Благими помыслами

Предисловие

Благими помыслами и намерениями выложена дорога в Ад.

Изречение одного из английских не то философов, не то богословов XVIII века.

Здравствуйте, уважаемые читатели.

Вообще-то это вторая книжка цикла. Но ввиду того, что в первой части цикла, «Маленький адепт Великой тьмы», идет повествование о жизни десяти — одиннадцатилетних еще даже не подростков, а скорее детей, и поскольку, судя по отзывам, не всем взрослым, серьезным дяденькам и тетенькам заходят истории по типу «Приключений Тома Сойера», вторую книгу цикла я постарался сделать почти что отдельным повествованием, в котором ГГ — уже почти взрослый молодой человек.

Кое-какие вводные для тех, кто категорически решит не читать первую книжку. Можно обойтись и без них, конечно, но, думаю, с этой вводной частью будет все-таки чуточку надежнее.

Действие этой истории происходит в той части параллельного мира, которая довольно сильно похожа на Российскую империю конца 19-го — начала 20-го столетия. Но только похожа. В этом, параллельном мире имеется Система, наделяющая своих адептов, помимо всего прочего, магическими способностями. В противовес Системе, власти империи стараются сделать так, чтобы серьезные знания по магии не стали достоянием всех и каждого. Ну, по принципу огнестрельного оружия в нашей стране: в армии, в полиции, еще кое-где, преимущественно среди власть предержащих, оно есть, а прочим простым смертным — низзя! Впрочем, может, такое решение и вполне правильно: даже если у тебя есть, к примеру, в кармане пистолет, поздно его доставать, когда грабитель уже наставил на тебя свой автомат. Да и грабитель этот запросто может, в отличие от тебя, оказаться каким-нибудь снайпером или ворошиловским стрелком. Так что не факт, что имея пистолет, ты сумеешь сохранить свой кошелек, а вот пулю получить при широком распространении огнестрельного оружия (или какой-нибудь файербол при наличии в мире магии) — как нефиг делать. Впрочем, это мы слишком отвлеклись. Возвращаясь к сюжету первой части моего сериала….

ГГ цикла, Андрей Рябов, несмотря на все ограничения властей, еще будучи ребенком, умудряется заполучить кое-какие способности, для простых людей отнесенные в этой стране к запретным. Более того, в результате некоторых обстоятельств он обзаводится постоянным спутником из мира Инферно, тоже обладающим некоторыми сверхъестественными способностями. Андрей Рябов растет и развивается. Вместе с ним развиваются как его собственные способности, так и способности привязавшегося к нему чертенка. И таки чертенок — не злой, но временами довольно пакостливый персонаж.

В какой-то момент времени на глаза Андрею попадается художественная книжка — детектив, повествующая о похождениях нашего отечественного Шерлока Холмса, старшего экспедитора тайной канцелярии, Ивана Дмитриевича Путилина. Андрей Рябов загорается идеей стать, по примеру своего кумира, экспедитором тайной канцелярии. Тайная канцелярия — подразделение полиции, точнее, сборище магических детективов — одиночек, обладающих немалыми властными полномочиями. Она призвана бороться с проявлением среди подданных империи элементов черной магии: демонологии, человеческих жертвоприношений, прочих незамечательных магических вещей по определению смертельно опасных для окружающих. Соответственно, экспедитор тайной канцелярии, невзирая на очень сходное название, это — сыщик-маг, работающий в данном подразделении, а вовсе не кто-то, связанный с проблемами транспортной логистики, или какой-нибудь путешественник, совершающий дальний вояж по казенной надобности.

И таки мечты, даже если это мечты ребенка, иногда осуществляются. В конце первой книжки Андрей Рябов получает приглашение на учебу в закрытом училище-интернате, кующем кадры для тайной канцелярии.

Еще один персонаж, прибившийся к ГГ в первой книжке данного цикла: кошка Мурка. Обычная трехцветная кошка в результате непреднамеренных действий ГГ выросшая до размеров молодого тигра. К концу первой книжки Мурка приобрела разум человеческого ребенка и стала фамилиаром Андрея Рябова. С ГГ она может общаться мысленно, хотя и конечно не часто и очень своеобразно.

Немаловажная деталь: Андрей Рябов довольно обеспеченный молодой человек. В самом конце первой книжки чертенок, связанный с ним неразрывной связью, умудряется прикарманить всю казну тайной секты черных магов, а это — довольно большие деньги.

Итак, мальчик вырос, выучился, и отправлен в губернский город Александров (совершенно выдуманный город, центральный для такой же полностью выдуманной Александровской губернии) для прохождения последней, выпускной практики, по результатам которой он уже получит (или не получит, и такое вполне случается) окончательное, постоянное место в структурах тайной канцелярии. Ну, и, разумеется, вместе с ГГ в Александров тайно прибыли молодой черт Илон и кошка Мурка…

Глава 1

Однако ж распогодился денек! С утра еще дул пронизывающий прохладный ветерок, по небу плыли тучи, и даже перед самым рассветом дождик вспрыснул, не сильный, но лужи после него все же образовались. Казалось бы, так и весь день придется провести дома, а если и выходить куда-нибудь по делам, то исключительно обряженными в душные и липкие прорезиненные покровы макинтошей, под которыми от пота промокаешь ничуть не меньше, чем просто под дождем. Но тут неожиданно ветер с северо-западного сменил свое направление на южное, потеплел и почти стих, а остатки туч рассеялись в небесной синеве. Выглянувшее же солнышко и вовсе выманило многих обитателей губернского города Александрова на воскресную прогулку по садам и аллеям своего хоть и губернского, но по-провинциальному спокойного и уютного города. Благо и лужи после дождя большей своей частью уже совсем почти высохли.

— Мамочка, а купи нам с Митей сельтерской воды с вишневым сиропом, — попросил старший из двух мальчиков, выведенных их родительницей в этот предобеденный час на прогулку под сень цветущих акаций Губернаторского сада.

— От сельтерской у вас пропадет аппетит, и будет пучить животики, — немедленно отозвалась только-только усевшаяся на лавочку дама. Не то, чтобы эта возможная проблема с отсутствием у ее ребятишек аппетита и в самом деле сильно ее беспокоила, но, подобно многим молодым родителям, временами ей просто нравилось демонстрировать свою власть над своими отпрысками.

Скуксившиеся от прозвучавшего категорического отказа сорванцы унывали недолго. Сначала они принялись гоняться друг за другом по дорожкам возле скамейки, а потом, убедившись, что мать увлеклась прочтением прихваченного с собой на прогулку потрепанного томика Шарлотты Бронте, отправились на разведку более отдаленных и сильно заросших уголков сада. Отчего-то маленьких мальчиков сильнее всего влекут к себе именно самые отдаленные и заросшие уголки.

И все же, не следует думать, что молодая мать оставила своих детей совсем уж без внимания. С трудом оторвавшись в очередной раз от книжки, она довольно быстро сориентировалась в направлении, куда удалились ее сыновья, и, не став голосом привлекать всеобщее внимание, двинулась вслед за ними с намерением хорошенько их отругать за уход из-под материнского присмотра.

Впрочем, далеко идти ей и не пришлось, ее Саша и Митя сами выбежали из зарослей навстречу матери.

— Мама, мама, — кричали они, — там дяди и тети лежат! Много!

— Ну, что вы такого выдумываете? — Напустилась было на детей мать, но на крики ребят уже обратил внимание дежурный городовой Матвей Зорькин, поставленный в это воскресенье в саду для поддержания порядка среди отдыхающей публики его непосредственным начальником, околоточным надзирателем Грязновым.

Не став беспокоить и без того нервную дамочку, приставая с вопросами к ее детям, он решил сам, лично, посмотреть, что за дяди и тети могут лежать в непосредственной близости от одного из самых любимых мест отдыха горожан.

Через пять минут Губернаторский сад огласили пронзительные трели полицейского свистка.

* * *

— Ну, что, стажер, — задал Андрею Рябову вопрос руководитель его выпускной практики, надворный советник Павел Никитович Подъяпольский, — есть какие-нибудь соображения по этой вот картине? Как бы ты начал расследование?

— Отправил бы городовых опрашивать жителей близлежащих домов, может кто-то проходил под утро мимо сада и видел кого-нибудь из людей, проходящих внутрь. Вдруг, кого из знакомых признал. — Как на экзамене начал отвечать без пяти минут губернский секретарь и без тех же пяти минут младший экспедитор тайной канцелярии.

— Почему решил, что этот богомерзкий ритуал провели ближе к утру, а не, к примеру, сразу на закате? — Поинтересовался главный городской полицейский, внимательно вглядываясь в лицо своего молодого подопечного, — ритуалы по изъятию жизненных сил ведь можно как на восходе, так и на закате проводить.

— Трупное окоченение другое, — принялся объяснять свои соображения стажер, не вдаваясь, впрочем, в излишние подробности, — опять же, каждую субботу в Губернаторском саду играет духовой оркестр. Оно, конечно, к ночи музыканты уже по домам расходятся, но молодые парочки после окончания танцев еще долго сидят по лавочкам. На такую кучу народа они точно бы внимание обратили. Там ведь не только будущие жертвы должны были на глазах у отдыхающих залезть в те заросли, но и еще их палачи, которых тоже должно быть не один и не два человека.

— Резонно, — похвалил сообразительного парнишку опытный полицейский, прямо тут же, не откладывая вдаль подозвав к себе участкового пристава, тоже присутствовавшего в этот воскресный час на месте столь резонансного преступления:

— Василь Филиппыч, отправь своих молодцов, кто потолковей, чтобы опросили жителей в рядошных домах. Не видел ли кто из них каких-нибудь подозрительных архаровцев, бродящих неподалеку от сада этой ночью или ранним утром. Опять же извозчиков, которые обычно стоят возле собора, опросить не забудь. Вдруг кто из злодеев, грешным делом позабыв о конспирации, их нанимал под утро. В общем, сам знаешь, не маленький уже.

Пожилой полицейский офицер, козырнув старшему начальнику, убыл раздавать приказания подчиненным, а полицмейстер, проводив его взглядом, снова принялся пытать своего подопечного:

— Давай, Андрюша, примем как свершившийся факт, что ни черта они не отыщут. Черные, особенно такие, кто может провести ритуал массового жертвоприношения, не те люди, чтобы столь грубые следы за собой оставлять. Какие будут следующие твои действия? И учти, что это преступление наверняка уже на контроле его высокопревосходительства Петра Анциферовича Шебяки будет, если даже не самого государя императора. Шутка ли сразу девять человечьих душ, в центре города, принесено в жертву, а местные власти, то есть мы, ни уха ни рыла в этом вопросе.

У стажера явно имелись еще соображения. Он даже набрал в грудь воздуха, чтобы начать отвечать, но тут один из мужчин в статском, подойдя вплотную к полицейскому начальнику и приветственно прикоснувшись к тулье котелка на своей голове, авторитетно произнес:

— Старший экспедитор тайной канцелярии, Малышев Сергей Николаевич. С этой минуты за расследование по этому делу буду отвечать я. Пусть ваши люди, Павел Никитович, о результатах проведенных ими опросов и прочих исследований отчитываются передо мной.

— Очень рад, — кивнул головой полицмейстер, изобразив что-то наподобие кривой улыбки, после чего, позабыв про стоящего рядом молодого стажера, принялся раздавать соответствующие команды полицейским чинам, в присутствии высокого начальства чисто показушно суетящимся вокруг.

Так вот и вышло, что мнение молодого парнишки оказалось здесь и в этот час совершенно никому не нужным, а ведь лучшему выпускнику курса, на самом-то деле, очень даже было, что предложить своему начальству.…Или нет? Даже после шести лет обучения в закрытом училище, выпускающем кадры для императорской тайной канцелярии, у Андрея Рябова так пока и не появилось полной ясности в голове, какими из доступных ему средств пользоваться позволительно, какими можно с оговорками, но уж точно не на людях, а какие и вовсе не стоит упоминать нигде и никогда. Сложно это все. Вон и в училище по этому поводу наставники ничего четко и ясно не говорили, а все больше иносказательно и экивоками.

Однако ж воскресенье, несмотря на случившееся ужаснейшее преступление, продолжалось своим чередом. Полицмейстер, отдав еще несколько необходимых распоряжений, убыл по своим неведомым начальственным делам. А без руководителя практики и для самого Андрея пропала всякая необходимость здесь находиться. Он же даже вовсе не полицейский еще, а так, безответственный и бесправный практикант. Соответственно, его функции, заключавшиеся в классической фразе: «Принеси, подай, иди нафиг, не мешайся» явно из всего этого короткого списка переместились на его последний пункт.

— Как ты считаешь, Илон, — вернувшись на снимаемую им квартиру, Андрей задал мысленный вопрос, взирая казалось бы в пустоту, — стоит ли мне и дальше этим вот делом заниматься, если руководителя моей практики от расследования отстранил старший экспедитор тайной канцелярии?

— Черные — опасные, но очень вкусные цели, — объявил, проявившись в том самом месте, куда смотрел Рябов, еще один молодой парень в английском приталенном костюме и с черным старомодным цилиндром на голове. Точнее, это без подобного костюма владелец цилиндра казался бы старомодным. С этой же новехонькой, толком необмятой одеждой оливкового цвета, пошитой из очень дорогой разновидности чесучи — дикого шелка, так как бы и из старомодного он разом становился очень даже уважаемым и обеспеченным оригиналом, не гоняющимся за переменчивой модой, а задающим сами ее основы для окружающих. — Опять же и, проявив себя в этом деле, ты, хозяин, сможешь зарекомендовать себя с лучшей стороны на своей будущей службе в тайной канцелярии.

— Я подозревал, что ты так скажешь, — обвиняюще наставил указательный палец первый парень в сторону франтоватого второго.

— А что я, хозяин, что-то не так сказал? — парень в шелковой одежде подошел к висящему на стене громадному ростовому зеркалу, снял цилиндр, принялся очень внимательно изучать торчащие из его макушки не очень длинные рога со скругленными, словно специально затупленными кончиками. Даже кончиком пальца их потрогал. — Сам же знаешь, что черных зелий у нас почти уже не осталось, да и чтобы прикупить зелья постоянного повышения характеристик, срок для приема которых у тебя как раз подходит, нужны очень немалые деньги. Как по мне, так очень удачно эти черные проявились.

Ох! Кажется, не нужно было его миньону про удачу поминать. Перед глазами у Рябова вдруг возникли черные буквы послания Системы. Прямо скажем, очень своеобразного послания!

Проверка Удачи. Оберните сложившуюся очень неоднозначную ситуацию себе на пользу. Награда в случае выполнения задания: Удача +2, + опционно, в зависимости от конечных результатов; штраф за неудачу: дополнительная характеристика Удача будет удалена из списка ваших параметров.

Мысленно удалив текст послания, адепт Системы темного мира постарался придать своему лицу спокойное выражение. Все равно, это послание ему уже пришло, что толка теперь возмущаться. Если только он не хочет заметного ослабления самого себя, так или иначе, придется в это задание впрягаться. Точно так же, внешне совершенно беззаботно, продолжил обсуждение своих будущих действий:

— Да не спорю я, все правильно ты по полочкам разложил. Просто воспоминания о черных больно уж неприятные. А вообще, я уже и план действий для себя наметил. Сейчас вот до вечера спать лягу, чтобы ночью намеченное выполнять и при этом завтра, с утра, у Подъяпольского на летучке носом не клевать.

С этими словами Андрей Рябов стянул с себя верхнюю одежду и принялся развешивать ее на плечики в большой дубовый резной шкаф. Вот, вроде, что такого, особенного, в этом предмете мебели, а после шести лет безвылазного обитания в интернате, в одной крохотной комнатушке на четверых, сам факт использования такой солидной, массивной мебели заставлял чувствовать себя чуточку значительней.

— Ладно, тогда, раз ты, хозяин, пока спать налаживаешься, я сгоняю еще раз в парк. Посмотрю, чего там полицейские сумели нарыть. — С этими словами разодетый в шелка рогатый парень, натянув на рога цилиндр, снова растаял в воздухе.

По-видимому, такое исчезновение было совершенно обычным делом, поскольку молодой полицейский практикант, не поведя даже взором, как ни в чем не бывало, прошлепал босыми ногами по натертому воском паркету в сторону стоящей напротив окна воистину монументальной кровати.

— Мурка, все нормальные кошки спят, свернувшись клубочком, а не растягиваются во всю свою длину поперек! — Сварливым тоном объявил он, увидев на вожделенном месте спящую кошку. Обычную кошку, умеренно пушистую трехцветку, вот только роста в той кошке было, иной тигр из молодых люто позавидует.

Собственно, именно эта кошка и была одним из основных побудительных мотивов, согласно которым выпускник специального училища тайной канцелярии не ограничился обычными меблированными комнатами, а снял эти, воистину шикарные апартаменты, имевшие свой, совершенно отдельный выход в сторону малолюдного сквера, заросшего стройными рядами цветущих в это время года молодых лип.

Казалось бы, зачем попусту сотрясать воздух, читая совершенно напрасные нотации, перед неразумной животиной. Но только киса, едва заслышав недовольный хозяйский голос, сразу же принялась перемещаться по кровати, освобождая от своей тушки нагретое местечко для своего хозяина и начиная громко, с выражением, мурчать. Под такое басовитое кошачье мурчание просто чудо, до чего сладко засыпается.

— Хозяин, просыпайся, я к тебе с новостями вернулся! — Послышался голос Илона, вырвавший Рябова из его сладкого сна.

— Вредина, — попенял он своему «будильнику», убедившись, что время для пробуждения выбрано вполне правильно, день за окном вполне определенно уже склонился к вечеру, — знаешь ведь, что мне не нравится, когда ты меня хозяином называешь.

— Я больше не буду, — в очередной раз пообещал лукавый слуга, как, наверное, уже и сотню раз до этого.

Нет, так-то, разумеется, Андрей мог бы Илону и реально приказать не называть его хозяином… но ведь тогда, по факту, он именно им бы себя и показал. Короче, неразрешимая дилемма, одна из….

— Давай, рассказывай, что за новости ты раздобыл, — попросил-приказал он молодому черту, доставая из ларя с наложенным заклинанием стазиса запасенную там заранее стряпню и начиная с аппетитом ее уплетать. Кстати, своему информатору присоединяться к перекусу не предложил: выходец из инферно — чисто энергетическое существо, соответственно и обычная материальная еда ему была совершенно не нужна. Немалое подспорье в финансах, между прочим.

— Полицейские установили личности большинства принесенных в жертву… ты очень удивишься, когда услышишь, кто они… — начал рассказывать подслушанные сведения Илон, делая выразительные паузы между отдельными фразами. Настолько выразительные, что Андрей даже не утерпел:

— Хорош уже! — Сглотнув откушенный кусок пирога, зашипел он сердито. — Ты переигрываешь. В курсе риторики паузы предлагается делать вовсе не после каждых нескольких слов, а только подчеркивать таковой самую главную и важную мысль.

— Так я и подчеркиваю, — рогатый щеголь, по своему обыкновению снявший во время разговора с хозяином цилиндр, также чисто машинально пробовал пальцем один из рогов на остроту, — в качестве жертвы в основном были использованы даже не просто босяки, каких много, а самые настоящие воры и налетчики. Главный Иван этой банды тоже был принесен в жертву вместе со всеми своими подручными.

— А женщины? — Припомнил увиденную в саду картину Андрей, — там же среди лежащих минимум двое были женщинами!

— Ну, вообще-то полицейские все же имена не всех жертв установили, — хмыкнул демон на этот вопрос Андрея, — но имена этих теток я запомнил очень отчетливо. Манька — фармазонщица и Сонька, Позолоти ручку. Как тебе? Будут честные женщины носить подобные клички?

— Ладно, бери перо, выписывай все имена, которые подслушал, — отдал распоряжение Рябов, — очень они мне пригодятся сегодня, когда затею духов этих принесенных в жертву призывать.

— Если ритуал прошел по всем правилам, никто из духов к тебе не явится, просто некому будет, — счел нужным уточнить Илон, но за перо все-таки взялся. Сколь ни вольно он вел себя с хозяином, обеспечившим его закрепление в этом мире, но его прямые приказы выполнял строго и неукоснительно.

— Это если все прошло по правилам, то никто не явится, но как нам начитывали на лекции в училище, в подобных ритуалах вполне возможны непроизвольные локальные погрешности. Примерно один или два процента на один объект, что для девяти разом принесенных в жертву дает все же какой-никакой шанс что-нибудь таким вот образом разведать.

Наскоро перекусив, Андрей облачился в стилизованный, практически форменный полицейский китель, правда, пока он еще не прошел до конца эту свою последнюю практику, без знаков различия, и поспешил из квартиры прочь. Илон, разумеется, перейдя в бесплотное состояние, отправился вместе с ним.

— Где-то здесь должен быть морг, — объявил скорее чисто для себя, чем уведомляя своего невидимого спутника, Андрей Рябов получасом позднее. — Точно знаю, что он где-то неподалеку. Надо только поинтересоваться у кого-нибудь из местных.

Морг отыскался. Достаточно оказалось задать вопрос первому встреченному прохожему. В принципе, правильно на него вышли, спрошенный всего лишь пальцем ткнул, да объяснил особенности прохода на территорию. Невысокий, одноэтажный, хоть и достаточно просторный по площади, морг был совершенно не виден из-за домов первой линии.

На удивление дверь в это скорбное заведение оказалась не запертой. Андрей и вошел, с порога прокричав вполне привычное обозначение своего собственного присутствия:

— Есть кто живой? — Уже после того, как крикнул, на ум пришло соображение, что в здешних условиях этот его окрик звучит довольно двусмысленно.

Впрочем, своей цели, привлечь внимание кого-нибудь из здешних работников, этот крик все же достиг. Из-за одной из дверей дальше по коридору показался высокий сутулый молодой человек в кожаном фартуке поверх вполне цивильного английского костюма, с гривой белоснежных растрепанных волос на голове.

— Что-то случилось? — Поинтересовался этот колоритный абориген у пришельца.

— Почему сразу случилось? — Удивился Рябов на это предположение.

— Полицейские просто так к нам обычно не приходят. — Кривая усмешка на худом треугольном лице, учитывая место, где они беседовали, смотрелась достаточно зловеще.

— Ну… скажем так, что все, что могло случиться, случилось уже чуть ли не сутки назад. Я сюда прибыл за некоторыми уточнениями по жертвам ритуала из Губернаторского сада. Видите ли, в полиции я практикант и мой руководитель практики — надворный советник Павел Никитович Подъяпольский. — Андрей по возможности старался не говорить неправды, позволяя собеседнику самому додумывать смысловые связки между сообщенными им фактами.

— Проходи…те, — приняв его пояснения, работник морга махнул рукой в сторону двери дальше по коридору, — в той комнате только жертвы из Губернаторского сада и лежат. — Какая вам потребуется от меня помощь?

— Так особо и никакой, — сообщил Рябов любезному работнику морга, — я планирую провести несколько простейших натурных экспериментов, а вы можете, если хотите, вполне продолжать заниматься своими делами.

— Тогда я прошу меня простить, у меня в данный момент, в самом деле, имеется свое дельце, которое до прихода моего начальника в срочности необходимо завершить.

— Да, конечно, я управлюсь и в одиночку, — последние слова Рябов произносил уже в спину лохматого жердяя, тот не стал ожидать последнего ответа незваного посетителя, а отправился обратно в комнату, из которой только что вышел.

Беловолосый скрылся за дверью. Рябов, мысленно пожав плечами, направился в сторону показанного ему помещения. Как говорится, раньше начнешь, раньше закончишь, может даже, если намеченный ритуал удастся выполнить достаточно быстро, еще удастся сегодняшней ночью хоть немного поспать.

Зал, в котором на сколоченных вдоль стены стеллажах были свалены жертвы расследуемого преступления, пришлось осветить при помощи светляка. Ну, не в кромешной темноте же работать. Конечно, помимо заклинания света, хорошо бы здесь сотворить еще и какое-нибудь заклинание освежения воздуха, смердело в комнате с мертвецами прилично, но подобного заклинания Андрей просто не знал. Потому пришлось стоически терпеть. Тем больше выходил стимул, поскорее со всем этим делом разобраться.

Вообще-то общение с духами у них, в училище, позиционировалось в качестве почти без нареканий разрешенного действа. Ну, разумеется, если объектом для вызова и последующего допроса не выступала какая-нибудь именитая фигура, при жизни занимавшая немалый пост.

В данном конкретном случае подобных бывших высоких чинов уж точно не предполагалось, местного главного вора же считать за такового точно не стоило, потому, Андрей огарки своих свечек расставлял вполне уверенно, даже без оглядки на входную дверь.

Завершив свечную композицию и подпалив фитили при помощи огонька, извлеченного прямо из пальца, будущий младший экспедитор тайной канцелярии вынул из кармана листочек, с написанными на нем именами и фамилиями безвременно усопших.

— Волей своей приказываю вам, Афиноген Косой, Осип Оглобля, Сопля, Манька Фармазонщица…, — еще не очень длинное перечисление имен, временами больше похожих на собачьи клички, в конце которого прозвучал жесткий императив, — сию секунду явиться ко мне.

Показатели системных характеристик Андрея Рябова на момент окончания первой главы.

Уровень 13

Очки опыта: 5665\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 14;

Ловкость 16;

Выносливость 20;

Интеллект 23;

Дух 25;

Мана 250;

Порча 48.

Дополнительные характеристики:

Удача 3;

Воля 1.

Свободных очков характеристик 0.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 2

То, что проводимый ритуал призыва духов на этот раз удался ему не слишком, Андрею стало понятно практически сразу, все же в училище, на учебных практикумах он не раз и не два проводил подобные ритуалы. Во всех них наглядным свидетельством силы призываемого духа (или еще и количества этих духов, если ритуал призыва был массовым) была степень отклонения пламени ритуальных свечей. В теории, в случае призыва особо сильного духа, ранга какого-нибудь духовного лидера большой группы народа, свечи могли вообще гаснуть, даруя призываемому некоторую временную свободу.

Конкретно в данном, проводимом ритуале пламя колыхнулось еле заметно. Возможно, если бы Андрей специально пристально не присматривался, так еле видимого мерцания воздуха даже и не заметил бы. Очень слабый дух. И, похоже, один единственный, хоть сколько-то уцелевший.

— Кто ты, скорбный дух, — вопросил он ритуальной, предписанной многолетними канонами фразой, хотя и в глубине души вообще сомневался в практическом значении подобных формализованных словесных конструкций.

— С-сопля… — донеслось, словно издалека, еле слышимое ментальное послание прибывшего духа.

— Сопля, расскажи об обстоятельствах предшествующих твоей смерти! — Подал новую команду молодой проводник темных сил, подавая в сторону горящих свечей первую капельку своей маны.

— Плохо помню…. К нам пришли двое, мужчина и молодая барышня. Я на стреме стоял, провожал их к атаману…. Потом темнота…. Все.

Андрей в раздумье почесал пробивающуюся на подбородке щетинку. В отличие от взрослых мужиков она у него росла еще медленно и очень реденько, поэтому брился далеко не каждый день, но, кажется, завтра перед выходом на практику, уже стоит побриться….

Что касается рассказа духа, несмотря на дополнительные уточняющие вопросы, прояснили они до прискорбия мало. Даже не получилось определить блондинкой или брюнеткой была та барышня. Все же ритуал, хоть и не вытянул до конца душу этого мелкого разбойника, оставив фрагмент для последующего перерождения, но повредил ее вместе с воспоминаниями все же прилично. И по-прежнему оставалось совершенно не ясно, каким образом вообще вся эта толпа народа была доставлена в сад так, что у подобного нашествия не оказалось абсолютно ни одного свидетеля. А ведь опытные душегубы — отнюдь не те люди, чтобы запуганно идти на место последнего упокоения безропотно и добровольно. Поняв, что больше никаких новых сведений вытянуть из Сопли не удастся, Рябов прекратил его подпитку маной и погасил еще не догоревшие до конца остатки свечей.

— Ты свободен, дух, — отдал он последнюю команду, после которой колышущаяся призрачная дымка истаяла в воздухе.

— Великолепное владение начальными приемами спиритизма! Но ощущаются серьезные недочеты в знании практических приемов призыва, — Донесся до Андрея громкий голос от входа в этот зал. Он даже вздрогнул от неожиданности. Это ж надо было так увлечься поддержанием призыва, что напрочь утратил контроль за окружающим. И Илон почему-то тоже до самого последнего момента не предупредил о постороннем свидетеле ритуала.

— Сильный адепт, практикующий темные отрасли искусства, до самого последнего момента смог оставаться незамеченным, — донеслась до полицейского практиканта мысленная оценка незнакомца со стороны Илона, — не уверен, что, в случае боя, даже вдвоем с ним справимся, если только он мой первый удар из невидимости от неожиданности пропустит.

Впрочем, подобная оценка боевых качеств противостоящего мужчины — это не более чем традиция, заведенная еще с первых лет близкого общения Андрея с выходцем из Инферно. Разумеется, биться с местным очень даже не простым работником морга парень отнюдь не собирался.

— Впрочем, несмотря на все ваши способности, вы, молодой человек, помешали мне в полной мере узнать у призрака все нюансы, которые в принципе еще можно было у него расспросить. — Продолжал между тем этот пришелец, внешние приметы которого до сих пор Андреем распознавались крайне смутно. — Пожалуй, я отправлю Павлу Никитычу записку, в которой укажу роль его посланника в принижении возможных результатов дознания.

— Полицмейстер меня не посылал, я сам, по собственной инициативе сюда пришел, — вынужден был признаться Андрей.

— Да? Но, тем не менее, прежде чем проявлять подобную инициативу, вам нужно еще очень много узнать об обращении с духами. Возможно, у вас есть подходящий Класс, даже навык кое-какой наработан. Но почему вы не предоставили призванному вами истощенному духу достаточной подпитки? Это позволило бы ему до определенной степени восстановиться и поведать вам информацию в гораздо более полном объеме.

— Достаточная подпитка духу? Но в таком случае он сможет попытаться вырваться! — С недоумением переспросил Рябов у этого странного человека, припомнив, чему их обучали в училище по данной теме.

— Разумеется, если вы подпитаете призванный дух Наполеона или хотя бы столетнего настоятеля буддийского храма, ничего хорошего из такого дела точно не выйдет, но тут до обретения самостоятельности призванному эфирному существу было еще очень далеко. Учитесь, молодой человек, правильно соизмерять возможные последствия от прилагаемой вами силы….

Однако очень замечательно поговорили. Андрей от этого истинного специалиста узнал очень много нового. Даже совсем почти перестал жалеть, что в результате своего появления в морге практически обеспечил себе завтрашнюю головомойку у полицмейстера. Уже на прощание отважился поинтересоваться природой такой изумительно эффективной неприметности собеседника (он до самого конца беседы так и не смог толком рассмотреть хотя бы его лицо, да и Илон, вроде, о том же сообщал).

— Нет, юноша, это не Отвод глаз, как таковой, — захихикал мужчина сухим дребезжащим смехом. Просто на вас, таким образом, сказывается моя преобладающая магическая природа. Магия смерти очень плохо воспринимается живыми существами. Живым вообще свойственно избегать смерти до последнего.

— Врет он все! — С возмущением объявил Илон, когда они с Андреем уже покинули городской морг и в несколько подавленных чувствах топали в направлении своего дома. — Я-то, в отличие от тебя, чисто энергетическое существо, у меня нет врожденной антипатии к некротике, однако я тоже так и не смог этого мутного господина прозектора как следует рассмотреть. Так что Отвод глаз на себя он все-таки накладывал! Ну, или какой-нибудь другой магический навык с подобным же воздействием задействовал.

После этого, вроде как, вполне обоснованного заявления споры о природе встреченного явления разгорелись с новой силой. Компаньоны друг перед другом много всяких доводов привели, но ни до чего конкретного так и не договорились. Только Андрей вспомнил присказку одного из наставников в их училище: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам».

Свое обещание по поводу записки в адрес шефа Андреевой практики тот странный некромант все же сдержал. Это было видно по тому, как сердито с самого утра разговаривал с практикантом Павел Никитович, и окончательно прояснилось ближе к самому концу утренней планерки, на которой главный городской полицейский ставил цели и задачи своим подчиненным.

— А тебе, Андрюша, друг мой ситный, — сердито нахмурил брови полицмейстер, когда очередь в назначении заданий дошла до Рябова, — и на сегодня, и еще на ближайшие два дня сверх того, ставлю задачу по патрулированию улиц нашего города. А то, как я посмотрю, слишком много у тебя свободного времени образовалось. Благо еще, что Пафнутий Никодимович ту записку с описанием твоих художеств отправил именно мне, а не тому же Малышеву. За Малышева бы ты за срыв дознания одним простым патрулированием улиц точно не отделался. — После чего перевел свой взор на сидящего неподалеку за столом участкового пристава: — Василь Филиппыч, приставь этого неслуха к своему самому наибольшему педанту из всех городовых и пусть данный молодой человек на собственных ногах ощутит, как нелегок хлеб простых полицейских.

— Сделаю, Павел Никитыч, — только и кивнул пожилой, заслуженный полицейский чин, принимая к сведению дополнительное распоряжение начальства.

Таким вот образом, после окончания планерки и отправился практикант из канцелярии полицмейстера в самый обычный полицейский участок, небольшую контору, состоящую всего из двух помещений: кабинета самого участкового пристава и маленькой каморки, в которой в промежутках между выходами на подведомственную территорию коротал свое время остальной наличный состав.

М-да, уж, совсем не так представлял себе Рябов «самых больших педантов». Едва сопроводив проштрафившегося парня до помещения своего участка, участковый пристав подозвал к себе двоих молодых мужчин в полицейской форме, возрастом едва ли хотя бы на пяток лет больше самого Андрея и авторитетным, не предполагающим возражений голосом распорядился:

— Карп, Иван, принимайте в свою компанию третьего залетчика. Андрей Рябов, стажер, после окончания училища. Ваша задача, охломоны, без всяких прикрас показать ему, как у нас тут служба протекает. Ближайшие три дня, начиная с сегодняшнего, он с вами, с утра и до самого вечера. И не вздумайте отпускать его со службы пораньше или еще иные какие поблажки ему устраивать.

Поставив перед подчиненными столь необычную задачу, господин участковый пристав удалился к себе в каморку. У него своих дел выше крыши, а двое озадаченных полицейских недоуменно уставились в сторону Рябова.

— Я не понял, тебя, твое благородие, под наше, с Ванькой начало поставили, что ли? — Задал вопрос один из них, чернявый, с хитрым взглядом записного залетчика.

— Ну, если вы в вашем участке самые педанты, то, выходит, так, — не удержался Андрей от того, чтобы не пошутить, после чего поведал им про напутствие в свой адрес со стороны Александровского полицмейстера.

Через несколько минут, продвигаясь прочь от двери участка, они уже вовсю делились своими впечатлениями от поставленной перед ними, троими, задачи. Даже хихикали временами. И это при всем том, что выполнять эту самую задачу предполагалось в самом неблагополучном, а временами и откровенно разбойном районе города.

— Так потому вы там по двое патрулируете? — Догадался Рябов, выслушав пару-тройку страшилок, поведанных ему его новыми сослуживцами.

— Там и вдвоем местами страшно ходить, — высказался в ответ все тот же Карп, выходивший, судя по всему, среди этих двоих за заводилу. Веселое настроение у него закончилось довольно быстро. — Случись что, так и «Бульдог» может не спасти. У тебя, кстати, твое благородие, револьверт вообще имеется с собой?

— Мне и без всякого револьвера, одной моей магии будет достаточно, — легкомысленно отмахнулся стажер от этого вопроса. — В самом деле, на фоне изученных им боевых заклинаний, простые пули из ручного огнестрельного оружия смотрелись довольно бледно.

— Э, нет, твое благородие, магия магией, а пистоль все одно нужен. Какого-нибудь подвыпившего уличного бузотера всяко сподручнее успокаивать видом «Бульдога», чем сразу же жечь его с помощью магии.

— Понял, принял, сегодня пока без пистолета с вами погуляю, а до завтра попробую эту проблему решить.

Вот так и началось для Рябова знакомство с темной стороной Александрова. Наверное, в любом, более-менее крупном городе, подобный район имеется: Гарлем, Уайтчепел или та же Марьина Роща. В Александрове это было Болото. Не подумайте, что там и в самом деле на улицах разливалась трясина, но в паводки этот низменный участок подтапливало частенько. Потому люди с деньгами там не селились, предпочитая более благополучные районы, а зато всяческого ворья и прочего отребья на Болоте водилось в достатке.

Самое смешное, что попав в этот реально криминальный район, Андрей внезапно испытал странное чувство: он внезапно словно домой вернулся. Ну, небольшие, в большинстве своем уже почерневшие домишки по обеим сторонам улиц, люди, в основном одетые очень скромно, ватага чумазых ребятишек перебежала через улицу, скрывшись во дворе дома напротив. Точь в точь все, как в их улице. Даже канавы вдоль проезжей части для отвода излишней поступающей талой и дождевой воды точно также прорыты.

А вот полицейские, попав в эти условия, как-то на глазах подобрались, превратившись из этаких добродушных болтунов в настороженных хищников. Впрочем, уже через несколько минут Рябов увидел, что подобное поведение со стороны их вполне оправдано. И, нет, никто на них за этот короткий срок так, чтобы явно, не напал. Просто бабка, идущая навстречу с коромыслом и парой пустых ведер, отступила в сторону, пропуская, и, шепча какие-то невнятные слова, сплюнула им вслед.

— Между прочим, на вас, всех троих, наложено самое настоящее проклятие, — мысленно уведомил своего патрона рогатый невидимка, словно Андрей и сам этого не почувствовал. Эх, монахов тут на эту ведьму нет! И вот как, спрашивается, в таком вот случае поступить?

— Бабка, как тебя зовут? — Рявкнул он в спину удаляющейся старухи. Считай, ты допрыгалась со своей порчей, я прямо сейчас же вызываю монахов, пусть теперь они тебя вразумляют. При этом он, словно в негодовании протянул вслед припустившей от них старухи руку и сделал проворачивающее движение кистью с одновременным носовым выдохом. Идущие рядом полицейские вообще не поняли ни того, что на них проклятие наложили, ни ответных действий Андрея.

— Мог бы так-то уж сильно и не жалеть порчи, мысленно прокомментировал его действия невидимый спутник. — За одну-то единицу порчи бабка от силы до вечера проикает.

— Ты, практикант, потише тут, на улицах, себя веди, — почти осуждающе предостерег Рябова Карп. Местные запросто, за подобные необоснованные угрозы в адрес старушки из их квартала, могут и наброситься.

— Необоснованные угрозы? — Хмыкнул парень, — да она на нас всех какое-то проклятие наложила.

— Да иди ты! — Не сразу поверили Андрею его спутники. — С чего ты взял?

— Ну, я все же в училище тайной канцелярии обучался, — скромно признался им Рябов, чем вызвал серию опасливых взглядов в своем направлении. Ага, с подобной реакцией в адрес чинов из этой организации Андрей сталкивался не раз. Спрашивается, какого лешего, если именно экспедиторы и стоят на переднем рубеже защиты обычных подданных императора от происков темных сил? Но вот так вот. Бытует у народа практически твердая убежденность, что, имея постоянные дела с чернотой, нельзя самому в ней не измазаться. Если бы не принадлежность к государственным структурам, те же монахи, проповедующие всеочищающий свет, их бы давно уже в свой острог или даже на костер потащили.

— Твое благородие, а ты нам не врешь часом? — Все же отважился поинтересоваться у него Иван. На него заявление Рябова о наложенном проклятии произвело, похоже, намного более сильное впечатление.

— Зачем бы мне это сдалось, врать вам, — хмыкнул адепт темных сил. — Только не спрашивайте, против чего именно будет действовать наложенная старухой порча. Она еще не внедрилась в ауру, поэтому конкретную точку приложения я определить пока не смогу.

— Так может, там и нет ничего?

— Точно есть. Момент наложения я четко почувствовал. Обучен этому.

— Обучен? Может, тогда и снять ее сможешь? — Карп, в отличие от своего сослуживца сразу перевел разговор в практическую плоскость.

— Сниму без проблем, только не здесь, — Андрей осмотрелся вокруг, указывая остановившимся посреди улицы полицейским на смотрящих на них с разных позиций коренных обитателей патрулируемой ими слободы.

— Там дальше пара заброшенных домов стоит, сможем в них от лишних взглядов схорониться, — высказал идею все тот же сообразительный Карп.

Приняв решение, полицейские быстрым шагом направились в намеченную сторону.

Эх, все же поторопился Андрей, когда зачислял эту слободу в полное подобие района, в котором он проживал до поступления в училище. У них все же люди вокруг места, где живут, так обильно не гадили. Эта мысль в его голове промелькнула, едва они зашли на заброшенное подворье. Такое ощущение, что у всех соседей разом их собственные сортиры переполнились, и они принялись бегать для справления естественной нужды во двор этого вот покосившегося ветхого строения. Такая вонь тут стояла!

— Фу! — Скривился Карп, который, не заметив, вступил сапогом в один из отложенных прямо напротив ворот гостинцев. Он отшагнул в сторону и принялся старательно оттирать пострадавшую обувь сорванным пучком травы.

— Хозяин, опасность! — Совершенно неожиданно закричал Илон, возникая на мгновение из невидимости и отправляя огненное веретено в выскочившую из сарая тварь. Что за тварь присмотреться не получилось, что-то в ней было от человека, а что-то от дикого зверя. А еще она обитала в этих заброшенных постройках не одна.

Второго монстра Андрей ударил магией, находясь уже от него чуть ли не вплотную, уж очень быстрым был этот зверь, после чего, сбитый летящим на него довольно массивным телом, рухнул на землю, удерживая руками перед лицом все еще лязгающую отвратительно зловонной пастью издыхающую тварь. И тут же прямо под ухом загрохотали револьверы полицейских.

Возникшую перед глазами надпись, Ловкость +1, Рябов смахнул, не глядя, не до нее сейчас было, резким толчком отвалил в сторону все еще подрагивающую тушу, одним прыжком вскочил на ноги….

На ноги парень вскочил быстро, но в сражении принять участия уже не успел: огнестрельное оружие в умелых руках сработало практически ничем не хуже магии. Как итог, три туши мертвых существ отдаленно похожих на обезьян, но с зубами явных хищников, а когда победители прошли в дом, то дополнительно обнаружили еще обглоданные человеческие останки и нарисованную масляной краской на полу печать призыва, очень похожую на ту, которая была известна самому Андрею, но не тождественную ей.

— Хомо… антесессор, — прочитал Рябов надписи на древнем языке, начертанные возле луча печати, который отвечал за целеполагание призыва, и, вспомнив уроки латыни, преподаваемые им в училище, перевел: Предок человека. — По всему выходит, ребята, что этот, съеденный тут ученый Гаврик, пытался отыскать вот таким магическим образом недостающее звено между человеком и обезьяной.

— Ну, и сам дурак, называется, хоть и ученый, — эти слова, произнесенные Иваном, стали эпитафией неведомому энтузиасту, который не только погиб в результате своих действий сам, но и подверг серьезной опасности окружающих его людей. Хищные твари, если бы их не уничтожили полицейские, наверняка в самое ближайшее время, проголодавшись, отправились бы на охоту в сторону ближайших домов.

Дальше дружная компания разделилась: Карп поспешил в участок на доклад, Иван с заряженным револьвером наперевес уселся охранять обнаруженную печать призыва, а сам Рябов тоже остался в доме, только переместился в небольшой закуток за полуразобранную печку: нужно же где-то очищающий ритуал, показанный когда-то еще в школе, учительницей, провести. К приезду начальства его форму, изгвазданную в крови и дерьме, очень-очень желательно было привести в должный порядок.

— Так сколько, ты говоришь, чудовищ вы уничтожили? — Допытывался Василий Филиппович Зубатый, участковый пристав, у Карпа, приведшего его, вместе с положенным подкреплением, на место происшествия.

— Три, ваше благородие, — молодцевато отвечал полицейский, преданно поедая, как это и предписано древними уставами, начальника своим преданным взором.

— А почему я вижу здесь их только два?

— Не могу знать, ваше благородие, — и уже не так молодцевато: — украли, стервецы. Тут, ваше благородие, народец такой вороватый, на ходу подметки срежут.

Вот так в результате и получилось, что за успешную и очень опасную операцию Андрея Рябова с товарищами не только не похвалили, но даже за утерю уже вроде как зарегистрированных казенных трофеев объявили им устный выговор.

— Илон, признавайся, ты тушу третьего монстра забрал? — Мысленно поинтересовался Андрей, когда разнос временного начальника стих. — И зачем она тебе вообще сдалась?

— Я забрал исключительно свою добычу. А нужна она, в первую очередь не мне, а тебе самому. Вспомни, сколько денег тебе когда-то отвалили за тушу магического медведя. Неужели монстр из иного мира дешевле будет стоить?

Уровень 13

Очки опыта: 7285\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 14;

Ловкость 17;

Выносливость 20;

Интеллект 23;

Дух 25;

Мана 250;

Порча 48.

Дополнительные характеристики:

Удача 3;

Воля 1.

Свободных очков характеристик 0.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 3

Вот, вроде как, Илон привел очень веские доводы, чтобы забрать его трофей из общей кучи добытых сообща монстров, туши которых целиком отошли в распоряжение полицейского начальства. Да вот только на деле вместо предполагаемых повышенных доходов вышла какая-то ерунда.

Больших денег за тушу монстра в местном магазине, торгующем продукцией алхимиков и зельеваров, Илону давать отказались. Предложили двадцать пять рублей, вроде как, возьмут на пробу, — курам на смех! Правда, обосновали это ничтожное предложение вполне пристойно: в теле убитого животного вообще не ощущалось магии. Понятно, что такая добыча для изготовления зелий вряд ли годится. Ну, и в напутствие, когда Илон продавать за такую цену отказался, посоветовали предложить этого странного зубастого обезьяна в академию наук, может там купят подороже.

— Андрей, ты обещал снять с нас проклятие той бабки, — обратились к Рябову поутру его вчерашние соратники.

Ну, так-то да, обещал. Вот только дела с этими недоделанными монстрами разом закружили, совсем не до этого вдруг стало.

— Обещал, стало быть, сниму. Только где бы этим заняться, так, чтобы без лишних глаз, — вслух призадумался молодой маг.

— А это вообще надолго? И что еще для этого требуется, ну, там стол или ровная площадка? — призадумался Иван над заданным им вопросом.

— Ничего особенного, просто постоите, пока я с вас буду порчу снимать, минут пять максимум, — уточнил характер своего будущего действа адепт темных сил.

— Тогда, может, место во дворе, за отхожим местом сгодится? За ним там забор, чтобы что-то увидеть надо специально за уборную заглядывать.

— Годится. Пошли тогда, пока Зубатый в участке не нарисовался.

Всего с сослуживцев удалось снять четыре единицы порчи. Да плюс те две единицы, которые накануне с самого Андрея снял его инфернальный миньон (с самого себя порчу снимать было крайне неудобно). Зато получившаяся задержка с очисткой от проклятия позволила понять, на что оно было направлено. За ночь темная дымка на телах сослуживцев уже вполне отчетливо сконцентрировалась в нижней части живота. Андрей даже пожалел на минутку, что той старухе всего одной единичкой порчи отдарился. За подобный удар по самому дорогому, что есть у мужчины, этой противной старушенции запросто можно было бы и ноги переломать. Ну, или, по крайней мере, сеанс непрекращающейся икоты сделать не на полдюжины часов, а на пару-тройку суток, чтобы, как следует, прочувствовала, как она была неправа.

Как и предсказывал Рябов, ликвидация проклятия много времени не заняла, порчу выкачал, после чего они, все втроем, в очередной раз получили от пришедшего после утренней планерки у полицмейстера участкового пристава задачу, полностью аналогичную вчерашней: патрулировать район Болота, своим бравым видом мешая тамошним обитателям безобразничать всяческие непорядки.

Впрочем, какое-то отличие в поведении двух городовых, по сравнению со вчерашним, все же имело место быть. Нечто трудноуловимое, какая-то недосказанность повисла, стоило им выйти на улицу за пределы их участка. Андрей даже не сразу понял, что же такое царапает его восприятие, пока внезапно не дошло: ответы его собеседников в разговоре регулярно подтормаживают, словно их мысли во время вроде как непринужденной беседы заняты чем-то совершенно посторонним, чем-то, о чем они не решаются заговорить прямо.

С такими вот, подвисающими от невысказанных мыслей спутниками Рябов прошагал по улицам с полчаса, если не больше, пока вдруг не вспомнил о еще одном не выполненном со вчерашнего дня намерении:

— Карп, а тут, по ходу нашего патрулирования, есть какая-нибудь оружейная лавка? — Спросил он у одного из своих спутников. — А то с этим вчерашним нападением обезьянов все мысли о покупке револьвера из головы вылетели.

— Оружейная лавка? Да есть. Лавка Морозова. Только предупреждаю, что ассортимент у него не такой хороший, как в центре, в лавке Винеров. — Полицейский, переключившись на тему, которую знал очень хорошо, даже разулыбался.

— Но револьверы то у него в продаже найдутся? К примеру, такие же, как у вас?

— Этого добра в любой оружейной лавке навалом, — речь молодого мужчины, получившего благоприятную тему для разговора, ускорилась, утратив так напрягавшее Рябова подтормаживание. — У Морозова даже и новомодные самозарядные пистолеты в продаже отыщутся. Просто у него в принципе меньше фирм-поставщиков выставлено.

В оружейную лавку дошли дворами. Хоть у патрулировавших городовых улицы не было никакого особого резона торопиться, видно было, что и Карп загорелся неожиданным желанием ее посетить. Дверь в искомую лавку оказалась не заперта. Правда, когда в ее помещение ввалилось разом трое в полицейских мундирах, у потенциальных покупателей, которые в этот момент присутствовали в торговом зале, случилось что-то вроде легкой паники. Один даже судорожным движением полез было к себе за пазуху, но вовремя одумался. После чего, хоть и понял, что это не за ним полицейские пришли все же постарался побыстрее покинуть это помещение. Да и другие двое покупателей, по-быстрому свернув разговоры, поспешили восвояси.

— Чего вам, уважаемые, — почти не скрывая раздражения от разогнанных покупателей, вопросил приказчик, стоявший за конторкой прилавка.

— Моему товарищу нужен хороший револьвер, — объявил Карп, взявший на себя за Андрея начало переговоров с продавцом.

— Револьверы все вон в том шкафу, — указал бородатый мужчина в картузе, не делая даже попытки выйти из-за своей конторки для консультации пришедших к нему потенциальных покупателей.

— Вот, смотри, твое благородие, этот Вэбли нумер два, точь в точь, как у нас с Иваном, взял на себя функцию ленящегося продавца Карп, но если ты не слишком стеснен в деньгах, лучше бери Смит-и-Вессон за 32 рубля. Плюс еще сотня патронов за 8 рублей, соответственно, все вместе тебе встанет в сорок рубликов.

— А где тут самозарядные пистолеты? — Андрей вспомнил прочитанные в газетах хорошие отзывы об этих новинках и решил рассмотреть еще и их.

— А это в соседнем шкафу, — Карп, похоже, не хуже продавца знал, где и что тут выставлено. — Ух ты, а почему на Браунинги нынче цена такая низкая?

— Рекламная акция от бельгийской фирмы Fabrique Nationale d’Armes de Guerre, — обиженный торговец все же соизволил ответить на прямо поставленный вопрос. — Только до конца месяца цена на пистолеты этой фирмы всего восемнадцать рублей, пятьдесят копеек.

