Дыхание севера

Глава 1

У всего есть цена

По расписанию у меня должна была быть ещё одна тренировка с мастером Ильясом, но я надеялся, что он простит мне отсутствие. В крайнем случае, просто отработаю прогул очередной отработкой мальчиком для биться у самого мастера клинков, мне не в первой. А в том, что тренер не станет жаловаться на меня начальству, я был уверен: Ильяс их недолюбливал чуть сильнее, чем нас.

Так что я без зазрения совести вылетел за ворота, проскочив охрану до того, как они успели меня заметить. Подгоняемый плохим предчувствием, поторопился скрыться за поворотом, чтобы из академии никто не смог заметить моих маневров. Запетлял уже знакомыми переулками.

Не сказать, что я знал всю столицу, но мы с Астом уже успели прилично нагулять по ней, а потому примерно предполагал, где размещён порт. Пешком мне туда быстро не добраться, поэтому стал крутить головой, стараясь найти повозку или карету, что было не так-то просто в такой час.

Тренировки помогли мне и здесь, потому как дыхание сбилось только тогда, когда я покинул третий круг столицы, устремляясь по второму, на окраине которого как раз и должен был быть порт. В глотке пересохло, во рту появился лёгкий привкус крови, но я продолжал бежать, понимая, что во втором круге гораздо быстрее смогу поймать извозчика.

Заметив свободную повозку на другой стороне, рванул через дорогу, не глядя по сторонам, чуть не попал под копыта несущемуся всаднику, отшатнулся, теряя равновесие, но устоял, делая пару лишних шагов, однако при этом налетел на кого-то в толпе.

— Простите, — бросил второпях, готовый сорваться с места.

Но тут на моё плечо легла тяжёлая рука, останавливая.

— Эй, парень, и куда ты так несёшься, что честных людей таранишь? — раздался густой бас.

Я попытался высвободиться, но передо мной тут же выросли две рослых фигуры. Вскинув голову, разглядел их светлые волосы, зелёные или серые глаза и незаменимую меховую оторочку курток. И одинаково хмурые лица.

— Послушайте, я очень тороплюсь, приношу извинения, что чуть не сбил, а теперь я… — протараторил, готовый уже ударить, потому что у меня совершенно не было времени на разборки.

— Мы тоже как раз очень торопимся, — сказал тот, что был сзади.

Я завертел головой, понимая, что северяне обступили меня со всех сторон, перекрывая мне видимость улицы. Хотел возмутиться, как вдруг мою голову накрыли чёрной плотной тканью, а сразу за этим раздался такой звон в ухе, что боль в голове я ощутил далеко не сразу, теряя ориентацию в пространстве и понимая, что стоять на своих двоих не могу, ноги подогнулись, не в силах держать вес тела.

Но упасть не дали, меня подхватили крепкие руки и куда-то понесли. Я не терял сознания, но и не сказать, чтобы был в себе. Плавал где-то между, не давая своему сознанию погаснуть окончательно. Я не мог позволить каким-то варварам помешать мне в поисках Аста! У меня не было на это времени!

Вдруг обстановка изменилась, я почувствовал под собой что-то холодное и твёрдое, мои руки оказались привязаны к спинке стула, ноги тоже были зафиксированы довольно туго, верёвка больно впивалась в кожу даже через ткань брюк.

Мешок с головы сорвали, и в глаза ударил яркий свет, а лицо обдул свежий ветер, что помогло прийти в себя. Я мотнул головой, тут же жалея об этом из-за усиливающегося звона, но всё-таки через пару секунд начал воспринимать звуки вокруг, смог оглядеться, и понял, что нахожусь внутри какого-то обгоревшего дома. Вокруг были обугленный доски, чёрные от сажи перекрытия, на полу валялся какой-то хлам, окна были заколочены, на одной доски не хватало, и в эту дыру пробивался вечерний солнечный свет.

— А он упрямый, — хмыкнул кто-то за моей спиной.

— Мы должны быть не здесь…

— А где? Группа упустила её из виду…

— То, что он появился за воротами — это доказательство вины!

— Или возможность узнать больше…

Судя по всему, среди похитителей был какой-то разлад. Я дёрнулся, оглядываясь. Неподалеку от меня стояли трое северян, чужеродно смотрящихся на фоне обгоревшего дома: громила, бородатый и молодой. Заметив мою активность, ко мне шагнул последний, наклонился, весомо похлопал ладонью по щеке. Это жёсткое прикосновение неожиданно отрезвило, полностью возвращая мне способность думать.

— Кто вы такие⁈ — рыкнул я, отдёргивая голову. — Что вам от меня нужно⁈

— Здесь мы задаём вопросы, — невозмутимо проговорил молодой, присаживаясь передо мной на корточки. — И нас интересует местонахождение одного мальчика с северных земель. Вы с ним постоянно в городе вместе ходили. Кажется, ты называешь его Астом, — его глаза внимательно следили за моей реакцией.

Я бесконтрольно сжал зубы, судорожно соображая: кем являлись для Аста эти северяне? Друзьями? Врагами? Судя по их разговорам, они следят за ним, но сегодня потеряли. Хорошо это было или плохо? В любом случае, мне надо было что-то им ответить и убраться отсюда как можно быстрее. Кем бы они ни были, я должен скорее добраться до складов.

— Я не знаю, где он сейчас, — ответил, смотря прямо в глаза северянина.

— И даже не знаешь, куда он мог пойти? — он приподнял светлую бровь.

— Не имею ни малейшего понятия!

— Тогда позвольте узнать, куда ж вы так неслись, юноша? — раздался тот самый бас, который я слышал на улице.

Я повернул голову к седому громиле, который со странным напряжением в глазах смотрел на меня.

— Это не ваше дело! — у меня кончилось терпение.

— Его глаза!.. — молодой отшатнулся, одним прыжком отдаляясь от меня, в руках северян тут же сверкнуло оружие, но мне было всё равно.

То, что мы оказались в развалинах какого-то дома, было мне на руку: в суде потом, если таковой будет, я и не подумаю признаваться, что применял магию при самозащите. Сосредоточился и точечным ударом молнии рассёк верёвки, связывающие мои руки, так же поступил и с ногами, отшвырнул стул, вставая во весь рост и заставляя молнии сверкать вокруг меня.

— Если вы навредили Асту, я вас пеплом по земле развею! — выдохнул, поднимая руку и направляя её на громилу, определяя в нём старшего. — А сейчас…

— Стоять.

Голос громила не повышал, но почему-то услышал я его очень отчётливо. Северянин оставался совершенно спокоен, он убрал боевой топор за пояс и шагнул ко мне без страха, выставляя пустые раскрытые ладони вперёд.

— Я не собирался вредить Аст… Асту, мы с ним с одних земель, — проговорил он размеренно.

Я сощурился, опустил руку, но молнии не убрал, под их треском чувствовал себя защищённым от внезапных атак.

— Тогда зачем всё это? — обвел руками окружающее нас помещение. — С какой целью вы меня похитили?

— Мы следили за Астом. Внезапно он вышел в город и пропал, мои люди потеряли его след. Раз ты выскочил следом, то и подумали, что можешь что-то знать, — невозмутимо ответил он.

— А просто спросить не пробовали⁈ — раздражённо выдал я, выдыхая и развеивая магию вокруг.

В наступившей тишине громила просто пожал плечами. А мне надо было очень быстро делать выбор.

— Асту может грозить опасность, — решился я, доставая из кармана записку.

Приблизился к громиле, отчего его молодой подчиненный дёрнулся, но по знаку старшего остался на месте.

— Я нашёл это в нашей комнате. Он должен был вернуться с тренировки раньше, но его не было, когда я пришёл… — в горле появилась странная горечь.

Северянин прикипел глазами к тексту.

— Я знаю, где это, — громила обернулся. — Лундвар, передай Ньялу точку сбора, — он кинул ему записку. — Все должны быть там как можно скорее.

— Да, Бернт, — молодой вылетел из помещения.

Заметив движение, понял, что северян в комнате было пятеро, ещё двоих я просто не увидел ранее. Они все тут же направились за громилой к выходу, словно забыв про меня.

— Я с вами! — тут же пробился к главному.

Тот смерил меня взглядом и вдруг протянул руку.

— Бернт, — коротко представился он.

— Арх, — я пожал протянутое предплечье по северному обычаю.

— Аст научи… научил? — тут же спросил Бернт, уже второй раз странно запинаясь при назывании Аста.

— Ещё до него, у меня служит отряд с севера, — коротко поведал я, не желая вдаваться в подробности того, как именно они попали ко мне.

Оказалось, что на заднем дворе сгоревшего дома у северян была припрятана повозка, в которую мы все погрузились, Лундвар сел на место кучера, и мы понеслись по дороге. Бурлящий в крови адреналин слегка схлынул, а беспокойство усилилось: я понимал, что ввязываюсь в авантюру, в которой знаю ровным счётом только одно: я мог назвать Аста моим другом, а потому в беде его не кину. Но сколько же этот парень скрывал от меня? Бернт и компания, которые за ним следят, неясное положение в «его стране», тайные записки, угрожающие раскрыть тайны… Нет, вытащу его за шкварник из этого дерьма, в которое он вляпался, и прижму к стенке! Не отпущу, пока не расскажет всё!

Неподалёку от порта мы бросили повозку, завернули к докам, и тут нас окружили северяне. Кряжистые, светловолосые, с одинаково обветренными лицами и бледной кожей.

— Третий док, пятый склад. Работаем, — коротко отдал команду Бернт, глянул на меня. — Ты со мной.

Я кивнул и завис на мгновение, понимая, что большая часть северян просто испарились, что мне казалось просто невозможным при их-то габаритах.

Кроме меня с Бернтом пошёл и молодой Лундвар, всё ещё подозрительно на меня косившийся. Мы прошли несколько доков, завернули в третий. Пятый склад располагался в глубине, пребывая в тени — длинное одноэтажное деревянное строение с тремя грязными окнами.

— Это здесь, — выдохнул Лундвар. — Что будем делать?

— Надо понять, там ли сейчас… — начал Бернт.

— Аст внутри, — выдохнул я, непонятным образом отчётливо ощущая магию соседа внутри склада.

— Все на позиции, заходим одновременно через минуту, — коротко выговорил громила.

С недобрым шелестом боевые топоры перекочевали с поясов в мозолистые руки бывалых бойцов.

— Вперёд!

Бернт и Лундвар в два плеча с треском вынесли аорота, послышался звон стекла, кто-то из северян проник внутрь через окна.

Я вбежал за громилой, безумным взглядом ища Аста посреди ящиков, тюков и мешков, которые заполняли склад по периметру. Сердце забилось где-то в глотке, когда я увидел его, прижавшегося к стене.

Глаза Аста испугано метнулись к ворвавшимся северянам, взгляд тут же прикипел к главному.

— Бернт! — крикнул сосед.

Пусть и нервная, но заметная улыбка на губах Аста успокоила меня: я правильно принял решение, сказав северянам о записке.

Я вышел вперёд, укоризненно смотря на соседа, нас разделяло метров шесть, но почему-то на меня он взглянул чуть ли не с большим испугом, чем при врыве северян. Нахмурившись, я сделал ещё шаг, как вдруг услышал откуда-то справа из-за ящиков:

— Крант, ты облажался! Чего вы ждёте⁈ Убить девчонку!

Убить? Девчонку? Я с непониманием закрутил головой, ища хоть одну девушку. Но вдруг из-за мешков и высоких тюков показались чёрные тени, в их руках запели и защёлкали взводимые арбалеты, направленные на… Аста. Тот округлил глаза от страха, заслонился руками. Я почувствовал, как порыв ветра скользнул по моей голове, но уже понимал, что тяжёлые боевые болты он остановить не сможет, не успеет набрать достаточной силы…

— К бою! Наша жизнь за её! Защитить Астрит любой ценой! — взревел Бернт за спиной.

Её⁈ Астрит⁈ Я ничего не понимал, но ясно слышал разрывающую сердце боль в его голосе, потому что старый воин прекрасно понимал, что никакая скорость не поможет оказаться на пути у всех болтов, которые уже видят своей целью щуплую светлую фигурку…

Арбалетные щелчки раздались практически одновременно, позвучав для меня громом. Аст… Астрит… да кто угодно, но он уже был мёртв, пусть и дышал ещё, живя свои последние мгновения. Тяжёлые болты пробьют тело насквозь, превращая смазливого паренька в уродливый кусок истекающего кровью мяса. Он умрёт мгновенно, среди такого количества стрелков кто-то попадёт в голову, кто-то в сердце. Возможно, даже ни одним болтом, но единственного попадания будет достаточно, чтобы перестал существовать тот, кого я уже привык считать другом…

Охвативший меня ужас всколыхнул внутри то старое чувство полного отстранения от мира, которое я испытал после известия о смерти родителей. Миг, и ты как будто перестаёшь быть частью всего живого, потому что сознание просто неспособно принять утрату. Оно защищается и чтобы не чувствовать боль, лишает себя способности испытывать вообще весь доступный спектр эмоций. Я словно сам умер в этот момент.

Ощущая себя абсолютно пустым сосудом, тихо выдохнул, по наитию вкладывая всю силу, которой только владел, даже не задумываясь об ограничителях:

— Да михи аликьюамди.

Моргнул, вдруг осознавая, что воздух вокруг меня стал каким-то вязким и с трудом проходил в лёгкие.

— Не стой, дубина, резерв не бесконечен! — на фоне общей звеняще тишины голос наставника показался ором в самое ухо.

Вскинув голову, я понял, что древнее заклинание сработало, и всё вокруг меня замерло. Взгляд метнулся, находя Аста, а тело уже само устремилось к нему. Ближайшему болту оставалось ещё полметра до тела соседа. Не помня себя, я прорвался через густой воздух к северянину, схватил его за руку и потащил за собой, уводя с линии обстрела.

Стоило мне только оказаться рядом с Бернтом, как действие заклинания окончилось, всё вновь пошло своим чередом. Болты с глухим стуком врезались в стену, взгляд Бернта, полный боли, стремился туда, но никакого не нашёл.

— Здесь… — прохрипел я, ощущая себя очень странно, голову как будто стальным обручем сдавило, меня покачивало.

Громила дёрнулся, оглянулся, буквально вырвал Аста у меня из рук.

— Астрит! Ты в порядке? Девочка моя! — он бегло осмотрел ошарашенного соседа и тут же задвинул себе за спину.

Девочка… Астрит… Я кое-как смог сфокусировать взгляд на Асте… на Астрит. Наверное потому, что мне сейчас было слишком плохо физически, я не испытывал никакого сожаления по поводу того, что являюсь идиотом. Астрит… Конечно, мог бы и раньше догадаться. Правильно меня наставник дубиной называет. Слишком тонкие черты лица, слишком красивое лицо, прятки в ванной, явное присутствие девушки, которую сосед никак не хотел раскрывать… Она так мило краснела, стоило мне только снять рубашку…

— Даст вас пожри, куда она делась⁈ Найти и убить! — раздался тот же визг из-за ящиков.

— Защищать… — рыкнул Бернт.

— Заткни им глотки, и убирайтесь оттуда! — возопил наставник в голове. — Быстрее!

— А в чём?.. — начал я.

— Время не терпит пустоты! А ты её создал, потому что время неотделимо от пространства! Руки в ноги и вон со склада! Он весь попал под радиус заклинания! БЫСТРЕЕ!

— Бернт! — я собрал последние силы в кулак и вцепился в руку громилы. — Оставь их! Сейчас тут рванёт! Убираемся!

Астрит, всё ещё пребывавшая в шоке, вдруг кинулась ко мне, поддерживая. Оказалось, я стал заваливаться набок, и даже не заметил этого.

— Уводи всех… — выдавил я.

— Капитан, это приказ! — в голосе Астрит прозвучали нехарактерные властные нотки.

Громила без лишних вопросов замысловато и громко свистнул, подхватил на руки меня и Астрит и бегом устремился к выбитым воротам.

Вновь защелкали арбалеты, будучи прижатым к плечу, я чётко уловил момент попадания болта в спину северянина, тот дёрнулся, Астрит вскрикнула, но громила не остановился, вынося нас обоих со склада. Северяне высыпали наружу, отбежали на метра три, и вдруг на месте склада взметнулась пыль.

Воздух задрожал, деревянное здание словно подёрнулось дымкой. Снизу вверх поднялась буря, закручиваясь в воронку и сминая дерево как бумагу. Мне казалось, что я слышу человеческие крики, доносящиеся из неё. Откат заклинания уничтожал всё: склад, наёмников, саму землю в радиусе заклинания. Всё словно сжалось, втянулось в одну точку и с негромким хлопком исчезло, оставляя после себя чистую ровную площадку чуть ниже основного уровня.

— Время не терпит вмешательств и в прах обрекает всё, что только попадает в радиус заклинания, — с каким-то благоговением проговорил наставник.

Я же, глянув в яркие глаза Астрит, склонившейся надо мной, с улыбкой провалился в темноту.

— Такие заклинания не проходят даром, ученик. У всего есть цена… — со вздохом проворчал древний дух.

Глава 2

Теперь Астрит

Пробуждение ощущалось, словно моё тело поднималось с огромной глубины на поверхность, постепенно возвращая способность полноценно дышать. Я втянул воздух сквозь сжатые зубы, но остальное тело мне почему-то не подчинялось, даже веки поднять не получалось.

— Ну что, доигрался, ученик, — раздалось сердитое ворчание в голове.

— О чём ты… — хотел я сказать, но вышел только мысленный посыл, который, однако, был услышан древним духом.

— О том, что ты, дубина, вообще с головой не дружишь! Вам что талдычили на каждом занятии⁈ Думать надо, что ты говоришь и во что силу вдыхаешь! Аккуратнее нужно быть с незнакомыми словами! Сам мог помереть, да ещё и остальных за собой утащить! А мне моя жизнь ещё дорога как память! — всё сильнее распалялся Раззарт. — Да лучше бы ты там и помер, дубина, хватило же глупости выжить! — противореча себе, добавил он.

Если бы я мог сейчас шевелить бровями, то они улетели бы на затылок от удивления.

— И почему это мне стоило помереть? — я напрягся, формируя чёткий мысленный вопрос, чтобы старик меня однозначно понял.

— Почему? Ты ещё спрашиваешь⁈ Да хоть на секунду задумайся, что было бы, если сказанное тобой услышал бы кто-то кроме этих дремучих жителей северных земель? Да и не будь там такой суеты и грохота, кто-то мог понять, какими знаниями ты обладаешь, и прибрал бы тебя к своим рукам! Твой мелкий божок ничем бы не помог против навязанной кабалы любого из старших родов! В моё время я ревностно охранял это заклинание не для того, чтобы какой-то сопляк кричал его направо и налево! Как только ты вообще сумел его сотворить, я ж не думал…

Последняя мысль, кажется, свела на нет всю сердитость старика, я странным образом ощутил его непонимание и недоумение по этому поводу.

— Скажи спасибо, что эти представители варварских племён даже не поняли, что ты совершил что-то невероятное. Думают, будто их принцесса чудесным образом перенеслась к тебе. Как, впрочем, она и сама понять не может, как умудрилась избежать роли чучела для арбалетных болтов. Предполагают, что всё произошедшее было итогом магического всплеска из-за прямой угрозы её жизни.

Принцесса?.. Астрит! Я мысленно застонал, схватился бы за голову, да руки только слегка дрогнули, отзываясь на порыв.

— Что, неужели про подружку свою вспомнил, — скабрезно уточнил наставник. Я так и видел, как древний старик зубоскалит, смеясь надо мной.

И было за что. Это ж насколько надо было быть слепым!

— Как я мог упустить такую деталь⁈ Я же жил с ней в одной комнате! — мысленно воззвал я.

— Ты и вправду не слишком сообразителен, — хохотнул древний дух. — Было множество моментов, в которые ты мог узнать правду, если бы вообще предположил такой вариант.

— Вот именно, если бы я мог подумать, что девушка способна зачислиться парнем, и это бы никто не заметил при приёме… — и тут меня осенило. — Погоди, так ты всё это время знал, что Аст — девушка⁈

— А ты считаешь, что я за свою долгую жизнь так мало общался с противоположным полом, что не способен отличить парня от девчонки? — вот теперь Рззарт откровенно ржал. — Если у тебя, малыш, так мало опыта подобного времяпрепровождения, то я, даже при отсутствии доступа к большей часть своей памяти, интуитивно могу понять, кто передо мной.

— И ты молчал⁈ — моему возмущению не было предела. — Нравилось делать из меня идиота⁈

— С этим ты прекрасно справлялся сам, не надо перекладывать ответственность на меня, — хмыкнул древний дух. — Есть вещи, до которых надо дойти самостоятельно. Поздравляю с озарением.

Я с усилием проглотил всё то, что хотел ему высказать, ведь, по-хорошему, старик был прав. Я сам чудовищно сглупил, сознательно отмахиваясь от определённых странностей Аста, не желая их обдумывать. Попытался выбросить сейчас эти мысли, концентрируясь на том, что происходит снаружи, а не внутри моей головы.

Я постепенно начинал ощущать своё тело целиком, мышцы слегка покалывало, словно у них какое-то время был перекрыт кровоток, а теперь всё восстанавливалось. Сосредоточился, до моего слуха долетел сердитый шёпот громилы:

— Ваше высочество, Вы должны…

— Я даже клятву престолу ещё не давала, а уже стала должна! — раздался злой тихий голос Астрит.

— Ваше выс…

— Я сказала: нет!

— Да послушай ты! — кажется, Бернт начал терять терпение. — Я дал обещание твоим родителям, что привезу тебя живой и здоровой домой!

— Ну так я против что ли⁈ Привози, только через пять лет обучения! Я подписала контракт и обязана его соблюдать, дала слово, это дело чести, а север…

— … слов на ветер не бросает, — закончили они оба хором.

— Пойми, я же не просто так…

— Тише, Астрит, — вдруг повысил голос Бернт. — Наш гость уже пришёл в себя. Не стоит пытаться подслушивать, юноша.

Да я не особо и пытался. Поняв, что уже могу управлять телом, повернулся, понимая, что лежу на узкой деревянной шконке, покрытой шкурой какого-то жёлтого мохнатого животного. Поднял веки, видя в паре метров от себя Бернта, избавившегося от своей меховой куртки и сидящего в чём-то наподобии майки, из-за чего была видно перебинтованная рука. Край бинта уходил на плечо и за спину. Глядя на его недружелюбное выражение лица и спотыкаясь о взгляд из-под сведённых к переносице кустистых седых бровей, я честно понадеялся, что в той воронке не погиб никто из северян, иначе мне с ними просто так не договориться. Хотя по словам старика, они и не поняли, что это всё было… так что шансы оставались.

Рядом с ним, с беспокойством смотря на меня, стояла Астрит… Я со стоном прикрыл глаза, для надежности заслоняя их дрожащей ладонью. В её внешности ничего особенно не поменялось, то же миловидное лицо, те же растрёпанные мягкие волосы, та же хрупкая фигура… Но сейчас, смотря на неё, и не мог понять, как мог быть настолько слеп⁈ Я больше не мог увидеть в ней парня, как ни пытался, так как становилось очевидно, что передо мной девушка. Прав Раззарт, опыт общения с дамами у меня небольшой, раз проворонил такое…

И всё-таки за закрытыми глазами долго не спрячешься, так что я вновь узрел этот несовершенный мир, сел, опуская босые ноги на холодный пол. Оказалось, что с меня содрали куртку и ботинки, прежде чем уложить. В два шага Бернт оказался рядом со мной, наклонился, глядя прямо в глаза.

— Мы — личная стража Её Высочества принцессы Астрит, готовы жизнь отдать за неё, но почему-то она хочет остаться здесь, чтобы учиться с таким как ты. Кто ты такой, чтобы ради какого-то мальчишки сама принцесса не желала возвращаться домой⁈

Я пожал плечами, мысленно пытаясь подобрать более приличную альтернативу словам: «А я-то откуда знаю⁈», мельком глянул за громилу на стремительно краснеющую Астрит.

— Бернт! Прекрати сейчас же! — крикнула она, подбегая и пытаясь сдвинуть громилу с места, упираясь ему в бок.

Учитывая разницу в росте, смотрелось более чем потешно, я сдерживал улыбку как мог. Бернт всё-таки подвинулся, отошёл, но так и продолжил сверлить меня недобрым взглядом.

— Арх, ты как? — она заглянула мне в глаза. — Ты прости…Я не специально…— вдруг понизила голос до шепота. — Ты там что-то с заклинанием сделал, да, на том складе?

— В комнате поговорим, — решительно отрезал я, прекращая все расспросы.

Не хватало ещё, чтобы она перед своими подчинёнными передо мной оправдывалась или расспрашивала о магии. Бернт же мне тогда голову откусит и не поморщится.

Девушка закивала, радуясь уже тому, что я вообще с ней разговариваю.

— Можно воды? — спросил, ощущая, как устная речь дерёт пересохшую глотку.

— Да, конечно,— Астрит уже хотела пойти сама, но сделала только пару шагов, как её остановил Бернт, кивком головы посылая за водой Лундвара, сам же настойчиво увёл принцессу подальше от меня, продолжая прерванный разговор.

Я покрутил головой, понимая, что мы находимся в каком-то убежище северян, но явно не в том полусгоревшем доме, в котором они меня держали. Сейчас мы все вместе были в чём-то вроде гостиной, из которой выходили несколько дверей. Кроме моей кровати тут ещё стоял диван, стол и пара кресел, на которых в данный момент сидели двое незнакомых мне северян.

Прислушался, понимая, что где-то под нами находится шумный зал с людьми. Видимо, мы были на каком-то постоялом дворе, где северяне выкупили верхний этаж или просто несколько комнат рядом, потому что приходили одни, уходили другие, что-то докладывая Бернту.

Воздух казался мне каким-то спёртым, хотелось открыть окно, но идти до него сейчас не было сил, поэтому решил призвать небольшое заклинание по очистке воздуха, которое мы в числе прочих тренировали уже очень давно. Но стоило мне начать проговаривать формулу, направляя в неё силу, как вдруг по венам словно хлынул раскалённый металл, выворачивая кости и словно завязывая узлами сухожилия. Я задохнулся от боли, заваливаясь на бок и хрипя, не имея возможности нормально дышать.

— Так, всё понятно, погоди, я поправлю, — раздался голос наставника в голове. — Всё, вдыхай спокойно.

Я, выпучив глаза, боялся пошевелиться, но вот боль отпустила, и я медленно втянул воздух. Выпрямился, проморгался, вытер пот со лба.

— И что это было? — спросил хрипло, глядя на подрагивающие руки.

— Те самые последствия, о которых я предупреждал, — вздохнул старик. — Твой магический резерв не выдержал подобного варварского применения без должной подготовки.

— И теперь так будет всегда? — меня холодный пот окатил от одной только мысли, что магия будет даваться мне ценой такой боли.

— Да нет, — задумчиво отозвался Раззарт. — Я искусственно временно ограничил твой резерв, раз дар пока что нестабилен. Тебе придётся существенно реже его использовать. Попробуй снова.

— Вот уж нет, — вырвалось у меня само собой.

— Давай, не трусь, — пренебрежительно фыркнул старик.

Медленно выдохнув, вновь постарался очистить воздух, и на этот раз получилось, на меня пахнул лёгкий свежий ветерок, правда, гораздо меньшего масштаба, чем я ожидал. Боль тоже пробежалась по телу, но уже терпимая.

— Пару лет побегаешь калекой, а потом снова сможешь творить всё, что захочешь, — мимоходом прокомментировал древний дух.

Я чуть воздухом не подавился. Два года⁈ Но интонация старика мне подсказывала, что он издевается, на что я и понадеялся, решив прямо сейчас у вредного духа подробностей не уточнять. Ну не верилось, что от одного заклинания я могу практически решиться своего дара на пару лет!

— На обучение сил пока хватит, — отмахнулся от моих эмоций Раззарт.

Я только поморщился в ответ, разыскал свои ботинки и куртку, оделся. Направился к выходу, но тут передо мной откуда-то вырос Бернт.

— И куда это ты собрался? — он сощурился.

— Я… — начал было, но закончить уже не успел.

Стоявший прямо передо мной Бернт вдруг неестественно выгнулся, словно в один момент решил встать на цыпочки, какая-то страшная сила приподняла его в воздух и тут же опрокинула на пол, прижимая лицом к половицам. Я рефлекторно отшатнулся, во все глаза смотря на… Асил.

— Стой! — крикнул, видя, как она заносит руку над головой громилы. — Не надо, они свои!

Девушка подняла на меня взгляд, вопросительно выгнула чёрную бровь.

— Ну, в смысле не свои, а… Астрит, то есть Аста, северные, — я несколько запутался, пытаясь как можно быстрее объяснить Асил происходящее. — Мы Аста спасали! То есть Астрит…

— Хорошо, господин, — кротко улыбнулась телохранительница, одним изящным движением поднимаясь, отходя от распластанного на полу Бернта и заходя мне за спину. Уточнила: — С вами всё в порядке?

— Да, Асил, всё хорошо, — я с некоторым беспокойством смотрел на громилу, который не торопился вставать.

— Убью Йонаса, — прохрипел он, наконец отрывая лицо от половицы. — Он мне обещал, что в этот район никто не заходит, все боятся местных главарей, — Бернт сел, потёр челюсть, с прищуром посмотрел на Асил.

Та лишь коротко пожала плечиком, продолжая стоять за мной и разве что не насвистывала, изображая саму невинность. Я на это уже давно не покупался, но забыл, как подобное действует на неподготовленных людей. Вбежавшая на шум Астрит с удивлением посмотрела сначала на капитана своей доблестной стражи, потом на меня.

— Вы что тут не поделили? — осторожно уточнила она.

— Да всё мы поделили, — буркнул Брант, поднимаясь.

— Тогда нам пора на занятия. Вот как раз Асил нас и проводит, она — помощница тренера, — голосом первой ученицы проговорила Астрит, сверкнув глазами на капитана. Её появление Асил не удивило.

— Помощница, угу, — отмахнулся тот. — Мы сами вас проводим. Эй, Йонас! — Бернт первым вышел из комнаты на лестницу и спустился по ней в общий зал таверны, где… царила полная тишина.

— Йонас… — выдохнул громила, таращась на крупного парня, безвольно лежащего на стойке.

На его лице расплывался внушительных размеров след, словно о ту стойку его хорошенько приложили. Вообще создавалось ощущение, что по таверне прошёлся ураган, разметав столы, стулья и всех посетителей, которые сейчас лежали под перевернутыми столами. На их головы капало разлитое пиво, осколки бутылок блестели в свете ламп.

— Они все?.. — начал я.

— Живы, — отозвалась Асил.

— Хорошо, — кивнул, шагая дальше.

Бернт поравнялся со мной, тихо проговорил:

— Кажется, я погорячился, считая, что ты ничем не примечателен… Кто ты такой, раз у тебя на службе оборотень? Простая девушка не может обладать такой силой.

— Оборотень? — я хмыкнул, не совсем понимая, о чём он. — Она просто мой телохранитель. А я — обычный барон.

Громила усмехнулся:

— Ну-ну. Не хочешь, не говори.

Я только плечами пожал, мне действительно нечего было больше добавить.

В итоге капитан не стал нас сопровождать в академию лично, отправил откачанного Йонаса. Тот косился на Асил всю дорогу, но слова лишнего не сказал. Чем ближе была академия, тем молчаливее становилась и Астрит. Когда мы попрощались с Асил и зашли в общежития, она вообще ни слова ни сказала ровно до того момента, как за нами не закрылась дверь комнаты.

Я сел на кровать и пытливо уставился на девушку. Больше прав на секреты у Аст-Астрит не осталось, либо мне откроется правда, либо я потеряю друга. Астрит сначала металась по комнате, затем замерла по центру, а под конец с обречённым видом приселяя на краешек моей кровати.

— Прости, — почти прошептала она. — Я не хотела тебя обманывать. Я столько раз пыталась тебе рассказать…

— И что же мешало? — я посмотрел на неё, Астрит не выдержала взгляда, отвела глаза, опустила голову.

Светлые волосы упали на лицо, я же в который раз удивился, насколько у этой девушки изящная шея… Так, не отвлекаться!

— Не получалось. Я боялась, что ты… — она замялась, пытаясь подобрать слова и отчаянно краснея.

— Ладно, с этим понятно, — меня в первую очередь интересовала причина. — Зачем был этот маскарад? Зачем притворяться парнем, если ты северная принцесса?

Она вздохнула, её лицо посерьёзнело, поднятые на меня глаза сверкнули.

— Моя страна умирает. Северные ветра стали более жестокими, земля скуднеет, рыба обходит берега стороной, а дальше в море стало всё больше опасностей. Мои люди хоронят детей, так не должно быть, — её голос задрожал и сорвался.

Я кивнул, стараясь поддержать.

— Мои родители не хотели отпускать меня учиться в академию империи, считали, что меня отсюда не выпустят, если узнают, кто я.

— Небезосновательно, — хмыкнул я, с нервной дрожью вспоминая арбалетчиков.

— Но я хочу помочь своим людям. Нам нужны сильные погодники. И… и вдвоём мы сможем всё исправить! — в глазах Астрит заплясали искры.

Я вынужденно покачал головой:

— Не выйдет, — но видя её потухший взгляд, тут же поправился. — Не сейчас. Я действительно кое-что задействовал там, на складе, и на данный момент мой резерв не в лучшем состоянии, я не смогу творить магию так, как раньше, некоторое время. Да и знаний у нас пока что недостаточно, чтобы помогать целой стране. Необходимо доучиться.

— Конечно! — она улыбнулась, встала и направилась к своей кровати, успокоенная моим косвенным согласием. Добавила, стоя спиной: — Так ты прощаешь меня?

Вздохнул, пожал плечами: смысл скрывать, если я давно уже знал ответ на этот вопрос.

— Да, что ж с тобой поделаешь.

Астрит шумно выдохнула, но я чувствовал в её голосе улыбку:

— Спасибо.

Я невольно отметил, что теперь при мне у бывшего соседа поменялась походка, она стала сильнее качать бёдрами…

— Астрит, — позвал я негромко, предчувствуя надвигающиеся на меня проблемы. — Как мы теперь будем жить вместе?

Она обернулась, непонимающе посмотрела.

— Так же, как и раньше. Для всех я так и останусь Астом. Ты же сохранишь мою тайну?

Я кивнул, но мысленно покачал головой. Для всех-то ты Аст, но для меня-то ты теперь Астрит…

Глава 3

Все зло от…

Да, жить в одной комнате с девушкой оказалось непросто. Если раньше она краснела при виде моего обнажённого торса, то теперь я невольно бегал глазами, то прикипая к её оголённым плечам, то старательно отводя глаза от обтянутых брюками бёдер. Долгое воздержание сказывалось на фантазии, в итоге иногда по утрам приходилось подниматься раньше Астрит, чтобы успеть до её пробуждения постоять под холодным душем, смывая голодное возбуждение под скабрезные шуточки наставника в голове.

Астрит же, то ли в силу возраста, то ли из-за высокого воспитания, моё состояние не замечала или не понимала. Её поведение наоборот изменилось в сторону доверия, она перестала перематывать грудь по вечерам, когда мы оставались только вдвоём, стала спокойнее переносить моё нахождение в непосредственной близости от себя. Меня подобное одновременно и радовало и приносило лёгкое неудобство, ибо приходилось воевать с собой, когда рука так и тянулась поправить её волосы или стереть чернильную полосу с лица.

В очередной вечер, когда мы работали над отработкой написания нового заклинания, я всё-таки не удержался и провёл пальцами по мягкой коже её щеки, убирая неосторожный чернильный росчерк. Невольно сглотнул, когда её большие глаза, переливающиеся от серого к голубому, поднялись на меня.

— Ты испачкалась, — проговорил слегка севшим голосом.

Она тут же потёрла щеку рукой и улыбнулась мне, открыто кивая:

— Спасибо.

Но между нами словно змея проползла после первого же занятия по практической погодной магии. Я только под успокаивающие увещевания наставника смог с огромным трудом воспроизвести заклинание призыва и формирования дождевого облака, да и то не вышло осилить всю территорию, которую заявил преподаватель. Ирихон странно на меня покосился, но ничего спрашивать не стал, зачётный минимум я выполнил, а потому он продолжил работать с остальными, мне же пришлось отойти в сторонку и присесть на лавку, чтобы унять бешеное сердцебиение, сопровождающее боль по всему телу.

— Что с тобой? — раздался рядом взволнованный голос Астрит.

Но я только покачал головой в ответ, не желая отвечать.

— Это из-за того случая на складе, да? — девушка не отставала, продолжая требовать ответа. — Ты так и не сказал, что тогда сотворил. Что это была за воронка, которая поглотила всё?

— Понятия не имею, о чём ты, — дёрнулся в ответ. — Я призвал только смерч, который должен был отклонить болты. А что там эти парни утроили, из-за чего весь склад исчез, и как тебя перенесло ко мне, я не знаю.

— Но ты же первый закричал, что нам надо бежать! Что ты там заметил? — Астрит перешла на шёпот.

— Ничего, я же тебе сказал! А бежать нужно от десятка арбалетных болтов, ты так не считаешь⁈ — резко встал я, с раздражением смотря на девушку.

Астрит зло сузила глаза, развернулась и ушла. Больше она ко мне с такими вопросами не приставала, но я часто ловил её взгляд в моменты, когда меня скручивала боль.

Однако от преподавателя мне вроде бы удалось скрыть своё состояние, потому как под конец занятия он лишь сделал объявление, а не стал задавать мне неудобные вопросы.

— Вы все уже знаете, что в конце учебного года вас ждут испытания, — начал он, а ответом ему был согласный гул. — Но мало кто из вас осведомлён, что раньше них все первокурсники участвуют в ежегодной выездной практике. Это тоже своего рода испытание, но не на результат обучения, а на приз. Учиться лучше в соревновательной среде, и именно это мы вам и готовим.

Сидевший на корточках я распрямился, с интересом вслушиваясь.

— Каждый год устраиваются гонки на канале, который проходит через всю столицу, — продолжил Ирихон. — Вам будет выделено вот такое плавсредство, — он шагнул в сторону, указывая на небольшую продолговатую доску метра полтора в длину с тонкой мачтой и маленьким парусом. — Вы должны будете преодолеть весь канал, помогая себе магией.

— А что за приз достанется победителю? — раздался вопрос у меня из-за спины.

— Победитель получит приглашение на бал у самого императора. Ну и всеобщую славу, — иронично усмехнулся преподаватель.

Все зашептались: побывать на балу высшей знати — это довольно серьёзный приз. Показать себя перед этими людьми, как талантливого мага, многого стоило.

— Не все видели канал по всей его длине. Полюбуйтесь, — Ирихон развернул перед нами карту, и все кинулись рассматривать довольно извилистый маршрут предстоящих гонок.

— Ну хоть что-то толковое в этой программе обучения осталось, — в своей ворчливой манере оценил Раззарт.

Во мне было проснулась радость и стремление тренироваться, как вдруг резкая боль напомнила о том, что сейчас я никому из них конкуренцию не составлю. Полный разочарования, вечером я чуть не разнёс комнату, когда понял, что наставник не шутил, говоря о том, что такие ограничения могут действительно преследовать меня весь ближайший год. В одном он был прав: на учёбу хватало, пусть на один из самых худших результатов и с крайне неприятными ощущениями, но оставшегося резерва было достаточно, чтобы преподаватели на меня не жаловались.

— Когда я пойму, что твой дар стал стабильным, я сниму ограничения, — Раззарт пытался немного успокоить меня.

— И как ты это поймёшь⁈ — взорвался я криком, не выдерживая переполнявшей меня горечи от разочарования.

Я только относительно привык к своей магии, только у меня начало получаться ею управлять, я стал добиваться успехов, мне даже удалось одно из сильнейших древних заклинаний, на которое способны далеко не все, но после этого меня словно макнули головой в выгребную яму! Ощущать себя на дне после того, как летал в вышине, было просто невыносимо.

— Мы с тобой связаны, я вижу твой дар. И сейчас он похож на нечто рваное, — со вздохом проговорил древний дух. — Нужно время для его восстановления…

— Сколько? Сколько мне ещё терпеть такое, как сегодня⁈ Я ни одно заклинание нормально не могу воспроизвести, не сжимая зубы! — взвился я.

Старик молчал: либо у него не было ответа на мой вопрос, либо он просто не желал продолжать бессмысленный, полный моих эмоций разговор.

— Я ещё изучаю, что именно с тобой случилось. Может быть, тебе смогут помочь в вашем лазарете, — всё-таки произнёс наставник. — Но я бы не стал на это надеяться…

Именно в этот момент Астрит умудрилась появиться в комнате после своей очередной ночной прогулки.

— Где ты была? — грубо спросил я, не успев остыть.

— Мне необходимо было выйти в город, — девушка бросила на меня настороженный взгляд, окинула глазами вывернутые ящики из моей тумбочки, валяющийся около двери в ванную стул. — Что ты здесь устроил?

— Ты сдурела⁈ Тебе понадобилось выйти в город, когда тебя ищут убийцы⁈ — я разъярился, взгляд заметался, но тут наткнулся на часы. — Как ты вообще смогла пройти мимо охраны в такое время⁈

— Прилежным студентам делают поблажки, расширяя время контроля, в отличие от… — она запнулась, но договорила уже тише: — проблемных…

— Конечно, у тебя же проблем нет, — скривился я, складывая руки на груди.

— Меня есть, кому охранять, Бернт встречает меня и приводит обратно! И вообще, у меня есть свои дела, никак не связанные с тобой. Это дела моей страны, которые тебя не касаются! — Астрит посмотрела с вызовом.

— Ещё недавно ты хотела, чтобы эти проблемы мы решали вместе! — напомнил прошедший разговор.

— Хотела, но теперь вижу, что тебе действительно нужно восстановиться, ты что-то сотворил с собой и теперь неспособен мне помочь! — выпалила она на одном дыхании. — Почему ты на меня кричишь⁈ Кто вообще позволил тебе так со мной разговаривать⁈

Меня словно ледяной водой окатили, взгляд остановился на её серых глазах. Мало мне было того, что я сегодня промучился всё занятие, так сейчас ещё слышу подобную оценку моих способностей… от кого? От друга? Аст был мне другом, а вот кто она? В одно мгновение перед глазами промелькнуло воспоминание: вот в неё направлены боевые тяжёлые арбалеты, вот я на одном дыхании произношу древнее заклинание, спасая жизнь ей и всем её людям. А вот буквально через час меня сковывает и разрывает на части боль от простейшей магии, которая раньше давалась так же легко и естественно, как дыхание.

— Кто? — повторил я за ней, резко понизив громкость. Внутренности словно льдом сковало, а вот голова пылала, будто кто-то загнал огонь под кожу. — Да, действительно, никто, — говорил, словно прожевывая каждое сказанное слово, потому что челюсти приходилось разжимать с усилием. — Я ж теперь тебе бесполезен, какой смысл…

Лицо Астрит вдруг изменилось, вытянулась, она качнулась ко мне, но я понимал, что если ещё немного пробуду здесь, то меня просто разорвёт изнутри. Кивнул сам себе и стремительно покинул комнату. Под крик коменданта в спину быстро вышел из общежития, сразу же заворачивая к парку. Набирая скорость, пролетел его насквозь и остановился только на излюбленном месте около обрыва. Тишина зазвенела в ушах, я слышал лишь собственное дыхание.

— Я же… всё потерял… из-за неё!.. — так и рвался хрип из глотки.

— Из-за неё ли? — раздался голос старика. — Разве она просила от тебя такой неразумной жертвы? Разве девушка что-то от тебя требовала?

— Нет, — медленно выдохнул я, честно отвечая на вопрос наставника и постепенно успокаиваясь. — Нет…

Ночной ветер остужал голову, холодил вспотевшую спину под рубашкой. Присев на край обрыва, я взлохматил пятернёй отросшие волосы.

— Да, других виноватых нет, — усмехнулся я. — Я просто сделал это ради друга. Даже не для неё, а для Аста. Но сотворил это сам, тут ты прав. Перекладывать ответственность на Астрит низко, — кивнул. — Я не хотел потерять Аста. Но, судя по всему, мой друг так и остался на том складе, пронзённый десятком болтов…

— А ты всё-таки не безнадёжен, ученик, — создалось впечатление, что Раззарт похлопал меня по плечу. — Потерпи. Все пройдёт, и это тоже. Ты довольно талантлив. Думаю, восстановишься быстрее, чем другие, но процесс всё равно будет длительным.

В комнату я вернулся, обойдя разъярённого коменданта, уже за полночь. Астрит тёмным комочком лежала на своей кровати и на моё появление никак не отреагировала: то ли спала, то ли просто не хотела говорить. Я, впрочем, разделял подобное желание.

На следующее утро я спокойно поздоровался с Астрит и ушёл на занятия раньше, чем она привела себя в порядок, совершая более длительные водные процедуры. Она тихим голосом отозвалась в ответ, не стремясь развивать разговор и старательно отводя глаза.

На редких занятиях по истории магии нам обычно рассказывали различные легенды о том, как именно боги наделили людей магией. Как сочли нас достойными и снизошли, являясь высшими существами. Я слушал это с лёгким скептицизмом, потому что при общении с Фраусом у меня не складывалось ощущение, что я говорю с кем-то высшим. Он мне казался неимоверно хитрым, но человеком. Всегда себе на уме, ему очень подходило его временное вместилище руководителя торгового квартала. Может, конечно, старшие боги обладали другой аурой, но я помнил их явление на арене, их общение с ректором, и всё ещё не находил в себе того трепета, который когда-то испытывал. После открытой на меня охоты старших династий, мне вообще не хотелось взаимодействовать хоть с кем-то из них.

Сегодня нас решили просветить на тему аватаров, и я в кои-то веки слушал внимательно, потому как на выходных у нас с Кассандрой был запланирован поединок: старшекурсница наконец-то нашла время в своём плотном графике и решила взять с меня плату за первичное обучение алфавиту. Я уже мысленно готовился терпеть боль, но от поединка отказываться не планировал.

— Аватары — это избранные богами люди. Они наделены особыми качествами как сами по себе, так и при помощи богов, — вдохновенно начала Рияви, взмахнув руками. На первом курсе у нас пока что была парочка потенциальных аватаров, но подтверждённых не было, так что все слушали с интересом. — Сливаясь со своим аватаром, бог способен наделять человека физическими навыками, взятыми из прошлых тел, делиться памятью, раскрывая местоположение различных кладов и сокровищ, которые находили его предшественники, — преподавательница улыбалась, рассказывая нам легенды как сказки на ночь. — Первые карты мира составлены и уточнены именно аватарами богов.

— А почему тогда аватары не забрали себе все сокровища мира, если за тысячи лет боги в их телах побывали на всех материках? — задал вопрос простодушный Торн. — Озолотились бы, какой смысл знать о них и не забрать?

— Во-первых, боги не могут управлять аватарами напрямую постоянно, поэтому для вместилищ всегда выбираются люди целеустремленные, которые не могут сидеть на одном месте, довольствуясь малым, — наставительно произнесла Рияви. — Они сами по себе одержимы какой-то целью и на достигнутом никогда не останавливаются: учёные, исследователи, путешественники, одарённые, ищущие знания.

Я невольно вспомнил Кассандру и её стремление сражаться со мной из-за моей силы, кивнул, соглашаясь с преподавательницей.

— Но есть ограничения. Боги не могут вселяться в членов императорской семьи, в военных, и не могут пользоваться своим вместилищем длительное время, иначе они просто убьют аватара своей непомерной силой. На сегодняшний день официально было зафиксированное вселение бога через аватара только на три с половиной минуты. Боги могут являться и сами по себе в наш мир с помощью проекций. Ученые полагают, что у богов есть ограничитель, она не могут бесконечно бродить по земле в виде своих проекций, только на — очень короткий миг. Возможно, даже короче, чем длительность вселения в человеческое тело. Так же боги не могут делиться знаниями о магии, только чистой энергией.

— Но как это возможно, чтобы кто-то ограничивал богов, если они стоят над всеми? — раздался вполне резонный вопрос.

— Вам ещё многое предстоит изучить. А теперь прошу всех спуститься к озеру, где пройдёт практическая часть занятия. Преподаватель Ирихон уже просвещал вас на тему гонок, которые предстоят вам в скором времени? — с лёгкой улыбкой произнесла Рияви, переводя тему и первой выходя из зала.

Что ж, и это тоже было ответом: никто прямо сейчас нам объяснять ограничения богов не будет. Либо этот вопрос ещё не изучен толком, либо нам в принципе не положено знать подобную информацию по возрасту, а кому-то, может, и за всю жизнь не узнать правды.

Занятие с этим подобием лодки далось мне тяжело. Держать равновесие, подгоняя доску сразу двумя стихиями с помощью коротких заклинания или простых проявлений магии и раньше-то было бы для меня непросто, я ещё не поднаторел в многозадачности, но сейчас это было просто ужасно. Любой магический всплеск отдавался болью, я работал на чистом упрямстве, но и его не хватило надолго, так что в воде я оказался одним из первых.

Впрочем, с первого раза получилось лишь у немногих, что меня хоть как-то успокоило. После практики нас можно было выжимать и отряхивать от песка, так что всей гурьбой мы направились в душ. В раздевалке я заметил вполне ожидаемую вещь: Астрит сидела на лавочке и ждала, пока все помоются, старательно делая вид, что упражняется с водой и не смотрит по сторонам.

И пусть между нами сейчас были не самые тёплые отношения, я дождался выхода остальных вместе с ней, после этого сполоснулся сам, специально задерживаясь в раздевалке, пока она не помоется.

Натянул штаны, стараясь не думать о том, что за стеной плещется красивая обнажённая девушка. Звук воды прекратился, я взялся за рубашку, чтобы лишний раз не смущать Астрит, она и так тут сидела вся красная, как вдруг дверь открылась, и в раздевалку зашла Кассандра.

— Ты дверью ошиблась, — грубовато прокомментировал я её появление.

— Да нет, я вполне по адресу, — с лукавой улыбкой произнесла она, оглядывая пустое помещение. — Хотела уточнить насчёт боя.

— Всё по плану, в первый же выходной, как договаривались, — я пожал плечами, невольно пристывая взглядом к объёмному бюсту, обтянутому рубашкой: положенной мантии на дуэлянтке не было.

— Но тут что-то забродили слухи, что у тебя начались проблемы с учёбой, — протянула она мурлыкающим голосом, подходя ближе. — Так, может, тебе нужна помощь? — она оказалось так близко, что её грудь коснулась моей обнаженной кожи.

— Нет, благодарю, — хрипловато ответил я, понимая, что мне понадобится ещё один душ, на этот раз холодный. — Справляюсь.

— Да не стесняйся ты, тут всё равно никого нет, — отпрянула девушка, со смехом в глазах смотря на меня. — Ты же нашёл себе другой род, можешь больше не смотреть на то, что мой род относится к Шентри.

Я было открыл рот, как вдруг из мойки донёсся звук упавшего на плитку ковша. Кассандра приподняла бровь, хмыкнула и удалилась из раздевалки.

Я же, не глядя, прошёл в моечную, бросив через плечо:

— Выходи, там больше никого, — сам же включил душ, выкрутил холодную воду и встал под него, прерывисто дыша.

Ощущая себя ущербным в магии, я налёг на тренировки с Асил и мастером клинков, постепенно замечая, что стал выходить победителем в трёх боях из десяти. Уматывался так, что возвращался в комнату на полусогнутых и засыпал в полёте до подушки. Астрит зачастую на тот момент ещё даже не являлась из своих прогулок по городу.

Если раньше я был слепым глупцом, то теперь стал таким по собственной воле: не задавал вопросов, не замечал странностей. Астрит уходила сразу после занятий, а возвращалась поздно, зачастую я уже десятый сон видел. Что ж, она была права: проблемы её страны меня не касались, да и у неё здесь был целый отряд элитной стражи. Если их всё устраивает, то почему я должен волноваться? Всё вполне логично, только почему-то внутри от такого становилось пусто и холодно.

На магических практиках я старался держаться подальше от преподавателей, но мои недостатки не укрылись от других внимательных глаз. И интерес, который в них раньше ярко пылал, стал постепенно угасать, пока не иссяк совсем. Накануне выходного Кассандра подошла ко мне и прямо сказала:

— Завтра на арену можешь не приходить.

Я удивлённо посмотрел на неё:

— Но почему?

— Потому что я тебя там просто убью, а смертей первокурсников в этом году уже хватило, — она поморщилась. — Я не знаю, Арх, что с тобой случилось и где тот запал и сила, которые я видела раньше, но сейчас ты интереса, как противник, для меня не представляешь. Подучись немного, потом поговорим.

Я стоял, словно громом поражённый, смотря на её удаляющуюся спину. Спасибо, что хоть момент для подобного признания она выбрала такой, когда рядом никого из студентов не было…

Мне стало казаться, что мой мир внезапно сузился. Я даже с Катрин поговорить не мог, сестра почти всё время проводила со своим новым ухажёром и, кажется, была совершенно счастлива. Я был рад за неё, а потому не торопился омрачать настроение своими проблемами.

Раньше у меня всегда под боком был Аст, мы многое могли обсудить, и пусть он казался мне странным, но другом был хорошим. С Астрит так не вышло. В итоге меня словно засосало в воронку и стало с большой скоростью закручивать по кругу: я вставал, ел, тренировался, что-то учил, снова тренировался, ел и спал. Как какое-то зацикленное заклинание.

Моим единственным собеседником был наставник, который, кажется, проникся сочувствием к моему состоянию, и честно пытался на магических практиках давать советы по минимизации боли и затрат магии на простые действия. Несмотря на все трудности, я пытался хоть как-то готовиться к гонкам.

* * *

В день соревнований нас вывезли к началу канала. Торжественную часть я благополучно пропустил мимо ушей, кто-то из администрации императора поздравлял нас с… а с чем именно, я так и не понял из его туманной и прославляющей империю речи.

Канал шумел, по ширине он напоминал небольшую реку, так что весь наш курс мог спокойно уместиться на его ширине, стоя при этом шеренгой в полуметре друг от друга. Я оказался самым крайним слева, правее меня стоял Торн, дальше была Астрит, за ней Тобиаш, который косился в мою сторону.

