Гато Сёдзи

Будь со мной всегда! Часть 2

Глава 3 Бледный конь (продолжение)

п»їКанаме все еще была увлечена своей работой, почти не обращая внимания на то, что потолок слегка покачивается, и все здание скрипит. Где-то далеко бушевала яростная битва и даже в диспетчерской ощущалась близость противника.

Здание, в котором размещался TARTAROS, могло выдержать любую бомбардировку, а энергосистема была оснащена специальным демпфером, поэтому Чидори не беспокоилась – ошибкам, которые могли бы возникнуть из-за сражения, не изменить результат. Как только дрожь от взрыва прекратилась, Канаме продолжила печатать.

Кто-то постучался, она коротко сказала: «Войдите», – не отрываясь от экрана. Это был Леонард.

– Ну как, получается?

– Еще чуть-чуть, – Канаме продолжала смотреть на экран, ее пальцы быстро перемещались по клавиатуре. – Я должна поторопиться?

– Кажется, ты сама себя торопишь, было бы грубо и мне тебя подгонять, не так ли? – иронично заметил он. – Враг высадился на острове. Наши «Бегемоты» уничтожены. У них всего одна машина, но ее сила впечатляет.

– Ах... Это приемник «Арбалета»...

– Да, это ARX-8. Они называют его «Лаэватейн».

Эта назойливая муха из Митрила, доставила Амальгам немало проблем за последнее время. Странно, что Чидори совершенно не интересовало, кто ее пилот.

– Так вы не можете справится с этим ARX-8?

– Конечно можем, – сказал Леонард, но это прозвучало неубедительно.

Пальцы Канаме повисли над клавишами, и она посмотрела на него. Леонард был в своей пилотской униформе – он собирался сесть в «Белиал».

– Если ты можешь его остановить, почему я должна торопиться?

– Ну... Буду говорить откровенно. Думаю, наш шанс на успех девяносто процентов.

– Да, именно так.

– Но эти десять процентов...

– Ты вдруг утратил уверенность, с чего бы это?

На лице Леонарда мелькнула безумная улыбка, напомнившая Канаме хищную ухмылку Гаурона.

– Нет, я по-прежнему уверен в себе. Я разорву его на куски.

– Тогда что?

– Вражеская машина оборудована устройством подавления Лямбда-драйвера, а управляет ей один из лучших пилотов БР. Кроме того, этот остров ему как дом родной. Объективно взвесив все за и против, получаем вероятность поражения примерно один к десяти.

– Да, десять процентов – я не тупая, но с каких пор тебя волнуют подобные мелочи? Такая скромность, просто поразительно!

– Я всегда такой, но как бы там ни было, это веская причина поторопиться. Нужно быть готовыми ко всему.

– Как скажешь, предусмотрительный ты наш.

Девушка снова уткнулась в экран и стала печатать. Строка за строкой, формула за формулой – и, наконец, последняя команда – «Выполнить».

– Я закончила.

Надев беспроводную гарнитуру, она кратко проинформировала ответственных за блок питания и подключение оборудования к электросети.

– Умница, помнишь остальную часть плана?

– Да, список руководителей Амальгам, предоставленный Калининым, и все остальное... Мне нужно только внести некоторые изменения и попасть в машину.

Приподнявшись, она блаженно потянулась.

– Скоро, очень скоро... Придет чистый, тихий новый мир.

– Да...

– Тот мир совсем другой... Бесконечное пустое небо заберет к себе, это царство смерти... Ты ведь тоже это видишь?

– Бесконечное небо...

Леонард замолчал, не зная, стоит ли открываться ей сейчас...

– Что?

– Хотел бы я встретиться с тобой там, кем бы мы ни стали.

По ту сторону... В мире, который она создаст...

– Будь уверен, в маленьком городишке, ярким, солнечным днем... Мы встретимся, заварим чаю, расслабимся и поболтаем о пустяках, – невинно улыбнулась девушка. – Скоро время будет принадлежать только нам. Я увижу множество новых людей. Может встречу Тессу рядом с тобой, которая не будет знать о войне, и всех ужасах, связанных с ней.

– Надеюсь, это будет именно так...

– И мои школьные друзья, моя мама – все будет хорошо. И я найду свое счастье в том мире.

– То есть, ты и там хочешь быть с ним?

Канаме не поняла вопроса.

– С ним? С кем это "с ним"?

– Неважно... Ну, я, пожалуй, пойду.

Он кивнул ей и направился к выходу.

Еще один далекий взрыв сотряс потолок. Леонард вышел, и Канаме осталась одна. "Хочешь быть с ним"... С кем? Она будто забыла что-то очень важное...

– Ах, Соске...

Удивительно, что понадобилось столько времени, чтобы вспомнить. Разве он не был важным человеком в её жизни? Что-то оборвалось в груди, когда пришлось стрелять в тех сибирских руинах. И все-таки, она забывала его. Должно быть, лишь чувство вины заставило вспомнить... Надо вычеркнуть Соске из своей памяти вместе с болезненными воспоминаниями о прощальных секундах в развалинах Янска-11.

«Держи себя в руках, Канаме Чидори»

Почему-то тот факт, что она убила его, для нее был не более чем просто факт. Было бы здорово, встретиться с ним в другом мире. Однако нельзя забывать про крохотный шанс на то, что ее план будет сорван, – тогда и Соске, и Тесса останутся мертвыми. Она больше не сможет увидеть тех, кто должен был жить.

– Да, я должна поторапливаться...

Нужно было переодеться. Она открыла сумку, лежащую в углу. Внутри был костюм, позволяющий установить связь с TARTAROS. Она сняла с себя блузку, лифчик, юбку, и уже готова была стянуть шорты, когда, вдруг, услышала голос.

– ...Канаме! Чидори Канаме! Ты меня слышишь? – знакомый мужской голос, сквозь помехи и шумы доносился из гарнитуры, лежащей на столе, – я говорю по открытому каналу! Если ты не можешь ответить, просто послушай! Я здесь! Я пришел за тобой!

Она посмотрела на дисплей приемника – действительно, канал был незашифрован. Его даже не пришлось перехватывать – его услышал бы каждый, кто захотел, и не только – говоривший использовал аварийный код, так что приемник автоматически принимал сигнал.

– ...Соске? – недоверчиво прошептала она.

– Я пришел, чтобы забрать тебя! Ты меня слышишь? Забрать тебя назад!

Ошибки быть не могло. Это был он.

«Почему? Он же мертв! Я уверена, что выстрелила ему прямо в голову. Почему Соске здесь?»

Где же радость, восторг от того, что он жив, что наконец-то пришел за ней. Только нарастающее чувство дискомфорта. В глазах помутнело, она не могла прочесть символы на экране, в голове все перемешалось.

– Я долго думал, как бы это лучше сказать, но, как обычно... Ты знаешь – я не умею выражаться изящно, так что слушай, как есть. Я хотел сказать, ты та еще дрянь, Канаме! Слышишь?

...О чем он думает? Силы Амальгам без труда вычислят источник связи, перехватят и поймают его. Но он не боится. Напротив, говорит так уверенно и решительно, будто ему на все плевать, всегда спокойный и рассудительный Соске едва не кричит – она раньше никогда не слышала от него подобного тона.

– Серьёзно, Канаме. Я разочарован. Я всегда убеждал себя, что ты особенная... Но, это всего лишь самообман. На самом деле, ты постоянно меня раздражала. Ты смотришь на всех свысока, не воспринимаешь разумные аргументы. Ты вечно следила, как бы я не выкинул какую-нибудь глупость, ведь я такой идиот, и ничего не понимаю в реальной жизни. Но что знаешь ты? Ты, выросшая в мирной Японии, вдали от проблем. Тебя заботит школьная успеваемость, и прочая ерунда. Тебе невдомек настоящие проблемы – я столько раз мог умереть на задании, а ты продолжала думать лишь о предстоящей контрольной. Только сейчас понимаю, какая же ты эгоистичная избалованная девица... Но это не самое главное! Хочу сказать... Думаешь, ради твоего спасения я готов на все??? Честно говоря, я сомневаюсь... Я искал тебя целый год, рискуя жизнью, был на грани, страдал. Я был так близко в Мексике и Янске-11, но ты ничего не сделала. Думаешь, ты принцесса? Хочешь сидеть на попе ровно и ждать? Считаешь себя достойной спасения? И не вздумай рыдать, ты не дождешься утешений от глупого мальчишки, наивная девчонка!..

Он произнес все на одном дыхании, – неужели это говорит вечно молчаливый Соске? Да и вообще... Он мертв!

Сначала она была в шоке, но быстро все поняла – они пытались добраться до нее с помощью уловок. Дискомфорт усиливался, превращаясь в какое-то незнакомое ощущение внутреннего разногласия. Но Канаме игнорировала его, пытаясь разгадать вражеский план. Вероятно, это была провокация, попытка довести ее до слез. Что ж, слабовато сыграно!

– Ну что, Чидори Канаме! – мужчина уже кричал. – Что ты мне там говорила – «я крепко поцелую тебя при следующей встрече»? Удар пули, вместо прикосновения губ – вот, что я получил, лживая ведьма! Или я не прав? Тогда подойди и врежь мне своим веером, как раньше!

Непонятно почему, но странное чувство усиливалось с каждой секундой. Гнев закипал в груди, и ей хотелось изо всех сил наорать на этого наглеца.

– Отвечай, Чидори!

Она яростно почесала затылок, пытаясь избавится от сумятицы, творящейся в голове. Затем выбрала на передатчике нужный диапазон и взяла гарнитуру.

– Я тебя слышу.

Пилот БР на время притих.

– Вижу, ты используешь очень хороший синтезатор речи, чтобы воссоздать голос Сагары. Думаешь, таким образом сможешь повлиять на меня?

– Я и есть Сагара, Соске Сагара!

– Ну ладно, если настаиваешь... Так или иначе, твои усилия тщетны. Подготовка TAROS завершена, и я собираюсь создать новый мир. Ты опоздал.

Противник молчал, видимо, внимательно слушая каждое её слово.

– Леонард и его люди скоро окружат тебя. Ты в безвыходном положении. Я не знаю, кто ты, но послушай меня! Брось оружие, и сдавайся, все равно скоро этот жестокий мир падет...

– Заткнись, – сказал он тихо, но твердо – Помолчи. Я разговариваю с Канаме Чидори.

– О чем ты? Это я Канаме Чидори!

– Ответ отрицательный.

Этот подлец, выдающий себя за Соске, насмехался над ней?

– Тебя зовут иначе, не так ли, София?

* * *

Соске двигался по джунглям Мериды, продолжая разговор. Его последние слова, казалось, повергли собеседника в ступор.

– София?.. О чем ты говоришь?..

Он слышал ее дыхание. Нет, кажется, девушка не особо волновалась по поводу его слов – ее голос был скорее подозрительным, нежели удивленным. Как и предполагала Тесса: он не мог поговорить с Канаме. И вряд ли убеждения чем-то помогут.

– Я Канаме Чидори. София умерла много лет назад. Ты пытался вывести меня из себя, а когда не вышло, придумал эту ерунду, чтобы запутать? Это какой-то бред...

– Я сказал, заткнись! – он сплюнул.

Гнев и отвращение к этой девушке наполняли все его существо.

– Думаешь, я забрался в такую даль в вооруженном до зубов бронированном роботе, чтобы умолять тебя остановиться? Не смеши мой сапог! Я пришел, чтобы стать для вас чирьем на заднице, нет, я ваша раковая опухоль! Нас ведь все слышат – отлично! Итак, слушайте внимательно, – он остановился, и сделал глубокий вдох, – я раздавлю вас, как ничтожных букашек!

Это война, и он не собирается отступать.

– Моя специальность – разрушение. И я превращу эту оккультную машину, которой вы покланяетесь, в груду металлолома в мгновение ока. Хочу услышать ваши мольбы, хочу видеть, как вы рыдаете и пытаетесь спрятаться, причитая: «Пожалуйста, не надо! Это все наши надежды! О, этот жестокий мир причинил нам столько боли, пусть он исчезнет!» – вот это будет зрелище, которым я наслажусь от души. Я запишу его и покажу миру, вы станете всеобщим посмешищем. Так что будьте готовы – я иду за вами, жалкие червяки!

Обычно Соске за целый день не говорил столько слов, сколько за эти несколько минут, да и каких слов... Он сам с трудом верил, что все это вырвалось у него изо рта.

– ...Ты не понимаешь, – печально прошептала девушка, – мы хотим исцелить этот мир, внести гармонию, сделать его чистым и светлым...

– Заткнись, тварь!

– Что???

– Исцелить и очистить? Это я чищу ваше дерьмо, которое вы мажете по всему миру! Не важно, верите вы или нет, но ваше время подошло к концу, я остановлю вас, чего бы мне это не стоило. Я объявляю вам войну! Эх, война – простой, такой естественный, знакомый с самого раннего детства процесс, в котором мне нет равных! И, знаете что? Он мне нравится! Так что, приступим?!

Сработал один из сенсоров вибрационной приманки, и Ал незамедлительно предупредил:

– Направление восемь часов, дистанция три, два БР.

– Похоже, кому-то уже не терпится умереть, что ж, подходите и получите свое, ублюдки!

Скорее всего, это были «Чодары», обнаружив добычу, они двинулись в полной боеготовности. Едва ли датчики-приманки были в состоянии всерьез их обмануть.

Незачем было дальше разговаривать с той девушкой. Приманки отработали свое, и, хотя враг был временно рассеян, исходя из свежеполученных данных, его, наверно, уже окружали.

– Следи за западным склоном. Там есть три места для хорошей засады.

– Да, знаю, – Ал не хуже Сагары помнил остров.

Быстро передвигаясь, Соске начал использовать оружие. Сначала, выхватил два «Зеро» с поясницы, словно револьверы. Несколько сотен 20-мм пуль измельчили ветви, прорываясь через листву. «Чодары» приближались, не обращая внимания на этот залп. Их пилоты решили, что ECS бесполезна, и БР были хорошо видны сквозь густые заросли. Они открыли ответный огонь из карабинов. «Лаэватейну» понадобилось одно движение, чтобы увернуться и начать обстрел из 40-мм штурмовой «винтовки», используя дополнительные манипуляторы. Пять пуль попали одному из «Чодаров» в правое плечо, он избежал серьезных повреждений, используя Лямбда-драйвер, сначала покачнулся, словно пьяный, но быстро восстановил равновесие и был готов возобновить атаку.

Однако Соске собирался показать ему, кто здесь главный и яростно выпустил оставшиеся патроны из обоих орудий «Гатлинга» и очередь из «винтовки». Такого напора «Чодар» не выдержал и, весь изрешеченный упал на колени.

– Ствол моей пушки – это последнее, что ты увидишь!!!

Снаряды второго БР градом посыпались на силовое поле «Лаэватейна», который выбросил пустые орудия «Гатлинга», перехватил «винтовку» в основные манипуляторы и начал палить в уцелевшего противника, опустошая один магазин за другим. «Чодар» отступал, маневрируя то влево, то вправо и непрерывно отстреливаясь. 37-мм пули свистели совсем рядом с «Лаэватейном», но Соске игнорировал их.

– GEC-B, закончились патроны, – проинформировал Ал.

– Знаю!

Сагара перехватил «винтовку» из одного манипулятора в другой, взял ее за ствол, как бейсбольную биту и замахнулся на «Чодар». Пространство исказилось, и силовое поле издало неземной звук. Удар пришелся прямо по голове БР, и она отлетела в сторону. Соске собирался добить его согнувшейся «винтовкой», но голос Ала остановил его:

– Направление четыре часа.

Он мгновенно отпрыгнул и прикрылся поверженным врагом. Снаряды угадили в то самое место, где он только что стоял.

– Новые машины врага. Как и ожидалось, с запада. Не менее трех БР, возможно больше, – сообщил Ал.

Пули ударили в импровизированный щит. У второго GEC–B также кончились патроны, и Соске выбросил его. Удерживая машину поверженного «Чодара» левой рукой, он взял «Боксер-2» в правую, и открыл ответный огонь.

– Входящие контакты с юга, по крайней мере четыре машины.

«Лаэватейн» обошли с двух сторон. Он бросил изуродованный "щит", и, защищаясь силовым полем, скрылся за большим камнем. Враг сосредотачивал свои силы, и их координация была омерзительно хороша.

– Два направляющих БР остановились, – доложил Ал.

– Конечно остановились, по приказу майора.

Вражеский командир не собирался позволить им вывести из строя все «Чодары» по одному. Похоже, что приманки и длинные речи произвели не достаточный эффект. И хотя они уничтожили две машины, это не меняло общей картины: у врага было, по меньшей мере, еще восемь «Чодаров», да и нельзя забывать про машину Леонарда. Противниками явно командовал ни кто иной, как майор Калинин, а запуск TAROS может начаться в любой момент. Ситуация не из приятных.

Должно быть, и майор и Леонард слышали его разговор с Софией. В конце концов, объявление войны было адресовано не девушке, а именно этим двоим.

«Я больше не буду медлить. Я раздавлю вас всех. Слабаков, которые цепляются за глупые мечты и прочую чушь... Вы потеряли здравый смысл? Я ненавижу ваши гнилые идеи. Я оторву вам головы, не дожидаясь, пока вы помоете шеи...»

Все это было адресовано им. Может это вызвало лишь смех? Нет – они восприняли угрозу всерьез и бросили все силы, чтобы остановить его. Если бы тогда они смеялись, то уже сейчас Соске был бы в шаге от победы.

Снаряды взорвались совсем рядом. Земля и мелкие камни посыпались на броню «Лаэватейна».

– Три машины типа «Чодар» двигаются к точке 21D.

Это было умелое окружение. Навыки пилотов не представляли из себя ничего особенного, но безупречная тактика с лихвой компенсировала этот недостаток. Соске словно дрался врукопашную с несколькими вооруженными бандами, настолько ощутимым выглядел перевес.

– Есть сигнал с «Де Данаан»?

– Нет. Статус неизвестен.

– Заманим их на северо-запад.

– Мы угодим под перекрестный огнь.

– Итак угодим! Двигай, давай!

И «Лаэватейн», оттолкнувшись от камня, прыгнул прямо под пули врага.

* * *

Обстрел прекратился, но атмосфера оставалась жутковатой. Мао осторожно двигалась в темноте, под прикрытием ECS, используя только пассивные датчики обнаружения цели. Легкие шаги были еле слышны, она ступала с грацией крадущейся кошки.

«Не похоже, чтобы меня заметили...»

Время было на стороне террористов, но подпускать отряд Митрила к подземной базе, даже если их шансы на успех близки к нулю, никто не собирался.

«Может, где-то рядом засада?..»

Возможно ли, что их уже нашли? Еще 2 года назад, когда ECS впервые развернули на M9, это была непроницаемая маскировка. Но времена изменились. Уже нельзя полностью положиться на ее возможности.

Подавляя растущее желание включить ECCS, Мао продолжала двигаться вперед. Надо быть осторожной, пусть и времени совсем нет.

Вход на базу появился в поле зрения. Она подошла к подножью горы с южной стороны, и просканировала пространство.

Контакт.

В небольшой пещере в скалах Мелисса заметила слабый источник тепла с инфракрасным излучением, он явно был неестественного происхождения, будто кто-то прятался в кустах.

– О, это ты, Мао, – послышался голос Крузо по коротковолновому радио. Источником тепла был «Фальке», она опустила оружие, и ответила по зашифрованному каналу:

– Что со штурмовым отрядом?

– Янг собирает их в пятистах метрах к юго-западу. У него небольшая травма, похоже, слегка вывихнул лодыжку, но на ногах стоит крепко.

Похоже, она приземлилась дальше всех.

– А Ву?

Он был ранен еще в самолете.

– Не знаю. Пришлось оставить его позади в довольно плохом состоянии.

– Ясно... Как Янг, в порядке? Не каждый сможет вести взвод, когда его лучший друг валяется раненный где-то в этой глуши...

– Мы не успели толком поговорить, но, вроде он держится. Отряд будет следовать своим маршрутом, мы зайдем с северо-запада. Вперед!

– Так точно, поняла.

Она взглянула на таймер обратного отчета – до предполагаемого запуска ядерных ракет оставалось всего 20 минут. Не было времени, чтобы спорить. Искусственный интеллект «Гернсбека» обменивался данными с «Фальке», на машине Мао были более продвинутые сенсоры, и, данные, полученные от нее, передавались Крузо. Она не видела его, но получала информацию о расположении Урц-1 на экране в реальном времени. Проверив исправность работы систем радиоэлектронной войны и пассивных датчиков слежения, она двинулась за ним.

– Тихо. Слишком тихо. Тебе не кажется, Бен?

– Да уж...

– Ловушек не обнаружено... Их силы не так велики, как нам казалось...

– Думаешь, Тесса была права?

– Похоже на то. Кажется, враг оставил большую часть своих сил на Мериде. Неужели к защите острова они отнеслись серьезней...

Вдруг, подобный грому звук нарушил их разговор, заполнив все пространство вокруг. Но это был не взрыв, а музыка. Эхо превращало ее в еле различимый шум, но прислушавшись, Мао узнала «Ночь на Лысой горе» Мусорского, а точнее отрывок из этой симфонической поэмы, изображающий хор злых духов. Динамики, установленные по всему периметру базы, создавали мощную звуковую волну, словно на рок-концерте.

– «Фантазия», не так ли? – пробормотал Крузо.

– Э, что?

– Первый мультфильм со стереозвуком... Не бери в голову. В любом случае, эта клоунада, дело рук Фаулера.

«Фаулер... Да, явно этот позер. Если надо вывести кого-то из себя, в этом он мастер. Но это не худшая новость – он чертовски хороший пилот. Что будешь делать, Мелисса...»

Сигнал тревоги прервал ее мысли.

На северном склоне, направление десять часов – небольшой источник тепла. Она навела на него оружие – пусть система наведения делает свою работу. Не было необходимости предупреждать Крузо, он уже получил ее данные. Искусственный интеллект классифицировал тело как погрешность измерений – настолько он был маленьким, но Мао так не думала. Это вражеская машина.

«Но почему она не стреляет?»

– Нас все еще не видят?

– Мао, сзади! – крикнул Крузо, нападение произошло сразу с двух сторон.

Враг тоже использовал ECS, и был практически незаметен – Мелисса лишь мельком видела, как кто-то метнулся из тени скалы и атаковал их при помощи радиолокатора. Классическая клещевая атака.

– Оставляю тебе переднего! – крикнул Крузо и отпрыгнул в сторону.

Они больше не могли координировать свои действия по каналу данных – начался поединок с врагом.

Мао направилась в противоположном направлении, отключив ECS, и включила все активные датчики. Информационные потоки поступали на экран, и она легко смогла идентифицировать тип напавших на них машин. Два БР типа «Элигор» – усовершенствованная модификация «Чодара», более мощная и маневренная. Во время боя в Мексике, Мао была вынуждена просто бегать от такой... Стоп! От этой самой!

А черный Элигор, с которым сражался Крузо, скорее всего, принадлежал Фаулеру.

Итак, в этих горах начался их последний, разрушающий вечернюю тишину бой.

По крайней мере, удалось избежать неожиданной атаки, хотя они все еще находились в невыгодном положении. Количество было равное, но у противников были Лямбда-драйверы, а ловушек или других специальных тактик в рукаве припасено не было. Но самое главное, что Фаулер и его товарищ по команде были не менее компетентными пилотами, чем Бен и Мелисса.

Белый БР перед Мао приготовился к атаке. Он начал молниеносное движение, пересекая склон в ее направлении.

– Хм, ты куда-то торопишься? Твой рейс отменен – плохая погода, детка...

Встретив сильные волны помех, система наведения оружия противника была сбита с толку, но «Элигор» все равно выдал очередь. Выстрелы прошли мимо. Мелисса продолжала бегать кругами, пытаясь взять на мушку врага. Она зафиксировала цель и нажала на курок, думая, что враг остановит ее пули силовым полем, и хотела просто проверить его на прочность.

Но, вопреки ожиданиям, белая машина использовала не Лямбда-драйвер, а тот же метод блокировки цели, что и Мелисса. На короткий миг экран Мао замерцал, и этого хватило, чтобы она промазала. Ей показалось, что вражеская машина потрясла головой, будто говоря: «Мне не нужен Лямбда-драйвер, чтобы одолеть тебя».

«Черт, да эта сволочь играет со мной...»

Никакой информации о пилоте машины не было, но Мао вдруг почувствовала, что это девушка. Интуиция, плюс анализ движений БР. Серия легких прыжков через скалистый склон, только слегка сгибая колени, так плавно и грациозно. Возможно, всего лишь разыгравшаяся фантазия. Однако, БР – это инструмент, предназначенный для отображения движений своего пилота, и наметанный глаз легко смог бы определить его личность, даже не проверяя системы управления. Мелисса легко могла узнать по характерным движениям своих друзей. Например, стиль Соске был особенно заметен: немного поддавшийся вперед, будто хищник, в ожидании прыжка, голова слегка двигается, обследуя поле боя. «Фальке» Крузо всегда держит спину прямо, конечности двигаются жестко и точно, словно у мастера боевых искусств. Машина Вебера всегда стоит ровно, грудь вперед, голова двигается медленно, снайпер подмечает все мелкие детали, а со стороны выглядит довольно высокомерным... И милым... Безбашенный придурок!... О Боже! Почему его нет сейчас рядом! Им бы так пригодилась его винтовка... И его дурацкие шуточки... Его так не хватает ей... Стоп! К делу! На этот раз интуиция говорила, что пилот, вероятно, девушка. Тем не менее, достоверной информации не было, и быть не могло.

«Не может быть, это не может быть она. О черт!..»

«Элигор» выстрелил – пуля попала в левое плечо «Гернсбека». Никаких значительных повреждений, но линзы ECS в этой области разбились.

«Скрыться теперь не удастся».

Мао отодвинула ненужные мысли в сторону, ускорилась и выдала несколько очередей из штурмовой «винтовки» в направлении врага. С этой позиции было слишком трудно попасть в цель. Белая машина прыгала вокруг, то используя ECS, то нет, и стреляла короткими очередями, будто издевалась над ней.

