Павел Матисов

Закон Варпа II

Глава 1

— Ваше благородие… — скромно окликнули меня, когда я шествовал в собственную каюту.

За мной по коридору семенила Элиза, торопливо перебирая ножками. Что мне нравилось в девушке, так это то, что она была ниже меня. Правда, против высоких девушек я тоже ничего не имел. Как, например, против стоящей рядом со мной каменным истуканом Кирхе. Я видел Элизу среди присутствующих на церемонии аннигиляции, но полагал, что она заявилась ради праздного интереса, как и другие зеваки. Не каждый же день расщепляют падших в прах.

— Примите мои искренние соболезнования! С вашей служанкой я была не слишком хорошо знакома, но это, наверняка, для вас серьезный удар.

— Благодарю. Чем могу служить?

— Я подумала, что вам не стоит оставаться одному после такого потрясения! Или уважаемая сестра составит вам компанию вечером?

— Мы не вмешиваемся в личную жизнь наших подопечных, — в зеленых глазах Кирхе блеснули опасные искры.

— Превосходно! Виктор, позвольте сопроводить вас! — брюнетка подхватила меня под руку и повела по коридору.

— Хм, мне казалось, ты разозлилась в тот день… — заметил я задумчиво.

— Мы, девушки, быстро злимся и быстро отходим! — заявила Элиза с показным энтузиазмом.

— Что ж, с удовольствием приму предложение девушки, которая не умеет долго злиться!

Элиза, разумеется, не забыла былых обид. Было видно, что она не столь легкомысленна и легка на передок, как Головина. Расчетливая и хладнокровная змея, которая в некоторых случаях готова поступиться гордостью. Мой поступок ей явно не понравился, но она решила не портить отношения. Я же был вполне себе не против провести приятно время. После долгих перелетов через варп и сражений с дейрами сбросить напряжение — самое то. Главное не увлекаться. Кодекс Варпа запрещал сближаться. Кто знает, быть может, я смогу найти применение талантам этой безродной девицы и помимо постели.

— Закончили, сударь Гарин. Почти как новенькая! — проговорил Орен. — Придет новая, заменим.

Старший техник вместе с помощником занимался починкой входной двери, сломанной падшей. Створка теперь имела некрасивые вздутия от сварки, напоминающие хирургические швы, которыми стягивают рваные раны. Да слегка цеплялась о порог. Но главное, что дверь функционировала и плотно прилегала к переборкам. Никто из коридора не услышит того, что происходит в каюте.

— Благодарю за работу! — кивнул я и попрощался. — Сестрица Кирхе, доброй ночи и страстных вам снов!

— Оставьте порочную страсть себе, Виктор, — фыркнула инквизиторша и удалилась в свою каюту.

[Элиза Бланко]

Признаться, Гарин ее слегка уязвил. Если бы он не выгнал ее наутро словно дешевую потаскушку, она бы, может, и не стала преследовать виконта. Но Виктор сумел ее разозлить. Элиза планировала дождаться подходящего момента и достать какой-нибудь интересный компромат или информацию, которая могла быть полезна другим аристократам. Что-нибудь из внутренних разборок Гариных. Пускай он всего лишь второй сын и не главный наследник, рано или поздно что-то должно проскочить в письмах и личных документах. Самостоятельно шантажировать Гарина она бы не осмелилась. Где она — дочь уголовника, а где виконт. Но вполне можно продать информацию кому-то из конкурентов. Деньги Элиза любила.

Как только затворилась дверь каюты, Виктор накинулся на нее со всей страстью. Элиза и сама была не прочь сбросить напряжение, тем более Гарин, надо отдать гаду должное, знал, как доставить ей удовольствие. По всей видимости, у Виктора тоже давно не было пассии, что и не удивительно. Походная скученность не располагает к любовным авантюрам.

— Закончим сегодня пораньше, — заявил Виктор после очередного раунда. — Я в душ…

— Угу… — пробормотала Элиза, потягиваясь.

Только Гарин скрылся, девушка приступила к обыску помещения. Не забыла и про номерной сейф. Во второй раз Элиза потратила меньше времени на вскрытие. Пробежав глазами письмо, она поняла, что снова ничего интересного найти не удалось. На скорую руку девушка обыскала комнату, однако внутри мало что поменялось. Элиза закрыла сейф и принялась собираться. Оставаться на ночь она смысла не видела.

— Уже уходишь? — показался из ванной Виктор, вытирающий волосы полотенцем. — Все успела осмотреть? — усмехнулся парень.

Элиза на секунду замерла, после чего продолжила собираться:

— Не понимаю, о чем ты говоришь. Разве нам не было хорошо вместе?

— Как скажешь. Кстати, не хочешь подзаработать? Мне нужна информация о командоре Варгасе.

Девушка внимательно вгляделась в наглые светло-фиолетовые глаза Виктора. В них словно бы плескался изначальный Хаос. Но Элиза слишком любила деньги.

— Какая именно информация? — приподняла девушка бровь.

— Хорошо, что перестала играть этот спектакль, — кивнул тот удовлетворенно.

— Как ты узнал? — хмуро вопросила Элиза.

— У всех нас есть свои маленькие и большие секреты. Если ты узнаешь мои, придется мне тебя убить, — усмехнулся Виктор. — Хоть это и идет вразрез с Кодексом Варпа.

— Покои командора на Кениоке имеют слишком сложную защиту, — покачала она головой.

— Вот как? Возможно, я смогу найти подходящий инструмент для тебя. Ты ведь Молнией владеешь?

Девушка кивнула, слегка заинтригованная.

— Я с тобой свяжусь в один из дней. Ну а будет желание сбросить напряжение, милости прошу в мою скромную обитель. Сладких снов!

Обменявшись прощальным поцелуем, пара рассталась. Элиза шла до своей каюты в глубокой задумчивости. Ей было обидно, что так и не удалось собрать компромат на Гарина, да еще и тот каким-то образом разнюхал о ее деятельности. Но в то же самое время… Деньги Элиза любила.

[Виктор Гарин]

— Как прошла ночь? — поинтересовалась Кирхе наутро.

— Спал аки младенец, — признался я, двигаясь в сторону столовой. — Кстати, сестрица, ты еще не собрала обо мне достаточно сведений? Сколько времени опекать планируешь?

— Столько, сколько потребуется. О чем мне хотела поведать твоя служанка?

— Варп один знает. После падения Вилсана перестала быть слугой рода Гариных.

— И как же виконт теперь будет обходиться без прислуги? — приподняла бровь инквизиторша.

— В Академии достаточно слуг, пусть они и не столь расторопны, — пожал я плечами.

Похоже, инквизиторша планировала продолжать ходить за мной по пятам, словно привязанная. Подгадила Вилсана перед своей смертью, так подгадила. Нет бы держать язык за зубами. Как бы мне от преподобной в мастерской отвязаться? Ничего дельного на ум не приходило. Остается надеяться, что Кирхе самой надоест постоянно следить за мной в ремесленном помещении.

В столовой академии было шумно и многолюдно. Народ активно обменивался впечатлениями от многодневного похода и участия практически в боевых действиях. Да, курсантов не пускали в опасные системы, однако близость врага будоражила воображение.

— Сударь Гарин, вы ведь побывали в настоящей передряге! Расскажите, как вам удалось уцелеть! — пристала ко мне стайка первокурсниц.

— Сгиньте с глаз моих, — цыкнула на них подошедшая с подносом Элиза.

Первокурсницы, переглянувшись, двинулись к другому столику.

— Виктор, не возражаешь?

— Присаживайся, — радушно пригласил я.

Элиза присоединилась к нам с Кирхе за утренней трапезой.

— Так вы теперь встречаетесь? — уточнила инквизитор.

— Ни в коем разе! — покачала головой Элиза. — У нас строго деловые взаимоотношения.

— Так это теперь называется? — нахмурилась Кирхе. — Беспорядочные половые связи ведут к Хаосу!

— Я не сплю с кем попало, — парировала Элиза.

— Обо мне ты, судя по всему, знаешь, — глотнул я горячего кофе. — Расскажи о себе. Откуда родом? Чем занимаются твои родители?

— Я бы предпочла не распространяться, — буркнула девушка, помрачнев.

— Разве можно строить доверие на сплошных секретах? — приподнял я бровь.

— Ладно, раз ты теперь мой босс, то должен знать. Мой отец отправлен в исправительный монастырь строгого режима за воровство. Ему сидеть еще долго.

— И ты решила продолжить его карьеру?

— Я не ворую вещи! — яростно качнула головой Элиза.

— Но кое-чему отец тебя обучил, не так ли?

— В жизни разные навыки могут пригодиться… — заявила брюнетка неопределенно.

— Бесспорно.

— Так что насчет инструмента, о котором ты говорил?

— Всему свое время. На данный момент при себе у меня его нет.

— О чем речь? — поинтересовалась Кирхе.

— Да так. Хотим проверить одного человека, — проговорил я скупо.

— Вы ведь не планируете заниматься чем-то противозаконным или еретическим?

— Ни в коем разе. Мы ратуем за справедливость! — вспомнил я слова самого Варгаса.

Учебные занятия прошли в воодушевленной атмосфере. Студенты и преподаватели порой вместо теории обсуждали прошедший вылет и ужасные события на Актобе. Меня как главного героя похода частенько допрашивали. Историю со штурмом разведывательного корвета и дейровского эсминца пришлось пересказать не один раз. Забавы ради я каждый раз приукрашивал свои геройства, добавляя новых красок. Якобы вынес эсминец в одиночку. Что так-то являлось правдой, но большинство слышало вкратце про мой отчет адмиралу Талански, и та версия отличалась. Поверить в то, что один курсант сумел перебить опытных дейров намного сложнее, чем в то, что мы действовали в паре с Каразовым. Мне нравилось скрывать истину за ложью и ненужными деталями. Покамест никто не сомневался в том, что я приукрашиваю ситуацию, и в чем-то хаотическом не подозревали. Кроме Кирхе. Та подозревала меня постоянно.

В какой-то степени иронично, что Каразов и Ренник отправились в опасный разведывательный вылет для того, чтобы поквитаться со мной. Но получили назначение в иную систему, где их и словил необычный корабль дейров. С одной стороны, парни заслужили подобную участь, с другой, слать в их сторону проклятия я не собирался. Курсанты сложили свои головы в борьбе с ксеносами. Это важнее личных обид.

На одном из скучных уроков я написал письмо отцу, в котором поведал о падении Вилсаны и разных скверных деяниях эмиссара Хаоса. Граф должен быть в курсе в любом случае. Также черкнул трогательное послание матери Каразова, как и обещал погибшему. Во время перемены бросил тубус в ящик с обычной почтой. Курьеры Академии работали довольно медленно. Но я надеялся, что хотя бы какое-то время обойдусь без опеки со стороны отца. Многие наследники знатных родов учились в Академии совсем без слуг. Им достаточно было работников Академии. Так что и я попросил отца не присылать мне новую прислугу. Посмотрим, что решит граф Гарин.

После обеда навестил интенданта Носову. Женщина долго песочила мне мозги, но все-таки соизволила выделить новый учебный корвет. Думаю, и Академии капнуло немного рунских кредитов с продажи останков дейрского разведчика. Так что они смогут закупить новое оборудование и пополнить парк истребителей.

— Если вы, сударь Гарин, и этот учебный корабль угробите, в дальнейшем на практические занятия будете вылетать на личном судне!

— А это разрешено? — поинтересовался я.

— Ради вас выпишем исключение!

Новый учебный корабль носил позывной 14−06. Я слегка опоздал на занятия, но Надин не стала меня ругать, понимая, что у меня были свои дела. Корвет показался мне настоящей развалюхой. Движки тарахтели, работая с перебоями, реактор не выдавал полную рабочую мощность. Глифы в фокусаторах были явно изношенными. И тут Носова подгадила, выписав старую рухлядь.

После окончания практического занятия я заскочил в закрытый ангар.

— Простите, сударь! — покачал головой Орен. — Но других кораблей на замену нет… Ждем партию новых учебных корветов. Князь обещал прислать пару десятков. Один будет закреплен за вами!

— Могу ли я сам обновить глифы на своем учебном корвете?

— Правила Академии запрещают самостоятельно вносить изменения в конструкцию или глифы судов… — ответил Орен. — Но если никто не узнает…

— О чем это вы толкуете? Это нарушение устава Академии! — влезла инквизиторша, которая продолжала неотступно следовать за мной.

Я сузил глаза и посмотрел на блондинку с неудовольствием:

— Лучше, чтобы дейры или иные ксеносы сделали из меня фарш из-за корявых фокусаторов на корабле?

— Не лучше, — хмуро ответила Кирхе. — Но вы обязаны следовать законам и правилам, иначе Хаос поглотит ваши души.

— Так точно, госпожа инквизиторша, — смиренно ответил старший техник.

— Предпочтете мою смерть в бою? — приподнял я бровь, продолжая настаивать на своем. — Скажите мне, что важнее: моя жизнь или мимолетное нарушение устава?

— Так ставить вопрос…

— А в жизни такие вопросы постоянно всплывают, — перебил я. — Ответь, сестрица Кирхе.

— Корабль в рабочем состоянии…

— Я жду ответа.

— Сударь Виктор, вы ведете себя по-хамски.

— А как иначе, когда мое благополучие на кону? Итак, ваш ответ.

Кирхе колебалась, переводя взор с одного предмета на другой. Похоже, решение для нее было крайне трудным. Инквизиторам ведь вдалбливали в голову, что все должно быть по правилам. По законам империи, уставу флотской службы. Шаг влево, шаг вправо — падение, Хаос, аннигиляция. Но в реальности зачастую приходится принимать непростые решения.

— Хорошо, — вздохнула девушка. — Как младший инквизитор даю вам разрешение обновить глифы в фокусаторах корабля. Но при условии, что вашу работу проверит грамотный ремесленник. Ведь некачественный фокусатор может отнять вашу жизнь или жизнь другого курсанта в два счета.

— Оно и верно. Благодарю, сестрица Кирхе. Вы вернули мне веру в Святую Инквизицию. Позвольте вашу ручку…

— Что? Я не преподобная мать, чтобы оказывать мне почтение подобным образом!

— А как оказывают почтение преподобным сестрам? Могу чмокнуть в щечку.

— Виктор! — зеленые глаза Кирхе засверкали, а щеки слегка заалели. — Оставьте ваши сальные шуточки для ваших… деловых партнерш!

— Похоже, у вас на языке крутилось иное словцо, — усмехнулся я. — В любом случае спасибо за то, что пошли навстречу.

Дел в плане ремесла было невпроворот. Требовалось апгрейдить резцы, улучшить свой эфес, починить реактивный ранец, обновить глифы учебного судна и вспомнить навыки в создании взламывающих и целебных фокусаторов. Существовала только одна большая проблема — это высокая красивая блондинка с пронзительными изумрудными глазами. В принципе, при изготовлении потоковых артефактов использовали минимальное количество энергии. Меньше, чем эманации Хаоса от эмиссаров. Обычный теург не должен почуять. Вот только инквизиторов натаскивали конкретно на стихию Хаоса, они должны чуять даже слабые потоки. Плюс заготовка, наполненная хаотической энергией, будет фонить, если взять ее в руки. Тяжко живется благочестивому теургу запрещенной стихии!

Я захватил рабочие инструменты из каюты, и мы с Кирхе прошли в мастерскую. Поразмыслив, решил начать с ранца, поскольку в его глифах использование стихии Хаоса не давало такого уж солидного прироста в эффективности. Огнем в ремесле не работал очень давно. Тварь ли я дрожащая, не способная без Хаоса и шагу ступить, или право имею называться Искусником ремесла?

Мысленно поплевав на руки, приступил к работе. И сразу же осознал, насколько Огонь более капризная, грубая и однобокая стихия. В отличие от универсального точного Хаоса. Изначальный, изменчивый поток содержал в себе все остальные стихии — эдакая дикая смесь разных видов энергий, слитых каким-то образом воедино. Поэтому хаотические изделия все являлись сугубо универсальными. Что ученик стихии Молнии, что магистр Воды, что арх Огня — все могли пользоваться ими с одинаковой эффективностью. Это и отличало изделия Аластора Ройса.

Притом сам я достиг ранга крепкого ученика Огня, развив пламенный пояс. До мастера не дотягивал. Хоть в ремесле мощь не требовалась, контроль и ровность подаваемого потока были крайне важны, а это приходило с развитием своей эфирной оболочки. Единственное, что меня выручало, — это особые резцы, созданные с помощью стихии Хаоса. Они тоже далеки от идеала, но уже лучше, чем многие поделки мастеровитых ремесленников. С одной стороны, жаль, что резцы настраиваются под личный эфир, с другой… Если бы ремесленники могли пользоваться моими резцами с аналогичной эффективностью, то я бы в кратчайшие сроки мог наплодить себе конкурентов и остаться без работы.

Я разобрал реактивный ранец, выкинул порванный жилет с креплениями. И приступил к работе над дюзами и проводниками. Поначалу внедрение глифов с помощью Огня шло с большим скрипом. Я плевался и ругался про себя. Это словно перейти с протонного глайдера на конную повозку. Но мало-помалу втянулся. Огонь имел свои особенности, которые следовало учитывать. Брака вначале выдавал массу. Приходилось класть испорченные дюзы с проводниками в плавильню и обновлять.

Хотя бы ранец Гарина был создан из близкого к идеально чистому иринита, в отличие от стандартного оборудования Академии. Так что глифы внедрялись проще, и внутренняя структура после прогрева обновлялась до изначального состояния практически без дефектов.

Ремесло меня поистине увлекло. Стало интересно самому, насколько велики мои познания в огненной стихии. Я ведь не считал себя никогда гением и не имел крутой техники в ремесле. Иногда мне казалось, что с Хаосом любой дурак способен клепать элитные изделия. Но все-таки многолетний опыт сказывался. Наверное, за десяток лет я изготовил артефактов больше, чем некоторые Искусники за всю жизнь. И самое главное — это необходимость постоянно изобретать и адаптировать глифы к новым условиям. Большинство работало по учебникам, лишь слегка видоизменяя глифы. Мне же приходилось подстраиваться и придумывать порой совершенно новые связки, которые для иных стихий бы просто не сработали. Так что я сумел быстро подстроиться под огненный поток и изменить глифы под нужное мне изделие. Ранец выходил несколько грубоватым, но все равно должен будет превзойти изделие Виктора. Резцы сделали свое дело, выгравировав тончайшие глифы во внутренней структуре иринита.

Внедрение огненных контуров в заготовку оказалось не менее интересным и захватывающим процессом. Я словно постигал ремесленную науку заново. В какой-то момент даже позабыл о существовании надсмотрщицы.

Первые пару часов Кирхе внимательно наблюдала за моими действиями с большим интересом, стоя буквально за спиной. Из-за чего я разок чуть не выронил раскаленную заготовку, только что вынутую из плавильни. Несколько раз проверяла мою работу, вводя свою духовную энергию в изделия. Затем присела в одно из кресел и стала следить на некотором расстоянии, не снижая бдительности. А к вечеру отлучилась на несколько минут. Пришла из библиотеки с каким-то талмудом с боевыми летописями Святой Инквизиции древних времен. И погрузилась в чтение, изредка поглядывая за моими действиями.

Оно и не удивительно. Ремесло со стороны — это крайне скучное занятие. Несколько минут теург корпит над заготовкой, скрючившись. Затем бросает неудавшийся предмет в плавильню, разогревает ее эфиром и обнуляет. После чего снова берет резец в руки и гравирует глифы повторно.

Если так пойдет и дальше, то скоро инквизиторша поймет, что делать ей в мастерской нечего. И найдет себе занятие поинтереснее, нежели вдыхать пары перегретого воздуха, водяного пара и раскаленного иринита, да следить за однообразными действиями ремесленника. Прогоним инквизитора с помощью благословенной скуки!

Глава 2

[Кирхе]

Наблюдение за виконтом Виктором Гариным продолжалось. Девушка еще не говорила с Аркадией, но решение насчет странного курсанта приняла. С одной стороны, расточительно держать целого инквизитора возле одного теурга на длительный срок, с другой… слова служанки и разные выходки Гарина не шли у нее из головы.

После полетного занятия у них завязался яростный спор. До этого она не видела виконта столь жестким и неуступчивым. Обычно Виктор вел себя перед инквизитором покладисто и мягко. Удивительно, но ему удалось убедить Кирхе в своей правоте. Девушка и сама понимала, что он прав, однако уставы и правила писались не просто так. Сделанного не воротишь. Раз уж она взяла ответственность, вынуждена будет проследить за исполнением условий. Кирхе сомневалась, что у Гарина имеются способности к ремеслу. В Академии данное направление не преподавали практически, кроме скупой теории на первых курсах. Судя по донесению сокурсников, Виктора это никогда не прельщало.

Что-то в его голове должно было сильно измениться, чтобы виконта заинтересовало ремесло, которое является практически чистым отражением Порядка. Скрупулезно вносить сложные глифы внутрь заготовки служитель Хаоса не способен априори.

Кирхе с любопытством осмотрела мастерскую ремесленника. Данной стезе ее практически не обучали, так что в нюансах инквизиторша разбиралась слабо. Для служителей Святой Инквизиции было важнее выявление отклонений в поведении людей, знание Писания и боевые навыки, конечно.

Девушка полагала, что сеанс ремесленничества не продлится долго. Через полчаса-час виконт устанет, ему надоест ковыряться в заготовках. Но со все возрастающим удивлением Кирхе обнаруживала, что Виктор не планирует останавливаться. Сказать что-то про изделия, над которыми работал Гарин, она толком не могла. Зато могла явственно охарактеризовать самого виконта.

Кирхе видела увлеченных людей и даже фанатиков. Таких, которые в прямом смысле расшибали лоб во время богослужений Звездному Покровителю. Встречала и упертых инквизиторов, готовых денно и нощно охотиться на врагов рода людского. Поначалу она думала, что Виктор притворяется, изображая перед ней интерес. Дабы обелить свое имя. Но спустя несколько часов Кирхе вынуждена была признать, что никакой актерской игры здесь нет. Гарин буквально выпадал из жизни, пропадая в своих глифах и срастаясь с ремесленным резцом. Волосы его были всклокочены, лицо и учебный скаф покрыты влагой испарений, на кузнечном фартуке появлялись новые ожоги от случайной иринитовой окалины, однако курсант совершенно не обращал внимание на свой внешний вид.

В действиях виконта была своеобразная красота. Такая, которая есть только у искусных опытных мастеров. То, как он брал заготовку, как проводил внедрение глифов, как с прищуром осматривал внутренним взором результат — все это выглядело как настоящее искусство. Перед ней стоял не студент-раздолбай, бросающийся на любого врага, а статный и умелый ремесленник, знающий, как работать.

Кирхе была шокирована. Пожалуй, даже больше, чем когда узнала про то, что Гарин вернулся без руки после штурма вражеского эсминца чуть ли не в одиночку. То был поступок понятный, свойственный человеку, имеющему склонность к Хаосу. Теперь же все перевернулось с ног на голову. Виктор не мог увлекаться ремеслом. Ни при каких условиях. Варп не позволит. Хаос не позволит.

Долгое время она размышляла: что могло так изменить студента в кратчайшие сроки? Либо сильное психологическое воздействие, либо Зов Тетрархии. Подверженные Порядку люди, услышав эту расчудесную, по их мнению, мелодию, навсегда переставали быть нормальными людьми. Кирхе изучала пораженных Порядком в аббатстве. Люди становились замкнутыми, необщительными, холодными, расчетливыми и безэмоциональными. Действовали по строгому расписанию, будто бездушные машины. Адепты Порядка, заходя достаточно далеко, становились врагом рода людского. Пожалуй, даже опаснее, чем служители Хаоса. Именно поэтому с Тетрархией шла непримиримая борьба.

Неужто в системе Кенебра он и услышал Зов? Судя по докладам, систему посещал корабль Тетрархии. Но, если он только что услышал Зов, откуда такой опыт в движениях ремесленника?

Кирхе понимала, что ничего не понимает. В любом случае она обязана продолжать наблюдение. Рано или поздно девушка разгадает ребус под названием Виктор Гарин. Пока же можно и скоротать время за чтением святых летописей, ибо ничего не делать в течение многих часов инквизиторша не умела.

Время двигалось к позднему вечеру, а Гарин и не думал останавливаться. Преподобная мать Аркадия отсутствовала по делам, поэтому вечернюю службу отменили.

— Виктор, до закрытия столовой осталось мало времени. Скоро вы закончите?

— Что значит скоро? — похлопал он ресницами, отложив заготовку. — Я только начал!

— Как долго вы планируете заниматься ремеслом? — поинтересовалась Кирхе с нескрываемым удивлением.

— Планирую? — переспросил тот и отмахнулся — Как закончу, так закончу. Не отвлекайте!

— Поразительно. Не ожидала от вас такого увлечения ремеслом, виконт. Тем не менее, перерыв сделать необходимо. Нельзя пропускать прием пищи.

— Буду признателен, если досточтимая сестрица принесет мне ужин сюда. И пару литров талорано!

Кирхе снова покачала головой. Лучше бы он в свободное время предавался разврату, дебошу или пьянству. Это было бы намного понятнее. Такие случаи они в аббатстве проходили.

— Никто не говорил, что будет легко, — вздохнула девушка и двинулась в столовую.

[Виктор Гарин]

Со всей уверенностью можно заявить, что симпатичные инквизиторши еще не таскали мне еду. Новая жизнь в теле графского наследника может быть не столь плоха. Перекусив вместе с Кирхе в мастерской, я сразу вернулся к работе. До ночи провозился с дюзами и обновлением контуров в проводниках. Работая над реактивный ранцем, я загорелся идеей допилить изделие, внедрив в часть иринитовых болванок дополнительную накопительную функцию. Сделать так называемый прыжковый ранец.

Обычный реактивный фокусатор позволял направлять постоянный поток. Примерно, как эфес. Прыжковый ранец же напоминал скорее бластер или орудийные фокусаторы. То есть, энергия накапливалась внутри и в определенный момент выстреливала разом. Эфир являлся крайне капризной стихией, стремящейся вернуться в родное измерение. Долго его хранить даже в ирините невозможно. Неизбежно происходит дестабилизация и детонация.

В случае с ранцем имелась одна проблемка. Устройство было достаточно компактным, так что внедрить накопительные глифы внутрь не представлялось возможным. Не с помощью Огня как минимум. Требовался более точный Хаос.

Кирхе, судя по всему, оставлять меня одного не планировала. Изредка инквизиторша бросала взгляды в мою сторону, порой подходила и проверяла заготовки интереса ради. Но в основном сидела в кресле и читала книгу. Была максимально отвлечена. Попробовать применить Хаос прямо при ней? Слишком опасно, особенно учитывая, как я порой погружаюсь в работу.

В прошлой жизни я сумел избавиться от опеки инквизиторов благодаря принципу сохранения секрета производства. Но сейчас использовать данную отговорку неразумно. Я ведь не собирался повторять провальный путь во второй раз и строить из себя великого Искусника. Надо придумать что-то другое…

— Сестрица Кирхе, уже поздно, — отвлекся я от работы. — Может, вам лучше пойти отдохнуть?

— Только после вас, Виктор, — обозначила она лукавую улыбку.

— Ладно, — вздохнул я. — У меня не получаются сложные глифы, если рядом кто-то находится. Отвлекает безмерно!

— Мне показалось, что я вам не мешала все это время. Не издавала ни звука.

— А шелест страниц? Приглушенное дыхание, шуршание одежд и скафа. В столь поздний час прелестная девушка рядом не может не вызывать определенных желаний! Мне надо очистить свой разум!

— Я не «девушка», а инквизитор! — фыркнула Кирхе. — Мне не нравится идея оставлять вас без присмотра, но я понимаю ваши доводы, Виктор. Вас устроит, если я подежурю рядом с мастерской?

— Безусловно! — обрадовался я.

— Хорошо. Я зайду проведать вас в районе полуночи. К этому времени вам следовало бы закончить с занятиями. Есть дела, которые надо уметь откладывать на будущее.

— Да-да!

— Очищайте свой разум, не буду мешать…

Кирхе удалилась, оставив меня одного. Я, наконец, вздохнул полной грудью. Не теряя времени, приступил к последним четырем дюзам, которые присмотрел под прыжковые накопители. После Огня Хаосом было работать одно удовольствие! Брак выходил все равно часто, но спасал тот факт, что реактивные глифы не слишком сложные. На первую дюзу ушел час. Пока я проработал в уме новые глифы под стихию Хаоса, пока обдумал два режима работы. Зато с последними тремя справился всего за час. Обнулять бракованные заготовки потребовалось не так чтобы часто.

Все дюзы реактивного фокусатора готовы! К стандартному режиму работы добавился прыжковый элемент. Работал он только в одном направлении, требовалось заряжать какое-то время, да и мощь работы оставляла желать лучшего. Но я был уверен, что при определенных условиях он может пригодиться.

Я в очередной раз перепроверял глифы в дюзах, когда раздался приглушенный стук. Через герметичную дверь звук почти не просачивался. Кирхе явилась напомнить мне о том, что такие вещи, как сон и отдых, необходимы. Спорить с наседкой-инквизиторшей я не стал. Отправился на боковую.

С утра пораньше выгадал время до занятий и посетил мастерские техников.

— Орен, починить реактивный ранец сможешь? — обратился я к старшему.

— Есть на складе разгрузки. Вставить и закрепить не проблема. Раскладка стандартная?

— Наверное… — задумался я. — Мне ранец отец присылал…

Мы с Ореном внимательно проверили размер дюз, сечение и длину иринитовых проводников. Компоновка оказалась стандартной, так что возиться с индивидуальным пошивом не придется. Дюзами можно было управлять как по отдельности, подавая поток от тела, так и запускать группами, для чего и применялась гибкая подводка. Я выбрал серый цвет разгрузки и оставил заготовки на поруки мастеру Орену. Вообще, это не входило в компетенцию сотрудников Академии. Положено выдавать готовый комплект, а личное оборудование ремонтировать за свой счет. Но я и не думал оставлять техников без вознаграждения. Для чего снял несколько тысяч наличных кредитов со счета в единственном терминале имперского банка в Академии.

В этот момент мимо с подружками проходила княжна Морозова. София бросила на меня случайный взгляд, пока я пересчитывал банкноты. Я не придумал ничего умнее, чем взять одну из бумажек и сделать вид, что сравниваю профиль князя Морозова с его дочерью.

— Похожа! — вынес я вердикт.

— Шут, — буркнула София и хотела было двинуться по своим делам.

Однако всю картину испортил рослый брюнет, что выскочил из-за спин курсантов. Память подсказала, что предо мной предстал старший наследник графа Лаверно — одного из трех сильнейших аристократов империи Рунтар. Звали его Фабрис, если мне не изменяет память Гарина. Виконт Лаверно был на голову выше меня и пребывал в явном недовольстве, граничащим с яростью.

— Сударь, вы оскорбили ее высочество своим неуместным сравнением! — заявил он пафосно, явно красуясь перед публикой. — Немедленно извинитесь перед княжной!

Я почувствовал слабое шевеление Хаоса где-то в глубине души.

— С чего ты решил, что княжне нужны мои извинения? — фыркнул я.

— Вижу, словами до тебя не достучаться, Гарин. Я требую провести дуэль, виконт! Вы проявили себя неплохо в бою с покойным Ренником. Сегодня на практике по фехтованию посмотрим, кто из нас сильнее!

Фабрис бросил взгляд на стоящую неподалеку инквизиторшу, но Кирхе не стала вмешиваться в происходящее.

— Вы что удумали? — хмуро вопросила Морозова.

— Наградой же в поединке станет внимание и благодарность ее высочества!

— Отлично! Принимаю твой вызов! — ответил я сходу.

— Меня спросить не забыли? — добавила София. — Меня эти ваши кривляния не интересуют.

— Полагаю, молодые наследники не успокоятся, — заметила Кирхе вдруг.

— И вы на их стороне, сестра? — подивилась княжна.

— Теургам иногда надо выпускать пар… — проговорила инквизиторша философски.

Что-то Кирхе замышляла. Устраивает мне очередную психологическую проверку? Пусть проверяет, раз так интересно.

— Хорошо! Будет вам княжеская благодарность, — всплеснула руками София.

Да уж. Я Морозову успел немного узнать. Ее боевые подвиги мало вдохновляли. Меня София как завидная партия тоже не интересовала, зато появился шанс попробовать себя в бою против сильного противника. Протестировать на практике, так сказать. Ведь если в следующий раз придется сражаться с мастеровитым дейром, моих умений может не хватить.

[Кирхе]

Из того, что инквизитор успела узнать, пятикурсник Фабрис Лаверно считался сильнейшим курсантом Академии. Его успехи в потоковом фехтовании признавали даже теурги ранга архов. Прочили великое будущее. Помимо Молнии, наследник графа Лаверно начал развивать Огонь. Инквизитор не желала подставлять своего подопечного, однако проверить реакцию Гарина на поражение было бы правильно. Те, в чьей душе поселился Хаос, не смогут сдержаться. Не мог ведь Гарин одолеть в честном бою сильнейшего ученика Княжеской Академии — элитного заведения для теургов со всей звездной Империи? Тем более он сам жаждал этого поединка, так что вины за собой Кирхе не ощущала.

После обеда инквизитор сопроводила виконта к мастерским. Орен презентовал новый реактивный фокусатор, который Гарин надел поверх курсантского скафа и протестировал. Кирхе была настроена скептически, однако изделие Виктора работало исправно. Силу искусственной гравитации Академии преодолеть не могло, но в невесомости ранец будет полезным.

Затем настал черед практических занятий по потоковому фехтованию. Кирхе также сняла рясу инквизитора и приняла участие в тренировке. Форму следовало поддерживать. Наконец, настал черед спаррингов. Гарин и Лаверно попросили провести поединок, и учителя пошли им навстречу. Раз уж юные теурги решили драться, будет лучше, если делать они это будут под присмотром опытных инструкторов.

Фабрис держал голову высоко, выступая перед публикой. Княжна Морозова явилась в качестве зрителя, но было заметно, что ее ни поединок, ни кто-либо из бойцов не интересуют. Несколько человек пришло поддержать Гарина, в основном из одноклассников. После вылета против дейров у Виктора тоже появились свои поклонники. Впрочем, до виконта Лаверно ему было далеко. Ощущение, будто возле тренировочной площадки собрались все студентки первых курсов. Некоторые визжали и поддерживали кричалками. Популярный индивид.

Ирина с ним занималась, поскольку виконт Лаверно подозревался в склонности к Хаосу. Неприятная личность, но явных признаков падения коллега не заметила. Ныне подруга по аббатству переключилась на других подозреваемых. Инквизиторы не могли зацикливаться на одной цели, иначе их просто не хватит на всех. Вот только Кирхе сомневалась, что способна оставить Гарина в покое, пока не докопается до истины.

— Дам фору тебе, Гарин, — молвил Лаверно. — Буду пользоваться только одной стихией!

— Замечательно. И я буду пользоваться только одной стихией, — усмехнулся Виктор.

Как будто он успел освоить иной тип потока.

— Курсанты готовы? — вопросил инструктор. — Напоминаю, что оба обязаны избегать ударов в жизненно важные зоны. Начали!

С легким гудением потоки разных стихий выдвинулись из эфесов. Фиолетовые разряды Фабриса отдавали цепким звоном, раскаленные язычки Виктора слегка потрескивали. Потоки схлестнулись друг с другом. Виконты Лаверно и Гарин принялись отчаянно фехтовать, используя свои способности на полную. В какой-то степени исторический по меркам Академии прецедент: двое представителей властных семей бьются за внимание наследницы рунтарского престола. Пускай и не старшей.

Фабрис фехтовал умело, с толком и расстановкой. Гарин имел хороший опыт, но ему постоянно чего-то не хватало. Школа за виконтом проглядывала странная, не совсем академическая. Порой Виктор совершал странные, беспорядочные выпады. Некоторые даже находили цель. Один раз Гарин совершил высокий прыжок, использовав новый фокусатор, что удивило Кирхе. Она не думала, что в такую компактную заготовку можно уместить столь мощный прыжковый накопитель. Сами инквизиторы использовали обычные слабые реактивные дюзы, предназначенные для контроля в невесомости. Впрочем, Кирхе не так хорошо разбиралась в ремесле, чтобы сделать конкретные выводы. Похоже, Виктор действительно немного понимал в ремесленном деле.

В фехтовании Гарин был хорош. Пожалуй, он быстрее Лаверно успевал переносить поток с атаки на защиту, да еще и ранец порой применял. Но мощи потока, сноровки и поставленных ударов ему слегка не хватало. Фабрис недаром носил неофициальный титул лучшего боевого теурга академии.

Лаверно сноровисто ушел вбок и подловил Гарина с ослабленной защитой. Молниевый клинок прошил слабый огненный барьер и почти достал тела. Гарин отпрыгнул назад, и фиолетовое лезвие пробороздило экипировку. Следующий короткий взмах достал Виктора в левую руку. Раздались искрящиеся разряды и легкое шипение. После чего четыре пальца виконта грохнулись на пол площадки, срезанные почти у основания.

— Стоп! — объявил инструктор. — Победа в поединке присуждается курсанту Лаверно!

Публика вскричала от восторга. Фабрис элегантно поклонился ликующим зрительницам. Кирхе же внимательно вгляделась в лицо проигравшего. Гарин припал на одно колено и принялся баюкать кровоточащую руку. Судя по заблестевшей крови, Фабрису удалось и до торса добраться через защитную экипировку, которую эфир резал словно бумагу. На секунду-другую на лице подопечного показалась чистая звериная ярость. В принципе, обычная эмоция для почти любого человека, который получил увечье в поединке и проиграл. Но падшие в таких случаях действовали определенным образом. Не в состоянии взять эмоции под уздцы, начинали огрызаться, требовать немедленного реванша, оскорблять оппонента, искать оправдания и вести себя беспорядочно.

Кирхе следила за тем, что же предпримет Виктор. Но спустя короткий промежуток времени гнев на лице курсанта стих. Гарин вздохнул и поднялся:

— Поздравляю с победой!

— Благодарю. Надеюсь, виконт, данный урок пойдет вам на пользу! — заявил Лаверно с превосходством.

— Безусловно…

Кирхе достала свой эфес, развернула целебной стороной и приблизилась к пострадавшему:

— Виктор, позволите?

— Всегда рад вашей помощи, сестрица Кирхе…

Инквизиторша приступила к лечению, начав подавать поток Жизни в фокусатор.

— Вы злитесь?

— Безусловно. Но я не падший, поэтому могу держать себя в руках.

— Опытные служители Хаоса хорошо владеют собой и могут долгие годы водить Инквизицию за нос.

— Не буду спорить, — хмыкнул Виктор, морщась от боли. — Жаль, что вы не умеете отращивать конечности. Опять ждать записи у целителя…

— Сударь Гарин! — подошла к ним княжна Морозова с кислой миной на лице. — Я попрошу одного своего знакомого целителя посетить Академию и помочь вам.

— Премного благодарен…

— Что же до сударя Лаверно. Что именно вы желаете получить от меня в качестве награды за победу в дуэли? — вопросила София слегка раздраженно.

— Сущий пустяк, — улыбнулся брюнет. — Буду крайне признателен, если ваше высочество позволит составить компанию до конца практических занятий. И разрешит оказать даме знак внимания… — протянул тот руку.

— Пожалуйста, — закатила глаза Морозова, которой явно не нравилась вся эта возня. Но воспитание не позволяло отказывать.

Лаверно жеманно поцеловал ручку княжны, отчего у эмоциональной публики случился взрыв восклицаний и перешептываний. Пара из виконта Лаверно и княжны Морозовой смотрелась со стороны действительно интересно.

— Мне надо стать сильнее, — пробормотал Гарин в задумчивости.

— Желаете взять реванш за сердце княжны?

— Что? Какое еще сердце, побойтесь Варпа! Печень княжны мне тоже не нужна. А вот уметь постоять за себя — это важно. Не очень приятно, когда тебе рубят руку, пальцы или иные части тела.

— Знаете, Виктор, я немного наблюдала за вашей техникой фехтования. Она неплоха, но имеет изъяны. Не скажу, что являюсь хорошим преподавателем, но могу попробовать дать пару уроков.

— Похоже, сестрица инквизитор решила взяться за меня всерьез, — одновременно грустно и радостно проговорил Гарин. — С удовольствием приму ваше предложение. Как говорит Кодекс Варпа: кто помогает другим, тот и сам помощь получит. Быстро рана затянулась! — осмотрел Виктор результат трудов целительницы.

— Продолжать занятие вам смысла нет, — заметила Кирхе.

— И то верно.

— Ступайте отдохните.

— Отдых? У меня слишком много дел и нет времени на ерунду! — отряхнулся Гарин.

После чего направился в сторону выхода с тренировочного зала.

— Куда вы, Виктор?

— В мастерскую, разумеется!

Кирхе остановилась как вкопанная. То есть, после крайне эмоционального и изматывающего поединка подопечный первым делом побежал к своим ремесленным заготовкам⁈

— Что, Покровитель задери, с тобой не так… — пробормотала девушка еле слышно.

Вздохнув, инквизитор направилась следом.

Глава 3

[Виктор Гарин]

Бой с Фабрисом вышел напряженным. И проигрыш меня удивил не слишком сильно. Я знал, что до лучших фехтовальщиков империи не дотягиваю. Тело Виктора пребывало не в лучших кондициях, хоть за последние недели я сумел скинуть несколько лишних кило. Даже живот уменьшился. Противник был выше меня на голову, массивнее и атлетичнее. Навыкам фехтования я никогда толком не обучался. Все постигал на практике, скорее. Поэтому от предложения Кирхе отказываться не стал. Будет полезно взять несколько уроков у инквизиторши.

Клинок Лаверно практически не уступал моему. Его явно ковал один из лучших мастеров империи. Молниевое лезвие выглядело ровным, стабильным и узким. Прошивало мою защиту на раз. По мощи потока я Фабрису также проигрывал. Виконт ушел за мастера по силе потока, я же по Огню отставал. Разумеется, используй я Хаос, расклад мог бы кардинально поменяться, но я ощущал, что моих навыков не хватает на то, чтобы справляться с сильнейшими боевыми теургам, а рано или поздно мне придется столкнуться с таковыми.

Мне разве что удавалось быстрее реагировать на изменение обстановки и шустрее перебрасывать поток с барьера на лезвие. Но этого оказалось мало для победы. Потеря пальцев и унизительный проигрыш в противостоянии заставили Хаос забурлить, и он даже сумел слегка пробиться из сдерживаемых аномальной защитой оков. Но мне удалось взять себя в руки и легко загнать изменчивую стихию под шконку.

Как всегда, успокоиться после свершенных ошибок помогало ремесло. Методичное наложение глифов приводило разум в порядок. Прыжковый ранец показал себя хорошо. На этот раз я занялся своими резцами. Следовало двигаться дальше. Улучшать главный рабочий инструмент ремесленника можно до бесконечности, конечно, но и пользоваться грубыми поделками не хотелось. Кирхе, к счастью, вняла моим доводам и согласилась подождать вне мастерской. Так что случайные эманации Хаоса, который я применял в работе, до нее не дотянутся.

Прерваться пришлось лишь раз, когда настало время вечерней службы. Пропускать данное мероприятие я не имел права. Аркадия выступала на этот раз в отремонтированном храме, и красивая обстановка быстро приводила в воодушевление и позитивный настрой. После службы Кирхе потащила меня в столовую, где мы и поужинали вдоволь. На сей раз засиживаться допоздна не стал, ведь улучшение резцов — занятие без конца и края.

На следующий день по запросу княжны к нам залетел один из их родовых целителей высокого ранга. Восстановил мне все пальцы буквально за пару часов. Сама Морозова проведывать пациента не стала. Не больно-то и хотелось.

Постепенно я начал втягиваться в рабоче-учебные будни. Появились слухи, якобы оставшееся в живых население Актобы эвакуируют, что могло означать сдачу Князем системы. Дейры своего не упустят и быстро колонизируют освободившуюся систему. Многим такой расклад не нравился.

Дышащий на ладан учебный корвет все еще исполнял положенные функции, так что списать его в утиль не выйдет. Я принял участие в полетной практике спустя продолжительное время. На всякий случай внимательно проверил все системы и в особенности реактор перед взлетом. На этот раз диверсий мне не устраивали.

После практических занятий мы с Кирхе устраивали тренировочные спарринги в зале. Инквизиторша, как я и предполагал, оказалась отлично подготовлена в данном направлении. Высокий рост позволял ей имитировать противника-мужчину, что мне было, в целом, полезно. Чаще всего мне встречались высокие враги, а в зависимости от разницы в росте сражение претерпевало некоторые изменения. Требовались определенные навыки для сражения с низким или высоким противником.

Зеленое лезвие Жизни сталкивалось с Огнем, высекая разноцветные искры. Мы не сражались с использованием всех приемчиков и козырей, и в такой конфигурации Кирхе была сильнее меня в потоковом фехтовании. В реальном бою я бы обязательно применил какую-либо хитрость или грязный трюк. Но на тренировке это было делать неуместно.

— Вы действительно сражаетесь донельзя академически, — вынес я вердикт после первой совместной тренировки.

— А у вас техника серьезно плавает, словно толком и не учились фехтованию, — парировала блондинка.

— Сестрица, тебе следует раскрепоститься и иногда выходить за привычные рамки!

— А вам, Виктор, необходимо подучить базовые движения и правила! — не осталась в долгу инквизиторша.

Так мы и не пришли к единому мнению насчет правильной техники фехтования. Но в любом случае спарринги с ней были полезны. Я изучал академические приемы, Кирхе — некоторые нестандартные трюки.

Два ремесленных дня я потратил на резцы, после чего обновил свой потоковый клинок. Ведь с улучшенными резцами у меня получались все более точные глифы, да и в Хаосе я слегка поднаторел. Эфес по качеству постепенно приближался к моим изделиям из прошлой жизни. Правда, если так пойдет и дальше, у знающих людей возникнут вопросы: откуда у меня эфес такого прекрасного качества. Пока же он не сильно далеко ушел вперед от лучших творений современных мастеров, так что можно заявить, что это подарок отца.

— Я опросила курсантов, знакомых с вами, — насела на меня инквизиторша. — Никто из них не слышал об увлечении вами ремеслом. Откуда такие познания?

Я тяжело вздохнул и принялся выдавать заготовленную заранее легенду. О которой надо не забыть написать в письме графу Гарину. Дабы моя ложь элементарно не вскрылась.

— Это тянется с детства… — проговорил я задумчивым тоном. — Когда-то я проводил много времени в ремесленных мастерских верфей Гариных. Наблюдал за работой мастеров, учился, пробовал заниматься сам. Однако отец был всегда против ремесла. Говорил, что мне не стоит забивать этим голову и бездарно тратить драгоценное время. Что в распоряжении Гариных есть лучшие спецы, до которых я все равно никогда не дорасту. И надо пользоваться готовыми изделиями. Все последние годы я слушался отца и старался держаться подальше от ремесла.

— Но что-то вас изменило? — понятливо кивнула инквизитор.

— Верно. В тот злополучный день, когда мой корвет мотало в волнах шторма глубокого варпа, ко мне пришло осознание. Жизнь одна, и надо жить так, как хочется тебе, а не по чьей-то указке. Пускай я и совершаю ошибку, тратя время на ремесло, это будет моя ошибка!

— Не могу осудить данный подход. Выходит, на верфях Гариных должны знать о вашем увлечении?

— Безусловно. Хотя прошло много лет, не уверен, что из старых мастеров многие остались…

Кирхе мои пояснения удовлетворили, хоть и не развеяли все подозрения.

Я улучил момент и составил короткое послание Грогбару — личному телохранителю Гарина-младшего долгое время. К сожалению, огра не допустили в Академию, так что ему пришлось остаться в родном секторе. Его я попросил поговорить с отцом и ремесленниками с верфей Гариных. Они должны будут подтвердить при необходимости мою легенду в плане детского увлечения ремеслом. Правда, отправлять послание почтой Академии не стал. Велика вероятность, что инквизиторы держат руку на пульсе. Возникнут вопросы, зачем один из подопечных решил отправить неучтенное письмецо. Так что какое-то время послание пришлось таскать с собой. Пока не удалось по-тихому договориться с Ореном, который как раз держал путь в столицу. Он обещал отправить мое письмо частной курьерской службой.

В субботу после положенных занятий и тренировки с Кирхе я решил заняться серьезным дельцем. За некоторую дополнительную плату техники сняли один из малых фокусаторов с учебного корвета и привезли на тележке в мастерскую. Весил иринитовый раструб несколько центнеров, и таскать его при полной гравитации дико неудобно. К счастью, в мастерской имелся кран-манипулятор, который мог перемещать тяжелые заготовки от плавильни к станкам и другим местам, перемещаясь по потолку.

Малый фокусатор корвета едва помещался в местную плавильню, предназначенную для предметов определенного объема и массы. Средний фокусатор явно не запихнешь внутрь. Проделать все требовалось за день, иначе во время утреннего осмотра могут возникнуть вопросы. Все же по уставу корабельной службы самостоятельно вносить изменения запрещалось. Не говоря о том, что мы могли украсть дорогущий фокусатор или отпилить от него часть материала и продать. Лишь благодаря помощи Орена мне удалось провернуть подобное.

Малый орудийный фокусатор имел не слишком сложные глифы в своей конструкции, но их было много. Узоры повторялись раз за разом. Так что это примерно походило на то, что мне без единой ошибки требовалось создать три эфеса подряд. Хотя даже на один у меня уходила прорва времени. Хаос выдавал слишком много брака. Использовать же мой традиционный метод работы по частям с фокусаторами было невозможно. Ведь для этого требовались станки по распилу иринита и особые плавильни по спайке составляющих кусков в единое целое. Придется делать все за один прогон.

— Чем труднее задача, тем приятнее решение! — поплевал я на руки мысленно и взялся за дело.

Как и предполагалось, орудийный фокусатор поддавался со скрипом. Хоть я и улучшил резцы, постаравшись минимизировать случайные взбрыки Хаоса, стихия все равно находила возможность просочиться и учинить какую-нибудь гадость. Портила глифы в самый неподходящий момент. Наученный горьким опытом я приступал первым делом к самым сложным частям фокусатора, оставляя простые глифы напоследок. Несколько раз мне почти удалось дойти до финала, но Хаос в очередной раз все портил.

На вечерней службе я был несколько угрюмым и несобранным. Быстро закинув в себя еду в столовой, я вернулся в мастерскую и продолжил внедрение глифов. Малый Фокусатор надо закончить во что бы то ни стало!

Когда время перескочило за полночь, Кирхе снова постучалась в дверь мастерской.

— Виктор, вам пора заканчивать и идти отдыхать.

— Завтра — выходной, так что я могу работать допоздна. Надо доделать фокусатор сегодня!

— Зачем вы так стараетесь? Разве фокусаторы учебного корабля не могут подождать?

— Скоро конец второго триместра, а это значит, что нас отправят на практику. Я не желаю летать на разваливающемся корыте!

— Хорошо, — вздохнула Кирхе. — Я подожду, пока вы не закончите.

— Сестрица, не кажется ли вам, что вместо сидения подле мастерской вы могли бы найти себе более полезные занятия как инквизитору. Проверить других курсантов или офицеров, к примеру?

Девушка сверкнула глазами, и поджала губы:

— В ваших словах есть логика, Виктор. Если вы продолжите пропадать в мастерской безвылазно, мне придется пересмотреть подход.

Уединившись в ставшем родным зале, пропахшем гарью и перегретым иринитом, я вернулся к работе. Лишь к поздней ночи мне, наконец, удалось закончить с фокусатором, взяв Хаос под контроль. Глифы легли ровно, без существенных огрехов. Возможно, будет немного греться, но не критично.

Согласно моим прогнозам, малый фокусатор будет значительно мощнее. До среднего он не дотянет, но с моими глифами способен вместить больше энергии, чем рядовые орудия. Само собой, это не значит, что выходить на пиковую мощность он будет с той же скоростью. Здесь все зависит от ширины канала самого теурга. Правда, эффективность фильтрационных глифов тоже повысилась, так что некоторый прирост к скорости все равно выдавать будет. Также я добавил один особый режим работы, который бы мог мне пригодиться в будущем. Самое же главное, что теперь фокусатор стал полностью универсальным. Их и так в основном делают под любые стихии, вот только Хаос среди них не числится обычно. Все мои творения являлись полными универсалами. Из них можно палить хоть Огнем, хоть Жизнью, хоть Хаосом и даже Смертью с Порядком. Ведь, как считалось, Хаос являлся изначальной стихией и содержал в себе все остальные.

Кирхе сидела на скамье в зоне отдыха техников с книжкой, не смыкая изумрудных очей. Я буквально с ног валился, а перед глазами все плыло. Но чувство хорошо проделанной работы давало ни с чем не сравнимые великолепные ощущения. Как добрался до каюты не помню. Кажется, Кирхе помогла мне не натыкаться на столбы и стены.