Стоя напортив своей доски с опущенным парусом, которая качалась на волнах, удерживаемая незнакомым мальчишкой, я чувствовал себя примерно так же. Нашёл глазами на трибунах Катрин, но она не смотрела на меня, болтая с парнем. Со вздохом глянул на Астрит, но та упёрла свой взор в воду, закусив губу.

Меж тем представитель администрации закончил говорить, трибуны взревели, когда начали называть участником и их номера. Там уже вовсю разыгрывался тотализатор, зрители активно делали ставки на победителя. Мне же на этом празднике жизни отводилась роль наблюдателя, своего имени на тотализаторе я практически не слышал, с большим отрывом лидировал Тобиаш, за ним, как ни странно, шёл Торн. Видимо, парень покорил сердца местных дам высоким ростом и развитой мускулатурой.

Насколько я знал, люди столпились посмотреть на зрелище не только здесь, берега канала были усыпаны горожанами, желающими увидеть гонку.

Вокруг было столько народу, а мне чудилось, что я окружён коконом пустоты, которая отгораживала меня от остальных. Казалось, ни одного взгляда не было направлено на меня, всё проходило мимо, словно я вообще не существовал.

Но всё-таки две пары глаз смотрели в моём направлении. Профессор Рияви поймал мой взгляд и подмигнул. Несмотря на проблемы, которые я приносил академии, этот старик продолжал поддерживать меня и интересоваться моими успехами. Вторым, чьё внимание было приковано ко мне, был… Фраус. В своём неизменном чёрном фраке он стоял неподалеку от Рияви и сдержанно улыбался мне, подкидывая в руке монетку. Что-то мне подсказывало, что он не прошёл мимо тотализатора. Интересно, на кого Фраус поставил? Что ж, в сложившейся ситуации, это уже вселяло в меня какую-никакую, но надежду.

Тут на основную трибуну поднялся распорядитель гонок, ударил в огромный бронзовый гонг и заявил:

— Минутная готовность до старта!

Что ж, счёт пошёл на секунды. Я невольно нашёл глазами Астрит, внутренним чутьем ощущая, как к ней движется чужой порыв магии. Дёрнулся было помочь, открыл рот, чтобы предупредить, но тут раздалось:

— Три!

— Два!

— Один!

— Старт!..

Глава 4

Наших бьют!

— И эту боль мне придётся терпеть постоянно? — процедил я сквозь зубы, упираясь мокрой спиной в ствол упавшего дерева.

Ночные сумерки, окутывающие обрыв, скрывали меня от комендантского патруля, позволяя спокойно тренироваться с наставником.

— Придётся, парень, — со вздохом отозвался Раззарт. — В лазарет идти нельзя, сам понимаешь.

Да, я всё прекрасно понимал: старик выяснил, что целители могут мне помочь с проблемой каналов, только вот через пару дней после происшествия с Астрит по городу поползли слухи о том, что городская стража перетряхивает всех относительно сильных магов и проверяет их состояние. И в этих слухах фигурировал пропавший склад и какая-то пострадавшая старушка, которая неосмотрительно протянула руку к воронке. В итоге её рука ниже середины плеча просто перестала существовать.

Пострадавшую мне было жаль, но ничем помочь я тут всё равно не мог, да и её лечение оплатили в государственной клинике за дачу самых подробных показаний. По крайней мере, так говорили слухи: я сам высовываться в город сейчас вообще не рисковал. Астрит косилась на меня, но вопросов больше не задавала, мы вообще почти перестали общаться, пусть и продолжали жить в одной комнате, но как будто в разное время. Однако по настоянию древнего духа я первым завёл разговор и составил с ней алиби для нас обоих, если вдруг начнут задавать вопросы. Девушка, старательно отводя от меня глаза, выслушала и согласилась. Почему-то мне казалось, что я вижу в её уклончивом взгляде вину.

Раззарт описывал состояние моего дара как некое воспаление каналов, по которым текла магия внутри тела. И утверждал, что пользоваться ими сейчас категорически нельзя, иначе положение только усугубится. Более-менее здоровых потоков было очень мало, но именно по ним пока что направлял дар наставник, позволяя мне творить магию хотя бы ограниченно. И с этим запасом я пытался хоть как-то подготовиться к предстоящей гонке.

— Что за невезение, то с контролем были проблемы, теперь вот с магией в целом! — в сердцах ударил кулаком по холодной земле. Я уже научился правильно говорить с наставником мысленно, но, будучи и так большую часть времени в одиночестве, предпочитал делать это вслух, создавая иллюзию нормального разговора.

— Будь ты хоть немного умнее того пня, на который опираешься, ты бы понимал, что всё в порядке у тебя было с контролем, только вот твой непомерно большой резерв не давал тебе нормально адаптироваться. А эти горе преподаватели так и не поняли, что в первую очередь тебя надо было учить дозировать магию, чтобы она не выходила за рамки твоих навыков контроля.

— Это всё прекрасно, только сейчас это никак не поможет мне выиграть гонку, — отмахнулся я от пространных размышлений старика.

— А тебе так нужен этот императорский бал? — хмыкнул Раззарт.

Я покачал головой, ответил твёрдо:

— Я просто не хочу проигрывать.

— Если бы была возможность отказаться… — начал наставник.

— Но её нет! — отрезал я. — Эта гонка — своеобразный обязательный экзамен, пусть тут и не ставят оценки. На нас будет смотреть вся столица!

— Ну конечно, вы же гордость академии, — сарказм в голосе Раззарта стал почти физически ощутим. — Тебе сейчас нужен максимальный магический покой! Если целители решат обратить на тебя своё внимание, то всё поймут! И ты загремишь в место куда похуже, чем тюрьма.

— Как победить в гонке, не привлекая внимания санитаров, — хмыкнул я тихо.

Но несмотря на весь скептицизм, которым было полно отношение Раззарта к предстоящему испытанию, он помогал мне найти приемлемый выход из положения. Когда я попытался экспериментировать с заклинаниями, стараясь сделать их короче, чтобы не затрачивать так много сил, то что-то напутал и отключился. В себя пришёл под громкое ворчание старика, узнал даже пару новых синонимов слова «тупица» на старом наречии.

— Если ты так хочешь себя убить раньше положенного срока, то просто сделай пару шагов к обрыву и прыгни! — разошёлся Раззарт.

Я терпеливо переждал волну слабости и поток негодования древнего духа.

— Так подскажи мне способ, как не быть последним и при этом не увеличить нагрузку на свой дар! — попросил, вскидывая глаза к ночному небу в связи с отсутствием альтернативы. — Ты же всё бухтишь на современное обучение, так предложи что-нибудь из великого древнего арсенала!

Выпалил чисто чтобы выговориться, но старик неожиданно надолго замолчал. Я подождал, походил по кромке обрыва, со смешком представляя, что действительно могу упасть и свободно полететь вниз в черноту.

— Знаешь, а предложу, — заставил меня вздрогнуть его неожиданно раздавшийся голос. — Есть один нюанс, который мы можем использовать.

— Это какой же? — заинтересовался я, отходя от края.

— Сейчас тебе подойдёт далеко не каждое слово силы, да и не только им можно сузить зону влияния стихии, но и изменив сам объект её приложения. Если ты прикажешь капле воды испариться, а затем снова выпасть дождём, то это одно, а если попытаешься сделать то же с озером, то твой резерв будет уничтожен. Пример, конечно, грубый, но смысл, я думаю, ты уловил. Твоё судёнышко для гонок само по себе довольно неустойчиво, но в этом и основное предназначение предстоящего соревнования — научить вас балансировать не столько физически, сколько магически. Вы должны будете взять под контроль две первостихии: вода поднимет волну, ветер даст силы парусам, они обе в балансе смогут удерживать доску, не давая ей опрокинуться. Пусть в малых долях, но это очень тонкая настройка, особенно когда речь идёт не о индивидуальной, а о массовой гонке. Там вы будете невольно мешать друг другу, особенно погодники, для которых характерен размах работы со стихией, — чем больше говорил старик, тем сильнее я слышал в его голосе пробуждающийся азарт, и мои губы сами собой растягивались в улыбке. — Мы подерём тебе слова не просто из древнего языка, а из его диалектов, которые сейчас, судя по всему, уже забыли. За основу, насколько я понял, у вас взяты три вариации самых обширных степных регионов. Но это не всё богатство древнего языка, раньше у каждого небольшого народа была своя зона обитания, и появлялись слова, характерные только для них. Но в целом, слов было гораздо меньше, чем в современных языках. Сейчас у вас столько слов можно подобрать для одного только значения: разделить, разомкнуть, разбить, растащить… С точки зрения приложения магии это практически одно и то же. У древних такого разнообразия не было.

— И как же тогда общались? — я вырвал травинку, закусил её, с любопытством слушая древнего духа.

— Ну, я не жил в настолько стародавние времена, когда на языке древних говорили, а не призывали магию, — хмыкнул старик. — Но ходят слухи, что древние подкрепляли свои слова чёткими мыслеобразами, поэтому им и не нужно было детально описывать что-то. Их слова не имели интонации, они разделяли речь и эмоции. За эмоциональную окраску отвечал образ. Когда магию творили мы, мы это понимали. А сейчас всё в кучу, да ещё и поделённое в разы.

— И ты научишь меня правильно использовать магию?

— Да, как только ты восстановишься и ещё немного доучишься. А сейчас мы составим для тебя максимально точные и короткие заклинания, которые ты будешь применять на своей гонке, раз уж так рвёшься. Я помню далеко не все диалекты, но что-нибудь для тебя мы подберём даже из моей дырявой памяти.

После этой тренировки я вернулся в комнату очень поздно, дико уставший и как будто чувствовавший каждый свой магический канал, ноющий от боли. Стоило мне открыть дверь, как тут же встретился с пылающими серыми глазами.

— Где ты был⁈ — прошипела Астрит.

— Тренировался, — я пожал плечами, шагнул к своей кровати, стягивая мокрую от пота рубашку через голову.

На этот раз девушка и не подумала отвести взгляд.

— Так поздно⁈

— Проблемных учеников не выпускают из города, но никто не ловит нас, прочёсывая местность. Так что это не стоит твоего волнения, — сил на эмоции уже не было.

За моей спиной раздались быстрые шаги, скрипнула кровать. Обернувшись, я увидел спину улёгшейся и накрывшейся одеялом с головой Астрит. Белый кот, лежавший около её подушки, смотрел на меня с осуждением. Мне и самому было тяжело, но я не мог понять, как исправить сложившуюся ситуацию. Казалось бы, ну поссорились, бывает, можно же и дальше нормально общаться. Помириться, в конце концов. Но почему-то не выходило, между нами словно ледяная стена воздвиглась. Каждый разговор заканчивался вот так: замолкал или я, или она, а стена словно становилась всё прочнее.

…— Два!

— Один!

— Старт!

Прозвучал гонг, и все пружинисто прыгнули на свои доски, тут же призывая стихии, и направляя их вперёд. Астрит легко ушла из-под чужой ловушки, пригибаясь и невесомо соскальзывая на лодочку. Её парус тут же распрямился, послушный ветер толкнул его дальше по маршруту.

Отвлёкшись на девушку, свой старт я безбожно проморгал. Прыгнув на доску, не рассчитал вкладываемой в призыв волны силы, дал слишком мало, упругости волны не хватило, и я вместе с доской с головой ушёл под воду. Холод на мгновение сковал всё тело, но я был готов к тому, что вода в канале отнюдь не летняя, в два гребка вернулся к поверхности. Стоило вынырнуть, как в уши тут же ворвался разочарованный гул трибун. Рядом с плеском упал помидор, поднимая искрящиеся брызги.

— Какое позорище! И ты ещё хотел что-то там выиграть⁈ — раздался разочарованный голос старика в голове. — Меня никто не видит, но знай, что я сейчас краснею из-за тебя.

— Так дай мне доступ ко всей моей магии, и я смогу составить конкуренцию любому! — рыкнул я в ответ, забираясь на всплывшую доску и заставляя волну подхватить её.

Скользя ботинками по древесине, поднялся, вцепился в мачту. Немного не рассчитал, что остальные создали волны, чуть снова не оказался в воде, но удержал равновесие, призывая водную стихию на помощь и выравнивая лодочку.

Ещё один короткий призыв, и вот порыв воздуха заставил тяжёлый мокрый парус пусть с трудом, но распрямиться, и лодка начала постепенно набирать скорость.

— Я тебе уже сотню раз говорил, что не позволю пользоваться всеми каналами! — вспылил Раззарт, раздражённый моей настойчивостью. — Через пару недель сделаем первые проверки, только тогда, может, и открою часть.

— Но мы проиграем гонку! — я впился взглядом в виднеющиеся в нескольких метрах от меня белые пятна парусов сокурсников.

Мотнув головой, отстранился от гула толпы на трибунах, иначе он заглушал не только наставника, но и собственные мысли.

— Да плевать я хотел на твою гонку! — выпалил Раззарт.

Выругавшись, я скинул мантию, чтобы избавиться от лишнего мокрого груза. Как мог стер с себя воду ладонью, отжал волосы, второй удерживаясь за скользкую мачту.

— Ты ещё рубашку сними, вдруг соперницы от вида твоего голого тела придут в восторг и сами в воду попрыгают, — съязвил наставник.

— Да пошёл ты! — не выдержал я. — Либо замолчи, либо помогай, мы же проигрываем!

Раззарт только хмыкнул в ответ:

— Да пусть тебя хоть отчислят из этой вшивой академии, я всё равно научу тебя лучше, чем эти бездари.

Мысленно отмахнувшись от старика, я стерпел боль и добавил силы в разгон, применяя составленные заранее заклинания, заметно ускоряясь и постепенно нагоняя самые последние лодки. Судёнышко подскочило на очередной волне, я с трудом удержал равновесие.

— Чувствуй стихию, дурень, а не просто командуй! Ты не каналами это делаешь, так что хватит ныть, что тебе силы не хватает! Успокойся, не рви жилы, маршрут только начался! — прикрикнул Раззарт. — Они не так далеко уплыли!

Послушаться его совета было тяжело, всё внутри меня так и рвалось скорее оказаться ближе к соперникам, но я, пусть и с трудом, смирил бушующий в голове пожар. Коротко выдохнул, гася азарт и вспоминая всё то, что мне месяцами вдалбливали на медитациях. Раскинул сеть, призывая стихию откликнуться на мой магический зов. Медленно разжал одеревеневшие пальцы, отпуская мачту и позволяя ветру удерживать себя. Чуть не слетел в воду, но совладал, подстраивая требуемую силу потока воздуха. Взмахнул руками, создавая волну не только на носу лодки, а подхватывая доску целиком и устремляя её вперёд. Я как будто сам стал той волной, несущей судёнышко.

— Во-от, уже лучше, похоже на правду, — одобрительно оценил наставник. — Ты не лодочник, парень, ты — маг. И довольно неплохой, чего уж тут. Помни об этом.

Скупая похвала вызвала ухмылку на моих губах, я почти забыл про боль, которая сопровождала любой порыв общения со стихиями. Наконец смог хотя бы в какой-то степени ощутить себя частью того, чем пытался управлять. Холодные брызги искрились, попадали на кожу, но меня подогревало стремление двигаться, догонять и опережать.

Я достиг последних судёнышек, залавировал, обгоняя парочку и слыша гневные комментарии в спину. Поравнялся с третьим: высокий плечистый незнакомый мне парень двумя руками вцепился в мачту и с красным лицом таращился на парус. Создавалось впечатление, что он собственными лёгкими его надувал. Заметив меня, он сверкнул ненавидящими глазами и поднажал, опережая меня на полкорпуса.

Впереди был первый поворот, я приготовился к манёвру, успев заметить, что одна из лодок почему-то потеряла управление и прямо ушла в борт канала, так и не войдя в поворот. Рефлекторно убедившись, что жертвой была не Астрит, я заложил манёвр рядом с соперником, как вдруг его нога с размаху ударила по моей мачте. Та жалобно скрипнула, но выдержала, не ломаясь, хвала всем богам от мала до велика!

— Эй, щенок паршивый, что за неспортивное поведение! — взорвался Раззарт в моей голове.

— Это не разрешено! — возмутился я, выравнивая доску и компенсируя последствия удара волной.

— Что не запрещено, то разрешено! — злобно хохотнул парень в ответ. — Ты же любишь нырять, Самвель! Ну так давай, займись подводным плаванием!

Он вновь попытался атаковать мою доску, но на этот раз я ушёл с линии столкновения, невольно пропуская его вперёд.

— Ублюдок! Да чтоб тебя по улице позорными палками гнали, дерьма ты кусок! — разорялся ему вслед старик в голове.

Я невольно рассмеялся, слушая древнего духа. Надо же, как его разъярил этот отброс, меня и то эмоции съедали меньше. Таких ругательств я от Раззарта никогда раньше не слышал.

— Ну-ка бери левее, там течение круче, сможем обойти! — решительно скомандовал он мне вдруг.

Я послушно направил доску влево, балансируя потоком ветра, направляемым в парус. Мантия соперника мелькнула перед моими глазами, но тут течение дало дополнительный разгон, моё судно пошло на обгон и точно встроилось перед ним, стремительно увеличивая разрыв.

— Так его! — с азартом воскликнул наставник.

— Самвель, я тебя придушу, гадёныш! — раздалось в спину.

— Сначала догони! — хмыкнул я, не удержавшись от мальчишеской подколки.

Тряхнул головой, стряхивая брызги с волос: впереди маячило ещё много противников, которых мне нужно было догнать и обогнать.

— Ничего, маршрут длинный, осилим, — прям ощутил, как Раззарт довольно потирает руки.

— Ты ж говорил, что тебе неинтересна гонка, — язвительно заметил я, закладывая вираж и уходя от очередной нападки соперника сзади, который уже дышал так шумно, что я умудрялся слышать его даже сквозь звуки волн, но не отставал от меня.

— Ты давай лодку веди, а не болтай, — отмахнулся от моих слов древний дух. — У нас ещё полно работы!

— Это точно.

Впереди замаячил очередной поворот, более резкий. Наблюдая за соперниками, я заметил, что этот манёвр стоил места в гонке ещё двоим, которые не смогли вовремя развернуть парус.

— Левее держись! — скомандовал Раззарт.

— Да знаю, скорость слишком большая! — кивнул я, совершая манёвр и рассчитывая момент изменения направления несущей меня стихии.

За поворотом шёл широкий мост через канал, образуя некое подобие тёмного тоннеля. Мои соперники постепенно исчезали в нём. Перед поворотом пришлось слегка притормозить, так что тот широкоплечий парень поравнялся со мной, идя нос к носу прямо к мосту. Вдруг он как-то странно махнул рукой и стал тормозить, я успел заметить победную ухмылку на его лице.

Понимая, что происходит что-то не то, я влетел под мостик, не имея возможности резко сбросить скорость. А через мгновение благодарил небо за то, что росту во мне было достаточно: в мачту, а следом и в грудь мне врезалась натянутая веревка, которую я не сумел разглядеть, попав из яркого солнечного дня в темноту тоннеля.

От удара из меня вышибло воздух, доска ушла из-под ног, меня навзничь опрокинуло в воду. Потерявшись в пространстве, не удержался и рефлекторно вдохнул воду, меня тут же начал душить жестокий кашель. В несколько хаотичных гребков я оказался на поверхности, извергая жидкость, казалось, вместе с лёгкими в натужном кашле. Мимо пролетел соперник:

— Ну как водичка, Самвель? — хохотнул он, обдавая меня брызгами и продолжая маршрут.

За ним следовали те, кого я с таким трудом недавно оставил позади.

— Даст… вас… кха… пожри… — пожелал я вслед, нашёл глазами доску.

— Ты же понимаешь, что будь ты на голову ниже, этот удар мог тебя убить? — каким-то странным голосом проговорил Раззарт.

— Уж поверь, прекрасно понимаю, — прохрипел я. — Была бы у меня моя магия, он бы в той водичке захлебнулся!

Сдаваться я не собирался даже сейчас. Подгрёб к доске, выровнял её, оглядел мачту и парус, убедился, что от удара они не пострадали, забрался на лодку, удерживая её заклинанием. Внутри меня клокотала холодная ярость. Но через мгновение я понял, что она принадлежала не только мне:

— Этот сын придорожной шлюхи ради вшивой гонки был готов убить моего первого за тысячу лет ученика⁈ — пророкотал Раззарт так, что его слова отдались болью в голове, но я мысленно сделал зарубку о возможном времени жизни своего древнего наставника. — Да пусть эта ничтожная бездарность обратится в пыль!

Я вдруг задохнулся от хлынувшей по жилам магии. Если раньше не ощущал ограничения, пока не начинал использовать заклинания, то сейчас понял, что моё тело изголодалось по тому, что было его неотъемлемой частью. В тоннеле было темно, но тьма словно расступилась, и уже через мгновение я понял, что свет даю сам — всё тело искрилось от маленьких слепящих разрядов молний.

— Раззарт?.. — прошептал я, тряхнув головой.

— Была не была! Давай покажем этим ублюдкам, что с нами стоит считаться! — голос наставника гремел в голове.

Мои губы невольно растянулись в оскале. Вместе с магией пришла боль, грозившая сломать меня, но я сжал челюсти до скрежета, готовый терпеть до потери сознания, и взмахнул руками, призывая первостихии уже в полную силу.

Глава 5

Одна на двоих

Вылетев из тоннеля на яркий свет, я сначала управлял доской практически вслепую, опираясь на слух и магию. Проморгавшись, первым делом нашел взглядом маячившие впереди паруса соперников.

— Иди по внутреннему краю, нам надо сокращать дистанцию как можно скорее, — скомандовал Раззарт.

Впрочем, я начал этот же манёвр за пару мгновений до его совета, так что разногласий не было.

Догнав идущих в хвосте сокурсников, обошёл их на большой волне, в ответ на меня обрушился целый дождь брызг, но это скорее был акт отчаяния, так как реально повлиять на моё передвижение они не могли, так что я только сплюнул чуть горчащую воду, быстрым движением стёр капли с лица и полетел дальше.

Жилы тянула боль, словно их выдирали из рук, хотелось сложиться вдвое и залечь где-нибудь в укромном уголочке, но я терпел, впившись взглядом в спину, замаячившую впереди.

— Кажется, этого щенка мучает жажда. А страждущим надо помогать, не так ли, ученик? — в голосе древнего духа сквозила кровожадность.

— Не поверишь, но тут я с тобой абсолютно согласен, — усилил давление на стихию, подлетел ближе, и коротким заклинанием понял столб воды под грязно играющим соперником.

Тот только руками взмахнуть успел, подлетая ввысь и тут же с плеском плашмя падая в воду.

— Самвель! — донеслось в спину. — Ублюдок!

— Водичка хороша! Я решил, что тебе тоже стоит оценить! — крикнул я в ответ, устремляясь дальше под злобный смех наставника в голове.

— Теперь только вперёд! — провозгласил он, всё ещё летая на волнах азарта.

В следующий поворот пришлось входить под крутым углом, чтобы не потерять в так ценной сейчас скорости. Пребывая в некоторой эйфории от полного ощущения своей магии, не удержал баланса, доска накренилась, нога соскользнула с мокрой поверхности, пришлось рывком схватиться за мачту.

— Ты что творишь, ветром удерживай, вода тут не поможет, дубина! — тут же сердито заворчал Раззарт.

Я не стал отвечать, выравнивая суденышко. Боковым зрением уловил одну странную деталь, которую раньше либо не замечал, либо просто не было ещё такого: у борта канала на противоположной стороне на волнах качались куски древесины. Зная, что за чистотой воды здесь следят очень строго, предположить, что это обычный мусор, было невозможно.

— Что тут было? — выдохнул, приглядываясь и понимая, что вижу не до конца высохшие следы того, что кто-то полз по покатому борту канала.

— Будь-ка ты осторожнее, — с задумчивой настороженностью посоветовал наставник. — Кажется, сейчас у вас многие пользуются правилом того ублюдка.

— Что не запрещено, то разрешено, да? — процедил я. — Что ж, мы тоже можем…

— Нет! — отрезал Раззарт. — Забыл, что тебе нельзя перегружать каналы⁈ Мы самые короткие заклинания для тебя зачем придумывали⁈

Соблазн был велик, но я решил пока что послушаться наставника и, приблизившись к очередным противникам, просто обошёл их на вираже. Я видел по их осунувшимся лицам, что они устали: судя по всему, рванули в самом начале и уже почти исчерпали себя, потеряв позиции.

— Вот, видишь, о чём я тебе говорил! Канал длинный, береги силы! — проворчал древний дух.

Но я и без него не мог забыть про свои проблемы при всём желании: боль от постоянного использования магии усиливалась, пальцы уже скрючивались против воли, пришлось вновь схватиться за мачту, потому что поддерживать себя потоком воздуха стало слишком сложно.

Впереди забелело множество парусов, у меня получилось догнать большую группу. Я все силы вложил в ускорение, врываясь в основной массив лодочек, лавируя между ними, обдавая соперников брызгами. Невольно всматривался в их лица, ища Астрит, но пока не находил. Где-то в животе холодной змеёй стало скручиваться нехорошее подозрение, что она могла быть владельцем той доски, которую разбили на повороте, но я старался отогнать от себя эти мысли.

Резко пригнулся, уходя от внезапно свистнувшего воздушного удара. Тот, пролетев мимо, сделал своей жертвой мачту пролетавшего мимо Торна. Та треснула пополам, срезанная верхушка полетела в воду, утягивая за собой парус, а за ним и всю доску. Торн с глухим рыком оказался под водой, сбивая сразу две лодочки, идущие за ним.

Резко обернувшись, я увидел широкую улыбку на лице парня из параллельной группы. Без раздумий взмахнул рукой, поднимая под ним волну, опрокидывая доску и дополнительно снося её прямо в борт канала.

Боль тут же пронзила от кисти до плеча, рука повисла плетью, я на мгновение ослеп, но сумел обойти ещё пару противников, вырываясь вперёд и отдаляясь от этого двигающегося блока.

— Ты что творишь⁈ Хочешь сам на дно пойти без чужой помощи⁈ — взорвался Раззарт в голове. — Будь осторожнее! У тебя уже каналы не просто надорванные, там дыра на дыре!

— Ничего, — процедил я сквозь зубы, ощущая порыв холодного ветра на лице.

Зрение полностью вернулось, рука вновь обрела чувствительность, пусть и частичную, но я смог схватиться ею за мачту. Огляделся: лодочек в округе стало гораздо меньше, а вот обломки начали попадаться всё чаще. При пролёте ещё одного скопления из пяти лодок, я стал невольным свидетелем того, как очередного несчастного воздушным потоком впечатало в ограждение канала, его доска с треском разлетелась на части, а самого неудачливого мага чуть не проткнуло обломком мачты. Зрители, которые располагались над этим местом, отпрянули, ахнув, но многие и зааплодировали такому ходу. Меня на мгновение затопило отвращением и желанием смыть эту толпу в канал, но отвлекаться было некогда. Да и не оценят столичные жители подобного, а мне очередная встреча со стражей явно не пойдёт на пользу.

Сотворивший это победно усмехнулся, встретился со мной взглядом, пожал плечами и стартанул вперёд, делая странный знак пальцами.

Уже наученный печальным опытом, я слегка сбросил скорость, и вовремя, потому что две доски передо мной вдруг сошлись вместе, волна подо мной дёрнулась, качаясь и устремляясь куда-то вниз.

— Да как так можно⁈ — воскликнул Раззарт гневно.

Я, сощурившись, влил больше магии, перехватывая управление не только над своей волной, но и над ближайшими водами, и резко поднял вверх края их досок, раскидывая в разные стороны, а сам пролетел по центру: не ожидавшие такого манёвра противники не успели защититься и выровнять свои лодки.

Толпа на трибунах взорвалась криками, но одобрения или порицания — я так и не смог понять. Скривился, переживая судороги, сковавшие тело, но со злой усмешкой пришёл к интересному выводу: сейчас моя степень контроля магии была в разы лучше, чем раньше. Боль, которая сопровождала каждое действие, вынуждала очень точно дозировать усилия, обрывать потоки сразу же после воплощения задуманного и не тратить бездумно свои силы. Такой ювелирной точности у меня не было ни на одном занятии!

— И как ты ещё держишься… — вдруг со странной интонацией выговорил Раззарт.

— А в чём дело? — я, уходя по большой дуге на поворот, обошёл ещё пару лодок.

— Твои каналы на пределе, но почему-то разрыв остаётся на уровне критического, но без угрозы жизни, — произнёс древний дух, словно сам удивляясь тому, что говорил. — Тебя как будто действительно что-то питает. А я ведь думал, что мне показалось тогда…

— Будем считать, что мне везёт, — сплюнул я попавшую в рот воду, тыльной стороной руки вытирая губы.

Анализировать своё самочувствие и слова наставника мне было некогда, все ресурсы уходили на то, чтобы сократить расстояние до следующей группы соперников. Я уже потерял счёт пройденным поворотам и уровням канала, по сторонам смотреть было некогда, поэтому не мог точно сказать, сколько ещё осталось до финиша. Одно я знал точно: никто ещё не финишировал, потому что об этом должен был сигнализировать пушечный выстрел, которой невозможно было не услышать.

Но то, что с резервом не всё в порядке, я стал ощущать сильнее уже через несколько минут. Волна подо мной закачалась, пытаясь вырваться из-под управления, мне стало тяжелее её подпитывать и сохранять текущую скорость. Ветер, надувающий парус, потерял стабильный поток, то врываясь, то спадая, заставляя мокрую ткань практически повисать.

— Сбрось скорость, ты не выдержишь долго в таком темпе! — раздался голос Раззарта.

Но я не мог его послушать, заметив вдалеке следующую группу. Однако стоило мне приблизиться, как я сам невольно затормозил, уходя от чужой волны и с удивлением таращась на происходящее впереди: там шла настоящая бойня.

Воздушные потоки рвали паруса, водяные коконы поднимались в защите, водяные столбы подкидывали доски, но те подхватывались новыми волнами и опускались на канал. Я насчитал шесть лодок, между которыми шла ожесточённая борьба за право прийти первым.

— Кажется, мы добрались до лидеров, — напряжённо проговорил наставник. — И, поверь мне, тебе туда не надо.

— Мы ради этого всё задумали! — не согласился я.

— Я дал тебе доступ к силе, чтобы тебя не втоптали в грязь и не убили на этой гонке! Но речь не шла о том, чтобы с боем прорываться сквозь этот хаос! Я восстановлю ограничения и…

— Только попробуй! — рыкнул я, приближаясь и рывком уходя от атаки.

В ответ бить не стал, только, обогнав, ушёл на более широкую часть канала.

— Послушай, ты не понимаешь…

— Это ты не понимаешь! Не смей трогать мою магию! Иначе камень, который сейчас у меня на груди, отправится на дно этого Дастового канала! — зло выкрикнул я.

Раззарт больше не сказал ни слова, а на меня удивлённо обернулся незнакомый парень, за что его тут же наказал соперник, скидывая в воду воздушным хлыстом. Нацелился на меня, но я поднял волну под ним, желая перевернуть уже проверенным трюком, однако не вышло, противник нивелировал моё воздействие своим.

Хотел обогнать, но не вышло, парень уверенно удерживал своё судно на одном со мной уровне, попутно защищаясь от атак тех, кто шёл чуть дальше.

Мне пришлось поступать так же, головой крутил на триста шестьдесят градусов, пытаясь уловить каждый поток магии в мою сторону.

Во рту появился солёный привкус крови, а за ним и горький — желчи. Тело явно протестовало против подобной нагрузки, но сейчас его мнение не учитывалось.

Внезапное молчание наставника давило, однако у меня не было времени, чтобы выяснять отношения. Отбившись от очередной атаки воздухом, я вильнул и продвинулся чуть вперёд, обращая внимание на лидеров группы, с удивлением видя там… Астрит и Тобиаша! Эти двое никого не подпускали к себе, ведя бой за первое место на некотором отдалении от других. Паруса обоих уже были порваны в нескольких местах, у доски Астрит не хватало переднего заострённого конца, и ей приходилось задирать доску выше, чтобы обломанный край не создавал лишнего сопротивления. Короткие волосы девушки намокли, как и вся её одежда, но она явно продумала этот момент, потому что под тёмной жилеткой, надетой поверх плотной рубашки, не было видно бинтов, стягивающих грудь.

Астрит, закусив губу до крови, отчаянно сражалась с Тобиашем, раздался знакомый треск, кто-то призвал молнию, заряд прошил тело ближайшего ко мне соперника, но не утих, а после падения тела в воду, прошёлся по всем, пусть и ослабев, но будоража внутренности.

— Идиоты, решили всех тут убить⁈ — Раззарт всё-таки не выдержал. — Чему вас только учат в этой вашей академии⁈

Что самое интересное, досталось и самому призывателю, потеряв концентрацию, он тоже пострадал от разряда, чуть не оказавшись в воде.

— Ты только искрить не вздумай! — громыхнул наставник.

Я и не думал… Раньше. Пока не увидел, что канал совершил последний поворот и вышел на прямую, а впереди замаячил финиш: полоска песчаного пляжа, которая сейчас была обставлена трибунами. Гул толпы стал громче, люди начали скандировать номера, под которыми в гонке числились Астрит и Тобиаш.

Я пристроился пока что на пятом месте, вышибая последнего подальше. У Астрит с Доринаром шло сражение за первое место, чуть поодаль от них происходила отчаянная драка за третью ступень пьедестала между двумя незнакомыми мне парнями, я же занял пока что спокойную позицию позади, оппоненты отстали, растеряв все силы под конец гонки.

Тело болело, руки почти не слушались, а в голове к гулу зрителей примешивался шум от пульсирующей крови. Я понимал, что просто так меня не пропустят к вожделенному финишу, противники пусть и заняты друг другом, но и на меня бросали периодические взгляды.

— Ты вошёл в пятерку лучших. Этого достаточно, — с нажимом в голосе проговорил Раззарт. — Не доводи себя до больничной койки…

А меня вдруг озарило:

— Как раз до неё-то мне и надо, — хмыкнул я. — Тогда мне помогут восстановить каналы на вполне законных основаниях. Все подумают, что проблемы у меня начались только сейчас! Как тебе вариант? — сощурился, прикидывая, во что лучше вложить последнее усилие.

— Это риск! — не согласился наставник, однако добавил. — Но в целом идея хорошая, на целителя ты уже заработал своим прорывом от последнего места к текущему. Так что всё, хватит!

У меня непроизвольно задёргалась щека, тело постепенно выходило из-под контроля, как и магия: мне было сложно удерживать текущую скорость, но приходилось, так что я был склонен согласиться с древним духом, но тут раздался крик. Я вскинулся, видя, как лодку Астрит разбивает молния. Саму девушку подкинуло на воздушном вихре, который понёс её дальше: она хоть как-то пыталась оставаться в гонке, пусть и потеряла свою лодку, однако через пару мгновений до неё должна была дотянуться волна, по которой до сих пор бегали разряды. Мне секунды хватило, чтобы увидеть победное выражение на лице Тобиаша и инстинктивно выбросить руку вперёд, призывая чужие молнии на себя. Моё знакомство с собственной магией началось именно с них, и управление разрядами давалось мне проще всего, так что даже в текущем состоянии я сумел, перехватить и заставить погаснуть разряды, обезвреживая волну.

Для меня жизнь замедлилась, Астрит всё ещё летела по воздуху, вкладывая огромное количество усилий в то, чтобы оставаться в движении, но очень быстро теряла в скорости. Я понадеялся, что Тобиаш просто рванёт дальше, но этот ублюдок не оставил противника в покое, пусть даже было очевидно, что теперь он легко обгонит. Губы Доринара задвигались, произнося какое-то заклинание.

Меня и девушку разделяла пара соревнующихся магов, вокруг которых то и дело вились водяные и воздушные вихри, прорваться сквозь них не было возможности, обходить сбоку было столь же опасно, как идти напрямик, так как заклинания, что пролетали мимо, хаотично направлялись в разные стороны.

Идея пришла внезапно, я разом отпустил обе стихии, резко уходя под воду. Холод сковал тело, но, полностью погрузившись, подчинил волну, выстрелил собой вперёд, поднимаясь уже непосредственно под тёмным пятном лодки Тобиаша. Вода хлынула с меня во все стороны, доску Доринара откинуло, но он устоял, ловя баланс и обрывая заклинание, так и не вложив в него силу. Пользуясь секундной передышкой, я протянул руку Астрит, та, округлив глаза, схватилась за мою ладонь.

Добавив скорости за счёт вложенной в волну магии, я поставил девушку перед собой, позволяя удобнее ухватиться за мачту. Тут же в мой парус ударил дополнительный порыв ветра, соседка не хотела быть дармоедкой.

Вес, конечно, прибавился, пришлось уплотнить волну, но Астрит и тут помогла собственной магией, пусть и дышала уже тяжело с хриплым надрывом.

— Тебе не жить, Аст! — раздался голос Тобиаша рядом. — И ты, Самвель, зря вмешался!

Астрит хотела ответить, но закашлялась, быстро вытерла ладонью губы, пряча руку, но я успел заметить красный росчерк на коже. Не только мне эта гонка давалась ценой здоровья. Но если мои мучения меня трогали мало, то травма Астрит была уже совсем другим поводом.

— Не смей! — раздался голос Раззарта в голове, но я уже разворачивал корпус, сжимая кулак.

— Держи доску и гони к финишу! — приказал я Астрит, отклоняясь.

Развернулся к Тобиашу и улыбнулся подрагивающими от усталости губами. В глазах Доринара сверкнул страх, и я его прекрасно понимал, представляя, что он видит: мою безумную улыбку, светящиеся глаза и множество мелких разрядов пробегающих по моим рукам.

Хлопок по воде, и разряды понеслись, сверкая. Тобиаш был вынужден отпрянуть, защищаясь тем же способом, что применил ранее я — перехватывая мои молнии, только вот это стоило немалой концентрации для того, кому всегда воздушная стихия была ближе остальных.

Водная гладь качнулась мне навстречу, я понимал, что лечу вниз, скатываясь с лодки, но тёплый упругий порыв воздуха не позволил мне этого сделать, удерживая.

— Держись, Арх, ещё немного! — раздался рядом упрямый голос Аста…

Нет, Астрит. Я поднял глаза, смотря снизу вверх на девушку, и столкнулся с таким же безумным взглядом её серых глаз. Да, мой друг всё еще был здесь, несмотря на все наши сложности и разногласия. Она улыбалась, смотря на меня, ветер трепал её короткие волосы, на щеке краснел порез, но сейчас, стоя в россыпи брызг, искрящихся на полуденном солнце, Астрит казалась мне воплощением красоты.

Романтический флёр моментально сбился, когда я от удара кувырком слетел с доски и покатился по… песку. Распластался на суше, не веря, что всё закончилось, и понимая, что у меня нет сил шевелиться. Рядом со мной упала Астрит, хрипло смеясь. Следом в песок влетела лодка Тобиаша. Он с яростью в глазах подскочил ближе, но замер, осматривая нас, тяжело дышащих, бледных и дрожащих от усталости. У меня ещё и кровь хлынула из носа, пришлось переворачиваться на бок, чтобы не наглотаться.

Сплюнув, Доринар сел рядом на песок, складывая руки на мокрые подогнутые колени.

— Смотря на вас, и не поймёшь, кто кого победил, — буркнул он.

Я рассмеялся, понимая, что небо надо мной начинает кружиться.

— Целителей сюда!

Крик организатора был для меня самым сладким звуком. Следом прозвучал не менее радующий звук пушечного выстрела, сообщающий о конце гонки.

— А вопрос между тем остаётся открытым, — протянул Тобиаш, косясь на нас. — Так кто из вас двоих всё-таки победил?

Глава 6

Чего хотят женщины?

Утро началось с трудного пробуждения, сон всё не выпускал меня из своих цепких лап. Разлепив наконец веки, я с удивлением понял, что уже довольно светло, что не было характерно для нормального времени пробуждения. Бросив взгляд на соседнюю кровать, увидел там только белого кота, который, почувствовав мой взгляд, открыл один янтарный глаз и показательно зевнул во всю пасть. Нашёл глазами часы и выругался: если я не выйду из комнаты через десять минут, то могу напрочь забыть о завтраке, а есть после того, как вчера надо мной поработали целители ой как хотелось.

— Ну и где носит твоего хозяина с утра пораньше? — буркнул, подскакивая и устремляясь в ванную.

Пока умывался и одевался, невольно вспомнил вчерашний день: после заданного Тобиашем вопроса мы все оглянулись на судей. Пятеро мужчин в строгих костюмах, чьи места располагались на самой нижней и ближней к финишу трибуне о чём-то яро спорили, но полог тишины скрывал их слова, так что нам приходилось терпеливо ждать, какое решение они вынесут.

В итоге громом среди ясного неба было объявление распорядителя гонок о том, что большинство судей склонилось к решению признать победителем того, кто управлял пришедшей первой доской. То есть двоих: и меня, и Астрит. Тобиашу доставалось почётное второе место, но право на посещение бала во дворце императора это не давало. А вот нам с Астрит торжественно вручили по приглашению: красный конверт с золотым тиснением, в котором лежала открытка, приглашающая победителя и одно сопровождающее его лицо во дворец.

Мы с Астрит переглянулись с одинаковыми выражениями, во взглядах отпечатался вопрос: и кто же пойдёт с ней?

— За что боролись… — проворчал Раззарт.

Вопрос остался открытым, потому как сразу нам поговорить не дали, меня забрали целители для оказания экстренной помощи, которую я запомнил далеко не полностью. В итоге в комнату меня отвели чуть ли не под руки, я упал спать, лишь краем глаза ответив, что Астрит уже спала на своей кровати.

И вот утром моя соседка уже куда-то усвистала, даже не удосужившись меня разбудить.

Наскоро причесавшись, я уже шагнул к двери, как она распахнулась, запыхавшаяся Астрит влетела в комнату, захлопнула и прижалась к полотну спиной. В проёме я успел заметить несколько миловидных девичьих лиц. Астрит, выравнивая дыхание, наконец обратила внимание на меня, её губы сложились в несколько злорадную усмешку.

— Ты уже собрался? Хорошо, тогда иди, я пока что переоденусь и догоню тебя. Встретимся на занятии, — скороговоркой выпалила она, отталкиваясь от двери и шагая к кровати.

Я открыл было рот, чтобы задать вопрос по поводу будильника, но время поджимало, так что не стал вдаваться в подробности странного поведения соседки: стена между нами вроде бы стала несколько тоньше после гонки, но до конца не исчезла.

Пожав плечами, открыл дверь и шагнул в коридор, тут же оказываясь под прицелом четырёх пар глаз. Приподняв брови, с удивлением осмотрел девушек, которые тут же взяли меня в окружение. Спросонья забыв про правила этикета, я переводил взгляд с одной девицы на другую, замерев на месте. Наиболее смелая из них, заводила, видимо, сделала шажок вперёд, сконцентрировав моё внимание на себе: высокая, почти одного со мной роста с более женственными, нежели у остальных, формами, которые не скрывала даже свободная укороченная мантия. С лёгким нервным румянцем на лице и с горящими решительностью глазами она молча буравила меня взглядом и явно ждала от меня каких-то конкретных действий.

Меня с утра пораньше такое поведение незнакомой, пусть и симпатичной девушки слегка нервировало, я незаметно завёл руку за спину, нащупал дверную ручку и попытался повернуть, но оказалось, что дверь закрыта изнутри. Теперь стало понятно, почему Астрит влетела в комнату такая взмыленная и с бешеным взглядом, для неё подобное должно было вообще стать шоком, если эта четвёрка охотниц гнала её до общежития от самого учебного корпуса. А девицы отчаянные, ворвались на наш этаж, каким-то образом обойдя коменданта, переступили через строгость воспитания, ибо вот так стоять в мужском крыле считалось неприемлемым для столь молодых девиц, а эти явно первокурсницы…

Стоп, а с чего бы… Вдруг меня осенило: конечно, ради чего же девушки способны пойти на такой шаг? Приём у императора! Ведь многие аристократы, несмотря на существенно более высокие титулы нежели мой, ни разу за свою жизнь не увидят императорский дворец изнутри. По всей стране ходили сказки, легенды, предания о том, что же происходит за стенами этого монументального строения с его высокими башнями, светящимися окнами и огромными залами. Некоторые рассказывали, что там есть вечнозелёные сады под хрустальными куполами, оранжереи, в которых распускаются цветы со всех уголков мира и благоухают экзотические фрукты. Что танцевальные залы искрят золотом и брильянтами и обедают император с семьёй исключительно с золотой посуды. Что самые прекраснейшие девушки прислуживают императору, услаждая его взор.

Но были и другие слухи: по углам шептались о том, что в мрачных подвалах императорского дворца затаились самые страшные пыточные за всю историю существования империи, в которые никто из смертных не желал попадать. Там содержались преступники, навечно подвешенные за рёбра на стальных крюках. Самые отъявленные душегубы подвергались нечеловеческим пыткам и умирали в застенках, не видя более солнечного света. Те, кто попадал в эти подвалы под покровом ночи, никогда больше из них не выходили. Никто точно не знал, что именно там происходит, а потому каждый представлял свои самые ужасные страхи, на которые только был способен, увеличивая ужасающее величие императорского дворца.

И теперь мы с Астрит были двумя билетами на приём, где можно будет увидеть самого правителя нашей страны…

Вежливое покашливание вывело меня из задумчивости, напоминая, что я стою в коридоре не в одиночестве. Моргнув, я осознал, чего от меня ждут: приветственного поклона. Выступившая вперёд девушка даже слегка приподняла изящную ручку, как бы намекая на определённую последовательность действий, принятую по этикету в высшем обществе.

Смирившись с тем, что обратно в комнату мне сейчас не попасть, я натянул на лицо невозмутимую маску, слегка склонился и взял нежную ручку в свою ладонь, сразу же ощущая, как мозоли от занятия с мечом почти царапают тонкую кожу девушки. А вот сама особа пусть и слегка зарделась, но с победным блеском глянула на подруг, которые явно не разделяли её радости, поджимая губы и завидуя её смелости.

— Баронесса Иветта Ригель Мансуа, — представилась она мелодичным, но слегка подрагивающим голосом. — Разрешите сопроводить вас на завтрак? — баронесса слегка поморщилась, ей была явно непривычна роль просителя. Скорей всего, обычно она была как раз-таки на моём месте того, кого приглашают на завтраки, а уж она благосклонно соглашалась или отказывала.

Интересно, ей на бал к императору просто захотелось или у её отчаянной смелости есть какая-то ещё причина?..

* * *

— Как ты могла так сглупить, дочь⁈

Крик матери был для Кассандры подобен пощёчине. Или даже хуже: девушке казалось, что ударь та её, было бы гораздо легче, чем слышать все эти жестокие слова и видеть поджатые в недовольстве губы. Мать металась перед ней, заламывая руки.

— Я подумала, что он — пустышка! Ты просто не видела всего, он не мог сделать даже элементарного! — попыталась оправдаться Кассандра. — Такие нам в роду не нужны…

— То есть ты посчитала, что умнее всех и достойна решать, кто нужен роду, а кто нет⁈ — взвилась мать, повышая голос, хотя, казалось, что громче уже некуда. — То есть наш покровитель ничего не соображает, а ты — сущий брильянт тактики и наблюдательности⁈

— Нет, что ты! Конечно нет! Прости, я…

— А теперь тот, кого ты посчитала пустышкой, идёт на бал к императору! Не будь ты столь поспешна в выводах, то сейчас бы искала подходящее платье, а потом блистала бы рядом с ним!

— Мама, я…

— Ничего, — вдруг взяла себя в руки женщина, резко успокаиваясь и останавливаясь напротив дочери. — Ничего. Поспешность — это болезнь молодости, лечится с годами. Мы всё исправим, правильно? Ты всё исправишь. В конце года его ждёт испытание, которое он не пройдёт, тогда этого парня выставят на аукцион. Амораны вцепятся в него и будут торговаться до последнего, но при ставках выше нормы у парня будет выбор. Ты должна сделать так, чтобы он выбрал именно Шентри!

— Но почему ты считаешь, что он не пройдёт испытание? — удивилась Кассандра. — Ты же сама видела, что он сотворил на гонках! Судя по всему, его магия ещё нестабильна, но сильна…

— Это уже не твоё дело, оставь его взрослым, — отрезала мать. — Просто знай, что он его не пройдёт. Ни один род ниже уровня великих династий не сможет его обеспечить всем необходимым, а этот смешной род, который выбрал этот малолетний паршивец, не поможет.

— Но что же мне сейчас делать? Я обидела его отказом, — Кассандра отвела взгляд, сжимая губы. — Он не примет меня обратно в свой ближний круг…

На губах матери заиграла лёгкая улыбка, она подняла один из золотых локонов дочери, провела рукой по шёлку волос.

— Ты очень красивая, девочка моя. Вся в меня, — проговорила женщина, встречаясь глазами с дочерью. — Ни один мужчина не сможет таить на тебя обиду долго. А уж молодой парнишка тем более.

* * *

Две судорожные секунды на размышление, и я развернулся, перекладывая ладошку баронессы на сгиб своего локтя:

— С удовольствием приму ваше предложение, — со слегка натужной улыбкой проговорил я.

Подруги баронессы расступились, пропуская нас вперёд и втыкая мне в спину несколько острых взглядов, которые я ощущал лопатками прямо через куртку.

Мы вдвоём спустились по лестнице в общий холл под удивлённый взгляд коменданта, но тот не стал поднимать шум, за что я был ему благодарен. Выйдя из общежития, я неожиданно встретился глазами с Кассандрой, которая явно поджидала меня здесь, и, судя по выражению её лица, была крайне неприятно удивлена тем, что я появился не один. Что ж, а вот здесь я был даже благодарен баронессе за то, что не пришлось разговаривать с дуэлянткой, всё-таки нанесённое ею оскорбление было всё ещё достаточно свежо в памяти.

— Арх… — всё-таки попыталась начать разговор Кассандра, сделав шаг к нам, но я покачал головой.

— Не сейчас, — отрезал коротко и развернулся к столовой.

Я не мог видеть, отчаянный блеск в сузившихся глазах девушки и не заметил ногтей, до боли вгоняемых в кожу ладоней и оставляющих после себя следы-полумесяцы.

Мы с баронессой чинно шествовали в сторону столовой, и я впервые чувствовал себя настоящим аристократом, каких видел в детстве, пока родители были живы. Рядом со мной шла красивая девушка, пространно рассуждая о погоде, её ручка покоилась на сгибе моего локтя, а взгляд то и дело искал мои глаза. Я позволил себе слегка забыться и на несколько минут поверить, что основная причина такого интереса действительно моя скромная персона.

Но надолго такого самообмана не хватило, я прекрасно ощущал нетерпение баронессы, но пока не был готов сказать ей вожделенные слова о том, что беру её в качестве спутницы на бал. Я вообще ещё не думал об этом, а вопрос, между тем, был серьёзным. Такое приглашение могло дать мне преимущество, так что не стоило разбрасываться этим шансом.

Подтверждение своим мыслям о том, что теперь я — лакомый кусок, получил почти сразу: проходящие мимо меня девушки с разных курсов и направлений делали небольшую остановку рядом, представлялись, одаривали меня очаровательными в своей искусственности улыбками, но более ничего не могли себе позволить в присутствии моей спутницы, чьи острые взгляды открыто давали понять, что она намерена сохранить за собой место рядом со мной.

Однако одна из таких девушек решилась не только представиться:

— Не подскажешь, а где твой друг Аст? — елейным голосом поинтересовалась она.

— Он немного задерживается, но должен скоро прийти на завтрак, — ответил с мстительной улыбкой. Что ж, Астрит не захотела меня с утра предупредить о том, что меня ждёт? Пусть тоже получит свою толику славы.

После моих слов стайка девушек тут же отделилась от нас и почти бегом рванула к общежитию. Обернувшись, я вдруг заметил, как окно нашей комнаты распахнулось, из него выпала верёвка, а через мгновение по ней стала неловко спускаться знакомая фигурка. Оказавшись на земле, Астрит воровато огляделась и тут же шмыгнула в парк, по широкой дуге устремляясь сразу в учебный корпус, минуя столовую.

Усмехнувшись, я проследовал на завтрак, где взял порцию и себе, и даме. Стоило нам занять столик, как к нам тут же подсели Катрин с Амелией. И если сестра баронессу не смутила, то подруга удостоилась самого злобного взгляда.

— Я тебя вчера так толком и не поздравила, братик! — Катрин повисла у меня на плечах. — Ты у меня самый лучший!

— Спасибо, — я с удовольствием обнял сестру в ответ. Было приятно среди этой фальши видеть её искреннюю радость и гордость за меня.

— Профессор Рияви тоже передавал тебе поздравления, а то вчера его на совещание вызвали, а тебя в лазарет увезли. Как твоё самочувствие? — она слегка обеспокоенно окинула меня взглядом.

— Всё хорошо, — успокоил я её и тут же хитро взглянул. — Что, хочешь попросить меня о том, чтобы я взял тебя на бал?

Катрин рассмеялась, а вот баронесса нервно вздрогнула. В глазах Амелии я тоже заметил лёгкий огонек зависти, но гордость не позволяла девушке просить меня взять её с собой в открытую.

— Боюсь, тогда нас неправильно поймут в обществе, — с улыбкой ответила сестра. — Да и у меня уже есть кавалер, — Катрин сверкнула глазами. — И ты ведь мне всё расскажешь в самых мельчайших подробностях!

— Конечно, — кивнул я, слыша лёгкий выдох облегчения со стороны своей сегодняшней спутницы.

Мы позавтракали, я чинно попрощался с баронессой, не торопясь делать ей так ожидаемое предложение. Стоило мне сделать шаг от стола, как девушка вскочила:

— Мы неплохо смотримся вместе, Архарт! Я прекрасно обучена высшему этикету и отлично танцую, — выговорила она открыто.

Я улыбнулся и кивнул, показывая, что принял информацию к сведенью, но менять своего мнения прямо сейчас не собирался, пусть мне несколько импонировала такая смелость девушки. По её напряжённому лицу и нервному румянцу было заметно, что подобное поведение даётся ей с трудом, но она старалась сделать всё возможное для достижения цели.

