маленьких платьев, напоминавших ночные сорочки.

— Ты вовремя, — сказала Мелани. — Как прошла встреча с Хепскоттом?

«Отлично. Он дал мне бюджет, в несколько раз превышающий сумму, которую я трачу здесь за год. Я не могу дождаться, чтобы начать покупать».

Она вошла в кабинет и поставила папку с портфелем на полку с ее обширной коллекцией «Журналов пара — археологии».

Она засовывала сумочку в нижний ящик стола, когда в дверях появилась Мелани, шурша бульварной газетой.

— Ты видела газеты?

«Трудно пропустить такое. Новость о том, что кто-то пытался убить Мерсера Уайатта, попала на страницы всех городских газет. Я также увидела репортаж об этом в «Доброе утро, Каденс» на рез-экране, прежде чем ушла на работу».

— Как ты можешь говорить так спокойно и непринужденно? — Мелани прошла в кабинет и оперлась округлым бедром об угол стола. — «Ради бога, женщина, ты встречаешься с новым Боссом Гильдии Каденса».

«Исполняющим обязанности Босса».

Мелани подмигнула. — «Работа может стать постоянной, если Уайатт не выживет».

«Чувствую, что выживет. Он крепкий старый лис.»

Мелани подняла таблоид. — «Ты так и не рассказала мне всех пикантных подробностей о связях Эммета Лондона с Уайаттами. Как ты могла скрыть такие сплетни от своей лучшей подруги? Ты разбиваешь мне сердце».

Лидия взглянула на обложку «Каденс Таттлер» и замерла. Большая зернистая фотография Тамары Уайатт и Эммета, вместе входящих в Мемориальную больницу Каденса, занимала большую часть свободного места.

Заголовки кричали, что новый Босс Гильдии замешан в любовном треугольнике? Шрифт был не меньше дюйма.

— Дай мне посмотреть. — Лидия выхватила таблоид из рук Мелани.

— Да пожалуйста, — ответила Мелани.

Лидия пробежалась по статье, все внутри холодело с каждой секундой.

Эммет Лондон, недавно назначенный главой Гильдии Каденса, ранее был помолвлен с Тамарой Макинтайр (теперь миссис Мерсер Уайатт) в «Браке по Завету» в Резонанс-Сити. Согласно анонимным источникам, свадьба была внезапно отменена после того, как будущую невесту представили Боссу Гильдии Каденса Мерсеру Уайатту на помолвочном балу.

В интервью журналу в прошлом месяце миссис Уайатт утверждала, что энергичный Уайатт «покорил ее, с первого взгляда» и что они намереваются в ближайшем будущем преобразовать свой нынешний «Брак по расчету» в полноценный «Брак по Завету».

Представитель Гильдии Резонанса заверил репортера, что помолвка между Лондоном и Тамарой Уайатт была аннулирована мирно. Но другие источники, намекнули, что Лондон был в ярости из-за разрыва и поклялся отомстить.

«Месть?» — Лидия с ужасом перечитала последнюю строчку статьи. — «Этот идиот-репортер намекает, что Эммет хотел отомстить, потому что Мерсер Уайатт украл его невесту».

«Что за бред.»

— О боже. — Лидия тяжело села на стул. — «Это ужасно.»

«Ты заметила, что в статье на прямую не говориться, что Лондон мог быть организатором покушения», — сухо сказала Мелани. — «Но между строк прослеживается».

«Это невозможно пропустить». — Холод в желудке Лидии сменился еще более неприятным ощущением пустоты. — «Это может обернуться катастрофой».

«Забудь об этом. Перейдем к интересному. Что-нибудь из этого правда? Была ли когда-то прелестная миссис Тамара Уайатт, невестой Лондона?

Лидия откашлялась. — «Ну да.»

Глаза Мелани округлились. — О боже.

«Но помолвка расторглась, не потому что Мерсер Уайатт покорил Тамару». — Лидия с отвращением хлопнула по обложке таблоида. — «Боже мой, он на сорок лет старше нее».

— Хотя, как я слышала, все еще в отличной форме, — весело сказала Мелани. — По крайней мере, был до вчерашнего дня. Почему помолвку расторгли?»

«Эммет сообщил ей прямо перед помолвкой, что он выполнил свои задачи по реорганизации Гильдии «Резонанса» и планирует уйти в отставку. Он хотел заняться частным консультированием. Тамару это не устраивало. У нее были другие цели».

«Хотела быть Миссис Босс Гильдии, да?»

«Она точно знала. Так случилось, что старый Мерсер Уайатт недавно овдовел и, по-видимому, искал себе новую невесту». — Лидия повернула одну руку ладонью вверх. — «И Тамара расторгла помолвку».

Мелани подтянула голое колено и обхватила его руками. Это движение задрало ее кружевную юбочку неприлично высоко на бедрах. — «Что Эммет чувствовал, когда его бросили?»

«У него было не много вариантов, и он это знает».

«В газете написано, что они планировали «Брак по завету». После принесения клятв, было бы юридически и финансово весьма проблематично выбраться из этого». — Мелани покачала головой. — «Интересно, почему они сначала не пошли на стандартный Брак по Расчету?»

Лидия откинулась на спинку скрипучего стула и слегка повернулась из стороны в сторону. — «Эммет — Хороший стратег и планировщик, один из тех, кто ставит цели, а затем делает все возможное для их достижения. Вероятно, он применил управленческий подход, когда собирался жениться на Тамаре».

«Ну, ты должна признать, что она идеальная жена Босса Гильдии. Она не только красивая, она стильная и умная. Черт возьми, она хороший управленец. Посмотри, как активна она была в советах директоров всех этих благотворительных организаций и социальных клубах в прошлом году. Она сделала больше для продвижения имиджа Гильдии Каденса в прошлом году, чем кто-либо другой после того, как Джерретт Нокс победил Винсента Ли Вэнса».

«Я знаю.» — Лидия барабанила пальцами по столу. Ей не нужно было напоминать о длинном списке личных достоинств и достижений Тамары Уайатт. — «Я встречалась с ней. Она впечатляет, но она была бы неподходящей женщиной для Эммета. Я почти уверена, что теперь он это знает.»

— Конечно, знает, — преданно сказала Мелани. — Очевидно же, что ты — подходящая женщина для него.

Они обе некоторое время думали об этом.

Мелани откашлялась. — «Итак, где был Эммет Лондон рано утром, когда Мерсеру Уайатту стреляли в спину?»

«Лидер отряда охотников-разведчиков Зейна Хойта попросил его помочь присмотреть за мальчиками в походе. Вернулись около двух часов ночи. К тому времени, когда Эммет закончил развозить детей по домам и добрался до своего дома, было уже три часа. Уайатт только что прибыл в отделение неотложной помощи».

«В газете написано, что Уайатта стреляли где-то между двумя и тремя», — заметила Мелани.

«Ага.»

«Похоже, у Эммета могут быть небольшие проблемы со временем между доставкой последнего охотника-скаута и ответом на телефонный звонок из больницы».

Лидия указала на нее пальцем. — Даже не думай, Мэл. Самое большее, что мы имеем двадцать минут.

Мелани поджала губы, но воздержалась от замечания, что двадцати минут вполне достаточно, чтобы кого-то убить.

Лидия вздохнула. — «К счастью, детектив Мартинес, казалось, была удовлетворена тем, что Эммет не был подозреваемым. В конце концов, сам Уайатт назначил Эммета исполняющим обязанности. Он бы этого не сделал, если бы думал, что Эммет пытался его убить.»

Мелани пару раз покачала ногой взад-вперед. — «Но согласно документам, Уайатт был ранен в спину и не видел человека, который пытался его убить. Кроме того, готова поспорить, что Мартинес не знала об этом любовном треугольнике, когда допрашивала вас с Эмметом. Ее взгляд на ситуацию может измениться, когда она узнает, что у этих троих было запутанное прошлое.»

Лидия еще глубже опустилась в кресло.

— С другой стороны, — продолжила Мелани на более радостной ноте, — это дело Гильдии, и все знают, что Гильдия сама решает свои проблемы. — Она спрыгнула со стола. — «Ну, мне надо бежать. Дела, которые необходимо сделать. Кстати, я хотела сказать тебе, что Шримп очень доволен тобой».

«Почему?»

«Он получил предложение от частного коллекционера на саркофаг Мадда. Парень, по-видимому, видел его в Крыле гробниц на прошлой неделе и очень хочет его, потому что он хорошо впишется в его коллекцию. Он готов заплатить намного больше, чем он того стоит. Шримп в восторге, как ты можешь себе представить. Он говорит, что ты можешь использовать прибыль, чтобы прикупить более интересный гроб». — Она закатила глаза. — «Как звучит, а? Интересный гроб».

«Спасибо за предупреждение».

«Клиент хочет забрать его в пятницу в пять. Шримп хочет, чтобы ты проследила за укладкой и упаковкой и, чтобы он благополучно вышел за дверь со всеми документами».

— Я сделаю заметку. — Лидия пододвинула к себе настольный календарь и перелистнула страницы, выбрав пятницу.

«Кроме того, чтобы ты знала, сегодня я ускользну отсюда немного пораньше. У меня сегодня свидание с Джеком».

Джек Броуди, как знала Лидия, был еще одним в длинной череде охотников за привидениями у Мелани.

— Не говори мне, дай мне угадать, — сказала Лидия. — Вы вдвоем собираетесь провести вечер где-нибудь в Старом квартале.

Мелани шевельнула бровями. — «Джек пообещал мне, что вызовет парочку маленьких призраков, чтобы сжечь их, прежде чем мы вернемся ко мне».

— Повеселись, — пробормотала Лидия.

«О, я уверена, что так и будет. Знаешь, как говорят, нет ничего лучше охотника в постели после того, как он сжег призрака. Это горячо, горячо, горячо». — Мелани ухмыльнулась с порога. — Но ты уже знаешь это, не так ли? В конце концов, ты встречаешься с лучшим охотником.

«Эммет застрял в офисе в обозримом будущем». — Лидия знала, что это звучит невыносимо чопорно. Она ничего не могла с собой поделать. Легкость Мелани с сексуальными намеками и ее случайная страсть к охотникам всегда немного смущали. Она чувствовала, как приобретает ярко розовый румянец. — «У него нет времени убивать призраков ради забавы и игр».

«Очень жаль.» — Мелани исчезла за углом.

Лидия долго сидела, угрюмо глядя на фотографию на первой полосе «Таттлера». Слухи о скандальном любовном треугольнике среди Глав Гильдии Каденса только все накалили. История была просто слишком сочной, чтобы о ней забыли.

Если кто-то и может позаботиться о себе, так это Эммет, подумала она. Но в данный момент у него были заняты руки.

Что-то подсказывало ей, что следующие несколько дней и недель будут очень трудными для всех них.

Глава 9

Эммет открыл папку, которую Перкинс, административный помощник Уайатта, только что вручил ему. — Это список людей, которые звонили Уайатту за день до покушения?

«Это список, который я дал детективу Мартинес, когда она допрашивала меня», — сказал Перкинс с резкой точностью. — «Он включает в себя все деловые звонки, как входящие, так и исходящие, которые были сделаны из этого офиса в тот день».

Эммет поднял взгляд. У Перкинса, вероятно, было имя, но никто в штаб-квартире Уайатта не использовал его так давно, что оно было забыто. Перкинс явно предпочитал такое обращение.

Это был невысокий щеголеватый человечек, больше похожий на дворецкого, чем на профессионального секретаря. Круг коротко подстриженных седых волос окружал его блестящую лысину. Он посмотрел на Эммета сквозь очки в золотой оправе.

«Могу ли я предположить по тому, как вы ответили на мой вопрос, что были какие-то звонки личного характера, не вошедшие в этот список?» — ровно спросил Эммет.

Перкинс прочистил горло. — «Был один, который я не видел причин афишировать».

Эммет поднял брови. — Вы сами приняли это решение?

Перкинс выпрямился во весь рост. — «Я работаю на мистера Уайатта двадцать три года. Я думаю, что узнал его достаточно хорошо, чтобы сказать, что он не хотел бы, чтобы я называл имя звонившего полиции».

«Потому что?»

— Потому что звонил его старый друг, который, я уверен, никак не связан с ужасными событиями.

Эммет потер переносицу. — Мне нужно имя, Перкинс.

— Да, сэр, я понимаю, сэр. Звонившего звали Сандра Торнтон.

Эммет нахмурился. — Она назвала вам свое имя, когда звонила?

— Нет, сэр, но я сразу узнал ее голос.

— Она часто звонит?

«Она вообще не звонила в последние два года, но до этого у мисс Торнтон и мистера Уайатта были близкие, очень личные отношения в течение нескольких месяцев. За это время она несколько раз звонила на личный номер мистера Уайатта».

«Одна из бывших любовниц Уайатта», — подумал Эммет. Просто замечательно. Он закрыл файл и положил на него руки. — Позвольте мне прояснить ситуацию, Перкинс. Одна из любовниц Мерсера Уайатта, которая не выходила на связь уже два года, случайно позвонила за день до того, как в Уайатта стреляли, и ты не думаешь, что стоит говорить об этом копам?

Перкинс посмотрел на Эммета свысока. — Прошу прощения, сэр, но это дело Гильдии самого личного характера.

Эммет старался не скрипеть зубами. Он напомнил себе, что это Гильдия Каденса, а не новая, реформированная Гильдия Резонанса. Несмотря на общепризнанные намерения Уайатта модернизировать организацию, в этом городе все еще многое делали по старинке. И по давней традиции, дела гильдии регулировались одним незыблемым правилом: дело Гильдии остается внутри Гильдии.

— Что за история с Сандрой Торнтон? — спросил Эммет, сдерживая раздражение. — «Думаешь, у нее все еще есть чувства к Уайатту? Она была зла, когда он разорвал отношения?»

Перкинс пару раз моргнул в явном удивлении. — Насколько я понимаю, инициатором была мисс Торнтон, сэр, а не мистер Уайатт.

«Это произошло, потому что Уайатт встречался с другими женщинами, кроме нее?»

«Я понятия не имею, почему она разорвала договоренность, сэр». — Перкинс прочистил горло. «Мистер Уайатт не проинформировал меня».

«Говорил ли Уайатт что-нибудь после звонка Торнтон? Как он отреагировал? Он был раздражен?»

— Возможно, немного озабочен, сэр, но на этом все. — Перкинс колебался. — Однако он просил меня не упоминать о звонке миссис Уайатт.

«Почему?»

«Мистер Уайатт заботится о миссис Уайатт. Я думаю, он боялся, что она обидится или расстроится, если узнает, что с ним связалась старая любовь».

Тамара была бы недовольна, это уж точно. Эммет обдумывал варианты. Он передаст информацию детективу Мартинес, но, учитывая обширные ресурсы и возможности доступные ему в Гильдии, он, вероятно, сможет найти Сандру Торнтон намного раньше, чем копы.

В его ушах звенели последние слова Уайатта перед тем, как он потерял сознание: это не политика, это — личное.

— Свяжись с Вервудом, — сказал Эммет. — Скажи ему, что я хочу его видеть немедленно.

Ллойд Вервуд отвечал за безопасность гильдии здесь, в Каденсе. Единственное, что Эммет знал о нем, это то, что Уайатт назначил его на эту должность. Этого было достаточно. Вервуд не получил бы эту работу, если бы не был хорош.

— Да, сэр, — сказал Перкинс. — «Должен ли я…»

Он остановился, когда дверь открылась без предупреждения. Тамара Уайатт вошла в офис. Один взгляд на ее напряженное, осунувшееся выражение лица, и Эммет понял, что она очень напряжена. Стресс, в котором она находилась, брал свое.

«Перкинс». — Она кивнула. — «Вот ты где».

«Миссис Уайатт. — Перкинс почтительно покачал головой, а затем посмотрел на Эммета в поисках указаний.

— Пока это все, Перкинс, — сказал Эммет. — Дай мне знать, когда Вервуд будет здесь.

«Да сэр.» — Перкинс ушел, осторожно закрыв за собой дверь.

Тамара подошла прямо к окну и остановилась, глядя на Мертвый город и горы за ним. Несмотря на то напряжение, в котором она находилась после звонка, из-за которого ее вызвали в больницу, она была такой же гладкой и отполированной, как всегда. Ее темные волосы были аккуратно уложены в элегантный шиньон, который привлекал внимание к прекрасным чертам ее поразительного лица. Она носила свой янтарь в серьгах.

Тамара была охотницей за привидениями, сильной, хотя никогда много не работала под землей. Ее интересы лежали в другой плоскости. Тамара предпочитала хитросплетения политики Гильдии — катакомбам.

Она была красивой женщиной, наделенной той тонкой аурой, которую люди называли гламуром. Старое значение этого слова подразумевало колдовство и магию, и, оглядываясь назад, он понял, что, должно быть, находился под действием каких-то чар, когда делал ей предложение. Или, может быть, он просто не обращал особого внимания, подумал он. В любом случае было трудно объяснить, почему он не замечал целеустремленной, всепоглощающей жажды власти, которая руководила каждым движением Тамары.

Таблоиды ошибались. Их помолвка была расторгнута, не потому что ее покорил Мерсер Уайатт. Тамара никогда бы не позволила себе отвлечься от своих целей чем-то столь обыденным и несущественным, как страсть.

Правда заключалась в том, что Мерсер и Тамара во многих отношениях были идеальной парой, думал он. Несмотря на то, что Уайатт был старше ее почти на четыре десятка лет, у них было много общего. У них обоих был талант манипулировать политикой Гильдии, и они оба были одержимо преданы организации.

Но в прошлом месяце Мерсер сообщил Эммету, что намерен уйти в отставку, чтобы у него было больше времени, чтобы наслаждаться жизнью и своей прекрасной молодой невестой. Эммет был почти уверен, что эта новость, должно быть, шокировала Тамару.

«Я полагаю, ты видел заголовки таблоидов этим утром», — коротко сказала Тамара.

«Тяжело их не заметить».

«Это все усложняет. Что, если СМИ поднимут старые слухи о том, что ты внебрачный сын Мерсера?»

«В моем свидетельстве о рождении указано, что я сын Джона Лондона. Насколько я понимаю, так оно и будет».

«Какой ужасный беспорядок». — Тамара отвернулась от окна и стала ходить по комнате. — Есть новости от полиции?

«Нет. Я предполагаю, что они проверяют свои зацепки». — Он откинулся на спинку стула. — «Я собираюсь начать частное расследование, используя ресурсы Гильдии».

Она рассеянно кивнула. — «Я только что из больницы. Две дочери Мерсера сейчас там. Они прибыли пару часов назад». — Ее челюсть сжалась. — «Знаешь, они меня не особенно любят. Они терпят меня, потому что у них нет выбора, но, по их мнению, я вышла за их отца из корыстных соображений».

«Ну, здесь есть и светлая сторона. Вероятно, они захотят остановиться в отеле, пока будут в городе. Тебе не придется селить их у себя дома».

— Это не смешно, Эммет. — Она остановилась в дальнем конце комнаты. — «Есть пара проблем, которые необходимо решить немедленно. Во-первых, ты же понимаешь, что твое временное назначение должно быть одобрено большинством Совета Гильдии как можно скорее?»

«Я назначил заседание Совета на четверг. Не могу сделать это раньше, потому что трое участников уехали из города».

Она нахмурилась. — «Могут быть проблемы с утверждением тебя в качестве исполняющего обязанности главы организации, не смотря на то, что Мерсер лично выбрал тебя, управлять во время его отсутствия».

«Я думаю, что в данных обстоятельствах не будет никаких проблем с получением большинства».

«Возможно, нет, но всегда есть вероятность вызова со стороны одного из членов Совета», — предупредила она.

— Я не думаю, что это возможно, а ты?

«Я хотела бы сказать, что не будет проблем. В конце концов, это назначение временное». — Ее глаза сузились. — «Ты же не собираешься взять на себя управление Гильдией на постоянной основе, не так ли?»

— Нет, — мягко согласился он. — «Уайатт может вернуться за этот стол, как только захочет. В чем проблема, Тамара?

— Фостер Дорнинг может быть проблемой.

Эммет поднял брови. — «Что заставляет тебя так думать, что?»

«Он был избран в Совет несколько месяцев назад. Он очень быстро поднялся по карьерной лестнице. Мерсер считает, что Дорнинг подмазал дорогу кучей взяток и одолжений.»

«Похоже на политику Гильдии, ничего нового».

Она смотрела на него через всю комнату. — «Я думаю, что он положил глаз на этот кабинет. Он может попытаться воспользоваться сложившейся ситуацией».

— Бросив вызов?

«Если Дорнинг выиграет и займет кресло до того, как Мерсер выйдет из больницы, сместить его будет невозможно. Ты же знаешь, насколько туманны законы и традиции Гильдии, когда дело доходит до такого рода вещей».

— Позволь мне позаботиться о Дорнинге.

«Эммет, я знаю, что ты очень сильный пара-рез. Я видела, тебя в деле. Но говорят, что Дорнинг также чрезвычайно силен. Более того, я ему не доверяю. Если дело дойдет до вызова…

— «Я сказал, что разберусь с Дорнингом. В чем еще проблема?»

Расстроенная и злая, она открыла рот, чтобы возразить. Но то, что она увидела в его глазах, должно быть, убедило ее в бесполезности дальнейших рассуждений. В итоге она сменила тему.

— Еще одна проблема — Бал Возрождения, — сухо сказала она. — «Он состоится в четверг вечером. Мы с Мерсером планировали присутствовать».

— Не волнуйся, — сказал он. — «Я думаю, что в сложившихся обстоятельствах все поймут, если ты пришлешь свои извинения».

— Это не так просто, черт возьми. — Она продолжила ходить по кабинету. — «Ты знаешь, насколько важен ежегодный бал в Резонанс-Сити. Здесь все по-другому. Это светское событие года. Там будут ВСЕ. От Гильдия Каденса тоже должен быть представитель».

«Ты не можешь появиться на балу, когда Уайатт в реанимации. Если ты думаешь, что скандальные сплетни сегодня утром были плохими, просто представь, как будут выглядеть заголовки, если ты будешь танцевать всю ночь напролет, пока твой любимый муж борется за свою жизнь».

— Конечно, я не могу пойти. — Она бросила на него подавляющий взгляд. — Тебе придется пойти туда.

«Забудь про это.» — Он наклонился вперед и потянулся за ручкой. — «У меня есть дела поважнее, чем надевать смокинг в четверг вечером».

Она подошла и встала прямо перед столом. — Послушай меня, Эммет, ты не только должен пойти, ты должен быть не один.

Абсолютная убежденность в ее голосе и лице заставила его задуматься. Тамара могла быть целеустремленной, даже безжалостной, но она не делала ничего без веской причины.

— Я полагаю, тебя беспокоит имидж Гильдии? — тихо спросил он.

«Да. В прошлом году мы с Мерсером очень усердно работали над тем, чтобы сделать Гильдию частью мейнстрима здесь, в Каденсе. Ты знаешь, как трудно изменить взгляд общественности на организацию. Тебе потребовалось шесть лет, чтобы сделать это в Резонансе».

— Тебе не нужно напоминать мне.

— Я знаю политику в этом городе, Эммет. Поверь мне. Крайне важно, чтобы Гильдия была представлена на балу в этом году».

— Я пришлю кого-нибудь из Совета.

«Нет.» — Она положила руки на стол. — «Этого недостаточно, не сейчас, со всеми этими нелепыми сплетнями о любовном треугольнике среди Глав Гильдии. Мы должны положить конец этой чепухе или, по крайней мере, попытаться сдержать ее. Лучший способ сделать это тебе и твоей подруге, мисс Смит, появиться на балу в образе влюбленной парочки.

Он долго размышлял над этим. Она была права, подумал он.

— Хорошо, — наконец сказал он.

Тамара затихла. — «Спасибо.» — Она убрала руки со стола и повернулась к двери.

«Лидия и я будем там, — сказал Эммет, — но я не могу гарантировать, что Лидия будет продвигать Гильдию».

«Пока все знают, что вы спите, этого должно быть достаточно. Я возвращаюсь в больницу. Пресса круглосуточно дежурит там, и очень важно, чтобы репортеры видели, что я у постели Мерсера.

«Конечно, имидж- наше все», — нейтрально сказал он.

«Точно.»

Она вышла за дверь и плотно закрыла ее за собой.

Он пару раз ударил концом ручки о поверхность стола. Затем он потянулся к телефону и набрал номер офиса Лидии.

Она ответила после первого гудка, звуча напряженно.

«Дом древних ужасов Шримптона», офис куратора».

«Мне нужно быть на Балу Возрождения», — сказал он без предисловий. — «Тамара говорит, что мы должны быть там. Имидж гильдии».

На том конце линии, где находилась Лидия, повисла короткая тишина.

— Боже мой, — сказала она наконец. — Мне нечего надеть.

«Иди завтра за покупками. Возьми все, что тебе нужно, и скажи магазину, чтобы выставили счет мне. Если они доставят тебе неприятности, пусть позвонят в контору».

«Может быть, я могла бы арендовать платье. Я знаю, что есть магазины, которые сдают платья напрокат для особых случаев».

Почему-то это его разозлило. — «Ты не наденешь взятое напрокат платье на Бал Возрождения».

«Почему нет?» — убедительно сказала она. — «Это логичный поступок. Чтобы купить дизайнерское платье и все аксессуары, придется заплатить кучу денег. Не похоже, что я когда-либо смогу снова надеть это платье в этой жизни».

«Забудь про это. Купи это чертово платье и все, что нужно к нему».

— Ты кажешься расстроенным. Ты расстроен?»

— Я не расстроен, — сказал он сквозь зубы. — Но я слишком занят, чтобы тратить время на этот спор.

— Ладно, ладно, я поняла твою точку зрения. — Теперь ее тон был успокаивающий. — «Я думаю, было бы довольно безвкусно появляться в взятом напрокат платье».

«Да. Очень безвкусно».

«Я имею в виду, что все знают, что одежда — это часть Бала Возрожденияl. Это всегда показывают по телевидению. Все будут смотреть дома. Средства массовой информации будут снимать всех гостей, как они входят в Зал по этой длинной красной ковровой дорожке, и на следующий день фотографии появятся в газетах. Я вижу, что это может выглядеть плохо, если просочится информация о том, что спутница нового Босса Гильдии в этот вечер была одета в дешевую арендованную тряпку».

— Я рад, что мы прояснили этот вопрос, — пробормотал он.

«Может быть, я смогу найти что-нибудь хорошее на распродаже».

Он сжал ручку в кулаке. — «Если это не захотели купить по полной цене, значит это недостаточно хорошее, верно?»

«Я никогда не смотрела с этой точки зрения. Но я уверена, что смогу найти что-нибудь подходящее».

— Черт возьми, Лидия…

«Я просто не хочу, чтобы ты разорился из-за стоимости очень дорогого платья, вот и все», — быстро сказала она.

«Я могу позволить себе это.»

— Я знаю, но это принцип.

«Принцип? Что, черт возьми, это должно означать? Мы говорим о платье. Я хотел бы знать, о каком принципе здесь идет речь».

— Не то чтобы мы с тобой женаты, — очень холодно сказала она. — «Как ты заметил у нас договоренность. Я против, чтобы ты покупал мне дорогие вещи. Разве ты не понимаешь? Есть название у женщин, которые принимают дорогие подарки от мужчин».

Он замер, осознавая, что что-то внутри него только что окаменело.

— Если тебе от этого станет легче, — сказал он, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал ровно, — я запишу платье как деловые расходы и позволю Гильдии возместить мне расходы.

«Не смеши. Ты не сможешь выдать модное бальное платье за деловые расходы».

— Конечно, могу, — мрачно сказал он. — Я здесь главный, помнишь?

Наступила продолжительная пауза.

— Ты сердишься, — сказала она.

«Лидия, у меня нет времени и терпения. Купи чертово платье. Посмотри на это так, ты сделаешь мне одолжение». — Он потер виски. — «Кстати, сегодня вечером мне придется отменить наш ужин. Извини, но у меня есть предчувствие, что я пробуду здесь как минимум до восьми или девяти. Потом отправлюсь к себе».

«Что ты будешь делать с ужином? Поешь за рабочим столом?

Он не думал о ужине. — Да, наверное.

— У меня есть идея получше, — твердо сказала она. — «Приходи ко мне в квартиру, когда закончишь. Мы с Мохнатиком приготовим тебе ужин.

«Ты не обязана этого делать».

«Мы не возражаем».

— Спасибо, — сказал он. Та его часть, которая остыла, немного оттаяла.

Когда через некоторое время он повесил трубку, то почувствовал себя так, как будто выпил пару чашек крепкого рез-чая. Перспектива вернуться домой к Лидии сегодня вечером укрепит его на весь предстоящий долгий день.

Глава 10

Вечером в десять минут девятого она услышала, как он открыл дверь ключом, который она дала ему пару недель назад. Каждый раз, когда он таким образом входил в ее квартиру, у нее в груди возникало ощущение парения, сопровождаемое легким покалыванием паники. Она никогда не давала другому мужчине ключ от своей квартиры.

— Вот он, Мохнатик. — Она отложила блокнот. — «Иди поздоровайся с ним. Я налью вина. Ему нужно будет выпить».

Пушок скатился с ее коленей и нетерпеливо поплыл к двери. Лидия поспешила на кухню, выдернула из холодильника бутылку белого и вылила изрядное количество содержимого в бокал.

Неся большой бокал в одной руке, она последовала за Пушком в холл. Эммет бросил портфель на пол и повесил куртку в шкаф. Увидев ее, он остановился, расстегивая верхние пуговицы своей черной рубашки, и одарил ее кривой улыбкой.

— Я предупреждал тебя, что буду поздно, — сказал он.

«Без проблем.» — Она протянула ему вино и встала на цыпочки, чтобы поцеловать его. — «Салат готов, а равиоли займут всего пять минут».

«Звучит отлично.» — Он поцеловал ее в ответ, а затем сделал большой глоток вина. Когда он опустил бокал, он выглядел удивленным. — «Должно быть, я сегодня в плохой форме. Даже эта бурда — вкусная».

«Может быть, у тебя наконец-то развился вкус». — Она повернулась и направилась на кухню. — «Как все прошло сегодня? Помимо того, что ты узнал, что должен появиться на Балу Возрождения. Есть новости о состоянии Уайатта?»

«Все еще в реанимации, но держится, по словам Тамары. Она говорит, что они так накачали его лекарствами и болеутоляющими, что большую часть времени он спит. Когда он не спит, у него спутанность сознания. Больница ограничивает посещение только членами семьи».

Что не включает его, подумала Лидия. Официально он не был родственником Мерсера Уайатта. Она задавалась вопросом, беспокоило ли Эммета то, что он не имеет право видеть своего отца во время кризиса.

Он последовал за ней на кухню и прислонился к дверному косяку. Пушистик вскочил на стойку рядом с ним и с надеждой посмотрел на банку с крендельками.

«Я предполагаю, что ты видела заголовки таблоидов утром», — сказал он.

— Конечно. — Она старалась, чтобы ее голос звучал легко, пока она зажигала горелку под кастрюлей с водой. — Вся эта чепуха о любовном треугольнике в высших кругах Гильдии Каденса, безусловно, послужила поводом для увлекательного чтения.

«Это чистое призрачное дерьмо. Ты же знаешь это.»

Она сосредоточилась на том, чтобы открыть пакет с равиоли. — «Я то знаю это, но многие люди будут в восторге, от этой брехни. Таблоиды намекают, что у тебя был мотив убить Уайатта. Они предполагают, что ты перебрался сюда, чтобы отомстить ему за то, что он увел у тебя Тамару».

«В конце концов, все это забудется».

«Ага.» — Она бросила замороженные равиоли в кипящую воду.

— Тебя это волнует, не так ли? — Он сделал шаг вперед, большим и указательным пальцами поймал ее подбородок и коснулся губами ее губ. Его взгляд смягчился. — «Не беспокойся о таблоидах, дорогая. Они не смогут причинить нам реального вреда».

— Боюсь, тебя будут судить на суде общественного мнения, — сказала она, желая, чтобы он понял опасность. — «Если они заставят выглядеть тебя виноватым, полиция может начать задаваться вопросом, есть ли зерно правды в сплетнях. Последнее, что тебе нужно, это чтобы копы записали тебя в подозреваемые».

— Я ценю твою заботу, милая. — Он поцеловал ее в лоб. — «Но это не первый раз, когда мне приходится беспокоиться о таких вещах. Не забывай, я шесть лет был Боссом Гильдии в Резонансе. Я знаю, как обращаться с прессой».

«Знаменитые последние слова.»

После ужина Эммет провел час за бумагами, а затем упал в ее постель, лишь пробормотав «спокойной ночи». Он крепко спал, когда она вышла из ванной.

Она легла рядом с ним очень осторожно, чтобы не разбудить его. Это было нелегко, потому что он занимал большую часть кровати.

Мохнатик моргнул своими бледно-голубыми глазками у изножья кровати, зевнул, свернулся клубочком и заснул.

Она долго лежала без сна, изучая тени на потолке. Она подумала об анонимном телефонном звонке, который сделала днем, репортеру, работавшему в «Каденс Таттлер», и подумала, как будут выглядеть заголовки в газетах утром.

Прошло много времени, прежде чем она уснула.

Глава 11

Два газетных ящика стояли по бокам от входа в «Дом Древних Ужасов Шримптона». Тот, что справа, принадлежал «Каденс-Стар». Лидия сначала взяла экземпляр этой газеты. Заголовок был похвально сдержан, как и подобает семейной газете.

Новый глава Гильдии принимает командование.

Лидия вздохнула с облегчением, осторожно подошла к ящику слева и заглянула внутрь. От дневного выпуска «Таттлера» осталось всего пара экземпляров. Она была вынуждена сделать вывод, что заголовки, разбросанные по всей обложке шрифтом высотой не менее двух дюймов, вероятно, объясняют высокие продажи.

У нового Босса Гильдии есть Тайная Возлюбленная (Любовница).

Следующий заголовок внизу гласил:

«Приведет ли Лондон ее на бал Возрождения или спрячет в тайном любовном гнездышке?» На сопроводительной фотографии было видно, как Эммет выходит из своего Слайдера перед офисным зданием Гильдии.

Лидия неохотно сунула несколько монет в прорезь и достала один экземпляр. Ярко янтарный Коастер подъехал к обочине как раз в тот момент, когда она направлялась к парадной двери музея. Капот и бока машины были украшены пламенем цвета призрачного зеленого света.

Дверь Коастера скользнула в сторону, и оттуда выскочила Мелани. Она наклонилась, чтобы подарить прощальный поцелуй мужчине за рулем. Из-за этой позы ее короткая эластичная красная юбка задралась так высоко сзади, что обнажился кружевной край пары черных трусиков.

— Спасибо за отличный вечер, Джек. — Она заметила Лидию и помахала. — Ну, доброе утро, Таинственная Возлюбленная.

— Эй, это она? — Дверь с другой стороны Коастера открылась. Джек выбрался из машины и ухмыльнулся через низкую крышу Коастера. Солнечный свет отражался от крошечного граненого кристалла в его левом резце. — Познакомь нас, Мэл.

«Конечно.» — Мелани взмахнула рукой с видом фокусника. — «Лидия Смит, познакомься с Джеком Броуди. Джек, это та сама Таинственная Возлюбленная, и я рада сообщить тебе, что она будет на Балу Возрождения. Я знаю это точно, потому что она попросила меня помочь ей выбрать платье. Мы идем за покупками сегодня днем».

Джек опустил голову. — Честь познакомиться с вами, мэм. Когда мы сегодня утром увидели газеты, Мэл сказала мне, что она не только знает, кто это, но и работает с тобой в одном офисе. Я не знал, то ли она меня просто разыгрывает, то ли что».

Джек казался достаточно приятным, подумала Лидия, и он определенно был очень хорош собой. У него был типичный, развязный стиль охотника за привидениями — много цвета хаки и кожи. На поясе у него был кусок янтаря, достаточно большой, чтобы служить украшением на капоте. Многие мужчины-охотники за привидениями, казалось, думали, что люди приравнивают размер их янтаря к размеру другой части их тела.

— Спасибо, — ответила Лидия. — И мне приятно.

«Подожди, вот расскажу ребятам в Зале Гильдии, что лично встречал подругу Босса. Им всем очень любопытно, знаете ли. Я слышал о том, что он сделал, пока руководил гильдией Резонанса. По правде говоря, ребята из Лотты немного обеспокоены».

Лидия сжала «Таттлер». — «С чего бы им беспокоиться об Эммете?»

«Ну, говорят, что его нельзя назвать большим сторонником некоторых старых традиций Гильдии». Джек оглядел тротуар по обе стороны, перегнулся через крышу «Коастера» и понизил голос. — «Они слышали, что он превратил Гильдию Резонанса в какую-то чертову бизнес-корпорацию».

— Боже, — пробормотала Лидия. — «Какой ужас \ Вот это поворот».

«Да, странно. Конечно, сейчас Лондон здесь, а не в Резонансе, и в Каденсе все работает немного иначе. У нас все еще действуют законы и традиции Гильдии в этом городе.

Лидия тонко улыбнулась ему. — «Приятно знать, что старые обычаи не забыты Гильдией Каденса».

— Нет, мэм, это точно. — Джек еще раз проверил тротуар, чтобы убедиться, что в пределах слышимости никого нет, и еще немного понизил голос. — Говоря о традиции, до меня дошел слух, что мистеру Лондону, возможно, придется столкнуться с реальным вызовом Совета на заседании по утверждению в четверг днем.

Она понятия не имела, что такое вызов Совета, подумала Лидия, но ей не понравилось, как это прозвучало.

— Вызов Совета? — осторожно повторила она.

«Ага.» — Глаза Джека сверкнули предвкушением. — Сам никогда не видел. Не было ни одного такого с тех пор, как Мерсер Уайатт возглавил Гильдию тридцать лет назад. Должно быть интересно».

Громко зазвенели тревожные звоночки.

«Что такое вызов Совета, Джек?» — спросила Лидия.

«Это старая традиция, которая восходит к основанию Гильдий. Любой член Совета Гильдии может бросить вызов Боссу. Если претендент побеждает, Совет должен выбрать другого лидера. Парень, который победил Босса, обычно занимает его место».

Лидия нахмурилась. — «Я так понимаю, это не викторина с несколькими вариантами ответов?»

— Нет, мэм. — Джек усмехнулся, а затем еще раз быстро осмотрел окрестности. Его голос понизился до хриплого шепота. — «Это настоящая охотничья дуэль».

Лидия похолодела. — «Дуэли между охотниками незаконны».

«Конечно. Но мелкие дуэли случаются постоянно. Вы знаете, как это бывает. Пара парней выпивают слишком много «ЗеленыхРуин» и решают пойти в какой-нибудь темный переулок и посмотреть, кто сможет вытащить самого большого призрака. Никто не обращает особого внимания, если только кто-то не сильно поджарится и не окажется в отделении неотложной помощи. Затем идет расследование, и несколько человек получают звездюлей, но на этом все».

— Так типично для Гильдии, — заявила Лидия.

Джек либо не слышал ее, либо не уловил сарказма.

«Но дуэль на вызове Совета отличается», — сказал он. — «Это не похоже на обычный охотничий матч».

«В каком смысле?»

«Ну, во-первых, он проводиться в секретном месте где-то глубоко под землей. Черт, прошло так много времени с тех пор, как они использовали старые дуэльные площадки, я сомневаюсь, что кто-то, кроме членов Совета, вообще знает, где они находятся.

«Я понимаю.»

«Еще одна вещь, которая делает дуэль вызова Совета немного отличной от нашего обычного субботнего «разговора» в переулке, заключается в том, что мы говорим о состязании между двумя самыми сильными охотниками во всей проклятой Гильдии. Никто не достигает такого высокого положения в организации, если не умеет «плавить янтарь».

Лидия обменялась быстрым взглядом с Мелани, которая начала выглядеть заинтригованной.

«Плавящийся янтарь» был выражением. Очень немногие охотники были способны это сделать. Ведь на самом деле янтарь не плавился, когда через него пропускалось много пси-энергии, но очень сильный охотник за привидениями мог вытянуть столько пара-энергии, что настроенный янтарь, который он использовал для управления ею, терял фокус. Когда это происходило, говорили, что он «расплавил янтарь».

Испортить кусок янтаря, изысканно и дорого настроенный специально обученным пара-резонатором фокусной энергии, не было проблемой для других типов пара-резонаторов. Большинство людей, даже очень сильные пара-резы с эфемерной энергией, такие как она, использовали пси-энергию тонкими, нюансированными способами. Но охотники за привидениями были всецело связаны с грубой (сырой) силой.

Она случайно узнала, что Эммет был одним из небольшого процента охотников, умеющих «плавить янтарь». Предположительно, все остальные члены Совета Гильдии Каденса были способны на такой же подвиг. Дуэль под землей, где каждый дуэлянт мог вызвать очень больших и чрезвычайно опасных призраков, вполне могла оказаться смертельной для проигравшего. В лучшем случае ему повезет, если он выживет, а если он и выживет, то, без сомнения, будет настолько сильно поджарен, что до конца жизни станет постояльцем в милой, тихой парапсихологической лечебнице.

Лидия вдруг осознала, что у нее пересохло во рту. Она смотрела широко раскрытыми глазами на Джека.

— Ты сказал, что с тех пор, как Уайатт возглавил Гильдию, Совет не бросал вызов. Ты имеешь в виду, что за все то время, что он руководил делами, никто никогда не пытался его подсидеть? Мне в это немного трудно поверить».

Мелани подняла брови. — «Она права. Неужели Мерсер Уайатт настолько силен, что никто не осмеливался бросить ему вызов?

— Уайатт силен, — легко сказал Джек. — Но пара других членов Совета, вроде того нового парня, Фостера Дорнинга, вероятно, так же сильны или даже сильнее.

«Так почему же никто никогда не бросал вызов Уайатту?» — спросила Лидия.

— Потому что он умный, вот почему. — Джек подмигнул. — «Слишком умен, чтобы оставить себя открытым для вызова».

Лидия посмотрела на него. — «Я жду, когда здесь зазвенит янтарь, Джек. Давай, расскажи нам, как Уайатту удавалось избегать вызовов в течение трех десятилетий».

Кусочек хрусталя в зубе Джека сверкнул, когда он понимающе улыбнулся ей. — «Потому что, за исключением примерно года после смерти его первой жены, он был открыт, потому что официально был в трауре, Уайатт всегда очень тщательно следил за тем, чтобы убедиться, что он женат».

Лидия уставилась на него с открытым ртом. Она заметила, что у Мелани такое же пустое выражение лица.

Лидия очухалась первой. — При чем здесь брак?

Джек пожал плечами. — «Есть чертовски веская причина, по которой главы Гильдий всех городов обычно состоят либо в «Браке по Расчету», либо в «Браке по Завету».

Мелани вопросительно склонила голову. — И что за причина?

«Маленькая вещь, называемая «правами жены Босса Гильдии». Дело в том, что мужчин-охотников за привидениями всегда было намного больше, чем женщин-охотниц, и я не думаю, что это было большой проблемой. И уж точно ни в одном из городов не было женщины-Босса Гильдии».

— Я никогда не слышала об этих так называемых «правах жены Гильдии», — кратко сказала Лидия. — «Объясни.»

— Старая традиция, — сказал Джек. — «Восходит к ранним дням, когда Советы Гильдий беспокоились о том, что организацию раздирают на части борьба и соперничество. Они хотели сделать так, чтобы проблем было как можно меньше, особенно в высших эшелонах, потому что в Эпоху Раздора им очень нужны были обученные, опытные охотники. И не могли позволить себе терять хороших пара-резов на дуэлях».

Лидия обменялась быстрым взглядом с Мелани и снова повернулась к Джеку. — «Как работают эти «права жены Гильдии»?»

«Черт возьми, я не эксперт в законах Гильдий». — Джек махнул рукой через крышу Коастера. «Насколько я понимаю, каждый Совет ввел правило, которое позволяет жене Гильдии предстать перед Советом и остановить любой вызов, который был сделан ее мужу».

Мелани тихо присвистнула. — И это действительно работает?

Джек развел руками. — «Похоже, что все эти годы он работал на Мерсера Уайатта. Да и на других Боссов Гильдии. Ходят слухи, что за последние годы только одному боссу бросили вызов, и то из-за того, что он не был женат».

«Кому?» — спросила Мелани.

«Лондону». — Зуб Джека блеснул в очередной ухмылке предвкушения. — «У него не было жены, когда он возглавил Гильдию Резонанса шесть лет назад, и ходят слухи, что ему пришлось столкнуться с вызовом Совета».

Мелани быстро взглянула на Лидию и явно встревожилась тем, что там увидела.

«Эй, очевидно же, что он выиграл», — очень весело сказала она.

«Ага.» — Джек весело кивнул. — «Говорят, Лондон силен. Должно быть адски горячо, если они пойдут на это».

Лидия не могла пошевелиться. Ей казалось, что она вырезана из кварца.

— Пора бежать, — сказал Джек. Он склонил голову перед Лидией. — Как я уже сказал, приятно познакомиться, мэм. — Он подмигнул Мелани. — Увидимся в четверг вечером, детка, верно?

— У меня, — согласилась Мелани. Она подмигнула Лидии. — «За напитками и пиццей мы с парой друзей, будем смотреть празднование Бала Возрождения на рез-экране. Не могу дождаться, когда увижу, как ты поднимаешься по красной ковровой дорожке».

— Уверен, — сказал Джек. — «Никогда не знал никого лично, кто мог бы пойти на эту модную вечеринку. Подожди, вот расскажу ребятам в Холле».

Он скользнул обратно в Коастер и завел двигатель. Машина с низким пульсирующим воем отлетела от бордюра.

Мелани хмуро посмотрела на Лидию. — «Эй, ты в порядке? Ты выглядишь немного бледно».

«Нет, я не в порядке, я в ужасе. Я знала, что эта работа опасна».

— Твоя или Эммета?

— Не смешно, Мэл. Я говорю о новой должности Эммета, конечно. Черт черт черт.»

«Не принимай близко к сердцу. Ты слишком остро реагируешь».

«В начале этой неразберихи я боялась, что тот, кто попытался убить Уайатта, может прийти за Эмметом. Он заверил меня, что этого маловероятно, потому что он убежден, что нападавшему нужен был только Уайатт. Но никто ничего не сказал об этой дурацкой традиции вызова Совета».

— Я уверена, что Джек просто распространяет охотничьи сплетни. — Мелани похлопала Лидию по плечу. — «Не беспокойся об этом. В конце концов, все знают, что это всего лишь временная работа для Эммета. Зачем кому-то вызывать его на дуэль?»

«Кто знает? Законы и традиции Гильдий настолько туманны, что никто за пределами организаций не может сказать, как они работают».

«Послушай, Лондон знает, как обращаться с Советом Гильдии. Он делал это шесть лет в Резонансе, помнишь?

— Я знаю, но это Кейденс. Насколько нам известно, здесь все может работать по-другому.

Мелани осторожно подтолкнула ее к входу в музей. — «Не беспокойся о Лондоне. Он может позаботиться о себе».

«Это то, что он постоянно говорит мне. Мне бы хотелось в это верить».

Мелани очень медленно улыбнулась. — «Так так так.»

«Что это должно означать?»

— Тебе плохо, да? — Мелани искренне посочувствовала. — Ты влюблена в Эммета. Вот почему ты позволяешь своему воображению сводить тебя с ума».

— Я встречаюсь с ним, — коротко сказала Лидия. — «Очевидно, он мне нравиться».

«Звучит как что-то гораздо более сильное, чем нравиться, если ты спросишь меня».

— У нас договоренность, — пробормотала Лидия.

— О, конечно, договоренность. — Мелани усмехнулась. — «У Лидии Смит, Таинственной Возлюбленной, есть договоренность с Боссом Гильдии Каденса. Нет, извини, я не куплюсь на это, подруга. К сожалению, как я часто указывала, ты просто не знаешь, как завязать случайный роман без обязательств с мужчиной».

Глава 12

Секретарь Ассоциации выпускников Городского колледжа Олд-Фриквенси позвонила незадолго до обеда. Лидия отложила график групповых экскурсий, которые она должна была проводить по музею на этой неделе, и потянулась к телефону.

— Это Джен Росс, — раздался бодрый голос на другом конце линии. — Я так понимаю, вы пытались связаться со мной?

«Да, большое спасибо, что перезвонили». — Лидия быстро открыла верхний ящик стола и достала копию газетной статьи, которую нашла в пакете из-под молока Лоуренса Малтби. — «Я хотела бы узнать о вашем бывшем студенте. Его зовут Трой Берджис. Согласно газетной статье, которая мне попалась, он исчез в ходе несанкционированного похода в катакомбы около пятнадцати лет назад».

«Я припоминаю. Я не помню названия, но, к сожалению, за эти годы было несколько похожих случаев. Колледж делает все возможное, чтобы защитить студентов, но вы знаете, как это бывает. Иногда братства увлекаются своими обрядами инициации, или группа молодых людей напивается и решает спуститься в подземелье через дыру в стене. Несчастные случаи случаются».