Проснулся я поздним воскресным утром не слишком бодрым, но терять выходной день не хотелось.

— Сударь Виктор, вы же не собираетесь и сегодня заняться ремеслом? — вопросила Кирхе осудительным тоном.

— Надо доделать второй фокусатор…

— Воскресный день предназначен для отдыха. До конца триместра у вас будет еще неделя. Разве не успеете отремонтировать остальное оборудование?

— По идее, времени достаточно, но я не люблю оставлять все на последний день.

— Отдыхайте, Виктор. Считайте это прямым указанием от инквизитора, — обозначила дежурную улыбку девушка.

— Ла-адно, — почесал я щеку. — Тогда я пошел досыпать…

— Если не хотите очутиться в лапах Хаоса, рекомендую соблюдать распорядок дня!

— Да-да… — махнул я рукой и вернулся в каюту.

Как следует поспав и вкусив плотный обед, я наполнился силами и энергией для новых свершений. До воскресной службы было полно времени, так что я решил посетить метрополию.

— Прогуляемся, наконец, по заповеднику и Кодекс Варпа поищем! — заявил я.

Кирхе отнеслась к идее благосклонно. Титановый Ястреб, доставшийся от почившего Ренника, продолжал пылиться в ангаре без дела. Неплохо было бы обновить фокусаторы и на личном судне, но я решил оставить его напоследок. Вряд ли в центральной системе империи мне может грозить серьезная опасность.

Недолго думая, мы покинули Кениоку и направились в сторону метрополии.

— В Рунтар-сити сейчас вторая половина дня, — сверилась Кирхе с планетным временем. — Если мы хотим осмотреть достопримечательности, нам следует торопиться.

— Не вопрос! — поддал я мощи в протонные двигатели.

Запросив разрешение, я посадил Титановый Ястреб в отмеченной зоне столичного космопорта. Боевым кораблям запрещалось летать над крупными населенными пунктами. Пройдя краткий досмотр, мы забрались в первое попавшееся наземное такси и двинулись в сторону главного города империи. Не только улицы Рунтар-сити были полны каров, но и в воздухе сновали глайдеры. Обычный транспорт, разумеется, не имел никаких реакторов. Мало того, что их сложно сделать компактными и легкими, так еще возникал вопрос безопасности. Слишком серьезные повреждения мог нанести дестабилизировавшийся реактор. Повсюду стояли датчики, которые реагировали на аномальное радиационное излучение, дабы потенциальные диверсанты не смогли протащить бомбу в густонаселенный город. Так что обычный транспорт применял достаточно емкие электрические накопители. Такие нередко ставили в спасательных челноках и малых истребителях.

Мне было любопытно прокатиться на уровне улиц и сравнить ощущения со столичным городом империи Талоран. Мы проехали мимо серых промышленных районов и труб, выбрасывающих вверх протонные струи, которые аннигилировали разные вредные выбросы. В некоторые местах сервы жили довольно бедно, но таков уж удел трутней.

Центр Рунтар-сити оказался достаточно высотным. Спальные районы держались ограничений, установленных догматами Святой Инквизиции, а вот деловые и муниципальные здания порой возвышались ввысь на сотни метров. Самым высоким строением являлся Святой Престол — центр Инквизиции империи Рунтар. Острый шпиль, казалось, пронзал небеса. Храм выглядел несколько претенциозным, но все же красивым. Вторым по высоте зданием Рунтар-сити являлся княжеский замок. Несколько угловатый небоскреб с толстым бронированием и огромными турелями на разных уровнях. Как ординарными, так и потоковыми. Замок, в отличие от большинства других строений, имел иринитовые трубки для постановки эфирного барьера. Внутри там, наверняка, дежурило много теургов. Эсминец бы такую крепость с наскока точно не взял, минимум линкор надо подгонять, а то и целый флот. Не удивлюсь, если в соседних зданиях в округе напихана масса турелей и других защитных сооружений.

Заповедника рядом со столицей не было, но существовал огромный центральный парк, совмещенный с зоопарком. Где мы с Кирхе и прогулялись. Если бы не монашеские одеяния и не статус инквизитора, можно было бы назвать это свиданием. Мы отлично провели время. Я поглазел на рунтарскую флору всех оттенков красного, а также полюбовался фауной, свезенной со всех уголков империи. В отличие от прародины человечества, Рунтар и другие обитаемые планеты являлись высокоактивными в плане эфира планетами. Встречались звери, которые эволюционным путем развили в себе специальные органы, проводящие эфирный поток. Как те же черви варпа, способные применять стихию Хаоса. Интересные животные водились когда-то на Рунтар-прайм! Ныне, разумеется, для них осталось мало свободного места, поскольку миллиардам сервов требовалось где-то жить.

На Кирхе сервы обращали внимание. Почтительно кланялись или осеняли знаком святой триады. Порой и на меня в курсантском скафе академии глазели. Все-таки космолетчика и теурга видно сразу. Сервы расхаживали в ординарных хлопковых одеждах. Я же, помимо скафандра, не забыл прихватить реактивный ранец и свой потоковый эфес. Выделялся серьезно, но без оборудования не ощущаешь себя в безопасности. Инквизиторы подошли к данному вопросу более практично: все потоковые фокусаторы и скаф скрыты под свободной монашеской рясой. Так что впечатление они производят вполне мирное и возвышенное.

Мой внешний вид, разумеется, тоже привлекал внимание девиц. Все же теурги и звездоплаватели являлись элитой. Сервы за всю свою жизнь могли ни разу не выбраться за пределы родной планеты, так что теурги кутались в ореоле романтической славы и, само собой, считались богачами все как на подбор. Хотя не всем мастерам потока удавалось заработать приличное состояние. Да и жизнь в космосе была далека от тех идеалистических представлений жителей планет.

— Сударь Виктор, я вам мешаю? — уточнила Кирхе, заметив, что я посматриваю в сторону миловидных девчонок вокруг.

— С вами рядом, сестрица, мне точно не светит завести романтические отношения…

— Прошу прощения. По возможности мы стараемся не мешать личной жизни подопечных.

— Все в порядке. Если бы я искал пару, то предупредил бы вас заранее. Сегодня мы здесь не за этим. И да… — добавил я. — Спасибо, что отвлекли меня от ремесленных дел. Иногда я слишком увлекаюсь…

— Вам было бы полезно завести постоянную спутницу жизни, Виктор. Которая бы следила за вашими… ремесленными приступами.

— Зачем? У меня ведь есть сестрица Кирхе! — усмехнулся я.

— Я не нанималась к вам наседкой, сударь, — фыркнула дама.

Дело клонилось к вечеру, так что мы с Кирхе направились к «Рунтарским Хроникам» — главному столичному заведению по разному антиквариату, в основном книгам. Зайдя внутрь, я восхищенно покачал головой. Здание имело три этажа, но в центральной зоне оставалось свободное пространство вплоть до широкого купола крыши. Высокие потолки позволяли расположить массивные полки, до верха которых без лестницы не достанешь. Стеллажи были набиты различными фолиантами от современных до древних. Внушало уважение и трепет! Каких только тайных сакральных знаний не хранилось в старых талмудах и брошюрах. Многие, конечно, являлись репликами, поскольку в ходе переселения в новую галактику в экспедицию обширные библиотеки не брали. Оригиналы исчезли в бушующем вихре ушедших эпох.

Кирхе с любопытством разглядывала стеллажи, пока я общался с консультантом. Разумеется, самостоятельно разыскать что-либо в столь огромном собрании было нереально. Сам я чтение не слишком жаловал, а вот инквизиторше, судя по всему, нравилось проводить свободное время с книгой.

— Да-да, из древней эпохи до Великого Переселения… Кажется, есть у нас такая книга… — принялся возиться мастер в картотеке. — Второй этаж, двадцать восьмой стеллаж, седьмая по…

Пояснения служителя Рунтарских Хроник прервал звонкий грохот. Во входные двери на большой скорости врезался глайдер. Створки вместе с осколками стекол полетели в разные стороны. Раздались крики ужаса посетителей и глухой удар о тело. Нерасторопную женщину, попавшуюся на пути транспорта, отбросило на несколько метров в сторону будто тряпичную куклу и расплющило о стену. Глайдер слегка изменил траекторию движения и понесся в моем направлении!

Глава 4

Не растерявшись, я подал огненный поток на защиту, достал эфес и внимательно осмотрел приближающееся судно. Кирхе стояла чуть в стороне, но и инквизиторша отреагировала быстро, достав свой потоковый клинок.

Компактный глайдер стандартной вместимости на четырех пассажиров имел несколько основных и маневровых протонных двигателей. Лобовое стекло было затонировано, что, вроде как, запрещено местными правилам. Модель на вид достаточно стандартная, за парой исключений. Во-первых: огромный фокусатор, присобаченный на крышу транспорта. Походило на стандартный малый фокусатор корвета. Во-вторых, виднелись грубо приваренные иринитовые трубки, которые, очевидно, предназначены для создания потоковой защиты.

Раструб фокусатора выплюнул огненный шар. Снаряды в атмосфере летели не так быстро, но все равно рефлексов человека было бы недостаточно для уклонения. Выручало чутье. По нарастанию эфирного излучения я понял, когда произойдет выстрел, и за мгновение до активации юркнул в сторону. Огненный разреженный шар диаметром около метра пронесся мимо меня на высокой скорости. Мою личную защиту будто Варп обнулил. Я ощутил серьезный жар, но, к счастью, эфирные сгустки не сумели прожечь плоть. Мой барьер быстро восстанавливался. Огненный снаряд ушел дальше и пробил множество стеллажей с книгами. Повсюду разлетелись обугленные щепки, прах тлеющих страниц и испорченные обложки. Эфир изничтожал материю на раз, а высокие температуры стихии Огня быстро организовали локальные очаги возгорания. В Рунтарских Хрониках разгорался пожар.

Мне же в настоящий момент было не до разглядывания повреждений. Глайдер несся прямо на меня. В последний миг я успел нырнуть на пол, и машина пронеслась сверху, обдав меня снопом серых протонных струй. Хоть они работали в щадящем режиме, все же могли нанести повреждения незащищенной плоти. К счастью, мой барьер успел затянуться и спас от протонного выхлопа.

Вспомнив про реактивный ранец, часть потока я принялся подавать на него. На полную мощность прыжковый накопитель выходил не сразу, так что придется потянуть время.

Летающая машина разрушила несколько стеллажей, пролетев пару десятков метров по инерции. Кирхе воспользовалась тем, что враг был сосредоточен на мне, и атаковала транспорт. Зеленоватое лезвие Жизни вгрызлось в огненный барьер глайдера, но не смогло его толком пробить. Оно и не удивительно. Накопительные барьеры, которые ставились с помощью трубок-фокусаторов, держались намного лучше личной защиты. Но и на зарядку и восстановление их тоже уходило время. Если нанести два удара подряд в одно место, то огненный барьер не выдержит. Только попробуй попади потоковым лезвием по стремительному глайдеру.

Транспорт заложил еще один вираж, на этот раз идя на малой высоте, почти касаясь пола. Я быстро ушел в сторону от несущегося глайдера и предпринял попытку развить успех Кирхе. Однако не сумел попасть в ту же щель. Эфес чуть из рук не вырвало, когда эфирные потоки сцепились меж собой. Не хватало еще личный клинок потерять.

Глайдер чиркнул о колонну и протаранил еще один шкаф, после чего развернулся и пошел на новый заход. Судя по нарастанию эфирного потока, малый фокусатор скоро зарядится. Транспорт помедлил, ожидая, когда орудие наберет полную мощность. Азарт и Хаос бурлили в крови, толкая на не самые обдуманные поступки. Я хищно усмехнулся и побежал прямо на транспорт. Глайдер замер. Лица водителя видно не было, но, возможно, он слегка растерялся. Решил дождаться, когда я сам сближусь с аппаратом.

Дуло исторгло очередной огненный шар, но я был готов. Прыжковый фокусатор наполнился до краев. Так что мне оставалось лишь оттолкнуться и активировать реактивный ранец. Резкие огненные струи из дюз подхватили мой прыжок и вознесли в высь. Перекувырнувшись, я подправил свой полет маневровыми дюзами, благодаря чему приземлился на крышу глайдера точно на ноги. Мой огненный барьер и пламенная защита глайдера соприкоснулись и пошли искрами. Поверхность подо мной начала быстро раскаляться. Не теряя времени, я вонзил потоковое лезвие сверху и пробил барьер. Зацепил крышу транспорта.

Глайдер не стоял на месте. Не дав мне времени как следует покрутить клинком внутри кабины, машина взмыла наверх. Протонные двигатели загудели и резко подняли аппарат. Я не удержался на ногах и оступился, распластавшись на огненном покрове машины. Свод здания приближался стремительно, грозя раздавить виконта словно букашку. Я счел разумным скатиться с крыши глайдера. Пролетев несколько метров, сумел зацепиться за перила второго этажа. Сверху раздался грохот. Глайдер по инерции врезался в купол. Посыпалась штукатурка и куски бетона. Крышу машина не пробила, лишь немного повредила.

Глайдер принялся снижаться и искать свою главную цель. Я же скрылся меж стеллажей, решив выгадать немного времени для зарядки прыжковых накопителей. Возможно, наиболее разумным выходом в данной ситуации было схорониться и дождаться прибытия помощи, но прятаться в нору и сидеть сложа руки мне не давал вездесущий Хаос. Изменчивая стихия требовала крови.

Судя по действиям убийцы, он явился прямо за мной. Каким-то образом протащил корабельный фокусатор на поверхность планеты и модернизировал пассажирский глайдер. Что было, конечно же, строго запрещено. Из-за лишнего веса машина получилась не слишком поворотливой, да и пассажирские суда не были мощными, так что маневренность страдала. Тем не менее, для теурга такая конструкция выступала серьезной угрозой. Если бы я мог применять Хаос, все было бы проще, но от Кирхе его явно не скрыть. Придется играть по правилам, без применения запрещенных стихий.

Я спрятался за стеллажами и окутался огненной маскировкой, которая работала в разы хуже хаотической. Кирхе, судя по сияющей ауре Жизни, поднялась на второй этаж. Как и фонящий самодельный боевой глайдер. Мой взгляд упал на цифру 28 над одним из стеллажей рядом. Кажется, где-то здесь и находилась искомая книга.

Почуяв нарастание эфирного излучения, я припал на пол. И не зря. Теург все-таки сумел меня учуять, так что огненный шар пронесся практически надо мной. С грохотом эфирный сгусток пробивал материю. Легко прошил несколько стеллажей, обратил в ничто одну из колонн и проделал дыру во внешней стене. Малый фокусатор — это вам не с огром в карты играть. Здание загудело. Потеря одной из опор сказалась не лучшим образом на устойчивости строения. Но все же некоторый запас прочности имелся, так что перекрытия устояли. Разлетающийся пепел страниц, останки переплета и обложек намекали, что нужный мне экспонат мог не пережить роковой выстрел. Надо было выбирать другое укрытие…

Воспользовавшись перезарядкой фокусаторов, я атаковал глайдер. Выйдя из-за очередного стеллажа, активировал прыжковые дюзы и взвился ввысь. На сей раз попытался прорезать защиту с наскока, влив весь поток в эфес, который был мной недавно улучшен. Лезвие стало еще чуть тоньше и стабильнее. Тем не менее полноценная накопительная защита пробивалась с трудом. Я сумел прорубить небольшую линию и вгрызться в корпус. Один из боковых протонных движков пал смертью храбрых в пламенных искрах. Жаль, что не один из несущих.

Глайдер нырнул вбок, частично растеряв свою маневренность. Там его поджидала Кирхе. Совершив красивый кульбит, инквизиторша атаковала в точно то же самое место, что и я. Благодаря чему сумела добраться вглубь каркаса и разломать часть обшивки. В салоне глайдера принялись активно расти шипастые лианы, которые напомнили мне о мерзопакостных дейрах. Жаль, но теурга атака не достала. Враг увел глайдер в сторону и принялся ждать перезарядки орудийного фокусатора, накачивая его огненным эфиром.

Разумеется, без потокового оборудования мы бы давно смяли транспорт и разрубили на сотню кусков, но против опытного теурга на боевом судне так просто не побегаешь.

— Попробую отвлечь! — заявила инквизиторша и вышла на относительно открытое пространство.

Я же схоронился за еще одним стеллажом, активировал маскировку и принялся накачивать прыжковые дюзы энергией. Как и ожидалось, нападавший проигнорировал Кирхе. Вернее, он попытался сбить инквизиторшу своим ходом, не став тратить заряд орудия. Девушка ушла в сторону, слегка повредив барьер судна.

Глайдер полетел прямо на меня, ломая один стеллаж за другим. Похоже, решил стрелять наверняка — с близкой дистанции. Поэтому двигался аккуратно и не стремился атаковать издали. Я принялся вилять, однако двигался не столь быстро, как летательный аппарат. Противник нагнал меня и исторг очередной раскаленный плазменный шар, прожигающий материю словно бумагу. На таком расстоянии увернуться было неимоверно сложно, но я попытался. Миниатюрное солнце прошло справа над плечом, опалило кожу и мясо, лизнуло ухо и щеку.

Злость охватила меня с головой. Хаос толкал меня вперед. Заставлял бросаться в самоубийственные атаки, рвать зубами обшивку и вражескую плоть. Не будь на мне аномальной защиты, мой разум поддался бы давлению Хаоса. Однако мне удалось обуздать изменчивую стихию. Наскоком тварь не возьмешь. Надо поработать головой, а не только потоком размахивать.

Подумав о возникшей вибрации и осыпавшейся потолочной штукатурке, у меня возникла идея. Враг частично снес еще одну из колонн и проломил стену. Второй этаж заполонило дымом, язычки пламени плясали на книжных страницах и развалинах стеллажей. Следовало бы, наверное, тянуть время, дабы дождаться подхода помощи, но за такую трусость Хаос бы меня не простил.

— У меня есть идея! — крикнул я Кирхе, заметив зеленую пленку барьера неподалеку. — Держись подальше от пролета!

— Виктор, что…

— Двигай своей симпатичной задницей, сестрица!

— Мы еще поговорим насчет вашего воспитания, виконт! — буркнула Кирхе, но поспешила отойти в другую часть здания.

Я же занял стратегическую позицию возле одной из колонн, активировал защиту и принялся накачивать поток в прыжковые дюзы. Враг почуял кровь, так что решил повторить предыдущий налет, почти увенчавшийся успехом. Болели обожженные участки тела адски. Но я умел справляться с болью.

Слегка кренящийся на один из бортов глайдер показался из-за дымовой завесы. Я застыл возле колонны, чуть наклонившись и уперевшись ногами. Машина быстро приближалась, решив покончить со мной вблизи. Эфирный фон со стороны фокусатора нарастал, пока не достиг апогея. Глайдер при этом находился от меня буквально в пяти метрах. Я распрямил ноги и активировал реактивный ранец. Огненные струи бросили меня в сторону. Мимо просвистел огромный огненный шар. Обрушил мою защиту, но барьер сделал свое дело: уберег меня от серьезных ран.

Плазменный сгусток же понесся дальше и прошил сразу несколько колонн на своем пути. Все, как я и планировал. Глайдер по инерции заскользил дальше, резко остановиться воздушное судно не могло. Здание задрожало, заскрипело и принялось оседать. Сразу несколько опор было уничтожено на определенном участке, так что перекрытия, нагруженные тяжелыми стеллажами, не выдержали и начали падать.

Я же пустил весь поток в ранец и понесся прочь. Успел добраться до перил второго этажа и спрыгнул вниз. Позади меня бетонные перекрытия вместе с разным хламом осели, подняв тучу пыли и похоронив вражеский глайдер под собой. Разрушился только один из пролетов здания, остальная часть Рунтарских Хроник так сильно не пострадала. Судя по эфирному чутью, людей в зоне обрушения не было. Только полные идиоты останутся в зоне, где сражаются теурги.

Вскоре грохот стих, а пыль осела. Несколько плит упали на глайдер. Разумеется, пассажирский транспорт не был рассчитан на такой груз, так что взлететь больше не мог. Однако каркас хоть и смялся, но сдержал удар. Мы услышали гудение от работы потокового эфеса, а также почуяли возмущение эфира.

Пробравшись через завал, мы с Кирхе приблизились к месту падения глайдера. Враг прорубил отверстие в смятой двери и разрубил упавшую балку. После чего выполз наружу. Противник был изрядно помят и дезориентирован. Не успел он толком дернуться и выставить защиту, как я подобрался сбоку и прошил барьер. Правая рука теурга вместе с эфесом рухнула на пол.

— Мрази! — выплюнул гад, согнувшись от боли в три погибели.

Я отбросил отрубленную конечность вместе с эфесом подальше от врага, но расслабляться не стал. Мало ли какие у него тузы в рукаве.

— Кто тебя послал? — вопросила Кирхе суровым тоном. — Отвечай перед лицом Святой Инквизиции!

— Пошли вы! Предатели Актобы!

Теург поднял левую руку, но направил не на нас, а в собственное лицо. После чего исторг неструктурированный фонтан огненной энергии. Хоть она и имела низкую концентрацию, на материю все еще действовала убойно. Спустя несколько секунд поток пропал, а мужчина рухнул на обломки. Голова его представляла из себя обугленную головешку. Теург совершил самоубийство.

— Кирхе, делим духовные трофеи пополам? — проговорил я спустя несколько секунд молчания.

— Желание делиться похвально, Виктор. Но ведь это вы свершили большую часть работы…

— Дважды предлагать не буду.

— Спасибо, воспользуюсь вашим предложением.

Мы с инквизиторшей поглотили разлетающиеся ошметки души. Сама эфирная оболочка, очистившись, улетала куда-то в глубины варпа. Как гласит святое Писание, коли человек вел праведную жизнь, то попадет в сингулярность или рай, в противном случае душу пожрут демоны варпа. Я в это особо не верил, несмотря на то, что сам частично соприкоснулся с посмертием. Писание в первую очередь создавалось для противостояния порокам, ведущим к Хаосу. Но и в нем содержались недоработки, которые я ощутил на собственной шкуре, ведь с изменчивой стихией мне приходилось соприкасаться как бы не чаще, чем падшим демонам. Именно поэтому я и разработал некий свод правил, который обозвал Кодекс Варпа. Кое-что полезное почерпнул в одной из древних книг. Будет жаль, если редкий фолиант не уцелел в ходе заварушки.

— Пресвятой Звездный Покровитель! — выполз из подсобки немолодой служащий Рунтарских Хроник. — Все закончилось⁈

— Преступник обезврежен, — откликнулась Кирхе.

— Благодарим вас, преподобная сестра… — покачал головой мужчина.

— Кстати, что насчет моего запроса? — напомнил я.

— Вы издеваетесь⁈ Посмотрите на этот бедлам! Все уничтожено! Все те бесценные труды древних ученых и философов! Все превратилось в пепел! Из-за вас, сударь! Вы повинны в случившемся хаосе! — заверещал серв горестно.

— Хаосе? — приподняла бровку Кирхе.

— Следи за словами, серв. Ты разговариваешь с виконтом!

Служащий печально покачал головой и ушел прочь.

— Сестрица, не поможешь мне с ожогами? — попросил я, поморщившись от едкой боли.

— К слову о шевелении симпатичной задницей, — обозначила усмешку девушка.

— Ты действительно будешь просто так наблюдать за страданиями подопечного и издеваться?

— Боль — превосходный учитель…

Спустя несколько секунд в здание ворвались инквизиторы и рунтарские гвардейцы, среди которых были как теурги, так и тяжело вооруженные огры. Еще один эксперимент Эпохи Генных Модификаций. Идеальных солдат тогда пытались создать все генные инженеры. Лучшими получились огры: преданными, огромными, сильными и выносливыми.

Гвардейцы были экипированы протонными щитами и протонными полями, которые питали накопители в ранцах за спиной. Вооружены тяжелым плазмоганами, бластерами или протонными излучателями. Здоровенные бандуры, которые для обычного человека являлись стационарным, а то и корабельным оружием. Но огры способны таскать подобную тяжесть без великого напряжения сил.

В целом экипированный огр не представлял опасности для теурга. В отличие от сервов, которые этим машинам смерти мало что могли противопоставить. Лишь приличным отрядом огры могли бы уничтожить теурга, закидав тяжелыми снарядами. Эфирная защита хорошо работала против материальных сгустков, но не была полностью неуязвимой. В итоге огры получились чем-то средним между теургом и солдатом-человеком. Их применяли в случае необходимости десанта как при захвате планет, так и при абордаже крупных судов.

Огры походили на амбалов ростом выше двух метров с отсутствующими шеями, серой толстой кожей и выдающимися вперед надбровными дугами. Усиленный череп мог защитить от огнестрела. Их бы сконструировали еще выше, да только потолки на кораблях редко делают высокими, так что здоровякам при абордаже было бы неудобном передвигаться. Выглядели огры такими же недалекими и уродливыми, как и гоблины, но, в целом, по интеллекту мало чем уступали человеку. За исключением встроенных генетических ограничений, которые делали их преданными и запрещали лгать.

— Сестра, поведай, что здесь произошло? — обратился главный инквизитор к Кирхе.

— Да, ваше святейшество…

После объяснений нас отвезли в здание ИСБ — Имперской Службы Безопасности, где мы дали более подробные показания. Инквизиторы тоже порой проводили расследования, хоть их профиль — это одержимые Хаосом, падшие. Долго меня мучить Кирхе не стала. Исцелила с помощью фокусатора и стихии Жизни. Разве что уничтоженное ухо вернуть пока не могла. Задерживать нас особо не стали, чему способствовало присутствие преподобной сестры рядом. Кирхе благодаря ее статусу доверяли больше, чем мне.

— Узнали имя напавшего? — уточнил я у следователя, который занимался нашим делом.

— Только что пришел отчет… — посмотрел тот в бумаги и пробормотал. — Хм, теперь у нас есть версия, почему вас атаковали, сударь Гарин.

— Расскажите подробнее, — попросила Кирхе.

— Информация не для общего распространения, — заколебался следователь.

— Если это касается моего подопечного, мы должны знать. Виктор поклянется потоком, что сохранит втайне услышанное.

— Клянусь потоком! — кивнул я.

— Вы наверняка слышали про Актобу, — начал гвардеец ИСБ издалека. — Барон Кернье держал оборону до прихода основных сил, не давал дейрам резвиться на полную. Они потеряли множество кораблей и членов экипажа. Не говоря про миллионы погибших сервов. А недавно пошли слухи, что Актоба будет сдана. Кернье устроил бунт и выдвинул Великому Князю ультиматум. Либо Рунтар возвращает Актобу и мстит дейрам, либо барон с оставшимися силами явится штурмовать столицу. Ныне Кернье подался в бега.

— А я тут причем? — вопросил я.

— Барон считает, что именно вы убили его сына, Вайлена Кернье.

— Тот самый падший, которого аннигилировала преподобная Аркадия? — уточнила Кирхе.

— Да, но приговор в исполнение приводил именно Гарин. А по телетерминалу историю показали так, будто именно виконт сумел выявить, поймать, обезвредить и казнить сына барона. Если раньше Кернье руководствовался честью и законами, то ныне пустился во все тяжкие. Похоже, он подготовил одного из своих людей с целью ликвидировать убийцу сына. Рекомендуем сударю Гарину держаться в Академии. Туда подослать диверсанта ему будет намного сложнее.

— Где именно скрывается барон, известно? — спросил я.

— Пока нет. Но будьте уверены, империя найдет и покарает бунтовщика!

М-да, искать флот в галактике — это даже не пытаться найти иголку в стоге сена. Вот если будет целая гигантская планета из сена, тогда аналогия будет чуть ближе к истине.

— Может, мне сыграть роль живца и выманить барона? — поддался я мелькнувшей хаотической мыслишке.

— Виктор! — возмутилась Кирхе моим предложением.

— Что? — слегка подивился я острой реакции.

— Мы не можем рисковать вашей жизнью, виконт. Граф Гарин явно будет против, — покачал тот головой. — Я передам офицерам Княжеской Академии о возникших рисках. Отдыхайте и набирайтесь сил! Мы разберемся с проблемой!

Не первый раз слышу я подобные заверения. Но, в конце концов, все приходится делать самому. К вечеру мы покинули Рунтар-прайм и направились в Академию. Воскресную службу не следовало пропускать. Книгу так найти и не удалось, но по-настоящему я жалел лишь о том, что не успел выпить кофе по своему любимому рецепту.

Глава 5

[Аркадия]

Вечерняя служба несколько минут как началась, когда в зал прошёл Виктор в сопровождении преподобной сестры. Женщина слегка нахмурилась, но не стала прерывать проповедь. В зале присутствовали практически все курсанты Академии, большая часть преподавательского состава и служебный персонал. Не ради одного Гарина она проводится. К тому же Аркадия доверяла младшей коллеге. Кирхе без веской причины бы явно не стала опаздывать на еженедельную воскресную службу.

Приглядевшись, Аркадия подметила неровную прическу с правой стороны у юноши. Одно ухо виконта отсутствовало. Явно в какой-то заварушке побывали. И точно: ближе к концу службы брат Антонио принес донесение из Святого Престола. Рекомендовали усилить меры безопасности в Академии в связи с покушением на Виктора Гарина. Барон Кернье, похоже, окончательно спятил: предал интересы империи и Великого Князя. Аркадия почувствовала легкий укол совести. Все-таки ей следовало самой привести приговор в исполнение в отношении сына барона, а не просить курсанта об аннигиляции падшего.

— Преподобная мать Аркадия, мы можем поговорить? — подошла к ней Кирхе по окончании воскресной проповеди.

— Разумеется. Пройдем в мой кабинет…

Попрощавшись с прихожанами, инквизиторы направились в рабочие покои преподобной. Курсанты принялись расходиться по своим каютам. Кирхе слегка замедлилась, чтобы сказать последнее напутствие своему подопечному. Отчего тот явно не остался в восторге.

Вскоре пара добралась до кабинета Аркадии.

— О покушении мне уже известно. Полагаю, ты хочешь обсудить своего подопечного? Кстати, что ты ему сказала в храме?

Кирхе помрачнела и тяжело вздохнула, собираясь с силами:

— Преподобная, мне не место в рядах инквизиторов! Я совершенно непригодна к такой работе…

Брови Аркадии поползли вверх. Кирхе из всех троих присланных младших инквизиторов показалась ей наиболее собранной, уверенной в своих убеждениях и избранном пути. Поэтому она и направила ее к наиболее сложному подопечному. И тут такие заявления на ровном месте. Аркадия и сама когда-то проходила через период сомнений, но Кирхе сдалась слишком быстро.

— Что тебя гнетет, сестра? Поведай!

— Я абсолютно ничего не понимаю! Это какой-то абсурд. Мне кажется, что в системе Кенебра Гарин услышал Зов Тетрархии…

— Кха! — поперхнулась Аркадия от таких откровений. — Тут даже ученику будет ясно, что у Гарина имеется склонность к Хаосу. Каким образом ты пришла к столь нелепым выводам?

— Видите, мне не место в Святой Инквизиции. Наверное, святые отцы были правы, и мне стоило идти в целители…

— Отставить! Ты семь лет провела в аббатстве, только чтобы бросить все спустя пару недель оперативной работы⁈ Так поступают лишь слабые духом.

— Я не слаба духом! — возразила Кирхе, слегка разозлившись. — Просто ничего не понимаю…

— Как и все инквизиторы в начале карьеры. Думаешь, мне было легко первые годы без наставников, которые скажут, что правильно, а что нет? Или когда меня назначили преподобной матерью и доверили курсантов Академии? Соберись, сестра Кирхе! И объясни, наконец, что тебя тревожит!

— Да, преподобная… Мне не удалось вовремя выявить падшую — служанку Виктора. Которая к тому же оказалась эмиссаром, склоняющим других курсантов к пагубным действиям.

— Здесь и мой просчет. Я проверяла служанку Гарина, но той удалось пройти проверку.

— Ее слова все не выходят у меня из головы. Она говорила, что нельзя доверять Виктору и что он на самом деле… На этом слова Вилсаны оборвались.

— Я бы не стала на твоем месте зацикливаться на речах падших. Служители Хаоса любят сеять зерна сомнения и подталкивать к дурным поступкам.

— Насчет сказанного в храме, — продолжила Кирхе. — Я посоветовала Виктору отправляться на отдых, а не идти в мастерскую, и это ему не понравилось.

— Мастерскую?

— Да. Виктор интересуется ремеслом. Я ранее не видела настолько увлеченного человека. Поэтому и решила, что Гарин услышал Зов Тетрархии, после чего серьезно изменился. Но при этом склонность к Хаосу никуда не делась…

— Это невозможно. Порядок и Хаос противоречат друг другу.

— Я знаю, преподобная… Позднее Виктор поведал мне свою историю. Якобы в детские годы он интересовался ремеслом на фамильных верфях, но отец запретил тратить время. Я отправила запрос в епархию сектора графа Гарина, чтобы они проверили слова подопечного. Произошедшее во время варп-бури же изменило его…

Аркадия побарабанила пальцами по столешнице, размышляя.

— Все случаи падения уникальны, поэтому не стоит равняться на учебные пособия из аббатства. В жизни может произойти все, что угодно. Возможно и такое, что, находясь на грани жизни и смерти, Виктор повредился рассудком и ударился в ремесло.

— Согласно трактату апостола Флавелия душевные болезни вроде раздвоения личности или шизофрении никак не влияют на конечный исход. От влияния Хаоса не спрятаться.

— Вижу, ты знакома с редкими трудами, — хмыкнула Аркадия. — Но я бы не стала слепо доверять выводам апостола Флавелия. В его исследованиях множество допущений и обобщений.

— То есть, вы полагаете, что Виктор… спятил?

— Не так грубо. Просто его разум зациклился на ремесле, нашел в нем отдушину и спасение.

— Значит ли это, что Хаос ему не грозит?

— Ничего нельзя утверждать с уверенностью. Требуется больше доказательств.

— И что же мне в таком случае делать, госпожа Аркадия?

— Готова вынести вердикт?

— Не сейчас…

— В таком случае продолжай наблюдение, — кивнула женщина.

— Но разве не расточительно держать инквизитора возле одного теурга месяцы, пускай он и целый виконт?

— Бывали случаи, когда инквизиторов держали годы и возле менее значимых персон, — заверила Аркадия. — Ты прекрасно справляешься с работой, Кирхе. Уверена, рано или поздно у тебя получится вынести окончательный вердикт!

— Да, преподобная! — обрадовалась девушка, изобразив святой треугольник ладонями. — Пусть Звездный Покровитель осенит нас своим благословением!

[София Морозова]

Участь средней княжны правящего рода порой была достаточно незавидна. София постоянно оказывалась в центре внимания, за нее бились на дуэлях, преподносили неуместные подарки. Девушка отчасти привыкла к своему положению. Старшая же наследница, неожиданно для отца, избрала военную карьеру. Ныне сестра летала где-то возле южных рубежей империи.

— А чего ты ожидал, отец, направляя нас в военную Академию… — пробормотала девушка, ступая по коридору.

Учебная неделя была в самом разгаре. На удивление, этим утром ни закадычные подруги, ни родовитые кавалеры из благородных семейств не успели ее еще перехватить. Лишь пара телохранителей следовала за ней на почтительном расстоянии.

Князь Морозов имел своеобразное представление о воспитании дочерей. Они в первую очередь являлись теургами, а уж во вторую имели отношение к женскому полу. И обязаны были показывать пример своим поведением и успехами. Но действиями старшей княжны Эйгор все равно был недоволен. Впрочем, Великий Князь был волен назначить любого наследника, в том числе и сына, которого ему смогла, наконец, подарить вторая жена. У теургов все было сложно с деторождением. Первая княгиня, мать Софии, смогла подарить жизнь трем дочерям.

Воскресенье миновало, и Софии оставалось лишь горестно вздыхать. До следующего занятия ремеслом еще долго. А после настанет триместровая практика. Боевых теургов гоняли нещадно, не давая толком получать знания. Умения пилотировать корабли и махать мечом считались важнее изучения теоретических предметов.

Вдруг из ниоткуда вырос белозубый брюнет с идеально торчащим воротником.

— Выше высочество, какая встреча! Разрешите сопроводить вас до ресторана?

— Виконт Лаверно, — проговорила София ровным тоном, про себя поморщившись. Хоть парень и был хорош собой, являясь превосходным боевым теургом, девушку он слегка раздражал. Да еще и отец начала торопить наследницу с замужеством, хотя ранее разрешал подождать до окончания Академии.

— Прошу, пройдемте. Один из моих поваров трудится в ресторане. Он готов побаловать нас интересной кухней!

— Ну, хорошо, — сдалась София, которой стало интересно попробовать новые блюда. Своего личного повара брать в Академию она не стала, решив таким образом поучиться независимости и ординарной жизни.

Под рестораном Лаверно подразумевал столовую Академии. Место, где пересекались отпрыски благородных семей империи с детьми обычных сервов. Шансы появления теурга в семье ординаров невелики, но, учитывая сколько людей проживало на планетах Рунтарской межзвездной империи, появлялись они часто.

Лаверно развлекал княжну во время великолепного завтрака. Не все блюда ей пришлись по вкусу, но было приятно хотя бы немного изменить рутину учебных будней. Как всегда, на их пару все глазели, перешептываясь, что Софии не слишком нравилось.

Вскоре в столовую быстрым шагом вбежала известная в Академии парочка: виконт Виктор Гарин в сопровождении чем-то раздосадованной преподобной сестры. На фигуру которой София поглядывала с завистью. Допустим, в районе бюста она сестре отнюдь не уступала, но девушка была выше ее чуть ли не на голову. Хотелось бы Морозовой глядеть на других свысока, как это делала преподобная.

— Виктор, я же говорила вам, что надо ложиться раньше и соблюдать режим!

— Мне надо было доделать второй фокусатор кровь из носу. Чего опять начинаешь? Будить надо было лучше!

— Я колотила в дверь изо всех сил…

Пара добралась до раздаточной секции, и София больше не могла расслышать их речь. Во внешности виконта девушка заметила нечто странное.

— С Гариным что-то снова приключилось? — поинтересовалась она.

— Не слышали? Покушение в столице, об этом был выпуск в новостях. Говорят, Рунтарские Хроники разрушены чуть ли не до основания.

— Какой ужас! Мне так нравились Хроники! — покачала головой Морозова.

— Нет бы наружу выбраться и там воевать, да? — продолжил Лаверно, воодушевившись ее словами. — Гарин совершенно не думает о сохранении исторических реликвий!

— Вы правы. Воспитание виконта явно хромает.

— Эй, Гарин! — окликнул Фабрис проходящего мимо курсанта. — Где ухо потерял?

Парень поставил поднос на свободный стол и поднес руку к поврежденному уху:

— Что? Не слышу твой писк, Лаверно! Говори громче!

— Не нарывайся. Забыл, как в прошлый раз получил?

— Еда важнее разборок! — заявил Гарин и принялся насыщаться, перестав обращать внимание на замечания со стороны.

До начала занятий действительно оставалось не так много времени.

— Виконт, о чем это вы говорили? — вопросила София, поскольку они затронули интересующую ее тему. — О каком фокусаторе шла речь?

— Секрет! — покачал головой Гарин, тем самым доказав, что прекрасно слышит на самом деле.

— Сестра?

— Я не имею права разглашать данную информацию, — покачала головой инквизиторша.

— Любопытно… — протянула София.

— Если хотите узнать подробности, приходите в мастерскую и сами взгляните, — добавила преподобная.

— Не надо приходить в мастерскую! Я работаю один! — резко откликнулся Виктор.

— Ваше высочество, оставьте виконта и его тюремщика. Вы же понимаете, что инквизиторов приставляют к склонным к Хаосу. Гарин без пяти минут падший! — заявил Лаверно. — Не стоит с такими водиться.

— За падшего еще ответишь! — буркнул Виктор, прихлебывая кофе.

— Я сама в состоянии решить, с кем мне водиться, а с кем нет, — сухо проговорила София. — Благодарю за составленную компанию, сударь Лаверно. Пора на занятия!

— Согласен! Я сопровожу вас. Понравился ли вам утренний фуршет от моего повара?

Отвечая на назойливые вопросы виконта, София проследовала к кабинету класса. При этом странные оговорки преподобной сестры и Гарина не шли у нее из головы. Что-то непонятное они проводили с фокусаторами. Инквизитор почему-то хранила секрет, а Виктор при этом крайне не хотел, чтобы она появлялась в мастерской. Разумеется, Морозова не могла оставить эту тайну без внимания.

После окончания учебной практики София переоделась из учебного наряда курсантки в свой любимый скаф, подготовленный лучшими мастерами княжеских мастерских. Не без труда, но ей удалось отвязаться от сопровождения, за исключением дежурной пары телохранителей.

В ангаре, как всегда, царил ажиотаж. На этот раз техники обслуживали корабли для подготовки к грядущей полевой практике. Последняя неделя триместра всегда была суетливой как для курсантов, так и для персонала. Преподаватели устраивали проверки усвоенных знаний, но это слабо походило на настоящие экзамены. Щадили боевых теургов. Ведь если выпустился неуч, его всегда можно посадить на какой-нибудь крейсер за оружие в качестве живой бездумной батарейки. Выбор всегда за курсантами.

— Мастер Орен, как продвигается работа? — обратилась она к знакомому старшему технику.

— Двигаемся потихоньку, ваше высочество!

— Я хотела поинтересоваться насчет виконта Гарина…

— Сударь Виктор — в мастерской частый гость! Почти ежедневно заседает допоздна…

— Действительно? Интересно…

София направилась в сторону мастерской, пройдя через широкий коридор, который вел в различные служебные помещения техников. На небольшой скамье в строгой позе восседала девушка в инквизиторской форме, держа массивную книгу в руках.

— Сестра Кирхе, верно? — обратилась София к служительнице.

— Все верно, ваше высочество, — отложила она фолиант. — Значит, вы заинтересовались деятельностью моего подопечного?

— Не то чтобы заинтересовалась… — фыркнула княжна, принявшись на автомате накручивать лазурный локон на палец. — Скорее, не им, а его ремесленными успехами. В Академии не так много курсантов, которые разделяют мое увлечение.

— Так вы тоже интересуетесь ремеслом? — приподняла брови Кирхе. — Насколько велики ваши познания в нем?

Вопрос показался княжне странным, но она решила не скрываться:

— Мне далеко до профессоров Университета Ремесла, но конвекционный глиф от фильтрующего отличу!

— Хорошо! Если у его высочества найдется свободная минута, я бы хотела попросить вас посмотреть работу сударя Гарина. Мне кажется опасным разрешать пилотировать корвет с непроверенным оборудованием.

— Гарин вносил изменения в корвет? — подивилась София. — Это ведь запрещено, насколько мне известно. Надо иметь диплом Ремесленного Университета как минимум.

— Вы говорите правильные вещи, ваше высочество, — вздохнула девушка, но не стала давать дальнейших пояснений.

Морозова поняла, что тема сестре не слишком приятна, так что решила не допытываться:

— Раз все уже свершилось, остается проверить, насколько фокусаторы сударя Гарина надежны.

— Если это не слишком затруднит ваше высочество…

— Давайте без лишнего официоза. Мы же не на приеме в княжеской резиденции… — дернула плечом София. — Отведите меня к судну виконта!

Пара направилась в безвоздушный ангар, в котором стояли корабли различных классов. В том числе и несущие эсминцы. Инквизитор быстро отыскала модель, которая была приписана к виконту. Выглядел корвет помятым. Имелись царапины и потертости в корпусе, а несколько граней дюз покосились от сильного удара.

— Такое ощущение, что Гарину выдали самый древний учебный корвет, — фыркнула София, обратившись к спутнице по рации. Обе девушки-теурга шествовали с активированными барьерами, взяв с собой порцию воздуха.

— Виктор не в самых хороших отношениях с интендантом, — нейтрально заметила Кирхе.

София хихикнула, представив возмущение интенданта Академии после потери стольких учебных кораблей.

— Займусь проверкой! — звонко заявила княжна и полезла к фокусаторам.

Это было практически первое настоящее поручение, связанное с ремеслом, если не считать учебных практик в университете. Поэтому София проверяла потоковые изделия со всем тщанием.

— Что за… — вырвалось из нее, когда она впервые обозрела орудийные фокусаторы.

— Что-то не так? — уточнила Кирхе.

— Это действительно делал Гарин?

— Если только ему тайно не помогал другой ремесленник. Вы что-то увидели?

— Очень много брака! Профессора из университета бы ему точно поставили неуд.

— Значит, пользоваться фокусатором опасно?

— Такого я не говорила, — заметила София. — Я… впервые вижу такую технику. Зачем он видоизменил ствольный глиф? А конвекционный почему такой маленький? Как он добился таких тонких контуров?

— Мне сие неведомо… — призналась инквизитор.

— Надо проверить фокусатор внимательно… — пробормотала Морозова, погружаясь в работу.

Спустя какое-то время княжна почувствовала затрудненность в дыхании. В удерживаемом барьером воздухе оказалось слишком мало кислорода. Пришлось ей прерываться и идти обновлять воздушную смесь. На сей раз София надела шлем от скафандра и воспользовалась воздушным баллоном, дабы не бегать десять раз туда-обратно.

Проверка фокусатора заняла достаточно много времени. София не понимала, почему Гарин решил видоизменить многие глифы, но:

— Фокусатор будет работать.

— А как же упомянутый вами брак?

— Недочеты расположены в тех зонах, где это не критично и не повлияет серьезно на работу. Возможно, эффективность орудия снизится на несколько процентов, однако, в целом… — София помедлила. — Мне кажется, что Виктор создал неплохой фокусатор, причем для универсальной стихии… Нет, скорее, даже отличный! — воодушевилась княжна. — Мне сложно толком оценить, поскольку применены нестандартные решения. Надо проверить его в бою! После пары выстрелов станет понятно, не вызывает ли эфир внутренних повреждений и как хорошо он фильтрует поток.

— Я не все поняла, но выходит: фокусаторы можно применять? — уточнила Кирхе.

— Безусловно! Я хочу пообщаться с виконтом немедленно!

— Виктор просил не беспокоить его, когда он занимается ремеслом.

— Ерунда! Для княжны Морозовой у него всегда найдется время! — заявила София тоном, не терпящим возражений.

Глава 6

[Виктор Гарин]

Кропотливое улучшение резцов с помощью Хаоса требовало высокой концентрации и собранности. Поэтому, когда дверь в мастерскую резко, без стука отворилась, я не был готов. Слегка переполошился, опрокинул заготовку на пол. Но быстро подобрал предмет и развеял еще содержащийся внутри эфир стихии Хаоса.

— Прошу прощения за беспокойство! — заявила голубоволосая девица таким тоном, что сразу было понятно: она совершенно не раскаивается за свое вторжение. — Виконт, интересные у вас орудийные фокусаторы получились!

Я слегка напрягся. Хоть я и старался не выделываться особо, знающий ремесленник мог бы заметить некоторое сходство с моими работами из прошлой жизни. Хорошо, хоть за двести лет большинство изделий Ройса вышло из строя и было отправлено на переплавку. За редким исключением в виде оберегаемых фокусаторов линкоров или разных антикварных экспонатов. Тем не менее, помешанные на ремесле теурги могли заметить аналогии. А княжна София Морозова была именно такой. Восхищалась ремесленниками прошлого.

— Откуда столько брака⁈ — вопросила она сходу. — Неужто не могли сделать несколько дополнительных попыток?

Ага, попробуй сама поработать с Хаосом. Те мелкие дефекты быстро перестанешь считать браком. Простыми особенностями стихии. И так мне пришлось убить кучу времени на малые фокусаторы, работая чуть ли не до утра. Вслух я, разумеется, ничего подобного говорить не стал.

— Ваше высочество, что вы здесь делаете?

— Что? Орен и мне предоставил доступ в мастерскую. Или вы считаете, что ее закрепили за вами?

— У меня получается работать только в одиночку.

— В таком случае будем работать по очереди! — придвинулась девушка поближе и принялась буравить меня сияющими сапфировыми глазами. — Обращайтесь ко мне по имени! Когда мы в неформальной обстановке, само собой!

— Знаете, мне кажется, нам не стоит…

— Я настаиваю!

Огромные синие глаза стали еще ближе. Казалось, они смотрели мне прямо в душу. Нет, к Софии у меня не было негативных чувств, но опыт прошлого, оформившийся в одну из заповедей Кодекса Варпа, не рекомендовал строить отношения с дочерями правителей. В прошлый раз это плохо закончилось, послужив одной из причин моего падения. Будет ли в этот раз все по-другому?

Ладно, если не привязываться к княжне, то и риск падения будет невелик.

— Прошу вас держать дистанцию, ваше… София. Варп один знает, что со мной сделают ваши телохранители или Великий Князь, когда узнают, что я вас случайно коснулся или сказал что-то не то.

— Вы слишком себя накручиваете, виконт, — махнула она рукой.

— Виктор, раз уж мы перешли на неформальное общение.

— Виктор, ваша техника потрясающа! Да, брака много, но потенциал есть. Как вам удалось развить подобную точность с помощью капризной стихии Огня?

— Ловкость рук и грамотная шлифовка резцов…

— Отлично! Виктор, вы должны научить меня своей технике!

— Это не то, чему можно обучить другого теурга. К тому же у ремесленников свои секреты, которые они предпочитают держать при себе.

— Я заплачу! Много! — заявила княжна.

— Не забывайте, что я — сын графа Гарина и не сильно стеснен в средствах.

— Вы посмеете отказать просьбе Морозовой⁈ — синие глаза сверкнули.

— Понимаю, что вы привыкли к подобострастному отношению, но у меня есть свои цели и желания.

— Ладно, — вздохнула девушка, после чего успокоилась и осмотрелась. — Значит, вы занимаетесь в этом месте? Выглядит примитивно по сравнению с кузней в университете ремесла.

— Работать можно, — пожал я плечами, наблюдая за тем, как София обходит станки и потоковое оборудование.

— Решено! Я тоже буду заниматься здесь. Одного сеанса в неделю мне мало. А каждый день летать на прайм слишком времязатратно.

Я похолодел. Мое идеальное убежище под угрозой!

— София, вы же сами сказали, что оборудование здесь не чета университетскому. Чему вы можете научиться с такими примитивными станками?

— Работать можно! — усмехнулась девушка хитро, повторив мои собственные слова.

— Я не собираюсь заниматься вашим обучением.

— Вы себя уже назначили профессором ремесла, Виктор? — фыркнула София. — Будете вы мне помогать или нет, не имеет значения. Я буду заниматься ремеслом здесь! И не буду распространяться о том, что курсант Гарин вносил конструкционные изменения в оборудование учебных кораблей… А также попрошу прилететь нашего целителя, чтобы он посмотрел ваше ухо, — взглянула она на меня с хитрой улыбкой.

Я про себя протяжно вздохнул. Этой заразой было невозможно не восхищаться. Тут тебе и легкий шантаж нарушением правил Академии, и помощь с исцелением потерянных частей тела. Кнут и пряник в одном флаконе.

Судя по всему, Морозова настроилась всерьез. Насколько же холодной она была по отношению ко мне и другим курсантам ранее, и как разительно поменялось ее поведение, когда речь зашла о ремесле. Фанатка. Я и сам такой, а потому могу лишь приветствовать увлеченность средней дочери Князя. Удивительно, что ее вообще что-либо интересует, помимо светских раутов, платьев и балов. Делить свое тайное убежище с кем-либо крайне не хотелось, но, похоже, выбора у меня не оставалось. Не станешь же отказывать дочери правителя империи Рунтар.

— Располагайтесь… — произнес я слегка грустным тоном и посмотрел на Кирхе, которая невозмутимо стояла в сторонке. — Спасибо, что привела гостя, — заявил я максимально саркастичным тоном.

— Не стоит благодарности. Возможность поработать в паре с наследницей престола — это великая честь для любого из курсантов Академии, — ответила мне инквизитор в той же едкой манере.

— Ваше высочество, нам остаться здесь? — обратились телохранители княжны.

— Нет необходимости! Охраняйте в коридоре!

— Госпожа, ваша камеристка просила не оставлять вас без присмотра…

— Вы и в ванной собираетесь за мной присматривать⁈ — ругнулась София.

— Ни в коем случае… уже уходим…

Один из теургов бросил многозначительный взгляд в мою сторону. Что-то вроде: «Тронешь госпожу, и тебе кранты!». Суровые мужики. Наверняка, боевые теурги высоких рангов.

— Мне тоже уйти? — поинтересовалась Кирхе.

— Нет-нет. В вашем присутствии я чувствую себя в большей безопасности, преподобная сестра! — откликнулась княжна.

— Разумно, — кивнула инквизитор. — Ведь мой подопечный готов есть девичьи сердца на завтрак.

Похоже, вспомнила историю с Элизой и Анией.

— Какой ужас! — ахнула София. — Хорошо, что я не рассматриваю Виктора в качестве кавалера.

У меня аж глаз задергался:

— Мне кажется, или сестрица Кирхе утверждала, что инквизиция не вмешивается в личную жизнь подопечных?

— Прошу прощения… — без тени раскаяния проговорила блондинка.