«Нет времени на глупые игры. Надо подобраться ближе к врагу...»

* * *

Соске уложил одного из «Чодаров» и крепко прижал к земле.

– Входящий контакт сзади.

Он держал один БР левой рукой – правой нацелил оружие на второго, а сзади, третий приближался к нему, с мономолекулярный резаком, выполненном в форме копья, на перевес.

– Правый нож!

– Есть.

GRAW-4 выскочил из колена «Лаэватейна», который едва уклонился от кончика копья «Чодара» и мастерским движением нанес ему удар правой ногой, насадив на лезвие резака и подняв сноп искр.

Еще один БР стрелял в него с другой стороны. Соске развернулся в пол оборота и пнул его ногой, используя Лямбда-драйвер, отчего «Чодар» взлетел, как тряпичная кукла, упал и больше не подавал признаков жизни. Наконец, Соске приставил «дробовик» к голове прижатой к земле машины и нажал на спуск, отчего та разлетелась на мелкие кусочки.

– Отлично! Давайте все сразу – быстрей закончим!

Соске чувствовал идеальную слаженность. Он использовал тело «Лаэватейна» как свое собственное, да еще и в полной гармонии с Алом.

Было и другое ощущение – он переигрывал майора. Он словно читал его мысли, и, разгадав тактику, предугадывал каждое его действие. Их длительное знакомство сыграло на руку – он знал о Калинине все. Соске понимал, что и Калинин знает его, но он двигался непредсказуемо, действуя нестандартными методами.

Это не было бравадой зеленого новобранца, просто он точно знал, он чувствовал. Несмотря на то, что майор настроен всерьез и ни за что не сдастся, в этой игре именно «Лаэватейн» был джокером. Соске почувствовал в себе страсть, ярость берсерка, способную превзойти все знания и опыт старого солдата.

Тем не менее, и у него тоже есть предел. Усталость и катастрофическая нехватка времени... Да и силы его не безграничны – он не может просто взять и побежать прямо к TAROS. Несмотря на то, что он уничтожил большинство противников, оставшихся сил хватит, чтобы одолеть его, если он хоть на секунду расслабится... А усталость все больше дает о себе знать... Вы на это рассчитываете, майор? О! Вам этого не хватит, слишком поздно, Вы просчитались...

– Перехват сигнала с TDD-1. Мы попросим помощи, как и планировалось?

– Конечно, сделай это!

– Приказ понял. Выполняю... Запрос подтвержден. Отображение данных.

На самом краю тактической карты появилось десять маленьких отметок. «Де Данаан», сумела приблизиться к острову, поднялась на перископную глубину и выпустила десять крылатых ракет.

– Обратный отчет РВП тридцать секунд.

Ракеты приближались, а «Лаэватейн» быстро двигался на запад. Вражеские пули свистели со всех сторон и лупили по силовому полю. Соске выполнял непредсказуемые, будто бы бессистемные маневры, периодически прячась в подвернувшемся на пути укрытии. Что-то врезалось в ногу машины, но, не обращая на это «пулевое ранение» внимания, Соске продолжал двигаться вперед.

Он выбежал из джунглей на открытую местность около трехсот метров в диаметре. В теории, при сражении на БР, такую географическую особенность необходимо избегать любой ценой, и все же он побежал в самый центр поляны.

– Обратный отчет РВП пятнадцать секунд.

Враги окружали «Лаэватейн», зажимая сразу со всех сторон. У них было восемь машин, и Соске не мог сражаться со всеми одновременно.

– Бери управление ракетами на себя, Ал!

– Вас понял. РВП пять секунд, четыре... Три...

– Сейчас!

«Лаэватейн» активировал «Перышко феи». Огромное количество энергии резко сосредоточилось на устройстве, вокруг него затанцевали голубоватые частицы, а воздух завибрировал.

«Перышко» сработало идеально: нейтрализующее поле мгновенно расширилось, и Лямбда-драйверы, установленные на всех «Чодарах» отключились. В ту же секунду десять крылатых ракет, управляемых Алом, ударили по врагам, осветив небо ярчайшей вспышкой.

Все вокруг скрылось из вида в одном гигантском взрыве. Некоторые пилоты не заметили ракет, некоторые попытались активировать Лямбда-драйвер, но всех их постигла схожая учесть – они были либо разорваны взрывом на мелкие кусочки, либо объяты пламенем.

– Пять целей уничтожены. Остальные приняли маневры уклонения.

– Хорошая работа!

Соске выключил прибор, перья-лезвия мягко сложились в тело машины. «Лаэватейн» принялся добивать оставшиеся БР. Всего лишь три машины, не смотря на то, что они избежали прямых попаданий, сухим из воды никто не вышел. Одному оторвало ногу – выстрел из «дробовика», совсем простая цель. Осталось двое. Они колебались между побегом и нападением, но наконец, повернулись к нему.

– Неправильный выбор!

Соске молниеносным движением полоснул резаком сразу одного и второго. С мелкой рыбешкой было покончено. Пришел черед господ Калиума и Сильвера.

«И этого вы тоже ждали, Андрей Сергеевич? Каков будет следующий шаг? Заманите меня в сторону базы, ожидая момента, когда я буду вынужден выйти из БР. Вы, наверно, приготовили много ловушек и хорошо подготовленную приветственную комиссию, не так ли? Ладно, я не заставлю себя долго ждать»...

«Лаэватейн» засунул резак в наколенник, и побежал к центральной базе.

* * *

Получив известия, что все «Чодары» ликвидированы, Калинин ничуть не удивился, наоборот, кивнул в знак согласия. Он не недооценивал врага и предупреждал свои войска об опасности нейтрализатора Лямбда-драйвера, установленного на «Лаэватейне», комбинированной атаки с крылатыми ракетами тоже невозможно было избежать, но то, с какой точностью Сагара выбрал момент, было поразительно.

Соске и Тесса изменились за этот год. Они пережили много испытаний, их приемы стали отточенными, и еще более эффективными, чем раньше.

Осталось так мало солдат. Если бы они скоординировали атаку «Чодаров» с «Белиалом», все могло уже закончится.

«Это бессмысленно» – все, что сказал ему Леонард, его тщеславие было нелепым. Он желал благородной дуэли, вместо гарантированной победы... Их самая мощная боевая единица стала слабостью.

Калинин попытался вызвать Леонарда по радио, но ответа не было – наверное, закрыл канал.

Если подумать рационально, ставки были десять к одному в пользу Леонарда. Даже с недействительным Лямбда-драйвером «Белиал» был совершенным оружием. У Калинина не было другого выбора, кроме как оставить ему в поддержку «Левиафанов» и подготовить своих людей к битве.

Если «Де Данаан» попытается высадить штурмовой взвод, у них не будет иного выбора, кроме как подойти к базе с севера. Калинин должен был подготовить засаду, которая уничтожит десант одним точным ударом, независимо от того, насколько хороши солдаты Митрила. Даже если они выживут, то потеряют там много времени.

Калинин отдал несколько распоряжений. Его люди начали готовиться к атаке.

* * *

Двигаясь по джунглям на максимальной скорости, Соске связался с «Де Данаан» по защищенному каналу.

– Это Урц-7. Все вражеские БР уничтожены, кроме «Белила», его статус неизвестен. А активация TAROS, кажется, вступила в завершающую стадию.

– ...Это «Де Данаан», наши поздравления сержант, но расслабляться рано...

Это был голос Мардукаса – несмотря на помехи, Соске слышал на той стороне линии его тяжелое дыхание, рев сигнализации, и как кто-то сердито кричал. Из чего можно было догадаться, что у подлодки есть повреждения и, скорее всего, серьезные.

– Командир, как там капитан?

– Нас неслабо зацепили... Она упала со стула...

– Она не ранена?

– ...С ней все хорошо. Корабль может двигаться, она тоже... Мы постараемся освободить подземный проход к морю... Согласно последней информации, полученной со спутника, TAROS находится именно в доке... Сагара, оставайтесь наверху и сделайте все, что сможете...

Подземный проход? Это, определено, было опасно, скорее даже безрассудно. Он хотел сказать им, чтобы они попытались спрятаться – но не мог. Сейчас не было времени для осторожных шагов. TAROS вот-вот будет запущен. Он не был уверен, что справится в одиночку. У него не было времени, чтобы действовать аккуратно и надежно. Им ничего не оставалось, кроме как зажать врага в клешни, атакуя со всех возможных сторон.

– ...Вас понял.

– Дайте трубку! – послышался голос Тессы, затем было слышно, как она возится с гарнитурой – Сагара!.. Вы еще не видели «Белиал»?..

– Никак нет.

– Пожалуйста, будьте осторожны. Леонард попытается выиграть время... Ему не обязательно вас убивать, достаточно лишь притормозить, пока активация...

– Я понимаю, но...

– Жалости больше нет места в наших сердцах. Сделайте все возможное, чтобы победить Леонарда, если он умрет, значит так надо. Передайте ему мои слова, это может помочь. Вы слышите? Запомните, это важно!

Сквозь шум он услышал в ее голосе... Боль, будто она давала ему чашу отравленного вина для родного брата. Будто преодолевая тошноту, она произносила слова. Всего одна фраза, которую Соске так и не понял, но времени на разъяснения не было. Он просто ответил:

– Так точно.

– Пожалуйста, сделайте все! Впрочем, Вы в курсе. Конец связи.

Канал закрылся. Не время говорить по душам посреди боя.

«Лаэватейн» бежал на юг, к лифту номер шестнадцать, который ведет вниз, на базу, откуда можно попасть в шахту лифта номер ноль, которая служит позвоночником всей конструкции. И там легко можно передвигаться в БР.

Деревья блокировали обзор. Проходя через плотные заросли, Соске вдруг вспомнил бенгальского тигра, которого он спас от незаконных поставщиков животных. В городе не было места, и он перевез его на этот остров. Величественный белый тигр, возможно, все еще был в этих джунглях. Все ли с ним в порядке... Помнится, именно Канаме сказала, что тигру не место в квартире, что он должен жить на воле, и тогда Соске перевез его на Мериду. Сагара рассказал ей об этом, но она все равно переживала.

– Сержант, кажется, вы потеряли концентрацию, – заметил Ал.

Он был в состоянии оценить психическое состояние пилота, ведь кабина машины была, по сути, небольшим TAROS.

– Нет... Все в порядке.

Он стряхнул призрачные мысли – лифт номер шестнадцать все еще не был виден. Калинин и Леонард не давали о себе знать, что ж... Это ему только на руку.

«Кто знает, может они встретились с другими неприятностями. Теперь мне осталось только остановить Софию»...

Но он заблуждался, все не могло пройти так гладко. На небольшом пригорке, возле лифта номер шестнадцать стоял одинокий БР. Его серебристо-черная броня была отполирована до блеска, будто на парадный марш, со своей ассиметричной головой БР напоминал демона из легенд. Вот почему Леонард называл его «Белиал».

Шел легкий дождь, враг стоял в полный рост, отключив ECS, держа какое-то странное оружие в тонких руках. Оно было похоже на металлическую дугу, изогнутую как лунный серп. Он держал его, словно лук, и смотрел на «Лаэватейн».

– Я был уверен, что ты зайдешь так далеко, – услышал он голос Леонарда через внешние динамики. – Хотя и надеялся, что Калиум чуть сильней тебя задержит. Видимо, он действительно староват для этого.

– Действительно. Если бы с ним был ты, я бы задержался чуть сильней.

– Ты сказал, – «Белиал» пожал плечами. – Я слышал, что ты сказал... Довольно интересно... Ты знаешь, что она София?

– Конечно. Слышал от Тессы.

София – девушка, чей разум затерялся в развалинах Янска-11 после эксперимента восемнадцатилетней давности. То, с чем столкнулась Канаме в секретном городе, было остатком ее мыслей – сама девушка давно перестала существовать. София не захватила ее личность, но Канаме до глубины души прониклась ее идеями. Воспоминания о прошлом принадлежали Чидори, поэтому ее бесполезно было убеждать в том, что она не ОНА.

Соске мог только надеяться, что где-то в глубине души это все та же горячо любимая им девушка. И если это было так, что он мог сказать? «Жди меня? Я иду? Я думаю о тебе?» Нет, все это фальшь. И все же, он чувствовал себя... опустошенным. Какие слова он должен был подобрать? Он задавал себе этот вопрос снова и снова, но, в конце концов, сказал то, что сказал.

Он не знал слов любви – они выходили у него тяжеловесными, провокационными. В конце концов, нельзя поддерживать противника нежными словами.

– Я вижу. Ты пытался достучаться до ее истинного Я, думал, добьешься успеха? Это так на тебя похоже.

– А как на счет тебя?

– На счет меня?

– Мне кажется, ты испытываешь чувства к Канаме, – но это не ОНА. Как ты мог спокойно смотреть на нее, зная правду?

– ...Ну, я же тебе говорил, не так ли?

– То, что ты отказываешься принимать этот мир до последнего? Да, говорил.

– Я просто хочу вернуть его к тому, чем он должен быть.

– Ты ходишь по кругу.

Соске спокойно начал заряжать «дробовик». Он вдруг почувствовал себя так странно. Он и Леонард не ненавидели друг друга. Простое столкновение интересов. Пришло время уничтожить врага и двигаться дальше. Если бы они встретились в другом мире, врагами они были бы или друзьями? Впрочем, симпатий не было тоже, ничего личного – пустые отношения.

«Леонард... Если бы ты был когда-то моим личным врагом, я, возможно, принял бы твою идею...»

– У меня нет на это времени. Начнем.

Он выстрелил – «Белиал» не сдвинулся с места. Пространство перед ним исказилось, бронебойный снаряд остановился перед его грудью и измельчился, словно бумажный, а воздух вокруг задрожал.

– Право, это не будет легким делом, – Соске отрицательно покачал головой и приготовился.

Этот противник был не из тех, кто ляжет от простого приветствия. «Лаэватейн» был мощной машиной, но «Белиал» не знал себе равных.

– Ты не так давно продемонстрировал свой язык без костей, Сагара, – «Белиал» взмыл в небо из клубов дыма. – Что-то там о нашем уничтожении, о чирьи на заднице, впрочем, на него ты похож... Ну что, покажи мне, на что способен!

Соске был полностью готов к бою. А оружие Леонарда действительно было луком – восьми метровым луком, если быть точнее. Держа его в левой руке, «Белиал» элегантно натянул тетиву.

Там не было стрелы – чем бы ни был снаряд, его не было видно, но он определено указывал в сторону «Лаэватейна». Соске вдруг почувствовал, что не сможет защититься силовым полем и применил маневр уклонения. Леонард выстрелил – что-то метнулось к Соске, пришла ударная волна, после которой последовал резкий взрывной звук, вероятнее всего, запоздалый звук выстрела «лука».

Это был не обычный снаряд...

– Рельсотрон?

– Возможно, или нечто подобное. Время между выстрелом и попаданием близко к нулю. Снаряд двигается на невероятной скорости, остальное неизвестно...

У Соске не было времени, чтобы слушать объяснения Ала. Силовое поле не могло защищать от чего-то, что двигалось в десятки раз быстрее звука. Первый выстрел вывел из строя дробовик и зацепил «Перышко Феи» на левом плече. Если бы Соске рефлекторно не увернулся в последний момент, то был бы уже мертв.

– Хорошая интуиция, да ловкость... Но что ты будешь делать дальше?

Лениво плывущий в воздухе «Белиал» готовился ко второму выстрелу. Канаме... А точнее София, вероятно, уже начала активацию TAROS. Времени не было... Да и нехватка времени перестала быть самым актуальным вопросом – смерть нависла над Соске и уже замахивалась косой.

Глава 4 Любовная дилемма

«Туатха Де Данаан» получила серьезные повреждения, схлопотав два удара по правому борту и один – по левому. Один из них был прямым попаданием торпеды, прямо возле ангарной палубы. Наводнение не удавалось остановить. В каютах экипажа бушевал пожар – такой силы, что с ним могли справиться лишь автоматические огнетушители, но на судне не осталось обязанных за пожарную безопасность. Подводная лодка не тонула только благодаря специальной конструкции, которая была на пределе.

– Активация ADSLMM... Попадание по «Майк-18».

Один из «Левиафанов» попал в их ловушку. «Де Данаан» не смогла спрятаться за столь короткий срок, хотя шла на полной скорости. Враг хотел нанести окончательный удар по подводному гиганту, но напоролся на их самоходные мины. Главный оператор гидролокатора подтвердил уничтожение неприятельского судна.

Тем не менее, опасность не миновала – они готовились к еще одному нападению. Их целью были первые ворота подводного дока Мериды, на тот момент заблокированные. Ворота выглядели так, будто были покрыты несколькими видами легированной стали.

Вытирая висок окровавленным куском марли, Тесса продолжала отдавать приказы:

– Оружие три!

– Есть, запуск торпед!

Пять торпед покинули пусковые отсеки и взяли курс на свою цель, - один из них был выведен из строя во время боя. Две из них были запрограммированы самоуничтожиться первыми, очищая путь от вражеских мин. «Де Данаан», обдаваемая потоками пузырьков, продолжала наступать в сопровождении трех торпед. Вражеская береговая оборона ближнего действия начала свою работу с того, что еще раз осыпала их торпедами. «Де Данаан» пыталась избежать столкновения. Торпеды взрывались вокруг них, одна за другой. Одна попала в цель – корабль накренился, Тесса изо всех сил старалась не упасть с кресла. Один из главных экранов капитанского мостика замелькал и погас. Офицер контроля повреждений сообщил, что пожары разбушевались ещё сильнее, также как и наводнение, и что они потеряли второй руль правого борта. Несмотря на это, они все еще могли двигаться. Судно ускорилось.

Торпеды попали в подводное препятствие и взорвались. Корабль протаранил и без того поврежденные ворота, резонанс от этого удара был схож с прямым попаданием торпеды. Вокруг все затряслось, потолочная панель упала прямо на Мардукаса. Кто-то кричал, мигали огни. Несмотря на это, судно, весившее сорок четыре тысячи тонн, прошло сквозь проход, внутрь канала.

- Загрузить следующие торпеды!

- В процессе... Две... Одна... Готово!

На одном из оставшихся экранов статус торпедного аппарата изменился с желтого на зеленый, и рядом с ним появилась надпись [ARM].

- Огонь!

Последний залп – пять торпед ускорились в направлении вторых подводных ворот. Одна из них дала осечку, четыре взорвались и сотрясли тоннель. Ударная волна распространялась через толщу воды и стукнула прямо по носу субмарины. Корабль затрясся и бесконтрольно повернул по правому борту. Гигантское судно прочесало стену, капитанский мостик затрясло.

- Реактор один и два пересекли критический уровень температуры! Еще немного и...

- Удерживаться на полной скорости! Мне все равно, если мы взорвемся!

- Есть, мэм!

Они быстро приближались ко вторым воротам. Всего триста метров... Двести...

- Мы прорвемся внутрь, всем приготовится к удару!

Но система вещания не работала. Было ли причиной этому наводнение и пожары, никто не знал, динамики не молчали.

- Все будет в порядке, просто возьмитесь за что-нибудь! – крикнул Мардукас, его лицо было окровавлено.

Ещё мгновение и лодка прорвалась через ворота. Тесса не могла сказать, что именно произошло, – ее бросило с капитанского кресла вперед, на место штурмана. Она почувствовала, что несколько раз перевернулась, после совершенных кульбитов девушка не была уверена, что осталась в живых.

Она открыла глаза, увидела мигание аварийных огней, почувствовала страшную головную боль, и как следствие звон в ушах. Мардукас искал ее и что-то кричал. Она увидела оружейного офицера, лежащего на полу, и стремящегося к нему штурмана.

- ...тан!... Капитан! – наконец услышала она голос Мардукаса.

- ...Я потеряла сознание?..

- Вы не вставали около тридцати секунд.

- Доложите... ситуацию...

Один из экранов на борту по-прежнему функционировал. Мардукас помог ей встать. Голова все ещё кружилась, но она, все же, подошла к пульту управления. К счастью, он все еще отвечал на команды.

Корабль пробил ворота там, где начиналась суша, и проскользил по ней около двухсот метров. Из сломанных ворот шлюза прибывала вода, уже затопившая тоннель на одну треть от высоты «Де Данаан». Теперь подлодка была в нерабочем состоянии, палладиевые реакторы автоматически остановились. Пожар в моторном отсеке по-прежнему не прекратился, а начался новый, существовал риск, что снаряды торпедных аппаратов могли воспламениться. Затопление ангарной палубы, естественно, прекратилось, но теперь там накоплялись токсические пары. Рули были разбиты, а повреждения внешнего корпуса нельзя даже было описать словами.

Тесса проверила перископ – он все ещё был в рабочем состоянии. Установив оптические датчики на ночной режим, она рассмотрела тоннель. За триста метров от них находилась последняя преграда – ворота, запечатанные большим количеством бетона. Скорее всего, служебный вход в тоннель был также непреступен. По ту сторону стены, в сухом доке, была их цель – TAROS.

Тесса попробовала систему внутреннего вещания – резервная связь еще работала. Она взяла микрофон и сообщила экипажу:

- Всей команде, подготовиться к бою.

Времени, чтобы сидеть, сложа руки, не было. Все ответили утвердительно, покинули мостик и пошли в соседний отсек, в котором был ящик с оружием. Тесса наблюдала за своими подчиненными, выходящими один за другим, пока последний из них, Мардукас, остановился у входа и позвал ее:

- Капитан!

- Идите. Я скоро вас догоню, - ответила она неестественно спокойным голосом.

Вероятно, Мардукас понял ее простое желание, остановился на мгновение, кивнул и вышел за дверь.

Девушка осмотрела капитанский мостик, налитый аварийным освещением и звуком сигнализации, пытаясь навсегда запечатлеть этот картину в сознании.

Она в последний раз повернулась к консоли и напечатала – «Спасибо». Должно быть, огонь испортил провода, отвечающие за связь, и искусственный интеллект, Дана, не ответила.

Тесса низко поклонилась и поцеловала пыльный пол. Поцелуй был долгим, таким долгим, будто мать целовала своего умирающего ребенка... На самом деле, это длилось всего несколько секунд.

Она встала, вытерла слезы, собравшиеся в уголках ее глаз, повернулась и быстро покинула мостик.

* * *

Стрелы летели в «Лаэватейн» одна за другой, ударная волна которых сотрясала холмы, скалы и заброшенные здания городского полигона боевых действий. Соске никак не мог противопоставить атакам Леонарда – невозможно даже представить щит, способный защитить от невидимых энергетических стрел. Он мог только уклоняться от них, полагаясь на интуицию и зная, что скоро достигнет своего предела. Рано или поздно Лео загонит его в угол и прострелит кабину. Противник не был обязан уничтожать его – в это время запускалось оборудование, которые они хранили.

- Подготовь к использованию «Перышко».

- Готово.

Это было устройство, которое он мог использовать не долго, и Леонард очень хорошо об этом знал. Сагара ждал подходящий момент, чтобы использовать «Перышко Феи», но противник не собирался позволять ему делать то, что вздумается. Или сделать это, или умереть... Соске собирался воспользоваться всем, что у него есть... Всем.

«Сосредоточиться... Представить...»

Казалось, оставшийся на левом плече аннулятор Лямбда-драйвера хорошо функционирует. Кабели на задней части головы машины засияли, повеяло жаром, и устройство активировалось, рассыпая сноп искр. «Белиал» потерял свой Лямбда-драйвер и падал с неба. Тем не менее, он принял правильное положение и легко приземлился.

- Думаю, это самое подходящее время для его использования. Тем не менее, - «Белиал» мгновенно подскочил после посадки, сложил лук и начал выполнять обычные маневры, – думаешь, сможешь справиться со мной?

«Лаэватейн» потерял дробовик и винтовку, осталась лишь гаубица, но ее можно использовать только с Лямбда-драйвером из-за мощной отдачи. Он использовал все свое бронебойное оружие в борьбе с «Чодарами».

Температура «Перышка Феи» поднялась – осталось менее минуты до того, как устройство перестанет работать. Леонард не сдержался, взял 40-мм автоматическую пушку и выстрелами загонял «Лаэватейн» в угол.

- А твоя машина имеет еще один недостаток...

После этих слов «Белиал», казалось, бесследно исчез. Дождь прекратился, и теперь он мог свободно использовать ECS. Соске вообще не мог его обнаружить. Казалось, враг осторожно передвигался с одного скалистого места на другое, не рассевая дым и не пригибая травы. Это был спокойный, расчетливый подход к этой игре в прятки. Вероятно, Лео заметил что на «Лаэватейне» отсутствуют датчики ECCS.

- Твои системы РЭБ ничего не стоят. Думал, я не знаю об этом? – донесся откуда-то голос Леонарда.

Сагара был не в состоянии выследить источник голоса, казалось, электромагнитные волны доносились со всех сторон.

«Да, не знаешь...»

Тщательно изучив пространство, полученное от визуальных датчиков, Соске повернулся к внешним динамикам:

- Есть одна вещь, которую ты не знаешь, - сказал он, внимательно следя за экраном и не забывая слова Тессы – Сагара все еще не понимал их значение, но если он собирался их использовать, то сейчас был самый лучший момент.

- Ага, конечно.

- Я слышал кое-что от Тессы. Она сказала, что знает о поступке твоей матери. Слышишь? Она это знает.

Долгое молчание. На ответ он даже не надеялся. Удивительно, но слова произвели волшебный эффект.

- Что... - Дыхание Леонарда слегка сбилось, впервые Соске смог это уловить. – Чепуха. Ты несешь ерунду.

Действие «Перышка Феи» заканчивалось, осталось всего пятнадцать секунд.

- Думаешь, я это выдумал?

«Где ты, черт возьми...»

...- Даже если она знает об этом, то зачем вмешивается? Тесса сумасшедшая... Чокнутая... Шлюха, как и ее мать. Яблоко от яблони недалеко падает, да? Не води меня за нос... Не води меня за нос, слышишь?!!