Бросив взгляд на стойку раздачи, я невольно вспомнил, как Астрит, будучи Астом, таскала мне бутерброды, когда я просыпал завтраки из-за своих многочисленных проблем. Вздохнув, умыкнул из столовой несколько булочек, завернув их в салфетку.

До аудитории добрался окольными путями, порядком подустав от постоянного внимания к своей персоне. Быть любимцем женщин оказалось той ещё морокой.

Остановившись около закрытых дверей аудитории, бросил взгляд на окно и тут же заметил торчащие из-под штор носки знакомых светлых ботинок. С усмешкой приблизился, встал спиной к шторам и незаметно просунул руку с булочками за портьерную ткань. Оттуда раздался сдавленный писк, но затем из моей ладони выхватили послание и зашуршали салфеткой.

Астрит что-то прошептала мне, но я не расслышал из-за приветствий подбежавших девушек из группы. Близняшки стреляли в меня глазами, встав с двух сторон и расспрашивая о гонке, кто-то вновь интересовался местоположением Аста, я же постарался сместиться так, чтобы не было заметно ног Астрит.

Меня спас преподаватель, наконец явившись и загнав всех в аудиторию. Астрит прошмыгнула последней, тайком утирая губы от крошек и бросив на меня благодарный взгляд.

Ирихон в своём костюме, напоминающем кожаный доспех, смотрелся вне площадки для практических занятий несколько инородно, было заметно, что загнали в корпус его насильно.

— Сегодня мы немного поговорим о том, что вы, погодники, можете представлять из себя на поле боя, — начал он лекцию. — Как думаете, чем вы можете помочь своему войску при сражении?

Посыпались разнообразные варианты от молний и смерчей, до поднятых гигантских волн, которые затопят побережье.

— Да, вы можете быть грозным оружием, но только за спинами своих соратников, — осадил буйную фантазию студентов преподаватель. — Чтобы создать что-то действительно серьёзное, а не пару показательных молний, вам необходима длительная концентрация и осторожность, чтобы ваши заклинания не поразили и союзников. Если вы окажетесь лицом к лицу с воином, то в большинстве случаев голову он вам снесёт ещё до того, как вы успеете что-то сказать или сделать. Тем более, что по одному они редко ходят. Любое окружение с вкраплением союзников — и вы станете трупом, в обучение которого государство вложило немалые деньги. Так что геройство — это не про вас, смиритесь.

В целом я был с ним согласен, прикидывая собственные возможности и понимая, что если рядом будет кто-то из своих, то отпустить стихию на волю и стереть окружающих в пыль будет невозможно, а на что-то большее действительно необходимо много времени.

После лекции, которая заставила многих приуныть, нам пообещали практику по прикладной боевое магии и отпустили. Астрит успела ускользнуть раньше, чем я опомнился, так что в общежитие возвращался один. Ну, в сопровождении толпы девушек. Впервые я был благодарен коменданту, который просто не пропустил весь этот табун за мной, оставив их бушевать в холле.

Зайдя в комнату, Астрит я там не обнаружил. Первым делом поднял и смотал верёвку, закрыл окно, чтобы кто-нибудь из девиц не рискнул здесь акробатические номер откалывать.

Стянул с плеч куртку, и повернулся на звук открывающейся двери. Ожидал увидеть там Астрит, но вошла Кассандра, тут же закрывая дверь за собой. В тишине отчётливо щёлкнул замок.

— Что ты здесь делаешь? — приподнял бровь. — Насколько я тебя понял, нам больше незачем встречаться.

— Я была неправа, — тихо проговорила девушка, но при этом в её глазах плясали странные огоньки.

— Дай угадаю, — жёстко усмехнулся я. — Всё дело в приёме? Шентри не терпится показаться перед императором? Извини, но место рядом со мной на балу точно не будет твоим.

— А если меня не интересует место на балу? — Кассандра оттолкнулась от двери, подошла ближе, останавливаясь в полуметре от меня. Её распущенные золотистые волосы качались в такт шагам.

— Зачем ты здесь, если не за этим? — глаза сами собой невольно пробежались по аппетитной фигуре девушки, задерживаясь на груди. Перед внутренним взором промелькнули все те сны, которые мучили меня в последнее время. И пусть в сновидениях я представлял совсем другое тело, мой организм сейчас реагировал слишком остро, пришлось невольно переступить с ноги на ногу.

— Я хочу извиниться, — Кассандра склонила голову набок, открывая длинную шею. — Я ошиблась, сделав поспешные выводы о твоих возможностях. Но ты должен понять, я действительно боялась тебе навредить на арене. Да и выставлять тебя в плохом свете не хотелось, ведь на бой явно пришли бы посмотреть зеваки, — её голос стал томным, просительным, невольно заставляя меня сглотнуть. — Я не хотела тебя обидеть, но лишь спустя время поняла, что мой отказ мог прозвучать грубо. Ты простишь меня?

Девушка приблизилась вплотную, положила руки мне на плечи и проникновенно заглянула в глаза.

По телу словно разряд пробежал, стоять стало неудобно, мои ладони сами собой оказались на талии Кассандры, ощущая жар, исходивший от её тела. Я думал, что она отстранится, но девушка поднялась на цыпочки, приближая своё лицо к моему и проговорила, почти касаясь своими губами моих:

— Так простишь?

В голове зашумело, сознание словно отключилось. Не выдержав, я впился поцелуем в её красные губы, прижимая неожиданно податливое тело к себе. Чувствуя, как Кассандра улыбается, отвечая на поцелуй, я слегка отстранился, посмотрел в её потемневшие глаза:

— Я буду разочарован, если ты избрала такой путь, — сощурился, делая над собой усилие, чтобы не плюнуть на всё и не сорвать шёлковую блузку с девушки: после столького времени воздержания сейчас я казался себе сжатой пружиной.

Кассандра хмыкнула, с вызовом глядя на меня:

— Я же говорила, ты уже нашёл свой род, так что успокойся. Я доказала свою магическую пользу династии, а потому от меня не требуют статуса «девицы на выданье». Так что чистота моей девичьей чести не заботит ни меня, ни мой род уже довольно давно, — она облизнула губы. — Ты просто мне нравишься, и этого достаточно.

Здесь я был склонен с ней согласиться: при таких обстоятельствах этого было более чем достаточно. Поэтому дальнейшие разговоры меня не интересовали, я сдёрнул через голову рубашку, Кассандра сама так же поступила со своей блузкой. А вот от кружевного верха я освободил её сам, любуясь открывшимся видом.

Подчиняясь порыву, коснулся губами шеи девушки, она с шумным выдохом откинула голову, открывая мне больше доступа. Руки заблуждали по девичьему телу, сминая мягкую кожу и лаская чувствительные точки. Тихие стоны Кассандры были для меня музыкой, а чувственная отзывчивость приводила меня в исступление.

— Извинения приняты, — хрипло прошептал, увлекая девушку за собой на кровать.

Глава 7

Все зло от…

Кассандра присела на постели, прикрывая обнажённую грудь простыней. Девичьи ноготки прошлись по моему голому животу, вызывая непроизвольное сокращение мышц.

— Под одеждой непонятно, что ты такой… — она поискала подходящее слово. — Твёрдый.

Я усмехнулся, с удовольствием проводя рукой по мягким шелковистым волосам девушки. Она поднялась, переступила через меня и спустилась на пол, стала собирать свои вещи. Под простынёй надела бельё, быстро натянула блузку. Я наблюдал за этим вполглаза, блаженно заложив руки за голову. Кассандра села рядом со мной, медленно застёгивая пуговицу за пуговицей.

— Не хочешь предложить мне стать твоей парой? — с какой-то странной насмешливой интонацией спросила она. — Я не про бал, я вообще, — поправилась быстро.

Я приподнялся, сел напротив неё, невольно бросил взгляд ей за спину на кровать Астрит, с которой на нас с неудовольствием смотрел белый кот. Я не совсем понимал себя сейчас. Что я чувствовал к Асту, было понятно — он был моим другом, младшим товарищем, я защищал его, он отвечал мне тем же по мере возможностей. Я привязался к нему. Но потом, когда оказалось, что всё это время передо мной была девушка, мои собственные чувства сплелись в какой-то непонятный клубок, который мне сейчас совсем не хотелось разматывать. Не до этого. К Кассандре я ничего подобного не чувствовал. Она, без сомнения, была красивой девушкой, с которой очень приятно было проводить время, но…

— Мм, вот как, — протянула вдруг Кассандра с лёгкой улыбкой. — Неразделённая любовь или ты так и не набрался смелости признаться девушке в своих чувствах?

Я попытался понять, подходит мне хоть какой-то из вариантов, но не смог, только криво усмехнулся:

— Честно? Понятия не имею, — я ни с кем не говорил об этом, но почему-то вот так пространно рассуждать с Кассандрой было довольно легко. — Там всё как-то совсем неоднозначно.

— Ну что ж, не буду тебе мешать определяться, — хмыкнула девушка, поднимаясь и находя свои брюки.

— Хочешь, чтобы мы считали, что этого всего не было? — я сощурился.

— Нет, почему, пусть будет, — легко пожала она плечами. — Но я не собираюсь об этом распространяться, и ты тоже никому не скажешь.

— Ты так в этом уверена? — я приподнял бровь. — Почему? Ты меня не знаешь. Вдруг я прямо сейчас пойду и краской на стенах учебного корпуса намалюю?

Кассандра подошла к кровати, наклонилась, обдавая меня тонким ароматом духов, прижалась к моим губам в поцелуе.

— Потому что достоинство мужчины не в его штанах. Его так просто не спрячешь, — с улыбкой повторила она чью-то явно чужую фразу. — Ты не поступишь столь низко.

— Откуда такие познания? Что, большой, опыт подобного общения с мужчинами? — не удержался от подколки, пусть и несколько польщённый её суждением обо мне.

— Ну, уж больше, чем у тебя, — хмыкнула Кассандра. — Надеюсь, — смешливо добавила она, выпархивая из комнаты.

По закрывающееся двери прилетела подушка, брошенная моей рукой под мерзкое хихиканье древнего духа. Ладно хоть в процессе он не позволил себе едких замечаний…

* * *

Последующая неделя прошла в стиле игры в прятки: мы с Астрит ощущали себя загоняемой добычей, на которую объявлен сезон охоты. Завтракать я теперь ходил сугубо в сопровождении баронессы Мансуа, потому как Иветте хотя бы воспитание не позволяло слишком активно действовать мне на нервы, да и застолбленное место она не собиралась отдавать многочисленным соперницам, чем спасала меня от львиной доли конфликтов.

Астрит приходилось хуже, она предпочитала прятаться, но когда и её зажали в тиски, попыталась заявить, что «Асту» вообще не нравятся девушки. Правда, это её никак не спасло, потому как услышавшие этот крик отчаяния парни только посмеялись, понимая, что бедного северянина довели, а девушки меньше атаковать не стали, так как их мало интересовал Аст как предмет для романтических отношений, он для них был просто входным билетом на бал у императора.

Над нами в открытую похихикивала Катрин, а я, сжалившись над замученной Астрит, уже подумывал о том, что стоит подбить Амелию в качестве сопровождающего лица для бедной принцессы. Приставать к Астрит подруга не будет, северянин не в её вкусе, на бал пойдёт с удовольствием, на данный момент свободна — отличный вариант.

Сам же всё больше склонялся к тому, чтобы пригласить на бал именно Иветту. Её род не относился к высшим магическим, вообще был довольно невысоким, так что иметь на меня виды после бала она тоже не планировала, что меня полностью устраивало.

Понимание, что не стоит затягивать с выбором, пришло довольно болезненно: после очередного занятия по практике я шёл к общежитию чтобы переодеться, когда на меня налетел какой-то детина с бешено пылающим взором. От удара меня снесло с дорожки и откинуло на кусты, тело рефлекторно ушло в перекат, гася урон.

— Самвель, ублюдок, я вызываю тебя на дуэль! — взревел детина, потрясая внушительными кулаками и наступая на меня.

По знаку на воротнике мантии я опознал боевика четвёртого курса, но и только, раньше я этого парня ни разу не видел. Коротко стриженные светлые волосы, голубые глаза, тяжёлая массивная челюсть… Нет, точно не пересекались.

— Да за что? Ты кто такой вообще? — выпалил я, отступая подальше от этого неуравновешенного.

Страха не испытывал, только раздражение: мне не нужны были лишние конфликты в академии, и так преподаватели на нас с Астрит косо смотрят из-за того, что мы периодически мешаем им вести занятия, пусть и косвенно: девушки заглядывали в аудиторию, чтобы привлечь наше внимание. В последний раз Ирихон банально вытолкнул их из зала воздушным вихрем и захлопнул дверь, подпёр её стулом, для надёжности. А потом на практике отыгрался так, что мои ещё не полностью восстановившиеся магические каналы дико ныли по всему телу.

Наставник тогда мудро молчал, не вмешиваясь в воспитательный процесс коллеги, за что мне хотелось назвать его предателем, но я сдержался.

— За что⁈ Ты опозорил честь Элизабет! — кажется, мой вопрос только сильнее распалил боевика.

Хотелось бы спросить ещё многое, в том числе и хотя бы «кто такая Элизабет»⁈ Я даже рот раскрыл, как вмешался голос Раззарта:

— Возможно, стоит объяснить этому молодому человеку, что он ошибается, делая столь поспешные выводы. Только на своих условиях, — несколько туманно, но с явной усмешкой проговорил он.

Я быстро сообразил, что имеет в виду древний дух.

— Эй, Крат, прекращай, Самвель с твоей девчонкой и не знаком даже! — подбежавшие боевики вдвоём оттащили друга подальше от меня.

— Он оскорбил её! — не сдавался детина. — И он за это ответит!

— Хорошо, — легко согласился я, выходя на дорожку и смахивая с мантии прилипшие сухие листья, ветки и прочий мусор.

— Не глупи, — поморщился один из моих «спасителей». — Не видишь, кто перед тобой? Он один из лучших на курсе, когда речь идёт о боевой магии. На арене он тебя размажет, каким бы даровитым ты ни был, погодник. То, что ты кода-то давно по удаче уделал Жаронда, поверь, не показатель, — он посмотрел на меня с предостережением.

— А кто сказал, что я буду защищать свою честь с помощью магии? — я приподнял брови, заставляя лица боевиков вытянуться. — По праву вызванной стороны выбор оружия принадлежит мне. И я выбираю мечи, — спокойно выдержал их удивлённые взгляды.

— Согласен! — рыкнул мой будущий соперник, вырываясь из захвата двух сокурсников. — Сегодня же вечером на третьем полигоне! Я оповещу администрацию.

— Вот уж спасибо, что мне не придётся лишний раз ходить в административный корпус, — нагло усмехнулся я.

— Ты либо будущий мастер клинка, либо псих и труп в перспективе по совместительству. В поединках на мечах нет охраняющих амулетов, там тебе поможет только судья, — покачал головой тот же парень, который предостерегал меня от дуэли. — Крат пусть звёзд с неба не хватает, но и простому бою его обучали как минимум дольше, чем тебя.

— До вечера, — я демонстративно помахал рукой, намекая, что больше разговоров вести не намерен.

Боевики покачали головами, но ушли вслед за своим другом. Ко мне же из тени выступила Асил, окинула взглядом.

— Секундантом будешь? — спросил, провожая глазами уходящих.

— Буду, — легко кивнула девушка.

Мы какое-то время постояли в тишине.

— Ты ведь в прошлый раз за Аста победил парня с этого же курса? — уточнила Асил.

Я кивнул.

— Либо эти ребята отличаются от тех, либо у них проблемы с коммуникацией, либо это банальная подстава, — начала загибать пальцы девушка. — Ну да ладно, тебе будет полезно в любом случае. Могу даже организовать небольшой тотализатор, подзаработаем.

Хмыкнув, я кивнул: деньги лишними не бывают. А выигрывать на ставках мне понравилось: гораздо больше, чем билет на бал у императора меня порадовала новость от Фрауса, которую он донёс до меня спустя несколько дней после победы: этот жулик божественного масштаба сделал большую ставку на мою победу в гонке. Учитывая, что в это никто не верил, его выигрыш составил баснословную сумму, четверть которой честно осела на моём счету. Так почему бы не повторить трюк? Правда, среди первокурсников вряд ли найдётся тот, кто будет ставить против меня, так что здесь на большой выигрыш рассчитывать не стоило. Но хоть на какой-то — точно. Проигрывать поединок на мечах я не собирался.

Вечером я пришёл на полигон, как было условленно, и был приятно удивлён тем, что зевак, пришедших посмотреть на дуэль, было немного: всё-таки не все боевики были такими же ублюдками как Жаронд, они не собирались устраивать мне прилюдную порку, и не стали созывать народ. В качестве судьи выступал незнакомый мне тренер, однако среди зрителей я заметил мастера Ильяса. Он сидел рядом с Асил и, казалось, даже не смотрел в мою сторону, но одно его присутствие уже говорило о многом.

Я скинул мантию на бортик ограждения, туда же полетела и рубашка: по правилам дуэли драться мы должны были обнажёнными по пояс. Поёжился от холодного воздуха, оглядел полигон: раньше мне на нём тренироваться не приходилось, здесь обычно шли занятия боевиков.

— Ты всё ещё можешь избежать боли от своей безумной идеи, Самвель. Просто откажись от дуэли, и всё, — я вздрогнул от голоса всё того же парня, что отговаривал меня ранее. Как он так материализовался около ограждения, что я его даже не заметил? — Мы все знаем, что ты в ситуации с его дамой сердца не при чём.

— Слушай, — я обернулся к нему. — Спасибо за намеренья. Но всё будет в порядке.

— Ну, как знаешь, — тот оттолкнулся от ограждения и направился к своим.

Крат вышел на арену под одобрительный гул зрителей, я невольно охнул, смотря на перекатывающиеся под светлой кожей валуны мышц. Это ж чем его таким кормят, что эдакий детина вымахал… Но не красовался, не играл на публику, просто ждал меня у судьи, что уже вызывало у меня толику симпатии.

Я же на площадку выходил под гробовое молчание. И только один переливчатый свист вдруг раздался у меня из-за спины. Обернувшись, я увидел стоящую рядом с ограждением Кассандру, она помахала мне рукой. Неподалеку от неё находилась Астрит и напряжённо смотрела на меня. А ведь я никому не говорил, что у меня вечером бой… И всё-таки эти двое как-то узнали. Ладно хоть хватило ума Катрин не проговориться… Однако иметь хоть кого-то в группе поддержки было уже приятно. Пока мы сближались с Кратом, я, вспомнив одну деталь, внимательно осмотрел зрителей за его спиной но, что удивительно, по жестам и мимике так и не смог понять, а есть ли там вообще та девушка, за которую меня тут практически убивать шли…

Мы подошли к судье, тот серьёзно посмотрел в глаза каждому.

— Правила стандартные: бой до сигнала о сдаче или потери сознания, в голову не бить, все удары строго по корпусу и конечностям. Нарушителю будет сразу же присуждено поражение. Потеря оружия — также автоматическое поражение. Вопросы?

— Нет…

— Нет, — хором отозвались мы.

— Оружие, — он протянул нам два затупленных меча.

Отрубить таким что-либо было довольно проблематично, но пробить человека насквозь при достаточной силе и желании — вполне возможно. Однако моим вниманием завладел не этот факт, а то, что моему противнику был выдан не стандартный меч, а полуторный, предназначенный как для хвата одной рукой, так и двумя. Я начал подозревать, что соперник мне достался довольно неудобный…

— Расходитесь, — скомандовал судья, делая шаг в сторону.

По правилам дуэли на мечах далеко друг от друга отходить не пришлось, между нами была буквально пара метров. Я принял стойку, поднимая оружие и готовясь. Поймал себя на том, что в некотором роде понимаю Кассандру с её постоянным поиском соперников: ей тоже хотелось драться не ради победы, она в ней была уверена. Ей был интересен сам процесс. Как и мне сейчас. Я уже видел, что мне достался довольно трудный противник, но мне было любопытно, что он может, и, что важнее, на что способен я сам при таких обстоятельствах.

— Бой! — скомандовал судья.

И мне показалось, что я попал в модную механическую овощерезку, потому что меч Крата вдруг оказался буквально везде. Я успевал реагировать, закрывая тело от чужого оружия, но не мог сдержать запал и силу, с которыми удары градом сыпались на меня. Каждое соприкосновение заставляло мой меч звенеть и дрожать от мощи бьющего, отдаваясь натужной болью в плечах. Противник управлялся со своим мечом играючи, несмотря на размеры, успевая менять хваты между ударами, а мне оставалось только уходить вбок против его основной руки: я не привык биться с таким прущим напролом соперником, что Асил, что Ильяс брали ловкостью, неожиданностью и финтами.

Зрители загудели, недовольные моим вынужденным стилем боя, а Крат, словно получив подпитку от этого звука, прибавил скорости. В его глазах я видел огонь ярости, только и успевал, что встречать удары противника железом, убирая тело с линии атаки.

* * *

Мастер Ильяс, который наблюдал за процессом, недовольно хмурил кустистые брови. Его щёки дёргались от звона сталкивающихся мечей, а пальцы подрагивали, словно тренер сам участвовал в поединке.

— Нужно это остановить, парня сейчас на лоскуты порежут! Не для того я с ним столько маялся, чтобы все мои труды пошли впустую из-за какой-то глупости! — вдруг зло проговорил он, привставая.

Но тут на его плечо легла смуглая девичья рука.

— Ну что вы, мастер, Архарт вполне неплохо держится и в ближайшее время лишение какой-либо конечности ему не грозит, — с ласковой улыбкой проговорила Асил.

Покосившись на неё, тренер вернулся на место, продолжая нервно смотреть на бой. Вдруг Архарт поднырнул под слишком высоко поднятый в замахе меч противника, оказался у него за спиной, и только мастерство Крата позволило ему в последнюю секунду уйти от режущего удара.

— А вот этой связке я его не учил, — пробормотал мастер, испытующе глядя на помощницу, но та с лёгкой улыбкой следила за действиями студентов.

* * *

После очередной серии ударов мне пришлось уйти в перекат, разрывая дистанцию, чтобы получить возможность подумать. Контратаковать было просто нереально, передавить силу Крата у меня не было ни малейшего шанса, банально не хватало массы, поэтому пришлось искать другое решение.

У такого стиля «дави и бей всё, что попадается на пути» был один существенный недостаток: он быстро выматывал. Мой противник спустя пару минут дышал шумно и с хрипом, тогда как я ещё пока ощущал себя вполне в своей тарелке, несмотря на его напор.

Поэтому я поменял тактику, периодически ныряя под меч противника и нанося удары по ногам. Часть он блокировал, но для этого приходилось махать мечом размашисто и по диагонали.

В один момент моя нога попала в ямку, я неловко оступился, Крат не преминул этим тут же воспользоваться, так что мне пришлось упасть плашмя, пропуская меч над головой. Невольно сглотнув, перекатился и вновь оказался на ногах. Снова потративший силы впустую противник обернулся ко мне, поднимая оружие для следующего рывка. Но я видел то, что не замечали пока зрители: Крат начал уставать. Его руки подрагивали, он всё чаще брался за меч двуручным хватом. По его лицу проложили дорожки капли пота, светлые волосы слиплись и заблестели от влаги. Встретившись взглядом с Кратом, я не заметил былой ярости. Сейчас он был просто сосредоточен, осознав, что и из меня противник довольно серьёзный.

Подпустив его ближе, я скрестил с ним мечи, оказываясь совсем рядом.

— Может, прекратишь этот фарс? — предложил тихо. — Просто дай сигнал и сдайся. Я же вижу, что ты устал.

Мощный толчок откинул меня, чуть не опрокидывая. Что ж, ответ был ясен, но ситуация складывала не в пользу Крата. Он становился всё медлительнее, а я всё назойливее, продолжая наносить ему удары по ногам и даже кое-где переходя на корпус.

Противник не поспевал, зарабатывая всё больше синяков.

— Сдайся, ну! — очередной удар от меня прошёл, вскользь проходя по спине и вызывая зубовный скрежет у Крата.

Но раздавшийся после этого тонкий вскрик заставил нас обоих бросить взгляды на зрителей: среди них в первом ряду появилась миниатюрная брюнетка с короткими вьющимися волосами. Сейчас она округлившимися глазами смотрела на Крата, прижав ладошку ко рту.

Противник неожиданно с разворота ударил так, что я чуть не лишился меча. Крат попёр на меня с новой силой, будто у него второе дыхание открылось. Я отбивался, постоянно перемещаясь, и дождался того, чего добивался: противник начал оступаться. Он сам задал характер нашего боя, сразу же вкладывая максимум сил, и сейчас не выдерживал ритма. Его тело задрожало уже всё, а не только руки, ноги отказывались двигаться.

Я и сам запыхался, но способность маневрировать не потерял.

— Этот бой изначально не имел смысла, просто сдайся, — хрипло выговорил я.

Но во взгляде, брошенном сначала на зрителей, а потом на меня, я отчётливо прочитал отчаянную решимость. Он не мог проиграть, не на глазах у той, ради чьей чести тут бился. Замертво упадёт, но ни слова не скажет, а там будь что будет.

Мои губы невольно растянулись в короткой усмешке: я понимал его. Всё ещё прекрасно помнил тот ужас, когда приходилось перед более старшими мальчишками вступаться за Катрин и Амелию ещё в школе. Я знал, что меня побьют, знал, что будет больно, но не мог отступить. Наверное, у меня тогда было точно такое же выражение лица.

— Ну, давай, — я поманил Крата рукой, принимая решение, давшееся мне со странной лёгкостью. — Покажи, на что способен.

Противник сделал выпад, обрушивая на меня свой меч, я встретил его, парируя, посмотрел Крату в глаза и позволил мечу соскользнуть, врезаться в моё плечо, рассекая кожу до крови и чуть не проламывая кость.

Глухо застонав от боли, поднял свободную руку вверх.

— Я сдаюсь, — выговорил с усмешкой, хватаясь за раненное плечо и сталкиваясь с серьёзным взглядом тяжело дышащего Крата.

Глава 8

Игры под ковром

Я подсознательно ожидал, что зрители привычно обольют меня словесным дерьмом, но нет, лишь пара выкриков в пользу Крата — вот и вся реакция. Сам же мой противник, побуравив меня взглядом, вдруг, хромая, шагнул ближе и протянул руку. Я, скривившись от боли, двинул травмированную конечность и пожал ладонь Крата.

— Честно, вижу твою даму сердца в первый раз, — растянул губы в короткой усмешке, кивая на брюнетку, лицо которой всё ещё было белым от беспокойства, а взгляд словно прикипел к моему противнику.

— Да понял уже, — нехотя протянул Крат.

С арены мы уходили все вместе, друзья бывшего соперника помогли нам обоим дойти до лазарета.

— А ты хорош, — оценил Крат мои способности. — Надо будет как-нибудь повторить. В рамках обычного поединка, — быстро добавил, поправившись.

— Согласен, — кивнул я вполне искренне.

Целители развели нас в разные стороны, но после мы снова одной гурьбой дошли до общежития под общие шуточки над дуэлянтами. Досталось и мне, и Крату, тот незлобно огрызался в ответ, я же только усмехался, чувствуя давно забытое чувство сближения с людьми, объединенными со мной одним увлечением.

А поутру решил исправить положение, которое и привело к поединку с Кратом, ведь в следующий раз противник может попасться не столь сознательный, — отвёл Иветту в сторонку, подальше от любопытных глаз и ушей, и прямо спросил:

— Зачем тебе так нужен этот бал?

Девушка недовольно стрельнула на меня глазками, слегка замялась, но, гордо подняв голову, проговорила:

— Мой отец последние годы теряет положение, семейное дело ещё держится на плаву, но ему нужна поддержка, — она замялась, не зная, что добавить.

Но я и сам мог додумать вполне предсказуемое продолжение:

— А замужество — это один из самых простых способов поправить положение, — закивал, понимая.

— Но я не имею виды на те… — начала было она.

— И бал — самое удачное место для поиска подходящего жениха среди самых перспективных кандидатов, — закончил я свою мысль. То, что меня не рассматривали в качестве хорошего жениха в самом ближайшем будущем, нисколько не задевало гордость, а скорее вызывало выдох облегчения — вот уж чего не хватало для полного счастья в букете моих проблем.

Баронесса покраснела как помидор, её сжатые в замок руки побелели от напряжения, но она не стала возражать, только опустила голову.

— Что ж, я согласен, — хмыкнул, смотря на то, как вспыхивает её было потухший взгляд. — Меня такая перспектива устраивает: я веду тебя на бал, а там ты занимаешься своей охотой на женихов, не втягивая меня в это. Можешь объявить об этом официально, чтобы наконец от меня отвязались все эти охотницы за билетиком.

— Правда? — девушка чуть не прыгала на месте, радостно захлопала в ладоши. — Спасибо, Архарт!

Она порывисто обняла меня, но тут же отстранилась, поправила чуть задравшееся платье.

— Я пойду заниматься поиском подходящего наряда. Не бойся, я не заставлю тебя стыдиться меня, — она присела в коротком книксене и торопливо зашагала к общежитию.

Вот уж последнее, о чём я задумывался, так это о моде женских платьев… Кому и мешок из-под картошки — выходной туалет. Я только проводил баронессу глазами и хотел уже вернуться в комнату, как вдруг в меня сбоку врезалась Астрит, безумно оглядываясь.

— Ты должен меня от них спасти!

Я рефлекторно сначала спрятал её за спину и только потом уже спросил:

— От кого?

— От девушек! Они совсем спятили!

Я рассмеялся, расслабляя было напряженные плечи.

— Ну, ты должна их понимать лучше, чем я, — усмехнулся. — Зачем-то же ты так отчаянно билась с Тобиашем за этот билетик на бал. Вот и им…

— У меня есть конкретная причина там появиться, и это совсем не глупый бал с его танцами и светскими беседами! — выпалила Астрит, но тут же пожалела и опустила взгляд, стоило мне только обернуться к ней.

Я хотел уже было задать парочку вопросов, коль тут такие откровения пошли, но тут заметил прогуливающихся вдалеке Катрин и Амелию. Вздохнул, решил оставить допрос на потом, взял Астрит за плечо.

— Спасать тебя становится моей вредной привычкой. Пошли.

Астрит без лишних вопросов последовала за мной, мы приблизились к девушкам, поприветствовали.

— Ну что, ты уже нашел себе даму сердца на бал? — с лёгкой искристой улыбкой спросила сестра. — Точнее, выбрал ли ты из обширного списка желающих?

— Я-то нашёл, а вот Асту нужна помощь, — кивнул в ответ, глянул на Амелию. — Ты окажешь ему честь стать его парой на вечер?

Амелия распахнула глаза, в них словно зажглись звёзды, она торопливо выпалила:

— Да, конечно! — она с улыбкой обняла Астрит, с которой была одного роста, тут же повернулась к Катрин, делая страшное лицо: — Мне срочно нужно в лавку! У меня же нет подходящего платья! И туфель! И…

— Так, вы тут сами разбирайтесь, а мы пойдём, — поторопился я увести Астрит.

Впрочем, занятые вопросом гардероба, девушки и не заметили нашего исчезновения.

— Спасибо, — поблагодарила притихшая северянка.

— Радуйся, Аст не в её вкусе, так что приставать не будет, — я привычным движением потрепал Астрит по волосам.

— Между прочим, нам бы тоже обзавестись костюмами, — задумчиво проговорила принцесса, когда наш путь привёл нас к воротам академии.

Прикинув, что время до отбоя у нас ещё есть, я согласился с ней, и мы вышли в город. Стоило пройти пару кварталов, как я у меня начал чесаться затылок. Закрыв глаза, я четко ощущал луч интереса, исходящий от угла пройденного перекрестка. Резко обернувшись, успел заметить мелькнувшее знакомое лицо.

— Бернт в курсе твоего маленького выигрыша? — поинтересовался я вполголоса.

— Он знает, что я победил в гонке, — как-то уклончиво ответила Астрит, в людном месте привычно говоря о себе в мужском роде.

— Но про бал ты ему решил не говорить? Или сказал, что не пойдёшь? — по тому, как дёрнулась щека Астрит, я понял, что место имеет второй вариант. — Отлупит же, — хмыкнул я, невольно представляя в голове картинку.

— Он просто не понимает! А у меня есть цель, — тихо возмутилась Астрит.

Споры пришлось временно прекратить, мы зашли в лавку. На этот раз у меня с обслуживанием проблем не было. Глянув на столичные ценники и посоветовавшись с принцессой, мы решили костюмы и парадные туфли взять напрокат. Всё равно одежда подобного уровня мне больше никогда не пригодится, как, впрочем, и Астрит. Уровень-то у неё такой ещё будет, но не в статусе парня.

Когда мы вышли из примерочных в классических чёрных костюмах и встали к зеркалам, принцесса шумно вздохнула, смотря на отражение со странным выражением лица.

— В чём дело? — поинтересовался я.

— Ты даже не представляешь, насколько парню проще одеться на такое мероприятие, — прошипела она с толикой зависти в голосе.

Я усмехнулся, кивая. Скорей всего, даже если просто предположить, сколько всего нужно девушке, я не буду знать даже половины.

Возвращались обратно мы в молчании: я опять попытался узнать причину столь большой тяги к императорским балам, особенно учитывая положение сокрытия собственной личности северной принцессы, которой там банально опасно находиться, но наткнулся на глухую стену, отвечать Астрит не пожелала.

* * *

В день бала за нами приехали две шикарные кареты, оформленные в золотых и белых цветах. Иветта и Амелия сверкали чуть ли не сильнее, чем драгоценные камни на их шеях и запястьях. Я подал баронессе руку, Астрит повторила за мной, и мы повели наших дам к каретам. Проходящий мимо в толпе четверокурсников Крат только одобрительно кивнул, а кто-то из его окружения оглушительно свистнул.

Я коротко улыбнулся в ответ и махнул рукой, после чего перевел всё своё внимание на помощь Иветте: забраться в карету с таким длинным шлейфом, которым обладало её небесно-голубое платье, было довольно сложно.

Но мы всё-атаки загрузились, карета тронулась, мягко покачиваясь. Иветта была слегка бледна, на щеках расцвели красные пятна, но при этом восторг в её глазах сверкал вполне отчётливо. Я же ощущал себя… слегка нервно, но не более. Я бы сейчас с удовольствием посидел бы на обрыве, поговорил бы с Раззартом, а не ехал в карете в загадочный дворец императора.

— А я тебе говорил, что не стоило так напрягаться, — древний дух не преминул воспользоваться моментом и поворчать.

Мысленно отмахнувшись от наставника, я посмотрел в окно на пролетающие мимо дома: чем ближе мы подъезжали к дворцу, тем выше и грандиознее они становились. Жить вблизи императора себе могли позволить далеко не рядовые граждане. Очень далеко.

Рядом с дворцом мы попали в небольшую очередь: кареты выстроились одна за другой, медленно подъезжая к главной лестнице, ведущей внутрь, пассажиры высаживались, только после этого подъезжала следующая карета.

Наша карета шла первой, так что сначала на лестнице оказались мы с Иветтой, а Астрит с Амелией пристроились за нами. Мы чинно поднялись по высоким ступенькам, укрытым красной ковровой дорожкой. Здесь рядом с дворцом всё казалось каким-то новым: я столько золотых карет никогда не видел в одном месте, столько богато одетых людей, для которых светские рауты моего города считались бы застольем в придорожной таверне. Тут даже воздух был каким-то другим, более чистым, свежим, у меня складывалось ощущение, что пахло морем, хотя я точно знал, что поблизости его нет.

— Приветствую вас в императорском дворце! — провозгласил пожилой мужчина с седыми усами.

Его чёрный фрак сидел как влитой, мужчина проводил нас внутрь дворца и повёл дальше. Я оглянулся, подмечая, что на его место встал другой и тоже после пошёл провожать группу гостей.

Я невольно закрутил головой, осматриваясь и понимая, что многие слухи о дворце были правдой: нас провели по оранжерее, в которой царило экзотическое буйство всевозможных красок. Невероятных размеров и расцветок растения склонялись к нам или маячили вдалеке. Я никогда не был ценителем цветов, но даже мне было от чего распахнуть глаза. Ароматы смешивались во что-то неописуемое, но при этом каким-то чудом не раздражающее обоняние.

— Ты только посмотри… — шептала Иветта.

— Арх, ты видишь? — вторила ей Амелия.

— Нет, ты взгляни на это, — Астрит не могла удержать себя в рамках мужского образа перед таким искушением. Однако её реакция никого здесь не удивляла, всё-таки место действительно было удивительным, тем более для жителя севера.

Фруктовый сад мы прошли по касательной, но даже этого было достаточно, чтобы от умопомрачительных запахов пошло бурное слюноотделение и в голове стали появляться навязчивые мысли сбежать с официальной дорожки и пойти погулять по саду самостоятельно.

Но императорский дворецкий пусть и предельно вежливо, но строго следил за нами, так что мысли так и остались невоплощенными. Да и не хотелось из-за какого-то редкого яблока познакомиться и с подвалами загадочного дворца.

После всей этой экзотики я уже был уверен, что меня ничем нельзя поразить, но когда мы под объявление дворецкого наших имён чинно вошли в танцевальный зал, мне захотелось сощуриться: здесь было просто непомерное количество света. Сверкало и блестело абсолютно всё: позолоченные стены, хрустальные люстры, стеклянные бокалы. Множество зеркал только усугубляло положение, множа блики. Взоры всех, кто уже был в зале, на мгновение приковались к нам, я поёжился, заметив знакомого высокого господина из рода Шентри. Если и тот свин из Аморанов здесь… Но пробежавшись глазами по залу я его не заметил.

Потрясённые таким интерьером, мы поторопились отойти в сторонку, чтобы не мешать следующим парам, которые объявляли одну за другой.

Продолжая оглядывать зал, я вдруг почувствовал, как меня тихонько тронули за плечо. Повернув голову, увидел просительное выражение на лице баронессы.

— А, да, конечно, — я выпустил её руку, отпуская девушку в свободный полёт.

Иветта присела передо мной в лёгком книксене, взмахнула веером и устремилась ближе к окнам. Я же наоборот, отступил в тень колонн. Мимо проскользнул официант, я подхватил с подноса высокий бокал с игристым вином, пригубил. Мысленно пожал плечами, не понимая, что высшая аристократия находит в этом странном напитке, но вместе с ним зашёл за колонну. Только хотел опереться плечом, как вдруг заметил Астрит, прячущуюся за соседней колонной: как-то после оглашения имён я их с Амелией выпустил из виду. И сейчас в направлении от северянки резкими шагами уходила Амелия с выражением лёгкой досады на лице.

— И чем ты так расстроил девушку? — со смешком спросил я, приблизился, вставая чуть сбоку позади Астрит и рассматривая зал поверх её головы.

В этот момент мужчина в чёрном костюме с синим отливом громко объявил:

— Приветственный первый вальс!

Заиграла музыка, пары выстроились по центру зала в несколько рядов и закружились, выписывая танцевальные па.

— Чего ты не пошел танцевать? — я кивнул на вальсирующих, вновь делая глоток из бокала.

— Я не умею, — прошипела Астрит, недовольно стреляя на меня глазами.

— Танцевать? — вот тут я дивился: чтобы северная принцесса и не умела?

— Я не знаю мужскую партию! — острый кулачок упёрся мне в бок, вызывая короткий смешок.

— Прости, не подумал, — примирительно улыбнулся я.

Астрит дёрнула плечом, продолжая нервно блуждать взглядом по залу, словно ища кого-то. Она вообще с каждой секундой становилась всё напряжённее, закусываемая губа побелела, глаза бегали всё чаще.

— Может, всё-таки объяснишь, зачем ты здесь? — я тронул её за плечо, заставляя посмотреть мне в глаза.

Два серых омута сверкнули решимостью:

— Я не могу тебе сказать, — отрезала она. Но всё-таки добавила еле слышно: — Я не хочу, чтобы ты пострадал.

— Игнорировать меня — не самый хороший вариант моей защиты, — скривился я. — Мне тошно, что ты так и стремишься растерять нашу дружбу по мелочам.

— Ты считаешь свою жизнь — мелочью⁈ — взвилась принцесса шёпотом. — Или проблемы моего народа⁈ Я должен заботиться о своих людях!

— Так объясни в чём дело! И я смогу помочь, — были бы мы одни, я бы уже встряхнул Астрит за плечи, приводя в себя. Но здесь приходилось только переругиваться шёпотом.

— Ты уже сделал свой выбор, тебе надо доучиться. И ты был в нём прав, сейчас ты мне помочь не сможешь, — покачала головой девушка. — В отличие от…

Она не договорила, музыка вальса сменилась чем-то более живым, и тут в главные двери вошёл незнакомый пожилой мужчина. Мастер церемоний как-то странно поперхнулся, но всё-таки объявил его появление:

— Величайший погодный маг, мастер первостихий!

И всё. Ни имени, ни фамилии рода. Впрочем, на это мало кто обратил внимание, потому что все взгляды были прикованы к его внешнему виду. Одет вошедший был в разноцветный костюм, он как будто состоял из кусков разных нарядов: одна штанина жёлтая, вторая красная, рукава были зелёными. Фиолетовый плащ и огромный головной убор из белых перьев, спускающихся на грудь, дополняли картину безумного наряда. Но это было не всё: смуглое, изрезанное глубокими морщинами лицо было раскрашено различными мазками красной краски, а над и под глазами были нарисованы лишние пары глаз. В руках у него был кривой деревянный посох, навершием которого служил череп какого-то животного типа крупной кошки.

Обведя зал глазами, старик вдруг громко расхохотался, заставляя ближайшие к нему пары отпрянуть, и покачивающейся походкой устремился к колоннам.

Совершено не понимая, что происходит, я глянул на Астрит и с удивлением заметил, что она словно прикипела взглядом к этому странному старику, от которого за версту несло безумием.

— Это кто вообще? — спросил я тихо.

— Один из сильнейших погодников империи, — коротко выдала Астрит, провожая его глазами. По всему было видно, что, будь её воля, она бы рванула к нему сразу же, но в сложившихся условиях не знала, как подступиться.

Между тем маг добрался до колонн в трёх метрах от нас, взял с подноса стоящего рядом официанта сразу два бокала. Сначала выпил из одного, потом отпил из другого, подмигнул официанту:

— А в правом вкуснее. Смекаешь? — чуть хрипло проговорил старик.

Слуга поторопился исчезнуть, а маг продолжил следить глазами за танцующими, которые возобновили свои движения.

Из внутренних главных дверей вдруг появился сам император. Музыка на мгновение умолкла и тут же заиграла вступление из имперского гимна. Мужчины склонились в поклонах, дамы в изящных книксенах. Прослушав вступление, император махнул рукой, и музыка вновь вернулась к танцевальной, все распрямились и продолжили кружиться.

Я же в первый, да и скорей всего в последний раз посмотрел на императора: им оказался мужчина лет так пятидесяти, подтянутый, черноволосый. Белая кожа, карие глубоко посаженные глаза, высокий лоб, тонкие бледные губы. Увидь я его на улице в обычной одежде, а не в золотом костюме и мантии, то даже не подумал бы, что передо мной человек, обладающий властью сродни божественной.

Император начал своё шествие по залу, перед ним расступались, давая дорогу, а я в определённый момент осознал, что конечная точка его движения находится рядом со мной — властитель целенаправленно шёл к тому самому магу, который провожал императора флегматичным взглядом.

Глава 9

Призраки прошлого

Император наконец подошёл к магу на расстояние вытянутой руки, я рефлекторно слегка отклонился за колонну: всё-таки находиться так близко от власть предержащих было несколько неуютно. Ожидал, что маг согнётся в положенном поклоне перед императором, но нет, тот лишь слегка кивнул головой, словно равному, что было вопиющим нарушением этикета, но почему-то властитель простил ему подобный жест.

Мои брови взлетели вверх от столь странного явления, Астрит передо мной напряглась ещё сильнее, её лицо почему-то побелело.

Вдруг фигуры мага и императора словно покрылись рябью, размазались, стало неимоверно сложно удерживать взгляд на них, он словно соскальзывал. У меня откуда-то появилось странное желание срочно отвести взгляд, а лучше вообще отвернуться. Мысли в голове вдруг стали тяжёлыми и неповоротливыми, тело сделалось ватным и неподвижным.

Сопротивляясь, я попытался прислушаться, уловить хотя бы слово из разговора, но вместо голосов услышал какие-то несвязанные звуки, уши наполнились какофонией. Сознание пусть не отключалось, но как-то плыло, не позволяя сконцентрироваться на чём-либо.

— О как, не перевелись ещё умельцы, — сквозь шум в голове я умудрился услышать удивлённо-довольный голос Раззарта. — Сконцентрируйся, это не так сложно, как кажется.

По телу словно разряд прошёл волной, встряхивая и приводя в чувство. Сам я к этому усилий не прилагал, создавалась ощущение, что именно древний дух что-то сделал со мной, но прямо сейчас выяснять отношения было некогда.

Вскинув взгляд на мага с императором, я заметил, что рябь пропала. Старик в цветастом костюме невыразительным взглядом смотрел на императора, который довольно эмоционально что-то выговаривал ему, размахивая руками. При этом остальные придворные стояли рядом с упёртыми в пустоту стеклянными глазами. Где-то там, в центре зала, всё ещё кружились пары, доносилась музыка, но тела замерших людей надежно скрывали происходящее от основной массы гостей.

Судя по всему, такой странной магией обладал именно старик, за что-то же его назвали величайшим магом. Правда, я подобной магии не видел никогда, но, опять же, мир огромен, а мне ещё учиться и учиться.

Следя за странным стариком, который вполуха слушал тираду императора, крутя в пальцах выпавшее из головного убора белое перо, я вдруг пересёкся с ним взглядом. Словно прикипев к его чёрным глазам, странно смотрящимся рядом с нарисованными копиями, я заметил в них проблеск интереса. На мгновение испугавшись, подумал, что старик сейчас сдаст меня императору, даже успел представить, как его стража кинется ко мне, но маг молчал, однако я тут же словно по голове получил.

Меня качнуло, пришлось опереться на колонну, зрение снова поплыло, предметы потеряли чёткость. Глаза прикрыл из-за подступившей тошноты, но сумел сконцентрироваться на слухе и услышать последние слова императора:

— Ты не можешь появляться здесь в таком виде и нервировать честных людей, Лорак! — гневно произнёс он.

— Ты оглянись, посмотри на них, — скривился маг. — Честность предполагает наличие чести, а где ты тут хоть каплю её увидел? Ещё скажи, что ты — честный человек, Эдвард.

От подобных слов я похолодел, не зная, чего ожидать от императора в ответ на такое. Но тут давление чужой магии ослабло, я быстро заморгал и поднял голову, видя спину уходящего властителя. Но и мага у колонны уже не было, он куда-то исчез. Опустив взгляд на Астрит, я с жалостью покачал головой: у принцессы всё ещё был совершенно отсутствующий взгляд, уставившийся в пустоту перед собой. Видимо, она тоже пыталась прорваться через магическое ограждение, но ей досталось сильнее.

Неожиданно за спиной раздался ехидный голос:

— Столь любопытные люди обычно не доживают до старости.

Я вздрогнул, по телу прокатилась холодная волна. Даже не пытаясь повернуться к величайшему магу, ответил первое, что пришло в голову:

— Значит, вы не любопытный?

Прозвучавший смешок принёс с собой лёгкий запах вина.

— Невежливо указывать пожилому человеку на его возраст, юноша.

Моё тело наконец полностью освободилось от чужой магии, я облегчённо выдохнул. Сделав шаг, старик оказался слева от меня, какое-то время мы оба молча смотрели вперёд на вальсирующие пары.

— Разве ты ничего не хочешь спросить? — вдруг начал подначивать меня маг.

— А вы ответите? — я приподнял брови, прекрасно понимая, что задавать вопросы после того, как умудрился подслушать тайный разговор императора с его подчинённым — не самая лучшая идея для здоровья.

Старик же, вопреки моим опасениям, свободно рассмеялся, отчего морщины сощурили все три пары глаз на его лице.

— Сегодня я внезапно добрый, так что отвечу, — пообещал он.

Я бросил на мага косой взгляд, решая, что бы такого спросить. Понятное дело, что ни о чём связанным с магией и императором лучше и не заикаться, но у меня было полно других тем для разговора, я же вообще не знал о существовании такого мага, к которому почему-то так стремилась Астрит.

Пару мгновений понаблюдав за стариком, я заметил, что он слегка напряжён, пусть и пытался это скрыть за ехидством.

— Зачем вы здесь? Непохоже, чтобы вас радовало происходящее, — начал несколько издалека с довольно банального безопасного вопроса.

— Давно уже не радует, — как мне показалось, старик был искренен в своих эмоциях. — Но хаоса не бывает без порядка, — задумчиво произнёс он.

— И какую сторону вы представляете? — спросил я, уже предполагая ответ.

— А на этот вопрос тебе предстоит ответить самому, — хмыкнул старик и вдруг как-то зло бросил: — Этим павлинам только и нужно, что танцевать, выпячивая достижения и деньги предков, да пить в три горла в попытке утолить неуёмную жадность!

Он ударил посохом об пол, кривясь, а я вдруг почувствовал идущий от старика поток магии. Будучи так близко, я смог уловить странный белый луч, который стремился куда-то вверх. Задрав голову, я увидел под сводчатым потолком довольно большую тучу, которая потихоньку расплывалась, захватывая весь зал. Источником её был небольшой фонтан в углу. Магия старика незаметно формировала из воды неприметные простому глаз струйки пара, которые питали тучу, делая её всё больше и больше. это что он собрался тут сотворить⁈

Не только я смотрел наверх, однако остальные лишь указывали пальцем и восторженно охали, считая это новинкой интерьера зала для приёма, частью представления, иллюзией, чтобы скрасить их вечер.

Я же, видя в глазах величайшего мага азарт, сдобренный искрой безумия, предполагал, что всё это выльется в большие проблемы.

— Пора привнести толику беспорядка в этот размеренный вечер, — растянул губы в злой усмешке старик.

— То есть вы действительно хаос, — прошептал я севшим голосом, во все глаза наблюдая, как туча вдруг резко потемнела почти до черноты и заискрилась разрядами.

Те, сверкнув и вызвав восторженный вздох у публики, вдруг сорвались и ринулись вниз, жаля танцующих, в самом центре зала, прожигая пиджаки и брюки, паля подолы платьев. Штатные императорские маги тут же среагировали, выкрикивая формулы, но что-то им мешало воздействовать на тучу, та продолжала посылать молнии, искрясь уже по всему занятому объёму.

Довольно усмехнувшись, маг развернулся, готовый уйти, а я понял одно: через мгновение пара таких зарядов устремится к нам с Астрит, которая до сих пор не пришла в себя, а я её тормошить в присутствии старика поостерёгся. Невольно вспомнив стоимость взятого напрокат костюма, я вскинул руку вверх, формируя огромную сеть над залом. Магические каналы резко заныли, напоминая о том, что восстановились с помощью целителей не так давно.

— Центр держи! Края прижал, а он провисает, — коротко отчитал меня Раззарт.

Кивнув, влил ещё больше энергии, после чего одним жестом поднял сеть под потолок, прижимая разряды к туче. Направил всю собранную чужую энергию на формирование единой молнии, используя пару коротки древних заклинаний, выдавленных шёпотом, и выстрелил ею прямо в потолок, отчего туча вдруг полыхнула и окрасилась на мгновение ярко алым, после чего рассыпалась на сверкающие кристаллы прямо у меня на глазах.

Оглушающая тишина длилась секунду, а после зал взорвался аплодисментами, даже те, кому досталось от разрядов, восторженно смотрели на императора и его магов, которые, переглянувшись, ломано поклонились, принимая вряд ли заслуженную похвалу.

Старик, так и не сделавший следующего шага, вдруг обернулся ко мне, смерил взглядом чёрных глаз.

— Интересно… — протянул он, резким движением сунул руку в карман и, вынув, протянул мне маленькую карточку из белого картона.

Стоило мне её взять, как великий маг тут же устремился к выходу, предварительно послав улыбку, больше похожую на оскал, в другой конец зала. Невольно проследив направление глазами, я увидел рассерженное лицо императора, которому на ухо что-то шептал мужчина в форме внутренней службы безопасности дворца. Но при этом останавливать мага никто не стал, он спокойно покинул зал.

Коротко выдохнув, я повертел карточку в руках: золотыми буквами на ней было написано: «Лорак. Предъявить по требованию» А так же был указан адрес дома явно где-то в самом центре столицы, так как эту улицу мы проезжали, когда ехали к дворцу, но точного местоположения дома я прямо сейчас прикинуть не мог.

Вдруг в мою руку вцепились пальцы Астрит, она, наконец придя в себя, озиралась вокруг, ища глазами мага, но не находя. Я слегка поддержал её, пошатнувшуюся и бледную, покачал головой. Перехватил у проходившего мимо официанта бокал, почти насильно заставил принцессу сделать пару глотков, а то она выглядела так, словно прямо сейчас рухнет в обморок.

— Где… — чуть сипло спросила она, делая ещё один глоток уже самостоятельно. — Где Лорак? Он же только что был тут!

— И он, и император, — с усмешкой кивнул я. — Но Лорак уже ушёл, — не смог отказать себе в маленькой подколке.

Взгляд Астрит потух, её руки безвольно соскользнули с моего рукава. Она поджала губы, отводя взгляд. Я выждал паузу и помахал визиткой перед опустившимся носом принцессы.

— Но он оставил это, — губы сами собой растянулись в улыбке.

Астрит неверяще уставилась на картонку, резким движением попыталась выхватить, но я успел спрятать руку за спину.

— Что он тебе сказал⁈ — выпалила она, гневно сверкая глазами.

Я склонился к её лицу, видя, как кровь притекает к девичьим щекам, одаряя их румянцем.

— Тебе придётся ввести меня в свою игру, чтобы узнать, — проговорил вкрадчиво.