«Я понимаю. Могу ли я как-нибудь получить больше информации об этом конкретном ученике?»

«Я могу найти его в ежегоднике, если хотите», — предложила Джен Росс.

— Я была бы очень признательна.

«Подождите.»

Ассоциации выпускников, подумала Лидия, лучшие информаторы в мире. Вы могли бы спрятаться от своей семьи, друзей, сборщиков налогов и кредиторов, но вы не сможете избежать длинных щупалец ассоциации выпускников.

Она нервно постукивала ручкой по краю стола. Она не знала, что надеялась узнать о Трое Берджисе. Она знала только, что должна попытаться выяснить, почему Малтби потрудился спрятать статью в пакете из-под молока.

Она услышала движение, скрип стула, а затем звук переворачиваемых страниц.

— Да, нашла, — через мгновение сказала Джен Росс. — «Однако информации не так много, только его имя и основное и любимое внеклассное занятие».

— Есть фото?

«Нет, просто пустой квадрат и примечание о том, что фото недоступно».

Проклятие. Опять же, какая польза ей от фотографии? Лидия задумалась. прошло пятнадцать лет, и, кроме того, Берджис мертв.

— Какой предмет он изучал? — она спросила.

«Параархеология».

— Думаю, это понятно, учитывая его интерес к катакомбам. Как насчет внеклассной деятельности?»

«Только. Музыка. Здесь говорится, что он сформировал свою собственную группу, которая играла в клубе за пределами кампуса. Среди участников были Джейсон Кларк, Норман Фэрбенкс и Андреа Престон».

Лидия сделала паузу, делая записи. — «Кларк и Фэрбенкс были с Берджисом, когда он исчез. Есть ли шанс, что вы могли бы связать меня с кем-то из них? Я бы очень хотела поговорить и с Андреа Престон, если это возможно».

«Я посмотрю, что я могу сделать, но мне потребуется некоторое время, чтобы получить контактную информацию, а затем мне придется сначала связаться с каждым из них, чтобы узнать, захотят ли они поговорить с вами. Я уверена, вы понимаете».

«Конечно. Пожалуйста, скажите им, что меня интересует только Берджис». — Она поискала еще один вопрос, на который могла бы ответить секретарь. — «Есть ли в ежегоднике имена ученых, которые в то время работали там на кафедре параархеологии?»

«Нет, но у меня есть эта информация в файле. Секундочку.»

Джен Росс вернулась на линию вскоре после этого.

«Похоже, в то время это была не большая кафедра, — сказала она. — «Было всего два профессора, пара доцентов и четыре инструктора».

Лидия крепче сжала ручку. — Вы можешь продиктовать мне имена?

Услужливая, Джен Росс прочитала краткий список членов кафедры. Когда она закончила, Лидия поблагодарила ее и повесила трубку.

Она долго сидела, обдумывая одно имя, которое она подчеркнула: доктор Лоуренс В. Малтби.

Именно Мелани выбрала Платье.

На самом деле Мелани взяла на себя ответственность за всю поездку по магазинам, когда пришла к выводу, что Лидия не способна сосредоточиться на проблеме.

Лидия знала, что найти правильное платье очень важно, но, похоже, не могла сосредоточиться на его поиске. Ее постоянно отвлекали воспоминания о комментариях Джека об опасностях вызовов Совета и рисках, связанных с тем, чтобы быть холостым Боссом Гильдии.

«Если я не буду за тобой присматривать, ты пойдешь в очередном унылом деловом костюме и в туфлях на низком каблуке», — заявила Мелани, когда в тот день они сели в такси у магазина «Шримптон».

Лидия не стала спорить. Она уселась рядом с Мелани и закрыла дверь. — «Со стороны Шримпа было очень мило позволить нам обоим уйти из офиса пораньше, чтобы я смогла сделать покупки».

— Милая, это моя попка. Он практически умолял меня отвезти тебя за покупками после того, как я указала на преимущества.

Лидия нахмурилась. — «Какие преимущества?»

«Ты шутишь?» — Мелани усмехнулась. — «Это будет одна из лучших вещей, которые когда-либо случались с Шримпом, и он это знает. Просто подожди, пока газеты не узнают, что Таинственная Возлюбленная нового Босса Гильдии работает на «Дом Древних Ужасов Шримптона». Люди выстроятся в очередь вокруг нашего безвкусного маленького музея, чтобы взглянуть на тебя.

— О боже, Мэл. — Лидия была потрясена. — «Это кошмар. Я стала музейной достопримечательностью».

«Ты будешь популярнее кувшина из грезалита», — сказала Мелани с большим удовлетворением.

— О боже, Мэл.

Брови Мелани нахмурились в внезапном беспокойстве. — «Ты выглядишь не слишком хорошо. Ты ведь не упадешь в обморок или что-то в этом роде?

«Я не собираюсь падать в обморок». — Лидия помолчала, обдумывая вопрос. — Но я могу быть больна.

«Зашибись». — Глаза Мелани стали огромными. — Ты же не беременна, да?

— Нет, — решительно сказала Лидия. — Это абсолютно невозможно. Я думаю. — «Мы были очень осторожны». Большую часть времени.

«Очень жаль. Беременная Таинственная Возлюбленная была бы невероятным аттракционом для Шримптона».

— С каких это пор ты стала так озабочена финансовым будущим «Дома Древних Ужасов Шримптона»?

«Женщина должна думать о своей карьере».

«У меня для тебя новость, Мэл, должность в Шримптоне — это работа, а не карьера». — Лидия замолчала, когда такси свернуло за угол и попало в элитный торговый район. — «Куда мы идем?»

— Designs by Finella, — с удовольствием объявила Мелани. — «Я много лет читала о ней в журналах о моде и стиле. Там делают покупки самые богатые и важные женщины города».

«Боже мой, я знаю, что мне нужно красивое платье, но у нас нет причин идти в самый дорогой магазин в городе».

«Не могла бы ты успокоиться? Не ты будешь за это платить, помнишь? Ты сказала, что Эммет сказал тебе, что Гильдия оплачивает счет за платье».

Лидия отступила от аргумента, который она пыталась использовать во время этого разговора с Эмметом. — Это дело принципа.

— Послушай меня, подруга. — Мелани повернулась на сиденье, положила руку на спинку и бросила на Лидию яростно-пристальный взгляд. — «Вот единственный принцип, который тебе нужно помнить: это твой большой шанс действительно наступить на хвост Гильдии Каденса. Ты хотела отомстить охотникам за привидениями с тех пор, как семь месяцев назад произошла катастрофа в катакомбах. Что может быть лучше, чем отправить им огромный счет за потрясающее бальное платье и все аксессуары?»

«Хм.» — Вырвавшись из мрачных размышлений, Лидия обдумала это. — «Знаешь, ты права. Я не смотрела на это так».

Мелани расслабилась на сиденье. — Месть сладка, не так ли?

В Designs by Finella Мелани пришлось быстро заговорить, чтобы привлечь внимание одной из элегантных продавщиц.

«Моя подруга будет присутствовать на Балу Возрождения», — сказала она с величественным видом. — «Мы хотим очень особенное платье для этого случая. Мистер Эммет Лондон будет сопровождать ее. Вы знаете, кто такой мистер Лондон, не так ли?»

Глаза женщины расширились от шока, а затем загорелись интересом.

«Новый Глава Гильдии Каденса? Да, конечно. Я читала о нем в газетах». — Продавщица бросила на Лидию быстрый задумчивый взгляд. — «Я слышала, что у него будет спутница, но у меня сложилось впечатление, что отношения были очень личными. Я не думала, что он выведет ее на публику».

Гнев Лидии вспыхнул. Она оскалила зубы в стальной улыбке. — Думала, он запер меня в тайном любовном гнездышке? Не верь всему, что читаешь в таблоидах, леди.

Продавщица покраснела. — Уверяю вас, я не имела в виду…

Мелани плавно встала между ними. — «Может, займемся просмотром платьев? Кстати, мистер Лондон хочет, чтобы счет был отправлен ему прямо в штаб-квартиру Гильдии. Вы можете позвонить в его офис для подтверждения».

Продавщица тут же взяла себя в руки. — «Позвольте представиться. Я миссис Дэвис». — Она щелкнула пальцами, вызывая помощницу. — Частный смотровой салон, Дженнифер.

— Частный смотровой салон? — Лидия поморщилась. — Похоже на похоронное бюро.

Ее и Мелани провели в зеркальную комнату, усадили на стулья из розового бархата и подали в изящных чашках рез-чай с нежным ароматом.

Одно эффектное платье за другим выносили на осмотр. Каждое платье было, как произведение искусства, и каждое следующее казалось красивее и дороже предыдущего.

Лидия остыла и вернулась к своим мыслям. Это действительно было несправедливо, подумала она. При любых других обстоятельствах она могла бы получить огромное удовольствие. В конце концов, каковы были шансы, что она когда-нибудь снова получит возможность купить идеальное бальное платье и аксессуары?

Но потенциальные удовольствия от опыта были похоронены под тяжестью чувства надвигающейся гибели. Ее интуиция заработала, и она знала, что лучше ее не игнорировать.

Однако у Мелани не было таких мучительных сомнений, которые могли бы ее отвлечь. Она взяла на себя ответственность за выбор правильного платья с большим энтузиазмом, отказываясь от одного платья за другим.

Слишком скучно. Слишком бежевое. Слишком обычное. Слишком много кружев. Слишком много юбки.

В какой-то момент ассистентка извлекла мерцающий, сверкающий серебристый Ламе (это слово сегодня используется, когда хотят сказать, что это было совсем не круто, хотя на самом деле этот термин можно перевести, как «хромой», «увечный», «убогий», «вульгарный», «безвкусный».). Его сверкающий вид вывел Лидию из мрачной задумчивости.

— Довольно мило, — сказала она.

«Ты сошла с ума?» — Мелани поморщилась. — Я могла бы его одеть, но в нем ты будешь выглядеть как первоклассная проститутка.

«Ой.»

Следующее предложение было розовым.

Мелани потеряла терпение. Она сердито посмотрела на миссис Дэвис и помощницу. — «Я думала, что ясно дала понять, что мисс Смит будет присутствовать на Балу Возрождения с одним из самых влиятельных людей в городе. Ей нужно выглядеть экзотично, загадочно и элегантно. Ты видишь, куда я клоню?»

«Хм.» — Продавщица поколебалась, а затем подошла к помощнице. — Принеси «Полночь», Дженнифер.

«Да, мэм.»

Дженнифер исчезла на мгновение. Когда она вернулась, она несла что-то похожее на бесформенный отрезок текучей ткани синего оттенка, который был настолько темным, что казался почти черным.

— Это платье не собственного дизайна Финеллы, — нерешительно сказала миссис Дэвис. — «Вот почему я не показывала его вам до сих пор. Большинство наших самых важных клиентов настаивают на том, что им нужно только творения, созданные самой Финеллой. Она, конечно, богиня в мире моды».

Мелани нахмурилась, глядя на материал. — «Кто создал это?»

«Новый ученик Финеллы, Чарльз, одаренный молодой человек, у которого, по ее мнению, большой потенциал. Однако потребуется определенная смелость, чтобы надеть это платье на Бал Возрождения именно потому, что оно не от Финеллы. Большинство других женщин будут в платьях, созданных ею или одним из нескольких других эксклюзивных дизайнеров в Каденсе».

Мелани сузила глаза и постучала пальцем. — «Я понимаю что ты имеешь ввиду. Идти на бал в платье от неизвестного дизайнера рискованно, но может оказаться блестящим ходом, если платье сработает». — Она подошла к Лидии. — «Примерь. Что нам терять?»

Лидия посмотрела на невзрачную ткань, накинутую на руку ассистента. — «Ты уверена?»

«Давай, примерь и узнаем».

Лидия сняла деловой костюм, сняла туфли-лодочки и позволила ассистентке накинуть ей на голову темно-синее платье.

Когда оно было должным образом закреплено, помощница отступила назад.

«Да.» — Мелани поднялась на ноги и обошла Лидию по кругу. — «О, боже мой, да, действительно. Это то, что нужно».

Лидия повернулась, чтобы изучить свое отражение. В течение пары ударов сердца она не узнавала женщину в зеркале. Затем до нее дошло, что она смотрит на себя, и впервые за этот день ее внимание было приковано к одежде.

— Боже мой, — прошептала она. — «Я чувствую себя Амбереллой (аналог Золушки) в этом платье. Все, что мне нужно, это парочка злых сводных сестер и фея-крестная, и все».

— Не знаю насчет злых сводных сестер, — сказала Мелани, — но я для тебя фея-крестная.

Лидия улыбнулась ей в зеркале. — «Это самое лучшее на мой вкус».

«Полночь» была поразительно проста, узкая колонна из тонкого, жидкого материала незаметно облегала ее стройную фигуру. Спереди был скромный вырез, а сзади глубокий разрез. Длинные узкие рукава доходили до запястий. Подол достигал лодыжек. Искусно спроектированный разрез, отделанный лихой оборкой, позволял двигаться. Общий эффект был утонченным, экзотическим и таинственным.

Она увидела лицо продавщицы в зеркале. Веди себя так, как будто ты постоянно покупаешь такую одежду, сказала она себе.

— Сойдет, — решительно сказала она миссис Дэвис. — «Спасибо. Вы очень помогли».

«Не за что.» — Миссис Дэвис явно была удивлена эффектом платья не меньше остальных в комнате, хотя и изо всех сил пыталась скрыть свою реакцию. — Оно идеально подходит вам и для такого случая, мисс Смит. — Она махнула рукой помощнице. — «Дженнифер, позови Чарльза. Я хочу, чтобы он это увидел».

Через мгновение появился стройный молодой человек с тонкими чертами лица и темными вьющимися волосами. Он застенчиво завис у входа.

— Вы посылали за мной, миссис Дэвис?

«Мисс Смит будет присутствовать на Балу Возрождения с мистером Эмметом Лондоном, новым главой Гильдии Каденса. Она наденет твою «Полночь». — Миссис Дэвис указала на Лидию. — «Я подумала, что ты захочешь лично наблюдать за любыми незначительными изменениями, которые необходимы».

Изумление, а затем радостное удивление преобразили тонкое лицо Чарльза. — «Моя «Полночь» пойдет на Бал Возрождения с мистером Лондоном?»

Лидия улыбнулась его выражению лица. — «Ну, оно не пойдет в одиночку. Я буду в твоем прекрасном платье, Чарльз, но постараюсь не слишком отставать от него.»

Чарльз густо покраснел. Его улыбка осветила комнату. — «Я не знаю, что сказать. Спасибо, мисс Смит.

— Это я должна благодарить тебя, — искренне сказала Лидия. — «Предоставленная самой себе, я могла бы выглядеть как первоклассная проститутка».

Чарльз взглянул на ряд отвергнутых платьев и приподнял одну бровь. — Серебряный ламе?

«Боюсь, что да.»

— Не волнуйся, — сказала Мелани. — «Я бы никогда не позволила ей купить это. Любой может видеть, что оно не подходит ей. Итак, давайте поговорим об аксессуарах. Я думаю золото. А ты что думаешь, Чарльз?»

«Да.» — Он одобрительно кивнул. — «Ничего другого, кроме золота, и то немного».

— И мой янтарь, конечно. — Лидия взглянула на свой браслет.

— Нет, — сказал Чарльз с абсолютной убежденностью. — «Ни какого янтаря. Только золото».

— Он прав, — сказала миссис Дэвис. — «Вы должны ограничить аксессуары золотом. Все остальное будет мешать заявлению, которое делает платье».

— Положи свой янтарь в сумочку, — быстро посоветовала Мелани, когда увидела, что Лидия открыла рот, чтобы возразить. — Ты же не хочешь испортить творение Чарльза, не так ли?

— Ну, нет, но…

«Расслабься, ты будешь сногсшибательной», — сказала Мелани.

— Не слишком радуйся, — предупредила Лидия. «До сногсшибательности мне далеко».

— Ты будешь ошеломляющей в моей «Полночи», — очень тихо сказал Чарльз.

Через час, нагруженные сумками с покупками, Лидия и Мелани вышли из бутика.

Они наткнулись на толпу репортеров. Камеры щелкали и вспыхивали. Микрофоны были выдвинуты вперед. Вопросы сыпались быстро и яростно.

«Кто из вас Таинственная Возлюбленная Лондона?»

— Это правда, что завтра вечером Лондон собирается взять тебя на Бал Возрождения?

— Где вы познакомились?

— Как давно вы встречаетесь?

Лидия замерла.

Однако Мелани была невозмутима. — «Не смотрите на меня, — сказала она голодной толпе. — «Я не ваша женщина-загадка». — Она грациозно помахала в сторону Лидии. — «Позвольте мне представить Лидию Смит, спутницу мистера Лондона на Балу Возрождения».

Стая репортеров и камер повернулась к Лидии, и вопросы обрушились на ее голову с силой града.

". . Как бы вы описали свои отношения с Лондоном? — спросила женщина-репортер с короткими светлыми волосами.

«Расскажите, каково это встречаться с Боссом Гильдии», — восторженно спросила другая женщина.

«Согласно моим источникам, вы не из семьи Гильдии», — крикнул кто-то. — Значит ли это, что о браке не может быть и речи?

Слово «брак» разрушило чары неподвижности, охватившие Лидию. Соберись, подумала она. Думай об этой группе репортеров как об одной гигантской иллюзорной ловушке, которую нужно распутать, прежде чем она взорвется в полномасштабный инопланетный кошмар.

Мелани схватила ее за руку и потащила к такси. — У мисс Смит нет для вас комментариев.

— Да нет, есть. — Лидия уперлась пятками, заставив Мелани остановиться. Она выпрямилась во весь рост и одарила группу журналистов своей самой ослепительной улыбкой. — «На самом деле, у мисс Смит есть очень важное заявление для СМИ».

Глава 13

Настольный интерком запищал, прервав разговор Эммета с Вервудом, главой службы безопасности Гильдии. Раздраженный, он нажал кнопку.

— Мне показалось, что я ясно выразился, что не хочу, чтобы меня беспокоили, Перкинс.

— Я предполагаю, что вы сделаете исключение в случае чрезвычайной ситуации, сэр.

Эммет крепче сжал трубку. Ему не нужны были дополнительные проблемы.

«Какова природа этой чрезвычайной ситуации?» — ровно спросил он.

«Я не уверен, сэр, но, по словам мисс Смит, она определенно разгорается. Она настаивает на немедленном разговоре с вами».

Имя Лидии в одном предложении со словом «чрезвычайная ситуация» заставило его похолодеть.

— Соедини, Перкинс.

«Да сэр.»

Эммет поднял трубку. — «Лидия? В чем дело?»

— Мне очень жаль, Эммет. У меня нет оправдания. Но не думаю, что это сильно навредит. Честно говоря, время пройдет, прежде чем ты это поймешь, учитывая, что ты так занят все эти дни. Ты даже не заметишь».

«С тобой все в порядке?»

— Да, конечно, я в порядке, А что?

— Перкинс сказал, что произошла какая-то чрезвычайная ситуация.

— Да, именно это я и пытаюсь объяснить.

Он призвал то, что осталось от его запаса терпения. — Что, черт возьми, не так?

«Это длинная история. Вот, что произошло: Мелани и я вышли из магазина одежды, а все эти репортеры нас ждали».

Он позволил себе немного расслабиться. — «Дорогая, это должно было случиться, рано или поздно. Не то чтобы мы пытались сохранить наши отношения в секрете».

«Я знаю.» — Она откашлялась. — Дело в том, что они хотели получить комментарий о нас, Эммет.

— Ты должна была сказать им, чтобы они позвонили в мой офис.

«Я уверена, что в любой момент ты услышишь новости из средств массовой информации», — печально сказала она. — «Потому что я дала им комментарий. Вот почему я звоню тебе сейчас. Чтобы предупредить тебя».

Замешательство начало сменяться тревогой. — Предупредить меня о чем?

Он услышал, как она глубоко вздохнула на другом конце линии. — «Надеюсь, ты не слишком расстроишься по этому поводу. Наверное, я просто почувствовала себя загнанной в угол. Они говорили и говорили о Таинственной Возлюбленной, и я просто не могла больше этого выносить. Это неловко».

— Что ты сказала прессе? — спросил он, очень тщательно расставляя интервалы между словами, чтобы привлечь ее внимание.

— Я сказала им, что я не твоя любовница.

На мгновение показалось, что весь мир рухнул. Она отрицала их отношения.

Он тупо уставился на вид Мертвого города за окном. Он знал, что Вервуд смотрит на него с беспокойством.

— Понятно, — сказал он мягко.

«Я очень сожалею об этом, но я не думаю, что это причинит слишком много вреда».

«Единственный вред, нанесли ему, — устало подумал он. Ну а чего он ожидал? Он с самого начала знал, что его связь с Гильдией станет для нее огромной проблемой. Медийный цирк вокруг Таинственной Возлюбленной, вероятно, зашел слишком далеко.

«Эммет? Ты еще там?»

«Я здесь.»

«Я договорилась о встрече в офисе регистратора на три часа дня сегодня». — Теперь она звучала четко и уверенно. Женщина с целью. — Я знаю, что ты ужасно занят, но это не займет много времени. Можешь сделать это?»

Он определенно не следил за ее словами. — В ЗАГСе?

«Клерк сказал, что они договорятся о встрече, чтобы нам не пришлось стоять в очереди».

— Для чего нам эта встреча? — он спросил.

— Насколько я помню, что-то говорила о том, что ты счастлив сделать одолжение Гильдии.

— Я имел в виду, зачем нам нужно в ЗАГС?

Наступила еще одна короткая пауза. — Я думала, ты понял. Я только что сообщила СМИ, что я твоя невеста, а не любовница, и что сегодня днем мы собираемся подать заявку на регистрацию».

Мир снова стал в фокусе. — «Ты сказала прессе, что мы женимся? Сегодня?»

«Боюсь, что так.»

— Понятно, — снова сказал он.

— Насколько ты зол? — спросила она с покорностью.

«Я не злюсь. Просто немного удивлен, вот и все». — Скорее ошеломлен, но не было причин говорить ей об этом.

— Я понимаю, что мне, вероятно, следовало сначала поговорить с тобой, — извиняющимся тоном сказала Лидия. — «Но, как я уже сказала, репортеры застали меня врасплох, и я просто не могла выдержать всех этих глупых вопросов о Таинственной Возлюбленной».

«Все нормально. Я понимаю. Не беспокойся об этом».

«Я знаю, что год звучит как долгий срок, но он пройдет, прежде чем ты это заметишь, и это не значит, что мы с тобой не будем проводить время вместе».

— Я сказал, не беспокойся об этом. — Он взглянул на часы. — Встретимся в три.

— Ты не против?

«Я не против».

Он повесил трубку и посмотрел на Вервуда. — «Поздравь меня. Я женюсь сегодня днем».

Вервуд, крупный, квадратный мужчина с очень маленькой шеей, не изменил своего вежливо-бесстрастного выражения. — «Поздравляю, сэр. Неожиданно?»

— Нет, я давно об этом думал. — Эммет поднял файл на Сандру Торнтон, который ранее дал ему Вервуд. — Я просто ждал, когда меня спросят/ когда мне сделают предложение.

Глава 14

Лидия стояла на террасе второго этажа недавно приобретенного особняка Эммета, смотрела на зеленую кварцевую стену, шпили и башни Мертвого города. Ночной воздух был прохладным и влажным из-за тумана, сгущавшегося над рекой. Еще через час или два туман накроет Старый квартал.

Дом был гораздо ближе к руинам, чем ее собственная квартира. Единственным, что отделяло ее от великой стены, был большой городской парк внизу. Близость сыграла свою роль. Здесь она еще больше осознавала пси-энергию, просачивающуюся из Мертвого Города, чем в своем собственном доме. Когда она выходила на балкон своей квартиры, то улавливала лишь случайные шевеления, шепот. Но в этом районе это пронизывало атмосферу.

Она могла настроиться на небольшие потоки энергии или игнорировать их, если бы захотела, но редко утруждала себя этим. Ведь это было приятное ощущение. Та ее часть, которая была чувствительна к пси-силе, резонировала с шепотом, доносившимся из руин.

Она оперлась о перила террасы и обдумывала события дня.

День прошел, определенно, не скучно.

Хорошей новостью было то, что Эммета, казалось, совершенно не беспокоила поспешная свадьба по расчету, которую она организовала. Плохая новость заключалась в том, что по какой-то причине она не могла объяснить, сегодня вечером у нее был нервный срыв.

Эммет прибыл в офис регистратора вовремя в сопровождении очень крупного, квадратного человека по имени Вервуд, которого он представил как своего начальника службы безопасности. К ее удивлению, Эммет также принес с собой кольцо. Она испытала очень странное ощущение, когда он надел его ей на палец. Как будто простое золотое кольцо каким-то образом делало обещания, которые они давали, гораздо более обязывающими, чем указывалось в соответствующих документах.

Это был просто «Брак по Расчету», напомнила она себе, а не «Брак по Завету». Срок его действия автоматически истечет через год, что позволит им обоим свободно идти своими путями, если они того пожелают.

Она думала, что БР никак не повлияет на их отношения. Она и Эммет уже были вовлечены в моногамную договоренность. Формальности так и остались формальностями.

Сегодняшний вечер ничем не отличался от любой другой ночи, которые они проводили с Эмметом за последние несколько недель.

За исключением того, что у нее было кольцо на пальце.

Она услышала тихие шаги позади себя и повернулась, чтобы посмотреть, как Эммет выходит на террасу через открытые стеклянные двери. В одной руке он держал бутылку шампанского. В другой руке он держал два фужера за их длинные ножки. Пушистик сидел у него на плече и грыз крендель.

Она взглянула на шампанское. — «Что празднуем?»

Он поставил бутылку и стаканы на столик террасы. — «Не знаю, как у тебя, а у меня это первый брак. Решил, что это следует отпраздновать».

Чувство вины захлестнуло ее, не в первый раз за сегодня. — «Я сожалею об этом».

«Перестань извиняться». — Он налил шампанского в два бокала и протянул один ей. — «Это просто БР. Ничего страшного».

Ничего страшного. Как удручающе.

Мохнатик доел свой крендель, скользнул вниз по руке Эммета, запрыгнул на перила и сел, глядя на руины. Он открыл свою вторую пару глаз, те самые, которыми он охотился ночью.

«Интересно, что он видит там в парке, чего не видим мы», — сказала Лидия.

Эммет улыбнулся. — Может быть, пыльную зайку (Пыльный кролик женского пола) (dust-bunny — пыльный кролик/ комок пыли)).

«Хм. Не думала об этом». — Она сделала большой глоток шампанского и залпом выпила его.

Где-то на полпути что-то пошло не так. Наверное, шипучие пузыри, подумала она. Она не привыкла к хорошему шампанскому.

Она задыхалась, отплевывалась, краснела и кашляла. Ее глаза слезились.

— Ты можешь выпить столько шампанского, сколько захочешь, — сказал Эммет, слегка хлопнув ее по плечу. — Но ты, возможно, захочешь сделать это немного медленнее. Так ты сможешь получить больше удовольствия. Не то чтобы это имело значение, но эта конкретная бутылка стоила сто пятьдесят баксов. Как-то стыдно его вот так проглотить».

«Боже мой.» — Она отдышалась и в ужасе уставилась на фужер, которой только что опустошила. «Ты открыл бутылку шампанского за сто пятьдесят долларов только для того, чтобы отпраздновать нашу БР?»

Он пожал плечами. — Я же говорил тебе, это мой первый брак.

— Ну, у меня тоже первый, но все же, сто пятьдесят баксов? — Она нахмурилась. — «Подожди секунду, ты собираешься выставить счет Гильдии за шампанское, а также за мое новое платье?»

«Почему нет?» — Он взял бутылку и снова наполнил ее бокал. — «Просто еще один бизнес-расход».

Она немного посветлела. — Ну, в таком случае, кого волнует, сколько оно стоило?

Он был удивлен. — Я так понимаю, тебе нравится идея заставить Гильдию платить по счетам?

«Я знаю, что это мелко и мелочно с моей стороны, но да, мне очень нравится эта идея. Я полагаю, что это меньшее, что Гильдия может сделать для меня после того, как эти два охотника отказались взять на себя ответственность за то, что произошло во время моих «потерянных выходных».

Он кивнул.

Наступило долгое молчание. Мохнатик, казалось, был очарован видом окутанного туманом парка. Как и Эммет.

Она становилась все более беспокойной. — Почему вдруг стало так трудно завязать разговор? — спросила она. Тот факт, что Эммет официально стал ее мужем на ближайший год, ничего не изменил в их отношениях, не так ли? Сегодняшний вечер ничем не отличался от вчерашнего.

Кроме кольца на пальце.

Она огляделась, чтобы что-нибудь сказать.

— Итак, — сказала она, переходя на небрежность и пресыщенность. — «Это действительно твой первый БР?»

Он прислонился к перилам и посмотрел на окутанные ночью руины. — «Да.»

Она сделала более осторожный глоток шампанского и решила, что оно очень вкусное. Алкоголь и покров тьмы придали ей смелости. — Должно быть, у тебя было много романов за эти годы. Почему ты никогда не вступал в брак по расчету?

Он долго молчал.

«Думаю, это просто никогда не казалось правильным», — сказал он в конце концов. — «Или, может быть, это никогда не казалось необходимым. Я никогда не видел смысла в БР. Всегда думал, что, когда придет время, я пройду весь путь с «Браком по Завету».

Она посмотрела на темные очертания деревьев в парке, чувствуя, как на нее накатывает новая волна вины. Эммет был романтиком в душе, человеком, который планировал подождать, пока не найдет подходящую женщину. Кто бы мог подумать, что у Босса Гильдии может быть такая сентиментальная сторона?

«А Ты?» — он сказал. — «Почему ты до сих пор не имела БР?»

Она вытащила себя из моря вины и попыталась сформулировать ответ на его вопрос. — «Последние несколько лет я была очень занята, получая дипломы и начиная свою карьеру».

— Не было времени для брака?

«Не совсем.» — Она колебалась. — «Я полагаю, все сводится к тому, что я не встретила кого-то, с кем хотела бы жить в одном доме, если ты понимаешь, о чем я».

— Райан Келсо, — сухо сказал он.

Она покраснела и была благодарна за прикрытие темноты. Она предпочла забыть о профессоре Райане Келсо, мужчине, с которым встречалась до своей катастрофы. Райан бросил ее еще до того, как ее уволили из университета.

«Отношения с Райаном были ошибкой, — признала она. — Вроде как у тебя с Тамарой.

«Ага.»

«Но, по крайней мере, я задумывалась о БР с Райаном». — Она поморщилась. — А не о «Браке по Завету», который вы планировали.

— Я бы попросил, чтобы ты не напоминала мне об этом периоде моей жизни.

Облако депрессии стало тяжелее.

«Ну, у нас обоих было очень мало шансов на брак, и мы должны быть благодарны судьбе за вмешательство», — заявила она, пытаясь говорить позитивно.

«Это верно.» — Эммет поставил одну ногу на самую нижнюю перекладину перил террасы. — «Но суть здесь в том, что благодаря судьбе, некоторым обстоятельствам и твоему заявлению в средствах массовой информации Каденса сегодня днем мы столкнулись с брачной ночью, которую никто из нас не планировал».

— Так мог сказать только ты.

«Поправь меня, если я ошибаюсь, но по традиции бракосочетание завершается брачной ночью».

Она не смогла бы пошевелиться, даже если бы прямо перед ней материализовался призрак. Что с ней случилось?

Через минуту, которая показалась вечностью, Эммет шевельнулся. Он выпрямился, протянул руку и взял фужер из ее ослабевших пальцев.

Когда он повернулся, чтобы поставить бокалы на стол, тусклый свет, льющийся сквозь стеклянные двери, блеснул на его скулах. Теперь она не могла даже дышать.

«Это всего лишь БР», — пропела она про себя. Это только БР.

Да, но он мой на год, и я так его люблю.

Эммет обнял ее и очень медленно улыбнулся. — «Здравствуйте, миссис Лондон».

«Эммет». — Она обвила его руками.

Он крепко обнял ее, запрокинул ей подбородок и поцеловал очень неторопливо, как будто хотел оставить отпечаток на ее губах.

Она перестала пытаться сказать себе, что эта ночь была такой же, как и предыдущие, которые она провела с Эмметом. Между ними появилось что-то новое. Клятвы, которые они произнесли сегодня, хотя они должны были связать их вместе только на год, имели значение, как и кольцо на ее пальце.

Он ее муж. По крайней мере на год. Желание и странное чувство собственничества захлестнули ее. Эммет подхватил ее на руки и направился к стеклянным дверям.

Он резко остановился на пороге и поставил ее на ноги с такой поразительной внезапностью, что у нее закружилась голова. Ей пришлось схватиться за дверной косяк, чтобы не упасть. Где-то в тени Мохнатик пророкотал предупреждение.

Наконец она уловила импульс невидимой пси-энергии в воздухе вокруг себя. Она поняла, что это не тихий шепот, доносившийся из Мертвого города, а безошибочный хаос нестабильной энергии диссонанса.

Кислотно-зеленый свет вспыхнул на краю террасы. Призрак принял форму с ужасающей скоростью. Через несколько секунд это превратилось в кружащийся, пульсирующий шар потрескивающей энергии, движущийся прямо к ним.

Мохнатик спрыгнул с перил и помчался через террасу к Лидии. Она быстро подняла его, прижимая к себе.

— Отведи его внутрь и не мешай. — Эммет отдал приказ ровным, холодным голосом.

Она не колебалась. Когда дело доходило до борьбы с призраком, не было ничего лучше, чем по-настоящему хороший охотник, и Эммет был одним из лучших.

Держа Пушка под мышкой, она поспешила через стеклянные двери, предоставив Эммету достаточно места на террасе, чтобы он мог делать то, что он хорошо умел.

Когда она обернулась, то была потрясена, увидев, насколько большим был НПДЭ. Ядро было очень ярко-зеленым, что указывало на чрезвычайно сложную структуру, в которой резонировала пси-энергия. Во всяком случае, не обычное привидение.

Она видела такие НПДЭ в катакомбах, но никогда здесь, за стенами Мертвого Города. Тот, кто манипулировал им, должен был быть чрезвычайно сильным охотником. Она также знала, что он должен быть где-то поблизости. Невозможно было заряжать и управлять призраком на расстоянии более половины городского квартала. Охотник должен быть достаточно близко, чтобы быть эффективным. Тот, кто отправил ЭТО на террасу, вероятно, был внизу, в парке, и прятался в деревьях.

Эммет не торопился, анализируя своего противника. По ее опыту, охотники, как правило, любят двигаться быстро и выбрасывают много яркой энергии. Эммет определенно был способен призвать призрака так же быстро, как и любой другой охотник, когда в этом возникала необходимость. Но если у него был выбор, он предпочитал работать более обдуманно.

Чтобы остановить призрака, нужен был призрак. Ничто другое не могло противостоять ему. Его нельзя было уничтожить ни пулей, ни огнем, ни водой, ни электричеством, генерируемым янтарем, ни какой-либо другой силой, которую еще не открыли. Поскольку призраки были обычным явлением в Мертвых городах и вокруг них, у охотников за привидениями всегда было много работы.

Пульсирующая масса энергии диссонанса была теперь так близко, что Лидия чувствовала, как пси-потоки катятся по террасе в комнату, где она стояла с Пушком. Кислотно-зеленый свет осветил сцену.

Шерсть Мохнатика была так туго приглажена, что она могла видеть его уши. Волосы на затылке поднялись. По рукам пошли мурашки.

Опасный призрак был не единственным источником пси-энергии поблизости. Эммет готовил собственную бурю.

Снаружи на террасе сформировался еще один шар бурлящей энергии. Эммет создавал меньшего, но гораздо более плотного призрака, чтобы противостоять угрожающему НПДЭ. Лидия могла видеть, что энергия, которую он призвал и преобразовал в резонирующий узор, горела в его ядре ярче, чем та, что питала атакующего призрака.

Теоретически она знала, что он делает. Технически, распутывание призрака мало чем отличалось от распутывания иллюзорной ловушки. Хитрость заключалась в том, чтобы настроиться на резонирующие паттерны пси-энергии и противостоять им с помощью противоположного паттерна, который постепенно ослаблял и нейтрализовал ядро. Как и многие другие вещи в жизни, это попадало в категорию «легче сказать, чем сделать».

Теперь на террасе было так много дикой зеленой энергии, что пси-сила осветила ночь. Где-то внизу в парке Лидия услышала собачий лай. Окно распахнулось.

«Это призрак, Гарри, очень большой», — закричала женщина. — «И он рядом. Верни собаку внутрь. Живей.»

Собачонка залаяла громче. Лидия услышала, как открылись еще окна.

«Какого черта?» — крикнул мужчина с террасы дома по другую сторону дома Эммета. — «Их двое. У парня, который живет в доме номер семнадцать, есть шанс. Ву-ху. Эй, Марта, разве я не говорил тебе, что это хорошая идея, чтобы новый Босс Гильдии жил по соседству?»

«Я не очень в этом уверена», — парировала Марта. — «У нас никогда не было призраков в этом районе до того, как сюда переехал Лондон».

— Я не понимаю, — сказал кто-то другой. — «Призраки не должны быть такими большими за пределами катакомб».

— Я же говорила тебе, что будет не безопасно жить так близко к Стене, не так ли, Джо? — отрезала женщина. — Но ты же не стал меня слушать, не так ли? Ты сказал, что у этого района такой характер. Ты сказал, что это будет потрясающее вложение. Ну, знаешь, что я думаю? Я думаю, нам чертовски повезет, если эти два призрака не подожгут нашу сказочную инвестицию в недвижимость. И ты знаешь, что наш страховой полис не покрывает ущерб от призрака.

В этот момент призрак Эммета переместился в самое сердце наступающего НПДЭ. Зеленая энергия взлетела высоко в ночное небо, а затем оба призрака исчезли.

Неестественная тишина воцарилась на улице. Лидия позволила себе выдохнуть. Пушистик вырвался из ее рук, вывалился обратно на террасу и запрыгнул на перила. Он присел там, глядя в ночь всеми четырьмя глазами.

— Он там внизу, не так ли, приятель? Посмотрим, сможем ли мы его поймать». — Эммет схватил Пушистика и нырнул обратно в дом.

— Эммет, будь осторожен, — крикнула Лидия, когда он пронесся мимо нее.

Он уже был на лестнице. Она услышала, как открылась входная дверь, прежде чем успела пройти полпути. Добравшись до входа, она столкнулась со стеной тумана, которая светилась отраженным светом старомодных уличных фонарей. Видимость была ограничена несколькими футами. Она даже не могла видеть городские дома через дорогу.

Где-то в туманной дали она услышала звук быстрых шагов Эммета. Когда они стали более приглушенными и слабыми, она поняла, что он пошел по одной из узких дорожек, ведущих в парк.

Она была почти уверена, что он не найдет свою добычу. Туман и ночь должны были обеспечить укрытие для охотника, вызвавшего атакующего призрака.

Эммет выпустил Мохнатика, как только они добрались до парка. «Стоит попробовать», — подумал он, хотя и не чувствовал особого оптимизма. К этому времени другой охотник уже давно ушел.

— Искать. Мохнатик.

Ночное зрение и обоняние пушка были намного острее, чем его собственные, подумал Эммет, и маленькое существо, казалось, понимало, чего от него ждут. В конце концов, Пушистик был прирожденным охотником другого типа.

Мохнатик исчез в залитом ночью и туманом парке. Эммет последовал за ним, прислушиваясь к звукам, которые могли указывать на движение. Он расплавил янтарь, обезвредив призрака, и его чувства все еще гудели в высоком разрешении. Мощный биококтейль, высвобожденный в его организме в результате интенсивного расхода пси-энергии, выветрится через некоторое время.

Он слишком хорошо знал схему. Он должен был быть очень бодрым и очень возбужденным около часа, а затем провалится в сон на несколько часов. Так было после сильного дожигания. Он ни хрена не мог с этим поделать.

Хреновый способ провести брачную ночь, — подумал он.

Через несколько минут Пушистик вывалился из тени на свет одного из парковых фонарей. Он вскарабкался вверх по штанине Эммета, зажав лист бумаги в одной передней лапе.

— Что у тебя там, приятель? — Эммет взял клочок бумаги у Мохнатика. Он посветил фонариком, который выхватил из одного из ящиков шкафа в прихожей на пути к двери. — «Квитанция на парковку».

Он взглянул на логотип, отштампованный в верхней части квитанции. Гараж в центре города. Вчерашнее число, заметил он.

Он хорошо знал этот гараж. Это был тот, который наиболее удобно расположен по отношению к офисной башне, в которой располагалась штаб-квартира Гильдии Каденса. Ею пользовались все, кто работал в здании.

Теоретически этот вывод дал ему несколько сотен подозреваемых, не считая всех тех людей, которые могли припарковаться там вчера просто потому, что у них были какие-то дела в этом здании. Но он знал, что может немедленно исключить большинство из них.

Немногие охотники могли вызвать призрак размером с того, что был сегодня вечером на террасе возле катакомб. Большинство из тех, кто был способен на такой подвиг, заседали в Совете Гильдии. Это оставляло ему десять подозреваемых.

Он был почти уверен, что сможет сузить это число еще больше — вплоть до одного.

Глава 15

Лидия ждала их, когда они вернулись в вестибюль дома номер семнадцать. На ее лице отразилась тревога.

«Ты в порядке?» — спросила она, закрывая за ними дверь.

«Мы оба в порядке».

Это было не совсем так. Дожигание действовало на него очень сильно. Не видя никакой угрозы, которая могла бы отвлечь его, он погрузился в тиски необузданной похоти. Но он никогда не позволял себе поддаваться сексуальному влечению, вызванному срывом, и не собирался делать этого сегодня вечером. Он все контролировал; все под контролем.

Лидия стояла прямо перед ним, озабоченно хмурясь. Он посмотрел на нее, стоящую в холле, и свет лампы над головой отражался на ее рыжевато-золотистых волосах. Ее глаза были такими глубокими и голубыми, что ему захотелось нырнуть прямо в них и поплыть ко дну. Желание повалить ее на пол, раздвинуть ноги и вонзиться в нее было почти непреодолимым. Он хотел брать ее снова и снова, пока не выдохнется и не опустеет.

«Не совсем тот романтический сценарий брачной ночи, о котором мечтает каждая женщина», — подумал он.

Он с усилием взял себя в руки, поставил Мохнатика на нижнюю ступеньку и показал Лидии квитанцию от гаража. — «Я предполагаю, что это наш парень уронил ее. Похоже, Мохнатик решил, что это достаточно важно, чтобы принести мне».

Ее брови сошлись вместе. — «Это мало что говорит нам, просто тот, кто потерял его, вероятно, работает в здании Гильдии. В этом нет ничего удивительного, но там должны быть сотни сотрудников Гильдии».

«Ага.» — У него были проблемы с концентрацией внимания. Он был слишком занят, глядя на ее платье. Желание прикоснуться к ее груди было настолько сильным, что у него задрожали ладони.

Он заставил себя отвернуться и неторопливо пройти к резному деревянному шкафу редкостей. Реликвия была антиквариатом со Старой Земли, которую одному из его предков удалось пронести контрабандой на борт корабля, перевозившего колонистов через Занавес на Хармони.

— Кто мог это быть, Эммет?

«Не беспокойся об этом». — Он потер затылок и попытался не думать о том, как хорошо она пахла, когда была влажной и возбужденной. — «Я разберусь с проблемой».

«Очевидно, кому-то не нравится идея, что ты возглавляешь местную Гильдию даже на временной основе».

— Я сказал, что разберусь с этим. — Он захлопнул ящик и поднял глаза, чтобы встретиться с ее отражением в зеркале, висевшем над шкафом. Большая ошибка.

Она моргнула, а затем озабоченно нахмурилась. — Ты уверен, что с тобой все в порядке?

Он взглянул на часы и стиснул зубы. — «Примерно через сорок минут я отрублюсь. А до тех пор мне, наверное, стоит постоять под холодным душем.

«Ах, вот оно что». — Она заметно расслабилась. — Ты расплавил янтарь, не так ли?

«Не было выбора». — Он вытер лицо рукой. — «Это был самый сильный призрак, которого я когда-либо видел за пределами катакомб».

«И теперь у тебя догорание? Когда ты становишься похотливым, а потом вырубаешься и спишь часами?

«Ну в общем, ДА». — Он потер лицо. — «Извини. Не совсем так, я собирался закончить вечер.

— Все в порядке, — мягко сказала она.

Ее ответ, без сомнения, должен был успокоить его, но имел противоположный эффект. Она не понимала, напомнил он себе. Она не могла знать, что он провел большую часть своей взрослой жизни, пытаясь не стать стереотипным охотником за привидениями из фольклора и легенд, пытаясь сохранить контроль.

«Нет, это не нормально». — Разочарование пронзило его, обостряя все грани. — «Черт возьми, это наша брачная ночь. У меня были планы на этот вечер. Шампанское и музыка и. ". — Он замолчал, двигая рукой в жесте полнейшего отвращения. — «Все прочее.»

Ее глаза наполнились удивлением. — Эммет, это так мило, так романтично.

«Мило? Романтично?» — Он серьезно задумался о том, чтобы перекинуть ее через колено.

Плохая идея. Теперь он был одержим ее прекрасной задницей. Подумай о чем-нибудь другом. Например о документах, лежащих на его столе в штаб-квартире Гильдии.

— Тебе лучше лечь спать, Лидия. — Он сделал шаг от нее. — Ты можешь занять гостевую комнату сегодня вечером.

«Не смеши». — Она преградила ему путь. — «Тебе не нужно беспокоиться о том, что можешь напугать меня. Я не первый раз вижу тебя в таком состоянии».

«Ничего не произошло в прошлый раз и ничего не произойдет и в этот раз», — поклялся он. «Скоро я отключусь и высплюсь».

«Но пока ты хочешь заняться горячим потным сексом, верно?»

Он пожалел, что она использовала слова «горячий» и «потный» в одном предложении. — «Я переживу это».

«Все в порядке.» — Она обняла его за шею и улыбнулась. — Мне нравится заниматься с тобой сексом, помнишь?

Он стоял очень тихо. Одним лишь усилием воли ему удалось удержать руки по бокам.

— Не в этом дело, — ответил он.

«Ах, да?» — Ее улыбка стала более дразнящей, более привлекательной. Ее глаза были наполнены чувственными тайнами. — «В чем проблема? Я только что сказала тебе, что ничуть не нервничаю. Может, ты тот, кто бежит в страхе? В чем дело, Лондон? Боишься, что потеряешь контроль?

— Что, черт возьми, это должно означать?

— Все контролировать — это очень важно для тебя, не так ли? — прошептала она. — «Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, насколько это важно для тебя. Но знаешь, что? Иногда можно просто все отпустить/ расслабиться. Это как-раз тот случай.»

Она сжала руки вокруг его шеи, прижавшись грудью и бедрами к его напряженному, сильно возбужденному телу, и поцеловала его с дерзкой, дразнящей неторопливостью. Прикосновение ее теплого, влажного рта поколебало его решимость.

Черт с этим. Почему он борется с этим так чертовски упорно? Сегодня была его брачная ночь, и его жена хотела заняться любовью.

Его жена.

Как будто дверь тюрьмы внезапно открылась, позволяя ему выйти на свободу. Чувство нарастающего предвкушения пронзило его.

— Значит, ты не боишься меня сегодня вечером? — Он обхватил ее лицо руками. — Думаешь, ты справишься со своим мужем-охотником, когда он на полном форсаже?

Ее глаза немного расширились, но она не пыталась отступить. — Ты можешь быть «страшным» охотником, Эммет Лондон, но я чертовски хочу тебя. Я могу справиться с этим.

Тепло охватило его. — «О, мне не терпится увидеть, как ты это сделаешь».

Он двинулся, схватил ее за запястья и прижал к стене рядом со шкафом редкостей, еще до того, как она поняла, что произошло. Наклонив голову, он поцеловал ее, ничего не скрывая, давая понять, как горячо он пылал сегодня ночью.

Ее рот открылся. Она скинула туфли и провела одной босой ногой по его ноге.

— Ты действительно хочешь поиграть с огнем сегодня, не так ли? — сказал он ей.

— Не могу дождаться, — выдохнула она.

Он позволил ей почувствовать край своих зубов. — Я тоже не могу.

Он отпустил ее запястья. Ее руки быстро обвились вокруг его шеи. Он чувствовал, как ее пальцы ерошат его волосы.

Наклонившись к ней так, чтобы почувствовать выпуклость ее мягких грудей, он наклонился, схватил подол ее юбки и задрал ее до талии.

Она ахнула, когда он положил руку ей между ног. Его температура поднялась еще на несколько градусов, когда он обнаружил, что ее трусики уже влажные.

— Рассказать тебе о плавлении янтаря, — пробормотал он. — «Настоящий янтарь — это ты, ты знаешь это? Горячий, жидкий янтарь. Прямо здесь, на моей ладони».

— У тебя очень умелые руки. — Она изогнулась под его пальцами.