Наконец, враг сделал ошибку в своем движении. Ближайшее дерево зашевелилось, подлесок неестественно изогнулся, листья стали падать на что-то невидимое. Соске вытащил гаубицу, крепко взялся за нее и прицелился. «Перышко» по-прежнему работало, Лямбда-драйвер не мог сейчас помочь...

«Огонь...»

Правая рука «Лаэватейна», по локоть, разлетелась вдребезги. БР ударило с силой пятидесяти тонного артиллерийского шасси. Машину отбросило, перевернуло несколько раз в воздухе и ударило о землю. Гаубица куда-то улетела вместе с частью руки.

165-мм снаряд во что-то попал и взорвался. Дым окутал всю сцену боевых действий, земля и камешки сыпались на «Лаэватейн».

Соске попытался поднять машину и произвести отчет повреждений. В голове все помутилось. Он потерял правую руку и оружие, «Перышко Феи» перегрелось, и он больше не сможет аннулировать Лямбда-драйвер противника.

Дым рассеялся, и Сагара увидел «Белиала», все еще стоящего на ногах. Противник потерял левую руку, несколько пластинок брони и свой лук – на этом повреждения заканчивались.

- Черт...

Несмотря на все приложенные усилия, он не смог совершить прямое попадание. Соске раскрыл свою последнюю карту, но она оказалась не так эффективна, как он рассчитывал.

Ассиметричная голова была повернута к нему, все датчики активны, словно «Белила» смотрел на самого Соске, сквозь кокпит.

- Ты... Использовал такой маневр...

Голос изменился. Он был полон гнева – голос человека, готового разорвать врага в клочья.

Соске понял, что Лео вновь мог использовать Лямбда-драйвер – воздух вокруг «Белиала» исказился и вибрировал.

- Где же твоя уравновешенность? Улетучился твой дух рыцарства, да?

- Хватит! Я заткну тебя!

Казалось, что «Белиал» превратился в торнадо, обрушившееся на «Лаэватейн».

* * *

«Ночь на Лысой горе» продолжала играть, вторя всей горной цепи. М9Мао и белый «Элигор» продолжали бой, постоянно держась на одинаковой дистанции друг от друга, обменивались выстрелами, использовали помехи, исследовали машины друг друга с помощью волновых передатчиков – но никто не из них не мог достичь определенного результата. Сотни шифров создавались и декодировались, как только их системы РЭБ сталкивались.

Мао выстрелила, но на такой скорости она даже не надеялась во что-либо попасть. Белый «Элигор» уклонялся от пуль, будто это были мимолетные бабочки, и, прыгая вниз по крутому склону, активировал линзы на броне. Неужели БР вновь исчезнет? Нет, в этот раз пилот провернул другую уловку. «Элигор» разделился на две... Нет, три, четыре белые машины, танцующие вокруг «Гернсбека». Вскоре и пятая появилась из тени скалы.

«Мираж?»

Теоретически, это возможно. Вместо того чтобы скрыться при помощи голограммы, враг спроектировал свое изображение вокруг Мао. Мелисса экспериментировала с этой идеей прежде, но выходной мощности М9 было недостаточно, в конце концов, этот мираж был всего лишь иллюзией. Надо просто стремиться к центральной машине – ведь круг проекции был ограничен, а скорость «обесцвечивания» голограммы равнялась двум квадратам расстоянии проекции. Таким образом, создавать голограмму на далекое расстояние очень трудно, и при копировании машины логично держать проекции вокруг них.

«Гернсбек» присел и прицелился. В этот раз она не промахнется. Для начала нужно заставить противника использовать Лямбда-драйвер – только потом можно будет сражаться в полной мере. Мао прицелилась и выстрелила.

40-мм снаряд прошел сквозь кабину центрального «Элигора». В то же время начала двигаться пятая машина, при этом сменив основной карабин на бронебойный резак.

То есть, центральный БР был миражом... Но как? Неужели белый «Элигор» настолько мощный, что смог проецировать изображения лишь по правому борту, при этом сам остался слева? В таком случае должна быть большая нагрузка на реактор...

Казалось, враг двигался в замедленном действии, но на самом деле это был предел скорости реакции Мао. Похоже на повтор футбольного пенальти. Руки «Элигора» расширились, силуэт слегка ссутулился. Десять бронебойных лезвий были направлены на нее. Помехи не помешают метательному оружию – Мелиссе оставалось лишь уклониться, но куда? Решение последовало незамедлительно – вверх!

Белый БР бросил лезвия, они очень быстро приближались. Восемь из них, брошенных голограммами, сразу исчезли. Два оставшихся лезвия летели точно в «Гернсбек»... Враг тщательно просчитал движения Мелиссы. Ей не спастись.

М9 Мао скрестил на груди руки, отчаянно пытаясь защитить кокпит. Как раз вовремя – лезвия срезали обе руки, их взрывные устройства одновременно сдетонировали. От удара в глазах все потемнело, машина начала падать. Чтобы стабилизировать БР, необходимо принять правильное положение – но без рук это невозможно. Ее машина – аналог человеческого тела. Только вот теперь не хватало очень важной детали.

БР упал на землю, Мао застонала, почувствовав удар. Она взглянула на таймер в углу экрана – осталось пятнадцать минут. Лишь пятнадцать минут, а ее положение оставляет желать лучшего. Перед Мелиссой навис белый «Элигор». Остальные машины она не видела, враг перестал их проектировать. Он спокойно взял винтовку из-за спины. В следующий момент раздастся выстрел...

Используя все возможности мышц спины, девушка идеально уклонилась от ножа противника и рванула что есть мочи. Пули бились о броню БР – спина, правая нога, правое плечо. Она пошатнулась, но сумела устоять на ногах. Аварийный сигнал – значит, где-то разразился пожар, но рук не было. Она не могла себе помочь...

Система коммуникации все еще работал, также как и РЭБ. По крайней мере, она могла все доложить...

- Это Урц-2! Непрерывный критический урон! Не в силах уничтожить врага! Думаю, это конец...

«Извините, ребята».

- Это Урц-1! Не сдавайся! – запыхавшись, ответил Крузо.

Она взглянула на данные – машина получила серьезные повреждения в области груди. Конкретнее – возле кокпита.

- Бен!

- Просто... Продержись как-то! Все идет не очень хорошо, но я приду, как только закончу...

Громкий визг металла прервал связь, а затем наступила тишина. От него больше не приходило сигнала.

- Бен?!

У нее даже не было времени, чтобы связаться с ним. Вороша ногами снег и грязь, белый «Элигор» приближался. У оборудованной Лямбда-драйвером машины не было не одной царапины.

Что ей делать? Что она может сделать?...

* * *

Машина Фаулера приближалась. При лунном свете за его спиной, черный «Элигор» походил на злого духа, надвигающегося на «Фальке». Фаулер использовал только одно оружие – резак. Он был не просто мономолекулярным. Обычный кусок легированной стали выглядел как настоящий меч. Лезвие полоснуло по груди машины Крузо, как нож по маслу. Крузо изогнул спину в самый последний момент и сумел избежать смертельного ранения, но меч попал и по кокпиту. Внутри машина наполнилась дымом и запахом плавленого железа. Некоторые из экранов уцелели, но из-за дыма было трудно что-либо разглядеть. Следующий удар отрезал несколько датчиков на голове и антенны, прервав его разговор с Мао на полуслове.

- Урц-2!... Мао, ты меня слышишь?!...

Ответа не последовало. Возможно, резервная антенна не работала, либо особенности местности помешали соединению. В любом случае, сейчас он должен сосредоточиться на противнике, что стоит перед ним...

Неожиданная атака, и черный «Элигор» пополам разрубил оружие Крузо. Он незамедлительно отбросил испорченное орудие. Боеприпас внутри него взорвался, создав дымовую завесу. Он прыгнул в дым, дабы скрыться от противника, и вытащил мономолекулярный резак. Он взял "CrimsonEdge", созданный по образцу ножа Гурка, и принял стойку, словно мастер боевых искусств. Однако это было бесполезно. Крузо не мог избежать рубящих атак Фаулера. «Волшебные глазки» немедленно отреагировали на его атаки – очевидно, лезвие было визуализировано Фаулером. Крузо не мог остановить удары резака, приходилось полагаться только на производительность компьютера.

«Грязный ублюдок».

Ему становилось легче, когда он так думал о враге. Однако Фаулер не был ублюдком. Если бы у противника была обыкновенная машина, и он бы использовал тот же тип резака, что и Крузо, он все равно бы победил. Атаки Фаулера были пугающе точными, и в то же время неуловимыми. Это зависит не от Лямбда-драйвера.

Крузо гордился тем, что был одним из лучших бойцов ближнего боя в специальных мировых войсках, однако еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким беспомощным.

«Кто этот человек?».

Бен мог с уверенностью сказать, что до недавних событий ни разу не видел Фаулера. Даже подобных ему людей он ни разу не встречал. Перед тем, как захватить его в Сан-Франциско, Крузо собрал столько информации, сколько смог.

«Имя: Ли Фаулер. Национальность: Американец. Имеет азиатские корни. Личные данные – неизвестны. Место обучения – неизвестно».

Он даже просматривал записи элитных мировых войск, но не смог найти никого, похожего на него.

«Может, какой-нибудь мастер боевых искусств?»

«Элигор» плавно передвигался, точно координируя движения своего резака. В военных силах по всему миру практикуются несколько иные виды борьбы, нежели в школах боевых искусств.

Крузо переключился на внешний динамик.

- Твои навыки впечатляют. И все же я вижу, что сражаешься ты не во всю силу.

Крузо не намеревался выиграть время. Ему действительно было интересно.

- Мне часто задают этот вопрос, мистер Крузо, - ответил тот через внешние динамики. –Когда-то был человек, мечтающий о власти. Он тренировался день и ночь, улучшая свою технику боя. Но в один момент он понял, насколько он бессилен.

- Кому-то удалось тебя победить?

- В некотором смысле, да. Меня победил обычный тридцатилетний пьяница.

- ...Что?...

- Давайте прекратим этот разговор. Вам все равно не избежать смерти.

Машина Фаулера сделала пару шагов вперед. «Элигор» небрежно ударил небольшой камень плоской стороной резака – словно и не бой это был, а игра в гольф. Камень со скоростью пули летел точно в голову Крузо.

Конечно, это была уловка, и Крузо легко увернулся, не меняя позиции. В тот момент «Элигор» был уже достаточно близко, чтобы нанести удар мечем.

«Он приближается... Внизу слева!...»

Внезапно Фаулер сменил траекторию удара. Но Бен успел увернуться от кончика меча. Он заставил машину упасть, пытаясь совместить «лоу кик» с резким ударом своего резака. Фаулер легко подпрыгнул и блокировал этот удар. «Глазки Феи» отреагировали, показав поле Лямбда-драйвера вокруг колена противника...

Но было слишком поздно. Резак чуть коснулся силового поля, и... В мгновение ока лезвие Крузо разлетелось на мелкие кусочки. Он отбросил то, что осталось от оружия, перекатился и прыгнул, чтобы избежать следующей атаки. Теперь в запасе у него было некоторое пространство, и он бросил бронебойные лезвия, но Фаулер легко отбросил их. На мгновение машина противника зависла в воздухе, затем развернулся и выстрелил в машину Крузо, попав в правое плечо. Снаряд взорвался, и с плеча слетела броня. Крузо сидел в поврежденном кокпите. Он почувствовал всю мощь ударной волны: ребра были сломаны, воздух словно «выдавило» из легких, а глаза «вылезли» из орбит.

Но он все еще жив. Со зрением все в порядке, если не считать красной пелены перед глазами. Должно быть, от давления в глазных яблоках лопнули капилляры. Крузо закашлялся, на главный экран полетели капли крови.

«Это моя кровь? Машина все еще может двигаться... Но, похоже, правый манипулятор разорвало взрывом»

Он вдруг понял, что машина лежит лицом вниз. Крузо быстро встал и повернулся к Фаулеру – но его там не было. Противник атаковал со спины.

- О, ты все еще держишься на ногах!

Крузо немедленно перекатился, чтобы избежать нападения, но вдруг почувствовал мощный удар сзади. Со спины слетела броневая пластина, из обнаженного позвоночника машины потекла амортизаторная жидкость. Сейчас для Бена время было дороже всего, и, используя особенности местности, он бросился подальше от противника. Все, что у него осталось – это бронебойное лезвие и одна граната. «Глазки Феи» уничтожены – его последнюю надежду против Лямбда-драйвера погасило точное попадание Фаулера в правое плечо. При каждом вдохе он чувствовал острую боль в груди, глаза заволакивала пелена, кончики пальцев немели.

Крузо невольно стал уважать соперника.

«Кто же ты, Фаулер?»

Теперь Бен понял: этот человек никогда не щадит врагов, не нагружает бой напыщенными речами – единственное, что он использует против противника – это сила. Белфанган понял важность этого поединка. В первую очередь – важность для самого себя. А его сила... Бен понял, почему его противник настолько силен. Ему нечего терять, и Крузо не особо волновало, почему.

Я счастлив, что он стал моим последним врагом...

Нет – он все еще жив, и ему придется остановить Фаулера. Если он этого сделает, его товарищи не смогут завершить операцию.

- Снять ограничитель GPL.

- Есть. Внимание: снятие ограничителя может привести к серьезным повреждениям всей системы.

- Я знаю!

- Есть. Пожалуйста, подтвердите команду: снять ограничитель GPL.

- Подтверждаю!

- Есть. Выполняю.

Ограничитель безопасности на палладиевом реакторе «Фальке» снят. Выходная мощность поднялась выше того уровня, на который была рассчитана машина, соответственно температура тоже увеличилась. Мышечный пакет напрягся, пытаясь компенсировать всю избыточную мощность, которая «навалилась» на него.

- Вперед!..

И Белфанган Крузо стартовал в воздух.

* * *

Последний взрыв был оглушительнее, чем предыдущие. Девушка, находящаяся в диспетчерской TARTAROS, уже завершала процедуры запуска. Она нахмурилась – похоже, этот взрыв донесся с другой стороны защитной стены, которая отделяла камеру с устройством от подземного прохода в море. Она быстро проверила, насколько пострадала основа машины. Похоже, что все находится в рамках допустимых норм.

Офицер обороны, отряды которого находились за пределами диспетчерской, сообщил ей, что подводная лодка противника проникла в морской тоннель, и что у них нет запасных войск для помощи основным. Правда, он заверил, что в любом случае врагу понадобится слишком много времени, чтобы пробить барьер. Еще он добавил, что, если понадобится, они отдадут свои жизни за мир, о котором она мечтает. Наконец, сказав «Бог присматривает за вами», он и его товарищи ушли на перехват врага.

«Бог присматривает за вами...»

Пустые слова. Не было никакой божественной защиты – она была здесь, сейчас, одна, и эта машина – ее рук дело. Бога не было, и помощь не придет из ниоткуда. Это реальность. Однако, если человеческие технологии породят Три Судьбы, она одновременно станет всеми тремя – Клото, Лахесис и Атропос.

«Они просили моей защиты. Я изменю этот мир, который они отвергли... Все это я сделаю сама. Сделаю этот мир мягким и приветливым. Я буду повторять это снова и снова, пока все не поймут. Неважно, сколько раз мне придется его изменять. Тысячи, миллионы, миллиарды. Это лишь момент в том бесконечном пути. Битва, что происходит сейчас, на этом маленьком острове, станет такой же незначительной, как капля в океане».

Она больше не слышала взрывов. София ввела окончательный код, нажала на клавишу ввода и вошла внутрь TARTAROS. Через узкий, холодный коридор, пройдя несколько дверей, девушка вошла внутрь машины. Наконец, пройдя мимо огромного усилителя, она ступила в центральную камеру, легла на кровать, к которой было все подсоединено, и начала подключение. Сейчас она не нуждалась в каких-либо переключателях – ее мысли было достаточно.

«Вперед...»

Сказав это, девушка словно повернула ключ зажигания. Все резервные системы были в полном порядке, и начался процесс объединения и самоорганизации. Вероятно, одна из самых сложных структур Вселенной вернулась к жизни как чистая информация в сочетании с материей.

Это чувство расширения... Словно она прищурилась, а потом внезапно широко раскрыла глаза. Ей не нужно было сейчас чего-либо примитивного, как датчики. Она чувствовала все, что находится в непосредственной близости от Омни-сферы, даже увидела туманные картины будущего. Вскоре враг будет подавлен. Те, что в морском тоннеле, и те, что над землей исчерпали все доступные средства, и были бессильны.

Врагу не хватило времени.

Никто не может ее остановить.

Началось рождение нового мира... Сейчас.

* * *

Как только они разрушили служебную тоннельную дверь, их встретил шквал огня. Пули рикошетили рядом с Тессой.

- Капитан, пожалуйста, пригнитесь! – крикнул Мардукас, отстреливаясь из автомата.

Палубный офицер Горкхард кинул гранату в подорванную дверь, та сразу же взорвалась. Он бросил другую, затем четыре человека ворвались в комнату.

Тесса почувствовала, что в ушах что-то зазвенело. Будто пространство вокруг них стало неясным, а поток времени не равномерным. Началось изменение прошлого. Ей казалось, что она теперь может видеть множество других миров. Более того, она смогла их распознать. Кто-то еще это заметил, кроме нее? Мардукас и остальные мужчины что-то кричали, отстреливаясь, и, казалось, ничего не чувствовали – но это началось. TAROS заработал, и мир...

- Капитан! Они пытаются зайти справа! – услышала она голос Мардукаса, - Я попытаюсь удержать врага здесь. А Вы, пожалуйста, бегите.

- Нет, это слишком опасно!

- Если мы будем действовать таким образом – нас захватят! Давайте, быстрее!

Противник, заходящий с правого фланга, показал себя. Акустик Деджилани схватил Тессу за руку и побежал вдоль стены барьера. Мардукас откозырял ей и открыл ответный огонь по противнику. Вскоре она потеряла его из виду из-за дыма.

- Поторопитесь, капитан!

Неприятное ощущение усиливалось с каждой минутой. Казалось, что воспоминания о прошлом становились реальнее, и подавляющее большинство потоков, возможностей, расхождений и параллелей заполнили ее голову. Мир двигался назад невидимым путем...

* * *

Преследуемый взбесившимся «Белиалом», «Лаэватейн» был вынужден маневрировать возле девятого лифта, и упал в шахту. Проскочив через решетку, он приземлился и прыгнул в основной тоннель. Где-то в конце этого тоннеля находился сухой док, TAROS... И Канаме.

Странное чувство, охватившее Соске несколько минут назад начинало усиливаться. Сначала он думал, что это барахлили оптические датчики. Будто он потерял глубину восприятия – так бывает, когда резко надеваешь сильные рецепторные очки или когда тебя охватывает внезапный приступ головокружения. Затем в голову хлынули воспоминания. Он будто снова пережил встречу в Янске-11. Теперь ему показалось, что он уже был там... Словно его «Лаэватейн» уже когда-то бежал по этому тоннелю, преследуемый Леонардом. Невероятное чувство дежавю. Нет, это с ним впервые... Но тогда почему он сейчас падает в шахту лифта? Ведь Соске приземлился несколько мгновений назад. Течение времени становилось невозможным для понимания – или, возможно, оно уже нарушило свой ход. В любом случае, хронологический порядок событий казался неправильным. Он одновременно сражался с «Чодарами», кричал на врага по радио, уничтожал гаубицей «Бегемотов», летя в небе, здоровался с Саксом и говорил с ним, когда он умирал... Но он видел не только прошлое. Вот «Лаэватейн» уже бежит к TAROS, но слишком поздно – на его пути стал «Белиал», его руки пронзили кокпит, где сидит Соске... Это было неизменимое будущее, которое вот-вот должно произойти с ним. Казалось, что его сознание просто взяли и бросили среди всего этого хаоса. Должно быть, на него повлиял TAROS. Соске не мог точно сказать, где и когда он был в этот момент – только одна мысль осталась у него в голове: «Вперед». Но куда?..

- Сержант Сагара, - он вдруг услышал вой сигнализации и голос Ала, - Посмотрите на ситуацию вокруг вас! Посмотрите на часы! И двигайтесь к своей цели!

- Ситуация...

Он покачал головой и случайно ударился ею об подголовник.

«Держись! Это основной тоннель. Время – 05:56. Цель миссии заключается в предотвращении работы TAROS».

«Лаэватейн» двигался вперед на полной скорости, прямо к своей смерти.

- Чт... Что происходит?

- Я проверил ваше текущее состояние через TAROS , установленный в машине. Мне пришлось разорвать связь, хотя это было очень опасно. Целевой TAROS уже активирован... Боюсь, что его влияние распространилось по всему миру...

- Нет, еще нет!

Осталось всего лишь сто метров. Ему нужно было добежать до устройства, обстрелять его и оборвать кабели оставшейся левой рукой. Не смотря ни на что, он должен это сделать, даже если это будущее будет отличаться от того, что он видел за несколько секунд до этого. Он вернет ее назад – это единственное, что давало ему смысл бороться против будущего. Раньше он был таким же, как и его БР – более продвинутый, чем обычная «машина для убийств». Теперь, пройдя через сомнения и заблуждения, он был другим.

«Я делаю это потому, что хочу. Это мои истинные чувства. Итак, Канаме...».

Он подошел к затвору ворот, прервав этим свои мысли. Соске больше не мог использовать Лямбда-драйвер, поэтому он просто пнул ворота со всей силы. Они сломались, несколько кабелей разорвались, от удара, трубы причудливо скрутились. «Лаэватейн» ввалился в пещеру, некогда служившую сухим доком для «Де Данаан».

То, что он увидел, на первый взгляд походило на массу кабелей и труб. И только посмотрел более внимательно, он смог разглядеть под ними куполообразную конструкцию. Это походило на то устройство, которое ему довелось увидеть в Янске-11. Очевидно, эта конструкция была создана с помощью более новых технологий.

В любом случае, он должен был сделать так, чтобы это устройство перестало функционировать. И он это сделает...

Соске установил пулеметы, расположенные в голове машины в автоматический режим. В этот момент большой блок бетона упал прямо перед ним, подняв облако пыли. «Белиал» подорвал потолок пещеры и теперь медленно спускался вниз. Своим силовым полем, вражеская машина легко отбивала пули «Лаэватейна». Нет, одна пуля 50-калибра все же попала в TAROS, но этого не достаточно, чтобы повредить устройство, по размерам не уступающее «Де Данаан».

«Белиал» стоял между ним и TAROS.

- Ты думал, что я позволю тебе уйти?

Соске не ответил. Его плечи вздымались, было тяжело дышать.

- Так или иначе, но ты опоздал. Изменение уже началось. Я чувствую это. Сейчас я могу видеть несколько миров одновременно... И все они идут назад, в прошлое. Вы, простые люди, ничего не видите... Но не волнуйся. Все будет хорошо. Она будет контролировать все, понимаешь?

- ...Двигайся.

«Лаэватейн» сделал шаг вперед.

- Скоро этот мир падет. Это конец. Там будет полная тишина... Если твой Лямбда-драйвер все еще работает, ты тоже можешь на это посмотреть. Это мир без «до» и «после». Все это очень скоро кончится. Сразу после того, как я тебя убью, все закончится, все остановится.

Он сделал еще один шаг вперед.

- Ал...

- Да, сержант.

- Мне жаль.

- Не стоит.

В головных пулеметах осталось всего лишь десять пуль.

* * *

Из-за бесполезной настойчивости противника в TARTAROS попала одна пуля, и какой-то шум потревожил ее мысли. Однако это не произвело никакого долгосрочного эффекта, к тому же, шум вскоре исчез. Она начала менять мир...Она все видела. Она больше не слышала шепота – вместо этого она одна шептала всему миру. Это был даже не шепот, а команды. Ее голос существовал сам по себе, он словно возник до ее рождения.

Слушайте мои слова... Слушайте, запоминайте и делайте то, что должны. Это самая важная вещь, которую вам предстоит сделать.

Ее голос был пряжей, сотканной ею самой из нитей прошлого и настоящего. Она сплетала воедино ткань пространства и времени...

«И это еще не все. Это будет воистину мир во всем мире, где никому не будет больно. Люди думают, что это невозможно, но это так. Если я смогу понять все картину причин и следствий, достичь сердца каждого человека...»

Изменение начнется с того дня, что считался точкой отсчета – 24 декабря, восемнадцать лет назад. После этого, за десять лет до сегодня, мир обратится мирным путем, в течение следующих восьми лет ей даже не придется ничего делать. Все будет в порядке.

Например: одним зимним утром, я, восемнадцатилетняя девушка, просыпаюсь... О, я плохо просыпаюсь по утрам. Моя мама и младшая сестра пришли разбудить меня. Мама серьезно заболела около четырех лет назад, но врачи быстро обнаружили причину болезни и спасли ей жизнь. Теперь она так же здорова, как и до этого. Они трясут футон, пока я не вылезаю из кровати. Еще сонной, я иду в столовую – папа там читает газету. Раньше у отца в голове была одна работа, но из-за маминой болезни он ее поменял и теперь может проводить больше времени дома. Я обмениваюсь с ним парой фраз и присаживаюсь на свое место, чтобы позавтракать.

[...Я всегда убеждал себя, что ты особенная...]

По телевизору идут самые обыкновенные новости: второй президент ООН выступает со своей речью в Египте. Похоже, их план по высадке леса в Сахаре увенчался успехом, и первый этап в этом нелегком деле уже пройден. Потом новости об Афганистане, где боевые действия закончились десять лет назад, а индустрия туризма процветает; самый низкий уровень самоубийств в Японии; пять лет с момента уничтожения последней ядерной ракеты.

[...Думаешь, ты принцесса?...]

Я доедаю завтрак и собираюсь в Старшую школу Камаока. Школьная форма там простая по сравнению с Дзиндай, в которую, кстати, я тоже хотела пойти. Но по прошествии трех лет обучения я уже успела привыкнуть к ней.

Начиная с весны, я буду студенткой – у меня уже есть рекомендации.

[...Ты эгоистичная избалованная девица...]