Я ожидал какой угодно реакции, но не того, что произошло: глаза Астрит потемнели, она резко развернулась, почти убегая от меня, но тут же врезалась в проходящего позади неё официанта с полным подносом бокалов, которые, печально звякнув друг об друга, совершили пируэт и основной частью приземлились на наряды стоящей неподалеку пары. Обильно досталось и щегольскому пиджаку молодого парня, и пышной юбке девушки. А вот два боковых бокала прилетели точно на рукав Астрит.

Немая пауза длилась недолго, девушка набрала воздуха в грудь и оглушительно завизжала, щёголь с ненавистью посмотрел на Астрит, которая от неожиданности замерла, не зная, что делать.

— Ты, паршивец! Да я тебя выз…

В этот момент его дама выдала особенно печальную ноту, отвлекая, а я тем временем загородил Астрит спиной, подталкивая её подальше с глаз пострадавших.

— Пошли быстрее! — выдавил сквозь зубы, буквально таща северянку за плечо.

— Но куда?.. — принцесса отмерла, но выражение полной растерянности с её лица никуда не делось.

— Надо тебя спрятать, не хватало ещё здесь на дуэль нарваться, — буркнул, судорожно соображая, как же выкрутиться из сложившейся ситуации.

— Здесь есть гардеробная со сменной одеждой. Иди к северной стене, там за зеркалом должна быть неприметная дверь! — скомандовал вдруг Раззарт.

— А ты откуда знаешь? — пробормотал я, но совету последовал, увлекая Астрит за собой. — Зачем здесь вообще одежда?..

— Наивный! Ты что, считаешь, что это первый раз, когда кто-то из знати опрокидывает на себя бокал другой? Или то, чем этот бокал стал в желудке…

Я поморщился, не желая даже представлять. Лавируя между вальсирующими парами, добрался-таки до зеркал и там действительно обнаружил дверь. Беспрепятственно зайдя за неё, попал в коридор с ещё двумя дверьми. Первым значился женский гардероб, вторым — мужской.

— Что ты говорил? — спросила Астрит, нервно оглядываясь.

— Неважно, сейчас мы тебя перео… — я замер.

Принцесса, сообразив, почти бегом устремилась к мужскому гардеробу, но дёрнулась, останавливаемая моей рукой.

— Сюда! — не слушая возражений, я втащил её в женскую комнату.

— Ты спятил⁈— выпалила она, оглядываясь.

Резки развернулся, жестко встряхнул принцессу за плечи:

— Ты хочешь драться на дуэли с кем-то из высшей знати, которая на балу императора чувствует себя как дома⁈ — разозлившись, спросил я.

Она медленно покачала головой.

— Тогда быстро переодевайся в дамское платье, наложи макияж и поярче! — рыкнул, даже не собираясь выслушивать что-то против.

Астрит, пусть и была явно обижена на меня, возражать не стала, только высвободилась из моих рук, кинула через плечо:

— Отвернись!

Я послушно встал спиной, слыша шуршание одежды и тихие ругательства на северном и южном языках. Даже не знал, что принцесса так умеет.

Минут через пять я не выдержал:

— Ты там скоро⁈

— Ещё немного! Потерпи! Я и так делаю всё, что могу! Тут такие платья, что без служанки не наденешь!

— Скажи, я завяжу, где надо! — буркнул.

— На шее!.. — так же раздражённо бросила в ответ Встрит.

Ещё через пару минут моего плеча коснулась рука. Обернувшись, я придирчиво осмотрел представшую передо мной девушку: Астрит смогла где-то раздобыть чёрный парик, ярко накрасила глаза и губы, надела сиреневое платье с перламутровым отливом. Её щёки алели румянцем, она слегка приподняла юбку, показывая мужские туфли.

— Подходящей обуви не было… — смущённо выговорила она.

— Ничего, это не главное. Хорошо выглядишь, — я улыбнулся, стараясь поддержать принцессу, тем более что лукавить ради этого практически не пришлось.

На мгновение представил, как бы она выглядела с длинными белыми волосами… Картинка, появившаяся перед внутренним взором, понравилась.

Она протянула мне дрогнувшую руку, я с коротким поклоном принял её, легко коснулся губами тыльной стороны ладони. Церемонии были ни к чему, нас тут никто не видел, но мне почему-то показалось важным их соблюсти. Судя по вспыхнувшему взору, Астрит мои старания оценила.

Мы под руку вышли из гардеробной, успели сделать пару шагов в сторону бального зала, как на нас буквально налетел щёголь.

— Ты! — закричал он, заметив меня. — Где твой дружок⁈

Я спокойно пожал плечами, чувствуя, как сжалась рука Астрит.

— Ушёл переодеваться, больше я его не видел. Ищи там, если он тебе нужен, а у меня свои дела есть.

Парень на всех парах рванул к мужскому гардеробу, мы же поторопились ретироваться.

В зале всё так же продолжались танцы, мы прошли по краю, добрались до выхода. Я вздохнул спокойнее, но тут нас остановил мажордом:

— Молодые люди, куда же вы?

— Нам необходимо покинуть… — начал было я.

— Исключено, вы не можете нанести подобное оскорбление императору, — категорически покачал головой мужчина.

А ведь Лорак ушёл, и никто ему ничего не сказал… Он плевать хотел на все правила.

Нам пришлось проглотить все возражения и вернуться в зал. Я заметил переодевшего пиджак щёголя, бешено вращающего глазами и ищущего своего обидчика, так что решительно увлёк Астрит в кружево текущего вальса. Вёл осторожно, боясь с непривычки наступить принцессе на ногу. Но приноровился довольно быстро, перестал об этом думать и получал истинное удовольствие от того, что могу наконец без борьбы с самим собой прижимать к себе изящную фигурку северянки. Она танцевала безупречно, плавно выполняя все движения. Поднятые на меня серые глаза отражали свет ламп и казались самыми драгоценными камнями.

— Спасибо, — прошептала она, не отводя взгляда. — За всё.

Я приобнял принцессу чуть дольше положенного. Ответных слов сейчас подобрать просто не смог. Мы кружились в танце, и впервые за долгое время я почему-то не чувствовал между нами той стены, которая не давала нормально говорить ранее.

— Расскажи, что ты задумала, — тихо попросил я.

Астрит вздохнула, но на этот раз бежать было некуда, и она приблизила своё лицо к моему уху.

— Я расскажу тебе одну сказку. Жила-была одна северная принцесса, и она очень хотела помочь своему королевству, которое страдало от напастей. И как-то её крестный рассказал ей одну историю, которую многие на севере считают выдумкой для детей, а в империи вообще забыли. Существовал один древний род, который не имел под собой других родов и состоял только из одной большой семьи. Там поколениями воспитывались талантливые маги и изобретатели. Они овладели почти всеми секретами стихийной магии и стали одним из самых могущественных родов. Это очень не нравилось старому императору. В те времена страна была на грани мятежа, только тронь — и улицы зальёт кровью, дома вспыхнут огнём. Власть никогда просто так не переходила от одного человека к другому. Мало кто знает, но и на этот раз не обошлось без боя, он был, но не коснулся всей империи целиком. Пострадал лишь один род, первым поддержавший восходящего императора. Открыто встав на его сторону, род подписал всем своим членам смертный приговор. Будущий император обещал им всем свою защиту и покровительство, но это был тот самый единственный случай, когда он не смог сдержать слова. Родовое поместье династии посетили убийцы. Их было великое множество: против выступило сразу несколько крупных родов, почуявших кровь и возможность смены иерархии. Сейчас ни одного из этих родов нет, они все были вычеркнуты из всех летописей, но даже вся их кровь не смогла закрыть рану в сердце одного выжившего молодого мужчины, последнего из рода изобретателей. Он поклялся отомстить, но мстить было некому, все повинные в смерти его рода были убиты в последующие после налёта на родовое гнездо дни. Ненависть сжигала его, и он обратил все свои силы в науку, развивался отдельно от государства, перестал служить кому-либо, потеряв веру как в империю, так и в богов, которые не смогли защитить его семью. Ему присвоили звание величайшего мага, каким он и является, но из-за его вздорного и тяжёлого характера все его изобретения так и остаются росчерками на бумаге.

Мы кружили в танце, а перед моими глазами встало полыхающее поместье с вырывающимся из открытых окон пламенем. Уши заполнили крики сжигаемых заживо людей: женщины, дети, старики… в носу засвербело от вони палёной плоти. Кто-то пытался спастись, прыгал из окон, разбивался. А кому посчастливилось уйти от огня, тот натыкался на сталь врагов и падал замертво, заливая землю горячей, чёрной в темноте ночи кровью. Я не знал того единственного выжившего, но понимал его. Врагу бы не пожелал лишиться своей семьи. Но у меня была Катрин, а у этого парня… у него не осталось никого.

Словно будучи там, я видел юношу, который с ужасом в глазах убегает прочь, не в силах помочь своим родным. Как он готовит план мести, как проходит по пустым улицам мимо вымерших домов, откуда, вытирая оружие, выходят безликие люди императора, свершившие месть за него.

Мало было отобрать у него всех родных, так ему не даровали даже права на месть. Холод пробирал нутро от одной только мысли об этом.

— Этого юношу звали Лорак, — прошептала Астрит, заканчивая свою сказку.

На этом моменте словно сама вселенная почувствовала моё состояние, музыка стихла, пары замерли. Астрит присела в книксене, я рефлекторно склонил голову в поклоне. Неожиданно хриплый голос Раззарта в моей голове задал вопрос:

— Как… Как назывался тот род? — если бы это было возможно, я бы сказал, что у древнего духа перехватило горло.

— Какая фамилия была у этого Лорака? — передал я вопрос Астрит.

— Ивинтару, — слегка наморщив лоб, произнесла принцесса. — Когда-то его звали Лорак Винсент Ивинтару.

Музыка заиграла вновь, мы продолжили уже другим более живым танцем.

— Ты знал этот род? — мысленно спросил я у наставника, однако ответом была звенящая тишина. — Раззарт?

Но дух не отозвался.

Глава 10

Совпадение?

Следующая неделя прошла в гнетущем молчании: я сотню раз пытался поговорить с Раззартом, завал его и мысленно, и вслух, но никакого ответа не было. Задавал миллион вопросов о том, как же этот Лорак умудрился творить магию в полном зале народа и императорских магов, но при этом не произнося ни слова. Я ведь тогда между танцами весь фонтан облазил в поисках хоть пары символов древнего языка, которые могли бы быть проводником такого огромного количества магии, но нет, плитка и мрамор были девственно чисты. Глаза сломал, обсматривая потолок, но ничего. Либо я так и не смог найти место, где было написано заклинание, либо этот Лорак владел знаниями, недоступными остальным. И здесь Раззарт мог помочь, как никто, но от него не было слышно ни звука.

Визитку, полученную от Лорака, я свято хранил, но пока не было возможности выбраться в город, нам временно запретили покидать академию. Стандартная практика при приближении экзаменов, но сейчас она мне была как кость в горле.

Я проверял амулет, пытался напитать его магией — без толку. Ворчливого голоса в голове не появлялось, мне оставалось только мучиться догадками о том, что же произошло с древним духом.

В какие-то моменты на меня накатывал страх, что я больше никогда не услышу вредного старика, который за время нашего общения успел стать для меня не только незаменимым кладезем знаний, но и другом, действительно настоящим наставником. Я привык, что даже самые паршивые моменты моей жизни мне было с кем разделить, пусть его ироничные реплики чаще всего были направлены на меня самого, а сейчас, разрываемый переживаниями о потере старика, абсолютно никому не мог об этом сказать.

Приходилось делать вид, что ничего не произошло, так же ходить на занятия, только уже без подсказок и едких комментариев на тему современной системы образования.

В конце недели преподаватель Ирихон на занятии по практическому применению погодной магии вывел нас на сторонний полигон, на котором обычно занимались боевики. Сейчас он весь был уставлен чучелами в полный человеческий рост.

— Как вы думаете, что стоит делать, если перед вами внезапно оказалось несколько противников и ни одного союзника? — спросил он вдруг.

— Призвать град и молнии на их головы! — тут же раздался бодрый ответ из-за моей спины.

— Пустить воздушную волну им под ноги, — предложил Тобиаш.

— Призвать ближайший огонь и сжечь дотла!

Преподавателя перекосило, он поднял руку, дождался тишины и проговорил:

— Правильный ответ: бежать.

— Как⁈ — возмутилось сразу несколько студентов.

— Быстро, — пожал плечами Ирихон. — И желательно зигзагом, а то мало ли, арбалеты будут у противников.

— Да что за бред!

— Атакуйте, — спокойно приказал преподаватель, указывая на чучела.

Простейшие магические действия тут же пошли в ход: между чучелами пронёсся смерч, в воздухе запахло грозой, сверкнула молния, оставляя на чучеле небольшое чёрное пятно, воздушная волна заставила эти страшноватые манекены покачнуться. Но и только. Манекены были изготовлены из прочного материала и явно чем-то утяжелены.

Я, Астрит и Тобиаш в общем стремлении нанести вред не участвовали, терпеливо ожидая слов преподавателя: уже попривыкли, что у Ирихона редко первый пришедший на ум ответ оказывался правильным.

И сейчас произошло то же самое: как бы студенты ни стремились одолеть чучела, они оставались на месте, получая лишь незначительные повреждения.

Вдруг раздался гром, над головами полыхнуло, мощная шаровая молния прокатилась по манекенам, прожигая насквозь сразу пять подряд. Резко обернувшись, я увидел, как близняшки, держась за руки, управляли молнией. Но, заметив, что все на них смотрят, опустили ладони и отменили заклинание, свечение погасло, разряд исчез.

— Во-от, — протянул Ирихон. — Уже что-то толковое. Но что для этого потребовалось?

— Время, — тихо ответила ему Астрит.

— Именно, — кивнул преподаватель. — Простейшие магические действия напугают только обычных людей, которые неспособны нанести вам вред. Но в серьёзной ситуации они редко помогают, — он указал рукой на почти непотрёпанные чучела. — Некоторые из вас могут заявить, что в стрессовых ситуация выдавали такие простейшие проявление, которые могли защитить и от толковых наёмников. И это даже может быть правдой, но, если вы планируете стать дипломированным магом, то не имеете права надеяться на случай, каждый должен четко знать свои возможности и выжимать из них максимум. Следующие наши занятия пройдут здесь, вы найдёте и отработаете наиболее удобное для вас небольшое заклинание, которое сможете воспроизводить за максимально короткий промежуток. Вы — не боевики, приказывать малой части стихии — не ваша цель. Как погодники, вы способны договариваться со стихиями, совершая гораздо более масштабные вещи, но и вам нужно то, чем вы сможете себя защитить при случае. Мы опробуем все стихии, как первичные так и вторичные, вы подбёрете для себя минимум одну, с которой у вас наибольшее родство. Возможно, в будущем нанесёте выбранные заклинания на тело, чтобы минимизировать время активации.

Нам выдали задание составить для себя наиболее короткие возможные заклинания для таких действий с упором на каждую стихию. Собственно, ничего нового в таком упражнении не было, мы работали с таким неоднократно за последние месяцы. Но на этот раз нам выдали только общую структуру, на всё остальное давая полную свободу действий. Мы могли использовать какие угодно слова, но суть была одинакова: первой для отработки среди стихий была выбрана вода, и нам требовалось призвать водяной хлыст, способный разрубить чучело на полигоне пополам.

— Сколько именно слов использовать и какие — это только ваше дело, — давал установку Ирихон. — должны присутствовать три основных блока: первый — это призыв стихии, второй — слияние, чтобы иметь возможность передать приказ, и третий — формирование самого действия с включением ограничителя. Главное — выполнить задание за наименее короткий срок.

Мы выходили на занятия каждый раз с какой-то новой задумкой, пробовали, уходили, придавленные пониманием, что делаем всё слишком медленно. По словам преподавателя, самое короткое заклинание для подобного воздействия состояло из шести слов, самая быстрая активация — около тридцати секунд.

На последнем занятии Астрит удалось составить заклинание из восьми слов, что было лучшим результатом на курсе, но я видел, с каким трудом ей это давалось — вода не было самой её родной стихией, принцесса ночами не спала, пытаясь подобрать подходящую для себя формулу.

Я старался не отставать, но пока не мог сообразить, как вплести древние слова в новое задание, а с помощью современных у меня пока что выходило предложение из десяти слов. Можно было, просто скопировать формулу Астрит, но этого не позволяла гордость. Мне и с моей десяткой сил хватало, в целом, я укладывался в норматив, создавая водяной хлыст и рассекая им очередное чучело, но чувствовал, что могу лучше, и пытался этого добиться.

Сидя на кровати, я рисовал заклинание за заклинанием, щёлкал пальцами, воспроизводя его в миниатюре, и морщился от того, что снова не получал того, чего хотел.

— Слушай, ну ты же уже нашёл свою форму, может, хватит? — Астрит посмотрела на меня с недовольством, ибо мои игры с водой нервировали её кота, который зло дёргал ушами, косясь на меня.

— Не хватит, — упрямо отозвался я, продолжая эксперименты.

Я уже подобрал древнее слово из списка того, что мы составляли с Раззартом ранее, для того, чтобы сократить призыв стихии и слияние, но не мог состыковать его с действием, не было подходящего.

Решил рискнуть, соединяя древние слово с современной группой, но после вливания силы меня окатило ворохом брызг. Досталось и Астрит, она вскрикнула, подскакивая и пугая свою белую животину.

— Арх! Прекращай!

Я промолчал, отплёвываясь и вытирая лицо рукавом.

— Нет, ты непроходимый тупица! — раздался вдруг в голове возмущенный вскрик. — Да как можно быть таким слепым!

— Ты здесь! — выпалил я, радостно таращась в стену.

— А где мне ещё быть? Арх, давай уже спать, — буркнула Астрит, уходя в ванную.

— Раззарт, где ты был? Что случилось? — я успокоил мысли и обратился к наставнику. — Ты в порядке? Тебя так долго не было!

— Мне нужно было подумать, — как-то глухо отозвался древний дух. — Объяснения потом, сначала я заставляю твою каменную голову осознать сделанные ошибки!

— Ну уж нет, сначала ты расскажешь мне, что случилось на том Дастовом балу! — не согласился я, вспылив. — Всю эту неделю я тебя дозваться не мог, ты хоть понимаешь, что за тебя переживали, древняя твоя сущность⁈ А сейчас ты появляешься только потому, что я в очередной раз что-то сделал не так! — я с удивлением ощутил, что действительно обижен на наставника, но был слишком рад тому, то он жив и наконец вернулся. Ну, относительно жив.

Старик какое-то время молчал, я даже начал бояться, что он передумал говорить. Но его голос всё-таки раздался:

— Архарт…

Я напрягся: случаи, когда Раззарт звал меня полным именем, можно было по пальцам пересчитать, и ничем хорошим для меня это не заканчивалось.

— Ты знал тот уничтоженный род? — осторожно уточнил я, переходя на устную речь, слыша как зашумела вода в ванной.

— Знал… Это было очень давно, всё было иначе… Узнать об их страшной участи было… неожиданно больно… Я многое вспомнил, но мне пришлось приходить в себя из-за обильного потока информации… Многое нужно обдумать, прошло столько лет… Дай мне ещё немного времени, и я всё тебе расскажу, обещаю, — тусклым голосом попросил наставник, путаясь в словах. — И прости, что заставил тебя переживать.

Я вздохнул, но был настолько счастлив его слышать, что не мог не согласиться:

— Надеюсь, ты мне не скажешь, что всё это время был миловидной старушкой, — усмехнулся.

Раззарт отозвался грустным смешком на мою попытку пошутить, но я ощутил пришедшую откуда-то волну благодарности.

— Ладно, старик, говори, что тут опять напутано, — положил истерзанный и местами намоченный лист бумаги перед собой.

С древним духом всё пошло гораздо проще, сначала мы разобрали все мои прошлые заклинания, я старательно запоминал ошибки, чтобы не совершать их в будущем. Хотя бы не все сразу. А после стали составлять для меня новое заклинание, и Раззарт сам удивился, когда мне максимально подошло предложение, составленное лишь из двух ёмких древних слов!

Посланный в стену водный хлыст оставил на ней глубокий след.

— АРХ! — донеслось из ванной.

— Прости! — крикнул я, растягивая губы в азартной улыбке.

Глубоко вдохнул, осознавая, что мне для активации пришлось потратить секунд двадцать, а это было лишь первое применение… Кажется, новый рекорд у меня в кармане!

— Не торопись, — одёрнул меня древний дух. — Уже забыл, что было в прошлый раз, когда ты бездумно использовал заклинание прошлых веков?

Скривившись, я вынужден был вернуться с небес на землю.

— Эту формулу оставь для безлюдных переулков, а для академии нужна другая форма. Сколько слов будем использовать? — в голосе наставника появились деловитые нотки.

Сощурившись, я покосился на дверь ванной.

— Шесть, — хмыкнул. — Надо шесть.

На следующий день я с удовольствием смотрел на удивление, смешанное с восхищением, плещущееся в серых глазах Астрит, когда я смог обойти её показатели, выдав время активации в сорок секунд и заклинание в шесть слов. Получил скупую похвалу от преподавателя и вернулся к принцессе.

— Не смотри на меня так! — фыркнула вдруг она. — Да, я признаю, что ты не зря доводил моего кота.

Таким образом мы поступали с каждой стихией, подбирая одно защитное и одно атакующее заклинание из простейших и отрабатывали его до совершенства. Астрит сумела освоить три: лучше всего ей давались огонь и воздух, и намного хуже вода. Видя её успехи, Ирихон как-то обронил, что при таком потенциале многие высокие рода будут рады рассмотреть принцессу в качестве перспективного кандидата в свои ряды.

Услышав подобное, Астрит побледнела, поблагодарила преподавателя и бросила на меня странный взгляд. А я с первого раза понял намёк вселенной и на занятиях больше блистать не стал, отобрав для себя в качестве основных стихий воду и воздух.

Но, не удержавшись, под наблюдением Раззарта на обрыве попытался плотно поработать с остальными стихиями, с удовлетворением понимая, что могу использовать для самозащиты абсолютно любую, пусть ближе мне всегда были молнии.

— Такую бы силу да под подходящую голову… — пробормотал наставник, но я уже достаточно долго знал старика, чтобы услышать гордость за своего ученика в его ворчании.

Дабы не привлекать внимание, мне приходилось специально тянуть время активации каждого заклинания, хотя под руководством Раззарта я уже смог достичь пятнадцати, а то и десяти секунд, в зависимости от предложения. И пусть магические каналы до сих поры слегка ныли, эта боль меня скорее отрезвляла, не позволяя считать себя всесильным — до этого мне было ещё ой как далеко.

А вот после курса самозащиты нам объявили, что по учебному плану отменяются все сторонние занятия, кроме подготовки к предстоящим испытаниям, которые уже маячили на горизонте вместе с окончанием учебного года. Нам выделили площадку, на которой мы тренировались призывать дождь, кто-то формировал тучи, кто-то заставлял сверкать молнии и литься живительной воде, а кому-то требовалось убрать за ними и вновь вернуть солнце. Мы противостояли друг другу, один насылал холодный ветер, второй должен был либо ограничить его действие, либо полностью нейтрализовать.

Чего мы только не делали за это время! Никогда бы не подумал, что можно так изгаляться над погодой. Нас с Астрит можно было выжимать, когда мы, обессиленные, возвращались в комнату после таких занятий, мне далеко не всегда помогал мой внушительных размеров резерв, Ирихон находил, как вымотать и меня, а Раззарт помалкивал, не желая помогать мне в таких «простейших», по его мнению, ситуациях. Я даже с лёгкой ностальгией стал вспоминать тренировки с Асил и мастером клинков. Они хотя бы не вынимали мне мозг различными магическими ситуациями, когда нужно было действовать в быстро меняющихся условиях.

Когда до жеребьёвки на выпускные испытания оставалась неделя, нам разрешили выход в город, но только в сопровождении кого-нибудь из старших курсов. Зачем так делалось — я так и не смог добиться ни от кого из преподавателей или старшекурсников. Но, плюнув на причины, подбил Кассандру выйти со мной на прогулку: визитка жгла карман, да и Астрит периодически спрашивала о Лораке, так что я мысленно перебрал в голове всех доступных старшекурсников и выбрал ту, у которой был доступ во внутренний круг столицы. Астрит я сознательно даже не пригласил с нами, стремясь сначала самостоятельно поговорить с великим магом, а потом уже решать, что сказать принцессе, которая возлагала на Лорака свои большие надежды.

Кассандра с удовольствием согласилась прогуляться, день выдался пусть и пасмурный, но тёплый. Как коренная жительница столицы, она провела для меня небольшую экскурсию, я старательно делал вид, что внимательно слушаю, но сам так подстраивал маршрут, чтобы оказаться недалеко от дома Лорака. Однако приблизиться нам не позволили — квартал перекрыла императорская стража, заявив, что сейчас здесь проходит императорский выезд и гражданским вход воспрещён.

Почему-то мне не хотелось говорить с Лораком при непосредственной близости императора, так что я смирился с тем, что на этот раз встретиться с великим магом не выйдет.

Поэтому переключил всё своё внимание на красивую девушку рядом: Кассандра сегодня была в привычных узких брюках и короткой куртке, подчёркивающих её отличную фигуру. Золотые волосы волнами лежали на плечах и спине. Я невольно залюбовался, вспоминая, что между нами было, как держал это обнажённое тело в своих руках. Организм был не против повторить, сознание, в принципе, тоже.

— Осталось спросить у девушки, — язвительно прокомментировал Раззарт.

Я только хмыкнул в ответ: почему-то был уверен, предложи я ей такое, Кассандра не будет отказываться. Но что-то внутри останавливало…

Пока боролся с самим собой, погода, видимо, решила помочь и охладить, потому что вдруг с неба стеной хлынул вертикальный дождь. Выругавшись, я уже хотел было рефлекторно применить магию и разогнать тучи, как Кассандра схватила мою поднятую руку:

— Стой, мы ж не в академии, тут нельзя! — смеясь, выговорила она. — Пошли, я знаю, где укрыться.

Она потянула меня за собой, а я не стал сопротивляться, мысленно благодаря её за расторопность и коря себя за тупоумие: в столице было запрещено творить погодную магию без лицензии и звания императорского мага.

Мы несколько метров пробежали по скользкой брусчатке улицы, стараясь не столкнуться с такими же неудачниками или с пролетающей каретой. Накрывая головы своими же куртками, завернули к одному из домов, беспрепятственно зашли во внутренний двор, быстро добрались до входных дверей.

Из-за хлещущего дождя я не успел рассмотреть адрес и внешний вид особняка, поднял глаза уже только внутри, отряхивая себя и принимая полотенце у услужливого дворецкого.

Кассандра со смехом вытирала мокрое лицо, я невольно улыбался в ответ. Так и не скажешь, что перед тобой два аристократа.

— Девочка моя, кто это с тобой? — раздался вдруг мелодичный женский голос.

Обернувшись, я посмотрел на появившуюся в коридоре даму средних лет в тёмно-красном платье. Хватило одного взгляда на её лицо и золотые локоны, чтобы осознать, куда я попал. И пожалеть, что не остался под дождём.

Глава 11

Долг платежом красен

— Это Архарт Самвель, мама, я тебе про него рассказывала, — без тени смущения представила меня Кассандра.

Я торопливо поклонился, отдавая дворецкому полотенце.

— Приятно познакомиться, — выговорил сжато, но соблюдая приличия.

— Абсолютно взаимно, — с улыбкой ответила женщина.

Планировал попасть в один знатный дом, а получилось зайти совершенно в другой. Да, знакомство с родней Кассандры я как-то не предполагал и с удовольствием бы ретировался, но нас пригласили попить чаю, пока бытовой маг не высушит нашу верхнюю одежду. Точнее, мою, потому что Кассандра сбегала в свою комнату наверх и быстро переоделась. Отказаться и не обидеть было невозможно, пришлось наступить себе на горло и вежливо улыбаться.

За то время, пока старшекурсницы не было в гостиной, её мать успела меня спросить по мой род, статус, успехи в учёбе, друзьях, семье, семейном деле и ещё задать множество вопросов про жизнь и отношения с её дочерью, особенно ревностно расспрашивая о последнем. Свои мысли о Кассандре, которые были у меня несколько минут назад, я постарался спрятать так глубоко, чтобы они не отразились на лице. На остальные вопросы попытался ответить вежливыми обтекаемыми фразами, но складывалось ощущение, что я снова в управлении городской стражи на допросе…

Благо, Кассандра, вернувшись, сама заняла свою мать разговорами, я и тихо потягивал вкусный ароматный чай из изящной тонкой чашки, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания и вообще притвориться неодушевленным предметом.

Такой отвесный дождь не мог длиться долго, за что я возблагодарил всех богов разом, и где-то через полчаса мы уже раскланивались у дверей, прощаясь и давая невыполнимые обещания забегать ещё. По крайней мере, лично я тут больше появляться не собирался.

Стоило нам выйти за калитку, как я выдохнул с облегчением. Глянув на меня, Кассандра звонко рассмеялась.

— Прости, если моя мама тебя немного потрепала, — девушка склонила голову набок. — Она всё ещё не теряет надежды, что я в ближайшее время найду себе жениха.

— А ты не планируешь? — сощурился я.

— В ближайшее время точно нет, — с лёгкой досадой отмахнулась девушка.

Мы продолжили экскурсию, болтая ни о чём, но стоило нам покинуть квартал, как я заметил странную особенность: здесь дождя не было. Точнее, следов от него. Бросив короткий взгляд назад, увидел чёткую границу мокрой брусчатки по концу улицы. Не стал заострять на этом внимание Кассандры, но себе напомнил, что я имею дело с представительницей старшего рода, который входил в число заинтересованных во владении моими силами лиц. И кто именно решил меня познакомить с её матерью — она сама или же кто-то из родни, значения не имело, держаться в любом случае стоило от них подальше.

И, несмотря на это, второй выход в город я планировал провести с той же Кассандрой, всё-таки надеясь дойти до дома Лорака и хотя бы чётко определиться с местоположением адреса. Конечно, можно было просто сказать местоположение дома любому извозчику и спокойно доехать, но мне хотелось сначала хоть немного разведать обстановку. Однако всё снова пошло не по плану.

Сразу же после занятия, стоило мне только привести себя в порядок, как в дверь нашей с Астрит комнаты постучали. Мы переглянулись: принцесса сушила волосы и стояла в одной рубашке без лишних подкладных, которые носила в академии для зрительного увеличения плеч.

Кивнув на дверь, я подождал, пока Астрит спрячется в ванной, после чего открыл дверь, за которой стояла Катрин.

— Что-то случилось? — тут же напрягся я, и только потом обратил внимание, что на лице сестры лёгкий макияж, волосы уложены в причёску, а на ней самой выходное платье.

— Нет, но ты не мог бы выйти со мной в город? — я видел, что сестра нервничает. — Прямо сейчас.

— Да, конечно, дай пару минут одеться, — кивнул коротко, решив не выяснять причины на пороге.

Вернулся в комнату, проговорил в незакрытую дверь ванной:

— Я с Катрин в город, закрой за мной дверь.

Оделся и поторопился выйти. Когда мы покинули пределы академии, сестра вдруг взяла меня под локоть, прильнула к плечу.

— Может, расскажешь, в чём дело? — я с улыбкой погладил её по мягким волосам.

— Арх, я… — Катрин замялась. — Я должна тебя кое с кем познакомить.

— Это с кем же? — сощурился, чувствуя облегчение и сдерживая улыбку, потому что уже предполагал, о ком пойдёт речь. А то уже успел себе представить слишком много не самых хороших поводов, по которым сестра могла в срочном порядке потащить меня в город.

— Он хороший, честно, ты не подумай, — торопливо заговорила она, сжимая мою руку. — И очень меня любит!

— А ты его? — всё-таки я не удержался от улыбки.

— И я его! — горячо заверила меня Катрин. — И мы… мы встречаемся, но… Он хочет, чтобы всё было правильно, официально, а ты… ты теперь официально глава нашего рода, и…

— Ладно, не расписывай его, а веди и показывай, — мягко оборвал сестру. — А там уже я решу, хороший он или нет.

Острый кулачок сестры ткнул меня под рёбра, но при этом она продолжала держать меня под руку.

Мы подошли к небольшому кафе, вошли внутрь. Завидев нас, парень, сидевший в одиночестве за боковым столиком, поднялся, приветствуя. Я с усмешкой разглядывал того, кого уже давно постоянно видел рядом с Катрин. Представился он первым и почтительно протянул ладонь, несмотря на то, что был старше меня, что порадовало, так как уже неплохо характеризовало парня, чтущего традиции.

— Доран Каслер, — он слегка склонил голову.

— Архарт Самвель, — я пожал его руку, присаживаясь за стол первым на правах старшего по статусу.

Катрин и Доран сели напротив меня, переплетя пальцы.

— Я хотел бы официально познакомиться с… вами… — начал он, неловко запинаясь в словах.

— Тобой, — поправил я с усмешкой, решив не издеваться над собеседником. — Да, я — глава рода, но, сам понимаешь, разница в возрасте тут не в мою пользу, поэтому давай без выканья.

Каслер облегчённо выдохнул, нервно улыбнулся.

— Я хотел бы заверить тебя, что у меня по отношению к Картин только самые серьёзные намеренья, — выговорил он твёрдо. — Я готов защищать её четь и поддерживать как любимую девушку. Мы просим тебя дать официальное одобрение наших отношений.

— Что, и на помолвку готов? — каверзно спросил я.

— Со временем, — абсолютно серьёзно кивнул Доран, не реагируя на мою интонацию.

Катрин посмотрела на него со счастливой улыбкой. Что ж, за такое её настроение я готов был многое этому парню простить, но нужно было уточнить один момент.

— Катрин, — я с улыбкой посмотрел на сестру. — Пойди, выбери для нас десерт на свой вкус, — кивнул на стеклянный прилавок. Она хотела возразить, но я добавил с лёгким нажимом. — Только самый лучший.

Поджав губы, она всё-таки послушалась, поднялась и ушла, но, замерев у прилавка, всё косилась на нас. Мой взгляд, направленный на Дорана, потяжелел, улыбка истаяла. Внимательнее рассмотрев парня, я заметил странные желтоватые пятна на его лице. И, кажется, следы тонального крема.

— Это всё, конечно, хорошо, — проговорил я, понижая голос. — Но что-то не припомню, чтобы ты рвался защищать честь моей сестры, когда она была помолвлена с Жарондом. И это пришлось делать мне, но уже с явным опозданием.

Парень дёрнулся, словно я его ударил, побледнел, на щеках заиграли желваки. На мгновение Доран отвёл взгляд, но тут же вернул его, пылающий решимостью.

— Я готов поклясться жизнью, что такого больше не повторится! — выпалил он. И добавил уже тише: — Мой род был зависим от рода Жаронд, но сейчас мы разорвали отношения. Считай, что я теперь в опале у него, — Каслер скривил губы в усмешке. — Да и пока мы были друзьями с Жарондом, я старался оберегать Катрин как мог. К сожалению, тогда я не был на многое способен. Но сейчас наши дороги разошлись, и мои личные проблемы с Ренераном не обрастут последствиями для всего рода. Я не позволю ему пятнать честь Катрин!

Я оценивающе смотрел на парня и не видел в нём лжи. Но, опять же, себе в этом деле не слишком доверял, уж больно часто ошибался в людях.

— Позволь цветку их любви распуститься. Тебе можно ходить бобылём ещё лет так двадцать, а о сестре пора бы уже подумать, ты же глава рода, — проворчал Раззарт в голове. — Ответсвенность за её счастье и семейное благополучие лежит на тебе. Да и парень вроде бы неплох, серьёзный, правильный.

— Ладно, — сдался я. — Даю официальное одобрение.

— Арх, спасибо! — оказалось, Катрин уже стояла у меня за спиной, и теперь бросилась меня обнимать.

Что ж, её светящееся от радости лицо было мне наивысшей наградой. Что характерно, для Дорана, кажется, тоже.

Мы ещё немного побеседовали, доели выбранный для нас Катрин десерт. Доран хотел проводить Катрин, но я мягко перехватил её уже протянутую руку:

— Позволь мне, я и так довольно редко вижу сестру, — вежливо попросил я, не желая вызвать у парня неправильную реакцию.

Тот понял и с улыбкой уступил, лишь обняв девушку на прощание.

— Спасибо тебе большое, Арх, — Катрин обвила моё плечо двумя руками. — Я так счастлива!

— Я рад, — наклонил голову и коснулся щекой её тёплой макушки. Однако стоило переходить к теме, из-за которой я и не позволил влюблённым уйти под ручку в закат. — Синяки сама ему замазывала? — спросил прямо.

Катрин, сдавленно охнув, поникла, стыдливо опуская ресницы.

— Так заметно? — тихо проговорила она.

— Он неудачно выбрал место. Столик у окна, свет падал так, что да, заметно, — хмыкнул я. — Так в чём дело? Непохоже, чтобы это было обычным последствием тренировки боевиков, такие вещи они обычно не прячут даже на официальных приёмах. Это сделали намеренно. Кто?

— Жаронд, — с коротким выдохом ответила сестра. — Он издевается над ним на занятиях, постоянно встаёт с ним в спарринг, а Доран, он… Не так силен, как…

Я накрыл сжавшиеся пальцы сестры ладонью, согревая.

— Ничего, разберёмся.

— Только никаких дуэлей! Я слово с Дорана взяла, и с тебя возьму! — зашипела Катрин. — Не собираюсь терять ни одного из вас из-за одного ублюдка!

— Катрин Самвель, следи за выражениями, ты же девочка, — протянул я. — Договорились, — легко согласился с её требованием. — Дуэли не будет.

«Будет что-нибудь другое», — добавил я мысленно, чувствуя странную гордость за то, что сейчас сестра не бросилась читать мне нотации о том, что Жаронд большой и страшный… в смысле сильный боевик, и мне не стоит с ним связываться.

* * *

Найти время и заявиться на полигон, когда у меня занятия уже закончились, а у боевиков третьего курса только началась боевая физическая подготовка, большого труда не составило. Немного понаблюдав, я с лёгким отвращением заметил, как тренер по просьбе Жаронда легко согласился поставить его на поединок в пару с Дораном и отошёл по своим делам, оставляя группу тренироваться самостоятельно. Уже через несколько секунд жених сестры глотал песок, валяясь на полу. И неудивительно, Жаронд был хорош в бою на клинках, тут я не спорил. У него явно были и другие учителя, помимо местных, а вот Каслер очевидно был лишен такой привилегии.

Когда Дорана хорошенько вываляли в песке, я не выдержал и открыто вышел на площадку. Каслер, заметив меня, округлил глаза, залился нервным румянцем, поторопился встать и отряхнуться. А вот Жаронд словно добычу увидел, хищно усмехнулся. Мы с ним не сталкивались с тех пор, как прошла дуэль, так что чья-то память явно притупилась…

— А вот и свежее чучело для битья подошло, — довольно громко проговорил Жаронд, привлекая чужое внимание.

— Ты мне извинения задолжал, Ренеран, — сощурившись, напомнил я.

Вокруг нас сам собой начал образовываться круг зрителей из третьекурсников.

— Но я вижу, что ты так и продолжаешь смело сражаться только с теми, с кем уверен в победе, — продолжил вальяжно, видя, как дёрнулся Доран. Но меня сейчас интересовало здоровье Каслера, а не его душевное равновесие и задетая гордость.

Жаронд пошёл пятнами, шагнул ко мне, сжимая меч.

— Ты кем себя возомнил, шваль подзаборная⁈ — зашипел он. — Хочешь поединка, так выходи на арену, я тебя размажу тонким слоем. На своё везение можешь больше не рассчитывать!

— А на мечах слабо? — я кивнул на оружие в его руках.

— На тебя мне и магии будет достаточно, — отмахнулся Жаронд, но как-то неуверенно.

— Так и думал, — усмехнулся я в ответ.

Сзади раздались шаги, кто-то проходил мимо площадки.

— Эй, Самвель, проблемы? — раздался знакомый голос.

Я, мельком обернувшись и увидев боевиков в плащах и капюшонах, покачал головой и махнул рукой, не отвлекаясь от Жаронда. Но Ренеран не мог упустить возможности уколоть меня:

— О, у убогих группа поддержки появилась? Проходите мимо, девочки, здесь разговор не для ваших ушей! Ну так что, Самвель, как насчёт магического поединка? Я покажу, где твоё место!

Я взметнул брови вверх, понимая, что Жаронд даже не утрудил себя, чтобы внимательнее присмотреться к тем, кто спокойно шёл мимо, но после такого заявления резко сменил направление.

И по мере их приближения брови Ренерана поднимались всё выше, пока не достигли максимальной высоты, когда рядом со мной остановился Крат и сбросил с головы капюшон.

— Поединок? Магический? Да не вопрос, — прогудел он.

— Я не с тобой говорил! — Жаронд всё ещё старался сохранять лицо, но нашивки четвёртого курса под плащами уже заметил.

— О, я так и понял, но мы это, как ты там сказал, группа поддержки убогих, — оказалось, Крат обладал очень неплохим слухом. — Так что давай, выходи в круг, — боевик сбросил свой плащ на руки друзьям и демонстративно размялся, играя мускулами.

— Не надо, я сам, — с усмешкой проговорил я, привлекая внимание Крата.

Но тот положил руку мне на плечо, склонился:

— Я не люблю ходить в должниках, долги надо отдавать, — тихо проговорил он, внимательно глядя мне в глаза.

Что ж, мой жест на нашем поединке не остался незамеченным. Я махнул рукой:

— Ладно, твоя взяла.

Крат широко улыбнулся и двинулся к побледневшему Жаронду.

— Ну так что, до первой крови или до слов о сдаче? — деловито уточнил он.

— Мы на разных курсах, — проблеял тот.

— В случае с Самвелем тебя это не смущало. Мы с тобой хотя бы с одного направления, так что и меня, позволь, не будут волновать подобные мелочи, — растёкся словами Крат.

Отказаться Жаронд уже не мог. Кто-то из друзей Крата вышел вперёд, беря на себя роль судьи, дал отмашку. И я впервые увидел, как дерутся боевики: площадка тут же наполнилась треском заклинаний. Никаких слов поначалу не звучало, каждый задействовал те заклинания, которые были для него наиболее близкими и нанесёнными на тело. А я только сейчас понял, что в поединке на мечах не видел на торсе Крата ни одной татуировки. Оставалось теряться в догадках, где он их прятал, пренебрегая столь обширной верхней территорией, которую давало его могучее тело…

Огненные копья сталкивались с водяным щитом, молнии искрили, сбиваемые смерчами. Водяные стрелы разбивались о воздушные коконы. И при этом время для активации заклинаний было практически нулевым.

Чтобы не попасть под шальное заклинание, я отошёл подальше, к месту, где стоял держащийся за поврежденную руку Доран.

— Не нужно было, — тихо проговорил он, не отрывая взгляда от боя.

— Ты это ему скажи, — со смешком кивнул на Крата, по лицу которого блуждала хищная улыбка.

Жаронд ещё держался на ногах, но даже мне было понятно, что это лишь по позволению четверокурсника.

— Могу дать несколько уроков, — я указал на валяющийся около ног Каслера меч. — Не заставляй Катрин переживать за тебя.

Доран закусил губу, вскидывая на меня горящий взгляд.

— О времени договоримся позже, — хмыкнул, читая ответ в его глазах.

Между тем Жаронд впервые был опрокинут на песок. Тут же вскочил, но снова оказался растянутым по площадке. Крат показательно втоптал его в пыль, буквально выдавливая из Ренерана слова о признании поражения. Победитель склонился к поверженному, что-то тихо проговорил на ухо, от чего Жаронда перекосило.

— Что тут происходит⁈ — раздался гневный голос прибежавшего на шум тренера. — Что вы устроили⁈ — разглядел участников. — Крат? Ренеран⁈

— О, мастер, просто подрастающее поколение попросило показать пару приёмов, да я немного перестарался, простите, — Крат наклонился к Жаронду, похлопал его по плечу. — Ты же не в обиде, парень?

Ренеран что-то прохрипел в ответ, скрежеща зубами.

Крат же, отряхнув руки, направился к нам, по пути забирая у друга плащ. Подойдя, кивнул на Дорана:

— Друг?

— Сердечный друг сестры, — я пожал плечами, представляя парней друг другу.

— Будут проблемы — обращайся, — похлопал Каслера по плечу Крат, махнул мне и продолжил свой прерванный путь, вновь закрывая голову капюшоном.

— Откуда ты знаешь Майера? — в каком-то благоговении спросил меня Доран, провожая внушительную спину Крата взглядом.

— Кого? — переспросил, не понимая.

— Крата Майера, — Каслер глядел на меня удивлённо.

— А, ну пересеклись как-то, — я отмахнулся. — А что, он какая-то большая шишка?

— Ты что, на солнце перегрелся? — Доран неверяще вытаращился на меня. — Он же недавно на межакадемических соревнованиях взял титул лучшего мага-боевика!

— О как, — только и выдохнул я, покачал головой. Хорошо, что тя не согласился с ним на магическую дуэль… Вот где бы меня точно соскребали с песка. — Не знал. Ладно, бывай. О тренировках договоримся позже.

Бросив последний взгляд на помятого Жаронда, которому помогал встать тренер, я поторопился ретироваться.

А на следующий день вместо будильника у меня была прилетевшая в лицо подушка и сиплый после сна крик Астрит:

— Арх, подъём, мы проспали! Жеребьёвка на итоговые испытания через десять минут в главном зале!

Глава 12

Делайте ставки…

Так быстро мы не одевались ещё никогда. Кто там какого пола — отошло на второй план, я, торопливо накинув штаны и рубашку, помогал Астрит застегнуть все пуговицы и спрятать несколько слоев одежды под мантию. О завтраке не шло и речи, мы вылетели из общежития и бегом рванули в сторону учебного корпуса на всех парах.

От всеобщего внимания и порицания нас спасло то, что массовые мероприятия никогда не начинались вовремя. Всегда кого-то ждали, что-то ещё доорганизовывали, что-то забывали и переделывали на ходу. Мы успели вбежать в главный зал и занять там места на последних рядах до того, как ректор в своей белой мантии под торжественное приветствие зашел в зал и сел за стол, где его уже ждал профессор Рияви и незнакомая мне пожилая женщина в синей мантии. Её седые волосы были забраны в строгий идеальный пучок, на переносице поблескивали узкие очки в металлической оправе, придавая женскому образу излишнюю суровость.

Наше шумное дыхание и растрёпанный вид вызвали возмущение у ближайших соседей, но не более того. Я оглядел зал: здесь собрались все направления первокурсников одновременно, характер предстоящих заданий был у всех разным, но обязательным для каждого из нас. Только пройденные испытания позволяли перейти на второй курс без проблем. Все были в новых мантиях, с одинаковыми нервными улыбками на бледных лицах, а в глазах сверкало ожидание.

— Уважаемые первокурсники, мы рады объявить о начале жеребьёвки для распределения мест назначений будущих испытаний. Сегодня вы узнаете, что станет вашим итоговым экзаменом на получение права перевода на второй курс, — торжественно начал ректор, поднявшись и обводя взглядом всех собравшихся. — После оглашения попрошу вас всех подойти к вашим кураторам и получить сопроводительные документы. На сборы вам будет дана неделя, в течение которой все занятия отменяются. Готовьтесь, собирайтесь с духом! Я верю, что ни один из вас не запятнает чести нашей академии и с достоинством пройдёт испытание!

Все захлопали, ректор чинно качнул головой и вернулся на своё место за столом.

Я рефлекторно потёр взмокшую шею: все вокруг меня ждали направления с радостным и чуть нервным нетерпением, я же… Меня не оставляло ощущение, что приближается что-то тёмное. Чувство, сродни тому, что я испытывал перед судом — будто удавка на шее начала затягиваться. Этим испытанием мне на том суде практически угрожали, как и последствиями его непрохождения… Что-то мне подсказывало, что династии могут вспомнить о вожделенном некогда маге в самый неподходящий момент.

— Арх? — я почувствовал на своём предплечье холодную ладошку и посмотрел в серые тревожные глаза Астрит. — Ты в порядке?

Я через силу улыбнулся, кивнул, похлопал принцессу по руке.

— Всё хорошо, просто задумался.

Астрит подозрительно на меня покосилась, но перевела взгляд на происходящее впереди, на возвышении, где как раз поднялась пожилая женщина, взяла в руки бумаги и начала перечисление строгим менторским тоном. Сначала она называли фамилии первокурсников, а затем провинцию, куда они назначались.

Я окинул взглядом принцессу, выбираясь из своих дум: а ведь у неё ситуация сейчас сложнее чем у меня. Мало того, что ей придётся ехать на чужую территорию, так там ещё и продолжать скрывать, что она девушка… А это может быть не так легко, как здесь. Да и напарник может попасться гораздо более любопытный, нежели я.

А между тем в вариантах мест для прохождения испытаний фигурировали не только земли империи, но и несколько мест из Халифата и недавно присоединенных северных земель. При их упоминании Астрит вздрогнула и сжала пальцами скамейку. Я незаметно накрыл ладонью её руку, поддерживая. Принцесса коротко выдохнула и посмотрела на меня с благодарностью.

Напряжение нарастало, соседи уже получили своё распределение и тихо обсуждали перспективы, а наши фамилии всё не называли, что заставляло ёрзать на месте, не зная, чего ещё ожидать. Ну, кроме подставы, её я ожидал в любом случае.

— Утеранская провинция, земли Кринана, — неменяющимся тоном проговорила женщина, и я уже был готов услышать свою фамилию, потому что знал эти земли — страшная глушь, засуха и близость пустошей. Зона так называемого экстремального земледелия, где погодников всегда не хватало, как и денег на оплату их труда. — Торн Густ.

Я удивлённо вскинул брови, нашёл взглядом Торна: парень, однако, никаких эмоций по этому поводу не испытывал, пожал плечами и кивнул.

— Он сам из этих земель, — прошептала Астрит, склонившись ко мне. — Думаю, он даже заявку на это подавал заранее.

— А можно как-то попросить о месте своей подготовки? — мои брови взлетели вверх.

— Не совсем, — качнула головой принцесса. — Ты можешь оставить ходатайство, но администрация не обязана к нему прислушиваться, всё идёт на их усмотрение.

Я мысленно прикинул, как бы было хорошо отрабатываться дома… Я успел изрядно соскучиться по Никсу и его людям. Точнее, по моим.

— А ты подавал прошение для назначения к себе? — спросил соседку с интересом.

— Нам… Мы не можем так делать, — Астрит покачала головой, ответила обтекаемо. — Закрытые границы.

Я сам себе готов был лоб отшибить: ну конечно, о чём это я вообще? Принцесса же мне рассказывала, что у них очень сложно с подбором магов. Пригласить-то они могут, но кто ж им мага даст… Да и ей не стоит привлекать к себе внимание подобными заявками.

— Архарт Креон Самвель, — наконец услышал я своё имя из уст распорядительницы. — Королевство Нордатт, провинция Нуннат.

Я на мгновение выпал из реальности. Нордатт?.. Как?.. Не может такого быть. Я ослышался? Это же дом Астрит… Они не могли меня отправить туда, империя не делится магами с мятежным королевством…

… — Королевство Нордатт, провинция Нуннат.

Кого-то ещё назначили? Я перевёл ошарашенные глаза на побледневшую сверх меры Астрит, встречаясь с точно такими же огромными серыми глазами, в которых плескалось непонимание.

— Кто ещё?.. — спросил я чуть сипло.

— Я… — на грани шёпота выдохнула принцесса. — Но это невозможно… Мы… У нас же не получится прямо сейчас… Мы обречены…

— Спокойно, — я легонько встряхнул Астрит за плечи. — Ты ещё не знаешь, что именно они от нас захотят.

Принцесса сглотнула, но совладала с собой, выпрямилась, гордо поднимая подбородок, пусть её лицо всё ещё отдавало нездоровой бледностью.

До конца жеребьёвки ждать осталось недолго, после нас озвучили только пять фамилий, после чего прозвучало завершающее слово ректора, которое мы пропустили мимо ушей, теряясь в размышлениях о нашем будущем.

После окончания официальной части мы в общем порядке подошли к профессору Рияви, получили свои документы о назначении. При этом мне показалось, что во взгляде главы погодников я видел сожаление пополам с сочувствием. Но профессор ничего не сказал, по крайне мере в присутствии глав других направлений.

Вернувшись в комнату, мы с Астрит убрали документы по тумбочкам и переглянулись.

— Мне нельзя там появляться сейчас… — пробормотала она.

— Поменять место испытания ты не можешь. Как и не пройти его. Ты слышала что-нибудь про аукцион? — я сощурился.

— Отдалённо, — Астрит поёжилась. — Если не пройду испытания, но при этом буду признана перспективным магом по результатам учёбы, то меня выставят на аукцион, чтобы отдать кому-нибудь из высоких родов для более стабильного развития навыков. Или меня выкупит империя, сделав государственным магом.

Я кивнул, вспоминая, как недавно Ирихон прямо говорил Астрит, что старшие династии с удовольствием обратят на неё своё внимание. А не обратили ли уже?.. Подобное назначение выглядело, как наказание. Но если у меня есть послужной список провинностей перед династиями, то Астрит-то за что? Чтобы точно не сдала и не увильнула от аукциона? Сволочи, какие же они все сволочи…

В наступившей тишине я отчётливо услышал, как урчит голодный желудок принцессы.

— Позавтракаем в городе? — озвучил внезапно пришедшую мысль.

— Давай, — Астрит слабо улыбнулась впервые за утро.

Мы вышли за границы академии, направились к полюбившемуся нам кафе недалеко от торгового квартала.

— Провинция Нуннат — это что вообще? — решил я хоть немного разведать наше будущее.

— Местность недалеко от моря, — вздохнула Астрит, всё ещё будучи слегка не в себе. — Сейчас там дуют очень холодные ветра, возможности вырастить хоть что-то практически не осталось, всё вымерзает.

— Хорошая перспектива вырисовывается, — я почесал затылок.

— Недалеко от королевского дворца, — чуть нервно хмыкнула Астрит. — Но я не понимаю, как нас вообще туда направили.

— Твоё королевство разве не направляет заявок на магов? — я приподнял брови.