— Эх, у нас жалованье только пятого числа! — Картинно огорчился Карп, настолько картинно, что Рябов сильно усомнился, что при наличии револьвера его спутник, при всей своей любви к оружию, всерьез рассматривает еще и покупку дополнительного Браунинга. — Бери, Андрей, судя по описаниям, очень удобная машинка.

Рекомендованный товарищем пистолет Андрей купил. К нему еще сотню патронов за пять рублей, что тоже было дешевле продаваемых здесь патронов к револьверам, и, для ровного счета, щегольскую кобуру из рыжей кожи за рубль с полтиной. Но в совокупности это вышли вовсе не все оставленные в этой лавке деньги. Внезапно в мозгу парня возник голос его невидимого спутника:

— Ух ты, двустволка Джефри четыреста четыре! — Бог его знает, откуда молодой черт начитался рекламы про эти крупнокалиберные ружья, но вот, несмотря на высокую цену, загорелся он эту штуку купить. Пары минут не прошло, дверь в лавку распахнулась, внутрь не вошел, а чуть ли не вбежал даже, щегольски одетый молодой человек в цилиндре.

— Мне вот это замечательное ружье, — почти пропел он, схода начиная отсчитывать розовые двадцатипятирублевые купюры. — С таким я на арене с антимагией даже полноценного разрушителя снесу с копыт, — мысленно проинформировал он своего хозяина о причинах столь срочной покупки.

Пистолет Андрей купил, кобуру на поясной ремень приладил. «Хм, вроде, пистолет не такой уж большой, полтора фунта всего, а вес ощущается, надо будет еще дополнительную портупею прикупить», — решил он, — «чтобы ремень так сильно не перекашивало».

Меж тем, напряжение, копившееся в их маленькой компании с самого утра, достигло своего апогея. Переглянувшись между собой, молодые городовые начали со своим молодым спутником давно уже намеченный нелегкий разговор.

— Андрей, только ты не вспыхивай сразу. У нас к тебе поручение… — это Иван разговор начал, замявшись на полуслове.

— На какую тему поручение и от кого? — Поинтересовался в ответ Рябов, понимая, что таким вот образом очень непростой человек на него выйти хочет. С посланием от простого царского подданного молодые полицейские не стали бы мяться так долго.

— Горыня, от Купца, — признался Карп, покаянно опустив голову, — Купец — это… один из трех Иванов, контролирующих наш город со стороны блатных…. Контролировавших… Косой позавчера вместе чуть не со всей своей кодлой сыграл в деревянный макинтош.

— И что этот «уважаемый» человек от меня хочет? — Поинтересовался Рябов, сделав ударение на слове «уважаемый».

— Хочет он узнать, что именно нарасследовали полицейские под управлением этого старшего экспедитора… как его… Малышева.

— Готов обменяться с ним знаниями по этому вопросу, — согласился с предложением сделавший стойку практикант.

— Ну, за Купца мы не решаем, — пошел в отказ Иван-полицейский, и Карп согласно закивал головой, — но свести с его человеком можем, а там уже сам разговаривай, что, почем. Но даже если он просто денег даст, тоже ведь неплохо. Хотя бы этот свой пистолет окупить сможешь.

— В деньгах я не нуждаюсь особо, мне перед начальством надо баллы зарабатывать, — почти правдиво признался Рябов, — а это значит, принести к ним в клюве новую важную информацию.

— За Купца мы не решаем, — еще раз повторил Иван. Вроде даже и нахмурился, но видно было, что доволен. Очевидно, не были они с товарищем уверены в том, что Андрей так спокойно воспримет их предложение. Мало ли, какие особенные тараканы могли бродить в голове восторженного выпускника училища Тайной канцелярии.

Для встречи с человеком Купца городовые привели Рябова в один из центральных трактиров Александрова, «Гнутая подкова», кажется. Надпись на вывеске, выведенная чуть ли не древнеславянским шрифтом, читалась с трудом, но даже Андрею уже доводилось слышать хвалебные отзывы, насколько хорошо тут готовят блюда русской кухни.

— За одним и поедим тут. — Довольным голосом проговорил Карп. — Время обедать, а у нас за то, что тебя привели, тут будет хорошая такая скидка.

Вопреки ожиданиям, внутрь трактира их пустили не сразу.

— Нижним чинам полиции у нас обедать не положено! — Объявил стоящий на входе пузатый бородач в вышитой косоворотке и заправленных в скрипучие сапоги синих шароварах.

— Мы к Кузьме Тарасовичу, — обозначил их намерения Иван, который, очевидно, в общении с криминальным миром был в этой двойке за главного. — Он сам нас приглашал вчера.

— Откуда я знаю, что он вас приглашал? Я пропущу, а меня потом взгреют за это.

— Ну, так пошли за ним кого-нибудь.

К счастью, больше убеждать этого вышибалу не потребовалось. Пробегавший мимо молоденький половой стремглав умчался по его распоряжению за названным важным человеком и уже через пять или десять минут их проводили в отдельный номер.…Точнее, это Ивана с Карпом усадили за стол, а самого Андрея этот же половой позвал пройти за собой.

— Заходи, парень. Гость в дом — радость в дом, — с добродушной, снисходительной улыбкой приветствовал Андрея громадный мужик с висячими, ниже подбородка усами. Если судить по размаху его плеч, так даже без всяких подарков Системы, силу данного великана можно было предполагать никак не менее пятнадцати, а то и двадцати, то есть минимум вдвое превышающую силу обычного, среднего мужчины, не вкладывавшего в данный параметр все свободные очки характеристик, полученные за уровни. Но пятнадцать — двадцать — это если без подарков Системы, в чем Рябов с первой же минуты сильно засомневался.

— У него в комнате активирована система артефактов, — предупредил Андрея его бестелесный в данный момент спутник. — Меня он обнаружить, скорее всего, не должен, хотя до конца я в этом не уверен, но о твоих магических способностях хотя бы приблизительное понимание он точно получит.

Впрочем, и сам адепт темных сил, активировав магическое зрение, заметил в глазах своего нынешнего визави красноватые отблески.

— Невежливо это, без всякого спроса магию на госте применять, — сделав слегка сердитый вид, пробурчал Андрей.

— Только диагностическую, ничего опасного, — еще сильнее разулыбался хозяин помещения, — должен же я знать, стоит ли с тобой вообще вести долговременные дела.

— Так до долговременного сотрудничества нам еще дойти нужно, — отозвался Рябов, отмечая, что красные отблески в глазах его собеседника все же погасли.

— Хорошо, — кивнул головой мужик, — говори, что ты хочешь за то, чтобы время от времени снабжать нас информацией со своего места службы.

— На будущее загадывать не берусь, мои товарищи, которые привели меня сюда, наверное, сообщили вам, что я в полиции человек временный. Меньше, чем через три месяца срок моей выпускной практики завершится, и я перейду на службу совсем в другое ведомство.

— Про твое будущее место службы я извещен. Оттуда нам тоже информация может пригодиться, — согласно покивал головой большой человек. — Да вот прямо сейчас, самые наши насущные вопросы как раз применения темной магии и касаются.

— На будущем месте работы я буду вынужден принести определенные клятвы, поэтому на будущее пока загадывать не берусь, а вот по нынешней ситуации в городе у меня есть кое-какие сведения. К сожалению, не полные. Буду рад обменяться с вами на то, что по случаю в Губернаторском саду известно вам.

— Хм, а просто деньгами не возьмешь? — Если бы не лукавые бесенята в глазах, Андрей мог бы подумать, что его собеседник озадачен.

А дальше начался тот самый обмен сведениями, сопровождавшийся дополнительными расспросами и уточнениями. Не считая нужным скрывать, Рябов поведал, о мужчине с девицей, виденных одним из принесенных в жертву разбойников перед тем, как он окончательно потерял сознание.

— Что за девка, сказать не могу, а вот в тот вечер, когда это все случилось, Афиноген Косой со своими подручными ждал посланца от рода Шаховских, потому и почти всю верхушку своей банды возле себя собрал. Он же, Косой этот, контролировал территорию портового района и, соответственно, все перевозки на судах в среднем течении Наруси. Шаховские начали разработку левитина, а наработанную руду с этим очень важным для строительства воздушного флота элементом хотели в нашем порту перегружать. Вот Афиноген и затребовал себе долю малую, чтобы корабли с рудой дольше необходимого в порту не простаивали.

— То есть вы, Кузьма Тарасович, считаете, что этот громадный по количеству жертв черный ритуал могли Шеховские провести? — Недоуменно переспросил Андрей своего собеседника. Вообще-то дворяне из боевых родов иногда и черной магией для собственного усиления не брезговали, но рудокопам то такие заморочки зачем?

— Вот так я как раз не считаю. Шеховские — добытчики, у них специализация совсем не та. Потому и мой атаман испытывает серьезные опасения, что эти неизвестные могут затеять еще один подобный ритуал провести. Или даже не один. Очень уж направленность в выборе жертв для ритуала выходит очевидная, а у нас в Александрове еще всего лишь два Ивана, смотрящих за другими районами города, остаются.

— Что ж, ваши опасения мне понятны, — согласился Рябов с причиной беспокойства подручного Купца, — могу вас заверить, что лично мне тоже претит принесение человеческих душ в жертву, даже, если эти люди при жизни не вели законопослушный образ жизни. Потому предлагаю и дальше обмениваться друг с другом полученными сведениями, чтобы предотвратить еще одно подобное преступление.

— Согласен. Я обедаю в этом трактире почти каждый день. Если же меня тут не окажется, а у вас будут важные сведения, вы, Андрей Захарович, можете обратиться к распорядителю зала, Егору Мефодьевичу, скажете, что информация для Горыни, и он или в самом скором времени передаст мне сообщенные вами сведения, или, если буду нужен непременно я сам, пошлет за мной одного из половых.

То, что переговоры прошли вполне удачно, неожиданно подтвердила и Система. Перед глазами парня неожиданно повисло короткое сообщение: Воля +1. Наверное, это так подействовало то, что столь неоднозначный человек впервые обратился к Рябову не как-нибудь обезличено, а по имени-отчеству.

Конечно, Кузьма Тарасович предлагал еще в их трактире отобедать, сообщая, что за все съеденное будет заплачено, но Андрей, отказавшись, подался на выход. Во-первых, не хотел быть обязанным пусть вежливым, но все-таки бандитам, а во-вторых, опасался быть замеченным обедающем в этом трактире. Наверняка, полицейские начальники отлично знают, кому это заведение принадлежит, сложить два плюс два много ума не потребуется.

— Это тебе Система подала знак, при помощи какой из своих характеристик ты эти переговоры завершил успешно, — сделал вывод Илон, когда вечером, после возвращения домой, Андрей сообщил ему о повышении своей второй дополнительной характеристики. — Жалко теперь Система требует с тебя просто какие-то несусветные количества порчи за открытие еще одной дополнительной характеристики, очень уж они у тебя выходят полезными.

— Это да, — согласился Рябов, — за первую дополнительную характеристику сто единиц порчи, за вторую — десять тысяч, а миллион даже начинать собирать бессмысленно.

Обсудив еще с Илоном, под каким соусом подать новые разведанные сведения полицмейстеру, Андрей под мурчание своей кисы сладко уснул.

Впрочем, как говорится, солдат спит, а служба идет. В смысле, идет последняя практика, после завершения которой, при отсутствии очень уж серьезных залетов, Рябов будет принят на службу в тайную канцелярию и получит, вместе с заветной должностью младшего экспедитора тайной канцелярии, еще и статский чин аж губернского секретаря. Между прочим, чин двенадцатого класса, положенный ему, как лучшему выпускнику всего их курса, остальные-то с окончанием учебы обычного колежского регистратора получали. Хоть не бог весть, какой чин, но Андрей, признаться, этим своим достижением немало гордился.

Показатели системных характеристик Андрея Рябова на момент окончания третьей главы.

Уровень 13

Очки опыта: 7439\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 14;

Ловкость 17;

Выносливость 20;

Интеллект 23;

Дух 25;

Мана 250;

Порча 52.

Дополнительные характеристики:

Удача 3;

Воля 2.

Свободных очков характеристик 0.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 4

Утро вечера мудренее. В правоте этой древней народной мудрости Рябов смог убедиться в аккурат в самое ближайшее утро, когда поднялся с кровати, чтобы в очередной раз идти на службу. А просто вдруг в голову неожиданная мысль пришла, что нельзя ему просто так сообщать Подъяпольскому добытую у Горыни информацию о намечавшейся встрече принесенных в жертву бандитов с посланцем от рода Шеховских. Доказательств то у него ровным счетом никаких. А Шеховские запросто и отпереться могут. Вот и окажется он, Рябов, в глазах руководителя своей практики балаболом. А ведь Павлу Никитовичу еще в самом ближайшем будущем на прикрепленного к нему практиканта нужно будет характеристику писать…. Не-ет, сначала нужно все как следует самому разведать, задать вопросы представителям этого рода. А уж с полученными ответами можно будет и к полицмейстеру идти. Или нет, если таковых ответов не воспоследует.

Приняв такое решение, Рябов, разумеется, призадумался, а где вообще эти самые Шеховские обитают, и что из себя представляют? Ну и, во вторую очередь, а как ему сделать так, чтобы представители этого рода вообще согласились с ним разговаривать? Ни до чего лучшего не додумался, как послать на предварительную разведку своего миньона. Тот в невидимости проследит, может статься, даже сразу нароет что-нибудь важного. Так вот и получилось, что на этот день они с самого утра с Илоном разделились: сам Андрей отправился на очередное патрулирование Болота, от срока назначенного ему полицмейстером наказания этот самый последний день оказался. А черт же должен был разведать все, касающееся Шеховских, благо начальные наметки, откуда копать, имелись. Ну, Горыня же сказал вчера, что этот род в порту их города затеял заниматься перегрузками добытой ими руды.

Патрулирование в этот день выдалось суетным. Не то, чтобы какие-то серьезные опасности повстречали или преступления предотвратили, но…. Впрочем, насчет несерьезных, это еще, как сказать. Та же визжащая, как поросенок, тетка, которую пьяный муж здоровым таким дрыном под вопли четверых детишек мал-мала-меньше лупил смертным боем. Она ведь запросто могла той экзекуции и не перенести, а за ним бы и ее благоверный, совершенно неожиданно для себя, отправился бы на каторгу. Нужно ли говорить, что и у их детей, в таком случае, судьба вышла бы уж очень незавидной. Так что, Рябов, предотвратив подобное несчастье, ощущал себя настоящим молодцом, пусть, случившиеся при этом окружающие, и сами прочие участники этого инцидента их, с Карпом и Иваном, действий по вразумлению буйного алкаша, возможно, и не оценили по достоинству, сочтя их очередным фараонским беспределом.

В общем, намотали в этот день по босяцкой слободе немало верст, даже обедали, прикупив на пару гривенников по несколько пирогов с вязигой, едва ли не на ходу. Надо ли говорить, что, несмотря на всю свою повышенную по сравнению с обычным человеком выносливость, к себе, на квартиру, вернулся практикант довольно усталым. Вот только отдохнуть, как он в глубине души намеревался, у него не получилось. А все Илон. Черт очень четко выполнил поручение Рябова, вернувшись к хозяину с очень интересной информацией.

Оказалось, Шеховские вовсе даже не местные, губернские, аристократы, здесь у них только в качестве представителя сидел один из младших членов рода, а основные их земли и, соответственно, деятельность, были много севернее, чуть ли не в Восточном Приполярье. Да и младший этот, вот буквально завтра, с утра, собирался отбыть из Александрова по каким-то своим неотложным делам.

— Ну, что же, пошли, будем учинять допрос, пока он, в самом деле, не уехал, — со вздохом поднялся Андрей со своего места за столом, убирая обратно в шкаф со стазисом аппетитно выглядящую еще теплую жаренную утку. Проголодался за этот суматошный день, просто ужас, а поесть толком так и не получилось.

Все же, просто так взять и уйти из квартиры у парня не получилось. Мурка, задрав трубой хвост, выстроилась на выходе впереди него, всем своим видом показывая, что вовсе даже не против и прогуляться перед сном вместе с любимым хозяином. Пришлось Андрею нацеплять на нее артефактный ошейник с наложенными заклинаниями иллюзии и отвлечения внимания. Отвлечение внимания — не невидимость, конечно, но даже подобный артефакт обошелся когда-то Рябову в кругленькую сумму, куда большую, чем изначальная стоимость самой кошки. А что делать? Если уж завел себе такого примечательного фамилиара, приходилось о нем заботиться. По крайней мере, уж обеспечить возможность для прогулок, не пугая окружающих местных жителей, — так точно.

Так и отправились в направление портового района все втроем, причем любому наблюдателю был бы виден один лишь Рябов, остальные два его спутника под заклинаниями оказались замаскированы. Впрочем, наблюдателей не было, будущий младший экспедитор тайной канцелярии специально на эту тему несколько раз проверился. Не то, чтобы подумал, что кому-то он стал вдруг неожиданно так интересен, чтобы аж соглядатаев к нему приставили, скорее просто специально полезный навык нарабатывал.

— О! Смотрите! Салага хочет казаться фараоном! — На подходе к порту встретилась Андрею Рябову компания подвыпившей заводской молодежи, среди которой отыскался один глазастый, разглядевший, что на вроде бы форменном полицейском мундире парня отсутствуют реальные полицейские знаки различия.

— Будущий держиморда, — поддержал его другой. А от словосочетания «держиморда» у раздухарившихся добрых молодцев уже совсем недалеко оказалось и до возникновения желания ему его собственную морду лица поправить.

Нет, разумеется, молодой сыщик, применив атакующую магию, запросто и особо не напрягаясь, разогнал бы всю эту компанию. В конце концов, магия не зря в имперском законодательстве приравнивается к владению огнестрельным оружием. А ведь даже на шашку только дурак с голой пяткой или, допустим, кулаком полезет, магия же — по мощи воздействия уже даже далеко не холодное оружие.

Вот только применение магии против подданных его величества… даже если сможет самооборону доказать, никаких нервов потом на писанину по этому поводу не хватит. Опять же, нынче на кону стоит его служба в тайной канцелярии, а там подобное выставление на всеобщее обозрение уж точно не приветствуется. Короче, недолго думал, подозвал Мурку, нащупал на ее ошейнике переключатель режима воздействия….

— Не бойтесь, ребя, точно вам говорю, это всего лишь иллюзия, — закричал все тот же глазастый парнишка вслед прыснувшим во все стороны приятелям. — Ну, сами своими головами подумайте, откуда тут у нас настоящему тигру взяться!

И чтобы доказать приостановившимся приятелям свое бесстрашие, он, с занесенным для удара кулаком шагнул в сторону Рябова.

Бог его знает, владел ли этот человек дополнительной характеристикой «Внимательность», какими-то зачатками магического зрения, благодаря которым смог разглядеть, что огромная саблезубая полосатая страшилища является всего лишь магической картинкой или, в самом деле, основывался на чисто логических рассуждениях. Вот только к его огромному несчастью под действительно всего лишь магической иллюзией скрывалась вовсе даже не иллюзорная кошка размером с этого самого тигра. И надо сказать, очень-очень сердитая кошка. Нападения на своего обожаемого хозяина она этому пьянчуге спускать уж точно не собиралась.

Подвыпившие друзья храбреца с безопасного расстояния с подступающим ужасом наблюдали, как огромный полосатый хищник с клыками чуть не в предплечье длиной одним беззвучным прыжком, сопровождаемым ударом передними лапами в грудь, опрокинул их неразумно храброго приятеля после чего сомкнул свои чудовищные челюсти на его лице.

Ну, точнее это им с перепугу померещилась именно такая картина, после чего они, оглашая окрестности громкими испуганными выкриками, помчались кто куда, врассыпную. На деле же Мурка вовсе даже не укусила, а всего лишь лизнула свою добычу в лицо. А просто ей такое вот действие отчего-то показалось ужасно смешным. Вместе с единицами интеллекта она переняла от своего хозяина и некоторое, довольно своеобразное чувство юмора.

И да, лизнув всего один разок, больше издеваться над этим несчастным кошка не стала. И без того, тому придется в срочном порядке свои портки стирать.

Разобравшись, таким вот образом, с нападавшими, Андрей Рябов вновь установил переключатель на ошейнике своей питомицы в режим отвлечения внимания и поспешил дальше в направлении порта. Шутки шутками, но нужный ему господин в любую минуту запросто мог покинуть не только свою контору, но вообще их город, потому им следовало очень поторопиться.

К дверям конторы, которую занимал представитель рода Шеховских, они успели просто донельзя как вовремя: тот как раз дверь открывал, чтобы после рабочего дня отправиться не то до дома, не то сразу на железнодорожный вокзал или на станцию междугородних дилижансов.

— Прошу прощения, — обратился к нему Андрей, изобразив на своем лице самое что ни на есть скучающе-казенное выражение. — А я как раз к вам отправлен.

— В чем дело? — Поинтересовался этот лощеный господин у Рябова, демонстративно вытянув за цепочку из нагрудного кармана брегет и взглянув на показания его стрелок.

— Я у вас много времени не отниму, — затараторил молодой сыщик, крайне сильно опасавшийся, что вот сейчас этот господин наотрез откажется с ним разговаривать. Все же представитель благородного рода, а у тех еще с конца прошлого века очень часто начала прослеживаться известная антипатия к полиции. — До нашего управления дошли сведения, что представители вашего рода буквально на днях назначали встречу известному грабителю и бандиту, Афиногену Косому….

— Не было никакой встречи, — едва ли не фальцетом совершенно неожиданно завопил важный господин, — и вообще, я требую немедленно оставить меня в покое! — После чего, шагнув назад, в свою контору, с силой захлопнул створку двери прямо перед носом Андрея.

— Припадошный какой-то, — проворчал Рябов, в процессе возвращения обратно домой обдумывающий незадавшуюся беседу. — С чего он вдруг так перепугался?

— Так я на него проклятие правды незаметно наложил, — хмыкнул из невидимости молодой черт.

— Ну, и зачем ты это сделал? — Расстроился Рябов. — Теперь-то уж точно он меня даже близко не подпустит. Ладно, если еще жалобу на меня полицмейстеру не напишет.

— Зато ты теперь точно знаешь, что Шеховские с Косым не встречались. А так бы, даже если он с тобой и стал разговаривать, пойди, пойми, что из сказанного им правда, а что нет.

— Все же, как-то уж очень сильно он испугался. И разговаривать сразу же отказался, как только понял, что не может отвечать неправду. — Призадумался молодой сыщик. — Явно есть что-то, что он скрывает.

— Мало ли. Вы, люди, вечно что-то скрываете. Может, у него любовная интрижка с одной из убитых воровок, к примеру, была.

— И все же, не мог бы ты, Илон, еще немного проследить за этим господином. Похоже, мы его сильно напугали, он сейчас запросто может какие-нибудь разговоры отправиться разговаривать, которые могут быть для нас интересны.

— Как скажешь, хозяин, — хмыкнул выходец из Инферно перед тем, как двинуться в обратный путь к конторе этого подозрительного господина. Так-то, ему с подобным заданием даже интересней выходило: сейчас, по возвращении же Андрей вскоре спать завалится, а вот чертям сон не требуется в принципе.

Собственно, дальше все и произошло строго по представлениям Илона: возвратившись к себе, на квартиру, Рябов, покормив Мурку и сам, выпив еще чашку чая, завалился спать. Чтобы вовремя прийти на планерку к Павлу Никитовичу, ему нужно было с утра выходить на час раньше, чем это требовалось бы для начала патрулирования вверенной ему на время наказания территории Болота. Ну, да, даже у наказаний бывают и светлые стороны.

А вот утром будущий младший экспедитор был разбужен все тем же Илоном. И не сказать, что новости сообщенные молодым чертом своему хозяину того сильно порадовали:

— Хозяин, ты знаешь такого чина в полиции: Абашев Александр Аристархович.

— … Александр Аристархович? Вроде слышал, как Подъяпольский так называл одного из своих главных подчиненных… у него еще две звездочки на погонах…. Ну, да, точно, коллежский асессор, частный пристав по должности. Вверенная ему часть отвечает за порядок в центральной части Александрова. А что?

— Этот Шеховский, к которому мы вчера подходили, сразу после разговора с тобой, прямиком к нему отправился. Потребовал разобраться, чтобы больше полицейские по поводу Афиногена Косого ему вопросов не задавали. Что-то там в их разговоре было, что Шеховский, назначая разговор с бандитами, действовал чуть ли не по просьбе этого полицейского.

— М-да, нехорошо получится, если, не успею я у Подъяпольского появиться, ко мне этот самый частный пристав свои претензии предъявит… — призадумался Рябов над могущей с ним приключиться неприятностью. Однако думай, не думай, а на практику в полицейскую управу идти все равно надо.

Впрочем, с утра, на планерке у начальника, никто никаких претензий к Андрею предъявлять все же не стал. Наоборот, сам господин полицмейстер при виде своего стажера расплылся в добродушной улыбке и сдвинул в его сторону по столу папку с бумагами:

— Вот, полюбопытствуй, юноша, какую информацию мои орелики для Малышева тут собрали. Ты же, насколько я знаю, этим делом так и не прекратил интересоваться?

Слушая одним ухом, ведущиеся в кабинете городского полицейского начальника текущие служебные разговоры, Андрей бегло, но очень внимательно вчитывался в представленные его вниманию бумаги. В принципе, по сравнению с уже известным самому Рябову, так не так уж и много тут было новой информации. Правда, список погибших во время жертвоприношения все же заполнился до конца, не оставляя никаких пунктов для домыслов.

Итак, девять пунктов, девять опознанных тел погибших. Информации в предложенных Андрею Павлом Никитовичем листочках, в общем-то, было немного больше, но всю ее для удобства можно было свести буквально к нескольким более-менее стандартизированным пунктам.

Афиноген Толстощеков (Косой) — главарь банды;Осип Крылов (Оглобля) — бандит;Иван Ложкарев (Шарманщик) — бандит;Семен Сопля — точная фамилия неизвестна, бандитская шестерка;Мойша Лебензон — скупщик награбленного;Мария Полищук (Манька Фармазонщица) — воровка, подруга Афиногена Косого;Сонька Позолоти ручку (точное имя и фамилия не известны) — воровка, но к банде Косого, вроде как, отношения не имела и вообще в город приехала всего чуть больше месяца назад;Ефим Подшивалов — мещанин, проходил по следствию в качестве главного подозреваемого в убийстве его супруги, Подшиваловой Евдокии Матвеевны. Вина данного мещанина до конца не доказана. Сергей Иванович Карамурзин — молодой дворянин, в связях с преступным миром не замечен.

Из девяти пунктов только два последних для Рябова были в новинку. И вовсе не удивительно, что их не сразу опознали. Полицейские, определив личности первых жертв, все свои силы направили на поиски в определенном направлении. Оба же этих последних персонажа довольно сильно выбивались из числа прочих жертв черных сектантов. Последний — так вообще непонятно, каким боком сюда затесался. Андрей просто нюхом почувствовал, что при более углубленном расследовании касательно этих двух последних, у него могут появиться какие-нибудь важные зацепки. Впрочем, то же самое, пусть и в меньшей степени, касалось и воровки Соньки. Каким-то образом же она оказалась в этом скорбном списке.

— Ну, что, практикант, — обратился к Рябову отчего-то в это утро добродушный полицмейстер, — есть какие-нибудь соображения по этому делу?

— Только то, что последний из этого списка вообще не имеет никакого отношения к преступникам. — Изо всех сил изобразил рассудительность Андрей. При этом он точно также старательно уклонялся от каких либо суждений по данному вопросу. Во-первых, по столь краткой информации ничего путного не определишь, а во-вторых, очень не хотелось вновь нарываться на возможное неудовольствие своего временного начальника. Шарахаться день-деньской по неблагополучному району почти без всякого толка ему не слишком понравилось.

— То, что мы не знаем о его преступной деятельности, вовсе не означает, что ее не было! — Со значением произнес тот самый коллежский асессор Абашев, о котором его с утра предупреждал Илон.

— Ну-ну, давайте, Аристарх Александрович, все же не будем наговаривать лишнего на жертву сектантов, не имея к тому никаких доказательств. — Со значением произнес Павел Никитович, на чем обсуждение по данному вопросу и закончилось. Ну, не их это дело, раз расследование взял на себя сам Малышев!

Признаться, Андрей грешным делом и подумал, что его общение с частным приставом, к которому обратился непонятно с чего напуганный Шеховский, этим кратким обменом фразами на планерке у полицмейстера и закончится, но его благородие, господин Абашев решил все же с любопытным курсантом более плотно переговорить.

— Андрей, не знаю, как вас по батюшке, — вполне дружелюбно обратился этот полицейский чин к парню, когда они в числе прочего людского ручейка после объявленного окончания их планерки спешили выйти во двор.

— Захарович.

— Так вот, Андрей Захарович, ко мне обратился мой хороший знакомый, Матвей Лукоянович Шеховский, с тем, что вы задавали ему некие вопросы касательно назначенной им встречи с убиенными в нашем саду бандитами….

Андрей молча, терпеливо ждал продолжения затеянного с ним разговора. И дождался.

— Уверяю вас, мой друг, Матвей Лукоянович, в этом ужасном преступлении совершенно не при чем. О встрече с бандитами он договаривался исключительно по моей просьбе. Была у меня, знаете, мыслишка немного их припугнуть, чтобы не мешали уважаемому роду вести дела в нашем с вами городе. Только на эту встречу они так и не пришли. — Аристарх Александрович замолк, выразительно глядя в глаза практиканта. — Надеюсь, я ответил на все возникшие у вас вопросы, Андрей Захарович?

— Да-да, конечно, — почти машинально ответил на это сильно задумавшийся молодой сыщик, — абсолютно на все, господин участковый пристав. Благодарю.

И уже глядя вслед уходящему со двора полицейскому офицеру, подумал: «Знать бы теперь еще, зачем ты мне соврал насчет якобы не пришедших на встречу бандитов… ваше благородие».

Глава 5

«Ну, вот, давно бы так»! — Именно такими мыслями встретил молодой практикант объявление Павла Никитовича, курирующего прохождение его практики полицмейстера, о том, что отныне Андрей Рябов назначается ответственным за доставку сведений, касающихся черного жертвоприношения в губернаторском саду, от полицейских к курирующему это расследование старшему экспедитору тайной канцелярии Малышеву. Ну, в самом деле, Андрей же все эти годы не на городового обучался, чтобы вот так бесхозяйственно использовать обученного специалиста на заданиях для нижних чинов.

Впрочем, энтузиазм парня изрядно приугас, когда будущий старший сослуживец молча принял у него из рук папку с именами и характером занятий жертв, при этом не обратив абсолютно никакого внимания на горящие энтузиазмом глаза молодого сыщика.

— Значит, чтобы привлечь его внимание, нужно самому продолжить проводить расследование! — Сделал совершенно не очевидный вывод Андрей Рябов, обсуждая свои будущие планы с подчиненным ему чертом.

— Ну, и в каком направлении ты будешь проводить это свое расследование? — С почти неприкрытым скепсисом в голосе вопросил Илон своего излишне оптимистичного хозяина. — Даже Шеховский уехал из города, и духи убитых не отзываются на призыв. Куда копать-то?

— Духи убитых не отзываются… — повторил вслед за своим чертом будущий младший экспедитор. — О! Придумал! Нам на учебе рассказывали о ниппонских оккультных практиках. Так вот, они не только духов умерших людей вызывают, но и духов вещей и даже духов места. Как думаешь, у того шалмана, где вечерами собирались убитые члены банды, имеется свой дух места?

— Должен быть. — Уверенно кивнул головой Илон. — Духи места же концентрируются из самых сильных эмоций тех разумных, которые там бывали. Бандиты же почти наверняка там над своими жертвами измывались.

— Во-от! — Протянул Андрей, в голове старательно обкатывая мысли, на чем еще им с чертом можно заострить свое внимание, чтобы распутать это таинственное преступление. — А еще я просто таки носом чую, нужно нам сосредоточиться на тех жертвах из списка, которые с бандой Косого не связаны. К примеру, тот молодой дворянин. По какой причине он оказался принесенным в жертву среди всех этих жуликов и разбойников?

— Тогда еще и номер восьмой. Ефим Подшивалов. Тоже по описанию совсем даже не похож на бандита.

— Точно. Пусть он даже и находился под следствием, но ведь, к примеру, в газетах о том, что он убил свою супругу, вряд ли писали. Вообще мало людей об этом знало. А в жертву его, как преступника, все же принесли. Ну, наверное, как преступника. Займись им, а, Илон? Там для начала нужно в полицейском архиве это его дело почитать, какие там имена фигурируют? А меня, практиканта, в тот архив вряд ли допустят.

— Тебе, хозяин достаточно только приказать, — хмыкнул черт, показательно ухмыльнувшись.

— Ой, да не начинай опять! — Взмолился его хозяин, на что получил очередные ворчливые сетования:

— У всех призывов хозяева, как хозяева. Приказывают, унижают. Мы, свободолюбивые черти, боремся с магами-эксплуататорами, улучаем моменты…. А с тобой, хозяин, даже бороться толком не получается.

— Тебе не нравится со мной? — В принципе, эта тема разговора возникала между ними уже далеко не в первый раз, и даже не во второй, поэтому Андрей особо показным недовольством своего миньона не заморачивался. Вот и сейчас черт внезапно сменил недовольную моську на улыбающуюся:

— Очень нравится. Но нужно же мне хоть иногда вслух проговаривать имеющиеся между нами условия. Так я ощущаю себя еще вдвое более счастливым. А в полицейский архив я этой же ночью сбегаю, когда там лишних свидетелей не останется.

В архив ночью, а вот первое посещение бывшего логова банды Рябов решил совершить в светлое время суток. Это не какой-нибудь тайный схрон был, а вполне себе и ныне действующий склад на припортовой территории. Так что морду кирпичом, складочки на кителе, один в один повторяющем полицейские мундиры, разгладил и вперед. Вряд ли кто будет задавать вопросы, чего там крутится этот полицейский, все же не район Болота, в припортовой территории к полиции относятся со всем уважением.

— Есть ментальная активность! — Озвучил невидимый черт то, что Андрею уже и без его комментариев было понятно. — Испортили разбойнички местность, истончили грань с иными планами. Как еще тут вообще аномальная зона до сих пор не сформировалась!

— Хорошо, теперь надо поблизости отыскать безлюдное местечко, чтобы попытаться установить связь со здешним духом места. Если он столько силы на людских эмоциях сумел набрать, наверняка с ним можно будет установить полноценный контакт.

— Место без людей подыскать не проблема, вон, рядом с интересующим нас складом какое-то строение с перекошенной створкой ворот. Не думаю, что будь у этого места владельцы, ворота так и болтались бы сиротливо. Только, хозяин, как-то уж очень тоскливо тут. Как бы не призвать своими действиями какое-нибудь страшилище, с которым сами потом не справимся.

Все же не убедил черт Рябова, уперся он, обрадовался, что его идея с имеющимся на этой местности духом оказалась верной. В самом же деле, если удастся призвать более-менее разумного духа этого места, тот запросто сможет показать произошедшие в недавнем прошлом события. Иллюзиями почти все хоть сколько-то осознавшие себя духи пусть в малой степени, но владеют.

Не закрывающиеся ворота препятствием для парня, разумеется, не стали. Прошел на двор, внимательно посматривая вокруг. Похоже, уже не первый год пустует этот склад, вон, все вокруг высоченным травяным сухостоем, еще с прошлого года, поросло. Разве что в одном месте, среди сухих стеблей, какая-то еле заметная тропинка, ведущая в аккурат к стене склада, в котором погибшие разбойники устроили свое логово, проглядывает.

— Как будто тут таскали что-то, — прокомментировал замеченную особенность глазастый сыщик. — Нисколько не удивлюсь, если у них в этой вот стенке потайная дверка устроена.

— Может, и таскали тут разбойнички свою добычу, нам-то что за беда, — флегматично отозвался на догадку хозяина черт. — Ты же, хозяин собираешься тут своим дознанием жертвоприношения заниматься, а не украденное искать.

— Ну, так-то да, — вернулся мыслями к своей задумке любопытствующий практикант.

Как там им свои уроки отставной старший экспедитор Аверьян Силантьевич Тихомиров на дополнительном занятии по этой теме доводил? Очистить от мусора ровную площадку на земле, символизирующую поверхность стола, плеснуть в стеклянную стопку Spiritus vini, насытить прозрачное содержимое маной смерти до достижения насыщенного зеленого окраса. Положить рядом со стопкой разломленный пополам пирожок. Хоть обычно и используют мясную начинку в пирожках для этого дела, но вообще она может быть любой, хоть капустной, а вот винный спирт годится только крепкий, двойной очистки. Меньший градус не сможет удержать в себе достаточное количество некроманы.

Вспоминая всю последовательность действий, Андрей осуществлял их строго по пунктам, одно за другим. Четверть штофа первача и шесть небольших пирожков с зайчатиной он купил еще по дороге сюда. Один пирожок — для ритуала, а остальные просто собирался съесть, как от прогулки на свежем воздухе проголодается. Очень уж духмяный запах от этой стряпни исходил, не удержался.

— Приди дух этого места, не побрезгуй угощением, — произнес Рябов фразу, завершающую первую часть ритуала. По-русски произнес, без выпендрежа с разной латынью или еще какими мертвыми языками. Аверьян Силантьевич по этому поводу особо перед своими учениками прошелся:

— Дух на русской земле обитает, с чего бы ему на языке царя Навуходоносора или даже Великого Цезаря разговаривать? — Задал он тогда им вполне логичный вопрос.

Теоретически, ответом на действия проводника темных сил должно было стать выцветание зелени в стопке со спиртом до его обычного бесцветного состояния. Ну, с той же стороны бестелесное существо, пока не напитается предоставленной маной, возможности его воздействия на телесный мир сильно ограничены.

И окрашенный некроманой спирт действительно стал выцветать. Быстро. Даже очень быстро, что свидетельствовало о немалой силе пошедшего на контакт астрального существа. Но вместе с тем вокруг импровизированного «столика» завертелась круговерть теней. Андрею даже захотелось себя по черепу постучать для исправления наметившихся проблем восприятия. Как-то не сразу укладывалась в голове эта картинка теневого мерцания прямо под льющимися с небес солнечными лучами.

— Хозяин, предлагаю прервать переговоры и бежать, он же этот твой пирожок реально жрет, — донесся до Рябова панический посыл его миньона, — Тут же, даже без твоей дополнительной подпитки, уже сущность минимум четвертого, если не пятого, уровня опасности вырисовывается.

— Сильный, значит, точно сможет в подробностях весь тот вечер у бандитов показать, — вопреки чаяниям Илона уперся Рябов. На самом деле, и ему очень хотелось задать стрекача, только сформированное на основании прочитанных книжек представление о достойном поведении настоящего экспедитора тайной канцелярии его и удерживало. Ну, и надежда разом продемонстрировать свои выдающиеся способности перед возможным будущим начальником, не без этого, конечно.

Локальное светопреставление, точнее теневерчение, меж тем мало-помалу сошло на нет. Снова, как прежде, с неба светило солнышко. Вот только на расчищенном пятачке «стола» исчезло все выложенное туда угощение: пирожок растворился в тенях, словно и не бывало, да и стопка, сдвинувшись ближе к краю «стола», зияла своей полнейшей пустотой.

— Приветствую тебя, безымянный дух, — обратился Андрей к, казалось бы, пустому месту по ту сторону «стола». — Аверьян Силантьевич по этому поводу особо наказ давал: в магии призывов разумных сущностей соблюдение элементарной вежливости — зачастую залог долгой жизни. Разумные-то они разумные, но зачастую думают совершенно не так, как люди, и вежливость тут что-то вроде ограды, направляющей поток общения в требуемое русло.

«Чего… тебе… маг… от нас… нужно…»? — зашелестело, завыло в его сознании на разные голоса. Очень похоже, что когда-то в этих местах очень много людей испытывали запредельно сильные эмоции.

— Готов дать тебе имя, безымянный дух взамен на показ нужной мне картинки из здешнего недавнего прошлого. — Предложил Андрей, как учил его наставник. Имя для осознавшего себя духа — одна из самых желанных вещей на свете. Для спиритуалиста, предложившего ему имя, нареченный дух очень многое может сделать.

— Имя? — Заголосило, завыло у Рябова в голове сразу множество голосов. — Имя — это хорошо! С именем я стану цельным!.. Смогу покинуть это место… смогу отомстить! Имя! Я выбираю себе имя Легион!

Ой-ой-ой! Надо было сразу слушать советы черта и бежать отсюда со всех ног! Про подобную ситуацию Аверьян Силантьевич тоже рассказывал. Очень редко в практике призывателя-спиритуалиста встречается такая ситуация, когда маг случайно начинает проводить ритуал имя наречения с уже полностью сформировавшимся и осознавшим себя духом. Потенциально он уже существует, и мысли, и желания у него уже тоже присутствуют, только не в тварном мире, а где-то в потустороннем, в ментале там или астрале. Одним знанием его имени таким уже точно управлять не выйдет. Ситуация, если приводить наглядную аналогию, выглядит в этом случае следующим образом: маг с какой-то своей целью создает и кидает небольшой камень… в горах. Хорошо, если тот камень просто лязгнет по другому камню, а не как в этот вот раз, вызовет мощнейший камнепад.

— Легион — не подходящее имя, с ним ты не сможешь стать цельным, — попытался еще исправить ситуацию незадачливый маг, — не сможешь ставить перед собой цели и задачи.

Параллельно с разговором Андрей попытался ощутить хотя бы один из каналов, связывающий сосуд маны этого духа, расположенный в каком-то из иных планов с буквально на глазах формирующимся в этой реальности физическим его проявлением.

И все-таки это ему удалось! Любой другой маг в этой ситуации, пусть даже намного более опытный, мог бы даже не пытаться, у духа его мана — часть его самого, где мана, а где сам дух — не различишь. Но в том-то и дело, что в данный момент, какой-то частью именно ЕГО, Андрея, мана. Этот очень сильный формирующийся «Шумный дух», или, как его еще за пределами Империи называли «Полтергейст», буквально только что поглотил немалую порцию Андреевой некроманы. И пока условие ритуала, во время которого она и предоставлялась, не было до конца выполнено, молодой адепт темных сил сохранял некоторую связь со своей маной.

— Илон, подпитай меня хаотическими эманациями, — мысленно обратился Рябов к присутствующему рядом с ним в бестелесности миньону. Ну, черт же, у него родство с хаосом имеется от рождения.

— Ты уверен? — Уточнил черт у своего хозяина, — потом тебе от хаоса может быть очень плохо.

— Главное, что плохо БУДЕТ! — Андрей выделил интонацией последнее слово. — А вот если мы еще чуток промедлим, в своем будущем я буду уже не так сильно уверен.

И эманации хаоса потекли от Илона к Рябову. Сначала парень от соприкосновения с хаосом ощутил, как зачесался его кончик носа, потом понял, что это вовсе и не нос у него чешется. Потом небо начало очень быстро меняться с землею, а ноги с руками и почему-то с левым ухом. А потом Андрей наложил полученные хаотические эманации на все еще отдаленно воспринимаемую почти своей некроману.

Вспышка молнии пробежалась по телу дезориентированного мага зудящей стаей очень деятельных муравьев. Взметнувшийся от расчищенной поверхности «стола» маленький холодный смерч вызвал ожог на коже. Десятки разнокалиберных голосов раздираемого хаосом шумного духа атаковали стробоскопом вспышек, от которых не защищали веки. Чувства путались, меняясь местами. И, тем не менее, Андрей каким-то непонятным образом вполне даже отличал, что это именно голоса, а не, допустим, полярное сияние.

В себя Рябов пришел валяющимся ничком на пыльной, заросшей сорняками поверхности двора. Очень сильно жгло кожу лица, в голове нудел знакомый голос черта:

— Хозяин, давай уже приходи в себя. Сам же помнишь, что у меня с целительством полный завал.

— Что там с духом? — Вопросил Рябов, параллельно со своим вопросом сплетая первое заклинание малого лечения. Нет, если бы избавиться от того противного комариного писка в ушах, мог бы и на среднее лечение замахнуться, а так не рискнул.

— Нормально все с духом, разорвало его на сотню маленьких сущностей. Ты давай, поднимайся. Как бы после устроенного нами светопреставления сюда какие-нибудь монахи или деятели тайной канцелярии не набежали.

— Эх, значит, узнать, кто все-таки поспособствовал разбойничкам Косого в их отправлении в мир иной, мы не сможем, — вздохнул неудачливый сыщик, взгромождая себя на ноги и пытаясь хоть как-то привести себя в порядок.

— Пусть тебя, хозяин, утешает, что ты, развеяв столь сильного духа, очень многих обывателей спас от смертельной опасности. — Немного нервно хохотнул на эти Андреевы сетования Илон.

И в этот момент, словно дождавшись последних слов черта, Система вывесила перед глазами молодого мага свое сообщение:

Победив с помощью осознанного применения своих способностей очень серьезного врага, вы доказали свою зрелость. Предрасположенность к тьме повышена. Ранг ученик повышен до ранга подмастерье. Ваши проклятия получают +60 % к силе и длительности воздействия. Чувствительность к темным эманациям повышена, понимание эффектов магических структур повышено. В дополнение к уже имеющемуся источнику маны у вас сформирован очаг порчи. Порча 250\250.

Интеллект+1; Дух+1; Воля+1.

— Мне Система изменила мой класс, — отчего-то шепотом сообщил Андрею Илон. — Отныне я перестал быть чертом.

— И кто же ты теперь? — Поинтересовался парень, все еще пытаясь осознать результаты произведенных с ним самим по воле Системы изменений.

— Еще не решил. Мне на выбор предложено два пути: начинающий лорд Инферно или демонический паладин, он же демон-хранитель.

— Лорд Инферно — это же круто? — Заинтересовался Андрей, временно отложив размышления о своих собственных изменениях в долгий ящик.

— Круто. — Покивал головой уже не совсем черт, сделавшись видимым. Впрочем, пока на его внешности предложенные Системой изменения еще совершенно никак не отразились, все тот же франт в шелковом одеянии и в цилиндре на голове. — Только, как я прочитал в описаниях, после принятия этого ранга, я буду вынужден покинуть Землю и вернуться обратно в Инферно. Наш с тобой договор тоже при этом расторгается автоматически.

— Не может быть! — К такому вот удару со стороны Системы Андрей был совершенно не готов. Как-то так незаметно получилось, что вредный, ехидный выходец из Инферно занял в его сердце и жизни очень много места.

— Сам в шоке, — проворчал Илон, скорчив скорбную рожицу. — Считай, от мечты всей моей жизни приходится отказываться. Не быть мне Лордом Инферно, как теперь в глаза однокашникам буду смотреть.

— Погоди, как это не быть Лордом Инферно? — Переспросил Рябов, решив, что просто неправильно понял слова своего инфернального друга.

— Ну, так. Ты же без меня тут совсем от скуки зачахнешь, — продолжил свою речь Илон. — Потому я и выбираю класс демонического паладина с фокусировкой центра своего внимания на тебе, хозяин. — И только совсем уж скорбный разумом или сильно тугой на ухо услышал бы в этом «хозяин» интонации реально подчиненного существа. По крайней мере, Андрея, хорошо знакомого с бывшим чертенком, от произнесения этого слова в данном контексте, так аж передернуло. Сразу же в голове всплыла мысль, что надо бы с этого момента потщательней все вокруг себя проверять, а то хорошо, если кофе соленым окажется или на кнопку случайно усядется. Демоническая фантазия в плане розыгрышей своего «хозяина» ведь может оказаться и много изощренней.

Правда, судя по всему, первой жертвой розыгрыша со стороны Системы стал сам демон. Едва отзвучали его последние произнесенные слова, его замечательный чесучевый костюм трансформировался в железные латы. Соответственно, цилиндр на его голове, сделавшись текучим, полностью закрыл лицо, преобразившись в рыцарский шлем с наглухо закрытым забралом.

— Не понял! — Глухо донеслось из-под забрала. — Так мы не договаривались.

И настолько эта ситуация с наезжающим на глаза шлемом показалась Андрею комичной, что он, не удержавшись, весело хихикнул.

Впрочем, эта ситуация с доспехами продолжалась не слишком долго. Похоже, Илон в какое-то дополнительное системное меню вошел, поскольку из-под шлема донеслось:

— Ага, вот тут как все устроено. А если мы галочку сюда поставим?

И тяжелые, отливающие воронением латы внезапно вновь преобразовались в уже привычный шелковый костюм. Лишь еще шлем на некоторое время подзадержался на голове, но и он сдался, преобразовавшись снова в цилиндр.

— Виноват, исправлюсь! — Поднял перед собой руки Рябов, как бы сдаваясь, в ответ на задорный многообещающий взгляд друга.

— То-то же, — объявил демон, снова переходя в бестелесность.

И то, на улице, за перекошенными воротами уже вовсю раздавались людские голоса. Службы экстренного реагирования спешили на место сильных темномагических эманаций.

Уже вечером, вернувшись домой после утомительных заполнений всяческих отписок и объяснительных по поводу своего присутствия на месте таинственного происшествия, Рябов вызвал перед своими глазами список своих системных характеристик. Не сказать, чтобы очень уж кардинальные изменения, но все равно полученная прибавка приятно греет душу:

Уровень 13

Очки опыта: 11012\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 14;

Ловкость 17;

Выносливость 20;

Интеллект 24;

Дух 26;

Мана 260;

Порча 260.

Дополнительные характеристики:

Удача 3;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 0.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 6

Охо-хо, что такое не везет, и как с этим бороться? — Именно такая мысль проскользнула с утра в голове у Рябова в тот момент, когда он, едва только открыв глаза, получил доклад от Илана о невыполненном им поручении патрона. Вроде, не сложное это дело, пробраться бестелесному существу в полицейский архив, да только и в полиции не глупые люди работают. Позаботились о сохранении важных служебных секретов. Точнее, как сказал демон, возможно, если бы он применил всю свою силу, защиту, установленную на подвалах главного полицейского управления, он бы и проломил, но переполох бы при этом устроил знатный….

Следом за неудачей Илона, поговорку о том, что беда не приходит одна, Андрей вынужденно припомнил уже на утренней планерке у Павла Никитовича Подъяпольского, городского полицмейстера и руководителя своей практики. Точнее, все же, наверное, называть бедой сложившиеся в этот день обстоятельства было бы очень сильным преувеличением, но настроение практиканту объявленная полицмейстером новость все же смогла испортить.

Вот, казалось бы, какое ему дело до того, что завтра в их город с кратковременным визитом, точнее проездом, прибывает Великий князь Михаил? Спрашивается, где вообще он в этой жизни располагается, а где младший брат самого императора? Вообще ведь, совершенно различные вселенные! И, тем не менее, вместо того, чтобы, получив у своего руководителя отдельное подписанное разрешение, все же заняться изучением интересующих его документов в полицейском архиве, Андрей сегодня и завтра будет вынужден, как и практически все полицейские их Александрова, торчать день-деньской в патрулях и в оцеплении. Хорошо еще, если царский братец завтра нигде по пути не задержится, и прибудет, как это и объявлено полицейским начальством, в первую половину дня. Хотя… все равно не хорошо. Для расследования ближайших два дня так и так снова будет потеряно.

М-да уж, патруль. Чуть ли не все полицейские, со всего города, скопом, принялись шерстить и проверять участок между железнодорожным вокзалом Александрова и началом загородного Голицинского тракта, по которому царев родственник должен был проследовать дальше в свое загородное имение.

— И чего мы вообще должны здесь найти? — Поинтересовался Андрей у назначенного ему во временное руководство на этот день, как и еще полудюжине всяких полицейских писарей и дознавателей, помощника пристава, коллежского секретаря Горемыкина. Вопрос был вполне актуальный, так как реально, что делать с несколькими десятками мелких торговцев, расположившихся со своим невеликим товаром вдоль пешеходного тротуара, было решительно непонятно.