Мир на пути к гармонии и процветанию. Никто не знает, что я сама смогла его исправить, хотя это не важно. В конце концов, это именно то, чего я хотела...

[...Я не прав? Тогда подойди и врежь мне своим веером...]

Этот шум... Он не прекращался. Всего лишь одно попадание по устройству, но эхо не исчезало. Этот шум нарушал гармонию в ее мыслях... Гармонию, которую она собиралась внести в новый мир. Неприятный мужской голос, отчаянно цепляющийся за нее, не уходил из головы. Усиливалось чувство дискомфорта, будто голос говорил что-то важное...

Уходи, уходи!...

Нет, все хорошо. Она просто продолжит, игнорируя голос – это то, что она хотела сказать. И потом, далеко, очень далеко...

«...К...»

Это был еще один голос, очень слабый. Кто-то еще говорил.

«...К...на...»

Голос становился сильнее. Теперь она могла сказать, что это девушка.

Может, это мой голос? Нет, я ничего не говорила.

«...К...ты...на...»

Голос становился чище. Она уже могла разобрать слова.

«...Кого ты на...?!»

Голос стал слишком громким... Необъяснимо громким...

Стой... Стой... Стой!!! Часть меня уходит... Я разделяюсь надвое!... Стой!

Наконец, голос стал окончательно четким.

«...Кого ты назвал избалованной девицей?!!!» - закричала Канаме Чидори.

Казалось, что ее разум был озером, и она прорывалась через его поверхность, крича, захлебываясь, задыхаясь... Теперь она могла сказать все, что была вынуждена сдерживать в себе.

«Заткнись и слушай меня! Думаешь, у тебя есть право так на меня кричать?! Ну конечно, это ведь моя вина! Я не смогла себя сдержать, и поэтому все так кончилось! Да-да, мне очень жаль! Почтовые ящики слишком красные, а телефонные столбы слишком высокие – это же тоже моя вина, естественно! Кстати, они не могли делать почтовые ящики белыми восемнадцать лет назад! Но тебе на все плевать, это же моя вина!

Но я – избалованная девица?! Я никогда тебе этого не прощу! У меня тоже были неприятности! В нормальной жизни я бы никогда не истерила! Ведь я обыкновенная старшеклассница! Ты должен быть благодарен!

А вместо этого, что я получаю? «Я разочарован в тебе» - а кто ТЫ такой? Я – избалованная девица? Почему я должна слушать военного маньяка?

Это ТЫ меня разочаровал! У тебя было время подготовиться, но ты не придумал ничего лучше, чтобы сказать?! Почему ты делаешь все в последний миг?...

Я была бы счастлива просто находиться рядом с тобой! На твоем месте я бы сказала «Я люблю тебя, Канаме», или что-то подобное... Но ты не смог сделать даже этого! Или ты просто не хотел? Что, не видел меня целый год, и тебя это даже не заботило? И кто же занял мое место? В конце концов, тебе же нравится быть с Тессой, да?...

А-а, да-да, хорошо. Меня это не волнует. Она хорошая девушка, не то, что я, избалованная девица, да?!

Ах, я не хочу знать, мне все равно! Разворачивайся и убирайся, идиот! Просто оставь меня здесь, и делай, что хочешь!!!»

Да, она прорвалась через это озеро мыслей только чтобы сказать эти слова, выплеснуть свою глупость, детскую злость... И таким образом снова стала самостоятельной.

Она Канаме Чидори. Я... София. Я обманывала саму себя, и ее тоже. Но это не беда, теперь я подавлю ее раз и навсегда. Подчиню своей воле. Мне также придется изменить свой внешний вид, чтобы соответствовать самой себе.

Последний и величайший бой начался в тот момент, у нее в голове.

* * *

Все это звучало не логично, аморально, но она выразила свои истинные чувства. Сейчас Канаме была похожа на ребенка, который в гневе бросился на пол, стал дергать ногами и вопить. Однако самым важным было то, что она могла говорить.

И все это благодаря ему.

«Соске...»

Пока девушка кричала и медленно приходила в сознание, она поняла его намерения. Поняла, что именно на это он и рассчитывал. Она находилась в океане бессознательности, в постоянной дремоте. А он спас ее. Однако это было сделано слишком «по-солдатски».

Теперь она была посреди какого-то видения. Полностью белое место без стен, пола и потолка. Канаме парила абсолютно голой.

«Плохая идея ходить голышом...»

Чидори определилась, где для нее верх, а где – низ. Единственное, что ей было нужно, это какая-та одежда. В тот же миг на ней появилось черное безрукавное платье.

«Итак...»

Она была одна. Здесь, внутри своего разума. Нет, поправка – тут был кто-то еще.

- Что будем делать? – позвала она Софию, осматриваясь.

Она не знала ее лица, и поэтому увидела ее в точности такой же, как и Канаме... Только на Софии было белое платье. Но они не были похожи, как можно было сказать на первый взгляд. Даже не смотря на то, что выглядели они одинаково.

- Что ты имеешь в виду, – улыбнулась девушка, – Мы ведь уже начали. Давай покончим с этим.

- Я так не думаю.

- Почему?

- Это ты начала, и я не имею с этим ничего общего. Тебе не нужна моя помощь.

- Я знала, что ты так скажешь. Знала уже давно. Когда я начала шептать тебе, ты была такой вызывающей, такой... Агрессивной.

Этот голос, который разносился повсюду, вплоть до гор Северной Кореи, - все это делала София. Теперь Канаме поняла, зачем она шептала ей. София хотела поменяться с Чидори местами.

- Ты хоть понимаешь, насколько абсурдна твоя идея?

- Не думаю, что мне стоит тебе что-либо объяснять. Да сих пор ты была со мной заодно, поэтому сама должна все знать.

София была права, Чидори не нуждалась в объяснении. Теперь Канаме была ее старым эго, но ее воспоминания до того момента, когда она объединилась с Софией, никуда не делись. Она прекрасно знала, что София за человек, и почему она это делает.

- Послушай, я знаю, что ты через многое прошла, и мне действительно тебя жаль. Тем не менее, воровать жизни других людей, чтобы создать новую себя – негуманно.

Физически, София давно была мертва. Восемнадцать лет назад она стала подопытной для TAROS в Янске-11, и, когда эксперимент вышел из-под контроля, она умерла. Однако, незадолго до смерти, ее психические волны усилились во много раз, и не только убили людей в непосредственной близости, но и достигли новорожденных по всему миру. Эти волны также достигли будущего, где была другая София (или Канаме) – она рассказала ей о новорожденных «Шепчущих», и из будущего она передавала им информацию, которая стала известна как «Черные технологии».

Так появился этот мир. «Черные технологии» не были чем-то из конца следующего столетия. Просто они должны были появиться только через восемнадцать лет. Она могла бы догадаться, что эти восемнадцать лет будут повторяться снова и снова, и эта технология была их продуктом. Но это были всего лишь догадки, ни Канаме, ни София не могли знать правду. Никто не мог знать, какова первоначальная форма этого мира – все равно, что искать край Вселенной: он вроде бы и где-то здесь, но он слишком далек для человеческого восприятия.

София была дочерью доктора Белова, главного научного сотрудника Янска-11, и была принесена в жертву эксперименту. В то время ей было восемнадцать, столько же, сколько и Канаме. Казалось, что она была подвергнута бесчеловечному обращению еще до эксперимента, наряду с постоянными инъекциями наркотиков. Масса тела упала до тридцати пяти килограммов, кожа была грубой, волосы выпадали... Даже просто вспоминая все это, душу рвало на тысячи кусочков. И вот она умерла, после всех этих адских пыток и унижений, принесенных ей собственным отцом. Психические волны резонировали с ее мыслями, распространяясь в пространстве и времени. В старинной легенде ее бы назвали мстительным призраком.

На самом деле, это не так. Даже в мыслях она не проклинала все живое. Наоборот, она хотела создать новый мир, где могла бы жить так же, как все, и это решение казалось ей самым правильным.

- Ты знаешь, как я умерла? Думаешь, я должна довольствоваться тем, что есть?

- Ну...

- Те последние три минуты... В тот момент ты должна была почувствовать ту же боль, что и я. И ты говоришь, что я должна отступить? Знаешь, перед тем, как меня забрали в Янск-11, у меня был парень, которого я очень любила. Я выращивала цветы, любила играть на пианино, мечтала. Они забрали у меня все, а вместо этого...

- Я знаю как это ужасно. Очень, очень ужасно...

Чидори охватила волна грусти, затем гнев к отцу, который так относился к собственному ребенку. Казалось, что София чувствовала правду в ее словах.

- Спасибо... Знаешь ты добрый человек. Я чувствую, что твое сострадание подлинное.

- Даже если так! – Канаме прикусила губу, сдерживая горе. – Даже в этом случае, моя жизнь и мое сердце – только мое. Я не могу отдать их тебе. И я не могу позволить тебе изменять мир, как тебе вздумается.

- Действительно.

- Из-за твоих действий чуть не началась ядерная война.

После того, как будет создан новый мир, все потеряет смысл – и его не нельзя просто так взять и оставить. На планете осталось еще много Шепчущих, знания которых вновь может использовать TAROS. Это будет слишком опасно для миллиардов людей. Этот мир должен быть уничтожен – ни одному проценту населения не будет позволено остаться в живых. Все они должны исчезнуть, освобождая место для нового мира. Об этом знали лишь Канаме, София, Леонард и еще несколько подчиненных.

Все это было похоже на ночной кошмар.

- Но это необходимо. Каждому достанется место в новом мире, мы всего лишь «вырежем опухоль». Что в этом плохо?

- «Вырежем опухоль»? Это всего лишь красивые слова.

- Ну, тогда сравни это с чем-то другим. К примеру, замена вышедших из строя деталей, или членов оркестра? Или...

- Хватит, - отрезала Канаме. – Во всяком случае, не ожидай моего сотрудничества. Я просыпаюсь и останавливаю весь этот бред. Не вижу других вариантов.

София вдруг расхохоталась. До этого момента она даже не улыбнулась, ее хохот выглядел как взрыв неконтролируемых эмоций.

- Что смешного?

- ...Что, ты еще не поняла? Это очевидно. Если мы сейчас остановимся, мир превратится в ничто...

- Да?

- Смотри.

И она увидела – фигуры тех, кто сражался вокруг нее, все будто во сне. Ситуация вокруг менялась очень медленно. Прошло всего лишь несколько секунд с тех пор, как Соске выстрелил в TARTAROS. Потом она увидела морской тоннель.

- Тесса...

Экипаж «Туатха Де Данаан» был в перестрелке. Некоторые из них получили серьезные ранения. Тесса неловко держала пистолет-пулемет и отстреливалась – она еле-еле стояла на ногах. Канаме не видела Мардукаса – вероятно, он был мертв. Трое солдат подкрадывались к Тессе сзади. Скоро ее «зажмут в клещи». Несколько пуль пронзят ее хрупкое тело, и...

Беги!

Чидори попыталась связаться с ней, но тщетно. Тесса подавляла в себе все сигналы из Омни-сферы, чтобы избежать побочных эффектов.

- Удивительно, что она зашла так далеко. Но ее судьба предрешена.

- Что...

- Смотри дальше... Да, дальше. Ты, должно быть, в состоянии увидеть Фаулера и других.

Через семь тысяч километров она увидела Мао и Крузо, сражающихся со смертью.

- Крузо?...

Она разговаривала с ним всего лишь несколько раз, но запомнила его хорошо. Голова его машины была частично повреждена, также не хватало правой руки. Отключив ограничитель палладиевого реактора, он мчался к Фаулеру на большой скорости. Крузо бросил гранату, но белый «Элигор» смог избежать взрыва, и пронзил своим мечом живот «Фальке». Не смотря на столь серьезное повреждение, БР все еще мог двигаться. Похоже что Бен намерено позволил противнику пронзить свой М9. В следующий миг он достал противотанковое лезвие и ударил в спину «Элигору».

От взрыва обе машины разлетелись в стороны, М9 Крузо разорвало на две части, и остатки «Фальке» покатились вниз по склону...

- Какая жалость. Он был хорошим пилотом.

- Черт...

- Три километра к западу... Наверняка этому тоже пришел конец.

Сабина загнала М9 Мао в угол. Машина лишилась обеих рук, тело было изрешечено. «Гернсбек» выглядел как танк без башни. Ей ничего не остается кроме как бежать в надежде выиграть время. Еще одно попадание, машина потеряет способность двигаться. Мелисса добралась до входа в базу, но оттуда она убежать уже не сможет... «Элигор» догнал ее, уложил на землю и направил винтовку в грудь «Гернсбека»...

- Сабина поставила своего противника в невыгодное положение, пилоту конец.

- Ты...

Канаме глянула на Софию, но она уже не улыбалась. Она даже не пыталась скрыть свое презрение, и только смотрела на Чидори холодными бесчувственными глазами, пронзая ее взглядом насквозь. Это было ее лицо, но Канаме никогда не думала, что оно может принять такое выражение.

- Думаешь, я показываю тебе иллюзию?

Канаме не ответила.

- К сожалению, нет. В Янске-11 я заставила тебя подумать, что ты выстрелила в Тессу и Соске, но сейчас это не обман. Это происходит прямо сейчас, и чтобы ты все это видела, мне не нужно вводить тебя в заблуждение.

Все зашло слишком далеко, и не может быть остановлено. Даже если она разорвет связь с TARTAROS и побежит до ближайшего средства связи, Канаме не сможет их остановить.

- И посмотри на него. Прямо здесь, снаружи. Смотри.

Перед TARTAROS «Лаэватейн» сражался с «Белиалом», стреляя головных пулеметов. Охладительные трубы лопнули, все вокруг было окутано белым туманом. Это была импровизированная дымовая завеса. Леонард ожидал появления противника из тумана, его Лямбда-драйвер сконцентрировал силовое поле на правой руке. Скоро игре придет конец.

- Противник Леонарда великолепен, учитывая все факторы. Но...

- Останови это...

- ...Ему не удастся спастись.

Белый БР появился из тумана, и «Белиал» атаковал.

- ОСТАНОВИСЬ!

Но было уже поздно. Одной рукой «Белиал» ударил в грудь БР, пронзив ее, а другой атаковал со спины «Лаэватейна». Лео раздавил внутреннюю капсулу кокпита – Канаме даже думать не хотела, что произошло внутри кабины.

Невыносимое отчаяние охватило сердце Чидори. Только что это случилось. «Белиал» уничтожил «Лаэватейна». Кровь или смазка, а может быть, и то и другое, текла из пробитой груди. Это не иллюзия.

Соске умер. Мгновение назад.

Нет... Нет, нет-нет, этого не может быть...

- Теперь ты поняла? – крикнула София. – Ты не можешь смириться с этим! Не можешь простить! Тебе знакомо это чувство, так ведь? Почему тогда ты говоришь мне о таких вещах?! Видела бы ты свое лицо! Теперь ты меня понимаешь? Понимаешь?

- Остановись...

- Нет! Не буду! Я продолжу! Ну давай же, скажи «ты ошибаешься, София»! Скажи!

- Остановись...

- Давай, объясни мне еще раз, почему мы не можем начать все сначала. Я хочу это услышать!... Ах, ты молчишь! Конечно, молчишь.

Канаме упала на колени и попыталась закрыть уши, но София схватила ее за плечо и продолжала кричать.

- Тебе ведь знакомо чувство утраты? Конечно, знакомо. Четыре года назад, в больнице Токио...

Канаме замерла.

- Лицо твоей матери. Твоя любимая мама, вся обмотанная трубками, выглядит такой слабой и хрупкой, волосы выпадают... А ведь когда-то она была такой красивой...

Она вновь увидела палату. Ее отец только что прилетел в аэропорт Нарита, но он не успел. Ее сестра рыдает, а Чидори стоит, как вкопанная. Слова врача проходят мимо ее ушей.

- Мне очень жаль, но ваша мать скончалась…

Нет... Нет, нет. Она не забыла это воспоминание... Оно вернулось, чтобы преследовать ее при каждом удобном случае. Она всегда помнила это, горевала... С того времени она изо всех сил старалась не плакать, терпела боль, и в конце концов, забыла.

- Ах...

Фигура матери, лежащей на кровати, обмотанной трубками. Пронзенный кокпит «Лаэватейна»... Эти два изображения накладывались друг на друга и потрясали её ещё сильнее. Она не могла выдержать эту тяжесть, не могла противостоять этому давлению.

Канаме закричала.

Это был почти зверины вой. Волосы взъерошились, рот широко открыт, девушка продолжала кричать до тех пор, пока весь воздух не вышел из легких.

Потекли слезы, образовав на полу лужу. Волна эмоций не переставала ее переполнять, она съежилась, сжав грудь, пораженная горем и отчаянием, выпуская из сердца все то, что предавало ему такую тяжесть.

Она не хотела думать или чувствовать. Просто вернуться в нечто, исчезнуть.

- Ты не можешь этого простить, да?

- Нет...

- И ты не можешь признать этого?

- Нет...

Было немыслимо, что что-то подобное может произойти с ней снова. Это была... Ерунда, какая-та ошибка.

Я не могу с этим смириться.

- Бедная, бедная Канаме, - София осторожно погладила ее по голове. – Но давай больше не будем горевать. Есть кое-что, что мы можем сделать вместе.

Она легонько кивнула.

- Давай покончим с этим. Тебе больше не придется беспокоиться. Просто представь, что тебе хочется, и я сделаю так, чтобы твое желание сбылось.

- Правда...?

- Да. Ты должна знать, что я не вру.

Канаме молчала.

- Давай, просто представь...

Канаме задумалась, не поднимаясь на ноги.

- Что я хочу...

Она хотела немного – просто провести время как нормальный человек, в мире и тишине. Самая обычная жизнь.

- Да... Ты ведь это видишь?

* * *

Чидори Канаме сидела за обеденным столом. Было время завтрака, она увидела пар, исходящий из чаши мисо с белым рисом. Пахло рыбой и тертым дайконом, сырыми яйцами и уксусом мозуку, фурикакэ и нори, остатки тушеной свинины со вчерашнего дня... Очень ностальгический запах.

- Что случилось, сестренка? – сказала ее сестра Аяме.

- А?

- Ты собиралась подать мне фурикакэ. Давай быстрее!

- Ах... Да, вот, - она протянула тарелку Аяме.

Чидори увидела отца. Он напротив нее с газетой в одной руке и миской мисо в другой.

- Па-ап, что за дурные манеры, - возмутилась Аяме, качая головой.

- Мм... Ах, извиняюсь. Я сильно увлекся статьей о роботах.

- Роботах? А?

- Это «Хонда»... Вот, гляди. Не знаю, как это правильно называется, но оно впечатляет. Видишь, он может ходить на двух ногах и даже не падает. Эти новые технологии не для моего понимания. Они созданы для вашего поколения.

- Хмм...

- Кажется, тебя это не заинтересовало.

- Не-а.

- Канаме? Что ты скажешь? Должно быть, они уже поступили в продажу для помощи в быту.

Отец держал газету прямо перед ней. На фото был робот, напоминающий скафандр, неуклюже делающий шаг вперед. Передовые технологии...

Канаме это тем более не заинтересовало. Единственная мысль, которая у нее возникла, так это то, что женщина, которая представила робота и мило улыбалась, пользовалась ярким оттенком губной помады. Наверное, чтобы выглядеть более футуристически.

- Да, но... Даже если они продаются, мы не сможем себе такое позволить. Ты ведь еще не оплатил кредит на машину.

Отец горько усмехнулся.

- Нельзя разговаривать о таких вещах во время завтрака.

- Канаме права, а теперь ешьте быстрее, а то опоздаете.

- Ох...

Ее мать подошла сзади и забрала у отца газету, поставила на стол бэнто Канаме (в школе Аяме была своя столовая), и села на свое место.

- Канаме, ты уже пробовала мисо?

- Ага.

- Что скажешь?

- Специальная паста и... Даси, который я, если честно, не очень-то люблю.

Соревнования по еде стали своего рода традицией, и сегодня был день мисо.

- Правильно. А водоросли я брала у Ооми...

- Хе-хе, ты меня не обманешь!

Мама рассмеялась. Отец взглянул на часы и быстро стал доедать остатки пищи.

- Ах, сестренка, так как все прошло вчера?

- А?

- О, мама тоже хочет знать подробности. У тебя ведь было свидание.

- Ах, э... Что ж, ладно...

Сначала она удивилась, но тут же все вспомнила. Вчера, в воскресенье, она ходила в кино вместе с одноклассником. Это и свиданием не назовешь... Они просто отправились в Синдзюку в кино, затем пили чай, прошлись по магазинам и расстались на станции Тёфу – вот и все... Это ведь не свидание.

- Ну... Ничего особенного, мы просто гуляли.

- Эх, не интересно...

Аяме и мама понурились. Отец, кажется, не понимал, о чем они говорят, и поэтому спокойно продолжал поливать свою еду уксусом мозуку.

- Но ведь он тебе нравиться? Я имею в виду парня. Аяме, ты слышала что-то о нем?

- Ага, зовут Сагарой...

- П-подожди!... Откуда ты знаешь, Аяме?! – Канаме почувствовала, как краснеют щеки

- Я слышала ваш разговор с Киоко, и ты сказала, что «пойдешь завтра с Сагарой в кино».

- Ах, я так сказала?

- Да.

- Что ж, э... Ты слышала весь наш разговор?

Очевидно, она недооценивала сестру, считая ее «просто ребенком». Она не могла больше позволить происходить «утечке информации»... Да, сестренка изменилась. Теперь Канаме будет следить за своим языком.

- Ах... Итак, Сагара твой бой-френд? – прошептала мама, глядя на нее очень серьезно.

- Я ведь этого не говорила. Он всего лишь починил мой ноутбук, и я его решила отблагодарить...

Она отрицала то, что Сагара ее парень. Но что-то в душе заставило ее улыбнуться. Он действительно не был ее бой-френдом, но услышать это от других людей было приятно... К тому же, он неплохой парень.

- То есть ты была ему обязана и поэтому, в знак благодарности, ты решила пойти с ним на свидание? – внезапно вмешался ее отец.

- Я ведь сказала, что это было не свидание. У нас просто случайно оказались билеты, и...

- Не очень-то хорошо делать одолжение девушке и потом просить ее сходить на свидание в знак благодарности.

- Я сама его попросила!

- Ты попросила его...?!

- Ничего серьезного не было! Ах, забыла, я опаздываю на поезд! Право, я пойду!

Оставив удивленного отца и хихикающую маму с сестрой, она вышла на улицу и бодрым шагом пошла в Старшую школу Дзиндай.

Станция была меньше чем в пяти минутах ходьбы. Она зашла в переполненный поезд и вскоре прибыла на станцию Сэнкава. Там, по ту сторону турникета, она встретила его.

- Ах... Сагара...

- О... Доброе утро, Чидори, - Сагара Соске кивнул в знак приветствия.

- Спасибо за вчерашнее, мне понравилось! – улыбнулась девушка.

Щеки Соске слегка покраснели, и после небольшой паузы он сказал:

- Ах... Д-да, мне... Тоже понравилось.

- Хорошо! Спасибо за то, что починил ноутбук!

- Мм... Если с этим опять возникнут проблемы... Буду рад помочь.

- Спасибо! Ты действительно спас меня!

- На самом деле это было очень легко... Не беспокойся, - сказал Соске, почесывая затылок от растерянности.

То же самое было и вчера. В отличие от других мальчиков, он весьма застенчив и несколько напряженный. Он очень красив, хорош в спорте, имеет много поклонниц, причем сам об этом явно не догадывается. Его тянет к компьютерам и разным видам механизмов, и его друзья в большинстве своем такие же. Вот так они шли в школу вместе, без какой либо конкретной причины.

- Э... Чидори...

- Да?

- Я не знаю, как сказать... Ну, вчера было очень весело смотреть фильм вместе.

- Мм?

- Э, нет... Ну, в этом нет ничего необычного. Просто я... На самом деле никогда раньше не гулял с девушкой. Я был очень... Взволнован.

- Мм, я поняла это.

Соске слегка расслабился.

- Ах, хорошо... Я думал об этом раньше, должно быть, я... Необщительный. Все было нормально?

- Да, все было прекрасно. Ты вел себя как обычно, Сагара.

- Да, хорошо, – пробормотал он и широко улыбнулся.

- Ты знаешь, обычно я хожу в кино с Киоко или Сиори, так что я тоже немного нервничала. Так что...

- Мм?

- Э... Ничего, извини.

Она фальшиво засмеялась. Канаме не знала, что сказать после «так что». Кроме того, она увидела свою подругу, Токиву Киоко, и их беседа закончилась.

Далее был обычный школьный день. Когда уроки закончились, и она уже собрала свои вещи, была готова идти домой, ее позвал Соске, стоящий в дверном проеме.

- Чидори... У тебя... У тебя есть время?

- А?... Да, да...

- Я просто хотел поговорить... Я тебя не буду сильно задерживать.

- Мм, хорошо.

Какое-то неизвестное ей предчувствие. Она ненадолго застыла. Токива и остальные подружки сразу все поняли и стали подталкивать девушку вперед, шепотом подбадривая ее.

Они были одни на крыше школы. Соске был еще более нервный, чем вчера – он ненадолго прижался лбом к забору, потом хлопнул себя по щекам, пытаясь взбодриться, и наконец-то повернулся к Канаме.

- П-послушай!... – сказали они одновременно.

- Э... Пожалуйста, продолжай...

- Ах, нет... Извини, Сагара...

Мысли в голове Канаме запутались, сердце затрепетало, билось все быстрее и быстрее. Ее сердцебиение было сильным, как землетрясение, и Чидори казалось, что она вот-вот упадет в обморок.

- Ах, да... Ну, я слышал от Кадзамы, Онодера и других, что... Что Чидори не... Я имею в виду, не с кем не гуляет, очень жаль... Так, о чем я говорил...

- В-все в порядке, пожалуйста, продолжай...

Она чувствовала, что ее лицо пылало. Канаме вообще не могла о чем-либо думать.

- То есть...?

- Ах... Что?

