Слово не произнесенное

Олег Борисов

Пролог

Вонючую припортовую забегаловку Ниро никогда не любил. Ни до момента, когда с залетными албанцами на ножах сцепились. Ни до момента, когда попали под раздачу от полицейского спецназа, бравшего штурмом тихую компанию наркоторговцев из Алжира. Паршивое место: «Виа-Порт», с апломбом и претензией на элитарность. А как ни вечер, так полным-полно публики, способной прирезать ближнего в первой же подворотне. Одно спасение — сам ничуть не лучше. Да и ребята в обиду не дадут. Хотя, что еще можно ожидать от припортовых районов Марселя. Жив и при деньгах — радуйся, бродяга. Когда еще так удачно карты лягут.

Ради ребят Ниро и сидел уже битый час во главе стола, потягивая смесь сока с джином: пока накачаешься, времени много пройдет. Успеешь до ветру не один раз сбегать и протрезветь в туалете, где кондиционер выставил на дикий холод какой-то садист из персонала. А пока: брякали кусочки льда, пулеметчик Франсуа рассказывал в лицах очередную байку про пустоголовых девочек с набережной, мрачный Адольф инспектировал в крохотном зеркальце тонкую полоску усов, стараясь добиться максимального подобия с бесноватым тезкой. Да и остальные бойцы команды наемников вели себя в меру прилично, привыкая к мысли о предстоящем отпуске. Заказчик утром перечислил все до паршивого евро на швейцарские счета, часть налички только что раздал сам Ниро. И теперь оставалось лишь по старой традиции пропустить рюмку-другую и можно отправляться на отдых. Чтобы через три-четыре месяца снова собраться здесь, в «Виа-Порт», обсудить новые предложения и заключить контракт. Благо, мир окончательно спятил и для людей с оружием работы с каждым днем все больше: что в Азии, что в Латинской Америке, что в Старом Свете…

Незнакомец бесшумно опустился напротив, чуть не столкнувшись локтем с удивленно обернувшимся Мафузом — безразмерным нигерийцем, успевшим отслужить свое в Иностранном Легионе и больше походившим на бритую налысо черную гориллу, чем на человека. Блеснул стеклами зеркальных очков, равнодушно отразивших всю замолчавшую компанию. Чуть склонил голову в поклоне, поздоровался:

— Добрый вечер, господин Ниро. Добрый вечер, господа…

Худой, невысокий, в легкой однотонной рубашке ценой за пару сотен евро. С легким запахом каких-то специй, но явно не из Индии. Ливанец? Или все же алжирец? Непонятно, но человек с апломбом и немаленьким самомнением. А еще со стальными яйцами, если не побоялся пристроиться за столик к людям, у которых на лице написано, как именно они поступают с незнакомцами. Недобро поступают. Больно и неприятно…

— Место зарезервировано, — счел нужным открыть рот Адольф. Если молчаливый снайпер вздумал подать голос, то это отличный повод по быстрому сгрестись и убраться куда подальше. Флегматичный тевтонец уже явно предвкушал поездку домой, к жареным сосискам и квашеной капусте. Залетный пушер или еще какая дрянь — повод для неприятностей. Морду чужакам бить, потом в кутузке откупаться за устроенный дебош — оно Адольфу надо? У него все по плану: сосиски и капуста. А потом Марта. Или еще кто из тоненькой записной книжки, куда вносились лишь проверенные кандидатуры.

— Пять минут, господа. И я компенсирую ваше недовольство. Чтобы вы не подумали, что мистер Чак вздумал бесплатно тратить чужое время.

Ниро не успел в свою очередь сформулировать, куда именно незнакомцу стоит засунуть компенсацию, как тонкие руки с грацией фокусника уже развязали тесемки кожаного мешочка и на исцарапанную деревянную столешницу сыпануло-застучало мелкими камушками, где-то ограненными, где-то тускло блеснувшими мутными боками. Тяжело прокатились крохотные золотые слитки, размером с игральные кубики, и чужак повторил:

— Это — вам. За пятиминутный разговор. Без каких-либо условий, обещаний и обязательств. Пять минут… Господин Ниро?

Командир наемников ощутил нехороший холодок между лопаток. Так у него было, когда пришлось подписаться на поездку в Сомали. Прижали по старым долгам, вот и мотался год, пробивая дорогу между клубком враждующих банд и мусульманских боевиков любого закваса. Но — выбрался, хотя от старой группы остались лишь жалкие ошметки. Вот и сейчас — пахнуло на старого битого жизнью волка чем-то недобрым. Замерцало драгоценными камнями, закружило рассыпанным по столу золотом. Когда заходят с подобных козырей, то сразу понимаешь — игра по высшей ставке, без права на ошибку. Чуть промахнулся — и подсядет заказчик к другому Ниро, подсядет и попросит пять минут для делового разговора. А где старый Ниро? Ну, где-то в джунглях догнивает. Не повезло бедолаге…

— Меня зовут Чак. И я ищу профессионалов для личного контракта. Моего контракта.

— Вы адресом не ошиблись? — Франсуа попытался все же осадить смуглого гостя. Видимо, всем за столом не понравился нахал, вздумавший нарушить так хорошо начинавшийся вечер.

— Могу рассказать, кто был ваш последний наниматель. И чем именно вы занимались… А так же дать краткую характеристику каждому. Может, не столь полную, как господин Ниро, старший команды, но вполне подробную… Господа, еще раз — мне не интересно, как вы зарабатываете на жизнь. Мне важно — что вы умеете. Какой у вас реальный опыт. И отзывы бывших работодателей. Которые все исключительно положительные и восторженные… Я слишком многое вкладываю в будущую операцию, чтобы вербовать местных идиотов, не сумевших на днях без потерь ограбить склады в порту. Или брать обкурившихся наркоманов из Восточной Европы, чтобы потом всем вместе гробануться во время высадки… Мне нужны — лучшие. И вы мне подходите…

Очки повернулись из стороны в сторону, прокрутив искаженным калейдоскопом недовольные лица. Мелькнувшая рука спрятала опустевший мешок и Чак мягко, но настойчиво повторил:

— Работа по профилю. Вместе со мной, как гарантией против любых подлянок… Далекие болота и корабль на них. На корабле — охрана. От тридцати до сорока боевиков, неплохо вооруженных, но не вашей квалификации… Любое оружие на выбор. Любой план, какой сочтете нужным. Любой состав штурмовой группы, но не более двенадцати человек. Я — довеском как чертова дюжина.

— И — без рекомендаций от людей, которых мы знаем? — хмыкнул Мафуз. Бывший сержант Легиона терпеть не мог неожиданностей. И тем более — заказчиков, выскочивших как чертик из табакерки. Нигериец уже хотел сгрести за шиворот неприятного соседа и отправить куда подальше, но Чак снял очки и посмотрел на здоровяка. Одного взгляда хватило, чтобы черный гигант шарахнулся в сторону, посерев подобно обуглившейся головешке. Затем невысокий мужчина медленно полюбовался на каждого, кто сидел за столом, после чего вернул зеркальные стекла обратно.

Больше никто не осмеливался зубоскалить в его сторону. Даже сам Ниро заткнулся и с тихой тоской думал, во что же они вляпались. Потому что сидевшее напротив не могло быть человеком. Никак. В пустых глазницах клубился плотный фиолетовый туман, круживший вокруг ярких голубых искр, двумя раскаленными точками сиявшими в провалах черепа. Это — не человек. Это — …

— Еще раз, господа. Я сам себе рекомендация. И я всего лишь наниматель. Щедрый наниматель… Поверьте мне, после выполненной работы вы сможете гадить золотом и бриллиантами, если сочтете нужным… Меня интересуют документы, которые будут перевозить на судне. Груз — ваш. От тонны до полутора драгоценных камней и металлов. Золото, платина, редкие сплавы. Ну и сапфиры, изумруды и прочее, прочее, прочее…

Медленно поднявшись Чак отвесил крохотный вежливый поклон — на грани между насмешкой и панибратством, после чего тихо постучал пальцем по столу и закончил столь необычный разговор:

— Сегодня четверг. Моя компенсация — полностью в вашем распоряжении. Я надеюсь, вам хватит времени оценить камни и даже реализовать их. Исключительно как мой дар столь прекрасно подготовленной команде… Я вернусь в понедельник. Сюда же. В восемь вечера… Любое снаряжение для экспедиции будет оплачено мной. Продовольствие, оружие, препараты — все, что сочтете нужным. Как и полную информацию о будущем задании.

— Оплата?

— По такому же мешку каждому перед вылетом. Можете считать это страховкой на случай неприятностей. По итогам — поделите тонну на дюжину и посчитайте, сколько вы заработаете за одну ночь. Мне кажется, вполне серьезное предложение. По-крайней мере, мне так кажется…

И проклятый искуситель исчез столь же внезапно как появился — мелькнул пижонистой рубахой на выходе из ресторана и пропал, оставив после себя лишь запах неизвестных пряностей.

Ниро поиграл желваками, но решил не рубить с плеча. Что бы это ни было, но чужак оставил на столе товар. И лишь после его реальной оценки можно было говорить, насколько серьезным было странное предложение.

— Ларс, утром сбросишь товар перекупщику. Пусть посмотрит. Если сможет взять все за полцены — продай. Неизвестно, откуда именно всплыли камни… Остальным предлагаю задержаться на день и завтра вечером еще раз заглянуть сюда на огонек. Мне кажется, прибавка к отпускным никому лишней не будет. Есть возражения?..

Молчаливый минер-голландец достал из бессчетных карманов комбинезона зип-лок с заботливо припрятанным коробком спичек, ссыпал добычу в пластиковый конверт и убрал чужую компенсацию с глаз долой. К перекупщику завтра, а пиво — оно сегодня. И кружка пока полная. Непорядок…

* * *

На следующий вечер каждый из наемников стал богаче на миллион с мелочью. На чертов миллион, ради которого многие из них горбатились куда как больше по времени и пролитой крови. И вновь устроившись за столом Ниро почувствовал, как изменился настрой команды. Как упавшие в руки шальные деньги разметали отпускное настроение подобно налетевшему урагану: в мелкую пыль, в хмарь, легким облаком улетевшую за горизонт. И ощущение неприятностей снова вернулось к командиру команды. Ощущение очень больших дорогих неприятностей…

— Тонна. Целая тонна барахла, из которой каждому причитается по доле… Это с каких болот будут вывозить груз? Амазонка? Африканские копи? — необычно задумчивый Франсуа пытался нафантазировать место будущей работы.

— Какая разница… Если команду можно ухлопать любым способом, то несколько пулеметов и гранаты нам помогут. Помножить на ноль охрану, затем с грузом домой, — Адольф был как всегда краток. Судя по всему, он как и остальные уже променял Марту вместе с недожаренными сосисками на новый контракт.

— Я еще ничего не решил, — попытался возмутиться Ниро, но компаньоны лишь удивленно уставились на старшего, разглядывая подобно инопланетянину.

— Босс, так ведь мы лишь рассуждаем… Думаем, так сказать… Прикидываем варианты… — Мафуз покрутил в руках очередную кружку с пивом и поставил назад. — Ты вспомни. С нашей прошлой поездки мы привезли по семьдесят три тысячи и сто двадцать пять чертовых евро каждому… Неплохие деньги, хочу сказать. Удачно постреляли на побережье, заодно и банковский броневик вскрыли, чтобы в зоне боевых действий не болтался без дела… Но это… Это — тот самый куш, о котором мечтает любой наемник. Любой долбаный «дикий гусь» от Марселя до Кейптауна… Нам выдали авансом больше, чем я заработаю за десять лет. Сразу. Без каких-либо условий… И потом еще столько отвалят, что я в самом деле смогу сделать себе золотой унитаз. Как какой-нибудь драный король из Африки…

— Но он… Он — не человек. И за рядовой налет подобных денег не платят.

— Значит, надо вытряхнуть из мерзавца все детали. Чтобы понять, где зарыты неприятности… Но если откажемся — второго такого случая не будет… Удача любит смелых и наглых, босс. А я уже не мальчик, чтобы мотаться под пулями еще десять лет. И еще десять. И еще…

Неожиданно в разговор вмешался Ларс, деливший обычно прозвище молчуна на пару с Адольфом:

— Если пугает морда заказчика, можно захватить святой воды. В любой церкви нацедят. Хоть цистерну… И взять побольше взрывчатки. Мне кажется, любая нечисть не порадуется, если ей набить задницу Си-четыре, а потом рвануть вместе с потрохами… Святая вода и побольше взрывчатки — вот мой совет…

И Ниро понял, что фиолетовая шизофрения заразна. Потому как его команда уже для себя все решила. Как только увидела, сколько именно свалилось каждому на обезличенные счета. А теперь уже прикидывала, на что можно будет потратить тонну золота и драгоценных камней. Проклятую всеми богами тонну…

— Но мы вытряхнем из Чака все, до последнего слова, — сдался Ниро, в глубине души проклиная себя за слабость и жадность. — И пока не будем знать все детали — никакого контракта!

— Само собой. Когда было иначе, босс? — усмехнулся довольно черный гигант, опустошая кружку. — На этом и стоим. И стоять будем… А кому хвосты крутить — обезьянам с моей любимой родины или чертям в преисподней — мне без разницы. Лишь бы платили как следует. А эта страхолюдина — платит…

* * *

Чак посмотрел на поставленное перед ним пиво, потом слабо усмехнулся и пробормотал:

— Похоже, моя идея вас заинтересовала.

— Возможно, — Ниро вынул зубочистку, которую катал из угла в угол рта, полюбовался мрачным отражением в очках и повторил, как заклинание, тщательно отделяя каждую фразу: — Но нам нужна вся информация. Вся. По операции. По кораблю. По охране. По возможным проблемам.

— Будет вам информация. Я ведь иду с вами и меньше кого-либо мечтаю свернуть себе шею… Так что, господа, вы получите все, что сочтете нужным. И еще столько же для подстраховки… А пока — предлагаю выпить. За удачу. И за будущий успех…

Над столом вслед его руке взметнулись еще двенадцать пивных кружек, отмечая начало будущего контракта. Не важно, есть ли хвост у заказчика. Главное — он платит. А потом — удача вывезет. На этом стояли, стоим и будем стоять. Как иначе…

Глава 1

— Господа, прежде чем мы начнем, хочу сказать одну неприятную вещь. Одну-единственную… Подпишем мы контракт или нет — но все сказанное в этих стенах останется здесь же. Я не собираюсь вас пугать, брать какие-то подписки о неразглашении или устраивать другие глупости. Я вам скажу лишь одно — если у кого окажется длинный язык, этот человек подпишет смертный приговор себе и всей команде. Потому что вас, в отличие от меня, спецслужбы с удовольствием выпотрошат. И не пожалеют…

Вся группа сидела на широко расставленных пластиковых складных стульях, удобно разместившись в арендованном Чаком строительном ангаре. По бокам груды деревянных поддонов, застывшие погрузчики и куча разнокалиберных бочек в перемешку с ящиками. В центре — ярко освещенное свободное пространство, с ослепительно белым полотнищем, куда влепил размытое пятно тихо урчащий проектор. Стопка слайдов рядом и присевший на край стола заказчик, тот самый тринадцатый игрок команды. Перемигивание огоньков системы безопасности, опутавшей датчиками все подходы к ангару и уверенный в себе голос докладчика, пускавшего изредка слепящие блики зеркальными очками.

— Итак, про доступ к информации мы поговорили. Хранить тайну — в ваших интересах… Теперь о предстоящей операции. — Тонкие пальцы продемонстрировали стопку пустых листов. Чак для наглядности даже помахал ими в воздухе, устроив микро-вихрь из кружащих в ярком свете пылинок. — Откройте любой завалящий научный журнал и вы найдете десятки статей про другие миры. В нашей галактике, в другой реальности, за углом или под кроватью, где живут барабашки… Как бы это смешно не звучало, но ваши яйцеголовые бродят рядом с истиной. Единственная проблема — пока не удалось построить машину, чтобы бурить дыры к соседям. Но — не удалось вам, зато удалось ребятам по другую сторону забора.

Чак положил стопку бумаги на ладонь и усмехнулся:

— Миров множество. И расположены они друг по отношению к другу как эти листы: первый, второй и до бесконечности… Вы можете всю жизнь бродить по поверхности листа, но никогда не поймете, как перепрыгнуть на другую поверхность. Вы даже не догадаетесь, что буквально в шаге от вас живут другие люди, построены чужие города и бегают неведомые животные… Но если вы получите доступ к специальным машинам, то легко сможете перейти с одного листа на другой. И другой. И так — пока не надоест, процесс — бесконечен.

— И что, у вас есть такая машина? — не удержался от вопроса Франсуа. Экспрессивный француз в отряде считался за интеллектуала — в самом деле интересовался событиями в мире науки и техники. Правда, большая часть знаний тут же выветривалась из его головы, но исследовательский зуд не утихал даже во время участия в боевых действиях.

— Есть… Хотя с машиной — забавно… Я не особо разбираюсь в деталях, но яйцеголовые утверждают, что миры разделены сдвигом по времени. Микросекунды с точки зрения часовых дел мастеров и непреодолимая преграда для любого материального тела. Кроме того, направление энтропийного потока снизу вверх отсортировало миры каким-то хитрым способом и мы можем двигаться только в одну сторону при помощи «пробивателя». Запустите аппарат в дело — и вас понесет с нижних листов к верху, как пузырек воздуха…

Стопка бумаги небрежно спланировала на стол. Чак достал крохотный швейцарский нож и выбрал из кучи лезвий острое шило. Продемонстрировал аудитории и аккуратно пробил демонстрационный материал сверху:

— К нашему счастью природа не терпит пустоты. Часть энергии по своим законам возвращается назад. Но если подняться вверх вы можете в практически любой точке мира, то вернуться назад только в очагах возвратных потоков. Они жестко фиксированы и тянутся между множеством отражений подобно туннелю, пробуренному сверху вниз… Поэтому машину для путешествий между мирами приходится тащить к подобного рода дырам и возвращаться назад в определенном месте.

— Где наверняка уже ждет таможня и солдаты? — задал свой вопрос флегматичный Рено — низкорослый корсиканец, до прихода в отряд промышлявший контрабандой по всему Средиземноморью.

— Мало где. Во время войн наиболее крупные переходы пытались контролировать, но враждующие стороны зачастую выбрасывали из перехода бомбы вместо кораблей. Кроме того, вам никто не мешает провалиться как можно глубже, в малоосвоенные миры. Там вы спокойно на колесах доберетесь до нужного места и уже оттуда «всплывете» обратно, в нужную точку… Ну и последняя проблема, о которой стараются особо не распространяться, это сами средства передвижения. Для «пробивателя» нужна энергетическая сфера, чей секрет изготовления давно утерян. Квалификация инженеров оставляет желать лучшего, поэтому действующих кораблей все меньше и меньше. А цена за работающий артефакт для прыжков уже заоблачна.

— Но у тебя такая штука — есть, — констатировал Ниро, внимательно слушавший каждое слово.

— Есть… И она прослужит двум переходам — к месту работы и обратно с добычей… Главное, что вам надо запомнить из сказанного: образованные люди в разных мирах знают о соседях и принципах передвижения туда и обратно. Но знания эти все больше лежат мертвым грузом. Потому что, например, на ближайшие сто миров-отражений лишь два действующих корабля: мой и спятившего от путешествий капитана Гарда, который болтается на границе малоосвоенных областей год за годом, пытаясь найти что-нибудь эдакое…

Подцепив стопку слайдов, Чак воткнул первый и продолжил:

— Считайте, что у вас будет чартер до места. А там мы уже воспользуемся местным транспортом. Предлагаю пока сделать пятиминутный перерыв, а затем ознакомиться с деталями предстоящей работы. Околонаучных заумностей больше не будет, одна голая практика.

* * *

— Что скажешь, — выдохнул тонкую струю дыма в приоткрытое окно Мафуз. На боевых выходах курение было запрещено, но во время подготовки и отдыха многие из наемников позволяли себе сигарету-другую в свободное время.

Ниро поскреб щетину и усмехнулся — команда как обычно отрядила вперед нигерийца. Любитель изображать из себя дурачка чернокожий громила был отнюдь не глуп, как прикидывался, и мог при случае выступать не только посредником между вооруженной вольницей и строгим отцом-командиром.

— Пока слушаю, Маф. Трескотни много, но худо-бедно по делу.

— Да? — широкоплечий головорез поморщился, но спорить не стал. — По мне — пусть хоть звездолетами до места отправляет, лишь бы довез без проблем. И главное — обратно! Не удивлюсь, если урод попытается соскочить в последний момент. Ищи его потом по чужим закоулкам.

— Поэтому и надо всю информацию с него выдоить. И на месте до начала операции перепроверить. Чтобы потом как в Колумбии с голой задницей по кустам не метаться.

Мафуз нахмурился. Про Колумбию он прекрасно помнил. Якобы легкая прогулка-сопровождение картельного груза закончилась столкновениями с полицией, вояками и севшими на хвост морпехами, которых якобы не должно было быть в джунглях ни при каких раскладах. Чудо еще, что сумели не только оторваться, но и порошок сохранили. А то бы бегали потом по всему миру от мстительного заказчика.

Растерев остатки сигареты, Ниро пропустил перед собой подчиненного и двинулся обратно в ангар:

— Давай узнаем, что еще интересного расскажет наш приторно-вежливый работодатель. Может, что полезного сумеем выудить…

* * *

— Раз в два месяца из Шелста выходит корабль. Грузоподъемность чуть больше тысячи тонн, скорость около десяти километров в час. На ночь судно становится на якорь в заранее оговоренных местах, приспособленных для обороны. Вот слайд — внешний вид.

На экране возникло мутное изображение, похожее на снимок времен начала эпохи фотографии. Приземистая вытянутая над рекой бурая туша с двумя одинаковыми башенками на носу и корме.

— В надстройках по пулеметчику, по бортам бойницы. Дежурят смены по десять бойцов, пять на каждую сторону… Судно бронировано, держит пистолетную пулю, картечь. Автомат скорее всего борта пробьет, ваши пулеметы — прошибут запросто. Ну и все, что серьезнее, тоже: гранаты, бронебойные боеприпасы и любая противотанковая игрушка.

— Внутренности заснять удалось? — прозвучал первый из многочисленных вопросов.

— Нет, команда набрана из преданных хозяину кланов, языком попусту не болтают и посторонних к себе не водят… Вот еще три слайда, сделанные для кораблей подобного типа. Это — из ремонтных доков, это — при погрузке в одном из портов. Как видите, общие черты прослеживаются на всех судах. Но скорее всего нашу цель все же перестроили. Одно могу гарантировать — качество внутренних перегородок не лучше, чем борта. Если вы можете вскрыть их, то и с начинкой справитесь… Теперь — маршрут…

На экране появилась от руки отрисованная карта с мелкой россыпью пометок.

— Корабль добирается до Рулдомэра за две недели. Месяц болтается в порту, затем возвращается назад. Весь путь проложен между цепью озер и болот по реке, которая течет по равнинной местности. Холмы редкие, в основном — бессчетное количество мелких водоемов, солончаков и тростник от горизонта до горизонта. Вот на карте отметки, где выбраны стоянки. На каждой — дежурная смена за частоколом, подобие местных раций для связи. Обычно охрану обеспечивают торговые гильдии, которые пользуются маршрутом. Как бойцы, набранные бывшие крестьяне — полная дребедень. Но их задача — следить за местностью и правильно отвечать на запросы «свой-чужой». За это спрашивают жестоко, можно запросто головы лишиться в прямом смысле. Поэтому и чужих не пускают, и каждые полгода книги с кодами запросов обновляют. И если что-то капитану не понравится — он на базу не пойдет, а двинет дальше по реке, связавшись с полицией.

— Значит, ночью нападать не стоит, — предположил один из наемников, сидевший в первом ряду.

— Плохая идея, — согласился Чак. — На каждом посту с заходом солнца запускают генератор, похожий на вот эту систему безопасности. Работающее по периметру поле отгоняет местную живность и реагирует на любого гостя, который попытается приблизиться. Ни маскировка, ни какие-либо средства электронной борьбы не помогут. Генераторы — просты в изготовлении и за все время существования не удалось придумать способов их обмануть… Да — велики и прожорливы по топливу. Да — поле жестко задается по расстоянию и обычно прикрывает лишь сам пост и выкошенные от зарослей пять-десять метров от стен вокруг. Но для того, чтобы поднять тревогу — вполне хватит. Кроме того, экипажи кораблей никогда не смешиваются с охраной. Зашло судно в огороженный бокс вечером, утром уплыло дальше. Даже продукты и воду не забирают, полная автономность. Поэтому при попытке захвата базы придется воевать с ее охраной и с экипажами кораблей, поставленных на отдых.

Огонек лазерной указки заплясал на белом полотнище, отмечая крохотный крестик почти в начале маршрутного пунктира.

— Генераторы на корабли не ставят. Обходятся амулетами Краасса, которые реагируют на животных. Болтается такая бурая штука размером с кулак в рубке и огоньками показывает, есть ли где чужаки. У экипажа на шее — по специальному камню, которые с амулетом связаны. Любой посторонний больше кошки размером — будет отслежен… Если не спрячется за подобной защитой…

Чак перегнулся и добыл из сумки шуршащий рулон фольги. Продемонстрировал окружающим и самодовольно усмехнулся:

— Честно признаюсь, случайно наткнулся. Оказывается, вот этот материал для холодильных установок прекрасно экранирует излучения от людей и животных. Несколько раз проверял — прекрасно работает. Мало того, я даже не поленился, устроил эксперимент — затаился в лодке рядом с протокой, укрывшись подобным пологом. Проплыли мимо голубчики, не заметили… И в результате мы получаем преимущество над расслабленным противником. Мы получаем возможность ударить первыми в том месте, где нам удобнее. И ударить в момент, когда нас меньше всего ждут.

Адольф приподнял руку, дождался ответного кивка и спросил, уперев тяжелый взгляд в переносицу докладчику:

— Я вижу, что место атаки очень близко от точки выхода. Значит, враг может получить подкрепление, могут вмешаться посторонние. Может случиться куча непредвиденных случайностей… Почему вы решили захватить корабль здесь? Ведь по маршруту наверняка куча мест, где можно организовать засаду.

— Мест много и я дам всю накопленную информацию, чтобы вы сами еще раз проверили мои умозаключения. Если же кратко, то я принял решение по следующим причинам. Во-первых, именно здесь, рядом с Шелстом, крайне редко бывают вольные рыбаки и кочевники. Здесь множество рукавов с малыми глубинами, здесь по озеру раньше часто ходили корабли пограничной стражи, которые зачастую пиратствовали, грабили всех, кто попадется под руку. Поэтому именно тут шансы встретить чужую живую душу — минимальны. Во-вторых, именно здесь мелко. Очень мелко. Глубины — два, три метра, не более. Корабли буквально ползут плоскими днищами по фарватеру. Зато у нас не будет проблем с применением оружия. Можно разнести борта в труху, судно лишь чуть заглубится, но позволит без проблем перегрузить товар к нам. Дальше река идет над старым каналом, который был построен сотни лет назад. Но даже ил не смог заполнить старое русло и глубины там до десяти метров и более… И последнее. Именно в начале маршрута экипаж будет расслаблен. Знакомые места, никаких неожиданностей. Кочевники и прочий сброд далеко на юге. Я слышал, что иногда даже оружие из стоек разбирают при подходе к первой ночевке, не раньше.

— То есть вы настаиваете на своем выборе.

— Я — его предлагаю. Потому как несколько раз плавал с купцами туда и обратно и внимательно осмотрел все интересные места с точки зрения нападения. А сюда еще и на лодке сплавал, по затокам покрутился. Вот пачка слайдов, где показаны русло, заросли камыша вокруг и возможные точки для предстоящей атаки.

— Любыми видами оружия, — уточнил Ниро, понимая, что заказчик что-то не договаривает.

— Совершенно верно. Любыми… Груз обычно укладывают в самый низ, в ящиках, как дополнительный балласт. Поэтому у вас будут развязаны руки. Экипаж и охрана меня не интересуют. Как и сохранность корабля. Мне нужно лишь, чтобы вы выполнили свою работу. В средствах я вас не ограничиваю.

— И сколько у нас на подготовку?

— Эта неделя на закупку снаряжения, затем прыжок на Араргон и две недели пути до места засады. На обустройство позиций у нас будет три дня.

— Три дня?.. То есть — мы должны приплыть на болота и за три дня осмотреть неглубокую протоку, выбрать наилучшую точку, без какой-либо тренировки и подготовки занять позиции и атаковать баржу, не проведя даже одного тестового штурма в любом порту, подальше от любопытных глаз?

— Совершенно верно. Мы должны будем сыграть сразу, с чистого листа. К сожалению, я не могу ждать еще два месяца, когда нужный нам товар снова повезут в Рулдомэр. Мало того, я не удивлюсь, если в новый рейс загрузят куда как меньше драгоценностей. Потому что эта поставка приурочена к большой ярмарке, следующий рейс будет обычным.

— И для столь необычной партии хозяин груза не наймет дополнительных бойцов?

— Почему? На обычных рейсах сопровождает десять охранников. На этом будет сорок. Вот и вся разница… И я должен предупредить, господа, что если мы не договоримся, мне придется возвращаться назад и вербовать уже местных. Которые отлично умеют грабить беззащитные деревни, но плохо штурмуют бронированные корабли с вооруженной командой. Кроме того, самое серьезное оружие в Араргоне — это пулеметы. С дымным порохом и обычными, не бронебойными пулями. Там, где вы имеете фантастический перевес в снаряжении и поражающей мощи, мне придется затыкать дыры телами штурмовиков. Для которых бежать с поля битвы столь же привычно, как вам пропустить кружку-другую пива в жаркий день.

Ниро почесал отросшую щетину и все же уточнил:

— Давайте еще раз. Кратко… Вы выбрали место, опираясь на свои предпочтения. Вы не имеете детального плана объекта захвата. У вас лишь общие представления о команде, ее вооружении, количестве бойцов и боевом опыте. И вы предлагаете штурмовать судно без тренировок, «с колес», в надежде на успех… Рядом с районом, где бывает ваша пиратствующая пограничная стража. Где, как справедливо заметил Адольф, легко могут оказать помощь из ближайшего порта и так же легко организовать погоню… И за оставшееся время у нас фактически не будет возможности как-либо исправить ситуацию: провести доразведку маршрута, найти другое корыто для отработки захвата и тому подобное…

— Именно так, — грустно развел руками Чак и командир наемников понял, что нашел таки ту самую задницу, о которой просто кричало его обостренное чувство обнаружения неприятностей.

* * *

— Кто-то все же хочет влезть в авантюру?

Команда собралась без заказчика, которого спровадили заказывать ужин. Два часа перед этим крутили перед глазами весь накопленный материал. Слайды, карты, личные впечатления — все, что удалось выжать. И с каждым ответом ощущение предстоящих неприятностей только увеличивалось. Возможно, в путешествиях между мирами Чак и был мастером, но в военных вопросах выглядел полным профаном. И хотя старался максимально облегчить профессионалам планирование предстоящей операции, но два пункта путали все карты. Выбранное место не гарантировало полный успех, а жестко заданная дата атаки не позволяла проработать запасные варианты. И второй пункт, который беспокоил Ниро — скрытая от наемников главная задача захвата. Заказчик молчал о реальных причинах, ограничившись лишь сверкающим бонусом в качестве оплаты. Было что-то на этом проклятом корабле такое, ради чего Чак был готов не только свою голову сунуть в пасть тигру, но и положить любое количество народа с любой стороны.

— Попахивает, — вынужден был согласиться Мафуз. — И штурм — на грани приличий. И отходить потом по слабо изученной местности с возможным хвостом из погранцов… Но я все же готов остаться в деле. Тем более, что черт хвостатый с нами пойдет. В случае проблем — первая пуля его.

— И тебя это успокоит? — скривился Рено, догрызая добытое из кармана яблоко. — Может, он спятил и поквитаться хочет с кем. Завалим экипаж с командой, сведем за него счеты — а дяденька пистолет к виску и мозги долой. Дело сделано, можно и скончаться.

— И что теперь? Риск всегда есть, но оплата — более чем значимая. Даже аванс перед выходом получим.

— Можно аванс взять, а заказчика — списать, — усмехнулся корсиканец, кидая огрызок в урну. — Тоже как вариант.

— Ага, и потом с нами никто дел иметь не будет. Ни одного нового контракта. Да и запросто могут в назидание другим чистильщиков послать. Никто не любит, когда работодателя свинцом фаршируют. Сколько мы тогда с миллионом на рыло побегаем? Новые документы, новая легенда, сидеть тихонько в какой-нибудь азиатской жопе мира… Оно надо?

— Тебе двух миллионов будет мало? Миллиард надо? — восхитился Мафуз.

— Скорее — полмиллиарда каждому получим, вряд ли больше. Сам знаешь, с любых грязных денег больше всего перекупщики получают — хмыкнул Ларс, вертя в пальцах кусок проволочки. — Конечно, я могу нашему новому другу встроить что в бронежилет на время операции. Чтобы гарантировать какую-то толику благоразумности. Но если клиент в самом деле решил играть в смертника, его можно на бочку с тротилом посадить, толку будет мало.

Голландец повернулся к скромно сидевшему в углу комнаты специалисту по допросам:

— Хироши, что скажешь?

Японец мрачно приоткрыл глаза и вздохнул:

— Не получается его считать, закрыт напрочь. Не человек, все поведение шаблонно, натуру не раскрывает.

Наемники замолчали. Наконец, Ниро решил все же подать голос:

— Надо решать. Если подпишемся, то уже с утра заказ на оборудование размещать, иначе не успеют… Давайте по минусам… Мутный заказчик. Не проработанный план. Чужой мир, про который реально ничего не знаем. По срокам — придется все на импровизации делать… Плюс один — за это платят. Возможно — платят, что тоже не гарантировано… Но — в случае успеха можно уйти на покой. Каждому…

— Твое предложение?

Командир вольницы помолчал, потом поморщился и ответил:

— Я бы отказался. Даже ради такой награды. А может быть — именно из-за награды. Слишком много. И якобы — просто. Так не бывает… Но — если вы решите идти, то пойдем все вместе. Или все вместе отправимся в отпуск, а осенью найдем нормальный контракт.

Сидевший в другом углу комнаты один из командиров боевой тройки хмыкнул:

— И что потом? Каждую минуту помнить, что был шанс, а мы его упустили?.. Ниро, что нас ждет осенью? Очередной забег к арабам? Или в африканские джунгли, обезьян пугать?.. Надоело, честное слово.

— О, Володя как обычно правду жизни решил найти, — засмеялись вокруг, но бывший русский спецназовец ничуть не смутился:

— Минусы, минусы… А сколько их было, когда в Афган зазывали? Типа, легкая прогулка, с Ми-6 пару голов отпилить и домой с победой… Как с пригоршней патронов потом из окружения выходили, напомнить?.. Здесь — новый контракт. Может — авантюра. Но — интересная авантюра… Будет что вспомнить. И за что повоевать…

Мужчина легко поднялся и шагнул в круг, двигаясь подобно леопарду, вальяжно сменившему позицию:

— Двенадцать бойцов. Пять тонн груза заказчик разрешает набрать. Болота и тростник… Четыре тройки, это четыре «Каяка». И к каждому еще запасной… Восемь лодок, пулеметы, РПГ, взрывчатки по максимуму… Парни, да мы сможем дворец шаха штурмовать, или что там у них есть? Эту несчастную баржу разберем на куски за минуту. В чем проблемы?

— Доплыть до баржи еще надо, Володя. Хотя бы.

— Значит, доплывем… Не знаю, как вам, но я такой куш глотки порву любым инопланетянам или кто там будет под ногами болтаться?.. Пешком дойду по болотам, если надо будет… Но все до камушка с баржи выскребу. Или с пустоглазого выбью, если что не так пойдет.

В дверь постучали. Приглушенный голос Чака прокричал:

— Пиццу привез, как просили. Мяса разного и лазанью. Подтягивайтесь, пока горячее…

Ниро посмотрел на бойцов, потом развел руками и сдался:

— Ладно. Действительно, что по Колумбии мотаться, что в этом Араргоне, какая разница. Это всего лишь работа… Все в деле?.. Тогда пошли ужинать и начнем готовиться по-настоящему.

* * *

— Мы беремся за работу, — взял слово Ниро после ужина. — Условия простые: аванс выплачивается за трое суток до выхода, чтобы ребята могли в банки деньги перевести. Список оборудования будет завтра к обеду, оплата за тобой. До вылета покажешь и научишь, как управлять аппаратом, чтобы мы могли вернуться домой, даже если поймаешь шальную пулю. И во время операции — беспрекословное подчинение старшему тройки, куда тебя определю. Возражения есть?

Чак аккуратно вытер измазанные маслом губы и кивнул:

— Согласен. Аванс могу выдать уже завтра вечером. Каждому отдельно, или кучей, чтобы сами поделили… «Пробиватель» перегонят послезавтра. У вас будет время посмотреть внутренности, определиться с размерами. Пять тонн груза надо еще будет впихнуть, аппарат не очень большой. Ну и оплата снаряжения — в любой момент, кредитка у меня с собой…

— И еще одно, чтобы потом не обижался. Если вдруг что-то пойдет не так по твоей вине, тебя ждут неприятности… Одно дело — когда вулкан, землетрясение или нужный мир провалился куда-то. И совсем другое, когда ты что-то не учел и нам на голову толпа погранцов или вояк свалится.

— Не будет вояк. С этим — никаких проблем… Но я тебя понял. И без обид… Эта работа — совместная. Вместе груз возьмем, вместе сюда вернемся.

— Еще что-нибудь, о чем мог забыть?

— Ничего. Только по датам хочу уточнить. Мы должны отбыть через неделю, в следующий понедельник. Будет стабильный канал, пройдем без проблем. Если уходить раньше — зацепим гравитационный шторм между мирами. Может выбросить из пробоя черти где, до места не успеем. Ну и позже выходить тоже не хорошо, запас по времени минимален… В остальном — можно начинать подготовку.

— Тогда с тебя первый платеж вот на этот счет. Возьмем сразу обычный стрелковый набор на тройки, чтобы не мешкать. И пока парни будут личное снаряжение подгонять, доедет остальное…

Ниро поднялся и постучал костяшками пальцев по столешнице:

— Ладно, господа. Контракт принят. Давайте начнем подготовку к работе… С богом, как говорится…

* * *

Хранителю Стаппу не нравилась жара. Совершенно. А так же ему не нравился дождь, снег, туман и прочие погодные выверты. Еще уважаемый Стапп терпеть не мог кошек, собак, птиц и другую живность, которая своими писклявыми голосами отвлекала его от важных дел. Как, в прочем, и люди. Людей почтенный Хранитель тоже не любил. Поголовно. Иногда казалось, что худой, высохший почти до состояния мумии старик не любит и себя. Особенно, если сейчас раннее утро и ты заглянул в полированное бронзовое зеркало, чтобы полюбоваться на выпирающие скулы, покрытый пигментными пятнами бритый череп и крохотные серые глаза в провалах глазниц.

— Трашам, что по делу о контрабанде?

— Извините, уважаемый Хранитель, о каком именно деле идет речь? У меня в департаменте че…

— Затнись, Трашам и не зли меня понапрасну. Ты прекрасно понимаешь, что меня интересует одно-единственное дело. То самое дело, в котором успел отметиться выкормыш Сафов. Как там его? Чэкара? Или Чекасара?..

— Чэкара, господин Хранитель. Вы как всегда точны. Дружки преступника называют его короче — Чэк или Чак.

— Значит, ты понимаешь, о чем я спрашиваю… Мерзавцы сумели разгрузить в Шелсте три баржи с углем, где-то добыли полтрюма шелка и натащили как грязи благовоний для храмов у бедноты. И все — минуя таможню и государственных мытарей.

— Мои люди пытаются найти, откуда они достали товары, господин Хранитель. К со…

— Я тебе уже сказал, Трашам — заткнись… Меня не интересует, где они достали барахло. Благо, его можно набрать по любую сторону вдоль реки. Желающих продавать на рынках моего Дома — предостаточно. Вот только желающих платить пошлины все меньше… И я спрашиваю тебя, когда мерзавцы будут схвачены и отданы дознавателям? Прошел уже месяц, а результатов — нет.

Скрючившийся на неудобном стуле толстяк осторожно смахнул мятым платком обильный пот и попытался оправдаться:

— Мы перерыли всю округу, но проклятый Чак сбежал. Его нет ни в Шелсте, ни Рулдомэре. Его больше не видели на болотах или в степи. Он — пропал. Я не удивлюсь, если мерзавца прирезали свои же дружки-подельники. По-крайней мере говорят, что выручку за шелк парень уволок в одиночку, не поделившись ни с кем.

Стапп почесал худую шею мягким кончиком писчего пера и раздраженно рявкнул:

— Кажется?! Тебе — всего лишь кажется? И это мой якобы лучший департамент, который год за годом разбирается с любым запутанным делом?.. Не ожидал от тебя, Трашам. Честное слово, не ожидал… Хочу напомнить, что старшего Сафа я лично отправил на эшафот. Потому что с заговорщиками нужно разбираться сразу и без колебаний. С мерзавца сняли кожу, а потом этот вонючий кусок дерьма еще месяц догнивал в клетке, выставленный на потеху черни. Теперь младшенький путается у меня под ногами, выставляя идиотом Хранителя и его людей… Знаешь, Трашам, по углам начали шептаться. За последние полгода служба дознавателей не сумела как следует придавить шваль в нищих кварталах, не сумела навести порядок после бунта техников в доках. Объем контрабанды растет каждый день, склады уже не рискуют оставлять без вооруженной охраны не только ночью, но и днем. Если мы продолжим в том же духе, могут пойти слухи, что я перестал справляться с работой. Что и меня можно чуть-чуть подвинуть, дабы дать дорогу молодым…

Старик наклонился вперед, разглядывая онемевшего от страха помощника. Погрозил костлявым пальцем и отдал приказ:

— Мне не интересно, как ты решишь эту проблему, но… Даю тебе две недели. Две недели, раззява. Раз не сумел мерзавцев отловить, пока они торговали у тебя под носом, придется побегать по болотам и солончакам. Вот и побегай… Мне нужны факты, мне нужны зацепки, которые позволят схватить эту банду до конца лета. Если тебе повезет и притащишь голову Чака, я подпишу бумаги на твое повышение. Получишь департамент не как временно исполняющий обязанности, а сядешь уже нормально старшим надзирателем.

— Я… Я сделаю все воз…

— И еще, Трашам. Пока «твои люди» на службе ковыряют в носу, МОИ люди приносят информацию. И эти ребята говорят, что младшенький Саф не только хапнул всю выручку за шелк и благовония. Они говорят, что хитрая гадина крутилась по всему городу, разнюхивая что-то особенное. Поэтому я хочу видеть гада мертвым до того, как он устроит какую-нибудь пакость царствующему сейчас Дому, чей покой мы охраняем. Потому что талант на гадости у мерзавца — отменный. И спросят за это уже с меня. А я не забуду, кто обещал мне покончить с контрабандой еще три месяца назад… Проваливай. И через две недели жду с фактами… Или отправлю рыб в залив кормить…

Хранитель Стапп действительно не любил людей. Но это простительно. Ведь он не любил все, что его окружало…

* * *

Два дня группа гоняла по кругу предстоящую операцию. Вопросы, вопросы, вопросы — бесконечной чередой… Кто живет в городах? Какая служба охраны и кто ей платит? Что за государственный строй и привлекается ли армия для патрулирования пустошей? Климат, погода, река и прилегающие территории. И еще тысячи вопросов, на большую часть которых заказчик сумел дать более-менее внятные ответы.

— Араргон — слабо развитый по вашим меркам мир. Много гор, мало лесов. Реки, моря, крупных океанов нет. С полсотни известных мне государств, похожих на ваши королевства времен Средневековья. Но технологии развиты лучше, ближе к началу Первой Мировой. Есть транспорт, активно использующий аналоги нефти. Железнодорожный развит слабо, централизованной власти нет, чтобы вкладываться в массовое строительство. Куда как больше используют корабли для торговли и путешествий. Благо — рек, каналов и озер с болотам хватает… Правят — Дома, аналоги местных торговых гильдий или семейных кланов. Зачастую именно Дома перерастают в царствующие династии. Но более умные и хитрые ставят императоров-марионеток и меняют при любых народных волнениях, оставаясь в тени…

Получив первые партии вооружения, команда как обычно разбилась на четыре штурмовые тройки и начала готовиться к выходу, попутно определяясь с деталями предстоящей операции…

— Оружие — огнестрельное. Магазинные винтовки, пистолеты типа револьверов и пулеметы. Железо для их изготовления — дрянь, легко перегреваются и клинят. Как и патроны, где много брака. Но все равно — хорошие стрелки уверенно поражают цели на двести-триста метров. А в охране ценных грузов стараются держать подготовленных людей… Взрывчатка используется обычно при строительстве, гранаты — редкость. Толовыми шашками кидаются при штурме окопов, но обычно это экзотика. Регулярные армии по размеру — малы, Дома не любят давать слишком много силы воякам. Поэтому чаще используют специально обученных боевиков, а регулярные части больше заняты полицейскими операциями и карательными акциями по диким районам, где живут кочевники.

Кроме четырех «Миними» и груды легкого стрелкового вооружения Ниро заказал взрывчатку, ночники и бинокли, восемь пластиковых разборных лодок с надежными подвесными двигателями. А еще бронежилеты и аптечки, тактические рации и гранаты, бронебойные патроны и три комплекта РПГ с запасными ракетами. Командир наемников собирался свести любые неожиданности к минимуму, делая ставку на огневую мощь и качество вооружения.

— Из возможных неприятностей. Первое, это так называемые «ашэры». Это люди, которые умеют управлять полетом пули. Специальной пули. Их оружие не скорострельно, дает от силы два-три выстрела в минуту. И боеприпас — со специальным маркером, который бы на ваши деньги стоил под тысячу-полторы евро. Но — специально обученный мастер с подобным оружием может попасть в любую цель, если ее видит… Представьте, что вы стоите на холме и поливаете из пулемета врагов. «Ашэр» вас заметил и нажал на спусковой крючок. За мгновение до того, как согнуть палец, он ощутил свою пулю — длинную, тяжелую, с нанесенным поверх специальной краской орнаментом. И после выстрела — он ведет ее, ведет дальше и дальше, направляя вперед, чтобы совместить ваше тело и кончик своего гостинца. Хлоп — и вам разворотило грудь… Вы присели или шагнули в сторону в момент выстрела — не беда, он подправит полет и все равно всадит кусок железа куда хочет. Очень неприятные противники. Их надо выбивать в первую очередь.

— Это первая неприятность. Какая вторая?

— Кочевники. На Араргоне полно пустошей. Именно туда бегут обнищавшие крестьяне. Именно там сбиваются в шайки самый разнообразный сброд… Этих людей нельзя подкупить. Их нельзя подчинить. Их нельзя запугать. Они — живут как хотят, совершают набеги на более богатых соседей и никогда не держат данное слово. После того, как десять лет назад сумели построить первые надежные дирижабли, армия получила возможность наводить войска на кочующие стойбища. И провела несколько показательных рейдов. Поэтому теперь некоторые банды отошли к краю болот и могут болтаться ближе к Рулдомэру. Мы будем уходить из крохотного порта чуть севернее этого города и возвращаться будем туда же. Поэтому нужно будет смотреть в оба и стараться не попасть под удар каких-нибудь полудиких бродяг. Оружие у них обычно так себе, но напасть все же могут…

— То есть, нас еще могут зацепить с воздуха?

— Вряд ли, дирижабли пока редкость, слишком дороги в изготовлении и эксплуатации. Да и используются в другой части страны, в пустую их над болотами не гоняют. Но — лучше подстраховаться. Железок там полно, думаю, какой-нибудь небольшой радар легко засечет подобного «гостя»…

И так — час за часом, с перерывами на разгрузку прибывших заказов, на прием пищи и легкую разминку после посиделок за столами, заваленных бумагами.

В среду к ангару припарковался огромный трейлер с замотанным в брезент грузом на тяжелой платформе. И Ниро получил возможность полюбоваться на странный агрегат, на котором прибыл Чак. Нужно было освоить иномирное средство передвижения и убедиться, что все заказанное барахло поместится в его железном чреве…

Глава 2

— Это… что? — Мафуз стоял рядом с железной клепаной конструкцией и пытался подобрать какие-нибудь адекватные слова.

— «Пробиватель». Я назвал его «Шиль-эста». В переводе… Можно сказать, что это «хрупкая лань, взобравшаяся на высокую морскую волну»

— Лань?

Больше всего агрегат Чака походил на танк времен Первой мировой, поставленный на металлические шипастые колеса вместо гусениц и разгромивший при этом кладбище старых автомобилей. Угловатый корпус, обвешанный непонятного предназначения цилиндрами, тягами, фонарями, с пулевыми отметинами по бокам и двумя закопченными трубами сверху, изукрашенными резьбой по металлу подобно чепчику матроны времен Великой Британской Империи. Мечта кубиста, решившего создать абстрактную скульптуру о смысле жизни.

— Ну да… Отличный аппарат, кстати. Проходимость слабовата, но по сухой степи и по укатанным дорогам — до тридцати километров в час выдает. Запас хода до трехсот. Двигатель прекрасно работает на горючем из Араргона.

Открыв один из многочисленных лючков, Чак ткнул пальцем в вонючую дыру. Сунувший туда нос Франсуа чихнул, затем с сомнением уточнил:

— Солярка? По запаху походит.

— Да, ее подобие. Кстати, я брал образцы топлива и здесь их проверяли. Дизельные двигатели работать будут.

Стоявший рядом Ниро подтвердил:

— Это точно. То, что ты принес в канистре опробовали на дизельных лодочных моторах, которые вчера пришли. Так что не придется с собой горючку тащить.

Хозяин агрегата закрыл крышку и вытер испачканные руки о тряпку:

— Вот именно. На месте нас будет ждать оплаченное судно с запасами. На нем одиннадцать дней до тайной стоянки, оттуда на лодках. Ближе нельзя — мелко. Надеюсь, что доберемся без приключений. Нефть в Араргоне качают давно, перерабатывают тоже давно. Технологии отработаны.

— Лучше, чтобы так и было, — буркнул застывший рядом с кубическим монстром штатный механик команды — Макс Шильман, выходец из глубин Аризоны. — А то посадим на первую лодку, остальные к ней зацепим и будешь веслами до самого места ворочать… Показывай, что за машинерия внутри. Нам еще ее освоить надо успеть.

И рыжеволосый бог разводных ключей полез следом за Чаком в распахнутый люк. Туда же чуть позже сунулся и Ниро. Нужно было постигать премудрости чужих технологий. Мало ли как судьба извернется.

* * *

Машина была поделена на две почти ровные половины. Задняя часть напоминала прицеп грузовика — вытянутый прямоугольник с ровными стальными листами по стенам, полу и потолку, приваренными сбоку крюками с намотанными связками цепей. С одного торца были видны широкие створки распашных дверей, с другой — узкий люк в сплошной стене, ведущий вперед. Куда как интереснее было в кабине, где рядом с узкими бойницами возвышалось металлическое кресло, окруженное кучей непонятных приборов и манометров с застывшими стрелками. Позади кресла водителя блестели полированными поверхностями узкие скамьи, на одной из которых валялась скатанная в неряшливый тюк постель и возвышалась огромная плетеная корзина, забитая разнообразным барахлом.

— Систем управления две. Первое — рычаги и педали для движения по земле. Как у трактора — вот так заводится двигатель, вот так управляется. — Ловко оседлавший кресло хозяин с удовольствием поворочал рычаги и потыкал пальцем в нужные переключатели. — А вот это, слева — управление для перехода между мирами. Вот под потолком сфера, она активируется здесь и здесь перед началом прыжка. Двигатель раскручиваем до средних оборотов, подаем питание сюда. Затем — этими верьнерами выставляем скорость движения и направление по потоку. Стрелка вправо — поднимаемся вместе с потоком. Стрелка влево — наоборот, опускаемся вниз, в энергетический пробой.

Макс встал рядом с надувшимся от важности «иномирным пилотом» и стал внимательно разглядывать мешанину трубок и деталей. Ниро усмехнулся про себя, достал из кармана рулетку и отправился в заднюю часть машины — измерять «багажник».

— А тебе не интересно? — удивился Чак.