Ему нравилось, как она втягивала воздух, когда он прикасался к ней. Ему это очень понравилось. Его охватило нетерпение. Он стянул шелковистые трусики. Они упали ей до щиколоток, и она вышла из них.

Теперь его немного трясло от силы его желания. Ему пришлось сильно сконцентрироваться, чтобы расстегнуть ремень и молнию на брюках. Когда он, наконец, освободился, ее глаза расширились при виде его эрекции. Затем она медленно улыбнулась и наклонилась, чтобы погладить его.

Он поймал одно из ее гладких, сладко округлых бедер, поднял ее ногу и обвил вокруг своей талии. Она была открыта и готова. Когда он подразнил ее тугой маленький бутон, она ахнула. Он схватил ее за другую ногу и обернул вокруг себя.

Он прижал ее к стене и вошел в ее горячее, уютное тело.

«Эммет» — Она схватилась за его плечи, чтобы не упасть.

Снова и снова он входил в нее. Она цеплялась за него, словно он был спасательным плотом во время шторма, цеплялась за него так, будто никогда не отпустит.

Когда он был на грани собственного освобождения, он вышел из ее тепла.

— Нет, подожди, — закричала она. — «Я почти…..»

— Не волнуйся, мы оба получим свое.

Он развернул ее и нагнул перед деревянным шкафом редкостей. Она автоматически потянулась обеими руками, чтобы ухватиться за край шкафа, чтобы не упасть.

«Что за…? О боже». — Она посмотрела на него в зеркало. Ее глаза светились смесью удивления и чувственного наслаждения. — «Это. . интересно.»

Он прикоснулся ладонями к ее ягодицам, наслаждаясь твердыми, полными изгибами. — Это даже лучше, с моей точки зрения.

Он занял позицию и снова вошел в нее, жестко и быстро.

Она издала мягкий, изысканно-возбужденный звук и немного отодвинула свой прекрасный зад, позволив ему войти еще глубже.

Он убрал одну руку с ее талии и потянулся вокруг и под ее гладким животом, чтобы найти волшебную точку.

Когда на этот раз он прикоснулся к ее чувствительному клитору, она издала почти беззвучный вопль и забилась в конвульсиях вокруг него.

Он перешел через край вместе с ней, изливаясь в нее, казалось, целую вечность, пока не исчерпал себя и не высох.

Эон или две спустя она пришла в себя и обнаружила, что лежит на спине на ковре в холле. Эммет тяжело растянулся на ней, положив голову ей на грудь. Должно быть, Эммет выключил потолочный светильник, потому что помещение было залито тенями. Поистине продуманный жест, решила она. В противном случае, в ее нынешнем положении, она смотрела бы прямо на очень яркий свет.

— Эммет?

«Ммм?» — Он не открыл глаза.

Она провела пальцами по его волосам. — Просто проверяю, не спишь ли ты еще.

«Почти.» — Он звучал так, как будто его накачали наркотиками.

Как только гул после догорания рассеялся, охотника очень быстро накрывало истощение.

— Нам нужно поднять тебя наверх.

«Неа. Я буду спать здесь сегодня ночью».

«На полу? Я не думаю, что это хорошая идея». — Она попыталась вылезти из-под него. — «Ты проснешься весь одеревеневший и у тебя все будет болеть».

— Полностью согласен, — пробормотал он. Но он слегка подвинулся, освобождая ее.

— Пошли, ты сможешь подняться по лестнице. — Она присела рядом с ним, схватила его под руку и попыталась поднять в вертикальном положении.

«Забудь про это.» — Он открыл один глаз. — «Не сработает».

«Сработает. Просто продержись еще три минуты, и мы справимся».

Он застонал, но подогнул под себя ноги и встал, слегка покачиваясь. — Ты такая властная, ты знаешь это?

«У всех нас свои таланты».

Она поддерживала его, пока он тащился вверх по лестнице. Когда они достигли вершины, она толкнула его в спальню. Он упал, как большой, тяжелый валун на кровать.

«Удовлетворена?» — пробормотал он в подушку.

Она улыбнулась про себя, думая о событиях, которые только что произошли внизу. «Очень.»

— Адская брачная ночь, да?

— Я точно никогда ее не забуду.

— Не так, я ее планировал, — сказал он почти шепотом.

— Я знаю, — мягко сказала она. — Но это не имеет значения. — Она развернула одеяло в изножье кровати и начала укрывать его. — Эммет?

«М-м-м?»

«Есть кое-что, что я хочу спросить у тебя. Это очень личное».

— Вероятно, сейчас не самое подходящее время. — Его слова были такими невнятными, что она едва могла их разобрать. — «Я не могу ясно мыслить».

Именно поэтому она решила задать этот вопрос, подумала она. Но объяснять не пришлось.

«Ранее сегодня ночью ты боялся заниматься со мной любовью, пока был в шоке от дожигания. Ты действительно верил, что я подумаю, что ты какой-то помешанный на сексе зверь, который не может себя контролировать?»

Наступило такое долгое молчание, что она подумала, что он заснул.

— Не хотел, чтобы ты думала, что я типичный охотник, — пробормотал он. — «Твое мнение об охотниках довольно низкое, понимаешь?»

— Ты не такой, как другие охотники. — Она накрыла его одеялом. «Ты другой.»

«Да?» — прорычал он. — «Какой?»

— Ты мой муж.

Она вышла из комнаты и очень тихо закрыла за собой дверь.

Глава 16

Дверной звонок властно прозвенел на следующее утро, когда Лидия наливала Эммету вторую чашку рез-чая.

— Я открою. — Она поставила чайник и вышла из кухни.

Пушистик, завтракавший из миски на полу, бросил яйца и тосты и помчался за ней.

— Если это кто-то из соседей с жалобами на ту маленькую сцену с призраком прошлой ночью, — крикнул ей вслед Эммет, — позволь мне разобраться с этим.

«Помимо нескольких следов ожогов на нашей террасе, никакого ущерба не было нанесено», — сказала она через плечо. — «У соседей нет оснований для жалоб».

«Они могут немного по-другому смотреть на это», — предупредил он.

Добравшись до зала, она быстро осмотрелась, чтобы убедиться, что нет никаких следов Великого Соития. Вроде бы все в порядке, решила она, но знала, что никогда больше не войдет в этот дом, не подумав о своей брачной ночи.

Она открыла дверь и обнаружила на крыльце тринадцатилетнего Зейна Хойта, своего соседа по апартаментам с видом на мертвый город. Он был одет в свой любимый костюм охотника за привидениями, а на шее у него был большой кусок янтаря. Мохнатик запрыгнул ему на руки.

— Привет, Лидия. — Зейн улыбался ей, почесывая Пушка. — Тетя Олинда говорит, что вчера вы с мистером Лондоном поженились. Это во всех газетах, говорит она. Я пришел посмотреть, так ли это на самом деле».

«Это правда.»

Зейн рано потерял родителей. Его воспитывала тетя. Его самой большой мечтой в жизни было стать охотником за привидениями. У него определенно был для этого пси-талант, но Лидия надеялась направить его на более респектабельную карьеру.

Однако теперь, когда Эммет вошел в жизнь Зейна, у нее появилось предчувствие, что она ведет безнадежную битву. Зейн сразу же воспринял Эммета как отца. Поклонение героям было мощной вещью.

Зейн наклонился вперед, чтобы осмотреть ее левую руку. — «Вау, у тебя есть кольцо и все такое. Все серьезно». — Его лицо озарилось волнением. — «Ты замужем за самым горячим охотником за привидениями из всех. Мистер Лондон теперь Босс всей Гильдии, понимаешь?

— Поверь мне, я знаю об этом.

«Тетя Олинда просила передать вам свои поздравления. Она говорит, что сегодня мы будем смотреть, как вы с мистером Лондоном идете на модную вечеринку на рез-экране.

— Я обязательно помашу. — Она взглянула на часы. — Разве ты не должен быть в школе?

«Туда и направлялся. Просто хотел лично посмотреть, что происходит, чтобы рассказать всем в классе».

Эммет не спеша прошел в прихожую и открыл дверь шкафа. — «Доброе утро, Зейн. Как дела?»

«У меня все хорошо, мистер Лондон, если не считать того дурацкого теста, который мне предстоит написать сегодня утром. Я просто зашел повидать тебя и Лидию и сказать, что я думаю, что это действительно здорово, что вы двое поженились».

«Спасибо. Приятно знать.» — Эммет накинул куртку на плечо и взял портфель. Он коротко, но тщательно поцеловал Лидию на прощание. Затем он посмотрел на Зейна. — «Я в офис. Я подвезу тебя до школы».

«Ух ты.» — Зейн чуть не взлетел от волнения. — «Подожди, вот парни увидят, как я выхожу из личного Слайдера Босса Гильдии».

Он передал Пушка Лидии и помчался к машине.

«Ты определенно сделал его день», — сказала Лидия Эммету.

Сексуальный блеск зажег его глаза. — «А ты определенно сделала мой вечер, миссис Лондон. Извини, что отключился, когда началось все самое интересное».

Она почувствовала, как жар прилил к ее щекам. — «Если бы все стало еще интереснее, я бы не смогла пошевелиться этим утром».

Его веселье исчезло. Настороженное выражение сменилось чувственным смехом в его взгляде.

«Ты. . все хорошо?» — спросил он очень тихо.

Она сложила руки и прислонилась плечом к краю дверного косяка. — «Надеюсь, это не слишком сильно ударит по твоей охотничьей гордости, но я должна сказать тебе, что этим утром я в полном порядке».

Напряженность в уголках рта уменьшилась. — «Точно хорошо?»

Она сморщила нос. — Ты не напугал меня прошлой ночью, Лондон, если тебя именно это беспокоит.

Его рот скривился. «Ты уверена?»

«Абсолютно».

— Я не заставил тебя даже немного понервничать?

«Неа.»

«Хм.» — Он снял ногу со ступеньки. — «Ну, я должен посмотреть, что я могу сделать, чтобы улучшить свою технику сегодня вечером. Может быть, если я приложу все усилия, я смогу призвать очень, очень большого призрака и вызвать еще более горячее дожигание».

«Не связывайся с призраком. Тебе это не нужно». — Она ухмыльнулась. — У меня для тебя новости, Лондон. Прошлая ночь была интересной, но она не сильно отличалась от твоего обычного стиля.

«Проклятие. Ты не думала, что та часть, где ты наклонена перед шкафом и наблюдаешь за нами в зеркале, была немного другой?»

— Это была просто искусная вариация на одну из твоих многочисленных прекрасных …..тем. Она отошла от дверного косяка, поправила воротник его рубашки и чмокнула его в щеку. — «Теперь иди на работу, как хороший Босс Гильдии. Увидимся ночью. Во сколько мы должны присутствовать на балу?»

«Черт, у меня так много дел, что я чуть не забыл о Бале Возрождения». — Эммет нахмурился. «Тамара сказала, что начало в восемь. Она сказала, чтобы мы планировали на девять».

Лидия подавила вздох. Этим утром дела шли довольно приятно, пока не всплыло имя Тамары.

— Это ОНА хочет, чтобы мы пошли, да? — вежливо спросила она.

«Весь смысл этого в том, чтобы убедиться, что все, особенно СМИ, принимают к сведению тот факт, что Босс Гильдии и его жена являются частью общества здесь, в Каденсе».

«Забудь про Амбереллу», — сказала себе Лидия. — Это не романтическая сказка. Все дело в хорошей рекламе Гильдии.

«Образ». — Она кивнула. — «Понятно.»

«Сегодня вечером в центре будет много пробок. Нам лучше выехать около восьми тридцати.

— Я буду готова, — пообещала она.

Он повернулся, чтобы направиться к Слайдеру, а затем остановился в последний раз. — Ты уверена, что прошлой ночью не было ничего необычного?

«Похоже на обычный вечер дома».

«Хм.» — Он покачал головой и продолжил свой путь к машине. — «Конечно, только мне это показалось довольно необычным».

«Просто показывает, какой унылой и скучной была твоя жизнь до того, как ты встретил меня, Лондон».

Он оглянулся на нее, и его зубы сверкнули в злобной ухмылке. — Поверь мне, у меня открылись глаза.

Мелани оторвалась от утреннего выпуска «Таттлера», когда Лидия остановилась в дверях офиса. «Ну, и ну, это ли не краснеющая невеста. Шримп ищет тебя. Он планирует около сотни специальных туров, которые будет лично проводить жена нового Босса Гильдии.

Лидия поморщилась. «Спасибо за предупреждение.»

— Как прошла брачная ночь?

«Это очень личный вопрос. Но, раз уж ты спрашиваешь, один из самых интересных моментов произошел, когда на террасе материализовался огромный призрак, что можно описать только как неудобный момент».

Мелани перестала улыбаться. «Ой-ой. Не хорошо. Мы говорим о серьезно большом призраке?

— Это было отвратительно, Мэл. Самый большой НПДЭ, который я когда-либо видела вне стен. Он, вероятно, поджег бы дом, если бы Эммет не смог его обезвредить.

«Фух. Думаешь, это как-то связано с нападением на Мерсера Уайатта?

«Это мое предположение, но Эммет все еще пытается найти связь».

Мелани вздрогнула. — «Похоже, в конце концов, у брака с Боссом Гильдии есть и обратная сторона. Кто бы мог подумать?»

«Должна сказать, жизнь была намного проще, когда Эммет был просто бизнес-консультантом». Лидия изучала номер «Таттлера». — «Что пишут сегодня? Ящики с газетами пусты».

«Я знаю. У меня самый последний экземпляр. Этот номер, вероятно, распродан по всему городу». Мелани положила таблоид перед собой, чтобы Лидия могла прочитать гигантские заголовки.

Босс Гильдии и таинственная Возлюбленная заключают БР

Пара появится сегодня на официальном балу

Лидия с тревогой рассматривала фотографию, на которой она стоит перед входом в Designs by Finella. Она вздохнула с облегчением.

— Могло быть и хуже, — сказала она.

— Это ужасно, на мой взгляд. — Мелани потрясла бумагой с насмешливым отвращением. — «Ты заметила, что они вырезали меня с фотографии. Я стояла рядом с тобой, когда ты давала интервью СМИ, если помнишь. Но на этой фотографии нет никаких следов меня».

«Я была бы рада быть той, кого вырезали». — Лидия пошла по коридору.

«Подожди секунду.» — Мелани отложила газету. — «Джек приглашает меня сегодня на обед. Хочешь пойти с нами? Я угощаю?»

«Спасибо, я бы с удовольствием, но сейчас я очень занята».

Мелани откашлялась. — Э-э, в качестве одолжения мне.

Это остановило Лидию. — «Одолжения тебе? Мы все время обедаем вместе. Как я окажу тебе услуги, если мы пообедаем вместе сегодня?

— Вообще-то это из-за Джека. — Щеки Мелани неожиданно приобрели розовый оттенок. — «Мне он очень нравится. Мы даже начинаем задумываться о БР».

«Да? Я не знала, что у вас все серьезно».

«Он отличный парень, и он был бы в восторге, если бы смог рассказать своим приятелям в Зале Гильдии, что он обедал с женой Босса», — закончила Мелани в небольшом потоке слов.

«Ах, вот оно что». — Лидия печально улыбнулась. — «Конечно. Все вместе пойдем обедать. Почему нет? В любом случае, мне нужно поесть, чтобы набраться сил перед сегодняшним грандиозным выходом.

«Спасибо, я ценю это. Джек получит от этого огромное удовольствие».

«Без проблем. Но в сложившихся обстоятельствах я настаиваю, чтобы ты позволила мне заплатить за обед.

— Нет, правда, все в порядке.

«Забудь про это.» — Она подмигнула. — «Я отправлю этот счет в Гильдию».

Мелани моргнула, а затем снова расслабилась с веселой улыбкой. — «Ну, в таком случае, думаю, я забронирую столик в «Риверсайд Гриль». Это одно из самых дорогих мест в городе. Я всегда хотела его посетить/ там побывать».

— Давай, — сказала Лидия.

«Знаешь, что с покупками в Designs by Finella и едой в дорогих ресторанах, моя социальная жизнь, безусловно, стала намного более стильной с тех пор, как ты получила эту должность жены Босса Гильдии».

Телефон на столе Лидии зазвонил за несколько минут до полудня. Она потянулась к трубке, не отвлекаясь от каталога недавно приобретенных древностей, выставленных на продажу в одной из самых надежных галерей Руин-Роу.

Объект, который привлек ее внимание, был примером того, что эксперты называли погребальной колонной. Никто не знал наверняка, что искусно обработанные предметы действительно использовались в инопланетных погребальных церемониях, но поскольку их часто находили вблизи саркофагов, предполагалось, что они связаны с ритуалами смерти. «Дом древних ужасов Шримптона» специализировался на жутком и смерти. Погребальная урна прекрасно вписалась бы в остальную часть коллекции Крыла Гробниц.

«Дом древних ужасов Шримптона», офис куратора», — сказала она, мысленно прикидывая, насколько низкую цену она может предложить за погребальную колонну.

— Я говорю с Лидией Смит. — Женщина на другом конце провода колебалась.

— Это Лидия.

«Это вы звонили в офис выпускников Колледжа Олд-Фриквенси, пытаясь найти людей, знавших Троя Бёрджиса?»

«Да.» — Лидия быстро закрыла каталог. — «Это Я. Кто это?»

«Карен Прайс. Я училась на курс младше Троя Бёрджиса в Колледже Олд-Фриквенси».

— Вы хорошо его знали?

Карен издала раздраженный звук. — «Я не думаю, что кто-то хорошо знал Троя Берджиса. Он был очень странным человеком».

— Какая у вас была с ним связь?

«Моя соседка по комнате был участницей его группы».

— Андреа Престон?

«Да. Помимо игры на гармонической флейте в его группе, она встречалась с ним. Какое-то время они были очень счастливой парой. Я встречала его несколько раз, когда он приходил чтобы забрать ее на свидания и после них».

— Каким был Берджис?

«Для меня он был каким-то причудливым, даже страшным. Но Андреа, казалось, была очарована им».

— В чем проявлялась странность Бёрджиса?

На другом конце провода повисла короткая пауза, прежде чем Карен нерешительно сказала: «Во-первых, не могли бы вы сказать мне, почему он вас интересует?»

«Да, конечно. Недавно его бывший профессор умер от передозировки наркотиков. Я нашла копию газетной статьи об исчезновении Берджиса в квартире профессора. Он позвонил мне незадолго до своей смерти и оставил сообщение о том, что хочет поговорить со мной по срочному делу. Но я пришла слишком поздно. Я пытаюсь собрать все воедино, если вы понимаете, что я имею в виду».

— Вы думаете, что это дело, которое хотел обсудить профессор, может быть связано со старой вырезкой о Бёрджисе?

«Я думаю, что это вполне возможно, да».

«Как звали этого профессора, у которого была передозировка?» — спросила Карен.

«Доктор. Лоуренс Малтби».

«Малтби. Я помню его. Он работал на факультете пара-археологии в Олд Фрек. Я была на паре лекций. Трой Берджис тоже их посещал. Как и Андреа. Собственно, так она и Берджис познакомились. Они начали учиться вместе. Следующее, что я помню, это то, что она была в его группе и пропадала с ним всю ночь. Очевидно, идея Берджиса о горячем свидании заключалась в том, чтобы спуститься в катакомбы, чтобы заняться сексом.»

«Берджис был охотником? Ему нравилось избавляться от призрака или двух перед тем, как заняться любовью со своей девушкой?

«Нет.» — Карен казалась удивленной. — «Берджис не был охотником за привидениями. Он был наладчиком. Очень, и очень хорошим, по словам Андреа, хотя у него не было никакой технической подготовки. Но тогда Андреа боготворила его. Она бы поверила всему, что он говорил.

— Какой была Андреа?

Карен вздохнула. — «Ну, во-первых, она была невероятно красива. Как-то эфирно. Когда она входила в комнату, все поворачивались, чтобы посмотреть на нее. Я помню, как мне было жаль ее, потому что в детстве она подвергалась жестокому обращению и была полностью отчуждена от своей семьи. Она была совсем одна в целом мире».

— Как ты думаешь, она действительно любила Бёрджиса?

«Абсолютно предана ему. Но я так же уверена, что он не любил ее. Берджис был одержим только двумя вещами. Одним из них был пульс-рок. Он дошел до того, что арендовал студию, чтобы его группа смогла записать полдюжины кассет, но они так и не привлекли внимание ни одной из крупных музыкальных компаний».

«Какая у него была другая навязчивая идея?»

«Винсент Ли Вэнс».

— Вэнс? — Лидия была так поражена, что выронила ручку, которой делала пометки. Она скатилась со стола и упала на пол. — Лидер повстанцев?

— Я же говорила, Берджис был странным. Когда она впервые начала встречаться с ним, Андреа довольно свободно говорила о нем. Она сказала, что Берджис был очарован Вэнсом и Эрой Раздора. Он мечтал найти первую секретную штаб-квартиру Вэнса. Если вы помните уроки истории, она предположительно находилась в катакомбах под Олд-Фриквенси.

«Верно.» — Лидия наклонилась и взяла ручку. — «Предполагается, что он оборудовал два секретных подземных бункера во времена Эпохи Раздора. Считается, что второе место затеряно где-то в здешних туннелях».

Согласно старым легендам, Вэнс и его любовница-наладчица Хелен Чандлер бежали во второй штаб, чтобы покончить жизнь самоубийством после поражения в Последней битве при Олд Каденсе. За последние сто лет множество людей искали местонахождение обеих штаб-квартир Вэнса, но ни одно из них так и не было найдено.

«Андреа сказала мне, что Берджис был полон решимости обнаружить первое место, — сказала Карен. — «Он провел много времени под землей, раскапывая туннели в не нанесенных на карту секторах вокруг Олд-Фриквенси».

«Спускаться в катакомбы в одиночку ночь за ночью без надлежащего снаряжения или обученной команды было бы безрассудно. Даже если Берджис был достаточно хорош, чтобы справиться с ловушками, что он делал с призраками? Он бы однозначно встретил их в не нанесенных на карту секторах.»

«Берджис обычно брал с собой пару своих друзей, двух парней, которые тоже были в группе. Они оба были сильными пара-резами энергии диссонанса, хотя я не думаю, что кто-то из них присоединился к Гильдии, чтобы пройти обучение».

Лидия выпрямилась на краешке стула. — «Не Джейсон Кларк и Норман Фэрбенкс случайно?»

— Откуда вы знаете их имена?

«Согласно газетной статье, они были с ним в день его исчезновения».

— Верно, были, — медленно сказала Карен.

— А как насчет твоей соседки по комнате, Андреа? Есть ли шанс связать меня с ней?

Наступило короткое, прерывистое молчание.

— Она мертва, мисс Смит.

«Что?»

«Она погибла на лодке через пару месяцев после исчезновения Бёрджиса. В то время некоторые из нас считали, что она покончила с собой из-за того, что случилось с Берджисом. Как я уже говорила, она была ему предана».

Лидия выдохнула и откинулась на спинку стула. «Как грустно.»

— Да, — голос Карен стал резче. — Но, как оказалось, это был не единичный случай.

«Извините?»

«Андреа была не единственной, с кем произошел несчастный случай со смертельным исходом после исчезновения Берджиса. В следующие шесть месяцев умерли Норман Фэрбенкс и Джейсон Кларк. Один сорвался во время похода в горы, а другой погиб при пожаре».

Лидия сглотнула. — «Все участники группы Берджиса мертвы? Вы серьезно?»

«Очень серьезно. Более того, ни одно из тел так и не было найдено». — Карен сделала паузу. — «Не то, чтобы кто-то усердно искал».

«А как же семьи? Разве они не требовали расследования?»

«Никаких семей, которые волновались бы, не было. Видите ли, у Берджиса, Андреа, Джейсона Кларка и Нормана Фэрбенкса было кое-что общее. Ни у кого из них не было близких родственников. Каждый был одинок в этом мире».

«Это становится все более странным с каждой минутой».

«Да.» — Голос Карен был ровным и мрачным. — «И именно поэтому, мисс Смит, я позвонила, когда со мной связался секретарь по работе с выпускниками и сказала, что вы задаете вопросы о Трое Бёрджисе. Я подумала, что вам следует знать, что люди, сблизившиеся с Берджисом пятнадцать лет назад, имеют тенденцию исчезать.»

«Как вы думаете, что случилось с Берджисом и участниками его группы, Карен?»

«Я не знаю и не хочу узнавать. Но если с этими исчезновениями связана какая-то тайна, то я могу сказать вам одно наверняка. Это как-то связано с тем, что Берджис нашел в катакомбах».

Лидия нахмурилась. — «Подождите. Вы хотите сказать, что Берджис и его друзья живут под землей последние пятнадцать лет? Это невозможно. Им нужно есть. Им понадобится солнечный свет. Никто не может постоянно проживать в катакомбах в течение многих лет».

— Возможно, это сведет с ума большинство нормальных людей, мисс Смит. Но я пытаюсь вам сказать, что Трой Берджис не был нормальным. Более того, у него была способность привлекать другие потерянные души, людей, которые искали что-то или кого-то, во что можно было бы поверить, таких людей, как Андреа, Джейсон Кларк и Норман Фэрбенкс. Эти трое последовали бы за ним куда угодно.

Лидия изучала свои записи. — «Похоже, он не удосужился подружиться с каждой потерянной душой, с которой столкнулся, лишь с несколькими, которые были ему полезны. Очевидно, он выбрал их лично: красивую женщину, которая составит ему компанию, и двух верных охотников, которые будут телохранителями в катакомбах.

«Точно. Трой Берджис был страшным человеком в колледже. Если он еще жив, то теперь он еще опаснее.»

Глава 17

«Риверсайд Гриль», как ни странно, располагался на берегу реки. Это было известное место встречи городских влиятельных лиц, политиков, знаменитостей и тех, кто хотел, чтобы их видели обедающими в компании подобных людей.

Джек Броуди ждал их. Он прислонился к стене в фойе, пытаясь выглядеть крутым. Но его кожаный костюм цвета хаки и большой кусок янтаря в пряжке ремня не вписывались в элегантную атмосферу «Риверсайд гриль». Лидия видела, что он нервничает.

Он просиял от облегчения, когда увидел Лидию и Мелани, входящих в дверь. Оторвавшись от стены, он поспешил к ним.

— Я думаю, тут какая-то ошибка, — сказал он тихим голосом. Он бросил быстрый взгляд назад, в сторону метрдотеля, где стоял человек властного вида. — Этот парень говорит, что у нас нет брони.

«Это не правда.» — Мелани напряглась от негодования. — «Сегодня утром я позвонила сюда, первым делом, и мне сказали, что со столиком не будет проблем».

— Какое имя ты использовала? — спросила Лидия.

— Твое, конечно. Ну, Эммета, я думаю, если ты хочешь получить техническую информацию. Думаешь, я смогла бы попасть сюда под своим именем? Я сказала им, что миссис Эммет Лондон и двое ее друзей прибудут ровно в двенадцать пятнадцать.

— Я пойду поговорю с метрдотелем, — сказала Лидия.

Она подошла к метрдотелю и попробовала дружелюбно улыбнуться. Метрдотель не улыбнулся в ответ.

«Я миссис Лондон. Я полагаю, у вас есть бронь на мое имя и моих гостей?

Метрдотель нахмурился. — Вы, должно быть, ошибаетесь, мадам. У меня есть резервация для миссис Эмметт Лондон, жены нового главы Гильдии Каденса.

— Это я.

Метрдотель посмотрел через свой длинный нос. — Вы утверждаете, что являетесь миссис Лондон?

«Да.» — Лидия вложила в свою улыбку немного стали.

Метрдотель поднял брови и ухмыльнулся Мелани и Джеку, стоящим позади нее. — А это ваши гости?

«Да.»

Он покачал головой, явно забавляясь. — «Видел я наглецов, пытавшихся попасть в этот ресторан, но вы, мадам, получаете главный приз за храбрость. Настоящая миссис Лондон — жена одного из самых влиятельных людей города. Я очень сомневаюсь, что она была бы одета в дешевый костюмчик, явно купленный на распродаже в подвале дисконтного универмага. Кроме того, я думаю, можно с уверенностью сказать, что настоящая миссис Лондон не стала бы обедать с женщиной, которая одевается как проститутка и охотником, который явно из самых низших чинов Гильдии».

«Но это так». — Лидия протянула руку и схватила метрдотеля за его полосатый галстук. — «Говори все, что хочешь о моей одежде, но ты извинишься перед моими гостями прямо сейчас, иначе я возьму трубку и позвоню своему мужу, и тогда уже ОН скажет тебе извиниться. Понял?»

Ошеломленное возмущение, а затем и первые признаки неуверенности промелькнули на лице метрдотеля. — «Эм-м-м-"

«Ты действительно хочешь рассердить нового Босса Гильдии?» — спросила Лидия очень низким голосом. — «Если так, я буду рада набрать его номер, чтобы ты мог объяснить, почему вы не пускаете меня и моих гостей».

Из узкого коридора к ним выбежала женщина в строгом синем костюме.

— Что здесь происходит, Барклай? — Женщина резко остановилась, потрясенная видом Лидии, держащей метрдотеля в заложниках за его галстук. — «Миссис Лондон».

Глаза Барклая расширились. — «Это не настоящая миссис Лондон». — Но он уже был не так уверен. — «Этого не может быть».

«Конечно, это настоящая миссис Лондон, Барклай», — отрезала женщина. Она одарила Лидию извиняющейся улыбкой. — «Я узнала ее. Вчера она была на обложке «Таттлера».

«Я рада, что хоть кто-то читает таблоиды». — Лидия выпустила галстук Барклая. «Кто вы?» — сказала она женщине в синем костюме.

«Я помощник менеджера, Джулия Сандерс. Мне очень жаль, если произошло недопонимание».

«Барклай здесь единственный, кто, кажется, не понимает ситуацию», — сказала Лидия. — «Мы с друзьями забронировали столик на обед. Нам нужен столик на троих, пожалуйста».

«Конечно.» — Джулия бросила на Барклая подавляющий взгляд. — «Я займусь этим».

— Да, мисс Сандерс, — слабым голосом сказал Барклай. Дрожащими пальцами он поправил галстук.

— С видом на реку, — добавила Лидия.

«Естественно».

«И я также хочу извинений от Барклая».

«Конечно.»

— Стейк неплох, — объявил Джек в середине обеда. — Впрочем, не такой уж и большой. Моя мама обычно готовит раза в три больше, когда я прихожу домой на ужин. И посмотрите на эти крошечные овощи. Никогда не видел ничего подобного. Интересно, как они заставили их вырасти такими маленькими?

«Чем дороже ресторан, тем меньше порции», — мудро сказала Мелани. — «Как ты думаешь, почему все эти богатые люди остаются такими стройными? Не похоже, что кто-то из них на самом деле может поправиться на таких порциях».

«Хм.» — Джек положил последний кусочек стейка в рот и задумчиво прожевал. — Не думал об этом.

«Не могу дождаться, когда увижу поднос с десертом», — призналась Мелани. Она посмотрела на Лидию. — «Эй, ты не ешь свою рыбу. В чем дело? Так плохо? Если это так, ты должна отправить ее обратно повару».

«Нет, все хорошо.» — Лидия вырвалась из задумчивости и заставила себя улыбнуться. — Просто я сегодня не очень голодна, вот и все.

Мелани усмехнулась. — «Слишком много волнений в последнее время, вчерашняя свадьба и большой Бал Возрождения, который состоится сегодня вечером».

— Кстати, о волнении, — сказал Джек с набитым ртом миниатюрных овощей, — в Зале Гильдии говорят, что сегодня днем в штаб-квартире может быть небольшое…..

«Возбуждение?» — Лидия перестала размазывать дорогое блюдо по тарелке и нахмурилась. — «О чем ты говоришь?»

— Ты, должно быть, слышала о том большом призраке, которого кто-то послал прошлой ночью за мистером Лондоном?

«Я была там. Я замужем за мистером Лондоном, помнишь?»

— О, да, верно. Ну, некоторые парни в Холле говорят, что, вероятно, кто-то проверял босса, чтобы понять, насколько он хорош, понимаешь?

У Лидии что-то заныло внизу живота, и она знала, что не может винить в этом рыбу. — «Что ты имеешь в виду?»

«Помнишь, я говорил тебе, что речь шла об официальном вызове? Ходят слухи, что Фостер Дорнинг, возможно, планирует сделать это сегодня днем».

— Вызов Совета? — Почувствовав, что голос ее повысился, Лидия быстро огляделась, а затем перегнулась через стол. — Ты сказал мне, что никто не сможет бросить вызов женатому главе Гильдии. Что-то о правах жены Гильдии.

Джек выглядел озадаченным ее реакцией. — «Да, ну, это работает так, понимаешь, что жена Босса должна отстаивать права перед всем Советом. Разве я не объяснил этого?»

«Нет, ты не объяснил.» — Лидия отбросила салфетку и вскочила на ноги. — «Я думаю, что встреча назначена на два часа. Мне нужно спешить».

— Эй, куда спешить? — спросил Джек. — «Мелани хочет увидеть поднос с десертом».

Но на лице Мелани появилось испуганное понимание. Она тоже была на ногах. — «Я пропущу десерт. Давай, Лидия, я отвезу тебя на своей машине. Идет дождь, ты ни сможешь поймать такси».

Теперь Джек выглядел совершенно сбитым с толку. — Куда вы двое идете?

— Отстаивать права жены Гильдии, — отрезала Лидия, изо всех сил пытаясь говорить шепотом.

— Я понимаю, ты беспокоишься о мистере Лондоне. — Джек ободряюще улыбнулся ей. — «Не парьтесь, мэм. У меня появилось ощущение, что он может позаботиться о себе».

Лидия не стала спорить. — Пошли, Мэл.

Все повернулись, когда они бросились через ресторан к входной двери. Лидия проигнорировала это внимание. Пробегая мимо Барклая, она ненадолго остановилась. Барклай попятился.

«Убедитесь, что мой гость получит десерт», — отрезала она. — «И отправьте счет в штаб-квартиру Гильдии. Плюс двадцать процентов официантам. И не вздумайте добавить ничего лишнего, Барклай. Я проверю.»

Снаружи она прыгнула на пассажирское сиденье маленького Флоата Мелани. Мелани села за руль, завела двигатель и вылетела с парковки ресторана.

Она взглянула в зеркало заднего вида. — «Я думаю, можно с уверенностью сказать, что руководство «Риверсайд Гриль» обязательно узнает тебя в следующий раз».

«Я не могу в это поверить», — заявила Лидия.

— Какое впечатление мы произвели там?

«Нет, как я облажалась с правами жены Гильдии. Почему Джек не сказал мне, что женитьбы недостаточно? Если бы он только объяснил, как это работает».

Мелани завела свою машинку в поворот, а затем бросила на Лидию странный взгляд. — «Вот почему ты сказала СМИ, что вы с Эмметом собираетесь пожениться, не так ли? Ты сделала это, чтобы защитить его от вызова Совета».

«У него достаточно проблем. Он взялся за эту работу только потому, что Уайатт попросил его это сделать. Предполагается, что это временная договоренность».

«Успокойся. Эммет чертов пара-рез. Ты видела его в деле. Джек прав, он, вероятно, справится со всем, что любой член Совета может ему подкинуть.»

«После моих «Потерянных выходных» я не доверяю охотникам. Двое из них однажды подставили меня, а потом солгали об этом».

«Понимаю, что у тебя был очень негативный опыт общения с некоторыми членами местной Гильдии. Я могу понять, почему это оставило у тебя плохое впечатление. Но мы здесь говорим о Совете Гильдии, а не просто о парочке низко ранговых охотников. Эти ребята на самом верху организации».

«Дело в том, Мэл, что наверху Гильдии происходит что-то серьезное. Что, если пара членов Совета работает сообща, чтобы организовать поглощение? Возможно, они пытаются дестабилизировать структуру власти. Это объяснило бы покушение на Уайатта и нападение призрака прошлой ночью.

— Ты говоришь о каком-то заговоре?

«Меня бы это не удивило. Эммет не слушает меня, но я не могу отделаться от мысли, что это старомодная политика Гильдии в действии, и это означает, что есть очень большая вероятность, что кто-то из Совета замешан».

— Тебе не кажется, что ты становишься откровенно параноиком?

«Когда дело доходит до Гильдии Каденса, немного паранойи не помешает».

Мелани ввела «Флоат» в очередной поворот и остановилась при виде баррикад, перегородивших улицу. Марширующий оркестр заполнил перекресток. Развевались флаги и гремела музыка. Люди заполонили тротуары, аплодируя.

— Черт, — сказала Лидия. — «Я забыла, что парад в честь Дня Возрождения всегда проходит по маршруту, который пролегает прямо у штаб-квартиры Гильдии. Я выйду здесь. Я лучше пройдусь пешком».

Она открыла пассажирскую дверь Флоата и выбралась из нее. — «Спасибо, Мел. Увидимся у Шримпа.

— Будь осторожна, — крикнула ей вслед Мелани. — И не забудь, что ты записана в салон сегодня днем.

Лидия ободряюще помахала рукой, схватилась за лямку своей сумки и нырнула в толпу. Когда она добралась до входа в высотную офисную башню, в которой размещались офисы Гильдии, ей пришлось протискиваться сквозь толпу офисных служащих, которые вышли наружу, чтобы посмотреть на парад. Никто не пытался помешать ей войти в здание.

Она ворвалась в вестибюль и обнаружила, что путь ей преграждает охранник в одежде цвета хаки и коже.

Она приняла то, что, как она надеялась, было властным видом, и приготовилась снова использовать имя Эммета в качестве пропуска. — «Я миссис Лондон. Я здесь, чтобы увидеть своего мужа».

Охранник усмехнулся. — «Да, мэм. Я узнаю вас по фотографиям в газетах. Частный лифт слева, мэм. Я сообщу вам код ключа».

«Спасибо.»

Она вошла в тишину обшитого панелями лифта и так быстро оказалась на вершине башни, что у нее заложило уши.

Когда она вышла через мгновение, то оказалась в вестибюле с плющевым ковровым покрытием.

— Добрый день, миссис Лондон. — Маленький аккуратный человечек поднялся из-за огромного стола. — Охранник сообщил мне, что вы направляетесь сюда.

— Привет, — сказала она. — «Кто вы?»

— Я Перкинс. — Он покачал головой. — «Чем могу помочь?»

— Я хочу увидеть своего мужа.

«Мне очень жаль.» — Перкинс казался искренне обезумевшим. — «Мистер Лондон находится на очень важном собрании Совета в данный момент. Я не могу их прервать».

Вот черт. Возможно, она уже опоздала. — «Когда оно началось?»

«Всего несколько минут назад. Но это не надолго. В повестке дня только один вопрос».

«Где проходит собрание?»

— В зале Совета, конечно. — Перкинс склонил голову в сторону закрытой двери. — Если вы не против подождать…

«Без проблем.»

«Если вы последуете за мной, здесь есть хороший уголок для отдыха». — Перкинс повернулся, чтобы пройти впереди. — «У вас будет прекрасный вид на парад. Могу я предложить вам рез-чая?

— Было бы здорово, Перкинс. Спасибо.

Когда он повернулся к ней спиной, она развернулась и побежала в противоположном направлении, намереваясь добраться до закрытой двери зала Совета, прежде чем Перкинс поймет, что его обманули.

Она уже взялась за блестящую дверную ручку, когда он понял, что она не последовала за ним.

«Миссис Лондон, — вскрикнул он в ужасе. — «Подождите. Вы не можете войти туда. Вы не должны…

Она повернула ручку, распахнула дверь и быстро вошла в комнату.

Глава 18

Эммет и десять мужчин, большинство из которых были намного старше его, сидели за большим полукруглым столом. Все они были одеты в современные деловые костюмы, которые выглядели странно неуместными. Она поняла, что популярные образы Совета охотников за привидениями пришли из исторических фильмов и фотографий, относящихся к Эпохе Раздора. В старых фильмах и картинах члены Совета всегда изображались в традиционных служебных одеждах того времени.

Но кроме современной одежды у нее было предчувствие, что мало что изменилось. — «Можно прямо потрогать силу в комнате», — подумала она. Не просто низкоуровневое жужжание пси-энергии, которое было ощутимо, когда так много сильных пара-резов собирались вместе в небольшом пространстве, а другое, такое, которое цеплялось за группу, которая действовала по своим собственным секретным правилам и кодам десятилетия.

Гильдия с самого начала функционировала вне основной правовой системы. Она проявляла поверхностное почтение и вежливое уважение к гражданским властям и судам, но все знали, что на самом деле она была невосприимчива к ним. Старомодная иерархическая система работала достаточно хорошо на протяжении многих лет, потому что в старой поговорке о том, что Гильдия живет своей собственной политикой, была изрядная доля правды.

«Нужно отдать должное охотникам за привидениями», — подумала она. Они смогли сохранить свой традиционный образ жизни и в то же время навести порядок в финансовом отношении, потому что всегда умели выбирать сильного и опытного лидера.

Впервые она осознала то, насколько сильным и сообразительным должен был быть Эммет, если ему действительно удалось привлечь внимание Гильдии Резонанса, как утверждали СМИ. Это означало, что ему приходилось контролировать и направлять группу крутых, влиятельных людей, подобных этим, в будущее, которое никто из них не приветствовал.

Она узнала десять членов Совета Гильдии Каденса по фотографиям, которые она видела в новостях на протяжении многих лет. Все, кроме одного, Фостера Дорнинга, были давними членами. Перед каждым мужчиной стоял кусок цельного янтаря, вырезанный в форме восьмиугольника.

Присутствовала и Тамара Уайатт, выглядевшая элегантно и очень напряженно. Она сидела не за большим столом Совета, а скорее в кресле, которое, как подозревала Лидия, предназначалось для почетного гостя.

Все повернулись, чтобы посмотреть на Лидию, когда она вошла в комнату. Повисла шокированная тишина. За исключением Эммета, все лица были полны удивления. Очевидно, члены Совета Гильдии Каденса не привыкли к тому, что их заседания прерывают.

Жесткое лицо и глаза Эммета не выдавали его реакции на ее присутствие, но ей не нужно было читать мысли, чтобы понять, что он не в восторге.

— Джентльмены, — сказал он, нарочно поднимаясь со своей властной позиции во главе стола, — позвольте мне представить мою жену, Лидию.

Все мужчины вежливо встали, резко кивнули и пробормотали подтверждение знакомства.

«Миссис Уайатт, вы уже знакомы с моей женой, — добавил Эммет, продолжая говорить тем же холодным, формальным тоном.

«Да, конечно. Рада снова тебя видеть, Лидия.»

Да, верно, подумала Лидия. Они с Тамарой встречались только однажды, на небольшом званом ужине в особняке Мерсера Уайатта. Она была почти уверена, что они обе знали с самого начала, что им не суждено стать хорошими подругами.

Она была немного ошеломлена признаками напряжения в профиле Тамары. Но у женщины в последнее время было много стресса, напомнила она себе.

Она наклонила голову, один раз. «Миссис Уайатт.»

Перкинс беспокойно замер в дверях. — «Мистер Лондон?»

— Все в порядке, Перкинс, — сказал Эммет. — «Я разберусь с этим».

«Да сэр.» — С явным облегчением Перкинс вышел из комнаты и закрыл тяжелую дверь.

Эммет уставился на Лидию взглядом, от которого застыл бы призрак. — Я сейчас немного занят, моя дорогая. Возможно, тебе было бы удобнее подождать в моем кабинете.

Она тяжело сглотнула и собралась. — Мне и здесь будет очень удобно, спасибо. — Она быстро прошла через комнату и села рядом с Тамарой. — " У нас с миссис Уайатт так много общего». — Она холодно улыбнулась всем мужчинам за столом. — «Мы обе являемся женами Гильдии и все такое».

К удивлению Лидии, ее поддержала Тамара.

— Как жена исполняющего обязанности главы Гильдии Каденса, миссис Лондон имеет такое же право присутствовать на этом собрании, как и я, — сказала Тамара с ледяной властностью.

Лидия не понимала, почему Тамара бросилась на ее защиту, но решила, что лучше не упускать возможность.

— Еще одна жена Гильдии, верно, — сказала Лидия, очень намеренно скрестив ноги. Она ослепительно ярко улыбнулась членам Совета. — «Вы же знаете, что говорят о правах, используйте их или потеряйте их. Я здесь, чтобы убедиться, что мои действуют. Все.»

У стола отвисло десять челюстей. Эммет напрягся. Скрытое уважение и что-то вроде благодарности зажглись в глазах Тамары.

В зале Совета наступило понимание. Лидия увидела облегчение на лицах большинства мужчин. Только один из членов Совета выглядел рассерженным.

— Я рада видеть, что ты, как новая жена Гильдии, знаешь о наших традициях, — спокойно сказала Тамара.

«Держу пари». Лидия посмотрела на стол, полный мужчин. — «Не обращайте на меня внимания, джентльмены. Я просто буду сидеть здесь очень тихо и никому не буду мешать. Если, конечно, я не почувствую, что мне нужно высказаться, чтобы защитить свои права жены Босса Гильдии».

Глаза Эммета были ледяными, но он снова обратил внимание на Совет.

— Продолжим, господа. — Он кивнул человеку в дальнем конце стола. — «Мистер. Чао, пожалуйста, объявите голосование».

Чао быстро поднялся. — «Всех, кто поддерживает назначение Эммета Лондона исполняющим обязанности главы Гильдии до тех пор, пока Мерсер Уайатт не сможет возобновить свои обязанности, пожалуйста, подтвердите это янтарем».

Один за другим каждый из десяти членов Совета передвигал свой кусок янтаря к центру стола. Последним проголосовал самый молодой член Совета. По оценкам Лидии, ему было около тридцати пяти.

Фостер Дорнинг, подумала она.

Дорнинг колебался, прежде чем отдать свой голос. Он смотрел прямо на Лидию. Ее потрясла ярость, отразившаяся на его лице. Но он быстро пришел в себя и подтолкнул свой янтарный восьмиугольник к центру стола.

Она могла бы поклясться, что, за исключением Дорнинга и Эммета, все остальные вздохнули с облегчением.

«В связи с отсутствием возражений против назначения оно подтверждается», — объявил Чао. Он сел, достал из кармана носовой платок и вытер лоб. — «Совет с нетерпением ждет возможности передать вам управление, мистер Лондон».

— Спасибо, джентльмены. — Эммет поднялся на ноги. — «Поскольку голосование по утверждению является единственным вопросом повестки дня сегодня, это заседание объявляется закрытым».

Один за другим из зала начали выходить члены Совета.

Когда последний из них ушел, Лидия мельком взглянула на Эммета и глубоко вздохнула.

Она никогда не видела его таким рассерженным.

Она взглянула на дверь и подумала о том, чтобы сбежать. Это выход для труса, упрекнула она себя. Она не боялась гнева Эммета. С другой стороны, была поговорка Старой Земли о том, что «осмотрительность — лучшая часть доблести».

— Спасибо, Лидия. — Тамара поднялась со стула. — «Должна сказать, ты выбрала отличный момент. Я предупреждала Эммета, что Дорнинг планирует бросить официальный Вызов. Это последнее, что нам сейчас нужно». — Она с любопытством нахмурилась. — Как ты узнала об этом?

— До меня дошли слухи, — сказала Лидия. — «В обед».

— Если ты не возражаешь, Тамара. — Голос Эммета был слишком мягким. — Я хотел бы поговорить с женой наедине.

В глазах Тамары мелькнуло раздражение, но она спокойно кивнула. — Прошу меня извинить, Лидия, я возвращаюсь в больницу.

Лидия сказала себе, что, вероятно, следует задать какой-нибудь вежливый вопрос. — Как дела у мистера Уайатта?

«Он в стабильном состоянии, но все еще находится под действием сильного успокоительного». Голос Тамары внезапно утомился. — «Врачи говорят, что самое серьезное беспокойство сейчас вызывает пси-ожог, который он получил от призрака, которого он использовал, чтобы остановить кровотечение. Это отняло у него много сил». — Она колебалась. — Он уже не молод.

Она вышла за дверь и закрыла ее за собой.

В зале повисла тяжелая тишина. Лидия напряглась.

Эмметт обошел длинный стол, остановился перед ним, откинулся назад и скрестил руки на груди.

«Когда ты услышала о правах жены Гильдии?» — спросил он так, как будто ему просто было любопытно.

Она откашлялась. — Совсем недавно.

«Я понимаю. Кто сказал тебе?»

— Друг Мелани мимоходом упомянул об этом.

— Друг-охотник, я полагаю?

«Ага. Слушай, Эммет, я вижу, ты злишься из-за этого, но я всего лишь пыталась помочь. Когда Джек сказал мне, что ходят слухи о возможном вызове Совета и что есть простой способ остановить его, и я подумала, какого черта, почему бы просто не выдернуть вилку из розетки, прежде чем все взлетит на воздух».

«Я понимаю.»

«Я знала, что ты никогда не попросишь у меня помощи, потому что ты не хочешь, чтобы я думала, что ты просто используешь меня. Но теперь мы довольно хорошие друзья, и я не против, честное слово».

— Хорошие друзья, — нейтрально повторил он.

— Ладно, больше, чем друзья, — осторожно сказала она.

«Да, я бы так сказал, учитывая, что мы женаты и все такое».

Она схватилась за подлокотники кресла. — «Пожалуйста, не искажай мои слова. Я же говорила тебе, что только пыталась помочь».

«Это настоящая причина нашего БР, не так ли? Ты просто пыталась помочь».

Разговор принял не очень хороший оборот. — «Джек ясно дал понять, что единственный способ защитить тебя от проблем — это состоять с тобой в законном браке».

— Значит, твоя вчерашняя оговорка в СМИ произошла не потому, что ты чувствовала себя загнанной в угол или потому, что не хотела, чтобы все называли тебя моей таинственной любовницей. Это был расчетливый шаг, призванный подтолкнуть меня к браку».

Она вздохнула. — Ты действительно зол, да?

— Могу ли я предположить, что заголовки в «Таттлере» о моей Таинственной Возлюбленной тоже не были случайностью?

Она глубоко вздохнула. — «Я как бы сняла трубку и дала газете анонимную наводку».

— Зная, что это приведет к тому, что мы поженимся?

«Нет.» — Она развела руками. — «В начале я просто хотела, чтобы СМИ перестали намекать, что это ты стрелял в Мерсера Уайатта, потому что ты, он и Тамара были частью любовного треугольника. Я боялась, что полиция воспримет эти сплетни всерьез. Я имею в виду, давай посмотрим правде в глаза, у тебя не очень хорошее алиби на тот период времени, когда в Уайатта стреляли».

— Значит, ты полагала, что если выяснится, что у меня есть тайная любовница, СМИ перестанут намекать на то, что у меня был мотив стрелять в Уайатта?

— Да, почти так. — Она откинулась на спинку стула. — А потом Джек рассказал мне о возможном вызове Совета, о правах жены Гильдии и о сегодняшнем большом собрании. Одно привело к другому. Я просто продолжала погружаться все глубже и глубже».

— А теперь мы женаты.

«Только на год». — Она еще раз вздохнула. — Как я уже сказала, я только пыталась помочь.

Он выпрямился из-за стола и подошел к окну с видом на маршрут парада далеко внизу.

— Я не думаю, что тебе приходило в голову, что я хотел, чтобы Дорнинг бросил формальный Вызов? — нейтрально сказал он.

Она ошеломленно уставилась на его широкие плечи. — Ради бога, зачем?

«Чтобы вывести оппозицию на чистую воду. По моему опыту, так всегда намного проще справиться с этим».

— Ты хочешь сказать, что собирался дать Дорнингу возможность бросить формальный Вызов?

«Да.»

«О Господи.» — На нее снизошло ужасное чувство обреченности. — Я все испортила, не так ли?

«Да.»

Ей хотелось, чтобы пол под ней разверзнулся, и она могла бы провалиться в катакомбы. «Мне жаль.»

«Ага.»

— Откуда мне было знать, что происходит? — спросила она. — Ты так и не удосужился рассказать мне о своих планах.

— Разве ты не понимаешь? — Он повернул голову, чтобы посмотреть на нее. — «Я делал все возможное, чтобы держать тебя на расстоянии от политики Гильдии».

— Ты не можешь удержать меня от этого. — Она вскочила на ноги, совершенно разгневанная. — «Я твоя жена. У меня есть право помочь защитить тебя».

Он полностью повернулся к ней лицом. — «Я руководил гильдией Каденса шесть лет, не имея жены, которая защищала бы меня от формального Вызова. Я могу иметь дело с такими, как Дорнинг. Мне не нужна твоя защита, Лидия. Держись подальше от этого».

Она взяла себя в руки. — «Конечно. Ты абсолютно прав. О чем я только думала? Гильдия — это твой мир, а не мой. Я не должна вмешиваться».

«Лидия…»

Она перекинула через руку лямку своей сумки и подошла к двери. — Есть еще одна вещь, которую ты должен знать.

«Какую?» — он спросил.

«Сегодня я пригласила Джека и Мелани пообедать в «Риверсайд Гриль». Была небольшая сценка с метрдотелем, и я как бы вольно воспользовалась твоим именем, чтобы получить столик».

«Я понимаю.»

Она глубоко вздохнула. — «И я отправила счет Гильдии».

— О счете позаботятся, — тихо сказал он.

— Как о платье?

— Как о платье, — согласился он.

Она кивнула, еще более подавленная, чем когда-либо. — «Просто еще один бизнес-расход Гильдии».

«Да.»

Наверное, так он думал и об их браке, решила она. Просто еще один бизнес-расход.

Она вышла в приемную и очень тихо закрыла за собой дверь зала Совета.

Он долго смотрел на закрытую дверь, думая о том, как много всего пошло не так за последние пару дней. Он думал, что крушение его планов вывести Дорнинга на чистую воду было наименьшей из длинной череды бедствий. Гораздо больше он беспокоился о своем браке, который, казалось, рухнул менее чем через двадцать четыре часа.

Через некоторое время он открыл дверь и вышел в притихший вестибюль. Перкинс с тревогой наблюдал за ним.

«Я прошу прощения за то, что не справился с этим, сэр. С сожалением должен сказать, что я не знал, что делать с миссис Лондон, когда она приехала. Я был совершенно не готов…»

— Неважно, Перкинс. Мало кто готов иметь дело с миссис Лондон.

Перкинс немного расслабился. — «Она довольно необычная, не так ли? Я помню, как мистер Уайатт говорил что-то подобное, когда велел мне собрать файл на нее».

«Файл? Какого черта ты несешь?»

Перкинс вздрогнул от тревоги, когда Эммет подошел к его столу. — Информация о Лидии Смит, сэр.

— Уайатт приказал тебе открыть на нее файл?

«Да сэр.»

Эммет уперся обеими руками в полированную поверхность и наклонился к Перкинсу. — «Когда?»

«После несчастного случая в катакомбах несколько месяцев назад было проведено официальное расследование. Мисс Смит утверждала, что два члена Гильдии не смогли должным образом выполнить свои обязанности, и в результате она чуть не погибла под землей. Обвинения были довольно серьезными, поэтому, естественно, мистер Уайатт был проинформирован о ситуации».

«Где этот файл?»

— Я сейчас его принесу, сэр. — Перкинс проворно вскочил на ноги и пошел к хорошо защищённой двери файловой комнаты.

Эммет наблюдал, как он открыл длинный металлический ящик и вынул желтую папку.

«Результаты расследования были удовлетворительными». — Перкинс передал папку Эммету. — «С двух членов Гильдии были полностью сняты все обвинения. Но у мистера Уайетта были кое-какие опасения по поводу этой пары охотников. Он поговорил с их командирами и велел им некоторое время наблюдать за обоими. Но в итоге проблема, если она и была, рассосалась».

Эммет открыл файл. — Что ты имеешь в виду, что она рассосалась?

«Два охотника вышли из Гильдии через пару месяцев после расследования. Они сказали, что хотят заняться другой карьерой». — Перкинс изящно пожал плечами. — Как вам хорошо известно, сэр, охотники, проработавшие несколько лет и добившиеся финансового успеха, нередко увольняются.

«Да, я знаю.»

Активная охота за привидениями, как правило, была игрой молодых мужчин, а иногда и молодых женщин. Необходимость быть постоянно начеку в подземелье, риск получить ожог или сильный пси-ожог, а также постоянное раздражение, вызванное общением с высокомерными учеными, которые обычно рассматривали охотников как тупые мускулы, брали свое. Охотник мог хорошо заработать, работая в катакомбах, и многие из них предпочитали получать прибыль и рано уходить на пенсию.

Эммет изучил крайне скудные данные о паре охотников, причастных к инциденту с Лидией «Потерянные выходные». — Где сейчас эти двое?

«Понятия не имею, сэр, но у людей из отдела пенсионных отчислений наверняка есть адреса».

Эммет с щелчком закрыл папку. — Найди их, Перкинс. Я хочу поговорить с ними».

«Да сэр.»

Глава 19

В этот вечер, в шесть тридцать, Лидия сидела в своей крошечной гостиной, пила чашку рез-чая и смотрела, как туман опускается на Мертвый город, когда зазвонил телефон. Пушок, свернувшись калачиком на диване рядом с ней, слегка дернулся в ответ.

— Не беспокойся, — сказала ему Лидия, вставая на ноги. — «Я отвечу».

Она схватила трубку. — «Слушаю?»

«Где ты, черт возьми?» — спросил Эммет. Каждое слово звучало так, словно его вырезали из глыбы льда цепной пилой.

Мощная смесь гнева, боли и страха, которая назревала в ней с тех пор, как она покинула его офис днем, пульсировала в ней. Она не выйдет из себя, поклялась она. Она могла быть такой же холодной, как любой Босс Гильдии.

— Я дома, конечно, — сказала она с преувеличенным терпением. — «Как ты, очевидно, заметил, поскольку звонишь на домашний номер. Где ты? Все еще в офисе?

«Я в своем таунхаусе, где должна быть ты. Теперь ты живешь здесь».

«Нет, я не живу в твоем таунхаусе. Я провела там несколько ночей, в том числе прошлую, но так и не перевезла свои вещи к тебе. Я все еще оплачиваю аренду здесь».

«Черт возьми, это из-за того, что произошло сегодня в моем кабинете, не так ли? Ты все еще расстроена».

— Что я должна делать после того, как ты ясно дал понять, что тебе не нужна жена?

«Я никогда этого не говорил. Я сказал, что не хочу, чтобы ты вмешивалась в дела Гильдии.

«Ну, так как ты все время занят делами Гильдии, — возразила она, — будет немного сложно не вмешиваться в твои дела, не так ли? Но я стараюсь изо всех сил. Вот почему я сохранила свою квартиру».

— Мы женаты, Лидия.

«Это просто «Брак по Расчету», помнишь? Я полагаю, удобство — ключевое слово».

— Ключевое слово, это хорошо, но мне не очень удобно, что моя жена живет в шести кварталах от меня. У меня есть клочок бумаги, в котором говорится, что ты принадлежишь мне целый год. Насколько я понимаю, наш БР является эквивалентом делового контракта».

Она начала чувствовать себя намного веселее, подумала она. Эммет был далеко не таким хладнокровным, каким иногда казался.

— В этом контракте не говорится, что мы должны жить вместе, — вежливо заметила она.

— Брак подразумевает совместное проживание, и ты это знаешь.

«Осторожно, Эмметт, ты начинаешь говорить как юрист. Что ты будешь делать, если я не перееду к тебе? Подашь в суд на меня?»

«Думаю, я могу придумать что-то более креативное, чем судебный процесс», — сказал Эммет угрожающе. — «В конце концов, я Босс Гильдии».

— Это угроза?

«Конечно. И теперь, когда мы с этим разобрались, давай поговорим о сегодняшнем вечере. Я заеду за тобой в восемь тридцать. Как только мы появимся на этом проклятом балу, мы сразу же вернемся к тебе домой, соберем кое-что из твоих вещей и Мохнатика и вернемся сюда. Завтра я распоряжусь, чтобы упаковали остальные твои вещи и перевезли их сюда».

Она прислонилась к кухонной стойке. — «Не смеши. У тебя нет времени просматривать желтые страницы и выбирать транспортную компанию. Ты управляешь Гильдией.»

«Кто сказал что-нибудь о просмотре телефонной книги? Я поручу это Перкинсу.»

«Ну и дела, должно быть здорово иметь помощника по административным вопросам».

«Не плохо. Увидимся в восемь тридцать».

Он прервал звонок прежде, чем она успела ответить.

Она медленно положила трубку и улыбнулась Мохнатику.

— Кажется Я привлекла его внимание, Мохнатик. Пакуй свои сумки. Мы переезжаем к нему сегодня вечером.

Она услышала звук ключа во входной двери ровно в восемь тридцать. Пушок нетерпеливо помчался к крошечному фойе.

Она вернулась к зеркалу, чтобы посмотреть на свое отражение, должно быть, в миллионный раз. Она все еще не могла до конца поверить, что утонченно выглядящее существо в зеркале действительно было ею.

«Полночь» сегодня выглядела еще более гладкой и гламурной, чем когда она примеряла ее в бутике. Стилист в салоне уложил ее волосы в изящный элегантный шиньон, который привлекал внимание к затылку и подчеркнул глаза.

Следуя совету, который ей дали, она свела украшения к минимуму и убедилась, что все это золото.

— Лидия? — Голос Эммета мрачным эхом разнесся по комнате.

— Я сейчас, — отозвалась она.

Она отвернулась от зеркала и пошла по коридору. Один взгляд на Эммета, и она забыла о собственном имидже.

Одетый в черное, с янтарными глазами, сияющими силой, он был похож на элегантного смертоносного кота-призрака на охоте. Она почувствовала знакомое покалывание во всех своих чувствах, и ей пришлось бороться с желанием броситься на него и повалить на пол.

Он наблюдал, как она подошла к нему, и одарил ее медленной, чувственной улыбкой. Энергия гудела в воздухе. Она почувствовала, как зашевелились волосы на ее обнаженной шее. Жар разлился по нижней части ее тела.

«Чего бы ни стоило это платье, оно того стоило», — сказал Эммет. Слова были полны сексуальных обещаний. — Очень рад, что сегодня ты вернешься со мной домой, миссис Лондон.

Парадный вход в Зал Возрождения был забит репортерами и камерами. Кроме того, собралась большая толпа, чтобы поглазеть, как гости проходят по красной ковровой дорожке.

Эммет остановил Слайдер прямо у входа. — «Готова?»

Лидия забыла о том, что она крутая. Струйка паники пронзила ее.

— О боже, — прошептала она. — «Все выглядит точно так же, как на рез-экране каждый год. Держу пари, что Мелани, и Джек, и Зейн, и Олинда наблюдают за нами прямо сейчас.

— Что бы не произошло, просто продолжай улыбаться, — прорычал Эммет.

Лакеи в форме подбежали к дверям с обеих сторон «Слайдера», прежде чем Лидия успела ответить. Рука потянулась вниз, чтобы помочь ей.

«Это новый Босс Гильдии и его жена», — крикнул кто-то.

По толпе прокатился возбужденный ропот.

Вспышки вспыхнули, как фейерверк, ослепив Лидию, когда она вышла из Слайдера. Она быстро заморгала, пытаясь прояснить зрение. Вот вам и крутость, подумала она. Она боялась пошевелиться, опасаясь, что споткнется о бордюр или край ковра, ни того, ни другого она не могла видеть из-за черных точек, танцующих перед ее глазами.

И тут появился Эммет, взял ее под руку, чтобы поддержать. Он провел ее по красной ковровой дорожке к искусно украшенным позолотой дверям.

Вспыхнуло еще больше фотовспышек. На этот раз она была к ним готова. Она продолжала улыбаться, пока они с Эмметом благополучно не вошли в дверной проем.

Она только подумала: «Фух, хорошо, что все закончилось», но потом увидела длинную очередь на прием, состоящую из высокопоставленных лиц, все из которых, казалось, искренне трепетали перед новым Боссом Гильдии.

В конце этого ритуала их проводили в огромный сверкающий бальный зал. Лидия думала, что подготовилась к этому, потому что столько раз видела все это дома на рез-экране и на фотографиях в журналах.

Но ни рез-экран, ни журналы не могли передать истинного великолепия зала. Массивные люстры доминировали над позолоченным и зеркальным потолком. Огромные фрески на стенах рассказывали о жестокости Эпохи Раздора и триумфе в Последней Битвы при Олд-Каденсе.

— Я должна была взять с собой камеру, — прошептала Лидия Эммету.

Он был удивлен. — Не волнуйся, завтра в газетах будет много фотографий.

Не было времени говорить что-то еще, потому что вокруг Эммета тут же материализовались люди. Как и предсказывала Мелани, он был одним из самых влиятельных людей в этом зале, а это означало, что все хотели, чтобы их увидели болтающими с ним.

Ей было интересно, заметит ли кто-нибудь, если она ускользнет, чтобы поближе рассмотреть сцены на массивных фресках, когда кто-то вложил ей в руку бокал игристого шампанского.

— Ты выглядишь сегодня очень очаровательно, Лидия, — сказал Гэннон Хепскотт.

Она быстро обернулась, радуясь, увидев в толпе знакомое лицо. — «Мистер Хепскотт. Я должна была догадаться, что ты будешь здесь».

Он улыбнулся, выглядя как всегда экзотично в полностью белом смокинге. Его густая грива серебристо-белых волос сегодня вечером снова была связана кожаной полоской, как это было, когда она встречалась с ним в его кабинете.

— Я как раз думал, что эта вечеринка будет еще более скучной, чем обычно, когда увидел, что вы вошли с мужем, — сказал Гэннон.

— Вы бываете здесь каждый год?

«Да.» — Он пожал плечами. — «Это все интересно, но честно говоря, я лучше остался бы дома с пивом и тарелкой попкорна, наблюдая за этим балаганом на рез-экране».

Она засмеялась. — Это то, что я обычно делаю. — Она махнула рукой, чтобы включить блестящую сцену. — «Должна сказать, это довольно захватывающая смена темпа».

Он усмехнулся и взглянул на Эммета, который был вовлечен в разговор с мэром Каденса. — «Твой новый муж, похоже, какое-то время будет занят. Подари мне этот танец?»

«С радостью.»

Она поставила бокал на проходящий мимо поднос. Похоже этот крошечный звон привлек внимание Эммета и он внезапно взглянул в ее сторону. Уголки его глаз почти незаметно напряглись. Она пошевелила пальцами и очень ярко улыбнулась, давая ему понять, что с ней все в порядке и что ему не нужно беспокоиться о том, что она заскучает. Затем она снова повернулась к Гэннону и позволила ему вывести ее на танцпол.

Музыканты играли степенный танцевальный номер. Гэннон взял ее за руки. Она была удивлена, заметив, что он старается держать ее на почтительном, уважительном расстоянии. Какой мужчина в здравом уме захочет раздражать нового Босса Гильдии, слишком близко танцуя с его женой?

— Должен сказать тебе, Лидия, что новость о твоей свадьбе стала шоком, — сухо сказал Гэннон. «Я знал, что вы встречаетесь с Лондоном, но понятия не имел, что вы двое настроены серьезно».

«М-м-м.» — Она не могла придумать ничего более умного, чтобы сказать.

— Полагаю, ситуация с Мерсером Уайаттом побудила вас и Лондона пересмотреть ваши планы?

«М-м-м.»

«Я понимаю, что как жена одного из самых влиятельных людей в городе вы будете очень заняты. Значит ли это, что мне следует искать нового консультанта по древностям? — спросил Гэннон.

В ужасе Лидия споткнулась и позорно упала бы на зад прямо посреди танцевальной площадки, если бы Гэннон не поддержал ее.

— Нет, — сказала она, желая его успокоить. — «Свадьба ничего не меняет. Действительно. Я намерена продолжать свое дело, мистер Хепскотт.»

«Ты уверена? Мужчина с положением Лондона, вероятно, предъявляет к своей жене много социальных требований».

— Почти нет, — беззаботно ответила она. — «Конечно, ничто не помешает моей профессиональной деятельности. Я уже добилась большого прогресса в вашем проекте. Я уведомила нескольких своих лучших контактов в Руин Роу и договорилась о нескольких встречах, чтобы посмотреть на некоторые очень интересные реликвии».

«Я рад это слышать. Признаюсь, я с нетерпением ждал возможности поработать с тобой. Не смейся, но я должен тебе сказать, что если бы жизнь сложилась для меня немного иначе, я мог бы сам получить степень в области пара-археологии.»

«Да? Что случилось? Ты понял, что можешь заработать намного больше денег на недвижимости?»

«Нет. Хочешь верь, хочешь нет, но зарабатывание денег никогда не было для меня целью. Это просто побочные эффект, так сказать. Ну ты знаешь, как это бывает. Соглашаешься поработать в семейной фирме несколько лет после выпуска, а затем однажды утром просыпаешься и обнаруживаешь, что управляешь бизнесом и, что несколько сотен человек зависят от тебя».

«Я понимаю.» — Она улыбнулась, чтобы скрыть волну старой печали и затянувшейся потери, которая все еще удивляла ее своей глубиной время от времени в самые неожиданные моменты. — Ну вроде. Я должна признаться, что мне никогда не приходилось сильно беспокоиться о семейном давлении».

Его хватка незаметно усилилась, а бледные глаза смягчились. — Но по уважительной причине, я так понимаю?

«Мои предки были исследователями руин. Они отправились в экспедицию, чтобы найти и нанести на карту затерянные места. Они погибли во время ужасного шторма, вызвавшего огромный оползень, стерший с лица земли их лагерь».

— И теперь ты совсем одна на свете? — мягко спросил Гэннон.

— Нет, она не одна в этом мире, — сказал Эммет ошеломляюще опасным голосом. — У нее есть муж.

Гэннон остановил Лидию, отпустил ее и повернулся лицом к Эммету. — Я думаю, что нас не представили.

Лидия чувствовала, как напряжение шипит в воздухе. Сначала это сбило ее с толку, а потом, когда она поняла, что Эммет запугивает, она разозлилась.

«Мистер Хепскотт, это мой муж, Эммет Лондон, — быстро сказала она. — Эммет, это Гэннон Хепскотт, мой новый клиент. Я говорила о нем. Проект Underground Experience Resort?

«Хепскотт».

«Лондон». — Улыбку Гэннона можно было описать только как насмешливую. — «Я с нетерпением жду начала тесного сотрудничества с вашей женой. Я только что сказал ей, что всегда интересовался пара-археологией.

«Это правильно?» — сказал Эммет.

Улыбка Гэннона содержала безошибочный вызов. Он либо был в высшей степени уверен в своем положении и силе, либо просто не был очень умным, подумала Лидия.

«Мы с Лидией составим потрясающую команду», — сказал Гэннон, добавляя нюансов.

Брови Эммета слегка приподнялись. «Думаешь?»

— По-другому просто не может быть? — Гэннон усмехнулся. — «У меня есть деньги, а у нее есть мозги. Должно получиться идеальное партнерство».

Лидия из раздраженной превратилась в нервную. Что здесь происходило? Она могла бы поклясться, что Гэннон намеренно дразнил Эммета.

«Моя жена очень занятая женщина», — сказал Эммет.

«На данный момент.» — Гэннон пожал плечами. — «Но я слышал, что у вас двоих БР, а не «Брак по Завету». Год пролетит очень быстро, не так ли?»

Она должна что-то сделать, и сделать это быстро, решила Лидия. Она ловко шагнула между двумя мужчинами.

— Ты знаешь, что я впервые в бальном зале «Зала Возрождения»? — легкомысленно сказала она. — «Я очень впечатлена фресками. Я читала о них и видела репродукции, конечно, но понятия не имела о размерах и масштабах. Разве они не великолепны?»

Эммет и Гэннон посмотрели на нее.

«Размах и великолепие захватывают дух, не так ли?» — Лидия величественно махнула на ближайшую фреску, на которой была изображена битва между отрядом бесстрашных охотников за привидениями и приспешниками Винсента Ли Вэнса. — «Конечно, и тема захватывающая. Я имею в виду, это было так близко, не так ли? Вэнс был так близок к воплощению своего безумного видения диктатуры. Если бы не Гильдии, кто знает, где бы мы все были сегодня?

«Охотники, безусловно, получили свою славу во время Эры Раздора». — Гэннон взглянул на Эммета с насмешливым пренебрежением. — «И с тех пор мы платим им».

Он склонил голову перед Лидией, подставил плечо Эммету и ушел в толпу.

Эммет смотрел, как он уходит. Лидии не понравилось выражение его лица.

— Даже не думай устроить сцену, Лондон, — предупредила она краешком рта. — Я никогда, никогда не прощу тебя.

«Хорошо, но знаешь, я действительно хочу дать таким парням хорошего пенделя».

Это ее так развеселило, что она начала хихикать. Головы нескольких человек, которые незаметно прислушивались к разговору между двумя мужчинами, повернулись к ней с открытым любопытством. В ужасе она зажала рот ладонью, но ее плечи тряслись от смеха, и она чувствовала, что из ее глаз сейчас хлынут слезы. Запаниковав при мысли о том, что она испортит тщательно нанесенный макияж, она быстро заморгала.

Эммет вытащил ее на танцпол прежде, чем она успела выставить себя полной дурой.

Момент истерики прошел. Она начала подозревать, что ей все это снится. Она была в объятиях мужчины, которого любила, и танцевала на Балу Возрождения. Амберелла, съешь свое сердце.

Через час она обнаружила, что стоит с группой женщин, среди которых были жены двух представителей Федерации города-государства, известная актриса и видная светская львица.

Разговор не ладился. Гламурное волнение вечера быстро угасало, когда наступала реальность. О, конечно, танцы были веселыми, и она делала мысленные заметки о каждой увиденной знаменитости, чтобы потом рассказать Мелани. Но мрачная необходимость вести светские беседы со множеством скучных, поверхностных людей, которые, казалось, были заинтересованы только в том, чтобы убедиться, что все остальные знают, какой властью и влиянием они обладают, становилась чрезвычайно утомительной.

Она подумала, что это просто улучшенная версия старой игры на превосходство. В общем, мало чем отличалось от унылых часов с хересом, которые ей приходилось посещать во время учебы на факультете в университете. За исключением того, что одежда здесь была намного лучше.

— Интересное платье, — сказала светская львица, оценивающе взглянув на платье Лидии. — «Я слышала, что это Finella, но оно определенно не имеет ее классического фирменного стиля. Возможно, подделка из какого-то другого салона?»

В переводе это означало, что теперь все знали, что на ней не оригинал одежды дизайнера, подумала Лидия. Актриса и жены двух политиков сразу же оживились. Наконец-то красное мясо.

Лидия улыбнулась светской львице. Неужели эта белокурая дура думала, что ее так легко запугать? Ей приходилось иметь дело с высокомерными, амбициозными профессорами, которые могли разрезать другого ученого на ленточки одним едким выпадом по поводу качества исследований другого человека.

«Дизайн Финеллы красив, но слишком, скажем так, традиционен на мой вкус», — сказала Лидия. «Я предпочитаю более современные веяния. Это платье было создано новым дизайнером, работающим в салоне Финеллы. Его зовут Чарльз. Финелла думает, что он гений. И Я согласна.»

Наступила короткая пауза, пока все впитывали эту эскападу. Если бы они не согласились с ней, то оказались бы в положении несогласных со вкусом и суждениями великой Финеллы. С другой стороны, если бы они выразили одобрение, они бы признали, что платье Лидии было эффектным.

К сожалению, прежде чем кто-либо из женщин успел выпутаться из ловушки, расставленной Лидией, Эммет материализовался у ее локтя. Мгновенно все внимание переключилось на него. Лидия была уверена, что увидела неприкрытую похоть в глазах актрисы.

«Дамы». — Эммет узнал маленькую группу и взял Лидию за руку. — «Вы не возражаете, если я украду свою жену для еще одного танца?»

«Молодожены», — сказала актриса, сарказм сочился ядом. — «Они такие милые.»

Лидия сделала вид, что не расслышала замечания, и попрощалась.

Эммет быстро втянул ее в самую плотную часть толпы. Ее первой реакцией было облегчение от скорого ухода от неприятной компании.

— Я рада тебя видеть, — сказала она. Затем она заметила, что они были на противоположной стороне бального зала, направляясь к боковой двери, а не к танцполу. — «Что происходит?»

«Мы уходим, но я хочу выскользнуть, не привлекая внимания».

«Почему?»

«Я только что получил сообщение от Вервуда. Он ждет нас у Слайдера.

«Что такое? Уайатту стало хуже?

«Нет. Вервуд нашел его бывшую любовницу Сандру Торнтон.»

Глава 20

Лидия напряженно сидела на переднем сиденье Слайдера. Эммет сидел за рулем, ведя машину по лабиринту переулков, чтобы избежать пробок и заторов на главных магистралях. Вервуд возвышался на заднем сиденье.

Эти двое объяснили роль Сандры Торнтон в этом деле. Был выработан поспешный план действий, но Лидии он не понравился. Она решила высказаться по этому поводу.

«Я думаю, вам следует взять меня с собой, когда вы пойдете поговорить с этой Сандрой Торнтон», — сказала она.

— Я же сказал тебе, я хочу, чтобы ты не вмешивалась в это. — Эммет не сводил глаз с темных улиц.

«Мы проходили через это раньше. Ты не можешь удержать меня от этого. Мы оба это знаем.» —

Вервуд почти ничего не сказал после того, как поприветствовал ее уважительным кивком, но она знала, что он улавливает каждое слово спора. Учитывая его положение на заднем сиденье, он не мог не слышать каждое слово. Эмметт, вероятно, был не в восторге от того, что его начальник службы безопасности выслушивал то, что можно было назвать домашней ссорой, но она отказалась отступать. Ее интуиция подсказывала ей, что важно, чтобы она пошла с ними.

«Мистер Вервуд говорит, что она живет одна, — продолжила Лидия. — «Только представь, что она будет чувствовать, когда увидит вас двоих у своей двери в такой час. Она, наверное, запаникует».

— И это правильно, — сказал Вервуд, — если это она стреляла в босса.

— Но что, если это не она стреляла в него? — Лидия изо всех сил пыталась набраться терпения. — «И даже если она имела какое-то отношение к стрельбе, от нее нужна информация, а не истерика и паника. Если она увидит меня, она меньше будет напугана.

«Хм.» — Это наблюдение, похоже, несколько поразило Вервуда. — Знаете, она права, сэр.

«Ага.» — Эммет замедлил «Слайдер» и поехал по узкой улочке, ведущей в Старый квартал. — И она об этом знает, не так ли?

Вервуд сложил руки на спинке сиденья. — «Парни в Зале Гильдии все говорят о вас, мэм».

Лидия вздрогнула. — «Это что-то вроде сплетен в раздевалке?»

" 'Конечно нет.» — Аналогия потрясла Вервуда. — «Ребята действительно впечатлены. Некоторые из них работали с вами, пока вы учились в университете. Они говорят, что ты охуенный наладчик».

«Ой.» — Она была ошеломлена этой новостью. Она и не подозревала, что охотники сплетничают о таких вещах.

«Все внизу в Холле не понимают, как тебе удалось найти выход из туннелей после того, как ты заблудилась, без янтаря пробродив там целых два дня», — добавил Вервуд. — «Довольно уважительно.»

«М-м-м.» — Она решила не упоминать, что причина, по которой она оказалась в этом затруднительном положении, заключалась в том, что два члена Гильдии бросили ее.

«Большинство людей, которые прошли через что-то подобное, если и выживали, оказывались в хорошей тихой парапсихологической клинике». — Вервуд постучал указательным пальцем по виску. — «Возможно, ты никогда больше не смогла бы работать под землей. Но мы все знаем, как ты помогла мистеру Лондону найти его племянника после того, как его похитили. Парни говорят, что ты вернулась в катакомбы как ни в чем не бывало и даже глазом не моргнула.»

— Сообщения о моих травмах сильно преувеличены, — возразила Лидия.

— А сегодня днем все говорили о том, как ты пригласила Джека Броуди и его девушку на обед в самое модное место в городе и заставила их выделить вам столик, несмотря на то, что высокомерный метрдотель пытался сделать вид, что у них нет столиков. "

— Это было недоразумение, — пробормотала Лидия.

«Были некоторые, кто утверждал, что ты не настоящая жена Босса Гильдии, потому что ты не родилась в семье Гильдии и не знаешь наших традиций. Но они точно сменили пластинку после того, как услышали, как ты пришла сегодня на собрание Совета, чтобы заявить о своих правах жены Босса Гильдии». — Вервуд присвистнул. — «Это было так, как будто ты родилась и выросла в Гильдии».

«Да — "

«Ты наверняка сорвала планы Дорнинга бросить вызов», — радостно сказал Вервуд. — «Никогда не любил этого парня. Настолько амбициозен, что ему все равно, как он доберется до вершины. Дело в том, что первое, что я сделал после того, как услышал, что в Босса стреляли, это проверил алиби Дорнинга на ту ночь.»

«Ты это сделал?» — Лидия быстро повернулась на своем месте, чтобы посмотреть на него сквозь тени. — Я так понимаю, он чист?

— Да, но это не значит, что он не нанял никого для выполнения грязной работенки, верно, мистер Лондон?

— Это возможно, — согласился Эммет.

— Значит, помимо этой Сандры Торнтон есть еще подозреваемые, — тихо сказала Лидия.

«Конечно.» — Вервуд пожал плечами. — «У Боссов Гильдий всегда есть враги. Как приложение к должности».

— Да, я слышала такое. — Лидия вздрогнула и повернулась лицом к лобовому стеклу. «Пожалуйста, пусть это поскорее закончится», — подумала она.

Эммет бросил на Вервуда предупреждающий взгляд в зеркало заднего вида. — Думаю, ты сказал достаточно.

«Да сэр.» — Запоздало поняв, что рассердил своего босса, Вервуд попытался замять свою оплошность. — Как бы то ни было, в Зале Гильдии все говорят о том, что они понимают, почему вы женились на этой милой даме, мистер Лондон.

«Что я могу сказать?» — пробормотал Эммет. — «В то время это казалось хорошей идеей».

Многоквартирный дом, в котором жила Сандра Торнтон, располагался на одной из самых темных и грязных улиц Старого квартала. Эммет выбрался из Слайдера и осмотрел ветхое здание. Большинство окон были темными. Пара была заколочена. Можно было почувствовать запах разложения.

— Ты уверен в адресе, Вервуд? — спросил Эммет.

«Да сэр.» — Вервуд выбрался с заднего сиденья «Слайдера» и присоединился к нему на потрескавшемся тротуаре. — «Я видел, как она приходила и уходила пару раз сегодня днем. У нее есть ключ от входной двери. Ее машина — тот самый старый Флоат, припаркован у обочины. Она точно здесь.

Лидия обошла «Слайдер», хмуро глядя на затененный дверной проем через дорогу. Несмотря на то, что текущие дела отвлекали его внимание, Эммет ощущал ее присутствие. Одетая в гладкое платье темно-синего цвета и сексуальные туфли на высоких каблуках, с небольшим шепотом блуждающей пси-энергии, извивающейся вокруг нее, она вызывала у него желание направиться прямо в ближайшую спальню. Или заднее сиденье Слайдера, если уж на то пошло.

Он вспомнил сверкающий бальный зал, который они только что покинули, и подумал о своей реакции на Лидию, танцующей с Хепскоттом. Мысль о том, что она будет тесно сотрудничать с разработчиком в течение следующих нескольких месяцев, была глубоко тревожной.

— Что случилось, Эммет? — тихо спросила Лидия.

Он заставил себя вернуться в настоящее. В будущем у него будет достаточно времени, чтобы поразмышлять над проблемой Гэннона Хепскотта.

«Должен сказать, что я немного удивлен тем, что Сандра Торнтон живет в таком захудалом районе в худшей части города». — Он пожал плечами. — «Что бы ни говорили, но Уайатт имеет репутацию щедрого любовника. Когда он заканчивает отношения, он обычно смягчает удар несколькими ценными прощальными подарками. Ювелирные изделия из запасников фонда Гильдии. Что-то в этом роде».

— Понятно, — нейтрально сказала Лидия. — «Другими словами, если бы Сандра была любовницей Уайатта какое-то время, она должна была позволить себе жить в районе получше».

«Ага.»

— Ты сказал, что Уайатт перестал встречаться с Сандрой почти два года назад. Может быть, она прокутила все деньги и драгоценности, которые он ей подарил.

«Может быть, поэтому она позвонила мистеру Уайатту на днях», — предложил Вервуд. — «Сказать ему, что она банкрот. Наверное, знала, что сможет получить от него немного денег, если расскажет ему хорошую слезливую историю.»

«Если бы это было так, я сомневаюсь, что она выстрелила бы ему в спину, не поплакавшись», — сказала Лидия. — «Трудно получить деньги от мертвеца».

«Хм.» — Вервуд поднял обе руки. — Она права, босс. Может быть, мы немного не в теме. Может быть, Сандра Торнтон не имеет к этому никакого отношения.

— Но помимо денег есть и другие причины, по которым женщина может захотеть убить мужчину, — тихо сказала Лидия.

Эмметт резко взглянул на нее, но не мог прочитать выражение ее лица в темноте.

«Ну, мы не получим никаких ответов, стоя здесь, — сказал он. Он направился к входной двери многоквартирного дома. — Давай спросим у нее.

Он шел первым через узкую улицу, Вервуд сразу за ним. Ни один из них не издал ни звука, но высокие каблуки Лидии слабо цокали по тротуару.

Эммет поднялся по ступенькам и попробовал открыть входную дверь. Она была заперта.

— Я позабочусь об этом, босс. — Вервуд подошел к двери, достал из кармана отмычку и приложил ее к замку. Через десять секунд дверь открылась.

«Эта отмычка не может быть законной». — Лидия не стала скрывать своего неодобрения. — У всех охотников есть такая?

— Э… — Вервуд замолчал и быстро посмотрел на Эммета, ища помощи.

— Что за отмычка? — спросил Эммет. — Я не видел никаких отмычек.

Он прошел через дверной проем в тускло освещенный холл. Лидия и Вервуд последовали за ним.

Эммет изучал таблички с написанными от руки именами на каждой двери, мимо которых он проходил. Он остановился у той, где была «С.Торнтон».

«Позволь мне постучать», — сказала Лидия. — «Это будет намного менее угрожающе».

Она была права, подумал Эммет. Он отошел в сторону.

Лидия легонько постучала костяшками пальцев по панели и встала прямо перед глазком.

Ответа не последовало.

Она попыталась снова, на этот раз громче, резче, авторитетнее.

Когда ответа не последовало, Эммет занял место Лидии. Он проигнорировал ее хмурый взгляд и постучал один раз.

«Мисс Торнтон? Это Эммет Лондон. Я хочу поговорить с вами о Мерсере Уайатте. Это дело Гильдии».

— О, эй, это очень тонко, — сказала ему Лидия. — На ее месте я бы сейчас вылезала через заднее окно.

Нет, ты бы не стала, подумал он. Ты бы распахнула входную дверь и начала бы отчитывать меня за то, что я имел наглость разбудить тебя в такой час.

— Хочешь, чтобы я пошел и понаблюдал за переулком на случай, если она попытается ускользнуть отсюда, Босс? — спросил Вервуд.

«Нет.» — Эммет уже собирался приказать ему снова использовать отмычку, но сначала попробовал открыть дверь. Она была не заперта и легко поддалась и отворилась.

«Ш-ш». — Лидия покачала головой. — «Я не могу себе представить, чтобы кто-то оставил входную дверь незапертой в этом районе».

— Я тоже не могу. Это плохой знак. — Он открыл дверь. — «Мисс Торнтон?»

Неестественная тишина и запах жженых специй говорили сами за себя.

Вервуд с отвращением сморщил нос. — «Любительница Шартреза. Что ж, это объясняет, как она растратила все деньги и драгоценности, которые босс подарил ей, когда они расстались.»

— Что-то не так, — прошептала Лидия. — Слишком тихо.

Эммет вошел первым, Вервуд следовал за ним по пятам. Он открыл все свои чувства, прислушиваясь к малейшему звуку и ощущая любые следы пси-энергии, но ничего не уловил. Он оглянулся на Лидию и Вервуда. Оба покачали головами.

Свет торшера косо падал на маленькую гостиную, в которой почти не было мебели.

Вервуд с пренебрежением оглядел помещение. — «Должно быть, она продала все, чтобы купить наркотики».

Эммет прошел по короткому коридору, заглянув в крошечную ванную, прежде чем продолжить путь в спальню.

Запах смерти смешался с дымным запахом шартреза.

В этой комнате горела еще одна лампа. На кровати лежала женщина, одетая в алую ночную сорочку. Ее голова была отвернута от них, к окну. Светлые волосы рассыпались по подушке.

На столике рядом с кроватью стояла маленькая горелка от шартреза.

Все посмотрели на тело.

— Боже мой, только не снова, — прошептала Лидия. Она положила руку на живот.

Эммет подошел к кровати и коснулся холодной кожи на горле женщины. — Она мертва уже несколько часов.

— Прямо как профессор Малтби. — Взгляд Лидии был прикован к женщине.

Эммету не понравилось, как это прозвучало. — «Сделай мне одолжение и не строй никаких новых теорий заговора, Лидия. Мальтби и Торнтон оба употребляли Шартрез».

— Я знаю, но ты должен признать, что это нечто большее, чем простое совпадение.

— Мне не нужно признавать ничего подобного. — Он уже собирался сказать Вервуду позвонить в полицию, когда увидел лист бумаги, лежавший на тумбочке рядом с аппаратом для наркотиков.

Это была записка, написанная дрожащей рукой. Он не взял ее в руки, но прочитал вслух Лидии и Вервуду.

Мой любимый Мерсер:

Пожалуйста, прости меня. Ты всегда говорил, что я импульсивна, не так ли? Ты говорил, что именно это ты любишь во мне. Я сомневаюсь, что ты ожидал, что я когда-нибудь попытаюсь убить тебя в порыве импульса, не так ли?

В газетах написано, что ты, вероятно, будешь жить. Хочешь верь, хочешь нет, но я рада узнать, что у меня ничего не получилось. Но я не могу больше видеть тебя с ней и знать, что никогда не буду рядом с тобой. Я была достаточно хороша, чтобы быть твоей любовницей, но недостаточно хороша, чтобы быть твоей женой.

Прощай, любовь моя.

Сэнди

— Я говорила тебе, что есть и другие причины, по которым женщина может попытаться убить мужчину, — прошептала Лидия. — «Одержимость и ревность находятся в самом верху списка».

«Это многое объясняет, — сказал Эммет, — например, почему Уайатт вышел один поздно ночью, чтобы встретиться с ней, и почему он продолжал настаивать на том, что это не политика Гильдии».

«Похоже, стрелок найден», — сказал Вервуд. Он казался довольным.

Эммет кивнул. — Лучше позвони Мартинес.

Глава 21

Было больше двух часов ночи, когда они вернулись в городской дом. У Мартинес было много вопросов, и она, как и ожидал Эммет, была не очень им довольна. Детектив сделала несколько резких замечаний о том, как хорошо, должно быть, иметь в своем распоряжении финансовые ресурсы и рабочую силу Гильдии и как приятно иметь возможность провести расследование всего один раз, не беспокоясь о бюджетных ограничениях.

«Ты должен мне за это, Лондон», — было ее прощальное замечание. — «Я слышала, что Гильдия всегда возвращает свои долги. Я буду ждать.»

Но, несмотря на ворчание, он знал, что Мартинес испытала глубокое облегчение, когда смогла закрыть громкое дело.

Эммет скрестил руки за головой и созерцал ночной вид Мертвого Города через окна от пола до потолка. Сегодня вечером шпили и башни, возвышавшиеся над высокими стенами, были залиты лунным светом. Эффект был сюрреалистичным, загадочным и как всегда неотразимым.

Что было такого в этих руинах, которые звали и манили таких людей, как Лидия и он сам, людей, которые резонировали на психическом плане с пси-энергией, изливавшейся из древней колонии?

Рядом с ним Лидия зашевелилась, повернулась на бок и оперлась на локоть. Пушистик, устроившийся между ними у изножья кровати, открыл один из своих четырех глаз и тут же закрыл его.

Лидия положила ладонь на обнаженную грудь Эммета. — Не можешь уснуть?

«Интересно, где она была последние два года, — сказал он.

— Сандра Торнтон?

«Вервуд говорит, что она как будто испарилась сразу после того, как отношения с Уайаттом закончились. Затем, почти два года спустя, она снова объявилась и попыталась убить его. Через пару дней Вервуд получает анонимную наводку о том, что она живет в ветхой квартире в Старом квартале. И вскоре она умирает от передозировки».

«Может быть, она на какое-то время покинула Каденс. Она могла жить в Резонансе, или Фриквенси, или в одном из небольших городков.

Он думал об этом. — Я попрошу Вервуда продолжить поиски. Мне бы очень хотелось узнать, где Торнтон провела последние пару лет.

Наступило короткое молчание, во время которого Мохнатик немного поерзал и устроился поудобнее.

— У меня есть несколько собственных вопросов. — Лидия откинулась на подушки. — «Я не могу пройти мимо того факта, что Сандра Торнтон умерла так же, как профессор Малтби. Передозировка шартреза в обоих случаях кажется мне слишком большим совпадением.

Он думал об этом. Ладно, у него были проблемы с ее отношением к Гильдии и склонностью обвинять охотников за привидениями во всем, что шло не так под землей, но он на собственном горьком опыте научился уважать ее интуицию.

«Какая связь может быть между Малтби и Сандрой Торнтон?» — он спросил.

«Есть одна действительно большая связь. Мы. Ты и я, Эммет.»

«Он повернул голову, чтобы посмотреть на ее серьезное, хмурое лицо. — «О чем ты?»

— Подумай вот о чем, — серьезно сказала она. — «Мы обнаружили тела. Тебе не кажется, что это хорошее основание для теории заговора?

— Нет, — сказал он ровно.

«Хорошо, а как насчет этого? В обоих случаях, кажется, пропало много людей».

«Я признаю, что Сандра Торнтон, по-видимому, пропала из поля зрения на пару лет, но в конце концов она снова появилась. Кто у тебя еще есть в списке?

«Все, кто был близок с Троем Бёрджисом пятнадцать лет назад».

Настала его очередь приподняться на локте. — Ты привлекла мое внимание. А теперь скажи мне, о чем, черт возьми, ты говоришь?»

«Я говорила тебе, что связалась с ассоциацией выпускников. Сегодня утром мне позвонила Карен Прайс, которая знала Бёрджиса в колледже. Оказывается, через несколько месяцев после того, как он исчез в катакомбах под Олд-Фриквенси, трое членов его группы, его девушка и два приятеля-охотника за привидениями предположительно погибли в несчастных случаях».

— Предположительно?

«Ну: ни одно из тел так и не было найдено. Что ты на это скажешь?»

Он хотел сказать ей, что она дает волю воображению, но по какой-то причине не мог привести логического контраргумента.

— Ха, — сказал он вместо этого.

— Признайся, Лондон. Чертовски странно, что все четверо исчезли в течение нескольких месяцев, не так ли?

«Хорошо, это странно, ты права».

«Если мы говорим о теории заговора, — сказала Лидия, — есть еще кое-что, что беспокоит меня в Сандре Торнтон».

«Слушаю.»

Брови Лидии сошлись в недоумении. — «Если она была так одержима Мерсером Уайаттом, зачем ждать почти два года, чтобы попытаться убить его? Можно предположить, что огонь страсти остыл после стольких лет разлуки».

О чем она? — он думал. — Разве она не понимает?

Он склонился над ней, поймав ее в ловушку под собой, наслаждаясь ее теплом и мягкостью, теряясь в горячем порыве потребности.

«Не знаю о Сандре и Уайатте», — сказал он. — «Но я могу гарантировать, что два года, без тебя, ни черта не сделают, чтобы охладить мой огонь».

Огромная ваза с цветами ждала ее на следующее утро, когда она вошла в свой кабинет. Она стояла прямо посередине ее стола. Великолепные цветы и пышная, искусно уложенная зелень ниспадали сверху огромным цветным водопадом, покрывавшим всю поверхность.

Сердце Лидии подпрыгнуло. Цветы после бала от Эммета.

— Разве они не прекрасны? — сказала Мелани, спеша к ней по коридору. — Они прибыли как раз перед тем, как ты пришла. Я взяла на себя смелость прочитать карточку. Не могла сопротивляться. Угадай, кто любит тебя и поклоняется земле, по которой ты ходишь?»

Лидия улыбнулась и подошла к столу, держа в руке темно-розовую орхидею. — «Это было очень мило с его стороны. Он так занят в эти дни, я не могу поверить, что он нашел время, чтобы заказать цветы».

«Не знаю, насколько он был занят до того, как ты надела Полночь на бал прошлой ночью, но теперь он точно будет намного занят, благодаря тебе».

Лидия перестала улыбаться и взяла карточку.

Ты моя Полночь. Я твой преданный раб навсегда.

Со всей признательностью,

Чарльз.

«Видела бы ты себя на рез-экране прошлой ночью. Ты была великолепна. Было так волнующе наблюдать за тем, как ты с Эмметом входишь в Зал Возрождения. Ты только взгляни на эти фотографии в газетах». — Мелани взмахнула горсткой таблоидов. — «Это платье было идеальным, а Чарльз теперь самый модный дизайнер в городе».

Лидия взяла у нее выпуск «Таттлера» и рассмотрела фотографию на первой полосе. На ней было видно, как она идет по красной ковровой дорожке под руку с Эмметом, направляясь к дверям бального зала. Он выглядит великолепно, — подумала она. — Хладнокровный, уверенный, полностью владеющий собой. Сила создала вокруг него невидимую ауру. Он мог бы сойти прямо с одной из фресок бального зала, современный Джерретт Нокс, ведущий силы добра против легионов зла Винсента Ли Вэнса.

С другой стороны, у нее был остекленевший взгляд оленя, пойманного в свете фар. — «Вероятно, виноваты все эти вспышки камер», — решила она. Но она должна была признать, что платье выглядело хорошо.