- Ну, у тебя есть кто-то или...

- А? О, нет. Нет-нет-нет. Вообще никого.

Она замахала перед собой руками, отрицая все это – слишком энергично, ведь вопрос не был таким уж серьезным.

- Тогда, может ты попробовала бы... Нет, говорить это слишком странно...

Соске сжал кулаки, мобилизуя каждую унцию своей смелости, и посмотрел ей прямо в глаза.

- Почему бы тебе... Не пойти куда-нибудь со мной? – он почти выкрикнул эти слова признания. – Ты мне уже давно нравишься, но ты популярная девушка, и я не хотел тебя беспокоить... Но после того, как я вчера установил тебе компьютер и мы гуляли вместе, я понял, что ты хороший человек, ты не вертихвостка или что-то в этом роде... И мне это тоже понравилось...

Канаме молчала.

- Я что-то не то сказал?...

- Кажется, ты понял? Что я не люблю людей, которые хвастаются и все такое...

- Ну...

- Я поняла.

Он вдруг стал гораздо серьезнее.

- Я не хотел огорчать тебя, Чидори.

- Мм.

Она поняла, что он мог и наврать, но сейчас поверила.

- Ну что ж... Я хотел бы услышать твой ответ.

Она должна была четко сказать «да» или «нет». Прямо сейчас.

В конце концов, я ждала этого восемнадцать лет. Ждала, когда ты меня обнимешь. Я счастлива... Это было мое желание.

- Конечно же, да, потому что... Я люблю тебя, Соске.

Она подошла к нему, улыбаясь, и дотронулась пальцем до его щеки.

Ах, я выгляжу как идиотка...

На щеке не было шрама. Того самого крестообразного шрама, о происхождении которого она могла только догадываться. Все те битвы, желание выжить в суровых условиях – удивительно, что он получил только один шрам.

Соске... Этот мир не сделал его нежным и тихим. Он был ребенком того мира, неумолимо поверженного в хаос и раздираемого бесконечной жестокой борьбой. Та суровая эпоха убийств и разрушения превратила Сагару в того человека, которого она знала. Он был клинком, выкованным в пламени ада.

Того Соске не вернуть, и человек, стоящий перед ней – не он. Она потеряла его навсегда – неважно, сколько еще она будет обманывать себя, сколько еще солнечных дней она проведет с этим парнем, на щеке у которого нет шрама. То время, что она провела с Соске было шумным и беспорядочным, полным глупостей, но ее сердце желало именно тех дней. Однако их не вернуть. Она ничего не могла сделать.

Была только одна вещь, которую Канаме не могла принять и простить – она так и не смогла встретиться с тем прежним Соске.

- Мне жаль...

Девушка опустила руки и отступила.

В конце концов, она не могла представить себя в этом мире. Она многое хотела сделать, но все же ловила себя на мысли, что она уже ничего не хочет, у нее не осталось сокровенных желаний.

«Соске» исчез, вместе с крышей, школой, городом – всем. Она вновь оказалась в том белом пространстве. Перед ней стояла София, глядящая на нее в шоке. Видение длилось всего лишь тысячные доли секунды, и Канаме увидела все еще очень медленно падающего «Лаэватейна».

- Ты серьезно?...

Канаме молча кивнула.

- Ты хоть понимаешь, что выбрала? Так и оставишь его мертвым? Его друзей и свою маму? Ты отреклась от всех них? Неужели ты не понимаешь, какой это грех?

- Ну и что... Я все равно не могу ничего поделать...

- Нет, можешь! Продолжить процесс возрождения! Ты не можешь отказаться от всего этого, только не сейчас! Неужели будешь бежать, отрешившись от всего?

- Я ни отчего не отказываюсь и ни отчего не отрекаюсь...

Жить одной, в том пустынном мире, который вот-вот возродится, в мире, где нет ЕГО. Жить воспоминаниями, бесцельно существовать в этой тьме, даже если через мгновение мир обратится в нечто – в этом был смысл. Так думала Канаме, для которой ЭТОТ мир стал идеальным. Это устройство, TARTAROS, созданное для борьбы с судьбой, больше никому не нужно. Оно просто будет делать то, что в нем запрограммировано. Каждые восемнадцать лет, следуя своему существу.

- Ты саму себя обманываешь! Неужели не понимаешь, насколько эгоистично себя ведешь? У тебя есть власть воскрешать мертвых, и ты ей не воспользуешься?

- Некого воскрешать! Все они живы, прямо в этот момент! Они могут умереть в следующий миг, но пока все еще живы!

- А как на счет Соске? Посмотри! – София снова вызвала в ее воображении образ «Лаэватейна», пронзенного в грудь.

- Заткнись! С этим ничего не поделаешь! – закричала Канаме, разрывая голосовые связки, глядя в несуществующее небо. Слезы все еще текли по щекам.

- Это безумие! Ты об этом пожалеешь! Остановись, сейчас же!

- Он бы меня понял! Потому что, - продолжала она с еще большей уверенностью, - если бы я была слабой, вечно плачущей девушкой, как в «том мире», он бы не полюбил меня... Он бы не стал рисковать жизнью ради меня... Так что...

- Остановись, пожалуйста!

Но решение Канаме было окончательным.

Когда она сказала это, белое пространство вокруг стало деформироваться и скручиваться – появился гигантский вихрь и начал всасывать каждый его дюйм...

- ...Так что, я буду жить! Я покажу, из чего я сделана!

Ударная волна заставила задрожать все белое пространство – вихрь стал больше, и это видение стало распадаться. Ее желание жить и начать все сначала разрушило эту иллюзию. Огромной мощи психические волны распространялись сквозь машину, заставляя остановиться ее передаточный механизм и пойти в обратном направлении.

- Остановись!!! Остановись! Остановись...

Соске... Я жива, а ты мертв. Я стану ещё лучше, я буду счастливой... Ах, кого я обманываю.

- Остано...

Белое пространство вокруг исчезло, и она оказалась внутри TARTAROS. Первое слово, сорвавшееся с губ проснувшейся девушки, было:

- Соске.

Преобразование мира было остановлено. Время вернулось в свое нормальное русло, и звуки ожесточенной битвы достигли купола машины.

Глава 5Испытание человека

Манипуляторы «Белиала» вонзились в грудь «Лаэватейна», дробя кокпит с невероятной силой. Раздался пронзительный скрежет металла. Кажется, внутри что-то взорвалось.

– ...Ты раздражал меня до самого конца, Сагара Соске, - пробормотал Леонард.

«Лаэватейн» почти сумел загнать «Белиала» в угол, но четно.

С самого начала эти два юноши были соперниками.

Мы с тобой не имели друг к другу ни капли уважения... Если бы я сейчас скорбил о твоей смерти, быть может, в новом мире мы смогли бы стать товарищами... Но я ничего не чувствую, будто выбросил мешок с мусором.

Он вытащил правую руку: «Лаэватейн» бессильно упал на колени и откинулся назад, будто взмолился к небесам. Битва окончена. Все, что ему оставалось делать – ждать. Канаме – нет, София, позаботится об изменении мира.

...Что-то пошло не так. Он все еще чувствовал изменения, но не более того. Необычный сигнал, который резонировал по всему миру, исчез. Что могло случиться?

Он посмотрел на грудь падшего «Лаэватейна». На раздробленной кабине не было ни крови, ни кусочков плоти. Не было останков пилота, который только что умер ужасной смертью. Его не было там с самого начала...

* * *

Битва еще не окончена. Соске нацелил небольшую ракетницу на беззащитного «Белиала» – в ту его часть, что больше всего пострадала от гаубицы; туда, где находится палладиевый реактор. Угол наклона был слегка сбит... Чуточку левее...

«Я должен это сделать, я должен...» – крутилось в голове у Соске, который скрылся в тумане прямо у ног «Белиала». Он ждал до последнего, и щелкнул предохранитель.

Как же он успел выбраться из кабины «Лаэватейна»? Обнаженные трубы реактора и оставшиеся снаряды не просто разорвало. От взрыва образовался туман, еще более плотный, чем ожидал Соске. Когда он обеспечил достаточное прикрытие, Сагара открыл люк кабины, взял ракетницу и выскочил из БР, оставляя управление Алу – вот почему он извинился перед ним.

Леонард покончил с беспилотным «Лаэватейном», а Соске, тем временем, бросился к ногам неподвижного «Белиала». Ему даже послышался голос Канаме...

Он мог выстрелить всего один раз, и не собирался упускать этот шанс.

«Я должен...»

Соске уже понял, что он – покойник. Противник быстро среагирует и использует Лямбда-драйвер, ракета даже не поцарапает его броню. Тем не менее, Леонард все еще не обнаружил Сагару.

Чуть правее... Еще немного... Сейчас он меня увидит, я должен покончить с ним как можно быстрее...

Он выстрелил в упор. Старомодный, но надежный пластид сделал свое дело. Ослабленная выстрелом из гаубицы броня разлетелась на тысячи кусочков, которые пронзили внешнее ядро и топливные системы палладиевого реактора. Если бы реактор был ядерным, взрыв вызвал бы неожиданную цепную реакцию – но, к счастью, это не так: центральное ядро реактора было уничтожено, и плазма внутри расплавилась и растеклась, как масло. В какой-то момент неконтролируемый всплеск энергии перегрузил все системы «Белиала», и большинство мышечных пакетов просто выгорели. Дьявол пал, поверженный своим собственным пламенем. Самую совершенную и мощную машину в мире уничтожили старой пехотной ракетой.

Соске кинул пустую трубу ракетницы, встал с колена, вытащил свой любимый Глок-19 и вогнал в обойму 9×19 мм Парабеллум.

Сагара стал осторожно приближаться к пылающему «Белиалу». Битва еще не окончена...

* * *

Тесса строчила из своего пистолета-пулемета, будто потерялась в бою. Внезапно она поняла, что магазин пуст, а ее руки онемели от отдачи. Она неуклюже сменила магазин, выглянула из-за угла и нажала на спусковой крючок.

Ничего не произошло. Неужели осечка?

- Пригнитесь! – крикнул Деджилани и дернул ее за угол.

Пули рикошетили от стен и свистели у нее над головой. Она инстинктивно посмотрела за угол.

«...Враг?... Здесь?»

Она увидела тень в углу – ошибки быть не могло, враг их окружил и заходил сзади. Когда они успели? Тесса увидела их – три вооруженных человека двигались в ее направлении. Первый стоял в двух метрах от нее: сквозь очки она смогла увидеть его глаза. В них было только холодное и неконтролируемое намерение убивать.

Спрятаться было негде...

Выстрел в упор – два человека, снятые со спины, упали возле Тессы. Тот, что стоял возле девушки, обернулся – внезапно, его тут же нокаутировал Мардукас, вышедший из-за угла. Капитан второго ранга, заместитель Тессы, бил ногами снова и снова, а потом яростно разрядил остаток магазина в противника.

- Ма...

Мардукас сменил магазин удивительно гладким и умелым движением, сменил позицию и снова выстрелил.

- Пригнитесь!

Последний враг бросил гранату. Она упала прямо между ними и покатилась по полу.

Тесса подумала швырнуть ее обратно – но времени не было. Она могла только закрыть гранату своим хрупким телом, и тем самым защитить своих союзников, находящихся в непосредственной близости от неё.

Но Мардукас оказался быстрее. Он не стал жертвовать собой – вместо этого он откинул гранату назад ложем своего оружия.

Грохот взрыва сотряс тоннель. Никто не пострадал, однако все они были ошеломлены поразительной ловкостью Мардукаса и на мгновение застыли от изумления.

- Чего вы стоите?! Мы должны прорваться! – кричал Мардукас, продолжая стрелять.

Пришедшие в себя члены экипажа бросились в дым, чтобы добить оставшихся врагов.

- Капитан!... Последний противник... Ушел! – сообщил Мардукас.

Дыхание у него сбилось, плечи судорожно дергались то вниз, то вверх. Он был весь в крови, за время сражения обзавелся множеством ран, мундир разорван, его глаза горели волнением, а очки были разбиты: линзы изрезаны тонкой и причудливой на вид паутинкой. Первый раз она видела его таким.

- ...Где вы этому научились? – спросила Тесса, все еще находясь в шоковом состоянии от увиденного ею.

- Э... Нигде... Быть может, научился этому только что...

Все его тело было напряжено, он облокотился на стену.

Тесса всегда думала, что Мардукас одержим только шахматами, что он медлителен и не любит какие либо спортивные мероприятия. Значит это еще один его талант...

- Я... Извините, нужно поторапливаться.

- Да, но...

Тесса подняла глаза к потолку, прищуриваясь. Она отрезала себя от Омни-сферы во время боя, и теперь тщательно, понемногу восстанавливала связь. Не было никаких чувств изменений.

- Канаме?

Неужели процесс изменения мира был остановлен?

* * *

Поединок Мао продолжался. Противник уложил ее М9 и направил 37 мм пушку прямо в кокпит. В следующее мгновение ее тело разорвет на кусочки...

Тем не менее, в углу одного из экранов появилась надпись «ГОТОВО». На изготовке была одна из зенитных установок, находящихся в пятидесяти метрах от того места, где её прижали к стенке – ей удалось взломать ее системы управления...

- Выполнить!

- Так точно.

Автоматическая пушка стала двигаться сама по себе, прицелилась – и выстрелила.

Град 20мм пуль осыпал врага. Белый «Элигор» пошатнулся и попытался использовать винтовку как импровизированный щит, но это оказалось полной бессмыслицей... Противник запаниковал лишь на короткий миг, вскоре совладал с собой и вспомнил про Лямбда-драйвер. Отбив пули, «Элигор» бросил одно из своих лезвий в автоматическую пушку, тем самым взорвав ее. Затем он вернулся к машине Мао.

- Черт...

Даже этой огневой мощи оказалось недостаточно, чтобы нанести серьезный урон противнику. Вероятно, враг посчитал это дерзостью. В движениях белого БР Мелисса больше не видела грациозного танца – только гнев от того, что его унизили.

«Элигор» схватил ее машину за воротник. Мао видела, как силовое поле Лямбда-драйвера собиралось вокруг рук БР противника – он был полон решимости разорвать ее на части. Сейчас ей придет конец...

Вдруг от спины «Элигора» отлетел сноп искр. Это... Прямое попадание снаряда?

Крузо вернулся за ней? Нет, это не похоже на выстрел из оружия, которое Бен взял с собой. Снаряд прилетел издалека – с другой стороны обрыва. Там был какой-то источник тепла. Она настроила датчики на ночной режим. Стрелок пилотировал Зу-98 «Шэдоу» - новейшей машиной Советской Армии, с дополнительными оптическими датчиками на голове и крупнокалиберной снайперской винтовкой. В тех докладах разведки, что она читала, ничего не говорилось о снайпере, пилотировавшем «Шэдоу»...

Почему он один? Где его команда?

«Шэдоу» выстрелил еще раз. «Элигор» бросил беспомощного М9 и приготовился встретить нового противника Лямбда-драйвером. Мао увидела, что в одном месте броня сильно пострадала от залпа ПВО и первого выстрела «Шэдоу», обнажив ядро машины. Она должна попытаться...

Мао заставила встать свой М9 и со всей силы толкнула головой в спину вражеской машины. Датчики на голове «Гернсбека» разбились вдребезги, но ей было по барабану – она был обязана сделать все, чтобы «Элигор» не справился с равновесием и рухнул наземь. Мелисса воспользовалась последним вспомогательным оружием – головными пулеметами, и выстрелила в упор.

- Воооот теееебе! – закричала девушка, вцепившись в спусковой крючок.

Двойные пулеметы ускорились, механизм подачи ожил, извергая пули 50-ого калибра. Ядра снарядов, созданные из вольфрама, изрешетили внутренности машины, обрывая кабеля и схемы управления.

Пули рикошетили обратно в голову М9, превратив ее в швейцарский сыр. Один из пулеметов сломался, другой заклинил и взорвался. Поглощенные черным дымом, обе машины рухнули друг на друга.

Экраны погасли – все датчики головы были уничтожены, дополнительные датчики тоже не отвечали. Мао изо всех сил потянула за ручку системы аварийного выхода, расположенного на брюхе пилотской кабины. Взрывчатые болты взорвались, вышвырнув люк кабины. Мелисса взяла свой верный 0.45 мм пистолет и вышла из машины.

Все вокруг было окутано густым черным дымом. Девушка восстановила дыхание, крепче взялась за рукоятку пистолета и осторожно приблизилась к машине противника, лежащей возле ее М9. Люк кабины «Элигора» был открыт – пилот уже покинул БР. Но где же он?... Ах! Пилот спрятался у ног «Гернсбека», и Мелисса выстрелила в него.

В ответ противник бросил гранату, которая через несколько мгновений оказалась у ног Мао. Все-таки в самый последний момент она успела отпрыгнуть. Девушка перебежала к другой стороне М9 и, затем, начала преследование врага. Ей, наконец, представился шанс увидеть вражеского пилота – это была женщина, одетая в плотно прилегающий комбинезон. Она бежала к воротам базы, которые, как выяснилось, были в непосредственной близости от Мао. Мелисса подумала, что противник побежал в комнату управления запуском – ей нужно было немедленно продолжить преследование.

Мао смогла избежать смерти, но, чтобы ликовать, времени не было. Она взяла автомат и пару магазинов к нему из шкафчика в кабине – и вспомнила про «Шэдоу», который спас ей жизнь. Он все еще стоял на том горном хребте и с такого расстояния казался небольшим пятнышком. Она достала полевой бинокль из тактического жилета и попыталась рассмотреть БР тщательней. «Шэдоу» повернулся к ней и беспечно помахал рукой, затем повесил снайперскую винтовку за спину и пожал плечами.

Ни в коем случае...

«Шэдоу» покрутил пальцем у антенн на голове. Должно быть, он использовал обычные FM-антенны. Системы связи ее М9 были разрушены во время боя. Она надела наушники и переключилась на открытый канал.

...- Я вовремя? – торжественно сказал голос. Она думала, что никогда не услышит его. О Боже.

- Я пришел в самый нужный момент! Ты полюбишь меня еще сильнее, да, сестренка?- как всегда бесстыдно сказал Курц Вебер.

* * *

Его подобрали солдаты ГРУ, запоздавшие на «представление» в Янске-11. Курц получил медицинскую помощь и предложение на реабилитацию, однако оправился не полностью. Об этой операции он узнал только вчера, от Тени, и ему удалось убедить подполковника Кириенко и военного хирурга, чтобы те позволили ему занять прототип снайперского «Шэдоу».

Собственно говоря, находясь в подобном состоянии человеку нельзя пилотировать БР. Раны еще не зажили до конца, и хотя он не мог сражаться, как раньше, Курц нашел местечко, откуда мог стрелять с безопасного расстояния.

Тем не менее, Вебер имел достаточно сил, чтобы суметь пошутить как прежде. Сейчас он выглядел как рыцарь в сияющих доспехах, и должен был соответствовать своему образу: выглядеть драматически и, в то же время, круто. Мао, должно быть, удивлена его появлением и сейчас заревет от радости, а он скажет: «Если ты в опасности, я воскресну из мертвых, чтобы спасти тебя».

Ну же, давай... Заплачь, Мелисса.

- ...Ты наихудший, – услышал он ее угрюмый голос по радио.

- А?

-Ты же пал смертью храбрых? Что это ты вдруг сюда вальсировать пришел? Так вот что хотела сказать Тень... Понимаю. Что за провал...

- Что... Провал? О чем это ты? Я...

-Ах, да. Ты живой. О, я удивлена. Ты доволен?

- Что?

Курц не ожидал столь холодного приема, и чуть ли сам не заплакал.

- Пожалуйста, обеспечь меня огневой поддержкой для подавления оставшихся врагов. Конец связи.

Сказав это, Мао исчезла в глубине базы.

- Блин... Это ужасно.

Курц скорректировал область действия снайперской винтовки и занял огневую позицию. Он заметил несколько движущихся вокруг объектов типа БР. Тихо и печально, Курц отметил цели и начал «зачистку».

* * *

Его «Фальке» потерял конечности и получил колоссальные повреждения. Крузо вылез из кабины и сильно закашлялся, острая боль отдавалась в ребрах. Бен поморщился.

Удивительно, что я еще жив. Барабанные перепонки вот-вот разорвутся... Правое ухо вообще ничего не слышит. В глазах все красное... Левая рука не двигается. Но я все еще чувствую собственные пальцы... Наверное, это из-за перелома. Боль... Боль, Боже мой, как это больно! И если ухо не начнет слышать, последствия могут быть ужасными! У меня больше не будет возможности насладиться звуковым каналом 5.1... Нет, все будет в порядке. Я перестану сражаться, пройду лечение, мигрирую в Акихабару, продолжу изучение японского и стану переводчиком. Да, все будет хорошо. Я обязательно осуществлю намеченный мною план.

- Я... – Он снова закашлялся, - Перестану...

Пфф, сила... Путь воина... Как смешно.

Боль от ранений была ужасной. Однако он ещё не завершил своего задания. Он вынул пистолет из кобуры и, волоча вслед за собой левую ногу, направился к павшему «Элигору». Фаулер лежал в луже крови рядом с кабиной. Все вокруг поглотил черный, густой дым.

Крузо осторожно подошел ближе, держа оружие на изготовке, затем приложил пальцы к шее противника. Пульса не было: Фаулер мертв. Не важно, кто был сильнее, а кто – слабее. Чистая случайность. Из-за этого непередаваемое чувство сожаления пронзило грудь Крузо.

- Мне жаль, Фаулер...

Лицо мертвого пилота было спокойным, будто он погрузился в прекрасный мир снов. Крузо стало интересно, что он имел виду, говоря о поражении от никчемного пьяницы. Какая беда с ним приключилась? Чем были заняты его мысли во время боя? Как он выжил? Все ответы канули в небытие вместе с Фаулером...

Крузо не мог даже встать. Он сел на землю и включил гарнитуру.

- Это... Урц-1. Я уничтожил машину Фаулера. Мой М9 получил серьезные повреждения. Я ранен, но умирать пока не собираюсь. Есть кто живой?

- Бен! Ах, как я рада тебя слышать, - послышался голос Мао. – Мне тоже удалось одержать победу... И...

Ему показалось, что он слышит, как Мелисса слегка всхлипывает. Она плачет?... Нет, он не мог представить себе этого.

-...Извини, я просто слегка удивлена. На самом деле, Курц жив...

- ...Что?

Крузо от удивления широко раскрыл глаза. Этот болван выжил? Его упрямство не знает границ.

-Кажется, нам помогает ГРУ. «Шэдоу» Курца прикрывает внешние подходы к базе, я направляюсь внутрь. Я связалась с Янгом. Они все еще пробиваются на нижних уровнях. Я уже недалеко от диспетчерской.

- Пойдешь туда одна? Это необоснованный риск.

- Как будто у нас есть выбор. Вражеский пилот тоже внутри, должно быть, готовится к запуску.

- ...Ты права. Будь осторожна.

-Ага.

Связь оборвалась.

- Черт...

Только что Крузо собирался бросить эту работу, так как был не в силах больше сражаться. Но теперь он преисполнился сожаления из-за того, что его травмы были очень тяжелыми.

* * *

Соске задержал дыхание и сосредоточился. Держа пистолет направленным на «Белиала», он осторожно приближался. Сквозь черный дым он увидел человеческую фигуру. Леонард сидел на трубе где-то с метр в ширину. Он прикрывал большую рану в животе. Он заметил Соске и осторожно поднял револьвер...

Но Сагара оказался быстрее. Пуля попала в плечо Леонарда, - враг слегка пошатнулся, револьвер упал на бетон, издав сухой металлический звон.

По всей видимости, у Леонарда не было другого оружия. Его руки, как у марионетки с обрезанными веревочками, вяло свисали, а пустой взгляд был обращен на Соске.

- Но я ведь ясно видел... - пробормотал Леонард. – Я на сквозь пробил кабину твоего БР. Я знаю, что так было задумано. Это конец. Она завершит изменения мира. Все кончено.

Он глубоко вздохнул.

- Почему все сучилось именно так? Почему это продолжается... Не странно ли?...

- Не знаю. Но все случилось так, как я и задумывал, - сказал Соске, не упуская врага из виду. – Хотя я и сомневался, что мой план сработает.

- Впечатляет, - голос Леонарда был наполнен самоиронией.

- Леонард, это было рискованно с моей стороны, я не знал, попадешься ли ты на уловку. Удивительно, что все прошло так гладко.

- Да... Похоже, слова Терезы сработали слишком хорошо...

Похоже, Леонард уже не мог держать все это в себе. Он немного наклонился вперед и разразился смехом... Или заплакал. Соске не мог сказать наверняка.

- Подумать только... Что она знала о матери... И что она смогла провернуть все это... Я всегда считал ее глупой маленькой сестренкой... Оказывается, она гораздо сильнее меня... Более стойкий человек.

Он продолжал бормотать, как в бреду.

- Я... Не понимаю... Я давно возненавидел всех и каждого... Думал, что все бесполезно... Что все вокруг – идиоты. Я знаю, что это ненормально, но... Именно поэтому я хочу стать обычным человеком. И я думал, что другого выхода нет...

Соске молчал.

- Ты понимаешь? Я хотел быть нормальным...

- Я... Понимаю, - Соске опустил оружие. – Я хотел того же самого. Даже сейчас хочу.

Похоже, они, наконец, смогли нормально поговорить. Два таких разных человека, которые хотели одного и то же. Не важно, что один из них хороший, другой – плохой... Как свет и тьма. Это не имеет значения. Чем они не товарищи?

Соске увидел маленькую искру в глазах Леонарда, которая доселе казалась безжизненной.

- Ты знаешь, что этого не может произойти.

- Возможно.

- Теперь мы поняли друг друга... Умирая вместе, как товарищи...

Леонард широко улыбнулся. Соске успел заметить: левой рукой он сжимал пульт дистанционного управления – своего рода детонатор, предназначенный для самоуничтожения какого-либо объекта. Он был готов нажать на кнопку. У Сагары не было иного выбора, кроме как пристрелить Леонарда, хотя и то, что он брат Тессы, сжимало сердце, словно в тески. Он прицелился в голову, палец нажал на спусковой крючок...