— Регулярно, — кивнула принцесса. — Но раньше никого не присылали, всегда говорили, что нет кадров, а сейчас сразу двоих… И тебя… И как я вообще поеду домой, родители же меня узнают… и потом не выпустят…

Я жёстко усмехнулся, но не стал сейчас открывать своих предположений о причинах столь внезапной перемены в политике академии и рассуждать о том, что хуже: остаться дома или вернуться, не выполнив испытания, и попасть на аукцион.

Мы позавтракали, я честно попытался как-то привести Астрит в более веселое расположение духа, но у меня не слишком хорошо выходило. В итоге мы договорились сейчас заняться своими делами: Астрит собралась к Бернту, чтобы обговорить с ним сложившуюся ситуацию и решить, как они будут добираться домой. Я проводил её до перекрестка, где передал незнакомому северянину.

Сам же поторопился к тому, кому, как и мне, было важно, чтобы я своё испытание прошел несмотря ни на что. Фраус давно мне называл адрес в торговом квартале, где я смогу его найти при необходимости. Без особого труда отыскав двухэтажное здание из белого камня, я немного покружил внутри, странным образом не встретив ни одного человека… только на втором этаже мне приглашающе открылась одна из дверей в коридоре. Заглянув за неё, я обнаружил пустую комнату секретаря. Пожав плечами, прошёл к двери в кабинет, постучал.

— Входи, Архарт, — раздался из-за неё голос Фрауса.

Я открыл дверь, сделал шаг внутрь. Бегло осмотрелся, отмечая, что кабинет бога обмана особым шиком не блистал: большой письменный стол у стены, шкафы с глухими дверцами по периметру, по центру небольшой журнальный столик с двумя дымящимися чашками и два стула рядом.

— Присаживайся, угощайся, — Фраус кивнул на чашку.

Сам он тоже выбрался из-за письменного стола, правда с некоторым трудом, и сел вместе со мной за журнальный столик.

— Сегодня была жеребьёвка, — я не стал ходить вокруг да около. Сделал глоток из чашки, кивком оценивая ароматный и вкусный чай. — Мне выдали направление для прохождения испытаний.

— Да, она всегда проходит в одну и ту же дату, — деловито кивнул Фраус. — Всё готово, только надо бы взять побольше тёплой одежды.

Я усмехнулся, нисколько не сомневаясь в том, что лживый бог уже знал место моего назначения.

— И раз известно место, то позвольте узнать, чем же мне будет помогать мой род? — я невольно сорвался на иронию, поскольку подсознательно думал, что бог обмана что-нибудь провернёт, чтобы мне не досталась столь пропащая зона для испытаний.

Фраус отпил из чашки, приподнял брови, вальяжно расположившись на стуле. Вынул из внутреннего кармана пиджака небольшую записную книжку, раскрыл, зачитывая:

— Чем я буду помогать кроме того, что нанял людей для охраны и сопровождения, оплатил дилижанс и дирижабль, взял на себя все дорожные расходы, включая расположение в гостинице в столице королевства нордов? — по мере перечисления его голос становился всё насмешливее.

— Разумно, — оценил я, понимая, что сам бы разобрался с этим гораздо хуже и медленнее. Но, основной факт в том, что разобрался бы. — Но я не об этом. С подобным мне справиться сил хватит и самому. Но в том месте мне понадобится поддержка моего бога.

Фраус вздохнул, убрал книжку, потёр глаза, на какой-то момент теряя некоторый ореол могущества. Но его черты вдруг заострились, и на меня словно посмотрел совсем другой человек. Вся насмешливость пропала, на меня глядели серьёзные глаза с белыми знаками вместо зрачков.

— Как ты думаешь, что может нам помешать выполнить обязательства перед империей и сделать так, чтобы ты прошёл испытания, кроме того, что мы едем на Дастов север, где последние годы бушует непрекращающаяся буря, съедающая все надежды местных?

Я сглотнул, усмиряя дрожь, прошедшую по телу. Периодически я забывал, что передо мной настоящий бог, пусть и не из числа старших, уж больно Фраус напоминал человека.

— И что же ещё? — спросил, отставляя чашку на столик, а то чуть не пролил чай на брюки. Сунул руки карманы, чтобы скрыть подрагивающие пальцы.

— Ты — очень лакомый кусок для династий, — как-то устало проговорил Фраус. — Но — именно кусок. Как сосуд для магии, которую они хотят использовать по своему усмотрению. Поверь, они спят и видят тебя звеном очень длинной цепи.

— Нам могут помешать другие рода, — со вздохом проговорил я.

— Начинаешь соображать, — на лицо бога вернулась прежняя усмешка.

Я покачал головой. Север — не такой уж плохой вариант, если вспомнить про династии. Как мне думалось, они не смогут так свободно творить всё, что им вздумается, на чужой территории. Но если вспомнить о том, что в королевстве Астрит сейчас развернулась природная катастрофа, то династиям и делать ничего не придётся, только сидеть и ждать грядущего аукциона…

— И что мы будем делать? — с лёгкой злостью спросил я.

Фраус склонился ко мне, я невольно качнулся в его сторону.

— Мы захватим мир, — сказал, словно поделился большой тайной бог.

Я застыл на мгновение, а Фраус, видя ошалевшее выражение моего лица, тонко рассмеялся.

— Я пошутил, шутка, — отмахнулся он.

Я откинулся на спинку стула, растекся по нему, отходя после мгновенного напряжения. Фраус, посмотрев на меня, добавил:

— На самом деле мы захватим всего лишь одного отдельное королевство.

Я отмахнулся, кривясь: сегодня у бога обмана были какие-то несмешные шутки с серьёзным лицом.

— Так что моя основная забота — это защищать тебя от чужого влияния, пока ты будешь заниматься проблемами королевства, — пояснил свою цель Фраус. — Ну и ещё кое-что, о чем мы уже говорили ранее, — он наклонился, поманил меня пальцем.

Согнувшись вслед за ним, я увидел, как бог достал из-под стола небольшую металлическую шкатулку с выжженными на ней экзотическими птицами, откинул крышку, и у меня глаза разбежались, а язык прилип к нёбу: внутри лежали чистейшие кристаллы-маносборники, по граням которых тут же заплясали отсветы солнечных лучей, проникавших в окно.

— Я отдам их тебе, как будет необходимость. В каждом содержится как минимум один суточный запас резерва сильного мага.

Я, не удержавшись, присвистнул, понимая, что сейчас в своих руках бог обмана держит целое состояние. Такие чистые и крупные кристаллы доставались обычно только представителям старших династий, и то только после своеобразного аукциона. А тут целых пять таких кристаллов в моём непосредственном доступе… Я другими глазами посмотрел на Фрауса, по губам которого блуждала довольная улыбка.

Тут его глаза опустились к моим рукам, брови сыграли, на лице промелькнуло странное узнавание. Я невольно опустил взгляд, только сейчас понимая, что в какой-то момент разговора вытащил визитку Лорака из кармана и теперь бессознательно перебирал её пальцами.

— Тебе бы сходить по адресу, — хмыкнул Фраус, кивая.

— Зачем? — я посмотрел на него с интересом.

— Возможно, этот человек будет тебе полезен перед испытанием, — проговорил он, вставая и отходя к своему столу. Добавил тихо: — И, возможно, во время.

Понимая, что аудиенция окончена, я попрощался с богом и вышел, подмечая, что почти ничего не знаю о своём покровителе. И ещё один странные момент: за всё время хождения и присутствия в здании, я так и не увидел ни одного живого человека в этих принадлежащих Фраусу рабочих помещениях.

Выбрался из торгового квартала, тут же, не мудрствуя лукаво, поймал извозчика и назвал адрес Лорака, надеясь, что на этот раз мне повезёт.

— Раззарт, — позвал я негромко. — А мы на север едем, — проговорил задумчиво, словно древний дух мог этого не знать. После того срыва наставник стал менее разговорчивым, и мне приходилось самому вызывать его на разговор.

— Едем, — эхом откликнулся он.

— Твой амулет нормально выдержит холод?

— Да, он не настолько хрупок, — старик хмыкнул. — Беспокоишься?

— Конечно, — дёрнул уголками губ в улыбке. — И за тебя, и за себя.

— И за девочку, — не упустил случая позубоскалить Раззарт.

— И за девочку, — не стал я отрицать, только усмехнулся в ответ. — Астрит говорит, что там нам ничего не светит.

— Астрит — не тот специалист, чьему мнению стоило бы доверять в данном вопросе, — грубовато ответил старик. — Приедем — посмотрим.

— Посмотрим, — вздохнул я, чувствуя, как карета замедляется.

При этом меня не оставляло странное ощущение того, что я лезу туда, куда не стоит…

Глава 13

I believe I can fly

Выбравшись из кареты, сощурился от яркого солнца, вышедшего из-за разошедшихся облаков. Закралось подозрение, что над землями около дворца императора их разгоняют магически…

Остановился около высоченного серого каменного забора в полтора человеческих роста, который не позволял рассмотреть, что происходит за ним. Это в какой-то мере говорило о характере владельца — несмотря на то, что он устроил на приёме, маг не желал выставлять свою личную жизнь напоказ.

Тихо присвистнув от монументальности преграды, я дошёл до калитки: неприметная дверь, по цвету не отличающаяся от забора, да ещё дополнительно на ней кто-то прорисовал текстуру камня. Постучался. И буквально стоило мне только отвести руку, как дверь приоткрылась, и на меня из-за неё глянула женщина. Её странный наряд сразу же привлёк внимание: многослойная цветастая юбка, где в разрезе верхнего слоя можно было увидеть предыдущий, широкий пояс, перетягивающий талию, и рубаха из тонкой ткани с широкими рукавами, подвязанными у запястий. Внешность тоже была непривычной: смуглое плоское широкое лицо, маленький нос и суженные чёрные глаза. Откуда-то из-за границы маг себе прислужницу привёз, не иначе. Здесь такие были редкостью.

— Документ, — проговорила она отрывисто и протянула руку.

В ответ на такое я несколько растерялся, потому что никаких документов с собой не брал. Может, меня перепутали с носильщиком или почтальоном? Уже открыл было рот, чтобы объяснить, что я по приглашению, но тут вспомнил странный текст на визитке. Пошарив по карманам, нашёл карточку и тут же протянул её женщине.

Та быстро рассмотрела визитку и вернула её мне с учтивым поклоном, держа картонный листик двумя руками.

— Проходите, вас ждут, — чинно сообщила женщина, и на этот раз я явственно распознал лёгкий акцент.

Оказавшись за забором, невольно завертел головой, оглядываясь. Увиденная картина совершенно не вязалась с тем, что я напредставлял себе в голове, пока ехал. Вспоминая аляпистый костюм величайшего мага на приёме и его странное эпатажное поведение, и здесь ожидал подобное буйство красок и тонов. Какого-нибудь экзотического попугая на ветке, змею, крашеные деревья или что-то подобное.

Но нет, когда женщина повела меня по ровной дорожке сквозь сад к дому, ничего подобного я не увидел. Наоборот, меня окружали идеально подстриженные лужайки, стоящие словно по линейке кустарники и перевивающиеся кронами в виде арки над дорожками деревья, расположенные в строгой очередности.

И сквозь кроны я сумел разглядеть особняк, к которому мы приближались. Очень странное строение, я такого никогда раньше не видел: три этажа, на каждый этаж имел свою покатую крышу, словно обладал своеобразной юбкой, а под ней скрывались круговые балконы.

Непосредственно у дома лужайка переходила в строгую брусчатку, которая лежала камешек к камешку. К дверям дома вела небольшая деревянная лестница, поднявшись по которой я инстинктивно обернулся, глядя на сад: всё дышало строгим порядком, идеальностью и… безмолвностью. Звуки столицы не долетали досюда, в кронах не водилось никакой живности. Казалось, само время остановилось для этого сада. Странное и даже несколько жутковатое впечатление.

Двери у особняка были необычные, состоящие из полотен, натянутых на решётчатый каркас, они отодвигались в сторону. За первой дверью, которую так убрала с дороги прислужница, оказался длинный коридор, погружённый в полумрак.

— Обувь, — женщина вежливо показала на коврик.

Я кивнул, стянул с ног ботинки, надевая предложенные мягкие тапочки.

— Пожалуйста, — прислужница поклонилась, провела рукой в сторону следующих дверей.

Отвлёкшись на их разглядывание, я как-то пропустил момент, когда она сама исчезла из поля зрения, оставив меня в одиночестве.

— Прекрасно, — буркнул себе под нос, но, что делать, зашагал к двери.

Только поднял руку, желая отодвинуть полотно, как дверь вдруг отъехала сама, открывая мне скрывающееся за ней помещение. Я замер на пороге, оглядывая почти пустую комнату с дощатым полом и мягким цветочным узором на стенах: большие розовые цветы распускались на зелёных лозах, причудливо переплетённых между собой.

В комнате не было специального освещения, но оно и не требовалось на данный момент: противоположная стена отсутствовала, там сразу же шёл выход в небольшой личный уголок владельца: маленький пруд с журчащим ручейком-фонтаном, зелёная подстриженная лужайка и несколько странно изогнутых маленьких деревьев в собственных горшках. Слева от пруда стояла беседка. Моё воображение уже нарисовало себе вид того, как величайший маг распивает чай со своими… а с кем, кстати? Дом был чистым, аккуратным, как и сад, но при этом выглядел очень одиноким. Здесь всё словно застыло в ожидании чего-то.

И всё равно, смотря на это, у меня складывалось ощущение, что та высокая дверь отрылась не в дом мага, а в другую страну — настолько всё тут выглядело для меня непривычно.

В какой-то момент я осознал, что уже очень долго стою на пороге. Неприлично долго, а между тем хозяин дома был тут же, в комнате: в углу стоял низкий столик, рядом с которым на подушке, скрестив ноги, сидел Лорак. Пусть обстановка была довольно аскетичной, в своей одежде он продолжал придерживаться ярких красок даже дома: на маге было какое-то подобие то ли халата, то ли туники с многослойным подолом, расписанном белыми крылатыми птицами на красном фоне. Очень длинное одеяние складками лёгкой шёлковой ткани лежало на его ногах, создавая груду странным лоскутков, но при этом назвать их хламом язык не поворачивался.

На противоположной стороне от столика на полу лежала ещё одна подушка, так что я сделал несколько шагов до неё, опустился, смотря на мага и теряясь в догадках: мне его первым поприветствовать или не отвлекать и подождать, пока он сам обратит на меня внимание? Всё-таки его титул был несравненно выше моего.

Но Лорака, судя по всему, этикет занимал мало, он сидел с закрытыми глазами, и на этот раз на его лице не было нелепой раскраски, так что я отчётливо видел, что передо мной довольно пожилой мужчина, наживший себе множество глубоких морщин. Головного убора тоже не было, длинные чёрные с проседью волосы были свободно разложены по плечам.

Но стоило мне устроиться напротив мага, как его глаза тут же открылись, он окинул меня быстрым взглядом:

— Добрый день, господин Самвель, — и вроде всё официально и по правилам, но при этом в его глазах искрило некоторое озорство, которое не сочеталось с умудрённым прожитыми годами лицом.

— Значит, вы всё-таки знаете меня, — полувопросительно, полуутвердительно проговорил я, пока не понимая, чего ждать от этого старика. И Раззарт как назло молчал, словно воды в рот набрал, и никаким анализом мне не помогал.

— Конечно, я знаю всех гостей своего дома, — с лёгким превосходством в голосе ответил Лорак.

И замолчал, продолжая испытующе буравить меня взглядом.

— И часто у вас бывают гости? — слегка язвительно приподнял я бровь, не выдерживая этого бессмысленного молчания и демонстративно обводя взглядом пустые стены.

— Вы — первый в этом году, — неожиданно честно ответил маг и скребанул ногтями по подбородку.

Мысленно присвистнул, понимая, что прошла уже уйма времени, а у старика в доме появился только я. Негусто, совсем негусто. Это у него так в год гостя три-четыре бывает? Оставалось только понять, это последствия воздействия извне или этот маг сам так решил? Оба варианта казались мне равными по возможности.

Тут Лорак словно отмер, похлопал себя по икрам и бёдрам, разгоняя застоявшуюся кровь, крякнув, поднялся на ноги. Однако когда это же хотел сделать и я, он махнул мне рукой, призывая оставаться на месте. Я подобрался, надеясь, что сейчас мне озвучат цель моего приглашения.

— Вы очень интересный человек, Архарт, — начал откуда-то издалека Лорак, кружа по комнате, но я не стал сразу прерывать его поток речи. — Взять хотя бы ваше внезапное поступление после окончания набора. Или, может, тот случай, когда ваш одногруппник чуть не развеял вас по ветру смерчем, что чуть не стоило ему жизни. Или, вот ещё, стоит обратить внимание на вашу дуэль с молодым отпрыском рода Жаронд, который превышал ваши тогдашние умения в разы…

По мере его перечисления я начал хмуриться, не понимая, к чему он ведёт, но при этом чувствуя, как надо мной сгущаются тучи.

— Или ту же гонку, где вы умудрились показать один из лучших результатов, хотя ваш старт был одним из самых позорных. А, да, ещё, конечно, бал, на котором вы очень смело встали на защиту всех присутствующих, — коротко хмыкнул Лорак.

— Не думал, что моя жизнь достойна такого высокого внимания, — проговорил с лёгким раздражением. — Что сам величайший маг решит заучить мою скромную биографию.

Лорак остановился в паре шагов от меня и шутливо погрозил мне пальцем, на котором, переливаясь, сверкнул перстень с красным камнем.

— Вы недооцениваете себя, юноша. Эти ситуации можно списать на великое или даже божественное везение. Но только если бы речь шла о них по отдельности. А то, что творите вы, — он цокнул. — Такого давно не происходило. Не каждый первокурсник владеет подобным послужным списком.

Пожал плечами, не слишком-то соглашаясь с магом. Хотя послужной список проблем, наверное, у меня был одним из самых длинных. А в остальном, я был не единственным на курсе, кто делал успехи в освоении магии.

— Многие так могли, — качнул я головой.

— Медитировать? — насмешливо уточнил Лорак, приближаясь ко мне и словно нависая надо мной своим кроваво-красным одеянием. — Вертеть воду в стакане? У вас, Архарт, куда ни плюнь, везде получалось что-то большее, чем просто требовалось программой обучения.

— Вот же растёкся маслом по тарелке! — не только моё терпение подходило к концу, первым не выдержал древний дух. — Спроси этого юнца прямо, чего он хочет!

Насчет «юнца» я бы поспорил, но для старика из амулета тут любой будет наравне с младенцем.

— Так зачем вы меня пригласили? Чего вы от меня хотите? — сощурился я, смотря прямо в глаза величайшего мага.

Тот помолчал несколько секунд, после чего веско проговорил, мгновенно прогоняя с лица усмешку:

— Я хочу увидеть вашу силу, мальчик, — его голос звучал совершенно серьёзно.

Он развернулся, взметая в воздух тонкие ткани одеяния, и направился в сад, шагая туда прямо из комнаты. Я поторопился за ним, тихо ругаясь из-за неприятных ощущений в затёкших за время сидения на этой Дастовой подушке ногах. Вот же, в какой стране так издеваются над нижними конечностями⁈ Нормальные стулья-то им чем помешали?

Выйдя на лужайку, мы остановились рядом с прудом. Прозрачная вода слегка рябила от течения ручейка, на дне плавали маленькие красные рыбки. Лорак развернулся, смерил меня взглядом. Я же смотрел вопросительно, пытаясь понять, что именно от меня ждут.

И не успел понять, что же сделал маг, как меня вдруг со страшной силой подкинуло вверх. Уши заложило, в глазах на мгновение потемнело. Я замахал руками и ногами, будто надеясь, что у меня отрастут крылья! Мог бы — закричал, но дыхание спёрло, лёгкие сжало, я, словно стрела, стремительно летел к облакам, полностью потеряв способность соображать.

Кое-как мозг заработал, когда я на мгновение завис в воздухе, смотря на маленькие крыши столичных домов с высоты, на которой даже птицы не летают! Внутренности сковало от страха, из горла вырвался хрип, когда я с той же стремительностью полетел обратно! Ветер загремел в ушах, глаза сами собой закрывались от летящего навстречу воздуха. Я не просто падал, меня как будто что-то гнало к земле, не давая ни то что заклинание выговорить, да даже банально вдохнуть полной грудью!

Миг, и земля оказалась прямо передо мной, чужая сила грозила размазать тело по ней тонким слоем. Но вдруг меня словно вынули из этой гонки с ветром, а потом вставили в пространство в полуметре над бассейном. Сморгнув выступившие от ветра слёзы, я смотрел в своё отражение на неспокойной водной глади. Волосы торчали во все стороны, куртка была распахнута, а глаза похожи на две большие плошки. Раздался щелчок пальцев, и я рухнул прямо в пруд, полностью погружаясь в воду и распугивая рыбок, которые шустрыми молниями рванули в разные стороны.

Быстро подтянул под себя ноги, вскочил, понимая, что воды в водоёме мне по пояс. Дёрнувшись, разбрызгав воду с мокрой одежды и волос, зло посмотрел на Лорака, даже не находя приличных слов, чтобы высказать свои мысли.

— Вокатис аер вирэ, — прошелестел голос Раззарта в голове с какой-то странной интонацией. — Старое, но практичное заклинание. Теперь таких уже не делают.

— Я ожидал большего, — разочарованно протянул Лорак, смотря на меня и кривя губы. — Намного большего, господин Самвель.

Он развернулся, а меня прошибло яростью, словно молнией. Горячая волна прокатилась от затылка до пяток. Что меня задело сильнее: слова старого мага или его брезгливая и полная разочарования физиономия — даже не знаю.

— А неплохо он тебя, застал врасплох, — хмыкнул древний дух. — Чтобы ответить…

Но я уже не слышал его, обнажая зубы в злом оскале.

— Как ты там сказал? — проговорил негромко. — Вокатис аер вирэ!

Я ударил по воде кулаком, вкладывая в заклинание свернувшиеся пружиной эмоции. Брызги полетели в разные стороны, бедные рыбки забились по углам, а Лорак тут же, невнятно вскрикнув, взметнулся в небо, хлопая длинными полами своего шёлкового красного одеяния.

* * *

— Эй, капитан, письмо пришло. С пометкой «срочно», меня аж почтальон на площади поймал, — Самар заглянул в палатку, где за небольшим столом сидел Никс. — Так что я сразу коня взял и к тебе рванул.

— Давай, — Никс с лёгким кряхтением распрямился, поднялся, делая шаг навстречу подчинённому. Сегодня была смена командира дежурить на рудниках, так что работать приходилось в полевых условиях.

Взял в руки конверт, быстро распечатал, вынул письмо и забегал глазами по тексту.

— Что там барон пишет? — Самар удобно устроился на скамейке, вытягивая натруженные ноги.

— Пока ничего, это от Асил, — бросил Никс, продолжая читать.

Самар приподнял брови, искоса смотря на командира, но ничего не стал добавлять, хотя уже не раз подмечал, что с письмами от господина приходили отдельные маленькие конверты от смуглянки с опасными янтарными глазами. И их содержанием Никс обычно не делился, пересказывая только послания от молодого барона.

— Ну и что там? — всё-таки не выдержал воин, так как обычно только от Асил письма не приходили.

И резко выпрямился, когда Никс вдруг грязно выругался на родном наречии, сжимая бумагу в кулаке.

— Капитан?

— Архарта направляют на испытания по окончании первого курса, — хрипло выговорил командир, мечась взглядом по палатке.

— Ну, первый курс он пережил, хвала снегам, — Самар криво усмехнулся, пусть и видел по напряжённому лицу начальства, что юмор тут совсем неуместен.

Никс сжал челюсти, встретился глазами с подчинённым.

— Место назначения — Нордатт, провинция Нуннат, — выговорил он с некоторым трудом.

Самар протяжно присвистнул. Его всегда полные искры глаза вдруг потемнели, лицо потеряло насмешливое выражение.

— Асил поедет с ним? — уточнил.

— Да, — кивнул Никс. — Но это же север, она не знает его правил, — командир сделал пару шагов, приземлился на скамейку рядом со старым другом.

— Знаешь, капитан, а у меня есть мысля, — проговорил Самар, растягивая гласные.

— Какая? — поднял на него глаза Никс.

— А не засиделся ли ты тут, начальник? — старый воин сощурился. — Все смены выстроил, новичков научил, график работ наладил. Хантер закрывает все наши бреши своими людьми и, думаю, тут тоже не откажется помочь. Да и Мия освоилась, есть кому за ней присмотреть.

— Ты сейчас серьёзно? — Никс свёл брови к переносице.

— Нуннат — это ведь столичная провинция, — Самар смотрел на капитана прямо. — Кто там сможет помочь парню, если не ты? У нас должок перед парнем, надо бы отплатить.

Глава 14

Новое — это хорошо забытое старое

Я, выбираясь из воды и наспех отжимая одежду, с некоторым злорадством смотрел на то, как подлетел ввысь великий маг, и честно надеялся, что смогу отомстить ему и точно так же искупать в пруду. Но нет, Лорак словно материализовался в полуметре над поверхностью воды и чинно сошёл по воздушным ступенькам.

Взглянув ему в лицо, я остро осознал, что поддаваться секундному импульсивному порыву и метать в воздух высокопоставленных магов — плохая идея, потому что в его глазах светилась злость.

— Ты, конечно, талантливый парень, — проговорил он, поправляя одеяние и смахивая с него невидимые пылинки. — И знаешь много интересных слов, но вот так поступать со старшими нельзя, у этого бывают последств…

Его речь оборвалась на полуслове, смуглая кожа постепенно словно посерела, Лорак немигающе уставился в район моей груди.

— Что это?.. — выдохнул он.

Я быстро опустил голову, пытаясь понять, что привлекло внимание мага, и понял, что обучающий амулет во время полёта вылез из ворота рубашки и теперь свободно болтался поверх одежды.

Я тут же попытался его спрятать, но не вышло, Лорак в мгновение оказался прямо передо мной и вцепился в цепочку длинными дрожащими пальцами, при этом не торопился что-либо делать, просто рассматривал, однако его глаза в это время странным образом светились.

Вдруг волосы на его голове приподнялись, в воздухе запахло озоном, раздался оглушительный треск, и в мага из неоткуда ударила яркая молния, откидывая его на добрые пару метров, так что он с громкий плеском приземлился ровно в центре пруда. Я ошарашенно и безмолвно таращился на то, как тело Лорака погрузилось в воду, его красное одеяние, распустив подол словно щупальца, было похоже на кровавые росчерки, только добавляя происходящему жути.

— Я не хотел… — вырвалось у меня само собой под глумливое хмыканье Раззарта в голове.

Вот Лорак всплыл, однако почему-то так и оставался неподвижным, лёжа на воде, благо, лицом вверх.

Не на шутку забеспокоившись, я обошёл пруд, стараясь оказаться ближе к тому краю, куда постепенно влекло течением великого мага. Коротко выдохнул, уловив, как медленно вздымается грудь Лорака, но при этом его глаза оставались совершенно пустыми, он в какой-то прострации таращился в небо.

— С вами всё в порядке, господин Лорак? — негромко позвал я.

— И всё-таки он работает… Действительно работает… — расслышал его слабое бормотание, и бледные губы вдруг растянулись в какой-то сумасшедшей улыбке.

Я на всякий случай спрятал амулет под мокрую рубашку, поёжился: с меня до сих пор стекала вода, промокшая одежда липла к телу и неприятно холодила кожу.

Тут Лорак сел на воде, но вновь с бульканьем скрылся под поверхностью пруда. После чего всё-таки выпрямился, двинул к боту, тяжело переставляя ноги и волоча за собой полы кровавого одеяния как на буксире. Выбрался на деревянную площадку, жестом подозвал меня к себе.

Я пусть несколько опасался возможных действия мага, но подошёл. Лорак вновь протянул руку к амулету, но сам же её опустил, понимая, что история с молнией запросто может повториться. Однако от этого азарт в его глазах только разгорался, он потёр озябшие пальцы и спросил:

— Скажи-ка, а какого направления маг в твоём амулете? — Лорак шагнул ко мне, закружил рядом, словно хищник возле жертвы.

— Вот же бездари, что стар, что млад! Направления им подавай! Пусть направляется в пустоши к Даст с такими глупыми вопросами! Там ему самое место! — внезапно разворчался Раззарт.

Я кое-как скрыл смешок и ответил, пожимая плечами:

— Не знаю.

Лорак посмотрел на меня с изумлением.

— Как так? Он же тебя учить должен чему-то конкретному из определённого направления! Да и представиться должен!

— И когда я успел задолжать-то? — вспылил древний дух.

— Я не знаю, что там конкретно за маг, — усмехнулся я. — Но он очень старый, вредный и ворчливый, — уже почувствовав праведное возмущение Раззарта, добавил: — Но очень умный и прекрасный учитель.

Я прям слышал, как щёлкнула челюсть древнего духа, захлопываясь. Точнее, у меня сложилось именно такое ощущение.

— Оно и неудивительно, — закивал Лорак. — Все маги, приблизившиеся к вершине, считают себя разве что не богами. Характер у них будет тот ещё, особенно, если кто-то сумел заключить их дух в амулет. Это не делалось добровольно, — он отошёл от меня, замерил площадку шагами, таская за собой шлейф мокрого одеяния. И в один момент закономерно зацепился им за край площадки и чуть не рухнул, но ткань не выдержала набора, треснула, спасая владельца от падения. Устояв на ногах, Лорак окинул взглядом сначала себя, затем уже начавшего дрожать от холода меня, проговорил:

— Следуй за мной, — и устремился в дом.

Я с удовольствие это и сделал, скрываясь от холодного ветра. Мы прошли насквозь комнату, где начали наше знакомство, через коридор попали в соседнюю, где половину помещения отгораживала ширма, расписанная невиданной красоты птицами на чёрном фоне. В комнате стоял тонкий аромат каких-то восточных благовоний. Запах не был неприятным, но казался… странным. Я к такому не привык.

— Снимай одежду, — скомандовал Лорак, скрываясь за ширмой и начиная чем-то шуршать. — Нет, это не то… это тоже не то… А вот это подойдёт.

Я только начал стягивать рубашку, как вдруг из-за ширмы ко мне полетела какая-то тёмная ткань. Поторопившись поймать, я обнаружил, что это большое полотенце, от которого шёл отчётливый травяной запах.

— Одежду сам высушишь, — буркнул Лорак из-за перегородки, следом раздался звук падающей на пол мокрой одежды. — Только дом мне не спали.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я.

Оглянувшись на ширму и поняв, что маг там ещё задержится, я полностью избавился от мокрой одежды, из-за отсутствия альтернативы разложил её по относительно чистому, пусть и довольно холодному полу. Поджав замёрзшие пальцы на босых ногах, призвал горячий поток воздуха — Раззарт давно обучил меня этому заклинанию из подраздела бытовой магии, как он её называл. Несколько минут таких манипуляций, и я снова смогу облачиться в почти сухую одежду, перестав, наконец, дрожать от холода. Да и ботинки не будут хлюпать.

— То, что у тебя на груди — это бесценный осколок прошлого, — продолжил разговор из-за ширмы Лорак, по шороху было слышно, как он тоже переодевается. — В рабочем состояние такие амулеты не находили уже очень, очень давно. Последняя попытка активировать подобный артефакт привела к тому, что древний дух учителя каким-то образом занял тело ученика, полностью заместив его сущность и стерев личность. Он куролесил целые сутки, разгромил бордель, обрек в прах половину торгового квартала, его никак не могли утихомирить. Древний учитель выпил тело ученика досуха, истощил и иссушил, но при это, поговаривают, что своей мощью, которая высвободилась из амулета, он смог уничтожить пару младших божков. И пока не явился один из старшей четвёрки, никто не мог с ним справиться. После этого давнего случая было официально запрещено активировать подобные амулеты без внешнего контроля, при обнаружении их требовалось приносить в магическое управление, но с тех пор всё, что ни притаскивали, не удавалось заставить работать. Все знания древних оставались от нас сокрыты.

Я невольно сглотнул от нарисованной Лораком перспективы. У меня аж язык зачесался поговорить об этом с Раззартом, но я понимал, что, перейдя на мысленное общение, просто не потяну два довольно серьёзных разговора одновременно, а потому решил отложить древнего духа на потом, он-то никуда от меня не денется в ближайшем будущем.

Лорак вышел из-за ширмы, одетый в простые чёрные брюки и тёмно-синюю рубашку без каких-либо рисунков.

— А где же птицы? — не удержался я от вопроса. — Мантия в цвет попугая?

Лорак не стал сердиться на меня за столь бестактный вопрос, только отмахнулся:

— Это всё бисер для свиней, не до него сейчас.

Вслед за магом я перешёл в помещение в правой части дома — довольно просторный кабинет, уставленный стеллажами. По центру него стоял огромный каменный стол, больше похожий на какой-то алтарь. Часть его была завалена какими-то бумагами.

— Минг! — позвал Лорак, приглаживая влажные волосы и забирая их в хвост. — Минг, ты где?

Но никто не откликнулся на его зов, так что он, тихо ругнувшись, вышел, бросив напоследок:

— Ничего здесь не трогай!

Стоило ему отдалиться, как в голове раздался ехидный голос Раззарта:

— Ага, конечно, — древний дух явно был доволен своим местоположением. — Пошли, посмотрим, что тут интересного нынче изобретают.

— Раззарт, — уловил я подходящий момент для разговора, обходя стеллажи с непонятными для меня предметами, но, судя по хмыканью древнего духа, он тут чувствовал себя как рыба в воде. Причём рыба явно крупная и хищная. — А ты можешь так же… Войти в моё тело и вытеснить меня…

— Входить в чужие тела, тем более в мужские — это ваши современные веяния, я таким не занимаюсь, — отмахнулся вредный старик.

— Иди ты к Даст, я серьёзно! — ругнулся я вполголоса. — Ты можешь вселиться и вытеснить меня или нет?

Раздался раздражённый вздох, затем задумчивое:

— Не пробовал. Частично управлять твоим телом я могу, перераспределять магию или брать контроль на короткое время. Но, в целом, в обычного сильного здорового мага просто так вселиться нельзя. Подобное — это разрыв связи с амулетом, а при этом дух теряет почти все свои силы, и тот, на кого идёт атака, может вполне спокойно полностью уничтожить древнюю сущность. Да и у подобных амулетов обычно стоят ограничители, потому как обучать заключались частенько именно мятежные маги, и их требовалось ограничивать во многом, в том числе и в тех умениях, которые они могли передавать ученикам.

— А как тогда?.. — начал было я.

— А ты уверен, что этот тип рассказал нам всю правду? Или, что ещё вероятнее, ты думаешь, всё, что он знает, правда? Никто тебе сейчас не поведает, как там всё было на самом деле. Многие факторы могли повлиять на такой исход.

Тут я был склонен согласиться с Раззартом. За разговорами добрался до осмотра стола: оказалось, что за завалами бумаг на каменной столешнице скрывался стальной одноручный меч.

— И вы мне хотите сказать, что вот над этим сейчас работает этот бездарь? — как-то разочаровано прозвучал голос Раззарта.

— А что это такое? — я с любопытством посмотрел на клинок. Здесь хотя бы что-то понимал, в отличие от остального нагромождения изобретений.

— А это то, что мой внучок так и не научился делать, — в какой-то странной задумчивости проговорил Раззарт. — Нельзя же взирать на мир столь плоско. Ох уж эта современная молодежь.

— Погоди, что ты сказал? — тут же среагировал я. — Внучок? То есть ты хочешь сказать, что Лорак — твой очень давний потомок?.. Так ты поэтому так сорвался тогда, когда услышал про его род?

— Это я тебе и позже могу рассказать, а сейчас время для другого, — казалось, для древнего духа всё потеряло смысл кроме увиденного на столе эксперимента Лорака.

— Так что это? — со вздохом спросил я, на время душа собственное любопытство — столько маялся, чтобы узнать хоть что-нибудь из биографии древнего духа, отсиживал задницу в библиотеке, а этот жучара ни слова не сказал, когда узнал, кем он был в прошлом! Хотя, конечно, сделал он это не в самой комфортной обстановке, тут не поспоришь.

Окинул взглядом меч на столе, какие-то чертежи рядом, где рядом с лезвием оружия были прописаны древние письмена, и красный камень-накопитель, который валялся недалеко от гарды.

— Сейчас покажу, — пообещал Раззарт. — Только будь готов, голова с непривычки будет болеть.

Мой взгляд словно сам собой вернулся к чертежам, они вдруг начали двоиться, дубликат засветился голубоватым свечением и словно стал выпуклым, а затем и вовсе отделился от бумаги и завис в воздухе передо мной. Сначала было очень интересно наблюдать, но буквально через пару секунд у меня сложилось впечатление, что голову постепенно сжимают в тисках, а глаза лезут из орбит. Пришлось сжать зубы, но я продолжал смотреть на оживший чертёж, на котором объёмная картинка постепенно вся сменилась вязью древних слов.

Продираясь через разрывающее голову давление, я постарался прочитать, что именно там написано.

— Этот бездарь пытался вложить заклинание в сталь и закрепить в качестве источника энергии маносборник, — пренебрежительно проговорил Раззарт. — Дилетант, что с него возьмёшь.

— А что в этом плохого? — хрипло спросил я. — Судя по словам, он хотел, чтобы меч мог воспроизводить удар молнией при столкновении с другим объектом.

— В идее, как в таковой, нет ничего плохого, только вот при работе с такой техникой идёт чудовищная потеря энергии. Как итог — если метнуть это заклинание с руки, то результат будет раз так в двадцать выше, чем удар клинка.

— И как сделать это правильно? — я уже достаточно знал древнего духа, чтобы понимать: не будь у него готового решения, он бы не сыпал таким количеством презрения к современным изобретателям, и бедному Лораку бы так не доставалось.

— Заклинание должно быть единым со сталью — это верно. Но в кристалл надо вложить не просто связь с заклинанием, а полный его образ, чего нынешние артефакторы в глаза не видели, — усмехнулся старик.

— Сможем сделать? — кажется, я заразился азартом от этих двоих. Пусть перед глазами всё плыло, но идея иметь зачарованный меч казалась мне слишком привлекательной, чтобы сейчас отступить.

— Сможем, — довольный моим вопросом, ответил Раззарт.

Он что-то забормотал, и я, словно в трансе, начал повторять слова за ним, полностью не осознавая их смысл, но улавливая знакомые корни.

Вязь слов, что висела перед моим глазами, пришла в движение, ложась на сталь и словно обтекая её. В воздухе запахло озоном, что-то засверкало, пошёл дым.

— Теперь камень, — деловито проговорил древний дух.

И я потянулся за кристаллом, прикладывая его к гарде, при этом продолжая читать слова, от которых в голове плавились мозги, но при этом я словно видел, как сталь стала жидкой, пришла в движение, и навершие гарды вдруг оплело кристалл, заключая его в блестящую стальную паутину.

— Всё, — с улыбкой в голосе сообщил Раззарт.

Давление пропало, я пошатнулся, слепо хватаясь за столешницу, но тут же отдёргивая руки, потому что ладони обожгло. Открыл глаза и увидел, что полотно меча покрыто чёрной вязью древних слов, причудливо изогнутой и обивавшей лезвие. А в гарде действительно навершием теперь был заключённый в стальной плен кристалл. При это стол местами поплавился, а чертёж подгорел по краям и теперь мерзко чадил.

Я был в восторге от произошедшего, но меня догнали мысли о том, что хозяин кабинета может быть против нашего небольшого вмешательства… Или большого. И словно реагируя на мои мысли, дверь кабинета вдруг открылась, заставляя меня вздрогнуть и невольно сделать пару шагов от слова, пряча руки поглубже в карманы.

— А вот и чай, — спиной вперёд вошёл Лорак, таща за собой поднос с дымящимися чашками, небольшим заварником и вазочкой с печеньем.

— Минг у меня обычно очень трудолюбивая, и серьёзно относится к своим обязанностям, ты не подумай, но тут, понимаешь, увидела, как меня кто-то из личных, считай, покоев, подкинул в воздух, и подумала, что пришли чудовищные враги, раз даже величайший маг не смог им противостоять, — он хмыкнул, смотря строго на поднос, чтобы ничего не уронить. — Вот и заперлась у себя в комнате и никак не хотела открывать. Еле её выкурил, да заставил чаю нам заварить. А то после купания в свежей водице надо бы согреться изнутри.

Старик поставил поднос на чистую часть своего огромного стола и только сейчас поднял взгляд:

— А чем это так пахнет… — проговорил он, всё замедляясь, а его глаза становились всё шире и шире, по мере того, как маг осматривал сначала меч, покрывшийся рисунками, затем свой стол со следами плавленого камня и, наконец, меня, слегка встрёпанного и смотрящего на него с явным нервозом в глазах.

Глава 15

— Что ты сделал? — севшим голосом прохрипел Лорак, бросаясь к своему детищу и кружа над ним, не прикасаясь ко всё ещё горячему оружию.

— Простите, я не хотел портить что либо, — тут же на всякий случай проговорил я, отходя ещё на пару шагов подальше, а Раззарт в голове оскорблёно фыркнул.

Лорак схватился за голову, взлохмачивая длинные волосы, его взгляд метался от одного предмета на столе к другому. Что-то прошептав, он вдруг уставился сначала на вязь слов на лезвии, а затем на камень в навершии рукояти, без страха подхватил на руки меч, который его почему-то не обжог. Беззвучно зашевелил губами, продолжая буравить маносборник взглядом.

Я рефлекторно тоже посмотрел на кристалл, заметив, что внутри него что-то еле заметно переливается и поблескивает.

Величайший маг так и завис в одном положении, даже не моргая.

— Что с вами? — осторожно поинтересовался я, делая пару шагов вперёд и заглядывая старику в лицо.

Но тот лишь отмахнулся от меня, недовольно поморщившись, говоря вслух:

— Двадцать, двадцать один, двадцать два, двадцать три…

И замолчал снова, судя по всему, продолжая считать про себя. Так мы провели минут пять в полном молчании. Видя, что прямо сейчас меня убивать за манипуляции с мечом никто не планирует, я спокойно взял чашку с чаем со стола и присел в кресло. Чай, кстати, был просто божественный, хотя у Фрауса таким не угощали: в воздухе витал тонкий аромат, горячая сладковатая жидкость приятно грела внутренности.

— Скажи уже этому болвану, что сила не рассеется из камня так быстро, может не считать секунды, — раздражённо буркнул Раззарт.

Я попридержал слова, сначала опустошив чашку, надеясь, что великий маг сам отомрёт и что-нибудь скажет, но нет. Так что, вернув свою пустую посуду на поднос, я поднялся, поправил рубашку, пригладил волосы:

— Лэр Лорак, поверьте мне на слово: загнанное в сталь заклинание соединено с кристаллом так, что магия не растрачивается так сильно, как раньше. Сила не уйдёт из камня в ближайшие минуты, на это потребуется гораздо больше времени, чем я могу выделить на нашу сегодняшнюю встречу. Я могу идти или мы продолжим разговор?

— Да-да, можешь идти, — словно во сне, проговорил Лорак, даже не поднимая на меня глаз.

Я вообще не был уверен, что старик достаточно хорошо меня расслышал, иначе бы кинулся расспрашивать, но решил не задерживаться и откланялся, про себя с облегчением выдыхая, что великий маг не надумал меня пришибить на месте за нашу с Раззартом авантюру.

Я в задумчивости шёл по дому, против воли рисуя в голове фантазии о том, что бы мог сделать, владей подобным мечом. Идея мне нравилась, учитывая мои достаточно неплохие успехи в обращении с мечом. Пожалуй, будь у меня такое оружие, я бы мог наконец потягаться с Асил хотя бы примерно на равных. Наверное.

— Кажется, ты подзабыл, что у тебя вообще-то была договоренность о встрече с одной белокурой красавицей… — со смешком проговорил вдруг древний дух.

— Ох, Даст, я и забыл! — простонал, пулей вылетая из дома, обуваясь уже на ходу и стремглав бросившись к калитке. — Астрит уже заждалась!

* * *

Разбушевавшийся ветер пригибал к земле кроны деревьев, гоняя по лужайке листья и упавшие ветки. Минг, прошептав короткую молитву-оберег, закрыла все окна и пошла к комнате господина, которая выходила во внутренний дворик: раз там внешней стены не было, так стоило хотя бы фиксирующимися ширмами закрыть дом от непогоды. Но стоило ей сделать пару бесшумных шагов, как в коридоре из кабинета появился сам Лорак. С растрёпанными распущенными волосами, в полурасстёгнутой рубашке и пляшущими огнями в глазах старик смотрелся жутко. Тот факт, что при этом в правой руке он сжимал слегка светящийся беловатым свечением меч, чем только уверил Минг в том, что господина не стоит сейчас тревожить лишними вопросами по поводу чая или уборки.

Лорак прошёл через комнату во внутренний двор, где по поверхности пруда ветер гонял упавшие лодочки-листья. Порыв тут же надул парусом его рубашку, задёргал за штанины, заставил волосы подняться и заколыхаться. Минг прошмыгнула за магом, во все глаза смотря, как хозяин приблизился к большому дереву около беседки и со всего размаха ударил по нему мечом. Сверкнула слепящая молния, раздался раскат грома, и дерево повалилось, буквально разорванное в месте удара, а Лорака откинуло в противоположную сторону спиной вперед, он пролетел мимо служанки, второй раз за день с плеском падая в пруд и приводя в ужас многострадальных рыбок.

Минг, от страха зажмурившая глаза и для надежности закрывшая их руками, сжалась, боясь пошевелиться и тоже попасть под жуткую молнию. Но вдруг до её ушей долетел самый настоящий смех. Приоткрыв один глаз, женщина тут же в удивлении распахнула оба, потому что мокрый Лорак хлопал по водной глади руками, хохотал и плескался в пруду как ребёнок, с детским восторгом смотря на поднятый над водой меч и что-то радостно бормоча.

— С этими западными господами что-то не так… — проворчала она. — А с этим так вообще. Пора искать другое место работы, пока сам не убился и меня не зашиб…

* * *

Вернулись мы с Астрит домой уже почти в полночь: перед испытаниями для всех был продлён режим, и даже таким проблемным как я разрешалось приходить поздно. Но, отчаянно зевая после насыщенного событиями дня, я проводил Астрит до общежития, а сам окольными путями добрался до своего места на обрыве.

— Рассказывай, — сел на выступ, свешивая ноги в чёрную пропасть и с удовольствием вдыхая свежий ночной воздух.

— Да что там рассказывать, — как-то горько вздохнул Раззарт. — Говорить особо не о чем.

— Давай не отнекивайся! — я нахмурился. — Ты же сам назвал Лорака внучком! Значит, вспомнил свой род!

— Зря ты считаешь, что я вспомнил прям всё! — тут же привычно недовольно заворчал древний дух. — Этот Лорак носит ту же фамилию, что и я когда-то. И, предсказывая твои крики возмущения, сразу скажу, что вспомнил об этом я только на балу, когда твоя подруга упомянула имя рода. До этого были только смутные намётки, ничем не подтверждённые. Зато я пришёл к определённому выводу, — в голосе Раззарта отразилась задумчивость.

— К какому? — вздохнул я, внутренне сочувствуя старику: только вспомнил свой род, как узнал, что он уже почти весь стёрт из истории, причём насильно.

— На моей памяти стоит какой-то искусственный блок. Возможно, как артефактор-изобретатель, я сам его и поставил, во избежание распространения лишней информации, поэтому получаю сведения о некоторых аспектах моей прошлой жизни только тогда, когда происходит какое-то внешнее их упоминание. Как на том приёме. Находясь рядом с тобой на учёбе, я почти мгновенно вспомнил всё, что касалось магии, после сегодняшнего похода к тому балбесу и рассматривания его мастерской, передо мной вновь открылась часть моего прошлого.

Раззарт замолчал. Я, подождав, всё-таки спросил первым:

— И как ты после… после того, как у знал об участи своего рода?

Раздался какой-то странный вздох, мне слышалась в нем скорбь пополам со злостью.

— Я не знал никого из них, между нами прорва веков, — медленно проворил древний дух. — Но они — это продолжение меня, моей семьи… Наши знания, умения, традиции и память… А я даже не имею возможности их оплакать.

— Хочешь, я могу узнать у Лорака, где они похоронены, — вырвалось у меня. — Сможем туда сходить…

— Узнай, — почти прошептал Раззарт.

Я поднялся, словно почувствовав горечь и боль старика и решив, что на сегодня хватит с древнего духа разговоров, хотя вопросов у меня было ещё очень много, но время терпит — задам по пути на север, будет как скоротать дорогу.

* * *

Оставшуюся до отъезда неделю я провёл очень продуктивно: мы с Астрит почти всё время пропадали в городе, Асил безмолвной тенью следовала за мной, даже если я её и не видел. Телохранительница просто временами появлялась словно из неоткуда и вновь исчезала с моего поля зрения.

Принцесса разбиралась с Бернтом и его людьми, согласовывала поездку и пыталась хоть как-то подстраховаться заранее, чтобы он не сдал её родителям в первые же секунды появления на территории северного королевства. Я был практически полностью уверен, что Бернт именно так и поступит, что бы принцесса ни пыталась придумать, но молчал, не желая расстраивать её больше, чем уже было: Астрит всё больше дёргалась и нервничала от того, что на её родине нас ждёт полный крах в вопросе прохождения испытания, хотя само конкретное задание нам озвучат только в день выезда с утра.

Я же сам как-то постепенно успокоился и перестал переживать по этому поводу под азартные увещевания Раззарта и деловитую суету Фрауса. Именно к нему я забегал каждый день чтобы решить насущные вопросы, касающиеся путешествия: то одежду померить, то документы на оформление отдать, то обсудить несколько вопросов нашего сотрудничества.

Его будто вымершая до этого конторка теперь кишела снующими туда-сюда подчинёнными, двор наполнился людьми и лошадьми, суровые наемники-северяне в количестве десяти штук провожали меня нечитаемыми взглядами. Я даже сначала присматривался к ним, со смехом прикидывая, а не окажутся ли они теми самыми людьми Астрит, но нет, ни одного знакомого лица я не заметил.

В первый день также забежал в банк, забрал накопившиеся деньги, написал письма Хантеру, господину Моррису и Никсу, заранее предупреждая всех, что могу пока что пропасть с горизонта, так как не знал, как там в северном королевстве обстоят дела со связью.

Но не только это занимало мои дни, меня начал преследовать один человек. В первое же свободное от учёбы утро мы с Катрин и Астрит направились в город, причём я взял с принцессы слово, что она при сестре ни словом не обмолвится о тяжёлой ситуации, которая сложилась на севере, куда нас направили. Не хватало ещё, чтобы Катрин начала за меня переживать.

Но стоило нам выйти за ворота, как мы буквально носами уткнулись в стоящую прямо около ворот огромную расписную карету. На крыше у неё сидели какие-то цветастые птицы, и я только после нескольких секунд их рассматривания понял, что передо мной искусно выполненные чучела. По периметру сверкали разноцветные яркие магические гирлянды, на козлах сидел кучер, одетый в красно-чёрный костюм шута.

Из окна кареты высунулась голова величайшего мага империи, на которой опять красовался тот же головной убор с перьями, что был на нём на приёме. Найдя меня взглядом, он широко улыбнулся и подмигнул:

— Подбросить? — спросил вроде и с юмором, но я прекрасно понимал, что вариантов для раздумий у меня по сути и нет.

Я кисло кивнул, прикидывая, что моя прогулка с сестрой только что накрылась этой расписной каретой.

— Идите сегодня без меня, погуляем завтра, — натянул на лицо улыбку и распрощался с Катрин и Астрит, уверяя обеих, что я ненадолго и со мной всё будет хорошо.

Сам же залез в открывшуюся дверцу, захлопывая её за собой и тут же оказываясь в полной звукоизоляции от внешнего мира. Даже уши слегка заложило с непривычки.

Окинул взглядом величайшего мага, на котором сегодня было синее шёлковое одеяние с жёлтыми большими цветами. Ладно хоть на этот раз боевой раскраски на лице не было. Маг дважды постучал по двери, карета тронулась. Я машинально отметил, что не называл адреса, но понимал, что великого мага это просто не волнует.

— Рассказывай, — тут же начал деловой разговор Лорак, сверкая хищным азартом в глазах.

— О чём? — несколько опасливо уточнил я.

— Это тот маг посоветовал так поступить с мечом? — старик кивнул на мою грудь, намекая на амулет.

— Да, он, — тут я врать не стал, самому не хотелось, да и Раззарт об этом не просил.

— Что ты о нём знаешь? Как его зовут? Из какого он времени? — тут же забросал меня вопросами Лорак, готовый схватить меня за грудки и трясти, пока не вытрясет всю нужную ему информацию.

— Я мало что о нём знаю, — постарался отсесть подальше, но в замкнутом пространстве кареты это было не так-то легко. — Он не самый разговорчивый собеседник. Всё, что мне о нём известно — он был очень давним изобретателем, хорошо разбирается в древнем языке, его зовут Раззарт, и, кажется, он является вашим очень дальним родственником.

Лорак замер на мгновение, дёрнулся, его пальцы впились мне в плечи:

— Сколько ему лет? Кого еще из родни он помнит? Деда Имерта? Прадеда Талия? Прабабку Розалию? Эти имена ему хоть о чём-то говорят⁈

Раззарт молчал, так что я сделал свой вывод:

— Нет, он их не знает.

Лорак закивал, пожевал губами, мечась взглядом по карете. Вдруг открыл окошко, высунул в него голову:

— Вези нас в архив!

Я мысленно попрощался с завтраком, но хоть немного воспрял от того, что наконец-то есть вероятность узнать, кто же всё это время сидел у меня в голове.

Через несколько минут карета остановилась, и мы вышли около монументального каменного строения в четыре этажа. По сравнению с тем обиталищем Лорака, где я был в прошлый раз, этот смотрелся полной противоположностью — каменная коробка с прямыми углами и почти полным отсутствием крыши. Никакого сада, лужаек и прудов — вход прямо с улицы, на двери висел огромный амбарный замок, который Лорак открыл вынутым из недр одеяния большим ключом.

Мы прошли внутрь, Лорак хлопнул в ладоши, и под потолком зажглись большие желтоватые светляки.