— Ладно, в любом случае у меня по отношению к вашему высочеству также нет далеко идущих планов, так что можете не беспокоиться на мой счет. Кирхе, вы тоже можете остаться. Все равно нормально заниматься ремеслом с посторонними у меня не выходит. С чего вы хотите начать, София?

— Не посмотрите мой потоковый эфес? Я хочу сама изготовить меч, но у меня пока получается средне…

— Давайте взглянем…

Я взял в руки элегантный эфес Морозовой. По иринитовой рукояти вились красивые узоры в виде снежинок и разных завитушек. Далеко от моей грубой обработки на станках. Что же касается глифов, то, в целом, работа Софии мне показалась вполне достойной. Хоть и не дотягивала до лучших образчиков современного ремесла. Боевые теурги, как тот же Лаверно, предпочитали не париться и приобретали готовые эфесы у лучших мастеров. Однако у ремесленников имелась своя гордость. Любому хотелось пользоваться собственноручно выкованным оружием, тем более родное изделие давало бонус своему эфиру. Примерно, как с резцами. Эффективность выше при использовании родного потока. Княжна пока не могла тягаться с лучшими ремесленниками Рунтара и тем не менее использовала собственноручно изготовленный эфес. Как и я, еще до падения Талоран-прайм.

— Класс! — восхищенно протянула София.

Пока я копался в эфесе, княжна загребла один из моих резцов и принялась с интересом рассматривать внутренние структуры.

— Эй! Не кажется ли вам, что надо испросить разрешения сначала?

— Виктор, можно мне посмотреть ваши резцы? — похлопала она длинными ресницами.

— Смотрите, София…

После осмотра эфеса я вынес свой вердикт:

— В фильтрационном глифе линии слишком резкие, надо делать плавнее. Техника контуров в целом страдает. Старайтесь резать точнее. И улучшайте свои резцы.

— А как мне резать контуры еще точнее?

— Старайтесь держать участок глифа в голове целиком, работая над деталями. В таком случае вас не поведет. Еще лучше держать в уме полную схему всех контуров изделия, но это продвинутый уровень. Начните с малого.

— О, профессора не давали мне таких советов… Надо попробовать!

Из своей сумочки, в которой благородные дамы хранили косметику и прочие дамские штучки, София извлекла пару своих личных ремесленных резцов. После чего направилась к плавильне-фокусатору. Я помог ей освоиться с устройством, после чего моя помощь ей не требовалась. Морозова с большим энтузиазмом взялась за улучшение своих резцов. Далеко не сразу, но вскоре у нее наметился небольшой прогресс.

Я же взялся за внедрение контуров внутри распределительного узла трубчатой защитной сети учебного корвета, которую мы с Ореном сняли ранее. Только на этот раз мне пришлось перейти с Хаоса на Огонь. Подумав, я решил, что барьер может обойтись и стихией классом пониже. Все лучше, нежели прежние полуразвалившиеся глифы.

— Спасибо! Ваш совет мне помог! — вытерла пот наследница рунтарского престола и довольно вгляделась в обновленные резцы.

В дверь мастерской вежливо постучались:

— Госпожа, время ужина…

— Уже столько времени? Пора нам заканчивать! Виктор, составите мне компанию за трапезой?

— Э-эм, это точно хорошая идея?

— Вас так тяготит общественное мнение, или вам конкретно моя компания неприятна? — поинтересовалась княжна.

— С радостью приму ваше приглашение! — откликнулся я.

В столовой все только на нас и пялились. Виконт Лаверно даже попытался разбавить нашу компанию своей персоной, однако София его отшила. Что, безусловно, не добавило мне популярности в глазах старшего сына графа.

Так начались наши совместные занятия с княжной Морозовой. София приходила после занятий и оставалась до вечера, после чего я мог уединиться и поработать как следует с Хаосом. В какой-то степени меня раздражал тот факт, что стало меньше времени на занятия с Хаосом. Но заниматься с увлеченной ремеслом девушкой было приятно. Она вносила ту толику хаоса в рабочий процесс, которой раньше мне не хватало.

София была безусловно красива, имела прекрасную фигуру, симпатичное личико, примерно одного со мной роста, а экзотический цвет волос и глаз добавлял шарма. Характер у девушки был немного спесивый, но этого следовало ожидать от статусной особы. Удивлен, что она не выросла полноценной стервой. Видимо, увлечение ремеслом помогло сохранить человечность. Как и мне, в принципе. Если бы не ее положение, я бы за Софией, определенно, приударил. Однако Кодекс Варпа запрещал мне строить крепкие отношения. Тем более с наследницей престола в прошлой жизни я уже связывался, и это закончилось плохо.

Впрочем, дилемма разрешилась быстро. Я решил относиться к Софии как к своей ученице, и все встало на свои места. Мне было интересно проводить с ней время в мастерской, подсказывать разные хитрости, проверять ее работы и давать новые задания. Ну а влечение я постарался загнать куда поглубже. Все-таки она не только статусная особа, но и моя ученица теперь. Морозова, судя по всему, осталась довольна моим наставничеством.

В целом, у нас получилось завязать вполне себе крепкие дружеско-деловые взаимоотношения. София регулярно звала нас с Кирхе присоединиться к ней в курсантской столовой, что некоторые завистники расценивали как слишком щедрый знак внимания. Частенько я ловил на себе недовольный взгляд курсанта Лаверно. Но все-таки виконт старался соблюдать некий нейтралитет и не бросался словно цепной червь варпа на любого конкурента. Несколько раз с нами обедала Элиза, которая все еще ждала обещанного презента.

В один из дней по просьбе Морозовой прибыл княжеский целитель, который достаточно быстро восстановил потерянное во время покушения ухо. Так что я перестал пугать курсантов Академии своими уродствами. Кирхе с интересом следила за нашими взаимоотношениями, особо не вмешиваясь. Кроме того, что регулярно втаптывала мою репутацию в грязь. Как бы предупреждая княжну, чтобы та держала дистанцию. Хоть и обидно немного, но, в целом, меня такое положение самого устраивало. Не хватало еще, чтобы Морозова на меня запала.

София прикупила немного иринита, которым охотно со мной делилась на занятиях ремеслом. Не то чтобы я бедствовал, но отказываться от ресурсов княжны не стал.

Времени на ремесло с помощью Хаоса стало меньше, но работа с Огнем тоже развивала навыки. Параллельно с барьерными трубками корвета работал над другим проектом. Устройством взлома, работающим на стихии молнии. Нечто подобное я конструировал для спецслужб Талорана. Они потом, конечно, попадали на черный рынок и уходили в нехорошие руки. Однажды мою собственную лабораторию пытались взломать моим же устройством. Крайне тонкие контуры и надежность требовались для взламывающего фокусатора. Минимум брака, что с Хаосом сделать сложно. Поэтому за один заход я не справился. Всю последнюю учебную неделю триместра тренировался в свободные поздние часы. Уж очень мне хотелось раздобыть какой-нибудь компромат на Варгаса.

Судя по всему, триместровая практика могла длиться неделями. Студентов отправляли в многодневные походы и патрули в разные участки галактики. Это разительно отличалось от той скучной учебы в ремесленном университете Талоран-прайм. Боевых теургов постоянно куда-то посылали.

— Пришло письмо от вашего отца, Виктор, — помахала тубусом Кирхе в один из вечеров.

— Курьер отдал его тебе без доверенности? — приподнял я бровь.

— У инквизиторов свои привилегии, — усмехнулась блондинка.

— Уже читала?

— Я же говорила: мы старается без острой необходимости не лезть в личную жизнь подопечных. Но, если вы позволите взглянуть, это поможет в моей работе.

— Ладно, читай вслух… — согласился я.

В мастерской, кроме нас с Кирхе, больше никого не было. Инквизитор сломала гербовую печать и развернула свиток:

— 'Я разочарован тобой, сын. Почему ты не заметил странностей в поведении Вилсаны? Она служила роду Гариных верой и правдой долгие годы. Падение слуги Гариных — это неприятный инцидент, бросающий тень на весь род! Ты писал, что не желаешь больше видеть личных слуг в Академии, но это решать не тебе. Я подберу другого кандидата и направлю на проверку. Академия принимает новых слуг не быстро.

Почему ты воспользовался обычной курьерской службой, а не срочной? На твоем счете достаточно средств, не вижу необходимости его пополнять. Барон Кернье перешел все возможные границы. Как только он обнаружит себя, мы его уничтожим, будь покоен.

Сам адмирал Талански похвалил тебя в одном из писем. Ты отлично проявил себя в сражениях с дейрами! Рад, что наконец-то в тебе проснулась доблесть рода Гариных, которая и позволила нашим великим предкам возвыситься, получив графский титул. Я подумаю над тем, чтобы прислать тебе новый фамильный звездолет на замену уничтоженному.

До меня дошли слухи, что к тебе приставили инквизитора. Почему ты скрывал данный факт, не упомянул в письме? В чем тебя подозревают? Ты связался с Хаосом, сын? Дай знак в ответном послании. Граф Ильхар Гарин.'

Кирхе умолкла, закончив читать послание, и посмотрела на меня вопросительно.

— Что? — произнес я. — Это ты мне скажи, в чем меня подозревают. Разве я ремеслом не доказал, что Хаос мне не грозит?

— В истории Святой Инквизиции встречались случаи, когда теурги Хаоса пытались обелить себя с помощью ремесла. Обычно в их фокусаторах было много брака, кстати.

— Совпадение! — ответил я слегка нервно.

Попалась же мне начитанная инквизиторша! Даром что блондинка…

— Ко всему прочему теурги, услышавшие Зов Тетрархии, могут резко удариться в Порядок и увлечься ремеслом.

— То есть меня теперь в Порядке подозревают⁈ Знаешь, что: пиши письмо сама. Расскажешь отцу, отчего инквизиторы ко мне прицепились!

— Будет исполнено, — обозначила поклон преподобная сестра.

Глава 7

В субботу, наконец, наметился прорыв. Почти все свое свободное время за неделю потратил на изготовление взламывающего устройства. Правда, после появления Морозовой времени стало поменьше, но все же. Натренировался я всласть. Адаптировал глифы к своим текущим не слишком великим возможностям и как следует отточил. Один из плюсов Хаоса состоит в том, что все изделия получаются универсальными. Хоть на этот раз я разрабатывал изделие конкретно под стихию Молнии.

Да, сложная техника находилась под запретом благодаря Всегалактическому Декрету, но простые механизмы работали на электричестве с использованием несложных схем. Компьютеры тоже кое-где применялись, но с большой осторожностью. Зачастую на крупных планетах, притяжение которых защищало от губительного воздействия Варпа.

Протестировав устройство, сделал на нем несколько насечек и отполировал. Не то взламывающее изделие бы напоминало обычный иринитовый прут. Грубую версию происхождения уже придумал.

— Вы сегодня рано закончили, Виктор, — протянула Кирхе, встретив меня в коридоре. — И полуночи нет.

— Хочу заглянуть к Элизе по делам. Но сначала надо бы привести себя в порядок.

— Дела, значит, — хмыкнула инквизиторша. — Не буду вам мешать.

Судя по всему, Кирхе подумала не о том, но я не стал ее разубеждать. Приняв душ, я прихватил взломщик и направился на поиски каюты Элизы. Безродные жили в другом крыле, и номера у них были намного проще. Без изысков.

— Виктор! — удивилась брюнетка, открыв дверь. — Рада тебя видеть!

— Не помешал?

— Конечно нет. Проходи!

Я прошел внутрь каюты Элизы. Помещение было раза в два меньше моего, вместо нормальной ванной с водой стояла протонная душевая кабинка. Но, в целом, жить можно. На столе лежали инструменты и какое-то разобранное устройство. Мой взгляд выловил несколько книг по радиотехнике и схемам запорных механизмов.

— Интересное у тебя хобби.

— Пытаюсь придумать глушилку сигнала, чтобы сигнализация не срабатывала. В таком случае у меня появится шанс открыть сложные замки. Но все равно лезть в покои Варгаса слишком рискованно. За небольшую плату не соглашусь. Меня ведь могут отчислить из Академии, — девушка плюхнулась на кровать.

— А я принес тебе обещанный подарок, он же плата за работу. Причем, одним командором ты явно не отделаешься.

— Подарок? Я люблю подарки!

— Держи, — бросил я ей взламывающий фокусатор. — Три режима работы: замыкание и размыкание сигнала, просвечивание и сцепление для механических замков.

— А как же датчики эфира? Они стоят почти во всех сложных замках.

— Этот фокусатор практически не фонит. Если будешь аккуратна, датчики не сработают.

— Серьезно⁈ Где ты достал такую вещь? — поразилась девушка.

— Скажем так: мы получили доступ к схрону фокусаторов одного старого ремесленника ранга Искусника. Они все почти новые, неиспользованные. Это устройство я дарю тебе с некоторыми условиями. Держи в секрете, потому что о схроне с изделиями пока неизвестно.

— О, не зря я завела дружбу с целым виконтом. Виктор, ты — душка!

Элиза быстро чмокнула меня в щечку, после чего принялась играться с устройством. Я с интересом наблюдал за воодушевленной миниатюрной брюнеткой, которая напомнила мне Софию. Вот только Элиза фанатела не по ремеслу, а по взлому сложных замков. В теории я и сам мог бы пользоваться взламывающим фокусатором, но там ведь надо в схемах различных замков разбираться. Существует огромное число моделей с разными обманками и защитой от взлома. Это своего рода отдельная наука, изучать которую у меня не было ни времени, ни желания.

Девушка достаточно быстро разобралась с фокусатором, который в основе своей применял стихию Молнии. Все же ранее Элиза активно пользовалась другими устройствами подобного рода, только худшего качества.

— Класс! — воскликнула девушка, взломав собственный номерной сейф в качестве тренировки. — Датчик эфира не видит! А цепь размыкается в два счета! Очень ценная вещь! Спасибо-спасибо-спасибо!

Элиза вдруг повисла на моей шее, принявшись осыпать жаркими поцелуями, и повалила на кровать.

— Останешься? Или я недостаточно хороша для виконта?

— Виконт находит тебя прекрасной… Для чего тебе эти игры?

— Тебе ведь прекрасно известно обо мне, Виктор. Мне нет смысла играть. Знаешь, молодым девушкам тоже иногда хочется близости.

— Хм…

— Ты сомневаешься из-за того странного кодекса, о котором говорил? — продолжила Элиза. — Знаешь, я не собираюсь к тебе привязываться, и тебе не надо. Мы просто проведем время вместе и не будем нарушать свои принципы…

Подумав, я решил сделать для Элизы исключение. Ведь главное — это не привязываться слишком сильно к человеку, дабы его утрата не дала Хаосу ключ от твоего рассудка.

— Меня такой вариант устраивает! — ответил я и прижал брюнетку к себе.

Вскоре наша одежда полетела на пол, и мы остались во власти друг друга и всепоглощающей страсти. На сей раз Элиза вела себя более независимо. В прошлый раз в постели она позволяла мне делать почти все, что захочется, но на этот раз четко обозначила границы дозволенного. Что ей нравится, а что нет. Демонстрировала свои настоящие эмоции, как мне показалось. И такой подход мне понравился больше вместо прошлого лицемерного соития. Впрочем, нельзя исключать, что это тоже хитрая игра. Возможно, Элиза решила сохранить со мной близкие отношения и раздобыть компромат в дальнейшей.

— АЛАСТОР, ОЧНИСЬ!

Я проснулся среди ночи от чего-то наподобие кошмара. В груди было странное ощущение, сердце бешено колотилось. Я находился в своей каюте один глубокой ночью. Не стал оставаться в номере Элизы, тем более у нее кровать была узкой. Детали жуткого сна вылетели из головы моментом. Лишь странный зов чудился мне в кошмарных грезах. Как будто кому-то было известно мое истинное имя. Поразмышляв, я понял, что нечто подобное привиделось мне и в предыдущие дни, но гораздо слабее. Не к добру все эти сны явно, но зацикливаться на них я смысла не видел. Будем разбираться с проблемами по мере поступления.

Второй триместр четвертого курса Княжеской Академии подошел к концу. Группы учащихся получали назначения в далекие звездные системы, полные опасностей. Разумеется, прямо на передовую курсантов никто не пошлет, но трагические случаи на практике были явлением нередким.

Воскресный день я провел за отдыхом, не покидая стен учебного заведения. Почитал несколько современных трудов о ремесле, вволю потренировался с Кирхе в фехтовании, посмотрел несколько занимательных сюжетов по телетерминалу и поболтал с курсантами в общей кают-компании.

Студенты рассказывали друг другу разные жуткие случаи с учебных вылетов. Кто-то сталкивался с тварями варпа, другие рассказывали сказки про флоты, ведомые настоящими демонами. Чаще встречались с ординарными космическими пиратами, контрабандистами. Третьи могли поведать о столкновении с кораблями Эдема, Роя или настоящими Жнецами. На таких историях Хаос, который незримо сопровождал меня повсюду, приходил в явное воодушевление. Изменчивая стихия жаждала сражений и крови. И мне придется, хочу я того или нет, утолять бездонный голод своего вечного спутника.

— Виктор, можно тебя на секунду, — нашла меня Элиза вечером в кают-компании.

Мы отошли в сторону и принялись негромко переговариваться. Кирхе буравила нас взглядом, но подслушивать не стала. Решила, что мы на романтические темы болтаем.

— Я проникла в покои Варгаса, пока его не было на Кениоке. Командор в выходной день всегда улетает на прайм, у него там свой особняк, — поведала взломщица. — К сожалению, мне не удалось найти никакого компромата в Академии. К слову, фокусатор — отпад! Он стоит явно дороже, чем мои услуги…

— Ничего, ты еще у меня отработаешь, — усмехнулся я и уточнил. — А что насчет особняка?

— Мне потребуется время на разведку и подготовку. Только после практики будет возможность, — покачала головой Элиза.

— Жаль. Ладно, еще найдем на него управу…

В понедельник начались общие сборы. На сей раз вылетали мы не по тревоге, так что никто сильно не торопился. Некоторые эсминцы и фрегаты будут готовы к вылету лишь на следующий день. Сверившись с дислокацией, я с удивлением узнал, что меня перевели на другой эсминец. Тот самый, к которому меня приписали во время заварушки с дейрами.

— А, курсант Гарин! Я ждал тебя! — откликнулся капитан Марков, когда мы с Кирхе прошли в главную рубку.

— Это вы попросили о моем переводе?

— Именно. Хороший навигатор в космосе не валяется. Да и целитель на корабле никогда не помешает, — подмигнул он инквизиторше.

— Рачительный подход, — заметила Кирхе.

— Куда нас отправили и какой будет флот? — задал я вопрос.

— Периферия, окрестности системы Тукаялсо. Только наш несущий эсминец и два фрегата подавления. Обычно нам придавали минимум один крейсер, нередко и сам командор отправлялся в составе экспедиции на флагмане. Все-таки в нашем звене состоит княжна Морозова, которую стараются опекать. Однако на этот раз командование изменило своим принципам по неизвестным мне причинам.

— Вот оно что, — переглянулся я с Кирхе.

Кажется, я догадывался, почему наше отделение Академии обделили судами большого класса. Варгас не оставлял своих косвенных попыток избавиться от меня. Даже княжна его заботила меньше. Узнав, что меня перевели на другой несущий эсминец, без тени сомнения отправил его куда-то в задний проход галактики. С другой стороны, я, наверняка, смогу найти там повод потешить зудящий в крови Хаос. И Варгас не будет маячить под носом. Осталось с Марковым договориться.

— Сударь Гарин, сударыня Кирхе, добро пожаловать снова на «Преподобного Сонгвина»! — пригласил офицер. — Капитан космофлота Марков, командующий отделением флота Княжеской Академии.

Спустя час несущий эсминец «Преподобный Сонгвин», названный в честь великого инквизитора прошлого, с двумя дюжинами учебных корветов и парой фрегатов подавления выдвинулся в путь. Капитан проложил курс, не глядя на карты созвездий. Любой уважающий себя космолетчик отлично разбирался в навигации и знал наизусть различные звездные ориентиры. Космос — наш дом, и мы знали в нем каждую тропинку и каждый камень. Само собой, речь шла о привычной нам части галактики Новый Путь. Если бы мы внезапно оказались в противоположном рукаве галактики, знакомые созвездия разглядеть было бы намного сложнее.

Мы быстро провалились на второй слой варпа и за определенное время набрали крейсерскую скорость в половину световой. Варп иногда волновался, одаряя корабли тряской, но, в целом, нам удавалось избегать гибельных штормов.

Марков внимательно следил за тем, как я управляюсь в качестве второго навигатора, за моими предсказаниями и корректировками курса. И на следующий день подошел с неожиданным разговором в середине нашей вахты:

— Гарин, ступай отдохни, — посоветовал вдруг капитан.

— Но ведь до конца смены еще далеко…

— На следующую вахту заступишь в качестве первого навигатора, — заявил Марков с хитрым прищуром.

— Капитан, но он ведь всего лишь курсант… — заметил один из членов экипажа.

— Чутье на варп отличное, с обязанностями справляется без замечаний. Старина Козински — опытный звездный волк, он присмотрит за новичком…

— Варп неспокоен, — прислушался я к окружающему пространству. — Пять-шесть баллов в перспективе.

— Принято, — кивнул Марков.

Таким образом я получил в свое распоряжение несколько часов свободного времени. При этом устать на вахте еще не успел. Курсанты, не занятые в обслуживании потоковых систем корабля, проводили время как на своих корветах, так собирались в столовой и кают-компании. Развлекались в долгом пути, кто как может. У меня была возможность понаблюдать за ними.

Мы шли с Кирхе по коридору, когда заметили, как троица курсантов зажала в углу молодого парня. Послышался шлепок издевательской пощечины. Парень взглянул на обидчиков исподлобья, а на его кулаках заискрились молниевые разряды.

До меня же долетели слабые отблески хаотической энергии. Да и взгляд на лице курсанта был мне знаком: я видел его в зеркале. Пропал парниша.

— Немедленно прекратите! — взревела Кирхе.

Инквизиторша надвинулась на задир, даже не став доставать потоковый меч или как-то иначе угрожать.

— На колени!

Курсанты помедлили.

— Вы меня не расслышали? — вкрадчиво проговорила Кирхе.

Даже мне, хоть я и не принимал участия в заварушке, захотелось бухнуться ниц.

Молодые люди повиновались и опустились перед преподобной сестрой на колени.

— Читаем Осанну Звездному Покровителю. Трижды. С чувством, с расстановкой. Начали!

Порой забываешь, какой властью обладают инквизиторы. Наверное, четверо теургов бы справились с молодой выпускницей аббатства, но дело было не в голой силе. А в ореоле святости, уверенности и правоты, который распространяли вокруг себя служители Святой Инквизиции. Я порадовался, что ныне кто-то другой выступает в качестве жертвы, а не мне приходится оправдываться.

Курсанта я запомнил. Белобрысый молодой теург имел легкое косоглазие. Видимо, из-за этого над ним и издевались сокурсники. В дальнейшем я принялся следить за поведением Андрика, как его звали. Курсант предпочитал проводить время на своем личном корвете, но на приемах пищи появлялся, а поздним вечером по галактическому времени, когда большинство курсантов спало, он проводил время в кают-компании, смотря старые телесюжеты.

Андрик демонстрировал классические признаки варп-болезни: тремор конечностей, беззвучное шевеление губами, покачивания головы и непостоянство в поведении. Порой мне удавалось улавливать от него легкие эманации Хаоса. К сожалению, способов лечения варп-болезни не существовало. Падение не остановить. Пока что он не представлял угрозы, но в дальнейшем болезнь будет прогрессировать, и он закончит так же, как отпрыск Кернье. Либо научится немного контролировать Хаос и жить в обществе, не демонстрируя аномалий. Такие спящие падшие могут существовать годами и водить окружающих за нос. Что было в разы опаснее, чем кровожадный безумный монстр.

Закон Варпа суров и неумолим. Приняв Хаос в свою душу, назад пути нет. А финал всегда печален, как показала многострадальная история человечества. Так что лучше избавиться от заразы на начальной стадии.

Как именно работает моя аномальная защита, полученная во время падения Талоран-прайм, я не представлял. Поэтому и курсанту помочь не мог. Он сделал свой выбор. Обратился за силой, способной стереть его обидчиков в порошок. Само собой, варп-бури помогли ему обрести хаотический пояс, сделали свое гиблое дело. Путешествия на втором слое варпа не просто так считались опасными. Разум курсанта оказался слишком слаб и не справился с давлением случайных волн хаотических энергий.

Я подождал некоторое время ради приличия, после чего обратился к Кирхе:

— Сестрица, у меня возникли некоторые подозрения насчет одного из курсантов.

— Кого именно?

— Андрик его зовут, кажется. Тот самый, над которым издевались. Что-то он ведет себя странно.

— Я проверю курсанта, спасибо за наблюдательность, — посмотрела на меня инквизиторша неоднозначным взглядом.

Кирхе дала мне чуть больше свободы, отправившись незаметно следить за подозреваемым. Инквизитор проводила время в кают-компании и наблюдала за поведением студента. Ей помогал корабельный капеллан. На всех судах классом от эсминца и выше должны заступать на пост служители Святой Инквизиции. На небольших кораблях они могли быть и ординарами, то есть не имели потоковых способностей. Их задача выявлять падших, проводить службы и наставлять заблудшие души. А уж привести приговор в исполнение могут и другие теурги.

Я же заступил на службу в качестве первого навигатора. Фактически, главного на судне во время путешествий через варп. Именно я решал, стоит ли нам выходить в ординарный космос и корректировал направление полета. Во время волнений судно могло слегка сбиться с курса, и его следовало поправлять. Офицер Козински изредка помогал мне, объясняя некоторые нюансы устава корабельной службы. Фрегаты держались в нескольких километрах от флагманского эсминца, следуя с той же скоростью. Приятно было ощущать себя во главе небольшой флотилии то время, что капитан Марков отдыхал.

Нам остался последний переход до системы Тукаялсо, которая располагалась в серой зоне. Встречи с Роем и Жнецами редки, но возможны. Системы формально подконтрольны империи, однако встречать нас здесь будут не шибко тепло, так было и во времена Талоранской империи, к слову. Дальше начиналась периферия — дальний пояс галактики, в котором расстояния между звездами росли, пригодных для заселения планет становилось все меньше. И где обосновался Рой, перебравшийся в галактику Новый Путь. Неподалеку от Тукаялсо базировался рунтарский флот, который патрулировал опасные секторы и защищал периферийные рубежи империи от непрошенных гостей.

Кирхе дождалась, когда моя смена подойдет к концу и на вахту заступит капитан Марков. После передачи поста я уже было собирался отправиться поесть и на боковую, но у инквизиторши были свои планы.

— Виктор, я готова вынести вердикт в отношении Андрика Ларионова. Прошу вас присутствовать!

Судя по резким ноткам в голосе и хмурой физиономии, Кирхе нервничала. Оно и не удивительно. Любой будет волноваться, если на него повесить решение об аннигиляции.

— Твой первый вердикт, сестрица Кирхе! Поздравляю!

— Была бы я уверена полностью… Но реальная жизнь — это не примеры из летописей, — вздохнула она.

— Ты со всем справишься!

— Почему ты ведешь себя так уверенно, будто знаешь наверняка о падении Ларионова?

— Легко вести себя уверенно, когда вся ответственность на другом человеке, — пожал я плечами. — Надо собрать теургов…

Мы с Кирхе оповестили некоторых офицеров и курсантов, после чего направились в столовую. Где Андрик и сидел в одиночку за столиком, попивая чай и вяло помешивая похлебку в тарелке. Так ушел в себя, что не сразу обратил внимание на приличную делегацию, заявившуюся в зал.

— Андрик Ларионов! — раздался зычный голос Кирхе в помещении.

— Ч-что⁈ — подпрыгнул парень на месте.

Теурги окружили курсанта.

— Сдайте все фокусаторы! — приказала инквизиторша.

Пока Андрик не опомнился, его обыскали и в числе прочего забрали потоковый эфес.

— Что происходит⁈

— Андрик Ларионов, вы обвиняетесь в падении! — изрекла сестра. — Властью, дарованной мне Святым Престолом, я, младший инквизитор Кирхе, объявляю окончательный вердикт: аннигиляция!

— Что⁈ Вы с ума посходили⁈ Я… я не имею ничего общего с Хаосом! Никуда я не падал! — заявил курсант отчаянно. — Какие у вас есть доказательства⁈

— Стандартная расфокусировка поведения. Тремор конечностей, качания головой, приступы энергичности и хандры.

— Вздор! Такое с каждым может случиться! — возразил Андрик.

— И самое главное: хаотичная смена вкусовых пристрастий. Вы любите пить чай, не так ли?

— Д-да…

— В течение последних дней вы ни разу не повторились в выборе добавки к чаю. Употребляли обычный черный или зеленый, с одной ложкой сахара, с двумя, с тремя и даже с четырьмя, с сухим молоком или сливками. Каждый раз разный напиток.

— Бред! В-вы не можете казнить меня только из-за… чая! Я люблю экспериментировать!

— Алисандра, — кивнула Кирхе на девицу, стоящую рядом.

— Раньше Андрик пил чай в основном с одной ложкой сахара, — заметила курсантка несмело.

— Алисандра⁈ — разозлился Ларионов. — Я верил тебе единственной! Но ты предала меня, как и они все!

— Отведите Андрика в камеру! — скомандовала Кирхе. — Разрешаю применить эфир.

— Вы ошибае… кха!

Раздался молниевый разряд — один из бывалых членов экипажа безжалостно вырубил парня сильным ударом тока. Опытный волк варпа, сразу видно. Пока курсанты чесали подбородки, теург применил стихию Молнии и отправил падшего в бессознанку.

Тело Андрика перенесли в аннигиляционную камеру, в которой имелась внутренняя трубчатая система защитных фокусаторов. Пара теургов поставили эфирную защиту, дабы протонные струи не повредили обшивку, и чтобы Ларионов не выбрался наружу.

Кирхе медлила, не отдавая команду. Снова она колебалась. Собравшись с силами, инквизитор приказала:

— Приступить к исполнению вердикта! Запустить протонный аннигилятор!

— Есть запустить аннигилятор! — дернул рычаг техник.

За широким стеклом через мутную пленку эфирной защиты мы могли наблюдать за тем, как сопла исторгли серые протонные струи. Разрушительная стихия потревожила тело Андрика. С криками боли парень очнулся и вскочил на ноги. После чего окутался молниевой эфирной защитой. Потоковый барьер, конечно, вещь мощная, но и у него есть свой предел. Так что от протонного возмездия ему не уйти.

— Вы ошибаетесь! Я не падший! — бросился он на выставленный нами барьер.

Серые струи вгрызались в защиту Андрика, пронзали пленку и поражали тело в различных местах. Обнажилось мясо и даже кости. Падший растворялся в протонных сгустках.

— А-а-а-а! Я же говорю! Это все большая ошибка! — стонал курсант от боли.

Свет падал таким образом, что в отражении стекла я видел собственное смутное изображение. Будто это меня аннигилировали в протонных струях, а не курсанта Ларионова. Интересно, как скоро настанет мой черед?

Я заметил, что Кирхе серьезно напряглась. Кулаки ее были сжаты, а губы сомкнуты в сплошную линию.

— Стой… те… — еле слышно выдавила она.

Тяжко ей выносить вердикт впервые. Мне было намного легче, поскольку слабые, еле уловимые эманации Хаоса доходили до меня. Мне не приходилось терзаться сомнениями. Я подошел к инквизитору и легонько приобнял за плечо:

— Все в порядке, сестра. Вы сделали правильный выбор.

— С-спасибо… — посмотрела она на меня с благодарностью.

— Я ЖЕ СКАЗАЛ: ЭТО ОШИБКА! — проревело нечто через корабельный интерком.

Огромный светящийся лилово-алым костяной коготь пробил защитный барьер и переборку отсека. По ту сторону стекла бесновалась уродливая тварь, которая пыталась исцелить себя с помощью Хаоса. Однако это падшему не помогло. Техник лихорадочно увеличил напор до максимума, и протонные струи ворвались в защитный барьер. Тело Андрика Ларионова исчезло в серых сгустках за несколько секунд, распавшись на мельчайшие частицы. Кирхе смотрела на происходящее раскрытыми зелеными глазами. В ее взоре читалось глубочайшее облегчение. Она поняла, что не ошиблась. Что сделала правильный выбор.

Тем не менее, первый обнаруженный падший и необходимость вердикта сильно ударили по молодой инквизиторше. Суровая у них работа. Я решил взять финальное слово вместо нее:

— Вердикт исполнен. Все твари Хаоса пред лицом смерти показывают свою истинную сущность. Поздравляю всех с избавлением от поганого падшего. Страшно подумать, что он мог натворить внутри корабля. Все по своим местам! — махнул я рукой.

Свидетели казни принялись расходиться, обсуждая увиденное. Кирхе продолжала смотреть немигающим взором на горстку пепла, оставшуюся от падшего студента. Который толком познать Хаос-то и не успел. Но лучше давить служителей коварной стихии в зародыше.

— В столовой делают кофе талорано, а у лейтенанта Козински есть в запасе бутылочка ликера, — заявил я. — Он мне по секрету поведал. Я сделаю вам свой фирменный напиток!

— Без ликера, пожалуйста, — фыркнула Кирхе, постепенно приходя в себя. — Кофе мне сейчас не помешает…

Глава 8

— АЛАСТОР, ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ?

Очередной липкий кошмар выдернул меня из сумрачной дремы. Что за демонова тварь пытается играть с моим сознанием? Или это очередные происки Хаоса? Помотав головой, я выгнал остатки сна из разума. Варп немного штормило.

Флот прибыл в Тукаялсо: достаточно безопасную систему, где и будет базироваться ставка нашего отделения. Несущий эсминец и два фрегата подавления достигли космической станции, у которой располагался местный флот, обеспечивающий безопасность в системе. Стыковались и ординарные корабли, управляемые обычными людьми. Имеющие слабые протонные щиты и плазменные орудия. Хоть с серьезной угрозой они бы не справились, но рядовых пиратов могли погонять.

Курсантов, коих стало на одного меньше в ходе полета, собрали в кают-компании за подробной картой сектора. Капитан Марков принялся раздавать назначения. Обычно курсантов ставили парами, но поскольку нас осталось 23, кому-то придется лететь в одиночку, либо втроем.

— Вы, трое курсантов, доведших Ларионова до падения, останетесь в Тукаялсо, — заявил Марков. — Под моим присмотром. Курсант Морозова, составите им компанию. Будете ставить ловушки с помощью фрегатов подавления и проверять входящие суда.

— Опять меня в самом безопасном месте держите? — закатила глаза наследница.

— Список назначений на патрулирование здесь, — указал капитан, не став обращать внимание на стенания княжны. — Помните, что по окончанию практики вы обязаны будете отчитаться мне о проделанной работе. От этого зависит, получите вы зачет или нет.

Я посмотрел на список звездных систем и с удивлением увидел знакомое наименование. Когда-то давно, еще в прошлой жизни, мне довелось летать на периферию пару раз. Неплохой вояж вышел. Вряд ли об Аласторе Ройсе кто-либо еще помнит, да и в таком виде меня не узнают, однако будет любопытно посетить знакомые места.

— Ниргалу — мой выбор, — заявил я капитану. — Раз один курсант выбыл, я отправлюсь в одиночку.

— Уверен? — приподнял брови командир. — Ниргалу — депрессивная система с проблемами из-за пиратов, насколько мне известно. Если кого туда и отправлять, то серьезный флот, а не одинокого курсанта.

— Справлюсь!

— Зачем тебе туда лететь, Гарин? Я зачту тебе и службу в качестве навигатора на Сонгвине.

— Всегда хотел посмотреть галактику!

Марков взглянул в сторону Кирхе, но инквизитор промолчала.

— Раз это твой собственный выбор, отговаривать не буду. Гарин назначен на Ниргалу. Чтобы каждый день отчитывался о своем положении. Инфо-капсул дадим с запасом…

Мы с Кирхе отошли в сторону, и девушка поинтересовалась:

— Ты снова выбрал самое опасное направление? Зачем?

— Кому-то в любом случае надо наводить порядок, — хмыкнул я. — К тому же сегодня такой прекрасный день. Отличный день, чтобы умереть!

— Удачи, Виктор, — покачала та головой, не зная, что еще сказать.

— Останешься на флагмане?

— У инквизиторов своя миссия.

Курсанты подготавливали свои корабли к отправлению и отстыковывались от несущего эсминца. Получив инфо-капсулы, и я повел учебный корвет прочь от флагмана. Удалившись на некоторое расстояние от станции, нырнул в варп. Первый и второй слои пролетели быстро. Остановился на третьем. Не нравилось мне трястись часами на втором слое. В варпе было неспокойно, но корвет справлялся с испытаниями.

Не терпелось опробовать корабль на практике. Обновленные мной фокусаторы отлично проводили огненный поток, вот только Хаос еще не пробовал в деле. Хоть корвет был несколько изношенным, но дело свое знал. Недаром говорят: не корабль важен, а пилот.

Путь до системы Ниргалу пролетел относительно быстро. На обзорном экране вырос огромный красный гигант. Массивная звезда повышенной светимости. Единственная обитаемая планета находилась далеко от солнца. Как я помнил, орбита Ниргалу-прайм была эллиптической и в моменты сближения со светилом температура на поверхности становилась критической. Поэтому народ закапывался под землю в такие периоды.

Я приблизился к коричневой бесплодной планете Ниргалу-прайм, на которой были трудности с водой, да и воздух отличался пониженным содержанием кислорода. Так что народ селился там неохотно. Воду добывали здесь же на астероидах и возили на планету. На самой Ниргалу добывали различные полезные ископаемые. Было непросто сориентироваться, поскольку поверхность планеты выглядела однотипной. Ухватив сигнал причального маяка, я спустился вниз и сел на площадку космопорта. Большинство площадок пустовало. Лишь несколько грузовых барж и личных судов скрашивали пустынный пейзаж. Я доложил о своем прибытии, но мной даже не заинтересовались. Никакой проверки и досмотра на таможне не было. Да и сама таможня отсутствовала.

Ниргалу — далекая от центра планета, где законы соблюдались со скрипом. Да и планета контролировалась диспетчерами не полностью. Можно тупо провезти груз иными путями, если контрабандистам так хочется.

Снаружи стояло натуральное пекло. Красный гигант находился слишком близко к планете в данный период. Фильтр скафа справлялся с местным воздухом, подавая внутрь удобоваримую смесь с повышенным содержанием кислорода. Дыхание вырывалось с хрипом. Без эфирной защиты скаф быстро нагревался под палящими лучами солнца. Над бесплодной пустыней стояло колышущееся марево.

Я не стал задерживаться в порту и направился в сторону поселения, которое было организовано в широкой расщелине, накрытой куполом. Меж двумя сторонами каньона вились лестницы и переходы, а тоннели города уходили вглубь скал.

После спуска вниз, под купол, стало намного легче. Сюда адское пекло недоставало. Чем глубже я спускался, тем прохладнее становилось. Но фильтр все еще показывал опасность в воздухе, так что маску я не снимал. Народу по своеобразным улочкам шахтерского поселения сновало немного. Такое ощущение, что Ниргалу вымер. В прошлое мое посещение город был полон жизни. Грузовые баржи взмывали вверх одна за другой, многочисленные заведения ежесуточно были полны посетителями.

Ниргалу считалась слишком мелкой системой, и кого-то уровня барона здесь не было. Управлял системой имперский губернатор, заседающий в столичном поселении, если эту дыру можно так назвать.

— Губернатор Фолстейн занят! — заявили мне в приемной мэрии с толикой неприязни. — Если хотите встретиться с ним, могу записать вас на следующий месяц!

Думал, губернатор введет меня в курс дела и поведает о ситуации с пиратами и иными проблемами системы, однако встретили меня, курсанта Княжеской Академии и целого виконта, донельзя холодно. Пускай я не был главным наследником графа Гарина, но, в целом, мой титул был как бы не выше, чем у правящего губернатора Ниргалу. Странно, ну да его выбор.

Наконец, я достиг бара «На дне», который располагался в самом низу расщелины. Здесь даже нечто вроде улицы имелось, где и находились все самые интересные заведения.

— Даже вывеска не изменилась! — восхитился я. На небольшой табличке был изображен довольный человек в скафе с большой кружкой. В прошлый раз мне пришлось обойти несколько заведений, прежде чем я нашел такое, где есть ликер и подают кофе.

Я прошел через протонную пленку, защищающую местный микроклимат. Фильтр пиликнул, уведомив, что воздух подходит для дыхания. Внутри помещений за этим следили. Я снял маску, повесил на пояс и осмотрелся. Посетители бара глядели на меня цепкими взорами. Побитые жизнью забулдыги и старые шахтеры, которым больше некуда идти. Смотрели на меня с крайним подозрением и даже неприязнью.

— Чего это у вас теургов не жалуют? — поинтересовался я у бармена, подойдя к стойке.

— Не сколько теургов, сколько имперцев, — невозмутимо ответил седовласый усатый дядька.

— А что империя-то сделала?

— Ничего. А должна была! Сначала заявился Рой, потом Жнецы начали шастать поблизости, и Рунтар такое положение устраивает. А не так давно объявились пираты, от которых спасу нет. Угоняют баржи с рудой, атакуют лайнеры и боевые суда.

— Губернатор Фолстейн не запрашивал помощь космофлота, — возразил я.

— Тут и без запросов все ясно!

— Ладно. Кофе талорано подаете?

— Конечно. Рекомендую наш фирменный рецепт, передающийся из поколения в поколение. Его заказывал сам Аластор Ройс при посещении нашего бара! Слыхали про такого?

— Слыхал…

— Вон он на памятном фото, — кивнул бармен.

На картинке был изображен я сам из прошлой жизни в окружении улыбчивых посетителей. И ведь посещал «На дне» Аластор Ройс всего единожды, а они умудрились сделать из этого целое событие.

— Великий ремесленник был!

— Падший… — заметил я.

— То нюансы, — отмахнулся усач.

— Давайте мне кофе по рецепту Ройса! — распорядился я.

— Сию минуту.

Бармен сноровисто организовал мне напиток точно по моему любимому рецепту. Ностальгия! Только я поднес ароматный кофе к губам, как позади меня раздался слегка поддатый хриплый голос:

— А тебе не кажется, мальчик, что твое место на свалке?

Обернувшись, я увидал заросшего мужика с пудовыми кулачищами.

— Пока ты тут прохлаждаешься, пираты по нашей системе снуют!

— Я сюда и прилетел, чтобы навести порядок.

— Тебе сколько лет, сосунок? Да ты в каюте самостоятельно убраться не способен!

— Вали-ка из нашего бара, пока цел, имперец! — рыкнул подельник.

Меня схватили за отворот скафа, чего я стерпеть никак не мог. Мой кулак в перчатке впечатался в лицо одного из завсегдатаев бара, отчего тот полетел на пол.

— Мочи имперца! Теурга на мыло!

Я восхитился безрассудностью и тупостью здешних посетителей. Теургов среди них не было, но они решили напасть на мастера потока. Форменное самоубийство. Я выставил слабую огненную эфирную защиту, которая слегка гасила кинетическую энергию ударов по мне и подпаливала незадачливых драчунов. Ибо прыгали на меня с разных сторон, всем раздавать не успевал при всем желании. Да и некоторые детины весили раза в два больше. Но эфес пока не доставал.

Мы обменивались многочисленными ударами кулаками и ногами. Меня пытались повалить на пол, поставить подножку. Кто-то жахнул металлическим стулом по хребту. Барьер съел большую часть энергии удара. Я не отставал, раздавая направо и налево. Возможно, существовал способ решить все мирным путем, но Хаос в крови был доволен взбучкой.

— Выкуси, тварь!

Один из выпивох достал из-за пазухи и активировал плазменный нож. Кромка лезвия оружия светилась красным.

— И это ты называешь клинком? — хмыкнул я. — Вот — клинок!

Я достал потоковый меч и активировал. Зажглось ровное оранжевое лезвие длиной более метра. Легкое гудение и желтоватое свечение распространились по помещению. Эфес я свой обновил, так что он работал еще более эффективно, чем раньше. Фактически, сравнялся с лучшими современными аналогами по качеству. А качественный потоковый меч завораживал своей красотой. Квинтэссенция мощи, которой ординарные сущности ничего противопоставить не могут.

— Если бы не твои трюки магические, наваляли бы мы тебе! — продолжили строить из себя храбрецов посетители бара.

Но лезть на меня посчитали опрометчивым. Потоковый меч в дело пускать не пришлось.

— Итак, граждане тунеядцы, алкоголики и дебоширы. Кто мне расскажет, что в Ниргалу происходит с пиратами?

Посетители бара принялись наперебой рассказывать о бедах, которые настигли некогда процветающую систему. Жаловались они долго и сумбурно. Пираты в системе были всегда, но несколько лет назад они пустились во все тяжкие. Стали даже грузовые суда угонять. Горнодобыча на Ниргалу-прайм постепенно умирала, люди лишались работы, спивались и разъезжались кто куда.

— Мне давно пора вылетать, а как это сделать, если конвой никто организовывать не берется? — пожаловался бородатый мужчина. — Если я потеряю свой корабль, это будет конец!

— Баржа? — уточнил я.

— Ага!

— Место в трюме для корвета найдется? — спросил я тише.

— Разумеется! Постой, ты намекаешь…

— Ты все правильно понял. Гоняться по системе за пиратами мне лень. Гораздо удобнее будет, если они сами выйдут на контакт. Организуем ловлю на живца!

— На моей барже⁈

— И тебе перепадет, не боись. Героем станешь! Разумеется, о нашем разговоре ты обязан помалкивать. Вылетаем завтра. Готовься и грузи руду!

Хантона, так звали космического дальнобойщика, все же удалось уговорить. Как оказалось, трясся он за ржавое старое корыто, которое непонятно как еще держалось на ходу. Того и гляди, развалится. На следующий день, протрезвев, Хантон уже относился к затее скептически, но на попятный идти не стал. Опасаясь, что развалюха не сможет взлететь с дополнительным грузом с планеты, я предпочел встретиться с ним в космическом пространстве.

Мы состыковались неподалеку от Ниргалу-прайм где-то в верхних слоях над планетой. Я провел корабль через протонную пленку ангара и посадил корвет на пол трюма. Меня окружали неровные контейнеры из первично обработанной руды. Протонные двигатели баржи надсадно взревели, когда командир судна повел корабль к месту назначения. У меня возникло ощущение, что они сейчас выйдут из строя. Да и баржа тряслась как не в себя. Инерциальные компенсаторы практически не работали, поэтому разгон шел ужасно медленно. С четвертого раза устройству прокола пространства удалось вывести на первый слой варпа огромный тяжелый корабль. Грузовое судно начало медленно разгоняться, будто столетний старец, участвующий в забеге.

Если пираты и будут злодействовать, то, скорее всего, в окрестностях системы. Устройства подавления работали на манер воронки. Они создавали возмущение в подпространстве, заставляя все суда рядом вываливаться в ординарный космос, причем выходили корабли в центре воронки, так что оказывались поблизости от тех, кто устроил засаду. По меркам первого слоя варпа расстояния внутри звездной системы — это все равно что соседняя каюта. Я надеялся, что дважды мне повторять заход не потребуется. И космические разбойники решили оправдать мои ожидания.

Громыхнуло. Корабль как следует тряхнуло. Нас выкинуло из варпа. Как и договаривались, створка трюма держалась открытой, защищенная лишь протонной пленкой. Я сразу выставил хаотическую маскировку, которую практически невозможно засечь, и скрылся за контейнерами с грузом. Опасно вот так врываться против неизвестного количества врагов, но изменчивый Хаос жаждал битвы.

Хантон истерически докладывал о действиях врагов по связи, пока я сидел внутри трюма. Он засек сначала два корабля, но затем из ниоткуда вынырнул еще один. Очевидно, снял маскировку. А значит, минимум один теург среди пиратов присутствует. Разбойничий корвет и целых два фрегата лихо отправились на абордаж и впились в тушу грузового корабля. Решили зайти со стороны обшивки поближе к главной рубке. Трюм же обошли стороной, а зря.

Я вылетел наружу. Сторонний наблюдатель бы увидел на моем месте лишь темное пятно, которое на фоне космоса практически не выделялось. Быстро осмотрел вражеские силы. Все три пиратских корабля вгрызлись в корпус баржи. Разбойники сумели прорезать тонкую небронированную обшивку и проникли внутрь. Надеюсь, Хантон доживет до того, как я закончу.

Малые фокусаторы наполнились огненным эфиром. Первым делом я уничтожил корвет. Корабль не имел эфирной защиты, так что потоковый сгусток прошил судно насквозь. Аналогичная участь постигла фрегат, который защищало лишь слабое протонное поле. Мне удалось сразу выцелить машинное отделение благодаря знаниям о стандартной компоновке данной модели судов.

С третьего корабля по мне начали надсадно стрелять протонные орудия. Следующими зарядами я сбрил ординарные пушки, которые могли пробить защиту. Пристроившись в слепой зоне, я сам взял на абордаж самый крупный фрегат, имевший потоковые фокусаторы. Два остальных судна были ординарными.

Без особых сложностей прорезал обшивку потоковым лезвием и проник внутрь. Большая часть пиратов радостно унеслась грабить жертву, но несколько человек осталось внутри. Меня попытались достать из здоровенных бластеров и стационарной плазменной турели. Но огненный барьер сдержал.

— Хаосит! — последнее, что выкрикнул поганый разбойник, перед тем как лиловый клинок разрубил его на две части.

Зная, что часть пиратов на барже, я торопился. Быстро избавился от ординарных разбойников внутри, вывел из строя генератор и единственный челнок. Без энергии движки не заработают. Фрегат больше никуда не полетит. Зачистив внешние корабли, я вернулся на баржу тем же самым путем, каким проникли пираты. Пришлось немного полазить по грузовому судну, уничтожая одного бандита за другим.

Наконец, мы пересеклись и с теургом, который пилотировал ранее потоковый фрегат. Несколько экстравагантно одетый пират в шляпе, владеющий стихией Воды.

— Так это ты повредил наши суда⁈ Паскуда, тебе конец!

— За деяния ваши обретете кару, которую заслуживаете!

Оранжевый огненный меч и синеватое лезвие схлестнулись. На пол посыпали искры. Я усилил напор, снизив защиту. Внезапно бандит достал потоковый бластер буквально из ниоткуда и пальнул. Еле успел направить Хаос на защиту.

— Отродье Хаоса! — ругнулся пират.

Иронично, что падших даже разбойники считали гадами, которых следует нещадно истреблять.

Фехтовал космический разбойник достаточно умело, но беспорядочно. Делал странные выпады, крутился на месте, резко применял потоковый бластер. Разок попал в мою правую руку по касательной. По мощи потока он меня явно превосходил. Меня спасало лишь владение сразу двумя стихиями, что не каждый теург мог освоить. Пират мне напомнил себя самого на тренировках с Кирхе. Инквизиторша сражалась строго академично, и тем не менее победить ее мне не удалось ни разу. Поэтому я и решил перенять технику Кирхе, вспомнив об уроках. Свел к минимуму хаотичные взбрыки и действовал по отточенным до автоматизма приемам. Что Хаосу в крови не слишком пришлось по душе.

Тем не менее, вскоре мне удалось подловить разбойника и рассечь ему грудную клетку. Спустя миг голова теурга покатилась по полу баржи, а я принялся активно впитывать свободные частички души. Еще какое-то время ушло на зачистку баржи и кораблей от пиратов. Одного техника я захватил в плен в качестве языка.

Потом долго искал самого Хантона. Как оказалось, дальнобойщик спрятался в секретной нише за санузлом.

— В-все кончено? — вопросил он со страхом в голосе, сжимая протонный бластер.

— Судя по всему, нашел всех. Есть заживляющая мазь?

— Д-да, сейчас!

Я обработал раненную руку и перебинтовал. После чего вкратце обсудил текущее положение:

— Ты хорошо проявил себя, Хантон. Не струсил и предоставил мне баржу, зная, что тебе может грозить серьезная опасность. Поэтому и вознаграждение должно быть весомым. Останки пиратских судов можешь забрать себе. Переведешь на счет Виктора Гарина половину от вырученных средств.

— Вы так просто оставите корабли мне?

— Ты ведь не планируешь обманывать меня, а, Хантон? — поглядел я на пилота пронзительным взглядом.

— Н-ни в коем случае, господин теург! Все сделаю в лучшем виде, ваше благородие! — выпрямился мужчина по струнке.

— Рад слышать. Я же попробую разыскать пиратскую базу…

Глава 9

Я оставил Хантона разбираться с нажитым имуществом и пробоинами в корпусе баржи. Сам же утащил пленного пирата в свой корвет и отлетел подальше. После чего приступил к пыткам. Разбойник выл от ужаса, когда увидел, как меняется его плоть под воздействием хаотического потока. Ноги покрылись чешуей и уродливыми наростами.