Винтовочная пуля попала в грудь – об этом свидетельствовал фонтан крови. Леонард уронил детонатор.

Выстрел раздался с левой стороны, восемь часов. Соске упал и перекатился в укрытие. Затем он увидел человека с винтовкой, стоящего в одном из дверных проемах сухого дока.

Конечно же. Андрей Калинин. Он был в тактическом жилете и вел за собой двоих подчиненных. Один из них нес на плече обмякшее тело черноволосой девушки.

- Чидори!!!

Оба подчиненных исчезли в дверях, унеся с собой девушку. Когда Соске попытался побежать им вслед, майор выстрелил в его сторону. Почему он приказал подчиненным убить Леонарда? Должно быть, пульт управления предназначался для взрыва зарядов, установленных вокруг TAROS. Он убил Леонарда, чтобы тот не смог нанести вред Канаме. Сложно представить, что Калинин зашел так далеко...

- Ваш план провалился! Отпустите ее!

Кажется, они планировали сбежать вместе с ней. Имея Канаме, они могли бы построить TAROS где угодно. Возможно, майор предвидел такой поворот событий. Он зашел так далеко... Даже до похищения Канаме...

- Майор!... Вы!

Он потерял дар речи.

Вы должны знать, как я отношусь к ней. Вы знаете, что я за человек, еще со времен Афганистана. Почему же Вы тогда забираете ее у меня? Почему Вы не можете просто молча уйти? Почему Вы не отвечаете?

Предатель.

Соске еще никогда не испытывал такой ненависти к человеку.

Он прицелился, и выстрелил – но тщетно. Расстояние слишком велико для пистолета. На некоторое время завязалась перестрелка, но вскоре Калинин и его подчиненные покинули док. Тоннель, в который они ушли, вел на взлетную полосу.

Перед тем, как начать преследование, Соске взглянул на Леонарда. Без сомнений, он был мертв. Сагара не чувствовал к нему никакой жалости. Это было бы унижением, зная о том, что Леонард был готов подорвать TAROS и все вокруг.

Если бы я был на твоем месте, я бы тоже подорвал себя, зная, что оставляю ее врагу. Тем не мене, было много других вещей, которые ты мог бы сделать. В конце концов, неужели ты не мог рассказать мне о Тессе? Даже имея огромную власть, ты был одним большим идиотом, Леонард.

Соске все это не очень-то понравилось. Он многое хотел спросить у Лео, но его противник был уже мертв.

«Возьми себя в руки...!»

Теперь он должен вернуть Канаме.

Соске пересчитал оставшиеся пули, и продолжил преследование.

* * *

Держа наперевес СМГ, Мао осторожно шла по темному бетонному проходу внутрь базы. Единственное, что она слышала, было звуками битвы уровнями ниже. Это пробивался Янг со своим отрядом. Ей казалось, что дыхание стало слишком громким. Он тщательно изучила путь к диспетчерской еще перед операцией. Уровень F, отсек восемь – теперь осталось пройти вперед, затем вниз по пологому склону, потом по ступенькам, также ведущим вниз.

Диспетчерская находилась глубоко под землей... Очень глубоко.

Успокойся. Не надо нервничать. Враги заняты перестрелкой с отрядом Янга на более низких уровнях. Никто меня не остановит. Черт, с каких это пор я стала такой, словно перепуганная кошка? Будто ребенок... Теперь моя жизнь стала более ценной для меня самой.

Конечно... Это все из-за этого идиота. Неужто она и вправду «полюбила его еще сильнее»?

За углом притаились двое – они заметили её. Мао нырнула за близстоящий контейнер, выглянула из-за него и выстрелила в одного из врагов – затем, не снимая чеки, бросила гранату. Первый рухнул наземь, второй запнулся. Этого времени ей хватило на перезарядку пистолета. Мао вновь выстрелила, и второй враг повторил судьбу своего товарища.

Браво, Мелисса, твоя интуиция как всегда остра.

Девушка подобрала медленно катящуюся по бетонному полу гранату и стала двигаться дальше. Враг, скорее всего, уже получил коды доступа, и запуск мог произойти в любую минуту.

Мелисса наткнулась на надпись: [E-8] – ее цель была практически перед ней, теперь нужно было только спустится лестницей ниже. Она ненавидела, когда приходилось идти по лестнице – слишком много огневых точек, где мог притаиться враг. Еще немного... Ловушек, вроде бы, не было. Мао вошла в коридор, подошла к железной двери диспетчерской и начала устанавливать кумулятивные заряды на стене возле нее. С виду дверь казалась очень крепкой. Кроме того, исходя из всех данных, предоставленных Тенью, гораздо разумнее будет сделать отверстие в стене. Она сняла предохранитель, отошла на безопасное расстояние и подорвала заряды.

Как только прошла ударная волна, и дым заполнил все пространство вокруг двери, Мао пулей «влетела» в диспетчерскую – времени особо не было, нужно поспешить.

В комнате управления было трое. Один все еще был оглушен взрывом, когда Мелисса сняла его. Второй поднял было пистолет, но девушка была на долю секунды быстрее. Он упал, пронзенный 5.7 мм пулями. Последним оказалась та самая девушка – пилот белого БР. Обладательница потрясающей фигуры, она была еще подростком. Короткая стрижка, очки... Правая рука сжимала пистолет, а левая... Большой палец левой руки упирался на красную кнопку. Красная. Должно быть, кнопка запуска...

У Мао не было времени на разговоры, поэтому она сразу выстрелила. Пули пробили пилотский костюм, девушка упала.

Однако в следующий момент диспетчерскую пронзил звук тревоги. Основной экран покраснел, и на нем появилась надпись кириллицей: [ЗАПУСК]. Дрожь потрясла всю базу. Это был двигатель ракеты.

Мао подскочила к девушке и выхватила у нее оружие. Затем она повернулась к пульту управления и, проклиная свой плохой русский, попыталась ознакомиться с информацией о запущенной ракете. Оказалось, что код запуска был не единственным – это лишь первая ракета. Вторая была в режиме ожидания, третья – практически готова. Однако теперь уже никто не мог дать команду к запуску оставшихся ракет.

Всего лишь одна ракета – но этого было вполне достаточно. Если ее 55 мегатонная боевая головка детонирует, она будет в состоянии обратить в пепел такой мегаполис, как Токио. Так какова ее цель?

Мао сразу узнала эти координаты... 20 градусов и 50 минут к северу, 41 градус и 31 минута на восток.

Целью был остров Мерида.

Примерно через двадцать четыре минуты она врежется в остров, Мелисса не знала, что там происходит в данный момент. Знала только, что Тесса и Соске заняты битвой, а Канаме заключена в тюрьму на том маленьком клочке земли.

Девушка попыталась запустить процесс самоуничтожения ракеты, но потерпела неудачу. Ракета двигалась дальше к своей цели, игнорируя все препятствия. Она ничего не могла сделать... Только предупредить Тессу и остальных.

Используя пульт управления, Мелисса запустила поиск доступных спутниковых каналов связи. Полоска [ИДЕТ ПОИСК], казалось, двигалась слишком медленно.

- Давай!

Для мира в целом, это был не самый худший исход. Однако, почему Мерида?

- Что вы задумали?! – закричала она на девушку, лежащую в лужи крови возле пульта управления. Она была ранена во многих местах, и ей уже недолго осталось.

- Ракета направляется... На Мериду? – спросила она слабо.

- Да. Это и есть ваш план?

- Хахаха... - На ее тело напала судорога, и кровавый рот смеялся. – Изменения... Прекратились. Я чувствую... Внутри машины... Он... Сделал ошибку... Это ее вина...

- Изменения?... Кто эта девушка?

- Они все могут исчезнуть... Он... И девушка... Таким образом, я осталась одна... Несправедливо... Что со мной случилось?... Жестокий человек... Та девушка также сгорит в огне...

- Ты о чем?...

- Пусть они горят...

Она продолжала бредить, и вскоре затихла.

* * *

Не смотря на численное превосходство врага, Тесса и оставшиеся члены экипажа каким-то образом сумели проникнуть в бывший сухой док. «Белиал» пал, и, возможно, противник был подавлен из-за этого. В поле зрения показался TAROS. Экипаж разошелся по сторонам, готовясь к засаде, но врага здесь не оказалось, так же, как и Канаме. Она покинула TAROS. Возможно, сама, а возможно, с чьей-то помощью. Обломки «Лаэватейна» и «Белиала» были сплошь и рядом около TAROS. Но Соске здесь не было. Более того, он не отвечал ни по одному из радиоканалов.

Тесса обнаружила тело Леонарда. Труп ее брата опирался на большую трубу. Девушка неподвижно застыла перед ним.

Она предполагала, что все этим кончится. Возможно, он презирал себя... Или ее. В любом случае, она набиралась смелости, чтобы при встрече поговорить с ним об их прошлом... Ее грудь пылала от гордости, она была готова проповедовать о неправильности его выбора... Однако этой возможности у неё не оказалось. Она даже не могла заплакать, просто не понимала, что за чувства переполняют ее. Если она выберется отсюда живой, тогда, возможно, ее чувства прорвутся, и она будет страдать... Ведь его смерть – отчасти ее вина. Как бы там ни было, но Леонард был её единственным родственником, и сейчас его не стало...

- Капитан! Передача от Мао.

- Мелисса?...

Оператору Шинохара, которая принесла с собой спутниковое оборудование, удалось принять передачу Мао. Волна была слишком короткой, поэтому у них не было возможности поговорить. Они только получили от Мелиссы краткую информацию. Из доклада Мао стало известно, что афганская база под их контролем. Тем не менее, не было времени на то, чтобы радоваться за товарищей.

Через двадцать две минуты ядерная ракета врежется в остров Мерида.

* * *

Признай: ты побежден.

Даже Калинин не мог предполагать, что все обернется так плачевно. Ведь с шансами в девяносто процентов они должны были победить... Все оборонительные приготовления в прибрежных водах, оборонительные единицы на острове, и, наконец, «Белиал». Все казалось безупречным. Не было никаких просчетов, но из-за нанесенного урона они были загнаны в угол. Калинин понимал, что все пошло не так, как он задумывал, но, тем не менее, он не собирался останавливаться.

Сила Сагары Соске и Терезы Тестароссы была поистине устрашающей. Майор даже представить себе не мог, что «Туатха Де Данаан» сможет пробить защиту дока. Из-за этого ему пришлось разделить силы надвое, но они опоздали. Калинин был поражен тем, что «Лаэватейн» не только уничтожил все БР, но еще и одержал верх над «Белиалом». Молодые победили в этой решающей битве. Великолепный показатель решительности и чрезвычайные навыки.

Когда план не сработал, Леонард захотел забрать Чидори Канаме вместе с собой в могилу. Но это было бы неправильно. Имея эту девушку, он мог начать все с нуля. Майор не мог позволить ей умереть просто для удовлетворения глупой мальчишеской гордости. Поэтому он выстрелил, не зная наверняка, собирался ли Леонард всерьез использовать детонатор.

Калинин быстро бежал по лестнице, и попросил одного из подчиненных:

- Спасательный вертолет?

- В режиме ожидания на взлетно-посадочной полосе, сэр.

- Хорошо.

Он убежит и начнет все с чистого листа... Но действительно ли он этого хочет?

«Конечно...»

Это его заветная мечта, и майор сделает все ради её исполнения. Он не хотел создать идеальный мир, как Леонард – нет, просто привести его к такому состоянию, в котором он должен был быть изначально. И теперь он единственный человек, способный контролировать этот процесс. Если Соске попытается остановить его – он не проявит милосердия.

- Сюда. Поторопитесь, сэр.

Они вышли на камуфлированную взлетно-посадочную полосу, в углу которой стоял вертолет с уже вращающимися винтами. Взяв с собой бессознательную Канаме, майор ступил на вертолетный трап.

* * *

Как только Соске вышел на взлетно-посадочную полосу, он услышал гул турбин. Калинин и его подчиненные сели в транспортный вертолет, прихватив собой Канаме...

«Чидори...»

Соске побежал. До вертолета было тридцать метров. Один из солдат, стоявших на трапе, держал в руках винтовку, и целился прямо в Сагару. Тот отстреливался, опустошая магазин пистолета. Соске удалось ранить противника в плечо. Сменив на бегу магазин, он увидел, что солдат упал с вертолета, колеса которого уже отрывались от земли.

Соске выстрелил в хвостовой винт, зная, что это бесполезно – 9 мм пули не смогут пробить броню военного вертолета.

Вдруг Сагара увидел пучок кабелей в левом углу взлетно-посадочной полосы. Они позволяли фиксировать вертолет в радиусе трех метров.

«Придется сделать это...»

Он побежал к пучку кабелей и поднял его. Вертолет уже завис над землей, начинал ускоряться и... Взлетел.

Сагара бросил кабель – его конец описал дугу в направлении хвостового винта вертолета. Раздался ужасный, пронзительный визг. Кабель из легированной стали обмотался вокруг винта. Машина покачнулась, но не упала. Вертолет колебался в метре над землей, пилот изо всех сил пытался сохранить контроль. Соске бросился к правой двери машины. На пути оказался солдат, пристегнутый ремнем безопасности – Сагара выстрелил и отбросил труп в сторону. Рядом с ним лежала Канаме. Девушка пыталась справиться с головокружением и встать на ноги. Калинина не было видно, наверное, он был в кабине пилота.

- Чидори!

- ...Соске?

Он бросился к ней и помог встать. Наконец он догнал ее... Они не находились в такой близости уже больше года. Соске с трудом подавлял эмоции.

- Ты можешь идти? Мы должны бежать сию же минуту! Возьми себя в руки!

Он подошел к панели управления внутри вертолета и начал открывать грузовой люк. Однако он открывался очень, очень медленно, так как вертолет все еще находился на взлетно-посадочной полосе.

- ...Что?... Это снова сон? Я...

- Нет, это не сон. Мы вернемся вместе. Вернемся домой, слышишь?

В этот момент из кабины пилота появился Калинин, вооруженный винтовкой. Соске оттянул Канаме под прикрытие грузовых контейнеров. Калинин выстрелил – Соске почувствовал тупую боль в спине. Пуленепробиваемый пилотский костюм остановил пулю, но боль все равно была ощутимой.

- Пусть девушка уйдет! Брось оружие!

- Не доставай меня!

Он высунул пистолет из-за ящика и выстрелил. С этого положения невозможно было попасть. Калинин даже не вздрогнул и открыл ответный огонь. Металлическая арматура, удерживающая груз, разлетелась в разные стороны, и один из ящиков упал на Соске.

Большой контейнер, который, скорее всего, предназначен для хранения противотанковых и зенитных ракет, весит более ста килограмм. Центробежная сила от неконтролируемого вращения вертолета только увеличила силу, обрушившуюся на грудь Соске...

Канаме, которая еще толком не пришла в себя, пыталась встать с пола и разобраться, что же происходит.

- Соске?... Это действительно ты? Соске...

- Чидо... ри!...

Он не мог пошевелиться, а Калинин приближался.

В это время вертолет завибрировал, и вращение усилилось. Контейнеры вместе с Канаме скатывались к грузовому люку и выпадали на взлетно-посадочную полосу.

Сагара бессильно выругался – нога зацепилась за арматуру, и Соске не смог сдвинуться с места. Вертолет вдруг накренился и начал быстро набирать высоту. Он увидел ее маленькую фигурку, катившуюся по взлетно-посадочной полосе. Фигурка все отдалялась и отдалялась.

- ЧИДОРИ!!!

Он дернул ногой и, наконец, высвободился, но, когда поднялся на ноги, вертолет был уже в десяти метрах над землей и набирал высоту. Если прыгнет – умрет. Соске был так близок, и все же ничего не смог сделать...

Машина вновь сотряслась. Он ухватился за что-то и посмотрел через плечо. Калинин стоял на прежнем месте, глядел на него и что-то бормотал – Сагара не мог различить слов из-за шума двигателей и гула ветра, доносившегося из открытого грузового люка.

Вертолет перестал набирать высоту, круто наклонился, и тут новый удар сотряс машину. Теперь он вращался быстрее, чем прежде, – не было времени на борьбу между собой. Вертолет стал быстро терять высоту – полностью вышел из-под контроля и падал на землю. Взлетно-посадочная полоса осталась далеко позади, машину уносило на север.

Земля быстро приближалась, и под таким углом, что это даже нельзя было назвать вынужденной посадкой. Винты ударились о деревья, и тело машины врезалось в скалистый грунт.

* * *

Когда Тесса прибыла на взлетно-посадочную полосу, откуда-то с севера донесся ужасный звук взрыва. Девушка глянула на источник шума, но увидела лишь огромный столб дыма.

- Что это было?

- Я не знаю, мэм, но мы должны быстрее выбираться отсюда – ответил Мардукас.

Двадцать минут до прибытия ракеты. Даже если они доберутся до вертолета и смогут взлететь, они все равно не спасутся, не хватит времени.

Сержант Деджилани, который остался в подземном ангаре, но все равно поддерживал связь с остальными, доложил:

- Я засек воздушный транспорт! Турбовинтовой самолет «Кинг Эйр», оказывается, враг оставил его здесь. Они не дозаправили его, и у нас нет времени на полную загрузку топлива, но мы сможем улететь на приличное расстояние.

- Хорошо! Поднимайте его сюда!

- Да, но... Там кто-то есть.

- Кто-то?...

- Э, ну... Внутри самолета в клетке сидит белый тигр.

- Что еще за Тигр?...

Она не могла понять. Тигр на самолете? Ничего себе питомец. Чей же он?

- Он выглядит опасным?

- Э, не совсем...

- Что ж, возьмем его с собой.

- Есть...

Основной лифт начал поднимать самолет из подземного ангара на взлетно-посадочную полосу. Пространство вокруг в последний раз наполнил знакомый шум двигателей – это был их старый дом... Но не было времени думать об этом.

- Нам нужно очистить полосу, там что-то есть.

В пятидесяти метрах от них были разбросаны контейнеры, а любые посторонние предметы на взлетно-посадочной полосе могли помешать взлететь. Но...

- Ка... Канаме?...

Среди контейнеров с оружием лежала Канаме Чидори.

- Капитан?...

Не обращая внимания на Мардукаса, она побежала к девушке. Возможно, рядом притаился враг, но Тессу это не волновало.

- Канаме?!

Ее дыхание сбилось. Тесса потрясла Канаме за плечи.

- Ой...

Серьезных повреждений не было, лишь синяки и царапины на теле.

- Пожалуйста, капитан – я помогу ей, - сказал один из ее подчиненных, подошедший сзади, он поднял ее на плечо и поспешил обратно к самолету. Тесса старалась не отставать и продолжала взывать к Чидори.

- Канаме!!! Это я! Вы слышите меня?

- Тесса?...

- Что случилось? Где Сагара?

- Соске... Спас меня... В вертолете...

Девушка с трудом указала пальцем на север, где недавно прозвучал звук взрыва, а теперь стоял столб черного дыма, простирающийся до самых небес. Вертолет упал в пятистах метрах к северу от взлетно-посадочной полосы, и Тесса поняла, что случилось. Кто-то – возможно, Калинин – похитил Канаме, и Соске помчался за ним... Он был в том вертолете.

- Придется идти... За ним...

Канаме больше не могла говорить, она сильно закашлялась. Ее лицо было бледным, как у призрака. Тесса коснулась ее лба – у девушки была сильная лихорадка. Это побочный эффект использования TAROS? В любом случае, если она не отдохнет, ей станет еще хуже.

- Сагара...

Она посмотрела в сторону предполагаемой аварии. Тесса думала, все ли с ним в порядке, успел ли он выпрыгнуть. Если во время падения он был внутри, то, скорее всего, случилось самое страшное...

Она посмотрела на часы – до взрыва осталось восемнадцать минут. Было ли время послать туда людей, чтобы они нашли и забрали его?

Нет.

Независимо от того, насколько верны ее расчеты, это было просто невозможно. Ракета прибудет как раз в тот момент, когда они его найдут. Не хватит времени, чтобы отлететь на безопасное расстояние.

Она попыталась вызвать его по радио – так как они оба находятся на поверхности, сигнал должен быть хорошим.

- Это Ансуз. Урц-7, ответьте! К острову движется ядерная ракета. Ожидаемое время прибытия – восемнадцать минут!

Нет ответа.

Лифт, наконец, поднял на взлетно-посадочную полосу двухмоторный турбиновинтовой самолет. Старый, надежный самолет, который Митрил использовал для исполнения служебных обязанностей в Токио или Гуаме.

- Ансуз Урцу-7! Я повторяю, этот остров – цель ядерной ракеты, которая прибудет через семнадцать минут! Урц-7!!!

Нет ответа.

Члены команды делали все, что было в из силах. Одни снимали трубки подачи топлива, другие несли раненых товарищей в самолет, третье убирали ящики с боеприпасами, разбросанными по асфальту, и бежали обратно. Мардукас чуть ли не силой затащил Тессу в самолет.

- Урц-7, вы меня слышите! Ответьте, Сагара!!!

- Это... Урц-7, - голос Соске был едва слышен из-за шума и статики.

- Сагара!!!

- Тесса... Я рад, что с вами все в порядке. Мое нынешнее местонахождение... Около радара номер три. Ваше?...

- Мы на взлетно-посадочной полосе! С Канаме все в порядке, мы улетаем отсюда. Ядерный удар уничтожит базу через шестнадцать минут! Быстрее идите сюда!

Если они подождут его до последнего момента, а затем взлетят на максимальной скорости...

- Никак нет, Ансуз.

- Что?...

- Урц-7... Занят боем. Объединение невозможно...

* * *

Да, его битва еще не окончена.

Соске стоял посреди горящих обломков под красивым утренним небом. Подвесные топливные баки, фрагменты фюзеляжа, двигатели и лопасти были разбросаны вокруг, воздух затянут густым черным дымом. Он стоял возле сломанного стабилизатора и отчитывался Тессе. Шум был ужасным. Скорее всего, гарнитура была повреждена из-за удара.

- Враг? Сколько их?

- Один.

Соске наотмашь держал боевой нож, стоя лицом к лицу с последним оставшимся врагом, Андреем Калининым. Его мундир изорван, лицо окровавлено, а в руке у него был нож, похожий на тот, что держал Сагара.

Оба представляли из себя жалкое зрелище. Даже если бы Соске предложил майору прекратить вражду и бежать вместе к Тессе... Ответ сам по себе очевиден.

- Канаме... С ней все в порядке?

- ...Да, сейчас она отдыхает.

- Пожалуйста, пообещайте мне, вернуть ее домой в целости и сохранности.

- Но...

Кажется, Тесса хотела сказать что-то ещё, но передумала в последний момент. Она прекрасно понимала всю сложность ситуации, и если Соске сказал, что ему не суждено спастись, значит это действительно так.

- Что ж... Я обещаю, - кажется, Тесса едва сдерживала слезы.

- Благодарю. Урц-7, конец связи.

Сагара снял шлем – теперь он ему не понадобиться. Может, следовало бы сказать пару нежных слов на прощанье? Нет, так было бы только хуже, еще больнее для нее.

- Ты закончил? – спросил Калинин.

- Да... Вы слышали о ядерном оружии?

- Естественно. Один мой человек следил за ракетой, - вздохнул он, - все это дело рук Сабины. Мы сделали ошибку, доверив ей это задание.

- ...Вы действительно собирались начать ядерную войну?

- Конечно. Все равно мы бы исправили все последствия при помощи TAROS. Эта война не нанесла бы будущему никакого вреда.

Вдруг Соске стали переполнять гнев и ненависть к бывшему когда-то соратнику. Они не убили бы большую часть населения, - Калинин лгал не только Соске, но и самому себе.

- Если у вас есть оправдания, я выслушаю их.

- Не важно. Чтобы я ни сказал, это только разозлит тебя.

- Конечно.

Позади них взорвался еще один двигатель вертолета, вокруг посыпались обломки турбин, лопастей и частиц алюминиевого корпуса.

Взрыв послужил сигналом. На некоторое время взор перекрыло облако густого черного дыма, и Калинин воспользовался этим. Майор бросился прямо на Соске. До того момента его движения были вялыми, но сейчас Соске дивился его невероятной скорости. Никаких уловок, никакой заумной техники боя, никакой гибкости в плечах и запястьях, - лишь лезвие ножа, неуклонно приближающееся к Сагаре.

Соске едва успел отклонить голову. Он почувствовал, как лезвие пронеслось у его горла. Не успел Сагара и глазом моргнуть, как Калинин вновь стремительно атаковал сзади. Он думал, что противник попытается схватить его, но вместо этого майор целился прямо в спину. Соске увернулся и отскочил, увеличив расстояние между противником и им самим. Кажется, Калинин намеревается швырнуть пыль в глаза. Соске закрыл один глаз и попытался нанести удар в ногу. Но вместо того, чтобы поднять ногой пыль, последовал удар в висок. С большим трудом Сагара блокировал удар, но ему не удалось полностью избежать его. Удар в левую руку, которой он защищал висок, был, пожалуй, самым мощный, который он когда-либо получал в рукопашном бою. Сагара пошатнулся и едва смог уйти от следующей атаки. Он попытался ударить Калинина, но тот с легкостью увернулся, и тем же движением ударил Соске каблуком своего ботинка.

На миг его дыхание сбилось, в глазах все поплыло, но вскоре Соске вновь принял защитную позицию.

- Что, не можешь сражаться без своего БР?

Соске молчал, стараясь восстановить дыхание.

- Я многому тебя научил, но я всегда думал...

- О чем?

- У тебя нет никаких способностей к обучению.

В то же время Калинин нанес удар правой рукой. Он был настолько быстрым, что, казалось, на сетчатке Соске даже не осталось следа от его руки, словно от пули. Но каким-то образом ему удалось избежать этой атаки. Следующая комбинация ударов была выполнена с той же смертоносной скоростью. С большим трудом Соске уклонялся и контратаковал.

Способности... Он знал, что у него их нет. Соске даже не потрудился ответить Калинину.