— Искать сегодня ничего не надо. — Принялся давать наставления их временный начальник. Просто пробегитесь вдоль рядов, да всем укажите самым строгим голосом, что завтра торговля на этой улице будет запрещена. Пусть идут на Базарную, если так уж желают торговать. А потом еще разнесете по хозяевам крупных лавок и мастерских записки от Павла Никитовича. Чтобы те не препятствовали своим работникам выходить на улицы, выражать верноподданнический восторг от посещения города столь знатной персоной.

Может, это другим искать не надо, а вот Илон, как раз любое их нахождение поблизости от торговцев использовал в качестве средства дополнительного пополнения их общего бюджета. Несложный ритуал поиска потерянных вещей в модификации поиска потерянных денежных знаков в его исполнении уже с легкостью покрывал пространство в шесть или семь саженей вокруг их настоящего места нахождения.

— Десять шагов направо, где-то под окном этой лавки. Бумажник с пятирублевыми билетами, — в один прекрасный момент принялся он руководить своим хозяином, выводя его на чью-то очередную потерю.

Андрей, как шел в компании еще одного полицейского писаря с очень говорящей фамилией Жаднов, так при его пристальном внимании и шагнул с тротуара на небольшой аккуратный газончик, который местный купчина разбил под окнами своей скобяной лавки.

— Ого! — Выдал Андреев спутник очень завидущим голосом, когда увидел в руках практиканта очень-очень упитанный и добротный на вид лопатник, в котором при мимолетной проверке мелькнула толстенькая стопка казначейских билетов, причем даже не только пятирублевых, но и более высокого достоинства тоже. — Это что же, Рябов, кто-то потерял, а ты его пропажу теперь себе оставишь?

— Отчего же оставлю, если хозяин только объявится, непременно передам ему свою находку, — самым спокойным голосом сообщил Андрей вопросившему. — Только и делов-то, этому растеряхе, чтобы возвратить свою потерю, нужно будет назвать точную сумму, которая сейчас лежит в этом бумажнике.

— А-а… — судя по расстроенному голосу, только что Андрей этим своим заявленным требованием про точную сумму содержимого находки в зародыше убил уже возникшее было намерение подослать к практиканту кого-нибудь из своих знакомых с объявлением, что найденный бумажник принадлежит ему. — Ты, Рябов, тогда хоть проставься со своей находки в кабаке.

— Ага, а если хозяин отыщется, выйдет, что я тебя, как дурак, буду поить за свой счет, так что ли? — Хмыкнул молодой сыщик, без всякой приязни глядя на неудачливого вымогателя.

Нет, так бы, будь этот писарь нормальным человеком, Андрей, скорее всего, именно так и поступил, проставился. А может даже, вообще предложил бы разделить их находку по-братски. С кем угодно, но только не с этим писарем. Жадина он, и не только по фамилии. И питается всегда отдельно от всех остальных товарищей, и конкретно с только-только пришедшим на практику Рябовым устроил разборки, когда тот, заполняя какой-то формуляр, макнул перо в его чернильницу.

— Ладно, ты это, Рябов, до конца ряда и один дойдешь. Я тут вспомнил кое-что, мне срочно отлучиться надо. — Внезапно объявил Жаднов нашему герою, стоило им только пройти вдоль торгового ряда это стихийного рынка еще с десяток шагов. И даже не слушая ответа Андрея, припустил куда-то в поперечный от улицы переулок, которого они как раз в этот момент достигли.

— Хозяин, я тут подумал, как тебе можно дополнительно испытать свою удачу, — прорезался снова Андреев демон-хранитель, когда они, предупреждая по ходу движения о запрете завтрашней здешней торговли, дошли до конца довольно длинной цепочки торгующих.

— Просто так рисковать своей жизнью я не согласен, — сразу пошел в отказ хозяин демона, уже наученный горьким опытом о методах, время от времени приходящих в голову его миньону.

— Жизнью рисковать в этот раз будет совершенно не обязательно, — принялся описывать Илон пришедший ему в голову план действий. — Вон, видишь, прямо дальше по ходу улицы игорный дом располагается?

— Я в карты играть не умею, — немножко стыдясь этого своего недочета, признался парень.

— В карты играть мы не будем, — успокоил своего хозяина демон, — тут, в этом игровом доме недавно новую штуковину установили. Называется рулетка. Вон, на той тумбе, при входе, про нее все расписано. Удача же — это про повышение шансов на свершение каких-нибудь событий. Вот какая вероятность, что ты случайно полученные средства сможешь еще раз приумножить в такой вот ненадежной игре?

Подробное описание правил игры на той, указанной демоном тумбе, Андрей прочитал внимательно. А потом, вздохнув, потопал дальше, строго по пунктам выданного ему коллежским секретарем Горемыкиным довольно длинного списка заданий. Во-первых, это было бы слишком большой наглостью, если бы он во время столь важного периода службы начал вдруг полученным заданием злостно манкировать. За подобное Павел Никитович, сильно обидевшись, мог вообще такую характеристику своему нерадивому практиканту отписать, что с ней не то, что в тайную канцелярию, в дворники бы не приняли. Ну, а второй, не менее важной причиной, отчего Рябов, дойдя практически до дверей игрового дома, развернулся восвояси, был тот момент, что днем это заведение вообще не работало. В аккурат открывалось, когда у подавляющего числа полицейских стандартное время их службы подходило к концу.

И все-таки писарь, которого Горемыкин поставил к Андрею в пару, оказался до безобразия наглой скотиной! Взял, да и пропал куда-то, предоставив своему молодому напарнику разбираться с целым ворохом заданий хождения с записками по адресам в полном одиночестве. Хотя… понять писаря тоже было вполне даже можно. Ему же не нужна была хорошая характеристика от начальства, да и за свое место работы он мог быть почти спокоен: грамотных людей, знакомых с полицейским делопроизводством в их городе вообще было мудрено найти, а тем более, за его невеликое, в общем-то, жалование.

Так вот и передвигался Рябов в сопровождении невидимого демона-хранителя с одного адреса до другого, пока не выбрел во двор большого четырехэтажного кирпичного дома. Несмотря на свой довольно монументальный вид, этот шедевр имперского архитектурного зодчества на поверку являлся не более чем самой обыкновенной ночлежкой.…Ну, ладно, не совсем обыкновенной, а очень большой, точнее даже гигантской ночлежкой, в которой постоянно обитало, наверное, несколько сотен рабочих, мелких приказчиков, служек и прочего люда, слишком бедного, чтобы смочь приобрести собственный угол для проживания.

— Фу, ну и вонь! — Высказался Илон, когда они подошли к сколоченным во дворе дома туалетам. Но таки да, такое большое количество народа и отходов тоже производило соответствующее количество, а если учесть, что многие из местных не слишком беспокоились о чистоте отхожих мест, да и вообще временами делали свои делишки, не добегая до деревянных будок, амбре тут стояло соответствующее.

— Простите, дамы, не подскажете, где у вас тут склад купца Марыльцева? — Обратился Рябов к парочке женщин, стиравших белье в глубокой деревянной шайке возле одного из подъездов.

— Да вон он, с того края дома, — указала одна из женщин рукой, оторвавшись ненадолго от работы. — Вон, видите, господин хороший, парни стоят, вот как раз за ними вход на склад и будет.

Определившись с месторасположением, Рябов поспешил туда, на ходу доставая из кармана листок, который ему велено было передать на этот склад. Однако, уже предпоследнее задание из списка, на душе от осознания близости окончания дня службы становилось заметно легче.

— А ну, стоять! — Тормознули его те самые парни, на которых Рябову указывала женщина в качестве ориентира. — Выворачивай карманы.

Андрей даже не поверил сразу услышанному. Ну, кто в здравом уме будет грабить полицейского?

— Ребята, вы ничего не перепутали? — Уточнил он у них, решая, какого рода воздействие на грабителей ему стоит организовать. Магией казалось как-то проще, зато использование кулаков позволяло поставить мысленный крестик на пункте физических тренировок, которые он как-то порядком подзапустил после того, как покинул стены своего училища.

— Чего там перепутать? Парень в полицейской форме, без погон, выворачивай, давай, правый нагрудный карман мундира. — Осклабился крупный парень в щегольском наряде: помимо насыщенно розовой атласной рубахи, подпоясанной настоящим офицерским ремнем, что само по себе считалось немалым шиком, его штаны с широченными «бутылками» в верхней части были заправлены в блестящие, собранные гармошкой сапоги.

— Все карманы выворачивай, вдруг у тебя там еще что-нибудь помимо портмоне там припрятано, — поддержал своего лидера из-за спины хлопчик, в лице которого проглядывало что-то крысиное.

— Илон, пока не вмешивайся, если только вообще что-то опасное вдруг увидишь, — выбрал степень своего воздействия Андрей, убирая извлеченный было листок для передачи на склад обратно в карман.

Пусть ему и противостояло сразу шесть противников, но вряд ли они, как Рябов, пропили весь спектр зелий, повышавших физические характеристики, да и шесть лет почти ежедневных тренировок, в том числе рукопашного боя, тоже были у них навряд ли.

Драка началась неожиданно. Выпускник училища тайной канцелярии посчитал численное неравенство вполне достаточным для себя обоснованием, чтобы ударить первым. Точнее, не ударить, а ухватившись за ладонь, положенную главарем ему на плечо для большего морального воздействия, произвести его бросок через себя. Ну, точности, как показывал Дядька Опанас. И нет, это вовсе не родственник у него в училище вдруг объявился. Просто старый казак-отставник именно так просил его называть. Еще и посмеивался, что ни у кого не будет в тайной канцелярии столько племяшей, как у него.

Нападавшие даже не сразу сообразили, что обстановка переменилась, стояли, разинув рты. Этим и воспользовался наш боец, произведя удары по уязвимым точкам: того, что стоял от него справа, кулаком в солнечное сплетение, а левого — на самом краю зоны поражения — щепотью в точку под выпирающим кадыком.

Вот так, драка еще даже почти не началась, а половина вражеских бойцов уже выведена из строя. И хотя главный заводила, собрав мозги в кучку после эпического полета и последующего грузного падения наземь, уже с самым решительным видом взгромождался на ноги, смятение в рядах его воинства уже было посеяно. Поэтому неудивительно, что после еще одного обмена ударами с последующим падением четвертого грабителя, пятый счел наилучшим для себя выходом взять, что называется, ноги в руки и смазать пятки салом.

— Все еще хочешь проверить содержимое моих карманов, — подначил испачканного в земле щеголя Андрей и тут же, дождавшись его выхода на нужную дистанцию, изо всех сил толкнувшись левой ногой, правой, обутой в тяжелый сапог, с разворота зарядил перешедшего было в атаку противника по челюсти. — Ничего, парень ты обеспеченный, денег на целителей, чтобы срастить челюсть и вырастить новые зубы, думаю, наберешь, — проговорил он скорее для успокоения собственной совести, чем в качестве реального совета. Признаться, Рябов уже начал раскаиваться в выборе метода воздействия. В качестве противников для драки эти незадачливые грабители оказались откровенно никакими.

Впрочем, в том, что даже в драке с откровенно слабым противником никогда не стоит проявлять пренебрежение, Андрей убедился уже буквально в следующее мгновение. Тот, крысомордый, предлагавший ему выворачивать все карманы, воспользовавшись тем моментом, что Рябов все свое внимание сосредоточил на бое с их атаманом, зашел со спины, без лишних душевных переживаний попытавшись засадить потихоньку вынутый им нож-засапожник Андрею куда-то в область почки. И, как знать, не подошел ли бы сегодня к концу жизненный путь одного излишне самоуверенного сыщика, если бы не его демон-хранитель.

Пш-ш, — зашкворчала плоть руки, сжимавшей нож, под воздействием жара небольшого файербола, запущенного в подлеца на мгновение проявившимся Илоном. Вскрик пострадавшего был недолгим: от жгучей боли он просто потерял сознание.

— Прости, хозяин, не удержался, — тут же покаялся демон-хранитель практически одновременно с избитыми практикантом грабителями. Приняв боевое заклинание за выпущенное непосредственно Андреем, они начали дружно уверять его в своем безмерном раскаянии.

Ваш уровень повышен. Текущий уровень 14. Ловкость +1, — пришло Андрею сообщение от Системы, едва стало окончательно понятно, что продолжения сражения больше не предвидится. И хоть тот же Дядька Опанас неоднократно в процессе обучения им сообщал, что повышение характеристик во время даже самых тяжелых тренировок идет в разы медленнее, чем во время реальных боевых схваток, сопряженных с опасностью для жизни, Рябов все равно этой прибавке довольно сильно удивился. Ну, не показалась ему драка такой уж выдающейся, чтобы за нее еще и награды отвешивать. Или, если уж кого и награждать, так это Илона, спасшего своего друга-хозяина от смертельной опасности. Воистину говорят, дела Системы неисповедимы. Кстати о спасении….

— Спасибо тебе, Илон, — поблагодарил Рябов своего хранителя, когда отпущенные им незадачливые грабители, волоча под руки самых сильно пострадавших соратников, покинули место схватки. — Как-то я этого, с ножом, совершенно выпустил из поля зрения.

— Немудрено. — Хмыкнул в ответ демон, — я тоже его только в последний момент заметил и то, скорее всего, исключительно из-за своего нового класса. У этого засранца явно имеется какой-то вариант отвода глаз. Кстати, как ты думаешь, с какого такого перепугу они вдруг среди бела дня затеяли грабить полицейского?

— Тоже мне бином Ньютона, — отозвался на это сюзерен демона. — Жаднов их навел, шкура такая. Только он видел, что найденный бумажник я в правый нагрудный карман засунул.

— И я точно так же думаю, — самым зловещим тоном согласился с выводами своего хозяина мстительный демон.

Было у этого неудавшегося ограбления и еще одно последствие. Не так, чтобы очень уж важное, но все же. Как-то сам собой отложился вроде бы совсем уж намеченный на сегодняшний вечер поход в игорный дом. А просто внезапно настроение узнавать что-то новое напрочь пропало. Пытаться же развлекаться без всякого настроения — вернейший способ что-нибудь сделать не так и все испортить.

Так что доделал практикант все выданные ему помощником пристава задания и просто отправился в книжную лавку, проверить поступление новых выпусков похождений экспедитора тайной канцелярии Ивана Путилина. Хоть он уже давно понял, что реальная служба в этом ведомстве не очень-то и похожа на описываемые в беллетристике фантазии авторов, но любви к чтению сих опусов отнюдь не утратил.

— Все сыщицкие романы у нас вон в том ящике расставлены, — потыкал пальцем приказчик в лавке в сторону притулившегося в дальнем углу большого ящика из дурно оструганных досок. Ему в этот момент было совершенно не до этого отдельного покупателя с его дешевыми альманахами в мягкой обложке. Какой-то богато одетый господин занял все его время и внимание, перебирая дорогие, глянцевые альбомы с видами европейских столиц. Продать пару-тройку таких и, считай, продажи за весь день уже сделаны.

Впрочем, Андрей на такое явное пренебрежение местного продавца обижаться и не подумал. Главное, ящик этот был полнехонек, наверняка там отыщутся еще не читаные истории. Настолько увлекся раскопками, что не заметил, как толкнул стоявшую рядом даму. Она тоже что-то свое в соседнем ящике выбирала. Ну, лавка же была реально совсем малюсенькой, не рассчитывал хозяин, когда ее открывал на такой большой поток любителей чтения.

— Простите великодушно, — извинился он, придержав под локоть покачнувшуюся от толчка женщину.

— Ничего страшного, — отозвалась дама и вдруг позвала его по имени: — Андрей! Рябов! Ты ли это?

— Простите еще раз…. Мы знакомы? — Воззрился на нее наш герой. За время почти безвылазного существования в интернате при училище он был практически полностью огражден от женского общества и теперь просто недоумевал, каким образом эта элегантная дама может знать его по имени.

— А если так? — Негромко рассмеялась незнакомка, приподнимая вуаль своей шляпки, до этого момента серьезно мешающую даже не только в деталях рассмотреть ее лицо, но и хотя бы примерно определить возраст.

— На… Надя? Калмыкова? — Рябов даже заикаться стал от неожиданности, никак не ожидал тут встретить подругу детства.

— Узнал, — лучезарно улыбнулась ему барышня, ибо все же, при ближайшем рассмотрении до возраста взрослой дамы она еще немного не дотягивала. — Ты не слишком сегодня занят? Мы могли бы вместе пройтись по городу. Право, я очень-очень желаю знать, как ты нынче устроился, как поживают остальные ребята?.. Знаешь, как я по вам всем скучала в первое время!

Как все же примитивно устроен мужской организм! Казалось бы, вот буквально еще несколько минут назад хандрил, и не было ровным счетом никакого настроения. А стоило только, чтобы ему улыбнулась симпатичная барышня, и все окружающее расцвело новыми, небывало яркими красками!

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 6-ой главы:

Уровень 14

Очки опыта: 121\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 14;

Ловкость 18;

Выносливость 20;

Интеллект 24;

Дух 26;

Мана 260;

Порча 260.

Дополнительные характеристики:

Удача 3;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 3.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 7

Утром очередного дня Андрей Рябов проснулся с широкой, от всей души, улыбкой на лице. Всю ночь ему снилась Надежда. Сначала, словно они снова дети, всей их дружной компанией запускали кораблики в идущей вдоль их улицы канаве. А небо после дождя синее-синее, и блики на воде от лучей солнышка такие яркие, что глазам больно на них смотреть. А потом они с подругой, взявшись под ручку, совсем, как в прошлый вечер, пошли куда-то вдвоем, и Надя уже не казалась ребенком, а напротив, снова стала взрослой барышней.…А потом она его поцеловала….

Кажется, у того сна было и еще продолжение, только вот из памяти совершенно изгладились все подробности. Про то, что это продолжение было, парень помнил точно, и про то, что оно было необычайно светлым и радостным, тоже, а вот что конкретно снилось после поцелуя, забылось напрочь.

Впрочем, не только по причине замечательного сна радовался сегодня полицейский практикант. Вчера, во время их прогулки, Надежда, узнав, что на следующий день по городу будет проезжать не кто-нибудь, а целый младший брат императора, непременно пожелала его увидеть. И увидеть не как-нибудь, а из первого ряда. Точнее, про первый ряд ей уже сам Рябов предложил, а она с радостью согласилась.

Ну, в самом деле, что-что, а место в первом ряду Андрей сможет ей обеспечить запросто. Воспользуется, так сказать, служебным положением. Он же вообще будет в этот день где-нибудь на обочине проезжей части стоять в оцеплении. И девушку вполне проведет, а, если повезет, так еще и о последующем дополнительном свидании с ней условится.

— Рябов, ну, и как вчера у тебя служба прошла? — С утра, перед построением для последующего развода на посты отцепления, Жаднов имел наглость подойти и поинтересоваться. Правда, какую-то вину он, похоже, при этом все же ощущал. Когда спрашивал, его бегающий взгляд смотрел куда угодно, но не в лицо практиканта. — А у меня, понимаешь, брюхо внезапно прихватило, просто спасу никакого не было. Ты уж, парень, не выдавай меня начальству. Скажи, что вместе с тобой мы повсюду ходили.

— Сам докладывать не пойду, но если спросят, был ли ты со мной или нет, покрывать не стану, — прямолинейно обозначил свою позицию Андрей. Конечно, после такого его заявления, писарь почти наверняка затаит злобу и будет пакостничать, как только сможет, но и просто смолчать после всего произошедшего рассудительности у молодого и потому еще довольно категоричного парня не хватило.

— Ну, ты это… задумайся о последствиях, — невнятно пригрозил писарь, отходя к группе других сослуживцев.

Спрашивать о наличии вчера Жадова на службе никто из полицейского начальства, разумеется, не стал. У них все мысли совершенно в другую сторону были направлены. Вот если бы вдруг по обочинам собралось мало народа, вопросы могли бы и возникнуть, кто это там не донес записки до хозяев, что они не обеспечили явки своих работников для демонстрации верноподданнического восторга, но Андрей же, как раз, все записки разнес, как это и полагается.

А потом все полицейские строем, под командованием самого полицмейстера, потопали в направлении вокзала. Вообще-то, охранение планировалось выставить не только там, но и вдоль улицы, по которой будет проезжать брат императора тоже, но у них в городе людей в полиции служило не так уж много. И без того вон, всех писарей снова поставили в строй, потому городское начальство, прикинув имеющиеся силы и средства, выставление отцепления вдоль по улице вменило в обязанность расквартированным возле Александрова военным. Все же с точки зрения наличия потенциальной опасности для члена царствующей семьи там была не такая ответственная зона, как сам вокзал, где высший аристократ будет проходить ногами и без всякого прикрытия со стороны своего наверняка не самого простого транспортного средства.

При разводе по местам сегодняшней службы самому Рябову место для поста досталось буквально в десятке шагов от здания вокзала. С точки зрения места обозрения прибытия высокого чина — лучше не придумаешь, и до нынешнего места жительства Надьки отсюда не очень далеко, после того, как посланный мальчишка до нее добежит, она к Андрею до времени прибытия поезда великого князя, даже не слишком торопясь, успеет дойти. Андрей немедленно закрутил головой в поисках подходящего посыльного.

Подходящий мальчишка отыскался быстро. Тут они постоянно крутятся, пытаясь заработать за различные услуги прибывающим в город господам лишнюю копеечку. За доставку короткой записки с описанием места, куда ей следует прибыть, шкет, ни мало не чинясь, запросил гривенник. И вторые десять копеек после того, как приведет подругу к месту, где сейчас стоит ее друг. Если бы Рябов жил на одно лишь скудное содержание, выделяемое на существование учащихся училища, даже такая скромная трата ощутимо ударила бы по его бюджету.

— Вот, дяденька, полицейский, привел, — отрапортовал Андрею мальчишка, когда тот начал уже беспокоиться, что Надя может не успеть, уже даже приставы начали бегать вдоль цепочки выставленных подчиненных, призывая отставить расслабуху и заняться, наконец, присмотром за подозрительными типами вокруг. Молодец сорванец, даже сквозь уже порядком накопившуюся вокруг толпу провел Надежду непосредственно к стоящему на своем месте полицейскому практиканту, чтобы получить оставшуюся условленную часть платы. Андрей же, сполна оценив такое упорство, даже заплатил с вожделением глядящему на него парнишке вместо гривенника пятиалтынный.

— Прости, Андрей, когда я пожелала посмотреть на приезд брата императора, я не подумала, что тем самым ввергну тебя в траты.

— Пустое. Я же сам предложил тебе показать в нашем городе брата нашего императора, — отозвался в ответ парень и тут же добавил давно мысленно подготавливаемое: — но с еще большей радостью я посидел бы с тобой после того, как этот вельможный гость удалится, где-нибудь в кофейне или кондитерской. — Сказал и затаил дыхание, согласится или нет. Вчера, когда он сидел с ней на лавочке, а потом провожал до снимаемой в доходном доме комнаты, ведь насчет наличия у нее молодого человека так и не поинтересовался.

— Ты, Андрюша, меня приглашаешь на свидание? — Разулыбалась девушка. Сегодня у ее шляпки не было вуали, и выражение ее лица было ухажеру хорошо видно.

— Ну… да, если ты не против, конечно.

— Не против. Обожаю профитроли со сливочным кремом.

На вокзале послышался гудок прибывающего поезда. Прибыл по расписанию. Хоть и целый брат императора, но отдельного литерного поезда для своего передвижения по стране не использовал, ограничился просто отдельным вагоном, прицепленным к обычному пассажирскому составу.

Вот ведь, не так уж и долго после прозвучавшего гудка пришлось ожидать, но Рябов, признаться, весь извелся. Сегодня он был в числе тех счастливчиков, которые после убытия особо охраняемой персоны распоряжением начальства получали выходной на весь оставшийся день, а тут еще и назначенное свидание. Не удивительно, что время для Андрея даже не шло, а ползло, словно улитка.

— Самобеглая коляска! — Выдохнул в восхищении кто-то из публики неподалеку от молодого человека, увидев это сверкающее белым лаком чудо артефакторики, подкатившее в сопровождении десятка конников и еще большего количества оседланных лошадей к выходу из здания вокзала. Андрей, присматривающий за стоящей перед ним толпой и потому почти не видевший, что творится возле вокзала за его спиной, попытался встать полубоком, чтобы хоть краем зрения увидеть происходящее возле широко распахнутых дверей вокзала. Как раз вовремя: оттуда начали выходить люди в военной форме старших офицеров, кучкующиеся вокруг высокого бородача в черном кителе с золотыми погонами и огромным сверкающим бриллиантами орденом на груди. Этот бородач вел под руку совсем молодую девушку возрастом, наверное, немногим большим возраста самого Рябова. Люди, окружавшие выход с вокзала и дальше привокзальную площадь, громко закричали и замахали руками. К счастью, настроены они были вполне радостно и доброжелательно, и Андрей незаметно перевел дух.

Доведя свою спутницу до самобеглой коляски, великий князь Михаил, а это был, конечно же, именно он, посадил эту барышню внутрь, после чего обойдя новомодное средство передвижения с другой стороны, тоже забрался в салон транспортного средства. Дверцы захлопнулись, прочие офицеры свиты принялось споро рассаживаться по подведенным к ним лошадям. Вскоре кавалькада всадников, окружавших спереди и сзади неспешно катящуюся по булыжной мостовой самобеглую коляску, громко цокая копытами, потянулось вдаль по улице по направлению к городской окраине. Народ, поглазев ей вслед еще одну или две минуты, начал расходиться по своим делам.

— Какая она красавица! — Выдохнула словно находящаяся в трансе Надежда, глядя вслед убывшему кортежу.

— Кто красавица? — Недопонял Рябов, все мысли которого занимала барышня, пообещавшая ему свидание, а вовсе не какая-то там великосветская краля.

— Княжна Мария, дочь великого князя Михаила. — В голосе отвечавшей барышни даже некоторое возмущение на своего толстокожего и невосторженного кавалера проскользнуло. — В прошлом году она впервые вышла в свет и сразу же была признана первой красавицей двора.

— Дочь великого князя. Не мудрено, — дополнительно усугубил свою вину Рябов, не попав в унисон с лирическим настроением Надежды, но, заметив ее сердитый взгляд, тут же постарался исправиться: — как по мне, так ты гораздо красивее.

— Ты, Рябов, правда, считаешь меня красивой? — Вышла из своего отрешенно-восторженного состояния девица и Андрей со всем жаром принялся уверять, что именно так он и считает, и что княжну, схожую своей фигурой с парнишонком, с ней даже сравнивать не стоит.

— Ничего ты не понимаешь в женской красоте, у нее вон какое платье по последней парижской моде! — Сделала вывод барышня, но при этом не смогла сдержать непроизвольной весьма довольной улыбки.

А потом они отправились лакомиться пирожными. Кстати, здесь с предложившим такое проведение досуга кавалером мог и немалый конфуз приключиться: он же, приглашая девушку их отведать, руководствовался исключительно абстрактными познаниями, не озаботившись предварительно разведать, где конкретно какие из них продают. О профитролях же, да еще со сливочным кремом, он вообще сегодня услышал в первый раз в своей жизни.

К счастью, такими знаниями обладала сама Надя. Крепко уцепив своего друга детства под локоток, она с неотвратимостью и целеустремленностью маневрового паровоза повлекла его мимо вроде бы завлекательных вывесок бистро, кофеен и даже кондитерских к одной только ей ведомой цели.

— Вот, — сказала она, указывая на ведущие куда-то в подвал заметно потертые ступени из тесаного камня, — тут делают самые вкусные профитроли, которые я когда-либо пробовала в своей жизни.

Ну, что сказать… теперь хоть Андрей знает, что такое, эти самые профитроли…. Но, все равно, запеченная на противне утка вызывает у него гораздо большее слюноотделение.

— Вообще, с недавних пор это место вызывает у меня очень грустное чувство, — призналась Надя, когда они, полакомившись пирожными и запив их очень крепким и ароматным кофе, возвращались в сторону жилища девушки. — До тебя я сюда водила Соню, свою новую соседку по комнате….

— С ней что-то случилось? — Поинтересовался Андрей, хоть ему и не особо хотелось продолжать эту тему. Ну, ясно же из речи, что с соседкой произошло что-то очень печальное.

— Она пропала. Сказала, что идет в гости к одному очень важному усатому чину, и если все у нее получится, то вернется очень обеспеченным человеком.…И вот, не вернулась.

— Погоди, когда, говоришь, она пропала? — Словно что-то щелкнуло в голове у сыщика.

— Завтра уже две недели как. Я сначала думала, что она у этого важного господина по естественной причине задержалась. Ну, знаешь, как это между мужчиной и женщиной бывает, но она так и не вернулась.

— А ее случайно Позолоти Ручку еще не называли? — Вопросил Рябов, ощущая себя вставшей на след легавой.

— Она сама иногда так говорила, когда сообщала что-нибудь приятное или полезное для собеседника. Ну, в шутку, конечно. — Немножко растерянно сообщила подруга. — Ты знаешь Соню? Что с ней?

— Убита. Принесена в жертву на черном ритуале. Мы сейчас ищем, тех кто это сделал. Скажи, Надя, а ее вещи так и лежат у вас в комнате? Хорошо было бы их осмотреть. Как знать, может, среди них будет какая-нибудь зацепка, куда она могла в тот день пойти.

— Вещи? Да, вещи лежат. Пойдем, я покажу тебе их. — Расстроенная тяжкой вестью девушка, почти механически переставляя ногами, повела полицейского практиканта дальше в направлении своего дома.

— А зачем ей было так много ключей? — Вопросила Надя, увидев, как ее друг детства достал из оставленного Соней сундучка сразу несколько больших, на несколько десятков штук каждая, связок ключей.

— А то, что у твоей соседки отыскалось так много серебряных ложек и вилок тебя не удивило? — Хмыкнул Рябов, размышляя, дает ли ему что-то из увиденного в плане зацепки в поисках черных сектантов или нет.

— Удивило, конечно… — согласно кивнула подруга и тут же уточнила, — а что все это значит?

— Сонька Позолоти ручку была воровкой, — честно ответил Надежде Андрей. Ключи она подбирала, чтобы открыть замок на двери и проникнуть в чужой дом, а столовое серебро — как раз ее добыча из таких домов. Судя по оформлению столовых приборов, минимум из трех.

— У меня она ничего не воровала! — Замотала головой Надя Калмыкова, — и она всегда помочь старалась.

— Ладно, это дело прошлое, — примирительно сказал молодой сыщик, уклоняясь от спора по поводу образа жизни погибшей соседки, — ты лучше скажи, что из своих вещей она взяла с собой? Какие-нибудь приметные вещи, которые можно будет легко опознать.

— Откуда я знаю, что там у нее в ее сундуке было. Я вон и ложек с вилками у нее никогда не видела, и ключей этих, будь они неладны. Хотя… кое-чего из того, что у нее постоянно было на виду, тут точно сейчас нет.

— Чего именно? — Оживился Рябов.

— Пузырек с отваром сонного корня. Его еще зельем сна без сновидений называют. Он у нее всегда возле кровати, на стуле стоял. Меня Соня недавно попросила его ей сварить. Сказала, что кошмары с хахалями ее матери часто снятся.

— Сильное зелье? Если в пищу ничего не подозревающему человеку добавить, он быстро уснет? — Насторожился сыщик.

— Если не сильно разводить, так минут за десять, а если в водку добавить, то и еще быстрее. Я очень хорошая травница, у меня зелья очень качественными получаются, для мягкости действия их даже приходится иногда разбавлять водой.

— Хозяин, а ты не мог бы ей пузырек с таким зельем для нас заказать изготовить? — Неожиданно врезался в разговор со своей ментальной просьбой Илон. — На всякий случай, вдруг пригодится.

Вот так, пошел парень на свидание, а в дополнение к этому получил следственные мероприятия пополам с допросом, пусть и неофициальные, да в придачу к ним еще и снотворным разжился. Хорошо еще, что красавица вошла в положение и на своего кавалера, кажется, все же не обиделась, даже улыбалась на прощанье. Хотя и поцелуи со своей подругой у Рябова с таким его поведением по-прежнему, только во сне и оставались.

Домой Андрей возвращался уже вечером. От места жительства Нади до его собственной квартиры там совсем не далеко было, но даже на таком небольшом отрезке пути его дважды обгоняли разъезды казаков. Да и народа на улице, на удивление, почти не встречалось. Кажется, в городе что-то случилось. Даже на второй раз хотел уже было у казаков спросить о причине таких их разъездов, но в самый последний момент передумал. Что произошло, то произошло. Он-то уж точно ничего поправить не сможет. Ни к чему досужее любопытство.

Так и домой пришел, поужинал и спать улегся. Как говорится, утро вечера мудренее.

Все новости Рябов узнал уже утром, в полицейском управлении, когда на планерку к полицмейстеру Подъяпольскому, руководителю своей практики, заявился. В сущности, правильно сделал, что вчера вечером ничего специально выяснять не стал. Тогда бы пришлось уже с вечера сюда бежать, и, возможно, всю ночь толкаться тут без всякого толка.

А все дело в том, что на великого князя Михаила вчера, когда он на своей самобеглой коляске только-только выехал из города, было совершено самое настоящее покушение. Как поведали Андрею сильно взволнованные полицейские начальники, большой удачей было, что мост через протекавший там ручей взорвался до того, как на него въехал великокняжеский кортеж. Точнее, даже рассказывали чуть ли ни о божественном провидении: шофера великого князя в тот момент, когда он подъезжал к мосту, неожиданно ужалила оса, соответственно, он и остановился в самый последний момент, не доезжая десяток саженей до заминированного пролета.

— Господа! — Ревел раненым медведем Павел Никитович, потрясая в воздухе кулаком. — Бросайте немедленно все ваши прошлые дела и переключайтесь на розыски этих злодеев. Если не отыщем их в самом ближайшем будущем, мало нам с вами всем не покажется.

— Ваше высокоблагородие, — обратился после окончания планерки к полицмейстеру Рябов. — А как же дело с черными? Ведь к гадалке не ходить, если мы их не поймаем, будут и еще жертвы.

— Дело с черными, Андрей, к себе твои будущие коллеги забрали, вот пусть и занимаются им, а у меня тут и без черных зад скоро дымиться начнет. — Обессиленно откинулся на спинку кресла не спавший всю ночь полицмейстер. — Опять же, судя по выбранным в качестве жертв разбойникам, конкретно эти черные особой опасности для общества, вполне возможно, что и вовсе не представляют. Признаться, я сам время от времени мечтаю так вот, без суда и следствия, кое-кого из душегубов прищучить. А что они из этих злыдней еще и для себя что-то полезное получить умудряются, так и пусть их. Забесплатно на белом свете на счастье народное вообще мало кто работает.

— Простите, Павел Никитович, но ведь там из девяти жертв даже один, вроде как, самый настоящий дворянин был? — Все же отважился малость поспорить со своим руководителем практикант. — Как нам с этим обстоятельством быть?

— Вот именно, вроде как, был. На днях мне про этого прохиндея господин Абашев много чего доложил. Этот Карамурзин одно время ведь даже за его сестрой ухаживал. Только, видишь ли, как-то так получилось, что с каждым его приходом в доме сестры Александра Аристарховича начали ложечки с вилочками серебряные пропадать. А потом и вовсе он был самым буквальным образом застигнут с поличным в тот момент, когда пытался взломать несгораемый шкаф, в котором его дама сердца хранила свои драгоценности. Во избежание скандала до огласки это происшествие Абашевы доводить, понятное дело, не стали, просто отказали бесчестному вору от дома. А тут видишь ты, как получилось. Бог, как говорится, шельму метит…. — Павел Никитович прервал свои разглагольствования. — Я тут это, Андрей, немного язык распустил. Дай слово, что дальше тебя эта рассказанная мной история никуда не уйдет. Честь дамы, сам понимаешь.

— Клянусь, Павел Никитович, — отозвался молодой сыщик только что получивший новый камешек в свою мозаику.

Глава 8

Вот вроде узнал Рябов новые факты о жертвах черных ритуалистов, а как применить их придумать не смог. Одни эти серебряные ложечки чего стоят. Как бы так не оказалось, что и все прочие разбойники их тырили, через что и обрели свою очень печальную судьбу…. Да, нет, глупость все это! Просто столовое серебро охотно принимают во всех, без исключения, ломбардах, и дают за него хорошую цену….

Чтобы хоть немного переключить мозги со своих совсем уж зациклившихся рассуждений, Андрей после завершения часов своей сегодняшней службы все же вознамерился в тот игорный дом зайти, на посещение которого недавно подбивал его Илон. Ну, не рыскать же, в самом деле, по городу в поисках неизвестных ему на лицо бомбистов-террористов, как с утра громогласно потребовал от своих подчиненных полицмейстер.

— А я тогда тоже по своим делам пробегусь, — загадочно сообщил ему на прощание его демон-хранитель. Вообще-то этот момент был с ним оговорен заранее, но все равно, в отсутствие знающего советчика Рябов сразу же почувствовал себя немного неуверенно и одиноко.

— Проходите, сударь, там у нас касса, где вы можете обменять свои деньги на игровые фишки, там расположены карточные столы, зал для игры в рулетку, а еще у нас имеется бар с самыми изысканными напитками… — распинался перед парнем мелкий шнырь, одетый, впрочем, во вполне цивильное одеяние. Нет, не швейцар, и уж, тем более, не охранник, эти серьезные люди так и остались выполнять свои непосредственные обязанности по приему прибывающих в заведение клиентов. А тут был всего лишь парнишка даже чуть ли не моложе самого Рябова. Их таких двое или трое по очереди сопровождали новых клиентов их заведения, знакомя, где тут и что находится.

Как и было изначально условлено с Илоном, Андрей, не затрачивая лишнего времени на разного рода прочие увеселения, сразу же нацелился на зал с установленной там рулеткой. Ну, разве что обменял деньги из найденного бумажника на разноцветные фишки различного достоинства. Про эти фишки ему тоже рассказал Илон. Не то, чтобы в игровом доме запрещалось делать ставки, выкладывая напрямую самые обычные банковские билеты, но среди игроков фишки считались этаким дополнительным шиком, да и просто в игре удобнее было ими оперировать, чем довольно большими мятыми полотнищами казначейских билетов.

Нет, все же очень жаль, что с присутствием на игре вместе с Андреем еще и его демона возникла некоторая сложность. Тот, не испытывая обычных человеческих потребностей в сне, как оказалось, ночами очень часто тут пребывал в своей невидимости и уже очень хорошо ориентировался в здешних порядках. Но, просто, в случае выигрыша, ведь отнюдь не исключался и дополнительный допрос с менталистом. Было бы крайне неловко на вопрос: «Воспользовались ли вы для выигрыша помощью потусторонних существ?», ответить положительно или хотя бы даже промолчать.

Зал для игры в рулетку отнюдь не поражал многолюдством. В сущности, и демон тоже говорил, что народ, в основном, предпочитает этому новомодному механизму более привычные карточные игры.

Впрочем, и совсем пустым его назвать, тоже не получалось. Помимо самого крупье и официанта с бокалами вина на небольшом подносе, в зале со сверкающим лаком и позолотой агрегатом еще находилось два человека: стройная молодая девушка очень приятной наружности и очень крупный мужчина средних лет, несмотря на статский костюм, держащий свою осанку очень прямо, выдавая тем самым немалый стаж ношения совсем другой одежды. Очень, кстати, подозрительный в империи признак: военные, даже уже будучи в отставке, на люди по-прежнему едва ли ни в обязательном порядке одевались в мундиры. Ну, если конечно не были лишены права их ношения за какие-то очень серьезные прегрешения.

— Разрешите присоединиться к вашей компании? — Чисто из вежливости, для порядка, задал вопрос Андрей, обращаясь к, по-видимому, тоже только совсем недавно пришедшим сюда игрокам. По крайней мере, в тот момент, как Рябов вошел в этот зал, бывший военный только-только выкладывал на край столешницы перед собой принесенные в кармане фишки, а барышня, после прозвучавшего вопроса, и вовсе вопросительно взглянула в сторону партнера по игре, выказывая тем самым общность их компании.

— Конечно, присоединяйтесь! — Сочным басом, так идущим всему его богатырскому облику, прогудел мужчина.

— Делайте ваши ставки, дама и господа, делайте ставки! — возгласил крупье, убедившись, что все формальности знакомства возле его стола полностью завершены, и игроки заняли свои места за игровым столом.

Андрей взялся было за свои фишки, собираясь уже было сделать свою ставку, но тут впервые голос подала девушка:

— Нет-нет, сначала, уважаемый, раскрутите колесо и бросьте этот ваш шарик. Не хочу сказать ничего предосудительного, но слыхала я о профессионалах, способных по заявке одним броском уложить шарик в любую из тридцати семи ячеек, на выбор.

По всей видимости, какие-то основания для подобных утверждений у нее все-таки были. Крупье только улыбнулся самыми кончиками губ и принялся раскручивать разноцветное колесо рулетки.

Шарик, тоненько лязгнув о раскручивающийся механизм рулетки, отправился в свое путешествие, когда Андрей и незнакомая девица, на краткое мгновение соприкоснувшись руками, оба в несколько приемов поставили все имеющиеся в их распоряжении стопки фишек на один и тот же сектор: зеро. Самая редко выпадающая комбинация из всех предложенных к розыгрышу. Одна ячейка из имеющихся на этом колесе тридцати семи. Вероятность попадания шарика именно в этот карман несложно подсчитать: меньше трех процентов. Ну, если учитывать эффект от дополнительной характеристики Удача, для Рябова как раз те самые три процента вероятности где-то примерно и окажется.

Может, конкретно эта девица и решила по легкому резко поправить свое материальное положение, но вот сам Андрей о денежном выигрыше в этот раз думал в самую последнюю очередь. Он сюда сегодня пришел, чтобы поохотиться за повышением самого показателя своей Удачи, а уж ее-то игрой с минимальным риском поправить точно не получится.

— На удачу! — Возгласила незнакомка, припечатав сверху стопку своих фишек еще одним кружком картона, чуть побольше диаметром, с нарисованным на нем ярко зеленым листочком четырехлепесткового клевера.

Крупье было вскинулся, оценивая, не артефакт ли это к нему на стол подложили, но, очевидно, не обнаружив в раскрашенной картонке признаков оного, решил не поднимать волну, запрещая это безобидное проявление игрового суеверия.

Бывший военный вместо фишек выложил из своего портмоне на черное поле разграфленного игрового стола парочку сложенных вчетверо красноватых банковских билетов. Конечно, не как у них с девицей, игра по крупному, но двадцать рублей за один заход — тоже вполне солидно.

— Ставки сделаны! Ставок больше нет! — Торжественным тоном возгласил крупье, извещая, что уже в самом скором времени определится новый уровень их благосостояния.

Шарик меж тем, подпрыгивая, все катился, постепенно замедляясь. Вроде, Рябов и смотрел на это посещение игрового дома довольно философски, и деньги он, в общем-то, даже не свои проигрывал, а найденные, да и не последние все же они у него были. Но только вот в эти самые последние мгновения отчего-то взгляд буквально прикипел к скачущему шарику, а уж когда тот замер на черном поле с нарисованной рядом цифрой двадцать шесть и вовсе испытал краткое мгновение отчаяния пополам с приступом жадности. А ведь мог на эти восемьсот сорок пять рублей взять, да и купить очередное зелье повышения характеристик или даже два или три! У него же как раз срок подошел, когда уже можно эти зелья в очередной раз употреблять.

И все-таки, похоже, зеленый клевер о четырех лепестках подействовал! Когда колесо рулетки уже совсем было замедлилось, шарик, замерший было на цифре двадцать шесть и только ездивший в занятом кармашке по кругу, взял, да и переполз на единственное на всем колесе соседнее зеленое поле.

— Зеро! — Как-то совсем даже не торжественно, а скорее испуганно выпалил крупье, переводя взгляд с замершего на этом секторе шарика на высившиеся в самом начале игрового стола горкой фишки аж сразу двух игроков.

Проверка удачи завершена успешно. Удача +1. — Возникла перед глазами Рябова заветная надпись, ради которой он и затевал сегодня весь этот поход. «Могла бы и две единички подкинуть», — еще промелькнула мысль, тут же с легкостью подавленная. Даже в мыслях не стоит искушать судьбу своей неблагодарностью.

— Пожалуй, не буду я больше сегодня удачу испытывать, — принялась вставать из-за стола девушка. Мужчина — великан рядом с ней тоже с готовностью подскочил, помогая даме подняться и отодвигая ее стул. Ну, и Рябов тоже начал вылезать из-за стола. Пытаться во второй раз за вечер увеличить удачу одним и тем же приемом — это уже не испытание удачи вовсе, а проявление самой, что ни на есть глупости пополам с жадностью. А ведь не даром говорится, что жадность ведет к бедности, а за глупость и вовсе приходится очень дорого расплачиваться.

Признаться, в глубине души Андрей ожидал, что ему, в качестве его выигрыша, крупье затеет выдавать все те же игровые фишки, даже уже прикидывал, каким образом ему придется извернуться, чтобы оттранспортировать такую кучу крупных, круглых картонок до кассы. И основания для подобного беспокойства у него несомненно были. К примеру, фишки на те неполные восемь с половиной сотен из найденного бумажника у парня оба имеющихся в его кителе кармана чуть не до упора заняли. Куда ж тут дополнительно еще разместить фишки на сумму в тридцать пять раз большую? Разве что, прямо на глазах девицы снять с себя китель….

Реальность оказалась не столь сурова к начинающему игроку. Крупье действительно выдал выигрыши фишками, но кто сказал, что денежное достоинство фишек в этом игровом заведении ограничивались ста рублями? Даже еще и любезно поменял изначальные фишки парня, с которыми тот начал эту игру. Тридцать фишек, даже изукрашенных золотым тиснением, хоть и с изрядным трудом и в натяг, но вполне поместились все в те же карманы, как и дополнительные шесть их более простых товарок меньшего номинала.

Впрочем, барышня, выигравшая даже большую сумму, чем сам Андрей, вообще обошлась без карманов. Она просто и без затей громким возгласом подозвала к себе официанта, разносившего тут на небольшом металлическом подносе между игроками бокалы с бесплатным вином и, переставив бокалы на опустевший игровой стол, изъяла сам поднос, широким взмахом руки ссыпав на него весь выданный ей выигрыш.

— Молодые люди задержитесь на пару минут! Прежде, чем выдать вам выигранные вами деньги, нам нужно кое-что проверить. — Встретил их возле кассы с иголочки одетый мужчина, за спиной которого высилось полдюжины бравых молодцев.

— Игнатий Сергеевич, делайте, как условлено, — практически пропела ангельским голоском девушка.

— Слушаюсь, ваше сиятельство, — браво отозвался великан и направился на выход из здания игрового дома наружу.

Проводив взглядом уходящего мужчину и не сделав ни малейшей попытки его остановить, служба безопасности данного заведения окружила молодых людей, побуждая их двигаться с ними, куда-то вглубь служебных коридоров.

Андрей как раз решал для себя сложную задачу, уже пора оказывать сопротивление на это абсолютно незаконное задержание или пока стоит погодить и постараться решить дело миром. Как вдруг в здание начали забегать люди в военной форме.

— Ни с места. Немедленно отпустите ее сиятельство, княжну Марию, и отойдите в сторону! — Последовал приказ от этих бойцов, и уже представителям службы безопасности резко пришлось решать в точности ту же задачу, как до того Андрею.

К счастью, тягаться силами со столь многочисленным боевым отрядом местные охранители не решились. Они подняли перед собой пустые ладони, демонстрируя полное отсутствие сопротивления, и отошли от своих бывших пленников чуточку в сторонку.

— Молодой человек, представьтесь, пожалуйста! — Словно не замечая замерших вокруг них многочисленных людей с оружием, обратилась княжна к своему недавнему соратнику по игре.

— Андрей Рябов, выпускник этого года училища тайной канцелярии, — отчеканил, вытянувшись в струнку, Андрей. Пусть и с большим запозданием, но он все же сообразил, с кем его свела судьба за игровым столом. Странно только, что чуть ли не сразу после покушения, дочь младшего брата императора вот так вот запросто за каким-то лешим помчалась играть на деньги.

— Тайная канцелярия? Признавайтесь, вы ведь не использовали приемы темной магии, чтобы получить этот свой выигрыш?

— Никак нет. Испытание удачи вообще не предполагает использование магии, ваша светлость.

— Сиятельство. Я всего лишь сиятельство, — поправила ошибку Рябова знатная особа, сопроводив эту свою фразу милой улыбкой. — Ну, что же, раз вы не сделали ничего предосудительного и в точности, как я сама, являетесь адептом нашей непостоянной богини, пойдемте, Андрей Рябов, получать наш с вами выигрыш. — И она, гордо держа перед собой поднос с насыпанной на нем кучкой фишек, зашагала в сторону кассы. Рябову, соответственно, тоже не оставалось ничего иного, как вместе с ее главным телохранителем двинуться за ней следом.

И это Андрей еще переживал за то, каким образом будет доставлять свои выигранные фишки до кассы! Тридцать тысяч, выданные еще с детства знакомыми купюрами двадцатипятирублевого достоинства, пусть и в банковской упаковке, — целая дюжина этаких толстеньких черепичных плиток — и как, спрашивается, их теперь нести по городу? Сумкой-то для переноски столь объемного груза он не озаботился. Везет княжне! У нее ее сопровождающий богатырь гораздо предусмотрительней оказался: весь выигрыш сложил в саквояж и потопал вслед за своей патронессой с выражением полнейшего пофигизма на лице.

Андрей уже снова примерялся снимать китель, как в голове послышался знакомый голос.

— Хозяин, щелкни пальцами в направлении денег, пусть гадают, что за заклинание ты использовал.

Так и поступил. По щелчку его пальцев вся немалая кучка денежных знаков просто растаяла в воздухе, переправляясь в домен невидимого посторонним зевакам демона. Как замечательно, что Илон так вовремя вернулся!

Впечатлений от игры в рулетку Андрею хватило с избытком. Сопровождаемый невидимым демоном-хранителем он возвратился к себе в квартиру и развалился в форме морской звезды на своей широченной кровати.

— Уф, не думал, что эта игра выйдет такой волнительной.

— Ну, не зря же я туда регулярно время от времени наведываюсь, — поддержал это эмоциональное высказывание хозяина демон. — Для нашего рода подобный шквал эмоций вокруг в сочетании с перепадами удачи — все равно, что для вас вдыхание аромата изысканных духов или поедание очень-очень вкусного десерта. Вообще, если где-нибудь на Земле имеется портал из темных миров, то почти наверняка он открыт именно поблизости от подобного заведения. Очень уж творящееся там нашего брата привлекает.

— Все же надеюсь, что свободного хода для демонов в наш мир еще не существует. Не хотелось бы внезапно начать воевать с одним из ваших адских легионов.

— Не поверишь, хозяин, сам не хочу, — совершенно неожиданно признался в ответ Илон. — Они же ваш мир очень быстро растерзают, а так, без них, я тут уже до третьего уровня опасности дорос. Так что будь уверен, если я на Земле какого-нибудь демона повстречаю, сам, первым, его прибью, чтобы только он нам тут всю малину не испортил.

Однако хорошо, душевно пообщались. Во многом этот разговор Рябова успокоил. Все же время от времени, нет-нет, да и возникали в его голове мысли о неправильности той ситуации, что он уже демона чуть ли не первейшим своим другом считает.

И снова очередной будний день наступил. Рябов, несмотря на то, что он накануне выиграл денег столько, что, если не слишком шиковать, мог, наверное, уже и всю свою жизнь больше на службу не ходить, вполне прилежно отправился на планерку к руководителю своей практики. Он для себя иной жизни, кроме как в рядах тайной экспедиции уже даже и не мыслил, а чтобы туда попасть, хорошая характеристика от Павла Никитовича была, по его мнению, жизненно необходима.