— Так что: хочешь ли ты спасти свою душу из лап Хаоса? — оскалился я в жуткой ухмылке. — Координаты вашей базы!

Пират достаточно быстро раскололся и поведал мне о местонахождении их логова. Как это обычно и бывает, убежище располагалось внутри астероидного поля в дальних уголках системы Ниргалу. Под хаотической маскировкой я подобрался к крупному космическому телу незамеченным. Увидав следы человеческой деятельности, понял, что попал куда нужно. В недра астероида вел широкий проход, закрытый протонной пленкой. Даже ангарные врата сделать не додумались.

Я влетел внутрь сонной пиратской базы и принялся расстреливать стоящие в доке суда. Несколько корветов и малых истребителей быстро пали в ходе очистительных залпов. В стороне стояла угнанная ранее полуразобранная баржа без двигателей и какие-то обломки других кораблей жертв. На них я большого внимания обращать не стал.

Пара крупных турелей слегка поцарапали корпус моего судна, пробившись через защиту. Но больше мне сопротивления никто оказать толком не смог. Я спешился и принялся зачищать внутренние помещения астероида. Среди пиратов Ниргалу лишь один являлся теургом, и я от него уже избавился. Ординары же проблем для теурга не составили. Разве что с огром, палившим из огромной плазменной пушки, пришлось повоевать. Его я уничтожил, воспользовавшись более крепким хаотическим барьером. Свидетелей не было, так что применил запрещенную стихию.

По законам империи за пиратскую деятельность полагалось единственное наказание: смертная казнь. Так что особых угрызений совести я не испытывал. В Рунтар, как и во всей галактике Новый Путь, к человеческой жизни относились без пиетета. Исключение составляли аристократы и теурги, разве что. Им могли дать второй шанс. Достаточно нудное занятие, но раз уж взялся, надо доводить дело до конца.

Какого-нибудь свидетеля я хотел оставить в живых, дабы передать его ИСБ. И в одном из кабинетов пиратской базы мне попался прекрасный представитель. Из шкафа для скафов я выудил жирного мужика, обильно потеющего от страха. Местонахождение его мне удалось почуять по источаемым толстяком миазмам.

— П-пощадите, господин теург! Я — простой бухгалтер! Продаю корабли и запчасти к ним! Чем занимались все эти люди, не знал!

— Варпу втирать будешь! — хмыкнул я и занес огненное лезвие. — Назови мне причину, почему я должен сохранить твою жалкую жизнь!

— Я — Фолстейн! Племянник губернатора Ниргалу! Вы не имеете права меня убивать!

— Вот как? — заинтересовался я. — Если дашь полные показания в отношении твоего дяди, даю слово виконта, что сохраню твою жизнь. В том числе и перед ИСБ.

— В-виконт⁈ — поразился он.

Встретить одинокого теурга, сына целого графа, в такой глуши — действительно редкое событие.

— Твой выбор? — придвинул я лезвие к шее.

Фолстейн-младший сглотнул и судорожно проговорил:

— Я все скажу!

— Отлично. Значит, всех остальных в расход.

Казнь пленного пирата перед толстяком заставила того относиться к моим словам еще более серьезно. Убедившись, что никого более на пиратской базе не осталось, я покинул бандитское логово. На всякий случай записал слова племянника Фолстейна на диктофон, пока мы летели к Ниргалу-прайм. Мало ли боров решит сдать назад.

Вскоре учебный корвет Княжеской Академии приземлился в космопорту главного поселения планеты. Я вывел толстяка со связанными руками наружу.

— Я же задохнусь! Маску! — прохрипел он.

— Ничего, кислород есть. Пару минут протянешь. Двигай шустрее, если хочешь жить!

Смешно семеня ногами и часто дыша, толстяк бросился к поселению. Мы прошли под купол, где воздух был все еще далек от требуемых кондиций. Лишь в приемной мэрии Фолстейн-младший, наконец, смог вздохнуть спокойно и насладиться вкусным воздухом. Отдыхать я толстяку не дал, потащив дальше.

— Куда вы лезете⁈ — взвизгнула секретарша. — Охрана!

Перерубив створки двери лезвием, я проник в большой, богато обставленный кабинет губернатора Ниргалу. Фолстейн-старший оказался таким же грузным мужиком, но не так сильно запустившим себя, как его племянник. Возможно, виной ожирению послужила пониженная гравитация на астероиде, тогда как на планете она была слегка выше стандартной.

— Что происходит⁈ Кто вы такой⁈ — рявкнул обеспокоенный мужчина.

Путь вперед мне преградил старый седовласый теург с огненным потоковым клинком. Телохранитель.

— Виктор Гарин! — представился я. — Губернатор Фолстейн, вы обвиняетесь в создании пиратской сети, потворству грабежам, укрывательстве бандитов, даче ложных сведений империи о состоянии дел в системе, предательстве и измене интересов Рунтара! За что полагается один единственный вердикт: смерть!

— Чушь! Вы не посмеете! Заркос, убей его! — прокричал Фолстейн своему охраннику.

Я переглянулся с пожилым мужчиной, который не торопился исполнять приказания нанимателя.

— Доказательства? — уточнил он.

— Племянник губернатора дал показания. Все записано!

— Ты! Ульпис, ты предал меня⁈ Подонок! — разъярился Фолстейн-старший.

— Как будто ты бы поступил иначе на моем месте, дядя! — возмутился жирдяй.

Мне вся их семейка была одинакова противна, но слово есть слово. Телохранитель Заркос деактивировал потоковый клинок и отошел в сторону. Я кивнул теургу и подошел к рабочему столу губернатора. Фолстейн попятился и уперся в стену.

— Пользуясь правами рода Гариных, которые давали присягу напрямую Великому Князю всея Рунтара, я, виконт Виктор Гарин, приведу приговор в исполнение незамедлительно!

— Сдохни!

Губернатор выхватил бластер из ящика стола и попытался меня застрелить, но эфирную защиту пробить, разумеется, не смог. Взмах потокового клинка, и голова бывшего губернатора Ниргалу покатилась по полу. Тело рухнуло бесформенным мешком колышущейся плоти.

— Дело сделано, — зевнул я. — Зачтут ли мне теперь практику?

Я посмотрел на дрожащего Ульписа Фолстейна. Племянник был безусловно напуган.

— Пока ты держишь свое слово, я держу свое, — похлопал я его по плечу.

Следующие пару дней я провел в основном на Ниргалу-прайм. Давал показания и ждал прилета ИСБ с Тукаялсо — более крупного и развитого мира. Местная служба безопасности могла быть связана с грязными делишками губернатора, так что я отправил инфо-капсулу напрямую в центр.

Спустя некоторое время прибыли ИСБ с преподобным отцом и отрядом вооруженных до зубов штурмовых огров. Местным службам я не доверял, так что держал Фолстейна при себе как ценного свидетеля до прибытия внешней команды. Племянник поведал много интересных деталей, вплоть до того, что на планете существовал подпольный комплекс по добыче ценной руды. Так что ограм будет где проявить свои навыки. Прибывшим безопасникам я передал главного свидетеля с рук на руки. Фолстейн-младший, кажется, скинул десяток кило за эти пару дней. Дав еще раз полные показания, я очистил свое имя и избавил себя от опеки свидетеля.

— Все же вам не стоило свершать казнь над губернатором собственноручно, виконт, — заметил главный следователь ИСБ. — А передать в наши руки для подробного дознания.

— Иначе он бы обязательно нашел лазейку и сбежал, — пожал я плечами.

— Резонно. Спасибо за отличную работу, курсант! Я доложу о ваших успехах командованию…

— Да, насчет племянника Фолстейна. Я дал слово виконта, что ему сохранят жизнь за дачу показаний. Так что потрудитесь следовать моим рекомендациям.

— Учту и постараюсь исполнить ваше пожелание, господин виконт, — кивнул безопасник.

— Заходите вечером в бар «На дне», — заметил я. — Там подают отличный кофе с ликером!

Признаться, Хаос не остался довольным после разборок с пиратами. Видимо, ему нравилось, когда мне грозит серьезная опасность. А здесь пришлось всего с одним теургом повоевать по-настоящему. Хотя казнь губернатора он оценил, отметив как истинно хаотический поступок.

Немного полетал по системе под маскировкой за прошедшие дни. Сделал попытку найти еще каких-нибудь бандитских личностей или шпионов. Отрабатывал практику, в общем. Но ничего интересного не обнаружил. Космос был пуст и нем. Даже в варпе царил штиль. Возвращаться на флагман Академии мне не хотелось, хоть я и получил указания о возвращении. Маркову может не прийтись по душе мое самоуправство.

В конце дня по местному времени я завалился в бар «На дне». В прошлый раз меня встретили настороженно, но ныне картина сменилась на противоположную.

— Наш герой!

— Господин Гарин вернулся!

— От него нашему губернатору снесло голову!

— Так ему, этой мразоте!

— Пусть его аннигилируют в аду демоны варпа!

— А как он пиратов раскидал? Во теурги дают!

— Теперь можно и груз возить через систему!

— Господин Гарин, а это правда, что вы пожертвовали добычу из пиратского логова Ниргалу⁈

— Святой человек!

Очевидно, губернатора Фолстейна здесь никто не любил. А мою помощь оценили крайне высоко. Отношение местных работяг поменялось кардинально. Из грязи в князи, что называется. Тем не менее, я старался следовать Кодексу Варпа и не зазнаваться. Ведь именно это отчасти и привело меня к падению в прошлой жизни. Кодекс не слишком жаловал и убийства как таковые, хоть порой без них было не обойтись. Особенно на войне. В качестве своеобразной компенсации я передал все награбленное пиратское добро на развитие системы Ниргалу. Разбойники ведь у местных и отнимали, так что возвращение наворованного справедливо. Я же в средствах не был стеснен, так что не обеднею. Остается надеяться, что новый губернатор наведет здесь порядок. Или, может, передадут Ниргалу в чьи-либо владения.

— Позвольте, я сниму вас на память для заведения! — попросил усатый бармен. — Я поставлю ваше фото рядом с нашим самым известным посетителем — Аластором Ройсом!

— Пожалуйста, ха! — повеселила меня ирония ситуации.

И невдомек владельцу и гостям заведения, что на двух разных фото, сделанных с разницей в две сотни лет, будет один и тот же человек…

Следователь ИСБ воспользовался приглашением. Он заказал кофе по фирменному рецепту заведения и устроился за стойкой. Мы вкратце обсудили ситуацию в системе. Губернатора назначат не сразу. Пока информация дойдет до княжеской канцелярии, пока князь утвердит новую кандидатуру, пройдет время. Прибывший инквизитор будет временно исполнять обязанности правителя Ниргалу, а ИСБ будет разгребать множественные нарушения, которые здесь скопились. Фолстейн-младший сдал также незаконные шахты, добывающие ценные ресурсы в обход надзорных органов. Те баржи, что были связаны с губернатором, пираты, разумеется, не трогали.

— Вы не выглядите довольным, сударь, — заметил следователь после кружки крепкого кофе с ликером.

Не скажешь же ему, что Хаос не удовлетворился экзекуцией над бандитами.

— Сомневаюсь, что капитан зачтет мне практику.

— Даже уничтожения пиратского логова недостаточно⁈ — изумился безопасник. — Что у вас там за лютый зверь на посту командующего?

— Что слышно в мире? Как там наш флот на периферии? — сменил я тему.

— Стабильно нестабильно, — хмыкнул безопасник. — Сударь, а вы случайно не принимали участие в заварушке у Актобы?

Я вкратце поведал о захвате дейровского разведчика, не став приукрашивать. Но следователь-ординар остался под впечатлением. Помедлив, он признался:

— У нас тоже намечается веселье. По секрету скажу, что наши решили окончательно выбить Рой с Кантельмы-прайм.

Чуть не воскликнул: «Неужто Кантельму захватил Рой?», но вовремя прикусил язык. Кантельма являлась одной из наиболее развитых и густонаселенных систем на периферии во времена империи Талоран. Судя по всему, достигший галактики Рой давно оккупировал систему.

— Нельзя дать им плодиться на пригодных для обитания планетах, — пояснил мужчина, глотнув из кружки. — Кантельму пытались закидать высокоактивными зарядами, но твари все равно смогли приспособиться и размножиться.

— А что же Жнецы?

— А что Жнецы? Они ведь не подчиняются приказам Князя. Да, служители Смерти вносят существенный вклад в уничтожение флотов Роя, стирают под ноль всю биомассу на зараженных планетах. Но указывать им мы не можем. Так что, если мы хотим продвигаться вперед, должны справляться своими силами. Со дня на день должно состояться генеральное сражение за Кантельму. За победу Рунтара!

— За победу! — ударили мы бокалами и пригубили благословенный богами кофейный напиток.

Если мне не изменяет память, Кантельма всего в паре сотен световых лет от Тукаялсо. На третьем слое варпа слетать туда — плевое дело. Я ощутил, как в душе моей начало подниматься предвкушение славной бойни. С Роем я еще ни разу не сталкивался вживую, лишь читал в учебниках. Это будет интересная встряска и отличная возможность испытать в деле мои новые фокусаторы!

Поболтав немного со следователем для проформы, я раскланялся с местными, заявив, что мне пора отправляться на доклад к старшему офицеру Академии. Обещав еще обязательно посетить Ниргалу-прайм и бар «На дне». Под шумные аплодисменты «губернаторскому линчевателю» я покинул питейное заведение. После чего направился в космопорт и резко стартанул с площадки.

Красный гигант системы Ниргалу быстро пропал с радаров, когда я перешел в подпространство. В пути успел немного отдохнуть и помедитировать. С пиратов удалось поглотить не так много частичек души, но любая мелочь могла быть полезна. Воевать я планировал по возможности скрытно, так что на сей раз я направил ресурсы на развитие пояса Хаоса, которому, к слову, было без разницы, на чем расти. В этом Хаос всегда имел преимущество перед остальными стихиями: его проще развивать. От того многие люди и становились падшими, прельстившись на быстрое усиление. Чем ближе я подбирался к системе Кантельма, тем более нестабильным выглядел варп.

Когда до звезды осталось менее светового года, я подал Хаос на маскировочную систему корабля. Маскировка работала исправно, поглощая любое входящее слабое излучение. Поток для сети требовался незначительный, так что Хаос не разрушал фокусаторы. Тем более центральную систему управления маскировкой я слегка модернизировал в один из вечеров.

Меры предосторожности были приняты мною не зря. При приближении к системе мой корвет засосало в воронку и выбросило в ординарный космос. Неподалеку вальяжно курсировали пара крейсеров и целый сонм фрегатов империи. Решили устроить засаду на корабли Роя, которые могли бы явиться на выручку. Я же не планировал оповещать империю о своем участии в заварушке. Будет лучше, если о моих выкрутасах с возможным применением Хаоса не будет известно местным вооруженным силам.

Черный кокон поглощения из энергии Хаоса спас меня от обнаружения. Я с осторожностью двинулся в сторону Кантельмы-прайм, не снимая маскировки. Туда, где кипела ожесточенная битва. Флотские армады сходились в яростном сражении. Крейсера и линкоры атаковали жуков со всех орудий. Поскольку переход в варп бы меня демаскировал, я пролетел разделяющее нас расстояние в ординарном пространстве. Медленно, муторно, зато надежно.

Судя по показаниям радаров, рунтарцы сумели вывести из строя множество кораблей Роя, однако флагман колонии все еще представлял серьезную угрозу. Настоящий дредноут по людской классификации.

Главная особенность Роя — это подобие коллективного сознания, подчинение и строгая кастовая иерархия. Отчасти напоминало муравейник или пчелиные соты. Разные виды выведенных жуков отвечали за свои задачи. Технологии Рой применял устаревшие, даже если сравнивать с Рунтаром. Тот же Эдем ушел еще дальше. Устаревшие, но надежные. Старые, не слишком эффективные реакторы холодного синтеза, работающие на более простой и распространенной смеси. Иринит же жукам не требовался вовсе. Фокусаторы они изготавливали из специально выведенных сородичей, которые жили лишь для того, чтобы их тела послужили затем оружием или другим потоковым оборудованием. Да и теурги у них имелись своеобразные. В массе своей слабее, чем теурги людей, зато их было больше.

Чаще всего битва с людьми шла за пригодные для обитания миры. Им также требовались вода, кислород и хороший климат для развития. Жуки, правда, были более живучи, нежели человек. Наверное, на уровне специально выведенных нами гоблинов. Захватывая планету, они быстро размножались, строили флот и летели покорять новые звездные системы, словно саранча. В принципе, как и люди. Вот только общий язык с колониями Роя нам так найти не удалось. Абсолютно чуждый разум. Не только для человека, но даже для Хаоса или Порядка, коим не удалось толком найти подход к жукам.

Корабли инсектоидов выглядели жутко. Заостренные выступы, хитиновая броня и мертвые жучиные особи в качестве фокусаторов. Чудовищное зрелище для человека. Как если бы у нас космические просторы бороздили корабли, собранные из костей и людских останков… Впрочем, есть и такие у нас, называемые Жнецами, которые единственные смогли освоить стихию Смерти. При этом потеряв свою человечность полностью. Вариантов при встрече с Роем или Жнецам два: бежать или сражаться. Третьего не дано.

Кантельма-прайм выглядела издали ужасно. Вместо зеленовато-голубого покрова поверхность планеты стала коричнево-серой. Рой колонизировал Кантельму, повысаживал везде свои мерзкие культуры, понастроил ульев. Миллиарды людей, жившие на Кантельма-прайм, вряд ли успели переселиться до вторжения флота насекомых. Всех их сгубил Рой, как когда-то Тетрархия уничтожила мою родину, Талоран-прайм. Праведный гнев поднимался в душе, подпитываемый просачивающимися нотками Хаоса. Как же изменчивой стихии хотелось поглотить мой разум целиком. Но аномальная протекция держала напор, не давая мне пасть в пучины безумия. Главное, и самому не расслабляться. Не забывать про Кодекс Варпа.

Некоторое время я примерялся к жучиным кораблям, раздумывая, кого избрать своей целью. Покуситься ли на материнский корабль или не выделываться и ограничиться судном меньших размеров. Рунтарскому флоту явно требовалась помощь. Один из выстрелов с флагмана Роя практически прошил наш крейсер насквозь, пробив защиту. Хаос в моей душе недолго боролся с Порядком и вскоре одержал верх.

Оскалившись, я повел замаскированный корвет к самому крупному кораблю Роя. Приплюснутому гиганту длиной с пару километров, наверное. Напоминало по форме отчасти жука со сложенными крыльями, только на корпусе были понатыканы фокусаторы из инсектоидов размерами поменьше. Некоторые из них вполне по мощи соответствовали большим фокусаторам наших линкоров. Рой использовал все ту же основную триаду стихий, хотя с некоторыми своими особенностями. Одна из распространенных стихий походила на Огонь зеленоватого цвета, который при ударе расплескивался во все стороны и легко проедал конструкции словно кислота.

Благодаря Хаосу мне удалось подобраться незамеченным. Крайне рискованная затея, ведь передвигался я без защиты. Эфирный барьер не способен сочетаться с маскировкой. Если бы меня засекли радары или почуяли теурги, один единственный залп из дредноута Роя поставил бы точку в славной жизни Виктора Гарина. Но изменчивая стихия мне сегодня благоволила.

Зная, что мне будет сложновато пробить внешний эфирный барьер жуков, я дождался выстрела из главного калибра одного из наших линкоров. Огромные темно-фиолетовые сгустки вонзились в защиту, пробили кокон и глубоко вгрызлись в плоть судна.

Я воспользовался такой отличной возможностью и двинулся на всех парах к пробоине. За то время, что ушло на сближение, защита Роя практически полностью затянулась, но не успела восстановиться до конца. Мой корвет исторг два огненных плевка, которые повредили едва затянувшееся поле защиты. После чего я нырнул следом и влетел внутрь судна.

Хаос в крови бурлил. Я ощущал небывалое воодушевление! Мне удалось пройти за защитную пленку и проникнуть внутрь дредноута Роя! Что являлось достаточно уязвимым местом у столь большого судна, ведь фокусаторы и защита работали активно только снаружи. Подобный трюк я проворачивал в прошлом с судами Тетрархии. Правда, корабль тогда у меня был модернизированным, но и текущий вариант должен справиться. Мне ведь почти удалось уничтожить изнутри эсминец дейров. Жаль, тогда помешали. Настало время проверить собственноручно изготовленные малые фокусаторы в деле!

— Крепитесь, поганые букашки, ибо возмездие грядет!

Глава 10

Когда-то я летал на том, что по людской классификации называли линейным корветом. Для фокусаторов не требуется внешнее питание. По сути, только теурги с мощным потоком и нужны. Следующий момент касался скорости полета эфирных снарядов. Им далеко до скорости света. А расстояния между судами порой огромные. Существует два способа обороняться при сражениях в космосе: нарастить защиту или положиться на малый размер и скорость. По слабо маневренному линкору промазать сложно, а вот юркие корветы и фрегаты способны избегать ответного огня благодаря резким сменам курса.

Таким образом быстро пришли к особому классу малых линейных судов. Линейным корветом называли небольшой корабль, на котором имелся хотя бы один средний фокусатор. Здоровенная бандура из нескольких тонн иринита. Линейный фрегат же оснащался большим фокусатором, который напитывало сразу несколько теургов. В боях их применяли не так чтобы часто, но они тоже выполняли свою роль в космических сражениях, порой достаточно важную.

На данный момент мне пришлось ограничиться двумя малыми фокусаторами. Тем не менее после модернизации они стали мощнее и эффективнее накапливали поток. Также я сумел встроить особый режим стрельбы. Обычно малые фокусаторы могли формировать сгустки до метра в диаметре. Мое же изделие создавало эфирный диск размерами более трех метров. Защиту таким разреженным ударом не прошибешь, да и материи много не разрушишь, но это позволяло делать один любопытный трюк.

Учебный корвет Княжеской Академии имел достаточно стандартные компактные пропорции: примерно два с половиной метра в ширину и высоту, а также почти шесть метров в длину с учетом протонных дюз.

В итоге дополнительный режим работы фокусатора позволял мне пробивать проход, достаточный для того, чтобы поместился сам корвет. На малом истребителе было бы проще, но будем работать с тем, что есть под рукой.

Остаточные молниевые эфирные потеки доедали переборки материнского корабля, когда я проник внутрь. Здесь мне скрываться будет тяжеловато, так что я переключился с режима маскировки на режим защиты. Корвет окутала хаотическая пленка барьера. Огненный поток я пустил на левый фокусатор, который перевел в широкий режим, а свободный Хаос направлял на правый, оставшийся в узком бронебойном фокусе. Обе стихии мне явно потребуются, так что скрывать козыри я не собирался.

После чего принялся пробивать преграды перед собой широким огненным диском. Пламенный эфир охотно разъедал материю, однако требовалось ждать, пока заряд накопится. Лишь внешняя обшивка имела толстенный слой сплошной брони. Внутри жучиного дредноута все выглядело традиционно: переборки, коридоры, различные помещения. Разве что вместо привычной стали или титана Рой применял некий природный компонент, напоминающий то ли хитин, то ли застывшую смолу.

Признаться, я был плохо подкован в том, что именно за технологии использует Рой. Знал лишь, что они применяют в основе реакторы устаревшего типа. По логике, их как особо уязвимую зону располагали в центре. Порой укрывали дополнительным коконом эфирного барьера. Не только для защиты, но и для маскировки. Чуткие радары даже сквозь десятки переборок способны уловить проникающие излучения, которые выдавали реакторы.

Сверившись с показаниями радара, я смог обнаружить близкий крупный источник такого излучения. Настала пора проложить дорогу прямиком к реактору дредноута! Хитиноподобные переборки обращались в пепел, получая удары из малого фокусатора. Все вокруг сгорало во всеочищающем потоковом пламени.

Порой мне попадались на пути случайные жуки разных каст. То ползающие по полу гусеницы, то некто, похожий на гуманоидных двухметровых муравьев. То штурмовые вооруженные жуки ростом под два с половиной метра и с множеством длинных конечностей. Все твари испарялись под ударами эфирных сгустков. Лилово-алые хаотические снаряды вызывали случайные эффекты. То промораживали насквозь, то сжигали, то обращали в прах, разъедая ржавчиной, то покрывали поверхности наростами из шевелящейся плоти.

Порой приходилось буквально протискиваться, цепляясь барьером о покореженные переборки. Иногда же мне удавалось выбраться в основные проходы, с сечением в виде пятиугольника. Эдакие магистрали-соты среди обычных узких коридоров, по которым корвет пройти бы никак не смог. Вероятно, широкие проходы были сделаны специально под штурмовых жуков, которые здесь чувствовали себя достаточно комфортно.

В одном из таких пятиугольных проходов меня чуть не зажала жучиная орда. Штурмовые клацающие клешнями гиганты лезли и лезли. Некоторые твари перли совершенно без защиты и оружия, другие имели протонные барьеры и атаковали из примитивных, но крупнокалиберных орудий. Узкофокусированный удар из малой пушки насквозь пробивал сразу десятки жучар. В меня летела плазма и протонные сгустки. Защита корвета трещала по швам. Одиночные выстрелы она выдерживала, но с постоянным потоком не справлялась. Вернее, я банально не успевал ее восстанавливать. Мощи потока не хватало.

Жуки бросались в атаку, не щадя своих жизней. Я косил их пачками. В одной из сторон целый завал образовался из растерзанных трупов, но гады нашли обход, разломав переборки. Похоже, мне не повезло, и мой путь проходил мимо десантных отсеков со штурмовой кастой жуков. Инстинкты самосохранения у монстров отсутствовали начисто.

Я остро осознал, что мне не хватает потока. Защита и атака мощные, но заряжаются слишком долго. Один из плазменных зарядов пробился через ослабший барьер и пробил корпус. Со свистом воздух вырвался наружу, пока внешнее и внутреннее давление не стабилизировалось. Пару раз я пролетал через протонные пленки коридоров, так что в окружающем пространстве оставалась атмосфера. Которой можно дышать и без маски, судя по тому, что я читал о Рое.

Поняв, что сдерживать бесконечный поток даже на боевом корвете я не смогу, решил действовать активнее. Поддал напругу в протонные двигатели и понесся прямо по коридору. Многотонная махина плющила попавшихся на пути штурмовых жуков, размазывала о стенки. Лишь одна из конечностей твари с помощью стихийного огня смогла пробить мой барьер и всадить по толстому стеклу обзорного иллюминатора. От удара клешню оторвало, и она так и осталась висеть застрявшей в стеклянной панели.

Судя по показаниям радара, коридор вел не совсем в сторону реактора, но останавливаться мне было противопоказано. Корвет пер на врагов, давя их своей массой. Тем не менее даже такой тяжелый корабль порой застревал в узком проходе. Царапая стенки эфирным барьером и давя крепкие жучиные панцири.

Наконец, я пробил протонную пленку и оказался в приличных размеров ангаре. Со множеством жучиных корветов, готовых к взлету. Главная база истребителей Роя!

— Варп всемогущий! — екнуло мое сердце.

Зеленоватые протоогненные сгустки принялись долбить по моей защите. Я быстро развернулся и юркнул обратно в тот же самый коридор. Враги пытались последовать за мной, но их суда оказались чуть шире коридора. Их малые фокусаторы не могли расширить проход, в отличие от моих. Не ожидали жуки, что кто-то будет шастать на целом корвете внутри их материнского корабля. Один из особо настырных корветов врезался на полной скорости и закупорил собой отверстие коридора.

Вылетев в относительно широкий зал, я, наконец, получил возможность развернуть продолговатый корабль. Направил корвет в примерную сторону к реактору и продолжил прорубать проход широкофокусными огненными сгустками. Дело шло медленно, но верно. Я ощущал себя каким-то червяком или жуком, который прогрызается к сердцевине древа, дабы вкусить сочную мякоть. Только вместо коры и древесины приходилось изничтожать хитиноподобные переборки.

Дальше я вышел на какой-то зал с прямоходящими муравьями невысокого роста. По тому, как меня стали заливать зеленым кислотным Огнем, сразу стало понятно, что мне не повезло наткнуться на рубку с кастой жучиных теургов. Я вдарил на автомате из хаотического раструба фокусатора. Лилово красный сгусткок пронзил сразу пятерых тварей, но муравьев оставалось еще слишком много.

К счастью, зал теургов соседствовал с одним из магистральных тоннелей. Расширив проход, я протиснулся в коридор и полетел дальше на всех парах. Вслед мне летели эфирные огненные росчерки. Один из них сумел частично пробиться через барьер и повредить движок. Сзади громыхнуло, загорелся индикатор неисправности одного из основных двигателей. Ругнувшись, я переключил тягу на оставшийся единственный задний двигатель. На материнском корабле работала искусственная гравитация, так что на одних маневровых движках особо не погоняешь.

Теурги Роя бросились за мной в погоню. Развернувшись на перекрестке, я вдарил по ним концентрированным хаотическим сгустком. Поскольку монстры стояли на одной линии в коридоре, мне удалось снести больше десятка гадов. У раненых как-то сразу поубавилось прыти, твари перестали лезть на потоковый корабль в самоубийственном порыве.

Сверившись с радаром, я, наконец, обнаружил магистральный коридор, который вел точно по направлению к реактору. Врубив уцелевший движок на полную, я понесся в сторону сердца материнского корабля. Учебный корвет получил массу мелких и пару средних повреждений, но пока что оставался на ходу. Рухлядь рухлядью, но дело свое делал исправно. Сердце гулко ухало в груди, на губах моих играла безумная ухмылка. Хаос в крови плясал от счастья. Я ощущал себя в родной стихии.

Излучение реактора все усиливалось. Возле эпицентра я обнаружил охрану из штурмовых многолапых инсектоидов. Меня попытались закидать снарядами из ординарного оружия, но защита справилась. Двумя выстрелами из фокусаторов я сбрил сразу семерых защитников. После чего еще троих расплющил о переборку тупо врезавшись на приличной скорости.

Уничтожив запертые створки широкополосным ударом, я вывел корабль в большое помещение. В центре белыми красками играла плазма огромного реактора, который был размерами больше моего корвета, наверное. Махина питала системы материнского корабля жуков, так что и не удивительно. Занятно, что у Роя с его коллективным сознанием тоже получилось пройти тем же путем, что и людям. Развить схожие технологии. Разве что людей-фокусаторов мы не выращивали, да и разделение на касты у нас было не столь жестким. Серв при удаче мог стать аристократом, чего нельзя сказать о жучиных видах.

Теперь мне предстояла филигранная работа. Просто так реактор холодного синтеза не сдетонирует. Лишь особый спектр хаотической энергии способен пустить его в разнос. Разумеется, в прошлой жизни я не раз применял данный трюк на практике, так что знал, каким образом можно вывести реактор из строя. Да еще и дать себе несколько минут на то, чтобы убраться подальше.

Я посадил корабль на площадку перед реактором и вышел наружу. Ноги подкашивались. Управлять судном во вражеском окружении и проводить через свое тело уйму разностихийного эфира — это адский труд, вызывающий чудовищную усталость в теле. Но вроде бы немного расходился. Подойдя поближе к сердечнику реактора, я принялся выискивать правильный спектр эфира, что с Хаосом всегда являлось задачей сложной.

Спустя некоторое время мне, наконец, удалось поймать требуемый настрой. Поблескивающие алым эманации проникли через корпус реактора и смешались с плазмой внутри. Заражение быстро распространялось. Теперь у меня будет несколько минут на то, чтобы убраться с материнского корабля. Реактор был старым и медленными, если верить рунтарским учебным пособиям, так что сразу не рванет. Примерно схожим образом Вилсана устроила диверсию на моем прошлом корвете.

Я было собрался сваливать, но по периметру всего зала заметил трубчатую сеть из темно-коричневого неровного материала, который, скорее всего, являлся особым хитином одной из каст Роя. Той самой, из которой делали фокусаторы и проводники потока в качестве замены ириниту. Все это походило на защитный барьер, окружающий реакторный зал. Такие штуки делали и на наших линкорах для того, чтобы снизить вредное и демаскирующее излучение реактора. Либо снизить повреждения от детонации. Из-за эфирного барьера эффект от взрыва может снизиться. Корабль уцелеет и продолжит представлять угрозу.

Достав потоковый эфес, я принялся крушить ближайший участок хитиновых трубок. Все ломать не собирался, но нарушить целостность конструкции будет полезно. Лиловое лезвие легко прошивало жучиную материю. Увлекшись, я отошел на некоторое расстояние от корабля.

— Кул-шак мклус-ту! — разнесся вдруг клекот от разрушенных мной створок.

В проходе стоял жучара муравьиной касты. Прямоходящее насекомое высотой до двух метров с сегменчатым телом, двумя парами верхних конечностей, мерзкими фасеточными глазами и мощными жвалами. Такая тварь и в кошмаре не приснится. Муравей достал пару высушенных жучков, которые играли здесь роль фокусаторов. И активировал два эфеса разом. Зеленовато-ржавого огненного типа. Полноценный теург Роя!

Я бросился в сторону корабля, но не успел добежать. В несколько длинных скачков муравей достиг меня и атаковал. Вражеские лезвия принялись кромсать мой защитный хаотический барьер. Один удар защита держала, но если второй клинок попадал в то же самое место, то пробивал пленку. Теург Роя разделил свой поток на две части, так что оба клинка выглядели ослабленными. Однако муравей в целом оказался мощным. Минимум — мастер. Как бы не на уровне магистра, если судить по плотной ауре. Кислотные клинки пронзали защитный кокон и достигали скафа.

Зря я не свалил сразу, как сделал свое грязное хаотическое дело, но поздно пить кофе с ликером. Я принялся отчаянно фехтовать с муравьем-переростком. Тот отлично владел своими многочисленными конечностями и мог скакать достаточно высоко. В один из своих прыжков он сумел задеть меня в левое плечо, нанеся болезненную рану.

Затем я кое-как сравнялся с ним в прыгучести благодаря реактивному фокусатору. Мы стали скакать по залу на равных. Время шло, а реактор напитывался Хаосом все больше. Следовало валить с материнского корабля, однако мне не удавалось сделать критический выпад и достать гада в тело.

Тогда я решил сменить тактику и принялся целить в конечности. Это дало свои плоды. Один из жучиных эфесов полетел на пол вместе с отрубленной лапой. Тварь заклекотала и усилила напор. Муравей сумел подобрать упавший фокусатор, после чего использовал другую свою конечность. Их у него в запасе было много.

Во второй раз я ту же ошибку не повторил. Поддав газу в реактивный ранец, я сблизился и подловил муравья на широком замахе. Еще одна конечность с жучиным эфесом рухнула на пол. Второй клинок кое-как сдержала моя эфирная защита. Не теряя времени, я полоснул лезвием по упавшему эфесу и уничтожил фокусатор. Муравей остался с единственным клинком.

Только я решил, что стало полегче, как тварь нарастила мощность, подав полный поток в единственный свой эфес. Муравей бросился вперед в несколько самоубийственной атаке, открывшись мне. Я не совсем ожидал, что клинок пробьет мою хаотическую защиту, поскольку привык к его слабым выпадам. Теург Роя проткнул барьер и вонзил кончик лезвия в грудь с правой стороны. По телу разлилась кипящая боль, но руки свое дело помнили. Я полоснул открывшегося муравья по конечности и отсек третью руку. Эфес его рухнул на пол. Следующей за конечностью отправилась и голова с фасеточными глазками.

— Выкуси! — поморщился я от стреляющей боли.

Плечо и грудь невыносимо жгло. Похоже, гаденыш пробил мне легкое. Пот застилал глаза, дыхание вырывалось с хрипом. И надо же мне было наткнуться на умелого теурга Роя!

В проломе показались штурмовые жуки, так что мне стало не до разглядывания диковинных существ или галлюцинаций. Я успел доковылять до корабля и сесть в кресло. Несколько вражеских снарядов пронзили корпус, следующие съела восстановившаяся хаотическая защита. Учебный корвет начал напоминать решето. Как и я, впрочем…

Добивать жучар не стал. Попросту бросил судно вперед на полной скорости и раскидал противника. После чего двинулся обратным путем по магистральному коридору. Покопавшись в памяти, кое-как я восстановил дорогу в уме и нашел правильный маршрут.

Поврежденный корвет гудел громче обычного, но все равно исправно вывозил меня из недр вражеского дредноута. По пути расплющил несколько жуков различных каст. Встретил даже ремонтников, которые пытались залатать те повреждения, которые я нанес. И это в ходе ожесточенного сражения с силами Рунтара. Чего у Роя не отнять, так это беспрекословного следования приказам и самопожертвования. С другой стороны, с эволюционной точки зрения инстинкт самосохранения — полезная вещь. Так что я не считал, что Рой имеет перед нами существенное преимущество. У людей свои сильные стороны.

Наконец, я добрался до внешнего корпуса материнского корабля колонии. Лишь со второго раза мне удалось пробить защитное поле дредноута, после чего мой корвет под маскировкой выскочил наружу. А затем в глубине огромного судна Роя раздался взрыв. Не такой эпичный, на который я рассчитывал. Материнский корабль не расщепило на атомы. Лишь раскололо на две части. Судно потеряло какой-либо ход, большинство орудийных фокусаторов прекратили стрелять. То ли подпитывающие их жучиные теурги померли, то ли проводники потока разрушились от взрыва.

Рунтарский флот воспарил духом и принялся добивать развалившийся дредноут Роя. Я же, воспользовавшись беспорядком боя, под хаотической маскировкой вырвался из-под устройств подавления и ушел в благословенный варп. После чего окружным путем направился обратно, в сторону Тукаялсо. Не хватало еще снова попасть в засаду рунтарцев и провалиться в воронку. Мечтал я о нежных руках Кирхе и ее замечательном целебном потоке. Дело сделано.

Кряхтя и морщась, я слез с кресла и добрался до корабельной аптечки. После чего обильно сдобрил места ранений заживляющей мазью. Затем подключил аварийный кислородный баллон к фильтру шлема скафа. Корвет имел столько различных пробоин, что о его герметизации можно было и не мечтать. Да и я не в том состоянии, чтобы лазить с пенным пистолетом по судну. Так что решил ограничиться маской.

Во время кашля изо рта сочилась кровь, левая рука практически не откликалась, а в груди пульсировала болезненная черная дыра. Однако на губах моих плясала слегка сумасшедшая улыбка. Я ощущал глубочайшее удовлетворение. Как будто сделал полезное и приятное дело одновременно. И Хаос потешил, и Рунтару помог, не забывая следовать Кодексу Варпа. Кантельма будет очищена от инсектоидной заразы.

Учебный корвет на единственном основном двигателе разгонялся долго. Но третий слой варпа должен быстро донести меня до ставки флота. Главное, чтобы не развалился на середине пути. Двигался я напрямую, не следуя проторенным маршрутам. Ибо мастер варпа легко почует тварей Хаоса, что прячутся на глубоких слоях.

— Отлично поработал, дружок, — похлопал я по приборной панели, на которой виднелись жженые следы от плазменного снаряда. — И совсем ты не старая рухлядь…

Варп, как назло, штормило. Корвет бросало из стороны в сторону будто щепку. Мне следовало спуститься хотя бы на второй слой и не рисковать, но ощущал я себя неважно. Следовало поскорее добраться до целителя. То и дело сознание гасло. В какой-то момент и вовсе мне привиделась очередная галлюцинация.

— Мри-иу!

На приборной панели восседал небольшой зверек с красной шерстью. Адская ласка вылизывала себя и умывалась, словно бы и не сидела на трясущемся разрушающемся корвете в неведомых уголках подпространства. С удивлением я заметил, что шторм начал стихать. Судно рассекало третий слой варпа так, будто бы царило лишь легкое волнение. Спустя какое-то время я снова ненадолго отключился, а когда пришел в себя, адского видения и след простыл. Мифический зверек испарился. Был ли это очередной бред воспаленного воображения раненого или суровая реальность, я так и не понял.

Глава 11

[Капитан Марков]

Старшему офицеру отделения флота Академии приходилось несладко. Пускай на него повесили всего две дюжины курсантов, вернее уже двадцать три, молодые теурги умели находить и создавать проблемы, порой на пустом месте. Многие предпочитали сачковать. Просиживали все дни практики в каком-нибудь злачном заведении на одной из обитаемых планет. А затем выдумывали красочные истории. Но по налету двигателей становилось сразу понятно, что корабли стояли без дела. Другие влипали в разного рода неприятности, цапались с напарниками и просили сменить партнера. Словно истеричные дамочки, а не военные профессионалы. Особенно это касалось родовитых отпрысков. Безродные работали на совесть, понимая, что их судьба будет зависеть от оценок.

Наиболее проблемные остались в системе Тукаялсо на рутинной работе. Поскольку здесь находилась одна из баз рунтарского флота, мало кто решался нарушать законы империи. Непыльная работенка. Княжна редко доставляла проблемы, вот только Маркову не хотелось оставлять среднюю дочь Великого Князя Морозова без присмотра. Если с ней что-то случится, обязательно всех собак повесят на него. С остальной троицей, доведшей курсанта Ларионова до падения, регулярно беседовала преподобная сестра Кирхе. По ее словам, двое из них имеют неявную склонность к Хаосу. Рядом с инквизитором молодые теурги вмиг становились как шелковые, что значительно облегчало работу офицера.

Насчет Гарина у командира отделения изначально имелись смешанные чувства. С одной стороны, он являлся хорошим специалистом и прекрасно чуял варп. С другой, во время вторжения дейров в Актобу он знатно проявил себя, наделав шума. Да и инквизиторов просто так к кому бы то ни было приставлять не будут. Виктор был из той породы людей, которые везде лезут и плодят проблемы. Порой и решают их, надо отметить.

Марков пытался узнать детали у преподобной сестры, но сударыня Кирхе не стала вдаваться в подробности. Заявила, что виконт имеет склонность к Хаосу и вызывает вопросы своим поведением. В то же время Маркову показалось, что есть между ними и нечто большее. Во время экзекуции падшего Гарин поддержал молодую инквизиторшу, и та была явно благодарна за помощь.

Офицер совершенно не удивился, когда получил инфо-капсулу от Гарина. Пришлось отправлять извещение Имперской Службе Безопасности, которая имела свое подразделение на Тукаялсо. Те сразу отправили отряд в Ниргалу. Марков послал ответную капсулу в систему, повелев Гарину возвращаться на доклад старшему офицеру. Однако курсант не спешил возвращаться. То ли капсула исчезла в пучинах варпа, что случалось нередко, то ли, что более вероятно, Гарин решил проигнорировать прямой указ. Сложно с дисциплиной у теургов, тем более родовитых. Впоследствии капитану доложили подробности. Оказывается, виконт не только уничтожил пиратскую сеть в системе, но и самолично казнил губернатора.

Лишь на пятый день практики блудный курсант показался в Тукаялсо. Гарин очутился в ловушке-воронке, которую ставили другие теурги Академии с помощью фрегатов подавления.

— Капитан Марков, — прилетело донесение от Морозовой. — В наши сети попался корабль Гарина, кажется, вы хотели его видеть. Я сопровожу корабль до ремонтной станции. Больно скверно судно выглядит, того и гляди развалится. Уходим в варп, отбой!

Командир не стал отправлять ответное послание, поскольку до места дислокации отделения оно бы шло несколько минут на обычной световой скорости. Курсанты уже нырнут в варп и не получат сигнал. Проще дождаться прибытия теургов самолично. Маркова снедало любопытство, как и преподобную сестру, что дежурила в главной рубке. Офицер вместе с инквизитором по длинному переходу прошли на космическую станцию рунтарского флота, к которой был пристыкован Преподобный Сонгвин, и принялись дожидаться прибытия подопечного.

Вскоре в проеме ангара объявились два учебных корвета. Суда прошли через широкую протонную пленку и опустились в свободных зонах причальной площадки.

— И почему я не удивлена, — вздохнула преподобная сестра и решительным шагом двинулась к одному из корветов.

Даже без порядкового номера можно было безошибочно угадать, который из двух судов относится к Гарину. Один из корветов имел многочисленные повреждения, словно его протащили через горнило дюз линкора. Потеки расправленного металла, жженые плазменные пробоины, отверстия от протонных снарядов. Один из основных двигателей был снесен начисто. В обзорном иллюминаторе кокпита виднелись многочисленные трещины и отверстия, весь корпус был в глубоких царапинах и потеках непонятной жидкости.

Марков с интересом обошел корвет по кругу, решив, что его срочная помощь не потребуется. Преподобная Кирхе исчезла в зеве корабля, прорезав отверстие потоковым клинком. Судя по всему, люк заклинило. Из своего корвета показалась любопытствующая мордашка княжны. Кивнув старшему офицеру, дама также проскользнула внутрь. Умеет Гарин, зараза, привлекать к себе внимание симпатичных девиц, ничего не скажешь.

И куда курсанта занесло на этот раз? Оглядев лобовой иллюминатор, Марков обнаружил странную клешню, застрявшую в толстом бронированном стекле. С помощью потокового меча мужчина вытащил инородный предмет, который на поверку оказался конечностью инсектоида, причем крупного. Скорее всего, из штурмовой касты. Маркова передернуло, когда он вспомнил свои годы службы на периферии. Рой — неприятный и беспощадный враг.

Курсанты все не выходили наружу, так что Марков решил и сам заглянуть внутрь. Капитан проник в рубку корвета, в которой было не сильно много места. Княжна устроилась на втором кресле, а преподобная сестра занималась лечением. Гарин выглядел неважно. Волосы свалялись, лицо было грязным. В грязи и каких-то инородных потеках. По всей видимости, в крови тех, с кем он сражался недавно. Тяжело дышал, с хрипами. В груди и плече виднелись кровавые раны. Сестра Кирхе занялась наиболее опасным повреждением в груди, используя свой фокусатор. Целебное зеленоватое свечение окутало торс курсанта.

Вскоре лицо Гарина вернуло цвет, и парень оживился.

— Ну и? Кто это вас так отделал, виконт? — поинтересовалась княжна Морозова.

— Почему сразу меня отделали? — фыркнул Виктор, закашлявшись. — Видели бы вы моего противника!

— Не увиливайте, Виктор. На кого это вы наткнулись в Ниргалу? Не пираты ведь?

— Просто попал в варп-шторм по пути. Ничего особенного, — пожал тот плечами.

— А это прибило к вашему иллюминатору волной бури? — помахал Марков изъятой насекомовидной конечностью.

— Да, какой только мусор не приносит прибой…

— Курсант Гарин, если системе Ниргалу угрожает опасность со стороны Роя, вы обязаны доложить по всей форме! — строго проговорил капитан. — Приказ старшего по званию!

— Рой наши системы не побеспокоит, — хмыкнул Гарин, уйдя от прямого ответа. — Можете не переживать. Сказать я могу лишь одно: это был знатный бой!

Марков вздохнул. Ох уж эти адреналиновые высокородные отпрыски, играющие в героев. Капитан не представлял, где Гарин наткнулся на корабль Роя. Возможно, одно из разведывательных судов колонии курсировало по Ниргалу, собирая информацию. Гарин ведь ранее уже демонстрировал, что умеет обнаруживать разведчиков дейров. Только на этот раз сражение протекало не столь гладко. Офицер не мог толком устроить взбучку сыну самого графа Гарина, чем негодник охотно и пользовался.

— Полагаюсь на ваше слово, — проговорил офицер, смирившись. — Надеюсь, вы откроете нам подробности случившегося. Иначе госпожа интендант будет крайне недовольна тем, что очередной корвет академии выведен из строя на ровном месте. «Во время варп-бури», как вы утверждаете…

Гарин скривился. Наверняка, представил, как ему придется писать долгую объяснительную Носовой. Но сдаваться не спешил.

— Справлюсь!

[Скайли Морозова, командор космофлота]

— Командор, я получил первичные отчеты от обследователей материнского корабля!

Женщина в военной форме со светло-голубыми волосами повернулась к подчиненному:

— Что-то интересное?

— Посмотрите сюда, ваше высочество…

— Пока мы на службе, я — командор, а не высочество! Сколько раз повторять?

— Прошу прощения, командор. Здесь отчеты епископа. В обломках материнского корабля Роя были обнаружены явственные следы стихии Хаоса. Кто-то целые тоннели проделывал. Возможно, на небольшом корабле.

— Падший сражался с Роем? — приподняла брови женщина.

— Выходит, что так. Прямо у нас под носом!

— Значит, он мог и реактор вывести из строя, — протянула Скайли задумчиво. — Помог нам одолеть жуков…

— Командор, но зачем это падшим?

— Мотивы служителей Хаоса может понять лишь другой падший, — фыркнула Морозова. — Возможно, он просто развлекался и проверял свои силы. Доложите адмиралу и ужесточите контроль пространства в системе. Нельзя допустить, чтобы падшие проникли на один из наших кораблей!

[Виктор Гарин]

Как и ожидалось, встреча получилась сумбурной. Но рассказывать о том, что я шнырял по материнскому кораблю Роя, вовсю пользуясь Хаосом, я, разумеется, не собирался. Жаль, что мне не удалось как следует разжиться частичками души с инсектоидов. Приходилось действовать быстро. Разве что с убитых мной теургов немного набрал ресурсов для развития своих поясов.

Кирхе милостиво исцелила основную рану в торсе. Я, наконец, задышал полной грудью и почувствовал себя лучше. После чего смог подняться, дабы направиться в сторону лазарета в сопровождении инквизиторши. Ученица Морозова, так и не утолив свое любопытство, вернулась к патрулированию системы. Марков перешел на флагман отделения, оставив меня в покое.

— Эй, что вы планируете делать с корветом? — уточнил я у техников, которые оценивали повреждения.

— Корпус на переплавку, скорее всего. Будем снимать все уцелевшее на запчасти!

Какими бы я ни пылал приятельскими чувствами к своему судну, все же привязываться к куску устаревшего железа глупо. Тем более это не элитный корабль с графских верфей, а рабочая лошадка. Он свое дело сделал, так что теперь детали учебного корвета послужат для других нужд. Осталось только забрать изготовленные лично мной потоковые орудия. Техники космической станции обещали все уцелевшее погрузить на наш эсминец, чтобы спецы из академии могли поставить запчасти на другие учебные корветы Академии. Поблагодарив корабль за службу, я отправился в лазарет и отдался в чуткие руки Кирхе.

Следующим надо, определенно, будет сделать ей нормальный целебный фокусатор. С возможностью не только ускорять регенерацию тканей, но и восстанавливать утерянные части тела. Раз уж преподобная сестра отставать в ближайшем будущем от меня не планирует, будет полезно дать ей инструменты получше. О своем здоровье позаботиться в каком-то смысле.

Рейдом в целом я был вполне доволен. Лучше, конечно, отправляться на аналогичную вылазку на специально сконструированном малом истребителе, а не на полноценном корвете. Но в жизни все редко идет по планам. Надо уметь работать с тем, что есть. Хаос, вдоволь наевшись беспорядочными авантюрными выходками, умиротворенно затих. Можно было бы заняться ремеслом или еще чем-то полезным теперь. Жаль, что до конца триместровой практики еще несколько дней, а мастерской под рукой нет.

На следующее утро по галактическому времени Кирхе закончила лечение моего плеча, а медики помогли восстановить организм, потерявший много крови. В общем и целом, я чувствовал себя вполне сносно, учитывая перенесенные повреждения. Бросаться на материнский корабль Роя бы не стал, но заниматься патрулированием способен.

Поменял скаф на новый. Одна из дюз реактивного ранца получила сильные повреждения при бое с муравьиным теургом, но, в целом, жилет работал. Надо будет отремонтировать по возвращении. Приведя себя в порядок, я предстал перед непосредственным командованием.

Марков долго глядел на меня задумчивым взглядом. Затем глубоко вздохнул:

— Если бы вы не вернулись, виконт, ваш отец был бы крайне недоволен сим фактом. Губернатора Ниргалу действительно было необходимо убивать?

— Законы Рунтара… — начал было я.

— По закону приводить приговор в исполнение должны ответственные органы, а не курсанты Княжеской Академии, — перебил Марков. — Ладно, вы — взрослый человек. Раз готовы нести полную ответственность за свои поступки, дерзайте. Готовы вернуться в строй?

— Полный порядок!

— В таком случае вы займетесь патрулированием Тукаялсо вместе с остальными проштрафившимися.

— Слушаюсь!

Марков, судя по всему, был удивлен моей покладистостью, но спрашивать не стал. Мне действительно хотелось сделать передышку. Хаос более не требовал крови. Спокойное, размеренное и ленивое окончание практики вполне меня устраивало.

Еще день ушел на то, чтобы техники смонтировали мои старые фокусаторы на другой корвет. К счастью или нет, но на несущем эсминце имелся один запасной корабль — тот самый, что принадлежал Ларионову. Его мне капитан и выделил. Техники по моей просьбе заменили орудийные фокусаторы. Все остальное осталось прежним. То бишь, хаотическую защиту лучше на нем не применять, не то глифы оплавятся. Маскировка же была универсальной, поэтому ей пользоваться можно. Иронично, но я мог применять Хаос при маскировке даже рядом с союзными силами. Они ведь толком не поймут, что за энергия использовалась внутри этого черного кокона. Слабые эманации Хаоса же можно элементарно спутать с возмущениями варпа. Подпространство полнилось откликами и волнами хаотических энергий, поэтому на мою маскировку никто не обратит внимание.