Я знаю, что я не мастер. Ни в рукопашном бою, ни в стрельбе, ни в пилотировании. Я на довольно таки среднем уровне. Есть много людей, более опытных, чем я – Мао, Крузо, Курц. И все они талантливее меня. Я знаю это. И в рукопашном бою я наверняка уступаю Калинину.

Тогда... Почему меня используют в качестве солдата? Единственная моя сильная сторона – это упорная борьба, до последнего.

Соске парировал удары, уворачивался, несмотря на всю ту силу, брошенную на него. За спиной поднималось утреннее солнце. Неожиданно Соске обрел преимущество – поле зрения противника сузилось, сейчас самый подходящий момент для атаки.

Едва избежав удара, Сагара ухватился за запястье майора и потянул его на себя. Выполнив этот прием, Соске открыл врагу спину, но именно на это он и рассчитывал. Однако захвата оказалось недостаточно. Сагара наклонился и перенес весь свой вес на Калинина, практически выполнив бросок через себя. Соперник пошатнулся, но сумел удержать равновесие. Находясь на пике своих сил, Соске толкнул Калинина, и тот грохнулся на землю.

Победило упорство. Андрей Сергеевич Калинин лежал на земле. Складывалось впечатление, что это был не профессиональный бой, а позорная драка в песочнице. Но... Для Сагары все прошло как нельзя лучше.

Соске схватил правую руку противника – Калинин все еще пытался пырнуть его ножом. Сагара, вложив все оставшиеся силы, попытался выполнить болевой прием, выгибая локоть противника в обратную сторону. Наконец майор выпустил из рук нож, свою единственную надежду для достижения успеха. Победа близка.

Сагара неуклюже провел удар головой, затем повторяя его снова и снова и пытаясь окончательно обезвредить противника. Раздался хруст – Соске сломал себе нос.

Гнев.

Ненависть.

Никакой пощады.

Оставаясь на спине противника, держа руку Калинина «в замке», Соске вонзил нож в ребро беззащитного человека. Представив, где находиться сердце, он слегка продвинул нож. Сагара почувствовал, как зубчатое лезвие режет плоть и артерии...

Но лезвие не проходило дальше. Острие ножа достигло груди Калинина и остановилось. Как Соске не старался, но оно не шло дальше.

Соске не мог этого сделать. Он болезненно понял, что нет. Его молодость и сила уже не имели никакого значения, словно все это куда-то испарилась.

Он отскочил от Калинина, пытаясь собраться с мыслями и снова атаковать, но понял, что это бесполезно и отошел еще на три шага назад.

Он не мог убить своего отца.

- Делай, что хочешь... - пробормотал он.

Все еще стоя спиной к обломкам вертолета, Соске кинул свой нож Калинину. Он встрял в землю и слегка колебался от удара.

На плечи Соске свалилась страшная усталость. Калинин стал медленно подниматься на ноги.

- ...Вот почему я сказал, что у тебя нет способностей к рукопашному бою.

- Заткнись...

- Ты ягненок, воспитанный в стае волков. Ты не чувствуешь жажды крови, не чувствуешь вкуса плоти, но по-прежнему претендуешь на звание волка, в ином случае – смерть. Есть ли более печальное существование?...

- Будто бы я знаю...

- Тебе не суждено было стать человеком, способным загнать меня в угол. Не Касим, и даже не Урц-7, нет.

Соске молчал.

- Для тебя, должно быть, есть более подходящее место в этом мире, но ты не можешь повернуть назад. Ты сам себя уничтожил...

Что он хотел этим сказать? С чего бы это – старая песенка о том, что он «не был рожден солдатом»?

Говоришь, у меня печальное существование. Думаешь, я должен был стать обычным парнем. Но я этого не сделал. Уже слишком поздно.

- Но я помог тебе увидеть эти различия.

Калинин взял нож и осторожно стал приближаться к Сагаре. Раз бой начался, значит, он должен и закончится. Майор мог сделать то, чего не смог Соске – в этом и есть различие между ягненком и волком, и сейчас он увидит эту смертельную разницу.

Андрей Сергеевич приготовился к рукопашной схватке. Он слегка присел, готовясь к нападению. Соске облокотился на обломок вертолета и смотрел на него...

Но ожидаемый удар так и не последовал. Калинин сильно закашлялся, выплевывая кровь. Нож выпал из его руки, тело обмякло, и он рухнул на землю.

Сзади его полевая униформа была пропитана кровью. Вероятно, он получил эту травму во время аварии – только сейчас Соске заметил, что спина майора была усеяна множеством обломков. Теперь вот они достигли внутренних органов. И он еще сражался в таком состоянии...

- З-зачем...

- Это... Была твоя последняя тренировка... Я хотел, чтобы ты... Понял, кто ты на самом деле такой...

Он схватил Соске за плечо своей большой окровавленной рукой.

- Ты бы не ударил. Я знал это. Ты просто ласковый ребенок.

- Перестань.

Эти слова были похлеще, чем обычный удар ножом. Он не хотел этого слышать. Он не был таким. Ему было бы легче, если бы он просто накричал на него... Если Калинин продолжит говорить, Соске не сможет устоять на ногах.

- Хотел... Вернуть тебя назад...

Он глубоко вздохнул. Жизненные силы покидали его.

- Я тоже... Хотел вернуться... К Ирине... И ребенку...

Он говорил о своей жене, умершей во время родов из-за врачебной ошибки, в то время как сам Андрей был в Афганистане.

- И поэтому ты стал на сторону Леонарда? Такой человек, как ты, поверил в несбыточную мечту?

- А ты думал... Я безупречен?

- Так поступил бы любой отец?!

Калинин слегка улыбнулся. Наверное, он был рад, что его назвали отцом.

- Да... А если он этого не сделал, значит, он не достоин так называться.

- Майор...

- Ikinasai!

Последние слова он сказал по-японски.

Силы оставили руку, сжимающую плечо Соске, и Андрей Калинин упал на землю.

* * *

Он не знал, сколько времени провел стоя на коленах у тела Калинина, который, казалось, просто уснул. Шум турбовинтовых двигателей заставил его очнуться. «Кинг Эйр» поднимался с взлетно-посадочной полосы. Внутри самолета была Тесса и остальные члены экипажа. Сагара взглянул на часы – до удара оставалось десять минут. Если они будут лететь на максимальной скорости, то смогут отлететь на безопасное расстояние.

- Чидори...

Он хотел сказать ей многое, но все свелось вот к тому, что они пробыли вместе менее минуты. Соске больше года ждал этой встречи, а получил только несколько мгновений. Он даже не знал, обрела ли она свое сознание, или нет, но он с уверенностью мог сказать: так называемые «изменения» остановились. Теперь-то она будет счастлива... Как бы то ни было, но именно этого он хотел: чтобы ей было хорошо. Только вот теперь Соске не мог удостовериться в этом.

Что ж, он сделал все, что мог. Теперь он для нее бесполезен.

- Удачи... - пробормотал Сагара, провожая взглядом пятнышко, которым был самолет. Вскоре и это пятнышко исчезло в лучах восходящего солнца.

Он встал, и, оставив тело Калинина, побежал прямо к базе. Нет, он не искал пути к спасению. Соске даже двигаться не хотел, но все же бежал.

Ikinasai... Это слово ему показалось смутно знакомым. Оно словно «вырисовывалось» из тумана прошлого. Почему он сказал именно так, а не просто «живи» или «иди»? Тем не менее, это слово как-то мистически повлияло на Соске, и он продолжал бежать.

Он нашел один из входов на базу в углу тренировочной площадки. Прорвав проволочную сетку, Сагара стал спускаться вниз по ступенькам – все это заняло не более тридцати секунд. Свернув за пару поворотов и пройдя несколько дверей, он очутился в нулевом коридоре.

Даже если Соске добежит на самый нижний уровень базы, подземные сооружения не выдержат температуры взрыва, или же просто напросто будут снесены ударной волной. Даже если свершится чудо, и ему удастся пережить удар МБР, все подземелье рухнет и тут же наполнится океанической водой. В таком случае, Сагара попросту утонет. Что бы ни случилось, результат один и тот же. Скрываться в подземелье бесполезно, а других способов спасения он и не видел.

Он посмотрел на часы. Семь минут.

- Я ничего не смогу сделать...

Кажется, выхода нет. Он сидел на полу нулевого коридора и размышлял, когда внезапно увидел большую дыру в стене. По ту сторону был сухой док, где он сражался с «Белиалом».

Да, Соске совершенно забыл о такой мелочи. Он перелез через груду камней и увидел поверженного «Лаэватейна», лежавшего в том же положении, в котором он его оставил. Голова БР была практически цела, значит, и слуховые датчики были в полном порядке. Он бросился вперед и позвал его.

- Ал...

- Я думал, Вы так и оставите меня здесь, - донесся из внешних динамиков все тот же безжизненный мужской голос, который стал таким привычным...

Кабина была полностью разрушена, но основной блок Ала располагался в животе. Да, маневр Соске оказался действительно опасным для него, но Ал уцелел.

- Ты знаешь о ядерном оружии?

- Да, я был ответственным за передачу информации из Афганистана.

- Конечно...

- Это ракета с РГЧ, каждая боеголовка несет в себе номинальный заряд 550 килотонн в тротиловом эквиваленте, и все они ориентированы на Мериду. Укрыться на острове невозможно.

- Ну да...

- По крайней мере, мы победили этот кусок металлолома.

Ал ненавидел «Белиала» еще с того времени, когда был вмонтирован в «Арбалет». Тот бой в школе... Да, в школе. Прошел всего лишь год, но Соске казалось, что прошла целая вечность. На том школьном дворе он проиграл схватку с «Белиалом», и там же похитили Канаме. Он рассказал одноклассникам всю правду и поклялся «вернуть ее назад» - это было так давно... И сейчас Соске загнан в угол.

- Сколько осталось времени?

- Пять минут.

- Так долго...

Он знал, что ничего не может сделать, и сейчас просто сидел и ждал. Каждая секунда длилась вечность.

Он вдруг вспомнил про флэшку в кармане – ту, что ему передала Мира Кудэн. Он хотел посмотреть ее содержимое по окончании задания, но сейчас у него не было устройства воспроизведения. Было, конечно, в кабине, но она уничтожена «Белиалом».

- Думаю, ты можешь прочесть карту памяти?

- Подтверждение... Это возможно. В кабине существует функциональный слот.

Он забрался внутрь через отверстие в кабине. Внутри воняло горелым металлом и винилом, и Соске закрыл нос. Кресла пилота не было, все вокруг было переплетено кабелями, системные части висели на проводах, но он все же нашел устройство в виде коробки, которое чудом осталось в целости и сохранности. Сагара взял его и вставил карту памяти.

- Что ж, ты можешь вывести информацию на экран?

- В рабочем состоянии только дисплей номер шесть. Отображение.

В правой части кабины замерцал экран размером с журнал, который каким-то образом уцелел. Соске посмотрел на содержимое флэшки.

- Значит, это видео...

В письме Мира писала, что она нашла это в интернете. Сагара мельком глянул на название: «tokanasosuke_01». Наконец он нажал кнопку воспроизведения.

Разрешение видео было слишком низкое, на экране то и дело возникали помехи, звук вообще был в моно формате. Первое, что он увидел – это классную комнату, немного отличавшуюся от той, что Соске помнил. Вид из окна также был несколько иной. Звук духового оркестра... Наверное, это ребята из кружка тренировались. Крики бейсбольной команды, играющей на школьном дворе. Из коридора доносился девчачий смех. Безошибочно, это старшая школа Дзиндай.

Но это уже был не привычный класс 2-4, а на порядок выше, 3-4. Картинка затряслась, и все перевернулось вверх дном.

- Эй, запись уже идет?

- Подожди, я переверну камеру.

Наконец камеру закрепили на штативе, картинка стала устойчивой. Первое, что появилось в камере, было лицо Кадзамы Синдзи. Да, ошибки быть не могло, это действительно он.

- Эээ, гм. Мы не знаем, где вы, ребята. Поэтому решили передать вам новости таким вот образом. Если вы это видите, пожалуйста, свяжитесь с нами.

- Эй, эй, так ты не передашь никакого смысла, - послышался посторонний голос, и кто-то тут же рассмеялся.

- Н-но мы ведь не знаем, стоит ли называть имена и все такое...

- Какая разница, ну? Раз, два...

Камера вновь переместилась, и теперь Соске увидел тридцать своих одноклассников, собравшихся у доски.

- Сагара! Чидори! Возвращайтесь скорее!

Все вышло далеко не в унисон, затем тридцать человек залились смехом. Кто-то просил переснять, кто-то говорил, что лучше оставить так.

Кадзама повернул камеру обратно. На его лице читалось какое-то напряжение.

- ...Ну, в общем, как-то так. Думаем, что вы оба сможете посмотреть эту запись. Итак, с кого начнем?

- Учительница! Учительница первая! – кричали ребята, многие свистели и хлопали. Лицо Кадзамы сменилось лицом их учительницы, Кагуразака Эри. Раньше она всегда носила деловой костюм, но сейчас была одета в свободную рубашку и повседневные джинсы.

- Эээ... Сагара, Чидори. Это я, ваш классный руководитель, Кагуразака Эри. Как вы поживаете? За это время многое произошло, но в целом все в порядке. Ваши личные вещи у меня, можете не беспокоиться.

- Учитель, неужели Вам больше нечего сказать?!

- Ах, ну ладно... В прошлом году я вышла замуж за учителя Мизухоши. И все это благодаря вам двоим. Спасибо вам огромное!

Послышались одобрительные возгласы из класса.

- Учитель, есть еще кое-что, не так ли?

- О... Ну что ж, хорошо. После выпускного, в апреле, я ухожу в декретный отпуск. Мы ждем ребенка в июне. Если сможете, приходите навестить нас.

Подавляющий гул аплодисментов. Эри неловко отошла от камеры.

- Следующий! Кто следующий?

- Киоко! Давайте Киоко!

- ...Эээ... Я?

- Киоко! Киоко!

К камере подошла Токива Киоко. У нее не было привычных детских косичек, она выглядела повзрослевшей и вполне здоровой.

- Гм... Кана, Сагара. Как вы видите, со мной все в порядке. Должно быть, вы очень беспокоились. Но я прошу, не нужно этого. Кстати, Канаме, хомячок сейчас у меня, можешь не волноваться. Выпускной намечен на третье марта. Я была бы очень рада, если бы вы рассказали о том, что с вами происходило...

- Отлично!

- Следующий? Давайте, народ!

- Оно-Ди, вперед!

Камера вновь затряслась.

- Нет, я, пожалуй...

- Эй, Оно-Ди, твоя очередь!

- Но я...

- Никаких «но»! Ты ведь много чего хочешь сказать, правда? Давай, вперед.

Кейтаро Онодера медленно, неохотно возник в камере.

- Давай, чувак, скажи хоть что-нибудь!

- Эх... Ну... - Онодера почесывал затылок, нерешительно глядя на камеру, но все же заговорил.

- Ну... Сагара, мне очень жаль, - сказал он неловко, даже не глядя в камеру, - я типа не очень тогда соображал, что делал... Ну, я просто услышал все то, что ты сказал, и не подумал... Действительно ли в этом твоя вина...

Его голос стал прохладным, класс замер в ожидании следующих слов.

- Ну да... Вы много чего от нас скрывали... Но я понял, что у вас, ребята, были на то причины. Итак, как я уже сказал, я тогда просто потерял рассудок, ляпнул сгоряча. Что ж, извини, парень. Это всего лишь оправдание. Короче, когда вернетесь, дайте нам знать. Мы ждем.

Кейтаро быстренько отошел от камеры. После этого одноклассники по одному обращались к Соске и Канаме. Это было длинное видео, Соске даже подумал, что оно уже шло пятнадцать минут, не меньше...

Он посмотрел на часы. Осталась одна минута.

«Я не хочу умирать»

Эта мысль захлестнула его.

Пронзительным и напряженным голосом, силой выдавливая слова, Соске пробормотал:

- Я... Не хочу... Умирать!

Он не мог понять. Голос неестественно изменился, лицо пылало, в глазах помутилось...

Все это было безнадежно.

- Нет... Я... Не хочу... Умирать...

Наконец, он понял.

Я плачу.

Слезы текли ручьем. Сагара рыдал и стонал, находясь в этой черной, закопченной кабине.

Пожалуйста, позволь мне их увидеть, хотя бы на минуту. Это все, чего я прошу. Я ведь прошу не так много... Я не хочу умирать... Я хочу вернуться в школу... Вернуться к Канаме. Я хочу вернуться! Нет, нет, нет...

- Я не хочу... умирать.

- Сержант, осталось тридцать секунд, - сказал Ал.

- Нет... не хочу...

- TAROS уничтожен. Использования Лямбда-драйвера невозможно.

- Я... знаю.

Двадцать секунд.

- Я хочу кое-что попробовать. Но сначала я хотел бы спросить: я человек или машина?

- Ты...

Казалось бы, ответ очевиден... Но это не так. Он был более продвинутым существом, нежели машина.

- Кто ты есть – выбери сам, Ал... Человек поступает именно так...

- Я благодарен.

Пять секунд.

- Что за...

- Я попробую сам.

Воздух вокруг «Лаэватейна» завибрировал. Это была сила, способная превращать энергию в материю... Сила, для которой человек был всего лишь посредником.

Ноль.

Пятьдесят пять мегатонн тротила взорвались в небе над Меридой.

Эпилог

Штат Виржиния, город Портсмут, окраина.

Возле двух старых могил появилась третья, совсем свежая.

На могильной плите виднелась надпись:

«Здесь лежит

Леонард Тестаросса,

который желал справедливого, чистого мира»

Естественно, в могиле ничего не было. Ядерный взрыв превратил его тело в пыль. Там, в западной части Тихого океана.

Наверное, он не хотел бы быть похороненным рядом со своей матерью, но Тесса должна была это сделать. Девушка поставила памятник между могилами родителей, чтобы ему не было одиноко. Так лучше.

Она хотела бы поговорить с братом, если бы они встретились в другом мире. Однако...

Тереза не знала, что будет в будущем, - наверное, она окажется здесь, со своей семьей. Наконец они будут все вместе. Будет очень трудно добиться примирения, но девушка верила, что оно когда-нибудь наступит.

- Разве это не хороший конец? – пробормотала Тесса.

Тишина. Лишь пение птиц и шум ветра нарушали спокойствие этого места.

Тесса встала и обернулась к своим товарищам. Их было двое. Первым был Ричард Мардукас. Его лоб украшал шрам, который предавал суровому офицеру менее холодный вид, но от того он стал еще более мрачным. Рядом с Мардукасом стоял адмирал Джером Борда, бывший начальник оперативного отдела Митрил. После нападения на штаб-квартиру в Австралии, никто не знал, смог ли выжить адмирал. Как оказалось, он получил множество травм и проходил курс реабилитации на протяжении полугода. Похоже, что в течении всего этого времени реконструкция организации продолжалась.

- Теперь все в порядке? - спросил Борда.

Его левый глаз покрывала повязка, и чтобы перемещаться, он вынужден был использовать трость.

- Да, дядя. Простите, что Вам пришлось проделать весь этот путь сюда.

После побега с Мериды Тесса и ее команда совершили вынужденную посадку в океан. Там их подхватила АПЛ «Пасадена». Не нужно говорить, что капитан Сэйлор был поражен, увидев в живых милую горничную и «Дюка». Он даже разрешил взять на борт белого тигра (наверное, все еще пребывая в шоке). Сейчас этот тигр находился в зоопарке на Гавайских островах.

Капитан Сэйлор очень хорошо относился к ним на борту своего судна, но после того, как незваные гости сошли на Гавайях, они тут же были взяты под стражу разведки военно-морского флота. Тесса уже приготовилась к жестокому допросу, но вовремя пришел адмирал Борда. Девушка могла только догадываться, какие связи имеет ее дядя, раз не только она, но и весь экипаж был освобожден. К своему удивлению, Тесса обнаружила, что Силс и Кортни, которых ранее обвиняли в присвоении военных транспортных средств и БР, также были оправданны.

- Только что был предоставлен отчет. Военные решили снизить уровень готовности до DEFCON-4. По крайней мере, кризис предотвращен.

- Действительно...

- Но я навсегда запомню эти три часа после взрыва. Ведь была запущенна баллистическая ракета... И те пять минут после того, как мы поняли, что ракета летит в направлении группы безлюдных островов, были как самый страшный кошмар.

Запад собирался мстить. Но тут уж Хантер и Лемон превзошли себя – они как можно быстрее стали распространять информацию среди всех спецслужб мира о том, что ядерная база под контролем. В конце концов, они предотвратили Третью мировую войну. Да, этот мир нельзя было назвать тихим и спокойным, но он, по крайней мере, вернулся к своему нормальному состоянию. Никто никогда не достигнет мира во всем мире, ведь в обществе всегда случаются как хорошие, так и плохие моменты.

- Они были не безлюдными, - поправил его Мардукас.

- Да... Мне очень жаль.

- Нет, все в порядке.

- Итак, что случилось с той девочкой, Канаме Чидори?

- Ее уже выписали из больницы, и теперь она вновь хочет вернуться в Токио.

После побега с острова Канаме проспала две недели. Причину установить не удалось. Температура спала, состояние было в норме, и казалось, что девушка просто не хочет просыпаться.

Однажды Тесса пыталась ее разбудить при помощи резонанса, но ничего не вышло. Сначала она думала, что Чидори просто отталкивает ее, но потом поняла, что это не так. С момента сражения на Мериде Тесса больше ни разу не слышала «шепот». Правда, иногда она чувствовала дежавю, и в течение длительного времени анализировала свои ощущения; но кажется, больше никто из «Шепчущих» не услышит этот голос вновь. Тесса все еще не решила, был ли этот голос плохим или хорошим.

Через некоторое время Канаме, ни с того ни с сего, открыла глаза. Сначала она жутко растерялась, но после пришла в норму. Тогда стало ясно, что девушка стала самой собой. Рассказ о том, что произошло в TAROS, очень удивил Тессу. Потом пришлось сообщить Канаме всю правду – Тесса, сжав кулаки и стараясь сохранить самообладание, рассказала о том, что произошло на острове Мерида. И про ядерное оружие, и про то, что они едва сумели бежать... И о том, что Соске остался на острове. Канаме молча слушала, и лишь сказала: «Мне жаль». После этого они больше не разговаривали. Успокоившись, Тесса дала ей обещание встретиться в ближайшее время.

- Должно быть, это тяжело...

- Да...

Так завершился их последний разговор, Тесса не могла понять одного, что на самом деле чувствовала Канаме. Тереза не проронила ни слезинки. Возможно, через неделю или две какой-нибудь банальный вопрос заставит её горе вырваться наружу, и девушка вновь начнет винить во всём себя. Такое повторялось уже ни раз.

Все трое шли через лес к машине. Было еще холодно, но весна скоро должна была вступить в свои права.

- Что вы теперь собираетесь делать? – спросил адмирал Борда.

- Лично я планировал вернуться в Англию. Там у меня есть некоторые сбережения, так что я протяну некоторое время. Как обычно, буду играть в шахматы, и читать военные книги.

- Что ж... Не похоже, что у вас есть корабль, куда бы вы могли вернуться. Неужели вы планируете обрадовать свою жену?

- Мою бывшую жену, сэр. Я не планирую начать все сначала, но пообедать с ней за одним столом было бы неплохо... Сказать по правде, я и сам еще не знаю, - пожал плечами Мардукас.

- А ты, Тереза?

- Кто знает, - слабо улыбнулась девушка.

Она думала, что навестит семьи погибших подчиненных, или просто отправиться в путешествие. Нора, вероятно, сильно горюет по поводу смерти Сакса. Тереза не знала, сможет ли она встретиться с ней, но, по крайней мере, выказать ей свое уважение будет вполне достаточно. Что касается путешествия... Она могла бы присоединиться к Мелиссе... Ах, она ведь будет с Вебером, Тесса будет только мешать.

Так же как и все, она думала, что Курц пал смертью храбрых, но как только девушка узнала, что он появился на поле битвы в Афганистане, ей стало как-то не по себе. Перед заданием она думала о многом... И потом, увидев его, она первым делом разозлилась, лишь впоследствии, ей стало легче.

- А вы, дядя? Планируете продолжить восстановление Митрила?

- Даже не знаю. В конце концов, нас сильно потрепала Амальгам, но мы вовсе не безоружны. Кроме того, я не знаю, сможем ли мы сработаться с генералом Амиттом.

- Действительно...

- Еще и с финансированием проблемы. Теперь, когда Мэллори ушел, мы не сможем жить как раньше. Если мы найдем финансистов... - Борда взглянул на Тессу. - Что скажете? Следует ли нам начать строительство ТДД-2?

- Нет, спасибо. Мне итак достаточно выпало хлопот.

- Хм, приятно слышать.

Конечно, предложение построить новую подлодку было уловкой. Видя Тессу такой, без всякого интереса к оружию, адмирал облегченно улыбнулся.

Они вышли из леса прямо к припаркованному на обочине красному «Чероки». Увидев их, Мишель Лемон сел в водительское сиденье. Его уволили из французской разведки, и теперь он работал на Борда.

- Извините, что заставили вас ждать, Лемон.

- Вовсе нет! Я бы ждал, сколько вам угодно. Если бы вы сказали, я бы приготовил чай, или обед, или ужин... Ну, в общем, еду...

Видя яростные взгляды Мардукаса и Борда, он остановился и прочистил горло.

- ...Эх, хватит об этом. Есть новости от Тени! Вот, взгляните! Вы будете удивлены!

Он протянул планшет. На нем был показан совершенно секретный файл разведки ВМС США. Даже Борда и его люди не смогли бы получить доступ к такой информации... Мало того, что она была сверхсекретная, так еще и получена в кратчайшие сроки.

- Откуда это?

- Она говорит, что информация получена от ГРУ.

- Хм...

- Это благодаря Афганистану. Хотя я уверен, что сами они саркастически отнеслись к этому...