— Так, раз он их не помнит, то, наверное, можно два последних поколения пропустить, — бормотал себе под нос старик, ведя меня за собой в большой зал.

Войдя, я ошашашенно завертел головой: создавалось ощущение, что попал в библиотеку. Строгими рядами стояли огромные, высотой под потолок, стеллажи, на которых стояли книги, лежали бумаги, кое-где на полках были коробки с подписями и многочисленные папки. Стеллажи обладали надписями с годами и именами.

— Вот это да… — выдохнул я.

Видя моё выражение лица, Лорак усмехнулся, снял свой перьевой головной убор, поставил его в угол.

— Я несколько лет потратил на то, чтобы привести все записи в порядок.

— И это всё — история вашего рода? — мои брови улетели на лоб.

— Не совсем, — качнул головой маг. — Точнее, не только. В основном здесь патенты.

— Что? — не совсем понял я.

— Патенты — права на изобретения, — пояснил Лорак. — Как ты думаешь, на что я живу, если позволяю себе выходки вроде той на балу? — с промелькнувшей злой иронией спросил он.

Я промолчал, понимая, что вопрос был риторическим.

— Я стараюсь поддерживать память о своём роде, как о династии артефакторов. И продаю патенты на изобретения на аукционах. Конечно, большая часть всё равно оседает в руках старших родов или у императора, — скривился Лорак. — Но какие-то мои разработки всё равно доходят до обычных людей и делают их жизнь лучше. А теперь, — он закатал рукава обширного одеяния. — Нам предстоит перерыть историю жизни моей родни и найти Раззарта.

— Удачи, — как-то саркастично пожелал мне древний дух.

— Ты вообще на чьей стороне? — тихо буркнул я ему в ответ. И, повысив голос, добавил: — Давайте я начну с самых древних, а вы с тех, что ближе к вам.

— Давай, — согласился Лорак, приближаясь к стеллажу, и вынимая первую папку с документами.

Я уже был готов провести тут весь день, закопавшись в бумагах по самую голову, но оказалось, что род Ивинтару довольно трепетно относился к своей родословной, а потому определённые вехи обзаводились своим генеалогическим древом. Так что пришлось не перерывать каждого представителя, а исследовать деревья. Я расстелил между стеллажами большое тонкое полотно, на котором были старым стилем написаны строки имён с соединяющими семьи линиями. И мне повезло больше, чем Лораку, — уже на втором таком древе я нашёл боковую ветвь, на которой значилось имя Раззарт Ивинтару.

Лорак в своей картотеке под каждого представителя династии создал свою папочку с документацией, так что я не торопился звать мага, а сам нашёл нужную, раскрыл и углубился в чтение. Так как жил тот Раззарт много веков назад, информации о нём было очень мало.

— Это ты? — шёпотом спросил я у древнего духа, но тот лишь как-то странно хмыкнул.

— Ищущий да обрящет, — ответил он, не раскрываясь. — Ты читай, полезно узнавать новое.

— Вот же… — буркнул я, но продолжил перекладывать бумаги с описанием изобретений, в которых мало что понимал, однако всё равно внимательно изучал, вдруг Раззарт на что-нибудь среагирует.

Сощурился, увидев упоминание, что именно ему приписывают создание принципа работы обучающих амулетов. Почувствовал, что близко к разгадке, начал активнее перелистывать бумаги, как вдруг наткнулся на заметку, прочитав которую, не удержался и позвал Лорака:

— Кажется, я что-то нашёл!

Тут же раздался топот, взлохмаченный маг появился около моего стеллажа.

— Извещаем вас о смерти известного изобретателя Раззарта Ивинтару, — начал читать я вслух, с некоторым трудом пробираясь через старую манеру письма. — По неподтверждённым данным, он погиб в ходе собственного эксперимента по преобразованию обучающего амулета. Тело не было найдено. Признан погибшим по результатам магической проверки.

Подняв глаза, я встретился взглядом с Лораком, чьё лицо расплывалось в странной улыбке.

Глава 16

Обещать — не значит жениться

— Вообще-то я умер несколько раньше, чем это было написано, — раздался вдруг задумчивый голос в моей голове. — Я долго и сильно болел, постепенно терял контроль над собственным телом, сохраняя при этом поразительную ясность ума. Это страшно… — он вздохнул. — Когда твои глаза и руки — это самые важные инструменты для работы, а мозг способен создавать то, что остальные считают чудом, терять себя из-за какой-то Дастовой болезни очень обидно. Я помню, как торопился передать свои знания, конструировал амулет, а после…

— Ты сам заточил себя в камень, — я не спрашивал, а утверждал, озарённый внезапно догадкой.

— Именно так, дорогой ученик, именно так. Если смотреть по датам, моё отсутствие было замечено не сразу. Тело должно было распылиться, отдавая всю энергию на перенос духа в амулет. Судя по статье, так и случилось.

— Это он? Это действительно он? — засуетился вокруг меня Лорак, устав ждать, пока я перестану таращиться на лист бумаги с некрологом пустым взглядом.

Я кивнул.

— Я… Я должен поговорить с ним! — Лорак рухнул рядом со мной на пол, схватил меня за плечи и уставился в глаза с горящей отчаянной надеждой. — Сколько там осталось до начала испытаний? Неделя? Ты должен провести её со мной! Мне столько всего надо у него спросить! Столько рассказать и показать! — старик сжал мои плечи до боли, его глаза подозрительно заблестели.

— Раззарт, хочешь поговорить с внуком? Я передам, — спросил я у древнего духа, который как-то странно молчал.

— Не о чем мне с ним говорить! — вдруг довольно грубо и ворчливо отозвался Раззарт. — Мы здесь узнали всё, что нужно было, так что собирайся и пошли, у нас ещё много дел!

Я, несколько оторопев, проговорил, пытаясь хоть как-то смягчить ситуацию и поведение вредного деда:

— Он не хочет с вами разговаривать.

Лорак на несколько секунд подвис, неверяще смотря на меня.

— Но почему⁈ — почти взвыл величайший маг, заставив меня вздрогнуть.

— Передай ему слово в слово, — в голосе древнего духа отразилось презрение. — Ты — позорище нашей семьи.

Сглотнув, я вынужденно повторил за Раззартом, продолжая транслировать каждую его реплику:

— … Весь род пошёл змее под хвост, ты остался последним, но наплевал на свои обязанности перед родом! Не нашёл жену, не продолжил добрую фамилию, сохраняя наши традиции и знания, не создал ничего хорошего, только баловался ради хлеба насущного!

Лорака словно ударили, он отшатнулся от меня, опустил руки, опёрся спиной на соседний стеллаж. Плечи мага поникли, взгляд упёрся в пол.

— Поднимайся и пошли, долго я буду ждать⁈ — пробурчал Раззарт.

— Я пойду, — тихо выдохнул я, вставая на ноги.

Лорак лишь слабо кивнул, показывая, что слышал мои слова. И вроде бы меня разыгравшийся на моих глазах конфликт поколений никак не касался, но чувствовал я себя паршиво.

— А ты не слишком жестоко с ним? — спросил я Раззарта, уже оказавшись на улице и ловя извозчика для того, чтобы отбыть к Фраусу.

— Не слишком, — не терпящим возражения тоном ответил древний дух. — Тебе не стоит сюда лезть.

Пожав плечами, я согласился: мне своих проблем хватает, разбираться в чужих семейных разборках не хотелось. И всё-таки Лорака было чисто по-человечески жаль. Может, просидев несколько веков в камне, Раззарт что-то потерял в плане восприятия? Или раньше люди в принципе были жёстче? Ну, или это личная черта древнего старика…

На следующий день я вновь попытался позавтракать в прекрасной женской компании сестры и Астрит, но за воротами… меня снова ждала карета. На этот раз другая, никаких чучел или гирлянд, стандартная тёмная карета с гербом величайшего мага на двери. Охранники косились на неё с неудовольствием, но прогнать не могли, всё-таки принадлежала она не последнему человеку в империи.

Лорак, опиравшийся спиной на дверцу своей собственности, с хмурым лицом дымил изогнутой деревянной трубкой, выпуская сизый дымок. Сегодня он был в обычных синих брюках и такой же жилетке поверх светлой рубашки. Никаких перьев и цветастых мантий.

— Арх, у тебя какие-то проблемы? — напряжённо спросила Катрин, понимая по повороту Лорака ко мне, что сия карета по моё тело.

— Только одна, — вздохнул я, успокаивающе приобнимая сестру и коротко целуя её в макушку. — Но она настолько призрачного характера, что я пока что не могу с ней разобраться. Не волнуйся, ничего страшного не происходит. Считай, что у меня небольшая практика в компании самого сильного мага империи, — я хмыкнул и подмигнул Астрит, которая бросила на меня короткий взгляд.

Да, видя, что тот самый маг, который был ей так нужен, теперь сам приезжает за мной, принцесса тут же вечером набросилась на меня с просьбами организовать им встречу, но я пока не представлял, как вставить такое предложение в наши с Лораком разговоры, но попытаться выбить право на аудиенцию пообещал.

— Увидимся вечером, — кивнул я сразу обеим и со вздохом направился к Лораку, добавляя тихо, обращаясь уже к Раззарту: — Да что ж вы оба такие упёртые-то?

Древний дух в моей голове промолчал, не желая отвечать на такие вопросы.

Забравшись в карету вслед за затушившим трубку Лораком, я тут же сообщил, что мне надо в торговый квартал. Величайший маг быстро передал это вознице и уставился на меня тяжёлым взглядом. Карета качалась, а мы так и сидели в тишине. Мне становилось всё более неуютно под пронизывающим взглядом старика.

— Почему ты так со мной поступаешь, дед Раззарт? — проговорил он наконец, словно через силу выдавливая из себя слова.

Слегка поморщился, понимая, что сейчас лично я никого не волную, меня будут использовать как имперского гонца, передающего сообщения от одного к другому. Но, в любом случае, мне хотелось помочь древнему духу, так что я стал повторять его слова вслух.

— Да потому что ты — балбес! — тут же разъярился Раззарт, рвя с места в карьер. — Ты давно в зеркало смотрелся? Что это за петушиные наряды? Что за выходки, недостойные мужчины⁈ Запустил себя, выглядишь, как глубокий старик! Да я лучше тебя выглядел в свои последние годы, а мне стукнуло сто пятьдесят четыре, между прочим! Да если бы не болезнь, я бы гонял тебя сейчас в хвост и гриву!

Лорак молча моргал, даже несколько отстранившись от меня, словно это помогло бы не слышать дедовских слов.

— Долго ещё ты будешь сублимировать своё горе? Ты — последний потомок моего рода! Если бы знал, что у меня появится такой внук, то удавил бы своими руками! Ты думаешь, что вокруг враги, но самый твой главный враг — это ты сам! С таким отношением к роду и себе тебе никакие враги не нужны! Ты прекрасно самостоятельно справляешься с их работой!

Величайший маг наконец вышел из оцепенения, его лицо понемногу стало наливаться кровью, а в глазах постепенно заплескался гнев. Не выдержав обвинений, он выпалил, почти рыча:

— Ты знаешь, что мне пришлось пережить⁈ Ты даже представить себе не можешь, что со мной было⁈ Я уже сотню раз пожалел, что я вхожу в этот Дастов род! Ты когда-нибудь терял семью⁈ Всю! Подчистую! Чтобы никого больше не осталось ни в империи, ни вообще где-то ещё⁈ Ты знаешь, что у половины из них общая могила⁈ Магический огонь спалил их до пепла, лишь некоторые тела сохранились хоть в каком-то отличном от пыли виде, но их невозможно было опознать, поэтому всех, чьих тел не смогли найти, прописали списком на общем надгробии⁈

Раззарт молчал, я, чувствуя странное давление, дышал с некоторым трудом. Образы, которые я выстроил в голове ещё во время рассказа Астрит, сейчас нахлынули с новой силой, дополненные эмоциями самого Лорака. Слушать его было страшно, в какой-то момент меня слегка затрясло, словно его слова перекликались с моими собственными чувствами. Невольно подумалось: у моих родителей хотя бы были могилы, я знал, где находятся их тела…

Лорак и сам замолчал, отвёл от меня взгляд, посмотрел за окно, успокаиваясь. Его грудь часто вздымалась, пальцы нервно сжимали сиденье. Маг рефлекторно вытащил трубку, словно хотел закурить, но потом глянул на меня и убрал её обратно.

— А теперь, — проговорил он чуть хрипловато. — Я был так рад, узнав, что мой далёкий предок жив… по крайней мере может мыслить. Но вместо того, чтобы поприветствовать внука и рассказать, как зачаровал меч, — в глазах Лорака блеснула тень былого азарта. — Ты вываливаешь на меня своё недовольство. При этом ты не вправе высказывать мне хоть что-то.

— Вправе, не в праве, — заворчал Раззарт, впрочем, уже гораздо менее грозно. — А внуков ты мне сделаешь. И пока их не будет, я с тобой даже разговаривать не собираюсь.

От такого ответа Лорак оторопел, вернул взгляд к окну и наглухо замолчал. Так мы провели всё время до остановки кареты: маг буравил невидящим взглядом городские пейзажи за окном, а я старался не отсвечивать. И так наговорил сегодня достаточно.

После этого я честно надеялся, что самое худшее в наших с Лораком разговорах позади, но ошибся: дальше начался полный театр абсурда.

На следующий день Лорак буквально запихал меня в карету, где уже сидела пышнотелая дама с глубоким декольте и ярким макияжем. Розовое платье с бантиками занимало половину кареты. Её красные полные губы вызывали у меня стойкую ассоциацию с кровавым поцелуем смерти, а на декольте я четно таращился первые секунд десять. Не каждый день увидишь подобное: казалось, одна её грудь была больше моей головы!

— Где он такое чучело откопал?.. — простонал Раззарт в моей голове, и в данном случае я был с ним абсолютно согласен.

— Вы когда успели познакомиться? — смягчил формулировку и с жалостью посмотрел на кое-как запихнувшегося на сидение рядом с дамой Лорака.

— Недавно, — отмахнулся маг, и я отметил, что сейчас он совершенно не похож на того старика, которого видел ранее: исчезли морщины, длинные волосы потеряли седину и приобрели здоровый блеск, строгий костюм тройка хорошо сидел на подтянутом теле.

Вот что значит — сильный маг, он был способен манипулировать собственным телом с завидной лёгкостью.

— В любом случае, — я покачал головой, предсказывая оценку Раззарта. — Она вам не подходит. И роду тоже.

— Да чем она тебе не угодила, дедушка? — простонал Лорак, хватаясь за голову.

— Дедушка? — пискнула женщина неожиданно немелодичным тонким голосом. — Да у него же молоко на губах не обсохло! О чём ты?

— Замолчи, Китти, сейчас речь не об этом, — отрезал величайший маг, нервно щёлкнув пальцами. — Это не просто женщина, я собираюсь заключить с ней брак!

— Какой брак? — испуганно спросила Китти, колыхая бюстом и беря ещё октаву выше, заставляя меня поморщиться от резкого звука.

— Да замолчи ты, это сейчас не так важно! — почти прорычал Лорак.

— Да как это неважно⁈ — возмутилась женщина, всплеснув руками. — Это очень важный вопрос! Нельзя же его решать вот так на ходу!

— А ты против женитьбы? — тут же ехидно уточнил маг.

— Нет, что ты, не совсем, — тут же пошла на попятную Китти, захлопав длинными накрашенными ресницами и касаясь плеча Лорака. — Я всего лишь хотела обсудить нюансы. Мне же и родных надо предупредить, и платье выбрать, и дату назначить…

— Она тебе не подходит, слишком меркантильная, — торопливо процитировал я слова Раззарта.

Если бы взглядом можно было убивать, то я бы уже был кучкой пепла на сиденье кареты.

— Дорогой, да кто этот мальчишка, что позволяет себе такие слова⁈ — вспылила женщина.

— Даст! — Лорак вдруг ударил по дверце, и карета резко затормозила, я еле удержался, чтобы не улететь лицом в обширный дамский бюст, словно в плохой комедийной постановке. — Китти, планы поменялись, ты едешь домой!

Та обвела нас оскорблённым взглядом, гордо подняла подбородок:

— И на что я надеялась, — фыркнула она. — Права была мама!

Он вскинула руку, отвешивая Лораку хлёсткую пощечину, и чинно выбралась из кареты, подобрав юбки платья. Я поторопился выскочить за ней, не собираясь и дальше оставаться в обществе обезумевшего мага.

Стоило нам покинуть карету, как дверца захлопнулась, раздался щелчок кнута, и карета рванула дальше по улице.

Китти несколько растеряно огляделась, пытаясь понять, в какой части города оказалась, её взгляд плавно перешёл с местности на меня. Улыбнувшись, она вдруг промурлыкала:

— Так сколько тебе лет, дорогой?

От такого вопроса я внутренне содрогнулся.

— Вы не в моём вкусе, — пусть и грубо, зато правда.

— А кто же в твоём? — вдруг стала напирать женщина.

Я не стал лезть за словом в карман и ответил почти честно:

— Ну, беловолосые сероглазые мальчики примерно такого роста с королевским титулом и манерами принцессы.

— Извращенец! — выругалась Китти и поторопилась перейти на противоположную сторону улицы.

— Так её! — хмыкнул Раззарт.

Оглядевшись, я понял, что район мне знаком, и поторопился к Фраусу пешком, на ходу негромко переговариваясь с наставником:

— Слушай, а ты не перебарщиваешь? У Лорака, кажется, совсем мозги поехали от твоих условий.

— Если бы поехали, то он бы приехал уже с брачным договором, — буркнул Раззарт в ответ, хотя сквозила в его голосе некоторая неуверенность. — Но он же понимал, что жить вот с «этим» невозможно! Мне нужны внуки с нормальной психикой!

— И поэтому ты решил испортить её их потенциальному отцу? — приподнял брови. — Так себе план.

Я чувствовал возмущение старика, но вслух он его не выразил.

Однако когда на следующий день я вышел из ворот академии уже без девушек, даже не надеясь позавтракать с ними, меня снова ждала карета…

— Ладно, может, я и переборщил с категоричностью… — проговорил Раззарт, смиряясь.

Я уже без лишних приглашений сам залез в карету и… был приятно удивлён тем, что на этот раз рядом с Лораком сидела женщина в скромном синем платье и чёрным вдовьим воздушным платком на волосах. Её большие голубые глаза смотрели на меня с удивлением.

— Здравствуйте, — как-то растерянно поприветствовала меня она и повернулась к Лораку. — Ты же сказал, что мы познакомимся с твоим дедушкой…

— Тут всё не так просто, — тяжело выдохнул осунувшийся маг и посмотрел на меня исподлобья.

— Ну и? — напряжённо спросил я Раззарта мысленно, чтобы не пугать женщину лишний раз. Всё-таки эта вроде бы была вменяемой, но я всё равно был не согласен с идеей столь стремительной женитьбы.

— Подойдёт, — буркнул он. — А теперь передай ему следующее…

Я кивнул Лораку, тот наконец расслабил напряжённые плечи, почти с любовью смотря на вдову.

— Ты должен поехать с нами на север, и там он согласится поговорить с тобой насчёт ваших семейных дел, — сообщил я слова древнего духа.

— Север? — Лорак нахмурился. — С этим будет сложно… У меня договор с империей, что только при подданстве этой страны я имею право на свои патенты. И при этом у меня соглашение, что я не могу выезжать за границу, если хочу, чтобы мои изобретения продолжали носить моё имя, — тихо выговорил он.

— Вот это ты вляпался, внучок, — протянул Раззарт. — Кто ж такие договоры подписывает?

— А если вы станете вассалом другой страны? — сощурился я, прикидывая варианты.

— Где ж мне прямо сейчас взять высокопоставленного представителя другой страны, которому я мог бы присягнуть? — усмехнулся Лорак. — Да и тогда все мои патенты аннулируют…

— А если я скажу, что такой представитель у меня есть? — я отзеркалил его усмешку, сам почти не веря в то, что собирался ему предложить.

Маг посмотрел на меня долгим взглядом, что-то решая для себя. И вдруг всплеснул руками:

— Да гори оно всё огнём, деньги переведу, а патентами пусть подавятся! Давай, веди своего представителя!

Глава 17

Добро пожаловать…

Я с прищуром смотрел на то, как десять северян, которые теперь гордо именовались Фраусом моим охранным отрядом, грузили наш багаж на повозки, которые уже через несколько минут должны были тронуться к общественному дирижаблю. Нам предстояло сделать несколько пересадок, так что мы постарались минимизировать груз, но всё равно выходило достаточно много, всё-таки в месте назначения климат сильно отличался. Я несколько нервничал из-за того, что нам объявили буквально час назад: сущность испытания мы узнаем из письма, которое будет ждать нас на месте назначения, так что интрига сохранялась.

Асил, подбежав к одной из телег, быстро закинула туда свой небольшой чемодан и замерла тенью у меня за спиной.

— Я отобрал для тебя лучших из лучших, — горделиво сообщил Фраус, появляясь рядом и оглядывая процесс погрузки. — Матёрые вояки.

Я не был склонен с ним спорить, видя хорошо сложенных бойцов в добротной личной броне и при привычном оружии. Пока что не смог вычислить среди них командира, они слажено исполняли задачу без какого-то выделяющегося командования.

— Фраус, а кто командует этой группой? — решил уточнить я.

Божественный обманщик почему-то хитро сощурился и подмигну мне. Только хотел попросить расшифровку столь таинственным знакам, как вдруг скрипнула дверь калитки, я невольно обернулся, чувствуя, как от увиденного губы сами собой расплылись в искренней широкой удивлённой улыбке.

— Ни-и-икс! — протянул я, делая несколько быстрых шагов навстречу здоровяку, по которому, оказывается, успел люто соскучиться.

Командир с такой же улыбкой сжал меня до треска в рёбрах, грозя сломать меня пополам. От его меховой куртки пахло мокрой кожей, шерстью и совсем немного лошадью. Видимо, Никс заявился сюда прямо с дороги.

— Ты как тут? — задал я вопрос, как только снова коснулся ногами почвы и смог дышать.

— Узнал, что вас понесло на север, вот и решил, что без меня соваться туда будет глупо, — коротко усмехнулся командир. — А вы подросли, господин, — он окинул меня оценивающим взглядом. — Учёба пошла вам на пользу.

— Я тебе потом ещё покажу, чему я тут научился. И давай на «ты», — предложил я, вдруг понимая, что совершенно отвык от стандартного обращения. Только Асил продолжала так меня звать изредка наедине, но у неё это звучало почему-то гораздо органичнее.

Никс немного помялся, но согласился, правда, с оговоркой:

— Давай, но при личном общении. При них надо держать планку, — командир коротко кивнул на остановивших погрузку и внимательно смотрящих на нас наёмников.

До меня постепенно начало доходить, да и Фраус развеял все сомнения, хлопнув в ладоши и громко заявив:

— Знакомьтесь с вашим новым командиром!

Никс шагнул вперёд, оглядывая наемников, те поспрыгивали с телег, встали одной группой.

— Над нами уже давно никого не стояло, — буркнул один из них — обладатель самой длинной чёрно-седой бороды. — Мы обходимся центровым, вон, Бёдвар на этой должности уже как с пару лет. Уж прости, господин, но не надо нам нового главного.

— Лучшие из лучших, говоришь? — я с иронией посмотрел на Фрауса.

— Лучшие — не значит покорные, — спокойно ответил тот, обводя взглядом ворчащую толпу с горящими глазами. — Уважаемые, напомните, кто вас нанял?

— Вы, — буркнул всё тот же бородач.

— Ну так кто платит, тот и заказывает танцы, — хмыкнул Фраус. — И я назначаю Никса вашим командиром.

Я, наблюдая за всем, покачал головой.

— С ними будут проблемы, — тихо проговорил я Никсу.

— Не беспокойся, я разберусь, — почему-то командира сложившаяся ситуация нисколько не удивила и не разозлила, он с привычной спокойной уверенностью взирал на северян, сложив руки на груди.

Дождавшись окончания речи Фрауса, которая не особо-то повлияла на наёмников, Никс выдвинулся вперёд, склонил голову набок.

— Какая граница? — спросил он вдруг.

Северяне вдруг замолчали, какими-то другими взглядами окидывая моего подчинённого.

— Бывшая западная, за пиком Инрира, пока ещё стояла стена, — со странным вызовом в голосе ответил единственный переговорщик. — Чёрные вороны, второе подразделение.

Кивнув, Никс неторопливо закатал рукава, распрямил руки. Северяне захрустели шеями, явно готовясь к доброй кулачной драке. Я сделал шаг назад, расширяя пространство, чтобы не мешать Никсу наводить порядок. Но тут он развернул левую руку, демонстрируя перебитую тонким шрамом старую татуировку. Я её уже видел, даже задавал вопрос на тему смысла, и Никс говорил, что это аналог используемых в империи именных металлических наклёпок подразделений.

Наёмники всмотрелись в то, что мне казалось контуром крыла птицы, и вдруг их глаза увеличились.

— Да ты шутишь!..

— Их же не осталось никого!..

— Всех же тогда на Альяске перебили!

Шоковое состояние сменилось каким-то странным благоговением.

— Серые ястребы… — бородач шагнул ближе, разве что не кланяясь Никсу. — Удивлён, что ты выжил. В той войне мало кого брали в плен, вы, серые, всегда были слишком непокорными, ваших чаще казнили самыми показательными методами. Да и вы обычно скорее помирали, унося с собой в могилу побольше врагов, чем сдавались.

Никс дёрнул верхней губой, словно хотел оскалиться, но передумал.

— Так сложилось… Мы бы не сдались, но нам нельзя было умирать. В итоге жизнь сложилась так, как сложилась. И я много чем обязан этому человеку, — командир кивнул на стоящего в стороне меня.

— Жизнь есть жизнь, — кивнул бородач, затем повернулся к Фраусу. — Мы принимаем такое командование, проблем не будет.

Мой покровитель только пожал плечами, легко улыбнувшись. Сложно было сказать, на которую именно часть случившегося он рассчитывал. Не удивлюсь, если он заранее знал, что так всё и будет.

Пожав руки с бородачом, Никс вдруг закрутил головой, пока не нашел какую-то точку у меня за спиной. Оглянувшись, я увидел Асил, которая с мягкой улыбкой смотрела на командира. Тот кивнул ей, тоже пытаясь изобразить на лице что-то подобное, правда получилось не очень.

— Всё погрузили, — отрапортовал вдруг один из северян.

— Давайте выдвигаться, а то не хватало ещё опоздать, — тут же засуетился Фраус, выгоняя нас со двора. Сам он собирался ещё что-то доделать, поэтому с нами не ехал.

Мы с Никсом запрыгнули на повозку, он помог устроиться Асил, и наш небольшой караван двинулся по боковым улицам столицы к стоянке дирижаблей. Нам предстоял долгий полёт.

Когда мы доехали до этого огромного газового гиганта, обтянутого серым металлом, Никс оставил троих наёмников на погрузку, остальные зашли в салон вместе со мной. Мы приземлились на наши места под удивлённые взгляды редких пассажиров. Ну да, я сам себя странно ощущал в окружении северян, которые расселись рядом, стреляя недобрыми взглядами по сторонам.

Вдруг раздались знакомые голоса, я поднялся, пытаясь рассмотреть прибывших. И вот в проёме появилась знакомая белокурая голова. Астрит помахала мне рукой, я отсалютовал в ответ, вышел из круга недовольных наёмников, подошёл к принцессе в компании Никса. За её спиной тут же вырос Бернт.

— Знакомьтесь, — я представил всех друг другу, пока что продолжая использовать мужское амплуа Астрит, чтобы не раскрывать карты раньше времени. Нет, Никсу-то я доверял, а вот случайным слушателям точно нет.

— Тот самый, который серокрылый? — вдруг как-то странно уточнил Бернт, пожимая Никсу руку.

— Когда-то был, но это уже в прошлом, — так же непонятно для меня ответил командир.

— А девочка?.. — Бернт опасно сощурился.

— В порядке, со мной, — спокойно кивнул Никс. — А твоя?

— Да тоже можно сказать, что со мной, — криво хмыкнул Бернт, хлопая командира по плечу.

Что ж, если учитывать, что северные земли довольно суровы, и соседние королевства, графства, племена так или иначе контактируют между собой, то неудивительно, что командир одной стражи мог знать другого. Вопрос лишь в том, что именно они друг у друга сейчас спрашивали…

После короткого разговора я проводил взглядом Астрит с её командой северян: они расположились на сидениях чуть дальше нас, но таким же кружком, центром которого была принцесса.

Сторонние пассажиры стали сбиваться в кучки подальше от наших северных групп.

— Господин, вы должны это видеть, — вдруг позвал меня Никс, зависший в дверях.

Командир словно изо всех сил пытался не улыбнуться, но губы всё равно кривились в усмешке.

Я повернулся, встал рядом и почувствовал, как моя челюсть летит вниз, потому что около лестницы для пассажиров суетился Лорак, командуя погрузкой такого количества чемоданов, что я даже начал их считать, но сбился на пятнадцатом. Кажется, у нас на всех наёмников и меня вещей было меньше, чем у одного величайшего мага!

— Аккуратнее грузите, халифатский шёлк не терпит грубого отношения! — погрозил он кулаком местным помощникам, перебегая от одного чемодана к другому.

Маг сегодня был в том же молодом залихватском виде и в привычном ярком наряде. Длинные волосы растрепались, полы красного плаща хлопали на ветру. Взглянув вверх, Лорак заметил меня и помахал рукой, устремился к лестнице, поднялся на пару ступенек и вдруг ударил себя ладонью по лбу. Резко развернувшись, спрыгнул на землю и устремился к горке недогруженных чемоданов, из-за неё за руку вывел знакомую мне вдову, которая в некотором шоке придерживала полы пальто, которыми играл разошедшийся ветер. Словно на контрасте с магом его спутница выглядела скромно и неброско.

Я понадеялся, что женщина она не скандальная, иначе полёт у нас будет очень долгим и мучительным…

Поднявшись в салон дирижабля, Лорак раскланялся с нами, проводил будущую жену или уже настоящую, кто его знает, до места, устроил около северян, традиционно поклонился Астрит и вернулся наблюдать за погрузкой. Я невольно вспомнил глаза принцессы, когда предоставил ей величайшего мага империи на блюдечке, да ещё и с предложением вассалитета. Я столько комплиментов в свой адрес никогда в жизни не слышал, как в тот раз. Расчувствовавшись, Астрит кинулась меня обнимать и поцеловала в щёку, после чего залилась румянцем и отскочила, продолжая бормотать слова благодарности. А я стоял дурак-дураком, но в тот короткий момент чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

И всё-таки Астрит была принцессой: она под договор о смене подданства выбила себе индивидуальные уроки, право на первичное ознакомление с патентами, помощь империи и что-то ещё, я всего уловить не сумел. Величайший маг сначала возмутился, однако следящий за всем Раззарт сказал Лораку соглашаться, и тот не стал сильно сопротивляться, внёс только пару своих корректив, и принцесса пошла на уступки.

— Мой тебе подарок, — хохотнул тогда древний дух в моей голове.

— Спасибо, — совершенно искренне поблагодарил я.

Все прекрасно понимали, что в компании с одним из сильнейших магов империи нам будет несколько проще справиться с тем, что предстояло.

— И кто будет охранять это барах… Все эти вещи? — с сомнением в голосе спросил Никс, смотря на погрузкой.

— А кто сказал, что им нужна охрана? — хитро глянул на него Лорак.

Никс только пожал плечами, но спорить благоразумно не стал.

— А зачем так много? — не удержался я от вопроса.

— Юноша, я без трёх сменных нарядов в другой город на пару дней не езжу, а тут ты про поездку в другую страну говоришь, — Лорак постучал согнутым пальцем по лбу. — Это только часть, остальное мне потом поверенный пришлёт. Ну и пару изобретений с собой захватил, жалко бросать недоделанное, — добавил он мельком, как о чём-то незначительном, но я почувствовал, как Раззарт в голове сделал охотничью стойку, явно любопытствуя, что такое мог прихватить с собой внук и грузить под видом своих многочисленных нарядов.

Явно ведь некоторые свои наработки он не собирался оставлять на откуп империи и торопился их вывезти. Хоть бы на таможне с этим не остановили…

После того, как все погрузились и устроились на своих местах, дирижабль взлетел. Я до последнего ждал, что Фраус всё-таки успеет разобраться со своими делами и придёт нас провожать или вообще полетит с нами, но божественного обманщика не было видно.

Немного подремав, я начал откровенно маяться от безделья, хотя, казалось бы, после такой бешеной недели должен был дрыхнуть без задних ног и благодарить богов за передышку перед следующей партией проблем, которые ожидали меня по приезде на север.

— Ну и чего ты сидишь, словно у тебя вместо головы пень? — почувствовал моё настроение наставник. — Вон вас тут три мага, так хоть мозгами поработайте, неучи!

Пожав плечами, я выудил Астрит у её охраны, и мы сели накидывать все возможные комбинации заклинаний, которые могут нам помочь. Заметив нашу деятельность, Лорак тут же оставил вдову на попечение северянам, а сам сбежал к нам. Сначала высказал всё, что думает о наших умственных способностях, глянув на результаты наших совместных трудов, но потом сел рядом и начал вносить правки.

— Вы точно родственники, — буркнул я Раззарту, усмиряя уязвленную гордость и желание кинуть в бывшего имперского мага чем-нибудь тяжёлым.

Полёт занял пару дней: мы выходили, ночевали в гостиницах рядом с вокзалами, немного гуляли и снова возвращались в салон дирижабля. Чем ближе была граница, тем меньше было лоска и блеска, тем больше грязи, дома становились всё меньше и старше. Я залез в багаж и достал тёплую одежду: на границе весна только начиналась, местами лежал снег.

По мере подлёта Астрит становилась всё более нервной, из-за чего сильнее всего страдал Бернт. Никс косился на него с сочувствием, но не вмешивался в чужие дела, хотя явно имел опыт общения с высокопоставленными девушками — сам же состоял в охране той беловолосой красавицы.

Саму границу мы пересекали уже на своих двоих через таможенный контроль, а потом уже собирались продолжить свой путь на лошадях: выгрузились из дирижабля, наняли несколько повозок.

Всё было в порядке, кроме одного: Лорака остановили на таможне. Я поторопился к разгорающемуся было скандалу, но быстро выяснилось, что раз Лорак официально сменил подданство, то ему предстояло либо подать бумаги на право нахождения на территории империи, либо покинуть её в течение семи дней.

— Да пожалуйста, — фыркнул маг, взмахнув полой красного плаща, и тут же под руку с вдовой чинно перешёл границу с северным королевством.

Из его багажа проверили первые пять чемоданов, да и то под его истошные крики о том, как он будет жаловаться за испорченные ткани, а дальше вскрывать его сумки не стали, только просветили каким-то магическим прибором, суть которого мне тихо прокомментировал Раззарт: проверяли на наличие магических артефактов, но Лорак не вёз ничего, что содержало бы магию. Конечно, я был уверен, что все свои прихваченные изобретения он транспортировал сугубо в деактивированном виде, но всё равно оставался в напряжении до последнего чемодана.

Выдохнув с облегчением, когда не произошло ничего критического, я молча получил своё временное разрешение на пребывание в северном королевстве для учебных целей в рамках прохождения итогового испытания, печать в документах и направился к выходу. У северян проблем с бумагами вообще не было, наёмники обладали правом на свободный проход при регистрации на северной территории, а об этом Фраус позаботился заранее. Только документы Никса пришлось быстро и по-тихому подтвердить мне, как владельцу: по бумагам командир проходил как моё личное имущество… А ведь их год скоро истечёт. Интересно, останется ли Никс со мной или поедет домой? Правда, судя по разговорам, возвращаться-то ему особенно некуда.

Погрузившись на повозки, предварительно особенно повозившись с багажом Лорака, мы тронулись по основному тракту в столицу королевства Нордатт, правда, уже в несколько уменьшенном составе: Астрит прямо на границе взял в кольцо ещё один отряд местных, увозя куда-то. Но тут я не волновался, всё-таки это её королевство и её территория, неудивительно, что родители позаботились о сопровождении для дочери.

Чем глубже мы забирались, тем сильнее я видел разницу между империей и королевством. Даже самый пропащий пограничный городишко был более цивилизованным, чем города провинции, которая соседствовала со столицей королевства. Нам навстречу попадались деревянные скрипучие повозки, в которые были запряжены полудохлые лошади с торчавшими рёбрами. Люди были закутаны в какое-то тряпьё и выглядели измождённо. Холодный ветер пронизывал до костей, заставляя наш отряд кутаться в меховые накидки. А ведь мы только приехали…

Первая встретившаяся нам деревня состояла из покосившихся лачуг, люди провожали нас недобрыми взглядами. И всё-таки наёмникам быстро указали, где тут ближайшая таверна.

— За прошедшее время ситуация здесь стала ещё хуже, — глухо проговорил Никс, оглядываясь по сторонам.

Я мрачно промолчал, прицельно оглядывая ближайшие земли, на которых почти сошёл снег, оставаясь лишь местами грязными сугробчиками.

Как только подъехали к таверне, я первым соскочил с повозки, проследил взглядом, как Никс помог спуститься Асил. Похлопав по отсиженной заднице руками, я направился было в таверну, мечтая о горячем обеде и кровати, как замер, таращась на того, кто спокойно сидел на террасе. На меня смотрел Фраус, безмятежно попивая из дымящейся чашки какой-то горячий напиток.

— Ну как первое впечатление? — ехидно спросил бог. — А тебе ведь тут оазис придётся сотворить…

Глава 18

В ожидании

— Вот уж не думал тебя тут увидеть так скоро, — хмыкнул я, садясь рядом с покровителем, который сменил привычный костюм на меховые одежды, попутно наблюдая за тем, как наёмники высыпали из повозки, занялись лошадьми.

Я сначала удивился, что они не пожелали отдавать эту работу местным мальчишкам, которые дежурили около конюшни, но позже Никс объяснил, что это простое правило на севере: хочешь, чтобы твоя лошадь осталась твоей и была в хорошем состоянии — позаботься о ней сам.

— Есть плюсы у того, что ты являешься богом, пусть и младшим, и имеешь личный дирижабль, — усмехнулся Фраус, медленно попивая из дымящейся кружки.

— И почему же мы не полетели этим личным дирижаблем все вместе? — удивлённо приподнял брови. Будь я менее уставшим, то, наверное, возмутился бы этим странным фактом, но сейчас сил на это просто не было. — Или там только для богов? — иронично скривил губы.

— Там для скорой личной встречи с богами, — хохотнул вдруг Фраус, как-то тяжело поднимаясь. Махнул мне рукой. — И он был официально заказан для твоей поездки на север на весь твой отряд со всеми наёмниками и их новым командиром.

Я нахмурился, не понимая, к чему он ведёт.

— Так почему?.. — начал было, но Фраус остановил.

— Пошли, покажу кое-что.

Поднялся вслед за ним, с тоской посмотрел на открытую дверь таверны, из которой так аппетитно пахло съестным. Кивнул Никсу, тот скомандовал отряду оставаться во дворе, а сам пошёл вместе со мной, рядом пристроилась словно из воздуха появившаяся Асил.

Такой небольшой группой мы отправились по частично заснеженным улицам к центру этой маленькой деревеньки, где столпилась куча зевак. И было на что посмотреть: уже издалека, стоило только взглянуть вверх, можно было заметить висящий на небольшой высоте миниатюрный дирижабль. Он был существенно меньше общественного, но всё равно довольно внушительных размеров, и для местных был диковинкой.

— И? — я не мог понять, на что именно должен смотреть и что видеть. — Так в чём дело?

— Обойди и присмотрись, — с кривой усмешкой ответил Фраус.

Я так и сделал, направился вокруг толпы, следя взглядом за дирижаблем. Достигнув другого его бока, я остановился и обомлел: по его корпусу лазили закреплённые тросами ремонтники, половина огромного металлического резервуара была раскурочена, словно внутри что-то взорвалось, и я только сейчас заметил, что дирижабль сильно наклонен носом вниз не только из-за удерживающих тросов, а ещё и потому, что газ заполнял лишь один отсек вместо двух. От кабины, где следовало ехать пассажирам, практически ничего не осталось, только обгоревший чёрный металлический остов. Теперь я понял, почему по мере приближения к площади в воздухе всё больше пахло гарью. Правда, сначала думал, что всё дело в местном материале для растопки…

Никс выдохнул сквозь зубы, Асил опасно сощурилась, окидывая взглядом тот транспорт, на котором мы могли ехать. И кто-то ведь на это рассчитывал…

Оглянувшись на Фрауса, я отметил то, на что сначала не обратил внимания: бог осунулся, слегка побледнел, под глазами залегли тёмные круги. Видимо, ему тоже не так легко далось это путешествие в роли приманки…

Вернувшись, я тихо спросил:

— Конкуренты?

— Они самые, — так же негромко ответил Фраус, вздыхая.

— Спасибо, — выдавил я, понимая, что бог достаточно хорошо всё продумал и рисковал, чтобы мы могли спокойно добраться. — Сами-то в порядке?

— Пара дней — и будет лучше, — уклончиво ответил бог.

— Рассчитывали убить или напугать? — хмуро уточнил Никс, подходя ближе.

— Кого-то убить, кого-то напугать, — не стал конкретизировать Фраус. — Сначала произошёл взрыв резервуара, кабина загорелась существенно позже.

— Судя по характеру повреждений, ставлю на то, что взорвали снаружи, — деловито оценил командир.

Фраус кивнул, разворачиваясь обратно к таверне.

— Вы как доехали? — как ни в чём ни бывало спросил он, меняя тему. — Проблем не было?

— Если сравнивать с тем, что случилось тут, то нет, — иронично хмыкнул я.

— А если не сравнивать? — приподнял брови покровитель.

— Волки, — я пожал плечами. — Пока доехали от границы, спугнули какую-то стаю. Но мы оказались страшнее, чем они.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся Фраус.

В таверне мы отдохнули только пару часов, после чего бог сказал, что нам надо уже завтра добраться до столицы, поэтому пришлось погрузиться и вновь отправиться в путь. В итоге к обеду следующего дня я ворчал не хуже Раззарта, пытаясь размять онемевшие за сутки пути конечности и седалище.

Общий вид королевства становился несколько лучше по мере приближения к столице. И сам город был заполнен уже не деревянными, а каменными строениями, некоторые из домов сохранили на фасадах резные элементы, различные украшения, но общий обветшалый вид создавал ощущение некоторого запустения. Дворец, видневшийся на склоне горы вдали, так вообще потрясал воображение своей красотой и словно из хрусталя сделанными башнями. По крайней мере, издалека.

Но при этом всё равно прослеживалось напряжённое настроение населения, люди передвигались по улицам, не смотря по сторонам, целенаправленно следуя своему маршруту, на лицах проступала озабоченность. Да и сами лица были словно высохшими, а глаза блёклыми.

— Тяжело им тут приходится, — со вздохом произнесла Асил, кутаясь в тёплую накидку.

Её смуглая кожа и непривычная причёска притягивали редкие взгляды, у встречающихся изредка детей загорался в глазах интерес, но довольно быстро тух.

— Ещё несколько лет назад это был довольно оживлённый город с бегающими по улицам ребятнёй, не боявшейся холода. Зимой, когда всё в снегу, он смотрелся словно рисунок из сказки, — негромко проговорил Фраус. — Но в последние годы словно все боги отвернулись от этой территории. Внутреннее снабжение продовольствием резко сократилось до критического минимума.

Я покосился на него, но ничего не сказал, вспоминая невольно подслушанный разговор двух стражников на въезде в столицу:

— В такой промозглый холод хорошо было бы выпить… — мечтательно протянул один.

— И куда ж ты собрался идти выпивать? — хмуро спросил второй, поправляя шапку. — В бар? В трактир? С нашим урезанным жалованием на еду бы хватило…

— Да нет… — первый склонился, почти касаясь головы собеседника. — Но я как-то выменял и припрятал бутылочку алисского…

— Да ту шутишь! Неужто из Нунната? — изумился тот. — Оттуда же уже пару лет почти не поступает ни продовольствия, ни вин!

— Да вот из последних запасов. Один старик хранил как память о былых временах, да только у него внучка заболела, вот и продал по дешевке.

— Ну, тогда сами боги благословили выпить в этот вечер! — второй довольно потёр озябшие руки.

Среагировав на знакомое название, я помрачнел, прикидывая масштабы предстоящей работы.

— Я снял для вас лучшую гостиницу! — с улыбкой проговорил Фраус, выводя меня из задумчивости и приказывая повозкам остановится около двухэтажного обшарпанного каменного дома.

— И это лучшая? — вырвалось у меня.

Унылый дом с заколоченными ставнями на окнах первого этажа язык не поворачивался так назвать.

— Туризм здесь давно уже загнулся, — пожал плечами покровитель. — Так что это — лучшее из того, что осталось.

— Страшно подумать, как выглядит худшее…

Я со вздохом отдал приказ не разгружать повозки, а просто убрать их на задний двор: вряд ли мы и здесь пробудем долго, но я надеялся хотя бы переночевать на неподвижной горизонтальной поверхности.

Войдя в трактир, который располагался на первом этаже, я огляделся: столы и стулья из потемневшего от времени дерева, каменная стойка, перекрывающая доступ на кухню, откуда вкусно пахло едой, подобие некогда белых скатертей на столешницах.

— Добро пожаловать, дорогие господа, — нам навстречу вышел высокий худой мужчина с длинной русой бородой, заплетенной в косу на конце. На нём была меховая безрукавка поверх рубахи, рукава которой он закатал по локоть, открывая заросшие светлыми волосами руки. — Обедать будете?

— Да! — гаркнули мы в несколько голодных глоток.

— Что есть на выбор, уважаемый? — уточнил Фраус, которого явно голод не так сильно донимал, как нас.

— Сегодня разносолы есть, — довольно проговорил трактирщик. — Тушёные грибы с овощами, мясо косули с грибами и для гурманов — хлеб.

— Для гурманов? — мои брови взлетели, выдавая удивление. В империи хлебом можно было подкармливать городских птиц и рыбок в прудах…

Мужчина вздохнул, окинул нас внимательным взглядом.

— Вы, видимо, неместные. Сейчас такие времена, что мясо у нас дешевле хлеба, — он развёл руками. — Хорошо ещё, что дичь есть, рыба-то совсем подводить стала. А животные хоть мигрируют от моря дальше на сушу в поисках пищи через наши земли, так что держимся пока.

Я покивал, выбирая себе мясо с овощами, сел за столик вместе с Фраусом, Асил и Никсом.

— Завтра у тебя приём в местной администрации, — просветил меня младший бог. — Выспись хорошенько перед тем, как тебе огласят твоё задание для испытания.

Вздохнув, я усмехнулся, уже понимая, что на этой гиблой территории придётся изгаляться всеми силами. И я надеялся, что мне их хватит, учитывая советы Раззарта и Лорака, возможности Астрит и её родителей, которые, если подумать, тоже очень даже заинтересованы в нашем успехе. Несколько настораживало то, что раньше с этими аномальными погодными условиями силами самого королевства разобраться так и не смогли.

Вдруг двери таверны распахнулись, впуская подвижного парня в тёмной меховой куртке с капюшоном. Он цепким взглядом оглядел присутствующих и решительно направился ко мне.

— Архарт Креон Самвель? — уточнил он с лёгким поклоном.

— Он самый, — с настороженностью отозвался я.

— Завтра вам надлежит явиться в королевский дворец для аудиенции, — отчеканил парень, протягивая мне конверт из плотной белой бумаги с гербом королевства Нордатт.

— Хорошо, — кивнул, забирая послание.

Гонец тут же растворился в воздухе, словно его и не было. Я же, оглядевшись, распечатал конверт. Под шумок к нам за стол подсел Лорак, с любопытством глядя на бумагу: всё-таки ему нужно было подтвердить переход под чужое подданство, но в письме от короля значилось лишь моё имя и допускалось взять с собой до двух человек сопровождения.

Фыркнув, Лорак откуда-то из карманов своего красного плаща достал небольшую пузатую бутылку.

— Откуда? — удивился я.

— Это ты, Архарт, по молодой наивности не знал, куда едешь. Я же имел представление, пусть и только теоретическое, но достаточно полное, и подготовился заранее, — маг под завистливым взглядом трактирщика разлил по рюмкам вязкую янтарную жидкость. Одну из рюмок подвинул ко мне под недовольным взглядом Никса.

— Не спаивайте господина, лэр маг, — предостерегающе проговорил командир. — Север такого не любит.

— Зря вы так переживаете, — отмахнулся Лорак, делая глоток из своей. — Одну рюмку прощает даже север.

Мысленно согласившись с магом, я опрокинул в себя стопку, чувствуя, как вспыхнуло горло, а после приятное тепло разошлось по телу.

Так же поступили Фраус с Асил. Немного подумав, Никс тоже опустошил свою рюмку.

Перекусив и попрощавшись, я поднялся в комнату, которую делил вместе с Никсом. Комнатка представляла собой небольшое помещение с камином, двумя кроватями и одним шкафом, где на верхней полке лежало два шерстяных одеяла.

С собой в комнату я занёс только небольшой рюкзак, в котором лежала саменная одежда и боевой нож. Вынув его, я задумчиво повертел его в руках, прикидывая, стоит ли брать его с собой.

— Носишь, — с мелькнувшей улыбкой констатировал Никс.

— Ношу, — кивнул в ответ. — Хорошая вещь.

— Оставь пока, во дворец с оружием всё равно не пустят, а чуть что — мы с Асил разберёмся.

Я не стал спорить. Повел плечами, ощущая, что в комнате довольно холодно. Около камина ждали заготовленные заранее дрова, и мы, посовещавшись, решили часть потратить уже сейчас. Никс тут же присел на корточки, разжёг огонь, с прищуром смотря на разгорающееся пламя.

— Как там дома? — спросил я, скидывая куртку. Стянул сапоги, забрался с ногами на кровать.

— Всё хорошо, — отозвался командир. — Хантер с Моррисом спелись, даже какие-то эксперименты с рудой ставят, чтобы торговать не только сырьём. Я не стал противиться их планам, пока они не рискуют здоровьем шахтёров или целостностью штреков. Не знаю, насколько всё у них успешно, я в этом не разбираюсь. Кларенс ещё пару раз насылал на нас то налоговиков, то проверку от администрации, но под Морриса подкопаться сложно, он мужик тёртый в этих вопросах, да и у Хантера законников полно. Временно отстал, но копит яд, это точно. К тебе больше не заявлялись его люди?

— Нет, им одного раза хватило.

Я откинулся на спину, уставился взглядом в потолок, рассматривая отсветы огня на старой побелке.

— Ты рад вернуться? — задал внезапно пришедший в голову вопрос.

— Что? — Никс повернул лицо от огня ко мне.

— Рад вернуться на север?

Командир несколько секунд просидел в задумчивости, поднялся, расстёгивая куртку.

— Это не мой север, — как-то глухо ответил он. — На его месте теперь имперское графство.

Я прикусил язык, кляня себя за такие глупые расспросы, мог бы и сам догадаться, что в плен они не с прогулки попали.

— И я не хотел бы, чтобы Нордатт постигла та же участь, — выговорил он, ложась на кровать и отворачиваясь к стене. В повисшей тишине я услышал еле слышное: — И чтобы твоя знакомая побывала в шкуре Мийи.

Меня на мгновение окатило горячей волной гнева, стоило только представит Астрит на месте беловолосой девушки, стоящей в клетке на рынке рабов с кровавыми разводами на ногах…

— Спи! — проворчал Раззарт в голове. — Не дыми, утром будем разбираться, что тут происходит.

Я думал, что не смогу уснуть от наплыва новой информации, но усталое тело решило иначе, практически отключаясь, стоило мне только закрыть глаза.

Но спокойно провести ночь не получилось, меня разбудил холод, забравшийся под одеяло. Открыв глаза, я понял, что разожжённый Никсом камин погас. Встал, подошёл к нему, заложил оставшиеся дрова, вновь возрождая пламя. Протянул замёрзшие руки, немного погрелся и вернулся в постель.

Утром я проснулся уже в одиночестве: Никса, как и его вещей не было. Быстро одевшись, спустился вниз: в таверне уже ярко горело два камина, наёмники сидели за столами. Присоединившись к Фраусу с Никсом, я с благодарностью принял у понятливого трактирщика горячий травяной настой и тарелку с дымящимися колбасками. Сразу же сделал несколько глотков напитка, прогоняя холод изнутри.

— Сдаётся мне, задание для испытания тебе будет зачитывать сам король, — задумчиво проговорил Фраус.

— Ты пойдёшь со мной? — спросил я, прикидывая, кого взять в качестве сопровождения и слегка нервничая от того факта, что придётся предстать перед королём. И отцом Астрит по совместительству. Кто знает, а не захочет ли он мне что-нибудь оторвать за то, что весь учебный год я жил в одной комнате с его дочерью?..

— Нет, во мне там нет необходимости. Я лучше пройдусь по городу, посмотрю, что здесь да как. Если вдруг понадобится быстро сняться и поехать дальше, то меня не ждите, я вас потом найду, — отмахнулся младший бог.

— Лорак? — я глянул на сидевшего за соседним столом мага. — Тебе вроде бы тоже надо явиться пред королевскими очами.

Тот окинул меня ленивым взглядом, откинувшись на спинку стула.

— Меня не приглашали, — растягивая гласные, проговорил он. — Если я им понадоблюсь, то пусть присылают индивидуальное приглашение.

Я покачал головой, но спорить не стал, понимая, что лучший имперский маг привык к своеобразному обращению.

— Я тоже погуляю по городу, посмотрю на местные достопримечательности вместе с Лизой, — продолжил Лорак.

Я предположил, что Лизой зовут как раз ту самую вдову, которую пока что в общем зале не наблюдал.

Позавтракав, определился с составом сопровождения, решив взять с собой Никса и Асил. Выходя из таверны, прикидывал, как лучше добраться до замка, но обнаружил, что во дворе стоит карета с королевским гербом.

— Прошу, — услужливый кучер открыл перед нами двери.

Мы втроём без лишних разговоров забрались в карету и покатили по улицам. На королевскую карету люди реагировали иначе, чем на повозку: если раньше они нас почти не замечали, то теперь либо кланялись, либо прожигали исподлобья злыми взглядами.