«Удивительно, что правильная одежда может сделать для женщины», — сказала она.

«А то.» — Мелани вдохнула аромат одного из цветов. — Ладно, подруга, давай все смачные подробности. Помни, ты обещала мне каждую мелочь.»

— Не волнуйся, я делала заметки. — Лидия начала было отбрасывать «Татттлер» в сторону, но остановилась, заметив второй бросающийся в глаза заголовок.

В Уайатта стреляла бывшая любовница. Женщина лишила себя жизни. Новый Босс Гильдии и его невеста нашли тело.

— О, да, — сказала Мелани, проследив за ее взглядом. — Здесь говорится, что вы с Эмметом завершили свой важный вечер, обнаружив тело женщины, которая стреляла в Уайатта. Вы двое действительно умеете веселиться, не так ли?

«Это было ужасно». — Лидия вздрогнула. — «На ней была алая ночная сорочка, которую, по мнению копов, Уайатт подарил ей во время романа».

«Значит, это был все же любовный треугольник, да? Но здесь замешана была старая любовница Уайатта, а не Эммет и его бывшая невеста».

«Это предположение. Но я должна сказать, что что-то во всем этом кажется неправильным. Эммет согласен со мной. Мы оба задаемся вопросом, не…

Лидия замолчала на полуслове, когда в дверях ее кабинета замаячила мертвенно бледная фигура ее работодателя.

— Что здесь происходит? — Шримптон смотрел на цветы сквозь очки в золотой оправе. — Откуда они взялись?

— Просто подарок от благодарного покровителя музея, сэр, — спокойно сказала Мелани.

Шримптон хмыкнул. — Я думал — это Лондон прислал их.

Лидия сосредоточилась на рез- чайнике. — «Эммет очень занят в эти дни».

«Да, на управление Гильдией и нахождение трупов уходит много времени», — согласился Шримптон. — «Говорят, Уайатт выживет. Будет интересно посмотреть, сможет ли он вернуть контроль над своей организацией, когда выйдет из больницы.»

«Что?» — Лидия обернулась с чашкой в руке. — «Ходят слухи о какой-то борьбе за власть между Эмметом и Мерсером Уайаттом? Это вздор.»

Шримптон пожал костлявыми плечами. — «Уайатт уже немолод, и Совет Гильдии принял Лондона».

Мелани кивнула. — «Ну если смотреть с этой точки зрения. Конечно, Уайатту будет нелегко вернуться на свой пост, если Эммет решит задержаться в кресле Главы. И зачем Лондону отказываться от власти теперь, когда она у него есть?»

— Потому что он не хочет руководить Гильдией, — сказала Лидия, очень крепко сжимая ручку чашки. — «Эммет сам сказал мне это. Он просто делает одолжение Гильдии Каденса, удерживая все вместе, пока Уайатт не встанет на ноги».

«Если это действительно — одолжение». — Мелани усмехнулась. — «Все знают, что исторически всякий раз, когда на вершине Гильдии возникает временный вакуум власти из-за того, что Босс серьезно болен или ранен, кто-то другой берет его на себя. Когда старый вождь выздоравливает, он редко получает обратно свой пост».

Шримптон кивнул. — «Чертовски верно. Если Лондон действительно замещает Уайатта, а затем уйдет, когда старик вернется, одно можно сказать наверняка».

«Что?» — осторожно спросила Лидия.

Ответила Мелани. — «Уайатт будет в большом долгу у Лондона. Ты знаешь, что говорят, Гильдия всегда платит по своим долгам.»

Шримптон покосился на Лидию. — «Давайте перейдем к тому, что важно для нас. Мы должны максимально использовать эту возможность. Пока ты замужем за нынешним Боссом Гильдии, Лидией, ты приманка».

— Это точно, — вмешалась Мелани. — После вчерашнего освещения в СМИ ты стала еще более популярной, чем была, когда была просто Таинственной Возлюбленной. Мы говорим о сексе, убийстве и потрясающем платье».

Лидия застонала и плюхнулась в кресло за письменным столом. — «Я не могу этого вынести».

Шримптон проигнорировал это. Многозначительно откашлявшись, он поднял страницу с рукописными заметками. — «Это обновленный список забронированных частных групповых экскурсий, которые вы лично проводите, Лидия. Сначала группа охотников-скаутов в десять пятнадцать.»

— Очередная группа охотников-скаутов. — Встревоженная, Лидия резко выпрямилась. — «Я едва пережила последних. Я потеряла контроль. Маленькие монстры ползали по артефактам в крыле Гробниц и пытались вызвать мерцания. Странно, что музей не сожгли».

Мелани поцокала. — Не ной, Лидия. Ты знаешь, что каждый отряд охотников в городе хочет, чтобы их экскурсию провела лично жена Босса.

«Более того, благодаря интересу охотников к тебе, Лидия, мы в четыре раза увеличили наш доход от студенческих и молодежных групп за последние несколько дней». — Шримптон зашуршал своими записями. — Итак, после утренней групповой экскурсии ты свободна до пяти. А потом у тебя VIP-экскурсия в нерабочее время.

— Минутку. — Лидия подалась вперед и взглянула на свой календарь. Она увидела сделанную ею запись и улыбнулась в предвкушении торжества. — «Я не могу провести экскурсию сегодня. Мелани придется заняться этим. Я должна наблюдать за перемещением саркофага Мадда, помнишь? Грузчики прибудут в пять.»

«Ой, извини, я забыл тебе сказать», — сказал Шримптон. — Сегодня саркофаг не заберут. Помощник позвонил вчера поздно вечером и отложил вывоз до понедельника. Что-то о невозможности согласовать меры безопасности с транспортной компанией.

— Ладно, я сдаюсь. — Она пожала плечами. — «Поскольку Эммет работает допоздна каждый вечер, я полагаю, не имеет значения, задержусь ли я здесь допоздна сегодня вечером». — Она проверила время на своих часах и посмотрела на Шримптона. — Но если я застряну здесь до половины седьмого, я полагаю, вы не будете возражать против того, чтобы я сегодня задержалась на обеде?

— Нет, нет, конечно, нет. — Удовлетворенный тем, что она не собирается больше возражать против VIP-тура, Шримптон одарил ее зубастой улыбкой и поспешно вышел.

Мелани выглядела сочувствующей. — «Не волнуйся, все эти специальные групповые запросы очень быстро иссякнут, если Эммет снова станет частным консультантом».

— Когда, а не если, — решительно сказала Лидия. — Он собирается уйти в отставку, я тебе говорю.

«Да, конечно. Итак, зачем тебе длинный обеденный перерыв? Собираешься заглянуть в галереи для проекта Хепскотта?

— Нет, это личное.

«Эй, если ты собираешься покупать обувь за счет Гильдии, самое меньшее, что ты можешь сделать, это пригласить свою лучшую подругу с собой», — умоляла Мелани. — «Я уверена, что смогу уговорить Шримпа дать мне дополнительное время».

— Держу пари, ты сможешь, — сказала Лидия. — Но я не думаю, что ты захочешь пойти со мной. Я не собираюсь делать покупки. Я собираюсь посетить дом мертвого человека».

Мелани поморщилась. — «Видишь? В этом твоя проблема, Лид. Твое представление о том, как нужно развлекаться, просто ненормально».

Глава 22

Через несколько минут после полудня Лидия постучала в дверь напротив квартиры профессора Лоуренса Малтби. Корниш осторожно открыл ее.

«Вы вернулись.» — Он посмотрел на нее с глубоким подозрением. — «Зачем?»

«Я хочу еще раз быстро заглянуть в квартиру профессора Малтби. Но сейчас дверь заперта».

«Вчера приходил хозяин и запер ее».

«Я понимаю.» — Она бросила задумчивый взгляд на закрытую дверь на другой стороне коридора. — Я подумала, может быть Малтби дал вам ключ?

«Ключ?»

«Соседи иногда так делают», — объяснила она.

Корниш фыркнул. — Только не в этой части города.

«Ой.» — Ну, вот и легкий путь. Она подумала об окне, выходящем в переулок. Злоумышленники вскрыли замок в ту ночь, когда она и Эммет застали их внутри. Возможно, владелец здания не успел его заменить.

Корниш выглядел хитро. — Но Малтби всегда запирал дверь в те ночи, когда спускался в туннели. Он прятал ключ под половицей на задней лестнице. Я видел, как он делал так пару раз. Он не знал, что я знаю об этом. Он может быть все еще там».

— Покажите, где?

«Зависит от.» — Корниш прищурился. — Слышал, вы с Лондоном поженились. Это дело Гильдии, верно?

Она откашлялась. — «Вроде, как бы, так.»

— Так что, если я окажу тебе услугу, это все равно, что я помогу Гильдии.

Она откашлялась. «Вроде, как бы.»

«За сотню ты получишь ключ».

— Если я заплачу, это не совсем одолжение.

Корниш пожал плечами. — «Вам решать.»

Она вздохнула и полезла в сумочку. — «Двадцать баксов».

«Да ладно. На днях Лондон заплатил мне сотню только за то, что я рассказал ему кое-что о Малтби. Этот ключ должен стоить по крайней мере столько же».

«Сто баксов, чтобы показать мне, где спрятан ключ? Это возмутительно».

«Плати или уходи.»

— У меня нет с собой сотни.

Корниш не выглядел обеспокоенным. — «Если это дело Гильдии, Лондон может прислать деньги завтра».

Здесь у нее не так много вариантов, напомнила себе Лидия. — «Ладно — ладно. Сто баксов. Деньги завтра. Если ключ подойдет к этой двери».

«Подойдет». — Корниш выскочил в холл и помчался по грязному коридору к пожарной лестнице. «Я сам несколько раз пользовался им, чтобы посмотреть, не оставил ли он шартрез».

«Так приятно иметь соседей, которым можно доверять».

С ключом в руке она вошла в квартиру Малтби и закрыла дверь. Некоторое время она молча стояла, впитывая затхлую, грустную атмосферу этого места. Здесь никто не убирался. Книги и бумаги Малтби все еще валялись на полу. Перевернутая мебель, рваные подушки и скомканный ковер были в том же положении, в котором их оставили грабители. Похоже они не возвращались, на повторный обыск. Возможно, они пришли к выводу, что того, что они искали, здесь не было.

Она положила сумочку на кухонный стол и начала медленно бродить по небольшому пространству. В первый раз, когда она была здесь, у нее не было возможности провести тщательный обыск, потому что на полу лежал мертвый мужчина, а Эммет и копы стучали в дверь.

Когда они с Эмметом вернулись, была ночь. У них были только фонарики. Пакет из-под молока единственное, за чем они приходили, поэтому не стали проводить более тщательный обыск.

Сегодня она надеялась найти еще что-нибудь интересное. Она не знала, что ищет и что надеется обнаружить, но идти было просто некуда. Все зацепки из офиса выпускников Колледжа Олд-Фриквенси буквально завели в тупик.

Она щелкнула выключателем и обнаружила, что хозяин дома отключил электричество в квартире. К счастью, она не забыла взять с собой фонарик. Что еще более важно, сегодня у нее было дополнительное преимущество естественного света, проникающего через маленькие окна в гостиной и кабинете.

Она открыла холодильник, чтобы посмотреть, есть ли внутри что-нибудь еще интересное, и тут же пожалела об этом. За то короткое время, что электричество было отключено, то не многое, что хранилось внутри, испортилось.

Затаив дыхание, она открыла свои пси-чувства, нащупывая энергию ловушки иллюзий. Ничего.

Она поспешно закрыла дверь и подошла к кухонным шкафам. В тусклом свете дня она увидела несколько мелочей, ускользнувших от ее внимания в первые два визита: коробок спичек, какой-то яд, предназначенный для разных видов городской нечисти, вонючую губку. Но ни чего многообещающего. Ничего из них не имело пси-энергии.

Она вернулась в гостиную и методично просмотрела все книги и журналы на полу, а также те немногие, что остались на полках. Она опустилась на четвереньки и поискала под перевернутым диваном.

Ничего.

Затем она занялась грязной ванной, проверяя коробки с салфетками и копаясь в ящиках.

Ничего.

Она оставила маленькую комнату, которую Малтби использовал в качестве кабинета, напоследок, полагая, что злоумышленники, Эммет и она сами тщательно обыскали ее. Тем не менее, она не торопилась, кропотливо исследуя каждый закоулок.

Она стояла на четвереньках под столом, собираясь сдаться, когда увидела маленькую янтарную бусинку.

Она закатилась в угол и застряла в пыльной паутине. Тонкая пленка покрывала бусину, приглушая естественное сияние янтаря. Если бы не слабый солнечный свет плюс луч фонарика, она сомневалась, что вообще заметила бы ее.

Наклонившись вперед, она ткнула рукояткой фонарика в паутину, вздохнув с облегчением, когда ни один серьезно раздраженный паук не появился.

Бусина выкатилась, издавая легкий стук по деревянному полу. Она подняла ее и вылезла из-под стола.

Поднявшись на ноги, она сдула пыль и мусор и поднесла бусину к свету.

Янтарь был около полудюйма в длину, имел овальную форму и был проткнут так, чтобы его можно было нанизать на нить. Несомненно, когда-то янтарь был частью ожерелья или браслета.

«Не слишком надейся», — подумала она. Вероятно, он принадлежал Малтби. Он был распутывателем и, по словам Корниша, провел много времени под землей. Это означало, что он носил бы янтарь.

Но немногие мужчины носили рез-янтарь в виде бус или браслетов; кроме того, она заметила янтарь Малтби в тот день, когда нашла его тело. Он был в недорогом кольце.

Была ли у Малтби перед смертью посетительница?

Она покатала бусину на ладони. На одной стороне была вырезана маленькая изящно выведенная буква А. Инициал владельца?

Воспоминание кольнуло в глубине ее разума. Недавно она услышала женское имя, которое начиналось на букву А.

Она сосредоточилась на несколько секунд, а потом до нее дошло. Подругу Бёрджиса, женщину, которая была соседкой Карен Прайс по комнате в Колледже Олд-Фриквенси, звали Андреа Престон.

Волнение охватило Лидию. — «Совпадение? Думаю, нет».

Итак, она чувствовала себя самодовольной. Она имела право. Бусина была настоящей подсказкой.

Она достала из сумочки салфетку и аккуратно обернула ею бусину. Ей не терпелось показать Эммету янтарь сегодня вечером.

Глава 23

В пять часов Мелани появилась в дверях кабинета Лидии. На ней был очень короткий красный кожаный плащ, плотно обтянутый поясом вокруг талии. Ее сумочка была зажата под мышкой.

Лидия осторожно подняла голову. — «Что?»

— Ничего, — сказала Мелани слишком легкомысленно. — «Я домой. Просто зашла попрощаться. Увидимся в понедельник.»

— Что смешного?

Мелани ухмыльнулась. — «Ну, если хочешь знать, я только что видела, твою VIP-группу в вестибюле».

Лидия напряглась. — Отряд охотников-скаутов?

«Неа.»

«Благодарю небеса за маленькие милости. Садовый клуб?»

«Неа. Попробуй еще раз.»

«Благотворительная организация?»

«Становится теплее.»

«Я сдаюсь.»

— Я не скажу, — призналась Мелани. — «Я хочу увидеть твое лицо, когда ты хорошенько разглядишь эту группу VIP-персон».

Смирившись, Лидия поднялась на ноги. — «Знаешь, чем раньше Эммет уйдет из Гильдии, тем лучше. Я устала быть музейной достопримечательностью».

Мелани отступила в сторону и взмахнула рукой, чтобы провести ее к двери. Лидия слышала, как она издавала какие-то подозрительные звуки в коридоре позади нее.

— Прекрати хихикать, — приказала Лидия.

«Я не хихикаю. Я посмеиваюсь».

— Ты хихикаешь.

Прежде чем Мелани смогла защитить себя от этого обвинения, Лидия свернула за угол и увидела группу, ожидавшую ее.

С положительной стороны, это была небольшая толпа, всего около полудюжины.

Отрицательным было то, что все они были с бритыми головами, в длинных зеленых одеждах и с неестественно безмятежным выражением лица.

— О боже, — пробормотала Лидия себе под нос. — «Зеленые».

— На твоем месте, — прошептала Мелани, проходя мимо нее к двери, — я бы устроила им ту же экскурсию, которую ты проводила для отрядов охотников-скаутов. Знаешь, сконцентрируйся на Крыле Гробниц. Что-то мне подсказывает, что они захотят увидеть действительно странные вещи».

В этот момент шестеро «Зеленых» заметили Лидию и почтительно поклонились. К тому времени, когда они подняли свои лысые головы, ее улыбка экскурсовода прочно закрепилась на месте.

Один из них, вождь, видимо, вышел вперед. — Я Аколит Кларенс. Мы очень благодарны, что вы согласились провести экскурсию в это время. Мы стремимся к новым знаниям».

Музей быстро опустел в пять благодаря новому ночному сторожу с обсессивно-компульсивным расстройством. Бенни Феллоуз был молод, но серьезно относился к своим обязанностям.

«Добрый вечер, мисс Смит». — Бенни дотронулся до своей кепки, когда она остановилась у входа в его маленький кабинет с «зелеными» на буксире. — «Все готово для экскурсии. Я включил свет во всех галереях.

«Спасибо, Бенни. Мы закончим примерно через полтора часа».

«Да, мэм.» — Бенни поманил группу в главную галерею.

Тридцать минут спустя Лидия решила, что слишком поторопилась в своих предположениях относительно уровня интеллектуального интереса «Зеленых» к древностям. Их вопросы были вдумчивыми и показывали, что группа провела достаточное количество исследований.

Что бы ни говорили о культе, думала она, очевидно, что «зеленые» не морили своих членов голодом. Все шестеро мужчин в этой группе выглядели сильными, крепко сложенными и в хорошей форме. Они были разного возраста, но всем им было от двадцати до сорока лет. Кларенс был самым старшим. Он также был тем, кто задавал больше всего вопросов.

После закрытия в музее царила жуткая атмосфера, размышляла она, ведя свою группу в Крыло Гробниц. Длинные галереи, конечно, всегда были темными, даже в обычные часы, потому что Шримпу нравился жуткий эффект. Но в этот вечер они казались пропитанными зловещей тайной.

«В этой галерее мы размещаем различные предметы, которые, по мнению экспертов, были связаны с инопланетными погребальными обрядами», — сказала Лидия, поворачивая за угол и указывая на драматический вход Крыла Гробниц.

«Зеленые», похоже, были впечатлены чрезмерным декором. Шримптон сделал все возможное, чтобы создать ощущение призрачного мрака в этом крыле. Там было темнее, чем в других галереях. Саркофаги, урны и другие странные предметы внутри были тщательно расставлены, чтобы создать самый ошеломляющий эффект. Каждый артефакт освещался узким лучом зеленого света, который оставлял вокруг реликвий огромные карманы теней.

— Осторожнее, пожалуйста, — бодро сказала Лидия. — Здесь довольно темно.

Волна возбуждения прошла по группе. Послышалось несколько бормотаний и восклицаний.

Она остановилась возле урны из зеленого кварца, ярко освещенная кислотно-зеленым светом, напоминающим внутреннее свечение катакомб. Ничто, сделанное людьми, не могло точно воспроизвести это уникальное сияние, но Шримптон приблизился к этому.

«Эта урна была обнаружена в помещении, тщательно охраняемом несколькими очень сложными иллюзорными ловушками», — сказала она. — «Поблизости также было несколько могущественных энергетических призраков. Предполагается, что первоначальный владелец хотел убедиться, что его могилу никто не потревожит».

Кларенс осмотрел абстрактные узоры на урне. — «Кто-нибудь знает, что означают орнаменты?»

«К сожалению, природа и назначение резьбы, найденной на многих артефактах, остаются неизвестными». — Она обвела изящно изогнутый орнамент, окружавший урну. — «Многие пара-археологи, в том числе и я, считают, что эти рисунки являются примерами Хармонианского письма».

«Настоящие слова? Ух ты.» — Один из членов группы вышел вперед, чтобы рассмотреть поближе. — Но что там написано?

— В этом и проблема, — терпеливо сказала она. — «Мы не знаем. Если это осмысленные символы, то они, в некотором смысле, закодированы. Пока пара-археологи не найдут ключ к коду, для нас, людей, инопланетная письменность останется не более чем серией привлекательных украшений».

— Эй, посмотри туда. — Другой Грини взволнованно указал на комнату. — «Гроб.»

Группа поспешила мимо урны, чтобы осмотреть реликвию.

Лидия последовала за ними. — «Вам повезло, что вы можете увидеть этот объект сегодня. Это последний день, когда он выставлен на обозрение».

«Почему это?» — спросил кто-то.

Она похлопала по краю открытого гроба. — «Он был куплен у музея частным коллекционером, и его должны забрать в понедельник. Он называется саркофагом Мадда в честь ПА, который его обнаружил. Вы можете видеть, что внутреннее пространство достаточно велико, чтобы вместить взрослого человека, но форма не совсем подходит для человека».

Все шесть Грини наклонились, чтобы заглянуть в пустой саркофаг.

— Странно, — пробормотал один из них. — «У инопланетян, должно быть, были большие груди и короткие ноги».

Она открыла рот, чтобы ответить на это замечание, но в этот момент услышала безошибочный звон бус.

Кларенс склонился над открытым гробом. Длинное ожерелье, которое до сих пор было скрыто складками его зеленой мантии, упало вперед и повисло в воздухе. Тонкий луч света от потолочного светильника блеснул на ряде янтарных камней овальной формы.

Лидия перестала дышать. Она была абсолютно уверена, что если ей удастся достать ожерелье Кларенса и сравнить его бусинки с единственным янтарным камнем, который она нашла в квартире Малтби, она обнаружит, что они идентичны, возможно, вплоть до маленькой буквы А, вырезанной на нем.

А — Аматеон, а не Андреа.

Кларенс выпрямился, рассеянно засовывая бусы обратно в складки мантии. Он улыбнулся Лидии.

«Вы простите нам, мисс Смит, наш несколько болезненный интерес к погребальным экспонатам, — сказал он. — «Пожалуйста, поймите, что поиск могилы и саркофага великого философа Аматеона имеет огромное значение для нашего Ордена. Естественно, эта цель заставила всех нас зациклиться на реликвиях древних гробниц любого рода».

Пока он говорил, остальные пять Грини отошли от саркофага. У нее было неприятное ощущение, что они начали кружить вокруг нее, как множество акул.

Внезапно она остро осознала, насколько пуст музей в этот час. Осознание того, что она была наедине с «Зелеными», поразило ее с силой ледяного ветра. Она была поражена, что ее зубы не стучали.

Пытаясь выглядеть спокойной\ безмятежной, она подошла к ближайшей тревожной кнопке у витрины. Здесь было множество надгробных зеркал. Небольшой кварцевый ящик стоял на пьедестале неподалеку. Она проскользнула между корпусом и пьедесталом.

— Нет проблем, — холодно сказала она. — «Почти всех интересуют реликвии из гробниц. Такова человеческая природа, я полагаю. Ритуалы смерти и приготовления к загробной жизни вызывают глубокое восхищение у большинства людей».

Было ли это ее воображение или «Зеленые» сомкнулись вокруг нее? Она попыталась сосчитать фигуры в мантиях, но было нелегко уследить за всеми шестерыми в глубоких тенях.

— Вы читали «Тринадцать шагов к блаженству», мисс Смит? — мягко спросил Кларенс.

— Нет, на самом деле, у меня не было шанса. — Она перевела дыхание и очень небрежно положила руку на верхнюю часть витрины.

Сразу же она почувствовала себя немного спокойнее и увереннее. Стоит ей хотя бы дернуть замком, как по всему музею раздастся сигнал тревоги, призывающий Бенни.

— Вам действительно стоит это прочитать, — сказал Кларенс.

«Дело в том, что я не успеваю прочитать материал по своей профессии», — легкомысленно сказала она. — «Вы не поверите, сколько журнальных статей, докладов с конференций и книг я сложила в своем кабинете, в надежде когда-нибудь прочитать».

Кларенс посмотрел на нее с выражением серьезного упрека. — «Некоторые вещи важнее журнальных статей».

«Знаете, вы правы. Я должна получить экземпляр «Тринадцати шагов» сегодня же и взглянуть». Сейчас она видела только пятерых Грини, включая Кларенса. Где шестой?

Затем она почувствовала стремительное движение позади себя. Шестой Грини.

Она начала поворачиваться к нему, но было слишком поздно. Он зажал ей рот рукой и приложил к носу влажную, пахнущую лекарствами ткань.

Запах был до ужаса знакомым. Она когда-то вдыхала эту гадость.

Одно из забытых воспоминаний о «потерянных выходных» вырвалось наружу из темных глубин амнезии. Изображение стало кристально четким.

Охотники, бросившие ее в катакомбах, использовали эту штуку, чтобы усмирить ее.

У нее не было времени разбираться с последствиями воспоминаний. Другой Грини схватил ее за правую руку. Третий схватил ее за лодыжки и поднял с пола.

Пытаясь не дышать, она протянула свободную руку, нащупывая маленькую коробочку на пьедестале. Ее пальцы сомкнулись вокруг нее. Извернувшись, она впечатала реликвию в верхнюю часть витрины. Стекло треснуло и разбилось.

К ее ужасу, тревога не прозвучала.

Первой ее возмущенной мыслью было то, что Шримптон забыл оплатить счет.

— Быстрее, — приказал Кларенс. — Бенни пять минут назад приказал фургону подъехать к погрузочной платформе.

Бенни, новый охранник, был в этом замешан. Неудивительно, что сигнализация не сработала.

Она больше не могла задерживать дыхание. Ей пришлось вдохнуть. В тот момент, когда она втянула воздух, мир вокруг нее поплыл. Чем бы ни была пропитана ткань у ее носа, она быстро потеряет сознание. У нее оставалось очень мало времени, чтобы действовать.

В руке у нее все еще была маленькая коробочка. Она бешено замахала, ударив ею в грудь ближайшего Грини.

«Призрачное дерьмо». — Мужчина невольно отпустил ее, согнувшись от боли.

— Не отпускай ее, идиот, — сказал Кларенс.

— Я думаю, ведьма сломала несколько ребер.

— Плевать мне на твои ребра.

Лидия изогнулась в хватке похитителей. Ее рука зацепилась за нитку бус. Она поняла, что все они носили янтарные ожерелья под мантиями.

Она потянула бусы и почувствовала, как порвалась нить. Янтарные бусины зазвенели, падая на пол, рассыпаясь и катясь во всех направлениях.

— Мои бусы, — прошипел Грини. — «Она порвала мои бусы».

— Забудь про янтарь, — мрачно сказал Кларенс. — Бенни подметет, когда мы уйдем. Двигайтесь».

Пары, пропитавшие ткань, действовали быстро. Лидия почувствовала, как ее сознание утекает, как вода в канализацию. Как бы она ни пыталась извиваться и сопротивляться ее мышцы расслаблялись. Ее глаза закрылись против ее воли.

Она смутно осознавала, что «Зеленые» опускают ее. Сначала она подумала, что ее собираются положить на пол. Может быть, она ошиблась насчет янтарных бусин. Возможно, происходящее было не чем иным, как простым ограблением.

Когда мир исчез, ей пришло в голову, что она, возможно, слишком хорошо делала свою работу, у Шримптона. До того, как она присоединилась к коллективу, качество реликвий было в лучшем случае посредственным. Ни один серьезный вор не взглянул бы дважды ни на один из выставленных экспонатов. Но за последние несколько месяцев она приобрела для музея несколько неплохих экспонатов.

Если бы эти ублюдки были ворами, они бы наверняка попытались вытащить из специальной витрины маленькую бутылочку из грезалита. Это была самая ценная вещь в этом месте. Но их ждет сюрприз, если они прикоснутся к ней. Сигнализация на этой витрине не была связана с остальной системой. Она была напрямую связана с офисами Guild Security, Inc. Вскоре музей будет кишеть охотниками за привидениями.

Но вместо холодного пола она почувствовала безошибочное прикосновение кварца к своей спине и ногам. Ее охватила новая волна паники. Ее клали в саркофаг.

— Она еще не отключилась? — настойчиво спросил Кларенс.

«Вот-вот».

«Возьми крышку».

Лидия с трудом открыла глаза и пожалела. Грини опускали крышку саркофага на погребальный ящик.

Она была глубоко благодарна, когда ее сознание отключилось.

Глава 24

Эммет откинулся на спинку кресла и быстро просмотрел папку, которую Перкинс только что передал ему. — «Что ты имеешь в виду, говоря, что оба охотника исчезли? Ежемесячные пособия по-прежнему высылают каждому из них, верно?»

Перкинс несколько раз дернулся, беспокойно взглянул на Вервуда, стоявшего у окна, и слегка дрожащими пальцами поправил очки. — И да, и нет.

Эммет закрыл файл и бросил его на стол. — «Объясни.»

— Да, чеки на пособия по-прежнему ежемесячно выписываются и отправляются по почте, — терпеливо сказал Перкинс. — «Но, когда я попытался проверить адреса, на которые отправляются чеки, я узнал, что оба подписали формы, в которых указывалось, что они желают, чтобы их ежемесячная пенсия была пожертвована непосредственно на благотворительность».

«Эти два парня решили пожертвовать всю сумму своего охотничьего дохода на благотворительность?» — Эмметт покачал головой. — «Я не куплюсь на это».

— Должен признать, это немного странно, — сказал Перкинс. — Но, похоже, это так.

— Как называется эта благотворительная организация?

— Я записал. — Перкинс вытащил небольшой блокнот и открыл его. — «Вот. Орден Аколитов Аматеона.

«Зеленые?» — Эммет медленно выпрямился, не в силах поверить в то, что только что услышал. «Эти двое передали свои ежемесячные пенсионные пособия секте?»

— Очевидно, так оно и есть, сэр, — сказал Перкинс.

— Может, это и не так странно, как звучит, Босс. — Вервуд потер затылок. — «Наконец-то я получил пару зацепок на этих двух парней. Они оба растворились в секте через пару месяцев после того официального расследования в университете».

— Что значит исчезли? — ровно спросил Эммет.

«Ну, похоже, что, когда вы входите во Внутренний Круг Ордена, вы оставляете позади все то, что связывает вас с вашей прежней жизнью». — Вервуд пожал плечами. — «Вы бросаете своих друзей, родственников, личное имущество и тому подобное. Ты знаешь, как работают секты».

Эммет сжал зубы. — «И тогда, вы передаете все свои активы организации».

«Как-то так.» — Вервуд с отвращением фыркнул. — «Неплохой рэкет, если ты руководишь сектой. Я сделал некоторую проверку. «Зеленые» появились, как бизнес, около трех лет назад. С тех пор их количество неуклонно растет. Здесь, в Каденсе, пара тысяч членов. То же самое и в других городах».

«Кто, черт возьми, управляет сектой?» — спросил Эммет.

«Парень по имени Герберт Дж. Слэттери. По крайней мере, так его звали. Теперь называет себя мастером Гербертом. Утверждает, что его направляет какой-то старый инопланетный философ по имени Аматеон.

— Есть адрес Слэттери?

«Просто офис культа в центре города. Но Перкинс может чертовски быстро получить личный адрес Слэттери, если это нужно. Он хорош в этом».

— Благодарю вас, мистер Вервуд, — сказал Перкинс, довольный похвалой.

Эммет подумал, что многие вещи внезапно начали резонировать в том, что могло оказаться закономерностью. Он взглянул на часы. Было почти 6:30. Лидия, вероятно, все еще была у Шримптона. Сегодня утром она оставила ему сообщение, в котором сообщила, что на этот день у нее запланирована особая экскурсия в нерабочее время. Если повезет, она закончит прямо сейчас. Он перегнулся через стол и схватил телефон.

«Сэр?» — Широкие черты лица Вервуда нахмурились в замешательстве. — «Я не понимаю. Какое отношение к этому имеют эти сумасшедшие «Зеленые»?

«Может быть, прямое».

Он набрал номер Лидии. Ответа не было. Он прервал вызов и позвонил ей на маленький телефон, который она носила в сумочке. Когда он не получил ответа, он попробовал городской дом. Затем он набрал номер ее квартиры. Слишком чертовски много телефонов в наши дни.

Он вытащил краткий список телефонных номеров, который носил с собой в бумажнике, и набрал домашний номер Мелани. Она ответила после первого гудка.

«Я вышла из музея как раз в тот момент, когда она собиралась начать VIP — экскурсию, — сказала Мелани. — «Она уже должна была закончить. А что? Что-то не так?»

«Я не могу дозвониться до нее ни по одному из обычных номеров».

«Вероятно, она находится в месте, где сигнал не резонирует. Дай ей несколько минут и попробуй еще раз». — Мелани усмехнулась. — «Не волнуйся, я сомневаюсь, что она сбежала, чтобы присоединиться к Грини».

Он похолодел. — Что заставило тебя так сказать, Мэл?

«Эй, это просто шутка. Извини.»

«Я серьезно. К чему шутка про «Зеленых»?

«Я думаю, это пришло мне в голову, потому что та специальная экскурсия, которую она проводила сегодня после работы, была для полдюжины «Зеленых». Я сказала ей, что они, вероятно, заинтересуются Крылом Гробниц, как и отряды Охотников-Скаутов».

«Э-э. . Мэл, послушай меня, мне нужен номер охраны у Шримптона. У тебя он есть?»

— Подожди, сейчас найду. — Мелани начала волноваться. — «В чем дело?»

— Просто дай мне номер.

«Вот.» — Она выпалила ряд цифр. — «Нового парня зовут Бенни Феллоуз».

«Спасибо.»

— Эммет, ты начинаешь меня пугать. К чему это все?»

«Позже.»

Он разорвал связь и набрал номер охранника. Не получив ответа, он бросил трубку и направился к двери.

— Пошли, Вервуд.

Эммет вел машину по оживленным улицам с целеустремленностью, которую замечали другие водители. Транспортные средства убирались с пути Слайдера.

Наступила ночь, темнота осложнялась сгущающимся туманом. Уличные фонари создавали небольшие круги яркого света, но не слишком хорошо освещали путь.

Вскоре он припарковался перед входом в «Шримптон». На стук в дверь ответа не последовало. Охранника не было видно.

Эмметт повел Вервуда вокруг здания, нашел нужное окно и разбил его каблуком ботинка. Стекло треснуло, разбилось, а затем осыпалось мелкими осколками.

Вервуд нервно оглянулся через плечо. — «Э-э, Босс, это обязательно включит тревогу. Полицейские будут здесь с минуты на минуту».

— Ты слышишь тревогу? — Эммет потянулся через разбитое окно и открыл его.

— Э-э, нет. — Брови Вервуда поднялись. — «Теперь, когда ты упомянул об этом, я не слышу никакой тревоги. Как-то странно для музея.»

«Да, это так.» — Эммет подумал, что отсутствие сигнала тревоги и сирен — плохой знак.

«Уверен, что в таком месте должна быть система безопасности».

«Она есть.» — Эммет перелез через окно.

Вервуд бросился за ним. — «Должен сказать вам, босс, получиться не очень хорошо, если в газетах напишут, что вас арестовали за проникновение в музей. Понимаешь что я имею ввиду?»

«Расслабься. Владелец в долгу перед Гильдией», — сказал Эммет, думая о договоренностях по грезалиту.

Вервуд просиял. — Ну, если так. — Он просунул свое крупное тело в открытое окно.

Эммет быстро осмотрел помещение. Полки, заполненные журналами, книгами и каталогами галерей, выглядели знакомыми. Это был кабинет Лидии. В темноте он увидел массивный предмет на ее столе.

«Какого черта?» — Он пересек комнату, включил свет и нахмурился при виде огромного букета. «Какой-то ублюдок прислал моей жене цветы».

«Э-э, Босс, может быть, отложим вопрос о цветах на попозже?»

— Держу пари, это Хепскотт. — Эммет заметил карточку, лежащую на столе, и поднял ее. — «Если это так, я хочу его голову на блюде». — Он вырвал открытку из конверта. — «Твой преданный раб. Чарльз». — Эммет бросил карточку на стол. — «Чарльз. Чарльз. Звучит знакомо, но не могу вспомнить. Ты знаешь кого-нибудь по имени Чарльз, Вервуд?»

«Знаю пару парней по имени Чак», — сказал Вервуд. — И Чейза. Однако не думаю, что я знаю кого-нибудь, кто называет себя Чарльзом.

— Когда все это закончится, я хочу, чтобы ты нашел этого Чарльза.

— Нет проблем, босс.

Эмметт быстро прошелся по ящикам стола. — Ее сумочки нет.

«Наверное, это значит, что она уехала, и все в порядке».

— Оптимизм — нежелательное качество для эксперта по безопасности, Вервуд.

Вервуд тяжело выдохнул. — Да, мистер Уайатт тоже говорил мне об этом раз или два.

Они прошли по коридору, мимо других кабинетов, а затем свернули в коридор, который вел в фойе музея. Единственная трубка с флюорезом горела в пустом кабинете, которым пользовались сотрудники службы безопасности музея.

— Парень, работающий в вечернюю смену, вероятно, делает обход, — предположил Вервуд. — Может быть, он не знает, что система сигнализации не работает.

Эммет вернулся в холл. — «Или, может быть, он как-то связан с неисправностью».

«Знаете, вы с мистером Уайаттом действительно думаете одинаково, когда дело доходит до выяснения того, чем могут заниматься люди, — восхищенно сказал Вервуд. — «Как будто вы оба обдумываете наихудший сценарий. Думаю, именно поэтому вы оба стали Боссами Гильдии, а?»

Эммет решил не обращать на это внимания. Наблюдение было слишком близким к правде. В конце концов, именно Мерсер Уайатт научил его анализировать мотивы и амбиции других.

— Мелани сказала, что «Зеленых» заинтересуют реликвии Крыла Гробниц. — Эммет повернулся в этом направлении. — Мы начнем отсюда.

На полпути по коридору он понял, что Крыло Гробниц было чем-то особенным. Вместо того, чтобы быть полностью затемненным на ночь или тускло освещенным жутким зеленым светом, используемым для дневного освещения, все люминесцентные лампы над головой горели.

Он остановился у входа. Охранник был внутри галереи, спиной к Эммету и Вервуду. Он деловито подметал битое стекло. Наушники, которые были у него в ушах, объясняли, почему он не слышал.

— Очень бдительный охранник, — прорычал Вервуд. — «Мы могли бы опустошить это место, прежде чем он даже сообразил бы, что внутри есть кто-то еще».

— Интересно, как он узнал, что стеклянная витрина разбита, — сказал Эммет.

— Может быть, он сам ее разбил.

Эммет прошел по длинной галерее и похлопал охранника по плечу.

Мужчина резко вздрогнул. — «Что? Что?»

Он бросил метлу промышленного размера и схватил наушники, выдернув их из ушей. Одновременно он развернулся и попытался отступить.

Неуклюжее движение привело его к низкой широкой зеленой кварцевой чаше, которая выглядела так, как будто была задумана как детский бассейн. Эмметт видел ее во время предыдущей экскурсии по галерее и знал, что Шримптон преподносил ее как инопланетную ванну для бальзамирования.

Охранник споткнулся, вскрикнул, засучил руками, а затем рухнул в неглубокую конструкцию. Он неловко приземлился на спину.

Эммет уперся одной ногой в край кварцевого таза. — Бенни, я полагаю?

«Да, я Бенни. Что тут происходит?» — Бенни сел и нервно взглянул на Вервуда. Затем он снова переключил свое внимание на Эммета. — «Кто ты? Что ты здесь делаешь? Подожди, я знаю тебя. Эммет Лондон, верно? Новый Босс Гильдии? Я видел твою фотографию в газетах».

— Тогда мы можем опустить формальности. Я ищу свою жену».

Челюсть Бенни отвисла. Несколько секунд он казался действительно лишенным дара речи. Затем он заметно сглотнул.

«Твою. . Твою жену? Мисс Смит?»

— Теперь она миссис Лондон, Бенни.

Бенни замер. — «Да сэр. Но с чего ты взял, что я знаю, где она?

«У нее была экскурсия в пять часов. С кучей «Зеленых».

«Конечно. Верно. VIP — тур. Я помню.»

— Когда она ушла?

— Я не совсем уверен, — быстро сказал Бенни. — Видишь ли, я наблюдал за погрузкой саркофага. Поэтому сигнализация отключена. Пришлось выключить ее, чтобы я смог открыть двери погрузочной платформы».

«Моя жена оставила сообщение в моем офисе, в котором говорилось, что саркофаг заберут в понедельник, а вместо этого у нее экскурсия с «Грини».

— Произошла какая-то путаница, — сказал Бенни, теперь говоря более размеренно, как будто он был на более твердой почве. — Мисс Смит, я имею в виду, что миссис Лондон была занята с туристической группой, когда прибыл фургон. Так что я занялся погрузкой. Я полагал, что мистер Шримптон оценит мою инициативу.

— Так ты это называешь?

Бенни выглядел оскорбленным. — «Все документы были в порядке. Они в моем офисе. Могу показать.»

Эммет посмотрел на разбитое стекло на полу. — Что здесь произошло, Бенни?

Бенни проследил за его взглядом резким движением головы. — Грузчики несут ответственность за это, сэр. Когда они поднимали гроб и его крышку, они случайно врезались углом в эту витрину. Однако ничего не пропало. Я проверил.»

Эммет снял ногу с края чаши и подошел к разбитой витрине. Внутри было сгруппировано несколько надгробных зеркал.

— Я же говорил, ничего не украдено. — Бенни схватился за край чаши и поднялся на ноги. Он начал было перекидывать одну ногу через борт, но остановился, когда Вервуд двинулся к нему. «Передача Саркофага была санкционирована. Музей получил за это большие деньги».

Эммет взглянул на груду сверкающих осколков, которую Бенни удалось собрать своей метлой. Кое-где в сверкающих осколках он безошибочно улавливал блеск полированного янтаря.

Он вынул из витрины одно из надгробных зеркал и взялся за ручку, чтобы помешать осколки. Появились две бусины овальной формы. Он взял их и рассмотрел на свету.

«Они часть ожерелья», — сказал он Вервуду.

«Тот, кто сорвал их, должно быть, одновременно порвал нитку». — Вервуд указал на подножие ближайшего пьедестала. — «Еще одна. И я вижу еще парочку вон там, за тем пьедесталом».

— Это одно из возможных объяснений. — Эммет поднялся на ноги и повернулся к Бенни. — Во-вторых, ожерелье было порвано в ходе борьбы.

Бенни побледнел. — Нет, — прошептал он. — Ничего подобного не было, клянусь.

Вервуд подобрал наушники, которые несколько минут назад сорвал охранник. Длинный шнур соединял их с аудиоплеером. Он поднес правый наушник к уху.

Эммет наблюдал за ним. — «Музыка?»

«Неа.» — Вервуд опустил наушник с мрачным выражением лица. — Не думаю, что тебе это понравится, Босс. Звучит как одна из лекций по «Тринадцати шагам к блаженству». Много всякой всячины об этом парне — Аматеоне.

«Нет.» — Бенни сдавленно вскрикнул и выпрыгнул из кварцевого таза.

Он бросился ко входу в галерею.

Эммет вытянул ногу и схватил его за руку, когда тот пробегал мимо. Бенни споткнулся и тяжело упал. Вервуд подошел, чтобы зафиксировать его на полу.

Бенни яростно забился. Вервуд был вынужден применить силу. В ходе борьбы пуговицы на форме охранника не выдержали.

Нитка янтарных бус заблестела на волосатой груди Бенни.

Эммет прошел вперед и остановился, глядя на него сверху вниз. — «Давай попробуем еще раз сначала, Бенни. Я начну. А ты меня поправишь, если я ошибусь. Эти «Зеленые» сегодня вечером похитили Лидию, не так ли? Забрали ее отсюда в этом чертовом саркофаге.»

Взгляд Бенни метался из стороны в сторону. Он несколько раз дернулся, но промолчал.

— Ты засланный казачок, не так ли, Бенни? — Эммет мягко продолжил. — Ты отключил сигнализацию. Документы, санкционирующие передачу гроба, должны были прикрыть тебя, если у кого-то возникнут подозрения, не так ли? Твое алиби должно было состоять в том, что ты был занят присмотром за погрузкой реликвии, когда Лидия исчезла.

«Это не. . это было не так, — пискнул Бенни.

«Но что-то пошло не так. Лидия не сдалась без боя. Разбила витрину, и сорвала янтарное ожерелье».

Бенни смотрел на Эммета с открытым ртом и дрожащей нижней губой.

Вервуд тоже смотрел. — Вот, черт, — заявил он. — «Разрази меня гром. Единственный охотник, которого я знаю, кто может вытащить призрака так далеко за Стену, — это мистер Уайатт».

Эмметт ощутил, как крошечные струйки пси-энергии щелкают и трескаются в воздухе вокруг него. Появился маленький призрак. Он быстро распался только для того, чтобы снова сформироваться и распасться. Он стоял в центре легкого потока зеленых фейерверков.

Бенни наконец взял себя в руки. — «Это розыгрыш».

Эммет взглянул на маленькое привидение, парившее слева от него, приложил достаточную концентрацию, чтобы на мгновение удержать его на месте, и направил его в сторону Бенни.

«Нет пожалуйста.» — Бенни попытался отскочить назад, но Вервуд прижал его. Пот омыл его лоб. «Прекрати. Останови это. Не позволяй этому коснуться меня».

Эммет усилил контроль над безотлагательностью и яростью, которые подпитывали его пара-резные способности. Не было смысла терроризировать Бенни. Охранник едва достиг подросткового возраста, молодой человек, который где-то был эмоционально или физически поврежден до такой степени, что стал легкой добычей для культа.

В любом случае Бенни вряд ли знал что-то полезное. Очевидно, он был низкопоставленным членом организации. Никто бы не доверил ему достоверную информацию.

Раздраженный на себя, Эммет уничтожил призрака.

Вервуд слегка наклонил голову, устремив взгляд на Эммета. — «Я так полагаю мы идем поговорить с тем парнем, который управляет «Грини», Босс?»

«Это один из вариантов», — сказал Эммет, думая о других возможностях.

Бенни покачал головой. — Вы не сможете просто вломиться к мастеру Герберту. Он проводит большую часть своего времени, медитируя и общаясь с духом Аматеона. Это требует огромного количества его времени и огромной степени психической энергии. Ему нужен отдых между сеансами. Никто не может увидеться с мастером Гербертом без предварительной записи.

Эммет сжал в кулаке янтарные бусы. — Не волнуйся, Бенни. Есть подозрение, что сегодня вечером меня примет мастер Герберт.

Глава 25

Лидия открыла глаза и увидела знакомый зеленый свет катакомб. Ее охватило облегчение. Мгновение назад, когда к ней начали возвращаться воспоминания, она была в ужасе от того, что очнется в закрытом гробу. В эти первые несколько секунд она могла думать только о том, сколько времени ей понадобится, чтобы сойти с ума.

Ей казалось, что образ крышки саркофага, опускающейся вниз, заслоняющей свет и запечатывающей ее в кварцевом погребальном ящике, обеспечит ей достаточный запас ночных кошмаров на всю оставшуюся жизнь.

Как будто ей и так не хватало странных, страшных снов.

Она осторожно села. В животе поплыло, голова закружилась. Что бы они ни использовали, чтобы вывести ее из строя, было несколько неприятных побочных эффектов. Как и в прошлый раз.

Через мгновение она решила, что ей уже лучше. В голове немного прояснилось. Она снова начала менять позы и обнаружила, что лежит на поддоне, а не на твердом кварцевом полу маленькой комнаты.

Пространство, в котором ее заключили, было примерно размером с ее офис у Шримптона. Но учитывая, что оно было намного больше саркофага, она решила, что не будет слишком громко жаловаться. По крайней мере, пока.

Комната была до жути знакомой. Она провела большую часть своей профессиональной жизни под землей в этих катакомбах. Стены, потолок и пол были странно пропорциональны человеческому глазу, но они были неудобными. Каждая поверхность светилась мягким зеленым сиянием, как и все другие проходы, комнаты и коридоры, которые инопланетяне построили под землей. Как и в случае с пропорциями, к свету нужно было привыкнуть, но через некоторое время он стал естественным, как солнечный или лунный свет.

Эксперты так и не смогли выяснить источник свечения. Похоже, это свойство особого типа зеленого кварца, который использовался для строительства катакомб. Насколько всем было известно, освещение никогда не мерцало и не тускнело нигде в бесконечных милях подземных коридоров, которые были исследованы до сих пор. Тем не менее, пара-археологи, охотники, руинные крысы и все остальные, кто спускался в туннели, всегда имели при себе запасные фонарики, как и запасной янтарь и запасную воду.

Жуткий свет и дизайн комнаты были не единственными вещами, которые ее успокаивали, подумала она, поднимаясь на ноги. Пси-энергия сильно пульсировала повсюду здесь, в катакомбах. Это бодрило.

Ее желудок успокоился, а разум прояснился. Она посмотрела на вход в камеру и увидела ряд стальных решеток, созданных людьми, и замок. Пришельцы не использовали двери или ворота, чтобы запечатать свои комнаты. Они полагались на различные типы ловушек иллюзий, чтобы обеспечить конфиденциальность и безопасность. Но кто-то, очевидно, решил использовать здесь низкотехнологичные методы, чтобы убедиться, что она не сбежит. Умный ход, учитывая, что она никогда не попадала в ловушку, которую не могла бы распутать.