Увидев озадаченное лицо Борда, Тесса взяла планшет и просмотрела файл. Тридцать инфракрасных снимков Мериды с интервалом в девяносто минут. Земля была выжжена, пейзаж стерт чудовищным взрывом. Остров превратился в кусок наполовину расплавленной породы. Тесса увидела прямой участок побережья, вероятно, остаток подземной базы.

Просмотрев второй файл, девушка заметила, что излучение было не таким уж и большим – боеголовки РГЧ были относительно «чистыми». Через час после взрыва излучение значительно снизилось, а через пятнадцать часов оно составляло всего лишь один процент от первоначальной суммы.

Третий файл представлял собой видео, снятое с вертолета ВМС, посланного для реконструкции местности через двадцать четыре часа после взрыва. Видео было почти «домашним», иногда в камере появлялись люди из экипажа вертолета, одетые в защитные костюмы. Счетчик Гейгера показывал, что уровень радиации в пределах нормы, и экипаж может высадиться на землю. Вертолет облетел остров, снимая кратеры от удара. Вдруг они заметили большую груду щебня, наполовину погруженную в морскую воду. Безусловно, это руины базы. Где-то там находился нулевой коридор и сухой док.

Она ахнула, увидев красно-белую человекоподобную фигуру, растянувшуюся на побережье.

Это был «Лаэватейн».

Машина была сильно повреждена, но не узнать ее уникальную форму было невозможно. Обнаружив БР, экипаж вертолета стал горячо спорить между собой; кто-то говорил, что это визуальная ошибка, и что это просто невозможно. Камера не имела достаточно хорошего увеличения, машина выглядела размыто – но неполадки внезапно исчезли. Оператор приблизил грудь машины. Разрешение было не самым лучшим, но было хорошо видно, что кто-то в черном костюме пилота вылез из кабины, а затем уставился на вертолет реконструкции. Видео закончилось, экран потемнел.

Хоть Тесса и не сильно разбиралась в БР, но прекрасно понимала, что если кабина уничтожена, то Лямбда-драйвер не может функционировать. Во всяком случае, так должно быть. Мог ли Ал соединиться с основной системой? Это не только защитило бы их от взрыва, но работающий Лямбда-драйвер позже смог бы защитить и от радиации.

- Похоже, что и пилота, и машину они доставили на базу на Окинаве.

Он жив.

Планшет начал сползать из рук Тессы, и Лемон быстренько подхватил его.

- Его перевели из разведки ВМС в ЦРУ. Это доставило нам немало хлопот, но чуть позже Спиар, конгрессмен Разведывательного комитета, забрал его оттуда.

- Работа Амитта... Он хорошо знает этого Спиара, - заметил Борда.

- Он... В заключении? – собрав всю волю в кулак, спросила Тесса.

Тереза думала, что не будет плакать на этой неделе. Что ж, жизнь полна сюрпризов.

- Похоже на то. Кажется, они собираются перевести его из базы Кадена на базу в Калифорнии. Я не уверен, что он в состоянии говорить, но зная их... Они начнут допрос, как только он выздоровеет.

- Значит, мы спасем его...

- Да, и... Похоже, Мао и остальные согласятся с этим.

Окинава, район Накагами, Тятан

- Блин, а я думала, что навсегда завязала со стрельбой и оружием... Но предполагаю, что тут без моей помощи не обойтись. Отчасти это моя вина, - бормотала Мао.

Она сидела на пассажирском месте и проверяла свой СМГ.

- Если бы ты была чуточку быстрее, проблем бы не возникло... И все это из-за возвращения этого идиота, - невнятно сказала Тень, сидя на водительском месте.

- Что?! Из-за меня? Ну-ка повтори! Ты меня обвиняешь? Едва выздоровев, я бросился спасать вас от неминуемой смерти! И вместо благодарности – обвинения! – запротестовал с заднего сиденья Курц. Автомобиль был малых габаритов, и дуло его винтовки упиралось в потолок.

- Ага, выздоровел он. Ты про меня-то не забыл? У меня шов по всему животу, а селезенка, вообще, бог знает, на чем держится. Да, и слух у меня еще полностью не восстановился, так что перестаньте кричать! – простонал сидящий рядом с ним Крузо. Он был весь в бинтах, но не выпускал из рук оружие.

Вчетвером они составляли команду-А. Припарковав «Хаммер» на обочине национального шоссе 58, что ведет к военной базе на Окинаве, они ждали команду-Б. Крузо продолжал ворчать.

- Штурмовать американскую базу – это сумасшествие. Мы же не террористы. Ведь мы можем погибнуть. Я вообще должен сейчас лежать на больничной койке рядом с Ву.

- Все будет хорошо, я тут уже побывала. Чертежи у меня.

- Это не проблема...

- Эх... Я надеялся, что у нас будет хотя бы один БР...

- Заткнись! Твое ворчание только усугубляет положение.

Поступил входящий звонок от Янга.

- Это командир Браво. Мы на позиции. Начнем отвлекать их согласно графику. Остальное зависит от вас.

- Командир Альфа, вас поняла, - сказала Мао.

Через пять минут начнется штурм.

Они сидели в абсолютной тишине. Наконец, Курц посчитал обстановку скучной и сказал:

- А что будем делать, если он искалеченный? Или подыхает от радиоактивного заражения?

- Да заткнись ты!

- Но мы должны быть готовы ко всему. Ведь он подвергся воздействию ядерного взрыва!

- Если бы у меня была подобная информация, я бы с тобой ею поделилась. Состояние его здоровья удовлетворительное, - вмешалась Тень. – Кстати, когда тебя, Вебер, полумертвого нашли около Янска-11, ты выглядел как овощ.

- Га... Я и сам думал, что умер.

- Испорченный ребенок, - угрюмо пробормотала Мао, - Ты не умирал, поэтому перестань выделываться. Если честно, то когда этот идиот якобы умер, мне даже спокойнее стало...

- Ну же, перестань, сестренка! Не заставляй меня рассказывать...

- Что?

- Ну... Когда мы возвращались из Афганистана, и все спали, она подошла ко мне. Она плакала, а ее голосок был таки-и-им милым...

- Умри!!! Просто сдохни!!! Упади замертво!!! Ты самый худший!!! Думаешь, нормально рассказывать такое?!! А?!!

- Эээ... Так что произошло?

- Ничего, забудьте, я... Сказала, что... Брошу все, и перейду на гражданку...

Вдруг раздался взрыв. Там, на северо-западе, как раз в стороне базы. Сразу же завыли сирены. До штурма оставалось пять минут, к тому же, команда-Б заходила совсем с другой стороны. Что-то произошло внутри базы.

- И... Что теперь?

- Давайте немного подождем. Вроде выстрелов больше не слышно. Да и этот взрыв был не сильным.

- А команда-Б?

- В режиме ожидания до дальнейших распоряжений.

Затем они увидел грузовик, который направлялся от места взрыва в восточном направлении. Он проехал периметр, затем свернул направо, и на полной скорости помчался к ним.

- Эй, погоди...

Грузовик промчался мимо «Хаммера», даже не остановившись. На мгновение свет упал на водительское сиденье, и все увидели его лицо. Это был ни кто иной, как Сагара Соске.

- Соске...?!

Через пятьдесят метров грузовик резко затормозил, дал задний ход и остановился возле «Хаммера».

- Что вы здесь делаете?

Это знакомое, угрюмое лицо и опущенные уголки рта...

Соске оставил двигатель включенным. На нем почему-то была одета форма младшего лейтенанта ВВС США. Кажется, много чего произошло, прежде чем ему удалось удрать.

Все четверо, глядя на него, как на призрака, вышли из машины.

- Ну, мы... Мы здесь, чтобы забрать тебя...

- Вижу. Хм.

Заметив Курца, который пытался выползти с заднего сиденья, Соске нахмурился.

- О. Ты жив.

- И это все, что ты скажешь?!

- Ты выглядишь потрепанным. Впрочем, как и всегда.

- ...А ты как всегда ужасен...

На военной базе воцарился хаос. Скоро их обнаружат.

- Время поджимает. У меня есть еще неоконченные дела, поэтому я поеду, - сказал Соске, садясь на водительское место «Хаммера».

- Ч... Что?

- Пожалуйста, позвольте сержанту уехать, - раздался искусственный голос из грузовика.

- Ал???

В кузове грузовика они увидели основной блок Ала вместе с источником питания и другими механизмами.

- Я бы легко бежал в одиночку, но вот из-за него у меня возникла куча неприятностей.

- Я благодарен.

- Похоже, ты в полном порядке. Я даже немного разочаровался...

- Меня допрашивали, но я цел и невредим.

Удивительное, и даже возмутительное упорство. В течение нескольких недель они переживали, что больше его не увидят, а теперь стоят тут, как кучка идиотов.

- Где Канаме?

- В Токио. Она не знает, что ей теперь делать. Но хотела бы, чтобы все вернулось на круги своя...

- Понятно.

- Она отказалась от сопровождения. Сказала, что больше не слышит «шепота», - скривилась Тень.

- Хорошо... Оставляю Ала на вас.

Сагара сел в «Хаммер» и завел двигатель. Он возложил на них самую сложную задачу – побег на грузовике.

- Соске.

- Что?

- Ты помнишь, о чем мы говорили? Чем ты теперь займешься?

Он на секунду призадумался. Послышались звуки сирен: приближались патрульные машины. Скорее всего, они поняли, что взрыв был отвлекающим маневром. Соске кивнул в их сторону и пожал плечами:

- Видишь ли, я бы с радостью выбросил все мое оружие, но в данный момент это сделать практически невозможно.

- Да... Действительно...

- В любом случае, сейчас на первом месте по значимости – выпускной вечер. Что ж, еще увидимся.

Заревел двигатель «Хаммера», и автомобиль ускорился по шоссе. Соске исчез в пыли, поднятой машиной.

- Он только что уехал. Тьфу.

- Мне следовало остаться в больнице.

- Э... Выпускной вечер?

Они стояли, рассеяно глядя в ту сторону, где только что исчез «Хаммер». Затем Мао пришла в себя и ударила ладонью по лбу:

- Черт... Бежим!

Военные полицейские машины быстро приближались. Вчетвером они забрались в грузовик и попытались уйти, свернув на перекрестке. Мао и Тень сидели в кузове, вместе с Алом.

- Итак, какие планы на счет моего нового тела?

- Никаких! Нет ни организации, ни бюджета!

-Когда мы уйдем от погони, не могли бы вы поместить меня в авто? Я бы предпочел что-то из серии Trans-Am.

Токио, город Тёфу.

Дверь такси захлопнулась за Канаме, и автомобиль умчался прочь. Щебетание воробьев приветствовало утреннее солнце. Домохозяйка выносила мусор. Мимо прошел служащий. Пожилой мужчина вывел на прогулку собаку.

В течение года здесь ничего не изменилось. Все тот же район и все тот же жилой дом. Наконец, она вернулась.

Девушка думала, что по возвращении домой переполнится эмоциями, почувствует наплыв счастья или, в конце концов, расплачется. Но ничего подобного не произошло.

Канаме достала ключ, предоставленный Тенью, вошла в здание и поднялась на четвертый этаж. В течение нескольких секунд она не могла вспомнить номер своей квартиры. По пути девушке никто не попадался, и вскоре она уже стояла перед дверью с табличкой «Чидори». Открыв дверь, Канаме вошла темный коридор. Она нажала на выключатель, но ничего не произошло. Похоже, перерезали провода. Чидори стала на носочки и толкнула вверх рычаг над обувной полкой.

- Я дома...

Она произнесла эти слова рефлекторно, зная, что квартира пуста. Отец и младшая сестра уже давно переехали в Нью-Йорк. Но все же, кто-то время от времени убирал квартиру, это сразу бросилось в глаза.

Канаме сняла туфли и пошла в гостиную. Комната почти не изменилась – просто выглядела аккуратнее, сразу видно, что здесь давно никто не жил. Не было разбросанных на полу листков бумаги, здесь не валялись юбки и рубашки, на телевизоре не лежал справочник. Похоже, что тут побывала полиция.

Холодильник, естественно, был пуст. Спальная осталась прежней, если не считать, что и здесь прибрались. Даже плакат с Джеймсом Брауном остался нетронутым. Девушка вернулась в гостиную и сняла трубку телефона – вопреки ожиданиям, его не отключили. Она попыталась дозвониться в Нью-Йорк, но ее приветствовал автоответчик. Сейчас у них семь часов вечера, но почему-то дома никого не было.

- Привет... Э... Это Канаме. Я уже в Токио, звоню сказать, что со мной все хорошо. Я перезвоню позже.

Девушка вспомнила видение в TARTAROS – то мирное семейное утро. Мамы не было – Чидори сама выбрала такую участь. Но все же, она могла кое-что сделать. Канаме расторгнет отказ от отца, перестанет ревновать к сестре, будет хорошим ребенком. Да, воссоздать ту идиллию не возможно, но она сделает хоть что-то.

- Мне жаль, что я заставила тебя волноваться. И я... Ну, в общем, я больше тебя ни в чем не виню, отец.

Она положила трубку. Почему-то это высосало из нее всю оставшуюся энергию. Чидори плюхнулась на диван и стала думать. Что ей теперь делать? Тесса сказала, что Соске больше нет. Говоря это, капитан вела себя сдержанно и решительно, поэтому Канаме, слушая ее, тоже не выказывала никаких эмоций. В ее сердце образовалась зияющая дыра. Даже сейчас, думая о том, что Соске пережил все, включая сражение с «Белиалом», и умер таким вот образом, не мешало сдерживать себя.

Что-то похожее происходило с ней, когда она потеряла маму. Но сейчас все было по-другому, и Чидори не понимала, почему. Она попросту не могла в это поверить. Канаме не знала, были ли эти чувства плодом отвергнутой реальности, или нет. Как бы то ни было, она лишилась эмоций, чувствовала себя очень спокойно, словно думала о чем-то обычном.

Она вспомнила Леонарда.

Бедняга. Я не могу ответить ему взаимностью. По крайней мере, он следовал за мной до самого конца. Теперь, когда я стала его ценить, наши отношения восстановлению не подлежат. То же самое с Фаулером и Сабиной. И Калинин... У всех них были свои надежды, которые я отвергла. Будет очень тяжело жить с этим бременем.

И София... Тесса сказала, что она исчезла. Но это не так. Она все еще здесь, в уголке моего сознания. Иногда она появляется и смотрит на меня. Но я не чувствую ни зависти, ни ревности с ее стороны. Наоборот, она чему-то улыбается, смотря на все происходящее с чувством юмора. Говорит, чтобы я показала ей, как сдержу свои слова: останусь верной миру, который сама выбрала. Она хочет, чтобы я заставила ее согласиться с моим выбором. Просит, чтобы я влюбилась и позволила ей на некоторое время овладеть моим разумом. София думает, что имеет на это право. Я не собираюсь доказывать ей, что она ошибается – в конце концов, это ее желания, и я не настолько бесчувственна. Я ведь не могу полностью ее отвергнуть: ко всему прочему, я ей кое-чем обязана. Что ж, я просто оставлю её в покое в моём сознании. На всю жизнь.

Хм, что теперь? У меня голова кругом, когда я много об этом думаю... Покончим с этим. Я полежу на диване, посмотрю телевизор, потом, быть может, схожу в магазин купить еды.

Эта идея показалась ей великолепной, но что-то ее смущало. Ах, ну конечно... Канаме очнулась от дремоты. Сейчас пятница, обычный будний день. Время – 9:14.

- Школа...

Собственно говоря, она бросила школу. Но ей стоило хотя бы показаться там, со многими поговорить и перед многими извиниться. Так, где же школьная форма?...

Чидори открыла шкаф и обнаружила там свою форму, явно побывавшую в химчистке.

* * *

- О...

Одетая в бело-зеленую школьную форму, Канаме стояла перед воротами школы и смотрела на табличку. На ней было написано: «Хэйсэй-10, Токио, Старшая школа Дзиндай. Выпускной вечер». Конечно же, девушка знала, что это торжество должно было состояться примерно в этот отрезок времени, но чтобы прямо сегодня... По идее, ей повезло: она успела на выпускной вечер, но ведь Чидори совсем не готова. Что же делать? Из тренажерного зала доносились знакомые мотивы «Аногэба тотоши». Музыка придавала серьезное, и в то же время торжественное настроение этому дню, когда начинается новая и очень важная глава в жизни студентов. И тут объявится она – девушка, которую похитили после сражения роботов, которая была вовлечена в заговор террористической организации, начала и остановила изменение мира... Ее появление было бы явно неуместным.

Дверь спортзала распахнулась, и студенты потопали к зданию школы. Девушки радостно обнимали друг дружку, парни зевали и потягивались, явно устав от церемонии. Среди этой счастливой толпы Канаме заметила много знакомых лиц.

- Эй... Это Чидори? – кто-то прокричал.

О, ее заметили.

- Чидори? Вот она!

- Чидори? Где?

- Подожди, кто...?

- Чидори!!! Там!

- Ура!!!

Шум нарастал, и Канаме стояла, как вкопанная. Складывалось впечатление, что ее вот-вот забросают камнями.

- Кана-а-а-а!!!

Среди всего этого хаоса она увидела маленькую фигурку Токивы Киоко, которая отчаянно пыталась пробраться сквозь толпу.

- Киоко?

- Кана!!!

Токива бежала, что есть сил.

Она улыбалась.

Без тени сомнения или колебания, она бежала, улыбаясь, с раскрытыми объятьями.

Чидори не понимала – прошел год, из-за нее произошло много ужасных вещей...

Почему вы бежите ко мне, такой слабой плаксивой девчонке? Киоко, стой, или я...

Поток эмоций переполнил ее, Чидори обняла Киоко, из глаз хлынули слезы. Она упала на колени, продолжая плакать. Подбежали одноклассники и кружили двух девушек.

Подбежали учителя. И хотя они были столь же потрясены, как и ученики, им все же удалось успокоить ребят и отвести в соседний двор. Все они – ее учитель, Кагуразака, Сиори, Кадзама Синдзи, Кейтаро Онодера и другие ее одноклассники... Все они стояли вокруг нее: одни улыбались, другие едва сдерживали слезы. Никто из них всерьез не изменился.

Она радовалась, что выбрала этот мир. Да, София?

Канаме не помнила, что говорила в течение следующих нескольких минут. До тех пор, пока кто-то не спросил:

- А где Сагара?

Толпа притихла.

- Соске...

Она не знала, как это объяснить. Он обещал вернуть ее, но сам не смог вернуться.

Как я могу...

- Эй, это случайно не он? – спросил кто-то.

Один за другим студенты повернулись к воротам. Там лежал небрежно брошенный мопед HondaSuperCub, человек, который только что с него спрыгнул, направился к толпе учеников.

Это действительно был Соске.

Толпа восторженно кричала. Одни были действительно счастливы, другие просто поражены. Канаме чувствовала себя так, будто ожидала чего-то подобного...

Ах, так это была ложь. У парня, которого я люблю, все же есть одна черта характера, компенсирующая его недостатки. Эта черта – его упрямство.

- Ну, что? Я сдержал свое обещание! Я вернул ее! – закричал он.

Соске тяжело дышал, весь обливался потом. Оставалось лишь предполагать, как он все же успел на выпускной. Но, не смотря ни на что, он потрудился надеть школьную форму. Придерживаться принципов – это так на него похоже...

- Сагара?

- Сагара!

- Эй, это Сагара!

Как только он подошел ближе, одноклассники окружили и его тоже.

- Извините, я опоздал. До самого утра меня удерживали на базе в Окинаве.

- Ты не слышал...

- Нет, я только знал, что выпускной вечер должен быть сегодня.

- Я же говорил, что ты не слышал.

Перекинувшись парой слов с Синдзи, Кейтаро и другими, Соске, наконец, пробился через толпу и стал напротив Канаме.

- Я подумал, что ты будешь здесь, Чидори.

- Соске...

Он говорил небрежно, почти дерзко. Он не раз смотрел смерти в глаза, и после всего, что случилось, он приехал сюда и вот так вот улыбался... Почему?

- За это время произошло немало событий. Я так много хочу тебе рассказать... Но не сейчас. Тень сказала, что ты отказалась от сопровождения.

- Но...

Канаме больше не слышала «шепот». Сколько бы в мире не существовало организаций, она им точно не понадобиться.

- Как это наивно. Тебе нужен кто-то, чтобы охранять тебя, - он протянул правую руку.

Она неуверенно протянула свою. Сагара стал напротив нее и сказал:

- Я буду твоим охранником. Всегда.

- Что... Ты...

Канаме почувствовала, как запылали ее щеки, сердце выпрыгивало из груди.

Что ему ответить?

- Ты помнишь свое обещание в Мексике?

- А?

Тогда она сказала по радио, что при их следующей встрече – не важно, где, когда и при каких обстоятельствах, - они поцелуются.

- Как ты видишь, наше воссоединение состоялось.

- Да, н-но... Но...

- Ты не любишь меня?

- Я не это имела в виду, но... Оглянись вокруг!..

Толпа из тридцати человек на школьной площадке, студенты, что выглядывали из окон школы... Все смотрели на них. Так много людей...

- Э... Я не против, но... Здесь? Я имею в виду, все смотрят... Это немного...

Соске ответил, как обычно:

- Нет проблем.

Он нежно обнял ее, и их губы соприкоснулись. Сопротивляться было бесполезно.

Она не знала, как долго длился их поцелуй – закружилась голова, вокруг все было как в тумане. Остатки здравого смысла, твердящие, что на них смотрят несколько сот человек, покинули ее. Ведь это было именно то, чего она хотела.

Канаме закрыла глаза и полностью отдалась Соске. Она поняла, что теперь полюбит его еще сильнее.

«Да ну вас к черту!»

Перед изумленной аудиторией она обняла его голову, и, повинуясь своему сердцу, продолжала страстно целовать Соске. Они были полностью поглощены друг другом, не обращая внимания на насмешки толпы.

Было неловко. Очень неловко. Лицо горело от стыда – но это ее как-то не волновало.

Я очень долго ждала этого. Он тоже. Есть вопросы?

Наконец, их губы разъединились, но они все еще обнимали друг друга, соприкасаясь лицами.

- ...Не отпускай меня, пожалуйста...

- Никогда.

- Всегда... Всегда... Будь со мной... всегда...

- Конечно, - лицо Соске стало угрюмым, как обычно, и он серьёзно кивнул. – Мне не понадобится оружие, пока ты рядом со мной.

Послесловие

Для тех, кто любит смотреть сначала на послесловие, а уж потом читать книгу: здесь есть спойлеры.

Я заставил вас ждать слишком долго. Простите меня.

Почему так долго... Я не буду объяснять, это вас лишь расстроит. Но, как бы там ни было, эти три мучительных года подошли к концу. Я купил две бутылки вина («Шато Латур» - цена значительная) того же года, когда появилось ФМП, то есть 1998-ого. Одну оставил себе, другую отдал Сики-сан, приложив письмо: «Пожалуйста, открой, когда завершишь иллюстрирование». Это на меня не очень-то похоже, но иногда я люблю себя побаловать.

В конце концов, сериалу уже двенадцать лет, и все это время мы работали вместе. Только мы вдвоем имеем право попробовать столь изысканное вино (хе-хе). На протяжении этих лет многие мне помогали, но бутылки, увы, всего лишь две.

Итак, моя книга только что подверглась окончательной корректировке, и я пишу это послесловие, наслаждаясь прекрасным вином и великолепным сыром, что Сики-сан прислала мне в ответ. Так что... Да, я пьяный писатель.

...Минутку, пришел паренек из службы доставки. О, это пробный экземпляр первой книги.

Книга переплетена ленточкой с надписью: «Грандиозный финал взрывного военного школьного экшена!»

Грандиозный финал? Я никогда об этом не думал, но хорошо, что подобные вещи иногда преувеличивают. Спасибо, кто там главный!

Кстати, если финальная книга разделена на два тома, это очень впечатляет. Но в остальном она похожа на... Сборник рассказов. Хм, книга получилась увесистой...

С самого начала я решил, что основной темой серии будет, скажем, «Парень встречает девушку». Я всегда надеялся, что ее не затмят все эти тайны мироздания, война организаций и все тому подобное. Это история о нем и о ней, и я всегда старался напоминать об этом читателю. Получилось это у меня, или нет... Что ж, судить не мне. Я дрожу от страха в ожидании вашего, читатели, суда: а вдруг у меня не вышло?

Как бы там ни было, эта длинная история подошла к концу. Но мне кажется, что финал вышел чересчур грустным. Поэтому я подумал: может, в ближайшем будущем мне стоит опубликовать парочку рассказов, накопившихся за все это время? Я подумал, что это будет своего рода продолжение этой книги... Но не знаю, нужно ли это делать. «Некоторые вещи лучше оставить несказанными» - или как там говорят? Но все-таки, я не хочу, чтобы что-то осталось недосказанным... Ммм, я не знаю. Обдумаю это, когда успокоюсь.

Сейчас я готовлю новую серию. Я хотел бы передать ее читателю как можно скорее, но на данный момент у меня есть и другая робота – к примеру, «Полицейское ремесло» (в сборнике GaGaGa, опубликованном Shogakukan). Иллюстрации сделаны Рэнджи Мурата. Если эта вещь продается, то «Я сделаю все возможное!». Пожалуйста, прочтите «Полицейское ремесло»!...

...Добавил немного саморекламы.

Примечание: остальная часть послесловия состоит из списка имен и благодарностей, в том числе и полному актерскому составу аниме, создателям манги, меха-дизайнерам, редакторам и т. д.

И наконец, вы, дорогой читатель!

Всего я написал двенадцать книг. Если считать сборники коротких рассказов, то двадцать две. Для меня большая честь, что вы оставались со мной на протяжении этого длинного, нелегкого пути.

Спасибо вам, от всего сердца.

Всегда ваш,

Сёдзи Гато

Июль, 2010

Content

Гато Сёдзи Будь со мной всегда! Часть 2

Глава 3 Бледный конь (продолжение)

Глава 4 Любовная дилемма

Глава 5Испытание человека

Эпилог