Так вот, возвращаясь к планерке у полицмейстера. Она в это утро очень сильно затянулось. В принципе, вполне ожидаемое дело, все-таки далеко не каждый день в их городе покушения на высших лиц государства устраивают. Но только Павел Никитович всех своих подчиненных в это утро буквально затиранил, на ходу составляя для них планы мероприятий, которые может и не приведут в конечном итоге к поимке террористов, но должны выглядеть очень значительными в глазах высокого столичного начальства. А что такое вскоре сюда пожалует, никто в общем-то и не сомневался.

— Так вот, значит, собрать обязательные отчеты от старших по улицам и от дворников доходных домов, на вокзале обеспечить досмотр багажа всех подозрительных пассажиров… — перечислял по пунктам свои задания для подчиненных Павел Никитович и поинтересовался у писаря, которого он в это утро дополнительно приставил конспектировать приходящие ему на ум идеи, — Жаднов, ты успеваешь записывать?

— Хр-р! — Неожиданно всхрапнул на вопрос начальника Жаднов, сидевший за спиной полицмейстера в самом углу кабинета.

— Это что такое? — Выразил вполне естественное недоумение Павел Никитович, почти сразу же перешедшее в здоровый начальственный гнев: — Жаднов, да ты спишь, каналья ты этакая!

— А!.. Что?… Я не сплю, ваше высокоблагородие! — Встрепенулся от разгневанного рыка полицмейстера писарь.

— Да как же не спишь, если у тебя весь твой сон на лице написан! — Продолжил распекать проштрафившегося подчиненного полицмейстер.

— Точно, написан! — Подтвердил кто-то из присутствующих, заскучавших было полицейских начальников рангом пониже. — Вся рожа синяя и на лбу буквы проступают.

— Ах ты аспид! — Взревел его высокоблагородие только сейчас сообразивший, что писарь не только не записал последние пункты его речи, но и то, что было записано им чуть ранее, своей рожей настолько по бумаге размазал, что вместо записей там выходило одно невнятное синее безобразие. — Водку пьянствовать, когда у нас в городе такое серьезное происшествие случилось! Все, Жаднов, считай, что половину своего месячного жалованья ты уже проспал.

Сложная комбинация вашего миньона против вашего врага завершилась успешно. 20 % бонусных очков зачислено на ваш счет. — Вдруг проинформировала Рябова Система.

— Илон, с Жадновым, это твоя работа? — Мысленный восторженный вопль парня, если бы его перевести в звуковые колебания, наверное, вышел бы ничуть не тише, чем рев полицмейстера минутой ранее.

— И не нужно так орать. Это я еще только начал с ним разбираться. — Пришел ответ от демона, в котором особого почтения к своему хозяину не ощущалось ни на йоту. — Но правда ведь, разведение сонного зелья я удачно рассчитал?

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 8-ой главы:

Уровень 14

Очки опыта: 1894\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 14;

Ловкость 18;

Выносливость 20;

Интеллект 24;

Дух 26;

Мана 260;

Порча 260.

Дополнительные характеристики:

Удача 4;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 3.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 9

Все же, хоть неожиданно заснувший писарь своей собственной физиономией и уничтожил большую часть результатов внезапно прорезавшегося творческого вдохновения их главного городского полицейского начальника, кое-что из придуманного в голове полицмейстера все же сохранилось. Вот этими самыми, припомненными пунктами полицейские начальники более младшего ранга и были к окончанию планерки озадачены. Ну, и Рябов с ними за компанию.

Точнее сказать, конкретно Рябову, в отличие от прочих, вместе с ним участвовавших в утренней планерке, снова достался выход на уже неплохо известную ему территорию Болота. А просто район тот был крайне проблематичный, работающих по Болоту полицейских и просто на обычное уличное патрулирование категорически не хватало, а тут еще требовалось совершить ряд целевых рейдов, так что практикант — это был чуть ни единственный доступный Павлу Никитовичу резерв, который он смог отправить на тамошнее усиление.

— Так, Андрей, у тебя, как я в курсе, имеются свои подвязки с Горыней? — Сразу принялся обозначать круг первоочередных задач для переданного ему во временное управления практиканта Василий Филиппович, участковый пристав, ответственный за этот самый беспокойный городской район. — Значит, отправишься к нему и поинтересуешься, не осели ли где-нибудь на их территории пришлые подозрительные людишки. Думаю, этой публике и самим подобные соседи, если они есть, в тягость, только по воровским понятиям сделать они с ними ничего не могут, потому есть надежда, что сдадут тебе адреса их залегания с чистой совестью.

Рябов не стал интересоваться, откуда местный участковый пристав знает про ту единственную имевшую место быть встречу с подручным одного из городских Иванов. Понятное дело, опытнейший полицейский имеет свою сеть информаторов, по-другому подобную осведомленность просто не объяснить, потому только кивнул головой, принимая задание.

— А потом, после встречи, если все же от Горыни ничего нам не обломится, ты с Карпом и его приятелем прогуляешься по старшим улиц с тем же самым вопросом, — дополнил задание Рябову на весь сегодняшний день Василий Филиппович. — И помни, никакой, даже малейшей самодеятельности. Если будет хоть какая-то информация, сразу же бегом ко мне. Мертвые герои нам тут без надобности.

Когда Василий Филиппович закончил Рябову ценные указания выдавать, время на часах как раз до обеда уже дотикало. Все же планерка у полицмейстера сегодня продолжалась ну просто аномально долго. Потому практикант сразу же поспешил в тот трактир в центре Александрова, который ему предложил Горыня для связи на случай, если вдруг появится насущная необходимость в обмене сведениями.

Не то вид у него в одиночестве оказался более представительный, чем у него же, но в компании двух младших полицейских чинов, не то повысившаяся удача сработала, а, скорее, просто, в этот день привратник в трактире нес свою службу менее старательно. Но внутрь Рябов попал вообще без всяких затруднений. Местный халдей на входе только поклонился новому посетителю их заведения.

— Егор Мефодьевич, — обратился Рябов к распорядителю зала, увидев его проходящим мимо, — мне необходимо переговорить с Горыней…. Срочно. — Добавил он, увидев, каким оценивающим взглядом уставился на него сей ответственный работник посещенного заведения.

— Ну… что ж… сейчас уточню, на месте ли сей господин, — процедил Егор Мефодьевич, все еще оценивающе разглядывая обратившегося к нему излишне молодого посетителя, но все же удалился в сторону отдельных кабинетов.

— Проходите-с, уважаемый, — позвал он Андрея, возвратившись через несколько минут. Голос его при этом стал не то, чтобы подобострастным, но градус уважения в нем к собеседнику заметно повысился.

— Не ждал вас, господин Рябов, так скоро, — кивнул вошедшему в кабинет Рябову в ответ на его приветствие представитель воровской братии. — Какими судьбами к нам, или у вас появились новые сведения по интересующему нас делу?

— Немного сведений прибавилось, — отозвался молодой сыщик в ответ. — Теперь можно уже твердо утверждать, что основным критерием отбора жертв для того ритуала стала их… скажем так, любовь к столовому серебру. — Он поведал Горыне о разведанных им сведениям, чем даже вызвал небольшой смешок со стороны громилы.

— Хорошо… хотя, на самом деле, ничего хорошего, черных-то ни мы, ни полиция так и не вычислили. Значит, почти наверняка стоит ожидать повторения подобного эксцесса, — нахмурился собеседник Рябова, словно устыдившегося, что позволил себе смеяться по поводу стол серьезного дела. — Но ведь вряд ли вы, господин Рябов пожаловали ко мне, чтобы просто проинформировать наше братство об этих ваших изысканиях со столовым серебром.

— Пришел просить вас поделиться возможными сведениями о местонахождении лиц, устроивших взрыв перед кортежем великого князя, — прямо объявил Андрей о цели своего визита к уважаемому вору.

— Вот потому-то я и предлагал вам, господин Рябов, просто платить за ваши сведения деньгами. Вы вообще понимаете, что сейчас попросили меня о совершенно невозможной вещи? — Воззрился на своего посетителя вор едва ли даже не угрожающим взглядом.

— Почему же невозможной? Эти террористы ведь никоим образом не относятся к членам вашего братства, — поинтересовался Рябов в ответ на громкое заявление Горыни.

— Они, как и мы, находимся по ту сторону закона, и точно так же, как мы, в любой момент можем оказаться за решеткой. Поверьте, никому из воров совершенно точно не нужно возможное противостояние там с подобной публикой. Так что мой ответ: «нет», этих сведений полиции я точно не предоставлю ни при каких обстоятельствах.

М-да, разумеется, Андрей уже изначально испытывал сомнения по части того, что вор согласится ему помочь в розыске бомбистов, но уж точно он не ожидал такого категоричного отказа. Впрочем, вообще не факт, что Горыня хоть что-то знал о террористах. Запросто могло быть и так, что подобный отказ мог всего лишь маскировать тот факт, что воры, даже на своей территории, были отнюдь не всеведущими.

Хм, а что если попытаться послушать, что именно по этому поводу будет говорить Горыня после ухода Андрея? Тему то он при своем визите поднял довольно горячую, запросто может быть так, что воры после его ухода затеют какое-нибудь обсуждение.

— Илон, — мысленно обратился он к демону, который все время переговоров оставался по ту сторону двери кабинета, в коридоре, — ты не мог бы попытаться послушать, что Горыня будет говорить о разыскиваемых нами бомбистах своим подчиненным?

— Попытаюсь, конечно, — отозвался демон, — но ты же понимаешь, хозяин, что с помощью имеющихся у него в кабинете артефактов он, возможно, сможет меня засечь.

— М-да, ты прав, нехорошо получится, Горыня — умный тип, запросто может догадаться, если сразу же невидимую слежку обнаружит, что это после моего посещения остался ему такой подарочек…. Знаешь что, попробуй просто сопроводить его, — поправился в своих указаниях Проводник темных сил, — не все же время Горыня проводит в этом своем защищенном кабинете. А в других местах подобной защиты нет.

С Карпом и Иваном Рябов повстречался едва только на территорию Болота вошел. Двое приятелей шли по улице, что-то очень оживленно между собой обсуждая, точнее даже споря.

— О чем спорите? — Спросил Андрей, поздоровавшись с полицейскими за руку.

— Да вот, обсуждаем, приезд в гости к старшему на Малиновке племянника с тремя приятелями разом — это можно считать нормальным делом или нет? — Разом сформулировал тему их дискуссии Карп. — Мне кажется, надо об этих гостях Василия Филипповича проинформировать, а уж дальше пусть у него голова болит.

— Ты, Карп, словно последний день тут служить собрался. Филиппыч же сразу же к Прохору на подворье воинскую команду отправит, солдаты там что-нибудь порушат, а Прохор — не последний человек на Болоте, и вовсе даже не дурак. Поймет, откуда к нему такую напасть принесло, затаит на нас злобу, мы с тобой потом ой, как наплачемся. — Это уже Иван практически вынес на суд третейского судьи в лице Рябова свое мнение по данному вопросу.

— Да что он нам может сделать? — Закусился Карп на эти, вроде как, продуманные доводы своего приятеля, — а вдруг там, в самом деле, бомбисты замаскированные? Тогда можно сразу и на новое звание рассчитывать, и на премию к окладу.

— Тю-ю, премия к окладу!.. Трояк от силы. У Прохора свояк продукты мадам Жизель в ее веселый дом поставляет. Смекаешь, как он может на наши с тобой планы повлиять?

— У-у, Ваньша, вот умеешь ты мечту человеку испортить! Я, может, всю жизнь мечтал высший разряд к своему чину получить. Только вслушайся, как звучит: «Городовой высшего разряда Карп Лунгин». Ладно, пошли тогда дальше старших улиц опрашивать.

— Ребята, а как же те четверо приезжих? — Поинтересовался у городовых Рябов. — Вдруг, в самом деле, бомбисты?

— Да проверили мы их. Четверо студентов столичного университета. Трое — с техномагического факультета и четвертый с этого… как его… с физико-химического. Документы в порядке. Это мы просто перед тобой, твое благородие, тут Ваньку валяли, — ощерился на Рябова Иван, давая понять, что данный вопрос спора закрыт окончательно.

— Чего это сразу Ваньку? Может, Карпа? — Моментально отреагировал на подколку его напарник.

И они пошли по неблагополучному району дальше. И Андрей с ними. Не то, чтобы он решил по примеру своих спутников махнуть рукой на информацию об этих подозрительных студентах, но и гнать лошадей тоже решил погодить. Если даже те студенты — это искомые террористы, вряд ли они в самый разгар их поисков ни с того, ни с сего с уже проверенного полицией места сорвутся на обозрение многочисленных доглядчиков. А вечером вернется Илон, он в своей бестелесности за студентами и присмотрит. Без проверки ведь панику у начальства поднимать — тоже так себе идея. Может, в самом деле, племянник с друзьями к любимому дяде в гости приехал….

Уже потом, так сказать постфактум, вспоминая внезапно закрутившуюся вокруг них карусель событий, Рябов очень сильно возблагодарил судьбу, что все это произошло с ними именно на Болоте. Где-нибудь в центре, возле собственного дома, он точно не был бы столь настороженным и запросто мог бы промедлить и не успеть выставить динамический щит вовремя. Соответственно, заряд картечи, выпущенный буквально с пяти шагов ему в лицо, просто снес бы с плеч его голову, а не осыпался раскаленными свинцовыми катышами ему под ноги….

Впрочем, обо всем по порядку.

— Чего это они там так разорались? — Задался вопросом Иван, когда они проходили мимо калитки одного из самых добротных в улице домов. И таки да, кричало сразу несколько человек, голоса были слышны как мужской, так и женский. Причем женский звучал просто таки панически, а потом и вовсе сменился визгом, как от страха или же сильной боли.

Они, все втроем, еще на улице стояли, раздумывая, бежать на эти крики или лучше не надо. Про специфику обитателей этого района, очень сильно не любящих вмешательство полицейских в их внутренние дела, опытные городовые не забывали ни на миг.

Внезапно калитка с грохотом распахнулась, в ее проеме возник всклокоченный мужик с ружьем в руках, который лишь пару секунд промедлив, с диким воплем:

— На помощь! Убивают, демоны! — Вдруг выпалил из него в стоящего чуть впереди Рябова. За малым худого не приключилось. Спасибо Илону, что когда-то разведал и научил своего хозяина секретному защитному заклинанию одного из дворянских родов. Заклинание не было чем-то таким уж сильно выдающимся, потребляло много маны, защищало исключительно от быстро летящих предметов и совершенно не сочеталось со щитами от магии, но в этот раз, вовремя на чистом инстинкте примененное, спасло парню жизнь.

Ловкость +1, — оперативно отреагировала Система на это действие парня.

Впрочем, на этом все дела отнюдь не закончились. Во-первых, мужик с ружьем, разрядив свое оружие, угомониться, разумеется, не пожелал. Перехватив ружье за ствол, он, воздев его над головой на манер древней дубины, помчался на добивание противника. Против приклада ружья динамический щит защищал совсем плохо, практически никак, скорость удара в таком случае была слишком низкой. К счастью, у Рябова были и иные наработки, помимо этого самого щита. Не магия, точнее и кое-какие заклинания вполне могли бы помочь, но на их сотворение совершенно не оставалось ни времени, ни сосредоточенности сознания. Потому вновь воспользовался наукой дядьки Опанаса. В свое время дядька показывал и такой вот прием, против дубинки. Тут самое главное было под первый удар не попасть.

Матерящийся на всю улицу и призывающий на помощь мужик, лишившись ружья, растянулся во весь свой немалый рост на тротуаре. Казалось бы, на том и закончилась эта странная история, но нет.

— Фараоны Тимоху забивают! — Заорал один из трех парней, шедших в этот момент по улице.

— Он сам на нас напал! — Отмер пораженный до самой глубины души внезапно понесшимися галопом событиями Карп.

— Отпустите соседа, Ироды, что он вам плохого сделал? — Заголосила с противоположной стороны улицы соседка безумного агрессора. Не то только что подошла и просто не видела самого момента выстрела, не то для нее выстрел в лицо одному из фараонов и вовсе был совершенно благим, абсолютно не порицаемым деянием.

— Отходить, однако, нужно! — Взял в свои руки управление их маленьким отрядом Иван. — Твое благородие, ты бы отпустил его, пусть тогда сами с этим своим сумасшедшим разбираются. С ним нас народ отсюда теперь точно не выпустит. Чтобы тут кого-то арестовывать, сюда надо со взводом заявляться, не меньше.

Меж тем, народу на улице все прибывало. Уже пара человек откуда-то обзавелась здоровыми сучковатыми дрынами, а у одного из мужиков вообще виднелось еще одно ружье. Он пока к плечу его не прикладывал, просто держал закинутым за ремень на плечо, словно вот прямо сейчас собрался идти на охоту. Но нервозности полицейским одним только своим видом, конечно же, доставлял изрядно.

Все же просто так отпускать безумца Андрей поопасался. Припечатал оглушающим заклинанием. В отличие от того же заклинания сна, оглушение не требовало ни больших затрат маны, ни хоть какой-то ситуационной предрасположенности человека-мишени. Всего лишь легкая дезориентация на минуту-другую. Как раз достаточная, чтобы незадачливым городовым удалиться на безопасное расстояние.

Мало что соображающего пленника городовые оставили на радость освободителям и отошли дальше по улице. Не очень далеко. Встали так, чтобы было отлично видно и слышно, как там дальше будут развиваться дальнейшие события. Все же обязанностей по предотвращению крупных беспорядков с них никто не снимал, а уж явный буйно помешанный — вполне себе верная примета чего-то подобного в самом ближайшем будущем.

И дальнейшие события не заставили себя ждать. Оглушающее заклинание и так-то отличается недолговечным эффектом, а тут Рябов еще и маны на его поддержку влил только самую малость. Так что агрессивный мужик пришел в себя быстро. Очухался, повел по сторонам налитым лютой злобой взглядом, да и, вскочив с земли, тут же заехал кулаком в физиономию соседа, как раз в этот момент изучавшего гравировку на отвоеванном у полицейских ружье. И таки да, ружье, из которого безумец стрелял в Андрея, городовым тоже пришлось оставить на радость разбушевавшейся толпы. Ну, оно же все равно было не заряжено, а с другой стороны раздражать толпу изъятием личного имущества «страдальца» встрявшие полицейские посчитали делом неразумным.

Так вот, один из спасителей от полученного удара полетел на землю, а безумный Тимоха, вновь получивший в руки свою высокотехнологичную «дубину», с нечленораздельным ревом принялся лупить прикладом ружья направо и налево по собравшимся тут людям. Не сказать, чтобы все удары попадали в цель и, тем более, наносили тяжкие повреждения, но воплей вокруг, конечно же, заметно прибавилось.

Разумеется, собравшиеся мужики попытались обезоружить буйного сумасшедшего, но вот тут вскрылся один немаловажный нюанс. Это против пришлых фараонов народ действовал решительно и даже местами дружно. Совсем иное дело, когда оказалось, что действовать нужно против всем знакомого соседа, а для некоторых даже и не просто соседа, а приятеля и собутыльника. Кое-кто просто со стороны наблюдал, как другие, матерясь и сыпя угрозами, пытаются окружать точно так же матерящего и ругающегося Тимоху, кое-кто и вовсе по своим дворам попрятался. Короче, несогласованность действий привела к тому, что число покалеченных в улице на пару человек прибавилось, а безумец по-прежнему так и оставался вооруженный и на свободе.

— Что взяли? Демоны! — Торжествующе ревел косматый мужик, поводя вокруг налитыми кровью глазами. — Я еще сейчас только патроны принесу и вас всех отсюда повыведу!

— Господа полицейские, а вы что же, так и будете просто смотреть, как тут этот Анчутка порядок нарушает и честным царевым подданным смертоубийством грозится? — Обратился самый сообразительный из местных к безучастно стоящим поодаль полицейским.

— Зачем нам смотреть на это безобразие? — Вполне натурально изумился Иван. Он тут сейчас патроны принесет, стрелять начнет. По нам уже стрелял, мы его за это в каталажку хотели отправить, чтобы поостыл и протрезвел, но вам же он гораздо милее, когда на свободе. Так что сами разбирайтесь с сумасшедшим. А мы, пожалуй, пойдем потихоньку. Право, снова подставляться под выстрелы совсем даже не охота.

— Были не правы, осознаем. Исправимся, — Едва ли не в телеграфном стиле зачастил местный житель, потому что Тимоха все так же, ругаясь и угрожая выйти уже с заряженным ружьем, отправился к себе в дом.

— Не-е, — замотал головой Иван, — это ты так говоришь, а остальные потом, когда мы снова этого разбойника спеленаем, опять бузить затеют, выходит, мы только понапрасну будем своими жизнями рисковать. Опять же, я с моими товарищами через вас, может, потерял всю веру в человеческое благоразумие. Не-е, даже не проси. Пошли, ребята.

— Синенькую за обиду вам выплатим, чтобы, значит, после службы могли веру в разум человеков поправить, — уже в спину, удаляющимся полицейским выкрикнул озабоченный спокойствием в данном месте местный житель.

— Деньги вперед! — Отозвался, вновь остановившись на месте, прохиндей в полицейской форме. И уже обращаясь к Рябову: — Андрей, ты как, сможешь еще раз, на бис свое выступление со стрельбой по тебе повторить?

Однако это был чуть ли не первый раз, когда один из этой двойки городовых обратился к Рябову по имени, а не немножко ироничным «твое благородие». За такое признание его своим еще, в сущности, подросток и не на такой риск был готов пойти. Тем более что с заклинанием против выстрелов из огнестрельного оружия и прочей своей магией он не так уж и сильно на самом деле рисковал.

— Повторю без проблем, — только и сказал преисполнившийся уверенностью в собственных силах практикант, уже примеряясь взглядом к забору участка, на котором скрылся вооруженный сумасшедший.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 9-ой главы:

Уровень 14

Очки опыта: 5111\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 14;

Ловкость 19(+1);

Выносливость 20;

Интеллект 24;

Дух 26;

Мана 260;

Порча 260.

Дополнительные характеристики:

Удача 4;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 3.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 10

Однако, как ни рассчитывали приятели в полицейской форме спустить всю приключившуюся с ними сегодня катавасию на тормозах, а вызывать группу следователей с криминалистом все же пришлось. Не зря в тот момент, когда они только проходили мимо в первый раз, за воротами дома Тимохи такие истошные крики раздавались, ой, не зря!

Свихнувшийся обитатель Болота начал свою агрессию проявлять со своих домашних. В доме, после того, как Рябов во второй раз скрутил лохматого мужика с ружьем, обнаружился старик с размозженной головой, Пара зарезанных кухонным ножом ребятишек и раненая, но живая женщина, жена убийцы, которая, захлебываясь слезами, и рассказала, с чего все у них началось.

Андрей никогда бы не поверил, но этот сумасшедший с глазами дикого зверя еще позавчера с утра вполне осознанно и рассудительно собирался добыть средства, чтобы достойно отметить сдвоенный день рождения своих сыновей-близнецов. Как раз сегодня, кстати, им исполнилось десять. Причем, задумал не просто сводить ребятишек в губернаторский сад, сельтерской водичкой там с сиропчиком напоить, а как это у каких-нибудь благородных принято: накрыть достойный стол для всей семьи, подарить подарки.

И единственным нюансом в этом вполне благородном желании, устроить достойный праздник для своих детей, был тот момент, что основной профессией Тимофея была воровская. Иными словами, он был вполне квалифицированным и востребованным в узких кругах вором-домушником. Лазил, добывал всякие вещички из богатых домов под заказ, не взирая ни на каких сторожей и даже магические сигнализации.

Собственно, и в этот раз под подобный же заказ он тоже вполне удачно на первый взгляд отработал. Добыл какую-то страшненькую каменную фигурку человекоподобного монстра. Раненая женщина, когда рассказывала о том моменте, как ее супруг приволок к ним в дом свою добычу, аж передернулась вся. По ее словам ей в тот момент показалось, что из статуэтки этой на нее на секунду взглянуло чистое зло. Ага, именно такими словами и сообщила. Потому попросила побыстрее унести древнюю статуэтку демона заказчику. Да, видать, поздно уже было.

А потом прибыла команда из полицейского отдела. И следователь из той команды со знанием дела принялся рассказывать, что они не первый раз уже сталкиваются с подобными случаями буйного помешательства у людей, соприкоснувшихся с очень древними статуэтками, произведенными еще аж четыре с лишним тысячелетия назад, в Древнем Шумере. Причем, обычно, ничто, как говорится, не предвещает, веками она — статуэтка, как статуэтка, и вдруг раз!..И налицо куча трупов. По словам следователя, соседи Тимохи еще легко отделались, что на этот раз только его собственная семья пострадала.

— Да, легко отделались, — покивал головой молодой практикант, слушая байки умудренного товарища, — но только в нашем случае ведь ничего еще толком и не закончилось. Статуэтки то мы в доме так и не нашли, отнес ее Тимоха заказчику.

— Бог даст, мы вообще с этим делом больше не столкнемся, — оптимистично ответил на это нерадостное заявление все тот же следователь. Заказ на похищение этой статуэтки ведь запросто мог поступить откуда угодно, хоть даже из-за границы. Коллекционеры подобной гадости больше всего в Британии обитают. Вот пусть там у ихнего Скотленд Ярда голова болит.

И хоть это выглядело аморально, желать зла другим людям, ему даже совсем незнакомым, Андрей с таким вот высказыванием опытного полицейского согласился со всем пылом своей души.

Однако подзадержался в этот день на службе Андрей! До самого вечера всякие протоколы составляли, проводили опросы соседей, просто смотрели, как эксперт — ритуалист раз за разом безуспешно пытается установить нынешнее направление в сторону зловредной статуэтки. А запросто мог бы задержаться и еще на подольше: двое приятелей — городовых звали поучаствовать в пропитии честно ими совместно заработанной «синенькой» пятирублевки, полученной с соседей того буйно-помешанного воришки. Практикант со всем вежеством отказался: не любитель он был «зеленого змея», да и домой отчего-то очень сильно вдруг захотелось.

— Проследил я за Горыней, — начал ему докладывать результаты исполненного задания Илон, дожидавшийся своего хозяина дома. — Он, как после тебя, хозяин, отобедал, так сразу же и засобирался. Воры, как ты и предположил, сами ничего насчет лежки тех бомбистов не знают. Горыня велел своим подручным по своим информаторам в городе пробежаться и порасспрашивать на эту тему. Завтра, если отпустишь, послушаю, что они там наразведывали.

— Конечно, сходи, — кивнул головой Андрей, — вдруг, в самом деле, отыщут злодеев. А мне тогда выдай из наших запасов упаковочку денег. Зайду в магическую лавку, раз у нас с тобой снова денежки завелись. Тем более что и срок между приемами зелий, повышающих характеристики, уже весь вышел.

Новое утро, и очередная планерка у Павла Никитовича. Писарь, которого за сон на рабочем месте его главный начальник совсем застращал, просто таки ел глазами фигуру полицмейстера. В этот раз главный полицейский устроил опрос, кто из его подчиненных, начальствующих над отдельными полицейскими отделениями, что сумел за прошедшие сутки нарыть. Причем, не просто опрашивал, а опрашивал под запись, чтобы, так сказать, наглядно решать в конце месяца, кто достоин премии, а кто и одним только голым окладом перебьется.

Убеленные сединами околоточные и частные руководители вставали один за другим и сообщали: такие-то здания и территории проверили, с такими людьми провели беседы. Уже почти все отчитались, очередь дошла до коллежского асессора Александра Аристарховича Абашева. Но только он начал свой доклад, как со стороны писаря вдруг раздался громкий звук рвущейся ткани. Ну, это Рябов так вначале подумал, на эту причину, но достигшее его ноздрей едкое зловоние моментально убедило его в его ошибке.

— Жаднов! Песий ты сын! Ты что себе позволяешь? — Вскипел полицмейстер, перебивая доклад уважаемого частного пристава. — Ведь ты же удушишь нас всех сейчас.

— Простите, ваше высокоблагородие, — писарь подскочил со своего рабочего места и, согнувшись в три погибели и держась за ягодицы, даже не спрашивая разрешения, помчался на выход. — Мне очень надо выйти! — Последние слова своей реплики он договаривал уже практически из коридора.

— Фу! Ну, и вонь! Совершенно никакой возможности работать нет. Совещание окончено! — Подвел итог сегодняшнему заседанию господин полицмейстер, так и оставив доклад частного пристава Абашева недослушанным, и первым заторопился к выходу из кабинета.

Сложная комбинация вашего миньона против вашего врага завершилась успешно. 20 % бонусных очков зачислено на ваш счет. — Внезапно всплыла перед глазами практиканта черная надпись, адресованная ему Системой, очень явственно намекая, кого Жаднову следует благодарить за свои сегодняшние злоключения.

Андрей Рябов тоже покинул кабинет Павла Никитовича вместе со всеми, после чего все же решил доложить полицмейстеру случайно услышанные им вчера сведения о приехавшей к старшему на улицей, носящей название Малиновка, целой ватаге студентов.

— Ты прав, Андрей, очень подозрительная компания, — согласился со своим практикантом главный городской полицейский. — Немедленно распоряжусь по тому адресу выслать усиленную команду. Хочешь поехать с ними?

— Мне бы лучше в полицейском архиве покопаться, — просительно протянул Рябов. — Вдруг я там какие-нибудь сведения о культистах и их жертвах сумею отыскать? Ведь дело то это так до сих пор и не закрыто.

— Все никак не можешь с тем жертвоприношением успокоиться? Ведь сто раз уже тебе говорил: не наше теперь это дело, пусть у Малышева теперь об этом голова болит. — Прищурился на него полицмейстер, но после все же смилостивился. — Ну, хорошо, если так тебе это дело на душу запало, можешь хоть весь день сегодня там сидеть, все равно у меня для тебя сегодня каких-то особых заданий нет.

— Мне бы еще подписанное вами разрешение, Павел Никитович, — продолжил клянчить молодой сыщик, — без него ведь мне запросто могут отказать и не допустить к бумагам.

— Будет тебе разрешение, — кивнул головой старший полицейский, — а если по твоим словам мы еще и террористов прищучим, я тебе такую характеристику напишу, что хоть сразу в столицу на ответственную должность забирай!..

— Только, Павел Никитович, может, они и не террористы вовсе, — Рябов на всякий случай решил оставить себе ход для отступления. — Во всяком случае, городовые, проходившие по той улице с обходом, сказали, что бумаги у всех четверых были в порядке.

— Они у всех злоумышленников в порядке, ибо готовятся тати. Это у честных подданных государя обязательно какие-то накладки с документами случаются, — проворчал полицмейстер, выписывая Андрею бумагу для посещения вожделенного тем архива.

Однако удачно все вышло: вывеска магической лавки обнаружилась буквально в двух шагах от здания, в котором размещался полицейский архив, даже идти никуда дополнительно не пришлось. И зелья на все пять основных характеристик в продаже отыскались. Точнее, официально зелья на повышение духа в продаже не было, но местный приказчик делал такие усиленные намеки, что даже до, в общем-то не очень искушенного в этих делах практиканта дошло: дело всего лишь в дополнительной денежке, выплаченной на руку здешнему продавцу, а с деньгами парень проблем на данный момент не испытывал. Еще и, когда данный хитрован принес из подсобки саквояж с содержащимися в нем товарами, которые тот, вроде как, предлагал клиентам помимо хозяйской кассы, Рябов углядел в нем, помимо нескольких флакончиков с зельями, парочку книжек.

— Справочник монстров с подробным перечнем наиболее ценных органов, которые можно с них добыть, и книга с описанием древнеиндской методы по тренировке сознания, — отозвался вороватый приказчик на его вопрос.

Справочник монстров оказался уже зарезервирован за кем-то из покупателей, а вот книжку с древней методой Андрей все же не удержался и купил, хоть и цена в целых пятьдесят рублей за одну книжку показались ему сильно завышенной. С другой стороны, деньги, как уже отмечалось, у Рябова были, а вот подобного учебника он еще вообще не встречал в своей жизни ни разу. Еще и тут же, как только приобрел, так все зелья сразу же выпил. А пустые пузырьки сдал обратно в лавку. Хоть малую денежку, да возвратил, зато с учетом этого и книжка ему обошлась не в полста рублей, а только в сорок восемь.

Но таки, очень похоже, что все в мире взаимно уравновешено. День, начавшийся для Андрея Рябова так многообещающе, закончил ровным счетом ничем. В архиве изучение бумаг полицейского расследования смерти Евдокии Матвеевны Подшиваловой не дало для раскрытия нового преступления ровным счетом ничего. Угорела в бане. А все мысли коллежского асессора Абашева, ведшего это дело, о причастности к смерти супруги ее мужа, Ефима Подшивалова, хоть и оказались отражены в виде гипотез и предположений на бумаге, но вот сколько-то серьезных доказательств вообще не имели. Кстати, в деле не оказалось ровным счетом и ни одного свидетельского показания. Там вообще, кроме околоточного Чапыгина, вызванного самим Ефимом Подшиваловым для освидетельствования по случаю смерти жены и следователя Абашева ни одного имени не значилось. Вопрос, от кого борющиеся с преступностью культисты вообще узнали о причастности к смерти жены этого самого мещанина, оставался открытым. Ну, не от полицейских же! Или от полицейских?

А еще в архиве не оказалось никаких бумаг, связанных с Сонькой Позолоти Ручку. Похоже, и в самом деле, воровка совсем недавно в Александров приехала. И со знакомыми этой жертвы вопрос тоже подвис в воздухе. По всему выходило, что кроме своей соседки по комнате, она здесь, в городе, ни с кем особо-то и не общалась. И вот куда она отправилась в день своего исчезновения? И, кстати, откуда полицейские вообще узнали, что эта самая Сонька — воровка, ведь ее воровской инструмент Андрей обнаружил уже намного позже?

Загрузив свою голову всеми этими вопросами, Андрей Рябов возвратился к концу рабочего дня обратно в управление.

— Не сыграла твоя карта, Андрей, — такими словами встретил его появление в своей зоне видимости Павел Никитович. — Документы у тех студентов, в самом деле, в порядке, и среди вещей ничего предосудительного тоже не обнаружено. Они, собаки сутулые, к дядьке одного из них приехали отведать его самогона, настоянного на лимонных корках. Очень племянник этот самогон им расхвалил.

И вот спрашивается, куда податься бедному сыщику, если ни одна из его идей по поводу расследования преступлений не сработала, а новых идей в голову вообще не приходит?

Разумеется к даме. Прямо вдруг в душе у Андрея защемило, до чего захотелось вдруг Надьку увидеть. Вспомнив рассказы взрослых мужиков об особенностях куртуазного обращения с дамами, купил за пятиалтынный у старушки, торгующей на углу, небольшой букетик фиалок, перевязанный атласной лентой, и, зажав его в руке, решительно зашагал в сторону дома Калмыковой.

На его счастье подруга оказалась дома. Правда, при виде у себя на пороге Рябова сильно расстроилась.

— Ой, а у меня и угощать тебя, Андрюша, нечем. Весь день, с утра, варила сложный состав, только полчаса, как его охлаждаться поставила. Даже за хлебом сегодня не ходила.

— Ну, так пошли вместе. За одним еще чего-нибудь к столу купим, — предложил молодой человек.

Рябов был готов, что Надежда снова поведет его за так любимыми ей пирожными, но его подруга оказалась намного более практичной хозяйкой, принялась затовариваться в ближайшей бакалейной лавке разнообразными простыми и сытными продуктами: хлебом, молоком, яйцами, копченым мясом, сыром. Из более-менее дорогого и не часто встречающегося в это время года только и взяла три красных пузатых помидорки. Штучный товар, за каждую пришлось выложить аж по серебряному четвертаку, едва ли не столько же, сколько и за всю остальную практически до верха наполненную авоську снеди. Для помидор у них был еще не сезон, потому для их выращивания явно использовалась друидская магия, а магия по определению не может быть такой уж дешевой. Хоть магия растений и не относилась к боевым разделам, адепты ее все же почти наверняка относились к дворянскому сословию.

— Я люблю, конечно, помидоры, но не так, чтобы очень, — пояснила Андрею подруга на его заинтересованный вопрос по поводу покупки редкого овоща, — но вот с ними я тебе практически на скорую руку смогу приготовить очень вкусное и сытное блюдо, мне его Соня показала. Ты ведь со службы ко мне пришел, голодный, а мужчину полагается кормить.

И в самом деле, новое блюдо сготовилось необычайно быстро. По факту это оказался обычный омлет, но заправленный поджаренными кусочками хлеба, копченым мясом, помидорами и расплавленными на поверхности блюда ломтиками сыра, он показался проголодавшемуся молодому сыщику пищей богов.

— А что за сушеные травки ты сыпала в молоко в начале готовки? — Поинтересовался на славу накормленный кавалер, отодвигаясь от края столешницы.

— Не бойся, не приворотное зелье… хотя… возможно, как раз оно. — Рассмеялась на эти расспросы травница. — Просто у меня в моей работе используется много всяких ароматических травок. Вот, понемногу экспериментирую с их смешиванием. Любисток, исоп, майоран, базилик… много всего. Считай, это мой секретный ингредиент, попробовать блюда с которым, ты сможешь только у меня.

— Кстати, к вопросу об ингредиентах, — вдруг припомнил Андрей злоключения писаря Жаднова, — помнишь, к тебе на днях мой приятель заходил за средством от бессонницы?..

Смех девушки на рассказанную ей историю раскатился по комнате звоном серебряных колокольчиков. Андрей просто не смог не залюбоваться на ее немного запрокинутое кверху лицо и туго натянутую ткань сорочки на груди. Реально завораживающая картина.

— Ты чего так на меня смотришь? — Поинтересовалась Надежда у приятеля, немного засмущавшись от его пристального взгляда.

— Ты очень красивая, когда смеешься, — ответил молодой человек, все еще не в силах отвести от нее взгляд.

— А, значит, когда я серьезная, то вовсе тебе не нравлюсь? — Сделала неожиданный вывод подруга, от чего Андрею пришлось оправдываться.

— Ты всегда мне нравишься. С детства на тебя любовался. И когда ты на учебу из нашего города уехала, я к тебе очень сильно хотел приехать. Только мне сказали, что в первые месяцы учебы к вам вообще никого не допускают, а потом я сам в училище тайной канцелярии угодил. Нас оттуда до самого окончания вообще никуда не выпускали, даже на каникулы.

— Но теперь-то я здесь, и ты тоже, — объявила Надежда как-то резко изменившимся низким грудным голосом.

— Да, — согласился Андрей, все еще не отваживаясь сделать то, что ему очень страстно хотелось.

— Бог мой, Рябов, ну не будь же ты таким тугодумом! — Вдруг воскликнула Калмыкова, вставая из-за стола и подходя к нему вплотную.

Правда, и тут Андрей чуточку перестраховался. Сначала взял ее за руку и поднес к губам тонкие девичьи пальчики с коротко, под самый корень обрезанными ноготками. На что Надя взъерошила второй, свободной рукой ему волосы.

— Ты мне тоже очень-очень нравишься. — Объявила она, как бы тем самым давая разрешение на последующие более серьезные действия.

В первый раз поцеловать объект своей самой первой любви. В голове молодого кавалера от волнения пульс застучал молоточками, а все восприятие окружающего сузилось до ощущения мягкости Надиных губ, его касающихся. И чуть прикрытые глаза девушки… близко-близко.

— Погоди, Рябов, ты мне весь турнюр помнешь, как я завтра на люди покажусь, — вдруг отстранилась от него красавица, а до самого Рябова вдруг дошло, что все время поцелуя его руки совершенно неосознанно с силой обхватывали заднюю, наиболее выступающую часть ее фигурки.

Впрочем, проблемы с хрупкими, легко повреждаемыми деталями своего туалета девушка решила максимально быстро. Укрывшись за имевшейся в ее квартире передвижной ширмой, просто переоделась в домашнюю, гораздо более тонкую и облегченную одежду, после чего вновь вернулась в объятия парня.

— Итак, на чем мы закончили? — Поинтересовалась у него, побуждая к продолжению действий, столь нравящихся им обоим,…тем более, сквозь тонкую льняную ткань все так замечательно хорошо ощущается.

Кто первый из двоих милующихся предложил для большего удобства перейти в горизонтальное положение на узкую девичью кровать, стоящую тут же, буквально в паре-тройке шагов? Или у них это оказалось совершенно одновременное обоюдное желание? И все же, в женской одежде, даже домашней, так много всевозможных завязок и вообще совершенно лишних, сильно мешающих слоев! Андрей даже на минутку пожалел несчастных женщин, вынужденных каждый день надевать все это на себя. Понятно теперь, отчего дамы так медленно шествуют обычно по улицам. А вы попробуйте пробежаться, нарядившись вот этакой вот капустой! Мигом, если даже не запутаешься в слоях ткани вокруг ног и не растянешься по дороге на потеху публике, так запыхаешься и начнешь неистово обмахиваться веером от наступившего перегрева.

Впрочем, все эти отвлеченные мысли совершенно не мешали нашему ловеласу освобождать вожделенное тело своей подруги из всех укутывающих ее оберток. И, надо отметить, сама Надежда совершенно не возражала против этих действий своего кавалера, только когда они уже совсем практически избавились от своей одежды, внезапно приподнялась, опершись на локоть, и сверкая в полумраке своими колдовскими глазищами, очень серьезным тоном предупредила:

— Только, чур, Андрюша, никаких далеко идущих планов из этих наших встреч мы строить не станем. У тебя, как я вижу, вместо семьи всегда на первом месте твоя служба будет, а я тоже, пока молодая, хочу найти свое место под солнцем.

Серьезные слова, но, признаться честно, Рябов как услыхал их, так и забыл тут же. В тот момент, когда твоей обнаженной кожи касается разгоряченное женское тело, мужские мозги, вместо планов на будущее, оказываются заняты совершенно другими мыслями.

Домой Андрей возвращался по пустынным улицам ночного города гордый и счастливый. В памяти постоянно скользили отдельные отрывочные картины всего случившегося с ним в этот вечер. Он познал женщину! Это ли не повод для гордости. Еще не успев удалиться от дома, в котором проживала его подруга, и на пару кварталов, Рябов уже начал строить планы, как бы вновь побыстрее с ней увидеться. Очень жаль, что у Нади в ее комнате оказалась столь неудобно узкая кровать, на которой ей и одной-то тесно спать, а уж вдвоем нормально уместиться решительно невозможно, а то, может, вообще заночевал бы у нее. Подруга, кстати, тоже по этому поводу сокрушалась.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 10-ой главы:

Уровень 14

Очки опыта: 6109\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 15(+1);

Ловкость 20(+1);

Выносливость 21(+1);

Интеллект 25(+1);

Дух 27(+1);

Мана 270;

Порча 270.

Дополнительные характеристики:

Удача 4;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 3.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 11

Несмотря на ночной мрак, до своего места жительства Рябов добрался без проблем. А уже там его дожидался очень возбужденный демон.

— Хозяин, где ты пропадаешь? — Насел Илон на своего патрона, едва только тот показался на пороге их квартиры. — Я такое подслушал, такое подслушал….

Что именно сумел подсмотреть пронырливый демон, Андрею удалось разузнать далеко не сразу, Илон заполняя информационную паузу своими сетованиями по поводу отсутствия хозяина, просто достаточно умело разогревал его любопытство, отнюдь не стремясь вот так сразу делиться полученными разведывательными данными. Кстати сказать, и вообще фраза: «Хозяин, где ты пропадаешь?» не несла в его исполнении абсолютно никакой смысловой нагрузки, ну, разве что кроме чисто эмоциональной. Направление на своего патрона и примерное расстояние до него бывший чертенок, а теперь и вовсе демон-хранитель, просто чувствовал.

Все же долго скрывать полученную им информацию демон не стал. Ну, или, если быть более точным, просто не сумел удержать в себе. Желание поделиться новостями, которые он смог подслушать в ходе слежки за криминальными элементами, просто распирало его.

— Тебе, хозяин, что-нибудь говорит название ритуала «Дар Темишоар»?

— Спрашиваешь тоже! Разумеется, говорит! Название ритуала происходит от древне-персидской легенды о близнецах из рода Темишоар, которые могли копировать друг у друга магические способности, даже легендарные, полученные ими от Системы. — Принялся излагать известные ему сведения об очень даже не простом ритуале молодой сыщик, после чего поведал, откуда ему вообще эти сведения стали известны. — В книге «Принц Персии» Иван Дмитриевич Путилин при помощи этого эпического ритуала смог на время стать джином и вернуть украденный у царя скипетр…. Постой, а что, такой ритуал существует на самом деле?

— Выходит, существует, раз прямо сейчас Купцу, атаману шайки, в которую входит Горыня, из столицы везут все необходимые для проведения этого ритуала расходники.

— Интересно, какую способность он собрался скопировать? — Заинтересовался Рябов, но заинтересовался как-то чисто академически, абсолютно не примеряя это известие на себя. Илон даже руками всплеснул от такой непрактичности своего компаньона.

— Да какая разница, что там собрался себе копировать этот разбойник! — Едва ли не закричал он на Андрея, — самое главное, у нас с тобой появилась реальная возможность значительно усилиться за их счет.

— Да ну, это же ты предлагаешь украсть у них очень дорогостоящие ингредиенты, воровать плохо… даже, если и у воров, — засомневался парень, который последние несколько лет только и мечтал, чтобы стать экспедитором тайной канцелярии и бороться, в том числе, и с воровством тоже.

— А если я скажу тебе, что эти ингредиенты, в числе всего прочего, тоже были украдены из сокровищницы не то шахиншаха Персии, не то вообще какого-то индийского магараджи?

— Тебе-то откуда про это знать? — Усомнился в сказанном демоном-хранителем Андрей.

— Подслушал, конечно же, — осклабился демон, который в данной ситуации выступал по отношению к своему патрону вовсе даже не хранителем, а скорее самым настоящим искусителем. — Купец рассказал Горыне, что вор, прибывший в нашу страну откуда-то с востока, настолько боялся мести со стороны обокраденного им властителя, что распродавал атаманам столичных шаек украденное в сокровищнице совсем практически за бесценок. Собственно там человек Купца и приобрел это сокровище, взяв его у изначально купившего бандита в счет какого-то давнего долга.

— И что ты предлагаешь? — Пошел частично на поводу у демона поборник законности. — Я вообще-то как бы на службе состою. Если хочу, чтобы после завершения практики меня все-таки взяли в тайную канцелярию, манкировать днями прохождения практики никак не могу.

— Так и не надо, — махнул рукой Илон в сторону своего патрона, — просто отпусти меня посмотреть, что там, да как. Добытое человек Купца везет из столицы в Александров на поезде. Еще двое суток будет ехать. Номер вагона и купе я из разговора разбойников подслушал. Просто доберусь до одной из промежуточных станций, дождусь поезда и все сделаю. А ты, хозяин, ходи себе и дальше на свою службу.

— Только, чур, не убивать, — все же поставил ограничение Рябов, соглашаясь с планом, предложенным его демоном. В конце концов, украсть у вора украденное, наверное, не такое уж большое преступление.

И снова утро, и снова очередная планерка у Павла Никитовича. Вот, вроде, и серьезные люди собрались, а все время до начала собственно заседания то один то другой полицейский чин проходился соленой шуткой по писарю Жаднову, отчего тот только краснел, да старался ужаться на своем рабочем месте, чтобы стать как можно более незаметным.

Андрей Рябов тоже поглядывал на писаря с интересом. Гадал, сразу ли Илон отправился выполнять придуманное им самим поручение или все же выкроил несколько минут времени и зарядил писаря чем-нибудь этаким.

Однако заседание началось, а с писарем все, как будто, в порядке. Очевидно, все же демон счел еще одно издевательство над несчастным слишком незначительной причиной, чтобы задерживаться в городе на лишнюю пару-тройку часов.

Очень похоже, что изначально и сам Жаднов всерьез опасался чего-то, что могло с ним произойти на планерке у начальника, поскольку, по мере продолжения совещания, плечи его постепенно расправлялись, и на мир он начинал поглядывать со все большей уверенностью.

И вот тут у практиканта взыграло, очевидно, многолетнее общение с пакостником-чертенком не прошло для него даром. Не должен вредитель-писарь за свое предательство отделаться так уж легко! Кисть руки Андрея, словно сама собой, выписала знакомую конфигурацию….

— Ик! — Громко «произнес» писарь, вторя одному из самых пафосных пассажей Павла Никитовича, которыми тот изо всех сил пытался вдохновить своих подчиненных на самоотверженное служение в части поддержания городского порядка и раскрытия самых громких преступлений, произошедших в последнее время.

Полицмейстер прервался, посмотрел с укором на в очередной раз проштрафившегося писаря….

— Ик! — Громче прежнего выдал тот, вжимаясь от взгляда начальника в свой стул.

— Жаднов, ты смерти моей хочешь? — Самым несчастным голосом вопросил начальник.

— Ик! — Согласился с этим предположением подчиненный и добавил: — ик! Ик!

— Пошел вон, скотина! — Взорвался всегда спокойный и корректный главный городской полицейский.

После изгнания писаря, однако, что-то застопорилось у Павла Никитовича, пропало вдохновение. С хмурым лицом сам начал опрашивать полицейских начальников рангом поменьше о поступивших к тем новых сведениях. Тщетно. Один за другим все присутствующие признались, что ничего нового по части информации о лицах, злоумышлявших против ближайшего родича императора, в их распоряжении не появилось.

— Все свободны, — наконец произнес долгожданные слова его высокопревосходительство и отчего-то добавил: — Жаднов, зар-раза….

С чувством небывалого энтузиазма весь народ поспешил на выход, по своим рабочим местам. В самом деле, помещение с гневным начальником — вовсе не то место, в котором его подчиненным хочется оставаться хотя бы лишнюю минуту.

— Андрюша, а ты задержись на минутку, — окликнул Рябова полицмейстер, когда тот вместе со всеми прочими совсем уже было собрался выйти из душного помещения на свежий воздух.

— Слушаюсь, ваше высокопревосходительство, — отчеканил Андрей, возвращаясь на один из стульев возле стола Павла Никитовича. Сел и замер, изображая полнейшее внимание к персоне начальника.

— Ты как, практикант, все еще интересуешься обстоятельствами того жертвоприношения? — Вместо того, чтобы сразу изложить, с какой целью он позвал Рябова, поинтересовался Павел Никитович.

— Интересуюсь, ваше высокоблагородие! — Выпучив глаза, согласился молодой человек.

— И снова минус тебе, практикант, — укорил полицмейстер, — в данный момент мы уже не на люди, поэтому тебе следует обращаться ко мне по имени, отчеству, раз я тебе когда-то такое право предоставил. Учись благородному этикету, практикант, тебе ведь в твоей будущей карьере предстоит вращаться именно в обществе, а не где-нибудь в околотке, среди нижних чинов.

— Виноват. Исправлюсь. — А вот эта фраза, по представлению выпускника училища тайной канцелярии, являлась общей, как в официальной обстановке, так и в подобной, условно неофициальной. В самом деле, нареканий на нее со стороны полицмейстера не последовало.

— Так вот, касательно дела, из-за которого я тебя задержал. — Господин надворный советник принялся копаться среди стопки бумаг на своем столе. — Ага, вот. Ко мне вчера вечером доставили записку от стряпчего Ве-ли-ко-цер-ков-цева, — фамилию отправителя полицмейстер зачитал с извлеченного из бумажной кучи конверта, по слогам, — у него там при оглашении завещания открылись какие-то обстоятельства, которые он счел представляющими для нас интерес.