Эта мысль заставила ее взглянуть на свое запястье. Она с облегчением увидела, что похитители оставили ее браслет.

Рядом с главным залом находилась крошечная комнатка, вход в которую был закрыт занавеской. Она отдернула занавеску и обнаружила, что кто-то предусмотрительно установил переносную туалетную комнату с унитазом, душем и умывальником. Они был той же марки и модели, что и стандартное оборудование на большинстве профессиональных раскопок.

Она воспользовалась удобствами и почувствовала себя еще лучше после того, как умылась.

Закончив, она подошла к решетке своей камеры и выглянула в коридор. Чуть дальше по коридору за длинным складным столом сидели три человека с бритыми головами в зеленых мантиях. Посередине стола стояла стопка бутербродов и несколько банок колы.

Одна из Грини, женщина, заметила ее и быстро отодвинула стул.

— Она очнулась, — взволнованно объявила женщина. — «Аколит Мартин, иди и скажи помощникам. Они сказали, что мастер Герберт хочет увидеть ее, как только она придет в себя.»

«Иду». — Мартин вскочил с бутербродом в руке и исчез за поворотом коридора.

Третий Грини, еще одна женщина, уставилась на Лидию. — «Как вы себя чувствуете?»

«Как будто я могу танцевать до рассвета». — Лидия тяжело оперлась на решетку и постаралась выглядеть как можно бледнее. — «Жаль, что я не взяла свое новое платье».

— Эй, не умничай, — отрезала первая женщина. — «Мы просто делаем свою работу».

— Ты собираешься рассказать мне, почему ты пошла на все эти хлопоты, чтобы схватить меня?

«Мы не знаем, почему Мастер хочет, чтобы вы были здесь», — сказала вторая женщина.

Лидия кивнула. — «Это единственное что меня интересует.»

Первая женщина колебалась. — «Меня зовут Аколит Фрэнсис. Хочешь есть?»

Лидия быстро проверила состояние своего организма. Казалось, что все под контролем. Может быть, было бы неплохо немного подкрепиться. Ей может понадобиться энергия позже.

— Есть рез-чай? — она спросила.

«Конечно.»

«Мне большую чашку и один из тех бутербродов, пожалуйста».

К тому времени, когда Послушник/ Аколит Мартин вернулся, чтобы сообщить всем, что ее должны сопроводить в «Комнату Мастера», Лидия чувствовала себя почти нормально, игнорируя тот факт, что она была очень зла и очень напугана.

Фрэнсис велела Лидии просунуть руки между двумя решетками камеры. Грини связала ей запястья скотчем, а затем отперла дверь.

Лидия сосредоточилась на том, чтобы сориентироваться, используя янтарь в своем браслете, чтобы нарисовать мысленную карту маршрута к Комнате Мастера. У нее был большой опыт навигации под землей и профессиональное чутье на инопланетную архитектуру.

Трое сопровождающих провели ее через несколько коридоров и перекрестков. Они прошли несколько комнат, которые были превращены в офисы со столами и папками. Телефонов, конечно же, не было. По какой-то причине, из-за свойств светящегося кварца, большинство систем связи под землей не работало.

Одно ответвление привлекло ее внимание. Оно был заблокировано вратами тени иллюзии. По обеим сторонам затемненного входа стояли двое здоровенных «Зеленых».

— Что там? — спросила она своих сопровождающих.

— Засекречено, — провозгласил Аколит Мартин. — «Туда ходят только посвященные».

— Посвященные, да? — Лидия оглянулась через плечо, когда ее провели мимо.

С одной стороны прохода висела небольшая табличка. На ней было написано ЗОНА 51.

В следующем коридоре находился ряд небольших комнат, которые были оборудованы под офисы. В каждом работал один-два Грини. Если бы не их причудливые мантии и бритые головы, они были бы похожи на обычных клерков.

— Что делают все эти люди? — спросила Лидия.

— Они занимаются финансовыми и юридическими делами Ордена, — объяснила Фрэнсис. — «Вклады и пожертвования, которые мы получаем — это большие деньги. Средства должны быть инвестированы и управляться с умом в соответствии с инструкциями, которые мастер Герберт получает от Аматеона, если мы хотим процветать и расти».

«Ребята, вы много зарабатываете на этих книгах «Тринадцать шагов к блаженству»?»

«Книги — один из наших источников дохода, — сказала Фрэнсис. — «Но есть и другие».

«Какие?»

— Приберегите свои вопросы для мастера Герберта, — сказал Мартин.

Они остановились у дверного проема, окутанного иллюзорной тенью. Сопровождающих Лидию приветствовала еще одна пара широкоплечих «Зеленых» с жесткими чертами лица.

«Мастер готов ее принять», — сказал один из них. — Вам приказано отвести ее в Комнату Философа.

Лидия внимательно наблюдала, кто из двух охранников снимет засов, закрывавший вход. Это был тот, что справа. Другой, вероятно, был охотником, решила она.

Несколько секунд она чувствовала, как пси-энергия дрожит в воздухе, а через мгновение тень иллюзии испарилась. Она и ее сопровождающие вошли в большой внушительный зеленый зал. Позади них снова появилась тень. Охранник вернул ловушку.

Она оглядела большой зал и чуть не рассмеялась, несмотря на страх, который змеился в ней. Истерика, подумала она. Нужно вернуть контроль.

Но это было легче сказать, чем сделать. Комната была действительно удивительной. Человеческая мебель неизменно казалась очень неуместной, когда ее переносили в руины и катакомбы. Столкновение перспектив и пропорций было просто слишком велико, чтобы допустить гармоничное смешение стилей. Когда люди приносили мебель в катакомбы, что иногда было необходимо, они обычно придерживались простых, утилитарных предметов.

Но тот, кто обустраивал это пространство, явно чувствовал себя обязанным пойти на драму. Стены были увешаны огромными полосами красных и золотых бархатных драпировок. На полу были расстелены ковры с замысловатым узором. Мебель представляла собой большие и тяжелые предметы в стиле, популярном во времена Эры Раздора. Диваны, стулья и столы были вырезаны вручную и позолочены.

Вдобавок к тому, что они выглядели явно странно в древнем, нечеловеческом окружении, толстые ковры и тяжелые гобелены отсекали естественный свет, исходящий от кварца. В результате получилась чрезмерно обставленная, тускло освещенная комната, которая, вероятно, должна была выглядеть аристократично и внушительно.

Лидия посмотрела на Фрэнсис и подняла брови. — «Кто был вашим декоратором? Это похоже на декорации для малобюджетного фильма ужасов».

Фрэнсис и двое других были явно ошеломлены отсутствием у нее хорошего вкуса, но прежде чем они успели отчитать ее по вопросам художественного дизайна, из другой затененной комнаты суетливо вышла невысокая пухлая фигура в зеленой мантии. Зазвенели янтарные бусы.

«Я Аколит Рич», — объявил он.

— Хорошо, это все объясняет, — сказала Лидия. — Вы мужского пола. Я не уверена. Знаете, эти унисекс-мантии все усложняют.

— Мой господин считает вас почетным гостем, — заявил Рич. Он казался оскорбленным тем, что она не смогла сразу распознать его пол.

«Да?» — Лидия подняла свои связанные запястья. — «Если так обращаются с гостями, мне бы очень не хотелось видеть, как обращаются с людьми, которые не очень нравятся».

Рич посмотрел на Фрэнсис и двоих других.

Фрэнсис пожала плечами. — «Она чрезмерно разговорчива с тех пор, как очнулась. Вероятно, это побочный эффект препарата, которым ее накачали.

— Болтлива? — Лидия нахмурилась. — «Ты называешь это болтовней? Вы еще ничего не видели. Пять против десяти, что я смогу уговорить любого из вас пойти на попятную. Давай, поспорим на твои деньги».

Глаза Рича под капюшоном сердито сверкнули, но когда он заговорил, его голос звучал спокойно и вежливо. — Пожалуйста, пойдемте со мной, мисс Смит. Мастер ждет вас.

«Ну и дела, я очень надеюсь, что он не ожидает слишком многого». — Лидия пошла вперед. — «Ну, пойдем поговорим с ублюдком-убийцей.»

Зеленые зависли в ужасе.

«Что вы говорите?» — прошептала Фрэнсис. — «Это ложь.»

— Мастер Герберт никогда никому не причинил вреда, — прорычал Рич. — Он Первый Аколит Аматеона. Философ учит, что Блаженства можно достичь только мирными средствами».

— Как ты смеешь обвинять Мастера в убийстве? — Мартин сделал зловещий шаг к ней. — Ты должна перед ним извиниться.

Бархатные шторы снова зашевелились, и появилась еще одна фигура. Как и другие, он был одет в зеленую мантию, но рукава и кромка его мантии были украшены множеством замысловатой буквой А, вышитой золотой нитью.

Капюшон был откинут, открывая взору высокого мужчину лет тридцати пяти. В другой одежде он мог бы сойти за преуспевающего генерального директора или академика, претендующего на главу кафедры. У него была внешность с высоким аристократическим лбом и выступающими скулами. Но не его внешний вид привлекал внимание. А то, как он управлял пространством вокруг себя. У него была харизма театрального актера, — подумала Лидия.

— Хватит, Аколиты, — сказал он глубоким, сладкозвучным голосом, который, как темный мед, прокатился по всей комнате. — «Мисс Смит пережила неприятный опыт и расстроена. Не нужно усугублять ситуацию. Мне жаль говорить, но у нее есть веские причины негативно относиться ко всем нам в данный момент». — Он повернулся к Лидии и слегка поклонился. — «Я надеюсь изменить ее мнение».

— Вы, должно быть, Херби / Герби, — сказала она.

Прислужники бросили на нее раздраженные взгляды, но новенькая лишь снисходительно улыбнулась.

— Позволь представиться, — сказал он. — Я, как ты догадалась, мастер Герберт. Я знаю, что у тебя есть вопросы». — Он сделал паузу. — «У меня есть ответы».

«Ну, Херб, я не знаю, почему ты приложил все усилия, чтобы похитить меня, но я могу сказать тебе одну вещь: мой муж будет очень зол из-за этого».

Глава 26

— Я не понимаю, Босс. — Вервуд, сидевший в Слайдере на месте пассажира, хмуро посмотрел на Мохнатика, который сидел на спинке сиденья. — «Почему мы должны были ехать к тебе, чтобы забрать этого маленького шалопая, прежде чем мы начнем прибивать парня, который управляет культом Грини?»

«Мохнатик — пыльный кролик/ пушок, а не шалопай». — Эммет вел «Слайдер» по узкой улочке Старого квартала. — И он намного умнее, чем кажется.

«Вероятно, это не займет много времени. Я имею в виду, насколько умным должно быть маленькое существо, чтобы иметь больше мозгов, чем комок сухого пуха?»

Пушок не обратил на него внимания. Он опирался на спинку сиденья и тянулся вперед, словно стремясь выпрыгнуть прямо через лобовое стекло. Все четыре его глаза были открыты.

— Следи за языком, Вервуд, — сказал Эммет. — «Помнишь, что говорят о пыльных кроликах».

— Да, да, я знаю. «К тому времени, когда вы увидите зубы, будет слишком поздно». — Вервуд достал крендель из лежащего у него на коленях мешка и протянул его Мохнатику, который принял его одной лапой. — «Он по-своему симпатичный. Знаешь, я видел несколько пыльных кроликов, живущих в переулках Старого квартала и в сельской местности возле некоторых небольших руин, но я никогда не встречал никого, кто держал бы одного в качестве домашнего питомца.»

— Лидия говорит, что он ее удочерил, а не наоборот. — Эммет отправил Слайдер по другой затянутой туманом улице. — «Я думаю, что у них двоих сформировалась какая-то психическая связь, хотя Лидия говорит, что она не осознает этого со своей стороны. Но Мохнатик нашел ее однажды, когда она потерялась под землей, и я не могу придумать никакого другого способа, которым он мог бы это сделать, если бы не какая-то пси-связь. Я молюсь, чтобы он снова смог сотворить свое волшебство сегодня вечером».

В свете приборной панели лицо Вервуда было мрачным. — Ты действительно думаешь, что они утащили ее под землю?

«Есть только одно объяснение, которое я могу придумать, чтобы объяснить, почему кто-то схватил ее».

«Выкуп? Все знают, что ты сам по себе богат, а сейчас у тебя есть глубокие карманы Гильдии, которая поддержит тебя, если понадобится больше денег. Но, блин, риск. Я имею в виду, какой идиот похитит жену Босса Гильдии? Парень должен знать, что подписывает себе смертный приговор».

«Дело не в деньгах. Согласно информации, которую нашли ты и Перкинс, У Грини реки доходов, поступающих из множества безопасных, совершенно законных источников. Всем известно, что хорошо организованный культ — это машина для зарабатывания денег».

Вервуд сморщил лицо в вопросительном выражении. — Думаешь, им нужно мнение миссис Лондон о каких-то древностях?

«Она потрясающий пара-археолог, но таких вокруг немало». — Эммет замедлил «Слайдер» и остановил его в конце короткого переулка. — «Единственное, что отличает ее от любого другого ПА, это то, что она пережила 48 часов под землей без янтаря и вышла с неповрежденными пара-резными способностями».

Вервуд тихонько присвистнул. — Думаешь, это связано с тем, что произошло, когда она исчезла на два дня?

«Да.» — Эммет заглушил двигатель и приоткрыл дверь. — «Я также думаю, что Лидия была права с самого начала. Она стала жертвой заговора. Но его организовали «Зеленые», а не Гильдия. Давай, Мохнатик».

Он потянулся за пыльным кроликом. Пушок, сжимая недоеденный крендель в одной из шести лап, вскочил ему на руку и взобрался на плечо.

Вервуд вылез из «Слайдера» и пошел вперед, чтобы присоединиться к Эммету. — «Что мы здесь делаем? Я думал, мы направляемся к штаб-квартире Грини.»

«Если повезет, то и «Зеленые» так подумают. Наверное, считают, что они смогут задержать нас на неопределенный срок.

— Итак, где мы?

— Это бывший адрес доктора Лоуренса Малтби.

— Я думал, он умер.

«Да.»

Эммет пересек пустую, окутанную туманом улицу и поднялся по ступенькам к затемненной входной двери ветхого многоквартирного дома.

Замок не отремонтировали. Они вошли внутрь и прошли по грязному коридору. Эммет остановился у двери напротив «Малтби», сжал кулак и трижды постучал.

«Это Лондон. Дело Гильдии. Открой дверь, или мы ее сломаем».

В квартире стояла мертвая тишина. Затем Эммет услышал серию быстрых шагов. Глазок потемнел.

Через несколько секунд дверь приоткрылась примерно на два дюйма. Корниш нервно выглянул наружу. Цепь не отцепил.

— Что тебе нужно, Лондон?

Эммет прижал руку к стене рядом с дверным косяком. — Я хочу, чтобы ты сказал мне, где находится секретная крысиная нора Малтби, которую он использовал, когда спускался в катакомбы.

Глаза Корниша расширились от преувеличенной невинности. — Откуда мне это знать?

— Что-то мне подсказывает, что ты оппортунист, Корниш. — Эммет медленно улыбнулся, обнажив зубы. — «Должен быть, чтобы поддерживать серьезную зависимость к Шартрезу».

Корниш вздрогнул. — «Послушайте, я не знаю, к чему вы клоните, но ко мне это не имеет никакого отношения».

«Я думаю, ты, вероятно, несколько раз следовал за Малтби, когда он выходил ночью. Как ты мог такому сопротивляться? Может быть, ты решил, что сможешь украсть пару реликвий или даже какой-нибудь камень из его тайника».

«Я не сделал ничего плохого».

Эммет стиснул зубы от раздражающего нытья в голосе человека. — «Я здесь не для того, чтобы создавать тебе проблемы. Я просто хочу знать, куда ходил Малтби, когда проводил ночи в катакомбах. Для меня эта информация стоит тысячу».

Лицо Корниша помрачнело. — «Тысяча?»

— На это можно купить много Шартреза, не так ли?

— Подожди-те, — сказал Корниш. — Я возьму пальто.

«Я сожалею о неудобствах и страхе, которые вам пришлось пережить сегодня вечером, Лидия». Герберт сел на обитый бархатом стул, очень похожий на трон. — Могу я называть вас Лидией?

— Нет, — сказала Лидия.

«Пожалуйста, простите меня, но я чувствовал, что у меня не было другого выбора, кроме как устроить так, чтобы вас привели сюда несколько нетрадиционным способом. Я боялся, что вы никогда не согласитесь помочь нам по доброй воле. Во внешнем мире существует большое предубеждение против Ордена. Преодолеть это непросто».

— Почему ты думаешь, что я помогу тебе сейчас, Херб? — спросила Лидия.

Некоторый прогресс был достигнут, — подумала она. Герберт приказал Фрэнсис снять ленту, связывавшую ее запястья, и она больше не находилась в запертой камере. Вместо этого она удобно устроилась на красном бархатном диване, пила рез-чай из красивой маленькой чашечки и закусывала печеньем.

Вероятно, это была идея Херба— подумала она, что-то вроде игры в хорошего Грини и плохого Грини. Он хотел, чтобы она думала, что он хороший Грини, которому она может доверять.

— Хотите верьте, хотите нет, но я уверен, что после того, как я объясню ситуацию, вы почувствуете сильную профессиональную заинтересованность в том, чтобы помочь нам, мисс Смит.

— Для тебя — миссис Лондон, Херб.

Красивый подбородок Герберта напрягся, но его теплая улыбка не исчезла ни на йоту. Его глаза были полны понимания.

«Почему бы мне не начать с того, что я отвечу на несколько вопросов, — убедительно сказал он.

«Хорошо, мой первый вопрос: когда ты собираешься выпустить меня отсюда?»

— Всему свое время, моя дорогая. — Герберт сделал глоток чая и намеренно опустил чашку. — Я имел в виду вопросы, которые, несомненно, у тебя есть относительно несчастного случая, произошедшего с тобой в катакомбах несколько месяцев назад.

Лидия замерла, потянувшись за очередным печеньем. — «Ваши «Зеленые» замешаны в этом? А винила тех двух охотников, которые бросили меня…»— На нее снизошло озарение. — Ну, конечно, теперь я поняла. Эти ублюдки работали на тебя, не так ли? Они были скрытыми «Зелеными».

Герберт вздохнул. — «Мы предпочитаем использовать имя нашей организации, миссис Лондон. Мы — Орден Аколитов Аматеона.»

«Да, конечно.» — Она откусила большой кусок печенья и прожевала. — «Просто скажи мне, какое отношение ты и твой культ имели к тому, что случилось со мной».

— Мы спасли вас, миссис Лондон.

Она дважды сглотнула, чтобы избавиться от остатков печенья, и покачала головой. — «Это ложь. Когда я пришла в сознание, я была одна в туннелях. Вокруг никого не было». За исключением Мохнатика, конечно, но не было причин упоминать о нем Хербу. Она никогда никому не рассказывала, кроме Эммета и ее ближайших друзей, о роли Пушка в ее приключениях.

Губы Герберта изогнулись в грустной, усталой улыбке. — Это правда, хотя я признаю, что сейчас никак не могу это доказать. Одна группа из наших археологов нашла тебя без сознания.

— У вас собственная команда? — Она заколебалась, когда стало ясно кое-что еще. — Да, конечно. Вот как вы создали эту маленькую подземную империю, не так ли? У вас есть собственное снаряжение и личный штат наладчиков и охотников.

«Многие тонкие диссонансно-энергетические и эфемерно-энергетические пара-резы стали членами Ордена. У нас также есть ряд других специалистов с различными навыками. Бухгалтеры, счетоводы, администраторы, клерки. У нас даже есть собственная поликлиника. Короче говоря, мы создали здесь целое сообщество, миссис Лондон.»

— У вас есть лицензия на раскопки?

«Конечно. Мы получили ее от имени одного из наших многочисленных коммерческих предприятий. Весь этот сектор передан нам. Он был неизведанным, когда мы его приобрели. Наши люди распутали ловушки и удалили призраков и нанесли на карту проходы.»

«Вы знаете, что Закон о древностях гласит, что ни один человек или организация не может претендовать на какие-либо руины. Вы можете владеть артефактами и реликвиями, но вы не можете просто перевести в частную собственность целые участки катакомб».

«Ах, да, но здесь есть прелестная маленькая лазейка, не так ли?» — Герберт выглядел удивленным. — «Предприятие или учреждение может при наличии соответствующего сертификата заявить права на несколько лет в целях раскопок, разведки и исследований. В течение этого времени организация имеет полный контроль над всем сектором, на который она имеет лицензию».

Он был прав. Не было никакого смысла спорить с Гербертом о тонкостях Закона о древностях. Он явно знал его вдоль и поперек.

Она взяла себе еще одно печенье. — Ты говорил что-то о том, что спас меня. Нужно заставить его говорить, — подумала она. Время было критическим. Чем дольше она тянула, тем больше шансов, что Эммет найдет ее.

«Да.» — Герберт поднялся со своего позолоченного кресла и начал ходить по ковру. Его шаги были медленными, вдумчивыми, пронизанными аурой серьезной важности. — «Одна из наших команд обнаружила тебя в камере в этом секторе. Ты все еще была без сознания. Тебя отвезли в лазарет, где диагностировали все симптомы сильного ожога призраком».

— Что ваши медики сделали со мной? — спросила она, не утруждая себя скрыть своего глубокого подозрения.

«Тебе дали обычные пси-успокаивающие препараты, которые обычно назначают в таких ситуациях. Я уверен, ты знаешь, что обожженные люди обычно очень взволнованы и сбиты с толку, когда просыпаются.»

— Другими словами, ты накачал меня наркотиками.

«Уверяю тебя, медики следовали стандартным экстренным процедурам. Наркотики позволили тебе спокойно заснуть. Тогда мы столкнулись с другой дилеммой».

«Что со мной делать?»

«Я с сожалением должен сказать, что проблема была именно в этом. Видишь ли, Философ ясно дал понять, что мы должны держать нашу работу здесь, в катакомбах, в секрете, пока не достигнем своей цели.

«Какой?»

Герберт остановился перед стеной, на которой были изображены высокие ворота, охранявшие Мертвый город над землей. Ему удалось расположиться так, чтобы его обрамляли две огромные колонны. Лидия была уверена, что это не случайность. Так было задумано, чтобы произвести эффект. Она это чувствовала.

— Мы ищем могилу великого Аматеона, — сказал Герберт. В его словах звучали трепет и благоговение. — «У нас есть основания полагать, что именно в этом секторе, она находится. Мы очень близки к нашей цели, миссис Лондон. Но секретность жизненно важна на данном этапе».

«Почему? Ты сам сказал, что контролируешь весь этот сектор. Ты можешь делать здесь все, что захочешь».

«Пожалуйста, миссис Лондон, не будьте наивной. Ты не хуже меня знаешь, что бывает здесь, в катакомбах. Ни один сектор никогда не может быть полностью нанесен на карту и защищен. Независимо от того, насколько тщательно исследовательские бригады выполняют свою работу, они не могут найти и очистить, не говоря уже о защите, каждой отдельной камеры или коридора».

— Ммм, — сказала она уклончиво. Она не могла спорить с ним. Он был прав.

«Что еще хуже, как только становится известно, что в секторе были обнаружены ценные предметы старины, руинные крысы спускаются вниз, как человеческие паразиты, которыми они и являются. Каким-то образом им всегда удается найти собственные входы».

— Другими словами, ты не хотел, чтобы внешний мир узнал, что ты здесь делаешь. Ты знал, что если ты позвонишь властям и скажешь, чтобы они забрали меня из твоего лазарета, ваш секрет будет раскрыт.

«Да.» — Герберт покачал головой. — «Я извиняюсь, но в нашу защиту я должен сказать, что мы делали только то, что считали разумным и правильным в то время. Пока вы спали под действием лекарства, мы отвели вас в один из секторов, находящихся в ведении университета, и оставили у регулярно используемого входа. Мы знали, что вас очень быстро найдут, и именно это и произошло».

Лжец. Ее пальцы сжались на ручке чашки. Она прошла несколько миль под землей, прежде чем нашла выход. Герберт полагался на ее хорошо задокументированную амнезию, чтобы скрыть трещины в его версии правды.

«Я понимаю.» — Она скрестила ноги и попыталась изобразить на лице невольный интерес. — Что ж, это объясняет кое-что. Я полагаю, вы знаете, что у меня нет никаких воспоминаний об этих сорока восьми часах.

Герберт сочувственно кивнул. — «Общеизвестно, что амнезия — это нормально после сильного ожога. Часто последствия еще хуже. Большинство людей, прошедших через то же, что и вы, после этого не совсем, скажем так, нормальные».

«Многие до сих пор не считают меня нормальной. Меня уволили с работы в университете, потому что парапсихологи не думали, что я когда-нибудь снова смогу работать в подземелье».

— Вряд ли можно винить их за их мнение, миссис Лондон. Очень немногим пара-резам удается вернуться в катакомбы после серьезной диссонансной травмы. — Герберт одарил ее ослепительной улыбкой. — Но ты, очевидно, исключение из правил.

«М-м-м.»

«Я хотел бы думать, что причина, по которой ты выжила с неповрежденными пси-способностями, заключалась в том, что мы нашли тебя вскоре после твоей встречи с призраком и смогли сразу же вылечить тебя с помощью новейших лекарств».

Он действительно был великим актером, — подумала она. Герберту удалось смешать правду и ложь в цельный / правдоподобный рассказ. Если бы к ней не вернулись обрывки памяти, она могла бы купиться на всю историю.

Но Херб совершил серьезную ошибку. Он явно не знал о роли Мохнатика в ее спасении.

Она точно знала, как сбежала. Память о том, как она проснулась в пустом коридоре и увидела, что Мохнатик сидел рядом с ней, облизывая ее лицо своим шершавым маленьким язычком, останется с ней навсегда.

«Давай перейдем к делу, Херб. Пока я казалась очередным перегоревшим пара-резом с амнезией, вам было все равно, что я делала на поверхности. Но когда ты понял, что я полностью поправилась и снова могу работать, ты решил схватить меня».

— Если быть откровенным, то да.

«Я впервые вернулась в катакомбы в прошлом месяце». — Она качнула лодыжкой, быстро соображая. — «Новости попали в газеты из-за находки грезалита. Это тогда ты узнал, что я снова резонирую на всех частотах?»

«Да. Я рад сообщить, что вы всех нас удивили, миссис Лондон.»

«Чего ты хочешь от меня?»

Герберт сцепил руки за спиной и посмотрел на нее с мрачной решимостью. — Вы нужны нам, миссис Лондон. На самом деле, мы очень нуждаемся в вашей помощи. Вы наша последняя надежда».

Она посмотрела на него скептически. «Ага?»

Герберт разжал руки и направился к ней. — «Пойдем со мной. Я хочу показать тебе кое-что, что тебя удивит».

Глава 27

Эмметт почувствовал, как пси-энергия вытекает из скрытой крысиной норы задолго до того, как Корниш и Вервуд закончили расталкивать пустые транспортировочные контейнеры. Его чувства улавливали не обычные мимолетные струйки энергии, которые были обычным явлением в Старом квартале, а сильные, устойчивые импульсы, которые указывали на вход в катакомбы. Он знал, что Мохнатик, все еще сидящий у него на плече, был напряжен, как будто собирался прыгнуть.

«Я следил за Малтби пару ночей». — Корниш отступил назад, чтобы отряхнуть руки. — «Он никогда не видел меня. Он заходил внутрь и оставался там несколько часов. Я решил, что здесь у него была дыра. Я вернулся однажды вечером, когда узнал, что он в отключке после «Шартреза». Я немного покопался». — Он махнул рукой на половицы. — Там есть люк.

Вервуд направил фонарик на доски и взглянул на Эммета. — Хочешь, я открою, босс?

«Давай.»

Полуразрушенное здание, в котором они стояли, находилось в районе старых складов у Южной стены. Все здания на этом участке набережной были заброшены и заколочены много лет назад. Со временем его, вероятно, переделают, но не скоро. Были и другие, более фешенебельные районы квартала, которые подверглись бы джентрификации (означает облагораживание, улучшение депрессивных районов. Это процесс социальных и экономических изменений в определенном районе, который происходит вследствие прихода более состоятельных жителей. Итогом этого процесса является рост благополучности района и его статуса) раньше, чем этот.

Вервуд потянулся, чтобы приподнять навесную часть пола. Дверь в катакомбы отворилась со скрипом и стоном.

Все посмотрели вниз, в непроглядную тьму.

Корниш усмехнулся. — «Ловушка иллюзий. Малтби установил ее, чтобы защитить свою маленькую лазейку».

Эммет посмотрел на него. — Ты не упоминал, что есть ловушка.

Корниш дернулся, как будто Эммет коснулся его острием лезвия. — Эй, эй, все в порядке. — Он поспешно отступил. — «Я честный игрок. Раньше регулярно работал в руинах. Я могу распутать ее для вас. Я делал это в ту ночь, когда нашел ее, а затем перезагрузил, чтобы Малтби ничего не узнал».

— Делай, — ровным голосом сказал Эммет. — «Уничтожь, чтобы ее нельзя было сбросить».

«Конечно, без проблем». — Корниш подбежал ближе к отверстию.

Эммет и Вервуд обменялись взглядами, а затем оба отошли на несколько шагов назад. Первое правило работы в катакомбах состояло в том, чтобы не стоять слишком близко к наладчику, который распутывал ловушку иллюзий, какой бы маленькой она ни была. И отойти еще дальше, если вы никогда раньше не видели, как он работает, и не знаете, насколько он компетентен. Одна маленькая ошибка, и все вокруг попадали в радиус кошмара, который накрывал на паранормальных частотах.

Корниш быстро обработал ловушку, а затем поднял обе руки с магическим размахом. — «Вот, ловушка снята». — Малтби держал небольшую базовую станцию. Справился он очень хорошо. — Когда я спустился, я нашел маленькие одноместные маг-сани, воду в бутылках, еду и даже переносной туалет.

Эммет вернулся к отверстию в полу и посмотрел вниз. Лестница из шатких рукотворных ступенек исчезала в глубокой тьме. Но луч фонарика без труда прорезал ее. Не ловушка иллюзии, а просто отсутствие света.

— Я проверю, — сказал Эммет Вервуду. — Ты остаешься с Корнишем.

— Эй, я ухожу, — взвыл Корниш. — Ты обещал, что я смогу уйти, если покажу тебе крысиную нору. Я даже очистил ее для тебя.

Эммет проигнорировал протест. — Следи за ним, Вервуд. Он не уйдет, пока я не удостоверюсь, что ловушек больше нет.

— Понятно, Босс.

Корниш затих, ворча.

Эммет и Мохнатик спустились по шатким ступеням. Фонарик высветил влажные стены туннеля, вырытого человеческими инструментами. Атмосфера была сырой и влажной. Тесное пространство вызвало скрытую клаустрофобию, о которой Эммет и не подозревал.

Но импульс пси-энергии теперь был сильнее, и он знал, что Мохнатик тоже это чувствует. Маленькие когти пыльного кролика сжимали и разжимали его плечо, а маленький зверек так наклонился вперед, что мог упасть с насеста.

Ступеньки по спирали пошли вниз и завернули за угол. Стены туннеля теперь были настолько плотными, что Эммету пришлось заставить себя нормально дышать.

Затем он увидел ободряющий треск зеленого света впереди. Тот факт, что не было никаких подозрительных темных пятен или подозрительных покалываний энергии, означал, что он был чист. Он остановился у входа и снова позвал Вервуда.

«Я пошел.»

— Окей, Босс. — Голос Вервуда был приглушенным и далеким.

Эммет повернулся боком, чтобы протиснуться через отверстие в стене катакомбы. Само существование таких трещин в зеленом камне долгие годы озадачивало экспертов. В конце концов, кварц казался практически неразрушимым, так как же могли появиться щели, отверстия и трещины?

Был выдвинут ряд теорий, в том числе возможность того, что когда-то в прошлом мощные землетрясения оказались более мощными, чем кварц, созданный пришельцами.

Другие пришли к выводу, что ущерб был нанесен в процессе строительства и остался незамеченным. Третьи — считали, что крысиные норы были созданы ворами, ренегатами и преступниками из числа древних хармониан, которые имели доступ к инструментам и машинам, использовавшимся для постройки подземного лабиринта.

Какой бы ни была причина, крысиные норы были разбросаны по всем древним городам. Пока они существовали, невозможно было полностью ограничить доступ к катакомбам. Всегда будут крысы-разрушители, незаконные охотники за древностями, искатели острых ощущений и преступники, которые захотят рискнуть в подземелье.

Пройдя через щель, Эммет оказался перед стандартным на вид проходом. Впереди было несколько перекрестков, каждый из которых имел ряд ответвляющихся коридоров, которые, в свою очередь, вели к новым перекресткам и ответвляющимся проходам и так далее на многие мили. Без янтаря он бы потерял ориентацию и потерялся бы, едва завернув за первый угол.

Он послал через циферблат небольшой импульс пси-энергии, сориентировав свои пара-резные чувства. Настроенный янтарь работал как компас. Теперь, куда бы он ни пошел, он сможет найти дорогу обратно в это место. При необходимости он мог использовать чужой янтарь для навигации.

Рядом со входом лежали припасы и снаряжение, которые Малтби накопил за годы работы в руинах. Эммет сел в магнитные сани, нажал ключ и взглянул на указатель направления янтарного цвета, расположенный на приборной панели. Предусмотрительно. Теперь у него был запасной компас.

Маленькая машина загудела, оживая.

Пушистик зарычал, звуча взволнованно и нетерпеливо. Эммет потянулся и снял его с плеча. Он поднял пыльного кролика так, чтобы он мог смотреть существу прямо во все четыре глаза.

«Вот оно, что приятель. Ты и я. Мы играем в игру «Найди Лидию» по-настоящему. Ты нашел ее однажды. Посмотрим, сможешь ли ты сделать это снова».

Комочек меха моргнул. Его охотничьи глаза блестели. Его гладкое жилистое тельце дрожало под мехом.

Эммет усадил его на капот саней прямо перед рулем, лицом в коридоры.

«Найди Лидию».

Сани начали движение, двигаясь с небольшой скоростью, Эммет молился, чтобы Мохнатик подал какой-нибудь сигнал языком тела на первом же перекрестке.

Пушок наклонился вперед, словно принюхиваясь к запаху приносимому невидимым порывом ветра. Если он прав, подумал Эмметт, пыльный кролик на самом деле посылает какой-то психический зонд.

На первом разветвлении коридора они столкнулись с пятью проходами. Эммет посмотрел на Мохнатика, который пристально смотрел на второй туннель справа.

Экспериментально Эммет начал отклоняться влево.

Мохнатик напрягся, несколько раз подпрыгнул и издал несколько резких рычаний. Его несогласие было очевидным.

Эммет послушно повернулся к туннелю, который привлек внимание Пушка.

Мохнатик успокоился, довольный, и снова стал смотреть прямо перед собой.

«Мохнатик, дружище, из тебя получится чертовски крутое украшение для капота».

Глава 28

Бесконечные каскады теней от ловушек иллюзий бурлящими волнами низвергались с потолка на пол. Густая бурлящая тьма образовывала зловещую завесу энергии по всей стене огромного зала.

Лидия уставилась на нее, благоговейно и взволнованно, несмотря на то, что в данный момент у нее были другие приоритеты. Такие, как выяснение того, как вырваться из когтей «Зеленых».

— Ты был прав, Херб, — сказала она, стараясь не показывать волнения. — «Это невероятно. Она огромная (завеса)».

— Около двухсот футов (≈61 м) в ширину и почти сорок футов (≈12) в высоту, — сказал Герберт. — «Ни один из наладчиков в нашей бригаде даже близко не может понять, как его/ ее обезвредить».

Она обнаружила, что подалась своему профессиональному любопытству. — Вы проверяли записи?

«Уверяю вас, я часами просматривал отчеты о раскопках вплоть до основания колоний, и нет никаких сведений о том, что кто-то когда-либо сталкивался с чем-то подобным. Насколько мы можем судить, он уникален (каскад/водопад)».

Лидия не упомянула, что слово «уникальный» в пара-археологии является рискованным словом. То, что необычная иллюзорная ловушка или реликвия определенного типа оказалась единственной в своем роде, не означало, что где-то здесь, в не нанесенных на карту секторах, их не было еще тысячи, ожидающих открытия. Однако она была не в настроении обсуждать археологическую теорию и практику с Хербом.

«Вы действительно считаете, что найдете могилу этого Аматеона за этой ловушкой иллюзий?» — она спросила. Она еще не могла понять, верил ли Герберт в свои собственные культовые убеждения или нет.

— Аматеон привел нас сюда, — произнес Герберт. — «Эта невероятная стена теней-ловушек, очевидно, была установлена для защиты какой-то великой тайны. Это может быть только могила Философа».

«Без обид, Херб, но если ты действительно веришь, что являешься гласом Аматеона, тебе, вероятно, следует с утра первым делом записаться на прием к хорошему парапсихологу».

Герберт не обиделся. Он лишь вежливо склонил голову. — «Я знаю, что ты не следуешь учениям. Это твой выбор. Но если тебе от этого станет легче, я скажу тебе, что вдобавок к наставлениям Аматеона мне помогла карта».

«Боже мой, вы нашли настоящую/ подробную карту Хармони и не передали ее властям? Вы хоть представляете, насколько ценно такое открытие? За двести лет мы не нашли никаких письменных источников, по крайней мере таких, которые мы смогли бы расшифровать. Карта даже части катакомб была бы невероятной находкой».

— Успокойтесь, миссис Лондон. — Герберт поднял брови. — Я не говорил, что карту нарисовали Хармониане.

«Ой.» — Лидия глубоко вздохнула и взяла себя в руки. — Тогда кто?

«Я считаю, что она была нарисована Винсентом Ли Вэнсом».

«Ты шутишь, да? Ты хочешь сказать, что революционный вождь нашел это место сто лет назад и начертил карту?»

«Это именно то, что я говорю. Я подозреваю, что Вэнс устроил свой второй штаб по другую сторону завесы, в гробнице Аматеона.

Несколько кусочков перемешанного пазла встали на свои места.

— Где ты нашел эту карту? — осторожно спросила Лидия.

— В первой штаб-квартире Вэнса, в катакомбах под Олд-Фриквенси.

Лидия затаила дыхание. — Ты Трой Берджис, не так ли?

В его глазах мелькнуло настоящее удивление. Но он быстро скрыл его. — Трой Берджис исчез пятнадцать лет назад, миссис Лондон. И больше не появлялся».

«Хорошо, будь по-твоему. Скажи мне, почему ты думаешь, что я могу обезвредить этого монстра?

«Я не думаю, что вы можете это сделать, миссис Лондон, я точно знаю, что можете».

«Что ты имеешь в виду?»

— Ты делала это уже однажды, в последний раз, когда была здесь.

Лидия повернулась к нему лицом. — «О чем ты говоришь?»

— Это комната, где мы нашли тебя без сознания. Есть только два способа попасть в эту комнату. Мы точно знаем, что ты пришли сюда не по тому коридору, которым мы с тобой только что воспользовались, потому что он постоянно охраняется. Остается только один способ попасть в это место.

— Ты хочешь сказать, что я прошла через эту ловушку иллюзий?

Герберт склонил голову. — «Насколько нам известно, Ты единственный человек, который когда-либо видел внутреннюю часть гробницы Аматеона и тайную штаб-квартиру Вэнса здесь, в Каденсе».

«Вы похитили меня, чтобы я могла показать вам, как распутать эту массивную ловушку?»

«Как я уже сказал, мы в отчаянии. В обмен на то, что ты покажешь нам путь в гробницу, мы готовы предоставить тебе эксклюзивные права на раскопки. Вам, миссис Лондон, выпадет честь, не говоря уже об огромном престиже, быть ведущим пара-археологом в команде, которая задокументирует и опишет все, что находится за этим барьером. Вы искали способ восстановить свою репутацию. Это открытие сделает вас легендой в мире пара-археологии».

— Есть только одна проблема, — сказала Лидия. — «Я не помню, как сделала это в первый раз».

Халат Грини неприятно пах чужим телом, но, по крайней мере, он подходил по размеру. Мохнатику пришлось хуже всего, потому что он был внутри, под мышкой Эммета.

Пушок привел его к сектору, который на встроенном локаторе саней значился как «Не нанесенный на карту». Там было примечание, что частная корпорация под названием «Ама-Грин» получила лицензию на раскопки в целях исследования и разведки.

При первых признаках присутствия человека — выброшенных газетах и мусоре в туннелях — Эммет бросил сани, взяв с собой Мохнатика.

Через несколько минут они столкнулись с первым постом охраны. Эммету удалось проскользнуть в пустой коридор как раз вовремя, его не заметили.

Используя Мохнатика в качестве указателя направления, Эммет пробрался глубже в лагерь Грини, минуя еще два поста охраны. Но по мере того, как они продвигались по сектору, становилось все труднее находить коридоры, не кишащие парнями в зеленых мантиях. Камуфляж / маскировка стала необходимостью.

Эммет был вынужден отказаться от первых трех предложений о пожертвовании халата, потому что все они были слишком короткими.

Когда четвертый Грини, молодой человек двадцати или двадцати одного года, вошел в помещение, переоборудованное в прачечную, Эммет решил, что длина мантии подойдет.

Он вышел из-за огромной стопки сложенных полотенец и вызвал маленькое привидение. Перепуганный Грини без протеста отказался от своего одеяния.

Эммет оставил дарителя халата надежно связанным и с кляпом во рту в шкафу, спрятанным за большой промышленной стиральной машиной.

Коридор возле прачечной был пуст. Эммет остановился на первом перекрестке и позволил Мохнатику высунуть нос через отверстие в мантии.

— Ну что, приятель?

Пушок повернул голову вправо и тяжело наклонился в этом направлении.

«Понятно.»

Лидия увидела, как незнакомец появился в коридоре возле ее камеры, и тут же прекратила свое беспокойное хождение по комнате. Мужчина был одет в зеленую мантию, как и другие. На голову был натянут капюшон, и он был спиной к ней, когда шел к трем послушникам, охранявшим ее.

Она почувствовала покалывание. Все ее чувства уже несколько часов функционировали в высоком разрешении и, несомненно, были сверхчувствительными. Тем не менее, в движениях этой фигуры в зеленой мантии было что-то очень знакомое.

— Открой дверь, — сказал Эммет холодным, спокойным голосом, в котором звучала властность. «Мне приказали перевести ее в другое место».

Мартин и Фрэнсис выглядели озадаченными. Третий молодой охранник нахмурился.

«Ну, я не знаю, — сказала она. — Может быть, нам лучше поговорить с кем-нибудь.

«Ага.» — Мартин начал подниматься на ноги. — Я свяжусь с начальником сектора и просто удостоверюсь…

В коридоре яростно вспыхнул призрачный свет. Трое молодых людей вскочили на ноги и прижались к стене. Они в шоке уставились на дико пульсирующий НПДЭ.

— Черт, — заорал Мартин.

Фрэнсис открыла рот, чтобы закричать.

— Никто не двигается, — тихо сказал Эммет. — «И никого не поджарит. Дай мне ключ от камеры».

Из-под мантии Эммета появился Мохнатик. Он возбужденно покатился по полу и проскользнул сквозь прутья камеры Лидии.

Она подхватила его и поцеловала в макушку его невзрачной маленькой головы. — Как раз вовремя, ребята. Почему так долго?

Мартин ненадолго порылся под своей мантией и достал рез-ключ. Эммет немного отвел призрака в сторону и поднял руку.

— Брось мне, — приказал он.

Мартин повиновался.

— Ты, — сказал Эммет, глядя на Фрэнсис. — «Снимай халат».

Заметно дрожа, Фрэнсис расстегнула мантию, обнажив джинсы и футболку, которые были на ней под мантией. Она скомкала халат и швырнула его в Эммета.

— Ты никогда не выберешься отсюда, мы тебя поймаем, — отрезала она дрожащим голосом.

Эммет кивнул. — «Возможно, вы захотите иметь в виду, что этот тип призраков возбуждается громкими звуками. Например, один громкий крик, вероятно, заставит его сойти с ума».

Оставив НПДЭ держать троих прижатыми к стене, он открыл дверь камеры.

Схватив Пушка, Лидия выбежала наружу.

«Одень это.» — Эммет бросил ей халат.

Она накинула зеленую тряпку на плечи и натянула капюшон.

«Идем.» — Эммет повернулся и быстро пошел по коридору. — «Призрак будет удерживать их, пока кто-нибудь не придет и не уничтожит его».

Она поспешила за ним, Мохнатик был засунут под мантию.

За следующим поворотом стоял небольшой грузовичок.

— Там, где я его оставил, — сказал Эммет, запрыгивая в открытую кабину и заводя двигатель. «Дела идут на поправку».

Лидия вскарабкалась рядом с ним. Мохнатик высунул нос из-под мантии.

— Это правда, что ты сказал этим троим? — она спросила. — Насчет того, что призрака раздражают громкие звуки?

«Нет, но если повезет, они будут верить в это достаточно долго, чтобы дать нам фору».

— Как ты раздобыл грузовик?

«Я украл его у группы Грини, которые обедали».

«Хорошо», — сказала она.

Эмметт проверил датчики и циферблаты на приборной панели и резко завернул за угол. — «Мохнатик привел меня сюда, но теперь мы можем использовать локатор, чтобы добраться до ближайшего выхода».

Они проехали мимо еще одного грузовика, за рулем которого находился мужчина в зеленом халате. Водитель начал было поднимать руку в знак приветствия, а потом огляделся и нахмурился.

— Это место кишит охраной, — предупредила Лидия.

— У меня сложилось такое же впечатление. — Эммет взглянул на локатор и повернул еще раз. — Что, черт возьми, здесь происходит?

«Археологическое открытие века. Может быть, двух столетий. Лидер называет себя мастером Гербертом».

«Это должно быть Герберт Слэттери, босс «Зеленых, верно?»

«На самом деле, я думаю, что в действительности он- Трой Берджис».

«Серьезно?»

«Послушай. Он утверждает, что нашел старую карту, нарисованную Винсентом Ли Вэнсом. Он думает, что она указывает местонахождение второй штаб-квартиры Вэнса. Он говорит, что то, что на самом деле нашел Вэнс, было могилой этого чувака — Аматеона. Проблема в том, что у входа огромная стена призрачной тени.»

— Он действительно верит в собственные бредни об Аматеоне?

«У меня сложилось такое впечатление, но я должна сказать, что этот парень — хороший актер. Я, честно говоря, не могу сказать, развел он меня или нет. Но он определенно хочет попасть в комнату, которую Вэнс отметил на карте».

«Они схватили тебя, потому что Херб, или Берджис, или как там его зовут, думают, что ты можешь обезвредить большую ловушку?»

«Это длинная история.» — Лидия сжала рукой борт кабины, чтобы удержаться, пока Эммет гнал грузовик по другому коридору. — «Но кульминация в том, что я сделала это однажды во время «Потерянных выходных». Вот почему они хотели вернуть меня. Судя по всему, я единственный наладчик, которому удалось попасть в комнату.

— И у тебя амнезия на все эти сорок восемь часов, — мягко заключил он.

Она невесело улыбнулась. — «Очень иронично, да? Я видела то, чего не видел ни один человек со времен Винсента Ли Вэнса, и я не помню этого. Только подумай, если бы семь месяцев назад все пошло немного по-другому, я бы сегодня возглавляла факультет пара-археологии в университете, а не работал у Шримпа.

— Я так понимаю, ты не рассказала Хербу как распутать этого монстра?

«Неа. Он пообещал мне солнце, луну и звезды, если я проведу его в эту комнату, но я сказала ему, что не могу вспомнить, как я сделала это в первый раз. Затем я объяснила, что от нокаутирующего препарата, которым они меня вырубили, у меня разболелась голова. Я сказала, что мне нужно немного отдохнуть, прежде чем я предприму попытку».

— Поэтому ты была в камере, когда я пришел? Ты должна была отдохнуть перед важным событием?

«На самом деле, я пыталась выиграть время. У меня было предчувствие, что ты, объявишься рано или поздно.

Он свернул за угол и резко остановился. — «Проклятие. Похоже, пошли слухи, что ты сбежала».

У Лидии перехватило дыхание при виде большого двойного призрака, преградившего им путь. Сквозь хаотичный пульсирующий зеленый свет пси-энергии она увидела две фигуры, движущиеся по другую сторону НПДЭ. Охотники, подумала она, работают в тандеме, чтобы увеличить свою силу.

Пока она смотрела, появился третий мужчина, добавляющий свою энергию к пылающему, крутящемуся огненному шторму.

«Забудь об этом.» — Эммет включил задний ход, уперся одной рукой в спинку сиденья и слегка повернулся, чтобы проверить коридор позади. Он резко нажал на педаль газа. — «Первые два — это простые рез-паттерны. Я мог справиться с ними без каких-либо проблем. Но третий парень хорош. Мне придется расплавить янтарь, чтобы избавиться от его призрака и двух других, а мы пока не можем так рисковать.