В целом же чувствительность к определенным стихиям повышена у родственных теургов. Падший падшего почует издалека, воднику легче заметить Воду, огневику — Огонь, молниевому теургу — Молнию. В остальных случаях сложнее. Одна из причин, почему мне было намного легче ориентироваться в варпе и волнах родственной стихии. Ведь именно на глубоких слоях таится Хаос.

Я подчинился приказу командующего и вышел в патруль вместе со всеми. Постепенно приноровился к новому учебному корвету, который закрепили за мной. На управление тот откликался чуть шустрее, да и реактор сбоил реже. Вскоре я привык работать в команде. С княжной-ученицей мы хорошо общались и ранее, так что быстро нашли общий язык. Офицеры фрегатов действовали достаточно профессионально и соблюдали субординацию. Вот троица курсантов, которых оставили здесь в наказание, порой саботировала приказы. Опаздывала на мероприятия, проводя время на Тукаялсо-прайм, и ленилась ставить маскировку при патрулировании. Постоянно забивали эфир левыми переговорами. А порой и откровенно дрыхли во время засад с использованием фрегатов подавления.

Кирхе и Марков, конечно, устраивали им взбучки, но помогало ненадолго. Раздолбай, он и в иной галактике раздолбай. Я относился к патрулированию тоже спустя рукава, ведь система считалась безопасной. Если бы крупные силы Роя вздумали пробираться к нам, разведка бы донесла. Вот залетное судно Жнецов вполне могло к нам заявиться, но это мало кого волновало. Полностью не расслаблялся, поддерживая на себе маскировку во время засад.

Сами вылеты длились примерно дней десять, еще столько же уходило на перелет туда-обратно. То бишь, триместровая практика растягивалась почти на три недели. И так три раза в год. Приличную часть учебных часов отжирали. Боевых теургов активно гоняли по галактике, знакомя с порядками в различных системах. Оно и для меня полезно. В ремесленном университете мне было бы сложнее утолять свои хаотические наклонности.

С инквизиторшей у нас состоялся еще один разговор, в ходе которого Кирхе пыталась выяснить, с кем же я схлестнулся и не связано ли мое поведение с влиянием Хаоса, но ей ничего добиться не удалось. Я держался версии с разведчиком Роя, с которым столкнулся на окраине Ниргалу. Хладнокровная резня в пиратском логове с ликвидацией губернатора ей тоже не пришлась по душе. Каждый вечер мне приходилось участвовать в корабельной церковной службе, петь осанну Звездному Покровителю и выслушивать нотации. Впрочем, я понимал необходимость Святой Инквизиции. Они не просто так были созданы и не по слепой прихоти присматривали за теургами. Без контроля падшие способны натворить страшных дел. Ввергнуть целые империи в пучину хаоса и страданий.

Вылеты стали достаточно рутинным занятием. Мы либо вылетали в патруль, либо дежурили на одном из направлений. Фрегатам подавления не хватало мощности, чтобы прикрыть всю систему Тукаялсо, так что мы меняли дислокацию периодически. Закрывали чаще всего те направления, которые вели со стороны периферии, дабы залетные жуки не пожаловали.

Пришли радостные сведения из новостей телетерминала. Силы рунтарского флота освободили многострадальную систему Кантельма. Колония разбита, корабли Роя уничтожены. Не зря жилы рвал! Про взрыв материнского корабля ничего конкретного не упоминали, но я и не гнался за славой. Разумеется, никто вывозить оставшихся жуков с планеты не собирался, так что остается старый добрый геноцид или всеобщая аннигиляция. Примерно так же Рой поступил и с людьми, когда вторгся в систему. Так что все брошенные на произвол жуки будут безжалостно раздавлены. Еще много лет предстоит потратить на то, чтобы привести Кантельму-прайм в порядок.

Вылет на периферию помог мне немного понять современные расклады. Раньше угроза исходила в основном от сопредельных империй. Теперь же Рунтару приходилось держать огромные силы на периферии, защищаться от Роя. До меня дошли слова Морозовой о Князе. Действительно: попытаешься дать ответ дейрам, и периферия оголится. И наоборот. Вот и приходится Князю балансировать меж нескольких зол, выбирая из них меньшее.

В последний день учебной практики мы, как всегда, дежурили на окраине Тукаялсо. На этот раз тормозили корабли, летящие со стороны империи. Охотились на вероятных контрабандистов. Здесь могли возить легальный груз без торговой лицензии, либо запрещенные товары вроде тех же дурманящих средств или рабов. К сожалению, в некоторых отдаленных системах до сих пор процветала работорговля. Те же дейры охотно покупали людей для того, чтобы они трудились на непопулярных или опасных работах. У нас этим обычно занимались живучие гоблины. Не сказать, чтобы они совсем жили в рабских условиях в Рунтаре, но прав было меньше. С людскими планетами их не смешивали.

Морозовой нравилось играть роль таможенного инспектора. Она самолично обследовала груз и пассажиров судов, попавших в нашу западню-воронку. С нами в кооперации принимало участие несколько кораблей ординарного космофлота, которые помогали в обыске и допросах. Иногда и я осматривал экипаж или пассажиров на момент хаотических эманаций. Но никого толком не попалось в мои сети.

Я уже предвкушал возвращение в родную мастерскую Академии, однако рутинный рабочий день совершенно внезапно преподнес нам крайне неприятный сюрприз.

В воронке подавления вдруг начали всплывать крупные суда в большом количестве. Среди них я насчитал несколько эсминцев, фрегатов, а также один крупный крейсер. Причем потрепанный. По огромным пробоинам и запененным наспех участкам обшивки было хорошо заметно, что корабли побывали в серьезной передряге. Мы слегка напряглись, но затем заметили знакомые эмблемы на обводах корпуса.

— Наши, рунтарские суда! — заявил один из офицеров с фрегата. — Чей герб?

— Герб Актобы! Это барон Керн…

Договорить военный Академии не успел. Главный калибр крейсера исторг массивный эфирный сгусток и сразил не успевший отреагировать фрегат. Один из наших кораблей практически сразу был уничтожен потоковым огнем.

Потрепанные в боях с дейрами остатки флота взбунтовавшегося барона Кернье! Что он забыл здесь, в далекой периферии, клятый мятежник⁈

Глава 12

Следуя стандартным процедурам при засадах с помощью подавления варпа, я держался под хаотической маскировкой, пока другие силы проверяли входящие корабли. Первый порыв был — наброситься на проклятых бунтовщиков. И в ином случае Хаос мог бы поддержать данное желание. К счастью, свой голод до разрушений удалось утолить несколькими днями ранее, так что на рожон я бросаться не спешил. Разумом понимал, что одолеть войска барона Кернье мне в одиночку не удастся, как бы я ни старался.

В теории можно было провернуть схожий трюк с крейсером: проникнуть внутрь и сдетонировать реактор. Но здесь имелась одна проблема. Помимо крейсера, вокруг сновала куча судов разного калибра: от фрегатов до корветов. Я просто не смогу всех их перебить, даже если начну в открытую пользоваться Хаосом. Мощи потока не хватит.

— Всем курсантам: немедленно отступаем! — прилетел приказ с выжившего фрегата от старшего офицера.

За ним в погоню отправилось несколько кораблей. Защита фрегата едва сдерживала многочисленные попадания эфирных снарядов. Суда проштрафившихся курсантов отреагировали правильно и начали удаляться от врагов. Юркие корветы академии было сложновато догнать фрегатам и тем более крейсеру. Однако у барона Кернье имелся целый выводок истребителей, которые быстро сели на хвост незадачливым студентам.

— Недоумки… — пробормотал я. — Держали бы маскировку, как того требуют инструкции…

Скрыться от направленных радаров и внимания теургов они уже не могли. Курсанты спешно напитали эфирную защиту и принялись разбегаться. Я же медленно дрейфовал в ординарном пространстве, наблюдая за происходящим. Ситуация была крайне неприятной. В том плане, что среди союзников находился один человек, который был мне небезразличен. Как бы я ни старался держать дистанцию, успел слегка привязаться к ученице. Во мне не было уверенности, что я смогу остаться в стороне, если барон атакует Софию. Именно от подобных выкрутасов должен был защищать Кодекс Варпа. Но жизнь вносила свои коррективы в любые планы.

Морозова же не успела толком отреагировать на появление недружественных сил. Во время их появления она занималась осмотром грузового корабля, который ранее попался в наши сети.

— Это ловушка! — раздался по рации гневный голос княжны. — Здесь люди барона!

— Так вы полезли проверять наживку лично, ваше высочество? — проговорил по общему каналу язвительный голос. — В таком случае остальные корветы нас не интересуют. Скорее хватайте княжну. И обязательно живой!

— Попробуй, ублюдок! — выругалась София, тяжело дыша. Похоже, у них там шел бой. Во время практики телохранители не могли ее прикрыть. Впрочем, они бы ничего не смогли сделать против целого флота. — Мой отец раздавит тебя, словно насекомое, барон Кернье!

— Князь — трусливое брехло, которое не помогло в защите Актобы! — Аристократ принялся выплескивать всю накопившуюся злобу. — Ему не место на троне Рунтара! Править должны истинные наследники Талоранской империи, а не убогие выскочки! Время Морозовых уходит!

Очень хотелось выйти из тени и прийти на выручку Софие, но я понимал, что уйти мне не дадут. Корабль-приманку окружило больше десятка кораблей разных классов. Крейсер также подлетел ближе. Слова барона Кернье в какой-то степени меня обнадежили. Все-таки явился он сюда не за тем, чтобы отомстить мне, палачу его сына, а захватить среднюю княжну в заложники. И каким-то образом насолить Великому Князю. И раз они желают взять Морозову живой, то мне стоит действовать осмотрительнее, а не бросаться сломя голову.

Корабли Ахазина и Немова разорвались красочными разрывами. Двоих курсантов догнали. Мятежники жалеть студентов Академии не стали. Несмотря на то, что те не имели прямого отношения к Великому Князю. Совершенно обезумели после потери Актобы. В какой-то степени я их прекрасно понимал. Падение Талоран-прайм серьезно ударило по моей психике, даже к Хаосу заставило обратиться. Тем не менее прощать выходки бунтовщиков было нельзя. Вердикт для них оставался один: смерть.

А вот третий курсант по фамилии Шуман сумел повредить догонявший его корвет и уйти от погони. Отойдя на достаточную дистанцию от устройств подавления, курсант выскочил в варп и унесся в сторону ставки. Скоро в этом месте должен появиться рунтарский флот. Вот только барон вряд ли собирался задерживаться и давать полноценный бой.

— Княжна у нас! Ошейник нацепили.

— Про суда не забудьте, — напомнил один из людей Кернье. — Нам любой целый корабль пригодится.

— Да!

— Заканчивайте, — обронил сам барон. — Уходим через три минуты!

Я слегка расслабился, узнав, что София жива. Но иринитовые рукояти не бросил. Хаотический поток продолжал поступать в маскировочную сеть, создавая вокруг моего корабля непроницаемый черный купол. Излучение проникало внутрь, но наружу уже не выходило, уничтожаясь односторонним эфирным барьером. Главное теперь — это держаться подальше и не попасться под лучи направленного активного радара или не встретить чуткого теурга. Маскировочный кокон не был предназначен для того, чтобы отражать серьезные потоки излучения. Так что направленный пучок мог пробиться через эфирную пленку и выдать мое местоположение. Впрочем, весь окружающий космос толком не просветишь, особенно если корабль держится на удалении в несколько десятков километров. Все равно что с завязанными глазами попасть стрелой в угольное ушко на дистанции в сотню метров.

Я перевел реактор в режим пониженной генерации, дабы его излучение случайно не пробилось через маскировочную сеть. И затих, следя за действиями врага.

Актобцы отключили устройства подавления и начали уходить в варп. В отличие от выхода, прокол пространства можно засечь радарами, стоит на тебе маскировка или нет. Но в том случае, если шла буря или другие корабли проваливались в варп, можно было легко затеряться в волнах возмущений. Я ушел вместе со всеми в подпространство, после чего двинулся следом. Флот барона набирал скорость, я не отставал.

Словно безмолвная тень двигался за мятежниками, похитившими княжну Морозову. И мою ученицу по совместительству. Софию надо выручать, но в одиночку выстоять будет непросто. Торопиться не следовало. Необходимо либо вызвать подкрепление, либо тайно проникнуть на флагманский крейсер барона Кернье, на который и доставили похищенную наследницу.

Судя по оговорке в общем канале, на нее нацепили ошейник. По сути, методов ограничить поток у теурга не существовало, ведь эфир всегда превосходил материю. Единственный вариант, который смогли придумать, — это ошейник со встроенным детектором потока. Как только теург начинает хотя бы немного концентрировать эфир, датчик это замечает, и ошейник дает мощный разряд тока. Вплоть до полной отключки носителя. Достаточно болезненные ощущения, которые быстро отучают теурга делать новые попытки взломать ошейник.

Чего барон Кернье хотел добиться, неясно. Великий Князь Эйгор Морозов вряд ли пойдет на поводу у мятежника, даже если на кону будет стоять жизнь дочери. Впрочем, я характер правителя Рунтара не знал, так что могло быть все что угодно.

Вскоре я пристроился в хвосте процессии и чуть сбоку, дабы не маячить ровно сзади. Флот актобцев двигался на втором слое варпа куда-то ближе к центру галактики. Сделали вояж к периферии, захватили княжну, и теперь возвращались с добычей обратно. Приходилось постоянно корректировать скорость и курс, дабы не отстать от флотилии.

Разумеется, хаотическую маскировку я не отключал, иначе бы меня сразу заметили. Для чего требовалась почти постоянная подача потока в систему через иринитовые рукояти. К сожалению, эфир в материальном мире не мог существовать долго и стремился вернуться в родное измерение. Лишь на несколько десятков секунд я мог бросать поводья, дабы сходить в туалет или поделать другие дела. Передвигался бегом от главных рукоятей до запасных, что были разбросаны в стратегических местах.

Перелет продолжался долго. Спустя сутки и я начал клевать носом. При этом отпускать рукоятки или отставать было нельзя. Флот исчезнет в космической пустоте, попробуй разыщи. На помощь мне снова пришел особый транс, которому я когда-то научился у огров. Нормального отдыха он не давал, но хотя бы немного разгружал уставший разум. Сфокусировавшись на внутренних поясах Огня и Хаоса, я провалился внутрь себя. Вскоре время полетело стремительно. Иногда я выныривал на поверхность и корректировал курс, поскольку погрешности при передвижении в варпе накапливались всегда, как бы точно ты ни выставил направление изначально. Такой себе отдых, но иначе бы я точно вырубился в пути и упустил гадов.

На третьи сутки потрепанный флот барона Кернье достиг «темной» системы. В центре находилось потухшее черное солнце, на поверхности которого лишь изредка вспыхивали огненные сполохи. Света карлик давал мало, так что заметить его можно было лишь при сближении. Актобцы явно знали координаты данного места, слишком уж уверенно проложили путь. Вокруг черной звезды вращались крупные астероиды, но до звания планеты не дотягивали. Пустая система, которая империю не заинтересовала.

А вот другие личности решили здесь обосноваться. Неподалеку от одного из астероидов обнаружилась космическая станция, не подающая никаких сигналов. На астероиде трудился добывающий корабль. Скорее всего, изымал лед из горной породы. Вода затем использовалась как в питье, так и производстве кислорода — двух наиболее активно потребляемых любым поселением ресурсов.

Такие базы называли блуждающими станциями. Они легко могли стать пиратским логовом, если их захватят мутные личности. Но существовали и такие убежища, которые старались блюсти негласный кодекс. В подобных местах привечали почти любых изгоев: контрабандистов, разбойников и даже падших. Существовало одно главное правило: внутри объявлялось перемирие, так что старые враги должны были забыть былые обиды. Запрещалось давать координаты убежища властным структурам. Империя не слишком любила блуждающие станции, но искоренить их подчистую не могла. Координаты подобного места добыть непросто, к тому же станция нередко меняла дислокацию.

Аластор Ройс после изгнания провел в подобных местах много времени. Изготовленные мною ремесленные изделия я обменивал на топливо, провиант и запчасти к кораблю. Бесконечно без техобслуживания и заправки по космосу рассекать не выйдет. Вот и шайка Кернье решила сделать остановку, чтобы заправиться. Счета в имперских банках ему, наверняка, заблокировали, но, думаю, ценности с Актобы перед вторжением дейров он вывезти успел. Наиболее ценным твердым материалом являлся иринит. Также порой для обмена использовали тритиевые капсулы, которые применялись в качестве топлива в реакторе.

Флот Кернье пристыковался к блуждающей станции, я же остался на удалении. Можно было бы попробовать проникнуть на базу самому, если бы я не плавал на военном рунтарском корабле, который сразу вызовет вопросы как у владельцев станции, так и у гостей с Актобы.

Я не знал, как долго барон пробудет на станции, но, скорее всего, задерживаться они не будут. Мне следовало торопиться. Пробовать ли послать инфо-капсулу с текущим местоположением барона? Но пока бот доберется до обитаемой системы, пока рунтарцы развернут флот и прибудут сюда… Пройдет слишком много времени. Следовало действовать самостоятельно.

Благодаря утоленной жажде разрушения я мог сохранять здравый рассудок и выжидать. Я примерялся к астероиду, на котором буровой корабль добывал лед. Подумывал, не спрятать ли корвет где-то в тени массивного тела и попробовать без него пробраться на базу. Рискованная затея. Или угнать этот самый харвестер? Его должны пропустить внутрь.

Пока я рассматривал разные варианты, неподалеку от потухшего солнца в ординарное пространство вышел еще один корабль. Судя по сигнатуре, баржа, явившаяся с иного направления. И, скорее всего, с бароном Кернье не связанная. Грузовое судно принялось неспешно набирать ход, развернувшись прямо в сторону космической станции. По всей видимости, доставляла припасы на блуждающую базу.

Вариант интересный, но я не был уверен, что пилот пойдет на сотрудничество. Он может поднять тревогу, и тогда операция по проникновению пойдет насмарку. Зато можно попробовать найти лаз во время разгрузки. Баржа являлась ординарной. То бишь, не имела потокового вооружения. Как и чутких радаров.

Я отлетел за астероид и спрятал учебный корвет в одной из шахт, которые выдолбил в небесном теле харвестер. После чего деактивировал реактор, отключил маскировку корабля и принялся готовиться к вылету. Взял на всякий случай компактный бластер, мини-радар и кое-что из аварийного набора. Скрыл нашивки империи на своем скафе и подключил наполненный кислородный баллон к шлему.

Затем выскочил в открытый космос. Несколько секунд позволил себе полюбоваться бескрайней пустотой и звенящей тишиной ординарного пространства. Меня окружало темное ничто, изредка подсвечиваемое огоньками далеких звезд. Не скажу, что чувствовал себя уютно в открытом космосе. Некоторый дискомфорт возникал, ощущение беззащитности и собственной хрупкости. Будто песчинка в бесконечной круговерти пространства. В корабле — другое дело. Тем не менее, величие вселенной завораживало.

Насладившись видами первозданной черноты, подал огненный поток в реактивный ранец и понесся в сторону блуждающей станции. Которая курсировала примерно в полутора тысячах километров от астероида. Пустяк по космическим меркам и приличное расстояние, если передвигаться пешком. Впрочем, набирать скорость в вакууме было несложно. Реактивный выхлоп из дюз медленно, но верно разгонял одинокого космического странника. Я достиг скорости в несколько километров в секунду, что посчитал достаточным. В определенный момент принялся за торможение. Блуждающая станция быстро приближалась, и вскоре я мог ее наблюдать воочию, а не только на радаре.

Само собой, личную хаотическую маскировку я не снимал. Даже такое небольшое тело, как летящего человека, радары станции могли заметить. Черное пятно же никакой наблюдатель со стороны обнаружить не сможет. Рассчитал так не специально, но совпало удачно: крупная баржа пристыковалась к станции аккурат за несколько минут до моего прибытия. Занятно, что на борту грузового судна виднелся герб торговой гильдии Лаверно. Видимо, они не гнушались даже такими темными делишками заниматься, как торговля с преступным отрепьем в блуждающем логове.

Издали я осмотрел многочисленных гостей станции. Здесь присутствовали не только мятежные суда, но и другие посетители. Некоторые из кораблей барона держались на расстоянии от станции. Флагманский крейсер был пристыкован. Как и любопытный скоростной корвет с мощными протонными дюзами. Кажется, именно это судно догнало и уничтожило корвет курсанта Ахазина. У корабля имелся всего один орудийный фокусатор, но двигатели были массивнее, чем у моего учебного судна. Если мне придется срочно сваливать, то лучшего кандидата не найти. Сражаться с силами мятежника я не планировал. Главное — это выручить ученицу, а Хаос я и так утолил недавно. Осталось только получить доступ к скоростному корвету.

— Надеюсь, теперь даже Варгас не сможет не зачесть мне практику… — пробормотал я про себя.

Стараясь держаться подальше от иллюминаторов, я подлетел к переходному шлюзу между блуждающей станцией и грузовой баржей. Как и рассчитывал, возле главных ангарных створок имелся небольшой запасной люк. Запертый изнутри на задвижку. Немного покрутив потоковым клинком, я смог сломать стопор и открыть примитивный лючок. Запасной выход также был прикрыт протонной пленкой, так что разгерметизации не случилось. А ведь нерадивые дальнобойщики могли забить на обслуживание данного люка, и тогда бы воздух внезапно покинул грузовой трюм. К счастью, мне удалось проникнуть на баржу незамеченным и спрятаться за одним из контейнеров.

Искусственная гравитация была отключена, так что грузчики перетаскивали огроменные ящики вручную. Вяло переговариваясь между собой. Обитателям блуждающей базы явно не нравилось присутствие мятежного барона Кернье. Они надеялись, что бывший хозяин Актобы свалит в ближайшее время. Ведь, по сути, имеющимися силами Кернье мог бы при желании захватить саму станцию, нарушив негласный кодекс блуждающих убежищ. Насколько я понял, база называлась Старый Пилигрим. Здесь привечали всех, кроме рунтарских официальных лиц.

Маскировочный кокон глушил также и любые звуки, которые я издаю. Воспользовавшись моментом, я проскочил через протонную пленку ангара и перебрался на Старого Пилигрима. Настало время найти Морозову и вызволить ее из цепких лап мятежника.

Глава 13

[Барон Фриджес Кернье]

— Ваше сиятельство, вы действительно верите в то, что Морозов согласится принять ваш вызов на дуэль? — поинтересовался один из подчиненных офицеров.

— Если ему дорога жизнь дочери, согласится. Если нет… что ж, Великий Князь прослывет трусом, каким его и окрестили после потери Актобы, — откликнулся немолодой мужчина с пышными усами и слегка растрепанной бородой. — Еще один гвоздь в крышку гроба жалкого правителя, который недостоин стоять во главе Рунтара!

— У нас заканчиваются припасы и топливо, ваше сиятельство… — заметил гвардеец.

— Продайте все лишнее! Мы должны выгадать время.

— Но что, если Князь Морозов не примет условия дуэли? Какие наши дальнейшие планы?

— Похоже, вы не жаждете отомстить за сдачу Актобы, — недовольно рыкнул барон. — Так и быть: все желающие могут уйти к Акадской Теократии или в Шуань. Но для начала мы должны доставить Морозову как можно больше неприятностей! За родную Актобу!

— За Актобу! — раздался нестройных хор гвардии.

[Виктор Гарин]

Сверившись с доносившимися разговорами и стуком шагов, я проскочил из склада станции в общий коридор. Блуждающее логово было огромным. Многие части станции и не использовались толком. Космическая база была рассчитана на прием сразу десятков крупных судов. Ныне же к ней причалило около двух дюжин разных кораблей, половина из которых принадлежала флоту Кернье.

Подумав, я решил оставить затененный шлем скафа на месте, хоть атмосфера на станции поддерживалась пригодной для дыхания. Люди барона Кернье могли знать меня в лицо. Кто-то ведь руководил операцией по моей ликвидации на Рунтар-прайм. Да и, в целом, второй наследник графа Гарина являлся не последним человеком в империи. Аристократы старались быть в курсе всех регалий, титулов и внешности знатных персон.

Долго размышлял насчет эфеса. Среди бандитов и контрабандистов теурги встречались, конечно, но все равно на меня будут обращать внимание. С другой стороны, с эфесом под рукой я ощущал себя в большей безопасности. Так и не смог заставить себя убрать его в сумку.

Маскировку я снял, так что мои шаги отдавались гулким эхом в достаточно широком главном коридоре станции, что шел по всей окружности базы. Наружу отходили причальные коридоры, которые делали станцию похожей на стального колючего ежа. К ним пристыковывались корабли разных классов. Внутрь же уходили проходы к различным техническим, складским и досуговым помещениям. В блуждающей станции имелось много пустующих мест.

Наконец, я достиг точки всеобщего притяжения. Разумеется, это был главный кабак станции. Народу внутри было больше, чем я рассчитывал. Служебный персонал, разного рода темные личности, а также гости из Актобы, коих можно было узнать по одинаковым нашивкам и гербу на скафах. Свои нашивки я снял. К счастью, модель костюма Академии выглядела как стандартная и немного устаревшая, так что особых подозрений не вызывала. Да и военные скафы всякие проходимцы тоже доставали и использовали с большой охотой, поскольку они были качественными и стоили не сильно дорого. Кое-кто и, помимо меня, носил закрытые маски, так что моя маскировка не выделялась.

— Откуда явился, теург? — осмотрели меня с подозрением обитатели ближайшего столика, режущиеся в карты.

— С астероида прилетел, — хмыкнул я.

— Шутник, значит. У нас тут шутников не любят.

— Слушайте, народ, — сменил я тему. — Чей тот классный скоростной корвет, что пристыкован к станции?

— А тебе зачем? — помял во рту сигару заросший тип с массивным дополнительным подбородком.

— Вот думаю выкупить попробовать. Актобцы могут продать за бесценок!

— Данный корвет вряд ли. Это личный корабль адмирала гвардии Кернье — вон он за стойкой сидит. Гонтрас его кличут, кажется. Он командовал обороной Актобы.

— Чем Варп не шутит, — отмахнулся я. — Попробую!

— Поторопись, актобцы долго здесь не пробудут.

Меня проводили подозрительными взглядами, но окликать не стали. Адмирал Гонтрас восседал за барной стойкой в компании офицеров рангом поменьше. Коротко стриженые седые волосы, суровое лицо с сеткой глубоких морщин и недельной небритостью. Судя по всему, командующий гвардией успел прилично налакаться за то время, что флот стоял у блуждающей базы. Знакомая фамилия. Не удивлюсь, если род Гонтрасов тянется со времен Талоранской империи. Впрочем, никаких ностальгических чувств я к старому вояке не испытывал. Мятежников, как и пиратов с падшими, ждет лишь одна участь — смерть.

Я присел сбоку за стойку от их компании, раздумывая, как бы выцепить этого адмирала на приватный разговор.

— Бесхребетный выродок — этот ваш Морозов! — раздался пьяный голос Гонтраса. — Была бы моя воля, скрутил его в бараний рог!

— Господин адмирал, как думаете, он примет вызов на дуэль от его сиятельства?

— Нет! Слишком труслив! — фыркнул Гонтрас, опрокинув еще рюмку горячительного пойла. — Свою жизнь он ставит много выше жизни дочурки!

Так они похитили Софию, чтобы попытаться вызвать Князя на поединок чести? Сомневаюсь, что Морозов рискнет собой ради чада, поставив Рунтар в столь шаткое положение.

— Охотиться на семью обидчика — подлый поступок, который ведет к Хаосу, — заметил я недовольно.

— Зато поганец поймет, каково это — терять родных, не в состоянии ничего поделать! — разъярился адмирал, чуть ли не брызгая слюной. — Вся моя семья погибла при эвакуации на транспорте для высокородных семей! Клятые дейры перехватили и уничтожили беженцев!

— Тогда почему вы вините Князя, а не дейров? — заметил я.

— Ты еще откуда выскочил, прыщ ходячий? — пьяно выдал Гонтрас. — Зачем под маской прячешься? Мы на блуждающей станции, здесь царит перемирие!

— Примелькался я в определенных кругах. Лучше не давать лишний повод недругам…

— Слабак. С врагом надо встречаться лицом к лицу!

— Именно поэтому вы напали на дочь Князя? Сильны, ничего не скажешь!

— Ты нарываешься, скиталец! Следи за словами! — рявкнул один из офицеров, положив руку на рукоять бластера.

— Мы дали Князю мотивацию, — оскалился адмирал. — Следующий шаг за ним!

— Куда вы дели княжну? — задал я вопрос.

— На крейсере ей выделены «гостевые покои»! — с сарказмом заметил тот. — Тебе-то какая разница?

— Пока вы охотились за наследницей престола, бравый флот империи сражался с Роем. И сумел отбить Кантельму! — продолжил я наседать.

— Кому нужна эта гнилая Кантельма⁈ Там никого не осталось, кроме поганых жуков! При этом Князь сдал Актобу, на которой проживали сотни миллионов людей! Ему плевать на лордов, которые не лижут ему сапоги! Плевать на собственных граждан!

— Умело вы оправдываете собственную ничтожность, — хмыкнул я.

— Попридержи язык, салага!

— Вы-то почему еще живы? Почему не стояли до конца на защите родной системы?

— В нашей смерти не было чести! — возразил один из военных.

— Вы такое же трусливое брехло, как и барон Кернье! — скривился я.

— Сударь, вы не оставили мне иного выбора! — поднялся адмирал Гонтрас, пошатываясь. — Хоть на блуждающих базах запрещены распри… Я вызываю вас на поединок чести и достоинства! До смерти!

— Так его, господин адмирал! — поддержали младшие офицеры.

— Я бы принял ваш благородный вызов, вот только что после этого со мной сделают ваши люди?

— Актобцы — люди чести! — возразил адмирал.

— Если вы жаждете боя, отошлите людей. Сразимся один на один! — предложил я.

— Будь по-вашему!

— Но, господин адмирал…

— Прочь! Я обязан проучить паршивца!

Думал, мне придется приложить больше усилий, чтобы вызвать Гонтраса на бой. Но напившийся адмирал сам жаждал битвы. То ли он по жизни был вспыльчивым, то ли потеря родины вывела его из себя, то ли алкоголь так влиял. Что странно, эманаций Хаоса я от него не ощущал. Похоже, адмирал сумел удержаться от падения. Но это ничего особо не меняло.

Офицеры покинули кабак и вернулись на свои корабли. Мы же с Гонтрасом отошли от питейного заведения и двинулись на поиски тихого закутка.

— Готовься к смерти, щенок! — Гонтрас отбросил мешающий ему шлем в сторону и активировал потоковый меч без предупреждения.

Ледяное лезвие столкнулось с огненным клинком. В разные стороны посыпались искры. Мы принялись кружить по проходу, стараясь зажать противника у стены. Гонтрас был нетрезв и двигался неуклюже. Ему помогали рефлексы — вбитая годами техника фехтования. А также тот факт, что по мощи потока он меня значительно превосходил. Переводить мощь эфира с атаки на защиту он толком не успевал, поэтому распределил примерно поровну и так и держал. При этом моего Огня не хватало даже на такой ослабленный барьер.

Выбора не оставалось. Я перевел Хаос на атаку, который подрос за последнее время немного, а Огонь оставил на защите. Мое лезвие сменило цвет с оранжевого на лиловое с красными вкраплениями. До полноценного хаотического алого оттенка было еще далеко, но прогресс был заметен.

— Отродье Хаоса! — Гонтрас даже протрезвел слегка. — Я уничтожу тебя!

Теперь дело пошло. Лиловое лезвие активно прорубалось через морозный контур адмирала. Старик начал сдавать позиции. Я старался не попортить скаф Гонтраса, поскольку планировал использовать для маскировки. Его костюм и шлем имели уникальный крой, а также многочисленные нашивки и знаки отличия. Адмирала с мичманом не спутать.

Чтобы разобраться с противником, я решил зажать его в тупиковом ответвлении. Наконец, Гонтрас решил пойти ва-банк и напитал морозное лезвие на полную катушку, снизив защиту. Синеватый клинок пронзил мой барьер и задел бок. Не удалось полностью уйти от атаки. При этом я воспользовался моментом. Адмирал не успел перебросить поток обратно на барьер, чем я и воспользовался. Махнул хаотическим клинком, прошил ослабленную ледяную защиту и срезал часть черепушки. Гонтрас рухнул на пол, эфес укатился в сторону.

Я поморщился и пощупал неприятную рану в левом боку. Часть торса получила серьезное обморожение, внутренние органы тоже задело. Прогнал через себя легкий разреженный хаотический эфир, который немного подстегивал регенерацию тканей. Все-таки Жизнь являлась одной из составляющих изменчивой стихии. Вот только исцелять себя без соответствующей тренировки и фокусаторов Хаосом слишком опасно. Велика вероятность стать самому искаженным, как та же Вилсана. Поэтому рану я надежно обработал заживляющей мазью из аварийного набора. Не смертельно.

Расстегнув магнитные застежки, я вытащил мертвое тело Гонтраса из скафа, после чего сменил наряд. Адмирал был чуть выше меня ростом, но это почти не бросалось в глаза. Параллельно не забывал подбирать разлетающиеся частички души. После гибели сильного противника осталось много лакомых эфирных компонентов.

Надел шлем и повесил его эфес к поясу, полностью представ в обличии убитого Гонтраса. Уверен, что рано или поздно его хватятся, так что следовало действовать быстро. Второго шанса у меня не будет.

Оставалось решить еще один нюанс. Взламывающего фокусатора я с собой не брал, а без него на чужой корабль или военное судно так просто не проникнешь. Обычно замки контролировались по отпечатку руки или пальцев. Вот только в замках стояли особые датчики, поэтому требовалась живая рука. Слегка теплая не подходила. Говорят, некоторые теурги стихии Жизни были способны временно оживить отрубленную конечность. Но Хаос подходил больше. Поэтому он повсюду оставлял наросты и живую плоть.

Давненько я данным трюком не пользовался. Придется вспоминать в ускоренном режиме. Сначала я решил потренироваться на левой руке. Отрубив конечность адмирала по запястье, принялся экспериментировать. Рука покрылась ожогами, чешуей, а ногти превратились в когти, но, наконец, мне удалось подобрать удобоваримый спектр эфира. Первый блин комом, но есть вторая рука. Главное, чтобы рисунок отпечатка не претерпел сильных изменений. Правую кисть я напитывал хаотическим потоком с большей осторожностью. В конце концов, мясо покрылось коркой свежей кожи, из которой потянулись червивые щупальца, а пальцы слегка зашевелились. Ключ готов!

Останки уничтожил эфирным пламенем, не оставив особых следов от тела. Бросив все нужное в заплечную сумку, я двинулся в сторону луча-прохода, который вел к пристыкованному крейсеру. В одной из начищенных до блеска поверхностей увидел собственное отражение. Пришлось потратить немного времени, чтобы счистить кровь адмирала с его скафа. Идеально оттереть не получилось, но время поджимало.

Рука слегка шебуршилась в сумке, и мне оставалось надеяться, что никто не обратит внимание на сей факт. Подумаешь, адмирал решил питомца завести. Я приблизился к шлюзу крейсера, рядом с которым виднелась панель для отпечатка руки. Достал кисть Гонтраса из сумки, подал немного хаотического потока, после чего приложил к панели. Шлюз сноровисто раскрылся, я едва успел спрятать руку в сумку. Ведь по ту сторону дежурила пара солдат-актобцев.

Парни вытянулись по струнке, когда я проходил мимо них с невозмутимым видом. Никто не окликнул, не спросил ничего. Сам я тоже решил помалкивать. Судя по всему, мне удалось пройти первичную проверку. Сердце мое бешено колотилось. Хаосу, конечно, нравилось больше всего рвать и крушить. Тайные проникновения были не совсем в его стиле, но убийство адмирала ему вполне пришлось по душе. Эх, хотел ведь отдохнуть и заняться ремеслом, а не гоняться за похитителями через пол-империи.

Мелькнула мысля, а не попробовать ли ликвидировать самого барона Кернье, которая очень приглянулась Хаосу. Все ж таки гад организовал покушение на меня, считая убийцей сына. Что мне, мягко говоря, не понравилось. Но бывший владыка Актобы, скорее всего, находился в главной рубке крейсера вместе с другими офицерами и теургами. Атаковать его — это самоубийство. О пропаже адмирала скоро узнают, так что времени терять было нельзя. Придется разбираться с ним при следующем удобном случае. Задавив поднявший голову Хаос, я продолжил исследовать флагманский корабль. Крейсер актобцев имел не самую распространенную компоновку, но в целом я мог ориентироваться по обозначениям и понимал, какой отсек за что отвечает.

Проходил и мимо коридора, ведущего к реакторной. Соблазн был велик. Однако Хаос еще не полностью затмил мой разум. Я понимал, что, если удастся высвободить княжну и дестабилизировать реактор, кто-то из актобцев, наверняка, спасется. И может поведать связную историю властям Рунтара о том, как проникший диверсант заразил реактор Хаосом. Мятежники мятежниками, но лишнего повода инквизиции лучше не давать. И так хожу по грани постоянно.

Наконец, на одной из нижних палуб крейсера я наткнулся на камеры для пленников. Здесь дежурило двое гвардейцев. Играть спектакль не стал и попросту прирезал обоих. Против теурга у ординаров не было шансов. Княжна София Морозова обнаружилась без сознания в одной из ближних камер.

[София]

Череда неудач слилась в единый мерзкий кошмар. Сначала засада на подставном судне, на которое она отправилась с проверкой, чтобы хоть как-то скрасить скуку патрулирования в достаточно безопасной системе Тукаялсо. Изменники империи устроили охоту именно на нее. София не собиралась сдаваться. Морозный клинок унес жизнь одного теурга и нескольких огров-штурмовиков. Помог тот факт, что ее хотели взять живой, за что и поплатились. Но затем один из сильных теургов молниевой стихии сумел прорвать ледяной барьер и оглушил девушку.

Очнулась она уже в камере с ошейником на шее. Все тело болело. София знала примерно, как работает устройство, но противиться естественной реакции не могла. Первым делом она попыталась разрушить устройство, подав разрушительный морозный эфир на ошейник. Тот откликнулся моментально, зафиксировав возмущение потока в теле. Сильный разряд пронзил все ее естество, София выгнулась дугой, после чего отключилась.

Спустя какое-то время ее привели в чувство и представили пред очи самого барона Кернье. Бородатый подонок пытался допрашивать девушку, узнать тайные слабости Князя и выведать сведения об империи.

— Вонючий мятежник! Предатель! — самое цензурное, что старый ублюдок услышал.

— Я ведь могу отдать тебя матросам на поругание. Многие будут не прочь отомстить таким образом за Актобу! Или… — черные глазки барона забегали, внимательно осматривая каждую деталь стоящего перед ним девичьего тела. — Я сам займусь тобой!

Возможно, Софии показалось, но в темных омутах на лице Кернье она увидала лиловые и красные искры. Которые могли говорить о том, что бывший лорд пал, отдав свою душу в лапы беспощадной хаотической стихии.

— Тобой займусь я! — рыкнула пленница и попыталась было применить морозный поток, однако ошейник бдел.

Удар тока, и чернота снова накрыла сознание девушки. Очнулась она в каюте для пленных. Больше ее не трогали. Только пара стражников развлекали ее историями, от них же она и узнала о планах барона. Попытаться выманить отца и устроить честную дуэль один на один. Сомнительно, чтобы Эйгор пошел на подобный шаг. Но, если разум Кернье объял Хаос, как и сознание его поганого сыночка, удивляться безумным выходкам не стоит. Самое ужасное, что за собой на дно барон тянет других офицеров и матросов актобской гвардии. Среди них могли быть хорошие люди, но они продолжают следовать приказам. Рано или поздно Хаос поглотит разум всего экипажа. Эпидемия варп-болезни будет расползаться словно зараза, чем дольше они будут пребывать в подпространстве.

Время шло, и мерное гудение двигателей начало, наконец, стихать. Корабль прибыл к точке назначения. Морозова предприняла еще одну попытку, на этот раз постаравшись применить самый мизер эфира. Но обмануть детектор ошейника и на этот раз не удалось.

— София, вы в порядке⁈

Удары по щекам привели девушку в чувство. Тело еще слушалось плохо после токовой терапии, а голова гудела. Расплывшиеся пятна перед глазами оформились в силуэт человека в скафандре с поднятой наверх маской. На нее смотрели обеспокоенные знакомые лиловые глаза.

— Виктор⁈ Как вы здесь оказались⁈

— Долгая история, но это не важно. Нам надо выбираться. Следуйте за мной и делайте, что я говорю.

— Надо снять мой ошейник!

— Нет. На крейсере слишком много людей. На мне маскировка адмирала Гонтраса, так что попробуем вывести вас тайно. За мной!

Ноги Софии еще подкашивались, а голова соображала слабо, так что девушка не стала задавать лишних вопросов. Ей не нравилось чувствовать себя беззащитной и беспомощной, однако план показался ей приемлемым. Со скованными наручниками руками она проследовала за проводником. Гарин в скафе адмирала выглядел достаточно внушительно. И не скажешь, что под маской шлема скрывается обычный курсант.

В какой-то момент ей почудилось, будто в сумке Виктора что-то шевелится, но девушка сочла галлюцинации последствиями шоковой терапии ошейника. Они уже были близки к выходу, однако на одном из постов охраны заподозрили неладное.

— Господин адмирал, куда вы ведете пленницу? — поинтересовался актобец.

— Распоряжение барона: перевод на другой корабль, — отчитался Гарин хриплым голосом, который искажался маской скафа.

— При всем уважении, мы никаких инструкций не получали… — переглянулись постовые.

— Барон не будет докладывать всем матросам!

— Постовые должны быть в курсе, — нахмурился один из них.

— Господин адмирал, что у вас с голосом? Снимите шлем…

Гарин снимать шлем не стал. Резво достал бластер из сумки и принялся палить по солдатам, не забыв выставить эфирную защиту. Первый получил смертельное ранение в грудь и упал, а вот второй успел выставить протонный барьер, который сдержал выстрел из бластера. Актобец подскочил к тревожной кнопке поблизости и вдарил по ней. Лишь спустя несколько секунд Виктор пронзил его потоковым мечом, пробив протонный барьер.

— Виктор, мой ошейник! — напомнила София. — Я помогу!

— Не сейчас! — отмахнулся он. — Возьмите бластер!

Морозова не поняла, почему нельзя снимать ошейник, ведь это потребовало бы нескольких секунд. И тогда бы она могла воспользоваться своими умениями теурга. Один поток хорошо, а два лучше. Однако Гарин понесся вперед, не став дожидаться. Впрочем, ошейник мог иметь защиту от взлома. Неизвестно, как именно он настроен. Не исключено, что в случае неудачи подавался смертельный заряд. Умирать княжне не хотелось.

София побежала следом за Гариным, который прокладывал себе путь вперед. Через переборки и явившихся по тревоге солдат. Морозова отстреливала ординаров, Виктор же сносил теургов. К счастью, до выхода оставалось недолго, и он встретил всего одного мастера потока на пути. Гарина слегка задело в плечо. Зато его противник оказался менее расторопным и потерял ногу. После чего перестал представлять серьезную опасность.

Гарин прорезал ход в заблокированном шлюзе, и пара выскочила наружу. Они оказались на какой-то странной станции. Снова по ним палили, но Виктор успешно отражал натиск. Актобцы падали один за другим. Девушка заметила, что виконт двигается скованно и постоянно держится за бок. Похоже, он был ранен. Нескольких противников и София записала на свой счет благодаря удачным выстрелам из бластера. Парочка пробежала по широкому коридору, оторвалась от преследования и свернула в один из проходов. София надеялась, что у Гарина есть здесь свой корабль и он сможет открыть проход.

Тяжело дыша, девушка остановилась перед шлюзом, чтобы перевести дух. Внезапно сзади, в районе шеи, почуялось какое-то дуновение потока. Ошейник активировался, и сильный удар тока пронзил тело. Бластер выпал из рук. Сознание погасло.

Мутный болезненный кошмар продолжался неизвестное количество времени. София выходила из забытья с большим трудом. Ее сильно трясло и что-то больно упиралось в грудь и живот. Разлепив кое-как глаза, девушка осмотрелась. Она находилась на борту дорогого, если судить по интерьеру, корвета. Корабль иногда потряхивало. Она сидела в кресле, а ремни безопасности сильно врезались в тело.

Судя по всему, Гарин, сидящий за управлением, пытался уйти от погони.

— Что… происходит… — проговорила девушка онемевшим языком.

Виктор резко повернул голову в ее сторону и посмотрел с крайним беспокойством. Словно не ожидал, что она очнется так рано.

— Скоро отстанут, ваше высочество…

София попыталась сфокусироваться на приборах. Должна же она чем-то помочь, а не висеть балластом. Виктор же вдруг бросил управление и потянулся в ее сторону. Потянуло потоком, и ошейник снова выдал мощный разряд. Разум Морозовой в который раз провалился во тьму. Унося с собой во мрак детскую обиду из-за проделок ее спасителя.

Глава 14

[Виктор Гарин]

Вытащить княжну без шума и гама не удалось. На обратном пути по крейсеру мы наткнулись на слишком дотошных вояк, которых устное объяснение не устроило. Пришлось прорываться с боем. Бой с теургом прошел не слишком элегантно. Я торопился, опасаясь, что подоспеют еще бойцы, так что атаковал с наскока. Гад задел меня в плечо и оставил болезненную морозную рану. Зато мой выпад лишил того ноги, так что мы могли продолжить путь.

На самой станции мы схлестнулись с несколькими актобцами, но, к счастью, те являлись ординарами. Другие обитатели и гости блуждающей базы не вмешивались в наши разборки. Мы ненадолго оторвались от преследования и достигли прохода к пришвартованному корвету адмирала Гонтраса. Я и ранее задумывался о том, как объяснить применение шевелящейся руки в сумке и взлом элитного корабля на ходу. Собственно, именно поэтому ошейник с княжны снимать не спешил. Не хватало еще, чтобы она начала задавать странные вопросы.

Возле шлюза я подошел к ней сзади и подал легкую порцию потока к шее. Ошейник сработал моментально и с помощью удара тока отправил Софию в бессознательное состояние. Я приложил отрубленную кисть Гонтраса к панели и получил доступ на корабль. После чего перетащил тело Морозовой в кресло второго пилота и зафиксировал. Раны от потоковых лезвий серьезно беспокоили, мешая нормально двигаться, но я постарался загнать боль куда подальше.

На кораблях Актобцев царила неразбериха. До них не сразу дошло, что отчаливающий корвет адмирала Гонтраса захвачен противником. Пока они принимали решение, я напитал маскировочную сеть стихией Хаоса и начал разгон. Еще одна из причин, почему Морозову лучше держать без сознания. Я планировал спрятаться от преследования с помощью запрещенной стихии, которую в такой концентрации теург внутри судна мог бы почуять.

К сожалению, сразу уйти не удалось. Актобцы быстро сориентировались. Несколько корветов и один фрегат пустились за мной в погоню. Меня вели с помощью направленного радара, который мог засечь даже скрытого в хаотической маскировке. Главное — это знать, куда направлять усиленный сигнал. Мне следовало оторваться от погони на приличное расстояние, чтобы радары меня потеряли.

Эфирные сгустки проносились мимо, грозя уничтожить юркий корвет. Аппарат действительно оказался классным. Не чета учебным судам Академии. Однако непрекращающаяся стрельба доставляла проблемы. Мне приходилось закладывать крутые виражи, дабы уворачиваться от смертоносных сгустков. Вместо защиты я решил положиться на маскировку, так что одно серьезное попадание могло положить конец авантюрному вояжу. Протонные элероны и рывки в разные стороны создавали определенное сопротивление и тормозили ход судна. Вражеские корветы и фрегат не отставали. Уйти в варп из-за устройства подавления я тоже не мог. Оставалось лишь на всех парах мчать прочь, рассекая ординарное космическое пространство.

По нарастанию эфирного фона я практически безошибочно определял направление следующего выпада. Больше всего проблем доставляли выстрелы из средних фокусаторов фрегата, которые размерами были много больше, чем снаряды корветов. Хотя бы стрелял он значительно реже.

Напряженная гонка продолжалась. Корвет трясся, когда я резко менял направление хода, инерциальные компенсаторы справлялись с трудом. Но расстояние от фрегата постепенно росло. Малые суда держались неподалеку, но, если фрегат отстанет, мне станет намного проще набирать скорость. Остальные корветы не могли соревноваться с элитным кораблем адмирала, который, к слову, был сделан на вервях Гариных. Я узнал это не только по внешним элегантным обводам, но и по управлению. Разобраться было не сложно, и память Виктора дала мне подсказку.

В отличие от уничтоженного корвета, подаренного отцом Гарина, данный малый корабль имел меньшую вооруженность, а упор был сделан на скорость. Вернее, на ускорение. Суда не могли ходить выше скорости света, так что предел у всех был примерно один. Правда, и к самой скорости света не приближались, поскольку для этого требовалось все больше и больше энергии приложить, да и другие сложности возникали с работой стандартного оборудования.

— Что… происходит… — раздался вдруг вялый возглас с соседнего кресла второго пилота.

Морозова пришла в себя! Не хватало еще, чтобы она учуяла хаотическую маскировку, которую я продолжал держать в надежде уйти от погони. Благодаря ней же преследователям было сложнее прицелиться.

Пришлось рискнуть и на несколько секунд отпустить штурвал. Я подобрался к креслу второго пилота и снова подал поток на ошейник. Софию выгнуло дугой, после чего девушка обмякла. Жестоко, но всяко лучше раскрытия моих секретов.

Следующий залп чуть не лизнул бок корабля, но я успел увести корвет в сторону. С новой силой я взялся за маневрирование. Видя, что оторваться не удается, я решил рискнуть и поступиться всем отвоеванным преимуществом. Чудовищные перегрузки вжали тело в кресло. Инерциальные компенсаторы работали на максимум. Заложив крутой вираж, я развернулся почти на 180 градусов. Направленные радары временно потеряли меня из своей хватки. Расстояние до фрегатов и других судов актобцев сократилось, но мне удалось уйти из поля зрения. Я принялся резко разрывать дистанцию. И чем дальше я удалялся, тем меньше шансов оставалось на повторное выявление радарами. Риск был велик, ведь при сокращении дистанции засечь меня становилось проще, но Варп миловал.

Мятежники остались в покинутом мной участке космоса, не представляя, в какую именно сторону я улетел. Суда растерянно разлетелись по разным направлениям. Однако космос велик. Шансы наткнуться на оторвавшееся от погони судно минимальны.

Еще долго я уходил из зоны действия подавителей, которые активировали актобцы. Пришлось покинуть систему с потухшей звездой. К-зонк! Лишь тогда возмущение подпространства спало, и я сумел проникнуть в варп. Вход корабля, наверняка, засекли, но отследить, куда именно мы направимся, они не могли при любых раскладах. Да и не догонят они скоростной корвет с верфей Гариных. Если только не погрузятся на глубокие слои варпа. В таком случае противник имел шансы прилететь к точке назначения раньше нас и устроить засаду где-то по пути.

Подумав, я нырнул на третий слой, чтобы наверняка избавиться от преследования. Несколько это опасно для неподготовленного сознания, знал, но полагал, что княжна справится. София — сильная девушка. Мне же падение не грозило благодаря аномальной защите.

Испытание я прошел успешно. Не ударился во все тяжкие, не пошел на поводу у Хаоса, который всегда жаждал разрушений и войны. Впрочем, текущая ситуация отличалась от прошлого скорбного раза, когда я потерял близкого мне человека и ударился в падение. Тоже княжну, к слову. Принцессу, если точнее, — дочь императора Талорана и невесту знаменитого Искусника Аластора Ройса. У меня получилось не привязываться к Софии так сильно, да и княжну оставили в живых. А если близкий человек жив, всегда есть шансы на спасение.

— Нельзя отклоняться от Кодекса Варпа…

Я, наконец, расслабился и снял хаотическую маскировку вокруг судна. Посмотрел в сторону безвольно висящей на ремнях девушки. Не слишком красиво поступил, но иного выбора не было.

Сверившись с созвездиями, некоторое время размышлял о том, куда держать путь. Разумным шагом было бы сдать княжну в ближайшей обитаемой системе. С другой стороны, до системы Рунтар оставалось не так далеко. Приняв решение, я сменил курс и направил корабль в сторону столицы. Вернем княжну прямо в крепкие отеческие руки. Учебный корабль я для себя уже списал. Барон будет искать, на чем я прилетел, и астероид проверят сразу. Немного жаль учебный корвет и потоковые фокусаторы, которые я разрабатывал лично, тратил свое время. Но ничего не попишешь. Сделаю новые. Размен все равно в мою пользу. Элитный корвет с верфей Гарина всяко лучше, нежели старый учебный корабль. Старуха Носова будет недовольна, однако возражать против спасения наследницы престола будет только безумец.