— А, осмелюсь спросить, какая связь этого письма с жертвоприношением? — Все же поинтересовался Андрей у своего начальника, плохое настроение которого, вроде бы, мало-помалу начало исправляться.

— Так завещание то от Сергея Ивановича Карамурзина, помнишь такого? — Хмыкнул Павел Никитович, протягивая подчиненному конверт. — Сходи, разберись, что там такого криминального в завещании этого покойника, что стряпчему даже потребовалось обращаться в полицию.

— Слушаюсь. Разрешите исполнять? — Подхватился Рябов, лелея в душе надежду, что возможно отыскалась еще одна ниточка, могущая привести его к раскрытию этого сложного и резонансного преступления.

Судя по обратному адресу на конверте, стряпчий Великоцерковцев держал свою контору где-то в районе порта. Андрей в течение получаса своим ходом, не прибегая к услугам извозчика, прошагал это расстояние, после чего приступил к расспросам относительно конкретного места расположения данного господина. Ну, просто улицы в Александрове все уже были поименованы, и местные жители активно эти наименования использовали, а вот до названий мелких тупиков и даже небольших переулков это нововведение еще не дошло. Потому и нужный адрес звучал так: Второй тупик по Якорной улице по правую руку, начиная от здания управления портом. Доходный дом Мартына Кожемяки. Пойди, пойми, которое ответвление на этой, в принципе, очень неровной улице с целой кучей широких и узких проходов между домами можно посчитать Вторым тупиком.

Все же, язык до Киева доведет! В этой народной мудрости Рябов смог убедиться всего спустя минут пятнадцать или двадцать расспросов. Доходный дом Мартына Кожемяки оказался, вопреки звучному названию, не таким уж и большим. Если сравнивать с домами в центральном районе, так некоторые отдельно стоящие флигели для прислуги при тамошних особняках как бы даже ни побольше выходили. Впрочем, Андрей особо на эти размеры внимания не обращал. Отыскалась контора стряпчего — и ладно.

— Да, все верно. В соответствии с действующим уложением, в случае имеющихся в тексте завещания или в приложении к нему намеков на возможное наступление смерти моего клиента насильственным образом, я, как и положено, отправил извещение об этом в адрес нашей полиции, — согласился с тем, что данная записка отправлена именно им, молодой щуплый мужчина, худобу которого не выправлял даже просторный ему в плечах темно-серый сюртук.

— Могу ли я взглянуть на настороживший вас текст завещания? — Поинтересовался Рябов, с трудом скрывая свое нетерпение.

— Это было не завещание. Сергей Иванович Карамурзин оставил мне запечатанный конверт примерно за неделю до своей гибели….

— Где это письмо? — Не выдержал Рябов, перебивая разговорчивого стряпчего.

— В переданном мне конверте не было письма, только совсем коротенькая записка… — продолжил было свои разглагольствования Великоцерковцев, но, разглядев нетерпеливый взгляд своего собеседника, встал, направился в сторону секретера.

«Вскрыть в случае моей смерти», — прочитал Андрей на поданном ему почтовом конверте выведенные там практически каллиграфическим почерком слова, украшенные дополнительными завитушками. Заглянул внутрь. Да, этот клочок бумаги именовать письмом уж точно было бы явным преувеличением.

«В моей смерти прошу винить Тамару Абашеву». И все! Никаких подробностей. Первая мысль, которая пришла Андрею в голову: один в один — записка самоубийцы. Но ни одна из жертв того черного ритуала самоубийцей уж точно не была!

— Простите, а больше Карамурзин никаких писем вам не передавал? — Не удержался молодой сыщик от разочарованного вопроса.

— Нет, только это.

Записку вместе с конвертом Рябов, конечно, изъял. Да, собственно, стряпчий и вовсе не отказывал ему в этом. Совершенно бесполезная для него бумажка. Собственно, и для самого Рябова бесполезная. Такая вот записка уж точно не является доказательством вины объявленной в ней женщины. Андрей представил себе, как хрупкая девушка, телосложением один в один повторяющая его Надежду, богатырскими ударами одного за другим оглушает бандитов из банды Косого и помотал головой. Да, ну, бред! Разве что пригодится, чтобы отнести эту никчемную бумажку Малышеву в качестве доказательства работы полиции. Сам того не замечая, Андрей во многом скопировал отношение к старшему экспедитору тайной канцелярии с отношения к нему его временного руководителя, полицмейстера Подъяпольского.

Так он и шел, перебирая нога за ногу, погруженный в свои меланхолические думы, пока откуда-то сбоку вдруг не услышал оклик:

— Твое благородие! Рябов! Да постой ты!

Обернулся. С другой стороны улицы ему махали два друга городовых, с которыми он всего несколько дней назад намотал по улицам далеко не безопасного Болота не один десяток верст.

— Это очень хорошо, что мы тебя, твое благородие, тут встретили, — принялся разъяснять причину, по которой его остановили, один из двух друзей, Карп. — У нас в участке сегодня запланированы дружеские посиделки, так что от всей души приглашаем. Не побрезгуй. Ты нам с Ваньшей жизни спас, а мы тебя за это даже не напоили.

— Да я, как бы и не пью, — попытался отнекаться не ожидавший такого приглашения практикант и тут же спохватился: — а в честь чего торжество? Может, там подарок нужен?

— Не нужен подарок, это же не именины, — ухмыльнулся Иван, степенно оглаживая чуть завивающийся у него ус. — Это у нас давняя традиция, так сказать, боевое спаивание. Двадцатого числа каждого месяца, после боевого дежурства, мы собираемся все вместе…. Опять же, вместе с нами за столом и Василий Филиппыч обещал посидеть, уважить, так что нарекание тебе от полицмейстера, что с простыми городовыми бражничаешь, уж точно не грозит.

— Да не в этом дело… — отмахнулся было Рябов, но тут же вдруг подумал: «Какого черта? Илон вряд ли из своего похода успел возвратиться. К Наде тоже не пойдешь, только вчера у нее был, да и, вроде, она говорила, что сегодня у нее какая-то важная встреча…». Так что, помолчав еще несколько секунд, согласно махнул рукой: — а, один раз живем. Согласен.

Местом проведения пирушки был назначен все тот же полицейский участок, откуда еще несколько дней назад начинался их с Иваном и Карпом маршрут патрулирования приснопамятного района Болота. Андрей сначала сильно удивился этому выбору, ведь вокруг вполне достаточно вполне работающих в это время суток кабаков, в которых не пришлось бы изгаляться со стаскиванием в самое большое имеющиеся помещение очень даже не легких письменных столов с последующей укладкой на них досок в попытке изобразить хоть сколько-то приемлемый пиршественный стол. Но очень скоро припомнил инцидент с посещением «Гнутой подковы», когда местный вышибала ни в какую не хотел пропускать в зал, к чистой публике, нижних полицейских чинов и решил, что такое вот решение проблемы тоже вполне даже годится. Зато ни одной посторонней личности вокруг и, соответственно, можно никого не стесняться.

Как и было обещано, Василий Филиппович, местный участковый пристав, тоже обнаружился за общим столом. Учитывая, что в самом ближайшем будущем, сразу по окончанию выпускной практики, Рябов тоже станет уже настоящим «его благородием», ему тоже определили одно из самых почетных мест, рядом с местным начальником. Впрочем, в голове у юноши мелькнуло и другое объяснение этому явлению: вполне возможно, что просто никто из подчиненных, в принципе, не желал занимать место непосредственно рядом с начальником. Пьянка же, а в непосредственной близости от старого служаки еще пойди, расслабься.

Тем не менее, вопреки некоторым опасениям самого Андрея, в качестве собеседника Василий Филиппович оказался достаточно интересным и вовсе даже не напряжным. Молодой сыщик сам не заметил, как уже находясь в состоянии некоторого опьянения, вывалил опытному полицейскому зубру все свои соображения по так занимающему его делу с жертвоприношением.

— Тамарка-то? Ты, Андрейка, даже подумать в ее сторону не моги. Она скорее сама в качестве жертвы ритуала ляжет, если это позволит кого-нибудь из окружающих ее людей спасти, чем будет использовать жизнь кого-то для личного усиления.

— А… откуда вы ее знаете? — Андрей буквально опешил от такого категоричного и информативного заявления.

— Так чего бы мне ее не знать, если свою службу я начинал под командованием ее покойного батюшки, а с ее братом, частным приставом Александром Аристарховичем Абашевым, до сих пор каждое утро мы встречаемся в одном кабинете у нашего полицмейстера. — Старый полицейский взглянул в глаза своему молодому коллеге и внезапно присовокупил к сказанному: — так что заруби себе на носу, записка эта — полная нелепость. Любой, кто знает брата и сестру Абашевых тебе то же самое скажет. Мало в мире таких светлых людей, за справедливость ратующих, как они. Вот и Павел Никитыч тебе в понедельник, когда принесешь к нему эту записку, о том же скажет. Не Тамара это ритуал проводила, точно тебе говорю, не Тамара.

Все же пирушка, проводимая не в кабаке, а в почти походных условиях, имела от кабацкой некоторые не большие, но вполне значимые отличия: соотношение спиртного на столе по отношению к закуске было заметно смещено в сторону первого. Иными словами, мутно-белесого первача, разлитого в высокие ядовито-зеленые прямоугольные штофовые бутылки, на столе было хоть залейся, а вот пирожков оказалось вполне счетное количество. Впрочем, Андрей, внезапно получивший после очередной выпитой стопки бонус от системы, Выносливость +1, готов был простить и не такое. Так что дорога, по которой он возвращался после пирушки домой, для него заметно покачивалась.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 11-ой главы:

Уровень 14

Очки опыта: 6810\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 15;

Ловкость 20;

Выносливость 22(+1);

Интеллект 25;

Дух 27;

Мана 270;

Порча 270.

Дополнительные характеристики:

Удача 4;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 3.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 12

Это воскресенье стало, скорее всего, самым грустным и, в какой-то мере, одиноким выходным за все годы, уже прожитые Андреем Рябовым на этом свете. В самом деле, Илон, как отправился на операцию по добыче заявленных им особо редких и ценных ингредиентов, так до сих пор и не появлялся. Ощущения от его присутствия где-то на самом краю восприятия доходили, и, вроде как, демон-хранитель уже даже возвращался, но…. Да что там демон, даже кошка, обычно с утра спокойно дрыхнущая в хозяйской кровати, и та куда-то удрала по своим кошачьим делам.

А еще очень сильно огорчила Надежда. Нет, так-то понятно, что травница — зельевар для того, чтобы иметь возможность изготавливать свои лечебные микстуры и настойки, должна когда-то и выезжать на заготовки этих самых трав, но очень уж неудачное она для этого выбрала время. Ну, с точки зрения увлеченного молодой травницей кавалера неудачное, так-то, когда еще ей собирать травы, если не летом. К тому же очень-очень болела голова. Посиделки в полицейском участке завершились уже за полночь. Так что сегодняшняя спонтанная прогулка до квартиры, занимаемой травницей, сосредоточенно собиравшейся в недельный поход, на заготовки, вышла для Андрея неприятной вдвойне: мало того, что самочувствие после пирушки ни к черту, так еще и женщине, к которой он пришел, оказалось совсем не до него.

Несмотря на очень плохое самочувствие и еще более паршивое настроение (все же не так он планировал этот свой выходной провести, совсем не так), как примерный кавалер, парень предложил своей пассии свои услуги в качестве носильщика. И это вот предложение сразу же было с большой благосклонностью принято. Андрей даже не предполагал до самого последнего момента, сколько всего, разного, нужно было травнице для ее полевого выхода. Но целый большой саквояж разнообразных, вовсе не легких инструментов, еще один саквояж с уже готовыми снадобьями и много еще чем, крайне нужным всякой женщине в отрыве от цивилизации, и перевязанная веревкой скатка плотной ткани для устройства палатки ему были вручены. Впрочем, и сама Надежда тоже не осталась без поклажи, еще и полноразмерную лопату с собой потащила.

— А ну, как куст чигирицы попадется, у нее, как раз самая ценность — это корни, как я с одним совком буду их выкапывать? — Мечтательно отозвалась она на сетования приятеля, что лопата — это для нее уже перебор, он же ее только до вокзала провожает, дальше ей уже придется тащить все свое избыточное снаряжение самостоятельно.

Если и были у Рябова какие-то ревнивые мысли на тему спутников, с которыми его девушка собралась в свой многодневный выход на природу, то при виде чисто женской могучей кучки, встретившей их на вокзале, все сомнения окончательно рассеялись. И «могучая кучка» — это вовсе не в подражание названию общества художников, композиторов или еще каких деятелей умственного труда, могучими себя продемонстрировали сами дамы, столько всего было на них навьючено. Далеко не каждый здоровый мужик столько унесет.

Все же на вокзале Андрею пришлось задержаться. Просто представил, как девушки со всей своей нелегкой поклажей будут грузиться в вагон поезда. Потому его трудовая повинность продлилась еще на один час. Помог, перетаскал многочисленные тюки и баулы травниц в своевременно поданный под погрузку вагон. Но вот, кажется, дело сделано, паровоз поезда, увозящего его прелестницу, окутался паром, дав последний предупредительный гудок, лязгнули сцепки вагонов. Довольный осознанием своего выполненного благородного дела, и особенно тем, что оно уже закончилось, Рябов двинулся с перрона насквозь, через здание станционного вокзала, в направлении привокзальной площади. Даже головная боль, кажется, в результате всех перенесенных трудов почти стихла.

— Господин хороший, не хотите снять дачу на лето? — Вдруг пристал к нему какой-то разбитного вида парнишка. Очевидно, его, выходящего из дверей вокзала наружу, он принял за приезжего. — У нас и воздух там духмяный, не как в городе, и пруд для купания с песочком по всему берегу, и, самое главное, своя пролетка, до города могу хоть каждый день вас катать. Три четверти часа, и вы уже в Александрове.

Три четверти часа? Рябов даже замер на секундочку, представив, как это здорово, очутиться летом на природе. «А ведь мы приезжих бомбистов искали исключительно в самом городе»! — Вдруг пришла неожиданная мысль.

— Скажи, а дача, которую ты мне предлагаешь, она одна единственная возле Александрова? — Задал он вопрос этому чичероне.

— Ну, не одна, единственная, но пруд у нас самый замечательный во всей округе, — нисколько не смутился паренек, продолжая расхваливать свое предложение. — Истоминский пруд, вам за него любой вокруг скажет, какая это красота.

— А дачи как называются? — Поинтересовался Андрей, обкатывая в голове свою внезапную мысль.

— Так Истоминские же, — поведал зазывала.

— И много у вас летом бывает приезжих?

— Полно! Почитай, в каждом доме селятся. Только вот нынче у нас незадача случилась, жилец, анжанер, вдруг съехал досрочно, на фабрике у него какая-то авария случилась.

Все же, разумеется, никакую дачу Андрей снимать не стал. Зато в ближайшей лавке писчих принадлежностей обзавелся картой Александрова и его ближайших окрестностей. Замечательная, очень подробная карта, между прочим. Но, самое главное, что и ближайшие дачные поселки вокруг города тоже были на ней обозначены. Кстати, Истоминские дачи оказались вовсе не самые ближайшие к городу. Два из пяти дачных поселков вовсе выходили на самой городской окраине.

А еще на карте оказался отмечен тот мостик, возле которого не так давно состоялось то самое покушение на великого князя Михаила, из-за которого вся городская полиция до сих пор стоит на ушах. И, как раз, один из дачных поселков оказался от этого самого мостика совсем неподалеку. Только Андрей на себя примерил, где он расположился бы, готовь сам столь громкое покушение, и сразу же мысленно от этого самого близкого варианта отказался. Бомбисты же не могли знать, что полицейские совершенно из своих поисков дачные поселки выпустят. Так что, на взгляд самого Рябова самым перспективным выглядело Неделино или как раз те самые Истоминские дачи, в которые его так усиленно зазывал тот парень. Впрочем, сам пускаться на розыски террористов Андрей все равно не планировал. У него же для этого специальный, частично бесплотный и временами даже вовсе невидимый демон имеется. К тому же, по ощущениям, Илон как раз уже возвращался к нему. Так что, мысленно наметив для своего миньона его предстоящие задачи, Андрей Рябов со спокойной душой отправился к себе на квартиру. После довольно грязных и потогонных погрузочных работ на благо Надеждиных подруг горячая ванна просто таки манила его к себе.

И все же бестолково как-то у него выходной проходит! Ванну, после прихода домой, Рябов, конечно, принял. Только вот чем дальше-то заниматься? Даже Мурка, так с самого утра еще и не возвращалась. Чтобы хоть как-то себя занять, Андрей достал недавно приобретенную книжку с рекомендациями древних йогов по тренировке сознания и принялся подробно и тщательно ее изучать, тут же, не отходя от кассы, пытаясь эти самые рекомендации применить на практике.

Хм, если у него на самом деле, получится разделять свое сознание на два совершенно независимых потока, это ж можно будет сразу два заклинания создавать одновременно? Сам того не замечая, молодой адепт совершенно отрешился от окружающего его мира.

— Мяу (корми меня, я очень голодная). — И тут же: Благодаря имеющейся у вас дополнительной характеристике Воля, вы сумели более глубоко вчитаться в текст; Интеллект +1. Получен начальный, развиваемый навык разделения сознания на два потока. — Эти два сигнала из внешнего мира пришли, казалось, одновременно, выводя разум парня из состояния полнейшей сосредоточенности обратно в реальность.

Разумеется, первым делом Рябов отправился к шкафу с наложенным на него заклинанием стазиса. Кошка в доме, как ребенок, ее насущные потребности полагается удовлетворять в первую очередь.

Шматок свиного мяса, фунта на три весом, плюхнулся перед Муркой на громадную тарелку, своим размером уже чуть ли не вплотную приближавшуюся к банному тазу, а Андрей меж тем глубоко задумался. Вполне возможно, что его знание о том, что только из книжек, без наличия живого учителя, невозможно научиться магическим приемам, нуждается в некоторой корректировке. Уж если это не намек от Системы, что дополнительная характеристика Воля позволяет получать из книг дополнительную информацию, а, скорее всего, еще и характеристики, то что, в таком случае, вообще считать намеком? Проблема только в том, что в истинности подобного знания о бесполезности книг в части изучения магии уверены все окружающие, потому книг с описанием применения заклинаний никто не пишет. Или все же пишет? Андрей же, как только узнал, что магии из книг научиться нельзя, так больше и не обращал на книжки, выложенные на полку в магической лавке абсолютно никакого внимания.

Больше в тот день ничего особо важного не случилось, молодой сыщик спокойно лег спать, а под утро к нему возвратился его демон-хранитель.

— Хозяин, хо-хо-хо! Я все-таки добыл это! — Ментальный возглас Илона пробился в сознание Рябова, вырывая его из сна, когда за окном еще едва светало.

— Илон, ты вернулся! — Вообще-то спросонья Рябову хотелось сказать немного другое, но, увидев предусмотрительно выложенные демоном из его домена две большие шкатулки с очень сложными и искусно врезанными узорами на стенках, он сказал именно это. Ну, подаркам же все радуются. И настроение при виде подарков повышается практически моментально.

— Предлагаю немедленно заняться проведением данного ритуала, — высказался демон, указывая рукой в сторону выложенных им шкатулок.

— А ты знаешь, как он проводится? — Изумился Рябов, который все эти добытые уникальные ингредиенты не воспринимал иначе, как очень ценный объект для обмена на что-нибудь реально нужное.

— А иначе с чего бы разбойники стали приобретать для него ингредиенты? В одной из шкатулок лежит свиток, в котором очень подробно, с дополнительными картинками, описывается весь ход проведения данного ритуала.

Разумеется, данный свиток был тот час же извлечен Рябовым.

— Илон! Но тут все записи на каком-то тарабарском языке! — Возмущенно вскричал он, когда не смог прочитать ни слова из там написанного.

— Я буду тебе переводить, — посулил своему патрону демон. — Мы, энергетические существа, можем черпать подобную информацию сразу из инфосферы. Ваши языки для нас не проблема.

— А ты уверен, что после проведения ритуала я буду способен куда-то идти? Пропускать практику, даже на один день, я уж точно не собираюсь. — Отыскал очередную отговорку Андрей, который был вообще не склонен вот так, без раздумий, ввязываться в подобные авантюры. И, не дождавшись ответа от призадумавшегося на его слова демона, припечатал: — сначала ты должен перевести все, что тут написано, а потом уже будем решать, применять этот ритуал, или лучше оставить добытые тобой ингредиенты как есть, до лучших времен.

И оставив немного обиженного таким поворотом событий демона, Андрей отправился в ванную, бриться. Ну, раз уж его сегодня так рано разбудили. В последнее время его совсем недавний юношеский пушок начал усиленными темпами превращаться в полноценную щетину, требующую уже практически ежедневного бритья.

Сборы на очередное утреннее совещание в кабинете полицмейстера проходили по уже привычному сценарию. Один за другим в просторное помещение входили младшие полицейские начальники и сразу же включались в зубоскальство по поводу того, что же еще сегодня умудрится отмочить местный писарь. Однако же, было видно, что и Жаднов так просто сдаваться не собирался. Наскоро разложив на столе перед собой писчие принадлежности, он вынул из-за пазухи пузатый мешочек и с шумом вдохнул его аромат.

— Особый капитанский, из Вирджинии. Духовиты-ый, страсть! — Громко объявил он немедленно заинтересовавшимся курильщикам, после чего достал из заранее приготовленной стопки папиросной бумаги листок, тщательно осмотрел его и принялся медленно и со знанием дела сворачивать папиросу-самокрутку.

— Дай попробовать! — Не удержался околоточный надзиратель Грязнов.

И Жаднов не только отсыпал табачка, но и наделил того еще одним листком папиросной бумаги. После Грязнова подошел еще один, потом еще.

И Андрей, глядя на компанию курильщиков, вполне дружелюбно общающихся с заметно утратившим в авторитете за последние дни писарем, не удержался. Проделал уже отработанный жест кистью, сочетающийся с выдохом грудью, потом еще один… и еще….

— Душевный табачок, аж до самого нутра пробирает, ик! — В очередной раз похвалил угощение писаря Грязнов.

— Ик! — Ответил ему из кучки курильщиков следующий полицейский чин. И добавил: — что за черт? Ик.

— Жаднов, щучий сын! Он же нас этим своим табаком, ик, отравил! Ик.

И еще, уже хором:

— Ик, ик, ик.

И, наверное, столь серьезно проштрафившемуся писарю быть бы сегодня битому, но тут к месту народного волнения подошел сам Павел Никитович. Разборки с отравителем были отложены на потом, а вся нестройная толпа потянулась на ежеутреннюю планерку.

Вот только конкретно в это утро никакой планерки не получилось вовсе. Едва только полицмейстер начинал свой очередной опрос или закатывал спич, ка тут же, перебивая начальственный голос, со всех концов помещения раздавалось победоносное «Ик», напрочь сбивавшее с присутствующих весь рабочий настрой.

— Жаднов, я тебя убью! — Буквально простонал его высокоблагородие, распуская свое явно неудавшееся собрание.

Очень похоже, что обычно очень душевный начальник эту, по сути, обычную шутку, принял слишком уж близко к сердцу. Иначе просто никак не объяснить того факта, что следом за прочими своими подчиненными он выпроводил из своего кабинета и Рябова тоже.

— Иди, практикант, нет у меня для тебя заданий на сегодня. — Замахал он раздраженно в его сторону тыльной стороной ладони.

Вот так, нежданно-негаданно, Андрей получил практически еще один дополнительный, незапланированный выходной. На волне куража, проходя мимо кучки приставов, громко обсуждающих сегодняшнее курьезное происшествие на совещании у начальника, он дополнительно еще ввернул свои пять копеек в их досужую болтовню.

— Кажись, наш писарь чем-то весьма серьезную ведьму обидел. Это же явный сглаз на неудачу, точно вам говорю. Нам о таком в училище один из преподавателей рассказывал. Лично я с сегодняшнего дня к Жаднову даже близко не подойду. Не хватало еще от него этот сглаз на себя подхватить. Вот уж поистине гадостная штука! Он же у нас намедни то засыпал прямо на совещании, то пузом маялся, просто представьте, что будет, если два этих эффекта проявятся сразу одновременно!

— Ик! — Отозвался на эту информацию один из приставов, прямо на глазах меняясь в лице, видать слишком явственно примерил на себя описанную картинку.

Подкинув таких вот своих дровишек в костер пересудов, Андрей Рябов чуть ли не вприпрыжку поспешил к себе, на квартиру. Теперь, когда у него целая куча свободного времени, в самый раз и притащенными Илоном материалами для ритуала заняться.

— … Так, Мурка, а эту деревяшку… самшит, передвинь на две ладони левее, — командовал кошке Андрей десятком часов позднее. — А ты, Илон, сориентируй свою блестящую штуковину острием в точности в направлении Луны, вон месяц в аккурат за окном виднеется….

«Ей-ей, в таком ритуале поучаствуешь, и никакого цирка не надо», — пришла Андрею в голову внезапная мысль. А что делать, если в притащенном демоном свитке с описанием ритуала красной тушью выделено, что подготовка к этому ритуалу должна вестись непременно совместно, всеми его участниками.

Но вот, кажется, все готово. Сам руководитель этого действа собственноручно водрузил посередине комнаты с расставленными разнообразными компонентами последнюю сердоликовую пирамидку и отошел на свое место на одном из углов расчерченной на полу равносторонней треугольной печати. Мурка с Илоном к этому моменту уже расположились в углах напротив.

— Начнем, пожалуй! — Произнес начинающий ритуалист, затягивая стартовую ноту: — О-у-у-ум-м!

— О-у-у-ум-м! — Подхватил демон, даже глаза прикрыв от старания.

— М-м-м-мя — я, — утробным басом начала подпевать хозяину Мурка.

Андрей глаза закрывать не стал, потому отчетливо видел, как от нацеленной в сторону серпа убывающей Луны непонятной серебряной остроконечной конструкции в их сторону начало распространяться холодное серебристое свечение.

«Надеюсь, мы ничего в этом ритуале не напутали, и нас сейчас не расщепит на мелкие составляющие», — посетила Рябова последняя мысль, после которой он провалился в странное состояние ощущения триединой общности. И нет, осознания собственного «Я» он не утратил, но вместе с тем вполне отчетливо мог представить себя также и довольным осознанием будущего усиления демоном, и кошкой, с интересом изучающей достигшие ее лап серебристые лучики.

Как и сообщалось в описании ритуала, вместе с ощущением своих спутников Андрею стало доступно и осознание их особых системных свойств и навыков. Теперь осталось только всем разумом сосредоточиться на восприятии одного из них.…Что же выбрать-то? У Илона, как и ожидалось, отыскалось сразу несколько навыков, которые Рябову хотелось иметь и у себя лично.

Нет, так-то изначально этот момент был ими тщательно обдуман. Свой собственный домен, способный при дальнейшем развитии развернуться чуть ли не в целый мир. Вполне достойный навык… ну, при условии, конечно, что он проживет достаточно долго, чтобы эту цель воплотить. Но в процессе вчувствования Рябов внезапно обнаружил и еще одно свойство, которым ему вдруг безумно захотелось обладать. Способность астрального перемещения в другие миры! Известная дилемма, однако, стоящая перед многими молодыми людьми на пороге их взрослой жизни: свой дом, полную чашу строить, или путешествовать, пока молодой, изучая всевозможные иноземные диковинки.

И, вполне возможно, что такое решение было ошибкой, но Андрей избрал для себя второй вариант. А домен они с Илоном смогут и один на двоих развивать. Во всяком случае, в качестве объема для складирования всего полезного тот домен уже вполне годился.

В результате проведенного ритуала получен навык Астральный контактер. Дополнительно получено Сродство к астралу (потери маны в процессе астральных контактов и пребывания в астрале уменьшены в 10 раз). Дух +3. — Зафиксировала выбор молодого человека Система.

Душевный контакт разорвался одномоментно. Еще немного затуманенным взором Рябов окинул обстановку комнаты. Точнее не так. Он просто прикипел этим самым взором к источнику очень-очень неприятного запаха. Не зловоние, конечно, рвотных позывов не провоцирует, но где-то близко. Ага, тот самый самшит, устанавливаемый Муркой в исходную точку перед началом ритуала. Эта древесина и так-то пахла совсем не замечательно, а теперь, истлев практически до небольшой кучки серой золы, она образовала довольно значительный сноп вонючего дыма.

Убедившись, что действие ритуала прекращено, Андрей чуть не опрометью кинулся открывать окна. М-да, как бы соседи на такого соседа не начали жаловаться….

— Ну, Мурка, показывай, что ты смогла выучить? — Обратился хозяин к своему фамилиару. Нет, так-то еще в состоянии объединенного сознания он смог уловить, что Мурка, в отличие от него самого, никаких закидонов устраивать не стала и взяла от Илона заранее условленную бестелесную форму, но одно дело, знать чисто абстрактно, и совсем другое убедиться в такой способности своими собственными глазами.

И кошка не подвела. Радостно взмявкнув, она начала буквально растворяться в воздухе. Не как Илон, одномоментно, а постепенно, начиная с кончика хвоста и заканчивая пушистыми кончиками усов.

— А что выбрал я, ты, хозяин, не желаешь узнать? — Немного обиженно протянул Илон.

— Желаю. Конечно же, желаю, — отверг все инсинуации в свой адрес Рябов.

— Сродство к магии Земли, — расплылся в улыбке демон.

— К Земле? — Не поверив услышанному переспросил Андрей. — Ты же хотел телекинез перенять?

— Сродство к Земле круче! — Ощерился донельзя довольный выходец из Инферно. — В сочетании со сродством к магии Огня я смогу создавать поля лавы, а это у-у…. Даже высшего демона пронять может. А еще магия Земли мне нужна для нормального обустройства моего домена. Камни-то я в него хоть сейчас смогу насобирать, а вот на то, чтобы создать из них, к примеру, замок, без сродства к земле, не счесть, сколько маны может понадобиться.

— Хозяин! Ты не спишь? — Проник в сознание засыпающего парня голос демона.

— Теперь уже нет. Что случилось? — Недовольно отозвался Рябов.

— Ты не знаешь, где можно взять этот самый самшит?

— Самшит? Зачем самшит? — Спросонок мысли в черепной коробке двигались вяло и неохотно. Вид до отвращения бодрого демона вызывал едва ли не физические болевые ощущения.

— Я тут проверил, что у нас испортилось в процессе ритуала. Кроме самшита все можно или купить в магической лавке, или самим сделать. Даже ту непонятную штуку из серебра, я ее устройство хорошо запомнил. Очень уж Телекинез хочется получить.

— А утром ты этот вопрос задать не мог? — Возмутился Андрей. — Знаешь что, отправляйся-ка ты на дачи. Может, те террористы, что напали на кортеж Великого князя, именно там скрываются….

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 12-ой главы:

Уровень 14

Очки опыта: 8610\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 15;

Ловкость 20;

Выносливость 22;

Интеллект 26(+1);

Дух 30(+3);

Мана 300;

Порча 300.

Дополнительные характеристики:

Удача 4;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 3.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 13

В это утро Андрей шел на место прохождения своей выпускной практики, что называется, в крайне взъерошенных чувствах. Тут и удачно выполненный очень сложный ритуал свою роль играл, проверить приобретения после которого у Андрея все время недоставало времени, и то, что Илон, кажется, все же обнаружил «лежку» бомбистов. Правда, на текущий час самих бомбистов по обнаруженному месту пребывания уже не осталось. Илон их буквально в момент ночного отъезда на железнодорожный вокзал зафиксировал. Заодно подслушал, что условленный сигнал, быстро сматываться, те получили буквально за пару часов до того по телеграфу из столицы. Очень интересно, что именно спугнуло их столичного нанимателя или руководителя?

Хе-хе! В проведении утренней планерки у главного полицейского начальника произошли кое-какие очень наглядные изменения. Те приставы, стулья которых стояли вдоль стены, поблизости от столика писаря, вдруг начали не далекую, но очень многозначительную миграцию. Вокруг Жаднова реально образовалась пустая зона. Зато на противоположном конце помещения люди в полицейских мундирах буквально толпились. Вокруг двухместных столов расселись по трое, а кое-где даже и все четверо. Андрей тоже, уловив это дело, немедленно вместе со своим стулом переместился на край столика, занимаемого Василием Филипповичем.

Его высокоблагородие вошел в свой кабинет едва ли не минута в минуту от назначенного, приостановился на входе, осмотрел складывающуюся диспозицию и распорядился:

— Ты, Жаднов, иди вон, со своей писаниной на подоконнике раскладывайся. Нечего тебе за моей спиной обретаться. — Ну, кто бы сомневался, опытнейший полицейский явно был в курсе всех сплетен, витающих в его управлении. Вряд ли, конечно, он так уж сильно уверовал в ужасное проклятие, поразившее его писаря, но, как говорится, чем черт не шутит….

Тем не менее, отдав это распоряжение, вызвавшее целую гамму чувств на лице его подчиненного, полицмейстер начал свою планерку совсем с другого.

— Спешу вас уведомить, что покушением на его светлость, великого князя Михаила с этого дня мы больше заниматься не будем. Из столицы, наконец-то, прибыла специальная группа жандармов. Теперь это их епархия. А мы снова вернемся к ловле наших жуликов….

Ну, вот и разрешился крайне неудобный вопрос, который для себя решал Андрей Рябов. С одной стороны, имея новые сведения о бомбистах, он должен был их немедленно предоставить своему непосредственному руководителю… а вот с другой никак не мог объяснить источник полученных сведений. Ну, не рассказывать же о невидимом соглядатае, обретающемся под его началом. А зато теперь можно будет со спокойной душой порадовать прибывших столичных сыщиков анонимкой. У жандармов руки длинные, пусть выясняют, куда именно подались эти злыдни, покинув Александров.

Больше весь последующий день ничего особенного в главном полицейском управлении города Александрова не случилось. Ну, не считать же за особенное то, что от писаря Жаднова все шарахались, как от прокаженного, и даже сам надворный советник Павел Никитович Подъяпольский приказал держаться ему от себя подальше, а те же служебные бумаги передавать исключительно в руки их практиканта, Андрея Рябова. Мол, очень уж нехорошие флюиды летают вокруг писаря в последнее время. Жаднов при этом имел вид собаки, которую без всякой на то вины побил палкой ее хозяин.

И таки победа над писарем, практически уже одержанная Рябовым, как оказалось, имела еще одно совсем даже не явное последствие: Павел Никитович, взвалив на него функции передаточного звена между писарем и собой, не отпустил, как обычно, практиканта раньше времени домой, а напротив, выдерживал его возле себя, в управлении до последнего и даже на полчаса дольше положенного.

Однако, так или иначе, но очередной день практики подошел к своему завершению. Одно хорошо, вынужденно оставаясь на службе и не имея своих четко прописанных обязанностей, Андрей заполнил все свои отложенные с прошлых дней дневники, и даже анонимное письмо в жандармерию о бывшем месте проживания бомбистов написал и отправил. Короче, возвращался домой морально уставшим, но с осознанием хорошо выполненного долга.

— Андрюша! — Услышал он на подходе к своему дому радостный женский призыв. — А я уже вернулась.

Будто солнышко выглянуло на пасмурном с самого утра небе. Очень обрадовался парень возвращению своей душевной симпатии.

— Надя! — Закричал он, подхватывая подругу ладонями за бедра и начиная радостно кружить ее в воздухе.

— Отпусти, уронишь! — Вроде как испуганно закричала Калмыкова, но по ее улыбающемуся лицу и спокойно лежащим на его плечах ладошках парень отчетливо видел, что на самом деле она нисколько не испугана, а очень даже довольна.

— Сегодня ты ночуешь у меня! — Самым категоричным голосом, на который был способен, объявил ей Рябов свое решение, дополнив: — не сомневайся, у меня кровать широкая, поместимся.

И Надежда, покраснев, как маков цвет, с этим его решением согласилась. Единственное, прежде чем окончательно запереться в квартире, молодые люди не поленились сходить в ту заветную подвальную кондитерскую, закупились замечательными профитролями. Ну, и еще всякими прочими вкусняшками, что там в этот вечер продавались.

Лишь когда пришла пора укладываться спать, перед влюбленной парочкой возникло одно небольшое препятствие. Точнее, как небольшое… габаритами со средних размеров тигра. Мурка, как всегда проводила световой день, сладко подремывала, растянувшись во весь свой немалый рост, в постели своего хозяина и на появление в их квартире посторонней гостью своевременно не отреагировала.

— Мурка, освобождай территорию! — Очень строго скомандовал Рябов своей питомице. — Сегодня здесь будем спать мы с Надеждой.

— Ой, мамочка! — Надя, вошедшая в спальню вслед за своим другом, в самый последний момент увидела трехцветное чудовище, буквально растворяющееся в воздухе.

— Ты ее не бойся, — попытался успокоить девушку Андрей, только сейчас понявший, как его питомица может выглядеть для незнакомого с ней человека со стороны. После чего, видя, что Надя все равно не спокойна и постоянно нет-нет, да и оглядывается по сторонам, принялся, что называется, заговаривать ей зубы.

— Наших соседей по улице, Блиновых, помнишь? Так вот, Мурка — это когда-то была их кошка. Я ее случайно своей порчей задел, когда пытался ей пораненную лапку вылечить, вот она и начала расти. Я ее потом у них выкупил. А теперь Мурка вообще умная стала, не как человек, конечно, но все, что я ей говорю, понимает, и сама может мне свои мысли немного передавать.

Андрей все болтал и болтал, не замечая, как удивленно и немного испуганно начинает поглядывать подруга уж не по сторонам, а в его сторону. Ну, да, слово «порча» — оно такое. В мире, где черные ритуалы имеют реальную силу, признание в обладании темной стороной магии вовсе не воспринимается безобидной похвальбой. Но все же ситуация понемногу сгладилась, кошка, как пропала, так больше и не возвращалась, и вскоре парень с девушкой занялись именно тем, чем и занимаются обычно парочки, сумевшие вот так, как они, остаться наедине друг с другом.

Замечательно ночь прошла. Ну, разве что не выспался только. Но, по самому искреннему мнению Андрея Рябова, оно того точно стоило.

Из квартиры Надя ушла вместе с ним: он — на службу, и ей тоже было необходимо экстренно приступать к своей привычной деятельности. Ну, они же с подругами за целебными травами устраивали экспедицию. А трава — она, даже поставленная в воду, имеет обыкновение очень быстро вянуть и утрачивать свои свойства.

— Хочешь посмеяться? — Этот ментальный вопрос, заданный демоном из невидимости, не заставил Андрея даже чуточку вздрогнуть. Он и раньше, благодаря их связи мог, пусть хоть очень смутно и приблизительно ориентироваться в месторасположении своего миньона, а после проведения ритуала, так даже стал смутно улавливать контуры его приближающейся фигуры. И нет, глаза для этого обнаружения фигуры бесплотного демона Рябов не задействовал. Похоже, у него плюсом к обычному зрению появился еще один, особый орган чувств, для отслеживания как раз для таких вот астральных невидимок.

— Посмеяться? Ну, давай, — кивнул, глядя, казалось, в пустоту молодой сыщик. Пожилая тетка, попавшаяся в этот момент ему навстречу от вида разговаривающего сам с собой молодого человека, аж шарахнулась. Ну, понятно, сумасшедший! Кто знает, что у такого на уме?

— Наша Мурка нашла себе кавалера!

— Кавалера? Это как это? — В фривольных фантазиях еще не до конца отошедшего после ночных утех парня немедленно нарисовалась Мурка с задранным хвостом, к которой в этот момент сзади пристраивается большой черный кот. Пристраивается, но просто катастрофически не достает.

— Она, после того, как свою бесплотность приобрела, зачастила с визитами в цирк-шапито, что недавно на окраине этого города остановился. Вот я этой ночью за ней и проследил. Интересно мне стало, чем она по ночам там занимается.

— А что, в цирке тигров по ночам выпускают на вольные прогулки? Тигры же в клетках должны сидеть. — Немного затупил Рябов, как-то позабыв про недавнее приобретение его Мурки, позволяющее ей беспроблемно преодолевать любые решетки. — Ой, прости, понял-понял.

— Вот-вот, — покивал в своей бестелесности демон-хранитель. — Очень похоже, что они с одним из тигров уже неплохо знакомы. Мурка сразу, без всяких проволочек и раздумий, как в цирк проникла, сразу же шмыгнула к нему в клетку и там проявилась.

— И что, нам в самом скором времени теперь ждать полосатых котяток? — Не удержался от того, чтобы поинтересоваться владелец любвеобильной кошки.

— Да откуда я знаю. Я просто хотел посмотреть, куда наша Мурка повадилась ходить, а что уж у них там, в клетке, происходит, мне не интересно было. Я в эту ночь к Купцу собирался снова заглянуть. Очень уж мне хотелось посмотреть, как он ругаться станет на свою пропажу приобретенного им ритуала.

— И как, сильно ругался? — Внезапно Андрею тоже стал интересен этот момент.

— Очень. Даже хотел пристрелить того уголовника, что не довез к нему эту посылку. Он же под этот ритуал, оказывается, за огромные деньги распорядился нанять из Англии редкого специалиста, способного наподобие меня с Муркой становиться бестелесным. Видать наш знакомый Иван всерьез нацеливался на грабеж банковских хранилищ.

И снова очередная планерка у полицмейстера. Сказать бы, что все как обычно, но нет, в этот раз так заявить точно не получится. А просто на службу не вышел Жаднов. В принципе, запросто может быть, что просто запил человек, как говорится, «дело житейское». Ну, перебрал человек, вчера же полицейским жалованье за месяц выдавали. Это Рябов при выпуске из училища получил свои гроши сразу за все три месяца практики, если бы не касса черных культистов, полученная благодаря его миньону еще до начала обучения в училище, так и вообще неизвестно, как выживать….

— Андрей, ты не сомневайся, за прогул я нашему засранцу еще задам, но пока он не вышел, вести всю нашу текущую писанину поручаю тебе. — Объявил практиканту Павел Никитович, когда все сроки ожидания уже истекли, а писарь по месту службы так и не появился. Пришлось впрягаться, что же тут поделаешь. Практикант — лицо подневольное.

И таки к концу этого дня практики Рябов уже точно знал, что писарско-канцелярские дела он совсем не любит. Во-первых, пришлось исписать кучу бумаги, от чернил кончики пальцев прокрасились настолько, что не то, что мыло, даже очистительный ритуал с этой бедой не сразу справился. Ну, а во-вторых, опять пришлось задерживаться на службе. У полицмейстера с прибытием следственной группы из столицы изрядно прибавилось бумажной работы.

Вышел Андрей вечером из ворот полицейского управления и призадумался, как же ему нынче свое настроение подправить. Мало того, что весь день прокорпел над бумагами, так и еще назавтра нет никакой уверенности, что загулявший писарь вот так уж непременно объявится.

Все же выбрал идти к Надежде. Ну, не в кабак же отправляться, в самом-то деле, прямо посереди недели. Да и воспоминания о прошлом загуле, в полицейском участке, и последующем жесточайшем похмелье были еще свежи.

Надя отперла ему дверь и отшагнула в сторону, пропуская внутрь. Может показалось, но взгляд ее при виде кавалера был вовсе не такой радостный, как при начале их встречи накануне, хоть Андрей и в этот раз пришел к ней не с пустыми руками.

— Что-то случилось? — Поинтересовался он у своей дамы.

— Устала, — отозвалась Надежда, — целый день с самого утра привезенные травы перерабатываю, разогнуться некогда.

Все же работы по случаю явления кавалера были Надей прекращены. А потом было очередное пиршество принесенными Андреем вкусняшками и просто вкусной и сытной едой (голодный после работы кавалер набрал с запасом помимо пирожных еще и пирогов с самой разнообразной начинкой), и молодежь начала устраиваться на боковую. Причем, ввиду узости кровати самой хозяйки квартиры, их внимание упало на второе спальное место, оставшееся от погибшей Соньки. Даже удивительно, как они в первый раз до этого не додумались. Всего-то и надо, что вторую, свободную кровать придвинуть вплотную, и, пусть и не такое просторное и удобное ложе, как в квартире самого Андрея, но вполне себе приемлемое место для совместной ночевки будет получено.

Задумано — выполнено. Сонькину кровать перенесли. И пока Надежда перестилала на ней постельное белье, Рябов занялся изучением содержимого сложенной треугольником записки, которая была им обнаружена за переносимой кроватью, на запыленном полу.

Собственно, если Рябов и надеялся отыскать в этом послании ответы на мучающие его в процессе сыска вопросы, то эти надежды ни в малейшей степени не оправдались. Обычная записочка кавалера, приглашающего на свидание понравившуюся ему даму. Даже подписи в конце не было. Как не было и адресов, ни адресата, ни отправителя. Впрочем, последнее было ничуть не удивительно. Подобные же записочки обычно вовсе не по почте отправляли, а с посыльным. Какой-нибудь случайно отловленный на улице мальчишка за гривенник с готовностью доставлял красотке и записку с предложением о встрече, и прилагающийся к ней букет, да в придачу еще и ответ от дамы возвращал влюбленному тем же разворотом.

Хм, имени и адреса отправителя в записке, конечно, не значилось, но вот почерк…. Скорее всего, конечно, молодой сыщик просто принимал действительное за желанное, но, кажется, подобный довольно характерный наклон букв он где-то уже видел.

— Андрюша, нехорошо читать чужие записки! — Голос Надежды вырвал его из сосредоточенного состояния именно в тот момент, когда казалось, что еще чуть-чуть и удастся вспомнить….

— Ей уже все равно, а я, быть может, смогу таким образом выйти на след предполагаемого убийцы, — оправдался он, но весь эффект сосредоточенности был уже нарушен.

Сложив обратно по линиям сгиба не поддавшийся ему источник знаний, Рябов полностью переключился на здесь и сейчас. В самом деле, не время и не место, чтобы, находясь в обществе обворожительной подруги, продолжать заниматься делами службы. Отдыхать человеку от дел тоже ведь когда-то надо.

— Так и не поинтересовался у тебя, а чего вы раньше запланированного вернулись? Ты же говорила, что вы минимум на неделю собираетесь. — Поинтересовался Андрей, когда они лежали в форме морских звезд, размякнув после жарких любовных утех.

— Ты даже не представляешь, Андрюша, как удачно! — Моментально загорелась девушка. Вышли на лесном полустанке, и пары верст не прошли, наткнулись на заросли осеннего ландыша, из него можно приготовить очень сильное средство от грудной жабы…. Грудная жаба — это когда сердце болеть начинает — сбилась на пояснения дипломированная травница.

— Я знаю про грудную жабу, не поверишь, даже знаю о том, что у ландыша нужно собирать именно корни…. Правда, это я знаю про корни майского ландыша, а у осеннего с этим точно так же? — Ну, вот, даже смог немного блеснуть перед дамой познаниями из училища. Правда, о корнях майского ландыша он узнал на уроке, посвященному ядам, а еще их преподаватель в тот раз именно ландыши привел в пример тезису, что любое лекарство — это яд.

— Да уж, в земельке покопаться пришлось изрядно! — Ударилась в воспоминания подруга. И тут же встрепенулась: — погоди, я же тебе не рассказала самого главного! Мы в этом походе смогли отыскать вполне взрослый куст стосила.

— А это что за зверь? — Не то, чтобы Рябову так уж захотелось послушать на сон грядущий лекцию по ботанике, но Надя так сильно реагировала на его расспросы о ее работе.

— Стосил — это не зверь. Это высокий травянистый куст с тебя ростом. И из него можно приготовить самый настоящий эликсир, повышающий силу.

— Просто силу, к примеру, после болезни, мужскую силу или… — резко насторожился Рябов. Употребляя зелья, которые раз в несколько лет были способны поднять на одну единственную единичку один из системных параметров, он, разумеется, слышал и о гораздо более редких зельях, никак не зависящих по графику приема от этих основных, да в придачу повышающих эти самые характеристики намного сильнее.

— Силу, Андрюша, Силу! — Со значением произнесла травница, так что сразу становилось понятно, что слово «Силу» она произносила именно с заглавной буквы.

— На сколько единиц, сколько это зелье будет стоить, и сможешь ли ты его раздобыть для меня? — Засыпал подругу градом вопросов Рябов.

— Андрей, ты понимаешь, что это зелье очень дорогое? — Калмыкова, приподнявшись на локте, испытующе уставилась на приятеля.

— Дорогое, это сколько? Сколько рублей, сколько единиц прибавки?

— Ну, я не знаю… — замялась вдруг девица. — В книжке написано, что там много зависит от навыков травника и зельевара. В некоторых случаях, помимо трех-пяти единиц Силы, оно еще и Выносливость иногда прибавляет.

— А цена?

— Да не знаю я! — Почти закричала в ответ травница. — В магической лавке один флакончик такого уже за полторы-две с половиной тысячи и даже больше продают. По пятьсот рублей за одну единицу прибавки. Но у них там есть способ, как узнавать, насколько это зелье получилось удачным, а у меня просто пузырьки с бурым содержимым. Надо нести их в лавку, а я боюсь. Мы с девчонками свою находку разделили между собой. Вдруг у меня совершенно ничегошеньки не вышло… — последнюю фразу Андрей едва расслышал, настолько тихо она была произнесена.

— А давай, один флакончик у тебя куплю я? За объявленную тобой цену в пятьсот рублей за единицу. Заодно и узнаешь, удачное получилось зелье или нет. — Спросил парень и даже напрягся в ожидании ответа. Уж деньги то для Рябова, с его миньоном, способным проникать сквозь любые стены, точно не являлись чем-то особо ценным. Иное дело, что, желая стать экспедитором Тайной канцелярии, он сам старался законов не нарушать. Но после того крупного выигрыша в рулетку ему подобное и не требовалось. А вот подобные зелья, повышающие характеристики внепланово, — это ценность! Приобрести их, не имея знакомств с владельцем магической лавки или самим зельеваром, изготовившим данный эликсир, было почти нереально.

— А у тебя точно есть такие деньги? — Калмыкова, хоть и видела по занимаемой ее приятелем квартире, что денежки у него водятся, но, очевидно, не предполагала порядок имеющихся в распоряжении Рябова сумм.

— С собой нет, но уже завтра смогу расплатиться с тобой полностью, — посулил тайный богатей.

Все еще пребывая в некотором недоверии, Надежда поднялась с кровати, посверкивая в лучах Луны обнаженными ягодицами, дошла до старенького скособоченного шкафчика, извлекла оттуда один из стоящих там разнокалиберных пузырьков, вернулась к Андрею.

— На, пей, — сказала она. — Только, пожалуйста, сделай для меня видимыми твои послания от Системы, чтобы я могла своими глазами убедиться, насколько я продвинулась в своем ремесле.

Не сразу, но с проявлением посланий от Системы Рябов разобрался. Там оказалось достаточно всего лишь высказать это пожелание для Системы вслух.

Содержимое пузырька огнем прокатилось по пищеводу. В отличие от обычных зелий прибавки характеристик, вкус у эликсира из стосила был, да еще какой! Даже на секунду показалось, что следующий его выдох непременно воспламенится, настолько эта жидкость оказалась жгучей.

Но все эти не очень приятные ощущения мгновенно отошли на второй план, едва перед глазами всплыло послание от Системы: Сила +4; Выносливость +1.

— Да я богачка! — Голос Калмыковой, прозвучавший в ночной тишине, был даже не столько обрадованным, сколько, скорее, удивленным. — Две с половиной тысячи с тебя, да еще за два флакончика получу в магической лавке….

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 13-ой главы:

Уровень 14

Очки опыта: 9421\12500

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 19(+4);

Ловкость 20;

Выносливость 23(+1);

Интеллект 26;

Дух 30;

Мана 300;

Порча 300.