Но командир наемников лишь рукой махнул:

— Ты ему все сначала растолкуй. Да так, чтобы он мог вместо тебя скататься туда и обратно. Потом уже я послушаю, когда нормальным языком разжуют. Макс у нас в лицее преподавал, у него получается даже полным болванам вроде меня все объяснить.

— Скататься не получится, — посмурнел хозяин железной «абстракции». — Ресурс сферы почти весь выбрал. На три, максимум четыре поездки хватит. Я бы не рекомендовал пробовать, надо запас оставить на возвращение.

— Ну тогда на пальцах все показывай. И потом по ангару проедем, опробуем, как оно бегает. Солярки-то у нас в достатке… А я пойду думать, как наши многострадальные пять тонн впихнуть.

* * *

За сутки до выхода был объявлен карантин: группа заперлась в ангаре, погрузила многократно проверенное оборудование в «Шиль-эста» и щеголяла в разгрузках, обвешавшись оружием. Успели даже пару раз провести учения, отрабатывая движение четырех боевых троек, к одной из которых добавили Чака. Для начинающего иноземец неплохо освоил азы и хотя бы не путался под ногами, вовремя приседал на колено и не блокировал сектор обстрела штатному пулеметчику в своей группе. Прошлые дни получалось куда как хуже.

Ближе к вечеру народ разбрелся по ангару, убивая время и скрывая подкатывающий мандраж. Ниро устроился на опустевшем столе и катал из хлебного мякиша шарики, выстраивая из них замысловатую гусеницу. Аккуратно выставив очередную «кочку», задумчиво спросил застывшего напротив нанимателя:

— Значит, туда мы выкатимся рядом с портом. Как раз к началу ночи, когда аборигены спят. Так же тихо и незаметно докатываем до пристани и на зафрахтованный корабль.

— Уже десять раз обсуждали, сколько можно.

— И еще десять, если понадобится… На корабль, значит… Так, вот этот пристроим сюда, в хвост… Корабль… На котором проверяем горючку, еду и прочее. И выдвигаемся дальше, к точке номер два — тайной стоянке, откуда уже пойдем на лодках… Кстати, ты уверен, что команда аккуратно не рванет назад, вместе с твой «Ланью», которая останется в одиночестве куковать на борту?

Чак покопался в кармане, добыл ментоловый леденец и сунул в рот. Пожевал и ответил, дыхнув мятным запахом:

— Уверен, дождутся. И нос в наши дела совать не будут.

— Неужели и команде заплатил с лихвой?

— Заплатил… А еще капитан судна и его брат раньше служили у моего отца. И свое собственное дело начали, когда он их отпустил и подъемные дал, на которые корабль и купили.

— Хороший у тебя отец, однако.

— Хороший… Был… А когда с отца кожу сняли, то Брайдель, капитан, вместе со мной тело выкрал и потом хоронил, как положено… И мы теперь будем потрошить самое жирное судно уродов, которые мою семью решили всю под нож пустить. Они — убили отца по надуманному обвинению, отобрали поместье, разогнали крестьян. И через две недели их корыто с накопленным за десять лет грузом золота и драгоценностей пойдет мимо нас. И настанет мой черед поквитаться. Я ведь не зря дату выбрал. Там вся шелупонь одним разом решила на ярмарке поторговать. Раз в год торги. И в этом году обещают на редкость большие торги. Вояки неплохо степь почистили, народ сумел на разграбленном имуществе кочевников руки погреть, да и первый урожай большой сняли, никто набегами не беспокоил. — Чак снял очки и теперь уставился на замершего Ниро провалами, мерцавшими голубыми всполохами. — Я думаю, даже руководство Дома не в курсе, сколько подчиненные в одно место сволокли. Вот и проверим, как нас удача любит.

— Ну что же, это уже больше похоже на правду. Не просто расшвыривать деньги вокруг ради ограбления, а совместить полезное с приятным… Главное, нам потом ноги унести аккуратно, чтобы твои старые друзья на хвост не сели.

— Главное другое — до корабля добраться. «Шиль-эста» может и с палубы наверх уйти. Выкинет, правда, где-то ближе к Италии. Но при плохих раскладах — удрать сможем. Вниз не прыгнешь, дыра далеко, а наверх — всегда пожалуйста. Как раз по дороге домой.

— Хорошо что напомнил, надо убедиться, что комплект документов не забыли. Если в Италии нарисуемся, нас на таком агрегате первый же полицейский прихватит…

Насторожившись, Ниро повернулся к шагнувшему из темноты Франсуа. Шутник был мрачен и баюкал в руках штурмовую винтовку:

— Албанцы пожаловали.

Подтверждая его слова стоявший в стороне блок сигнализации беззвучно замерцал красными лампочками.

* * *

Франсуа дослал патрон и вздохнул:

— Принесла же гостей нелегкая. Похоже, перекупщик нас слил… Те же албанцы, с кем два месяца назад сцепились, банда Куштима. Ларс в ночник несколько человек опознал. Два микроавтобуса у дальнего края забора. Может, еще кто.

— Ну что же, можно было ожидать. Не каждый день мимо этой швали миллионы золотом и камнями мелькают, вот и зашевелились… Заводи этажерку, Чак. Лучше всего, если мы успеем исчезнуть до того, как начнется стрельба. У нас каждый человек на счету. Надо уходить…

Иномирянин нацепил на нос зеркальные очки и озабоченно начал напяливать разгрузку с тяжело набитыми карманами:

— Пять минут надо. Движок раскрутить и на режим выйти. Пять минут.

— Это обеспечим. Там по мелочи разного натыкано в пассивном режиме. Пока возиться станут, как раз уйдем. Хотели бы с шумом войти, уже бы с подствольников молотили…

* * *

Куштим аккуратно перешагнул высокий порог и вошел в ярко освещенный ангар. Двое телохранителей сопели рядом, поводя стволами автоматов. Позеры… Но где взять других? Община поставляла или преданных, но недалеких, или шустрых, но продажных. Тех, кто готов в любой момент переметнуться к соседу, успевшему удачно оседлать или наркотрафик, или работорговлю. Чудо еще, что удалось отхватить свою долю у родных, отодвинув в сторону младших братьев. Но реноме нужно поддерживать, чтобы окончательно задавить шепот за спиной. И ради этого главарь банды решился на довольно рискованную авантюру.

— Где солдаты?

— Какие солдаты? — удивился один из боевиков, только что закончивший обыск темных углов. — Наемники, что ли? Нету их, совсем нету.

— Что значит — нету? — начал сердиться Куштим. — Вы все подъезды пасли с прошлого вечера, никто не уезжал с территории.

— Ага, пасли… Но — сейчас никого нету… Может, они тут подземный ход рыли, через него ушли?

— Какой ход!.. Это тебе что — рядом с банком сарай поставили или с тюрьмой, чтобы ходы рыть? Это — промзона, до соседей на машине лишь доедешь… Где ублюдки, я спрашиваю?! Если их в ангаре нет, то могут в любой момент в спину ударить…

— Э, Куштим, что завелся? Ну, может куда и уехали, не доглядели… Это не важно. Главное — товар не забрали, правильно твой человек сказал. Смотри — ребята сейфы нашли, на сигнализации стоят. Не зря специалиста по ним тащили, пусть вскрывает.

Рядом с высокой горой из поддонов действительно застыли два серых бронированных ящика, на дверях которых слабо помигивали зелеными огоньками электронные накладки. Вокруг потенциальной добычи уже крутились почти все боевики, в надежде на поживу.

— Я так понимаю, бритые поехали заказ выполнять. Или еще куда подались. Ребята коробки пустые нашли, бумагу упаковочную и другой хлам. Там еще запасная одежда, электроника всякая. А так как базу никто чужой не срисовал, то сюда и вернутся. В сейфы полученное золото сунули и покатили… Вот для них сюрприз будет, когда двери откроют, а мы их ждем.

— С какой стати им возвращаться? — Куштим замер рядом с серой бронированной дверью, с подозрением разглядывая непонятную сигнализацию.

— А сейфы зачем оставлять? Закрытые и запертые? А жратву? Вон, полные холодильники с пиццей и пивом… Мы же их срисовали как детей малых — через базу по перевозкам. Рядом никто глаза не мозолил, еще пару часов назад эти придурки мимо окон шлялись. Так что — или за грузом каким поехали, или вообще по бабам. Сам говорил, что болтали о хорошей добыче и отдыхе в Европе.

Рядом материализовался патлатый специалист, виртуозно громивший взрывчаткой любые бронированные коробки от Парижа до полей родной Албании.

— Вскрывать?

— Подожди. Что за дрянь вот здесь?

— Электронный ключ. Банкиры недавно предлагать стали. Отмычку в часы встраивают или в брелок какой. Подносишь, вводишь код — дверь открывается. Если брелка нет — код не сработает. Дополнительная защита. Даже если комбинацию для сейфа подсмотрел — все равно с пустыми руками останешься.

— Сигнал какой-нибудь отсылает?

— Нет, дешевая безделушка… Я думаю, они там друг другу не верят. Наемники, готовы за лишнюю монету глотку своему же перерезать. Вот и поставил кто из командиров для подстраховки. Без него теперь ни один урод внутрь нос сунуть не сможет.

Куштим еще раз обошел вокруг бронированных громадин и уточнил:

— Вскрыть сможешь?

— Хе… Пять минут. По заряду на заднюю стенку — и товар наш. Не волнуйся, все будет красиво, не первый такой потрошу. Оглянуться не успеешь, как разбогатеем. Дешевку клиенты поставили, видимость одна, а не изделие.

— Ты только с зарядом не перестарайся. Надо, чтобы снаружи не слышно было. Тихо пришли, тихо все сделали. Потом так же тихо гостей встретим, как вернутся… Давай, работай. И аккуратно…

Уже на улице главарь банды прислонился к теплому капоту машины и спросил заместителя, прикуривая сигарету от услужливо поданной зажигалки:

— Людей на улице не убрал? Не хватает еще возвращение ублюдков проспать.

— Трое с рациями на местах, хвост всем накрутил, чтобы не зевали. Потом выясню, кто именно из старой команды отъезд прозевал. Всего лишь сквозная дорога от центральных ворот и тропинка сзади в кустах.

— Ладно, сейчас с железками разберемся и…

Тяжело ударивший по ушам взрыв разметал ангар подобно детской хлопушке — в разные стороне полетели смятые куски алюминия и горящая складская начинка. Ударная волна легко перебросила Куштима через капот и с размаху приложила о нагретый за день асфальт парковки. Когда звон в голове чуть утих, мужчина смог с трудом расслышать крики помощника:

— Это не мы! Там для сейфа совсем чуть-чуть надо, это — не мы, точно не мы!

Наемники зачистили за собой хвосты. Как объяснил Чак, у него было несколько фальшивых личин, на одну из которых и подвесили все покупки снаряжения, оплату помещений и перевозки грузов. И теперь сработавший триггер активировал заботливо уложенные Ларсом «подарки». Огненный шквал должен был ликвидировать оставленные отпечатки пальцев, пепел от сожженных слайдов и карт, а так же любые возможные следы команды, нырнувшей в провал к чужим мирам. Правда, подрыв хотели устроить ближе к утру. Ну — тут уж сами виноваты, гости незванные. Кто не дал дождаться, пока сработает таймер. Хотя — и так неплохо получилось. Огненное зарево видно в центре Марселя. Отличный будет повод объясняться с полицией, собирая разбросанные по всей округе остатки «перспективных ребят».

Похоже, резко стартовавшая карьера Куштима в эту ночь пересекла финишную черту. Под гром рукотворного салюта…

* * *

— Меня сейчас вывернет, — пожаловался Хироши, зеленым цветом лица сливаясь с камуфляжной курткой. — Долго еще бултыхаться?

Вся группа набилась в переднюю часть агрегата, который болтало и крутило, словно бочку в водопаде. Желудки постоянно прыгали вверх-вниз, невидимый за бортами мир крутило не пойми как и все это в замкнутом пространстве вызывало желание облегчить желудок на сидящего рядом. Или хотя бы себе под ноги.

— Терпите, мы всего лишь зацепили штормовой хвост. Скоро станет полегче, — Чак сидел пристегнутым в кресле и ворочал рычагами. Одновременно с этим он успевал еще комментировать свои действия для Макса Шильмана, который болтался привязанным на соседнем месте. То ли передавал механику крупицы знаний, накопленных в прогулках между мирами. То ли пытался таким образом отвлечься от болтанки.

Неожиданно уши резко заложило, а «Шиль-эста»» вздрогнула, скрипнула всеми сочленениями и замерла в сером мареве. Сверкнув фиолетовым отблеском пустых глазниц, Чак постучал пальцем по одному манометру, затем другому и поскреб затылок. Потом пошарил под сиденьем и добыл оттуда коробку с кучей зубчатых колесиков. Внешне непонятная хреновина смахивала на будильник, который обожрался тухлых бобов, после чего выпучил наружу все потроха в самых неожиданных местах. Пощелкав переключателями, молодой мужчина выдохнул и повернулся к замершим наемникам:

— Две новости и лишь одна не очень хорошая.

— А поточнее? — Ниро бросил взгляд на муть за крохотными окнами и приготовился услышать какую-нибудь гадость. Подспудно все это время чего-то подобного и ожидал, кстати.

— Мы на месте, на Араргоне. Это хорошо. Но маяк показывает, что от нужной нам точки на север и туда добираться сутки. Или чуть меньше.

— То есть прямо на место попасть не удалось?

— Нет. Шторм же, я говорил. Но могло вообще за сотни километров зашвырнуть. Так что — очень удачно мы вывалились. Проблема лишь в том, что на юг от Рулдомэра тянутся болота. Проходимые, наш транспорт по ним проберется. Нас вообще утопить сложно, можно по любым буеракам проползти. Просто будет медленно… Ну и как на сухое место вылезем, там кто-нибудь из вас меня сменит и продолжим катить без остановки. Время поджимает.

— Какие-нибудь неприятности во время пути?

— Разве что бродяги попытаются лапу на имущество наложить. Но здесь закон простой. Вне города любой незнакомец — это враг. Можно стрелять сразу на поражение. Единственное исключение — для отрядов королевской стражи. Но они в форме, у любой группы обязательно на пике флажок и зачастую конницу еще броневики сопровождают. Агрегаты — то еще недоразумение, даже на обычной дороге могут сломаться через пять минут прогулки. Но после того, как дикари несколько раз вздумали напасть на дозоры, губернатор приказал усилить разъезды.

Так. Значит — кругом враги, махновщина и беспредел. Отлично. Еще одна Африка, только с непривычными для слуха названиями.

— До этих самых дорог далеко? Чтобы не напороться ненароком на броневик с конницей в придачу. И что за вооружение у стражи?

— На колымагу пулемет ставят. У солдат ружья и еще пистолеты у офицеров. Ружья паршивые, попасть можно разве что метров на сто. Кстати, у кочевников не лучше. На одних и тех же складах закупаются или воруют, если у кого с деньгами напряженно.

— Понятно. Тогда — показывай, как рулить, Макс тебе сейчас поможет. Володя подстрахует, потом сменит. Люк на крыше можно открыть?

— Да. Вакцина, что я вам дал, уже работает, любая местная зараза вам не опасна. Так что можно распечатываться… Кстати, сейчас уже поздний вечер, скоро совсем стемнеет. Ехать сможем — на лобовых стеклах установлена система, похожая на ваши приборы ночного видения. Качество не очень, но для наших скоростей вполне подойдет.

Закончив ликбез, Чак показал Максу и Владимиру нужные тумблеры, после чего перевел двигатель на холостой ход и подключил кривым рычагом основную коробку. Затем плавно нажал правую педаль и железная банка заскребла гусеницами, продираясь через хрупкие высокие стебли камыша или его местного подобия. Одновременно с этим нос «Шиль-эста» довернули правее, следуя бурой стрелке на циферблате «всбесившегося будильника». Компас, четко дающий привязку на неведомый маяк. Не заблудишься.

— Хироши, твоя тройка первая в наблюдении. Сильно наружу из дырки на крыше не маячьте. И ночники не забудьте. Болота или еще какая задница, а надо быть осторожнее. Первые два часа на вас, меняйтесь по самочувствию. Следующими будет Адольф со своими…

* * *

Казалось, что Самар только-только закрыл глаза, а его уже пихали в бок, заставляя открыть глаза.

— Какого демона тебе надо, Рагил?! Я за полночь разбирался с барахлом, захваченным у купца, а…

— Чужие на болотах.

— Что? Какие чужие! Это наше старое место, сюда без знания троп никто пробраться не сможет!

— Сам слышал. Машина прошла по краю Старой Топи. Звук слышал. Не поленился, сходил проверить. Запах от сгоревшего топлива остался и следы.

— Топь? Проверил? Ночью?.. Ты совсем с головой не дружишь, брат. А если бы утонул?..

Но младший родственник уже вовсю приплясывал рядом с командиром кочевников, взбудораженно потирая руки:

— Ты подумай, если эта штука по нашим болотам ползает и не тонет, то ее надо себе забрать! Пройдем по вешкам до степи, там крюк сделаем и перехватим прямо у холмов. Они прямо туда прут, не сворачивают. С двух сторон навалимся и все!

Самар сел, постарался прогнать остатки короткого сна. В голове неприятно звенело, сказывался хронический недосып. Мало того, что неделю выслеживали хитрого торговца, который петлял следы и долго водил за нос преследователей после разгрома каравана. Но все же охотникам удалось загнать дичь и вчера днем купца с парой телохранителей добили. Правда, ценного с убитых взяли всего-ничего, больше лишь ноги по камням сбивали. Поэтому возможный захват непонятных ночных бродяг — это интересно. Вопрос лишь в том, кому в самом деле понадобилось по болотам шастать.

— Так. Ладно, уже светает. Ставь котел, сделаем отвар, чуть перекусим и двинем на перехват. Посмотрим, что за незванные гости пожаловали.

— Не упустим?

— Смеешься? Они с болота выползут ближе к обеду, мы успеем встречу организовать. И уже на месте решим, насколько зубастые твари нам попались.

Рано утром «Хрупкая Лань» успела выползти из бесконечной череды луж и мокрых кустов, после чего достаточно бодро покатила вперед. Володю, который рулил перед рассветом, сменил сначала Макс, затем за рычагами устроился Чак. Хозяин машины поддал скорость и катили вперед куда бодрее, чем ночью. Попутно он изредка тыкал пальцем по расстеленной сбоку карте, которая южнее отметки города больше походила на кусок белого «ничто».

— Здесь гряда холмов идет. Раньше каменоломни были, но потом ближе к Рулдомэру нашли хорошие залежи, поэтому забросили. Охрану держать, полдня тащиться под солнцем — никому не хочется. Вот и свернули добычу. Потом будет кусок пустоши, он начнет медленно подниматься. Как впереди появится холм, покрытый лесом, возьмем правее. После него пойдут пригороды. Справа будет порт, доки и река. Левее центр за остатками стены. Но нам надо именно к плавням. Там есть несколько пирсов южнее, у одного из них и будут ждать.

— Твой компас прямо к кораблю приведет?

— Нет. Есть опасность, что сигнал запеленгуют. Поэтому маяк закопали на холме, чтобы издалека было слышно. А нужное место я рядом с городом с закрытыми глазами найди.

Смотревший за округой Хироши неожиданно прохрипел в гарнитуру:

— Двое чужаков на десять часов и на час. Расстояние восемь сотен и девять. За камнями, но тепловизор дает засветку.

Чуть подавшись вперед, Ниро присмотрелся через застекленные бойницы перед водителем.

— Холмы. И проезд как раз между ними. Правда, верхушки совсем пологие, место открытое. Если кто попрет внаглую, мы отобьемся. Но ведь могут и попытаться издали обстрелять. Шкуру и трубы попортят.

Но Чак не разделял его опасений:

— По «пробивателю» стрелять они не будут. Мастеров по ремонту у них точно нет, поэтому оценят возможность захвата и попытаются толпой навалиться. Если здесь вообще банда целиком, а не одни наблюдатели.

— И что предлагаешь?

— Лучше всего их зачистить. Остальные не полезут. Преследовать их никто не станет, тут под землей целые катакомбы. Просто на этом пятачке обычно народ не лазает. Выходов сюда тайных нет, место с паршивой историей. Пару раз власти именно здесь зажимали и громили кочевников, когда те слишком расслаблялись и теряли бдительность. Поэтому умные ублюдки даже лишний раз стараются сюда не соваться. Это мы через болото прошли. А простым людям там — смерть. Или — коней бросать, имущество бросать и вплавь под обстрелом.

— Значит, пускаем кровь… Как скажу, остановись. Хироши сработает левого, Адольф через распахнутую дверь правого. Одновременно, чтобы удрать не успели. Но нам повезло, что солнце не успело еще камни нагреть как следует. Поэтому чебурашек и видно неплохо на фоне зелени и щебенки.

— Это просто у вас техника очень хорошая. Обычно оборванцев даже в бинокли особо не разглядишь.

— Ладно. С двумя мы разберемся. Но очень хочется верить, что за нами больше никто не увяжется.

Самар только-только добрался до верхушки холма, проклиная про себя и мелкие камни, норовившие выскользнуть из-под ног, и неугомонного Рагила, готового прямо сейчас мчать в атаку на чужаков. Хорошо еще, что Ахлап уже устроился наверху и внимательно разглядывал незнакомую машину. Один из лучших следопытов успеет доложить, что именно разглядел, пока командование подтянется повыше. Банда, разбитая на две группы, как раз ждет внизу. Как только чужаки проедут лощину, на них с двух сторон и навалятся. Не удрать.

— Эй, Рагил, они остановились! — фигура в пыльных тряпках повернулась к поднимавшейся наверх паре кочевников. — Может…

Закончить фразу Ахлап не смог. Из его лба выхлеснул клуб крови и бывший следопыт покатился вниз, подминая кусты. Не дожидаясь, когда тело остановится, Самар пинком отправил младшего брата вниз и рванул следом. Он не первый год топтал местные дороги и знал, что может означать подобная встреча.

Уже вскакивая на лошадь, зло рявкнул:

— Уходим! И просигнальте остальным, чтобы на глаза уродам не попадались! У тварей как минимум один «ашэр»!

Народ взбирался в седла, при этом старый Латт успел сунуть в рыло Рагилу:

— Дурак! Чуть под молотки всех не подвел!

Когда наемники проехали еще метров триста, Чак довольно осклабился:

— Что я говорил? Вон пыль видите слева и справа? Удирают пожиратели навоза, полные штаны наложили. На таких дистанциях стреляют только мерзавцы, умеющие управлять полетом пули. А берет за свою работу такой специалист столько, что можно полгода любую местную банду на полном содержании держать… Мы о себе заявили, народ все понял и убрался с дороги. Дальше покатим куда как спокойнее…

* * *

До места добрались уже при свете луны и далеко заполночь. Поспавший ближе к вечеру Чак уверенно покрутился по лесным тропинкам, тянувшимся вдоль реки и выкатил прямо на широкий деревянный причал, к которому прижалась большая пузатая баржа. Заглушив двигатель, мужчина выбрался наружу и помахал рукой появившемуся на палубе здоровяку в замасленной жилетке на голое тело. Тот поприветствовал приехавших и начал распоряжаться. Забегали матросы, заскрипел кран, разворачивая кургузую стрелу с путаницей канатов. Похоже, путешественников давно ждали.

— Знакомтесь. Это — Ниро и его ребята. Они помогут нам разобраться с кораблем из Шелста. А это — Брайдель, капитан «Тростниковой цапли».

— А ничего, что мы по вашему не понимаем? — усмехнулся Ниро, пожимая протянутую руку.

— Я понимаю. Простейшие слова вам рассказывал, разговорник с бытовыми вопросами вроде всем раздали. Так что по дороге разберетесь, как в туалет сходить и на обед не опоздать. Но команду Брайдель под себя подбирал и дураков любопытных не держит. Так что зря глаза мозолить не станут и мешаться под ногами не будут… Все. Теперь грузимся и у нас семнадцать дней на все. Две недели пути и три дня на обустройство позиции. Как и договаривались.

Нагруженные личным барахлом наемники медленно потянулись по сходням наверх, следом за одним из матросов. Остальные тем временем облепили «пробиватель», словно муравьи, цепляя крючья к указанным Чаком проушинам. Еще через полчаса машину закрепили растяжками в трюме и «Тростниковая цапля» медленно отвалила от пирса. Капитан не собирался болтаться рядом с городом ни одной лишней минуты. Потому как дуракам закон не писан. Принесет еще нелегкая какого-нибудь идиота, мечтающего выслужиться. Объясняйся с ним потом, что ты здесь делаешь и почему никаких таможенных документов на груз нет.

* * *

— Я тебя жду уже пять дней.

— Повезло, что сейчас добрался. Мог застрять еще на пару дней минимум.

Брайдель протянул открытую флягу и поморщился:

— И так пойдем полным ходом. Если бы опоздал, пришлось бы засаду устраивать где-то рядом. А это — слишком большой риск.

Глотнув, Чак вытер выступившие слезы и захрипел:

— Всегда забываю, что ты перца для горлодера не жалеешь… Не волнуйся, головорезы правильные. Разнесут корыто, как и наметили. И груз возьмут… А я потом с удовольствием еще спляшу на трупах. Могу даже надпись на память оставить, чтобы проклятый Стапп потом на стены в бессильной злобе лез.

Капитан забрал флягу, оценивающе взболтал и убрал в широкий карман.

— Кстати, про Стаппа. Не знаю, его люди или кто из мелюзги, но по округе шлялись разные. Я оформился как каботажник из южных кланов, поэтому меня особо не трясли. Но вроде как про тебя пытались справки в кабаках наводить. Похоже, кто-то в Шелсте не удержал язык и ляпнул про твой побег с деньгами. А если контрабандистам дыхалку перекроют, то младшего из Сафов будут искать все, от мала до велика.

— Пусть ищут. Через месяц это уже будет не важно. А в память об отце, я готов оставлять трупы до самого Шелста. Пока не вцеплюсь в глотку Стаппу и его выкормышам. И ты меня знаешь — я не остановлюсь…

Глава 3

«Тростниковая цапля» народу понравилась. Хоть по размерам этот речной кораблик был куда меньше выбранной мишени, но в остальном отлично подходил для будущей операции.

Во-первых, места свободного хватало с избытком. Поэтому и «самовар на колесах» в трюме пристроили, и свое барахло сгрузили с возможностью быстрого доступа, да еще в носовой части оказалось место, оборудованное для перевозки пассажиров. Нары с заново набитыми матрасами. Старое, но чистое белье. Целых два небольших гальюна у бортов. Можно сказать — люкс.

Во-вторых, хоть малышка и не соответствовала чужому корыту, но прогнать парней Ниро несколько раз сумел. Передвижение по трюму, по всем возможным закоулкам, зачистка коридоров, проникновение с палубы и оборона от возможной контратаки. Команда на тренировки смотрела с интересом, при этом под ногами не мешалась и с советами не лезла. Хотя большинство рож матросов явно указывала на тяжелый жизненный путь и разнообразный накопленный опыт в деле отъема чужих капиталов темными ночами.

Ну и последним были вечерние посиделки под навесом, растянутым на середине «Цапли». Туда собирались свободные от вахты, Брайдель в неизменной жилетке и наниматель. Первые дни Чак переводил часть разговоров за столом, а потом как-то неожиданно народ между собой наловчился «беседовать» жестами, мимикой и выученными на скорую руку словами. В итоге ели свежую выловленную рыбу, пробовали фрукты и копчености, дегустировали разные сорта табака.

Ниро однажды спросил у Чака:

— Странно, что ваши люди к моей команде столь дружелюбно настроены. Обычно наемников опасаются и стараются держаться подальше.

— Очень просто. Брайдель нанимал команду из тех, кого лично знает. Если вспомнить, что в молодости он то гонял пиратов, то сам пиратствовал, становится понятно — каких именно головорезов навербовал. Кого-то с каторги вытащил, кому-то помог от петли откупиться. И за капитана на «Цапле» любой глотку порвет не задумываясь. Для Брайделя я — почти как близкий родственник. Как брат. А вы — моя дружина. По местным правилам, наняв кого-либо, я несу ответственность за этих людей, а они умрут, но вытащат хозяина из любой заварухи.

— Но мы ведь не твоя дружина. Мы контракторы, — уточнил Ниро.

— Да. Только местные этого не знают. Раз я отдаю приказы и вы их выполняете, значит вы — моя дружина в их глазах. И раз я тут свой, то и к вам относятся как к друзьям. В любом случае, хуже от этого не будет.

* * *

Исполняющий обязанности начальника департамента контрабанды замялся перед закрытой дверью, вздохнул и осторожно постучал. Господин Трашам старался собраться с мыслями и всем своим видом демонстрировал, что он не боится всесильного босса и не обращает внимание на ехидные взгляды секретаря. Тот еще жук, кстати. Это же надо уметь так вежливо шипеть: «Вас ждут». При этом загривком ощущаешь, что не особо тебя и ждут, да и сам ты неудачник, по недоразумению взобравшийся в чужое кресло.

Но через полчаса после того, как Трашам переступил порог кабинета, он уже забыл и секретаря, и теплую солнечную погоду на улице. И.О. сидел в кресле, потел и не знал, что бы еще такое сказать, дабы не потерять остатки достоинства. Потому что старик Стапп отпрепарировал доклад и теперь методично втаптывал недотепу в дерьмо.

— Знаешь, я раньше считал тебя чуть умнее. Хотя бы самую малость. Тебе дали людей, контакты в других ведомствах, подсказали нужные ходы и выходы для плодотворной работы. У тебя лучшие осведомители на побережье. С тобой вечером готовы встретиться главари местных кланов, дабы подбросить слух-другой или продать горячую сплетню подороже. Но даже с такими возможностями ты ничего не добился. Вообще ни-че-го… Где Чэкара? «Не знаю»… Кто его покрывал во время сделки? «Не знаю»… Куда подевались деньги за вырученный товар? Они ведь так и не всплыли!.. Но ты ничего не знаешь. Лишь жуешь сопли и портишь воздух… Убирайся, я подумаю, что с тобой дальше делать. Потому как перекладывать бумажки и просиживать задницу в департаменте толпа желающих. А мне нужны результаты…

Перспектива увольнения и нищей жизни где-нибудь в пригородах Шелста были настолько неотвратимыми, что толстяк совершенно скис и ляпнул, не подумав о последствиях. В другое время он бы не позволил себе подобного:

— Вы правы, про бунтовщика узнать ничего так и не удалось. Только кочевники жалуются, что капитан Гард вернулся и наподдал им рядом с Рулодэром.

— Великий бродяга? С какой стати ему возвращаться? — удивился желчный старик.

— Я тоже удивился, господин Хранитель. Да еще будто свой дом на колесах он сильно переделал.

— Кто переделал? Куда? — Стапп начал сердиться, запутавшись в жалком блеянии подчиненного. В ответ Трашам зачастил, с ужасом ощущая, как с каждым вновь произнесенным словом он уменьшается в размерах и становится осклизлым куском грязи, готовой растечься по полу:

— Вояки покупали скот у кочевников, попутно собирали все слухи и сплетни в округе. Так стало известно, что машина капитана Гарда прошла по болотам и вернулась в Рулдомэр. Несколько бандитов попытались проследить за бродягой, но капитан дальним выстрелом убил наблюдателя и исчез. По описанию — дом на колесах был меньше, чем раньше. Не двухэтажный и без башенок с пулеметами.

— Другой дом? У капитана?.. — старая мумия неожиданно заинтересовалась.

— Ну да… Подобных механизмов больше никто не строит давным-давно. С броневиком кочевники вряд ли спутали, они с военной техникой часто сталкиваются. Кроме Гарда больше ни у кого подобных раритетов нет… Просто я стараюсь отслеживать любые необычные события, дабы попытаться выйти на беглеца. Вот и…

— Заткнись!..

Стапп задумался.

Трашам же застыл в полуприседе, не зная, что ему дальше делать. Когда он открыл рот и начал говорить, то как раз уже поднимался со скрипучего стула, а сейчас раскорячился в полусогнутом состоянии. Распрямиться — это продемонстрировать неуважение к боссу. Сесть — скрип проклятого стула может прервать мыслительный процесс и опять же создаст еще большие проблемы. Поэтому толстяк стоял, потел и с ужасом ощущал, как начинают трястись ноги. К счастью, Стапп заметил его муки и жестом разрешил сесть. Еще через пару минут старик усмехнулся:

— Ты невероятно удачливый сукин сын… До того, как ты начал рассказывать сплетни с южных границ, я хотел вывалять тебя в дегте и перьях, потом вышвырнуть за ворота Шелста. В назидание другим. Но сейчас понимаю — к сожалению, от тебя бесполезно требовать чего-то выдающегося. Увы, ты лишь способен идти по проложенной дороге и собирать разбросанные перед носом камни. Делаешь это старательно, но без понимания внутренней сути происходящих вокруг событий. Но свинью нельзя научить хождению по канату, для этого лучше найти обезьяну… А про дом на колесах, то хочу тебе напомнить, что капитан Гард никогда не меняет привычек. И его машина для путешествий по другим мирам обходится без переделок уже давным-давно. Поэтому вряд ли по болотам катался великий бродяга, вернувшись из похода за редкими артефактами. Насколько я помню, Гард обещал заглянуть домой через пару лет, не раньше.

— Но… Кто это тогда мог быть?

— Кто? А вот шляться рядом с Рулдомэром вполне мог молодой Саф. На броневик у него вряд ли денег хватит, да и не продают их гражданским. А вот купить что-нибудь из старых запасов времен Пустынного конфликта, это запросто. И нанять кого-либо из «ашэров» тоже золота хватит. Поэтому пустой доклад о проверке местных дыр можешь спустить в нужник. Сам же отправишься прямо сейчас в гарнизон и передашь по световому телеграфу срочный запрос на юг. Чтобы предоставили всю возможную информацию об этом конфликте. И организовали поиск механизма силами патрульных.

Воспрянув духом, Трашам уточнил:

— Кочевники утверждали, что неизвестные ехали прямиком в город. Может, стоит там поискать?

— В городе их нет. Потому что две недели назад какие-то залетные умельцы обнесли торговую гильдию и теперь городская стража вместе с взбудораженными бандитами трясут Рулдомэр в поисках следов. Если бы подобное чудо появилось на улицах, мы бы уже знали. А вот спрятать в пригородах или даже в деревнях или хуторах, что стоят на границе охраняемой территории…

Посмотрев в окно, Хранитель почесал худой кадык и добавил:

— А ведь кроме сараев, зарослей у реки и остатков не вырубленных лесов есть еще болота севернее… Значит, в список требований добавишь еще летунов. Вторую телеграмму в наш отдел в Рулдомэре, пусть подключат самых сообразительных. Разрешаю использовать пять сотен крон для решения любых проблем. И пусть только попробуют деньги спустить зря… Все, иди. И еще, Трашам. Можешь свечку поставить, чтобы в этот раз мы в самом деле напали на след Чака Сафа. Потому что если это снова пустышка, то я в самом деле найду тебе замену.

Выпроводив бледного толстяка, старик прикрыл воспаленные глаза и задумался. Потому что только сейчас он вспомнил карту в деталях и в голове мелькнула неприятная мысль. Неизвестный механизм шел к городу. И ладно, если железяку спрятали где-то там, чтобы использовать для какой-нибудь авантюры. Не так даже страшно, если на бронированной машине решили удрать налетчики, вскрывшие гильдийское хранилище. Но ведь этот «некто» вполне мог проехать дальше, на север. На болота, которые тянутся бесконечным зеленым ковром до самого побережья. И что может понадобиться неизвестному владельцу столь странного средства передвижения на болотах? Может, он попробует штурмовать какой-нибудь из укрепленных постов с грузами на реке?

* * *

— Ларда, почему про сдохший левый двигатель я узнаю только сейчас? Не вчера, когда ты закончил перебирать и даже не сегодня утром?

Командир «Левиафана» стоял на верхней ступени металлической лестницы и оттуда отчитывал старшего механика. Учитывая, что господин капитан Конрад Варга обличьем походил на королевского гвардейца и ростом мог поспорить с любым из гренадер, то сейчас он возвышался над кругленьким и чумазым повелителем железок подобно парившему в небесах утесу. Ну и с десяти ступенек можно было выступать, подобно очередному генералу, сдуру возглавившему воздушные войска, расквартированные в Рулдомэре. Почему сдуру? Потому как выслуги и громких свершений за летунами давным-давно не было, а вот гемороя и проблем всегда выше крыши. Поэтому высшее руководство старалось удрать в столицу или другое тихое и спокойное место как можно быстрее, оставив совершенно отмороженных на всю голову командиров дирижаблей вариться в собственном соку. Да и падали эти надутые водородом колбасы с печальной регулярностью. Поэтому умные на железных палубах почти не задерживались, уступая место настоящим фанатикам полетов. Таким, как тот же капитан Варга.

— Я не виноват, вашбродь. Три выхода за неделю с облетом округи, любой двигатель развалится. Да и ветра какие были, приходилось все время подрабатывать.

— Мне с докладом сейчас в штаб, а я узнаю о проблемах пять минут назад?

Оттирая грязной тряпкой испачканные в масле руки, Ларда вздохнул:

— Я надеялся у соседей что из запчастей достать, у них там россыпью было. Но — хлам еще хуже нашего. Так что не срослось…

— Понятно. В прошлый раз тебя грозились за прихваченные поршни всей командой «Стремительного» бить, но ты все не угомонишься.

— Для дела ведь, не для себя…

— Пшел с глаз моих… Потому как после выволочки вернусь и тогда точно чем тяжелым по хребтине получишь…

В штаб Конрад заявился, однако, с улыбкой на лице. Какие бы проблемы не беспокоили капитана одного из лучших дирижаблей полка, руководство обязано увидеть лишь образцового офицера. В щегольском мундире, в зеркально начищенных сапогах и небрежно наброшенной на плечи меховой куртке. Голову украшал любимый черный берет с серебрянной эмблемой воздушных войск — распахнувшим крылья орлом. Просто хоть сейчас рисуй картину «Победитель Небес».

Штаб встретил капитана неожиданной суетой. Обычно в это время народу было мало, только вызванные для регулярного обеденного разноса бедолаги и секретари, заваленные бумагами.

— Что стряслось? — поинтересовался Конрад у Радовича, капитана «Стремительного». Не смотря на то, что оба офицера в силу здоровой конкуренции были не прочь подставить другому ножку в карьерных делах, но небесами болели оба и всерьез. При этом у Радовича было одно серьезное падение год назад, а вот Варга дирижабль чинил уже дважды.

— Запрос от местных дознавателей. Требуют в течение двух недель проверить всю округу. Ищут контрабандистов и вроде как приметы конкретные, можно сверху обнаружить.

— А мы при чем?

— Объездчиков уже пнули, будут все дороги и тропы шерстить. На нас — река и болота.

Услышав про болота, Конрад хмыкнул. Пеших оборванцев по камышам выглядывать — это бесполезно. А конные банды шляются южнее, периодически щипая проходящие мимо караваны на запад и юг. В сторону Шелста налажено корабельное регулярное движение, никакие кочевники туда и не лезут.

— Так взялся бы, «Ласточку» вроде как на полгода на прикол поставили.

Радович лишь кисло поморщился:

— Вчера оснастку проверяли, верхние несущие балки повело. Не доглядели и перетянули в прошлый раз. Теперь на неделю работы, если не больше.

Похоже, из трех дирижаблей в полку больше не было ни одного боеспособного. Именно с такими мыслями парочка вместе с еще несколькими офицерами прошла в кабинет, где сидело руководство, отвечающее за летунов, артиллерийскую поддержку и еще кучу разномастных войск. Вот только рассиживать Конраду не пришлось:

— Когда сможете вылететь для поиска контрабандистов?

— Оба двигателя под замену, господин генерал. Запчастей на складе нет. Надо закупать в городе.

— Цена вопроса?

Расправив плечи, Варга гулко отрапортовал:

— Две сотни крон! И работы на три дня.

— Не морочьте мне голову, капитан! Будто я цены не знаю!.. Значит, вот банковская расписка на сотню, деньги получите в Рулдомэре. Завтра до обеда обязаны вылететь… Вот документы по поиску. И если обнаружите мерзавцев, то пятьдесят крон премии на экипаж. Вопросы?

Премия? Так вот почему друг и вечный конкурент был так невесел. Ну и жулик, господин Радович!

— Так точно, господин генерал! Разрешите выезжать в город?

Еще через десять минут Варга уже орал в ангаре:

— Ларда, чтоб тебя крысы сожрали, быстро сюда! Нам надо ехать за запчастями!

Из-за груды ящиков выкатился промасленный колобок в спецовке и тут же засуетился:

— На склады? Неужели по накладным что пришло?

— Нам дали наличными сто крон. На рассвете обязаны вылететь. Думай, как распорядимся…

— Сто?! Да мы за эти деньги… Надо тогда к объездчикам, на западные ворота! У них месяц назад броневиком стену забодали. Отмечали новое звание у майора, дали веселой компании покататься. Весь передок в хлам, а двигатель остался. Так под ремонт новый выписали и запчастей кучу. А именно такие у нас стоят, той же марки. Так что если ящик вина возьмем и еще двадцать крон наличными, то запросто договоримся.

— Под трибунал?

— Так списали все давно, я на днях с их механиком в «Людяне» ужинал. Он хотел мне за кабанчика и тридцатку продать, но у кого сейчас такие деньги на руках свободные есть. И кабанчик мне самому еще пригодится…

Кабанчик был хорош, это факт. Его удачно схомутали сброшенной месяц назад сетью. Тогда на пустошах удалось зайти по ветру на целый выводок, после чего двух свинок пустили на мясо прожорливому экипажу, а молодого кабанчика себе прихватизировал стармех. Потому как идея была его и меткий бросок тоже за ним числился.

Насчет двадцати крон Ларда ничуть не ошибался. В последнее время премиальные и дополнительные денежные выплаты по войскам сильно срезали, а официальный оклад капитана в месяц еле дотягивал до сорока звонких монет. Из них пять отдай за постой, крона-две в день на пропитание в тавернах или ресторациях. В итоге к очередной получке у большинства служивых в кармане даже мелочи уже не было. Поэтому и тащили по возможности все, что не успели упереть рядовые. И шанс заполучить списанный двигатель и запчасти сегодня и за названную цены был высок.

— Ящик бормотухи и десяткой обойдется. Поехали, нам еще потом всю ночь с установкой корячиться.

С чужим механиком сторговались под вино за пятнадцать крон. Сколько втихую успел уволочь Ларда, Конрад сказать не мог. Потому как активно в этот момент подливал сидевшим за столом и тосты произносил. После чего вернувшись домой завалился спать в каюте на борту «Левиафана». И шум ремонта совершенно не мешал. Зато в шесть утра в дверь поскребся серый от усталости стармех и доложил:

— Все готово, господин капитан! Опробовали, отлично оба двигателя себя ведут. Можно вылетать.

— Молодец. Вот тебе пятерка, по возвращению отметишь. Зови денщика, буду просыпаться. И через час начнем выводить нашу птичку из ангара. Можешь пока подремать…

После изучения приказа, Варга утвердил полетный план и прикинул для себя, где именно он срежет угол. Топливо сэкономить, лишний раз двигатели не жечь и команду не утомлять. В отчете все будет выглядеть красиво, а на самом деле вполне можно забрать на дальние восточные плесы. Там зависнуть над каким-нибудь приличным островком и устроить на денек-другой отпуск для себя и парней. Наблюдая за возможными контрабандистами. Потом пройти над северной границей болот и назад, чуть в стороне от речного русла. Найти кого-либо на «железном неизвестном механизме» вряд ли получится и премию не дождешься. Но зато те же пятьдесят сэкономленных крон в кармане, остальное в судовой кассе. По возвращению можно будет устроить праздник подчиненным. Ничего особенного, просто завалиться в кабак и стряхнуть прилипчивый страх падения с километровой высоты. А если дознавателям надо, пусть сами по трясинам рыскают…

* * *

Через десять дней блуждания по узким протокам и вереницам крохотных заболоченных озер «Тростниковая цапля» протиснулась в заросли и замерла, бросив якорь. Дальше Ниро с наемниками должны были двигаться на «каяках».

Четыре лодки. Четыре тройки бойцов в каждой, плюс Чак для чертовой дюжины. Автоматы, пулеметы, снайперские винтовки, взрывчатка, гранатометы и куча необходимой мелочевки, дабы штурм прошел без сучка и задоринки. Корабль оставляли в качестве основной базы, маскируя срубленным камышом. Здесь их будут ждать Брайдель с матросами. Атакующий отряд уходит к основному руслу, чтобы выбрать наилучшее место и подготовить все для захвата. Времени — в обрез. Но должны успеть. До места рандеву около трех часов на тихо гудящих моторах. И там уже определяться.

К вечеру оттянулись в сторону от широкой протоки и устроились для обсуждения возможных вариантов.

— Что надумали? — Ниро всегда давал возможность высказаться остальным, не давя авторитетом. Потому что специалисты в отряде — высший сорт и попусту языком молоть не станут.

Адольф ткнул пальцем в схематично набросанный план:

— Для снайперов лишь две позиции нормальных. Одна вот тут, сбоку от корявого дерева. Если сетку набросить, то выстрел вообще им не отследить. Могут думать на деревяшки, пускай их ковыряют. Но зато по высоте лучше, чем просто на болотине лежать, хотя бы палубу будет видно.

— Это тебе. А вторая?

— Я бы сел вот здесь. Там можно из жердей и сидений собрать неплохое место. Заросли густые, особо ничего не увидишь, но стрелок будет работать с носа и корыто как раз на него станет выкатываться, если все же на прорыв пойдет. Как я понимаю, именно в носовой части у них рубка управления, так что как на ладони — бери любого на выбор. Кстати, стекла бронированные?

— Нет, — тут же отозвался Чак. — Просто двойной пакет, который задержит местную пулю. Ну и сама рубка по кругу дополнительно железом обшита. Но на ста метрах даже автомат прошьет.

— Так, со снайперами определились. Адольф — ты работаешь один, Ханнес с напарником с утра мастерят насест. После того, как мы влепим в борта, на вас рулевой и все, кто рядом.

Вторым взял слово Ларс. Он положил несколько сорванных травинок, обозначая направления возможных ударов:

— Три места. Одно ближе к Адольфу. Но тут лишь редкие кочки, болотина и работать придется с лодок. Не очень удобно. Минус, кусок огибать большой придется штурмовым группам… Второе место — это почти со снайперской парой. Но там изгиб начинается и опять же трясина почти сплошная. Либо плоты мастерить для устойчивости, либо что-то еще.

— Значит, вот здесь, на пятачке?

— Да. Оптимальный выбор. Плоско, все как на ладони. Если мы замаскируемся, никто даже не догадается, что можно кому-то засаду устроить. Кроме того, сухо. Коврики еще подстелить — и все, без проблем. Спреем вокруг залить, чтобы никакие гады не лазали, мохнатками прикрыться — после чего пара с гранатометов корабль вскроет. Штурмовые на «каяках» выдвигаются вперед. Франсуа с Ингемаром в два пулемета начнут уродов добивать, попутно давя любого, кто вздумает высунуться. Как штурмовики подойдут, пулеметчики на контроль и поддержку снайперам. И лодкам — буквально секунд двадцать через камыш, спереди и сзади, в момент на месте будут.

— Понятно… Хироши на контроле севернее, откуда баржа приплывет. Даст сигнал и подтянется, одновременно присматривая за тылами. Ханнес попутно следит, чтобы с юга от города никто не показался. На мне общее управление и гранатометы на случай поддержки тяжелой артиллерией вместе с пулеметчиками. Чак рядом… Что же, вроде вытанцовывается пока в общем раскладе. Тройки Владимира и Мафуза как штурмовые. Когда основу дочистят, вызывают нас и я, Чак и Ларс подтянемся… Давайте теперь по деталям — где могут быть проблемы…

* * *

Детали обсуждали весь вечер. Разыграли несколько вариантов возможных атак, прикинули запасные позиции, оценили пути отхода. Посчитали время, необходимое для завершения операции. Выходило, что при удачном раскладе корабль брали за пятнадцать минут максимум. Еще раз посмотрели мутные фото, вспомнили опознавательные знаки. Особенно — примечательное желтое стилизованное изображение шестеренки на носовой рубке с обоих сторон. После чего легли спать и утром уже начали подготовку на месте.

На крохотном плоском островке справа по ходу корабля откопали запасные ячейки, уложили заново дерн, добавили чуть зелени. Под маскировочными накидками увидеть кого-либо было невозможно даже с приставшее к берегу лодки. Закончили засадные позиции для снайперов. Причем Адольф не поленился и заставил Ханнеса прокатиться туда-обратно несколько раз, чтобы с дальномера снять точные дистанции для всех векторов обстрела. Этим же воспользовался и Ханнес. Расстояние было плевым, от двух от трех сотен метров, прямой выстрел. Но Адольф был педантом и к работе подходил со всей возможной серьезностью.

Нашли и подготовили удобную кротовую нору для Хироши с его «каяком» на четыреста метров к северу. Японец должен был подать сигнал, когда нужное корыто проплывет мимо.

Один раз прерывались, получив от выставленной «фишки» предупреждение. Дождались, когда пузатая чужая баржа уберется подальше, и продолжили подготовку. К обеду все закончили и залегли до вечера на тренировку. Чак считал, что клиенты могут пожаловать с завтрашнего дня, потому как жестко придерживаются графика. Но сейчас народ затаился под специальными накидками и маскировочными сетями, снайпера дремали в своих «гнездах». До сумерек мимо проплыли еще два корабля, уже торопясь к побережью. Когда все собрались на ночь во временном лагере, Чак лишний раз отметил:

— Нас никакие амулеты не считывают. Не было какой-либо суеты, народ на всех судах совершенно расслаблен. Если бы что-то не понравилось, матросов обязательно загнали бы под палубу. А то могли и чем шарахнуть для острастки по кустам. Так что — теперь только ждать.

— Не проблема. Еще раз по плану пробегаем, ужинаем и на боковую. Завтра с рассветом устраиваемся на месте и будем готовы поприветствовать твоих друзей.

Ниро был совершенно спокоен. Он оценивал будущий захват на девяносто девять из ста. Успел по дороге на «Цапле» посмотреть и уровень местного оружия, и подготовку бывших пиратов. Так что оставалось только в нужный момент уничтожить все живое, выгрести груз и исчезнуть в зарослях, будто их и не было. А если вдруг заказчик начнет дурить, так болото большое, место для могилки найти — как два пальца обмочить.

* * *

«Маленький Рафус» пенил мутную воду тупым носом, тарахтя двигателем. Позади переход по неспокойному большому озеру, где баржу немало поваляло с боку на бок. Сейчас втянулись в привычное русло и теперь шли к точке первой остановки. Форт на входе в реку миновали без проблем, помахав охранникам. Теперь оставалось еще три часа пожариться на горячем солнышке и будут на месте.

Барри возил грязной тряпкой, изображая тяжкий труд. Конечно, можно сунуться к боцману и пожаловаться, что вместо нормального заслуженного отдыха тебя сунули на верхнюю вахту. Вот только на «Рафусе» сейчас не считая двадцати членов экипажа еще сорок головорезов из Шелста в качестве охраны и больше полусотни пассажиров с кучей слуг и прихлебателей. Которые гоняют экипаж в хвост и гриву. Поэтому обычно спокойный и до одури флегматичный боцман несколько зол, взъерошен и в случае любых проблем норовит сунуть кулаком в рыло, а потом уже разбираться с неприятностями. Да и драить палубу, смывая птичий помет, куда лучше бесконечной беготни с поручениями от благородных господ, выблевавших за время пути завтрак, обед и ужин. Только сегодня эти бледно-зеленые амебы начали показывать нос на улицу, где долго не задерживались. Еще бы: жарко, душно, влажно, мошкара облаками и ветерок запах гнили доносит с любой стороны, как не повернись. Да и внизу тоже радости сидеть мало, но там хотя бы выпивки полно и желающих перекинуться в картишки или просто языками зацепиться хватает. Заодно можно матросов пнуть и сгонять за очередной бутылкой, или добыть остатки льда на камбузе, или нюхательную соль притащить и еще сто пятьдесят срочных дел. И только заикнись боцману, что ты утреннюю смену уже отпахал и вроде как на боковую собирался. В рыло — и побежал с очередным заданием. Так что — лучше у всех на глазах и при деле. Видите? Еще раз ведро на веревке за борт, палубу окатить и к следующему вонючему пятну. Спасибо чайкам, неплохо «Маленького Рафуса» обгадили.