Но вот мы подъехали к горе, проехали вверх по серпантину. Борясь с лёгкой тошнотой, я крутил головой, с интересом рассматривая открывающийся сверху вид: раскинувшиеся справа от столицы поля, еще не совсем освободившиеся от снега, смотрелись серыми, а лесок неподалеку каким-то облысевшим. Даже хвойные деревья имели зелёные иголки только у самой верхушки.

— Что-то тут не то… — раздался задумчивый голос Раззарта. — Определённо.

— Что именно? — среагировал я мысленно.

— Пока не разобрался. Ты пока с королём поговори, может, он на что-нибудь прольёт свет.

Я кивнул, вслед за Никсом выходя из остановившейся кареты.

Глава 19

Тучи сгущаются…

От увиденного глаза сами собой расширились: я как-то в задумчивости проморгал момент, когда мы забрались на высокий уступ, почему-то всё ещё покрытый кристально чистым снегом, который сейчас сказочно переливался на солнце, словно россыпь бриллиантов.

— Красиво, — искренне выдохнул я, на что Никс кивнул со скупой улыбкой, потирая покрытый лёгкой щетиной подбородок.

От вида самого замка у меня отпала челюсть: величественный, белый, с хрустальными вставками, он поражал воображение тонкостью украшений, сочетающейся с монументальностью строения. К главным дверям вела большая белая лестница, у подножия которой нас уже ждали.

И только сейчас, взглянув на вышколенного дворецкого в торжественных, отделанных благородным чёрным мехом одеждах, я вдруг остро осознал тот факт, что мой наряд совершенно не подходит для королевского приёма. Новая меховая куртка, шапка и шерстяные брюки — практично, но явно не являлись образцом правильной одежды для представления правителю страны.

— Вот же… — выругался тихо сквозь зубы, понимая, что сейчас уже поздно что-либо менять. — Фраус, неужели подсказать не мог…

— Растяпа, — не упустил возможность прокомментировать мой промах Раззарт.

— Вот уж молчал бы, раз сам не удосужился заметить! — возмутился я.

Впрочем, обвинять бога или наставника здесь было несправедливо, сам должен был вовремя головой думать, а не сидячим местом, поэтому я только пытался глубоко дышать, поднимаясь по лестнице, чтобы согнать с лица ненужный румянец досады.

— Мы рады приветствовать вас в королевстве Нордатт, — с доброжелательной улыбкой проговорил мажордом, встречая нас у дверей и сопровождая дальше вглубь замка.

Я невольно обратил внимание, что даже тот слуга, которому полагалось работать сугубо внутри замка, тоже был облачён в утеплённые одежды. Он шёл впереди, негромко рассказывая о коридорах и залах, которые мы проходили, но, несмотря на дивную лепнину, серебро и хрусталь на стенах, я не мог не отметить, что во дворце почти так же холодно, как и на улице, и при этом удивительно пусто. Пока мы шли до места назначения, я не видел ни одного человека. Ни других слуг, ни аристократов, ни охраны.

Только у самых дверей в тронный зал стояло двое гвардейцев в зимней форме.

— Оружие сдать, — коротко потребовал тот, что был старше.

Никс без лишних слов отстегнул от пояса боевой топор, протянул. Гвардеец скользнул по нему взглядом и убрал в ящик, стоявший рядом на полу. У Асил с собой никакого оружия не было, по крайней мере, того, которое было бы заметно глазу. Я же по совету Никса ничего с собой брать не стал, так что и отдавать было нечего.

Дождавшись конца нашего досмотра, мажордом распахнул двери, громко объявляя:

— Барон Архарт Креон Самвель с сопровождением!

Я сделал несколько шагов по тёмно-синему ковру, низко поклонился, как следовало по правилам этикета перед венценосными особами, и замер, мельком оглядывая большой яркий зал, где всё словно дышало льдом. Ковровая дорожка упиралась в возвышение, сделанное из прозрачного кристалла, на вершине которого на троне восседал хранящий молчание король. Я помнил, что по правилам этикета смотреть правителю в лицо можно было лишь несколько мгновений, но невольно задержал взгляд, пытаясь найти черты сходства с Астрит. У короля были густые тёмно-русые вьющиеся волосы, спускающиеся на плечи, тяжёлый взгляд, широкая массивная челюсть. Кроме ясных серых глаз других общих черт с принцессой я не видел. Королевы же почему-то рядом не было, второй трон пустовал.

Но не это надолго привлекло моё внимание, ведь король был всё-таки не один. За его левым плечом стоял Бернт, буравя меня взглядом, а вот за правым… Я во все глаза смотрел на стоящую рядом с ним девушку. Изящное утеплённое платье цвета ясного летнего неба оттеняло её серые глаза, подчеркивало точёную фигуру и заставляло белые волосы светиться. Я всегда считал Астрит красивой, но как-то не подозревал, что её красота может загнать меня в подобный ступор. Строгий вид делал северянку зрительно старше и неприступнее. Передо мной была действительно принцесса, будущая наследница трона. Весёлая соседка Астрит, бывшая когда-то Астом, словно спряталась за этим новым образом.

Нервно сглотнул, осознавая своё положение: это вам не бал при императоре, где за всё время на проявителя только издалека посмотрел, а он о твоём существовании даже и не узнал. Здесь серые глаза властителя, способного одним только словом карать и миловать, были направлены исключительно на меня, и что при этом происходило в его голове, было загадкой. От этого холодело в груди и начинало противно дрожать что-то внутри.

Мы простояли в полной тишине несколько мгновений, как вдруг Астрит не удержала величественное выражение лица и прыснула, засмеялась, хватаясь ладошкой за спинку отцовского трона. Её мелодичный смех прокатился по залу, оживляющим звуком отражаясь от стен.

Король слегка нахмурил брови, но всё-таки и сам не удержался от лёгкой улыбки.

— Арх, ты бы себя видел, — сквозь смех проговорила Астрит. — Такое лицо!

— Ну так к королю на приём пришёл, не к сапожнику, — буркнул я, оттягивая ворот, который в одно мгновение стал почему-то слишком давить на горло, да и нижняя рубашка как-то противно прилипла к спине.

— Я рад приветствовать вас в нашем королевстве, — густым низким голосом проговорил король. — Наигралась? — добавил, поворачиваясь к дочери, подчёркивая некоторую неформальность нашей встречи.

Астрит кивнула в ответ и жестом подозвала меня поближе, сразу переходя к делу без лишних расшаркиваний.

— Бумаги с испытанием мы уже вскрыли, — она протянула мне конверт со сломанной печатью, при этом её глаза погрустнели, принцесса закусила губу. — В провинции Нуннат есть небольшое селение, считай, деревня, расположившаяся в маленькой бухте. Когда-то это селение входило в список главных поставщиков продовольствия для внутреннего рынка, но уже давно оттуда приходят скорбные вести и просьбы о помощи.

Я развернул письмо, пробежал глазами по тексту, в котором значилось, что мне необходимо оказать помощь селению.

— За последний год голод унёс множество жизней жителей деревни, — с горечью проговорил король.

— И академия решила определить именно эту приморскую территорию для восстановления. Мы должны будем создать условия для вызревания урожая на трёх больших полях на склонах холмов, что окружают деревню.

— Я так понимаю, похожая ситуация не только там? — рискнул я задать не самый удобный вопрос.

Астрит мрачно кивнула:

— По всей стране это происходит уже довольно давно. Наши маги не могут понять, почему все проводимые ритуалы и заклинания почти не оказывают воздействия на здешнюю погоду, всё постепенно становится только хуже.

— А боги? — осторожно уточнил я.

— Бог огня Игникальд поддерживал нас раньше, но сейчас с этим возникли трудности, — уклончиво ответил король, тут же добавляя: — Но эта деревушка небольшая, может быть, у вас получится помочь нам, мы были бы очень рады, — король улыбался, но мне почему-то слабо верилось в правдивость его улыбки. — Астрит, дорогая, — он повернулся к дочери. — Собирайся. Времени на выполнение задания академии у вас не так много, так что не стоит тратить его попусту.

— Конечно, — принцесса чмокнула отца в щёку и вопросительно посмотрела на меня.

Я было развернулся, готовый следовать за ней к выходу, но тут раздалось:

— А вас, Архарт, я попросил бы ненадолго задержаться, — весомо проговорил король.

Что ж, просьба властителя, считай, приказ, я с поклоном остался на месте, Астрит стрельнула глазами на отца, не торопясь покидать зал, но правитель кивнул Бернту:

— Проводи принцессу до её покоев.

Взгляд Астрит вспыхнул, но она промолчала, позволяя капитану стражи увести себя. Как только за ней закрылись двери, тяжёлый взгляд короля упёрся в меня, делая моё тут нахождение крайне некомфортным.

— Я бы хотел поблагодарить тебя за то, что присмотрел за моей дочерью, не дал её в обиду и не выдал имперцам, — глухо сказал он. — Бернт доложил мне о твоей роли в жизни Астрит. После того, как истечёт время испытания, ты не уедешь отсюда с пустыми карманами.

— Не стоит… — но один взгляд короля, и эти слова застряли в глотке. — Это было честью для меня, — собственный голос стал сиплым от накатившего волнения. — Астрит — мой друг, я очень её ценю.

— Рад это слышать, — склонил голову набок король, продолжая меня рассматривать. — Дочь сказала, что твой бог-покровитель прибыл вместе с тобой.

— Да, он здесь, — несколько растерялся я, не понимая, с чего вдруг правителю интересоваться моим божественным сопровождением.

— Ему стоит остаться в столице, нахождение на месте испытаний для покровителя нежелательно, — как-то задумчиво проговорил король. — И я бы хотел с ним встретиться. Сообщи ему.

— Хорошо, — всё ещё ничего не понимал, но отказывать королю — плохая идея. А вот то, что Фраус не сможет со мной поехать… Да, собственно, это было не так важно, всю возможную помощь он уже мне обеспечил.

— А вот того мага-изобретателя, который также приехал с вами, лучше заберите с собой на место испытания, с его документами уже всё решено, — добавил правитель.

Я закивал, радуясь, что никто не стал препятствовать моим планам на Лорака и сразу же приставлять его к работе на королевство. Однако при этом ощущал какую-то недосказанность в словах короля. Он словно говорил то, что от него ожидали услышать, но не то, о чём думал и что собирался делать в действительности.

Тут вновь открылись двери, это вернулся Бернт. Он подошёл к трону, что-то тихо выговаривая королю.

— Ты можешь быть свободен. Караван будет снаряжен через два часа, Астрит с сопровождением будут ждать вас около северных ворот столицы, будьте готовы, — торопливо проговорил правитель.

— Спасибо, — поблагодарил я, кланяясь и отступая.

Никс и Асил повторили за мной.

— Эурус спират вербум, и направь на них, скорее! — вдруг раздался крик Раззарта в голове.

Я хоть и доверял наставнику, но наскоро перевёл древние слова, благо они уже были знакомы, и, поняв, что ничего опасного такое заклинание не несёт, прошептал, вложив силу, и коротким пасом отправил его к трону, тогда как сам уже стоял к нему спиной и медленно шёл к выходу.

— Они как знали, что эта территория под одним из самых сильнейших воздействий! — злой голос Бернта прозвучал так, словно он стоял рядом со мной. — Они не справятся…

— Значит, собери со всей… что найдёшь… живее! К концу испытания они должны… поля… Не позволю… аукцион! — не менее гневный голос короля долетел до меня частично.

— Сделаю…

Двери закрылись за нашими спинами, отрезая меня от разговора.

— Чем дальше, тем интереснее… — пробормотал Раззарт. — Шевелись давай, нам надо как можно быстрее оказаться на месте, чтобы оценить обстановку.

— Перспективы не радуют, — задумчиво проговорил Никс.

— Разберёмся, — бросил я сквозь зубы, ускоряя шаг.

В итоге, когда мы собрались в трактире и бегло обсудили сложившуюся ситуацию, в столице остался не только Фраус, но и будущая жена Лорака, за которой мой покровитель пообещал присмотреть. Я очень внимательно следил за лицом Фрауса, когда передавал ему пожелание короля о встрече, но так и не смог понять, рассчитывал божественный обманщик на что-то подобное или нет.

Мы собрали нашу повозку, погрузились и двинули в сторону северных ворот. Я прижимал к себе личную сумку, где теперь покоились камни-накопители — самое ценное, что у нас было.

На точке сбора нас уже ждала утяжелённая крытая повозка без каких-либо опознавательных знаков. Я сначала думал, что королевская чета свою дочь отправит чуть ли не на королевских перинах, но потом сообразил, что лишнее внимание будет совершенно ни к чему. Астрит выглянула из-за полога, помахала мне рукой: северянка вновь сменила платье на наряд парня, на этот раз спрятав свои уже достаточно отросшие волосы под шапкой. Но её образ в тронном зале всё ещё стоял у меня перед глазами.

Предназначенная нам испытанием деревенька действительно была расположена не так далеко от столицы, мы доехали до нее по тёмным трактам, потратив чуть больше половины суток, отдав езде всю бессонную ночь. В итоге ближе к обеду мы въехали в селение, которое расположилось между двумя склонами больших холмов, с которых уже сошёл снег. Сами холмы перерастали в небольшие горы, которые выдвигались глубоко в море, создавая бухту, которая раньше явно щедро одаривала местных жителей рыбой.

Но, к сожалению, промысел сейчас переживал не лучшие времена: стоило нам появиться на главной улице и остановить свои повозки на небольшой площади, как к нам вышли люди. Иссохшие, с потрескавшимися губами, впалыми щеками. Их пустые глаза смотрели на нас с проблеском надежды. По пути сюда я видел несколько коров и коз, которые мало чем отличались от своих хозяев: такие же тощие, обтянутые кожей скелеты, еле передвигающие ноги по холодной серой грязи.

— Это же просто катастрофа, — прошептала Астрит, которая, видимо, раньше никогда не была здесь лично.

— Добро пожаловать! Вы тот самый маг, которого нам обещали? Мы так рады вас видеть! — затараторил сухонький старичок с длинной жиденькой седой бородёнкой, что протиснулся вперёд собравшейся небольшой толпы.

Только вот его взгляд был обращён мне за спину, где стоял, крутя головой, Лорак, с какой-то детской непосредственностью рассматривая потемневшие деревянные дома в округе, да покосившиеся заборы.

— Я? — он поднял брови. — Нет, вы ошиблись. Вот начинающие маги, которых академия благородно и щедро направила к вам в качестве помощи, — Лорак указал двумя руками на нас, в его словах сквозила злая ирония, которая в текущей ситуации меня знатно покоробила, а Астрит вообще была готова испепелить его взглядом.

Староста в полном недоумении перевёл взгляд на меня и принцессу, благо её мало кто знал в лицо, так что по своей стране она тоже могла спокойно передвигаться инкогнито.

— Как же так… — пробормотал он. — Они же ещё дети…

Взгляды, что ещё секунду назад горели подобием надежды, вновь потухли, кто-то тихо выругался, кто-то сплюнул на землю, люди обречённо повернулись к нам спинами, возвращаясь к своим делам.

Я скрипнул зубами, но не нашёл слов, чтобы их остановить, прекрасно понимая их чувства. Люди ждали чуда, которое им пообещала империя, согласившись прислать мага, даже двух. А в итоге они получили недоучек, ещё даже не вставших из-за учебной парты.

Уши резанул короткий гортанный смешок Лорака.

— Империя всегда так поступает, им стоит об этом помнить, — с какой-то мстительной интонацией проговорил он. — Она никогда не делает того, что обещала.

Я не стал ничего говорить магу, понимая, откуда растут ноги у его слов, да и сам готов был выругаться покрепче деревенских, ощущая собственное бессилие, но при этом чувствуя прилив отчаянной решимости попытаться сделать хоть что-то для этих людей.

— Эй, староста, будь так добр, подойди-ка к имперским магам, которым вы обещались всякое содействие оказывать, — грубовато пробасил Никс, хмуря кустистые брови.

Тот же сухонький старичок, стащив с головы шапку и прижав её к груди узловатыми пальцами, покорно вернулся к нам, но старался даже не смотреть на меня или Астрит, а обратил своё внимание на Никса.

— Где здесь ближайший трактир? — продолжал командир в своей манере.

— Так закрылся, — пожал плечами староста.

— Отчего? Или гостей не любите? — сощурился Никс.

— Мы-то любим, — махнул рукой старичок. — Они нас в последнее время не любят.

— Знаем мы о ваших проблемах, наслышаны. Ну так мы здесь для того, чтобы их решить.

Староста никак не отреагировал на слова Никса о предположительной помощи, только повернулся, указывая путь по одной из улиц.

— Остановиться можете у вдовы Мирианы. Она недавно потеряла мужа, так дом остался большой, хватит места. Вон, на шпиль тот идите, не промахнётесь.

— Что случилось с её мужем? — уточнил Никс.

— Так, того, утоп, бедолага. Вышел утром в море, да и, видать, слишком далеко от берега ушёл, никто его больше не видел. Даже трупа не нашли, — сокрушённо покачал головой староста.

Никс сжал челюсти.

— Как устроимся, где тебя найти?

— Да вон там с краю мой дом, последним стоит, не ошибётесь, — вздохнул старичок. — Приходите, коль вопросы остались.

Он, сгорбившись ещё сильнее, чем был, поплёлся по дороге, загребая ногами вязкую грязь.

— Что мы сможем тут сделать? — прошептала Астрит, переводя на меня округлённые глаза. — Как?..

— Не знаю, — процедил я. — Но что-то точно сделать должны.

При этом невольно зацепился взглядом за Бернта, который в сторонке о чём-то разговаривал с одним из местных, украдкой указывая на несколько полей на склоне. Они ведь с королём не просто так что-то обсуждали после нашего ухода, осталось только понять, что именно они задумали. Помешать или помочь? Что было ближе интересам государства и королевской четы: помочь дочери пройти испытание и, возможно, вернуться в академию доучиваться, или помешать ей это сделать, и под страхом аукциона запереть её в границах королевства?

— Не о том думаешь, парень, — еле слышно выдохнул Раззарт. — Не о том…

Глава 20

Затишье

Никс шёл по улице к указанному дому, постепенно становясь всё мрачнее. Даже ему, мало что сведущему в магии, быстро становилось понятно, в насколько гиблое место отправили молодого барона, а с ним и местную принцессу. Удивил, конечно, парень, ничего не скажешь: иметь подобную высокородную особу в подругах — это не то, чего от него ожидал Никс. Кому расскажешь — не поверят.

— Хотя почему бы и нет, у него в рабах ходит капитан стражи при другой чуть менее, но всё равно благородной особы, которая так же числится его рабыней, — буркнул он под нос, словно желая уколоть побольнее сам себя.

Мельком оглянувшись, командир нашёл взглядом Архарта: парень смотрел прямо перед собой с какой-то болезненной решимостью в сощуренных глазах. Никс чуть замедлил ход, поравнявшись с Асил.

— Архарта сейчас нельзя оставлять одного, — проговорил он негромко. — Я уже видел такое выражение на его лице. Тогда это закончилось смертельно опасной авантюрой с горным червём. Сейчас он может так легко не отделаться.

Асил коротко кивнула, соглашаясь.

— Кто-то из нас постоянно должен быть рядом, — продолжил Никс.

— Для этого мы и здесь, — улыбнулась Асил, не выказывая внешнего беспокойства, но её взгляд цепко оглядел Архарта.

Подойдя к нужному дому, Никс первым постучал в ворота. Скоро раздались шаркающие шаги, калитка медленно отворилась, в проёме показалась молодая и довольно симпатичная женщина, но сейчас её образ омрачался скорбными складками у губ и пустыми, убитыми горем слегка припухшими глазами.

— Что требуется благородным воинам? — спросила она глухо, с полным безразличием оглядев пришедший к её дому отряд.

— Староста сказал, что мы можем встать у вас на постой, — ответил Никс, отвязывая от пояса кошель и весомо гремя монетами, показывая, что они не собираются делать это задарма.

Вдова проводила мешочек взглядом без интереса и малейшего проблеска жадности. Сделала шаг назад, раскрывая калитку шире:

— В деньгах нынче нет проку, металлом сыт не будешь, будь он хоть сколько-то драгоценным, — проговорила она тихо. — За постой ничего с вас не возьму, дом большой, поместитесь. Но пропитание ищите сами, непросто это в наши времена.

Наёмники прошли мимо неё во двор, женщина равнодушно глядела на них какое-то время, потом повернулась, делая шаг к дому.

— Всё настолько плохо? — спросил Никс, смотря на её ссутулившиеся плечи под меховой накидкой.

Женщина обернулась, смерила командира взглядом:

— Уже несколько лет, как ветра сменили своё направление, лето стало коротким, урожай не успевает вызревать. Даже зверьё отсюда ушло в поисках пропитания, а мы остались тут умирать, — бесцветно произнесла она. — И рыба пропала совсем, — её глаза вдруг заблестели, вдова всхлипнула, вскидывая руку ко рту. Быстро развернулась и почти бегом поспешила укрыться в доме.

Никс готов был вырвать себе язык за подобные вопросы: староста же только что сказал, как женщина осталась одна, а он разбередил свежую рану. Выругавшись вполголоса, командир оглядел своё небольшое хмурое воинство. Архарт стоял около ворот, продолжая пребывать словно не здесь, остальные смотрели на Никса, ожидая его приказаний.

— Так, сейчас разбредитесь по округе, прислушайтесь, присмотритесь, — начал он коротко раздавать указания. — Но, главное, найдите еды. Всё, что будет возможно достать: дичь, рыба, припасы. Нашего запаса не хватит надолго, мы должны обеспечить себя. Но, — его голос вдруг упал, в нём зазвенел металл, а на лице проявилось свирепое, даже безжалостное выражение. — Кто местных хоть пальцем тронет, того живьём закопаю! Хоть один неправильный взгляд на вдову кинете, рядом с её покойным мужем окажетесь!

Наемники заворчали, но бородач вскинул руку, прекращая все разговоры:

— Не грозись, командир, чай не разбойниками командуешь. Не тронем, да и не планировали. Пусть руки отсохнут у того, кто позарится на чужое добро. Север не прощает подобного, — ответил он, смотря Никсу в глаза.

Командир кивнул, и наёмники покинули двор. Посмотрев на его действия, Бернт поступил со своими людьми точно так же, только приказал остаться двоим, которые по пятам следовали за Астрит. Никс смерил принцессу взглядом: она тоже была в растерянности, пусть и всеми силами пыталась этого не показывать. Командир в очередной раз испытал острую ненависть к тем, кто направил сюда двоих детей, да ещё и с заданием.

Через некоторое время воины стали возвращаться, таща с собой нехитрую и пока что скудную добычу. Один из них, сунувшись было к поленнице, не увидел там дров и, поплевав на руки, взялся за топор и отправился колоть. Хоть в дровах пока что не было никакого дефицита. Второй вытащил из застенок печку, разжёг, ставя большой походный котел. Сегодня было принято решение смешать часть запасов со свежим, поэтому заварили кашу с мясом. Загремели чашки, потянулась вереница голодных наёмников, Архарт положил себе пару ложек, но больше брать не стал, отошёл в сторону. Никс взял одну наполненную чашку и вошёл в дом. Без труда вычислив его ныне жилую часть, он дошёл до хозяйской комнаты, постучал, но ответа не последовало. Нахмурившись, командир всё-таки отворил дверь.

— Хозяйка, позволь угостить, — он медленно зашёл.

Вдова словно дремала, сидя за столом и положив голову на руки. Только Никс достаточно насмотрелся на подобное в своей жизни, чтобы отличить сон от голодного обморока. Выругавшись, быстро приблизился, легонько похлопал женщину по щекам, надеясь, что она ушла не так далеко по дороге в небытие. Обоюдным везением Никс посчитал то, что вдова наконец открыла мутные глаза. Командир покрутил головой, нашёл плошку с водой, обтёр лицо несчастной, после чего сбегал во двор, отцедил немного бульона, сначала с ложки накормив им женщину, потом уже дав немного наиболее мягкой каши. Оставшуюся порцию оставил на столе, чтобы не перекармливать отвыкший от большого количества пищи желудок.

— Спасибо, — прошептала она тихо, но её глаза при этом не ожили, словно ей было всё равно, жива она или нет.

Никс кивнул, помог дойти до постели и отступил, понимая, что здесь он бессилен — дать вдове новую силу к жизни командир не мог.

Вернулся во двор и тут же понял, какую глупость они сотворили, начав готовить на улице: запах съестного тут же распространился на ближайшую округу, и у ворот закономерно заскреблись. Открыв дверь с тяжёлым сердцем, Никс увидел стоящих там детей. Маленькие, тощие, с большими глазами на осунувшихся лицах.

Сдержав так и рвущиеся с языка бранные слова, которые адресовались отнюдь не пришедшим, командир запустил детей во двор, подгоняя оторопевшую ребятню к котлу. Суровые наёмники пугали их, но голод был сильнее, поэтому дети ручейком просочились к огню и ароматно пахнущим плошкам. Тёртые боями мужчины убирали ложки ото рта и без лишних слов отдавали свои порции тем, кому не досталось остатков из котелка.

Оглядевшись, Никс заметил, с какой болезненностью Архарт смотрел на детей. Командир нахмурился, вспоминая, как они впервые пришли в дом барона — тот был в довольно плачевном состоянии, да и сам парнишка не блистал обширными формами тела, скорее болезненной худобой… И пусть тогда уже на кухне властвовала Асил, и еда всегда была на столе, Никс прекрасно видел и маленькую плитку, затолканную в угол, и скромный огородик с неумелыми посадками. Их молодой господин прекрасно знал, как себя чувствует человек, который, завтракая, не знает, будет ли он ужинать.

При этом Никс поймал себя на странной мысли: он верил, что Архарт сможет найти выход. Именно слепо верил, потому что объективных предпосылок к этому просто не было. Может быть потому, что когда-то для него самого и его людей Архарт совершил невозможное, лишь чудом помогая избежать участи, которая обычно отводилась северным рабам.

Никс прошёл к детям, помог разместить каждого, чтобы они смогли нормально поесть. Вставший рядом с ним бородач негромко проговорил:

— Командир, дело дрянь, честно тебе скажу.

— Поясни, — Никс не смотрел на него, но слушал очень внимательно.

— Их тут словно на умирание оставили. Всё, что здесь происходит, будто издёвка природы: рядом спокойная бухта, но нет рыбы, есть леса, но нет дичи, на холмах пригодные поля, но они пустые, люди готовы ту траву, что на них растёт, есть.

— Ты на природу-то попусту не пеняй, — буркнул стоящий рядом наёмник.

Бородач помолчал какое-то время, но добавил:

— Долго нам здесь не продержаться, мы их банально объедаем.

— Что-нибудь придумаем, — кивнул Никс, принимая его слова к сведению, с трудом отводя взгляд от детей, которые буквально давились едой, стараясь съесть как можно больше и скорее, пока не отобрали.

Обвёл взглядом двор и нахмурился, понимая, что не видит Архарта. Быстро обошёл все возможные места, где барон мог укрыться от его взора, но молодого господина нигде не было. Поспешил к Асил.

— Где Архарт? — спросил сразу, чувствуя поднимающееся внутри беспокойство.

Девушка смерила его взглядом и вдруг приподняла голову, словно принюхиваясь к налетевшему порыву ветра, заигравшего с мелкими косичками её причёски.

— Ушёл, — спокойно проговорила она. — Но я знаю, где он.

— Веди, — тут же скомандовал Никс.

Асил приподняла брови, но спорить не стала, стремительным шагом выходя за калитку. Они вместе молча прошли по улице, свернули на соседнюю, ведущую к выходу из деревни на небольшой утёс, который козырьком нависал над бухтой. На его лысой каменной вершине Никс издалека смог разглядеть фигуру барона: ветер ожесточённо трепал его отросшие тёмные волосы, надувал меховую куртку, грозя скинуть бесстрашного человека с утёса прямо на скалы внизу, о которые билось море. Воздух вокруг потяжелел от влаги, приобрёл особенный солоноватый аромат.

Командиру хотелось окликнуть барона, но тот стоял так близко к краю, что Никс побоялся это делать. Вдруг Архарт поднял руки вверх, а затем словно откинул что-то от себя, и в этот же миг от него в разные стороны хлынуло бледное зеленоватое свечение. К тому времени они с Асил успели достаточно близко подойти к парню, чтобы уловить скомканное бормотание и увидеть, как вдруг помрачнело его и без этого серьёзное лицо.

* * *

Смотря на давящихся едой детей, я чувствовал странную тошноту. Что-то подобное ощущал в те голодные годы, когда моим единственным местом пропитания была не особо богатая сытной едой больничная столовая. И пусть сейчас я был полностью наеден, мерзкое чувство преследовало меня.

Не выдержав, вышел за калитку, стараясь не привлекать ничьего внимания: хотелось немного побыть одному, проводить всё время на глазах у Никса и Асил оказалось слегка напряжно.

— А ведь кто-то не так давно жаловался на одиночество, — не упустил из вида моё состояние Раззарт.

— Да ты прав, — мрачно усмехнулся я, не имея ни малейшего желания возражать древнему духу.

И мне показалось, что он замолчал даже как-то обиженно, словно рассчитывал на очередной спор.

Оглядевшись, я решил сходить к морю, но на берег надо было выходить через всю деревню, а её виды сейчас ввели бы меня только в ещё большее уныние, поэтому, заметив возвышающийся холм, свернул к нему.

Забрался на утёс, посчитав его достаточно хорошей точкой обзора. День клонился к вечеру, но в небе ничего не менялось, просто всё вокруг меня словно серело. Идя по утесу, пару раз чуть не скатился с него кубарем, поскальзываясь на мокрых камнях, но всё-таки удержался, вполголоса переругиваясь с зубоскалившим Раззартом.

Но стоило мне достичь вершины, за которой шёл обрыв, как наставник сразу же посерьёзнел. Подойдя к краю, я глянул вниз, ощущая небольшое головокружение, очередной порыв ветра заставил меня переступить с ноги на ногу. Посмотрел вдаль, наблюдая за зарождающимися на горизонте волнами, которые существенно теряли в силе, доходя до берега и ударяясь о камни.

— Что ж, парень, вот мы и на месте, — сосредоточенно проговорил Раззарт. — Давай немного поработаем.

Я согласился, повторяя за наставником требуемые жесты и слова, поднимая руки и направляя свои силы на то, чтобы слиться с природой, понять, что же здесь происходит, и за что она так поступает с людьми, что издавна жили на её территории в гармонии и процветании.

Вспышка зелёного свечения разлетелась по округе, визуализируя влитую в посыл энергию, я ждал отдачи, но… не было абсолютно ничего. Я не мог почувствовать ни силу волн, бьющихся подо мной, ни ветра, который с остервенением пытался скинуть меня вниз, ни-че-го.

— Раззарт, — позвал я. — Ты что-нибудь ощущаешь?

— Нет, абсолютный штиль, — отозвался наставник.

— Но ты же говорил, что что-то не то чувствуешь! — вспылил, почти требуя от древнего духа чудесного объяснения происходящего.

— А, по-твоему, стоять рядом с первостихиями и не ощущать ни одну из них — это прямо «то»⁈ — огрызнулся наставник.

— Они словно… пустые, — попытался я подобрать правильные слова, остывая.

— Именно, ученичок, именно, — протянул Раззарт. — Это стоит обдумать… Пока я не могу понять, что здесь случилось, но тут… Всё будто замерло, застыло или…

— Умерло, — подсказал я наиболее подходящее, но при этом пугающее определение.

— Господин, не стоит так долго стоять здесь, вы простудитесь, — раздался позади меня голос Асил.

Обернувшись, я увидел обеспокоенные взгляды. Никс шагнул ко мне, протягивая руку, словно прося отойти подальше от края. Я кивнул, но помощью пользоваться не стал, сам приблизился к ним, позволяя увести меня обратно в деревню.

Идя по пустынным улицам, я старался не смотреть в глаза редким прохожим, потому что их обречённые лица были для меня словно ударами. Будто они ещё жили, но мысленно уже лежали в холодных могилах.

Тут моё внимание привлёк один из домов, а, точнее, забор рядом с ним. Около него, на лавочке сидела сухонькая старушка, замотанная в различные цветастые одеяла. Она что-то безумно бормотала, перебирая верхнее одеяло скрюченными пальцами, и раскачивалась из стороны в сторону всё сильнее и особенно сильно завалилась набок, когда я проходил мимо. Рефлекторно среагировав, я подскочил, придерживая старую женщину от падения.

— Осторожно, — пробормотал, невольно смотря в её водянистые светло-серые глаза в красных прожилках.

Она словно глядела сквозь меня, но вдруг взгляд старухи в одно мгновение стал вполне осознанным, женщина вцепилась узловатыми пальцами в мои плечи.

— Ты наконец-то пришёл! — захрипела она, её руки задрожали.

— Вы знаете меня? — я вскинулся, почему-то не в силах отвести взгляда от её изрезанного глубокими морщинами лица.

— Я никогда тебя не видела, — старуха моргнула, и взгляд вдруг снова заметался, теряя всякий признак разума. — Я никогда тебя не видела, — она уже прошипела-пропела, меняя высоту голоса.

И вдруг с нехарактерной силой встряхнула меня за плечи, почти рыча мне в лицо:

— Я знаю ответы на все твои вопросы!

— Расскажите! — вырвалось у меня, я не обращал внимания на то, что её хватка уже начинает причинять мне боль, сейчас даже слова какой-то сумасшедшей казались мне важным источником информации в условиях полной безнадёжности после провала нашего с Раззартом исследования.

Старуха отцепила от меня правую руку и взмахнула ею в сторону моря.

— Отец ветров отвернулся от нас, оставил! Запретил своим детям приходить к нам, оседлал шторм, приютил бури, посадил их на привязи, запирая нас здесь, и смотрит на нас издалека! Они все там, где небо сходится с морем!

Я непонимающе заметался взглядом: вот же только смотрел на горизонт, там всё было спокойно! Никаких штормов и бурь, да и волны до берега доходили довольно спокойные.

Тут крепкие руки дёрнули меня назад, отрывая от старухи и ставя на ноги.

— Что тут происходит? — грозно выговорил Никс, сурово смотря на сумасшедшую, которая вновь стала раскачиваться и бормотать какую-то нелепицу.

— Ничего, — отмахнулся я, понимая, что прямо сейчас мне объяснить командиру было нечего, но всё равно невольно посмотрел на горизонт, где плескалось скрытое за домами море.

Я был готов схватиться даже за эти странные туманные слова сумасшедшей, потому что вся эта ситуация отдавала безумием.

— Никс, а разузнай, у кого тут можно взять лодку покрепче, — попросил, задумчиво щуря глаза.

Глава 21

Северное сияние

Но до дома вдовы мы не дошли, встретившись по дороге с Астрит, удручёно гуляющей по деревне в сопровождении хмурого Бернта.

— Ты куда? — я подошёл, заглянул принцессе в глаза.

— Надо зайти к старосте, поговорить о доступе к полям, — как-то безжизненно проговорила она.

— Эй, Аст, ты уже сдался что ли, даже не попробовав поработать? — я засунул поглубже своё собственное чувство безысходности происходящего и легонько встряхнул Астрит за плечи, поймав краем глаза хмурый взгляд Бернта.

— Ты думаешь, будто мы сможем здесь что-то сделать? — принцесса посмотрела мне в глаза, и я с удивлением заметил горящую в них отчаянную надежду, которая буквально требовала её подкормить, не дать этому огоньку потухнуть.

— Думаю, что в рамках пары полей что-нибудь да сотворим, — ответил, заставив себя улыбнуться, путь сам в свои слова не верил, но ей совершенно не обязательно об этом знать.

Губы Астрит дрогнули в ответной улыбке, она с благодарностью погладила меня по ладони.

— Сегодня переночуем, а завтра сходим на эти поля, посмотрим, что к чему, — уверенно проговорил я, не собираясь делиться с принцессой нашими с Раззартом странными наблюдениями.

Дом старосты был чуть меньше дома вдовы, но тоже довольно большой и обжитый. Как я понял по редким разговорам, отголоски которых смог услышать, пока молодой парень в вязаной жилетке вёл нас в общий зал, где староста принимал гостей, здесь жила не только семья главы деревни, но и с десяток детей, оставшихся сиротами, и пара семей, потерявших кормильца по тем или иным причинам.

— Мы рады, что империя Минор выделила нам вас в помощь, — проговорил староста, стоило нам только зайти в зал, но его глаза при этом смотрели мимо нас. Мои брови взлетели вверх от такой смены риторики. — Простите, что сразу вас не узнали.

Боковым зрением я заметил, как коротко кивнул ему Бернт. Кажется, этот северянин успел поработать с местными, чтобы не вгоняли его подопечную в лишнее уныние. Только вот зря он так, как по мне.

— Можете поподробнее рассказать о вашей ситуации в поселении, — попросила Астрит, делая шаг вперёд.

— Ну так, надысь, несколько лет назад это началось. Постепенно перестали дуть теплые ветра, лето стало короче…

Дальше я перестал слушать, уже представляя, что услышу всё то же самое, что уже говорила вдова. Покрутил головой, оглядывая обстановку: на стенах висели ковры и шкуры, не столько ради декоративного украшения, сколько ради утепления, но во всех них уже были видны дыры, ковры местами протёрлись. Несколько раз мимо незакрытой двери прошмыгивали любопытные дети — как бы плохо им ни жилось, ребятня всегда будет крутиться там, где происходит что-то интересное или хотя бы новое.

Вновь стал вслушиваться в слова старосты я только тогда, когда он наконец упомянул море:

— Вода стала холоднее, рыба отошла от берегов, и рыбаки стали уходить всё дальше, — он тяжело вздохнул, теребя рукав меховой куртки. — Только вот улова это нам не принесло: они просто перестали возвращаться, а к берегу через некоторое время прибило обломки их лодок. Никто не знает, почему так, но море отвернулось от нас, оно сердится, словно желая нашей смерти, но мы не знаем, чем его прогневали.

Никс нахмурился, Асил безучастно смотрела в окно, Астрит стояла вся бледная, но с упрямо закушенной губой.

— Спроси-ка его, а что насчёт высших сил, — предложил вдруг Раззарт.

— И что же на это говорят ваши местные боги? — подал я голос, посчитав вопрос уместным.

Староста поднял на меня подслеповатые глаза.

— Мы уже давно не видели наших младших богов, они словно исчезли, перестав отвечать на наши молитвы. И маги разводят руками, не понимая, что же происходит. А главный бог королевства… — старичок пожевал губами. — Мне сложно судить, храм бога огня в нашем селении и раньше никогда не был освещён его явлением, но жаровня всегда горела одинаково ярко, однако в какой-то момент она вдруг потухла, и в последнее время мы не можем её разжечь, как ни старались, хотя служители столичного храма говорят, что на их запросы он отвечает. Правда, почему-то ничего не меняется к лучшему, — староста совсем сгорбился, тяжело опёрся рукой на спинку стула, рядом с которым стоял.

— Спасибо, мы пойдём, не будем отнимать у вас лишнее время, — поторопилась Астрит, видя, что старик уже достаточно утомился от нашего здесь нахождения. — Скажите, нам позволено будет осмотреть те поля, которые академия запросила для нас в качестве площадки для прохождения испытания?

— Да, конечно, вы можете свободно ходить у нас тут, делайте всё, что вам будет нужно, — закивал старичок, готовый, кажется, уже на всё, лишь бы мы отстали от него.

Поблагодарив ещё раз, мы вместе вышли из дома, я накинул на голову капюшон, прячась от ледяного ветра.

— Темнеет, — проговорил Никс. — Пойдёмте, хватит на сегодня.

Тут я был с ним согласен. Смотря на сжавшуюся Астрит, мне хотелось её приобнять, согревая и показывая, что она не одна здесь сражается с проблемой, но под суровым взглядом Бернта не стал этого делать — незачем провоцировать капитана королевской стражи по мелочам.

Когда мы вернулись к дому вдовы, там во дворе уже не было никакой малышни, только Лорак, который с беспокойным лицом наворачивал круги вокруг остывшей печки.

— Ну наконец-то! — воскликнул он, стоило мне только перешагнуть порог. — Я уже заждался! Сколько можно шататься непонятно где⁈

— А в чём дело? — спросил, непонимающе смотря на мага: мы вроде бы ни о чём не договаривались.

— Ты должен мне разговор, помнишь? — Лорак многозначительно сыграл бровями.

— Какой? — тут же ревниво вклинилась Астрит. — Мы же договаривались начать обучение завтра!

— Он касается одного нерешённого вопроса, с вами мы начнём обсуждать обучение, принц…

Астрит коротко топнула ногой, ощутимо наступая на сапог Лорака, он понятливо захлопнул рот на полуслове.

— Аст, — глаза принцессы опасно сузились, она зашипела. — Меня зовут Аст — северный маг, который только закончил первый курс обучения и прибыл проходить испытание.

— Конечно, как я мог забыть, — в глазах мага что-то мелькнуло, но я не смог распознать, он уже опустил голову в кротком поклоне. — Твоё обучение начнется завтра, на поля мы пойдём все вместе. Но сейчас есть один момент, который я хотел бы обсудить с твоим другом наедине.

— Всё хорошо, — я положил руку на плечо девушки жестом примирения. — Помнишь, я ездил к нему всю неделю перед отъездом?

Астрит отвела взгляд на мгновение, кивнула.

— Ну так вот, мы там обсуждали вопросы одного артефакта, и сейчас хотели бы закончить наш спор, — рука сама по себе поднялась в едином порыве поправить выбившуюся из-под шапки белоснежную прядь. — Иди поспи, а то умаялась за день, а нам ещё завтра с самого утра торчать на том склоне, — я кивнул в сторону холма, где были видны чёрные квадраты полей.

— Ты тоже не задерживайся, — легко улыбнулась мне Астрит, её щёки слегка окрасил румянец.

Стоило только принцессе скрыться на втором этаже дома, как Лорак тут же клещом вцепился в моё предплечье и поволок куда-то в подвал.

— Я тут себе отвоевал жилплощадь, она на удивление сухая, чего я никак не ожидал от севера, — бормотал он на ходу, перескакивая через две ступеньки. Выпустил он меня только тогда, когда дотащил до стола, на котором лежало что-то продолговатое, завёрнутое в рогожу.

Лорак махнул рукой — дверь за моей спиной захлопнулась, махнул другой — над столом зажглось столько светляков, что мне показалось, будто я в залитой солнцем комнате. Маг одним движением развернул рогожу, открывая мне уже виденный меч с рунами и кристаллом в навершии.

— А теперь зови деда, пусть он объяснит мне, как это сделал! — потребовал Лорак. — Документы с вдовой я уже подписал, будут ему и внуки, и восстановленный род!

Я услышал отчётливый смешок у себя в голове.

— Пусть только сначала он объяснит, как сумел провезти этот не истративший заряд артефакт через досмотр таможни! — усмехнулся Раззарт.

Я тяжело вздохнул, понимая, что в ближайшие пару часов о кровати могу даже и не мечтать…

Но эти двое довольно хорошо подходили друг другу — один терпеть не мог объяснять дважды, а второй схватывал на лету. Часто я даже не понимал, что именно говорю, просто повторяя за Раззартом, но Лорак всё равно понятливо хмыкал и кивал, что-то быстро записывая в блокнот сразу же на древнем языке, то и дело восклицая, что как он мог раньше до этого не додуматься, решение ведь лежало на поверхности…

Когда мой голос начла хрипеть, я решительно поднялся, со скрипом отодвигаясь вместе со стулом.

— Всё, на сегодня хватит, — отрезал, не слушая эмоциональных возражений Лорака. — Нам ещё завтра с текущими проблемами разбираться. Есть мысли насчёт того, что здесь происходит?

Маг почесал заросшую щетиной шею.

— Пока сложно сказать, здесь словно какой-то застой, — он пожал плечами. — Но если поплывёшь за границы бухты, то без меня даже не суйся.

Я удивлённо глянул на Лорка.

— С чего ты взял, что я куда-то поплыву? — только задал вопрос и тут же чуть не прикусил язык: пока говорил от лица Раззарта, успел уже привыкнуть обращаться к магу на «ты».

Но Лорак спокойно отреагировал на такую смену обращения. Точнее, никак.

— Предчувствие, — он отмахнулся.

В целом, я и так планировал взять его с собой, так что даже порадовался, что наши планы совпадают.

Поднявшись на второй этаж, выяснил, что мне выделили небольшую комнату по соседству с Никсом. Тот уже разжёг для меня маленький камин и подготовил одеяла, за что я был ему крайне благодарен.

Постепенно дом затих, уснул. Я тоже не стал отставать от остальных, закрывая глаза и уплывая в темноту. Но она недолго оставалась таковой. Проснулся я внезапно, подскочил на кровати, роняя одеяло, не понимая, что именно меня разбудило: в камине всё ещё тихонько потрескивали дрова, словно кто-то добавил их уже после того, как я уснул.

И только через несколько секунд раздался оглушительный удар грома. Сообразив, что является причиной моего пробуждения, я подобрал одеяло, снова лёг, ожидая услышать, как холодные капли застучат по стеклу, смывая этот тяжёлый день. Напрягал слух, пытаясь поймать момент начала дождя, который должна была принести с собой гроза, но его почему-то всё не было. И, что самое странное, я ждал этот звук падающих капель как человек, но не как маг-погодник, потому что характерной силы, которую обычно несут в себе тёмные грозовые тучи, я не чувствовал.

Что-то изнутри словно подтолкнуло меня подняться, зябко поёжиться, но одеться. Вышел из комнаты, спустился по чуть поскрипывающей деревянной лестнице, стараясь никого не разбудить. Внизу было пусто и темно, только угли в общем камине слегка отдавали красным. Вышел на улицу, кутаясь в куртку, тут же наткнулся на настороженный взгляд одного из наёмников. Так ведь и не узнал их по именам, мне было достаточно того, что ими командовал Никс, остальное в целом не волновало.

Впрочем, докладывать ему о своих передвижениях я не собирался, так что спокойно прошёл к калитке, вышел на улицу. Краем глаза заметил, как за мной скользнул другой наемник. Но быстро перестал на него отвлекаться, всем своим существом пытаясь понять, куда именно меня тянет. Я слышал все звуки, которые должны были быть при грозе, выдел отсветы молнии вдалеке, но совершенно не чувствовал характерного запаха… Это настораживало.

— К морю, — озвучил мои мысли Раззарт под аккомпанемент очередного раската грома.

Кивнув, я прошёл всю деревню насквозь по центральной улице, уже даже не обращая внимания на гром, свернул к бухте и через минут двадцать стоял на берегу. Каменистый, усеянный круглыми булыжниками берег, видимый в слабом белом лунном свете, облизывали спокойные волны, мерно накатывающие на камни. Где-то там вдалеке бушевал шторм, но здесь не было даже его отголоска.

— Приютил бури, посадил их на привязи… — я задумчиво повторил слова той сумасшедшей. — А ведь похоже.

Напрягая зрение, смог уловить, как где-то вдали у горизонта вспыхивают тяжёлые небеса, словно кто-то зажигает маленькие фонарики-молнии. Налетел порыв ветра, взлохмачивая мои волосы. Холодный, но словно пустой, он не нёс жизни, только заставлял волны бессильно биться о камни. Прав был Раззарт, у местных стихий будто бы не было силы.

Постояв так некоторое время, я заметил, что буря на горизонте всё-таки не статична, она медленно двигалась, но почему-то совершенно не приближалась, хотя чёрные облака летели в направлении поселения.

— Твои магические каналы полностью восстановились, давай кое-что попробуем, — проговорил вдруг наставник.

Мои брови взлетели вверх.

— Так до этого ты всё ещё меня ограничивал⁈

— Лишь частично, кто-то же должен позаботиться о твоём здоровье, если кроме меня это больше никого не интересует, — фыркнул древний дух. — Нет, чтобы спасибо сказать.

— Спасибо, — рефлекторно отозвался я. — А что ты хотел попробовать?

— Открыть тебе глаза, — весомо произнес Раззарт. — Слышал про истинное магическое зрение? Доверься мне, позволь управлять твоей силой.

Кивнул: так сложилось, что древний дух уже неоднократно доказывал, что ему можно доверять, поэтому и сейчас я не стал сопротивляться.

Мои руки сами собой поднялись, Раззарт развёл их в стороны, словно пытался обнять воздух. Какое-то время ничего не происходило, ощущалось только движение силы внутри тела. Неожиданно в глаза словно кипятком брызнули, я зашипел от боли, попытался их протереть, но руки не послушались.

— Потерпи, в первый раз всегда так, сейчас пройдёт, — торопливо выговорил наставник.

— А предупредить не мог? — прохрипел я.

Сквозь слёзы увидел движение стоящего неподалеку наемника, но отмахнулся, давая понять, что всё нормально и подходить ко мне не надо. И только после этого сообразил, что снова полностью управляю своим телом.

— Смотри, — голос Раззарта вдруг прогремел в голове.

Я торопливо протёр глаза, проморгался, вскинул голову, направляя взгляд к горизонту. И охнул от красоты увиденного: вдали всё видимое небо на горизонте от скал справа до скал слева переливалось оттенками зелёного, синего, жёлтого с редкими короткими всполохами красного.

— Это то самое знаменитое северное небесное сияние? — спросил я хриплым шёпотом.

— Оно, — медленно отозвался Раззарт. — С одной только поправкой.

— Какой? — я любовался впервые виденным явлением, не в силах оторвать взгляд. В такие моменты понимаешь, что магам открыто гораздо больше, чем простым людям, которые никогда в жизни не могли бы узреть подобного без магического зрения.

— Северное сияние можно увидеть только в начале зимы, Архарт, — в голосе древнего духа я начал улавливать зарождающуюся злость. — А сейчас… Это просто невозможно.

— Но… — я недоумевающе оглянулся, словно проверяя, а точно ли снег остался лишь местами у заборов грязным напоминанием.

— В том-то и дело, — Раззарт выругался непонятными мне словами. — Это может быт очень серьёзно. Подобные вещи, если они рукотворны, требуют колоссального, чудовищного количества энергии. Столько сил просто не может быть у мага!

— А если у нескольких? Двое? Трое? Десяток? — я сощурился, начиная чувствовать зудящую головную боль.

— Сомневаюсь, — вздохнул наставник. — Но я посчитаю. В любом случае, нам надо ближе, с такого расстояния толком ничего не разглядишь и не поймёшь.

— И для чего людям возводить такое? — не понимал я.

— Северное сияние не возводят, оно лишь показывает стихийное столкновение. В начале зимы этот процесс естественен, но не в такое время года. Значит, кто-то искусственно столкнул стихии либо друг с другом, либо с чем-то ещё.

— Завтра сплаваем, — кивнул, на пару секунд опуская веки и отводя магию от глаз. — А сейчас пора возвращаться, — буркнул, понимая, что продрог до костей, торча ночью на берегу северного моря.

Глава 22

Выход в море

Вернувшись домой и торопливо забравшись в кровать, надеялся, что ночная прогулка на свежем воздухе достаточно утомила тело и разум, чтобы вновь вернуться в темноту ночного покоя, но нет. Я ворочался с боку на бок, чувствуя, как голову просто разрывает от мыслей, предположений, вопросов, не дающих спокойно заснуть. И Раззарт молчал, как назло, не помогая уменьшать их количество. Впрочем, я не был уверен, что и у древнего духа прямо сейчас были ответы на все мои вопросы. Так что приходилось таращиться в темноту, слушая треск дров и далёкие, постепенно стихающие раскаты грома.

В итоге заснул только под самое утро, а потому поднялся разбитый и утомлённый ночным сумбуром. Пара пригоршней ледяной воды сделали своё дело, взбодрив и заставив шевелиться. Выйдя из комнаты, наткнулся на подпирающего стену спиной Никса. Командир стоял, скрестив руки на груди и явно ожидая именно меня.

— Ночью нашёл что-то интересное? — спросил он негромко.

— Пока ещё не понял, что именно, но, по крайней мере, определился с направлением дальнейших поисков, — несколько туманно ответил я, нисколько не удивляясь тому, что командир в курсе моих поздних похождений.

Но ему и такого обтекаемого моего ответа было достаточно, он кивнул, оттолкнулся от стены, и мы вместе спустились в общий зал. Астрит со своими людьми завтракала кашей с мясом, призывно помахала мне рукой. Никс уже протягивал мне наполненную чашку, так что я вместе с ним решил принять приглашение и сел рядом с принцессой, тут же натыкаясь на недовольный взгляд Бернта. Но этим он никак не мог испортить мне аппетит, у меня за плечом сидел точно такой же северянин и мог точно так же пытаться проделать в Бернте дыру, если бы была необходимость.

— Я уже договорилась с местными, нам выделят проводника, — деловито сообщила Астрит, отправляя в рот очередную ложку каши с завидным аппетитом.

Чем заразила и меня, так что перед тем, как задать так и рвущийся вопрос, пришлось быстро поработать челюстями.

— И зачем нам проводин? — не понял я. — Поля же и отсюда прекрасно видно, не заблудимся.

— Потому что подниматься на этот холм лучше по годами проверенным тропам, — снисходительно хмыкнул Бернт. — Иначе можно упасть и шею сломать, например.

О как. Звучало вроде бы нейтрально, но почему-то отчётливо ощущал, что последние слова относились именно к моим ближайшим перспективам. И чем, простите, я успел заработать на такую немилость? Ничего не делал, только зашёл…

— Здесь вообще лучше везде ходить с проводниками и не шататься по ночам где ни попадя, — так же в воздух проговорил капитан королевской стражи, при этом отведя взгляд от меня, но тут не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, о ком идёт речь.

Значит, по ночам за мной следили не только мои люди, но и королевские.

— Учту, — кивнул я, прекрасно зная, куда именно может засунуть свои предостережения Бернт, но не стал это озвучивать.

То, что они тут задумали с королем, меня не волновало, пока они напрямую гадить не стали, если вообще планировали подобное. А вот северное сияние на горизонте очень даже было интересно. Тут, скорее, наклёвывался вопрос, а знают ли они о том, что происходит? Скорей всего да, истинное магическое зрение должно быть у местных магов. Может быть, конечно, не совсем такое, как открыл мне Раззарт, но подобное. В любом случае понять, что здесь что-то не так, они должны. Только вот почему же тогда ничего не делается? В этой деревушке вообще ни одного мага не осталось, судя по всему.