Дополнительные характеристики:

Удача 4;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 3.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 14

То, о чем Андрей Рябов несколько раз предупреждал руководителя своей практики, надворного советника Павла Никитовича Подъяпольского, все же случилось! Но таки изложим связанные со всем этим события по порядку.

Андрей с утра, довольный как слон своей вчерашней нежданной-негаданной прибавкой к характеристикам, пришел, как обычно, на совещание в кабинет полицмейстера, а совещания то и нет. Вообще в главном полицейском управлении все едва ли не вымерло. Еле-еле отыскал в одной из дальних каморок сегодняшнего дежурного, околоточного пристава Грязнова, который и поведал практиканту страшную новость: черные сектанты этой ночью совершили свое второе массовое жертвоприношение.

— Представляешь, совсем варнаки распоясались, — пространно и многословно принялся разглагольствовать околоточный пристав на вопрос Андрея, где же это событие случилось. — Я же только третьего дня там отдыхал! Самое замечательное заведение в городе… было. Теперь, наверняка, закроют, ох, грехи наши тяжкие.

— Да что за заведение-то? — Не удержался Рябов, перебил старшего товарища.

— Жу-жу! — Издал первые, совершенно непонятные звуки полицейский офицер и даже глаза к потолку закатил: — ах, какие там козочки, я свою Машку на весь вечер в тот раз ангажировал….

Отчего-то первой ассоциацией на услышанное у Рябова получилось воспоминание об отчем доме и той невеликой живности, что там обитала. Ну, коза же, Машка. Да, у них в улице вообще у половины жителей мелкую рогатую скотину точно так и звали.…И лишь спустя минуту или около того дошло понимание, что речь идет об одном из самых блистательных и дорогих публичных домов в Александрове, «В гостях у мадам Жу-жу». Час общения с тамошними обитательницами обходился для озабоченных кавалеров ни много, ни мало, аж в целых четыре целковых. И это еще не считая почти официально вмененных клиентам для приобретения выпивки с закуской и прочими вовсе даже не дешевыми лакомствами! Ох, не по средствам живет господин околоточный пристав, снявший на весь вечер неведомую Рябову проститутку по имени Мария, совсем не по средствам!

— Так это что, жертвоприношение прямо в публичном доме провели, что ли? — Переспросил практикант у Грязнова, никак не озвучивая ему свои последние соображения касательно непозволительных расходов.

— Ну, все же не в самом доме, во дворе. — Уточнил свой ответ загрустивший по поводу случившегося полицейский. И продолжил о своем, наболевшем: — жалко будет, если его теперь закроют.

До места преступления Рябов добрался очень быстро. И расстояние от полицейского управления там выходило плевое: буквально только пару кварталов пробежать, да к тому же по отлично замощенной улице, и общее представление о месте расположения этого публичного дома опять же все же имел. Не то, чтобы хоть раз туда ходил самолично, все же не дошло до такого, но это ж самая клубничка, волей-неволей на подобные места обращаешь свое внимание, даже без всякого посещения. А уж на самом подходе, так и вовсе ориентироваться стало легко и просто. Резонансное же преступление, считай, минимум половина полицейских со всего города там собралась, трудно такое количество белых полицейских кителей на фоне зеленой городской растительности не заметить.

В сам дом Андрей заходить все же пока не стал, через распахнутый настежь каретный выезд проследовал на внутреннюю территорию. Ну, Грязнов же говорил, что место преступления расположено где-то там, на внутреннем дворе. И таки да, уединенное, обставленное скамейками и обсаженное тенистыми деревьями место сейчас просто таки кишело высокими полицейскими чинами.

— А-а, явился практикант, — тон узревшего его Павла Никитовича был сварлив. — Небось, в глубине души торжествуешь сейчас, что твое предсказание сбылось?

— Скажете тоже, ваше высокоблагородие, — отверг все инсинуации в свой адрес молодой сыщик. — Разве ж можно подобному людскому горю радоваться, а тем более торжествовать?

— Ой, не скажи, еще как можно, — покачал головой полицейский начальник, но, вроде бы, стал смотреть в адрес Рябова чуть менее сурово.

— Скажите, ваше высокоблагородие, а фамилии и род занятий погибших установили уже? — Вопросил Андрей, глядя, как мимо него начинают проносить носилки с закрытыми какими-то тряпками телами.

— Да что там устанавливать! — Подъяпольский буквально рукой отмахнулся от назойливого практиканта, словно от назойливой мошки. — Сама мадам Жу-жу, точнее возвращенная в свет жидовка Голда Розенблюм, ее управляющий именно по этому самому публичному дому, Яков Кункин со своим подручным, еще какая-то тетка, непонятно как сюда затесавшаяся, но точно не одна из здешних девочек, трое клиентов этого заведения и, самое главное, двое наших, околоточный пристав с городовым из части нашего коллежского асессора Абашева, это ж его территория. М-да, подкузьмил мне Аристарх Александрович, не досмотрел за своими архаровцами. Даже не представляю, как буду теперь по этому поводу отписываться.

Возможно, полицмейстер еще долго продолжал бы сокрушаться по поводу несчастных полицейских, сумевших одним фактом своей гибели в столь одиозном месте замарать безупречный престиж возглавляемой им службы, но в этот момент со стороны небольшой группы людей, продолжавших грузить тела погибших в черном ритуале на носилки, к нему подбежал один из городовых.

— Ваше высокоблагородие, разрешите доложить! — За пять уставных шагов бегущий перешел на четкий строевой шаг. Несмотря на то, что, судя по всему, принесенная им новость была из разряда особо животрепещущих, вон как вся работа по выносу тел застопорилась, свои слова обращения к вышестоящему этот явный выходец из армейских рядов выговаривал громко, четко и размеренно. Андрею даже в какое-то мгновение захотелось его поторопить. — При выносе тел пострадавших в результате проведения богомерзкого черного ритуала, удалось установить личность одного из погибших….

— Ну! Не тяни, городовой! — Рявкнул внезапно сильно обеспокоившийся главный полицейский начальник, очевидно тоже, как и Рябов, ощутивший некоторую картинность и наигранность этого доклада.

— Так это… — сбился с парадного, молодцеватого тона городовой высшего разряда, — там, среди убитых старший сынок его превосходительства, князя Горбатого, обретается.

— Что?… Что ты несешь, каналья!.. — Истошный рык главного городского полицейского самому Рябову очень сильно напомнил медвежий рык, был такой момент близкого знакомства с могучим хозяином тайги в его еще недолгой биографии.

Вот только в этот раз «Мишка» ревел вовсе не в вожделении близкой, но убегающей, либо просто недоступной добычи. Скорее этот встревоженный рев его высокоблагородия, господина Подъяпольского, напоминал рев того же медведя, укушенного в свой мягкий и незащищенный шерстью нос черной лесной гадюкой. Может, для такого могучего лесного гиганта подобное даже и не смертельно, но очень-очень больно. Андрей представил себя на месте полицмейстера, самолично докладывающего их местному губернатору, князю Василию Федоровичу Горбатому о смерти его наследника, и впервые очень сильно ему не позавидовал. Ну, а заодно понял причину подобной размеренности доклада. В древние века гонцу, доставившему настолько плохое известие, отрубали голову. Опытному городовому, конечно же, подобная участь не грозила, но он делал все, чтобы хотя бы своей выправкой и идеально выверенным докладом смягчить бурю начальственного негодования в свой адрес.

Однако, как ни гневайся, а реагировать на полученное сообщение Павлу Никитовичу все же пришлось. Быстрым шагом он направился в сторону тела, которое, в ожидании его прихода работники, занимавшиеся сбором трупов, пока не стали грузить на носилки.

— Борис! Как же так⁈ Что я теперь твоему отцу буду докладывать? — Воскликнул полицмейстер, едва только взглянув в лицо трупа, не сдержавшись, тем самым давая понять всем окружающим, и в том числе Андрею Рябову, что действительно, тело одного из жертв черного ритуала принадлежит старшему сыну их губернатора.

А еще через пару минут его высокоблагородие, господин Подъяпольский разразился просто фейерверком различных команд, включающих в себя недопущение к месту трагедии всевозможных зевак и в особенности щелкоперов-журналистов, немедленное задержание всех лиц, которые только были обнаружены в публичном доме на момент оцепления его полицией, опрос дворников, извозчиков, работавших на этой улице со вчерашнего вечера, ну, и, конечно же, полнейший запрет на досужую болтовню для всех своих подчиненных.

Собственно ничего удивительного в этом внезапном взрыве активности полицмейстера никто не усмотрел даже близко. Понятно же, что это даже не покушение на Великого князя! Это преступление в плане возможных последствий для полицейского руководства города могло обернуться намного более горшим. Таким, что увольнение без выслуги лет и права ношения мундира можно будет посчитать за величайшую милость.

— Ваше высокоблагородие! — Все же рискнул обратиться к своему руководителю Рябов, выждав, когда поток команд от того в сторону окружающих временно прекратился, — разрешите, я сопровожу трупы до морга. Прослежу, чтобы Пафнутий Никодимович там как можно скорее взял их в работу и, если ему все же удастся допросить кого-то из духов погибших, самым скорейшим образом доставил к вам полученные в результате допроса сведения.

Видать крепко приложило старого полицмейстера известие о нахождении среди жертв черного ритуала первого наследника его непосредственного начальника! До слез расчувствовался таким проявленным рвением своего практиканта:

— Молодец, Андрюша, правильно мыслишь, — сказал он, вытирая пальцами мокрые ресницы, — поспеши и, как только появятся хоть какие-то результаты, немедленно возвращайся. Если только тебе удастся в морге узнать что-то новое, считай, моя самая положительная характеристика по твоей практике будет тебе обеспечена.

А ведь, положа руку на сердце, Андрей на этот раз даже не столько скорейшим раскрытием преступления озаботился, сколько просто использовал повод, хоть на время оказаться от полицейского управления подальше. Тут же и ежу понятно, что едва Павел Никитович возвратится к себе в управление, количество бумажной работы там увеличится просто в разы. И ведь вовсе не факт, что тот же Жаднов сегодня соизволил выйти на службу. Во всяком случае, ни в управлении, ни на месте свершившегося жертвоприношения Андрей его наглой рожи как-то не заметил.

Пока пара телег с загруженными в них покойниками неспешно катили направлении городского морга, погромыхивая колесами о наиболее выпирающие на их пути камни булыжной мостовой, Рябов, мысленно настроившись, отправил зов Илону. Кстати, возможность испускать такой зов оказалась одним из самых полезных повседневных улучшений, полученных Рябовым в результате проведенного ими легендарного ритуала копирования навыков. Вроде, если со стороны посмотреть, так сущая мелочь, а насколько же она облегчила возможности их коммутации.

И снова морг. Беловолосый работник морга, в своем неизменном кожаном фартуке, встретил их, выйдя из-за той же самой двери, за которой скрылся при прошлом визите сюда молодого сыщика. Словно Рябов и не отлучался никуда. И, разумеется, под тела привезенных покойников был определен все тот же совершенно не освещенный зал. Правда, в этот раз прибегать к собственной магии все же не пришлось. Беловолосый, покопавшись за распахнутой настежь дверью, обеспечил включение сразу четырех достаточно ярких магических светильников.

При свете перегрузка привезенных тел прошла быстро. Полчаса не прошло, восемь трупов расположились на все тех же стеллажах, на которых в прошлый раз обретались жертвы прошлого ритуала. И да, трупов в морг на этот раз приехало всего восемь. В самый последний момент Подъяпольский, спохватившись, распорядился перегрузить тело губернаторского сынка в отдельное транспортное средство для доставки того его высокопоставленному родителю.

— Скажите… — Андрей на секунду замялся, имя именно этого прозектора со своего прошлого сюда визита он так и не узнал, после чего продолжил свой вопрос, обошедшись без всякого именования: — Пафнутий Никодимович скоро сюда прибудет? Очень важное дело. Хотелось бы поскорее узнать, не сообщат ли духи нынешних покойников какую-нибудь информацию о личности своих убийц.

— Пафнутий Никодимович предпочитает работать по ночам, отдельных дополнительных дел у него на сегодня тоже нет, — разочаровал посетителя своего заведения беловолосый, — так что вряд ли он придет сюда до полуночи.

— Так следует срочно послать за ним, у нас ведь нынче каждый час на счету! — Взорвался негодованием Андрей на эту вовсе непредвиденную задержку.

— Я бы даже сам сбегал, кабы знал, где он проводит свои дневные часы, — развел руками единственный имеющийся в данный момент в наличии работник морга, судя по всему, абсолютно не владеющий приемами поднятия духов погибших.

— И что ты, хозяин, будешь делать в таком случае? — Из невидимости поинтересовался Илон у Рябова. Он как раз к этому моменту сюда и прибыл. — Снова начнешь проводить призыв духов самостоятельно?

— Пожалуй, нет. Дело это явно окажется под плотным присмотром от губернатора. Как бы мне подобное самоволие не вылезло боком. — Чуть подумав, ответил своему миньону Андрей. Ну, да, стремление к раскрытию преступления у него по-прежнему оставалось, но как бы, в случае отрицательных результатов этого самого ритуала, тут не оказаться тем самым крайним козлом отпущения, на которого всю вину и повесят. С примером подобной кляузы практикант уже сталкивался. Ага, причем, именно на этом же самом месте.

Так вот, ни с чем, Рябов и вынужден был отправиться обратно, в полицейское управление. Аж даже страшновато немного временами становилось: мало того, что не выполнил своих озвученных полицмейстеру намерений, так еще и сам Павел Никитович явно будет в очень плохом настроении. Да еще и работа эта бумажная, будь она неладна! Скорей бы уж ситуация с Жадновым прояснилась, что ли….

Повезло, однако! Точнее, ну, как повезло? В принципе, ситуация с точки зрения Рябова выглядела очень двояко. С одной стороны, действительно, ему не пришлось докладывать руководителю своей практики о том, что к допросу духов, несмотря на утекающее время, в морге, до полуночи минимум, еще никто даже и не приступит. Опять же и сильно поднадоевшая возня с бумагами по причине отсутствия полицмейстера на его рабочем месте оказалась отложена. Павел Никитович же, похоже, вместе с телом губернаторского наследника отправился лично докладывать власть предержащему в их губернии родителю о смерти его первенца. Однако, вместе с тем, что ввиду отсутствия основного работодателя, часы практики Рябова на этот день оказались существенно сокращены, он также не получил толком никаких сведений о ходе начавшегося расследования.

— Илон! — Негромко позвал в пространство Андрей, когда понял, что на сегодня в здании полицейского управления его услуги уже точно никому не понадобятся. — Пожалуйста, прогуляйся по кабинетам, послушай, что там полицейским касательно жертв этого, второго ритуала удалось собрать.

— Не сомневайся, хозяин, все сделаю, как надо, чай оно не в первый раз, — ментально ответило молодому сыщику «пространство».

Оставив миньона собирать интересующие его сведения, сам Рябов отправился на городской почтамт. По приезде в Александров он, как положено, отправил своим родителям письмо с описаниями изменений в своей судьбе, временным адресом же для ответных отправлений назначил именно Александровский главпочтамт. Таким образом, исключив в цепочке один из главных времязатратных этапов, связанных с сортировкой и конечной доставкой прибывшей корреспонденции до дверей квартиры, парень надеялся выгадать минимум пару суток. И пусть времени с тех пор прошло еще не очень много, но ведь случаются же на свете чудеса, может, и почтовое ведомство в его случае вдруг взяло, да и проявило необычайную оперативность?

И таки ожидаемое чудо со стороны почтового ведомства свершилось! Причем, при ближайшем рассмотрении конверта, врученного парню бородатым почтовиком, начинающий сыщик даже чин, фамилию и имя этого чуда выяснил. Да-да, это пришедшее письмо оказалось вовсе не от родителей! «К. р. Безземельный Герасим Теофильевич», — вот что значилось в графе отправитель, отпечатанной на почтовом конверте.

Однако вот уж от кого письма Рябов точно не ожидал! Даже не сразу сообразил, кто это такой, «К. р. Безземельный». И лишь спустя долгую минуту пришло понимание: так это ж Герасик, один из друзей детства. А «К. р.» — это, разумеется, сокращение от чина, коллежский регистратор'. Выходит, удалась приятелю его задумка, поступить после окончания их двухлетней школы в почтовое училище. Более того, раз уж он получил этот свой, пусть и самый низший, четырнадцатого класса, чин, значит, Герасик это свое училище смог и благополучно закончить.

Ни секунды больше не медля, прямо там, в здании почты, Рябов вскрыл конверт и извлек довольно толстое, на несколько листов послание. Ага, так и есть: адрес Рябова друзья узнали случайно. Просто Герасик Андреева отца у себя на почте повстречал в тот самый момент, когда тот как раз получил письмо от сына.

Вот вроде и никаких особо важных сведений в этом письме (точнее двух письмах, вместе с парой листков от Герасика почтовое отправление содержало еще и листок от второго школьного приятеля, Семена Онциферова) не сообщалось, так, краткое изложение пройденных друзьями с момента их расставания отрезков жизненного пути. Отчего же тогда аж на душе потеплело? Казалось бы, какая теперь самому Андрею разница, что Семка устроился, как и мечтал, в трамвайное депо и, вовсю используя там свой единственный достаточно сильно развитый магический навык телекинеза, зарабатывает довольно приличные деньги? Но нет, улыбка от уха до уха сама собой на лицо выползла. Определенно, после окончания практики непременно нужно будет съездить в отпуск на родину! Не то, чтобы эта мысль про поездку к родителям только в этот момент в первый раз в голову пришла, но вот в конкретный, данный момент поехать туда захотелось еще сильнее.

«Хм, а если приехать на побывку в родные места еще и с Надькой Калмыковой под ручку… это сильно удивит его приятелей или не очень?», — от этой внезапно пришедшей в голову фантазии Андрей уже не выдержал и рассмеялся. Определенно, хотя бы Сенька точно будет изо всех сил завидовать. А тот же Герасик в таком случае будет впечатлен ожидающим Андрея в конце практики чином. Ну, да, если только он сам где-нибудь в ходе прохождения этой практики не напортачит, обещанный ему губернский секретарь, чин двенадцатого класса, кроет, как бык овцу, коллежского секретаря Герасика, пусть даже тот уже и выслужил уже большую часть срока, отделяющего его от следующего по иерархии чина….

Изменений в характеристиках Андрея Рябова, по сравнению с прошлой главой, на этот раз не случилось, так что если кто-то подзабыл показатели характеристик главного героя, милости прошу в самый конец предыдущей главы.

Глава 15

В гости к своей подруге в этот вечер Андрей Рябов не пошел. Припомнил ее некоторую холодность при их последнем свидании, особенно в самом его начале, и решил, что необходимо сделать перерыв. Ведь не зря же кто-то из великих изрек: «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей». Потому, после получения письма на почтамте, парень, никуда больше не заходя, отправился к себе на квартиру. Ну, в конце концов, в полнейшем одиночестве выпить чашечку кофе, или просто полежать в ванне — это тоже отдельный, очень утонченный вид удовольствия.

Однако уже и вечер наступил, а после и смеркаться начало, а Илона с результатами его слежки за результатами полицейского расследования так и не наблюдалось. Быть может, молодой сыщик и дальше остался бы бодрствовать, дожидаясь возвращения своего миньона, но со своей прогулки вернулась Мурка. Сам не заметил, как под ее басовитое мурчание погрузился в глубины сновидений.

— Хозяин, просыпайся, — донеслись до Андрея сквозь сон слова его демона-хранителя. — Я разведал все, что ты мне поручил.

Не сказать, чтобы просыпаться аж на сорок минут раньше обычного было такой уж приятной процедурой, но, вспомнив задание, которое он поручал своему агенту-невидимке, Рябов вскочил с кровати очень даже бодро.

— Почему задержался? — Спросил он у Илона в промежутке между принятием водных процедур и поглощением завтрака.

— Ты же сам хотел, чтобы я доставил тебе всю возможную информацию, а без результата допроса духов погибших мой доклад не был бы полон.

— И что сказали духи? Погибшие видели тех, кто принес их в жертву?

— Прости, хозяин, но в этот раз призвать ни одного из духов не получилось, — если бы Андрей не был бы знаком с демоном так давно, непременно принял бы горестное выражение его скуксившейся физиономии за чистую монету. Впрочем, испытывал Илон реальные сильные эмоции по этому вопросу, или нет, данное ему задание он все равно выполнил на совесть. — Зато я подслушал имена и род занятий всех девяти погибших на этот раз.

— Сейчас бумагу возьму, будешь диктовать, — Рябов опрометью кинулся к обитому тисненой кожей бюро, стоящему в почти не используемом им кабинете.

Однако интересно получается! Андрей взглянул на записанный им только что собственноручно список. Вот, что в нем значилось:

Голда Розенблюм, Мадам Жу-Жу, хозяйка публичного дома, на создание которого она буквально заработала своим телом.

Яков Мойшевич Кункин, управляющий публичным домом. В прошлом на сопредельных с их государством территориях этот господин был известен, как самый настоящий налетчик и грабитель банков Жакоб Блют. По непроверенным данным состоял с мадам Жу-жу в любовной связи.

Авраам Джеферсон, подручный управляющего, бандит, ходивший под началом Кункина с тех далеких времен, когда он еще не именовался Яковом Мойшевичем.

Борис Михайлович Сахаревич, околоточный пристав, оказывающий владелице публичного дома всяческую поддержку и содействие по полицейской части.

Семен Подопригора, городовой высшего разряда из околотка Сахаревича.

Евдокия Панкратовна Демина, повитуха, гораздо больше известная у местного населения в качестве абортмахера. Ее иногда приглашали в публичный дом мадам Жу-Жу именно по этой ее последней специальности.

Борис Васильевич Горбатый. Старший сын местного губернатора.

Султан Бегишевич Кара-Мурза. Приятель Бориса Горбатого.

Ян Кшиштоф Бжезинский. Приятель Бориса Горбатого.

— Кхм, — в раздумьях издал неопределенный звук Рябов, — в прошлый раз в жертву были принесены одни только преступники. Интересно, в чем оказались виноваты последние шестеро?

— Это я тоже подслушал, — затараторил демон, желающий продемонстрировать свою полезность, — дом этот публичный, он, помимо самых обычных, оказывал еще услуги определенного рода. Есть у вас, людей, любители помучить. И, как говорят полицейские, собиравшие эти сведения, далеко не все барышни такие игры этих самых клиентов вообще переживали. Я тебе, хозяин, даже больше скажу, в тот вечер, когда и свершилось это преступление, весь публичный дом мадам Жу-Жу был закрыт на подобное особое обслуживание. А принесенные в жертву полицейские там в тот день вместо вышибал на входе стояли. Присматривали, чтобы троим изуверам никто из проходящей мимо публичного дома публики не смог помешать. Говорят, в прошлом уже подобное случалось, истязаемые девушки через окно начинали звать на помощь.

— С полицейскими и этими тремя, из чистой публики, понятно. А что тогда там делала повитуха? — Сразу уловил нестыковку в описанной картине молодой сыщик. — Вряд ли ее пригласили для принятия родов в тот момент, когда у них там шло особое обслуживание, тем более, что и роженица в публичном доме — это вообще нонсенс.

— А вот по поводу присутствия повитухи никто из сударушек этого дома вообще ничего путного пояснить не смог. Так выходит, что не приглашал никто ее в тот вечер, хотя дела конкретно с ней в прошлом имели. Она помимо того, что роды принимала, конкретно у сударушек этого веселого дома еще и плоды вытравливала.

— Значит, вот с этой-то нестыковки мы и начнем наше расследование! — С вдруг нахлынувшим энтузиазмом заключил Рябов.

Впрочем, энтузиазм энтузиазмом, а на практику надо собираться. Еще как там Павел Никитович посмотрит на то, что Андрей вчера не стал его с добытыми сведениями дожидаться. Запросто может и обругать, если не еще чего похуже. Вряд ли у полицмейстера после встречи с губернатором настроение хоть на чуточку в гору пошло.

И таки да, настроение у всех собравшихся на совещание у полицмейстера было, что называется, похоронным. Полицейские офицеры в кабинет своего начальника заходили молча, разве что обозначая свою приязнь к отдельным собравшимся рукопожатиями, также молча садились, укрываясь, как за крепостной стеной, выставленными на всеобщее обозрение какими-то бумажками, которые, вроде как, старательно читали и перечитывали.

А у Рябова к этой безрадостной всеобщей атмосфере добавился и еще один демотивирующий стимул: Жаднов, зараза, на своем рабочем месте так и не объявился.

Наконец, с некоторым запозданием, в свой кабинет протопал сам Подъяпольский. И сразу от его мрачного вида в кабинете словно еще всем здесь находящимся на плечи по тяжелому давящему мешку подвесили, настолько хмурый был у него вид.

— Господа офицеры, — начал он сегодняшнее собрание с натурального разноса, — я, кажется, вчера отдал ясный и недвусмысленный приказ, сор из избы не выносить, и это преступление, в котором замешаны столь высокие фигуры, ни с кем из посторонних не обсуждать?

Среди собравшихся тут же прокатился негромкий не то возмущенный, не то недоуменный говорок. Каждый посчитал своим долгом сообщить рядом сидящим о том, что именно от него эта информация никуда на сторону уж точно не ушла.

— Молчать! — Вдруг взъярился главный полицейский города. — Если вы все, как один, молчали, то почему ж тогда ко мне в пять часов утра от губернатора прислали записку с порицанием, что мои подчиненные своими инсинуациями пятнают честь его погибшего сына?

М-да! Жесткая вышла пятиминутка. Полицейские начальники с нее выходили в мокрых между лопатками мундирах, словно в бане посидели. И, самое главное, о расследовании обстоятельств жертвоприношения в это утро не было сказано ни слова. А ведь реально дотикивали последние, самые горячие и продуктивные часы, когда это свершившееся преступление можно было раскрыть еще по горячим следам. Но только надворному советнику Подъяпольскому оказалось гораздо важнее попытаться прикрыть свой подгорающий зад. До обстоятельств расследований же в условиях, когда губернатор мог вот-вот попросить его с его нагретого местечка вон, ему оставалось дела постольку-поскольку.

Однако сам Рябов в это утро даже, вроде как, некоторую радость испытал. Павел Никитович, убедившись, что его запропавший писарь возвращаться к исполнению своих служебных обязанностей даже и не думает, взял на это место нового человека. Прямо, как гора с плеч! А еще появилась реальная возможность сбегать до дома, который занимала семья погибшей в жертвенном ритуале повитухи, не вечером, жертвуя своим личным временем, а вполне себе в служебные часы. Тем более что полицмейстеру в этот день было явно не до подвешенного на его внимание практиканта.

Дом семейства Деминых, стоявший в пригороде Александрова, ничем особым среди окружавших его деревянных хибар не выделялся. Такая же серая, покрытая дранкой крыша, выглядывающая из-за покосившегося забора, такие же ворота с набитыми на створки пиленными все из той же дранки лучиками стилизованного солнечного круга. Символика света, почитай, чуть ли не на каждых вторых воротах здесь располагалась. Андрей на нее и внимания не обратил. По всей империи, принявшей поклонение свету в качестве основной религии уже, почитай, доброе тысячелетие назад, были в ходу подобые украшательства.

На стук в калитку долгое время никто не открывал.

— Дома он, — вы, ваше благородие, посильнее стучитесь, — посоветовал один из проходящих мимо соседей. Как будто практикант и так об этом не знал. Илон уже метнулся туда и принес ему сведения, что хозяин этого дома сидит в одиночестве за кухонным столом и перед ним стоит почти допитая до дна бутылка водки.

Все же настойчивый стук в конце концов возымел свое действие. Со стороны дома послышался скрип давно не смазанных дверных петель, и спустя недолгое время калитка перед Рябовым отворилась.

— Здравствуйте, — первый начал молодой сыщик, глядя в мутные глаза мертвецки пьяного человека. — Мне поручено узнать о событиях вечера второго дня и позапрошлой ночи. Вы ведь супруг Евдокии Панкратовны Деминой, я правильно понимаю?

— М-му… произнес покачивающийся без всякого ветра хозяин дома, что, очевидно, должно было означать его согласие с заданным вопросом, после чего, развернувшись, двинулся в направлении покинутого им жилища, нисколько не заботясь, следует ли за ним внезапно пришедший на его порог гость или нет.

«Так дело не пойдет», — решил Рябов, глядя в спину совершенно невменяемого в данную минуту человека, после чего, после чего протянул руку в сторону покачивающейся впереди фигуры, втянув в себя воздух:

— Ш-шу!

Однако долгонько он уже во всасывании порчи не тренировался. Аккурат с того самого момента, как его организм получил от Системы возможность вырабатывать ее самостоятельно. Клочок темной дымки, окутывающей голову супруга погибшей повитухи, всосавшись в организм адепта темных сил, вызвала у того кратковременное чувство дезориентации. Впрочем, действительно кратковременный, только качнулся небосвод над головой, и все.

— Ш-шу, — с большей силой продолжил Рябов, наблюдая на своем внутреннем виртуальном дисплее прибавку сразу трех новых единичек порчи….

В результате такого вот предательского колдовства в спину, до кухни дошел еще не совсем трезвый, но вполне вменяемый мужчина. Он с явным недоумением взглянул в сторону стоящей на столе почти допитой полуштофовой бутылки и сосредоточил все свое внимание на вопросах своего незваного гостя.

По результатам ответов Степана Лукояновича Демина Андрей составил для себя следующую картину произошедшего той ночью в этом доме события (сам Степан, не предлагая этого угощения пришедшему к нему полицейскому, в процессе этого допроса сам допил содержимое стоявшей на столе бутыли и полез под печь за новой, еще полной).

Действительно, Евдокию Демину никто из руководства публичного дома в тот вечер не вызывал, и она, приготовив за завтрашнее утро горшок пшенной каши с куском курицы, спокойно улеглась спать. Прислали за ней уже глубоко за полночь. Сквозь сон Степан видел знакомого мальчонку, служившего, в числе еще нескольких сорванцов, в заведении мадам Жу-Жу на посылках. Соответственно, разбуженная супруга очень быстро собралась и ушла. Больше с тех пор Демин свою супругу не видел, даже в морг на опознание не пошел, хоть извещение об этом от околоточного пристава и получил.

— Хозяин, а ты ничего странного со стороны птичника, когда шел в дом, не заметил? — Внезапно поинтересовался у Рябова его демон, когда он, заканчивая опрос, уже совсем уже было собрался откланяться из этого дома.

— Нет, а что там? — Немедленно заинтересовался Андрей. Впрочем, этот его интерес был вполне понятен: чтобы чем-то, находящимся в чисто овеществленном мире заинтересовалось энергетическое существо, это что-то должно быть воистину неординарным.

К счастью, испрашивать разрешение на осмотр заинтересовавшей Илона хозяйственной постройки Рябову не пришлось. Хозяин дома, усомнившийся в крепости приобретенной им водки, сразу же, как у молодого полицейского закончились к нему вопросы, припал губами к довольно объемной зеленой граненой бутыли и влил в себя минимум половину ее содержимого. Учитывая, что и предыдущее опьянение Рябов убрал с него совсем не полностью, выпитого залпом мужчине хватило, чтобы вернуться в свое полностью невменяемое состояние.

А Рябов, в сопровождении своего демона-хранителя, тщательно проверяя магическим взором окружающее, выйдя из сеней дома, прямой наводкой направился в сторону птичника. И таки да, после того, как Илон обратил его внимание, он и сам начал замечать зеленовато-черные еле заметные флюиды, что словно крайне искривленные лучи света, вырывались из всех щелей этого сооружения.

— Хозяин, подожди, тут уж я вперед пойду! — Проявившийся демон преобразовал свои пижонские шелковые одежды в стальные латы. Один только цилиндр на голове несколько задержался, превратившись в глухой шлем с опущенным забралом примерно через минуту.

И сразу после завершения этого преобразования Илон храбро шагнул в сумрак хозяйственного строения.

То, что подобное поведение со стороны миньона было немного безрассудным, Андрей понял уже буквально в следующий момент, когда железная фигура его спутника, проломив дощатую стенку, показалась некоторой своей частью снаружи. Дальше парень уже особо не раздумывал. Подняв перед собой универсальный щит, неплохо смягчающий прямые удары и намного более посредственно защищающий от атакующей магии, он устремился на помощь.

Почти сразу же в его щит ударило что-то очень мощное. Не пробило, но сам адепт темных сил тоже отправился в полет. К счастью дверь в птичник оставалась открыта, так что Рябов просто выпал наружу, отбив свой зад о достаточно твердую и утоптанную землю во дворе. И, разумеется, поднявшийся до небес птичий ор дополнил эту оскорбительную картину.

Поднялся Андрей не сразу. Секунд несколько просидел, пытаясь уложить в сознании, что же он сейчас увидел внутри. По всему выходило, что источник черно-зеленых эманаций находился в самом дальнем от входа углу, а на пути к нему, занимая большую часть пустого пространства, встал в виде своеобразного защитника какой-то членистоногий конструкт. Не то паук, не то и вовсе насекомое, наподобие богомола. И что самое интересное, основная масса этого конструкта состояла из тех же самых черно-зеленоватых эманаций, что и странные, извивающиеся лучи, по-прежнему вырывающиеся из щелей этого строения. Не сразу, но даже вспомнил мудрый термин, преподанный в свое время ему в училище: псевдоматериальный магический голем. Если исходить из цвета всполохов, построенный преимущественно на некромане с некоторыми изрядными вкраплениями маны тьмы.

Меж тем внутри строения начался второй раунд схватки. Илон, издав воинственный клич, принялся осыпать своего странного противника различными видами атакующей магии. Временами звуки магической схватки даже заглушали вопли насмерть перепуганной птицы. Грохот взрывов, треск и шипение энергетических разрядов. Похоже, если даже Рябов и желал, чтобы этот его визит остался неизвестным его его непосредственного руководителя, то с этой мечтой оставалось только попрощаться. Наверняка в этот момент все соседи, которые в этот момент оказались поблизости, уже боязливо поглядывали в их сторону из-за заборов своих домов.

— Ага! Ему не нравится магия тьмы! — Донесся до Андрея ликующий возглас его миньона. И почти сразу же вслед за этим бронированная фигура своим шлемом снова пробила стенку сарая почти в том же самом месте, что и в первый раз. И снова только часть демона показалась снаружи, а та часть, что еще оставалась внутри, по-видимому, продолжала испытывать на себе удары взбешенной твари.

Руководствуясь скорее наитием, чем рассудком, Рябов сотворил в объеме птичника Покров тьмы, одно из первых заклинаний, узнанных им еще в детстве от призванного им тогда еще маленького чертенка. В принципе, не атакующее, а защитное, это заклинание в первую очередь предназначалось для укрытия сотворившего его от враждебных глаз в условиях ночи и сумерек.

Однако защитное то было заклинание или нет, но враждебному конструкту оно очень не понравилось. Андрей впервые услышал голос этого порождения злобной магии. Скрежет пополам с визгом — так это звучало.

И снова, воздвигнув перед собой магический щит, уже продемонстрировавший свою эффективность, Рябов ринулся внутрь птичника. В отличие от прошлого раза совершенно безнаказанно. Не то созданный злой магией монстр просто не видел своего противника в разлившихся по помещению густых клубах тьмы, не то, вполне возможно, эта тьма даже оказывала на него какое-то вредное воздействие. Не зря же он продолжал так вопить, в самом деле.

— Подожди, не нападай на него, — протелепатировал адепт Тьмы своему миньону. А просто, взглянув вблизи на это чудовище, Рябов припомнил еще кое-что из рассказов его преподавателей. Не один в один, но некоторые аналогии нашлись. Главным же в том припомненном рассказе было утверждение, что атаковать в псевдоматериальном големе его созданные магией части почти бессмысленно. Магия же. При наличии в накопителе достаточного количества маны, поврежденные части просто заново восстановятся. В таком конструкте нужно было искать именно материальную часть с накопителем, на котором все и держится. И, кажется, именно такую часть Рябов и увидал.

В месте смыкания многосуставных конечностей, похожих на паучьи лапы, он увидел небольшой сверток, длиной в пару пядей, или, если считать в новомодных французских мерах длины, сантиметров тридцать — тридцать пять. Туда и ударил. Не рукой, конечно, магией. Причем, раз уж вспомнил учебу, заклинанием крайне им нелюбимой магии света. Световая зыбь. Против магии тьмы и смерти это очень специфическое заклинание действовало в качестве временной помехи, если и не уничтожая объекты враждебной магии до конца, то внося существенные сбои в их действие.…Ну и, Покров тьмы тоже в результате этого удара рассеялся без следа.

Совет наставников не подвел: сверток, подвешенный до этого на магических конструктах, лишившись опоры, упал вниз, прямо под ноги Рябову.

— Ну, ты, хозяин даешь! — Фальшиво восхитился Илон, пытаясь извернуться, чтобы оценить понесенные повреждения на своей филейной части. Очень похоже, что последние удары псевдоматериального чудовища доспехи демона уже в полной мере отразить не смогли.

Убедившись, что с его миньоном все более-менее в порядке, несколько пробоин в железной юбке в тыльной ее части не в счет, Рябов занялся содержимым трофейного свертка. Кстати, это именно сверток, из обычного грубого беленого холста и оказался.

Развернул Андрей эти тряпки и едва удержался от рвотных позывов. Сверток содержал почерневший и обезображенный трупик младенца. Запах по птичнику тоже распространился соответствующий, напрочь перекрывающий ароматы обычного птичьего дерьма.

Вы победили сильного врага. Ваш уровень повышен. Интеллект +1. — Внезапно пришло очень даже приятное сообщение от Системы, полностью переключившее внимание Рябова с ощущения подкатывающей тошноты на осознание полученного им достижения.

Меж тем, у Илона результаты вообще получились не слава богу: повреждения доспеха каким-то неведомым образом при преобразовании его обратно в модный чесучевый костюм сохранили свои размеры и очертания. Убедившись в этом и обнаружив, что Андрей тоже видит этот его крайне досадный конфуз, он не нашел ничего лучшего, как обратить внимание своего хозяина на основной источник эманаций тьмы и смерти, подход к которому защищал уничтоженный некромагический голем.

— Хозяин, скорее смотри, что там эта проклятая ведьма запрятала. Мы с тобой такой тарарам тут устроили, что совсем скоро и жандармерия с полицией сюда прибудут, и монахи с экспедитором Тайной канцелярии нагрянут.

Объектом, испускавшим вокруг магические эманации, оказался небольшой кофр, засунутый в уголок загона, занимаемого гусями. Дополнительной защитой от птичьего дерьма и случайных взглядов посторонних служила старая, донельзя загаженная рогожа, увидев которую Рябов даже на секунду засомневался, не желая соприкасаться с такой мерзостью.

— Ничего себе! — Выдохнул Илон, когда Андрей, все же отыскав в себе достаточно решимости, откинул рогожу и раскрыл найденный под ней кофр. — Камни душ! И большая часть камней прозрачные и совершенно без единого дефекта. Да за такой клад мои соплеменники, если бы прознали, запросто бы в ваш мир устроили целый прорыв.

— Невинные души… Новорожденные! — Всплыли в памяти рассказы наставников из училища об одном из самых ценных для развития магов ингредиентов, добываемых самыми чернейшими из черных культистов.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 15-ой главы:

Уровень 15

Очки опыта: 3432\16000

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 19;

Ловкость 20;

Выносливость 23;

Интеллект 27(+1);

Дух 30;

Мана 300;

Порча 300.

Дополнительные характеристики:

Удача 4;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 6.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 16

— Так, практикант, я чем тебе поручил сегодня заниматься?… — Устроил разнос Рябову Павел Никитович прямо на глазах монахов, сопроводивших молодого сыщика к его руководителю. Ну, по крайней мере, по их словам сопроводили, на деле, этот эскорт, выстроившийся вокруг Андрея со всех сторон, гораздо больше походил на конвоирование особо опасного заключенного.

— Значит, вы, ваше высокоблагородие, подтверждаете, что это ваш подчиненный? — Внешне соблюдая уважительные обороты речи, перебил полицмейстера старший из монахов, упитанный бородатый детина с округлым символом солнца, подвешенным на золотой цепи едва ли не в палец толщиной. Как у него только шея от такой тяжести не устает?

— Да, Андрей Рябов, выпускник училища Тайной стражи, проходит в нашем полицейском управлении свою последнюю, предвыпускную практику, — чеканя слова произнес его высокоблагородие, немного свысока поглядывая на перебившего его служителя света. — Вы его в чем-то обвиняете, святой отец?

— Нет, нет, все в порядке, — не стал обострять монах, хотя Рябов отчетливо видел, как скривилась физиономия бородатого при упоминании Тайной канцелярии.

Собственно, на этом весь инцидент и оказался окончательно исчерпан. Монахи, молча развернувшись, отправились в свой обратный путь, а полицмейстер, разумеется, затребовал с Андрея полный отчет об его недавних похождениях.

Ну, полный, не полный, но отчет Рябов предоставил. Примерно такой же, как и совсем недавний для монахов. Сообщил, что, мол, он всего лишь решил уточнить у членов семьи жертвы, каким образом вроде как совершенно посторонняя повитуха оказалась ночью на территории публичного дома. На самом выходе же из дома, после допроса мужа убиенной, был атакован каким-то непонятным конструктом черной магии, который он, Рябов, сумел загнать в расположенный поблизости птичник и там уничтожить при помощи заклинания магии света.

— Ну, что, — глубокомысленно заключил умудренный полицейский начальник, выслушав рассказ своего подопечного, — то, что в живых остался, и даже победил богомерзкое колдовство — это замечательно, а вот за то, что ушел, не предупредив о своей отлучке меня, за это тебе мой устный выговор. Наш новый писарь пока ни уха, ни рыла не соображает в правильном ведении документации.

Андрей чуть в голос не застонал, услышав о ненавистной ему документации, премудростям обращения с которой он и должен теперь обучать нового писаря.

* * *

— Ну, что, Илон, доставай давай камни душ, будем разбираться, что с ними делать дальше, — скомандовал Рябов, едва только дверь снимаемой им квартиры захлопнулась за его спиной.

— А что с ними делать? — Пробурчал демон, послушно выкладывая кофр с камнями на кухонный стол. — Бери их по очереди в руку, вытягивай в себя содержащиеся там силы, да радуйся своим возрастающим силам и плюшкам, которыми тебя за каждое такое действие будет одаривать Система. В конце концов, может даже сумеешь окончательно перейти в энергетическое состояние, сил в этих камнях ощущается вполне предостаточно.

— То есть я стану как ты, демоном? — Уточнил Андрей слова своего миньона.

— Причем, сразу старшим, а может даже и высшим, — подтвердил демон-хранитель догадку своего патрона.

— А если я их вот прямо сейчас молотком разобью?

— Не шути так, хозяин, — аж даже отшатнулся демон, скривившись, словно Рябов ему предложил какое-то серьезное святотатство совершить. — За бесполезное уничтожение искр создателя тебе такая кара может прилететь от мироздания, вовек не расхлебаешь. По крайней мере, Система за это тебе точно штраф выпишет.

— Бесполезное уничтожение? А если я просто хочу выпустить эти души на волю?

— Не выйдет. Для конкретно этих искр создателя уже выбран их путь. Свой шанс на самостоятельное существование в виде души разумного существа они утратили. Теперь это просто очень ценный ресурс для развития других.

На какое-то время в кухне, где расположились друзья, воцарилось молчание.

— Выпустить их не получается, демоном я становиться сам не хочу, остается одно… — принялся вслух размышлять Андрей, украдкой поглядывая на своего миньона, жадным взором в данный момент созерцавшего содержимое раскрытого нараспашку кофра. — Вроде бы, я слыхал, что демоны, для того, чтобы души вырабатывали максимум энергии, создают иллюзорный мир, в котором эти души испытывают бесконечные страдания?

— Ну, в общих чертах, так и есть, — кивнул головой Илон, с подозрением глядя на своего патрона и ожидая продолжения.

— А ты сможешь создать мир, в котором эти души будут просто жить, без всяких страданий? Хватит у тебя на это энергии и способностей?

— По энергии вообще не вопрос, души, даже без страданий будут вырабатывать ментальной энергии достаточно, чтобы я смог построить вполне полноценный иллюзорный мир, — принялся отвечать демон, все еще силящийся поверить в реальность предложения своего патрона. — Проблема только в том, что без страданий чистота их душ будет постепенно снижаться, понемногу снижая объемы выработки этой самой энергии. Слыхал выражение: «Очищающие страдания»? Вот, тут также. Не сразу, но через десятилетия объем вырабатываемой душой энергии достигнет критических величин, после которого или придется устраивать для нее чистилище, или просто развеивать ввиду дальнейшей бесполезности.

— Приемлемо. Забирай эти камни и устраивай в своем домене. Условие одно: пока душам хватает их собственной энергии на поддержание иллюзии мира, страдать они не должны.

В мгновение ока камни исчезли. И в этот же миг перед глазами Андрея Рябова вспыхнуло новое послание от Системы: Благодаря вашему решению, для 37 искр создателя сохранена свобода выбора. Согласно имеющимся нормативам, за подобный бескорыстный поступок Системой сгенерирована наиболее подходящая вам в настоящий момент персональная Награда: внепространственный карман для сохранения физического тела на время вашего возможного путешествия в астральной форме. Время для тела, пребывающего в этом кармане, будет остановлено.

Внимательно прочитав полученное послание, Андрей вдруг испытал вовсе не иллюзорный посыл страха. Это что, выходит, скопировав у демона способность к астральным путешествиям, он чуть было не поставил себя тем самым на грань гибели? Ведь, не случись этого вот его совершенно спонтанного решения, касающегося невинных душ, при первом же астральном перемещении в иной мир, его тело просто-напросто бы погибло. Еще и Система чуть запоздалым дополнением к своему посланию подтвердила возникшую у него догадку: Удача +1. Выходит, реально сильно повезло! Определенно, в следующий раз, если еще представится возможность копировать чужие способности, надо будет десять раз все обдумать и взвесить, прежде чем соглашаться на подобное. А то вот ведь как могло получиться: перешел в астральное состояние, собираясь посетить иной мир, да и отправился вместо этого на перерождение, оборвав все связи своей души с реальным телом и тем самым переведя его в состояние полноценного трупа.

— Спасибо, хозяин! — Вырвал Рябова из пучин самокопаний восторженный возглас его демона. — Благодаря твоему подарку, Система мне дала второй, сопутствующий Класс, Лорд Инферно! А еще, после развития моего Домена до следующего уровня, мой собственный уровень опасности условно повысился до четвертого! Тебе, хозяин, какое имя для меня больше нравится, Илонг или Силон?

— Ну… — совершенно неожиданный вопрос привел новоявленного владельца Лорда Инферно в изрядный ступор.

— А мне — Силон, — продолжил грозный демон свое восторженное щебетание, как ни в чем не бывало.

Весь остаток этого вечера, до самого отхождения ко сну, у Рябова оказался заполнен озвученными планами и фантазиями его рогатого приятеля. Даже мысли в голове начали путаться от этого кавардака. Потому не заметил, в какой именно момент согласился на просьбу демона, отпустить его для формального изменения статуса на побывку в родной мир.

И снова наступило утро, а вместе с ним и очередной день, начинающийся с очередной пятиминутки. И тут Андрея поджидала неожиданная радость: новый писарь, Аполлон Жданов, оказался не таким уж и никчемой. Во всяком случае, приемами стенографии он владел и записывать речи выступающих вполне успевал. Тем более что полицмейстер и не требовал вообще все бездумно записывать, а лишь самые важные моменты, причем, в самом начале таких моментов он обязательно подавал знак.

— Ну, что, Аполлон, ведь вполне справляешься же, чего же Подъяпольскому вчера не понравилось, что он приставил меня контролировать твою работу? — Поинтересовался Рябов после того, как все полицейские начальники разошлись по своим рабочим местам.

— Переволновался. Когда я волнуюсь, на меня ступор нападает. Соображать хуже начинаю, — признался новоявленный писарь.

Все же первую часть дня Рябову пришлось отираться при штабе, лишь после обеда, когда безделье стало совсем нестерпимым, он взмолился:

— Павел Никитович, сами посмотрите, наш Аполлон уже вполне освоился со своей работой. Разрешите, я сбегаю, расспрошу, кто к повитухе в ту ночь отправил мальчишку. Ведь явная же ниточка! Глядишь, потянув за нее, и удастся распутать наш клубок.

— Экий ты несносный, — пожурил практиканта полицмейстер, пребывавший после вкусного обеда, притащенного к нему из соседнего трактира, в состоянии неги и благодушия. — Хорошо, ступай. Только смотри, чтобы тебя снова к нам не привели под конвоем.

На поиски мальчишки Рябов отправился прямиком в публичный дом, страстно надеясь про себя, чтобы в этом заведении хоть кто-нибудь оказался на месте из обслуживающего персонала. На то, что публичный дом будет продолжать свою работу после смерти его владелицы и всей управляющей верхушки, он, разумеется, никаких надежд не питал абсолютно.

И таки публичный дом в этот день действительно не работал. Вот только возле парадной входной двери белело объявление, что со следующей недели дом куртуазных развлечений «В гостях у мадам Жу-жу» продолжит принимать своих клиентов по обычному расписанию, а через черный ход и вовсе разгружали телеги с привезенными ящиками с дорогостоящим алкоголем и еще какими-то деликатесами.

— Уважаемый, с кем я могу уточнить вопросы следствия? — Задал он вопрос мужчине в строгом сюртуке английского покроя, ведущим пригляд за разгружаемым товаром.

— Простите, господин… полицейский, — окликнутый Андреем мужчина замялся с формой обращения, пытаясь разглядеть отсутствующие на кителе практиканта стандартные обозначения его чина. — Со всеми интересующими вас вопросами вам стоит подойти в понедельник. Сегодня здесь только я и команда нанятых мной грузчиков, а я здесь человек абсолютно новый и информацией по прошлым делам не владею.

Так бы и пришлось сыщику возвращаться обратно в полицейское управление ни с чем, да буквально совсем неподалеку от публичного дома, на углу улицы, он углядел стайку мальчишек, вышагивающих по дороге с самым независимым видом.

— Эй, парни, вы местные? — Задал он вопрос, нащупывая в своем кармане несколько монет мелочи, доставшиеся ему в качестве сдачи с оплаты сегодняшнего обеда.

— Ну, допустим, — отозвался один из сорванцов, глаза которого, несмотря на делано независимый вид так и съезжали на подбрасываемые Рябовым в ладони серебристые монетки.

— Я хотел бы поговорить с тем мальчишкой, который бегал на посылках в доме мадам Жу-жу в ту ночь, когда там случилось преступление.

— Так это, господин хороший, тебе с Колькой Безносовым говорить надо, — сразу заметно погрустнел шкет. — Только с этим ничего не выйдет. Колька после той ночи не то, что о том, кто там был, не помнит. Он вообще все забыл, начиная с позапрошлого понедельника.

Ну, что же, как говорил один из Андреевых наставников в училище, отрицательный результат — это тоже результат. Тем более что результат этот все же не совсем отрицательный. Подтвердилась версия, что среди черных сектантов имеется неслабый такой маг разума. Почему именно неслабый? А просто начинающий маг этого направления смог бы только не избирательно, вообще всю память мальчишке напрочь снести. А вот так, заставить забыть почти только само событие, неделя — другая в сторону — вообще не в счет, это уже кто-то в районе мастера менталистики постарался. А еще этот менталист не отправил мальчишку ко всем прочим жертвам, а заморочился очень неслабой такой операцией на его памяти. Отдать за такую дополнительную информацию сорок копеек из своего кармана совсем даже не жалко.