Хорошенько намочив тряпку, Барри продолжил свою бесконечную работу. Главное — все рассчитать правильно. Чтобы как раз до подхода к ночевке управиться. А там уже можно состроить рожу кирпичом и потребовать законный отдых. По-крайней мере, мысль об этом настраивает на миролюбивый лад и как-то примиряет с окружающей реальностью.

Занятый делом матрос не смотрел по сторонам. Хотя, из ходовой рубки и рулевой, и стоявший рядом помощник капитана так же ничего не заметили. Мало того, дежурная пятерка у носового пулемета в носовой башне сразу за мостиком мазанула глазами по заросшему мелкой осокой голому пятачку справа и уставилась вперед, мечтая о холодном пиве. На болотах все было привычно. Ни встречных кораблей, ни лодок, ни даже крокодилов или еще какой дряни. Жаркая душная тишина и спокойствие.

Ниро сверил описание с ползущей мимо баржей. Десять минут назад щелчком в наушниках себя обозначил Хироши. Цель прошла мимо, будьте готовы. И цель — одна, без сопровождающих и возможных лишних свидетелей. Еще десяток метров и можно начинать. Дождавшись, когда нос «Рафуса» пройдет мимо заранее намеченной точки, командир наемников отдал приказ. Настала пора поздороваться в полный голос…

Глава 4

Первыми веселье начали «Амбрасты» — одноразовые гранатометы, которыми влупили по пулеметным башням на носу и корме «Маленького Рафуса». На плоской заросшей осокой поляне неожиданно поднялись две зеленые мохнатые фигуры, после чего на бронированных бортах корабля вспухли белесые облака и следом прогремели взрывы. Во все стороны полетели осколки стекла и ошметки железа. Пулеметные точки визуально выглядели слабо поврежденными, но вряд ли внутри кто мог остаться в живых. Все же противотанковые заряды превращали куда более серьезные цели в братскую могилу, а здесь небольшие надстройки, едва прикрытые тонким железом.

Давая возможность стрелкам подхватить следующие одноразовые трубы, в дело вступили пулеметы. Франсуа и Ингемар аккуратно положили несколько очередей в смрадно чадившие коробки, после чего замерли на секунду. Еще два разрыва от гранат, но в этот раз стрелки били в носовую и кормовую часть, посередине между срезом борта и водой. После чего в пробитые отверстия всадили по «Шмелю-2». Стоит заметить, что в выборе вооружения Ниро был интернационалистом. И предпочитал брать наиболее эффективные образцы под конкретную задачу. А так же под возможность докупить боеприпасы без особых проблем. И если стрелковкой в основном оснащались на европейском рынке, то среди термобарических игрушек конкурентов модернизированной версии «Шмеля» не было.

Чудовищные взрывы вспучили палубу и буквально выгнули наружу борта в месте попадания. «Рафус» клюнул перекошенным носом и начал медленно забирать правее, ощутимо теряя ход. Вновь ожившие пулеметы теперь кромсали железный корпус, стараясь наделать дыр везде, где еще могли остаться живые.

Окна ходовой рубки украсили «снежинки» от крупнокалиберных пуль. Рулевой и пара мелькнувших рядом силуэтов повалились вниз с пробитыми головами. Ханнес внес свою лепту в тотальный разгром. Адольф пока скучал, потому что после первых взрывов на палубе не было видно никого живого. Но как только распахнулся трюмный люк и наверх выбрался объятый огнем мужчина, снайпер добил его, не дав добежать до низкого фальшборта. Вдруг бедолага окунется и, забыв про боль, вздумает поучаствовать в драке. Врагов Адольф предпочитал видеть в одном виде — мертвыми.

Из зарослей выскочили «каяки» и двинули к гибнущему кораблю, распустив пенные буруны под днищами. Пулеметы еще чуть пророкотали и смолкли. Настало время штурмовых групп и долбить вслепую уже было опасно для своих. Поэтому — теперь тяжелый калибр и снайперы исключительно как поддержка по запросу. Команды Владимира и Мафуза начнут зачистку.

Шесть фигур в камуфляже возникли на палубе, словно бесплотные духи — только что их не было, а уже рассредоточились, проверили все углы, всадили по пуле в головы валявшихся на досках матросов. После чего сквозь раскрытые люки в дымное нутро полетели увесистые баллоны с углекислым газом. Никакой пены, никаких дымовых шашек. Старое доброе средство тушения пожаров в объемных помещениях, закупленное на распродаже пожарных спецсредств. Ухнуло, через дыры в разные стороны сначала выплеснуло дым с огнем, потом следом потянулись мутные серые облака. Боевики в защитных масках с автоматами наизготовку скрылись в потрохах «Маленького Рафуса».

— Заходим, — прошелестело в наушниках.

— Принял. Ждем отмашки, — ответил Ниро, привстав на колено.

Потянулись минуты ожидания. Чадивший корабль по инерции дотащило все же до протоки между следующими заболоченными островками, где он и остановился, проломив носом высокий камыш. Судя по всему, ниже ватерлинии серьезных повреждений не было, поэтому вряд ли придется нырять за грузом в затопленный трюм.

— Хироши и Ханнес, что у вас.

— Чисто, — ответили оба, подтверждая: чужаков на горизонте нет, в зоне контроля без посторонних.

Еще через три минуты снова подали голос командиры групп:

— Мы закончили, можно начинать разгрузку.

Отлично. Восемь минут на операцию. Нужные ящики в середине, в трюме. Носовая и кормовая часть интересуют куда меньше — там обычно охрана и пассажиры. Раз Владимир с Мафузом завершили зачистку, то осталось лишь выгрести захваченное и уносить ноги.

Ниро жестом позвал с собой Чака и Ларса. Настала пора поработать грузчиками. Одновременно с этим один из «каяков» с кормы направился к острову, чтобы захватить на борт пулеметчиков. Теперь Франсуа будет попеременно с Ингемаром присматривать за округой, пока второй помогает с перегрузкой. Благо, над уже распахнутым широким проемом со скрипом развернулась стрела и вниз в первый раз отправился трос с закрепленной там сеткой. Осталось дождаться заказчика, который поможет определиться с нужными коробками.

Внутри пришлось еще раз пройтись переносными огнетушителями, добивая очаги пламени. Но сам центральный трюм практически не пострадал. В воздухе летали какие-то перья из распотрошенных пулеметным огнем тюков, сквозь пробоины играли на клубах дыма солнечные лучики. Но стоявшие строгими рядами большие деревянные ящики со стилизованными бурыми изображениями шестеренки не пострадали.

Срезав грязную ленту с ближайших замков, Чак распахнул крышку и кивнул:

— Вон наш груз.

Стоявший рядом Ниро быстро взглянул на ровные мутно-желтые бруски, после чего дал отмашку остальным: берем!

Наниматель быстро пробежал по трюму и еще раз постучал ладонью по стеллажу:

— Остальное на продажу для местных богатеев. Меха, перины, фарфор и прочее. Ценности для вас не представляет. Драгоценные металлы с камнями только в таких вот ящиках. На всех — метки казначейства. В мешках ничего путного нет.

— Понял, сгребаем.

— Мне надо в корму, проверить капитанскую каюту, — Чак вопросительно глянул на Ниро, тот кивнул:

— Пошли, провожу.

Пробираясь по узкому проходу, командир наемников обернулся, посмотрев, как забитая сеть в первый раз уходит наверх:

— Здесь намного больше тонны.

— Да. Намного. Значит, вы сорвали больший куш, чем ожидалось.

Больший — это не меньший. Рядом с каяками уже должны раскладывать надувные плотики. Около двух часов медленного хода прочь от центральной протоки. На «Тростниковую цаплю» уже отправлен сигнал и Брайдель встретит по дороге, в заранее условленном месте. Теперь — поторопиться, чтобы не пришлось вступать в перестрелку с каким-нибудь дурным свидетелем. Дымный столб демаскирует позицию, даст возможность другому экипажу приготовиться к ожидающим неприятностям. Поэтому — работаем, парни, не спим!

Пройдя по коридору мимо остатков двух кают Чак приподнял маску, наклонился в сторону и начал блевать. Ниро подождал, когда наниматель закончит извергать из себя завтрак, протянул флягу с водой. Прополоскав рот, Чак пристроил прозрачный пластиковый «намордник» обратно и ругнулся:

— Вы проклятые мясники. Я не ожидал, насколько страшным будет ваше оружие. Здесь хуже, чем на бойне.

— На корыте было больше сотни ублюдков. Как минимум половина с оружием. А какие раны оставляют ваши пули, я прекрасно себе представляю. Зато — груз наш и никто даже не ранен.

— Ага. Только половину пассажиров порвало на куски. Не считая тех, кого добили при зачистке… Кровавая у тебя работа, Ниро. Хотя и сделана качественно…

— Еще хочешь желудок вывернуть?

— Уже нечем… Ладно, пошли. Капитанская каюта должна быть последней, следом за кают-кампанией.

Перед распахнутой дверью в конце коридора в самом деле оказалась большая комната с широким столом и остатками стульев. На полу вповалку валялись трупы. Было видно, что кто-то погиб от близкого разрыва термобарического боеприпаса, кого-то добили наемники. Точнее, бойцы «проконтролировали» каждого, даже если от человека осталась половина туловища. В каждой голове было по одному, а то и по два пулевых отверстия.

Проблему закрытого замка решили еще перед ними. Кто-то всадил очередь рядом и затем выбил дверь. Зачистка — это когда проверяют все возможные закоулки, дабы не поймать чужой гостинец в самый неподходящий момент.

Внутри никого не было. Похоже, капитана стоило искать среди погибших. Но Чака заинтересовал в первую очередь сейф, стоявший в углу: солидный здоровый ящик со сложным замком и разлапистым запорным механизмом на дверце.

— Вскрыть сможем?

— Сейчас узнаем. Хорошо, что про это предупредил, когда готовились… Ларс, пройди в корму с пластидом.

— Минута, босс, — прошелестело на общей волне.

Дежуривший в коридоре Мафуз помахал командиру и прокричал:

— С тепловизорами еще раз прошлись, все закоулки повторно проверили. Живых больше нет. Больше в котельной возились, там мешанина из труб и засветок было много. Я пошел помогать с разгрузкой, вы дальше сами.

— Понял, давай.

Сейф минер вскрыл буквально за полминуты. Налепил тонкую колбаску по краю двери, подорвал радиодетонатором и пошел бродить по «Рафусу», раскладывая свои подарки. То, что корабль найдут, это понятно. Но вот затруднить понимание, что именно здесь произошло, это было бы неплохо. Благо, двигатель не поврежден и сдернуть уткнувшееся носом корыто обратно на воду будет не так трудно. А потом — пойдет на дно. И ломай голову, что именно стряслось…

* * *

— Дым слева по курсу!

Звонкий голос вахтенного больно ударил по ушам. Конрад поморщился, покосился в указанном направлении. Действительно, что-то на болотах горело. Правда, не очень сильно. Может, кто костер развел, может на камбузе у недотепы-кока пригорело. В последнее время дорога до Рулдомэра была исхоженной каботажниками вдоль и поперек, большая часть экипажей расслабилась. Доходило до того, что некоторые умудрялись устраивать пикники на мелких островах.

— Трубу.

Раздвинув тяжелый цилиндр, капитан «Левиафана» приник к прохладному окуляру и лишний раз напомнил себе: пить на вылете последнее дело. Даже с офицерами. Даже по чуть-чуть. Особенно если это чуть-чуть в итоге окажется парой ящиков вина и настойки, после которой сначала очень хорошо, а по утру крайне плохо. Как сейчас…

— Вахтенный, запись в журнал. Наблюдаю неизвестное торговое судно, стоящее на якоре. По внешнему виду, повреждений нет. Дымы явно от костра с острова, куда пристали. Что-то даже выгружают туда же. Наверняка у господ пассажиров возникло желание на свежем воздухе передохнуть.

— Будем подходить ближе? — засуетился старпом, но Варга уже сложил подзорную трубу и лишь поморщился в ответ:

— Смысл? У нас свое полетное задание. По правую руку наблюдаем прибрежную зону, под нами осматриваем болото на наличие мелких плавсредств. Все строго согласно требованию господ дознавателей. За отклонение от маршрута нас живьем сожрут… Курс прежний.

Вернувшись к прежнему состоянию похмельной ипохондрии, Конрад сумел лишь чуть позавидовать здоровью молодого помощника. Видимо, печень пока справляется с излишними возлияниями. А может, просто досталось вчера вина меньше, как младшему по званию. Как бы ни было, про дымивший вдали корабль капитан «Левиафана» уже забыл. Городские власти интересовали мелкие корыта, а в трубу удалось различить еле заметные надстройки на корме, да и общий размер неизвестного корабля был как минимум в два раза больше заявленного в ориентировке.

— Ниро, — в наушнике прорезался голос Хироши. — У горизонта дирижабль ползет. Еле видно его.

— К нам?

— Нет, вдоль берега. В просветах облаков изредка мелькает.

— Если повернет, скажи. Мы уже почти закончили…

Часть ящиков уже лежала на «каяках», остальные были принайтованы к надувным плотам, которые поволокут за собой наемники. Судя по первоначальным прикидкам, груз они взяли тонны на две с лихом. Прилично. Попутно из вскрытого сейфа Чак выгреб гору разнообразных бумаг, которые сунул скопом в прорезиненный мешок. Туда же отправились несколько пачек наличных, не представлявших для Ниро никакого интереса.

Вот стрелу вернули в прежнее положение, закрыли трюмный люк. После чего затарахтел двигатель, «Маленький Рафус» с легким скрипом стащил нос с примятого тростника и двинул задним ходом. Развернув его по течению, сбросили якоря. Место выбрали, пройдясь эхолотом. И не основное русло, и не мелко. Эдакий омут в стороне от стремнины. И размеры вполне приличные, якорной цепи еле хватило, чтобы течение не потащило обреченный корабль дальше.

Дождавшись, когда три первые «каяка» уйдут через протоку к месту встречи, Ларс нажал кнопку. По бортам «Рафуса» вспучилась пенная вода и опала, разойдясь в стороны невысокими волнами. Дождавшись, когда разграбленная цель скроется под водой, Ниро дал отмашку. Последняя лодка загудела натужно мотором и пошла вслед за остальными. Работа сделана. Теперь надо удрать с добычей, не подставившись под возможный ответный удар.

* * *

Уже на заходе солнца ревевший двигателями «Левиафан» зашел на посадку. Долго прилаживался к нужной точке поля, ждал, пока швартовочная команда выберет слабину канатов под порывами поднявшегося ветра. Но — повезло. Притерлись аккуратненько, выключили неплохо потрудившиеся железки и стали проводить послеполетную проверку. Общее состояние обшивки, крепеж, следы возможных протечек. За этой привычной, но важной суетой, капитана и отловил посыльный из штаба.

— Господин Варга! Вас ждут с докладом!

— Через полчаса буду.

— Господин генерал приказал вам явиться, как только вернетесь!

— Само собой. Только мое руководство прекрасно знает, что я считаю вернувшимся лишь с момента, когда сдам мою птичку в ангар. До этого в Рулдомэре могут быть чума, мор и светопредставление, но я отвечаю за экипаж и безопасность окружающих. Вы знаете, чем закончилась подобная спешка семь лет назад в столице?

Под-лейтенант боязливо покосился на огромную тушу над головой и пискнул:

— Никак нет!

— Из-за жесткой посадки пробили один из баллонов. Капитан отправился домой, не выполнив как следует проверку. Ночью из-за статической искры вытекший водород воспламенился. Почти сотня погибших и четыре взорвавшихся и сгоревших дирижабля. А все из-за спешки. Торопыгу повесили, кстати. За нарушение устава и ущерб, который понесла армия из-за его разгильдяйства… Буду через полчаса.

В штаб Варга прибыл через сорок минут. Благо, свободного народу на поле было немало, да и команды стоящих на ремонте соседей помогли. Потом проезжавший мимо водовоз потеснился на облучке и под суровые очи отца-командира Конрад прибыл в хорошем расположении духа. Задача выполнена, поломок не обнаружено, впереди неделя заслуженного отдыха.

Уже заканчивая рапорт, капитан сообразил, с чем была связана спешка. В самом деле, господин генерал в такое время обычно уже в офицерском клубе в карты играет или супругу в театр выгуливает. Но сбоку от стола сидел неприметный чиновник со снулым взглядом. И как только на стол лег потертый судовой журнал, тут же сунул внутрь любопытный нос. Пробежал костлявым пальцем по ровным строкам, зацепился на одной из них:

— Значит, нужных кораблей не было, были отмечены только два каботажника. Один на озере, на подходе к реке. И второй стоял у острова, где пассажиры устраивали пикник. Я все правильно понял?

— Именно так.

— Вы разглядели отдыхающих на природе пассажиров?

— Расстояние было очень большим, чудо, что сам корабль удалось рассмотреть. Но характерные пулеметные башни и общий размер оценить смог. И дым был слабым, еле заметным, шел со стороны острова, а не корабля.

— Понятно… Завтра вам придется пройти еще раз, проверив уже северную часть болот, рядом с Рулдомэром.

— У меня официальный отдых по команде. Кроме того, даже в случае форс-мажора, «Левиафан» сможет подняться в воздух лишь через три дня. Профилактические работы и пополнение истраченного газа.

— Городской совет оплатит вылет в двойном размере.

Мда. Сразу видно сухопутную крысу. Такие же «умники» в итоге загнали пару броневиков до полностью убитого состояния. Ездить пока еще может? Так пусть по округе катается, бдит.

— Только по прямому приказу командования с визой из генерального штаба. За нарушение правил эксплуатации полагается трибунал.

Сидевший монументальной глыбой командир полка так же подал голос:

— Именно так. Мы выделили необходимые резервы по первому запросу городских властей. Наиболее проблемные участки болота осмотрены, контрабандисты не обнаружены. Если конные разъезды и ваша агентура ничего не найдет, через неделю мы еще раз проверим округу. По двойной ставке.

Гость скис, пробормотал нечто невразумительное и откланялся. Вздохнув, генерал спровадил следом и мятого после полета Конрада. В клуб ехать было уже поздно, а домой вроде как рано. И кого винить в так неудачно закончившемся вечере?

* * *

Два дня спустя Ниро нашел нанимателя на корме «Цапли», где Чак сидел и задумчиво разглядывал мутный бурун позади. Пристроившись рядом, наемник протянул открытую бутылку с вином, после чего глотнул из своей и спросил:

— Две тонны и триста пять кило. В основном золото, хотя полно и прочего. В два раза больше, чем ожидали. Но ты не рад. Что пошло не так? Не сможем переправить все домой?

— Почему? Просто всплывать по местным силовым потокам лучше всего с восточного края болота. Иначе запросто можно где-нибудь у вас в Средиземном море оказаться. Точное место я знаю. Подойдем как можно ближе на «Цапле», выгрузят нас на ближайшей кочке и до места за пару-тройку дней доползем. Затем уже в ваш мир.

— Если проблема с передвижением по плоскости, так сказать, то давай прямо отсюда шагнем на уровень выше. Он ведь не обитаем?

Чак поморщился:

— Почти все слои между нами и вами необитаемы. Мало того, заразы полно. И это не последствия войн, а особенность мироздания. Когда еще активно пытались изучать основы путешествий между мирами, то высказали гипотезу энтропийного коллапса. Это — в переводе на ваш научный сленг. Здесь называли куда более заумно. Общая идея, что один хорошо развитый слой притягивает к себе кучу полезных компонентов. Даже не знаю, как это без мистицизма описать… Типа положительной энтропии, которая способствует нормальному развитию всего живого. В итоге один слой цветет и пахнет, по нему бегают разумные и ползают всякие гады хвостатые. А соседние слои обычно или с действующими вереницами вулканов или пустыней, по которой ветер гоняет мусор. И воздух зачастую не пригоден для дыхания. Поэтому скакнуть к соседям и там отмотать нужное расстояние — это может быть проблематично. Запросто можем не доехать до места. Кроме того, миры между собой интересно сообщаются. И шагнув влево на нашем уровне ты можешь запросто ускакать на полтысячи миль вправо у соседа. Определить же всю эту географическую полярность получится только методом тыка. И каждый прокол жрет энергию артефакта. Сам факт его запуска уже изнашивает оборудование. Поэтому проще добраться до места, там «всплыть» на три десятка миров и оказаться у вас, чем пытаться перебирать страницы мироздания одну за другой.

Выслушав познавательную лекцию про то, как через одно место устроено все вокруг, Ниро вернулся к началу разговора:

— Понял. Значит, твоя печаль никак не связана с доставкой команды обратно. Тогда почему ты выглядишь так, будто сжевал гору лимонов за один раз?

Чак долго молчал. Очень долго. Глядел на бурун позади кормы, на проплывающие в почти полной темноте заросли вокруг. Но все же ответил:

— Мой отец был великим человеком. Ученым и исследователем. Именно от него в наследство мне и досталась «Хрупкая Лань». И через него я познакомился с великим бродягой, капитаном Гардой. Правда, он оказался изрядным сукиным сыном с непомерным самомнением. Построил огромный вездеходный двухэтажный дом на колесах и мотается где-то вообще на грани мироздания… Отец лечил его от какой-то дикой дряни, подцепленной в одном из путешествий. Этой же заразой, как оказалось, Гарда наградил меня и племянника правителя Шелста. Отец вылечил парня, затем взялся за меня. Но отказался бесплатно передавать властям все накопленные знания и методики приготовления препаратов. За что и пострадал. Его обвинили в ереси и попытке свержения Совета. Сняли с живого кожу и бросили умирать в металлической клетке, выставив на центральной площади города… У меня были запасы лекарства, отец разработал специальный цикл, менее травматичный. Первая методика давала кучу побочных эффектов, вплоть до бесплодия или отказа печени и почек. Кстати, это задним числом ему вписали в список обвинений, как попытку отравления. Для меня же процесс был отработан куда тщательнее и я должен был долечиться примерно следующим летом.

— И?

— А теперь у меня в лучшем случае осталось полгода. Всего лишь шесть месяцев. После чего начну харкать кровью и сгнию заживо… Препарат в виде синих кристаллов, которые надо растворять в горячей воде и пить в определенной последовательности. Таких наборов было сделано больше сотни и половину из них как собирались отправить в Рулдомэр вместе с казной. Из города переправили бы дальше в столицу, там есть свои лаборатории и они заинтересовались новинкой. Именно поэтому я сделал ставку на захват корабля.

Двигатель затарахтел слабее, «Тростниковая цапля» стала замедляться, собираясь пристроиться прямо посередине раздавшейся в стороны протоки. Пора было вставать на ночевку.

— Значит, в операции было двойное дно.

— Тройное. Золото. Лекарство. Долговые расписки. Первое вам. Второе мне. Третье Брайделю. Как он умудрился пропихнуть перевозку нужных бумаг, я не представляю. Но зато теперь у нашего капитана есть возможность спасти от проблем очень серьезных людей в теневом мире. А они такие услуги не забывают. Ну и вы отправитесь на пенсию, как и договаривались.

— А у тебя лишь полгода и прокол с местью.

Чак медленно поднялся и хмыкнул в темноте:

— Не совсем. За перевозку отвечал Хранитель и его прихлебатели. Когда сообщение о захвате доберется до властей, со старого Стаппа спросят. Шкуру вряд ли на ремки пустят, но по голове точно не погладят. В лучшем случае вышвырнут с занимаемой должности, а то и на каторгу спровадят. Потому что мы не просто выгребли гору золота и драгоценностей, которые собирались по тихому переправить в чужие банки, подальше от загребущих лап налоговой инспекции. Мы попутно еще пустили на корм рыбам толпу богатых ублюдков, у которых осталась толпа родственников. Я вроде некоторые лица с третьим глазом на лбу опознал. Так что в ближайшие пару недель все вокруг встанет на дыбы. И лучший способ пересидеть это — устроиться где-нибудь на вилле рядом с Ниццей.

— Но полгода…

— Я знал, на что шел, Ниро. К сожалению, на этой раздаче карта легла не так, как планировали… В любом случае: я поквитался и оставшиеся полгода проживу свободным человеком, а не в железной клетке… Пойдем ужинать. Время отдыха. Завтра с утра двинем дальше. Надо как можно быстрее добраться до точки выгрузки и при этом не напороться на топляк по дороге.

* * *

В этот раз Трашам в кабинет начальства не вошел, а вбежал. С трудом переводя дыхание, он положил перед Стаппом лист с большими буквами. Зная, что старик в последнее время с большим трудом читает мелкие тексты, доклады для него писали специально обученные люди. Или сам Трашам, выводя каракули как можно крупнее.

Покосившись на взмокшего подчиненного, господин Хранитель поднял листок, отодвинул чуть подальше и стал разбирать скачущие буквы. Удивленно приподнял бровь, но когда закончил чтение уже хмурился и зло кусал губы.

— Значит, идущий в Рулдомэр каботажник обнаружил затонувшее судно с приметными знаками на бортах. Судя по докладу воздушного патруля, это же судно в том же районе видели три дня назад. При этом вояки наблюдали дымы, но не придали этому какого-либо значения… А еще на подобном корыте из Шелста собиралась на ярмарку толпа благородных господ, среди которых треть состоит на службе в различных местных департаментах. Сливки общества, так сказать… И что-то у меня такое подозрение, будто все перечисленные факты связаны воедино… Откуда и когда получены эти сведения?

— От дознавателей из Рулдомэра, по световому телеграфу, — просипел Трашам, с трудом переводя дух. — Поиски неизвестного броневика не увенчались успехом. Вполне возможно, что его спрятали не в пригородах, а на любой из барж контрабандистов. На реке проверили всех, кто стоит под загрузкой, но за две недели с момента первого сообщения жулики могли удрать куда угодно.

— Но ведь летуны осмотрели болота? Или я что-то упустил?

— Только северную часть. Рядом с Рулдомэром не искали, отдали на откуп страже и патрулям.

Не поленившись, Стапп выбрался из-за стола и подошел к огромной карте, висевшей на стене. Долго смотрел на нужный кусок, затем повернулся и скрипучим голосом вынес вердикт:

— Если принимать во внимание худший вариант, то неизвестный механизм вполне мог успеть добраться до ждущих его контрабандистов, после чего спрятаться на болотах. Потом мы узнаем, что кто-то утопил каботажник. И теперь никаких зацепок… Кстати, что именно перевозил корабль, кроме богатых идиотов?

— Архив малой таможни за последние несколько лет.

Увидев смертельно побледневшего старика, Трашам метнулся к столу, налил из кувшина воды и в припрыжку подбежал к боссу, расплескивая содержимое по дороге.

— Архив?.. Который складировали у младшего Варама?

— Да…

С трудом вернувшись в кресло, Стапп обхватил голову костлявыми руками и застонал:

— Великие боги!.. Теперь понятно, почему именно этот корабль подвергся нападению… В ящиках архива собрали все ценности, которые семьи Совета и их покровители накопили за долгие годы. Золото, драгоценные камни, украшения. Два года мы откладывали перевозку, потому что слишком много любопытных пыталось навести справки о происходящем… Если мы не найдем груз в самые ближайшие дни, то меня поджарят заживо, а тебя скормят крысам… И почему мне кажется, что к этому причастен один ублюдок, которого никак не получается отловить уже какой год подряд?..

* * *

Капитана Конрада Варга выдернули ранним утром из теплой постели. Хорошо еще, что это произошло дома, а не в борделе, куда повелитель небес подумывал завалиться прошлым вечером. Но посидели в ресторане хорошо и еле стоящий на ногах офицер на извозчике вернулся домой, решив временно воздержаться от сексуальных подвигов. Успеется.

Но — не успелось.

— Господин капитан, вам предписано немедленно явиться в штаб полка! Распишитесь здесь, пожалуйста! И я с экипажем буду ждать внизу!

— Э… Война?

— Никак нет! Срочная операция для вашего экипажа! Попрошу собираться как можно быстрее, в штабе уже с ночи бегают.

С ночи? А сейчас на часах половина шестого. Бардак… Но не смотря на дикое похмелье, Конрад успел разглядеть подписанную бумагу. Особенно блестящую позолотой шапку. Такие документы просто так с адьютантами не рассылают. Это режимные приказы, согласованные на самом верху военной пирамиды. И чтобы генерал подмахнул на месте подобный циркуляр и дал делу ход… Где-то что-то сдохло большое и крайне вонючее.

Через полчаса Варга уже входил в штаб. Действительно, народ метался, словно наскипидаренный. Мелькали погоны, отдавались приказы, в окна залетал рык сержантов, строивших солдат. Похоже, плюха из столицы пришла адресно и припечатала всех и каждого. Понять бы еще, в чем дело.

— Господин генерал! По в…

— Так, капитан. До полудня вы обязаны сотворить чудо. Службам отдан приказ оказывать любое содействие. Но «Левиафан» придется поднять в воздух. После чего вы проследуете до места, где наблюдали в прошлый раз дымы, после чего начнете поиски любых кораблей, идущих вне основного русла. Какой район выберете первым?

Вот так. Судя по всему, дознаватели дожали вышестоящие власти. А может, за всей этой историей скрывается совсем другая проблема, о которой лучше и не спрашивать. Потому что заставить с нарушением кучи циркуляров запустить дирижабль в небо в авральном порядке и при этом снять любую ответственность со всей цепочки управления… Это не война. Это хуже. На войне хотя бы понятно — кто враг и что ожидать.

— За один раз нам все болота рядом с Рулдомэром не осмотреть, горючего не хватит.

— Откуда ближе к суше из отмеченного места? На восток или запад?

— На восток чуть ближе. И местные протоки шире, корабль сможет идти там с большей скоростью.

— Значит начнете с восточной части. Пройдете сюда, затем вот так вернетесь назад. Отмечать любые замеченные плав-средства, хоть лодки, хоть баржи, хоть черта лысого. К вечеру обязаны вернуться с докладом.

— Тогда придется срезать вот здесь. Остальную часть — будем осматривать уже завтра. Или не успеем вернуться.

— Хорошо. Полетный план мне на стол, я подпишу. И постарайтесь найти хоть что-нибудь. Потому что из столицы открытым текстом сообщили, что было совершено нападение на корабль, на котором собирались посетить ежегодную ярмарку семьи высокопоставленных чиновников. Возможно, кто-то захвачен в заложники. Полицейский департамент уже готовит лучших следователей. Нам же надлежит найти преступников. Или лишимся не погон, а головы.

Аврал был тотальным. Мало того, руководство даже заставило спешно закончить ремонт Радовича и отправило с дознавателями на место крушения. Корабль с работягами и водолазным снаряжением ушел еще раньше. Но в первый вечер Варга вернулся ни с чем. Зато на следующую ночь он смог порадовать генерала:

— Вот здесь замечена небольшая баржа, идущая на восток. Мне показалось, капитан там отлично знает местные протоки, очень уж уверено по зарослям пробирался. Укрыться не успели, я по следу в болотной ряске заметил.

— Так, отлично. Что-нибудь разглядеть толком удалось?

— На палубе матросы, но мало. Никаких особых опознавательных знаков. Снижаться не стал, как двигался чуть в стороне, так и прошел. Закончил прочесывать намеченные квадраты и вернулся назад.

— Радович на гаупвахте. При посадке не учел ветер и приложился о поле. Каркас окончательно перекосило и теперь на перехват можем отправить лишь вас, капитан. Единственная польза от ротозея, доставил срочный доклад от следственной группы. Сгрузил их, те заставили дождаться результатов первого осмотра. На затопленном корабле была бойня, поэтому нам приказали ответить максимально жестким образом… Значит, так, Конрад. Отдыхаете, на рассвете подвешиваете бомбы и возвращаетесь к обнаруженной барже. Можете хоть винтами траву подстригать, но корыто необходимо повредить. Утопите — черт с ним. Главное — чтобы оно не успело до степи добраться. Тем более, если их капитан настолько хорошо ориентируется в зарослях.

— Бомбы?.. От мелких толку нет, а четырехсот-фунтовок за один раз смогу поднять только три штуки. Или следом за Радовичем на поле рухну.

— Значит, три. Главное — результат. Пулеметы не забудьте, причешете остатки, чтобы никто на лодках или вплавь удрать с корыта не смог. Вот приказ, подтвержденный генштабом… И очень надеюсь, что вы справитесь, Конрад. Иначе под трибунал пойдем оба. На краю болот слишком много удобных для выгрузки мест, не успеем перекрыть такую площадь. И разъезды с западного направления снимать нельзя. Так что — отдуваться вам.

Похоже, ситуация в самом деле была аховой. Потому как Варга не помнил, чтобы его командир так часто обращался по имени. Видимо, не только пассажиров перевозил затопленный корабль. Да и слухи о найденной куче трупов уже в полку ходили, солдатский телеграф работал на полную мощность.

— Я сделаю все возможное, господин генерал.

* * *

— Ты вчера колбасу хорошо разглядел?

Ниро опустил бинокль и покосился на застывшего рядом Чака.

— Да. Военный дирижабль, не почтовый. Прошел мимо нас, но на таком расстоянии легко мог заметить. Все же на болоте следы от взбаламученной воды долго держатся. Да и пролетал он еще днем, когда мы сверху — как на ладони.

— Под брюхом у него ничего не было?

— Нет.

— А сейчас?

Чак поднял свой бинокль, покрутил колесико настройки и чертыхнулся:

— С бомбовой нагрузкой. И явно по нашу душу.

— Выходит, что так. Значит, быстро твои недруги всполошились. А нам еще хотя бы два дня надо, чтобы до берега дочапать. И под бомбежкой сделать это будет крайне проблематично.

Сверкнув фиолетовыми искрами в провалах глазниц, Чак высказал предположение:

— Вряд ли летунов много. Насколько я помню, у них вечная проблема была с ремонтом и материалами для него. Кроме того, на патрулирование шляются в одиночку, но в атаку по местному уставу положено толпой идти, дабы шансов на успех было больше. Если нам попадается один и тот же дирижабль, то очень хочется верить, что он и будет один. Пулеметным огнем отгоним и нормально.

— Чтобы он вернулся и навел уже конницу? И потом на берегу с боем пробиваться?.. Нет, у меня есть идея получше.

Повернувшись к стоявшему рядом Ларсу, Ниро скомандовал:

— Тащи пару «Стингеров». И подсветку не забудь.

Вскоре минер уже стоял на корме, готовя противовоздушный комплекс к стрельбе. Адольф тем временем включил блок с лазерной наводкой и теперь ловил в прицел медленно растущую тушу дирижабля.

— Он же с мягкой оболочкой и железа там мало, в основном бальса и прочая древесина, — удивился Чак. — Вроде как «Стингер» по металлическим мишеням работает или по выхлопу двигателей.

— Двигатели там тоже есть, но у нас головки доработаны. На подсветку пойдет, контактный взрыватель с любым препятствием. Не зацепим с первой, второй накроем. Но хочется с первого выстрела прибить гадов, вдруг еще гости будут. А в пулеметы играть можно взаимно. И с высоты горячего гороха эти ребята тоже могут отсыпать. Поэтому — валить с гарантией. Без вариантов…

Ниро не волновался. При любом планировании всегда могли возникнуть накладки. И зачастую больше двух третей дерьма валилось на голову именно в момент эвакуации. Проверенные пути отхода оказывались заблокированы, проводники ловили случайную пулю, кого-то из бойцов умудрялась цапнуть за задницу ядовитая змея или еще какая гадость. Но за все годы в его отряде домой возвращались все. Потому что командир наемников никогда не скупился на подготовку и всегда имел в рукаве пару-тройку припрятанных крапленых тузов. А дирижабль там пригнали или танки где по дороге попадутся — разберемся. И не с такими неприятностями справлялись.

Глава 5

— Господин капитан, подходим!

— Вижу, вахтенный. Скорость на самый малый, нас и так ветром тащит. Хорошо бы положить гостинцы сразу, а то ищи их завтра на повторном вылете.

«Левиафан» шел как по ниточке — заходя на все увеличивающуюся цель. Протока узкая, особо никуда не довернешь. Высота достаточная, чтобы ни с какого пулемета не зацепили. Взрыватели выставлены на удар, поэтому даже если первую бомбу не получится вогнать в палубу, все равно — близкий разрыв лоханку либо перевернет, либо вообще на ближайшую болотную кочку выбросит. А потом — можно сделать круг и добить. Как там в приказе? «Чтобы никто удрать не смог». Вот и не удерет. Отбомбиться, потом спуститься чуть пониже и залить свинцом. Благо, две тарахтелки по обоим бортам. Более чем достаточно.

— Дымный след, — прервал размышления капитана вахтенный.

— След?

Конрад подался чуть вперед и с удивлением отметил, как от корабля в их сторону протянулась серая спица, увенчанная ярким огненным цветком. Что это? Он никогда подобного не видел. Но…

— Лево руля! Самый полный! Рули на подъем!

Дирижабль ощутимо задрожал и начал выкатываться на запад, но неведомое оружие уже настигло, ударив прямо в широкий нос. Палубу тряхнуло, а затем развергся огненный ад.

После нескольких аварий газовые секции были доработаны. Между ними возвели специальные мембраны, которые гасили возможный пожар и обеспечивали экипажу мизерный шанс на спасение. Будь это очередь из пулемета, то могли отделаться разрывом оболочки и взрывом пары-тройки баллонов лишь в первом носовом. За ним еще шестнадцать, отделенных друг от друга со всей тщательностью. Но боеголовка «Стингера» буквально взломала хрупкую защиту, превратив треть «Левиафана» в пылающие обломки.

К чести Варги надо признать, что он делал все возможное, пытаясь превратить падение в жесткую посадку. Успел включить систему пожаротушения, руководил перепуганной командой, заставляя сбрасывать балласт и хоть как-то маневрировать. Но все равно — туша дирижабля обрушилась на болота внизу тяжело, подняв ударом огромную пенную волну вокруг себя. Один плюс — затхлая вода залила пылающий нос. Вот только приложились об нее, как о камень, разбросав ошметки по всей округе.

— Вот так. Один выстрел, один труп. Или сколько там на борту?

Ниро убедился, что с этой угрозой его группа справилась на отлично, после чего убрал бинокль и повернулся к мрачному Чаку.

— Вояки нам это не простят. Раз вышли прямо на нас, то маршрут движения им известен. Поэтому подождут до вечера, а к утру отправят разъезды на перехват.

— Сколько им понадобится времени?

— Без понятия. Возможно, уже ждут. А так, обычно надо пару дней, чтобы ту часть болота перекрыть.

— Пару дней… Нам же тащиться столько же еще, как минимум… Так. Сегодня ночью по приборам пойдем. У нас шанс оторваться только один — рвать когти любым способом. Справимся?

Чак повернулся к выглянувшему наружу капитану:

— Брайдель, при помощи ночников сможем в темноте пробираться?

— Это те штуки, что показывали? Сможем. Скорость сбросить придется, но на рассвете к нужной точке доползем. Оттуда тропа пойдет, ты ее знаешь. На «Лани» быстрее прокатишь, чем я стану протискиваться. Заодно сам смогу подальше куда податься, чтобы нас друг с другом не связали.

— Тогда так и поступим. Сейчас — добавь ходу, надо до сумерек успеть самые извилистые места проскочить.

* * *

Еще три года назад Манбета считали неудачником. С отцом поругался, из большого клана ушел, сколотив свою шайку, начал щипать нищих крестьян по округе. На караваны старался лишний раз не нападать, людей не хватало. Добычи особой не было, перебивался мелочью. Как есть — неудачник.

Но однажды ему повезло и та ночь изменила многое в жизни кочевника.

Большая колонна попала в засаду объединившихся сильных отрядов и весь день отбивалась от превосходящих сил противника. К счастью для горожан, успел подтянуться разъезд вояк, которые ударили в тыл и серьезно проредили головорезов, уже мечтавших поделить добычу. После чего спешно собрали выживших, сгребли, что было самым ценным, да убрались в Рулдомэр. А Манбет заглянул на место схватки, успев до прихода других падальщиков выгрести все, что не сожгли при спешном бегстве караванщики. Разжился разносортным товаром, снятым с убитых кочевников оружием. И неожиданно для себя смог той осенью прикупить лошадей, навербовать молодых и жадных для поживы бойцов, после чего уже сам совершил удачный набег на пригороды широко раскинувшейся столицы южной провинции. Так и пошло. Где за соседями объедки подберет, где неожиданно у богатых фермеров отщипнет кусок-другой.

Но самой большой удачей оказался дальний родственник, который устроился работать на световой телеграф. За звонкую монету он иногда подбрасывал жаренную информацию, которая буквально за год позволила почти удвоить банду и попутно избежать несколько облав. Вот и теперь, босоногий мальчишка примчал в таверну, вздымая облака пыли, чтобы передать клок бумаги. Получив плату, тут же испарился, а Манбет пробежал глазами сообщение и повернулся к приятелю, с которым вместе начинали независимую жизнь:

— Гази, помнишь недавние слухи о неудаче Самара? Будто он попытался перехватить одинокого торговца, у которого в охране были «ашэры».

— Да, потерял проводника.

— Так вот, эти люди на реке захватили корабль, на котором ехали на ярмарку богатеи из Шелста. Пассажиров и команду уничтожили, груз забрали. Я так думаю, там очень много ценного было, раз на поиски послали всех вояк в округе.

— Про нападение не слышал… Но если вояки забегали, это плохо. Удачной охоты не будет.

— Тут такое дело. Патрули пока рядом с городом, а налетчиков заметили у западной кромки болот. От нас это — полдня пути, если не меньше. Когда вонючие железные телеги доберутся, мы уже успеем все закончить и уйти в камыши. Или в степь.

Заметив, что главарь спешно заканчивает ужин, Гази раскрыл горловину мешка и сгреб туда все, что не успел сжевать. По дороге в седле брюхо набьет.

— Что с «ашэрами» делать будем?

— Там максимум один. Потеряем двух, трех. Или даже пятерых… Я думаю послать вперед Касыма, слишком много он стал рот открывать. Вот пусть и послужит живым щитом. А как поближе доберемся, одинокий стрелок нам уже не помешает, задавим.

— Беглецов еще найти надо.

— У нас почти сотня лоботрясов, которых легко раскидаем цепью по холмам. Егерей вряд ли они заметят, но целый отряд или огромную повозку — обязаны разглядеть. Там после холмов плешь, где старая дорога идет, а за ней заросли почти везде тянутся. Вот туда и встанем. И будут чужаки — как на ладони. Если добыча действительно стоящая, то сможем бэями стать. Остальные племена в бараний рог согнем, начнем степью по собственному закону править.

* * *

С «Тростниковой цапли» выгрузились в ранних сумерках. Тяжело груженый «протыкатель» тихо затарахтел двигателем и покатил прочь от растаявшего в темноте корабля. Брайделю теперь на юг, чтобы там незаметно протиснуться на реку и с грузом рыбы объявиться в порту, как и положено добропорядочному капитану. Чак же собирался добраться к ночи до нужного места, чтобы там определиться окончательно с координатами и вернуться в Европу.

У распахнутого верхнего люка устроился светловолосый голландец, свесив ноги внутрь. Ханнес осматривал округу в ночник, отслеживая возможные неприятности. Остальные наемники дремали, разложив под рукой гору оружия. Пришлось серьезно потесниться, потому как грузовой отсек был забит под потолок золотом и драгоценностями. Тару всю выбросили по дороге, оставив лишь добычу.

— Я дважды этой тропой ходил, когда раньше несколько путешествий совершил. Сейчас по камышам до болотца, потом выберемся на твердое место и на подъем. Местность постепенно в холмы переходит, за ними лес и уже за лесом степь. Лес — больше название, рощицы, одинокие деревья. Даже петлять особо не придется. На границе со степью есть капище заброшенное. В полукилометре слева от него точка перехода.

Сидевший сбоку от Чака Ниро закончил разглядывать карту и постучал пальцем по условно отрисованной кромке болот:

— Если нас попытаются перехватить, где это будут делать?

— У холмов. Вояки терпеть не могут в лесу воевать. Кочевники отучили. Стреляют из-за любого куста, ничерта в зарослях не видно.

— Но и нам лишние пули ни к чему, всю машинерию разломают.

— Если обвеску попортят, то это не смертельно. Все дублирующие контуры внутри проходят. Просто скорость процентов на тридцать упадет. А так — нам лишь тяжелые пулеметы опасны, обычные ружья на дистанции в пять сотен метров вряд ли борта расколупают.

— Значит холмы… Опять холмы. Сюда приехали — мимо холмов пробирались, обратно — опять придется с осторожностью…

Солнце только поднялось над горизонтом, когда Ханнес тихо произнес в микрофон:

— Две засечки на километре. Первая на десять часов, вторая почти на три. Правого успел разглядеть в бинокль — на коне кто-то.

— Один? — уточнил Чак, продолжая рулить «Ланью».

— Да. Оба на другую сторону подались, больше не вижу их.

— Скорее всего, местные. Но если они удрали, то сейчас наверняка помчат к старшему с докладом. Будь это пастухи или просто племя по своим делам — наблюдатели так бы и сидели. А у объездчиков минимум тройка, по одному их просто вырежут.

— Черт, нам только дикарей не хватало для полного счастья, — Ниро еще раз окинул взглядом вид перед собой, затем предложил: — Давай правее. Вон на тот холм. Он совсем маленький, но все равно — с него обзор получше будет. Заодно оценим, кто там нас встречать вздумал.

Машину оставили на заднем склоне. Тройки Владимира и Мафуза укрылись в траве как боевое охранение, остальные редкой цепью в накидках пробрались вперед.

Первым чужаков заметил Адольф:

— В тепловизоре у левой рощицы человек тридцать, если не больше. Кстати, пару из идиотов визуально наблюдаю, выглядывают.

Ему вторил Ларс:

— Да их здесь больше сотни. Правее от центра — три больших дерева и кусты за ними. Там с десяток. Правее — даже тепловые пятна коней есть. Похоже, оттуда должны лихой атакой выскочить прямо на нас.

Проверив доклады наблюдателей, Ниро начал отдавать приказы:

— Нам надо на прорыв. Поэтому — отрабатываем сначала тяжелым вооружением, затем пулеметами. Если кто все же решится лезть — снайпера и автоматчики. После чего грузимся и вперед… Франсуа и я начнем сразу после того, как гранатометчики отстреляются.

Термобарических припасов больше не было, но вот обычных осколочно-фугасных зарядов еще хватало с избытком. С них и начали.

* * *

— Где они? Уже давно должны были выехать. Или сломались? Вечно у этих…

Гази не успел закончить тираду, как с пологого холма в сторону засады загремели выстрелы. Казалось, что всю верхушку окутали серые клубы дыма, превратившись в подобие сизой шапки. Одновременно с этим среди деревьев и кустов начали вспухать разрывы гранат. Стрелки старались брать повыше, чтобы максимально накрывать осколками противника. И тактика оправдала себя полностью.

От смерти Манбета спас друг, когда удивленно повернулся к вожаку и прикрыл спиной от близкого разрыва. Спихнув с себя тело Гази, Манбет на карачках рванул назад, к лошадям. О том, чтобы атаковать купца, и речи больше не было. Одно дело — два-три стрелка, как обычно бывало с одинокими богатыми путешественниками. Такие зачастую просто откупались, а охрана отгоняла лишь совсем слабые банды. Но сейчас — совсем другое дело! Вполне может быть, что им вообще попался военных разъезд, каким-то чудом успевший заметить кочевников. Хотя раньше Манбет не слышал о пушках, которые с такой легкостью можно таскать за собой на лошадях.

Неожиданно гулко заработали пулеметы и даже те, кто еще сомневался и пытался беспорядочно палить в ответ, бросились бежать. Против таких средств убеждения ни один из бандитов никогда не пытался выступать против. Пулемет — это верная смерть, без вариантов. Тем более, если их два.

— Закончили, — дал отмашку Ниро, разглядывая посеченные пулями деревья перед собой. Похоже, засаду перемололи знатно. Причем не просто спугнули, а покрошили, как минимум уполовинив нападающих. В отдалении кто-то орал надрывно, но в ответ больше не стреляли. И в тепловизор ярких засветок уже не было. Или на полметра закопались, или дали деру. Что ожидаемо.

— Грузимся и уходим. Нашумели знатно.

Через пять минут «Лань» аккуратно спустилась и покатила левее трех гигантов, взметнувших кроны метров на тридцать вверх. В бойнице удалось заметить, как правее ковыляет пара кочевников, поддерживая друг друга. Но их уже не стали трогать. Время было дорого. Не лезут — и черт с ними. У наемников совсем другая задача.

— Что по боеприпасам? — повернулся к бойцам командир.

— По две ленты к пулеметам и по три сотни на ствол для автоматов.

— Отлично. Из гранатометов?

— Только пара, если вдруг броневики встретим. Остальное все высадили.

— Ладно. Пока держим ушки на макушке и не расслабляемся. Ханнес, там ближе к задней стенке что-то вроде перископа выдвижного. Откидывай сиденье и начинай округу мониторить. Левый борт, правый и тыл. Через пять минут сменю. Видно будет не так много, больше по зарослям придется ломиться, но все равно. Остальным: Владимир, на тебе левый борт. Выхода нет — поэтому в случае атаке люк сверху откинуть, ручными гранатами шугануть. Мафуз. На тебе — дверь по правому. Сдвигаешь, щель минимальная, в два-три ствола огрызаешься. Но это — на крайний случай.

Чак же продолжал уверенно прокладывать дорогу. По кустам тяжелая гусеничная машина шла, будто их и не замечая, огибая деревья. Через полчаса затяжного подъема пейзаж немного сменился. Теперь деревья были выше, но росли намного реже, поднимаясь над зеленым папортником. Чтобы окончательно оторваться от возможных преследователей, Чак чуть увеличил скорость. Это конному по местным дебрям пробираться нужно с осторожностью, а техника пройдет, как по маслу.

* * *

Весла мерно поскрипывали, позволяя тяжело груженой лодке продвинуться вперед еще чуть-чуть. Все же Ларда — молодец. Отличный механик и мастер приделать полезной вещи ноги в правильный момент. Правильный — это чтобы не поймали в момент «приватизации» и не спохватились слишком рано. Зато потом можно совершенно честно ответить: какая лодка? Не видели и не знаем.

Одна беда, больше Ларда уже ничего не позаимствует у соседей. Потому что рухнувший на болота «Левиафан» превратился в братскую могилу для большей части экипажа. Из восемнадцати человек выжили лишь четверо, причем двое с переломами рук и ног. С одной стороны — чудо, будь дирижабль повыше, вообще бы никаких шансов. Так же — двое увечных, капитан с разбитым лицом и штурман, который умудрился влепиться зубами в угол стола. Большей части зубов больше нет, но в остальном — работоспособен.

Из обломков выволокли раскладную лодку, в которую вся четверка с трудом перебралась, туда же сложили запасы воды и еды. После чего Варга по очереди со штурманом начали грести, надеясь добраться до берега болота хотя бы за несколько дней. Помощь по воздуху точно не пришлют, искать на кораблях в местном лабиринте — дело бесполезное. Так что если хочешь выжить — то греби, господин офицер. Или отправишься следом за погибшими товарищами.

А еще Конраду Варге очень хотелось посмотреть в глаза генерала. Потому как было подозрение, что не всю информацию о чужом корабле передали летуну. Наверняка командование знало куда больше, чем сказало. Потому как о неведомом оружии, способном единственным плевком ссадить с небес «Левиафана» — капитан не слышал. И будь у него подобного рода слухи, то атаковал бы вообще с высоты, где воздуха для дыхания не хватает. Плевать на результаты, зато парни остались бы живы…

Уже начал опускаться вечер, когда к веренице конных спешно примчал дозорный:

— Господин под-лейтенант! Нашли двоих раненных впереди!

— Раненных? Другой разъезд?

— Никак нет! Кочевники! Дозор осматривает сейчас дорогу, но лучше вам самому взглянуть! Бой был и трупов много.

В объезчиках дураков не держали. Поэтому строй тут же рассыпался. Колонна распалась, чтобы продолжить движение с утроенным вниманием. Бой — это серьезно. И поймать чужую пулю — это запросто. Так что медленно, проверяя каждый кустик, спешившись и оставив лошадей позади. Теперь уже спешить некуда.

Еще через час у одного из холмов разбивали лагерь. Ночью шастать по округе никакого смысла. Особенно после того, как неизвестные устроили аборигенам порку. А драка была — знатная.

— Как думаешь, — спросил командир разъезда старого ефрейтора, успевшего не одну пару сапог сносить на службе, — во что дикари вляпались?

— Надо будет еще раз утром пройтись, детали посмотреть. Но скажу одно — бандиты устраивали ловушку на кого-то, готовились толпой навалиться, да не успели.

— Кто им помешал?

— Я бы на гренадер поставил, причем не меньше роты. Очень плотный огонь был, весь подлесок пулями перепахало. И следы от разрывов, будто шрапнелью накрыли.

— Но мы бы знали, если бы регулярные части выдвинули. Хотя… Много странного с этим поиском. Сорвали всех спешно, мотали по всей округе. Сейчас вот сюда заставили нестись, закусив удила… Может, в самом деле с болот какой отряд пришел? Преследовали контрабандистов, да с кочевниками и столкнулись…

— Утром надо смотреть, господин Шрайдер. По темноте смысла никого нет.

— Это да, полностью согласен… А еще думаю я, что надо стать здесь на день, как минимум. Депешу отослать и самим все кустики облазить. Следопытов по следу пускать — только прибьют их, раз целая банда рядом болтается. Всей группой идти — так же легко на засаду напоремся. Но улики собрать и в случившимся разобраться — это надо. А когда подкрепление пришлют, тогда и дальше двинем.

Ефрейтор согласился. Все же их новый под-лейтенант — умный человек. Предыдущий командир умудрился поймать пулю на тихом и спокойном выходе. А этот — старослужащих слушает, на рожон не лезет, при этом дело делает как положено и с купцов собранную законную мзду на всех делит, по правилам, никого не обижая. С господином Шрайдером и до почетной отставки явно получится дотянуть, да и на пенсию выйти с золотишком в кармане.

* * *

Кочевники попытались все же проконтролировать — куда именно направляется проклятая железяка. Но это было уже в степи, ближе к заходу солнца. Заметив двух конников, очередной из дежуривших на перископе наемников доложил Ниро, а тот выдернул снайперов:

— Эти попки мне нахрен не сдались. Наведут еще каких умников на след. Уберите их, пока мы притормозим.

Расстояние до наблюдателей было около километра, но Адольф и Ханнес сработали четко: одновременные выстрелы, две завалившиеся фигурки вдали. Теперь можно было продолжить дорогу, на время стряхнув возможных преследователей с хвоста. Конечно — по следу любой найдет, куда именно укатила «Лань», но все же наглеть не стоит.

По пути Чака подменяли, поэтому уже в навалившейся темноте он сам вел «протыкатель», вглядываясь в зеленую картинку прибора ночного видения. Когда двигатель заурчал тише, дремавший рядом Ниро приоткрыл глаза:

— Что там?

— Капище правее, мы выходим на точку. Макс, давай по схеме три!

Механик группы тут же добыл из кармана блокнот, нашел нужный лист и в слабом свете фонарика начал прокручивать вентили, готовя машину к переходу. Еще через десять минут аппарат остановился на вытянутом куске сухой травы.

— Все, здесь внизу разлом или еще что, поэтому постоянно лишней энергией все живое пропекает. За неделю или две вряд ли можно почувствовать, но больше в таких местах лучше не оставаться, можно кучу болячек заработать… Итак, господа, прошу рассаживаться и готовиться к дороге домой. Отчаливаем…

Обратно в Европу провалились без каких-либо проблем. Только мотало сильнее и в итоге тот же Хироши блевал у распахнутых дверей, как только под гусеницами оказалась твердая земля. Остальные с бледными рожами выползли следом, не забывая на всякий пожарный ощетиниться стволами.

Над головой было видно звездное небо, прикрытое с юга полоской облаков. Издалека донеслось еле слышное мычание коровы.

Развернув планшет, Ниро дождался, когда аппарат заработает, после чего начал тыкать по кнопкам. Дождался отклика со спутников, отметил точку на карте и довольно осклабился:

— Господа, можно нас поздравить. Мы дома. Франция, рядом с Альбервилем. Вон там — горы, там — город. До утра прячем лишнее железо и нужно будет прокатиться вот сюда. Чак — осилит «Лань» этот крюк?

— Топливо лишь долить и без проблем.

— Отлично. Я тогда отсылаю сообщение посреднику, фура подойдет ближе к обеду. Грузимся — и на запасную базу. Остался последний рывок…

Подтверждая сказанное, Хироши вывернуло еще раз, напоследок.

— Проклятье, чтобы я еще в этой телеге куда-то мотался… Дайте воды…

* * *

Обычно в этом кабаке серьезные люди появлялись лишь поздно вечером. Но сегодня у них был резон заглянуть пораньше. Конечно, надежные парни прикрыли всю округу, чтобы никто не помешал встрече и были готовы при случае вцепиться в глотку кому угодно: хоть конкурентам, хоть страже. Но район при появлении мордоворотов буквально вымер. Только привезли двух важных чинуш из городской управы, дали пачку бумаг на проверку и ждали, пока бледные канцелярские крысы не закончат шуршать плотными листами. Затем с тем же почтением вручили каждому по набитому деньгами кошелю и отправили обратно. После чего пятеро господ со шрамами на лицах задали гостю вопрос:

— Что ты хочешь за векселя и долговые расписки?

Капитан «Тростниковой цапли» перестал тянуть вино из бокала и убрал его в сторонку. Есть время ждать, наслаждаясь напитками, а есть время говорить.

— У меня и семьи, кто дал дорогу в свет, были некоторые нерешенные вопросы с вашими друзьями. Поговаривали, будто я дорогу контрабандистам перешел без спроса. Хотя привез товары, которые никогда раньше в уличные лавки не доставляли. Поэтому я буду признателен, если эту проблему сочтут ничтожной и забудут про нее. Для меня и для Чэкары Сафа.

— Это возможно.

— Ну и после переезда из Шелста я буду рад вступить в местную гильдию. Корабль у меня есть, знакомых по реке полным-полно. Где рыбой поторговать. Где у кочевников что из прилипшего к рукам перекупить. Где вместе с рыбой горячий товар доставить. Буду платить положенный процент.

Пятеро переглянулись и самый старый еле слышно прихлопнул ладонью по столешнице:

— Сделка. Сегодня вечером пришлем к тебе человека, он введет в местные расклады. Через неделю в порту будет большая сходка, обязательно загляни на огонек, с другими капитанами поближе познакомишься. Все старые дела — считай, что покрыты и с лихвой. Вопросов больше ни к тебе, ни к младшему Сафу не будет. Если какие-нибудь сложности возникнут, обязательно сообщи, мы разберемся.

Так в Рулдомэре появился еще один контрабандист.

* * *

Конрада Варга подобрали сразу после того, как он добрался до берега. Всю западную часть болот патрулировали, поэтому лодку заметили и встречали, направив стволы на перемазанных болотной тиной бедолаг. Еще через сутки капитана выдернули из лазарета и доставили в штаб, где кроме командира полка сидело еще с десяток важных персон, как в лампасах, так и без.

До того момента, как Варга вызвали для разноса, он успел узнать последние новости. И новости совершенно не радовали.

Таинственных налетчиков найти не удалось. Ни корабля, ни груза, ни боевиков. Правда, судя по оставленным следам, с чужаками вояки разминулись буквально на несколько часов. Группа вооруженных до зубов головорезов выпотрошила попавшийся по дороге кочевой клан, после чего скрылась в степи. Понять, зачем дикари устроили пожар, уничтожив все следы, так и не удалось. Может — пытались таким образом поквитаться с незванными гостями. Но результат удручал — концы оказались обрублены.

Шептались, что на шедшем из Шелста корабле была куча ценностей, не считая родственников различных важных персон. Трупы опознали и уже вернули безутешным семьям. А вот больше хвалиться было нечем. И теперь Конрад стоял навытяжку перед трибуналом и молча выслушивал потоки обвинений. Судя по всему выходило, будто именно он один причина всех бед. Разбомбить мерзавцев не смог, дирижабль угробил, от команды лишь ошметки доставил. Лучше бы там, на болотах, и сдох.

— По совокупности выявленных нарушений, за небрежение службой и нарушение присяги, трибунал постановляет!.. Лишить Конрада Варга воинского звания и изгнать из армии с позором, без содержания. Лишить всех наград. Запретить занимать государственные должности сроком на пятьдесят лет… Погоны на стол, господин Варга!

Вот так. Прав был генерал, есть приказы, которые ты обязан выполнить. Хоть на таран иди. Или — выметайся с позором. Одна радость — остатки команды хотя бы не разжалуют. Влепят кучу взысканий, помурыжат с будущими чинами, но все же оставят при деле. А ему — хоть на панель. Без связей, с клеймом прокаженного…

* * *

Запасная база располагалась рядом с Меленом. Удобное место. И от Парижа не так далеко, и складов полно для перевалки разнообразных грузов. Вот на одном из таких складов и отдыхала команда Ниро, устроившись на мягких диванах.

Прямо перед ними были разложены груды золота. Рядом на брезенте кучами валялись драгоценные камни, тусклые серебрянные слитки и непонятная мелочевка, вроде цепочек, кубков и прочего очень дорогого мусора. Сами подумайте, зачем человеку золотое блюдо, если можно обойтись набором хорошей посуды? А за блюдо еще придется дрожать, чтобы при уборке квартиры не сперли.

Но в любом случае, все наемники сейчас молча сидели и смотрели на добычу. Похоже, только сейчас до них окончательно дошло, что путешествие к черту в пасть и обратно — закончилось.

— А ведь мы сделали это, — выдохнул Мафуз, повернувшись к командиру. — Разыграли, как по нотам!

— Да. Сделали… Оценщик будет завтра, поэтому на месяц залегаем на дно. Причем так, чтобы ни одна живая душа про нас не слышала. Драгметаллы уйдут сразу, с этим проблем не будет. Камни начнут брать партиями. Что-то из мелкого уйдет албанцам, те постоянно бриллианты для себя подгребают. Что-то предложат сицилийцам. Наши имена нигде мелькать не будут в любом случае. По предварительной оценке, лишь за золото каждый получит по десять миллионов. Остальное будет переводиться отдельными траншами на ваши счета в течение года.

Снова повернувшись к груде добытых богатств, Мафуз отхлебнул пиво и прошептал, пытаясь уложить в голове новую реальность:

— Родня не поверит, что я стал серьезным человеком. Десять миллионов — и это лишь сейчас… Да я себе дворец куплю на эти деньги!..

Глава 6

Для Стаппа было совершенно непривычно стоять навытяжку и молча слушать выдвигаемые обвинения. Обычно — он карал и миловал, но не сейчас.

Сейчас господину Хранителю приходилось отвечать на вопросы и хороших, правильных ответов у него не было. А врать — чревато. Но и правду озвучить — дорога на эшафот, без каких-либо сомнений. Поэтому приходилось лавировать на тонкой грани между полуправдой и фактами, которые стали известны истинным правителям города.

— Итак. Вы утверждаете, что всю авантюру затеял сынок Сафа?

— Совершенно верно. К сожалению, местный надзирающий в порту не предоставил всю запрошенную информацию, поэтому с самого начала мы не придавали серьезного внимания новым фактам контрабанды и слухам, которые бродили на городском дне. Когда же удалось связать их с этим исчадием бездны, я немедленно отдал необходимые распоряжения и потребовал от людей в Рулдомэре приложить все силы для поиска и ареста преступника.

— К этому мы еще вернемся… Значит, о возможном нападении не было известно.

— Увы. Чэкара украл деньги у местных контрабандистов и нанял кого-то из бывших дезертиров с приграничья. Именно там ему удалось получить людей и оружие. Армейское оружие. При помощи которого он совершил нападение на корабль, расстрелял дирижабль и затем попытался пробиться через кочевников.

— Слухи утверждают, что в степь беглецы уехали на каком-то автомобиле.

— Совершенно верно. Удалось опросить двоих захваченных в плен бандитов. Те подтвердили, что у Чэкары был броневик. Благодаря этому он мог не бояться возможной засады. И благодаря этому успел оторваться от преследовавших егерей.

— Что не спасло от пожара… Мы просмотрели отчет полицейского департамента Рулдомэра и военной администрации. Броневик найден у заброшенной стоянки. Так же обнаружены тела, не поддающиеся идентификации. Похищенных сокровищ — нет. Как и кочевников, которые истоптали пепелище, а затем исчезли…

Понуро опустить голову, выдать заготовленную фразу:

— Мы предоставили списки, по которым будут отслеживать продажу ценных предметов. Возможно, чуть позже что-то из награбленного получится перехватить и размотать весь клубок. Но сейчас прямых зацепок пока нет. Там был бой, дезертиры явно не ожидали, что в условленном месте их встретят такими большими силами. И потратили немало боеприпасов по дороге к этой точке…

— Хорошо. Тогда у нас есть еще вопросы по другому моменту…

Поздно вечером злой и усталый старик добрался домой, где без сил рухнул в кресло. Посидел, бездумно разглядывая пергаментный свиток, затем раздраженно бросил его на стол.

«Небрежение оказанным доверием». Уроды… Хотя, он еще легко отделался. Сначала — в инспекторскую поездку, чтобы самому повторить все возможные шаги проклятого Чэкары. Воссоздать полную картину того, как происходило нападение и побег. После чего — еще один доклад и переезжать в другой кабинет, на второстепенную должность. А мог бы под конвоем отправиться прямиком в каменоломни. Или вообще в подвал, где бы набросили удавку на шею. Все же он — слишком много знает. Вон, спихнул на Трашама часть ответственности, так толстяк с подрезанным языком уже сутки воет в железной клетке на площади. Толпа с удовольствием кидается в бедолагу камнями и мусором. Через неделю выть перестанет, сдохнет. И никакого желания засесть рядом с бывшим подчиненным.

Счастье еще, что вояки так опростоволосились и каким-то чудом нарыли остатки разгромленного каравана в степи. Откуда у купцов был броневик или просто переделанный грузовик — уже никто сказать не сможет. Но зато удалось перевести стрелки на дикарей. Награбленное уволокли, нападавших уничтожили. Все концы обрублены. Ляпнуть, что сынок Сафа вполне мог умотать на одном из последних «протыкателей» в иные миры — это сразу подписать смертный приговор. Так у пострадавших богатых небожителей еще хоть надежда осталась вернуть золото и драгоценности. Выцарапать у кочевников, через сито пропустив степь со всеми грязными и вонючими обитателями. А с иномирян спросу нет… Точнее — спрос со Стаппа, допустившего подобное. И плевать, что у правительства больше ни одной работающей машины и артефактов. И капитана Гарда не пошлешь на поиски, он уже все сроки сорвал и так не появился домой в самоходном особняке. Похоже, сгинул.

А вот чтобы бывшему Хранителю не отправиться следом в ничто, старику придется во время инспекции вывернуться наизнанку и подтвердить слепленную на скорую руку версию. Может, в самом деле, подбросить что-то дикарям? Какой-нибудь паршивый слиток. Благо, в казне есть еще несколько. Вот и пустить по ложному следу. Пусть ждут и надеются…

* * *

Вчера команда встречалась в последний раз. Посидели в ресторане, пожелали друг другу отлично устроиться на досрочной пенсии, сбросили новые координаты посреднику, через которого в авральном порядке можно будет организовать связь. И разъехались.

Ниро мог примерно сказать, кто и чем будет заниматься в ближайшее время, но не стал ничего выспрашивать. Парни получили обещанные миллионы, причем часть драгоценных камней удалось сбросить почти сразу, что почти удвоило сумму выплат. Еще миллионов по пять, как минимум, каждому капнет чуть позже. Но для бывшего командира и его нежданного гостя наступило время отдыха.

Чак пытался что-то бурчать под нос про домик в Колумбии и новую личность, но Ниро предложил не торопиться. У него поместье в Испании, недалеко от Таратоги. Обрывистый холм, с которого видно далекое море. Пять минут на машине — и шикарные пляжи. При этом — вполне уединенное место, где хозяином старый друг семьи. Никаких лишних вопросов и надежная охрана. Мало того, Ниро готов выделить целый миллион из своей доли гостю, может тратить, как сочтет нужным. Причину невиданной щедрости обещал объяснить позже. Пока же — солнце, хорошие вина, здоровый сон до полудня.

Через неделю Чак сидел на веранде и любовался закатом. Заметил появившегося хозяина, отсалютовал тому фужером, после чего вернулся к созерцанию прекрасных видов.

Налив себе чуть вина, Ниро устроился в соседнем шезлонге и спросил:

— Я видел утром, что твои огни стали тусклее. Это связано с болезнью или что-то другое? Типа хандры?

— Первое… От моего народа остались буквально крошки на Араргоне. Несколько тысяч, не больше. Хотя раньше на бескрайних просторах было настоящее столпотворение. Кто-то переселялся через открытые проходы, кто-то бежал от несправедливости, кто-то просто хотел поймать удачу за хвост. К сожалению, большая часть за сотню лет умерла от болезней или погибла в стычках. Я лично похоронил почти всю родню, не считая погибшего отца… Когда наши внутренние силы подходят к концу, отражение души в глазах меняет цвет на красный. Затем на желтый и тускнеет до пепельно-серого. Это уже агония. Так что мне еще осталось около месяца спокойной жизни, после чего настанет черед морфина. Или буду орать ночами. Боль сожрет меня где-то за три месяца, максимум четыре. И потом уже последняя стадия. Я сгнию за неделю… Прости за столь неприятные подробности.

— Колумбия — чтобы иметь доступ к наркотикам?

— Не только. Еще там есть клиника, в которой не задают вопросов. Так что я вполне мог затеряться в отдельной палате. Крохотный дворик, пара деревьев и крошечный искусственный водопад с рыбками. Полдня в наркотическом угаре, остальное время — ползать от кровати до кресла и обратно… Боюсь, ты сделал плохой выбор. Скоро я стану совсем никудышным собеседником…

Разглядывая багровую полосу над морем, Ниро спросил:

— Ты знаешь, почему я до сих пор занимаюсь кровавым ремеслом?

— Деньги, я думаю.

Бывший наемник усмехнулся:

— Ошибаешься… Это у меня была уже третья команда. Третья. И я не потерял почти ни одного человека. Были погибшие, особенно в первых двух, но тела мы всегда возвращали домой и хоронили, как настоящих воинов… С этой группой мы вообще работали удачно почти четыре года. Или даже чуть больше.

— Ты не похож на человека, который склонен к кутежам. Если ты неплохо зарабатывал раньше, зачем остался на очень рискованной работе?

Сняв часы с золотым браслетом, Ниро положил их на столешницу и постучал пальцем по дорогой безделушке:

— Это подарок парней после первого выхода. Наверное, у меня больше и нет ничего столь же бесполезного, но статусного. Таскаю, когда нужно пустить пыль в глаза потенциальным заказчикам… Я обеспечил семью еще во времена первых походов. Где-то мы сумели прихватить наличные из чужого банка в охваченной волнениями стране. Где-то очень богатые люди заплатили с лихвой за возможность сбежать до того, как им размотают кишки. Одним словом, когда я обеспечил неплохой капитал в первый раз, то ушел на покой. Просидел на заднице почти полгода. Набрал вес, пытался отрастить брюхо. И понял, что схожу с ума. Мне дико скучно здесь, среди обывателей. Понимаешь, Чак, я тоже болен, как и ты. Я превратился в адреналинового наркомана. Причем мне не нужны ни горные лыжи или гонки на тюнингованных машинах. Мне нужна охота на самого опасного хищника на планете. На человека. На вооруженного человека, который мечтает порвать мне глотку. И сделает это, если я или кто-то из наемников облажается. Поэтому я собрал вторую команды и мы устроили тур по Азии. Гоняли триады, бомбили наркоторговцев, брали контракты для Агенства, подчищая за ним в Афганистане. Одним словом, неплохо порезвились. И дважды сорвали изрядный куш. После чего я пообщался с нужными людьми и снова ушел на покой.

— Устал?

— Нет. Намекнули, что таких конкурентов частным военным агенствам не нужно, поэтому нас собирались подставить. Я спрыгнул вовремя. И год был просто консультантом, попутно подмазывая оттоптанные мозоли.

Налив вина себе и Чаку, Ниро продолжил:

— Последнюю команду я сгреб уже под прикрытием сначала бриттов, потом янки из ЭмПиЭрАй. Где-то мы отстегивали часть с контракта, где-то подчищали чужие хвосты. В итоге формально поделили рынок. Нам сбрасывали разное дерьмо в очередной заднице мира, куда никто из наемников не хотел лететь с любой страховкой, а мы выполняли работу без проколов. Так и крутились… И вот теперь я сижу здесь и думаю, чем бы мне заняться в будущем. Потому что тупо бегать с автоматом по какой-нибудь очередной Камбодже надоело.

— Можешь основать компанию и выгрызать место под солнцем в бизнесе. Там глотки рвут не меньше, чем в джунглях.

— Могу. Но я быстро озверею и тупо начну отстреливать конкурентов. Это проще и привычнее… Я был обеспеченным человеком уже после первого перерыва. После второго — мои младшие сестры стали миллионерами и завидными невестами. Новую кучу денег мне остается лишь мариновать… На самом деле я думаю о другом. Я думаю о том, что где-то в шаге от этой виллы и моря есть другие миры. В которых можно найти что угодно. Хоть Дикий Запад. Хоть какой-нибудь сраный Вавилон. Или вообще построить собственное королество… Мне мало быть просто головорезом, Чак. Я хочу большего. Я хочу увидеть изнанку реальности, если это возможно… Как ты считаешь, эта мечта может воплотиться?

Чак молчал. Долго молчал. Но Ниро его не беспокоил. Но знал, что с таким задумчивым выражением лица чужак обычно просчитывает варианты, оценивает одному ему известные риски и готовит аргументированный ответ. Поэтому надо было дать ему возможность собраться с мыслями. Наконец наемник снова увидел фиолетовые всполохи в распахнутых глазницах:

— Это дорога в один конец. У нас хватит энергии только на один бросок. Единственный бросок… Я знаю, что у Гарда была запасная база. Там лежало несколько навигационных артефактов и документация по ремонту «протыкателей». Плюс оружие и механизмы для заправки энергией. Нам придется прыгать из Исландии. Там есть точка, откуда провалимся сразу до нужного места. Но — «Антилопа» способна доставить нас лишь туда. Если база пуста или Гард откажется помочь, то сгинем на той планете.

— Там можно выжить?

— Да. Пустыня, редкие оазисы. Зверья мало, разумных нет. Именно поэтому бродяга и основал там базу.

— Ну что же, зато будет неплохое сафари.

Чак рассмеялся, с удивлением рассматривая безумца:

— Ты меня услышал? Ты берешь билет в лотерею, где шанс выиграть один из ста тысяч или даже меньше. Здесь и сейчас у тебя есть все, что пожелаешь. Деньги, женщины, возможность построить империю. А ты хочешь рвануть в пустоту, откуда вряд ли вернемся?

— Хочу… Сегодня утром я лежал в ванной, тыкал пальцем в пену и думал, что точно так же буду вставать каждое утро еще лет пятьдесят. Стареть, хиреть и жалеть, что не рискнул в прошлом… Ты — мой шанс встряхнуться и взять судьбу за глотку, как делал это уже не раз. А через месяц или два — шанс пропадет. Потому что ты уедешь в Колумбию, смотреть на рыбок и жрать героин от боли… Что мы можем получить на базе?

— Артефакты и технику для зарядки.

— После чего?

— После чего мы можем вернуться на Араргон. Придумать, как вскрыть хранилище в Шелсте. И достать проклятое лекарство, которое вернет меня к жизни.

— Хороший план. Позитивный… После того, как выздоровеешь, куда сможем податься?

— После того, как… Есть минимум три или четыре интересных отражения, где мы сможем найти себе развлечения на пятую точку. Как ты говоришь, новый Дикий Запад. Люди, умеющие держать в руках оружие. И возможность создать собственную империю, на любой вкус.

— Это хоть не средневековье? Говорят, в замках страшно сквозило.

— Нет, я не любитель вытирать задницу лопухами. Примерно ваши двадцатые-тридцатые годы или чуть позже. Тебе должно будет понравиться.

Разлив остатки вина из бутылки, Ниро чокнулся фужером и произнес тост:

— За нашу будущую победу!.. Парней дергать смысла нет совершенно, они честно свое заработали. Но одного-двух крепких ребят я найду. Если что, уже на месте через Брайделя еще навербуем… Давай за будущую дорогу. Которую мы обязательно пройдем до конца. Вместе…

* * *

Неделю компаньоны потратили на урегулирование личных дел. Ниро решал вопросы с завещанием, покупкой нужного оружия и разной полезной мелочевки. Чак несколько раз перепроверил стоявший в пустом гараже «протыкатель», затем заказал доставку машины и четырех пассажиров до Исландии грузовым чартером. За два дня до вылета на вилле появились новые лица.

Ниро представил парней, дав попутно каждому краткую характеристику:

— Знакомься. Луиджи и Модесто. Оба с Сицилии, но ни к какой семье не принадлежат, вольные охотники. Оба отличные специалисты по ручному вооружению. Луиджи еще немного может взрывать, учился в свое время у Ларса. Модесто больше любит что-нибудь тихое, вроде ножа или удавки. Или пистолета с глушителем. Но при случае прикроет и на дистанции, и с пулеметом.

— Очень хорошо. Рад знакомству.

— Как я и обещал, ребята проверенные. Луиджи чуть прихрамывает, это он поймал за меня пулю в прошлом. С Модесто мы помогали с лечением его племянницы.

— Ты помогал, — скупо улыбнулся худощавый черноволосый сицилиец. — Я лишь возил тебя туда-сюда.

— Не суть… Одним словом, ребята прикроют нам спину. Все, что сочтешь нужным взять себе с добычи — без каких-либо разговоров передаем на личные нужды. Если что-то сгребем на команду в целом, то каждому по двадцать пять процентов.

Чак согласился:

— Да, как и договаривались.

— Отлично. Парням я выплатил по три миллиона каждому, чтобы семьи и родня не голодали. После завершения дела могут вернуться домой или останутся с нами, это уже будет видно после финишной ленточки… Ну что же, господа. Предлагаю передохнуть с дороги, комнаты готовы, вечером посидим за общим столом. А завтра с утра привезут заказанные игрушки.

Это Чак никак не прокомментировал. Хочет компаньон личными деньгами разбрасываться — его дело. По внешнему виду — пара боевиков явно не в школе географию преподавали. Раз объявлено, что люди надежные — этого более чем достаточно.

* * *

В Кефлавике приземлились поздно вечером, но трейлер с огромной фурой уже ждал у таможни. Через полчаса формальностей опечатанную «Лань» перегрузили внутрь и отбыли, раскланявшись с пограничниками.

— Я думал, нас будут трясти насчет содержимого, — удивился Чак, пытаясь что-нибудь разглядеть в темноте. Он и остальная троица катили следом за грузовиком в маленьком микроавтобусе.

— Ты забыл, чем я зарабатывал раньше на хлеб, — ответил Ниро, с трудом давя зевоту. — Звонок нужному человеку и обещание, что никакие глупые железки не всплывут на местной земле. Исландию часто используют как транспортный хаб. Ты даже не представляешь, сколько и какого именно добра периодически мелькает на местных складах под маркировкой «консервированные томаты». Или еще какая-нибудь хрень. Ядерные боеприпасы пока не возят, но лишь потому что их сложно найти на черном рынке. Все остальное — без проблем, когда обзавелся правильными связями.

Через три часа неспешной езды добрались до паркинга в Гульфоскафи, где посреди зеленой равнины стояли несколько одиноких домиков у края асфальтового пятачка. Тут и дожидались утра, чтобы выгрузить «Лань», попрощаться с водителем и его сменщиком. Как только трейлер с микроавтобусом укатили, Чак завел двигатель и ткнул пальцем в невысокую гряду на северо-западе:

— Нам туда. По буеракам еще где-то полтора часа, после чего заводим шарманку. Можно и отсюда, но болтать будет изрядно, да и зачем народ пугать.

Куривший на улице Луиджи помахал подкатившему туристическому автобусу и забрался внутрь. Пара наброшенных по бокам «протыкателя» полотнищ с эмблемами местного телевизионного канала послужат заодно неплохой маскировкой от любопытных глаз. Люди искусства покатили снимать очередной репортаж. Заодно вон как машину испохабили, сплошной стимпанк.

Переход на взгляд Ниро прошел штатно. Благо, Чак несколько раз перед этим прогнал по основным процедурам под запись: «сюда крутить, это дергать». Он даже разрисовал несколько общих схем на случай, если не дай бог что с главным водителем межмирового тарантаса случится. Но — докатились. Мигали лампы, минуты на две казалось, будто засунули в центрифугу и медленно крутили. Потом резко ударил по глазам яркий солнечный свет и протестующе лязгнула подвеска.

— Прибыли…

— Никогда не могу понять, как ты умудряешься притираться к поверхности, а не вылезать где-нибудь внутри горы.

Ниро выставил в крохотную амбразуру, заделанную резиновой заглушкой с дыркой, зонд газоанализатора. Черт его знает, какой дрянью дышать придется.

— Это особенность артефакта. Сначала он наводится на нужную точку, затем — на границу плотной среды. После чего выводит объект буквально над твердой поверхностью. Пока такую идею отладили, несколько машин разбили. Кто-то выпал на высоте больше километра, кто-то в самом деле в скалах попытался вылезти и в итоге получили серьезный бада-бум. Не ядерный взрыв, но что-то похожее. Кстати, именно поэтому над водой не рекомендуют скакать. Можно на лед вывалиться, или вообще система продурит и провалит на глубину в несколько сот метров. Конечно, «Лань» у нас не тонет, но она все же не подводная лодка.

Убедившись, что анализатор ничего криминального не показал, Ниро дал отмашку:

— Покатили. Постарайся определиться по твоему чертежу, чтобы мы подрулили с тыла. Затем — маски наденем и прогуляемся.

Насчет масок не шутили. Атмосфера пригодна для дыхания, а вот насчет какой-нибудь местной заразы — пока не известно. Все же, насколько Чак помнил, капитан Гард специально использовал базу для промежуточной остановки, дабы подстраховаться от переноса каких-нибудь новых болячек. Это Земля близко к Араргону, поэтому за счет прошлых контактов худо-бедно разнообразные заразы перемешались вместе с ходоками. В дальних же краях лучше побеспокоиться о себе, любимом.

И схема, восстановленная по памяти, показывала будущий оазис как эдакий вытянутый эллипс с небольшой скалой ближе к северной верхушке зеленого пятна. К центру — развернут вход. Охрану как таковую не несут. Поэтому вполне можно аккуратно припарковаться с другой стороны, обогнуть камни и посмотреть — как там обстоят дела в чужом хозяйстве. С минимальным риском поймать пулю, само собой. Но и не стоит забывать, что незванных гостей нигде особо не любят.

* * *

До оазиса добрались вечером. Как только вдалеке появилась прикрытая дымкой верхушка скалы и венчики пальм, тут же свернули за ближайший холмик, покрытый жесткой травой, и заглушили двигатель. Нужно было переночевать, чтобы с утра, при хорошем освещении, нанести визит. Ради этого проснулись еще до рассвета, осторожно сделали петлю и припарковались уже в кустах позади базы капитана Гарда. Экипировались, проверили, насколько плотно прилегают маски к лицам, после чего сдвинули боковую дверь и двинулись двумя парами: впереди Луиджи с Модесто, Ниро с Чаком замыкающими.

В отличие от полупустыни, откуда приехали, с зеленью в оазисе все обстояло просто прекрасно. Огромные пальмы с разлапистыми листьями, широкие папоротники высотой больше человеческого роста. И трава по колено, постоянно путающая ноги. Хотя гости особо не торопились, осторожно пробираясь вперед, поводя стволами автоматов из стороны в сторону.

— Тишина, — неожиданно подал голос Чак.

— И что?

— В дневниках Гарда, которые я читал, он жаловался на птиц, будивших каждое утро.

— Но насекомые летают. Может, все же приволок какую-то заразу, которая на попугаев подействовала?

— Не знаю… Кстати, вон тропа от пещеры к озерцу в центре оазиса. Причем через кусты. А правее дорожка, вымощенная камнями.

Гости притормозили и застыли перед большой поляной у южной части скалы, слившись с окружающей зеленью. Четыре пары глаз внимательно разглядывали все вокруг, подмечая каждую мелочь.

Первым о возможных неприятностях сообщил Луиджи, похожий на лысого колобка:

— Сдвоенное дерево с лианами на полтора часа от меня. Вижу пулевые отметины.

— Подтверждаю, — ответил Ниро, разглядев поврежденную кору в маленький бинокль. — Из чего-то серьезного лупили. Чак, что у Гарда было из стрелковки?

— Стандартные армейские карабины. Четырехзарядные, под тяжелую пулю. Новая обойма вставляется за пару секунд.

— Интересно, кого они там пытались прищучить?

— Пока не ясно. Но крови не видно.

Чак хотел еще что-то сказать, но Ниро в этот момент развернулся и нажал на спусковой крючок, всаживая одну бесконечную очередь в чуть шевельнувшиеся позади листья. По заранее отработанной схеме, Чак лишь вскинул свой автомат и приготовился страховать от возможных неприятностей прямо по фронту, дабы не мешать другим и не поймать шальную пулю. А сицилийцы уже вторили командиру, терзая что-то непонятное в зарослях коротким злыми очередями.

Листья папортника затрещали и на людей медленно вывалилась черная мохнатая туша, упав на траву и издав утробный хрип. Видимо, три ствола в упор смогли отобрать жизнь у неизвестного монстра. Одновременно с этим из распахнутых низких дверей пещеры выскочил еще один зверь, рыча на всю округу. Этого успел подловить Чак, влупив с перепугу прямо по оскаленной морде в двадцати метрах перед собой. Огромная голова мотнулась в сторону, брызнула кровь. Тут же подключился Модесто, с точностью часового механизма добивая противника. Луиджи контролировал тылы, Ниро менял магазин. Через секунду над оазисом снова повисла тишина, звоном отдающаяся в ушах.

— Минус два, — флегматично прокомментировал Луиджи.

— Что за?..

Ниро пристал, быстро осмотрел округу и снова пригнулся, чтобы зря не маячить.

— Первый раз такое вижу, — ответил Чак, стараясь унять дрожь. — Какая-то помесь гориллы и гиены. И раньше этого не было. Местный самый большой хищник — размером с зайца.

— Поместь — это да. Причем явно плотоядная… Плюс — мы знаем, в кого стрелял Гард. Минус — мы не знаем, откуда это и сколько их в округе.

— Как минимум один еще внутри, — сообщил Модесто, успев сменить позицию и подобравшись ближе ко входу внутрь. — Я слышал рычание.

— Плохо. Нам придется их выкуривать… Чак, там сколько помещений?

— По схеме был центральный зал и две комнаты по бокам. Пещера не очень большая, раза в два шире твоего центрального гаража. Но — я тот рисунок плохо помню, да и могли перестроить.

— Ладно, — Ниро сбросил рюкзак и достал оттуда связку серых цилиндров. — Будем надеяться, что эти гостинцы гадам не понравятся. Парни, штук восемь забросьте, пусть подышат. Чак — тебе вон туда, за тот ствол. Я правее. Луиджи с Модесто здесь. Перекроем накрест поляну огнем и подождем результатов.

Дымовые гранаты полетели внутрь одна за другой. Близко не подходили, но расстояние было маленьким, поэтому все подарки скрылись в темном пролете с изрядным запасом по скорости. Вскоре изнутри пещеры потянулись первые серые языки дыма. А потом вместе с яростным воплем наружу выскочила еще одна тварь, чтобы поймать в голову сразу три очереди и скувыркнуться рядом с убитым товарищем. Больше никто ни рычал, ни пытался выскочить.

— Заходим. Первая двойка, затем мы. Вам левая сторона, нам — правая. Тепловизоры включить…

Пещера в самом деле была не очень большой. Высокий потолок, множество стеллажей по бокам. И два проема по левую сторону. Прямо по центру стоял металлический дом на колесах — личный «протыкатель» господина Гарда. Причем центральные огромные ворота в пещеру явно делали с учетом его высоты. Правда, сейчас они были закрыты, наружу была лишь распахнута небольшая врезная дверь, через которую бывшие хозяева базы пытались отстреливаться от незванных гостей. Кстати, самого путешественника и членов его команды найти не удалось. Только обрывки уляпанной кровью одежды и несколько недогрызенных костей.

Закончив осмотр, Ниро приказал:

— Место для «Лани» хватит, загоняем сюда как можно быстрее. Луиджи, тебе радиоминами засыпать всю округу. Мало того, подходы к озеру помимо каменной тропинки перекрой растяжками. Зверям захочется пить, вот и подловим на этом. Судя по разгрому, тут было логово. Падальщики прикончили Гарда с людьми, теперь шляются по округе. Заодно всех птичек схарчили.

— Думаешь, еще остались? — Чак покосился на приоткрытую дверь.

— Скорее всего. Посмотри на бардак и кучи дерьма по углам. Гадили явно не три обезьяны, а куда как больше. Так что лучше подстраховаться.

* * *

Через два часа Чак закончил разбираться с судовым журналом и сообщил несколько новостей.

— Во-первых, намордники можно снять. Гард пишет, что никакой заразы не было. Они навещали старое знакомое место и здесь сидели уже долго. Обезьяны вряд ли что-то притащили с собой, это бы заметили.

— Хорошо. Что еще?

— Гард пытался копать старый город в джунглях в десяти слоях отсюда. Там на них и напала стая. Пишет, что на «протыкатель» поналезло больше сорока образин. Они стали ломать обшивку и капитану пришлось возвращаться сюда, не скинув их снаружи. В результате перехода штук двадцать оказались в этом мире. Они удрали, пока команда добиралась до оазиса, но вернулись примерно через неделю. Убили одного из матросов и, получив отпор, ушли обратно в пустыню. Мелькали вокруг, пытались подобраться поближе. Гарду удалось подловить еще одну, остальные стали осторожнее.

— Но все же люди не убереглись.

— Записей больше нет. Но мне кажется, Гард расслабился. Может, что-то пытался поставить вокруг в качестве охранного контура. Только зверье явно атаковало сверху, с деревьев. Дождались, когда дверь откроется и завалили массой.

Сидевший за раскрытым ноутбуком Модесто поднял руку:

— Я поднял дрон осмотреть округу. Вижу гостей. Пятнадцать морд идут с юга, плотной толпой. Будут у нас где-то минут через двадцать, может и раньше.

— Вот как… Луиджи, у тебя три минуты.

В наушниках прохрипело:

— Уже закончил, возвращаюсь. Кстати, с датчиками мы могли лопухнуться. Я же раскидал их по траве. Если кто будет скакать по деревьям, то сработают только объемные, установленные на воротах.

— Нам хватит. Давай в избушку, будем запираться. И думать, каким образом зубастиков на ноль помножить.

Когда ворота закрыли, Чак показал Ниро раскрытую на последних страницах тетрадь:

— Еще одна новость. Сложно сказать, насколько хорошая или плохая. Гард пометил, что у него остался рабочим только один артефакт, остальные раскрошились или работали уже нестабильно. Нестабильная работа во время перехода — это как раз шанс влететь куда-нибудь в глубь земли.

— Но один есть?

— Есть. И зарядки его хватит для нашей массы на пять прыжков, максимум шесть.

— До Араргона доберемся. И до пресловутого Дикого Запада.

— Да. Но хотелось бы иметь запас. А потом — путешествия между мирами закончатся. Если только кто-нибудь не сможет создать новые артефакты.

Снаружи долетел рассерженный вопль. Похоже, стая обнаружила трупы убитых соплеменников, которые свалили на краю оазиса.

— Знаешь, проблемами отдаленного будущего мы сможем заниматься позже. Намного позже. Главное для меня здесь и сейчас — мы получили неплохую сдачу и на руках как минимум пара козырей. Поэтому сначала разберемся с пришлым зверьем, а потом вернемся к тебе домой.

Вторя его словам, долетел громкий взрыв, а следом визг раненных обезьян.

— О чем и говорю. Нас ждет долбаное сафари…

Глава 7

Поправив тяжелый мешок на плечах, Конрад Варга посеменил вдоль пристани, вливаясь в цепочку таких же грузчиков. Когда ты без работы, пенсии и с дырой в кармане, то ухватишься за любую возможность: хоть тяжести таскать, хоть двор подметать. Кстати, дворником просто так еще и не устроишься, на это место протекцию надо иметь. Хорошо еще, что удалось по старой дружбе с хозяевом бывшего пансиона договориться и тот выделил клетушку отставному капитану. Не за просто так, само собой, а за мелкий ремонт разнообразного хозяйства. Кому кран с горячей водой подтянуть, кому умывальник перекошенный поправить, для кого забившийся нужник прочистить. Вот этим и приходилось по вечерам заниматься. А чтобы брюхо набить — это уже в порту, подай-принеси. Платят гроши, но хотя бы обеды за счет нанимателя, что уже большой плюс.

Аккуратно уложив мешок в вереницу ему подобных, Конрад развернулся и легкой рысцой двинулся назад, к складу. Сегодня срочный заказ, капитан баржи не стал переплачивать за стоянку, посчитав выгодным отсыпать чуть больше бригаде грузчиков. И пока портовые власти не приперлись с желанием содрать штраф, надо успеть груду разного перекантовать и на реку убраться от загребущих лап подальше. Поэтому — бегом, ленивые крысы, бегом! Премию еще заработать надо!

Получив вечером две кроны, Варга прихватил завернутый в грязную тряпицу ужин и побрел на выход из порта. Но буквально у самых ворот его неожиданно перехватил Радович, довольный жизнью, с легким запахом хорошего коньяка и в скрипучем новом реглане:

— Капитан! Вот так встреча!

— Хватит подкалывать. Летаешь у нас лишь ты, я же теперь навсегда к земле прикован.

— Не нуди, Конрад. Если бы не тот дурацкий порыв ветра, ты бы сейчас развозил дознавателей по степи, а я глотал дерьмо в ближайшей канаве. В отличие от тебя, у меня нет стального стержня, из-за которого одного сукина сына никогда в бараний рог согнуть не могли. Кстати, я теперь в бригаде единственный капитан. И через неделю переводят ближе к столице. Сюда выпихнут очередных бедолаг с новыми птичками. Будут искать остатки жулья, которое тебя с небес ссадило.

Похоже, Радович был изрядно пьян, потому как приобнял бывшего сослуживца и жарко дышал в ухо, с трудом наводя резкость на ближайший сарай:

— Ты не думай, я не дурак, знаю… Знаю, кому можно что сболтнуть, а кому ни-ни… Но у меня тут проблема… Местные расклады знаешь?

— В порту? Немного знаю.

— Тогда слушай, Конрад. Мне пообещали ящик отличного вина за вполне резонную цену. Но боюсь, что в итоге останусь без денег и без ящика. Не проводишь? С меня — пять крон, могу заплатить прямо сейчас…

— У кого брать хочешь?

— Какая-то «Цапля».

Подхватив готового завалиться капитана, Варга вздохнул и покрутил головой. Заметив пацаненка, сидевшего на заборе, свистнул ему и жестом изобразил один из принятых среди местных знаков.

— Десять геллеров есть?

— Мелочи полный карманы, держи… А зачем?

— «Цапля» последней на пирсе стоит. Боюсь, тебя развезет раньше, чем доберемся до места. Так что десятку мальцу, чтобы извозчика нашел. И крону-другую за то, чтобы потом еще домой доставили. Местные не жадных покупателей ценят, не трогают… Эй, давай сюда!..

На борту небольшого корабля Радовича приняли как родного. Провели вместе с сопровождающим в каюту, налили вина на пробу и продемонстрировали ящик, где между пучками соломы торчали бутылочные горлышки. После чего тщательно пересчитали деньги, вернули лишнее и пожелали всего самого наилучшего. Крупный лысый мужчина позвал пару матросов и ткнул пальцем в абсолютно довольного жизнью клиента:

— Господина в коляску со всем почтением. И ящик туда же. А извозчику флягу с ромом передайте, чтобы помог потом разгрузить, где положено…

Конрад хотел было пойти следом, но здоровяк его неожиданно тормознул, почесывая голую грудь под расшитой узорами жилеткой:

— Я тебя вроде в порту видел. Не напомнишь, где?

— У Сизого в бригаде уже две недели.

— Точно. Там… А что на моем столе заинтересовало? Рожу вон какую скривил.

Мда, проще надо быть, Конрад. Проще. Капитан в момент тебя срисовал. И может так статься, что с корабля пинком под зад отправят.

— Сектант у тебя кривой. Углы брать — погрешность большая выйдет.

— О как. В астрономии понимаешь? Откуда?

— Бывший офицер воздушного флота.

— Бывший?.. Подожди, так это тебя на болотах уронили?

— Меня, — насупился Варга, собираясь свернуть неприятный для него разговор.

— Хм… Слушай, а поужинать вместе не хочешь? Я бы про небеса с удовольствием послушал. Ни разу туда не поднимался, даже когда на ярмарке катали. Страшно… Твоего приятеля до дому доставят в лучшем виде, не волнуйся. С тебя же — рассказ, с меня — уха и рыбные пироги.

— Так у меня уже есть ужин, — Конрад помахал свертком.

— Сухая корка и завонявший сыр? На завтрак оставишь, если хочешь… Ну что, не против хлеб преломить? Или мы слишком низкого полета птицы для благородного господина?

Бывший командир погибшего «Левиафана» вздохнул:

— И где благородных видишь?.. Ладно, рассказ на уху — хорошая сделка. Только не надейся, что лишнего сболтну. Не все рассказывать положено, даже вне армейских харчей.

— А мне секреты без надобности…

После третьей кружки забористого самогона парочка перебралась на корму, где устроилась на канатных бухтах и вполголоса обсуждала разные полезные приемы навигации и доставки грузов по болотам и извитым протокам. Матросы после ужина отправились на боковую, лишь вахтенный поднял сходни и теперь курил ближе к рубке, изредка поглядывая на босса.

— Тут главное, не торопиться. Если чуть двигателем перебрал, то понесет вслед за течением и бортом как раз о болотину зацепишь. Ладно еще, если лишь наносной островок, иногда и каменные огрызки попадаются. Тогда — пропорешь брюхо, без вариантов…

— Да, двигатели всегда надо беречь. Они, сволочи, после ста часов работы под разборку. Мне еще везло, что Ларда умудрялся детали доставать и шаманил не переставая. Без него на приколе бы стояли…

— Но по реке ходить скучно. Места много, народ по берегам жмется. Знай только таскай грузы из одного поселка в другой.

— Или контрабанду. Как вино, которое Радовичу продали.

— Дружку твоему? Контрабанду? Ты меня смешишь… Вино хорошее, без дураков. Но такими мелочами заниматься — не мое. Перед таможней кто-то откупился, вместо штрафа полста ящиков отдал. А те на продажу выставили. Я подешевке пять взял. Где презентовать хорошему человеку, где продать. Вот летуну твоему, например. Десять крон сверху — мои, не отдавая якорь. Там десять, тут десять — и уже в кошельке позвякивает… Но таскать подобное — фу, обижаешь. Я лучше настойку сделаю… Хороша, кстати?

— Хороша… Как в голову дала, а? Аж звенит. Все понимаю, а ноги уже и не ходят… Ларда такую же гнал, земля ему пухом.

— Ладра? Почему не знаю?

— Механик мой. Там на болотах вместе и упали. Я выжил — а почти весь экипаж всмятку…

Достав объемную бутыль в оплетке, Брайдель налил себе и бывшему капитану:

— Не чокаясь. За всех, кто сгинул…

Отдышавшись, чуть позже поинтересовался:

— Слушай, Конрад. Ты вроде мужик правильный, в навигации шурупишь и вообще. Чего же с небес-то осыпались?

— Генерал подгадил. Сказал — надо контрабандистов разбомбить. Бомбы подвесили — и полетели. Летели-летели, летели-ле… Что-то кренит меня, как тогда. Но мы на курс хорошо встали, как по ниточке шли. Спустились пониже, чтобы точно накрыть. Три голубушки, там бы даже щепок не осталось.

— И?

— А с корабля по нам чем-то саданули, да так, что кишки в разные стороны. Половину «Левиафана» в труху. Вот мы и повалились. Я еще успел подарки сбросить и чуть в сторону падение направить, иначе бы нас вообще на куски разметало. Когда из-под обломков выкарабкались, двое тяжелых, да мы со штурманом словно беременные тараканы еле ползали. Из восемнадцати человек.

— Восе… Великие боги, а я еще удивлялся, чего это на верхотуру взбираться не хотел… Теперь думаешь, как стрелков найти?

Варга допил остатки самогона и печально усмехнулся:

— Смысл какой? Я хотел их убить, они огрызнулись. У них получилось лучше. Знал бы заранее, что может прилететь, ухлопал бы с высоты. Шансы были… Это война. Солдат на другой стороне обычно воспринимаешь как мертвецов. Так на курок нажимать легче. А вот генерала нашего я бы отдельно спросил. И тех хитрозадых, кто ему это тухлое дело подсунул. Ведь знали, что не простое жулье бомбить полетим. И что эти ребята за пару дней до вылета другую лоханку разобрали буквально на куски, хотя там охраны была толпа… Так что не думаю, капитан. Просто тяну оставшееся, что судьбой отмеряно. Служить больше не возьмут, волчий билет до конца дней. А кроме как воевать, я другого толком и не умею.

Окончательно захмелевшего гостя уложили спать под навесом, благо, ночи стояли жаркие и народ старался по возможности в трюме лишнее время в духоте не мучаться. А утром, после завтрака, Брайдель подозвал Конрада и выложил на стол кучу различных инструментов:

— Это все знаешь?

— Само собой. Штурман у меня был хороший, но иногда с гулянки косячил, поэтому я регулярно счисления делал и проверял, как курсы проложены.

— Тогда у меня есть предложение. Старпома ищу. Чтобы на вахте мог подстраховать, навигацию знал. Ходить скоро и по озеру будем, там контракты жирнее. А это — человека на подмену искать надо. И твой волчий билет вместе с огромным зубом на тебя у разномастных дознавателей — большой плюс при найме. Есть желание попробовать?

Покрутив в руках астролябию, Варга аккуратно положил на место и уточнил:

— Грузы-то не все таможней одобренные будут? Если где прихватят, то на каторгу?

— А мы постараемся, чтобы не прихватили. Я даже больше скажу, в порту нет ни одного капитана, кто бы чем-нибудь подобным не развлекался. Просто кто-то наглеет, а я стараюсь чужие мозоли не оттаптывать.

— Понятно… Мой дед подальше от столицы перебрался в свое время, тоже любил кое-что по-мелочи мимо таможни протащить. Отец этим в лавке торговал. И оба радовались, что я другой дорогой пошел… Видимо, на роду написано только этим заниматься.

— Значит, судьба, — пожал плечами Брайдель и повторил: — Подумай. Если решишь, мы до выходных здесь. Оклад — пятьдесят марок в месяц и две доли с любых премиальных.

— И без испытательного срока?

Капитан фыркнул:

— Зачем мне кого-то испытывать? Либо можешь и делаешь, либо в рыло получишь и заставлю переделать, коль накосячишь. Вот и все расклады.

Конрад посмотрел на сгрудившихся у начала пирса работяг, подумал и согласился:

— Я сегодня еще доработаю, обещал Сизому с ящиками на чердаке разобраться. А завтра уже с барахлом к тебе.

* * *

Первую проблему со зверьем решили достаточно радикально. Термитными шашками у самого верха огромных ворот прожгли пару дыр, туда же подтащили один из стеллажей, оборудовав подобие длинной наблюдательной площадки. После чего из получившихся амбразур Модесто одиночными добил подранков рядом с озерцом. Прямо от маленькой дверки тот участок перекрывали папоротники, а вот сверху туши на заляпанным красными пятнами песке были видны и прекрасно дырявились. Минус три твари. Еще одну выцелил в кустах, откуда помесь гиены и гориллы пыталась подглядывать. На следующее утро пятую дурную тварь сшибли с пальмы, куда зверюга взобралась в надежде повторить прошлый фокус с атакой открывшихся дверей.

Следующим наступил черед небольшого автоматизированного робота на гусеницах. Как пояснил Ниро, он всегда мечтал опробовать этого уродца в деле, но с людьми подобного рода машинерия жила крайне недолго. Поэтому на аппарат уложили пачку брикетов пластида с детонаторами и уложенными поверх пакетами со стальными шариками. Выпустили наружу, не забыв закрыть дверь, и разложили «подарки» так, чтобы перекрыть взрывами всю площадку перед воротами.

После обеда закончили баррикадировать маленькую дверь и загремели внутри, будто собираются наружу. Луиджи сменил Модесто наверху и сквозь прикрытую сеткой амбразуру наблюдал за происходящим снаружи.

— Есть движение. Умные, заразы, за стволами прячутся. Видимо, на них и в родном мире охотятся, раз так быстро сообразили про опасность стрелкового оружия.

— Так. Дергай за веревку, мы якобы выходим.

Дверь приоткрылась, наружу выпал слепленный из одежды манекен. Не дожидаясь, когда из проема покажутся остальные «люди», из кустов метнулись огромные туши, огласив округу рычанием. Один монстр даже успел вломиться головой в раскрывшийся дверной пролом, заставив загудеть приваренные металлические листы. Не давая возможности разобраться, что четверка умников внутри горы устроила ловушку, активировали взрыватели. И снаружи развергся ад.

Самодельная шрапнель прошивала тела, крушила кости и дырявила деревья. Ворота снаружи покрылись отметинами оспин. Благо, изнутри они были так же укреплены, явно в расчете на возможную атаку, поэтому, кроме шума в ушах, никто из команды не пострадал.

Луиджи добил тварей, которые не успели завывая удрать, после чего пересчитал погибших и озвучил итог:

— Еще пятеро. Минимум пара подранков, но точно не скажу, ускакали бодро.

Ниро довольно поставил на листочке «Потери противника» новые палочки и заявил:

— С квадра насчитали пятнадцать рыл. В первых заход убрали пятерых, сейчас столько же. Последняя пятерка явно оттянется подальше, откуда прямо с дверей не видно. Что же. Подождем. Заканчиваем сегодня с ремонтом и накопителями, завтра продолжим веселье. Думаю, поставим на робота тепловизор и прогуляемся по округе. Ранним утром еще можно среди кустов что-то заметить.

— Прибьют, — поморщился Чак. — Вон какие бодрые.

— Нам главное понять — они отошли в пустыню, или здесь лазают. Попутно вывалим кучу тухлятины у озерца, нафаршировав снотворным. Все равно запасы погибшего Гарда пропали, так хоть пусть делу послужат.

— И что потом?

— Скорее всего подранки попытаются этой дрянью полакомиться. Мы их потом добьем. На робот еще мину приладим. Если кто-то вздумает поломать — хлебнет неприятностей. Затем пополняем запасы воды и можно убираться отсюда. На полноценную атаку оставшихся вряд ли хватит. Да еще можно с дрона гранату на голову кинуть или ракету пустить, если рядом будут крутиться. Думаю, вряд ли после такого отпора зверье захочет нас преследовать.

Чак скорчил недоверчивую рожу:

— Это пока неизвестно. Тем более, что жрать монстрам особо нечего в округе. Именно поэтому стая и убегала так далеко, искала хоть что-нибудь схарчить. Наоборот — как только мы поедем, наверняка сунутся следом, просто будут следить издалека. А до точки перехода нам пилить двое суток. Значит ночью обязательно на зуб попробуют. И отбиваться на голом пятачке вместо пещеры — можем вляпаться.

— Ночью они будут как на ладони.

— Там полно промоин, овражков и прочего. Могут подобраться. Я бы постарался их все же добить здесь.

— Если сможем здесь — отлично. Не управимся за завтра, значит будем посматривать по дороге. У тебя полутора суток, чтобы все хвосты подтянуть. Если нужна помощь — зови меня. Парни пока на фишке будут.

Сидевший в кресле Модесто отсалютовал банкой пива Луиджи и крикнул:

— Ты там остатки в одиночку не прибей, нам на завтра оставь!

— Постараюсь… Хотя мне пока эта война нравится. Оружия любого — хоть Банк Италии штурмуй. В ответ не стреляют, лишь скалятся. Коррида, одним словом.

* * *

В шесть утра робот выкатился снова, протащив за собой подобие телеги, с верхом забитое вываленными из чужих банок кусками мяса. Большую часть из них Ниро успел нафаршировать снотворным, которого набрал целый ящик и потом никак не мог сообразить, зачем ему двадцать килограммов дряни, способной свалить с копыт любого здорового мужика. У ближайшего куста была выброшена маленькая панорамная камера с чувствительным микрофоном — для контроля ситуации.

Отцепив манипулятором телегу, робот поехал дальше по тропинке, проложенной бывшими хозяевами. На ноутбук транслировались несколько картинок. Цветные — с камер управления. Черно-зеленая — с тепловизора. Миновав большую часть пути, почти у самого дальнего конца оазиса удалось наконец нащупать возможное лежбище.

— Два пятна. Третье — может быть, но смазано. Вон там.

— Поближе подъехать сможешь?

— Попробую. Вроде между этими кустами…

Закончить Модесто не успел, потому как мелькнула смазанная тень и вместо картинок пошли помехи. Ниро тут же даванул кнопку и издали донесся сначала глухой звук взрыва, а затем вопль.

— Что же, наш боец пал смертью храбрых. Подождем, как там с приманкой получится. Кстати, Чак. Не знаешь, на верхотуру можно забраться?

— Вроде да. Слева были сделаны скобы. Иногда по ним кого-нибудь из матросов отправляли округу осмотреть.

— Тогда после обеда проверим, насколько ближние подступы безопасны и как верхушку горы можно использовать.

Протухшее мясо твари попробовали уже после обеда. Причем сначала на трех лапах проскакала одна, опрокинув телегу и удрав в кусты. И лишь через десять минут, убедившись в безопасности угощения, подтянулась вторая.

— Видно плохо, но похожи на подранков, — сообщил Луиджи, успевших отдохнуть и снова взобравшийся на насест. — Кстати, дальше в папортниках было шевеление. Так что запросто еще кто-то может там сидеть.

— Может, вожак стаи самых слабых послал на разведку? — предположил Ниро, заканчивая проверять разгрузку. — Как в крысиных стаях. Больные и увечные пробуют еду. Если сдохли, остальные обойдут и даже не притронутся. Хорошо еще, что таблетки без вкуса и запаха.

— Может и так. Но пока вижу двоих. Обедают.

— Пусть жуют. Через полчаса можно будет выходить.

Вышли через сорок минут. Причем Луиджи страховал через амбразуру от возможного нападения, а Чак осторожно рулил выпущенным дроном, которого выпустили вперед. Покрутившись над полянкой, аппарат поднялся выше и Ниро услышал первый доклад:

— Вижу две туши за озерцом, в кустах. Видимо — спят. Еще остатки одной — у южной части оазиса. Возможно, эта гадина получила свое от взрыва робота и ее доели. И еще пара отошла метров на пятьсот и сидит, разглядывая округу.

— Больше никого нет?

— Пусто, будто вымерло.

— Скорее, выжрано все вокруг… Модесто, твой выход.

Сицилиец нашел широкие железные скобы, вбитые в скалу, и начал подниматься. Через пять минут подтвердил данные разведки:

— Есть пара. Шестьсот семь метров до них. Первую точно зацеплю, вторая корпусом чуть прикрыта, не попасть.

— Вали первую, я Чака сменю. У тебя две минуты.

— Жду отмашку.

Прикрыв двери, командир крохотной группы наемников отобрал ноутбук и повел дрон еще выше, стараясь зайти со стороны солнца на последних недобитых монстров.

— На позиции, тебе зеленый.

— Понял. Работаю, — отозвался Модесто.

На картинке было видно, как одна крохотная фигурка подскочила, сиганула в бок и попыталась бежать, волоча задние лапы.

— Подранка добей, второй мой.

Еще через пару мгновений раненная тварь дернулась и окончательно рухнула в песок. Дрон же продолжил лететь за последним монстром, который мчал прочь, умудряясь при этом менять направление.

— Умный, зараза. И на их явно охотились, вон как правильно удирает.

— Как будем ловить? — спросил Чак, невольно поддавшись азарту преследования.

— Я подвесил пару игрушек. Танк расковырять или машину вряд ли получится, но вот багги или мотоцикл накрыть — уже неплохо. Там разрывные головки с тепловым наведением. Причем очень хитрые чипы стоят, израильтяне постарались. Они так абреков гоняли. Наводим на цель, включаем захват… Вот, сигнатуру считало, теперь хоть пустыня, хоть арктика, наш гостинец не ошибется. Дистанция плевая, ракеты расчитаны на три километра, а у нас меньше четырех сотен метров. Поэтому пуск первый… А теперь для надежности и второй…

Через минуту дрон завис над тем, что раньше было явно вожаком истребленной стаи. Ракеты порвали тело на куски, раскидав лапы в разные стороны.

— Вот так… Модесто, ты наших спящих красавцев сверху видишь? У Луиджи обзор не очень.

— Одного неплохо, второго только часть.

— Добей по ним пару обойм, а я пока подгоню вертушку назад. Времени как раз хватит, чтобы Чак помониторил, а я тебя внизу подожду. Затем дочистим, запасемся водой и будем готовиться к завтрашнему выходу. Вроде все дела решили, можно и отправляться дальше.

* * *

После перехода на Араргон попали в дождь. Причем такой, что не было видно ничего буквально на расстоянии протянутой руки. Благо, вывалились на крохотном холме, верхушку которого венчали древние развалины. От стоявшего когда-то здесь дома остались лишь россыпи редких булыжников и мощеная небольшими плитами площадка, на которую и притерлись гусеницами. Хорошо еще, что установили их в первый поход на «Цапле» — лазать по болотам на шипастых колесах оказалось не очень-то удобно. Правда, ресурс у металлических лент не так, чтобы очень большой, но и мотаться много и далеко не собирались.

— Куда теперь?

— Здесь место очень удобное. В километре отсюда есть замаскированная стоянка контрабандистов. Ей давно не пользуются, но вырубленная в холме пещера нам отлично подходит. Мало того, там должен грузовик стоять. Мы с отцом захоронку делали. Как погода чуть улучшится, доберемся до стоянки, оставим «Лань» и оживим колымагу. На грузовике доберемся до ближайшего поселка, это два часа езды. Тут фактически тупик. Бывшие каменоломни. Одни из рукавов реки удобно сюда подходит, вот и выживают фермеры за счет того, что проходящим кораблям продовольствие и свежую зелень продают. Иногда кочевники забредают, но так как у половины родня, то никого особо не трогают.

— Нас не зацепят?

— Не должны. Я там одного старика неплохо знаю. Сторгуемся на грузовик. В поселке станция светового телеграфа, по нему отправим сообщение. Потом дождемся Брайделя и уже в удобном и неприметном месте перебросим «протыкатель» на корабль.

— Понятно. Но ты все же нас поднатаскай — как с местными разговаривать, кому лучше в глаза не смотреть, в каких случаях валить наглухо.

— Само собой. Вроде дождь заканчивается, можно отправляться. Почта каменистая, не завязнем. Пока с грузовиком возимся и отдыхаем, я вам местные расклады расскажу. Ну и с утра — в гости.

Поселок явно знавал лучшие времена. Краска на большинстве домов облупилась, на въезде в небольшом овраге валялась куча мусора. Похоже, все жители сговорились и любое отжившее свой срок барахло складировали здесь.

Грузовик, похожий на разлапистую четырехколесную сноповязалку, пропылил по широкой улице, миновал пару проулков и направился к стоявшему наособицу дому с высоким забором.

— Тиллард, не перепутай. Высокий, худой, борода длиннющая, обычно конец в штаны заправляет, чтобы не мешалась. Как минимум двое внуков уже своими бандами обзавелись. Попутно скотом торгуют или угоняют у рулдомэрских фермеров, если зазеваются.

— Помню. Кстати, говори чуть медленнее. Хоть ты меня и натаскивал на местное наречие, но я пока на слух плохо воспринимаю. Про парней и вообще речи нет: есть, пить, спать. Вот и весь набор.

Закатив в открытые ворота, Чак медленно притормозил и остановил пропыленное чудо местной инженерной мысли буквально чуть-чуть не воткнувшись бампером в крыльцо. В распахнутое окно выглянула молодая женщина, выпучилась и исчезла, будто ураганом сдуло. Загремела посуда, мяукнул кот, судя по высказанному недовольству, явно попавший кому-то под ноги. Наконец на крытую веранду вышел хозяин дома. Худой как щепка высокий старик остановился на верхней ступеньке и стал исподлобья рассматривать незванных гостей. Переводил взгляд с одного лица на другое, пока не остановил на Чаке. Тот поднял огромные очки-гоглы на грязный лоб и усмехнулся:

— Говорят, твоих парней пытались отловить по дороге к побережью. Но один добрый человек успел вовремя шепнуть хозяину клана и глупые ищейки остались с носом.

— Это уже давно поросло бурьяном, нашел что вспомнить. Зато я слышал новую байку. Будто сын хорошего человека перестрелял толпу бездельников на болотах, после чего ушел в степь и там сгинул. Егеря даже нашли один из золотых слитков, оставшихся с разграбленной добычи. Неделю как угомонились, а то все за вольными гонялись и норовили в любой глухой угол нос сунуть… Зачем покойник пожаловал?

— Надо тихое место, где с ребятами отдохнем. И весточку в город послать.

— Платить чем станешь? Только золотом не надо, сейчас от этой дряни народ шарахается, как от проказы.

— Грузовик могу подарить. Возьмешь?

Спустившись вниз, Тиллард обошел вокруг, попинал колеса. Затем взобрался в кузов и попрыгал.

— Э, убитый совсем. Рессоры под замену. Даже со мной болтается, как дерьмо в помойном ведре.

— Ты еще скажи, что морда битая и борта красить придется.

— Само собой придется. Я что, дурак? Старый хозяин увидит, жаловаться побежит.

Помрачнев, Чак выбрался из-за руля и провел ладонью по деревянному крылу:

— Не побежит, Тиллард. Не побежит… Отец еще покупал. С караванами успели буквально пару раз по местным дорогам прокатиться… Так что можешь не перекрашивать.

Еще больше нахмурившись, старик выбрался обратно на землю и ткнул пальцем в большой сарай в другом конце двора:

— Сеновал вам уступлю. Мои на выпасе сейчас, вернутся лишь через неделю. В поселке никого почти и не осталось, все по делам разъехались. Так что пиши свою весточку, я схожу и отправлю после обеда. И главное, зря глаза не мозольте, а то вдруг какой патруль сдуру занесет.

— Само собой. Отлежимся, да потом дальше отправимся.

— И еще. У меня полный дом молодых и дурных баб, которым черти-что в голову может втемяшиться. Если хотя бы пальцем какую тронете, я не посмотрю на старое знакомство, в ближайшем овраге прикопаю.

Ниро поднял правую ладонь и пообещал:

— Сидим тихо. Никого не трогать. Давать слово.

Еще раз покачав борт, Тиллард почесал бороду и хмыкнул:

— Однако, веселых обормотов ты себе набрал. Горцы? Или еще откуда?.. Хотя, лучше не отвечай. Спать буду лучше…

* * *

— Мы ознакомились с вашим отчетом и хотим задать несколько вопросов.

В этот раз Стапп отвечал сидя. Командировка по проклятым пустошам вымотала старика и он еле передвигался. Поэтому хозяева Шелста снизошли до того, что позволили проштрафившемуся бывшему Хранителю примоститься на небольшом стуле.

— Да, конечно. Что именно вас интересует?

— Что из похищенных ценностей удалось найти?

— Было проверено четырнадцать стоянок кочевников, удалось перехватить одну из банд. Нашли золотую цепочку, которая подходит под описание. Еще два золотых слитка. Номера проверили по ведомости — это та же самая партия, которую отправляли с разграбленным кораблем.

— Что сказали пленные?

— К сожалению, егеря перестарались. Бой был тяжелым, бандиты отбивались из всех стволов. Допросить удалось лишь одного раненного, который умер через несколько часов после захвата. Рассказал, будто золото досталось после налета на одно из стойбищ. Большая часть того племени откочевала еще дальше на юг, подальше от облав. На сегодняшний момент это все, что удалось найти.

— Немного… Но зато мы подтвердили главное. Налетчики уничтожены, кочевники с награбленным обнаружены… Вы хорошо поработали, Стапп. Вот только использовать вас в дальних поездках явно нерационально. Здоровье уже подводит. Поэтому с этого момента вы займете новую должность в архиве. А поиски продолжит другой человек. Ему мы в помощь сумели перебросить из столицы свежий полк летунов с четырьмя дирижаблями. С их поддержкой это племя быстро обнаружат.

Домой бывший Хранитель ехал в паланкине, наплевав на цену. Трястись в коляске по брусчатке совершенно не хотелось, а уж ползти пешком — пусть молодые развлекаются.

В архив? Всегда пожалуйста. Связи остались, он будет держать руку на пульсе. И еще спляшет на костях идиотов, кто поспешил перехватить у него инициативу. Пусть побегают, поищут липовый клан. Этих кланов, банд и одиночек по степи — тысячи. Зато всего лишь два вовремя подброшенных золотых слитка из личного неприкосновенного запаса отвели угрозу возможного разоблачения и подарили столь необходимое время.

А утраченный пост? Ну что поделаешь. Найдет себе другой, менее проблемный. Пирамида власти в Шелсте огромна и запутана. Всегда можно использовать обходные пути, чтобы взобраться повыше. С его то опытом. И памятью. Особенно с памятью. Потому что Стапп никому не прощает ни унижений, ни попыток отодвинуть в сторону. И обязательно поквитается.

* * *

На сеновале просидели три дня. Причем ответ из Рулдомэра принесли буквально на следующий день, как отправили телеграмму. Но Тиллард настоял, чтобы гости остались у него, а не торчали в степи:

— Нас как перетряхнули, так тихо стало. Чужаков нет, свои давно по головам пересчитаны, поэтому егеря особо не лютовали. А вот на пустошах тиранят каждого. Поэтому здесь сейчас самое безопасное место. Завтра вечером я вас отвезу, куда нужно, дальше уже сами. Ну и продуктами снабжу в дорогу.

— Спасибо. Я не забуду.

Ткнув костлявым пальцем в грудь Чаку, патриарх вольных фермеров попросил:

— Это еще решить надо, кто кому больше должен. Но я буду рад, если ты снова как-нибудь заглянешь в гости и мы сможем всем семьей накрыть стол. Не сдохни там, решая проблемы.

Как и договаривались, четверку подбросили поздним вечером до бывшей стоянки контрабандистов. Дождавшись, когда грузовик упылит обратно, Ниро с парнями быстро проверили округу, после чего «Лань» вывели из пещеры и покатили к реке, до которой было около часа пути. Там протиснулись в камыши и выбрали место, откуда просматривался маленький заливчик с кособокой пристанью.

— Ждем, — дал отмашку Чак. — Брайдель обещал быть к утру. Забросит нашу малышку в трюм и пойдем на север, мимо города. Я так понимаю, у него какой-то заказ на побережье, вот по дороге туда и обговорим, что и как.

— Хвост не притащит?

— Не должен. С его новыми документами и друзьями вряд ли проблемы теперь должны быть.

Но насчет проблем Чак явно ошибся. Потому что когда в четыре ночи на реке показался знакомый корабль, Ниро сумел в ночник разглядеть толпу вооруженных людей на палубе.

— Десять, двенадцать… Пятнадцать или даже больше. И вроде в униформе все. Егеря… Вот тебе и тихая незаметная встреча.

Глава 8

— По четыре человека на каждого из нас. И я еще стреляю паршиво, так что вообще расклад никудышный, — Чак опустил позаимствованный у Ниро ночник и тихо чертыхнулся. — Вот как так, на чем Брайдель мог проколоться? Ведь это даже не обычный разъезд, это егеря. У них подготовка намного лучше и кровь пролить не боятся.

— Ты подметил главное, но вывод сделал ошибочные, — компаньон сидел рядом, нахохлившись, стараясь не производить шума. Все же двое одетых в черное мужчин на крыше «Лани» в глубине камышей для людей на корабле не существовали. И обнаружить их можно только в том случае, если бы кто-то из парочки вздумал стрелять или начал размахивать факелом.

— Почему?

— Потому что наш бравый капитан прощается с егерями, как с лучшими друзьями. А учитывая их круг задач, наверняка он или сам взял, или ему навязали этот рейс. Выгоды никакой — по этому притоку ходят лишь те корабли, для которых есть грузы в степи. А вот высадить в глухом углу разведгруппу ночью, чтобы она могла не привлекая внимание выдвинуться в нужный район и начать отслеживать кочевников или еще кого — в это я поверю.

— Думаешь, не по нашу душу?

— Скорее всего. Давай еще вспомним, что встреча назначена сегодня на вечер, это просто мы с запасом приковыляли для подстраховки. Так что предлагаю посидеть, посмотреть.

Ниро оказался прав. Корабль аккуратно притерся к кривому причалу, по сброшенным сходням сначала свели коней, потом егеря разобрали снаряжение и по одному ушли вверх на берег. Еще через полчаса все стихло, лишь «Цапля» продолжала стоять, да по палубе бродил вахтенный, разглядывая медленно сереющие сумерки и дожидаясь, когда появится солнце.

Еле слышно прошуршал камыш — в борт «протыкателя» уткнулась надувная лодка, на которой Луиджи вернулся из разведки:

— Солдаты разослали охранение и ушли в степь. Я проверил — никто назад не вернулся и в нашу сторону даже не смотрит.

— Отлично. Давай попробуем опознаться, что зря время терять.

Капитан Брайдель не успел докурить трубку, когда появившийся из серой хмари вахтенный ткнул пальцем направо:

— Огонек видел. Сделали два круга в одну сторону, затем один в другую.

— На носу зажги два фонаря, затем через минуту третий на веревке и спусти за борт. С той стороны принимать будем. И парней поднимай, время.

Из рубки высунулся старпом, почесал щетину и поинтересовался:

— Сходни снова спускать?

— Нет, краном воспользуемся.

— Так лошади крана испугаются.

— Эта лошадь ничего и никого не боится.

Со стороны камышей послушался треск, затем еле слышно затарахтел двигатель и к правому борту стал подгребать металлический уродец, опутанный трубами. Сверху у распахнутого люка стоял мужчина в черном костюме, еле заметный в легких клубах утреннего тумана.

— Здорово, старший, принимай хвосты.

— А где приятель мой?

— Рукояти дергает, никому столь важную работу доверить не может. Это лишь мы: подай-принеси.

Команда работала слаженно, привычно помогая набросить тросы на проушины и выбирая свободный ход для крана. От возможных соглядатаев с близкого берега прикрывал левый борт, а когда мокрую тушу «Лани» опустили в распахнутый зев трюма, заработал двигатель и Брайдель повел посудину в обратном направлении. Через десять минут в тайной бухте никого не осталось.

* * *

Когда наконец поднялось солнце, «Цапля» оставила позади изрезанные эрозией склоны и теперь мимо тянулись редкие рощицы, сбегавшие поближе к воде. До Рулдомэра больше суток неспешного пути, но капитан не собирался останавливаться. У него был груз для побережья, туда и пойдет.

— Егерей власти навязали? — спросил Чак, успев переодеться в поношенную робу и теперь доедающий вторую тарелку каши с мясом.

— Они. Как телеграмму получил, то в портовой управе взял контракт для артели в Чикуине. Ящики с одеждой, инструментом, барахлом для промысла. Обычно такие рейсы своим предлагают. Ничего в дороге не испортится, можно по личным делам еще куда-то заглянуть. Поэтому в довесок предложили или продовольствие на точки забросить, или егерей сюда доставить. Я там для виду поломался, потом согласился на солдатиков.

— С форпостами связываться — это гиблое дело. Они каждую банку общупают, на зуб попробуют и все равно найдут к чему придраться. Бумаги не подпишут и тебе же потом отдуваться, — согласился Чак. — А я поначалу подумал, что вас в оборот взяли.

— Не, у нас все ровно. Положенное плачу двум мамкам, по мелкому разное с округи подгребаю, стараюсь в мутные схемы не лезть.

Рядом пристроился Ниро, раскладывая инструменты и ветошь, чтобы почистить оружие. Луиджи с Модесто почти всю ночь дежурили, поэтому сейчас завалились спать. А бывший наемник решил составить компанию старым знакомым, заодно языком почесать:

— Две мамки? Это как?

— Дневная власть и ночная, — объяснил Чак. — Налоги официальные платишь с обычного груза, долю положенную с контрабанды. И все довольны.

— Мда, миры меняются, а люди везде одинаковые… А что за рожа новая сейчас на штурвале торчит?

— Это очень интересная история выходит… Вы тогда летунов на болота уронили, но несколько выжило. И Конрад — старший из них, бывший капитан дирижабля. За то, что разбомбить нас не сумел, его со службы выперли. Грузчиком в порту шабашил, я к себе прибрал.

Замерев на секунду, Ниро снова продолжил работать ершиком:

— О как. Вояка бывший… А не будет ли за ним хвоста со старой службы? Очень уж заманчивая фигура получается, просто находка для вашей контрразведки. Якобы обиженного на городское дно сбросить, а потом через него рыбу побольше поймать.

Попыхивая трубкой, Брайдель хмыкнул:

— Тоже о таком думал. Поэтому во втором рейсе к знакомым завернул, там к Старой Вешке заглянул. Вина попили, дурь покурили, хорошо посидели. Ну и мозги у парня заодно проверили, когда он отключился.

Видя, что компаньон не понимает, о чем идет речь, Чак расшифровал:

— Старая Вешка — ведьма, потомственная. У нее дар — чужие эмоции считывать. Подпоить человека, легкой дрянью мозги запудрить — и может пошарить в закромах. Уже не одного засланного агента так для друзей находит. Человека потом аккуратно выпинывают, чтобы под ногами не мешался. А совсем буйных — под пирс… Если Вешка сказала, что парень чист, то так оно и есть.

— Чист, — подтвердил капитан. — Обида у него на власти огромная, потому что считал себя одним из лучших летунов. А по итогам — друг-бракодел с повышением в столицу умотал, а Конраду позорную отставку без содержания.

— Но если всплывет, что это мы его приголубили, не взрыкнет?

— Нет. Война все списала. Он хотел вас убить, вы оказались удачливее. На генерала своего и дознавателей у него зуб, что не предупредили о возможной опасности. Но лично на вас обиду не держит. Если вздумаешь этим бахвалиться и на костях погибших плясать — в рыло даст, это само собой. Но в остальном — дела прошлые. И, кстати, я его в наши расклады не посвящал, но у него родня на промыслы ходила и сейчас парня понемногу привлекаю. Башка у него варит, так что думаю не зря старпомом взял.

* * *

Разъезд егерей возвращался из рейда, захватив пленного. Толку от кочевника было мало, нужной информации он сообщить так и не смог, не знал ответы на задаваемые вопросы. Но для отчетности все же связанного бедолагу посадили на сменную лошадь и теперь пылили по тракту, надеясь ближе к вечеру добраться до небольшой крепости. Оттуда контролировали южную часть ближайших пустошей, там же можно было передохнуть и при случае уже в составе большого каравана вернуться в город. После того, как вояки причесали степь против шерсти, аборигены начали стрелять в любых чужаков из кустов, словно взбесились. Хотя, их тоже можно понять. Куча кочевий уничтожена, многие обычные скотоводы попали под раздачу вместе с бандами. Пролитую кровь долго теперь не забудут.

— Господин ефрейтор, я тут посоветоваться хотел.

— Что стряслось?

— Наш новенький утром след заметил. Толком разобрать не удалось, куда ведет, но он зарисовал. Я сейчас рисунок посмотрел и убрал от греха подальше.

— След? О чем толкуешь?

— Помните, мы тогда стойбище проверяли, куда налетчики с болот ушли. И поначалу даже сумели по их следам пройти, пока на пепелище не наткнулись.

Ефрейтор кивнул:

— Да, бандиты пал пустили, хотели задержать головорезов.

— Так вот. След тот же самый. Новенький у нас хоть и недавно, но соображает. Языком трепать не стал, лишь мне рисунок показал.

— Значит, наемники… А это может быть проблемой. Их ведь считали уничтоженными. Ради этого и кочевников стали трясти, ради этого куча людей не спит, не жрет, по местным дырам с высунутыми языками носится. И если мы нашли ненароком свежий след того броневика… А он очень похож, метки на правых колесах очень уж приметные… Значит так, про находку молчи. Как на базу в Рулдомэре вернемся, я к нужным людям схожу. Они лишний шум не поднимают, зато за горячую информацию платят. Постараюсь деньги с них выбить. Пока на карте покажи, где налетчики наследить успели?..

Сообщение о возможном появлении «того самого броневика» пришло до Стаппа через полторы недели. Чем вызвало у старика головную боль и породило кучу телеграмм, отправленных надежным людям. Очень уж хотелось бывшему Хранителю посчитаться за разрушенную карьеру и унижение.

* * *

Чикуин был маленьким рыбацким поселком, который удачно расположился на юго-западном берегу огромного озера, разделявшего Шелст и Рулдомэр. В ближайших водах в сезон можно было наловить множество ценных пород рыбы, которую затем засаливали или мариновали и вывозили в столицу. В остальное время рыбацкие артели снабжали в основном кочевников или вялили запасы для армии. Учитывая достаточную удаленность от основной транспортной артерии и слабую вовлеченность в контрабанду, в Чикуине даже полицейского участка не было. Сидел выборный смотрящий за порядком, гоняя пьяных в редкие выходные дни, когда из-за непогоды лодки вытаскивали на берег. В остальном — грязь, покосившиеся домишки и запах гниющих потрохов по все округе — вот и все радости.

Но Брайдель не просто разгрузился, он еще и корабль на прикол поставил. Заявил, что нужно подшаманить текущий трюм, подрядил местных и те выволокли «Цаплю» на бревенчатые катки. Благо дно плоское, в верховьях рек таким же образом пороги по волоку обходят. На самом деле капитан хотел встретиться с нужными людьми, которые пока задерживались. Нужно было обмозговать, как именно лучше всего решить проблему Чака. И без знающих обстановку в Шелсте ничего полезного в голову не приходило.

Вечером в столовой собрались Брайдель, кок в качестве ответственного за поесть и закусить, оба компаньона и старпом. Парочка сицилийцев вместе с командой развлекалась. Слабое знание местного языка совершенно не мешало игре в карты, кости или просто дружеской возне. Работы Луиджи с Модесто не чурались, практически любой инструмент знали, с какой стороны держать. Поэтому к ним общались как с временными матросами, посвящая в тонкости местного быта.

Отцы-командиры же разглядывали расстеленную карту и сумрачно передвигали россыпь мелких камушков.

— У местных жуликов два хранилища. Одно городское, где держат часть казны и барахло для торговли на ярмарке. И второе уже клановое. В Шелсте власть держат пятнадцать крупных семей, вот они и перестроили под себя старую крепость на севере. Рядом кварталы для вояк, казармы полиции и технические мастерские. Чужаков здесь нет. Само хранилище окружено тремя кольцами безопасности. Из которых внутреннее — только для службы безопасности и хозяев, которые изредка наведываются золотишко посчитать. Второе кольцо — это как раз гарнизоны, склады с амуницией и оружием. И третье — уже смешанное, куда жители днем могут попасть на работу.

Чак потыкал пальцем в гальку и продолжил:

— В самом хранилище до двух сотен головорезов. Неплохо подготовлены, есть группа «ашэров». Их задача — сидеть за высокими стенами и долбить каждого, кто без спроса сунется. Смена на любой шум подтянется за пять минут. Следом за ними прибегут полицейские и солдаты… Если даже мы пройдем в мастерские, оттуда в армейскую зону попасть крайне сложно. При всем бардаке, чужака срисуют очень быстро. И сдадут патрулю. Насколько я понимаю, после нашего выступления режим еще больше ужесточили и теперь даже старые связи вряд ли помогут.

Ниро посмотрел на план города и уточнил:

— Значит, в самом хранилище до двух сотен бойцов. Вояк и полиции сколько?

— До тысячи. У них ротация, часть в город уходит, кто-то возвращается. Но в сумме не меньше. Здесь вот полигон, поэтому солдатам даже отлучаться далеко не надо, на месте тренируются.

— И если даже устроить волнения в Шелсте, большая часть так и будет за забором отсиживаться.

— Обязательно. У кланов своя охрана, а лишний раз жизнью на улицах в случае бунта рисковать — дураков нет. Запрутся и будут валить любого, кто на глаза попадется.

Приподняв ладонь над камнями, Ниро предложил:

— А если сверху? Крышу зарядом пробить, взять, что надо и обратно?

— Не сработает. Это бывшая крепость, верхние этажи отданы под охрану и склады. Основное хранилище в подвалах. Кроме того, лет двадцать тому назад с дирижабля пытались бомбить конкурентов, поэтому теперь полеты любых воздушных судов над городом запрещены. Даже если мы угоним где-то дирижабль, нас начнут обстреливать еще на подходе. А уж у самой крепости те же «ашэры» живого места не оставят.

Пивший чай Конрад хмыкнул:

— Вы еще не забывайте, что для полета команда нужна. Управлять такой бандурой в одиночку не выйдет. А специалисты есть лишь в армии. И просто так на авантюру не подпишутся. Это мне терять нечего и было бы интересно снова к штурвалу встать. Но найти механика, навигатора, баллонетов и еще с десяток имеющих опыт — дело сложное. Кроме того, наверняка у проклятых «ашэров» есть пули с зажигательной начинкой. Они стоят дорого, но кланы вряд ли будут на защите экономить. Как только на три-четыре сотни шагов подойдем — и все, сожгут.

— Тогда остаются подвалы и канализация.

На это предложение Ниро ответил уже Брайдель, как лучший знаток подземных городских лабиринтов:

— Отпадает. Еще когда крепость строили, все дырки законопатили. Там выход скальных пород. Слив нечистот идет по отводному каналу, который перекрыт множеством решеток и под постоянным наблюдением. Не труба — канал, который отлично просматривается. И никаких тайных ходов — этим даже не заморачивались. Первое время там даже тюрьма была для особо опасных преступников. Двадцать лет, пока богачи под себя не подгребли. И за двадцать лет — ни одного побега, хотя желающих было хоть отбавляй.

Наложив себе в тарелку жареной рыбы, Ниро выдвинул следующее предложение:

— Раз нельзя сверху, сбоку или снизу, остается лишь всплывать из другого мира. Потому что штурмовать — это нам не по силам. Даже если сумеем толпу навербовать. Слишком огромные потери будут.

— А вот против «протыкателя» еще при строительстве как раз и выбирали именно это место. Тогда с соседями бодались и очень безопасностью были озабочены. Поэтому намудрили с основой и теперь потоки энергии обтекают крепость по краям. Попытаешься всплыть — и вывалишься где-то в казарме, но никак не внутри главного периметра. И хоть у нас есть общий план и можно рассчитать по высоте, где там нужный подвал, вот только попасть в него не сможем. Все приборы будут врать, как не играйся с наводкой. Там даже вроде как компас болтается, словно пьяный. Поэтому — с другими мирами глухо. Надо думать с этим, как быть. И сроки у нас — уже почти на исходе…

* * *

Хашир Кривой заработал прозвище еще в молодости, когда после одной припортовой драки обзавелся шрамом, раскроившим левую щеку. С обидчиками поквитался, хотя последнего пришлось выхаживать больше полугода, выслеживая в городских трущобах. Но в итоге заработал авторитет, обзавелся собственной бандой и потихоньку дорос до уровня уважаемого контрабандиста. С властями делился, конкурентов давил при возможности. И последние годы стал задумываться о возможной пенсии. Благо, накопил немало. Правда, Хашир столкнулся с неприятной проблемой. Дела было кому передать. Но обеспечить безопасную старость с его талантами и нажитыми врагами — это уже было проблематично. А чтобы уехать в какое-нибудь спокойное место, нужны были документы и протекция. Чтобы одни люди в погонах закрыли глаза, а другие не стали искать за старые грешки.

Но когда знакомые намекнули о возможном денежном дельце, уставший от крови и грязи Хашир согласился скататься и побеседовать. Благо — не одному, несколько столь же серьезных человек решили тряхнуть стариной и на отдохнуть несколько дней.

Гостей встречали в небольшом доме на окраине Чикуина. После сытного обеда дали возможность развлечься танцами красивых девушек, затем выпроводили лишние уши и занялись делами.

Во главе стола поднялся Чак и поприветствовал контрабандистов, не забыв поклониться каждому.

— Господа, рад снова увидеть вас в здравии. С последней встречи прошло много времени и многое случилось. Надеюсь, что проданный вам товар удалось реализовать с хорошей прибылью.

В ответ послышались легкие смешки. Да уж, тогда шелк и благовония позволили на каждую вложенную монету заработать пять сверху. Очень хорошая сделка. А то, что после этого стража носилась, словно наскипидаренная, так полицейским положено. Особенно если столь заманчивый куш проходит мимо их загребущих рук.

— После этого я сумел отщипнуть чуть-чуть золотого пирога с городской казны. Хотя, стоит признать, основные запасы остались в центральном хранилище. Я же лишь сумел позаимствовать жалкие крошки с кланового стола.

— Говорят, трупов был полный корабль.

— Заказ от родственников. Не представляю, с каким трудом они всех обормотов сумели засунуть тогда в одно место. Не обратили внимание, какие потом перестановки были наверху? Кому-то припомнили слабую защиту троюродных племянников. Кто-то просто взобрался на опустевший трон. Именно таким образом расплатились за информацию. Очень выгодная для власть предержащих сделка: слова в обмен на кровь. Они даже найм оплатить не захотели… Ну да ладно, это дела прошлые. Я же пригласил вас для того, чтобы обсудить дела будущие… Как вы оцениваете возможность поделить чужую казну в равных долях? Все, кто войдет в дело, получат на равных. На мне — организация налета, захват и вывоз клановых запасов из цитадели. На вас — разведка, помощь в подготовке и люди для отвлекающих акций.

Контрабандисты задумались. Предложение было неожиданным, но прозвучало после того, как Чак захватил первый трофей. И ведь ему за это так ничего и не смогли сделать. Вон — живой и здоровый.

— Кроме того, должен вас предупредить. Мне сорока на хвосте принесла вести, будто имперские чиновники решили придавить вольницу в Шелсте. Поэтому в городе будет теперь наместник, а большую часть возможностей и прямое управление полицией и армией у богатых семей отберут. Оставят возможность глотки в совете драть и налоги платить.

— Значит, если мы их выставим, подсунув козлов отпущения, то сойдет с рук?

— Я считаю, что да. Мало того, если одну долю выделить тому самому наместнику, то он постарается смотреть в правильную сторону и нас не тронет… Осталось лишь обсудить, какой возможный вариант будущего налета самый реалистичный. Вы держите руку на пульсе, что можете рассказать из последних новостей.

Беседы затянулись на двое суток. Отдыхали, ели, пили, иногда ругались, отстаивая собственную точку зрения. После долгого обсуждения все же договорились, что штурм — это единственная возможность добыть желаемое. И для того, чтобы налет удался, придется задействовать многоходовую операцию. Где часть босяков станет отвлекать на себя полицию, другая группа заставит вывести часть армейских подразделений для защиты клановых поместий. И еще, еще, еще… В итоге назначили новую встречу через два месяца, за которые будет собрана вся необходимая информация и будет проведена еще одна встреча, уже в самом Шелсте.

После чего благоухающих вином гостей загрузили на личные корабли и отправили домой.

Стоя на палубе, Хашир Кривой вдыхал свежий воздух и думал о том, что в его руки идет шанс решить все накопившиеся проблемы разом. Потому что в удачу нападения верилось с трудом. А вот то, что голову младшего Сафа можно продать и получить при этом вид на жительство где-нибудь ближе к столице, в цивилизованных землях — это запросто. И Хашир даже знает, к кому с этим предложением стоит заглянуть. Главное, сделать все аккуратно. И тогда вместо уставшего от жизни контрабандиста появится какой-нибудь мелкий лавочник или плантатор. С собственным домом, приличным счетом в банке и охраной, которая будет гонять бродяг подальше от ворот.

* * *

Финал встречи Ниро категорически не понравился. Он устроился в баркасе с удочкой в руках и теперь рыбачил вместе с Чаком и Варгой. Бывший летун сумел выспросить у местных пару неплохих мест, где можно было потягать рыбу и теперь сбросил якорь в одном из них. Рыбаки предложили купить улов на местном базарчике и очень удивились, что кому-то хочется самому возиться с удочкой или сетями. Но — у богатых свои причуды. Благо, погода хорошая, ветер слабый. Можно и рядом с берегом поболтаться.

— Меня не устраивают сроки, Чак. Два месяца на рекогносцировку — это слишком много. Да, нужно делать все аккуратно, тихо и без лишнего шума. Но тебя через две недели уже начнет корежить от боли. И на штурм ты пойдешь обдолбанный по уши. Это не годится.

— Мы варианты прокрутили разные. Это единственно возможный.

Подняв руку, Конрад спросил:

— Дело не мое, но почему вы так стремитесь в хранилище? Я слышал краем уха разговоры контрабандистов, вроде вы взяли большой куш.

— Взяли, — поморщился Ниро. — Именно за нами тебя и послали с бомбами, кстати.

Загорелый красавец хмуро ухмыльнулся и расправил тонкую полоску усов:

— Догадался. Оружие у вас чужое, никогда подобного не видел. Машина приметная. Вот только золота и драгоценностей что-то не вижу. Уже спустили?

— Команде выплатили и на пенсию отправили.

— Это по сколько же на каждого вышло? — поразился Варга.

Потянув за удочку, Чак вытащил первую небольшую рыбину и пнул зазевавшегося Ниро в колено:

— Сачок давай, упущу ведь!.. Так, сюда ее, суда… Вон колотушка, по башке. И меня не зацепи… — Через три минуты возни добыча оказалась в большом мятом ведре, а Чак приделал на крючок новую наживку и снова забросил удочку. После чего ответил Конраду, который терпеливо дожидался: — Считай, что каждый по генеральскому выходному пособию получил. Как и договаривались.

— Но вам мало и теперь хотите главный куш взять?

— Теперь я хочу найти лекарство, которое осталось в тех подвалах. Кстати, насчет золота вопрос спорный. Не удивлюсь, если кланы теперь запасы по домам растащили. Слухи про имперское управление уже давно ходят. А с нового наместника вполне станется наложить лапу на цитадель, чтобы так обеспечить лояльность кланов.

— Значит, для тебя это выбор жизни или смерти. А ты с ним за компанию?

Достав из мешка большую флягу, Ниро отхлебнул сидра, аккуратно вставил обратно пробку и добыл кусок вяленой рыбы. Видимо, понятие отдыха на море у приятелей несколько отличалось. Прожевав первый кусок, Ниро задумчиво сказал:

— Сложный вопрос. Я хочу ему помочь, это само собой. Но при этом надеюсь провернуть все так, чтобы плохие получили по пуле в лоб, а мы с победой вернулись домой. Вот только пока не знаю, как именно это все провернуть. И даже самое лучшее оружие не поможет, если придется воевать с целым городом. Тем более, если придется устраивать бунт и волнения. Куча невиновного народу пострадает.

— А золото?

— Конрад, я понимаю твое желание выбраться из дерьма, куда любимая армия спихнула. Но вот для меня золото не является больше главным критерием работы. У меня уже была обеспечанная жизнь и родственники, для которых я сделал все возможное. Теперь же мной двигают совсем другие интересы.

Чуть наклонившись вперед, Варга уточнил:

— Выходит, если вы во время налета добудете немного презренного металла, то не против отсыпать тем, кто поможет?

— Если мы найдем способ попасть внутрь без того, чтобы устраивать побоище на улицах Шелста и не привлекая контрабандистов, то можешь рассчитывать на полную долю. Например, нас будет четверо, и ты пятым. Еще одна доля — Брайделю, за поддержку. Шестая часть от всех добытых сокровищ устроит? Только повторю, там может быть пусто. Совсем пусто.

— Я бы рискнул…

Протянув кусок рыбины, Ниро усмехнулся и поинтересовался:

— Тогда моя очередь. Мы поняли, зачем этот налет Чаку. Худо-бедно понятно, зачем это мне и парням, что спину прикрывают. А чем тебе поможет золото? Даже если ты в золотой карете въедешь в столицу, в должности не восстановят и в высший свет не пустят. Так какой смысл головой рисковать? Старпомом на кусок хлеба заработаешь и с голой задницей не останешься.

— На пенсию уйду. Нормальную. Когда утром служанка горячий чай с булочками подает. Когда детей стайка на лужайке носится. Когда можно выбирать, на каком курорте с семьей спрятаться от жары. Хочу забыть, как об меня ноги вытерли.

— Три года.

Вцепившись зубами в хрустящую спинку, Конрад замер.

— В смысле?

— Хватит на три года. Ты человек деятельный, как и я. Сколько смотрю — на корабле ни минуты просто так не слоняешься, всегда чем-то занят. Я через три года с видами на море взвыл. И полез в следующую авантюру. Так что — семья с детьми останется ждать любимого супруга, а ты помчишь за приключениями… Кстати, Чак. За финальной ленточкой, куда собираемся, чего-нибудь по небесам шляется?

Самый активный рыбак как раз пытался приманить еще кого-нибудь, меняя наживку. Поэтому сначала закончил священнодействовать, сделал новый заброс и лишь потом ответил:

— Там полного всякого. И дирижабли, и аэропланы, только дурацкие какие-то, с кучей веревок. Даже город летающий пытались сделать, но уронили во время испытаний.

— Отлично… Тогда, Конрад, я предлагаю тебе задать себе вопрос — хочешь ли ты вернуться за штурвал? Своего собственного аппарата, а не чужой колымаги. Как такой вариант?

Похоже, вариант запал Варге в душу. Потому что он был молчалив до вечера, когда наконец баркас вернулся в Чикуин. И уже перед сном подошел к компаньонам еще раз:

— Я готов сделать все возможное и невозможное, чтобы получить свою долю и потом снова летать. Возьмете в команду? Палубу буду драить, помои выносить, что угодно делать, только скажите.

— Стрелять придется, Конрад. Пока других вариантов нет.

— А если мы сумеем тихо попасть внутрь? Без пальбы?

— Уже много раз обжевывали — не вытанцовывается это. Приборы с ума сходят, не можем в потоке определиться.

Порывшись в кармане, отставной вояка добыл из кармана несколько камушков и выложил их на стол. Затем стал объяснять идею:

— Это наша цитадель. Ставим три маяка, на расстоянии. Такие маяки в любом воздушном порту можно найти, их используют для навигации дирижаблей в плохую погоду. Причем я знаю, что там часть контуров раньше использовалась для тех самых «протыкателей». После чего начинаем переход из другого мира и делаем триангуляцию. Плевать на приборы внутри, эти три точки позволят нам в любых условиях получить центр, в который нужно попасть. Я даже готов счисление делать во время прыжка.

Над столом повисло молчание. Потом Чак достал карту, расстелил и выложил камни поверх. Посмотрел на получившийся натюрморт и прошептал:

— Мы с тобой идиоты, Ниро. Мы хотели начинать войну, когда можно зайти с заднего хода. Тихо и неприметно, как ты любишь.

— Но оттуда еще надо выбраться. Ты объяснял, что из крепости не «всплыть», что-то там перемудрили с этими артефактами и потоками.

— Да, восходящей силы не хватит, там получается дыра. Но для нас главное — внутрь попасть. А как выбраться — это уже другие варианты и они у меня имеются.

Свернув карту, Ниро достал из шкафчика бокалы и налил всем вина:

— Тогда предлагаю отметить наше дальнейшее продвижение к цели. С утра на свежую голову с координатами определимся и куда маяки нужно будет поставить. Да и с сами маяки где-то нужно будет добыть. Но главное знаете что?

— Что? — хором спросили Конрад и Чак.

— Наш будущий воздушный капитан сказал «наша цитадель». И значит, у нас в команде появился пятый боец. За это стоит выпить.

* * *

Мерно поскрипывал паланкин, стучали башмаки носильщиков. Но сидевший внутри старик улыбался. Он старался не выдавать ничем охватившей его радости, но губы кривились сами собой. Потому что сегодня у Стаппа была важная встреча в одном из дорогих ресторанов. И новость, которую он узнал, стоила потраченных денег до последней монеты. Потому что одна зажравшаяся крыса решила купить себе тихую старость ценой чужой головы. И теперь лишь надо было сообразить, как лучше распорядиться этой информацией. Самому подрядить нужных людей и захватить старого врага или привлечь Совет, попутно вернув себе расположение сильных мира сего.

Над это обязательно надо подумать. Но главное — главное другое. Через несколько недель он, Стапп, засунет на площади в клетку урода, попортившего столько крови. Прикажет сломать младшенькому Сафу руки и ноги, оставив подыхать на потеху публике, как и папашу. И обязательно перед этим отрежет язык, выпытав сначала, куда мерзавец припрятал захваченное золото.

И стоит это — всего лишь обещание помочь одному контрабандисту с документами и покровительством в будущем. Как только земля подобных дураков носит? Слова — это ничто. Сегодня я вынужден пообещать тебе все, что попросишь. А завтра забуду сказанное и сдам полиции. Или заставлю откупиться, чтобы не рассказать дружкам-приятелям, у кого оказался столь длинный язык.

Но это все — позже. Сначала — дело. И уж в этот раз бывший Хранитель не ошибется.

Глава 9

У настоящих повелителей Шелста было несколько советов. Один — отвечал за управление городом. Другой — распределял теневые доходы. Третий — использовался в качестве третейского суда, позволяя пятнадцати богатейшим семьям на северных землях империи не перегрызться между собой. Причем уважаемые люди мигрировали из одного совета в другой, иногда умудряясь отметиться во всех и сразу.

Но был еще один, тайный. Который посвященные в шутку называли «чайным». Четверо самых серьезных господ иногда собирались в хорошем ресторане отведать сладостей, пожаловаться на жизнь и обсудить основные направления политики, которую потом аккуратно доведут до других и заставят воплощать в жизнь. Но сегодня за столом сидел еще пятый. Гость, с выправкой военного и костюме, который смотрелся на нем не совсем уместно. Было видно, что коротко стриженный мужчина больше привык носить мундир. И говорил он рубленными фразами, будто отдавал приказы. Хотя сегодня не командовал, а просил.

— Господа, мне рекомендовали вас как наиболее уважаемых людей в Шелсте. И предупредили, что любое решение будущей проблемы необходимо сначала согласовать здесь. И лишь потом идти к наместнику.

— Наместник есть в Рулдомэре, нас чаша сия пока еще миновала.

— Да, согласен. Он прибудет через три месяца. Приказ уже подписан.

— Вот как?..

Гость оглянулся, затем понизил голос:

— Я представляю группу промышленников и финансистов, которым не нравится усиление тайной канцелярии и департамента дознания. Скоро любого слишком богатого или не лояльно настроенного к существующей власти могут схватить по надуманному обвинению и сгноить в казематах. Обещают огромную чистку, как при Лихолете.

Прозвучавшая новость была крайне неприятной. Лихолета помнили. Так прозвали пра-пра-чего-то там императора, от родства с которым многие старались откреститься. Когда этот персонаж промотал казну, то придумал отличный повод ее пополнить. Он просто выпотрошил большую часто той еще элиты, прихватив чужие богатства и поделившись с верными ему войсками. Через пять лет деньги снова закончились и уже бунтовщики превентивно устроили чистку, но память о простых решениях финансовых вопросов — осталась. И пережить это снова?

— Что вы предлагаете?

— Император еще не определился, стоит ли ему этим заниматься. Новый наместник как раз представляет радикальную группировку. Есть информация, что перед его приездом местные уголовники возьмут штурмом хранилище, где вы держите богатства. Часть захваченного передадут новым властям. Попутно разграбят ваши поместья. Мои работодатели предлагают нанести упреждающий удар. За несколько дней до этого мы перебазируем полк летунов поближе к Шелсту. На центральных площадях, где будут собирать основные силы, разместим приводные маяки. После чего в момент начала бунта с дирижаблей проведут бомбардировку и этим нанесут серьезный урон набранным наемникам и завербованному сброду. Попутно вы сейчас начнете собирать силы и укреплять свои домашние крепости. Гарнизон должен в ближайшие дни развернуть цепь постов, создав укрепленные пункты в ремонтной зоне и рядом с ней. Любой удар снаружи должен завязнуть. Как результат — ни одна из поставленных задач бунтовщиками не будет выполнена. Мой курьер передаст вам копии собранных документов. И после подавления мятежа вы сможете обратиться к императору с просьбой провести беспристрастное расследование. Виновные будут известны, ему лишь придется подписать приказ о зачистке проигравших. Вместе ваших голов на плаху лягут чужие. Кроме того, их имущество будет реквизировано, что поставит точку в этом вопросе.

Идея понравилась. Тем более, что гость принес несколько рекомендательных писем и назвал фамилии, которые в самом деле имели серьезный вес в столице. Похоже, при помощи северных соседей воротилы бизнеса решили поквитаться с конкурентами, попутно окоротив излишне ретивых чиновников, вздумавших копаться в чужих сделках.

— У вас есть готовые предложения?

— Да. Вот четыре пакета, каждому из вас. Там общие детали плана, будущие сигналы для опознания и предварительно согласованные даты.

— Что нужно от нас?

— Оказать помощь войскам, которые сейчас размещены рядом с хранилищем. Материалы для возведения укрепленных точек, строители, запасы продовольствия. Думаю, вы легко согласуете это с местным командованием. Мне же необходимо получить в арсенале пять или даже шесть маяков. Три разместим в месте будущих стоянок для летунов, три установим на площадях, остальные на площадях ближе к порту. Именно там будут собираться бунтующие. Еще — охрана для установленного оборудования. Если я запрошу это в столице или Рулдомэре, могут появиться ненужные вопросы. Поэтому — только здесь, подальше от любопытных глаз.

— Когда это нужно?

— Я здесь буду еще два дня, завтра и послезавтра. Было бы просто отлично разобраться с проблемой до отъезда. Завуалированный приказ у меня есть. В случае любой проверки — никто не сможет понять, о чем идет речь. Но в любом случае необходимые машины, палатки и полевые кухни для будущей охраны.

— Это решаемые вопросы. Завтра после второй молитвы подходите к арсеналу, вас уже будут ждать…

Отправив столь полезного визитера, четверо не удержались и вскрыли пакеты. Убедившись, что там лежат одинаково оформленные бумаги, заказали еще чаю и задумались. А потом самый дальновидный сказал вслух, о чем думали другие:

— Ведь бунтовщики могут успеть чуть-чуть пограбить чужие поместья. Не все, а только те, где не будет много солдат. Или вообще — где останется лишь охрана, которую никто не предупредит.

— Если мы избегнем этой участи, могут появиться ненужные вопросы.

— Ну, я вообще собираюсь через пару недель в важную деловую поездку. Вполне возможно, что большую часть своих людей заберу с собой. Так что мой старый дом могут грабить.

— И не жалко?

— А я уже завтра переправлю все самое ценное в цитадель. Учитывая, что ее собираются укрепить еще сильнее, никто не сможет наложить лапу на мое имущество.

Помолчав, второй из очень уважаемых господ согласился с предложением:

— В самом деле. Ведь уехать можно многим. Как раз будет местная ярмарка. Можно большую часть наших друзей пригласить туда. И если их имущество пострадает больше, чем наше, то мы не виноваты. Кроме того, императора можно попросить выплатить компенсации. Я слышал, что в столице живет слишком много неоправданно богатых нахлебников.

— Тогда давайте согласуем, как именно без лишнего внимания посетим цитадель. И кого из верных людей стоит привлечь к подготовке подавления бунта.

Все же Стапп за долгие годы службы научился сохранять невозмутимость в любых ситуациях. И когда его вызвали на тайное совещание, то сидел, слушал и даже бровью не повел. Бывший Хранитель надеялся, что он один пока знает о будущем кровавом веселье в Шелсте, а ему прямо в лоб выложили в деталях информацию про ожидаемое нападение. Кто, когда, основные точки средоточения грабителей и возможные будущие направления ударов. А так же — что уже готовится для защиты города. И как именно Стапп будет все это контролировать, согласовывать и организовывать, не поднимая панику и стараясь избегать излишнего внимания.

Понятно? Тогда вот утвержденный бюджет, план на две недели и список людей, с которыми можно контактировать, а в присутствии кого нужно держать рот на замке. И будущая должность главы всей службы безопасности Шелста в качестве сладкой морковки. Практически — дорога на облака, откуда уйдешь на пенсию, прихватив с собой сундуки, забитые золотом по самую крышку.

— Сделаю все возможное, чтобы оправдать оказанное доверие.

— Это не совсем, что мы хотели бы услышать…

— И невозможное тоже сделаю… Бунт пройдет строго по указанному плану. Единственный вопрос — что ждет бандитов в конце?

— На ваше усмотрение. Каторга, виселица или расстрельные команды. Тем, кто вздумал на нас пасть раззявить, следует выбить клыки. Чтобы не забывались.

Отлично. Значит, не забыть отловить одного слишком прыткого молодого человека, которого ждет персональная клетка на площади. С таким настроем даже груз прожитых лет почти не давит на плечи. Время великих свершений!

* * *

Через неделю «Тростниковая Цапля» перебралась через огромное озеро и пристроилась в одном из маленьких портов, где обычно останавливались местные каботажники. По новому плану Брайделю теперь придется напялить личину мелкого контрабандиста и болтаться с мелкими контрактами. В нужный момент — оказать помощь в эвакуации и уносить ноги.

В порту же встретили господина с военной выправкой, который давным-давно отошел от службы и выполнял разного рода поручения далеко на юге. Сюда же приехал по личной просьбе Чака, с отцом которого в свое время вместе работал. И пусть больше не приходится охранять караваны, но полицедействовать — это запросто. Особенно, если за три дня визитов по Шелсту неплохо заплатили. Попутно человек без имени доложил по итогам установки маяков:

— Оборудование проверено и работает как положено. Над ним там даже дышать стараются через раз. Охрана, техники, запчасти — все на точках и никого постороннего близко не подпустят. Вот координаты, которые я проверил. Все пеленги читаются отлично, сигнал мощный.

— Спасибо. Ваш корабль уходит после обеда, вот билет. Вот чеки имперского банка на предъявителя. И вот адрес, по которому можно будет найти Брайделя, если понадобится помощь.

Пожав протянутую руку, господин в штатском убыл по своим делам. А собравшиеся в каюте пятеро авантюристов еще раз посмотрели на расстеленную карту и засобирались. Нужно было проверить «Лань» перед выходом. Сегодня ночью им предстояло отправиться в очередное путешествие к дьяволу в зубы.

Когда ночная тьма окутала вставшую на якорь «Цаплю», Чак еще раз повторил капитану:

— Рация у тебя, все время на прием. Если сигнала не будет до указанной даты, значит мы сгинули. Если из города не свяжемся, а там замес — так же не вздумай идти на выручку. Шелст будет хуже разворошенного осиного улья. Сразу уходи южнее.

— Я помню, третий раз уж повторяешь… Адреса нужных людей в городе у тебя есть. Припрет — постарайтесь у них на дно залечь. Правда, все продается и покупается, если за ваши голову назначат несуразную цену, могут и выдать.

— Поэтому и говорю — в случае проблем не рискуй. Ты уже все доказал.

Перебравшись на покачивающуюся рядом с высоким бортом «Лань», бессменный водитель «протыкателя» нырнул в люк, устроился на сиденье и запустил двигатель. Сверху приняли тросы, которые удерживали машину, зажурчала вода и вскоре черная тень исчезла, направившись к недалекому берегу. Точка перехода располагалась на пляже и команду ждал суточный переход до координат для второго броска. Застывший у рации Брайдель внимательно слушал, как раз в полминуты раздается тихий щелчок — сигнал «все в порядке». Наконец на выбранной частоте наступила тишина, лишь изредка прерываемая шорохом помех. Все, «Хрупкая лань, взобравшаяся на высокую морскую волну» провалилась в другой мир.

Разглядывая затянутые мрачными тучами небеса, Ниро покосился на согнувшегося сбоку от гусениц Конрада и предположил:

— Может, штук через двадцать прыжков нас вообще колбасить перестанет? Вон, только новенькому плохо. Остальные лишь зеленые.

— Не, Гард писал, что в случае штормов у него вся команда валялась в лежку. Так что — лучше не испытывать судьбу.

— Кстати, серой изрядно воняет. Говоришь, тут безопасно?

— Да. Вулканы, но дышать можно. Хотя когда поедем, лучше законопатиться и на замкнутом цикле. Благо, регенерационные патроны полные и баллонов со свежим воздухом полный трюм… Эй, Конрад, ты как? Оклемался?

Убедившись, что бывший вояка пришел в себя, народ забрался внутрь, после чего задраил дверь и медленно покатил к нужному месту. Сигналы маяков из Араргона практически не угадывались, еле пробивая в чужой мир, но общее направление все же позволяли выдержать. Накатанных дорог не было, поэтому так и пылили по покрытой черной и серой пыльной пустоши, поднимая за собой грязный шлейф. Пару раз останавливались — перекусить и выйти в респираторах размять ноги. Ближе к ночи добрались до начинающихся горных отрогов, где и покрутились, дав возможность Варге замерить сигналы и определиться с лучшим местом для следующего этапа. После чего устроились отдыхать, долив горючего и проверив пустой пустынный пейзаж вокруг на возможные опасности. Мертвый мир — это само собой, но мало ли.

Утром после завтрака сидели, перебрасывались пустыми фразами. Время тянулось словно резиновое, но никто не собирался нарушать заранее составленный и согласованный план. Наконец, когда минутная стрелка достигла нужных значений, стали неспешно собираться. Переоделись в добытую Брайделем военную форму, подогнали разгрузки и рассовали боеприпасы. Зарядили оружие, проверили работу радио-гарнитур. Разложили небольшой столик и усадили за него Конрада с тонкими линейками и остро отточенными карандашами. Теперь штурману команды предстояло навести Чака на нужную точку, не позволив «Лани» выпасть за пределами подвалов цитадели. Время пришло…

— На пять часов десятку! Еще десятку!

Сейчс Варге было совсем не до того, чтобы обращать внимание на болтанку, подкатывающую к горлу тошноту и взбрыкивания вестибулярного аппарата. У него перед глазами мелькали цифры с трех коробок, которые давали пеленг и расстояние до установленных маяков. Нанося лишь одному ему понятные отметки на листе бумаги, мужчина умудрялся сопоставить в голове текущее положение железной банки, плывущей по каналу между мирами, и той самой заветной точки, куда надо прибыть. Чак при помощи Ниро крутил вентили, давил педали и бросал механизм из одной стороны в другую. Гудевшие артефакты жрали энергию, сыпали искрами и казалось — вот-вот начнут крошиться под нагрузкой. Но пока еще держались.

— Назад полтста, быстро!.. Так, притормози… Задний, задний, слабее… Три часа пять!

Минута шла за минутой, команды сыпались не переставая и вдруг неожиданно Конрад рявкнул:

— Якорь отдать! На месте!

Щелкнул переключатель, машину ощутимо повело влево, не давая впечататься в медленно проступающую гранитную стену. Скрипнула подвеска, загремел задетым бортом чужой ящик. Двигатель чихнул и замолк. Пробежав руками по тумблерам, Чак вырубил большую часть оборудования, включив лишь слабую аварийную подсветку. Застыв, вся команда прислушивалась к окружающему. Динамики молчали, окружающую темноту ничто не беспокоило. Похоже, прибыли. Вот только куда?

— Луджи, Модесто. На вас периметр, мы с Чаком страхуем. Конрад — на тебе тыл. Пошли…

Откатилась дверь, неразличимые во мраке фигуры с приборами ночного видения выскользнули наружу. Через пять минут в наушниках послышался голос Ниро:

— Тут на стене надпись. Только не влепись, коробок вокруг полно.

Мелькнул крохотный луч фонарика, Чак облегченно выругался:

— Арсенал, второй уровень, блок два. Мы на месте, вписались просто ювелирно. Проверяем этот подвал от посторонних и освобождаем проход к выезду. Можно давать сигнал.

В запасе у команды было два передатчика, которые могли сгенерировать разово сильный импульс, способный пробиться через камни. Первый даст понять Брайделю, что «Лань» прибыла на место и наступает второй этап операции. Второй сигнал подадут перед началом эвакуации.

По общему плану цитадели, который удалось скопировать со старых чертежей, подвалы представляли собой крест с винтовым пандусом, по которому раньше спускали телеги, а теперь могли медленно проехать грузовики. Четыре этажа, из которых минус первый и минус второй использовались для нужд охраны и барахла, которое стоило не очень много и которое хозяевам было жалко просто выбросить. Именно на минус втором и располагался арсенал. Минус третий и минус четвертый — это уже как раз хранилище. Причем самый последний нижний одно время подтапливало и он большую часть времени простаивал. Охотникам за сокровищами надо было выкатить на центральный «проспект», добраться до центра и спуститься этажом ниже. Но перед этим — проверить и снять возможную охрану, которая обычно болталась у самого выезда из подвалов во внутренний двор цитадели.

Через полчаса Чак с Ником вернулись к трем остальным, кто растаскивал коробки и готовил выезд из забитого зала наружу.

— Готовы? Луджи, со мной. Остальные — в машину и подгребаем к спуску. Выезд на минус первый перекрыт воротами, там шумно. Похоже, что-то привезли и разгружают. Так что как раз под прикрытием этого и спустимся. Мы на подстраховке, вам за нами…

Двери вскрывали сварочным аппаратом, который выжигал запоры, словно раскаленный нож масло. В первых двух осмотренных блоках Чак нужное не нашел. А вот в третьем…

— Стоп. Посвети туда… Это оно.

В углу под небрежно наброшенным куском старой материи стояли ящики с бырыми полосами на пошарпанных бортах. Спустив один из них, вскрыли крышку и Ниро увидел ровные ряды стеклянных бутылок с мутным зеленоватым содержимым.

— Серия два. Давай другие смотреть.

— Чем должны отличаться?

— Раствор желтый. Утром принять одну из первой серии, вечером после ужина — из второй. И так — месяц. Затем еще месяЦ раз в день закрепляя — по бУтылке из третьей.

— Запасов хватит?

— Здесь на десятерых с лихвой. И это лишь в одном ящике.

Вскоре нашли и остальное. Отерев выступившую испарину, Чак достал заранее подготовленные три кейса с мягкой прокладкой и аккуратно туда перенес лекарство. Похоже, ему удалось перехитрить смерть и в этот раз.

— Может, с запасом возьмем?

— Давай по остальным залам пробежимся. Этого с лихвой хватит, а если с кем сцепимся, то ящики за собой таскать — лишняя обуза.

— Как скажешь. Итак, я на фишку, вы парами по закоулкам. Время — тридцать минут на разведку, не больше. Пошли…

Удача улыбнулась еще раз в за предпоследними воротами. Внутри оказались тяжелые деревянные сундуки, набитые золотыми монетами, слитками и уже привычными драгоценными камнями. Разной дорогой утвари и прочего статусного барахла валялось много, но мародеры целенаправленно искали именно самый ликвидный и небольшой по размерам товар. Кому нужны парчовые занавеси или украшенный затейливой резьбой спальный гарнитур? А вот золото — оно безлико и его прекрасно берут везде.

Через час закончили погрузку в подогнанный «протыкатель», после чего медленно поехали к пандусу и направились наверх. Наступил самый опасный этап плана — эвакуация. И судя по мелькавшим цифрам на включенном таймере, команда вписывалась в поставленные рамки в обрез…

* * *

— Господин Стапп, господин Стапп! К вам курьеры!

— Курьеры?

Старик отодвинул в сторону тарелку с недоеденным обедом и удивленно уставился на секретаря, посмевшего ворваться в кабинет без спроса.

— Да! У припортовых складов волнения, там пожар и грабеж! Полиция сразу же оцепила район, внутрь не входит! А еще пожар у поместья господина Агри!

На овощи полетела смятая салфетка, Стапп быстро выбрался из-за стола и приказал:

— Гонца в цитадель! Пусть закрываются! И еще трех — по списку, который у тебя в папке, пусть поднимают тревогу! Похоже, мерзавцы что-то пронюхали и решили ударить раньше времени!

Как не к стати! Дирижабли еще не прибыли, бомбить сверху толпу некому! Одно счастье, что вояки успели подтянуть разбросанные в пригородах части и теперь собираются начинать стройку. Черт с ними, опорными пунктами, главное — чтобы возможное нападение отбить. Ну и молиться, чтобы толпа не смяла клановую охрану… Кто же знал, что все планы пойдут псу под хвост…

— Ты еще здесь? Бегом!

Кривой Хашир не поленился взобраться на мачту и теперь с удивлением разглядывал столбы дыма, поднявшиеся над плоскими крышами Шелста. Бунт? Сейчас? С какой стати? До момента, когда контрабандисты и просто уважаемые люди еще раз встретятся для обсуждения будущих волнения — целых два дня. Никто не собирается устраивать беспорядки раньше времени. Людям нужно раздать оружие, выдать аванс и спиртное, вдолбить в тупые головы посылаемых на убой — кто, куда и как пойдет. Потом проверить, что приказы поняли и не собираются вломиться в чужой район или свести под шумок счеты с соседями. А тут…

— Эй, Руз, что удалось узнать, пока в порту крутился?

Только что добравшийся с пирса матрос задрал голову и крикнул:

— Это торговцы скотом буянят, кто на ярмарку не успел. Говорят, будто казначейство налоги в порту оставило, не успело все вывезти и деньги на складах лежат. Охраны там особо нет, вот народ и побежал карманы набить.

— Налоги? Кто же такую глупость придумал?

— Не знаю, Хашир. Но бочки с вином уже пару часов как с телег сгрузили. А оборванцам-скотоводам все равно, кому морду бить. Ну и цены последние им совсем не понравились.

Насчет цен — это точно. Крупные заводчики сумели договориться с властями и попридержали товар. Тем, кто торгует с городом, выставили новые расценки, на треть ниже прошлогодних. А налоги оставили прежними. Поэтому неизвестный, подкинувший наживку озлобленным беднякам, все рассчитал точно. Казна, деньги, склады под боком. Только вот зачем?..

— А в городе что горит?

— Старые сараи ближе к поместьям подожгли. Не знаю, зачем.

Не знает он. Зато Хашир знает. Похоже, кто-то решил подставить местных уголовников и этот кто-то еще не так давно завлекал интересными предложениями.

Но хуже всего, что Хашир неожиданно осознал, что его визит к Стаппу может выйти боком. Потому что где сейчас беглый Чак, как его найти — это никому не известно. А ведь именно он, будущий пенсионер, пытался раздавать обещания и шептал о будущих волнениях. И теперь запросто может стать крайним.

— Руз, тащи капитана наверх. Снимаемся с якоря и уходим!

— Так власти вроде никого не выпускают?

— Штраф заплатим. Но лучше смуту пересидеть где-нибудь в другом месте. И сделать это — как можно быстрее…

* * *

Ворота в цитадель закрыть не успели. Сигнал о возможных волнениях пришел, но пока охрана выпроваживала наемников кланов, прибывших с очередным грузом, пока вояки снаружи начинали разворачивать посты для перехвата любых посторонних — время шло. А потом неожиданно у входа в подвал загремели выстрелы и на площадь выкатил кургузый железный ящик на гусеницах, отдаленно напоминающий броневики последних модификаций. И, как на броневиках, на верхней части у чужого транспорта стояло два пулемета и эти пулеметы злыми очередями отгоняли охрану, на удивление ловко сшибая любого зазевавшегося. Мало того, от бортов непонятного агрегата потянулись дымные шлейфы, которые уперлись в распахнутые створки ворот и тяжелые взрывы разметали людей, попутно окатив осколками удивленно замерших на выходе солдат.

Народ бросился в рассыпную, а, завывающий двигателем монстр, выкатился из цитадели и, прибавив скорости, рванул на выезд, продолжая сеять вокруг себя разрушения.

Тройка «ашэров» успела пристреляться к заднему пулемету, установленному на короткой треноге и подавила его. Тяжелые пули разбили короба с патронами, искромсали механизм заряжания. Правда, за это пришлось заплатить неожиданно высокую цену. С левого борта ухнуло, потянулись два дымных хвоста и ударили в стрелков. Один успел в страхе нырнуть в распахнутый люк в полу и лишь переломал себе ноги. А двое других погибли, разорванные в клочья вместе с верхушкой башни.

Шайтан-машину сумели остановить лишь у третьего внешнего кольца, закрыв ворота и подкатив поближе пару пушек. Правда, неведомый враг успел трижды расстрелять орудийную прислугу, прежде чем получил попадание в борт. Причем зацепили его лишь с пятого выстрела, очень уж ловко маневрировал. Пулемет еще огрызался какое-то время, пока еще одно удачное попадание не снесло кусок крыши с трубами и носовой станиной. После чего «протыкатель» задымил, окутавшись густыми серыми клубами. То ли горел, то ли ставил дымовую завесу. Но подтянувшиеся вояки уже оправились от неожиданного нападения и теперь срывали зло, залпами вышибая искры из еле видных в хмари железных бортов. Пушке успела выстрелить еще разок, после чего неожиданно блеснула яркая вспышка и сильнейших взрыв разметал останки «Лани», превратив ее начинку в крупнокалиберную шрапнель. Шарахнуло так, что ближайшие стены домов вмяло внутрь, попутно покалечив и убив всех, кто сдуру подошел ближе ста метров.

В цитадели тем временем народ пытался оказать помощь раненным и тушил начавшийся пожар. Из подвала тарахтя выкатил грузовик, стоявший на подножке офицер заорал благим матом:

— Это было нападение клановых! Они завезли три бомбы внутрь! Две мы обезвредили, одна в кузове! Все прочь с дороги, прочь! Вот-вот взорвется!

Пытавшийся хоть как-то бороться с огнем народ повторно бросился в рассыпную, пропуская военных. Грузовик выкатил за ворота и повернул направо. Там он промчал по дороге, свернул мимо казарм и начал пробираться в сторону восточного выезда, снижая скорость. Офицер забрался внутрь кабины и подсказывал водителю, куда именно нужно рулить. Про бомбу в кузове больше никто не кричал. Машине удалось проскочить до выезда из ремесленных кварталов, когда она уперлась в закрытые ворота.

— Куда прете? В городе волнения!

— Знаем. У нас слезогонка для бунтовщиков.

— Так пожары на севере и у порта, вы куда собрались?

— Это был отвлекающий удар. Вот приказ. Основная толпа собирается как раз у Площади Зеленщиков. Если мы тут с вами застрянем, сами будете отбиваться от пьяного сброда. И отвечать перед…

— Открывай ворота!

Шестеро рядовых выскочили наружу, распахивая створки и припали на колено, поводя перед собой винтовками. Грузовик медленно выбрался на опустевшую дорогу и снова набрал скорость. Скоро его скрылся за очередным поворотом.

* * *

До места боестолкновения Стапп добрался поздно вечером. До этого он метался по городу, пытаясь разобраться в ситуации. Весь этот малопонятный бардак с грабежами, поджогами и оборванцами, устроившими форменное сражение с полицией, когда та вздумала сунуться в припортовые закоулки. А самое главное — что за непонятная пальба в цитадели и рядом с ней? Машина-то по описанию полностью совпадает с «протыкателем» младшего Сафа.

Остановившись на краю обвалившихся домов, Стапп внимательно слушал доклад одного из местных офицеров, участвовавших в заварухе. Судя по тому, как бодро докладывали, для вояк вроде все понятно. Но что есть правда в мешанине догадок, слухов и беглого осмотра пожарища?

— Судя по всему, группа бандитов проникла внутрь цитадели, переодевшись в форму охраны кланов. Как именно они сумели это сделать и почему их не опознали — с этим еще разбираются. Учитывая, что многие из охраны погибли, возможно, что сучастников зачистили во время прорыва.

— Значит, они попали внутрь.

— Да. Захватили часть сокровищ и рванули назад. Явно их спугнули, потому что на месте взрыва лишь часть золота и драгоценностей.

— Спугнули… Что не помешало пойти на прорыв.

— Да. Оставили там бомбы и пошли в атаку. Уничтожили часть охраны в цитадели, подстрелили несколько «ашэров», которые сумели все же ценой жизни расстрелять один из пулеметов. Затем двинулись кратчайшей дорогой на выезд в город. И уже там мы их остановили.

— Потери?

— Цитадельских не считал, не знаю. У нас восемьдесят шесть убитых и почти две сотни раненных и увечных.

— И это — буквально за несколько минут. И под обстрелом из орудий и ружейным ответным огнем, — старик сгорбился. — Чудовищно…

— Хорошая машина, — ощерился докладчик. — Я посмотрел обломки — отличная сталь. Винтовочную пулю даже на этой дистанции держала. Ну и под конец, когда они поняли, что уже отбегались, подорвали сами себя.

— Остатки тел?

— Кровавые брызги, вы что. Какие тела — у нас часть близко подошедших на куски разметало, до сих пор собрать не можем. Капли золота или крохотные фрагменты монет, несколько сколов от драгоценных камней нашли. Думаю, завтра днем еще раз хорошенько просеем всю округу и будут дополнительные детали.

— Понятно. Я сообщу кланам, что вы сделали что возможно и проявили себя лучшим способом… Полиция пресекла основную попытку волнений, попутно заперла часть бузотеров на разграбленных складах. Как хмель выветрится, наверняка сдадутся. Или спалят к чертям вместе с сараями…

Вернувшись обратно в паланкин, Стапп устроился на подушках и задумался. Неужели — в самом деле все получилось? Кто-то поспешил, решив ударить на опережение. И в результате — бунт заглох сам собой, попытка ограбления сорвалась и удачливый сукин сын ушел из жизни громко, поставив кровавую точку в финале карьеры. Информатор сбежал, как только началась заваруха. Заранее отмобилизованные вояки сделали все возможное, не дав прорваться проклятой машине. И раз не было возможности совершить прыжок из цитадели, то единственно логичным был именно прорыв. Который почти удался. Не будь «ашэров» и пушек, «протыкатель» смог бы пробиться в город и там оторваться от погони. Даже не так далеко, хотя бы до окраин. А там уже можно было запустить проклятый механизм и удрать вслед за Гардом. Кстати, может именно пропавший исследователь чужих миров помогал Чэкаре Сафу с организацией атаки? Оружие-то из других миров. Как и взрывчатка, которой вход на нижние уровни заминировали. Шарахнуло изрядно, к разборам завалов так и не приступили. Боятся, что еще какие гостинцы припрятаны. Поэтому оценить реальный ущерб получится не сразу.

Но зато в плюсах — подавление бунта, уничтожение главных зачинщиков и тот самый пост, на который теперь можно претендовать со всей уверенностью.

Прислушавшись к самому себе, Стапп понял, что тугой узел ненависти и страха внутри постепенно исчезает, распускается и можно вздохнуть полной грудью. Жаль конечно, что заветная клетка так и останется пустой. Но зато — он переиграл ублюдка. И снова вернулся на верхушку пирамиды, отвоевав утерянное.

Расслабленно махнув рукой, старик приказал трогать. Краткое уведомление он разошлет из дому, благо, курьеры ждут его дам. А полный доклад завтра к вечеру. Сегодня же — отдыхать. Он заслужил. Несмотря ни на что…

Глава 10

До нужного места добирались два дня. «Тростниковая Цапля» неспеша резала пологую волну, экипаж часть времени занимался приборкой и наведением лоска, остальное время посвящал ловле рыбы или просто короткому отдыху между вахтами. Капитан Брайдель собирался закончить дела и вернуться обратно в Рулдомэр. Подобрав наемников в условленном месте, корабль проскользнул мимо таких же каботажников и смог удрать из опасного района до начала тотальных проверок. Теперь — на восток, к небольшой проплешине среди джунглей. Как сказал Чак — именно там находится оптимальный поток, которым нужно будет воспользоваться в последний раз для путешествия в чужой мир.

«Протыкатель» было жалко. Но именно благодаря погибшей машине удалось обрубить возможные хвосты. Нужный набор артефактов и часть двигателя спрятали в кузове грузовика. И воспользоваться получится лишь раз. Билет в один конец. Но компания не унывала. Потому что, разделив награбленное на положенные доли, теперь каждый прикидывал, чем сможет заняться на новом месте. Брайдель, кстати, категорически отказался куда-либо еще плыть, лететь или ехать. Похоже, он прекрасно обустроился на своем текущем месте и не хотел лишний раз искушать судьбу. Его долю выплатили исключительно золотыми монетами, которые не опознать и никак не привязать к «погибшим».

За ужином Варга отложил в сторону карандаш и лист бумаги с рисунками дирижаблей, после чего вздохнул:

— Зря мы на летное поле не заявились. Кто знает, может и получилось бы какую-нибудь кроху заарканить. И с ветерком — до места.

— Ага. Потом дирижабль разобрать, непонятно как перебросить все это в другой мир и собрать там заново. Лучше новый купишь. Или самолет. Или еще чего-нибудь придумаешь, — фыркнул Ниро, заканчивая доедать овощное рагу. — И здоровее будешь.

— А в чем могут быть проблемы? — Конрад быстро осмотрел себя и удивленно выгнул бровь. — Вроде без последствий обошлось.

— Само собой. Но если бы попробовали захватить птичку, то твои бывшие сослуживцы запросто насверлили бы в нас дырок… Вот скажи, почему так удачно скатались?

— Потому что смелые и решительные, таких удача любит.

— И — дурак… Чак, тот же вопрос уже к тебе — почему мы сумели и лекарства добыть, и чуть золотишка выгребли?

Избежавший скорой мучительной смерти мужчина постучал пальцем по виску и ответил:

— Потому что планировали все. Схема цитадели, нужная одежда, оружие, поддельные документы. Даже шухер с попыткой атаки на кланы — все это было организовано. И пусть сработали по запасному сценарию, но готовились к любым неожиданностям всерьез. У нас на любой загиб вояк или охраны была готова заготовка. И визит в цитадель я просчитывал еще три года тому назад… Вот поэтому и прокатились, как по маслу.

Аккуратно сложив почеркушки, Варга задумчиво посмотрел сначала на одного компаньона, затем на другого и лишь после этого озвучил здравую мысль, каким-то чудом заглянувшую на огонек:

— Думаю, я вам долю в будущем предприятии выделю. «Конрад и К» — звучит? Две Ка, вензелями, должно быть красиво. Я — и вы, та самая неизвестная «компания».

— Это нам еще зачем? — возмутился Ниро, накладывая себе три куска запеканки и наливая горячий чай в безразмерную кружку. — Мы с небесами дел не имеем. Я даже в прошлой жизни старался поменьше над облаками мотаться. Потому что сбивали оттуда почти всегда и неожиданно.

— Зачем? А затем, что летать буду я. А вот просчитывать возможные риски на земле и гасить неприятности — это у вас лучше всего получается. Даже за не очень большой процент.

Увидев, что старания повара вот-вот будут сожраны в одно рыло, Чак тоже засуетился и сгреб остатки вкусностей к себе поближе, не забыв поинтересоваться:

— Почему за небольшой процент? Думаешь, мы за просто так станем прикрывать твою контору?

— Ага.

— С чего бы?

— А вы очень непоседливые. Вам будет скучно…

* * *

На утро Чак закончил инструктаж, разложив на столе несколько карт и заглядывая в тонкую записную книжку:

— Мир, куда отправляемся, называется Лирро. По уровню развития — опережает этот где-то лет на пятьдесят или меньше. Машин много, разных. Хотя в деревнях еще на конях почти повсеместно поля обрабатывают. Где-то две тысячи лет назад на них каменюка сверху упала, поэтому трясло знатно и вулканы проснулись. Но лет за сто все успокоилось. Хотя из-за катастрофы куча народу с мест снялась и хорошенько перемешалась. Границы стран перекроили, где-то войны перешли в геноцид и закончились взаимным истреблением. Потом от болячек куча бедолаг представилась и окончательно от всех гадостей оправились буквально не так давно. Худо-бедно из разносортицы мелких княжеств вылупились три государства, которые сейчас делят главный материк. Два материка на западном полушарии после землетрясения раздолбило на груды островов, на многих до сих пор вулканы действуют. Второй материк, размерами поменьше, обжит лишь по побережью. Дальше джунгли, злые аборигены и отсутствие полезных ископаемых. Поэтому нормальные люди там почти и не бывают. Хватает захваченных и поделенных земель.

Отпив водички, Чак продолжил:

— Пока был жив отец, мы пару раз к соседям заглядывали. Переезжать собирались. Поэтому нас будет ждать одна семья, которая поможет легализоваться. Вот наброски — как обычно выглядят взрослые мужчины. Вот — городок, где на первое время осядем. Основной бизнес — добыча и продажа угля, несколько мелких мастерских по ремонту всего, что по железным дорогам бегает. Наша пятерка — приехала в гости к троюродному дядюшке. Сами — с островных поселенцев. Нашли клад, сумели с ним удрать. Подобные истории — не редкость, ради этого куча авантюристов в джунгли и шляется, пошарить по заброшенным городам. На месте уже определимся, чем заниматься станем.

— Язык? — уточнил Ниро.

— Дядюшка поможет. У его семьи дар — могут людей языкам учить. За месяц худо-бедно основы вколотят, дальше уже сами дополируем.

— Возможные угрозы? — компаньон уже не раз беседовал с Чаком, но сейчас специально повторял, чтобы другие еще раз послушали и прониклись.

— Как обычно. Бандиты, коррумпированная полиция и собственное разгильдяйство. Приходим тихо, врастаем в местные реалии аккуратно. Через год уже можно будет какое-то серьезное дело начинать. Или даже раньше. Но! Конрад, лишний раз к тебе обращаюсь. Местные обычно к приезжим относятся спокойно. Особенно если эти приезжие не начинают их учить жизни. Поэтому за себя постоять надо в любой ситуации, но лучше неприятности не находить. Они нас сами найдут…

Грузовик уже стоял на каменистом пляже, а наемники прощались с Брайделем и его командой.

— Если сумеем «протыкатель» заново собрать и разобраться, как он работает, то обязательно в гости наведаемся. Маяк у тебя один припрятан, включай раз в полгода. Я буду знать, что ты жив-здоров. Если врубишь на постоянку — значит, у тебя проблемы.

— Все будет нормально. Я уже в системе, с нужными людьми на короткой ноге. Так что лучше сам поберегись.

Обняв по очереди каждого, капитан «Цапли» вернулся на борт и корабль начал сдавать назад. Через пять минут грузовик укатил по узкой пологой каменистой осыпи в сторону зеленых зарослей и пляж опустел.

Место для перехода нашли ближе к обеду — небольшой ровный пятачок, на котором и остановились в самом центре. За полчаса вбили по кругу колышки, затянули все медной проволокой. После чего присели на дорожку и Чак еще раз вслух проговорил последовательность действий:

— У нас два артефакта, большой и малый. Малый оставим на будущее, может сможем на его основе что-то собрать. Большой — для перехода. Обычно экипаж защищает корпус «протыкателя и контур, запитанный от кристаллов с энергией. Этого у нас нет. Поэтому поступаем по старинке — создаем вокруг себя некий полог, который и продавим на новое место. Артефакт после этого — в труху. Но на один бросок его хватит с гарантией. Значит, из машины не выходить, неприятные последствия перехода терпеть и под ноги не блевать. На месте смотреть по сторонам и быть готовым дать отпор. Вроде как местные раньше с чужаками с других миров воевали, поэтому лучше нам сдуру не попасть под горячую руку… Все, рассаживаемся и в путь.

Двигатель заглушили, сицилийцы вместе с Конрадом устроились в кузове, Чак с Ниро в кабине. Заднее окошко было открыто, и вся пятерка могла при необходимости переговариваться, не повышая голос. Дернув провод, запустили работу артефакта, прикрепленного намертво внизу машины. Зазмеились голубоватые всполохи по медной паутине. Над головой помутнело небо и через мгновение по краям столбиков будто сгустился туман. Вскоре площадку накрыла полусфера, отрезав от окружающего мира. Заныли зубы, во рту у всех наемников пересохло. Но не успели они еще отреагировать на неприятные ощущения, как артефакт треснул, брызнул напоследок искрами и туман рассеялся. В навалившейся темноте и тишине пятеро мужчин осторожно оглядывались и прислушивались к окружающему. Наконец Ниро пальцем ткнул в приоткрытое справа окно и прошептал:

— Вроде корова мычит.

— По датчикам — на месте. Дури в машинерии Гарда было изрядно, вот и проскочили почти сразу.

— Раз на месте, то надо осмотреться… Луиджи, Модесто — на вас округа. Пройдитесь аккуратно. А мы приберем, чтобы лишнего не осталось.

Как оказалось, колышки и проволока остались в старом мире. Может, даже испарились во время перехода. Артефакт в любом случае превратился в труху и просто рассыпался мелкой серой пылью при попытке его потрогать. В остальном переселенцы отделались больше легким испугом. Грузовик был цел, стоял на тонком круге спекшейся гальки. Вокруг — мелкий подлесок, затянутый туманом. И тихая ночь, изредка нарушаемая далеким мычанием коровы и редким лаем.

Вернувшаяся пара головорезов отчиталась:

— Пусто. Лес кругом и явно никем нехоженый.

— Отлично. Я тогда первым на фишке, затем Модесто и Луиджи. С рассветом — выдвигаемся дальше. Отбой всем…

* * *

Рано утром потратили примерно час на завтрак и то, чтобы скрыть наиболее явные следы перехода. После чего выспавшийся Ниро двинулся вперед, а Чак повел грузовик следом. Пару раз пришлось покрутиться, объезжая овраги и совсем непроходимые заросли. Но вскоре выбрались на проселочную дорогу, после чего Ниро снова забрался в кабину.

— Значит, грузовик похож на местные?

— Ага. Технику как раз отсюда слизали, еще лет пятьдесят назад, если не больше. Потом местные что-то там перемудрили, разразился кризис и поставки прикрыли. Как и переходы, по которым бродяги пытались слоняться. Но зато мы вполне сойдем за реднеков с островов.

— Дорогу узнаешь?

— Нет пока. Но вон та сдвоенная вершина знакома, город рядом с ней. Так что все равно в ту сторону.

— Ладно, рули. Если что, слова-маркеры помнишь. Огнем прикроем.

Чак притормозил перед очередной лужей, аккуратно пробрался по краешку и вздохнул:

— Вот с пальбой бы не хотелось. Одна надежда, что липовый дядюшка жив.

Дядюшка был жив. Мало того, он даже узнал в приехавших одного из мужчин, который давным-давно навещал старика.

Мистер Циркуит обитал в покосившемся двухэтажном домишке на окраине Джипси-тауна или Джи-Ти, как обычно говорили местные. На первом этаже когда-то размещалась лавка, но сейчас закрытые ставни поверх приколотили досками, а на втором этаже жилой оставалась одна крохотная комната с печкой-буржуйкой.

— Мистер Ча… Давно вас не видел, давно… Мои давно уже в другие края подались, лишь я один здесь остался. Какой смысл старику по чужим углам мыкаться.

— Как сами, сэр?

— Скриплю понемножку… А ваш отец?

— К сожалению, пропал в джунглях. Завещал мне дело, я исполнил наказ. Вот, решил с друзьями вернуться в цивилизацию.

Старик покивал:

— Да, умным людям рядом с дикарями не место… А что на побережье не остались? Говорят, там сейчас хорошо. Пять лет, как президенты подписали мирный договор, народ активно строится и рук не хватает.

— Мирный? Что, очередная война закончилась? Я прошу прощения, но мы сидели на болотах, газет не подвозили… Хотя, что же на улице, мистер Циркуит. У нас с собой и консервы, и чай. Давайте стол накроем.

Хозяин засуетился и похромал через распахнутые и вросшие в землю ворота во двор:

— В самом деле, старый я пень… Давайте сюда. Нечего грузовик на улице держать, припрется еще кто-нибудь…

— С чужаками здесь как обычно?

— Само собой. На улице могут быть проблемы, а если кто полезет внутрь — стреляйте смело. И лучше — первым. Швали в Джи-Ти до сих пор полно, все руки тянут, куда не надо…

Перепарковав имущество, Ниро выслушал краткий пересказ беседы от Чака и оставил сицилийцев в качестве охраны, предупредив:

— Любого посылайте нафиг. Если кто сунется и уж с оружием в руках — валить наглухо. Похоже, законов тут никаких толком нет. Через час сменю.

Глядя, как старик жадно ест разогретые консервированные бобы, Чам мрачнел. А когда выслушал нехитрую историю последних лет, то нахмурился еще больше и объяснил сидевшим рядом Ниро и Варге глубину проблемы.

— Похоже, местные с башкой совсем не дружат. Где-то пятьдесят лет они резали друг друга с остервенением. Потом население изрядно подсократилось и начали мириться. Мирились еще лет десять, периодически пакостя в приграничье. Затем было последнее сражение, в котором ухлопали больше миллиона человек суммарно и тогда уже заключили пакт о ненападении. Попутно скинули прошлые правящие династии и выбрав новых президентов. Пять лет назад подписали мир, начали восстанавливать разрушенное хозяйство. Из колоний гребут людей и ресурсы, потому что сами с голой задницей. Эти горы сильно обезлюдели — рекрутские наборы, затем бандиты. Теперь в Джи-Ти от силы человек пятьсот осталось. Шахта убыточна, производства перевели на военные рельсы и бросили по завершению войны. Единственное, что еще хоть как-то трепыхается, это жестяной завод. Сейчас начало осени, а в конце весны ухлопали мэра. Как говорит Циркуит, мужик был гнилой, водил шашни с местными бандитами. Пытался фермеров поборами обкладывать, в горное управление нос совал. В итоге не поделил что-то с подельниками и плохо закончил.

— Кто сейчас верховодит?

— Часть банды переехала к соседям, тут остались самые доходяги. Новым мэром выбрали брата покойного, он как раз недавно вернулся домой. Людей и денег у него для наведения порядка нет, как и у полицмейстера. В городе подобие анархии. Народ разбегается, остатки сидят по домам.

— Что с нами?

— Старик обещает за пару недель помочь с обучением основам языка. Я неплохо местное наречие знаю, буду в этом участвовать. Скорее всего, нас в ближайшие пару дней наверняка попытаются прощупать, но вряд ли полезут нахрапом. От шайки здесь человек десять, а нас пятеро и все с оружием. Вполне сойдем за бывших солдат или вообще колонистов, вернувшихся в метрополию с островов за хорошими заработками.

Помолчав, Ниро достал из сумки крохотные серебристые стопочки, расставил на столе и налил в каждую из фляги коньяка. Затем поднял свою и произнес тост:

— Тяжелые времена всегда открывают перед понимающими людьми новые возможности. Поэтому предлагаю выпить за то, чтобы вытащить сначала Джи-Ти из дерьма, куда его затолкали местные. А затем и светлое будущее, которое себе и им обеспечим.

* * *

Ближе к вечеру в гости заглянул оборванец с ржавым ружьем и изрядной долей дурного самомнения. Модесто идиоту рукояткой пистолета выбил зубы, пукалку отобрал. После чего Чак посоветовал идиоту валить к дружкам и предупредить, что следующих отправят прямиком на кладбище. Еще через час в гости заглянул печальный полицейский в мятой форме и передал приглашение «троюродным племянникам господина Циркуита» на ужин. За которым присутствовал мрачный мэр, не менее мрачный глава полиции и остатки полусдохшего бизнеса в лице начальника шахты и директора жестяного завода. Хозяевам вручили презент в виде двух бутылок без каких-либо наклеек, но с отличным содержимым. После легкого перекуса народ раскурил трубки и сигары и началось осторожное прощупывание друг друга. Ниро выступал в качестве силового блока будущей компании, Чак переводил и подавал себя ведущим бизнесменом и головным мозгом предприятия.

— Господа, давным-давно я жил в вашем прекрасном городе. И мне больно видеть, во что он превратился из-за войны и бандитов, убивших вашего брата, господин мэр. Примите наши искренние соболезнования.

— Спасибо. К сожалению, Рихард не смог удержать худших людей города в узде и погиб. Боюсь, что и мы с Чарли вряд ли дотянем до зимы. Денег в казне нет, шахта и завод на грани закрытия. А когда в Джи-Ти придет голод, то бандиты разграбят остатки и поставят точку в затянувшейся агонии.

Значит — Чарли, отметил для себя Ниро. Господин полицмейстер, мужчина с явно военной выправкой и седыми большими усами. Похоже, с мэром его связывает старая дружба. Потому что для остальных он — исключительно мистер Трот.

— Мне кажется, что эти проблемы можно решать поэтапно. Во-первых, давайте определимся с нашим будущим. Мы вернулись с островов и долгое время существовали вне цивилизации. Дома случались разные ситуации, когда приходилось браться за оружие. Как с этим обстоят дела здесь? Можем ли мы защититься от грабителей самостоятельно или обязаны вызывать полицию?

— Если кто-то пытается вломиться в ваш дом или отобрать имущество — стреляйте смело. К сожалению, после войны у людей полно оружия и многие предпочитают тянуть руки к чужому. Но, желательно понимать, что если вы будете нападать первыми, это вполне может в итоге привести на виселицу.

— Понятно. Тогда второй вопрос. Лично к вам, господа. Вы хотите возродить город или готовы распродать остатки и уехать куда-нибудь на побережье? Мы с компаньоном должны понимать, на кого в Джи-Ти можно опереться. Или проще навербовать здесь еще способных что-то делать руками и податься куда глаза глядят.

Вопрос не понравился. Точнее — тон, которым его задали.

Солан Вачковски, мэр города, медленно встал и начал отвечать, еле сдерживая злость:

— Податься куда глаза глядят? Здесь похоронены мои предки. Моя семья кровью и потом поднимала эти земли. И бросить все, потому что какие-то мерзавцы возомнили себя хозяевами мира?! Я им глотки рвать буду голыми руками! Хрем им, а не город!

Выслушав перевод, Нирод неожиданно для друга встал и протянул невысокому мужчине руку:

— Господин Вачковски, считайте, что теперь есть кому прикрыть вам спину. Дайте нам полный расклад по бандитам, и мы подумаем, как решить эту проблему. Кроме того, мы готовы вложить сто килограммов золота в качестве аванса в будущее Джипси-Тауна. Кредитовать найм новых людей в полицию и городские службы, закрыть долги по зарплате, простимулировать нормальную жизнь. Кроме того, через пару недель, как закончим с первоочередными делами, будем рады выслушать ваши предложения по развитию промышленности. Я не верю, что уголь и товары для обывателей никому не нужны. Кроме того — кругом лес, а это строительные материалы. Фермерам наверняка понадобится техника для возделывания полей. Одним словом — мой друг вернулся домой, к своему дяде. И я с ним за компанию. И мы сделаем все возможное, чтобы в городе были закон и порядок, а обычные граждане имели возможность честно заработать на кусок хлеба для семьи.

По итогам затянувшихся за полночь предварительных переговоров обе стороны расстались довольные друг другом. Мало того, полицмейстер смог рассказать все, что было известно о банде. И вернувшись к мистеру Цируиту, Чак предупредил остальных:

— Подъем в четыре утра. Конрад, на тебе охрана дома и грузовика. Автоматом пользоваться вроде научился, так что вали всех, кто вздумает сунуться. Ворота мы откопали и закрыли, так что на тебе — общая оборона. Хотя надеюсь, что обойдется и без этого.

— А вы куда?

— На заброшенный карьер. Чтобы грузовик не разгружать, я сумел договориться о подмене. Другую машину нам оставят в условленном месте, потому что туда все же пешком далековато, да еще увешавшись железом.

— Может я с вами?

Но раскатывавший набитый сеном матрас Ниро лишь хмыкнул:

— Я же не пытаюсь тебя учить, как управлять летающей дурой размером с половину Джипси-Тауна. Кроме того, ты пока еще не владеешь тонкостями полевого допроса.

Убедившись, что Варга намек понял, Ниро закончил:

— Там от десяти до двенадцати ублюдков. После того, как мы одному морду поправили, они наверняка захотят завтра поквитаться. Поэтому сработаем на опережение. Чистить остатки банды будем позже, тогда и постреляешь.

* * *

Благодаря понятным описаниям господина Трота, карьер нашли сразу же. И заботливо приготовленный небольшой пикап с помятыми бортами ждал в городе, где было условлено. Стоявший рядом парень отсалютовал кепкой и растворился в ночи. Причем Чак мог поклясться, что именно этот молодой джентльмен приходил сегодня в униформе и приглашал на ужин. Видимо, полицию действительно достали беспредельщики, а собственных сил хватало лишь на самооборону. Не удивительно, что с такими порядками жизнь в городе катится под откос.

Гремевший кузовом автомобильчик припарковали у сарая, откуда тянулась пыльная дорога через заросшую пустошь. Там, шагах в трехстах от Джи-Ти высились еле заметные в утренних ранних сумерках здания. Два огромных сарая для щебня и длинный барак, который раньше был конторой и где сидели управленцы. Теперь в каменном строении большая часть комнат должна пустовать. Но это можно легко проверить, благо, нужное оборудование у наемников было.

Две пары замерли на краю выработки, в наушниках первым обозначился Луиджи:

— Все отметки в левом крыле, больше никого не наблюдаю.

— Принял. Держи фасад. Модесто, тебе обойти слева, там с торца дверь. Мы с Чаком подойдем к окнам.

План был простой. Учитывая, что бандиты собрались в одном месте, то они лишь помогли наемникам сэкономить время.

Две темных тени застыли посередине барака. Ниро жестом показал напарнику на прибор ночного видения, после чего изобразил, как открывает рот и прикрывает уши. Чак кивнул, приподнял окуляры и зажмурил глаза, прижав ладони к голове. Звякнуло окно, после чего внутри большой комнаты раздался взрыв с ярчайшей вспышкой. Полетели стекла, потянуло кисловатым дымом. Подождав пару секунд, Ниро забросил еще одну светошумовую гранату и снова пригнулся. После того, как над головой полыхнуло в очередной раз, привстал и начал одиночными выстрелами проводить контроль по бандитам. Чак чуть сместился и контролировал подход справа. Сицилийцы следили, чтобы никто не сумел ускользнуть. Наконец командир тронул плечо напарника, и боевая пара через окна пробралась внутрь.

— Нам нужен один. Вон тот, я ему лишь руку прострелил.

— Остальные?

— Готовы, но проверь. Если у кого башка целая — добавь.

Последнего выжившего из бандитов перевязали и теперь он сидел в кузове пикапа, катившего по дороге. Бедолагу даже особо прессовать не пришлось, он уже рассказал все, что знал и явно прощался с жизнью. Остановившись у перекрестка, Ниро выволок грязного мужика, поставил на ноги и кивнул Чаку, выполнявшему роль переводчика.

— В Джи-Ти новые власти. Любой, кто сунется ради грабежа, прямиком отправится на кладбище. Проваливай к дружкам и передай, что это было единственное предупреждение. Если кто не врубился, то можем и в гости приехать. Понял? Тогда пшел прочь.

Убедившись, что оставленный в живых легкой рысцой направился в правильном направлении, Ниро подвел промежуточные итоги:

— Ладно, поехали завтракать. Сдаем машину, пусть полиция барак проверяет, может что полезное для себя найдет. Нам же — в первую очередь тянуть язык и с народом встречаться. Осведомители и поддержка среди фермеров и горожан — первое дело. Инвестируем в развитие города, сможем здесь закрепиться и начнем расти дальше.

— Глухой угол, кто сюда поедет?

— Карту смотрел? Твой отец был не дурак, он сумел вычленить главное. Если пробить дорогу через горный хребет, можно кинуть железнодорожную ветку к соседям. Сейчас народ делает изрядный крюк. А мы срежем где-то километров семьсот. Что позволит оседлать очень перспективную прямую трассу. Само строительство привлечет рабочие руки. Пока же — сначала вдохнем жизнь в местную промышленность, восстановим лавки и заводу поможем с реорганизацией. Сельскохозяйственные инструменты, техника — поле непаханое. Народ всегда хочет есть. Поэтому сельское хозяйство в местных реалиях даст неплохую отдачу. Пусть не сразу, но мы ведь и не торопимся. Так, шаг за шагом, чтобы построить собственную империю.

Когда парковали пикап обратно и раскланивались с материализовавшимся из подворотни парнем «в штатском», Чак все же задал давно волновавший вопрос:

— Ладно, я понимаю про мое участие. Это финансы, компании, бухгалтерия. Конрад летать всерьез собирается. Ты вроде как с полицией вместе порядок будешь наводить и явно в политику двинешь. А парней куда?

— Луиджи с Модесто? Думаю, они подгребут теневую сторону. У парней богатейший опыт. Будет у нас два капо-де-тути-капи.

— Двое? Вроде у мафии хозяин один.

— Ну, стран три. В одной нам рулить на пару, а на две другие как раз их и отрядим. Думаю, справятся…

* * *

— Карли, чего мы ждем?

В небольшой комнате за столом сидели четверо, дымя как паровозы. Сидели долго, судя по веренице пустых бутылок и сизым клубам дыма над головой.