Наконец, выгадал время, чтобы обработать рану в плече и наложить повторный компресс на живот. Затем настроил себе доступ к кораблю, убрав все прежние разрешения. Еще шевелящуюся кисть адмирала выкинул в открытый космос через протонную пленку, избавившись от улик. Софию аккуратно перенес на одну из откидных коек, которые располагались тут же — на стене главной рубки. Все ради компактности. Благодаря таком расположению, а также другим успехам в миниатюризации корвет был на метр короче и немного меньше в сечении. Сразу видна разница в классе между гаринскими судами и обычным ширпотребом. Если его переделать, мог бы выйти неплохой линейный корвет…

— Демоны побери… моя голова… — донеслось со стороны спального места.

— Выпейте воды, ваше высочество, — подскочил я со стаканом.

— Спасибо… — кивнула она и жадно набросилась на воду. Утолив жажду, София переключила внимание на меня. В синие глаза возвращался разум и способность здраво рассуждать. — Виктор, что это было?

— Вы о чем?

— Вы ведь специально вырубили меня!

— Ах, это. Случайность, ваше высочество. Я потянулся к ошейнику, забыв отключить подачу потока. Случайная эманация задела ошейник. Уж больно чувствительные у него датчики.

София присела в постели и насупилась, принявшись буравить меня взглядом.

— Твои слова мало похожи на правду.

— Зачем мне лгать и для чего намеренно активировать ошейник? — пожал я плечами.

— Вот и мне интересно.

— Оставьте ваши грезы для кавалеров. Думаю, нам понадобятся сутки, чтобы достичь Рунтар-прайм.

— Сутки… — Морозова вгляделась в иллюминаторы, за которыми виднелся темно-серый космос. — Какой это слой варпа⁈

Глазастая.

— Третий…

— Слишком опасно! Особенно для вашей психики, виконт. Любому курсанту известно, что те, к кому приставляют инквизиторов, имеют склонность к Хаосу! Забыли про падение Кернье и Ларионова⁈

Я закатил глаза, но спорить не стал. В каком-то смысле она обо мне беспокоилась:

— Как пожелает ваше высочество…

— Б-домс! — донесся громкий треск со стороны устройства прокола пространства.

Корабль выкинуло обратно на второй слой. Космос слегка потемнел. Скорость передвижения наша значительно снизилась.

— Теперь одними сутками дело явно не обойдется…

— Вода и кислород есть? Не пропадем, — деловито заметила Морозова.

— Предпочитаете снизу или сверху, сударыня? — заметил я с ехидством.

— А вы, виконт? — ответила дама в схожей манере.

— Сверху…

— В таком случае нижняя койка за мной. Теперь поведайте мне, Виктор, каким, Покровитель побери, образом, вы сумели: выйти на след похитителей, пробраться на базу, найти наряд адмирала и проникнуть на крейсер?

— Это будет долгая история…

— А мы никуда и не торопимся, виконт.

Вздохнув, я принялся рассказывать мою версию, которая не сильно отличалась от реальной. Разве что следил за флотом я под огненной маскировкой, а не хаотической. Да доступ на корвет настроил заранее, взяв адмирала Гонтраса в плен.

— И целый флот не почуял вас под огненной маскировкой? — переспросила княжна с подозрением. — Сколько же дней вы летели за ними через варп?

— Долго, — сухо ответил я, подустав от допроса.

София умолкла. Затем поднялась с койки и подошла к креслу пилота. Я ощутил мягкое прикосновение к своей щеке. Посмотрел с удивлением на Морозову, которая тоже была слегка смущена:

— Меня ни разу не похищали, поэтому я не уверена, как должна реагировать…

— «Спасибо» было бы уместно…

— Выражаю вам искреннюю благодарность, Виктор Гарин! Как от себя лично, так и от лица империи Рунтар. Благодаря вам, репутация отца не пострадает! Если вам что-либо потребуется от княжны Софии Морозовой, говорите без стеснения!

— Потребуется, хех… — осмотрел я девушку проницательным взглядом сверху вниз.

— Ч-что у вас на уме, виконт⁈ — отпрянула дама.

— Я следую Кодексу Варпа, так что вам не о чем беспокоиться. Придет время, когда я могу попросить вас об ответной услуге. Но помогал я не ради мнимых благ или славы. И даже не потому, что вы — в каком-то роде моя ученица и хорошая знакомая. А просто потому, что так было правильно. Как и вы неоднократно приходили мне на выручку. Считайте это возвращением долга. Так что закроем данную тему.

София села в кресло рядом и долго молчала, бросая на меня странные взгляды.

— Здесь есть еда? — прервала она тишину.

— Не проверял. Что найдете, все ваше!

На звездолете Гонтраса нашелся лишь початый набор пищевых концентратов и галет. Хотя бы воды было в достатке. Также я с удивлением обнаружил компактную кофемашину в кухонном отсеке. Отцовские верфи знали, чем комплектовать элитные суда! А может, этот корвет был выполнен на заказ, не суть. Также мы обнаружили ворох пустых бутылок из-под алкоголя и несколько полных склянок. Похоже, Гонтрас не только на станциях нажирался, но и на личном корабле. Среди алкоголя обнаружилась наполовину израсходованная бутылка ликера. Немного повозившись, я сумел повторить свой фирменный рецепт. Получилось не сильно хуже, чем у профессиональных барист.

— Нет ничего лучше чашечки «Падения Талоран-прайм» после знатной стычки. Угощайтесь, ваше высочество, я и на вас сделал!

— Благодарю, Виктор…

София взяла кружку и пригубила, после чего слегка закашлялась:

— Что там внутри⁈

— Чутка ликера. Отлично бодрит!

— Хм-м…

Думал, София будет читать мне нотации, как это бы обязательно сделала Кирхе. Все-таки раны мои не зажили, и в таком состоянии алкоголь лучше не употреблять. Однако Морозова промолчала. Поначалу пила осторожно, но вскоре распробовала. Несем рецепт в массы! Если княжна прорекламирует напиток, его начнут подавать в каждой кофейне и баре, так что мне будет проще находить подходящее заведение.

— «Падение Талоран-прайм», значит? Я запомню…

Дни в варпе сменялись один за другим. В целом, Морозова оказалась более прихотлива в быту, нежели Кирхе. Сказывались воспитание и высокое положение. И душ протонный ей не нравился, и скученность внутри корвета. В общем-то я разделял мнение княжны, но старался держать его при себе. Тем не менее, вела себя София намного более смиренно, нежели некоторые высокородные особы, с коими я имел несчастье быть знакомым в прошлой жизни. И это с учетом того, что София — вторая наследница престола всего Рунтара. Похоже, родителям удалось практически не испортить дочурку. Либо воспитателям.

Если бы не скука межзвездных путешествий, я бы сказал, что неплохо провел время в компании ученицы. Мы узнали друг друга получше. Заняться, кроме разговоров, все равно было нечем. Раны постепенно подживали, однако мазь все равно не заменит полноценного целителя.

— Ты говорила, что это отец настоял на военной Академии? — уточнил я. — Не думала попросить о переводе в Ремесленный Университет?

— Отец против, — покачала та головой и процитировала. — «Империи нужны воины, а не просиживатели штанов в пыльных мастерских. И наследники престола обязаны демонстрировать решимость на своем примере.»

— Так было всегда, — заметил я. — Конкурс в ремесленные заведения огромный. Ведь ремесленник способен трудиться до глубокой старости, ему не грозит опасность умереть в бою. Да и один специалист способен изготовить массу изделий. Ремесленников много не требуется.

— Знаю… — вздохнула та. — Но мне такой расклад кажется несправедливым.

— Такова жизнь, — пожал я плечами. — А мать ты не пробовала попросить? Если не о переводе, то о преподавателе ремесла и оборудовании для мастерской в Академии.

— Такая мысль не приходила мне в голову, — задумалась София. — Отличная идея! Первая княгиня имеет большой вес в империи! Мама должна помочь.

Спустя несколько дней голубое солнце выросло на экране обзорного иллюминатора. На окраине системы нас выбросило из варпа в зоне проверки. Рунтарские суда проводили досмотр на предмет нарушителей. Узнав о наличии княжны Софии на борту, мне выделили сопровождение. И даже сняли подавление подпространства. До пункта назначения оставалось лететь недолго, но мы все равно нырнули на первый слой, дабы сократить время в дороге.

Посланное сообщение в центр обогнало нас, поскольку на разгон и торможение уходило много времени. Так что о нашем прибытии на Рунтар-прайм знали. С нами связался диспетчер и дал зеленый коридор на специальный княжеский космопорт почти в центре столицы, куда могли сажать суда лишь избранные и высокие гости.

Вместе с сопровождением из военных мы проследовали по маршруту и плавно снизились над столицей. Огромный княжеский замок-небоскреб постепенно вырастал из земли. Я постарался аккуратно посадить корвет в отмеченном месте. Выдвинувшиеся опоры ударились о твердую поверхность, и мы с Софией направились наружу.

Встречала нас целая делегация из гвардейцев, теургов, огров охранения и прочих любопытствующих личностей. В том числе и репортер из придворной свиты, который снимал трогательную процедуру воссоединения на камеру. Будет что показать по телетерминалу.

— София! — красивая женщина бросилась вперед первой и крепко обняла дочь.

Первая княгиня выглядела прекрасно. Черные волосы и пронзительные зеленые глаза. Внешность дочерям передалась по мужской линии, очевидно. Морозовы следили за чистотой крови. Княгиня Катрина Морозова тоже владела морозной стихией, причем на уровне магистра минимум, однако кровь князя Эйгора взяла вверх.

— Мам! Все в порядке! — пискнула дочь, слегка смущаясь крепких объятий.

— Эти мрази с тобой ничего не делали? — внимательно посмотрела в ее лицо Катрина.

— София обязательно расскажет подробности, не торопи ее, — подошел князь Эйгор. — Я рад, что ты в целости и сохранности, дочь.

София обнялась с отцом. Крепко, хотя той же теплоты, что и с матерью, я не наблюдал. Камера княжеского журналиста снимала сцену воссоединения от начала и до конца.

Подошла и вторая княгиня Шарлотта Морозова, которая происходила из рода Лаверно, если мне память Гарина не изменяет. Тепло поприветствовала вернувшуюся Софию, но я не мог понять, является ли это игрой на публику или искренними эмоциями.

— Спасибо за ваш храбрый и выдающийся поступок, виконт Виктор Гарин! — мягко взяла меня за руку княгиня Катрина. — Мой супруг мог натворить разного, знаете ли. Собирался на полном серьезе отвечать на вызов барона Кернье. Мне еле удалось уговорить его подождать!

— Честь и семья для Морозовых не пустой звук! — хмыкнул Великий Князь Эйгор, тряхнув копной насыщенно-синих волос с седыми нотками.

При этом камера продолжала снимать нашу беседу, не упуская ни единой мелочи, ни единого жеста.

— Служу Рунтару! — ответил я, вытянувшись по струнке.

Достаточно тонкий момент. Формально я все еще являлся курсантом Академии и военнообязанным. Но также был наследником, имеющим выбор по дальнейшей службе. Я мог вернуться в родной звездный сектор и продолжить службу в гвардии Гариных. Традиционное прославление Князя в данной ситуации показалось мне неуместным. Я ведь не полноценный военный космофлота пока. Надо блюсти статус виконта и не выделяться.

— Замечательно! — хлопнула в ладоши Катрин. — Думаю, нам стоит пройти внутрь и поговорить в неформальной обстановке.

Княгиня махнула рукой, и журналист убрал камеру в сторону, поклонившись. Вот поэтому я не слишком любил высокородных. Вечно под прицелом чужих взглядов или камер, вынужденные держать лицо даже рядом с близкими. Действительно ли Князь планировал ответить на вызов барона Кернье? Возможно, все сказанное, все жесты и объятия были не более, чем продуманным спектаклем. Что благородные думают на самом деле, не способен узнать даже Звездный Покровитель.

Глава 15

София сразу напомнила о моих подживших ранениях, так что вышедшего со всеми целителя попросили заняться мной.

— Ужасно хочу поесть нормальной еды! Военные пайки — такая гадость! — пояснила София.

— Не представляю, как ты справляешься при дальних вылетах, — всплеснула руками Катрина. — И вообще: не кажется ли Князю, что наследниц не стоит отправлять в Академию?

— Не кажется, — хмыкнул Эйгор. — София показала себя достойно. А военное обучение необходимо любому теургу!

— Ладно-ладно. Как скажешь, дорогой…

Княжеский целитель оказался истинным кудесником, мастером своего дела. Поставил меня на ноги буквально за полчаса. К этому моменту я зверски проголодался. Но еще какое-то время ушло на приведение себя в порядок. Все-таки показываться за столом с правящей семьей в таком виде не слишком учтиво с моей стороны. Я помылся, побрился и получил у портных приемлемый наряд в виде штанов, рубашки, жилета, камзола с красивой вышивкой и прочих атрибутов.

София на трапезу также заявилась при полном параде. Это уже не та уставшая девица в грубом скафе, а настоящая принцесса в роскошном платье, с красиво уложенной копной лазурных волос и изысканным макияжем, подчеркивающим естественную молодую красоту.

— Выглядите отлично, виконт. Хорошо ли вы себя чувствуете после ранений?

— Физически — прекрасно. А вид юной прелестницы исцелит раны на моем сердце, — обозначил я поцелуй на ладони девушки.

— Жаль, что это всего лишь фигура речи.

— Почему вы так считаете?

— Я не так хорошо успела вас изучить, но мне кажется, что рубцы на вашем сердце глубоки, — на лице княжны появилась слегка грустная улыбка.

— Хэй! — вдруг в меня врезались сзади.

Ауру теурга я ощутил заранее, но не думал, что во дворце мне будет грозить опасность. Обернувшись, я увидел маленькую девочку с фантастическими пурпурными волосами, которые, казалось, светились потусторонним светом. Вокруг юного небесного создания с пронзительными льдистыми глазами кружились снежинки.

— Ваше высочество, вы снова убегаете! Мы подготовили вам платье для трапезы! — подбежала служанка с одеждой в руках.

— Мне не нравится то платье, оно неудобное! — недовольно воскликнула девочка.

— Но, ваше высочество! И хватит уже приставать к незнакомым взрослым мужчинам! Что о вашем поведении подумают окружающие⁈

— Мужчина — знакомый Софии, она ему улыбалась. А значит, он — хороший человек. Правда, сестра?

— Конечно, Виолетта, — улыбнулась старшая. — Виконт Виктор Гарин — весьма неординарная личность. Он спас меня из плена барона Кернье.

— Тебя похитили⁈ — широко раскрыла она глаза. — Мне ничего не сказали!

— Упс… — высказала София. — Вероятно, не хотели тебя волновать.

— Они думают, что я маленькая. Но я все понимаю!

— Конечно. А это моя младшая сестра — Виолетта Морозова, — пояснила мне девушка. — Судя по потенциалу, она станет самым сильным теургом в семье. Если будет прилежно учиться, конечно, — улыбнулась курсантка. — Так ты не хочешь обнять свою любимую сестренку?

— Конечно! Я рада, что с тобой все в порядке! — бросилась к ней Виолетта.

Я вздохнул спокойнее. Однако спустя несколько секунд мелкая егоза разорвала объятия с сестрой и снова ткнулась мне в бок, прицепившись.

— Виола! — сурово сдвинула брови София. — Ты надоедаешь гостю!

— И ничего не надоедаю. Правда, сударь? — подняла мелкая на меня свои огромные глаза.

— Не надоедаешь, — осторожно погладил я девочку по волосам.

— Виола!

— Чего? Ты еще наиграешься с виконтом, сестра. Дай мне тоже немного времени! Вы собираетесь пожениться? — с непосредственностью ребенка вопросила младшая княжна.

— Ничего подобного! — смутилась София. — Нам пора на званый обед. Веди себя прилично за столом!

— Да-а…

Куда-то в опасную сторону повело. А ведь София далеко не юная девица. Впрочем, это в древние времена наследниц выдавали замуж в юном возрасте. Ныне у них больше свободы. Да к тому же особенности теургов дают о себе знать. Если выдать за первого встречного, можно остаться без внуков. Если она действительно проникнется ко мне чувствами… В этой жизни я ведь не безродный ремесленник, на которого благородная княжна и не посмотрит. А второй сын известного графа Гарина. За такого наследницу выдать не стыдно. Да еще и спасение из лап похитителей. Не в ту степь совершенно завела нелегкая дорога судьбы!

Как бы так мягко отвадить от себя княжну? С ней ведь не получится завести временную интрижку, как с той же Элизой или Анией. А длительные отношения слишком опасны с точки зрения Хаоса. Вести себя гнусно не слишком хотелось. Но, кажется, мне пришла в голову мысль, как сдержать сокращение дистанции.

В роскошном зале княжеского замка нам накрыли шикарный стол со множеством блюд. Удержаться было сложно, но я постарался блюсти этикет, с которым что Гарин, что Ройс были знакомы. Присутствовали обе княгини, князь, две младшие княжны и самый юный княжич. Наследник трапезничал в детском креслице под присмотром нянек.

Виолетта уселась рядом со мной по левую руку, София села справа. Младшая сестра вечно отвлекалась от трапезы, приставала ко мне и демонстрировала свои поделки, изготовленные на уроках творчества. Весьма недурные для ее лет, между прочим. А также обслуживала меня: накладывала еду и подливала напитки в бокалы, исполняя роль прислуги. То ли ей нравилось дразнить Софию, то ли я ей действительно пришелся по душе, то ли меня она почитала за куклу, за которой следует ухаживать. Варп разберешь, что на уме у деток. Особенно княжеских и особенно потенциально сильных архи-теургов.

— Прошу простить за вторжение, ваше величество, — обозначила церемонный поклон Кирхе, внезапно явившаяся во дворец. — Я узнала о возвращении подопечного и не могла остаться в стороне.

— Мы понимаем, преподобная сестра, — заявил князь без какой-либо злости. — Присоединяйтесь.

Кирхе молча поклонилась, но садиться за стол не стала. Принялась изображать роль слуги и издали наблюдать за происходящим. Все-таки у Святой Инквизиции имелись высокие полномочия. Они даже правящую семью могли побеспокоить, явившись без приглашения. Оно и не удивительно. Никто не имел полноценной защиты от разъедающего влияния Хаоса, даже владыки империй. За ними также приглядывали инквизиторы и епископы.

— Так наше звено уже вернулось? — уточнил я.

— Вчера, господин виконт, — кивнула преподобная.

Кирхе не стала мне устраивать допрос на месте, решив не отсвечивать. Мы с семьей Морозовых обсуждали разные новости и слухи. Старшая княжна на трапезе отсутствовала. Она избрала своей стезей военную службу и ныне пребывала в звании командора. Сражалась где-то на периферии.

— Старшая сестра Скайли участвовала в освобождении Кантельмы! — поведала София. — Нельзя ей не восхищаться!

— Кантельмы, значит, — хмыкнул я. Интересно, могли бы мы пересечься, если бы я остался в системе подольше. — Хорошо, что нам удалось выбить Рой из системы.

— Говорят, главный дредноут колонии был взорван изнутри, — заметила Катрина.

— Это же тупые мерзкие жуки. Как у них реакторы каждый день не взрываются сами, непонятно, — пожала плечами Шарлотта.

— Жуки, конечно, мерзкие, но не такие уж тупые… — поежился я, вспомнив муравья-переростка, который меня чуть не прибил.

— Военная служба — это так увлекательно! — заметила София показательно радостно.

Специально ради отца, как я понял впоследствии.

— Дочь, не увлекайся. У нас на тебя другие планы после Академии.

— Может, у меня и свои планы имеются?.. — буркнула она.

— Виконт, а что насчет ваших планов? — перевела тему Катрин.

— Думаю над военной службой. Полеты помогают мне… сбрасывать накопившийся стресс.

— Это так опасно! — покачала головой первая княгиня. — Ваш отец присмотрел вам невесту уже?

— Граф Гарин отдал данный вопрос на откуп сыновьям. Старший брат сам нашел избранницу. У меня также есть дама сердца, но в наших отношения все непросто.

— Что⁈ Тебе не моя сестра нравится⁈ — гневно воскликнула младшая.

— Виолетта! — шикнула София. — Помолчи. Хватит ставить меня в неловкое положение!

— Но это ведь было почти как в книжках… Виконт спас тебя из рук похитителей. Конечно, в финале он должен жениться на принцессе!

— К-хм, в жизни все бывает устроено сложнее, нежели в книжках… — заметил я.

— Так нечестно! — буркнула Виолетта и отдалилась.

Больше меня младшая сестренка не доставала за столом, потеряв интерес. А один раз, когда я намеревался пригубить напиток, в бокале оказался лед. София умела держать лицо, так что ее реакцию на мое признание я просчитать толком не смог. Но в целом средняя княжна не показалась мне особой с романтичной придурью в голове. Вряд ли она так сразу воспылает ко мне светлыми чувствами. Так что можно вздохнуть спокойнее на этот счет. Главная опасность миновала!

— Скоро ведь состоится бал среди курсантов Академии по поводу окончания второго триместра, — заметила Катрина. — Я попросила отца выделить под это дело наш Рассветный дворец.

— О, здорово! Ты придешь? — поинтересовалась София.

— Конечно.

— Отец, а ты?

— Постараюсь присутствовать на выпускном балу теургов в этом году. Окончание триместра же не слишком весомый повод для траты моего времени.

— Понимаю! У тебя действительно много дел.

Сказала это София без какого-либо скрытого смысла. У правителя звездной империи, по определению, не могло быть много свободного времени. Не хотел бы я быть на его месте.

— Итак, виконт. Вы оказали неоценимую услугу роду Морозовых, — взял слово князь. — Что вы желаете получить в качестве награды?

— Есть кое-что… — задумался я. — Мне не слишком по нраву стандартные корветы Академии. Хотелось бы получить разрешение на участие в вылетах на собственном судне. И возможность вносить изменения.

— Вы получите такое разрешение, — кивнул отец величаво.

— Также… Было бы неплохо поставить кое-какое оборудование в Академию. Не хватает средней плавильни и еще кое-чего по мелочи.

— Плавильня? — приподнял брови Эйгор. — Вы увлекаетесь ремеслом? Или же делаете это ради других курсантов?

Князь посмотрел с недвусмысленным намеком в сторону Софии. Княжна фыркнула:

— Уверяю, отец, Виктор проводит в мастерской времени намного больше меня.

— Вы полны талантов, сударь Гарин. Хвала графу за такое воспитание. Пришлите список в княжескую канцелярию. Ваши запросы будут обработаны. Это все?

— Достаточно, — я изобразил вежливый поклон.

— Ваш подвиг достоин более весомой награды. Например, свой феод. Кажется, вы недавно поработали в системе Ниргалу, — выказал осведомленность Эйгор. — Не желаете получить наследуемый баронский титул, виконт?

Хочет сплавить мне депрессивную малонаселенную систему, соседствующую с территориями Роя и Жнецами? Вот так «подарок»! Хотя наследуемый титул — вещь любопытная. Если бы я хотел получить независимость от отцовского феода, вполне себе неплохое начало. Правда, в таком случае я бы попросил систему получше или сразу парочку.

— Из меня посредственный управленец, — ответил я учтиво. — Возможно, в будущем, но не сейчас.

— Смотрите, виконт. Подобные предложения большинству достаются раз в жизни, — хмыкнул князь.

— Какой скромный молодой человек. И как жаль, что у вас уже есть дама сердца, — покачала головой Катрина.

— Мам! — шикнула на нее София.

Конечно, я мог бы озвучить еще что-нибудь. Все-таки спасение княжны — это достойный поступок. Но в целом я ни в чем особо не нуждался. Деньги — дело наживное. Я знал, как в короткие сроки заработать состояние, если оно мне потребуется. В целом такое знакомство уже можно считать своеобразной наградой. Не каждый удостаивается личной аудиенции у всей княжеской семьи, которые люди донельзя занятые и на мелочи не размениваются.

После трапезы я вежливо распрощался с правящим родом. Мы с Софией и Кирхе немного прогулялись по замку и направились в сад. Я чуть не поскользнулся на мощеной поверхности, внезапно покрывшейся коркой льда.

— Сестра все равно самая лучшая! Бе-е-е! — показала мне язык девочка с фиолетовыми волосами, на секунду показавшаяся в проеме. Похоже, не могла смириться с тем, что мой выбор пал не на ее сестру.

— Виола! Ты у меня еще получишь! Ох уж эти сводники. Чем ближе последний курс Академии, тем их больше…

— Есть надежный метод, как можно отвадить их.

— Какой же? — заинтересовалась София.

— Найти настоящего ухажера, — пожал я плечами, любуясь идеально подстриженными красными газонами и листвой всех оттенков алого.

— А у вас действительно есть дама… Впрочем, нетактично с моей стороны спрашивать такое, — поправилась она. — Не подумайте лишнего. Я не забыла характеристику, которую вам дала преподобная сестра… Виктор, что это еще за выкрутасы со средней плавильней? Вы хоть знаете, каких она размеров и сколько стоит?

— Думаю, казна не обеднеет, — пожал я плечами. — Мы сможем оборудовать вторую мастерскую, так что не придется толкаться в одной.

— Так это ради того, чтобы выгнать меня из мастерской? — нахмурилась София. — Хорошо же вы относитесь ко мне, виконт! Сестра Кирхе, представляете, этот негодяй дважды активировал ошейник, когда он еще висел на мне. Удары током ужасно болезненны!

— Зачем он это сделал? — впала в ступор шедшая за нами инквизиторша.

— Случайная оплошность! — вставил я поспешно.

— Как будто пытался что-то скрыть! — воскликнула София.

— Что именно? — сузила глаза Кирхе.

— Когда узнаю, обязательно вам сообщу, сестра!

— Благодарю за бдительность, — похвалила инквизиторша. — Я была бы рада выслушать подробный рассказ о злоключениях от вашего лица, но у нас еще будет время в Академии.

— Конечно! Поведаю все до мельчайших подробностей!

Спелись, заразы. Вот уж не думал, что мне стоит ожидать подлостей со стороны еще и княжны! Спас на свою голову. То от женитьбы приходится отбрыкиваться, то свой секрет пытаться сохранить. От женщин одни проблемы — настоящие исчадия хаоса! Хоть и без них никак…

Я тепло распрощался с Софией, и мы покинули гостеприимный княжеский замок. Девушка осталась дома погостить, мы же с Кирхе отправились обратно в Академию.

— Неплохой аппарат вы прибрали к рукам, — осмотрелась блондинка внутри.

— Корвет адмирала! — похвастался я.

— Похоже, рассказ о ваших геройствах не будет коротким. О чем вы думали, когда бросались за флотом барона?

— О спасении княжны, разумеется! Она почти что моя ученица, как я мог оставить ее в беде?

— Вы могли бы отправить инфо-капсулу и дождаться помощи.

— Выход капсулы в варп непременно бы засекли. Актобцы не собирались задерживаться в системе, а я их бесконечно преследовать не мог. Так что все ваши обвинения беспочвенны. На этот раз у меня действительно не было иного выбора…

По пути в Академию я поведал свою версию случившегося, в которой разве что оживленная Хаосом рука адмирала не фигурировала, все остальное практически не отличалось. Кирхе была крайне дотошной, но все-таки мне удалось удовлетворить инквизиторское любопытство.

— Безрассудство и храбрость действительно очень близки Хаосу. Порой их практически не отличить, — заметил я.

— Для этого и нужны инквизиторы, — парировала Кирхе.

В Академии многие курсанты уже слышали о моих авантюрных приключения и спасении принцессы. Хоть основной новостной сюжет еще не вышел, вкратце информацию передали. Все ж таки похищение дочери Великого Князя Рунтара и вызов его на дуэль мятежным лордом — это крайне горячая тема, так что новостные программы сметали любые факты. Курсанты каким-то образом прознали про мое участие как бы не раньше журналистов. Меня поздравляли и благодарили. Все-таки София пользовалась скорее положительной репутацией в заведении.

Большинство звеньев учащихся вернулось в Академию после триместровой практики. Наступила полноценная неделя каникул, во время которых всегда проводился торжественный бал среди теургов. На мероприятии могли присутствовать многие знатные персоны, в том числе графы и княгини. Занятный вечер, на котором можно было завести полезные знакомства. Лорды присматривали себе потенциально хороших боевых теургов в гвардию или в качестве телохранителей. Правда, это не выпускной бал, а всего лишь триместровый, но тем не менее.

Вечером вышел полноценный репортаж, в котором была сцена воссоединения дочери и родителей. Меня показали мельком. Кажется, видок у виконта был слишком непрезентабельным после всех приключений, нескольких дней лета и ранений. Тем не менее, этого хватило, чтобы собравшиеся в кают-компании курсанты взорвались криками одобрения и принялись хлопать меня по плечу.

Я почувствовал гнусный укол в самое сердце. Эмоция, которую я всеми силами старался загнать поглубже, закопать и похоронить. Эмоция, из-за которой я и не собирался повторять свой путь великого ремесленника. Эмоция, которая отчасти и привела меня к падению в лапы Хаоса в прошлом. И которую почему-то Святое Писание считало второстепенной.

Тем удивительнее было ощутить ее снова, спустя столько лет прозябания в безвестности. Не из-за моих легендарных ремесленных поделок, а из-за безрассудных геройских проступков — полной противоположности. Надо мне пореже наследниц престола спасать, не то проклятая Гордыня снова сведет меня в могилу…

Глава 16

[Элиза Бланко]

Звено девушки вернулось с практики чуть раньше остальных. Так что Элиза решила заняться своей основной работой. Командор Варгас отсутствовал, принимая участие в вылете на флагмане, а у курсантов начались выходные. Так что образовался идеальный момент для небольшого расследования. Элиза, разумеется, сдала практику. Девушка не любила носиться на корветах, так что проработала все дни на одном из крейсеров Академии. По врагам пострелять так и не удалось, но в учебных стрельбах она принимала участие регулярно.

Презент Гарина она изучила досконально. Изделие, предназначенное для взлома различных электронных и механических систем, работало превосходно. Элиза тестировала некоторые подобные запрещенные вещички, но с таким еще не сталкивалась. Ходили слухи, что на черном рынке можно достать взломщики, которые детекторы не засекают, но ценник на них стоял космический. Поэтому подарок виконта девушка оценила по достоинству. И готова была рискнуть своей репутацией ради него.

Элиза давно разузнала всю подноготную жизни командора Кайзена. После гибели сына в междоусобной заварушке графов Гариных и Варгас, его супруга прожила не слишком долго. В итоге командор поселился в уединенном поместье в горах и вел жизнь затворника, как о нем говорили.

К сожалению, своего звездолета Элиза не имела, так что до Рунтар-прайм ей пришлось добираться на общественном транспорте. Во время каникул рейсы были ежедневно. Затем девушка арендовала отдельный глайдер. В следящих схемах подобной техники Элиза разбиралась. Девушка отключила устройство обнаружения с помощью подаренного ей взломщика.

После чего взмыла в воздух и направилась в сторону поместья командора. Кайзен проживал не так далеко от столицы. Земля здесь была дико дорогой, но все же теург и командующий Княжеской Академией мог себе позволить некоторую роскошь.

Ориентироваться в сгущающихся сумерках было сложновато, но и ее транспорт становилось сложнее заметить обычным взором. Наконец, Элиза отыскала горную гряду, на которой стояло поместье Варгас. Дорог здесь не существовало, до своих уединенных жилищ добирались по воздуху. Но даже среди других элитных домов убежище командора стояло особняком. Не зря Элиза захватила веревку. Пришлось ей полазить по скалам в ночи и попользоваться реактивным фокусатором.

Окутавшись эфирной молниевой маскировкой, девушка проникла внутрь особняка, взломав входную калитку. Черный непроницаемый силуэт, поглощающий любое излучение, некоторое время шастал по внутренней территории. Элиза заметила несколько камер наблюдения, которые, вообще-то, были запрещены Всегалактическим Декретом. Их в некоторых стратегических местах применяли, конечно, но в обычных жилых особняках ставить их было запрещено. Не для тех, у кого есть деньги и связи, конечно. Варгас как будто старался что-то скрыть.

Элизе пришлось взломать одну из камер, которая следила за входной зоной. Временно отключила ее движение из стороны в сторону. После чего девушка смогла проникнуть через заднюю дверь. Здесь применялся обычный механический замок, с которым взломщик справился без особых сложностей. Темное пятно проникло внутрь дома и принялось исследовать помещения, не издавая ни звука. Элиза вдумчиво покопалась в личных документах в рабочем кабинете и даже сейф вскрыла, но чего-то противозаконного обнаружить ей сходу не удалось. Будет жаль, если на Варгаса не нарыть компромата.

Управляющая особняком на высокой громкости смотрела в гостиной какой-то сериал по телетерминалу. А в остальном манор семьи Варгас был безжизненным и пустым. После смерти сына и супруги командор, похоже, так и не смирился с утратой и не завел новую семью.

— Кр-гха! — откуда-то снизу вдруг раздался странный грохот.

Прислуга зашевелилась, так что Элизе пришлось спрятаться.

— Госпожа, вы уже проголодались? Иду-иду!

Старая женщина взяла на кухне большой шмат мяса, после чего направилась по главному коридору в тупиковый проход. Как оказалось, в стене была скрыта дверь, которая вела вниз, в подвал. Элиза осторожно проникла следом и спряталась в закутке. За прочными решетками на цепях и в ошейнике бесновалось уродливое существо, которое когда-то, очевидно, являлось человеком. Горящие красным глаза, странные наросты, длинные когти и другие элементы не оставляли сомнений: перед ней искаженный или падший. Человек, впустивший к себе Хаос. По кофейного цвета остаткам волос Элиза и сама догадалась, кто же перед ней. Но управляющая озвучила догадку:

— Госпожа Варгас, вот и ваш ужин!

Женщина бросила кусок мяса в проем, и искаженная набросилась на угощение, принявшись рвать плоть словно дикий зверь. Наевшись, существо выдавило искаженным голосом:

— Кай-зен?

— Господин Варгас уже скоро вернется с практики и навестит вас, будьте уверены! Кушайте, госпожа!

Управляющая имением была привычна к подобным жутким видам. Элиза испытывала брезгливость, но все-таки дело свое сделала. Фотокамера зафиксировала все детали как кормления, так и содержания существа в особняке Варгас в целом. Тварь почуяла присутствие чужака, когда она попыталась снять монстра вплотную, так что Элиза решила не наседать от греха подальше. Не такое девушка ожидала увидеть, но у каждого свои скелеты в шкафу и свои искаженные в подвалах. Собрав информацию, девушка скрытно покинула поместье, не оставив после себя никаких следов. Наниматель будет доволен собранной информацией!

[Виктор Гарин]

Поздним вечером в кают-компанию Академии заявилась Элиза.

— Виктор, ты вернулся! — порывисто обняла меня брюнетка. — Как прошла практика?

— Новости не смотрела еще? — хмыкнул я.

— Нет. О чем речь?

— Убил губернатора планеты, чуть не погиб в бою с Роем, спас княжну из лап мятежников, — перечислила Кирхе будничным тоном. — Ничего примечательного.

— Время зря не терял! — восхитилась девушка. — Такому герою необходима награда!

— М-да?

Девушка приблизила губы к моему уху и прошептала так, чтобы инквизиторша ничего не услышала:

— Есть информация по Варгасу.

— Ты занята сегодня вечером? — поинтересовался я.

— Совершенно свободна! Только приведу себя в порядок и подкреплюсь. Ужасно проголодалась!

Немногим позже я отправился в каюту Элизы. Кирхе, само собой, не стала составлять мне компанию, позволив заняться личной жизнью без присмотра. На сей раз мы ничем таким не занимались, поскольку девушка за день сильно устала. Налазилась по горам. Информацию мне девица поведала крайне любопытную. Оказывается, супруга Варгаса ударилась в Хаос после смерти сына, однако командор не смог убить ее или сдать Инквизиции. Схоронил в подвале уединенного особняка. Весьма романтично, но в то же время противозаконно и жутко. Наверное, мне было в какой-то степени жаль мужика, однако страдать из-за чужих разборок и тараканов в голове я не собирался. Что ж, достойным рычагом давления я обзавелся, разрешение от самого Князя получил, можно будет диктовать свою волю в Академии. Действовать более свободно.

На следующее утро ко мне снова пристала Элиза с просьбой:

— Виктор! Это правда, что тебе достался корвет самого адмирала Гонтраса?

— Верно.

— Но у тебя ведь уже есть тот корвет Ренника в Академии. Можно мне иногда пользоваться им для своих нужд?

— Для каких нужд?

— Вдруг мне потребуется… еще куда-то слетать для тебя, — с намеком проговорила девушка.

— Что ж, пользуйся. Идем, настроим доступ.

— Ура! Ты — душка!

Я осмотрел два моих судна, которые стояли в ангаре для личных кораблей. Титановый Ястреб был достаточно простой модели, тогда как Гонтрас рассекал на элитном корвете. Надо бы заняться ими, модернизировать. Наверное, второй фокусатор переставлю на судно Гонтраса, хоть это и сделает силуэт объемнее и асимметричнее. С одним — летать опасно. Вдруг выйдет из строя во время боя случайно, да и про запас держать заряд во втором полезно.

На воскресной службе прошла длительная панихида по усопшим студентам. Из нашего звена погибло три теурга, каждый из которых в империи на вес иринита. Плюс среди других звеньев числилось еще двое погибших. Галактика — опасное место, и вечно опекать курсантов невозможно. На смену выбывшим придет новое поколение, и таким образом колесо войны будет крутиться без остановки.

По окончанию практики второго триместра курсантам было положено несколько дней каникул. Наверное, на третьем слое я бы успел слетать в родной сектор, побыть там денек и двинуться обратно. Вот только смысла в таком действии особого не видел. Да и Кирхе, наверняка, не разрешит мне передвигаться на третьем слое варпа, который считался крайне опасным для психики. Оно так и есть, но многолетнее сожительство с Хаосом бьет по голове сильнее, чем какие-то случайные хаотические эманации варпа. Поэтому я на данный счет никогда не парился. Да и чувствительность к изменчивой стихии позволяла мне быть превосходным навигатором: избегать штормов и других всплесков вредоносных энергий.

Так что от поездки домой, как это делали курсанты, родом с близлежащих систем, я отказался. Вместо этого решил заняться улучшением моих новых транспортных средств. Я получил эксклюзивное разрешение от самого Великого Князя использовать любые суда и вносить в них изменения, грех им не воспользоваться. Нашлись и ревнители у такого решения, но большинство рассудило, что за спасение княжны я вполне достоин определенных наград и почестей.

[Кирхе]

Вслух она об этом не говорила, но случившееся на эсминце ударило по ней очень сильно. Первое ее успешное расследование, которое привело к раскрытию падшего. Первые сомнения и первый вердикт. Тогда, стоя возле камеры, в которой в чудовищных муках сгорал курсант, Кирхе чуть сквозь переборки не провалилась от раздирающих противоречивых чувств. Брать на себя ответственность за чужую жизнь очень тяжело, как оказалось. Доказательства были спорными, она не была до конца уверена в вердикте. Поэтому во время исполнения приговора едва удержалась на грани истерики. Решила, что аннигиляцию необходимо отменить, идиотка.

Но нашелся один человек, который поддержал ее. Пришел на помощь в самую трудную минуту всей ее жизни. Виктор словно бы разделил с ней тяжесть ноши инквизитора. Хоть и вел себя, словно шут, но в тот момент он заметил, что творится у нее на душе. Спас от необдуманных действий. Затем же, когда стало ясно, что она в вердикте не ошиблась, с ее плеч свалился огромный груз. Она не прогадала. Исполнила предназначение инквизитора, избавив мир от истинно падшего. Виктора она, конечно, поблагодарила за поддержку, но парень не обратил на данную ситуацию особого внимания. Он не знал, насколько это было важно для Кирхе.

В аббатстве их учили главному: не привязываться к подопечным, избегать любых эмоций, действовать рассудительно, с холодной головой. Иначе в критический момент это может помешать вынести правильный вердикт. И Кирхе начало казаться, что она нарушила главное правило. Начала испытывать симпатию к подопечному. Незначительную, конечно. Гарин имел множество отвратительных черт: склонность к Хаосу и необдуманным действиям, нежелание блюсти субординацию, излишнюю увлеченность ремеслом, распутный образ жизни, пристрастие к алкогольным и пищевым излишествам, любовь к роскоши, да и других нюансов хватало. Однако рядом с ним Кирхе теперь ощущала незримую поддержку. Словно он стал надежной опорой, был готов всегда прийти на выручку. А это шло вразрез с правилами инквизиции.

Можно ли вообще избежать малейшей привязанности в случае долгого контакта с подопечным?

— Виктор, преподобная мать желает с тобой побеседовать, — обратилась Кирхе в один из дней. — Также следует прерваться на обед.

— Я что-то натворил? — поинтересовался парень, взлохматив свои каштановые волосы, которые намокли из-за пара от охлаждения заготовок.

— Легче сказать, чего вы не натворили, — хмыкнула Кирхе. — Идем.

Кабинет преподобной матери выглядел как всегда лаконично и даже аскетично. Множество растений украшало помещение, создавая уютную атмосферу. Дабы провинившиеся курсанты чувствовали себя спокойнее.

— Знаете, Виктор, я уже перестала удивляться вашим выходкам, — заявила Аркадия, стоя у окна и рассматривая заходящее за горизонт Кениоки голубое солнце.

— Что на этот раз я сделал не так?

— Думаю, с Кирхе вы уже обсудили все моменты не раз, поэтому не буду повторяться. Мне бы хотелось поблагодарить вас от лица Академии. Вы совершили выдающийся подвиг.

— Служу Рунтару…

— Прилетел новый слуга рода Гариных, которого прислал ваш отец, — проговорила Аркадия. — Я как раз занималась его проверкой.

Виктор скривился, будто съел нечто очень кислое.

— Похоже, вы не сильно рады появлению новой прислуги…

— После Вилсаны сложно доверять слугам, — ответил курсант. — К тому же сервы Академии меня устраивают. Нет нужды в дополнительном надзоре!

— Понимаю ваши чувства. Если вас такой вариант устроит, я могу отказать графу Гарину. Умение самостоятельно заправлять кровать, одеваться и заниматься прочими бытовыми мелочами — крайне полезная рутина для людей, склонных к Хаосу. Ежедневный распорядок дня и повторяющиеся действия могут снизить влияние изменчивой стихии.

— Хорошо подмечено! Никаких слуг! — закивал Виктор. — Госпожа преподобная, спасибо за вашу заботу!

— Не стоит благодарности. Вас хотела также видеть госпожа интендант. Кажется, она была недовольна.

— Потерей учебного корвета? Но ведь я его применил по делу!

— Не думаю. Кажется, со дня на день должно прийти заказанное вами крупногабаритное оборудование. Что сударыню Носову… печалит, так скажем.

— Канцелярия Князя работает быстро! — восхищенно проговорил Гарин. — Хорошо, я обсужу с ней ситуацию.

— Можете быть свободны. Оставляю его на тебя, Кирхе.

Девушка кивнула и обратилась к подопечному:

— Ступай, Виктор. Мне надо побеседовать с наставницей.

Молодой человек удалился, оставив двух инквизиторов наедине.

— О чем ты хотела поговорить, сестра?

— Скажите, преподобная, вы когда-нибудь… привязывались к своим подопечным?

— До какой-то степени. В целом же… мне всегда удавалось держать дистанцию. Впрочем, ты больше шести недель следуешь за Виктором. Неудивительно, что ты начала сближаться с подопечным. Если это становится проблемой, мы всегда можем поменять инквизитора. Ты справишься, Кирхе?

— Справлюсь! Я изучила Виктора достаточно хорошо. И дистанцию соблюдать умею.

— Рада слышать. Кстати, поздравляю с успешным вердиктом в отношении Ларионова. Думала, юноша перерастет свои неврозы, но Хаос настиг его. Очень жаль. Чем он обратил на себя твое внимание?

— О его поведении мне подсказал… — Кирхе чуть запнулась. — Другой курсант. Благодаря чему я и решила взяться за него плотнее.

— Да? — Аркадия пристально посмотрела на девушку, словно почувствовав, что та что-то не договаривает. — Что ж, первый твой падший. Он запоминается на всю жизнь.

— Это точно! — нервно воскликнула Кирхе, вспомнив свои сомнения там, возле аннигиляционной камеры. — Госпожа Аркадия, а вы когда-нибудь… выносили ошибочный вердикт?

— Инквизиторы выносят вердикт, основываясь на своих ощущениях и опыте, следуя зову сердца и слушая Звездного Покровителя, — отрезала преподобная. — Бывает и такое, что падший не показал истинного лика даже перед лицом смерти. Нельзя зацикливаться на этом, Кирхе, поскольку подобные упаднические мысли ведут к Хаосу. Ты понимаешь?

— Понимаю…

— Инквизиторы не ошибаются. Они поступают так, как сочтут нужным. Данное право даровано тебе Святой Инквизицией. Служи усердно, сестра!

— Да!

Кирхе изобразила ладонями святую триаду, после чего покинула кабинет преподобной матери. Девушка остановилась в коридоре и всмотрелась в панорамный иллюминатор. Солнце почти скрылось за горизонтом. Разговор с Аркадией помог ей понять некоторые вещи. Но мысли ее крутились вокруг другого. Почему она скрыла от преподобной тот факт, что падшего первым заметил Гарин? Будто бы она решила тем самым защитить подопечного. Давно известно, что теурги лучше других чуют родственные стихийные эманации… Конечно, Виктор мог обратить внимание на дерганые движения Ларионова, как и она сама. И тем не менее, Кирхе словно бы защитила его перед преподобной. Это ли не явный признак симпатии?

Девушка помотала головой, изгоняя дурные мысли:

— Кирхе, ты сможешь выдержать дистанцию и вынести вердикт! Привязанности прочь!

Глава 17

[Виктор Гарин]

— Вы собрались уничтожить все наши учебные корветы, курсант Гарин?

— Нет, только парочку звеньев…

— Оставьте ваши шуточки для приятелей, — поджала губы интендант. — Хотя бы на этот раз повод вы нашли весомый. Не каждый день удается спасти наследницу престола. И только курсант Гарин сумел прокрасться незамеченным вслед за остатками боевого флота Актобы, да?

— Вы намекаете, что я был заодно с Кернье?

— В этом пусть ИСБ разбирается…

Носова была явно недовольна моими запросами у Князя. В Академии толком и не было помещений, предназначенных для полноразмерной средней мастерской. Пришлось изымать один из служебных залов для техников. Я посоветовал обратиться в княжескую канцелярию, дабы выбить бюджет под новые помещения. В недрах Кениоки было полно места, можно нарезать пространство как душе угодно, были бы средства. Носову мое предложение удовлетворило. Возможно, интендант задумала там тайную сауну для преподавателей заодно организовать, сказать сложно.

Для установки средней плавильни пришлось организовать целую операцию. Вырезать широкий проем в стенах, а также отключить искусственную гравитацию на данном участке Академии, поскольку многотонное оборудование перемещать иначе было сложно. Средняя плавильня заняла практически всю стену новой мастерской. Также пришли и стандартные станки по работе с металлом, причем совершенно новехонькие. Я передал несколько техникам в качестве компенсации за неудобства, забрав взамен старые. Все равно мне не так уж часто приходилось работать непосредственно с иринитом, им нужнее. Так что и Орен остался доволен. Носова обещала им несколько новых помещений на нижнем ярусе, так что техники готовы были подождать.

Целый день потратил на чтение инструкций и знакомство с плавильней. Аппарат оказался превосходным! Беру свои слова назад насчет того, что наука не продвинулась вперед. Современная средняя плавильня имела две зоны работы с малыми и крупными формами, отдельный распилочный эфирный диск и, конечно, зону для сплавления деталей изделия. То, что лекарь прописал! Теперь я смогу как со сложными крупными фокусаторами работать, так и упростить себе работу с малыми.

Главное, чтобы моя странная техника не напомнила другим о древнем Искуснике. Впрочем, я не опасался, что во мне заподозрят Аластора Ройса. Ведь переселение душ считалось невозможным в принципе. Меня же спасла все та же аномальная защита, не давшая моей душе раствориться в глубоких слоях варпа. Что же касается сходств в ремесленной технике, то у меня крутилась в мыслях легенда. Все то же продолжение темы с найденным схроном артефактов за авторством Ройса. Якобы благодаря связям с графом Гариным мне удалось получить доступ к сокровищам прошлого. Теоретически я мог также найти его записи по работе с ремеслом и начать копировать тот самый стиль. Стать кем-то вроде ученика давно почившего Искусника. В легенде есть слабые места, конечно, но другого варианта мне в голову не приходило. Не заниматься ремеслом я все равно не мог.

В любом случае меня подозревали в связях с Хаосом, а не в том, что какой-то древний ремесленник вселился в тело наследника графского рода. Если бы подобные случаи были известны инквизиции, думаю, они бы устроили мне более тщательную проверку в данном направлении. Пока же они, наверняка, считали, что на меня оказал влияние Хаос, что было близко к правде на самом деле. Но им всех деталей знать не обязательно.

Пользуясь свободным временем каникул, я активно взялся за внесение изменений в конструкцию своего нового транспортного средства. Тем более княжна отдыхала дома с семьей, так что, кроме Кирхе, меня никто не беспокоил. Единственный орудийный фокусатор не дотягивал до звания среднего, но был раза в два крупнее малых и в обычную плавильню не помещался. Пока мастерская не была оборудована полностью, я начал с других систем. Во-первых, снял малый фокусатор с корвета Ренника. Как следует поработал над ним, добавив новые режимы стрельбы. Во-вторых, занялся управляющими глифами маскировочной сети и трубчатого защитного барьера. Кто знает, быть может, Хаос пригодится и в качестве защиты.

Старался не увлекаться так же, как в прошлые разы. Тем более ныне у меня имелось разрешение на внесение изменений, так что не требовалось тайно снимать фокусаторы и успевать все вносить за день. Инквизиторы начали подозревать меня в связи с Тетрархией и склонности к Порядку. Что не вязалось с Хаосом от слова никак, но я понимал, откуда у них могло взяться подобное впечатление. Так что сильно на ремесло не налегал.

Ежедневно занимался фехтованием с Кирхе. Преподобная сестра показала мне несколько полезных приемов и связок. Что главное, она прививала мне больший порядок в сражении. Кажется, я постепенно становился лучше в потоковом фехтовании. Не одним лишь Хаосом единым справляться! Возможно, мне это показалось, но после практики инквизиторша стала ко мне относиться самую малость мягче. В какие-то моменты даже вела себя мило. Словно не преподобная, а родная сестра.

Иногда мне становилось любопытно, как сложилась судьба Селестии Ройс — моей родной сестры из прошлой жизни. Мы оба попали под духовный удар во время падения Талоран-прайм. Мне казалось, что оба получили схожую защиту от Хаоса. Однако наши пути спустя несколько лет разошлись… Селестия — мое главное разочарование и главная ошибка.

Над основным фокусатором же мне пришлось работать долго. Глифы сами по себе не слишком сложные, но они повторяются многократно. Ошибешься в одном, и вся работа насмарку. Так что фокусатор я распилил на пять примерно равных по сложности частей. После этого дело пошло. За каникулы, правда, закончить не успел. Решил, что торопиться некуда.

Модель скоростного корвета называлась Нимрийская Гончая в честь Нимрос-прайм, на которой располагались главные верфи Гариных, а также резиденция правящей семьи. Дом Виктора, другими словами. Теперь и мой дом. Гончая по размерам была немного компактнее Ястреба, разгонялась быстрее, имела более качественные инерциальные компенсаторы, реактор достаточно свежего поколения и широкие дюзы. На таком уходить от погони одно удовольствие, как я мог уже убедиться. После переделки маскировочная сеть станет еще более эффективной, а защитные проводники смогут выдерживать Хаос.

Единственный крупный фокусатор располагался сверху, по центру судна. Запасное малое орудие техники помогли установить на корпус с правого бока. Силуэт корабля чуть ухудшился, но теперь я был спокоен за вооруженность своей главной лошадки. Также местные умельцы удостоверились, что стандартные крепления несущего эсминца подходят под габариты Гончей. Ходили шепотки среди курсантов, якобы Гарин несколько охренел. Выпендрежник, который получил разрешение ходить в походы и вылеты на собственном корабле. Но меня подобные пересуды волновали от слова никак. Главное, что новое судно превосходило учебный корвет почти по всем параметрам.

Странно, зачем мне так беспокоиться о собственной сохранности? Я не надеялся, что в новой жизни что-либо сложится иначе. Падение неизбежно. Таков главный Закон Варпа. В таком случае я стану опасен для окружающих. Долгое время я не мог точно сформулировать данную мысль, но в итоге она звучала просто: Аластор Ройс должен умереть и унести Хаос с собой. Однако инстинкты самосохранения — сильная штука. Они легко подавляли глас рассудка. И хоть я раз за разом «бросался в пасть к червю варпа», мне удавалось выходить сухим из воды. Желание жить побеждало. Пока что.

Главный фокусатор стал долгоиграющим проектом, параллельно я начал работу и над продвинутым целебным эфесом в подарок Кирхе. Здесь дела тоже продвигались небыстро. Слишком тонкие и сложные глифы даже для великого искусника прошлого.

В один из дней изготовил вещь попроще: личный стрелковый фокусатор. Для чего использовал вторую часть эфеса. Вернее, распилил рукоять клинка на двое и занялся внедрением в пустую половину. Когда, наконец, счел работу удобоваримой, соединил две готовые части в единый длинный эфес. Сплавил на продвинутой средней плавильне. В итоге одна сторона отвечала за потоковое лезвие, вторая — за стрельбу эфирными снарядами. До корабельных фокусаторов, конечно, далеко, да и эфирную защиту вряд ли прошибет, но обычные протонные поля пробить сможет. Полезная штука в условиях окружения ординарами. Иногда лучше не сближаться с противником, а расстреливать издали.

На тренажерной площадке имелся специальный потоковый тир. Разумеется, расстреливать из эфирного оружия стены никто не даст. Поток пробивал любой материал и достаточно легко. Возле мишеней стояли специальные иринитовые трубки для постановки защиты, а проводник шел по полу к месту стрельбы. Ты мог попросить напарника поставить барьер или самостоятельно воздвигнуть, положив одну из рук на рукоять фокусатора.

Для стрельбы требовалось развернуть эфес, направить в сторону мишени и напитать потоком. Емкость была минимальной, так что выстрел происходил почти сразу. И долго эфир внутри не хранился. Сама конструкция эфеса была малопригодной для точного прицеливания. Это просто цилиндр с насечками. Но я и не планировал применять потоковую рукоять как снайперскую винтовку. Спустя несколько часов тренировок у меня стало получаться достаточно сносно. Кирхе похвалила мою работу, отметив, насколько эфирный снаряд компактный и пробивной. У стандартных миниатюрных потоковых бластеров сгустки выходили более разреженными и менее убойными.

Пришло письмо и от отца. Граф Гарин лишь вскользь похвалил меня за подвиг по спасению княжны, словно для него это событие было малозначимым. А вот отказ Академии принимать нового слугу его рассердил. Он требовал поговорить с преподобной матерью и договориться. Меня подобная опека начала напрягать. Ладно бы прислал кого-то уровня Кирхе. Зная отца, снова пришлет какую-нибудь желчную старуху. Одного надсмотрщика мне хватало за глаза.

— Желаете написать ответное письмо? — поинтересовалась инквизитор.

— Нет. Обойдется, — хмыкнул я. — Дай свиток…

Кирхе передала мне послание, после чего бумагу объяло эфирное пламя. От свитка не осталось даже пепла.

— Знаете, Виктор, отношения с семьей лучше поддерживать. Родственные связи — то, что удерживает нас от падения в Хаос.

— Смотря, какая семья. Иногда родственные связи ведут прямиком к Хаосу.

— Такие случаи бывают, но нормой их назвать нельзя. Вам стоит навестить отца и братьев по возможности.

— На большие каникулы после третьего триместра слетаю, наверное, — протянул я задумчиво. — А, может, отец и сам прилетит на годовой выпускной бал. Там много знатных персон собирается.

— Рада слышать, — кивнула Кирхе удовлетворенно.

Наступил последний день каникул второго триместра, он же торжественный бал теургов Княжеской Академии. Большинство курсантов принимало участие в мероприятии. Студенты возвращались после посещения родных миров. С корабля на бал, что называется. Я, как и многие, не покидал Академию, так что имел возможность подготовиться.

Постригся и побрился у цирюльника Академии. Сервы здесь свою работу знали. Шкафы каюты Гарина ломились от различных костюмов, хотя в повседневной жизни в Академии данные наряды не использовались. Виктор, как и любой богатый отпрыск, любил принарядиться. Притом большая часть одежд осталась на Нимросе, родной планете наследника. Зачем он сюда свез столько барахла, неясно. Покупать новый наряд для каждого бала я считал чрезмерным. Нет, деньги мне не жалко. Скорее, жаль тратить время на подбор материалов, цветов, примерку и прочие портняжные хитрости.

— О! — нашел я любопытный экземпляр в гардеробной каюты.

Бордовая рубашка с красными и лиловыми искрами любому мало-мальски сведущему человеку говорила о Хаосе. Гарин носил ее в качестве вызова или стеба. Когда у него возникало озорное настроение. Да и под цвет лиловых глаз подходила отлично. Мне показалось, что в моем нынешнем положении, с инквизитором за плечом, такая рубашка будет смотреться особенно иронично. Камзол выбрал более стандартный — коричневый с черной оторочкой, который хорошо подходил под цвет каштановых волос Виктора.

— Как я выгляжу? — показался я перед преподобной сестрой, которой менять наряд не требовалось. Все та же ряса в темно-серых и белых тонах.

— Издеваетесь? — сузила девушка глаза. — Или цветом рубашки демонстрируете окружающим, что впустили Хаос в свою душу?

— А вы как думаете, сестрица?

— Если бы я была уверена, давно бы вынесла вердикт, — вздохнула Кирхе.

— Издеваюсь, не переживайте.

— Вы ведь видели, что случилось с Ларионовым. Неужели совсем не переживаете на собственный счет?

— Так я ведь не падший, зачем мне переживать? — пожал я плечами. — Тремора конечностей нет, пищевые пристрастия однообразны. Постоянно кофе талорано потребляю.

— Опытные служители Хаоса могут маскироваться крайне умело, — парировала Кирхе.

— Ладно, я уже немного привык к вашей компании, милая сестрица. Составите мне пару на балу?

— Я не «пара», а инквизитор. Думаю, вам стоит пригласить княжну или одну из своих пассий.

— Вы слишком серьезны. Наслаждайтесь праздником, получайте удовольствие!

Мы покинули лифт и двинулись в сторону ангара.

— Виктор! — окликнула меня Элиза. — Подбросишь на бал⁈ Не хочу толкаться на лайнере!

— Без проблем. Только на корвете маловато кресел.

— Ничего, найду где присесть!

— Кстати, прекрасно выглядишь! — осмотрел я девушку.

Вечернее черное платье сидело на брюнетке как влитое.

— Благодарю, Виктор. Ты тоже выглядишь… заметно, — посмотрела она на рубашку.

Основной фокусатор Гончей я пока доработать не успел, но мы все равно выбрали более продвинутый звездолет. Элиза устроилась на койке с комфортом. Путь до Рунтар-прайм прошел в мгновение ока благодаря мощным двигателям. Освоившись, мы сделали пол-оборота вокруг планеты и вошли в атмосферу. Изящный каплевидный корпус корвета верфей Гариных легко пронзал атмосферу и спокойно держал высокую температуру от трения о воздушные слои.

На Рунтар-прайм стояла поздняя ночь. Время было выбрано специально, дабы мы насладились особым моментом, который случится в конце мероприятия. Занятно все же, как при жизни в космосе сбоят твои биологические часы. На время суток на конкретных планетах и даже Кениоке перестаешь обращать внимание.

Рассветный дворец княжеской семьи располагался в глухой местности. На живописном высокогорном плато перед нами предстал целый райский оазис, подсвеченный мириадами сверкающих огней. С множеством красивых шпилей, построек, садов и лужаек. В такой бесплодной земле содержать алые насаждения недешево, но Морозовы могли себе это позволить. Корветы гостей теснились на причальной площадке, так что пришлось садиться крайне аккуратно.

София на правах хозяйки встречала гостей в приемном холле.

— Виктор, вы прилетели не один? — поприветствовала меня девушка несколько хмуро.

— Куда ж я без моей любимой инквизиторши?

— Я не про сестру Кирхе, — отрезала княжна.

— Ах, это. Элиза Бланко, моя хорошая знакомая.

— Очень приятно, ваше высочество, — изобразила книксен брюнетка.

— Бланко? Не слышала о таком роде.

— Мои родители… сервы, — после паузы ответила Элиза.

Княжна приподняла брови, но не стала развивать тему:

— Прошу вас, наслаждайтесь вечером.

— Благодарствуем!

Еда и напитки оказались превосходными. Я с удовольствием дегустировал различные деликатесы. Жаль, заказать кофе по моему рецепту было нельзя. Но и красное рунтарское игристое вино было на вкус очень даже ничего. Играла мягкая оркестровая музыка. На мероприятии присутствовало не так много высоких гостей. Первая княгиня Катрина и вторая княгиня Шарлотта разве что, да несколько благородных родителей. Событие рядовое, поэтому многие его пропускали. Элиза то и дело отходила, чтобы обсудить какие-то слухи.

Меня окликали многочисленные компании, так что одного не оставляли. То просили рассказать про войну с дейрами, то про слухи о Ниргалу, то о вояже за княжной. Я активно травил байки, специально приукрашивая, размывая истину во множестве странных деталей. Дабы правда была похоронена под нагромождением хвастовства.

Побеседовал с капитаном Марковым и лейтенантом Козински, с которыми успел немного сдружиться. Из знакомых персон также присутствовал командор Варгас. Его окружали подчиненные, курсанты и другие теурги. Было сложно выцепить командора. Да и от надсмотрщицы непросто оторваться. Кирхе следовала за мной неотступно, постоянно контролируя каждое мое действие и вслушиваясь в любое слово. Поняв, что отвязаться от нее не выйдет, я решил побеседовать с Варгасом иносказательно.

— Командор, рад встрече! — подловил я его в одиночестве возле стола с закусками.

— Действительно рады или просто проявляете вежливость, курсант Гарин?

— Второе, — кивнул я. — Между нами могли возникнуть недопонимание и неприязнь, но мне искренне хочется наладить взаимоотношения. Только недавно я узнал о страшной трагедии в вашей семье. Супруга ушла вслед за сыном. Примите мои соболезнования.

— Оставьте их при себе, — скривился Варгас.

— Знаете, Кайзен. Весь негатив и всю боль вам надо собрать и, скажем… запереть в подвале!

— Подвале? — переспросил он абсолютно спокойным тоном.

— Подвале дома, да! Посадить на цепь и по возможности не кормить своего дурного внутреннего монстра. Только в таком случае вы сможете примириться с действительностью. Если же ваши негативные чувства вдруг вскроются, прорвутся из подвала, так сказать… Это может очень сильно ударить по вашей карьере и даже по репутации всего рода Варгас.

Кайзен открыл было рот, но затем закрыл, глядя на меня немигающим взором. Я похлопал командующего по плечу:

— Вы — хороший человек. Как и я. Предлагаю прекратить вражду. Она идет во вред нам обоим. Надеюсь, вы позволите мне при следующих вылетах действовать свободнее. Не люблю, когда меня зажимают в рамках приказов и уставов. Думаю, вы могли убедиться, что отсиживаться за спинами союзников не в моих правилах. Даже Князь разрешил мне действовать на собственное усмотрение. Что думаете? Устроит вас такой расклад?

Варгас молчал подозрительно долгое количество времени. Я уж начал беспокоиться, не взорвется ли он в следующую секунду гневными выкриками и не бросится ли на меня с потоковым клинком наперевес. Однако Кайзен сдержался. Мужчина посмотрел на меня проникновенным взглядом и промолвил лишь одно слово:

— Устроит.

— Вот и славно…

Не успел я продолжить беседу, как Варгас залпом осушил бокал, после чего двинулся прочь. Мы с Кирхе проводили его задумчивыми взглядами.

— Что это за разговор странный вы вели? Как будто в нем был скрытый смысл, ускользающий от моего понимания? — вопросила инквизиторша.

— Ничего особенного, просто попытался помочь ему со старой травмой. Похоже, мы, наконец, смогли договориться…

Глава 18

Спустя какое-то время Кирхе перестала донимать меня вопросами насчет командора. Вечер проходил замечательно. Я пообщался с разными интересными людьми, вкусил прекрасной еды и напитков. Поучаствовал в танцах. Периодически свет приглушался, а оркестр начинал исполнять танцевальные мотивы. Играли обычно стандартный вальс. Пары сходились в центре зала и медленно кружились. Высокородные знали более сложные танцы благодаря воспитанию, однако среди теургов встречалось много выходцев из сервских семей. Им не прививали подобие этикета, что и хорошо в целом. Аластор Ройс не ценил весь этот сложный благородный выпендреж. Хорошо, что программу вечера упростили. Здесь и я мог развлечься.

Моя надсмотрщица внимательно следила за кружащимися парами. Мне показалось, что даже с некоей потаенной завистью.

— Сестрица Кирхе, не желаете потанцевать? — пригласил я скромно стоящую в уголке блондинку.

— В который раз повторяю: я не девушка, а инквизитор.

— И что с того? Инквизиторам нельзя расслабляться?

— Не с подопечными точно.

— Посмотрите, как преподобная мать зажигает!

Кирхе с интересом взглянула в сторону кружащихся пар, среди которых была и Аркадия, урвавшая себе в партнеры статного офицера.

— Хорошо. Один танец в качестве дани вежливости.

Мы соприкоснулись ладонями, а вторую руку я положил девушке на талию. Даже сердце чуть быстрее забилось! Если так подумать, то я Кирхе и не касался практически ни разу. В прошлой жизни романа с инквизиторшей завести не удалось. Не факт, что в новой получится, но кружиться в танце с красивой девушкой всегда приятно. От Кирхе чем-то вкусно пахло, хотя духами, насколько мне известно, инквизиторша не пользовалась. Со стороны наша пара из-за разницы в росте смотрелась, наверное, слегка комично, но меня такое положение не смущало. В танце это особо не мешало.

Я почувствовал вдруг, что вести начала Кирхе. Девушка действовала все активнее, пока не перехватила инициативу. Я позволил ей вести, поскольку той явно нравился процесс. Двигалась Кирхе несколько скованно по неопытности, но она старалась. Так старалась, что я еле за ней поспевал. Пот катился градом. Под конец вальса девушка тяжело дышала. Много сил она вложила в этот танец. Волосы преподобной слегка растрепались, выбились из-под чепчика. Но на губах ее играла довольная улыбка.

— Похоже, вам понравилось. Повторим?

— Когда-нибудь… в следующий раз… — снова взяла себя в руки холодная блюстительница порядка.

— Кстати, у меня ведь есть для вас презент, — заявил я с хитрым прищуром, сочтя момент подходящим.

— Презент?

— Личный эфес с целебным фокусатором! — вытащил я компактную иринитовую рукоять.

Все-таки мне удалось добить сложное изделие. Выглядел клинок тоньше, чуть короче и изящнее, нежели мой. Я вдохновлялся ее собственным мечом. Один из техников помог за небольшую плату сделать красивый цветочный узор по всему эфесу. Так что изделие внешне походило на высококачественную работу, а не на то, что обычно выходит из-под моего пера.

— С одной стороны потоковое лезвие, которое подходит под стихию Жизни. С другой — целебный фокусатор с двумя режимами: регенерация и репликация. Сможете теперь отращивать отсеченные части тела!

Кирхе круглыми глазами посмотрела на протянутый предмет:

— Репликация? Такие изделия крайне ценны во всей галактике!

— Спорить не буду, — пожал я плечами. — Не разбираюсь.

— Откуда у вас такая вещь? Не будете же вы утверждать, что создали сами?

Я с сожалением покачал головой и посмотрел на подарок:

— Мне еще далеко до подобного мастерства, но я к этому стремлюсь!

— Где вы достали этот эфес, Виктор?

Я посмотрел по сторонам, воровато:

— Вообще-то это тайна. Но я убедился в твердости вашего слова и умении держать секреты. Если пообещаете, что никому не расскажете, даже преподобной матери, я отвечу.

— Обещаю сохранить секрет, если это не будет иметь отношения к Хаосу.

— Слово дано. Хорошо… Люди отца разыскали древний схрон с артефактами одного умелого ремесленника, в том числе и с его записями. Я по мере сил пытаюсь освоить некоторые приемы. Получается пока скверно, но я стараюсь. Данный целебный эфес был найден среди его заготовок, которые он не успел продать. Изготовлен настоящим Искусником! Надеюсь, вам подарок понравится.

— Это… слишком дорогой презент. Он может быть расценен как взятка инквизитору.

— Но я же от вас ничего и не требую. Берите! — всучил я клинок девушке в руки.

— Объясните: в чем ваш мотив, Виктор⁈ — нахмурилась Кирхе. — Иначе я не могу принять эту вещь!

— Варп милостивый, — закатил я глаза. — Сколько раз за последнее время, по-вашему, мне приходилось терять руки, пальцы, уши и другие части тела?

— Непозволительно много…

— Разумеется, мне хочется видеть рядом с собой полноценного целителя. Раз уж ко мне приставили инквизитора Жизни, кажется логичным максимально усилить его возможности. Вы уже не раз исцеляли мои ранения.

— Звучит действительно разумно, — расслабилась Кирхе. — Я уточню данный вопрос у преподобной матери. Если она разрешит, оставлю эфес себе. Когда меня переведут на иного подопечного, я верну вам подарок.

Девушка принялась с интересом рассматривать рукоять, направлять внутрь поток, чтобы рассмотреть внутреннюю структуру. Новый эфес не мог не заинтересовать теурга, тем более с такими дополнительными возможностями.

— Виктор, я хотела сказать… — девушка запнулась. Зеленые глаза сияли потусторонним светом.

— Что?

— С-спасибо!

— Всегда пожалуйста…

Девушка пристально всмотрелась в мое лицо. Кирхе выглядела натянутой, словно тугая тетива.

— Вам не удастся заставить меня проникнуться к вам симпатией, вот увидите! — вдруг выдала она с толикой гнева. — Мне надо выпить!

С удивлением я наблюдал за тем, как обычно принципиальная инквизиторша быстрым шагом удаляется к столу с напитками. После чего залпом осушает бокал с рунтарским. А я-то полагал, что она ведет сугубо трезвый образ жизни. Или как там у инквизиторов принято? Врага надо знать в лицо, хех, в том числе и алкоголь.

Больше вытащить Кирхе на танец мне не удалось. Бал подходил к своему логическому завершению. Оркестр начал быстро собираться и покидать помещение.

— Итак, дамы и господа! Финальный аккорд в нашей сегодняшней программе. Всех гостей просим выйти во двор! — объявил ведущий.

Курсанты, офицеры и другие участники бала потянулись наружу. Как оказалось, оркестр занял специальную зону возле самого обрыва, где была вымощена приличных размеров площадка. На улице столь ранним утром было слегка прохладно, но разогретые танцами и алкоголем студенты не обратили на это внимание. Гости потянулись к широким перилам, которые шли по самому краю высокого плато.

— Это прекрасно, — на лице Кирхе появилась улыбка, когда она подошла ближе.

С вершины скалы действительно открывался великолепный вид. Голубое солнце поднималось из-за горизонта, окрашивая окружение в фантасмагорические цвета. Особенно это контрастировало с цветом алой флоры и многочисленных строений в долине внизу. Под нами раскинулись различные фермы и небольшие городки. Рунтар-прайм являлась густонаселенной планетой, так что заповедных лесов практически не осталось. Тем не менее, пейзаж от этого не становился плохим. Теперь каждому стало понятно, почему дворец назвали Рассветным и почему было выбрано такое время суток для бала. Встречать восход солнца здесь — настоящая роскошь. Спасибо Князю за такой щедрый подарок на окончание триместра.

— Последний этюд на сегодня, — заявил ведущий. — Дамы приглашают кавалеров. Прошу!

Я заметил, что Элиза двинулась в мою сторону, хоть я с ней уже и танцевал. Однако брюнетку опередила девушка с лазурными волосами в синем платье. За ней многие следили. В том числе и виконт Лаверно. Рожа у Фабриса была крайне недовольная, когда он увидел, к кому направилась княжна. Виолетта, которая, к слову, тоже присутствовала на балу, перехватила капитана Маркова. Мужчина ей минимум в отцы годился, но отказывать дочери Князя не стал.

— Виконт Гарин, не составите мне пару в танце?

— С удовольствием!

Под постепенно всходящее солнце курсанты и офицеры Княжеской Академии кружились в завораживающем танце. Программа максимум выполнена! И за талию Софии подержался, и Кирхе слегка потрогал. Признаться, в паре с Морозовой я чувствовал себя комфортнее, поскольку мы были одного роста. София позволила мне вести в танце, и я решил избрать медленный ритм, тем более мелодия позволяла.

Музыка затихла, и гости принялись постепенно расходиться. Я составил компанию Софии, и мы подошли к высокородным. Княгини, княжны и виконты стояли куда ни плюнь.

— Какая милая пара! София и благородный рыцарь, который вырвал ее из лап негодяя! — умилилась Катрина.

— Однако у него уже есть дама сердца, — напомнила Шарлотта.

— Уж не с ней ли он прилетел сегодня? — выплюнул Фабрис, явно раздраженный. — Вас не раз видели уединяющимся с Элизой Бланко, виконт! Не кажется ли вам, что от княжны вам стоит держаться подальше?

— Фабрис, милый, не так грубо! — мурлыкнула Шарлотта, которая также происходила из рода Лаверно.

— Хо, вы следите за моей личной жизнью, виконт? — вопросил я, ощущая, как Хаос радуется поднимающемуся в душе гневу.

— О вашей связи с безродной не слышал только ленивый, — отмахнулся он. — И после всего этого вы смеете прикасаться к прекрасной княжне Морозовой?

— Лаверно! — хмуро высказала София, чувствуя, к чему все идет.

— Я вызываю вас на дуэль, виконт Гарин! Если вы проиграете, то навсегда откажетесь от княжны и более не посмеете приблизиться!

Я глянул в сторону Кирхе. Инквизиторша с интересом следила за развитием ситуации, не желая вмешиваться. Хаос активно тащил меня в сторону поединка, однако разумом я понимал, что затея обречена на провал.

— Мы ведь с вами уже участвовали в дуэли, виконт Лаверно. Исход поединка известен нам обоим. Не вижу смысла повторять бой сейчас. Когда я освою потоковое фехтование на приемлемом уровне, тогда и повторим дуэль. К тому же, партнера для танца выбирала княжна.

— Не могу не согласиться, — кое-как унял он злость. — Прекрасная княжна сама выбирает пару…

— Хорошо, что вы пришли к обоюдному согласию. Лучше вам не забывать, кто здесь главный, — заявила София твердо, обрадовавшись тому, что конфликт не зашел дальше.

— София, мне кажется, вам не стоит водиться с этим… повесой, которого подозревают в связях с Хаосом! — добавила Шарлотта.

— Вот-вот, — поддакнул я второй княгине. — От бедокура Гарина стоит держаться подальше.

— Что с вами, Виктор? В начале нашего знакомства вы сами желали завязать дружеские отношения со мной, а теперь ведете себя так, словно пытаетесь намеренно оттолкнуть! — поинтересовалась София.

— К-хм, — я не нашелся, что ответить.

Морозова, когда не надо, может быть удивительно проницательной.

— Сестра, забудь уже про этих индюков! — младшая княжна Виолетта повисла на сестре.

— Виола, хочешь немного покататься? — сменила тему София.

— Да-да-да! Чур, я за штурвалом! — заявила мелкая.

— София, ты ведь не будешь доверять Виолетте управление кораблем? — с беспокойством вопросила первая княгиня.

— Конечно нет, мам! — протянула София, при этом незаметно для Катрины подмигнув младшей сестре. Две оторвы.

Гости принялись расходиться, мы также направились к кораблю. Кирхе следовала за мной по пятам:

— Приятно удивлена вашей стойкостью, Виктор. Мне казалось, в вашем характере принято отвечать на подобные вызовы незамедлительно.

— Я же не падший, чтобы участвовать во всех драках.

— Ну-ну…

Элиза, улучив момент, также забралась в наш корвет:

— Виктор, прости… Я слышала, что из-за меня у тебя возникли проблемы…

— Ты здесь не причем, так что не переживай. Но если сможешь помочь мне с Фабрисом Лаверно, буду признателен.

— О, им я займусь с особым тщанием! — хищно усмехнулась брюнетка.

Будем надеяться, что ей удастся накопать что-нибудь стоящее про виконта.

[Шарлотта Морозова]

После перехода в княжескую семью Шарлотта поддерживала связи с родом Лаверно. И всеми силами старалась укрепить власть своей семьи. Эйгор Морозов не нравился старой, талоранской аристократии. Особенно после случая с Актобой и мятежом барона Кернье. Впрочем, открыто выступать против правителя Рунтара они опасались. Шарлотта вносила свой посильный вклад.

— Брак с княжной будет крайне удачным как для тебя, так и для всего рода Лаверно, — говорила она племяннику после окончания бала. — Отец рассчитывает на тебя.

— Но ведь она выше меня по статусу… — хмуро откликнулся Фабрис.

— София мало интересуется политикой и отношениями между родами. Все с железками своими возится. Она не будет тебе мешать строить свою карьеру. К тому же она ведь тебе приглянулась, не так ли?

— Да, вот только этот выскочка!

— Умерь свой пыл, мальчик, — повелела Шарлотта. — Я позабочусь о том, чтобы княжну отправили куда-нибудь с делегацией. К Вольным Баронствам, например. Князь уже давно поднимает тему ее замужества, так что он даст свое согласие. Это твой шанс проявить себя. Не подведи род Лаверно.

— Я справлюсь, тетушка!

[Виктор Гарин]

Последний триместр года вступил в свои права. Длились учебные периоды чуть менее трех месяцев, затем около трех недель практики и каникулы. Рабочая рутина поглотила с головой. Я старался вникать в современную науку, изучать подробно историю. В свободное время же дорабатывал свои звездолеты. Титановый Ястреб покорился первым. Все системы я переработал, приспособив под Хаос. Фокусатор на нем остался один, но в качестве запасной рабочей птички пусть стоит. Нимрийская Гончая поддавалась дольше. Над главным фокусатором пришлось трудиться больше недели. Но в итоге я остался доволен результатом.

Основной фокусатор Гончей не дотягивал до звания среднего, но был мощнее малого. При полной мощности он мог атаковать эфирным диском широкого диаметра. Так, что в материи образовывался приличных размеров проход. Фокусатор имел и режим узконаправленной атаки, который позволит мне пробивать даже прочную потоковую защиту. Не линейный корвет еще, но уже близко.

Все осложнялось возвращением княжны в Академию. Хоть я и выбил себе отдельную мастерскую, София часто бегала ко мне посоветоваться, продемонстрировать свою работу или просто составить компанию. Так что на работу с Хаосом оставалось не слишком много времени.

По молчаливому согласию мы не поднимали тему личных отношений. Меня устраивало текущее положение, София тоже не рвалась его кардинально менять. Возможно, мы бы и не пересекались особо в Академии, если бы не общее увлечение ремеслом.

Кирхе активно осваивала подаренный ей целебный фокусатор. Там своя сноровка требовалась, как и в обращении с ремесленным резцом. Перестараешься, и кости вырастут больше, чем требуется или мышечный каркас ослабнет. Инквизиторша подрядилась практиковаться на кухне по несколько часов в день. Отращивала разной скотине отрубленные конечности. Процесс это небыстрый и требует долгой подачи ровного потока стихии Жизни. На кухне были не против, ведь выращенный окорок можно будет снова подать в столовую и сэкономить немного бюджетных средств. Круговорот Жизни в природе.

Также инквизитор помогала пострадавшим на тренировках. Отсеченные или аннигилированные пальцы были обычным явлением при потоковом фехтовании. Курсанты не были столь уж искусны, чтобы рассчитать точное движение клинка и вовремя остановить меч. Зато Кирхе получила возможность испытать свои лечебные способности на практике. Первые несколько раз у нее вышло скверно, так что непропорционально развитый выращенный палец пришлось снова отсекать. Но затем она приноровилась. Студенты бы предпочли обратиться к опытному целителю, однако в возможности потренироваться инквизиторше не отказали.

Я разок понаблюдал за инквизиторшей и понял, что меня лечебный процесс не прельщает. Хаос плохо подходил под целительство, хоть и содержал в себе все остальные стихии, включая поток Жизни. Когда-то я пробовал создать специальный фокусатор с сильными фильтрационными глифами, но не преуспел. Хаотические образования все равно нарастали при использовании переменчивой энергии. В целом же я был доволен тем, что Кирхе, наконец, обзавелась улучшенными рабочим инструментом. Не надо будет ждать своей очереди на исцеление.

Отцу я больше писем не отправлял, да и граф Гарин не спешил связываться с сыном, что меня в целом устраивало. В один из вечером меня к себе снова позвала Элиза.

— Полюбуйся! — продемонстрировала мне девушка несколько эксклюзивных фотографий.

На картинках был изображен оголенный виконт Фабрис Лаверно в окружении двух дамочек явно пониженной социальной ответственности.

— Как тебе удалось?

— Взломала его личный фрегат и установила скрытую камеру. Он иногда развлекается на своем судне. Жаль, что камеру довольно быстро обнаружили при проверке на жучки. Но часть данных я выловить смогла.

— Ты взломала фрегат Лаверно? Кажется, там достаточно хитрые замки.

— Пришлось повозиться и поизучать схемы, но я справилась. Все благодаря твоему подарку, Виктор!

— Молодчина! Будет о чем побеседовать с Фабрисом при удобном случае… — оскалился я.

Хаос постепенно поднимал голову. Дни сменялись днями, однако утолить жажду разрушений толком не удавалось. Разок всего поучаствовал в учебном вылете для охраны границ во время варп-бури. Но шторм принес лишь скопище червей. Ни левиафана, ни рейдеров, ни других судов Хаоса. Гончую я протестировал успешно, однако внутренний демон остался недоволен. Слишком слабые враги. Старался забыться на тренировках по потоковому фехтованию. Помимо Кирхе, сражался в учебных поединках с сильнейшими теургами Академии. Немного помогало, но напряжение продолжало нарастать. Такими темпами мне придется устраивать себе каникулы и лететь куда-нибудь на периферию. Или к центру галактики. Посмотреть, как там поживает клятая Тетрархия…

У судьбы же были на меня свои планы. В один прекрасный день, когда я шлифовал резцы в мастерской, ко мне ворвалась разгневанная София. Я уже привык к тому, что стучаться княжна не любит, так что спокойно развеял Хаос из заготовки и повернулся к девушке. В гневе наследница Морозова была так же прекрасна, как и в радости. Лазурные волосы разметались в беспорядке, а сапфировые глаза сверкали неземным светом.

— Виктор, вы летите со мной в Вольные Баронства!

— Чего? — подивился я княжеской наглости.

— То есть… — немного смутилась София. — Виктор, не желаете сопроводить меня в Вольные Баронства в составе дипломатической миссии?

Глава 19

[София Морозова]

— Что⁈ Какой еще Гнумерад⁈ Где он вообще находится⁈

— Это Вольные Баронства, что на границе между Рунтаром и Акадской Теократией… До сих пор они не присягнули ни одной империи, стараются блюсти независимость, — пояснил помощник Великого Князя.

— Я в курсе! — фыркнула княжна. — Там просто нет ни густонаселенных систем, ни богатых месторождений ценных ископаемых. Жалкая дыра! Зачем мне ехать туда? Как же учеба?

— Таково распоряжение Великого Князя. Правитель Гнумерада пустил слухи, что готов присягнуть достойному сюзерену. Нам известно, что Акадская Теократия также готова направить жрецов для того, чтобы склонить его на свою сторону.

— Почему я? Пусть едет княгиня Шарлотта или мама, раз отец занят!

— Сыну правителя Гнумерада исполнилось девятнадцать лет не так давно. Владыка подыскивает ему невест.

— У нас был уговор с отцом, что до конца Академии он ко мне с данным вопросом не пристает!

— Таково распоряжение Великого Князя, — повторил посланник нейтральным тоном.

— Понятно… — вздохнула София. — Передай отцу, что я исполню свое предназначение. Когда делегация отправляется?

— Завтра.

— Завтра⁈

— Будьте готовы, ваше высочество. За вами на Кениоку прилетят.

Поклонившись, помощник Князя удалился из каюты.

— Зараза!

Большое зеркало покрылось инеем, а затем треснуло от воздействия морозной стихии. София была зла. На гневные вскрики прибежала служанка, так что княжне пришлось убеждать прислугу, что все в порядке.

Мысли ее крутились исключительно вокруг грядущей поездки, на учебе София сосредоточиться не могла. Во время обеденного перерыва она пыталась разыскать Виктора, чтобы посоветоваться, однако Гарин где-то долго пропадал. Опять в мастерской, наверняка. Тем временем, к ее столику подошел Фабрис, наследник графа Лаверно.

— Разрешите присоединиться? — вежливо вопросил он.

София посмотрела на него с явным раздражением во взгляде:

— Мне сейчас не до вас, виконт.

— Ох, не зря вас называют ледяной княжной! — заявил тот с улыбкой. — До меня дошли слухи, что вас отправляют в составе делегации в Вольные Баронства?

Девушка хмуро взглянула на брюнета. Лаверно не преминул воспользоваться заминкой и присел за ее столик:

— Не знаю уж, о чем думал ваш отец, отпуская молодую княжну в Гнумерад. Но мне кажется, вам нужен благородный сопровождающий. Чтобы избежать лишних казусов, так сказать.

— Точно! — просияла София. — Спасибо большое, виконт, за подсказку! Мне надо идти!

Морозова оставила недоеденный обед с опешившим Фабрисом и двинулась к ангарам. Телохранители еле поспевали за ней.

— Виктор, вы летите со мной в Вольные Баронства! — заявила она с порога, отворив створку двери в мастерскую.

Виконт, само собой, обретался рядом со своей любимой средней плавильней. Морозовой начало казаться, что парню горячая наковальня милее горячих девчонок. Так что инквизиторша не была с ней так уж честна, предупреждая о любвеобильном характере Гарина.

— Чего? — похлопал тот ресницами в недоумении.

— То есть… — немного смутилась княжна. — Виктор, не желаете сопроводить меня в Вольные Баронства в составе дипломатической миссии?

— Хм-м… — задумался он.

— Пожалуйста!

— Там должно быть не так скучно, как в Академии, — усмехнулся Виктор, а в лиловых глазах его блеснул первозданный Хаос.

— М-м-м, у вас будет особая задача! Вы должны будете выступить в качестве моего кавалера перед вельможами и правителем Гнумерада…

— Так вас сватать повезли? — догадался Гарин.

— Это не основная миссия делегации, но, боюсь, что отец рассчитывал и на подобный исход. Он любит ставить сразу несколько целей в одном плане. Если хотя бы одна выстрелит, уже хорошо.

— Ну, знаете! Подобная роль может иметь далеко идущие последствия… — принялся размышлять Виктор.

— Семья знает, что у вас есть дама сердца, вы же сами признались в этом. Поэтому ничего страшного не произойдет. А вот в Гнумераде про это не в курсе, так что вы можете спокойно играть роль моего кавалера. Именно поэтому мой выбор пал на вас, виконт!

— Похоже, мне снова придется идти на выручку прекрасной ученице, — усмехнулся парень.

— И вы не попросите ничего в качестве награды?

— А что вы можете мне дать, хе? — осмотрел тот тело княжны снизу вверх.

Что слегка разозлило девушку. Он явно вел себя вызывающе в виде шутки. Не воспринимал княжну всерьез и в качестве пары не рассматривал. Хотя София объективно красива, сильна как теург и имеет высокое положение. Любой аристократ счел бы за честь сыграть ее жениха, как тот же Фабрис, к примеру.

— Все, о чем вы грезили в самых смелых мечтах! — заявила София с вызовом, скрестив руки на груди.

— В таком случае… прорекламируйте на каком-нибудь мероприятии мой рецепт кофе с ликером. Хочу, чтобы в каждом заведении его подавали!

Морозова взглянула на виконта круглыми от удивления глазами:

— И это все?

— Помочь ученице — долг учителя, — махнул рукой Гарин. — Да и Кодекс Варпа следует блюсти. Помогать ближним. Когда отправление?

— Завтра.

— Уже⁈ Тогда мне надо внести последние штрихи в Гончую! Все, не отвлекайте, София! Скажете на практике, что я заболел. И принесите обед, мне пора работать!

— Вы хотите, чтобы княжна носила вам обед?

— Все в порядке, ваше высочество, — взяла слово Кирхе. — Я принесу.

— Ну уж нет. Это мой долг! — заявила Морозова решительно.

[Виктор Гарин]

Что ж, можно похвастаться новым достижением. Мне теперь не только симпатичные инквизиторши носили еду в мастерскую, но и целые княжны. Кто дальше? Принцессы дейров? Эмиссарши Хаоса? Жить хорошо, а жить виконтом еще лучше!

Меня несколько смущало предложение княжны. Ведь все это могло оказаться частью хитрого плана по охомутанию такого прекрасного жениха, как Аластор Ройс. Но согласился я без длительных раздумий, поскольку Вольные Баронства, наверняка, позволят мне потешить внутренних демонов. Утолить жажду хаоса. Гончая на самом деле была фактически готова, осталось внести небольшие косметические изменения. Фокусаторы все были обработаны Хаосом, как и защитная трубчатая сеть. Даже маскировочный узел я доработал, чтобы запретная стихия текла без помех. Нимрийская Гончая готова рвать и метать. Сдается мне, что придется участвовать в скучных переговорах дипмиссии. Но никто не мешает мне полетать по округе и поискать приключений на свою голову.

На следующий день под вечер по галактическому времени к Академии прибыл флот делегации. Мы с Кирхе устроились в Гончей, я вывел корабль из ангара. Фрегат княжны следовал за нами. Неподалеку от Кениоки нас дожидался достаточно скромный флот. Одинокий крейсер с двумя большими фокусаторами и четыре фрегата сопровождения. Я провел Гончую в ангар крейсера, в котором располагалось около двадцати стандартных малых истребителей.

Военные боевые суда, размерами меньше корвета. Предназначеные для вылетов на небольшие дистанции и не имеющие достаточной автономности. Своих реакторов и устройств прокола нет, только накопители. Никаких удобств и отдельных помещений, исключительно кресло в кокпите с хорошими обзорными иллюминаторами. На каждом стояло по два малых фокусатора, защитная сеть и все самое необходимое. По боевой мощи и скоростным качествам малый истребитель не отличался от корвета. По сути, на них можно было летать только в близлежащем пространстве от несущего крейсера.

Гончей нашлось свободное местечко в углу ангара. Фрегат, разумеется, в трюме бы не поместился. София не стала оставаться на своем личном корабле, а перешла на крейсер, который назывался Адмирал Форкс в честь прославленного полководца прошлого. Получив разрешение, флотилия провалилась в варп и начала неспешно набирать ход. Так что пассажиры во время разгона могли спокойно прогуливаться по помещениям.

Мы с Кирхе, Софией и ее телохранителями достигли командной рубки для управления отделением. Поскольку флот был мелким, то по назначению она не использовалась. В помещении заседали представители делегации, обсуждая протоколы грядущих мероприятий.

— Ваше высочество, ваше благородие, — поклонился нам импозантный мужчина в годах. — Мое имя Кинот Куиллемот, глава делегации к баронству Гнумерад. Наша задача — договориться о присоединении Гнумерада к империи Рунтар, даче присяги правителем системы. Речь от лица Великого Князя буду вести я. Его величество четко обозначил границы тех уступок и подарков, на которые Рунтар может пойти. От княжны требуется сиять на приветственных мероприятиях, поражать лордов своей неземной красотой и по возможности склонять на свою сторону.

— Разберусь, — хмыкнула София. Судя по всему, лететь в Гнумерад девушка совсем не желала.

— Виконт Гарин, для нас неожиданность — ваше появление в составе делегации…

Не удивлюсь, если глава дипмиссии узнал меня из недавнего репортажа.

— Виктор — мой сопровождающий, — отрезала Морозова. — Без него не планируйте никаких мероприятий с моим участием.

— Будет исполнено, ваше высочество, — чуть замешкался Куиллемот.

Непонятно, какие инструкции он получил от Князя Морозова, но, по-видимому, моя персона нарушила некоторые планы делегации. Для этого София меня с собой и потащила в принципе, чтобы нарушать чужие планы.

— Отчего флотилия делегации такая скромная? — поинтересовался я. — Мне кажется, логичным было бы показать мощь Рунтара перед провинциальным баронством. Одного линкора и тройки-другой крейсеров было бы достаточно.

— Правитель Гнумерада, барон Шакс, не приветствует подобные демонстрации силы. Он мог решить, что мы явились завоевывать его владения. Нам такие стычки ни к чему, — пояснил глава дипмиссии.

Делать на крейсере было особо нечего. Ликера в столовой не водилось, талорано делали скверный. Хорошо, хоть я взять небольшой запас зерен с собой. Кофеварка на Гончей выдавала приятный терпкий кофе. Чуть позднее мы с Софией с удивлением обнаружили настоящую мастерскую в одном из помещений Адмирала Форкса. В наличии имелась только малая плавильня, а место было мало, но двум фанатам ремесла этого хватило за глаза. Я продолжил улучшать резцы, тренировался в стихии Огня. Когда никого не было рядом, обновил свой эфес до новой версии. Благодаря прокачанным резцам и улучшенной технике потока клинок получился еще чуточку лучше.

В остальное время мы с Кирхе и Софией обретались в главной рубке или среди офицеров-теургов. На потоковый крейсер требовался не один десяток мастеров эфира разных стихий. Ординарный персонал занимался всеми прочими вопросами: обслуживал технику, дежурил на постах и банально убирался на корабле. Теургов было слишком мало, чтобы ставить их в наряды в столовой или операторами оборудования.

Вольные Баронства — любопытный осколок Талоранской империи. Большую часть Рунтар сумел вернуть, но на границе осталось несколько систем, что упорно блюли независимость. У Великого Князя и иерархов Акада были куда более важные вопросы. Но мало-помалу Баронства обретали своих сюзеренов. Акад, к слову, мало кому нравился, поскольку в теократии были достаточно суровые законы. Правила там Святая Инквизиция, и жрецы постарались минимизировать давление Хаоса на умы людей. Убрать пороки, такие как: алкоголь, разврат, табак и прочие искушения. Жизнь сервов там не сахар.

Осталось несколько часов до прибытия в систему Гнумерад, которые я решил провести с максимальной пользой. А именно: выспаться. Время по общегалактическому двигалось к ночи. Как гостям княжны нам с Кирхе выделили отдельные каюты. Скромных размеров, но остальной экипаж размещался по двое или по четверо. Так что одиночные каюты на крейсере можно считать роскошью.

Позевывая, я шествовал по главному коридору, когда меня окликнули:

— Виктор, найдется у вас минутка? — вопросила княжна.

— Для вас — непременно…

— Преподобная сестра, я присмотрю за вашим подопечным.

Кирхе была несколько удивлена таким поворотом, но спорить не стала.

— Как пожелаете, ваше высочество…

Инквизиторша обозначила поклон и двинулась в сторону каюты, оставив нас наедине. Если не считать вездесущую двойку телохранителей. Теурги глядели на меня с подозрением, несмотря на то, что мы с Софией часто занимались вместе. Она регулярно моталась ко мне в мастерскую, спрашивала советов, просила оценить изготовленные ею фокусаторы.

— Что на этот раз?

— Посмотрите мой новый эфес? Я постаралась избавиться от прошлых ошибок.

— Без проблем…

— Сюда! — повела София.

Княжна привела нас в собственную каюту, которая на поверку оказалась самой роскошной на всем крейсере. Большая двуспальная кровать, своя душевая с санузлом вместо общего, гардеробная и прочие излишества. А ведь на кораблях пространство на вес иринита. Их всегда стараются сделать наиболее компактными. Но для высоких гостей припасли элитную каюту. В стене виднелся огромный иллюминатор, демонстрирующий черно-серую хмарь второго слоя варпа и мерцание выставленной потоковой защиты. Дежурные теурги поддерживали барьер на случай внезапного нападения.

София передала мне свой эфес. Я отошел к столу, внедрил собственный поток и принялся тщательно исследовать глифы.

— Хм, кое-какой прогресс есть. У вас получается все лучше и лучше! — заверил я. — Хотя указанные мной в прошлый раз ошибки так и не исправили… В ствольном глифе…

Раздался щелчок замка, и я прервал свою речь. София зачем-то заперла дверь в каюту изнутри. После чего выключила основной свет, оставив несколько слабо мерцающих ламп.

— Ваше высочество? — вопросил я с легким недоумением.

— Я же просила обращаться ко мне по имени! — заявила девушка слегка нервным голосом.

Присмотревшись, я увидел румянец, который покрыл белые щечки княжны. Так вот оно что! Признаться, не ожидал. С Софией мы часто оказывались наедине, так что я не придал ее просьбе особого значения. Да и не думал, что она испытывает ко мне какое-либо влечение.

София — девушка прекрасная во всех смыслах, однако ее высокое положение могло создать определенного рода проблемы. Я не хотел повторять ошибки прошлого. Мне не стоило сближаться с кем бы то ни было, тем более с высокородными. К тому же я не знал, какие именно нравы царили в современной аристократии и княжеской семье, в частности. Что, если одна ночь является своего рода обязательством к женитьбе? Не хотелось бы влипнуть в историю на ровном месте.

Разные мысли лихорадочными стайками проносились в моей голове, пока девушка с лазурными волосами неумолимо сокращала дистанцию.

— София, к-хм, зачем вы выключили свет? — кашлянул я.

— Не притворяйтесь, что не поняли очевидного намека. Вас смущает мой статус княжны? Или я недостаточно привлекательна?

— Мало кто может поспорить с вашей красотой и пытливым умом, — ответил я искренне. — Но что скажет ваша семья, если слухи дойдут до них?

— Это моя личная жизнь, их она волновать не должна! — буркнула София. — Отец считает, что может распоряжаться нашими судьбами. Черта с два! Я сама решаю, с кем мне быть!

— Почему я?

— Я ведь толком не отблагодарила вас за спасение. Как и за помощь с делегацией, — приобняла меня девушка и принялась нашептывать на ушко. — Никаких обязательств я от вас не требую. Мы просто проведем время вместе. Скрасим скучные будни межзвездного путешествия. Что скажете?

Хаосу предложение Софии понравилось, поскольку последствия толком я не мог просчитать. Наверное, в ином случае я мог противостоять давлению запрещенной стихии, но у нее появился новый союзник: мое тело, которое отреагировало на красивую девушку так, как и должно было.

— Скажу, что отсутствие обязательств — это то, что жаждет услышать из уст прекрасной девы любой парень!

Наши губы соприкоснулись, положив начало водовороту безумной страсти. Мы довольно давно проводили время вместе и привыкли относиться друг к другу как к коллегам по ремеслу. Но все еще оставались парнем и девушкой в самом расцвете сил. Всем порой необходимо сбрасывать напряжение.

Тело Софии без одежды смотрелось и ощущалось шикарно. Сочная упругая грудь, крутые бедра, гладкая алебастровая кожа, прекрасные лазурные волосы. Я на ее фоне выглядел несколько блекло, хоть и сумел за последние месяцы прилично так сбросить в весе. Есть куда расти, в общем и целом.

Начало вышло несколько сумбурным, но затем мы перешли на огромную кровать. Я взял инициативу на себя, и процесс пошел. Правда, партнерша все время кривилась и морщилась, будто ей было неприятно. При этом помалкивала словно партизан, так что я не мог понять, что делаю не так. Но затем я заметил:

— Кровь… Так ты… точно не лгала насчет отсутствия обязательств?

— Покровитель милостивый, снова за старое? Просто… парни спокойно ведут себя распутно, и всем наплевать. Чем девушки хуже? — буркнула она. — Не переживай, силком тащить виконта под венец я не планирую. Мне надо отлучиться на минуту! Виктор, жди здесь! — распорядилась она приказным тоном.

София быстро накинула одежду и упорхнула. Я от греха подальше также оделся. Долго думал, стоит мне уходить или нет, но затем Морозова вернулась в каюту.

— Куда ты ходила?

— К флотскому целителю. Теперь можем продолжить без сдерживающих факторов!

Дверной замок щелкнул, и одежда снова полетела на пол.

Глава 20

Из приятной дремы меня выдернул настойчивый стук в дверь. На моей груди будто довольная кошка покоилась княжна София. Ее небесные пряди растрепались и слегка щекотали подбородок. Как ни крути, а все идет к повторению сценариев из прошлой жизни. Нельзя забывать, что постельные утехи с княжной не должны перерасти в нечто большее. Держать дистанцию и не давать Хаосу лишнего повода поднять голову! «Посмотрел эфес», называется.

Я повернулся и посмотрел на скрытую простыней девушку рядом. Изящные изгибы укрытого простыней тела так и манили. С другой стороны, такие ошибки я готов повторять столько, сколько потребуется…

— Ваше высочество, мы прибываем к системе Гнумерад! — раздался приглушенный возглас охранника из-за запертой двери.

— Уже? — пробормотала София полусонно. — Скоро буду готова!

Мы принялись молчаливо собираться, цепляя элементы одежды, скаф и личные фокусаторы. Я в задумчивости любовался одевающейся девушкой. Не думалось мне, что удастся увидеть княжну в неглиже. Хороша, зараза!

Интересно, сделала она это только ради того, чтобы привязать меня к себе и избежать опасности помолвки с аристократом Гнумерада? Только в качестве благодарности за спасение из лап барона? За ценные советы, которые я давал ей в ремесле? Или было нечто большее, что средняя княжна Морозова испытывала к виконту Гарину? Сложно сказать, ведь София из благородных. Она варится в соку интриг и многоплановых схем с самого рождения. Впрочем, увлечение ремеслом делало ее простой и близкой мне по духу.

— Скажи мне, Виктор, — вдруг притянула она меня к себе, схватив за отворот скафа. — Кто теперь твоя дама сердца?

— Кодекс Варпа надежно хранит мое сердце под семью замками! — ответил я одновременно шутливо и серьезно.

— Примерно так я и предполагала. Когда-нибудь твои замки падут!

София подарила мне короткий, но чувственный поцелуй. Если так пойдет и дальше, слова вертихвостки могут оказаться пророческими…

Мы с княжной покинули элитную каюту, снаружи нас ожидала пара телохранителей-теургов. Приязни в их взгляде после прошедшей ночи не прибавилось.

— Если вы кому-то обмолвитесь об этом хоть словом, я вас сгною! — заявила София ледяным тоном. Температура вокруг разом понизилась. Коридор покрылся инеем, изо рта начал вырываться пар.

— Мы все понимаем, ваше высочество, — склонились охранники. — Немы, как космос!

— Хорошо, — кивнула наследница. — Виктор, составите мне компанию за завтраком?

— Непременно!

Как оказалось, Кирхе поджидала неподалеку. Инквизиторша осмотрела нашу пару прохладным взглядом.

— Как ваши успехи, Виктор? Посмотрели эфес ее высочества?

— О да! Там такой эфес, что Ух! — изобразил я ладонями ладный девичий стан. — Каждый день готов смотреть и щупать!

— Виконт! — ткнула меня София кулачком в бок с улыбкой. — Не паясничайте. Вас, преподобная сестра, я бы тоже хотела попросить не распространяться об этом.

— Личная жизнь подопечных — дело самих подопечных. Наверное, уже поздно говорить об этом… Хочу лишь заметить, что склонные к Хаосу личности и опытные падшие могут быть вполне себе привлекательны для противоположного пола. Следующие уставу и распорядку индивиды кажутся скучными и однообразными. Поэтому будьте крайне осторожны, ваше высочество.

— Разве вы здесь не для этого, сестра Кирхе? — приподняла голубую бровку княжна. — Если вы обнаружите явные признаки падения, разумеется, я пересмотрю свое отношение к виконту. Постараюсь присматривать за ним и сама, когда вас нет поблизости. Нам тут Хаос не нужен! — заявила она решительно.

Я про себя вздохнул грустно. Все против Хаоса! И невдомек им, что существует редкая возможность защититься от его пагубного влияния. Когда-то я даже пытался перетянуть на свою сторону часть знакомых, уверяя, что мой разум надежно защищен. Но все верили в Закон Варпа, который гласит, что исключений не существует. Падшие могут вести себя вполне разумно долгие годы, однако печальный финал предсказуем и неминуем.

— Это ваш выбор, — заметила инквизитор после паузы. — Не пожалейте о нем…

В этот момент крейсер тряхнуло. Мы с Софией повалились на пол, Кирхе успела схватиться за поручень коридора. Заорали сирены тревоги.

— Мне казалось, что вам нравится снизу, — крякнул я от свалившейся тяжести.

— Сейчас не время для шуток… — буркнула Морозова и поднялась с меня.

Княжна двинулась в сторону главной рубки, я же побежал в другом направлении.

— Виктор, куда вы⁈ — вопросила девушка.

— К Гончей, конечно. Чует моя пятая точка, что настала пора проверить малышку в деле!

— Будь осторожен!

— Осторожность — это не про меня! — выкрикнул я в ответ.

Хаос бурлил в крови, почуяв веселые приключения на горизонте. Нимрийская Гончая ожидала своего старта в ангаре. Царил ажиотаж. Теурги занимали места на малых истребителях и ожидали приказа к вылету. Вдруг раздался грохот. Защита крейсера и корпус не выдержали удара. Огромный алый сгусток пробил оборону корабля. Большую часть энергии он растерял, но оставшегося хватило на то, чтобы сбрить часть малых истребителей и уничтожить нескольких теургов. Я же успел выставить огненный барьер, прикрыв Гончую от остатков удара. Судя по всему, палили из большого фокусатора, да еще и хорошо знакомым мне Хаосом.

Что за тварь посмела устроить нам засаду у системы Гнумерад?

— Герб Актобы! — донеслось по общему каналу связи. — Флот барона Кернье, одержимый Хаосом! Мятежники осквернили себя не только бунтом, но и падением! Один крейсер и один несущий эсминец, пять фрегатов и ворох корветов.

— Откуда Кернье знал, где устраивать засаду⁈ — раздалась ругань Морозовой по связи. — Во имя Великого Князя и благословенной империи Рунтар уничтожьте падших ублюдков!

И военные принялись за дело. Орудийные фокусаторы выплевывали разностихийные сгустки с завидной регулярностью. Защитные барьеры трещали по швам. Улучив момент, я вылетел через протонную пленку ангара в холодный космос. Защиту при этом я снял, переключившись на маскировку. Опасный момент, поскольку кто-то мог просвечивать ангар направленным радаром и засечь меня. Я набрал скорость, внимательно следя за выстрелами. К счастью, моя маскировка сработала, и никто не обратил внимание на вылетевший корвет.

Судя по состоянию судов мятежников, они долго пробыли в глубинных слоях варпа. Обшивку покрыли костяные наросты и слои пульсирующей плоти, которая каким-то образом выживала в вакууме. Быстро же они пали! Варп-болезнь действительно распространялась словно эпидемия в замкнутом пространстве звездных судов. Особенно, если начинается с кого-то высокого ранга. Рыба гниет с головы, как говорится. София упоминала в разговоре, что барон Кернье показался ей падшим. Очевидно, княжна была права. Остается только упокоить служителей Хаоса, которые снова встали у нас на пути. Вопросы о том, каким образом они сумели узнать пункт назначения делегации княжны, стоит обсудить позднее.

Само собой, главной своей целью я избрал вражеский крейсер. Какое-то время я выжидал вблизи, прячась под хаотической маскировкой среди бушующих всплесков разных энергий. Ждал, когда нашим, наконец, удастся пробить барьер крейсера, который ныне блестел в том числе и лилово-красными оттенками.

Служители Хаоса могли как сохранить свои прежние пояса, так и обратить их в новую стихию. В первом случае они получали возможность пользоваться сразу двумя стихиями и развивать их, что бывает полезно в бою. Во втором случае уже сильный пояс оборачивался в Хаос, словно реактор, которой заразили поганой эманацией. В таком случае не требовалось расти с нуля. Пояс получал прирост сил и преображался в изменчивую стихию. Ординары также могли получить особые способности, став искаженными.

Любой становился сильнее после приобщения к Хаосу. Не только обретал мощные умения, но и изменялся психологически. Хаос давал ощущения вседозволенности и собственного величия. Рамки морали стирались. По этим двум главным причинам люди и обращались за помощью к Хаосу. Выбор оставался всегда.

Наконец, нашему крейсеру Адмирал Форкс удалось сделать удачный выстрел. Защита хаоситского корабля получила пробоину, к которой и устремилась почуявшая кровь Нимрийская Гончая. Главный фокусатор мне пришлось зарядить Огнем, несмотря на то, что в развитии пояс отставал от хаотического. Поразмыслив, я понял, что мои специфические широкие удары останутся заметными. Когда техники будут разбирать корпус уничтоженного мной крейсера, то могут возникнуть вопросы. Чего это линейный корвет рассекал по хаотическим коридорам. Хаос же оставил на запасной малый фокусатор. Его удары можно легко спутать со случайными ударами тварей Варпа.

Огненный выпад разрушил ослабленный барьер, и я проник в заброневое пространство. На сей раз мне повезло попасть в нечто вроде складского помещения. Атака Адмирала Форкса порушила стеллажи, коробки и хранящиеся внутри запчасти. Внутри царил разгром.

Теперь никого щадить нельзя. Свидетели могли поведать много неприятных подробностей. Пускай веры падшим нет, лучше не давать инквизиции новых зацепок. Я сформировал хаотическую защиту вокруг корвета и дождался перезарядки фокусаторов.

После чего влетел через широкую пленку выхода со склада в основной коридор крейсера. Он был поменьше, чем магистральные каналы на дредноуте Роя, но и моя Гончая в сечении была чуть уже. Кое-как протискивался. Толпа актобцев выскочила из одной из кают. Люди еще не стали полноценными искаженными, поскольку прошло не так много времени. Но изменения были хорошо заметны. У кого-то меньше, у кого-то больше. Пылающие кровавые глаза, длинные мощные когти, сверкающие алыми росчерками, хвосты, чешуя и шерсть.

Твари принялись в бессильной ярости тыкаться в хаотический барьер корабля, не в силах пробить защиту боевого корвета.

— Мятежный барон, продавшийся Хаосу! — оскалился я. — Возмездие грядет!

Прицелившись, я атаковал малым фокусатором. Широкий луч сбрил больше десятка тварей за раз и полетел дальше крушить переборки. Следующий огненный удар поставил точку в вопросе, аннигилировав падших солдат и расширив коридор. Теперь я мог развернуть корвет и направить его в нужную мне сторону. Прогрызаем дорогу до реактора! Вряд ли кто-то заподозрит конкретно меня в его заражении. Это могла вполне сделать и тварь Варпа, как это случилось во время штурма загаженного рейдерского корабля.

Турели исчезали в эфирных сгустках. Актобцы мерли словно тараканы, отчаянно бросаясь на Гончую. Ошметки человеческих тел стекали по эфирной защите, кровавые следы и впечатанные изломанные тела оставались на переборках. Я отдался на волю вездесущего Хаоса, с маниакальной усмешкой изничтожая всех, до кого мог дотянуться. Теург или нет, а справиться против корвета не мог никто. По крайней мере, по одиночке. Пробирался я не быстро, поскольку на зарядку фокусаторов и защиты уходило время. Не наполнив иринитовые проводники потоком, не бросался слепо дальше.

Многие коридоры и переборки носили следы Хаоса: какие-то наросты плоти, шевелящиеся щупальца и прочие странные образования. Впрочем, крейсер актобцев был еще в начале трансформации в исчадие Хаоса. Вряд ли главный реактор успел претерпеть кардинальные изменения.

Путь привел в зал, где сидели теурги актобцев. Ныне ставшие падшими. Ударами с двух фокусаторов я сбрил сразу дюжину тварей Хаоса, остальные бросились с личными эфесами в надежде пробить защиту корвета. Местами им это удавалось. Гады царапали обшивку судна, пока мои орудия перезаряжались. Защита трещала от множества нападок с разных сторон. Тогда я включил маневровые движки на полную и закрутился словно юла, благо, ширина зала позволяла. Падших раскидало в разные стороны, словно кегли. Многих уберегла от смерти личная защита, погасившая кинетическую энергию ударов. Но разлетались теурги славно. Повторный залп аннигилировал тварей.

Я медлил, рассчитывая найти барона Кернье лично и поквитаться с ним. Крейсера — это не линкоры и далеко не огромные материнские корабли Роя. Притом на данном конкретном судне я бывал сам. Найти реактор не составило бы для меня проблем. Но гаденыш не должен был уйти безнаказанным. Поэтому я блуждал по внутренностям крейсера и снижал численность экипажа всеми доступными средствами.

В какой-то момент твари Хаоса очухались, что удивительно. В отличие от Роя, нашли, как противодействовать плотоядному червячку, прогрызающему себе дорогу в самое нутро гнилого яблока. Видимо, не все актобцы успели растерять разум и военную смекалку. Как противостоять линейному корвету, проникшему внутрь? Правильно, запустить другие корветы следом, не обязательно линейные. Ведь защита у меня как у обычного судна того же класса, из малого фокусатора вполне себе пробивается.

Уворачиваться или надеяться на скорость в узких прорезанных проходах внутри крейсера было сложно. С одним корветом мы столкнулись практически вплотную, и оба выстрелили Хаосом из фокусаторов. Сгустки разорвались друг о друга и расплескались в разные стороны, пожирая материю. Следующим я выстрелил из главного фокусатор, переведя его в проникающий режим. Узкое огненное копье пронзило вражескую защиту и сам корабль. Попал точно в пилота, которого расщепило на элементарные частицы. Судно потеряло ход и врезалось в переборки.

Второй корвет вырулил передо мной менее удачно. Он высунулся из неширокого прохода и не смог развернуть продолговатый корабль. Два удара из фокусаторов уничтожили пилота и изрешетили потоковый корвет.

У актобцев имелись на крейсере и малые истребители, которым было проще сновать по коридорам и проделанным мной лазам. Я понял, что пора заканчивать поиски. Барон Кернье так и не нашелся в недрах крейсера. Возможно, умотал сразу. Падшие — это ведь не безмозглые жуки Роя. У них тоже иногда сохранялись инстинкты самосохранения. Гад вполне мог сбежать, поняв, что запахло жареным. Видимость снизилась. Дым пожаров и странные испарения после хаотических ударов заполонили проходы крейсера, так что я старался следить за корпусом и не допускать разгерметизации. Не хотелось дышать через маску, да и новенькую Гончую стоило поберечь.

Только я об этом подумал, как вынырнувший из ниоткуда малый истребитель исторг выстрел из фокусатора. Хаотический удар пробил защиту и сбрил мое запасное орудие, оставив только с главным. Ответным огнем я уничтожил вражеский истребитель.

— Последний штрих! — рыкнул я, прорвавшись в реакторную.

Энергетический центр крейсера выглядел достаточно компактно в сравнении с аналогичным помещением материнского корабля Роя. Я подлетел вплотную, после чего на некоторое время высунулся наружу через абордажный люк. Перебрав какое-то количество спектров хаотической стихии, мне, наконец, удалось заразить реактор. Который пока еще работал на стандартной тритиевой смеси. Бывалые корабли Хаоса преображались порой до полной неузнаваемости, но крейсер еще не успел пройти все стадии.

Заметив лиловые искорки, я вернулся обратно в кресло и повел судно прочь на высокой скорости. Реактор небольшой и относительно современный, так что вразнос пойдет быстрее.

Пробив себе путем Огнем, я вылетел наружу, в бездонный космос. Спустя короткий промежуток времени в крейсере вспухло несколько плазменных протуберанцев, окрашенных лиловыми и красными всплесками.

— Минус один, — кивнул я удовлетворенно. — Кто следующий на очереди?

Я снова положился на хаотическую маскировку, дабы не быть затоптанным в свалке беспорядочного космического сражения. Все-таки удар из среднего фокусатора фрегата мог уничтожить Гончую на раз. Грубо осмотрев пространство, понял, что дела у нас шли неплохо. Адмирала Форкса повредили, но и эсминец Хаоса уничтожили, как и крейсер. Фрегаты постепенно вышибали из основных орудий.

— Виктор, слышишь меня? — раздался по связи немного обеспокоенный голос Морозовой. — Ты цел, надеюсь? Один из фрегатов подобрал кого-то с крейсера перед взрывом. Даю координаты.

Поскольку одностороннее поле маскировки работало только на прием сигнала, ответить княжне я не мог. Иначе раскрою свое присутствие, чего вблизи крупных вражеских судов делать не стоило. Значит, Кернье действительно решил свалить. Либо кто-то из офицеров запросил помощь. Следует проверить лично!

Ознакомившись с координатами, я направился следом за удирающим кораблем. Работали системы подавления, так что в варп он уйти не мог. Фрегат пытался укрыться под хаотической маскировкой, но его вело другое судно с направленным радаром. Получив координаты, я сумел настроиться. Гончая взяла след и принялась нагонять беглеца. Корвет и так считался скоростным, а уж тяжелый фрегат соревноваться с ней не мог никак.

Ориентироваться приходилось в основном по приборам, поскольку черное хаотическое пятно в космосе невооруженным взором увидеть сложно. Фрегат исторг хаотический снаряд в мою сторону, тем самым демаскировав себя полностью. Я вильнул в сторону, увернувшись от разрушительного выстрела. И жахнул в ответ огненным сгустком. Средний орудийный фокусатор фрегата исчез в сгустках эфирного пламени. Поскольку враг пытался скрыться под маскировкой, защита у него отсутствовала. Корабль пронзило чуть ли не насквозь.

Хаоситы попытались воздвигнуть барьер, поняв, что маскировка не сработала, но возмездие было уже близко. Гончая настигла свою жертву. Абордажные копья пронзили обшивку, глубоко воткнувшись и зафиксировав корвет. Поверхность вышла ровной, так что эластичные подкладки вокруг абордажного люка надежно зафиксировали место стыковки. Я мог перебраться на соседнее судно без разгерметизации. Достаточно лишь прорезать отверстие во вражеском корпусе потоковым клинком.

Что я и проделал. На фрегате царил беспорядок из различных наростов, булькающей плесени и какой-то паутины из сокращающихся мышц. Я покинул Гончую на своих двоих и бросился в сторону главной носовой рубки.

— Барон, настал ваш черед!

Глава 21

Несколько искаженных выскочило из бокового прохода. Человеческие черты в них еще сохранялись, вот только разума в глазах не наблюдалось. Дикие звери, ведомые инстинктами и поглотившим Хаосом. Воспользовавшись Огнем в атаке, я принялся кромсать тварей потоковым клинком. Расслабляться не стоило, ибо некоторые искаженные владели различными способностями, связанными с Хаосом. Клыки, когти и длинные костяные лезвия были обагрены изменчивым потоком, которые резал сталь будто бумагу. Сталкиваясь с моей защитой, искаженные высекали искры лилово-красных оттенков. Порой им удавалось пробиться через барьер, но я умело избегал серьезных повреждений.

Одна из тварей и вовсе выплевывала алые эфирные сгустки прямо изо рта. Улучив момент, я воспользовался обратной стороной своего обновленного эфеса. Огненный снаряд вылетел из фокусатора на высокой скорости и разнес черепушку твари словно трухлявый пень. Несколько раз мне потоковый бластер, который я встроил в эфес, пригодился. Выбегающих из коридоров тварей было встречать им удобно. В ближнем контакте я переходил на потоковый клинок, поскольку им отбиваться было эффективнее. Конечности, головы, половины тел усеяли проходы. На фрегате служило немало ординарного экипажа.

Вскоре и теурги подоспели. Один из падших выбежал из зала с алым клинком наперевес. Всю свою мощь он вложил в атаку. Эфирное лезвие аж светилось от алой напруги. И крутил он им достаточно умело, проделывая красивые пируэты. Я заметил, что на защиту враг поскупился. Усталость от бойни с искаженными давала о себе знать. Мне пришла в голову небольшая военная хитрость, которой и решил воспользоваться. Я деактивировал огненный клинок и распрямился, после чего развернул эфес бластерной стороной.

— Уже сдался?

Оскалившись, враг понесся на меня, и тогда я неожиданно для него исторг огненный снаряд. Насытить защиту он не успел. Сгусток энергии пробил его эфирное поле. Большую часть энергии растерял, но часть просочилась внутрь. Этого хватило, чтобы огненные осколки пробили череп и выжгли мозг. Падший рухнул на пол. Я же принялся вбирать в себя духовные частицы, отдыхая после тяжелого боя.

Судя по духовному чутью, ко мне приближалось несколько теургов разом, так что я проделал тот же трюк, что и на дейровском корабле: сменил хаотическую защиту на маскировку и скрылся в одном из помещений. Затем принялся по одиночке вышибать бегающих в поисках врага теургов. Судя по всему, на фрегате падших осталось в живых не так уж много. Меня выручало владение сразу двумя стихиями. Уничтожив еще двоих, я понял, что враги подошли к концу. После чего осторожно двинулся к главной рубке.

В зале управления судном, наконец, я встретился лицом к лицу с мятежным аристократом. Борода барона Кернье лежала всклокоченными кусками, с правого бока черепа вырос загнутый рог, а лицо покрылось мерзкими струпьями. Вот только, помимо него, в рубке находилось еще двое падших: седеющий мужчина и крепко сбитая женщина. Одному против троих мне сдюжить будет непросто.

К счастью, враги сами пришли мне на выручку.

— Барон, мы не можем набрать скорость. Фрегат империи почти догнал нас! Вам надо уходить! Соберите уцелевших актобцев и отомстите Князю! За всех павших!

— Достойной службы, сынок! — мятежник похлопал офицера по плечу, после чего направился в сторону отсека с челноками.

К сожалению, пройти мимо двоих падших и перехватить Кернье я не мог. Так что бросился на врага, желая поскорее избавиться от помехи на пути. Завязалась жестокая схватка. Два алых клинка пытались пробиться через слои моей хаотической защиты. Было заметно, что их эфесы плавятся от чужеродной стихии, поскольку не были рассчитаны на Хаос.

Я ушел в глухую оборону. Воевать сразу против двоих теургов оказалось дико непросто. Актобцы попались умелые, как назло. Даже дамочка проявляла чудеса изворотливости. После обращения к Хаосу не растеряли свои навыки в фехтовании. Рубка наполнилась сгустками хаотических энергий, пол и переборки покрылись проплавленными отверстиями.

Сделав отчаянный выпад, я попытался достать одного из врагов. Мне удалось отсечь тому левую, непрофильную руку, что не помешало гаду фехтовать дальше. Второй падший же не сидел без дела. Атаковал сбоку и прогрыз защиту. Я едва успел уйти в сторону, не то алый клинок располовинил бы мне голову. Удар пришелся в плечо наискось, срезав мне руку начисто. Стрельнувшую боль загнал поглубже благодаря бушующему в крови Хаосу. Изменчивая стихия умела примирять с болью и утратой.

Мы с одним из противников принялись активно истекать кровью. Время работало против меня. Я снова ушел в глухую оборону и принялся отступать, выискивая какую-нибудь вещь, которая бы мне помогла в бою. Подмога пришла откуда не ждали. Фокусатор падшей брюнетки вдруг разорвался хаотическим диким выбросом. Глифы не выдержали напруги неподходящей стихии. Руки женщины-офицера испарились в эфирном взрыве.

— Надо соблюдать технику безопасности и покупать эфесы от Виктора Гарина! — заявил я язвительно.

После чего бросился на обескураженную противницу, которая перестала представлять серьезную угрозу. Она попыталась отбиться неструктурированным фонтаном хаотической энергии, но моя защита легко сдержала напор. А спустя секунду голова падшей покатилась по поверхности рубки.

Я переключил свое внимание на последнего теурга, который, как и я, остался без руки. Гад использовал Хаос для самолечения, отчего на месте ранения выросли червивые щупальца. Мне к такому методу прибегать не следовало, так что я стоически терпел пульсирующую боль.

Один на один у противника шансов стало в разы меньше. Улучив момент, я провел грамотный прием, которому меня обучила Кирхе: увел клинок врага в сторону, после чего пронзил защиту и проделал новое отверстие в голове проклятого. Падший рухнул на пол.

Я бегло осмотрел индикаторы на панели управления. Кричала тревожная сирена, но реактор был цел, судя по всему. Фрегат еще послужит в качестве трофея. Вторым делом я взял из стандартной аптечки на стене заживляющую мазь и кое-как наложил повязку, орудуя оставшейся рукой и зубами. Параллельно собирал частички души, коих удалось набить с падших немало.

После чего вернулся в свой корвет и отстыковался от фрегата актобцев. Челнок, на котором свалил барон Кернье, быстро удалялся от нас. Потокового оборудования на нем не было, так что судно не могло ни спрятаться, ни защититься. Единственный выстрел из фокусатора поставит точку в жалкой жизни мятежника. Устройство Прокола на челноке стояло, так что далеко отпускать его не следовало, иначе он свалит в варп. Состояние мое оставляло желать лучшего. Боец из меня теперь никудышный, но самолично я с бароном сражаться не планировал. Главное — это догнать и аннигилировать.

Нимрийская Гончая принялась уверенно нагонять цель. По удельной мощности мой корвет немного превосходил юркий челнок, так что рано или поздно жертва окажется в моих цепких лапах. Мы достаточно далеко удалились от основного места сражения, так что я решил доложить о своем текущем статусе по общему каналу:

— Виктор Гарин. Преследую барона Кернье, который уходит на челноке.

— Виктор, возвращайтесь! Вы нужны нам здесь.

— Но мне буквально полчаса хватит…

— В систему вошел флот Лаверно. Виктор, возвращайтесь, — настойчиво повторила княжна.

Я, наконец, обратил внимание на радар и заметил, что в данном участке космоса кораблей резко прибавилось. Флот Лаверно состоял из целого крейсера, несущего эсминца и нескольких фрегатов. При желании они могут уничтожить наш потрепанный флот. Неужто напасти не закончились? Хаос в крови вполне себе насытился сегодняшними авантюрными выходками. Это была славная бойня! Если еще и Лаврно придется кромсать… Впрочем, сначала следовало разобраться.

Спустя некоторое время я причалил на Адмирала Форкса. Картина чуть прояснилась. Виновник переполоха также прибыл на наш крейсер. Мы собрались в рубке управления флотом. Я откинулся в кресле устало, а сидевшая рядом Кирхе скрупулезно работала подаренным ей фокусатором. Рука постепенно восстанавливалась, боль ушла.

— Вот и пригодился эфес, да? — хмыкнул я.

— Лучший фокусатор — это тот, который не потребовалось использовать, — философски изрекла инквизиторша.

Следовавший за нами флот Лаверно также попал в ловушку варп-подавления и выскочил в космосе неподалеку. Мы бы и сами справились, но благодаря им остатки актобцев удалось задавить в кратчайшие сроки. Мятежный флот перестал существовать. Барону Кернье же удалось уйти на челноке. Падший удалился за пределы средств подавления, после чего ушел в варп.

София нервно барабанила по столу пальцами, иногда искоса поглядывая в мою сторону. Наконец, явился и виновник повторного переполоха.

— Прошу прощения за вторжение! — заявил появившийся в проем Фабрис Лаверно с сопровождением. — Ваше высочество… Гарин⁈

— Обращаться ко мне «ваше высочество» преждевременно, но я ценю вашу лесть… — усмехнулся я.

— Ты что здесь делаешь⁈ — вопросил виконт.

— Виктор — мой приглашенный, участник делегации. Какие-то проблемы? — заявила княжна хмуро.

— Я не ожидал его здесь встретить…

— Потрудитесь объяснить, что вы здесь делаете, виконт Фабрис Лаверно! — приказала Морозова решительно. — Каким образом вы заявились сюда буквально спустя несколько минут после нашей стычки с мятежными силами падшего барона⁈

— Это… трагическое совпадение! — ответил Лаверное. — Узнав о составе делегации, я решил, что вам не помешает поддержка. И снарядил небольшой флот в экспедицию к Гнумераду. Жаль, что мы припозднились…

Меня посетило чувство дежавю. Что-то мне эта ситуация напоминала.

— О, так вы тоже мечтали прослыть героем, — заметил я. — Спасти прекрасную княжну из грязных лап барона Кернье, который вдруг устроил засаду на пути следования делегации. Какое совпадение.

Брови Софии поползли вверх. Похоже, она подобную аналогию не проводила. Фабрис побагровел:

— Вы на что намекаете, виконт⁈ Чтобы я дал указания падшим напасть на ее высочество⁈ Бред!

— Возможно, не ты, а княгиня Шарлотта, — подметила София. — Вы ведь с ней близки, не так ли? Вполне в духе второй княгини организовать подобный план.

— При всем уважении, вы ошибаетесь, госпожа Морозова, — проговорил брюнет. — Не буду отрицать, мне хотелось помочь ее высочеству в ходе миссии, стать ближе. Но водиться с падшими и использовать их в своих планах… Это явная дорога к Хаосу! Лаверно бы никогда так низко не пали! Тетя Шарлотта, я уверен, здесь тоже не причем!

Говорил Фабрис с пылом и жаром, достаточно искренне. Но мы знали, как благородные умеют играть на публику.

— Ваше высочество, Адмирал Форкс получил серьезные повреждения, — поведал Куиллемот. — Двигатели пострадали. Нам требуется ремонт, иначе возвращение займет слишком большой срок.

— Я поняла вас, — кивнула София в задумчивости.

— София, вы можете воспользоваться флагманским крейсером Лаверно, — учтиво предложил Фабрис. — Там есть все условия для пребывания благородной персоны вашего статуса.

— Собираетесь провернуть с Софией то же, что проворачивали с девицами на своем фрегате, да? — ввернул я.

— Что вы несете, виконт?

— Предпочитаете сразу двоих? Блондинку с рыжей? Уважаю ваш выбор, хотя сам предпочитаю девушек-теургов. Интересно, что скажут в Академии, если данные фотографии получат распространение. Что скажет ее высочество?

Морозова приподняла бровь и взглянула на Лаверно. Было успокоившийся Фабрис снова побагровел и посмотрел на меня с яростью:

— Вы перешли все возможные границы, виконт Гарин. Проникли на чужой корабль, шантажируете высокородных! Наши разногласия не разрешить иным способом, кроме дуэли. До смерти!

— Я немного не в форме, — кивнул я в сторону культи, которой занималась Кирхе.

— Я подожду до вашего полного восстановления! — сразу ответил Фабрис.

Я принялся размышлять. Если поединок будет публичным, сложно будет выйти победителем. Следует назначить особые условия проведения дуэли, чтобы у меня была возможность спокойно применять Хаос.

Инквизитор следила за нашим разговором, но не вмешивалась. На последних словах Фабриса она нахмурилась и прекратила заниматься целительством. Судя по всему, Кирхе собиралась сказать свое веское слово, но ее опередила княжна.

— Вы — два напыщенных индюка! — Морозова громко ударила по столешнице рукой. Во все стороны начал распространяться ледяной узор. В помещении заметно похолодало. — Вы в курсе, к чему может привести вражда между графом Гариным и графом Лаверно? Вы обязаны поддерживать империю, поддерживать Князя, а не устраивать вечные склоки и драться. Про меня и мои желания забыли? В делегации я — главная, так что последнее слово за мной! Никто не будет устраивать никаких дуэлей без моего позволения! Мы только что отбили нападение флота падшего барона, у вас других задач нет? Фабрис, поклянитесь, что не имеете никакого отношения к засаде!

— Клянусь потоком, что не знал ничего о мятежном флоте! — кивнул парень уверенно.

— Отлично! На ваш крейсер я переходить не собираюсь. К вам направится несколько наших проверяющих, чтобы следить за обстановкой. Вы все еще под подозрением, виконт Лаверно. Возможно, кто-то из вашего окружения слил сведения о моем участии в делегации, и мятежный барон решил повторить свой преступный загул. ИСБ проверит ваших близких. Если вы согласны сотрудничать, конечно.

— Безусловно, ваше высочество. Лаверно служат Великому Князю и империи Рунтар. Мы выведаем имя того, кто передал информацию падшим!

Хаос в душе не был доволен развязкой ситуации. Умом же я понимал, что ссориться с Лаверно Морозовым не с руки. Выглядела в эти моменты София потрясающе. Настоящая аристократка, слово которой крепче иринита. Было заметно, что ей не слишком нравится во всем этом участвовать, но раз уж она ответственна за делегацию, то ей пришлось взяться за решение спора. Даже жаль, что мне нельзя в нее влюбляться.

Адмирал Форкс перешел в варп и на оставшихся движках начал медленно разгоняться в сторону Гнумерад-прайм, где мы планировали осуществить ремонт корабля. Часть фрегатов Лаверно осталась для сбора трофеев. Само собой, на ближайшую базу рунтарского флота были отправлены инфо-капсулы с описанием случившегося. Все остовы кораблей будут тщательно собраны и переработаны, особенно — иринитовые обломки фокусаторов. За и целые запчасти никогда не будут лишним. Может, и мне лично что-то перепадет, хотя меня деньги интересовали слабо.

Княжна приняла решение продолжать экспедицию, тем более крейсер получил повреждения. Фабрис обещал предоставить один из основных двигателей своего крейсера в том случае, если в этой варпом забытой дыре не найдется возможности отремонтировать повреждения. На одном двигателе разгоняться крупногабаритный корабль будет долго, но всяко лучше, нежели на маневровых мелких движках лететь за тысячи световых лет.

На первом слое варпа мы смогли достичь Гнумерад-прайм за несколько часов. Разгонялся поврежденный крейсер действительно долго. Флотский целитель работал не покладая рук, леча в том числе и теургов. Так что своей очереди я бы ждал долго. Хорошо, что мне удалось обзавестись собственной целительницей. Жаль, что она шла в комплекте с нравоучениями и риском аннигиляции, но никто не идеален. В сопровождении флота Лаверно мы достигли орбиты Гнумерад-прайм и пристыковались к космической станции. Крейсера и суда классом выше обычно не предназначались для посадки на поверхность планет. Удельной мощности не хватало.

На орбите уже обреталось целых два крейсера иностранного флота. Акадская теократия прислала своих представителей раньше нас.

За несколько часов, пока поврежденный Адмирал Форкс пересекал пространство, Кирхе сумела вырастить мне плечо и часть предплечья. Работала целительница небыстро, опасаясь напортачить. И на удивление не лезла с нотациями. Похоже, осознала всю их бесперспективность. В мою каюту, где мы с Кирхе занимались лечением, заявилась София.

— Мы скоро будем отправляться на поверхность. Барон Шакс примет нас во дворце. Сестра, могу я поговорить с вашим подопечным?

— Конечно, ваше высочество.

Убрав эфес под рясу, Кирхе удалилась, оставив нас наедине.

— Ты в порядке? — участливо вопросила София, подойдя к моей кровати.

— Полном, — заявил я словно адская ласка, объевшаяся сметаной.

Потешить свои хаотические наклонности всегда приятно. И даже боль от травм не могла нарушить достигнутое мной умиротворение и гармонию с бесконечно вечным.

София внимательно всмотрелась в меня своими огромными синими глазам:

— Кажется, теперь я понимаю, почему к тебе приставили инквизитора и считают склонным к Хаосу. Ты не врал, когда говорил, что осторожность тебе не свойственна, — вздохнула она. — Мои просьбы вести себя осмотрительнее ведь ничего не изменят, да?

— Ничего.

— Ты неисправим. Значит, составишь мне компанию внизу?

— Так я за этим и полетел в эту дыру. Насчет руки не беспокойся. Мне не привыкать!

— Ужасно слышать подобные слова из уст близкого тебе человека! — покачала Морозова головой.

— Лучше скажи: ты действительно веришь Лаверно?

— Я не имею права принимать поспешные решения. Граф Лаверно — полезный и важный союзник империи. Не стоит настраивать род против себя на ровном месте. Возможно, неизвестный вредитель того и добивался: подставил Фабриса, чтобы мы подумали на него. Да, мне виконт Лаверно не слишком нравится, но я не имею права руководствоваться эмоциями.

Девушка взлохматила мои волосы с нежно-игривым настроем:

— Я на твоей стороне, Виктор, будь уверен. Можно сказать: ты спас меня второй раз. Спасибо! Любопытно, если бы на моем месте был другой человек, ты бы точно так же защищал его? Или все-таки мне удалось занять особое место в твоем сердце?

Экая настырная.

— Кодекс Варпа надежно защищает мое сердце. Но если бы кто и стал моей дамой сердца, то ты была бы первой кандидаткой, София.

— Упрямец! — фыркнула она и коротко чмокнула в щеку. — Через полчаса мы будем спускаться на прайм. Будь готов, Виктор. Ты нужен мне…

Громкие слова, но что за ними скрывалось на самом деле, наверное, даже сама София не сможет точно сказать.

Кирхе восстановила мне еще часть предплечья, после чего мы прервались. Я привел себя в порядок, как мог с одной рукой. Да накинул камзол поверх скафа. София пригласила меня на свой фрегат, но я бы чувствовал себя некомфортно вдали от личного боевого судна. Нимрийская Гончая потеряла один малый фокусатор, но все еще могла укусить крайне болезненно. Как и Виктор Гарин, что иронично. Настала пора посмотреть на этого «вольного барона» и послушать требования к империи.

Глава 22

Гнумерад оказался бесплодной коричнево-черной пустынной планетой. Сила притяжения в три четверти от стандартной. Атмосфера крайне разрежена и непригодна для дыхания. Зато есть вода и много солнца от небольшого красного карлика. Что позволяло выращивать на поверхности специально выведенные сорта различных культур. Землю плодородную ведь завести не проблема. Есть кое-какие полезные ископаемые. Далеко не самая благоприятная для жизни планета, поэтому людей на Гнумераде-прайм проживало мало.

Я принялся спускаться через разреженную атмосферу, следуя в эскорте фрегата княжны. Города Гнумерада были полностью закрыты куполами протонной пленки, не выпускающей драгоценный воздух наружу. Внутри располагались различные невысокие постройки. Выделялся разве что помпезный дворец барона Шакса с куполами и минаретами. Космопорт не имел защитной пленки. Ради экономии, видимо. Поддержка протонного купола тоже ведь расходовала энергию. Неподалеку от космопорта колосились поля местной культуры желтоватого оттенка, что тянулись ввысь на манер густых кустов.

Нас сопроводило несколько кораблей гнумерадцев. Приземлились мы далековато от входа в здание космопорта. Могли бы и подготовить площадку под прием высоких гостей. Мы с Кирхе покинули Гончую и, пользуясь эфирной защитой, двинулись к зданию. Космопорт находился на границе обитаемой зоны. За зданием начинался протонный купол с пригодным к дыханию воздухом.

В главном холле порта нас встретила приветственная делегация, и мы направились ко дворцу, погрузившись в глайдеры. Воздушные суда были герметичными и могли пересекать протонные пленки куполов, дабы сократить время в пути. Наконец, дипмиссия Рунтара прибыла к резиденции правителя Гнумерада. София на сей раз надела пышное платье, правда, особого фасона. Под нарядом был спрятан облегающий скаф, а один из телохранителей, наверняка, нес с собой шлем. Случаи бывают разными, и на таких планетах со скудной атмосферой лучше быть готовым ко всяким неожиданностям.

— Виктор, — негромко позвала меня девушка.

Я встал слева от княжны, и София охотно взяла меня под локоток единственной целой руки. Тем самым демонстрируя каждому встречному то, что мы в достаточно близких отношениях и свататься к ней бессмысленно. За этим Морозова меня сюда и потащила в принципе. Фабрис Лаверно вынужден был скрежетать зубами, шествуя сзади. Похоже, он собирался предложить Софии ту же самую роль, которая отведена мне. Но я пока еще подозревал виконта в том, что он слил информацию падшему барону специально. Чтобы явиться в нужный момент, аки рыцарь на белом звездолете, и спасти княжну.

Нас провели по роскошно обставленным коридорам дворца. Везде стояли портреты правящей династии, изысканные статуи или уникальные произведения искусства, которые было сложно отнести к определенному жанру. Нечто непонятное. В тронном зале на украшенном самоцветами кресле восседал правитель Гнумерада. Худощавый костлявый старик со слегка безумными глазами навыкате. Барон Шакс производил впечатление человека несколько болезненного и дерганного.

— Дорогие гости! Наконец, вы прибыли на Гнумерад! Чувствуйте себя, как дома! — приветливо улыбнулся правитель. — Слышал, что вы попали в переделку при подлете к системе. Слава рунтарским воителям, что сумели избавить нас от падших мразей!

— Приветствую вас, барон Шакс, — изобразила книксен девушка. — София Морозова, вторая дочь Великого Князя, владыки всея Рунтар. Хотелось бы нам узнать, что падшие делали на границе вашей системы? Каким образом они узнали о времени нашего прибытия?

— А вот это уже вам надо спрашивать у своих союзников, — ухмыльнулся барон. — Не все ладно в рунтарском княжестве, выходит?

— Дикари, которые все дальше и дальше от Звездного Покровителя! — со спесью взял слово лысый мужчина в просторной рясе золотистых тонов.

Жрец Акадской Теократии, которая также прислала своих представителей на Гнумерад.

— Мы не гнобим население, заставляя ходить по струнке, ваше святейшество, — парировала София.

— Только воздержание и аскетизм способны создать общество, здоровое от влияния Хаоса. Судя по донесениям, это ведь был флот падшего владыки Актобы, верно? Другими словами, вы сражались с бывшим феодалом Рунтара, которого сами же обязались защищать и поддерживать. Что вы можете дать Гнумераду? Очередное падение в лапы Хаоса?

— Ну-ну, дорогие гости! — взял слово барон Шакс с усмешкой. — Держите себя в рамках приличий. Только разборок и дипломатического скандала между Акадом и Рунтаром нам здесь не хватало! Сегодня мы устраиваем торжественный прием в честь прибытия рунтарских гостей. Прошу, наслаждайтесь едой, музыкой и танцами!

— Благодарю, барон, — кивнула София величаво.

Накалившаяся было атмосфера быстро остыла.

— Мой сын Конрад, прошу любить и жаловать! — указал барон на странного горбатого человека в глухой рясе и маске.

— В-ваше в-высочество… — заикаясь, проговорил наследник.

— Что это с ним? — приподняла София бровь.

— Последствия долгого пребывания в варпе. Не переживайте, парень здоров как бык! — заявил барон Шакс.

Девушка повернулась ко мне, не в силах сдержать улыбки:

— Прости, Виктор. Похоже, я зря тебя побеспокоила. Насколько уж отец жаждет выдать меня замуж, такую образину даже он не сможет принять.

— Ничего страшного. Всегда хотел повидать галактику, — хмыкнул я, довольный тем, что мне удалось потешить зудящий Хаос в крови.

— Об-об-образина⁈ — пискнул Конрад.

— Вам стоило отправить прокаженного в удаленный монастырь, досточтимый барон Шакс, — заявила Кирхе холодно. — Негоже смущать народ.

— Молчать! — рявкнул мгновенно разъярившийся правитель. — Да, у моего сына есть дефекты тела. Но целители вернут ему былую форму!

— Цените прекрасную душу Конрада, а не его внешность! — заявил один из лысых жрецов. — Как вы смеете называть себя рабой звездной, коли ставите материальное поверх духовного? Отвратительно!

— Приношу вам искренние извинения за грубые слова, ваше сиятельство, — покаянно склонил голову Куиллемот, глава нашей делегации. — Мы никоим образом не хотели обидеть или оскорбить семью правителя Гнумерада!

— Присоединяюсь к извинениям, — промолвила София нехотя. — Прошу простить меня за несдержанность.

Тощий барон Шакс поиграл желваками, но все же не стал раздувать из червя левиафана:

— Забудем про данный инцидент. Рунтарцам стоит брать пример с акадских жрецов! Гнумерад склонится перед тем, кто относится к нам лучше других!

Барон махнул рукой, и музыканты принялись играть различные ненавязчивые мелодии. Придворные и вельможи, богатые купцы и владетели небесных тел принялись развлекаться. Кто-то танцевал, другие насыщались. Алкоголь тек рекой. С размахом на Гнумераде принято праздновать пришествие высоких гостей.

Пару раз за весь прием до меня донесло слабые эманации Хаоса. Кому именно они принадлежали, я разобрать не смог. Слишком много людей присутствовало во дворце. В общем и целом, нет ничего удивительного. В таком клубке змей одна или две ядовитые гадюки обязательно заведутся. Для этого Святая Инквизиция и нужна: выявлять и аннигилировать. Поделиться своими соображениями с Кирхе я не мог, поскольку чувствительность к Хаосу могла вызвать лишние вопросы, но она сама обратилась ко мне, улучив момент:

— Не нравится мне это сборище, — проговорила Кирхе хмуро, оглядывая полупьяную веселящуюся толпу. — Нравы в провинции слишком развязные.

— Это точно. Смотрю, жрецы Акада так же морщатся, но при этом не спешат поучать паству. Пока барон Шакс не присягнул империи, они строят из себя паинек.

— Сюда бы не помешало прислать эскадрилью инквизиторов и как следует прошерстить придворный люд. Один прокаженный сын барона чего стоит.

— Думаешь, он — падший? — уточнил я у инквизиторши.

— Даже если и падший, пока мы вмешиваться не будем, — заявила княжна, услышавшая последние наши фразы. — Барон Шакс привязан к сыну, так что мы должны вести себя смиренно, покуда он не даст присягу.

Кутеж и веселье постепенно подошли к концу. Конрад сделал попытку поговорить с Морозовой, но зрелище наследник представлял печальное. София предпочитала держаться рядом со мной, демонстрируя в качестве кавалера. Так что Конрад поотстал. Куиллемот с главным жрецом частенько отирались возле правителя и делали важное дело: обсуждали вопрос присоединения к своей звездной империи. Владыка, судя по всему, наслаждался таким вниманием сразу с двух сторон.

— В честь приезда гостей повелеваю открыть новый сезон гнумерадской традиционной охоты! — заявил барон Шакс. — Готовьтесь завтра к славной погоне!

Торжественный прием подошел к концу, и мы, наконец, смогли вздохнуть спокойно. По просьбе княжны меня поселили в гостевых покоях по соседству с ее комнатой. Гнумерад, конечно, уступал Рунтар во всем, но дворец мог похвастать роскошными покоями. Разве что видок из окна получался унылым. Мерцающая протонная пленка в удалении, фермерские угодья и пустынные земли вдали. Развалиться на широкой кровати и не тесниться в узких проходах космических судов приятно, как ни крути.

София пожелала мне спокойной ночи и оставила в чутких руках Кирхе. Инквизиторша продолжила лечение. У нее получалось уже лучше. На Гнумерад-прайм жили по планетному времени, тогда как мы привыкли к галактическому. Так что спать не слишком-то и хотелось. Кирхе осталась сидеть до победного, пока на моих руках не отросли пальцы, ногти и даже волоски. Инквизиторша долго проверяла свою работу, напоминая меня с заготовкой фокусатора.

— Не идеально, но организм впоследствии сам обновится, — заявила моя целительница.

— Благодарю покорнейше! — я взял ладонь удивленной блондинки и мягко поцеловал.

— За княжной бы лучше ухаживали! — фыркнула Кирхе, смутившись.

После чего отправилась в выделенные ей покои. До начала сезона гнумерадской охоты мы смогли урвать несколько часов сна. Затем начались сборы. Барон Шакс с сыном Конрадом и некоторыми приближенными подготавливали свои суда к вылету. Гнумерад являлся не особо богатой системой. Та же Актоба была намного богаче. Вот только Кернье потерял большую часть военных сил в сражении с дейрами. Шакс же на данный момент располагал двумя крейсерами, одним несущим эсминцем и несколькими фрегатами.

— Традиционная гнумерадская охота проводится только на корветах, ибо в ином случае невозможно ощутить азарт и риск!

— Мы, конечно, составим компанию вашему благородию, но участвовать в подобных забавах нам не велит Великое Писание, — заявил старших жрец Акада.

— А что скажет Рунтар?

— Хорошо, — вздохнула София, поняв, что это хороший шанс повлиять на правителя системы. — Я приму участие в охоте!

Воодушевленные вельможи направились в космопорт, как и члены делегации. Каждый из участников охоты пересел на личный корвет. Я занял Гончую, София тоже взяла один из хороших корветов флота.

— Удачного полета, виконт! — напутствовала меня Кирхе.

— Вы не полетите, сестрица? — уточнил я.

— Отсутствие барона Шакса — это отличный повод провести тщательное расследование и опросить придворных, — заявила инквизиторша. — Такова моя работа. Я обязана выяснить, есть ли среди местных служители Хаоса. Вероятно, тогда и узнаем, кто слил информацию мятежному барону.

— Выбор за вами. Удачи, сестра…

— Присмотрите за княжной, Виктор.

— Обязательно.

— Если что-то выясню, сразу свяжусь с вами по передатчику, — похлопала девушка по компактному устройству, повешенному на пояс.

Космопорт наполнился гулом. Протонные вихри вырывались из дюз, поднимая наверх разнообразные суда. Охотничья кавалькада с приглашенными гостями вздымалась ввысь. Интересно, что за представление нам приготовил барон Шакс?

[Кирхе]

Девушка проследила за взлетом кораблем с легкими сомнениями. Ей не нравилось оставлять подопечного без присмотра. Но все же порой инквизитору приходилось решать, что важнее в настоящий момент. Пообщаться с придворными ранее у нее банально не нашлось времени, поскольку она была занята исцелением травмы. Теперь же преподобная сестра взялась со всем тщанием за проверку.

Во дворце оставалось множество слуг, гвардейцев и некоторых придворных, которые не возжелали участвовать в охоте. При виде инквизитора большинство гнумерадцев кривилсь, а некоторые опасливо пятились. О Святой Инквизиции ходили дурные слухи, особенно в отсталых мирах. Но они старались действовать наверняка. Сбор доказательств, проверка и лишь после этого вынесение вердикта.

Кирхе пообщалась с несколькими жрецами Акада, которые также решили остаться во дворце. К ней представители соседней империи относились с некоторым пренебрежением и надменностью. Только себя акадцы считали истинными проводниками воли Звездного Покровителя и настоящими искоренителями Хаоса. Кирхе поделилась своими соображениями и сумела привлечь к своей деятельности часть акадцев. Не все служители теократии относились к миссии по выявлению Хаоса спустя рукава. Часть жрецов стала помогать с опросом сервов.

Спустя несколько часов картина проясняться не желала. Вопросов появлялось все больше и больше. Не во все залы дворца их пускали. Часть сервов путалась в показаниях. Многие просто не желали отвечать на прямые вопросы, ссылаясь на то, что не имеют права разглашать подобную информацию. Например, о том, что именно произошло с Конрадом, сыном барона Шакса. Якобы лишь сам владетель мог отвечать на такие вопросы. В Гнумераде у рунтарских или акадских инквизиторов не было полной власти. Так что Кирхе приходилось искать иные способы выискать правду.

— Коллеги, как насчет того, чтобы устроить перекрестный допрос? — обратилась она к жрецам. — Я соберу наиболее подозрительных слуг в холле, и мы разведем их по разным помещениям.

— Заняться нам все равно пока нечем, так что давайте попробуем, — лениво заметил обритый налысо немолодой жрец.

Вскоре Кирхе отобрала примерно три десятка слуг, которые показались ей странными внешне, либо тех, кто увиливал от ответа. За этими действиями с интересом наблюдали некоторые вельможи и охрана дворца, да и теургов среди акадцев было достаточно. Так что в случае обнаружения падшего его быстро уничтожат. Даже если их будет несколько, участь проклятых неминуема! Говорят, по некоему Закону Варпа любое заигрывание с силами Хаоса неостановимо и неизбежно приводит к падению и потере своего человеческого облика. Кирхе же считала, что существует другое правило, которое называла Закон Инквизиции. Оно гласило следующее: все твари Хаоса рано или поздно получат по заслугам. Флот актобцев уничтожен. И хоть барон Кернье сумел уйти, возмездие его обязательно настигнет.

— Спасибо, что согласились сотрудничать! — взяла слово Кирхе, оглядывая нервничающих слуг. — Не переживайте, все сказанное вами останется между вами. Ни барон, ни другие владетели ничего не узнают. Вам лишь надо отвечать честно, не скрывая никаких деталей. Все ясно?

Молчание было Кирхе ответом. Мрачные лица сервов намекали на то, что сотрудничать они не особо желают. Легким допрос явно не будет. Оглядев испытуемых, Кирхе заметила понурую девочку-пажа, у которой дрожали руки. Инквизитор подошла поближе и мягко схватила ту за ладонь:

— Все в порядке, милая. Тебе ничего не угрожает!

Вдруг в холл ворвался разодетый вельможа и прикрикнул довольным голосом:

— Большая охота началась!

Кирхе смотрела на гостя, но краем глаза сумела заметить движение. Это ее и спасло. Огроменный шип, сверкающий алым, несся ей прямо в сердце. Девушка отшатнулась, и костяной нарост пронзил ее левую руку насквозь. Разлилась чудовищная боль, ведь удары Хаосом всегда неприятны. Нанесшим удар оказалась та самая девочка-паж. Только вместо голубоглазого милого создания перед ней стояла искаженная тварь с искрящимися алыми зенками и скалящейся пастью. По-видимому, то, что Кирхе приняла за волнение, на самом деле являлось нетерпением из-за невозможности напасть.

Как по команде после объявления о начале охоты служители Хаоса сбросили маски. Никто не побежал в ужасе. Все до единого местные в холле: вельможи, сервы и охрана принялись преображаться под воздействием проклятой стихии. Кирхе, само собой, выставила эфирную защиту. Второй удар шипа пришелся о прочный барьер, который тварь чуть не пробила. Следующим действием инквизиторша активировала вынутый эфес и взмахнула. Голова искаженной девочки отделилась от тела и покатилась по плитам дворца.

Вокруг начался настоящий ад! Среди вельмож Гнумерада нашлись теурги. Падшие выхватывали эфесы либо искажались и атаковали частями тела, усиленными Хаосом. Охрана принялась активно палить из плазмоганов и другого ординарного оружия. Мимо Кирхе просвистел приличных размеров алый снаряд. Кто-то из падших использовал потоковый бластер.

Акадцы, как и Кирхе, не ожидали такого поворота событий. Тем не менее, часть теургов сориентировалась. Жрецов-ординаров разорвали в первую очередь. Союзники принялись отбиваться от наседающей нечисти. Искаженные перли нескончаемым потоком. К собранным в холле тварям присоединялись все новые и новые гады. Кирхе с ужасом осознала, что во всем дворце Гнумерада нет невиновных. Зараза Хаоса проникла слишком глубоко. А раз все сервы и охрана заражены, что уж говорить о правителях. Барон Шакс, очевидно, продался запрещенной стихии. Кирхе обязана предупредить союзников, отправившихся на охоту!

Девушка постепенно отступала, прорубая себе дорогу потоковым клинком. К ней присоединилось несколько акадцев, поддержав прорыв. Четверым людям удалось прорваться. Прорезав витражное окно, они выскочили наружу. Заклекотала мощная ординарная турель. Одного акадца сбрило огромным плазменным сгустком. Кирхе задело по касательной, сбив эфирную защиту и опалив сильным жаром. Сжав зубы, инквизиторша продолжила прорываться из дворца. Только куда?

— Я к минарету! — появилась идея у Кирхе.

— Это самоубийство! Надо идти к космопорту! — возразили жрецы.

— Дерзайте… — заявила девушка.

Их пути разошлись. Пользуясь живой изгородью сада, Кирхе пробралась к минарету и разрушила замок клинком. После чего побежала наверх по винтовой лестнице. Надо отдать должное акадцам, они сумели отвлечь на себя внимание толпы. За Кирхе погналось лишь несколько искаженных, которых она порубила на крутой лестнице. Наконец, девушка достигла вершины башни. Здесь Кирхе сменила барьер на маскировку. Стихия Жизни так себе подходила под это дело, но тоже могла спрятать теурга. Девушка превратилась в практически идеально черный силуэт. Совершенная пустота, не отражающая ни капли света.

Кирхе бросила взгляд в сторону площадки, по которой стремительно бежали акадцы. Судя по всему, они попытались угнать глайдер. Однако у жрецов ничего не вышло. Инквизиторша своим глазам не поверила, когда увидела, как со всем сторон к ним начали стягиваться искаженные и падшие. Не только из дворца, но и из магазинов, лавок, жилых домов. Твари бросались на акадцев отовсюду и вскоре задавили массой. Кирхе решила не прорываться с боем, а спрятаться. И это ее спасло.

Оставаться на вершине минарета было нельзя. Слишком она наследила. Взяв разбег и подав энергию в реактивный фокусатор, Кирхе отправилась в продолжительный полет. Ей удалось рассчитать все правильно. Правда, столкновение с одним из куполов дворца все равно вышло болезненным. Она ведь держала на себе маскировку, а не защитный барьер. В правой ноге что-то громко хрустнуло. Кирхе сильно ударилась о полукруглый купол здания. После чего покатилась вниз. Девушка съехала по отвесной части на плоскую крышу и рухнула на твердую поверхность. Снова ударившись раненой ногой, Кирхе глухо застонала.

Поврежденная рука ужасно ныла и кровоточила, ожоги нещадно болели, про ногу и вспоминать не хотелось. Но Кирхе была еще жива, а целебный фокусатор оставался при ней. Главное теперь — это наладить связь с ретрансляционным кораблем на орбите и доложить о произошедшем. Предупредить соратников! За свою жизнь Кирхе особо не беспокоилась. Такова уж участь инквизиторов: служить человечеству, не щадя живота своего. Девушка отползла в глухой угол между куполами комплекса и скрылась от случайного взора со стороны, продолжая держать маскировку на основе стихии Жизни. Дабы теурги не почуяли ее ауру.

Не просто дворец барона Шакса пал. Весь Гнумерад пал! Кирхе читала о таких случаях в летописях, но не думала, что сможет увидеть воочию и даже поучаствовать лично. В данном случае лекарство существовало лишь одно: тотальная аннигиляция!

[Конец 2 тома]

[Следующий том:]

https://author.today/reader/317296

Content

Павел Матисов
Закон Варпа II

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22