Она поняла. Как только Эммет применит силу, которая расплавит янтарь, начнется обратный отсчет до неизбежных последствий. Тяжелый случай похоти был бы наименьшей из его проблем. Она знала, что он сможет это контролировать. Но он ничего не сможет сделать, чтобы сдержать отчаянную потребность во сне, которая вскоре настигнет его. Он не мог позволить себе такую серьезную трату пси-энергии, пока они не оказались в месте, где он мог бы безопасно восстановить силы.

На следующем перекрестке Эммет взглянул на локатор, покрутил руль и резко повернул направо.

В коридоре раздались тревожные крики. Появились «Зеленые». Вспыхнули два маленьких призрака. Эммет снял их, но вместо того, чтобы направить грузовик мимо собравшейся толпы, он проверил датчики и повернул налево, уводя их в еще один коридор.

Они не ушли далеко. В соседнем проходе ждала свежая команда. Эммет резко остановился, снова изменил курс и повернул направо.

Этот коридор был пуст, но пси-энергия волнами плыла по залу, обтекая их подобно течениям невидимой реки.

— Плохие новости, — прошептала Лидия. — «Это выглядит знакомо».

«Да?»

— Херб приводил меня сюда. — Она повернула голову, ища ориентиры. — «Это коридор, который ведет в комнату, где находится стена тени из ловушек иллюзий. Как только мы окажемся там, мы попадем в ловушку во всех слыслах.

Эммет посмотрел в зеркало заднего вида. — Думаю, это объясняет некоторые вещи.

«Какие?»

«Почему они оставили троих детей охранять тебя вместо пары обученных охотников. Черт, они не пытаются нас поймать. Они ведут нас в том направлении, в котором хотят, чтобы ты шла. Сомневаюсь, что они меня ждали. Я, вероятно, осложнение, без которого они могли бы обойтись, но они хотели, чтобы ты предприняла попытку побега».

Она нахмурилась. — «Зачем им это?»

— Чтобы они могли заблокировать все пути отхода, кроме одного, — сказал Эммет.

Еще одно воспоминание вспыхнуло и с поразительной ясностью открылось в ее сознании. — Как и в прошлый раз.

«Что?»

«Вот говнюк».

«Кто?»

«Херб». — Свежее возмущение вспыхнуло в ней, когда все больше воспоминаний о «потерянных выходных» объединялись. — «Я знала, что он лжет, я просто не была уверена, какие из деталей, которые он мне сообщил, были правдой, а какие — ложью. Но теперь я вспоминаю, что попала в этот сектор не из гробницы Аматеона. Я сбежала таким образом».

«Какого черта?»

«Воспоминания пока обрывочны. Потом объясню. Продолжай двигаться.»

Кто-то крикнул позади них.

Эммет снова посмотрел в зеркало заднего вида. — «Может быть, пришло время дать этим ребятам пищу для размышлений».

Он полез внутрь своей мантии и достал темный, смертельно опасный предмет.

Она уставилась на оружие в его руке. — Это магрез-пушка. Где ты взял ее?»

«Кабинет снабжения».

«Ах, да? И в каком шкафу снабжения находится такое незаконное оружие?

— Тот, который Уайатт держит в своем кабинете. Также известный как его личный настенный сейф.

— Боссы Гильдий, — пробормотала она. — Что сними делать / Что с них взять?

Эммет снова взглянул в зеркало. Она видела, как его рука сжала пистолет. Ее охватила новая вспышка тревоги.

— Эммет, ты не можешь использовать эту штуку здесь. Ты знаешь, как опасно использовать любое огнестрельное оружие в катакомбах. Пули будут рикошетить во все стороны. Более того, пси-энергия, которую ты используешь для срабатывания триггера, непредсказуема внутри стен. Она может легко призвать много дикой призрачной энергии.

— Все это серьезно отвлечет их, — холодно сказал он. — Это как раз то, что нам нужно.

Она услышала слабый протестующий рокот и посмотрела вниз, чтобы увидеть, что Мохнатик мягко извивается в ее руках, пытаясь освободиться. Она поняла, что сжала его очень крепко. — Извини, Мохнатик. Думаю, я немного напряжена». — Она ослабила хватку.

Пушок перебрался с ее коленей на плечо. Теперь он весь был зализан, четыре глаза сверкали льдом и огнем прирожденного хищника. Она заметила, что в глазах Эммета горел тот же леденящий жар.

К тому времени, когда вы увидите зубы, будет слишком поздно.

Она глубоко вздохнула. — Не волнуйся, мы выберемся отсюда так же, как и я в прошлый раз. Я распутаю ловушку, которая охраняет секретную комнату Вэнса.

— Я думал, ты сказала Хербу, что не помнишь, как убрать эту стену тени.

«Он солгал мне, поэтому я солгала ему».

Глава 29

Эммет въехал в дверной проем вестибюля и резко затормозил. Несколькими ловкими движениями ему удалось припарковать большую машину так, что она заблокировала вход.

Призрачный свет яростно вспыхнул у входа, через который они только что проехали. Пульсирующая энергия была так близко, что Лидия вздрогнула. Эммет вызвал большой НПДЭ.

«Что ты делаешь?» — она спросила.

«Установка блокпоста. Это не задержит их надолго, но даст нам немного времени». — Он жестом предложил ей выйти из кабины. — «Конечная остановка, выходим».

Лидия вылезла из машины с Пушком на плече. Эммет быстро последовал за ними.

Она услышала крики и вопли в длинном коридоре позади них. Призрак, которого поставил Эммет, эффективно заблокировал вход. Потребовалось бы время и навыки, чтобы дерезировать его.

Они побежали к огромным, сокрушительным волнам пси-энергии, которые разливались и бурлили вдоль дальней стены. Лидия думала, что на этот раз она была готова к ловушке- монстру, но вид этой бесконечно меняющейся тьмы, тем не менее, заставил пересохнуть во рту.

Эммет осмотрел сцену и тихонько присвистнул. — Хорошо, я впечатлен.

Мохнатик тихо прорычал.

«Херб сказал, что в официальных отчетах о раскопках не было никаких других подобных ловушек, и я склонна ему верить», — сказала Лидия. — «Это составило бы целый курс семинаров для выпускников в школе ПА».

Эммет потянулся, чтобы сдернуть Пушистика с ее плеча. — Я позабочусь о твоем приятеле, пока ты будешь делать то, что должна. — Он посмотрел в сторону входа. — Но что бы это ни было, пожалуйста, сделай это быстро.

«Не волнуйся, теперь, когда мы здесь, «Зеленые» будут держаться на расстоянии, пока я что-нибудь не сделаю с этой штукой». — Она медленно двинулась к каскаду иллюзий.

«Дай угадаю, мысль о том, что ты поймаешь отдачу этого монстра, — это то, что мы можем назвать основным сдерживающим фактором».

«Да.» — Она вздрогнула и быстро повернулась к нему. — «Эммет, если я ошибаюсь насчет этого, если я не смогу распутать ее снова, я не думаю, что кто-либо, стоящий так близко, выживет. Было бы лучше, если бы вы перебрались в одну из тех ниш вдоль боковой стены. Кварц заблокирует часть энергии.»

«Забудь про это. Мы с Мохнатиком знаем, что ты справишься. Но было бы неплохо, если бы ты немного поторопилась.

«Верно.»

Она повернулась лицом к ловушке и сосредоточилась на тихом водопаде темной энергии перед ней. Она осторожно исследовала, нащупывая узоры внутри узоров пульсирующей, кипящей пси-силы. Не было никакой возможности, чтобы один-единственный наладчик, работающий в одиночку, мог собрать достаточно энергии, чтобы разом вывести из строя всю ловушку. Херб сказал ей, что «Зеленые» пытались использовать два тандема в одном отчаянном эксперименте, но результаты были катастрофическими. Это усилие спровоцировало опасные, непредсказуемые изменения в сложных узорах ловушек.

Ответ был очевиден, как только вы его видели, — подумала она. Если вы не могли снести стену или обойти ее, вам приходилось прорываться сквозь нее.

Она смутно осознавала, что крики и вопли у входа в комнату прекратились. Наступила мертвая тишина. Она чувствовала взгляды наблюдателей. Без сомнения, мастер Херб был где-то среди наблюдателей.

— У пары из них есть пистолеты, — тихо сказал Эммет. — «Я думаю, идея состоит в том, чтобы подождать, пока ты не обезвредишь эту штуку, тогда они снимут мой призрак и попытаются убить нас обоих, прежде чем ты сможешь перезапустить такую большую ловушку».

«Звучит как план.» — Если Грини удастся убить их обоих, прежде чем она сможет сбросить гигантскую ловушку, они достигнут своей цели — попадут в секретную комнату.

«Лидия, послушай меня, как только ловушка падет, бери Мохнатика и беги так быстро, как только сможешь. Не останавливайся, что бы ни случилось, поняла?»

Она знала, что он намеревался использовать магрез-пистолет, чтобы выиграть для нее немного времени. Как только пули начнут рикошетить от стен вестибюля и дикая, хаотичная призрачная энергия начнет летать вокруг, многие люди, включая Эммета, будут ранены, сожжены или убиты.

— «Ловушка не падет, Эммет. Приготовься следовать за мной».

Он бросил на нее быстрый вопросительный взгляд, но ничего не сказал.

Она выбрала часть энергетической стены, которая была прямо перед ней, а затем начала пробиваться сквозь темный поток энергии.

Она уловила пульс резонирующего энергетического узора в одном маленьком пятне и осторожно приглушила его. Не самая простая работа, которую она когда-либо делала, подумала она, но, как ни странно, и не самая сложная. Хитрость заключалась в том, чтобы не думать об огромной массе кошмарной энергии, которую можно так легко спровоцировать одним неверным шагом.

Открылся участок тени, сначала медленно, а потом все быстрее. Она мельком увидела знакомый зеленый свет, исходящий из таинственной комнаты по другую сторону барьера.

Она работала осторожно, пока не получила достаточно широкий туннель, чтобы вместить их троих. Затем она расчистила участок пола, чтобы они могли пройти по бурлящему проходу.

— Пошли, — сказала она.

Эммет, наблюдавший за толпой у входа, обернулся. — Он все еще там… — начал было он, но осекся, ухмыльнувшись, когда увидел отверстие. — «Ну, черт возьми, леди, это действительно хороший трюк. Я никогда не думал, что с ловушкой иллюзий можно справиться таким образом».

«Никогда не было причин пробовать такую технику, пока не появился этот монстр. Готов?»

— Иди, — приказал Эммет.

Она вошла в туннель и тут же была окутана странной, мчащейся тишиной. Темная энергия грохотала и катилась над головой и со всех сторон, кроме полосы, которую она очистила. Она как будто попала внутрь полого вихря огромной океанской волны. Ее охватило сильное чувство возбуждения, от которого у нее чуть не закружилась голова.

Она оглянулась и увидела, что Эммет последовал за ней. Он двигался быстро, но она не могла слышать стук его ботинок по полу. Его рот открылся, и она знала, что он говорит с ней, но, хотя она была всего в ярде (≈90 см) от него, она не могла слышать ни слова. Когда он понял, что пси-энергия заглушает все звуки, он скривился, покачал головой и закрыл рот.

Мохнатик сидел на плече Эммета, его мех стоял торчком (топорщился / ощетинился) по всему телу серым ореолом. Все, что она могла видеть, были его четыре сияющих глаза. Ощущение головокружения усилилось. Она начала смеяться над маленьким пушистым комком, а потом заметила диких красно-золотых змей, танцующих и извивающихся перед ее лицом. Ее собственные волосы также реагировали на огромное количество окружающей пси-энергии в воздухе. Так было и с Эмметом. Все трое выглядели так, будто только что прикоснулись к проводу под напряжением, по мощности которого хватило бы, чтобы осветить небольшой городок.

Стена энергии была необычайно толстой. Туннель, который она создала, был не менее двадцати футов (≈6 м) в длину.

Эммет остановился на полпути и обернулся, чтобы оглянуться. Лидия проследила за его взглядом. Через отверстие в другом конце она увидела фигуры, снующие по вестибюлю. Грини удалось обезвредить призрак Эммета. В любую секунду кто-нибудь из них бросит вызов ее туннелю и бросится в погоню.

— Я закрою, — закричала Лидия, а потом поняла, что Эммет не слышит ни слова из того, что она говорит.

Она отправила пси-энергию обратно, чтобы уничтожить вход в туннель. Он закрылся быстро. Бурлящая тьма запечатала отверстие и отрезала зеленое свечение с того конца.

Она не сомневалась, что вскоре Херб или один из его мощных пара-резонаторов эфемерной энергии рискнет попытаться повторить ее успех. Но даже зная теперь, что это можно сделать, они будут проявлять крайнюю осторожность в отношении этой необычайно мощной ловушки. У нее, с Эмметом и Мохнатиком осталось немного времени, — подумала она.

Она уже собиралась поздравить себя, когда заметила, что туннель немного сузился. Только тогда она поняла, что устала. Попытка удержать проход открытым под давлением неисчислимого количества пси-энергии истощала ее резервы.

Она быстро поманила Эммета.

«Беги!» — закричала она, хотя знала, что Эммет ее не слышит.

Тем не менее, он, казалось, понял, что происходит. Обхватив одной рукой Мохнатика, чтобы прижать его к плечу, Эммет бросился бежать.

Лидия развернулась и помчалась к дальнему концу энергетического туннеля.

Туннель продолжал сужаться. Ей казалось, что она чувствует давление надвигающейся на нее энергии, уже не волнующей, а угнетающе тяжелой. Она сопротивлялась взрывом пси-силы. Бурлящие волны слегка отступили, но ненадолго.

Отверстие в дальнем конце было близко. Всего несколько шагов.

Почти добралась.

Лидия вылетела из рушащегося (захлопывающегося) туннеля, а Эммет последовал за ней по пятам. Ее нога зацепилась за предмет на полу. Она споткнулась и тяжело упала. Эммет споткнулся о то же препятствие, но сумел устоять на ногах. Он наклонился, схватил Лидию за воротник рубашки и потащил от входа в рушащийся туннель.

«Нет необходимости перезапускать ловушку», — подумала она. Проход, который она открыла, быстро закрывался, как и в прошлый раз. Эммет остановился на безопасном расстоянии от каскада бесконечных кошмаров. Вместе они с изумлением наблюдали, как беспокойная, кипящая энергия снова заполнила пустоту, которую создала Лидия.

Стена призрачной тени снова разделяла две комнаты.

«Ты в порядке?» — Эммет засунул магрез-пистолет за пояс.

«Да, я так думаю.» — Она начала подниматься на ноги, пытаясь восстановить дыхание. — «Извини за это. Моя память, кажется, возвращается по частям. Теперь я помню, что стена вновь запечатала себя, когда я выбралась. Мне не нужно было пытаться сбросить ее».

На самом деле, она едва успела.

К ней подбежал Мохнатик. Она подняла его и внимательно осмотрела. Он казался в порядке.

— Похоже, ты не единственная, кто прошёл этим путем. Эммет указал на предмет, о который она споткнулась при выходе из туннеля.

Она проследила за его взглядом и увидела ухмыляющийся череп и связку бледных костей. Скелет все еще был частично покрыт рваными остатками красно-золотой униформы, которую она узнала по картинкам из книг по истории и сценам, нарисованным на стенах Зала Возрождения. Полированное сияние знаменитой янтарно-золотой печати, когда-то приколотой к груди куртки, не потускнело и через сто лет.

Рядом лежал второй скелет, одетый в похожем стиле. Ожерелье с янтарной подвеской провалилось сквозь грудную клетку.

— Я их помню, — тихо сказала Лидия. Холод, пробежавший по ней, был тревожно знакомым. «Они были здесь в прошлый раз. Встречай останки Винсента Ли Вэнса и Хелен Чендлер».

Глава 30

«Так вот куда они ушли, чтобы умереть после Последней битвы при Каденсе». — Эмметт изучал скелеты. — «Согласно старым легендам, они заключили договор о самоубийстве и поклялись выполнить его, если потерпят поражение. Но у меня есть подозрение, что они были немного более практичными. Вероятно, хотели здесь спрятаться от охотников Гильдии, и переждать пока жара не уляжется».

— Держу пари, что что-то пошло не так, когда она пыталась разобрать туннель в ловушке, — прошептала Лидия. Она подумала о том, как близко все они были к катастрофе минуту назад, когда отверстие, которое она проделала в стене, начало сужаться без предупреждения. — «Это не заняло бы много времени. Один крошечный просчет, и они словили бы отдачу, когда ловушка захлопнется».

Эммет кивнул. — «Они оба были измотаны битвой и отчаянным отступлением через катакомбы. Некоторые свидетельства утверждают, что Вэнса опалили. Одно можно сказать наверняка: к тому времени, когда они добрались до этого места, ни один из них не был в состоянии справиться с этой ловушкой для монстров.

Лидия потерла руки, борясь с колючим холодом, от которого по коже побежали мурашки. — «Они попались. Воздействия такой массивной ловушки, как эта, вероятно, было бы достаточно, чтобы убить человека на месте. По крайней мере, это погрузило бы их обоих в глубокую кому. Без медицинской помощи они в конечном итоге умерли бы прямо там, где упали, так и не очнувшись».

«Историкам придется переписать несколько глав в учебниках после того, как это место разберут профессионалы».

«Какое по-настоящему ужасное окончание жизни»—. Лидия снова вздрогнула и потянулась, чтобы коснуться Мохнатика. — «В ловушке инопланетного кошмара».

— Черт с ними, они это заслужили. — Эммет наклонился и взял печально известную янтарную печатку Вэнса. — «Эти двое чуть не уничтожили колонии, пытаясь их завоевать. Наказание соответствует преступлению».

Она печально улыбнулась. — «Хорошо, эта точка зрения имеет место быть».

«Что, черт возьми, это за место?» — С янтарем Вэнса в руке, Эмметт повернулся на каблуках, осматривая большой круглый зал. — «Я никогда не видел ничего подобного в отчетах о раскопках. Но я чертовски уверен, что это не могила.»

Лидия проследила за его взглядом. Сводчатый потолок был высоким, намного выше, чем в прихожей. В кварцевых стенах было вырезано несколько широких изогнутых балконов. Они поднимались ярусами почти до самого верха. Там было несколько ниш и отверстий. Некоторые из них, казалось, соединялись с другими, меньшими камерами.

Многие из реликвий в камере были знакомы по стилю и дизайну. Подобные пьедесталы, урны и абстрактные скульптуры она видела на раскопках, в музеях и галереях. Но длинные ряды неглубоких кварцевых ящиков с резными крышками были для нее в новинку.

— Ты когда-нибудь видела что-нибудь подобное раньше? — Эммет подошел к одному из длинных ящиков и провел пальцем по замысловатым узорам, украшавшим его.

— Нет, не видела. — Лидия встала рядом с ним. — «Мы не можем быть уверены, что это не какая-то очень сложная гробница, построенная для великого лидера. Возможно, Херб был прав. Может быть, это место захоронения Аматеона».

— Не думаю.

Она нахмурилась. — «Почему? Без обид, но ты охотник, а не обученный П-А.

Эммет пожал плечами. — «Это место не похоже на могилу».

«Ты не можешь полагаться на ощущения. По правде говоря, мы почти ничего не знаем о том, как Хармониане использовали какие-либо комнаты и камеры, которые мы раскопали за последние двести лет».

«Верно.»

Она осторожно подняла крышки нескольких длинных ящиков. Внутри ничего не было. «Интересно, что они хранили в этих лотках?»

Он оглянулся на бурлящую стену. — «У нас нет времени делать археологический отчет. Мы должны выбраться отсюда».

«Я просто хочу заглянуть еще в пару таких лотков».

— Черт возьми, Лидия…

Она частично открыла крышку другой коробки. Внутри был предмет. Ее первой мыслью было, что это уменьшенная версия внешнего контейнера. Он был замысловато украшен знакомыми плавными абстрактными узорами, которые встречались на многих реликвиях.

«Смотри, он шарнирно закреплен с одной стороны, как крышка. . о боже, Эмметт. Она едва осмеливалась дышать. — Эммет, посмотри».

«Оставь это на потом». — Эммет схватил ее за руку, чтобы оттащить. Он нетерпеливо взглянул на объект, приковавший ее к месту. Он замер. — «Не могу поверить в это».

Они оба уставились на первый из нескольких необычайно тонких листов кварца. Каждый был покрыт еще более абстрактными узорами.

«Книга.» — Лидия сглотнула и осторожно перевернула страницу. — Я думаю, это настоящая книга, Эммет. Первая, которая когда-либо была найденая в руинах.

Острые ощущения от открытия грозили сокрушить ее. Очень осторожно она перевернула еще одну страницу.

Что-то мерцало на одном из зеленых кварцевых листов. Часть страницы задрожала перед ее глазами. Она вскрикнула от неожиданности, отдернула руку и сделала быстрый шаг назад. Мохнатик проворчал из-за внезапного движения и вцепился своими маленькими когтями в ее рубашку, чтобы сохранить равновесие.

Эммет склонился над книгой и осторожно осмотрел мерцающую часть. — «Я думаю, что это какая-то картина. Но она не в фокусе. Читатель, вероятно, должен был активировать какой-то механизм, чтобы сделать ее четкой».

— Пси-питание? — Она изучала колеблющуюся страницу. — «Я чувствую струйку энергии».

«Я тоже.»

«Это не выглядит опасным».

«Знаменитые последние слова от П-А». — Эммет крепче сжал ее руку. — «Мы точно не собираемся проводить здесь никаких экспериментов. Насколько нам известно, энергетические призраки и иллюзорные ловушки, возможно, были наименее смертоносными из пси-технологических устройств, оставленных инопланетянами».

«Я не буду спорить, но ты знаешь, на что похоже это место, Эмметт? Это похоже на библиотеку».

«ВЫ сами, П-А, всегда предупреждаете всех не проводить параллели между людьми и Хармонианцами, помнишь? Вы говорите, что мы не должны делать предположения о культуре пришельцев, основываясь на нашей собственной».

— Я знаю, но пока я руководствуюсь своей интуицией. Я думаю, что это была библиотека или что-то подобное. В какой-то момент они упаковали ее, возможно, когда покидали свои колонии. Но они оставили одну книгу. Возможно, для них это было не так важно. А может просто пропустили или забыли. Но это наш первый Хармонианский текст. В университете сойдут с ума».

— И ты войдешь в летопись/ историю как та, кто нашла его.

Она закрыла крышку и осторожно вынула книгу из длинной коробки. Она была легче, чем выглядела. — Я заберу ее с собой.

«Лидия…»

— Я буду осторожна, обещаю. Я не открою ее снова, пока не попаду в исследовательскую лабораторию. Эммет, пожалуйста, я не могу оставить это. В прошлый раз амнезия стерла мои воспоминания об этой комнате, и люди, которые знали правду, лгали обо всем. Я просто не могу снова все потерять».

Его лицо стало суровым, и на мгновение она подумала, что он откажется, но в конце концов он лишь один раз кивнул, очень коротко.

— Хорошо, — сказал он. — Как нам выбраться отсюда?

С облегчением она сжала книгу обеими руками и наклонила подбородок к проходу, окруженному двумя элегантными колоннами. — Кажется, я помню этот отрывок.

«Есть ли там другие врата иллюзий?»

Она нахмурилась, пытаясь вызвать воспоминания. — Да, но гораздо меньшие.

Эммет сгреб Мохнатика с ее плеча и поставил на пол. — Мы пустим тебя первым, приятель. У тебя инстинкты /чувства лучше, чем у любого из нас. Домой, приятель.

Мохнатик быстро побежал через двойные колонны.

Лидия и Эммет последовали за ним. Пушок кувыркался и прыгал через комнату, мимо более загадочных объектов, а затем свернул в короткий зал и резко остановился. Его мех прижался к жилистому маленькому телу.

Иллюзорная тень преградила путь.

— Не проблема, — сказала Лидия.

Она быстро сняла барьер.

И чуть не вляпалась / в резалась в огромного призрака, поджидающего с другой стороны.

Он был огромным. Зеленый огонь вспыхивал и переливался в страшном, непредсказуемом ритме. Между краями призрачного света и стеной было узкое пространство.

Эммет схватил ее и отдернул подальше из зоны досягаемости.

«Теперь я вспомнила эту штуку». — Лидия смотрела, как призрак пульсирует, светится и кружится. Вернулись последние пропавшие воспоминания.

— Это тот, который тебя подпалил? — спросил Эммет, внимательно изучая его.

«Да.» — Она вздрогнула, крепко сжимая книгу. — «Другого выхода не было. Я не могла вернуться. Так что я подождала, пока пульсация немного утихнет, а затем попыталась проскользнуть мимо, прижимаясь к стене. Но он вдруг вспыхнул и обжег меня. В тот момент я бежала на чистом адреналине, и мне удалось пробежать еще несколько ярдов. Я добралась до следующего перекрестка, свернула в другой проход, нашла камеру и рухнула. Следующее, что я помню, это то, как Мохнатик облизывает мое лицо».

Эммет наклонился и поднял лежащий на полу предмет. Он держал его между большим и указательным пальцами.

— Мой браслет, — выдохнула она. — «Вот где я потеряла его. Я сломала защелку, когда убегала от охранников, поэтому сжала его в руке. Это завело меня так далеко, но когда этот призрак коснулся меня, я, должно быть, уронила его».

Эммет посмотрел на огромного призрака. — «Если та комната, которую мы только что покинули, на самом деле библиотека, я думаю, это был абонементный стол».

«Укомплектованный библиотекарем из ада».

Эммет подбросил янтарную печатку Винсента Ли Вэнса в воздух и поймал ее.

«К счастью для нас, у меня есть читательский билет», — сказал он.

Глава 31

Утро понедельника. Лидия бездельничала в своем офисном кресле, потягивала горячий рез-чай и осматривала свою небольшую, внимательную аудиторию. Мелани сидела на краю стола, юбка была задрана вверх. Шримптон завис в дверях.

«Это практически конец истории», — заключила Лидия. — «После того, как Эммет использовал печатку Вэнса, чтобы уничтожить этого большого призрака, преграждающего нам путь, мы направились к ближайшему выходу. Эммет немедленно связался с Вервудом и детективом Мартинес и проинформировал их о ситуации в «Зеленом крае». Мартинес вошла туда с отрядом полицейских и охотников и провела зачистку. Конечно, для нее это был огромное продвижение».

«Жаль, что Герберт Слэттери, или Трой Бёрджис, или как там его имя ускользнул», — угрюмо сказал Шримптон.

— Они найдут его, — сказала Лидия.

Мелани кивнула. — «Между прочим, обнаружение этого тайника с незаконным оружием в коридоре, который «Зеленые» называли Зоной 51, в значительной степени гарантирует, что Мартинес получит огромное продвижение по службе».

— К тому времени, когда Мартинес получит новое повышение, Эммет будет уже бывшим Боссом Гильдии, — твердо заявила Лидия. — «Уайатт быстро идет на поправку, слава богу. Сегодня он выписывается из больницы».

Шримптон задумчиво нахмурился. — «Они выяснили, что этот Герберт-Берджис собирался делать со всеми этими пушками?»

«Берджис — единственный, кто может точно ответить на этот вопрос, но я не удивлюсь, если узнаю, что у него были планы пойти по стопам Вэнса».

— Завоевать города-государства? — Мелани была потрясена. — «Невозможно. Он никак не мог этого сделать».

— Я думаю, он мечтал найти какие-то инопланетные технологии в так называемой гробнице Аматеона, — медленно сказала Лидия. — «По общему мнению, он годами был одержим Вэнсом. Он подозревал, что Вэнс обнаружил в той комнате какой-то великий секрет».

— И Берджис думал, что если он получит в свои руки этот секрет, то сможет сделать то, что не удалось сделать Вэнсу, не так ли? — спросила Мелани.

— Такова теория, — сказала Лидия. — Как я уже сказала, мы узнаем больше, когда они найдут Берджиса.

— Его поиски не займут много времени, — сказал Шримптон. — «Что-то мне подсказывает, что если Мартинес не поймает его быстро, Гильдия очень скоро выследит его».

«Это точно.» — Мелани усмехнулась. — «Джек говорит, что каждый охотник в каждом городе Федерации ищет Берджиса. Он может скрываться некоторое время, но он не сможет делать это вечно».

Шримптон скорбно вздохнул. — Вот и все. Саркофаг Мадда. Никогда не было настоящего частного коллекционера, готового заплатить вдвое больше, чем он стоил. Все это было уловкой, чтобы сделать возможным похищение».

Брови Мелани нахмурились. — «Я не понимаю этой части. Берджис, должен был, знать, что если ты исчезнешь посреди экскурсии Грини, кто-то заподозрит Орден Аколитов Аматеона.»

Лидия покачала головой. — «Его не волновало, что нескольких «Зеленых» схватят на улице и допросят. Никто из них ничего не знал. Все, кто был причастен к похищению, благополучно вернулись в подземелье. Хербу никогда не приходило в голову, что кто-то может найти его скрытую империю.

«Но он ошибался, — сказал Шримптон. — Профессор Лоуренс Малтби первым обнаружил их и пытался предупредить тебя, не так ли?

«Да.» — Лидия поставила пустую чашку. — «Бедный Малтби. Он годами бродил по туннелям. В какой-то момент он, должно быть, наткнулся на раскопки Берджиса. Очевидно, узнал его и понял, что Грини ответственны за мои «потерянные выходные». Он пытался предупредить меня, но к тому времени, когда я добралась до его квартиры, кто-то другой добрался до него первым».

— Берджис или один из его Грини, — сказала Мелани. — «Все в районе Малтби знали, что он употреблял наркотики. Было бы несложно добавить в партию шартреза что-то смертельное».

— Да, — сказала Лидия. — «Я думаю, что убийца, вероятно, пришел, чтобы убедиться, что наркотики подействовали. Малтби, должно быть, был еще жив. Он употреблял Шартрез в течение многих лет и, несомненно, выработал некоторую толерантность. Вероятно, ему потребовалось больше времени, чтобы умереть, чем ожидал убийца. Должно быть, была борьба».

«Именно тогда ожерелье убийцы порвалось», — сказала Мелани. — «После этого он собрал столько бусинок, сколько смог найти, но в квартире было темно, и он торопился».

«Он пропустил бусину, которую я нашла», — заключила Лидия. — Он также пропустил записку, которую начал писать профессор, о пакете молока «Эмбер Хиллз». Даже если убийца заметил это, он, вероятно, решил, что это не важно. Просто начало списка продуктов.

— Насколько я понимаю, Берджис послал еще несколько «Зеленых» обыскать дом Малтби позже той же ночью, просто чтобы убедиться, что там не осталось ничего, что могло бы дать копам зацепку? — спросила Мелани. — Это были два парня, которых вы с Эмметом застали?

Лидия кивнула. — Пакет с молоком они не нашли.

Мелани нахмурилась. — «Что случилось с тремя приятелями Берджиса? Те, что были с ним в той рок-группе, а потом исчезли?»

«Полицейские пока не смогли их найти/ идентифицировать, — сказала Лидия. — «Предполагается, что все они живут под другими именами и являются частью иерархии «Зеленых». Но потребуется время, чтобы добраться до сути этой организации».

Повисла короткая тишина, пока они все переваривали этот факт.

— Это несправедливо, говорю вам, — мрачно сказал Шримптон. — «Губернатор поручил университету наблюдать за раскопками этого библиотечного зала, и все крупные музеи соперничают, чтобы получить свою долю участия. Они лоббируют как сумасшедшие и требуют возврата старых услуг. А мы в дураках / в пролете. Это не справедливо.»

Мелани откашлялась. — «У нас точно нет средств, для проведения таких крупных раскопок, как эта, сэр».

«Тем не менее, нам должны были позволить стать частью команды, которая откроет библиотеку». Шримптон хлопнул ладонью по дверному косяку, его негодование нарастало. — «Но нет. Мы в пролете. Говорю вам, нас прокатили (Мы пролетели как фанера над Парижем)».

— Все в порядке, босс, — успокаивающе сказала Мелани. — «Не принимайте близко к сердцу. Помните про свое давление».

«Черт с моим давлением. Вход в эту камеру обнаружил сотрудник Шримптона. Если бы была хоть какая-то справедливость, этому учреждению следовало бы предоставить свинцовую лицензию на раскопки».

Лидия переглянулась с Мелани. Ссылаться на «Дом древних ужасов Шримптона» как на учреждение и приравнивать его к той же категории, что и факультет пара-археологии в университете или знаменитый археологический музей Каденса, было смешно. Но ни у кого из них не хватило духу указать на это Шримпу.

— Я знаю, что вы чувствуете, сэр, — ответила Лидия. — «Никто с моей кафедры в университете даже не удосужился пригласить меня присоединиться к их команде в качестве внештатного консультанта».

— Если хочешь знать, ты сама виновата, — сказала Мелани. — «Ты никогда не должна была раскрывать своим бывшим коллегам секрет, как пройти сквозь стену иллюзий».

«Знаю, знаю.» — Лидия развела руками. — «Дело в том, что было ясно, что они попытаются дерезонировать /разрядить ее самостоятельно. Если бы кто-то облажался, произошла бы ужасная катастрофа. Я не хотела, чтобы эта ответственность легла на мои плечи».

Шримптон фыркнул. — «Вся «СОЛЬ» в том, что мы ничего не приобрели, абсолютно нечего за твой вклад в это важное открытие. На самом деле, мы понесли только одни убытки — потеряли отличный саркофаг. Эти штуки не растут на деревьях, знаешь ли».

— У меня есть достоверные сведения, что Гильдия позаботится о возвращении саркофага, — заверила его Лидия. — Эммет говорит, что это меньшее, что могут сделать охотники в данных обстоятельствах.

Шримптон фыркнул. — Что ж, полагаю, за это стоит быть благодарным. Но кто возместит нам твою потерю, Лидия?

— Я все еще у вас, сэр, — быстро сказала она.

«Да, да, конечно, Ты являешься нашим сотрудником, — продолжил он, — но давай посмотрим правде в глаза: в тот момент, когда Лондон уйдет со своего поста Босса Гильдии Каденса, Ты больше не будешь нам полезна, ты перестанешь быть достопримечательностью».

Мелани усмехнулась. — Грустно это говорить, Лид, но он прав. Когда ты перестанешь быть миссис Босс, я сомневаюсь, что мы сможем убедить людей доплачивать за частную экскурсию по музею, которую ты проводишь.

«Как я уже сказал, мы не у дел», — печально заключил Шримптон. — «Повезет, если это учреждение хотя бы упомянут в сноске в одной из бесчисленных статей и книг, которые будут написаны об этой инопланетной библиотеке».

Лидия ждала этого самого момента. — «Я сожалею, что больше не буду главной достопримечательностью «Дома древних ужасов Шримптона», сэр, но я думаю, что могу гарантировать, что этот музей получит немного больше, чем сноску в этом открытие».

Он моргнул пару раз. — «Как это?»

«Мистер. Шримптон, — сказала она очень серьезно, — вы дали мне работу, когда никто в городе даже не подумал бы нанять меня, потому что они думали, что я выгорела. Кроме того, вы были очень щедры, позволив мне развивать частный консультационный бизнес помимо моих здешних обязанностей. А потом было столько свободного времени, которое вы дали мне, чтобы подготовиться к Балу Возрождения. Я многим ВАМ обязана».

«Ерунда.» — Шримптон покраснел странным оттенком и махнул рукой. — «Ты была отличным дополнением к персоналу. Рад, что ты с нами».

Лидия пару раз фыркнула и выдавила улыбку. — «Я пытаюсь подчеркнуть, что, независимо от моей внешней деятельности, я считаю себя в первую очередь членом этого, э-э, персонала. Моя профессиональная преданность принадлежит вам, «у Шримптона», а не университету».

Шримптон вытащил из кармана носовой платок и вытер щеки. — «Очень трогательно, моя дорогая. Действительно, очень трогательно».

Мелани вздохнула. — Если вы двое собираетесь расплакаться, я уйду.

Лидия вытерла нос и быстро встала на ноги. — «Из-за моей верности и привязанности к этому музею, я не могу позволить ему остаться не у дел».

«Да?» — Мелани заинтересовалась.

Шримптон сунул платок обратно в карман. — «Что ты имеешь в виду?»

Лидия протянула руку, открыла нижний ящик стола и достала большую картонную коробку, которую положила туда, когда утром пришла в офис. Поставив коробку на стол, она быстро сняла крышку.

Шримптон прошаркал вперед, чтобы рассмотреть поближе. Мелани склонилась над столом. Они оба уставились на книгу, которую Лидия принесла из библиотеки пришельцев.

— О боже мой, — прошептал Шримптон. — Это наше?

— На какое-то время, — кисло сказала Лидия. — «Рано или поздно нам придется отдать ее на экспертизу университетским экспертам. Но какое-то время они будут очень заняты в этой библиотеке. Думаю, мы сможем выставить эту книгу на всеобщее обозрение, как только получим от Гильдии защиту / охрану, скажем, на этой неделе. Мы сможем выставлять ее по крайней мере месяц или дольше, прежде чем толпа в университете поймет, что происходит, и начнет кричать о воровстве».

«Так так так.» — Мелани ухмыльнулась. — «Я верю, что «Дом древних ужасов Шримптона» получил свою следующую большую замануху (достопримечательность)».

Шримптон был ошеломлен. — «Люди будут стоять в очереди до самой реке, чтобы увидеть эту книгу».

— Обязательно будут, — сказала Лидия. — «Особенно когда они узнают, что там есть картинки».

«Картинки!» — воскликнула Мелани. — «Ты серьезно?»

— О боже, — сказал Шримптон, ошеломленный такой перспективой. — «О, боже мой, милостивый. Картинки?»

«От нее исходит немного пси-энергии, — объяснила Лидия. — «Я хотела убедиться, что это безопасно. Вчера я посетила частную лабораторию, чтобы проверить ее. Техники повозились и проверили. Они поняли, что любой, кто может резануть лампочку или ключ от двери, может управлять этой штукой».

Очень осторожно она открыла кварцевую обложку и повернулась к отмеченному ею месту.

Мелани и Шримптон посмотрели на небольшой участок внизу страницы, где кварцевая бумага, казалось, мерцала и колебалась.

«Это достаточно легко сделать, как только вы освоитесь», — объяснила Лидия. — «Смотрите.»

Она послала небольшой импульс пси-энергии. Мерцающая часть сфокусировалась. В воздухе над страницей образовалась четкая голографическая картинка.

— Разве он не очарователен? — она сказала. — «Он выглядит так же, как Мохнатик».

Все они с удивлением смотрели на изображение пыльного кролика в натуральную величину. Было две версии; одна показывала существо только с открытыми бледно- голубыми глазами. Другая — показывала его со всеми четырьмя широко открытыми глазами.

«Мы проверили и настроили каждую картинку в книге в лаборатории, — объяснила Лидия. «Каждая из них представляет собой изображение животного, которое обычно встречается здесь, на Хармони. Буквы / текст кажется большим для размера страницы».

Лицо Мелани осветилось внезапным пониманием и восторгом. — «О, Боже мой. Детская книжка с картинками о животных».

Лидия почтительно коснулась страницы. — «Такая неважная и незначительная, что ее не заметили и оставили, когда инопланетяне упаковывали содержимое той комнаты и покидали город. Но четкая связь между картинками и надписями наконец-то даст экспертам возможность расшифровать Хармоническую письменность».

Шримптон просиял. — Наш собственный «Розеттский камень (стела из гранодиорита, найденная в 1799 году в Египте возле небольшого города Розетта (теперь Рашид), недалеко от Александрии, с выбитыми на ней тремя идентичными по смыслу текстами, в том числе двумя на египетском языке — начертанными египетскими иероглифами и египетским демотическим письмом, которое представляет собой сокращённую скоропись эпохи позднего Египта, и одним на древнегреческом языке. Древнегреческий был хорошо известен лингвистам, и сопоставление трёх текстов послужило отправной точкой для расшифровки египетских иероглифов.)», — прошептал он.

Лидия и Мелани посмотрели на него.

«Что такое «Розеттский камень»?» — спросила Мелани.

— Я не понимаю, сэр, — сказала Лидия. — «Это не камень, это книга».

«Ба, в этом беда современной образовательной системы, — заявил Шримптон. — «В школе не преподают историю археологии Старой Земли, как когда я был мальчишкой». — Он ухмыльнулся с добродушным удовлетворением. — «Неважно. Главное, что Лидия права. Это будет даже лучше / популярнее, чем иметь в штате жену Босса Гильдии».

Глава 32

Эммет поделился новостями, как только вечером вошел в дверь городского дома.

— Тело Герберта нашли сегодня днем, — сказал он Лидии, стягивая куртку. — «Или, может быть, я должен сказать тело Троя Берджиса».

«Мертвый?»

«Самоубийство. Он использовал маг-рез пистолет. Неаккуратно.»

Мохнатик перепрыгнул с плеча Лидии на плечо Эммета и сел, чтобы доесть крендель, который жевал.

— Я не удивлена, если хочешь знать правду. — Лидия протянула Эммету бокал вина. — «Разрушение его подпольной империи означало конец его одержимости Винсентом Ли Вэнсом».

«Вероятно, он был бы очень разочарован, если бы узнал, что гробницы нет, а есть библиотека с единственной книгой»—. Эммет сделал глоток вина и последовал за Лидией в гостиную. «Я не могу сказать, что мне жаль, что этот сукин сын мертв, но было бы неплохо сначала получить от него еще несколько ответов».

«Ответы в конце концов придут. Властям потребуется время, чтобы во всем разобраться».

Эммет расстегнул воротник рубашки и рухнул на мягкий диван. Он снял туфли и положил ноги на журнальный столик. Пушок перепрыгнул на его колени и, довольный, уселся там, покусывая свой крендель.

Как хорошо быть дома, подумал Эммет, поднося бокал ко рту. Приятно пахло ужином, жарящимся на плите. Можно подумать о предстоящей ночи.

Хорошо быть женатым на Лидии.

Он смотрел, как она идет к нему с маленькой тарелкой крекеров и сыра, и задавался вопросом, как она себя чувствует, будучи замужем за ним.

Она поставила тарелку на стол и легко опустилась на диван рядом с ним. — Есть какие-нибудь новости о трех приятелях Берджиса?

«Еще нет. Мартинес считает, что у всех у них, вероятно, были планы экстренного побега, и они использовали их, чтобы исчезнуть. В конце концов они появятся в одном из других городов.

Подогнув одну ногу под себя, сказала. — «Трудно поверить, что эти четверо действительно думали, что смогут создать свою личную армию фанатиков в катакомбах».

«Берджис с самого начала был явно психически неуравновешенным и опасно одержимым. Его друзья, скорее всего, были столь же неуравновешенными. Но после пятнадцати лет подземных поисков потерянной комнаты Вэнса все четверо, должно быть, стали сумасшедшими. Вероятно, они потеряли всякую связь с реальностью».

— Как дела у Мерсера Уайатта?

«Хорошо, выздоравливает. Он крепок, как старый кварц. На следующей неделе он начнет посещать офис на неполный рабочий день. Он должен вернуться на полную ставку в конце месяца».

Она смотрела на него глубокими, серьезными глазами. — А ты, Эммет?

«Я?» — Он взял себе крекер и немного сыра. — «Я вернусь к частным консультациям на следующей неделе».

«Так рано? Тебе не нужно ждать, пока Мерсер вернется к работе на полную ставку?

«Неа. Мерсер планирует нанять еще одного консультанта, который некоторое время будет помогать ему управлять Гильдией.»

— Ради бога, кого?

«Тамара».

У Лидии от удивления отвисла челюсть. — О боже.

«Мерсер, наконец, отказался от попыток убедить меня стать его преемником. Он сказал мне, что у него есть план, как ввести Тамару в Совет. Сначала, как консультанта, естественно. Но у меня есть подозрение, что он собирается найти способ сделать ее следующим Боссом Гильдии Каденса.

— О боже, — снова сказала Лидия. Она удивленно покачала головой. — «Женщина-Босс Гильдии. Семимильными шагами идет Гильдия в современную эпоху».

«Если кто-то и может это осуществить, так это Уайатт».

«Фу. Наконец-то все закончилось».

Много времени спустя он открыл дверь душной ванной. Лидия стояла перед зеркалом, обмотав тело большим пушистым полотенцем. Ее волосы были заколоты в небрежный узел на макушке. Она только что приняла душ и почистила зубы.

Она выключила воду в раковине и встретилась с ним взглядом в зеркале. Она нахмурилась. «Эммет? Что-то не так?»

Он встал позади нее и положил руки ей на плечи. Она была теплой и влажной после душа. Маленькие завитки красно-золотых волос выбились из-под шпилек.

— Ранее этим вечером ты сказала что-то о том, что все кончено. Это не так.»

Она замерла под его руками. — Что еще не закончилось?

«Наш брак».

Она напряглась. — Это только на год.

— Я хорошо знаю об этом.

— Я же сказала тебе, мне жаль, что я втянула тебя в эту передрягу. — Она взмахнула руками. — «В то время я просто не могла придумать ничего лучше».

— Я могу, — сказал он.

Она настороженно смотрела на него. — Что ты можешь?

«Придумай что-нибудь получше».

Она сглотнула. — «Ой.»

— Я люблю тебя, Лидия.

«Ой.»

Он поднял брови. — «Это все что ты можешь сказать?»

«Нет.» — Ее улыбка сияла в запотевшем зеркале. Она повернулась к нему лицом. — «Нет, это не все, что я могу сказать. Я тоже тебя люблю.»

«Достаточно, чтобы заключить «Брак по завету» с охотником, который вот-вот станет бывшим Боссом Гильдии?»

«Ах, да, да.» — Она обняла его за шею. — Я так тебя люблю.

Счастье и уверенность закружились в нем. Он поцеловал ее в лоб. — «Сделаем это как можно быстрее».

Она быстро подняла голову, немного нахмурившись, когда сосредоточилась. — «Если мы пропустим все дорогие вещи, такие как большое церковное венчание и прием, мы, вероятно, сможем устроить свадьбу за пару месяцев. Конечно, еще много бумажной работы».

«Но мы не собираемся отказываться от дорогих вещей», — твердо сказал он.

«Эммет, нет нужды тратить целое состояние на роскошную свадьбу».

«Я обо всем позабочусь».

«Да?»

Он начал вынимать шпильки из ее волос. — Я не доверю тебе организацию еще одного брака. В прошлый раз, когда ты этим занималась, мы получили безвкусную пятиминутную роспись «Брака по расчету» в офисе ЗАГСа. Ни красивой одежды, ни вкусной еды, ни танцев, ни подарков. Я усвоил урок. На этот раз все будет иначе».

Она моргнула. — «Да?»

Ее волосы упали на плечи. Удовлетворенный, он развязал полотенце. Оно упало на пол. Он осмотрел ее с головы до ног, не торопясь. Она сильно порозовела под его взглядом.

— Да, — сказал он наконец. — На этот раз все будет совсем по-другому.

Она начала хихикать. Он целовал ее до тех пор, пока она не перестала смеяться и не начала издавать сладкое бормотание удовольствия и предвкушения, которое зажигало его кровь.

Через некоторое время он взял ее на руки, отнес в спальню и положил на расстеленную кровать. Она наблюдала за ним из тени, пока он раздевался.

Он опустился рядом с ней и заключил ее в свои объятия. Изгиб ее обнаженного бедра идеально подходил под его ладонь. Он скользнул одной ногой между ее ногами и наклонил голову, чтобы поцеловать ее грудь.

Он не торопился заниматься с ней любовью. Когда она вздрогнула в его объятиях и прошептала его имя, он вошел в нее, погружаясь глубоко и наслаждаясь связью на всех планах, от физического до паранормального.

В конце концов, он сдался бурлящему удовлетворению, приняв освобождение, которое никогда не мог испытать ни с одной другой женщиной.

Он накрыл рот Лидии своим поцелуем, который был таким же горячим, как призрачный огонь.

Глава 33

Шёл дождь. Лидия возилась с зонтиком, выбираясь из кабины. Водитель наблюдал, как она вытащила сумочку и большой портфель из машины.

— Вы уверены, что это правильный адрес, леди? — спросил он с сомнением.

Итак, она не была похожа на человека, который вхож с высококлассной элиту, на Руин Вью Хилл. Таксисту не нужно было указывать на это.

— Да, это правильное место. Раздраженная, она заплатила ему и сунула бумажник обратно в сумочку.

— Хочешь, я подожду?

«Нет, спасибо. Я вызову другое такси, когда буду готова уйти, — ледяным тоном сказала она.

— Как хочешь, я просто пытался помочь. — Глаза водителя расширились. — Эй, подожди секунду, я тебя знаю. Видел твою фотографию в газетах. Не узнал тебя из-за больших темных очков и шарфа. Ты жена нового Босса Гильдии, не так ли? Наладчик, который был с Лондоном, когда нашли скелет Винсента Ли Вэнса.

Вот вам и маскировка, — подумала Лидия. Именно Мелани предложила ей большой шарф и огромные темные очки, чтобы она могла ходить по улицам и не давать автограф через каждые пять шагов. До определенного момента это срабатывало, но явно этого было недостаточно, чтобы одурачить таксиста.

Лидия была в таком отчаянии, что испробовала любую тактику, чтобы уклониться от репортеров и искателей автографов. Восторженные рассказы о героической роли Гильдии в обнаружении останков Вэнса и разрушении империи Грини по-прежнему ежедневно попадали в заголовки газет. В то время как основное внимание было направлено на Эммета, который хладнокровно перенаправлял все запросы в отдел по связям с общественностью Гильдии, к ней приставали на улице каждый раз, когда она выходила из Шримптона.

Сегодня, вдобавок к шарфу и очкам, она предприняла дополнительные меры предосторожности и выскользнула из музея через вход на погрузочную площадку до того, как остановила такси в переулке.

«Мистер. Лондон очень скоро станет бывшим Боссом Гильдии, — резко сказала она. — «В будущем вы будете не часто видеть мою фотографию в газетах». — Слава богу, — добавила она про себя.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я подождал? Я не прочь сделать одолжение жене Лондона. Таксист подмигнул. — «Стоит быть на правильной стороне Гильдии».

— Не нужно, спасибо. — Она повернулась к высоким воротам, преграждавшим подъезд к огромному поместью.

— Можно ваш автограф для моей жены? — спросил таксист. Он сунул пустой чек и ручку в окно. — Вот, я подержу твой зонт. Если бы вы могли просто подписать это для меня, она была бы очень рада».

Лидия поколебалась, а затем отдала зонт. — «У меня есть идея получше», — сказала она, роясь в сумочке, чтобы вытащить одну из своих визитных карточек. Она нацарапала свое имя и короткую записку на обороте и протянула ему. — «Отведите свою жену в «Дом Древних Ужасов Шримптона», чтобы посмотреть на книгу Хармони. Это пропуск через VIP-вход, так что вам не придется стоять в очереди».

«Вип-вход? О, Божечки, подожди, я скажу Бетти. — Он покачал головой. — «Спасибо тебе. Это сделает день моей Бетти».

«Можно мне вернуть мой зонт?»

«Да, конечно. Извини. Ты уверена, что тебя не нужно ждать?

«Я уверена.»

«Хорошо.» — Он завел двигатель. — Удачного вам дня, миссис Лондон.

«Спасибо.»

Она дождалась, пока такси уедет, прежде чем протопала под дождем к высоким воротам и нажала кнопку звонка.

«Я могу вам чем-нибудь помочь?» — вежливо спросил хриплый голос.

«Лидия Смит. . Лондон, чтобы увидеть мистера Хепскотта. У меня назначено.»

— Да, конечно, миссис Лондон. Я вижу, вы пешком. Прямо за воротами есть крытая зона. Пожалуйста, подождите там после того, как пройдете через ворота. Я заберу вас через минуту».

«Спасибо.»

Массивные ворота распахнулись. Лидия прошла через них и по подъездной дорожке к маленькой каменной беседке. Через мгновение на каре подъехал высокий седовласый мужчина представительного вида, одетый в парадный костюм дворецкого.

Ее подвезли к парадному входу в особняк и провели в просторный приемный зал. У нее забрали промокший плащ и зонтик и провели в красиво обставленную библиотеку.

«Мистер Хепскотт будет через минуту, — заверил ее дворецкий, прежде чем выйти из комнаты.

Оставшись одна, Лидия поставила сумочку и портфель возле низкого столика и подошла к панорамному окну. Агенты по недвижимости обычно признавали, что виды с больших поместий вдоль холма Руин-Вью являются лучшими в городе. Утверждения были правдой, подумала она. Но каким бы захватывающим ни был вид на Мертвый Город отсюда, на пике, она предпочитала жить в Старом квартале, где могла улавливать тонкие шепотки пси-силы.

Кстати, о случайных частицах пси-энергии.

Она чувствовала что-то прямо здесь, в этой комнате. Заинтересовавшись, она раскрыла свои чувства. Небольшие потоки энергии определенно гудели в атмосфере. Редко можно было обнаружить следы так далеко от Старого квартала.

Она осмотрела комнату, ища источник. Затем она увидела ее: широкую блестящую стеклянную витрину, наполненную большим количеством инопланетных артефактов. Даже беглый взгляд с другого конца комнаты убедил ее, что это превосходная коллекция. Остатки пси-энергии, цепляющиеся за такое количество древних реликвий, собранных вместе, было достаточно, чтобы возбудить ее чувства.

Она направилась к стеклянной витрине и остановилась, когда дверь открылась.

— Добрый день, Лидия.

Гэннон Хепскотт вошел в комнату. Он был одет в белую рубашку и пару белых брюк. Белые туфли, белый пояс и белый шелковый шарф на шее завершали наряд. Его серебристо-белые волосы, как обычно, были завязаны сзади на затылке.

— Рада снова тебя видеть, — сказала она тепло, подразумевая каждое слово. Для нее было большим облегчением вернуться к обычному рабочему графику.

Гэннон пожал ей руку и указал на диван. Он выглядел обеспокоенным.

— Насколько я понимаю, ты была довольно занята с тех пор, как мы в последний раз виделись. — Он нахмурился. — Я надеюсь, ты не пострадала во время своих приключений там, в катакомбах?

«Я в порядке, спасибо. В последнее время было немного беспокойно, но все успокаивается. Я рада, что могу возобновить работу над вашим проектом. Я знаю, что мы потеряли немного времени, но я думаю, что мы можем довольно легко наверстать упущенное».

«Меня это не беспокоит». — Гэннон подошел к шкафу из кожи и полированного дерева. — Могу я предложить вам вина или рез-чаю?

«Чай звучит великолепно». — Лидия открыла свой портфель, чтобы достать свои заметки и наброски. — На улице немного сыро.

«Я заметил.» — Гэннон взял чайник и налил чай в две изящные чашки, украшенные очаровательными садовыми пейзажами. Он принес чашки и блюдца к низкому столику и поставил их.

Лидия открыла блокнот. — «Вы будете рады узнать, что сегодня утром мне позвонил частный коллекционер, у которого, по слухам, есть три замечательных настенных панно из кварца», — живо сказала она. — «Кажется, она находится в довольно тяжелом финансовом положении и хотела бы найти покупателя на панели».

«Отлично.» — Гэннон опустился в одно из серых кожаных кресел. — Вам удалось скрыть мое имя?

«Да. Насколько ей известно, она имеет дело со знающим, умеренно богатым коллекционером, который оценит ценность панно. Но я ясно дала понять, что мы уйдем, если она попытается набить цену. Она готова к переговорам».

«Учитывая ваш недавний опыт работы с частными коллекционерами, я поражен, что вы все еще готовы вести дела с неизвестными сторонами по телефону».

Она поморщилась. — «Бульварная пресса определенно придала большое значение тому, как меня похитили и увезли в инопланетном саркофаге».

«Это обеспечило большие продажи газет, но, должно быть, это было ужасно для вас».

«Было бы намного хуже, если бы я не потеряла сознание, пока находилась в гробу».

«Я могу представить. Нам очень повезло, что ваш муж напал на след вскоре после вашего исчезновения и смог проследить за вашими похитителями».

«М-м-м.» — Она сосредоточилась на составлении нескольких фотографий кварцевой урны.

Эммет постановил, что некоторые детали спасательной операции должны храниться в тайне. Одна из них касалась роли Мохнатика в этом деле. «Если ученые узнают, что пыльные комочки могут устанавливать психические связи с людьми, начнется всплеск экспериментов с маленькими пушистыми комочками во всех лабораториях Федерации». Мысль о том, что невинные пушки превратятся в объекты исследования, была слишком ужасной, чтобы даже думать о ней.

Другой деталью, которую Эммет приказал держать в строжайшем секрете, было участие Корниша в спасении. «Гильдия в долгу перед ним за то, что он показал мне скрытый вход Малтби в катакомбы», — сказал Эммет. — «Корниш может в конечном итоге загнуться из-за своей зависимости от наркотиков и незаконной торговли антиквариатом, а не потому, что охотники выдали его имя копам».

«Гильдия всегда платит по счетам», — подумала Лидия.

Гэннон изучал фотографии урны. — Вы не возражаете, если я спрошу, как Лондон смог найти вас там, внизу, в катакомбах? СМИ сообщили, что действия Грини оставалась незамеченными в течение нескольких лет. Тем не менее, вашему мужу удалось найти вас почти сразу. Это был удивительный подвиг».

— Все знают, что у Гильдии свои методы, — легко сказала она.

Геннон кивнул. — «Кто-то, должно быть, увидел, как саркофаг загружают в фургон, что-то заподозрил и последовал за ним».

«Вероятно. Эммет не распространялся об этом. Гильдия любит хранить свои секреты».

Он усмехнулся. — «Ты имеешь в виду, что даже жен Боссов Гильдий держат в неведении о некоторых вещах?»

Она слегка пошевелила одной рукой. — «Боюсь, что так. По правде говоря, я буду счастлива, когда Эммет уйдет со своего поста. Быть женой Босса Гильдии — то еще удовольствие».

— Я могу понять, почему ты так рада. — Гэннон наклонился вперед, чтобы взять одну из фотографий—. «Это очень хорошее приобретение».

«Цена еще лучше. Дилер намекнул, что владелец отчаянно пытается собрать деньги».

Гэннон решительно швырнул фотографию. — «Берем».

Она сделала заметку. — «Я позвоню сегодня после обеда. Мы же не хотим выглядеть слишком нетерпеливыми».

Гэннон откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на нее. — «Я полагаю, что, даже учитывая ваши связи как с Гильдией, так и с университетом, нет даже малюсенького шанса получить пару предметов из этой библиотечной палаты для моего проекта?»

«Вы шутите? Университет выставил столько охранников и баррикад вокруг входов и выходов из этой комнаты, что это место выглядит как место преступления. Сейчас туда может войти только уполномоченный персонал, а меня нет в этом списке».

«Возможно, я смогу потянуть за несколько ниточек и назначить вас на должность консультанта».

«Это не принесет вам никакой пользы. Если бы я стала консультантом, я бы больше не смогла работать на вас. Это будет конфликт интересов».

— А, ну, это была просто мысль вслух. — Раздался тихий стук. Гэннон слегка нахмурился и посмотрел на дверь. — Входи, Джордж.

Дверь открылась. Дворецкий нахмурился. — «Извините, что беспокою вас, сэр, но мистер Андерсон на проводе».

«Спасибо, Джордж, я отвечу в своем кабинете». — Гэннон поднялся на ноги. — Вы извините меня, Лидия?

«Конечно.»

Гэннон ушел, закрыв за собой дверь. Лидия немного подождала, а затем встала и прошла через комнату к шкафу с древностями.

Чем ближе она подходила, тем сильнее пульсировала пси-энергия. Она не понимала, почему она такая сильная. Конечно, такое количество реликвий, сгруппированных вместе, могло создать струйку силы, но не такую мощную, как она ощущала.

А потом она уловила это, безошибочную ауру ловушки иллюзии. Она исходила с нижней книжной полки с правой стороны шкафа.

Она присела и увидела ряд книг. За томами виднелись темные тени. Много темных теней. Энергетическая ловушка иллюзии мягко потрескивала.

Она достала пару книг и увидела кусок зеленого кварца, удерживавший тень. Ловушка была небольшой, но чрезвычайно сложной. Тем не менее, она смогла обезвредить ее за считанные секунды.

Когда неестественная тень рассеялась, она увидела прозрачную коробку с полудюжиной записей. Не новые янтарные аудиодиски, появившиеся на рынке пару лет назад, а более старые синхронизирующие волновые ленты, которые использовались в течение двадцати лет до этого.

Каждая лента была заключена в простую немаркированную обложку.

Ледяной пот струился по ее ребрам.

Она внимательно прислушалась, но не услышала шагов в коридоре за пределами библиотеки.

Очень осторожно она открыла крышку и достала одну из лент. обложка, защищавшая запись, не была помечена ни одним из известных лейблов коммерческих музыкальных студий. Вместо этого кто-то использовал чернильную ручку, чтобы написать просто цифру 5.

Она быстро заменила запись и достала еще одну. № 6.

Что сказала Карен Прайс, когда позвонила, чтобы рассказать о своей бывшей соседке по комнате? «Берджис был одержим только двумя вещами. Одна из них — пульс-рок. Он дошел до того, что арендовал студию, чтобы его группа могла записать полдюжины кассет. .».

Стало тяжело дышать. Лидия остро чувствовала огромную тишину большого дома.

Она должна выбраться отсюда, — подумала она. Прямо сейчас.

Она засунула вторую запись обратно в контейнер для хранения и закрыла крышку.

Она уже собиралась перезапустить ловушку, когда интуиция заставила ее колебаться. У нее не было возможности защитить себя на обратном пути из этого большого дома. Что, если дворецкий попытается остановить ее?

Маленькая ловушка может пригодиться.

Осторожно она взяла кусок кварца, который закреплял эфемерную пси-энергию. Теперь он выглядел безобидно, но она чувствовала, как вокруг него резонирует ядро ловушки. Если она намеренно не уничтожит ее, ловушка будет продолжать пульсировать, готовая к сбросу и повторному срабатыванию.

С кварцем в руке она вскочила на ноги и побежала к столу, где разложила фотографии и свои записи. Она положила все еще резонирующий камень в сумочку и осторожно переустановила ловушку. Она сунула документы обратно в портфель, схватила его и сумочку и бросилась к двери.

Она открылась прежде, чем она прошла половину комнаты.

— Прости, Лидия, но я действительно не могу позволить тебе уйти, — сказал Гэннон с вежливым сожалением.

Сердце бешено колотилось в груди, она смотрела на магрез-пистолет в его руке.

«Что-то слишком много оружия я видела за последние дни», — хрипло сказала она. — Из твоего подземного тайника, я полагаю?

Гэннон покачал головой. — «Я был так чертовски осторожен так долго. Я действительно хотел бы знать, что именно меня выдало».

Глава 34

Эммет наклонился над искривленным и изломанным телом. Останки Фостера Дорнинга валялись в переулке за гаражом в центре города. Большой мусорный контейнер частично скрывал мертвеца. Дождь, который лил все утро, промочил одежду Дорнинга и смыл большую часть крови. Его личный телефон валялся в грязи неподалеку.

— Кто сообщил об этом? — спросил Эммет.

Вервуд жонглировал огромным зонтиком, которым он прикрывал Эммета и тело. — «Водитель грузовика нашел его несколько минут назад. Он уведомил дежурного по гаражу, который послал за мной. Я решил, что ты захочешь об этом знать».

— Кто-нибудь вызвал полицию?

«Я сказал дежурному позаботиться об этом. Они будут здесь с минуты на минуту. — Вервуд посмотрел на тело. — «Его именное парковочное место находится на верхнем этаже гаража. Думаешь, он вышел из машины, потерял ориентацию под дождем и упал с края?»

«Нет.» — Эммет медленно поднялся. — «Я думаю, что гораздо более вероятно, что его толкнули. Какого черта он делал здесь, в штаб-квартире, посреди ночи?»

Вервуд пожал плечами. — «Кто знает? Похоже, Гильдия снова будет в новостях на этой неделе. Не соскучишься, а?»

Вдалеке загудели сирены.

Эммет наклонился, взял личный телефон Дорнинга и бросил его в карман как раз в тот момент, когда первая полицейская машина свернула в переулок, мигая фарами.

Двери машины открылись. Вылезла знакомая фигура.

— Детектив Мартинес, — сказал Эммет. — «Какой сюрприз.»

«Лично я пытаюсь смотреть на светлую сторону», — сказала Мартинес. — По крайней мере, на этот раз твоя жена не замешана.

Пятнадцать минут спустя Эммету удалось вырваться из лап Мартинес.

Поднявшись наверх, он прошел в приемную и бросил телефон на стол перед Перкинсом.

«Последний номер, на который он звонил, заблокирован», — сказал Эммет. — Я полагаю, ты сможешь обойти это маленькое препятствие?

«Конечно, сэр. У меня будет адрес через несколько минут.

«Спасибо.» — Эммет подошел к двери своего кабинета. — «Я позвоню Уайатту. Дай мне знать, как только закончишь».

В своем кабинете он потянулся через стол, схватил телефон и набрал личный номер Уайатта. Мерсер ответил после первого гудка.

— Расскажите мне все, что можешь, о Сандре Торнтон, — сказал Эммет.

Мерсер некоторое время молчал. — Что-то еще случилось?

«Дорнинг мертв. Очевидно, он упал с крыши гаража здесь, в штаб-квартире».

— Что очень маловероятно, — сухо сказал Мерсер.

«Меня тоже это не убедило. Я думаю, что кто-то подчищает хвосты. Расскажи о Сандре».

— Ты думаешь, что она может быть замешана?

«Да. Лидия права. Совпадения становятся слишком очевидными. Что ты знаешь о ней? Откуда она взялась? В какую школу ходила? Семья?

— Я спал с этой женщиной, Эммет, а не дружил.

— «Ну, должна же она была хоть что-то рассказывать о своем прошлом».

— Дай мне подумать.

Повисла тишина. Эммет прислонился к столу и стал ждать. В нем росло чувство безотлагательности.

— Она была потрясающе красивой, — сказал Мерсер через некоторое время. — Но не гламурно, если ты понимаешь, о чем я. В ней была какая-то милая, чистая невинность. Трудно описать. В чем-то она казалась хрупкой, а в чем-то мудрой не по годам».

Например, изощренной в постели, подумал Эммет. Все, что он сказал, было: «Выкладывай».

— Помню, однажды ночью, когда я пришел к ней домой, она казалась грустной, — медленно сказал Мерсер. — «Для нее это было необычно. Одна из причин, по которой мне нравилось ее общество, помимо того факта, что она была хороша собой, заключалась в том, что она всегда была в веселом, приподнятом настроении».

«Мне нужна достоверная информация, а не ваши личные впечатления о ее личности».

«Той ночью, я могу сказать, что она плакала и пила. Ее лицо было все красным и опухшим. В стереосистеме играла какая-то неприятная музыка».

«Какая музыка?»

«Что-то из кричаще-громких материалов в высоком разрешении, которые никто в моем возрасте не может выдержать более пяти минут, не сойдя с ума».

Где-то прозвенел крохотный тревожный звоночек. — Она что-нибудь говорила о музыке?

«Она упомянула, что песни, которые она слушала, восходят к ее студенческим годам. У меня сложилось впечатление, что когда-то она была связана с каким-то молодым человеком, у которого была своя группа».

Эммет замер. — Она еще что-нибудь говорила об этом парне?

«Я так не думаю. Она сразу выключила музыку. Мы вместе выпили пару бокалов, и на этом все».

— Она когда-нибудь упоминала, где училась?

«Не в тот раз. Но месяц или два спустя мы случайно увидели ночной спортивный репортаж на рез-экране. Диктор сообщал результаты неудачной игры между двумя командами колледжей. Колледж Олд-Фриквенси в последнюю минуту утащил победу. Сандра обрадовалась и сказала что-то вроде «Вперед / молодцы, уроды».

— Она училась в «Олд-Фриквенси»?

«Я спросил ее об этом. Вместо того, чтобы ответить прямо, она отмахнулась от вопроса. У меня сложилось впечатление, что она не хотела об этом говорить. Я подумал, может быть, она бросила учебу или провалила сессию и не хотела в этом признаваться».

— А теперь она мертва вместе с мастером Гербертом и Дорнингом, — тихо сказал Эммет. — Получается три. Кто-то определенно подчищает хвосты».

— О чем, черт возьми, ты говоришь, Эммет?

Дверь открылась. Вошел Перкинс с блокнотом в руке. Он явно был обеспокоен.

— Подожди, Мерсер. — Эммет посмотрел на Перкинса.

— У меня есть для вас адрес, сэр, — сказал Перкинс. — «Это было несколько сложно отследить, потому что его не было в списке, а первый появившийся адрес, очевидно, был ошибкой. Мне пришлось провести довольно сложную перекрестную проверку».

— Просто скажи, Перкинс.

«Руин Вью Драйв, номер двадцать семь». — Перкинс поднял голову, встревоженный как никогда. «Это не имеет никакого смысла, сэр. Это адрес Гэннона Хепскотта. Вы знаете, крупный застройщик?

— Черт, надо было догадаться раньше.

«Что там происходит?» — спросил Мерсер. — Я слышал, Перкинс что-то сказал о Гэнноне Хепскотте.

— Подожди, — сказал Эммет. Оставив Мерсера на линии, он набрал номер офиса Лидии.

— Дом древних ужасов Шримптона, — весело сказала Мелани. — «Обязательно посмотрите наш последний экспонат, детскую книжку с картинками Хармони…»

— Это Эммет, Мел. Где она?»

«Кто, Лидия? Сегодня утром у нее была назначена встреча со своим крупным клиентом. Ушла отсюда около сорока минут назад. Мне пришлось помочь ей ускользнуть через черный ход, потому что репортеры все еще слонялись у парадного входа».

— Она пошла в офис Хепскотта?

«Не сегодня. Он попросил ее приехать к нему домой на Руин Вью Драйв. Представь, наша Лидия пьет чай в одном из тех больших шикарных особняков прямо сейчас, когда мы разговариваем.»

«Дерьмо.» — Эммет прервал звонок и вернулся к Мерсеру. — «У Лидии проблемы. Она в вашем районе. Мне нужна помощь.»

— Ты Трой Берджис, — прошептала Лидия.

Она уронила портфель, но очень крепко сжала сумочку и заставила себя отвести взгляд от пистолета. Она подумала, что ей нужно смотреть в глаза Гэннону. Как и все технологии, от ключей от машины до тяжелого строительного оборудования, для активации магрез-пушки требовался небольшой импульс человеческой пси-энергии. Если бы она смогла уловить явные признаки повышенной концентрации, то означало бы, что он посылает энергию через янтарь, чтобы активировать спусковой крючок.

Гэннон выглядел раздраженным. — «Итак, Малтби все понял. Я боялся этого. Я позаботился о нем сразу после того, как его видели покидающим сектор той ночью. Ему удалось проникнуть в некоторые личные файлы там внизу. Но как, черт возьми, он передал тебе информацию?»

— Скажем так, он засунул твое лицо в пакет из-под молока. Но ты сильно изменился со времен колледжа, не так ли? Я бы не узнала тебя, если бы не… — Она быстро замолчала.

— «Да, Лидия? Если бы не что? Мне нужно знать, как ты узнала, что раньше я был Троем Берджисом. Я стараюсь не повторять своих ошибок».

Она пожала плечами. — «Было много маленьких подсказок, — солгала она. — «Но то, что помогло мне, наконец, понять сегодня, это музыка. Я нашла твои старые записи.»

— Как ты узнала о моей группе? — резко спросил он.

Она не собиралась втягивать в это Карен Прайс. Она будет держать это при себе. — «Согласно студенческому ежегоднику, ты создал группу». — Она наклонила подбородок к коллекции немаркированных записей. — «Это твоя музыка на тех старых кассетах, не так ли? Вы арендовали студию, чтобы сделать их, но не могли позволить себе создать для них обложки».

Гэннон выглядел пораженным. — Ты взяла эту информацию из ежегодника?

Она не ответила на этот вопрос. — «В вырезке о твоей смерти упоминалось, что ты был одержим Винсентом Ли Вэнсом. О чем ты думал? Ради всего святого, этот человек хотел стать диктатором. Не совсем хороший образец для подражания».

«Вэнс был блестящим, могущественным человеком, который был на волосок от того, чтобы править всеми городами-государствами».

— И ты действительно думал, что сможешь закончить его работу? Блин, расскажи о мании величия. Что натолкнуло тебя на эту идею? Нашел его тайную штаб-квартиру под Олд-Фриквенси?

«Да.» — Гэннон поколебался, а затем пожал плечами. — «Он оставил некоторые из своих ранних журналов и несколько карт. На одной из этих карт было указано местонахождение подземного помещения, которое он намеревался использовать в качестве своей штаб-квартиры, когда его войска захватили бы Каденс».

«Библиотека.»

Губы Гэннона скривились. — «Вэнс не знал, что было внутри в тот момент. В заметке в его дневнике говорится, что камера необычайно хорошо охранялась очень сложной ловушкой. Он написал, что надеется, что Хелен Чендлер сможет ее распутать. Он был убежден, что Хармонианцы использовали ловушку, чтобы защитить какой-то великий секрет в этой комнате».

«Секрет, который станет его секретом, когда и если он попадет в комнату».

Ганнон кивнул. — Я предположил, что он и Чендлер умерли где-то в катакомбах, но решил попытаться найти комнату, о которой он упоминал в дневниках.

«Ты уговорил трех своих приятелей по группе исчезнуть вместе с тобой, чтобы вы все вместе могли искать могилу».

Гэннон уныло покачал головой. — «У нас была общая мечта. Мы были уверены, что все, что мы найдем в этой комнате, сделает нас всех богатыми и могущественными. Но все пошло не так».

«Что ты имеешь в виду?»

«Карты были не совсем правильными/ точными. Я подозреваю, что Вэнс делал ошибки намеренно, как своего рода код, чтобы никто другой не мог найти камеру. В результате мы вчетвером более двух лет блуждали под землей, пытаясь найти камеру, прежде чем осознали масштабность задачи».

— Как вы выживали в то время?

«Раньше мы выходили из катакомб по ночам, чтобы украсть еду и припасы. Это было жалкое существование, уверяю тебя.» — Гэннон поморщился. — «В конце концов я столкнулся с тем, что для проведения надлежащего поиска потребуется много времени и денег».

«Итак, вы вышли из подполья и начали инвестировать в недвижимость».

«Да.» — Гэннон был удивлен. — «Представь мое удивление, когда я обнаружил, что у меня есть способности к этому. Прелесть недвижимости заключалась в том, что она позволяла мне скупать огромные участки земли прямо над сектором катакомб, который мы вчетвером исследовали. Владение этой собственностью позволяло нам сохранять определенный контроль над крысиными норами и скрытыми входами».

— А это значит, что ты сможешь защититься от большинства руинных крыс и охотников за сокровищами.

«Да. Это не обеспечивало идеальной безопасности, но работало довольно хорошо. Но вскоре мы поняли, что для очистки целого сектора нам нужна лояльная рабочая сила и безопасность. Герберт, который раньше был Норманом Фэрбенксом, придумал концепцию Ордена Аколитов Аматеона. Он учредил различные юридические лица и получил лицензию на раскопки. После того, как мы создали культ, деньги потекли так быстро, что мы едва могли их сосчитать».

«Тогда твои мечты действительно превзошли все ожидания, не так ли? Ты видел все эти деньги и всех этих верных слуг, и тебе пришло в голову, что у тебя есть собственная личная армия. Все, что тебе нужно, это высокотехнологичное оружие. Итак, ты начал накапливать оружие.»

Интерком на большом столе мягко зазвонил. Звук потряс Гэннона. Он вздрогнул, а затем нажал кнопку.

— Я думал, что ясно дал понять, что не хочу, чтобы меня беспокоили, Джордж.

— Извините, сэр, но у ворот гости.

— Отошлите их.

Джордж прочистил горло. — Посетители — мистер и миссис Мерсер Уайатт, сэр.

— Уайатты? — Челюсть Гэннона дернулась. — Какого черта они здесь делают?

«Они, наверное, просто зашли, чтобы одолжить чашку сахара», — саркастически сказала Лидия.

«Сэр, мистер Уайатт сказал, что они с женой катались на машине и заметили большой столб дыма, идущий из этого дома». — Джордж казался взволнованным. — «Они сказали, что вызвали пожарных. Но ни один из наших датчиков не показывает проблемы».

На улице завыли сирены.

«Что здесь происходит?» — хрипло прошептал Гэннон.

Завизжала внутренняя сигнализация.

— Дерьмо, — сказал Гэннон. — «Это система охраны периметра. Кто-то зашел за ворота.

— Сэр, пожарная команда требует входа, — настойчиво сказал Джордж. — «Они настаивают на немедленной эвакуации дома. Они перебрасывают людей и оборудование через стены.

«Уайатт. Этот сукин сын. — Гэннон отключил интерком и подошел к шкафу с сувенирами. — Жаль, что я не прикончил его той ночью.»

Лидия затаила дыхание. — Это ты стрелял в Мерсера Уайатта.

«Кто бы мог подумать, что мужчина его возраста выдержит два выстрела из магреза?»

Гэннон поднял абажур, чтобы открыть небольшой рычаг. Он быстро повернул его. Большой шкаф отодвинулся от стены на скрытых роликах. В стене появилось отверстие. Лидия увидела верх длинной крутой лестницы, ведущей во тьму.

Ветры пси-силы доносились из туннеля.

«Хотя все эти годы я рассчитывал на успех, — сказал Гэннон, — я предусмотрел и неудачу. Когда я обнаружил, что в этом доме есть крысиная нора, о которой почти полвека никто не знал, я сразу же купил его».

— Ты снова исчезнешь.

«У меня есть другая личность, готовая и ожидающая, а также приличный запас наличных денег. Я хотел бы пригласить тебя бежать со мной, Лидия. Как я и сказал Лондону, я верю, что мы с тобой могли бы стать хорошей командой при других обстоятельствах. Но я вижу, что ты предана своему охотнику.

«Ты прав.» — Она очень крепко сжала сумку.

Гэннон поднял ствол пистолета. — «Меньшее, что я могу сделать, чтобы отплатить тебе за все неприятности, которые ты мне причинила, это убить тебя».

Вот оно, — подумала Лидия. — Ее единственный шанс. Она приготовилась швырнуть сумочку в Гэннона, пытаясь подготовиться к ошеломляющему ужасу кошмаров, которые окутают их обоих, когда она активирует крошечную ловушку, прикрепленную к куску кварца.

Дверь с грохотом распахнулась за мгновение до того, как она послала импульс энергии, чтобы захлопнуть ловушку.

Эммет ворвался в комнату, быстро двигаясь.

Гэннон резко обернулся, чтобы противостоять новой угрозе. Магрез-пистолет взревел, а Эммет упал на пол.

В то же время призрачный свет вспыхнул у входа в туннель прямо позади Гэннона. Лидия знала, что Эммет вызвал огромное количество необработанной энергии диссонанса из катакомб внизу.

Гэннон бешено корчился и извивался в хаотичном зеленом огне, охватившем его. Пистолет выпал из его рук и с грохотом упал на пол.

Через несколько секунд он рухнул. Лидия знала, что он должен быть мертв. Ни один человеческий разум не смог бы выдержать такого прямого столкновения с таким массивным призраком.

Энергия диссонанса вспыхнула и зашипела, а затем исчезла почти так же быстро, как и появилась.

Эммет с трудом сел и посмотрел на нее. — «С тобой все в порядке?» — спросил он, повысив голос, чтобы его было слышно сквозь вопли сигналов тревоги, которые эхом отдавались по всему дому.

«Да. Но мне лучше избавиться от этой штуки, пока не случилось несчастье. Она осторожно полезла в сумочку, взяла кварц и осторожно полностью его разрядила, уничтожив маленькую ловушку.

Он прислонился к ближайшей стене, наблюдая за ней. — Ты собиралась активировать ловушку иллюзии?

— Только если ничего лучшего не подвернется. К счастью, ты добрался сюда первым. — Она положила кварц и повернулась к нему. — Как ты… — Тут она увидела кровь. — «Эммет. Боже мой.»

Она подбежала к нему и сжала рукой окровавленную, рваную складку, которую пуля магреза открыла на его плече.

«Все нормально.» — Эммет посмотрел на кровь, просачивающуюся сквозь ее пальцы, и скривился. «Я думаю.»

«Нам нужна скорая помощь». — Она прижала руку к ране и попыталась дотянуться до телефона на столе Гэннона.

В дверях появился Мерсер Уайатт, тяжело опирающийся на трость. Он возился с маленьким телефоном. — Я позвоню.

Тамара вошла в комнату, сопровождаемая несколькими пожарными и охотниками. Она взглянула на Гэннона, а затем быстрыми, ловкими движениями развязала узорчатый шелковый шарф на шее и протянула его Лидии.

— Вот, воспользуйся этим, — сказала она, пока Мерсер отдавал приказы по телефону.

Лидия взяла шарф и аккуратно завязала его вокруг раны. К ее облегчению, приток крови значительно уменьшился.

Мерсер закончил разговор. — Медики будут здесь через пару минут. — Он сердито посмотрел на собравшуюся в зале толпу. — «Кто-нибудь, выключите эти проклятые сигналы тревоги. Вервуд, возьми пару человек и задержи дворецкого».

— Да, сэр, — сказал Вервуд. Он сделал знак нескольким охотникам.

Через некоторое время звон и трель стихли.

Пожарные проверили обугленный пол и стеновые панели вокруг тела Гэннона, но убедившись, что призрак не вызвал пожар ушли, как раз в тот момент, когда медики подъехали к дому.

На мгновение или два в комнате остались только Лидия, Эммет, Мерсер и Тамара.

Эммет посмотрел на Мерсера, его рот слегка изогнулся. — «Спасибо отец.»

Мерсер моргнул. Затем его призрачные кошачьи глаза, глаза, которые были зеркальным отражением глаз Эммета, вспыхнули от удовлетворения. Медленная, нехарактерно теплая улыбка преобразила его лицо.

— В любое время, сынок.

Глава 35

— Остальное Мартинес узнала от Джорджа, верного дворецкого Гэннона. Эммет глубже устроился в большом кресле, упершись пятками в оттоманку, и рассеянно почесал Мохнатика, сидевшего у него на коленях.

Он решил, что первые полтора дня ему нравилась роль инвалида. Пристальное внимание Лидии было приятно. Но сейчас ему стало немного скучно. Лидия не просто суетилась, она отдавала приказы — много приказов. Инструкции касались всего: от необходимого количества сна до того, что он должен есть и как часто нужно менять повязку на руке.

К счастью, магрез-пушка не нанесла непоправимого ущерба. Рана быстро заживала. Он был глубоко благодарен за то, что прибыл на место происшествия до того, как Лидия была вынуждена использовать ловушку в последней отчаянной попытке спасти себя. После призрачного ожога, который она пережила во время «Потерянных выходных», последнее, что ей сейчас было нужно, — это парапсихическая травма, которая сопровождалась бы погружение в море инопланетных кошмаров.

Этим утром прибыли Мерсер и Тамара, чтобы помочь собрать воедино всю историю. Лидия приготовила большой чайник чая и поставила тарелку с печеньем.

Это был всего лишь чай с печеньем, подумал он, глядя, как она наливает, но это был первый раз, когда у них была компания. Так поступали супружеские пары.

«После многих лет поисков в этом секторе и защиты прав собственности над землей, а также прав на разведку под землей, — сказал Эмметт, — Хепскотт и его последователи наконец нашли эту массивную стену иллюзорной тени. Они знали, что это должны быть ворота в потерянную штаб-квартиру Вэнса, но они не могли пройти через них.»

«Хепскотт был хорошим наладчиком, но он не хотел рисковать, пытаясь разобрать такую огромную и сложную ловушку», — сказала Лидия. Ее челюсть затвердела. — «Итак, он провел несколько экспериментов с некоторыми Грини. Двое Грини погибли, когда объединили свои силы, чтобы распутать ловушку. Позже в парапсихологических отделениях оказались еще двое «Зеленых» наладчика. Они так и не восстановились».

«Должно быть, у «Зеленых» было немного тяжело с моральным духом», — заметила Тамара.

— Было, — сказал Эммет. — «Хепскотт знал, что не может позволить себе рисковать большим количеством последователей. Именно тогда он решил похитить первоклассного пара-реза с эфемерной энергией, кого-то, кто был бы расходным материалом. Проведя исследование, он выбрал Лидию».

«Два охотника, которых я обвиняла в том, что бросили меня в катакомбах, на самом деле схватили меня. Они использовали снотворное и спрятали меня в тайнике. Потом они сделали вид, что ищут меня. Позже, когда поиски были прекращены, они пришли и забрали меня, намереваясь отвести к Мастеру Хербу. Я притворился, что все еще без сознания». — Лидия пожала плечами. — «Они стали неосторожны».

«Она сбежала и скрылась в вестибюле, — сказал Эммет. — «Оказавшись там, она интуитивно поняла, что единственная надежда — проделать маленькую дырочку в ловушке. Она добралась до того, что мы сейчас называем библиотекой, и вышла через другой проход.»

«Именно здесь я столкнулась с огромным призраком, обожглась, и у меня развилась амнезия, которая, вероятно, спасла мне жизнь», — заключила Лидия.

Элегантные брови Тамары вопросительно нахмурились. — «Спасла тебе жизнь? О, я понимаю, что ты имеешь в виду. Когда Хепскотт понял, что ты не помнишь того, что видела под землей, он решил не убивать тебя, чтобы обеспечить твое молчание.»

— У него была еще одна причина не избавиться от нее семь месяцев назад, — сказал Эммет, поправляя подушку, которую Лидия подложила под его раненую руку. — «В конце концов, она была единственным человеком, которого он знал, кто когда-либо пробирался сквозь стену иллюзии. Если она сделала это один раз, она могла бы сделать это снова. Поэтому он решил посмотреть и подождать, чтобы увидеть, достаточно ли она оправилась от парапсихической травмы, чтобы вернуться в подземелье».

— Я выздоровела, — сказала Лидия. — «Но у меня не было возможности доказать, что я могу работать в катакомбах, пока несколько недель назад Эммет не появился у Шримптона в поисках консультанта».

Мерсер медленно кивнул. — «Следующее, что осознал Хепскотт, это то, что вы с Эмметом часто встречались друг с другом. Он знал о связях Эммета с Гильдией и, вероятно, понимал, что похитить тебя снова будет чрезвычайно опасно. На этот раз по твоему следу пойдет вся Гильдия Каденса».

«Хепскотт знал о связанных с этим рисках, — сказал Эммет. — «Но он также впадал в отчаяние. Пробраться сквозь эту иллюзорную стену было для него жизненно важно. Он был убежден, что секреты с другой стороны стоят любого риска. Но у него была другая проблема, а именно Гильдия Каденса. Он знал, что это была единственная организация, которая могла встать у него на пути, когда он начал создавать свою подпольную армию».

Мерсер фыркнул. — «Поэтому он планировал взять под свой контроль Гильдию».

«Каким же ублюдком-манипулятором был Хепскотт». — Тамара тихо разозлилась. — «Сначала он послал Сандру Торнтон соблазнить Мерсера, надеясь узнать как можно больше о внутренней работе Гильдии. Не то чтобы он что-то получил, конечно, — гордо добавила она. — Мерсер не был бы настолько глуп, чтобы выдать свои секреты после постельных утех».

Глаза Мерсера сверкнули печальным весельем. Он похлопал ее по руке. — Я ценю твою веру в меня, любовь моя.

К удивлению Эммета, Тамара немного расслабилась от прикосновения Мерсера. Они обменялись взглядами в один из тех моментов молчаливого личного общения, которое могло иметь место только между парой, сформировавшей настоящую связь.

Эммет посмотрел на Лидию и увидел, что она тоже уловила небольшую вспышку близости между Мерсером и Тамарой. Она приподняла одно плечо, слегка пожав плечами «кто бы знал».

Черт, подумал он, может, этот брак все-таки сработает.

Лидия вздрогнула. — Хепскотт использовал бедняжку Сандру Торнтон, чтобы заманить вас на место встречи той ночью, мистер Уайатт. Это он стрелял в тебя. Позже, когда он хотел остановить расследование, он убил Сандру и сам написал предсмертную записку. Ты можешь в это поверить? После всех этих лет он спокойно подставил свою возлюбленную и без раздумий убил ее, просто чтобы осуществить свои планы».

«Тем временем Хепскотт использовал свои деньги и влияние, чтобы помочь Дорнингу быстро продвинуться по служебной лестнице в Гильдии», — сказала Тамара. — «Дорнинг был сильным/ мощным охотником, и благодаря Хепскотту у него были деньги, чтобы оказывать ему множество услуг. Он добрался до Зала Совета. Оттуда был всего один шаг до кабинета Босса Гильдии.»

— Но никто не рассчитывал, что Эммет возглавит Гильдию сразу после того, как в вас стреляли, мистер Уайатт, — сказала Лидия. — «Смена руководства прошла настолько гладко, что в организации почти не было волнений. Внезапного вакуума власти не стало, и планы Хепскотта в отношении Дорнинга пошли вразнос».

Мерсер выпрямил ноги, слегка поморщившись, когда менял положение в кресле. Он задумчиво посмотрел на Эммета. — Дорнинг, я полагаю, был тем, кто подослал этого призрака, чтобы напасть на вас в вашу первую брачную ночь?

Эммет прожевал печенье. — «Это был тест, чтобы увидеть, сможет ли он одолеть меня. Старомодный формальный вызов был последним вариантом, который у него был, чтобы захватить контроль над Гильдией законным путем. Очевидно, Хепскотт не хотел убивать двух Боссов Гильдии подряд. Наверное, беспокоился, что копы заметят закономерность».

Тамара нахмурилась. — Ты лишил его призрака той ночью, когда он пытался прощупать твои пси-способности, но он, очевидно, все равно был готов бросить вызов.»

Эммет пожал плечами. — «Дорнинг был хорош, но он знал, что, вероятно, не сможет победить меня, поэтому он и Хепскотт придумали план Б. Схема заключалась в том, чтобы бросить формальный вызов, а затем подсунуть мне небольшую дозу нокаутирующих препаратов прямо перед Дуэлью. Идея заключалась в том, чтобы замедлить меня, а не усыпить. Я бы чувствовал себя немного не в своей тарелке, но, вероятно, не осознавал бы, что меня накачали наркотиками. Даже если бы я это понял, было бы сложно остановить сражение только потому, что я не чувствовал себя в хорошей форме».

Тамара взяла свою чашку. — «В конце концов, когда он понял, что вся его схема рухнула, Хепскотт попытался избавиться от всех хвостов, прежде чем провернуть еще один акт исчезновения. Сандра Торнтон уже ушла с дороги, поэтому он убил Дорнинга и мастера Герберта.»

«Хепскотт винил меня во всех своих проблемах, — сказала Лидия. — «Поэтому он вызвал меня в свой особняк. Он хотел знать, где он допустил ошибки. Получив ответы, он намеревался убить меня и бросить мое тело в катакомбы, где его никогда бы не нашли. Затем он планировал исчезнуть».

Эммет положил свою руку на ее. — «Он был прав в одном: Ты действительно была виновата в его проблемах. Из-за тебя у Гэннона Хепскота все пошло не так».

Мерсер долго и задумчиво смотрел на Лидию.

«Кажется, Гильдия в долгу перед тобой, моя дорогая», — сказал он.

Лидия подавилась кусочком печенья. Задыхаясь, она выдернула пальцы из ладони Эммета и вскинула обе руки.

«Вау. Остановись. Стой, — прохрипела она. — «Не ходи этой дорогой. Забудь о долге Гильдии, ладно?

Все посмотрели на нее так, как будто она только что сказала, что солнце не взойдет.

— Гильдия никогда не забывает о своих долгах, — заверил ее Мерсер.

Глава 36

СПУСТЯ ТРИ МЕСЯЦА. .

«Ш-ш-Ш». — ЛИДИЯ уставилась на свое отражение в зеркале. — «Это почти так же страшно, как пройти сквозь стену тени иллюзии».

Свадебное платье, созданное для нее Чарльзом, имело подпись дизайнера в каждой детали. Это было загадочное и интригующее сочетание неземной женской грации и утонченной элегантности. Слои почти невесомого белого шелка глубоко извивались на декольте, плотно облегали ее грудь и талию, а затем переливались в море юбок и струящийся шлейф.

Ей с трудом верилось, что всего через пять минут она будет идти по проходу исторической церкви Старого квартала. Эммет будет ждать ее у алтаря.

— Что ж, Брак по Завету — очень серьезное дело, — сказала Мелани, нехарактерно серьезно для самой себя, поправляя тонкую вуаль. — Но у тебя ведь нет никаких сомнений относительно постоянного брака с Эмметом, не так ли?

«Я беспокоюсь не об Эммете. А о церкови, где полно людей».

— Расслабься, ты прекрасно выглядишь. — Мелани отступила назад, чтобы осмотреть свою работу, и очень быстро кивнула. — «Абсолютно великолепна. Готова?»

«Настолько, насколько я когда-либо буду». — Лидия взяла букет янтарных орхидей и глубоко вздохнула.

Мелани, одетая в платье подружки невесты янтарного цвета, также созданное Чарльзом, собрала цветы и приготовилась идти впереди.

Шримптон, выглядевший очень мило и далеко не так угрюмо, как обычно, в формальном смокинге, шагнул вперед, чтобы взять Лидию за руку. Он похлопал ее по руке в перчатке с отцовским видом.

— Не нервничай, — ласково прошептал он. — «Ты выглядишь прекрасно.»

Она была искренне тронута. — «Спасибо, сэр.»

Церковь была заполнена. Сторона жениха была забита. Мерсер и Тамара Уайаттт делили семейную скамью с матерью Эммета, ее мужем и сводным братом Эммета Дэниелом, генеральным директором гильдии «Резонанса». Кто сказал, что неблагополучные семьи не могут ладить? — Лидия задумалась.

Еще пять рядов занимали множество именитых гостей из «Резонанс-Сити». Остальная часть секции была заполнена охотниками всех рангов Гильдии Каденса.

Сторона невесты тоже была полна. Помимо Зейна и его тёти Олинды, на свадьбе присутствовал весь персонал «Дома Древних Ужасов Шримптона». Остальные места были заняты пестрым сборищем галеристов, руинных крыс и бывших коллег по факультету пара-археологии университета.

Чарльз сидел на последней скамье и выглядел чрезвычайно довольным видом Лидии в своем великолепном творении.

У алтаря Эммет стоял со своим шафером Вервудом. Пушок тоже был там, сидя на плече у Вервуда. Меховому комочку повязали янтарный атласный бант, где-то на его макушке.

Эммет повернулся и увидел, как Лидия идет к нему. Она увидела любовь и полную уверенность в его глазах, и ее краткий приступ свадебного волнения испарился. Она забыла о сотнях глазеющих на нее людей.

Ее ждал любимый мужчина. Она шла к нему с радостью в сердце.

Несколько часов спустя Эммет развязал старомодный официальный галстук, расстегнул воротник своей рубашки и взял бутылку шампанского. Он взял пару фужеров и вышел на темную террасу.

Такое мы уже проходили, / Такое уже было, — подумал он. Но он собирался убедиться, что эта брачная ночь пройдет по плану.

Лидия растянулась на одном из шезлонгов. Мягкие огни городского дома лились в окна и отражались на бледных тонких юбках ее свадебного платья.

Мохнатик сидел на столе рядом с Лидией и жевал крендель. Он все еще носил атласную ленту, которую Мелани завязала на его меху. Эммет уже пытался снять этот глупый бантик, но Пушок сопротивлялся. Очевидно, он открыл в себе невиданное ранее чувство стиля.

Эммет сел на другой шезлонг, налил два бокала шампанского и протянул один Лидии.

Он улыбнулся ей и поднял свой бокал. — «За нас, миссис Лондон. Я тебя люблю.»

Она улыбнулась в тени. — «За нас, мистер Лондон. Я тебя люблю.»

Они сидели вместе, пили в ночи шампанское и смотрели, как лунный свет сияет на шпилях и башнях таинственного древнего города.

— Боже, — сказала Лидия через некоторое время. — «Вокруг нет никаких призраков, и, кажется, никто не пытается нас убить. Ты действительно думаешь, что у нас наконец-то будет хорошая, тихая брачная ночь?

— Нет, если я постараюсь. — Он поставил свой бокал, встал и поднял ее с шезлонга. Юбки ее свадебного платья каскадом ниспадали на его руки. — «Красиво и тихо — совсем не то, что я планировал на этот вечер. Я бы не хотел, чтобы тебе было скучно во вторую брачную ночь, любовь моя.»

Она смеялась. Звук танцевал в темноте, смешиваясь с шепотом силы, доносившейся из Мертвого Города.

Любовь, сильнее любой пси-энергии, окутала их обоих.

Эммет отнес ее внутрь и по коридору к уютным теням спальни.

На террасе ночь продолжала нашептывать свои тайны. Мохнатик подошел ближе к тарелке с кренделями и взял себе еще один. Он уселся жевать, терпеливо ожидая.

Через несколько минут она появилась, спрыгнув с навеса крыши и присев на перила террасы. Она была самой красивой пыльной зайкой в мире, прелестным комком бесформенного, бесцветного пуха.

Мохнатик протянул ей крендель в одной лапе. Она моргнула своими очаровательными голубыми глазами и спрыгнула с перил, чтобы присоединиться к нему на маленьком столике.

Взяв крендель одной из своих шести лап, она придвинулась немного ближе и начала изящно грызть.

Над маленьким столом стояла тарелка с кренделями, а над древним городом стояла полная луна. Не о чем было больше просить.

Ночи на Хармони созданы для любви.

КОНЕЦ

Content

Джейн Энн Кренц / Аманда Квик
После света

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36