Подозревать, что король сам приложил руку к сотворению чего-то, что давало бы такое зрительное явление, я не мог, потому что это было слишком безумно, а король сумасшедшим мне не показался. Но в том, что что-то эти двое явно между собой замыслили, я был уверен.

В итоге выдвинулись мы небольшим отрядом: со мной Асил, Лорак и Никс, с Астрит Бернт и тот молодой северянин… Пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить его имя. Лундвар, кажется. И этому парню я тоже не нравился, он всю дорогу до полей продолжал сверлить мою спину взглядом.

Погода выдалась довольно хорошая, чем дальше от моря, тем слабее ощущался ветер, по небу бродили белые облачка, где-то над морем собираясь в одну серую марь, но дождя не предвещали.

Я же внимательно осматривал землю по обе стороны от протоптанный дорожки, кружащей среди камней. Если снизу она казалась чёрной, то теперь, при более детальном рассмотрении, стало очевидно, что земля серая. Трава ещё даже не проклевывалась, но местами лежали кучки прошлогодней соломы.

— Вот, вот эти два поля вам определили, — проговорил проводник — молодой парнишка года на три младшей меня.

Он махнул рукой на два участка, безразлично окинув их взглядом, почесал затылок и тут же устремился в обратный путь.

— А что, назад нам можно и кубарем вернуться? — хмыкнул я, глянув на Бернта и кивая на спину проводника.

— Обратно любой из нас вас проведёт, — ответил тот, явно сдерживая какие-то другие рвущиеся слова.

Я мельком глянул на Никса, тот кивнул, давая понять, что и он, если понадобится, сможет сделать то же самое. Главное было один раз посмотреть дорогу, а дальше северяне сориентируются сами.

Лорак, внимательно осмотревшись, подозвал к себе Астрит, предлагая позаниматься обучением прямо на испытательном участке.

— А Арх? — тут же забеспокоилась принцесса, оглядываясь на меня. — Пойдём, поработаем с господином Лораком вместе.

— О, Архарту есть с кем поработать и кроме меня, поверь, — хмыкнул маг.

Принцесса с недоумением оглядела моё окружение, с сомнением посмотрела на Никса, предполагая, что Лорак имел в виду именно командира.

— Начинайте без меня, я подойду позже, — покачал головой, улыбнувшись. От её заботы немного потеплело в груди. — Не волнуйся, просто сначала осмотрюсь.

Астрит кивнула и послушно пошла, слушая Лорака, который тут же пустился в какие-то объяснения.

— Мне нужно пространство, — негромко проговорил я Никсу и Асил, те согласно отступили, понимая, что не надо здесь ходить за мной хвостом.

Я сошёл с дорожки, сделал несколько шагов, погружаясь сапогами в перепаханную землю. От каждого шага поднималась странная серая пыль. Нахмурившись, я присел на корточки, зачерпнул горсть холодной почвы.

— Как так… — пробормотал, следя за тем, как земля, словно песок, утекает сквозь пальцы мелкой крошкой.

— Засуха, — хмыкнул Раззарт с каким-то странным азартом. — В земле нет влаги.

— Но почему⁈ — чуть не повысил голос, но вовремя спохватился, что моё окружение не оценит разговоров с пустотой. — Только что зима закончилась, снега только сошли, почва должна быть полна влаги!

— Парадокс, — казалось, древнего духа сложившаяся ситуация нисколько не удивила, он словно ждал чего-то подобного. — Что-то не подпускает бури к берегу, я не удивлюсь, если та же сила отбирает всю воду из земли.

— Сейчас проверим, — хмуро выговорил я.

Отряхнув руки, поднялся, мрачно осмотрел поля. Щёлкнув пальцами для концентрации, призвал небольшую тучку, принялся поливать дождём ограниченный участок. Понаблюдав за стремительно летящими каплями, и чернеющей землёй, разогнал тучу и протянул руку, стремясь ощутить воду в почве, но почувствовал лишь её слабый отголосок. Снаружи земля ещё оставалась мокрой, но там, в глубине, копни хоть на один штык лопаты, всё уже будет почти сухое.

Вода просочилась куда-то вниз, словно сквозь песок в пустыне, и исчезла.

— Что бы мы ни пытались здесь сделать, всё будет бесполезно, — процедил сквозь зубы.

— Ну, можно взять и набрать у местных какой-нибудь пленки, типа их непромокаек, что рыбаки носят, разложить по полю, засыпать землёй, а потом уже на образовавшемся слое что-нибудь выращивать, — хмыкнул Раззарт. — Для получения пометки о сдаче подойдёт, если проверяющий не станет копать глубоко. Только вот не вызреет, вымерзнет всё, как только вы уедете.

— Сомнительный вариант. Никс, — позвал я громче. — Что там насчёт лодки?

Командир приблизился, меся сапогами пыльную землю.

— Рядом с берегом живёт рыбак, у него есть две подходящие лодки в хорошем состоянии, — ответил он.

— Тогда отведи меня к нему, — попросил, с прищуром смотря, как Астрит с величайшим магом роются в земле.

Они как раз выпрямились, отряхивая руки от серой крошки. Я не сдержал улыбки, когда увидел, что нос принцессы раскрашен серыми росчерками.

— Асил, платочка не найдётся? — спросил у телохранительницы.

Та протянула мне небольшой шёлковый квадратик, с благодарностью взял и направился к Астрит. Та вопросительно посмотрела на меня, я показательно мазнул платком по её лицу и вручил ей.

— Вытрись, чумазая госпожа, — хмыкнул, довольно смотря в её вспыхнувшие глаза.

— Господин! — прошипела она, торопливо протирая лицо. — Ты что, забылся?

— Да тут все свои, — я отмахнулся, перевёл взгляд на Лорака, тут же серьёзнея. — Нам пора немного поплавать.

— Зачем? — тут же среагировала Астрит, с подозрением переводя взгляд с одного на другого.

— Есть у нас одна задумка, её нужно проверить, — сообщил я и тут же добавил, видя, как принцесса уже открывает рот для следующего вопроса: — Давай договоримся, я тебе всё расскажу, как только наши подозрения подтвердятся или опровергнутся. Не люблю разбрасываться пустыми версиями.

— Но с ним же поделился, — в голосе Астрит я с некоторым удивлением распознал обиду.

Лорак широко усмехнулся, но молчал, и на том ему спасибо.

— Скажем так, мы с ним вместе пришли к одному выводу по поводу местной погоды, — обтекаемо ответил я. — Не дуйся, лучше пока пройдись по деревне, поговори с сельчанами, тебе будет полезно, всё-таки когда-нибудь именно ты будешь ими управлять.

Астрит со вздохом кивнула, но спорить, на удивление, не стала, так что к берегу мы направились без неё и её сопровождения. Правда, сначала заскочили к вдове, командир захватил с собой небольшую сумку.

— Что там? — поинтересовался я.

— Местная валюта, — со вздохом ответил Никс, раскрыл нутро сумки, показывая мне несколько кусков вяленого мяса.

Мысленно я с ним согласился: пусть староста и сказал, что нам будут оказывать любое содействие, но никто не любит дармоедов, так что стоило честно заплатить за пользование лодкой.

Никс провёл нас мимо того места, по которому я гулял ночью, ушёл правее, туда, где темнел старый деревянный пирс, которого я в темноте даже и не заметил. Недалеко от пирса рядом со сторожкой стояло с десяток мужиков в меховых и шерстяных одеждах, поверх которых были накинуты плащи из непромокаемой ткани.

Подойдя к ним, Никс побился сквозь эту толпу ближе сторожке, скрылся за дверью, провожаемый хмурыми взглядами местных. Мы с Асил и Лораком остались ждать его неподалеку.

От нечего делать начал присматриваться к северянам, замечая, что многие из них курят неказистые самокрутки, выдыхая вонючий дым, тут же уносимый непрекращающимся ветром. Интересно, какая именно трава растёт в этих суровых землях, чтобы её можно было использовать именно таким способом?

Прислушавшись к их скупым словам, понял, что мужчины с мрачными лицами решали, кому из них сегодня отправляться в море испытывать удачу. Все понимали, что без рыбы им долго не протянуть, а после зимы можно было выловить хотя бы немного на средней глубине. Но даже там существовала вероятность, что до тебя дотянется отголосок шторма, и тогда твоя родня сэкономит на похоронах, потому что утопленникам гроб не нужен, как и могила. При этом северяне поглядывали на нас со странными выражениям лиц. Этакая смесь интереса, осуждения и презрения. Чего больше — пойди разберись. Хотя последние два чувства точно полноценно относились с Лораку, который даже на севере умудрялся выделяться. Я-то уже попривык, и только сейчас, на контрасте с серыми одеждами северян отметил, что красное меховое пальто смотрелось, мягко говоря, инородно и чересчур кричаще. Но Лораку не было дела до чужих взглядов, он с умилением рассматривал пейзажи и всё косился на море.

Но все разговоры прекратились, как только Никс показался из сторожки вместе с местным смотрителем вод, который под гробовое молчание провёл командира до стоянки лодок рядом под навесом и указал на одну из них. Никс, кивнув, схватился за верёвку, которая крепилась к носу и, поднатужившись, поволок её сначала по песку, а затем и по камням.

Среагировав, я тут же подбежал к нему и тоже вцепился в верёвку, помогая тащить.

— Побереглись бы, господин, — тут же прохрипел командир.

— Ага, а тебе помочь мы Асил попросим, — фыркнул я, изо всех сил упираясь ногами в камни и таща неожиданно тяжёлую лодку.

Никс вдруг хохотнул:

— Я не переживу, если она и с этим справится лучше нас.

Хмыкнув в ответ, я закивал. Дотащив лодку до воды, мы распрямились, переводя дух и вытирая взмокшие лбы.

— Вы что, всерьёз собрались в море? — раздался вдруг рядом голос одного из местных — высокого и широкоплечего, но сильно сутулого мужчины.

— А с этим какие-то проблемы, уважаемый? — тут же среагировал Лорак. — У нас есть официальное разрешение на любое перемещение.

— Да с этим проблем никаких, — отмахнулся от него северянин, как от надоедливой мухи. — Только у нас даже опытные рыбаки не всегда возвращаются, а тут вы собрались. Хоть раз вёсла-то в руках держали?

Мы с Лораком честно покачали головами.

— Тогда о чём вообще речь? — сплюнул на камни мужчина. — Давайте освобождайте лодку и сваливайте в свои поля, поливайте их там, молитесь, что вы ещё делаете. А мы будем заниматься нашим делом.

Тут налетевший непонятно откуда резкий порыв ветра ударил в бок северянину, заставляя его отступить на пару шагов, и через то же пространство сразу проскочил Лорак, тут же залез в качающуюся на волнах лодочку. Сохраняя равновесие, прошёл до носа, сел, похлопал по месту напротив.

— Не дурите, нам тут ваших смертей не надо! — грозно проговорил северянин, вновь шагая к лодке, но тут на его пути вырос Никс, смотря на мужчину сверху вниз. — Ты чего выперся⁈ — не сбавил обороты местный. — Эта лодка только двоих выдержит! Хочешь своего мальчонку с этим сумасбродом отправить на верную погибель⁈

Никс резко обернулся ко мне, а я уже наступал на качающееся днище лодки, осторожно перепрыгивая через борт и пытаясь удержать равновесие.

— Архарт! — Никс дёрнулся было, но я покачал головой.

— Господин! — Асил тоже замерла рядом, будучи не в восторге от моей затеи.

— Лодка действительно выдержит только двоих, и так просела, что вода почти у верха борта уже, — спокойно проговорил я. — И мне там понадобится именно он, — кивнул на довольного Лорака

— Тогда мы поплывём в другой лодке за вами! — Никс все еще удерживал лодку за борт, будучи не готовым отпустить нас.

— Гениальная идея, дайте две! — фыркнул Лорак. — А когда там начнётся шторм, и мы оба выплывем за счёт того, что перед вами два мага-погодника, то потом мы будем вынуждены утонуть, спасая вас! Точнее, он будет вынужден утонуть. — Маг указал на меня длинным пальцем. — Потому что обязательно сунется за вами в самую неблагоприятную минуту!

— Не отпускайте их! — вдруг раздался истошный крик из-за спин.

Командир резко обернулся, становясь вполоборота, и я смог разглядеть бегущую к нам вдову. Она чуть не упала, поскользнувшись на камнях, но тут же выровнялась. Шерстяной платок на её голове сбился, волосы растрепались, а глаза безумно блестели.

— Не дайте им уйти в море! Оно заберёт их! Ночью была гроза, не выходите сегодня! — продолжала она кричать на пределе своих возможностей, уже переходя на хрип.

От этого голоса у меня мурашки пробежали по телу, пошатывая мою решимость именно сегодня разобраться, что там происходит на горизонте. Но что-то подсказывало, что завтра погода лучше не станет и золотая дорожка не появится, чтобы привести нас к ответу, так что тянуть не следовало.

— Ну вот ещё, — проворчал Лорак, с раздражением поморщившись. Его зачерствевшее нутро такие тонкости не трогали. — Вон на небе сейчас обычная серая хмарь, у вас вчера весь день так же было. Чего нам ждать? Судьбоносного солнечного луча? — слова мага вторили моим мыслям.

Он поднял одно из вёсел, что лежало на дне лодки, встал и оттолкнулся от берега, пользуясь тем, что Никс отвлёкся и выпустил бот из рук. Северяне безмолвно расступились перед вдовой, которая в стремлении остановить нас, видимо, терзаемая тенями прошлого, вбежала прямо в ледяную воду по колено, не обращая внимания ни на что, скользнула руками по борту лодки, обдирая пальцы.

Никс тут же бросился в воду вслед за вдовой, перехватил её за талию и вытащил на сушу, прижимая к себе, но при этом продолжая буравить меня полным беспокойства взглядом.

— Всё будет хорошо, мы обязательно вернёмся в целости, — попытался я успокоить сразу всех, но вышло как-то неубедительно.

Мы поменялись местами с Лораком, я сел на нос, а он перебрался на моё место, поднял оба весла и выкинул их за борт ближе к берегу.

— Зачем⁈ — крикнул ничего не понимающий Никс.

Но Лорак в ответ лишь ухмыльнулся, а лодку тут же подхватила небольшая волна, увлекая вперёд гораздо быстрее, чем мог разогнаться человек на вёслах.

Глава 23

Горизонт событий

Я какое-то время не мог оторвать взгляда от быстро отдаляющегося берега, наблюдая, как мельчают фигурки людей, становятся единым целым с береговой линией, превращаясь в полосу, которая постепенно истончалась, сливаясь с горизонтом. Внутри что-то сжималось, словно беспокойство оставшихся там передалось мне и теперь мучило и грызло изнутри.

— Смотри, куда плывёшь, иначе приплывёшь туда, куда смотришь, — фыркнул Лорак, с лёгкой улыбкой одной только силой мысли спокойно управляя лодкой и гоня её навстречу горизонту.

— Так управляешь плаванием у нас ты, я только пассажир, — угрюмо огрызнулся, но совету последовал, выпрямляясь на носу и смотря вперёд.

Теперь мелкие холодные брызги летели мне в лицо, ветер сделался ещё холоднее и ледяными прикосновениями заставил повыше поднять воротник куртки.

— Если будешь слушать вечно страдающих иррациональным беспокойством обывателей, то ты ничего в этой жизни не увидишь и не добьёшься, — цинично заметил Лорак. — Что-то новое и сильное в магии всегда сопряжено с определённой долей риска, на который ты должен быть готов. И все, кто будет с тобой рядом, должны это понимать и принимать, иначе им просто там не место.

— Не могу сказать, что здесь я с ним не согласен, — вклинился в разговор Раззарт.

— Помолчите оба, — поморщился я, а маг только шире улыбнулся, прекрасно догадываясь, что сказал его дальний родственник.

Но вскоре улыбка пропала с его лица, уступая место сжатым в линию губам, потому что по мере нашего отдаления от берега небо становилось всё темнее. Когда суша уже пропала из глаз, оставляя нам в качестве ориентира только две выдвинутые в море серые горы, которые обрамляли бухту, тёмные облака постепенно превратились в полноценные чёрные тучи, поднялся ветер такой силы, что стало тяжело смотреть вдаль. Подчиняясь ему, волны, идущие к берегу, стали подниматься огромными бурлящими гребнями, словно хотели перевернуть наше небольшое судно.

— Даст вас пожри, да что происходит⁈ — выпалил я, вцепляясь в борт и отплёвываясь от окативших нас солёных брызг. — Откуда только взялось!

— Держись крепче! — крикнул Лорак, поднимая нас на магической волне выше пенных барханов.

И пока что это сработало, но вода словно тянулась к нам, желая заключить в свои ледяные смертельные объятья.

Щурясь от летящих брызг, я огляделся: вокруг нас вдруг забурлил настоящий шторм, завыл ветер, а небо заволокла темнота, из которой вдруг хлынул ливень такой силы, что мгновенно пропитал мою меховую одежду водой, делая её холодной и тяжёлой.

Оглянувшись на Лорака, увидел, как маг заслонился от дождя барьером, но его лицо существенно побледнело, а глаза напряжённо всматривались вдаль.

— Долго будешь слепо таращиться? — раздался ворчливый голос Раззарта. — Глаза разуй, ученичок!

Спохватившись, я постарался воспроизвести те же действия, которые ощущал тогда ночью, когда древний дух впервые открыл мне истинное магическое зрение.

Сосредоточившись и направив энергию по телу, глянул вперёд и охнул, видя переливающийся зелёными и синими всполохами барьер. Завертел головой, понимая, что эта стена окружает всё видимое пространство: она почти касалась гор, окружающих бухту, и уходила за них, охватывая огромную территорию, которую я даже представить целиком не мог.

Вдруг понял, что лодка начала замедляться, резко повернулся к Лораку.

— Что случилось⁈

Но тут же увидел ответ, проследив за взглядом мага — он смотрел правее, туда, где прямо на наших глазах зарождались несколько небольших смерчей, поднимая тёмную воду верх и закручивая в вихрь.

— Вот же сра… — пробормотал я, понимая, что ни один рыбак из селения здесь действительно бы не выжил.

— Тут происходит что-то очень странное! — крикнул Лорак, пытаясь перекричать непрерывно воющий ветер. — Держись там, закрепись, будем прорываться! И вот это обвяжи!

Маг кинул мне конец верёвки, второй край которой был завязан у него вокруг пояса. Наскоро обвязавшись и проверив надёжность узла, я вцепился в борт до потери чувствительности пальцев.

И не зря, лодка ускорилась, и при первом же столкновении с волнами меня чуть не выкинуло из судна. Смерчи рванули к нам, закручивая и грозя разнести лодку на щепки.

— Себя прикрывай сам, я не смогу одновременно управлять и защищать нас обоих! — крикнул Лорак. — Здесь всё словно пустое, брать такие стихии под контроль очень тяжело!

Кивнув больше самому себе, чем ему, потому как внимание мага было сконцентрировано совсем на другом, я отцепил одну руку от борта, кое-как управляя заледеневшими пальцами, раскинул магическую сеть, сжимая и уничтожая ближайший смерч. Но при этом прилива сил от взаимодействия со стихией до сих пор не ощущал. Видимо, именно это и подразумевал Лорак, когда говорил о трудности управления. Я не мог заставить водную стихию подчиниться мне, оставалось только уничтожать.

— Словно на ней уже лежит чья-то чужая сила, — пробормотал, сравнивая ощущения с магическими поединками, которые мы проводили в академии.

— А ты не так плох, — хмыкнул Раззарт, но за бравадой я почувствовал обеспокоенность.

— Что ещё не так? — спросил тут же, отмахиваясь от следующего смерча и закрываясь от бешеного порыва ветра, который так и хотел скинуть меня в бурлящее море.

Лодку бросало из стороны в сторону, мы то взбирались по волне, то падали с неё почти вертикально.

— Не могу понять уровень силы, который необходим, чтобы управлять таким массивом первостихий на столь обширной территории без личного присутствия, — напряжённо ответил Раззарт. — Тут слишком много всего. Осторожно, слева!

Моя рука вскинулась сама собой, отбивая атаку бури. От холода я почти перестал чувствовать своё тело, но промокшая одежда своей тяжестью несколько помогала мне, добавляя определённой устойчивости.

— Добавь силы, объединись с Лораком, надо как можно скорее прорваться к барьеру, иначе вас здесь просто разорвут!

Соглашаясь с Раззартом, я нащупал отличающуюся волну, которая гнала нашу лодку, и направил туда поток энергии, разгоняя судно. Сжал зубы: дыхание вдруг спёрло, показалось, что я сам прорываюсь против движения волн, борясь с каждой из них. Ветер стёсывал кожу, заставляя мышцы стынуть от холода, каждая капля брызг казалась впивающейся в тело льдинкой. Но я терпел, защищаясь и направляя всё больше силы в скорость, истинным зрением видя, как мы приближаемся к барьеру.

Но буря не оставляла нас в покое, вдруг лодку мотнуло, резко заворачивая и начиная раскручивать.

— Чтоб тебе ночью творение Даст в гневе воочию увидеть! — выругался Лорак, пытаясь удержать наше судёнышко.

Я же, сунув ноги под лавку и зафиксировав тело, раскинул обе руки в стороны, шепча заклинания, которые сами всплывали в памяти, а затем согнулся и направил руки вниз, определяя направление применения. Смерч, зародившийся прямо под нами, захлебнулся и исчез, вновь возвращая нам контроль над лодкой.

— Мы уже близко! — раздирая горло, крикнул я Лораку. — Надо немного поднажать!

Ускорившись, мы вдруг вылетели на относительно спокойный участок моря, по которому бродили лишь высокие волны, но вихрей не было. Затормозив так резко, что я чуть не вылетел из сапог, которыми держался за лавку, судно закачалось на волнах, подплывая ближе к барьеру. Сейчас прямо перед нами была та самая переливающаяся северным сиянием стена. Огромная, высокая, верхнего края не было видно, а за ней…

— Подплыви поближе, — попросил я Лорака непослушными губами.

Тот развернул лодку, ставя её бортом к стене почти впритык, но не прикасаясь. За барьером небо было хмурым, но не более, ничего похожего на ту черноту, что была над нами. Ветер гнал волны, но они врезались в магическую стену и откатывались. Однако самым удивительным было не это. Сначала я принял блеск и переливавшиеся волны за последствия отражения от стены и пену, но, всмотревшись, понял, что там, за барьером, было множество… рыбы. Она плескалась, словно ей не хватало места, выпрыгивала из воды, блестя чешуйчатыми боками на отсветах редкого солнечного света, пробивавшегося между облаками. Её было действительно много, вода словно кипела от постоянного движения.

Мы с Лораком переглянулись одинаково дикими огромными глазами от накрывшего осознания того, что всё это действительно было кем-то искусственно создано для того, чтобы довести север до вымирания. Кто-то с холодным расчётом оградил королевство от основного источника пропитания, изменил ветра, не подчиняя себе стихию, а просто создав свой маленький мирок за стенами, отгородив его от реальной силы первостихий, которыми могли бы управлять погодники.

— Скорее не за стенами, а под куполом, — голос Раззарта звучал тихо. — Чтобы вот так полностью взять под управление или создать свою версию псевдостихий, нужно полностью оградить от настоящих. Думаю, что это не стена, а купол. Или вообще сфера с видимой верхней частью.

У меня уже челюсти от холода дрожали так, что слышно было стук зубов, но я протянул трясущуюся руку и приложил ладонь к барьеру. Он ощущался, как очень плотный, но при этом гибкий слой магии. На мгновение стало страшно: обычно саму магию нельзя было ощутить, только последствия её проявления, когда энергия вливалась в тот или иной объект, но здесь… Я мог коснуться чистой чужой силы и ощутить её физически. От этого задрожали даже внутренности, невозможно было представить, сколько же здесь мощи, таких цифр просто не бывает, чтобы измерить подобное.

— Сколько же надо потратить сил, чтобы это разрушить? — пробормотал я, глядя на осунувшегося Лорака. — Кем надо быть⁈

Раззарт молчал, не отвечая на мой вопрос, а вот маг даже начал открывать рот, но тут нашу лодку со всего маху ударило о барьер налетевшей волной, а кружившие неподалеку смерчи, словно по команде, кинулись вперёд, собираясь разорвать нас на куски.

* * *

Сломанный дирижабль, чёрным облаком висящий в темноте ночи над деревней вдруг пришёл в движение. Все тросы, удерживающие его, с тихим щелчком лопнули одновременно, оседая послушными змеями без лишнего шума, винты оставались неподвижны, но воздушная махина, заваливаясь на один бок, бесшумно поплыла по воздуху, постепенно разгоняясь, но при этом не потревожив сон ни одного из жителей.

Через пару часов полёта дирижабль достиг большого поля и снизился, из его кабины выбралось несколько человек в чёрных костюмах и масках, скрывающих лица, делающих их неотличимо похожими друг на друга. Тут же, словно по сигналу, из ближайшего леса выехали две телеги. Лошади, запряжённые в них, вязли в мокрой глинистой земле, но беззвучно тянули свою ношу. Как только телеги поравнялись с зависшей в воздухе кабиной, оттуда начали активно перегружать небольшие бочки, стараясь при этом производить как можно меньше шума. Никто из людей не издавал ни звука, общались они короткими прикосновениями или еле различимыми в темноте жестами.

Как только обе телеги были загружены, один из людей махнул рукой и коротко свистнул, спрыгивая из кабины в телегу. Дирижабль начал набирать высоту и полетел обратно, заставляя людей пригнуться от ударившего в лица порыва ветра. Все расселись на бочках, лошади упёрлись ногами в землю, с натугой вытаскивая гружёные телеги. Тот человек, который подавал знак, задрав голову, разглядывал виднеющийся вдалеке белый замок на заснеженной горе, который в тусклом лунном свете переливался, словно бриллиант.

Проехав лесной массив, телеги выбрались к селению, которое раскинулось вокруг стен, окружавших столицу северного королевства. Тихо проехав по улочкам, лошади замерли около одного неприметного дома. Спрыгнув с телеги, один из людей постучал в ворота, делая паузы между несколькими стуками. Через минуту калитка рядом приоткрылась, оттуда выглянул хмурый мужчина, почти до глаз заросший чёрной бородой. В его руках покачивался затемнённый фонарь. Хозяин дома окинул взглядом ночных гостей, кивнул. Без малейшего скрипа открылись ворота, в которые быстро загнали обе телеги.

Тихо, но быстро началась разгрузка, бочки очень аккуратно переносились в дом, где хозяин уже поднимал с пола выцветший ковёр и открывал доступ к глубокому погребу.

Спрыгнув в него, один из людей взял у хозяина кочергу, ударил по дальней стене, от чего в ней образовалась дыра. За несколько минут временная кладка, закрывающая уходящий вбок проход, была удалена. Сразу несколько человек спустились в погреб, с рук на руки по цепочке передавая увесистые бочки.

Вместе со своей ношей они еле протискивались, касаясь плечами и затылками узкого земляного прохода, по которому пришлось идти довольно долго, но вдруг он расширился, показалась каменная кладка, словно рукотворный тоннель перешёл по что-то сделанное за много лет до него, но явно не просто так. В это расширение были перетащены все бочки, после чего их можно было уже по несколько штук катить по каменному, старому, местами пробитому корнями растений, но всё ещё надёжному ходу.

Стараясь издавать как можно меньше шума, они добрались до места, где из этого тоннеля шёл ход вертикально вверх. Подкатив бочки к дыре в потолке, люди поставили несколько бочек друг на друга, по ним ловко, словно обезьянка, взобрался один из них и исчез в проёме, остальные замерли, как мыши, не издавая ни звука и не шевелясь.

Но вот сверху упало сразу два конца закреплённой где-то выше верёвки. С помощью этой импровизированной лебёдки бочки стали аккуратно поднимать наверх, а затем туда же забрались и люди. Один из них, оглядевшись, и поняв, где оказался, негромко присвистнул, за что тут же заработал подзатыльник от напарника. Но было от чего удивиться: все оказались в тайной комнате храма главного северного бога огня рядом с той самой огромной чашей-жаровней, которую разрешалось видеть только старшим служителям и жрецам, которым выпадала честь общаться с богом напрямую. Каменное холодное помещение, высокие стены, лепнина и неподвижный вытесанный лик сурового бога над чашей.

Но сейчас некогда объятая светом огня комната была погружена во мрак, лишь один чадящий и грозящий вот-вот потухнуть факел был закреплён у стены около двери, и в его отсветах лик бога смотрелся озлобленным, кривящимся в гневных гримасах.

Однако долго любоваться обстановкой людям было некогда, они рассредоточились, вытаскивая из бочек затычки и переворачивая их над маленькими жаровнями, которые в два ряда шли от входа до главной чаши. В жаровни хлынула вязкая чёрная жидкость, глянцево блестящая в пламени факела.

Как только все жаровни были наполнены, в каждую из них бросили по маленькому красному кристаллу. Каждый из них тут же без остатка погрузился в вязкую жидкость, после чего люди в чёрных костюмах ушли так же тихо и быстро, унеся за собой все бочки и проверив, не осталось ли никаких следов после их небольшого дела.

* * *

— Раззарт! — крикнул я, с трудом удерживая магически щит, не дающий буре прорваться к нам и вдавить в стену. — Как разрушить этот барьер? Если мы не сделаем это прямо сейчас, нас просто размажет по нему!

— Боюсь, тут у дедушки не будет ответа на твой вопрос, — прохрипел Лорак, переползший по лодке и сидевший теперь рядом со мной. — Ты же сам видишь, что перед нами! Как ты собрался это разрушать сейчас, когда мы львиную долю сил потратили только на то, чтобы добраться сюда⁈

— Раззарт! — я не собирался сдаваться, мы сюда не за тем столько плыли, прорываясь сквозь шторм! — Мы либо разрушим его, либо замёрзнем здесь к Даст!

— Не успеем, утонем раньше, — хохотнул Лорак.

— Не трать силы, их всё равно будет недостаточно, — наконец отозвался Раззарт. — Ты спрашивал, кем надо быть, чтобы разрушить этот барьер…

— Ну⁈

— Боюсь, что для того, чтобы совершить подобное, надо быть богом…

Мой щит затрещал под натиском враждебной стихии, грозя рассыпаться в пыль.

— Держи концентрацию! Оставь свои мечты о геройстве, надо выбираться отсюда! Здесь и сейчас мы ничего не сделаем!

Лорак кричал, но я с трудом слышал его, словно уже ушёл под воду с головой, в черепе громко застучала кровь, а голову словно сдавило.

Глава 24

Обещание

Старый служитель открыл глаза, видя перед собой серый потолок кельи, изо рта вырвалось облачко пара. Стянул одеяло, с кряхтением опустил на пол старые непослушные ноги. Годы уже взяли своё, оставляя старика доживать последние моменты, ожидая прихода смерти. Впрочем, ухода служитель не боялся. После того, что на его глазах происходило с людьми его прихода, ему не было страшно умирать. Страшно хоронить умерших от голода младенцев, когда твои руки еле гнутся от старости. И это в самой столице, а что творилось по окраинным деревням?..

Потянувшись, взял скромную серую рясу, натягивая её на покрывшееся мурашками от холода тело. Шаркая ногами, медленно вышел из кельи, тихо приветствуя тянущихся по коридору таких же служителей.

— Долгих лет жизни, старший, — приветствовали его они, почтительно склоняя головы.

Такие же седые головы, такие же изрезанные морщинами лица, в таких же серых рясах, поверх которых на плечи были наброшены шерстяные накидки. С тех пор, как королевство начало погибать от голода и беспощадных ветров, никто из молодых не шёл в служители к богу огня. И пусть старые жрецы пытались увещевать людей, что это лишь временные трудности, что Игникальд слышит их призывы и обязательно поможет, со временем даже самые верующие прихожане отвернулись от храма. Пусть вслух этого не говорили, но все подозревали то, что старый служитель знал: их бог покинул эти земли.

В один страшный день чаша призыва Игникальда в скрытой комнате погасла, и больше никто не мог её разжечь, как бы ни пытались, сколько бы ни звали, чем бы её ни заливали — всё было бесполезно.

Теперь в пустом храме только служители разжигали потухшие за ночь камины, чтобы вернуть хоть какое-то тепло в большое каменное помещение.

По традиции, которая раньше была обязанностью, старший служитель, взяв у помощника только что зажжённый факел, направился к скрытой комнате призыва. Вот уже на протяжении нескольких лет он каждый день подходил с ним к чаше, пытаясь её разжечь, но ничего не выходило, и факел оставался на всю ночь воткнутым в держатель у входа.

Вот и сегодня старик шаркающей походкой зашёл в комнату, приблизился к дорожке, уставленной небольшими жаровнями и ведущей к лику бога, как вдруг перед ним вспыхнули и загорелись две чаши, заставляя служителя отшатнуться от неожиданности и вскрикнуть. Старик чудом удержал в слабых руках факел, во все глаза смотря на сотворившееся чудо.

— Не может быть… — прошептал он, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы, а внутри встрепенулась надежда. — Ты вернулся… — его взгляд метнулся к лику Игникальда, который всё ещё скрывался в полумраке.

Остальные служители, зашедшие на звук голоса старшего, обомлели, застывая на месте. Но вот старший служитель пришёл в себя, всё ещё не в силах поверить в происходящее, сделал шаг вперёд. Его лицо озарилось улыбкой, когда перед ним вспыхнуло ещё две жаровни, а затем ещё две по мере его приближения к каменному лику бога огня.

— Он вернулся… — раздался шёпот.

И тут же следом пронёсся ветер тихих восклицаний:

— Игникальд вернулся…

— Наш бог снова с нами…

Служители попадали на колени, протягивая руки к статуе бога. Главный служитель замер перед чашей призыва, не решаясь сделать последний шаг. Но тут раздался шелестящий голос из полумрака:

— Подойди же, дитя моё… — голос казался мужским, но при этом в нём явно звучало что-то нечеловеческое.

Обернувшись, старший служитель махнул рукой остальным, они, кряхтя и толкаясь, поторопились встать с колен с нехарактерной для глубоких стариков прытью и исчезли за дверью, плотно прикрыв её за собой.

Оставшийся в одиночестве старик, преодолел последний шаг и замер перед главной чашей.

Вдруг она вспыхнула, озаряя каменный лик своим светом. Под взглядом старшего служителя статуя бога вдруг начала двоиться, задрожала, и от неё отделилась полупрозрачная дымка, формируясь в пламенный призрак с неразличимыми чертами лица.

Старик выронил факел, который покатился по каменному полу, разбрызгивая искры пламени, склонился перед богом, плача от радости.

— Господин наш великий, как же я счастлив, вновь видя вас! Вы вернулись, и наш чёрный день сделался ярче и светлее!

— Прости, я подвёл тебя, когда отлучился так надолго, — отражаясь от стен, нечеловеческий голос звучал словно отовсюду одновременно или вовсе только у служителя в голове. — Но я знал, что в сердце твоём вера настолько крепка, что вы дождётесь меня, дети мои. Скоро всё изменится.

— Я знал, я всегда верил и ждал вашего возвращения! — голос старика срывался от переполняющих его чувств, но тот продолжал бормотать, опуская голову, не в силах долго смотреть на лик бога.

— Скорее скажи всем, что бог огня Игникальд вернулся! Пусть знают!

— Конечно, господин, конечно! — горячо зашептал старший служитель.

Тем временем силуэт стал бледнеть, таять, теряя форму, и постепенно растворился, будто его и не было. Но чаша и жаровни продолжали полыхать ярким огнём, словно напоминая, что весь разговор с богом служителю не привиделся. С трудом поднявшись на ноги, старик засеменил к двери, бормоча на ходу:

— Он вернулся! Он действительно вернулся!

Храм преобразился за считанные минуты: запылали лампадки, свечи, служители сменили серые рясы на праздничные красные с меховыми воротниками, скинули шерстяные накидки, с огнём в глазах рассказывая редким прихожанам, что теперь им не страшен холод, потому что сам Игникальд вернулся. Выходили на улицы, повествуя о чуде, но простой люд лишь отмахивался от них как от надоедливых насекомых, не желая, а, может, просто боясь поверить.

Но на следующий день, в дату праздника провожания зимы, служители вновь вышли лишь в праздничных рясах, ничем более не утепляясь. Почитатели Игникальда шли с гордо поднятыми непокрытыми головами, хором скандируя, что их господин вернулся. Они разошлись по периметру города и начали свои праздничные шествия, идя по главным улицам столицы, пятиконечной звездой сходясь на главное площади, где нехотя собрались прихожане, больше отдавая дань традиции, чем действительно желая прославить бога огня и уход зимы. Если раньше весна означала приход и расцвет жизни, то сейчас она оповещала лишь о том, что больше не будет снега на полях.

Хоровое пение служителей стало слышно на площади, когда в её центре начали поднимать огромное соломенное чучело, олицетворявшее прошедший год и ушедшую зиму.

— Хоть как-то невызревший урожай пригодился, — злобно хмыкнул кто-то в толпе.

— Да на тот урожай можно ещё с десяток таких чучел собрать. Хоть погреемся, — вторил ему другой горожанин.

Служители дошли до площади, неся зажжённые факелы, как олицетворение силы бога огня.

— Да не нужно уже никому это возложение! — крикнул вдруг кто-то из собравшихся людей.

— Правильно! Нет уже Игникальда с нами, причём давно! Так кому вы собрались тут дань уважения отдавать⁈

— Его нет!..

— Хватит нам лгать!..

— Скажите правду!..

Люди напирали на идущие шествия, кричали, но никто не смел прикоснуться к самим служителям, как бы ни были злы. Въевшееся в подкорку знание, что если навредить жрецу, то на тебя упадет кара огненная, всё ещё было сильно в своём влиянии, несмотря на почти полное отсутствие веры.

Так что толпа волновалась, срывала голоса, желая получить хоть какие-то ответы вместо пустых обещаний, но расступалась, давая дорогу упрямо скандирующим хвалебные песни служителям.

А те прошли, выстроились пятилучевой звездой вокруг чучела, подняли руки вверх. Гневные крики из толпы слились в один злобный гул, когда тяжёлые серые небеса вдруг озарились вспышкой яркого света, будто позади них сверкнуло, распаляясь, солнце. Тучи охватила сетка молнии, грянул гром, и из центра прямо на чучело вдруг полетела капля чистого стихийного пламени настолько яркого и красного, что не оставалось даже и тени сомнения в том, что огонь не рукотворный и даже не магический, а божественный. Коснувшись соломы, он в одно мгновение окутал всё чучело, от которого ввысь ударил столп чистого пламени, в яркости которого можно было разглядеть полный гнева лик, он безмолвно кричал, распахнув кривящийся в ярости рот.

* * *

В пустой скрытой комнате каменного храма полноватый мужчина в чёрном костюме с меховой оторочкой, стоявший рядом с каменным ликом бога, освещённого огнём чаши, и внимательно его разглядывающий, вдруг пошатнулся, побледнел, его взгляд остановился и словно остекленел. Спустя несколько секунд веки его опустились, и он плашмя рухнул на каменный пол, его лицо из просто бледного сделалось землисто-серым, дыхание остановилось.

* * *

В образовавшейся на площади полной тишине было слышно, как сбрякала выпавшая из рук женщины сумка, как захныкал ничего не понимающий младенец, которому было холодно, и он вообще не осознавал, зачем надо было в такую погоду куда-то тащиться, и его с собой волочь… Толпа шумно выдохнула, словно один человек.

— Узрите! — воскликнул главный служитель в этом гробовом молчании, потрясая факелом. — Игникальд вернулся! Так восславьте же его! — и первым преклонил колени, сгибаясь с некоторым трудом, но с полной самоотдачей и благоговением.

Следом за ним, упали на землю в нижайшем поклоне и другие служители, и прихожане. Вся площадь встала на колени, люди, ещё мгновение до этого требовавшие признать, что бог ушёл, плакали от радости, что он не покинул их навеки. Лишь несколько человек оставались стоять, но и то недолго, оглядевшись, помявшись, всё-таки присоединившись к остальным.

— Во славу Игникальда! — прокричал старший служитель.

— Во славу бога огня! — тут же ответили люди хором.

* * *

Упавший в храме мужчина лежал без движения, как вдруг его лицо постепенно стало возвращать себе живые краски, щёки порозовели, а глаза распахнулись, являя из себя свет, идущий на этот раз не из символов вместо зрачков, а из всей их поверхности.

Мужчина сел, посмотрел на свои руки, понимая, что тело начинает светиться изнутри. Его полные губы растянулись в победной улыбке, мотнув головой, он вдруг вскинул руки кверху, выбрасывая огромное количество энергии и направляя его, чтобы столь быстро вливающаяся в него сила не разорвала физическое тело.

И ровно в то же мгновение во всех домах от ближних к храму до дальних, один за другим вспыхнули очаги, одаривая помещения теплом и светом. Послышались крики, переходящие в благодарственные молитвы богу огня.

* * *

Теперь над всеми домами столицы клубился дымок, люди смотрели друг на друга со страхом и надеждой одновременно. Даже в королевском дворце — и в том стало тепло во всех комнатах. Остатки снега со свистом соскользнули со всех крыш, оседая грязной слякотью на улицах.

Поля вокруг столицы уже были чёрными, без следа белого, но вот в лесу за ними снег ещё лежал, правда, уже подтаявший и покрывшийся хрустящей ледяной коркой. По нему, проминая и протапливая, шло огромное чудовище, отдаляясь от столицы, стремясь покинуть северные земли и уйти как можно дальше. За пару лет пребывания для него тут почти не осталось еды, хотя раньше земля давала довольно много пищи, но эти четверо предателей решили по-своему… А ведь Он говорил, что они будут мешать. Будут искать и пытаться убить, но пока что им не было никакого дела до того, что он творил.

Чудовище подняло огромную чёрную когтистую лапу, влажно блестящую на солнце, и сунуло в раскрывшуюся под нечеловечески широким углом пасть, усеянную рядами острейших зубов, чью-то голову. От неё будто пыталась отделиться какая-то полупрозрачная сущность, но не смогла, поглощенная чёрным прожорливым нутром. Облизнувшись длинным красным языком, чудовище вдруг замерло, припало к земле, подняло голову, словно принюхиваясь и перетекая из одного положения в другое, будто чернильная клякса.

В одно мгновение всё его тело стало огромной маслоподобной чёрной массой, из которой вдруг явился молодой подтянутый мужчина в чёрном плаще на голое тело. Его длинными чёрными волосами тут же заиграл ветер. Глянув на свои босые ноги, топящие под собой снег, он шевельнул пальцами, на них тут же проявилась чёрная густая жижа, застывая и оформляясь в сапоги, а выше и в брюки, только перевитый мышцами торс так и остался без одежды, согреваемый только расстёгнутым плащом.

Взгляд чёрных глаз был направлен чётко в сторону столицы северного королевства, мужчина вновь принюхался, его ноздри затрепетали.

— Не может быть, — проговорил он сухим ломким голосом человека, которому редко приходится издавать подобные звуки. Подвигал челюстью, привыкая. — Я же его уже давно… А, впрочем, неважно, — он жёстко усмехнулся и зашагал в обратном направлении.

* * *

Я думал, что хуже, чем когда Раззарт сказал про неразрушимость барьера, мне уже быть не может. Как же я ошибался! Потому что потом, когда мы начали прорываться обратно, смерчи, волны, ветер — всё это стремилось убить нас. И я был уверен, что вот это и есть то самое дно, ниже которого уже не упадёшь. Мы оба вымокли, устали и потратили на усмирение стихии почти всё, что у нас было.

Но когда непроглядная буря вывела нас на скалы и разбила лодку в щепки, вот тогда я осознал, что всё, вот это и есть конец. Погрузившись в ледяную воду, я испытал животный ужас, понимая, что уже не выберусь. Но упрямство пересилило страх, я призвал стихию, проломив чужую волю управления, заставил подкинуть себя вверх, делая судорожный вдох и ища Лорака разъедаемыми солёной водой глазами. Сам дышал уже с ощутимыми хрипами, не веря, что смогу выбраться, но упорно продолжая бороться. Раззарт подсказывал слова, которые разгоняли смерчи в стороны, но сил на то, чтобы их уничтожить, у меня уже не было.

— Поделись силой, и я нас выведу! — раздался откуда-то сверху голос Лорака.

Кое-как перевернувшись на волне, я увидел, как он парит на воздушной подушке в полуметре надо мной. С наших поясов свисали куски разорванной верёвки. Его мокрые длинные волосы покрылись ледяной коркой, пальто выглядело так, будто им вымыли пол.

— Послушай его, ты слишком устал и не выплывешь сам, — почти приказал Раззарт.

У меня действительно не было сил сопротивляться, но я не помнил, как делиться силой, не мог сообразить, поэтому древний дух вновь перехватил управление, отдавая Лораку поток моей энергии. Величайший маг подхватил меня и залавировал между смерчами, вытворяя такие кульбиты в полёте, что если бы я на второй петле не потерял сознание, то точно заблевал бы всё вокруг. Но спасительная тьма окутала меня, прекращая пытку, которой стала для меня вся эта вылазка.

Пришёл в себя от боли. Дикой боли, которая охватила всё тело, но в особенности конечности. Руки и ноги словно бросили в костер. Застонал сквозь сжатые зубы, скручиваясь, подтягивая колени к груди.

— Он очнулся! — раздался рядом смутно знакомый голос.

— А я тебе говорил, что всё будет в порядке! Нет, тебе же надо было тут истерику закатить!

— Да как ты разговариваешь с…

— С кем? — ехидный голос Лорака я всё-таки сумел распознать. — Я говорю с Астом — мальчишкой-северянином, который ещё ходит в статусе полного неуча и которому не светит пройти испытание на перевод для второго года обучения!

— Да ты… Да вы… Да я… — растерянные интонации Астрит я тоже узнал.

— Лорак… — прохрипел, так и не поднимая век. — Что со мной?..

— Да ничего особенного, — бросил маг в ответ. — Переохлаждение серьёзной степени, но тебя местные знахари выходили, так что сейчас ты просто наслаждаешься последствиями того, что кровь прилила к местам, где её довольно долго не было. И, благодаря стараниям целителей, ты остался с ногами, руками, и даже со всеми пальцами. Ну и причиндалы твои всё ещё при тебе.

— Да как вы так можете⁈ — возмущённо пискнула Астрит.

Я почувствовал её руку на своём лбу, заставил себя открыть глаза. Принцесса стояла рядом, склонившись ко мне, и смотрела на меня большими серыми глазами, полными беспокойства.

— Всё будет хорошо, — прошептала она и вдруг коснулась губами моей щеки. — Я так за тебя переживала…

Тут же залилась краской, отстранилась и торопливо вышла из комнаты.

Оглядевшись, я увидел Лорака, с насмешкой смотрящего на меня, и Никса, который с нечитаемым выражением лица стоял около двери, сложив руки на груди.

— А ты чего такой живчик? — спросил я у Лорака, пытаясь разогнуться, но тут же кривясь от накатившей боли. — Вместе же купались.

— А я, в отличие от вас, юноша, — кривляясь, ответил маг. — Владею пятью техниками контроля внутреннего состояния тела, и могу себя согревать, если есть необходимость.

— Но без меня ты бы там же и остался, так что не надо так с высока сейчас смотреть, — пусть грубо, но сейчас мне было не до расшаркивания, слишком уж всё болело.

Никс поднял бровь, удивляясь моему подобному тону.

— Без тебя я бы вообще туда не полез, — буркнул Лорак в ответ и тоже вышел из комнаты.

Мы остались вдвоём с Никсом.

— Напоминать, что я просил тебя этого не делать, смысла не имеет, — то ли спросил, то ли просто сказал командир, отталкиваясь от стены и подходя ко мне, садясь на кровать в ногах.

— Никакого, — сипло подтвердил я, прикусывая губу, чтобы не закричать от наполняющих тело ощущений.

— Нормальных целителей здесь нет, спасибо на том, что сохранили тебя в целом виде, — глухо проговорил Никс.

Я был с ним согласен, удача, что мне вообще смогли помочь. А боль… Это пройдёт. По крайней мере, эта.

— Когда-то ты мне говорил, чтобы я правильно подбирал окружение. Как видишь, это я заполнил хорошо. Мы с Лораком вернулись оба, — хмыкнул, кривя губы.

— Ну хоть что-то, — скупо усмехнулся командир. — Ты поспи, тебе сейчас надо набираться сил.

Он вышел, оставляя меня одного.

— Сил, конечно, — я скривился, переворачиваясь на спину и распрямляясь. — Раззарт, что мы будем делать?.. Что это там вообще?

— Да чтоб я знал! — выпалил древний дух. — Там такая концентрация энергии, что это просто дико! Чтобы разрушить купол, нужно чудовищное количество силы! На всём протяжении стены такая сложная одинаковая структура, которая будет восстанавливать сама себя. То есть если разрушишь контур только в одном месте, то дыра просто зарастет! Такое просто не мог создать человек, иначе я ничего не смыслю в магии!

— И кто же тогда её сделал? — и пусть я задавал вопрос, но, кажется, ответ на него уже был мне известен.

— Боги, — буркнул Раззарт, озвучивая то самое, что я и ожидал. — По одному или все вместе. Те, которые старшие, младшим такое не под силу. Поэтому я тебе и сказал уже, чтобы её разрушить, надо тое быть с ними на одном уровне. А это…

— Нереально.

Я лежал, придавленный к кровати не только и не столько болью, сколько осознанием того, что все мои надежды на прохождение испытания только что рассыпались в прах. Им удалось меня поймать.

— Вот же Дастовы выкормыши! — выругался в сердцах, понимая, что в ловушку попался не только я, но и Астрит. Теперь ей остаётся только сидеть в своём королевстве и не высовываться, иначе её, как и меня, ждёт позорный аукцион. А там уж кто из династий в меня сильнее вцепится, уже значения не имеет.

Тихо застонав от боли, заставил себя подняться, занять сидячее положение. Пусть Никс и посоветовал поспать, сейчас во мне было столько горечи, что если бы остался лежать, то захлебнулся бы.

— Раз ты очнулся, то я могу помочь быстрее восстановить нормальный кровоток, — сообщил Раззарт.

— И ты только сейчас об этом говоришь⁈ — вспыхнул я.

— Потому что на своих ошибках надо учиться! — тут же заворчал наставник. — Не маленький уже, должен понимать, что плавание в ледяной воде не обходится даром!

— Хорошо, я понял, а теперь можешь мне помочь⁈

Тут же по телу пробежала волна энергии, я впился зубами в собственную ладонь, чтобы не заорать, но потом боль резко схлынула, возвращая мне почти полную свободу движений.

— Спасибо, — прохрипел я, смаргивая невольно выступившие слёзы.

Раззарт промолчал в ответ, да он мне и не требовался.

Глянув в окно, понял, что сейчас утро. Интересно, я так провалялся только ночь или целые сутки? Пошатываясь, вышел из комнаты, подошёл к лестнице. Все в доме то ли ещё спали, то ли куда-то ушли, потому что было достаточно тихо. Ведя рукой по перилам, стал аккуратно спускаться, замер на последней ступеньке, потому что за столом мирно сидели и уплетали за обе щеки румяные блинчики Фраус и Асил. Я только сейчас осознал, что в доме пахнет выпечкой, но с чего бы такая невиданная в этих краях роскошь?

Оба смотрели друг на друга с прищуром, но стоило мне спуститься, как они тут же обратили свои взгляды на меня.

— Что ты здесь делаешь? — выпалил я, смотря на Фрауса.

— Завтракаю, — с улыбкой ответил покровитель. — Вот, муки немного вам привёз.

— Да я не об этом! — подошёл к ним, с раздражением дёрнув уголком губ. — Тебе же нельзя здесь находиться!

— Обстоятельства несколько изменились, — туманно пояснил Фраус. — Ты мне лучше скажи, чего ты раскис? Бледный вон весь, почти зелёный, да и настроение ниже местной температуры?

Я поморщился, обречённо сел рядом с ним и передал слова Раззарта о перспективах разрушения обнаруженного барьера.

— А без этого мы не этих полях ничего не вырастим, — мрачно проговорил я. — Да и толку с тех полей, если местным это никак не поможет?

— Ты ещё не ел? — вдруг спросил Фраус.

Покачал головой в ответ.

— Тогда пошли, прогуляемся, — он отложил вилку, поднялся.

Я глянул на Асил, но она только пожала плечами и кивнула. Так что мы оба вышли из дома вдовы и пошли на тот самый утёс, где я впервые исследовал местность.

— Так, ты говоришь, что там нужна сила целого бога? — с каким-то странным смешком повторил мои слова Фраус.

— Да, так и есть, — выдохнул я. — Только я ума не приложу, где её взять. Не думаю, что кто-то из старших богов откликнется и решит взломать то, что сотворил либо один из них, либо коллективно.

— Не обязательно официально входить в состав старших, чтобы обладать силой того же уровня, — иронично хмыкнул вдруг Фраус. — И да, разреши представиться, перед тобой стоит целый бог огня — Игникальд, — с широкой улыбкой сообщил он, разводя руки в стороны, и в его широко раскрытых глазах запылали отсветы пламени.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Дыхание севера

Content

Дыхание севера

Глава 1 У всего есть цена

Глава 2 Теперь Астрит

Глава 3 Все зло от…

Глава 4 Наших бьют!

Глава 5 Одна на двоих

Глава 6 Чего хотят женщины?

Глава 7 Все зло от…

Глава 8 Игры под ковром

Глава 9 Призраки прошлого

Глава 10 Совпадение?

Глава 11 Долг платежом красен

Глава 12 Делайте ставки…

Глава 13 I believe I can fly

Глава 14 Новое — это хорошо забытое старое

Глава 15

Глава 16 Обещать — не значит жениться

Глава 17 Добро пожаловать…

Глава 18 В ожидании

Глава 19 Тучи сгущаются…

Глава 20 Затишье

Глава 21 Северное сияние

Глава 22 Выход в море

Глава 23 Горизонт событий

Глава 24 Обещание

Nota bene