— Ну, что, практикант, выходил что-нибудь интересное? — Обратился Павел Никитович к Рябову по возвращению того в здание полицейского управления. И, судя по его ехидной физиономии, ничего полезного от этого похода своего подопечного он явно не ожидал.

Ну, Андрей и выложил ему о потере памяти мальцом, который притащил к повитухе записку, вызывающую ее в публичный дом. Все же у целого начальника полиции города информации о практикующих в городе менталистах должно быть куда поболее, чем у приезжего практиканта.

— Хм, задал ты задачу, Андрей, — нахмурился Подъяпольский, когда Рябов изложил ему все свои сведения пополам с соображениями, пришедшими на ум на обратном пути на место своей временной службы. — Главная проблема для нас в этом вопросе состоит в том, что никто никакой статистики по магам, практикующим те или иные аспекты магии, не ведет в принципе. Вообще разговоры о системных способностях, если ты помнишь, до сих пор считаются чем-то не очень приличным. Кто-то, конечно, по службе свои способности может применять, как те же целители, а остальные свои способности не афишируют.

— Может, у Тайной канцелярии такие сведения есть? — Жалобным голосом вымолвил Андрей. Не то, чтобы он о неприличности разговоров о системных навыках и характеристиках не знал, но ведь эти сведения же напрямую должны влиять на раскрываемость преступлений.

— Это у Малышева то? Хо-хо-хо! Насмешил! Да твой Малышев, если хочешь знать, считает, что все проблемы человечества можно решить по мановению пальца, при помощи магии! Оперативно-сыскную работу он вообще ни в грош не ставит.…Хотя, конечно, полученными от нас сведениями в своих отчетах наверх пользуется с полнейшим своим удовольствием.

— Все равно не могу поверить, Павел Никитович, — в сердцах принялся возмущаться оскорбленный в своих лучших ожиданиях молодой сыщик, — как так-то? Менталист сильный и опытный, значит, практикует эти свои способности давно, и о нем ни у кого нет никаких сведений?

— А ты знаешь, практикант, пожалуй, есть такое место в нашем городе, где найдутся сведения по интересующему тебя вопросу! — На лице умудренного полицмейстера нарисовалось удовлетворение от найденного решения поставленной перед ним трудной задачи. — Отправляйся-ка ты, Андрюша, в монастырь Светила нашего животворящего. — Тамошние монахи в своем стремлении искоренения тьмы наверняка ведут подобный учет. Большинство магов же по их понятиям — это те еще еретики.

— Так кто же меня туда пустит? — Не то, чтобы Рябову, едва он услыхал о необходимости посещения монастыря, вдруг стали не нужны сведения по обитающим в Александрове менталистам…. Но, да, по своей воле, если бы не раззадоренный им самим полицмейстер, сам бы он в то гнездо фанатиков света ни в жизнь не полез.

— А я тебе, друг мой ситный, на этот случай свою записочку к тамошнему настоятелю черкану. — И голос Павла Никитовича сделался таким добрым-добрым. — Думаю, не откажет тебе светозарный отец Люций в моей просьбе.

До монастыря Рябову пришлось добираться на пролетке. Нет, так-то за час — полтора мог бы и на своих двоих, если быстрым шагом, дойти, но в этом пригороде Александрова он еще не был, потому решил, чтобы не блуждать, приставая с расспросами к прохожим, решить эту проблему таким вот кардинальным образом.

— Стой тут, путник, я доложу светозарному о твоем желании его видеть, — объявил парню густым басом через узенькое окошко в монастырской калитке оказавшийся там привратник.

Ну, да, вот так запросто, в монастырь Андрея никто пускать не собирался, и записка полицмейстера тут имела всего лишь, так сказать сослагательное наклонение: «не будет ли так любезен многоуважаемый святой отец уделить толику своего драгоценного времени…». Это еще при том, что сначала тот монах на воротах еще долго размышлял, скептически глядя в сторону молодого человека, стоит ли ему вообще утруждать свои ноги, чтобы проинформировать настоятеля их монастыря о посетителе, или будет проще просто послать его убираться восвояси.

Все же записка от полицмейстера помогла. Не очень быстро, но страж возвратился.

— Светозарный согласился принять тебя, путник. Прошу следовать за мной.

А немаленькое тут хозяйство! Андрею, когда он глядел на эту натуральную средневековую крепость со стороны, она не казалась настолько громадной. Помимо высоченной центральной башни тут оказалась еще целая прорва хозяйственных и жилых помещений, напоминающих армейские казармы. В сущности, и монахи, в одинаковых черных рясах с висящими на груди медальонами в форме солнца, тренирующиеся на присыпанной белоснежным песком площадке, тоже немало тех же самых солдат напоминали.

Рябов, следуя за своим провожатым, совсем уж было проскочил мимо, но спиной почувствовав тяжелый неприязненный взгляд, оглянулся. Даже не сразу поверил своим глазам: среди этих, марширующих и выполняющих начальственные команды мужчин в его сторону смотрела очень знакомая физиономия. Жаднов! Так вот куда он так внезапно подевался! Видать, и в самом деле, поверил в наложенное на него тяжелое проклятие чем-то обиженной на него ведьмы. Занятно, однако!

Ваша шалость удалась! Половина заработанных очков опыта зачислена на ваш счет. — Как подведение окончательного итога разборок с этим подлейшим человеком, пришло очередное послание от системы.

Однако времени на любование своим поверженным врагом у Рябова все же не было. Указующий путь монах, не сбавляя шага, довел его до еще одного строения. Судя по золоченному куполу и сверкающему на высоком тонком шпиле знаку все того же солнца, окутанного, как еж колючками, многочисленными острыми лучиками, еще одна церковь.

Следуя вслед за монахом, Рябов прошел под купол церкви. И сразу же невнятные неприятные ощущения, присутствовавшие фоном с того самого момента, как он вступил на территорию монастыря, многократно усилились. Нет, конечно, не до боли или еще каких-нибудь выраженных неприятных ощущений, но будь на то воля самого адепта Темных сил, он бы и лишней минуты тут не остался. Неприятно, знаете ли, испытывать не то удушье, не то вообще искривление метрики пространства. Понятно дело, все эти ощущения мнимые, но от того не менее неприятные. Да еще этот запах ладана! С самого детства Андрей каждое воскресенье вынужден был терпеть этот неприятный ему запах.

— Светозарный отец, Люций, вот этот полицейский! — Низко, чуть не до земли, поклонился монах невысокому старичку в точно таком же, как у всех черном одеянии, только солнечный религиозный символ на его груди был значительно больше по размерам, да еще, помимо полированной поверхности самого металла, на этом, явно непростом артефакте сияли, переливаясь светом на своих гранях, многочисленные довольно крупные драгоценные камни.

— Ершистый, — сделал вывод монах-настоятель, глядя, как Андрей вместо глубокого поклона лишь выпрямился, на секунду склонив голову, словно кивнул, щелкнув при этом сведенными вместе каблуками. — Ладно, давай свое послание от начальства.

Все так же сохраняя спину прямой, практикант в два шага приблизился к святому отцу, протянул свернутую треугольником записку.

— Есть у нас такие сведения, — согласно кивнул головой церковный иерарх, внимательно изучив поданную ему записку. — Мать наша, церковь, об очень многих своих оступившихся чадах имеет подобные сведения. И ради того, чтобы изловить адептов богомерзкой черноты, эти сведения полиции мы предоставим. Возлюбленный сын мой, Спиридон, отведи этого юношу к брату келарю и передай, что затребованные сведения я распорядился предоставить.

И снова очередной переход по бесконечным монастырским переходом вслед за все тем же монахом, поименованным настоятелем возлюбленным сыном Спиридоном. Андрею даже на мгновение интересно стало, кем, согласно этому табелю о родственниках теперь приходится брату келарю тот же Жаднов? Впрочем, интерес как возник, так и прошел: внезапно ощутил исходящую от очередного монаха неявную, но вполне реальную угрозу. Однако, похоже, общение с выходцем из Интерно не прошло для него даром. Вот уже и сам начал подразделять всех встречных по уровням опасности. Этот брат келарь воспринимался явно намного более сильным противником, чем он сам.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 16-ой главы:

Уровень 15

Очки опыта: 5431\16000

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 19;

Ловкость 20;

Выносливость 23;

Интеллект 27;

Дух 30;

Мана 300;

Порча 300.

Дополнительные характеристики:

Удача 5;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 6.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 17

Все же, несмотря на ощущающуюся от него опасность, брат келарь оказался вполне незлобивым человеком. При сообщенном ему Спиридоном распоряжении со стороны настоятеля только головой кивнул и дальше общался с Рябовым вполне корректно. Не на дружеской ноге, конечно, но вполне открыто.

Первым делом он попросил Андрея рассказать ему, для чего вообще понадобились полиции эти сведения о городских менталистах? Поскольку сыщик не видел ничего худого в распространении сведений, касательно ночного вызова повитухи и последующей потери памяти посыльным, то рассказал он об этом келарю, не запираясь, в полном объеме. Ну, и монах, исполнявший в монастыре, очевидно, помимо обязанностей хранителя материальных благ, по совместительству еще и обязанность хранителя вполне специфических знаний, не стал кусочек этих самых знаний скрывать от своего собеседника.

— Вообще, точное количество магов в нашем городе, тем более их полную специализацию, не знает, я думаю, никто. — Предупредил он в самом начале этой беседы. После чего, извинившись, удалился на несколько минут и возвратился, уже держа в своей руке листок с фамилиями, именами, адресами и еще кое-какими сведениями личного характера.

Рябов уже протянул было руку в направлении продемонстрированного ему листка, но брат келарь, листок не отдал:

— Это список из нашего архива. Его отдавать, кому бы то ни было, я не имею права. Я вам сейчас с него сделаю копию.

Вообще-то Рябов, признаться, ожидал от брата келаря, что тот возьмет в руки перо и сядет за свой письменный стол, переписывать сообщаемые в списке сведения. Ну, или его самого за это чистописание посадит: в конце концов, сведения из монастырского архива нужны же были именно Андрею, а вовсе не брату келарю.

Действительность преподнесла парню, жадному до всяческих проявлений магии, еще один сюрприз. На весьма обширном, инкрустированном столе ответственного монаха был один пятачок, ограниченный по углам бронзовыми подсвечниками с вставленными в них еще несгоревшими огарками свечей. Именно эти огарки брат келарь и зажег, предварительно уложив расправленный список рядом, в своего рода рамку, сформированную из замысловато вырезанных узорчатых деревянных вставок в древесину столешницы, рядом со стоящей тут же открытой хрустальной чернильницей.

Пусть не сразу, но бывший ученик уловил большое сходство проводимого на его глазах ритуала копирования с тем ритуалом очистки от грязи, который ему когда-то в первом классе школы показала его первая учительница. И сразу же на ум пришла мысль — сожаление по поводу отсутствия у него системного гимназического образования. Наверняка ведь этот ритуал там изучался. Но только вот чертенок, которого Рябов отправлял в гимназию, подсматривать преподаваемые знания, помешанный исключительно на боевой составляющей, не усмотрел в этом ритуале совершенно ничего для себя полезного. Ну, ведь этот ритуал совершенно нисколько не добавлял к его воинским навыкам!

Занятый таким вот самоедством, Рябов даже не сразу заметил, что ритуал копирования уже закончился. Придирчиво изучив полученный результат, ученый монах протянул получившийся заполненный с двух сторон листок своему визитеру.

— Буду рад, если этот мой список окажется хоть чем-то вам полезным, — сказал он своему посетителю на прощание. — И вот еще вам небольшой подарок от нашего культа. Этот одноразовый священный круг, если его активировать, в последующий час защитит вас даже от самого сильного и опытного менталиста.

Простенький кругляш из какого-то желтоватого камня, в центре которого чернело пятнышко, словно взывавшее: «Нажми меня».

И хоть брат келарь являлся адептом полностью противоположной по отношению к самому Андрею первосилы, Рябов совершенно искренне его поблагодарил.

А потом все тот же Спиридон сопроводил молодого сыщика через весь монастырь обратно на выход. Выносливость +1, — вознаградила Рябова за перенесенные им мучения от общения с антагонистичной первосилой сострадательная Система.

— Охо-хо! Как же вас много! — Протянул Андрей, изучая предоставленный ему список, лежа на своей кровати в обнимку с Муркой. До сих пор не мог толком отойти после крайне неприятного воздействия, оказываемого на него эманациями, витающими на территории монастыря с понавешанными повсюду символами Солнца.

И таки дюжина имен в подобном списке — для него одного, и в самом деле, выходило излишне, даже можно сказать, чудовищно многовато. Тем более что там значились и такое имя, как Пафнутий Никодимович. Фамилия у этого очень запоминающегося мага, повстречавшегося когда-то им, с Илоном, в городском морге, тоже была, но в отличие от личности ее носителя, самая обыкновенная: Наумов. Так вот, если в этом черном ритуале замешан Пафнутий Никодимович, то, как сильно опасался, Андрей, и всего личного состава полиции их города в полном составе может оказаться недостаточно, чтобы его вывести, так сказать, а чистую воду.

— О, хозяин, а ты чего тут лежишь, грустишь? И, фу-у, почему от тебя магией света так сильно шибает? — Вдруг послышался голос персонального Андреева демона-хранителя. Андрей аж подскочил на своем месте, разбудив разомлевшую рядом с ним кошку. Обычно-то он боле-менее улавливал приближение миньона, пусть даже тот пребывал в своей астральной, бестелесной форме, а тут — словно возник на ровном месте. Хотя… почему же «словно»? Именно, что возник! Рябов же сам ему дал разрешение на посещение его родного мира.

— Илон! Ты вернулся! — Закричал парень обрадованно. — Или тебя теперь уже следует Силоном называть? Тогда прости, не привык я еще к твоему новому именованию.

— Не так быстро, хозяин, — первой проявилась в воздухе немного кривящаяся моська демона. — Чтобы Система прибавила еще одну букву в имени, мне нужно будет поучаствовать в турнире.

— В прошлые же разы, вроде все по-другому было? Когда ты третью и четвертую буквы присоединял.

— За третью букву мне Система автоматически бой с Локом засчитала. Там же формулировка была, что все достижения побежденного достаются победителю, а Лок, он как раз трехбуквенным был.

— А четвертую букву ты как получал? Ты же мне сказал в прошлый раз, что просто нужно зарегистрироваться у Системы в своем родном мире?

— Ну… да, просто зарегистрироваться. — Кивнул головой, но при этом вильнул глазами пойманный на вранье демон. — Провел поединок с другим претендентом на прибавку буквы и зарегистрировался. Просто об этом я не стал тебе говорить, чтобы попусту не волновать. Все равно же ты не мог тогда в мой мир заглянуть. А я тогда незадолго перед турниром за твою светлую ману целый домен получил. Это, если хочешь знать, чуть ли не втрое сразу прибавляет силы магическим заклинаниям. Да еще и заклинаний выучил от гимназистов целую кучу. У моих противников в бою против меня реально не было ни единого шанса.

— А теперь, значит, решил все по правде рассказать? С чего бы это? — Проявил Андрей чуточку здоровой подозрительности. Ага, научился за годы общения с нечистым. Очень уж часто тот его в самых невинных ситуациях разыгрывал и подставлял в неловкую ситуацию.

— Ну… ты ведь теперь можешь вместе со мной в мой мир путешествовать… вот я и подумал…. — Илон поднял на Андрея весь разговор до того опущенные в пол глаза. — Хозяин, других претендентов, обычно, на поединки их центурионы или другие командиры сопровождают… не мог бы и ты… тоже…. — И окончательно замолчал, словно утратил дар речи.

Так-то вполне возможно, что и в этот раз лукавый демон что-то крутил с этим своим приглашением, но отчего-то у Андрея от услышанных слов запершило в горле и ресницы сами собой сделались мокрыми. Но, все же, оставляя себе возможный путь для отступления, он только кивнул головой:

— Рассказывай, какие там условия. Может, если все нормально, то и соглашусь тебя сопровождать.

Рассказ чертенка затянулся надолго. Нет, так-то он и раньше периодически своему патрону о родном мире и царящих там порядках рассказывал, но для самого Рябова раньше это было чем-то вроде сказки. Слушая сказку, ведь вовсе не нужно так уж тщательно запоминать, что при подходе к избушке Бабы Яги нужно поклониться на все четыре стороны, защищая себя от наложенных на окрестности избушки на курьих ножках мороков, да еще специальный наговор на полсотни слов начитать без единой ошибки. Вот и теперь приходилось все снова да ладом тщательно и внимательно выслушивать, осмысливать, а кое-что и записывать для надежности. Плюс еще и дополнительные вопросы задавать, чтобы поточнее понять, что там, да как все устроено.

И таки возможности для путешествие в Инферно у Андрея, несомненно, были. Во-первых, он же не во плоти туда собрался, а своей астральной формой выделяться среди энергетических тел демонов он и вовсе не будет. Опять же, это уже, во-вторых получается, его уникальный темный Класс, Проводник темных сил, в том мире окажется в числе самых уважаемых. Ну, для тех, кто вообще способен этот самый Класс определять, конечно. А для всех прочих и просто Андрей в компании с Илоном и Муркой будет очень даже непростым орешком. Ну, и в довершение этого всего, их путь предполагался сразу же ко входу в один из местных амфитеатров. А там боевые действия, за исключением заявленных поединков, самой Системой запрещены. Нарушителям такие конские штрафы установлены, что эти сооружения, пожалуй, являются самыми безопасными местами для посетителей во всем Инферно.

Все же в путешествие в преисподнюю Рябов собрался не сразу. Ну, он же, в некотором роде, со своей выпускной практикой был лицом подневольным. К счастью, по регламенту этой самой практики, его затея, заполучить себе пару незапланированных выходных, все же не выглядела такой уж безнадежной. Помимо самих практикантских действий ему же еще вменялась обязанность составлять о прохождении практики самый подробный письменный отчет. А на этот отчет, соответственно, давалась неделя времени. Вот из этой-то самой отчетной недели практикант и собирался запросить аж два дня, благо руководитель ему попался вполне вменяемый.

— Эх, Андрюша, мне бы твои проблемы! — С какой-то непонятной горечью в голосе высказался Павел Никитович, но прошение, написанное Рябовым на его имя о предоставлении отпуска на два дня, начиная с завтрашней пятницы, подписал. И список менталистов, добытый Андреем у монахов, тоже принял, даже не читая. Просто кинул в лежащую на его столе стопку бумаг.

— Аполлон, не знаешь, что это с Павлом Никитовичем такое сегодня творится? На планерке вообще никому ни одного вопроса не задал, разговаривает таким голосом, что молоко скиснет. — Потихоньку от начальника поинтересовался Рябов у писаря, вышедшего покурить на крыльцо их управления.

— Так ты еще не в курсе что ли? — Оживился Жданов. — Вчера вечером бумага пришла от губернатора, что снимают нашего Павла Никитовича. На пенсию отправляют. Считай, послезавтра последний день дослуживает.

— Эк, не ко времени то! — Огорчился Рябов, прикидывая, что после возвращения, в понедельник, его уже будет встречать новый руководитель практики, и если с Подъяпольским все складывалось более-менее нормально, то, как оно будет с новым полицмейстером — это еще, как говорится, бабушка надвое сказала. — А ты, Аполлон, не знаешь, кто придет ему на смену? — Задал внезапно назревший вопрос.

— В конце приказа приписка была, чтобы Павел Никитович сдавал дела своему товарищу, — отозвался писарь, а товарищем у нас…

— Коллежский асессор, Абашев Александр Аристархович, — продолжил за писаря его фразу Андрей Рябов. — М-да, не весело. Абашев, я слышал, от своих подчиненных требует, чтобы те реагировали на малейший чих обращающихся в их отдел за помощью. И еще категорически, под угрозой немедленного увольнения, запрещает брать за это хоть малейшую мзду. Даже в виде искренней благодарности. Нет, для обывателей то, не спорю, такое отношение выглядит здорово. Но вот городовым, с их крохотным жалованием, не позавидуешь.

— Может, все и обойдется еще, — с надеждой протянул Аполлон, у которого, как у писаря, приставленного к телу крупного начальника, определенная часть дохода тоже должна была состоять из мелких подношений всяких ходоков.

— Может, и обойдется, — без всякой надежды кивнул Андрей. Действительно, с Абашевым он знаком всего лишь шапочно, рано с такими данными что-то на будущее всерьез загадывать.

Вообще-то, отправляться в мир Инферно уже можно было сразу после завершения часов практики. Тем более что занятый своими тяжелыми мыслями Павел Никитович в этот день определил для прикрепленного к нему практиканта совсем малый объем задач, да еще и Илон уверял своего патрона, что пребывание в астральной форме абсолютно избавляет от потребности во сне.

Однако можно — не значит, не сходя с места, и в обязательном порядке. К подобному походу, наверняка связанному с реальным риском для жизни, необходимо как следует подготовиться. А еще, как-то вот прям сразу и нестерпимо захотелось Рябову перед отправлением в демонический мир провести вечер с Надеждой. И, в принципе, если по времени, так вполне себе приемлемое желание. Его, этого времени, у него, по всем расчетам, выходило с большим избытком. На пребывание в Инферно Рябов не планировал затрачивать и суток, а у него в запасе, если считать остаток сегодняшнего дня, да еще и воскресенье в придачу, в наличии аж трое суток с большим хвостиком.

— Андрей? Ты? — Улыбка, сама собой выползшая на его лицо при звуке открывающегося замка на двери подруги, при виде нахмурившейся Нади, застыла на лице размечтавшегося о горячей встрече кавалера. — Прости, я сегодня весь день готовила разные лекарственные средства и очень устала.

…А кроме сердитой складки на лбу, Калмыкова еще и не подумала посторониться, чтобы пропустить посетителя в комнату. Ой, печаль — тоска!

— Ну, Андрюшенька, — увидев, что парень застыл возле ее двери и, вроде как, не думает уходить, Надя пустилась на уговоры, — у меня, в самом деле, болит голова…. А еще… у меня эти… женские дни.

Вообще-то Рябова в его училище обучали отличать неправду. Даже не будучи менталистом, в большинстве случаев, с той или иной погрешностью это вполне можно сделать. Язык тела, все эти бегающие глаза, руки, тянущиеся ко рту, напряженные позы, пусть и не так однозначен, как связная речь, но почти не менее красноречив. Вот только влюбленному парню во все эти мелкие крючочки — приметы просто не хотелось верить.

— Хорошо, Надя, я зайду к тебе в следующий раз, — проговорил он, разворачиваясь в сторону выхода из заветного подъезда.

— Ну, что, теперь в магическую лавку? — Делано бодрым голосом вопросил у своего патрона Илон. Хоть он по определению не мог понять все нюансы межполового общения людей, грусть-тоску, снедающую сейчас его друга, уловил на раз. И, разумеется, если бы у Андрея с его подругой в этот вечер все сладилось, он бы его только до порога квартиры проводил. Все же эксгибиционистом Андрей Рябов отродясь не был.

— Да, пойдем туда. С одним пистолетом, как я понимаю, меня в твоем мире схарчат, не поморщившись.

Все же, как замечательно, что для прокачки характеристики Удача, Рябов тогда все-таки сподобился заглянуть в игорный дом. Теперь на выигранные деньги хоть можно приобрести что-нибудь очень-очень полезное для межмирового похода. Да вот, хотя бы этот широченный браслет в половину предплечья, со встроенным в него емким кристаллическим накопителем. Помимо собственно защитной функции в качестве очень крепкого стального наруча, этот браслет еще способен выпускать универсальный магический щит, способный по уверениям продавца прикрыть своего хозяина и от просто грубых ударов чем-нибудь острым или тяжелым и даже от десятка — другого самых распространенных атакующих заклинаний.

Минус же у браслета был всего один: его цена. На две тысячи рублей здесь, в Александрове, без проблем можно было бы купить собственный довольно просторный дом с каменной конюшней и каретным сараем. Но все же свою жизнь Андрей Рябов оценил дороже, потому купил, сожалея лишь об одном, что вместе с этим наручем тут нет в продаже еще и полного доспеха на все его оставшимся неприкрытым тело. Ну, не в моде в последние пару сотен лет были подобные предметы мужского туалета.

Зато в продаже обнаружились патроны с нанесенными рунами на пули стихийными заклинаниями! В том числе и вполне подходящие к Андрееву браунингу. Цена, разумеется, тоже кусалась, но не настолько, чтобы отказываться от этой покупки.

А потом они с Илоном отправились обратно к себе на квартиру. Во-первых, потому что в магической лавке больше не было ничего подходящего, что бы могло помочь в предстоящем походе, а во-вторых, без Мурки уходить в другой мир было нельзя по условиям фамилиарной связи, оговоренной Андрею Системой еще добрых шесть лет тому назад.

Несмотря на то, что это путешествие в иной мир было для Рябова самым первым, каких бы то ни было особых волнений он почему-то не испытывал. Вообще эмоции временно отключились. А по самому переходу…. Сначала на ту сторону вновь отправился Илон. Ну, просто растворился в пространстве, как он делает иногда не по одному десятку раз на дню на глазах своего патрона. Потом Андрей вдруг услышал что-то вроде тихого зова. Не ушами услышал, а… даже не объяснить словами это ощущение. И появилась возможность в направлении этого зова потянуться. Тоже, не телом, а какой-то внутренней сутью. И практически в самый последний момент перед отправлением еще успел ощутить присутствие вместе с ним его фамилиара.

Новый мир резанул по органам чувств свежеиспеченного путешественника между мирами на манер зубьев очень тупой ножовки: ничего особо не нарушено, но больно, просто ужас как. И дело было даже не в порывах раскаленного ветра, швыряющего в лицо частички каменистой породы, отчего лицо сразу начало жечь, словно натертое наждаком. Хотя, наверное, и это тоже. Измененная сила тяжести тоже вносила свою лепту. Постоянные толчки почвы норовили просто уронить на землю и мешали сосредоточиться. Да много еще всего. В целом, похоже, отличий тут было столько, что обычный человек, в своем теле из мяса и костей, просто не выжил бы тут и минуты. Но самой болезненной оказалась сама перестройка мировосприятия.

— Вот, хозяин, сам можешь убедиться, до входа в амфитеатр тут буквально полсотни шагов, — пришедшая к Рябову мысль его демона-хранителя буквально привела его в чувство. До этого он смотрел, конечно, на пейзаж вокруг, но, как внезапно оказалось, не воспринимал его. Внезапно нечто темное и массивное, совсем поблизости от места появления их маленькой группы, стало восприниматься огромным, поистине циклопическим сооружением. В направлении же недалекого, заявленного Илоном входа в здание, буквально подпиравшее своей вершиной небеса, двигался пусть и не очень густой, но практически равномерный поток весьма разнообразных по своей внешности существ. Рогатые, хвостатые, чешуйчатые, двуногие, четвероногие и вообще ползающие безногие — кого только не было в этой непрерывной толчее входящих в амфитеатр. Не проявляя никакой видимой агрессивности по отношению друг к другу, они выходили и выходили из возвышающейся в отдалении от амфитеатра огромной портальной арки. Определенно, если у Андрея еще и оставались до этого момента мысли о каком-то возможном превосходстве землян, то после буквально мимолетного взгляда вокруг все эти мысли рассеялись без следа.

Внезапно вид на передвигающихся в непосредственной близости от них демонов заслонило довольно пространное послание от Системы: Вы сумели познакомиться с жизнью демонов в их естественной среде. За это уникальное для человеческой расы достижение имеющаяся в вашей Книге ритуалов Малая печать призыва улучшена до Средней печати призыва. Средняя печать призыва позволяет эффективно призывать и удерживать астральных и энергетических существ из иных планов вплоть до восьмого уровня опасности.

Блин! Только этого сейчас не хватало! Хоть, вроде как демоны и не проявляли в отношении группы Андрея Рябова никакой агрессии, выпускать их из вида было бы, по мнению парня, очень большой ошибкой. Потому, не разбираясь, что там за Средняя печать у него завелась в его Книге ритуалов, и на сколько эта Средняя лучше и сложнее прежней, Малой печати, Рябов просто смахнул сообщение, оставляя выяснение всех этих подробностей до более спокойных времен.

— Расскажи мне немного об окружающем, кто все эти монстры? — Попросил своего спутника Андрей парой минут позднее, попутно проверяя, как там поживает его Мурка. Хорошо еще, что пока, дезориентированная межмировым переносом кошка, как и Илон, оставалась в своем псевдотелесном состоянии, и много усилий эта проверка не отняла.

— Точно такие же, как мы, соискатели вместе с группами поддержки, — отозвался на заданный вопрос демон. — Сейчас нам нужно пройти внутрь, там Система сама, по одной ей известным алгоритмам разделяет прибывших участников на пары и переправляет их в комнаты ожидания, откуда у соискателей остается только лишь один путь — на арену. И сам видишь, хозяин, поток соискателей внутрь этого прохода не прекращается никогда. Таких, как я, демонов, желающих повысить свой уровень опасности, в нашем мире очень и очень много.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 17-ой главы:

Уровень 15

Очки опыта: 11877\16000

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 19;

Ловкость 20;

Выносливость 24(+1);

Интеллект 27;

Дух 30;

Мана 300;

Порча 300.

Дополнительные характеристики:

Удача 5;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 6.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 18

Стараясь не показывать, насколько страшновато ему приближаться к столь чуждым для восприятия и откровенно страшным существам, как все эти демоны, Рябов, вместе с маленькой группкой своих спутников, влился в общий поток соискателей и вступил в полутемный, тянущийся, казалось, в бесконечную даль коридор. Кстати, и так раздражающий Рябова ветер тут как-то сразу поутих, да и толчки почвы отчего-то практически перестали чувствоваться.

Впрочем, путь по коридору для них оказался совсем недолгим.

— Хозяин, заявку со своими условиями я подал, до моего поединка осталось два часа. Сейчас вас с Муркой должно перенести на трибуны для зрителей. — Пришло к Андрею послание от его миньона. — Нахождение там абсолютно безопасно, если я не справлюсь, вас просто вернет в точку нашего отправления, обратно на Землю.

— Погоди, Илон, — всполошился Рябов. — Как это не справлюсь? Ты же говорил, что для тебя этот поединок почти пустая формальность?

— Я изменил условия с равного поединка на поединок с условиями, а это означает, что в противники мне Система выставит кого-то, выше меня по уровню опасности на один ранг… — принялся было объяснять этот рогатый камикадзе. Вот в этот-то самый момент обещанное демоном перемещение и сработало, перенося Рябова вместе с его Муркой на огромную трибуну, охватывающую кольцом овальную площадку в самом низу, на которую как раз в этот самый момент выходила пара очередных поединщиков.

Скорее всего, в другой раз Андрей с удовольствием посмотрел бы на эти сменяющие один другой поединки. Ну, в том же Древнем Риме ведь граждане ставили гладиаторские бои на одну доску по их значимости с хлебными поставками. Но в этот раз сердце молодого Проводника темных сил и без того после признания его друга было не на месте, а тут еще подобное кровавое непотребство. Словно соли с перцем на раны раз от разу подсыпают. Не желая больше наблюдать за битвой на арене, Рябов перевел свой взгляд на сидящих на трибунах зрителей. Тоже ведь необычное для него зрелище.

М-да, лучше бы и не начинал этого делать! Вот уж кровавые маньяки, каких поискать! Даже не нужно быть хоть сколько-то хорошим физиономистом, чтобы рассмотреть, насколько их возбуждает кровь, льющаяся на арене перед ними. Глаза горят, у некоторых из чуточку приоткрытых пастей стекают тоненькие струйки слюны, каждый удар сопровождают воплями, а кое-кто и реальным рычанием. Ну, далеко не все присутствующие на трибунах демоны вообще имели строение тел, напоминающее человеческое, хватало и откровенных звероподобных монстров, и вообще странных и непонятных форм, с трудом воспринимаемых его земным сознанием.

Еще раз мысль о том, что лучше не пытаться пристально смотреть на своих соседей по трибуне, пришла Андрею в тот момент, когда чудовище, отдаленно напоминающее компактного тиранозавра, из весьма разношерстной компании через несколько мест по соседству, вдруг отвлеклось от происходящего на трибуне и тоже уставилось на Андрея.

Бр-р, весьма неприятный взгляд. Если бы не принятые в этом месте правила, жестоко карающие за проявленную агрессию по отношению к зрителям, Рябов бы уже всерьез начал опасаться за свою жизнь. Все же, несмотря на всю декларируемую защиту от Системы, меряться взглядами с чудовищем наш герой не стал. Во-первых, провоцировать хищника — так себе идея. Пусть даже Система жестоко покарает напавшего на тебя, но это будет уже после свершившейся атаки. Соответственно, присутствовал вовсе даже не иллюзорный шанс, что тебе на это наказание уже окажется абсолютно все равно. Ну, а еще… пытаться бороться взглядами с рептилией… так себе идея.

Потому Рябов просто вновь переключил свое внимание на поединок, происходящий сейчас на арене. Кстати, бойцы уже успели смениться, и теперь лысый синекожий, абсолютно голый мужик с костяным гребнем на голове там носился, размахивая сыплющим искры посохом, вслед за убегающей от него с хохотом краснокожей девицей, отличающейся от обычной землянки только задорно виляющим из стороны в сторону хвостиком с ярко светящимся зеленоватым огоньком на конце.

Рябов, увидев вместо нормального боя это непотребство даже глаза протер. На хохочущей демонице одежда тоже присутствовала лишь чисто символически, да и то, мерно мелькающий туда-сюда хвост настолько задирал ее коротенькую юбочку, что просто не оставлял зрителям никаких возможностей для домыслов: нижнего белья эта особа явно не носила.

Однако очень завлекательное это было зрелище! Рябов неожиданно так увлекся видом мельтешащего хвоста, что не сразу заметил, что догоняющий мужик передвигается все медленнее и медленнее, словно тащит на себе все более тяжелый груз или борется с подступающей сонливостью. И в какой-то момент времени просто остановился, глядя застывшим взглядом куда-то в пространство.

— Все, теперь ты мой! — Возгласила дама с хвостиком торжествующим звонким голосом, который, несмотря на циклопические размеры арены, легко донесся до каждого из зрителей, после чего без всяких опасений подошла к своему бывшему преследователю вплотную и впилась в его губы засасывающим поцелуем. У Рябова все в душе тоже сразу упало вместе с возбуждением, когда этот синекожий громила в конце поцелуя просто опал грудой плоти, словно где-то наверху взяли, да и разом обрезали все поддерживающие его ниточки. Как-то очень живо смог представить на месте этого несчастного самого себя.

На фоне только что просмотренного поединка два последующих прошли, словно под копирку. Быстро и однообразно. Однообразными были и магические атаки, состоящие почти сплошь из одних только заклинаний магии огня, и сами сражающиеся. К тому времени восприятие парня уже понемногу привыкло к необычайному разнообразию физических форм, представленных в стенах этой арены, и такие незначительные отличия, как копыта у одного из бойцов и развернутые назад колени, или полуторная разница в росте сошедшихся поединщиков, глаз вообще не царапали. Просто демоны, как они есть, в точности подпадающие под еще изначальные описания его миньона: рогатые, злобные, из всех видов магии предпочитают огненную.

Все же, несмотря на продолжающееся зрелище на арене, нервное напряжение, охватившее Андрея, было так велико, что когда на арене появился Илон, Рябов даже испытал некоторое облегчение. Пытка ожиданием прекратилась. Впрочем, совсем ненадолго.

— В левом углу нашей арены находится Илон, боец третьего ранга опасности, — ментально начала представлять соперников Система.

Она и до этого так делала, но Рябов не обращал на периодически звучащий в его голове голос никакого внимания: все равно бойцы неизвестные, да и каких-то особых секретов, касающихся боевых особенностей бойцов Система не раскрывала. Точнее, объявление, касающееся той же самой демоницы с хвостиком, Андрей очень-очень желал бы прослушать, но как раз начало того поединка он пропустил, занятый своими переживаниями и разглядыванием своих соседей по арене.

— Поскольку данный соискатель выставил в качестве условия поединка включение поля антимагии, ранг опасности его соперника будет выше на один уровень, — продолжала Система, — сам боец выбран из всей массы сегодняшних участников турнира совершенно случайным образом… — кажется, время для Рябова в процессе этого представления почти остановилось. — … Итак, Рыгол! Демон четвертого ранга опасности, как и его сегодняшний соперник, заявивший о готовности к переходу на следующий уровень!

В такт объявлению Системы, на противоположном от Илона краю арены возникла массивная четырехлапая фигура звероподобного демона, немедленно кинувшегося в атаку. И таки со стороны это смотрелось действительно эпически. Малюсенькая человекоподобная фигура в стальных доспехах и несущееся к нему во весь опор чудовище, отдаленно напоминающее помесь крокодила с носорогом, да еще покрытое даже на вид прочной сверкающей чешуей.

И мало кто из зрителей, кроме самого Рябова, понял, что там вдруг произошло. Фигурка в доспехах очень быстро подняла и приложила к плечу ружье, на которое до этой самой секунды просто опиралась, как на посох. Двукратное «Бах! Бах!», несмотря на внушительный калибр Илонова слонобоя, на такой дистанции прозвучало вовсе не громко и даже как-то неубедительно что ли.

Илон быстрыми, отработанными движениями снарядил свое оружие новыми патронами, но огромная туша, на всем бегу обрушившаяся на землю, под влиянием набранной инерции прокатилась по арене еще несколько шагов, раскидывая вокруг себя массы песка, да так и осталась неподвижной.

— Воздействие магии не зафиксировано, — Система сочла нужным дополнительно прокомментировать исход поединка, поскольку кое-где, на трибунах, среди зрителей начали раздаваться удивленные и недовольные выкрики. — Для демона-хранителя Силона регистрируется четвертый уровень опасности.

Илон… вернее теперь уже точно, Силон, еще успел помахать своей железной ладонью зрителям, после чего был телепортирован на трибуну, рядом с Андреем и Муркой. И как ни кратковременен был момент переноса, он успел и свое ружье убрать обратно в домен, и доспехи сменить на более для него привычный костюм из шелка.

— Молодец! Ты сделал это! — Нимало не обращая внимания на окружающих, закричал Рябов при виде своего миньона. Впрочем, окружающие и сами отнюдь не соблюдали тишину, поскольку на арене начинался новый поединок, поэтому этот эмоциональный выброс перенервничавшего парня прошел максимально незаметно.

— Да, опробовал свой слонобой, — довольно осклабился победитель поединка. — Жаль только нельзя голову с арены забрать, чтобы повесить на стену, как это делают известные охотники в твоем мире, хозяин. Думаю, это было бы началом для очень замечательной коллекции.

Однако разговоры разговорами, но надо, однако, и домой возвращаться. Только у Силона на этот счет возникла еще одна просьба.

— Хозяин, давай посетим еще один поединок? Сегодня тут, на арене, встречаются два очень известных у нас бойца. Но самое главное, в том поединке участвует мой кумир еще со времен учебы в легионе, Чилобур. Сколько себя помню, всегда мечтал посмотреть на его бой.

— Родственник из рода Лау и тоже служил в 3333 легионе? — Проявил толику знаний Андрей, выделив в именовании знакомый слог.

— Да, он тоже из Лау. А еще он участвовал в завоевании уже трех миров и сегодня встречается с чемпионом из рода Брен, нашими самыми заклятыми неприятелями.

— Долго ждать придется? — Уже внутренне соглашаясь на удовлетворение просьбы своего миньона, все же не мог не поинтересоваться Рябов. Очень уж не по себе ему было в этом месте, в буквальном смысле до самого верха полном самыми разнообразными демонами.

— Совсем нет. Его очередь была всего через два поединка после меня.

— Ну, столько-то мы сможет подождать без проблем, — кивнул головой Андрей, усаживаясь обратно на свое место.

…А сейчас начнется поединок, ради которого сегодня сюда и прибыло большинство здесь собравшихся, — наконец началось объявление Системой начала долгожданного поединка. — Чилобур, чемпион рода Лау, против Бурагину, чемпиона рода Брен.

И что тут началось! Если раньше Рябову казалась шумной обстановка, царящая вокруг арены, то теперь тут просто какой-то шквал пронесся: от криков, визгов, свистов, рычания и прочих трубных звуковых раскатов у него буквально заложило уши. Мурка, до этой минуты спокойно дремавшая, вскочила со своего места, выгнула спину и встопорщила шерсть. Один Силон со всей своей страстью подключился к воцарившейся вокруг какофонии, тоже заорав что-то невразумительное, но крайне воодушевленное.

— Скажи, Силон, а то, что у них разница в именах в одну букву — это нормально? — Поинтересовался Рябов у своего демона, когда беснование зрителей, дождавшихся своего зрелища, несколько стихло.

— Так это же не бой за прибавку имени, а просто дуэль. Тут уровень опасности поединщиков никакой роли не играет. — Не отрывая взгляда от возникших на арене бойцов, разъяснил ситуацию Силон.

И снова эта ситуация, когда на арене встретились два абсолютно разных типа демонов. Знаменитый родственник Силона представлял собой типичного человекоподобного демона: пусть и трехметрового роста и острые рога на голове на манер воловьих, но все же узнаваемые человеческие пропорции, две руки, две ноги, да и хвоста позади незаметно. Зато чемпион рода Брен выглядел один в один, как дракон. Только не тот, из рыцарских легенд, а скорее, как изображенный на китайской вазе. Видел Рябов как-то раз подобную картинку в книжке: голова с высоким лбом и длинными, свисающими усами и длинное туловище, похожее на змеиное. И еще этот разумный монстр летал!

«Кажется, здесь раскланивания со своими поклонниками не в чести», — подумал молодой адепт Тьмы, глядя, как едва ли не с места, только-только появившись на арене, летающее чудовище начало свой разгон, в сторону своего намного более маловесного противника.

Все же до простой корриды дело не дошло. Магия однако! Потому, еще находясь в самом начале своего полета, демон-дракон начал осыпать своего противника всевозможными заклинаниями. Насколько мог разобраться со своего места Рябов заклинаниями не очень даже и сложными (а вы попробуйте на лету что-нибудь сложное попытайтесь изобразить), но многочисленными. Краснокожий же трехметровый здоровяк замер на одном месте, словно в ступоре. Ну, разве что защитный купол вокруг себя выставил.

— Сейчас… сейчас… давай! — Вдруг во все горло заорал Силон, очевидно, куда лучше своего патрона разбирающийся в происходящем. Ну, или чуть-чуть быстрее соображающий, потому что и Андрей вполне смог сообразить, что на арене сошлись адепты двух едва ли не противоположных тактик боя. Один, из лагеря противников рода его миньона, оказался апологетом комбинированного стиля множественных не очень сильных, отвлекающих магических ударов, после чего уже предполагалась прямая атака и добивание путем стискивания в своих костедробительных удушающих объятиях. Чилобур же, чемпион рода Лау, очень похоже, все поставил на один, но очень мощный магический удар. Ну, если он, конечно, вообще сможет довести до конца свою волшбу под осыпающими его магическими ударами противника.

И чемпион рода Лау словно услышал призыв своего родственника: от его по-прежнему застывшей на одном месте фигуры в сторону почти уже долетевшего до него огромного чудовища ударил луч ослепительно белого света, почти моментально трансформировавшийся в такую же сияющую сеть, полностью сковавшая утратившего способность к полету дракона.

— Невероятно, — пребывая в экстазе, практически провыл Силон, вытянувшись со своего места в струнку в сторону арены, сияющей от продолжающегося воздействия заклинания. — Магия света! Чилобур применил магию света!

Собственно, основная, самая волнующая часть сражения на этом и закончилась. То, чем занимался кумир Силона на арене в этот день, в дальнейшем больше всего напоминало уже забой скота. Ну, или удар милосердия, как его описывали многочисленные последователи Вальтера Скотта в своих рыцарских романах.

Тем не менее, несмотря на его не зрелищность, укол тонкой длинной рапирой сквозь ячею сети был произведен и у ног демона-победителя растянулась мертвая туша заколотого чудовища. Сам же Чилобур, поворачиваясь во все стороны, принялся принимать всякие картинные позы и приветственно махать своими огромными когтистыми ладонями.

Силон аж охрип от криков, и, похоже, изрядно отбил ладони, без устали аплодируя победителю.

— Какой невоздержанный молодой демон! — Вдруг раздались слова, произнесенные совсем поблизости от занимаемых ими мест.

Рябов только в этот момент понял, насколько он расслабился, наблюдая за своим радующимся рогатым приятелем. Можно сказать, непозволительно расслабился! Впрочем, все же ничего особо страшного не произошло: угроза наказания от Системы за неспровоцированное нападение на территории амфитеатра останавливала любых здешних забияк очень даже надежно.

— Судя по всему, — меж тем продолжал еще один высокий человекообразный демон, выступавший в роли предводителя своей группы поддержки, включавшей того самого «компактного тиранозавра», на которого Андрей обратил свое внимание в самом начале своего пребывания на местной трибуне, — ваша группа относится к числу явных противников нашего рода, раз вы так бурно радуетесь поражению нашего чемпиона.

— Чемпион рода Лау победил в честном сражении, — только и нашелся с ответом парень, понимающий, что просто так эти сторонники рода Брен их не оставят.

— Да. Конечно в честной, — покивал Рябову рогатой башкой докопавшийся до них демон. — Иначе Система бы несомненно аннулировала результаты поединка. Но ответь мне, темный, не желал бы и ты сам подтвердить, что та победа клана Лау была не случайной.

— Я не являюсь членом этого клана, — быстро ответил молодой человек, изо всех сил пытаясь избежать намечающегося вызова на поединок.

Нет, так-то, доведись Рябову столкнуться в бою хоть с этим демоном, хоть с любым из его команды, труса бы он точно не праздновал. Да и полученные навыки и набор боевых заклинаний позволял смотреть на исход подобного столкновения с изрядной долей оптимизма. Но это в бою. Когда волей-неволей, но нужно защищать свою жизнь. И совсем иное дело поддаваться на провокации совершенно незнакомых ему забияк, с которыми он вообще вряд ли когда-нибудь встретится в дальнейшем.

— Хм, правда? Какая досада!

И все же, очень похоже, что возникшая с появлением этой компании угроза рассосалась еще не совсем, поскольку противники так и стояли поблизости, не собираясь пока никуда уходить.

— Впрочем, это не очень важно, — продолжил демон из рода Брен после небольшой паузы. — Я все равно подошел немного с другим предложением. Я заметил у тебя в свите, темный, очень интересного мне, как поводырю чудовищ, боевого питомца. Не желал бы ты выставить его на поединок с принадлежащим мне созданием? Насколько я могу оценивать, уровни опасности у них примерно схожие.

Вам предложен поединок вашего фамилиара Мурки с безымянной боевой химерой мастера-поводыря чудовищ Грудабуо. — Вдруг всплыло перед глазами Рябова совершенно нежданное послание от Системы. И что же теперь делать? Насколько знал Андрей, очень часто за отказ от подобных предложений со стороны Системы в адрес уклонившегося бойца следовал весьма и весьма серьезный штраф.

Впрочем, никакая угроза штрафа его бы точно не остановила, рисковать жизнью Мурки Рябов был не готов. Но тут сама объект вызова вдруг выдвинулась вперед, боднув своей лобастой головой чуток опешившего от такого действия хозяина.

«Позволь мне сразиться. В месте, где мы живем, для меня не осталось подходящих противников», — пришел от нее ментальный посыл, не облеченный в слова, но, тем не менее, абсолютно понятный адресату.

— Я принимаю твой вызов! — Через силу согласился парень с предложенным ему вызовом.

— Великолепно! — Ощерился зубастой улыбкой мастер Грудабуо. — Для большего интереса предлагаю свою ставку, пять единиц Интеллекта. Мне как раз для того, чтобы получить дополнительный полноценный Класс Химеролога примерно такого его количества и не хватает.

И снова Система продублировала предложение противника посланием со своей стороны: Готовы ли вы принять пари мастера-поводыря Грудабуо? Обеспечение пари — 5 единиц Интеллекта. Да. Нет.

Что поделать? Как говорится, снявши голову, по волосам не плачут. В случае гибели Мурки у Андрея будет куда более серьезный повод для горя, чем какие-то единицы Интеллекта. Так что нажал «Да», после чего Мурка и зубатый ящер из-за спины демона-поводыря вдруг растворились в пространстве, а торжествующие противники Рябова развернулись в сторону занимаемых ими ранее мест.

— Хозяин, ты прости меня, что я сам этого поводыря на поединок не вызвал, — Силон выглядел искренне расстроенным создавшейся ситуацией. — Я, правда, хотел это сделать, мне Система не позволила. Написала, что у меня после первого поединка иммунитет к вызовам на арену на 24 часа.

Все же так долго, как в первый раз, ожидать поединка не пришлось. Буквально только та пара, что уже пребывала на арене, закончила выяснять между собой отношения, и уже Мурка со своим безымянным противником появились на противоположных концах овальной площадки.

Однако удивили его зверики! Ну, точнее, та двуногая зубастая ящерица удивила, про способность Мурки переходить в бесплотное состояние Рябов и так знал. Но тиранозавр, как оказалось, тоже вполне мог использовать атакующие заклинания! Не много, всего два: файерболы и каменные шипы, но и это могло оказаться очень неприятной неожиданностью. Но… не стало. Точнее, начни химера магичить, когда они с Муркой сошлись бы почти вплотную, может быть, у нее что-нибудь и получилось. Но вот так, на расстоянии примерно двухсот шагов…. Мурка просто растаяла в воздухе, чтобы спустя не очень долгое время уже проявиться висящей на загривке зубастого монстрика. И хотя у ящера зубы были намного длиннее, да и пасть раскрывалась куда шире, поделать с атаковавшим его сзади хищником он ничего не смог.

Ваш фамилиар одержал победу в поединке. Половина очков опыта за победу зачислена на ваш счет. — Пришло сообщение от Системы. И чуть ниже:

Вы выиграли пари. Получено пять единиц Интеллекта. Желаете ли вы разделить выигрыш с вашим фамилиаром? Да. Нет.

Андрей мысленно примерился к предложенным ему вариантам. Хм, конечно, очки в Интеллекте не помешали бы и ему самому. За время учебы в училище он очень хорошо смог убедиться, насколько сильно помогают в учебе эти вроде бы никчемные единички. Но… постараться сделать так, чтобы его Мурка стала окончательно разумной…. Такой вариант представлялся еще намного более привлекательным. Жаль, судя по обозначенным условиям, нельзя вообще отдать Мурке весь выигрыш.

Вы получили три единицы Интеллекта. Ваш фамилиар Мурка получила два единицы Интеллекта. — Произвела Система нехитрый раздел результата пари.

Проявившаяся в этот момент кошка потерлась в знак благодарности окровавленной мордой о штанину хозяина.

— Так, все, отставить нежности! Немедленно возвращаемся обратно домой, — озвучил команду Рябов, прежде чем его тело, рассыпавшись искорками, отправило его сознание через астрал в сторону родного мира.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец 18-ой главы:

Уровень 15

Очки опыта: 14887\16000

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 19;

Ловкость 20;

Выносливость 24;

Интеллект 30(+3);

Дух 30;

Мана 300;

Порча 300.

Дополнительные характеристики:

Удача 5;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 6.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 19

Первое время, после посещения мира демонов, вся земная обстановка вызывала у Андрея Рябова чувство умиления и ощущение чего-то родного и близкого. Даже пьяненький мужик — попрошайка, клянчивший у прохожих возле бакалейной лавки грошик на поправку здоровья, был всего лишь слегка пожурен, снабжен гривенником и отправлен восвояси с этой его точки добычи денег у сердобольного населения.

— Между прочим, он тебе вслед плюнул и облаял матерно, — поведал своему патрону демон-хранитель, с самого момента их возвращения на Землю так и пребывавший в астральной, бестелесной форме. И это вот сообщение, наконец-то, вправило мозги воспылавшего было любовью ко всем окружающим практиканта на место.

