Инвазия 3

Глава 1

Саймон уже не сидел, он лежал на боку с приоткрытым ртом и широко распахнутыми глазами, глядящими в никуда. Лицо его посерело, осунулось, руки безвольно лежали вдоль тела.

Мы оба бросились к нему. Элен начала массаж сердца, а я замер рядом, осознав, что ничем помочь бедолаге уже нельзя. Саймон был мертв.

Да как же так? Как так-то?

Когда Элен, отчаявшись, прекратила свои попытки вернуть его к жизни, рядом с телом присел я, принялся его осматривать.

При беглом осмотре я не увидел ни единой капли крови, никаких порезов, ран, гематом. Вообще ничего такого, что могло бы стать причиной для столь быстрой смерти.

Да чего тогда с ним случилось? Почему он…

— Сердце, — тихо произнесла Элен, которая словно бы мои мысли прочитала и поняла, какой вопрос меня сейчас мучил. — У него просто был лишний вес и слабое сердце. А тут и нагрузка большая, и стресс…да и возраст у него…

Да твою же мать!

Я бессильно опустился рядом с трупом.

Случившееся с Саймоном подействовало на меня даже больше, чем если бы его убили монстры.

И ладно было так, ладно бы, я не уследил, не смог прикрыть, защитить. Но нет…

Мужик настолько перепугался, что поймал сердечный приступ. Или же переживания последних дней, минут, его добили.

Просто и банально. Вот так живешь, строишь планы, а потом раз, и тебя нет… Ты не проиграл в битве, не просчитался, просто твое тело подвело, не выдержало.

Мы, люди, в принципе очень хрупкие, нас так легко сломать, уничтожить. Можно быть трижды коммандо, крушить врагов направо и налево, и помереть от элементарного гриппа, условно говоря.

Я понимал, что такое возможно, но как-то раньше подобного не видел. Да чего там, я прямо был уверен, что никогда с подобным не столкнусь. Только не с моей работой и моим образом жизни. Нет, к смерти я привык, привык отнимать чужие жизни, привык, что те, кто сражаются рядом со мной, могут уйти в мир иной. Но…я привык к смертям в бою, причем как врагов, так и друзей, но к смертям таким, случайным, в чем-то даже глупым, я был совершенно не готов.

И, наверное, именно поэтому сейчас тупо смотрел на останки своего невольного спутника, который лежал, и чье тело уже остывало на полу.

Самое поганое, что я действительно уже начал привыкать к нему, и перестал считать его чисто «отмычкой». Он уже стал частью моей команды. Да я же всего несколько минут назад вышел, чтобы ценой своей жизни прикрыть бегство Саймона и Элен.

А сейчас мне предстоит мало того, что бросить его тело тут, где его вскоре обнаружат и сожрут Дэворары, так еще придется предварительно надругаться над покойным. А что делать — пусть он и член команды, но все же у него была роль, очень важная роль, и если он эту роль не сыграет, то и мы с Элен уже вряд ли выберемся из комплекса. Да чего там — первую встретившуюся дверь можем не открыть.

Так что теперь мне предстоит вырезать глаз, отрезать кисть руки, и на всякий случай взять немного крови у покойного.

Блин, еще совсем недавно я был готов это сделать без малейших колебаний, причем не с мертвым, а с вполне еще живым Саймоном, а сейчас…сделаю все равно, но как же это теперь…неприятно. Мерзко на душе.

Еще один крайне мощный удар обрушился на дверь, да такой, что с потолка посыпалась пыль.

Похоже, кто-то разозлился не на шутку.

Впрочем, мне сейчас было на это плевать. Стальная плита закрыла проход наглухо. Пусть зверушка бесится, пусть злится и бьется. Ей не хватит массы, чтобы пробить такую преграду, и уж тем более не хватит сил, чтобы проковырять.

А самое приятное, что как на космическом корабле, здесь у тварей не получится обойти препятствие, выбравшись наружу, пробравшись по обшивке.

Нет, не исключаю, что Дэворары какой- то способ перемещения между уровнями все же нашли, однако подходит он наверняка только мелким особям, уж точно гигант за дверью пробраться таким путем не сможет. А значит, он тут заперт навсегда.

Ну, пусть сидит. И остальные вместе с ним.

Гнездо в процессе нашего бегства было сильно повреждено, жратвы у монстров фактически нет. Во всяком случае, на этом уровне. А на тюремном склад закрыт, туда твари вряд ли смогут попасть. Во всяком случае, я надеюсь, что взрыв, падение лифта не повредили там двери.

Так что сдохнут животинки с голодухи, как мне кажется.

Ну, пускай, протянут какое-то время. Представим, что каким-то чудом на склад пролезут, или же даже представим, что дверь таки повредило.

Насколько легче от этого станет монстрам? Просто протянут чуть дольше, наплодится их еще больше и…все.

Выйти они не смогут при любом раскладе, а выпускать их оттуда никто не будет, и никто туда к ним не войдет. Уж об этом я позабочусь.

Уверен, что эти живучие тварюки без жратвы просто впадут в спячку, как в ситуациях, что я наблюдал на «Клаусвитце». Главное, что на данный момент весь этот выводок, оставшийся за прочной стальной дверью, нам уже ничем не угрожает.

«Ты будеш-ш-шь с-с-страдать, ос-с-слепленный! С-с-смерть, с-с-страх, боль — вот что ты ис-с-спытаешь!» — я дернулся от неожиданности, так как слова-образы ярким калейдоскопом замелькали у меня в голове.

Хах! А, похоже, животинка за дверью уже взбесилась не на шутку — не может к нам прорваться, решила на мозги давить? Ну-ну…

Тварь пыталась слать и другие картинки, не менее яркие, эмоциональные, явно пытаясь пробудить во мне страх, или вообще животный ужас.

В каком-то смысле я даже испытал те эмоции, которые до меня пытались донести, или же, скорее, которые я и должен был испытать.

Да только…

Столько раз ходил по краю, столько раз получал ранения, через такое проходил (одна модификация тела чего стоит), что все это воспринималось скорее как эхо прошлого, эдакие воспоминания, вызывавшие лишь желание забыть об этом всем, и не более того.

— Отс-с-ступник! Твои с-с-страдания будут вечными!

Тварь предприняла еще пару попыток, но вновь безрезультатных.

Так в чем все-таки смысл этих посланий? Сделать меня эдаким «бандерлогом», который, не помня себя от ужаса, пойдет и откроет дверь, впустит сюда тварей, в надежде, что его за это не тронут?

Или же послания все эти адресовались не мне, не человеческой составляющей, а существу внутри меня? Так оно, как понимаю, больше напоминает овощ, и вряд ли способно услышать послание, тем более понять его, и в еще меньшей степени — испугаться его.

Я предпринял попытку ответить монстру, однако сейчас не испытывал тех эмоций, как тогда, в коридоре. Сейчас у меня было дикое желание поязвить, подразнить противника.

Ярости, и уж тем более бешенства я не испытывал, так как понимал — добраться до врага я не могу, а даже если бы и мог, ни за что бы не пошел на поводу у этих своих эмоций. Еще чего — открыть дверь, чтобы дать пинка жирному, наглому Дэворару, пустить сюда всех остальных? Ага, спешу и падаю!

Когда голос в голове стих, я лишь усмехнулся. А ведь приятно, что я смог довести до белого каления здоровяка. Он ведь явно очень сильно обозлился, а то, что он перешел к угрозам, свидетельствует об одном: ни на что другое существо не способно.

Уверен, если бы была какая-нибудь лазейка, хотя бы для мелких тварей — их бы уже отправили к нам. Но ее нет, поэтому все, что остается — угрожать и пугать нас.

Но как же чертовски приятно — Дэворар оценил мои скромные старания по разрушению гнезда, вон, даже кликуху дал (тут я мысленно передразнил голос: «отс-с-ступник»).

А хотя…может, это награда за то, что я твари один глазик выколупал и ножки отстрелил? Как бы то ни было, а карьерный рост в среде Дэвораров у меня ого-го!

Смех смехом, но есть и крайне неприятные факты — теперь уже без всяких сомнений можно говорить, что Дэворары — это существа разумные, способные общаться. Это не просто тупые хищники, животные. Это иной, отличный от человека вид, который, к тому же, этими самыми человеками может питаться.

Хреново, хреново и очень хреново! Ведь на «Клаусвитце» даже мыслей не было о подобном, а тут — вот тебе. Что будет дальше? Они будут умнеть?

А что, если…

Тут внезапно меня осенило. А что, если они и были «разумными», если на «Клаусвитце» были «одичавшие» особи? Вдруг экспедиция Брауна в свое время пробудила их ото сна, и сейчас, вырвавшись на свободу, они стремительными темпами восстанавливаются, умнеют, так сказать?

Ну, точно! На «Клаусвитце» Дэворары воспринимались как паразиты, хищники, животные, но их матка демонстрировала все признаки развитого, умного и хитрого животного.

Здесь, в комплексе, рядовые монстры тоже были просто «животными». Хотя, когда я обратил на это внимание — среди «местных» тварей преобладают уже более хитрые, такие, каких на «Клаусвице» я называл «продвинутыми».

И вон, кстати, в пользу этой теории говорит появление ранее не виданных «богомолов», которые устроили полноценную засаду, а теперь еще и этот вот гигант. Он разумен, однозначно, он говорит со мной (пусть это возможно только потому, что я заражен, но ведь это не отменяет факта общения между нами).

Гигант — явно не зверь, это уже нечто большее. И кстати, эта тварь ведь может контролировать других особей? Тоже факт…

Теперь у меня крайне интересный вопрос: насколько все же умны рядовые твари? А насколько умна сама матка? Дотягивает ее интеллект до уровня человеческого среднестатистического, или у нее на порядок выше?

Что точно не ниже — я нисколько не сомневаюсь…

Ладно, надо двигаться. Нас ждет док, а до него еще надо добраться — пройти больше половины уровня. И черт его знает, что нас тут будет подстерегать.

Да, Дэвораров по идее здесь нет, во всяком случае, не в тех количествах, в которых их имелось на жилом уровне. Но есть ведь и другие проблемы — местная СБ, роботы, «Мизерикордия», в конце концов…

Доступа к камерам на этом уровне у нас нет, так что никак проверить, что нас ждет на пути, пробить себе дорогу, у нас не получится.

Ну, впрочем, от цели нас отделяет всего-то…твою ж мать, каких-то пятьсот-шестьсот ступенек, которые предстоит пройти пешком!

Ну что же…стоит поблагодарить архитекторов и проектировщиков, что с этого уровня хотя бы по лестнице можно уйти. Пробираться по шахте лифта было бы куда тяжелее…

Вообще-то тут имелся эскалатор, да только он не функционирует. То ли сам отключился, то ли его повредили (и не столь важно, кто — Дэворары или людьми). Главное — с первого взгляда понятно, что воспользоваться им нельзя: управляющая панель повреждена, лента висела рваными клочьями, обнажая механизмы, а местами эта самая лента даже намоталась на валики. Так что при всем моем желании, починить линию нереально, а это значит, что все пятьсот ступенек предстоит пройти пешком…

Блин! Ненавижу лестницы! А покойный Саймон, как мне кажется, ненавидел их еще больше. Так что, может, ему еще повезло, что помер сейчас, а то бы мучился на лестнице, и там бы отдал концы. Если его так подкосила небольшая пробежка, то даже выживи он — лесенка бы точно его доконала…

Однако прежде чем подниматься, предстояло сделать одну крайне неприятную процедуру, о которой я говорил раньше.

Тяжело вздохнув, вооружившись ножом, я ступил к телу Саймона, Элен же брезгливо отвернулась. Она ничего не сказала — сама прекрасно понимала, насколько это необходимо…

* * *

Первая сотня ступенек, несмотря на то, что мы и так уже были вымотаны, далась легко.

Прошли мы их молча, напряженно шаря глазами, направляя стволы пистолетов по всем подозрительным или темным углам.

Но никто и ничто не прыгало на нас, не пыталось утащить или укусить. Такое ощущение, будто эта часть комплекса в принципе не интересовала Дэвораров.

Ни одного самого завалящегося «паучка» или мелкой сколопендры здесь не было.

Последующие пролеты преодолеть было уже сложнее, и мы уже куда как меньше глазели по сторонам. На очередном таком пролете мы брели, понуро опустив головы, все еще держа пистолеты в руках, но даже не пытаясь целиться из них куда-то. Поэтому когда в темноте внезапно загорелся луч прожектора, ударивший нам в лица, а механический голос громко и угрожающе приказал: «СТОЯТЬ», мы тупо пару секунд моргали, не предпринимали ровным счетом ничего.

Однако луч прожектора исчез так же внезапно, как и появился, а механический голос сменился на голос, который я бы, наверное, узнал из миллиона похожих. Звучал он сейчас для нас приятнее любой музыки.

— Да я смотрю, вы совсем не торопились, друзья мои. А что это вы так паршиво выглядите?

Узнал этот баритон не только я, но и Элен, тут же радостно взвизгнувшая:

— Док, старый ты алкаш! Это действительно ты?

— Ну, если бы это был не я — вы бы уже умерли, — как всегда с некой патетикой ответил док. — Гарантированно причем — вы как сонные мухи…

— Док, ты не знаешь, через что нам пришлось пройти…

— Догадываюсь. Давайте, поднимайтесь уже. Этот уровень абсолютно безопасен, можете не беспокоиться.

Мы не без труда преодолели последние ступеньки. Весь этот уровень, точнее вход на него, был густо залит уже давно свернувшейся и застывшей кровью Дэвораров, а сама площадка прямо-таки усыпана кучей тел монстров, как мелких, так и крупных. Причем тела эти были буквально нашпигованы пулями, в хитине имелось множество дыр от попаданий крупнокалиберных пуль, а часть тварей просто разорвало на куски.

Поднявшись с некоторой опаской на этот импровизированный бруствер — (а вдруг личинка где засела, ведь эти чертовы Дэворары часто с ними таскаются), мы увидели и тех, кто так лихо разложил тут монстров: старые добрые знакомцы еще с «Клаусвитца» — комплексы «Гекатонхейр», причем в количестве аж трех штук. Все они были установлены прямо на входе и, судя по тому, как кустарно их смонтировали — это явно док постарался.

Плюс, помимо «Гекатонхейров» здесь были и ТШК — роботы явно прикрывали комплексы, не позволяя тварям приблизиться, или же помогали в случаях, когда комплексы уходили на перезарядку. Ну, точно, это последняя линия обороны — вон, у них у всех вместо монструозных пулеметов, как у тех, что мы с Элен разобрали на тюремном уровне, имелись тяжелые автоматические дробовики.

При нашем приближении роботы моментально вскинулись, навели на нас свои стволы, однако спустя несколько мгновений (видимо, именно столько потребовалось времени, чтобы сличить наши лица с теми, что были в базе, проверить, имеется ли у нас допуск), опустили пушки и перешли в режим ожидания.

«Гекатонхейры» и вовсе нас проигнорировали — видимо, у них либо дальность сенсоров, либо скорость обработки данных была куда лучше, и комплексы уже нас опознали, поэтому вообще никак не отреагировали, продолжая пялиться камерами, подмигивающими красными огоньками, куда-то в темноту.

К слову, когда мы приблизились, я понял, что и у роботов хватало работы — Дэворары настырно лезли сюда, не считаясь с потерями: вон, считай, у самого входа имеются трупы сколопендр, разорванные огнем вплотную.

Двери жилого комплекса распахнулись перед нами, стоило нам подойти, а за ними…за ними стоял с широкой радостной ухмылкой док Санчез, собственной персоной.

Компанию ему составила пара роботов, замерших у него за спиной.

При этом в оружейном «чехле» на поясе у одного из них я увидел свой главный талисман — старый добрый дедовский револьвер.

— Ребята! Я категорически рад вас видеть, прямо-таки до неприличного рад! — заявил док, широко улыбнувшись. — Фрэнк, не смотри ты зверем на Мортимера, через пару минут он вернет тебе твою игрушку…

— Да я чего… — буркнул я, пожав плечами, — не вопрос.

— Док, как же я рада, что ты жив! — заявила Элен, шагнув к нему, широко распахнув руки, будто желая обнять дока.

Однако тот остановил ее жестом.

— Прости, Элен, но объятия потом. Сначала я хочу вас просканировать. Уж простите, но я должен точно знать, что вы — все еще вы, а не подделка.

— В смысле, подделка?

— Все расскажу, просто не шевелитесь. Фрэнк — начну с тебя.

Один из роботов подошел ко мне, снимая с пояса какую-то просто громадную конструкцию, здорово напоминающую древний пылесос, который я видел только на картинках.

На конце «трубы» тут же засветилось окошко.

И вот эту трубу железяка и направила на меня. Несколько секунд ничего не происходило, а затем я услышал странный скрип, донесшийся за спиной у робота. Тогда-то я обратил внимание не нечто вроде здоровенного рюкзака или, скорее, какого-то устройства, прикрепленного позади робота.

Окошко на трубе ярко засветилось, и я практически всем телом ощутил, как через меня проходит нечто…то ли излучение, то ли…

Черт знает. Не могу описать эти ощущения. Будто бы волна холода, но приятного, проходит сквозь тебя. Длится это всего ничего, но ты прямо-таки ощущаешь, как незримое нечто медленно, сантиметр за сантиметром проходит через твою кожу, мышцы, внутренние органы, кости…

В тот же миг аппарат замигал всеми лампочками, а оба ТШК мгновенно направили на меня пулеметы.

— А-а-а…че-е-ерт! Я забыл. Морти, Саммер — отбой. Эту цель считать дружественной вне зависимости от результатов. Проверьте вторую.

— Эм… — только и смог ошарашенно сказать я.

— Морти, — тут же приказал док, — верни пистолет мистеру Колтону, а то он тебе оторвет голову.

Глава 2

ТШК, на груди которого был красной краской написан позывной: «Мортимер», сделал шаг вперед и резко выбросил руку, протянул мне старый дедушкин револьвер.

Я осторожно взял оружие, и тут же внимательно его оглядел — не повредили ли мою семейную реликвию, цела ли?

Ощущение, которое я испытал, получив назад своего верного друга, свой талисман, не раз и не два в прямом смысле вытянувший меня с того света, было сродни тому чувству, которое испытываешь, встретив внезапно в далеком космопорту старого друга, которого не видел много лет. И теперь этот твой друг снова с тобой, даже более того, он нанялся на твой корабль, и какое-то время ты уверен, что за тыл можно не переживать — тебя прикроют, не предадут.

Тяжелый револьвер в моей руке вселял уверенность, от него прямо-таки веяло силой и спокойствием, которые передались и мне.

Приняв оружие, я поднял глаза на дока и задал, наконец, вопрос, который уже очень долго крутился у меня в голове:

— Док, с каких это пор ты начал давать имена роботам?

Он заржал, причем крайне заразительно, согнувшись от смеха пополам. Я же, как и Элен, с недоумением глядел на него.

Отсмеявшись, он остановился, откашлялся, и вновь став «серьезным», ответил:

— Это…в общем, так получилось, что я был заперт. Никуда нельзя выйти, никуда не проскочить. Естественно, я нашел выход из положения, но…на это требовалось время. Причем от меня там ничего не зависело. Потому, чтобы хоть как-то скоротать время, я сидел и пялился в головизор. И, надо признать, у Максимилиана (это местный босс службы)…

— Я знаю, кто это, — зло процедил я.

— Ну так вот, у него есть прелюбопытнейшее хобби — он коллекционирует анимационные фильмы. Причем, насколько я понял, в двух форматах — цифровом, для просмотра, и еще старается добыть оригинальные древние носители с Земли с различными классическими шедеврами мультипликации и анимации.

— Он еще, оказывается, мультики любит? — усмехнулся я. — Ну надо же…

— Да… — док то ли проигнорировал меня, то ли сам увлекся своим рассказом, — в его коллекции, под которую тут отдельные файловые хранилища выделены, я нашел крайне забавный мультфильм. Там главный герой — мой полный тезка.

— Он случайно не сумасшедший ученый? — улыбнулась Элен.

— Именно! — хохотнул Рик. — Короче, я посмотрел, и, впечатлившись, решил вот этого парня, — он похлопал по стальной руке одного из ТШК, — назвать именем второго главного героя. И знаете что? Не прогадал — Морти спас дедушку и вытянул из глубочайшей задницы…

— Что тут у тебя случилось… — начал было я, нахмурившись, но в этот момент сканер в руках второго робота, проверяющего Элен, выдал зеленый свет, и док, остановив меня, гостеприимно указал на вход в свои «хоромы»:

— Стоп, стоп, стоп! Жаловаться, кому и чего пришлось пережить — потом. Сначала — в гигиенический блок. Отмойтесь, приведите себя в порядок, а то, ребята, уж простите, но от вас разит на версту.

Я поднял руку, принюхавшись. Действительно, воняю не только кишками и кровью Дэвораров, но и собственным потом. И да, едва только Рик сказал, я сразу ощутил себя грязным — невыносимо хотелось смыть с себя, со своей кожи все, что сейчас на ней было.

— Давайте бегом, а вот потом засядем, пожрем по-человечески, и тогда расскажем друг другу обо всем. Лады? Времени у нас предостаточно — как минимум двенадцать часов…

Так и подмывало спросить, до чего у нас в запасе полсуток? Но Рик зашагал вперед, принявшись разглагольствовать, как заправский экскурсовод. У меня и шанса не было вставить хоть слово.

— Так, за мной, проходим-проходим, не задерживаемся! — улыбаясь, поторапливал нас док, явно вжившийся в роль радушного хозяина. — Если что — слева все комнаты свободны, выбирайте любые, — тут он хохотнул, — или любую!

Ах ты, жук! Уже пронюхал как-то, или даже подглядывал за нами?

Коридор офицерского блока существенно отличался от жилого сектора уровнем ниже. Ну, там ведь жилые блоки были для рядового персонала. Здесь же было жилье менеджмента, офицеров и прочих важных «птиц».

И действительно, куда ни брось взгляд, все здесь по-другому.

Во-первых, комнаты. Двери в них были распахнуты, и внутренний интерьер был прекрасно виден даже отсюда, из коридора.

Что сразу бросилось в глаза — кровати. Именно кровати, а не типовые кушетки, на которых хрен еще уляжешься удобно. Здесь были полноразмерные, полноценные спальные места, кровати, сделанные пусть и из дешевых, но натуральных материалов, на них явно качественные ортопедические матрасы.

В некоторых комнатах я заметил еще и стулья, снова-таки, в них нет ничего общего со стандартными дешевыми моделями. В «каютах» были столы, на некоторых из них стояли модули голографов последних моделей. Готов поспорить, что в каждой «каюте» имелись и отдельные ванные комнаты, санузлы (на нижнем уровне они были общими).

Даже стены здесь — не примитивные стальные панели или крашеный бетон, как внизу, а отделанные под стены квартир в обычном мегаполисе, где-то с обоями, или даже фотообоями, где-то имелся недешевый обивочный материал.

В некоторых комнатах были даже псевдоокна-мониторы, на которых транслировалось изображение города, создавая иллюзию, будто ты не в подземном комплексе, а в своем доме в пригороде. Сидишь и любуешься из собственного окна на тихую тисовую улочку, ну, или же кажется, что ты в квартирке на 40-м этаже небоскреба, стоишь возле окна, глядя на ночной город с огромной высоты, рассматривая мелькающие внизу огни машин…

— Выбирайте любые, я тут занял уже под себя модуль для директората, — отвлек меня от разглядывания помещений Рик.

— Эти вот, — он указал пальцем на несколько комнат, куда я как раз таки только что заглядывал, — для старших менеджеров и научных сотрудников. Все удобства внутри.

— Ну, тогда вот эту, наверное, — нерешительно указал я на первую попавшуюся комнату.

— Не вопрос! А через полчаса, Фрэнк, зашел бы ты ко мне. Нужно быстро провести несколько тестов.

— Да не вопрос, я готов.

— Нет уж, сначала приведите себя в порядок.

Я было собрался спорить, но Элен тут же прошмыгнула внутрь, включила воду в раковине на маленькой кухоньке, которая тоже имелась в этом «номере». Наверняка, кухня эта была сугубо для «эстетики» — очень сомневаюсь, что живший здесь человек сам себе готовил. Уверен, что меню и ассортимент местной столовой не уступает какому-нибудь ресторану и супермаркету, в том плане, что там все есть. Хотя…зная странности многих «сильных» мира сего, не исключаю, что кухни в номерах имеются не просто так, а для того, чтобы жильцы, приди им такое в голову, могли побаловать себя «домашней» или собственноручно приготовленной стряпней…

Пар, поднимающийся от раковины, когда Элен включила воду, тут же отбил у меня всякое желание идти к доку прямо сейчас, моментально перебил все остальные мои хотелки.

Тут же заурчал желудок, напоминая, что неплохо бы было подкрепиться, а то последние приключения забрали много сил. Ну, начнем с душа, а там уже, как сказал Рик, и ужин ждет…

— Хорошо, — кивнул я, соглашаясь с Риком, — сейчас помоюсь и приду.

— Вот и отлично! — обрадовался док. — Пойду, подготовлю оборудование.

Он уже развернулся, зашагал по коридору, как вдруг резко повернулся.

— А! Вот еще! — он протянул и мне, и Элен по две бусины переговорников. — Нацепите и не снимайте, так мы всегда будем на связи. И не переживайте — они водонепроницаемые.

Следующие полчаса были реально лучшими за последние несколько дней. И нет, я не чистоплюй, не любитель валяться в ванной или стоять под душем по несколько часов кряду, но какой же это кайф, когда с распаренной кожи ты убираешь всю мерзкую слизь, всю грязь, когда твое тело буквально может вздохнуть с облегчением, когда ты прямо-таки чувствуешь кожей воздух…

Короче говоря, вопреки своим привычкам, в душевой я проторчал довольно долго, сам этого не заметив, и когда передатчик в ухе ожил, заговорил голосом Санчеза, который сообщил мне, что полчаса уже прошли и он ждет меня в лаборатории, я был очень сильно удивлен, и с большой неохотой покинул «апартаменты».

Но настроение мое довольно быстро вернулось в норму. Гигиенические процедуры принесли свою долю кайфа, но еще больше удовольствие я смогу получить, когда поговорю, наконец, с доком, когда он сможет дать мне разъяснения, что вообще происходит с моей тушкой. Ну ладно, неправильно сказал: не кайф от этого я получу, а удовлетворение.

Из душа я выскочил моментально, не стал натягивать на себя грязное и заскорузлое от крови Дэвораров обмундирование, предпочтя ему обнаруженный здесь же, в ванной комнате, белый банный халат.

Я перепоясал его кобурой с револьвером и вышел из номера.

За дверьми, как оказалось, меня уже ждал «Морти». Робот развернулся и, не оглядываясь, двинулся по коридору, я же последовал за ним.

То, что док назвал «лабораторией», было раньше чем-то вроде кинозала, или просто зрительского зала… Не знаю, какую функцию выполняло это помещение раньше, но навевало оно своим видом именно такие ассоциации.

Сдвинутые ряды соединенных по четыре штуки кресел, занавесы, которые раньше должны были закрывать небольшую сцену под вон той стеной, сейчас валялись скомканные в углу.

В самом центре помещения находился уже знакомый мне медицинский сканер, который док, наверняка с помощью роботов, откуда-то притащил.

Вот только эта модель, в отличие от тех, что мне встречались ранее, разительно отличалась. Даже на мой дилетантский взгляд на этом устройстве было куда больше всяких дополнительных примочек, управляющих панелей, не говоря уж о «навесном оборудовании». Вон, какие-то гофрированные шланги начинаются из небольших бочонков и уходят куда-то вглубь устройства, вон целая подставка со странного вида инструментами, вон вообще какая-то совершенно непонятная здоровенная хреновина с кучей маленьких кружочков из полированного металла, а рядом с ней несколько дополнительных экранов, управляющих модулей.

А вокруг всего этого стояли на передвижных подставках приборы, о назначении которых я мог лишь догадываться. Хотя нет, одну все же опознал — центрифуга для пробирок.

Зато док здесь явно чувствовал себя, как рыба в воде. Впрочем, не удивительно. Я заметил еще на «Клаусвитце», что док куда комфортнее себя чувствует, когда окружен всякими устройствами и механизмами. Высоколобый, чего с него взять?

— О! А вот и ты, Фрэнк. Наконец-то.

— Да, извини, док, увлекся…

— Не страшно. Слушай, прежде чем мы начнем, можешь выполнить небольшую просьбу?

— Револьвер не отдам.

— Да нет, если тебе так спокойнее — сиди с ним. Я не про то, — рассмеялся Рик. — Скажи мне, ты с Элен, вы теперь…м-м-м…вместе?

— Док! Тебе-то это на хрена?

— Это важно.

— Важно для чего?

Рик пожевал губы, но не стал прямо отвечать на мой вопрос, вместо этого принялся ходить вокруг да около.

— Ты вот что, если вдруг я прав, то…будь предельно аккуратен. Не вздумай…гм-м-м… — он смутился, а я совершенно не понимал, о чем он тут толкует и что пытается донести.

— Ты попроще можешь? — вскипел я. — Говори как есть!

— Ладно. Короче, скафандр на Фрэнка-младшего надевай, понял?

— Эм… — я сначала озадачился, но затем до меня дошло, что имеет в виду док.

— Тебе не стоит делиться сейчас своим биологическим материалом с кем-либо, — закончил пояснения док, — по крайней мере, пока я не изучу тебя целиком.

Я просто молча кивнул.

— Ну вот, значит. Я просто не уверен, и надо бы все проверить, убедиться, так сказать… — забормотал док.

Вообще, док вроде умный человек, но… Вот вздумай мы с Элен снова пошалить, то где, как он думает, мы «скафандр» возьмем? Тут киосков и автоматов нет…или есть? Но все же он меня озадачил. И я ведь в момент близости с Элен даже не задумался об опасности своего «биологического материала», равно как и Элен не задумалась. Но…какая в этом может быть опасность? Я ведь до сих пор человек!

— Да понял я, понял! Буду осторожен. Но может, начнем уже эти твои проверки? Может, это все лажа, нам вовсе и не о чем беспокоится…

— Нет, не лажа. Давай я тебе кое-что расскажу, но ты пообещаешь мне, что будешь помалкивать и не перескажешь все, что услышишь, Элен, или кому бы то ни было еще. Хорошо?

Я кивнул, и док приступил к рассказу. Он кратко изложил историю экспедиции в систему Алькари, о том, как там люди столкнулись с непонятным явлением — «постгибернационный психоз», и о столкновении с первыми Дэворарами.

Я не стал его перебивать, хотя обо всем этом и сам знал. Да черт, любой ребенок в любом из самых отсталых миров сможет все это рассказать.

Но вот затем док начал излагать детали, и вот они уже меня крайне заинтересовали.

Оказалось, что Рик, еще будучи молодым и горячим, завел дружбу с неким Винсентом Берком, правнуком того самого Берка, который «Спаситель Человечества», человека, вернувшего экспедицию Брауна назад, на Землю, привезшего запасы элемента Брауна в количествах, достаточных, чтобы люди смогли построить целый флот и отправиться покорять Галактику.

Так вот, Берк (тот, который старший, прадед Винсента) обманул всех, причем трижды.

Он не рассказывал всех деталей того, что с ним случилось в Алькари (лишь его семья знала 'все), он не рассказал никому об истинных координатах Алькари, и он отпустил живым человека, позже организовавшего корпорацию Вилланд, при этом тот знал некоторые возможности Дэвораров. Ну как, знал… Этот человек изучал Дэвораров и прекрасно знал обо всех изменениях в теле человека, пережившего заражение. Имеется в виду повышенная регенерация организма после того, как паразита из тела зараженного удалить.

А еще мало кто знал, что сам Берк был инфицирован Дэвораром. Ему сделали операцию по удалению из тела паразита, увенчавшуюся успехом. Сам Берк после этого обладал той самой регенерацией, а еще получил в довесок долголетие. Прожил он очень длинную жизнь, умер в возрасте далеко за сотню. И умер, при этом, отнюдь не дряхлым стариком.

Но это все за кадром. Главное, чем занимался Берк на Земле, а затем занимались его дети, внуки, и даже правнуки — скрывал координаты Алькари и тщательно следил, чтобы никто в ту систему не наведался. Ну а когда появилась корпорация Вилланда — семейство Берков, в своей борьбе собравшее новых сторонников, начало корпоратам противостоять.

Со временем их цели несколько сместились, и к моменту знакомства Рика и правнука Берка-Винсента, «общество» воевало с корпоратами, а первичная цель (защита человечества от Дэвораров) стала уже чем-то вроде легенды, в которую мало кто верил.

Винсент, как и остальные члены «организации», прибегал к откровенно террористическим методам противодействия корпоратам, так как законные уже не работали.

Ну, еще бы, ведь все законы были направлены на облегчение жизни таких, как Крис Вилланд, а после трагической гибели Винсента в руки к Санчезу и попали письма, дневники как его самого, так и старших Берков.

Именно так Рик и узнал многое из того, о чем сейчас рассказывал уже мне.

Рик даже показал мне письмо, адресованное Берком-старшим правнуку, Винсенту, а там было предупреждение, что корпораты ищут Дэвораров и обязательно найдут. Даже указывалось название того самого корабля, на котором мы сбежали с «Клаусвитца» — «Буревестник».

Ну а самое «смешное» заключалась в том, что «общество», созданное Берками, преобразовалось, и сегодня известно под названием «Мизерикордия». Я довольно часто слышал выступления этой организации — их хакеры постоянно взламывали эфиры, вещали всему миру, что они «кинжал для причинения милосердной смерти врагу», А врагом они считали корпоратов, которые так или иначе должны были привести человечество к гибели, или поставить его на край пропасти.

Если честно, всегда считал их фанатиками и просто клоунами. Но теперь… Ребятки просто слишком размахнулись, слишком уж широко. Оставь они своей целью только «Вилланд» — может быть, и покончили бы с корпорацией, но воюя сразу против всех…. М-да…вот тебе и «Мизерикордия». Кто ж знал…

Со смертью Винсента «Мизерикордия», как я понял, совершенно забыла о своей самой главной цели, во главу всего поставив войну с корпоратами. Однако Рик, случайно все узнавший, когда его друг, Берк, скончался прямо у Рика на руках, передав последнему все письма и дневники, продолжал дело сам.

Вот только с годами руководство «Мизерикордией» все больше и больше тяготило его, к тому же организация выдыхалась, а «новая» кровь, привнесенная частью членов, больше интересовалась заработком бабла.

И старпер-гений, сидящий во главе уже несколько десятилетий, начал мешать новым, амбициозным лидерам.

Рик не стал драться за место главы, а плавно отошел от дел. Вроде как и стал «пенсионером», но с другой стороны, продолжал действовать как полевой агент. Правда, по большей части выполняя свои собственные задания.

Его хитрость и изворотливость помогли прожить до преклонных лет, а его умения сделали его незаменимым. Они и огромное досье на каждого из нынешнего руководства «Мизерикордии».

Четыре раза его пытались устранить свои же, и Рик уже всерьез задумывался над тем, чтобы устроить в «Мизерикордии» эдакий аналог гражданской войны, натравив соперничающие группировки внутри организации (которых на данный момент было довольно много) друг на друга.

А потом…потом пришла информация о «Буревестнике», корабле, пропавшем неизвестно где уйму лет назад. Корабль был найден, и Рик поспешил попасть на борт «Клаусвитца», чтобы уничтожить любые доказательства существования Дэвораров, их самих, и координаты систем, в которых побывал «Буревестник».

— Стоп, док! То есть эти твари, корпораты, совершенно точно знали, что Дэворары сверхопасны? И все равно притащили их на планету?

— Не будь ребенком, Фрэнк. Даже ты знал, что Дэворары опасны. Они превратились в миф, историю, сродни драконам, но все это прекрасно знают, и корпораты — не исключение. Я тебе более того скажу: почти уверен, что сейчас и здесь, в этом комплексе, исследователи целенаправленно подстегивают эволюцию монстров. Если что — на этой планете всего два города. Один — это Энглвуд, мегаполис, столица, и единственное место помимо этой базы, где есть космопорт. А второй, Вейланд, всего в пяти километрах от базы. Горняцкий поселок, они тут трансурановые добывают. И что-то мне подсказывает, что эта планета была выбрана не просто так для строительства исследовательского комплекса.

— Ты о чем? — нахмурился я.

— Думал, что Вейланд должен был стать первым полигоном для испытания Дэвораров как биологического оружия. Если испытания прошли бы успешно, то следующий на очереди был бы Энглвуд.

— Да ну…быть не может!

— Еще как может. Вейланд — просто-напросто подопытные кролики, смертность среди которых всегда легко списать на опасное производство. А уж если выпустить на них Дэвораров… Если не ошибаюсь, в Вейланде всего тысяч 10 жителей. Даже если Дэворары всех их порвут — можно списать на техногенную катастрофу, взрыв в хранилище или еще чего…

— Но ведь твари не остановятся, они пойдут дальше! Энглвуд ведь больше, как понимаю? Сколько там людей?

— Около полумиллиона, — мрачно ответил Рик.

— Ну вот. Как защитить город? Корпораты ведь…

— Энглвуд — второй полигон, — заметил Рик.

— Да нет…не может быть… — опешил я. — Если правительство узнает, то вояки…

— Уверен, что на второй полигон был бы приглашен наблюдателем кто-то из правительства, так что не будь наивным…

— Твою же мать, — пробормотал я, собравшись было спорить, но, едва только открыл рот, как осознал — а ведь Рик прав. Эта планета была обречена…

— Слушай, — спросил я, — а зачем тогда было ускорять эволюцию? Зачем корпоратам развитые формы Дэвораров? И как оружие, и как это твое «лекарство» — для всего этого подходят даже тупые личинки. Так на хрена делать монстров умнее?

— Давай так: это моя теория, но если допустить, что чем выше ступень эволюции, тем умнее, сильнее и живучее твари, то и человек, который получит в себя такого вот «симбионта», а потом избавится от него, унаследует лучшее, получит куда больше возможностей. Может быть, это просто эксперимент «на натуре», но я могу и ошибаться. Впрочем, ложись уже на кушетку. Сейчас мы все с тобой и узнаем.

— Что? Как?

— Ну, если что — ты был инфицирован как раз таки личинкой уже третьей генерации тварей, так что внутри тебя, так сказать, «высокоуровневый Дэворар». Правда, тут чуть другой случай — его из тебя не вырезали. Но, судя по тому, что жук из тебя не лезет, и мыслишь ты точно так же, как и раньше — ты все еще Фрэнк Колтон, а не маскирующаяся под него тварь. А следовательно, с тварью внутри тебя что-то не в порядке… Все, хорош болтать, иди в сканер! Мне не терпится посмотреть!

Глава 3

Сканер жужжал очень долго, прямо-таки невыносимо долго. Это раздражающее, монотонное жужжание стало уже столь привычным, что я даже не представлял, каково может быть без него.

К тому же еще и Рик постоянно бормотал себе под нос всякую нелепицу, из которой я понимал лишь некоторые слова. Да и слова эти без контекста особо смысла не имели.

«Клеточное поглощение», «мембранная диффузия», «универсальный реципиент» и тому подобное. Слова частично знакомые, а смысл не улавливаю, даже понять не могу, хорошо ли все проходит, или нет.

Закончив сканирование (чему я был несказанно рад), док усадил меня обратно, едва только я попытался свалить, а затем принялся выкачивать из моего многострадального организма такой объем крови, что я диву давался, как не отключился.

Кроме того, он не поленился и взял соскобы всего, что можно, и крайне плотоядно поглядывал на скальпель, видимо испытывая нездоровое желание отрезать от меня кусочек, провести биопсию.

Но все же почему-то решил остановиться. Быть может, посчитал это преждевременным, а может, разглядел мое выражение лица, на котором должно было быть отчетливо написано, насколько я против.

Ага! Все-таки второе.

— Все-все-все! Не смотри на меня так. Не буду я тебя резать, и так уже все понятно.

— Ну, и? — насупился я.

— Короче, у меня для тебя две новости…

— Хорошая и плохая? — усмехнулся я.

— Плохая — да, — кивнул док, — а вот насчет хорошей…

Он крепко задумался, но я тут же растормошил его.

— Ну, док, излагай!

— Тогда слушай. В общем, первая новость, не знаю, хорошая или нет, ты — не человек.

— Что? — опешил я. — А кто же тогда?

— Ты, Фрэнк Колтон, теперь генетическая химера, — усмехнулся док, — хотя я не совсем правильно выразился, говоря, что ты «не человек».

— Как это?

— У тебя регенеративные возможности Дэворара, причем завязаны они на дико ускоренном человеческом метаболизме. При этом ты обладаешь способностью к усвоению питательных веществ, опять же, как у Дэворара, однако твоя нервная система осталось человеческой, твои рефлексы остались человеческими, хотя они и усилены в три-четыре раза.

— Так…и что это значит?

— Теперь ты совершенно точно можешь не переживать о легких и средних ранах — ни заражение крови, ни большая кровопотеря тебе больше не грозят.

— Да ладно! Я тут чуть не окочурился, пока ты у меня кровь брал.

— Брал… — усмехнулся док, — громко сказано! Аппарат для взятия крови еле успевал сделать свою работу — у тебя же прокол от иглы затягивается раньше.

— Так. И что все это значит? Я мутирую в одну из этих тварей? — насупился я.

— Нет. Ты не становишься Дэвораром, ты остался человеком, хоть и с большой натяжкой.

— Так я — это я, или нет? — меня уже начала охватывать злость от непонимания.

— Ты — это ты, — кивнул док, — тут можешь не переживать.

— Тогда объясни мне, во что я превратился? Я не человек и не Дэворар, хотя, с другой стороны, являюсь и тем, и тем. Как такое возможно?

— Ты и паразит внутри тебя сейчас в симбиозе. Я бы даже сказал, вы — одно целое. Ну а если хочешь более точного определения, ты — гибрид.

— Просто отлично! — проворчал я, лихорадочно соображая, насколько все плохо, и что теперь делать.

— Ну вот. С этим разобрались, — вздохнул док, — теперь перейдем к плохим новостям.

— Стоп! Так это еще не плохая новость была⁈

— Нет, — покачал док головой. — Плохое заключается в том, что трансформация твоего тела продолжается. Все «оригинальные» клетки, ткани заменяются «гибридными».

— Я стану монстром?

— Нет, вряд ли. Во всяком случае, насколько я могу судить сейчас — внешне ты вряд ли изменишься. Просто твоя кожа, органы, мышцы станут…иными. Легкое останется легким, однако будет иным…

— Что значит «иным»? Я не понимаю тебя, док.

— Считай, обновишься. Ну, к примеру, кожа может стать более прочной, кости — прочными.

— Но без внешних изменений?

— Без. На данном этапе я не вижу изменений, сомневаюсь, что и на поздних этапах они появятся, если их нет сейчас.

— Тогда почему это плохая новость?

— Потому, что рано или поздно твое «обновленное» тело вступит в конфликт с твоими киберулучшениями. Уже сейчас отторжение имплантов — почти пять процентов. Когда оно достигнет 70 и выше — тебе потребуется операция по их удалению и реабилитация.

— Что? Почему?

— Потому, что импланты — посторонние объекты, от которых тело будет стремиться избавиться. Их нужно будет удалить, чтобы организм быстрее закончил перестроение…

— Так, что имеется в виду под «перестроение»? — в целом уже догадавшись, о чем идет речь, я все же решил уточнить.

— Тебе нужна будет медицинская помощь. Нужно будет помочь тебе пережить сначала удаление имплантов, а затем и последующий период, пока организм не «отрастит» им замену… Короче говоря, пока на месте твоих киберимплантов не появятся их биологические аналоги.

— И когда это будет? Как долго я…

— Я без малейшего понятия, — покачал головой Рик. — Как это будет, когда — не знаю, ведь твой случай в принципе уникален. Единственное, что можно сказать точно — если у нас будет медицинское оборудование, мы вовремя сможем отследить момент перехода и поможем тебе перенести его как можно легче.

— Ну, уже хоть что-то… — буркнул я, — не все так страшно, как я думал…

— Угу. Но только это еще не все, — заявил док.

— Мать твою, Рик! Что еще? Чего ты тянешь⁈ Говори уже все, что узнал!

— Ну…тогда без долгих предисловий объясню самую суть. Тебе нужно постоянно есть, твой организм постоянно будет требовать пищи. Проще говоря — жрать ты будешь прямо как Дэворары: все подряд и в больших количествах. Не исключаю, что ты сам не всегда сможешь это контролировать.

— Так… — я нахмурился, — пока не вижу проблем. Ну, жрать надо регулярно, так я это с большим удовольствием. Уж что-что, а от жрачки я никогда не…

— В критической ситуации, к примеру, ты можешь начать жрать людей, — бухнул док, и я уставился на него ошарашено.

— Э-э-э…что?

— Это плата за гиперускоренный метаболизм. И нет, у тебя не будет жажды крови, как у вампира, ты не будешь жаждать убивать окружающих тебя. Просто в какой-то момент голод будет брать свое, отключать сознание, а верховодить тобой будет исключительно инстинкт самосохранения.

— Спасибо, успокоил! То есть если я вдруг выключусь, включусь, обнаружу, что сожрал тебя и Элен, то могу не плакать над вашими телами, мол, я в этом не виноват? — хмыкнул я.

— Над какими телами? Думаю, тел и не останется. Для тебя мы просто внезапно пропадем, как по щелчку пальцев, — док даже продемонстрировал это, щелкнув пальцами.

— Вообще отлично! — проворчал я. — Тебя самого не смущает, что я могу в любой момент вцепиться тебе в ляжку?

— Да успокойся ты! Я ведь сказал — такое возможно в критической ситуации, когда тебе нужно будет восполнить потраченные огромные объемы энергии. А перестройка твоего организма идет в довольно «экономичном» режиме.

— Тогда что ты подразумеваешь под «критической ситуацией»?

— К примеру, предсмертное состояние…

— Еще лучше! Мы окажемся в глубокой заднице, если я буду в предсмертном состоянии. Мало того, что проблем будет куча, так еще и я «проголодаюсь»…

— Да не делай ты из мухи слона! Поверь — я пойму намного раньше, чем ты, что наступил критический момент, и уж как-нибудь мы с Элен сможем защититься…

— Блеск! «Как-нибудь»! — передразнил его я.

— Так, теперь далее, — продолжил док, — следующая проблема…

— Еще есть проблема⁈ Может, уже скажешь, сколько их всего? А то я только отхожу от одной новости, как тут же появляется следующая!

— Эта предпоследняя, — заявил док.

— Твою же… — прошипел я, — еще две головные боли… Ну, чего уж, выкладывай…

— А вот третье — это не проблема, а скорее предположение.

— Так… — нахмурился я, — излагай.

— Я подозреваю, что твоя репродуктивная система тоже претерпела изменения, и теперь имеющиеся у тебя особенности будут наследоваться твоими детьми.

— Мои дети будут уродами⁈

— Нет…скорее гибридами, как и ты. Смею предположить, что внешне они останутся людьми, а вот по сути своей…

— Будут жрать людей? Или же быстро регенерировать?

— Без понятия. Вообще пока даже предположить боюсь. Собственно, именно поэтому я тебя и предупреждал о необходимости соблюдать…эм-м-м…меры предосторожности при общении с Элен. В конце концов, я даже не могу предсказать, что случится с ней, если она забеременеет.

— И что может случиться? — не знаю, почему это заинтересовало меня сейчас, ведь раньше, учитывая мой образ жизни, как-то не задумывался ни о семье, ни о детях.

— Да все что угодно! Я ж говорю — даже предположить не берусь. Ну, вот как пример — ребенок в ее утробе обладает твоим метаболизмом. Он же из матери все соки выпьет, высушит ее буквально.

— М-да…так себе перспектива. Но я тебя понял, док. Детей, так-то, я в ближайшее время не планировал. А дальше… Дальше уже, надеюсь, ты разберешься, что со всем этим делать, и как избавиться от этой гадости в моем теле.

— Вот здесь начинается самое интересное. Мы подошли, так сказать, к десерту, — грустно усмехнулся док. — Я не уверен, что удаление паразита что-то существенно изменит.

— В каком смысле?

— Твой организм уже изменился до такой степени, что… Короче, я не уверен, что вообще паразит в тебе есть. Ваш симбиоз уже дошел до такого уровня, что удаление Дэворара невозможно — он часть тебя.

— Просто отлично! Великолепно! — вздохнул я.

— Да не в этом проблема. Даже если бы можно было его точно локализовать и удалить, есть ряд других факторов, с которыми нужно что-то делать. Как пример — твой мозг претерпел существенные изменения. Как ты знаешь, у человека есть правое и левое полушарие, гипоталамус, лобная, теменная, височная доли, и так далее. Так вот: у тебя появились новые «участки», и я понятия не имею, за что они отвечают. Даже догадок не имею. Единственное, что могу сказать — они совершенно не походят на человеческие. Скорее больше похожи на то, что в башке у Дэвораров. Однако я не знаю, какое их функциональное назначение…

— А я, кажется, знаю, — проговорил я, вспоминая последние, наиболее странные события, которые со мной произошли.

— Так, а вот здесь поподробнее… — заинтересовался док.

Пришлось рассказать ему во всех подробностях историю про «говорящего» гиганта и про то, как я смог воздействовать на тварей криком, заставив их попятиться. Как «говорил» с существами, как слышал их, ощущал.

Санчез сел на стул и задумался…

— Не скажу, что не слышал о подобном, но…если признаться честно — думал, что Крис Вилланд на старости лет совсем свихнулся.

— Что? Ты о чем? Есть еще кто-то, кто слышит Дэвораров?

— Ну, Вилланд утверждал, что да. Были и еще несколько человек, которые говорили подобное, но…я это считал выдумками, чушью. Нет, конечно, уже никаких сомнений нет — Дэворары стремительно развиваются, каждое их поколение становится все умнее, лучше адаптируется, можно сказать, «затачивается» под человека и под борьбу с ним…

— Это как? — не понял я.

— Ну…Дэворары, встреченные членами экспедиции Брауна, были совершенно чуждыми нам существами, но после появления существ, выросших внутри людей, твари начали меняться. Ты ведь заметил, здесь, в комплексе, появились новые их виды? Признаться честно, я считал, что попросту существуют разные рои или, в зависимости от размера гнезда, появляются особи с новыми функциями, необходимости в которых ранее не было. Но…теперь вижу, что это не так. Если все то, что ты говоришь, правда…

— Конечно, правда, зачем мне врать? — возмутился я.

— Ну так вот, если все это правда, то дела у нас плохи. Видишь — уже появились твари, которые командуют атаками, эдакие стратеги…

— Кто? — улыбнулся я.

— Бригадные генералы, полевые командиры, говоря понятным тебе языком. Дэворары развиваются, причем стремительно. Их поведение, привычки меняются, они умственно растут. Теперь уже они мало напоминают обычных зверей, хищников, которые охотятся на нас…

— И что, по-твоему, будет дальше?

— Если они продолжат развиваться? Все будет очень хреново. Не исключаю, что появятся эдакие «диверсанты».

— «Диверсанты»? Что ты имеешь в виду? Твари, которые смогут подобраться к нам? Таких я тоже встречал. Они похожи на богомолов…

— Нет-нет, я не о том. Имею в виду, что могут появиться твари, которые будут копировать человека. К примеру, будут выглядеть неотличимо от обычного человека. Смогут говорить, жестикулировать…

— Да ну…зомби вспомни — их сложно перепутать с обычным человеком.

— Так ведь зомби на «Клаусвитце» — это в лучшем случае «второе поколение», а то и первое. А какое сейчас уже идет? Четвертое? Пятое? Черт, у нас слишком мало информации, лишь собственные наблюдения, крупицы данных, которые мы добыли у корпоратов, и то, что я узнал из дневников Берков. Да и Берк запрещал проводить исследования, не желал быть подопытным кроликом.

— Знаешь, тогда возникает закономерный вопрос: а откуда корпоратам так много было известно? Они явно знают побольше твоего — вон, и тварей выращивают, и как-то их контролировать могли — это я о бое на арене.

— Там как раз ничего сложного, и я не о том говорю, — задумчиво почесал голову Рик.

— А о чем?

— У меня ощущение, что происходящее здесь было давным-давно прописано, запланировано.

— Но как? Корпораты ведь только-только получили Дэвораров!

— Не совсем так. Берк действительно не позволил себя исследовать, но…были еще люди в экспедиции Брауна, которые пережили заражение. Вполне возможно, что они смогли протащить и останки Дэвораров. Именно это могло стать основой для исследовательской программы «Вилланд». Они уже давно выстроили гипотезы, и здесь уже начали их проверять…

— Что ты имеешь в виду?

— Да примеров много. Что будет, если в человека попадет несколько личинок? Как они будут себя вести? Что произойдет с Дэвораром, если его носитель получит сильные травмы, ожоги, или, как вариант, его ударят током? Здесь, в комплексе, тщательно отслеживали развитие Дэвораров от стадии личинки до стадии уже взрослой особи. Опять же, эксперименты с «поколениями» Дэвораров… Кстати, Фрэнк, я вот что забыл спросить: ты в тюремном модуле нашел тварей?

— Ага.

— Надеюсь, прикончил?

— Естественно. Там же тех самых «богомолов» и встретил, о которых тебе уже говорил. Эти сволочи засаду организовали.

— Вот об этом я и говорю — новые особи, новые повадки, и даже внешний вид. И существ «более развитых» уже гораздо больше, чем корпоратам хотелось бы. Появились даже гораздо более разумные, чем они хотели получить на данном этапе. Собственно, именно это и привело к проблемам в комплексе.

— И что делать?

— А ничего! Сваливать отсюда. Корпораты, точнее их остатки, что пережили первое нападение Дэвораров, уже осознали свою ошибку, и готовят эвакуацию. Пускай сваливают, мы попытаемся проскользнуть следом.

— Ага. Это об этом ты говорил?

— М? В смысле?

— Мы когда только пришли, ты говорил, что у нас есть около 12 часов на отдых.

— А…да! Именно так. Примерно через столько времени корпораты попытаются прорваться в ангар, чтобы свалить отсюда. Им ведь нужно эвакуировать из комплекса всех «больших боссов», все данные.

— А дальше?

— Трудно сказать. Удалось подслушать, что далее Блайм будет руководить зачисткой — корпораты попытаются уничтожить Дэвораров на лабораторном уровне.

— О как! У меня к этому господину куча вопросов, и есть один должок, который всенепременно хотелось бы вернуть.

— Это ты о чем?

— Поверь, док, как только найдем Блайма — ты сам все поймешь. Давай вернемся к делу. Сам веришь, что корпораты смогут вернуть себе контроль над комплексом?

— Конечно, нет.

— Тогда как действуем? Валим всех, и пытаемся сбежать? Затем попытаемся комплекс уничтожить?

— Хах! Тебя послушать — так это необычайно просто. Все так, но для того чтобы уничтожить комплекс как минимум нужен космический корабль. Да и с Блаймом не все так легко.

— А чего там сложного? Валим корпоратов, и затем самого Блайма.

— Угу. Пять-шесть ТШК с операторами, нескольких бойцов поддержки. А еще наверняка они активировали несколько штурмовых комплексов для прикрытия тылов и флангов. Ну и чтобы твари не смогли прошмыгнуть.

— Тебя послушать — так нечего и пытаться.

— Ну почему же? — пожал плечами док. — Пытаться надо, но с умом. Нам нужны союзники.

— И где их достать? Предлагаешь мне поговорить с Дэворарами? Так они меня в вожди не зовут.

— Нет. Я говорю не о Дэворарах…

— А-а-а… — хлопнул я себя по лбу, — ты о «Мизерикордии»? Видел я, что сделали с этими недоумками. Очень сомневаюсь, что от них будет реальная польза…

— Ты их недооцениваешь, Фрэнк. В конце концов, они ведь не понимали, куда идут и с чем столкнутся…

— Угу. Да только передохли они все…

— Не все, — заявил док, а я внимательно уставился на него.

— И ты уже связался с ними, да?

Глава 4

— Да, я вышел с ними на связь, но пока никаких конкретных предложений не озвучивал и…

Я поморщился.

— Не умеешь ты врать, док, не твое это, поверь. Все ты уже заключил, и сейчас просто юлишь, опасаясь моей реакции.

— Фрэнк, я ответственно заявляю, что ничего…

— Рик, прекращай уже! Ну, вот серьезно. Раз уже решил и начал делать — нечего заднюю включать. В конце концов, на «Клаусвитце» мы неплохо сработались, так что давай, хватит ходить вокруг да около — рассказывай, что задумал.

— Ты…я… — похоже, док был совершенно сбит с толку моим заявлением.

— Слушай, я понимаю, что ты точно не был уверен, сможем ли мы до тебя добраться, и готовился к плану «Б». Все понимаю и прощаю. Сейчас. В дальнейшем такие вещи нужно предварительно согласовывать, как минимум со мной. Уж я-то в боевых операциях поболее тебя соображаю.

— Да не было никаких планов «Б» и…

— А-р-р! Док, не тяни! Давай уже!

Пришлось рявкнуть, чтобы док начал, наконец, излагать самую суть.

Едва только Рик открыл рот и начал рассказывать, что задумал, я уже был готов схватиться за голову — даже на начальном этапе было столько «если», столько белых пятен, что я готов был все зарубить на корню, однако решил дослушать до конца.

Итак. Нам нужно всего-то преодолеть лабораторный комплекс и выйти к главному лифтовому холлу.

По сути, это уже было довольно сложно, но…с нашим появлением сложности отпадали — у нас есть «идентификаторы» покойного Саймона, и с их помощью мы можем попасть к спецлифту, активировать его.

Однако далее мы должны были попасть на тот самый лабораторный уровень, который хотел зачистить Блайм. И, вполне возможно, мы можем там застрять вплоть до того момента, когда там появится группа зачистки. Ну, мало ли, что пойдет не так? Это раз.

Второе: Блайм, незадолго до того, как все пошло наперекосяк (а точнее, когда док активировал свой вирус в сети комплекса), проводил эксперименты на тех самых «пробудившихся» — людях, получивших серьезные психические заболевания во время гиперперехода из-за сбоя капсул гибернации. Их сюда доставили специально, и чего там с ними Блайм сделал — лишь одному богу известно. В лучшем случае просто заразил Дэворарами, а в худшем… Бр-р-р, даже представлять не хочу!

К тому же сами по себе «пробужденные» без всяких Дэвораров представляли серьезную опасность — сколько случаев было, что всего один такой псих умудрялся погубить экипаж целого корабля.

Ах, да, еще момент: док как всегда отвлекся от сути нашего разговора и принялся рассказывать об этих самых «пробужденных». В частности то, что впервые этот феномен был зафиксирован именно во время экспедиции Брауна. А еще — Дэворары почему-то неохотно используют таких людей. Имею в виду, не стремятся заразить, и уж тем более сожрать. Будто считают за своих.

Еще док добавил, что уже здесь, в комплексе, была выявлена еще одна аномалия — даже если «пробудившегося» заразить, подсадить в его тело личинку Дэворара, ее развитие прекращалось на определенном этапе. Похоже, именно эту странность Блайм и пытался изучить более подробно. Но все пошло не по плану, и теперь на лабораторном уровне должно быть шесть человек, если их так можно назвать. Скорее это уже гибриды вроде меня, вот только подчиняющиеся матке, короче говоря, Дэворары в человеческом обличье. И насколько они опасны — черт его знает.

Раз не знаешь уровень опасности, стоит исходить из худшего — они смертельно опасны.

Кстати, я ведь вроде их видел на камерах, когда от нечего делать пялился в экраны. Это они там уже черт знает сколько времени сидят и собирают некую установку, назначение которой неизвестно.

А ведь еще на лабораторном уровне имеются и сами Дэворары, причем уже взрослые.

Обозначив все эти моменты, я замолчал, уставившись на дока.

— Ну, а теперь скажи мне — чем мы всех их будем мочить? Пистолетами при поддержке двух ТШК? А если Блайм туда заявится со всей своей «корпоратской ратью»? Чего тогда делать будем?

— Фрэнк, оружие есть, не переживай. Понятное дело, что не такой арсенал, как на «Клаусвитце», но все же…

— Пушки твои плазменные будут? — живо поинтересовался я.

— Нет, прости, их мне тут собрать не из чего. Быть может, на лабораторном уровне…

— Ну, понятно. Только легкое стрелковое, значит? Хреново, очень хреново.

— Слушай, есть и чего посерьезней. Поверь — ты будешь доволен.

— Док, ты плохо меня знаешь. Я в любом случае не буду доволен. Пушек много не бывает, а если плазмы нет — все очень плохо.

— Ты ведь сюда прорвался как-то? Ну и сейчас…

— Док! Сюда мы прорвались лишь чудом. И я, кстати, человека потерял. Хочешь повторить? А что, если этим «человеком» в этот раз станешь ты?

— Ай, не сгущай краски! — отмахнулся док. — Уж за себя я постою как-нибудь.

— Угу… Ты мне вот что скажи. Чего ждать от Дэвораров — я знаю, от «пробудившихся», в принципе, тоже, но что тут с ними делали? Какие сюрпризы могут быть?

— Да какие сюрпризы, — док задумался, — фактически это уже такие же гибриды, как и ты…

— Охренеть! То есть примерно такая же регенерация, как у меня? Такая же скорость реакции?

— Ну…да. Но, понятное дело, за счет имплантов ты сейчас сильнее, а опыт делает тебя в разы опаснее.

— Но их шесть! Шесть, док! И они все в связке с Дэворарами, а это…сколько там? Штук десять средних и крупных сколопендр!

— Еще матка есть. Ну, или же просто очень крупная особь, — добавил док.

— Охренеть! Еще и матка!

— Ну…я не уверен, что матка. Эта тварь умудряется обходить камеры, будто знает, где они установлены и зачем предназначены.

— Класс! — резюмировал я.

Вот откуда такие наивные берутся? Если даже и есть оружие, пусть и в достаточном количестве, то в не слишком-то большом помещении мы этим Дэворарам моментально учиним кровавую баню. Но!

Смущают эти ребята с регенерацией. Да, у меня есть импланты, я быстрый. Так ведь и они тоже! И их шестеро. Я же не сращиваю кости мгновенно, и если меня достанут прежде, чем я успею «убрать» хотя бы половину…

Я тяжело вздохнул.

— Ладно, док! Чего ты там еще надумал?

— Далее мы все вместе собираемся и поднимаемся на уровень выше, обходим группу или, что будет просто идеально, устраиваем им ловушку и всех…

— Так стоп! «Вместе»? Вместе с кем?

— С «мизерикордовцами», естественно, с кем же еще?

Угу, уже лучше. Если на лабораторном уровне будем не только мы, это существенно повышает шансы справиться с противником. Вопрос только в координации действий и, что даже более важно, в количестве союзников, их вооружении.

— Сколько их? Как вооружены?

— Их осталось в данный момент двое. Есть еще пилот, но он уже долго не выходит на связь…

— Так, стоп! Пилот где?

— Здесь, в комплексе, разумеется. Уровнем выше…

— С пилотом ладно, потом разберемся. Какое вооружение у двоих «союзников»?

— Эм… — док замялся.

— Ты не спросил⁈

— Нет, но я знаю, что оружия у них предостаточно. Просто целая куча.

— Информативно, — вздохнул я.

— Да мы справимся! Поверь, эти ребята свое дело знают. Главное — прорваться наверх, а там уже сядем на бот, поднимемся на орбиту и перехватим Максимилиана с остальными «шишками».

— Ботом? — ухмыльнулся я.

— Нет. На орбите в стелс-режиме торчит ударный корвет типа «Трикстер».

— Ого! Нехило так ребята снарядились. Где, интересно, они его взяли? Если не путаю, такой кораблик на борту имеет аннигиляционную бомбу?

— Должен иметь. Насколько знаю, корвет украли прямо с верфей, когда его ремонтировали. Был ли он полностью вооружен, или нет — без понятия.

— Связь с корветом есть?

— Нет. Насколько знаю — там осталось несколько членов экипажа. Если ударный отряд не выйдет на связь — они улетят.

— И сколько времени у нас есть?

— Без понятия.

— М-да… — в который уже раз тяжело вздохнул я. — Ты, док, в своем репертуаре. Напланировал кучу всего, а даже не потрудился узнать, что там у твоих «мизерикордовцев» есть. Может, у них по десятку патронов всего осталось…

— Ну…

— Так, а скажи-ка мне еще кое-что, док. Так понимаю, ты хочешь сбросить бомбу, если она есть, на комплекс?

— Конечно. Нужно здесь все сравнять с землей, чтобы вообще ничего не осталось.

— Док! Бомба ударит не только в сам комплекс. В радиусе с полсотни километров ничего не останется. А ведь неподалеку с комплексом город, они все погибнут…

— Я вот так и знал, что не надо было говорить про корабль! — проворчал док. — Да, город будет уничтожен! Да, его жители погибнут!

— И тебя ничего не смущает?

— Фрэнк! Да пойми ты, с высокой долей вероятности Дэворары или уже покинули комплекс, или скоро это сделают. Город обречен при любом раскладе! Возможно, Дэворары там уже жрут людей.

— Ключевое слово «возможно».

— Знаешь, для наемника ты слишком мягкий… Не думал, что убить кого-то будет для тебя проблемой.

— Убить кого-то для меня проблемой не является, если этот кто-то — враг, если он хочет убить меня или мешает мне. Но валить гражданских просто так, на «всякий случай»… Знаю, проходил подобное, и еще раз в это дерьмо нырять не хочу.

— Да пойми ты, нет там уже людей! Даже если они еще ходят, дышат, смеются — они уже мертвецы. Они — корм для Дэвораров. Когда Фаллоу распечатал ангар для вывода своего шаттла, твари из комплекса могли вырваться. Я прямо-таки готов спорить на что угодно, что они вырвались. Фрэнк, мы не можем рисковать. Нам нужно спасать, не побоюсь этой формулировки, все человечество.

— Угу. Вот только тогда без меня, док. Я не дам вам убить несколько десятков тысяч гражданских только из-за твоей уверенности. Их надо эвакуировать.

— Да пойми ты…

— Ну, хватит! Насколько бы Берк ни боялся Дэвораров, он вернулся на Землю. Хотя, судя по тому, как он себя вел, ему бы следовало уничтожить в Алькари всех и все — любые данные, модули, людей, себя, в конце концов. Но он вернулся, и человечество от этого только выиграло.

— Ладно, хорошо! — вспылил док.э — И как ты себе представляешь «эвакуацию»? Заявишься в город и расскажешь им о монстрах, которые скоро придут и всех сожрут? Ну, в лучшем случае над тобой поржут, а в худшем — закроют в камеру и передадут корпоратам. А пока суд да дело — и Дэворары пожалуют…

— Док, ты у нас умный, вот ты и придумай, как спасти гражданских. Твое дело красиво говорить, у тебя вон язык без костей. А мое — стрелять. Я свое дело сделаю, а ты сделай свое. Ведь человечество хочешь спасти? Вот те, в городе, часть этого самого человечества.

— Ха! Решил переложить все с больной головы на здоровую? Так не пойдет, Фрэнк!

— Тогда просто не буду тебе помогать, — я демонстративно заложил руки за голову и развалился в кресле, — более того, лучше отберу у тебя и твоих друзей оружие, попытаюсь прорваться наверх и положу всех корпоратов вместе с Фаллоу.

— Тебя убьют.

— Тогда попытаюсь прорваться к реактору и взорвать его.

— У тебя не получится!

— С «Клаусвитцем» ведь получилось?

— Не без моей помощи, Фрэнк! Не без моей помощи!

— Ну, в этот раз сами обойдемся. Уж устроить перегруз я как-нибудь смогу.

— Ты умрешь!

— Согласен, это в моем плане мне и самому больше всего не нравится. Зато вместе со мной подохнут корпораты, Дэворары, да и ты со своими палачами-«мизерикордовцами».

— Не надо угроз. Ты не посмеешь встать на моем пути, а если попробуешь, то я те…

Док не успел договорить, так как тут же оказался захвачен за шею моей железной рукой. При этом ствол дедушкиного револьвера в моей второй руке уже смотрит в уязвимую точку на корпусе «Морти», который, словно растерявшись, даже оружие не вскинул. Ну да, я ведь «дружественная цель».

Хм…хорошо. Как раз кое-чего проверил. Теперь знаю, что Рик до сего момента не планировал какую-нибудь пакость, иначе бы «Морти» уже целился бы в меня.

Я же спокойно заглянул доку в глаза и заявил:

— Никогда не смей угрожать мне, док. Я прямо сейчас могу голыми руками уложить твоих мехов, а тебе пальцем пробить голову насквозь.

— Ты не выберешься отсюда! — прохрипел док. — Я знаю, что ты не хочешь умирать! Без меня у тебя нет шансов!

— Я могу использовать тебя, как отмычку на всем уровне, — улыбнулся я, — свою жизнь ты ценишь больше всего на свете.

— Ты делаешь ошибку…

— Это ты пытаешься сделать ошибку, а я пытаюсь тебя остановить. Все, хватит уже! Я все сказал: не хочешь спасать людей — дай мне оружие и не стой на моем пути. Я все сделаю сам.

Я его отпустил. Рик потер горло, где остались четкие следы от моих металлических пальцев, а затем восхищенно протянул:

— Вот это скорость! Я вообще ничего заметить не успел. Просто поразительно! Ты движешься практически незаметно для глаза. Великолепно!

— Не заговаривай мне зубы! Док, мы договорились? Или я сейчас отправляюсь решать проблему сам.

— Договорились, договорились! Но, поверь, когда придет время — ты уже сам поймешь, что уничтожить тут все просто необходимо.

— Если увижу собственными глазами, что людям не помочь — вопросов нет. Я ведь не отбитый дурак, могу понять, когда ничего уже сделать нельзя.

— Уже ничего сделать нельзя, — заметил док, — просто я это понимаю, а ты — еще нет.

— Ну, прости, док, не все такие умные, как ты, так что подождем, пока до меня это дойдет. А может быть, сможем все это остановить.

— А ты, Фрэнк, оказывается, оптимист!

— Без этого с моей работой нельзя, — усмехнулся я.

— Слушай…а можешь еще раз показать, как именно ты двигаешься? Ну…на максимальной скорости?

— Да запросто! Свернуть голову твоему роботу?

— Не-не-не, не надо! Давай чего-нибудь попроще.

Я провел серию ударов.

Док прищелкнул языком от восторга.

— Еле заметил! Что делал сейчас?

— Бой с тенью устраивал.

— Сколько ударов сделал?

— Три.

— Вообще ничего не заметил. Черт! Это обязательно нужно будет проверить…

— Док, потом! Давай делом займемся.

— Да, ладно, — нехотя согласился док, поднимаясь со своего места.

— Ах, да, — бросил я, и Рик снова ко мне повернулся, — учти еще одну вещь: я тебе не доверяю, совсем. Так что подходи ко мне крайне аккуратно, не рискуй. Не вздумай натравить на меня своих роботов или дружков. При малейшем подозрении, что ты меня решил кинуть, твои друзья меня решили кинуть, роботы решили меня подстрелить, я вырежу вас всех.

— А как же насчет доверия друг другу? — усмехнулся Рик.

— Ситуация изменилась, — проворчал я, — ты лучше думай, как спасти город.

Я развернулся на каблуках и пошагал прочь.

Робот на входе попытался поднять на меня ствол оружия — видимо, у него не было приказа меня выпускать, или же сработала одна из корпоратских директив — поднимать оружие, когда кто-то оказывается слишком близко.

Тут же я с радостью продемонстрировал доку свою скорость еще раз, просто выйдя из лаборатории раньше, чем ТШК сумел захватить меня в прицел. Более того, успел еще и оружие машине повредить — ствол теперь глядел вертикально вниз.

Преследовать меня робот, понятное дело, не стал, хотя и попытался, но док вовремя отозвал свою игрушку.

Твою ж мать! Опять эта дерьмовая ситуация! И как быть? Я ни на грош не верю доку.

Он спокойно обречет кучу народа на смерть, просто чтобы не рисковать. Уж его послужной список мне Элен давно выложила…

Хотя…может быть, я действительно слишком глуп, чтобы понять элементарные вещи? Да, я прекрасно осознаю, что оставить Дэвораров на планете — это дать возможность им развиться, расплодиться. Если док прав, и они умнеют, рано или поздно Дэворары либо сами выйдут в космос, либо же воспользуются человеческим кораблем и его экипажем, который непременно прилетит разобраться, что же здесь такого случилось.

И если это произойдет, на человечестве можно ставить жирную точку — нам всем конец.

Но и взорвать бомбу «на всякий случай» я не мог. Так делают только корпораты, чтобы скрыть свои грехи, ну и «Мизерикордия», которая искренне считает, что делает это во благо человечеству.

Глава 5

Уже законченный разговор, как оказалось, имел продолжение. Не успел я отойти от дверей «лаборатории» дока и десяти шагов, как он меня догнал.

— Фрэнк, погоди! Ты не понял, что именно…

— Господи…док! Я же не тупой! Вы хотите «похоронить» здесь научников, затем перехватить Фаллоу и остальных корпоратов в космосе, уничтожить его корабль, не вступая в бой с экипажем, потом вернуться на планету и отбомбить аннигиляционной бомбой по базе, заодно ликвидировав и городок. Что будет с планетой после этого — я прекрасно понимаю. Здесь не выживет никто — ни Дэворары, ни люди. И не надо мне рассказывать, что радиус действия бомбы не так велик. А взрывная волна? А последствия? Плюс я наслышан о «Мизерикордии» и, уверен, на борту припасено еще и какое-нибудь химическое или биологическое оружие, в применении которого вы обвините корпорацию Вилланд, а сами проведете, так сказать, «контроль», чтобы уж наверняка ничего живого не осталось. Все правильно, или есть ошибки?

Док затоптался на месте, спрятав глаза. Значит, я прав. Скорее всего, во всем. Что ж, этого следовало ожидать.

— Есть альтернативный план, — заявил он.

— Ну? Слушаю.

— В общем, можно просто использовать наземный транспорт для эвакуации. Выдадим себя за сотрудников корпорации, осуществляющих эвакуацию из-за случившейся в лабораториях аварии, наобещаем компенсации и так далее. Всех эвакуируемых просветим, ну а зараженных…прости, но их ликвидируем. Нет возможности оперировать каждого, к тому же это повышает шансы вывезти отсюда заразу.

— Это приемлемо, — кивнул я.

— Не будешь орать, что, мол, как «убить», если можно прооперировать? — удивился док.

— Всех спасти в любом случае не получится. Убить жителей целого города, чтобы подстраховаться — это одно, а вытащить, кого можно — другое. Я понимаю, что риски тоже должны быть оправданными…

— Ну…хорошо, что ты хотя бы с этим согласен.

— Есть нюанс или, скорее, условие, — заявил я.

— Ну?

— Пилотом «Трикстера» будет Элен, и это не обсуждается. И да, ты идешь со мной в город, когда выберемся.

— Я⁈

— Ты. Иначе, как мне кажется, есть шанс, что пока я буду уговаривать местных эвакуироваться, мне на голову прилетит бомба.

— Хах! Ладно, понимаю. Решил, значит, подстраховаться?

— Ну, типа того…

— Еще пожелания и требования будут?

— Пока нет.

— Отлично. Значит, все решили? Обо всем договорились?

— Ну, вроде да.

— Наконец-то! — облегченно вздохнул док. — Ну и раз так — пойдем, подберешь себе оружие. А дальше — на боковую. Нужно набраться сил для предстоящего…

Арсенал оказался одной из «квартир», куда кто-то (быть может, СБ-шники, быть может, выжившие или отряд прикрытия корпоратов) стащил целую гору оружия, причем явно не нового. Вон, броня в крови, вся помятая и поцарапанная.

Оружие тоже явно в бою недавно побывало — не чищенное, явно попавшее сюда сразу после боевых действий, к тому же здорово закопченное и со следами когтей, вмятинами, а на нескольких образцах я даже обнаружил следы, которые могли оставить челюсти Дэвораров. М-да…

Однако имелось здесь и новенькое оружие, еще в пушечном сале, запакованное и нетронутое.

Мой взгляд тут же был прикован к одному «девайсу», о котором я мечтал, наверное, последние лет десять, однако то не мог себе его позволить, то попросту боялся купить и попасть с ним, не проверенным и не обстрелянным в жесткий замес.

Речь шла о штурмовом доспехе типа «Деймос МК-IХ».

Броня эта была интересна, прежде всего, тем, что имела интегрированный в нее стрелковый комплекс «Левиафан».

Да и сама по себе броня была отличная. У нее полноценный армейский экзоскелет, за счет покрытия из «умных» нанитов она легко выдерживает попадание даже крупного калибра. В комплекте имеется тактический шлем со всеми типами анализаторов, замкнутой системой дыхания и комплексом РЭБ. Короче говоря, это самый ультрасовременный боевой костюм, доступный для наемников, который только есть. Вполне допускаю, что у вояк есть модели и поинтереснее, покруче, но…достать их просто нереально.

Что касается особенностей встроенного комплекса — он представляет собой ускоритель частиц, то есть снаряд разгоняется за счет магнитных полей генерируемых комплексов. Сам снаряд — тонкая титановая игла с хитрым напылением, обладающая не только высокой скоростью, но и отличным проникающим действием.

В последнее время такие штуки стали особо «модными», хотя многие наемники плевались на такие «игрушки». Но я-то знал, откуда ноги растут у этого «тренда» — упрощенный вариант армейских моделей, недавно ставших на вооружение отрядов особого назначения.

Нет, ну надо же, столько облизывался на «Деймос», и вот он тебе, пожалуйста, бери!

Я тут же подошел к брони, ощупал ее, проверил бронеплиты, осмотрел внутренние подкладки.

Да-а-а…сразу видно — вещь недешевая…

За разглядыванием этого чуда техники я как-то упустил тот момент, когда в помещении появились новые лица.

Было их двое, и проскользнули они в «арсенал» практически бесшумно, что выдавало в них хороших профессионалов.

Я резко развернулся, изготовившись для боя, однако парочка рослых с суровых мужчин не предпринимали более никаких активных, тем более враждебных действий.

И тут до меня дошло, кто это.

Ну, конечно же…это и есть «мизерикордовцы», о которых мы с доком говорили. Правда, в разговоре с ним я почему-то думал, что они находятся не здесь, а где-то на другом этаже, или в отрезанной от нас части уровня.

Я внимательно разглядел обоих.

Вообще, когда слышу слово террорист, у меня лично всегда ассоциации с теми самыми «плохими парнями», которых часто показывают в кино, и с которыми частенько приходилось сталкиваться и мне, как в качестве действующего военнослужащего, так и в качестве наемника.

Такие ребята были как на подбор — разношерстная одежда, плохое оружие, фанатичные взгляды на мир, полнейшее презрение к смерти. Вот последнее, пожалуй, это единственное, что объединяет «террористов» в моем понимании, и этих двух импозантных мужиков, находящихся сейчас в одной со мной комнате.

Оба — высокие, не ниже меня, точно, сухие, с длинными волосами. Оба — точно в прошлом офицеры. Это видно даже когда они просто стоят — выправку бывалого вояки так просто не скрыть. Даже сейчас оба бойца прямые, как палки, с гордо посаженными головами. Казалось, только крикни: «Смирно!», «Вольно!», и оба по заведенной привычке примут соответствующие позы.

Тот, который слева, обладатель еще и водянисто-синих глаз под кустистыми бровями, и короткой «шкиперской» бородки.

У правого — здоровенный шрам, идущий по всей нижней части лица, который он довольно успешно маскирует за бородой, хоть и не до конца увечье удается скрыть.

Глаза он предпочел спрятать за дымчатыми очками-авиаторами. Оба они выглядели…да как наемники они выглядели, ничем особо не отличаясь от ребят из «Хантерс», с которыми служил я и часто общался, или же с наемниками любых других корпораций, отрядов. Все мы в чем-то похожи, и легко узнаем друг друга даже в плотной толпе.

Сейчас оба глядят на меня с явным подозрением, они крайне напряжены, и я понимал, почему.

Как я не доверял им — так же и они мне.

Что сейчас помешает мне просто убить их обоих? Оружие — вот оно. Корабль — у меня есть док и Элен, в любом случае мы его взломаем, и сможем улететь, забив на все. Они опасаются нас, понимают, что нужны сейчас, как огневая поддержка, как дополнительные юниты, однако что будет дальше…

«Гляделки» могли бы продолжаться вечно, но тот, что стоял слева, не выдержал, шагнул вперед и протянул руку.

— Капитан Хёрланд? Здравствуйте. Джон Смит. Рад знакомству.

Я колебался всего несколько секунд, затем шагнул вперед и пожал ему руку.

— Джон Браун, — представился второй, так же протянув руку.

Я пожал и ее.

— Смит и Браун? — усмехнулся я. — И оба Джоны? Нет, господа, так не пойдет.

Оба недоумевающе переглянулись, затем повернулись ко мне, словно требуя объяснений, чем именно я недоволен.

— Раз уж нам предстоит работать вместе, то мы как-то должны доверять друг другу, а вы начинаете с фальшивых имен.

— Не все ли вам равно? — пожал плечами тот, что был в очках.

— Нет, — ответил я, — не все равно.

— Слушайте, мы, как и вы, хотим выбраться отсюда, так что к черту вежливость, к черту имена! Сделаем дело и разбежимся.

— Так не пойдет, — покачал я головой.

— Хёрланд, вы — мутант, — не выдержал и вступил в разговор второй, — Причем не просто мутант, а зараженный страшным паразитом, грозящим уничтожить все человечество. Не понимаю, почему Санчез с вами нянчится, но будь наша воля — вы бы были ликвидированы вместе с базой. Да только, к сожалению, обстоятельства вынуждают нас сотрудничать с вами, поэтому будьте рады тому, что мы вас не убили до сих пор и…

— Правда? — перебил я его. — А знаете что, господа? У меня есть одна прекрасная идея: идите на хер. Оба. Вооружайтесь чем хотите, и давайте, вперед! Не надо со мной сотрудничать.

Тот, который со шрамом, попытался что-то шепнуть своему коллеге, но он лишь отмахнулся. Походу закусил удила.

— С удовольствием бы так и сделал. Я вообще считаю, что Ричард просто преувеличивает вашу полезность, и намного проще пристрелить вас, чем ждать, когда паразит внутри вас возьмет верх и попытается прикончить кого-то из нас. Как, кстати, вы сюда вообще добрались? Небось дружки просто пропустили? Или вы должны теперь всех нас им отдать?

— Хочешь узнать? Действительно хочешь? — угрожающе спросил я, надвигаясь на него.

— Выпустить бы тебе кишки… — прошипел тот, что был в очках.

— Попробуй.

— Обязательно, но пока у нас приказ.

— Приказ? — фыркнул я. — Какой? От кого?

— От Санчеза. Он уверен, что без тебя мы не справимся, и что ты нужен.

— О! Так он ведь вам не указ — это ведь всего лишь пенсионер. Рик ведь — «бывший» глава «Мизерикордии». На кой черт вам его слушать?

— Бывших не бывает, — процедил «шрам». — И он явно понимает в происходящем побольше нашего. Так что мы подчиняемся, и тебе, недочеловек, советую сделать то же самое!

Я уже приготовился дать крайне витиеватый, изобилующий метафорами и сравнениями ответ, в котором бы обязательно упомянул, куда годится такое дерьмо, как эти двое, но тут из динамиков заговорил встревоженный Рик:

— Так, все, подъем! В лаборатории что-то начинается. Фиксирую большой энергетический скачок.

Мы трое одновременно вскочили и занялись делом — принялись облачаться в броню, вооружаться и экипироваться. Флешки, штурмовые дробовики, пистолеты, гранаты — все это тут же заняло положенные ему места в разгрузках, в карманах-клапанах. Оружие в кобуру, патроны в магазины…

Я устремился было к выбранному ранее бронекомплекту, но был остановлен крайне скептичным взглядом «Смита» и последующей его фразой:

— Не сочтите меня жадным, капитан, но вы уверены, что сможете пользоваться штурмовым комплексом?

Я непонимающе уставился на него.

— Мне кажется, что данная броня рассчитана все же на человека, а не на…ТШК, — тут Смит кивнул, явно намекая на мою руку.

— К тому же, — меж тем продолжил он, — чтобы пользоваться всеми возможностями «Деймоса», нужно иметь и специализированные навыки.

— Это какие же? — поинтересовался я.

— Ну, начать хотя бы с опыта в ношении подобных комплектов… Кстати, а ведь твоя напарница из СОБ, у нее эти навыки однозначно имеются. Так может быть, передать броню ей? А тебе стоит выбрать комплект попроще, который будет «идеальным» для…твоего случая.

Я колебался всего секунду.

В целом, опробовать «Деймос» мне жутко хотелось, но, во-первых, чертов «мизерикордовец» прав — у меня нет ни опыта, ни требуемых навыков. Во-вторых, броня действительно не подходит для таких, как я. Чтобы напялить ее на себя, придется распрощаться с «протезом».

И, наконец, в-третьих, броня очень неплоха, но меня и раньше мучили сомнения — а не будет ли она мне мешать? Все же моя скорость движения довольно высока, сможет ли экзоскелет успеть за мной? Сомневаюсь…

Черт, Смит все же прав.

Я сейчас с этой дурой на месте левой руки в комплекс по-человечески не влезу. Придется его кромсать, что здорово снизит эффективность. А Элен примерно в таком же и прибыла на борт Клаусвитца. Нет, понятное дело, что ее «костюмчик» был попроще, но все же…

Так, а о чем он говорил то? Какой такой «идеальный комплект» под меня тут имеется?

«Смит» явно понял меня, и молча указал в угол помещения. Там стояло «оно».

Да ну елки-палки! Что за хрень такая?

Мне, похоже, на роду написано таскать самые массивные комплексы брони. До этого я думал, что «Катафракт» массивен и неудобен, но эта штука…их сняли с вооружения хрен знает сколько лет назад, заменив как раз «Деймосами», «Фобосами» и тому подобным.

Но в свое время именно этот старый «Терминатор» был вершиной конструкторской мысли. Высотой с ТШК, он был не просто массивен, он был гигантским!

Нет, не так: он был монументальным. Толщина брони в нем была не меньше, чем на «Китоврасе», вот только моя лапа и сюда не влезет…

У него левая рука в принципе оснащена штурмовой пушкой.

Так, и что делать?

— Фрэнк, я сейчас подойду, — раздался у меня в наушнике голос дока. — У меня небольшой подарок для тебя, я совершенно забыл о нем, но это ничего. Сейчас, погоди немного…

Через пару минут Рик вбежал в «арсенал», причем прибыл не сам, а…скажем так, с чем-то вроде передвижного инженерного инструментария. Проще говоря — тележка, на которой лежало, стояло, было закреплено всевозможное оборудование. Также там имелись щупы, сенсоры, датчики и, разумеется, инструменты, причем начиная от обычных, вроде дрели, шуруповерта и тому подобного, заканчивая скальпелями, щипцами и пинцетами.

Нечто подобное я вроде у роботехников видел, но на хрена все эти медицинские инструменты?

Впрочем, даже вопрос задавать не пришлось — ответ я увидел сам, и лежал он рядом с инструментами.

Этим «ответом» была человеческая рука. Ну, почти человеческая. Сказал бы, что выглядела она анатомически правильной, но была серебристого цвета. Опаньки! Да это ж полноценный киберпротез!

Та-а-ак…понятно, какой «подарок» мне Рик хочет преподнести. Сейчас мне предстоит хоть и быстрая, но все же болезненная операция, зато оно того стоит.

Явно все мои размышления и эмоции отобразились на лице, так как док подмигнул мне и заявил:

— Не ссы, капитан, это будет не больно. Ну, почти. Эта хрень с ТШК явно неудобна, так что когда нашел эту штуку, решил ее «подогнать под тебя». Всяко с ней попроще будет. Сейчас и поставим как раз…

— А время? А то, что в лаборатории происходит?

— Терпит. Да и тут дел на десять минут, не больше…

По правде, я все равно ощущал какую-то неправильность от происходящего, но спорить с доком было бесполезно, к тому же мне действительно нужна была рука, которая не будет мешать пользоваться броней.

Нет, и клешня от ТШК была очень и очень полезной, но все же док прав — она не очень удобна. У меня уже, прямо скажем, спина болит от того, что меня гнет от веса «протеза», так что…

Док колдовал надо мной минут пятнадцать вместо десяти, но в итоге, когда я поднялся, у меня и впрямь была новенькая серебристая рука производства «Арисики Системс».

Разбираться с функционалом было некогда — мне достаточно было знать, что она сильнее обычной человеческой и у меня не должно быть проблем с управлением. Скажу честно, слушалась она и впрямь как родная. Для пробы я согнул и разогнул пальцы, повертел кистью. Черт, будто родная! Чувствуется идеально, никакой заминки, все работает четко, и главное — я будто родился заново, когда исчезла тяжесть от клешни. Да, так определенно лучше!

— Не вертись! Дай закончить! — буркнул док, укладывая мою конечность на место.

Глава 6

Пока док колдовал надо мной, он успел вкратце рассказать и мне, и остальным о произошедшем в лаборатории — как уже было сказано, на том уровне зафиксировали повышенное энергопотребление. Что именно там случилось — неизвестно: камеры отключились. Я предполагал, что это группа зачистки (хотя для них вроде и рановато), док же полагал, что причиной являются «пробудившиеся». Однако что именно они сделали — он не знал.

После того, как очередная моя «модификация» была закончена, я поднялся с койки и пошевелил «новой» рукой, словно приноравливаясь, затем поднял голову.

Элен уже успела полностью экипироваться, «Джоны» тоже. К слову, пока док «устанавливал» мне протез, одного из наемников он назвал Алексом, но я, к сожалению, я не понял, кого именно. Впрочем, плевать — мне-то какая разница?

Все вокруг стояли и глядели на меня.

А…понял. Док обязанности командира сбросил на меня. Ну, окей, меня это устраивает.

— Значит так, первыми на уровень выходят роботы, занимают позиции. Следом вы, двое из ларца. Элен — ты идешь последней, держишь тыл. Проведете предварительную разведку. Я же сейчас впихну себя в броню и догоню вас. Так сказать, побуду «оперативным резервом». Если же будет контакт с врагом — отступаете. Элен, будешь прикрывать их. Ясно?

Все было ясно, и группа под предводительством двух доковских ТШК выдвинулась вперед, а я принялся бегом облачаться.

Дело в том, что «доспех», доставшийся мне, не так уж и просто надеть. В том смысле, что это довольно муторный процесс, состоящий из нескольких этапов.

Для начала нужна специальная сетчатая конструкция, надевающаяся на голову, которая посредством отслеживания нейронных связей, активности…ай, на хрен! Проще говоря — эта штука отслеживает мои мысли, или, что правильнее, приказы, которые мозг направляет разным частям тела.

Далее нужно влезть в плотно прилегающий костюм, который к тому же является эм-м-м…автономным. Он нейтрализует, поглощает потоотделение, да любые другие выделения, так как в «Терминаторе» обычно ходят очень долго.

Короче говоря, костюмчик этот включает в себя и «туалет системы сортир», а говоря еще проще — можешь преспокойно ходить под себя, и костюм все стер…переработает. Шансов подохнуть в собственных испражнениях точно нет.

Как бы ни было неудобно, но стоит признать, что эта система, пожалуй, одна из самых важных во всем «Терминаторе», а то вылезать из него ради того, чтобы сбегать за кустики по малой нужде — та еще проблема. Выключать броню, снимать ее — это минут тридцать, не меньше, а затем еще и заново в нее влезать.

Слышал я истории, что бойцы по полгода ходили в этих «доспехах». Ну а что? В случае тревоги у них есть пара минут на сборы, а не полчаса для влезания в костюм.

Наконец, напялил на себя броню, все фиксаторы защелкнулись, и, надев шлем, я оказался в полнейшей темноте. Ну, штуковина, давай, включайся!

Надеюсь, ты хоть рабочая, а то столько промучиться, чтобы влезть в ведро, будет крайне обидно.

О! Запустилась операционка, пошла диагностика, проверка бортовых систем.

Давай-давай…

Есть! Теперь надо запустить процедуру синхронизации. Это необходимо для того чтобы костюм «научился» быстро «читать» мои приказы, и у меня не было ощущения, будто я в неповоротливой груде металла хожу.

Хотя…эта штука вряд ли способна двигаться столь же быстро, как я сам, но мне это и не надо. Пока в броне — скорость не важна. Быть может, я разберу всех, и даже вылезать из нутра костюма не придется.

Ну а если все же придется, что ж, тут есть аварийное открытие.

Так… ну сколько там еще синхронизация будет идти? Так и подмыкало отключить ее и пойти так, но нельзя. Если поступлю подобным образом, буду двигаться как тогда, в «Катафракте».

Спустя пять мучительно долгих минут броня просигнализировала об окончании синхронизации. «Степень синхронизации нервной системы с бортовыми источниками — 88 процентов».

Ого! Вот это круто! Говорят, что лучшие результаты у людей, годами использовавших эти комплексы — 90%, да и то, изначальные показатели должны быть довольно-таки высокими. Так сказать, предрасположенность к таким «доспехам» у тебя с рождения должна быть.

Что ж, значит, она у меня есть — вон какой процент синхронизации. Было бы круто, конечно, если бы 100% дало, но…мы люди не гордые.

Все. Я еще раз проверяю все системы и, убедившись, что все в порядке, захлопываю забрало. Я готов к бою!

Внутри шлема, прямо перед глазами, возникает проекция, благодаря которой я не только вижу, что происходит вокруг меня, но еще и знаю все о состоянии своего костюма. Вижу показатели брони, боекомплекта, включается целеуказание и подсветка, отслеживание целей (пока таковых, разумеется, нет). Есть и регулировки мощностей костюма, с ними я легко могу перебросить имеющийся запас энергии для поднятия мощности щита, или же для питания других систем «Терминатора».

Да, и, кстати, этот костюм оборудован полноценным кинетическим щитом. Как работает эта система — я лично без понятия. Все, что мне известно, это то, что пули будут в прямом смысле останавливаться, не долетая до брони.

Не особо полезная функция при сражениях с Дэворарами, но…если появится группа зачистки, то как раз таки наоборот — против легкого стрелкового щит отработает на 5 с плюсом. Возможно, и против тяжелого оружия, которое наверняка имеется на ТШК, тоже поможет, хотя бы некоторое время.

Первые шаги в «Терминаторе» даются мне с трудом — доспех все еще подстраивается под меня, система «учится». Но с каждым новым шагом мне все легче и проще. Броня, ее вес уже практически не ощущаются, нет никакой заторможенности, и это просто великолепно. Как только адаптируюсь к управлению, можно будет и вовсе бегать. Это, кстати, еще одно очень важное отличие от тех же «Катафрактов» — в них ходить сложно, не то что бегать.

Нет, конечно же, полноценный спринт во «все лопатки» невозможен. С большей вероятностью, я просто завалюсь во время попыток, но все же хоть какая-то мобильность лучше, чем величавая поступь «Катафрактов».

Так, вроде освоился. Ну-с, попробуем…

Я, гулко жахая об пол стальными сабатонами, побежал по коридору. Со стороны наверняка выглядел неуклюже и нелепо, но не до эстетики — главное, что коридор я преодолел довольно-таки быстро.

Я добрался до лифта, дождался, пока его двери откроются, и величественно вошел в кабину.

Места тут было более чем достаточно. Ну, еще бы, на этом лифте спускались и поднимались ТШК, причем не по одному, а в составе групп. Так что, когда я вошел в кабину, развернулся лицом к дверям, места здесь еще оставалось более чем достаточно.

Пока лифт поднимался, я проверил все вспомогательные системы и, спохватившись, врубил прожекторы. В лифте стало светло, как днем.

Лифт остановился и, когда его створки разошлись, я двинул вперед.

Кажется, я здесь уже был. Точно, это ведь та самая лаборатория, где меня жахнули током, убив или, скорее, превратив в «овощ» тварь, сидящую внутри меня.

Вот только с последнего моего посещения лаборатория заметно преобразилась — всюду валялись останки нескольких Дэвораров, как мелких, так и довольно крупных, на стенах следы от попадания пуль, кое-где и вовсе следы взорвавшейся гранаты.

Тут же я услышал пальбу, раздавалась она из основного зала лаборатории. Ну, вот какого, собственно, хрена? Я же сказал — подняться и ждать. Зачем полезли дальше?

Когда я вбегаю с грацией бегемота, оказавшегося в посудной лавке, и оцениваю ситуацию, положение моих товарищей можно охарактеризовать, по меньшей мере, как сложное.

Нет, ну вот снова тот же вопрос: на хрена было лезть вперед? Двое «мизерикордовцев» решили показать, что на что-то способны, моя помощь им на фиг не упала, и вообще, они легко справятся без меня?

Ну, ладно они, но Элен то зачем поперла? Говорил же, прикрывать тыл!

Ух…как меня бесит подобное. Ненавижу, когда не следуют приказам. В моем подразделении такого не было отродясь, а если и случалось чего по мелочи, сразу следовало жесткое наказание.

Но этих ведь на губу не отправишь, не разжалуешь, да даже морды не набьешь. Мы в такой ситуации, когда нужно сохранять максимальную боеспособность. Так и что я сделаю, если физическое наказание невозможно? А ничего. Мои любимые методы — так сказать, «плеть» и «удар по карману» (денежные штрафы, проще говоря), в нынешней ситуации неактуальны.

Ладно. Над этим еще подумаю, но позже. А сейчас…

Элен и двое «Джонов», пятясь, прямо-таки заливают огнем напирающих на них Дэвораров. Монстры прут одним сплошным живым потоком и, как мне кажется, несмотря даже на потери, не сбавляют темпа.

Среди сотен тел размером от кулака до арбуза мелькают два десятка куда более крупных — до двух метров. Но они «прячутся», прикрываются своими меньшими собратьями.

Но и это не самое страшное или опасное. Гораздо больше напрягают гибкие фигуры, которые даже разглядеть толком не получается. Пока что они мелькают далеко за Дэворарами, словно выжидая удобного момента для атаки, или же карауля, когда можно будет ударить по людям с фланга.

Все же я таки успеваю их разглядеть — эти фигуры явно человеческие. Во всяком случае, они похожи на людей.

Кто это? Те самые «пробудившиеся»? Гибриды, о которых говорил док?

Черт!

Мои попытки поймать их на прицел совершенно бесполезны — твари перемещаются слишком быстро, а пытаться подловить их или палить на опережение не имеет смысла — уверен, они тут же спрячутся за «обычными» Дэворарами и затаятся. Тогда их атаку вообще будет невозможно предсказать или увидеть прежде, чем она произойдет.

Ладно, я сам назвал себя кавалерией, вот и начнем! Раз уж не получается достать «пробудившихся», займемся теми, что поближе, они являются куда более «легкими» целями. В конце концов, Дэворары, даже небольшие, также представляют определенную опасность, а, следовательно, их нужно уничтожить.

Вооружение «Терминатора» представляло собой роторную скорострельную пушку, предназначенную как для уничтожения живой силы противника, так и для поражения легкобронированной техники. Вообще должны били быть и другие «орудия», да только на этом бронескафе они отсутствовали — какая-то сволочь скрутила. Ну что за люди…

Я зафиксировал в качестве целей парочку крупных особей в глубине этого ковра, отменил автоприцеливание и целеуказание, которое вообще-то должно было помогать в прицеливании, но сейчас бы только мешало (целей немерено — тупо пали в одну точку, и все), после чего нажал на кнопку, заменяющую тут спусковой крючок.

Оружие загудело, принялось раскручивать стволы, и, когда вышло на нужные обороты, выбросило первый рой смертоносных снарядов в сторону тварей.

Ух! Вот это месиво!

В разные стороны полетели обломки хитина, брызнула жижа, ошметки плоти моментально усеяли пол, стены, потолок.

Более крупные твари, попавшие под очередь, один за другим падали, их изрешеченные тела некоторое время дергались, а затем они застывали, на них падали новые, и еще, еще…

Гора трупов росла прямо-таки на глазах. А там, куда я бил, в «волне» монстров тут же появлялись прорехи.

Я улыбнулся, прямо-таки наслаждаясь процессом. Все эти твари вызывали у меня лишь презрение, и все, что я хотел — убить их как можно больше, и чтобы мучились они при этом как можно дольше.

Каждый снаряд, выпущенный мной, собирал кровавую жатву. Даже несмотря на панцири, пробивал несколько тел, разрывая их, вырывая из них плоть.

Мои товарищи тоже не спали, у них были пушки не слабее моих и палили мы все вместе, однако наши усилия, казалось, не дают никакого эффекта — горы трупов растут, только количество живых монстров не сокращается.

Да, мы их все же замедлили, остановили их наступление, но…

Человеческие фигуры на заднем плане продолжали двигаться среди Дэвораров. Они были быстрыми и ловкими, умудрялись вовремя уйти из-под обстрела.

И тут…совершенно неожиданно, поверх спин Дэвораров по нам открыли огонь.

Вот это сюрприз…

Признаться, я поначалу струхнул, решив, что прибыла группа зачистки, и сейчас нам придется не только Дэвораров перемолоть, но еще и прибывших корпоратов. Причем именно вторые представляли самую большую опасность, ведь с ними должны быть ТШК.

Однако били по нам из легкого стрелкового, что, учитывая нашу броню, было как слону дробина.

Но, блин, кто это там тогда?

Я смог разглядеть стрелков — одеты они в защитные костюмы с маркировкой «Мизерикордии». Неужели это выжившая группа этих самых «мизерикордовцев», не разобравшись, начала палить?

Но почему по нам, а не по Дэворарам? Именно твари должны быть первой целью…

Мое недоумение продолжалось ровно до тех пор, пока я не заметил, что эти самые «стрелки» двигаются слишком уж быстро.

Оп-па…это не «Мизерикордия», а, похоже, те самые «пробудившиеся», которых использовали для экспериментов и должны были заразить.

Но…откуда у них броня и оружие?

Если это выжившие — Дэворары должны начать их атаковать, как атаковали нас. Если же это зараженные, то обычные «зомби» и ходят то с трудом, чего уж говорить об умении пользоваться современным оружием…

Те самые гибриды вроде меня, о которых говорил док? Только в отличие от меня они в большей степени все же Дэворары?

Похоже на то.

Крайне хреново! Теперь получается, нам противостоят не просто монстры, а монстры в человеческом обличии, необычайно быстрые и ловкие, к тому же еще и умеющие пользоваться современным оружием?

Глава 7

Сделанное открытие, мягко говоря, меня шокировало.

Хотя в целом пока нервничать, наверное, не стоило. Во всяком случае, толку от вражеской пальбы не было — «Джоны», Элен и Док были защищены броней, и подобный калибр пробить ее не мог. Ну а мне вообще плевать — у меня ведь еще и кинетический щит имеется.

Но, мать твою! Кто-то палит по нам, и его не трогают Дэворары! Как такое вообще возможно?

— Кто это такие? — спросил я, продолжая стрелять.

— Видимо, «пробудившиеся», — флегматично ответил док.

— И они умеют стрелять?

— Почему нет? Феномен «пробудившихся»…

— Док, я знаю, что эти психи много чего умеют, и очень изобретательны, но ведь они заражены Дэворарами! Они ведь уже и не люди.

— Ну…пока еще люди.

— Может, это и не «пробудившиеся», — предположила Элен.

— А кто тогда? Эй, «Джоны»! Это кто-то из ваших, может?

Если это зараженные из числа «мизерикордовцев», то тогда, в принципе, все нормально. Дэворары их не трогают, так как они уже заражены, сами зараженные уже тронулись умом и мало соображают, себя совершенно не контролируют, так как их уже накрыло приступом паники. В целом, такое возможно, и их умение пользоваться оружием очень скоро исчезнет. Да вообще все исчезнет — монстры сожрут их изнутри, и конец… Хотя, конечно, удивительное совпадение — чего они никуда, как и положено зараженным, не забились?

Однако все мои «логические построения» тут же посыпались, едва только зазвучал голос Смита (ну, или Брауна — я по голосам их еще не научился отличать).

— Без понятия! Точно не наши! Я потерял тут троих бойцов, когда прорывался, их просто порвали на лоскуты. А других людей здесь не было, только твари. Может, это корпораты?

— Нет. Это точно не корпораты… — уверенно ответил я.

Что ж, значит, это таки «пробудившиеся». Док ведь говорил, что они гибриды, как и я. Но в отличие от меня в них все же больше доминируют Дэворары. От человека, может, и вовсе ничего не осталось, кроме умения пользоваться современным оружием…

Перестрелка продолжалась, но мы так и не смогли достать никого из неимоверно вертких противников-людей, хотя и перебили большую часть Дэвораров.

Черт! Это плохо! По большому счету лишь вопрос времени, когда очередной выстрел пробьет броню одного из нас.

Вооружены гибриды были неплохо, хотя я так и не смог идентифицировать две из четырех пушек — одна стреляла почему-то фиолетовыми стрелами энергии, похожей на лазер, а вторая здорово напоминала рельсотрон, но в виде пистолета. Другие были вооружены штурмовыми винтовками, но не МАР-21, а чем-то посерьезней, по крайней мере, попадание пули в Брауна заставило того болезненно охнуть, несмотря на броню.

Впрочем, пока что мы держались, но это «пока что». Нужно было срочно что-то делать. Тем более «оригинальные» Дэворары явно собирались с силами, готовились вновь пойти в атаку.

— Смит, Элен! Прорывайтесь ко второй лаборатории и попытайтесь выяснить, что там происходит. ТШК вас прикроют (пока что роботов мы держали «в запасе»). Док! Ты с ними. Только держись позади, не лезь вперед!

— Да и не собирался, — проворчал Рик.

— Если там все пойдет плохо или не сможете прорваться — возвращайтесь! — добавил я и продолжил: — Браун! Прикрой меня, я попытаюсь достать этих сволочей!

— Понял! Принял! — тут же послышалось из динамиков.

Двери лаборатории в очередной раз распахнулись, являя миру ТШК с поднятыми пушками.

Надо сказать, что док, похоже, специально оснащал своих роботов под определенные задачи. К примеру, у одного из ТШК был пулемет, а у второго…

Даже не знаю, как назвать этот «самопал», явно изготовленный доком.

Я готов был поклясться, что док этого «уродца» склепал недавно, причем явно пытаясь создать эдакий «универсальный вариант» для всех случаев жизни.

Здоровенная байда с несколькими стволами, представляющая собой одновременно и пулемет и дробовик, еще и оснащенный гранатометом с ленточным питанием.

Как ни парадоксально, но именно из этого «урода» удалось подстрелить первого юркого противника. Гранатомет выплевывает очередь из шести снарядов, накрывая сразу целую область, и одна из быстрых фигур с чем-то вроде ПП, до того перебегающая от одного укрытия к другому (здесь, в зале, была масса перевернутого оборудования и терминалов), оказывается в секторе поражения осколков.

Нет, к сожалению, противник не убит, но разлетевшиеся после взрыва осколки здорово повредили ему ноги, так, что бежать теперь этот…кем бы он там ни был, уже не может, двигается гораздо медленнее, чем раньше.

И этим тут же пользуемся мы.

Одновременная очередь из моей пушки, винтовки Элен и «флешки» Смита не просто убивают или разрывают врага, они превращают его в кровавый туман. Миг, и от только что стоявшего на своих ногах человека не остается ничего.

И тут все противники сконцентрировали огонь на роботе, убившем их соратника.

Несколько фиолетовых импульсов превратили в оплавленные обломки гибридное оружие на руке.

Тем не менее, оружие все еще функционирует — палит по врагам. Но…похоже, гранатомет из строя вышел. Робот успевает дать несколько неприцельных очередей в толпу мелких Дэвораров, которая, как по команде, навалилась на обоих ТШК, лишая их обзора, стремясь завалить, разорвать.

Тут же я слышу, как противник палит из рельсового пистолета, причем вижу, что целится вражина в наиболее уязвимые места робота.

Первые два попадания к черту оторвали напичканную сенсорами голову, следующие три повредили сустав ноги, еще пять смогли-таки пробить нагрудник.

Вот твари!

Понятное дело, что мы не сидели, сложа руки, спокойно наблюдая, как крушат наших ТШК. Но для нас главное — не сохранить роботов, а, скорее уж, «дорого их продать».

И это нам удается. Пока противник «гасит» ТШК, Элен и Смит таки проскакивают ко второй лаборатории. Док, чуть отставая, следует за ними. Все трое ненадолго замерли у дверей, затем шмыгнули внутрь и…все.

От них ни слуху, ни духу.

Черт! Это плохо! Это очень плохо!

А плохо потому, что здесь у нас начинаются проблемы — ТШК нахватался от противника «плюх», причем какое-то из последних попаданий явно было удачным — робот попросту застыл.

И тут же вся толпа монстров словно бы поняла это, так как моментально переключилась на растерявшегося Брауна.

Какого хрена? Во всех прошлых боях, в которых я участвовал, Дэворары вот так просто не оставляли в покое обидчика. Даже будь он машиной-погрузчиком, ТШК, охранным комплексом — тварям плевать. Они всегда добивали противника, прежде чем переключаться на следующую цель, но не в этот раз…

Впрочем, кое-что осталось по-прежнему — меня твари игнорировали. Разумеется, кроме тех, кого я таки умудрялся достать. Однако и они шли на меня крайне неохотно, словно бы сомневаясь, а надо ли я им, или лучше до Брауна добраться.

Собственно, их муки выбора я прерывал, добивая подранков. К слову, подобная тактика принесла свои плоды: я уже перебил как минимум половину крупных тварей и бессчетное число мелких.

Вот у Брауна дела шли все хуже. Он, сидящий за укрытием, оказался в крайне опасном положении. Трое «гуманоидов» не позволяли ему даже высунуться, постоянно обстреливая, а Дэворары нескончаемым потоком шли к нему.

Пока что Браун умудрялся отстреливаться, отбивать волны, но это не может продолжаться до бесконечности. А далее — один укус, один порез, потеря драгоценных мгновений, и все…

Похоже, Браун тоже пришел к такому же выводу, и решился на крайний шаг. Сорвав с пояса массивный цилиндр гранаты с красными полосками, он крутанул трижды кольцо на нем, и, размахнувшись, выкинул взрывное устройство из-за укрытия.

В принципе, логичный ход. Мне сейчас это не навредит, ТШК тоже, он сам в укрытии, а вот Дэвораров должно покосить. Пусть здоровые твари и переживут взрыв, но мелких снесет. Хотя взрослым Дэворарам тоже достанется — все же и вспышка, и температурное воздействие будут солидные.

Так, собственно, и получилось.

Хлопок, и высокотемпературный взрыв ударил по мне. Но броня выдержала, только сенсоры на секунду отключились, будучи «ослепленными».

Все вернулось в норму именно тот в момент, когда до смерти Брауна оставались считанные мгновения.

Из троих мутантов взрыв пережили двое, хотя выглядели оба не очень — кожа во многих местах (причем со стороны, которую видел я), сползала пластами, обнажая мясо.

Оружие в руках держал только один из них, обладатель рельсотронного пистолета.

Второй, шатаясь, сгорбившись, стоял безо всякого оружия. Судя по его внешнему виду — не жилец.

Но я ошибся — пока я разглядывал его, что длилось доли секунды, этот без пяти минут покойник вдруг подался вперед и одним мощным рывком перебросил свое тело через укрытие.

Оказавшись рядом с Брауном, гибрид вцепился руками в «ФЛ-6» «мизерикордовца», причем вцепился с такой силой, что на его (гибрида) руках тут же треснула кожа, и через трещины начала обильно сочиться прозрачная жижа.

Уж не знаю, то ли сил у гибрида было еще более чем достаточно, то ли Браун растерялся от столь неожиданной атаки, однако гибрид вырвал оружие из рук наемника.

Тот потянулся было к своему пистолету на поясе, но гибрид, отшвырнув «ФЛ-6» в сторону, схватил лежащий на полу дробовик.

Прежде чем Браун успел вытянуть пистолет, грохнули несколько выстрелов, выпуская потоки дроби почти в упор.

Первое попадание покорежило броню на плече, на груди, снесло наемнику правую кисть вместе с предплечьем. Второй выстрел гибрида сделал то же самое с левой рукой наемника.

Ну а третьим чертова тварь целилась в живот бедолаге.

Мистер Джон Браун, ну, или как там его звали на самом деле, явно опытный и побывавший во многих передрягах боевик «Мизерикордии», пал от рук сраного раба Дэвораров, мерзкого психа, «пробудившегося», чьим уделом было служение тварям до момента, пока его попросту не сожрут…

Я удивился внезапно пришедшим мыслям. Хотя не столько им, сколько тому, что знал, какова судьба у этого чертова гибрида…

А откуда я это знаю? Еще пять минут назад не подозревал даже о том, что это за ребята, а тут вдруг такие подробности.

Не забыть бы рассказать доку…но это все потом, а пока…

Второй гибрид, сохранивший свое оружие, открыл беглый огонь по «Мортимеру» — робот так и стоял, как вкопанный, но яркая вспышка пламени вызвала тотальный сбой сенсорных систем, и он явно ушел в перезагруз, так еще и не успев включиться обратно.

Чертов гибрид оказался отличным стрелком — десяток попаданий из гаусс-пистолета поверг робота на пол, хотя, судя по данным с моего дисплея, и если верить им — робот еще не был уничтожен.

Но вот теперь эта парочка решила переключить свое внимание на меня.

Ну, давайте, уроды, посмотрим, кто кого…

Дробовика я как раз не боялся — со мной, как с Брауном, разобраться не получится, даже если гибрид подберется вплотную и точно так же начнет палить впритык.

Флешка для меня в целом не опасна, просто не надо подпускать ее обладателя слишком близко — не рассеявшийся пучок игл вполне может пробить даже «Терминатора», а боеприпасов у него лишних нет, и подбирать их — это подставляться, а значит, стрелять лишний раз он в меня не станет. Хотя гибрид вроде и не собирается подбирать «флешку».

Единственная проблема — это рельсотрон. Пробьет он мою броню или нет — вообще без понятия. Думаю, вполне может.

Но проблема заключается совсем в другом — как прикончить противников? Даже сейчас они слишком быстрые, и из пулемета, как бы я ни старался, пристрелить их можно разве что случайно. Раньше, во всяком случае, эти твари уворачивались от всех очередей вполне успешно…

Да и вообще, тратить так бездарно весь БК я не хотел — вот прямо чуйка есть, что пулемет еще пригодится.

Что ж, когда силой одержать победу не получается, самое время для хитрости.

Включив внешние динамики брони, я заорал:

— Эй, вы! Как насчет того, чтобы поговорить? Обещаю не стрелять, могу даже из брони вылезти.

Интересно, поведутся? Мне бы их выманить…

Наблюдая за противниками, я загоняю в баллистический компьютер простейшую задачку — мне нужно гарантированно попасть и вывести из строя хотя бы одного из этих…

Обе твари, а по-другому гибридов я назвать не мог, замерли и начали безмолвный диалог, который, как оказалось, я прекрасно слышу. А вот противники, судя по всему, об этом даже не догадываются.

Интересно…может, по каким-то причинам та здоровая тварь уровнем ниже не смогла сообщить обо мне тем, кто был здесь? Или же гибриды настолько презираемы другими Дэворарами (правильнее — занимают настолько низку ступень в иерархии «роя»), что делиться с ними подобной информацией попросту не стали.

«Выйдет — станет уязвим. Легко убьем»

Правильно, пацаны! Давайте-давайте…

«Опытный. Сильный. Лучше позволить ему слышать. Пусть познает Глаз Пустоты. Владычица оценит»

«Нет низших. Мертвое мясо убил их всех»

Ага! Хотели заразить меня, но Дэворары передохли. И кстати — они, значит, считают меня человеком? Вообще, что ли, не чуют, что я — «родственник»?

«Тогда захватим, пусть Мать сама решит, что с ним делать»

«Выходит, бьем, уносим. Мало времени — нужно догнать Сынов, нас ждут там, вне гнезда»

«Нас ждут, надо догнать»

Ага. Договорились, значит, между собой? А что это еще за «сыны»? Что за «Глаз Пустоты»? С «Матерью» я уже догадываюсь, о ком идет речь, а вот остальное…

Что любопытно, бывшие люди общались между собой хоть и на «языке» Дэвораров, но не образами, а скорее подобием слов, фраз, хоть и рубленных.

Образы, пересылаемые ими, были малопонятны, размыты. Похоже, гибриды не до конца овладели «языком».

«Владычица», она же «Мать» — это просто какая-то абстрактная фигура с багровым глазом. Гигантская. Я понимаю, что это матка, но в их видениях она длиной метров двадцать. Как-то сомнительно, хотя…кто ее, тварь инопланетную, знает. Может, она и могла так отожраться. Но тогда я без понятия, чем такое мочить. Втрое меньшего монстра я убил больше за счет удачи, а у матки двадцати пяти метров броня будет неуязвима не то что для ручного оружия, но и для танковых пушек. Правда, по идее она небыстрая, такую массу тягать сложно.

А на внутреннем экране внутри шлема, прямо у меня перед глазами, замигал сигнал — мой комп обсчитал и сообщил мне, где должна оказаться цель для того чтобы я мог в нее попасть, и даже подсветил примерные точки, куда надо стрелять при перемещении в ту или иную стороны. Так что все, что мне нужно — это чтобы двое «спящих» подошли к этой самой точке. Попробую заманить.

Я демонстративно взял свой пулемет за рукоять переноски, и сделал несколько шагов вперед, нарочито-неторопливых. Они тоже вышли на открытое пространство. Заметив, что пулемет я держу в небоевом положении, осмелели и начали сближаться.

Я остановился, и, продолжая держать оружие в «безопасном» положении, открыл забрало шлема.

Фу-у-у…а какая же тут вонища стоит! Смрад сгоревшей плоти Дэвораров практически комом встал в горле, вонь, словно вражеский кулак, ударила меня, прямо-таки «оглушив» все органы чувств.

Я закашлялся, и, маскируя кашлем свой действия, навел прицельную марку на вооруженного гауссом оппонента.

Противники, уже совсем осмелевшие, пересекли ту самую заветную черту. Ну, вот и все. Я отдал мысленную команду, и пулемет выплюнул длиннющую очередь, которая, отрикошетив от стен, залила шквалом огня все пространство между нами.

Первый противник оказался не готов к такому повороту событий. Ну, собственно, на то и расчет.

Он быстр и ловок, привык полагаться на это, да вот только его скорость сейчас ничего не решала — пулемет медленно поворачивался, пули перекрыли ему путь, а их количество попросту не давало не единого шанса увернуться.

Больше всего наша текущая ситуация напоминала шахматную доску, когда вражеского короля блокируют ладья и ферзь, оставляя ему для маневров буквально пару клеток.

Первые же пули продырявили гибрида насквозь, нашпиговав его тело свинцом. Он метнулся было в сторону, рассчитывая уйти с траектории стрельбы, и мгновенно налетел на заранее просчитанную очередь. Пожалуй, этот момент в шахматах можно сравнить с ходом слоном, когда заблокированному ранее ферзем и ладьей вражескому королю ставят шах и мат.

Гибриду оторвало руку с оружием, вырвало кусок плоти из грудной клетки, но и это его не убило, даже не сразу остановило — эта адская тварь смогла собрать силы на очередной рывок, попыталась-таки вырваться.

И вновь этот маневр был заранее просчитан компьютером — пули выбили огромное количество искр из пола и осколков из стены, но все же три или четыре настигли противника, отрывая ступню и делая огромные дыры в бедре и животе.

Гибрид упал, его тело сотрясалось от пуль, то и дело врезающихся в него. И, тем не менее, живучая скотина сделала несколько попыток встать, а затем, потеряв силы, ползти к цели, то есть ко мне. Но хватило гибрида ненадолго — вскоре он затих.

Я перевел прицел на второго, но, увы, тот был куда осторожнее, и тем более эффект неожиданности был упущен — враг уже скрылся в обломках, щедро усеивающих пол.

Ну, не удивил, скажем так. Приблизительно такого я от него и ждал.

По моей команде шлем активировал встроенный тепловизор и моментально выплюнул из специальных крепежей одноразовых наноботов с датчиками движения.

Мой противник ловок, быстр, но я куда лучше технически оснащен («Терминатор», конечно, древний, как дерьмо мамонтов, но все еще не бесполезный).

Та-а-ак, ну-ка…где же ты, гаденыш? Кыс-кыс-кыс!

Должен быть где-то тут…

Ага, вот он! Пытается подобраться ко мне со стороны, практически ползком перемещаясь за рухнувшими от взрыва кусками пластика, чтобы я его не заметил.

А я что? Правильно! Заметил! На, скотина, жри свинец!

К сожалению, так просто прикончить урода таки не удалось — пули разнесли в клочья все вокруг него, но каким-то невероятным, практически змеиным броском он ушел в последние мгновения от очередей.

Единственным моим достижением было попадание, но по касательной в бок. Тоже результат…

До гибрида дошло, что я отлично его вижу, и прятаться не имеет смысла. Видимо поэтому, он стремительно кинулся на меня.

Не назвал бы это безрассудной атакой в лоб — он двигается резкими рывками, не позволяя мне толком прицелиться. Будь между нами метров сто — было бы проще, наверное. Тем более когда нет Дэвораров, раньше прикрывавших гибридов как живой щит.

Кстати, заметил еще один парадокс — гибриды в самом низу иерархии Дэвораров, но при этом запросто прикрывались «старшими» сородичами. Или я не прав насчет места в табели о рангах?

Сблизившись, он на ходу подхватил с пола и молниеносно вскинул брауновскую ФЛ, пальнул в меня трижды. Будь на моем месте даже человек в «Деймосе» — скорее всего, он бы умер.

Два попадания в колено и одно в шею с расстояния в пяток метров. Как хорошо, что я в «Терминаторе». Спасибо, что тут есть кинетический щит. Он полностью поглощает первые два выстрела.

На блокировку третьего я просто не успеваю перебросить накачку щитов, и получаю в толстый нагрудник брони мощный удар, который все же не в силах ее пробить.

На секунду гибрид замирает, не понимая, что произошло — похоже, с кинетическими щитами он не сталкивался, даже когда был человеком — он о них попросту не знает, что немудрено — откуда такие знания у гражданских?

Что ж, его растерянность мне на руку, ведь в таком бою доли секунды решают все.

Моя рука, оснащенная силовым кулаком, выстреливает вперед, и мои пальцы обхватывают череп сверхбыстрого противника.

Он пытается трепыхаться, вывернуться, но несколько атмосфер (пальцы «Терминатора» наверняка могут работать как пресс, плюща толстенный металл) мгновенно продавливают череп, превращая все содержимое головы в кашу из мозгов, крови, осколков черепа, кожи и волос.

Вот и все. Бой закончен.

Обезглавленное тело (хотя нижняя челюсть осталась нетронутой) падает на пол, и тут же начинает корчиться в конвульсиях, а из огромной раны, извиваясь и вытягивая за собой комок трепещущих алых нитей, выползает личинка Дэворара. Вот, собственно, и ответ — почему гибриды не превращаются в полноценных Дэвораров, почему такие быстрые и умеют пользоваться «человеческим» оружием. В «пробудившихся» личинки не развиваются в полноценную особь, а превращаются в какое-то подобие симбионта, как у меня.

Моя нога с силой опускается на личинку, оставляя от нее лишь липкое, мокрое пятно.

Глава 8

Я размазал тварь по полу, но буквально за мгновение до этого мне по ушам больно ударил отвратительный визг. Или даже не по ушам, а словно бы неожиданный приступ мигрени заставил меня поморщиться, но в следующее мгновение дискомфорт прошел, и я почувствовал легкую эйфорию. Во-первых, от того, что этот «телепатический визг» наконец-то оборвался, а во-вторых, осознание того факта, что я только что уничтожил действительно сильного и опасного противника, резко подняло мне настроение.

Я огляделся — один из наших роботов оклемался и «дочищал» переживших взрыв гранаты Дэвораров, добивал подранков.

Тут я вспомнил, что противников-гибридов, которые получили от меня очереди, вообще-то было двое, и второй как раз сейчас пытался отползти подальше.

Да хрен тебе, урод, на все рыло, никуда ты уже не денешься!

Когда я подошел к распростертому на полу телу, противник, похоже, уже истратил все имеющиеся у него в запасе силы, но….

Любопытно, что три из пяти его ран уже затягивались странной плотной коркой, препятствующей кровопотере. «Корка» была похожа на то, что когда-то я обнаружил на собственном теле, однако здесь все выглядело инородным, нечеловеческим. Не скажу, что у меня прямо-таки все естественно было, но тут…даже смотреть неприятно.

Зато полезно — теперь я знал уровень «регенеративных способностей» этих тварей. Получается, легко раненный восстановится очень быстро. Да и тяжело раненный, если его быстро не добить, тоже придет в норму за несколько часов (если не еще быстрее). Однако в нашем конкретном случае даже эта их способность не помогала — на мой взгляд, тут как минимум два ранения должны были быть смертельными, хотя чертов «пробудившийся» все еще жив…

Впрочем, даже несмотря на то, что раны затягиваются — это ему вряд ли поможет. Получается, человеческое тело, даже измененное Дэвораром, имеет все же пределы прочности, и не такие уж они «далекие».

Хотя…пули тяжелого пулемета не только разворотили раны огромного диаметра, но еще и деформировали все ткани вокруг себя, органы внутри. Так что регенерация, какая бы эффективная она ни была, спасти существо не могла.

Или могла бы? В конце концов, ведь этот урод все еще жив?

Я пинком перевернул его вверх лицом и придавил на всякий случай ногой сверху. А ведь если бы не раны, затянутые странной коркой, ничем он от обычного человека не отличается. И смотрит на меня с вполне привычной и понятной ненавистью в глазах.

— Интересно, а говорить, как человек, ты еще можешь? Или только со своими дружками умеешь общаться? — поинтересовался я.

Он прекратил вялые попытки вырваться из-под ботинка и замер, откинув голову назад.

— Ты…ты — Прозревший! Ты видел Глаз Пустоты! — удивленно выдавил из себя полуживой гибрид. — Он говорит с тобой! Ты слышишь его!

Я лишь усмехнулся, и, видимо, эта моя ухмылка стала эдаким триггером, подсказкой, благодаря которой гибрид смог все понять.

— Ты убил в себе Искру! Ты отрекся от Пустоты! Ты…ты… — он прямо-таки кипел яростью, с безумной злостью глядя на меня. Если бы взглядом можно было воспламенять — я бы уже давно пылал, как факел.

— Почему? Зачем? — продолжал псих. — Ты все увидел! Все узнал! Почему не слушаешь Великую Мать⁈ Зачем убиваешь ее детей?

— Потому что они убивают людей, — поджал я плечами.

— Они слепы! Они не видят! — словно в горячке забормотал гибрид. — Они — просто пища! А тем, кого Глаз Пустоты выберет, будет дарована новая жизнь! Таким, как я и ты! Мы смогли увидеть все, мы понимаем все. Как можно было от этого отказаться?

— Вот так, — пожал я плечами.

Меня уже даже эта «беседа» забавлять начала. Видя искреннее негодование оппонента, я специально старался разозлить его еще больше. Черт его знает, зачем — мне это просто нравилось.

— Тебя будут искать! Каждый высший, каждый «прозревший»! Мы все будем тебя искать. Ты умрешь в страшных муках! Ты недостоин стать частью гнезда! Твои мучения будут длиться целую вечность!

— Ты жалок. Эти твари используют тебя. То, что сидит в твоем теле, просто питается тобой, а ты этого даже не понимаешь. Ты просто раб, мясо, которое сожрут, как только оно перестанет быть полезным.

— Это ты раб, и даже этого не осознаешь! — снова вспыхнул мой визави. — Высший во мне наделяет меня частью своей силы! С каждым часом я становлюсь сильнее и быстрее. Его знания — теперь мои знания. А когда-нибудь я и мне подобные станем частью чего-то большего, чего-то прекрасного. Мы сможем создавать новых высших! И как только это случится — ты и все остальные слепцы станете теми, кем и должны быть — нашим скотом, пищей. Все будет так, как сказал Глаз!

Оп-па! То есть личинка в нем все же растет. Док ведь вроде говорил, что в «пробудившихся» Дэворары не развиваются, не растут. Выходит, как раз наоборот. Ну, почти. Тварь действительно не жрет своего носителя, она не растет физически, но в остальном плане… Как такое возможно? Она что, собирает информацию, учится?

И что он там еще ляпнул? Тварь наделяет его силой и знаниями? Ну, тут как раз понятно — гибрид оттого так и называется. Хотя…получается, тут мы имеем симбиоз полноценный, а не ситуацию типа «паразит в жертве»? И что он там еще блеял касательно новых поколений? Ну-ка, надо попробовать его еще разговорить, авось проговорится — вон, как поет, хрен заткнешь!

— Просвещённые, пробужденные…я просто перебью вас всех в этих лабораториях, и все. На этом уровне вас мало, так что это вообще не проблема.

— Глупое существо! — расплылся в улыбке гибрид (ну надо же, эмоции все еще умеет изображать?). — Нас здесь намного больше, чем ты думаешь. Мы уже везде, и нигде ты не будешь в безопасности, отступник!

— Ваше гнездо уровнем ниже я уже поджег. Разве не слышал? — поинтересовался я.

— Ты убиваешь детей матери, ты уничтожаешь гнезда! Тебе не будет прощения. Что есть одна жизнь или десять? Что есть гнедо? Мы создадим новые, из твоей плоти и крови!

— Угу. Ты, что ли, создавать будешь? Твои дружки заперты, и вряд ли смогут выйти на волю.

— Великая Матерь уже давным-давно обхитрила вас и вышла из ловушки. Теперь нужно лишь время, а у нас его в избытке. Так что вы уже проиграли. Мы уничтожим вас всех до одного!

— И где же твоя матерь сейчас?

Псих молчал, с гнусной ухмылкой глядя на меня.

Ну, понятно. Он сказал, что хотел. Как понимаю, пытать его, выбивать из него информацию теперь бесполезно. Тем более какой смысл это делать, если я не смогу отличить правду от лжи, а нагородить он мне может много чего. Сам ведь сказал — все упирается лишь во время, вот и будет его тянуть. А оно мне надо?

Что ж, раз так, то полезность этого существа, как мне кажется, исчерпана. И я просто усилил нажим на его грудную клетку, постепенно перенося вес своего тела и брони на ногу, которая и давила ему на грудь.

Кости захрустели, из широко распахнутого рта вместе с криком отчаянья плеснуло кровью.

Он все силился что-то сказать, но я ведь уже все решил. Что он мне может сказать? Какой я нехороший? Как меня порвут на куски? Я уже убедился, что говорить он может долго, описывать предстоящие мне пытки — подробно и со вкусом. Но мне это неинтересно, и поэтому я усилил нажим еще больше, уже перенеся практически весь свой вес на ногу, стоящую на груди этого урода.

Ребра с влажными щелчками начали лопаться, а глаза гибрида в прямом смысле полезли из орбит. Но я не останавливался, продолжал давить.

Тяжелая ступня, наконец, погрузилась вглубь его тела, с легкостью уничтожая внутренние органы, и заодно паразита, засевшего внутри тела, без которого, собственно, это подобие человека выжить просто не могло.

Тело под ногой задергалось, а затем замерло. Все, кажется, готов. И этот тип, и паразит внутри него. Никакого движения. Вот и славно!

Я поднял ногу, попытался поболтать ею, чтобы хоть немного очистить от крови, кишок и всего прочего, что на нее налипло. Но скаф на такое явно не был рассчитан.

Ну и ладно. Хотя, стоит признать, мог бы завалить урода куда менее кровожадно. Но…меня прямо-таки охватила ярость, и я не мог с собой ничего поделать.

Так, и что теперь? Что там, кстати, этот урод бормотал про «Великую Матерь»? Речь ведь о матке? Откуда и куда она умудрилась сбежать? Похоже, придется это выяснить…

В то же время за дверями лабораторного зала №2

Чертов Колтон! Опять он изображает из себя непобедимого героя. Рыцарь без страха и упрека, мать его!

И угораздило же меня связаться с парнем, который все время вопит, что он не герой, пытается показать себя прагматичным циником, и при этом все время поступает абсолютно наоборот.

Ежу понятно, что он направил меня сюда, оставшись с Брауном, не потому, что «так надо», а потому, что просто боится мной рисковать.

Господи, с такой кучей комплексов ему сам бог велит сходить к психологу! Впрочем, там ему вряд ли чем-то помогут. Я отлично знаю, откуда в нем этот «героизм» — чувство вины из-за погибших сослуживцев. Вон, от смерти Саймона, жирного мешка дерьма, чуть ли не зарыдал, хотя сам же тащил его, как живой ключ. Ну не дурак ли?

Закончится вся эта история — лично затащу придурка к врачам, и пусть ему промоют мозги!

Ладно, девочка, собрались, и начинаем работать, в нашей тройке я точно единственная, кто это умеет. Хотя «мизерикордовец» тоже вроде опытный…

За дверьми нас не подстерегал кошмар, ад и смерть, как мы того сами ожидали. Вместо этого мы попали как будто в мир научной фантастики. Ну, или на выставку всяких безумных изобретателей. И первое, что мы увидели — как раз таки один из экспонатов этой самой выставки.

Огромная машина, явно собранная кустарно, занимает почти половину пространства помещения. Ее массивные трубы и провода висят над самой головой, образуя густую сеть, в которой трудно разобраться или хотя бы понять, что эти кабеля питают, откуда эти трубы идут.

Я даже представить себе не могла, что существует установка такого размера. Какой механизм здесь собран, и для чего он служит, что делает?

Круглая оплавленная дыра в потолке добавляет лаборатории еще больше атмосферности. Через нее проникает свет, создавая на полу яркие круги. Кажется, что это не просто дыра, а эдакий вход в какой-то иной, чуждый нам мир. И почему-то напоминает это все нечто вроде ворот в другую реальность.

В полной боевой готовности мы приближаемся к странной машинерии и тоннелю над ней.

Да уж. Теперь понятно, что это был за неизвестный и неожиданный всплеск энергии, который засекли чуть ранее, и из-за которого мы рванули всей командой сюда. Прямо-таки готова поклясться, что причиной ему служит включение этой самой огромной машины, или как минимум она с ним связана.

Я заглянула в дыру на потолке. Круглый тоннель, диаметр которого составлял не менее трех метров, уходил вверх, причем не строго вертикально, а с небольшим уклоном. Иначе говоря, по нему с горем пополам можно взобраться вверх. Наверное…

А там, в самом верху, далеко впереди, я отчетливо вижу свет. Дневной свет местного светила. Уж в этом я уверена!

Все стенки тоннеля абсолютно гладкие, как будто специально оплавленные до этого состояния. Кроме небольшого участка, который можно назвать условно «полом». Он исчерчен бесчисленным множеством царапин, которые я видела не раз и не два. Такие следы могут оставить после себя только Дэворары. Следы от их когтей я уже никогда не спутаю ни с чем.

Разглядывать их особо некогда, но даже беглого взгляда мне хватает, чтобы понять: помимо мелких царапин имеются и гораздо более крупные. Настоящие борозды, а не царапины.

И я точно знаю — есть только одна тварь, способная оставить после себя такое, ведь точно такие же зарубки имелись и на корпусе «Буревестника». Это матка, точно матка, и она сбежала. Все эти твари в первом зале были там только с одной целью — задержать людей, нас. Они должны были либо полностью остановить нас, либо как можно дольше оттягивать время, не дать нам возможности отправиться в погоню за здоровенной тварью. Тем более, когда она будет находиться в этом тоннеле, ведь в нем, не имея возможности развернуться, спрятаться, она будет особо уязвима.

Но мы опоздали…

* * *

— Что тут было? На хрена этот тоннель? — спросил Смит.

— По нему убежала главная тварь, — спокойно ответил док. — Жаль. Было бы крайне удобно прикончить ее здесь, но…не повезло…

— И что будем делать?

— Ну, раз уж мы здесь, давайте хотя бы поглядим, что они такое тут собрали? — было видно, насколько доку любопытно, ему не терпелось как можно скорее изучить странную машинерию. Пытаться его отговорить или запрещать это делать было попросту бесполезно, хотя Смит и предпринял попытку:

— Док, а может, пойдем на помощь к Фрэнку? Или ваш супермен справится сам?

— Поверьте, Джон, мы ему там только помешаем. К тому же вместе с ним еще ТШК наши, Браун…

— Именно поэтому я и хотел бы вернуться. Мало ли…этот ваш Колтон не вселяет мне доверия.

— Ты нам тоже не вселяешь, — огрызнулась я.

— Потише, Элен, — поспешил успокоить меня док, после чего ответил Смиту: — Колтон вовсе не мой. Он свой собственный. Мы лишь временные союзники, но я в нем абсолютно уверен. Не переживайте на его счет. Думаю, даже если ему встретится здоровенная тварь вроде той, что уползла по этому тоннелю, он с ней справится. Жаль, что эти его возможности скоро исчезнут.

— Исчезнут? — переспросила я. — Что это значит, док?

— Не переживай, дорогуша. Ничего с твоим Фрэнком плохого не случится. Просто его импланты скоро ему будут не нужны.

— Как это?

— Он их отторгнет, отрастит себе новые ткани, мышцы, конечности.

— Как ящерица? — усмехнулся наемник.

— Именно.

— Но док, это же… — начала было я, но док меня тут же остановил.

— Сказал же — все под контролем. Да и Фрэнк обо всем знает… А теперь позвольте мне, наконец, заняться делом…

Выдав это, док устремился к конструкции, и нам не осталось ничего другого, кроме как последовать за ним.

Перед нами стояла огромная машина, чья конструкция явно не могла быть плодом человеческого разума. Слишком уж она была «чуждой», другой. От одного взгляда на нее почему-то сердце замирало от волнения.

Впрочем, в первую очередь, наверное, поражали размеры — верхняя часть упирается в потолок, а боковыми стенками служат стены лаборатории.

В центре машины находится узкий конус, который похож на воронку. Скорее всего, именно он служит для переноса огромных масс материи. А вот как оно все работает… Такая технология людям, находящимся здесь, была неизвестна, причем даже Рику.

Вокруг конуса находится огромная сеть труб, проводов и кабелей, которые связаны между собой и исчезают где-то под потолком, под стенами.

Все они «развешаны» в хаотичном порядке, часть заходит внутрь машины, огроменный жгут, лежащий на полу, ведет к дыре в стене.

Источником энергии для машины служит сам комплекс — силовые кабеля питания оторваны от распределительного щитка и подключены к самой машине. Но что с энергией происходит дальше — тайна. Где-то глубоко внутри машины звучит монотонный, ровный гул, от которого вибрируют пол, стены, предметы интерьера, от которого мы сами начинаем невольно дрожать. Уж я — так точно.

На передней панели размещены датчики и дисплеи, которые что-то показывают. Но что? Вряд ли сейчас осциллограф или вольтметр показывают то, ради чего их создали.

На части дисплеев и вовсе появляются странные символы. Такого нет ни в одном человеческом языке — я такого не встречала, точно.

Тут я не удержалась и хмыкнула.

Черт, всегда считала себя умной, а сейчас будто бестолковая школьница. Как твари могли построить такое? С помощью захваченных людей? Сами?

Непонятно…

Док тем временем бегал вокруг странного устройства, при этом восклицая нечто бессмысленно-восторженное. Похоже, для него эти значки имели вполне себе осмысленный вид.

— Друзья! Вы не поверите, но перед нами технология, которая в перспективе изменит мир. Это…это… — он хватал ртом воздух, брызгал слюной, но все никак не мог подобрать слов. Лишь спустя минуту или около того, наконец, успокоился, и смог-таки дать адекватное объяснение: — Эта шутка — масс-эффектор, способный к перемещению чего угодно из одной точки пространства в другую, если на обоих концах есть маяк… Короче, даже вот этой вот кустарно собранной машины хватит, чтобы при необходимости передвинуть всю эту лабораторию, например, на Землю. Главное, чтобы там было расположено такое же, но принимающее сигнал устройство. Расстояние практически неважно. Вы представляете, какое значение имеет такая технология?

— Вы уверены в этом? — с сомнением поинтересовалась я. — Как вы вообще догадались, что это? Как…

— Поверь мне, милая, я знаю, о чем говорю, — отмахнулся от меня док.

— Это здорово. Нет, правда, здорово, — хмыкнул наемник. — А скажи, Рик, отбиться от Дэвораров нам эта штука поможет? Ну, или там корпоратов ссадить с орбиты?

— Ну…нет, у нас же нет приемника на орбите, нет маяка там. Был бы — не вопрос, можно просто перенести туда, например, разогнанный генератор Брауна, чтобы затем подорвать его.

— Тогда мне плевать на эту хрень. Абсолютно бесполезная…

— Да как же бесполезная, когда… — возмутился Рик, но я его перебила, решив взять ситуацию под контроль.

— Это крайне важная штука, док, согласна. Ты же можешь понять, как она работает? Сможешь потом воспроизвести?

— Да. Но нужно время, чтобы разобраться…

— Ну…матка все равно убежала, — пожала я плечами, — так что давай, изучай новые технологии. А я пошла за Брауном и Фрэнком, их что-то долго нет…

Практически одновременно после этих слов произошло сразу два события — во входных дверях появился, слегка поскрипывая броней, Фрэнк собственной персоной. Причем он не прорывался с боем, а шел спокойно, с открытым забралом, и даже выражением крайней задумчивости, озабоченности на лице.

А в лифтовом холле резко взревел зуммер, послышался звук распахивающихся дверей.

Я увидела, как в холл тут же высыпал десяток боевиков из СБ «Вилланда», и три ТШК с ними.

Бойцы рассыпались по помещению, моментально занимая удобные для обороны точки, а роботы выступили вперед, раскручивая стволы роторных пушек, заметив противника.

Глава 9

Единственным, кто практически никак не отреагировал на произошедшее, был Рик.

Он был настолько поглощен изучением «чужой» машины, что, наверное, даже армия Дэвораров, прущая на нас во главе с маткой, вряд ли бы заставили его хоть на секунду отвести глаза в сторону.

Рик чуть ли не носом тыкался в экраны, что-то бормотал себе под нос, то ли пытаясь разгадать тайну странных символов, то ли уже переводил то, что было на экране, в более удобоваримую для нас, людей, форму.

А может быть, он и вовсе решил, что вместе с ним ведь есть профессиональные бойцы, значит, лично ему вообще не нужно ни на что другое отвлекаться. Так сказать, каждый отвечает за свою часть работы, и точка.

Похоже, ребята из корпы тоже ожидали чего угодно, только не закованного в «Терминатор» опытного штурмовика, вышедшего им навстречу, и парочки стрелков, пусть и в менее прочных доспехах, но зато вооруженных довольно серьезным оружием.

Бойцы корпоратов наверняка готовились чистить уровень от Дэвораров. Ну, думали, им встретятся несколько выживших, максимум, но что у них будет? Пистолеты, не более того. А тут такое…

Но боевики хоть и не были готовы к такой встрече, отступать явно не собирались. Да у них и выбора-то особого не было, кроме как принять бой.

Стоит признать, «вилландцы» были неплохо вооружены — скорострельные лазерные винтовки. Кстати, они были производства все той же «Вилланд». Ну, надо же, ведь корпа вроде как числилась «фармацевтическим» гигантом, а тут раз — и оружие начали производить. Сюрприз…

Были у корпоратов и гаусс-пистолеты — такие же, как я взял в качестве трофея с одного из гибридов. Вот, кстати, откуда у него эта пушка: видимо, чуть ранее завалили кого-то из местных боевиков-наемников.

Противник не стал мешкать и открыл огонь, да только лучи лазеров бессильными фонариками скакали по толстой броне, не нанося ровным счетом никакого вреда, даже оплавить верхний слой не смогли. Ну а снаряды гауссов пока что эффективно отражались кинетическим щитом.

Я же, посчитав противников, в качестве главной цели назначил три ТШК, уже поднявших свое навесное оружие и приготовившихся вести огонь.

Так как сделали они это совершенно несинхронно, как обычно происходило, я пришел к выводу, что сейчас роботами дистанционно управляли операторы. Об этом свидетельствовала и потеря времени. Действуй роботы автономно, тогда едва только нас засекли, начали бы стрелять, а так они удивились, как и рядовые бойцы, что вместо Дэвораров их встретили мы.

Но все же они пришли в себя и начали палить, причем эта троица выбрала в качестве цели меня, и теперь дружно палила со всех стволов.

Ну, я ответил им тем же — открыл огонь, сосредоточившись как раз на ТШК.

Шквал попаданий практически сразу погасил мои щиты, и потоки снарядов принялись долбить в броню, пласт за пластом сдирая ее, прямо-таки выламывая кусками

Да только выпущенные мной снаряды возымели эффект намного быстрее.

Первый робот рухнул с перебитыми ногами и руками практически мгновенно. Ну, еще бы — я буквально «перекрестил» его несколькими очередями, а калибр на моей «дуре» был такой, что не только ТШК, но и чего посерьезнее смог бы положить. Тем более корпоратский робот оказался куда меньше бронированным, чем даже разведывательный или охранный армейский ТШК.

Впрочем, если бы у меня было чего-то помощнее, то робота снести удалось бы еще раньше.

Благо, две оставшиеся машины торчали на месте, продолжая поливать меня огнем. То ли операторы вообще не доперли, что произошло, то ли списали это на случайность, но они явно чересчур уверены в прочности своих ТШК. Ну, или же эти идиоты тупо надеялись меня «перестрелять». Даже представляю их логику: нас трое, он один, у нас три пушки — у него одна. Оп, один из них выпал, однако на их логику это никак не повлияло: их двое против меня одного, и их две пушки против моей одной. Их ведь больше, значит, они должны победить, пробить мою броню раньше, чем я их…

Что ж, сейчас я им докажу обратное…

Второй робот рухнул практически вслед за первым, с разницей в три-четыре секунды.

Оператор третьего, наконец, понял, что совершил ошибку, и сейчас его машина тоже будет уничтожена.

Этот дуралей не нашел ничего лучше, чем заставить своего ТШК заметаться в поисках укрытия. Со стороны это было довольно уморительное действо — трехметровый штурмовой комплекс бегал, как ошпаренный, пытался спрятаться в нишах, за оборудованием, но нигде не находил укрытия из-за своих габаритов.

Более того, он открылся с левой стороны, чем незамедлительно воспользовалась Элен.

Моя прекрасная агентесса тут же нашпиговала его иглами из своих «Левиафанов» так, что корпус боевой машины просто развалился пополам. Блин, как же хорошо, что армия практически не продает подобные штуки «налево», предпочитая иметь гарантированное превосходство над любой ЧВК или охраной корпорацией.

Имей наши противники на вооружении подобные «Левиафану» пушки, и наша песенка была бы спета. Никакая броня против них не продержится и минуты, только силовые поля, да и то ненадолго.

Тем временем бойцы, палящие по мне из лазерных винтовок, наконец, пришли к мысли, насколько это бесполезное занятие, и перешли на другие цели. Смит и Элен оказались куда более уязвимы для подобного оружия, так что им пришлось срочно искать укрытие. А вот несколько бойцов, обладателей гаусс-оружия, попытались найти бреши в моей броне «Терминатор». Вот ведь, упрямые черти!

И самое неприятное, что они не прогадали. Рано или поздно, а таки смогут найти брешь в броне, и тогда…

Мне пришлось лихорадочно соображать, придумывать новый план или, скорее, тактический ход, благодаря которому если и не одержу победу, то хотя бы на некоторое время смогу занять большую часть противников, давая возможность Элен и Смиту уменьшить их (корпоратов) народонаселение.

Итак, я решил, что нужно добраться до лифтовых дверей и заблокировать их любой ценой.

Для этого были еще как минимум две причины. Во-первых, подобный ход однозначно привлечет ко мне внимание, все бойцы переключатся на меня, но я буду двигаться к ним «боком», а пробить там броню даже из гауссов будет затруднительно. И во-вторых, до меня вдруг дошло, что текущий отряд слишком мал для того, чтобы зачистить весь уровень. Наверняка это лишь первый отряд, задачей которого был захват, так сказать, плацдарма, а вот дальше прибудут основные силы.

В пользу этой версии говорило то, что вместе с боевиками не прибыли научники и их главный хрен, который руководил операцией.

Тут до меня дошло, что даже сквозь стоящую пальбу слышу лифт. Он уже спускается. Еще немного, и лифт будет здесь. И что там, в кабине, я без понятия, но однозначно ничего хорошего для нас. Хрен его знает, что там у Максимилиана припасено, вдруг пара «Дервишей» или «Отшельников»? У них уже не пулеметы, знаете ли, а автоматические пушки калибром в 30 мм. Тут никакой «Терминатор» не спасет, как и кучи изломанного оборудования. Из таких пушек тут все можно пробить и изничтожить…

Да хрен с ними, с «Дервишами». По большому счету, даже если там всего лишь еще десяток бойцов и три робота — нам несдобровать. С этими справиться не можем, а тут еще столько же прибудет. Нет уж! На фиг-на фиг…

Я уже все обдумал и принял решение, так что просто зашагал вперед, постепенно переходя на бег, при этом ни на мгновение не переставая стрелять из своей роторной пушки.

Мой план был прост: отвлечь на себя все внимание противников, по возможности уничтожить все, что мешает мне добраться до цели. И я стрелял по каждому укрытию, каждому объекту, каждому противнику, который мог преградить мне путь или помешать моим начинаниям.

Я вообще не глядел, попадаю в цели или нет, не обращал внимания на счетчик боеприпасов, неумолимо подходивших к концу, и был сосредоточен только на своей цели — дверях лифта, которые не должны открыться.

Впрочем, мои напарники тоже не сидели, сложа руки. Смит использовал свою винтовку, чтобы уничтожать бойцов корпорации, которые пытались меня атаковать. Благодаря тому, что все их внимание было приковано ко мне, Смит легко выцеливал и укладывал врагов.

Не знаю, чем он заряжал свою пушку, но это точно были не обычные оболочечные пули. Попадания в броню пробивали ее в слабых местах навылет, но даже при выстреле в нагрудник корпоратского сержанта он умудрился пробить броню, причем не просто пробить, но еще и нанести страшную рану, из которой тут же брызнула кровь.

Блин, будто внутри человека что-то взорвалось, со всех щелей и дыр поперла кровь, словно из дырявой грелки… Что за хрень?

Еще двое упали, как подкошенные, когда их буквально разнесло на куски вместе с «надежными укрытиями», которые они заняли. А вы, ребятки, не щелкайте хлебалом, глядите по сторонам, или тетя Элен вас так всех перебьет!

Я все же не удержался и, не сбавляя скорости, бросил взгляд в сторону.

Ой, как хорошо — своими очередями я буквально прижал противника. Они и нос высунуть не могли. Этим вовсю пользовались мои компаньоны — тщательно выцеливали и отстреливали противников.

И тут внезапно: «Щелк!».

Все, боекомплект исчерпан.

Ну что ж, на перезарядку этой дуры нужно время, которого у меня просто нет, так что я роняю пушку на пол, она вся аж дымится от перегрева, а сам ускоряюсь до максимума и активирую силовой кулак.

Дымка энергополей, тут же окутывающая его, свидетельствует о готовности крушить и ломать.

В мою броню вновь начинают попадать первые выстрелы из гауссов. Пока они не прицельные, враг не понял, что случилось, и еще только пробует высунуться, наскоро пальнуть, и тут же спрятаться обратно. Но рано или поздно они допрут, что мне уже стрелять нечем, и тогда в меня полетит по полной. А там найдется какой-нибудь шальной снаряд, который таки нащупает уязвимую точку, это лишь вопрос времени и моего везения, поэтому не стоит испытывать судьбу.

Я уже несусь эдаким носорогом, не разбирая дороги, просто прошибая собой все на пути, включая баррикады, какую-то кучу из частей лабораторного оборудования. Детали и обломки прямо-таки брызгами разлетаются в сторону от меня, а оказавшийся на моем пути ошеломлённый противник тут же получает мощный удар в грудь. Силовое поле легко сокрушает его броню, проникает дальше, пробивая одежду, кожу, я вижу, как кровь, испаряясь, шипит на кулаке.

Надо же, пробил бедолагу практически насквозь, к черту сплющив внутренние органы, сломав позвоночник.

Я стряхиваю останки тела, словно бы застрявшие у меня на руке, и в этот миг сразу два снаряда врезаются в и так уже ослабленную броню на правой стороне груди.

Тут же взвизгнувшие предупредительные сигналы, появившиеся и мигающие красные иконки на экране перед глазами, сообщают, что броня пробита, а датчик жизненных показателей пилота начинает скакать.

Что? Меня ранили? Ни хрена не чувствую. Но зато вижу, как у маленькой фигурки (символизирующей состояние пилота, то есть меня), медленно окрашивается в алый цвет правое предплечье.

Хм…а боли почему нет? Ах, да, точно! Та самая черная сетка не только подсоединяет меня к броне, она же блокирует нервные окончания. А встроенный медкомплекс сейчас срочно лечит меня, вводит весь спектр противошоковых, обезболивающих и стимулирующих препаратов.

Ну и ладно, пускай трудится. Собственно, легкого ранения я не боюсь — затянется. Больше неприятностей могут доставить отходняки от стимуляторов.

Так, и где же у нас стрелки эти снайперские? Кто меня подбил?

Оуч!

Еще один сдвоенный удар.

А это, оказывается, не «стрелки», а всего лишь один стрелок, но с двумя пистолетами. И он чуть-чуть не повторил свой очень результативный выстрел — снаряды попали лишь на пяток сантиметров правее, проломив нагрудник. Но дальше они не прошли, остановленные внутренним слоем защиты, хотя следующее попадание в это место может быть крайне неприятным. Для меня, разумеется.

Ах ты, гадина меткая!

Я отскочил за одну из немногих колонн, имеющихся тут, и выдохнул в рацию:

— Солнышко, а вы со Смитом там совсем уснули?

— Угу. Лежим тут, понимаешь, скучаем, и думаем, как бы подремать…

— Самое время проснутся и прикрыть меня — тут один снайпер объявился, и даже, сволочь такая, броню мне пробить смог.

— А не хрен было корчить из себя несокрушимого бойца космодесанта и бегать под градом пуль! Ладно, чего делать? Чем помочь?

— Я сейчас высунусь, и он тут же пальнет в меня. Зафиксируй эту точку и убей его. Как хочешь, но убей, а то он мне жизни не даст.

— И дальше что? Зачем ты там геройствуешь?

— А дальше у нас осталась пара минут, прежде чем к ним придет подкрепление. И боюсь, что на всех лифтах. Тогда тут станет совсем жарко. Так что я не геройствую, а пытаюсь помешать противнику «высадиться» на нашем уровне.

— Так, поняла, — ее голос тут же посерьезнел — наверное, поняла, что к чему?

— По твоему сигналу, — сказала она.

Я прикинул направление движения, и, крикнув в рацию: «Давай!», выскочил из-за колонны.

Пригнув голову, стараясь прикрыть рукой уязвимую точку на броне, я ринулся к укрытию противника, максимально пытаясь отследить момент появления его с оружием, чтобы либо попытаться уклониться, либо принять выстрел в наиболее прочную, и пока еще целую часть своей брони.

На бегу я подхватил с пола лазерную винтовку, нелепо выглядящую в моей ладони — будто взрослый дядя взял детскую игрушку, и с трудом оторвав предохранительную скобу, втопил спусковой крючок, поливая неприцельными импульсами пространство перед собой.

Мой противник, как оказалось, был готов к такому повороту событий, и ответил на мою атаку, показавшись сбоку от того места, где был раньше. Гадина! Когда успел перебежать?

Он выстрелил дважды, и оба снаряда опять каким-то магическим образом ударили ровно в одну точку, найдя слабое место уже в ноге. В этот раз броня не смогла полностью остановить снаряды, а аптечка заглушить резкую боль. Более того — костюм взвыл всеми имеющимися тревожными системами, а датчики сообщили о кровопотере и серьезном ранении.

Блин! Самый худший из возможных вариантов! Ну почему не в руку, не в торс? Почему именно в ногу⁈

Потеря равновесия грозила мне падением, и если я таки упаду — это все, это конец…

Я, как мог, старался выровняться, но в меня полетели еще и лазерные лучи оставшихся в живых противников.

Элен быстро отреагировала на происходящее и показала себя истинным профи. Как яростная фурия, она врубила реактивные движки своего скафандра и взмыла под потолок, тут же начав стрелять в корпоратов из своего скорострельного комплекса, моментально переключаясь между целями. Первые же выпущенные ей иглы в доли секунды убили двух стрелков с лазерниками — иглы попали точно в головы.

Еще по одному противнику Элен все же промазала. В том плане, что не убила, а лишь ранила — он с болезненным вскриком отшатнутся обратно в укрытие. Еще одному засранцу моя агентесса умудрилась очередью из игл срезать кисть правой руки, и сейчас та нелепо свисала, держась на лоскуте кожи, брызгая кровью из поврежденных артерий.

Тот гад с гауссами пытался укрыться, вынужденный переключиться на «валькирию», так и не успев прикончить меня.

Надо признать, он молодец — почти смог если и не достать меня, то испаскудить мне весь план. Понятное дело, что попадание в кибернетическую на две трети ногу не могло меня убить — артерии были надежно прикрыты, а остальное не критично. Но вот вывести из строя смог вполне. Попадание гаусса повредило человеческую составляющую, а без нее управление скафандром было невозможно. Поэтому, несмотря на все мои усилия, я таки упал на землю и не мог двигаться.

Я был беспомощен, и если бы сейчас корпорат высунулся, поглядел в мою сторону, с большой долей вероятности я бы подох. Он бы просто нашпиговал меня иглами, и никакая бы регенерация в таком случае не помогла бы.

Но он переключился на Элен, сейчас представлявшую для него наибольшую опасность.

Однако переключился слишком поздно — Элен буквально упала на него сверху.

Вместо пистолетов-пулеметов из запястий боевого комплекса уже торчали клинки, способные вскрыть бронетранспортёр, как консервную банку.

Удар левой — и я вижу, как мужик отшатывается, открывая для вопля рот и глядя на отрубленные по локти руки.

Но слушать его вопли Элен, похоже, не планировала, поэтому удар правой приходится точно в горло, раскрывая ему «улыбку», из которой начинает бить фонтан крови.

Походу, парень был накачан боевой наркотой, побочным эффектом которой является крайне высокое артериальное давление — отсюда такие «сверхспособности» в виде высокой точности стрельбы и «спецэффекты» в виде обилия бьющей из раны крови.

Фух! А нет, еще не «фух»!

— Элен! Немедленно выведи из строя грузовой лифт! Бегом!

Сам же я, не отвлекаясь ни на что, начинаю отключаться от брони. Экстренный сброс не позволит потом нормально ее надеть, но использовать ее без ноги тоже невозможно. Хотя… нет, накачаюсь препаратами — авось попустит. «Сбросить» броню я всегда успею.

А пока я минжевался, Элен придумала, как ей показалось, охренительный план: она отжала лезвием створку лифта и закинула внутрь…термобарическую гранату. Взрыв за дверьми был негромким, а вот после него что-то очень тяжелое с грохотом пронеслось по шахте и ударилось об пол чуть ниже наших дверей. Через пару секунд эти самые двери вылетели внутрь, вынесенные шквалом снарядов, и сбили с ног Элен, роняя ее на пол.

Глава 10

Между створками, поверхность которых была прямо-таки изуродована огромным числом попаданий, где остались следы от пули самых разных калибров, виднелась громадная фигура.

Больше всего это «нечто» напоминало голема из сказок, которые я читал в детстве, или же что-то вроде статуи средневекового рыцаря — огромную, страшную, внезапно ожившую.

И действительно, назвать «это» человеком язык не поворачивался — конечно, странный доспех, в который и был облачен новый противник, сам по себе был массивный, громоздкий. К слову, я таких вообще никогда не видел, и терялся в догадках, что это вообще может быть такое?

Однако даже с учетом массивности самого доспеха существо было раза в два больше человека. Это даже не гигант, а какой-то переросток, причем от пяток и до самой шеи закрытый толстенным слоем стали.

Огромные руки с пятипалыми стальными ладонями уже вцепились в створки лифта, а массивные наплечники, на которых утоплены вращающиеся стволы спаренных тяжелых пулеметов, чуть приподнялись, когда вражина начал раздвигать створки.

У него прозрачный шлем, размерами под стать остальным частям тела, однако внутри я вижу самую обычную человеческую голову. Более того, узнаю это лицо.

Хо! Так этого товарища я давненько уже ищу, и хочу поквитаться за все пережитое.

И нет, это не Максимка, которому я обязательно вставлю трубку в пятую точку, а профессор Блайм, лично. Какая прелесть.

Ну, говняш, держись! Вот тебя я буду убивать медленно, не торопясь, наслаждаясь каждым мгновением и каждой твоей гримасой боли.

Едва только я понял, кто передо мной, весь страх, все сомнения, возникшие при виде этого железного здоровенного урода, моментально куда-то испарились.

Ну, подумаешь, здоровенный скаф с кучей усилителей и толстенной броней! Внутри-то ведь сидит не вояка вовсе, а дилетант-научник, который вообще не понимает, как всей этой машинерией пользоваться.

О! Что и требовалось доказать: я, узнав кто мой враг, сразу же укрываюсь за колонной, и в нее начинают бить пули, откалывая бетон кусок за куском.

Ну, постреляй, постреляй, маленький.

Сейчас дядя Фрэнк зарядит свою большую пушку, и мы устроим войнушку…

Оп-па! А чего это он не в меня шмаляет?

Я осторожно высунулся из-за колонны.

Ага… Большой лифтовой холл был окутан дымом от выстрелов и пылью от подорванного лифта. В центре холла стоял профессор Блайм и конкретно сейчас лупил по укрытию, где спрятались Смит и док.

Элен, придавленная лифтовой дверью, пока что не подавала признаков жизни, но пробить «Деймос» точно не могло. Да это просто технически невозможно — он держит попадание из лютого калибра, а тут чего?

Уверен, Элен жива. Самое страшное, что может быть — она просто потеряла сознание.

Может, и к лучшему — если бы начала дергаться, то Блайм почти наверняка пришил бы ее первой. Я бы на его месте так и поступил: почему не пристрелить врага, пока он ничего сделать не может?

Чертов профессор даже не пытался укрыться. Он уже, как казалось, напрочь забыл обо мне.

Решил, что смог меня завалить? Наивный…

Это то, о чем я говорил — не закончил с одним противником, переключился на другого, начисто забыв о первом. Ну и кто так делает? Ди-ле-тант.

Да и вообще — весь его этот «костюмчик» выглядел откровенно странно.

Что это за броня вообще? Зачем она такая нужна? Какое назначение? Для откровенного «танкования» вооружение у нее не очень. Для штурма — неповоротливый больно, и опять же, пушки слабые. Да еще и медленная. Наверняка жахнуть из чего посерьезнее, и пилоту конец.

Похоже, яйцеголовые в очередной раз придумали «универсальный вариант». По их мнению, разумеется. А в реальном бою этого неповоротливого урода, несмотря на все его бронирование, разберут довольно быстро. Если, разумеется, дилетант в костюме не выйдет против таких же дилетантов, только без костюмов.

Но все-таки, отчего на роже у Блайма улыбка от уха до уха? От чего такая эйфория? Я бы даже сказал, что человек в броне выглядит, как обдолбанный до крайности каким-то синтетическим дерьмом. Видал таких — сидят с блаженной улыбкой, «кайф» ловят.

Хо! А ведь, кстати, вполне может быть, что Блайм действительно облолбился. Ну почему бы еще целый научный руководитель сидел в броне, стреляя из пулеметов? Что, боевики у корпы закончились? Или лаборанты, в худшем случае?

Ну, нет. В жизни не поверю. А вот в превратности судьбы, заставившие Блайма «жахнуть» чего-то для «смелости», поверю. Причем всадил он себе столько, что возомнил себя стратегом — вон, в костюм впрыгнул и полез воевать. Так сказать, повел за собой «войско», которое, к слову, все в лифте и сгинуло.

Как тебе такое, Наполеон хренов?

Тем временем я, наконец, смог заменить патронный блок в своем пулемете.

Отлично, можно начинать.

А то, вон, этот нарик таки достанет кого-то из моих…

Высовываюсь из-за колонны и выпускаю длинную очередь в Блайма. Этот псих даже не пытается уклониться (хотя как это сделать в такой хреновине?), но единственный результат, которого я смог добиться очередью в две сотни выстрелов — это несколько царапин на броне противника. Ну и заставил машинерию отступить на пару шагов назад, и то не факт. Скорее уж этот урод просто разворачивается так.

Блин! А ведь я и в голову ему зарядил, уверен в этом. Получается, прозрачный шлем у него непростой. Ни хрена себе! Что же там такое, что пулеметный патрон не берет?

Профессор, закончив свой «разворот», навел на меня свои пушки и прямо-таки запрыгал на месте, поливая из всех четырех стволов сразу.

Смит и Санчез тут же припустили бегом из своего практически уничтоженного укрытия в другое, за дверьми холла.

Ну, правильно. Там, где они сидели, и спрятаться толком негде. Как их только Блайм не достал — ума не приложу.

А хотя нет, догадываюсь: он, видимо, еще и косой до ужаса. Попасть не смог.

На бегу оба моих союзника выпустили по паре снарядов из трофейных гауссов в неподвижную мишень, и даже два раза попали. С примерно тем же эффектом, что и я — снаряды, способные пробить бетон, просто разбились о броню Блайма.

Да из чего она?

Мне в голову внезапно пришла мысль, что это все вовсе не спонтанное решение обдолбанного наркотой дурака, как я считал ранее, а просто-напросто полевые испытания прототипа. Видимо, в лифте Блайму досталось, вот и накачала его аптечка по самые брови…

А костюмчик, точнее его броня, стоит признать, прочная. Я бы от подобного не отказался, только чтоб чуть более мобильный был, а то текущая «версия» совсем уж неповоротливая.

Тем временем кинетические щиты, до этого вполне эффективно справлявшиеся со всем потоком летящих в меня пуль, предательски зарделись разными цветами, вокруг меня появилась эдакая дымка — верный знак, что скоро щиты сдохнут — генератор уже работает на пределе.

О! Только подумал, и щит схлопнулся.

Пришлось срочно выставлять вперед плечо, на котором имелся здоровенный наплечник, толстый настолько, что пробить его Блайм просто не сможет. Да даже если и пробьет — хрен с ним. Попадание в плечо всяко лучше, чем в поврежденную броню на груди. Если туда попасть — мне быстро конце придет.

Шквал пуль принялся терзать толстые адамантиевые пластины наплечника, заставляя меня пятиться в поисках укрытия — долго на простреле я не продержусь.

Я попытался ответить — начал стрелять, но этот «дредноут» вообще никак не отреагировал, или, что правильнее, начисто игнорировал пальбу, продолжая обсыпать меня очередями.

Так…надо срочно менять тактику, иначе он меня прикончит. Тут без вариантов. Вопрос только, когда ему повезет, а мне, соответственно, нет.

Я отскочил обратно за колонну, но в этот раз мой визави, видимо, допер, что лупить в нее — глупая идея, поэтому он решил обойти меня.

Двигаясь грациозно, словно беременная бегемотиха, он сделал несколько тяжелых шагов, пытаясь зайти сбоку.

Естественно, я переместился в другую сторону, вновь зайдя за укрытие.

Тем временем Смит, занявший новую позицию и осмелев, принялся палить в бронированную тушу, но Блайм просто игнорировал эти выстрелы. Даже не повернулся.

Вот гадина! Таки решил не отвлекаться и разобраться со мной?

А с другой стороны — чего я еще хотел? У Смита пистолетик (патроны в винтовке, видно, закончились), чего он сделает этому быку? Вот Блайм на него и забил, сосредоточившись на мне.

Отчего последнему, то есть мне, было не легче.

И что, собственно, делать?

Единственная слабость противника — его никакая подвижность. Как я этим могу воспользоваться? Да без понятия!

Максимум, на что я способен — покружить вокруг Блайма, не позволяя палить по себе.

А почему, собственно, и не попробовать?

Может быть, найду слабое место? Может, со спины он менее бронированный?

Я, недолго думая, выскочил из-за своего укрытия, проскочил мимо не ожидавшего от меня подобной подлости Блайма, и зашел ему в спину.

Дав очередь, я убедился, что «костюмчик» у ученого прекрасно защищен и со спины.

Пришлось вновь двигаться — Блайм почти успел ко мне повернуться.

Долго так продолжаться не могло, и я все же попал под обстрел. Ну да, мне ведь раньше досталось, и рана, хоть и начавшая затягиваться, хоть и был я под действием всех имеющихся в аптечке препаратов, давала о себе знать.

Кинетический щит никак не включался, его мощность едва восстановилась до половины, поэтому, когда Блайм начал палить по мне, щит исчез еще быстрее, чем в прошлый раз.

А затем и вовсе оказалось, что моя идея кружить вокруг врага была так себе — одновременно бегать, стрелять и прикрывать себя от шквала тяжелых пуль у меня получалось плохо.

Несколько раз я чувствительно получил сквозь пробитую в броне дыру. Нет, пробития второго слоя пока не случилось, но это вопрос времени. Везение не может продолжаться вечно.

А вот противник, мать его, казалось, был неуязвим.

Во время всех этих «каруселей» я успел пальнуть ему и в спину, и в бок, и по конечностям. Абсолютно все пули попросту отскакивали от брони, не нанося ровным счетом никакого урона.

Единственный свой шанс я разглядел буквально сейчас — наиболее уязвимые места прикрыты щитками, и пытаться пробить эти точки очередями бесполезно. А вот в ближнем бою…

В тот момент, когда я собирался уже кинуться в самоотверженную рукопашную атаку на противника, из-под остатков двери вылезла очень злая и агрессивная Элен.

Оценив ситуацию, она в рацию сказала мне лишь одно слово: «Отвлекай».

Ну, надеюсь, у нее есть план, а то «отвлекаю» я Блайма уже черт знает сколько времени. Был бы с этого хоть какой-то прок…

Пока что моя тактика больше напоминала попытку самовыпиливания об превосходящего противника. Попытку длительную, затянутую, но с вполне предсказуемым результатом.

Поудобнее перехватив свой пулемет, я открыл огонь, целясь для разнообразия в оружие противника. Ну а чего бегать? Надо ведь ему на нервы подействовать…

Оп-па! А его пулеметы прикрыты кинетическим щитом. Пустив первую же очередь, я четко увидел блики, и словно бы бьющие в невидимую стену пули, которые в прямом смысле плющились, падали на пол, или рикошетами уходили в сторону.

Та-а-ак…щит, значит? Ну, это, конечно, круто, но…не против моей пушечки. Сейчас я тебе по-быстрому батарейки высажу, а дальше уже поглядим, что к чему…

К моему восторгу, у Элен таки был план, и она не стала тратить время даром — как только Блайм отвернулся к ней спиной, она активировала обе свои пушки и, используя все возможности своей брони, устремилась к нему, фокусируя огонь в одной точке.

И это, вопреки моему скепсису, возымело эффект — несколько сотен высокоскоростных игл-снарядов, вбитых в одно и то же место, все же преодолели невероятную прочность этой брони и проникли внутрь.

Как там говорят — капля камень точит? Вот здесь тот же принцип, видимо.

Лицо Блайма перекосило. То ли от боли, то ли от удивления.

Он начал резко разворачиваться от меня, пытаясь найти того, кто смог таки повредить его костюмчик.

Э нет, дорогой, так не пойдет!

Разгоняюсь и прыгаю на него, отпустив пулемет и активируя в полете силовой кулак.

Удар!

Ого! А система стабилизации то у тебя отсутствует, ну, или же яйцеголовые где-то просчитались, и ее мощностей попросту недостаточно для такого веса.

Хотя…может, все было рассчитано как раз таки правильно, но мой вес и сила удара, приложенные к одной точке, не только проминают броню, но и заставляют Блайма пошатнуться: его бронескафандр ощутимо сносит в сторону. Он с разгона тяжело впечатывается в стену, потеряв ориентацию в пространстве, однако этот удар спас гиганта от падения.

Впрочем, даже такая заминка нам на руку — этим немедленно пользуется Элен, успевшая перезарядить свое оружие — она выпускает еще два полных магазина куда-то вниз, похоже, пытаясь пробить броню на ноге и свести мобильность противника к нулю, или вовсе заставить его рухнуть.

К сожалению, в этот раз ей удается лишь частично попасть в цель, часть выстрелов рассыпается вокруг точки прицеливания.

Впрочем, мою напарницу это не слишком-то расстраивает — по моему примеру она переходит в ближний бой, выпустив свои клинки.

Силовые лезвия потрескивают и гудят, когда она преодолевает оставшееся расстояние, прыгает и вонзает клинок прямо под руку ошалевшего от происходящего Блайма.

А агентесса молодец! Где еще может быть слабая точка? Подмышкой, конечно. Во всех моделях бронескафов есть такая проблема, и этот, надеюсь, не исключение.

Второй же клинок Элен летит в голову Блайма.

Нормальный и адекватный человек в такой ситуации, когда ему в лицо летит силовой меч, как минимум отшатнется.

Но это нормальный человек. Блайм, видимо, таким не был.

Он просто проигнорировал эту атаку: или так уж прямо уверен в своей броне, или увлекся тем, что пытался выровнять бронескаф, удержать от падения, ну, или же попросту не заметил удар.

При этом он ни на секунду не прекращал палить, даже никуда не целясь — просто хаотично водил стволами по сторонам.

Такое чувство, что Блайм просто не понимает, что можно остановиться, что нужно хоть немного успокоиться, трезво взглянуть на ситуацию, а не палить куда попало.

Нет, ну точно, под наркотой. Как же его таращит!

Ну а чего я-то теряюсь?

Клинки Элен таки сделали свое дело — вонзившись подмышку, как и положено силовому лезвию при столкновении с металлом, оно пробило его. Правда, уж очень неглубоко, буквально на несколько сантиметров. Металл вокруг точки попадания моментально разогрелся, начав капать. Второй же клинок просто бессильно уткнулся в забрало, если это так можно назвать, оставив на нем небольшую подпалину.

Руки Блайма взметнулись вверх, он попытался схватить мою подругу, но она оказалась слишком проворной для него, так что пальцы этого урода ухватили лишь воздух — змеиным движением профессионального бойца Элен легко ушла от неуклюжего захвата, на прощание полоснув своими клинками по одной из кистей, начисто срубая на ней пальцы.

Вот это да! Вот тебе и слабое место!

Крови практически не было, клинок сразу же прижег за собой рану, зато морду Блайма так перекосило гримасой боли, что любо-дорого смотреть.

Однако стоит отдать должное ему самому или аптечке его скафа — он быстро взял себя в руки.

Из-за своего маневра Элен отошла слишком далеко и подставилась под пулеметы, чем Блайм тут же и воспользовался.

Но «Деймос», в который была облачена Элен, не просто так считается лучшей из существующих систем брони — попадания тяжелых пуль оставили лишь незначительные повреждения, однако смогли таки сбить ее с ног.

Наверное, будь она одна, тогда следующей очередью ее можно было прижать к полу, а затем уже добить. Пусть не с первого, не со второго раза, но тем не менее….

Однако никто не собирался давать Блайму даже одной попытки.

И когда он попытался это сделать, я заметил прореху в броне, которую смогла сделать Элен еще во время первой своей атаки, и именно туда я ударил кулаком, окутанным силовым полем.

Броня, и так уже поврежденная, не смогла сдержать эту атаку и треснула, пропуская внутрь страшнейшей силы удар.

Я почувствовал, как проминаются слои внутренней защиты, и как я добираюсь до тела мистера Блайма.

В этот миг я вспомнил, какие пытки мне пришлось пережить, и, не выдержав, растопырил пятерню.

Блайм в шлеме заверещал, как будто его резали.

Ну, в целом, где-то так и было.

Однако его лицо, затравленный и испуганный взгляд подействовали на меня почище любого коктейля.

— Что, засранец, приятно? Ну, на еще! — буркнул я, и, выдернув руку, вновь нанес удар.

Ох, как он корчился! Как извивался в своей броне, которой явно гордился, и в непробиваемости которой, наверняка, был всецело уверен.

На тебе, козлина, жри!

Я шевелил пальцами, надеясь этим принести Блайму еще больше боли, хотя, судя по его распахнутому рту, слезам, заливающим лицо, больно ему было и без того.

Эх, жаль, его «шлем» глушит звуки, и я не могу насладиться воплями.

Впрочем, хватит уже. Месть — штука хорошая, но во всем меру надо знать. Так что, вогнав свою конечность поглубже, я рванул руку назад, попутно вырвав огромный кусок брони.

Ноги у здоровенного бронескафа подогнулись, и он рухнул на колени, чуть не прищемив мне руку.

Элен тут же оказалась рядом, со скоростью вихря кромсая своими клинками пушки врага — кинетический щит уже отключился и ничем не может помешать. Да и тем более щит бесполезен против силового оружия…

Пара мгновений, и стволы пулеметов были изрублены и изуродованы. Все, больше огнестрела на скафе Блайма не было.

Хотя ему, кажется, все равно. Я вижу, как его лицо покрылось бисеринками пота, как он побледнел. Как бы сознание не потерял, засранец.

Ну, нет…не спать!

Я врезал со всего маха кулаком ему в шлем, еще раз, и еще раз.

На четвертом ударе голова профессора, мотавшаяся внутри, как орех в скорлупе, все же приложилась о переднюю часть забрала, размазывая по нему кровищу из сломанного носа.

Я уж было собрался праздновать победу, как вдруг заметил подозрительную штуку: кровь.

Кровь профессора свернулась за считанные мгновения, да и выглядела она, мягко говоря, странно…

Черт, а человек ли вообще внутри этой горы железа?

Глава 11

Пока я стоял и обкатывал в голове только что посетившую меня идею, бронированный панцирь раскрылся, и наружу вылез сам Блайм.

Вернее вылезло то, что раньше им было.

Сейчас же назвать стоящее перед нами существо человеком я бы не рискнул.

Это был киборг вроде меня. Я прямо-таки узнаю отдельные детали и, так сказать, «решения», которое применяли при моей «модификации».

Ах ты ж, хитрый черт… Блайм еще до кучи и вор, оказывается: эта сволочь воспользовалась тем, что к нему попал я, и тщательно изучив все мои импланты, он решил их воссоздать. Или, что более точно, решил скопировать полностью. Ну что ж. Эксперимент, признаюсь, весьма успешный.

Хотя, снова-таки, не понимаю, зачем было ставить эксперименты на себе? Что, не было подопытных? Лаборантов? Боевиков корпорации на худой конец?

Но, видимо, этот вопрос из той же области, как и тот, почему, собственно, Блайму приспичило самолично лезть в бронескаф.

Как бы то ни было, а проведенные изменения были налицо: обтягивающий торс латексный костюм не скрывал ни гипертрофированную мускулатуру, ни мужской половой орган, причём и то, и другое было больше, чем…хм…положено…

Чего, комплексы мучали?

Хотя, глядя на него, я задумался над тем, что некоторые модификации и себе бы хотел. К примеру, руки. А чего? Раз-два, и я буду снова с комплектом своих собственных киберрук, а не с протезами разной степени монструозности… А вы о чем подумали, извращуги? Что я хозяйство себе увеличить захотел? Ха!

Продолжая разглядывать Блайма, я понял, что скопировал этот урод не только кибернетическую составляющую.

Я разворотил ему тело бронекулаком, как минимум, повредив кучу мышц, сухожилий и так далее. Наверняка задеты и органы. Нос, вон, сломан, но сейчас кровь из носа и перебитая переносица, которые я мог лицезреть во всех подробностях, выглядели совсем непрезентабельно. Точнее в местах мелких ссадин и порезов образовалась эдакая зеленоватая корка. А еще, несмотря на травму своего тухеса, двигался он вполне бодренько, а не как человек с огромными ранами и кровопотерей, уже практически готовый отдать богу душу.

Похоже, что он решил целиком повторить то, что сделал со мной, и помимо проведенных киберимплантаций вживил себе личинку Дэворара.

Интересно, тварь в себе он тоже жахнул током? Или же «его» паразит прямо сейчас подрастает и готовится, так сказать, «выйти»?

А меж тем Блайм, поднявшись, уставился на меня, не мигая.

Глаза у него стали совсем дурные, и я готов поклясться, что где-то такой взгляд уже видел.

Резким движением Блайм наклонил голову, щёлкнув позвонками шеи, и тут же попер на меня.

Скорость его была просто запредельной. Он довольно легко смог уклониться от моего встречного удара, который даже мне самому показался неуклюжим… Да как так то?

Черт, да он же в боевом режиме!

Едва только это до меня дошло, как пришлось уворачиваться от обрушившихся на меня ударов.

Уклониться, уклониться, укло…твою мать! Таки не успел — кулак киборга скользнул по скуле, неприятно тряхнув голову. Ладно, сам дурак — надо шлем закрыть.

Но все же Блайм дилетант.

Лично я на его месте притворился бы немощным, и лишь улучив момент, начал бы атаковать. Это дало бы куда больший и лучший результат, чем действовать так, как он — просто переть буром в драку, при том, что противников у него не один, а двое, к тому же они оба явно превосходят его и в навыках, и в силе, и в опыте, оба одеты в броню. А что у него? Скорость? Пф…

Судя по всему, он просто насмотрелся роликов с «Клаусвитца», когда я прорывался в арсенал как раз таки будучи под действием «берсерка». И насмотревшись, решил, что боевой режим позволит кабинетному червю убивать профессиональных солдат? Ну, деби-и-ил…

Я попытался достать его размашистым ударом справа, однако Блайм таки ушел, увернулся, а вот удар ноги слева от Элен для него был неожиданностью.

Ну, прости, мужик, но только в голофильмах герои дерутся с каждым врагом по одному, а остальные угрожающе приплясывают рядом, ожидая своей очереди. В жизни так могут поступить разве что клинические кретины. Даже гопники в подворотне стараются действовать сообща, а уж профессионалы…

Как только удар Элен проходит и Блайм отвлекается на нее, я со всей дури пинаю придурка в ногу, превращая и кибернетическую, и человеческую составляющую просто в фарш из обломков металла и разорванной плоти. Далее, прежде чем он даже успевает осознать и почувствовать боль, я перехватываю его руки и просто ломаю их.

Все-таки придурок. Скопировать кибернетические модули — не проблема, установить их себе — тем более, а вот научить их использовать, сделать их частью тела бойца — на это уходят годы.

Хотя…ничего нового. Яйцеголовые ведь всегда с презрением относились к военным. Мол, много мозгов, чтобы палить из ружья и драться, не надо. Ну, вот и доказательство обратного.

— Кх-х-х-х….кх-х-х-х…а-а-а-ар-р-р!

М-да, пока у этого дегенерата не пройдет боевой раж, говорить с ним нечего и пытаться.

Он сейчас и боль ощущает отстраненно, уж я-то точно знаю, о чем говорю, так чего тогда о «восприятии окружения» в целом говорить?

Человек просто неадекватен.

Однако побеседовать с ним жизненно важно, прежде чем я его прикончу. Потому что я точно его прикончу, без вариантов, и дело даже не в колоноскопиях и прочих издевательствах, а в киберимплантах и технологии, которую этот урод скопировал с меня. Нельзя допустить повторения той старой истории, о которой я так долго и старательно пытаюсь забыть.

А ведь «Вилланд» — это именно те ребята, которые способны на любую, самую подлую вещь ради бабла. Вон, Дэворары, эксперименты на людях и пытки — это лишь вершина айсберга. Корпораты пойдут на все, что приносит деньги, и плевать им на жертвы, моральные аспекты и прочее.

Так что киберимпланты нужно однозначно уничтожить, и нечего мне зудеть о том, что я просто торможу процесс. Вон, та же «Арисики» делает прекрасные, в том числе боевые протезы, и их более чем достаточно. А заменять большую часть тела человека, заставить работать сплав технологии и плоти — это уже перебор.

Да и вообще, среди испытуемых положительные результаты были всего у троих, и один из них — я. Остальные передохли, слетели с катушек или были попросту уничтожены, поэтому я не желаю, чтобы подобное повторилось.

Блайм должен умереть, а всего его «достижения» будут навсегда похоронены в этом комплексе.

— До-о-ок! Эй, Санчез, вылезайте! Тут пока все закончилось, а мне нужна помощь, — проорал я. — Надо допросить Блайма, но есть проблема.

Док и Смит, тенью следующий за ним, моментально вышли из своего укрытия. При виде этой парочки Блайм попытался вскочить на единственную, целую ногу, и броситься на них. Да ты посмотри, как бешеный пес прямо — ни хрена не соображает. Или же…

Похоже, какие-то личные счеты у них. Кстати, а ведь у Блайма боевой раж отличался от того, какой был у меня. Я терял самоконтроль очень сильно, а он, похоже, нет. Раз так, то или как-то смог модернизировать систему сам, или же это состояние (тот самый боевой раж подразумеваю) для каждого человека протекает индивидуально. Зависит, так сказать, от особенностей организма.

Тем временем Рик, потирая ручки, подошел к распростертому на полу телу своего пленителя, которого Элен, когда тот дернулся, просто придавила ногой к полу, после чего наш док, совершено не церемонясь, с размаху пнул Блайма в пах.

Ого! Таки я прав — тут имеют место быть какие-то личные счеты. Раньше я за доком, во всяком случае, подобных выходок не замечал.

— Эй, эй! — прикрикнул на него я. — Блайм и так еле живой! Я вообще-то хочу с ним поговорить, а не прикончить!

— Простите, накипело, — буркнул док, — а насчет поговорить… А что вам, собственно, мешает? Вот же Блайм, глазками шевелит, ножками трясёт, жив, в сознании, и рот на месте.

— А ты присмотрись, док. Этот муд…кхм…рец, — тут же поправился я, — скопировал мои импланты, и даже себе вживил. Да еще и обдолбися перед боем, как мне кажется. Он ведь, сволочь такая, не чувствует ни хрена, как я его допрашивать должен? Под боевым ражем я потерю руки не заметил. Думаю, у Блайма болевой порог такой, что его проще убить, чем разговорить.

— А добровольно, значит, не хочет?

— Не хочет. Или не может…без понятия. Я тебя, собственно, для этого и позвал — разберись!

— Попробовать можно, конечно, но…

— Что «но»?

— Нужен хотя бы один из моих ТШК. Там встроены диагностические комплексы и прочее, я без них, как без инструментов. Где они, кстати?

— И где Браун? — прогудел Смит.

— Нет больше Брауна, уж простите. Сраные гибриды прикончили, — ответил я. — А ТШК…один точно сдох, а второй вроде и не вырубили, но самостоятельно передвигаться не может. Его Дэворары свалили и рвали.

— Плохо…

— Ну, я могу его притащить сюда, если это тебе как-то поможет…

— Будь так любезен. А починить его, думаю, все же возможно.

— Ну, тогда сейчас все решим!

Я широкими шагами вернулся к тому месту, где видел в последний раз робота.

Собственно, он там и лежал, так что мне оставалось только его подхватить и дотащить к доку. Тяжеловатая ноша, но мощные сервоприводы «Терминатора» были способны и не на такое. Правда, моя рана опять начала беспокоить.

Черт…действие препаратов проходит, а зажить такое ранение явно не успело, даже учитывая новые возможности моего организма. Ладно, если будет совсем невмоготу — будем разбираться, а пока терпимо вроде…

Увидев своего «Морти», док лишь всплеснул руками и кинулся возиться с железякой.

Мешать ему было точно не в моих интересах, так что, убедившись, что Блайм под надзором Смита, я подошел к Элен, которая, сдав пленника «мизерикордовцу», теперь с задумчивым видом, если это можно так назвать, что-то искала среди трупов.

— Ты чего тут такая несчастная ходишь?

— А чему радоваться? Помнишь, чего мы больше всего опасались? Правильно, что эти твари вырвутся наружу. Ну, так они уже там. И через несколько часов в городе начнется такая же байда, как была на «Клаусвитце» и здесь. Чего мы добились своими метаниями? Да ничего! Черт бы побрал этих корпоратов!

— Погоди ты пока унывать. Сейчас главная задача — не дать Максимилиану вывезти с планеты образцы, и не дать тварям пройти дальше этого шахтерского городка. Тут, насколько я знаю, нет вообще никаких космических кораблей. Только тот челнок, на котором корпораты хотят свалить. Так что на поверхности мы с Дэворарами справимся. Ну, в конце концов, мы с тобой уже дважды вполне успешно вырывались из тех мест, где тварей были сотни, а тут — открытое место, много других людей, которых тоже можно вооружить…

— Ага, только раньше твари не пользовались телами людей как скафандрами, и пользоваться оружием не умели. Не строили себе…как там док это называл?

— Масс-эффектор.

— Вот! Не строили масс-эффектор. Фрэнк! Они умнеют! То, что у людей заняло тысячелетия, у них занимает недели, месяцы. И мне страшно. Страшно от того, что тут может случиться через несколько недель или через год… Сюда нужно вызвать военных, и не позволить никому сбежать с планеты, иначе…мы все обречены. Понимаешь?

— Вызовем, успокойся! Главное — свалить, а дальше разберемся. Спасемся сами, спасем людей, а дальше вызовем, и закопаем этих чертовых монстров здесь навсегда. Слышишь?

— Слышу, — тяжело вздохнула Элен. — Ладно, все, я в порядке. Сейчас пойдем убивать инопланетных монстров дальше, — она вымученно улыбнулась, — чтобы после них убить корпоративных.

— Не кисни, боец! Мы сильные, могучие, матерые! — улыбнулся и я. — Мы всех победим, а потом улетим с тобой на какую-нибудь теплую курортную планетку, найдем тихое место и будем там жить. Только представь: озеро, лес, и никого вокруг. Вообще никого. Будем просто лежать на белоснежном песке, купаться и отдыхать…никаких проблем и забот!

— М-м-м…как ты это все описал, — уже куда спокойнее, даже мечтательно улыбнулась Элен, — хотела бы я, чтобы так и получилось. Ни корпоратов, ни монстров, никого. Только я и ты. В жизни оттуда не улечу, и тебя никуда не отпущу! Так и знай!

— Так и будет! Считай, уже летим туда.

— Ну да, конечно! — рассмеялась она.

Теперь ее лицо разгладилось, она повеселела. Ну и хорошо, а то нам только хандры не хватало.

А я поставил себе зарубку — кажется, моя подруга решила строить долгие планы на совместную жизнь.

Ну а я что, против, что ли? Да только «за»…

Надо же, а ведь раньше даже не задумывался о спокойной жизни, тем более о семье…

Черт, похоже, Дэворар меня поломал…

Ладно, поживем, увидим. Сейчас действительно надо разобраться с Блаймом и отправить Элен и Смита в ангары. Далее будем смотреть по ситуации…

Рик уже закончил со своим роботом, и теперь, стоя над Блаймом, он внимательно разглядывал последнего, словно примеряясь или решая, с чего же именно начать.

Я как-то упустил момент, не заметил, кто подсуетился, однако теперь уже пленник был в наручниках, пристегнут к одной из балок пола.

И хотя достать никого теперь он не мог, Блайм все равно, будто дикий зверь, бросался на дока, пытаясь дотянуться, ударить.

— Фрэнк! — позвал меня Рик. — А ты ведь уже в курсе, что этот «индивид», — док кивнул на пленника, — практически твой кровный родственник?

— В курсе, — кивнул я, — заметил странную корку на ранах, да и кровь необычная. Он заражен.

— Ага…

— Док! Ты можешь понять, личинка в нем мертва, или как…как у меня, в общем.

— Попробуем разобраться. Я как раз думаю, как это вообще можно определить в текущих условиях. Но сразу скажу — сам понимаешь, твой случай уникальный, и повторить его еще раз… Наш друг, похоже, так тебе завидовал, что решил скопировать все, что только можно…

— А чего на себе тесты ставил?

— Черт его знает. Может, подопытные закончились. Ушли, так сказать, на неудачные попытки. Так-с, ладно, приступим…

— Эй, док, его ведь нужно сначала в нормальное состояние вернуть, а то так и будет бросаться…

— Да и ладно.

— Так ведь сдохнуть может. Поверь, я знаю, о чем говорю.

— Не боись, никуда он не сдохнет. У него регенерация сейчас такая, что его подобной мелочью не убить.

— И у меня тоже?

— Ну…в общем, да. Только злоупотреблять все же не рекомендую. Без понятия, чем это может закончиться.

— Погоди, док, давай по-простому. То есть я сейчас могу использовать свой боевой режим не один раз в полгода, а подряд? И не минуту, а столько, сколько нужно? И Дэворар внутри меня просто «на ходу» будет восстанавливать?

— Да.

— Но? Тут должно быть «но», сто процентов.

— Но на это будут постоянно тратиться ресурсы твоего организма. Причем чем больше требуется регенерация, тем больше нужно энергии. А ее надо откуда-то брать.

— Это ты о жратве? Сожрать могу кого-то?

— И это тоже. Только я имею в виду кое-что другое.

— Что, например?

— Например, организм начнет есть сам себя.

— Да как такое возможно?

— А вот так. И поедать он начнет «самое ненужное».

— Это что же тогда мне без…

— Не о том думаешь, Фрэнк! — улыбнулся док. — Я о мозге. Тело может легко существовать и без него.

— Да ладно! Шутишь так, что ли?

Док лишь посмотрел на меня и промолчал.

— Вот черт… — только и мог сказать я. Нет уж, на хрен тогда режим «берсерка», не хочу превратиться в овощ!

— Давай вернемся к нашему другу, Блайму, — перевел я тему. — Что будем делать? Попытаемся допросить, или же проверим, что с Дэвораром внутри него?

— Ну, исследованиями, вон, Морти заведует. Пока что я могу уверенно сказать… — он отвлекся на секунду, поправляя очки.

Оп-па…а очки то не обычные. Нечто вроде визора, связанного с ТШК.

— Ну? Чего там? — поторопил я его.

— Хм… — док словно бы не верил в то, что хочет сказать. — Дэворар есть, и с ним все нормально, но…я таких раньше не видел.

Глава 12

— В смысле «не видел»? Это новый вид какой-то?

— Можно и так сказать. А с другой стороны…

— Док, скажи уже хоть как-то. Объясни, Дэворар он, или нет? Заражен, или нет? Это гибрид, как те, что встретили нас здесь? Эти, как они…«пробудившиеся»?

— Нет. Я имею в виду, что перед нами отличная копия человека, не являющаяся им вообще.

— Э…чего?

— Это существо, — док кивнул в сторону пленника, — не является человеком.

Я опешил настолько, что вообще ничего не смог сказать. Судя по лицам моих союзников, они были в не меньшем шоке, чем я.

— Поясни… — наконец, выдавил я из себя. — Это ведь Блайм!

— Нет, это уже не Блайм. Существо перед тобой скопировало его разум, его воспоминания, знания. Но это точно не человек. И я, кстати, даже догадываюсь, как именно он таким стал.

— Док, не тяни кота за хвост! Давай без дурацких театральных пауз!

— Короче, после того, как тот придурок с планшетом послушно разрушил по моей команде нервную систему Дэворара, а ты, лежащий в камере, начал демонстрировать чудеса регенерации, Блайм и Максимилиан просто сходили с ума от того, что такая прекрасная возможность досталась не им. Они провели пару десятков экспериментов по вживлению человеку Дэвораров.

— Они идиоты? Как вообще…

— Они бы в любом случае это делали, но теперь уже после того, как паразита внедряли в тело, пытались нарушить его, паразита, нервную систему. Током били, короче говоря, как и тебя. То ли еще какие-то интересные свойства пытались выявить, то ли пытались получить максимальный результат — не знаю подробностей, меня к проекту не допускали. Суть — вроде как у них что-то получалось, однако далеко не с тем результатом, на который они рассчитывали.

— Вот это вот, — док кивнул на Блайма, — вообще не должно существовать. Личинка Дэворара захватила в первую очередь не тело человека, она захватила разум, полностью подчинила себе его, при этом сохранив полностью структуру. Я так понимаю, что благодаря этому личинка смогла получить доступ к памяти жертвы.

— Проще говоря, впитала воспоминания человека?

— Да, точно! Как именно работает этот механизм — я не знаю. Есть предположение, что все дело в самой личинке.

— Не понял?

— Ну…тебе подсадили паразита, так сказать, второго поколения, а Блайм экспериментировал уже с третьим, или вообще четвертым…

— То есть захват разума — это не случайность, а…природная возможность самого Дэворара?

— Механизм, полученный в ходе эволюции. Во всяком случае, такая у меня теория. И есть предположение, что…

— Давай попозже свою теорию, док. Мы эту тварь допросить можем, или из нее сейчас полезет сколопендра?

— Ты так и не понял, Фрэнк? Из него не полезет сколопендра. Он уже Дэворар, но выглядит как человек.

— Э…

— Внутри нет никакой твари. Он сам по себе монстр. Смотри! — с этими словами док подсунул мне небольшой прибор с экраном в центре. — Вон, в руках костяные клинки, во рту ядовитые железы. Кости усилены, и ничем не уступают хитину. Короче, встреться такое обычному человеку — оно его порвет. И, полагаю, сожрет. Вы с Элен просто были в усиленной броне, и только это вас спасло.

— Погоди-погоди…

— Да нечего ждать! И, предвосхищая твой вопрос, я без понятия, насколько это дерьмо мыслит «по-человечески». Но боли он по идее не боится особо, разве что ты знаешь «особые» места и их биологию, в чем я сильно сомневаюсь.

— И что с ним делать?

— Без понятия. Ладно, пойдем, попробуем для начала с ним просто поговорить.

Существо, притворявшееся Блаймом, по-прежнему полулежало на полу, вращало глазами и всячески делало вид, что все еще под действием «берсерка». Однако док меня убедил, что ничего подобного — все это подлог, обман. Тварь лишь симулирует, что находится в «боевом режиме».

К слову, теперь, приглядываясь к нему и его действиям, я замечаю небольшие ошибки, просчеты. Он не просто сидел беспомощный, а явно выжидал, внимательно отслеживая все вокруг. Чего он ждет? А хотя бы того, что к нему подойдут люди, не защищённые тяжелой боевой броней, и он их или попытается схватить, или убьет на месте.

Я присел рядом с псевдо-Блаймом на корточки и принялся внимательно разглядывать его. Нет, до сих пор не верю доку — с виду обычный человек, ничего особенного, но ведь я только что видел все его «модификации», которых у обычного человека быть не может.

— Заканчивай притворяться, — заявил я. — Ты не в боевом режиме.

Он сделал вид, что не слышит меня, при этом его глаза дернулись, похоже, оценив за доли секунды шансы на успешную атаку. Интересно, а он меня вообще понимает? Понимает, конечно. Симулирует, гадина.

— Я знаю, каково это быть в «боевом режиме», и я точно знаю — ты сейчас не под его действием. Так что хватит придуриваться, или хуже будет…

Никакой реакции. Ладно…

— Слушай, я могу попробовать причинить тебе боль, но, может быть, все же поговорим? Ты ведь не самостоятельное существо, ты часть роя. Ты и твои собратья мне совершенно не интересны. Я просто хочу отсюда выбраться, и ты мне в этом можешь помочь. А после разойдемся — я прочь отсюда, а ты вернешься в гнездо. Ты ведь этого хочешь?

Я сосредоточился и попытался отправить ему «мыслеобраз».

А вот тут я уже увидел, что он меня понял. Без понятия, мои слова дошли, или как раз «речь Дэвораров». Как бы то ни было, но он ответил, причем ответил на «ментальном языке», однако я лишь поморщился.

— Нет! Говори! Как человек говори!

И он растерялся. Мое умение говорить на «языке» Дэвораров и последующее требование использовать речевой аппарат попросту сбили его с толку. Он явно не понимал, кем же я являюсь. Наверняка память человека, если она у него есть, подсказала, что я — просто мясо, жертва, человек. Однако мои умения и способности полностью опровергали эту уверенность.

Тем не менее, в себя он пришел быстро. То ли понял, кто я есть, то ли попросту предположил, но не в этом суть. Главное, что он заговорил.

Его слова лились плавно, будто змея среди камней. Говорил он, делая акцент на шипящих. Я тут же вспомнил, как общался с «военачальником» Дэвораров. Хотя тот отправлял мыслеобразы, все же в них и звучащих сейчас словах было столько общего, что я невольно подумал, будто тогда и сейчас передо мной находилось одно и то же существо.

— Как ты, отс-с-ступник, узнал, что я один из Видящих? Как уз-з-знал?

— Сначала ты ответишь на мои вопросы.

Он с негодованием, даже злостью глядел на меня.

— С-с-спрашивай!

— Кто ты такой? Как появился? Был ли ты личинкой?

— Личинкой? Я не понимаю, — удивленно переспросил пленник, — я отпрыс-с-ск Матери. Я — новое начало.

— Это тело, оно твое? Или ты его захватил?

— Я его поглотил.

— Ага. Значит, все-таки личинка.

— Я поглотил разум и тело низшего. Теперь он часть нас.

— Так, а тогда…

— Нет! Мой вопрос-с-с!

— Ладно, — легко согласился я, — мы тебя просканировали и увидели, что ты отличаешься от человека.

— Яс-с-сно. Что же… Великая мать с-с-сделает новых детей. Она не допус-с-стит этих ошибок.

— Что? Новых детей?

В это время стоящий рядом док вмешался, моментально все разложив по полкам.

— Поколения, новые виды.

— Ты говоришь о том, что будут и другие? — переспросил я у пленника. — Похожие на тебя?

— Да…

Вот черт! Это что же получается, существо передо мной — вовсе и не результат эксперимента (удачного или неудачного — это с какой стороны посмотреть)?

Я задумался, формулируя новый вопрос, но док, взяв меня за руку, оттащил в сторону.

— Что такое? — спросил я.

— Господи, боже мой! — прямо-таки всплеснул руками Рик. — Я был прав!

— В чем?

Он зыркнул на меня удивленно, затем в его взгляде появилось эдакое пренебрежение, и он заговорил тоном уставшего учителя, говорящего с нерадивым и недалеким учеником:

— Дэворары, а точнее самая примитивная их форма — личинки, вырастают в сколопендр. Думаю, это их «изначальный» внешний вид. Исходный, так сказать. А вот далее… далее начала работать…

— Эволюция? — подсказал я.

— Нет… — покачал головой Рик, — раньше я так называл этот процесс, но сейчас…скорее уж адаптивная функция.

— Они подстраиваются под нас?

— Скорее уж Дэворары — это существа…раса существ, которые подстраиваются под тот вид, на который охотятся.

— Интересная теория.

— Я бы это уже теорией не называл, это неоспоримый факт. И доказательств ты лично видел множество.

— Я бы поспорил…

— А не надо спорить. Новые виды Дэвораров, которых мы раньше не встречали, изменение отношения к представителю другой расы: ранее мы были просто едой, а теперь зараженные занимают определенную нишу в иерархии роя. Разве я не прав?

Даже не став слушать мой ответ, док продолжил:

— Говорить, что Дэворары разумны, и уж тем более доказывать, надеюсь, не нужно?

— Нет, — тут я был с ним полностью солидарен.

— Отлично! — кивнул док. — И это тоже пример высокой адаптивности: с помощью захваченных людей твари построили устройство, в котором нам еще предстоит разбираться и разбираться. Раз так — Дэворары не просто разумны, они как минимум находятся на одном технологическом уровне с нами, если даже не выше…

— Ну, док, тут ты уже загнул.

— Как раз нет, скорее даже приуменьшил, так как самому обидно. И теперь, наконец, появились инфильтраторы, главной целью которых является попасть к людям, и далее…

— Что «далее»? — подбодрил я внезапно осекшегося дока.

— А вот дальше — боюсь даже представить… Как ты сам думаешь, что случится, если хотя бы одна такая тварь, — он кивнул в сторону пленника, — попадет на Землю?

— Ну…

— Я тебе скажу сам — человечеству конец.

— Ты, как мне кажется, драматизируешь. Что он один сможет сделать? Да, пусть он похож на человека, даже очень похож, и хрен поймешь без сканирования, что он нечто вообще иное, но…он все же один.

— А может ли он создать гнездо, потомство? — спросил док.

И вот тут меня проняло. Черт! Я, несмотря ни на что, все еще воспринимал пленника как человека. Как мужчину, минимум. И опять же, ориентировался на человеческие мерки — как мужик сам по себе может дать потомство? А как оно устроено у Дэвораров?

Что случится, если тварь, способная отложить яйца, из которых вылупятся личинки, окажется на Земле?

М-да…а ведь док, похоже, прав…

Я развернулся и направился к пленнику. Раз он разумный и они — это целая раса, цивилизация, то…

— Чего вы хотите? — спросил я без всяких предисловий. — Чего добиваетесь? Зачем пытаетесь уничтожить нас?

— Уничтожить? — удивился пленник. — Вы нужны.

— Зачем?

— Вы — наша жизнь. Великая мать не хочет снова с-с-спать. Она хочет жить!

Так…тут уже обошлось без разъяснений дока. Хоть пленник выражался довольно туманно, «перевести» его слова не составило труда — мы еда, мы необходимы им, чтобы они могли жить. Если не будет жратвы — Дэворары или передохнут, или впадут в спячку, и будут в ней находиться ровно до того момента, пока не объявится очередная «экспедиция Брауна». Причем уже не человеческая, а…другой расы, которая появится после нас. Дэворары ее поглотят.

На какой-то миг в моей голове замелькал целый каскад картинок. Память, чужая память. Это тварь мне их сбросила?

Я увидел историю, длиной в миллионы лет. Дэворары появлялись из ниоткуда, поглощали целый вид, и уходили в никуда. Затем их находили, и все повторялось. Раз за разом, каждый раз одинаково… Сколько же разумных существ они уничтожили, сколько цивилизаций погубили?

— Мы вас уничтожим, — заявил я пленнику, — в этот раз все будет иначе. Мы убьем вас всех до единого. Вы будете похоронены в этом комплексе, а затем мы взорвем его.

Пленник же растянул лицо в некоем подобии улыбки.

— Бес-с-сполезно, — прошипел он. — Мы уже среди пищи там, снаружи. Мы везде. Вы уже проиграли. Ес-с-ли ты проживешь достаточно — сможешь с-с-сам все увидеть.

— Я этого не допущу!

— Ты? — рассмеялся пленник.

— Я убивал этих твоих «матерей», и сделаю это еще раз. Не веришь?

И я отправил ему наиболее яркие воспоминания от тех моментов, когда мы убивали на «Клаусвитце» маток. Я «сбросил» это, стараясь акцентировать внимание на том, как мучились твари. Также «отправил» и воспоминание о своих собственных эмоциях, всю палитру своих чувств, которые я испытывал, когда эти мерзкие монстры дохли.

Несколько секунд пленник просто удивленно пялился на меня, а вот затем прямо-таки рванул на меня.

— Ты — ошибка, с-с-сбой! Ты умрешь в муках! — он брызгал слюной и неистово кричал.

— Я — не ошибка, и никакой не сбой. Я вас уничтожу!

— Тебя убьют раньше! Ты не будешь ждать удара! Матери будут отомщены.

Я открыл было рот, но тут до меня дошел смысл сказанного — есть еще кто-то в людском обличье!

— Кого конкретно вы захватили под контроль? Говори, тварь!

Однако пленник лишь смеялся, как полоумный.

— Великая мать отправила множество высших в ваше гнездо на поверхности, и вторые вместе с ними.

— Вторые? — переспросил я.

— Он о поколениях, — подсказал док. — Кого вы захватили?

— Один из вас, — улыбаясь, ответил пленник, — тот, чей голос приказывает.

— Что за хрень? Что еще за «голос»?

— Кто-то из верхушки корпоратов, — догадался док. — Кто именно? НУ!

С этими словами он протянул небольшую «палку» к плечу пленника и я увидел, как там появилась искра.

Пленник тут же прекратил улыбаться, дернулся, и с его лица, наконец, исчезла эта издевательская улыбка.

— Говори, кого вы захватили? Где он?

— Посланник создаст нору, по которой пройдет сама Великая и ее дети.

— Нора? Какая еще нора???

Пленник кивнул головой вверх.

— Ну! Говори!

— Это все, отс-с-ступник. Теперь отпусти меня. Больше я ничего не скажу.

Я было хотел начать угрожать, пытать, пугать, но вовремя спохватился — с этой тварью подобное не пройдет. Бесполезно это. Хотя…вон, током его можно разок еще шандарахнуть. Да только смысл? Он либо не скажет, либо мы просто не поймем его слова. И так вон, наговорил всякого, да только у нас появились новые вопросы, а старые так и не отпали…

— Хорошо, я отпускаю тебя, — улыбнулся ему я и утопил спуск пушки, давно нацеленной ему в голову. Град крупнокалиберных снарядов разорвал верхнюю половину тела «перевертыша» в клочья, уничтожая и перемалывая его внутренности.

Я отпустил спуск только тогда, когда от тела остались лишь жалкие ошметки.

Вопли Рика и Смита, которые начали звучать еще тогда, когда я только достал оружие, меня не заботили, от слова совсем.

Узнали довольно много полезного, но держать столь совершенную тварь около себя слишком опасно. Моя интуиция прямо-таки вопила, что тварь не просто так тут с нами беседовала, нет.

Ей это было выгодно.

Опаньки! А это еще что?

Я увидел россыпь свежих, еще не вылупившихся яиц, и целых, и «разбитых», лежащих в ворохе кишок и крови.

Твою же мать! Самые худшие опасения подтверждаются. И да, док был прав — одна такая тварь, попади она на Землю, уничтожит все население за считанные дни, максимум — недели.

Ох, как хреново…

Я с брезгливостью поглядел на яйца. Блин, как назло, нет огнемета. Придется внимательно следить, чтобы никто не вляпался. Еще не хватало, чтобы эти «новые» личинки проникли в кого-то из моих союзников.

— Фрэнк, ну ты и козел! Он не рассказал и половины!

— И вообще, кто тебе дал право решать⁈ Это переходит все границы! Да как ты посмел, ты, урод⁈

— Начну с конца. Смит, — я резко развернулся и ткнул оружие прямо под нос «мизерикордовца», — еще раз я услышу «мутант», «урод» или «кибер» в свой адрес — я тебе вырву язык. Ты меня уже достал! Дальше. Тварь эта сказала ровно столько, сколько хотела. Ничего более она говорить не собиралась и попросту морочила нам голову. И последнее — я не собираюсь обсуждать с тобой свои решения. Ты тут никто, понял? Дернешься еще раз на меня — пришью. Ты мне ничем толком помочь не можешь, я без тебя выберусь отсюда. А ты сам выберешься, как думаешь?

Он молчал, глядя мне прямо в глаза.

Что ж, не трус, и это уже хорошо. Спорить он со мной теперь не будет. Это тоже хорошо. А вот что может выкинуть нечто эдакое в самый неподходящий момент — факт, и это плохо.

Грохнуть, что ли, к чертям, и не морочить себе голову?

Док, то ли чтобы сгладить ситуацию, то ли проникшись моей речью, положил руку мне на оружие и заставил-таки опустить ствол вниз. При этом сам он заявил:

— Смит! Вы знаете, а ведь Фрэнк прав. Эта штука слишком опасна, чтобы оставлять ее в живых. Ну а насчет информации — кое-что узнали, и уже хорошо. Пытать его, тратить на тварь время, мы не можем себе позволить. Времени то как раз у нас и нет… Сами слышали — они уже на поверхности планеты. Нам нужно выбираться отсюда как можно быстрее…

Глава 13

— Но если все так, как ты говоришь, не резоннее ли нам всем улетать уже отсюда? Планета потеряна, и самое лучшее, что можно сделать — это нанести орбитальный удар по городу, — опять пытался гнуть свою линию Смит.

На его лице явно читается выражение в духе: «Вы страдаете фигней», а вот я знаю правильное решение. Однако лично мне кажется, что внутри него скрыт еще и страх. После «Блайма» он все же испугался, и продолжает бояться. Атака на корпоратов прошла совершенно не так, как он ожидал. Ну, естественно — одно дело сражаться с людьми, и совсем другое — с монстрами, главным желанием которых является сожрать тебя.

Его испуг рано или поздно перерастет в панику, и это может стать проблемой для нас всех. Но потом, не сейчас, во всяком случае.

Значит, и решать будем потом. Все проблемы по мере поступления…

Смит тем временем, не услышав возражений против своего предложения, решает, что нужно просто додавить нас, и совершает еще одну попытку убеждения:

— Послушайте, а если корабль с корпоративными шишками уже свалил отсюда? Что, если на борту есть зараженные?

— Догоним и уничтожим, — пожал я плечами.

— А если нет? А вдруг корабль доберется до какой-нибудь станции? И ладно, небольшой, технической, а если до какой-то крупной? До транспортного хаба? Как быстро твари смогут заразить новых людей? И что потом? Они ведь разлетятся в разные стороны…

— Заблокируем, застопорим корабли.

— Ты всерьез в это веришь? Даже военной эскадре это не под силу! Нет, я, конечно, видел, Фрэнк, на что ты способен, но даже здесь ты бессилен. Единственный наш шанс — догнать их и уничтожить в космосе. Не позволить долететь до станции, контактировать с другими людьми.

— При худшем раскладе можно ударить торпедами… — предложил док, и тут же отвернулся, заметив мой рассерженный взгляд.

— Торпеда, док, это хорошо, но в случае с хабом она не поможет, — заявил Смит. — Ну, выжжем мы часть коридоров, отсечем часть станции. Дальше что? Так что я и говорю, прорываемся все вместе в ангар, захватываем челнок и летим на Трикстер. Далее, чтобы не терять времени, бьем по поверхности и…

— И это ничего не даст! — рявкнул я.

Уже чертовски надоел этот спор или, скорее уж, попытки Смита «продавить» свой план. Блин, надо срочно пожрать, что ли, а то я какой-то слишком нервный стал.

— Смит! — меж тем заявил я. — Поверь — лично лицезрел, как чертовы твари выживали после напалма, взрыва большой мощности. Да чего там — эти монстры даже после того, как им оторвали половину тела, продолжали жить, и даже пытались атаковать. Подрыв станции с помощью торпеды не сработает, тут ты прав. Но и сжечь к черту всю планету — план так себе. Как раз наоборот, мы должны найти других инфильтраторов, попытаться разузнать, сколько их, где они, что вообще задумали Дэворары. И главное — мы должны спасти людей. Ну не верю я, что уничтожить целый город — единственное верное решение. А если Дэворар появится еще где-то? Снова нужно все сжечь дотла? Нет уж. Действуем так, как было оговорено изначально: вы на орбите ловите корабль с корпоратами, мы на земле разбираемся с ситуацией и эвакуируем гражданских. Именно эвакуируем. Мы людей в первую очередь спасти должны, а не уничтожить, так что все. Вопрос закрыт.

— Опять ты за свое! Да мы людей отличить вряд ли сможем…

— Давай док подумает над этим! И даже если это так — что ты предлагаешь? Убить всех? Так ведь и друг друга тогда нужно кончить — вдруг кто-то из нас не человек?

— Ну, по крайней мере, один — точно, — хмыкнул Смит.

Вот ведь козел, а?

— Все, хватит уже со мной спорить — мы попросту теряем время! Элен, я вызываю административный лифт?

— Угу. Фрэнки?

— А?

— Вернись, ладно? Как бы там ни получилось, главное — ты вернись. Хорошо?

— Я буду очень стараться, солнышко. Но и ты не нарывайся слишком сильно, — тут я подошел к ней ближе и, понизив голос, чтобы меня не услышали остальные, произнес: — Смит наверняка захочет попробовать захватить корабль. Будь настороже. И если обнаружите корабль корпоратов, очень тебя прошу — пусти по нему торпеду…

— Но, Фрэнк, у корпоратов ведь уже наверняка масса полезной информации, которая будет…

— Не нужно нам это знание, — отрезал я, — обойдемся. И не доверяй Смиту. Вот прямо совсем. Я понимаю, что ты сверхтренированный агент, но…не будь ты единственным пилотом среди нас — я бы настаивал, чтобы ты осталась со мной. Нутром чую, этот гад затеял какую-то пакость.

— Например?

— Не знаю. Он боится. Он дико боится. И не забывай — он «мизерикордовец», а у них всегда и на все собственные взгляды.

— Ну хватит уже. Я ж не маленькая девочка, да и со Смитом в состоянии справиться, если что. Броня все-таки на мне, — она похлопала себя по груди, — так что все будет «тип-топ».

— Последнее: не полагайся на броню, уж очень он хотел именно тебе ее спихнуть. Подозрительно это. Ладно, все. Давай, удачи вам там. Если совсем будет жарко в ангаре — зови на помощь, я примчусь.

— Мы справимся, не переживай. Маток и этих, как их, жнецов, там не должно быть, а с рядовыми Дэворарами я в состоянии разобраться.

Я подошел к ней и крепко обнял. Конечно, броня на мне и на ней очень затруднила наши попытки, но это лучше, чем ничего.

Док и Смит уже смотрели на нас с выражением: «кончайте там сюсюкаться, тут мир надо спасать», так что я просто подошел к той самой скрытой панели, о которой нам рассказал Саймон в свое время, и поэтапно прошел все ступени опознания — сканирование сетчатки, взятие генобразца, сканирование отпечатка ладони. Эх…прости, Саймон, но это необходимо…

Наконец, панель сканера выдала жирное ОК, и в стене открылись двери спецлифта, который, минуя все сектора, доставит мою подругу и Смита прямо в ангар.

Отойдя в сторону, я сделал приглашающий жест, и оба моих союзника подошли к стеклянным дверям, распахнувшимся перед ними.

Внутри лифт бы прямо-таки верхом роскоши — отделанные натуральным деревом панели, золоченая инкрустация на кнопках этажей, негромкая классическая музыка, звучавшая из скрытых где-то динамиков.

Ну, собственно, а чего еще ожидать? Лифт этот предназначался не для работяг, а именно для высокопоставленных чиновников, решивших посетить комплекс. И возил их лифт исключительно между уровнями, для этих самых чиновников отведенных — личные покои, всякие там залы для совещаний, и так далее…

Элен протянула руку и нажала кнопку с надписью «Ангар». Раздалась мелодичная предупредительная трель, и лифт, захлопнув двери, уехал вверх.

Что ж, а нам с доком тоже надо отправляться. И тоже нужно бы подняться вверх, хоть и не в таком комфорте, и не с таким шиком.

Док и ТШК ждали меня у входа в тоннель, причем у дока вместо оружия был очередной неизвестный мне прибор, который он в нетерпении теребил в руках.

— Ну же, Фрэнк, вперед! Я чертовски хочу посмотреть изменение уровня остаточной энергии внутри тоннеля и на выходе. Это такой прорыв…ты просто не представляешь себе!

— Угу. Так и вижу заголовки газет: «Террорист номер один, доктор Ричард Санчез, подарил человечеству новую технологию перемещения между звездами, украденную им у страшных паразитов». Док, ты хоть ТШК скомандуй оружие взять, а не фиксировать твои открытия. Если что, броня у меня на последнем издыхании.

— А чего не сказал?

— При Смите? Он прямо-таки ждет момента, чтобы устроить какую-то пакость.

— Да брось! Человек просто попал в переплет, в ситуацию, которую даже в страшном сне увидеть не мог. Вот и нервничает.

— Мне пофиг, док! Главное — прикажи ТШК взять оружие и быть готовым к бою.

— Ладно, ладно. Морти — вперед, режим боевой готовности. Огонь по Дэворарам при обнаружении.

— Принято, — прогудел ТШК и двинул вперед.

Коридор, который сделали Дэворары, был…как бы так помягче сказать…странным.

Обычно даже лазер оставляет хоть какие-то следы оплавления, а тут — гладкие стенки, абсолютно. И только следы когтей на них, оставившие царапины, нарушали девственную и идеальную поверхность.

Интересно, а выход из тоннеля охраняется? Додумались до этого Дэворары или нет? Может быть, и нет. Возможно, всей своей стаей ломанулись к городу, учуяв свежее «мясо»?

Лично я бы предпочел не сталкиваться с охраной. Чертовски не хочется сейчас сражаться, уже и так устал…

К моему счастью, Дэворары и впрямь просто ломанулись к городу. На выходе из тоннеля висела гроздь личинок на потолке, но на этом все.

Прямо даже как-то обидно. Я-то, пока мы лезли, нафантазировал себе, надумал… Вообще ждал эпичной битвы, а тут…

Личинок парой выстрелов из дробовика превратил в кисель «Морти», нам с доком вообще ничего не пришлось делать.

После этого уже все мы поднялись на поверхность.

Куда скрылись Дэворары — было отлично понятно. Вокруг базы была эдакая полупустыня, покрытая слоем мелкодисперсного сероватого песка, где прекрасно отпечатались следы сотен конечностей. И все они вели в одном направлении — на восток. Что ж, где искать неприятеля — понятно.

Значит, нам осталось решить одну только проблему: транспорт.

Пешком бежать за тварями было бессмысленно, и в случае неприятностей лучше сохранять мобильность.

Благо, я заранее поинтересовался у дока и узнал, что на поверхности планеты есть гараж корпоратов, и там точно должна быть наземная техника. Оставалось лишь войти туда и экспроприировать любую тачку, способную увезти меня, дока и ТШК.

Надо сказать, что после нескольких месяцев постоянного нахождения в замкнутых помещениях пусть и скудный, но все-таки пейзаж внешнего мира, казался великолепным.

Вокруг центра простирается серая пустыня. Ее пески, кажется, тянутся до горизонта. Пейзаж хоть и монотонный, но все равно приятный. Всяко лучше, чем среди стен быть.

А уж вдохнуть чистый воздух…м-м-м…

Песок такой мелкий, что под ногами он кружится и поднимается вверх, окутывая ботинки эдаким облачком, оседая на броню.

Тут и там растет низкорослая трава, или скорее даже кустарники, которые выглядят, как ковры из зеленых листьев.

Данные растения я легко узнаю — видел их, и не раз. Одно из первых, оно появляется на планете вместе с людьми. Кустарники эти способны выживать в условиях, когда воды почти нигде нет, а солнце светит постоянно.

К слову, о солнце: оно кажется неимоверно огромным, свет от него приятный, золотистый. Пока мы двигаемся, светило садится, а его лучи проникают сквозь кустарники и создают необычный пейзаж: кажется, что весь комплекс корпоратов окружен золотистым покрывалом, а небо переливается всеми цветами радуги, и зрелище это чем-то напоминает северное сияние. Хотя…здесь и сейчас я бы происходящее назвал калейдоскопом — настолько часто меняются, чередуются цвета, настолько богата их палитра.

Удивительное явление гипнотизирует, завораживает. Признаться, на несколько минут я и вовсе забыл, где нахожусь и куда направляюсь…

Так бы и любовался, но, увы, некогда.

Впереди уже показались серые стены ангара, приведшие меня в чувство, а насторожиться заставили открытые ворота, в проеме которых я заметил людей.

Это еще кто? Конкуренты? Корпораты? Но откуда тут корпораты? Они же все должны с Максимилианом валить с планеты!

И тут я заметил среди этих людей двоих в традиционных одеяниях жителей пустынь. Черт, да это ж тот тип с видео, ну, который приехал посмотреть на гладиаторские бои с маткой в главной роли.

Так… хреново. Похоже, сейчас начнутся неприятности. У них.

Бойцы противника засекли нас практически в тот же миг, когда я увидел раскрытые ворота. Двое в бурнусах (кажется, так эта одежда называется) немедленно скрылись в ангаре, а оставшиеся человек восемь рассыпались по складкам местности, заняв оборону, и уже явно держа нас на прицеле.

Блин, а может, попробовать поговорить? Так не хочется стрелять…

Я поднимаю вверх руку с открытой ладонью, но что-то их это не вдохновляет. Видимо, человек в тяжелой броне в принципе не может вызывать доверие.

Ладно, попробуем иначе.

— Док, они меня боятся.

— И? — Рик непонимающе уставился на меня.

— Что «и»? Я и твой «Морти» останемся здесь. Кстати, прикажи ему руки поднять.

— На хрена?

— Показать наши миролюбивые намерения.

Робот тут же вздернул руки вверх.

— Ну, допустим. Дальше что?

— Ты ведь с их главным встречался? — спросил я. — Он тебя узнает, я думаю. Объясни придурку, что нам просто нужна тачка и батареи запасные к ней. До них нам нет никакого дела. Возьмем, что нужно, и уйдем. Не хочу с ними драться…

— Думаешь, не вытянешь?

Я хмыкнул.

— С моей пушкой тут можно легко разнести и стены ангара, и технику.

— А они меня не положат там случайно?

— Нет, не положат. Просто попробуй договориться с ними. Я уверен, что это не будет сложно. Ну а в случае чего — падай на землю. Придется уже мне все решать…

— Ладно, я попробую, но если что-то пойдет не так…

— Падай на землю. Просто падай.

— Хорошо, только не надо стрелять без необходимости.

— И не думал. К чему мне лишние неприятности?

— Фрэнк, привлекать неприятности — это твой дар. И вообще, я крайне удивлен, что ты первый предложил попытаться договориться.

— Да чего пристал? Могу и я попробовать, но видишь — они моей брони боятся.

— Угу. И что бы ты им сказал? «Дайте мне тачку, или я вас убью»? Дипломат из тебя не очень. Просто не спеши палить.

— Да когда я спешил?

— Всегда!

— Док, ты явно на меня наговариваешь. Я вон сам предложил переговоры с ними устроить, а не палить. А ты тут…

— Ладно, ладно! Я гляжу, соседство с куда более развитыми существами положительно на тебя повлияло…

— Это с тобой, что ли?

— Нет, с Дэвораром… — хохотнул док.

Прежде чем я сумел ответить, он шагнул вперед и, подняв руки, двинул к вооруженным людям у ангара.

Честно скажу, это был самый напряженный момент. Если эти ребята не настроены вообще на разговор — сейчас в дока полетят импульсы, пули и прочее. Но вроде пронесло.

Они увидели старичка и расслабились.

Из проема ворот вышел один из двух «командиров» этой «бригады» и сделал три шага вперед, остановился, как бы намечая место для разговора. Док понял его правильно и пошагал туда, начисто игнорируя направленные на него стволы.

За пяток шагов до человека в бурнусе он остановился и произнес:

— Мархабан бик фи хадна алмаккан ал’гхарииб, я ибн алссамаа, Кайфа халук?

Из всей фразы я знал только конец — это что-то вроде: «Как дела».

До сих пор был уверен, что все разговоры с арабами должны начинаться с «Салам алейкум», но, похоже, док куда больше разбирался в их традиции. Араб улыбнулся и принялся бодро отвечать нашему полиглоту. Завязался диалог. К сожалению, я не понимал большую часть слов, но суть уловил — трындят себе, а к главному вопросу (что мы хотим взять одну машину), так и не дошли.

А! Вот и дошли вроде. Араб тут же погрустнел лицом и принялся что-то бормотать Рику. Тот в свою очередь принялся размахивать руками и говорить крайне эмоционально.

Из ангара вышел второй человек в бурнусе, вежливо кивнул доку и резко рявкнул что-то повелительное.

Второй, тот, который и начал диалог, просто поклонился и отошел в сторону, а бойцы опустили оружие.

Новый «переговорщик» приобнял дока, повел его в ангар, и тут уже напрягся я.

Но Рик правильно понял ситуацию, остановился, высвободившись из объятий нового знакомца, и вышел на связь:

— Фрэнк, прием! Иди сюда, Ахмед ибн Фахдлан приглашает нас разделить с ним трапезу и поговорить. А затем мы сможем взять все, что нам нужно из ангара корпоратов. Это не ловушка, я немного знаком с ним — он честен, насколько это возможно для торговца оружием.

Вот как раз профессия нового знакомца не вселяла мне доверия.

Торговцы оружием никогда не были добродушными наивными мизантропами. Скорее уж наоборот — ничего не делали просто так.

И раз уж решили проявить такую щедрость, то на это должна быть какая-то причина…

Да, и кстати: почему они здесь, а не на корабле вместе с остальными «шишками»?

Черт, опять куча вопросов, и ни одного ответа. А меж тем нужно что-то делать, принимать решение.

Размышлял я долго.

А, хрен с ними, ладно! Придется нырнуть в пасть льву. Вот до чего миролюбие доводит. Начал бы палить сразу, и проблем бы, сомнений не было, а так…

Глава 14

Когда я сделал несколько шагов в сторону рифленого металлического строения, вырастающего из глубины горы, бойцы охраны все же напряглись. Я прямо-таки кожей (хоть и под броней) ощущал их сверлящие взгляды.

Спорить с приказом командира они не могли, но трехметровая фигура с тяжелым пулеметом их явно нервировала, заставляла инстинктивно сжимать свое оружие в руках. Эх, знали бы они, что я на самом деле гораздо опаснее без брони.

А быть может, все гораздо проще — вдруг у них как раз есть приказ ударить, просто они ждут удобного момента?

Так, спокойно, не накручиваем себя…

В помещении, в самом его центре, за импровизированным столом из контейнеров сидели док и араб в белом тюрбане, перед ними дымились чашки с чаем.

Высоко под потолком ярко горели лампы, освещая абсолютно все. Даже в углах огромного зала или, правильнее, ангара, не было теней. Вот и хорошо, а то темные закоулки напрягали бы меня — вдруг там кто-то прячется?

В самом центре, неподалеку от «стола», стояли «коробочкой» четыре легких вездехода, оснащенных полевыми пушками небольшого калибра, установленных на специальных станках для гашения отдачи.

Стволы их орудий были направлены в сторону подземного входа из глубин комплекса, возле которого громоздились целыми горами трупы Дэвораров, разорванных на куски огнем прямой наводкой.

Похоже, ребята здесь недавно вели неслабый такой бой, и при этом смогли отбиться от тварей.

Странно только, почему они после этого не покинули ангар?

—… и тут ми поняль, что энергаячейкы от машин внызу, и суда их даставляэт специальный вагонетка. Но она совсэм выключенный. Вот и сыдым тут уже нэ знаю сколько, ждем…нэпанятно чего. А! И прэдставляэшь! Только-только отбились от шайтанов, прущих на нас снызу, как глядым — целый орда топает к город! Мы тихо сыдэли, они мимо и прошли. То ли не заметиль нас, то ли решиль не связываться. Но после этого я твердо рэшил — без колес мы отсюда нэ уйдем! Если этих шайтанов уже и на паверхности валом, нужен транспорт, или в момент схарчат… — несмотря на благообразную внешность и одеяние, присущие скорее дипломату, нежели бандюку, разговаривал араб именно как обычный такой портовый бандит, со всеми характерными междометиями, жестами и весьма специфическим акцентом.

Собственно, бандитом этот человек и являлся. Высоко поднявшимся, имеющим кучу денег, огромное влияние, но… в глубине души он так и остался обычным бандитом.

Всего несколько секунд мне понадобилось, чтобы узнать в собеседнике дока Ахмеда Дикого, он же Ахмед Кровавый.

Человек, сколотивший состояние на том, что сначала снабдил оружием фанатиков на небольшой шахтерской колонии Зира, спровоцировав там войну, а затем поставлявший оружие через подставные фирмы обеим сторонам конфликта, затянувшегося на десять лет. Еще, по слухам, именно он и есть «Араб», самый влиятельный среди семерки преступных семей Кассини-7.

Что ж, глядя на этого вот джентльмена, гнущего через слово ругательствами и по-панибратски общающегося с доком, обращаясь к тому: «дружище Рик», я вполне могу представить, как этот же человек начинал свой путь — в темном переулке кастетом проламывал головы прохожим, сколачивая свой стартовый капитал.

— Падхады, падхады, Фрэнк. Прысаживайса, — вполне дружелюбно помахал он мне рукой

— Привет, Дикий. Мы не знакомы лично, но я о тебе наслышан, — не зная, как себя правильно вести, я решил особо не заморачиваться. Как со мной, так и я.

— Ха-ха-ха! Прыятна, когда тыбя узнают вэзде и всэ! — расплылся в улыбке Ахмед. — Хотя это иногда даставляэт праблэмы. На таможне, напрымэр, или при облавэ. Ха-ха! — он тут же посерьезнел и заговорил уже без всякого намека на улыбку. — Мы тут как раз с Риком обсуждаэм одын небольшой проблема. И, как мнэ кажется, именно ты можешь помочь мнэ ее решить.

Он щелкает пальцами, и прежде чем я успел понять, что происходит, в голову дока упирается ствол дробовика. В тот же миг яркая вспышка электроразряда пронзает ТШК, и тот грудой потрескивающего металла опадает на пол.

Твою же мать! Я расслабился и совершенно не ожидал нападения. Нет, были подозрения, но что вот так, сразу…

— Прастытэ, мистер Колтон, но нам чертовскы нужэн эта ваш броня и батарэи из штурмового кастюма. И тыбэ придется их отдать. И нэт — эта нэ грабеж! Взамэн вы получите свой вездеход, доктора Ричарда Санчеза целым и нэврэдымым. Как по мне — хороший прэдлажений, нэт?

Я исподлобья поглядел на него. Бросил взгляд по сторонам — вокруг полно бойцов, и все держат меня на мушке.

— Ах, да! — спохватился Ахмед. — Знаю, что ты хочэш сказат: «Ахмед! Брат! Я могу забрать все силой!», — он театрально всплеснул руками. — Канэчно, можешь, но ты паймы: мои люди тоже нэ новички, так что целым ты нэ уйдешь, а док гарантыраванна умрет…

Араб кивнул на дока.

— Мой человек успеет его убить. Только ты дернэшься, только адын твой косой взгляд, и все.

Я, не двигаясь, сидел на месте, соображая, что делать, и «прокачивая» обстановку.

— Вай! Защем смотришь злой, как волк! Нэ надо оно тыбэ! Зачэм война? Зачэм стрылять? Мне нужно одно — я хочу свалить отсюда. А для этого мнэ нужен ваш костюм. А тыбэ нужэн вэздэход. Так давай поможим друг дрюгу, да? Все будэт чэстно — тэбэ транспорт, мнэ костюм. Чито скажешь?

— А чего вы не улетели с остальными «гостями»? — поинтересовался я.

— Я им нэ давэряю, — не стал юлить араб, — даже больше скажу — я их баюс!

— Отчего же?

— В них словно шайтан вселился! Паслэдние тры дня большая часть вэдет себя крайнэ падазрытэлна!

— В каком смысле?

— Я так понял — хотят добраться до магистрального хаба. Нэ панимаю, пачэму именно хаб? Пачэму нэ штаб-квартира или ближайшая абитаэмая планэта… Хаб! Хаб! Хаб! А еще ани всэ…ну, пачти всэ, изменились. Савсэм другой стал, нэ такой, как раньше. Нэт, нэкоторые нэ памэнялся, но вот Максым и Блайм — я их вабще нэ узнаю.

Так-с…

А вот я в отличие от Ахмеда знал причины их «изменений» — если все они заражены, если стали чем-то вроде того, во что превратился Блайм, то вот и объяснение. А вот то, что они все желают попасть на хаб — крайне скверно. Но снова-таки — предельно понятно, зачем им именно туда, ведь оттуда можно попасть на любую планету. На любую, включая Землю. Дэворары таки вырвались на свободу, случилось то, о чем мы говорили и чего боялись. Или очень скоро случится, если мы этому не помешаем.

— Где сейчас Максимилиан? — спросил я.

— В паслэдний раз я видел его перед тем, как он отправился наверх, к кораблю. Собраль своих боевиков, всех остальных «гостей», и ушель.

— А вы? Почему остались?

— Падумал и рэшил, что нам нэ по пути. Сделал вид, что собираюсь астаться. Ну а когда Блайм ушел, кстати, он савсэм рэхнулся — влэз в какой-то страшный броня и пошел вныз, к чудищам. Зачем — ваабщэ нэ панимаю. Наверное, мозга совсем потек.

Ну да…потек. Знал бы ты, насколько…

А все же действительно, почему Блайм полез вниз? Добить оставшихся выживших, вызволить остальных Дэвораров? Да какая уже разница?

— У вас есть корабль? — поинтересовался я. — Зачем вам броня?

Но собеседник лишь хитро улыбнулся.

— Давай гаварить здэс. Ты мнэ броня — я тэбе вэздэход. Зачем еще спрашиваешь? Нэ тяни время, да?

Ах ты ж, хитрозадый…

Эх, видит бог, я не хотел. Но если люди прямо-таки все делают для того, чтобы умереть…

Кто я, в конце концов, такой, чтобы им мешать?

Ведь и дураку понятно — никто ничего мне давать не будет. Броню сниму, и они меня грохнут. Во всяком случае, план таков.

Ну вот не верю я в благородство оппонента. Не верю, и все. Они всех, кто не их веры, не одной с ними крови, за людей не считают. Мы для них скорее животные, так что не будет он меня оставлять в живых. И дока, к слову, тоже.

Охранники, сидевшие на улице, за время нашей беседы успели занять удобные позиции, фактически окружив нас, но было видно, что они несколько расслабились — явно были всецело уверены в том, что я соглашусь на условия их шефа. Что ж…

— Ладно, убедили. Я вылезаю из брони, только попросите своего человека быть поаккуратнее, и не нервничать. Мозги этого старого алкаша мне еще пригодятся.

— Фрэнк! Брат! Только давай без глупостэй, да?

— Да какие уж тут глупости? Все, что можно, вы уже наломали без меня… Все, открываю скаф.

С этими словами я нажимаю режим экстренного открытия брони и одновременно активирую свой боевой режим. Тут уже не до изысков, тем более что вроде как нынче это для меня куда менее травматично и менее опасно.

Время привычно растягивается, поэтому для меня передние створки брони открываются крайне медленно. Я вполне успеваю высвободить руку, достать из кобуры револьвер, боеприпасами к которому я запасся на складе «мизерикордовцев», и, выпрыгнув наружу, спокойно всадил две пули в помощника Ахмеда, того, кто держал на мушке дока.

Первая пуля попадает туда, куда я целюсь, разнося вдребезги ствол, и подствольный магазин, вторая угодила в грудь.

В башку стрелять опасно — еще дока зацепит. А ствол этому уроду однозначно нужно было сломать, чтобы не дернул пальцем перед тем, как отдать концы.

Но нет, не успел. Даже не пытался. Все, док практически в безопасности. Ему стоит бояться разве что шальной пули, а так все противники будут палить в меня.

Еще три пули, выпущенные подряд, моментально находят свои цели — охранники еще даже не осознали, что произошло. Хотя нет, один попытался дернуть стволом. Но поздно, дружок, поздно…

Я уже предвкушаю легкую победу, однако происходит то, о чем док предупреждал меня ранее при обследовании.

Боевой имплантат дал сбой, и мое ускоренное восприятие замедляется до обыкновенного. Черт, я такого совершенно не ожидал! Вот это западло!

Я никогда не задумывался о том, насколько же легко, удобно было действовать под «ускорением». Уничтожение в таком режиме противников даже своего рода удовольствие приносит. И вот сейчас, не доделав дело до конца, выпав из «ускорения» совершенно неожиданно для себя, я чувствовал себя, как обманутый ребенок. Или, что правильнее, ощутил эдакое подобие обломанного оргазма. Вот еще бы немного, дело идет к самому интересному, и…но нет — облом.

Времени посочувствовать самому себе уже нет.

Бойцы из охраны араба перестали быть медленными, заторможенными, стали двигаться как обычно, и тут же открыли огонь.

Че-е-ерт!

А я стою, как лопух, с пустой пушкой. Блин, понадеялся на свою скорость и не потрудился перезарядиться. Да и палил, как бешеный, стараясь выбить ближайших врагов. Офигительно, и что теперь делать?

А делать все будем по старинке, тем более я все равно быстрее этих увальней, опытнее. И красивше, да.

Док, да и Ахмед тоже, словно в ступор впали. В отличие от охранников, какой-никакой боевой опыт имеющие, они попросту растерялись, не успели сообразить, что вообще случилось. Хотя Ахмед, судя по его бурной молодости и тому, что я слышал, должен был быть куда расторопнее. Но, видимо, сытая жизнь, достаток, так сказать, «руководящая должность» сыграла с ним злую шутку.

Он только открыл рот, чтобы что-то сказать, но выслушивать его я не собираюсь. У меня полно других, более приоритетных задач, а бубнеж над ухом мне не нужен. Так что я поступаю жестко: ударом ноги под колено отправляю его на пол, добавив для верности еще разок по затылку — этот крендель нужен мне живым.

А вот Рик молодец. Едва только осознал, что происходит — тут же рухнул на пол. Ну и славно, быстро учится. Хотя, если бы не учился — давно бы уже помер и до сегодня не дожил бы.

— До-о-ок! — ору я ему. — Бегом залезай в «Терминатора»!

Он явно не понял, что я сказал. Тогда я ткнул пальцем на броню.

Док, проследив взглядом направление, тут же мелко закивал.

Во, молодец!

— А как же…

Я поморщился. Ну что такое? Только похвалишь, и начинается… Приказ выполняют молча!

— Бегом! Не до тебя! — рыкнул я.

Ждать и смотреть, выполнил ли он мой приказ, я не собираюсь. В конце концов, жить он хочет, или нет?

Сам же я сбросил кнопкой фиксатор барабана, выкинул стреляные гильзы, зарядил следующие пять в револьвер.

Тут же вытащил из кобуры на поясе мертвого помощника Ахмеда пистолет.

Как я так спокойно лутаюсь? Так ведь в меня уже не палят.

Охранники притихли, вообще не стреляют. Ну, еще бы — тут лежит их босс, и они не станут бездумно палить в меня, опасаясь задеть и его тоже.

А вот для пятерых охранников, занявших более удачные позиции, я — отличная мишень. Что ж, придется попрыгать…

Глава 15

Падаю и перекатываюсь под штабель металлических поддонов, а в место, где я был буквально секунду назад, обрушивается поток попаданий из импульсных винтовок и игольчатых ружей, которыми вооружена охрана «Араба».

Кучеряво живут, что сказать. Надо себе, кстати, прихватить винтовочку, все же без верной «Мисси» я прямо-таки голым себя чувствую. А все эти скафандры, чем дальше, тем бесполезнее, твари слишком легко их пробивают, да и скован ты в такой броне по рукам и ногам. Не дернуться, не рыпнуться.

Мощным пинком я снес свое укрытие, причем удар оказался столь сильным, что поддоны разлетелись в стороны, сбивая прицелы стрелкам, и попутно снося самих стрелков, что оказались на пути этих самых поддонов.

Сам же я чертиком из табакерки выпрыгиваю вперед.

Ага! Трое слева, двое справа. Вскидываю оружие и открываю пальбу.

Из пистолета поочередно расстреливаю тех, что слева. Тут же переношу огонь на цели справа.

Выстрел из револьвера в левого, укрытого за бочкой.

Есть! Этих в минус.

Пуля прошивает его вместе с бочкой, из которой хлещет какая-то черная маслянистая жижа. Я сразу же падаю на пол, перекатываюсь, пропуская над собой целый рой пуль, и тут же вскакиваю, прыгаю за новое укрытие. На этот раз это груда ящиков без маркировок, стоящая у самой стенки ангара.

Укрытие я выбрал неудачное: ящики оказались пустыми, внутри лишь упаковочная бумага, плюс они еще и сбитые из каких-то древесностружечных тонких дощечек.

Короче говоря, укрытие мое пули шили, даже не чувствуя преград. Мне же пришлось залечь.

Хреново. Такого западла я не ждал. Черт подери, ну кто ж мог знать, что тут поставят целую стопку пустых тонкостенных ящиков. И не высунешься из-за них.

Валить отсюда надо, иначе мне тут покажут кузькину мать…

Показали: за несколько секунд я был покрыт трухой и обломками досок, причем к процессу расстрела моего укрытия успели подключиться и два пулемета с вездеходов.

Твою мать! Дал фору…

Я шарил глазами, пытаясь найти новое укрытие, и обнаружив его, вскочил на ноги.

Тут же деревянные стенки ящиков полетели во все стороны сотнями острых щепок.

Подошвы ботинок чуть проскользнули по полу, но я все же сумел как-то выскочить, рвануть прочь.

Видно, увлекшись расстрелом моего укрытия, стрелки даже вовремя не заметили моего побега, так как за спиной у меня очереди продолжали рвать в клочья ящики.

Сзади что-то звякнуло.

Я на бегу оглянулся и заметил, что из какого-то ящика выпало нечто вроде цилиндра, длинной чуть меньше метра, стального или, скорее, серого цвета.

Неизвестная штукенция теперь уже медленно катилась по полу. И тут в моей памяти промелькнула картина — Гиди, один из моего бывшего отряда, прыгает на одной ноге, матерясь изо всех сил, а рядом с ним стоят такие же ящики, только с маркировкой ВКС. Я даже надпись на крышке вспомнил: «ПТУР 'Джаггернаут».

Вот черт! Как оно тут еще все не рвануло? Ходу-ходу!

Следующей намеченной мной «точкой» был небольшой манипулятор-погрузчик, закрепленный на стене.

Я спрятался за его массивной стрелой и выпустил остатки магазина из пистолета в сторону противников, особо даже не целясь. Главное — заставить их залечь.

Сам же, выиграв несколько секунд, пытаюсь выцелить из револьвера одного из двух пулеметчиков, засевших в кузовах вездеходов.

Бах!

Черт, промазал: пуля разнесла стойку пулемета, но стрелка не задела. Пулемет упал, ну а стрелок за ним не зевает, понимает, чем дело может кончиться, и тут же ныряет внутрь бронемашины.

Ну и хрен с ним.

Перевожу прицел на второй броневик, откуда по мне самозабвенно лупит молодой паренек с безумными глазами. Он так увлекся, что даже язык высунул.

Он стоит крайне неудобно, достать его сложно, поэтому я, мысленно молясь, чтобы броня на машине оказалась не слишком уж толстой, палю в борт, как раз напротив груди стрелка.

Есть! Прошило!

Крупнокалиберные бронебойные пули рвут тонкую броню, как будто ее там вообще нет, и следом врезаются в тело незащищенного человека, попросту его разрывая пополам.

Ноги и нижняя часть торса остается в кузове машины, ну а верхняя, разевая рот и булькая, выпадает из-за пулемета на пол ангара.

Пострелял, говнюк? Уже не так весело?

Увы, любоваться красотами залитого кровью ангара мне некогда, нужно свалить от тех ящиков как можно дальше — вон, еще не все мои противники даже поняли, что я уже сменил позицию, продолжают палить туда же. В любой момент рвануть может.

Ну, или какой-нибудь гений догадается садануть туда противопехотную гранату, например.

Бахнет так, что мало не покажется никому, а мне особенно — я же вообще без брони.

Ну вот, накаркал, блин.

Хлопок подствольника я не спутаю ни с чем. Теперь спасут только ноги и надежда, что в ящиках кумулятивный боеприпас — он хотя бы не дает осколков.

Осознав, что дальше бежать просто нет смысла (там чистое пространство, если не накроет взрывом, то меня попросту расстреляют, как мишень в тире), я пытаюсь максимально съежиться за балкой крана, практически втянув в себя все конечности.

Взрыв, и практически сразу за ним свист, затем гораздо более мощный взрыв.

И второй, и третий! Таки заряды детонировали.

Твою же мать!

В мою балку ударяет град осколков, несколько штук рикошетами впиваются в спину, обжигая меня, прокатываясь по телу волной боли.

Чего ж так больно то? Вроде ж раньше имплант блокировал болевые симптомы?

Ах, да…имплант! Похоже, и эта возможность меня покинула. Просто прекрасно!

А потом вокруг и даже в кабину манипулятора начинает бить так, будто град начался. Я же стою и не смею шевельнуться.

Внезапно все стихает так же неожиданно, как и началось.

Фу-у-ух, твою мать…пронесло вроде…

Ну, надеюсь, док уже был в «Терминаторе»…

Я попытался высунуться, но тут же ныряю обратно — десяток игл впиваются в металл прямо перед моим лицом.

Хреново, зажали меня… Но что дальше? Так и будем сидеть? Я здесь, а они там?

Так, а ведь там еще две машины есть, и на них легкие 20-мм автопушки. Если сейчас кто-то пораскинет мозгами, доберется до них, то все, мне амба. Причем полная.

Из двадцатки можно легко прошить балку, и меня вместе с ней.

Ситуацию спасает Рик, как оказалось, все же забравшийся в мою броню и не поленившийся провести синхронизацию, хотя бы первичную.

Он, хоть и с явным трудом управляет костюмом, но все же умудряется направить ствол штурмовой пушки на противников, после чего жмет спуск.

Удерживать его долго, тем более еще и не уводя прицел от нужной точки, он не смог, и очередь от пулемета буквально через несколько секунд отклонилась от цели, прочертила линию по стене ангара.

Плотность, кучность попаданий такая, будто пилой отрезало — целая секция стены рухнула внутрь, открывая доступ свету и свежему воздуху.

Вопреки моим ожиданиям, даже тех нескольких мгновений, пока Рик удерживал-таки прицел на укрытии врага, хватило. Он положил там всех, ну, или почти всех.

Кто-то умный таки нашелся, и я увидел, как пушка на вездеходе начала двигаться. Правда, нацелили ее не на мое укрытие и меня, а на дока.

Загрохотали выстрелы, а в броню Рика ударило несколько снарядов.

Я увидел, как попадания проламывают и без того поврежденный нагрудник, как падает подрубленной сосной железный гигант, как Рик отчаянно пытается сначала удержаться в вертикальном положении, а затем подняться на ноги. Однако ничего у него не получается — без полной синхронизации совладать с потерей центра тяжести крайне сложно, а снаряды продолжают лупить в него, уже лежащего, дергающегося, будто огромный жук.

Пока это происходит, я доведенными до автоматизма движениями набиваю каморы револьвера патронами, защелкиваю обратно барабан и пытаюсь прицелиться, вот только чертова система прицеливания тоже сбоит вместе с контроллером имплантатов. Электронный прицел то появляется, то исчезает перед моими глазами.

Черт! Придется лупить наугад. Или, что точнее, по старинке, «на глаз».

Первые выстрелы прошли совсем мимо цели, черканув по станку орудия и сбив ему прицел, третий и четвертый тоже бесполезно ударили в броню, пролетев стенки вездехода насквозь и сделав две дополнительные дыры в стене ангара. Ну, максимум, какой эффект все это нанесло — напугало стрелка, так как стрелять он прекратил. И лишь пятая пуля попала противнику в ногу, а точнее она пробила насквозь машину и оторвала попутно конечность стрелку.

Так…кажется, это был последний, но отдыхать еще рано!

Я, не теряя времени, ринулся к упавшему доку. По идее, такое количество попаданий не должно было стать фатальным для пилота, но кто ж его знает, как оно бывает.

Док и впрямь не пострадал, судя по обильным матюгам то на немецком, то на староанглийском, раздающимся из «Терминатора».

А вот доспеху пришел абзац. Тот самый, северный, пушной и не иллюзорный.

Я даже глядеть не стал на нагрудник, ведь сзади одна из очередей крайне точно и «удачно» прошла вдоль вентиляционной решетки, сорвав ее к черту, раскурочила броню и повредила энергосистему. Плюс ко всему прочему еще и разворотила несколько электронных модулей.

Как бы страшно это ни выглядело, а все же это можно восстановить. Конечно, костюм уже не будет обладать прежней прочностью, да и части функционала лишится, но… У нас нет времени!

Черт! И на фига я устроил всю эту драку? В любом случае остался без брони. Хотя…если бы просто отдал — вряд ли выжил бы. А тут, вон, выжил, и практически цел.

Ладно, сейчас вытащу дока и допросим нашего доброго «хозяина» — вон он, так и лежит на месте, боясь подняться.

Освобождение дока из доспеха превратилось в целую проблему. Мало того, что этот процесс был сам по себе сложный, так еще и мои имплантаты продолжали глючить, то включаясь, то выключаясь.

А броня весит, напомню, несколько тонн.

Перевернуть ее обычному человеку попросту невозможно. Я бы даже сказал, что это задачка для тягача.

В итоге я все же справился, но умаялся и перепачкался полностью.

Док таки вылез на свободу, и тоже был зол, потрепан.

Под глазом у него был громадный синяк, полученный после падения доспеха, а на щеке кровоподтек.

— Ну что, пойдем, с Арабом поговорим? — предложил я.

— О да, поговорим… — зло прошипел док.

Ахмеду, не желавшему подниматься с пола самостоятельно, пришлось помогать, причем жестко, пинками. Пинали мы его оба сразу.

Понятное дело, Ахмед от этого был не в восторге.

Когда мы на него насели, он пытался хорохориться, угрожать, затем после пары смачных оплеух начал ныть, оправдываться, мол, что не хотел, но обстоятельства заставили…

Мне это вконец надоело, так что я, просто связав ему руки, потащил к той самой куче тел Дэвораров, за которой скрывался спуск в подземелья базы.

Дотащив пленника туда, я красноречиво пообещал сбросить его тушку вниз, и на этом месте он сломался, запричитал, и слезно начал обещать, что все расскажет, и вообще готов к сотрудничеству.

— Можно было просто с этого и начать, неуважаемый Ахмед! — хмыкнул я, когда он закончил свой спич.

— Э, слюшай, так нельзя, да? Ты готов отдать человека этим шайтанам за сраный корабэл?

— Нет. Готов отдать за испорченную броню, аналогов которой нет, за обман доверия своего друга, — тут я ткнул пальцем в дока, — и за угрозу его жизни. И просто за то, что ты меня кидануть решил.

— И в мыслях нэ была, дарагой! Мы же дагаварились…

— Угу. Как будто у меня выбор был. Это называется «договорились»?

— Харашо, слюшай! Был нэ прав. Ашибся. Так иногда бывает. Давай просто опять догаварымся, друг?

— Ну, попробуй, — усмехнулся я. — Хотя, честно признаться, не представляю, что ты мне можешь предложить.

— Аружие! Броня, дарагой! Транспорт!

— Да вон оно все! С трупарей собрать, и целый арсенал у меня. А броня у них вся дырявая. И опять же — это все уже мое. Ты-то что мне предлагать собрался?

— Харашо! Корабль дам! Но я ыду с вами.

— Ага, разогнался!

— Тогда давай, кыдай вныз! Какой разница, когда умереть — сожрут шайтаны внизу или здэс — никакой разниц!

Вот ведь, гадина. А с другой стороны, чего ему еще делать? Помирать то ой, как не хочется, а остаться здесь, на этой планете — верная смерть…

— Давай так, — предложил Ахмед, — мы вмэстэ улэтаем с этой паршивый планета. В космос я позвоню друзьям, и этот место взорвут к шайтанам! Вместе с этими подлыми шакалами из «Вилланд». Эти иблисы не достойны жить!

— Ну… — я сделал вид, что размышляю над его предложением.

— А еще я тыбе и Рыку, в разумных пределах, канэшна, готов заплатить за доставлэнные мной проблэмы. Без обыд, да?

Переглядываюсь с доком. Тот лишь пожимает плечами, мол, сам решай, мне все равно. И вот что с ним делать, с таким «союзничком»? То ли убить, то ли реально взять с собой?

Глава 16

Я бы колебался еще долго, но за меня все решили чертовы Дэворары. Похоже, начавшаяся тут перестрелка и тяжелый запах крови сработали как триггер, привлекли их. Вот уже среди наваленных у входа в подземку мертвых тел заскользили живые — знакомые мне «сколопендры».

Твою мать! Пора сваливать отсюда!

Ахмед, конечно, козел, но оставлять его просто так, на прокорм тварям? Ну, нет.

Подхватив игольчатое ружье одного из убитых мной бойцов, я открыл беглый огонь по стремительно приближающимся, как обычно виляющим меж укрытий тварям.

Пучки игл, легко прошивающие половину современных броников, легко пробивали и толстый хитин. Ха! А тут калибр побольше, чем был у меня на «Клаусвитце». Имей мы там такие пушки…

Монстры падают один за другим, но я понимаю, что это только разведка: пока что лезут мелкие твари, их длина меньше метра. Очень скоро пойдет новая волна, их количество возрастет, а также появятся более крупные твари.

Надо отсюда валить, вот только есть одна проблема.

— Док, Ахмед! Давайте в вездеход, тот, что с автопушкой и целый, и погнали отсюда!

— Э-э-э, просты, друг. Нэ выйдет!

— В смысле?

— Вах, как ты мэдленно думаешь! В смыслэ — надо сначала снять энергосыстэма твой броня, вытащить элэмэнт пытания и смантыровать на машин. Тагда паедит. А так — нэ. Там энергии нэт совсем. Пачиму ты думал я твой броня хатэл?

— Твою же… — вздохнул я. — Делайте! Бегом!

— Нэ магу! Мой техник савсэм мертвый. Я сам не могу!

— Док! Займись! Быстро!

— Сделаем, — крикнул Рик.

— Тогда оба за мной. Я чищу дорогу, затем прикрываю. Надеюсь, вы вдвоем сможете достать и перенести элемент питания?

Вместо Ахмеда ответил Рик, который, пока суд да дело, ковырялся в своем ТШК:

— Да мы-то сможем, вот только ты уверен, что во время перестрелки не повредили технику?

— Ну, один вездеход точно на ходу. Вон тот, с автопушкой — в него не успел залезть никто, а я, соответственно, не успел в него пострелять. Да и стоит он в стороне, там точно никто не палил. Ни там, ни в ту сторону.

— Ну, ладно, тогда…а что…

— Все пошли, пошли!

Мы бежим, я выкашиваю наступающих Дэвораров короткими очередями. Благо, противников не так много, так что пока что все окей.

Опа-на!

На ходу я хватаю за разгрузку мертвого охранника и тащу его за собой. В ней куча магазинов к игольчатой винтовке.

Вытаскивать их сейчас некогда, да и неудобно — слишком уж мы близко от ямы, из которой прут Дэворары.

Однако долго тащить тело не получается. Нет, я не устал, просто неудобно.

Выкосив самых наглых Дэвораров, подобравшихся слишком близко, я закидываю оружие за плечо, вытаскиваю нож и перехватываю им все лямки разгрузочной системы. В моих руках остается ее передняя часть, с магазинными и гранатными подсумками, а остальное просто отпускаю, и тело с оборванными лямками падает на землю.

Вроде как я все это быстро проделываю, проходит не больше 3–4 секунд, но за это время Дэвораров вновь прибыло. А еще происходит кое-что, привлёкшее внимание моих напарников, да и мое тоже.

Из одного из вездеходов высовывается забытый мной недобитый пулеметчик, причем высовывается с уже взятым наизготовку карабином, и эта сволочь явно готовится всадить мне в грудь пулю.

На крик Ахмеда он все же успевает среагировать, что, собственно, спасает мою жизнь, но в тот же миг один из Дэвораров в отчаянном прыжке запрыгивает в кузов, и спустя мгновение из груди стрелка вдруг появляется длинное жало.

Крик боли переходит в предсмертный крик, а затем Дэворар лихим взмахом хвоста дергает, освобождая жало, швыряя человека прочь.

Бедолага летит быстрее брызг собственной крови, грузно падает на землю, за машину. Нам его не видно, зато слышен хруст и чавканье.

Черт, а там, похоже, весьма крупная тварь засела…

Хреново! Очень надеюсь, что она там и останется, не пойдет на нас. Ну а если пойдет, надо как-то привлечь ее внимание, чтобы «навелась» она именно на меня, а не на моих товарищей…

К слову, Дэворары, как и раньше, начисто меня игнорировали, ломясь сразу на дока и Ахмеда.

Я уже давным-давно плюнул на экономию боеприпасов, переключил винтовку в режим автоогня и выпустил веер игл вперед и вбок, раскурочив один из вездеходов, и заодно положив всю мелочевку монстров.

Магазин выпал на пол и его место занял следующий, который закончился не менее быстро — палил я, как бешеный.

Зато плотный огонь остановил начавшийся накат тварей и позволил мне выиграть время, чтобы занять место за стационарной пушкой в кузове.

Открывшаяся картина оптимизма не внушила. Твари перли плотным потоком, и остановить их шансов у меня нет.

Единственное, что я могу сделать — это попробовать задержать их до того момента, когда мои партнеры смогут все же завести транспорт. А далее нужно просто убегать…

Хотя смогу ли я продержаться столько времени? Честно говоря, очень в этом сомневаюсь.

Пулемет, конечно, заряжен на полную, и вон, под ногами еще два короба запасных лежат, но кто будет мне их переприсоединять? Дилемма…

Хм…ладно, есть у меня одна мыслишка на этот счет. Авось получится. А может и вовсе удастся перебить всех противников, и перезаряжаться не придется…

В этот момент та самая тварь, что только что схарчила последнего охранника Ахмеда, решила, что перекус — это хорошо, но пора переходить к основному блюду, и бесстрашно полезла через борт вездехода, собираясь по самому короткому маршруту добраться до новых жертв.

Большая ошибка с ее стороны.

Я, практически не целясь, вбил в нее последние иглы из магазина в винтовке, и когда монстр заверещал, получив несколько существенных попаданий, взялся за гашетки пулемета.

Тяжелое орудие затряслось в моих руках, выбрасывая вперед концентрированную смерть.

Впредь надо быть поосторожнее: этот агрегат на турели — не чета обычным пулеметам. Тут явно бронебойные патроны, которые шьют не только монстров, а и стены, ящики, машины — все, что попадается на пути.

Так что моя коротенькая очередь не просто разнесла тварь, но еще и пробила навылет вездеход, на который монстр умудрился вылезть. Очередь, прошив хитин, ударила в металл на полу, полетели искры, а пули с визгом разлетелись в разные стороны, рикошетом на последнем издыхании ударив даже по соседней машине.

Слава богам глубокого космоса, она не была пробита, иначе мы бы вынуждены были забрать уже простреленный в двух местах моим револьвером четвертый вездеход, на котором был поврежденный (как мне отсюда кажется) пулемет. И я совсем не уверен, что на поврежденной машине, без орудия, не имея возможности отстреливаться от преследователей, мы далеко уедем.

Проверять мне это совершенно не хочется, а раз так, то надо не дать монстрам дойти до нашей техники. Что ж…

Зажимаю гашетку, удобно расположенную под большим пальцем правой руки, и, как брандспойтом, прохожу длинной очередью по рядам противника.

Эффект просто сокрушительный!

Теперь понятно, как бойцы «Араба» тут продержались.

Не знаю, что это за такие патроны, но есть четкое ощущение, что они разработаны прямо-таки специально для пробития панцирей Дэвораров. Каждая выпущенная мной пуля не просто убила по твари, о, нет! С легкостью прошивая монстров навылет, нередко эти пули убивали или калечили следующую за целью тварь, если таковая имелась.

Всего за десять секунд непрерывного огня я создал целый вал из трупов и покалеченных монстров, который затормозил продвижение остальных.

Ну, понятно. А когда лупили из нескольких таких «станков», твари даже из ангара выйти не могли — там, возле норы, ведущей вниз, и оставались.

А кстати, ведь вполне может быть, что я насчет патронов не ошибся. Здесь ведь база, которая специально была если и не создана, то адаптирована для содержания и изучения Дэвораров. Так почему бы и оружию, технике здесь не находиться, которая как раз таки специально и разработана для борьбы с монстрами?

Как бы там ни было, но увы, электронный счетчик боекомплекта вернул меня в реальность: на дисплее засветились цифры — остаток БК, и я понял, что у меня осталось меньше пяти десятков патронов в коробе.

А значит, самое время поменять этот короб, благо, несколько секунд я себе выиграл.

Пустая коробка летит на пол под ноги, полная занимает свое место, а щелчок захлопывающегося податчика звучит лучше любой мелодии в мире. Через пару секунд на табло появляются обновленные цифры, означающие, что я могу снова лупить, как сумасшедший.

И я не заставляю себя долго ждать — жму на спусковую кнопку, ведя стволом по верху вала из трупов Дэвораров. Мерзкая жижа, заменяющая им кровь, брызжет в разные стороны, пули пробивают тела монстров, и во все стороны летят осколки их панцирей. Феерия смерти и разрушения. Кайф!

Блин, ну и прожорливость у пушки! Вроде как недолго пострелял, а уже третьего БК снова нет.

Оглядываюсь — док с Ахмедом, ожесточенно матерясь, вынимают из поврежденного отсека прямоугольник энергоблока. Да чего так долго то? Они что, все это время извлечь его не могли? Или их там несколько?

Точно — несколько. А интересно, сколько им их надо вообще? Этот даже на вид явно непригоден — вон, весь в какой-то копоти, вмятинах…

И ни отвлечься, блин, ни спросить — вон, твари опять в леммингов играют, посылая новых на убой. Такое ощущение, что их подгоняет кто-то. Хм-м-м…а что, если попробовать как тогда, в коридоре под офицерским уровнем? Наехать на тварей через эту нашу связь? Так сказать, заговорить на их языке?

Я ж по идее ближе к ним, чем тот, кто направляет. Может, испугаются, или же в ступор впадут на пару минут? Думаю, такой форы нам будет более чем достаточно.

Как я тогда это сделал? Почему-то «переключить» себя на чужой, даже чуждый режим, не так-то и легко…

Тьфу ты! Тут надо сосредоточится, а, как назло, очередная тварь лезет на ближайшую машину, явно намереваясь сигануть с нее на моих товарищей.

Да хрен тебе!

Короткими очередями, экономя БК, стреляю, параллельно пытаясь вызвать то самое состояние подключения к чуждому разуму, которое было в предыдущий раз.

После примерно минуты мучения я уже готов смириться с тем, что ни хрена у меня не получится, однако в какой-то момент что-то в мозгу щелкает, переключается, и в голове роятся не мысли, а как раз мыслеобразы, те самые, которыми обмениваются Дэворары.

Получилось!

Ощущения в этот раз были более приглушенными — если первый раз поток множества чужих мыслей, сознаний, «голосов» оглушал, как морской прибой, бивший о скалы, то сейчас это больше напоминало быструю реку, подхватившую меня и несущую на своих волнах. Направление потока было понятно, я легко в нем ориентировался, и даже видел, куда меня несет.

Туда, где яркой звездой горит Она. Мать, породившая нас. Владыка. Туда, где пища, и где рой столкнулся с сопротивлением. Мы идем! Все, что мешает движению, должно быть поглощено.

Черт, я практически уже отпустил гашетки, и чуть было не «отъехал». Новые ощущения напоминали наркотический дурман, всецело выбивающий тебя из реальности.

Вот же срань, а!

Похоже, либо Дэворары что-то поменяли, и теперь я не могу оставаться собой в их «единстве» разумов, либо же просто человеческая составляющая, мой человеческий разум совершенно к такому не адаптирован. В любом случае, если бы я сейчас не переключился обратно на «мышление человека», меня легко бы могло «понести дальше». Вполне возможно, что я мог бы стать частью их стаи, роя…

Так, ладно. Я остановил это, я молодец. Уже понятно, что приказ матки точно будет в лютом приоритете над моими.

И что бы я ни сказал, ни сделал, твари все равно будут тут переть на нас. Я даже не уверен, что смогу их хоть ненадолго сбить с толку, остановить.

Но не уверен и ничего не буду делать — вещи разные. Все же попытаюсь…

Для начала попробуем кое-чего подкорректировать. Меня не «видит» ни одна тварь, а вот дока с Ахмедом видят и относят к категории целей. А что, если я попробую поменять их обозначение на не атакуемые цели. Типа отметить, как «зараженных»? Ведь если в тебе Дэворар-личинка, взрослые особи не пытаются тебя убить. Ведь так?

Хорошо. И как мне «переключить» маркер? Как бы это сделать, а? Вот сейчас мои товарищи отмечены как оранжевые, я сам их воспринимаю целями «человеческими».

А я сам? А я — не цель, я — размытое синее нечто. Обидно даже немного, но…попробую представить, что и мои товарищи становятся синими… Че-е-е-ерт! Как больно то, блин!

Из носа хлынула кровь, а перед глазами моментально потемнело, все звуки затихли, а ноги подкосились, но я усилием воли заставил себя выпрямиться. А уж когда смог заметить, что мои товарищи из оранжевого цвета перекрасились в синий, и вовсе получил прилив сил — получилось!

Осталось только проверить, сработал ли мой финт, или же не все так просто, как я рассчитывал?

Сработало!

Дэворары, как по команде, прекратили попытки ползти в сторону людей, и все как один устремились на выход, прочь от ангара.

Мне осталось лишь выпустить из рук пулемет, попросту рухнуть у борта машины и облегченно выдохнуть.

Уф-ф-х-х!

Мои раны уже начали затягиваться, организм залечивал все травмы, спасибо регенерации, однако все равно ощущал я себя так, будто всех убитых Дэвораров кулаками забивал — усталость навалилась тяжким грузом, болело абсолютно все тело.

Надеюсь, все было не зря, и финт, который я только что провернул, даст нам время на то, чтобы смыться. Я не столь наивен, чтобы всерьез рассчитывать на то, что теперь мои друзья неприкосновенны. Наверняка мою «правку» скоро заметит кто-то из матриархов, так сказать.

Или все еще проще — первый же контакт с особями, которым я не подправил «систему наведения», и все начнется снова.

А может, еще эти очухаются — им ведь стоит только остановиться, принюхаться, приглядеться, и все встанет на места.

Но пока проблема решена, и нужно этим пользоваться!

Ладно, капитан, хорош тут валяться! Вставай и иди помогать своим «друзьям». С твоими физическими данными нужно голыми руками маток давить, а ты тут валяешься!

Ну же, подъем!

М-да, самомотивация как-то не сработала. Не могу заставить себя встать, хоть знаю, что надо.

Пока я воевал с собственной непослушной тушкой, сладкая парочка вытащила очередной блок и потащила его ко мне. Теперь в отсутствие пальбы я слышал, как они переругивались по пути.

Док был весь красный, пыхтел, как паровоз, Ахмед, который был покрупнее, выглядел не лучше, но все же опасливо озирался по сторонам, явно не разобравшись в ситуации, не поняв, что же именно произошло, и почему отступили, во всяком случае, не атакуют Дэворары.

— Мужики, тащите спокойно, но не приближайтесь пока к тварям, я не уверен, что это долго продержится.

— Э, дарагой, что это?

— Давай я скажу так: твари тебя пока не тронут. А объяснять это долго и нудно.

— А когда тронут? Чэрэз час? Два? Завтра?

— Без понятия.

— А, я понэл! — просиял Ахмед. — Вы сперлы вмэсте с Риком тэхнологию управления у дохтура Блайма, шайтан его раздери! Тэпэр как тот балшой животный на арэне можете этими управлят? Если что, я гатов заплатыть сэрьзные деньги за этот штука, прям савсэм серьезные!

— Учту, конечно, но это не то, что ты думаешь, Ахмед.

— Быотехнология, да? — он заметно погрустнел. — И эта технология в тыбэ, дружище Фрэнк, да? Пычально. Карпараты от тыбя нэ отстанут. Но есть и тут рэшения, да. Я памагу!

— Вот уж спасибо, не надо! Давай сначала все-таки выберемся с этой планеты, а?

— Ты прав, да! Но абыдна гаварищ, слющай…

— Сколько модулей вам нужно, чтобы запустить вездеход?

— Еще два.

— Так, тогда тащите этот, а я за следующим.

— Он тыжелый, мамой клянусь! Килограмм сто! Как ты его адын возьмешь?

— Да уж как-нибудь возьму, — я таки подхватил деталь, которую они тащили, и водрузил в нужное место на вездеходе.

Ахмед в немом удивлении вытаращился на меня.

— Шайтан! Как ты это сделал? Ты даже нэ напрягался, я выдел!

— Тоже биотехнологии, не парься. Все, я пошел за вторым, а вы пока подключайте этот. Но на Дэвораров поглядывайте, мало ли…методика не опробованная.

Я быстрым шагом дошел до раскуроченных останков моего прекрасного костюма. М-да, жаль, конечно, но придется его бросить. Не представляю, сколько можно было бы за него выручить, если удалось бы сбежать отсюда. В свободной продаже такие штуки — дичайшая редкость.

Эх-х-х, взяли!

Я вытянул тяжеленный блок, аккуратно отсоединил все провода и взвалил его на плечо, развернулся и пошагал назад.

Пока шел, мне в голову пришла мысль, что док начнет требовать взять его ТШК, вот прямо стопудово начнет.

Восстановить его здесь и сейчас не представляется возможным, даже мне, дилетанту в технике, это понятно. А поднять на борт…мало того, что нас замедлит, так еще и не очень понятно, как. Придется доку смириться, ибо тащить железную тушу я не собираюсь…

Я пошагал к вездеходу.

Дэворары пока что вели себя крайне спокойно, да и осталось их не так много — большая часть уже свалила в направлении города, и из глубин базы ползли в основном только мелкие и недоразвитые паукообразные монстры, особой опасности не представляющие. Ну, еще периодически я засекал маленьких сколопендр, сантиметров по двадцать, но и они молча неслись куда-то вдаль, никак на нас не реагируя. Вот и отлично…

Мы быстро произвели все манипуляции с подключением модулей, и док с некоторым замиранием сердца нажал кнопку запуска. В кабине вездехода зажглась приборная панель, негромко зарокотал двигатель. Что ж, можно выдвигаться. Ахмед, с моего молчаливого согласия, сел в кабину вместе с Риком, я же занял место за пушкой. Пока док проводил предстартовые тесты, я быстренько перебросил в наш вездеход все коробки с боеприпасами из второго такого же. Затем с досадой огляделся. Эх…сколько тут еще добра осталось — вон магазины и оружие на трупах, вон ящики с БК… Столько еще всего вкусного. Но время…время… Его у нас просто нет.

Я два раза хлопнул по крыше кабины, и вездеход медленно покатил к выходу из ангара, ускоряясь.

Глава 17

Пейзаж, поначалу так восхищавший, вселявший оптимизм, и просто радовавший глаз после замкнутых подземелий и коридоров, приелся мне уже через полчаса движения — все однообразно и одинаково. Плюс «пьянящий воздух свободы» оказался чрезвычайно сухой, горячий, дышать им было тяжело. А вокруг все тот же мелкий песок, все те же чахлые растения. Одно и то же, до самого горизонта…

Скажу честно, я чуть было не задремал.

Некое разнообразие в поездку внесло появление отряда около десяти Дэвораров, целеустремленно чапающих в том же направлении, что и мы.

Я решил, что пришло время размяться, да и немного попрактиковаться в стрельбе при движении, поэтому заколотил по крыше кабины, привлекая внимание дока.

— Ри-и-ик! — мне пришлось проорать его имя во всю глотку. — Прими правее и держись метрах в пятидесяти от этой группы — мне нужно попрактиковаться в стрельбе с движущегося транспорта. Я такой хренью со времен академии не занимался.

— Понял, принял. А оно нам точно надо?

— Точно. А то вдруг что, а я лажать начну. Надо попривыкнуть к пушке…

— Хорошо. Понял тебя!

Первая пристрелочная очередь легла в паре метров от бегущих тварей, засыпав их землей. Дэворары немедленно сменили вектор движения и устремились к нам.

Вторая и третья очереди тоже ударили мимо, так как Рик, увидев приближающихся тварей, не выдержал, психанул и ударил по газам.

Лишь один снаряд из выпущенного мной десятка достиг цели, и оторвал самому ретивому Дэворару лапу. И это мгновенно заставило его сбиться с темпа, более того — тварь оступилась, немалая туша рухнула на песок, прямо под ноги бешено несущимся следом сородичам.

Это вызвало кучу малу — твари серьезно замедлились, принялись тыкаться друг в друга.

Естественно, не воспользоваться возникшей ситуацией мог только дурак, тем более что промазать по такой «цели» было попросту невозможно. Следующие пять снарядов врезались в смешение тел, пробивая хитин, разрывая плоть. Живой комок завыл на разные голоса, зашипел, задергался, но я продолжал палить.

В результате от всей стаи теперь остались всего три твари. Имею в виду тех, кто еще мог двигаться — остальным досталось по полной.

А еще я обратил внимание, что первое существо, по которому я и влупил, было совершенно необычным — это был эдакий переходной вариант от сколопендры до «богомола».

Все-таки монстры эволюционируют — теперь я вижу это воочию.

И, кажется мне, это не «естественный», так сказать, процесс, а очень даже управляемый. Будто кто-то единолично решает, какие конечности отрастит новое поколение тварей, как будет выглядеть, для каких целей вообще оно нужно.

Ну, вот же, у твари, которую я подбил, даже чисто визуально толщина «брони» намного меньше, чем у сколопендр с «Клаусвитца» — видимые краешки выступающих пластин брони точно намного тоньше, но при этом тварь была в разы быстрее все тех же привычных для меня сколопендр. Ноги стали мощнее, и в целом она производила странное впечатление — как будто кто-то на корпус семейного седана привинтил сверху спортивный двигатель и добавил элементов спортивной же подвески, если вы понимаете, о чем я. Странная модификация, но…работает.

Добить тварь из трясущейся на ухабах тачки я просто не мог — мало того, что машина подпрыгивала, заставляя меня дергать стволом орудия, так еще и прицельный блок импланта окончательно накрылся.

А за столько лет привычки к эдакому «режиму шутера» стрелять сам я не то чтобы разучился совсем, но оказался крайне близок к этому.

Хотя нет, не так. Тело помнило, что и как надо делать, но мозг упрямо искал высчитанную баллистическим компьютером точку прицеливания, уже определенную точку упреждения, и так далее.

Черт, если так и дальше пойдет, мне заново придется учиться стрелять. А впрочем, кажется мне, даже без компа в голове я умудрялся чисто интуитивно определять нужные точки, так что вся проблема только в гребанной тряске.

Тем временем скоростной полубогомол, к моему большому удивлению, практически догнал нас. Могучим прыжком тварь преодолела последние три метра и вцепилась в открытую корму.

Зря он так.

Пушка, понятное дело, так не поворачивалась и не наклонялась, но никто не отменял мой старый добрый револьвер. А в неподвижную цель попасть…

На, скотина! Привет тебе от дедули!

Пуля сбросила монстра с кормы, и он закувыркался в пыли, сбив с ног еще одного, чуть отстававшего.

Я немедленно перекинул туда орудие и бухнул с десяток выстрелов.

Ух, хорошо!

От тварей в пыли осталось только размазанное месиво, которое тут же начал впитывать в себя вездесущий, как казалось на этой планете, песок.

Последний Дэворар внезапно проявил смекалку, и резво принялся петлять, пытаясь сбить мне прицел, не позволяя навестись на него, даже вычислить «траекторию».

Но ему конкретно не повезло — когда до машины оставалось всего-то с пяток метров, мой баллистический комп внезапно ожил, и заработал, как ни в чем не бывало, высчитав поправку и выдав мне подсказку в виде точки прицеливания.

Три снаряда, пущенные один за другим с минимальным отрывом друг от друга, разорвали тело существа в клочья, а вместо четвертого выстрела раздался сухой щелчок пустого патронника.

Ничего себе! Я что, все расстрелял? Офигеть…

Док газовал по-прежнему, так, что за нами вздымалось целое облако пыли, полностью скрывая обзор. Похоже, прыжок богомола крайне впечатлил его, в отличие от моей стрельбы.

Угу, меня вот тоже такая стрельба не впечатляет. Мало того, что у меня с имплантом беда, так еще эту пушку на вездеход монтировал идиот. Стрелять на ходу из нее — бессмысленная трата боекомплекта. Теперь я уже вспомнил все свои тренировки, понял, что да как, и смог оценить текущую «огневую точку».

Вердикт — дерьмо! Никаких тебе компенсаторов, никаких дополнительных упоров или ограничителей, фиксаторов, в конце концов. На ходу стрелять — просто бесполезно, особенно пытаясь выцелить цель на большой дистанции.

Ну а остановившись, уже мы сами превращаемся в мишень.

Очередная демонстрация странного мышления руководителей «Вилланд Inc», ну, или же «спецов», которые это чудо техники оборудовали.

Пальба закончилась, погоня тоже. Я уж было успел вновь заскучать, но…

Город показался внезапно. Только что до самого горизонта тянулась «пустыня», и вот уже мы на краю громадного кратера, появившегося здесь неизвестно когда и почему.

А на дне этого кратера раскинулся шахтерский городок. Подозреваю, что и в лучшие времена он не блистал, а сейчас и вовсе город превращался в грязные руины. Из части кварталов от зданий поднимался густой черный дым, там явно что-то горело, и при этом я не заметил, чтобы люди суетились, пытались тушить пожары.

Я внимательно осматривал город. Вообще, с такой высоты и с такого ракурса он был как на ладони — видно все. Возьми пристойную оптику, и будешь видеть каждого там, внизу, сможешь разглядеть любое шевеление на улицах или возле домов.

Итак, что мы имеем: городок типовой — обнесен пласталевой стеной высотой метров в восемь-десять, в стенах имеется двое ворот: с севера и с востока.

В центре что-то вроде мэрии (базовый административный модуль я узнаю без проблем). Вокруг него площадь, единственным примечательным объектом которой раньше была некая статуя, ныне лежащая на боку и подпирающая стену из мешков.

Кроме того, на площади видны баррикады, на них люди, и в их руках оружие. Я вижу вспышки. Они палят! По кому? Куда?

Пока пытался обнаружить, с кем воюют шахтеры, наткнулся на несколько автомобилей в бело-синей раскраске, стоящих рядом с площадью. Судя по всему, туда подтянулась городская полиция, и ведет с кем-то бой.

С кем?

Ну, вариантов в действительности два: Дэворары или люди, которые в бешенстве от того, что, например, начальство стянуло всех вооруженных нормальным оружием людей к себе, и пытается таким образом отсрочить собственную гибель. Видел я такое…и даже ликвидировал последствия.

На севере расположены жилые кварталы, собранные, опять-таки, из типовых жилых модулей.

Хм…уж не стандартным ли списанным колонизационным кораблем все это сюда доставлялось, а? Тогда он должен продолжать висеть на орбите, но уже в качестве перегрузочной станции для прибывающих грузовых кораблей.

Если все так, то проблема эвакуации, а точнее перевозки людей из этой системы в другую, может быть не столь уж и сложной. Вот сама эвакуация — это проблема… Как людей на орбиту доставить?

Хо! Так ведь тут наш друг с акцентом вполне себе может помочь со своим челноком. Еще бы знать, где он, челнок этот. Ахмед, гадина такая, не признается, боится, что мы кинем его…

Но в любом случае, когда будет челнок, можно будет организовать эвакуацию.

Как раз будет возможность проверять людей небольшими партиями. Собрали, проверили, вывезли. Следующие…

В этот момент и на этой мысли я не выдержал и хлопнул себя по лбу.

Блин, бросил я «Морти» в ангаре, ага. А как теперь сканировать людей? Как проверить, заражены они или нет? Чертов идиот…

В южной части городка гордо возвышался громадный комплекс зданий, увенчанных гигантской трубой литейного цеха. Похоже, там располагались цеха металлообработки, и даже сейчас, несмотря на все происходящее, из труб поднимался дымок. Апокалипсис апокалипсисом, а план надо выполнять?

Но ставим себе зарубку на будущее — если что, обороняться в тех зданиях будет куда удобнее, чем в сделанных дендро-фекальным методом дешевых модулях колонистов.

Заводы и фабрики строят добротно, прочно, надежно. Там мощные стены, куча стали, всевозможная техника и запчасти к ней.

На западе ничего примечательного я не видел, а восточная часть…похоже, здесь Дэворары и ворвались в город.

Разрушенные модули, отлично видная даже отсюда покореженная легкая полицейская техника. В дальней части, практически у разрушенной стены, все еще идет бой, но я не питаю надежд — там людям не выжить. Да и в городе тоже.

И дело вовсе не в «диверсантах», прикидывающихся людьми — тут монстров просто слишком много, напали они неожиданно, и у шахтеров вообще не было времени хоть что-то понять.

Хотя, стоит отдать им должное — вон ведь, отстреливаются, защищаются? Баррикады построили, вооружились. Молодцы!

Но внимание, вопрос: как спасать людей? Сейчас, по прошествии данного времени, я, честно сказать, не очень понимаю, почему меня тогда так зацепила необходимость спасения кучи гражданских. Какое-то помутнение, честное слово. И я прямо так на этом настаивал…

А ведь пока был наемником, угрызения совести меня вообще редко мучили. Плевал я на всех…

Так что сейчас за альтруизм такой?

Впрочем, есть догадки. Мой организм последнее время в принципе выкидывает странные фортели, так что я даже не удивлюсь, если все это последствия внедрения в меня чертовой твари. Даже не так — это точно последствия внедренной в меня твари.

Ладно, если я сейчас скажу: «Да ну на фиг, надо валить отсюда!» — меня просто не поймет тот же Рик. Я в его глазах буду просто балаболом, который черт знает сколько распинался, бил себя в грудь кулаком, мол, все вы дерьмо, а я Д’Артаньян, а увидев весь творящийся здесь ужас, просто смылся.

Так что попробуем реально помочь этим самым людям — может, чего хорошего потом обломится, например, медаль.

Шучу! Лучше — денежная премия. Но, опять-таки, медаль тоже полезна: героев не принято втихаря пихать на опыты, а эта вероятность вполне реальна, если на планету высадятся военные, например.

Так что план таков: сейчас прорываемся вон туда, к «зданию мэрии». Берем на понт местного мэра (рассказывать ему ужасы не надо, нужно просто простимулировать), и ищем способ подготовить эвакуацию. Док тем временем рожает новый способ идентификации Дэвораров, а я командую местными недовояками, собираю ополчение, и вместе с ними спасаю людей от превращения в строительный материал для гнезда, или во что похуже. Как-то так. Да, в плане много дыр, но другого нет, так что будем импровизировать.

Не сказать, что Рик был счастлив от подобных перспектив, но, похоже, он смирился, и просто молча кивнул, выжимая селектор газа. Ахмед, понятное дело, возражал, но его дело помалкивать и сидеть грузом. Не уничтожь он мою броню — и сейчас мы бы спокойно перебили тут любых противников. Ну, ладно-ладно, пусть и не легко, но мне бы точно башкой рисковать так сильно не пришлось.

А так — будем воевать.

Никаких способов проехать в город, кроме пробитой Дэворарами дыры, тут все равно нет, так что прорываться будем с боем.

Я давно уже подготовился: снарядил новую ленту снарядов в орудие, револьвер тоже добил до полного барабана, и даже игольчатую винтовку положил так, чтобы при необходимости можно было легко дотянуться. Магазины к ней в подсумках.

Вроде все?

Все, я готов настолько, насколько это возможно.

К городу мы подлетели уже через несколько минут. На полном ходу наша «боевая колесница» проскочила ворота. Следы сражения, а вернее побоища, были везде. Похоже, твари и впрямь действуют разумно, с планом — тела людей уже либо исчезли, либо их как раз «разбирают». И нет, я имею в виду не «жрут», а именно «разбирают». Причем делают это твари самые мелкие и бесполезные, остальные же, ведомые волей матки, идут вперед, в атаку.

К слову, похоже, что матка запретила своим вообще питаться — никто не пытается жрать людей. Их убивают, рвут, топчут, но ни одна сколопендра или «паук» не останавливается, чтобы насладиться победой и мясом своей жертвы. Все они, как одна, прут вперед, на еще живых противников.

Те, к слову, тоже не зевают — лупят из чего только можно. Понимают ведь, что обречены, и жизни свои продают как можно дороже — вон, трупов Дэвораров предостаточно. Но, к сожалению, в основном мелочевка. Завалить крупных тварей шахтерам не под силу…

А, нет! Вон, возле трех полицейских броневиков лежал, разбросав лапы в стороны, настоящий гигант, причем нового типа, я таких еще не видал. Тварь была скорее жуком, чем сколопендрой — мощнейший панцирь спереди работал в роли щита-тарана, судя по следам на машинах. Убили тварь, похоже, при помощи переносного ракетомета, засадив ей в слабозащищённую задницу пару ракет «Инферно» — зажигательные с белым фосфором.

Рванули пукан, так сказать.

Интересно даже, откуда тут подобное оружие? Обычно такое применяется против тяжелых мехов, но в полиции или нацгвардии маленького шахтёрского городка их наличие, мягко говоря, неоправданно. Пираты редко пользуются роботами, а больше никто с тяжелой техникой сюда высадиться не может. Да и пираты…какие пираты, когда планета принадлежит корпоратам? Какой самоубийца рискнет сюда сунуться?

Тем временем мы продвигаемся вглубь города.

Сначала нам стали попадаться все более свежие и целые трупы как гражданских, так и тварей. Похоже, что местное население после прорыва пыталось как-то самоорганизоваться и отступить, но эта попытка была сразу же обречена на провал — из лаборатории вышло слишком много монстров.

Пролетев по улице, мы притормозили, заметив, как здоровенная, метров шесть в длину туша уверенно расковыривала крышу дома. Наверное, надо было объехать, но…какая-то часть меня немедленно потребовала атаковать противника. Он же нападает на людей, а я тут, чтобы их защищать?

Бред какой-то! На хрена мне это надо? Свалил бы подобру-поздорову, и все. Однако в такой ситуации спорить с самим собой — изощренный способ самоубийства, так что я начинаю действовать. Для моей задумки пулемет не поможет, так что верный револьвер сам собой прыгает в руку, и я жму на спуск.

Нет, я не рассчитываю так быстро и просто уложить огромного монстра. Я стреляю по конечностям. Предыдущие бои продемонстрировали не один раз, что это самая уязвимая часть крупных особей, а попадания моих пуль выводят их из строя быстро и качественно.

Собственно, ничего нового и не произошло. Пять из восьми лап, пораженные спокойными и не слишком торопливыми выстрелами, немедленно подломились, и не ожидавшая такого подвоха туша Дэворара рухнула на землю с высоты трехэтажного дома, подломив по ходу действия еще одну лапу. Теперь он был практически беззащитен, но я сам не успел добить существо — из ближайшего переулка на нас выбежало несколько людей, и я уж решил, что сейчас с тварью разберутся и без нас, как вдруг эти идиоты принялись палить в нас, прямо по вездеходу.

Пули тут же начали влипать в не слишком то и толстую броню, но пока что она не держалась. Да и оружие у нападавших было явно слабенькое, гражданское. Но я честно скажу, от такой наглости и глупости с их стороны я озверел.

Мы тут их, значит, спасаем, рискуем своей жизнью, пытаемся сделать так, чтобы на их тупые головы не рухнула аннигиляционная бомба, а они в нас стрелять вздумали?

Доводы тихонько попискивающего разума, мол, они не в курсе всех тех добрых дел, которые я перечислил, были заглушены волной гнева, и я, не обращая внимания на обстрел, развернул орудие, навел на врага.

Зажимая гашетку, я ощущал только желание наказать, перебить наглецов, и более ничего.

Черт, да что со мной такое?

Интересно, а док не ошибся с тем, что Дэворар во мне не может влиять на мозг, и типа мертв? А то я будто с ума схожу.

Когда я отпустил гашетку, на земле образовалось около десятка разорванных на куски тел, и глядя на них, я было ужаснулся тому, что натворил, но…

Черт бы меня подрал! Как это сразу можно было не заметить? И что это вообще за хрень?

У атакующих меня «людей», хоть и не у всех, было по две пары рук! Вот черт! Это что такое? Люди ли это вообще?

Глава 18

На этих «непонятно кого» однозначно надо посмотреть, интересно же. Да чего там — надо дока к ним пустить и выяснить, что это вообще такое.

Но сначала стоит добить ворочающуюся на земле громадную тварь. Кстати, раз в зданиях были эти…Дэворары, мутанты или кто они там, то куда так ломилась тварь, а главное — зачем?

«Добить» — это громко сказано. Вопреки моим ожиданиям, тварь не слишком пострадала от падения, так, осталось несколько изрядных вмятин на панцире.

Двигаться она вроде как не могла, но это не мешало ей остервенело махать оставшимися невредимыми конечностями, пытаясь достать хоть кого-то, и при этом еще и отвратительно, угрожающе шипела. Правда, лично мне казалось, что шипит она, так сказать, о «другом» — банально зовет подмогу.

Хм… А вот мне как раз подкрепления Дэвораров тут не нужны. Еще с ними махаться тут…

Как понимаю, времени у меня мало, если оно вообще есть — может, «крик о помощи» уже услышан?

Как бы там ни было, а тварь надо убить, вот только как? И тут меня осеняет!

Судя по свету в окнах домов, окружающих нас, электричество пока еще есть, генератор шахтерского городка работает исправно.

Я завертел головой. Ага, вон, на столбе от клубка проводов в разные стороны к домам расходятся отдельные линии.

Очень хорошо!

Не получается пробить пулями хитин, прожарить тварь без огнемета, тогда что еще можно сделать? Правильно: вжарить током. Он выжигает нервную систему, ток для этих монстров так же опасен, как и для человека. А раз так, то не будем тянуть кота…хм…Дэворара за псевдоножку.

Короткая очередь винтовки легко перерубает опору линии электропередач и та падает прямо на спину Дэворара, искря оборванными проводами.

Разряд тока тут же прошибает тварь, и она изгибается, дергается, прямо-таки складывается пополам, ее хитин хрустит и крошится. Но тварь вообще не обращает на это внимания — ее продолжает дергать.

Еще несколько судорожных сокращений, и все.

Перед нами отлично прожаренный Дэворар, от которого даже пар поднимается. Медиум-уэлл, так сказать.

Я, не теряя времени, тут же подзываю дока к себе, указываю на лежащие неподалеку от гигантской твари трупы.

Объяснять доку ничего не надо. Он лишь бросил быстрый взгляд, кивнул, и тут же пошагал вперед. Ну, еще бы! Ему наверняка любопытно не меньше моего узнать, что это за мутанты.

Пока док присел возле одного из трупов, я осматриваю другой.

Ну, собственно, что я могу сказать? Назвать это человеком можно с большой натяжкой. Даже удивлен, как я сразу не разглядел этих…непонятных. Впрочем, я палил по твари, а эти выскочили со стороны, и заметил я их боковым зрением, потому за людей и принял. Я ведь вообще не представлял, что еще и такая хренотень может быть, вот меня собственный разум и обманул, я решил, что это люди. Плюс они еще и палить начали, я ответил… Было бы у меня чуть больше времени — уверен, понял бы, что это как раз таки не люди.

При более близком осмотре сразу же обращаешь внимание на инсектоидные глаза и некую неестественность очертаний тела, странные пропорции.

Впрочем, рассмотреть тела было делом нелегким — крупнокалиберные снаряды, мною пущенные, попросту изорвали нелюдей в клочья. Но в чем я прямо-таки уверен — ранее они людьми точно не являлись. Они не могли быть ни «пробудившимися», ни захваченными личинками «зомби».

Это точно что-то новое, что-то, выведенное специально для борьбы с людьми, и оно умеет пользоваться нашим оружием, как и гибриды.

А если представить, что вон та сумка с инструментами, рваные ошметки которой остались на обезображенном теле, носилась не просто так, то назревает вывод, что твари эти овладели не только оружием.

Интересно, а много ли тут, в городе, подобных существ?

Если много, то это очень и очень плохо, ведь в таком случае все мои планы нужно менять. Я-то рассчитывал на войну с Дэворарами. Ну, максимум с несколькими гибридами, а тут…

Здоровенные, но тупые Дэворары не могут стрелять в тебя с полукилометра, вряд ли отрубят линию электропередач, и так далее, а вот эти вполне могут. Могут устроить засаду, могут кинуть гранату, могут…да много чего могут, и это теперь следует учитывать.

Тем временем из ближайшего дома показались перепуганные, но решительные люди, вооруженные кто чем — охотничьи ружья, колья какие-то, и даже один самопальный огнемет в лучших традициях жанра, собранный из бытового газового баллона и пары турбозажигалок. Блин, эта хрень опасная не столько для врага, сколько для самого стрелка и двух его помощников, которые по очереди таскают баллон. Всего один сильный скачок давления, и все, всем амба, в определенном радиусе. А кто будет дальше от эпицентра взрыва — получит осколками.

— Вы же военные, да? Вы прибыли всех нас спасти? — заговорила вышедшая первой женщина бальзаковского возраста. — Хвала небесам! Здесь творится ужас! Если бы не вы…

— Нет, мэм, мы не военные. Мы из… — начал было я, но док тут же меня перебил.

— Мой друг сильно ушибся головой в бою, — заявил он. — Это капитан Херланд, — кивнул он на меня и тут же представился сам: — А я — майор Санчез.

— Капитан, майор, — растеряно повторила женщина, — но где солдаты? Почему вас всего трое? Наводят в городе порядок?

— Нет мэм, никаких солдат нет. Мы из военной разведки, прибыли на планету так быстро, как могли. Флот не успевает. Мэм, в двух словах, расскажите, что тут происходит? Твари какие-то, вон те пришельцы, что вообще случилось? Мы должны сказать своим, к чему готовиться.

Блин, и как вот так можно настолько убедительно врать, а? Он ведь на ходу придумывает, но при этом ему поверили. Видимо, нужны годы упорных тренировок, чтобы вот так уметь обаятельно врать прямо людям в глаза.

Самое забавное, женщина поверила, и тут же выполнила то, о чем ее просили — кратко изложила обо всех произошедших в их городе событиях.

Странности начались дней десять назад: в городе стали случаться странные исчезновения людей.

Одно, потом другое, потом сразу несколько. Поначалу это вообще никого не напрягло — ну мало ли, мужики на «охоту» отправились или в местный «мегаполис» рванули.

Благо, такое объяснение всех устраивало, да и полицейские просто разводили руками. Тем более что пропадали вначале маргиналы и алкаши. Для таких упиться, уйти в пустоши и там потеряться было в порядке вещей. Как правило, потом возвращались….

Но затем в числе пропавших оказались уже сразу трое копов, причем вместе со служебными пушками. Тогда-то все зашевелились, правда, без особого толку. Такое чувство, будто пропавших утащила стая птиц — ни крови, ни следов боя, ни вообще каких-либо следов, зацепок, объяснявших, что случилось. Просто исчезли, будто и не было никогда.

На четвертый день с первого исчезновения горожане забили тревогу, потому что за эту ночь пропало несколько семей.

Были организованы гражданские патрули, а мэру предъявлено требование решить проблему.

Ну, он ее решил, по-своему. Патрули дружно оказались в городской тюрьме, а на улицы вывели вооруженных резиновыми пулями военных. Вот тогда-то и показались монстры.

Они одновременно вылезли на свет в нескольких местах, и в первую очередь потащились в тюрьму. Оно и понятно — столько жратвы, и уже удобно упакованной. Тут стоит упомянуть, что, судя по описанию, тюрьму атаковали твари, очень похожие на богомолов.

Тем временем вторая группа монстров, состоящая (вот здесь особое внимание) из человекообразных «пришельцев» (как их называли местные), под управлением невероятно быстрого и сильного гибрида, напала на патрули. Атаки проходили сразу во всех районах города и были молниеносными, необычайно эффективными — всего за несколько часов было вырезано большинство патрулей (а ведь именно там были люди с боевым опытом и навыками владения оружием).

И, наконец, третья группа монстров, на этот раз целиком и полностью состоящая из, так сказать, классических сколопендр, попробовала атаковать городской центр.

Вот здесь уже, слава богам, опешившие люди взялись за голову и смогли дать отпор тварям — атака провалилась, большую часть тварей перебили.

Хотя…успех объяснялся скорее тем, что здание администрации к тому моменту уже представляло собой полноценную вооруженную крепость. Твари получили по рогам и отступили, скрывшись в городских коммуникациях, спрятавшись по углам и затаившись в подвалах.

Буквально сразу после этого город оказался полностью отрезан от планетарных информационных сетей. Его как будто накрыли куполом — не работали мобильные терминалы, отключился инфранет.

В мэрии туманно отвечали, что проблема локализована, и над ее решением уже работают специалисты.

Жители ожидали немедленной эвакуации, ну, или же на крайний случай задействование программы обороны — любой поселок на слабо развитой планете имеет обширный арсенал, из которого можно вооружить, снабдить броней каждого колониста.

Но вместо этого они услышали призывы закрыться в домах и не устраивать панику, так как «власти делают все, что необходимо для ликвидации угрозы».

Понятно, что только полный идиот мог последовать такому совету, ведь люди как раз и пропадали из собственного жилья. Однако, как оказалось, такие все же нашлись среди шахтеров, хоть и не в больших количествах.

Стоит уточнить, что скорее уж они закрылись в домах вовсе не потому, что поверили властям, а попросту потому, что боялись. Они превращали свои жилища в крепости, или же думали, что превращают, даже не подозревая, что Дэворары смогут к ним проникнуть без особых трудностей.

Остальные жители, которых, слава небесам, оказалось большинство, организовались, решили взять свою безопасность в свои же руки. Однако на подходе к оружейным складам, которые граждане и потребовали открыть, их встретили все те же взводы полиции, усиленные несколькими отрядами службы безопасности корпорации «Вилланд».

В ультимативной форме полицаи потребовали развернуться и разойтись по домам.

Жители же, вооруженные кучей охотничьего оружия и подручными средствами (начиная от ножей и самодельных копий, заканчивая экзотикой вроде топоров и заточенных ножек от столов), послали их в пешее эротическое.

Корпораты пригрозили открыть огонь и…

Ну, в общем, у кого первого не выдержали нервы, Марта (а так звали встреченную нами женщину) не знала. Знала лишь то, что началась стрельба.

По ее же прикидкам и слухам, которые до нее дошли, погибло от пятидесяти до ста горожан, два десятка полицейских и несколько «вилландовцев». Жители таки прорвались, получили доступ к оружию, а «черные» (как обычно называли корпоратов и полицейских из-за цвета их формы) отступили к мэрии, где и засели, никак не вмешиваясь в дальнейшие события, защищая только лишь себя и мера с прихлебателями.

На улицах тем временем успели пройти все этапы заражения Дэворарами, которые я сам наблюдал уже дважды — на «Клаусвитце» и на нижних уровнях исследовательского комплекса.

Были в городе и «зомби», судя по описанию, и попытки создавать органические «гнезда» в удобных местах (уж слишком подробно и узнаваемо их описала Марта). Однако люди как-то держались, давали отпор монстрам, которые атаковали днем, а вот ночью начинался сущий кошмар — богомолы и человекоподобные мутанты нападали из темноты, сея страх и ужас среди выживших.

Но и это испытание не сломило местных жителей.

К моему удивлению, они оказались весьма стойкими и сильными людьми. Оружия из арсенала было в целом достаточно, чтобы обеспечить условную безопасность от монстров. В первых пару ночей методом проб, ошибок и человеческих жизней удалось найти защитную тактику от «ночных рейдов».

Правда, выживших уже осталось не так много — все они собрались в одном из жилых кварталов, периметр которого укрепили, люки в канализацию заварили, выставили часовых и пустили патрули по улицам.

Дэворары пытались атаковать, но без особого энтузиазма — им хватало органики, чтобы расти, а лезть на верную смерть они пока не хотели. Время для этой «кусачей жратвы» еще придет, а пока и так всего достаточно, в том числе и для постройки гнезд.

Настало нервное затишье…

Понятное дело, что были попытки «покончить с проклятыми тварями раз и навсегда», закончившиеся пропажами двух крупных отрядов, вооруженных самым лучшим из арсенала, в тоннелях канализации. С ними же сгинул и весь запас армейской взрывчатки, взятый все с того же мобилизационного склада.

После второго раза глава выживших, Клаус Рейнгольд, запретил даже упоминать об идее уничтожения некоего центрального гнезда и приказал сосредоточиться на выживании. Типа, через недельку-другую такой тишины точно прилетит патруль военных из столицы, и все будет хорошо, сюда введут войска, выжгут этих самых жуков.

Очень глупо и наивно…

Тем не менее, несколько дней выжившие провели в относительном спокойствии — серьезных боев не случалось, так…вялые перестрелки с монстрами. Выжившие уже несколько успокоились, начали разрабатывать планы, как отжать свой город у монстров назад, но вчера ночью разверзся ад.

Часовых на воротах и баррикадах, на крышах, перебили неизвестно откуда взявшиеся в диком количестве «богомолы» (люди ранее считали, что таких тварей очень мало).

Люки, заваренные неделю назад, оказались единовременно вскрыты, и из них повалили двуногие пришельцы, вооруженные кто чем. А со стороны пустыни и, соответственно, секретной лаборатории корпоратов, о которой знал в городе каждый ребенок, пришла целая армия монстров.

Экспроприированные у местных копов легкие бронемашины, баррикады из мешков с песком, установленные на них тяжелые стационарные лазеры, самодельные бомбы из промышленной взрывчатки и металлических шарикоподшипников лишь ненадолго задержали накатившую на людей волну.

А вот что было далее — Марта уже не знала. В ее доме был мощный подвал с бетонными стенами, она схватила двух своих детей и укрылась там, а ее муж, некогда сержант ПДС (планетарно-десантные силы), ушел вместе с другими мужчинами сражаться, и было это еще ранним утром.

А пару часов назад Марта услышала тварей, лазавших по ее дому. Видимо, они заметили плач маленького ребенка в укрытии и попытались пролезть внутрь, вот только люк от космического корабля оказался им не по зубам…

— И тогда пришел вот этот, — Марта указала пальцем на лежащего поперек улицы Дэворара, — а следом за ним вы. Мы услышали стрельбу и уже решили, что это еще кто-то из наших, но…

Она жалобно всхлипнула и, глядя прямо на дока, спросила:

— Когда нас эвакуируют? Что с моим мужем? Вы найдете его? Поможете ему?

— Да, мэм, конечно же. Мы сейчас организуем все и поищем вашего мужа!

Рик, кивая, плавно пятился к вездеходу и вещал что-то умиротворяюще-обещательное.

— А теперь вернитесь в ваше убежище и ждите. Когда мы придем вас эвакуировать, то дадим знать. И помните — твари почти никогда не разговаривают с людьми, но все же могут, поэтому сначала убедитесь, что говорите с людьми. Спросите о какой-нибудь мелочи… Если человек запнется, не сразу поймет, о чем речь…

— Да-да…я поняла.

— Отлично! Ну а с нами проще, мы назовем пароль, скажем… — он на секунду задумался, — ключом буде слово «мизер». Запомнили?

— Да! Конечно! Спасибо, господин майор! — мелко закивала женщина.

— Тогда возвращайтесь скорей в безопасное место и ждите, — приказал Рик.

Марта быстро засеменила внутрь своего дома, утаскивая детей, за ней потянулись и другие взрослые, как я успел заметить, в основном женщины самого разного возраста.

Спустя несколько секунд, как все они исчезли в здании, мы услышали громкий удар стальной двери и звуки запирающегося замка.

— Док, ну зачем ты так? Ты же понимаешь, что ее муж наверняка мертв, а мы пока вообще никак эвакуацию организовать не можем…

— Понимаю, — кивнул он, — зато она сейчас будет спокойна, а потом… Потом мы либо вытащим их, либо нет. Может, и сами сдохнем, так что пусть лучше сидит спокойно, надеется на лучшее, а дальше от удара аннигиляционной торпеды она умрет мгновенно, даже в своем бункере. Во всяком случае, не будет мучиться так, как если ее поймают Дэворары, начнут рвать на лоскуты или утащат в гнездо. Или у нее же на глазах ее детей… Так что, ложь во спасение, Фрэнк! Ложь во спасение…

Тут мне крыть было нечем…

Глава 19

Мы загрузились обратно в вездеход, и док неторопливо покатил в сторону центра города. Пока док рулил, я водил пушкой по сторонам, разглядывая и присматриваясь к ближайшим строениям, опасаясь нападения.

Пока было тихо и время позволяло, я задумался над тем, что делать дальше.

Вообще, по-хорошему, нам нужен был местный мэр. Без его участия организовать население для эвакуации вряд ли получится, ну, или же будет довольно сложно. Представитель власти, всевозможные средства оповещения, поддержка сил правопорядка — план был таков, но после рассказа Марты никакого желания с ним контактировать, честно говоря, у меня не было.

Мужик явно работает на корпоратов, и он следует чьим-то приказам. Ну не может же он быть таким тупым жлобом? Уверен, что его просто подписали на проведение масштабного эксперимента в полевых условиях, раз уж все равно твари вырвались.

Либо напугали его, либо подкупили…какая разница?

Но в чем я готов поклясться — у корпоратов есть протокол действий для такой ситуации. Они не могли не предвидеть подобного. Или же вовсе сейчас всем распоряжается тварь в личине того же Максимилиана…

Интересно, насколько она сможет запудрить мозги своим «коллегам» — другим корпоратам? Если тварь сохранила (или, скорее, получила) хотя бы половину сознания Максимилиана оригинального, она ведь может отменить вызов ударного крейсера, или что там у «Вилланда» есть для зачистки особо опасных экспериментов.

Но даже если тот прилетит — это уже будет абсолютно неважно, тварям хватит пары недель, чтобы полностью завладеть всей планетарной системой, или даже выбраться из нее.

Кстати, интересно, а может ли захваченный тварями человек управлять, например, платформой орбитальной обороны? Это здорово осложнит нашу жизнь при эвакуации…

Мои размышления были прерваны самым неожиданным образом. Из наполовину обрушенного здания на дорогу вылетел человек и, размахивая руками, практически рухнул под колеса нашей «боевой колесницы».

— Стойте! Стойте! Дальше нельзя!!!

Я выматерился и, не сводя с появившегося человека глаз, нацеливая на него пушку, спросил:

— Мужик, тебе жить надоело?

— А…нет! Но дальше нельзя! Там мины!

— Чего??? Мины то у вас откуда?

— А это не у нас, у мэра. Они засеяли все подъездные дороги минами, чтобы никто не мог подъехать, ну и хотели пришельцев так задержать. Только пришельцы их как будто чуют и обходят, а вот машины могут подорваться. А вы же военные, из столицы?

— Да-да, военная разведка — нас прислали разобраться, что происходит.

— Во, и Рейнгольд, наш старший, тоже говорил, что сначала пришлют разведку, главное им дать точные сведения.

Тут наш невольный союзник внезапно подал голос:

— Слюшай, а Рэнголд — это нэ такой широкоплэчий толстоватый мужик лет сорока с длинными волосами? Раньшэ биль штурмовыком, а потом его списал?

— Да, верно, уважаемый.

— Парны, я знаю их старшэго, поэхалы к ним, дагаваримся! Он хароший мужик, правыльный.

— Хорошо, нам все равно нужен кто-то, кто имеет тут вес. Если до мэра не доехать и, как понимаю, толку от него будет мало — давайте побеседуем с главой гражданского сопротивления. Все равно для начальства отчет писать, — поддержал игру в военных я.

Пока что выдавать себя не стоит. Нет, все равно ведь придется этому Рейнгольду правду рассказать, чтобы убедить его в необходимости эвакуации. Но это все потом, сейчас нужно получить информацию о вариантах эвакуации, найти того, кто поможет вывезти людей, кто сможет их организовать. И по всему выходит, что этот Рейнгольд — тот, кто нам нужен. А раз так, пока что побудем «разведкой», чтобы до него добраться и поговорить.

Встреченный ополченец, ну, по-другому у меня назвать его не получалось, был одет в здорово потрёпанную форму рядового сил планетарного сопротивления (причем я не смог опознать, каких лет форма, и сопротивлению какой именно планеты принадлежит), вооружен он был громоздким охотничьим ружьем крупного калибра. Два висящих крест-накрест на груди патронташа вкупе с курносой физиономией и синими глазами придавали ему вид комичный, но сам он явно считал себя выглядящим круто и грозно. Пусть думает, что крутой, кто ж против?

— Я — Сэм, Сэм Ганджи. Рядовой Сэм, да, сэр.

— Джеймс Херланд, капитан спецназа ВКС, — черт знает почему, но я предпочел назваться настоящим именем. — Рядовой, запрыгивайте в кузов ко мне, тут безопаснее, и покажете дорогу к вашему командному пункту.

— Да, сэр! Только его у нас нет, у нас просто укрепленный квартал, вон там. И там дом капитана Рейнгольда, а рядом дома его замов — сержанта Колесникоффа и сержанта Фалкона.

Руководствуясь указаниями Сэма, мы проехали практически без приключений до удерживаемого этими «партизанами» квартала. «Практически» — потому что на нас дважды из домов выскакивали группы человекоподобных тварей.

В отличие от обычных Дэвораров, эти света абсолютно не боялись, но помогло им это мало — первая группа неудачно вылетела прямо на вездеход, так что док просто прижал посильнее газ, и две трети тварей раскидало, как кегли в боулинге, по сторонам, размазывая их по стенам и капоту. Двух оставшихся на ногах и попытавшихся сигануть в кузов пристрелили я и рядовой. На удивление, он довольно умело орудовал своим монструозным ружьем: моментально выцелил голову прыгуна и прищелкнул его одним единственным выстрелом, сбросив тварь с борта. Я даже дернуться не успел. Ну и славно.

К слову, эти жалкие пародии на человека оказались не особенно то и поворотливыми. Явно уступали в скорости и ловкости человеку, а уж по сравнению со мной они были словно черепахи.

Так что последнего противника я просто-напросто со всей дури угостил своей обновленной киберрукой. Удар проломил черепушку, как будто это было сырое яйцо, и с хрустом вмял ему лицевые кости, вошел глубоко внутрь, окончательно застряв в области затылка.

Существо только и успело сдавленно булькнуть, и тут же умерло, а я аккуратно перехватил руку, которой он собирался меня ударить, и вынул из его пальцев интересную игрушку. Вибронож! И где он взял его, прямо любопытно.

При встрече со второй группой пришлось уже остановить вездеход и устраивать полноценную перестрелку.

Гребаные мутанты, судя по всему, умудрились перебить небольшой отряд сопротивления, так как теперь щеголяли несколькими винтовками и даже пулеметом, припрятанным за горой мешков с песком.

Собственно, бой начали они, обстреляв нас из этого самого пулемёта, но опыта им точно не хватало. Да чего там, не то что опыта, а даже элементарно навыков, хотя вроде как рассчитали все правильно — подпустили нас поближе и имели все шансы на успех. Все же у меня в голове не укладывалось то, что Дэворары теперь могут использовать оружие.

Длинная очередь ударила сначала по кабине, пройдя по корпусу и пощелкав по бронестеклу, заставив его покрыться паутиной трещин в местах попаданий, потом ушла в сторону, принялась выбивать искры из кузова и бортов.

Но удержать ствол пулемета при такой непрерывной стрельбе одними руками может только очень опытный пулеметчик. Тот, кто сейчас стоял за пулеметом, таковым не был и, не причинив серьезного вреда, пустив большую часть очереди куда-то в сторону, выбивая пыль из стен здания, попросту профукал самый удачный для атаки момент.

Рик моментально пустил вездеход в занос, прикрывая от огня кабину, а я, игнорируя угрозу в виде стрелков с карабинами, вскочил, ухватился за рукояти турели и, довернув ее в сторону основной угрозы, сразу же втопил гашетку. У меня орудие не на весу, а на станине, стреляю я не очередями (скорострельность орудия намного ниже, чем на пулемете), так что отдача условно по фигу, да и силенок у меня все же намного больше, чем у обычного человека. Подозреваю, что и больше, чем у гуманоидного Дэворара. Надо, блин, их как-то назвать, а то пока объяснишь даже самому себе, кто твой враг — язык сломаешь.

Опять же, у меня опыта в обращении с оружием в разы больше, чем у противника, так что…

Выпущенные мной несколько крупнокалиберных снарядов превратили в единое месиво и мешки с песком, и пулемет, и пулеметчика. Ответные выстрелы дважды царапнули меня — один в металлическую руку, один рикошетом от борта прочертил по шее кровавую полосу. Я перенес огонь на оставшихся врагов, наивно считавших, что кирпичные стены спасут их от 20-мм пушки. Пожалеть о своей ошибке они не успели, выпадая из-за ненадежных укрытий окровавленными кусками.

Да если снарядов хватит — я тут их всех могу так перебить! Похоже, обучение они проходили на практике, сражаясь против местных, а у ополченцев нормальных стволов просто нет, и взять им их неоткуда. Те же, что есть, зуб даю, стоят на каких-то блокпостах и вышках, прикрывая место концентрации гражданских. Ну, или же есть только у самых опытных бойцов.

Тварям и учиться было не у кого: от обычного обывателя ничего полезного не добиться. А опытный боец…после столкновения с таким еще выжить надо, тогда и опыт попрет… Поэтому чертовы мутанты действовали, как настоящие дилетанты — прятались кто где мог, искренне полагая, что это их спасет.

Что ж, их проблема. Главное, что эти твари теперь поделиться опытом насчет ненадежных укрытий уже не смогут. Есть надежда, что и остальных, попадись они нам, пощелкаем столь же качественно.

Единственное, что меня очень расстроило — это отсутствие трофеев. Во-первых, у них и так один хлам был, а во-вторых, я еще его и поломал своей пальбой.

Да и ладно…

Когда мы прибыли к форпосту, в небе начинали сгущаться грозовые облака. Похоже, что грядет нехилая такая буря.

Что касается безопасной зоны, то выглядела она, мягко говоря, хреново.

При помощи бульдозеров «партизаны» завалили на высоту в три-четыре метра все проходы между зданиями битым кирпичом, бетоном и всем, что нашли и смогли притащить.

На крышах размещались стационарные огневые точки, из которых торчали стволы пары легких автопушек.

Еще они оставили единственный въезд, укрепили его. При этом не поленились залить все бетоном, сделать бетонные же капониры, и воткнуть туда что-то странное.

Приблизившись, я узнал в этих огромных стволах с линзами шахтные буровые лазеры. А что, идея очень даже ничего. Мощи в них немерено, вот только дальность фокусировки смешная, и расход энергии дикий. Но пока они запитаны от городской сети — им на энергию чхать. А эффективность… На близкой дистанции должны работать очень хорошо.

На входе нас встретил десяток, наверное, бойцов, вооруженных легкой стрелковой сбруей. Услышав от Сэма, что мы — военная разведка, нас чуть ли не на руках готовы были нести к штабу. Но удалось уговорить их остепениться, продолжить нести свою службу, а мы уж как-нибудь сами.

Окончательно они отстали, когда мы объяснили, что следом за нами не едут танки, не летят самолеты, и даже пехота не движется сплошным ковром, сметая на своем пути всех гадов и Дэвораров.

Бойцы тут же поскучнели, погрустнели прямо на глазах. Похоже, этих сугубо гражданских людей очень обрадовала бы перспектива того, что сейчас кто-то придет и будет за них решать все проблемы. Ну, извините, ребята. У бедных нет слуг…

Капитана Рейнгольда мы отыскали легко и быстро. Едва только увидев его, я понял, что он и есть тут главный. Это был высокий мужчина с широким приятным лицом и веселым взглядом. Он протянул нам руку и предложил пройти в его «офис», где можно спокойно поговорить и перекусить.

Мы не возражали и вошли в помещение, где кроме нас уже был еще один человек — здоровенный лысый парень с вырубленным, как будто топором, скуластым лицом, украшенным короткой бородой и усами, и прямым, жестким взглядом. Он только открыл рот, чтобы что-то сказать, когда за окном с шумом и грохотом ударил стеной дождь, а откуда-то на горизонте донёсся странный и угрожающий гул.

Надо же, как мы вовремя добрались…

Парень попытался было что-то произнести, однако шум дождя с улицы заглушил его слова.

Тем не менее, быстро окинув его взглядом, я понял, кто передо мной. Старая военная форма, шеврон на левой стороне груди — это наверняка один из помощников Рейнольда. Какой именно — нетрудно догадаться. Славянское лицо, характерная татуировка на кисти. Наверняка это тот самый Колесникофф. Второго сержанта тут не было, но полагаю, что он еще появится.

Капитан устало опустился за стол и, скрестив пальцы рук в замок, оперев на них подбородок, выдал банальнейшую банальщину, видимо, не зная, с чего начать разговор:

— Прошу прощения за плохие условия, — начал Рейнгольд, — но сейчас у нас все силы брошены на оборону города. Мы принимаем все возможные меры, чтобы удержаться…

Я удивленно поглядел на него и переспросил:

— Удержаться? У вас есть план?

Рейнгольд мрачно кивнул.

— У нас есть план, но перспективы неутешительные. Мы, с имеющимися сейчас силами, продержимся несколько дней, а потом… — капитан вздохнул. — Мы успели запастись водой, пищей, медикаментами. По идее их хватит на две недели, но…если войска не подойдут раньше, то запасы могут уйти и быстрее. Нам просто не хватает банальных боеприпасов для тяжелого оружия. Последняя атака прошлой ночью стоила нам почти полусотни человек. А две группы, отправленные с целью добычи всего необходимого, не выходят на связь уже несколько часов. Так что пока все, что мы можем делать — это удерживать текущие позиции, и в этом весь план. Если не прибудет кавалерия, не прибудет вовремя… Черт! Откуда только эти твари вылезли?

Мы обменялись взглядами с Риком. Мы понимали, что стоим перед непростым выбором: либо наврать ему, получить информацию, и действовать дальше в зависимости от нее, притворяясь и дальше вояками, или же сказать правду. Хрен знает, что тогда будет, но это сэкономит время. Пока эти люди верят, что скоро подойдет помощь, они вряд ли оставят свои дома, и именно эта надежда заставляет их держаться. Забери мы у них эту самую надежду, и они могут превратиться в перепуганное стадо.

Я уже принял решение, и открыл было рот, но меня прервал неожиданный звук снаружи: высокий, нарастающий…

И чем громче он становился, тем больше ассоциаций вызывал. Я уже слышал подобное, с таким звуком падает космический корабль. Не обращая внимания на дождь, я вылетел наружу, молясь, чтобы анализаторы моего кибермозга еще работали нормально. К счастью, молитва была услышана, и комп подсказал мне, куда смотреть.

С севера по пологой траектории в сторону города летел огненный шар. Что это за корабль — разобрать было сложно, но длиной он был не меньше шестидесяти метров. А еще он не садился, даже аварийно, он именно что падал, просто максимально полого.

Любопытно… Насколько я знаю, «Трейсер» выглядит не как овальное яйцо с килями, так что вариант остается ровно один. Это корабль Максимилиана, и его все же сбили. Вот только как он умудрился уйти с орбиты и оказаться тут, в атмосфере?

Глава 20

Пятью часами раньше последних событий, ангар базы «Искариот».

Элен и Смит.

Двери ВИП-лифта с мелодичным звуком раскрылись, открывая перед своими пассажирами нутро ангара, наполненное через прозрачный потолок лучами местного светила.

Входные ворота были расплавлены, и их остатки растеклись каплями и лужами по всему полу ангара, отмечая тормозной путь штурмового корабля «Мизерикордии», пробившего себе вход в подземелье базы с помощью штурмового лазерного тарана. Сам корабль лежал здесь же, на полу, и, что не понравилось в этом нам со Смитом с первого же взгляда — он стоял с опущенной десантной аппарелью и включенными ходовыми огнями.

— Это плохой знак, — заметил Смит. — У пилота были более чем однозначные инструкции — он не имел права открывать корабль, или выходить наружу, ни при каких условиях.

— А что могло бы его на это подвигнуть?

— Элен, ты не понимаешь. Ничего! Этот человек не мог покинуть корабль. Я не знаю, почему он это сделал…

— Ну…давай уже посмотрим, что там внутри.

— Пойдем. Но мне мое внутреннее чутье подсказывает, что у нас большая проблема.

— Угу. Смит, останься все-таки снаружи — я, по крайней мере, в серьезной броне, и если там засада, то успею отступить. А твое снаряжение хорошо поможет против людей и маленьких жнецов, но против серьезного противника бесполезно, да и против личинок, к слову, тоже — оно не герметично.

Смит кивнул, понимая, что его выживание является приоритетным — только он мог запустить системы «Трейсера», без огневой мощи которого вся затея с преследованием Фаллоу обречена на провал.

Ему явно было неловко от того, что предлагала Элен — он остается здесь, а она должна совать голову в пасть льва. Но, как ни крути, Смит был профи, так что затолкал свою гордость куда подальше и кивнул.

— Хорошо, Элен. Иди, но будь осторожна.

Элен тут же задействовала боевой режим, захлопнула забрало и проверила, полностью ли ее костюм герметичен. И лишь затем двинула вперед.

Тем временем Смит поднялся на небольшую служебную платформу, обеспечивающую отличный обзор всей видимой части ангара. Удобная позиция многого стоит. Если начнутся неприятности — отсюда он может прикрыть Элен, да и к нему самому будет сложно подобраться со спины.

Перепрыгнув через застывшие полосы расплавленного металла, Элен вошла внутрь корабля, ощупывая взглядом все перед собой, держа оружие наготове.

Автоматически включилось освещение, и практически сразу бросилась в глаза кровавая полоса на металле рампы.

Хреново, совсем хреново. Если до этого еще были какие-то надежды, то теперь…

Внутри корабля, насколько это просматривалось от входа, было темно и тихо, разве что слабо гудели источники питания, находившиеся где-то во внутренних отсеках.

Осторожно двигаясь по кораблю, Элен обнаружила несколько неплохо замаскированных личиночных кладок на потолке и стенах, которые с ожесточенным удовлетворением размазала с помощью перчаток костюма.

Все же не зря она пошла первой и заставила Смита остаться снаружи, иначе…

Больше ничего: ни сидящих в засадах монстров, ни бегающей по потолку хтони, вообще ничего. Десантный дек явно покидали в спешке, судя по поврежденным рампам и не отсоединенным от бортовой сети ремонтным платформам ТШК, времени у людей вообще не было.

Опасения насчет пилота, увы, подтвердились самым неприятным образом — в рубке из кресла поднялась фигура, от которой сразу же повеяло неприятными воспоминаниями с «Клаусвитца». Руки, как и у нормального человека, две, вот только обе справа. Сидит в полной темноте. Едва только Элен перешагнула порог мостика, существо попыталось подняться, но сделало это неуклюже, неловко, совершенно не так, как это бы сделал человек.

Когда на костюме Элен вспыхнули прожектора, заливая странную фигуру ярким светом, то существо аж зашипело, закрывая глаза вскинутыми руками. Ситуация была ясна, так что она просто зажала спусковые крючки своих штурмовых пистолет-пулемётов, и прошила незадачливого, не успевшего «дозреть» Дэворара несколькими короткими, злыми очередями. Тело рассыпалось на три фрагмента, которые Элен снова-таки расстреляла, прежде чем личинки в них успели прийти в себя.

Все. Существо или, скорее уж, его останки, замерли. Все кресло, пол рядом с ним, панель управления были залиты смесью красной и зеленой крови.

— Смит! Я нашла пилота!

— Что с ним? — тут же отозвалась рация.

— Он…он уже не человек…

— Ты в порядке?

— Да. Убила его раньше, чем оно что-то успело сделать.

— А корабль? Мостик?

Ее взгляд как раз в этот момент упал на открытый корпус и внутренности пульта управления кораблем. Внутри находилось самое настоящее месиво, состоящее из оборванных проводов и раскрошенных микросхем.

Что здесь произошло? Пилот, до которого дошло, что случилось, решил уничтожить корабль, чтобы твари не вырвались с этой планеты, или же это был просто приступ паники вследствие заражения?

Как бы там ни было, а последствия этого решения пожинать им со Смитом…

— Пульт управления уничтожен, — заявила Элен в рацию.

— Черт… — донесся ответ Смита и его тяжелый вздох. — И что теперь?

«Теперь» был только один путь. Элен сразу наметила его в качестве запасного, но все же надеялась, что до этого не дойдет.

В этом ангаре находится еще один корабль: проклятый «Буревестник», на котором в свое время они и смогли сбежать с «Клаусвитца».

Хм…а ведь забавно — символичное название у корабля, черт подери! Тот самый «Буревестник», принесший забытое зло из Алькари сюда, в обжитый людьми космос, породивший тем самым бурю, которая может смести с лица Вселенной все человечество.

И корабль этот все еще на ходу. Во всяком случае, должен быть.

А управлять им может только один-единственный человек — сама Элен. Все же не зря она в свое время управление зациклила на себе. Хотя ведь действовала тогда по наитию, ведомая одной лишь интуицией. И надо же — чутье ее не подвело…

Что ж, каков бы старый ни был «Буревестник», а послужить людям вполне себе еще может. Во всяком случае, подняться с поверхности планеты, выйти на орбиту он вполне способен. Даже не только выйти на орбиту, а пристыковаться к кораблю «Мизерикордии» и дать Максимилиану бой. Ударный корвет против легкого крейсера — это будет интересно.

— Теперь будем действовать по плану «Б», — сообщила Элен, двинувшая в обратный путь от мостика к рампе.

— А у нас и такой был? — хмыкнул Смит.

— Да. Мы всё еще можем подняться на орбиту.

— Как? Ты ведь сказала, что панель управления…

— Ты ведь говорил, что ты классный инженер? — перебила его Элен.

Он ответил немного удивленным голосом:

— Ну да, а что?

— Да как бы тебе сказать… Доводилось иметь дело с кораблями дальней разведки, к примеру, «Буревестник»?

— Ты об этой рухляди говоришь, что тут стоит? Это ведь музейный экспонат, что я с ним сделаю? В этой рухляди ничего ведь уже, наверное, не работает. Да и попробуй еще в ней разберись…

Элен, вышедшая на рампу и увидевшая своего собеседника, кивнула и продолжила говорить:

— Ну, видимо, можно. Док ведь с ним как-то разобрался…

— Док — гений!

— Его с нами сейчас нет, а из нас двоих ты — лучший механик, я больше разбираюсь в электронике.

— Дрянная затея… — проворчал Смит.

— Брось! По идее корабль на ходу, просто нужно все проверить.

— «Просто»! Это «просто» — совсем непросто! Ты хоть помнишь, какие были проблемы?

— Проще сказать, каких проблем не было, — усмехнулась Элен, откинув забрало. — Что точно помню — тебе придется управлять двигателями в ручном режиме — там какие-то проблемы с подачей энергии, док говорил, но я не обратила внимания. И атмосферная авионика барахлит, так что взлет будет сложным. Но мы справимся, вместе, как команда. Так что?

Смит тяжело вздохнул и просто кивнул, после чего они уже вдвоем направились к огромному, покрытому слоем пыли древнему разведчику.

Это был космический корабль, который в свое время считался передовым, но сейчас даже его внешний вид казался чем-то ужасающе устаревшим. Учитывая количество повреждений, полученных им во время скитаний в космосе, с полуживыми, выработавшими свой ресурс движками, и мертвым, поглощенным чужеродными тварями экипажем, он выглядел покрытым шрамами мифическим стариком, проведшим в изгнании не года, а десятилетия, или даже века.

Еще в бою на «Клаусвитце» матка Дэвораров повредила основную аппарель для подъема на борт, так что сейчас вновь пришлось лезть в корабль через аварийный шлюз. По одному они проскользнули в темное и тихое нутро корабля, и, включив фонари, двинулись в сторону мостика.

Путь не занял у них много времени, вопреки ожиданиям, им не встретилось ни людей, ни тем более Дэвораров.

Хотя, что бы они тут забыли?

Матерясь и чертыхаясь, Элен, наклонившись над клавиатурой, ввела свой пароль, умудрившись ни разу не ошибиться.

Корабль подтвердил ее права доступа.

Вот только все-таки ребята из «Вилланда» полазали тут, возможно, просто из любопытства, а может, с какими то целями.

Непонятно, что им тут было надо, но в результате все источники энергии были отсоединены, а благодаря сменённым кодам они не смогли получить доступ ни к навигационной системе, ни к системе жизнеобеспечения, ни тем более к главной консоли.

Гибернационная капсула, как отметила Элен, оказалась демонтирована. Похоже, корпораты вообще планировали разобрать весь корабль до винтика, выяснить все его секреты, но…не успели.

Далее началась работа. Элен разбиралась с электроникой, ну а Смит полез в двигательный отсек.

Всего несколько часов, и благодаря прирожденному инженерному таланту, некоторой толике удачи, Смиту удалось восстановить работу двигателей, и Элен сразу же начала предстартовую проверку корабля.

К сожалению, системы жизнеобеспечения подключить так быстро к энергосистеме, как они хотели, было просто невозможно, спецы корпоратов целенаправленно физически отключили все волноводы, и на их подсоединение, калибровку и тестирование ушло бы еще несколько часов, а это непозволительная роскошь.

Так что Смит, растерявший весь свой пафос, крыл последними словами корпоратов-криворучек, и с помощью варварски вырванных из не слишком важных мест, например, из систем противометеоритного предупреждения кабелей, попытался-таки врубить систему жизнеобеспечения. Конечно, у него не получилось, но хотя бы системы, поддерживающие атмосферу, чистящие воздух, а также обеспечивающие на корабле гравитацию, он врубить смог.

Наконец, все еще сердито бурча, Смит влез в древний скафандр и сел за пульт инженера. Двигатели запустились, и он, не используя систему связи, показал Элен большой палец, сигнализируя, что все готово ко взлету. Она передвинула рукояти управления тягой, и движки басовито загудели, отзываясь на действия пилота.

Корабль осторожно покинул ангар, стараясь не задеть оплавленные стенки, а как только они поднялись выше, Элен добавила тяги, заставляя корабль стремительно набирать высоту.

Разведчик, как и ожидалось, не был предназначен для таких нагрузок, и каждую сотню метров подъема он преодолевал с таким напрягом, такой натугой, что, казалось, еще немного, и движки откажут, корабль рухнет вниз. Барахлящие системы контроля атмосферного полета заставили новый экипаж понервничать, но все же через тяжелейшие двадцать минут они оказались там, куда так стремились — на орбите.

Уже там, дав себе несколько минут на отдых и возможность прийти в себя, Элен и Смит притупили к поиску корабля и таки смогли его обнаружить.

А вот далее начались затяжные пляски с бубном, прежде чем им удалось добраться до штурмового корвета, состыковаться с ним и перейти на борт.

Процедура выдачи допуска до управления была донельзя проста и рутинна, Элен проходила ее сотни раз, вот только ощущение, что вместо легкого разведчика или специализированного малого штурмовика она держит в руках мощь целого корвета, вызывало в ней трепет, приводило ее в эдакий детский восторг, несмотря на довольно сложные обстоятельства.

— Процедура передачи управления завершена. Добро пожаловать, помощник капитана Рипли, — пробубнил обезличенный металлический голос компьютера.

— Эй, а почему помощник?

— Таково распоряжение администратора нулевого уровня.

— Это Смита, что ли?

— Идентификация администратора. Да, называйте его Смит.

Чертов параноик! Он или боится, что я не верну ему управление кораблем, или это начало тех самых проблем с ним, о которых говорил Фрэнк. Надо держать ухо востро. А еще — сотрудничество сотрудничеством, но…пожалуй, не помешает полный доступ к системам. Надо взломать эту чертову железяку, и чем быстрее, тем лучше. Но сначала — Фаллоу.

Элен запустила сканеры боевого корабля, и уже с третьего оборота обнаружила искомую цель. Похоже, у мистера Максимилиана были какие-то сложности — его ЛК (легкий крейсер) все еще торчал на орбите, и в энергетическом контуре, или, скорее уж, по энергетической сигнатуре, ярко сиявшей на экране сканера, явно наблюдались странности.

Самое просто объяснение — запуск корабля, выход с холостого режима был выполнен неправильно или поспешно. Специалист бы так ни за что не поступил, а значит, корабль «пробудил» не профессионал.

Хм…интересно…

Глава 21

Вытянутый корпус легкого крейсера с «зонтиком» из шести двигателей на одном конце и яйцевидным модулем жизнеобеспечения и контроля на другом, едва только обнаружив наш корвет, немедленно произвел запуск ракет из двух ракетных пеналов, расположенных на центральной, иглоподобной части корпуса.

Одновременно с пуском ракет он врубил все движки на максимальную мощность, от чего корабль рывком пошел вперед. Но неопытность пилотов была видна во всем — корабль никто не пытался отвернуть от планеты, а слишком «резкий» скачок вперед привел к тому, что вместо того чтобы отойти от планеты, выйти на гораздо более высокую орбиту, он наоборот начал терять скорость и все больше «втягивался» в атмосферу.

Корпус мгновенно перегрелся, блокируя спарки ПВО в их ячейках.

Упускать такую возможность Элен точно не планировала, поэтому маневровые двигатели правого борта отработали короткий импульс, перенацеливая нос корвета и, соответственно, его главный калибр прямо в корму крейсера корпоратов, сейчас окруженного эдакой огненной короной от выхлопа его же двигателей, еще более заметной на фоне темной планеты. Элен вывела себе на вспомогательный экран обратный отсчет до захвата цели, а также отсчет о возможности запуска управляемых противокорабельных торпед М-203, покоящихся в шести специализированных пеналах вдоль всего корпуса «Трейсера».

ПВО корвета принялось палить по приближающимся вражеским ракетам, Элен, наблюдавшая за этим, решила подстраховаться, и ввела на пульте команду запуска противоракет. Если ПВО не справится, то противоракеты точно устранят угрозу.

Все, с защитой собственного корабля закончили.

В тот миг, когда, вызвав тряску всего корабля, вылетели первые противоракеты, таймер захвата цели показал вожделенное «зеро» и замигал, привлекая внимание Элен.

Кнопка запуска тут же утонула в пульте, и две «убийцы кораблей» сорвались со своих мест, догоняя корпоратов, которые сами себя загнали в глупую ловушку, решив не уходить от планеты, а «падать» на нее.

Что ж, за ошибки нужно платить…тем более за такие.

— ВНИМАНИЕ! Фиксирую облучение системами захвата цели! — Внимание! Фиксирую множественные ракетные пуски со спутника! Внимание! Фиксирую облучение системой захвата с орбитальной платформы! Внимание! Фиксирую облучение системами захвата цели с поверхности! Внимание! Множественные пуски с поверхности! Внимание! Фиксирую импульс! Внимание…

Количество сообщений, выдаваемых компьютером, превратилось в один нескончаемый список, а звучащий под потолком голос прямо-таки заглатывал окончания одного сообщения, тут же запуская новое уведомление.

Зачем Смит оставил голосовое дублирование — известно только ему. Элен совершила тупейшую ошибку, но подумать о ней было просто некогда. Вся планета, ее луны, ее станции и прочее принадлежат корпорации «Вилланд». И везде есть защитные установки, орудия, пусковые системы.

Стоит только попытаться напасть на один из объектов корпорации, как все, что тут только есть, будет наведено на тебя. Каждое автоматическое оружие будет считать тебя враждебной целью.

Собственно, именно так сейчас и произошло.

Элен прошлась глазами по выданным на экран компьютером данным и резко переключила ИИ корабля в режим активной обороны под грифом «экстра». Таким образом, ресурс систем исчерпывался в разы быстрее, все вторичное отключилось, зато защитные системы работали по максимуму. Или, что правильнее, в «форсированном режиме».

Собственно, а других вариантов просто не оставалось.

Башенки ПВО деловито заелозили стволами и, разобрав пространство вокруг корабля на сектора, автоматически начали обстреливать вражеские ракеты, несшиеся к корвету. Взрывы вокруг корабля стали появляться один за другим.

Панель управления противоракетами снова загорелась красным: зафиксированы новые пуски ракет противником — последовали вторая, третья, четвертая волна, в основном с планеты.

«Трейсер» огромной акулой маневрировал в космическом пространстве, одновременно пытаясь удержать в прицеле главного калибра крейсер, и при этом, стараясь не подставиться под летящие в него со всех сторон ракеты.

Тем временем огненно-алая ракета, выпущенная корветом, добралась-таки до корабля корпоратов: она прошла через тонкую броню на корме крейсера, взрезав ее, как ножом. Армпластовая броня, раскалённая до красноты, рассыпалась на куски, и по сторонам брызнули мириады ярких, мелких искорок, напоминающих далекие звезды.

Пылающий обломок пилона с двигателем, раскрученный взрывной силой, начал свой неумолимый путь в атмосферу, оставляя за собой след из искр и пара.

Второй двигатель, так же оторванный неумолимой силой, висел на тонком остатке металлических ферм корпуса, вращаясь во все стороны под действием остаточного эффекта инерции от собственного импульса. Через пару секунд произошло неизбежное, и его сорвало, унося в бездну гравитационного колодца планеты.

Через несколько десятков метров он все же взорвался под действием неких внутренних процессов, инициировавшихся при повреждении корабля. Это был не просто взрыв, это было танцующее пожарное зрелище, заполнившее все окружающее пространство в радиусе сотни метров, и нанесшее еще больший урон кормовой части легкого крейсера.

Вторая торпеда ударила в нижнюю часть боевых палуб корабля с той же мощью, что и первая, пройдя через броню, будто нож сквозь растопленное масло.

Белый всполох озарил все, будто здесь и сейчас появилась новая звезда — настолько ярко полыхнуло, а затем через «пробоину» ударил целый сноп пламени, сопровождающийся чередой взрывов внутри самого корабля.

Похоже, что пострадали запасы ракет для правого ракетного пенала. Именно этот взрыв заставил вражеский корабль вздыбиться, как взбешенный жеребец, и резко развернуться — теперь нос его глядел в сторону космоса, а хвост был повернут к планете.

Вот только движки вдруг погасли, корабль терял скорость — сила притяжения планеты тянула его назад. На несколько секунд он словно бы замер на месте, а вот затем начал сходить с орбиты, в прямом смысле «падать» в атмосферу.

Оставшийся пилот крейсера боролся, как мог — движки все же смог запустить, однако даже с их помощью вырваться из гравитационного плена на оставшихся у него двигателях не выходило.

И в этот миг на экране перед Элен замигало алым перекрестие, сигнализируя, что главный калибр наведен на цель, а сама цель захвачена. Стрелять можно уже прямо сейчас, нужно лишь отдать команду.

Рука Элен метнулась к кнопке открытия огня и вдавила ее со всей силы. Корвет содрогнулся, компенсируя отдачу.

Выстрел из тяжелой пушки типа Р-900, стоящей обычно на линкорах в качестве бортового орудия, практически разорвал корпус крейсера пополам. Обшивка крейсера, и так перегретая от маневров в верхних слоях атмосферы и внутренних пожаров, практически полностью лопнула прямо по центру, обнажая внутренний каркас, изуродованный, побитый и оплавленный.

Корабль напоминал какое-то огромное животное со страшной раной внутри, с поврежденными внутренностями. Оно еще живо лишь номинально, да и то, только потому, что просто не успело осознать свою смерть.

Содержимое систем жизнеобеспечения испарилось от множества взрывов, превращаясь в пар и разрывая трубы, а стены коридоров расплавились от жара, образуя ручейки раскаленного металла.

Но избыточная мощь снаряда сыграла злую шутку, и вместо того, чтобы превратить вражеский крейсер в раскаленный плазменный шар, попросту развалила звездолет на две неравные части.

Меньшая, в которой находились командная рубка, системы жизнеобеспечения и наведения, а также спасательные средства, нырнула в атмосферу, продолжая полет. Она уже не просто разогревалась, а прямо-таки на глазах превращалась в пылающий факел. Пара маневровых двигателей по бокам, уцелевших в этой короткой стычке и все еще работающих, могли помочь изменить траекторию, сделать ее менее крутой, но какой смысл — ведь они никоим образом не помогли бы решить проблему посадки. Все, кто был в носовой части корабля, обречены.

Большая же часть превратилась в ту самую плазменную вспышку. Видимо, сдетонировал БК, или, быть может, топливо. Во всяком случае, на взрыв реактора это было не похоже. Как бы то ни было, а яркий огненный шар поглотил все: останки корабля, всех, кто был на борту, включая как зараженных, так и шишек из корпорации, всех остальных, кому не посчастливилось оказаться здесь и сейчас на крейсере.

Огненный шар начал медленно падать вниз, вслед за первой частью корабля, однако падал он, разгоняясь все больше и больше.

От него во все стороны летели пылающие клочья, отлетали здоровенные куски, продолжая падение уже самостоятельно.

Несколько секунд, и к поверхности планеты устремился уже целый дождь обломков.

М-да…не хотелось бы оказаться там, внизу, когда тебе на голову посыплется все это…

На мостике Элен в это время плясала пальцами по кнопкам на панели управления, переключаясь между оборонительными системами корабля. Глаза упорно следили за вражескими ракетами, которые летели на ее звездолет, как ливень на землю.

Она дополняла команды ИИ, со снайперской точностью уничтожая одну крылатую смерть за другой.

Да только, как казалось, все это бесполезно. Стоило отбиться от одной волны ракет, тут же автоматические системы запускали следующую. Причем с каждым разом ракет было все больше и больше.

В конце концов, она таки просчиталась, или же орудия банально не поспевали, однако оборона была прорвана, и в обшивку ударила первая ракета.

Взрыв, и в корпусе появилась небольшая пробоина.

Слава богам, что боевая часть у ракеты была слабенькой, да и сама она была предназначена вовсе не для атаки крупных звездолетов, иначе это был бы конец.

Помимо ракет по корвету начали бить лазерные орудия. Лупили в основном с поверхности, но несколько орудий имелись на орбитальной платформе, еще две были на поверхности спутника планеты.

Где-то там, кстати, откуда бьют орудия со спутника, должны были располагаться и пусковые шахты, системы наведения.

Корпус корвета во многих местах был черным от попаданий, кое-где даже потекла броня.

Но пока что это были мелочи: от более серьезных повреждений спасала отражающая поверхность брони, покрытая специализированным веществом, рассеивающим и отражающим энергетические импульсы большой мощности, вернее веществом, которое должно было отражать. Жаль, но ничто не вечно, и слои защиты быстро исчерпывали себя, кое-где и вовсе пропали.

Вон ведь, Элен видела через камеры прожженную броню. Под таким обстрелом очень скоро броня будет расплавлена, и тогда уже лазеры начнут плавить внутреннюю структуру корабля.

И этого Элен очень хотелось бы избежать. Да вот проблема — пока что она не могла придумать ничего толкового, не могла найти выход или вариант, как выкрутиться из сложившейся ситуации.

«Трейсер» все еще не набрал достаточную скорость, которая позволила бы ему уйти от ракет и лазеров, убраться вне зоны их действия.

Элен лихорадочно искала выход, а на экране тем временем схема корабля окрашивалась в красный цвет — так обозначались новые попадания, новые отсеки, выведенные из строя, либо поврежденные.

Так же цифра, показывающая целостность, прочность и толщину брони, стремительно снижалась.

Черт! Что же делать?

В идеале нужно было бы поразить центр контроля систем ПВО, но где он находится — этого Элен не знала.

А тем временем очередное сообщение компьютера о пусках с поверхности луны сопровождалось предупредительным уведомлением системы противоракетной обороны о том, что запаса противоракет хватит еще на три пуска.

— Смит! У нас проблемы! Еще две минуты, и ресурс противоракетных систем закончится. Ты, кажется, говорил о циклонной торпеде на борту? По-моему, самое время ее использовать…

— Куда ее использовать? В смысле — куда бить? Ты знаешь, где центр управления обороной? Просто пульнешь снаряд стоимостью в несколько миллиардов от балды?

— Почему от балды? Я пульну его в луну, туда, где сосредоточены сразу несколько установок. Выбьем лазерные орудия и ракетные установки. Даже если центр и не там — уже легче будет. Хотя лично я думаю, с вероятностью процентов в восемьдесят, что именно там он и находится.

— Но не циклонной же торпедой бить… — заныл Смит.

— Не будь жлобом! Мы можем подохнуть! Что дороже? Сраная торпеда, или твоя жизнь⁈

— Давай попытаемся ударить для начала…

— Обычный снаряд будет совершенно бесполезен — радиус взрыва маленький, боевая часть тоже… Это нам ничего не даст. А у торпеды какой радиус поражения? Десять километров? Двадцать? И глубина поражения до двухсот метров, так что если командный пункт там — мы его накроем. Даже если засадим торпедой не прямо по нему, а куда-то рядом.

— Но ведь еще орбитальная платформа остается. Если центр уцелеет, то…

— Сейчас попробую снести ее, пристегнись там получше — нас будет сильно болтать.

Как раз в этот момент корабль сильно тряхнуло. Последние противоракеты улетели в тот момент, когда Элен проговорила слова предупреждения о «болталке», так что теперь оставалось надеяться на прочность брони и мастерство пилота.

Смит явно был в растерянности. С одной стороны, циклонная торпеда нужна, чтобы зачистить местность, а это необходимо сделать. Твари там, внизу, на поверхности планеты, ни в коем случае не должны оказаться в космосе.

Он уже все очень здорово придумал — как только эта идиотка закончит свой космический бой, он подаст кодированный сигнал, и ее броня превратится в смирительную рубашку, после чего останется просто выкинуть ее с корабля и запустить снаряд вниз.

Рик Санчес за сотрудничество с Вилландом уже был приговорен, и сам это отлично знал — устав «Мизерикордии» по части серьезных проступков, тем более предательства, был прописан четко и точно. Никаких поблажек. Никому.

Но пока что все планы Смиту пришлось отложить, ведь если не подавить системы ПВО, то корабль будет сбит. Если сейчас отключить Элен, то запустить торпеду он сам все равно не сможет. Просто не успеет. Корабль разнесут раньше, чем он сможет нацелить и запустить смертоносный снаряд. А если передать ей полный контроль и позволить запустить снаряд по спутнику, что будет потом? Придется играть по тем правилам, что придумал Рик и этот чертов мутант? Как его там? Бывший морпех, Колтон.

* * *

Ждать ответа Смита и бездействовать — было бы смерти подобно, поэтому все то время, пока он крутил в голове классические вопросы: «что делать» и «кто виноват», Элен мастерски маневрировала, уворачиваясь от ударов, спасая корвет от неминуемой гибели, да еще ко всему прочему пыталась подлететь как можно ближе к орбитальной боевой платформе.

Она действовала на грани фола, стараясь найти уязвимое место в обороне противника, но в то же время стараясь сохранить собственный корабль. Благо, воевала она сейчас не с живым противником, а машинами, действующими по шаблонам.

Вон, ИИ продолжает активно обстреливать «Трейсер», чередуя лазерные импульсы и ракеты, при этом начисто игнорируя опасность — корвет уже довольно близко от платформы…

Сигналы о пробитиях начали сыпаться на Элен, формируя один нескончаемый поток. Она просто перестала обращать на них внимание, сосредоточившись на придуманном ею же плане атаки.

В конце концов, зачем им нужен пустой ангар, где раньше стоял штурмовой катер, да и резервный радарный пост не так уж ценен. Так что хрен с ними. Главное, чтобы движки уцелели, и управлять корветом можно было.

Корпус, вон, уже пробит больше чем в трех десятках мест, но ни одной жизненно важной системы пока не пострадало, так что пока все нормально. Пусть компьютер корабля мигает всеми аварийными огнями, пусть лог забьется предупреждениями и уведомлениями — на данный момент все нормально. Главное — дотянуть и выполнить задуманное.

Выйдя на заранее просчитанный рубеж, Элен начала воплощать в жизнь свою задумку.

Первым этапом было отвлечь противника хотя бы на пару секунд, для чего она произвела пуск двух торпед. Шансов на попадание у них не было, но Элен и не ставила перед собой такой цели.

Взрывы на секунды ослепили систему наведения платформы, и в сплошном потоке лучей лазеров возникла пауза, которой и воспользовалась агентесса.

Корвет замер на секунду, и баллистический вычислитель наконец-то выдал результат, закончив обсчет атаки, предложенный ему пилотом.

Держа цель на прицеле, Элен совершила точный выстрел из главного калибра. Она не стала тратить время на оценку ущерба, сразу же мощно рванув штурвал на себя и переведя рычаги тяги на максимум. В тот момент, когда корвет практически встал на дыбы, компьютер произвел сброс предпоследних двух торпед, отсрочив запуск их двигателей на пару секунд, как ему и было приказано.

Это создало удивительную картину: в миг, когда двигатели «Трейсера» вспыхнули пламенем максимальной тяги, и он рванул вверх относительно станции, оптика этой самой станции была ослеплена факелом огня и не заметила старта торпед, проходящих через остаточный выхлоп.

Тем не менее, стоит отдать должное инженерам и программистам, корпевшим над ИИ — когда до него дошло, что вот-вот случится, он открыл огонь из всего, что только можно, пытаясь снести торпеды.

Одна из торпед все же смогла дойти до цели и нанести серьезный удар, в то время как вторую системе ПВО практически у самого корпуса станции удалось перехватить. Целью торпедного залпа была башенка контрольной системы, и атака удалась. Даже одной торпеды хватило для выполнения задачи.

Взрыв внутри станции был куда менее зрелищен, чем поражение крейсера, но куда значимее.

Внутренние структуры станции разорвало от давления, возникшего при взрыве. Тонкие системы, производившие координацию ее ПВО и систем наведения лазерных батарей и ракетных шахт, перешли в автономный режим, лишенные фактически «глаз» и «ушей», располагавшихся в контрольной башне, то есть сенсоров и радаров.

— Смит, сволочь, решай уже что-то, или я сейчас разнесу эту станцию и просто отправлю твой драгоценный корвет в атмосферу, а сама сбегу на «Буревестнике»! Уж его-то я посадить смогу, — крикнула Элен.

Тем временем, совершив несколько хитрых маневров, судно направлялось прямо к платформе, активно виляя, чтобы избежать вражеского огня. От обстрела со стороны луны их сейчас закрывал массивный корпус станции, а дезорганизованная система обороны не могла попасть в быстро мечущийся корабль. Сигналы о пробитиях продолжали приходить, но вместо сплошного потока это был тонкий ручеёк, и ничего серьезного повредить в корабле противнику не удалось.

Элен снова сосредоточилась на главном калибре. Она знала, что эта атака или позволит им победить, или же приведет к гибели корабля. С прицельной маркой на противнике, она с уверенностью нажала на кнопку, выстрелив огромный снаряд в сторону платформы. Время замедлилось, когда она вглядывалась в экран, ожидая результатов своего выстрела.

И так уже расшатанная после предыдущего попадания снаряда и торпеды, система защиты просто не выдержала, и станция раскрылась эдаким огненным цветком, выбросив в окружающее пространство громадное число осколков и элементов конструкции. И вот туда, в это месиво, корвет выпустил две свои последние торпеды, довершая начавшуюся симфонию разрушения.

Не встретив сопротивления, десятиметровые стальные сигары скользнули внутрь, к уязвимому сердцу станции — ее реактору. Второй взрыв был не чета первому, на орбите будто бы вспыхнуло новое солнце. И через его «корону», состоящую из множества пылающих обломков, хищной птицей скользнула тень корвета.

Глава 22

Смит колебался долго, но все же правила организации, службе которой он отдал почти два десятка лет из своих сорока, нарушать он не считал возможным.

Дать допуск чужаку, пойти против всего, во что он верил, и, как результат, выпустить чужеродную угрозу, способную убить весь мир?

Нет, он еще не сошел с ума, в отличие от Рика. Было чуть-чуть жаль убивать девушку, она могла бы принести много пользы организации, но…

Во-первых, она из Службы Общественной Безопасности — это риск. Хотя такой человек и в такой организации мог бы быть полезным… Во-вторых, девушка может быть инфицирована. Оставить ее в живых — значит снова-таки поставить под угрозу существование всего человечества.

Так что нет, мисс Рипли должна умереть. Смит вызвал в меню наручного компа протокол запуска специализированного софта, разработанного сотрудниками «Мизерикордии» именно на такой случай. Ввел код доступа, и, чуть поколебавшись, все же отдал команду:

— Протокол Эй-Эйч-Икс-002, запуск.

— Протокол выполняется.

Смит откинулся на спинку кресла. Все. Выбор сделан, и он точно верный. Теперь, когда решение принято, все механизмы запущены, нужно…

Внезапно комм начал вибрировать, привлекая внимание. В принципе, что бы там ни случилось — это уже неважно. Даже плевать на все.

У Смита жутко болели глаза, так что он просто включил микрофон на комме и приказал:

— Перейти в голосовой режим.

Плевать, что там сейчас будет. Плевать, услышит ли Рипли — ничего сделать она уже не успеет.

Секундная пауза, и информационные сообщения начинают выдаваться через динамик комма.

— Внимание! Обнаружен сбой в программе. Внимание, обнаружена трассировка! Выполняется блокировка вируса. Внимание! Блокировка невозможна, вирус в мейнфрейме. Внимание! Вирусная атака, вни…

Тут комп заткнулся, голос как отрезало, а из динамиков связи раздался совершенно другой голос, который Смит совершенно не ожидал сейчас услышать.

— У вас там как, все в порядке, мистер Смит?

В ее голосе слышалась неприкрытая издевка.

«Вот же тварь, а? Еще и издевается».

Ладно, сейчас тебе невесело станет…

— Компьютер, аннулируй допуск Элен Рипли к управлению кораблем!

— Отказано. Невозможно отстранение единственного пилота на корабле до окончания полета — инструкция 49-бис, пункт 2б.

— Что-о-о? Я приказываю! Я администратор нулевого уровня, ты не можешь проигнорировать мой приказ! — брызгая слюной, заорал Смит.

— Приказ противоречит первичным инструкциям. Согласно директиве 6Б-8 «О противодействии саботажа» провожу сканирование администратора нулевого уровня. Фиксирую высокий уровень адреналина. Временно блокирую возможности управления и принятия решений. Передаю управление исполняющему обязанности капитана Элен Рипли.

— Да твою то… — чуть не задохнулся от возмущения Смит.

— Смит, а ты идиот… — послышался веселый голос Рипли.

Он не отреагировал на оскорбление. Все-таки два десятка лет работы оперативником приучили его к простой истине: любой план может провалиться. Сейчас у Смита оставался последний шанс — нужно было добраться до оружейной. Там есть парочка пробойников, специальных пушек, созданных для уничтожения тяжелой брони.

— Компьютер! Блокируй оружейную! Компьютер! Заблокировать мостик! Администратор нулевого уровня подвержен панике! — услышал Смит в наушниках голос Элен. Вот ведь, стерва!

— До возвращения на базу аннулировать допуск «Смита»! — выдала она новый приказ.

— Выполняю… Обнаружен конфликт. Невозможно удалить допуск администратора нулевого уровня. Для этого нужен аналогичный статус.

Ну вот. Хоть здесь у нее ничего не получилось.

— И ладно! Статус «Смита»?

— Временно заблокирован. Удаление невозможно.

Элен довольно хмыкнула и снова обратилась к Смиту:

— Настоятельно тебе не рекомендую сейчас рыпаться. Я очень сильно зла, но если сейчас устроим разборки — погибнем оба. До момента возобновления атаки со спутника по нашему кораблю — считанные минуты. Я укрыла нас за обломками платформы, а расширяющееся радиационное облако не дает их системам нас обнаружить с помощью датчиков массы и сканеров, но облако стремительно редеет, так что очень скоро мы умрем, если ничего не предпримем. У меня нет времени ломать всю твою систему, поэтому по-доброму прошу: выдай мне коды доступа администратора нулевого уровня. Я даже удалять тебя из корабля не стану, и дам тебе уйти после операции. Клянусь.

— Нет, — покачал головой Смит.

— В смысле «нет»?

— Нет — означает нет, что тут непонятного? Я не дам тебе никаких допусков. Корабль выполнит свою задачу или погибнет, как и я. Мне жаль, но по правилам все вы подлежите ликвидации. Прямую угрозу в виде Фаллоу ты устранила, спасибо. Но и ты, и твой друг Фрэнк, и Браун, мой коллега, и даже доктор Санчез, и все эти невиновные ни в чем люди должны умереть. А я — вернуться на базу и сесть в изоляцию, передав предварительно информацию об угрозе. Либо, если угроза будет сочтена слишком большой, и я, и корабль также будем ликвидированы.

— Но…это глупо! Так нельзя! Ты ведь не заражен! У тебя есть полезная информация. Ты сам важен, ведь знаешь, как сражаться с Дэворарами… Не будь упрямым кретином!

— Такова судьба. В конце концов, об угрозе Дэвораров руководство в курсе, так что если никто не вернется с задания — будет и так понятно, что делать дальше.

— Ладно. Я тебя услышала, — зло бросила Элен.

С этими словами двери в рубку распахнулись. Смит не питал иллюзий, для этого он был слишком опытен. Если с врагом нельзя договориться — его уничтожают. Сопротивление в данном случае практически бесполезно.

Но вместо влетающей гранаты или входящей в помещение Элен двери просто остались открыты. Она решила с ним поиграть? Очень зря. Все-таки хозяин корабля он, и если у него будет шанс…

— Не обольщайся. У тебя ровно одна дорога — до эвакуационной шлюпки. И времени примерно сорок секунд. Никуда более ты попасть не сможешь. Я не собираюсь становиться тобой, убивать, потому что «так надо». Вали отсюда, «мистер Смит»!

Не слишком то веря в такую удачу, он вышел в коридор. Интуитивно он ждал удара в спину, но…ничего не произошло.

Что ж. Пожалуй, у него остался только один выход. Подобный финт известен лишь тем, кто долгое время служил в рядах «Мизерикордии». Никто посторонний об этом не знает.

Именно на такой случай, как сейчас, почти во все корабли «Мизерикордии» встроена система ручного запуска самоуничтожения корабля, дабы секреты не доставались никому, и сейчас Смит эту самую систему запустит.

Глупая, хоть и благородная девочка. Жаль, что так сложилось…

Смит прошел по коридору, практически до самого эвакуационного шлюза, когда корабль внезапно дернулся, и пол коридора встал на дыбы. Удар был такой силы, что со стен посрывало все незакрепленные предметы, а свет начал мигать, как на дискотеке.

Когда же лампочки, наконец, прекратили свою пляску, начали гореть ровным светом, то взгляд Смита сразу же зацепился за искореженные и перекошенные стенки с правой стороны коридора. Похоже, что в «Трейсер» таки попали хорошо.

— Смит! Если ты еще цел, то учти, у тебя совсем не осталось времени. Активация системы самоуничтожения, которую я, кстати, отключила еще до того, как выпустить тебя из инженерной рубки, уже не запустится. Мы только что потеряли левый двигатель. Реактор перегревается. Я попытаюсь сейчас направить то, что осталось от корвета, в район, откуда был пуск. Не вздумай мешать мне!

Вряд ли сейчас она врет. Да и просто нет возможности это проверить. Но как? Откуда она узнала о системе самоуничтожения? Ведь она…

А, черт! Рик! Рик мог сказать…

Что ж, тогда остается и впрямь только эвакуироваться. В конце концов, задачу он выполнит. А в том, что корабль и торпеда рухнули на поверхность луны, что корабль так и не удалось уничтожить — его вины нет.

Так, а сейчас рывок ручки, с помощью которой можно открыть шлюз. Двери нехотя расходятся, и…

Твою же мать! Капсула повреждена! Да чего там — она попросту уничтожена. Здесь не осталось ничего — оборудование всмятку, порванные провода искрят, на полу какие-то обломки…

Черт! Сбежать шансов нет.

А раз так…

Нужно вытащить девку отсюда. Нужно добраться до «Буревестника», которым может управлять только она, и на нем отправиться к планете. Но как убедить сейчас Элен спастись? Девчонка явно решила стать камикадзе.

Смит развернулся и побежал по коридору. Наверняка Элен уже разогнала звездолет для тарана, и времени было в обрез.

Он, задыхаясь, добрался до мостика, да только двери не желали открываться. Ни коды, ни приказы, ни грубое механическое воздействие эффекта не дали.

— ЭЛЕН! ЭЛЕН! Открой дверь! Нам нужно поговорить! — отчаявшись, заорал Смит, тут же спохватился и принялся орать, уже включив рацию.

Молчание. Абсолютное. Похоже, что агентесса отключила связь.

— Смит? Это ты, Смит? — черт, ее голос прозвучал для него лучше любой музыки.

— Я! Элен, я сейчас передам тебе права полного доступа. Запускай заряд, не надо гробить корвет!

— Слишком поздно. Даже если бы я была настолько дурой, чтобы поверить — сейчас слишком поздно. Я отключила ИИ, и корабль идет на ручном управлении. Надеюсь, подрыва реактора при ударе хватит, чтобы инициировать вашу бомбу…

— Нет, Элен! Не делай этого! Ты еще можешь спастись!

— «Можешь спастись»? — Элен прямо-таки фыркнула. — Ты что, думал, что я тут решила самоубиться? Ну, уж нет! Я сваливаю. Надеюсь, «Буревестник» сможет снова взлететь.

— ПОДОЖДИ! Элен! Я на борту! Я…я не могу воспользоваться капсулой.

— Тогда на твоем месте я бы уже бежала со всех ног к ангару, к «Буревестнику»…

— Что? Ты не на мостике?

— Давно нет. Поспеши. Ждать не буду… — внезапно появившиеся в эфире помехи забили ее дальнейшие слова.

Через доли секунды причина сбоя стала понятна. Корпус корвета пробит насквозь, пульсирующее копье лазерного огня закончило свой путь где-то внутри корпуса, очень близко от рубки — даже через скафандр Смит ощутил волну жара.

Обернувшись, он понял, что в целом уже может и не торопиться. Потолок коридора, ведущего к ангару «Буревестника», расплавленным потоком выливался на пол, заодно полностью блокируя снаружи двери.

— Элен! Элен, ты меня еще слышишь?

— А! Чер…! Г…е ты…ам?

— Не жди меня — я не доберусь. Улетай, и прости. Я был неправ, нужно было… — он прервал сам себя, выдохнул, и произнес уже гораздо спокойнее — Удачи тебе!

—…о про……т? Сми… прием!

Наверное, можно было потратить последнюю пару минут более продуктивно, но сесть, и думать о прошлом — было как-то глупо. А вот сделать так, чтобы последняя атака «Трейсера» была успешной — это оставалось возможным. У циклонной бомбы был режим «ручного взвода», и добраться до бомбы Смит таки мог…

Элен

Черт! Даже если бы было время, спасти Смита нереально.

Сейчас бы самой уцелеть.

Сначала надо взлететь с набирающего все большую скорость, сильно поврежденного корвета под огнем лазерных и ракетных батарей, потом пережить несколько минут, уклоняясь от этого самого огня, при этом будучи внутри старой, считай, картонной скорлупки — «Буревестника».

А еще нужно молиться, чтобы «посылка» «мизерикордовцев» таки добралась до места назначения и взорвалась.

В том, что центр управления автоматизированной ПВО и впрямь там, где она предположила, Элен не сомневалась.

Если центр будет уничтожен, то шансы добраться до поверхности резко возрастут. Но…

Но сначала нужно в принципе взлететь. Сейчас, когда корабельный «мозг», демонтированный ее же собственными руками, лежит в ее рюкзаке, никто не поможет древнему разведчику покинуть негостеприимное нутро поврежденного корвета.

Придется по старинке, ручками.

Так, тягу на два процента, прогреть двигатель. Запускаем телеметрию на забрало шлема и подаем энергию на маневровые. Готово. Ну, с богом!

Дистанционный взрыватель уже лежит на подлокотнике кресла, на нем только одна кнопка.

Элен нажимает, даже с силой вдавливает кнопку в обрезиненный корпус пульта, и тут же огненным кольцом взрыва опоясывает сразу всю шлюзовую дверь, и одновременно с ней внутреннюю, обеспечивающую герметичность внутренних помещений.

Огромная масса воздуха со свистом вылетает наружу, а вместе с ней и «Буревестник».

Так, немножко прибавить мощность и выровнять нос прямо по центру зияющей на месте шлюза дыры.

Отлично! «Взлететь» получилось даже проще, чем ожидалось.

«Буревестник» летит, набирая скорость. Мимо него проносится всякий хлам, обломки, контейнера, все то, что лежало в ангаре.

Часть хлама бьет в корпус. Но это мелочи, он выдержит.

Все! Вот и открытый космос. Тягу на ноль, двигатель выключить.

Элен планировала прикинуться кучкой древнего мусора, чтобы автоматические системы не смогли распознать ее как корабль, как цель.

Несколько минут так она сможет продержаться, а дальше…

Дальше, если повезет, некому будет в нее стрелять.

Повезло. В момент, когда неуправляемый разведчик перевернулся и вместе с какими-то бочками полетел прочь от корпуса «Трейсера», система обнаружения активного поиска тренькнула.

Но одновременно с этим орудие главного калибра корвета вдруг пальнуло.

Это еще что?

Смит! Конечно же, Смит. Ну, надо же — решил-таки стать героем? Что ж, спасибо тебе, тупой фанатик. Хоть ты и был козлом, но в преддверии смерти все же превратился в человека.

Снаряд пушки унесся куда-то вперед, а вражеские системы ПВО, проигнорировав мусор и отрывающиеся обломки, сосредоточили огонь на ходовой рубке корвета. Несколько ракет и три лазерных луча скрестились в одной точке, проплавив уже изрядно пострадавшую броню и пробив одно из самых защищенных на корабле мест. Вот и все. Прощайте, агент Смит.

Смит, там же и тогда же

Несмотря ни на что, Смит все еще был жив. Нажав на незаблокированном пульте управления оружием кнопку выстрела из ГК, он тут же покинул рубку. Благо, вакуум в коридорах ему был до лампочки, в скафандре кислорода хватило бы еще на полчаса.

Смит, цепляясь за выступы и перекладины, упорно полз по коридору. Хорошо, что после того, как корабль разгерметизировался, все пожары мгновенно исчезли.

Черт, ну почему он такой невезучий? Когда эта чертова капсула превратилась в хлам? Похоже, что сейчас, во время лихих маневров Элен. Черт…вот непруха. А ведь мог бы лететь сейчас в спасботе к поверхности, и горя бы не знал…

Но случилось, как случилось. А раз так…

Глава 23

Смит, невзирая на тряску, не обращая внимания на постоянную, непрекращающуюся вибрацию пола под ногами, упорно двигался по кораблю в сторону арсенала, где хранилась бомба.

В отличие от Элен, он точно знал, что бомба без ручного взвода не взорвется. Точнее шанс этого был минимальный. Более того, была вероятность, что после «тарана» корветом бомба и вовсе уцелеет, а ее затем найдут прибывшие корпораты. Допустить подобное нельзя, ведь в этом случае у «Вилланд» будут неоспоримые доказательства нахождения здесь «Мизерикордии». Да чего там — организацию во всем и обвинят, повесив всех собак.

А вот и арсенал. Благо, на корабле аварийная ситуация, и двери открылись без всяких проблем. Смит тут же увидел закрепленный у стены округлый цилиндр длиной в десять метров и диаметром в три.

Какая маленькая, незаметная вещица. В масштабах космоса.

Один из величайших трофеев «Мизерикордии», технологию которого смогли не только скопировать, но и улучшить. Секрет организации, который тщательно охраняли. Смит понятия не имел об особенностях конструкции и принципах работы этого «монстра», да оно ему и не надо было.

Зато он точно знал, какую последовательность цифр надо набрать на небольшом дисплее, упрятанном под люком в корпусе, чтобы спящая страшная сила внутри этого гиганта пробудилась.

Этот код он не забыл бы, даже будучи на смертном одре.

Код буквально отпечатан на подкорке.

Так…

Два-семь-девять, шесть четыре ноль…

Бах!

Черт!

Хоть звука и не слышно, зато тряхнуло существенно, полетели какие-то ошметки, и один здоровенный обломок пролетел мимо, ударил прямо над головой. Похоже, броня окончательно рассыпалась, и ракетные попадания рвут уже внутренние переборки.

Плевать. Не отвлекаться. Нужно ввести код!

…Семь-семь-пять-девять…

В этот миг стенка помещения раскалилась до алого, потом до белого свечения, и вмиг рухнула на пол водопадом из стали. Магнитные подошвы скафандра не позволили Смиту оторваться от пола, но вот температура в помещении моментально скакнула до немыслимых высот.

Скафандр, не рассчитанный на такое, мог лишь частично компенсировать тепловой удар.

Левая рука, левая нога. Левый бок. На них пришлась основная волна жара. Смит ощутил, как начинает прикипать к его телу скафандр, как медленно плавится и влипает в кожу подшлемник.

Пока что он ощущал жжение, нарастающее жжение, но очень скоро придет и боль. Боль такая, что впору выть. Но это потом, а пока…

…Девять-два-два-зеро-один.

Есть! Код введен! Почти все сделал. Почти!

И тут же болью накрывает, словно волной.

Аптечка моментально начала работу, но она вряд ли справится…

Уже темнеет в глазах, но надо нажать еще буквально три кнопки.

Активировать заряд…

Есть!

Черт, шлем помутнел. Кажется, забрало плавится. Шлем плавится!

Ощущения такие, что сунул голову в печь. Лицо печет, веки приходится сжимать так, что ни черта не видно

Хочется орать от боли, хочется забыться… Нельзя!

Нельзя терять сознание!

Смит уже видел накатывающую темноту. Он видел наплывающее пятно боковым зрением, а сквозь плотно сжатые веки, меж которыми осталась лишь малая брешь, будто смотровая щель в танке, он видит яркие пятна, расцветающие всеми спектрами радуги, маня постоянно меняющимися волшебными переливами, обещающими избавление от мучений.

Нельзя! Нельзя! Ну же!

Вернувшаяся боль отрезвляет. Смит слышит, как кто-то орет. Орет во все горло, и крик этот страшный — в нем слышится отчаянье и злость.

Да это же он сам орет!

Что-то шипит. Определенно что-то шипит. Что это? Кажется, это обугливается его спина. Этот страшный факт его совершенно не удивляет. Он констатирует его отстраненно, будто и не с ним это происходит.

Главное сейчас — нажать кнопку, подорвать бомбу.

Вот она, эта кнопка. Чертово допотопное цифровое меню! Как же неудобно! Зато надежно. Смит видит, как бегающие строчки, прыгающие одна за другой, наконец-то угоманиваются. Он видит мигание курсора внизу экрана. Все. Enter.

Он уже не почувствовал, как его шлем не справился с окружающей температурой, как внутренний пластик попросту потек на лицо, покрывая его, как маску, сдирая кожу. Он не видел, как из прорех в шлеме кислород рванул наружу, а следом его собственные органы разорвало декомпрессией.

Ничего этого он не чувствовал и не знал, так как это все было для него неважно. Он умер задолго до этого, за целую вечность — парой мгновений раньше. Смит умер, стоя возле бомбы, вцепившись в нее рукой.

И в то мгновение, когда жизнь оставила его, погасила его сознание, он чувствовал облегчение — его смерть была не напрасной, долг перед человечеством и организацией он выполнил настолько, насколько мог. Сделал все, что было в его силах.

Системам ПВО, управляемым компьютером, удалось полностью уничтожить все двигательные системы и контрольные помещения безрассудного атакующего судна.

Хладнокровный ИИ попал абсолютно по всем критически важным точкам вражеского корабля. Но…тот продолжал двигаться.

А когда сенсоры внезапно засекли пульсацию циклонного реактора внутри уже мертвого корвета, для искусственного интеллекта это и вовсе стало сюрпризом, загнавшим его в ступор. Система проверяла шаблон за шаблоном, начала создавать собственный, на основании имеющихся, можно сказать, «импровизировала», пытаясь выйти из сложившейся ситуации. Но…

Отреагировать и исправить что-то уже не представлялось возможным. Тем не менее, в искорёженный корпус «Трейсера» впилось еще с десяток ракет, полсотни снарядов систем непосредственной обороны бункера, и даже парочка лазерных лучей. Но что можно сделать с уже перекореженным и оплавленным многосоттонным куском металла, падающим хоть и не на сами позиции, а в двух километрах от них? Да ничего, тем более что высота составляла на момент запуска реактора всего-то пару километров, так что весь этот обстрел можно было назвать актом отчаянья обреченного и паникующего ИИ.

В момент удара поверхность луны озарила вспышка невероятной мощности. Аннигиляционная волна побежала от места удара, замыкаясь для наблюдателя в полусферу десятикилометрового диаметра. Внутри сферы испарились, несмотря на сверхсовременную защиту, все контрольные схемы ИИ, все орудийные вышки. Без спецэффектов исчезли ракетные шахты, и даже доки с автоматическими истребителями.

Все было стерто в одночасье, будто и не было тут ничего.

Спустя минуту шар лопнул, ударной волной всколыхнув на спутнике планеты всю пыль, веками лежавшую на поверхности, и подняв ее ввысь. Из-за низкой силы тяжести оседать она будет минимум полгода.

Но в эпицентре взрыва пыли не оставалось, и, когда вспышка угасла, а кольцо взрыва унеслось во все стороны, взгляду наблюдателя, которым была мисс Элен Рипли, представилась могила Джона Смита, эдакий монумент его фанатичной преданности «Мизерикордии» — глубочайшая яма, дна которой было не разглядеть.

Долго любоваться «пейзажем» Элен не могла — вся орбита спутника была заполнена сотнями маленьких и больших обломков «Трейсера», хаотично летящих и сталкивающихся между собой.

Проблема же заключалась в том, что часть этого мусора летела не только туда, куда упал корвет, но и в обратном направлении — вслед «Буревестнику». Причем мусор получил солидное ускорение от взрыва, и довольно скоро догонит корабль. Чтобы увернуться от всего этого искусственного метеоритного потока, нужно было серьезно потрудиться…

Два часа маневров. Дважды Элен была уверена, что это конец: когда в крыло ударил кусок дюзы, и ее закрутило от этого удара, и когда она еле разминулась с обломком, размеры которого были сопоставимы с ее разведчиком.

Но вот и все. «Буревестник» гордо реет на низкой орбите.

У Элен трясутся руки и ноги, глаза и голова болят от напряжения и той дозы адреналина, что гулял сейчас по ее организму.

Тем не менее, расслабляться Элен себе не позволила — есть еще дела.

Так, связи с Фрэнком отсюда нет, зато есть кое-что интересное.

На стабильной геостационарке висит билет для кучи народа: старый-старый круизный лайнер типа «Олкридж». Такие летали и возили пассажиров лет двести назад, и даже тогда считались устаревшими.

Но этот с виду целый, ну, почти. Может, он даже на ходу…

Сколько там Фрэнк говорил людей нужно вывезти? Десять тысяч человек? Ну, из них восемь точно влезут в «Олкридж», а больше там все равно не выживет, надо быть реалистами. Даже 8 тысяч человек натолкать будет той еще задачкой…

Так, надо садиться и сказать этому психованному, что способ спасти столь милых его сердцу чумазых шахтеров есть.

Сам лайнер, понятное дело, к посадке на планеты непригоден, поэтому такие корабли, как правило, снабжаются двумя шаттлами. И один виден прямо отсюда, вон он, прикрепленный к внешнему стыковочному модулю, висит. Элен прекрасно смогла его разглядеть во всех подробностях, сменив разрешение на внешней камере.

Хм…в такой шаттл за один раз помещается около семи сотен человек. Все это им еще в школе рассказывали, потому что именно эти самые лайнеры превратились сто лет назад, во время очередной волны колонизаторского бума, в популярный корабль для перевозки переселенцев.

«Собственно, а чего я туплю то так? — сказала вдруг сама себе Элен. — Ведь на корабле есть станция связи, с помощью которой связаться с доком и Фрэнком будет куда проще».

«Правда, — тут же добавила она мысленно, — там еще и запаролено все, но…».

Мысленно она потрясла сумкой с громадным кристаллическим блоком, снятым с «Трейсера» — у нее на такой случай есть решение. Как-нибудь справится с защитой…

Несколькими часами ранее, Фрэнк и Санчез

Оставив за собой дымный след, корабль скрылся за грядой холмов. Мы с Риком переглянулись. Похоже, что-то там пошло не по плану, по идее Смит с Элен должны были догонять и уничтожать корабль корпоратов на пути к транспортному хабу, но бой явно произошел еще на орбите планеты. А какого, собственно, хрена корпораты там торчали? Почему не улетали?

Поджидали преследователей? Так откуда они могли знать, что за ними кто-то будет гнаться? Да и на хрена ждали? Странно. Очень странно.

Остов корабля, упавший неподалеку, однозначно принадлежит крейсеру корпоратов, уж эти обводы знает любой военный.

— Санчез, проверь связь! Похоже, у наших ребят проблемы.

Ополченцы недоуменно уставились на нас.

— Парни, а вы кто, все-таки? Военные? И не с нашей планеты? Это ваш корабль с орбиты упал? — посыпались на нас вопросы.

А еще ребята в комнате здорово напряглись. Ну да. С орбиты. Непонятный корабль. Как раз и форма наша непонятная, вовсе не похожая на стандартную для ВКС… А не пираты ли мы часом? А зачем к ним полезли?

Я прямо-таки угадывал, какие мысли бродили в их головах. Неприятная ситуация. И объяснять им сейчас что-то — не лучшее решение. Хотя, блин, идиоты: ну хоть поглядите на крейсер — понятно же, что он корпоратский… Сейчас нафантазируют черт знает что… Ладно, где наша не пропадала.

— Так. Сейчас спокойно, убираем руки от стволов, садимся и слушаем меня очень внимательно, — стараясь говорить ровно и уверенно, сказал я. — Мужики! Я стреляю и двигаюсь во много раз быстрее вас, не стоит проверять свои навыки ганфайтеров. Большая часть из вас умрет, даже не осознав, что случилось. Сразу говорю — мы не пираты, не корпораты, и вам точно не враги.

Все продолжали напряженно сверлить меня глазами. Фалькон, думая, что он крайне незаметен, медленно смещал пальцы к рукоятке своего автомата, уже даже «незаметно» скинув флажок предохранителя. Ну, это он думал, что незаметно.

Все молча буравили нас взглядом, ничего не спрашивая и не говоря.

Не верят, значит. Черт, как неудачно этот крейсер упал, а…

Ладно, придется преподать урок, при этом обойдясь без убийств и членовредительства.

Ага, вот сейчас.

Фалькону еще миллиметр или два надо, чтобы ухватиться за оружие.

Да, пора!

Срываюсь с места и максимально быстро подскакиваю к Фалькону, который, кажется, даже не заметил моего рывка.

Вырываю у него оружие, левой успев отстегнуть фиксатор ремня, чтобы, не дай боже, не свернуть ему шею его же оружием. Хвост ремешка пребольно щелкает его по затылку, заставляя ойкнуть и присесть, а его автомат уже в моих руках, смотрит между удивленных глаз.

Выдерживаю театральную паузу секунды в три, давая всем осознать, что произошло, после чего перещелкиваю флажок предохранителя в положение «Not PIU», корявенько нацарапанное на винтовке. Одиночка, что характерно, помечена была как «PIU», а автоматический огонь «Piu-Piu-Piu».

Юморист, блин!

Пока вроде все остальные не дергаются, а ошарашенно взирают на меня и то, как магическим образом я обезоружил их товарища, завладев его стволом.

Возвращаю ему его винтовку, не забыв выкинуть из нее магазин, и дергаю затвором, выбросив патрон из патронника.

Вылетевший цилиндрик я ловко ловлю и ставлю рядом с магазином на стол.

— Так вот, как я уже говорил — не надо играть со мной в ганфайтеров, вы проиграете без шансов.

Только на окончании этой фразы обалдевший Дмитрий наконец-то понял, что вообще произошло. Похоже, в его картинку мира человек, движущийся с моей скоростью, просто не умещался. И мозг завис, анализируя это событие.

— Э-э-э… Это как так? Я же вас даже не увидел, а уже стою без автомата… Люди так не могут, сэр, — последняя, явно многозначительная фраза, уже явно была адресована не мне, а Рейнгольду, но я все же ответил:

— Могут, сынок, могут. Как говаривал мой старик отец, прежде чем покинул этот дерьмовый мир: «Есть многое на свете, друг мой, Фрэнк, что недоступно разным мудрецам».

— Это не он сказал, — подал голос доселе молчавший Рейнгольд. — Но демонстрация впечатляющая, хоть и вызывает еще больше вопросов. Так что давайте-ка еще раз. Кто вы такие, господа, и что вам от нас надо? В то, что вы военные, я уже не верю. Но на корпоратов вы тоже не похожи, поэтому с интересом жду вашего вранья.

— Что ж. Подозреваю, что поверить в эту историю вам будет непросто, но…

Рассказ занял почти два часа. Много раз меня перебивали, кое-что пришлось показать, доказывать правдивость своей истории.

Когда они поняли, КТО перед ними в роли «майора Санчеза», у всех троих округлились глаза. Со мной все прошло куда проще — историю попытки создания отряда киборгов знали многие, как и то, что командир выжил, пытаясь спасти мирное население — это растиражировали все информационные каналы. Сеть, понятное дело, глушилась, но Рейнгольд долго вглядывался в меня, после чего успокоено кивнул.

— Да, верю. Это действительно вы: тот парень, что угробил всю свою роту. Я помню — ваше лицо было по всем центральным каналам. Что-то там про сошедших с ума граждан, которым корпораты внедрили не протестированные импланты, или вроде того.

— Ну да, вроде того, — покривившись, кивнул я.

Угу. Если бы все так просто было. Ну да чего я хочу от обычных колонистов — что им из телека «налили», то и выпили.

— Ладно, продолжайте. Простите, что перебил.

Когда история дошла до «Клаусвитца» — даже мне самому она стала казаться какой-то нереальной. Уж больно это все напоминало фантастический фильм. Но доказательства моего рассказа в виде Дэвораров пытались сожрать и слушателей, и их близких на протяжении последней недели, так что поверить все же пришлось.

Маток тут они не встречали, но это не значит, что их нет, просто новое поколение тварей предпочитало «не таскать» их в бой. Зато твари, выдерживающие попадание противотанковой ракеты, здесь были, и в их существовании убеждать никого не надо было.

Рассказ о событиях на самой базе ужался до пятнадцатиминутной истории и продемонстрированного скачанного с импланта ролика про то, как все началось здесь. Да, я слил его себе в банк памяти — мало ли что. В суде потребуются доказательства покруче, чем просто слова…

— То есть, эти падлы просто выпустили своего монстра, и он один сумел устроить здесь такое? Блин! А тогда становится понятно, почему нет никаких военных. Фрэнк, скажите честно, нас ведь должны уничтожить, да?

— Угу. И вас, и меня, и дока, и всех причастных. Причем, если честно, то нам всем все равно, кто именно прилетит сюда «спасать» ситуацию. «Мизерикордия» не скрывает своих намерений, вопрос времени, когда прилетит их второй корабль. Что он сделает — никаких сомнений у меня нет.

— А что он сделает? — хмыкнул Рейнгольд. — С орбиты просто жахнет чем-то помощнее, и все.

— Угу, — согласился я, — ну а военные, даже если прилетят сюда раньше корпоратов, будут долго тупить. Передохнут сами, и мы тут загнемся, пока они разберутся в ситуации. Ну а если нам таки повезет, то захватят часть населения в качестве объектов для исследования, захватят монстров, потому что Дэворары — это офигенное биологическое оружие. Никто от такого подарка судьбы не откажется. А учитывая дополнительные свойства, которые могут получить бывшие зараженные, это уже не только оружие, но и средство продления жизни, боевой стимулятор и куча всего прочего.

— Ну а если прилетят корпораты — исход будет практически такой же, разве что все произойдет куда быстрее, чем в случае с вояками. «Вилландовцы» как раз таки в курсе, что тут происходит и как действовать.

— Крайне хреново, — заявил Рейнольдс, — хотя, знаете, на месте того, кто сюда прибудет, я бы просто уничтожил к черту планету от греха подальше, со всеми нами здесь. Хрен его знает, кто заражен, а кто нет…

— Ну…стопроцентных методов проверки кроме парочки известных мне и доку — террористу и психованному киборгу, нет, — пожал я плечами, — так что если планету не взорвут, то всех вас пожизненно изолируют, или же просто перебьют. И скажут, что это был взрыв на секретном объекте корпорации «Вилланд», сто процентов. На «спасителей», их благородство и собственные права, охраняемые конституцией, можете не рассчитывать.

— М-да…так себе перспективы…

— Я вам скажу больше — есть еще более неприятный вариант.

— Ну?

— Я рассказал вам про паразитов-диверсантов, про «адаптантов» и про Фаллоу и Блайма, которых заменили монстрами? Эти существа выглядят как люди, но на деле это все те же Дэворары. Так вот, все мы тут можем стать для чертова роя просто мясом, цементом для строительства гнезда. А сами твари с помощью таких вот агентов в вашем или моем обличье доберутся до межзвездных кораблей. Представьте, что случится тогда со всем человечеством? С людьми на других планетах?

После этих моих слов наступила тишина. Все вокруг крепко задумались.

— Док! Пойдем, отойдем пока, воздухом подышим. Думаю, нашим товарищам по несчастью есть что обсудить без нас, и есть над чем подумать, — предложил я Рику.

Мы прошли мимо мирно болтающих между собой часовых. Да уж, ребята несут службу откровенно безалаберно. Впрочем, что с них взять — дилетанты, ополченцы, мать их. Если бы было желание, то я смог бы перебить всех тут за пару часов.

Черт! Опять что-то началось? Откуда такая кровожадность?

— Рик! — обратился я к доку. — Что со мной творится? На базе я был уверен, что спасение этих шахтеров — прямо-таки цель жизни, а сейчас…я уже по инерции чисто их спасаю. Вот только что проскочила мысль, как легко я могу всех их перебить. Что за хрень?

— Слушай, у меня есть теория. Я тоже обратил внимание, что ты как-то странно себя ведешь временами. Так вот. Помнишь, я тебя сканировал тогда, на базе, и сказал, что у тебя идет отторжение имплантов? Похоже, что этот процесс идет несколько быстрее, чем я думал. У тебя установлена система контроля гормонов, не позволяющая тебе мозги спалить во время этого твоего состояния «берсерка». Но обратной стороной является то, что ты в обычное время тоже находился последние много лет под контролем этой же системы, и слишком привык к тому, что любые выплески гормонов сразу же гасятся. Ты все эти годы был…м-м-м…безэмоциональным роботом.

— А сейчас что?

— А сейчас ты просто опять становишься человеком, со всеми вытекающими. Плюс еще и разучился контролировать себя, свои эмоции. Вот всплески химии и играют на твоем настроении, как на рояле.

Я уже приготовился возмутиться, но нашу беседу прервал вызов по радиосвязи, и я услышал хриплый голос Элен, монотонно повторявший:

— Рейдер-1 вызывает Рейдер-наземный! Рейдер-1 вызывает рейдер наземный! Прием!

— Рейдер, это лидер-рейдер, код 1729. Слышим тебя!

— Какое счастье! Уже третий час вас вызываю. Задача выполнена успешно. Корвет в ходе боя с планетарной ПВО уничтожен. Кинжал-1 погиб в бою. Цель — уничтожена в верхних слоях атмосферы, головная часть рухнула на планету.

— Поняли тебя, Рейдер-1. Тут все хуже, чем предполагалось, но пока что нет решений по эвакуации.

— Решение есть. На орбите крутится «Олкридж». Знаешь, что это?

— Я не знаю, — встрял док.

— Это пассажирский лайнер вместимостью в несколько тысяч пассажиров и с двумя спускаемыми шаттлами на борту. Но шаттлы там тоже здоровенные, так что нужна какая-то площадка размерами метров триста на сто. Меньше не катит — я вряд ли смогу посадить эти одоробла…

— С этим проблем нет — тут равнина. Садись, где хочешь. Хотя…

Я сообразил, что садить шаттл ей нужно будет в пределах города. Точнее в пределах района, который контролируют ополченцы. Так…надо думать над местом посадки…

— Для начала надо понять, сумею ли я запустить эту рухлядь… — меж тем заявила Рипли.

— Понял, принял. Проводи проверку. И свяжись, как будешь готова. А мы пока попробуем организовать тут местных и обеспечить возможность посадки шаттлов.

— Понятно. Рейдер-1, конец связи.

Так. Ну, одной головной болью меньше: эвакуацию обеспечить можно. Только вот остались нерешенными две проблемы — как все-таки отсекать зараженных, и как обеспечить возможность посадки? Надо дока озадачить поисками решения по зараженным, а самому идти, играть роль всезнающего спасителя и организовать посадочную зону. А заодно немножко помочь ребятам с организацией безопасного периметра, и вообще…

Стоят, блин, на посту и треплются, когда кругом твари бродят. Бардак!

Элен, где-то на орбите.

Окей.

Пристыковать кораблик к этой громадине не слишком сложно, благо, «Буревестник» как раз на такой случай оборудован парой магнитных захватов. Так что не спеша, аккуратненько, она подвела многострадальный разведчик к изрытому попаданиями микрометеоритов корпусу лайнера. Так же аккуратно начала садить свою птичку на корпус, молясь, чтобы не повредить кораблик — сколько раз он уже спасал ей жизнь? Вдруг еще придется им воспользоваться? Так что поаккуратней с ним надо…

Элен прямо-таки ощутила всем телом, как должны были щелкнуть магниты, присоединяясь к внешней обшивке. Все. Можно выйти прогуляться по свежему космосу и поискать технический люк. Элен огляделась — чтобы залезть внутрь лайнера точно понадобится униинстурмент.

Где же он? Ага! В инженерной рубке вроде…

Входя в помещение, Элен вдруг ощутила какую-то неправильность, странность…

Нет света. Совсем нет. Так не должно быть, дежурное освещение что, тоже навернулось?

Но подумать спокойно ей не позволили — внезапно что-то быстрое прыгнуло на нее из темноты, и прежде чем Элен успела вскинуть оружие, нечто навалилось на нее, заваливая на пол.

Это еще кто? Смит? Да нет…быть не может…

Глава 24

Широко расставленные жвалы, меж которых копошатся личинки. Хвост с жалом, извивающийся, как змея, перед тем, как броситься вперед.

Черт! Жнец!

Признаться, я впала в ступор. Нет, не от испуга, просто от неожиданности. Ну откуда здесь, на «Буревестнике», могла появиться эта тварь?

Отойдя от первого шока, я таки взяла себя в руки.

Ну, надо же, сволочь какая! Где же ты прятался все это время? И главное — чего вылез именно сейчас, в такой неудачный момент?

И что мне с ним делать?

Как же неудачно. Завалить его быстро не получится, он успеет ответить, сволочь…

Ладно, на мне не просто броня, а лучшее из того, что можно надеть на солдата. Удар, еще один.

Пока все нормально — там увернулась, тут удар пришелся вскользь по броне…

И черт, фу-у-у…

Он распахнул свою пасть и плюнул на меня десятком, не меньше, мерзких личинок. Какая пакость, а…

Ладно. Как бы там ни было, а придется идти на крайние меры.

Включаю реактивный ранец и рывком выхожу из-под очередного удара. Правда, врезаюсь спиной в стену так, что в глазах темнеет, но главное — удалось разорвать дистанцию, и у меня есть пространство для маневра.

Ха! На-а-а, тварь!

Два пистолета-пулемета выплевывают пару сотен пуль, за мгновения превращая тело Дэворара в дуршлаг. Да уж, будь у меня такие пушки на Клаусвитце, все прошло бы намного легче.

Брезгливо стряхнув со скафа личинок, которые еще не свалились сами, я давлю тварей ногами, а потом, пройдя в сторону трупа жнеца, нахожу и размазываю тех, кто свалился раньше.

Вот уж точно, последнее, что мне нужно — личинки Дэвораров на лайнере. Черт, а ведь придется очень тщательно проверить «Буревестник» на наличие затаившихся монстров или спящих кладок. Слишком долго в нем обитали твари, да и этот Дэворар откуда-то выполз.

Это взрослая особь, причем довольно крупная, еще и с личинками.

Он что, отсиживался в каком-то углу, впал в спячку, пока мы летали туда-сюда? Или же как-то пролез на борт корабля, когда он еще в ангаре стоял?

Кто ж знает? Да и какая теперь разница…

Так, ну все, тут закончили. Теперь и о других надо подумать. Внизу по идее творится ад, и надо оттуда вытаскивать Фрэнка, а заодно и несколько тысяч гражданских…

Поверхность планеты. Рик и Фрэнк.

Когда мы с Риком вернулись, троица руководителей пришла-таки к единому решению. Оно, судя по раскрасневшимся лицам, далось им нелегко.

— Ну что, господа, вы, так понимаю, приняли какое-то решение? Не озвучите его нам? — я с порога взял быка за рога.

— В общем, мистер Санчез, мистер Колтон, если вы можете нам помочь, то принимайте командование. Мы все-таки не военные люди, так что тут реально вам и карты в руки.

— Прежде чем мы согласимся, есть парочка моментов. Господа, я не гарантирую вам, что мы спасем вообще всех. Мы постараемся спасти максимум. И второе: заражен — равно мертв. Мы можем извлечь одного паразита за 3–4 часа операции при наличии соответствующего оборудования. Ну, может быть, прооперируем 5–6 человек за день, если у вас осталось достаточно врачей. Все. Вот только пока мы будем оперировать одних, другие будут заражены. У нас просто нет выбора. Помочь зараженным мы не можем — это приговор для остальных, так что те, кто заражен Дэворарами, увы, обречены.

— А как вы вообще их будете вычислять, зараженных этих? Всех же через сканер не прогонишь.

— Скажем так. У нас есть два метода: медленный и быстрый. Быстрый позволяет найти зараженных в массе, медленный — провести индивидуальное сканирование каждого во избежание ошибок.

— Ни черта не понял…

— Оставьте это нам.

— Придется. Так что делать будем?

— Так-с…для начала…

Через час «господа» уже очень сильно пожалели, что согласились на мое руководство. Через систему оповещения они довели до всех, что прибыли военные, для того чтобы управлять эвакуацией — я пришел к выводу, что проще «подать» упрощенную клюкву, чем доводить до всех и каждого реальное положение вещей. Срача будет меньше — это факт.

После я оставил дока и Колесникоффа с картами и планами, чтобы они решали проблему точки эвакуации, точнее выбирали наиболее удобное место, а сам в сопровождении Фалькона и Рейнгольда прошел с инспекцией по базе. Пришлось устроить разнос почти полусотне человек, а парочку возмущавшихся отправить в нокаут, чтобы восстановить дисциплину.

Сейчас мне нужно, чтобы каждый делал свое дело. Причем делал, как положено, не филонил. Иначе…

Мой подход быстро дал нужный результат. При нашем появлении уже часовые не зевали, не клевали носом.

Я прошелся по периметру и указал, где можно, сильно сократив количество тех же тяжелых пулеметов, перебросив их на другой участок, где они будут более полезны, не потерять в качестве обороны.

Но в целом картина и впрямь была удручающей почти во всем. У «партизан» не хватало практически всего самого важного для обороны — снарядов для противотанковых гранатометов, лент для тяжелых пулеметов, да и самих тяжелых пулеметов. Ну, хоть легкое стрелковое имелось в нужных количествах, как и патроны к нему. Уже что-то…

Область, которую они держали в обороне, была неразумно растянута. Похоже, в нее включили кучу жилых домов не по соображениям безопасности, а потому, что там жили чьи-то родственники, друзья и так далее. В итоге вместо компактного заселения выживших в крупные здания типа того же ТЦ периметр был сильно растянут, что создавало массу проблем в плане обороны.

Понятное дело, что с учетом постоянных налетов Дэвораров патроны быстро заканчивались, а доставлять их вовремя не всегда получалось. А чем это грозит? Прорывом и гибелью всех, кто находится в «безопасной зоне».

Изменить это прямо сейчас было все равно невозможно, но при эвакуации мы столкнемся с нерешаемой проблемой. Охранять эту территорию в случае массового вторжения что Дэвораров, что людей, нереально. Впрочем, учитывая размеры шаттлов, о которых говорила Элен, тут их и посадить то некуда, жилые районы с плотной застройкой. Так что делать? Выдворить отсюда людей, отсечь это место? Видимо, да.

Док вышел на связь и затребовал, чтобы я и мое сопровождение отправились на сталелитейный завод. Кажется, он нашел нужное место для посадки шаттла, но нужно мое одобрение и согласование с местными — владельцами того самого завода. Идиотизм, но на заводе оказалась охрана, которая всерьез, несмотря на ситуацию, была готова не пускать никого на территорию. Решать проблему силой Санчез не хотел, он призывал меня и Рейнгольда в роли тяжелой артиллерии для вразумления «вратарей».

Добрались мы туда минут за двадцать, а дальше начались детабы. Рейнгольд пару минут пытался договориться, а потом плюнул и принялся убеждать охранников в том, что они обязаны помочь, пропустить и не препятствовать, ибо «…враг на пороге, и лишь объединившись, люди смогут уцелеть. А иначе все будем гадами сегментированными ползать, брюхом асфальт протирая!» Клянусь, я еле сдерживал улыбку, боялся заржать от всего этого словесного потока. Неужели Рейнгольд думает, что это сработает?

Каково же было мое удивление, когда речь его таки сработала. Охрана дружно отворила ворота и выступила в роли гидов. М-да, век живи — век учись, Фрэнк. Можно не стрелять в людей, а просто задавить их пафосом речи, будучи абсолютно уверенным в той чуши, которую несешь. И вуаля — плюс десяток бойцов в твоей армии.

С другой стороны, Рейнгольд лучше знал местных и прекрасно понимал, на что нужно давить. Быть может, поэтому у него все и получилось.

Сам по себе заводской комплекс представлял собой территорию, обнесенную крепким каменным забором высотой метра в три, увитым поверху кольцами колючей проволоки. Внутри был расположен десяток литейных цехов, а посредине находилась площадка для складирования готовой продукции, приспособленная под прием транспортно-грузовых шаттлов, так что размеры были вполне подходящими для наших целей.

Во-первых, сама площадка: шаттл тут легко сядет. Во-вторых, забор завода может стать дополнительной защитой, зоной безопасности. Так что идея, озвученная мне Риком, сразу понравилось. Ну а сейчас, когда я все увидел воочию, лишь убедился в правильности принятого решения.

Меня посетила еще одна идея, но для проверки возможности ее реализации нужен был кто-то местный. На глаза попался веселый белобрысый паренек с козлиной бородкой на лошадином лице и умным выражением серых глаз слегка навыкате.

— Друже, а скажи мне, сколько цехов сейчас вообще работает?

— Вон те два, что ближе к въезду. Остальные «на прогреве».

Ну, понятно — автоматы работают, но продукция не выпускается, нельзя останавливать процесс совсем. Сталь залипнет на формах, желобах — короче, везде. Технология со времен древности не слишком-то изменилась. Тут плавится, там прокатывают, туда грузят…

— Стоп-стоп-стоп! Мне интересно другое. Из всех этих цехов, — я обвел рукой полтора десятка зданий комплекса, стоящих этаким кольцом вокруг складской зоны, — только два функционируют в данный момент?

— Ну да. Я же вам…

— Погоди же ты, не тараторь, как тебя там? — я глянул на наклейку с фамилией, висящую на груди: Андреев С. Черт, сколько тут славян, а? — Так вот, Андреев. Мне нужно знать про остальные цеха. В них можно, пусть и без комфорта, но безопасно разместить людей? Подумай и скажи.

— А что значит «безопасно»?

— Это значит, что сделав шаг влево или вправо, они не провалятся в расплавленный металл, например.

— А-а-а! Ну, так-то да, места там много. Вот только, как я уже говорил, там все равно будут всякие опасные места — жерла печей, например. Если туда влезть — сгоришь. И штабеля всякого проката если вытянуть снизу, то можно обрушить на себя все сверху, и…

— Я понял, спасибо.

Да, это нам подходит. Понятно, что родителям придется внимательно следить за детьми, и все равно полностью эксцессов не избежать. Зато взамен получаем условную крепость с обороной еще и внутри — здания так выстроены, что обезопасить второй периметр будет легко, как и точку эвакуации. А толстая стена защитит не только от большей части Дэвораров, но и от вооруженных людей. Я уже ее пощупал — сложенная из местного камня, толщиной почти в метр — это была самая серьезная преграда из всех, что я видел тут, в городе. Почему ополченцы с самого начала не экспроприировали этот завод — я не знаю. Видимо, действительно народ очень хотел оставаться у себя в домах и никуда не перемещаться.

Тем не менее, придется. Это место компактное, должно вместить всех людей, подлежащих эвакуации, а главное — защищать его будет куда проще, чем жилой квартал. Да чего там, тут бойцов можно поставить в метре друг от друга, так что если даже Дэворары соберут огромную орду — хрен они смогут сюда прорваться.

— Так, слушайте меня! — сказал я, найдя всю троицу и дока возле «штаба», где они зачем-то с интересом изучали штабеля стальных профилей и металлических листов. — Сейчас мы с вами будем осуществлять операцию под названием «Исход». Правда, я банален? Ну так вот: нам предстоит поднять в ружье ВСЕХ, вообще способных держать оружие, и раздать им все боеприпасы и стволы, что есть у нас в заначках и запасах. Нет, возражений я слушать не буду, мистер Рейнгольд. Вы передали мне командование — вот и подчиняйтесь. Далее: мы заставим людей взять все самое ценное и выйти из их уютных, но не приспособленных к обороне домиков, таща только сверхценные вещи и домашних животных. А дальше из всего этого ужаса мы собьем плотную колонну, прикроем ее всем тяжелым оружием, наличными четырьмя машинами с турельками, и выдвинемся на завод. Там и засядем. Идеи, мысли, предложения?

— Сэр, при всем моем уважении…

Тут рация панически завопила: ' Капитан! Капитан! У нас прорыв! Противник лезет из-под земли!!! Нам нужна помощь!'

Вот же, блин! Вовремя, надо сказать…

Глава 25

Ну, в целом, этого нужно было ждать, что уж там. Похоже, что твари «собрали» достаточно биомассы, чтобы наклепать новых «солдат», и теперь решили, что для условий боя в городе, для штурма позиций людей им хватит сил.

Зуб даю, там сейчас лезут гуманоидные противники, которых много, и их тяжело убить, а не громадные бронированные червяки, которых люди научились убивать без особых сложностей. Еще один вариант — богомолы дурацкие. Ну, или что-то совсем новое. В том, что Дэворары умеют импровизировать, я уже убедился не раз.

Каждый раз они, столкнувшись с серьезным сопротивлением, меняли тактику. Кстати, на «Клаусвитце» ничего подобного не наблюдалось — там они тупо и однообразно давили массой. А тут — богомолы, технопортал, засылка шпионов и диверсантов, гуманоидные формы, атаки в неурочное время, атаки под прикрытием темноты, удары в тыл и отвлекающие маневры…

Похоже, третье поколение перешагнуло какой-то барьер, начало думать стратегически, и это было крайне хреново, ведь теперь я совершенно не представлял, чем может закончиться или, скорее, во что может перерасти текущая атака.

Две боевые машины быстро довезли нас обратно к охраняемым кварталам, но к моменту нашего прибытия все уже закончилось.

Противник потерял всего троих, зато утащил в вырытый ими туннель, ведущий в канализацию, по меньшей мере, два десятка гражданских. А пока мы добрались от въезда до места первой стычки, последовали еще три атаки.

Схема та же, с незначительными изменениями: используя городские инженерные сети и специализированных тварей, явно созданных для «копания», Дэворары проникали в самые защищенные места, выбирая те, где было наибольшее скопление гражданских лиц.

Что любопытно: ни один из гуманоидов, которых было довольно много среди атакующих, не вооружен огнестрельным оружием. Осмотрев тела, я даже понял, почему. Их руки сами по себе были оружием — удлиненные костистые пальцы, плотный кожаный покров, скорее напоминающий чешую.

Вероятно, сейчас был плохой момент, но упустить его я не мог никак:

— По-моему, самое время сейчас объявить эвакуацию. Вы же понимаете, что с такой тактикой врага вы людей защитить не сможете никогда?

— Я прикажу, но вы же понимаете, Фрэнк, что это займет не один час? — кивнул Рейнгольд.

— Я понимаю, что ситуация критичная, но в ином случае мы будем продолжать терять гражданских. Там враг будет атаковать в лоб, там мы займем круговую оборону на гораздо меньшей площади, что позволит нам продержаться дольше. Да и обороняться будет легче…

— Но людям же надо время, чтобы собраться…

— Пусть бросают все, кроме самого необходимого. Все равно в шаттл вещи мы брать не станем. Людей бы вытащить…

И тут Ахмед, молчавший несколько часов и просто тенью следовавший за мной, внезапно открыл рот:

— Эй, командыр! Давай отойдем, пагаварым?

— Сейчас?

— Да, эта важна. Для тыбя важна, и для этих лудэй тоже.

Мы вышли из машины. Сделав несколько шагов в сторону ближайшего дома, мой собеседник оглянулся и присел на кстати подвернувшуюся скамеечку.

— Слущай, камандыр. Здэс — жопа. Палнэйший, да? Даже если ви запустыты этот дрэвный лайнэр и начнетэ эвакуаций, половину лудэй вы точно потыряте. И всех военных.

— Это почему?

— А сматры сам — тут сотни четырэ, еслы не мэньше, вооруженных. Из ных, ну, максымум полсотни умеет что-то, остальные — глюпый мяс. И на них висыт сыкока — четыре, пять тысяч гражданский?

— Э-э-э…

— Я сматрэл. Я слущал.

— Ну, допустим, хорошо, пусть будет так.

— Я сматрэл на этот все и думаль. И я могу памочь.

— Да понял я, давай уже к делу!

— У мэня рядом с город есть мой касмалот. Яхта. Сыдыт в рыжимэ маскыровка, так что иё ныкто не нашел, зуб дам. Но яхта эта только по названию. Я ж аружий торгую, да? Там мало того, что есть нэмножка полэзный и мощный пушка, но есть еще и парочка «Гэкатонхэйров», их сюда вез, и ест обычный штурмовой дроид. Почти четырэ десятка. Что такое «Гэкатонхейр» — ты знать?

— О да-а-а…

— Тагды панимаешь, как на тот завод они вам помочь? Боеприпасов к ным — гора. А робот можно оставить, как прикрытие, тагда военный сможет эвакуироваться тожэ, на мой яхта. Я жэ нэ звэр какой, у людэй быда… Паэтому давай ты едэшь со мной, взлэтаем, лэтим на завод и развэртаем там пушки и роботов. А эти местные партызаны пока что собирают свой гражданскый, и тожи едут на завод, защыщая их от иблисов. Всэх нэ доведут, но тут все равно нэ спасешь всэх. Хотя би часть на завод приэдэт. А там с маими пушкамы мы сможым их прикрыть на подходэ. А еще на яхта ест орудий, которыми можна с воздух прикрыть твоих.

— Так…все хорошо звучит, но в жизни не поверю, что у тебя нет своего шкурного интереса. Чего хочешь?

— Я выважу людэй, туда-сюда летай. Эсли баишься — можэшь ко мне в кабин корабл пару солдат пасадыть, чтобы я не сбежаль. Но когда всэх вывэзем — мы с табой в рассчетэ.

— Согласен. Но план твой я модифицирую чуток — надо отправить роботов на прикрытие колонны. Так можно избежать лишних жертв.

— Нэ праблэма.

Собственно, вот в чем прелесть быть командиром. Ты ни у кого не спрашиваешь, ты ставишь в известность о своих планах, и их должны выполнить.

Я оставил Рейнгольда за старшего, и пока он начал суетиться, готовясь ко всему, что мы задумали, мы с Ахмедом уже прыгнули в машину, дали по газам.

С Риком я связался, уже во всю крутясь по узким улочкам. Благо, Ахмед подсказывал, куда свернуть, так что пер я вполне уверенно.

— Док!

— Чего тебе, наскипидаренный ты наш командир? Фрэнк, так не делают — ты без…

— Я тебе скажу одно слово: «Гекатонхейр».

— О! Опять? Откуда? Ахмед, да?

— Ага. Готовь площадку, и пусть Фалькон или Колесникофф найдут точки, где лучше всего установить охранные комплексы. Сам только туда не лезь Ты в этом профан. И да, комплексов будет два.

— Прекрасно, просто прекрасно! Жду.

Вот и все, можно было на десять минут просто превратиться в водителя и малость расслабиться, спокойно подумать над ситуацией.

Что мы имеем? А имеем мы полную жопу. Я не самый дальновидный стратег, но одну вещь просто не продумал. Все окружающие уверены, что я и только я знаю, как спасти этих людей, а еще у меня есть место, куда можно их эвакуировать. А у меня его нет. Более того, я даже не понимаю, как вообще поступать с ними дальше.

Нас ведь не оставят в покое. Корпораты, правительство тут же накинутся, стоит нам только появиться возле любой обитаемой планеты или станции.

Раствориться среди других людей на любом из обитаемых миров не выйдет. Компьютерные системы контроля и слежения засекут и запомнят наш корабль, а потом вычислить и найти каждого из нас будет плевым делом. Тем более, когда далеко не все спасенные будут понимать, почему и зачем нужно прятаться. Они ведь будут считать себя жертвами, чудом спасшимися отсюда…

Можно отправиться на новые колонии, но там будет другая проблема. Там всегда сидят на зарплате ребята, докладывающие своим боссам все интересное. Мы слишком заметны, нас до хрена. И в отличие от цивилизованных миров, на свежеосвоенных нет крупных поселений, а значит, все на виду, все всех знают, и нет никаких преград для корпоратов — можно просто изъять всех нужных людей, сколько бы их ни было, без рисков, что дело получит огласку.

А потом, чтобы замести следы… «Произошла страшная катастрофа».

Все спецслужбы расследуют атаку неизвестного врага. И когда они его найдут? А никогда.

Уже раз пять такое было, только на моей памяти — население целых планет просто пропадало или умирало. И «всенепременно покараем!» А после — тишина.

А еще я очень боялся, что среди спасшихся могут оказаться зараженные… Еще больше боялся, что отсюда уже сбежали монстры. Тогда мы сбежим из местного ада, но попадем в другой…

Короче, в любом случае сначала надо спасти людей, а затем, после погрузки на корабль, предстоит придумать, куда нам следовать, что делать.

Ну, или как вариант — делегировать это кому-то еще. В конце концов, почему только у меня голова должна болеть? Вон, есть док, Элен, Рейнгольд и другие.

Выдав что-то наподобие: «Я вас спас, дальше не моя забота, я со своими деньгами валю. Могу взять с собой тебя, прекраснейшая Элен, если, конечно, ты захочешь, а остальные меня не волнуют», могу просто свалить в закат. Да, пожалуй, это наилучшее решение. В конце концов, людей спас, а что они будут делать дальше — уже не моя проблема. Я не Мать Тереза, и не обязан заботиться обо всех.

После этой мысли я облегченно вздохнул. Вот и нашел решение. Во всяком случае, меня оно всецело устраивает.

Теперь главное — дожить до этого прекрасного момента, когда можно будет послать всех куда подальше и дать деру.

Но сначала…

Надо проскочить одно крайне неприятное место. По указаниям араба я добрался закоулками до квартала перед воротами города, не встретив ни единого противника.

Но тут так не выйдет, придется напрямик. И вроде бы дорога та пустая, но моя интуиция прямо-таки кричит: «Засада! Впереди засада!». А в таких ситуациях я ей привык доверять.

Черт! Так и знал, что надо было через пролом ехать, через который мы сами в город вломились. Но, блин, сколько времени придется теперь потратить, плюс, там уже вовсю Дэворары хозяйничают.

Не глуша двигатель, вылезаю из нашего вездехода, и, укрываясь за палисадником, аккуратно проникаю в ближайший дом. Его жильцы уже явно ушли в лучший из миров, а их тела, скорее всего, сожрали инопланетные монстры — уж больно много кровищи было разлито по лестнице, а под ступеньками стояла практически по щиколотку целая ее лужа, уже давно свернувшаяся и отвратно вонявшая. Но мне было плевать, так что, бодро прочапав прямо по этой самой мерзкой жиже, я быстро поднялся по ступеням на второй этаж, откуда открывался прекрасный обзор на весь квартал.

Интересная картина. Весь квартал выглядит безлюдным, стоит полная тишина, да только вон то здание, выходящее окнами наружу, какое-то подозрительное. Кто-то не пожалел времени и убрал весь мусор от окон и дверных проемов, при этом мусор вывалив наружу, создав насыпь, из-за которой нам бы там пришлось замедлиться.

А вот еще странность — зачем-то сковырнули асфальт. Это что, Дэворары сделали? Точно нет. Все, что я видел, очень походило на засаду, организованную именно людьми. Ну, теми, что любят черную форму и плевать хотели на других людей. И все, что я видел, говорило об одном — все сделано для того, чтобы отсюда не вырвалась втихаря ни одна машина.

Вон еще проплешины на земле — это точно мины, грамотно и аккуратно установленные профессионалом.

Но это не мины нажимного действия, они не срабатывают сами — их должен активировать человек. Ну, или скорее группа людей, сидящая в Дэвораро-защищенном месте с хорошим обзором. Так, а где у нас тут такое место?

Вариантя нашел только один: водонапорная башня на краю квартала. С нее открывается отличный обзор, туда ведет одна ржавая лесенка. Сама она сделана из толстенного армпласта, при этом даже на первый взгляд стены толстенные. А еще, кажется, я вижу наблюдателя с каким-то устройством в руках. Хотя далеко — не уверен, что это таки наблюдатель…

Остался открытым один вопрос — а как туда попасть? Причем быстро и без шума. Понятное дело, что лезть туда предстоит мне одному, а Ахмеду придется в это время затаиться и не отсвечивать, надеясь на то, что к нему не придут Дэворары. Хотя нет, можно проще — пусть катается туда-сюда на машине. Топлива там с запасом, можно не переживать.

А вот если будет стоять на месте — может стать слишком легкой добычей.

Вернувшись к напарнику и сообщив ему про засаду, я договорился с ним о канале связи, проинструктировал его и, подхватив на всякий случай из машины пяток магазинов к игольчатой винтовке, медленно и осторожно пошел сквозь застройку к нужному месту.

Мне предстояло пройти всего-то метров девятьсот, но в городе, захваченном Дэворарами, это могло растянуться на часы, особенно учитывая то, что стрелять мне нельзя. Привлеку к себе внимание — все, накрылся медным тазом мой план.

Глава 26

Впрочем, удача почти всю дорогу была на моей стороне.

Способности, переданные симбионтом, уже стали настолько привычными, что я диву давался — как раньше без них обходился?

Метров на пятьдесят вокруг себя я начал просто-напросто чуять, не знаю даже, как это описать…просто чуять присутствие псевдородичей. Интереснее всего было с управляющими формами Дэвораров — их я прямо-таки «слышал».

Легкий звон в ушах, словно приглушенный шепот, давали мне понять, где находятся эти твари. А где сейчас управляемые ими существа я и вовсе «видел». Нет, не обычным зрением. Я не мог разглядеть их за стеной, к примеру, но при этом точно знал, что они там. От здоровых контролеров к ним тянулись невидимые, но вполне ощущаемые мной нити…это был не запах, не цвет, просто я знал, что они существуют, что они есть, и мог их заметить. Более того, чуть позже я даже начал их видеть, так как если надавить на глаз, то видишь перед собой эдаких «червяков», так я видел и эти нити…

Короче, обойти успешно мне удалось почти все засады, и лишь один раз я дал маху. Практически возле цели наткнулся на домик, в который личинки попали совсем недавно и не успели развиться. Поэтому тут были те самые, встреченные когда-то на тесном корабельном камбузе и так напугавшие меня «зомби». Как оказалось, их я не чуял вообще никак, видимо, у них отсутствовала исходная связь с «ульем», или же просто не успела сформироваться.

Свежих «граждан-инкубаторов» в домике оказалось целых шесть, прямо «счастливая семья». Все они обернулись ко мне, уставились своим отсутствующим взглядом и, сохраняя на лицах равнодушное, отсутствующее выражение, двинули на меня своей характерной шаркающей походкой. При этом у отца семейства явно были проблемы с количеством контролирующих его тело тварей — ноги словно бы пытались идти вразнобой.

Бедолага… Хотя нет — дурак.

И вот почему вам не эвакуировалось то? И сами живы бы остались, и мне куда меньше проблем…

Кибернетическим протезом подхватываю ближайший тяжелый предмет — им оказывается мощнейшая, явно пришедшая откуда-то из глубины веков чугунная сковорода поистине титанических размеров. В правой уже зажат боевой нож, больше напоминающий тесак, одним движением выхваченный из ножен.

Сейчас придется перепачкаться — шуметь мне нельзя, так что буду ложить всех противников в рукопашную — стрельба точно всполошит всю округу, а подниматься затем по внешней лестнице на башню, ожидая в любой момент, что тебя обстреляют — дураков нет.

В конце концов, я кибер, симбионт, мутант, называйте, как хотите, но уж точно не бессмертный. Пуля в лоб — это пуля в лоб, от нее умирают все, без вариантов. Ну, кроме вот этих сраных зомби. Тут если в голову пальнешь — они просто развалятся на части, живущие каждая своей жизнью.

Первым ко мне добрел старикан с белесыми глазами и ссадиной на виске. Похоже, он бился головой об пол, пытаясь избавиться от личинки, но это никак ему не помогло.

Я размахиваюсь, и верхняя часть черепа старичка превращена в фарш, еще пяток ударов, в которых я чередовал сковородку и нож, и конечности превращены в отбивные. Бедолаге все кости переломал…

Финишным аккордом стал удар ребром сковороды. Я проломил грудную клетку и раздавил засевшего внутри здоровенного червяка — жижа от него брызнула вперемешку с человеческой кровью.

Сухонькое, изуродованное тело деда отброшено пинком ноги в сторону, а его место в узкой прихожей тут же занимают сразу двое — такая же высохшая до полупрозрачности древняя старушка и молодая женщина. Женщина, судя по всему, заразилась первой — по крайней мере, после того, как я со всей дури снес ей башку своим здоровенным ножом, ее рука отделилась, вцепилась в тело «владельца», и с него попробовала прыгнуть на меня, а безголовое и безрукое тело в то же время, немыслимо выгнувшись, пошло в атаку.

Тварь, засевшая в руке, успела выпустить тонкие и острые ножки, пробить ими кожу бывшей человеческой конечности, но, уже прыгнув, прямо в полете получила удар сковородой и улетела в угол прихожей, где и упокоилась с миром.

Старуха упала после первого же удара. Интересно, а ведь абсолютно все попадавшиеся мне Дэворары предпочитали селиться в молодых или зрелых телах. Ни одного старика-зомби я не видел до сих пор — создается ощущение, что чем старше организм, тем менее он пригоден для превращения. Хотя…может, так и есть. Может, старики банально невкусные, или в них куда меньше эм…полезных веществ, поглощение которых и позволяет Дэворарам быстрее развиваться.

Хотя есть у меня и более простое объяснение тому, что ранее я не встречал зомби-стариков: им банально неоткуда было взяться. На «Клаусвитце» даже офицерам было не больше пятидесяти. На базе и вовсе подопытных тщательно подбирали и пускали на корм, заражали…

А здесь… здесь, похоже, Дэвораром было плевать на возраст: пища — и славно.

Следующих зомби убивать было куда неприятнее…

Дети лет десяти-одиннадцати.

Неприятно их убивать было не только из чисто этических соображений — в конце концов, это уже просто тела, трупы, контролируемые Дэворарами.

Просто эти зомби были маленькие и куда более верткие. И если первый — девочка лет двенадцати с коротким каре, просто пыталась на мне повиснуть и я сходу проломил ей голову, растоптал конечности, прежде чем они успели расползтись, то второй ребенок — мальчишка примерно восьми лет, оказался очень даже шустрым. Дважды увернувшись от моего ножа, в конце концов, он таки прыгнул и повис на моем импровизированном оружии. Вырвать из моей руки он его не сумел, но зато смог меня замедлить, благодаря чему в меня вцепился последний зомбак — тот самый отец семейства.

Ничем хорошим для обоих недоразвитых Дэвораров это не закончилось.

Мелкий вместе со сковородкой оказался на полу, и так как разбираться с ним мне сейчас было некогда, я просто прижал его ногой. Схватившему меня за грудки и попытавшемуся приподнять «отцу» я без особых изысков врезал со всей дури освободившейся механической рукой в лоб, проламывая лобовую кость, как будто это была яичная скорлупа. Затем быстрыми ударами клинка отсек все выступающие части тела.

Остро наточенное, тяжелое лезвие вкупе с невероятной физической силой без видимой разницы крушило и плоть, и кости, и уже формирующихся в теле двух Дэвораров.

Перед смертью проклятый зомби попытался преподнести мне сюрприз, плюнув двумя личинками. Вот только те просто отпрыгнули от меня, как будто обжегшись. Естественно — чуют, что место занято.

Пацан извивался под ногой, пытаясь вырваться. Пришлось несколько раз врезать по нему, пока, наконец, не затих. Личинки, не пожелавшие заражать меня, устремились куда-то в сторону, и я не стал тратить время на их поиск и уничтожение — слишком много вокруг Дэвораров, чтобы появление еще двух потенциальных врагов, на развитие которых уйдет уйма времени, хоть как-то изменило бы общую картину

Из окна зачищенного дома мне открылась, собственно, моя цель. Основание водонапорной башни представляло собой пятнадцатиметровый круг из пластикрита, вмонтированный в каменный фундамент. На этом круге покоилась сама башня, двадцатиметровой высоты цилиндр, собранный не из металла, как мне показалось издалека, а из какого-то местного минерала — то ли скальные породы, то ли еще чего…

По боковой части шла металлическая винтовая лестница, опоясывающая все здание восемью витками. Черт его знает, на хрена так сложно, ведь можно было просто вертикальную сделать. Но, видимо, кто-то решил придать башне эстетический вид.

Каждые два витка заканчивались платформами, и даже отсюда было видно, что они заминированы. На самой верхней платформе располагалось укрепленное пулеметное гнездо, и думается мне, что пролет перед ним тоже был заминирован, хоть я этого и не разглядел — слишком высоко.

М-да…диспозиция так себе. Даже если допустить, что лестницу я могу преодолеть бесшумно, зайти незаметно на платформу, то что делать с пулеметом?

Что творится на самом верху башни, я не вижу, но думаю, там тоже какие-то сюрпризы имеются.

Надо что-то придумывать…

Пока глядел на лестницу, ко мне таки пришла интересная идея. Дело в том, что закреплена лестница была прямо в этом самом камне, на здоровенных металлических штырях. Приглядевшись, я понял, что камень довольно-таки старый, и в принципе пригоден для того, чтобы по нему вскарабкаться выше, к балкам. А далее начинаются металлические кольца, опоясывающие башню, которые дадут мне дополнительную опору. И так я смогу оказаться на самом верху, не привлекая внимания, еще и прикрываемый лестницей.

Веревок у меня с собой нет, ну и ладно. В конце концов, если все пойдёт совсем плохо — узнаю, с насколько большой высоты без вреда для здоровья может прыгать мутант вроде меня.

Так, теперь еще раз оглядеться и проверить, нет ли пассивных датчиков наблюдения…

Вроде нет. Окей, тогда полезли!

Первые пару метров я преодолел, просто прыгнув, и посильнее оттолкнувшись, подтянулся на следующий уровень.

Долетев уже непосредственно до стены, я вогнал в нее свой многострадальный нож и тут же принялся искать опору для пальцев. Таковая обнаружилась легко, я подтянулся, и вот таким вот макаром быстренько преодолел метров пять высоты.

Я уж понадеялся, что все будет легко и просто, но дальше стало в разы труднее. Следующая пара метров заняла минут пять, не меньше. Нет выбоин под пальцы, прямо не во что вцепиться. Хотя нет — балка вон, совсем рядом. Но как добраться — не представляю. Черт подери, тут когти на руках нужны уже…Ой, блин…

Ощущение было такое, будто бы у меня кончики пальцев вдруг разом покрылись ордой злющих муравьев, которые к тому же еще и кусаться начали нещадно.

Подушки пальцев, ладони видоизменились прямо на глазах. Ногтевые пластины стали более толстыми, а кожа покрылась…да мать его, кожа ли это? Больше похоже на хитин. Хм…а я такое, кстати, видел, совсем недавно. У гуманоидных монстров, ходивших в «рукопашную».

О как! Оказывается, и я так умею? И как я это сделал? Просто захотел? Вообще, конечно, круто! Любопытно, а как долго у меня будут такие руки, не пропадет ли это раньше времени, или наоборот — это уже насовсем?

Опыта ради я вогнал когти в стенку — древнюю кладку они прошили на пару сантиметров, как раскаленный гвоздь масло, так что я решил убрать нож в ножны — от него толку уже нет.

Теперь, используя эти самые когти, я смогу залезть наверх легко и быстро. И без лишнего шума, кстати.

Как и предсказывал, наверх я полез намного быстрее. Повиснув чуть ниже площадки, я аккуратно подтянулся вверх и огляделся.

Угу, пятеро.

Все в тяжелой броне с эмблемами корпорации. Один, тот, что баюкает в руках тяжелый пулемет, даже не просто в броне, а в экзоскелете. Двое с тяжелыми дальнобойными винтовками, последний с чем-то вроде навороченного пистолет-пулемета или короткого карабина. Последний с рацией в руках, оружия не вижу.

Ну, понятно — два снайпера, тело с ПП для прикрытия, связи и «подай-принеси», и пулеметчик охраняет подходы по лестнице. Так понимаю, он тут на случай, если Дэворары полезут. Ну и последний — командир.

Я как раз застал конец его диалога по рации.

— Нет, сэр, никто не выезжает. Да, сэр, мы заминировали все возможные выезды. Нет, сэр. Да, сэр. Так точно, сэр.

Один из четверки убрал рацию, которую держал возле рта, и облегченно вздохнул.

— Фу-у-ух, черт. Фаллоу и раньше был не подарок, а теперь стал вообще какой-тобешеный. Вот вынь ему да положь какого-то там наемника, который точно в городе и должен из него пытаться сбежать. Надо завалить любой ценой. И как его найти, этого наемника, сидя здесь?

— А на хрена ему вообще наемник?

— А я почем знаю?

— Ну и не кипиши. Сидим тут, и все. Не видели, не появлялся, не засекли. С нас спрос маленький. Пусть вон мобильные группы ищут.

— Так-то да, но главное, чтобы нас потом, как обещали, эвакуировали. Этот репеллент и впрямь отпугивает Дэвораров, но не вечно же он работает. Прикинь, если твари к нам таки полезут? Или кинут нас тут. А если вдруг что не так, то мы тут с вами в ловушке. Машина то вон, аж через улицу. Если навалятся — даже мяукнуть не успеем, как нас сомнут тут.

— Да заберут нас, не переживай! Столько вбухали в экипировку, в стволы, во все это, и просто кинут? Хреново ты корпорацию знаешь. Удавятся, но ничего не оставят.

— Ну может, может… Но если сраные шахтеры начнут бить — тоже херово. Нам ведь и спрятаться негде.

— Да ладно тебе! У шахтёров два миномета и нет ни одного стрелка, а у нас — господствующая высота. Мы отсюда уничтожим любую технику и любого тугодума, кто попытается подобраться близко. Патронов хватит, еда есть, вода есть. Не бзди, короче!

— Быстрее бы этот козел, Фаллоу, поймал своего наемника. Тогда, думается мне, и свалим отсюда, — вступил в разговор еще один наемник. — И на хрена он ему все-таки?

— Это, скорее всего, тот парень, который убил нескольких охранников в комплексе, и из-за которого на тюремном уровне сыр-бор начался, — предположил пулеметчик. — Наверное, на нем эксперименты ставили, и Фаллоу хочет закопать его, чтобы все скрыть. Ну, или наоборот, ценный экземпляр.

— Был бы ценным — не приказывали бы его валить.

— Угу. Ну, значит, опасный тип. Наверное, надо скрыть все, что с ним там сделали. Говорят, Блайм таких уродов делал, что ночью приснится — подушкой не отмахаешься.

— Похер на уродов! Меня больше беспокоит, чтобы нас тут не расстреляли…

— Э, хорош трындеть! По местам, и глядеть в оба, а не разговоры разговаривайте. Олаф, проверь камеры! Джордж, Сид — на свои точки, и следите за секторами! Юми! Сообщи в мэрию, что наш взвод тут задерживается. Черт, на такое задание мне очень не хватает Маркуса.

Стоп! Что, блин? Фаллоу жив? Отдает приказы? И имена этих ребят, как и голос их старшего… Я их знаю! И это ни фига не корпораты, это ребята из «Кельта», подразделение «Норд». Старший — Гюнтер, Девочка Юми — японка, мастер-инструктор ближнего боя. Точно, блин! Их, как и нас, «Вилланд» нанял, причем практически одновременно. Вот только нас и еще одно подразделение отправили на «Клаусвитц», а этих…

И вот что делать?

Выйти к ним? Сказать, что я Фрэнк из отряда «Хантерс»? И? Вот я сам бы что сделал, увидев перед собой чувака с когтями, без формы наемников, брони?

Правда, есть мой револьвер, его в конторе почти все знали.

Ну ок, даже если они мне поверят, дальше что? У них контракт, и плевать они хотели на все прочее.

Доказывать им, что Фаллоу — это уже не человек, бесполезно. Да даже если бы и получилось, подозреваю, что для выяснения всего на свете утащат они меня с собой, и всех делов. Это не те ребята, что будут вдумчиво и детально во всем разбираться, тем более что ловят то как раз меня, оказывается.

Видимо, Фаллоу очень сильно хочет моей смерти. Действительно хочет все скрыть? Боится, что если я вырвусь, то… То что?

Да сам не знаю. Не за корпорацию же боится, так как Фаллоу — точно не человек.

Вот в чем я уверен — ребят просто сожрут, потому что никакого репеллента нет, просто рою отдан приказ их не трогать. Пока не трогать.

Что ж, не будем играть в благородного героя. Мы сейчас на разных сторонах баррикад, так что…попробую-ка я еще разок запустить себя в режим разгона, без него с Юми я точно не справлюсь. Видал эту девку в бою, знаю, что с ней врукопашную не справиться.

Да и вообще — слишком их много.

Так, револьвер снаряжен, пять выстрелов у меня точно есть. Игольчатое ружье…не, не буду даже пытаться — оно и броню их вряд ли пробьет, да и обращаться с ним сейчас, когда у меня все эти украшения на пальцах появились, будет крайне неудобно.

Ну, все. Пара вдохов-выдохов, и…погнали!

Рывком бросаю тело вверх-вперед так, чтобы оказаться максимально близко к «командиру». Из всех пятерых Гюнтера я опасаюсь больше всего, у него звериное чутье на опасность и очень быстрая реакция. Невероятно быстрая. Поэтому-то пять выстрелов из револьвера получает он. Чтобы наверняка, с гарантией.

Вся пятерка потеряла драгоценные секунды, просто ошарашенно глядя на то, как я появляюсь над парапетом и стреляю в их лидера.

А я, даже не глядя на результат своей пальбы (он и так понятен), переключаюсь на нового противника.

Пока они пырились на то, как падает подрубленным дубком Гюнтер, я уже оказался рядом, запустил свой имплант в разгон, и он, хвала инженерам, богам и всем прочим, работает.

Ускорение было таким, что у меня мышцы прямо-таки рвутся — боль неимоверная. Но ничего, потерпим…

Клинок ножа пробил тонкую нашейную броню первого из снайперов и практически перерубил ему позвоночник. Прежде чем он даже захрипеть успел, клинок уже покинул рану, а я пинком ноги попросту скинул его вниз. Не сдохнет от раны — сдохнет от падения.

Затем скользнул ко второму стрелку. Тот замедленно, как будто пребывая под водой, но все же начал поднимать ствол снайперки на меня. Ты смотри, какой шустрый!

Ребро ладони отводит толстенный компенсатор на конце ствола в сторону, а лезвие ножа змеей скользит вперед, подрубая кисть — а не хрен в неуставных перчатках шастать.

Так же замедленно из раны начинает брызгать тонкими струйками кровь, и, выпустив свою винтовку, наемник по имени Сид пытается пережать рану, начисто меня игнорируя.

Новый выпад клинком разрубает Сиду переносицу, и кончик клинка уходит в череп, перемалывая его небогатое содержимое.

Как же мне все-таки повезло, что они или без шлемов, или с откинутыми забралами…

Но, черт подери, как же я не хочу их убивать! С тем же Сидом мы вполне мирно пили пиво в баре какого-то захолустного космопорта, по душам беседовали. А теперь я вынужден был его убить.

Сраная корпорация! Сраный Фаллоу!

Мой нож, видимо, как и я, не хотел убивать сослуживцев — после последнего проведенного удара попросту застрял в черепе трупа.

Но у меня нет запасного, и еще остались противники.

Мне нужен мой нож!

Очередной рывок, и лезвие ломается, оставив у меня в руке обрубок на рукояти, длина которого от силы сантиметров десять.

А меж тем Юми уже целится в меня…

Глава 27

Отчаянным броском я посылаю обломок своего клинка в полет, надеясь даже не убить противника, а хотя бы выиграть время. И вот, именно на этом моменте я осознаю, ощущаю разницу между собой сегодняшним и тем, кем я был год-два назад.

Сломанный клинок вместо того, чтобы пролететь мимо, или же, ударившись в броню, отскочить от нее, умудряется попасть в оружие противника, при этом пробив и застряв в ствольной коробке.

Видимо, обломок я метнул, приложив максимум сил и отчаянья, так как не просто повредил оружие, но еще и умудрился выбить его из рук врага. А ведь противник мой — не зеленый новичок, эта девушка знает и умеет обращаться с оружием, а хватка у нее медвежья. Но…

Поврежденное изуродованное оружие, кувыркаясь, полетело вниз с башни, только мы его и видели.

Стоит отдать ей должное: Юми ничуть не растерялась и мгновенно перешла в атаку, проведя сложную связку из нескольких ударов, завершившихся мощнейшим пинком в подбородок металлическим мыском ботинка. Во всяком случае, она себе это так представляла.

На деле ее движения были плавными, медленными, и все до единого удара оказались блокированы, а от мыска ботинка я, немного рисуясь, просто ушел — убрал подбородок.

Мы оба замерли, глядя друг на друга. Она недоумевающе, я же с усмешкой.

Юми на всякий случай (ведь я не пытался ее атаковать) разорвала дистанцию и, встав в защитную стойку, вгляделась в мое лицо.

— Э…парень, а я ведь тебя знаю…

— Да, инструктор Юми, знаешь.

— Стоп, ты же этот…как его…Фрэнк, кажется, из взвода Маркуса.

— Угу. Был из взвода Маркуса.

— Ну да. Точно. Вас всех взорвал этот, как его…террорист известный, Санчез! Погоди, так это ты — наемник, на которого охотится Фаллоу? Офигеть! Почему ты нас просто не предупредил, что ты свой?

— Да потому что это бессмысленно! И не надо сейчас вот играть в игру: «Да мы бы тебя не тронули». Тронули бы. У вас приказ непосредственного начальника с одной стороны, и уже списанный из рядов «Хантерс» боец с другой.

— Да нет же, с чего ты взял?

— С того, что сам бы поступил так же. И нет, тебе не поможет пистолет на боку. И не надо заговаривать мне зубы. Я двигаюсь намного быстрее. Предлагаю — вы двое складываете оружие, садитесь у стеночки затылком ко мне, и я вас связываю. Тогда, клянусь, я вывезу вас с планеты или отпущу чуть попозже.

— Не пойдет, ты же понимаешь…

— Это, кстати, ваш единственный способ выжить… И нет, я не к тому, что убью вас, просто…вы не выберетесь с планеты. А если вас заберут корпораты… Макс Фаллоу — он уже не человек, он Дэворар.

— Ага, конечно! Здоровенная пятиметровая сколопендра или трехрукий жопоголовый урод…Фрэнк, может быть, это тебе лучше сдаться? Кажется, у тебя мозги набекрень. Съехала крыша от переживаний?

— Я вполне серьезно.

— Ну да… Слушай! Мы не сдадим тебя Фаллоу и сможем вывезти с планеты. Это уж я тебе могу гарантировать.

— Юми, Юми… Ты вот серьезно сейчас? Вы вывезете меня? На чем? На пердячей тяге? Вас никто не планировал даже отсюда отпустить, с этой вот водонапорки. Нет никакого репеллента, иначе бы он действовал и на меня.

— В смысле?

Я без лишних слов продемонстрировал ей когти на руке, и, усмехнувшись, распорол себе кожу на кисти, после чего вместе с ошарашенной японкой понаблюдал, как у меня моментально срастается, стягивается порез.

— Это что за… — открыв рот, пробормотала Юми.

— Я — гибрид, и чую других монстров. И не думаю, что вон те, сидящие в доме напротив десять мелких Дэвораров, или те три здоровых, скрывшихся в руинах слева, сидят там просто из любопытства, — я показал рукой на здания неподалеку и грустно усмехнулся. — Знаешь, почему они до сих пор не напали?

— Репеллент? — с надеждой пролепетала Юми.

Я покачал головой.

— Они ждут команду. Когда вы сделаете свою работу, станете не нужны, они сделают свою.

— Да откуда ты это знаешь?

— Я вижу тварей, чувствую их, знаю, о чем они думают, чего хотят.

— Но…как?

— Дэворары связаны все между собой псионической связью, и знают, где члены их улья в любое время. А для Максимилиана… Вы нужны только для одного — не дать сбежать мне. Дэворары, увы, не способны на перехват техники, так что…

Пока я беседовал с Юми, еще один противник — молчаливый инженер Олаф Торвальдсон, решил схитрить — он медленно перемещался, делал это, как ему казалось, незаметно и бесшумно. Но он ошибся. Я отлично видел, слышал и знал о его перемещениях. Так что когда он попытался выстрелить мне в затылок из крупнокалиберного пистолета, я просто заблаговременно убрал голову чуть в сторону.

Пуля, выпущенная с расстояния всего в несколько десятков сантиметров от меня, пролетела мимо моей щеки и ударила инструктора рукопашного боя, профессионала из профессионалов, чуть выше броневоротника, четко под приоткрытое забрало. Олаф даже не догадывался, что пока перемещается он, медленно сдвигаюсь и я, чтобы вынудить его стрелять именно из той позиции, с которой мне было нужно.

Тело Юми, отброшенное пулей 45 калибра, полетело вниз с башни, а ошарашенный Олаф остался стоять все так же, за моей спиной, уже не решаясь стрелять еще раз.

— Ну как, еще попробуешь? Друзей у тебя тут, правда, не осталось, чтобы их перестрелять, но может, ты попадешь в меня…

Он без слов отпустил рукоять пистолета, бросая его на пол.

— Сдаюсь! Что вы там говорили, сэр, насчет вывезти с планеты?

Любопытно. Неужто мой спонтанный диалог с Юми, чистая импровизация, таки впечатлили этого парня? Я его не знаю, он явно из новичков. С другой стороны, он в группе Гюнтера, а тот кого попало не брал к себе…

Нет, ни хрена! Если бы он мне поверил, то не стал бы стрелять. А сейчас просто решил подыгрывать, чтобы я его не убил.

Ну и ладно, главное, что сейчас он не будет пытаться меня убить, а раз так — попробуем побеседовать.

— Окей, давай это обсудим. Итак. Олаф, да? Скажи, Олаф, помимо вашей группы, сколько тут еще отрядов ликвидаторов действует?

Полусекундная заминка. Явно собирается соврать.

— Не знаю, наверное, больше никого.

— Вторая попытка солгать станет последней, — предупредил я его.

— В смысле?

— Ты врешь. Я это знаю. Твое тело выдает тебя — я считываю все параметры твоего организма не хуже детектора лжи. Не надо так делать, иначе я просто откручу тебе голову.

— Ладно-ладно…я все понял. Еще две засады. Одна маленькая, всего двое снайперов на выходе из города, сидят на деревьях. Это чтобы пешим никто не сбежал. И еще такая же, как наша, группа сидит в готовности в «Вихре» на крыше муниципалитета, чтобы прийти на помощь тем, кто вас засечет. «Вихрь» — в ракетной модификации, с полным боекомплектом и еще одним в запасе. И подозреваю, он уже на подлете — я по инструкции в момент атаки нажал кнопку вызова.

— Ах ты ж, сученок…ты просто тянул сейчас время? — дошло до меня.

Он лишь виновато ухмыльнулся, и именно в эту ухмылку я и зарядил кулаком, к черту размозжив лицевые кости, вогнав переносицу глубоко в мозг.

На грани слышимости я уже уловил тонкий писк атмосферных двигателей легкого штурмового катера с модифицируемым вооружением. Ладно, технически они не должны начать палить сразу, не опознав цель — все-таки здесь и дружественные цели…были.

Так, думай, голова, думай… Чем можно их сбить?

К револьверу у меня больше нет патронов, да и дальность у него не то чтоб великая… Пулемет улетел вместе с телом Гюнтера вниз с водонапорки, и не факт, что цел после падения с такой высоты. Да даже если цел — мне что, бежать за ним вниз?

Остается две снайперки. Вот только подбить чертов «Вихрь»– задача непростая, и будет у меня всего-то пара выстрелов. Дальше он просто накроет ракетами всю эту башню, так что выстрел, второй, и прыжок во-о-он на ту крышу.

Комп, ты еще со мной? Ага, со мной, хоть и сбоит. Так, задаем параметры цели, оружия, и пробуем, захватив в прицельную марку этот самый катер, вычислить «ахиллесову пяту» и попасть в нее.

Катер уже из маленькой точки превратился во вполне опознаваемый. Подозреваю, что его оптика уже захватила крышу, и сейчас стрелок, сидящий в кресле прямо за спиной пилота, ждет подтверждения на открытие огня.

Комп пиликает и выдает мне наложение виртуальной точки прицела на курс «Вихря».

Ну, с богом!

Винтовка, до этой секунды прикрытая моим телом, взлетает вверх, наводясь туда, куда высчитал комп. Выстрел! Отдача на этой дуре, должно быть, была дикая, но благодаря моим «обновленным рукам», усиленным мышцам, и вообще куче модификаций тела, на деле она лишь чувствительно боднулась. Еще раз, и еще, и еще.

Без сожалений я выпускаю ее из рук, и даже до того, как винтовка упала на гудрон крыши, я подхватываю вторую (искать магазины некогда), вместе с ней прыгаю вперед, пытаясь преодолеть сразу восемь метров расстояния между башней и соседним зданием.

Я бы не допрыгнул, но мне здорово помог взрыв и ударная волна от ударивших в башню ракет, выпущенных катером.

В результате я не просто долетел, а еще и кубарем прокатился по крыше, врезавшись в итоге спиной в каминную трубу и разнеся ее.

А катер уже начал разворот, собираясь закончить дело. Он даже завис на месте, чтобы исключить вероятность промаха, наклонил нос в мою сторону, и я практически увидел, как новые ракеты со щелчками занимают свои места в пусковых установках.

Это был конец.

И в этот миг к нему потянулась цепочка красных росчерков, прекрасно видных на фоне неба, и она уперлась прямо в область левого движка. Там заискрило, и повалил дым, а неизвестный мне стрелок перенес огонь с двигательного отсека на выдвижной ракетный пилон, сейчас открытый и перезаряженный.

Пули крупного калибра успешно разорвали корпус пусковой установки, и одна из них вызвала детонацию ракеты.

Следом случился взрыв, в котором машина исчезла — я так и не понял, топливо, двигатель, или что так рвануло.

Но все же пилот, чтоб его черти в аду жарили во всех смыслах, успел нажать гашетку, и полтора десятка реактивных снарядов устремились ко мне. Взрывы накрыли крышу дома, но мне все-таки повезло.

Первые попадания легли чуть правее и вызвали обрушение кровли. Только поэтому мою тушку не разорвало на части.

Я полетел вниз, рухнул на пол, еще в полете потеряв оружие, а следом на меня полетел всякий мусор.

Близкий взрыв, даже три взрыва, не могли пройти бесследно — мне пробило осколками левую, механическую руку так, что она искрила при любом движении. Оторвало начисто ухо. Не меньше десяти осколков застряли в бедре, ребрах и лопатке. И один, особо зловредный, распахал мне лоб, так что первые пару минут я не видел вообще ничего, глаза моментально залило потоком крови, хлынувшей из разреза.

Оглушенный, ослепленный и придавленный балками и обломками крыши, я валялся внутри разрушенного здания, в котором начинался пожар.

Я хрипел и стонал, дергался, пытаясь выбраться из ловушки и отползти куда подальше, но все мои попытки закончились пшиком.

Тогда-то я и взял себя в руки, привел в порядок дыхание, успокоился. Так, теперь можем мыслить рационально.

Ну, положим, балку я таки отодвину…

Ой. Нет, не отодвину.

Для этого надо, чтобы поврежденные мышцы на ногах восстановились — ногой пошевелить не могу. Да и руками толком тоже. Все же здорово мне досталось.

Но это, как я уже знал, ненадолго. Пройдет минут десять-пятнадцать, раны подсохнут, плоть начнет заживать, мышцы восстанавливаться, и тогда…

Но у меня столько времени нет. За это время я тут прожарюсь до корочки…

Внизу раздался скрип тормозов, и тут же что-то мощно ударило. Я услышал топот. Кто-то идет сюда… Слышу его шаги на лестнице.

Что интересно — не толпа бежит ко мне, а всего один человек.

Хм. И кто это?

Вслушавшись в шаги, я таки смог его узнать.

Похоже, что «Араб» и впрямь держит слово.

Черт, я начинаю уважать этого ублюдка…

Балка, придавившая мне грудную клетку, отлетела в сторону. Туда же полетел и всякий хлам вроде здоровенных каменюк, кусков арматуры.

Ахмед рыл, как бульдозер. Здоров, чертяка!

Точно ведь импланты пользует.

Наконец, «отрыв» мое тельце, он схватил меня, попытался закинуть себе на плечо, но тут же отпустил, удивленно крякнув. Угу. А ты думал, что адамантиевый скелет может весить мало?

Он не стал предпринимать новые попытки меня поднять, вместо этого, поднатужившись, просто вытянул меня из-под завала.

— Э, генацвале, пачиму ты такой тыжелый? Я думал, что я сыльный, но ты вэсишь как стадо баранов моего дяди Чхоле!

— А…ы… — вместо слов из моего горла донеслись невнятные звуки. Черт, да я даже челюстью шевелить не могу.

Ага, вот оно что! Подняв руки, ощупав лицо, я понял, что случилось.

Щелк! И челюсть стала на место. Я для проверки поводил ею из стороны в сторону, а затем все же ответил:

— Долго рассказывать. Если коротко — это последствия проведенных надо мной экспериментов.

— Какой такой экспирименты? Ты весишь, как машин!

— Есть такое. Спасибо. Я, честно скажу, не ожидал, что ты меня спасать будешь.

— Э, нэ абижай! Ми ж дагаварилысь, да и нэ дело это, бросить и тыбэ, и людэй вот так, и улетэт. Я, канешна, бызнэсмэн, но всо имеэт прэдэл. Брасат столька людэй монстрам — не па-чилавэчески.

— Ну да, — хмыкнул я, — тем более что монстры у тебя ничего не купят.

— Точно!

— Ну, в общем, я рад, что ты здесь. А теперь, если не возражаешь, пора убираться отсюда — тут как-то жарковато становится…

— Сагласэн! Паэхалы…

Когда Ахмед спускал меня по лестнице, я вспомнил детскую сказку про Винни Пуха, и как того по лестнице спускал его хозяин, Кристофер Робин. Вот так же чертов араб спустил и меня — просто пересчитав черепом все ступени…

Он, отчаянно пыхтя, смог-таки засунуть меня на заднее сидение машины, затем прыгнул за руль и, вдавив педаль газа, рванул прочь.

Он планировал вернуться обратно, чтобы сдать меня врачам, но мне удалось уговорить его продолжать намеченный нами путь. Словами убедить его не удалось, зато наглядная демонстрация, как быстро все на мне заживает, доказала ему, что я прав.

Вот и славно. Нечего терять время — нам нужно как можно быстрее попасть на борт корабля.

Я не забыл предупредить его и о еще одной засаде, но объехать ее никак не удавалось — засранцы специально отсекли любые иные пути, так что пришлось мне, не без труда, перетащить свою израненную тушку в кресло ганнера.

Да только, как оказалось, это было ни к чему — никто нас не встречал. Либо сбежали, увидев в небе над городом яркую вспышку взрыва, в которой исчез штурмкатер, либо Олаф, сволочь такая, их просто придумал, заговаривал мне зубы, дожидаясь подкрепления.

Как бы там ни было, но мы без проблем и приключений сумели покинуть город, и дальше Ахмед повел вездеход по одному ему известному маршруту.

Пока наш транспорт прыгал по ухабам, я, чертыхаясь, выдернул самые крупные осколки из себя. Мелкие можно было не трогать — тело само их «выдавит», а вот здоровые сами выходить не хотели и всячески мешали регенерационным процессам в моем организме, так что пришлось идти на это варварство. Кровь практически не шла — раны затягивались с бешеной скоростью. Правда, платой за это стал полностью исчезнувший в моем желудке аварийный рацион вездехода. И все равно я был голоден…

Корабль появился перед нами внезапно, когда мы пересекли неприметную линию гребня одного из оврагов. Просто только что его не было видно, и хоп — вот он.

Отличный тайник. В жизни бы не нашел.

Действительно, корабль оказался переделанной яхтой.

Округлые линии, четыре планетарных двигателя, кустарные, хоть и крайне качественные оружейные подвесы. На подвесах располагались несколько автопушек и пусковые установки ракет воздух-земля. М-да, похоже, деньги решают все. С такими вот «доработками» яхту должны были сбивать в любой точке космоса, едва просканировав.

Но нет, цела и невредима. Цивильные бортовые номера, регистрационные метки — все как положено. Короче, законопослушный гражданин в своем праве. Охренительно все-таки, когда бабки есть. Тоже так хочу.

Мы выскочили из вездехода и Ахмед, подойдя к шлюзу, неприметному со стороны, защелкал кнопками на панели доступа. Корабль немедленно отозвался на его действия, зажигая огоньки вдоль всего корпуса, открыв рампу и входной люк.

— Фрэнк, братэлло! Ты можэш сам загнат вэздэход? Он точно там прыгодится, и брасат эго глюпо. А я долэн запустыт корабль. Прыпаркуэш, и иды сразу навэрх, тэбе придетса управлять пушкамы.

— Ты ничего не забыл, друг мой? Я вновь однорукий — киберконечность разбита вдребезги. Какие, нафиг, пушки? — напомнил я.

— Праблэма, да. Загоняй пака вездэход, я падумаю…

Благо, справиться с вездеходом можно было и одной рукой, так что, чуть помучавшись, я заехал на рампу и дальше в трюм, при этом умудрившись ничего не зацепить.

Внутри сразу становилось понятно, для чего применяется кораблик. Трюм, занимавший две третьих объема яхты, был хоть и не целиком, но плотно набит оружием. У входа горбатилось сразу два робота-погрузчика, а прямо за ними ровными рядами стояли в транспортных капсулах боевые роботы. Три десятка Иксов — машина Тип Х-1, чуть получше, чем то барахло, что было на «Клаусвитце», но ничего выдающегося. Они вооружены типовыми импульсными винтовками, китайским клоном моей пропавшей «Мисси».

И еще десяток роботов чуть более продвинутых: тип Х-10. Это боевая платформа с двумя скорострельными пулеметами, оснащенная неплохой бронезащитой и исключительной подвижностью. Хорошая штука, то, что надо в нашей ситуации.

За рядами роботов было много чего еще — и ящики с минометами, минами к ним, и десяток ящиков поменьше — с теми же винтовками, и парочка с мобильными комплексами огневого подавления на базе флетчетного орудия. По-простому — картечница. От древнего прототипа ее отличали только использующиеся снаряды — те же самые, что для ФЛ-6, только калибром побольше. Страшная штука, если применить с небольшого расстояния.

Рампа тем временем поползла вверх, закрываясь, и я, покинув кабину, вылез и поковылял в рубку. Ее местоположение, благо, было указано на план-схеме, светившейся над входом.

Через пару минут я добрался до мостика, но едва переступив порог, замер, будучи поражен поистине необычным «оформлением».

Сугубо функциональное помещение было выполнено и украшено в восточном стиле. Никаких тебе серых стальных панелей — вместо них отделка золотом и натуральное дерево.

На полу — ковры, на стенах — картины. Панорамное окно на полстены. И даже явно смонтированный позже основного оборудования пульт управления огнем не выбивался слишком уж сильно из колорита — те же золотые финтифлюшки, тот же шик, а обзорный экран системы наведения выполнен в виде деревянной панели…

М-да…восток — дело тонкое…

Плюхнувшись в мягкое кресло, с которого свисала бахрома, я хоть и с трудом, но запустил программу диагностики.

Ахмед уже выставил себе ориентиры для полета, и сейчас небольшими импульсами маневровых разворачивал корабль.

Да уж, поиграть в штурмовика в атмосфере — это требует весьма хороших пилотских навыков. Надеюсь, он ими обладает, иначе наша штурмовка закончится носом в пластикрите, покрывающем улицы шахтерского городка, ну, или в стене дома…

Глава 28

«Медина», а именно так пафосно именовался корабль Ахмеда, медленно поднялась в небо, и, неторопливо развернувшись, уверенно пошел над лесом в нужную сторону.

— Ахмед, так что будем делать со стрельбой? Я могу отслеживать цели, но полноценно вести их — нет. Одной рукой это невозможно.

— Слюшай, а ты вэд киборг, да? Палнацэнный. Так что у тэбы эст интэрфэйс для падключений всякий технический штюка-дрюка — робот там, пушка, и всэ такоэ, вэрно?

— Ты хочэш сказать, что тут ест такой ынтерфэйс? Тьфу, черт! Прости.

— Нэ страшно. Всэ, кто со мной долго гауарят, так дэлают. Псыхологыческый ловушка, да? А с ынтерфэсом — вон там, за манитор, эсть порт для падключэния. Включайса, и ты будешь полностью кантралироват наши орудия. Толка из главный калыбр не пуляй бэз нужда — он тут сырьезный. Много случайный труп будэт…

Я послушал совета, и через несколько очень неприятных секунд синхронизации с системой (жутко это не люблю — ощущение, будто через тебя ток пускают, да еще и иголками тыкают в каждую мышцу) я ощутил себя частью «Медины». Шесть скорострельных сорокопяток стали моими руками, две пусковые ракетные установки, каждая на два десятка неуправляемых ракетных снаряда, и две целевые воздух-земля — моими клыками. А орудийная установка фрегата типа «Ост» — моим главным калибром. Да уж, не стоит стрелять из фузионной пушки в атмосфере…без особой нужды.

Ага, теперь нужно просто захотеть, и электрооптика сама будет зуммировать нужный мне участок. Камер на корпусе предостаточно — я вижу все, что творится вокруг корабля, под ним и над ним. Вот, например, вижу в квартале выживших движение — все роются, как муравьи — готовятся к выходу. Зуммирование, и я уже могу рассмотреть, как меж домов снуют четыре здоровенных карьерных самосвала, в которые грузят людей, их пожитки. Вижу десяток гражданских машин и три джипа — рядом тоже полно народа. На кабинах самосвалов горит сварка — кто-то монтирует туда пулеметы с вышек.

А вон, в дальнем углу жилого квартала, что-то непонятное… Я увеличиваю картинку и вижу, как из-под земли вырвалась не диверсионная группа, а целая орда Дэвораров — два бронированных монстра, с десяток жнецов, куча разновозрастных сколопендр и много, не сосчитать сколько, гуманоидных форм. Они вываливаются из разрушенного проема в здании, и тут же рассыпаются по окрестным домикам, откуда тащат еще живую добычу обратно. Как муравьи, ей-богу.

Даю метки на карте, отмечаю точки для Ахмеда, показывая, куда нужно лететь, и готовлюсь. Нет, понятное дело, что яхта — не штурмовик вообще, вот ни разу, и ждать, надеяться, что мы сможем эффективно воевать, нельзя. Но прикрыть людей все же можно. Сейчас пройдем на бреющем, и я спилю из пушек парочку здоровенных тварей, а ракеты наведут шороху среди сколопендр, и может быть даже среди жнецов. И если удастся уговорить Ахмеда — можно будет еще один заход сделать. Полагаю, ему непросто приходится при пилотировании в атмосфере. Тут ведь совсем другие навыки нужны…

Ахмед меня прекрасно понял, и «Медина», довольно резко накренившись, легла в боковой разворот, нацеливая нос на место, указанное мной. Корабль чуть наклонился вперед и полетел на самой малой скорости, давая мне максимальный запас времени для прицеливания.

Маркеры наливались желтым светом по мере приближения цели к оптимальному рубежу открытия огня, но я открыл огонь чуть раньше, чем перекрестия запылали частыми вспышками золотого цвета, что означало выход на оптимальное расстояние.

Шесть очередей ударили с автопушек, разнося на своем пути все.

Если честно, то большая часть зарядов попала в никуда. Дело даже не в том, что я неопытен в таком деле, нет. Тут всю работу за меня делает имплантированный компьютер. Просто нас после первой же очереди начало болтать из-за сильнейшей отдачи. Но и тех редких попаданий, что все-таки были, врагам хватило с избытком. Первый выбранный мной в качестве цели Дэворар был классическим жнецом-переростком. Его слабые места были давно известны, но когда у тебя в руках шесть 45-мм автоматических орудий, то не обязательно бить по уязвимым местам. Достаточно просто зацепить короткой очередью — гарантированно раны будут серьезные.

В нашем случае дело не обошлось одними лишь ранами. Впрочем, и очередь моя его не просто зацепила, а прошила поперек. Передняя часть твари практически испарилась под ударом дюжины снярядов.

Те, которые не попали в тварь, ударили рядом. Часть из них разнесла в куски пластикрит, часть угодила в копошащуюся мелочь, попросту испаряя их, размазывая. От тел вообще ничего не оставалось, если не считать кляксы на стенах, земле.

Несколько снарядов, отрикошетив от покрытия улицы, ударили в дом и, похоже, попали то ли в газовые трубы, то ли в баллон, но полыхнуло так, что отряд трехруких, голов в двадцать, накрыло вспышкой пламени, попутно зацепив и нескольких «классических» Дэвораров.

Когда огонь чуть поутих, я смог с удовольствием лицезреть множество «изжаренных» тушек. Так вам, сволочи!

Однако противников все еще оставалось много, так что я решил добавить им огоньку — запустил все ракеты из контейнеров, стараясь выцелить еще одну здоровенную тварь.

Яхта прямо-таки на дыбы встала от одновременного старта такого количества снарядов, но Ахмед сумел удержать нас от падения.

А внизу разразился огненный ад. Ракеты, начиненные большим количеством взрывчатки, ударили веером по домам, Дэворарам, людям. Они обрушили и то здание, из которого лезли твари, и несколько строений рядом.

Части разорванных тел и ошметки хитина прямо-таки взлетали ввысь, а затем, перемешавшись с каменной крошкой и металлическими осколками, падали вниз.

В таком аду уцелеть не смог никто.

Что ж…Дэворарам так и надо, а несчастным людям…я не мог их спасти, но зато смог спасти от мучений и страданий. Лучше уж такая смерть, чем медленное угасание в гнезде, будучи растянутым по стенам.

Жаль только, что вся эта моя атака задержала лавину монстров лишь на пару минут. Как только опало пламя, из развалин дома, который они использовали как вход, тяжело ворочаясь и разбрасывая в стороны плиты стен, полез бронированный «танк».

К этому моменту мы уже не могли вести огонь. Я, пошарив глазами по функциональным иконкам, активировал связь:

— Ахмед, давай сделаем еще один заход. Надо этого бронированного накрыть, иначе ребята не успеют никого эвакуировать.

— Харашо, но только адын! Потом выгружаэм тэбя и роботов!

— Да, не вопрос!

Едва отстрелялись и завалили здоровенную тварь, на панели замигал значок входящего внешнего вызова. С нами пытался связаться неизвестный абонент. Ахмед, похоже, не собирался отвечать, так что на кнопку нажал я.

— «Медина» на приеме, назовитесь.

— О, даже не сомневался, что это ты… Ну что ж, мистер Колтон. Подозреваю, что предлагать тебе свалить и не мешать будет глупо, — я моментально узнал этот голос: Максимилиан Фаллоу, собственной персоной. Жив-здоров, гадина. Хотя…как «жив-здоров»? Это ведь уже не человек, по идее.

— Мистер Фаллоу! — отозвался я. — Или уже не «Фаллоу»? Чего хотел, урод? Сразу говорю — денег можешь не предлагать.

— Нет, не буду. Предложу другое, и только один раз — вернись к нам. Все равно вы, как вид, обречены, а ты часть улья, хоть и не осознаешь этого.

— Нет. Не хочу.

— Не сомневался, если честно. И перейду ко второй части: убирайтесь отсюда! Подбирай своего доктора, вызывай свою девчонку на корвете и валите! Я даже остановлю атаку, чтобы вы могли спокойно сбежать. Мать считает, что бой с тобой — напрасная трата сил. Все равно его исход предрешен. Так что уходи, пока есть такая возможность. Какое-то время тебе и твоим друзьям удастся сохранить свои жизни…

— Во как! Нецелесообразно, говоришь?

— Именно.

— И исход предрешен?

— Ты слышал.

— Ну а я думаю, что вы просто боитесь. Боитесь, что исход как раз таки не предрешен. И более того — я могу доставить вам очень много проблем. Может быть, даже…

— Ты отказываешься?

— Да.

— Прекрасно! Тогда с нетерпением жду нашей встречи. Тебе не спасти этих людей, но я с удовольствием лично прикончу тебя.

— Фаллоу, скажи, а каково это, когда тебя имеют?

— Что?

— Ну как, тебя же трахнули, поимели. Причем дважды. Сначала я, когда не отдал деньги за заказ, потом матка Дэвораров. Знаю, ты уже не человек, но ведь должны были воспоминания остаться? Как оно, получить, наконец, по заслугам?

«Абонент прервал контакт».

Отлично. Ну, вот и узнал я кое-что новое. Оказывается, у тех, кто копирует людей, кроме всего прочего сохраняются, пусть и частично, особенности тех, кого они используют. Имею в виду эмоции, стиль поведения, привычки…

Все же Фаллоу крайне агрессивен и обидчив, и не любит проигрывать. Явно эти его черты характера остались и после «перерождения».

Готов поспорить — сейчас он в ярости, и вместо вдумчивого и поэтапного уничтожения нас может наворотить дел. Ну и славно, чем больше он совершит ошибок…

Какой же я молодец! Главное, чтобы мы теперь это как-то смогли пережить: на главной площади резко провалился в нескольких местах асфальт, и оттуда повалили мелкие Дэворары.

Вслед за потоком тварей сразу же выползло четыре «танка», целенаправленно побредших к грузовикам, и хлынула толпа «гибридов», размахивающих трофейным огнестрелом.

Похоже, все они должны были ждать удобного случая, атаковать, когда все люди соберутся вместе, но Фаллоу взбесился и приказал атаковать сейчас, ничего не дожидаясь.

Ого…он совсем взбесился, похоже!

Ладно, сейчас посмотрим, кто кого. Бывшее руководство выживших быстро сориентировалось и перестроило своих бойцов для отражения внезапно возникшей угрозы.

Град пуль разного калибра обрушился на Дэвораров, одинаково эффективно дробя панцири и круша плоть. С кабин самосвалов тоже открыли огонь находящиеся в безопасности стрелки. На двух успели установить снятые с вышек тяжелые пулеметы, а на третьем — легкий миномет.

Если бы не масса гражданских, сейчас в панике пытающихся укрыться, то я бы здорово помог людям, накрыв площадь еще одним залпом ракет. Но, увы, это было невозможно, так что единственное, что можно было сделать — это попробовать вывести из строя «танки» с помощью ракет.

Плохо только то, что придется стрелять сразу во всех четверых — нет возможности захватить в прицел каждого по отдельности. В смысле, возможность есть, а вот времени на подобные маневры нет.

Все, можно стрелять. Дальность этих ракет — пять километров, и по идее они могут прожечь броню настоящего танка, так что Дэворарам должно тоже хватить.

Пуск!

Четыре стрелы срываются с направляющих, и у меня на экране появляются обзорные картинки, позволяющие контролировать полет ракет.

«Танки» неспешны, так что ожидать от них неожиданных и резких маневров не приходится. Три из четырёх ракет поражают цели ровно так, как и планировалось — втыкаясь в верхнюю четверть туловища, сразу за «горбом», прикрывающим шею.

Взрыватели были мной предварительно выставлены на контактный режим, так что в момент столкновения на месте каждой ракеты вспыхивает маленькое солнышко, мощным направленным потоком энергии пробивая дорогу для начиненной взрывчаткой капсулы, которая взорвется, оказавшись уже внутри монстра, за толстым хитином.

Вспышку начиненной огнеопасной смесью пополам с взрывчаткой капсулы не видно, но это и не нужно.

Главное — результат налицо: твари падают на землю, бьются в агонии, от их тел валит дым, они в буквальном смысле горят изнутри.

А вот четвертый снаряд поразил совсем не ту мишень. Но в этом нет моей вины — в тот момент, когда ракета уже должна была воткнуться в монстра, пилот одного из самосвалов решил поиграть в героя. На его машину не успели смонтировать оружие, и он просто протаранил многотонным грузовиком пришельца. Удар был такой силы, что Дэворар сдвинулся на несколько метров в сторону.

Немного, на самом деле, но вот для того чтобы вместо горба твари на пути ракеты оказалась кабина самосвала хватило.

Миг, и от кабины ничего не осталось — корпус моментально превратился в пылающий оплавленный ком металла, медленно стекающий вниз. А слегка оглушенный монстр уже неуклюже поднимался, явно крайне озадаченный таким развитием событий и недоумевающий, где же враг.

И все бы ничего, но людей успели погрузить во все четыре машины, и в поврежденной таки остались выжившие.

Черт!

— Ахмед! План меняется. Снижайся на максимум и пройди над этим уродом. Когда я скажу — откроешь рампу. Потом лети к конвою и выгружай роботов.

— Э! А ты чэго задумал?

— Одолжу у тебя одного из роботов-погрузчиков, попробую прибить этого монстра сам, раз уж ракетой не попал. С корабля мне его уже подстрелить не удастся.

— Пачэму? Эсть вэдь баэприпас!

— Есть, но рядом с тварью, в грузовике, есть люди.

— Ты псых! В натурэ! Если когда-то будэт нужна работа — скажэш!

Я не стал его огорчать откровениями, что скоро у нас всех будет одна и та же работа — выживание, поэтому промолчал, отключился от управления турелями.

И почему сразу «псих»? Я как раз таки очень неплохой план придумал.

Чем хорош погрузочный робот? Тем, что он запросто может быть использован мной — все тот же нейроинтерфейс позволит управлять машиной, как своим телом, несмотря на потерю руки. А мощностей там хватит, чтобы и хитин вырывать кусками, и плоть под ним.

Я уже бежал в трюм, ворвался внутрь, как ураган. На секунду остановился и огляделся.

Вот и он! Еще когда загонял вездеход, заметил, что левый робот-погрузчик оснащен клешней с огромными лезвиями. Перед ней ничто не устоит. А вторая рука заканчивается обычными пятью пальцами. Удобно. Все, что мне надо, это удачно приземлиться, в смысле оказаться как можно ближе к «танку».

После этого я заберусь на него сверху, и дальше дело техники. Как и сказал — эта клешня вскроет что угодно.

Залез в робота, запустил процедуру самодиагноста. И тут рампа без моего приказа начала ползти вниз…

Глава 29

— Фрэнк, прыгай, да? На мнэ кто-то целиться началь! Сейчас стрэлять будут! Давай быстрэй!

Ну…благо, кабина открытая, и влезть не составляет проблем. Прыжком влетаю внутрь робота, нажимая на ходу кнопку блокировки дверей. Корпус дергается, и я, даже не пытаясь включить никаких дополнительных систем, тут же поворачиваю тумблер запуска, дергаю к себе рычаги управления. Одной правой рукой делать это очень неудобно, но кое-как я справляюсь.

Робот неуклюже вываливается из трюма, прыгает с рамы и летит вниз. И пока летел, до меня дошло, что кое-что я таки забыл сделать. Я не пристегнулся.

До земли оставалось буквально пяток метров, да и вообще высота, с которой я спрыгнул, была небольшой, но все равно приземление было весьма болезненным.

Погрузчик рухнул на покрытие автомобильной дороги, удачно размазав парочку гадов. Но удар от приземления был страшен — ограничители, стоящие над кабиной в качестве защиты от падения на нее тяжелых грузов, буквально смяло. Панель приборов треснула, и большая часть приборов вылетела со своих мест, защитные стекла на экранах покрылись трещинами. В кабине запахло паленой проводкой.

Благо, в открытой кабине дым не задержался и пошел наружу. Зато меня, оглушенного после приземления, это привело в чувство.

Я протянул руку и ухватил толстый сервисный кабель с дата-джеком на конце, воткнул его в свой порт. Хрен с ним, что панель управления повредило — будет напрямую с роботом «общаться». Надеюсь, получится…

По нервам ударила резкая боль, подключение прошло не слишком удачно — машина была сильно повреждена, но…вроде пока еще управление работало.

Теперь, когда у меня был киберинтерфейс, когда я получал все данные по роботу, все выглядело еще более удручающе. Активатор колена правой ноги поврежден, эта конечность будет еле двигаться, если вообще будет. Основной энергоблок не отвечает, работаем на резервном питании. Левая рука, та, что с пальцами, разбита при падении. Множество коротких замыканий. Часть систем автоматически отключена. Короче, это была хреновая идея — десантироваться на сервисном роботе с космического корабля…

Ладно, попробую все-таки поднять эту бандуру на ноги. Мне бы если не убить, то хотя бы сильно повредить здоровяка-Дэворара, отвлечь его. И затем можно будет просто бросить эту кучу железа. В конце концов, у меня есть куча помощников с РПГ и тяжелыми пулеметами. Уж как-нибудь справятся сами.

Скрипя всеми своими железными «костями», робот медленно поднялся. И как раз вовремя — шокированные моим неожиданным появлением Дэворары как раз поняли, что это не страшный боевой мех, а просто гражданская консервная банка, к тому же на ладан дышащая.

На этот раз мой иммунитет почему-то не работал, и твари поперли в атаку. Хм…видимо, как-то меня исключили из их «реестра дружественных целей». Очень жаль. Это было удобно.

Но жалеть долго я не мог — самые быстрые мелкие твари уже приближались ко мне.

Ну, самое время опробовать в бою эту хреновину.

Будто услышав меня и мои мысли, первый бегущий противник напружинил ноги и сиганул метра на два с половиной вперед и вверх, планируя, видимо, вцепиться в кабину и либо выдернуть меня оттуда, либо прикончить на месте.

Клешня робота поймала его в воздухе, и, не встретив сопротивления, просто щелкнула, перерезав Дэворара пополам.

Я сделал пару пробных шагов вперед и понял, что бой уже не задался — вести я его попросту не могу. Робот еле двигался, ни о какой тактике, маневрах речи и быть не может.

Все, что я могу — это, используя его массу, попробовать прорваться к здоровяку. И то не факт, что выйдет.

Наушник короткой связи выпал из уха во время приземления, так что связаться ни с кем я не могу, но все же ребята Рейнгольда верно оценили ситуацию и попытались меня прикрыть. Что ж, за это им спасибо.

Вокруг робота засвистели пули, тут и там монстры вскидывались, получив рану.

Я же не стал терять время и направил машину вперед. Робот тяжело зашагал, подволакивая травмированную конечность. При каждом шаге с обломанной руки сыпались водопады искр, а пульт выдавал новые и новые сигналы о поломках, проблемах в гидравлической системе. Блин, если с такой скоростью будет разваливаться все, я эти сраные двести метров просто не пройду. Но и снижать скорость — не вариант, ведь меня облепят мелкие Дэворары…

К счастью, огромный бронированный Дэворар сам обратил внимание на ковыляющую к нему трехметровую железную развалюху, и решил помочь мне, двинувшись навстречу. Ай, молодца! Прямо лучше не бывает!

К слову, этот образчик оказался не так уж и велик, всего-то метров шесть-семь в длину. Видали и побольше…

Когда он, распихивая в стороны мелочевку, подполз ко мне и начал поднимать переднюю половину торса, я заметил еще одну особенность. Похоже, из-за ускоренного выращивания эти твари были…как бы так сказать…неполноценными. Первый, которого мы завалили, только войдя в город, был покрыт толстой броней целиком: и брюхо, и корпус, и башка. А этот — только сверху и спереди, брюшина была открыта, и хитина там не было…

Кстати, прямо как у первых жнецов, которые нам попадались на корабле. Те, помнится, были очень уязвимы именно в брюхо. А раз так…

Я вытянул вперед клешню и ускорил робота до максимума.

Вот только тварь тоже не собиралась ждать, пока в нее ткнут железкой, и просто рухнула сверху на меня.

Удар многотонного существа был страшен. Я рефлекторно заставил робота вскинуть руку, и она затрещала, прогибаясь и ломаясь, но лезвия все же вошли в тело.

Собственно, на этом моменте можно было бы и выпрыгивать из робота. Но…тут не предусмотрена никакая система экстренной эвакуации. Никаких тебе катапульт, капсул и чего-нибудь подобного.

А удар об землю, кажется, таки сплющил кабину еще больше. И без того узкие «проходы» стали еще уже. Пролезть по ним было той еще задачкой…

Меж тем монстр отнюдь не сдох от моего удара.

Да, я ему брюхо располосовал, но назвать это смертельным ударом было нельзя. Скорее уж мои действия привели к тому, что он разозлился, причем сильно.

Новый удар обрушился на робота сбоку, сминая окончательно корпус. Хуже всего было то, что у меня начали вырубаться камеры кругового обзора. Значит, скоро придется отключить цифровое соединение с машиной — и так большая часть систем не работает, а вскоре прямое подключение и вовсе станет бесполезным.

Впрочем, проблемы наличия и отсутствия соединения с роботом — не главные сейчас. Третий удар «танка» пришелся на уже поврежденную ногу робота и доломал шарнир, или что там у него было.

С жутким скрипом коленный сустав подломился. Громадина погрузочного робота, закачавшись, рухнула на спину, загрохотав по всей округе, разбивая покрытие площади и поднимая целую тучу пыли.

Похоже, заодно этот удар повредил и последний аккумулятор в машине, по крайней мере, иных причин, почему все отключилось и меня прямо-таки вышвырнуло из вирт-режима, я не придумал…

Выдернув бесполезный кабель из своей головы, я бросил взгляд сквозь разбитое стекло. Над кабиной нависла уродливая башка деворара, и не похоже, чтобы она планировала сказать мне что-то приятное.

Черт! Сейчас главное, чтобы он не плюнул сюда кислотой, а то я тут тупо растворюсь. Это будет самая глупая смерть, которая только могла бы быть…

Не знаю, что хотел сделать Дэворар, но ему это не удалось. В тот миг, когда он пошире раскрыл пасть, туда влетела ракета. Взрыв прямо-таки разорвал рот твари и отбросил ее с корпуса робота, а вокруг засвистели крупнокалиберные пули. Похоже, подошла кавалерия, или что там еще было в заначке у «партизан», я уж не знаю.

Что бы там ни было — вовремя. Вот ни дать, ни взять — в самый нужный момент они подтянулись. Если выживу — обязательно узнаю, кто такой меткий, и пивом угощу. Если доберемся до пива, конечно…

Я перевернулся, уперся ногами в заклинившую дверь. Удар ногами, еще один, и еще. Двери с каждым ударом все больше выгибаются, но заклинило их знатно. К сожалению, мой униинструмент, столько раз выручавший меня, остался лежать в вездеходе. Очень жаль. И раз уж инструмента нет, то чего тут думать: долбить надо, перефразируя известный анекдот.

На десятом ударе сталь все же уступила модифицированным мышцам, и дверь с хрустом выворотилась. Я осторожно выглянул из кабины — не стоит выпрыгивать, как чертик из табакерки, когда вокруг свистят пули.

Ну да, пока я отвлек на себя тварей, ребята сориентировались-таки, и накрыли плотным огнем мелочевку, отсекая ее от гражданских. Глупые твари бросились было ко мне и попали под замес.

С трубой гранатомета в кузове здоровенного грузовика стоял тот парень, Колесникофф. Он махнул мне рукой, мол, беги сюда, чудило небесное на букву «М».

И я побежал…ух, как я побежал!

Целых метров пять успел проскочить, прежде чем пришлось падать на пластикрит и перекатываться, уходя от длинной очереди, ударившей прямо у меня за спиной.

Чудом, чистым чутьем понял, что стреляют в меня. И стреляют оттуда, откуда я не ожидал вообще никакой опасности — с крыши грузовика с людьми.

Парень, сидящий там, видимо, тоже не ожидал, что я сумею увернуться на такой дистанции. Он машинально зажал гашетку, выпуская всю стопатронную коробку в молоко. Я попытался нащупать и перекинуть на грудь свою винтовку, и обнаружил, что она осталась где-то там, в кабине поверженного робота, то ли сорванная при ударе, то ли отстегнувшаяся во время «экстренного выхода».

Черт!

Ладно, это, конечно, плохо, но выбора у меня нет. Этот псих сейчас зарядит новую коробку и продолжит палить. И ведь может попасть! Какого хрена он вообще делает? Неужели не понимает, что жив он, как и все остальные в грузовике, исключительно благодаря мне?

Видимо, не понимает. А значит, мне придется прилюдно демонстрировать свою ловкость и скорость — выхода нет…

А хотя… Вон, на площади, совсем недалеко валяется труп одного из гуманоидных пришельцев, а в его когтистых лапах зажато какое-то пуляло. Сейчас я его и подберу.

Что я с этим самым «пулялом» собирался делать — сам себе в тот момент не ответил бы. Просто нужна пушка в руках, иначе я себя словно голым чувствую…

Никаких ритуальных вдохов-выдохов мне делать не надо, я просто ускоряюсь до максимума возможностей и устремляюсь вперед со скоростью гоночного болида. Ну, очень медленного болида, но все же раз так эдак в шесть-семь быстрее обычного человека.

Винтовку труп отдавать не хочет, но мне в целом и не надо. Пулеметчик ужасающе медленно с моей точки зрения меняет короб, он только-только начал подносить руку с новым ящиком к магазиноприемнику. Я падаю, ухватившись за пальцы покойного, навожу его оружие примерно на цель и дергаю спуск. Сухой «щелк». Да уж, если день не задался, то не стоит рассчитывать на удачу.

Подсумков на его теле я не вижу, но вижу магазин, поблескивающий головками пуль, буквально в метре от меня. Лежит себе полнехонький магазин просто на земле. Видимо, выпал, когда гуманоида пришили.

Все так же «ускоренный», я поднимаю этот самый магазин, попутно вырывая оружие из мертвых рук бывшего владельца. Несколько пальцев при этом с тошнотворным звуком отрываются, но мне не до того. Пустой магазин сбросить…где тут кнопка сброса? Что это за архаичная конструкция вообще? В музее ее, что ли, сперли?

О, вот оно как! Магазин снимается нажатием на какую-то пластинку. Ну и древность… Но окей, сейчас не до жира. Мы люди не гордые, куда надо нажмем…

Новый магазин с щелчком встает в приемник, затвор классически передернут.

А пулемётчик уже перезарядился, и медленно, чертовски медленно ведет стволом своей скорострельной машинки, собираясь открыть огонь. Слишком медленно, братан. И лучше бы ты этого не делал. Чертов идиот! Ведь не хочу его убивать, но и выхода иного нет. Не самому же дохнуть? Тем более от дружественного огня!

Так что, извиняй, дружок!

Хлоп!

Пуля преодолевает расстояние между стволом моего оружия и его головой куда быстрее, чем противник успевает понять, что произошло. Она сносит ему к чертям всю верхнюю часть черепушки, забрызгивая мозгами сидящих в кузове людей. Визг, вопли. Кошмар, блин, но что поделать?

А труп, вместо того чтобы спокойно рухнуть на крышу, начинает знакомо корежить. Из раны выбирается, пытаясь вытянуть лапы-нити, подросшая, но не до конца сформировавшаяся личинка. Увы и ах, но закончить свое действие ей не суждено. Уже и так испуганная донельзя девушка в кузове, увидев это вот зрелище, окончательно слетает с катушек, и забравшись с фееричной скоростью на край крыши, начинает остервенело топтать существо ногами, вопя при этом невразумительную чушь.

Похоже, что в момент такого вот экстренного покидания тела существо не способно к захвату нового тела, да и защищаться ему нечем. Так что девица превратила монстра в размазанное по крыше грузовика месиво. Впрочем, она не успокоилась, и продолжала топтать эту жижу.

О как! Думал, что союзника пристрелил, ан нет — врага. Зараженный это оказался. Значит, не с катушек он слетел, как я подумал, не разобравшись в ситуации, а целенаправленно хотел меня прикончить…

Ну, значит, поделом ему…

Я поднялся и побежал уже с нормальной скоростью, чтобы не пугать несчастных обывателей. Впрочем, иллюзий я не строил. Вопросы точно будут — за мной в момент ускорения наблюдало слишком много глаз.

Тем временем плотность огня, который вели автомобили, усилилась. Похоже, Дэворары ввели в строй все свои накопленные за неделю резервы. Кажется, на «мясной резерв» у них были какие-то планы, не подразумевавшие его побега. Что ж, придется вам, твари, обломиться!

Тем не менее, количество атакующих Дэвораров поражало. На «Клаусвитце» матка тогда бросила в атаку на нас все, что было, но это от силы несколько сотен монстров. Тут же монстры перли со всех сторон просто потоком. Времени на обдумывание и планирование не было, нужно срочно выводить всех, иначе нас завалят трупами, но отсекут от гражданских. И тогда тут будет адская резня…

Заскочив в машину Колесникоффа, я первым делом дернул у него со стенки допотопную импульсную винтовку РК-М. Ну, или ее клон, не уверен. Цевье из скользкого пластика, рифленые магазины, приклад в виде металлической складной рамки. Неудобное, но функциональное. Сойдет!

Колесникофф молча ткнул мне трубку рации в руки, и я нажал тангенту.

— Колтон, на связи, посылка на базе уже отгружена?

— Ага. Приступаем к развертыванию. Ваш товарищ любезно скинул нам еще десяток ящиков с игрушками, так что пробивайтесь сюда быстрее. Коробочка пошла к вам. Прием! — голосом Фалькона бодро отрапортовала мне рация, периодически похрипывая.

— Колтон принял, выдвигаемся. Коробка пусть ждет на полпути.

Люблю военных. Короткий разговор, мы друг друга поняли, и пояснять ничего не надо никому. А то гражданские бы рассказывали полчаса, что машина с пулеметом выехала, автоматические пушки разгрузили, теперь вот устанавливаем, Ахмед оставил еще десяток ящиков оружия со снарягой, но они тут, на базе. А что нам делать, а как нам быть, и прочее. А тут — сухо, быстро, понятно. Теперь мне бы еще вырваться отсюда. Хотя, есть одна идейка…

— Алекс!

— Да, сэр.

— Связь с грузовиками есть?

— Есть.

— Пусть передают водилам — по газам, и вперед. Хрен какая монстра без тяжелой пушки остановит такую махину. Тут нужны или «танки», или очень крупные жнецы, а их мы передавили уже. Раз так, то пусть прут первыми. Они нам расчистят дорогу и гражданских вывезут — от них здесь толку ноль. А дальше за ними пойдет народ, который пешком, боевые машины прикроют их.

— Понял…

— Самосвалы, как вырвутся из окружения, пусть разворачивают свои стрелковки назад и помогают нам.

— А гражданские машины?

— Ах да, точно! А гражданские тачки пусть ползут вместе с пешеходами, но по бокам от толпы… Будут эдакой стенкой…

— Простите, сэр…

— Да?

— Плохи дела. С водителями нет связи. Что-то пойдет не так — они психанут, и по газам. Еще не дай бог по пешим…

— Ты прав, это проблема… Есть предложения?

— Да, сэр. Там сержант Фалькон. Он может прорваться к головному грузовику…

— Хм…ну, в целом, может и сработать… Давай!

— Передал приказ!

Удивительно, но вроде все получилось — через несколько минут я смог разглядеть Фалькона, добравшегося до грузовиков. Пока его бойцы отбивались от Дэвораров, сам он бегал от машины к машине, объясняя, что требуется делать. Испуганные люди легко подчинились сержанту, которого привыкли видеть главным, и мгновенно сбились в кучу.

Отлично…теперь двигаете оттуда!

Стволы пулеметов уже раскалились, и даже я успел выпустить три или четыре магазина по наступающим монстрам, когда, наконец, взревели двигатели грузовиков, и те, неспешно набирая ход, покатили вперед, сминая своими гигантскими бамперами наступающих Дэвораров…

Глава 30

В действительности мой план включал в себя еще одну важную часть, о которой моим товарищам знать было абсолютно незачем.

Я планировал активное вмешательство себя, любимого, в режим управления Дэворарами. Раз уже я это могу делать, то почему бы не использовать? Если еще могу делать…

Вся сила тварей, которые появились только сейчас, в наличии грамотного управления. Без него они просто станут тупыми животными. Организованность — то, что позволяет им сейчас побеждать людей, проламывать нашу защиту. А значит, что? Правильно, нужно нарушить систему управления.

Самый простой способ — это саботирование приказов, нужно запутать противника. А затем нужно уничтожить тварей-контроллеров. Вот это уже окончательно поставит жирную точку в нашем противостоянии.

Вот только сделать это довольно сложно — попробуй еще, найди контролеров! А если найдешь — еще нужно умудриться их убить. Рой учел свои прошлые ошибки, я уверен, и теперь контролеры защищены куда лучше, чем прежде. И уж точно теперь контролеры лично не полезут в драку, как было на «Клаусвитце» или там, на нижних уровнях базы.

На данный момент мне известны три типа контроллеров — матки, «бывшие» люди и «танк» (типа того, что встретился мне на базе).

Последний малоэффективен в силу размеров и медлительности, а значит, уязвим. Матка — другое дело. Это основа роя, и в силу того, что до сих пор мне они не встретились, думается, что рой на этой планете иной, нежели тот, что был на «Клаусвитце». Все нити, все мои «ощущения» Дэворара подсказывали, что матка здесь только одна. И не матка уже, а королева, скорее.

Ну и наконец, гибриды-командиры. Иногда вместо них «продвинутые» жнецы. Где гибриды — я без понятия, а вот жнецы…эдакие сержанты армии Дэвораров, не только командующие рядовыми бойцами, но и сражающиеся сами. Они адаптированы для боя — здоровые, сильные, ловкие, но…в иерархии именно их команды находятся на самом «низком уровне», и именно их приказы я с легкостью могу перебить. Если переводить на понятный человеческий язык — они, как я уже сказал, сержанты, ну а я уже офицер, и мои приказы приоритетнее.

Так что начнем вносить хаос. А затем, когда до сержантов дойдет, что их приказы саботируются, не выполняются, они должны будут вылезти, попытаться исправить ситуацию. Так сказать, из командного режима «перейдут» в боевой. И на этом моменте их и нужно подловить, выбить. Не будет сержантов — иерархия, связь между Дэворарами начнет «сыпаться», чего мне, собственно, и надо.

Пока мы движемся, занимая свое место в охранном построении — я старательно пытался «поймать волну», как тогда, когда мы бежали по подземелью. И, кажется, мне это удалось. Сначала вокруг всех живых появились эдакие ореолы, причем разных цветов. Вокруг окружающих меня людей они были одного цвета, у безоружных гражданских — другого. Интересно, почему? Что обозначает цвет? Степень опасности? Первичная цель? Ну а вокруг самих тварей…это даже цветом назвать нельзя, скорее уж «подсветкой». Но это неважно, мне вообще-то надо кое-что другое.

Я пытался обнаружить каналы управления, ретрансляторы, источники этих сигналов, хоть что-то, что позволило бы мне вмешаться в работу этой импровизированной «системы связи» и наделать проблем.

Но ничего такого я или не вижу, или же просто не могу обнаружить. Хорошо, тогда надо попытаться повторить штуку с дезориентацией. Как я тогда это сделал? Заорал, кажется…

Нет, сейчас так не выйдет. Знаю, что просто ор не поможет. Так, что же еще тогда было? Я был зол! Точно, я был неимоверно зол, и эту злость выплеснул тогда наружу. Через крик. Сейчас орать не обязательно. Надо вновь выпустить злость, но…ментальную волну пустив, что ли…

Благо, разозлиться для меня несложно. Я и так в ярости пребываю, потому что все планы пошли коту под хвост, а еще и гражданские тупят… И этот чертов Фаллоу… О, как же он меня бесит…

О, вот оно! Я раскачал себя настолько, что прямо уже трясет от злости. И, сам того не ожидая, сумел-таки увидеть ту самую линию контроля.

Вот же она, и даже не одна — тянутся откуда-то, светятся бордовым цветом, и, собираясь в клубки, расходятся на мелкие, прозрачные, тянутся к каждой твари. А я сейчас вашу «сеть» немного подправлю…

Я представляю, как моя цветовая составляющая вырывается из меня, не в виде нитей, а в виде потока. И, черт подери, у меня получается. Я вижу, как захлестнуло багровым потоком все: и тварей, и нити, вижу, как они обрываются. Оборванные попытались «зацепиться» за мои, следующие за потоком, с помощью которых я пытался взять под контроль мелочевку. Но из этого, ясное дело, ничего не вышло — я безжалостно их обрывал. Впрочем, с взятием под контроль Дэвораров у меня тоже не выходило — то ли практики мало, то ли слишком их много….

Я так увлекся сим процессом, что не заметил, как меня накрыло. В глазах потемнело, рассудок помутился.

Миг, и я лежу на полу. Из носа, ушей и глаз у меня сочится моментально сворачивающаяся кровь. Она уже не зеленая, но все же и не красная, как была в бункере. Эдакая бурая. А еще я заметил озадаченные лица окружающих, которые глядят на меня. Кто-то с испугом, кто-то со злобой…. Плевать! Не трогают, не мешают — уже хорошо. А дальше что-нибудь придумаю. В смысле, придумаю, как их успокоить.

А в рядах противника замешательство. Сила, гнавшая их в самоубийственную атаку на пулеметы, исчезла. Новых команд не поступает, сами они не в состоянии решить, что делать. Но что точно не желают — так это просто так умирать. Поэтому почти все насекомоподобные твари резко принялись искать себе укрытия. Ну, правильно, инстинкт самосохранения никто не отменял.

Гуманоиды оказались, как ни странно, тупее, по крайней мере, большинство из них продолжили наступление, но далеко не все.

Часть, смешав ряды и топча нерасторопных сородичей, бегом отошла к руинам ближайших зданий и засела там, вяло огрызаясь огнем в ответ на нашу пальбу. Похоже, что даже твари одного «типа» имеют разный уровень интеллекта. Те, что потупее, продолжали выполнять ранее полученный приказ. Те, кто поумнее, отошли и спрятались, ожидая сеанса связи с командованием. Ну, типа того.

Нам же это все обеспечивало хороший шанс вырваться из руин и оторваться от преследователей. Я был абсолютно уверен, что противник быстро восстановит контроль, но пока этого не произошло — нужно было выжать максимум из ситуации.

— Бойцы, чего вы впялились на меня? Вроде сиська на лбу у меня не выросла еще! — гаркнул я. — На позиции, и валите тварей! Ну!

Да только никто не шевельнулся. Лишь один, самый смелый заявил:

— Сэр, у вас кровь. Она…необычная…

— И что? А то, что у меня рука стальная, тебя не смущает? Или то, что я могу швырнуть и тебя, и этот сраный джип, затем догнать и дать пинка, не смущает?

— Э-э-э…сэр, но люди так не могут!

— Я похож на обычного человека, боец? — прошипел я, уставившись на него.

— В том и дело, что…

— Много вы навоевали с этими тварями, обычные люди? Много ли ты видел космодесантников без имплантов, боец?

— Э…но сэр! Импланты — это одно, а тут…

— А тут новый тип имплантов, боец! Или тебе не нравится, как я надираю зад тварям?

— Никак нет, сэр! Все нравится!

— Так какого черта ты тут со мной треплешься? Думаешь, что я смогу их всех сам убить? Огонь по тварям, засранцы!

— Да, сэр! Так точно, сэр!

Так, на некоторое время я их отвлек от размышлений. Потом поймут, что про импланты, космодесов и прочее, что я наплел, тут совершенно не вяжется. Но допрут они уже в спокойной обстановке, а там как-нибудь разберусь. Главное, чтобы сейчас они палили по тварям, а не по мне…

Выглянув в оконный проем, я понял, что мы в голове колонны, и до ворот завода осталось всего ничего. И вон, всего-то в полусотне метров от нас стоит мой вездеход, ощетинившийся кучей стволов сидящих в нем солдат. А с турели вместо стоящего там крупняка в сторону Дэвораров смотрит что-то с массивным охлаждающим кожухом, подозрительно смахивающее на пехотный лазер.

Офигеть, подарочки оставил Ахмед! Интересно, роботов он успел выгрузить? Все же не так все планировалось, не так…

Но что делать, жизнь внесла свои коррективы.

В этот миг раздается страшный грохот, и в центре города расцвел яркий цветок взрыва, а вслед за ним к небу свечкой ушла яркая точка. Похоже, «Араб» жахнул из ГК своего кораблика, причем, судя по месту взрыва, метил не абы куда, а в здание администрации. Молодец! И мэра с его прихвостнями должен был положить, и ПВО «погасил». А вот нам при взлете автоматические установки, стоящие на здании, могли бы создать массу проблем. Теперь не создадут.

Что ж, стоит отдать должное — контрабандист и торговец оружием оказался куда более честным, порядочным и полезным, чем я ожидал. Приятно так ошибаться в людях.

Тем временем стрелок, сидящий за стационарным лазерником (теперь я точно был уверен, что это именно лазерник), нащупал цель прямо за нашими спинами. Он прямо-таки без остановки послал в нее несколько ярко-белых импульсов.

Я, ведомый любопытством, обернулся. Куда он так садит? Оказывается, когда я переломал систему контроля Дэвораров, крупные жнецы решили взять все в свои руки. Ну, или лапы. Один, метров четырех длиной, решил, что он неубиваемый, или же у него просто отсутствовал инстинкт самосохранения. Эта тварь пыталась взять под контроль утерявшую ориентиры толпу Дэвораров вокруг себя, направить их на самую уязвимую цель — замыкающих колонну пеших беженцев. Более того, он еще решил возглавить эту орду.

Однако лазерная турель поставила крест на всех его планах: просто сожгла жнеца всего несколькими импульсами. Первый попал в центр тела, пробив броню и заставив монстра выгнуться от боли, второй — практически туда же, вот только нанес куда больше повреждений, ведь хитин сняло первым попаданием. Ну а третий выстрел поставил жирную точку — пробил насквозь голову, изжарил ее содержимое.

Те импульсы, что прошли мимо, позволили убедиться в том, насколько страшное оружие — лазерник. М-да…зря от него отмахивались — за этими пушками будущее. Пусть они пока еще не доработанные, часто сбоят, но их убойная мощь поражает: попадание в стену дома пробило ее насквозь, оплавило в месте попадания, внутри начался мощнейший пожар. Из здания раздался дикий визг сгорающих заживо Дэвораров, а потом послышался хлопок — видно, в доме имелось что-то огнеопасное и взрывчатое. Домик моментально сложился сам в себя, будто картонный, хороня все, что было внутри, в огненном вихре. И вихрь этот, нисколько не смущаясь, что дома уже нет, продолжал плясать на руинах.

Начавшая было собираться в единую массу орда Дэвораров, вновь распалась на отдельные особи, которые метались по сторонам, не в состоянии понять, что им дальше делать.

Я словно бы накаркал, говоря о проблемах колонны.

Последние машины сильно отстали, и этим не преминула воспользоваться очередная группа сколопендр, до поры до времени скрывающаяся где-то между домами и внутри домов.

Они, в свойственной Дэворарам манере, прячась за препятствиями, протекая меж ними, как вода, двинулись к хвосту колонны.

И все, включая меня, просто не засекли их вовремя.

Я обратил внимание уже в последний момент, когда что-то сделать было слишком поздно. Дэворары, подойдя достаточно близко, резко кинулись вперед, расшвыряли гражданских и мгновенно перебили жалкий десяток бойцов в охранении.

Далее уже, совершенно ничего не боясь, проклятые твари приступили к резне…

Открыть огонь по противнику, когда тот находился в толпе гражданских, не решился никто. И я прекрасно понимаю бойцов — ведь там, среди мельтешения быстрых хитиновых тел сейчас находились их соседи, знакомые, приятели, подружки, коллеги и так далее.

Любой выстрел мог зацепить людей.

Вот только сантименты в этом случае были неуместны. Я прекрасно понимал, что люди там уже мертвы, они обречены, им уже не помочь. Но как объяснить это бойцам? А никак.

Прикажу открыть огонь — меня же первым и прикончат…

Но и оставлять Дэворарам столько еды, позволить людям мучиться, я не мог…

Что ж, придется мне опять брать грех на душу…

Вот только не все так просто. Я выскочил из машины, добрался до вездехода и запрыгнул в его кузов. Там у одного из бойцов я приметил то, что сейчас может если не спасти ситуацию и людей, то хотя бы избавить их от страданий…

Рывком содрав с плеча растерявшегося бойца потрепанный временем ФЛ-6 и бандольеру, полную зарядов для него, я спрыгнул на землю.

Стрелять с такого расстояния, да еще в раскачивающейся машине, нечего было и пытаться. Да и опять же — бойцы в кузове, увидев, что я делаю, могут психануть. А оно мне надо?

Пользуясь преимуществом в скорости, я в считанные секунды оказался в хвосте колонны, и, резко затормозив, присев на колено, выпустил первые шесть зарядов, не целясь, веером. Взметнулись фонтаны зеленой и красной крови.

Летящим в толпу флетчерным зарядам все равно, кого рвать — людей, монстров, животных.

На такой дистанции шесть выстрелов создали самые настоящие коридоры метров пяти шириной и двадцати глубиной, в котором лежали кровавые ошметки.

Перезарядка заняла буквально несколько секунд, ведь я все еще «ускорен».

Далее уже точечно выпускаю еще шесть зарядов. Точно видел, что с десяток тварей убило, но, к сожалению, людей тоже…

Оставшиеся монстры, кажется, поняли, что им грозит, так как одной сплошной лавиной они отхлынули назад. Но не все. Часть спряталась кто где — кто за камнями, а кто, вон, за машинами.

На их беду, гражданская тачка никак не защитит от выстрела из флешки, так что двое, укрытые корпусами седанов, которые владельцы просто бросили здесь, умирают мгновенно.

Далее я вскакиваю и бросаюсь вперед. Оп! Те, что спрятались за камнями, теперь открыты для меня. Получите, распишитесь!

Их хитин и кишки разметало на добрые три метра, камень же, за которым они укрывались, весь был покрытый мерзкой, склизкой массой.

Так-с!

Уже кое-что! К моему удивлению, Дэворары отступили, и часть людей таки смогла выжить. Стоят, хлопают глазами, не понимая, что происходит…

Радуйтесь, глупцы! И бегите…

Перезарядка. Теперь бегом вперед!

Люди шарахаются с моего пути, отпрыгивают в стороны. Несмотря на то, что я во все горло ору, приказывая им следовать за колонной, все стоят на месте.

Ясно, понятно — они напуганы до усрачки.

Черт бы их побрал! Все мои чувства вопят, я буквально ощущаю растущее напряжение — еще несколько секунд, и на нас опять кинутся очухавшиеся и осмелевшие Дэворары.

— Быстро-быстро-быстро! Вперед! Они сейчас снова вернутся! Вперед! Бросайте все тяжелое, и бегом!

О! Ну наконец-то! Один из гражданских — молодая женщина с ребенком, поняла, что я ору. Ну, или до нее дошел смысл сказанного — она схватила ребенка, девочку лет четырех, и со всех ног бросилась за удаляющимися машинами. Небольшой рюкзак, который женщина тащила в руках, остался на земле.

Правильно! Молодец! В такой ситуации не до шмоток — ноги бы унести.

Дурной пример заразителен, или же первая, бросившаяся наутек, стала сигналом для остальных? Как бы там ни было, а теперь уже люди послушно кидают кучу баулов себе под ноги и устремляются бегом, следом за колонной.

Там у ворот завода уже замер вездеход, мимо него проезжают остальные машины колонны.

А на самом вездеходе бойцы разворачивают пушку…чего? На меня? Вот ведь, идиоты!

Нет, просто дебилы! Если я сочту нужным — они все умрут!

Я заставил себя успокоиться. В конце концов, они видели зеленую, словно у Дэвораров, жижу, вытекающую из моих ран. Видели, на что я способен, и видели, как я палю по людям (на самом деле по толпе, стараясь цеплять Дэвораров). Вот и решили…

Ладно, пока не палят, и это уже добрый знак. Так что спокойнее, спокойнее…

Есть! Головная машина колонны тем временем уже втягивается в ворота завода!

Наконец-то!

Вот уже вторая машина нырнула в хоздвор.

Но «хвосту» до безопасной зоны еще далеко…

Я бегу сбоку-слева, постоянно оглядываясь.

Пока еще ничего не увидел, но ощущаю нечто, и это нечто стремительно приближается.

Что это? Королева, или кто-то, к ней приближенный? Очередной гуманоид? Или чего похуже?

Теперь уже я слышу отголоски его приближения в собственной голове. Легкая пульсация, шум, превратились в прямо-таки набат!

Вот же, черт. Как не хочется сейчас устраивать сражение с «боссом»…

А в том, что к нам ползет именно «босс», я не сомневаюсь.

Ну же! Боже! Пускай уже колонна зайдет в город! Пускай сражение с какой-то страшной тварью случится не сейчас!

Ну не хочу я! Устал уже! Смертельно устал…

Глава 31

Наши таки не успели. Собственно, хвосту колонны оставалось всего ничего, когда меня скрутило, и кто-то попытался взять под контроль меня самого. На мгновение я оглох и ослеп, руки сами собой начали разжиматься. По разуму растекся прямо-таки животный ужас и паника. Я был вне себя от страха, но лишь на мгновение.

Привычно всколыхнулась злоба, и моя воля, преодолевая чужую, вновь взяла верх.

«Как же жаль, что придется тебя прикончить» — раздалось в моем мозгу, и давление, попытки меня испугать, подавить мигом исчезли.

А потом по хвосту колонны ударили сразу из нескольких десятков стволов.

Пули били по кузовам, прошивали людей. Часть из них упала на землю и продолжала бездвижно лежать. Часть раздавила продолжавшая двигаться техника.

А со стороны покинутой нами территории, грамотно страхуя друг друга и прикрывая огнем, побежали фигуры в знакомой до зубового скрежета черной броне.

Черт! Это крайне неприятно и неожиданно. Весь наш план строился на противодействии Дэворарам, а не корпоратам.

Импульсы, выпущенные из кузова лазерным станком, таки настигли трех или четырех противников, превратив их в пылающие, орущие и мечущиеся из стороны в сторону факелы.

А потом прилетела ответка: в воротах что-то полыхнуло, и через секунду в кабину вездехода ударила ракета из ПТРК. Если бы он был бронированным, то, скорее всего, превратился бы целиком в огненный шар. А так кумулятивная струя спалила экипаж, стрелка вместе с его орудием, а ракета прошла насквозь и рванула в стене здания.

Хорошо, что ракета не взорвалась прямо в грузовике — так хотя бы трое ребят из кузова успели выскочить, бросились к ближайшим укрытиям.

А бойцы в черной форме, не прекращая вести огонь, продвигались. Надо их притормозить, иначе придется закрывать ворота и оставлять как минимум четверть гражданских снаружи на неминуемую погибель. Боюсь, меня просто не поймут.

И тут из ворот завода выкатили на платформе, предназначенной для перевозки тяжелого оборудования, уже установленный, подключенный и боеспособный «Гекатонхейр», причем подключенный к модулю ручного управления огнем. Первый раз такую хрень вижу вживую. На кресле, крепящемся к платформе, сидел в шлеме доп. реальности Рейнгольд собственной персоной.

Через громкоговорители он заорал что-то вроде: «Лежать, вашу мать, уроды!», причем на таких децибелах, что присел даже я.

Выждав несколько секунд, давая даже самым тупым из нас возможность спрятаться, он нажал на гашетки, и стволы орудийной системы выплюнули шквал снарядов. В отличие от автоматического режима, оператор сам выбирает темп стрельбы, так что пушки молотили не непрерывным огнем, а длинными очередями. Причем скорострельность явно была ниже, чем в случае, когда «Гекатонхейр» работает в «автоматическом режиме».

Первые очереди легли не очень точно, кроша камни в остовах стен и делая дырки в обгоревшей пластали, но уже с третьей-четвертой очереди стрелок приноровился, и черные фигуры тут и там покатились по земле, как сбитые кегли.

Ни броня, ни укрытия, ни жалкие попытки сбежать не могли спасти их — «Гекатонхейр» с равной легкостью рвал все, что появлялось на пути его очередей, уничтожая и укрытия, и противников за ними. Теперь уже паника началась в рядах корпоратов.

А я, пользуясь моментом, перебежал к дымящемуся вездеходу. Единственное, что сейчас могло бы помешать, остановить «Гекатонхейр» — это тяжелое оружие: ракетные установки, минометы и прочее. И кровь из носа, надо было убрать пусковую установку, из которой жахнули по грузовику.

А единственное, что мне могло помочь в этом, стояло в кузове ближайшего вездехода.

Лазерному орудию (еще одному, которое у нас было) здорово досталось, но рядом стоял ящик с запасными частями (к энергопушкам они прямо в комплекте шли), и он, на мое счастье, уцелел. Хотя как могло быть иначе? Ящик был сделан из такого материала, что его вряд ли прямым попаданием уничтожишь… Все же энергооружие пока что очень дорогое и, так сказать, находится на этапе экспериментального.

Я проверил орудие, открыл ящик и заменил ствол с излучателем. Благо, сделать это не составило большого труда и не заняло много времени — тут фиксаторы отщелкнул, там кнопку нажал…

А вот индикатор заряда показывал, что энергии осталось на пяток выстрелов, в лучшем случае.

Хреново. Запасного в ящике не оказалось, а кустарно присобаченный доком и Ахмедом аккумулятор от не пойми чего приказал долго жить. Ну и ладно. Мне должно хватить и того, что есть.

В кузове, в дальнем углу, валялся забытый бойцами передатчик, так что я даже со связью.

Отлично. Но это потом.

Рукоятки оружия приятно греют ладони.

Поворотный механизм немного туговат, однако это мелочи. Навожу стволы туда, где стоит пусковая установка, и понимаю, что прицельный имплант вновь не функционирует. Ладно, обойдусь как-нибудь.

Так…а где же установка? Или же я ошибся, саданули по грузовикам из ручной РПГ или аналога?

Пока не видно. Зато передатчик под ногами, который я поленился поднять, внезапно заговорил голосом Элен:

— Иду на посадку. Вижу, жарко у вас там…. Обеспечить прикрытие можете?

Кое-как нашариваю коробочку под ногами, не отвожу взгляда от пейзажа разрушенного города, боясь пропустить момент появления стрелка, и, плюнув на все правила обмена, открытым текстом говорю:

— Прости, солнышко, но вряд ли. У нас тут действительно проблем выше крыши. Садись, как есть. Только как ты этот здоровенный корабль посадишь…

— Я на шаттле.

— На шаттле? — удивился я. — Как, откуда?

— Нашла, — весело сообщила Элен. — То корыто на орбите…оно еще может летать. И на нем же шаттлы были.

— Сколько можешь людей за раз забрать? — спросил я.

— Не знаю… Мест всего сотня. Но полетят у меня и стоя, и лежа, и цепляясь за потолок… После первого рейса смогу точно сказать, сколько влезает…

— Принял. Командуй там, и попытайся побыстрее. Мы не удержимся тут долго, противник — не только Дэворары, но и корпораты. Как сядешь — найди еще пилота. Дока, например, поймай, чтобы не ты одна «автобусом» работала.

— Прости, не выйдет. Второй шаттл наглухо заклинен в посадочном отсеке, так что все рейсы — только на моем.

— Твою же… — я витиевато выругался.

— Все совсем хреново? — осведомилась она?

— Ну…в общем, не очень, да. У меня отказывают импланты, так что и стрелок, и боец из меня уже не ахти. А если рвануть туда, мочить всех тварей врукопашку, то, скорее всего, сдохну минут через пять. Режим ускорения тоже не работает или сбоит.

— А местные? Они что, ни на что не способны?

— Они — не бойцы. Опыта нет, навыков нет. На стенах еще можно продержаться, несколько бывалых вояк есть…но их слишком мало, и против профи корпоратских долго не продержаться…

— Хреново…

— Еще не забывай, что где-то тут матка, морф-Максимилиан и целая орда Дэвораров.

— Я поняла. Подберу дока, отвезу на корабль. Может, у него таки получится решить проблему со вторым шаттлом? Если нет — тогда его за штурвал моего шаттла, а сама спущусь сюда на «Буревестнике». У него небольшой арсенал есть, так что хоть как-то поддержу.

— Было бы неплохо…

Интересно, чем она тут поможет, блин…хотя, чем черт не шутит? Тем более я и не помню, что там у «Буревестника» за вооружение есть? Я как-то запамятовал, да и не особо присматривался…

Эх, Арменка…ты куда запропастился, когда так надо?

О! А вот и стрелок с ракетометом! Высунулся-таки! А ну, иди сюда!

Для гарантии я выпустил веером всю оставшуюся в накопителе энергию, и не зря — из пяти импульсов лишь один по касательной задел стрелка. Черт! Прицел тут хреновый.

Тем не менее, смог-таки попасть, а это главное.

И попадания моего хватило с головой.

Способный пробивать стальные стены импульс, даже по касательной зацепив человека, серьезно его ранил, да еще и заставил вспыхнуть, как спичку.

Спустя несколько мгновений сдетонировал боеприпас, и вместо стрелка осталась небольшая воронка, ну а его самого разметало по сторонам.

Вот только перед тем, как это произошло, гадина таки успела выпустить ракету, и полетела она в сторону нашего «Гекатонхейра».

Слава богам, космосу и всем прочим, нормально навестись, зафиксировать цель он не успел, так что снаряд пошел мимо, угодив в одну из створок ворот.

Тем не менее, жахнуло солидно.

Людей, оказавшихся поблизости, буквально «сдуло». А еще Рейнгольд в своем кресле, как мне показалось, дернулся так, как будто в него что-то попало.

Но нет — огонь вести не перестал, так что, может быть, что-то рядом ударило, напугав.

Хорошо, конечно, но мне бы валить отсюда. Пожар в кабине и не думает стихать, скорее наоборот — разрастается. К металлу не притронуться — он буквально скоро плавиться начнет…

Так, только вот этот ящичек, что лежал в дальней части кузова, я все же с собой утащу, пригодится. Крякнув от напряга, я взвалил на плечо здоровенный армейский ящик с запертой крышкой. «Флешка» повисла на ремне, на боку. Увы, но одной рукой я могу или тащить, или стрелять, никак не то и другое. Прыжок, подошвы ботинок бухают по асфальту, и стоит мне сделать только пару шагов, как что-то очень сильно бьет в чертов ящик, от силы удара и неожиданности меня ведет в сторону, я невольно делаю пяток шагов боком, выпускаю свою ношу.

Перекатываюсь вперед, используя инерцию падения, и вскакиваю на ноги только для того чтобы покатиться вновь — уже от попадания в левую руку.

Искры, запах паленой проводки. Кажется, пуля доломала произведение искусства протезирования.

Плевать, главное, что я еще жив. Похоже, парочка снайперов-корпоратов таки решила срубить бабла: целятся исключительно в меня.

Очень плохо. Я могу только одно сделать.

Собравшись, как пружина, я «стреляю» собственным телом. Прямо-таки ныряю за невысокую живую изгородь ближнего дома, и уже оттуда, огрызнувшись по снайперам из ФЛ-6, высаживаю дверь ногой, влетаю внутрь.

В этот же момент за спиной две пули крупного калибра разносят дверной косяк, пролетев буквально в миллиметрах от меня. Очень хорошие стрелки — почти достали…

Вот же дерьмо, а! И дальше что?

Обследование дома выявило, что он, во-первых, сделан из хорошего бетона, и достать меня здесь пока не смогут, а во-вторых, что противники тоже не идиоты: вижу парочку с пусковыми установками. Вот ведь, засранцы, решили зайти со стороны. Проберутся по домам-развалинам и попытаются накрыть «Гекатонхейр» неожиданным ударом.

Ну, вот вам, гады, сюрприз — не только вы огородами бегать умеете!

Убить я сумел лишь одного, впрочем, «флешка» не для такого предназначена. Это, по сути, гаусс-дробовик, а не штурмовая винтовка. И прицельный огонь по одиночному противнику, к тому же находящемуся от тебя в доброй сотне метров, не для «флешки».

А вот у корпоратов пушки как раз таки и предназначены для дальней атаки — их штурмовые винтовки мгновенно загнали меня обратно в дом. В смысле заставили отойти от окна и спрятаться за стеной.

Черт! И что дальше? Я могу попытаться «рашануть» их, но имеет ли это смысл? Если у ребят есть парочка легких пулеметов, то я тупо подставлюсь, меня нашпигуют свинцом.

Но и сидеть тут — так себе вариант. Просто подойдут, и закидают гранатами. Что ж делать-то, а…

Внезапно стенки домика содрогнулись от близкого взрыва. Сила его была такова, что вынесло к чертям все окна и дверь. Придя в себя, выглянув наружу, я увидел лишь клубы дыма и столб пламени на месте вездехода. И тут меня осенило. Ого! Это кто тут развлекается?

Дым продолжал распространяться, огонь разгорался, и тут до меня дошло — вот он, тот самый шанс. Дым и пламя скроют меня на несколько секунд от снайперов, есть шанс проскочить.

Прыжок из окна.

Опять за спиной свистят пули и бьют куда-то в здание.

Плевать! Бегу.

Держаться в дыму! Не высовываться!

Главное, чтобы Дэворары не попались по пути. Хотя нет, им здорово досталось — порасползались, кто куда…

Но как же не вовремя корпораты заявились! Это ж надо так? Ну почему не тогда, когда мы тут от тварей отбивались? Или почему не еще раньше, чтобы монстры и корпораты между собой сцепились? Откуда вообще эти уроды в черном выпрыгнули? Где были до этого?

Мои мысли никто не слышал, и отвечать не собирался, зато, как выяснилось, противник меня все же видит — я слышу, как свистят пули, как бьют в асфальт. Пока что лишь чудом меня не зацепили, но до спасительных ворот еще бежать и бежать…

Пальба вокруг не прекращается, но я все еще цел. Даже не ранен. Как так — без понятия. Но вопросы задавать — плохая идея. Жив и жив, ближе к цели, и славно.

Бздяяяммм!

Удача кончилась за двадцать метров до укрытия. Очередная пуля не свистнула, как остальные, рядом, а впилась прямо в мое тело, и меня швырнуло вперед, на асфальт.

Удар пришелся в левую сторону спины, чуть ниже лопатки. Но боли нет. Пока.

Я завел руку за спину и нащупал…

Вот черт! Вот блин!

Пуля, угодившая мне в спину, на глубине в сантиметр натолкнулась на какую-то преграду. В смысле, внутри моего тела было нечто, что смогло ее остановить. Как я узнал? Очень просто: засунул туда пальцы и сразу нащупал расплющенную пулю. А попала она в…

На ощупь это был панцирь, хитин, вроде того, какой покрывает тела Дэвораров.

Похоже, мой организм продолжает мутировать. Хорошо ли, плохо ли это — пока не хочу даже думать. Наверное, хорошо, раз эти мутации спасли мне жизнь.

Сильный порыв ветра ударил в лицо, прижал тело к асфальту, что-то заревело, завыло, тут же в меня прилетели тучи песка и пыли.

Что это?

Я поднял голову и огляделся. Практически сразу же, на фоне неба увидел огромную машину, медленно снижающуюся, садящуюся где-то на территории завода.

Шаттл! Элен прилетела! Молодец, как раз вовремя! Но…

А почему «Гекатонхейр» не стреляет?

Рейнгольд уже не сидел в кресле, он лежал, упав вперед. В его теле была всего одна рана — небольшая, с оплавленными краями. И из нее небольшими толчками все еще выплескивалась ярко-алая кровь. Черт! Сраные снайперы!

Я быстро подскочил к нему, перевернул на спину.

Да он еще жив!

Тут же принялся сдирать с него бронежилет.

Блин, парню придет конец, если прямо сейчас не помочь.

Он просто истекает кровью. Или же… Я ведь могу ему помочь. Только вот как? Знаю! Я точно знаю, что нужно делать. Но осознание того, что предстоит, прямо-таки кинуло меня в дрожь.

Ладно, если я буду тут рефлексировать — человек умрет. Попытка ничего не изменит, если будет неудачной, а все остальное… Какая разница, как помочь? Главное — помочь, или он умрет.

Он умрет и так, и так. Я глубоко вздыхаю и вонзаю в рану указательный палец. Когда мой ноготь достигает глубины, на которую вошел стальной шарик, я чувствую, что палец мой удлиняется и словно бы начинает расщепляться, превращаясь в пучок щупалец, каждое из которых в свою очередь ветвится на еще более мелкие.

Щупальца расползаются по ране, часть из них обвивается вокруг застрявшего осколка, часть продолжает углубляться в плоть, внедряясь в стенки сосудов, разорванных прохождением раскаленного металла. И они принимаются з работу, сплетая их, соединяя. Если не хватает «исходного материала», щупальца «отрываются», оставаясь там, где работали, служа эдакими соединителями. Работа идет медленно, но на деле кровь уже не бьет из раны, я знаю, что жизни раненого практически ничто не угрожает…

Мой палец покидает рану, возвращаясь в исходную «форму», при этом часть щупалец, словно червяки, извиваются на подсохшей корке, цепляются за нее, стягивают, будто нитки.

Фу-ух! На месте смертельной раны — зеленоватый пульсирующий шов, «щупальца» истончаются, бездвижны…

Господи, боже мой! Что это за хрень вообще была? Я таки окончательно превращаюсь в Дэворара? Хитин в теле, теперь это…

Что будет дальше? В конце концов, я стану чем-то вроде жнеца, одной из этих уродливых тварей, но с человеческим разумом? Или же и он изменится, сделав меня просто одной из этих тварей?

Нужно как можно быстрее к доку. Нужно, чтобы он помог, проверил, остановил это…

Но я устал. Я смертельно устал, не могу больше.

Я должен схватить раненого, увести его, но я не могу. У меня даже нет сил, чтобы подняться на ноги…

Темнота охватывает меня, перед глазами все плывет, но я вижу две фигуры, приближающиеся ко мне…

Кто это? Свои или враги? Что им нужно?

— Вот этот урод! — слышу я. — Вали его!

— Живым возьмем! Погляди на него — это просто кусок мяса!

Злость охватывает меня. Ярость буквально выплескивается, однако усталость сильнее. Я представляю, как вскакиваю и просто рву эту парочку голыми руками.

Но это лишь мое воображение — мой разум дремлет, темнота полностью окружила меня.

Глава 32

Я очухался, пришел в себя, обнаружив, что сижу на земле, а рядом со мной два тела. Два человеческих тела.

Я дернулся, и…

Вот черт! Какого хрена я весь в крови? Да еще и в чужой. Ощущение, будто выкупался в ней… А что это за…

Только сейчас осознал, что мои челюсти безостановочно двигались, что-то пережевывая, во рту я ощутил довольно специфичный вкус. Вкус крови.

Какого…

Вот же, мать твою!

В моей второй руке была чья-то оторванная нога. И что самое жуткое, мое тело, действуя совершенно независимо от разума, пыталось поднести оторванную конечность ко рту, а голова так и потянулась вперед, чтобы вцепиться зубами в плоть…

Я все же смог взять над собой контроль, отшвырнул подальше оторванную конечность, попытался вскочить на ноги.

Господи, как тяжко. Мой живот набит так, будто я только что от бабушки. Чем я успел так брюхо набить?

Промелькнувшее в сознании понимание того, что произошло, я тут же отогнал. Нет, нет, и нет! Быть этого не может!

Но стоило только бросить взгляд вниз, на обезображенные тела двух корпоратов, как места для сомнений уже просто не было.

Нет, черт подери! Даже думать об этом не буду…

Я разворачиваюсь и вижу тело Рейнгольда.

Фу-ух, слава богам. Хоть его не сожрал! Корпоратами ограничился…

Осознание случившегося, видимо, пока еще не дошло. Пока я шутки шучу, но стоит только оказаться в более-менее спокойной обстановке, как меня накроет.

Нет, плакать по убиенной парочке ублюдков не собираюсь, мне на них плевать. Убил бы при любом раскладе. Но жрать их…это уже явный перебор.

О! Уже начал рефлексировать! На хрен! Надо делом заниматься, а не вот этим вот…

Подхватываю тело Рейнгольда и рву отсюда когти.

За моей спиной раздается щелчок, и «Гекатонгхейр» уже в автоматическом режиме открывает огонь. Ну, удачи ему.

Створка ворот, получившая ракету, заклинена навсегда, поэтому в проеме стоит один из грузовиков, нижнюю часть которого спешно обваривают стальными листами. Наше с Рейнгольдом появление прошло незамеченным. Все заняты одним делом — срочно навесить огромную кучу стали на этот вот каркас, чтобы не пропустить врагов, залатать вон там дыру, чтобы не пролезли Дэворары. Все понимают, что нужно вовремя сдерживать врагов. От нескольких лишних минут и секунд зависит, как много людей спасется. И бойцы это понимают, спешат, делают все на совесть.

Мне навстречу, чеканя шаг, идут боевые роботы, выстраивая линию обороны вокруг установки. Ух, как же я рад их видеть! Уж эти металлические болваны смогут задержать и Дэвораров, и корпоратов всяко лучше, чем местные «вояки».

Две тяжеловооруженные машины занимают фланги, остальные роботы рассредоточиваются, занимают укрытия по бокам, образуя неровную линию, метров в сорок с каждой стороны, после чего немедленно открывают шквальный огонь.

Вот блин! Уже кто-то прет на нас? Я надеялся на небольшую паузу, но нет, не судьба.

Что касается роботов — ими явно было решено пожертвовать. Нет, дело так не пойдет. Но мне нужно срочно сдать Рейнгольда кому-то и нестись в штаб…

Наконец, кто-то особо глазастый замечает бедственное положение «главнокомандующего» и зовет врачей. Тело Рейнгольда у меня забирают, и я с облегчением бегу к зданию заводоуправления, где возле входа стоят все три «офицерских» джипа. А значит, Колесникофф и остальные точно там.

Вот только на входе в здание в меня ткнулись сразу с десяток стволов. Печально, что это были не говнопукалки, а как раз хорошие такие пушки. А затем голос того самого Алекса произнес:

— А вот и ты, сраный мутант!

— Что???

Меня крепко огрели прикладом по спине. Ожидали, что меня начнет корежить? Проблема в том, что боли от удара я вообще не почувствовал. Но скорчился, как положено — зачем разочаровывать людей?

— Рот закрыл, урод! Мы все видели, как ты сначала управлял тварями, а потом, когда появились корпораты, ты к ним кинулся. Ты заодно с Вилландом!

— Колесникофф, ты бредишь! — вот уж действительно, я ожидал, что те бойцы, которые видели мою рану, настучали, или таки кто-то увидел, как я трапезничал корпоратами. Но тут…

— Да? А они тоже бредят? У тебя зеленая кровь, как у этих тварей, — ага, вот и тяжелая артиллерия в ход пошла. Вот и то, о чем я только что подумал — сдали меня таки.

Меж тем Колесникофф продолжил:

— Вон, вся спина в крови Дэвораров. А еще я видел, как ты перемещаешься. Человек так двигаться не может. Люди видели, как ты заставлял Дэвораров слушаться тебя, так что хватит тут нести чушь! Дай мне любой повод, просто дыхни не в ту сторону, и я тебя убью!

— И что ты думаешь делать дальше?

— Сам как думаешь? Мы заберем корабль и свалим отсюда. И никакие уроды вроде тебя нам не помешают. Рейнгольд зачем-то поверил тебе, хотя я был против, и вот результат — мы потеряли кучу людей, а теперь сидим тут в ловушке. Из-за тебя! Но мы сможем сбежать, а ты останешься здесь со своими дружками-корпоратами и этими тварями!

— А то, что я спас кучу ваших людей, что на завод мы вынуждены были отойти, так как к вам уже рвались твари, а что именно я не позволил корпоратам добраться к воротам, придержал их и спас Рейнгольд, это вообще не в счет? Или то, сколько тварей я перебил?

Говорить было бесполезно. Я видел глаза Алекса Колесникоффа — он либо совсем рехнулся и параноит, либо просто впал в панику от происходящего. До него не достучаться, с ним не объяснитья. Он ничего услышать просто не захочет.

Что ж…

И тут время как будто замедлилось. Я увидел медленно тянущийся к спуску палец Колесникоффа, видел, как он скинул предохранитель. В руках у него был крупнокалиберный карабин «RAF», способный на таком расстоянии пробить любой бронежилет, и я понял, что если ничего не сделаю — он выстрелит. И вовсе не факт, что я это переживу…

Из моих пальцев медленно, но уверенно «полезли» тонкие острые когти. И этими когтями, как в замедленной съемке, я неторопливо полоснул по шее человека, стоящего передо мной.

Колесникофф так же замедленно поднимает руку, пытаясь схватиться за рану, а я уже продолжаю движение.

Из плеча вместо поврежденной левой руки вырастает, отрывая ошметки механической руки, меняя в секунды мою плоть, плеть бритвенно-острого щупальца, моментально обретающая твердость стали. И этим вот щупальцем я, как копьем, пронзаю сразу троих солдат, а рукой разрубаю шею и вырываю глотку еще двоим.

Кровь их товарищей замирает причудливыми падающими всплесками, оседая на лица, когда я уже двигаюсь среди оставшейся четверки бойцов. Горло одного вырвано походя, второму шея срублена резким ударом плети, третий получает тычок в тот же миг, и передо мной остался только один противник, без оружия и совершенно ошарашенный произошедшим.

Собственно, не будь последним Фалькон — я бы не остановился, а так моя рука с когтями застывает в миллиметре от его глаз, и тут время возвращает себе нормальный ход. Девять тел падают на пол, заливая все вокруг фонтанами крови.

— А я ведь говорил вам — не надо ко мне лезть, — буркнул я уже мертвым людям.

— Ты монстр! — заорал Фалькон.

— Ошибочка. Я монстр, который за вас.

— Ты Дэворар!

— Нет. Я не дэворар. Во время эксперимента в лаборатории «вилландовцы» заразили меня, да только тварь, попавшая в мое тело, была дефективной. Не она меня, а я ее всецело контролирую.

— Так не бывает.

— Уф-ф-х-х! Подумай секунду сам. Зачем бы мне вас сюда тащить и сажать в шаттл, а? Я мог с такими возможностями перебить вас всех, как только попал сюда. Один, без всяких там дополнительных сил. А я гроблю себя и свое здоровье, рву задницу, пытаясь спасти людей… Твоих людей!

— Может, ты их один сожрать хочешь…

— Ага! И Рейнгольда вашего я спасал под огнем снайперов просто потому, чтобы сожрать потом, да? Ты идиот?

— Но…нельзя же остаться нормальным после контакта с тварями, все же обратились.

— А я нет. Так, Фалькон, мне сейчас некогда. Решай: или ты принимаешь, что я за вас, и слушаешь все, что я скажу, или я тебя завалю. Мешать спасать людей мне не надо. И предупреждаю: если попробуешь ударить в спину потом — будет только хуже. Я — ваш единственный шанс, если сюда дойдет Фаллоу. Он уже не человек. Он не просто свидетелей выкашивает. Вы ему нужны, как корм для тварей. Осознал? Ну вот. Я единственное, что может вас от него спасти. Даю пять секунд на раздумия. Время пошло…ну?

Мыслительный процесс прямо-таки отразился на его лице. Были понятны все его опасения, все неверие, но…у меня нет времени рассказывать всю историю своих похождений, убеждать в чем-то.

— Да, сэр, я с вами, сэр!

— Отлично. Тогда обеспечь Рейнгольду немедленную эвакуацию и собирай всех — нас полезет бить жуткая толпа тварей. И корпораты, к слову, тоже. У меня вообще ощущение, что они уже сообща действуют.

— Но как? Почему твари их не трогают?

— Фаллоу приказал. Не понимаю, почему это не смущает самих наемников, но мне плевать. Оружие распределено?

— Да, сэр!

— Ну и чудненько.

Нет, я абсолютно ничем не рисковал. Парень не так уж сложен, если честно. Убить меня теперь походу можно только из тяжелого пулемета — хитин под кожей с легкостью защитит от мелкого калибра или холодного оружия.

И наглядная демонстрация, мной сейчас устроенная, должна была напугать его до усрачки. Шутка ли — убить девятерых вооруженных людей за четыре секунды, максимум, не имея на вооружении ничего и стоя под прицелами?

Кстати, а стыдно ли мне за то, что я убил по факту ни в чем не виновных? Нет. Они угрожали мне, они не верили мне и всячески мешали. И ладно бы только это, но из-за них под ударом бы оказались другие. Десятки, сотни. Так что выбора у меня просто не было. Ну не мог я их оглушить, вырубить, обездвижить — ничем бы это не помогло. Они бы не сдались и пытались бы меня завалить в будущем.

Уж Колесникофф точно — у него был взгляд фанатика. С таким не договориться и не объясниться.

На улице тем временем раздались новые выстрелы, переходящие в настоящую канонаду. Похоже, что противник уже очень близко. Пора мне наружу…

* * *

Когда я вышел, то у меня на глазах несколько ополченцев, пытавшихся подняться над стеной, рухнули вниз, орошая бетон кровью. А еще я понял, что за стеной стрекот орудий «Гекатонхейра» слился в один непрерывный рев.

Похоже, система работала вообще без паузы. Сколько же там врагов? Сколько за стеной противников?

Автоматы роботов строчили в унисон и басовито грохали два пулемета с флангов. Похоже, что вся стрельба идет в стороне ворот, куда должны были подтянуться корпораты. Пожалуй, мне нужно туда…

На гребне стены над воротами был сделан примитивный настил, позволяющий вести огонь по тем, кто снаружи, под стеной.

На него-то я и вскочил, и тут же несколько пуль ужалили меня в грудь. Я пошатнулся было, однако ощущения были такие, будто пули угодили в бронежилет. Неприятно, но сказать, что это было больно…нет, пожалуй.

Это что получается, хитин уже и грудную клетку закрывает? Хм…неплохо.

Так, а откуда палят?

Ага, вон они — засели справа в доме и оттуда ведут плотный огонь по роботам, уложив уже почти половину. Ну, ждите, сейчас буду. Только с девушкой своей поговорю, на всякий случай.

Я засел за укрытием, чтобы стрелки меня не увидели и позабыли о том, что я тут есть. Стрелок ведь видел, что попал, должен списать меня со счетов. Но лучше немного выждать, и тогда…

— Элен, прием.

— На связи.

— Док с тобой? Не нашел его в штабе.

— Да. Фрэнк, там проблемы — один из этих двух замов главного военного, кажется, от паники поехал крышей. По крайней мере, Рик говорит, что он счел тебя главным злодеем и собирается убить. Он бы и Рика убил, но…

— Все, это уже не проблема.

— Как ты его угомонил?

— Как всегда. Легко и навсегда.

— Ты что их убил? Всех?

— У меня не было выбора. И нет, не всех. Второй офицер, Фалькон, жив. Тебе сейчас должны притащить их главного, Рейнгольда. Он ранен, его нужно вывезти. И…пусть док его осмотрит.

— Зачем?

— Скажем так: для того чтобы он выжил, я применил…м-м-м… нетрадиционную медицину.

— Пояснишь?

— Слишком долго, и ты мне не поверишь. Да и времени у нас столько нет. В общем, грузи и взлетай. И возвращайтесь быстрее. Я отвлеку и постараюсь придержать корпоратов.

— Погоди, а как же твари? Они что, корпоратов не трогают?

— Похоже, что нет.

— Но почему?

— Ты не забыла, что ими руководит Фаллоу, а сам он — не человек.

— Он что, выжил?

— Увы. А ты что, не знала?

— Нет, вот ведь тварь проклятая!

— Именно так. В общем, ты это, спаси людей, ок?

— Стой, стой, стой! Мне не нравится, когда ты так начинаешь говорить. Ты чего задумал?

— Эй, родная, не переживай. Я всегда выживаю, забыла?

— Фрэнк! Ты что-то плохое задумал, совсем плохое…

— Я теперь почти супергерой, от которого пули отскакивают. И пора заняться супергеройскими делами, — то ли просто захотелось подурачиться, то ли отходняки у меня после боя начались, но тут я взял себя руки, оборвал свой спич и заявил: — Все, я, кажется, тебя люблю, вот. Выживи обязательно. И жди меня!

— Эй! Тебе нельзя умирать. Слышишь, я не успела сказ…

Связь оборвалась крайне неприятно — коробочку передатчика пробило тяжелой пулей. Заодно она же вырвала мне кусок плоти со щеки. Но на месте раны вскипела зеленоватая дрянь, моментально закрывая место кровотечения, затягивая рану.

Хо! Пять минут, и все окей.

А вот связи больше у меня не было, и это печально…

Наверное, со стороны это выглядело очень эпично. Я просто сорвал с ближайшего тела винтовку и сиганул с трехметровой стены вниз. Массы Дэвораров все еще не достигли стен, не имея возможности пройти сквозь шквал снарядов, так что они терлись пока неподалеку, явно карауля удобный момент и выискивая возможность просочиться вперед.

Те, что поумнее, все же укрывались за стенками и трупами сородичей. Те, что поглупее, вертелись на открытых местах. Ладно, хрен с ними! Пока от тварей нет вреда, и тратить на них пули, боезапас не имеет смысла.

Но в полете я таки не выдержал и выпустил, не целясь, весь магазин в сторону противника — все равно в кого-то да попаду.

Мой прыжок и точка приземления были не импровизацией, а четко продуманной затеей, так что приземлился я не абы где, а около разбитого робота. Дело в том, что вместо типовых магазинов эти машинки тащили с собой специализированные патронные коробы увеличенной емкости. Нагрев стволов при такой стрельбе был в разы выше, но роботам то все равно, да и мне сейчас тоже. Так что я подхватил с тела такую вот винтовку и под градом пуль побежал большими прыжками к зданию, поливая от бедра его окна, где и засели чертовы корпораты.

Кстати, забавно, но выросшая из моего тела плеть, занявшая место руки, плавно превратилась в какое-то подобие обычной конечности. Нет, на человеческую руку это походило мало, но…основные функции, пальцы (пусть и не в обыкновенном количестве) все же имелись.

Это и есть хваленая регенерация? Круто! Представляю, что будет дальше. А уж если скушать пару корпоратов, то я и вовсе Халком стану?

Пальба, что я устроил, вряд ли нанесла большой вред противнику, но таки заставила его укрыться. Рефлексы — штука такая, ее не обманешь, так что я без особых проблем добрался до двери, ведшей внутрь здания, вынес ее ногой и заскочил внутрь помещения.

На ходу я хватаю ФЛ-6, все еще болтавшуюся на плече, а автоматическую винтовку робота бросаю на пол — все, отстрелялся этот ствол, хана ему.

Оказавшись в большом помещении вроде холла, я быстро озираюсь и замечаю противников.

Выстрел, выстрел, выстрел! Все, тела падают. Справа и слева от дверей больше нет никого. На мне еще десяток новых дырок, моментально затягивающихся свежей плотью зеленого цвета. Ха! Это круче, чем бронежилет!

Но не стоит включать «Рембу» — вполне возможно, что и на меня найдется что-то убойное. Огнемет, к примеру.

Да, вот с ним я точно не хотел бы столкнуться.

Сверху уже бегут еще четверо.

Бах!

Их уносит назад, один тупо катится вниз по ступенькам.

Бах!

И засеченные мной ранее ребята с РПГ (или чем-то подобным) в соседней комнате исчезают в вихре щепок.

Бах!

И высунувшийся мужик в штурмовой броне улетел в комнату, из которой и вылез.

Двигаюсь дальше, на моем пути ворочается тело. Ты гляди — живой еще…

На тебе рукой в шею!

Кончик псевдокисти моей «новой» руки превращается в тонкий наконечник, а ля копейный, и без труда пронзает броню на шее и плоть под ней. Готов…теперь перезарядка, и дальше…

Глава 33

Так, наверху еще кто-то точно есть.

Засада! Фу, как тупо: четверо бойцов. Два с автоматическими дробовиками. Поняли, что я раскидал остальных, и засели тут, решили меня подкараулить.

Ну, или еще проще — просто зассали идти в лобовую.

Как бы там ни было, а стоит признать — будь я все еще обычным человеком, тут бы мне и пришел конец — очереди и картечь, угодившие прямо в грудь, развернули меня на 180 градусов, последующий выстрел уже сбил с ног.

Но я, к их удивлению, переворачиваюсь на спину и моментально разряжаю в них свою пушку. Страшная ФЛ-6, а точнее ее снаряды, смешивают их тела с межкомнатными перегородками.

Я же, вскочив на ноги, оцениваю, остались ли здесь враги.

Вроде нет. Ну и славно!

Выскакиваю из дома и пытаюсь…

Вжу-у-у-ух-х-х!

Мимо свистит пуля: снайпер не дремлет. Но и мои рефлексы тоже.

Надо же — я сумел уклониться от пули…крут, однако.

Ладно, теперь надо бы пройтись по рядам Дэвораров. Пока я тут ковырялся, эти сволочи таки подбираются к стенам и воротам, они уже в считанных метрах от «Гекатонхейра» и роботов, пока что находятся в мертвых зонах и машины их не видят. Представляю, что случится, когда эта лавина полетит вперед.

Но нет. Я им не позволю!

Подхваченный с пола автомат непрерывной очередью плюет в противника, скашивая всех, по кому попадает очередь.

Кончик ствола раскален докрасна, и пули летят все менее точно. Ну и черт с ними! Все равно щелчок бойка означает, что БК кончился. Сдергиваю с плеча «флешку» и выстреливаю последние три заряда. Все, ФЛ-6 тоже пуста.

Жаль, что это все без толку. В одном локальном месте я перебил больше сотни тварей за считанные секунды, а на другом фланге они массой смогли-таки подавить огонь роботов, добраться до них самих и разорвать защитников на запчасти.

Пока еще на ногах остался тот самый, тяжелый. Он, пятясь, поливает монстров из раскаленных и дымящихся пулеметов. Но вот уже первые монстры виснут на нем, и вскоре железный гигант просто валится под массой тел.

Со стены непрерывно стреляют ополченцы Рейнгольда, сшибая тех тварей, которые пытаются залезть наверх.

Я же прохожусь вдоль стены, круша всех, до кого могу дотянуться. Дэворары от меня уже шарахаются. Пси-диапазон мне недоступен, но и без него видно, что меня откровенно боятся. А я…я просто убиваю, механически. Поднял руку, ударил, поднял вторую, уколол.

Внезапно раздается звук очередей «Гекатонхейра», но не того, что был у ворот, а совсем с другой стороны.

Это плохо.

Значит, противник тут отчаялся взять нас в лоб и теперь пошел в атаку с другого направления.

Внезапно раздается рев с неба, и я вижу, как прямо на нас пикирует «Буревестник».

Из-под его смешных, словно бы недоразвитых крыльев срывается десяток ракет, уходя куда-то за невидимую мне стену. А потом из-под тупой морды начинает шустро стрелять небольшая автопушка. Хм…а я и не знал, что на этом кораблике есть столь серьезное вооружение. Еще большее удивление вызывает то, что оружие все еще работает.

Хоть корабль далеко, но я могу рассмотреть его в мельчайших деталях, и я вижу за стеклом кабины шлем скафандра. Это Элен. Это точно она.

Шлем вдруг странно дернулся, стекло кабины пошло трещинами, а кораблик завалился вправо. Я сразу даже не понял, что произошло.

Лишь когда услышал очередной выстрел и увидел искру, выбитую из корпуса, до меня дошло.

Гадские снайперы! Они отчаялись пристрелить меня, и теперь взялись за Элен. Суки…где же вы…

Картинка перед глазами странным образом меняется. Нет, не так, как когда применяешь имплант, совсем иначе.

Объект не приблизился ко мне в рамке, не включился зум, я просто увидел все в мельчайших подробностях, как будто стою рядом. Шарю взглядом по окнам и вижу, как в одном из них мелькнул ствол винтовки, а в следующее мгновение оттуда пальнули.

Ага! Вот вы где! Засели на третьем этаже административного здания и уверены, что их не видно. Ну, хрен вы угадали! Я вас нашел!

Мне даже убивать всех Дэвораров на пути не приходится, они сами разбегаются в разные стороны от меня, несущегося, как живой таран, к цели. Дважды в меня сумели попасть, от ударов пуль оба раза я летел на землю, но прежде чем противник успевал совершить второй выстрел — уже поднимался и бежал дальше, одержимый лишь одним желанием: убить! Убить! Убить!

Первый боец попался мне еще на лестнице, он был без снайперки, (скорее всего, прикрывал этих уродов), поэтому умер очень быстро и практически безболезненно. А вот затем…

Винтовочный ствол выплюнул в меня последнюю пулю в жизни своего владельца, но на такой короткой дистанции я просто чуть убрал голову, и пуля пролетела мимо. А потом я со всей дури ударил его снизу вверх левой рукой, распоров бронежилет и плоть под ним. Пока тело падало, я уже устремился к выходу на крышу, где сидел еще один снайпер. Его я не видел, но пока разбирался с этими, услышал выстрел, и он точно был с крыши.

То ли снайпер был опытным, то ли его паранойя достигла немыслимых вершин, но на входе меня ждала растяжка, и сразу же за ней — мина. Растяжку я просто перешагнул, а мину трогать не стал — пусть себе стоит. Далее чуть было не попал в еще одну растяжку. С горем пополам переступив ее, принялся осматривать лестницу.

Этот псих поставил не меньше десяти растяжек. Обычному человеку просто нереально было их обойти. Не понимаю, как он сам собирался с крыши спускаться… Подобных этому типу я встречал всего пару раз. Опасные, надо сказать, ребята… Они уже заранее списали себя со счетов, сожгли все мосты. Нужно быть настороже…

Выпрыгнув наружу, я сразу же обнаружил врага. Тот, не пытаясь стрелять, стоял посредине плоской крыши, опустив ствол оружия в пол.

— Капитан Херланд! Добрый вам день.

Черт. Вот же гадство, а? Именно тебя я бы не хотел встретить тут. Майлз.

Человек, который в свое время убедил руководство компании взять меня на работу. Человек, поверивший, что я не сбрендивший с ума кибер.

— Майлз! Вот уж кого я не ожидал тут увидеть. Что, решил-таки выйти в поле? — поинтересовался я.

— Деньги, Фрэнк. Они имеют свойство заканчиваться.

— Печально. Ладно, в память о прошлом предложу один раз: уходи. Прямо сейчас развернись и уходи. Я не буду бить в спину.

— Я бы и рад, но-о-о…

— Что «но»? Ты же понимаешь, что убить меня у тебя нет ни единого шанса?

— Ну почему же, шансы есть всегда. А тут оплата…эксклюзивная.

— Интересно, какая…

— Я инфицирован, мистер Херланд. И Максимилиан Фаллоу — единственный, кто может убрать из меня паразита.

— Не единственный. Тот же Санчез да и я, наверное, могли бы тебе помочь… Плюс Фаллоу тебе не поможет — он уже сам монстр.

— Ха! Ха-ха-ха! Смешно слышать это от тебя. Фрэнк, это ты монстр. Макс хотя бы на человека похож еще.

— А я — нет?

— Что это у тебя на груди? Панцирь? У тебя из плеча торчит щупальце. Раны затянуты зелено-серой коркой. И у тебя, кстати, кровь идет, она явно не человеческая… Фрэнк, ты — Дэворар.

Я замер на секунду, купился на его слова и таки попытался бегло осмотреть себя. Лишь на мгновение я отвел взгляд, и он на полную использовал этот шанс. Тонкая стальная нить захлестнула мое горло, и тут же — страшный рывок. Нормальному человеку перерубило бы трахею и, наверное, даже позвоночник.

Мне же…меня бросило в жар, стало нестерпимо больно. Первый раз за этот сумасшедший бой.

В голове помутилось, и я сделал единственное, что мог — нанес удар уже ставшей привычной рукой-плетью, выбросил ее вперед, словно копье.

И все закончилось. Моя шея была свободна, я смог вдохнуть воздух. А старина Майлз с пробитой глазницей завалился назад. Я молча подошел к нему. Единственный уцелевший глаз уставился в небо.

Что ж, прощай. Жаль, что ты ошибся с выбором, не послушал меня. Ты единственный, кого из всей этой корпоратской швали убивать было действительно неприятно… С тобой я начал путь как наемник, с тобой я его и закончил.

— Браво, мистер Колтон! Браво!

Этот голос я узнаю из тысячи. Максимилиан Фаллоу, собственной персоной! Здесь!

Оборачиваюсь. И впрямь, Макс стоит в дверном проеме, загораживая спиной единственный выход с крыши.

Слева я вижу, как в очередной раз наш шаттл садится за стенами завода, вижу море Дэвораров, бьющее в эти самые стены, и бойцов, отчаянно палящих по лезущим монстрам.

А еще вижу залпы ракет, летящих с крыльев сразу двух кораблей — «Буревестника» и внезапно оказавшейся здесь «Медины». Ахмед вернулся. Без понятия, куда он пропал и где был, но вот он снова здесь.

Натужно ревут орудия «Гекатонхейров», канонада не прекращается ни на секунду… Но, хоть я этого не вижу, знаю, что люди уже бегут к севшему шаттлу, лезут в салон. Еще немного, и их отсюда заберут…

А значит, мне остается только потянуть время, чтобы этот монстр, который делает вид, что он все еще Макс Фаллоу, не добрался туда. Нужно удержать его здесь, нужно дать возможность людям спастись.

— О, какие люди! — усмехнулся я. — Не ждал, что столь важная птица прибудет сюда лично. Что, не нравится, как я всех твоих бойцов разделал? Прости, они нынче полное говно в сравнении со мной.

Он скривился, но не ответил, медленно подходя ко мне.

— Нет, что ты, Фрэнк! Смерть рабочих особей меня не беспокоит.

— Да я не про рабочих. Я про тех, кого ты приберегал. Наемнички. Это я их прикончил. Корпоратские крысы…. Хотел ведь, небось, гвардию из них сделать? А я, гад такой, перебил большую часть. Обидно, да?

— Да, это обидно, но хрен с ними! Найду другое мясо, это не проблема.

— А как тебе понравилось, когда я перехватил управление Дэворарами? Хочешь, на бис прямо сейчас повторю? Прикажу атаковать жирную тварь. Королеву, матку, или как там вы ее называете? Мать?

— Мать, — кивнул Макс.

— Вот и шутки про жирных мамаш подъехали, — засмеялся я, — твоя мамаша настолько жирная…

— Ну, хватит! Не сможешь ты ничего сделать, ошибка природы. У тебя получилось только один раз, и то, только потому, что мы этого не ждали. Больше подобное не случится, уж я об этом позабочусь.

— Ой ли? Пока ты ни о чем не смог позаботиться — я сбежал, корабль ваш уничтожен, куча тварей мертва, людей отсюда я заберу. И как только уберемся подальше, пришлю вам подарок. Вы сгорите все до единого! Ни одна тварь не выживет. Жаль, не услышу ваш визг, особенно той жирной здоровенной твари, которая наплодила этих ублюдков!

И вот тут его все же проняло. Ну, или он просто вышел на дистанцию, которую счел оптимальной для атаки.

Из груди «Фаллоу» ударил десяток щупалец, впившихся в меня, скрутивших меня. Он постарался закрепить успех, но я, таки вырвавшись из захвата, рубанул привычной уже рукой-лезвием, отсекая все, что попало под «нож». А затем разорвал дистанцию, отскочив к валяющейся на краю крыши винтовке Майлза.

Прежде, чем Макс сообразил, что происходит, я разрядил в него весь пятизарядный магазин.

Да только пользы от этого особо не было видно. Я не промазал ни разу, каждая пуля, бившая в него, заставляла противника пятиться назад, «отбрасывала» на полметра, на пару шагов назад. Однако сквозь разорванную пулями одежду и кожу я увидел примерно такую же броню, как у меня. Последний выстрел сорвал плоть с лица, обнажив череп, уже мало напоминающий человеческий.

— Ты сдоххххнешшшшьььььь в муках! — зашипел он.

Противник рванул вперед, на ходу обрушив на меня град ударов. При всей их внешней эффектности ни один не достиг цели, разбиваясь об выставленные мной блоки.

Вообще, создавалось впечатление, что при диких возможностях, полученных после заражения, мистер «Фаллоу» попросту не умел ими пользоваться. Или, что более правильно, у него попросту не было опыта, в отличие от меня.

И в этом был мой шанс.

Я-то как раз все проверил, все опробовал, причем не раз. А главное — имея за плечами десятки, если не сотни сражений с Дэворарами, гибридами и прочими тварями, догадывался о том, где у противника есть уязвимые места.

По сути, таких было всего-то два. Самое уязвимое — затылочная впадина. Там нет брони ни у одного Дэворара, и, думаю, мы с Фаллоу — не исключения.

И второе — нагрудная «броня». Она закрывала пах, однако не защищала ноги. Именно там было место «встречи» хитина, закрывающего пах, и хитина, прикрывающего ногу.

Осталось только придумать, чем я могу в эти самые уязвимые точки попасть. Магазин винтовки пуст, а мою «руку-лезвие» он легко отбивает, не позволяя достать до него.

Хо! Вот и оно!

За его спиной на входе лежала типовая противотанковая мина. Дело оставалось за малым: «уронить» Макса на эту мину. В идеале уронить затылком.

Далее я уничтожу личинку в нем, если она есть, разумеется. Есть ощущение, что «новый» Макс сам по себе уже взрослый Дэворар. Не гибрид, как я или ранее встреченные мной «существа», а полноценный «новый» тип.

Что ж, играть в игру с изменениями собственного тела можем мы оба, и пора показать козлу, что такое настоящая драка.

Более-менее научившись контролировать свои способности, проверив их, я пытаюсь «перегнать» массу в переднюю часть своих рук, отчего от предплечий и дальше те превращаются в эдакое подобие кувалд из плоти.

Толком не успев удивиться, что у меня получилось, я использую «новое оружие» — начинаю бить противника, причем поначалу нанося размашистые удары, целью которых является просто попасть по нему. Однако поняв, насколько он обескуражен моей новой тактикой, я уже стараюсь выцеливать уязвимые места… Бью по суставам, болезненным точкам (хотя не факт, что у Дэворара-Макса они идентичны тем, что были у человека-Макса).

Он ушел в глухую защиту, но сколько ни старайся, а защититься полностью не получится — мои удары проходят. Вот один, вот второй…

Сокрушительный удар разрывает локтевое сухожилие, второй ломает тонкие кости запястья противника. И даже хитин не спас — все же мои «кувалды» лупят так, что, наверное, даже броня на танке не выдержит…

Бам!

Я бью левой ему в голову, заставляя сделать шаг назад, а правая теперь летит в коленку.

Вот гадство! Я только что сильно повредил ему руку, но она уже снова целая! Ни хрена себе у него регенерация! Моя, по сравнению с его — просто детский лепет.

Но ничего…

Удар в локоть.

Хрусь!

Неприятно, да?

А теперь двойной обеими руками в голову.

Хрясь!

Не сказать, что Фаллоу был мальчиком для битья. Он защищался, даже пытался контратаковать, отрастил себе вместо рук эдакое подобие обоюдоострых мечей, и даже разок попытался изобразить «мельницу» этими самыми мечами. Но пробить так мою броню он не смог, а далее я уже подставлял под удары свои «кувалды».

Еще десяток ударов, и Макс оказался почти что там, где я и планировал.

Надо сказать, что я все больше ощущал слабость во всем теле. Похоже, что ресурсы организма были на переделе — ведь регенерируя, модифицируя свое тело и сражаясь, я расходовал их бешеными темпами.

Но еще чуть-чуть надо было продержаться. Еще немного, и я смогу все закончить. Вот тогда отдохну, вот тогда можно расслабиться…

Удар, уворот от свистящей руки-меча, удар ногой, и вот оно, пришли.

Двойной удар в голову, от которого Макс «поплыл» на секунду. Еще один, и еще, а теперь — подсечка!

Тело противника падает, и голова бьется со всего маху затылком о мину, установленную покойным Майлзом.

И где взрыв? Неужели слабый удар? Да быть не может!

Надеюсь, мина взведена (у Майлза иначе не может быть), так что я наношу еще один удар в лицо противника, прямо-таки вминая его череп в нажимную пластину на мине.

Взрыв был не зрелищен. Просто сильный хлопок, от которого моему противнику разорвало голову. Хотя, правильнее сказать все же оторвало. А вот затем уже меня отбросило прочь.

Я полетел в одну сторону, изуродованное тело Макса в другую.

Но плевать. Мои раны не смертельные и быстро затянутся, а вот ему таки досталось. Надеюсь, этого более чем достаточно.

Как оказалось, мой оптимизм был чрезмерен и преждевременен — со всего маху меня впечатало в спутниковую тарелку, установленную неподалеку. Причем впечатало с такой силой, что меня пронзило болью, а далее перед глазами все поплыло, накатила темнота…

Картинка включается, как в старом телевизоре. Сначала появляется звук. Я слышу треск орудийного огня, крики.

Совсем рядом какое-то потрескивание и нечто, похожее то ли на чавкание, то ли…

Перед глазами все плывет, я не могу сосредоточить взгляд.

Кажется, передо мной белая полусфера, и у меня ужасающе болит затылок. А еще у меня болят руки и ноги. И весь я сплошняком болю. Так, попытка приподняться приводит к тому, что конструкция, оказавшаяся той самой антенной, сползает с меня.

Резкая вспышка боли, и я ощутил, как из моего затылка выдергивается какой-то тоненький кабель.

Поворачиваю голову. Толстый стальной штырь, сужающийся к концу, на котором висит тарелка антенны, сейчас целиком залит моей буро-зеленой кровью, а на его кончике висит некая металлическая штуковина размерами со спичечный коробок, снабженная огромным пучком тоненьких кабелей и всяких других элементов. Кажется, именно это называли контрольным модулем моей киберсистемы, когда рассказывали про нее. И предупреждали, что изъять это из моего мозга просто невозможно. Вернее, изъять то можно, но после этого я отдам концы. Ну, хорошо, что ошиблись — я ведь все еще жив.

Но есть и серьезная проблема — теперь ни один мой имплант, ни одна электронная система, которые были встроены в мое тело, работать не будут. Хотя…плевать. Все равно из-за происходящих со мной метаморфоз чипы начали сбоить, системы и так отключались одна за другой, так что… Назовем это вполне ожидаемым финалом. Я знал, что это рано или поздно произойдет. Ну, пусть чуть обидно, что «рано», но что поделать?

Тем временем мое внимание вновь привлекли чавкающие звуки. Я завертел головой и тут же обнаружил их источник — звуки издавало безголовое тело Фаллоу, на данный момент присосавшееся раной к трупу Майлза и пытающееся…есть его? Поглощать?

Не-не-не, так не пойдет! Если эта тварь начнет регенерировать, восстанавливаться, сил на повторную драку у меня уже нет. Да и второй мины, к слову, тоже.

Ползком, цепляясь за выщерблины на полу, я подбираюсь к противнику. На меня он просто не реагирует, занятый приоритетной задачей — жрать и лечиться. Тем лучше.

Я протягиваю кисть, и она на ходу меняется, превращаясь в то, чем я уже пользовался для исцеления Рейнгольда — мой палец вытягивается, превращаясь в эдакое щупальце, затем щупальце разделяется на две «ветви», затем еще и еще…. И они все ветвясь, ветвясь и ветвясь, резким рывком устремляются внутрь тела бывшего директора по безопасности корпорации «Вилланд», а нынче — самого опасного из встреченных мной Дэвораров.

Когда наши нервные системы соединяются, я ощущаю очередной псионический удар — тварь защищается из последних сил.

Бесполезно, это ей не поможет. Я целенаправленно уничтожаю нервную систему, пытаюсь добраться до Дэворара внутри тела Фаллоу. Теперь я уверен, знаю, что он там есть. Фаллоу все же не Дэворар. Он всего лишь зараженный. Модифицированный, улучшенный, но все же просто зараженный…

Я чувствую, что уже близко, вижу, как обезглавленное тело врага содрогается — это личинка внутри него мечется, пытается сбежать, защититься, выжить.

Но у нее не выйдет. Еще немного, и она будет отрезана от всего, а затем я уничтожу и ее…

Сколько прошло времени — не знаю. С неба капает дождик. Рядом со мной — тело Максимилиана Фаллоу, страшно искореженное и без признаков жизни.

А что я сам? Кажется, что мне тоже конец. Я потратил слишком много сил, и их остатка не хватает не то что на регенерацию, а даже на то, чтобы подняться на ноги.

Кровь из дюжины ран, раньше закупоренных плотью Дэворара, начинает вновь сочиться, и я не могу поделать с этим ничего. С трудом повернув голову вправо, я вижу, что площадка для шаттла пуста.

Среди затопившего базу моря тварей нет островков сопротивления, я не вижу сражающихся людей, а значит, либо всех перебили, либо люди таки спаслись, и мой план удался.

Предпочитаю думать, что все же люди спаслись, а с ними спаслись и док с Элен. Надеюсь, док придумает, куда деть такую чертову прорву народа.

Черт, в глазах потемнело уже совсем. Не могу разглядеть, что это на фоне потемневшего неба? Птица?

Трое суток спустя.

— Ну что, Рик, долго он еще будет овощем?

— Откуда я знаю? Он истощил организм и зашел далеко за пределы возможностей не только человека и кибера, но и даже Дэворара. И фактически полностью сжег себе нервную систему. Я без понятия, будет ли он вообще двигаться и говорить после такого.

— Бу-у-удет…ты Фрэнка не знаешь? Он сильный. И он нам нужен.

Еще пять дней спустя

О, я могу открыть глаза, я вижу, и вроде даже могу двигаться. Здорово! А то, если честно, уже сам был готов поставить на себе крест.

Так, а где это я? Большое помещение, высокие стены и куча лабораторного оборудования.

Не-не-не…только не говорите мне, что это очередная лаборатория.

И тут, просто-таки провоцируя у меня жестокое дежа вю, в поле зрение входит док Санчез собственной персоной, одетый в белоснежный лабораторный халат. Что-то клацает на клавиатуре, при этом неотрывно разглядывая диаграммы на экранах.

Эй, док, посмотри вниз! Я пришел в себя! Где я…черт! Все, что я могу — только мысленно вопить, открыть рот — непосильная задача. Надеюсь, что это временно.

Но я все равно пробую шевельнуть языком, произнести что-то, и в тот же миг, когда почти получается — опять отрубаюсь.

Спустя два месяца.

Поддерживаемый любимой женщиной, я сегодня совершил подвиг: смог сам пройти до сортира. Обратно все-таки опять пришлось прокатиться в кресле. Но тут ничего не поделать. Мой очень сложный организм получил несовместимые с жизнью травмы, и если бы не механизмы регенерации, стократно превосходящие способности людей, то «Буревестник» подобрал бы с крыши мой хладный труп. А так…я довольно быстро восстанавливаюсь. Ну, для человека быстро. Я уже могу сам есть, говорить. Обычный «гомосапиенс», побывавший на моем месте, уже давно бы копыта откинул. Ну, или в лучшем случае превратился бы в овощ.

Но и у меня не все так радостно — похоже, все мои сверхспособности остались там, на крыше.

Во всяком случае, порез, сделанный доком, заживает долго, как и положено, из ран течет обычная человеческая кровь. Шрамы на моем теле, густой сеткой покрывающие всевозможные места, самые обычные, и явно не собираются никуда уходить.

Про скорость и реакцию молчу — до сортира бы дойти, чего там об остальном говорить…

Но, тем не менее, когда люди встречают меня, я вижу на их лицах страх. Нет, не так: ужас. При виде меня большинство просто шарахаются в стороны, влипают в стену и замирают, пока я не проследую мимо…

Что ж, не скажу, что ожидал, будто меня на руках будут качать, но…подобное отношение все же обижает.

Но плевать. Сегодня все это неважно…

Остановить инвазию нам не удалось.

То ли пока мы плелись на своей развалине до станции на планету кто-то прибыл и «забрал» с собой Дэвораров, то ли твари выбрались оттуда задолго до нас, но к тому моменту, как мы прибыли к ближайшему хабу, там не осталось людей…

Мы попытались высадиться, однако там уже вовсю хозяйничали Дэворары. Пытаться зачистить станцию было напрасной тратой сил, так что этого делать мы не стали. Элен просто удаленно подключилась к центру связи, взломала систему и…

Как оказалось все, что мы делали ранее, было зря. Ни один из контактов не отвечал. Планеты, станции, корабли — на связь не выходил никто.

И, судя по тому, сколько зараженных было на хабе, я прекрасно представляю, что случилось.

Дэворары теперь везде. Больше нет привычного мира, тихого места, в котором мы так хотели с Элен осесть.

Нет больше человеческого государства, нет привычного жизненного уклада. Ну, или же скоро не будет. Все же узел связи на станции не особо мощный, добить до центральных миров он не в состоянии… Может, там еще и остались люди, может, они и оказывают сопротивление, но…

Человечество на грани гибели. Лавина Дэвораров, словно гигантское цунами, пройдет по человеческим мирам, сметет все на своем пути. И мы — последние его представители…

Мне очень хочется надеяться, что останется еще кто-то, что Дэворары не заразили всех. Не может быть, что мы единственные. Однако пока ни с кем нам связаться так и не удалось.

Конечно, можно было попытаться отправиться к центральным мирам. Если там еще не началось, то можно их предупредить. Но поверят ли нам? Вряд ли. Скорее всего, бросят в каталажку, и мне совершенно не хочется встречать конец света за решеткой, и уж тем более, заново выбираться с захваченной Дэворарами планеты.

Рик предложил единственно верное решение — отправиться в глубокий космос, к какой-то далекой, заброшенной станции, которой теперь суждено стать нашим новым домом.

Там какое-то время мы будем в безопасности, сможем отдохнуть и подумать, как действовать дальше.

Хотя я и так знаю — отныне мы будем жить там. Во всяком случае, большинство из нас. Мы создадим несколько групп, которые будут искать других выживших, добывать припасы, искать место, где нет Дэвораров. И я возглавлю одну из таких групп. Я не могу быть на станции, не могу ловить на себе испуганные взгляды. Я так не хочу.

Элен согласна со мной. Теперь она мой пилот. Пусть и не так, как планировали, но мы будем вместе.

Мы будем искать место, где человечество сможет начать все сначала, сможет подготовиться к грядущей войне с Дэворарами, а главное, где нам будет хорошо. Нам и нашему будущему малышу…

Надеюсь, мне хватит времени подготовить его, научить всему, ведь ему предстоит жить в мире, где люди — просто пища, где нас всегда подстерегает опасность, где на людей охотятся…

Content

Инвазия 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33