Невысокий шустрый Аресто, правая рука босса банды, изрядно набрался. И теперь долбил по мозгам старшему, с трудом фокусируя разбегающиеся глаза.

— Уже неделю сопли жуем. А надо лишь парней собрать и…

— И что? Брюхом пулю поймать? Так дело нехитрое. Но я что-то свинец не перевариваю. Забыл, что Блохастый рассказал? К соседям приехали бывшие вояки, полный грузовик стволов приволокли. Теперь в городе загибают все под себя. Мы туда парочку послали пораспрашивать, так где наши слухачи? Так и не вернулись. А все, что удалось узнать, так через третьи руки, от фермеров и шпаны, которая с Джи-Ти в бега подалась. Веры и тем, и другим никакой. Поэтому — я лучше еще неделю потеряю, но зато буду точно знать. Сколько. С каким оружием. Что замышляют… Тебе же лишь бы бежать и стрелять от пуза…

— Значит, надо всей кодлой туда завалиться. Они на нас рот откроют — а мы со всех стволов, разом!

— Разом? Разом, Аресто?..

Главарь сгреб приятеля, заглянул в перепуганные глаза и прошипел:

— Разом у нас десять человек положили, они даже дернуться не успели! Вот это — разом. И лишь одного выжившего прислали, чтобы запугать. Не-е-ет, Аресто, с этими ребятами мы поквитаемся, но аккуратно. Сначала все разведаем, дадим время им успокоиться. А потом выдерем сердца у каждого ублюдка, кто посмел против пойти… У Ферры сестра в городе, вот он и поехал проведать.

— Ферра — тюфяк! Больше на кухне у кастрюль возится!

— Такой и нужен, чтобы лишнего внимания не привлекал. Походит, подышит местным воздухом и с вестями в клюве вернется…

Обернувшись на скрипнувшую дверь, Карли отпустил подельника и хмыкнул:

— Помяни черта… Вот и Ферра заявился. Садись, рассказывай…

На табурет осторожно примостился высокий плечистый парень в сером замызганном пиджаке с дырой вместо правого кармана. Осторожно положив на стол замотанную в тряпку левую руку, стянул кепку с белесых волос, торчавших клочьями во все стороны, и поздоровался:

— Доброго дня всем. Я, это, приехал…

— Да видим уже, что приехал. Что узнал в городе?

— В городе? В городе все вверх ногами. У старика Циркуита родня приехала с островов. Везде шлындают, нос в любую дырку суют. Лавку старику сейчас наняли людей ремонтировать. На заводе были, на шахте. Главный у них невысокий такой, на хорька похож. В очках все время ходит, вроде как глаза у него больные. Второй — на офицера похож. У нас такой же полком командовал. Смотрит, молчит, только иногда старшему что-то на ухо шепчет. Морда с отметинами. И всегда умудряется любую мелочь заметить.

— Значит, двое главных. Еще что?

— Всего их пять или шесть, точно не знаю. Остальные по делам мотались… Еще они в банк деньги свои положили. И на эти деньги кредиты дают местным. На покупку зерна, техники и ремонт. Вчера утром фермеров собрали, толковали с ними про что-то. Я не застал, а сестра лишь краем уха слышала. Вроде как будут с армейских складов оружие закопать и под следующий урожай его раздадут. Ну и еще там всякого, чтобы работяги не уезжали, а наоборот, новые участки брали… Шахтерам часть долгов погасили, шахту на модернизацию ставить будут. Обещали все до фартинга заплатить в ближайшие пару месяцев. Пока в счет будущих выплат расписки начали принимать в продуктовой лавке и магазине у Шульца. Народ взбудораженный, в мэрию постоянно заходит, с Вачковски с вопросами лезут. И тот по улицам шастает, рожа довольная…

— Значит, хотят под себя город подмять, уроды… Еще что?

— А еще меня утром сегодня их вояка бывший остановил и с ним еще мордоворот такой был, с глазами протухшими. Глянул — и я думал все, пристрелят на месте. Но мне лишь мизинец сломали и предупредили, что морду мою знают. Еще раз там увидят, то уже не палец сломают, а шею свернут. Вывели на дорогу, дали пинка и просили тебе передать, что в гости не ждут… Кстати, младших Легардов, что ты раньше отправил разнюхать, я видел. Они теперь в кандалах, на ремонте города. Забор поправляли. И новый полицейский за ними присматривает, чтобы сбежать не могли.

Выпроводив шпиона-неудачника, Карли задумался. Потом оглядел самых преданных, столовавшихся рядом, и хмыкнул:

— Главное услышали? А? Ну, кто скажет, что для нас важного Ферра смог разнюхать?

— Мало их, чужаков. Пятеро или шестеро всего, — осторожно первым подал голос Аресто.

— Правильно. А еще мы место знаем, где они остановились. Поэтому — так же утром можно их навестить и положить всех разом. Бывший магазин Циркуита керосином облить и поджечь. Начнут на улицу сигать — мы их и добьем… А еще что?

Больше идей не было. Но старший пришел в хорошее настроение от вестей и сжалился над тугодумами:

— А еще они золото в банк притащили. Золото, парни. И много, раз хватает на кредиты… Вот за ним мы и заглянем, когда с уродами разберемся. После чего можно и на побережье… Так что никому пока ни слова, но оружие проверить, и чтобы с завтра никто бухать не вздумал. Я пока насчет колес разведаю, где прихватить. Чтобы с ветерком до места…

Глава 11

Когда-то в молодости Саллерс забивал скот. С той поры осталась мощная мускулатура и взгляд, от которого клиенты зачастую впадали в панику. Хотя теперь уже мистер Саллерс скот не трогал, а спускал шкуру с людей. Должников и чужаков, вздумавших без спроса соваться на его территорию. Хотя, стоит признать, что и эти «развлечения» в последнее время поручались в основном обычным боевикам. Все же главарю крупнейшей банды есть чем заняться, кроме как черепа крошить. Например, встретиться с серьезными людьми, за которых руководство Кларк-Сити замолвило словечко. Ради такого дела Саллерс даже набросил пиджак и теперь сидел за столом, пуская зайчики бритой налысо головой. Гостям уступил два крепких стула напротив.

Первого набриолиненого молодчика среди банд города знал любой. Франт Роджо, шустрый малый с тонкой полоской усиков под узким острым носом. Сам Роджо считал себя модником, следил за последними новинками на побережье и всегда одевался с иголочки. Пошитые у личного портного костюмы, дорогой табак, трость с позолоченным набалдашником. Но те, кто зарабатывал деньги потом и кровью, обычно за спиной называли мужчину выскочкой и проклятой пиявкой. Что поделаешь, человека «для особых поручений» на городском дне не любили. Но вынуждены были считаться, потому что мэр города и вся прикормленная свора чиновников именно через Роджо заключала сделки, вбрасывала информацию и получала отчеты о проделанной работе. При столь активном образе жизни рано или поздно прилизанного урода должны были похоронить вместе с грузом накопленных тайн. Но пока он считал себя незаменимым.

А вот второго гостя Саллерс видел впервые. Невысокий, поджарый, в поношенном костюме и крепких армейских ботинках. Причем обувь не местная, но узнаваема: и по грязи лазать, и по камням. Сносу не будет. Когда устраивался, хозяин успел заметить кобуру слева. Да и сам внешний вид показывал — этот человек шутить не будет. Он и за себя постоять сможет, и любому агрессору мозги вправит запросто. Но при этом — никакой глупой бравады или показухи, чем любил отметиться Роджо.

— Что нужно мэру от моих ребят?

— Господин Саллерс, тут появилось предложение помочь городу и себе, причем практически бесплатно! — расплылся в улыбке франт. — Меня просили оказать содействие соседям из Джипси-Тауна. Организовать встречу с нужными людьми, замолвить словечко. И вообще…

Саллерс поморщился. Ну не любил он балаболов. Если ты пришел от властей, то сразу можно торговать рожей, не изображая безмозглую обезьяну.

Второй гость положил руку на плечо только-только набравшего разбег Роджо и попросил:

— Большое спасибо, что организовали встречу, без вашей помощи я бы потерял кучу времени. Насколько знаю, в Кларк-Сити две транспортные компании грузовых перевозок? Не могли бы вы встретиться с их хозяевами и пригласить в хороший ресторан. Часика в три, скажем? Я бы оплатил обед и заодно решил ряд вопросов. Это возможно?

— А… С хозяевами гаражей?

— Да. Мы с мистером Саллерсом будем обсуждать скучные бухгалтерские вопросы, вам вряд ли будет интересно, а вот успеть перехватить двух важных господ, согласовать их график и потом забрать меня на встречу — это вряд ли у кого еще получится. Я верю лишь в ваши таланты, господин Роджо.

Франт задумался. Было видно, ему очень хотелось сунуть нос в чужой разговор, но выпроваживали вежливо, просили о новом одолжении. Ну и из ресторана его точно выставить не смогут. Так что там свое доберет для отчета «наверх».

— Разумеется, сделаю все возможное! Как только закончу, подъеду сюда же!

— Спасибо, буду обязан.

Подождав, пока Роджо откланяется, Саллерс достал из тумбы два стакана, налил туда любимого бренди и чокнулся с незнакомцем:

— Ловко вы его. Нашу пиявку спровадить — та еще головная боль.

— Ваше здоровье… Отличная вещь, надо будет прикупить пару ящиков… Итак. Меня зовут Чак. Сейчас в Джи-Ти командуют три человека. Это мэр Вачковски, полицмейстер Трот и я. Хозяева заводов и лавок кормятся с денег, которые для кредитов власти заняли у меня же. Ну и в ближайшие пару лет я хочу вернуть город к нормальной жизни. Будут работать производства, запустим большую стройку. Вот ради этого я и приехал в гости. Как мне объяснили, любое серьезное дело в Кларк-Сити и округе под вашим присмотром. Поэтому хочу предложить объединить усилия.

— В каком направлении?

— Во-первых, мы собираемся зачистить округу от швали, которая мешает нормально работать. Хочешь с оружием в руках защищать родной дом — добро пожаловать в полицию или частную охранную компанию. А бузотерить и грабить горожан — это билет на кладбище. Причем часть этих уродов удрало в ваши края и вроде как собирается вернуться назад. Если вы подскажете, когда именно мерзавцы появятся в гости, мы их примем всех скопом. Можете и местных наглецов заодно спровадить. Вакансий в каменоломнях хватает.

Похоже, что этот самый Чак умеет брать быка за рога. Налив еще себе и гостю, Саллерс уточнил:

— А кто меня рекомендовал, если не секрет?

— Сам Чарли Трот и рекомендовал. Говорит, что раньше с вами пересекался. Тогда с вами была заключена устная договоренность: вы не лезете в чужие владения, полиция не теребит лишний раз винокурню в пригородах. Жаль только, что лавка закрылась. Хотя — я надеюсь ее открыть на старых условиях. Причем фермеры наверняка обеспечат сырьем, часть можно будет продавать в ресторанах на месте и на вокзале, остальное вы как обычно заберете себе.

Точно бодрый парень. И явно с хозяевами Джи-Ти на короткой ноге, раз такие подробности знает.

— Насчет лавки не против. И шваль вам спровадить — тоже идея неплохая. Правда, этих уродов больше сотни наберется. Дурак Карли никак не угомонится, все пытается местных подвинуть, вот и гребет любого оборванца в банду.

— Хоть сотня, хоть две, не проблема. Я как раз хочу поговорить с хозяевами гаражей, чтобы они выделили под это дело грузовики. Чтобы разом всю толпу к нам в гости доставить. За разбитые машины заплатим, не проблема.

Сделав глоток, хозяин маленького кабинета помолчал, после чего кивнул:

— Это можно. Я черкну вам записку, покажете обоим. Думаю, проблем не будет… А что вы про вокзал говорили?

Открыв лежащую на краю стола папку, Чак развернул тонкий лист кальки и показал на яркую черную линию, бегущую от Кларк-Сити на север через Джипси-Таун и дальше в горы.

— Железнодорожная ветка. То самое строительство, которое начнем как только сойдет снег. Пока же будем завозить материалы, возводить склады и заодно закажем нужную технику в Арлестоне. Вроде бы после войны кучу разного железа там бросили. Нам вполне подойдет, вместе с оружием для фермеров и взрывчаткой для горных работ.

— Дорога? И куда хотите ее дотащить?

— До Лампассы. Соседи вряд ли будут против, если мы пробьем прямой путь, сэкономив на доставке больше недели в один конец.

Идея была интересной, но Саллерс засомневался:

— Может быть и выгорит. Хотя денег придется в это вбухать…

— Само собой. Заодно вы можете поучаствовать в процессе. Я не намекаю, но иногда люди хотят часть накопленных финансов вложить в дело и не афишировать это. С учетом будущих прибылей и возможности стать владельцами гостиниц, ремонтных мастерских и прочего. С которых потом уже можно платить официальные налоги и быть хозяином бизнеса, который никто не сможет связать с доходами от бутлегерства или еще каких полезных вещей.

— И гарантии?

— В качестве гарантов выступаем мы с компаньоном. Кроме того, поддержку новым начинаниям окажут официальные власти Джипси-Тауна.

Подумав, гангстер предложил:

— Идея мне нравится, но я пока лично с вами не работал. Поэтому давайте так… Сначала вы вправите мозги жулью, которое пытается гадить у меня под боком. Потом ближе к первому снегу я заеду в гости. Хочу посмотреть, как именно вы развернетесь. Ну и после того, как перезимуете, можно будет уже обсудить детали. Пока же могу лишь подарить ящик пойла. В счет возможных будущих соглашений.

— Отличный подход, мне нравится. Тогда — вот карточка с контактами, там теперь на телефоне всегда секретарь. Назовите себя и она тут же свяжет со мной или запишет сообщение, если буду где-то в городе. Когда заглянете в гости, обязательно это отметим. И познакомлю с компаньоном. Он у меня из военных, пунктуальный и серьезный джентльмен. Вам понравится.

Когда и этот гость ушел, Саллерс достал пухлый блокнот и сделал несколько записей на будущее. Разного рода жуликов он видел много. И прожекты завирательные постоянно пытались подсунуть. Только вот этот Чак производил впечатление человека, способного перерезать врагу глотку без раздумий, чем походил на большую часть лично отобранных головорезов. А еще — у него в конторе уже есть телефон. Который раньше в Джи-Ти был лишь в мэрии и работал через пень-колоду. Так что очень похоже, что третий в руководстве города головастый и в самом деле железную дорогу сможет построить. Главное — посмотреть, как у него обещания с реальными делами бьются…

* * *

Поздно вечером в старом доме на окраине Кларк-сити собралась разношерстная толпа. Одетые в рванье мужчины цедили добытый самогон, искали общих знакомых и попутно пытались узнать — что же там руководство решило. А руководство собачилось в одной из комнат, пытаясь поделить чужое имущество: чтобы себе побольше, а другим поменьше.

— С какого хрена мои люди пойдут чужаков резать? Себе-то банк нацелили!

— Потому что у тебя стволов больше, поэтому тебе и давить гадов. Зато водители у нас. И грузовики тоже наши будут.

— Вы сначала хотя бы один достаньте, а потом уже козыряйте! А что стволов больше, так за это и доля должна быть выше!

— Треть ваша, как и договаривались!

От момента, когда бандиты вцепятся друг другу в рожу, отделяли буквально секунды. Но ситуацию разрядил машинный гудок. Подпрыгивая на ухабах и с трудом разгоняя темноту, к дому один за другим подъехали четыре грузовика. Старых, пошарпанных, но вполне еще на ходу, с многократно латанными тентами. Из головной машины выбрался довольный Карли и заорал в приоткрывшееся окно:

— Аресто, принимай технику! Мялись, мялись, но одолжили под будущий процент. Значит, загнать все за дом, поставить сторожей. Чтобы ни одна собака не смела лапать или отвинтить чего без спроса. И пожрать мне там пусть соберут, с обеда на ногах и ни крошки во рту не было.

Когда главарь банды зашел в прокуренную комнату, пара других предводителей заворчала:

— Мы тут с твоим за жизнь пообщались и не вытанцовывается. Под пули нас подставить хотите, а сами — за золотишком?

— Золотишко еще взять надо будет. Это во-первых. Во-вторых, у меня лучшие спецы по злому сейфов. И водилы у меня. Ну а в-третьих, одно дело делаем. Каждому по равной доле с общей добычи, как договорились. И если уж совсем меня за пустышку держите, можно по пять человек с каждой команды добавить. Мне лишними точно не будут. Там до банка сначала придется копов задавить и сторожей. А они тоже не с палками сидят… Но если кому не нравится, так я упрашивать не стану. Слово последнее. Завтра утром на сортировочную заеду, наберу народу. Пусть без стволов, но обычными прутьями чужаков измолотят. Заодно и в магазине Циркуита пошарят. Его вроде как должны уже отремонтировать. Там барахла точно полным-полно. Захвачу еще машины в городе, забью под завязку… Хотя — можно и не возвращаться, меня здесь не любят. Сам мэром в Джипси-Тауне стану. С парнями свои порядки заведем…

Через полчаса ругани все же удалось договориться. Объединенная банда выезжает сегодня ночью, чтобы часам к пяти оказаться на месте. Две почти одинаковые по количеству бойцов группы. Одна для штурма дома, в котором живут племянники Циркуита. Вторая для захвата центра грода: мэрия, полицейский участок и банк. Когда все будет закончено, вся толпа встречается на главной площади, чтобы сгрести добычу в одно место и поделить. Карли наверняка останется в захваченном городе, а вот подельники хотели на все тех же четырех грузовиках вернуться обратно.

Закончив ужинать, главарь банды глянул на Аресто и вышел «до ветра». Справив нужду в ближайшие кусты, встал у крыльца и закурил. Когда помощник объявился рядом, Карли еле слышно приказал:

— Ты с парнями сразу в банк. Берешь только проверенных, с кем сюда приехали. Пока остальные народ по городу гоняют, нужно будет хранилище вскрыть.

— Дальше что?

— Если золота много, то грузим во вторую машину. Вон она, с помятой правой дверью. Я водил напряг, они все прощупали, проверили. Самая надежная. Банду оставляем и делаем ноги. Только костяк с собой, чтобы по дороге где не отобрали добычу. Пройдем по местным дорогам, обогнем Кларк-Сити и в сторону Каллеро. Я тот штат неплохо знаю, есть где укрыться. Бросим парням чуток для хорошего настроения, а сами заживем.

— Это если много. А если мало?

— Тогда придется задержаться. Значит, успели его раздать по мастерским, на завод и шахту. Тогда день-другой пошарим, сгребем все до последней монеты. При этих раскладах может даже придется зимовать тут. Потому что с пустыми карманами нам на побережье делать нечего.

Бросив окурок, Карли растер его подошвой и сплюнул:

— Чего каша холодная была? На дело с голодным брюхом идти хуже некуда.

— А, так ты не знаешь! — обрадовался Аресто. — У нас же дезертир завелся. Парни успели Ферру перехватить, когда он в окно вылезал. Хотел в Джи-Ти рвануть, сестру от нас спасать. Посчитал, что раз мы такой толпой вломимся, то наверняка всех баб перепортим, а их там осталось совсем ничего. Вот и засобирался, сученыш.

— Та-а-ак, вот это новость… Он один такой дурной или еще кто деру дал?

— Не, вроде один. Мы ему рожу набили и связали. В спальне валяется, народ за ним присматривает.

— Это хорошо… Вот что. К нам в кузов забросишь, как начнем рассаживаться. Я ублюдка сам повешу завтра днем. В назидание другим…

В два часа ночи толпа медленно начала грузиться. Еще через сорок минут загремел двигателем первый грузовик, за ним подали голос остальные. И бандиты поехали завоевывать Джипси-Таун.

* * *

С момента переезда в Лирро прошло всего две недели, а пружина событий уже раскручивалась, набирая скорость. Но Ниро это понравилось. Обычно по возвращению с боевых действий он попадал в привычное болото: отдых, мелкий ремонт на вилле, распределение захваченных богатств по разнообразным фондам. Еще редкие визиты к родным, которые с удовольствием брали деньги, но при этом старались лишний раз знакомым не говорить, как именно молодой мужчина зарабатывает на жизнь. Но кровавые наличные брали не морщась.

Здесь же, в Джипси-Тауне, тихая и размеренная жизнь продержалась буквально пару дней, пока согласовывали первые документы и приглашали людей для бесед. После чего скучать стало некогда. Встречи с рабочими, фермерами, вербовка новых полицейских и анализ идущей бесконечным потоком информации. Перехват соглядатаев бандитов и попутно отбор в силы самообороны крепких парней, умеющих держать оружие. До нового года, когда снегопады отрежут городок от соседей, еще надо было дожить. Да и не собирались больше запираться наглухо, наоборот, будут активно новых людей приглашать. Чтобы с первым весенним теплом уже начать грандиозное строительство. А ведь для него еще кучу всего подготовить надо.

Но больше всего Ниро понравилась бойкая на язык вдова, державшая раньше с мужем бордель с рестораном. Муж сгинул на фронте, девушки из погибающего города разбежались и теперь Скарлет Бри перебивалась случайными заработками, мечтая возродить хотя бы ресторанчик. С бойкой рыжеволосой дамочкой Ниро познакомился четыре дня назад, когда Скарлет прорвалась на совещание с мэром и в категорической манере заявила о необходимости получения кредита вместе с возрождаемыми производствами.

— Вы еще на публичный дом деньги попросите, миссис Бри.

— И попрошу. Как только сюда хлынет толпа одиноких мужчин на стройку, вы первыми ко мне в ноги поклонитесь. Иначе эти самцы разнесут Джипси-Таун до основания.

Мэр отказался обсуждать эти вопросы и дождался, когда охрана все же сможет спровадить визитершу на улицу. А Ниро запомнил и спросил у компаньона:

— Чак, где лучше всего можно выведывать секреты и собирать сплетни?

— В кабаке?

— В постели. Кабак — второе по популярности место. Если мы дадим возможность хозяину борделя возродить бизнес, неужели для нас не постарается?

Но замотанный навалившимися делами Чак отказался еще и этим проектом заниматься. Но никто не мешал Ниро поучаствовать собственными деньгами. О чем он и сказал при личной встрече вдове:

— Две недели на восстановление ресторана и месяц на то, чтобы решить проблему с девушками. Причем заведение должно быть приличным, никаких больных шлюх и бардака с обиранием клиентов. Справитесь?

— Смотря чем расплачиваться придется, — задумалась Скарлет. О новых бодрых племянниках дядюшки Циркуита ходили разные слухи, но пока горожане ничего плохого не видели. Обеспеченные золотом кредиты от мэрии с минимальным процентом. Поставки первых партий строительных материалов для ремонта. Выплаты долгов по зарплате. Заключение договоров с фермерами на закупку урожая по твердым фиксированным ценам существенно выше рыночных. Но чтобы такие люди интересовались борделями?

— Информацией. Если кто-то проболтается ночным бабочкам о возможных непритностях для города, я это должен узнать первым. Деньги получите на тех же условиях, что и остальные. Два процента годовых и возможность погасить за счет полезной для города работы. Наверняка, те же бравые ребята господина Трота захотят пробить себе квоты. Вот и оформим в счет погашения долга.

Переговоры продолжились на следующий день и плавно перетекли в постель. После чего Ниро неожиданно обзавелся подругой и теперь подумывал, не переехать ли к Скарлет на постоянной основе. Тем более, что вдова сама до проституции не скатилась, хотя подобных предложений поступало много. И даже за столь короткое время сумела проявить свои лучшие качества, включая предпринимательскую хватку и умение называть вещи своими именами. А под крыло к наемнику пошла явно из-за усталости от бесконечной нищеты и бытовой неустроенности.

— Если надоем — скажи и я держать не буду. Только не дели меня с другими. Я такое не прощу, — попросила она вечером, провожая Ниро.

Поцеловав конопатый нос, наемник шепнул на ухо:

— Обещаю. И ты вечно верность соблюдать не обязана. Но будь честна со мной и я это не забуду. Может, мы с тобой на пару вытащили счастливый билет? Так что давай попробуем, а будущее рассудит.

Поздно ночью на дороге, ведущей в Кларк-Сити, устроили засаду. Здесь были все пятеро головорезов, четверо полицейских и восемнадцать ополченцев, готовых защитить город любой ценой. Место выбрали в пологой ложбине, где хорошо видная в ярком лунном свете петля дороги огибала небольшой холмик, заросший высокой травой и кустами. С другой стороны тянулась глубокая канава, местами грозившая превратиться в полноценный овраг.

На установленных шестах Луиджи закрепил три «клеймора» с радиовзрывателями, чтобы зоны поражения перекрывали выбранный участок. Рядом с лужей на дороге пристроили поперек бревно, забив клинья для надежности. Теперь бампером даже с разгону не спихнуть. Модесто взял на себя первые выстрелы по водителям, затем контроль головы вражеской колонны.

Стрелков Чак с Ниро распределили по холму, дабы с гарантией простреливать все пространство перед собой. Попутно каждого заставили оборудовать позицию — где-то соорудить примитивный бруствер для стрельбы лежа, где-то притащить камни побольше и организовать укрытие. Командиры не собирались терять людей. И перевес у противника был все же существенным, поэтому в первый удар собирались вложиться максимально.

Чак буквально до полуночи успел вернуться в город и рассказал о четырех грузовиках, выкупленных в Кларк-Сити для бандитов. За обедом в ресторане удалось договориться с хозявевами обоих транспортных предприятий. Почтенные господа «усупят» настоятельным просьбам Карли и выделят машины. За это Чак вручил подписанные чеки на покупку совершенно новых грузовиков и попутно согласовал будущие совместные проекты. Грузов в Джи-Ти возить придется много, в самом городе с транспортом пока паршиво. Так что будем рады, если и здесь гаражи новые построите и для строительства технику прикупите. Но по итогам нестись домой пришлось на всех парах, чтобы успеть поучаствовать в веселье. Телефонный звонок — дело хорошее, но у Ниро обученных людей буквально по пальцам одной руки, поэтому про сон пришлось забыть.

В глубокой канаве установили несколько растяжек и вернулись обратно на холм. Теперь только ждать. Тем более, что из тяжелого оружия с собой привезти получилось всего два пулемета и патронов для них было не так чтобы много. Одну машинку оставили для Модесто, он после уничтожения водителей начнет потрошить все живое с головы к хвосту. А вторую Ниро взял себе. Им с Чаком давить огнем последний грузовик и затем все, что еще будет шевелиться. Главное — лишний раз предупредить свое воинство, что стрельбу открывать только по команде. Если кто перетрусит и шмальнет раньше времени — никаких премиальных за вылазку можно не ждать.

Закончив с приготовлениями, народ притих, кто-то даже задремал. По всем прикидкам, враг появится где-то к рассвету или чуть раньше. Осенние утра — холодные, темные. От Кларк-Сити в горку паровоз два часа с лишним пыхтит, а машине надо еще больше. Как раз к рассвету и должны появиться, время еще есть…

* * *

Аресто сидел в переднем грузовике рядом с водителем. Хотел было в кузове устроиться, там народ тряпья напихал для сна, но позже передумал. Трясти будет так, что никакой сон и близко не появится. А еще сквозит со всех щелей, так что даже в толпе все равно задубеешь. Поэтому — лучше здесь, якобы показывая дорогу и подсказывая повороты. Хотя водитель и сам дорогу неплохо знает.

Крутивший баранку парень первым заметил в слабом свете фар бревно, валявшееся на дороге.

— Это что, дерево повалило? — удивился Аресто, из-за резкого торможения чуть не ткнувшись носом в мутное лобовое стекло.

— Не похоже. Ветвей нет.

— Тогда… Тогда это наверняка кто-то из фермеров решил деньгами разжиться. Перекрыл проезд и думает, что стрясет с кого фартинг-другой. Сейчас ребята из кузова выберутся и объ…

Перед водителем неожиданно треснуло стекло и из головы брызнуло кровью и мозгами во все стороны. Аресто не успел сообразить, что происходит, как второй выстрел отбросил его на спинку сиденья. Закончив с первой машиной, Модесто занялся следующими. Благо, позиция позволяла отработать по трем грузовикам. А последний встал неудачно, так что пусть им Ниро занимается.

— Снайпер закончил, — доложил стрелок в гарнитуру. И тут же командир отряда активировал «клейморы».

Три взрыва слились в один. Стальная метла стеганула по близким грузовикам, раздирая борта и убивая людей десятками. Хлопнули шины, продырявленные грузовики рухнули на дорогу. И тут же с головы и хвоста блокированной колонны заработали пулеметы. Вторя им лежавшие за укрытиями стрелки начали долбить по близким мишеням, следуя приказу: по десять выстрелов каждый, после чего перезарядка и работа только по тем, кто будет отстреливаться или попытается бежать в сторону засады.

Тяжелые пули крошили остатки деревянных бортов, протыкали лохмотья брезента и методично добивали раненных. Если ты не успел свалиться на пол — шансы выжить равны нулю. Но так как в каждом из грузовиков было под тридцать бандитов, места на залитом кровью полу для всех не хватило. Поэтому кто-то попытался вывалиться наружу, где его уже выцеливали.

Самые сообразительные разодрали остатки материи слева и выскочили, прикрывшись от огня машинами. Правда, таких было мало. Одновременно с этим не выдержал обстрела головной грузовик и взорвался, ярко осветив место побоища. Тут же затрещали выстрелы с холма — вспышка подсветила часть беглецов, рванувших к канаве.

Пулеметы еще раз прошлись по остаткам техники и замолкли. В наступившей относительной тишине гулко хлопнули разрывы гранат и до Ниро долетели вопли раненных. Растяжки собрали свою долю убитых и раненных.

Подождав для верности пару минут, Чак подтянул жестяной рупор и громко прокричал:

— Кто хочет жить — бросает оружие и выходит к нам с поднятыми руками! У кого останется ствол — валим на месте! Считаю до пяти, после чего расстреляем всех к чертовой матери!.. Раз..

Из-за заднего грузовика в ответ хлопнул одинокий выстрел. Тут же в ответ огрызнулся пулемет и смешал не видного в серой хмари стрелка с землей. Для верности Ниро дал еще несколько коротких очередей и остановился. Патроны надо беречь. После этой войны на ствол останется в лучшем случае по ленте.

— Кому еще не понятно? Мне что, пленных не брать?..

— Не стреляйте, сдаемся! — долетело от разгромленной колонны.

— Все оружие бросайте там, где стоите. Ножи, пистолеты, ружья — все! Если при обыске что-то найдем — пуля гарантировано… Давайте, шевелитесь, завтракать давно пора…

Спотыкаясь и поддерживая друг друга к холму потянулись остатки бандитов. Десять спустившихся ополченцев вместе с полицейскими споро обшаривали каждого и надевали кандалы, отводя в сторону. Закончив с ходячими, полезли проверять кузова. Желающих изображать героев не было, поэтому выжившие среди трупов исправно поднимали руки и просили не убивать.

Через полчаса разобрались с первыми результатами. Из ста тридцати пяти бандив в живых осталось лишь пятьдесят два, причем больше половины — раненные. Их отсортировал Ниро с сицилийцами, добивая ножами самих тяжелых. Балластом никто заниматься не станет.

Восстановить измочаленные в хлам грузовики не выйдет, разве что с частично разбитых двигателей запчасти снять. Ждавшие дальше по дороге две свои машины подогнали поближе и загрузили первую партию пленных. После чего Чак с половиной оставшихся ополченцев сторожил согнанных в кучу оборванцев, разом растерявших гонор. Ехали убивать, грабить и кутить на захваченное золото. А вместо этого — попали в огненный ад, где невидимые стрелки били на выбор и не давали даже голову поднять.

— Кстати, вот их главарь, — Ниро показал на одно из тел, выложенных вдоль дымившихся остатков. — Карли звали. Костяк шайки поделили между первой и второй машиной. И первой никто не выжил. Из второй — всего трое. Кстати, там еще один персонаж нашли. Сэмми, давай вон того умника, что отдельно валяется. Ноги ему развяжи, пусть сам скачет.

Скакать высокий широкоплечий парень не смог. После того, как его поставили вертикально, подошел, но без помощи ополченца явно бы свалился на первом же шагу.

Присмотревшись к разбитому в кровь лицу, Ниро сказал:

— Тебя же вроде предупреждали, что в городе больше не ждем. Чего снова полез? Мало сломанного пальца?

— У меня сестра в Джи-Ти. Хотел увести до того, как банда нагрянет.

— Только ее? Понятно, своя рубашка блиеж к телу… И почему не увел?

— Поймали. Говорят, хотели повесить на центральной площади, чтобы горожане видели и боялись.

— Неужели?.. Так, ты, мордастый. Да, ты… Что, в самом деле пленника с собой везли?

Ближайший из захваченных бандитов испуганно закивал, тараторя:

— Так ведь это все Карли хотел, Карли! А мы лишь за компанию, в город скататься… Мы даже и в ответ не стреляли совсем…

— Еще бы вы стрелять вздумали… Ладно, понятно все. Как тебя зовут, бедолага?

— Феррой зовут, мистер…

— Кто поручиться за тебя может?

— Сестра может, она рядом с заводом живет.

— А кроме сестры?

Парень потупился:

— Соседи могли, да съехали давно все… Больше и некому. Хотя мы давно с фермы в город перебрались, лет семь уже или больше.

Отхлебнув из фляги чуть крепкого чаю с коньяком, Чак вмешался в разговор:

— Зачем в банду пошел?

— Платить обещали. И работы совсем нигде не было. Нас же в Кларк-Сити не ждали, своих бездомных полно.

— Чем занимался? Лоточников обирал?

— Не, я это не умею. Пару раз стоял рядом, потому что большой, для солидности. Потом на кухне оставили. Мы раньше пекарню маленькую держали, перекусить работягам готовили.

— Повар, значит… Пойдем, Ниро, поболтаем. А ты садить вон там и пусть кто-то из наших посмотрит. Руки можно развязать, но если вздумает бузить, то к остальным отправим.

Встав чуть в стороне, Чак предложил:

— У меня какая идея появилась. Если на нем в самом деле ничего толком нет, давай рохле поможем. Чуть деньжат подкинем, пусть снова с сестрой забегаловку откроет. Глядишь, человеком станет. И у нас плюсик в карму.

Запахнув куртку, Ниро усмехнулся:

— Да я не против. Но это будет уже твой проект, мне заморочек с охраной города и борделем за глаза хватит. Трот хотел вроде подъехать, как мы весточку передадим. У него сразу на месте справки наведем и решим по итогам… У тебя только чай во фляге? Просто коньяка нет?

— Дома отметим.

Издалека донесся слабый звук двигателей. Похоже, грузовики уже успели переправить первую партию будущих кандальников в тюрьму и теперь возвращались. Скоро можно будет рапортовать об одержанной победе.

* * *

В полдень на главной площади мэр устроил митинг, собрав большую часть свободных жителей. Перед сколоченной трибуной понурившись стояли замотанные в бинты горе-вояки, позванивая цепями кандалов.

— Эти душегубы собирались напасть на мирный, спящий Джипси-Таун! Посмотрите на них! Посмотрите и запомните! А еще не забудьте, что именно наш господин Трот вместе с ополчением и под руководством господина Ниро сорвали эту попытку, перебили большую часть бандитов и взяли в плен остатки… Так что каждый в нашем городе может спать спокойно. Больше никакая падаль не посмеет к нам сунуться! А если кто с головой не дружит, отправится на висилицу или в каменоломни. Щебня скоро понадобится много, да…

После того, как Солан Вачковски через пятнадцать минут утомился кидать в радостную толпу лозунги, на трибуну поднялся Чак. Помахал людям, отмечая для себя, что многих уже не только в лицо, но и по именам знает. После чего поманил поближе Ферру, переминавшегося сбоку:

— Посмотрите на этого человека, дамы и господа. Ваш сосед, который честно работал и кормил вас семь лет вместе с сестрой. В трудные времена подался на заработки в Кларк-Сити и был вынужден работать поваром в банде. Но когда попробовал порвать с преступным прошлым, попал в плен, был избит до полусмерти и готовился к казни. Его собирались убить прямо здесь, на этих самых камнях… Теперь, что я хочу сказать от лица властей Джипси-Тауна. Мы всегда стараемся помочь тем, кто живет рядом и трудится на общее благо. Кто чтит заповеди и готов поддержать ближнего. В эти выходные пастор обещал прочесть нам проповедеть об истинных добродетелях, я с радостью послушаю. Но прежде должен сообщить следующее… Мы с другом подумали и решили поддержать человека, который пытался предупредить нас о нападении. Человека, который выбрал правую сторону и был готов жизнью заплатить за это… Мы вкладываем двести фартингов в ремонт закусочной мистера Ферры и его семьи. Думаю, он оставит ее своим детям, а может и не одну, а целую сеть закусочных.

По все еще отекшему после побоев лицу парня заструились слезы. Достав из кармана замызганный плоток, трубно высморкался, сунул тряпку обратно и заграбастал в объятья Чака. Тот не успел даже попытаться удрать, а Ферра лишь гудел, с трудом шевеля опухшими губами:

— Я не забуду, мистер, что вы для нас сделали. Никогда не забуду, провалиться мне на месте…

Стоявший чуть в стороне полицмейстер пихнул жестким локтем в бок Ниро:

— Если бы не знал вас хоть чуть-чуть, то решил, будто начинаете копать под Вачковски. На место мэра метите, сказал бы я тогда.

— Ну, разве что Солан освободин его. Тогда можно будет подумать над вашим предложением.

— Как это — освободит? — забеспокоился Трот.

— Пойдет в президенты. По мне — отличный кандидат… Чак, слезай с трибуны, мне тоже хочется покупаться в лучах славы…

Ниро помог Ферре спустить красного от смущения компаньона, после чего занял его место. Нужно было сделать несколько важных объявлений, касавшихся будущей частной военной кампании и строительства. Как раз за неделю-другую сказанное обрастет слухами и расползется по соседям. А там можно и к зимовке готовиться…

Глава 12

Месяц назад Солан Вачковски ощущал свою беспомощностью перед валом нерешимых проблем. Бандитизм, умирающий город, нищие фермеры по округе. И все это в приграничье, до которого у президента или властей штата вряд ли дойдут в ближайшее время руки. Его родной дом разваливался, а он ничего не мог сделать. Мало того, младший брат умудрился спутаться с настоящим отребьем, превратившись в итоге в уголовника, вымогавшего деньги и продовольствие со всей округи. Причем он пытался обдурить даже своих дружков-приятелей, которые и пристрелили бедолагу в итоге.

Но в любом случае — вернуться с войны домой и увидеть лежащий в руинах город — не доставляло радости. Тем более — знать, что завтра будет еще хуже.

Поэтому появление чужаков, неожиданно оказавших столь серьезную поддержку, вызвало настороженное недоверие. Никто не делает столь щедрых подарков, если не имеет за пазухой далеко идущих личных планов. И не факт, что твои планы и надежды на возрождение Джипси-Тауна совпадут с проектами племянников старого Циркуита. Но день шел за днем, пара компаньонов вместе с троицей молчаливых головорезов продолжала делом доказывать свою лояльность. В город вернулась сначала робкая надежда. А потом поздно вечером на огонек зашел старый друг Чарли Трот, тянувший лямку полицмейстера уже какой год.

— Все еще думаешь, где нас хотят кинуть? — спросил он в лоб.

— Да. Бесплатного сыра даже в мышеловке не дождешься.

— Могу подсказать… На твое место придет кто-то из молодых, кто зимой закончит зубрить учебники и отправиться на учебу в колледж. Получим обратно хороших управленцев, инженеров и прочих головастых ребят из бывших фермеров. Вот одному из них и передашь дела. Лет через пять-шесть.

— Это племянники сказали?

— Дядюшка. Посидел с ним в кабачке, пропустив пару кружек пива. Старик не дурак. А после того, как детей сумел пристроить в других городах и обеспечил им худо-бедно сносную жизнь, я прислушиваюсь к его словам.

— Значит, наши нувориши будут продвигать молодых, кто станет заглядывать им в рот. Наверное, еще и стипендии для учебы выдадут.

Трот закурил сигару и кивнул:

— Именно. Лучший способ обеспечить лояльность — это дать возможность нужному человеку вырасти с твоей помощью… Но ты рано скривил рожу. У тебя будет несколько лет, чтобы сначала подготовить молодую смену и запустить намеченные планы в работу. А потом идти на пост губернатора штата. Чиротти пока сидит крепко, но он уже в годах. И в окружении президента хотят подвинуть старика на следующих выборах, сунуть своего кандидата. Если мы поможем ему взять пост еще на один срок, можно договориться о взаимной поддержке для тебя в будущем. Как раз через семь лет, если я правильно считаю.

— Губернатором штата? Кому я там нужен?

— Солан, не будь дураком. Ты честный, пробивной, людям нравишься. Иначе бы после похождений братца никто не поставил бы крестик напротив твоей кандидатуры. Нашим новым партнерам такой человек в Джи-Ти полезен, но они смотрят в будущее. Ты же видишь, что парни не стали скупать какой-либо бизнес в городе из уже существующих. Хотя денег у них хватит забрать все, что шевелится, отсюда и до Кларк-Сити. Вместо этого они дали нам возможность погасить долги, предоставили кредиты под развитие, вдохнули жизнь. Завтра заканчивают первый склад, куда повезут материалы для ремонта. К весне нашего старичка будет не узнать — Джипси-Таун преобразится! А Ниро с Чаком запустят стройку и года через два уже пустят первый паровоз по новой железнодорожной ветке.

Приоткрыв окно, мэр города устроился рядом в любимом кресле-качалке и согласился:

— Да, планы я знаю. Мало того, парни действительно горят желанием пробить этот проект. А еще вкладываются в фермеров, чтобы те не просто пережили зиму, а по весне могли провести нормальную посевную. Бандитов в округе проредили, неплохо пополнив список каторжан. И готовы вложиться в скот, технику, зерно. Если мы это сделаем, то через год обгоним по сборам соседей. Но я не могу понять одного — зачем им это?

— Они хотят стать очень богатыми. Не забудь еще проект узкоколейки вдоль горного кряжа, который свяжет все фермерские хозяйства на ближайшие триста миль в одно целое. И товары пойдут на юг и на север через нас… Именно поэтому я и говорю — надо разыгрывать карты, что судьба сдала. На президентский пост замахиваться смысла нет, сожрут. Но вот стать губернатором — вполне по силам. Особенно, если ты договоришься с кланом Чиротти о взаимной поддержке. Лично договоришься. Ведь нам есть что предложить. А без их одобрения ни оружия, ни взрывчатки для будущей стройки не получить в нужных количествах.

Помолчав, Солан спросил:

— Справишься без меня, пока буду ездить в Арлестон?

— Само собой. Давай завтра в обед устроим посиделки и обговорим с племянниками все детали. И Чак, и Ниро сразу выложили карты на стол, играют честно. Да, мэр в друзьях — это хорошо. Но если ты поднимешься еще выше, то им только на руку. Общие планы вроде уже известны, теперь осталось согласовать мелочи. И через неделю можно будет выдвигаться. Кресло губернатора просто так в руки не упадет, за него нужно будет побороться. Зато сколько хорошего сможешь потом для города и округи сделать, имея в руках такую мощь…

* * *

— Если опять вместо готовки станешь официанток за задницу щипать, я тебе половник в одно место вставлю и пинком отправлю на улицу. Слышишь, Харра? Поверь, после такого ни одна забегаловка на работу не возьмет ни сейчас, ни весной.

— Я понял, мисс Бри! Это нечаянно получилось!

— Ага, так тебе и поверила! Дети скоро в город поедут, будут в университете учиться, а он лапы придержать не может!

Отвесив профилактический подзатыльник повару, Скарлет проследовала дальше, оглядываясь по сторонам. После того, как ополченцы вместе с полицией перебили бандитов, в городе стало на удивление тихо. Народ приезжал, услышав про регулярную выплату зарплаты и то, что в Джи-Ти завелись деньжата. Но пьяными по улицам не слонялись, в канавах песни не горланили и в заброшенных домах в шайки не сбивались. Мэр первым делом вложился в полицию, выделив несколько новых ставок. Еще восемнадцать бывших вояк получили оружие и теперь патрулировали улицы и округу на лошадях, сопровождая фермерские повозки. Попутно рисовали карты, делали пометки и готовили описания для работы горнопроходчиков.

На окраинах, где раньше было полным-полно брошенного жилья, активно шел ремонт. Новые поселенцы оформляли документы, получали инструменты и материалы. Многие из вновь прибывших нанимались к старику Шарлю или мистеру Краузу, которые первыми сообразили и основали строительные компании. Работникам каждый вечер платили за выполненные заказы, предоставляли двухразовое питание и рабочую одежду из запасов, выкупленных на шахте. Саму шахту закрыли на трехмесячную модернизацию. Заказали технику, скопившийся уголь по городу продавали со скидкой. Хозяин шахты уже дважды ездил в Кларк-Сити, оформлял контракты. Вчера утром прибыл выписанный с побережья специалист — важный горный инженер с пушистыми седыми бакенбардами. Будет вместе с мастерами участков проверять условия работы и советовать, что и как лучше переделать под будущие изменения. Ни о каких сокращениях, как шептались весной, и речь не идет. Наоборот — угля понадобится много, Джи-Ти станет одной из опорных точек для заправки паровозов на будущей железнодорожной ветке. А где дорога, там и склады, мастерские, дорожные сборы. И люди, которые хотят есть, спать и отдыхать после работы. И люди будут разные. Кто-то пойдет в кабак к Ферре, чтобы опрокинуть стаканчик-другой местного самогона. А кто-то захочет поесть за белой скатертью и послушать музыку. Вот для таких Скарлет и открыла ресторан, выходящий отмытыми окнами на центральную улицу. Первый этаж — для желающих отобедать с друзьями. Для любителей плотских утех — вход со двора, где выкупили и разобрали старые конюшни, вымостив булыжниками будущую парковку и разбив крохотный садик. Поднимаешься по лестнице и попадаешь в царство девушек, готовых подарить состоятельному мужчине жаркую ночь. Бордель для «вынул-сунул-и-ушел» скоро откроют ближе к рабочим районам. А у Скарлет — массажный салон. Куда может прийти любой, способный выложить целых пятьдесят фартингов за ночь. Выпивка и табак за счет заведения. Для многих — месячный заработок. Но — клиентура будет, мисс Бри в этом уверена. И лучшие девочки со всей округи — только у нее.

Шурша юбкой, хозяйка проследовала мимо двух молодых парней, убиравших в зале ресторана. В обед и вечером пока аншлага не было, но постоянные клиенты уже появились, что радовало.

Вышибала открыл дверь, вышел на крыльцо и глянул по сторонам. Подкатила коляска, здоровяк помог Скарлет взобраться внутрь, после чего устроился рядом с кучером. Амья крайне серьезно относился к полученной работе и ценил новую должность. Как при найме ему объяснил мистер Ниро, драить полы и подавать шляпы с перчатками должны другие. Его задача — следить за порядком и оберегать мисс Бри. Для этого — два револьвера на поясе и дробовик в укромном месте. Еще бывшего грабителя банков каждое утро обучают Луиджи с Модесто, вколачивая новые знания и валяя по утоптанной площадке. Жестко, но очень доходчиво. Причем бесплатно. В счет того, что в случае реальных проблем Амья будет платить кровью. Но потомок арлеутов готов. Потому что это другие называли дикарем и смеялись над темно-коричневой продубленной кожей с вязью татуировок. А мастер Ниро проверил, как владеет револьвером здоровяк, насколько хорошо против дубинки и ножа обороняется, после чего взял на работу. Отверженного, которого любой полицейский в кутузку готов был тащить лишь за внешний вид… Амья такое не забудет. И госпожу телом прикроет, если какая беда случится. И любую науку с благодарностью примет.

Скарлет Бри ехала в мэрию. Сегодня большое собрание. Будут практически все владельцы разнообразных бизнесов, кто может пару часов потратить. Мистер Вачковски объявит о ближайших планах, после чего составленный городскими жителями список пожеланий зачитают и сообщат, что постараются воплотить в жизнь, а что пока временно в долгий ящик отложат. А уже завтра делегация из Джипси-Тауна поедет в столицу штата, решать накопившееся проблемы. И по итогам этой поездки станет понятно, получится ли возродить все приграничье и превратить в благословенные земли или проще повесть замок на дверь и уехать в другие края в поисках лучшей доли. Вот только обновленное руководство города никуда уезжать не собиралось и делало все возможное, чтобы Джи-Ти превратился в кусочек рая на земле.

Выбравшись из коляски, хозяйка ресторана и элитного борделя начала подниматься по отмытым белоснежным ступенькам к распахнутым дверям мэрии. Кроме выступления чиновников и сбора сплетен и слухов хотелось решить один важный вопрос для себя лично. Насколько близко стоит сойтись с господином Ниро? Потому что редкие встречи и горячие совместные ночи — это хорошо. Но Скарлет неожиданно ощутила, что снова чувствует себя женщиной, нужной кому-то. И одно дело в одиночку бороться с окружающим жестоким миром. И совсем другое — укрыться за чужой широкой спиной, прислониться к надежному плечу и верить, что именно этот мужчина спасет и поможет в случае любых неприятностей. Потому как свободные отношения и личные дела вдовы находятся в рамках городских приличий. Но возможная семья и смена статуса — требовали совсем другого. Потому что приличные мужчины могут содержать хозяйку борделя в качестве любовницы. Но замуж не берут…

* * *

Слабый ветерок доносил до стоявших на холме мужчин неприятный серный запах. Высокие сосны доходили до края косогора и останавливались, будто споткнувшись о невидимую границу.

— И далеко тянется болото? — поинтересовался Конрад Варга, поправив обмотанный вокруг шеи толстый шарф.

Переминавшийся рядом невысокий парень с рябым лицом шмыгнул сопливым носом и загундел:

— Не, можно за полдня пешком обойти по южной границе. Отсюда вода тянется до предгорий, вон там скалы уже видно. Ну и влево-вправо чуток… Полдня, не больше.

— И это — мало?!

— Ну, Лиховские топи на запад от Кларк-Сити куда как больше. Там с краю часть осушили, торф добывают. Но болотина тянется почти до побережья… Так говорят, сам не видел.

Фермер старательно показывал, рассказывал и мотался с богатым господином уже третий день по всей округе. После того, как папаша ляпнул про вонючие трясины, так Варга и уцепился. Договорился о встрече, приехал, выложил за лошадей и сопровождающего десять фартингов. Вот и приходится стараться. Чтобы живыми деньгами столько получить, надо не меньше воза брюквы на рынке распродать. Можно сказать — деньги с неба сами свалились.

— Значит, до предгорий… А тропа какая-нибудь есть, чтобы поближе к источникам? Твой отец говорил, есть места, где горячая вода прямо под ногами булькает.

— Зачем до предгорий? Это совсем рядом, в Старой Балке. Одно время туда больной скот водили. Грязью обмазать, в воде подержать… Отсюда близко, могу показать. Только воняет там совсем плохо. И надо подальше от дальнего края стоять. Там из-под земли иногда пар бьет, запросто обвариться можно.

— Пар? Это очень интересно. Пойдем, посмотрим…

К вечеру Корнад добрался обратно до Джипси-Тауна, умотавшись в седле. С трудом ворочая одеревеневшими ногами, прошагал внутрь лавки Циркуита и бережно водрузил на широкую столешницу стеклянную банку с плотно прикрытой и обмазанной глиной крышкой.

Закончив обслуживать очередного посетителя, старик аккуратно пересчитал потертые дины и убрал в кассу. После того, как «племянники» оплатили ремонт и товары для магазинчика, Циркуит буквально расцвел: расправились плечи, походка стала уверенной. Дошло до того, что иногда вечерами хозяин скобяной лавки уже и в самом деле считал, что заглянувшие в гости чужие люди являются его родней. Дети — они все далеко, по всей стране разъехались. А Ниро с друзьями — здесь. Обращается вежливо, не стесняется совета спросить. Горожане так вообще теперь шляпы при встрече первыми поднимают. Потому что не пьянчуги какие-то с островов в Джи-Ти приехали, а серьезные люди и с капиталами.

— Чего интересного привез? Вроде на болотную тину похоже, но что-то мало.

— Воздух привез. Тот самый воздух, который можно найти в предгорьях.

Еще раз внимательно посмотрев на практически пустую банку, Циркуит задумался. На идиота младший из веселой кампании не походил. Да, в основных делах участвовал мало. Не учил пользоваться оружием, как Луиджи и Модесто. Эти — явно прожженные головорезы, причем не простые вышибалы, а птицы высокого полета. И ополченцев обучали, и телохранителя мисс Бри. Одним словом — мастера на все руки. Где из ружья голову прострелить на другом конце города, где ножиком в переулке пузо вскрыть врагу… Ниро и Чак — те явно боссы, умеют людей делом озадачить, будущие доходы и расходы до фартинга посчитать. При этом под чужим давлением не гнутся, свое мнение отстаивают, если это требуется. А вот Конрад… С одной стороны — явно бывший вояка. Но таких после армии вернулось много… С другой стороны — с механизмами разбирается, в лавке помог с товарами, когда время свободное было. Пока больше по городу ходит, присматривается. С людьми знакомится, небольшие суммы вложил во вновь открытые мастерские. Но чем именно будет заниматься — сложно сказать. И вот — воздух притащил. Может — в самом деле что-то в этой банке интересное?

— Одно время горючий газ пытались у нас добывать в Кларк-Сити. Но бросили, не выгодно совершенно. Проще уголь или керосин использовать.

— Да, слышал. Нет — это совсем другая штука. Возьму с собой в Арлестон, в университете попрошу проверить. Если там есть нужная мне штука, то построю в предгорьях завод и буду добывать нужный газ в больших количествах.

— Для освещения?

— Нет. Для дирижаблей… Знаете, что это, мистер Циркуит?

Старик хмыкнул:

— Видел разок. Здоровая, зараза. Но во время войны их мало использовали. Как пушки наловчились делать приличные, так все, отлетались толстяки. Сшибали их, только огненные брызги в разные стороны. Потом аэропланы пытались использовать вместо дирижаблей, да тоже толку мало. Бумага с веревками под облаками болтается, куда это годно… Значит, хотите туда, наверх?

— Хочу, — улыбнулся Конрад. — Я там много лет провел. Манит небо обратно. Поэтому и попробую — вдруг получится. С паровозами пускай Чак разбирается, а я буду ветер ловить.

* * *

Предложение о деловом ужине Саллерс получил заранее. Принесли телеграмму, затем из ресторана прислали красиво оформленную именную карточку с каллиграфически выведенным временем. Главарь банды долго думал, какой наряд стоит выбрать, но в итоге плюнул и пошел в любимом широком пиджаке, сменив лишь рубашку на свежую. Если кому-то не нравится, то не его проблемы.

Но сидевшие за широким столом скромно одетые мужчины явно предпочитали заниматься делом, а не пускать пыль в глазах подобно «пиявке» Роджо. Кстати, пижона не было. А вольготно расположились мэр Джипси-Тауна Солан Вачковски, уже знакомый мистер Чак и двое его компаньонов, с которыми он познакомил Саллерса:

— Мистер Ниро, эксперт по военным вопросам. И мистер Варга, инженерные работы и оценка проектов с технической точки зрения… Рад снова увидеть. Надеюсь, что ужин поможет нам узнать друг друга получше и обсудить часть взаимовыгодных вопросов.

К обсуждению перешли после того, как отдали должное местной кухне и теперь смаковали отличный бурбон.

— Что слышно про наш крохотный город, мистер Саллерс?

— Разное говорят. Про то, что порядок навели. Про то, что часть уехавших на заработки обратно возвращается. Что работяг стали нанимать. Тянутся в вашу сторону люди потихоньку. И большинство семьями, как вижу.

Про то, что именно доложили верные люди, гангстер озвучивать не стал. Потому как не поленился и даже отправил на место побоища понимающего специалиста, в свое время успевшего дорасти до капрала. Вот Виллард и поведал, что колонну бандитов размолотили из классической военной засады. Остовы сгоревших и обобранных грузовиков сбросили в овраг, тела похоронили рядом. При этом следов от пуль было много, но все — явно оставили ополченцы. Нападавшие не успели даже толком ответить, как их разобрали на запчасти. Но Саллерс не поленился и заплатил одному из соседей, кто по старым знакомствам сумел переброситься парой слов с кандальниками и уточнил — как оно было. Поэтому теперь один из хозяев теневой жизни Кларк-Сити понимал, с кем в самом деле ужинает. Эти ребята сколотили из оборванцев боеспособный отряд за неделю и пустили в расход больше ста человек, увешанных оружием. Поэтому, когда излишне дерзкие в банде попытались ляпнуть про «пощупать за вымя богатых фраеров», то немедленно получили по ушам. Слишком легко можно было кровью умыться за подобного рода развлечения. Лучше дружить с соседями. Тем более, что они как раз об этом и толкуют.

— Все ждут, чем закончится зима. Ждут, с какими результатами мы вернемся из поездки в Арлестон. Почему-то большая часть богатых и уважаемых людей мечтает, чтобы выскочки, вроде нас, свернули шею. Не понимая, что благодаря нам богатых людей в округе станет намного больше… Сейчас основной грузопоток идет через Арлестон. Мало того, наши три южных штата считаются отсталыми. Больше всего людские потери — здесь. Разрушенная экономика после войны — так же здесь. Рейд соседей от западного к восточному океану оставил после себя руины. И пусть экспедиционный корпус закопали севернее Каллеро, развалины еще не везде даже разобрали. Я не говорю про то, чтобы запустить уничтоженные заводы и отремонтировать трансконтинентальную трассу, проходившую через Кларк-Сити. Приходится делать серьезный крюк по побережью. А все почему? Потому что там после войны осели беженцы. Там основные капиталы. И там возможность быстро заработать.

— Но бойня завершилась, — осторожно уточнил Саллерс. Похоже, пришла пора для серьезной беседы.

— Да. А стереотипы остались. Казалось бы — нигде не хватает рабочих рук, чтобы возродить экономику, но платить нормальные зарплаты никто не хочет. Толпы людей до сих пор без нормальной крыши над головой, но арендодатели пытаются содрать с них последний дин. С кем не поговоришь — ощущение, будто страну поразила чума и богатые пируют в последний раз, наплевав на будущее. Боюсь, с таким подходом соседи оправятся куда быстрее и возьмут под контроль всю торговлю. Зачем завоевывать, если можно будет просто скупить подешевке все вокруг.

Окутавшись дымом, Саллерс выдержал небольшую паузу. С новым мэром Джипси-Тауна он раньше пару раз пересекался. Тот как раз вернулся из армии, искал подработку в округе. Потом уже была история с выборами и бывший вояка неожиданно для самого себя взобрался на верхушку управленческой пирамиды. Но вот пара других собеседников…

— Вы складно говорите, мистер Чак. А что же ваши товарищи?

— Они не очень хорошо знают пока местное наречие. Но если вас это не смутит, то пусть скажут, что думают…

В разговор вступил Ниро. Благодаря очень близким ночным контактам с носителем языка обучение шло семимильными шагами. Поэтому болтать уже получалось, хотя акцент наверняка резал слух. Но — это уже проблемы других, а не его.

— Мой компаньон прав. Будущая железная дорога позволит нам протянуть новую выгодную трассу от Арлестона на север. Полученные деньги дадут возможность отремонтировать дорогу от Хигарда до Каллеро. После чего Кларк-Сити снова будет в центре основных потоков. И если вы предусмотрительно вложитесь в этот бизнес, то буквально через пять-шесть лет начнете снимать сливки.

— Можно подумать, мне это позволят. Желающих наложить лапу на денежные реки всегда слишком много.

— Для этого нужно подготовить людей, которые позволят дать отпор любому, кто распахнет пасть на чужое. Кроме того, я знаю несколько хороших принципов долголетия. Во-первых, не надо жадничать. Все не сожрать, подавишься. Власти обычно стараются контролировать таможенные и грузовые сборы. Так пусть и собирают их, кто против? Но любой торговой корпорации нужны грузчики, ремонтники, обслуга. Рабочим нужно есть и пить. Им нужно где-то жить. На склады грузы как-то нужно доставить. И если Кларк-Сити превратится в крупный перевалочный узел на двух мощнейших железнодорожных ветках — то на созданной инфраструктуре вы заработаете в пять-десять раз больше, чем мэр и его близкие друзья. Главное — поставить во главе каждой компании своего человека. Который будет получать хорошую зарплату, вести дела, но основные доходы достанутся вам и вашим парням.

— Это было во-первых.

— Именно. Во-вторых, вам нужна будет поддержка сверху. Чтобы при случае могли одернуть излишне зарвавшихся политиканов. Мы едем в столицу штата с прицелом на хорошие отношения с губернатором. В мистера Чиротти и его команду стоит вкладываться. Хотя бы с прицелом на ближайшее будущее. Никто не говорит о подкупе или прочих глупостях. Достаточно помочь с новыми выборами и обеспечить голоса на местах. Хотя вряд ли он откажется от небольшого взноса в личный фонд.

— Понятно. Наверняка есть в-третьих, четвертых и дальше?

— Разумеется. Для этого мы и позвали вас на ужин.

Разговор закончился ближе к полуночи. Вернувшись домой Саллерс долго ворочался в кровати, раскладывая по полочкам услышанное. А рано утром позвал казначея банды и уточнил, сколько свободных денег у них в кубышке. После чего послал трех крепких парней с небольшим чемоданчиком в гостицу к будущим деловым партнерам. Саллерс был готов вложить двадцать тысяч фартингов в покупку оружия и взрывчатки, а также поддержку самого лучшего губернатора на южном побережье. Грузовики и строительную технику можно было купить дома по бросовым ценам. Тем более, что соседи не собирались грабить Кларк-Сити, а нацелились на армейские склады, куда свалили горы железа после войны. На остальные свободные средства Саллерс намеревался зимой купить несколько свободных земельных участков и начать строительство доходных домов и слесарных мастерских. Основной ажиотаж начнется, как сойдет снег. Как раз, к моменту будущего железнодорожного бума и подоспеет. Соседи предложили разграничить сферы влияния, что вполне устраивало бывшего забойщика скота. Им все предгорье и филиалы торговых фирм на побережье. А он останется в центре, держать руку на пульсе. И еще посмотрим, кто первым заработает миллион.

* * *

Первая встреча с губернатором штата прошла в холодной обстановке. Стороны присматривались друг к другу, произносили официальные выверенные речи и дежурно улыбались. Правда, под самый конец, когда уже пожимали руки на прощание, Ниро произнес:

— Через полтора года мы откроем отремонтированную трансконтинентальную дорогу и ветку до Лампассы. И я очень надеюсь, мистер Чиротти, что именно вы перережете ленточку, дав дорогу первым поездам.

— Полтора года? Считаете, что успеете?

— С вашей помощью? Разумеется. Ну а мы сделаем все возможное, чтобы народный губернатор работал на общее благо еще хотя бы один срок.

Поэтому на следующий вечер в одном из особняков Арлестона общая атмосфера была совсем другой. Похоже, секретари губернатора собрали необходимую информацию и теперь мистер Чиротти обладал детальной информацией о визитерах.

— Значит, новая ветка к соседям. Думаю, это неплохо можно обыграть в свете закончившейся войны и восстановления мирных отношений. Но — как первый шаг. А потом?

— Потом мы собираемся вложить в развитие приграничья существенные суммы. Часть наших бизнесменов уже сделали заказы на десятки тысяч. И это — лишь начало, — ответил Солан. Ему была предоставлена лидирующая роль на всех совместных совещаниях. Как-никак, мэра Джипси-Тауна собирались протолкнуть на губернаторское место. Так кому, как не ему, наводить мосты и представлять себя в качестве удачной кандидатуры на будущее?

— Интересно, какую пользу это может принести штату в целом.

— Новые рабочие места. Оживление торговли. Мало того, если вы одобрите наши заказы, то очень много брошенной на складах старой техники и просроченного вооружения будут выкуплены по ценам, близким к рыночным.

— Оружие?

— Как только в кармане граждан начнут звенеть монеты, тут же потянется разного рода отребье. Мы хотим вооружить фермеров и ополчение, дабы пресечь в зародыше подобные мысли. Кроме того, это разрешено законом и неплохо скажется на вашей популярности на северах. Фронтир всегда был опорой серьезных, консервативных политиков. Популизм — это удел молодых. А люди на земле долго запрягают, но потом поддерживают своих до последнего.

— Оружие… Наверное, вам еще что-то с армейских складов нужно?

— Взрывчатка. В промышленных масштабах. Потому что трасса до Лампассы проходит через горы и там придется очень много скал превращать в щебень.

Губернатор расхохотался:

— Похоже, вам палец в рот не клади! Взрывать! Скалы! А при удобном случае — то и конкурентов… Вон, в Хигарде на днях отправили полетать портовое начальство. Заложили ящик динамита в подвал, теперь порт закрыт. До сих пор пожары потушить не могут и завалы разобрать.

Сидевший сбоку Ниро поморщился:

— Дилетанты, мистер Чиротти.

— Что вы имеете в виду?

— Я говорю, динамитом пользуются дилетанты. Сами посудите — чего они добились? Полиция поставлена на уши, власти в бешенстве. Зачинщиков найдут рано или поздно и вздернут.

— А как бы вы поступили? Расстреляли из новомодных барабанников?

На секунду задумавшись, Ниро вспомнил. В этом мире барабанниками называли подобие томми-ганов: неуклюжих, тяжелых и часто заедающих автоматов.

— Нет, мистер Чиротти. Я бы предложил совместное дело. Если кому-то хочется сидеть только на побережье и кормиться лишь с портовых доходов — это его проблемы. Я же пошел бы дальше. Сельcкохозяйственная техника, восстановленные заводы, рестораны для рабочих. Те, кто останется сшибать копейки на морских перевозках очень быстро останутся у разбитого корыта. А я их потом скуплю оптом, если попытаются мне мешать.

Губернатор, похожий на благообразного профессора с венчиком седых волос, перестал улыбаться и уже серьезно поинтересовался:

— Значит, вам нужна взрывчатка. Оружие. Военная списанная техника.

— И еще люди, кто умеет всем этим пользоваться. Более чем уверен, что в частях осталось немало специалистов. Которых можно привлечь на контрактной основе. А кто-то уже и в запас ушел, но не растерял накопленных знаний. Мы заплатим. И людям. И руководству, которое пойдет нам на встречу.

— Вы так богаты?

— Не так, чтобы очень. Но у нас есть золото. И мы готовы его использовать… Нам удалось выскрести все до последнего слитка на островах, где набрели на клад. А золото всегда в цене. Особенно после войны.

Поморщившись, Чиротти согласился:

— Здесь вы правы. Раньше зольты ходили по рукам и за монету давали двадцать фартингов. Сейчас ценник подскочил до ста, но вы вряд ли найдете продавца. Все стараются придержать запасы… Значит, у вас есть золото. И вы готовы его потратить…

— Совершенно верно, — снова вступил в беседу мэр Джипси-Тауна. — Мы готовы вкладываться в развитие промышленности, в людей и совместные проекты с будущими компаньонами. Кроме того, мы стараемся планировать не на один год, а хотя бы на пять или даже десять… Вот скажите, господин губернатор, кем вы себя видите после второго срока? Я надеюсь, с нашей поддержкой вы одержите убедительную победу. Потом еще четыре года и люди президента постараются отправить на пенсию. В отставку человека в самом расцвете сил!

— Так и будет, — вздохнул старик. — Ограничение по возрасту никто не отменял.

— Тогда кто мешает позаботиться о достойной пенсии? Я не говорю о политической карьере, принятые законы вряд ли вам позволят идти дальше по этой дороге. Но свое дело? Или должность в совете директоров промышленной корпорации? Через полтора-два года мы запустим новую железную дорогу. А через шесть лет в концерн будут входить заводы, транспортные компании, пароходства и многое другое. И все это — создано с вашей помощью, с лояльным руководством и возможностью приумножить вложенные в самом начале капиталы. Преумножить многократно…

Как цинично объяснили Солану новые друзья, надо уметь вовремя делиться. Отдай жирный кусок, чтобы в итоге заработать намного больше. Дай возможность человеку составить протекцию и он порвет глотку любым конкурентам, кто посмеет помешать твоему делу. Главное — с самого начала оговорить рамки и будущее разделение доходов. А если со временем станет мало — то кто мешает помочь лоббисту прикупить акций у еще одного нового предприятия или самому начать перспективное дело? Не верьте, что политики не продаются с потрохами. Надо просто реально смотреть на ценник. Миллион к старости и место в совете директоров — от подобных предложений не отказываются. Особенно в момент, когда кресло губернатора под задницей уже начинает шататься.

Делегация пробыла в Арлестоне неделю, забив каждый день под завязку совещаниями, согласованием будущих проектов и визитами к разным важным и полезным людям. Золотой запас изрядно подсократился, но зато уже на третий день на север пошли первые составы с техникой и людьми. Чтобы с первыми упавшими снежинками начать возрождение Джипси-Тауна и подготовку его к рывку в горы. Бывшие наемники закладывали в фундамент будущей империи первый камень.

Глава 13

Ювелир в накрахмаленной белоснежной рубашке и чернильно-черном костюме отложил в сторону огромное увеличительное стекло и тяжело вздохнул. Причем было видно, что он в самом деле огорчен и ни о какой показухе и речи нет:

— К моему глубокому сожалению, я не смогу купить все камни, господа. К сожалению, не располагаю необходимыми средствами. Мне, конечно, лестна рекомендация губернатора. Но он слишком хорошего обо мне мнения. За все семь бриллиантов придется отдать около ста пятидесяти тысяч, а это громадные деньги. Громадные… Даже мой дед в довоенное время не располагал подобного рода суммами.

— Сколько вы можете выделить наличными? — поинтересовался Чак. Он вместе с Ниро и одним из секретарей Чиротти пришел в серьезно охраняемую контору, дабы продать часть добытых во время налета драгоценностей. Хотя компаньонам было интересно оценить в целом рынок для будущих операций.

— Пятьдесят тысяч максимум. И то, половину средств получится собрать лишь к концу месяца.

— Я слышал, вы после завершения боевых действий скупали оптику.

Ювелир поморщился:

— Да, надеялся на будущие продажи для моряков и на острова. К сожалению, обещанного индустриального бума так и не случилось. Поэтому один из складов забит ящиками с биноклями и подзорными трубами.

— Можно ли часть этих запасов приспособить для нужд топографов? Знаете, такие штуки на треножниках, чтобы делать необходимые замеры и прокладывать дороги.

Убрав лупу в ящик стола, хозяин богато обставленного кабинета задумался. Потом не поленился, прогулялся к одному из шкафов, приоткрыл узкую дверцу и достал оттуда потертую бронзовую раскладную трубу. Видимо — держал у себя, как образец товара. Покрутил в руках, после чего вернулся за стол:

— Это возможно. Потребуется некоторая переделка, но вот такие походные образцы прекрасно подойдут под вашу задачу. Труба стоит десять фартингов, станок с виньерами и нанесение специальных меток на линзы обойдется в сумме еще в двадцать пять-тридцать.

— И у вас есть на примете человек, который способен этим заняться?

— Я мог бы его найти, — ювелир подобрался. Очень уж ему не хотелось упускать драгоценности из рук.

— Тогда я предлагаю следующее, — улыбнулся Чак. — Бинокли мы возьмем с небольшой наценкой. Не думаю, что вы захотите с потенциальных клиентов спускать три шкуры.

— Двадцать пять за единицу, буквально, чтобы лишь вернуть потраченное.

— Штук двести будет?

— Пять сотен, как сейчас помню.

— Пять сотен… Двенадцать с половиной тысяч за бинокли. Нормально. И хотя бы штук сто теодолитов. По пятьдесят фартингов, округлим из-за того, что вам еще их нужно будет где-то заказать и проконтролировать качество работы. Еще пять тысяч. Значит, на семнадцать с половиной тысяч мы уже нашли ценного имущества…

Похоже, обмен по бартеру понравился господину в черном костюме. Он даже осторожно уточнил:

— Не мое дело, но к какой семье вы относитесь?

— Моя дядя — мистер Циркуит. Его родственники держат несколько небольших магазинов по всему побережью. Сам же дядя решил тряхнуть стариной и теперь снова встал к прилавку. Исключительно из любви к торговле.

— Не слышал. Но — явно очень уважаемый господин. Как и его наследники… Предложенная сумма в обмен на оптику меня вполне устроит. Что еще интересует джентльменов? Если у меня нет, то я вполне могу свести с нужными людьми. А уж между собой мы рассчитаемся.

— Еще? Еще нас интересуют рельсы, металлообрабатывающие станки, паровозы и грузовые вагоны. Вот приблизительный список покупок, которые мы наметил на ближайшие дни… Кстати, если у вас есть выход на армейских интендантов, то можно обговорить ваш процент с будущих сделок.

На стол легла пухлая папка…

* * *

Обратно ехали уставшие, но довольные. Удалось запустить маховик будущей корпорации, обзавестись полезными связями и сделать задел на будущее. Через две недели с ответным визитом сначала заглянут на огонек помощники губернатора и нескольких местных промышленных магнатов. А сам Чиротти с инспекционной поездкой прибудет ближе к весне. Надо же познакомиться с избирателями и оценить масштабы будущего строительства.

Пропадавший в университете Конрад сидел в углу на мягком диване и сдержанно улыбался. Ниро закончил обедать и обратил внимание на приятеля, витавшего в облаках:

— Как твоя банка поживает? Пригодилась?

— Что? Банка?.. А, да. У местных неплохое оборудование на химическом факультете. Они сделали тесты и подтвердили, что в моих образцах есть нужный мне компонент.

— И какой, если не секрет? Сероводород или что-то более полезное?

— Гелий. Причем процент значительный, что позволит мне построить завод по добыче. Кстати, здесь этот газ уже начали использовать в металлообработке и для подводных работ. Смеси дыхательные готовят, если правильно понял… Но — пока никто особо не заморачивается, хотя способы добычи и хранения отработаны. Потребность минимальная, но хотя бы технологии уже есть.

— Гелий… Значит, все же дирижабли.

— Да. Аэропланы мне совершенно не понравились, хотя на аэродром я заглянул. Все те же этажерки, не способные поднять хоть сколько-нибудь приличный груз.

— Это пока.

— Согласен. Ты рассказывал про то, чем закончится гонка между крылатыми машинами и великанами, которыми я имел честь командовать. Но приличный двигатель на керосине еще долго ждать, а без него тарахтелки используют лишь как курьерскую службу. И падают они чаще даже, чем дирижабли, наполненные водородом. А если я заменю его на гелий — то резко снижу пожароопасность.

Налив себе горячего чаю, рядом пристроился Чак. Сицилийцы проверили, как несут службу взятая с собой четверка ополченцев, после чего завалились спать. Их примеру последовал и мэр — Вачковски настолько вымотался за прошлую неделю, что даже от еды отказался и попросил его не будить хотя бы сутки. Скорее всего, на белый свет появится ближе к Кларк-Сити. Поэтому трем приятелям никто не мешал беседовать.

— Если получится слепить первую «сосиску» к лету, то будет нам неплохим подспорьем. Геологов и топографов ближе к скалам высадить. Карту уточнить сверху. Может, что из грузов перебросить дальше, — Чак сделал осторожный глоток и кивнул — хороший чай купили, в Джи-Ти народ предпочитал хлебать пиво или что покрепче. А травяной сбор отдавал медициной и обычно слабил.

Достав из кармана пару листков, Конрад положил их на круглый столик рядом с диванчиком и постучал карандашом:

— Я помню, ты рассказывал про одну из проблем с контурами «протыкателя». Будто вначале возникала ситуация, когда покрытый рунами вагон проваливался между миров, после чего у него схлопывалась горловина и в лучшем случае обратно вываливалась каша из содержимого.

— Да, пока схемы не отладили, всякое случалось.

— Можно ли с этими контурами сделать что-то более управляемое? Представь только. Берем ящик. Делаем для него снаружи проводку, подцепляем подобие артефактов. После чего включаем двигатель и содержимое исчезает из нашего мира, остается подвешенным «где-то там». Вес груза существенно снижется, ведь так?

Чак задумался. Потом полистал бумажки, почесал затылок и даже стакан с чаем отставил в сторону. Перевернул листок, отобрал у Конрада карандаш и начал что-то набрасывать. Через двадцать минут оторвался от чертежей и обвиняюще ткнул в Ниро:

— Почему ты мне сразу не сказал, что мы тогда сшибли с небес проклятого гения? Да, придется еще поэкспериментировать, но идея рабочая. Благо, я эти контуры зазубрил намертво, да и записи капитана Гарда остались. А там много чего есть о «протыкателях» и принципах работы. В самом деле, можно хоть железнодорожный вагон рунами покрыть, подать электроэнергию с работающего генератора и вместо ста тонн нагрузки у тебя останется от силы килограмм двадцать. Главное — чтобы мощности хватило.

— И на дирижабле никто не помешает поставить действительно сильные моторы. Места достаточно, это не дешевая крылатая тарахтелка.

— Именно. Что означает, что того же гелия понадобится куда как меньше. И с размерами сильно мудрить не надо… Конрад, тебе нужно будет набрать головастиков, кто поможет реализовать проект и не станет болтать зря.

Бывший капитан дирижабля усмехнулся:

— Я уже закинул удочки в университете. А еще повстречался с одним из внуков Циркуита. Помог с деньгами, передал приветы и нацелил на поиски студентов и нищих ученых, кто так или иначе занимается воздухоплаванием и механикой. Думаю, первые кандидаты как раз к весне я объявятся в наших краях, координаты я оставил. Как раз закончу строительство пары ангаров для будущих птичек, разметку аэродрома и фундамент под будущую гелиевую фабрику. Сарайчик для начала добычи воткну как только приедем… Конечно, эшелонами добро таскать не получится, это уже ваша епархия. Но первую воздушную империю застолблю за собой…

— Тогда давай обсудим, как станешь расплачиваться за рунные схемы и помощь в доводке до ума артефактов, — усмехнулся Чак и выглянул в коридор. Передав проводнику остывший чай, заказал еще кипятка и подмигнул Ниро. Процесс торговли обещал быть интересным.

* * *

В Кларк-Сити приехали поздно вечером. Там два вагона перегнали в угол сортировочной станции, чтобы на следующей день после обеда с новым паровозом отправить дальше, до конечной в Джипси-Тауне. Несмотря на позднее время, весточку мистеру Саллерсу передали и он приехал к завтраку, дабы узнать последние новости.

— Вот накладные на оружие и взрывчатку. А так же расписка от губернаторского фонда, что они получили пять тысяч на будущую избирательную кампанию. Весной мистер Чиротти будет с личным визитом, мы постараемся организовать званный ужин для инвесторов и людей, активно поддерживающих правильных политиков в Арлестоне.

На стол рядом с гостем положили перевязанный шпагатом газетный сверток.

— Это что? — насторожился Саллерс, замерев с надетым на вилку куском бифштекса.

— Тысяча четыреста фартингов. Сдача. Оружие удалось взять с большой скидкой. Кстати, вместо двух сотен винтовок прикупили двести пятьдесят и пятьдесят дробовиков. Не считая пистолетов.

Гангстер потрогал пальцем сверток и уточнил:

— Тогда какой смысл возвращать мне деньги? Взяли бы в качестве комиссионных.

Сидевший напротив Ниро фыркнул:

— Мистер Саллерс, мы не шпана из захудалого шалмана. С компаньонами дела ведем честно. Если удалось сэкономить, то вернем до последнего дина. Получится сотню динов сэкономить — вот тебе и фартинг.

Гость задумался. Он переводил взгляд с одного мужчины на другого, прокручивая в голове возможные варианты вложения «сдачи». Будь у него подобная ситуация, свободных денег никто бы не дождался. Но если новые партнеры настолько щепетильны в подобных вопросах, то стоит учесть и принять на будущее.

— Вы уже начали продавать участки под застройку?

— Со следующей недели.

— Тогда я как раз постараюсь подъехать. Хочу пару угольных складов и место под гараж присмотреть. Это — в качестве первоначального взноса.

Достав небольшую плотную карточку, Чак написал на ней «склады и гараж», после чего подсунул под веревочку и убрал сверток в сторону. После чего вернулся к завтраку.

Уже допив чай, Солан Вачковски попрощался и пошел по делам. Ему еще предстоял визит в местную мэрию для решения ряда вопросов по размежеванию посевных площадей на границе районов. Процесс долгий, но надо его хотя бы начать. Потому что обернуться не успеешь, а уже пахать и сеять, а народ друг на друга сквозь прорезь прицела поглядывает. Особенно сейчас, когда фермеры получают поддержку и прикидывают, насколько хороший урожай получится собрать при помощи закупленной техники.

Убедившись, что Вачковски сел в поданный автомобиль и уехал, Чак задал Саллерсу вопрос:

— Пока решали дела в столице штата, появилась мысль. Почему бы нам вместе не послать крепких головастых парней на побережье? Сначала в Рилертон и по округе. А потом и вообще по всей стране?

— Смысл?

— Сейчас в городах множество разрозненных мелких банд. Каждый пытается урвать кусок у соседа, стычки, людей теряют. И при этом — полно парней с реальным боевым опытом, не сумевших влиться в мирную жизнь… Мы подумали — почему не создать одну крепкую организацию, в которой будут относительно самостоятельные филиалы, но общие координация и управление. Если нужна помощь — легко перебросить боевиков из других городов. Грузоперевозки, контрабанда, спиртное, контроль сутенеров. В портах можно организовать профсоюзы.

— Зачем? — не понял последнее Саллерс. — В первые годы войны все профсоюзы закрыли. Сейчас закон отменили, но толку от них?

— Потому что профсоюз отстаивает права рабочих перед хозяевами, заставляя соблюдать нормы труда и обеспечивает относительно стабильную работу для своих членов. А еще, если профсоюз устроит забастовку, то ни одно судно в порту не будет разгружено. Полицию же к рычагам кранов и за баранку грузовиков не сунешь. Поверьте, мистер Саллерс, в умелых руках профсоюзы — очень серьезная сила. А главное — совершенно законная. Нужно лишь не перегибать палку.

— И вы готовы возглавить эту организацию?

— Свой филиал Синдиката, мы его так хотим назвать. К сожалению, слишком многие пытаются решать любые проблемы при помощи оружия, которого полным-полно осталось после войны. И если не сможешь защититься самостоятельно, то соседи запросто сожрут… Создадим совет директоров, где будут представлены главы местных кланов. За старожилами закрепим право вето. Если вы захотите помочь с созданием Синдиката, то как раз попадете в ряды отцов-основателей.

Покрутив в толстых пальцах сигару, Саллерс сдержанно ответил:

— Надо будет обдумать это предложение. Парней я послать могу. Можно даже с кем-то из ваших ребят скооперироваться. Пусть разузнают обстановку, заложат основы на побережье. В самом же Кларк-Сити мне сначала придется навести порядок. Слишком многие считают меня наглым выскочкой, не имеющим права вообще ходить по местным улицам.

— Можем помочь с решением этой проблемы. Только предлагаем не рубить пока с плеча и не устраивать при помощи полученного оружия побоище. Мелкий мусор из жулья вполне сойдет в качестве ширмы. Надо же и полиции как-то отчитываться о проделанной работе.

— Наверное… Сегодня четверг? Давайте отложим обсуждение деталей до вторника, я как раз приеду разбираться с покупкой участков и будущим строительством. Тогда и вернемся к проблеме.

Проводив гостя, Чак посмотрел на серую хмарь за окном вагона и спросил Ниро:

— Не попытается нас кинуть? Клейма ведь ставить негде.

— Не подставляйся и не пострадаешь. Да, головорез он еще тот, но вряд ли будет нарушать взятые на себя обязательства. Полных беспредельщиков мы уже закопали, остались лишь умные и зубастые. Если дать им правильное направление, то в самом деле через несколько лет получим крепкую организацию, которая будет контролировать изрядную часть теневого рынка. Учитывая, какие там деньги сейчас крутятся, грех проходить мимо.

— Наверное. Главное — здесь действует простой закон. Или ты платишь бандитам за мифическую защиту, или сам бандит и берешь деньги за красивые обещания.

— Мы поддержим данное слово силой оружия, что серьезно повысит ставки. И попутно позволит отбить любую рейдерскую атаку, когда легальные предприятия начнут давать прибыль.

Молчавший Конрад поднял руку. Убедившись, что оба любителя силовых методов смотрят на него, спросил:

— На сколько нам хватит вывезенного золота? Думаю, такими темпами через пару лет мы его проедим. А отдачу с той же железной дороги получим еще не скоро.

— Что предлагаешь?

— Перед отъездом губернатор интересовался, насколько удачно мы сумели выпотрошить заброшенный город на побережье. Я ему рассказал легенду, которую обсуждали. Похоже, мистер Чиротти проникся. Сам он в джунгли не полезет, это слишком опасно. Но доступ к архивам у него есть. И несколько интересных мест готов нам продать за половину добычи.

— То есть экспедицию организовывать нам, головой рисковать тоже нам, а он лишь будет стричь купоны? — восхитился Чак.

Но Ниро лишь одобрительно хмыкнул:

— Какой бодрый и прагматичный дедушка пытается набиться к нам в деловые партнеры… Если Конрад построит через год хотя бы пару приличных дирижаблей, то сможем их вооружить и набрать бойцов для визита на острова. Пошарим, может что полезное и добудем. А жадничать — не надо. Я более чем уверен, что Чиротти не станет сидеть на мешках с золотом, выйдя в отставку. Мы сможем его убедить вложить деньги в новые предприятия и торговлю. И чем больше золота он потратит, тем быстрее будет восстанавливаться после войны приграничье. Что нам только на руку… Так, Конрад. Этот проект на тебе. Гелий, ангары, мастерские и дирижабли. Придется попотеть. Участок под будущий аэродром мы тебе добудем, мэр не против. Он пока слабо представляет, что за игрушки ты задумал, но палки в колеса вставлять не будет. Особенно если получится с твоей подачи перетащить знающих инженеров в Джипси-Таун и организовать какой-нибудь филиал университета на месте. Молодых ребят будет много, их надо учить. Потому что кадры — они решают все. И если мы сможем взращивать их самостоятельно, то это даст огромный плюс в долгосрочных планах. А мы сюда навсегда перебрались, так что не будем размениваться на мелочи…

* * *

Середина и конец осени прошли в бесконечных хлопотах. Пятерка бывших наемников окончательно разделила между собой ключевые направления и теперь активно готовилась к весеннему рывку.

Луиджи и Модесто неожиданно для себя превратились в лейтенантов будущего Синдиката и отвечали за все вопросы в криминальном мире Джипси-Тауна. Конечно, как таковой организованной преступности не было, но выросший в два раза город по населению уже успел дать крышу не только добропорядочным гражданам, но и бродягам, и мелкой шпане. Которую и привели к порядку. За грабеж и воровство — ломали руки в первый раз и вывозили на рудники в случае рецидива. А вот гнать самогон и таскать на собственном горбу что-то минуя официальные каналы — на это смотрели сквозь пальцы, выделив несколько наиболее смышленых для контроля. Тех, кто мечтал о серьезных делах, ставили перед выбором. Либо идешь в местную частную армию, которую полиция запросто может привлекать для решения каких-либо силовых вопросов. Либо имеешь все шансы получить подъемные и отправиться в другие города для организации филиала при поддержке местных авторитетов.

Больше всего сицилийцев удивляло, что львиную часть проблем решали совместно с господином полицмейстером. Где он совет даст и нужных людей порекомендует. Где перебравшие спиртного строители на утро продерут глаза и сами с покаянной головой выдают зачинщиков ночной драки или еще какого безобразия. В условиях, когда даже в том Кларк-Сити толпы полуголодных здоровых мужиков горбатились за гроши, местные работяги условия ценили и за полученные места держались. Вылетишь с волчьим билетом — и проваливай. А если вздумаешь в хмелю права качать — так мигом тройка ополченцев подойдет и дубинками мозги поправит. И это еще при лучших раскладах, потому что полиция в таких случаях поступала просто — на встречу с судьей и выплата штрафа. Нет денег? Кандалы и на работу.

Чак крутился между многочисленными стройками, толпами прибывших инженеров, шахтой, заводом и расплодившимися мастерскими. Грузовые составы доставляли бывшую военную паровую технику, которую уже на месте приводили в порядок, готовя к будущей прокладке железной дороги. Так же вдоль протянутой на север колеи уже громоздились штабеля рельс, шпал, на дополнительных ветках начали копить маневровые паровозы и платформы для укладки полотна. Рычали двигателями грузовики, развозя щебень. Дороги в Джи-Ти уже укатали до бетонного состояния, теперь постепенно начинали осваивать новые направления. Топографы успели облазать ближайшую округу и готовились к весне выдвинуться дальше. Попутно работали с местными фермерами, картируя их участки и выясняя, где что полезное в ближайшей досягаемости. Джипси-Таун должен был превратиться в промышленный центр, а для этого надо было как следует проверить недра.

Конрад Варга пропадал на аэродроме. Под него на западе города выкупили изрядный кусок земли, где уже успели закончить возводить первый ангар. Второй достраивали. На грязевом источнике стояли три добротных барака, где пошли первые эксперименты по добыче гелия. Полноценный завод рядом будут строить ближе к лету, пробросив до места узкоколейку. Кстати, еще несколько веток собирались протянуть параллельно основной трансконтинентальной трассе. Стоимость работ была намного меньше, чем пытаться устроить отдельные развязки и от промежуточных станций тащиться по лесам и болотам каждый раз две-три сотни миль. Другое дело — предгорья. Сухо, относительно ровные участки, малыши паровозики смогут регулярно пробегать от одного городка до другого, позволяя фермерам пользоваться новым общественным транспортом и объединив весь регион в одно целое. С центром управления и развития во всем том же Джипси-Тауне.

Но кроме аэропорта, Конрад уже вовсю готовился к строительству первого дирижабля. Он успел дожать Чака и тот помог собрать несколько образцов «пространственных» карманов. Идея — работала и теперь нужно было лишь проверить сделанные расчеты на «Левиафане». Бывший капитан решил, что его устраивает имя погибшего любимца и уж эту птичку о землю он не разобьет никогда.

Ниро мотался по округе, налаживая связи с местным населением, продавая выкупленное оружие в счет будущих поставок продовольствия и попутно занимаясь с медленно растущими военизированными силами. Одновременно с этим близко сошелся с Саллерсом, для которого уже заканчивали строительство и угольных складов, и гаражей под будущую транспортную кампанию. О том, как именно эта парочка собиралась медленно превратить заурядного гангстера в капо-ди-капи для всего Кларк-Сити — помалкивали. Но планы наверняка были и уже потихоньку воплощались в жизнь. Иметь опору на дружественный клан в ближайшем городе — это важно. Особенно, если именно через этот город пойдет львиная часть грузов.

Одним словом — собиравшийся отдать концы город получил второе дыхание и теперь жизнь в нем набирала обороты. И вряд ли вернется к прошлому. Джипси-Таун твердо встал на новые рельсы и разводил пары. Уже скоро прогудит последний свисток и поднакопивший сил здоровяк двинет на север.

* * *

На вокзал от соседей грузопассажирский поезд приходил два раза в день — в десять утра и ближе к девяти вечера. Еще летом паровоз гоняли раз в неделю, но новая реальность потребовала сменить график. Грузовые — так вообще каждый час вползали на существенно расширенную станцию.

С подножки вагона на выложенный крепкими дубовыми брусьями перрон спустился высокий мужчина в сером костюме тройке и небрежно наброшенном на плечи шерстяном пальто. Оглядевшись, неспешно двинул в сторону выхода на привокзальную площадь. Франт с интересом разглядывал спешащих мимо грузчиков, возбужденную толпу переселенцев с кучей баулов и гордо застывшего рядом полицейского в шлеме с начищенной кокардой. Конечно, это не столпотворение прибрежных городов, но людей хватало. И не было видно вездесущих бездомных мальчишек или нищих-попрошаек, настоящего бича любого мегаполиса. Впрочем, пацанята мелькали, вот только все были заняты делом. Кто-то тащил кипу газет, кто-то нес короб с заказанными завтраками, а кто-то уже направился к вновь прибывшим и голосисто выкрикивал:

— Новые места у мастера Шарля! Возведение домов под ключ! Ремонт любой сложности! Набирает всех, от чернорабочих до специалистов любого профиля! Два фартинга в день, оплата наличными каждый вечер! — старался один веснушчатый зазывала, придерживая одетыми в варежки руками стопку рекламных листков.

— Мистер Крауз — найм без перерыва для лучших рабочих! Несемейным койка в общежитии! Семейным — ссуда на покупку квартиры! Два фартинга в день и можно оформить медицинскую страховку! — не отставал второй.

Пропустив мальчишек мимо, джентльмен поежился от порыва холодного ветра и застегнул пальто. После чего выбрался на площадь и зацокал набивками лакированных ботинок по булыжной мостовой. У франта был адрес и цель, ради которой он и приехал в Джипси-Таун. Он был дорогим специалистом и у него был заказ, который хорошо оплатили, передав попутно всю необходимую информацию.

Вечером в массажном салоне госпожи Бри яблоку негде было упасть. Заведение пользовалось огромной популярностью, собирая мужские сливки города. Инженеры, хозяева многочисленных лавок и мастерских, просто состоятельные и почтенные отцы семейств — все любили заглянуть на огонек. Причем кто-то предавался плотскому греху, а кто-то просто устраивался в небольшом театре, где каждый вечер выступало варьете. Маленькая сцена, молодые и красивые женщины, выпивка включена в стоимость билета. Спрос был таким, что Скарлет на полном серьезе начала задумываться — не открыть ли ей небольшой театр рядом, благо кусок земли еще можно было выкупить и к весне закончить строительство. Потому что задиравшие ноги ночные бабочки приносили уже треть выручки и легко можно было посчитать, насколько прибыльным окажется полноценное представление. Во-первых, цены можно будет на варьете снизить, что позволит привлечь куда больше желающих посмотреть на выступление. Во-вторых, если разнообразить репертуар, то кто мешает ходить семьей? А по утрам — выпускать для детишек клоунов. Скарлет уже задала несколько вопросов на эту тему Ниро и тот предложил вполне неплохо продуманный план культурного развития города. Даже не поленился созвониться с одним из секретарей губернатора и навел справки о нужных специалистах. Скоро должен приехать молодой маэстро, готовый ради больших заработков застрять на год-другой в медвежьем углу. Глядишь, еще и на совсем останется.

В дверь комнаты постучали и внутрь проскользнула одна из проституток.

— Мисс Бри, я закончила.

— Все нормально?

— Да, без проблем. Клиент доволен, сейчас отдыхает в курительной комнате с другими господами.

— Что смогла заметить?

— Пистолет у него есть, но я в вещах не рылась. Сам мужчина видный, сильный и мускулистый. Но неразговорчивый.

— Хорошо. Свободна, за сегодня получишь премию.

Дождавшись, пока работница исчезнет, Скарлет подняла трубку телефона, прислушалась к хриплому шипению и произнесла:

— Мы проверили, ваш клиент, подтверждаю.

Когда любимый мужчина просит об одолжении, то умная женщина постарается сделать все в лучшем виде. Тем более, что Бри помнила ночную беседу, которая произошла после возвращения Ниро из поездки. Он выслушал подругу, вытер бежавшие по щекам слезы и сказал, гладя рыжие кудри:

— Меня могут убить в любой момент, все же не в игрушки с друзьями играем. Если ты готова жить с этим, то я предлагаю дождаться весны. Еще раз проверить, не простая ли это влюбленность. А что касается твоей собственности… Любому, кто вздумает тебя попрекать честно заработанным, зубы в глотку вобью. Потому что ты честная женщина, не грабишь пьяных и бедняков не обираешь. По мне, у половины твоих клиентов чести и совести меньше, чем в одном твоем мизинце. Так что пусть заткнутся…

Подтверждая сказанное, Ниро теперь каждое воскресенье посещал со Скарлет мессу, с интересом слушая проповедь пастора. Кстати, церковь отремонтировали на их с Чаком деньги, что лишний раз говорило об истинной добропорядочности племянников старого Циркуита. Не известно, насколько в самом деле Ниро верил в местных богов, но с соседями вежливо раскланивался, зачастую подсаживаясь то к тем, то к другим знакомым и обсуждал последние городские новости. Кстати, хозяин шахты даже праздновал день рождение в ресторане мисс Бри, что подняло самооценку вдовы на серьезную высоту. Похоже — городское высшее общество прозрачный намек прекрасно поняло и перестало воротить нос от «хозяйки борделя». Тем паче, что многих из серьезных и важных господ Бри лично встречала у себя в заведении почти каждый вечер. Сначала — на первом этаже, в ресторане. А потом — на втором, приглашая в крохотный зал варьете или в кабинеты к девочкам.

Спустившись по широкой лестнице, мужчина в теплом пальто поправил на голове хомбург с широкой атласной лентой и медленно пошел мимо стоявших под ярко горящими фонарями колясок. Хоть деньги в городе и появились, но с автомобилями ситуация оставалась сложной. В первую очередь покупали грузовики, легковые же машины были только у мэрии и пары-тройки господ, решивших поразить соседей. Остальные предпочитали не тратить честно заработанное и по старинке либо нанимали лихачей, либо вообще держали собственных лошадей и конюхов.

Обойдя последнюю карету, мужчина заметил мелькнувшую сбоку тень и попытался отступить в сторону, выдергивая правую руку из кармана. Но эластичная дубинка уже ударила в лоб, после чего выбравшийся из тени Амья для верности еще разок добавил по затылку и быстро связал упавшему на землю чужаку руки и ноги. Засунув в рот грязную тряпку, легко забросил тело внутрь и полез следом. Дремавший на козлах кучер лениво потянулся и щелкнул вожжами. Старик уже не один раз привлекался Циркуитом для помощи родственникам. За молчание и отсутствие любопытства платили более чем щедро, а работа привычная. Приехать, подремать, уехать. Считай себе ворон, поглядывай по сторонам и получай денежку. Что еще надо?

Вылив на привязанного к стулу франта ведро холодной воды, Ниро повернулся к столу, где лежали пальто, рубашка, револьвер и глушитель, а еще портмоне, набитое деньгами. Убедившись, что чужак открыл глаза, Ниро вежливо поинтересовался:

— И сколько тебе заплатили за наши головы, если не секрет?

— Вы меня с кем-то…

— Да, да. Только вот ведь в чем проблема, мистер Какаду. Я знаю, как вас зовут. Я знаю, чем вы зарабатываете на жизнь. Я даже знаю, кто именно из идиотов в Кларк-Сити сделал заказ. Почему идиотов? Потому что у нас уже глаза и уши по всей округе. Я плачу людям, кто готов поделиться интересной информацией. Мой друг Саллерс тоже платит осведомителям. Поэтому о вашем приезде я знал еще неделю назад. И всего лишь подготовился встретить столь уважаемого специалиста по ликвидации неугодных… Так все же, утолите мое любопытство. За сколько вы готовы были рискнуть?

Посмотрев на мишень, Какаду покрутил головой, разминая шею, потом вздохнул. Связан качественно, стул явно привинчен к полу. Из этого подвала уже не вырваться. Если только не попытаться договориться…

— Пять сотен за каждого из вашей группы. В качестве аванса выдали тысячу.

— Неплохо. Хотя, наниматели продешевили. Но они пока об этом не догадываются.

— У меня есть варианты? Например, я вполне могу нанести ответный визит к людям, которые не умеют держать информацию под контролем. И вам даже не придется платить. Будем считать, что я отработаю новую жизнь.

Вздохнув, Ниро отказался:

— К сожалению, у меня нет способов вас контролировать, мистер Какаду. И вы запросто можете попытаться устроить мне неприятности. Кроме того, у меня уже есть специалисты вашего профиля, которые подчистят хвосты. И сделают это даже лучше, чем вы. У них опыта больше… Я же уважаю ваш профессионализм и обещаю только одно. Мы не садисты, поэтому умрете вы без мучений.

Стоявший за спиной наемного убийцы Модесто подхватил того левой рукой за подбородок и вогнал узкий длинный клинок в основание черепа. Ниро посмотрел на остекленевшие глаза убитого и вздохнул:

— Вот и первый звоночек прозвенел. Скоро еще клиенты пожалуют. Что поделаешь, люди не меняются ни между эпохами, ни между мирами. И стараются решать проблемы самыми простыми способами… Ну да ладно, справимся. Не в первый раз…

Эпилог

В закрытые окна ветер зло кидал пригоршни снега. Метель бушевала уже сутки и не собиралась останавливаться. Как предсказывали местные, непогода пришла надолго и снегопады теперь будут стараться превратить Джипси-Таун в один огромный сугроб. Хотя, это было раньше. Сейчас же на основных улицах катались грузовики с приделанными отвалами, расчищая дорогу. Паровозы встали на прикол, но ремонтный состав подъездные пути чистил. Завтра доберется до Кларк-Сити. Сообщение не будет прервано. Большая часть горожан отдыхает дома, греясь у печей. Мэрия официально объявила праздники и частично компенсировала оплату отгулов для местных предприятий, что вызвало оторопь у хозяев и радостное возбуждение у работяг. Под это дело мэр Вачковски даже умудрился тиснуть в газету статью про поддержку бизнеса со стороны губернатора штата. Скорее всего весной Чиротти услышит много приятных слов в свой адрес.

Сицилийцы отдыхали в ресторане, а троица бывших наемников сидела в маленьком кабинете для особо важных персон и ждала, когда подадут ужин.

Ниро задумчиво крутил в руке бокал со спиртным, бездумно разглядывая мелькавшие за стеклами белые хлопья. После чего неожиданно повернулся к друзьям и сказал:

— Я тут вспомнил несколько историй падения великих империй. Финансовых и политических… Сейчас мы одно целое. Вместе преодолеваем проблемы, не считаем время и деньги, которые тратим друг для друга. И пока мы это делаем, нас нельзя свалить. Нас можно попытаться убить, но заставить отказаться от планов и предать общее дело — невозможно… Но когда мы заработаем первые миллион, второй — то в голове запросто может появиться мыслишка, что тебе недодали. Что сосед начал крутить денег куда больше, чем ты можешь себе позволить. Что прихлебатели могут быть правы, подзуживая и толкая под руку на какие-нибудь авантюры. И как только это произойдет — наша будущая империя рухнет. Потому что герои гибнут обычно от удара в спину. А в спину удобнее бить тому, кого ты считал другом.

Сняв очки, Чак полыхнул фиолетовыми искрами в глазных впадинах и поднял свой бокал:

— Ты плюнул на все, бросив спокойную жизнь и подарив мне шанс остаться живым. Без тебя и твоей помощи я бы уже гнил заживо… Мне плевать на людей, кого я поставлю помогать вести дела в будущем. Но я знаю главное — мой дом всегда будет открыт для вас. И я всегда прикроют спину, не взирая на возможные денежные потери. Я так сказал и так будет…

Встав, Конрад отодвинул бокал с горячим чаем и налил себе из открытой бутылки. После чего поддержал Чака:

— Иногда я удивляюсь, какие странные вещи бродят у вас в головах. Честное слово, я думал, что разговор пойдет об охоте на кабанов, которую обещали фермеры. Или о новой программе варьете, которой нас интригуют уже какой день… Но раз мы обсуждаем глобальные проблемы, то я тоже хочу сказать… Вы уронили во время войны меня с небес. Это было. Можно сказать, лишний раз показали, что не стоит переоценивать собственные силы и принимать себя за небожителя… Но вы же подарили мне небо снова. Не смеялись, не гоняли на побегушках бывшего вояку без гроша в кармане. Вы приняли как равного и сейчас готовы подставить плечо в трудное время… Я не умею произносить красивые тосты, но скажу от души. Если понадобится — я зубами чужие глотки стану рвать за вас и ваши семьи. Потому что знаю, что вы сделаете точно так же. Нас ждут трудные времена в разоренной войной стране. Но я верю, что вместе мы все преодолеем. И когда я старым и дряхлым свалюсь пьяным с любимого дирижабля, вы похороните меня с оружейным салютом и поможете детям продолжить бороздить небеса. Потому что мы братья по пролитой крови. И никогда не ударим в спину друг другу.

Ветер завывал за окном, заметая расчищенные дороги Джипси-Тауна. А трое мужчин ужинали и были уверены, что всегда могут рассчитывать на помощь друга, если это понадобится. И решат любые проблемы, потому что они вместе. Так было, так есть и так будет…

Конец первой книги

* * *

Опубликовано: Цокольный этаж, на котором есть книги📚:

https://t.me/groundfloor. Ищущий да обрящет!

Content

Слово не произнесенное
Олег Борисов

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Эпилог