— У тебя, Силон, еще осталось то слабительное, которое ты раздобыл у Надежды? — Вопросил он у демона, начиная уже испытывать легкое злорадство от предстоящего наказания обнаружившегося хама.

— Еще спрашиваешь, хозяин! Конечно, осталось.

— Тогда, если тебе не трудно, добавь немножко капелек в ту выпивку, которую купит этот неблагодарный на выданные мной ему деньги.

— Сделаю, — послышался в ответ довольный голос Силона.

Андрей Рябов закупился продуктами и уже домой пришел, когда Система уведомила его, что задание, данное им Силону выполнено: Месть свершилась. Ваш миньон выполнил ваше поручение. 20 % полученных им за это очков опыта зачислено на ваш счет.

В принципе, задание совершенно пустяковое, потому, в обычной ситуации не стоило бы даже и заморачиваться с подобным, все равно Система за подобное добавляет едва ли не считанные единицы очков опыта. Но вскоре Андрею, затеявшему пить чай, пришло еще одно сообщение: Перевыполнение вашего поручения. В связи с совершением существом темного плана безусловно доброго поступка по своей собственной воле, количество очков полученного за поручение опыта увеличено в 10 раз. За поступок вашего миньона Тьма смотрит на вас с подозрением.

И чуть ниже:

Ваш уровень повышен!

Прочитав сообщение Системы о подозрении Тьмы в его адрес, Рябов подавился глотком чая. Это что же такое учинил Силон, выполняя его поручение, что высшие силы вдруг начинают обращать внимание на простого адепта? Андрей с нетерпением принялся поджидать возвращения своего миньона.…Вредный демон же, словно подслушав мысли своего хозяина, совсем даже не торопился с возвращением…. Андрей чуть не весь вечер просидел, как на иголках, пока Силон наконец соизволил возвратиться к своему хозяину для отчета.

— И вовсе я не совершал никакого доброго поступка, — испуганно заблажил демон, после того, как Андрей поведал ему о пришедшем уведомлении от Системы. Оказывается, к самому Силону ничего подобного в принципе не приходило. — Просто этот пьяница, зайдя в кабак начал обзывать тебя, господин, перед своими собутыльниками очень плохими словами. Мне и стало обидно.

— Что. Ты. Сделал? — Четко, по отдельности, проговаривая слова вопроса, Андрей Рябов буквально припер врунишку к стене.

— Изъял у него все наклянченные деньги, он, попрошайничая, рубля четыре медью насобирал, и подложил кошелек с этой мелочью женщине с больным ребенком, — еле слышно прошептал выходец из инферно. Для него подобное бескорыстие реально было что-то из той же области, что для обычного человека ту же самую женщину ограбить. Права Тьма, подозрительно взирая на своего адепта: тот явно пагубно влияет на своего миньона. Ну, с точки зрения общественной морали демонов, так точно, пагубно.

Мудры однако же были предки, чеканно сформулировавшие всем известный житейский постулат: утро добрым не бывает. Особенно, если это утро понедельника. Особенно, если в этот понедельник в полицейском управлении, куда Андрей Рябов был определен на выпускную практику, случилась грандиозная перестановка, и вместо прежнего полицмейстера, в общем-то, неплохо к практиканту относившегося, на руководство полицией Александрова был поставлен его прежний товарищ, коллежский асессор Абашев Александр Аристархович, человек до болезненности въедливый и правильный.

— С тобой, Рябов, мы чуть позднее будем разбираться, пока же займи место за одним из столов. Не люблю, когда за моей спиной кто-то сидит, — произнес, заходя в свой нынешний кабинет новоиспеченный начальник, прогоняя Рябова с его насиженного местечка в самом углу кабинета, в самом деле, за спиной сидящего лицом ко всей остальной аудитории руководителя.

Планерка прошла сухо и сжато. Новый полицмейстер требовал от своих подчиненных ответов по существу. Никаких мыслей в сторону, тем более шуточек или еще чего-то подобного. Первый же попытавшийся пошутить околоточный надзиратель Грязнов был осажен очень ледяным тоном и после, все оставшееся время совещания, сидел как пришибленный.

— Рябов, останься, — скомандовал Абашев, когда совещание было закончено, и компания людей в полицейских мундирах нестройной толпой потянулась на выход из начальственного кабинета.

Хотя, вроде никаких особенных прегрешений за ним в последнее время не водилось, у Андрея екнуло сердце. Очень уж холодно и недружелюбно прозвучал этот приказ.

— Значит, так, Рябов! — Начал свой разговор новоиспеченный главный полицейский города Александрова. — Ты у нас появился совсем недавно. И при этом уже успел обратить на себя мое внимание. Причем, замечу, внимание вовсе не в самом добром ключе. Ты запугивал уважаемого человека из очень непростого рода, ты вмешивался в дознание по делу черного ритуала с человеческими жертвами, в результате чего возможная неоценимо важная информация от уцелевшего духа не была получена. Дальше больше, именно тебя задержала святая стража в месте непонятного инцидента, сопровождавшегося выбросом просто огромного количества некротики и маны тьмы. Как считаешь, имеются ли у меня основания досрочно прекратить прохождение твоей практики и отправить тебя к твоим наставникам с самой нелестной характеристикой?

— Я старался как лучше… — рассматривая столешницу у себя под носом, пробормотал совершенно убитый такой подачей вроде как вполне реальных фактов практикант.

— Короче, — подвел итог под сказанным очень строгий начальник, — это мое первое и последнее предупреждение. Это у Павла Никитовича ты, Рябов, мог позволить себе своевольничать. С этого дня ты будешь выполнять только то, что тебе скажу я. И никакой больше дурацкой инициативы! В противном случае, о последствиях ты уже предупрежден. Все понял?

— Так точно, господин коллежский асессор! — Отчеканил Рябов ответ, только и с этим бравым ответом он попал впросак.

— И тут ты, Рябов, напортачил, — отозвался в ответ начальник, указывая пальцем на свой погон, — три звездочки. Три! Значит, кто я?

— Прошу прощения, господин надворный советник, не досмотрел, — повинился парень. Все этим утром, с самого появления Абашева на планерке как-то кувырком покатилось….

— То-то же! И помни, время по службе высиживаешь полностью, без моего разрешения, никаких отлучек. Пока же, чтобы не бездельничал, будешь помогать Аполлону разгребать бумажные завалы, оставшиеся у него в каморке, от прежнего начальника. Боюсь, один он там и до рождества не управится. А теперь иди и всерьез подумай над своим поведением, пр-рактикант!

— Слушаюсь, господин надворный советник, — вытянулся во фрунт вскочивший со своего места за столом Рябов.

И только уже от самой двери попытался обратить внимание на результаты своего расследования:

— Я господину Подъяпольскому на прошлой неделе справку со списком наших городских менталистов из монастыря принес. Есть основания предполагать, что один из черных, проведших уже два жертвенных ритуала в нашем городе, владеет менталистикой на очень высоком уровне….

— Рябов, ты снова испытываешь мое терпение, — буквально зашипел в ответ Абашев, — чем тебе надлежит отныне заниматься, я тебе уже озвучил. Расследование же тяжких преступлений ведут совсем другие люди, и тебя их дела совершенно не касаются! Со-вер-шен-но!

Однако кое в чем Абашев точно оказался прав! Раньше Андрей ни разу не бывал к каморке писаря, теперь же заглянув, ужаснулся. Высоченные груды листов занимали практически всю поверхность стола, высились стопками по пояс на полу, были навалены высоким валом на подоконнике. Определенно, подзапустил Жаднов свою работу, очень сильно подзапустил! До рождества не до рождества, но до конца практики Андрею работы в этих Авгиевых конюшнях точно достанет.

— Твое благородие! Андрей! — На два голоса разом окликнул кто-то Рябова, когда он, погруженный в свое невеселые думы, сидя на приступке возле крыльца полицейского управления, подъедал принесенные с собой на службу пирожки.

Поднял голову, взглянув в сторону окликнувших его. Ей богу, если бы не знакомые голоса, так Карпа с Иваном, переодетых в приличные цивильные костюмы, он не факт, что и вообще признал бы. Совершенно другие люди.

— А вы почему не в мундирах? — Задал Андрей просто-таки напрашивающийся вопрос. Полицейским же, как и всем прочим служащим империи, устав их службы прямо предписывал, на люди выходить исключительно в мундирах.

— Так мы уже не полицейские, уволились сегодняшним числом, сюда приходили получить остатки жалованья, — расплылся в счастливой улыбке Карп.

— Вижу по вашим довольным улыбкам, что не тужите по потере места на службе, — констатировал Рябов видимую им картину, — но все же, куда вы сейчас?

— Так мы уже нашли для себя работу. — Принялся хвастаться все тот же Карп, а его приятель, хоть и держал рот на замке, но кивал в такт каждому сказанному предложению. — Жалованье втрое, работа — не бей лежачего, да в придачу будем уже считаться не фараонами и держимордами, а вполне уважаемыми людьми. Нас теперь надпись на двери кабака о том, что внутрь не допускаются люди с животными и нижние чины полиции, совершенно не касается.

— Здорово! — Совершенно искренне порадовался за знакомых Андрей, но тут же уточнил, — а все-таки, где же бывшим полицейским предлагают такие замечательные условия?

— В заведение мадам Жизель мы устроились. Охранниками. — Наконец, разомкнул уста молчаливый до этого момента Иван.

— Заведение мадам Жизель?.. Это в публичный дом, что ли? — Переспросил Рябов, не сказу поверив в такой кульбит в карьере бывших полицейских. — А вас не пугают сплетни о преступлении в подобном же заведении, у мадам Жу-Жу?

— Так говорят, что у мадам Жу-Жу те черные наказали только исключительно настоящих живодеров. С этим как раз в нашем доме все в порядке обстоит. Мы с Иваном первым делом этот момент прояснили. По ценам чуть пониже, конечно, но зато все там происходит исключительно по доброму согласию. — Моментально посерьезнел Карп. — А так да, немного страшновато, конечно. Но нам потому нынче такие козырные места и достались, что прежняя охрана там в одночасье уволилась….

Душевно поболтали. Стыдно признаться, но на фоне его неладов с новым полицмейстером, Андрей этим двум приятелям даже позавидовал. Ну, по крайней мере, сидеть в душной тесной каморке и весь день напролет вдыхать там скопившуюся пыль, им было явно не нужно.

Все же, хоть душа молодого человека требовала действий, распоряжение своего нового руководителя выпускной практики, на протяжении всей последующей недели, Рябов выполнял неукоснительно. Ну, реально было бы очень больно и обидно лишиться результатов многолетнего очень строгого, полного лишений обучения и пролететь мимо исполнения заветной мечты, стать экспедитором Тайной канцелярии, только от того, что снова затеял какую-то авантюру. Потому скука и бумажная пыль стали его постоянными спутниками.

И даже на личном фронте тоже вдруг стало все не слава богу. Разумеется, в отношениях с Надеждой то уж новый полицмейстер точно был совсем ни при чем, так, на ровном месте, все вдруг разладилось. Калмыковой то дома не оказывалось по вечерам, то она вдруг объявляла себя очень сильно занятой или просто больной. Опыт отношений с противоположным полом у Андрея Рябова был еще совсем не велик, но даже он подспудно понимал: дело движется к разрыву. Понять бы еще его причину….

Новый виток событий в жизни молодого сыщика начался в субботу вечером. Отбыв очередной день тяжкой повинности, которой с некоторых пор стала для него практика, Андрей Рябов просто вознамерился прогуляться. Ну, погода же у них в городе по-прежнему стояла замечательная. После нескольких дней нахождения в душном, полутемном помещении душа просто требовала простора, свежего воздуха и хоть каких-то развлечений.

С тем, какого рода развлечений требовала его душа, Андрей разобрался далеко не сразу. Сначала он просто посидел в уличном кафе-бистро. Чашечка кофе по-венски с кусочком яблочного штруделя были замечательными, но закончились неприятно быстро. Отказавшись от повторения заказа, Рябов поднялся из-за столика и влился в поток фланирующей по центру города благородной публики. Ну, по симпатичным женским фигуркам и улыбающимся смазливым личикам, пребывая всю эту неделю в невольной аскезе, он соскучился ничуть не менее сильно.

Вывеска «Мужской клуб», под фронтоном одного из каменных двухэтажных домов на другой стороне улицы с нарисованной там же красавицей в кокетливой шляпке, первоначально не слишком привлекла внимание Рябова. Все же слово «клуб» в названии заведения адресовало его восприятие куда-то в сторону дворянского общества, к которому Рябов пока себя совсем даже не причислял.

Намерения молодого человека резко переменились, после того, как он поравнялся с этим домом вплотную и разглядел витиеватую надпись «Дом мадам Жизель», обрамляющую по дуге пространство над входной дверью.

«Черт возьми, а почему бы и нет»! — Подумал парень, которого отсутствие интимной близости с его подругой начало уже довольно сильно тяготить. Тем более что там и знакомцы работают, подскажут, что и как там принято делать в самом начале своего визита.

Потому, круто свернув со своего курса, Рябов спешным шагом пересек проезжую часть улицы и вошел в приветливо распахнутую при его приближении дверь.

— Добрый вечер, — поприветствовал он швейцара, протянув ему четвертак за труды, — не подскажете, уважаемый, здесь работают двое моих знакомцев, Карп Лунгин и Иван Архипов. Как бы мне их у вас отыскать?

— Карп и Иван? — Переспросил мужчина, оглаживая ладонью свою окладистую бороду с заметными прожилками седины. — Да, приняли к нам недавно на работу двоих с такими именами. Но вот какая оказия приключилась. Как раз сегодня эти двое охранников не вышли на службу. Так что простите, господин, но в этот раз ничем не смогу вам помочь.

Вот так раз! Если бы Рябов не знал раньше этих двоих и не слышал, как они мечтали о подобной работе, а после сильно радовались, что так внезапно у них все сладилось, то мог бы подумать, что приятели просто загуляли. Но нет! Только не Иван! Да и Карп, несмотря на всю свою безалаберность тоже не выглядел человеком, способным кинуть псу под хвост желанную работу, едва только на нее устроившись. В сочетании с недавним жертвоприношением работников другого публичного дома, в том числе охранника, очень тревожные известия.

— Благодарю за информацию, — кинул своему собеседнику Рябов, тем же разворотом выходя обратно на улицу. На фоне таких тревожащих известий его желание пообщаться с одной из местных красоток моментально сошло на нет.

— Силон, ты здесь? — Позвал он своего невидимого спутника, едва только удалился с людной улицы в ближайший двор.

— Где же мне еще быть, хозяин, — ворчливым голосом отозвался демон. Не то, чтобы был чем-то недоволен, просто, скорее, таким образом, отыгрывал свою роль.

— Сможешь отыскать, где живут Иван с Карпом, и выяснить, дома они, или, в самом деле, куда-то исчезли? Вроде, обычно после окончания патрулирования они уходили в сторону Липовой горы, а там не так уж много домов вообще построено.

— Попытаюсь, — ответил Силон, и Андрей ощутил, как тот начал от него удаляться.

Дожидаться известий от своего демона Рябов решил все же дома. Грыз его по данному вопросу какой-то червячок. Казалось, что не все ему известные факты по делу о черных сектантах и проводимых ими жертвоприношениях он воспринимает в должной мере.

— Мурка, сворачивайся клубком мне за спину, — распорядился Рябов, сам садясь особым образом на полу, перед кроватью, именно такая поза рекомендовалась в той, недавно им прочитанной книжке по практикам индийских йогов. — Буду медитировать.

— … Хозяин, я с важными известиями вернулся!..Хозяин, ты вообще меня слышишь? — Словно откуда-то из далекого далека доносились до Рябова голос и мысленные послания демона. С огромным трудом он вновь осознал себя сидящим в своей комнате.

— Уф! Наконец-то ты снова с нами! — Возгласил Силон, заметив, что Андрей открыл глаза и повел затекшими плечами. — Готов слушать, что я разузнал?

— Да. Готов. Рассказывай, — отозвался Рябов, сам тем временем пытаясь осознать открывшиеся ему во время медитации истины.

— Так вот, эти двое твоих знакомых, в самом деле, живут на Липовой горе. У них даже двери комнат в коридоре одна напротив другой расположены.

— Зачем мне знать, как расположены у них двери? — Возмутился Рябов на задержку в доведении до него по настоящему важной информации со стороны демона.

— Ладно, не хочешь про двери, тогда слушай, что я от жены Ивана Архипова узнал. — Силон скорчил обиженную моську, но свой рассказ не прекратил. — Оба этих бывших полицейских сегодня утром, как и положено, ушли на службу, дежурство у них предполагалось суточное. Жена о пропаже мужа ничего не знает.

— Выходит, до места своей службы в публичном доме мадам Жизель они не дошли! — Подвел итог собранным сведениям Андрей. — И, как я подозреваю, об их пропаже до самого утра никто не всполошится. Супруга будет думать, что муж на службе, а на службе решили, что двое недавно принятых ими охранников просто манкируют своими обязанностями.

— Выходит так, — согласился с хозяином его миньон.

— Тогда, Силон, прямо сейчас у меня для тебя будет еще одно задание… — голос парня на секунду пресекся от нахлынувшего волнения.

Поворотный момент! Именно сейчас Андрей решился на действия, за которые, в случае его неудачи, отделаться досрочным отправлением его с практики обратно в училище, пусть даже и с отвратительной по своему содержанию характеристикой, будет реально очень-очень большой удачей. Гораздо вероятнее был такой вариант, что он просто займет место одной из жертв планирующегося ритуала.

— Приказывай, хозяин, — успел вставить свою реплику вредный демон, прежде чем его патрон продолжил озвучивание приказа.

— Тебе необходимо будет отыскать Тамару Абашеву, после чего следить за ней до тех пор, пока она не выведет тебя на то место, где содержатся жертвы для будущего ритуала.

— Прости, хозяин, а если она окажется и вовсе ни при чем, — засомневался Силон в полученном им приказе. Насколько я знаю, буквально все, кто ее знает, уверены, что она почти что ангел во плоти.

— Я не знаком с Тамарой Абашевой лично, зато благодаря медитации я вспомнил, где я видел тот почерк, с записки, которой черные сектанты выманили Соньку Позолоти Ручку. Это почерк ее брата, надворного советника и нынешнего полицмейстера города Александрова, Абашева Александра Аристарховича. И вот, что удивительно, его же имя прозвучало в эпизоде с Шеховским и принесенными в жертву бандитами. Он единственный, кто был убежден в виновности мещанина Ефима Подшивалова. Его, как своего непосредственного начальника, могли подпустить к себе полицейские, охранявшие в ночь второго жертвенного ритуала публичный дом мадам Жу-Жу. И он же сейчас тормозит следствие, не обращая никакого внимания на принесенные мной от монахов сведения о имеющихся в городе опытных менталистах. А ведь на том листочке черным по белому среди трех учеников самого сильного городского менталиста, Пафнутия Никодимовича Наумова значилась и Тамара Абашева! И, кстати, Силон, говоря обо всех окружающих, считающих Тамару ангелом, ты забываешь о ее бывшем женихе, который в своей предсмертной записке как раз указал ее в качестве виновницы его смерти.

Уф! Кажется, выговорился. Вообще, этот произнесенный Рябовым спич был нужен даже не столько для убеждения Силона в виновности Тамары Абашевой, сколько чтобы самому Андрею разложить все известные ему сведения по полочкам. Можно сказать, он убеждал не столько демона, сколько себя самого. Впрочем, и демона, кажется, убедил тоже. Не произнося больше ни слова, Силон, перейдя в свою бестелесную форму, отправился в сторону дома Тамары. Ее адрес они с Андреем получили из архивных следственных материалов еще чуть ли не в самом начале.

Системные характеристики Андрея Рябова на конец девятнадцатой главы:

Уровень 16

Очки опыта: 1488\21000

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 19;

Ловкость 20;

Выносливость 24;

Интеллект 30;

Дух 30;

Мана 300;

Порча 300.

Дополнительные характеристики:

Удача 5;

Воля 3.

Свободных очков характеристик 9.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Глава 20

Ждать и догонять — хуже нет. В этой старинной народной мудрости убедился Андрей Рябов, буквально не находя себе места, в ожидании возвращения демона метаясь по квартире.

И, наконец-то, Силон вернулся.

— Хозяин, ты был полностью прав! Тамара Абашева — тот самый менталист, которая управляла жертвами предыдущих ритуалов. Прямо сейчас в ее гостиной сидят одурманенные ей люди. Кстати, твои приятели, бывшие полицейские тоже находятся там.

— А сам Абашев, ее старший брат, он тоже там? — Задал Рябов ключевой для себя вопрос, отлично осознающий его с Абашевыми неравенство в магической силе.

Если и брат, и сестра находятся в одном месте, тогда ему остается лишь отправляться на поиски Малышева в надежде, что тот поверит практиканту и все-таки вмешается. Что, на самом деле, вовсе не факт. Это только в самом начале, начитавшись детективных историй, Андрей Рябов полагал всех экспедиторов Тайной канцелярии образцами ума, чести и храбрости. Пообщавшись накоротке с тем же Малышевым, пусть даже и самым поверхностным образом, он убедился, что это точно такой же человек, со своими достоинствами и недостатками, а значит, не всегда отдельно взятый экспедитор будет поступать по-умному или действовать, руководствуясь исключительно своей честью. Иными словами, Рябов на самом деле, просто не знал, к кому он может обратиться, чтобы этот чиновник поверил простому практиканту в его словах против весьма заслуженного и уважаемого высокого полицейского чина.

— Нет, брата с ней нет. Тамара Абашева сидит рядом с будущими жертвами совершенно одна. Кстати, она точно очень сильный менталист — умудрилась засечь меня даже в моем бесплотном состоянии. Насилу сумел защитить свое сознание, прикинувшись залетным духом, и сбежать.

— Тогда поскорее поспешим туда. Как бы она от страха, что ее раскрыл какой-нибудь шаман, не начала что-нибудь предпринимать прямо сейчас.

И они поспешили. Все втроем. Мурка на этот раз категорически возжелала идти вместе с хозяином. Впрочем, после прибавки тех двух единиц интеллекта она стала восприниматься уже совсем практически разумной, а против усиления их маленького отрядика громадным разумным хищником, способным к тому же нападать совершенно неожиданно из любой точки, Рябов совершенно не возражал.

Уф! Вот, наконец-то, и улица, где живет преступница. Рябов, чувствуя, как бешено колотится его сердце, остановился на минуточку, чтобы перевести дыхание. Не то, чтобы он, с его очень сильно завышенной выносливостью, сильно запыхался, идя скорым шагом в пределах одного района, скорее дух захватывало от осознания грандиозности авантюры, на которую он решился.

— Силон, — мысленно окликнул он невидимого демона, — как считаешь, амулет для защиты от менталистов, запитанный силой света, может навредить и мне самому?

— Вроде, не должен. Как я понимаю, запас маны в нем ограничен, потому он точно не предназначен для общего удара по площадям, только защита. А в ментальном плане темный ты или светлый не имеет никакого значения.

— Тогда я иду вперед, а вы с Муркой будете на подстраховке. — Окончательно определившись с планом и зажав в кулаке амулет, выданный ему не так давно братом келарем, Андрей с самым решительным видом зашагал дальше по улице в направлении дома с цветущими в палисаднике розами.

Черное пятнышко на желтоватом камне, хоть выглядело со всей прочей структурой амулета единым целым, при нажатии на него довольно легко поддалось, вдавившись чуточку, от силы на одну линию, вглубь. И все. У молодого сыщика даже мимолетно возникли сомнения, а действует ли эта штука вообще.

Не задерживаясь ни на секунду, он повернул скобу воротного запора, распахнул незапертую калитку и вошел на территорию частного домовладения. Розы всевозможных оттенков цвели и здесь, наполняя воздух во дворе изысканным благоуханием.

В другое время Андрей, возможно, приостановился бы, чтобы получше запечатлеть эти ароматы, запах цветов он очень любил. Но не в эту минуту, когда вот-вот все должно было решиться.

Быстрым шагом он промчался по дорожкам сада и взбежал на крыльцо дома. Дверь в дом была заперта изнутри. Недолго. Силон, просочившись внутрь, отодвинул засов, пропуская своего хозяина внутрь дома.

Все же предстать перед хозяйкой дома совсем уж неожиданно у Рябова не получилось, какие-то эманации от вторженцев Тамара Абашева все же получила и выглянула из своего просторного музыкального зала в коридор проверить, что за странные гости, не похожие на обычных людей, к ней пожаловали.

Учитывая, что и Силон, и Мурка пребывали в своей обычной бесплотности, обнаружила она одного только Андрея Рябова. И сразу же нанесла оглушающий ментальный удар, настолько сильный, насколько это у нее получилось. Собственно на этом данный отрезок противостояния и закончился. Амулет защиты от ментального воздействия исправно отразил данный удар, сполна возвращая его самой создательнице. Тамара Абашева замерла соляной статуей.

— Теперь осталось только дождаться Александра Аристарховича и предъявить доказательства готовящегося им с сестрой преступления уже ему, — выдохнул довольный Рябов, узрев полностью начерченную жертвенную печать на полу музыкального зала и восемь неподвижных человеческих фигурок, глядящих бессмысленным взором из дальнего уголка этой огромной комнаты, превращенной ее хозяйкой в ритуальный зал. — Кто бы мне сказал только, насколько сильным боевым магом он является….

— Мой брат сертифицированный мастер боевой магии, — вдруг произнесла Тамара, все так же смотря безучастным взглядом куда-то в пространство.

— Это как это, ты явно не способна ни к каким осмысленным действиям, а нам отвечаешь? — Несмотря на то, что сообщенные захваченной менталисткой сведения, касательно боевой квалификации ее брата, реально пугали, не заинтересоваться таким вот странным состоянием пленной Рябов тоже не мог.

— Я парализована моей собственной модификацией оглушающего заклятия. Попавший под это заклинание бездумно старается отвечать на вопросы, ответы на которые он знает.

— Сколько еще продлится подобное состояние? — Тут же перешел в практическую плоскость допроса Силон.

— Минут десять.

— Силон, а ты сможешь у себя, в домене, создать что-нибудь наподобие стазис-камеры, с резким замедлением времени, и пока подержать ее там. Страсть, как хочется порасспросить ее обо всех обстоятельствах их преступления, но боюсь, у меня сейчас не будет на это времени.

— Я попытаюсь. Сам понимаешь, опыта по части управления доменом у меня еще не очень много, — честно ответил на вопрос своего патрона довольно таки тщеславный демон.

— Только еще одну минутку, — спохватился Рябов, — Тамара, почему пленники, несмотря на то, что ты лишена возможности ими управлять, до сих пор так и не пришли в себя.

— Декокт подчинения. Действие его очень сходное с моим оглушающим заклятием, только вместо ответа на вопросы выпивший этот алхимический бульон выполняет отданные ему простейшие команды.

— Понятно. Все, Силон, можешь ее пока забирать.

— Хозяин, я не понял, мы что, собираемся своими силами захватывать реального боевого мага? — Задал явно мучающий его вопрос демон-хранитель после того, как Тамара Абашева исчезла, перенесенная в его личный домен. — Мы ж не вытянем. Чтобы сражаться с подобным монстром от магии хоть с какими-то шансами на успех нужно быть минимум чемпионом шестого, а лучше седьмого уровня опасности.

— Примерно, как твой родственник Чилобур? — Уточнил Рябов, прямо в эти минуты осматривающий соседние к гостиной помещения с совершенно непонятной целью.

— Если ты думаешь, что наше родство будет для него достаточным основанием, чтобы отправиться на битву вместо нас, то, боюсь, мне придется тебя огорчить. Если его выпустить из пентаграммы, то первым, на кого он нападет, будет именно тот, кто его призвал.

— Ага, примерно такого варианта ответа от тебя я и ожидал, — кивнул, казалось, ничуть не огорченный Андрей, рассматривая вызванную им книгу призывов. «Кого же лучше вызвать в качестве еще одной стороны»… — бормотал он. — «Пожалуй, все же лучше того поводыря чудовищ у меня и нет никого».…

— Поводыря чудовищ, — уловил голос своего патрона демон-хранитель. — Хозяин, ты что, собираешься выпустить тут, в нашем мире, члена рода Брен? Если демоны этого рода нащупают тропку на Землю, вы, люди, просто захлебнетесь кровью в атаках бесчисленных чудовищ. — Голос Силона зазвенел от возмущения.

— Ну, совсем уж оставлять его резвиться тут я точно не планирую, как, собственно не позволю подобного и твоему родичу. Пусть сразятся в свое удовольствие, да при этом еще и разберутся с Абашевым. А потом отправим победителя обратно в ваш мир. Стереть руны имени, написанные простым углем, думаю, даже для лап Мурки будет совсем не сложно. — После того, как он определился с вызываемыми персонами, в душе у Рябова внезапно воцарилась полнейшая убежденность в благоприятном исходе всего им задуманного в качестве завершения сегодняшнего вечера. Впрочем, несмотря на эту, казалось бы, ничем не оправданную убежденность, все же все имеющиеся в его распоряжении свободные очки характеристик он перенаправил. В Ловкость. Все равно, несмотря на лишние девять единиц, допустим, в Дух, с мастером боевой магии ему не тягаться. А так, возможно, будет лишний шанс увернуться.

На начертание лезвием ножа прямо на полу комнат по соседству с танцевальным залом двух до мелочей отработанных печатей призыва у адепта темных сил ушло совсем немного времени. Написание углем из печи отдельных рун, из которых состояли имена призываемых, вышло чуть более сложной задачей, уголь в руках то и дело крошился, но Рябов довольно быстро справился и с ней. Точнее, с самими печатями призыва он почти справился. Для того чтобы эти печати окончательно заработали, необходимо было в каждой из них прочертить буквально по одной последней черточке.

— Запомни, Мурка, — наставлял он своего фамилиара парой минут позднее, — эту последнюю черточку ты процарапаешь только когда услышишь от меня кодовую фразу: «Давайте жить дружно». Все поняла? Не перепутаешь? — Громадная киса укоризненным «мяу» заверила хозяина, что в ее сообразительности тот может не сомневаться. — А ты, Силон, завершишь начертание последнего элемента своей печати призыва примерно минутой-другой позднее, когда демон рода Брен уже втянется в противостояние с Абашевым. И помните, при любом результате сражения, сразу после его завершения, имена демонов возле печатей призыва должны быть стерты.

Аналогичные инструкции с минимальными изменениями в условиях получил и Силон. После чего по-прежнему ничего не соображающие потенциальные жертвы черного ритуала послушно, по команде, отправились в подвал, а дружная троица практически застыла в тягостном ожидании появления в доме их главного противника.

Ожидание надолго не затянулось. Сначала во дворе хлопнула калитка, послышались шаги по ступеням крыльца… при входе в дом топот ненадолго прервался, но через буквально несколько десятков секунд продолжился.

— Рябов… вот неймется тебе, — почти и не удивился присутствию парня в доме своей сестры полицмейстер. — Где Тамара?

Андрей незаметно выдохнул от накатившего на него чувства облегчения. Самым слабым пунктом в его намеченном плане был именно первый момент их встречи. Хоть он и окутал себя максимальным слоем известных ему защит, молодой адепт темных сил отлично осознавал, что бой против мастера боевой магии он пока еще вытянуть не способен.

— Ваша сестра, Александр Аристархович, находится неподалеку. Если наша с вами беседа выйдет удачной, клянусь, с моей стороны ей не будет причинено ни малейшего вреда.

— Ну, что ж, давай поговорим, пр-рактикант, — мужественное, четко очерченное лицо надворного советника Абашева исказила кривоватая усмешка. — Только я сначала сделаю вот это.

От фигуры визави нашего главного героя полыхнуло раскатом какой-то слабо уловимой магии.

— Что вы сделали? — Уточнил Андрей, поняв, что лично ему действие его противника не нанесло ни малейшего вреда.

— Безделица. Пузырь пространственного искажения вокруг этого дома. Просто теперь я буду точно уверен, что нашей с тобой беседе никто не помешает. Ну, и… — полицмейстер сделал выразительную паузу, — ты сам, мой дотошный и пытливый юноша, до времени не попытаешься покинуть мое общество.

— Тоже попытаетесь принести меня в жертву? — Сделал первый, пробный выпад в их словесной дуэли молодой сыщик, тем временем пытаясь про себя сообразить, не сможет ли эта установленная пространственная преграда помешать его дальнейшим планам.

— Только в очень крайнем случае, если мы совсем уж не сойдемся во мнениях. — Кивнул на предположение Андрея Абашев, — но, думаю, до этого все же не дойдет. Не станешь же ты утверждать, что для добронравных людей жизнь в обществе преступников предпочтительней по сравнению с жизнью при полном отсутствии оных.

— Не все преступники заслуживают смерти за свои проступки. И уж точно это не задача отдельного человека, решать, кому жить дальше в обновленном и светлом обществе, а кому умереть.

— Не задача отдельного человека? А судья, выносящий свой приговор убийце, — он разве не человек? — Кажется, Абашев и сам начал находить удовольствие в их споре. Вон, его фигура, прежде напряженная, как струна, немного расслабилась, а взгляд немного сместился к потолку, словно в поиске там подходящих слов для убеждения своего оппонента.

— Помимо самого судьи, судьбу преступника решают еще присяжные. А до этого преступление раскрывают следователи, ищут неопровержимые доказательства вины конкретно этого человека.

— Так я сам следователь, и смею надеяться неплохой, и уж точно неподкупный. А присяжные… кучка обывателей, вдруг, ни с того ни с сего, призванная решать степень вины грабителя и убийцы. Сам-то веришь, что у матерого убийцы могут быть какие-то степени вины?

— Жертвы, которых вы, Александр Аристархович, собрали для своего очередного ритуала, уже и убийцами то не являются.

— Не являются? Ну, да, альфонс-многоженец, одна из обманутых жертв которого сама от стыда и начавшегося общественного порицания полезла в петлю, самолично, действительно, не убийца, как и владелец ломбарда, всего лишь скупавший у грабителей и убийц их добычу. Но являются ли они невиновными?

— А Карп Лунгин с его другом. В чем виноваты они? — Рябов, почувствовав, что начинает проигрывать в словесном споре, выбрал, на его взгляд, безотказный довод.

— Предатели, покинувшие ряды защитников порядка, чтобы служить разврату, — скривился полицмейстер, — их судьба будет наукой другим.

— А мне кажется, что их главная вина состоит всего лишь в том, что вам, Александр Аристархович, просто в этот раз не хватило настоящих преступников. Шайки бандитов, после гибели одного из городских Иванов, теперь настороже. Вы просто побоялись не справиться с настоящими убийцами, вот и нахватали, кого попало, лишь бы их принесение в жертву можно было хоть как-то морально обосновать.

Если бы взглядом можно было убить, несомненно, Рябов после этой своей фразы тут же свалился бы мертвым. Вон, как засверкали в гневе глаза «ревнителя порядка». Но, все же, сделав над собой определенное усилие, полицмейстер сумел побороть свой гнев.

— Пусть даже так, — кивнул он головой, соглашаясь с доводом своего молодого оппонента, — возможно, эти последние жертвы будут не так виновны, как предыдущие. Но их смерть позволит мне обрести истинное могущество. Самые матерые преступники по одному моему слову начнут прилюдно каяться в своих преступлениях, больше не придется заниматься словесной эквилибристикой, чтобы доказать их вину перед всеми этими тупоголовыми присяжными. Зло будет наказано!

— Не существует такого ритуала, чтобы придать вам столь сильную способность к ментальной магии! Тем более, если изначально вы ментальным магом не являетесь вовсе. — Убежденно высказался Рябов, хорошо помнивший уроки своих наставников.

— Это в современных школах магии такое невозможно, — рассмеялся неожиданно резким и неприятным смехом этот фанатик справедливости. — А ты слышал, мой юный друг, о деяниях древних богов? Мой дядя, он был археологом, как-то на закате своей жизни вел раскопки поселения древних викингов на каком-то северном острове. И вот там, в их центральном храме, он раскопал вот этот вот амулет. Амулет Локи. Собственно сосредоточье сил этого скандинавского бога хитрости.

— А еще этот Локи был богом лжи и предательства, — высказался Рябов, неотрывно глядя на небольшой золотой кругляш, украшенный тремя крупными рубинами, по мановению ока возникший в руках Абашева. Два из них наливались зловеще-кровавым светом, третий же на фоне первых двух пока еще выглядел простой красной стекляшкой. Непонятно, почему этой ауры не ощущал Абашев, но Андрею стало очень ясно понятно, что ничем хорошим попытка активации такого артефакта закончиться не может.

— Он просто мог, не прикладывая особых усилий, убедить людей в чем угодно. Когда я в результате сегодняшнего ритуала смогу окончательно привязать к себе этот божественный амулет, я буду пользоваться его силой для того, чтобы приказывать преступникам покаяться, чиновников же я заставлю соблюдать сочиненные ими самими законы… только представь, Рябов, какая уже с завтрашнего дня начнется жизнь в нашем городе, а немного погодя и во всей стране!.. — Размечтавшийся на минутку Абашев неожиданно прервал свою речь, пристально уставившись на Андрея. — Ну, что, Рябов, ты со мной? Мне пригодятся такие деятельные и сообразительные помощники, как ты.

— Ваше высокоблагородие, — Рябов выставил перед собой пустые ладони, словно символизируя, что он вовсе даже не собирается становиться для своего собеседника врагом, — давайте жить дружно. Я не считаю, что из этой вашей затеи с воздействием амулета божественного ранга на окружающих выйдет хоть что-то путное, но и вставать грудью в груди с мастером боевой магии тоже не собираюсь. Я здесь только для того, чтобы разрешить для себя эту интересную задачу с жертвоприношениями… м-м-м, скажем так, не совсем законопослушных граждан.

— Если ты, Рябов не со мной, значит….

Что именно это значит, напрягшийся при последних словах практиканта его высокоблагородие договорить не успел. Вдруг со стороны кухни примчалась громадная бело-рыже-черная кошка, прыгнула в сторону полицмейстера, выпустив из вытянутых лап громадные, загнутые когти, и… растаяла в воздухе, пропуская сквозь себя заряд какой-то магической пакости, выпущенной в нее полицмейстером.

А вот мчащиеся следом за кошкой лобастые двуногие дракончики с распахнутыми во всю ширь пастями, полными очень острыми и не по росту длинными рядами зубов, исчезать не стали. Издав леденящий душу горловой рык, они один за другим принялись атаковать Абашева. Ну, точнее, пытаться атаковать. Абашев не зря назывался мастером боевой магии, его магические щиты одинаково надежно нейтрализовали как не очень сложные атаки стихийной магией со стороны чудовищ, так и попытки использовать зубастые пасти по их прямому назначению. Ответные же удары со стороны человека нейтрализовали атакующих чудищ одного за другим.

— Р-р-ры!!! — От этого рева стены дома реально затряслись. — Справился с маленькими! Теперь вот со мной попробуй! — Если прежние дракончики, ростом лишь на голову превосходившие рост среднего человека, вполне свободно помещались в просторном зале, то для нового пришельца его габариты были уже несколько маловаты.

Андрей, до этого мгновения тишком, за спиной сражающегося боевого мага, пробиравшийся в сторону выхода из помещения, застыл на месте, не слишком веря своим глазам. Говорящий трехголовый Змей Горыныч, сказочное чудовище, выглядел в современных интерьерах совершенно неуместно. А самое главное, он-то, призывая мастера-поводыря чудовищ Грудабуо, ожидал увидеть человекообразного демона, а вовсе не этого вот трехголового ящера.

А потом разразилась битва, в которой его высокоблагородие, надворный советник Абашев, тоже показал себя с самой лучшей стороны. Ну, по крайней мере, в самой ее первой части, так точно показал. А ведь отбиваться ему пришлось сразу против практически спаянной тройки высокоуровневых магов, каковой предстали три головы хтонического чудовища, а вовсе не против одного единственного противника. Да еще те, более мелкие зубастые твари, тоже ведь далеко не все были к этому времени уничтожены.

Купол, который выставил вокруг себя Абашев, отражал направленные против него магические удары по сторонам, отчего стены комнаты, в которой происходило сражение, в течение считанных секунд покрылись трещинами и проломами, а доски межэтажных перекрытий разных размеров обломками, а подчас и практически целиком, начали рушиться вниз.

Андрею тоже достался один такой магический рикошет. Его защита этот удар выдержала, но при этом заметно просела, сигнализируя о том, что ему, на его нынешнем уровне развития, ввязываться в битву подобных титанов еще явно преждевременно.

Впрочем, и выскользнуть в соседнее помещение, как Рябов намеревался, у него тоже не вышло. Один из двуногих дракончиков, умудрившись проскользнуть мимо сражающегося мага, атаковал цель, показавшуюся ему более легкой. Выпущенный боевой рептилией воздушный бур приняла на себя защита, окончательно при этом разрядившись, а вот удара оскаленной пастью не случилось: от первого выпада сам увернулся, а потом Мурка, материализовавшись сбоку от дракончика, сбила своим весом траекторию его удара, нанося на чешуйчатой морде рваные раны своими когтями.

— Мурка, исчезни. Иди, контролируй печати! — Заорал Андрей, выставив перед собой извлеченный из кобуры пистолет. Как он уже успел убедиться, эти порождения демонического химеролога обладали вполне действенной защитой от магических ударов даже средней силы, а вот от чисто физической атаки быстро летящими предметами защиты могло и не быть.

Мурка, укоризненно взглянув на своего хозяина, запрещающего ей развлечение с очень интересной добычей, послушно растаяла в воздухе. И тут же Рябов принялся выпускать пули за пулей в пораненного, но еще вполне боеспособного монстра.

Бах! Бах! Бах! — Гремели выстрелы, но звук их практически терялся на общем фоне разгоревшегося не на шутку сражения. Впрочем, дракончику вполне хватило. Защиты конкретно от пуль на нем действительно установлено не было.

Полюбоваться на последние судороги поверженного противника Рябову помешало появление в капитально разгромленном зале нового действующего лица.

— Еще один чемпион из рода Брен! Какая неожиданность! Защищайся! — Громогласный голос высоченного демона на мгновение заглушил шум схватки. И тут же, воздев над головой свой огненный клинок, рогатый пришелец кинулся в атаку.

Рябов же в это время, закатившись в самый дальний и еще более-менее целый угол, с лихорадочной поспешностью пытался воссоздать вокруг себя комплект новых магических щитов взамен утраченных.

Кажется, Абашев понадеялся, что этот второй демон, явно не питавший дружеских чувств по отношению к его первому противнику, сильно облегчит его собственную участь. Во всяком случае, маг выпрямился, перестав зажимать рану, полученную им в результате одного из магических ударов бывшего трехголового ящера. И таки да, подловив «Горыныча» на контрударе, одну из трех голов он умудрился разнести, что называется, «в брызги».

Собственно так вот, выпрямившись, Абашев и принял свою смерть. Огненный меч, моментально удлинившись, пробил истощенную в ходе боя защиту и рассек его туловище пополам. А потом, уже без лишних помех, два высокоуровневых демона сошлись в личной битве, разнося то, что еще осталось от дома Тамары Абашевой и вовсе уж в мелкое крошево.

— Силон! На счет раз! Вместе. Атакуем. Другого случая нам уже не представится! — Протелепатировал Рябов своему миньону спустя несколько минут. На его удивление, казалось бы, более чем серьезно раненный ящер смог победить своего излишне самоуверенного противника. Как раз в этот момент он, не обращая внимания на свою полностью исчезнувшую защиту, медленно, с наслаждением, перекусывал пастью своей единственной уцелевшей средней головы шею поверженному и уже не сопротивляющемся чемпиону рода Лау. — И-и, раз!..

Ваша сложная операция увенчалась полным успехом! Все враги, намного превышающие вас по своим личным силам, побеждены. Проверка удачи пройдена успешно. Удача +2.

Уровень +1;

Уровень +1.

Дух +1; Разум +2; Воля +1; Удача +1.

В качестве дополнительной награды от Системы вы можете выбрать для себя еще одну дополнительную Характеристику.

Однако ж, какая сразу куча подарков навалила! И таки с дополнительной наградой Андрей Рябов не раздумывал ни секунды. Даже не стал хоть сколько-то тщательно изучать предоставленный ему Системой список.

— Я выбираю Интуицию!

Системные характеристики Андрея Рябова на конец двадцатой главы:

Уровень 18(+2)

Очки опыта: 11999\33000

Уникальный класс: Проводник темных сил.

Сила 19;

Ловкость 29(+9);

Выносливость 24;

Интеллект 32(+2);

Дух 31(+1);

Мана 310;

Порча 310.

Дополнительные характеристики:

Удача 8(+3);

Воля 4(+1).

Интуиция 0.

Свободных очков характеристик 6.

Магические навыки: открыть;

Книга ритуалов: открыть;

Заклинания: открыть.

Эпилог

М-да, не такой благодарности от окружающих ожидал Рябов за предотвращение очередного черного ритуала. Совсем не такой! Уже неделю он пребывал в камере местной, Александровской тюрьмы, отвечая на многочисленные вопросы следователей. И, судя по характеру вопросов, выпускать его отсюда в ближайшее время никто из них уж точно не собирался.

Хорошо еще, что принадлежность к полицейской братии оградила молодого сыщика от близкого знакомства с разномастной арестованной уголовной публикой, а общение с невидимым миньоном, регулярно приносившим с воли вместе с пирожками новые интересные сведения, не позволяло Андрею в его одиночке уж окончательно заскучать. Ну, и еще тот момент, что он смог спасти от ужасной смерти восемь из девяти потенциальных жертв, тоже изрядно грел его душу. Девятый мужчина, доставленный в дом своей сестры самим Абашевым в самый последний момент, не имел счастья быть вовремя спрятанным в подвал и погиб не то в зубах одного из мелких дракончиков, не то от попавшего в него заклинания. Во всяком случае, по растерзанным в куски останкам тела даже его личности полицейским установить так и не удалось.

Из мрачных размышлений героического практиканта вывел очередной скрежет засова, отпираемого с той стороны двери.

— Ну, что, Рябов, думаю, теперь уже можно совершенно точно сказать, что твоя практика в этом городе завершилась досрочно, — объявил арестованному парню неожиданно появившийся в его камере старший экспедитор Тайной канцелярии, Николай Петрович Уланов. Собственной персоной! Андрей его с самого момента своего отправления в училище ни разу не видел.

— Николай Петрович, поверьте, я правду говорю, все эти жертвоприношения устраивал надворный советник Александр Аристархович Абашев, — несломленный арестант решил еще раз попытаться донести свое мнение до окружающих. Тем более, Уланов совсем даже не абы кто. Это Андрей, как когда-то по молодости, запросто к нему по имени-отчеству обратился, а не как положено: ваше превосходительство.

— Я читал материалы твоего допроса и вообще, чуточку вник в это дело, — покивал головой господин старший экспедитор. — И знаешь, несмотря на то, что ни один из штатных менталистов так и не смог прочитать твою память, я склонен тебе верить….

— Так в чем же дело? Почему я сижу здесь, и меня числят чуть ли не за самого главного виновника едва не случившегося демонического прорыва?

— Просто, никому из власть предержащих, — Николай Петрович сделал паузу в своей речи и демонстративно возвел глаза к потолку, — совершенно точно не нужно, чтобы окружающий народ вдруг узнал о том, что один из самых главных полицейских чинов губернии устраивал вот этакое. Тем более, никому не нужны сплетни, что облеченный доверием самого государя губернатор пошел у преступника на поводу и даже поставил его на пост своего полицмейстера.

— И что же мне делать? — В который уже раз за последние дни Андрей озвучил этот буквально преследующий его вопрос.

— Тебе? В сущности ничего особенного. В первую очередь, конечно, не болтать. А так, сейчас мы с тобой выйдем из этого здания и расстанемся на ближайшие два месяца. Как я уже сказал, твоя практика в Александрове завершена досрочно. По причине преждевременного отбытия твоего последнего куратора практики в мир иной, характеристику на тебя я попросил написать Павла Никитовича Подъяпольского. И, кстати сказать, она у него вышла просто-таки блестящей. Так что поздравляю, губернский секретарь, с получением первого государственного чина в твоей жизни и уведомляю, что после положенного тебе двухмесячного отпуска ты должен будешь явиться в столичное управление Тайной канцелярии, что расположена на Подъяческом мосту для получения своего первого назначения на должность.

После полумрака и спертого воздуха камеры солнечные лучи с голубых небес, сопровождающиеся теплым летним ветерком, несущим ароматы цветущих трав, воспринимались особенно пронзительно. Свобода — она такая, пьянит голову не хуже самого изысканного вина.

— Силон, что у нас там с этим амулетом Локи, будь он неладен? — Вопросил Андрей своего невидимого миньона. Зря вообще он на допросах об этой штуке рассказал. Следователи потом его об амулете больше, чем обо всех остальных событиях вместе взятых, пытали. Как выглядел? Не видел ли, куда в процессе боя подевался? Не сам ли его часом припрятал? Признаться, Рябов думал, что и Уланов тоже в первую очередь будет его на эту тему пытать. Обошлось. Видать, в самом деле, поверил в рассказанное своим давним протеже. Хотя… и Андрей кое-что во всей этой истории недоговаривал. М-да, недоговаривал. Уж о том, кто призвал на Землю всех этих демонов, — так уж точно.

— Ни монахи, ни люди из Тайной канцелярии, разбирающие завалы дома Тамары, этот амулет не нашли. Подозреваю, у Абашева было что-то вроде пространственного кармана. После смерти его владельца все вещи, помещенные в такой карман, пропадают из мира навеки. Дух самого Абашева, который бы, теоретически, мог дать доступ к этому карману, никому из следователей призвать также не удалось.

— Ну, и, слава богу. Не для простых людей сия вещица. — Уже состоявшийся губернский секретарь кивнул головой, после чего задорно тряхнул головой. — Как же хорошо, Силон, жить на белом свете!

Недолго музыка играла. В смысле, уже совсем скоро это задорное высказывание парня подверглось тяжкому испытанию.

— Прости меня, Рябов, но быть вместе с экспедитором тайной канцелярии я не могу! — Высказалась Надежда Калмыкова, в гости к которой Андрей примчался практически сразу после освобождения. Ну, почти сразу, все же в свою квартиру, смыть с себя тюремные ароматы и перекусить лежащей под стазисом свежеприготовленной, с золотистой, хрустящей корочкой уткой, он все же ненадолго заглянул.

— Но ведь я все тот же Андрей Рябов, — в отчаянии попытался воззвать к голосу подруги несчастный брошенный кавалер, — ничего же не изменилось.

— Не-ет, умоляю! Не уговаривай, — замотала головой прикусившая губки девица. — Ты имеешь дело с чернотой. Я не могу связать свою жизнь с таким человеком.

Что ж, покупать билеты до родимой стороны Андрей направился в полнейшем одиночестве. Не сбылась его мечта, покрасоваться перед приятелями детства под ручку с красавицей-подругой. Хотя… собственно, если положа руку на сердце, не было это окончательное решение Калмыковой, что называется, как снег на голову, давно к тому все шло. Но все равно грустно и обидно!

Паровоз, пыхая во все стороны парами, подал на посадку подтащенную им за собой вереницу вагонов. Молодой человек, щеголяющий форменным сюртуком с петлицей, украшенной двумя маленькими звездочками, расположившимися в ряд на единственном узеньком серебристом просвете, словно что-то мысленно решив для себя, мотнул головой и начал подниматься по ступенькам пахнувшего свежей краской светло-коричневого вагона. Жизнь продолжается.

Content

Благими помыслами

Предисловие

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог