Возвращение Безумного Бога 5

Глава 1

Переговоры

Месяц спустя после событий прошлой книги

Я с распростертыми объятиями встретил гостью, галантно склонившись в поклоне:

— Княжна Светлана! Какой несказанный восторг видеть вас в моем скромном саду! Позвольте проводить вас в беседку — отведаете свежайшего чаю с уникальнейшим медом от моих мирмеций.

Светлана улыбнулась, горделиво расправляя плечи. Ее точеную фигуру облегал боевой доспех цвета воронёного серебра, унизанный таинственно мерцающими рунами. Уверенная походка и цепкий взгляд выдавали в юной княжне закаленного в схватках воина.

Да, ее изящная фигурка казалась хрупкой и миниатюрной, но это было обманчивое впечатление. Я чувствовал невероятную мощь, струящуюся по ее духовным потокам.

— Рада видеть вас в добром здравии, Константин, — она тряхнула синими волосами, от которых исходило мягкое сияние, — Да, признаться, любопытно отведать вашего хваленого лакомства. Глядишь, и впрямь чудодейственным окажется. В нашем-то… ремесле лишним не будет.

Мы чинно проследовали к увитой плющом беседке и расположились в плетеных креслах за изящным столиком. Я лично разлил по тончайшим фарфоровым чашкам ароматный чай и придвинул к княжне хрустальную медовницу, доверху наполненную янтарным медом.

— Прошу, угощайтесь. Для вас — самое лучшее.

Светлана зачерпнула ложечкой тягучую массу и с легким недоверием поднесла ко рту. Но стоило ей отведать лакомства, как глаза ее изумленно распахнулись.

— Невероятно… Какой насыщенный, нежный вкус! И это живительное тепло разливается по телу… Чарующе!

— О да, — с гордостью кивнул я, — Мед мирмеций поистине уникален. Исцеляет, бодрит и силы умножает. Графиня Менгелева лично исследовала и подтвердила — средство практически панацея. Вот, полюбуйтесь выкладками, — и я протянул гостье папку с документацией, — Главное, не мешать его со Сгустителями…

Княжна принялась внимательно изучать бумаги, то и дело задумчиво отхлебывая из чашки. А я удовлетворенно оглядывал буйно цветущий сад. После того, как в казне Безумовых появились средства от торговли медом и органами монстров, я немедля нанял садовников и озеленителей. И не прогадал — наши угодья теперь утопали в зелени и благоухали пестрым разноцветьем. Роскошные клумбы, идеальные газоны, мощеные дорожки из белоснежного мрамора, величественные статуи и мелодично журчащие фонтаны — все сияло ухоженной чистотой и радовало взор.

Мирную идиллию нарушил переливчатый смех. Я скосил глаза и умилился — по боковой аллее чинной походкой двигалась Эмми, ведя на поводке… Лилию. Моя красноволосая ученица была облачена в утонченное платье цвета лаванды и изящную шляпку с вуалью. Узкая талия, высокая грудь, волосы убраны в замысловатую прическу — ну чистое совершенство!

Зато её спутница, передвигающаяся на четвереньках, смотрелась до крайности вызывающе. Лилия хищно скалилась, демонстрируя острые клыки. Крохотный белый топик обтягивал пышную грудь, а короткие шортики едва прикрывали округлые полушария ягодиц, из-под которых задорно выглядывал белоснежный пушистый хвост. Для него в шортах пришлось проделать отдельное отверстие. Чуткий нос волкодевочки непрестанно подрагивал, вынюхивая что-то, глаза лихорадочно горели — прям дикий зверь на прогулке, хоть сейчас спускай с поводка и науськивай на дичь!

Светлана, мельком глянув на эту колоритную парочку, ошарашено поперхнулась чаем и закашлялась. Пришлось мне утешающе похлопать бедняжку по спине. Впрочем, княжна быстро совладала с собой и вернулась к чтению, последовав моему безмятежному примеру.

Я сделал вид, что ничего особенного не происходит. Пусть даже весь сад с грохотом провалится в бездну — мы будем продолжать светскую беседу с невозмутимыми лицами!

Аристократы-с.

— Любопытно, — протянула Света, в очередной раз пробегая глазами по строчкам, — Тут сказано, что мед ваш нельзя мешать с некоторыми зельями и магическими ингредиентами. Нежелательные эффекты могут возникнуть?

— Увы, — развел я руками, — Есть особенности, куда деваться. Вы дочитайте до конца — там подробно все нюансы разжеваны. Но в целом опасаться нечего — если следовать рекомендациям, мед можно применять без особых рисков.

Княжна в задумчивости постучала пальчиком по подбородку, прежде чем задать следующий вопрос:

— А в боевых целях как? Усилить там кого, поднять выносливость или восстановить в пылу сражения? Можно ли усилить эффект от меда?

Я глубокомысленно пожевал губами, прикидывая, как бы поделикатнее ответить. В конце концов философски изрек:

— Ну, как и со многими другими веществами из свободной продажи — все зависит от меры и благоразумия применяющего. В умелых руках-то что хочешь сгодится. Скажем, та же мандрагора — хошь лечись ею, хошь травись, хошь приворот делай. Разница лишь в пропорциях и подходе. Графиня Менгелева сейчас ведет исследования и даст ответ, как будет готова.

Светлана смерила меня долгим испытующим взглядом, но возражать не стала. Похоже, намек она уловила.

Внезапно безмятежность нашей беседы оказалась прервана истошным визгом и грохотом. Мы с княжной одновременно обернулись на звук и обомлели. Мимо веранды, сшибая все на своем пути, пронеслась Лилия. Распушив хвост и высунув язык, она неслась со всех лап… рук и ног, не разбирая дороги, увлеченно гоняясь за какой-то юркой мелкой зверюшкой. Кажется, белкой. За ней, вереща от испуга, летела на поводке несчастная Эмми. Ее ноги и подол платья даже не касались земли. Поводок натянулся как струна, но держался.

Замыкала этот экзотический кортеж возмущенно голосящая Настя в развевающимся черном платье.

— А ну стой! Лилька, блин! Нельзя! Фу, я сказала! Плохая девочка!

Но разве ж это остановит разыгравшуюся волчицу? Она только призывно взвизгнула и, задорно взбрыкнув, свернула за угол дома, утаскивая за собой перепуганную Эмми. Настя, подрубив покров и ускорившись, устремилась за ними.

Светлана некоторое время ошарашенно взирала на место событий, силясь прийти в себя и осмыслить увиденное. Я деликатно отхлебнул чаю. Наконец княжна, кашлянув, вернула на лицо бесстрастную маску и с достоинством поинтересовалась:

— У вас это… гм… в порядке вещей, Константин?

— Что вы, что вы! — замахал я руками, изображая возмущение пополам с негодованием, — Вообще ни в какие ворота! Разберусь с шалуньями по полной! Сто плетей по попе и месяц на хлебе и воде!

Судя по скептически изогнутой брови, мои оправдания Светлану не слишком убедили. Но она смолчала.

Допив чай, княжна отложила бумаги и поднялась со своего места. Аудиенция подошла к концу, и мы неспешно двинулись к воротам.

— Благодарю за любезный прием, Константин, — церемонно молвила Светлана на прощание, — И за сделанное предложение. Обязательно передам все батюшке, думаю, его эта идея тоже заинтересует. Мёд ваш и вправду диковинный. Такой ресурс на дороге не валяется. Полагаю, мы будем готовы к закупке больших партий на регулярной основе.

Я сверкнул ослепительной улыбкой. Княжна клюнула на мои медовые посулы, я прямо-таки кожей это чуял! Осталось лишь дождаться ответа князя Соколова — и можно открывать шампанское. Новый рынок сбыта почти в кармане!

— Да, и вот еще что, — как бы между прочим обронила Светлана, замерев у самой калитки, — Сугубо по секрету сообщаю — в Синегорье вскорости ожидается визит Его Императорского Величества Романова. По случаю прибытия затевается пышный турнир для юных талантливых Одаренных. Главный приз — бесценный артефакт, лично из рук Государя. А уж остальные награды — ох, закачаешься! Правда, пока это тайна за семью печатями, мало кто в курсе. Так что кто успеет вовремя подсуетиться — тот, считай, уже победил. Наш-то род однозначно в деле, и своего не упустит!

Я приподнял брови от удивления. Каков поворот, а? Да это же шанс для юных дарований рода Безумовых! Мои девчонки там всех в лепешку раскатают, чего мелочиться. Вот уж воистину, Светлана удружила так удружила, заранее предупредив!

— Покорнейше благодарю, княжна, за столь ценные сведения, — расшаркался я в поклоне, — Непременно учту и озадачусь. Да и род наш точно не останется в стороне — есть у меня на примете парочка одаренных жемчужин! Золото, а не девоньки, всем фору дадут.

В эту секунду в который уже раз из кустов вылетела Лилия. С горящими глазами, высунув язык, она продолжала преследовать злополучную белку. За ней, отчаянно вопя, по воздуху неслись перепуганные Эмми и Настя, крепко держась за поводок. Следом, не отставая, с заливистым лаем неслась орава разъяренных дворняг.

Откуда тут дворняги? Только не говорите, что Лилия опять с разгону пробила забор и бегала на улице, задираясь к ее коренным обитателям…

Светлана обозрела эту феерическую картину долгим взглядом, прокашлялась и скептически пробормотала:

— Да уж, Константин, теперь я ни на миг не сомневаюсь в скорой и безоговорочной победе вашего клана! М-да… впечатляющие у вас тут жемчужины произрастают…

На Сарказм, сгустившийся в воздухе, можно было топор вешать. Но я лишь снисходительно ухмыльнулся и покровительственно похлопал ее по плечу:

— Это вы, душенька, еще самого главного моего козыря не видали! Не волнуйтесь, все у нас будет в ажуре. Род Безумовых еще себя покажет! Глядишь, и Соколовым конкуренцию составим.

— Ну-ну! — фыркнула Светлана, озорно прищурившись, — Так и знайте, Константин, главный приз будет мой. В Синегорье нет ни одного молодого Одаренного, кто был бы способен дать мне хоть какой-то отпор. Если попадетесь против меня — лучше сдавайтесь сразу.

Я усмехнулся. Поэтому она и рассказала мне про турнир. Светлана очень уверена в своей силе. И у нее, должен признать, были на то все основания.

Распрощавшись со Светланой, я спустился в подвал особняка Безумовых. За прошедший месяц мои дочери-мирмеции заметно расплодились и обустроили здесь целый подземный комплекс. Они вырыли целую сеть тоннелей и комнат, создав замысловатую систему вентиляции и разноплановый температурный режим. Стены они укрепили особой смесью из меда и воска мирмеций. Мы также провели сюда электричество и принесли мебель, создав удобное жилое пространство.

Здесь жили и работали примерно сотня моих дочерей-мирмеций, тренируясь, совершенствуя свои навыки и способности. Они также занимались производством особого меда и воска, которые шли на продажу.

Меня у входа встретила Мелинта, моя… наверное, уже законная жена. Пусть пока наш брак и не был официально закреплен на бумаге. Она бросилась ко мне с радостным визгом и повисла на шее, осыпая лицо поцелуями. Все ее четыре руки так и норовили забраться мне под рубашку…

— Ты вернулся, мой король! — пропела она, сверкая огромными золотистыми глазами, — Я так скучала!

— Да мы только вчера вечером виделись, любовь моя, — улыбнулся я, прижимая ее к себе и зарываясь лицом в густые коричневые волосы, — Как у вас тут дела? Надеюсь, наши девочки не слишком тебя загоняли?

— О, ну что ты! Они просто чудо как хороши! — рассмеялась Мелинта, — Такие способные, такие старательные. Иногда даже слишком! Твоя кровь бога дает о себе знать…

Она отстранилась и лукаво прищурилась:

— Между прочим, пока ты пропадал, я тут кое-что интересное нашла в старинных манускриптах… которые ты принес из того измерения госпожи Лилии…

Я кивнул. Зеленый мир, где обезумевшая Лилия проводила свои эксперименты, хранил немало тайн. Мне удалось найти там ряд манускриптов, повествующих о мирмециях и их магии… Все находки я отдал Мелинте на изучение.

— Как ты и говорил, там описаны ритуалы и артефакты, которые могут заметно усилить способности наших девочек. Представляешь, какими они могут стать?

В ее глазах горел азартный огонек. Я невольно улыбнулся. Вот ведь неугомонная!

— Главное, не рисковать понапрасну, хорошо? Мне наши девочки нужны здоровыми и невредимыми, — сказал я.

А то я знал энтузиазм Мелинты. К сожалению, ее материнские инстинкты не были так хорошо развиты, как у людей. Она, конечно, любила своих дочерей, но иногда относилась к ним… как Королева муравьев относится к своим рабочим особям. Которые, как известно, должны жертвовать собой ради Королевы и личинок.

— Конечно-конечно, я все просчитаю! — закивала Мелинта, — Ничего не буду делать без твоего одобрения, мой король!

Мы не спеша двинулись вглубь комплекса, держась за руки. По пути мы заглянули в просторную комнату, где у молодых мирмеций сейчас шли занятия. Там занималась примерно дюжина совсем юных, недавно вылупившихся из коконов мирмеций, у которых даже хитиновая броня на теле еще не потемнела. Все они выглядели как красивые спортивные девушки, покрытые экзоскелетом с черно-желтым окрасом. У каждой было по четыре руки и по паре длинных антенн на голове.

Урок вела Сахаринка. Она как раз показывала какие-то замысловатые боевые движения, активно жестикулируя руками и антеннами.

— Это они так общаются между собой, — шепнула мне на ухо Мелинта.

— Да, я в курсе, солнце…

— У мирмеций помимо обычной речи есть особый язык, основанный на движениях антенн и модуляции вибраций. Сахаринка как раз объясняет им новые приемы.

И верно, юные мирмеции синхронно повторяли за старшей сестрой все выпады, прыжки и перекаты, сопровождая это возгласами вроде «Ха!», «Хэй!» и «Вот так, да, сестренка?».

— Смотри-ка, а ведь получается у них! — восхитилась Мелинта, — Глядишь, скоро ты сможешь свой отряд телохранителей набирать!

Я только хмыкнул и покачал головой. Ну, до этого еще явно далеко. Пусть пока тренируются, а там видно будет. Да и вряд ли мне нужны телохранители.

Дальше мы с Мелинтой прошли мимо просторного зала, где другая группа мирмеций как раз занималась заготовкой меда. Труженицы сновали туда-сюда, перетаскивая кувшины с нектаром, сиропом и цветочной пыльцой. Другие активно пили эти смеси, набирая полный рот и добавляя в будущий мед какие-то секретные ингредиенты из внутренних желез. Потом передавали рот в рот следующей труженице. Получившийся загустевший янтарный мед они аккуратно сцеживали в идеально ровные соты из воска.

— Спасибо за помощь, сестренка, — две мирмеции ласково смотрели друг на друга, пока мед обрабатывался в их общественном желудке, — Наш мед будет самым вкусным в этой партии!

— Правильно! Мы не проиграем сестричкам из прошлого поколения!

— Да! А то они совсем зазнались…

Да, мед — это пчелиные (в нашем случае муравьиные) слюни. Я лично никаких предубеждений в этом отношении не имел — таков наш мир. Я прекрасно знал, из какого места появляются куриные яйца, но это не мешает мне их есть. Так же и с медом.

Зрелище было настолько увлекательным, что мы с Мелинтой на какое-то время даже залюбовались, глядя на четко слаженную работу наших дочерей.

— Потрясающе выглядит! И ведь управляются практически без моей помощи! — восхитилась Мелинта, — Такие самостоятельные стали, горжусь ими!

— Все в мамочку! — улыбнулся я, целуя ее в висок. Мелинта довольно зарумянилась.

Наконец, мы спустились на нижний уровень, где располагалась лаборатория доктора Менгелева. Здесь бывший ученый Кривотолковых продолжал ставить свои безумные эксперименты. В стеклянных резервуарах и прозрачных боксах шевелились, булькали и подрагивали всякие жуткие твари, которых Менгелев выращивал из генетически модифицированных образцов. Многие из его созданий, похожие на насекомых, потом шли на корм подрастающим личинкам мирмеций. Тем, как известно, для роста был нужен особый белок, который был только у насекомых. Так что еда им подходила далеко не всякая.

Это позволяло серьезно экономить на корме. Больше не надо заказывать эти бесконечные грузовики с кормовыми тараканами и сверчками. Теперь мы на полном самообеспечении.

Впрочем, у меня на этого спятившего гения были куда более серьезные планы…

Менгелев, облаченный в перепачканный халат, стоял спиной к нам, полностью поглощенный изучением очередного стеклянного бокса. Там, судорожно подергиваясь, плавала в мутной желтоватой жидкости некая тварь, больше всего похожая на помесь богомола и краба.

— Как успехи, док? — осведомился я, подходя ближе и легонько пихая ученого в бок, — Надеюсь, результаты стоят всех моих щедрых вливаний?

Менгелев аж подпрыгнул от неожиданности и резко обернулся. На его всклокоченной физиономии застыло какое-то затравленное выражение. Очки с толстыми круглыми стеклами съехали на бок.

— А, Безумов… Ваша Светлость, то есть, — забормотал он, нервно поправляя очки, — Ну, конечно-конечно, работа идет! Вот, полюбуйтесь, какой экземпляр удалось получить!

Он с гордостью похлопал ладонью по стеклу бокса. Монстр внутри задергался еще сильнее.

— Замечательно, — процедил я, — И когда эта образина сможет отправляться в бой под знаменами Безумовых?

Я, конечно, мог и сам создавать Слуг… но я бы хотел сосредоточиться на создании самый мощных монстров. А вот мелочевку вполне мог бы и наплодить Док.

— Ну… понимаете… тут еще нужны кое-какие доработки, — замялся Менгелев, — Не все так просто, знаете ли! Генетические эксперименты — штука тонкая, это вам не бутерброды делать. Ошибешься со скрещиванием — и все, привет, начинай заново. Так что тут спешка ни к чему хорошему не приведет.

Он умоляюще уставился на меня, видимо, ожидая, что я сжалюсь и продлю ему срок работ. Ну уж нет. Этот хмырь меня у себя в лаборатории на столе держал и чуть на запчасти не разобрал. Так что теперь я из него все жилы вытяну, но заставлю пахать на благо моей семьи!

— Слушай сюда, — холодно произнес я, хватая его за грудки и встряхивая, — Ты сейчас не в том положении, чтобы торговаться. Ты мне клялся, что по гроб жизни будешь верно служить Безумовым! Так какого ж рожна до сих пор толку от тебя — ноль целых фиг десятых?

Да, жестковато. Но такой кадр как Менгелев, понимает только жесткое обращение.

— П-простите, Ваша Светлость! — заскулил Менгелев, его глаза бегали по сторонам, — Я стараюсь, честное слово! Верой и правдой служу, вон, уже сколько всего наваял! Просто процесс требует времени… Нужны же не просто сильные твари, но и послушные…

— Плевать, сколько он требует! — рявкнул я, — Мне нужен результат, и как можно скорее! И не биокорм для личинок, а армия, которая сможет порвать в клочья любую тварь из Разлома! И ты мне её предоставишь, хочешь того или нет! Ты меня понял?

— Д-да, понял я, понял! — испуганно закивал Менгелев. На его лбу выступила испарина, — Сделаю в лучшем виде, Ваша Светлость! Дайте только срок!

— Вот и славно, — процедил я, разжимая пальцы. Менгелев со стоном сполз на пол, — Даю тебе две недели. Чтобы через четырнадцать дней у меня тут стояла целая орда послушных боевых Аномалий, которым только команду отдай — сожрут любую Годзиллу. Все ясно?

— Я-ясно… — просипел тот, потирая шею.

— Вот и чудненько. Продолжай работать. И чтоб без фокусов мне! — бросил я, разворачиваясь на каблуках.

Мелинта уже ждала меня у выхода из лаборатории, укоризненно морща носик. Похоже, ей не слишком нравилось, как я обращаюсь с почтенным ученым мужем. Но вслух она ничего не сказала.

Было еще много разных причин, по которым я торопил Менгелева. Банально, его могли попытаться выкрасть Кривотолковы в любой момент… Или еще кто-нибудь… Я, конечно, усилил защиту особняка, но врага никогда не стоит недооценивать.

По дороге в свои покои я крепко обнимал Мелинту за талию и шумно вздыхал. Сколько всего еще нужно сделать! Укрепить и расширить наше подземное убежище, нарастить поголовье мирмеций, обучить их и превратить в настоящее войско. Плюс разобраться с долгами семьи, подмять под себя весь теневой бизнес в городе…

Да, за прошедший месяц я успел здорово повкалывать. Чего стоило только обегать всех этих напыщенных бюрократов и жадных до взяток чинуш, чтобы выправить документы на всех моих дочерей-мирмеций! Теперь они все считались полноценными членами клана Безумовых — с соответствующей регистрацией, паспортами и удостоверениями личности. Пришлось, правда, слегка слукавить и объявить их Одаренными, которых совсем чуть-чуть затронула энергия Аномалий — типа выросли лишние конечности и хитин, но в целом остались нормальными. Разум уцелел. По классификации они проходили как «Безопасные» и особых ограничений в правах не имели. Ну, если только не начнут безобразничать и учинять непотребства.

Конечно, мое внезапное обзаведение таким количеством взрослых дочек породило массу слухов и пересудов. Всякие досужие сплетники шептались по углам, мол, не мог Безумов за один месяц сотню отпрысков настругать, да еще чтоб сразу взрослые, тут явно дело нечисто! Но плевать я на них хотел. Мы Безумовы, что хотим, то и творим. Перед Императором только если отчитываться станем, а уж никак не перед всякими там моралистами в салонах.

Еще беспокойство вызывала реакция клана Кривотолковых. После той эпичной разборки на их базе они словно в воду канули. За целый месяц я так и не дождался от них ни единой весточки. Ни тебе вызова на дуэль, ни судебного иска, ни даже банальной попытки очернить меня в глазах общественности через прикормленных журналистов. Словно и не было ничего. Конечно, можно было бы списать это на потрясение и временную дезориентацию после того погрома, что я им учинил. Но я-то знал, что Кривотолковы — клан злопамятный и упертый. Просто так они от своих притязаний не отступятся.

Я не сомневался, что сейчас они затаились, зализывают раны и собирают силы для нового удара. В конце концов, у них были неопровержимые доказательства моего участия в той самой краже со склада номер тринадцать — и результаты экспертизы ДНК, и свидетельства очевидцев, и показания Вадима, который меня таки опознал… В общем, компромата — хоть попой ешь.

И все же они медлили. Почему? Может, ждут, когда я расслаблюсь и допущу ошибку? Или боятся, что я разом выложу все карты на стол и сам затею публичный скандал? Мол, вот он я, Константин Безумов, гляньте все, как эти гады из клана Кривотолковых меня похитили, пытали и в лаборатории над собой ставить опыты заставляли!

Тогда уж точно такой скандалище поднимется — никому мало не покажется. А оно надо? Ни мне, ни Кривотолковым сейчас совсем не с руки привлекать к нашему противостоянию излишнее внимание. И дело даже не в репутации или политических раскладах…

Не знаю, в курсе ли князь Кривотолков, Вадим, Дарья и компания, но я-то отлично понимал, что нас есть общий враг. Организация, те самые мутные кадры, которым плевать на наши склоки и грызню за влияние в Синегорье. И я уж молчу про Бездну, которая всегда где-то рядом маячит…

В одиночку нам Организацию точно не одолеть, это факт. Они ж фирменные террористы, как гидра. Одну голову отрубишь, вырастет новая. Так какого ж рожна мы продолжаем друг друга за глотки грызть? Хорошо хоть пока молча, без излишней огласки. Может, не все еще потеряно? Может, удастся найти общий язык, пока не стало слишком поздно?

Да я вон первый шаг уже сделал — вытащил ихнего князюшку с того света. Теперь их ход. Посмотрим, хватит ли им ума и благоразумия отступиться и предложить мир. Или так и будут и дальше в молчанку играть, пока эта гидра нас всех не сожрет поодиночке.

Одно я знал точно — в случае чего Безумовы к войне готовы. Ну, или будут готовы в самое ближайшее время. Главное — не ослаблять бдительности и продолжать наращивать силы. А с гордынею своей я уж как-нибудь договорюсь…

Сможет ли это сделать князь Кривотолков?

Я как раз размышлял об этом, сидя на лавке и лениво наблюдая за тем, как Мелинта плещется в огромном бассейне, обложенном полудрагоценными камнями. Её снятый хитиновый экзоскелет лежал рядом со мной.

— Задумался о чем-то, мой король? — игриво окликнула меня Мелинта. Она подплыла к бортику и оперлась на него, с улыбкой глядя на меня снизу вверх. По ее точеному телу стекали прозрачные струйки воды, — Поделишься?

— Да так, о всякой ерунде, — отмахнулся я, — Дела клановые, сама понимаешь. Ничего интересного.

— Ну-ну, — хмыкнула Мелинта и лукаво прищурилась, — А по-моему, ты слишком много думаешь в последнее время. Все в заботах, все в тревогах. А отдыхать когда?

— Некогда мне рассиживаться, — проворчал я, — Враги не дремлют. Дел — выше крыши. Куда тут расслабляться?

— А ты попробуй! — рассмеялась Мелинта и одним гибким движением выбралась из бассейна. Я невольно залюбовался игрой мускулов под ее блестящей от воды кожей. Мелинта тоже начала тренироваться, по настоянию Сахаринки. Хотя до дочерей ей пока было далеко, — Между прочим, ничто так не прочищает мозги, как хороший отдых! Раз в кои-то веки выдалась свободная минутка — грех ею не воспользоваться!

С этими словами она приблизилась вплотную, обдавая меня жаром разгоряченного тела, запахом меда и цветов. Я хотел было возразить, но Мелинта уже опустилась мне на колени, обвивая руками за шею.

— Ну же, побудь со мной, мой король, — прошептала она, прижимаясь ко мне всем телом. Ее губы призывно приоткрылись, — Хотя бы недолго. Я так соскучилась…

И после такого, ясное дело, устоять было невозможно. С рычанием притянув жену к себе, я впился в ее податливые уста жадным поцелуем. Мелинта охотно ответила, и на какое-то время мы с головой ушли в объятия друг друга, позабыв обо всех невзгодах и тревогах.

Что ж… может, она и права. Может, и впрямь не стоит все время париться и накручивать себя? Мы столько всего уже пережили, через стольких врагов прошли — неужто теперь спасуем? Ну уж нет! Прорвемся. Со всем разберемся. Порешаем все проблемы — и с Кривотолковыми, и с Бездной, и даже с бюрократами долбанными.

Сейчас можно было позволить себе ненадолго забыться в объятиях любимой женщины. И плевать на весь остальной мир. Он подождет.

Глава 2

Кривотолковы не спят

Князь Кривотолков медленно, но верно шел на поправку. Хотя он все еще соблюдал предписанный врачами постельный режим, но уже начал потихоньку вникать в дела клана и отдавать первые приказы. Слуги забегали, зашептались по углам — похоже, намечалось что-то важное.

Один из дворецких и нашептал младшему сыну князя, Олегу, что отец собирает прямо сейчас какое-то секретное совещание. Причем настолько секретное, что даже старшего наследника на него не позвали! Олег аж задохнулся от возмущения — как так? Он ведь первый в очереди на княжеский трон! Такие серьезные клановые дела просто обязаны решаться как минимум в его присутствии!

Олег решительно двинулся к покоям отца, намереваясь во что бы то ни стало прорваться на это совещание. Подумаешь, не позвали! Он сам придет и покажет всем, кто тут на самом деле главный после отца.

Но все оказалось не так просто…

Не успел Олег приблизиться к массивным дверям, ведущим в княжескую опочивальню, как они распахнулись, и на пороге нарисовалась Дарья Кривотолкова собственной персоной. Кузина выглядела еще более воинственно, чем обычно — черная облегающая униформа, высокие шнурованные ботфорты, волосы стянуты в тугой хвост. На поясе у нее красовался целый арсенал — кнут, метательные ножи, шокер и еще какие-то примочки, предназначения которых Олег не знал, но заранее опасался.

Рот Дарья скрыла стильной черной повязкой, словно опасалась чем-то заразиться.

— Ты куда это намылился, братец? — осведомилась Дарья, скрестив руки на груди и преграждая Олегу путь. Надменности и превосходства в ее тоне было хоть отбавляй, — Я за километр твою ауру почуяла. Ты чем-то недоволен?

— Пусти меня, кузина, — процедил Олег, пытаясь обойти ее, — Я иду на совещание. Как старший в роду после отца, я имею полное право…

— Ишь, чего удумал! — перебила его Дарья, — Размечтался! Совещание сугубо конфиденциальное, по личному распоряжению князя допущены только сильнейшие Одаренные клана. А всяким хлюпикам вроде тебя там делать нечего. Шел бы подкачался, что ли…

От такой наглости у Олега аж дар речи пропал. Это кто тут хлюпик? Да как эта стерва смеет ему, княжичу, перечить?

— Дарья, ты базар-то фильтруй, — прошипел он, сжимая кулаки и подаваясь вперед, — Я тебе что, кто? Я наследник, и ты обязана мне подчиняться! С дороги!

Он схватил сестру за плечи, намереваясь оттолкнуть ее с дороги. Но не тут-то было! В мгновение ока Дарья извернулась, уходя от захвата. Ее точеная фигурка смазалась в стремительном броске, и в следующую секунду Олег уже летел носом в ковер, сбитый с ног коварной подсечкой.

Даже опомниться не успел, а Дарья уже уселась сверху, заламывая ему руку за спину и упираясь коленом между лопаток.

— Ай-яй-яй, и это наш доблестный наследничек? — издевательски пропела она, — Тот, кто должен возглавить род Кривотолковых? Тебя даже девчонка уделала в два счета! Куда тебе с матерыми волками тягаться? Правду говорят слухи — наш князь явно подбирает иного преемника…

Олег взвыл от унижения и боли, дергаясь в железной хватке кузины. Куда там! Можно было сколько угодно брыкаться и ругаться, но факт оставался фактом — в плане боевых навыков и физической силы Дарья превосходила братца на порядок. Обидно, да что уж теперь…

— Ладно, так и быть, прощаю тебя в первый и последний раз, — смилостивилась Дарья, напоследок чувствительно заехав Олегу по ребрам и поднимаясь, — Но чтоб духу твоего тут больше не было, понял? Иначе в следующий раз не посмотрю, что ты князев сынок. Ступай прочь ботанов в училище гонять, не до тебя сейчас.

С этими словами она развернулась и, чеканя шаг, скрылась за дверями. Те захлопнулись за ней, вспыхнув огнем блокирующей печати. Олег, кряхтя, поднялся на ноги и, прихрамывая, побрел восвояси. Болело не столько тело, сколько уязвленное самолюбие. Его, княжича, вот так запросто отшили, как последнего холопа! Да еще и кузина, будь она неладна, унизила по полной программе!

Олег стиснул кулаки. Но ничего, он им всем еще покажет. Он станет сильнее, он будет тренироваться денно и нощно, развивать свой Дар, пока не превзойдет всех и каждого! Особенно Дарью. О да, он ей еще припомнит это унижение. Отец увидит, на что способен его наследник. Они все увидят!

Олег скрипнул зубами и, прихрамывая, двинулся к тренировочным залам. Он твердо вознамерился начать новую жизнь прямо сейчас. Ну, или хотя бы после того, как слегка подлатает ушибы и ссадины, щедро наставленные любящей сестрицей.

А тем временем за дверями княжеских покоев шло секретное совещание. Самые сильные и влиятельные Одаренные клана Кривотолковых собрались, чтобы решить вопрос чрезвычайной важности.

Князь полулежал на широченной кровати под балдахином, опираясь на груду подушек. Его лицо все еще было бледным после недавней комы, но взгляд уже приобрел привычную стальную твердость и решимость.

За князем ухаживали две миловидные медсестры в белоснежных накрахмаленных униформах, а также супруга князя, статная красавица лет сорока с иссиня-черными волосами и пронзительными зелеными глазами. Звали ее Илона, и она тоже была Одаренной, причем весьма незаурядной силы.

У постели князя с правой стороны стоял Вадим, мрачный и подтянутый, как всегда. Чуть поодаль ошивалась Дарья, задумчиво поигрывая кнутом. Тут же присутствовали несколько десятков Кривотолковых — элита клана, лучшие бойцы и маги, которых только можно было собрать.

Был тут и Вольдемар Шмидт — наследник небольшого, но очень древнего и уважаемого немецкого рода, вассала Кривотолковых. Вольдемар обладал классической арийской внешностью — светлые волосы, голубые глаза, точеные черты лица. Говорил он, естественно, с сильным акцентом, особенно когда волновался. Что, впрочем, не мешало ему оставаться одним из самых сильных и уважаемых молодых Одаренных.

Его, разумеется, позвали не просто так, хотя прямого отношения к роду Кривотолковых он не имел.

— Итак, господа, — начал князь, обведя внимательным взглядом собравшихся, — Полагаю, все в курсе, зачем я вас сегодня созвал. Настал час решить, кого мы выставим от нашего клана на императорский турнир. Времени на размышления больше нет, действовать надо быстро.

По рядам Кривотолковых пронесся тревожный ропот. Все прекрасно понимали, что речь идет о довольно мощном артефакте — магическом кристалле Черное Солнце. Многие кланы мечтали заполучить его в свои руки, но только ради одного этого стоило рискнуть и отправить своих бойцов в гущу событий.

Приз от участников турнира держали в секрете. Но Кривотолковы через своих осведомителей узнали, что Император собирается наградить победителя именно Черным Солнцем.

— Нам нужно выбрать пятерых лучших. Молодых, сильных, безжалостных, — продолжал князь, — Тех, кто сумеет дойти до конца и принести Черное Солнце в наш род.

— Позвольте мне взять на себя обязанности инструктора, — встрял Вадим, — Я как никто другой знаю, что требуется от бойца в подобной миссии. Обещаю, я их натаскаю!

— Хорошо, Вадим, будешь их тренировать, — одобрительно кивнул князь, — Ты уж там построже с ними, не жалей и не цацкайся. Нам позарез нужна победа. Она укрепит положение Кривотолковых, как ничто.

Дарья зыркнула в сторону Вадима, закатила глаза и еле слышно фыркнула. Её взгляд словно говорил: «Нет, ну вы только посмотрите на этого выпендрежника! Все туда же, в инструкторы лезет. Можно подумать, она сама не справится».

— Ваша Светлость, я полагаю, что мне стоит отправиться на турнир, — высокомерно произнесла она, делая шаг вперед, — В конце концов, я одна из сильнейших Одаренных своего поколения. И потом, один из претендентов на участие — это же вроде как наследник Олег, разве нет? Не кажется ли вам, что он слабоват и что даже тренировки могут не помочь?

По собранию опять пронесся гул голосов — на сей раз удивленный. Это что же девица задумала?

— Я могла бы… использовать на нем свой Дар, — мягко произнесла Дарья, сжав рукоятку кнута, — Мой Дар не просто временно подчиняет, но и серьезно усиляет жертву… Олег станет намного сильнее.

— Подчинить? Исключено, — отрезал князь.

— Но… — начала было Дарья, но Кривотолков не дал ей договорить.

— С Олегом все ясно, мальчишка еще слишком слаб и неопытен, — поморщился князь. Илона согласно кивнула, ничуть не сомневаясь в оценке мужа, — Но ты, племянница? Не слишком ли ты самонадеянна?

— Я справлюсь, — отрезала Дарья, сверкнув глазами, — Или вы во мне сомневаетесь?

— Дарья Андреевна — прекрасный боец и сильный маг, Ваша Светлость, — Вадим неожиданно поддержал кандидатуру Дарьи. Девица бросила в его сторону удивленный взгляд, — Она со всем справится. Я вот, кстати, подумал насчет Олега — может, и его стоит отправить в команду? Все-таки он княжич, наш будущий глава рода. Хоть мальчонка и слабоват пока, но потенциал есть и немалый. Он может раскрыться прямо на турнире под влиянием сильных эмоций. Вдруг повезет? Тогда наша команда получит очень серьезный козырь. Это может оказаться даже лучше, чем взять кого-то относительно проверенного и стабильного.

Князь смерил вассала долгим испытующим взглядом, явно что-то прикидывая в уме. Потом нехотя кивнул:

— Может, ты и прав, Вадим. Сила Одаренного — понятие относительное. Важнее природный Дар и умение его применять в бою. Хорошо, пусть Олег тоже идет. Заодно и себя проявит, и опыта наберется. А там поглядим. Кого еще включим?

— О, я предлагаю Риту! Как раз по возрасту подходит! — оживилась Дарья, — Я успела с ней пообщаться и немного ее узнать. Мне кажется, она достойный кандидат.

— Она не из рода Кривотолковых, — князь покачал головой, — Просто наемница. Судьи могут счесть это злоупотреблением…

— Ой, дяденька, ну разве для такого как вы это проблема? — Дарья с невинным видом похлопала ресницами, — С судьями можно договорится. Ну или на крайний случай взять Риту в род на испытательный срок…

— Много чести простолюдинке, — поморщился князь. Он явно не горел желанием брать в род кого попало.

— Дяденька, но она довольно сильная Одаренная, — напомнила Дарья, — И ее можно хорошо замотивировать, если за победу посулить место в роду.

Кривотолковы оживленно загалдели, предлагая свои кандидатуры. Перебирали опытных бойцов из гвардии князя, перспективную молодежь, даже рассматривали несколько кандидатур со стороны — из вассальных семей.

— Надо смотреть правде в глаза, — вздохнул князь, — Свободных проверенных бойцов сейчас маловато. Большая часть на важных и ответственных заданиях. Нам едва хватит сил сформировать более-менее сбалансированную и профессиональную команду.

— О да, эти проклятые Безумовы и Организация задали нам ту еще задачку! — прошипела Дарья, стискивая кулаки, — Как вспомню, аж кровь в жилах стынет! Ну ничего, мы им еще устроим сладкую жизнь.

— Насчет других родов не знаю, но опасаться стоит Соколовых и Бельских, — задумчиво проговорил Вадим, — Истребительница Светлана в плане силы — это прямо-таки настоящий монстр в теле человека. А там, где Соколовы, там проблем не оберешься. Сильнейшие ведь, бестии!

— Да и Бельские не промах, — добавил Вольдемар Шмидт, кивая, — Мой кузен из Дрездена писать, что князь Бельский собирает под свои знамена лучших наемников со всего мира, даже из Дойчланд. Теперь ясно почему, он тоже знал о турнире и готовился. Думаю, Бельские будут играть агрессивно и без оглядки на прошлые союзы. Когда на кону такой артефакт — все средства хороши.

В глазах Шмидта мелькнула ледяная решимость.

— Я думать, никто не будет церемониться, и союзнические обязательства отойдут на задний план. Бельские перегрызут глотку кому угодно, чтобы заполучить Черное Солнце. И потом, насколько я знаю, совсем недавно произошло обострение их конфликта с царицей Романовой. Того и гляди, Бельских совсем из столицы попрут. Не думаю, что в такой ситуации князь Родион Бельский будет оглядываться на нас. Он должен любой ценой доказать Императору свою силу и лояльность.

Князь нахмурился. Его правая рука, лежащая поверх одеяла, непроизвольно сжалась в кулак.

— Плохо дело, — проговорил он, — Ох… не нравится мне это. Одно дело — Соколовы или Безумовы, против них у нас хоть какие-то козыри имеются. Да и руки развязаны, можно не сдерживаться. Но если Бельские и впрямь перейдут к активным действиям… Нам крайне невыгодно ссориться с ними сейчас. Особенно учитывая наше собственное незавидное положение. Как вам известно — сейчас любой может оказаться врагом, идейным союзником Организации…

Повисла тягостная пауза. Да уж, обстановка складывалась совсем безрадостная. Похоже, соперничество за Черное Солнце обещало быть беспрецедентным по своей жестокости и напору. А ведь были еще и Безумовы с их Аномалиями… Не говоря уже о других кланах Синегорья, вполне способных выставить на турнир пару-тройку козырных тузов из рукава.

— Что ж… — наконец тяжело произнес князь, обводя собравшихся тяжелым взглядом исподлобья, — Раз так, нам тем более нельзя ударить в грязь лицом. На Императорском Турнире наша команда должна быть лучшей. Идеальной. Непобедимой. Любой ценой, чего бы это ни стоило.

— Так точно, Ваша Светлость! — хором отозвались присутствующие. В их глазах пылала мрачная решимость.

— Мы должны заполучить Черное Солнце в свои руки, — продолжал князь, повышая голос, — Это не просто прихоть и не блажь. Это вопрос выживания для всего клана Кривотолковых. Мощь этого артефакта поможет нам возвыситься над всеми. А иначе… Иначе нас попросту сожрут. Задвинут на задворки истории, низведут до положения третьесортных шавок, обреченных всю жизнь таскаться в хвосте у тех, кто окажется удачливее и наглее. Как мы поступили с Безумовыми…

Лицо князя побагровело от ярости и вены вздулись на висках. Было видно, что одна только мысль о подобном исходе для него невыносима.

— Так что вперед! Любой ценой! Не щадя ни себя, ни других! — прорычал он, грохнув кулаком по прикроватному столику. Пузырьки и склянки с микстурами жалобно звякнули, — Черное Солнце будет нашим, и плевать я хотел на все препятствия! Род Кривотолковых выйдет из этой схватки победителем!

— Да! Ура! Слава князю! — возликовали Одаренные. Их горящие глаза не предвещали соперникам ничего хорошего. А Дарья в эйфории от воодушевляющей речи дяди и вовсе выхватила кнут и, ухмыляясь, щелкнула им прямо в воздухе.

Хлопок прозвучал неожиданно громко и отрезвляющее в воцарившейся вдруг тишине. Запал схлынул так же быстро, как и накатил. Кривотолковы принялись деловито обсуждать дальнейшие планы — кого отправить, как экипировать, какую тактику выбрать.

Илона молча поправляла подушки под головой мужа, неодобрительно поджав губы. Она хоть и привыкла к милитаристскому угару и чрезмерной амбициозности супруга, все же предпочитала действовать более хитро и изобретательно.

Великая Охота — это не только грубая сила и напор, это еще и бесконечные интриги, обманы, подставы. Одним мечом и магией тут не обойдешься, пригодится и яд в перстне, и острый кинжал из тонкой стали в голенище сапога, и продуманная подлость в нужный момент. Что ж… по этой части у нее всегда были кое-какие задумки…

Совещание продолжалось еще несколько часов. Разошлись далеко за полночь, усталые, но преисполненные мрачной решимости. Каждый прекрасно понимал — турнир такого уровня не терпит слабаков и рохлей. Только сильнейшие и безжалостные имеют право на место под солнцем — так гласил закон рода Кривотолковых. А уж когда на кону такой артефакт, как Черное Солнце, и вовсе все средства хороши. Пощады не будет.

Дарья шла по сумеречным коридорам, в задумчивости постукивая кнутовищем по ладони. Она пыталась прикинуть свои шансы и прикидывала возможных конкурентов. Вот уж точно не будет легкой прогулки! Одна Соколова чего стоит… Вот бы подчинить самоуверенную княжну своим Даром и сломить ее гордыню…

Ничего, она справится. В конце концов, ей не привыкать выгрызать зубами свое место, доказывая всем, что достойна зваться Кривотолковой.

Внезапно из темной ниши вынырнул невысокий силуэт и заступил ей дорогу. Олег! Гаденыш, похоже, поджидал ее.

Олег слегка пошатывался, от него несло алкоголем. В руке он держал наполовину пустую бутылку вина. Видимо, его импульс стать сильнее закончился у ближайшего бара.

— Ну что, довольна? — прошипел братец, сверкая глазами. Скула у него знатно распухла и налилась фиолетовым после их давешней стычки, — Опять небось перед батюшкой на задних лапках выслуживалась? А я вот значит сопляк и слабак, да?

— Олежек, лапушка, уймись, а? — издевательски пропела Дарья, растягивая губы в плотоядной ухмылке. Она небрежно отпихнула кузена плечом, — Брысь с дороги, не до тебя сейчас. Дела взрослые обсуждали, не мельтеши.

— Ну, конечно, куда уж мне! — огрызнулся Олег, — А ничего, что я вообще-то старший сын и наследник? Это мое место в команде! Мое!

— Ой, да будет тебе, — хмыкнула Дарья, закатывая глаза, — Радуйся, дурачок, что вообще на турнир берут.

— Что? — Олег аж вздрогнул от неожиданности, — Меня? Берут?

— Между прочим, за тебя Вадим впрягся, сказал, что ты себя еще покажешь. Типа тренировать тебя будет. А я бы на его месте сто раз подумала, стоит ли овчинка выделки…

— Чего-о-о?.. — взвился Олег. Глаза у него полезли на лоб, — Меня? Тренировать? Да я… Да он… Короче, сам справлюсь! Без няньки!

— Ну-ну… — ухмыльнулась Дарья, похлопав брата по плечу, — Дерзай, герой. Посмотрим, как ты на турнире себя покажешь без чужой помощи. Все, мне некогда, спать пора.

С этими словами она ловко проскользнула мимо надувшегося Олега и двинулась дальше по коридору. Тот прожег ее спину злобным взглядом и скрылся в противоположном направлении. Ну, держитесь теперь все! Он им покажет. Он всем покажет!

Глава 3

И Соколовы тоже

В спальне князя остались лишь двое самых приближенных к князю Кривотолкову людей — Вадим, Илона. Ну и сам князь Дмитрий Кривотолков. Прочие члены рода и медсестры были отосланы прочь, чтобы не мешали серьезному разговору.

Князь откинулся на подушки, морщась от тупой боли в груди. Последствия от отравленной иглы все еще давали о себе знать. Как и тревожные мысли о том, что стояло за этим покушением.

— Ваша Светлость, — осторожно начал Вадим, опускаясь на стул возле кровати, — Позвольте говорить откровенно. Сдается мне, клан наводнили лазутчики Организации. Ваше отравление, эта подлая игла с ядом — их рук дело, я в этом уверен.

— Согласна, — поджала губы Илона, присаживаясь на край постели и беря князя за руку. Ее лицо было непроницаемым, но пальцы, стискивающие ладонь мужа, едва заметно дрожали, — После той бойни на базе в Диких землях и резкого ухудшения твоего состояния я велела удвоить охрану, но, боюсь, крот может прятаться где угодно. Даже среди наших самых верных людей.

Князь тяжело вздохнул и прикрыл глаза. Каждое слово отдавалось тягучей болью в висках, воспоминания о пережитом вспыхивали перед мысленным взором кровавыми всполохами.

— Круг доверия придется максимально сузить, — глухо проговорил он, — Вас двоих я не подозреваю, это без вопросов. Еще Дарье могу довериться, с поправкой на ее юность и глупость. Ну и, пожалуй, Вольдемару — как раз потому что он иноземец, явно хочет выслужиться, закрепить свое место под солнцем. Думаю, этот список можно дополнить Жоресом, Ильей и еще парой-тройкой соратников, доказавших свою преданность. Всех прочих, увы, нужно держать на расстоянии.

— Согласен, Ваша Светлость, — наклонил голову Вадим, — Нутром чую, Организация рассчитывала, что вы после отравления если не помрете, то надолго выйдете из игры. Все просчитали, гады.

— Я распоряжусь, чтобы дознаватели и маги-менталисты прошерстили весь клан под микроскопом, — решительно произнесла Илона, — Любая крамола, любой намек на связь с Организацией — и на дыбу мерзавцев. Сама лично всех допрошу, если понадобится.

— Дело говоришь, — одобрил князь, сжимая руку жены, — Кстати, Вадим, ты же разобрался с этой треклятой иглой? Неужто даже зацепок никаких нет, чьих рук это дело?

— Ну почему же, — мрачно усмехнулся Вадим, — Кое-что удалось выяснить. Я дал иглу на исследование нашим алхимикам и магам. Они обнаружили на ней остаточные следы ауры. И знаете, чьей? Доктора Менгелева собственной персоной! Того самого, который нам научный прорыв обещал.

В голове Вадима звучало откровенное удовлетворение. Очень он Менгелева по понятной причине недолюбливал…

— Вот же падаль! — прорычал князь, стискивая кулаки, — Я ему доверял, озолотить был готов! А он, значит, агент Организации? Да я ему собственноручно кишки выпущу, когда поймаю!

— Увы, вряд ли поймаете, — покачал головой Вадим, — Безумов уволок Менгелева прямо во горячке боя на базе. Был у него там какой-то свой интерес. Но я дал распоряжение найти доктора, где бы он ни прятался. Рано или поздно он ответит за предательство.

— Ладно, черт с ним пока, — досадливо махнул рукой князь, — Ты лучше скажи, как там поживает наш алхимик, Кроль который? Тот еще змей, конечно, но вроде как предан нам по гроб жизни?

— О, это вы точно подметили, Ваша Светлость! — оживился Вадим, — Кроль клянется, что скорее удавится, чем предаст Кривотолковых. Сейчас он с энтузиазмом корпит над всеми разработками Менгелева, что мы изъяли из его лабораторий. Особенно этот ученый хрыч увлечен объектом 01X — ну, той жуткой тварью, чье потомство едва нас всех не сожрало.

— Мде… — вздохнул князь, — Раньше я полагал, что Аномалии — это худшее, с чем мы можем столкнуться. Но то, что вылезло из пробирок Менгелева… Это совсем другой уровень. Если Организация научилась создавать подобных монстров, у нас у всех большие проблемы.

— Вот поэтому я и опасаюсь этих экспериментов, — встряла Илона, тревожно хмуря брови, — Дима, родной, неужели ты не понимаешь, чем чревато копание в неведомом? Менгелев в итоге породил чудовищ, которых даже он сам не смог контролировать! Дарья чуть не погибла от их клыков! А теперь вы с Вадимом доверили продолжение этих опытов Кролю? Да еще и с этой мерзкой тварью, уже однажды устроившей кровавую баню на складе номер тринадцать? Муженек, ты в своем уме?

— Не кипятись, дорогая, — поморщился князь, примирительно похлопывая жену по руке, — Кроль мерзавец и ублюдок, спору нет. Но он фанатично верен нашему роду. Он мог много раз предать нас, но не сделал этого. Если кто и сможет взять эту жуть под контроль и обратить против наших врагов, так это он. В конце концов, нам любое преимущество сгодится, раз уж на кону стоит такой куш, как Черное Солнце.

— Ох… не знаю, не знаю… — покачала головой Илона, кусая губы.

— Кстати, о врагах, — спохватился Вадим, — Что будем делать с этим недоноском, Безумовым? Странно он себя повел, когда спас вас, Ваша Светлость. Уж больно великодушно для законченного мерзавца. Я все никак взять в толк не могу — это он так хитро придумал, чтобы в доверие к нам втереться? Или правда, по доброте душевной рискнул собой ради врага?

— Тоже об этом думал, — нахмурился князь, — Ты ведь Костю с малолетства знаешь, еще по оружейной школе, еще когда фехтование преподавал, верно? Безумов-старший привел Костю, еще совсем сопляка, в твою группу. Неужто он всегда такой… как бы это сказать… благородный придурок был?

Вадим замялся, почесывая в затылке.

— Да как вам сказать… Бешеный он. Всегда таким был, сколько его помню. За своих — хоть в огонь, хоть в воду. А врагов так ненавидел, что аж зубами скрипел. Но и благородства в нем тоже хватало, этого не отнять. Мог и слабого от хулиганов защитить… а потом собственноручно этого слабого избить по прихоти… Не то чтобы святой, но и не совсем пропащий, как по мне… Дурень, короче.

— Ну, теперь-то он точно по уши в крови искупался, — презрительно хмыкнула Илона, — Устроил у нас бесчинства, выпустил чудовищ из клеток, утащил кучу ценного оборудования! Какое уж тут благородство? Отпетый преступник, и только.

— Кстати, насчет налета, — встрепенулся Вадим, — Я вот что еще выяснил. Стиль боя того налетчика в маске один в один совпадает со стилем Безумова-младшего!

— Уверен? — уточнил князь.

— Абсолютно — это точно был он, родимый. Готов поклясться. Ну и анализ ДНК тоже на княжича указывает. Впору объявлять в розыск и вешать на него все, что можно.

— Погоди, не горячись, — остановил его князь, задумчиво потирая подбородок, — У него теперь на нас тоже компромата много… Меня вот больше напрягает другое — уж больно странные речи этот Костя толкал, когда меня с того света вытаскивал. Помню, как в тумане… Будто мы, Кривотолковы, вовсе ему не враги, и нужно нам объединиться против какой-то там общей угрозы. «Врага истинного», как он выразился.

— Бред сумасшедшего, — отрезала Илона, — Какое еще объединение? Какой «истинный враг»? Мальчишка просто нагло врет и выкручивается. Спас тебя по какой-то своей прихоти, а теперь хочет выставить все так, будто он наш тайный союзник. Чушь!

— Не знаю, не знаю… — протянул князь. На его лице появилось странное выражение. Вадиму на миг показалось, что князь растерян и пребывает в сомнениях, — Конечно, враки это скорее всего. Но что-то меня все же царапает в этой истории. Неспроста Безумов так себя повел. Ведь если вдуматься…

Князь осекся и тряхнул головой, отгоняя непрошеные мысли.

— Ладно, хватит о нем. Глупый мальчишка, и слова его всерьез воспринимать не стоит. Ты права, Илона. Сейчас нам надо сосредоточиться на другом — найти и обезвредить лазутчиков Организации в наших рядах, подготовить бойцов к турниру и во что бы то ни стало заполучить Черное Солнце. Безумовыми после разберемся, не до них пока.

— Вот-вот! — горячо поддакнула Илона, сжимая руку мужа, — Ты абсолютно прав, милый. Всему свое время.

— У меня к нему личные счеты, — процедил Вадим, сжимая кулаки, — И при случае обязательно поквитаюсь. В прошлый раз он меня одолел, ладно. Но в следующий я точно надеру ему задницу по самые гланды! Будет знать, как дерзить старшим. Ох, помяну я его «благородство», ух попомнит он у меня…

Князь устало прикрыл глаза, давая понять, что разговор окончен. Вадим и Илона синхронно поднялись. На лицах всех троих застыло мрачное и сосредоточенное выражение.

Организация, чьи щупальца опутали, казалось, все Синегорье, обнажила клыки, нанеся удар в самое сердце клана Кривотолковых. Покушение на князя было лишь началом. Лишь первым ходом в сложной и опасной игре, ставки в которой неимоверно высоки.

Турнир Черного Солнца неумолимо приближался. Только безупречная подготовка, железная воля и беспощадность к врагам помогут клану Кривотолковых пройти через это испытание. И горе тем, кто встанет на их пути…

Князь не сомневался — без крови не обойдется. Слишком многое стоит на кону. Но он был готов пойти до конца. Его клан должен получить желанный артефакт, чего бы это ни стоило.

Даже если придется ради этого изрядно испачкать руки.

* * *

Секретный бункер под загородным поместьем рода Соколовых был идеальным местом для проведения совещания особой важности. Толстые бетонные стены, многочисленные магические печати, не позволяющие ни единому звуку просочиться наружу — здесь можно было говорить абсолютно свободно, не опасаясь чужих ушей.

Князь Георгий Соколов восседал во главе длинного стола из красного дерева, скользя цепким взглядом ярко-синих глаз по собравшимся. Его фигуру облегал строгий костюм-тройка, а благородные седины в густой шевелюре серебрились в свете магических ламп. Несмотря на свой почтенный возраст (около шестидесяти) князь выглядел полным сил и энергии.

По правую руку от него расположилась его жена Елизавета — статная красавица с льняными волосами и лучистыми зелеными глазами. Княгиня была младше мужа лет на пятнадцать, но супруги отлично смотрелись вместе, являя собой образец гармоничной и влиятельной четы.

Светлана Соколова, прославленная на все Синегорье Истребительница Аномалий, сидела рядом с отцом. Сине-серебристое боевое облачение обтягивало ее стройную миниатюрную фигуру, подчеркивая каждый изгиб. Отросшая лазурная грива волос была стянута в высокий хвост, открывая точеные скулы и изящную шею. Однако весь внешний лоск не мог скрыть хищной грации опасного бойца, сквозившей в каждом движении девушки.

Среди прочих приглашенных особенно выделялись две юные особы — Марья Шульц и Афина Рогозина. Они представляли семьи, издавна считавшиеся верными вассалами Соколовых, и сейчас сидели напротив друг друга, окруженные своими родителями и родней.

Если Марья могла похвастаться экзотической смуглой красотой, пышными формами и копной иссиня-черных кудрей, то Афина являла собой типичную аристократическую барышню — фарфорово-бледная кожа, точеная фигурка и белокурые локоны. Полная противоположность, лед и пламень. Между девушками явно пробегала искра неприязни, сдобренная толикой ревнивой зависти.

— Рад приветствовать всех собравшихся, — начал князь Георгий, сплетая пальцы в замок перед собой, — Полагаю, никого не надо просвещать о цели нашей встречи. Грядущий турнир, приуроченный к прибытию Государя Императора в Синегорье, обещает стать событием исключительной важности. И главный приз — могущественный артефакт Черное Солнце — это то, что род Соколовых просто обязан заполучить.

— Да, от этого зависит слишком многое, — поддакнула княгиня Елизавета, изящным жестом поправляя выбившийся из прически локон, — Наше положение при дворе, влияние в Синегорье, да и по всей Империи… Черное Солнце способно вознести нас на небывалую доселе высоту.

— И я добуду его, отец! — звонко воскликнула Светлана, вскакивая со своего места. Ее лазурные глаза пылали решимостью, — Клянусь, я пройду этот турнир в одиночку и одержу победу! Мне даже команда не нужна, сама со всеми справлюсь. Так, для мебели разве что.

— Ах, дочка, родная, твоя удаль и целеустремленность меня всегда восхищали! — улыбнулся князь Георгий, — Ты у нас лучшая из лучших, истинная гордость рода. Да что там, ты даже меня, пожалуй, переплюнула по силе Дара. Вся в прадеда, ничего не скажешь!

От похвалы отца щеки Светы вспыхнули румянцем, а воинственный азарт в глазах на миг сменился трогательной беззащитностью.

— Ну что ты, папа, я просто стараюсь оправдать возложенные на меня надежды, — чуть смущенно пробормотала она. Но тут же снова нахмурилась — словно вспомнила, что является Истребителем высшей категории, которому смущение не к лицу.

— И ты их более чем оправдываешь, солнышко, — с нежностью произнесла княгиня Елизавета. Но тут же посерьезнела и добавила, — Однако, Георгий, не будем забывать, против кого нам предстоит выступить. Кривотолковы, Бельские… Эти интриганы костьми лягут, но попытаются заполучить Черное Солнце. Причем действовать они будут наверняка не только в честном бою, но и исподтишка, используя все грязные приемчики. И в первую очередь под удар попадет наша Светочка — как главная угроза их амбициям. Попытаются либо вывести ее из строя до начала турнира, либо подловить между поединками.

— Все верно, — кивнул князь, мрачнея лицом, — Об этом я и толкую. Света, лапочка, ты, конечно, у нас воительница номер один, спору нет. Но даже тебе не помешает хорошее прикрытие на время турнира.

— Да бросьте, пап! — беспечно отмахнулась Светлана, — Что они мне сделают-то? Любого в бараний рог сверну и не поморщусь. Сами же только что сказали — я сильнейшая!

— Сила силой, а осторожность не помешает, — назидательно произнес Георгий, — От предателя удар в спину можно получить, даже если ты сам бог войны. Так что давай-ка без геройства и излишней удали. Сформируем тебе команду — и точка.

— О Боже! — со вздохом покорилась Светлана, закатив глаза, — Ваша взяла. Будет мне команда. И кого же набирать прикажете? — Она со скучающим видом обвела взглядом притихших Марью и Афину.

Соперницы встрепенулись, сверля друг друга уничижительными взглядами.

— Леди Светлана, я готова пойти с вами на турнир! — выпалила Марья, — Не сомневайтесь, мой фамилиар в долгу не останется!

Огромный лавовый пес, лежавший у ног хозяйки, при этих словах оторвал морду от лап и гавкнул, словно подтверждая готовность услужить.

— Он учует любую угрозу за милю! — с жаром продолжала Марья, — Ни одна гадина к вам и близко не сунется.

— Делать княжне больше нечего, как с собачкой игрушечной няньчиться, — пренебрежительно фыркнула Афина. Ее точеный носик сморщился, как от неприятного запаха, — Вот я — другое дело. Моя магия льда может создавать идеальных двойников княжны Светланы. Неотличимые от оригинала! Пусть злоумышленники гоняются за клонами в перерывах между поединками. Вот это я понимаю, маскировка и защита.

— Ой, можно подумать! — передразнила Марья, — Твои ледяные болванчики только под ногами путаться будут. Толку с них? Чуть припечет, и растают!

— Ой, кто бы говорил! — вспыхнула Афина, — Твоя псина только свои лавовые какашки по углам разбрасывать способна!

— Это кто тут псина⁈ — взвилась Марья, гневно раздувая ноздри. Того гляди, дым из ушей повалит.

Княгиня Соколова бросила на них строгий взгляд, заставив занервничать родителей обеих скандалисток.

— Так, девочки, брейк! — со смехом осадила их Светлана, разрядив обстановку, — Охолоньте. Обеих возьму, так и быть.

— Не пожалеете, госпожа Светлана! — просияли Марья и Афина, на миг позабыв о распрях. Их лица прямо-таки лучились счастьем и гордостью от оказанной чести.

— Вот и славно, — одобрительно кивнул князь Георгий, — Ну а остальных бойцов в команду я сам назначу, из числа опытных и проверенных. Для верности. Команда должна прикрывать тебе спину, Светочка, пока ты защищаешь честь рода на арене. Им достаточно не лезть на рожон, четко выполнять приказы да глядеть в оба. А уж победу-то нам, конечно, обеспечишь именно ты.

— Само собой, отец! — горделиво вскинула голову Светлана, — Кривотолковы и Бельские локти кусать будут, что связались с нами. Размажу гадов по стенке! — Она со свистом рассекла воздух ребром ладони, словно разрубая невидимую преграду.

Дальнейшее обсуждение затянулось на несколько часов. Строились планы, просчитывались варианты, выдвигались предположения о действиях противника. Чаепития сменялись спорами, а те — приступами дружного смеха над особо забавными догадками.

Однако мысль, пронизывающая весь разговор, оставалась неизменной — победа на турнире должна достаться роду Соколовых. Любой ценой, чего бы это ни стоило. Слишком многое стоит на кону, чтобы позволить себе проиграть.

В воображении Светланы уже разворачивались потрясающие по своему размаху магические сражения. Вот она, подобно богине войны, врывается в гущу врагов. Клинок со свистом рассекает воздух, вскрывая чужие защитные покровы. Лазурные всполохи её Дара вспыхивают тут и там, испепеляя магию противников в одно мгновение. Кривотолковы и Бельские сдаются, не в силах противостоять ее несокрушимой мощи.

О да, на арене ей не будет равных! Весь мир вострепещет перед непобедимой Истребительницей Аномалий! Светлана Соколова утвердит свое превосходство раз и навсегда, принеся клану триумф и славу. И все это — на глазах государя Романова.

Предстоящий турнир — лишь первый шаг на пути к… Света еще не знала к чему, но точно к чему-то хорошему!

И все же на краю сознания не переставало тлеть какое-то неясное, скребущее чувство. Словно тонкая заноза, засевшая глубоко под кожей, но неощутимая, пока не надавишь как следует.

Светлана напряженно хмурилась, тщетно пытаясь ухватить ускользающую мысль. В голове отчего-то настойчиво крутились обрывки недавнего разговора с Константином Безумовым…

Может ли Константин стать преградой на ее пути?

Безумовы… Что ж… их род слишком долго пребывал в упадке и забвении, чтобы воспринимать всерьез. Так, очередные выскочки, возомнившие о себе невесть что. Вряд ли от них будет много проблем на турнире.

Но Константин… к нему точно стоит присмотреться. Он… показывал слишком странные вещи, чтобы его просто игнорировать. И эти слухи о том, что он способен контролировать Аномалий…

Сейчас для Светланы существует лишь одна цель — во что бы то ни стало заполучить Черное Солнце.

Род Соколовых должен одержать сокрушительную победу. И она лично приложит к этому все усилия.

Глава 4

20-ый Технологический Собор

Яркое солнце заливало улицы Синегорья, отражаясь от начищенных до блеска куполов старинных соборов. Вокруг царила радостная суматоха — из раскрытых окон доносились звуки настраиваемых инструментов, на площадях кружились в танце нарядные пары, в воздухе витали ароматы свежей выпечки и дорогих парфюмов.

Сегодня в городе стартовал 20-й Технологический Собор — грандиозное событие, которого ждали с замиранием сердца все изобретатели и любители диковинных механизмов. Со всех уголков империи съезжались и сходились делегации инженеров, алхимиков, магов и прочих учёных мужей, многие — с семьями и свитой. В этой пёстрой толпе затесались и мы: я, Константин Безумов, мои очаровательные воспитанницы — Настя и Эми, а также моя юная дочурка — Перчинка.

Сахаринку и Вафельку я тоже хотел взять, но те в последние дни были сильно заняты воспитанием подрастающего поколения мирмеций.

У меня к 20-му Собору, должен признать, имелся свой интерес…

— Ах, красота какая! — восторженно ахнула Настя, когда наш автомобиль остановился у ворот, ведущих на территорию Собора, — Гляди, Костя, сколько народу!

— И все такие разные, в необычных костюмах! — восхитилась Эмми, — Из других областей приехали! А может, и из самой столицы!

И впрямь, от обилия красок и звуков рябило в глазах. Тут и там висели разноцветные флаги с гербами княжеств и разных организаций. Торговцы неистово зазывали покупателей, расхваливая свои лотки с дивными безделушками, амулетами и магическими снадобьями. Повсюду сновали разряженные дамы и кавалеры, пыхтели самоходные роботы с магическим ИИ, в небе парили миниатюрные дирижабли-дроны, мигали переключателями причудливые машины.

— Здорово! — восхитилась Перчинка, первой выпрыгивая из экипажа, — Скока всего интересного…

— Так, солнце, не разбегаемся! — одёрнула ее Настя, одёргивая белоснежные манжеты своего черного платья, — Давайте держаться вместе, а то потеряешься ещё в толпе.

Перчинка лишь фыркнула, но немного сбавила темп.

Я одобрительно кивнул, поправляя галстук. Не хватало ещё разыскивать нашу мирмецию по всей ярмарке! Перчинка девонька, конечно, серьезная, но возраст даже на ней периодически сказывается, сказывается…

Подхватив Настю и Эмми под локотки, повёл наш маленький отряд к воротам, ведущим на основную территорию выставок. Перчинка шла впереди, с любопытством поглядывая по сторонам. Её черно-желтый экзоскелет ярко сверкал на солнце.

— Ну-с… и что нам всем хотелось бы посмотреть в первую очередь? — спросил я, окидывая взглядом бесконечные ряды павильонов, — Механических птиц? Философский камень? Новейшую модель боевого дрона-дирижабля?

— Самонаводящийся арбалет! — тут же выпалила Перчинка, тыкая пальцем в один из лотков, где красовался образчик изящной стрелковой механики, — Вот бы такой заполучить! Из него можно бесшумно ликвидировать врагов! И на арбалетный болт можно больше боевых печатей наложить, чем на пулю! Я бы тогда…

— А мне котёнка заводного хочется! — перебила её Эмми, мечтательно улыбаясь, — Говорят, ИИ как раз по уровню интеллекта дорос до кошачьего… Интересно, они найдут общий язык с моим Рыжиком?

Настя со смехом покачала головой:

— Ну вы даете, ненасытные! Костя, ну ты им хоть слово скажи! А то ведь точно ограбят тебя!

Я хмыкнул, лукаво прищурившись:

— Посмотрим, девочки. Если хорошо себя вести будете, так и быть, что-нибудь презентую. Но не забывайте, у нас тут более важная цель…

Эмми и Перчинка радостно взвизгнули и бросились меня обнимать. Технологический Собор, его манящая атмосфера праздника, натурально превратил их в маленьких восторженных девочек. Я притворно охнул, делая вид, что они меня раздавили. Настя закатила глаза, но не смогла сдержать улыбки. Хорошо хоть она осталась сама собой.

— А мне бы какое-нибудь новомодное черномагическое заклинание не помешало бы… — как бы невзначай сказала Настя, — Говорят, тут на Соборе есть под них отдельные павильоны…

Я лишь улыбнулся. Да, на подарки, кажется, придется раскошелится.

Однако нашей беззаботности быстро пришёл конец. Стоило нам приблизится к воротам, как нам преградили путь дюжие охранники с каменными физиономиями.

И лица их выглядели как-то изначально недружелюбно.

— Ваши пропуска, господа! — гаркнул один из них, скрестив руки на груди, — Без них на Собор не пускаем!

Я выудил из кармана четыре свитка с печатями клана Безумовых и передал ему. Страж придирчиво изучил документы, сличая печати с какими-то своими бумагами. Потом нехорошо ухмыльнулся:

— Пропуска ваши недействительны. Подделка это, по всему видать. Не велено пущать представителей рода Безумовых, особливо после всех безобразий, что они учинили.

У меня от возмущения даже дар речи пропал. О чем он? Это кто ещё безобразия учинил?

Честно, никакого желания не было им что-то доказывать и объяснять, почему я не верблюд. Я ощутил, как Перегруз сам собой начинает разгонять духовную силу по моим жилам.

Настя, видимо, почувствовала, что я вот-вот взорвусь. Решительно шагнула вперёд, сверкая глазами:

— Наши пропуска в полном порядке, и печати самые что ни на есть настоящие! — она ткнула пальцем в грудь охранника, — Немедленно пропустите нас, иначе…

Договорить она не успела. Охранник грубо ухватил её за локоть и дёрнул на себя:

— А ну молчать, девка! Неча вашему роду по Собору шастать!

Настя от резкого рывка чуть не упала на землю.

Всё. Это была последняя капля. Ярость накрыла меня, словно девятый вал. В мгновение ока я перехватил запястье обидчика Насти и с силой сжал. Раздался хруст костей, и громила взвыл от боли, выпуская свою жертву.

— Ты, похоже, страдаешь провалами в памяти, приятель, — процедил я, продолжая выкручивать ему руку, — Напомню на всякий случай: никто и никогда не смеет так обращаться с семьёй Безумовых. Ещё хоть раз тронешь кого-то из моих женщин — переломаю все пальцы до единого. Усёк?

Второй страж попытался оттащить меня, но куда там! Пнув его в колено, заломил и ему конечность. А потом наградил могучим пинком по заднице. Обе жертвы корчились на земле, скуля и ругаясь сквозь зубы. Я отряхнул испачканные о них перчатки и повернулся к подбежавшему начальнику охраны.

— В чём дело, Ваша Светлость? — сурово осведомился тот, хмуря брови, — Почему такой переполох? Кто посмел?

Я просто подрубил режим дерзкого и озлобленного аристо, с которым связываться — себе дороже. Увы, некоторые люди понимают только агрессию.

— Это ваши молодчики тут борзеть вздумали! — рявкнул я, тыча в него пальцем, — На честных людей ни за что ни про что кидаются, пропуска у нас видите ли липовые! Да за такое оскорбление и вызов на дуэль получить можно!

— Но… но у нас был строгий приказ свыше — не пускать представителей вашего рода во избежание конфликтов с… кхм!.. — промямлил начальник, явно теряясь. Он поздно сообразил, что сболтнул лишнего, — Ну в смысле… Боюсь, я ничего не могу поделать…

— Ах так, да? А ну-ка назовите себя, уважаемый, — прорычал я, — Я лично знаком с Генерал-Губернатором Горовым! И если вы сию секунду нас не пропустите, я отправлюсь прямиком к нему и выложу всю правду о творящемся на Соборе беспределе! Поверьте, Его Сиятельство будет крайне недоволен. И первым под раздачу попадете именно вы, голубчик. Оно вам надо?

Начальник охраны сглотнул. На его лбу выступила испарина. Было видно, как лихорадочно он просчитывает возможные варианты. Одно дело противиться ослабшему роду, и совсем другое — переходить дорогу самому Генерал-Губернатору. Себе дороже выйдет.

— Хорошо, Ваша Светлость, — наконец выдавил он кислую улыбку, — Должно быть, и впрямь возникло некое недоразумение. Приношу свои извинения за неподобающее поведение подчинённых, они будут примерно наказаны. Разумеется, вы и ваши очаровательные спутницы можете пройти. Прошу, наслаждайтесь Собором!

— То-то же, — фыркнул я. Протянул руку, коснувшись плеча Насти, — Ты как, солнце моё? Не ушиблась?

— Со мной всё хорошо, Костенька, не переживай, — улыбнулась Настя, приглаживая растрепавшиеся кудри, — Ты их знатно проучил, век помнить будут.

— Вот уроды, — оскалилась Перчинка, — Жалобу на них накатать, чтоб неповадно было!

— Правильно, нечего всяким хамам потакать! — закивала Эмми.

— Ничего, бывает, — подмигнул я им, подхватывая Настю под руку, — Идёмте, девочки, чего уж тут рассиживаться. Ярмарка нас заждалась!

И мы бодро зашагали вглубь Собора, на ходу строя планы, какие павильоны стоит осмотреть в первую очередь. Позади остались побитые охранники и их злополучный начальник, наверняка уже прикидывающий, как бы выслужиться перед оскорблённым князем. Ну да и ладно, проехали.

Мы вошли в огромный многоярусный зал, от пола до потолка заполненный всевозможными техномагическими диковинками. Ряды красочных павильонов змеились между колонн, словно пёстрые гирлянды. В воздухе висел тяжёлый дух раскалённого металла, горючих зелий и озона — видимо, от обилия работающих электрических машин.

Поодаль с грохотом и лязгом ворочались какие-то здоровенные механизмы, чьё предназначение оставалось для меня загадкой. Из медных труб то и дело вырывались клубы разноцветного пара, складывающиеся в причудливые фигуры. Зазывалы наперебой расхваливали свои товары, и от их зычных голосов закладывало уши.

— Господа, господа! Не проходите мимо! Только у нас — новейшая модель парящего массажного кресла! Оцените сами, какая устойчивость и манёвренность! Любой недуг, от простатита до запора, как рукой снимет!

Я обернулся на голос и увидел, как какой-то франтоватый умелец в цилиндре и сюртуке демонстрирует публике возможности летающего сидения. Кресло и впрямь порхало по воздуху, словно пушинка, покорное малейшему движению джойстика в руках изобретателя. Толпа одобрительно загудела, хлопая в ладоши.

— Костя, гляди, вон там заводные солдатики маршируют! — дёрнула меня за рукав Эмми, тыкая пальцем куда-то вбок. Её глаза сверкали восторгом и разбегались по сторонам, — А там механическая балерина ростом с человека танцует! И я не чувствую в них никакой духовной силы! Вот уж точно магия!

— Ха, магия — это я! — хмыкнула Перчинка. Юная мирмеция тоже воодушевлённо крутила головой, и её глаза горели неподдельным любопытством, — Могу, между прочим, не хуже той куклы трепыхаться, у меня и ножки что надо, и ручки на месте…

Что есть, то есть — наша Перчинка любому механизму с ИИ фору даст по части грации и изящества.

Однако на юную принцессу клана Безумовых поглядывали не только с восхищением, но и с явной опаской. Ещё бы, ведь броня и четыре изящных ручки, покрытые глянцевым хитином, однозначно намекали на её необычное происхождение. Пока мы неспешно прогуливались между рядами, до нас не раз и не два долетали обрывки встревоженных разговоров:

— Глянь-ка, да никак Аномалией малявка заражена? Вон как панцирем обросла!

— Точно монстр! Куда только стража смотрит?

— И ведь среди людей шастает, паскуда, на цепь бы её да в клетку…

Я с дочерью уже обсудил этот вопрос до выхода из дома, чтобы она была готова к подобному отношению. Многие люди потеряли из-за Разломов и Аномалий родных и близких. А потому их отношение к людям, зараженным Аномалиям, могло быть не самым теплым. Даже предвзятым. Тут нужно проявлять терпение и благородство — делами доказать свою правоту.

Ну и простых злобных дебилов сбрасывать со счета тоже не стоило. Эти понимали только грубую силу.

Перчинка старательно держала лицо, но по залившим щёки ярко-красным пятнам я понял, как сильно её задевают подобные инсинуации. Бедная девочка… Хотелось немедля шугануть всех этих злопыхателей, но я сдержался. Перчинка должна сама выработать иммунитет. Должна понять, что негоже портить себе настроение из-за каждой брехающей шавки.

— Не обращай внимания, зайка моя, — ласково шепнул я, приобнимая дочь за подрагивающие плечи, — Они попросту завидуют твоей неземной красоте и непревзойдённым талантам. Мы-то знаем, какая ты у нас особенная, так что плюнь и разотри.

— Плюнуть и растереть — это всегда пожалуйста! — гордо вскинула голову Перчинка. Она хищно ухмыльнулась и одарила косо зырящих зевак ослепительной улыбкой, специально сверкнув острыми шипами на хитине. Те мигом стушевались и слились с толпой, не желая нарываться.

Хм… кажется, я недооценил свою среднюю дочь… Плечи у нее подрагивали не от слез… а от ярости.

Однако на этом наши проблемы не закончились. Стоило очередному изобретателю, алхимику или инженеру-механику завязать с нами беседу и осведомиться, из какого мы рода-племени, как они мигом ретировались, едва услышав в ответ «Безумовы». Они смотрели на нас так, словно мы прокажённые какие или преступники в розыске. Право слово, оскорбительно до невозможности!

Настя довольно скоро потеряла терпение и, сверкая глазами, жаждала наподдать трусливым торгашам как следует. Еле-еле мы с Эмми удержали её от рукоприкладства, хотя, по правде, у самих руки чесались надавать тумаков. Даже обычно хладнокровная и рассудительная Перчинка мрачно насупилась и процедила сквозь зубы:

— Вот гады, слова им поперёк не скажи! Прям так и хочется яду в напитки подмешать, чтоб неповадно было…

— Ещё не хватало, чтобы нас в отравители записали, — я вздохнул, — Перчинка, солнце, давай без членовредительства, хорошо? Мы Безумовы, а не Кривотолковы.

— Возможно, у Кривотолковых и стоило бы чему-нибудь поучиться… — вполголоса произнесла средняя дочь. Думала, что я не услышу.

Поняв, что дело нечисто, я слегка отстал от девушек, намереваясь ненавязчиво порасспросить окружающих о причинах столь предвзятого отношения. Оказалось, зря старался — один из участников, представлявший какой-то второразрядный дворянский род, сам отвёл меня в сторонку и, нервно озираясь, нехотя просветил:

— Княжич, да все просто. Слыхал я, Бельские лютуют. Грозят всем участникам опалой и вечным отлучением от двора за любые контакты с Безумовыми. Почитай, приравняли дружбу с твоим родом к государственной измене. Бельские ведь одни из спонсоров Собора, вот народец и шарахается… Сам понимаешь, себе дороже.

— Да что ж такое! — не выдержал я, в сердцах хлопнув ладонью по колонне, — Совсем эти Бельские страх потеряли, в чужие дела встревать! А ну как я сам опалой пригрожу? Побоятся тогда со мной якшаться?

— Ты, парень, никак совсем умом двинулся? — аж попятился изобретатель и три раза сплюнул через плечо, — Может быть Бельские и не такие матерые интриганы, как Кривотолковы, но у них куча брачных связей и знакомств, а значит — рычагов власти и давления! У них в столице такие друзья, что любого в порошок сотрут! Ты молод ещё, не понимаешь…

Он осёкся и быстро ретировался, всем своим видом показывая, что более не желает иметь со мной никаких дел. Я лишь беспомощно смотрел ему вслед, чувствуя, как закипаю от негодования.

Ну, Бельские, ну держитесь! Я вам это ещё припомню! Думаете, если князьки, так всё вам с рук сойдёт? Один Аристан уже свое получил, и другие тоже получат!

От мрачных мыслей меня отвлек громкий крик — кто-то звал меня по имени. Повернувшись, я увидел Настю. Она летела на меня, придерживая развевающиеся юбках, ее глаза аж горели:

— Костя, Костя, вот ты где! Там Перчинку какие-то подозрительные типы зажали и на понт берут, типа она Аномалия ходячая!

Не дослушав, я сорвался с места и ринулся на подмогу, расталкивая зазевавшихся зрителей. За спиной слышались встревоженные возгласы Насти, но вслушиваться уже не было времени.

Перчинку, опустившую голову, и впрямь обступили трое мордоворотов в камзолах с гербом какого-то мелкого захолустного баронства. Они галдели наперебой, тыча пальцами в хитин мирмеции, прикрывшуюся нижней парой рук. И явно порывались применить силу:

— Глянь, чё творится! Ходют тут всякие! Мутанты проклятые! У нас в поместье таких нема…

— А ты вообще кто такая, чучело заморское? А ну признавайся, какими Аномалиями облучённая?

— В клетку её, ребя! Сдадим охране как особо опасную, глядишь, и отблагодарят!

Не успел главарь схватить Перчинку за локоть, как я с размаху засветил ему промеж глаз. Бедолага охнул, выпучил зенки и мягко осел на пол, оглашая зал придушенными стенаниями. Двое его подельников синхронно отшатнулись, выставляя вперёд кулаки.

— Ах ты паскуда! Да мы щас тебя!..

Не тут-то было. Подоспевшая Эмми картинным жестом сдёрнула перчатку и с размаху залепила одному из них оплеуху. Бедняга взвыл, хватаясь за стремительно распухающую физиономию.

Настя тоже не осталась в стороне. С боевым кличем она подпрыгнула, приложив обидчика коленом в солнечное сплетение с такой силой, что у того глаза едва не выскочили из орбит. Завалившись набок, он принялся кататься по полу, скорчившись в позе эмбриона и жалобно подвывая.

Не успел я опомниться, как всё было кончено. Мои гордые девицы с видом полководцев обозревали поле короткой битвы.

Правда, враги наши оказались слабоваты… но я решил не портить девушкам момент триумфа.

— Вот! Будут знать, как к нашим лезть! — хищно осклабилась Эмми, поддёргивая кружевные манжеты. Она ласково обняла Перчинку, утешая, — Не реви, милая, всё обошлось. Поделом им, лоботрясам, досталось.

— Угу, — спокойная Перчинка, которая и не думала реветь, задумчиво разглядывала трех битых охламонов. Она словно о чем-то размышляла.

Эмми согласно закивала, потирая костяшки и довольно морщась. Видимо, ей нравилось применять полученные на тренировках навыки на практике.

— Что здесь происходит, я спрашиваю? Бесчинства средь бела дня? А ну разойдись, ирод… Ваша Светлость⁈

К месту потасовки уже спешил давешний начальник охраны в сопровождении нескольких охранников. Узрев мою физиономию, он резко сбавил тон и застыл в некотором замешательстве. Видимо, не знал, как лучше поступить: то ли немедля повязать лихих дебоширов, то ли прикрикнуть на них для порядка и отпустить с миром во избежание нового конфликта?

— Всё в порядке, любезный, — небрежно отмахнулся я, картинным жестом поправляя сбившийся набок галстук, — Небольшое недоразумение с местными гопниками, только и всего. Будьте так добры, приберите этот мусор, пока не завонялся. Право слово, отвратительное зрелище!

Стражники засуетились, бесцеремонно вздёргивая охающих и постанывающих зачинщиков. Те безропотно позволили увести себя, то и дело испуганно косясь в нашу сторону.

— Можно мне доктора? — попросил один из них, — Я как-то странно себя чувствую… голова кружится… тошнит…

— Может быть тебе еще постельку мягкую постелить? — хохотнул кто-то из охранников, — Ваше Благородие?

Настя и Эмми проводили поверженных недругов презрительным смешком. А Перчинка как-то странно усмехнулась и словно невзначай коснулась своих шипов на предплечьях.

На какое-то время воцарилась тишина. Даже вездесущие зеваки предпочитали держать языки за зубами и обходить нас по широкой дуге. Ещё бы, связываться с Безумовыми — себе дороже! Порвём, как грелку.

В дальнем углу зала, возле самой невзрачной колонны, облепленной вылинявшими рекламными плакатами, моё внимание привлёк одинокий павильон. Вернее, даже не павильон, а неказистая палатка, наскоро сколоченная из трухлявых досок. На покосившемся прилавке громоздилась невообразимая мешанина всякого хлама — ржавые шестерёнки, пыльные склянки с подозрительным содержимым, обрывки истлевших свитков. Ни тебе мерцающих гирлянд, ни ухоженных витрин, ни помпезных вывесок. Впечатление было такое, словно владелец палатки нарочно постарался отпугнуть и без того немногочисленных посетителей.

Рядом с прилавком, на ветхом ящике из-под какого-то алхимического концентрата, восседал чудаковатого вида старик. Его долговязую и тощую фигуру облачал потёртый камзол, когда-то щегольской, но изрядно полинявший от времени и непогоды. Всклокоченная седая борода свисала едва ли не до пояса. Из-под низко надвинутой шляпы с обвисшими полями хитро посверкивали на покрытом морщинами лице пронзительно-голубые, совсем молодые глаза.

Старик то и дело прикладывался к помятой жестяной фляжке, распространяя вокруг себя крепкий аромат самогона. Прохожие шарахались от него, словно от прокажённого, и спешили поскорее миновать неприглядную палатку. Но чудака, кажется, ничуть не заботило всеобщее пренебрежение. Он флегматично потягивал своё пойло, изредка шевеля корявыми пальцами и бормоча себе под нос какую-то тарабарщину.

Внезапно старик поднял голову и уставился прямо на меня. По моей спине пробежал озноб. Я отчетливо почувствовал на расстоянии исходящую от чудака энергию. Холодную, тягучую, неумолимую, как само течение времени. И в то же время — знакомую, такую знакомую… Только через несколько мгновений до меня дошло: от палатки веяло Энергией Бездны! Той самой, что когда-то наделила меня могуществом, неподвластным простым смертным.

Глава 5

Непризнанный гений

Я хмурился, разглядывая странного старика у неказистой палатки. Неужели он и впрямь был заражен Аномалиями? Если бы прямо здесь вдруг открылся Разлом и оттуда полезли монстры, мало никому не показалось бы…

С другой стороны, Энергия Бездны лишней точно не была бы. Можно пополнить свои запасы, а заодно спасти деда от жуткой судьбы.

— Настя, Эмми, Перчинка, погодите пока здесь, — бросил я через плечо, — Я быстро, только потолкую со стариканом.

— Константин, может, не надо? — встревоженно шепнула Настя, хватая меня за локоть, — Ты только глянь на него, бомж бомжом! Да еще и под градусом, похоже. Неровен час пристанет или заразит чем ненароком…

— Ничего, прорвемся, — подмигнул я, — Ежели что, ты только свистни.

Кивнув, я двинулся прямиком к старику, не обращая внимания на обеспокоенно щебечущих за спиной девушек. Он безмолвно наблюдал за моим приближением, ухмыляясь в бороду и пошевеливая в такт неслышной мелодии узловатыми пальцами.

— День добрый, уважаемый! — бодро начал я, протягивая руку для рукопожатия, — Князь Безумов, рад знакомству. Не подскажете…

На лице моего нового знакомого отразилась неподдельная радость. Словно я его чем-то невероятно осчастливил.

— Федька! Сколько лет, сколько зим! — радостно гаркнул старикан, сгребая меня в объятия с неожиданной для столь тщедушного тела силой. От него разило перегаром, борода лезла в лицо, — А я тут это, значит, калымлю помаленьку! Ща обмоем, погоди…

Он попытался всучить мне свою фляжку, явно намереваясь чокнуться. Я мягко, но решительно отстранил его.

— Ошибочка вышла, любезный. Никакой я не Федька, а князь Константин Безумов. И калымить в обнимку с вами не намерен. Вы, часом, не изобретатель ли будете?

Параллельно я внимательно разглядывал его. От деда и правда веяло Бездной, но признаков мутации я у него не видел. Духовные потоки… обычные для человека без Дара.

— Ась? — моргнул старик, часто хлопая подслеповатыми глазами. Он прищурился, вглядываясь в мое лицо. Потом его осенило, — Батюшки-светы! Так вы ж никак тот самый княжич Безумов, который месяц назад Истребительнице Светлане прислужился супротив Гигантского Монстра? Ну, когда энтот зверюга на Синегорье напал? Вот честь-то, вот честь!

Он аж приплясывал на месте, размахивая руками от возбуждения и расплескивая самогон из фляжки. Неподалеку начали оборачиваться люди, с любопытством глазея на нашу парочку. Мне это совсем не нравилось.

— Тише ты, старый! — шикнул я, бесцеремонно зажимая ему рот ладонью, — Ща весь Собор на уши поднимешь!

— Ой, простите, Ваша Светлость! — старикан виновато моргнул и полез обниматься по новой, — Заболтался я, старый пень… Кулебякин я, Архип Кулебякин. Изобретатель, значит. Прям затрясся весь, как признал-то вас! Сам княжич удостоил… какая честь… ща-ща, погодите…

Пыхтя и кряхтя, он начал рыться на прилавке, раскидывая вокруг ржавые детали, мятые свитки и битые склянки. Оттуда с возмущенным писком выпорхнула стайка механических колибри-дронов, сделанных настолько искусно, что казались живыми. Они с гневным жужжанием устремились прочь.

Я проводил их слегка озадаченным взглядом.

— Кулебякин! — хлопнул я в ладоши прямо перед носом старика, — Соберись, дружище! Не до оваций сейчас. Ты мне вот что скажи — ты как себя чувствуешь? Не видел проявлений Аномалий?

Кулебякин ошарашенно хлопнул белесыми ресницами. По его лицу было видно, что до него с трудом доходили мои слова.

— К-каких еще Аномалий, Ваша Светлость? — заикнулся он, отшатываясь и часто-часто моргая, — Я ж это… изобретатель! Честный! Чертовщиной всякой поганой не балуюсь, не-е-ет! У меня все путем, по науке!

— Ну-ну, — хмыкнул я, красноречиво косясь на дымящиеся склянки и светящиеся странным светом кристаллы, разбросанные на прилавке, — А это тогда что такое, позволь спросить?

Архип смущенно отвел взгляд, пряча руки за спину.

— Дык это… образчики мои… экспериментальные… — пробормотал он, переминаясь с ноги на ногу, — Не серчайте, Ваша Светлость, сам толком не разумею, что да как выходит… Оно будто само собой получается, как в раж войду изобретательский…

Я вздохнул. Похоже, дело и впрямь было нечисто. Но прямо сейчас устраивать допрос с пристрастием — не лучшая идея.

— Ладно, Архип, будем считать, что поверил, — сказал, хлопая старика по плечу, — Вот что, пойдем-ка лучше за твою палатку, там и перетрем за жизнь. А то неровен час еще приметит кто лишний.

Кулебякин кивнул, что-то невнятно бормоча в бороду, и бочком протиснулся за ширму из истрепанной парусины. Я кивнул Насте и Эмми — мол, со мной все в порядке. Перчинка, подпиравшая спиной колонну, лишь отмахнулась и демонстративно отвернулась. Мол, сами разбирайтесь, а я тут постою, присмотрю за обстановкой.

Когда мы с Настей и Эмми вошли в палатку, Кулебякин приглашающе махнул рукой:

— Прошу, Ваша Светлость, не побрезгуйте моими скромными инвенциями…

Он с гордостью указал на покосившийся верстак, заваленный всяким хламом. С первого взгляда — просто мусор вроде ржавых труб, погнутых шестеренок и обрезков проводов. Но приглядевшись, я понял, что за этим скрывалось нечто большее.

Вон, к примеру, штуковина, на первый взгляд похожая на банальный вечный двигатель. Магнитные маховики, какие-то цветные камешки в оправе из меди, разномастные лампочки и проволочные узоры. Бессмыслица и детские забавы, сказал бы любой здравомыслящий человек. Но…

— Эй, Кулебякин, — окликнул я изобретателя, задумчиво крутя в пальцах один из маховиков, — А это часом не преобразователь ли третьего типа? Ну, который духовную энергию в электричество превращает?

Мне бы такой пригодился бы на алхимическом предприятии. Там до сих пор не доставало кой-какого оборудования. Собственно, я по этой причине и пришел на Технологический Собор. Нужно было докупить станки для Никодима и оборудование для лаборатории Мелинты.

Старик аж подскочил от неожиданности и посмотрел на меня квадратными глазами.

— Батюшки-светы! Так вы, стал быть, в курсе? — прошептал он, часто моргая, — Неужто и энтому вас обучали, Ваша Светлость?

— Было дело, — уклончиво ответил я, с интересом разглядывая другие диковинки на верстаке, — Я и сам по молодости баловался помаленьку. Хобби у меня такое, знаешь ли.

— О-о-о… коллега? Уважаю! — расплылся в улыбке Кулебякин.

И тут меня прошиб холодный пот, стоило присмотреться к очередной бредовой конструкции из палок, веревочек и какого-то говнеца, скрепляющего конструкцию. Потому как за нелепым фасадом угадывались очертания… компактного телепорта! Да, грубо сляпанного, наверняка глючного и с ограниченной областью действия, но все же!

Я такие видел только в технологически продвинутых мирах, которые давно полеты в космос освоили. Мне, будучи богом, такие были без надобности, я мог телепортироваться при помощи магии. Но какая разница как оно работает — главное, что работает!

Правда, судя по обугленной кукле в точке выхода неподалеку, со стабильностью работы у агрегата были проблемы.

— Он это… через раз работает, — пробормотал Архип, проследив за моим взглядом, — То переносит нормально, то вот так вот… Непредсказуемо, в общем. Не доработал еще.

Однако! Так старикан на поверку был не просто шизик, а гений своего дела! Скрытый, правда, под маской спившегося чудака. Видимо, не зря его обходили стороной. Знали, поди, что за непредсказуемый фрукт.

Но все эти чудеса меркли по сравнению с… кристаллами. Теми самыми, которые я почуял еще на расстоянии. Черные, иссиня-черные, чуть поблескивающие в полумраке, они лежали в вазочке на столешнице, притягивали взгляд. У меня чуть слюна не потекла от предвкушения. Бездна! Самая настоящая квинтэссенция Бездны, заключенная в физическую форму!

Кристаллы, аналогичные тем, которые я добытых из Гигантского Монстра! Тем самые, благодаря которым можно прокачивать мирмеций!

Именно их я и почуял. А Кулебякин был обычным не зараженным человеком.

— А это что такое? — спросил я как бы между прочим, едва сдерживая охватившее меня возбуждение.

Кулебякин моргнул, переводя взгляд с меня на кристаллы и обратно. Хмыкнув, он щелкнул пальцами над одним из самородков, и тот начал едва заметно мерцать и вибрировать.

— Дык… секрет фирмы, — ухмыльнулся старик, поглаживая бородищу, — Придумал тут я, понимаете ли, как энергию неведомую материализовывать. Раз — и готово!

— Неведомую энергию? — переспросил я, уже зная ответ, — Это какую же?

— А бес ее разберет! — отмахнулся Архип, — Бурлит, понимаешь, в жилах мировых. Точно не духовная. Случайно нашел ее, родную. Страшная сила, аж мурашки по коже. Вот и приноровился улавливать помаленьку… Но как ее для дела приспособить — так и не понял. Ну кроме как для освещения…

Он снова щелкнул пальцами, и кристаллы вспыхнули лиловым пламенем, озаряя павильон зловещими отблесками. Я судорожно сглотнул, чувствуя, как мое сердце заходилось бешеным галопом. Старый пройдоха, сам не ведая того, совершил революцию! Даже я не знал, как можно синтезировать эти кристаллы… Их лишь изредка можно было обнаружить в Бездне, они образовывались в ней, как жемчужины…

Я усилием воли взял себя в руки. Надо было срочно прибрать к рукам эти кристаллы. И Кулебякина тоже. Во что бы то ни стало!

Краем глаза я заметил, что Настя и Эмми уже стояли рядом и с любопытством прислушивались к нашей беседе. Видимо, устали ждать. Перчинка стояла в проходе и нехорошо щурилась на кристаллы.

Ага, тоже что-то почуяла, значит… Поймав мой взгляд, Перчинка виновато улыбнулась и вышла назад на улицу.

— Архип, дружище, — сказал я проникновенно, приобнимая старика за плечи, — А знаешь, ведь я могу помочь тебе разобраться, что за силой ты овладел. И как эти камушки с толком применить.

— Да ну? — недоверчиво покосился Кулебякин, — Я ж это… сам пока не разумею… А вы, стал быть, в курсе?

— В курсе, еще как в курсе, — твердо кивнул я, — Бездна называется эта сила. Ей, если грамотно подойти, такие дела можно наворотить — никакие Аномалии не страшны будут!

— Охо-хо… интригуете, Ваша Светлость!

— Я тоже умею работать с этой силой… Думаю, мы можем быть друг другу полезны.

Настя и Эмми, заинтригованные рассказом Кулебякина, подошли поближе и принялись забрасывать старого изобретателя вопросами.

— Скажите, Архип, а где вы учились? Наверное, закончили какую-нибудь Высшую Техномагическую Академию? — с любопытством спросила Настя.

— Или Алхимический Университет? — подхватила Эмми, — Там ведь лучшие умы империи собираются!

Кулебякин расправил плечи и с гордостью провозгласил:

— Никак нет, барышни! Целых пять классов церковно-приходской школы за спиной имею! И то последние два года уже мастерству по книжкам обучался, некогда на занятия бегать было.

Я чуть не поперхнулся от неожиданности. Он что, серьезно? Пять классов — это все его образование? Да еще и церковно-приходской школы? Там же в основном закон божий учат…

— Погоди, Архип, ты что, никакого технического образования не получал? — не удержался я от вопроса, — Ни курсов, ни мастер-классов у именитых инженеров?

— Не-е, Ваша Светлость, зачем оно мне? — беззаботно отмахнулся Кулебякин, — Тут ведь главное — желание и смекалка. А уж этого добра у меня хватает! Вот, полюбуйтесь.

Он подхватил с верстака какую-то жутко пыльную железяку, подозрительно смахивающую на ржавый чайник, водруженный на шасси.

— Ентот агрегат я из двух самоваров, граммофонной трубы и магического кристалла от старого телепорта собрал. На свалке нашел, между прочим! Ежели его духовной силой зарядить, так потом трое суток без дозаправки проедет и чаю вскипятит!

Мы с девушками обменялись удивленными взглядами. Свалка? Он что, детали для своих гениальных изобретений на помойке находит?

Заметив мое недоумение, Кулебякин смущенно почесал в затылке.

— Дык это, Ваша Светлость, не побрезгуйте спросить — откуда ж денежкам на добрые детали взяться? Я ж не князь заморский, чтоб ентими железками швыряться. На помойке, чай, тоже добра немало сыщется, ежели с умом подойти.

Действительно, резонно. У меня даже закралось подозрение, что Кулебякин не только с материалами, но и с едой не особо шикует. Об этом красноречиво свидетельствовало его худощавое телосложение. И ремень на поясе, затянутый на последнюю дырку.

Я решил аккуратно продолжить расспросы:

— Архип, а не мог бы ты мне объяснить принцип работы вот этого хитрого механизма? Ну, чтобы я примерно понимал, как оно функционирует.

Я указал на причудливый агрегат, больше всего напоминающий гибрид швейной машинки и астролябии.

Кулебякин замялся, бормоча что-то невразумительное себе под нос. Потом нехотя выдавил:

— Дык ента… Ваша Светлость, тут ведь как… Работает оно, ежели попроще сказать… ну… это… В общем, крутится тут ентот валик, цепляет ентот рычаг, а тот, стал быть, толкает енту загогулину… Ну и это… того… выходит, что надо. А чего именно выходит — я уж и запамятовал малость… Но выходит же!

Он с надеждой уставился на меня, ожидая одобрения.

По его сумбурным объяснениям выходило, что Кулебякин понятия не имеет, как работают его собственные творения! Он просто собирает их, повинуясь некоему наитию свыше. Берет детали, соединяет как попало — и вуаля, готово очередное техномагическое чудо!

Причем ведь работает же, паразит! Я лично видел, как этот агрегат шевелил рычажками и попискивал, явно что-то там просчитывая.

Что-то с этим Кулебякиным не просто…

Кулебякин, кажется, принял мое молчание за знак согласия и воодушевился пуще прежнего. Он принялся сновать вокруг верстака, тыча пальцем то в одну, то в другую загадочную штуковину и сбивчиво рассказывая об их невероятных возможностях. Ни единого внятного термина, ноль понимания базовых физических процессов — зато сколько энтузиазма!

При этом я отлично видел: все эти механизмы, пусть и на первый взгляд бессмысленные, исправно функционировали. Их немного отполируй, избавь от ржавчины да наладь как следует — глядишь, и выйдет толк.

Эмми озабоченно сопела, шепча что-то насчет «мерзкой вони самогона, от которой духовная сила дрожью исходит». Она буравила Кулебякина подозрительным взглядом. Похоже, старикан ей тоже не внушал доверия.

Но делиться сокровенными знаниями Архип не торопился. Едва я заикнулся о его уникальной методике, как он мигом сменил тему и умоляюще заломил руки:

— Ваша Светлость, не в службу, а в дружбу — не одолжите ли старому дураку деньжат малость? Должок у меня тут висит, срочно уплатить надобно. Век благодарен буду! Уж поверьте, Кулебякин долг всегда вернет!

Ага, знаем мы эти байки: дай в долг по-дружески, а потом хоть трава не расти. Поминай как звали и должника, и денежки.

Но что-то все же дернуло меня пойти навстречу чудаковатому умельцу. Уж больно лихо и лихорадочно блестели его глаза. Однако сразу раскошеливаться я не стал.

— Послушай, Архип, — начал я проникновенно, — Я готов сделать тебе интересное предложение. Ты производишь для меня эти черные кристаллы… А я, так и быть, спонсирую твои эксперименты. И с долгами помогу, так и быть. Как тебе такой вариант?

Кулебякин застыл с отвисшей челюстью и округлившимися глазами. Казалось, он не мог поверить в свалившееся на него счастье.

— Ваша Светлость! Да я… да вы… Да за такую честь… — лепетал он, судорожно облизывая враз пересохшие губы, — Кристаллов сколь угодно наделаю, без вопросов! Раз плюнуть ведь… то есть никаких проблем, все будет в лучшем виде!

Ишь ты, как запел! Выходит, и правда может их воспроизводить? Любопытно… Хотел бы я узнать, как именно…

Настя и Эмми смотрели на меня с легким недоумением. Видимо, не могли взять в толк, с чего это я так подобрел душой к старому проходимцу. Но благоразумно помалкивали.

А Кулебякин уже вовсю расписывал наше будущее сотрудничество, перемежая речь возгласами восторга и бурными жестикуляциями.

— Подумать только, сотрудничество с самим Безумовым! Это ж мечта всей жизни! А все ж таки судьба — индейка, то голая, то одетая! Еще вчерась прозябал на паперти, а ноне вот — партнерство с самым влиятельным родом Синегорья заполучил!

— Ну, пока не будем бежать впереди паровоза… — пробубнил я себе под нос.

Но тут Кулебякин, не иначе как на радостях, выудил откуда-то из недр своего объемистого кафтана большую, литра на два, бутыль мутного стекла.

— Во, Ваша Светлость, такое дело без магарыча нельзя обмывать! Ща я вам первача фирменного, по особому рецепту приготовленного, плесну от души! Небось не пробовали еще эдакого пойла забористого?

И он, довольно крякнув, дернул пробку зубами. В нос шибануло такой ядреной смесью сивухи, эфира и прогорклого машинного масла, что у меня мгновенно глаза на лоб полезли.

Настя и Эмми синхронно позеленели и брезгливо сморщили носики.

— Фу, какая гадость! — поморщилась Настя.

— Костя, надеюсь, ты не собираешься это пить? Еще опасный вирус какой подхватишь! — возмутилась Эмми.

Но я уже во все глаза таращился на бутыль в руке Кулебякина. В мутной жидкости плавали мелкие черные крупицы. Очень, очень знакомые крупицы…

— Архип, — медленно произнес я, силясь сохранить невозмутимое выражение лица, — А это случайно не из тех самых черных кристаллов ты первачок свой гонишь?

Изобретатель застыл с приоткрытым ртом и отчаянно заморгал.

— Ваша Светлость, да как можно-с? Вот уж не думал, что вы меня в эдаком заподозрите! Чтоб я — да из кристаллов бесценных, чистейшей воды брыльянтов, выпивку готовил? Да никогда ж в жисть…

Но наткнувшись на мой тяжелый взгляд, осекся и как-то сник.

— Дык это… А куды ж я их боле приспособлю-то? Агрегатам моим оне без надобности, сил особых не дают, я уж всяко пробовал — без толку… А настойка из энтих камушков — первый сорт получается, с ног сшибательная! Так я это, значится…

Он совсем стушевался под моим испепеляющим взором и опустил голову. Вот ведь старый черт, додумался же! Самогон из материализованной квинтэссенции Бездны гнать! Это что ж такое должно было твориться в башке у любителя дармовой выпивки, чтобы эдакое учудить? Да я, будучи Безумным Богом, в горячечном бреду до такого не докатился бы!

Короче, мне тоже очень захотелось попробовать эту сивуху из Бездны, несмотря на запах. Прямо очень захотелось. Чисто в научных целях, разумеется.

Мы еще какое-то время обсуждали детали предстоящей сделки. Кулебякин кивал, бодро тряс мою руку и клялся в вечной преданности дому Безумовых. Настя с Эмми о чем-то перешептывались, искоса поглядывая то на меня, то на изобретателя.

А я тем временем лихорадочно размышлял над странным феноменом Кулебякина. Кто он, в конце концов, такой? Гений-самородок, случайно научившийся преобразовывать неведомую энергию в физические объекты? Или за его талантом стоит что-то иное?

Эх, была не была! Пора уже разложить все по полочкам. В конце концов, у меня же есть универсальный источник информации — Книга Судьбы, доступная лишь моему внутреннему взору! Она-то мне все и выложит, как на духу.

Дождавшись, пока Кулебякин отвлечется на очередную бутылку, я незаметно выудил из его головы потрепанный черный фолиант. Открыл, пролистал до последней страницы… И обомлел. Страницы, посвященные прошлому и настоящему Архипа Кулебякина, оказались девственно чисты! Ни единой буковки, ни малейшего намека на биографию или текущие дела старого изобретателя.

Такого попросту не могло быть! У всякой живой души, у каждого мало-мальски значимого персонажа реальности, непременно должно быть прошлое и настоящее, отраженное в Книге Судеб. Пусть даже самое невзрачное, но оно обязано там присутствовать!

А тут — пустота. Словно Архип Кулебякин возник из ниоткуда, по щелчку невидимого кукловода. Ни роду, ни племени. Ни единого упоминания о том, кем он был ранее и чем сейчас живет. Зияющая дыра в мироздании, прореха в канве бытия.

Меня пробил озноб. Неужели старик и впрямь лишь фикция, вброшенная в наш мир злой волей Неведомого?

Додумать эту шальную мысль я не успел. С улицы донесся истошный вопль Перчинки, заставивший нас всех вздрогнуть. Похоже, снаружи творилось что-то неладное…

— Не трогайте меня! — кричала моя дочь, — Или я вас всех убью!

Глава 6

Ловушка с самого начала

Я захлопнул бесполезную Книгу Судеб и пулей вылетел из павильона Кулебякина. То, что предстало моим глазам, заставило кровь вскипеть от ярости. Моя дочь, тяжело дыша, стояла напротив ухмыляющегося Олега Кривотолкова и десятка его дружков. На панцире Перчинки виднелась глубокая вмятина, а из уголка рта стекала тонкая струйка крови.

Олег, стоило мне появиться, смерил меня презрительным взглядом. Его холеные губы исказила брезгливая гримаса.

Я стиснул кулаки, едва сдерживая желание броситься на обидчиков Перчинки и раскатать их в блин. Как они посмели поднять руку на мою дочь⁈

— Ну надо же, кто к нам пожаловал! Костя Безумов собственной персоной. И его гарем фриков и уродин, — издевательски протянул Олег. Его прихвостни, какие-то мелкие дворяне, угодливо загоготали, словно это была бог весть какая остроумная шутка, — Как мне сообщили — вы только пришли и уже затеяли пару драк?

Перчинка зашипела от злости, лихорадочно озираясь по сторонам в поисках подходящего оружия. Подоспевшие Настя и Эмми тоже еле сдерживались, готовые в любую секунду ринуться в бой.

Я, стараясь сохранять хладнокровие, неторопливо вышел вперед. Мой взгляд впился в физиономию Олега, словно пытаясь прожечь в ней дыру.

— Что здесь произошло? — спросил я у Перчинки, положив ей руку на плечо. Исцеляющая сила хлынула в духовные потоки моей дочери.

— Они напали на меня… без предупреждения… — процедила мирмеция, неприязненно глядя на Олега.

— Ложь, — с усмешкой произнес он, — Все видели, что первая начала ты. Ты толкнула одного из моих друзей!

Его дружки одобрительно закивали, глядя на нас с усмешками.

Я отметил, что Кривотолков стал заметно сильнее с нашей последней встречи. Он явно тренировался. Его правая рука, сломанная мной в жестокой стычке, полностью зажила.

— Следи за языком, Кривотолков. Не увеличивай список своих грехов, — процедил я.

— Ой, напугал! — Олег картинно всплеснул руками и состроил притворно-испуганную гримасу, — Может разберемся как мужчины? Дуэль, три на три. Ты со своими подстилками против меня и моих бойцов. Или слабо, а, Безумов?

— А чего не один на один? — парировал я, прищурившись, — Поджилки трясутся?

— Ты слишком крыса, чтобы с тобой драться один на один, — процедил Олег, — В прошлый раз твоё мошенничество не удалось вскрыть, но я на один и тот же трюк дважды не попадусь!

Я хмыкнул и принялся мысленно прикидывать расклад сил. Будь мы один на один, я бы уделал Олега без особого труда, даже учитывая его усиление. Но тройная дуэль с двумя его подпевалами — это уже совсем другой коленкор. Не ровен час, мои девочки пострадают.

Хотелось бы просто набить всем им морду без лишних разговоров… Впрочем, можно поступить чуть иначе. Более эффективно. Преподать им всем урок, который они еще надолго запомнят.

— Я принимаю вызов, Кривотолков, — наконец произнес я, — Только потом не жалуйся.

Олег хищно осклабился и скомандовал своим людям приготовиться. Настя, Эмми и Перчинка тоже встали в боевые стойки, сосредоточенно сверля противников глазами. По моему телу побежали искорки духовной силы, концентрируясь в кулаках.

Вокруг нас уже собралась приличная толпа зевак, предвкушающих эффектное зрелище. Дуэли между золотой молодежью — явление нередкое на ежегодных Соборах.

К нам подошли двое степенных пожилых аристократов в богато расшитых кафтанах — вызвались быть секундантами. Один из них, с аккуратной седой бородкой, откашлялся и произнес:

— Значится, дуэль у нас тройная. Участвуют княжич Олег Кривотолков со своими людьми и княжич Константин Безумов со своими… гм… спутницами. Ставка?

— Сто тысяч с участника, — сказал я.

Олег молча кивнул.

— … сто тысяч рублей с участника, итого банк шестьсот тысяч, победитель забирает все.

— Какое оружие разрешено? — деловито осведомился второй секундант, лысоватый и длиннолицый.

— Кулаки и духовная сила, — бросил Олег, — Ну и артефакты разрешаю, какие есть.

Я кивнул, показывая свое согласие. Настя и Эмми тоже не возражали.

— Дуэль прекращается, ежели кто сдастся, помрет или не сможет продолжать бой, — продолжил бородач, — Ну что, господа, готовы начинать?

Олег и я молча разошлись в стороны, не сводя друг с друга глаз. Мои девочки и два дружка Олега тоже заняли исходные позиции. В воздухе сгустилось напряжение.

Седобородый секундант поднял руку и резко опустил:

— Начали!

Нас с Олегом словно ветром сдуло с места. Мы сшиблись посреди импровизированной арены, сцепившись в яростной схватке. Вокруг засверкали вспышки боевой магии.

Один из прихвостней Олега атаковал первым, швырнув в Эмми сгусток ядовито-зеленой кислотной слизи. Та лишь небрежно взмахнула рукой, и слизь с шипением испарилась, встретившись с потоком раскаленного воздуха. В ответ Эмми сотворила пылающий огненный шар и запустила его прямо в противника. Тот отчаянно прыгнул в сторону, пытаясь увернуться. Край огненного сгустка все же зацепил его руку, заставив взвыть от боли.

Настя в это время ловко сплетала сложную иллюзию, дезориентируя второго бойца Кривотолкова. Парень ошарашенно заморгал, крутя головой, не в силах понять, где реальность, а где обманка. Кажется, Настя поменяла для него низ с верхом или что-то типа того…

Воспользовавшись его замешательством, Настя молнией метнулась вперед и оглушила незадачливого вояку точным ударом по лбу.

— Мочи! Бей их, батя! — подбадривала нас Перчинка, потрясая кулаками, — Ногами по почкам их!

Тем временем мы с Олегом сцепились не на шутку. Его удары были стремительны и точны, я едва успевал их блокировать. Сказывалась недюжинная сила Кривотолкова, помноженная на лучшие артефакты и новейшие боевые техники его рода. Кажется, он находится под усиливающими стимуляторами, очень мощными…

Кажется, мне придется стать более серьезным, если я хочу закончить бой быстро.

Олег рванул вперед, занося кулак для сокрушительного удара. С его пальцев сорвались ослепительные огненные сгустки, жадно впившиеся в мой покров. Его поверхность затрещала под чудовищным напором пламени. Я зарычал от боли, когда один из сгустков прожег сферу и обжег мне руку.

Олег торжествующе осклабился:

— Что, Безумов, жарковато стало? Так я еще и не начинал!

Он стал сильнее. Заметно сильнее, чего уж там, да еще и за короткий промежуток времени.

Я сосредоточился, щедро зачерпывая Энергию Бездны. И тут же под моей кожей вздулись вены. Из моих пальцев вырвались длинные щупальца, затянутые пульсирующими узлами жил. Они опутали Олега, впившись в его плоть сотнями крохотных зубов, высасывая духовную силу. Олег истошно заорал, судорожно забился, пытаясь освободиться. Но хватка отростков была подобна стальным тискам.

Воспользовавшись заминкой, я прыгнул вперед и от души врезал Олегу коленом в челюсть. Его голова мотнулась назад, как у тряпичной куклы. Кривотолков пошатнулся, сплюнул сгусток крови, но устоял на ногах. В его глазах пылала лютая ненависть.

Собрав остатки сил, Олег ринулся на меня в последней отчаянной атаке. Над его головой закружились пылающие огненные кольца, готовые в любой момент сорваться и испепелить меня дотла. Я вскинул руки, готовясь принять удар.

Но внезапно Кривотолков замер, застыв в неестественной позе. Его глаза расширились от шока и недоумения. Из приоткрытого рта вырвался сдавленный хрип.

Я перевел взгляд ниже и расплылся в довольной ухмылке. Прямо в солнечное сплетение Олегу упирался кончик длинного костяного шипа, выросшего из мостовой.

Откуда он тут взялся?

— Сдавайся, Кривотолков, — процедила Настя, склонив голову набок. Она стояла в десяти шагах от нас, вытянув руку в сторону Олега, — Иначе проткну тебя насквозь.

Оба дружка Кривотлкова, битые, лежали на земле. Эмми победно поставила на одного из них ножку в каблуке.

— Ты блефуешь, — выплюнул Кривотолков, — Это просто иллюзия. Ты просто воздействуешь на мои нервные окончания… я знаю такие трюки!

— А ты рискни, проверь, — прищурилась она, — Если не ссыкло. Но если дернешься — сдерживаться не буду!

Олег несколько секунд таращился на нее, открывая и закрывая рот. А потом обмяк, признавая поражение.

— Сдаюсь, — глухо произнес он, — Вы победили.

— Дуэль окончена! — торжественно провозгласил седобородый секундант, — Победа в поединке присуждается Константину Безумову и его спутницам!

Настя махнула рукой, и шип (разумеется, иллюзорный) развеялся. Я тоже втянул назад свои щупальца, освободив Олега. Тот, поняв, что его развели, грязно выругался.

Толпа вокруг нас разразилась восторженными криками и аплодисментами. Кое-кто даже принялся скандировать мое имя. Надо же, а я думал, на этом Соборе у меня нет поклонников.

Настя и Эмми бросились ко мне, радостно визжа. Перчинка светилась от гордости. А я стоял посреди этого хаоса, чувствуя, как губы сами собой расползаются в довольной улыбке. Как бы то ни было, мы сделали это. Утерли нос зарвавшемуся выскочке Кривотолкову. Может эта победа и не изменит весь мир, но зато самолюбию аристократишки нанесен серьезный удар.

Подойдя к секундантам, я небрежно сгреб свой выигрыш — увесистый мешочек с золотыми монетами. Шестьсот тысяч рублей. На дуэлях порой можно неплохо заработать, знаете ли.

Наши господа противники, помятые и притихшие, сидели на мостовой, не смея поднять глаз. Ну а кто и лежал, не в силах подняться…

Они выглядели жалко, но во мне клокотала ярость пополам с отвращением. Ну уж нет, такие выходки не останутся безнаказанными.

— Ну и? Я жду, — процедил я ледяным тоном, скрестив руки на груди, — Кажется, вам есть, за что извиняться перед моими спутницами. Или мне стоит подробнее объяснить, в чем именно вы провинились?

Олег вскинул на меня злобный взгляд и дернулся было встать, но один из его приятелей удержал его за плечо. Бледный как смерть, парень что-то отчаянно зашептал на ухо своему предводителю. До меня донеслись обрывки: «Не надо… Хуже будет… Он же псих…»

У Олега на скулах заиграли желваки. Он стиснул кулаки так, что костяшки побелели. Я прямо видел, каких усилий ему стоит сдерживаться.

— Прошу прощения, — наконец процедил он сквозь зубы, обращаясь к Насте, Эмми и Перчинке, — Мы повели себя недостойно. Этого больше не повторится.

Его дружки поспешно закивали, что-то невнятно бормоча себе под нос. Похоже, им не терпелось поскорее убраться отсюда.

Но я не собирался отпускать их так просто. Сделав шаг вперед, я навис над Олегом, вперившись в него немигающим взглядом. Температура вокруг будто упала на несколько градусов. Кривотолков застыл, затравленно глядя на меня снизу вверх. В его глазах плескался страх вперемешку с ненавистью.

— Хочешь, я тебе напомню наш маленький инцидент в парке? — произнес я, склоняясь к самому его лицу, — Помнишь, чем все закончилось? Так вот, это были еще цветочки. Если ты, щенок, еще хоть раз тронешь мою семью, оскорбишь моих девочек — я сделаю так, что ты до конца своих дней больше никого не сможешь обидеть. Ты меня понял?

По мере того, как я говорил, лицо Олега серело все сильнее. Его дружки вообще сидели ни живы, ни мертвы, похожие на группу привидений. Кажется, до них начал доходить истинный масштаб опасности, которую представляет взбешенный Глава рода Безумовых.

— Д-да… П-п-понял я… — заикаясь, просипел Олег. Его взгляд заметался по сторонам, словно ища пути к отступлению.

— Вот и чудненько, — процедил я и выпрямился, — А теперь проваливайте. Живо!

Кривотолков с дружками вскочили, будто им под зад шилом кольнули, и опрометью ринулись прочь. Они спотыкались, толкались и чуть не падали на каждом шагу, явно не помня себя от страха. Толпа вокруг нас шарахалась в стороны, торопясь убраться с пути перепуганных аристократов.

Мы проводили их презрительными взглядами. Настя брезгливо поморщила носик, словно унюхав что-то дурно пахнущее. Эмми скрестила руки на груди, явно жалея, что не успела добавить трусливым недоумкам напоследок. Перчинка злорадно усмехалась, провожая беглецов взглядом.

Когда Кривотолков со товарищи скрылись из виду, я перевел дух и позволил себе слегка расслабиться.

— Все в порядке, солнышки мои, — произнес я, притягивая своих девушек поближе, — Эти олухи больше не посмеют вас и пальцем тронуть. Иначе вы сами знаете, что с ними будет.

— Еще бы они посмели! — фыркнула Настя, прижимаясь ко мне и обвивая руками за шею, — После того, как ты их припугнул, они небось теперь от одного твоего имени в дрожь бросаться будут!

— И от нашего тоже! — азартно подхватила Перчинка.

Я невольно рассмеялся, глядя на своих боевых подруг. Они у меня такие — решительные, дерзкие, никому не позволят себя в обиду дать. Даже Перчинка, хотя ей еще расти и расти. Горжусь ими невероятно!

— Что ж, девочки, на сегодня с драками завязываем, — подмигнул я, — А то как бы нас с Собора не попросили за хулиганство. Давайте посмотрим, чем еще интересным здешние умельцы порадуют. Глядишь, и прикупим чего.

— О да, шопинг — это я люблю! — оживилась Настя, беря меня под руку, — Веди, Костенька! Авось и впрямь что-нибудь эдакое приглядим.

— Не сомневаюсь, любовь моя, — усмехнулся я, — С вашей-то любовью к тряпкам и цацкам…

Под дружный хохот мы двинулись вдоль рядов с товарами. Неприятный инцидент с Кривотолковыми постепенно отошел на второй план.

И тут я резко остановился, осененный внезапной мыслью. Черт, Кулебякин! Мы так увлеклись потасовкой с Кривотолковыми, что напрочь о нем забыли. А ну как старый пройдоха со страху дров наломает? Или еще хуже — сбежит вместе со своими гениальными идеями и бесценными черными кристаллами?

— Так, девочки, погодите-ка, — сказал я, хмурясь, — Надо проведать нашего нового партнера, пока он глупостей не наделал.

— Ой, и правда! — всполошилась Настя, — Я совсем забыла про этого чудика…

— Может он того… слинял уже? — нахмурилась Эмми, — Больно ушлый тип, как по мне.

— Пусть попробует! — воскликнул я, ускоряя шаг, — Иначе я из-под земли его достану!

Мы торопливо пробирались через толпу, направляясь обратно к павильону Кулебякина. Меня не покидало нехорошее предчувствие.

Перчинка вдруг резко остановилась, словно принюхиваясь. Ее антенны интенсивно зашевелились, а глаза расширились.

— Батя, там… там что-то не то, — пробормотала она, — Чую следы мощного всплеска энергии. Совсем свежие.

Я похолодел. Рванул вперед, расталкивая зазевавшихся зевак. Девушки не отставали.

То, что предстало нашим глазам у павильона, повергло в шок.

Палатка была разгромлена. Словно ураган прошел. Или тайфун. Куски парусины грустно свисали с покосившегося каркаса. Уникальные изобретения Кулебякина, еще недавно мирно ютившиеся на прилавке, превратились в груду искореженного металла. Шестеренки, пружины, разномастные детали — все смешалось в кучу, будто кто-то специально крушил их кувалдой.

Но главное — бесследно пропали те самые черные кристаллы. Даже пустой вазочки нигде не наблюдалось.

А самого Кулебякина и след простыл.

— Нет, ну вы это видели? — пораженно пробормотала Настя, прикрывая рот ладонью, — Такое разорение…

— Где этот старый пройдоха? — стиснула зубы Эмми, сжимая кулаки, — Ни за что не поверю, что это случайность. Небось хочет так от долгов отмыться? Ох, попадись он мне…

— Тише-тише… — пробормотал я, озираясь по сторонам, — Не похоже, чтобы Кулебякин сам это сделал.

— А кто же тогда? — хмуро поинтересовалась Эмми, разглядывая обломки.

— Вот и мне любопытно, — процедил я. Внутри меня закипала ярость.

Над остатками павильона явно поработали со знанием дела. Четко, расчетливо и быстро. Словно не хотели оставлять никаких следов. Ни единого клочка бумаги, ни одной зацепки…

Но кому, черт возьми, это могло понадобиться? Кто еще знал про уникальные возможности Кулебякина и бесценные свойства черных кристаллов?

Разве что… Кривотолковы? Могли они подослать кого-то, пока мы отвлеклись на дуэль? Вряд ли, слишком мало времени прошло. Да и Олег со дружками вряд ли успели бы так быстро сориентироваться.

Нет, дело нечисто. Похоже, нас водят за нос.

Могла ли это быть ловушка? С самого начала?

Незаметные преграды, не дающие приблизиться к Кулебякину раньше времени. Затем — провокация со стороны Кривотолковых, вынуждающая ввязаться в дуэль и оставить павильон без присмотра. И в довершение — таинственный налет, стирающий все возможные улики.

Кто-то ловко разыграл этот спектакль, дергая за ниточки из-за кулис. Вынудил нас плясать под свою дудку. Мы и сами не заметили, как шаг за шагом делали именно то, что было выгодно нашему противнику.

И главное — мы до сих пор понятия не имеем, кто за всем этим стоит! Ни единой версии, ни одного подозреваемого. Только неясные намеки и смутные предчувствия…

Черт, надо было проверить Книгу Судьбы Олега… Я аж зарычал, злой сам на себя.

— Костя, что же нам теперь делать? — растерянно спросила Эмми, беспомощно комкая в пальцах кружевной платочек, — Мы… мы упустили Кулебякина. И эти его черные кристаллы. А ведь ты так радовался, что сумеем раздобыть еще…

— Эх… надо было сразу забрать у него всю партию! — с досадой воскликнула Настя, — И самого деда прихватить в охапку, силой притащить в особняк. Чего церемонились?

Я лишь стиснул зубы, прикидывая варианты. Сердце неприятно сжималось от нехорошего предчувствия. Мы попали в расставленные сети, сами того не подозревая. Купились, как малолетние щенки.

И ведь ни единого просвета, ни малейшего намека на спасительную догадку. Тупик. Будто нарочно кто-то расчищает себе путь, сметая все на своем пути…

— Что же… неведомый кукловод, ловко ты нас обставил, — процедил я, — Только рано радуешься. Это еще не конец. Безумовы так просто не сдаются.

Я взмахом подозвал девушек, собирая их вокруг себя.

— Так, не будем поддаваться панике, — сказал я как можно увереннее, — Да, нас провели. Да, мы попались, как желторотые юнцы. Но мы еще можем переиграть ситуацию.

— Как? — выдохнула Настя, во все глаза глядя на меня.

— Для начала аккуратно порасспросим народ, — ответил я, — Может кто чего видел или слышал. Любая мелочь может оказаться полезной.

— Точно! — подхватила Эмми, — Нельзя же, чтоб вообще никто ничего не заметил!

— Угу, — кивнула Перчинка, — Даже если этот кто-то — сам Кулебякин. Вдруг он и впрямь сам все это провернул?

— Сомневаюсь, но и эту версию со счетов не сбрасываем, — хмуро произнес я, — Одно могу сказать точно — тот, кто за всем этим стоит, еще пожалеет, что связался с Безумовыми. Он у меня свое еще получит.

Девушки дружно кивнули, глядя с мрачной решимостью. Да, нас поставили в тупик. Но мы еще повоюем.

Пора перейти в контрнаступление.

Глава 7

Влип по полной

Итак, мы решили действовать. Настя с Эмми отправились выспрашивать у свидетелей, не видел ли кто чего подозрительного. А мы с Перчинкой двинулись по следу предполагаемых похитителей — моя дочурка-мирмеция при помощи своих антенн уловила слабый отпечаток ауры Кулебякина. Не факт, что это выведет нас на верный путь, но хоть что-то.

Пробираясь через толпу, через анфилады залов и переходов, через скопления павильонов, мы постепенно удалялись все дальше от центра Технологического Собора. Перчинка сосредоточенно шевелила усиками, вынюхивая вибрации, ауры и запахи, прямо как ищейка. Я не отставал, зорко поглядывая по сторонам — мало ли, вдруг злоумышленники все еще неподалеку.

Увы, в какой-то момент Перчинка вдруг сбилась и растерянно захлопала глазами.

— Батя, я это… — смущенно пробормотала она, — Кажись, потеряла след. Тут столько народу вокруг шастает, все ауры перепутались!

Я чертыхнулся про себя, но постарался не подать вида. Ну да, не мудрено — в такой толчее поди разбери, кто есть кто. Одна надежда, что дочка сумеет засечь искомый фон…

Задумавшись, я машинально глянул себе под ноги. И тут мой взгляд выхватил на мостовой неприметную визитную карточку в готическом стиле. Я наклонился, подобрал ее, повертел в пальцах. Хм… какой-то мелкопоместный аристократишка, судя по замысловатой вязи и кичливому гербу. Ба, так ведь это же один из тех быдло-помещиков, что сегодня Перчинку задирали! Лихая гоп-троица, которых мы без проблем раскидали…

Неужели опять они? Ну не верю я в такие совпадения.

— Дочь, глянь-ка, — окликнул я мою мирмецию, протягивая ей визитку, — Чуешь чего знакомое?

Перчинка старательно общупала антеннами картонный прямоугольник, даже лизнула его для верности. И разочарованно помотала головой:

— Неа, ничегошеньки. Ни капельки ауры этого Кулебякина тут нет. Прости, батя…

Я ободряюще похлопал дочурку по плечу:

— Ничего, солнышко, бывает. Спрячь визитку пока, потом разберемся. Надо будет с этим хлыщом потолковать по душам, выяснить, как его визитка здесь очутилась. Хотя, скорее всего, просто обронил по дороге… Ладно, потом, все потом. Пошли пока к нашим вернемся, сверим, кто чего накопал.

Увы, как выяснилось при встрече, ни у Насти с Эмми, ни у нас особых успехов не случилось. Никто из потенциальных свидетелей ничего путного не видел. В момент погрома и похищения все как будто ослепли и оглохли. Ну или просто наблюдали за нашей дуэлью с Кривотолковыми.

Служба Безопасности Собора тоже не спешила идти навстречу. Эти сухари в мундирах даже разговаривать с нами не пожелали, не то что доступ к записям камер наблюдения предоставить. Все, мол, слишком заняты, не до вас, господа хорошие. Ищите своего пропавшего умельца сами, коли припекло… Как его фамилия… Кулебякин? А, это тот самый… Ну дня через три приходите писать заявление, если он сам не объявится…

Я аж зубами скрипнул от злости. Но делать нечего, пришлось отложить это дело на потом.

Мы устроили небольшой военный совет, прикидывая дальнейшие планы. В одном сошлись — надо действовать тоньше и не привлекать лишнего внимания. Кто бы ни был наш таинственный недоброжелатель, явно ведь не дурак. Раз сумел так ловко заметать следы, значит и впредь будет действовать исподтишка. А нам оно надо светиться?

Поэтому дальше действовали по плану. Я надавил авторитетом на местных торговцев и заставил их продать нужное оборудование. А что, сами виноваты — нечего было Бельским в рот заглядывать! Князья-то далеко, а злой княжич Безумов — вот он я, совсем рядом. Проявляю чудеса красноречия и убедительности. Куда там этим сухарям из Службы Безопасности!

Закупка оборудования много времени не заняла. Продавцы только жалобно поскуливали, да косились на дюжих охранников, но цену задирать не решались. Знали, с кем имеют дело. Князь Безумов просто так от своего не отступится!

Закупленные приборы, станки и ингредиенты отправили к Никодиму на алхимическое предприятие — пусть налаживает полный цикл производства. Это оборудование — как раз последнее, что ему недоставало. Красный Сгуститель потечет рекой…

Ну и, разумеется, купил девчонкам подарки — новые платья, наряды и украшения. Перчинка получила тот самый новомодный арбалет. Эмми — танцующую балерину с продвинутым ИИ. Настя — какую-то куклу для магии Вуду… В первый раз про такую слышу, не знаю, зачем она ей нужна… Ну раз хочет, мне не жалко.

Уладив дела, мы покинули Технологический Собор. Девчата мило щебетали, обсуждая покупки. Я пребывал в некоторой задумчивости. История с Кулебякиным не давала покоя. Надо было как следует все обмозговать, составить план дальнейших действий…

Однако я был твердо уверен в одном. Кто бы ни пытался встать на пути клана Безумовых — у него ничего не выйдет. Мы везде достанем негодяя. Из-под земли выкопаем, по молекулам просеем. Но своего добьемся.

И не будь я Константин Безумов, если не верну и старого умельца, и его гениальные черные кристаллы. Кровь из носу, но верну.

* * *

Черный лимузин с тонированными стеклами плавно скользил по улицам Синегорья, увозя прочь от Технологического Собора двух пассажиров. Олег Кривотолков — молодой, дерзкий, с аристократически бледным лицом и капризно поджатыми губами. И Вадим — как обычно суровый и собранный, в черном длиннополом плаще.

Олег откинулся на мягкие кожаные сиденья, морщась и потирая ноющую челюсть. Недавняя дуэль с Безумовым, проигранная с позором, оставила на нем неизгладимый отпечаток. И дело было не столько в боли, сколько в уязвленной гордости.

— Держи, — процедил он, швыряя на колени Вадиму несколько массивных золотых амулетов с грубо ограненными алыми камнями, — Вот, добыл я образцы ауры этих проклятых Безумовых. Как и велели. Доволен?

Вадим невозмутимо подобрал амулеты, повертел в пальцах, придирчиво разглядывая.

— Все четверо? — уточнил он, — И сам Безумов, и его девки?

— А то, — фыркнул Олег, скрещивая руки на груди, — Серый и Ден тоже при амулетах были. Уж я-то проследил.

Он раздраженно дернул плечом:

— И зачем только весь этот цирк с конями? Продули мы, еще и опозорились на весь Собор. Лучше бы Тень по-тихому амулеты к Безумовым прицепил…

Вадим лишь покачал головой, пряча артефакты во внутренний карман плаща.

— Нельзя было рисковать. Безумов, конечно, идиот, но идиот опасный и подозрительный. Заметил бы чужую ауру рядом — сразу что-то заподозрил бы. А публичная дуэль — лучшее прикрытие. И отвлекающий маневр опять же…

Последнюю фразу он пробормотал еле слышно, скорее сам себе.

— В смысле? — нахмурился Олег, — Для чего еще отвлекать надо было?

Вадим посмотрел на молодого княжича долгим испытующим взглядом. Достал из портсигара папиросу, неспешно прикурил.

— Не бери в голову, — наконец уронил он, — Не твоего ума дело. Главное, свою часть работы ты выполнил. Амулеты добыл, и на том спасибо.

— Эй, ты чего это? — вскинулся Олег, гневно раздувая ноздри, — Я, между прочим, тоже Кривотолков! Наследник! Имею право знать, какие дела клан проворачивает!

Вадим лишь скептически приподнял бровь:

— Вот как княжить начнешь — тогда и будешь в курсе всего. А пока молод еще, горяч. Дела наши тонкие, это тебе не дуэли да попойки. Некоторые решения надо очень быстро принимать, почти спонтанно. Тут чуйка и опыт нужен, — он постучал себя пальцем по виску, — Которого у тебя еще нет.

— Да уж куда мне, — прошипел Олег, отворачиваясь к окну, — Я ведь только мальчик для битья. Меня даже на семейный совет не пустили! Представляешь, Дарья вышвырнула взашей, как шелудивого пса! И хоть бы кто слово сказал…

В голосе княжича послышались откровенно обиженные нотки.

Вадим вздохнул, стряхивая пепел в хрустальную пепельницу.

— Вольдемара-то вон зауважали, — продолжал бушевать Олег, — Этого германского выскочку! Надо же, какая честь — аж слово ему дали! А чем я хуже? Я между прочим родной сын князя, а не заморский прихвостень!

— Вольдемар и его род давно доказали Кривотолковым свою преданность и силу, — наставительно произнес Вадим, — Потому и снискал доверие твоего отца. А ты? Только и знаешь, что по клубам прожигать жизнь. Вот скажи, когда ты в последний раз на тренировке был? То-то же. А Безумову сегодня почему продул? Хотя тебя знатно накачали стимуляторам в рамках подготовки к турниру.

Олег покраснел до корней волос и отвел взгляд.

— Так он же… он…

— Сильнее оказался? — подсказал Вадим, — Умнее? Хитрее? Так может потому, что трудится не покладая рук? Девок своих гоняет, новые приемы осваивает. И ты давай, подтягивайся. А то смотри, папенька совсем другого наследничка назначит. Дарью там или Орвила кузена…

— Не посмеет! — вскинулся Олег. Его глаза полыхнули яростью, — Я ему такого не прощу!

Но в голосе княжича явственно послышались испуганные нотки. Видать, и сам понимал — недалек от истины Вадим в своих предсказаниях…

— В общем, подумай над этим на досуге, — подытожил виконт, туша окурок, — А пока постарайся не испортить то, что уже сделано. От этих амулетов многое зависит.

— Да что с ними маменька делать-то будет? — не унимался Олег, — Просто ж безделушки с частичками ауры!

Вадим закатил глаза:

— Ой, темнота… госпожа Илона как раз и занимается такими «безделушками». Между прочим, на их основе можно отличную боевую тактику против конкретных Одаренных выработать. И по слабым местам их бить, и уязвимости всякие вычислить… Да мало ли! Наши люди по всему Синегорью уже давно рыщут, у всех участников турнира образцы духовной силы добывают…

— А-а-а… вот оно чё… Выходит, мы заранее всех противников изучим? — восхитился Олег в полный голос, — Круто! А на Соборе, стало быть, самых опасных конкурентов вычисляли?

Вадим снисходительно хмыкнул:

— Ты б еще на площади об этом проорал… Да, вычисляли. И твоя дуэль с Безумовым — часть плана.

— А чего сразу-то мне не сказали… — начал было Олег, но вассал жестко оборвал его:

— Все, закрыли тему. Не твое дело. Сиди и радуйся, что по незнанию не провалил ничего. Вот станешь таким же незаменимым бойцом, как Вольдемар — тогда и посвятим во все хитрости. А пока изволь папеньку слушаться и не путаться под ногами.

Олег насупился, но спорить не стал. Лишь пробурчал себе под нос что-то вроде «ну и ладно, очень надо было». Однако глаза его горели решимостью.

«Этот виконтик слишком много возомнил о себе, после того, как отец его возвысил после заварушке на транспортной базе в Диких землях», — раздраженно подумал Олег, — «Небось уже правой рукой князя себя считает…»

Тем временем машина подъехала к величественному особняку клана Кривотолковых. Вадим и Олег выбрались наружу и направились к парадному входу. Впереди их ждал непростой разговор с князем и княгиней. Судьба грядущего турнира потихоньку начинала решаться.

Вот только не ведали ни молодой княжич, ни матерый вассал, что день сегодняшний принесет не только удачи, но и провалы…

* * *

Завязанный пакет на голове сильно затруднял дыхание. Кулебякин, скорчившись на заднем сиденье несущейся невесть куда машины, тяжело дышал и обливался холодным потом, тщетно пытаясь унять колотящееся сердце. Страх липкими щупальцами стискивал горло, мысли путались.

Где он? Кто его похитил и зачем? Что теперь с ним будет?

Последнее, что Кулебякин помнил — как он мирно беседовал с княжичем Безумовым в своей палатке на Технологическом Соборе. Ну как беседовал — больше заискивал и лебезил, стремясь всучить княжичу побольше своих диковинных изобретений. Уж больно уверенным показался ему этот Безумов. С такими лучше дружить, авось и выгорит что по жизни…

А потом, как княжич убежал по своим делам, вдруг раздался оглушительный треск, в палатку ворвались какие-то люди в масках и с оружием. Двое схватили Кулебякина, скрутили и поволокли прочь. Он брыкался, вопил, грозил всеми карами небесными, но куда там! Его запихали в машину, грубо пнув под зад. Напоследок натянули на голову вонючий пакет и приказали заткнуться, для убедительности приставив к виску что-то холодное и твердое. Не иначе как дуло пистолета.

С тех пор Кулебякин потерял счет времени. Машина петляла, виляла, подскакивала на ухабах, но неумолимо уносила его… прочь от города? Старик скулил, ерзал и молил о пощаде, но похитители были непреклонны. Если он не затыкался сам — затыкали силой. Разок даже приложили рукоятью по зубам. Кулебякин взвыл от боли. Все, понял он. Влип по самое не балуй. Видать, большие шишки его похитили, раз так лютуют. Но за что? Неужто прознали про его гениальные изобретения? Про автоматическую расческу для бровей или завиватель волос на заднице? Явно что-то из этих двух… Так он же никому не рассказывал, да и сам толком принцип их создания не понимал! Оно как-то само выходило, по наитию…

Внезапно машина резко затормозила, взвизгнув покрышками. Кулебякина швырнуло вперед, протащило лицом по шершавой обивке сидений. Он вскрикнул, хватаясь руками за голову, но тут же получил увесистый подзатыльник и грубое:

— Заткнись, падаль! Приех…

И тут снаружи послышались крики, звон разбитого стекла, грохот выстрелов. Кулебякина кто-то повалил в пространство между сидениями.

— Сколько их?

— Не знаю… мля-я-я…

— Вон, там, в кустах!

Видать, напали на них! Но кто? Местные бандиты? Или того хуже — Аномалии? Кулебякин затрясся всем телом. Что же делать, как уносить ноги? А ну как сейчас и его, грешного, пристрелят за компанию? По ошибке али с перепугу?

Додумать Кулебякин не успел. Дверца машины распахнулась, и грубые руки вышвырнули его наружу. Старик шмякнулся на холодную землю, взвыв от боли в ушибленных боках. Но страх придал сил. Перекатившись на живот, Кулебякин резво вскочил на четвереньки и опрометью ломанулся прочь. Он сам не понимал, куда бежит — лишь бы подальше от этого кошмара! За спиной звучали выстрелы и крики, подстегивая его…

Увы, далеко уйти не удалось. Не прошло и минуты, как в спину ему что-то с силой ударило. Ноги мгновенно отнялись, и Кулебякин снова растянулся на земле, судорожно хватая ртом воздух.

Кто-то схватил и поволок его (за шиворот, как нашкодившего кутенка) по камням, колдобинам, через заросли кустарника. Ветки хлестали по лицу, раздирали одежду, но Кулебякин даже пикнуть не смел. Лишь дрожал всем телом да жалобно скулил, моля Бога о спасении.

Когда его наконец опустили на землю и сдернули пакет с головы, Кулебякин зажмурился от резанувшего по глазам света. А открыв глаза, охнул от неожиданности. Вокруг столпились четверо неизвестных в черных масках, зловеще поблескивая оружием. Трое были мужчинами мощного телосложения. Вокруг них сверкали яркие покровы — Одаренные!

Четвертой оказалась женщина — стройная, затянутая в черный плащ, который скрывал большую часть ее тела. Незнакомка стояла чуть в стороне, будто руководя всем этим безобразием.

— Ты кто такой? — грубо рявкнул на Кулебякина один из громил, — На кой тебя эти хмыри увезти пытались?

— Я… я… — залепетал Кулебякин, отчаянно трясясь от страха, — Я просто изобретатель! Кулебякин моя фамилия! Делаю всякие техномагические штучки, станки там, двигатели разные… Понятия не имею, кому я мог понадобиться! Видать, позарились на мои гениальные творения, вот и похитили, ироды…

Трое мужчин переглянулись и удовлетворенно кивнули. Как будто услышали, что хотели.

По правде говоря, и сам Кулебякин не знал, почему его похитили. Но признаваться в этом незнакомцам, конечно же, не собирался.

Он с надеждой вскинул на них заплаканные глаза:

— Может, отпустите вы меня, а? Я ж не нужен никому, дома сидеть буду, носа не высуну… Только не убивайте, Христа ради! Долги все обязуюсь вернуть до копеечки!

— Молчать! — рявкнул второй громила, пребольно пнув Кулебякина носком сапога, — Здесь мы вопросы задаем. Это ты же черные кристаллы из энергий Аномалий создаешь, м-м-м?..

У Кулебякина душа ушла в пятки. Значит, и эти про его секрет прознали! Все, теперь точно живым не выпустят…

— Н-ничего у меня не… — слабо запротестовал он, — Это все слухи, враки, понимаешь… Я ж простой умелец, разве мне такое по силам?

Договорить он не успел. Женщина в плаще, все это время молча наблюдавшая за происходящим, вдруг шагнула вперед. От нее исходила странная аура силы и непоколебимой уверенности в себе, заставившая Кулебякина вжаться в землю. А еще от нее почему-то пахло чем-то сладким… Духи какие-то? Он затравленно смотрел на незнакомку, не понимая, чего ждать.

— Хватит увиливать, — процедила она низким грудным голосом, — Я видела, на что ты способен. И твои знания мне очень пригодятся. Так что будь послушным. Иначе…

Она красноречиво провела ребром ладони по горлу.

— Н-нет, прошу, не надо! — взвыл Кулебякин не своим голосом, — Я все расскажу, все сделаю, только не убивайте!

— То-то же, — усмехнулась женщина, — Вот и славно. Служи преданно нашему роду. Глядишь, и сохранишь свою никчемную жизнь. Пока что.

Она повелительно взмахнула рукой, и громилы вздернули Кулебякина на ноги. Однако в глазах одного из них, самого субтильного, на миг промелькнуло что-то странное. Будто отблеск пульсирующей сиреневой дымки.

— Мля-я-я… что со мной… — пробормотал он.

Госпожа бросила на него быстрый взгляд, тот помотал головой и склонился в почтительном поклоне. Отблеск в его глазах пропал.

— Простите, госпожа Пер…

— Без имен! — рыкнула на него предводительница.

— Простите… — повинился тот, — Можно мне… еще немного вашего экстракта из шипов?

— Позже, — отрывисто бросила она.

Кулебякин замер, силясь понять, что бы это значило.

Но размышлять было некогда. Ему снова натянули пакет на голову и куда-то поволокли. Кулебякин брел, спотыкаясь и кряхтя от натуги, чувствуя, как сердце заполошно колотится в груди. Мысли путались, обрывки безумных планов роились в голове.

Надо бежать. Надо придумать, как спастись от этих головорезов. Иначе они вытрясут из него все секреты, а потом прикончат за ненадобностью. И поминай как звали гениального изобретателя Архипа Кулебякина!

Но куда бежать? Как? Он ведь даже не знает, где находится! Может статься, уже за тридевять земель от Синегорья… А уж про загадочную четверку и говорить нечего — от таких ему ни за что не скрыться. Особенно от этой пугающей дамочки в плаще. Уж больно лютая и беспощадная, с ней шутки плохи…

«Ох, влип ты, Кулебякин, ой влип», — тоскливо думал старик, вышагивая вслепую, — «Знать, на роду тебе написано сложить буйну голову невесть где от рук лихих людей. А все из-за твоей дурной башки, науку превыше жизни ставящей! И ведь помочь-то некому, заступиться… Разве что чудо спасет, ан чудес в мире нашем лихом-то и не бывает почти…»

Глава 8

Злая волкодевочка

Актовый зал Синегорского училища для Одаренных буквально гудел от напряжения и возбуждения. На стенах в массивных золоченых рамах висели портреты великих Одаренных прошлого, взирающих на нас с немым укором. Гербы знатных родов, украшающие своды зала, будто оживали в свете магических светильников, подчеркивая всю значимость момента.

Ещё бы, ведь наш декан, почтенный магистр Белозеров, только что огорошил всех собравшихся невероятной новостью.

— Сам Император соизволит посетить наше учебное заведение с визитом! — вещал он с трибуны, — И это ещё не всё. Приурочено сие событие будет к открытию грандиозного турнира между лучшими учащимися школы. Главным призом станет ни много ни мало легендарный артефакт Безумного Бога, обладающий поистине невероятной силой — Черное Солнце!

Я стоял у дальней колонны, скрестив руки на груди и всеми силами пытаясь сохранять невозмутимый вид. Но в душе все ликовало и переворачивалось. Наконец-то судьба даёт мне реальный шанс проявить себя и доказать, что на Безумовых рано списывать со счетов! Ещё посмотрим, кто кого.

Но Черное Солнце, Артефакт Безумного Бога… Поневоле закрадываются мысли — что же это может быть за диковина такая? Не припоминаю, чтобы у меня в бытность Божеством, такая была. Возможно, это на самом деле нечто знакомое мне, но под другим названием, а истинное затерялось под слоем тысячелетий…

— Черное Солнце, это что? — спросил я у стоявшего неподалеку Коляна.

Тот мазнул по мне напряженным взглядом и как бы нехотя ответил:

— Древний Артефакт, которым владеет семейство Государя Императора. Говорят, обладает какой-то запредельной силой. Государь уже провел два турнира — в Столице и на юге Империи. И там два осколка Чёрного Солнца получили члены выигравших родов. Наша Синегорская область оказалась третьей на очереди, и это большая честь.

М-м-м… значит речь не обо всем артефакте, а лишь о его осколках…

— Хм… и почему я о таком последним узнаю? — проворчал я.

Тот усмехнулся.

— Если бы ты в прошлом так старательно уроки не прогуливал, то знал бы…

— Ой всё, — отмахнулся я.

Раз приз связан с САМИМ Безумным Богом (то есть мной) и хранился у Романовых, по определению не может быть какой-то банальной магической безделушкой.

— И с чего вдруг Его Императорское Величество расщедрилось на такое? — вслух произнес я, — Слишком уж щедро, подозрительно прямо.

— Основная теория такая, — сказал Колян, — Это ответ Государя на увеличивающуюся активность Аномалий. Он хочет усилить боевые рода Одаренных и поэтому расчехляет закрома Романовых. Те дворянские рода, которые покажут наивысшую боевую силу, будут возвышенны и усилены. За боевую мощь Царь-Батюшка будет поощрять.

Я кивнул. Ясно одно — заполучить такую вещицу отныне для меня дело чести, и можете не сомневаться, своего я добьюсь. Победа будет за мной, и никак иначе!

Магистр Белозеров лишь на секунду умолк, а зал уже наполнился гулом множества голосов, сливающихся в единый возбужденный рой. Юные аристократы повскакивали с мест, яростно жестикулируя, сверкая глазами, наперебой выкрикивая имена своих родов. Ещё бы, каждый заранее примерял лавры победителя и уже грезил о том судьбоносном моменте, когда он предстанет пред светлые очи Императора, держа в руках бесценный трофей.

Краем глаза я заметил, как вальяжно развалившийся на стуле Олег Кривотолков брезгливо сморщил свой длинный породистый нос и высокомерно процедил, обращаясь к своим прихлебателям:

— Надеюсь, организаторы этого балагана хотя бы озаботятся тем, чтобы не подпускать к состязанию всякий плебейский сброд. А то будет совсем несолидно, если знатным Одаренным придется якшаться с простолюдинами… или низкосортными нищими дворянами. Фу, даже думать противно!

Недобрый взгляд Олега скользнул в мою сторону и я одарил его самой обворожительной из своих улыбок. Ну давай, павлин недоделанный, подавись своей желчью. Уж я постараюсь, чтобы твоя физиономия вытянулась от досады, когда Безумов одолеет всех в честной схватке.

Олег поспешил от меня отвернуться. Видимо, вспомнил о нашей недавней стычке на Технологическом Соборе.

Мой взгляд скользил по рядам. Кривотолков, да и я сам, имели на турнире и других соперников, не менее грозных. Вон хотя бы Афина Рогозина, восседающая неподалеку. Эта роскошная белокурая красотка, гордость и отрада древнего рода Рогозиных, смотрела на Олега, как удав на кролика, и в её холодных голубых глазах я без труда прочёл обещание грядущих неприятностей. А на ее губах застыла милая, слегка безумная улыбка.

Рядом с Афиной сидела Марья Шульц — страстная брюнетка с пылающим взором и на редкость бойким языком. Марья и Афина сами по себе друг друга на дух не переносили, но тут у них появилась общая цель. Ведь их рода — вассалы Соколовых. Скорей всего именно эти две девицы выступят в одной команде со Светланой Соколовой. Уж не сомневаюсь, эта парочка сделает все, чтобы подпортить Кривотолковым кровь.

Мой лучший и, по сути, единственный друг Колян, по прискорбному стечению обстоятельств, являющийся простолюдином, приуныл и сник, растеряв весь запал. Завистливо вздохнув, он пробормотал:

— Да уж, куда уж нам, безродным, тягаться с этими расфуфыренными снобами. Размажут и не поморщатся, как таракана.

В ответ я ободряюще похлопал его по плечу:

— Эй, ты чего нос повесил? Соберись, тряпка! Мы ещё покажем этим надутым индюкам, где раки зимуют. Прорвемся! В конце концов, ты же мой кореш, а я своих в беде не бросаю. Так что не переживай, все будет чики-пуки. Можем с тобой во внеурочное время позаниматься, подтянуть кое-какие боевые навыки…

Сияющая физиономия Коляна и энергичное, до хруста, рукопожатие были мне достойным ответом. Вот и славно, а то чего-то совсем он приуныл.

А магистр Белозеров меж тем продолжал свою вдохновенную речь, не скупясь на цветистые эпитеты:

— … и посему первый этап турнира будет проводиться в формате групповых сражений. Все участники будут разделены на группы, внутри которых начнутся поединки. Каждый боец получит возможность помериться силами с каждым в режиме «каждый сам за себя». За победу каждый участник будет приносить своей команде очки. По итогам этой, не побоюсь этого слова, ЭПИЧЕСКОЙ битвы, определится восьмерка сильнейших команд, которая и сойдётся в поединках на выбывание уже в финальной турнирной сетке. Таким образом, в финал пройдут всего две команды. Но! Даже те, кто не попадет в заветную восьмёрку, не должны отчаиваться! Ибо помимо главного приза, для всех участников приготовлено ещё много ценных наград и сюрпризов. Так что борьба предстоит жаркая и бескомпромиссная!

Зал взорвался восторженными воплями и аплодисментами. Я тоже позволил себе одобрительно хмыкнуть. Неплохой формат, ничего не скажешь. Хотя, будь моя воля, сделал бы чуть иначе.

Внезапно у моего плеча материализовались мои боевые подруги — Настя и Эмми. Они опоздали на основную часть. Но вид у девчонок был крайне решительный и воинственный. Пылая праведным гневом, Настя прошептала мне на ухо, косясь в сторону Кривотолкова:

— Костя, ты же понимаешь — тебя попытаются слить с турнира самыми подлыми методами. Давай лучше кое-кого первыми траванем, упреждающий удар нанесем… Мне Перчинка уже подсказала пару интересных рецептов…

— Мы с Настей будем начеку и присмотрим за тобой, — поддакнула Эмми, — Но и ты сам не подставляйся, ладно? Эти гады любую слабину используют.

Я расплылся в довольной улыбке и ласково потрепал своих верных соратниц по щекам. Их серьезные моськи после такого насупились и стали еще милее.

— Спасибо, девчонки! Что бы я без вас делал? Зуб даю — с такой надежной группой поддержки нам сам черт не брат.

Дело было за малым — собрать побольше информации. Тем более сейчас была отличная возможность.

Я неспешно двинулся вдоль рядов, зорко высматривая свободное местечко. Настя и Эмми деловито семенили позади, не отставая ни на шаг, словно верные оруженосцы. Вокруг гудела, переливалась всеми цветами радуги и щебетала разряженная толпа юных аристо. Блеск драгоценных камней на расшитых золотом камзолах рябил в глазах, в нос бил тяжелый аромат модных духов и пудры. Куда ни глянь — везде сверкающий глянец, безупречные прически, отточенные до совершенства светские улыбки.

На подобных сборищах всегда приходится быть настороже. Враг не дремлет и так и норовит нанести удар исподтишка. Надо сказать, я тоже времени даром не терял. Исподволь, притворяясь, будто оглядываю зал, я методично призывал Книгу Судьбы каждого аристо, мимо которого проходил. Листал страницы, выискивая что-нибудь полезное. Сведения — они ведь разные бывают: одни бесполезны, что вода, а другие — что маслице в огонь подлить.

Особенно сейчас, когда все готовятся к турниру. Кто-то готовится честно, а кто-то — занимается интригами против других.

Первым делом я, конечно, проверил Олега Кривотолкова. И тут же изумленно присвистнул про себя. Ох, и темнит, оказывается, наш Олежек, ох и скрытничает! На семейное-то совещание его не пустили, вышвырнули взашей, как шелудивого пса. А он, гляди-ка, не стерпел обиды, взял и подслушал из-за двери, использовав артефакт скрытности! Ишь, ловкач! Наслушался, понимаешь, вдоволь, а теперь вон, небось, мнит о себе невесть что. Прямо весь из себя такой осведомленный да посвященный во все дела княжеские.

Ну да я-то вижу — мелко плавает, щенок. Не тот полет, не те масштабы. Но и князь Кривотолков тоже хорош. Это ж надо — собственного сынка и наследника гнать из совещательной залы, как смерда какого! Видно, туго у них там совсем с доверием, раз такое себе позволяют…

С другой стороны, Олег тот еще балбес. Может быть князь Кривотолков и прав.

Ладно, черт с ним, с Олегом. Что там у нас по Соколовым?

Я взялся за Афину Рогозину и Марью Шульц. И аж крякнул от удивления. Нет, ну надо же! Эти две девицы, оказывается, та еще парочка! Обе не переваривают друг друга, но в тоже время — преданные до гроба слуги рода Соколовых. Прямо спят и видят, как бы отличиться на турнире да снискать благосклонность княжны Светланы.

Нда… похоже, эта парочка и впрямь собирается выступать в связке со Светланой. Грозная троица получается, ничего не скажешь. Эдакий элитный отряд смерти при особе княжны. Я даже головой покачал — нешуточные силы к турниру стягиваются. Такие, что в один момент в фарш отменный перемолоть могут. Расчетливо, хладнокровно, со знанием дела.

Что ж… неприятно, чего уж там. Но не смертельно. Крепкий орешек мне попался, но мы и не из таких передряг выкручивались.

Я поудобнее перехватил под локти Настю и Эмми и хищно ухмыльнулся. Они понятливо кивнули в ответ, словно читая мои мысли. И глаза их блеснули азартом. Мои верные амазонки тоже рвутся в бой и жаждут показать свою силушку. Что ж, дело за малым…

В роскошной гостиной родового особняка Безумовых царила тишина, изредка нарушаемая негромким шепотком. На диванах и креслах, обитых бархатом цвета ночного неба, расположилось всё наше немногочисленное, но крепко спаянное семейство.

Я, как исполняющий обязанности главы рода, возвышался во главе стола, пристально оглядывая своих домочадцев. По правую руку от меня сидела Кристина Валерьевна и что-то мило щебетала. Её огромный бюст плавно покачивался, невольно привлекая к себе всеобщее внимание, словно сверхмассивное космическое тело — астероиды.

Слева пристроились Настя и Эмми, о чем-то вполголоса перешептываясь. У Эмми на коленях сидел ее кот Рыжик, которого она ласково поглаживала. Рыжик сидел с важным видом, как будто именно он — глава семейства Безумовых, а не я.

Дальше на большом пуфике пристроилась Айсштиль, распространяя вокруг себя свежесть и прохладу лучше любого кондиционера. Рядом с ней крутилась неугомонная Лилия. Дерзкая волкодевочка не могла долго сидеть на месте и то укладывалась, то вскакивала.

Кот глядел на нее с явным неодобрением. Но Лилия Рыжика полностью игнорировала. Видимо, слишком малая добыча для волчицы…

И, конечно же, куда же без моих обожаемых дочурок, юных принцесс клана Безумовых — Сахаринки, Вафельки и Перчинки? Очаровательные мирмеции сидели на краешке дивана, с горящими от любопытства глазами впитывая каждое слово. Диван правда, немного прогнулся под весом Вафельки, но он все равно очень старый, так что пофиг…

Мелинта не пришла, хотя ее и приглашали. Кажется, в подземелье в окружении дочурок ей было куда спокойнее… муравьиные инстинкты королевы, ничего не поделать. Матка никогда не выходит из муравейника, таков закон.

Выдержав многозначительную паузу, я хлопнул ладонью по столу, привлекая всеобщее внимание. Пора начинать.

— Итак, друзья мои. Грядёт большой турнир для юных Одарённых, и нам, как одному из сильнейших родов Синегорья и Империи, сам бог велел принять в нем участие. Предлагаю обсудить нашу стратегию и расставить приоритеты. Прошу высказываться всех, без утайки.

Домочадцы зашушукались, переглядываясь друг с другом. Первой, ожидаемо, взяла слово Настя:

— Ну, я думаю, тут и думать нечего. Надо выставлять сильнейший состав. Тебя, Костя, как нашего лидера. Айсштиль, как мага-тяжеловеса…

— Кого-кого? — покосилась на неё Айсштиль, — Тяжеловеса? Это что еще за инсинуации? Мое терпение не бесконечно, девочка, в отличие от моих сосулек…

— … ну и я с Эмми тоже не подкачаем, верно, подруга?

Эмми одобрительно закивала, сжимая кулаки. В её глазах пылал боевой задор.

— И у нас у всех есть сильный исцеляющий фактор, благодаря Косте, — добавила Эмми, — Нас точно так просто не взять!

— Погодите-ка, а как же мы? — встрепенулась было Перчинка, но я остановил её жестом руки.

— Солнышко, давайте начистоту. Вы с Сахаринкой — наше будущее, наша надежда. Но вы ещё слишком юны для таких серьезных испытаний. Пойми меня правильно, речь не о том, что вы слабы или бесполезны. Но ваше время ещё не пришло. Придет час — и вы себя ещё покажете.

Сахаринка надулась и отвернулась, всем своим видом выражая неодобрение. Похоже, мои слова совсем её не убедили. Ничего, переживет. Всё равно последнее слово за мной.

Вафелька явно расстроилась, а Перчинка выглядела на удивление спокойной. Как будто чего-то такого и ожидала.

— Ну, допустим, с составом мы определились, — протянула Айсштиль, постукивая пальцами по своему пуфику, — Но давайте начистоту — наши милые барышни пока ещё совсем зелёные и неопытные. В серьезной схватке их размажут и глазом не моргнут.

— Прежде чем бросать девочек в пекло, нужно их как следует подготовить, — закивала Кристина, — Но вы все вроде и без того регулярно тренируетесь…

— А давайте я возьму шефство над Анастасией? — внезапно предложила Айсштиль, и я чуть не подавился от неожиданности. Настя тоже бросила на Айштиль удивленный взгляд.

— В смысле? — спросил я.

— В прямом. Сосредоточусь чисто на ней, подготовлю индивидуальную технику обучения. Сейчас, когда я объединилась со своим вторым осколком, мои возможности серьезно возросли. Дар у Насти мощный, спору нет. Но техника хромает. Особенно, — тут Айсштиль сделала многозначительную паузу, — техника создания доппельгангеров.

Настя вспыхнула и опустила глаза. Похоже, удар попал в цель.

— Создать более-менее внятную копию рядового мага — это одно, — продолжала Айсштиль, — А вот сотворить полноценного двойника сильного Одаренного, со всеми его умениями, Даром и характером — это высший пилотаж. Тут нужен недюжинный талант плюс годы упорных тренировок. Но кое-какие хитрости и уловки я могу Насте подкинуть. Глядишь, польза и будет.

Она перевела взгляд на притихшую девушку:

— Ну что, по рукам? Будем заниматься каждый день часа по три, не меньше. Сразу предупреждаю — легко не будет. Буду гонять нещадно и спрашивать по всей строгости. Малейший косяк — становись в угол на горох и повторяй все сначала. Готова?

Глаза Насти округлились. Какой еще нафиг горох — так и говорил ее взгляд. Настя сглотнула, но решительно кивнула. Упрямо наклонив голову, она процедила сквозь зубы:

— Готова. Буду стараться. Не подведу.

— Вот и славно, — удовлетворенно кивнула Айсштиль, — Ну а ты, Эстро, может быть, займешься Эмми?

Я почесал подбородок и задумчиво посмотрел на Эмми. Слова Айштиль ее явно заинтересовали, но она всеми силами пыталась этого не показывать:

— Солнце, а ведь Айсштиль права, — сказал я, — Твой контроль над Дарами Огня и Ветра великолепен, не поспоришь. Но мы еще не пробудили эффект от выпитой тобой крови Гигантского Монстра. Можно сосредоточиться на этом аспекте. Плюс, тебе стоит повысить контроль над своими силами. А то получишь большую силу, но не сможешь ее нормально контролировать… а это никуда не годится.

Эмми заинтересовано подалась вперёд. А я, воодушевившись, продолжил:

— Тут главное — не сила, а умение её сфокусировать и направить. Только представь — что если ты научишься создавать не один огненный шар, а сразу десять? А потом двадцать? И все под твоим полным контролем, летят ровно туда, куда хочешь ты! В разные цели, словно по автонаводке.

Глаза Эмми загорелись азартным огнём. Я усмехнулся про себя — ай да я, сумел таки зажечь девичье сердце!

— В общем, займёмся с тобой по интенсивной программе. Часов пять в день, не меньше. Будем отрабатывать навыки до автоматизма. Обещаю, результат не заставит себя ждать!

Эмми чуть покраснела и потупила взор, всеми силами пытаясь сдержать рвущуюся наружу радостную улыбку. Ещё бы, не каждый день тебя лично берется тренировать сам глава рода!

Кристина Валерьевна с умилением переводила взгляд с меня на притихших девушек. На её добром лице отражалась целая гамма чувств — и гордость за дочь, и тревога за её судьбу, и благодарность мне за науку.

Лилия, до этого молча наблюдавшая за происходящим, вдруг странно напряглась и оскалила клыки. Издавая утробное рычание, она медленно, крадучись, стала приближаться к ничего не подозревающей Насте.

Настя нахмурилась и резко обернулась на звук. Увидев волкодевочку, целеустремленно двигающуюся к ней, она невольно вздрогнула и вжалась в спинку стула.

Лилия меж тем продолжала неспешно кружить вокруг застывшей девушки, скаля зубы и порыкивая. В какой-то момент она рывком приблизилась вплотную и вцепилась в рукав её платья, дернув на себя. Настя побледнела, но из последних сил сохраняла самообладание.

— Лилия, стой! Фу! Назад! — повысил я голос, привставая со своего места.

Но хулиганка будто не слышала, продолжая потерзывать одежду Насти и угрожающе рычать. Мне даже показалось, что её глаза недобро блеснули. Она что… заревновала, поскольку ей показалось, что на нее не обращают внимания?

Нет, здесь было что-то ещё…

Я бросил взгляд на свою печать на запястье — нет, та оставалось спокойной. Внутренние демоны Лилии не рвались наружу.

Кристина Валерьевна ахнула и схватилась за сердце. В панике она перевела на меня умоляющий взгляд — мол, сделай же что-нибудь! Но я жестом остановил её порыв вмешаться и красноречиво приложил палец к губам — не встревайте, мол.

Настя молча смотрела на Лилию, сохраняя самообладание.

— Лиля, милая, что на тебя нашло? — ровным и ласковым голосом произнесла Настя, — Мы же не враги… я только вчера тебя кормила… и шерсть расческой вычесывала…

Лилия резко распрямилась, встав на ноги, а руки положила Насте на плечи. Голова волкодевочки оказалась чуть выше головы Насти. Лилия нависла над ней, глядя прямо в глаза. Их лица оказались совсем близко. Волкодевочка оскалила клыки и зарычала злее прежнего, словно вот-вот укусит…

Глава 9

Аристократический произвол

— Лилия, — строго произнес я, сделав к ним шаг, — Прекращай.

Волкодевочка бросила на меня быстрый взгляд, а затем снова уставилась на Настю. Та встретила ее злой взгляд спокойно и достойно, не собираясь отступать.

В гробовой тишине, нарушаемой лишь утробным рычанием Лилии, напряжение достигло апогея. Даже воздух, казалось, сгустился и налился электричеством. Вот-вот грянет буря. Вопрос лишь в том, кто станет её эпицентром — Настя или обезумевшая Лилия?

Но тут произошло нечто невероятное. Рык Лилии вдруг начал стихать, сменяясь поскуливанием. И в следующий миг волкодевочка, распластавшись у ног остолбеневшей Насти, принялась преданно лизать её руки и подставлять живот, всем своим видом демонстрируя полнейшее дружелюбие.

Настя растерянно похлопала глазами, силясь сообразить, что это вдруг нашло на строптивую и своенравную волчицу. Но делать нечего, пришлось подыгрывать. Осторожно, будто гладя ядовитую змею, она почесала Лилию за ухом. Та вскочила, лизнула Настю в щеку и начала скакать вокруг нее словно приглашая поиграть.

Я шумно выдохнул, только сейчас осознав, что всё это время непроизвольно задерживал дыхание.

— Чего это с ней? — ошарашенно произнесла Перчинка, во все глаза таращась на развернувшуюся сцену, — Почему вдруг?..

— Инстинкты, — веско провозгласил я, многозначительно поднимая палец вверх, — У нашей Лилии пробудились волчьи замашки. Сейчас она на уровне подсознания тестирует свою стаю, проверяет каждого на лояльность и покорность вожаку. Именно так дикие волки выясняют, кто есть кто во внутренней иерархии.

У меня в голове и правда крутилась похожая мысль, но я озвучил лишь часть её. Что-то мне подсказывало — тут кроется кое-что другое, менее очевидное. Очень похоже, что Лилия действительно решила занять место альфа-самки в нашей маленькой семейной стае. И выбрав для начала самую слабую (как она полагала) самку, принялась ненавязчиво тестировать её психологическую стойкость. Типа того — а ну-ка подвинься, теперь я тут главная.

Настя, кажется, была признана «равной». Ну или как минимум «достойной».

И к чему такие выверты могут привести в дальнейшем, одному богу известно. Очень может статься, что подобные «проверки на вшивость» со стороны Лилии войдут у нас в привычку. И если Настя только что сдала свой экзамен, пусть и не без труда, то как поведёт себя капризная и самолюбивая Эмми в похожей ситуации — большой вопрос… Я уж молчу про остальных… кандидаток в «альфа-самки».

Так что о включении Лилии в боевой состав на турнире пока не может быть и речи. Ну её нафиг, эту бешеную волчару с непредсказуемыми замашками, ещё учудит что в самый ответственный момент. В цирке ей выступать, а не на поле боя.

Хотя, конечно, тогда возникал вопрос — кого брать вместо неё? Мирмеции слишком юны и неопытны, им ещё расти и расти. Смогут ли наши доблестные Айсштиль, Настя и Эмми одолеть толпы коварных супостатов, когда придёт час? Скрепя сердце приходилось признать — не факт. Лилия непредсказуема и своенравна, но слишком сильна, чтобы ее игнорировать. Тяжела ты, шапка Мономаха…

Завершив это непростое во всех смыслах обсуждение, наше немногочисленное семейство начало неспешно расходиться. Напоследок я ещё раз обвел всех тяжёлым взором и многозначительно произнес:

— Что ж, друзья мои, решение принято. С завтрашнего дня начинаем усиленную подготовку по намеченному плану. Тренировки, тренировки и ещё раз тренировки, пока от зубов не отскакивать начнет! Кровью умоемся, но результата добьёмся. Иного выхода у нас попросту нет.

Все дружно закивали, даже Лилия тявкнула что-то одобрительное, продолжая ластиться к слегка ошалевшей от неожиданности Насте.

— И подумайте, что будем делать с Лилией, — добавил я напоследок, — Как сделать дерзкую хулиганку более послушной? У меня, честно говоря, пока идей нет.

— Будем думать, — серьезно произнесла Кристина, — Это не дело, если она будет кидаться на своих!

На том и порешили. Покидая гостиную, каждый прокручивал в голове грядущие испытания, прикидывая, как бы получше к ним подготовиться.

На следующее утро, ни свет ни заря, когда даже неугомонные птахи за окном ещё досматривали десятый сон, по всему особняку Безумовых уже царило радостное оживление вперемешку с боевым настроем. Наскоро перехватив по бутерброду с ветчиной и кружке крепкого кофе, мои бравые бойцы дружною толпой высыпали во двор, где заранее были установлены всевозможные мишени, манекены и полосы препятствий.

И грянул бой. Айсштиль, ехидно ухмыляясь, принялась гонять бедную Настю как сидорову козу, заставляя раз за разом создавать двойников великих магов прошлого. То Мерлина подавай ей, то Гарри Гудини, а то и вовсе какого-нибудь Гендальфа. Бедная девочка семь потов сливала, сражаясь с неподдающейся материей.

— Лучше, конечно, было бы, если конкретный экспонат был бы у нас под рукой, так было бы эффективнее, — добавила Айштиль, — Эстро, как бы нам раздобыть энергию сильного Одаренного для тренировок? Настя может создавать наших с тобой клонов, но этого явно маловато для полноценной тренировки будет…

— Подумаю, — кивнул я.

Эмми пришлось не легче. Я, вдохновлённый вчерашней речью, и впрямь решил выжимать из неё максимум. Фаерболы, огненные смерчи, раскалённые добела стрелы, несущиеся точно в цель — всё это обрушилось на полигон, превращая некогда ухоженный сад в выжженную землю.

Вафелька с Сахаринкой тоже не остались не у дел. Пока старшие товарищи трудились в поте лица, дочери отрабатывали боевые техники. Вместе с ними носилась и Лилия, как угорелая. Только успевай уворачиваться от их юрких силуэтов, носящихся как угорелые. Перчинка к нам не присоединилась — сказала, что у нее есть какие-то дела в подземной части особняка.

И лишь одна Кристина Валерьевна, как скала в бушующем океане, неспешно попивала свой утренний чаёк на веранде, изредка поглядывая на наши ратные подвиги и снисходительно улыбаясь. Ну ещё бы, привычная уже картина — у Безумовых не забалуешь, у нас всё всерьез, без дураков.

Так мы и коротали время — в работе, тренировках и веселье, готовясь к предстоящему турниру. Лилия больше никого не тестировала, к немалому облегчению

Стоял чудесный солнечный денек — один из тех теплых и ласковых деньков бабьего лета, когда природа будто прощально улыбается перед надвигающимися холодами. В воздухе плыл тонкий аромат опадающей листвы и доцветающих хризантем. Паутинки бабьего лета искрились в лучах полуденного солнца.

Я со снисходительной полуулыбкой наблюдал за тренировочным поединком Эмми и Насти. Рядом скучающе ковыряла носком сапога листву Айсштиль. Льдисто-голубые очи Айс с едва заметным одобрением следили за битвой учениц. Даже наша вечно всем недовольная снежная королева не могла не признать — девчонки делали невероятные успехи с каждым днем. Пройдет совсем немного времени, и они станут совсем взрослыми, опытными воительницами. Такими, какими когда-то начинали мы с Айс, когда были совсем молодыми богами… Мысль отдавала легкой ностальгией и будила азарт.

— Смотри-ка, снежная, совсем девчонки заматерели, — хмыкнул я, слегка коснувшись ее руки, — Глядишь, скоро и нас с тобой за пояс заткнут, а?

— Ты оптимист, Эстро, — фыркнула Айсштиль, скрещивая руки на груди, — До нашего уровня им еще топать и топать. Совсем еще зеленые.

— Ну, допустим, не такие уж и зеленые, — дипломатично возразил я, пряча усмешку, — Года через два на них уже без дрожи в коленках не глянешь, помяни мое слово.

— Ой, да брось, — отмахнулась Айс, раздраженно дернув плечом, — Им до нас как до Луны пешком. Хотя у Насти кое-какой потенциал есть…

— А как же Эмми? — я внимательно наблюдал, как наши ученицы обмениваются ударами, — Я бы даже сказал, она может догнать Соколову в будущем, если не ослабит тренировки…

— У Насти есть то, чего нет у Эмми — мудрая и талантливая наставница, — Айсштиль неожиданно показала мне язык, — При всем уважении, Эстро, учитель из тебя достаточно средний…

— А, вот как, — усмехнулся я, — Думаешь, после того, как слилась с осколком, уже меня превзошла?

— Без обид, Эстро, но сейчас я тебя одной левой уделаю, и глазом не моргну, — Айсштиль неожиданно показала мне язык. В глазах ее играли смешинки.

Но я видел там еще что-то — она, кажется, очень хотела помериться со мной силой!

Что ж… это было взаимно. Мне тоже было интересно, насколько возросла ее энергия.

— Ах вот как? — усмехнулся я, чувствуя, как в груди разгорается знакомый яростный огонек. Желание сразиться, помериться силой, узнать, кто из нас за это время вырос больше — охватило меня целиком, — Ну, держись, снежная!

С этими словами я вскинул руки в боевых пассах, призывая на помощь свою магию. Вмиг по жилам растеклась раскаленная добела сила, требуя выхода. Перегруз взвинтился на полную!

— Нам тоже не помешает размяться, — сказал я, — Только в битве с достойным противником можно стать сильнее.

Зрачки Айсштиль сузились в точку, и воздух вокруг нее тут же сгустился снежной взвесью.

— Ну-ну, Эстро, ты сам напросился, — произнесла Снежная Королева, вскидывая руки в ответном жесте. В ее глазах плясали откровенные смешинки, — Я надеру тебе зад так, что родная мамочка не узнает!

— Лучше побереги свою попку, ледышка моя! — расхохотался я, призывая сгустки Энергии Бездны, — У меня рука тяжелая!

С рыком, больше подобающим дикому зверю, а не княжичу, я ринулся в атаку. Айс встретила меня ледяным смерчем, метя острыми игольчатыми копьями прямо в голову. Но не тут-то было! Лихо увернувшись от сосулек, я смел снежную бурю волной энергии, одновременно швыряя в противницу отвлекающую ментальную атаку.

Айсштиль взвизгнула, отлетая на несколько шагов. Ее защитные чары с громким треском разбились вдребезги.

— Ах так! Я тоже стану серьезнее! — прорычала Айсштиль. Её защита моментально восстановилась.

Упс, кажется, я ее здорово разозлил! Но тут не до сантиментов — иначе эта валькирия ледяная мигом пустит меня в расход. Я чувствовал, как по духовным жилам богини несется бурная энергия — она стала просто в разы сильнее после объединения.

— Эй, вы чего? — Насти и Эмми остановили свой спарринг, озадаченно глядя на нас.

К чести снежной королевы, она быстро взяла себя в руки и ответила резкой контратакой. Сотни ледяных игл, сорвавшись разом, ринулись ко мне со всех сторон, грозя превратить в подобие ежа. Без прикрас скажу — пришлось попотеть, отбиваясь от разъяренной фурии! Я метался из стороны в сторону, ставя магические щиты и ловушки, стараясь подловить Айсштиль на ошибке.

Но куда там — ее запас маны казался неисчерпаемым, а движения — стремительными и точными. Лед и пламя, инь и ян, мы кружили в смертельном танце, осыпая друг друга градом ударов и уколов. Никто не хотел уступать. Азарт боя пьянил не хуже медовухи, даря пьянящее чувство всемогущества. Даже боль от полученных ран казалась далекой, незначительной.

Да, мы с Айсштиль сражались по серьезному, как и всегда делали боги. Условия были максимально приближены к боевым.

Забыв обо всем, мы швырялись смертоносными заклинаниями, постепенно выйдя за пределы нашего земельного участка. Бой продолжился на улице. Настя и Эмми что-то нам кричали, но мы их не слышали…

Визжали случайные прохожие, разлетались вдребезги витрины лавок, с грохотом трескался асфальт. Весь мир сузился до крохотного пятачка, на котором мы с Айсштиль самозабвенно месили друг друга.

А бой меж тем набирал обороты. С неба обрушился ледяной ливень вперемешку с пламенными сгустками, и немногие случайные зрители с воплями ужаса кинулись врассыпную, спасаясь от шального удара.

— Что, съела, гордячка⁈ — проорал я, прицельно швыряя сгусток пламени аккурат туда, где только что маячила ухмыляющаяся физиономия Снежной Королевы, — Будешь знать, как дразнить Безумного Бога! Бойся гнева его, ничтожная!

— Ах ты ж похотливый мерзавец! — взвизгнула Айсштиль, на лету создавая ледяной барьер. Багровое пламя с шипением впечаталось в толщу льда, мгновенно испаряя его, — Да я тебя в порошок сотру и на ветер развею, похабник несчастный!

Почему сразу похабник? Ну сплю я с тремя женщинами и что? Айсштиль так-то сама одна из них!

С ростом экшена, рос и градус оскорблений. Мы уже просто не видели ничего вокруг, кроме друг друга…

— Ой-ой, напугала ежа голой попой, — заржал я, уворачиваясь от острых ледяных копий, — А слабо без своих льдышек обойтись, а, Снегурка?

— Как пожелаешь, Эстро! — взвыла Айсштиль, вскидывая руки в зловещем пасе.

В следующий миг на меня рухнуло Копье Ледяного Гнева — одно из самых убойных заклинаний в арсенале Снежной Королевы. Многотонный ледяной шип величиной с многоэтажный дом с чудовищным грохотом протаранил мостовую, мигом расколов ее в крошку. Меня спасло лишь чудо (ну и прирожденные рефлексы, хе-хе) — я едва успел отпрыгнуть за миг до того, как смертоносная ледышка влепилась в асфальт аккурат в том месте, где стоял я. Да уж, еще бы чуть-чуть, и поминай как звали княжича…

Но это было еще цветочки! Поскольку отступать дальше было некуда, я тоже решил не размениваться по мелочам.

— Лови, Снежка! — проорал я, формируя над головой мощный сгусток, состоящий из духовной силы и энергии Бездны, — Щас я тебе устрою небо в алмазах! Молись своим снеговикам!

— Да пошел ты… знаешь куда⁈ — воинственно взвизгнула Айс, выпуская навстречу стаю сгустков, похожих на ледяных воронов.

Две волны смертоносной магии схлестнулись в воздухе, на мгновение застыв. А потом грянул взрыв, подобный извержению вулкана. Я и Айсштиль отлетели в разные стороны, как тряпичные куклы. Врезавшись спиной в останки фонтана, я немного полежал, приходя в себя. Хорошенькое же представление мы устроили. Градоначальник, подай он иск о возмещении ущерба, озолотился бы до конца своих дней…

Горячка боя отступила, у меня в голове немного прояснилось… хм… кажись, мы и правда немного увлеклись.

Судя по приближающейся сирене, прибыла кавалерия в виде родной городской полиции. Ох, черт, как же не вовремя!

Утирая кровь с разбитой брови, я заковылял к месту последнего известного мне местонахождения Айс. Как бы я не переборщил… Поубивать друг друга мы всегда успеем, надо сначала ноги уносить. Желательно вместе.

Ледяная дева обнаружилась полулежащей у чудом уцелевшей стены. Выглядела она так, будто ее с особой жестокостью драла дюжина бешеных мартовских котов. В ее глазах плескалась бездонная усталость вперемешку с обреченностью приговоренного к месяцу мытья сортиров. Ясно, до нее тоже, наконец, дошло, во что мы влипли.

Я отметил, что энергии в ее духовным потоков меньше не стало. Очевидно, Айштиль для этой битвы не использовала даже малую толику своей истинной силы.

— Идти можешь, Снегурочка? — прохрипел я, подавая ей руку, — Или тебя на ручках, как юную деву?

— Ох, Эстро, не начинай! — прошипела Айсштиль, неловко принимая вертикальное положение, — Лучше в зеркало глянь, на кого ты похож после моих процедур красоты!

— Да ладно, нам обоим идет синяя физиономия и волосы торчком, — хмыкнул я, старательно отряхивая штаны и плащ, — Ну чисто ежик. Зато уже не такая холодная и колючая!

Снежная королева обреченно махнула рукой и уныло побрела в сторону ближайшего проулка. Ясно — надеялась по-тихому свинтить из полицейской облавы. Куда там — вдалеке грохотали кованые сапоги доблестных блюстителей порядка. Когда нужны, их не дозовешься, а когда не нужны — они тут как тут.

— Эй, ты куда собралась, неразумная? — окликнул я напарницу и, ловко цапнув ее за локоть, потащил в противоположную сторону, — У меня план получше есть.

— Ох, и что же ты удумал на этот раз? — простонала Айс, еле поспевая за мной, — Только давай без кровопролития, я сегодня не в настроении кого-то убивать.

— За кого ты меня принимаешь? — возмутился я, перепрыгивая через очередную канаву, — Я, по-твоему, похож на маньяка-убийцу? У меня, между прочим, принципы!

— Ага, как же, принципы у него, — фыркнула Айсштиль, на бегу перезаряжая свой арбалет, — А кто на прошлой неделе сбросил с моста того сотрудника банка? Не ты ли клялся, что этот жирный боров больше никого не обдерет?

— То было дело чести! — гордо провозгласил я.

— Дело чести, как же! — передразнила меня богиня, — Признай уже, что ты просто обожаешь лезть на рожон. И меня за собой таскать, между прочим!

— А тебе, между прочим, это нравится не меньше, чем мне! — ухмыльнулся я.

— Вот же ж повезло тебе со мной! — рассмеялась Айс.

А дальше у нас были долгие и трудные разговоры с полицией…

Мы с Айсштиль вышли навстречу прибывшим полицейским, стараясь принять максимально невинный и миролюбивый вид, насколько это позволяли наши побитые физиономии и изодранная одежда. Я взял на себя роль переговорщика и принялся красочно расписывать служителям закона, как наш многострадальный район подвергся вероломному нападению ужасающих монстров из внезапного Разлома, а мы с напарницей героически вступили с ними в неравный бой, дабы защитить мирных граждан.

Айс старательно поддакивала и живописала чудовищ во всех красках — огромные, зубастые, изрыгающие пламя и лед! Прямо исчадия ада, а не монстры. По моей версии, именно они в пылу сражения натворили разрушения в городе и нанесли ущерб. Мы же с Айсштиль только и делали, что самоотверженно и доблестно защищали родные пенаты, не жалея живота своего.

Полицейские слушали наши россказни с изрядным скепсисом. Но прямых доказательств у них не было — я предусмотрительно подчистил все записи с камер видеонаблюдения в округе, на которых мы с Айс самозабвенно месили друг друга. А свидетели… ну они все равно ничего особо не видели. Большая часть разбежалась, едва началась наша дуэль, а потом из-за буйства магических красок уже ничего нельзя было разглядеть.

Короче, следователю пришлось дать хорошую взятку, чтобы он закрыл глаза на некоторые несостыковки в наших показаниях.

В итоге нашу сказочку про вторжение монстров сочли условно правдоподобной. Нас с Айсштиль признали героями дня, спасшими город от захватчиков из другого мира, и милостиво отпустили восвояси с миром. Конечно, пришлось пообещать впредь устраивать разборки с нечистью подальше от города, дабы не доставлять мэрии лишних проблем и расходов. Но это уже детали.

Главное, я подтвердил, что моя снежная королева стала гораздо сильнее после слияния с осколком.

Признаться, меня даже захватил азарт. Богиня стала для меня настоящим вызовом — ей хватало сил, чтобы противостоять даже Энергии Бездны. И мне это чертовски понравилось! Теперь я точно знаю, что в лице Айсштиль обрел не только верную соратницу и страстную любовницу, но и достойную партнершу для спаррингов. С ней я точно не засижусь и не потеряю сноровку.

Так что можно сказать, этот экспромт пошел нам обоим на пользу, хоть и закончился небольшим скандалом с властями и проблемами для городского бюджета. Но оно определенно того стоило! Теперь я буду с еще большим предвкушением ждать наших тренировок с Айс, зная, что в них мы сможем на полную выкладываться и совершенствовать свои навыки.

В таком лихорадочном темпе пролетела вся неделя. Каждое утро — тренировки до седьмого пота, пока ноги не начнут подкашиваться от усталости. Но зато каков результат! Настя, глядишь, уже почти освоила создание доппельгангеров средней паршивости — их она могла творить практически мгновенно, стоило ей лишь посмотреть на объект.

С более мощными требовалось какое-то время — пока пространство насытится их духовной силой.

Эмми научилась лихо запускать крошечные самонаводящиеся фаерболы, выжигающие противникам дыры в покровах к чертям собачьим. Даже Лилия, и та немного угомонилась, перестав задирать всех подряд. Но иногда я видел, как в ее глазах пляшут бесенята.

Я-то знал — всё это лишь цветочки по сравнению с тем, что нас ждёт впереди. Чуял своим седалищем — дадут нам просраться наши противники, ох дадут. Сил и умений нам хватает, не поспоришь. Только вот и другие кланы не лыком шиты…

Глава 10

Начало турнира

Я задумчиво взирал на грандиозную высокотехнологичную арену, возведенную специально для турниров Одаренных такого масштаба. Создатели постарались, ничего не скажешь.

Чего тут только не было: и защитные магические экраны над зрительскими трибунами, и парящие в воздухе платформы для судей, и мерцающие силовые поля вокруг арены. Гигантские мониторы над ареной, показывающие сражения во всех подробностях, флаги, потоки зрителей… робо-курьеры с ИИ сновали туда-сюда, создавая атмосферу оживленного кипения и предвкушения.

Толпы разношерстной публики заполонили все свободное пространство вокруг арены, шумно приветствуя участников и обсуждая шансы фаворитов. Тут были и простолюдины из близлежащих городов, и зажиточные купцы, и бравые военные в парадных мундирах. Над толпой то и дело сверкали вспышки — это работали журналисты и фотографы, стремящиеся запечатлеть каждый момент эпохального события.

Мы с девчонками уверенно пробирались сквозь толчею, не обращая внимания на косые взгляды и шепотки, летящие вслед.

Император, находящийся в отдельной императорской вип-ложе на возвышении, оглядывал собравшихся, словно высматривая кого-то. Рядом с правителем восседали главы сильнейших кланов Синегорья — генерал-губернатор Горовой, князь Кривотолков, князь Бельский и князь Соколов. Безумовы тоже по идее должны были там находиться… но нас никто не пригласил, увы.

Мы все еще числились в опальных и никто не собирался подпускать к трону нас, бомжей. Что ж… их дело. Я лишь усмехнулся в душе: ничего, господа хорошие, мы вам еще покажем, чего стоим!

Переглянувшись с подругами, я ободряюще им улыбнулся. Настя и Эмми явно нервничали перед боями, но в их глазах горела решимость биться до конца. Айсштиль, как всегда, оставалась невозмутимой и холодной. Её снежно-белая кожа и ледяное копье вызывали среди зрителей удивленный шепот, но ей было плевать. Она пришла сюда побеждать, а не подиум изображать.

А вот Лилия вела себя крайне нетерпеливо, оглядываясь по сторонам и порываясь рвануть с места. Кажется, большое скопление народу ее нервировало. Я едва удерживал её, намотав поводок на руку. Того гляди, сорвется и закусает кого ненароком!

Тем временем Император поднялся со своего трона и, картинно воздев руки, произнес торжественную речь:

— Приветствую вас, доблестные Одаренные! Сегодня знаменательный день для всей нашей страны. Издревле турниры являлись лучшим способом проверить силу Одаренных в деле. Победители получали почет, славу и могущественные артефакты. Проигравшие же… Что ж… лишний повод стать сильнее. А потому призываю вас биться в полную силу и показать все, на что способны. И пусть достойнейшие из вас войдут в историю! Слава России!

— Слава России! — эхом отозвалась многотысячная толпа.

Речь правителя подошла к концу, и на арену выскочил главный распорядитель — тощий человечек во фраке и цилиндре, с комично подкрученными усиками. Взмахнув тростью, он пронзительно выкрикнул:

— А теперь, дамы и господа, минуточку внимания! Турнир объявляется… открытым! Прошу всех участников разбиться на группы согласно жеребьевке. Первыми будут сражаться бойцы… так-так, где тут у нас… Ага! Первой в бой вступают представители команд… князей Безумовых и графов Красновых!

По трибунам прокатился гул удивления. Мои друзья просияли — надо же, как удачно все сложилось!

— И-и-и… первый боец — княжич Безумов, старший наследник! Противостоит ему виконт Краснов, младший сын рода!

Я же только хмыкнул и решительно шагнул вперед, поднимаясь на арену. Настало время показать, чего я стою!

Арена представляла собой широкий каменный прямоугольник, покрытый защитными рунами. На время боя вокруг арены будет работать защитное поле — чтобы зрителей не зацепило случайным заклинанием.

Напротив меня встал мой первый противник — субтильный юноша в красно-золотой мантии. Герб на его груди изображал скрещенные шпаги. Парнишка откровенно робел, взирая на меня. Поежившись, он неуверенно поднял сцепленные в замок руки, готовясь сотворить заклинание. Ох, и не завидую я тебе, бедолага…

Прозвучал гонг, и бой начался. Юноша, тонко вскрикнув, швырнул в меня сноп разноцветных искр. Я небрежно отмахнулся, даже не потрудившись поставить щит. Искры безобидно осыпались на камень арены, не причинив и малейшего вреда.

— И это все? — удивленно поинтересовался я. Противник выглядит довольно слабым, — Ладно, моя очередь!

С этими словами я метнулся вперед и, зайдя ему за спину, с размаху залепил противнику могучий подзатыльник. Незадачливый вояка кулем осел на землю. Поединок длился от силы секунд пять.

Публика разочарованно загудела… то ли осуждая мою победу, то ли скоротечность поединка.

— Так его! Ура Безумовым! — донеслось с трибун. Ага, все-таки и у Безумовых есть свои болельщики!

А не, это мои дочери, Сахаринка и Вафелька махают флажками, а также еще примерно два десятка мирмеций, занявших полностью небольшую секцию… Доченьки дружно выкрикивали лозунги и хлопали во все сорок ладоней, отчего хитин трещал… Как говорится, в этом мире надеяться можно только на семью.

Следующей на арену вышла Настя — собранная, подтянутая, готовая ко всему. Эмми ободряюще сжала её руку, прежде чем подруга шагнула на белый мрамор арены.

Противником Насти оказался высокий широкоплечий детина в черной коже, увешанный амулетами и цепями. Злобно скалясь, он с ходу швырнул в девушку целый рой огненных стрел.

Быть бы ей истыканной, как подушечка для булавок… Но Настя недаром тренировалась с Айсштиль. Мгновенно сориентировавшись, она вскинула руки и сотворила сразу двух доппельгангеров, точных копий соперника. Двойники синхронно взревели и ринулись наперерез стрелам, закрывая хозяйку собой. Стрелы ударили в их покровы и бессильно отскочили.

Увы, детина оказался не промах. Издав презрительный смешок, он повел руками, и следующая атака с легкостью развеяла фантомов, будто их и не было.

Я нахмурился. Так легко? Этот парень как будто готовился к чему-то подобному… Словно знал слабые места доппельгангеров.

А в следующий миг громила уже оказался вплотную к Насте и обрушил на неё град сокрушительных ударов. Та пошатнулась, но устояла, закрывшись магическим щитом. На её лбу выступила испарина.

Вот тебе и серьезный противник! Я сжал кулаки.

Но, похоже, Насте сейчас было не до советов. Кое-как отбившись от атаки, она кое-как разорвала дистанцию и принялась забрасывать громилу всеми заклинаниями, что знала. Тут тебе и путы, и ослепляющие вспышки, и ментальные удары!

Но амбал только ухмылялся, без особого труда развеивая всю Настину магию. Кажется, этот парень специализировался на развеивании любой духовной структуры. Ох, не к добру это. Неужели наша команда вот-вот потерпит первое поражение?

Зрители на трибунах затаили дыхание. Император подался вперед в своем кресле, внимательно глядя на сражающихся. Лица глав кланов превратились в непроницаемые маски, но глаза горели азартом.

Громила, утробно рыча, пер на Настю как танк, не обращая внимания на сопротивление. Его покровы трещали и лопались, но ярость и жажда победы гнали его вперед. Вот-вот он дотянется до своей жертвы и…

— Настя, берегись! — не выдержав, выкрикнула Эмми.

Настя зарычала не хуже Лилии. Глаза её полыхнули багровым, по телу прокатилась волна. Резко вскинув руку, Настя с диким воплем ударила по противнику… его же развеивающим заклинанием!

Раздался чудовищный грохот, арену заволокло черным дымом. А когда он рассеялся, взорам предстала ошеломляющая картина. Громила валялся на полу и слабо подергивался, пуская пену изо рта. Покров и все его духовные силы были начисто стерты… Какое-то время ему придется восстанавливаться.

А над ним стояла Настя. Бледная, исцарапанная, но живая. И очень-очень злая.

— Это ты ее научила? — я повернулся к Айсштиль.

— Верно, — с улыбкой ответила та, — Теперь она может не просто создавать доппелей… Но и копировать некоторые типы заклинаний своих противников.

Толпа просто обезумела от восторга. Рев, свист, вопли, скандирование имени Насти — все смешалось в единый восторженный гул. Мои ликующие друзья бросились качать героиню на руках — Эмми рыдала от счастья, Лилия восторженно скалилась…

А я просто молча обнял её, чувствуя как колотится маленькое, но храброе сердечко.

Следующей на арену вышла Эмми — бедняжка заметно нервничала. Комкая край своего боевого наряда, она сделала глубокий вдох и встала в стойку.

Я ободряюще кивнул ей:

— Верь в себя, солнце! У тебя все получится!

Она благодарно улыбнулась и тряхнула волосами, прогоняя остатки страха.

Оппонентом Эмми оказался суровый воин из северных Сибирских кланов, недавно переехавший в Синегорье. Высокий, плечистый, покрытой причудливой вязью татуировок-рун. На боку у него висел устрашающего вида ледяной клинок. Похоже, выходец из воинственного якутского клана, славного своими мастерами ледяной магии.

Северянин что-то гортанно выкрикнул и, вскинув руки, призвал ледяной ветер. Снежный вихрь закружился вокруг него, сверкая и переливаясь.

Но Эмми не растерялась. С яростным криком она ударила чарами в ответ, призывая жаркое пламя. Огненный вихрь сорвался с её ладоней и помчался навстречу северному вихрю.

Два стихийных потока столкнулись с оглушительным ревом прямо в центре арены. Огонь взвился до небес, а лед потемнел и пошел трещинами, но ни одна из сторон не желала уступать.

Воздух наполнился летящими искрами и снежной крупой. Зрители ахали и охали, то подбадривая северного воина, то восхищаясь смелостью хрупкой на вид девушки.

Я видел, как тяжело приходится Эмми. Лицо её покраснело от натуги, пальцы сводило судорогой. Того гляди, магические потоки вырвутся из-под контроля!

«Давай, милая, покажи, чему я тебя учил!» — мысленно приказал я, до боли стискивая кулаки. Ну же!

И словно услышав меня, Эмми вскинула голову. В её глазах полыхнула несгибаемая воля. Прикусив губу, она напрягла все свои силы, вспоминая наши уроки, и направила пламя точно и мощно.

Огненный вал, повинуясь её жесту, хлынул вперед мощным потоком. Взревел, словно голодный дракон. На какую-то долю секунды показалось, что ледяной щит северянина дрогнул.

А в следующий миг пламя Эмми прорвалось сквозь вражескую защиту и опалило грозного воина!

Пошатнувшись, якут рухнул на одно колено. По лицу его текли струйки воды — его ледяной покров стремительно таял. Не в силах продолжать бой, воин поднял голову и что-то прокричал.

Эмми удивленно моргнула, словно не веря. Неужели она победила? Она? Смогла одолеть этого свирепого воина?

— Поздравляю с победой, Эмми де Арагон! — торжественно объявил судья.

Весь стадион буквально взорвался овациями и радостными криками. Эмми застенчиво улыбалась, раскланиваясь на все стороны.

Я удовлетворенно кивнул. Эми справилась даже без моей помощи, без Благословения Бездны. Растет, девочка.

Не забыла она и своего противника, Эмми протянула ему руку. Тот с достоинством принял помощь и поднялся на ноги. Оба они выглядели уставшими, но довольными. Достойные соперники, что сказать!

— Благодарю за отличный бой, — поблагодарил ее соперник.

— Спасибо и тебе, бой и правда был хорош, — улыбнулась ему Эмми.

Зрители одобрительно зашумели. Еще бы! Не так уж часто на турнирах можно увидеть столь доблестную схватку и дружеское рукопожатие сразу после неё. Обычно кипят нешуточные страсти и льется кровь.

Вот так, в напряженной борьбе, проходили первые поединки. Все наши ребята выложились по полной. Мы уверенно продвигались по турнирной таблице, набирая очки, хотя не обошлось и без пары досадных поражений.

Чего делать точно не стоило, так это превращать поединок в… гм… в обед. Как Лилия, чуть не слопавшая заживо своего незадачливого соперника из клана Куницыных. Бедолага аж плакал от страха, пока волкодевочка стянула с него сапоги и проглотила их… а потом взялась за штаны. Судьи долго совещались, но в итоге засчитали Лилии поражение. С формулировкой «неспортивное поведение».

К чести противника, от медиков он отказался и с честью покинул арену, щеголяя дырами в районе задницы.

Настя и Эмми потом долго пытались втолковать Лилии, которая флегматично пережевывала кусок штанов, как надо себя вести. Дескать, мы люди цивилизованные, давно от дикости первобытной эволюционировали! Нечего средь бела дня людёв кушать! Ну максимум по шее дать безболезненно и все, нокаут типа!

Но куда там. Волкодевочка только фыркала и демонстративно облизывалась. Типа вкусно было, чо уж там. А потом и вовсе гордо и демонстративно начала вылизывать свой хвост.

Между тем народ на трибунах начал потихоньку раззадориваться. Количество участников неумолимо таяло, слабаки вылетали один за другим. В воздухе уже искрило от напряжения, явственно попахивало озоном и жареным.

Даже маги-распорядители, видавшие виды, и те заметно нервничали. Так и сновали вдоль бортиков, зыркая по сторонам и поигрывая жезлами, готовые в любой момент пустить их в ход.

Сам Император, кажется, только забавлялся происходящим. Сидя на возвышении в окружении князей и советников, он загадочно улыбался в усы, явно наслаждаясь зрелищем.

Главы кланов тоже подозрительно притихли. Обычно они громко спорили между собой, делая ставки и болея каждый за своего протеже. Но сейчас хранили зловещее молчание, напряженно о чем-то размышляя. Не к добру это, ох не к добру. Уж не замышляют ли они очередной заговор? С них станется, интриганы чертовы.

Знать на соседних трибунах тоже вела себя странно. Многие зрители пребывали мрачнее тучи и через слово поминали Тьму с Бездной. Ясно дело, проигрывали они по-крупному. Ну а кто-то наоборот улыбался, поднимая на ставках целые состояния.

Я вот тоже неплохо поднялся, делая ставки через приложение в телефоне на себя и Айсштиль. Коэффициенты вначале были прямо ну очень вкусные… правда, чем больше мы побеждали, тем ниже они становились… Барыги из букмекерских контор быстро сообразили, что к чему, и записали нас с ледяной девой в число фаворитов.

Простой же люд бесновался вовсю, горланя дикие речевки и распевая похабные частушки. Кое-где уже вспыхивали пьяные драки, летели банки пива. Охрана еле сдерживала ретивых болельщиков, оттесняя их подальше от VIP сектора.

Мы же сбились в плотную кучку и тихонько переговаривались, прикрывая рты ладонями. Настроение было не ахти: вымотались, поранились, да еще и кучу маны потратили. Оно и неудивительно, бои выдались знатные.

Эмми зябко ежилась, кутаясь в шаль. После стычки с ледяным магом её теперь мучили фантомные холода. Её заметно потряхивало, бедняжка до сих пор не могла отойти от пережитого стресса. Все-таки натура у неё слишком нежная для таких жестоких испытаний.

Я ласково обнял Эмми, дав ей почувствовать тепло своей силы, окутал словно коконом. Щечки девушки снова засветились румянцем.

Настя, напротив, сохраняла хладнокровие, словно и не сражалась только что насмерть. Лишь чуть прищуренные глаза выдавали напряжение.

Айсштиль невозмутимо полировала свое ледяное копье, не обращая ни на кого внимания. Видно, прокручивала в уме возможные комбинации и строила планы на будущее.

Лилия вертелась волчком, внимательно наблюдая за текущей схваткой на арене. Она порывалась ринуться обратно в бой, рыча и щелкая зубами. Ух, не завидую я её следующему сопернику! Порвет в клочья и не подавится, зуб даю.

— Ша, народ, спокойно! — утихомирил я разбушевавшуюся компанию, — Дыхалку в норму приводим, резервы копим. И не вздумайте мне тут сдаваться раньше времени, усекли?

Девчонки дружно закивали, повеселев. Даже Лилия плюхнулась на задницу и принялась бодро чесать за ухом задней лапой… задней ногой. Тьфу, просто ногой!

— Костя дело говорит, — подала голос Настя, — Мы одна команда, одна семья. Прорвемся!

— Угу, — флегматично кивнула Айс, не отвлекаясь от копья.

— Вместе навсегда! — пискнула Эмми, утирая слезинку.

— Р-ряяяв!.. — зло оскалилась Лилия.

— Ну вот и славно, — подытожил я, — А теперь слушайте сюда. Значится, план такой. Сейчас отдыхаем и копим силы. Следим за другими участниками, выявляем слабые и сильные стороны. Прикидываем, кто нам по зубам, а кому лучше проиграть и сэкономить силы. И ждем своей очереди, куда ж без этого. Когда позовут — выходим и рвем всех, как Тузик грелку! Покажем им, где раки зимуют! А там и до финала рукой подать. Все ясно?

— Так точно, командир! — отчеканила Айсштиль.

— Будет сделано! — серьезно кивнула Настя.

— Я стараться очень-очень буду! — пролепетала Эмми, комкая платочек.

— Ррр!.. — одобрительно рыкнула Лилия.

Ну вот, совсем другое дело! Боевой настрой — это главное. А там и победа не заставит себя ждать, вот увидите.

Глава 11

Занятная безделушка

Бои на арене набирали обороты, публика неистовствовала, подбадривая любимцев. Лязг оружия, разноцветные всполохи боевой магии, крики и стоны раненых — всё смешалось в одну какофонию, от которой закладывало уши.

Я стоял у края нашего вип-сектора, скрестив руки на груди и безучастно наблюдая за очередной схваткой. После ряда легких побед у меня не было пока больше боев. Настя, Эмми и Айсштиль тоже разделались с противниками играючи и теперь скучающе маячили неподалеку. Лилию я на всякий случай отправил с Сахаринкой на трибуны для почетных гостей, подальше от греха. А то вблизи битв она прямо начинала звереть.

Внезапно толпа взбудоражено загудела. Все головы обернулись в сторону одного из входов на арену, куда указывал возбужденный распорядитель. Невольно я тоже перевел туда взгляд и нахмурился.

В вип-зону для участников вышли пятеро бойцов. Самое странное, все они были одеты в простые темные одежды без единого герба или хоть какого-то отличительного знака! Ни тебе расшитых камзолов, ни горделиво реющих знамен, ни блеска фамильных самоцветов. Лица закрыты масками, руки спрятаны в складках длинных плащей.

По толпе зрителей прошелся ропот удивления и недоумения. Кто эти незнакомцы? Как они оказались среди участников? Ведь простолюдинам без роду и племени, какими бы Одаренными они ни были, почти нереально пройти жесточайший отбор! Слишком многое в нашем мире завязано на положении в обществе, на родовитости, на занимаемом месте в иерархии. Тут либо плати огромные взятки, либо имей влиятельного покровителя. А у простолюдинов нет ни денег, ни связей…

Я стиснул зубы, чувствуя, как внутри меня нарастает инстинктивная злость моего носителя. Уж мне ли не знать, как тяжело отверженному одаренному хоть чего-то добиться в жизни! Сколько раз мне, отпрыску обедневшего рода Безумовых, тыкали в лицо моим происхождением, стремясь задеть побольнее. Сколько раз я наступал на горло собственной гордости, унижался и терпел издевки, лишь бы не потерять право учиться магии вместе с сильными мира сего. И сколько еще таких, как я, пропадает в безвестности, так и не сумев реализовать свой талант…

В общем, турнир, кажется, разбудил во мне воспоминания Кости Безумова. Я был уверен, что это не мои мысли. Хотя я прекрасно их понимал — мир действительно во многом несправедлив.

Между тем, таинственная пятерка невозмутимо прошествовала в свою часть вип-зоны, демонстративно игнорируя повисшую вокруг напряженную тишину. Они словно статуи застыли в ожидании, уперев невидящие взгляды в одну точку.

И тут я заметил Её. Невысокая хрупкая девушка, стоявшая чуть впереди остальных, явно была здесь главной. Несмотря на миниатюрность и кажущуюся субтильность, от нее веяло какой-то первобытной, дикой силой. Необузданной, опасной, словно ураган, готовый вот-вот сорваться с цепи. Она двигалась плавно и грациозно, как хищник перед прыжком, а ее расслабленная поза выдавала в ней прирожденного бойца.

Все мое существо прошил странный трепет, предвкушение чего-то грандиозного, переломного. Я не мог оторвать глаз от этой загадочной девушки в маске, позабыв обо всем на свете. Что-то в ней… как будто показалось мне знакомым.

Я тряхнул головой, пытаясь отогнать наваждение. Что за чертовщина? Неужели это какой-то ментальный морок, попытка подчинить мою волю?

— Эй, Кость, ты чего? — окликнула меня Эмми, легонько пихнув локтем в бок, — Никак приглянулась тебе эта дылда в маске? — хихикнула она.

Я поморщился и отмахнулся:

— Типун тебе на язык! Просто любопытно стало, что за фрукты такие на турнир прорвались. Не перевелись еще самоубийцы в нашем государстве…

Эмми фыркнула и повернулась обратно к арене, где как раз шла жеребьевка соперников для следующего боя. Толпа гудела все громче, обсуждая неожиданное появление простолюдинов-самозванцев. Многие откровенно потешались, предвкушая, как сейчас высокородные снобы быстренько поставят нахалов на место.

Распорядитель возвестил начало схватки. Напротив таинственной незнакомки в маске на позицию встал… ого, это же сам младший сын барона Вазовского! Двухметровый детина, увешанный оружием и амулетами, грозно оскалился. Его лицо, покрытое шрамами, исказила презрительная ухмылка. Он явно не воспринимал хрупкую девчушку как достойного противника.

Вазовский-младший был довольно известной личностью в Синегорье. Боец-тяжеловес, профи магических дуэлей, чемпион в нескольких дисциплинах. Скандально известный своей жестокостью и беспринципностью, как на поле боя, так и в жизни. Ходили слухи, что на его счету немало загубленных простолюдинов-дуэлянтов. Знаменит был барон и своей садистской привычкой издеваться над поверженными противниками, превращая поединки в кровавые расправы. Избивал, ломал руки и ноги, пытал заклятьями. Бывало, и вовсе распылял на атомы особо строптивых…

Я невольно поежился. Вот уж воистину, не повезло девчонке с оппонентом! Такой зверюга раздавит её и не поморщится. Надо бы вмешаться, что ли? А то и правда, случится непоправимое…

Но не успел я шевельнуться, как прозвучал сигнал к началу поединка. И моя челюсть медленно поехала вниз от изумления.

Едва распорядитель взмахнул флажком, как незнакомка молнией сорвалась с места, ринувшись на ошарашенного Вазовского. Ее движения были нечеловечески быстры, она словно растворилась в воздухе, став почти невидимой. Лишь смазанные силуэты мелькали там и сям, заставляя теряться в догадках — где же она появится в следующий момент?

Тяжеловес-барон грузно развернулся, пытаясь уследить за стремительным противником. Взревев, он вскинул здоровенные ручищи и швырнул вслед девушке несколько огненных шаров. Но куда там! Она играючи увернулась, текучим движением перетекая между струями пламени. Ее собственные атаки, напротив, раз за разом попадали точно в цель. Невесть откуда взявшиеся стальные спицы, тонкие и острые как бритва, впивались Вяземскому в ноги и корпус, заставляя того утробно рычать от боли. Его покров едва держал удар…

С яростным воплем барон призвал из ниоткуда огромного зубастого коня, состоящего из пламени, оседлал его и направил на обидчицу. Я замер, мысленно приготовившись к худшему. Призрачно-огненный скакун Вазовских, их верный фамильяр, был знаменит своей прочностью и свирепым нравом. Зверюга темно-багрового окраса, с горящими алым глазами и могучими ногами, способная в два счета разорвать человека пополам. Что уж там говорить о тщедушной девушке.

Но и здесь незнакомка повергла всех в шок. Повинуясь небрежному взмаху ее руки, призрачный конь вдруг замер на полушаге, как громом пораженный. Его горящие глаза потухли, могучие ноги подломились, и он рухнул оземь бесформенной кучей. Просто взял и развеялся без следа!

Толпа ахнула. У Вяземского аж челюсть отвисла от изумления. Еще никому и никогда не удавалось вот так запросто развеять его верного фамильяра! Но девчонке хватило одного жеста. Что за дьявольщина?

Пока барон в остолбенении пялился на опустевшее место, бывшее недавно его скакуном, девушка перешла в решительное наступление. Ее ладони вдруг окутало зловещее темное облако, сотканное из непонятной энергии. Сгустки непроглядного мрака срывались с ее пальцев и неслись к Вяземскому, разрастаясь на лету. Вот они окутали ошарашенного мага удушающей пеленой, просачиваясь сквозь покров забиваясь в нос и уши. Вот они принялись что-то нашептывать ему, и от этого нашептывания лицо барона исказилось неподдельным ужасом…

Я нахмурился. Какая ужасная ментальная магия…

Он покачнулся и рухнул на колени, хватаясь за горло. Отчаянно замолотил руками, пытаясь содрать невидимую удавку со своей шеи. Из последних сил попытался воззвать к родовой магии, призвать хоть какую-то защиту. Но поздно. Незнакомка уже стояла рядом, нависая над ним словно ангел возмездия. Губы ее шевелились, произнося нечто неразборчивое, по-прежнему скрытые за черной маской. Но даже отсюда я ощущал ее неумолимую властность, подкрепленную чудовищной магической мощью. Сила, сокрытая в ней, в этой невзрачной простолюдинке, потрясала воображение!

Еще несколько секунд, и Вяземский обмяк, смирившись. Его остекленевшие глаза подернулись мутной пеленой, с губ сорвался сдавленный хрип. Признание поражения — полное и безоговорочное. Сдался, даже не пытаясь больше сопротивляться.

Незнакомка коротко кивнула и повернулась спиной к поверженному врагу.

На трибунах повисла звенящая тишина. Такого потрясающего исхода не ожидал решительно никто. Эта тоненькая девчушка, безродная простолюдинка, только что уделала одного из сильнейших бойцов турнира! Раскатала как бог черепаху, играючи, без малейшего напряжения. Да что там уделала — унизила, растоптала! Продемонстрировав при этом невероятные, невиданные доселе способности.

Я лихорадочно размышлял, пытаясь понять природу ее силы. Мощь незнакомки пугала и восхищала одновременно. В ней было что-то знакомое, будто я уже видел ее в деле раньше…

Определенно одно — на арене появилась грозная и непредсказуемая фигура. Новый игрок, с которым теперь придется считаться всем.

Включая нас, клан Безумовых. Я оглянулся на притихших Настю, Эмми и даже Айсштиль. Судя по их растерянным лицам, они тоже были в тупике. Непонятная тревога вновь кольнула мое сердце. Теперь, когда таинственная незнакомка заявила о себе в полный голос, расклад сил сильно менялся. Турнир обещал быть куда более жарким и непредсказуемым, чем мы ожидали.

Надо собрать команду и устроить срочный военный совет, пока не поздно. Необходимо скорректировать планы с учетом новых вводных.

* * *

Светлана Соколова, признанная фаворитка турнира, выступала, как всегда, безупречно. С первых же секунд боя она шла в стремительную атаку, ее движения были столь стремительны, что казалось, будто она телепортируется по арене. Ее легендарный клинок, сиявший ослепительным светом, рассекал воздух с невероятной скоростью, словно танцуя в ее изящных руках. Сверкающий меч то взмывал ввысь, то опускался вниз, выписывая замысловатые узоры. От его сияния слепило глаза. Однако, к огромному удивлению и замешательству зрителей, он ни разу не пролил чужую кровь. Противники даже не успевали понять, что произошло — один щелчок точеным пальцем по лбу, и они уже были повержены, падая на белый камень арены. Не было ни малейших шансов даже отреагировать, даже моргнуть. Светлана двигалась с такой молниеносной быстротой и нечеловеческой грацией, что казалось, будто она повелевала самим временем.

Многие участники, видя несокрушимую, поистине титаническую силу княжны, в последующих боях сдавались сразу после сигнала к началу, лишь заслышав ее грозное имя. Они предпочитали сэкономить силы для других, более равных поединков, осознавая тщетность и абсурдность попыток победить богоподобную Соколову. Зрители недовольно свистели и улюлюкали, называя их трусами и слабаками, требуя зрелищных кровавых сражений. Недовольство публики росло с каждой схваткой, грозя перерасти в беспорядки. Но бойцы стоически игнорировали насмешки, улюлюканье и освистывания.

Верные соратницы Светланы, Марья и Афина, тоже шли к победе без колебаний и страха, вдохновленные величием своей госпожи. На их счету уже было более 70 % побед, хотя им порой доставались очень сильные противники — матерые элитные бойцы из древнейших аристократических родов и лучших школ боевых искусств со всей империи. Но девушки сражались с невероятным упорством и потрясающим мастерством, раз за разом демонстрируя чудеса ловкости, силы и магического искусства. Порхали по арене подобно бабочкам, а их мечи жалили не хуже разъяренных ос.

Два молодых бойца-парня из команды Соколовых, обладающие редчайшими сенсорными Дарами, тоже стабильно выигрывали примерно половину своих боев. Вполне достойный результат для дебюта на великом императорском турнире, учитывая колоссальный опыт, могущество и былые заслуги многих маститых участников.

В редкие минуты отдыха между изматывающими схватками команда Соколовых собиралась в уютной беседке в вип-зоне, подальше от посторонних глаз, окруженной пышными цветущими кустами жасмина и сирени и умиротворяюще журчащим мраморным фонтаном в виде резвящихся купидонов. Марья не спускала настороженного взгляда с пестрой толпы зрителей, высматривая в ней потенциальных убийц и шпионов.

Рядом с ней, у самых ног, огромный лавовый пес принюхивался к теплому летнему воздуху, готовый в любой момент яростно ринуться в бой по приказу хозяйки. Повсюду сновали ледяные големы Афины, которые в точности выглядели как участники их команды. Поди пойми кто был настоящим человеком, а кто — бездушной магической копией. Искусство Афины не знало себе равных.

Марья в который раз пылко просила и умоляла Светлану быть постоянно начеку:

— Госпожа, умоляю вас, не теряйте бдительности ни на секунду! Враги не дремлют ни днем ни ночью, спят и видят вашу погибель. Такой грандиозный, невиданный доселе турнир — это идеальный момент для подлого покушения на вашу драгоценную жизнь, — но Светлана лишь рассеянно отмахивалась. Она откровенно скучала, небрежно развалившись на изящной скамье красного дерева, инкрустированной золотом и слоновой костью, и лениво ковыряя своим идеальным ногтем замысловатую резьбу на мраморном столе.

— Марья, солнце мое незаменимое, ну хватит уже трястись как осиновый лист на осеннем ветру. У меня все под контролем. Будь добра расслабиться и просто насладиться изысканным зрелищем. Честное дворянское слово, я в неописуемом шоке, как мало по-настоящему талантливых и сильных Одаренных среди моих ровесников. Это же просто посмешище!

Афина сдержанно улыбнулась, поправляя свои роскошные золотые локоны:

— Вы, как всегда, правы. Нам и вправду стоит слегка развеяться и насладиться плодами наших побед. В конце концов мы заслужили минутку блаженного отдыха в сей непростой день.

— Рада, что ты меня понимаешь, Афина, не чета некоторым, — ухмыльнулась княжна, покосившись на Марью, — Душенька, расслабься. От твоей осмотрительности порой и мигрень разыграться может.

Марья стиснула зубы, но смолчала, не смея перечить госпоже. В этот самый миг раздался едва различимый, почти неуловимый тихий свист рассекаемого воздуха. От этого звука веяло невероятной опасностью, грозящей неминуемой гибелью. Но никто из присутствующих ничего не понял, не успел даже глазом моргнуть.

Кроме княжны.

В долю секунды Светлана, даже не меняя своей расслабленной вальяжной позы, молниеносно вскинула руку, коснувшись виска двумя безупречными пальцами. Пальцы сомкнулись прямо на… снайперской пуле, мгновенно остановив ее в полете.

От пули исходила ошеломляющая, просто-таки чудовищная аура, от которой по спинам всех присутствующих пробежал леденящий озноб, словно от дуновения самой преисподней.

Все застыли в шоке, не смея даже вздохнуть. А Светлана лишь невозмутимо крутила и вертела меж пальцев пулю, задумчиво разглядывая ее со скучающе-презрительным видом истинного прожженного аристократа, повидавшего всякое на своем веку.

— Какая занятная безделушка. Так-так, что тут у нас… Адамантиевый сплав высшей пробы, насыщенный сгустками чистейшего Дара Металла. Великолепная работа, выше всяческих похвал! Эта малютка без труда размозжила бы голову и испепелила дотла даже матерого архимага высшей категории, — она перевела взгляд на подчиненных, — Видите? Я прекрасно могу о себе позаботиться сама. Ваша трогательная опека совершенно ни к чему.

С этими словами она небрежно щелкнула своими точеными пальцами. Пуля сорвалась с места и со сверхзвуковой скоростью, на грани видимости, полетела точно назад по своей изначальной траектории, разрывая пространство с пронзительным свистом. Спустя мгновение с ближайшей стеклянной крыши небоскреба донесся оглушительный звон и грохот разбитого вдребезги стекла, а затем вниз стремительно полетело чье-то скрюченное тело. Снайпер, стрелявший в Светлану секунду назад, только что познал ужасную иронию судьбы своего ремесла — поймал свою же пулю, начиненную мириадами смертельных и запретных печатей…

Афина и Марья осторожно выдохнули, пытаясь выровнять дыхание. Парни-сенсоры нервно переглянулись, крестясь и радуясь, что им несказанно повезло сражаться на одной стороне с такой монструозной, почти божественной силой, а не быть ее врагами.

Их двоих прикрепили к этой команде не из-за боевых навыков, а из-за сенсорных Даров. Но, кажется, даже их услуги Светлане попросту не нужны…

Светлана уже вновь погрузилась в свою вечную ленивую аристократическую задумчивость, неспешно потягивая золотистое вино из хрустального бокала тончайшей работы. Только теперь ее холодные лазурные глаза чуть заинтересованно поблескивали, словно у хищной кошки, почуявшей поблизости забавную дичь и добычу.

— Надо будет непременно выяснить на досуге, кто же был этот недотепа-стрелок и самоубийца. И особенно — кто же отдал ему столь занятный приказ. Клянусь всеми драгоценностями нашего рода, это может оказаться даже интереснее и познавательнее самого турнира…

— Хм… может быть тогда не стоило так торопиться его убивать? — осторожно спросила Марья, робея и потупившись перед ледяным спокойствием и невозмутимостью своей грозной госпожи, — Вдруг он успел бы рассказать что-то полезное…

Повисла напряженная звенящая тишина. Света задумчиво хлопнула себя по мраморному лбу с досадой и горечью:

— Блин… то есть вот же незадача… И впрямь, что-то я чересчур увлеклась. Сплоховала, каюсь. Ладно, может ничтожный еще и жив каким-то чудом после такого падения. Чем черт не шутит. Стоит срочно послать депешу папеньке, пусть немедленно поднимает всю нашу службу безопасности. Надо добраться до остывающей тушки снайпера и его секретов раньше этих бестолковых полицейских ищеек.

Она прищурилась и обвела верных товарищей многозначительным взглядом, полным скрытой властности и силы, от которого у всех по жилам вновь пробежал мороз:

— Так или иначе, друзья мои бесценные, не будем попусту терять сегодня ни секунды своего времени. Впереди у нас еще много увлекательных и жарких поединков. Жду не дождусь насладиться триумфом. Хотя… если честно, я уже почти потеряла на это надежду. Вряд ли хотя бы один из этих жалких слабаков сумеет меня приятно удивить и поразить.

Глава 12

Император Александр V

В стане клана Кривотолковых царила напряженная атмосфера. Несмотря на то, что большинство бойцов их команды показывали достойные результаты, общий настрой был далек от безмятежного. Слишком много было поставлено на карту в этом турнире. Честь рода, политическое влияние, звание сильнейших — всё это зависело от исхода поединков на арене.

Пожалуй, самой стабильной и успешной была Дарья. Закаленная в боях воительница методично крушила противников одного за другим, не ведая ни страха, ни сомнений. Ее верный кнут со зловещим свистом рассекал воздух, безошибочно находя бреши в защите врагов. Стоило ему опутать жертву — и та обрушивалась на землю, корчась в мучительных судорогах. Но Дарья не успокаивалась, пока враг не признавал окончательное поражение.

Особенно кровавой выдалась ее схватка с Денисом Волковым из клана Волковых. Два опытных бойца сошлись в яростном поединке, не желая уступать друг другу ни пяди. Их покровы трещали от чудовищных ударов, земля стонала под ногами. В какой-то момент Денису даже удалось достать Дарью своим кинжалом, оставив на ее плече глубокую рану. Но это лишь сильнее разъярило неукротимую фурию.

С диким воплем она обрушила на противника всю мощь своего Дара подчинения. Денис не смог уклониться… Глаза Волкова остекленели, движения стали вялыми и заторможенными. Он безуспешно пытался сопротивляться захватившей его чужой воле, но тщетно. Разум его помутился, повинуясь приказам Дарьи. Спустя несколько секунд Денис уже покорно склонился перед Кривотолковой, признавая поражение. Толпа взревела, приветствуя безоговорочную победу клана.

Вольдемар тоже исправно пополнял копилку побед клана. Могучий и неустрашимый, он крушил противников с механической неумолимостью, не ведая ни жалости, ни усталости. Фамильный моргенштерн, покрывшийся ледяными шипами, так и мелькал в его руках, с чудовищной силой обрушиваясь на покровы незадачливых врагов. Те даже опомниться не успевали, как падали без чувств на камень арены…

Безусловно, род Шмидтов мог гордиться своим доблестным отпрыском. За время турнира Вольдемар ни разу не уронил честь предков, из раза в раз подтверждая их бесспорное военное превосходство.

Жаль, что того же нельзя было сказать об Олеге. Избалованный княжеский сынок явно не оправдывал возложенных на него надежд. Он терпел поражение за поражением, и это явно подтачивало его боевой дух. То он оказывался слишком медлителен и пропускал удары, на которые вполне мог бы успеть среагировать. То слишком увлекался атакой, совершенно забывая про защиту и нарываясь на болезненные контрвыпады.

Но хуже всего было то, что в решающие моменты им слишком часто овладевали гнев и обида. Вместо того чтобы хладнокровно проанализировать ситуацию и подобрать верную тактику, Олег бросался в бой очертя голову, даже не пытаясь обуздать клокочущую ярость. За что неизменно и расплачивался.

Особенно болезненным оказалось его поражение от рук какого-то безвестного бойца из команды простолюдинов с Даром Камня. Дело было так. Ведущий объявил начало боя, и Олег, пылая праведным гневом, ринулся на врага, осыпая того градом ударов. Тот сперва лишь уворачивался и отступал, но в какой-то момент внезапно метнул в княжича небольшой камешек. Тот угодил Олегу точно промеж глаз, на мгновение ослепив. И этого мига противнику хватило, чтобы нанести решающий удар — с размаху припечатать Кривотолкова по макушке эфесом меча. Олег рухнул как подкошенный, не успев даже вскрикнуть. Бой был окончен.

Очнулся незадачливый княжич уже в лазарете, под ехидные смешки и откровенные насмешки соклановцев. Вадим, хмуро сдвинув брови, отчитывал его, не стесняясь в выражениях:

— Куда ты лезешь вперед батьки в пекло, щенок? Я тебе тысячу раз повторял — в бою думать надо, а не беситься как бешеный пес!

Олег только сопел и отводил глаза. Досада жгла его огнем, но возразить наставнику было нечего. Как ни крути, а прав был Вадим на все сто. Только гордость мешала Олегу в этом признаться.

Не лучшим образом обстояли дела и у младших Кривотолковых, Эраста с Миланой. Они, конечно, старались и бились достойно, на уровне крепких середняков. Половину боев они успешно забрали в общую копилку. Но то и дело им доставалось от более опытных и сильных противников.

Милана чаще всего попадала в ловушки или пропускала обманные удары, слишком уж доверчива была. Эраст же, напротив, грешил чрезмерной агрессией и несдержанностью. То в открытую атаку без подготовки попрет, то уязвит противника насмешкой, заставляя того озвереть и забыть про осторожность. Порой срабатывало, но чаще оборачивалось против самого Эраста. Но все же он действовал более осмотрительно, чем Олег. За счет чего процент побед был выше.

В перерывах между схватками вконец измотанные Кривотолковы собирались возле фонтана под сенью мраморной беседки. Тут можно было хоть немного отдышаться, промочить пересохшее горло ледяной водой и наскоро подлатать раны.

Впрочем, расслабляться не давал неусыпный Вадим. Едва бойцы начинали приходить в себя, как наставник принимался их разбирать по косточкам, вываливая на головы тонны ценных указаний вперемешку с критикой.

— Дарья, ты молодец, продолжай в том же духе, — говорил он своим глубоким, хрипловатым голосом, не сводя цепкого взгляда с арены, — Но не зазнавайся, не считай, будто победа у тебя в кармане. В любой момент может найтись тот, кто окажется сильнее и хитрее. Безумов, Соколова, те странные простолюдины… Всегда будь настороже.

Дарья в ответ лишь невозмутимо кивала, продолжая начищать свой кинжал до зеркального блеска. Похвала Вадима была ей привычна и приятна, но вскружить голову точно не могла. Слишком хорошо она знала, как переменчива бывает удача.

«Раздражаешь своим нытьем», — подумала она, с неприязнью взглянув на Вадима, — «Единственный, кто может мною так помыкать, это дядюшка!»

— Вольдемар, ты чересчур полагаешься на грубую силу! — продолжал распекать подопечных Вадим, — Да, пока это срабатывает, твоя ярость сметает врагов, будто ураган. Но ты тратишь слишком много сил, выдыхаешься. В затяжном бою против искушенных противников это сыграет с тобой злую шутку. Умерь свой пыл, дозируй энергию. Коли уж взялся крушить — делай это с умом и расчетом.

— Да, герр Вадим, вы правы, — прогудел в ответ Вольдемар, смиренно склонив голову. Он отличался куда большей покладистостью, чем его соратники, — Я слишком увлекаюсь битвой и теряю контроль. Это недопустимо для рыцаря. Я исправлюсь.

С Олегом Вадим был куда более резок и язвителен. Еще бы, столько промашек от княжеского сынка наставник не ждал. Пока все его подопечные сражались и набирали очки, Олег только позорился, раз за разом оказываясь в грязи.

— Что ж ты, княжич, никак в толк не возьмешь? — цедил Вадим, буравя Олега тяжелым взглядом, — Сколько можно повторять — в бою думать надо, а не беситься! Я давно замечаю — ты и в учебных схватках грешишь точно теми же ошибками. Напролом так и лезешь, наплевав на всю защиту. Запомни, пока будешь нарываться — станешь легкой добычей для любого лихого вояки.

Олег лишь мрачно зыркал исподлобья, скрипя зубами и до хруста сжимая кулаки. Ярость клокотала в душе, но возражать было нечего. Вадим был куда опытнее и без труда читал его как открытую книгу. Приходилось молча сносить упреки, лишь в душе давая обет когда-нибудь утереть нос всем, кто смел в нем сомневаться.

Эрасту с Миланой тоже доставалось по полной. Выявив по ходу боев их слабые места, Вадим принялся нещадно муштровать, заставляя раз за разом отрабатывать нужные приемы.

— Милана, ну сколько тебе повторять — не верь своим глазам! — рычал наставник, для пущей доходчивости постукивая ученицу деревянным мечом по лбу, — Противник из последнего твоего боя специально строил из себя простачка, чтобы ты расслабилась. А потом ударил исподтишка! Будь всегда готова к обману!

— Эраст, обуздай уже свой нрав! Нечего бросаться на врага, как будто тебя Олег покусал. Такие фокусы хороши против безмозглой швали, но с равным противником надо хитрее. Пойми, тут работать надо не яростью, а умом. Просчитать врага на три хода вперед, загнать в угол, а потом мгновенно сожрать. Вот что значит быть настоящим Кривотолковым!

И в довершение, окинув всех тяжелым взглядом, Вадим припечатывал:

— В общем так. Вольдемар и Дарья молодцы, так держать. Но и вам еще есть куда расти. Эраст, Милана — подтягивайтесь. А ты, Олег — смотри, не опозорь род своими выходками. Затаился бы пока, сил поднакопил. А там глядишь, и покажешь наконец, на что годен. Ясно?

Ученики понуро кивали. Они знали, что Вадим, при всей своей суровости и язвительности, плохого не посоветует. У каждого из них еще будет шанс проявить себя с лучшей стороны. И добыть для своего клана победу в этом нелегком турнире.

На мгновение Вадим окинул подопечных долгим, изучающим взглядом, задержавшись на Олеге. Странное предчувствие кольнуло старого вояку — будто этот турнир принесет Кривотолковым не только славу, но и немалые испытания. И многое будет зависеть именно от младшего княжича.

«Эх, Олег, Олег», — подумал про себя наставник, — «Неужто в тебе наконец-то проснется кровь предков? Та самая, что делала Кривотолковых лучшими из лучших, непобедимыми и несгибаемыми? Что ж, поживем — увидим. Сдается мне, у тебя еще будет шанс проявить свою истинную силу…»

Император Александр V Романов, Великий князь Генерал-Губернатор Горовой, князь Дмитрий Кривотолков, Князь Георгий Соколов и князь Родион Бельский расположились в просторной комнате с панорамными окнами, выходящими на арену. У дверей дежурила охрана, вооруженные элитные бойцы, но Одаренные в них как будто не сильно нуждались. Все пятеро чувствовали себя в безопасности благодаря своим Дарам. Как самые могущественные Одаренные страны, они редко нуждались в дополнительной защите.

Александр V, облаченный в традиционный императорский мундир с золотыми эполетами, задумчиво потирал подбородок, наблюдая за очередным поединком. Горовой, рослый и крепкий мужчина преклонного возраста, с пышной седой бородой и военной выправкой, расположился в кресле справа от императора. Его мундир был увешан многочисленными орденами и медалями, свидетельствующими о долгой и успешной карьере на военном поприще.

Слева от Горового сидел князь Кривотолков, среднего роста и телосложения, с цепким взглядом и аккуратной бородкой. Его темно-зеленый камзол был расшит серебряными узорами, а на пальце сверкал массивный перстень с родовым гербом. Рядом с ним сидел князь Георгий Соколов, в синем камзоле с голубыми узорами. Оба о чем-то негромко переговаривались.

А самый старший из присутствующих, Родион Бельский, лысый и сгорбленный, но с все еще острым умом, занял место слева от Александра V. Его простой черный кафтан и отсутствие украшений контрастировали с роскошными нарядами остальных, но это ничуть не умаляло авторитета старого князя. Бельский считался своего рода неофициальным патриархом Синегорья, мудрым и дальновидным политиком.

Разговор, разумеется, шел о молодых Одаренных и зрелищных поединках.

— Ваше Величество, как вам поединок Огненных магов? Стрижевы и Буровы показали очень высокий уровень для своих лет! Это же просто песня! Такого мастерства в повелении стихиями я давно не встречал, — генерал-губернатор энергично жестикулировал, его глаза азартно блестели.

Кривотолков согласно кивал, отмечая, что уровень молодых Одаренных растет с каждым годом.

— Новое поколение не перестает удивлять, — задумчиво добавил князь, поддержав губернатора, — Такое ощущение, что пределов совершенству Дара просто не существует. Интересно, насколько далеко они смогут продвинуться в своем развитии?

Бельский, однако, скептически покачал головой и заметил, что некоторые бои показались ему скучноватыми по сравнению с былыми временами.

— Эх, в наши годы турниры были совсем другими, — ностальгически вздохнул старый князь, — Помню, как мы с Велимиром Суровым, царствие ему небесное, три дня и три ночи бились, не щадя друг друга. Вот это была настоящая битва! А сейчас… Слишком много внимания уделяется внешним эффектам в ущерб истинной силе. Правила ограничивают силу участников… Пальчик боятся прищемить…

— Кстати, о молодых талантах, — произнес Император, переводя тему, — До меня дошли противоречивые слухи о юном княжиче Безумове. Что вы можете о нем рассказать?

Горовой заметно оживился:

— Ваше Величество, этот юноша — настоящая находка! Во время нападения Гигантского Монстра на Синегорье он проявил невероятную доблесть и сыграл ключевую роль в победе над чудовищем. Представьте только: в критический момент боя Безумов со своим отрядом проник прямо в нутро монстра и сильно ранил его!! У паренька точно большое будущее.

Кривотолков задумчиво кивнул, но в его глазах промелькнула тень.

— Не спорю, Безумов талантлив. Но в последнее время вокруг его семьи происходят странные вещи.

— Какие именно? — повернулся к нему Император.

— Взять хотя бы недавнее нападение на наш склад номер 13 — налетчикам подчинялись мощные монстры-аномалии. И по любопытному совпадению, ходят слухи, что Безумов умеет контролировать Аномалии. Те подчиняются ему, словно своему хозяину. Плюс эти его нестандартные магические практики… Он явно идет своим путем, но куда этот путь заведет — большой вопрос.

— Бросьте, Дмитрий Александрович! — отмахнулся Горовой, — Совпадения случаются. Мало ли какие байки народ сочиняет. У вас есть какие-то реальные улики против юноши? Или только домыслы и слухи?

Кривотолков промолчал, но его взгляд и легкая полуулыбка красноречиво давали понять, что князь явно что-то знает, о чем пока не считает нужным говорить.

Бельский, внимательно слушавший, недовольно скрипнул зубами.

— После дуэли с этим выскочкой Безумовым мой сын Аристан до сих пор в лазарете. Хоть и идет он на поправку, но врачи не разрешают ему пока перенапрягаться. А ведь как рвался на турнир, я еле отговорил! Теперь сидит и дуется как мышь на крупу.

Император сочувственно посмотрел на Бельского, но потом перевел взгляд на Горового.

— Значит, вы считаете, что Безумов может стать ценным приобретением для Истребителей, Алексей Петрович?

— Несомненно, Ваше Величество! — с жаром подтвердил генерал-губернатор, — Такие таланты нужно беречь и растить. Пусть Кривотолков и Бельский ворчат, но я верю в этого юношу. Подумайте сами — если он в столь юном возрасте способен на подобные свершения, то что же будет лет через десять? Через двадцать? Да он горы свернет! Главное — направить его энергию в нужное русло.

— Я пока не так хорошо знаком с юным Безумовым, но моя дочь Светлана, в целом хорошо отзывается о нем, — задумчиво произнес князь Соколов, — А она так делает довольно редко.

Александр V задумчиво кивнул. Он ценил мнение своих советников, но предпочитал составлять собственное суждение о людях. Прямо сейчас вынести вердикт касательно Безумова было сложно. Слишком уж противоречивые сведения звучали в его адрес. Возможно, стоит присмотреться к юноше повнимательнее, прежде чем делать выводы.

Беседа постепенно перетекла на другие темы — внешнюю и внутреннюю политику, последние успехи на дипломатическом поприще, сложности в управлении отдаленными провинциями. Порой обсуждение становилось жарким, голоса повышались почти до крика. Но Император умел виртуозно сглаживать противоречия и направлять дискуссию в конструктивное русло. Иногда кто-нибудь вставлял шутку, разряжая атмосферу, и все пятеро позволяли себе улыбнуться, ненадолго отвлекаясь от государственных забот.

Когда серьезные вопросы были исчерпаны, разговор плавно перешел на увлечения. Горовой с азартом начал описывать свою последнюю охоту, где ему удалось подстрелить могучего вепря-мутанта.

— Никогда еще не видел такого огромного кабана! — генерал-губернатор раскинул руки, показывая размеры добычи, — Весь мох в округе истоптал, сволочь такая. Это ж какая прорва корма нужна, чтоб такую тушу прокормить!

Кривотолков вставил ехидный комментарий насчет того, что некоторым стоит больше времени проводить в седле, а не за столом, если не хотят прослыть старыми и немощными. Горовой добродушно рассмеялся, хлопнув товарища по плечу — его богатырскому здоровью можно было только позавидовать.

Бельский предпочитал рыбалку охоте. Он с ностальгией вспоминал о гигантской рыбе-молоте, которую однажды часами тягал на спиннинг, и в итоге едва победил.

— В наше время и рыба была крупнее, и рыбаки упрямее! — с гордостью подытожил он, — Не чета нынешним хлюпикам. Все эти ваши технические примочки только мешают единению с природой. То ли дело встать рано поутру, закинуть леску и ждать у моря погоды. Медитация, доложу я вам, знатная выходит.

Остальные закивали, признавая, что годы берут свое и многое меняется. Но приятно иногда вспомнить былые подвиги и почувствовать себя лет на двадцать моложе.

И в этот момент зрители, наблюдавшие за очередным боем, так заорали, что вздрогнула вся комната, где расположились Император и князья…

— Это что такое? — князь Соколов по инерции активировал покров.

— А… так это Безумовы опять, — князь Кривотолков бросил взгляд на гигантские мониторы, — Там их девица должна была высту… пать.

Он замолчал, пытаясь осмыслить то, что увидел.

— Какого… — у Горового аж челюсть отвисла. Остальные, даже Император, выглядели не менее шокированными.

— Не, ну это ненормально, — прохрипел Бельский, — Это уже не человек, не Одаренный… а чертова Аномалия…

Глава 13

С уважением

Мрачный мужчина в черном плаще с капюшоном и остроконечной бородкой поднял руки и начал быстро читать заклинания, складывая печати. Его голос, низкий и зловещий, эхом разносился по арене, заставляя зрителей невольно поежиться. Вокруг него закружились разноцветные сгустки энергии, постепенно обретая форму. Сперва они напоминали бесплотные силуэты, но с каждым словом мага становились все более осязаемыми и четкими.

И вот уже позади призывателя возникла целая армия жутких монстров — мохнатые, зубастые, с горящими алыми глазами и острыми, как бритва, когтями. Страшные твари рычали и скалились, нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу, готовясь наброситься на свою жертву по первой команде хозяина. От их рыка, казалось, сотрясались сами защитные поля арены.

Толпа ахнула, не веря своим глазам. Многие видели Дар Призывателя в действии, но это зрелище неизменно потрясало и внушало благоговейный ужас. Способность призвать себе на помощь верных слуг из иных миров казалась чем-то запредельным, недоступным простым смертным. И уж точно подобная магия сулила мало хорошего тому, против кого была направлена.

Вот только их «жертву», белую волкодевочку Лилию, казалось, вовсе не впечатлили видом кровожадные монстры. Более того, она выглядела откровенно скучающей. Лениво зевнув во всю пасть… рот и обнажив при этом внушительные клыки, Лилия принялась вылизывать свой роскошный хвост, всем своим видом демонстрируя, что происходящее ее совершенно не касается.

Толпа замерла в полнейшем недоумении. Маг с монстрами растерянно переглянулись, явно не зная, как реагировать на столь вызывающее поведение. Такого откровенного пренебрежения к их грозной силе они точно не ожидали. Призыватель гневно сверкнул глазами и что-то прошипел сквозь зубы. Монстры начали окружать добычу, готовясь по сигналу накинуться на дерзкую волкодевочку и разорвать ее в клочья.

Но долго размышлять над странным поведением соперницы им не дали. Лилия как раз закончила умывание и теперь обратила свой взор на армию призванных существ. Ее ярко-голубые глаза вдруг вспыхнули хищным огнем, а губы растянулись в предвкушающей ухмылке, обнажив клыки. Медленно, с почти издевательской ленцой она поднялась на ноги и сладко потянулась, демонстрируя литые мышцы, перекатывающиеся под тугой маечкой.

— Ммм… какие аппетитные крепыши! Сочные, мясистые… То, что доктор прописал! — промурлыкала волкодевочка, облизнувшись. В ее голосе не было ни тени страха, лишь неприкрытое желание и предвкушение.

Я, наблюдая за поединком с трибуны, тоже застыл с открытым ртом. Лилия заговорила? Впервые за долгое время! И что значат ее слова? Неужели она всерьез вознамерилась сожрать призванных монстров? Блин… мы ж ее кормили с утра! Уже проголодалась?

Но размышлять над загадочным поведением подруги времени не осталось. С громким боевым кличем Лилия внезапно сорвалась с места и молнией метнулась к застывшим в замешательстве монстрам. Те лишь испуганно взвизгнули, когда разъяренная волкодевочка с веселым рычанием врезалась в их ряды и принялась методично избивать, кусать и раздирать врагов когтями. Поднялся жуткий шум: рычание, вой, лязг клыков. Монстры метались в панике, тщетно пытаясь поразить разбушевавшуюся волчицу своими клыками и когтями. Но все было тщетно — их сила оказалась бесполезным против той, в чьих жилах текла древняя кровь бога…

Лилия скакала между обезумевших от ужаса чудовищ, мощными прыжками сшибая их с ног. Острые клыки смыкались на глотках, когти раздирали животы и грудные клетки, а хвост сбивал монстров с ног. В стороны летели клочья шерсти, лапы, бошки и прочие конечности… То тут, то там раздавался жалобный предсмертный вой. Арена превратилась в натуральную бойню.

Маг в ужасе попятился, глядя на стремительное и беспощадное уничтожение собственной армии. Он что-то истошно кричал, брызжа слюной, и лихорадочно плел заклинания, призывая все новых и новых монстров взамен погибших. Но Лилии они были что семечки — лузгала одного за другим, уворачиваясь от ударов, и радостно урчала, вгрызаясь в плоть. Ее белая шерсть потемнела и свалялась от крови, но глаза сияли весельем. Она была в своей стихии.

Я сперва подбадривал Лилию, отмечая ее ловкость и силу. Но постепенно я умолк вместе со зрителями. Лилия уже не просто убивала монстров — она их поедала. Иногда даже глотала целиком. Ее рот и челюсть растягивались, как у питона, чтобы вместить очередную порцию.

Один за другим враги исчезали в ее пасти, а довольное урчание становилось все громче. Более того, фигура волкодевочки начала стремительно меняться — она буквально толстела прямо на глазах! Ее некогда подтянутое и грациозное тело стремительно теряло очертания, превращаясь в какое-то подобие шара на ножках.

Метаболизм у нее, конечно, был бешеный. Все проглоченное стремительно перерабатывалось в энергию.

— Лилечка, детка, притормози! Ты сейчас лопнешь! — встревоженно воскликнула Эмми, стоящая рядом со мной.

— Не-не-не, продолжай! — не согласилась Настя, которая как всегда имела свое мнение, — Хавай их, Лиля! В три глотки!

— Ты хочешь победы любой ценой? — возмущенно посмотрела на нее Эмми.

— Не, мне просто интересно, чем это закончится.

Но волкодевочка лишь раздраженно фыркнула, с чавканьем отправляя в рот очередного монстрика.

— Ффкуффно! — невнятно промычала она с набитым ртом, — Я уффе фыфячу лет так ффкуфно не обжиралаффь! Дай еффе пару минуточек…

И, радостно взвизгнув, ломанулась к новой порции магических существ, которые в панике разбегались кто куда. Но куда ж ты денешься арены, которая вся огорожена барьерами?

Долго продолжаться этот неравный бой не мог. Постепенно поток призываемых монстров иссяк — маг выдохся и не мог больше поддерживать заклинание. Вскоре на арене воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь хриплым дыханием чародея, без чувств распластавшегося в углу, и довольным урчанием Лилии.

Волкодевочка восседала посреди груды обглоданных костей, гордо выпятив раздувшийся живот. Белые шортики и топ, еще недавно облегающие ее стройную фигуру, теперь жалобно трещали по швам. За время битвы Лилия умудрилась отъесться до поистине чудовищных размеров — теперь напоминала не девушку, а огромный пушистый шарик с ручками, ножками и хвостиком.

В битве Жруна и Призывателя победил Жрун. Аппетит оказался сильнее магии.

Судьи недоуменно перешептывались, не зная, как реагировать. С одной стороны, победа была одержана. Но с другой — кто же мог представить, что милая волкодевочка окажется таким прожорливым монстром?

— Она точно человек? — шептались зрители, — Что это за странный Дар? Больше похоже на аномалию…

Я, впрочем, лишь тяжело вздохнул и закатил глаза. Чего-то подобного я, признаться, и ожидал. Делать нечего: получив разрешение судьи, я поднялся на арену и направился к разомлевшей подруге. Та жалобно заскулила, тщетно пытаясь подняться на ноги — увы, ее округлившееся тельце то и дело заваливалось то на один бок, то на другой. На ее щеках, раздувшихся как шарики, переливался румянец.

Подойдя к Лилии, я со смесью умиления и раздражения пихнул упругий волчий бок носком сапога. Пухлая тушка радостно покатилась по арене, постепенно набирая скорость.

— Твою ж дивизию! — выругался я, со всех ног бросаясь вдогонку. Лилия неслась прямо в зрительские ряды, угрожая раскатать всех, как дорожным катком…

Судя по восторженному повизгиванию и вилянию хвоста, процесс ей очень даже нравился.

Зрители с визгами шарахнулись в разные стороны, пытаясь избежать столкновения с ожившим и очень голодным шаром. Но тут Айштиль и Эмми, не сговариваясь, вскинули руки. В следующий миг прямо по курсу движения Лилии выросла ледяная горка, плавно переходящая в воронку. Не успела волкодевочка и глазом моргнуть, как ее подхватили воздушные потоки. Она заскользила вверх по склону, а потом, радостно взвизгнув, нырнула в ледяную чашу. Раздался глухой удар, посыпалась ледяная крошка. Шар в лунке, зрители спасены!

Судьи, наконец, отмерли и бросились совещаться. После секундного совещания они дружно вскинули таблички с оценками — победа в этом поединке однозначно присуждалась команде Безумовых. Трибуны разразились аплодисментами и восторженными криками, чествуя необычную героиню.

Впрочем, саму Лилию мало волновали формальности вроде победы или поражения. Главное, что она вкусно поела. А ее довольная моська так и говорила всем свои видом: «Безумно вкусно быть первой… Ауф!»

Кряхтя и постанывая, она с моей помощью кое-как выбралась из ледяной ловушки, и, одарив всех жизнерадостным взглядом, покатилась прочь с арены. Ее пошатывало и заносило на поворотах, но в целом волчица держалась молодцом. Главное — она была сыта, довольна и вполне готова к новым приключениям!

Император и князья проводили нас ОЧЕНЬ странными взглядами.

* * *

Наша маленькая компания весело гомонила, празднуя эпичную победу Лилии. Настя с Эмми обсуждали самые яркие моменты боя, активно жестикулируя и строя забавные рожицы. Айсштиль слушала их вполуха, сохраняя свою обычную невозмутимость, но в уголках ее губ затаилась едва заметная улыбка. А Лилия блаженно развалилась в углу на большой подушке, поглаживая изрядно раздувшийся живот и постанывая от приятной сытости.

Она уже не напоминала круглый мячик, быстро возвращая прежнюю фигуру. Метаболизм просто бешеный!

Да уж, что ни говори, а победа далась ей нелегко — не каждому дано жрать монстров в три горла!.. Надо было видеть лица зрителей.

Но мне пришлось куда сложнее — выволакивать обожравшуюся Лилию с поля боя, это та еще задачка! Пыхтел как паровоз, тащил ее волоком, а она знай себе довольно повизгивала да икала, сыто облизываясь.

Ну да ладно, что с нее взять — богиня природы, волчья душа.

Довольный, я оглядел свою лихую компанию. Все такие счастливые, беззаботные, пышут здоровьем и весельем. Но что-то царапало душу, будто неясное предчувствие. И ведь недаром, как оказалось!

Не успели мы еще до конца отсмеяться, как у входа в нашу беседку возникла высокая фигура в темном плаще до пят. Таинственный гость откинул низко надвинутый капюшон и шагнул вперед. Это оказался не кто иной, как Вольдемар фон Шмидт — германский вассал рода Кривотолковых. Помню-помню, наша с ним дуэль вышла знатной.

Настя тут же вскочила, будто ошпаренная, и напряглась, готовая в любой момент сорваться в бой. Краем глаза я заметил, как ойкнула Эмми, а Айсштиль прищурила свои ледяные очи. Лилия тоже приподняла голову и зарычала, сверкая алыми глазами.

— Шмидт? Чем обязаны? — я сохранял внешнюю невозмутимость, но все же привстал навстречу гостю.

Да, мы условно примирились, но назвать нас добрыми приятелями никак не выходило. А тут еще такое внезапное появление — мало ли что на уме у немца. Сегодня он добродушный бюргер с баварским пивом и колбасками, а завтра уже травит вас хлором… На турнире друзей нет, все друг другу соперники. Надо держать ухо востро.

Однако Вольдемар выглядел на удивление спокойным и даже дружелюбным. Он примирительно поднял раскрытые ладони, всем своим видом демонстрируя миролюбие:

— Мир вам, друзья. Я пришел не как враг, но как должник.

Его глухой голос, звучавший из-под низко надвинутого капюшона, был очень тих. Словно бы Вольдемар не хотел, чтобы кто-либо еще знал о его визите сюда.

Настя и Эмми переглянулись с явным недоумением. Но я уже принял решение. Едва заметным жестом я пригласил гостя присоединиться к нашей компании. Вольдемар церемонно поклонился и проскользнул внутрь, усаживаясь на свободную скамью.

— Госпожа Анастасия, госпожа Эмилия, госпожа Лилия… И вы, бледная госпожа, не знаю вашего имени… — он учтиво кивнул каждой из девушек, даже блаженно икнувшей Лилии, — Рад видеть вас в добром здравии. Примите мои поздравления с блестящими победами.

Затем Шмидт перевел тяжелый взгляд на меня и надолго замолчал, словно подбирая слова. Наконец, он заговорил:

— Константин, я в долгу перед вами. В нашу прошлую встречу, во время… инцидента на дуэли, вы не только сохранили мне жизнь, но и не стали раскрывать мою тайну, — он словно инстинктивно коснулся своей груди, — Это благородный поступок, который я высоко ценю.

Я молча кивнул, не сводя с Шмидта пристального взгляда. Да, я не стал трубить о тайне немца на каждом углу, предпочтя сохранить такой его секрет. В конце концов, в каждом роду свои скелеты в шкафу. Не мне судить.

Помолчав еще с минуту, Вольдемар вдруг подался вперед и заговорил почти шепотом:

— Константин, я связан клятвой и долгом. Вы понимаете, о чем я. Но… Будьте осторожны. Мне известно, что против вашего рода зреет заговор — с целью вывести вас из турнира.

— Князь Кривотолков? — я умел складывать два и два.

Казалось бы, ответ лежит на поверхности, но…

— Нет, — улыбнулся Вольдемар, — Князь Кривотолков в курсе, что я здесь. Без его благословения я бы сюда и не пришел… Более того, это он приказал вас предупредить. И знаем об этом только он и я. Так что прошу держать сказанное здесь в секрете.

Я приподнял бровь. Помощь от Кривотолковых. Интересно. Князь решил вернуть мне долг за спасение? Или же у него есть еще какие-то соображения?

— Мне… подобное не по нраву, я за честную борьбу. Подробностей я сообщить не могу, так что будьте осторожны. Но если нам суждено снова скрестить клинки на арене… Я не стану сдерживаться. Таковы правила.

С этими словами Шмидт поднялся и протянул мне руку. Я крепко пожал ее, глядя ему прямо в глаза. Что ж, по крайней мере, он честен.

— Я ценю твое предупреждение, друг. И твою честность, — сказал я, — Что ж… Если вдруг решишь нарушить пару клятв — милости прошу в гости, обсудим. Только боюсь, твоим новым друзьям это придется не по нраву.

Вольдемар коротко кивнул и стремительно покинул беседку. Повисла напряженная тишина.

— Ну и что это было? — нахмурилась Настя.

Эмми закусила губу, а Айсштиль так и застыла ледяной статуей, погруженная в свои мысли.

Я же смотрел вслед немцу, лихорадочно размышляя. В принципе, я догадывался, что Безумовым на турнире будут падлить. Род Кривотолковых что-то затевал, и Вольдемар явно знал больше, чем говорил.

Под ложечкой засосало нехорошее предчувствие, а между лопаток будто кто-то пробежался ледяными пальцами. Ох, не к добру все это…

— Похоже, друзья мои, нам всем стоит быть начеку, — мрачно изрек я, — Даже если в стане наших врагов завелись доброжелатели…

Девчата дружно закивали, хмуря брови. И только Айсштиль казалась странно отстраненной, будто погрузившись в себя. Я перевел на нее тяжелый взгляд.

Я успел оценить силу Вольдемара во время его поединков — он стал намного сильнее, чем был во время нашей дуэли. И то, я подозреваю, он даже не показал малой части новой силы.

Было много способов усилить Одаренного, но что-то мне подсказывало — в данной ситуации ответ лежит на поверхности.

Уж не ее ли это рук дело? Кому как не богине Зимы ведомы секреты своих чемпионов?

Заметив мой вопросительный взгляд, Айсштиль лишь пожала плечами:

— Не смотри на меня так, Эстро. Я здесь вообще не при делах. Ну… почти.

Словно читает мои мысли. Ну-ну… Еще бы знать, что за «почти» такое.

— Вольдемар ведь чемпион богини Айштиль, — проговорил я вслух, — Ты стала сильнее, слившись с осколком… Твои чемпионы, скорей всего, тоже стали сильнее.

Айсштиль тяжело вздохнула:

— Может быть. В любом случае, я почти не могу влиять на них сейчас. Я все еще слишком слаба, и у меня нет божественной силы… лишь эта мерзкая Бездна струится в моих жилах… Я не хочу, чтобы меня признали… в таком виде…

Она оборвала себя на полуслове и отвернулась, скрестив руки на груди. Понятно. Тема явно неприятна снежной королеве.

Что ж… выходит, и тут сплошные загадки. Мой взгляд скользнул по притихшим девчатам. Настя и Эмми о чем-то шептались, хмуря брови. Лилия вообще вырубилась, свернувшись калачиком — видно, переваривает добычу. Одна лишь Айсштиль будто заледенела, всем своим видом излучая отчуждение.

Я вздохнул. Да уж, весело тут у нас. Одни сплошные тайны, недомолвки да интриги. Самое то перед грядущими финальными сражениями!

— Ладно, девочки мои, хорош киснуть! — я хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание, — Какие бы тучи не сгущались над нами — прорвемся! Мы ведь Безумовы! Если надо — весь этот турнир вверх тормашками перевернем, но своего добьемся!

Настя с Эмми просияли и воодушевленно закивали. Даже угрюмая Айсштиль слегка оттаяла, позволив себе тонкую ухмылку.

— Вот это другой разговор! — довольно подытожил я, — Впереди решающие бои. Сейчас отдохнем как следует, подлатаем раны, подкрепимся — и снова в бой! Докажем всему миру, чего стоит наш род!

И ведь докажем, будьте уверены. Иначе какие мы, к чертям собачьим, Безумовы?

Глава 14

Фома Лисовский

Поединки в нашей группе подходили к концу. Я удовлетворенно смотрел на табло — мы занимали в нашей группе первое место, набрав больше всех очков! Выход в верхнюю финальную сетку нам был практически гарантирован!

Ну а там уже нас ждут встречи с Кривотолковыми, Соколовыми, Бельскими, командой простолюдинов и другими сильными противниками. Они тоже набрали много очков и почти гарантировали себе выход на более выгодные позиции в турнирной таблице.

— Ну что, Насть, цела? — спросил я, окидывая ученицу вопросительным взглядом. Та вернулась к нам, как раз закончив очередной бой.

— Да уж, жарковато пришлось! — тяжело дыша, проговорила Настя, — Этот верзила из клана Медведевых меня чуть в лепешку не раскатал! Еле увернулась от его «медвежьих объятий»…

— Все лучше, чем мой прошлый противник — зануда-теоретик, — поморщилась Эмми, — Все пытался меня формулами-печатями закидать. Ботаник лабораторный! Еле успевала огненные шары запускать, пока он свои кренделя в воздухе чертил!

— Пф-ф… ерунда все это! — небрежно отмахнулась Айсштиль, любуясь своим отражением в зеркальце, — Вы еще не сталкивались с по-настоящему сильными противниками, душеньки мои. Вот, например, Соколова… или та девица в маске — вот она действительно может доставить проблем.

Я кивнул. И правда, та незнакомка-простолюдинка в маске впечатлила многих. Никто не знал, кто она и откуда взялась, но сражалась она просто блестяще! Ни один соперник не продержался против нее дольше минуты. Быстрая, ловкая, непредсказуемая — она то и дело ускользала в самый последний момент, путая все карты. А ее коронным приемом было внезапное появление за спиной врага — и молниеносный удар в затылок. Не иначе как владела какой-то особой разновидностью телепортации или невидимости…

А еще мне почему-то показалось, что под маской скрывается кто-то смутно знакомый. Вот только никак не мог понять кто именно…

— Да уж, сильна, ничего не скажешь, — протянул я задумчиво, — Но ведь есть и другие, не менее опасные противники. Взять хотя бы команду Кривотолковых…

При упоминании этого имени Эмми скривилась, как от зубной боли. Да и у Насти с Айсштиль лица перекосило. Еще бы, учитывая наши… теплые отношения с этим кланом!

Я прекрасно понимал, что Кривотолковы — одни из самых вероятных наших соперников в финале. Если вообще не главные фавориты после Соколовых. Все ж таки их бойцовский состав, прокачанный лучшими тренировочными комплексами и элитным магическим снаряжением, был поистине впечатляющ.

Всем было очевидно, что Кривотолковы жаждут реванша. Особенно Олег после нашей недавней стычки на Технологическом соборе. И теперь они будут мстить нам с удвоенным остервенением. Еще неизвестно, на какие подлости и уловки они могут пойти, чтобы выбить нас из турнирной сетки. Как говорится, на войне все средства хороши!

Князь, конечно, типа предупредил нас о заговоре, прислав Вольдемара… но не знаю, не знаю…

В любом случае расслабляться нам точно не стоило. Предстояло сражаться в полную силу, не щадя ни себя, ни противника. И внимательно следить за происками старых недругов.

— Думаю, тот заговор, о котором предупреждал Вольдемар — это на самом деле снова Кривотолковы, — мрачно процедила Эмми, — От них всего можно ожидать, любую хитрую многоходовочку. И Соколовых тоже со счетов не сбрасываем.

— Все может быть! — согласно кивнула Настя, — Светка Соколова — прямолинейна и честна. Но подружки ее, Афина с Марьей, без мыла в душу влезут. А уж если мыло раздобудут, или тем паче вазелин…

Про подлые интриги, которые могут устроить Кривотолковы и Соколовы, мы могли говорить бесконечно. Но наше уединение неожиданно прервал громогласный голос распорядителя, разнесшийся над ареной:

— Минуточку внимания, дамы и господа! У нас чрезвычайное происшествие!

Мы дружно перевели взгляды на арену. Там как раз шел бой, два участника закидывали друг друга мощными заклинаниями… но теперь оба забились в углы арены и мелко дрожали!

Что-то пошло не по плану.

Прямо посреди арены разгорался здоровенный рунный круг, переливающийся всеми оттенками зловеще-фиолетового. От него исходили волны необузданной мощи и едва сдерживаемого безумия. Вокруг арены растерянно топтались маги-распорядители, явно не понимая, что им делать. Даже обычно невозмутимая охрана явно занервничала, нащупывая рукояти оружия.

Из центра круга медленно и величаво поднялась высокая фигура, закутанная в черный как смоль плащ. Капюшон надежно скрывал лицо, но даже отсюда, издалека, чувствовалась исходящая от незнакомца аура подавляющего могущества.

Резким движением незнакомец сбросил капюшон, обнажив буйную гриву черных волос, упавших ему на плечи. Острые черты лица, слегка загнутый крючковатый нос, жгучий взгляд карих глаз, самодовольная усмешка… тот еще кадр.

Кто это? Он силен.

С трибун понеслись потрясенные вздохи и выкрики. Похоже, кто-то из толпы узнал нежданного гостя. Я принялся лихорадочно копаться в памяти носители, пытаясь сообразить, что это за птица. Но тщетно, лицо было совершенно незнакомым.

Как вдруг распорядитель ошарашенно крикнул:

— Это же… Фома Лисовский! Да, точно, это он!

Зрители зашептались:

— Фома… неужели вернулся…

— Я думал, он давно мертв…

— Надо валить отсюда…

— Дурак, тут куча Одаренных! Его сейчас положат!

— Лисовского-то? Не смеши!

Я приподнял бровь. А кто это, собственно, такой?

— Настя, кто такой этот самый Лисовский? — шепнул я боевой подруге, в то время как толпа продолжала бурлить.

Ученица нахмурилась, явно порывшись в закромах памяти.

— Лисовский… Точно, это же бывший истребитель Аномалий! Я про него слышала. Говорят, он был одним из лучших, настоящая легенда. Но потом слетел с катушек, спалился на использовании запретной магии, и его объявили в розыск. С тех пор он будто в воду канул, уже несколько лет никто о нем ни слуху ни духу… И тут — здрасьте пожалуйста, нарисовался, как чертик из табакерки!

Хм… занятно. Бывший герой, ставший преступником и исчезнувший без следа… Тут явно что-то нечисто. Только я хотел глубокомысленно изречь эту мысль вслух, как Настя ахнула и дернула меня за рукав:

— Костя, глянь! Он же еще хуже выглядит, чем когда пропал! Осунулся весь, под глазами круги, взгляд безумный… И вообще, от него прямо разит какой-то неправильной силой! Как будто это обычная духовная сила, но только сильно искаженная, что ли…

Я прищурился, вглядываясь в фигуру Лисовского, и про себя согласился с подругой. И в самом деле, не похож этот тип на обычного мага, даже очень сильного. Аура у него была мутная, нездоровая какая-то. Как будто ее пропустили через мясорубку, щедро сдобрив безумием и темной волшбой.

Но это точно не Бездна. Бездны я в нем не чувствовал.

Пока мы гадали, что могло довести бывшего Истребителя до такого состояния, сам Лисовский вдруг картинно взмахнул рукой, привлекая всеобщее внимание. Толпа мгновенно смолкла.

Одним стремительным движением он взмахнул плащом, являя изумленным взорам доспехи, покрытые защитными печатями. Лисовский вскинул руки, призывая свою магию.

Ох и силища же это была, я вам доложу! Даже матерые бойцы из числа Одаренных невольно отшатнулись. Окутавшая фигуру мага лиловая аура пульсировала и перекатывалась, словно живая. И эта аура совершенно точно не принадлежала обычному Одаренному…

Мне даже стало интересно — что он с собой такого сделал? Результат… весьма любопытный.

Перегруз хорошо помог мне на старте, но сейчас с каждым днем эффекта от него все меньше и меньше… Было бы неплохо подыскать замену, какую-то новую технику.

— Что за позор… — хриплым, сорванным голосом провозгласил Фома, — И это и есть наше будущее? Юные Одаренные, которые должны стоять на страже Империи? Да вы все самой слабой твари на один зуб!

Генерал-Губернатор Горовой побагровел и начал подниматься со своего места.

— Позвольте мне, Государь-Император, — начал было он, сжимая кулаки, — Обычные охранники с Фомой не сладят…

Однако Романов неожиданно жестом остановил его и покачал головой. Цепкий взгляд Императора был прикован к Лисовскому. Горовой выглядел удивленным, но спорить не стал и вернулся на своё место.

Не менее удивленными выглядели и другие князья, в том числе и Кривотолков.

Фома вытащил из-за пазухи стеклянную бутылку, полную вина, сделал глоток и небрежным жестом разбил ее прямо об пол арены.

— Ну? — он раздраженно уставился на двух участников, дрожащих в своих углах, — Вы пришли за призом? Что ж… вот он я, стою перед вами! Я оспариваю право всех присутствующих здесь аристократов на Черное солнце! Я плюю на вас всех, так и знайте! Склонитесь передо мной, ибо я ваш новый чемпион! Ха-ха-ха!!!

И он разразился совершенно безумным хохотом. Казалось, само мироздание трещит по швам от этого жуткого, леденящего душу смеха.

Н-да… похоже, умом этот Лисовский и раньше не блистал, а тут и вовсе из последних мозгов выжил…

Между тем среди магов-распорядителей поднялся невообразимый гвалт. Кто-то призывал немедленно схватить безумца, кто-то предлагал подождать вердикта Императора. Стража замерла в нерешительности, явно ожидая приказа.

Сам Государь хмуро взирал на учиненное безобразие со своего помоста, не произнося ни слова. Я украдкой покосился на него. Что-то Император не торопится отдавать приказ…

— Что прикажете делать, Ваше Величество? — осведомился князь Соколов, преданно заглядывая монарху в глаза, — Прикажете арестовать мерзавца? Нельзя просто так давать ему делать все, что он захочет…

Но Император лишь досадливо поморщился и остановил его повелительным жестом. Странно…

Минуточку, а как там наши конкуренты поживают? Я машинально обернулся к ложе Соколовых и натолкнулся на холодный, расчетливый взгляд Светланы. Она смотрела прямо на Фому, оценивающе так смотрела. Ага, кажется, кто-то всерьез раздумывает, не выйти ли ей на арену и не поставить ли на место дерзкого выскочку…

Может быть именно этого хочет Император? Проверить молодежь на характер?

Я и сам не понял, что на меня нашло. Ноги сами понесли вперед, навстречу застывшему в напряженном ожидании Лисовскому. Краем глаза я заметил, как Светлана вскочила со своего места, но я уже опережал ее на полкорпуса. Некоторые другие Одаренные тоже двинулись к арене, тоже желая бросить вызов Лисовскому.

Настя ахнула, Эмми воскликнула:

— Костя, ты куда?

Я даже не обернулся, чтобы не терять драгоценные мгновения. Запрыгнув на арену, я вскинул руку и громко провозгласил:

— Эй ты, Фома-как-тебя-там! Думаешь, самый умный, да? Силушкой безумной разжился, решил нас тут всех построить? Перед лицом Государя-Императора непотребства учинить?

Я говорил выверено и красиво, как и положено аристократу, отбросив весь молодежный сленг.

— По роже вроде из Безумовых, — Фома бросил на меня скучающий взгляд и снова сунул руку за пазуху, — А, черт… зачем я её разбил, дурень… Ик…

Он слегка пошатнулся и захихикал.

Он что, пьяный? Совсем что ли самоубийца? Его ж тут раскатают за такие выходки. Тут полно сильных Одаренных. Какой бы легендой этот Фома не был, он на свободе только потому, что Император почему-то не отдает приказ.

— А ну-ка, говори давай, откуда ты такую силу получил? Встал на колени быстро и извиняйся перед всем честным народом… или я сам тебя поставлю, — я решил попробовать спровоцировать его.

— Я делаю что хочу, щенок, — Фома расхохотался, — И мне никто не указ. Если всю жизнь будешь вкалывать до седьмого пота… тогда, может быть, немного ко мне приблизишься.

Воздух буквально искрил от напряжения, готовый вот-вот взорваться ослепительной вспышкой. Краем глаза я видел, как притихла толпа на трибунах. Все ждали, затаив дыхание, чем закончится эта безумная выходка.

Я знал, что Фома опасен. Безумие и сила, исходящие от него, буквально давили на психику. Но отступать было некуда. Я вызвал его на бой и теперь должен был довести дело до конца.

Лисовский не выдержал первым.

— Ну что, давай проверю тебя⁈ Только не серчай, если убью!

Испустив гортанный крик, больше похожий на звериный рык, он ринулся на меня, на ходу обрушивая целый шквал разрушительных заклятий. Призрачные клинки со свистом рассекали воздух, огненные шары прожигали кожу даже на расстоянии, а от чёрных молний, казалось, сама реальность шла рябью. Весь этот смертоносный арсенал с жутким воем понёсся мне навстречу.

Но я был готов. Почти инстинктивно выставив покров, подкрепленный Бездной, я с лёгкостью отразил атаку обезумевшего мага. Фиолетовые всполохи заклинаний осыпались бесполезными искрами, не причинив мне вреда. Силы, дарованные Бездной, надёжно хранили моё тело.

Пока враг не опомнился, нужно было контратаковать. Энергия, текущая по моим венам, рванулась наружу, приобретая физическую форму. Повинуясь моей воле, десятки призрачных клинков рванулись к Фоме, норовя пронзить его насквозь.

Лисовский оскалился. Вокруг него заклубился зловещий багровый туман, который стремительно сгустился в плотную завесу, поглощая летящую в мага смерть. Мои клинки беспомощно увязли в ней, будто жалкие щепки в смоле.

— Неплохо, парень, — Фома одобрительно закивал головой, — Не то, чтобы это могло мне навредить…

Но я не собирался сдаваться так просто! Закусив губу, я выдернул застрявшее духовное оружие и послал его Фоме в спину. На какой-то миг завеса истончилась, и призрачная сталь со свистом вонзилась в цель. Лисовский взвыл от боли и ярости. Его глаза полыхнули безумным огнем…

— О-о-о… какая бо-о-оль… А не, показалось, — уже равнодушным голосом произнес он и голыми руками выдернул из себя духовные клинки. Лицо его оставалось скучающим. После чего небрежно отбросил их в стороны. Его раны затянулись на глазах… Да у него исцеляющий фактор тоже будь здоров.

Меня не покидало ощущение, что со мной сражаются на пофиг.

В ту же секунду багровый туман вокруг Фомы заклубился сильнее прежнего и начал стремительно меняться. Из аморфной массы проступили чудовищные щупальца, извивающиеся, будто гигантские змеи. Я не успел среагировать, как одно из них цепко ухватило меня за лодыжку. В следующий миг меня с размаху впечатало в защитную стену арены. Та аж вся завибрировала…

Боль была адская. Из лёгких будто вышибло весь воздух, в груди что-то хрустнуло. Наверняка треснули ребра. Из разбитой брови потекла кровь, застилая глаз. Кое-как я я сгустком силы отшвырнул от себя щупальце.

— Ох, прости, парень, я что-то расслабился, — виновато произнес Фома. Вокруг него шевелился ореол из щупалец и прочей жути, — И моя духовная сила опять начала самовольничать. Я когда подвыпивши, не всегда могу ее приструнить, и она начинает всяких уродцев лепить. Ты ж не против?

Он хочет сказать, что создал этих монстров не специально? Типа маленький побочный эффект?

Я, стиснув зубы, упрямо поднялся на ноги. Я отчётливо понимал — ещё одного такого удара моему покрову не пережить.

Что же делать? Всё тело будто налилось свинцом, боль путала мысли. Но отступать было некуда. Оставалось лишь одно, самое отчаянное средство…

Прикрыв глаза, я мысленно потянулся к глубинам своего существа, где дремала самая тёмная и опасная часть моей силы. Синхронизация с Бездной — то, что давало мне поистине нечеловеческие возможности, но и забирало столько же.

Моё тело окутала чернильно-чёрная аура из пульсирующей тьмы. Я знал, как жутко выгляжу со стороны — застывший, будто изваяние. Мои девушки в такие моменты меня даже побаивались. И не зря.

Зато теперь я мог видеть грядущее. Всего на пару мгновений вперёд, но для опытного бойца и этого было более чем достаточно. Хитросплетения вероятностей раскрывались передо мной, как карты с замыслами противника. Каждый его шаг, каждый вздох — всё было будто написано огненными буквами у меня перед глазами.

В этом изменённом состоянии сознания я ясно различал траекторию движения Лисовского, предугадывал любой его удар, любой замах. Теперь я двигался с запредельной скоростью и точностью, уклоняясь от чудовищных атак прежде, чем те достигали цели.

С трибун послышались удивленные возгласы. Я ощутил, как Император подался вперед, с интересом разглядывая меня.

Я поморщился. Слишком много объектов вокруг, слишком много людей. Синхронизация будет жрать энергию сильнее, чем обычно. Опять же, ошибок будет больше в ее работе.

— О-о-о… — Лисовский приподнял бровь, — Наконец-то что-то интересное… Что за фокус такой?

Я же молча пошел в атаку — прыгнул на него, собираясь влупить ему ногой с разворота. Лисовский пригнулся, моя нога просвистела у него над головой, взъерошив ему шевелюру. Но я это предугадал — извернувшись, я вломил ему в рожу со второй ноги.

Голова Фомы мотнулась назад, он отступил от меня на несколько шагов. Зрители ахнули. Горовой оглушительно расхохотался, явно болея за меня. Кривотолков и Бельский одновременно подались вперед, сканируя меня цепкими глазюками.

Мои девчонки заулюлюкали, их поддержали мирмеции-доченьки с трибун, выкрикивая мое имя и размахивая флажками.

— А вот это по-настоящему неплохо, — азартно произнес Фома, вытерев кровь с губ, — Давай, щенок, развлеки меня!

Не знаю, сколько времени длилась эта смертельная пляска — может, минуту, а может, целую вечность. Мы кружили по арене, словно в каком-то безумном танце, и каждое па приближало одного из нас к могиле. Лисовский ревел от ярости и восторга, видя, что никак не может достать юркую добычу. Я стискивал зубы, чувствуя, как истончаются силы, подпитывающие Синхронизацию.

Багровый туман становился всё гуще, всё непроницаемей. Я понимал, что скоро он просто задушит меня в своих беспощадных объятиях. Чёрная магия Фомы, подпитанная безумием, брала верх. От неё несло первобытной дикостью и злобой, словно из разверстой пасти самой преисподней.

Собрав остатки сил, я призвал всю энергию Бездны, что скопил за время турнира. На грани отчаяния сформировал чудовищный по мощи сгусток тёмного пламени и швырнул в центр багрового облака.

Пламя Бездны — по разрушительной силе уступает разве что Бомбе Бездны.

Взрыв сотряс арену до основания. Защитные поля потрескались, через трещины начали просачиваться сгустки силы. Толпа ахнула, многие сорвались с мест и попытались убраться куда-нибудь подальше. Каменное крошево брызнуло во все стороны. В эпицентре арены постепенно оседала пыль, являя всем жутковатую картину.

В глубокой воронке лежал Фома Лисовский, раскинув руки и ноги. Его одежда была покрыта жуткими подгоревшими прорехами, волосы горели в нескольких местах. Грудь судорожно вздымалась, хрипы вырывались из перекошенного рта.

Вот бы добраться до его Книги Судьбы… Аж пальцы чешутся страницы попереворачивать.

— А вот это было хорошо, — прохрипел Фома, — Меня прямо пробрало… Аж протрезвел слегонца…

И тут очертания его тела стали размытыми. В следующее мгновение Фома. исчез. Отступил? Нет, он еще здесь! Я максимально сконцентрировался, но…

— Ты же видишь меня, не так ли, щенок? — стальные пальцы сомкнулись на моем горле.

Когда он… угх-х-х…

Под дых мне прилетел мощный удар. Я раскрыл рот в беззвучном крике. Синхронизацию сорвало с меня словно сильным порывом ветра и развеяло без следа…

Впервые я встретил противника, за которым не поспевала Синхронизация Бездны. Неужели этот безумный смертный НАСТОЛЬКО меня превосходит? Фигово…

Фома стоял передо мной, держа меня за горло на вытянутой руке и криво ухмылялся.

— Ты странный, парень, — произнес он, — И фокусы у тебя странные. От них отчетливо веет Бездной…

Я не скрыл удивления. Мало того, что он почуял энергию Бездны (первый человек, который смог это сделать!), так еще и знает, как она правильно называется. В современном мире все называют Бездну просто Аномалиями, а этот мужик… он точно читал какие-то древние тексты или типа того. Имеет доступ туда, куда простым подданным ход закрыт.

Пальцы еще крепче сдавили мне горло. Это плохо… возможно, мне придется прибегнуть к тайному приему, который я берег на самый крайний случай… Не хотел я его применять прямо сейчас, но…

— Послушай меня, парень, — неожиданно произнес Фома, глядя на меня очень внимательно. Безумие почти исчезло с его глаз, — Вижу, ты храбрый и ничего не боишься, но… не лез бы ты в это дело. Черное Солнце… посмотри, что оно сделало со мной, во что я превратился…

Я невольно вскинул брови. Так Фома такой… из-за Черного Солнца?

— Это проклятый артефакт, и он навлечет на своего хозяина беду… — продолжал Фома.

Яркая вспышка полыхнула перед глазами, меня отбросила на пол. Хватка с горла исчезла, я захрипел, пытаясь продышаться.

Проморгавшись, я увидел, что между мной и Фомой стоит… сам Государь Император! Вот это скорость… Он же только что находился в высокой вип-ложе, а теперь уже здесь… Я даже не увидел его движения.

— Довольно, Фома, — холодно произнес Государь. Я не видел его лица, но прямо-таки физически ощутил напряжение, повисшее в воздухе, — Ты сказал и сделал… достаточно. Я долго терпел твои выходки из уважения к твоему прошлому, но… всему есть предел.

Глава 15

Корректировка планов

Рядом с Государем встали и князья — Горовой, Кривотолков, Соколов и Бельский. Все они активировали покровы, показывая такую силу, равной которой не было во всем Синегорье…

Фома молча поклонился Императору — по старинному обычаю, до самой земли.

— Не гневайся, Государь, — произнес он, — Ты же знаешь, не со зла я… Просто… больно мне смотреть на этих дураков наивных… — он обвел взглядом притихшие трибуны, — которые не ведают, во что ввязываются…

— Фома, — с нажимом произнес Государь, — Не доводи до греха.

— Каюсь-каюсь, — Фома поднял вверх руки, — Уже ухожу…

С хлопком, больше похожим на всхлип, Фома растаял в воздухе, оставив после себя лишь выжженный силуэт на камнях.

— Он больше не вернется к нам, Государь, — негромко произнес Кривотолков, задумчиво разглядывая место, где находился Фома пару мгновений назад, — Я вижу, что вы все еще на что-то надеетесь и многое ему прощаете… К сожалению, Легенда уже давно потеряна для Империи.

Император ничего не ответил.

В толпе нарастали истерические крики. Люди вскакивали с мест, опрокидывая скамьи, пихались и толкались, пытаясь пробиться к выходу. Паника захлестнула трибуны — видимо, треснувшие защитные поля шокировали и напугал всех до глубины души. Зрители вдруг ощутили, насколько они уязвимы перед подобной монструозной силой…

Я стоял, бессильно уронив руки. Чудовищное напряжение схватки схлынуло, оставив после себя лишь звенящую пустоту и боль во всём теле. В глазах темнело, ноги подкашивались. Последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание — перепуганные лица друзей, склонившиеся надо мной. Черт… я перенапрягся…

Айсштиль что-то кричала, но я не разобрал слов. Настя вроде плакала. Губы Эмми шевелились, будто в молитве. А потом накатила блаженная темнота, даруя избавление от чудовищной боли. И я с облегчением в неё провалился, чувствуя, как проваливаюсь в небытие…

* * *

Как только Костя рухнул на арену без сознания, его друзья тут же бросились к нему. Айсштиль, Настя и Эмми склонились над парнем, лихорадочно пытаясь оказать первую помощь.

— Эстро, ты меня слышишь? — тормошила его Айсштиль, осторожно похлопывая по щекам, — Эстро! Эстро, ты же выше этого!

Но Костя не реагировал. Его лицо было белым как мел, дыхание — едва различимым. Из многочисленных ран сочилась кровь, пропитывая одежду.

— Да что ж ты будешь делать! — в сердцах воскликнула Эмми. Слёзы беспомощности и страха катились по её щекам. В руках она держала аптечку, — Зачем ты в это ввязался, придурок? Всегда лезешь на рожон!

Она суетливо принялась бинтовать наиболее серьёзные раны, пытаясь остановить кровотечение. Настя присела рядом на корточки, вытащила из аптечки какие-то склянки.

— Так, это нужно влить ему в рот. Поможет восполнить кровопотерю, пополнит духовную силу и запустит регенерацию, — пробормотала она, откупоривая пузырьки, — Приподними ему голову. Только аккуратно!

Пока девушки занимались Костей, всеобщее внимание было приковано к Императору и генерал-губернатору. Люди ждали реакции Его Величества на произошедшее. И она не заставила себя долго ждать.

Генерал-губернатор Горовой, мрачно наблюдавший за происходящим, наклонился к Императору и что-то зашептал ему на ухо.

Айсштиль распрямилась и прислушалась. По обрывкам долетавших фраз можно было разобрать:

— Ваше Величество, этот инцидент лишний раз доказывает, что пора к чертям запретить телепортацию в пределах города! Вон, полюбуйтесь — террористы средь бела дня врываются и творят непотребства. А потом ищи их по всему городу! Предлагаю ввести драконовские штрафы для всех, кто пользуется телепортами без соответствующего разрешения!

— Великий Князь, ну что вы как не родной, ей-богу! — подал голос Олег Кривотолков. Он стоял неподалёку и, судя по всему, прекрасно слышал разговор, — Вам лишь бы запрещать. А вы подумали о том, какое недовольство вызовут у народа постоянные запреты и ограничения? Люди же бунтовать начнут!

Горовой покраснел от гнева и обернулся к князю:

— Не лезьте не в своё дело, Кривотолков! Безопасность — это моя сфера.

— О какой безопасности может идти речь, когда мы имеем дело с Легендой? Пусть и бывшей… — хмыкнул Кривотолков, — Ему плевать на любые ограничения, которые вы почему-то уже давно хотите протолкнуть… А страдать от этих ограничений будут в первую очередь обычные подданные короны…

— С каких пор Кривотолковы пекутся о простых подданных? — рыкнул Горовой, — Может, у вас какой-то свой интерес, м?..

Обстановка накалялась. Шокированные зрители роптали, многие возмущённо кричали. До всех начал доходить истинный смысл того, что сделал и сказал Лисовский.

— Подождите, так выходит артефакт на самом деле опасен⁈ — выкрикнул кто-то, — Раз уж он смог подчинить разум Истребителя Аномалий!

— Точно, Лисовский ведь говорил, что эта штука проклята! — подхватил другой, — Вдруг Чёрное Солнце — ловушка, подкинутая Аномалиями, чтобы погубить наших магов?

— Весь турнир этот — одно большое надувательство! — визгливо вклинилась какая-то дама, — Требую немедленно прекратить это безобразие! И компенсировать моральный ущерб! Кто угодно из участников может озвереть, получив такой «приз»!

Крики становились всё громче, недовольные голоса сливались в общий гул. Зрители в растерянности переглядывались, не зная, что думать и кому верить. Чувствовалось, что ситуация вот-вот выйдет из-под контроля.

Но тут, наконец, заговорил Император. Он взял у распорядителя микрофон и поднял руку, прося тишины. Толпа мгновенно стихла.

— Мои дорогие подданные! — громко и твёрдо произнёс Император, — То, что вы сейчас видели — ужасный и дерзкий поступок безумца. Не спорю, это многих повергло в шок. Но хочу заверить вас: не стоит поддаваться панике и слухам! Лисовский — преступник и безумец, его слова ничего не стоят.

Он обвёл притихших людей строгим взглядом и веско добавил:

— Чёрное Солнце — древний и могущественный артефакт, хранившийся в нашей семье поколениями. Им пользовались мои предки в течении семи поколений рода Романовых. И я, как Император, клянусь своей честью и короной: этот артефакт при правильном использовании абсолютно безопасен для психики и разума! Иначе бы я никогда не рискнул даровать его победителю Турнира. Лисовский лишь хотел посеять в наших сердцах сомнения и страхи. Не поддавайтесь на провокации! Будьте сильными духом!

После этих слов толпа заметно приободрилась. По рядам пронеслись аплодисменты и выкрики: «Слава Императору!», «Слава России!».

Император удовлетворенно кивнул и махнул рукой, призывая к тишине.

— А теперь я объявляю: Турнир Одарённых продолжится несмотря ни на что! Мы доведём состязание до конца и определим истинного чемпиона. И никто более не сможет нам помешать.

И снова взорвались овации, заглушая редкие недовольные выкрики. Люди, подбадриваемые решительным видом Императора, верили, что худшее уже позади.

А в это время Айсштиль, воспользовавшись всеобщей неразберихой, незаметно обследовала место битвы Кости и Лисовского. И кое-что привлекло её внимание.

На камнях арены, незаметные с трибун, были начертаны кровью крохотные руны. Айсштиль присмотрелась и похолодела. Она хорошо знала этот рунический шифр — руны маяка, облегчающие телепортацию! Именно так Фома и попал на арену!

«Его призвали», — лихорадочно размышляла девушка, — «Руны нанес скорее всего незаметно кто-то из участников турнира во время боя! Больше ведь ни у кого не было возможности подобраться к арене и начертить руны. Это же сколько сил и умений надо, чтобы проделать всё незаметно, прямо во время боёв! Похоже, предатель где-то здесь, среди нас…»

Айсштиль вернулась к друзьям. Нужно обязательно рассказать обо всём Косте, когда тот очнётся. И предупредить остальных, чтобы были настороже.

Меж тем Костю уже перенесли в лазарет. Благодаря усилиям друзей и мастерству целителей, его состояние постепенно стабилизировалось. Парень ещё не приходил в сознание, но дыхание выровнялось, а раны начали затягиваться.

— Поверить не могу, что наш Костик в одиночку сделал Лисовского, — вполголоса говорила Настя, не сводя глаз с бледного лица друга, — Всё-таки он настоящий герой! Хоть и дурак…

— Он молодец, конечно, — кивнула Эмми, — Сражался как тигр! Видели, как он из последних сил шарахнул Фому этим тёмным пламенем? Жуть!

Айсштиль нервно закусила губу. Перед её мысленным взором снова всплыли руны на арене.

— Душеньки, самое страшное ещё впереди, — тихо проговорила она, — Похоже, кто-то желает сорвать турнир. И этот кто-то заодно с Лисовским! Нужно быть очень осторожными…

Она рассказала девушкам про руны. Переглянувшись, все трое синхронно кивнули. Что бы ни случилось, они будут держаться вместе и поддерживать друг друга. Пусть только Костя поскорее поправляется! Без него им никак.

А Император тем временем, завершив совещание с офицерами службы безопасности, распорядился отправить на счёт команды Безумовых дополнительные очки. Как-никак, а Костя проявил себя, дав отпор опаснейшему противнику!

Информация быстро просочилась наружу. В толпе зашушукались, обсуждая неожиданный поворот. Многие негодовали — мол, не по правилам это, очки должны даваться лишь за официальные поединки! Но большинство отнеслось с пониманием. В конце концов, Костя рисковал жизнью, сражаясь с опасным преступником. С живой Легендой, хоть и обезумевшей. Заслужил!

— Как от Кости ожидалось, — деловито говорила Светлана Соколова, сверля взглядом табло с очками, — Опередил меня, зараза такая… Уж я бы этому Лисовскому… Ух!..

Она немного помолчала, над чем-то раздумывая, и неохотно добавила:

— Теперь на этом турнире можно ждать чего угодно. Будьте готовы ко всему!

Марья и Афина энергично закивали.

— Ты заметил то странное черное сияние вокруг мальчишки? — сказал Родино Бельский Кривотолков, — Какой-то необычный покров? С ним он стал намного сильнее… Держался против самого Фомы…

— Да, — кивнул Кривотолков, пребывающий в глубокой задумчивости, — Но что еще хуже… Император тоже его видел. И, кажется, он заинтересовался.

— Мальчишка с каждым днем становится все более проблемным… — мрачно резюмировал Родион, — Уже сам Император проявляет к нему интерес…

А Вадим тем временем хмуро обратился к своей команде:

— Ну всё, ребятки, чую, во второй стадии начнётся основная движуха. Глаз да глаз за этими чокнутыми надо, от них теперь всякого можно ждать. Но и сами не плошайте! Порвём всех, и Безумовых в первую очередь!

Его бойцы, даже Олег, одобрительно загалдели.

* * *

Я медленно приходил в себя, выплывая из мутной темноты беспамятства. Сознание возвращалось рывками, обрывками ощущений и образов. Сначала я почувствовал боль — тупую, ноющую, расползающуюся по всему телу. Затем услышал встревоженный шепот и ощутил прикосновения прохладных рук к своему лбу.

— Кажется, он приходит в себя! — раздался взволнованный голос Насти, — Костя, ты меня слышишь?

Я с трудом разлепил веки. Перед глазами всё плыло, но постепенно размытые пятна обретали чёткость. Я увидел склонившихся над ним подруг — Настю, Эмми и Айсштиль. Все они выглядели измученными и встревоженными.

— Д-девчонки… — еле ворочая языком, прохрипел я, — Где Лисовский? Я что, победил?

— Ещё как победил! — улыбнулась сквозь слёзы Настя, — Ты надрал зад этому психу Лисовскому! Просто в эпическом поединке! Правда, сам чуть не отбросил коньки… А Император, как говорят геймеры, в наглую фраг застилил[1]…

— Мы так за тебя испугались, дурачок! — всхлипнула Эмми и крепко сжала его руку, — Больше никогда так не делай!

Я слабо улыбнулся и попытался сесть. Голова тут же закружилась, во всём теле вспыхнула боль. Айсштиль мягко, но непреклонно уложила меня обратно.

— Лежи уж, герой. Тебе нужен покой и восстановление, — проворчала она. Но в её ворчании слышалось неподдельное облегчение, — Целители сказали, что ты идёшь на поправку. Но не вздумай геройствовать, иначе я лично тебе все кости переломаю!

Я фыркнул и закатил глаза. Айсштиль в своем репертуаре! Хотя ее суровая забота все равно была приятна. Я знал, что за этой холодной ершистостью скрывается искреннее беспокойство.

Внезапно я вспомнил финал боя и нахмурился. Лисовский тогда нёс какую-то околесицу про артефакт и его проклятье. Как там он смылся-то?

— Слушайте, а что там с этим психом сталось? Неужели сдох? — хмуро спросил я, — Помню только, что я его тёмным пламенем приложил знатно. А дальше — как в тумане… Там вроде Император вмешался… помню все какими-то обрывками.

Девушки переглянулись. Им явно не хотелось сейчас нагружать едва оклемавшегося меня, но и утаивать правду было нельзя.

— Лисовский… сбежал, — нехотя призналась Айсштиль, — Он выдал какую-то пургу про проклятый артефакт, а потом испарился в неизвестном направлении. Просто растаял в воздухе, сволочь!

— В смысле — испарился? — удивился я, — Как такое возможно вообще? Он что, телепортировался?

В принципе, от мага такого уровня можно было и телепортации ожидать.

— Именно! — мрачно кивнула боевая подруга, — И знаешь что? Я тут проверила место вашей битвы. И нашла там руны призыва, начерченные кровью. Думаю, именно по ним Лисовский и впрыгнул на арену. А потом так же и смылся.

Я задумчиво поскреб подбородок. Вот это номер! Значит, кто-то умудрился тайком пробраться на арену и провести ритуал призыва? Да ещё и в такой хаотичной обстановке, незаметно для стольких магов вокруг? А ты хорош, неизвестный злоумышленник.

— Погоди, но это значит… — начал я и осекся. В голове будто щелкнул невидимый тумблер, сложив разрозненные факты в единую картину.

— Что у нас завелась крыса, — закончила за меня Айсштиль, — Причём не абы какая, а очень умелая и опасная. Скорее всего, кто-то из участников. Больше ведь никто не смог бы подобраться к арене и провести ритуал.

Повисла тяжёлая пауза. Неужели среди участников и правда затесался предатель? Какой-то близкий друг или фанат Фомы?

— Ладно, с этим надо что-то решать, — наконец произнёс я, — Но вы-то сами как, девчонки? Никто не пострадал? Где остальные наши?

— С нами всё в порядке, не дрейфь! — беззаботно отмахнулась Настя. Хотя в её голосе слышалась едва уловимая дрожь, — Лилия носится где-то с Вафелькой на поводке, Сахаринка тоже бегает, повесив язык с антеннами на плечо — пытается разузнать последние сплетни. Сам понимаешь, слухами земля полнится.

Я кивнул. Прекрасно понимаю, какой переполох учинила выходка Лисовского. Народ сейчас точно гудит, строя самые безумные предположения. Ещё бы, не каждый день на глазах у всех разыгрываются такие представления! Хорошо хоть дочери мирмеции взяли на себя разведку — глядишь, принесут какие полезные вести на кончиках антенн.

Словно в ответ на его мысли, дверь палаты распахнулась и на пороге возникли Сахаринка с Вафелькой. Последняя на поводке держала Лилию. Выглядели они помятыми и усталыми, но в глазах горел лихорадочный огонек возбуждения.

— Папа, девочки, вы не поверите, что мы узнали! — выпалила Сахаринка, плюхаясь на стул возле кровати, — Новостей выше крыши!

— Ага, щас расскажем — обалдеете! — подхватила Вафелька, потирая лоб — она из-за своего роста постоянно стукалась о дверные проемы.

И они принялись взахлеб пересказывать последние известия. Выяснилось, что бои на сегодня официально закончены — всех участников отпустили по домам зализывать раны и приходить в себя. Продолжение турнира назначено через три недели, не раньше. Видать, организаторы всерьез обеспокоились безопасностью и решили взять тайм-аут.

Ну и самое главное — наша команда прошла в следующий этап! А вместе с нами прошли Кривотолковы, Соколовы, Бельские, команда простолюдинов и еще некоторые участники!

— Ещё мы слышали, что Император лично приказал Тайной Полиции заняться расследованием, — понизив голос, сообщила Сахаринка, — Типа, раскрыть заговор и вычислить злоумышленников. Уж больно Его Величество переполошился.

— Ещё бы, столько планов накрылись! — фыркнула Вафелька, — Небось, боится, что турнир сорвётся к чертям. А ему позарез нужно разыграть это Черное Солнце среди Одаренных. С чего бы такая щедрость?

Несколько секунд все молчали, переваривая услышанное. Новости были так себе, прямо скажем. Выходит, дело и правда дрянь. Императору неспроста приспичило подключать Тайную Полицию. Значит, он всерьёз опасается заговора.

— Блин, как-то нехорошо всё складывается, — произнес я, рассеянно массируя виски, — Сдаётся мне, за этим стоит кто-то могущественный. Тот, у кого хватит ресурсов и наглости, чтобы нагадить Императору.

Все дружно скривились от нехороших предчувствий. Такого врага и врагу не пожелаешь! Неужели пресловутая Организация опять взялась за своё? Призрачная структура плетёт какие-то тёмные делишки и точит зуб на верховную власть.

— Может Лисовский тоже на Организацию работает? — предположила Эмми, — Уж больно его выходка смахивает на диверсию. Ну прям классический теракт — повсеместную панику сеять, порядок нарушать.

Но Айсштиль задумчиво покачала головой:

— Не, непохоже это на почерк Организации. Уж больно… театрально, что ли. Прямо как по сценарию «Злодейства для чайников» — явился из ниоткуда, попугал народ своим злобным видом, напел с три короба про проклятый артефакт и был таков. Организация обычно действует куда тоньше и изощрённей.

Я хмыкнул, оценив колкое сравнение. Но в словах подруги определённо был резон. Слишком уж напоказ старался Лисовский, чересчур картинно и пафосно. Настоящие заговорщики так не палятся, они предпочитают теневые игры.

— Да он просто псих-одиночка, не накручивайте, — заметила Настя, — Максимум, у него есть парочка фанатов, не больше.

— Как бы то ни было, ясно одно — кто-то очень хочет насолить Императору и сорвать турнир, — подытожил я, — Проклятый артефакт, кровавые руны… Настя правильно подметила, тут без фанатов не обошлось.

— Не говоря уже о том, что руны были начерчены кровью, — передёрнула плечами Эмми, — Человеческой?

— Скорей всего, — кивнула Айсштиль, — Кровью кого-то из участников. Ее там много после схваток расплескалось.

— Бррр… ужас…

— В любом случае, — я подвел итог, — Бдительности не теряем. И еще кое-что… Настя, Эмми… если вы готовы, я начну обучать вас управлению Энергией Бездны. Думаю, вы уже готовы для этого.

У Насти и Эмми отпали нижние челюсти. Да и остальные девицы выглядели не лучше. Даже невозмутимая Айштиль приподняла бровь… Но я уже принял решение.

На турнире мы можем столкнуться с противниками совершенно иного уровня. Я, Айштиль и Лилия достаточно сильны. А вот Настя и Эмми не должны стать слабым звеном.

* * *

В роскошной гостиной особняка Кривотолковых царило напряжённое молчание. Все домочадцы и приближённые расселись вокруг массивного дубового стола, исподлобья поглядывая друг на друга.

Во главе стола восседал сам князь Кривотолков — как всегда суровый, с пронзительным взглядом. Но даже он выглядел озадаченным и непривычно задумчивым.

Справа от него нервно ёрзала на стуле Дарья. Обычно безупречная укладка растрепалась, на висках и шее проступила испарина. Девушка то и дело одёргивала подол платья, будто внезапно ставшего ей тесным. Её взгляд лихорадочно метался по комнате, не способный долго на чем-то задержаться.

— Ну и как нам теперь разгребать это все? — резко бросила она, сверля присутствующих колючим взглядом, — Этот Лисовский может спутать все карты в любой момент! Хвалёный турнир летит ко всем чертям! Столько сил и средств впустую!

Князь поморщился. Выходка племянницы пришлась ему не по нраву, но он понимал её чувства. В конце концов, на кону стояло слишком многое.

Дарья, поняв, что сморозила лишнее, втянула голову в плечи.

— Не кипятись раньше времени, — проворчал князь, откидываясь на спинку кресла, — Ещё не всё потеряно. Нужно просто хорошенько пораскинуть мозгами.

— Простите, дяденька… Ох, надеюсь этот Фома снова выскочит на поединке Безумовых, — фыркнула Дарья, — Я бы на его месте попробовала бы отомстить!

При упоминании Безумовых все недовольно заворчали. Давняя вражда двух кланов успела стать притчей во языцех.

Слово взял Олег. Наследник Кривотолковых был хмур и подавлен, но старался держать лицо.

— Я вот что думаю, — веско начал он, обводя присутствующих тяжёлым взглядом, — Надо бы нам притормозить с этим турниром. Ну его в баню, себе дороже встанет! Сами посудите — кто знает, что ещё удумает этот полоумный Лисовский? Вдруг опять заявится, народ баламутить начнёт. Оно нам надо? А Государь к нему подозрительно снисходителен…

— Ты совсем спятил⁈ — вскинулась Дарья, гневно стукнув кулаком по столу, — Какое «притормозить», о чём ты? Да мы в такую кучу денег вбухали, чтоб всё устроить! Инвесторов поднапрягли, связи задействовали. А ты предлагаешь слить все в унитаз⁈ Ну уж нет!

Князь тоже взглянул на сына неодобрительно. Олег поник, будто нашкодивший пёс. Похоже, реакция отца его проняла. Да и остальные смотрели на молодого господина без особого одобрения.

— Княжич, не паникуйте, — подал голос Вадим, — Сворачивать турнир никак нельзя. Мы слишком много поставили на карту. Тем более, подобный жест трусости и слабости лишь обрадует врагов.

— Именно! — решительно поддержала Илона, положив ладонь князю на руку, — Да Безумовы со своей шайкой-лейкой над нами до конца жизни хохотать будут, если мы сейчас отступим! Не дождутся!

На этот раз гул голосов одобрительно поддержал пылкие речи княгини. Отступать и правда было некуда. Да и глупо растрачивать такой шанс показать всем, кто в доме хозяин!

— Но проблема с Фомой остается, — процедил князь сквозь зубы, — Надо решить, что делать с ним. И его покровителями, кем бы они ни были.

— Вот-вот! — закивал Олег, всем видом демонстрируя инициативу, — Чего этот псих добивается вообще? Типа хочет Императора подставить с этим его Чёрным Солнцем? Мозги всем запудрить?

Присутствующие призадумались. Каждый прикидывал в уме возможные мотивы и расклады.

— Я так мыслю, Лисовский — просто пешка в чьей-то игре, — наконец сказал Вадим, задумчиво шевеля густыми бровями, — Ну вы подумайте сами: с чего бы этому долбанутому вдруг заделаться борцом за правду? Раньше-то он вроде как на противоположной стороне был. А тут — опа, нате вам, разоблачитель хренов выискался! Неспроста всё это. Ой, неспроста…

— Мне казалось, он просто хочет Государю отомстить… Думаешь, его кто-то специально накрутил? — нахмурилась Илона.

— А что, вполне возможно! — оживился Вадим, — Причём тот, кому это выгодно. Кто-то кто не хочет, чтобы Черное солнце покинуло закрома Романовых. Кто-то влиятельный, но недостаточно, чтобы перечить Государю-Императору. Соображаете, к чему клоню?

В комнате повисла пауза. Все переглядывались, и каждый видел в глазах других то же самое смутное подозрение.

— Уж не на Государыню-Императрицу ли ты намекаешь? — процедил князь, сжав челюсти так, что на скулах заиграли желваки, — Помнится, она очень отрицательно отнеслась к идее Государя отдать Чёрное Солнце другим кланам… Думаешь, она может стоять за Фомой?

Вадим развёл руками:

— Никого не обвиняю, но… Подумайте сами. Появление Фомы может сорвать турнир, его слова могут посеять хаос и неуверенность… Многие участники могут сняться с турнира, если будут уверены, что Черное Солнце как-то навредит им.

Повисла тишина. Каждый обдумывал услышанное, примеряя мотивы и возможности. Звучало и впрямь складно. Уж больно вовремя грянул скандал с Чёрным Солнцем.

Первой молчание нарушила Дарья. В её голосе звенел металл и плохо скрываемый триумф:

— Правду говорят — дура у нас полная Государыня, если это все так и есть на самом деле…

Князь кинул на неё предостерегающий взгляд, призывая угомониться. Но в душе он и сам находился в смятении. Даже у него от слов Фомы пробежал холодок по спине. Что уж говорить о простом народе или участниках турнира…

Он поднялся из-за стола и твёрдо посмотрел на домочадцев:

— Значит так, господа хорошие. Слушайте мою команду. Турнир продолжается по расписанию. Готовимся, тренируемся, не щадя сил. Либо мы получим Черное Солнце, либо никто. Другого не дано.

— А как же Фома? — подала голос Илона, — Что будем делать, если он снова объявится?

Князь хищно ухмыльнулся:

— Мы не вчера начали собирать образцы аур всех сильных Одаренных Империи. У рода Кривотолковых есть образец и духовной силы самого Фомы. А значит и слабости его нам ведомы.

— Но только старый образец, мой милый, — напомнила ему Илона, — Образец его силы до того, как он стал… таким.

Кривотолков с усмешкой достал из кармана амулет, переливающийся багрово-фиолетовым светом. Похожий свет испускал и сам Фома при появлении. При виде амулета все присутствующие невольно отшатнулась — настолько ужасной им показалась аура.

— Я не зря поднялся на арену сразу вместе с Государем, — скучающе произнес князь, — Мне удалось заполучить образец силы Лисовского до того, как та растворилась в эфире. Изучи его, родная, — он передал амулет запунцовевшей Илоне, — И раскрой нам все секреты этого безумца.

Довольные смешки послужили ему ответом. Каждый уже предвкушал, как с наслаждением вотрёт грязь в репутацию врагов рода. Дарья так и вовсе прижала руки к груди, с обожанием глядя на дядю.

— Ну всё, не будем терять время! — скомандовал князь, решительным жестом приглашая всех подниматься, — К оружию, так сказать! От каждого ожидаю полной отдачи.

Под дружное одобрение и скрип отодвигаемых стульев совет начал расходиться. Впереди ждали ожесточённые бои, подковёрные интриги и изматывающая нервотрёпка. Но игра того стоила. В конце концов, победитель получит всё. И этим победителем должен стать клан Кривотолковых!

Глава 16

Учиться, учиться и еще раз учиться

Прошла где-то неделя с момента первого этапа турнира. Фома больше не объявлялся — залег на дно, зараза. Финальное расположение команд на сетке нам еще не выкатили. Хотя у меня было подозрение, что она на самом деле давно готова. Сто процентов уважаемые князья уже в курсе. Изучают эту сетку, кто там с кем столкнется, кто кого выбьет, и уже прикидывают расклады. А ну мы, дворяне пожиже, сосем бамбук без соли.

Кулебякина тоже не было ни видно, ни слышно. Я разослал по Синегорью мирмеций из старшего поколения, которых уже успели поднатаскать Сахаринка и Вафелька. Они ходили по улицам небольшими группками и шевелили антеннами, «вынюхивая» след пропавшего изобретателя. Но увы. Тот как в воду канул.

Бюрократы из городской администрации все еще смотрели на меня крайне косо — как-никак поток моих дочерей, которым требовалась регистрация и документы, не уменьшался. А наоборот, лишь рос.

Но официально они прикопаться ко мне не могли. Результаты анализов ДНК подтвердили — в каждой девочке течет моя кровь, и каждая является урожденной Безумовой. Да, внешность у них необычная… но это дело житейское, им присвоен уровень «Безопасный», с которым живут люди, измененные Аномалиями.

А так как я княжич, отчитываться ни перед кем не обязан. Никто права не имеет меня спрашивать о внутренних делах клана. Разве что сам Государь-Император, но он интереса не проявляет. А я настаивать не собираюсь.

В общем, все эти бюрократические процедуры по легализации мимреций я перепоручил Кристине Валерьевне и Эмми. Они души не чаяли в мирмециях и с удовольствием возились с ними, даже помогали в обучении Сахаринке и Перчинке.

Также я вместе с маленькой девочкой-жрицей кое-что делал в своем духовном измерении — кое-что отрабатывал на случай повторной встречи с Фомой. Я умел делать выводы из поражений. Но об этом позже…

* * *

Я стоял посреди строительной площадки, рядом с алхимическим предприятием, довольно оглядывая кипящую вокруг работу. Тут и там сновали мирмеции, облачённые в ярко-оранжевые строительные робы. Их ловкие руки орудовали лопатами и кирками, вгрызаясь в твёрдый грунт. Котлованы углублялись на глазах — дочери рыли глубокие тоннели и бункеры, уводящие всё глубже под землю.

— Удивительно… — раздался за спиной довольный голос Никодима. Старый алхимик, слегка прихрамывая, подошёл ко мне и с интересом оглядел стройку, — Ни за что бы не подумал, что ваши милашки-мирмеции способны на такую ударную работу!

Я ухмыльнулся и хлопнул деда по плечу:

— Что я тебе говорил, а? Мои дочурки — настоящие трудяги! Вон как шустро копают, любо-дорого посмотреть. Глядишь, через пару недель под всем кварталом разветвлённая сеть тоннелей будет!

— А ты не опасаешься, что владельцы соседних участков что-то заподозрят? — поделился сомнениями Никодим, — Всё-таки не слишком ли рискованно вести несанкционированные раскопки под чужой землёй?

Я лишь беспечно отмахнулся:

— Да брось, кто там что заподозрит? Мы же не на поверхности копаем, а уходим глубоко под землю. Метров эдак на пятьдесят вглубь зайдём, а то и больше. Там уже наша вотчина, никто и не почует!

Для моих задумок требовался серьезный масштаб. И секретность. Территории алхимического предприятия для них было маловато.

Никодим неуверенно покачал головой, но спорить не стал. Что ни говори, а затея и впрямь выглядела многообещающе. Расширить производство и складские помещения за счёт подземного строительства — ход гениальный в своей простоте. Плюс, я все еще опасался нападений. Поэтому гигантская разветвленная сеть из тоннелей и бункеров была идеальным решением. А мирмеции — идеальными исполнителями.

Вот только вид трудолюбивых мирмеций, сновавших туда-сюда, слегка портил впечатление. Всё-таки они уж больно отличались от людей своими лишними парами рук. Не дай бог, кто со стороны заметит — сразу возникнут ненужные вопросы.

— Слушай, а может, нужно замаскировать их получше? — предложил алхимик, кивком указывая на работниц, — Неровен час, заметит кто из посторонних, нашепчет недругам, что мы тут масштабную стройку затеваем.

Я оценивающе осмотрел дочерей, задумчиво почесал подбородок:

— Дело говоришь, Никодим. И впрямь, палевно как-то. Надо бы обеспечить конспирацию. Ну-ка, девочки, стройся! — гаркнул я во весь голос.

Мирмеции мгновенно прервали работу и выстроились в шеренгу напротив меня, то есть папочки, вытянувшись по струнке. Я придирчиво осмотрел их и начал раздавать указания:

— Значит так, мои дорогие. Поскольку мы тут затеяли тайную операцию, нужно обеспечить максимальную скрытность. Первое — никому не показывать нижнюю пару рук! На поверхности будете работать только двумя верхними, как люди. Ясно?

— Так точно, папочка! — дружно откликнулись мирмеции и синхронно спрятали лишние конечности под робы.

— Второе — без нужды не снимать балаклавы и защитные очки. Никто не должен видеть ваши мордашки! Вы теперь не боевые няшки-мирмешки, а простые суровые работяги-строители. Гарын вас позже проконсультирует, как надо себя вести, чтобы не отличаться от обычного работяги. Вопросы есть?

— Никак нет! — хором отрапортовали дочери.

— Ну и последнее — если вдруг заметите поблизости посторонних, сразу сворачивайте работу и предупреждайте старших, того же деда Никодима. Типа ничего не видели, ничего не знаем. Не светиться — вот наш главный принцип! Усекли?

— Усекли, папуль! — закивали мирмеции, радостно шевеля антеннами, — Работаем чисто, как ниндзя!

Я удовлетворённо крякнул и махнул рукой:

— Вот и чудненько. Тогда за дело, мои ненаглядные! Роду нужны подземные бункеры и тоннели! Не подведите!

Счастливо застрекотав, мирмеции снова ринулись трудиться — это они обожали. Теперь они работали ещё шустрее, словно пытаясь компенсировать урезанное число конечностей.

Никодим одобрительно кивнул:

— Какие умницы. Глядишь, так мы и до конца стройки дотянем незамеченными.

В этот момент к ним подошла Настя. Девушка выглядела обеспокоенной и немного растерянной.

— Котик, ты уверен, что мы поступаем правильно? — вполголоса спросила она, покусывая губу, — Всё-таки это как-то… незаконно, что ли. Чужую землю без спроса использовать. Ну пусть даже и просто недра.

Я улыбнулся и приобнял любимую за плечи:

— Не бойся, ученица, всё будет тип-топ. Ну кто нас поймает-то, если даже следов на поверхности не останется? Мы же как кроты — роем втихаря, без лишнего шума и пыли. Минимум рисков, максимум профита!

Но Настя не спешила разделять мой оптимизм:

— А если владельцы участков что-то заподозрят? Или того хуже — пожалуются куда надо? У нас ведь разрешения на подземное строительство нет…

— Брось, никто ничего не заподозрит! — отмахнулся я, — Мы же не прямо под их домами копаем, а глубоко внизу. Этажей эдак на пять-шесть под землю уйдём. Там уже наши владения, можем делать что душе угодно. В конце концов, у нас дочки — лучшие землекопы в мире! Всё сделают в лучшем виде, комар носа не подточит.

Настя вздохнула, но спорить не стала. Что ни говори, а идея и впрямь заманчивая. Расширить производственные мощности, оборудовать новые лаборатории и склады… А самое главное — всё можно сделать секретно, не привлекая лишнего внимания конкурентов. И самое главное — кучу денег сэкономить, ведь не надо покупать или арендовать землю.

— Ладно, тебе виднее, — нехотя согласилась она, — Будем надеяться, что пронесёт и никто ничего не пронюхает.

— Не дрейфь! — подмигнул я, — Прорвёмся, как всегда. Мы же Безумовы, в конце концов. Нам сам чёрт не брат.

И мы продолжили наблюдать за стройкой. Мирмеции ловко и слаженно трудились, с каждой минутой расширяя сеть подземных коммуникаций. Вот где-то внизу глухо ухнул очередной взрыв, вынося наружу кучу земли и щебня. Это дочки подрывали магией особо твёрдые породы, прокладывая путь вглубь.

В другом месте ввысь устремился столб дыма — мирмеции добрались до залежей каменного угля и теперь методично превращали его в пыль. Ещё бы, топливо лишним не будет! Сгодится и котлы топить, и генераторы запитывать.

— Гляди-ка, как шустро работают, аж пыль столбом! — восхищенно присвистнул Никодим, — С такими темпами мы и до ядра планеты докопаемся. Глубинный алхимический комбинат отгрохаем, ахнут все, хе-хе!

— Типун тебе на язык! — Настя трижды поплевала через плечо, — Только землетрясений под заводом нам не хватало. Не дай бог, всё обрушится к чертям. Тогда точно влипнем по самое не могу.

Я отметил, что Настя в последнее время стала необычайно осторожная. Видимо, события на турнире повлияли даже на нее.

— Эй, а куда потом девать всю эту выкопанную землю? — вдруг встрепенулась Настя, — Не на соседние же участки сваливать, в самом деле! Это уж точно палевно будет.

Я в задумчивости почесал затылок:

— Хм… а ведь и правда, непорядок. Столько грунта девать некуда… Ну что ж, придется перетаскивать его в духовный мир. Пусть там пока лежит. Надо будет подготовить портал.

— Мда-а-а… — протянула Настя, — Представляю эту картину… Пришли души праведников в высший мир за посмертием, а там стройка, мирмеции тачанки с землей разгружают, бригадиры командуют… Типа, пойте спокойно ваши райские песенки, на арфах играйте, мы вам не помешаем…

— Ты чего такая вредная сегодня? — улыбнулся я.

— Я не вредная, я предусмотрительная.

— О, а может быть и алхимическую лабораторию в духовный мир перенесем? — обрадовался Никодим, — Я давно о таком мечтал. Сколько интересных экспериментов можно поставить!

Настя страдальчески закатила глаза:

— Боже, и ты туда же! Ещё парочка сумасшедших идей — и весь квартал на воздух взлетит от ваших экспериментов. Хотя… мысль про лабораторию мне нравится, надо подумать.

Все трое дружно рассмеялись. Энтузиазм так и распирал, идеи били ключом. С такой крутой командой — преданными мирмешками, сообразительным Никодимом и боевой подругой — любые горы можно свернуть! Ну, или хотя бы перекопать эти горы под собственным заводом.

— Идея хорошая, но об этом пока рано, — сказал я, — В духовном мире действуют немного иные законы, поэтому химией там точно лучше не заниматься. Можно получить непредсказуемый результат.

— Эх… ну вот, а такие планы были, — вздохнула Настя.

* * *

Закончив дела на предприятии, мы с Настей вернулись назад в особняк Безумовых. Достав телефон, я набрал Эмми.

— Привет, мы вернулись, — сказал я, — Готова к уроку?

— Ой, да-да-да! — раздался полный энтузиазма голос Эмми, — Уже спускаюсь! Только переоденусь…

Спустившись в уютную и хорошо оборудованную лабораторию, расположенную в подвале особняка Безумовых, я приступил к проведению практического занятия для Насти и Эмми. Сегодняшняя тема урока — создание Слуг-монстров при помощи энергии Бездны.

Девушки, облаченные в специальные комбинезоны алхимиков, с восхищением разглядывали богатый арсенал инструментов и приспособлений, которые я заблаговременно подготовил для наглядной демонстрации. Здесь были всевозможные склянки с разноцветными жидкостями, блестящие хирургические инструменты, мерцающие кристаллы и странного вида механизмы. Стены лаборатории украшали анатомические чертежи насекомых и загадочные алхимические символы.

Но помимо всего этого великолепия в лаборатории также было немало разнообразного хлама — ржавые железки, обломки досок, куски проволоки, осколки стекла. Эмми с сомнением покосилась на эти кучи мусора, гадая, какое отношение они имеют к уроку.

— А это ещё зачем? — спросила она, кивнув на груду металлолома в углу, — Неужели мы будем создавать монстров из этого барахла? Ты вот творишь Слуг одним движением руки…

Я лишь загадочно улыбнулся:

— У меня большой опыт, а вы пока в самом начале пути, так что начнем с азов. Запомните, девочки — для опытного монстродела сгодится любой материал. Из самого невзрачного хлама можно собрать просто шикарного монстра, если приложить фантазию и смекалку. Сейчас сами увидите!

С этими словами я извлёк из кармана небольшой пузырек с тягучей чёрной жидкостью.

— Знакомьтесь, это духовный «клей», — представил я своё творение, — Своего рода дешевый заменитель. Будете пользоваться им, пока в полной мере не освоите Энергию Бездны. С его помощью можно намертво соединять любые фрагменты в единое целое на духовном и физическом уровне. Сращивать плоть, металл, дерево — да всё, что угодно! Но главное — этот «клей» позволяет вдохнуть жизнь в неодушевлённые предметы.

Подойдя к верстаку, я принялся ловко орудовать инструментами, на ходу поясняя девушкам каждое своё действие. Мои руки проворно собирали разрозненные куски мусора, постепенно складывая их в некое подобие уродливого насекомого.

Поначалу выходило нечто похожее на богомола — длинное тело, узкая голова, зазубренные передние лапы. Но затем я добавил жвала, как у жука-оленя, хвост скорпиона и мощные задние ноги, напоминающие прыгательные конечности кузнечика.

Настя и Эмми с восторгом наблюдали, как постепенно оживает жуткое, но в чем-то притягательное создание.

Надо признать, чудовищный монстрик получался весьма устрашающим, несмотря на скромные размеры — где-то с крысу.

Закончив сборку, я извлёк из ящика стола небольшой флакон с колышущейся тёмно-фиолетовой субстанцией. Это была сконцентрированная энергия Бездны, подготовленная мною загодя.

— Вам достаточно одной капли, — сказал я, — Много не лейте. Если думаете, что мало, лучше добавьте больше духовного клея. И помните — это чертовски опасная штука! Не пролейте!

С замиранием сердца Настя и Эмми наблюдали, как я осторожно отмерил крошечную каплю густой, пульсирующей черной субстанции из флакона и склонился над неподвижным монстроподобным чучелом.

Медленно, словно зловещее облако, черная жидкость поползла с кончика пипетки, стекая по изломанным конечностям и обвивая тело монстра. Казалось, она обретает собственную жизнь, жадно впитываясь в каждую трещинку и зазор, пропитывая все вокруг своей темной энергией.

Черная субстанция заструилась по сочленениям, заполняя пустоты и скрепляя детали воедино. Хитиновые пластины начали срастаться, образуя цельный каркас. Из отверстий и стыков потянулись тонкие черные нити, оплетая конечности и пронизывая их насквозь.

Девушки затаили дыхание, с благоговейным страхом наблюдая, как фрагменты чудовищного существа буквально оживают на глазах, объединяясь в единый организм. Неживое становилось живым. Казалось, темная энергия Бездны дарует этим обломкам жизнь, вдыхает в них зловещее подобие души.

Постепенно чучело стало менять очертания, приобретая все более реалистичные, угрожающие формы. Там, где раньше был лишь бесформенный ком металла, теперь вырисовывались узнаваемые части тела — мощные клешни-жвалы, гибкое тело, острые лапы. Глаза-бусинки вспыхнули ярким алым светом, наполняясь жутковатым осознанием.

Казалось, словно темная энергия Бездны обволакивает, пронизывает и одушевляет эту конструкцию, преображая её в живое, пугающе реалистичное создание. С каждым мгновением монстр обретал все большую четкость очертаний, все более зловещую одушевленность.

Резкий, режущий слух скрежет раздался, когда создание начало шевелиться, словно пробуждаясь от глубокого сна. Хелицеры в пасти разошлись в угрожающем оскале, выпуская струйки темной, вязкой слюны.

Настя и Эмми, затаив дыхание, наблюдали за этим мрачным, завораживающим действом, не в силах оторвать взгляд от рождения ужасного, но завораживающего создания.

— Кайф… — довольно произнес я, — Ещё месяц назад я бы не смог сотворить нечто подобное просто из хлама…

Резко распахнулись угольно-чёрные глаза, вспыхивающие кроваво-красными искрами. Лязгнули острейшие жвалы, мерзко причмокивая и истекая ядовитой слюной. Жесткие надкрылья затрепетали, производя зловещий хруст. Монстрик заёрзал, пытаясь высвободиться из пут и начать охоту.

Эмми отшатнулась с испуганным писком, а Настя лишь прижала к груди руки и вздохнула как будто бы от умиления:

— Лапочка какая… Так бы и расцеловала…

Однако голос ее немного дрожал, выдавая волнение. Несмотря на то, что обе девушки уже не раз видели проявления ужасающих способностей Бездны, грозный вид ожившего чудища производил неизгладимое впечатление.

— Встречайте скорполета! — довольно осклабился я, с отеческой гордостью взирая на своё дитя, — Глазки горят, жвала лязгают, лапки так и рвутся в бой. Милаха, что уж там!

Я ласково погладил монстрика по хитиновому боку, совершенно не боясь смертоносных конечностей. Тот заскрипел мелодично, словно замурчал.

— Вот так, девочки, при желании и должном умении можно собрать монстра буквально из ничего, — назидательно произнес я, повернувшись к ученицам, — Но поскольку вы пока новички в этом деле, я рекомендую использовать «клей». С ним и сборка быстрее пойдёт, и ошибок меньше допустите. У вас пока маловато опыта, чтобы напрямую вливать Бездну.

— Ага, и жалко будет, если такие милашки от неумелого обращения развалятся, — брякнула Эмми и тут же смущенно умолкла.

— Ничего, научитесь ещё, — великодушно пообещал я, — Практика и труд, как говорится. А теперь приготовьтесь, сейчас я покажу вам кое-что покруче!

И с этими словами я приступил к созданию монстра куда более внушительных размеров — размером с крупную лошадь, не меньше! Двигаясь с отточенной ловкостью фокусника, я за считанные минуты собрал поистине циклопическое чудище, напоминающее помесь богомола, жука-носорога и ещё бог весть чего.

Грозные жвалы, разящие конечности, мощная броня — всё это производило неизгладимое впечатление. А уж когда я вдохнул в монстра жизнь, эффект вышел и вовсе потрясающим. Огромный насекомоид заворочался всем телом, грозно лязгая хитином и сверкая алыми глазищами с вертикальными зрачками.

В этот момент я краем глаза заметил какое-то движение со стороны входа. Обернувшись, я увидел там многоногую тень, с любопытством наблюдавшего за происходящим.

Девушки тоже заметили гостя.

— Ой, Федя! — радостно воскликнула Эмми, мигом позабыв про страх, — А ты откуда здесь взялся, лапочка?

Федор, наш гигантский боевой муравей, подошел ближе, приветливо помахивая усиками. Эмми тут же кинулась его тискать, совершенно не боясь устрашающих размеров насекомого. Федор тут же изогнулся, подставляя самые любимые места для почесушек.

Слуг из Бездны Эмми побаивалась, но уже знакомый гигантский муравей вызывал у нее исключительно теплые чувства. Давно уже стал своим, родным.

— Это я его позвал. Федор сегодня будет нашим ассистентом и наглядным пособием по анатомии членистоногих, — с улыбкой пояснил я, — Чтобы лучше разобраться в строении насекомых, так сказать.

Я ласково поскреб муравья по хитиновой голове, а тот довольно застрекотал и боднул меня лбом, выпрашивая ещё ласки. Эмми умильно захихикала, поражаясь милой привязанности между человеком и жутковатым мутантом.

Следующие полчаса я посвятил тому, чтобы показать Насте и Эмми основные приёмы по сборке и анимации насекомоподобных чудовищ. Я терпеливо объяснял, какие детали лучше подходят для тех или иных функций, как правильно рассчитывать пропорции и распределять массу, чтобы монстр получился максимально эффективным бойцом.

Бездна, как нейросеть, способна исправить косяки, но лучше предоставлять ей максимально корректный материал изначально.

Девушки слушали, затаив дыхание, и старательно записывали каждое мое слово в записные книги. Они понимали, что создание боевых тварей — дело нешуточное, и любая ошибка может стоить им очень дорого. Монстры — это не игрушки, а грозное оружие, требующее аккуратного и вдумчивого обращения.

По окончании теоретической части я дал ученицам возможность самостоятельно попрактиковаться в сборке насекомоподобных монстриков. Настя и Эмми, поначалу робея, принялись копаться в заготовленных грудах деталей, подыскивая подходящие элементы для своих творений.

Поначалу дело продвигалось медленно и со скрипом. Неумелые руки то и дело роняли детальки, неправильно соединяли сегменты, путались в расчётах. Но постепенно, с каждой неудачной попыткой, девушки всё увереннее осваивали новое для них ремесло.

Я терпеливо наблюдал за их потугами, время от времени вмешиваясь и поправляя особо вопиющие ляпы. Я знал, что для новичков это нелёгкая наука, и старался не слишком давить на них, позволяя учиться на собственных ошибках.

За окном уже начали сгущаться сумерки, когда девушки наконец представили на мой суд учителя свои первые творения. Это были два небольших, но весьма колоритных насекомонстра — нечто среднее между богомолом и жуком-скарабеем.

Конечно, до идеала им было ещё ой как далеко — конечности разной длины, непропорциональное тельце, кривовато прилепленные жвалы. Но для первого раза вполне сносно, можно даже сказать — перспективно.

— Недурно-недурно… — одобрительно крякнул я, придирчиво осматривая дебютные работы учениц, — Конечно, до совершенства ещё расти и расти, но основы вы усвоили. Молодцы, девочки!

Настя и Эмми просияли от гордости за свои успехи. Надо признать, похвала от сурового и требовательного наставника дорогого стоила. Значит, не зря они тут потели несколько часов кряду!

Федор ощупал антеннами новосотворенных существ и снисходительно застрекотал. Дескать, зачем вам эти поделки, когда у вас есть такой красавчик как я?

— Ты самый лучший! — улыбнулась Эмми и бросилась снова энергично чесать муравья, к его вящему удовольствию.

Напоследок я влил в обе поделки по капле квинтэссенции Бездны, вдыхая жизнь в неодушевлённую материю. Миниатюрные насекомонстры ожили, зашевелились и грозно защёлкали жвалами, обдавая пространство волнами тёмной ауры.

Эмми слегка отшатнулась, во все глаза таращась на зловещую живность. После недели, проведённых бок о бок со мной, проявления Бездны всё ещё повергали её в трепет. Эта жуткая красота одновременно пугала и притягивала, дурманя разум древней, запредельной мощью. Я прямо физически чувствовал эмоции, переполняющие девушек.

Настя тоже ощущала неодолимую смесь восторга и ужаса при виде рукотворных чудовищ. Совсем недавно в моих руках были лишь бесформенные обломки — и вот, поди ж ты, уже через час это грозные бойцы, способные за себя постоять!

Я отдал мелким монстрикам первый приказ — отправиться патрулировать окрестности особняка Безумовых и немедля сообщать, если заметят что-то подозрительное.

— Давно следовало это сделать, — задумчиво произнес я, — Печати печатями, но обычные соглядатаи-охранники нам тоже нужны.

Послушные твари, клацнув жвалами, резво ускакали исполнять поручение.

Проводив своих новых миньонов долгим взглядом, я повернулся к притихшим девушкам и бодро хлопнул в ладоши:

— Что ж… на сегодня практикум закончен. Вы отлично поработали и многому научились. А сейчас предлагаю сделать небольшой перерыв, перекусить и собираться в дорогу. Нам ещё предстоит сегодня по одному дельцу смотаться…

В этот момент у меня аккурат зазвонил телефон. Глянул на экран — Сахаринка. Ага, значит, всё готово.

— Бать? — раздался в трубке голос дочери, — У нас все готово. Машины, оружие и взрывчатка поданы. Девочки ждут твоей команды.

Я довольно осклабился. Мирмеции обернулись быстрее, чем ожидалось!

— Сейчас выхожу, родная.

Я многозначительно подмигнул ученицам и, насвистывая бравурный марш, первым направился к выходу из лаборатории. Настя и Эмми, переглянувшись, поспешили за мной.

Глава 17

Семейное дело

На улице меня уже поджидали Сахаринка и еще несколько мирмеций, стоявшие возле внушительного монстромобиля — плода моих экспериментов с силами Бездны. Обычный автомобиль, пропущенный через горнило тёмной энергии, превратился в устрашающую боевую машину, более похожую на гигантское насекомое на колесах, чем на творение человеческих рук. Массивный и бронированный, он источал ауру первобытной мощи, заставляя невольно поёжиться даже видавших виды бойцов.

Это был тот самый джип, на котором мы рассекали по Гигантскому Монстру. С тех пор я его немного… проапгрейдил, сделав куда мощнее и прочнее.

К монстромобилю прицепом крепился фургон, под завязку набитый мирмециями и боеприпасами.

— Приветствую, отец, — отчеканила Сахаринка, вытягиваясь по стойке смирно. В её желтых глазах пылала решимость, а голос звучал твёрдо и уверенно, — Всё готово согласно твоему приказу. Машины укомплектованы, оружие и взрывчатка загружены. Отряд мирмеций в полной боеготовности, ожидает команды выступать.

Я одобрительно хмыкнул, оглядывая дочь. Сахаринка возмужала и заматерела — передо мной стоял уже не тот несмышлёный птенец, но воин, готовый вести за собой бойцов. Горжусь ею.

Быстро же мирмеции взрослеют… всего месяц и уже вот…

Рядом с Сахаринкой стояла Медовика — ещё совсем юная мирмеция, у которой хитин затвердел всего пару недель назад. Она невольно жалась к старшей сестре, с опаской косясь на грозную технику. Было видно, что устрашающий вид монстромобиля производит на неё неизгладимое впечатление. Что ж… пора привыкать — таковы наши трудовые будни! Благо Медовика уже прошла весь курс подготовки.

Успокаивающе положив руку на плечо дочери, я негромко произнёс:

— Держись, малышка. Сегодня тебе предстоит первое испытание. Но я верю — ты справишься. В конце концов, ты — дочь Безумова. А мы своих в обиду не даём.

Медовика робко улыбнулась и благодарно кивнула, явно приободрившись от отцовской поддержки. Сахаринка тоже мимолётно стиснула её ладонь, безмолвно обещая прикрыть в бою.

В этот момент из особняка вышли Настя и Эмми, которые задержались переодеться. При виде вызывающе монструозного транспорта девушки невольно сбавили шаг, во все глаза разглядывая моё новое творение. На их лицах отражалась целая гамма чувств — от восхищения до откровенной опаски.

— Впечатляет, — наконец выдохнула Настя, медленно обходя монстромобиль по кругу. В её голосе явственно слышалось уважение пополам с затаённым страхом, — Это ведь… тот самый? На котором мы…

— Ага, — кивнул я, — Я его наконец довел до ума. Он теперь куда круче. Может много нового.

— Будто и не автомобиль вовсе, а порождение какого-то безумного разума, — Эмми с восхищением присвистнула, — Даже мурашки по коже…

Я понимающе кивнул. Кому как не мне знать, сколь пугающими могут быть проявления Бездны. Но сейчас не время для страхов и сомнений.

— В фургоне вас ждёт ещё немало сюрпризов, — произнёс я, многозначительно кивая на прицеп, — Идёмте, покажу.

Распахнув створки фургона, я с мрачным удовлетворением наблюдал, как глаза девушек расширяются при виде богатого арсенала. Стойки с автоматами, противотанковые гранатомёты, снайперские винтовки с оптическим прицелом… Всё лучшее, что могут предложить оружейники Синегорья. А в дальнем углу — ряд аккуратно составленных ящиков с логотипом алой капли в чёрном круге. Красный Сгуститель, чудовищная субстанция, стала основой для мощной взрывчатки.

— Матерь божья, — сдавленно выдохнула Настя, с опаской косясь на ящики с опасным грузом, — Да такой взрывчаткой можно… Зачем нам столько? Мы же вроде на Разлом собирались, а не войну развязывать…

— Все подробности потом, — оборвал я её, — Лучше перебдеть, чем недобдеть. По последним донесениям, Разлом во-о-он какой здоровый, и нечисти оттуда так и попёрло. Одними пулями и заклинаниями тут не обойдёшься.

И я принялся демонстративно подбирать снаряжение — разрывные гранаты, огнемёт, несколько магазинов к штурмовой винтовке. Всё это было усиленно печатями и заряжено духовной силой. Рядом засуетились мирмеции, тоже принявшись вооружаться под завязку.

Покончив с амуницией, я в последний раз обернулся к Сахаринке. В руках у меня поблескивал массивный золотой браслет, испещрённый вязью защитных рун. Легендарный боевой артефакт, один из древнейших в нашем роду.

Я чувствовал, как по кончикам пальцев бьет статическое электричество. Браслет словно чувствовал, кто я такой. И ненавидел меня от души… Что ж, я тоже недолюбливаю его истинного хозяина, чего уж там.

— Держи, дочь. Браслет Верховного Громовержца. Он верой и правдой служил многим поколениям героев древности, теперь твоя очередь принять эстафету.

Сахаринка бережно приняла реликвию, глядя на меня с благодарностью и гордостью. Надев браслет на запястье, она вздрогнула — по венам пробежала искра могучей силы, древняя магия слилась воедино с её собственной.

— Спасибо, отец. Клянусь, я буду достойна этого дара, — твёрдо произнесла дочь, прижав кулак с артефактом к сердцу. В её глазах пылала решимость.

Я кивнул, безмолвно принимая клятву. Знаю, Сахаринка не подведёт.

— А ты обещал меня научить пользоваться кинжалом Ноктуса… — как бы невзначай произнесла Настя.

— Пока рано для этого, — вздохнул я, — С кинжалом Ноктуса не все так просто. Ты пока к нему не готова.

Настя насупилась, но ничего не сказала.

Последний раз окинув взглядом собравшийся отряд, я почувствовал, как губы невольно растягиваются в предвкушающей усмешке. Что ж, враг силён и коварен. Но и мы не лыком шиты! Две машины, под завязку набитые оружием и взрывчаткой, два десятка до зубов вооружённых мирмеций, древние артефакты и, конечно, сама Бездна на нашей стороне.

— По коням, бойцы! — скомандовал я, запрыгивая в кабину монстромобиля, — Высокоуровневый Разлом ждет! Покажем что бывает, когда Безумовы берутся за дело!

Рёв мощных моторов и дружное улюлюканье мимреций стали мне ответом. Расселись по машинам, рванули с места так, что дорожная пыль взметнулась столбом.

Что ж, понеслась!

* * *

Двое в черном бесшумно притаились между деревьями парка, держа в поле зрения особняк Безумовых. Лица скрыты под низко надвинутыми капюшонами, но в зорких глазах явно читался пристальный, оценивающий интерес. На пальцах у обоих угадываются многочисленные татуировки. Похожие носят выходцы из Диких Земель, обозначая свою принадлежность к определенной группировке.

— Ну, что там, Клык? — глухо спросил один из них, обращаясь к товарищу, — Безумов уже вышел?

Тот, кого назвали Клыком, коротко кивнул и отозвался:

— Ага, Варан. Я чую, как он вышел через… ага главный вход пару минут назад, — его взгляд затуманился, словно он видел что-то, находящееся далеко отсюда. Он закрыл глаза, на его лбу проступила вертикальная складка… которая внезапно распахнулась, оказавшись огромным красным глазом!

У глаза был зрачок в форме пятиконечной звезды, он едва заметно дрожал. Вокруг него вспухли толстые вены.

— Но Безумов не один, — продолжал Клык как ни в чем не бывало, — С ним несколько молодых девиц, фигуристые такие.

Варан едва слышно чертыхнулся сквозь зубы. Вот же прилипчивые бабы, от Безумова ни на шаг не отходят! Тут бы потолковать с ним наедине, без лишних ушей… Но куда там! Подступиться к княжичу без риска нарваться — задачка не из простых.

— И куда это он намылился, как думаешь? — задумчиво протянул Клык, следя за Костиной компанией, — Девчонок опять куда-то тренировать повёз? Или, может, на свиданку романтическую собрались, а? У них там любовь, морковь и всё такое, потрахушки, насколько я слышал…

Но Варан лишь нетерпеливо отмахнулся:

— Да пофиг! Пусть хоть с Аномалиями перепихивается. Че там еще?

— Да целый кортеж вооружённый с собой тащит. Две тачки с оружием под завязку, и куча этих… мирмеций, кажись… прям маленькая армия собралась. Нет, тут что-то другое затевается, точно не романтика…

— Уверен? Безумовы на все способны…

— Не, на дело серьёзное собрался. Небось опять в Разлом какой сунется, проклятый!

В этот момент Клык замер на месте, не веря своему третьему глазу. Он увидел, как Костя и его люди начали грузиться в машины. Вот только транспорт был какой-то неправильный. Это были не обычные автомобили, а натуральные гибриды техники и жутких насекомовидных тварей — монстромобили!

Увешанные пушками, ракетными установками и шипастой бронёй, эти механические демоны внушали одним своим видом. Фары пылали лиловым светом.

— Силы небесные, что это за жесть⁈ — сдавленно пробормотал Клык, судорожно сглатывая, — Это же чистые отродья Бездны! Отродья, которые ещё и на колёсах ездят!

— А то! — мрачно согласился Варан, — Слыхал я про такие, Безумов давно на такой разъезжает. Тут, похоже, без запретной алхимии не обошлось. Рихтанул машины под монстров каких-то…

Соглядатаи потрясённо замолчали, переваривая увиденное. Подобное они наблюдали впервые в жизни. Значит, слухи не врали — Безумов и впрямь безбашенный экспериментатор. Ставит эксперименты с Аномалиями и Разломами не хуже, чем сам Малюта Лукьянов, не будь к ночи помянут…

И вот результат — адские тачки, начиненные по самое не могу оружием и монстрятиной. С такими не шутки шутить — в два счёта размажут по стенке любого противника…

— Слышь, я тут подумал… — осторожно начал Клык, разглядывая третьим глазом грозный кортеж, — А может, отойдем? Неровён час, заметит он нас тут… Сам понимаешь, чем это для нас обернётся.

— Да уж, с такой компанией — за милую душу порвёт, даже не запыхается, — процедил Варан. И после тяжёлого раздумья неохотно кивнул, — Ты прав. Давай пока отойдем, мы дело свое сделали…

Он достал из кармана небольшой амулет-передатчик и быстро настучал на нём какой-то шифр. Получив ответ, удовлетворённо хмыкнул:

— Ну всё, я доложил нашим. Фридрих сказал гнать к нему. Как он решит — тогда и начнем.

С этими словами соглядатаи бесшумно, словно тени, растворились во мраке парка. Лишь едва слышный шелест листвы и хруст веток выдавал их удаляющиеся шаги.

Кортеж Безумовых тем временем взревел моторами и, подняв клубы пыли, сорвался с места, устремившись куда-то на северо-восток. Адские фары монстромобилей ещё долго мерцали багровым заревом, прорезая сумеречный полумрак.

Казалось, сама ночь расступается, боясь преграждать путь жутковатому кортежу. Что ж, это и впрямь было разумно — никто в здравом уме не рискнул бы становиться на пути у Безумова и его отряда. Даже сама Бездна, поди, десять раз подумает, прежде чем перечить молодому княжичу…

* * *

Мы мчались по пустынной дороге, ведущей к высокоуровневому Разлому. Сведения пришли от лично губернатора-генерала Горового. Он по закрытому каналу связи лично связался со мной намедни и попросил решить вопрос с опасным Разломом.

— Все высокоуровневые Истребители заняты, просить некого, — сказал он, — Не в службу, а в дружбу — реши вопрос, княжич. А за мной не заржавеет. Можешь забрать себе все ценное в этом Разломе без налогов и лишней бюрократической волокиты — я за этим прослежу.

Я, безусловно, сразу же согласился.

Монстромобиль, управляемый Сахаринкой, подпрыгивал на ухабах, скрежеща железом и фыркая, словно рассерженный зверь. Багровые фары выхватывали из темноты стремительно убегающее шоссе. Сзади слышался рев второй нашей махины.

Мои мирмеции, вооружённые до зубов, сосредоточенно вглядывались в ночь, готовые в любой момент отразить внезапную атаку. От них исходила какая-то первобытная энергия — казалось, даже в замкнутом пространстве машины воздух потрескивает от напряжения.

Настя периодически бросала на меня вопросительные взгляды, явно надеясь на разъяснения. Но я не спешил удовлетворять ее любопытство. Всему свое время.

— Па-а-ап, а правда, что этот Разлом — один из самых больших за последнее время? — робко спросила Медовика, сжимая в руках новенький боевой артефакт в виде цепной алебарды. Её зубчики тускло блестели в полумраке салона. Также у девушки за спиной красовались массивные баллоны с горючей смесью, соединенные с раструбом. Это был огнемет, созданный специально против Аномалий, — Я слышала, даже старшие сестры не справятся с такими…

Я криво усмехнулся. Вопрос был хоть и наивный, но меткий. Действительно, масштаб проблемы впечатлял.

— Не боись, малышка, — подбодрил я дочь, — Конечно, Разлом здоровый, спорить не буду. Но у нас есть козыри в рукаве. Справимся, вот увидишь.

Медовика прикусила губу, явно не до конца убежденная. И было отчего — прошлый ее опыт закрытия Разломов оставлял желать лучшего.

— Когда мы с тетей Айштиль ходили закрывать тот малый Разлом на Гнилых Топях, мне уже тогда страшно было, — пробормотала она, — А там ведь монстры послабее были. Змеерыбы, ну, Ползучие Синие Трупы еще… А тут, говорят, такие твари лезут — жуть!

Она содрогнулась, явно представив весь этот бестиарий. И ведь не зря — монстры из высокоуровневых Разломов само бешенство и неуязвимость.

Эмми ободряюще потрепала девочку по плечу:

— Держись, сестренка. Я тоже сперва очень боялась. Когда первый раз в Разлом попала, думала — все, хана мне. Но ты ж видишь — жива, здорова, даже ранений серьезных не было. А все потому, что следовала указаниям и не лезла на рожон.

Я невольно улыбнулся, вспомнив наши с Эмми приключение в Полостях Скитти. Тогда она была наивной горделивой девочкой… а теперь уже она вполне себе опытный Одаренный. Расти, конечно, есть еще куда, но теперь я уверен, что смогу положиться на Эмми в случае чего.

Наклонившись поближе, Настя прошептала Медовике на ухо:

— Мы с Костенькой в обиду не дадим. Да и сама ты у нас не промах. Айсштиль мне рассказала, как ты на Гнилых Топях метким выстрелом уложила Королеву Змеерыб. Снежная королева аж вся светилась от гордости, когда рассказывала!

Медовика слабо улыбнулась, припомнив тот эпизод. И правда, удача тогда ей сопутствовала. Но кто знает, улыбнется ли фортуна снова…

— Ну тогда им всем капец! — она выразительно стукнула кулаком по ладони, — Всех положу!

Я на всякий случай решил ее еще припугнуть, надо же сбивать героический запал, а то кинется в самое пекло в погоне за славой. Подростки есть подростки, и мирмеции не исключение. Плюс начнут друг перед дружкой выпендриваться — что ж мы, хуже других, что ли?

Обернувшись, я мрачно произнес:

— Не с той ты стороны заходишь, Медовика. Вспомни, как вас с сестрами там в конце у Ядра чуть дюжина Бармагов не опутали щупальцами и не утащили в свою нору как десерт. Клацали зубищами, а вы отмахивались кто со слезами и соплями… Если бы не Айсштиль — неизвестно, чем бы все закончилось.

Медовика побледнела. Да уж, думал я, это вам не кабинетные учения по тактике. Это — полевой крещение огнем и кислотой чудовищ… Очень полезно для закалки характера, ага.

Сахаринка, не отвлекаясь от дороги, серьезно добавила:

— И не забывайте, сестры мои, что это вам не с мелкой шушерой возиться. На малых Разломах таких монстров не водится — Ночные Визги, стаи Кислотников, Оретки-переросткив обнимку с Тоскующими Деревьями. Редко выдается шанс во всей красе прочувствовать их ярость… Тренировки тренировками, но истинную готовность покажет только реальный бой!

Медовика сглотнула и затихла.

— В любом случае, основную работу по зачистке будем делать мы, — сказал я, — Ваша задача — прикрывать тылы.

На горизонте уже маячил зловещий багровый отблеск. Это точно не закат, а что-то неестественное — верный признак близости Разлома. Я мысленно прикинул наши шансы. С одной стороны — две машины с оружием и взрывчаткой, два десятка до зубов вооруженных мирмеций, древние артефакты и, конечно, сама Бездна на моей стороне. С другой — полчища одержимых монстров, алчущих человеческой плоти и готовых разорвать любого непрошеного гостя.

Мы должны справиться, но расслабляться не стоит. По информации от наблюдателей, монстры в Разломе водились опасные. Ночные Визги, которые парализуют жертву одним лишь воплем, а потом набрасываются всей стаей и раздирают на части. Кислотники с ядовитой слюной, разъедающей даже камень. Тоскующие Деревья, опутывающие добычу корнями, словно пиявки. И, конечно, жуткие богомолоподобные Оретки — редкая мерзопакость, жрущая всё, что движется…

Нет, надо закрывать Разлом быстро и аккуратно, не ввязываясь в лишние стычки. Я не хочу, чтобы кто-то из мирмеций пострадал. Пока я, к сожалению, не мог обеспечить всех сильным умением регенерации, как себя, Настю, Эмми и Айсштиль.

Но долго размышлять не пришлось. За поворотом уже виднелась багряная аура Разлома — зияющее отверстие в ткани реальности, словно кровоточащая рана. Оттуда доносился низкий гул и какое-то бульканье, словно внутри ворочалось исполинское чудовище.

Я кивнул Сахарикне, и она сбавила ход. Монстромобиль мягко затормозил у самой границы аномальной зоны. Дальше придется пешком.

Мы высыпали наружу, торопливо распределяя снаряжение. Моим мирмециям достались последние разработки алхимического предприятия Безумовых — цепные алебарды, усиленные кристаллическими накопителями духовной энергии, огнемёты с топливом на основе Красного Сгустителя и даже пара летающих жуков-разведчиков. Они играли роль бесшумных дронов. А ещё каждой выдали по флакону с восстанавливающим зельем. С таким арсеналом не стыдно и на дюжину Ореток замахнуться!

Эмми и Настя тоже по уши обвешались амулетами и артефактами. Пояса с метательными ножами, портативные бомбы, напичканные отравой кинжалы… В общем, полный джентльменский набор для прочистки Высокоуровневых Разломов.

— Так, родные мои, слушай сюда, — скомандовал я мирмециям, доставая карту местности Разлома. Она, к сожалению, была неполной, но хоть что-то, — Мы разделяемся. Я, Настя, Эмми идем в авангарде прямиком в пещеры и зачищаем там всё. А остальные пока прикрывают наши тылы и собирают добычу — органы монстров, духовные кристаллы и прочий ценный хабар. Вон хотя бы тех же Ореток обдерите как липку, панцири у них очень ценные, на рынке хорошо идут. Ясно?

— Яснее некуда! — отозвались мирмеции нестройным хором.

— Медовика, Сахаринка, вы тоже с нами, — кивнул я дочерям, — Покажем этой нечисти, чего стоят Безумовы в гневе!

Девчонки воинственно оскалились, готовые в любой момент бросится в бой.

— Ну, с богом! — рявкнул я и первым нырнул в алое сияние Разлома.

Внутри Разлома царил багровый полумрак, насыщенный запахами гнили и тлена. Зловещие силуэты сталактитов и сталагмитов угрожающе нависали над головой, словно челюсти какого-то доисторического чудовища. Где-то в глубине слышались противные шорохи и завывания.

Это снова был кусок Полостей Скитти — но куда более опасный, чем тот, в который мы угодили с Эмми. И твари здесь водились куда серьезнее.

Медлить было нельзя. Я двинулся вперёд, внимательно глядя под ноги и сжимая рукоять духовного меча. Его яркое сияние освещало нам путь. Девчонки и мирмеции, стараясь не шуметь, последовали за мной.

Не прошло и минуты, как из-за поворота выскочила первая тварь — мерзкая помесь богомола и муравья, злобно лязгая жвалами. Оретка-переросток!

Не тратя время на раздумья, я молниеносным движением снёс монстру башку. Туша с хрустом грянулась на камни, забрызгивая все вокруг ихором. Настя и Эмми синхронно сморщили носы.

— Фу, гадость какая! Даже хуже, чем я думала.

— Ничего, привыкайте, — усмехнулся я, вытирая меч, — Сегодня этого добра будет вагон и маленькая тележка. И не забывайте собирать панцири, ценный материал.

Тварь была слабовата, так что я не стал создавать из нее Слугу. Мирмеции из отряда поддержки быстренько разобрали тушку на ценные запчасти.

Углубившись в тоннель, мы продолжили осторожное продвижение. То и дело из темноты выскакивали новые чудища — злобные, голодные. Судя по их количеству, Разлом непрерывно штамповал монстров с бешеной скоростью. А вот с едой тут был напряг…

Одну за другой мы методично укладывали тварей на месте, не давая им и шанса на сопротивление. Девчонки работали чётко и слаженно, мгновенно занимая боевые позиции и прикрывая друг друга. Стрекот жуков-разведчиков сливался с воплями умирающих монстров.

Особенно лютовала Медовика. Словно одержимая, она крушила врагов цепной алебардой, щедро сдабривая удары пламенем огнемёта.

— А-а-а… жрите, мрази! — визжала она, с хрустом располосовывая ближайшего Кислотника. Ревел движок, острые зубчики с хрустом вгрызались в плоть, — Ща я вам устрою сладкую жизнь!

— Эк её разобрало, — одобрительно хмыкнула Сахаринка, — Растет смена…

Краем глаза я видел, как Настя и Эмми тоже вовсю развлекаются, состязаясь, кто больше монстров завалит. Вон спорят, кто из них нанес финальный удар последнему монстру. Сработались, егозы.

В целом, пока шли легко. Но это только начало — самые опасные твари ждут ближе к Ядру.

Внезапно из бокового ответвления пещеры раздался леденящий душу вой. Визг, больше похожий на скрежет циркулярной пилы по стеклу. Сердце невольно екнуло — Ночные Визги!

Стая мерзких тварей, похожих на плод любви стрекоз и птеродактелей, вылетела из прохода и с визгом закружила под потолком, норовя спикировать на головы.

— Всем в укрытие! — заорал я, вскидывая руки.

В ладонях сгустилась чернильно-фиолетовая субстанция — чистая Энергия Бездны. Подпитанная моим «Духом», она трансформировалась в зловещее подобие силового щита, накрывая нас подобно мутному колпаку. Твари испустили ультразвуковую волну, но она ударилась о мое поле и пошла назад.

Крылатые ублюдки, не ожидавшие такого маневра, попадали на пол, оглушенные своей же ударной волной. Сахаринка тут же подскочила к ближайшему и резанула его горло своим шипом. Густая кровь брызнула на ее хитин, придавая ей зловещий оттенок в тусклом свете подземелья.

Уцелевшие монстры, опомнившись, бросились в атаку. Их глаза горели безумным фанатичным огнем, а из пасти вырвался рык. Но я был готов к этому.

Сконцентрировав энергию Бездны в кулаках, я выпустил несколько сгустков тьмы, которые сорвались с пальцев один за другим. Они врезались в нападающих, прожигая плоть и разбрасывая изломанные тела.

Сахаринка кружила среди врагов смертоносным вихрем, ее отросшие шипы со свистом рассекали воздух. Они пронзали плоть, оставляя за собой кровавый след.

За считанные мгновения все было кончено. Мы стояли посреди зала, заваленного трупами. Тяжело дыша, я убрал щит. Энергия Бездны медленно рассеялась, возвращаясь в потаенные глубины моей сущности.

— Ты в порядке? — Эмми бросила на Сахаринку обеспокоенный взгляд.

— Да… Идем дальше, — процедила та сквозь стиснутые зубы. Несмотря на всю ее силу и мастерство, я видел, что битва вымотала ее.

— Не перенапрягайся так, родная, — сказал я, похлопав ее по плечу, — Прибереги силу для Ядра.

— Хорошо, папа, — сказала она.

Я видел, какие обеспокоенные взгляды Сахаринка бросала на Медовику… Кажется, Сахаринка очень переживала за младшую… и стремилась взять на себя как можно больше врагов.

Переступая через павших Ночных Визгов, мы углубились в сумрачные коридоры подземелья. Ещё много монстров ждало нас впереди, готовые защищать Ядро до последней капли крови. Но мы были полны решимости покончить с Разломом раз и навсегда.

И неплохо подзаработать на этом.

Глава 18

Это не нас заперли с боссом, это босса заперли с нами!

Чем глубже мы забирались в недра Разлома, тем сильнее сгущался багровый полумрак. Извилистые проходы петляли, словно кишки исполинского зверя, и каждый поворот таил в себе неизвестность. Из расселин стен сочился мутный гной, а под ногами похрустывали чьи-то кости и обломки хитина. Атмосфера тяжелой, давящей жути повисла в воздухе.

Я шел впереди, постоянно сканируя духовным взором окрестности. Рукоять духовного меча в моей руке источала золотистое свечение, разгоняющее кровавый сумрак. Позади маячили силуэты девчонок — все были напряжены до предела. Даже Настя не отпускала свои обычные саркастичные замечания — явный признак, что дело серьезное.

Сзади раздался едва различимый шорох, словно кто-то задел камни. Я мгновенно крутанулся на месте, вскидывая меч в боевую позицию. Луч света выхватил из темноты здоровенного Кислотника — мерзкую тварь с кожей, сочащейся едкой слизью. Притаилась на потолке! Гнусная морда ощерилась, демонстрируя иглоподобные зубы, с которых капал яд.

Монстр издал утробный рык и прыгнул прямо на меня. Но я был готов — резкий выпад клинком, стремительный разворот, и голова чудовища покатилась по земле, разбрызгивая вокруг зловонную жижу. Туловище забилось в конвульсиях и затихло.

— Берегись! — истошно заверещала Настя.

Я вскинул голову и обомлел — прямо на нас пикировала целая стая летучих тварей, похожих на гротескную помесь птеродактилей и стрекоз. Их перепончатые крылья со свистом рассекали воздух, а из пастей вырывались пронзительные ультразвуковые крики. Опять Визги…

— Огнемет! — приказал я, снова ставя барьер. Медовика вскинула раструб и нажала на спуск. Горючая смесь вырвалась на волю облаком огня, охватывая тварей одну за другой.

Монстры завизжали, объятые яростным огнем. Их горящие тушки с шипением попадали на пол, источая тошнотворный запах горелого мяса.

Сахаринка вырвалась вперед, кромсая монстров двумя шипами, отросшими у нее из предплечий. Она крутилась вокруг себя волчком, раздавая смертельные удары направо и налево.

— Сахарок, назад! — крикнул я, — Не отделяйся от группы!

— Все хорошо, папа, не переживай! — уверенно отозвалась Сахаринка, протыкая насквозь очередного монстра.

— Сахаринка!!!

Я кинулся к Сахаринке, видя, как одна особо прыткая тварь прорвалась сквозь огненную завесу и вонзила шип ей прямо в грудь. Дочь вскрикнула от боли и мощным ударом отбросила тварь. Я же, взревев диким зверем, одним прыжком настиг монстра и разорвал его пополам голыми руками.

— Сахаринка! Ты цела? — я подхватил дочь под руку, помогая подняться. Мое сердце бешено колотилось от страха за нее.

Мирмеция слабо улыбнулась и кивнула:

— Да, папа, не волнуйся. Просто вмятина на панцире. Этого мало, чтобы меня прикончить.

И правда, на ее груди красовалась приличная выбоина от удара. Но никаких признаков кровотечения или повреждений я не заметил. Видимо, мощная природная броня выдержала.

Из темноты выскочила Медовика, встревоженно осматривая старшую сестру. В ее руках поблескивал пузырек с исцеляющим зельем.

— Сейчас подлатаю, сестренка! Выпей вот это, сразу полегчает.

Сахаринка послушно приняла зелье и выпила.

— Чтобы больше никакой самодеятельность, — строго произнес я.

— Пап, я…

— Ты нарушила приказ, — резко оборвал я Сахаринку, — Здесь мы не семья — а командир и подчиненный. Какого черта ты полезла на рожон в одиночку? Отвлеклась, потеряла бдительность — вот и словила! А если бы на миллиметр ниже брони попало?

Дочь виновато потупилась, избегая моего взгляда. Кажется, до нее начало доходить, как сильно она сглупила.

— Пап, я просто хотела вас всех защитить, мне же сподручнее, я ж природный боец…

— Одна ты не боец, а обуза! — рыкнул я, сверля ее суровым взглядом, — Нельзя нести всю ношу в одиночку, дорогая, потому что сдохнешь раньше времени. Мы — команда, и каждый должен страховать друг друга. Иначе всем хана!

Возможно, я переборщил. Но лучше уж переборщу, а Сахаринка в следующий раз будет действовать осторожнее. И останется живой и невредимой.

Сахаринка, наконец, кивнула и виновато склонила голову. Я в последний раз смерил ее неодобрительным взглядом, надеясь, что урок усвоен. И тут ее глаза расширились от ужаса:

— Папа, сзади!

Я резко обернулся. На нас надвигалась большая группа Ореток — жутких богомолоподобных тварей. Эти особи были довольно крупные, размером с носорога! Их хитиновые панцири лязгали при каждом шаге, а жвала яростно щелкали в предвкушении добычи.

Краем глаза я видел, как Настя и Эмми начали складывать печати, готовые ринуться мне на подмогу. Но я быстро просчитал шансы — их слишком мало против такой оравы.

Времени на раздумья не было. Сконцентрировавшись, я потянулся к глубинам своей сущности, высвобождая Энергию Бездны. По венам словно разлился жидкий огонь, наполняя тело безумной мощью. Я чувствовал, как тьма сгущается вокруг меня удушливым облаком.

Ближайшие монстры уже тянули ко мне свои зазубренные клешни, готовые порвать в клочья. Но я опередил их. Выбросив руки вперед, я сфокусировал энергию и послал в сторону врагов два чудовищных импульса.

— Пламя Бездны… — беззвучно прошептали мои губы.

Волна черного пламени с ревом пронеслась по рядам Ореток, испепеляя все на своем пути. Жуткие твари корчились и вопили, объятые колдовским огнем. Их панцири плавились и стекали на пол, обнажая дымящуюся плоть.

Мое внимание привлекли двое — самые матерые и могучие особи — похоже, самки. Они у Ореток, как и у обычных богомолов, намного крупнее и сильнее самцов. От них так и веяло первобытной яростью и жаждой убийства. Я мрачно усмехнулся. А вот и достойные кандидаты на пополнение моей свиты!

Я направил мощный поток концентрированной энергии Бездны на обоих больших монстров, корчившихся в огне. Они взревели еще яростнее, но темная мощь быстро подчинила их, превращая в верных слуг. Подгоревшая плоть затянулась, а в пустых глазницах вспыхнули алые огоньки нового осознания.

Я подозвал новоявленных миньонов к себе и потрепал по загривкам, словно любимых псов. Гигантские твари склонились передо мной, признавая хозяином.

Девчонки за спиной ошалело переглянулись, не веря своим глазам. Еще пару секунд назад чудовища пытались нас сожрать, а теперь послушно исполняют приказы!

— Каждый раз, как в первый раз, — вздохнула Настя.

Тем временем мои новые зомби-богомолы, получив от меня мысленный приказ разведать путь, ринулись вперед по тоннелю. Они неслись с нечеловеческой скоростью, перепрыгивая препятствия и сшибая всякую мелочь с ног. Теперь, обретя силу Бездны, они стали куда быстрее и мощнее собратьев.

Несколько раз нам навстречу еще попадались стайки Ночных Визгов и Кислотников. Завязывался короткий, но яростный бой. Я, мирмеции и монстро-слуги составляли живой щит, прикрывая хрупких Настю и Эмми. Эмми, в свою очередь, усиленно поливала врагов огнем, а Настя насылала мороки.

Я периодически связывался по рации с отрядом поддержки — у них все было на мази. Иногда на них нападали монстры, но это как правило были ослабленные или раненые твари. С ними справлялись без проблем.

Я же начал наращивать свою новую мини-армию — подбирал самые лакомые трупы и, одарив силой Бездны, пополнял ими ряды Слуг. Скоро у нас образовался целый смертоносный отряд.

Как раз пошла область, не отмеченная на карте. Монстры разведывали территорию, я все видел их глазами — где какие проходы и кто в них скрывается.

Внезапно один из моих монстро-слуг умер — причем мгновенно! Все, что он успел заметить перед смертью — мощную вибрацию пола, да низкий приглушенный стрекот.

Я встрепенулся — неужели Слуга наткнулся на кого-то особенно опасного?

— Я что-то улавливаю, — сказала Сахаринка, прислушиваясь. Её антенны шевелились, — Странные вибрации впереди… кажется, что-то большое…

— Да, я тоже чую, — подтвердила Медовика, щупая воздух антеннами, — Только не могу понять… оно как будто… большое и…

— Размытое, — закончило Сахаринка, — Нельзя определить точное местоположение… Оно испускает много помех. Лишних вибраций. Видимо, это у него природный механизм защиты против мирмеций.

Я довольно оскалился, предвкушая грядущую битву. Если там и правда засел кто-то вроде местного «босса», то нужно спешить и брать его тепленьким. Такой боевой трофей лишним точно не будет!

И самое главное — там рядом может быть Ядро.

— Вперед, команда! — скомандовал я, ускоряя шаг, — Берем этого хитрого товарища за жабры, пока не спугнулся.

В глубине тоннеля полыхнуло багровым, а затем по стенам пещеры прошла короткая вибрация. Все вздрогнули — похоже, там и правда затаился грозный противник. Но мы твердо вознамерились добраться до него во что бы то ни стало.

Наш отряд упрямо спешил навстречу опасности, и я знал — это не нас заперли с боссом, это босса заперли с нами!

* * *

Кристина Валерьевна с улыбкой наблюдала, как мирмеции сноровисто орудуют граблями и садовыми ножницами, наводя порядок в саду. Ее переполняло чувство гордости и умиления — как быстро девочки освоили премудрости садоводства! А ведь еще недавно они и в руках-то инструменты держать не умели.

— Молодцы, мои хорошие! — приободрила она трудолюбивых мирмеций, — Глядишь, скоро наш сад станет лучшим в Синегорье! Розарий будет — загляденье, фонтаны забьют, аллеи подстрижем… Заживем!

Мирмеции радостно закивали, довольные похвалой. Им нравилось ощущать себя полезными и нужными.

— А вон там, в углу, Сиренька, посади-ка ты, милая, жасмин, — Кристина указала на свободный участок, — Ваня, до того как слег, очень любил его аромат, говорил — успокаивает нервы. Надеюсь, он когда-нибудь придет в сознание и увидит, как все здесь поменялось…

— Будет исполнено, тетя Кристя! — бодро отрапортовала мимреция Сиренька и умчалась выполнять поручение.

Кристина невольно вздохнула — она все-таки считала, что имя Сиренька для ребенка — ну очень сомнительное решение. Но королева Мелинта при выборе имени руководствовалась своей, муравьиной логикой… А Костя особого интереса к выбору имен для мирмеций не проявлял.

Лилия бегала вокруг, то и дело становясь на четвереньки и принюхиваясь ко всему подряд. Казалось, ее любопытный нос интересовало буквально все — от свежевскопанной земли до зеленых побегов и даже садовых тачек.

— Лилечка, солнышко, не мешай девочкам работать! — в притворной строгости одернула ее Кристина. Волкодевочка лишь игриво фыркнула и боднула ближайшую мирмецию, вызвав у той радостный смех.

Лилия успела сытно поесть, и у нее было приподнятое настроение. Настроение быть милой и игривой лисичкой, а не суровой волчицей.

— Ох уж эта проказница! Ну ничего, вот будешь хорошо себя вести — получишь вкусную косточку от повара. Он как раз обещал бараний бок запечь…

Лилия радостно взвизгнула и бросилась обниматься к Кристине, всем своим видом показывая, какая она послушная и воспитанная волчица. Женщина рассмеялась, ласково потрепав странную девицу за пушистым ухом.

Внезапно Лилия насторожилась и негромко рыкнула, словно к чему-то прислушиваясь. А затем схватила Кристину за рукав и потащила ее к ограде.

— Лиличка, родная, что случилось? — удивленно произнесла женщина. Она впервые видела, чтобы Лилия себя так вела.

Но тут все встало на свои места.

Ее внимание привлекли подозрительные черные машины с тонированными стеклами, остановившиеся неподалеку от особняка Безумовых. В этом тихом районе редко кто парковался просто так, без веской причины. Особенно когда большая часть семьи в отъезде…

— Это еще что за гости незваные? — пробормотала Кристина, хмурясь. Странное чувство тревоги всколыхнулось внутри. Что-то здесь нечисто…

Решительным шагом она направилась к машинам, взяв с собой нескольких мирмеций в качестве группы поддержки. Лилия увязалась за ними, ощетинившись и угрожающе порыкивая. Кристина одобрительно кивнула ей — такая «массовка» должна произвести правильное впечатление на непрошеных визитеров.

Как только они приблизились, задняя дверца ближайшей машины распахнулась и наружу вышел высокий худощавый мужчина в элегантном костюме-тройке. Его лицо выглядело бы вполне интеллигентным и располагающим, если бы не пронзительный стальной взгляд, мигом оценивший подошедших.

— Чем обязаны, господа? — вежливо, но твердо осведомилась Кристина, — Вы к кому пожаловали в наши края?

— Прошу прощения за беспокойство, — мужчина изобразил вежливую улыбку и продемонстрировал Кристине документы, — Меня зовут Фридрих, я представляю интересы Императорского казначейства. Мы тут проводим плановую инспекцию прилегающих территорий на предмет уплаты налогов.

Кристина удивленно вскинула бровь. Надо же, сам казначей пожаловал! Очень странно, учитывая, что с фискальной службой у Безумовых всегда был полный порядок. Костя лично проследил, чтобы все налоги и сборы уплачивались вовремя и без задержек.

— Рада приветствовать вас, господин Фридрих, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал доброжелательно, — Однако должна вас огорчить — поместье Безумовых не должно вас интересовать. Мы добропорядочные налогоплательщики, в этом можете не сомневаться.

— О, не сомневаюсь, что у княжеского рода все в порядке с фискальными органами! — заверил ее мужчина, картинно прижимая руку к груди. Перстень с массивным рубином зловеще блеснул на солнце, — Поверьте, ваше хозяйство — последнее, что нас интересует. Мы больше по части простолюдинов, знаете ли. Вот в соседнем квартале как раз затаилось гнездо потенциальных неплательщиков, надо бы проверить…

Он быстро оглянулся по сторонам, явно кого-то высматривая.

— А скажите, почтеннейшая, господин Константин Безумов сейчас у себя? Не уделит ли он мне пару минут для приватного разговора? Хотел бы уточнить у него несколько небольших вопросов кадастрового характера.

Кристина внутренне напряглась. Что за дела могут быть у казначея к Косте? Неужели опять какие-то интриги пытаются плести вокруг ее подопечного?

— Увы, но князь Константин сейчас отсутствует, — вежливо, но непреклонно ответила она, — Он по срочным делам отбыл за город вместе с ближним кругом. Когда вернется — я, к сожалению, не уполномочена сообщать.

— Ах, какая жалость! — всплеснул руками Фридрих, всем своим видом изображая досаду, — Ну да ничего, я попробую навестить господина Безумова в другой раз. Простите за беспокойство!

Он картинно раскланялся и дал знак своим людям возвращаться в машины. Кристина проводила взглядом отъезжающий кортеж, не расслабляясь до тех пор, пока он не скрылся за поворотом.

Лилия грозно рыкнула им вслед, намекая — ваше счастье, что я сыта.

— Ох… неспроста это все, — пробормотала Кристина, хмурясь, — Явно неспроста… И этот Фридрих… Больно сладок, как патока. А глаза — змеиные, так и сверлит, так и вынюхивает…

Она тяжело вздохнула. Мрачные предчувствия сжимали сердце ледяными тисками. Неужели Костя влип во что-то серьезное, и теперь от него не отстанут, пока не получат желаемое? Уж Кристина-то в людях разбиралась, насквозь видела тайные мотивы и притворство.

— Так, девочки, — решительно скомандовала она мирмециям, — Бросайте пока работу, дело есть. Усильте охрану особняка, проверьте защитные печати. Мало ли кто еще заявится… А я пока попробую связаться с Костей. Надо предупредить его об этом визите.

Мирмеции дружно загалдели, выражая готовность защищать дом до последнего. Растроганная их преданностью, Кристина ободряюще улыбнулась.

Решительным шагом она направилась в особняк, на ходу доставая телефон. Пора сообщить Косте пренеприятнейшее известие и посоветоваться, как быть дальше. В Разломе связь, конечно, не ловит, но рано или поздно он из него выйдет…

Лилия проводила ее долгим внимательным взглядом. Глухо заворчав, волкодевочка принялась методично обходить периметр, принюхиваясь к каждому кусту. Она не допустит, чтобы ее стаю застали врасплох!

* * *

Фридрих недовольно барабанил пальцами по полированной столешнице, буравя тяжёлым взглядом сидящих перед ним Клыка и Варана. Клык явно чувствовал себя неуютно под этим пристальным, испытующим взором. Варан глядел более спокойно.

— Значит, говорите, Безумов свалил из особняка вместе со всей своей бандой, взяв кучу оружия? — процедил Фридрих сквозь зубы, — В принципе, это совпадает с тем, что сообщила Хранительница Очага Безумовых.

Клык нервно сглотнул и быстро закивал, словно китайский болванчик:

— Да, босс… Собрался и умотал куда-то. Две тачки битком набил своими бабами и оружием. Мы это… Это… Следили издалека, в общем. Куда поехал — не видели, быстро слишком…

Фридрих ухмыльнулся. Что ж… возможно, лучшего шанса и не представится.

— Ладно, — наконец процедил он, смерив подчинённых тяжёлым взглядом, — Драка в лоб — не наш метод. Бить будем по слабым местам.

Он выдержал многозначительную паузу, наслаждаясь произведённым эффектом.

— Колдунья Айсштиль сейчас по моим сведениям находится на алхимическом предприятии. Поэтому, пока этот герой-любовник по Разломам шастает, мы нанесём визит в его фамильное гнездышко. В этой халупе из мамкиных подстилок разве что Хранительница Очага бестолковая осталась, глупая волкодевка да прислуга. Вот их-то мы и потрясём как следует!

Клык и Варан одобрительно заржали, предвкушая лёгкую добычу. Давненько они не развлекались — в Диких Землях, после падения Черных Хирургов, сейчас шел жесткий передел власти и зон влияния. Стреляли друг друга только в путь. А душа требовала веселья!

— Значит, так, — Фридрих подался вперёд, сверля их пронзительным взглядом, — Берёте своих лучших бойцов и тихой сапой проникаете в особняк. Сигналки и печати глушите, охрану снимаете без лишнего шума. А потом хватаете всех, кто там есть, все ценное, и тащите ко мне. Живыми. Особенно старую перечницу. Уж я-то сумею развязать ей язык…

Он кровожадно улыбнулся, явно представляя, как будет «убеждать» Кристину Валерьевну делиться информацией. У него на этот счёт имелись очень весомые аргументы…

— А потом свяжемся с Безумовым и выдвинем наши требования, — продолжал Фридрих, — Не думаю, что этот везунчик станет юлить, когда его милые дамочки окажутся у нас в лапах. Особенно волкодевка. Насколько я слышал, у них там любовь до гроба, все дела…

Клык и Варан понятливо заухмылялись, всем своим видом выражая готовность подписаться под любым безумным планом шефа. Они плохо знали Безумова лично, но наслышаны были о его репутации. Ну и видели видеозаписи турнира Черного Солнца. Связываться с этим буйным отпрыском древнего рода себе дороже! То ли дело тихий налёт на беззащитный особнячок… Волкодевка и мирмеции, конечно, опасны, но до княжича им далековато.

— Короче, действуйте быстро и чётко. Тихо зашли, без шума вынесли всех, ушли, — напутствовал Фридрих, — И чтоб никакой самодеятельности! Это вам не вокзальных лохов потрошить. Клан Безумов — это вам не хухры-мухры, с ним шутки плохи. Так что впустую не рискуйте. А наниматели в долгу не останутся — сами знаете, сколько они обещали за тайну мирмеций. Если сможете понять, как Безумов штампует этих мега-девок — будете жить припеваючи до конца жизни.

Подручные закивали, всем своим видом демонстрируя покорность и рвение. План казался им пределом коварства и хитроумия! Обвести вокруг пальца целый княжеский род — о таком они в Диких Землях и мечтать раньше не смели.

Слава господину Фридриху!

— Ну всё, шевелите булками! — рявкнул Фридрих, — Времени в обрез. Того гляди, Безумов вот-вот вернётся из своего вояжа. Надо всё сделать по-быстрому, пока он там в Разломах копается.

Клык и Варан вскочили и двинулись к выходу. На их рожах цвела предвкушающая ухмылка — скоро, совсем скоро они хорошенько повеселятся за счёт беззащитных обитателей особняка. А там, глядишь, и сам Костя Безумов станет посговорчивее, когда его цыпочки окажутся в надёжных руках…

Глава 19

Это тебе за папу!

Мы продолжали пробиваться вглубь Разлома, прорубая себе путь сквозь толпы монстров. Я наклепал несколько десятков Слуг, которые стали не только разведчиками, но и надежной стеной против волн нападавших.

Без ранений, конечно, тоже не обошлось. Но благодаря исцеляющему фактору все раны быстро затягивались.

Чем дальше мы продвигались, чем отчетливее я чувствовал страх своих монстрослуг. Они рычали и стрекотали все громче и тревожнее, явно почуяв где-то поблизости главную тварь этого логова. Вот только точное его местоположение определить никак не удавалось — босс явно использовал какую-то защиту, сбивающую с толку и духовные рецепторы, и сенсорику мирмеций. Слишком много лишних вибраций и помех.

Настя и Эмми тоже выглядели встревоженными. Чувствовали исходящую впереди чудовищную ауру.

— Костя, может не надо? — робко протянула Эмми, поежившись, — Там явно что-то очень мощное сидит. Как бы нам всем хвосты не поотрывали.

— Ага, против такого монстра и шансов мало, — подхватила Настя, с опаской вглядываясь в сумрак тоннеля, — Давай лучше Истребителя Аномалий на подмогу вызовем, а? У них опыта в таких делах побольше будет.

Я вздохнул. Подобного исхода исключать нельзя. Однако по моим расчетам мы должны были справиться. У этого Разлома все-таки не был такой высокий уровень силы, чтобы выставить против нас непобедимого босса.

В крайнем случае подрублю Синхронизацию Бездны и отвлеку монстра. А девушки в это время смогут организованно отступить.

Но настоящую панику устроила Медовика. Вся дрожа, она вцепилась в мою руку и лепетала что-то нечленораздельное.

— Там… там… чудовище… папа, страшное такое! Давай не пойдем туда, а? Ну его к черту, этот Разлом! — скулила она, переминаясь с ноги на ногу.

Ее ужас передался и мирмециям из отряда поддержки — они ощутили его по вибрациям. Стрекот усилился, в нем явно слышались истерические нотки. Отряд впал в смятение и замешкался, явно не зная, что делать дальше.

Пришлось послать к ним Сахаринку, успокоить.

Я же оставался непреклонен. Выдернул руку из хватки дочери и сурово произнес:

— Медовика… если боишься — возвращайся к отряду поддержки. И уходи вместе с ними.

— Но… но, папа… Я же не могу вас бросить…

— Ты сама вызвалась добровольцем на эту операцию. Я думал, что могу на тебя положиться. Прикончить монстров и закрыть Разлом — вот наша цель! Но если ты чувствуешь, что не тянешь, лучше уходи.

В этот момент к нам снова вернулась Сахаринка. Она смерила Медовику тяжелым взглядом и процедила сквозь зубы:

— Если в штаны наложила от страха, младшая — так и скажи. Возможно, тебе лучше идти в лаборантки, в алхимический цех. Нечего под ногами путаться, раз к бою не пригодна.

Медовика сжалась под напором старшей сестры и опустила глаза.

— Девушки, все будет хорошо, — успокоил их я, — Если тварь окажется слишком сильной — я сумею занять ее достаточное время, чтобы вы спокойно отступили.

Настя и Эмми немного приободрились. Я кивнул Сахаринке, безмолвно благодаря за поддержку.

— Ну что, двинули дальше? — бодро скомандовал я, вскидывая меч, — Пора надрать зад этой твари и… В сторону!!!

Земля под ногами содрогнулась, словно от подземного толчка. Из-под пола прямо перед отрядом с чудовищным грохотом вырвалось нечто громадное, покрытое непробиваемой броней.

Не будь у меня молниеносной реакции, эта тварь проглотила бы Сахаринку целиком — настолько стремительным и неожиданным было нападение. Я едва успел выдернуть дочь из-под занесенных для удара исполинских челюстей.

Чудовище взревело, разочарованное упущенной добычей. Это была гигантская медведка — насекомое, редко показывающееся на поверхности. Усеянный шипами хитиновый панцирь толщиной с танковую броню, когтистые лапы-бульдозеры, перемалывающие породу, чудовищная плоская голова с громадными жвалами, способными раскусить человека пополам…

Вопрос только — как эта образина так незаметно подкралась? Я лично сканировал тоннель каждую секунду и ничего не заметил! Уж не телепортировалась ли тварь?

Мои монстрослуги, опомнившись от потрясения, бросились в атаку. Налетели скопом, пытаясь прогрызть непробиваемый панцирь медведки своими жвалами. Настя и Эмми тоже не растерялись — обрушили на чудовище целый шквал боевых заклинаний. Я, окружив себя покровом, попер в лобовую атаку. Взрывы, вспышки, снопы искр — все смешалось в чудовищной какофонии!

На мгновение мне показалось, что мы побеждаем. Часть брони медведки пошла трещинами, откололась, явив уязвимую плоть. Но монстр, взревев, выпустил волну чудовищной духовной силы. Накрыл ей собственный панцирь, мгновенно восстановив все повреждения, да ещё и укрепив его сверху!

Сильно… это высокий уровень владения магией. Неужто тварь еще и разумна?

Чудовищная образина ринулась в контратаку. Чудовищные лапы-бульдозеры взметнулись, круша все на своем пути. Мои монстрослуги отлетели в стороны, словно кегли. Некоторых расплющило в кашу о стены тоннеля.

— Назад! — крикнул я девчонкам, — Атакуйте издалека! Деремся только я и Слуги!

Все смешалось в ураганном бою. Адские вспышки, лязг хитина, истошные вопли раненых. Мои воительницы не сдавались — бились до последнего, осыпая медведку ударами заклятий. Медовика удачно облила ее горючей смесью из огнемета, попав в трещины в хитине. Но куда там — монстр оказался просто невероятно силен! Наши атаки просто отскакивали от него, как от стенки горох.

В какой-то момент послышались крики и приближающийся топот — к нам на помощь шел отряд поддержки! Мирмеции, вооруженные мощным оружием и взрывчаткой, не выполнили мой приказ — не отступили. Переборов страх, они пришли на помощь.

Позже их поругаю за это. А пока…

— Держитесь на расстоянии! — крикнул я, — Атакуйте издалека!

К общей какофонии добавились звуки выстрелов — мирмеции окатили из медведку залпами из особого оружия, созданного для борьбы с Аномалиями. Снаряды, усиленные печатями, пробивали хитин. Потом начинали работать печати, распространяя по жилам медведки сильнодействующий токсин.

Но медведка даже не думала ослабевать и падать. Напротив — ее движения даже стали быстрее. Словно она пришла в ярость.

В какой-то момент я понял — даже совокупной мощи всего отряда не хватит, чтобы одолеть эту тварь. Она просто неуязвима! Мы ее щекочем, не более того. А она хладнокровно и методично истребляет Слуг одного за другим.

Да, у нее скорей всего есть слабые места, но пока не понятно, как их найти.

Надо отступать, пока не поздно. Собрать раненых и деру дать, пока целы. Такого противника лобовой атакой не взять.

Кажется, пришло время для Синхронизации Бездны…

Но не успел я скомандовать отход, как медведка совершила нечто невообразимое. Извернулась всем телом, сбрасывая с себя остатки монстрослуг, зарылась носом в пол, энергично работая лапами… и в мгновение ока скрылась под землей, только пыль столбом поднялась! Миг — и никакого тоннеля нет, будто и не было. Прокопалась в какие-то подземные ходы.

Я приподнял бровь. Медведка… пришла к тем же выводам, что и я? Удивительно, что она это сделал как раз, когда я решил задействовать Синхронизацию. Словно что-то почувствовала. Мое намерение.

Чудовищно умная и хитрая тварь. Поняла, что добыча ей не по зубам, и смылась пока целая. Будет ждать следующего удобного момента для нападения, не иначе…

Все, кто уцелели в этой свистопляске, медленно поднимались, кряхтя и постанывая от боли. Потрепало нас знатно, ничего не скажешь. У многих Слуг и мирмеций хитин был пробит или оплавлен, из ран сочилась кровь. К счастью, никто из девушек серьезно не пострадал.

Кроме одной. Одна из девушек потеряла нижнюю правую руку. Медведка задела ее лапой, оторвав предплечье. Мирмеция сидела на полу, зажав раненную конечность и хныкала от боли… Сестры уже оказывали ей первую помощь.

Но времени на жалость не было. Надо срочно подлатать бойцов и сваливать отсюда к чертовой матери. Кто знает, вдруг эта образина сейчас снизу вынырнет и опять кидаться начнёт?

— Так, девочки, быстро все собрались и готовимся делать ноги! — рявкнул я, переводя дух, — Дуйте к выходу, мухой!

Раненых споро подхватили на руки и потащили к выходу. Я подлетел к мирмеции, оставшейся без руки. В голове уже складывался план, как подлатать дочурку.

Достав пузырек с черной жидкостью (чистейшей энергией Бездны, оставшейся после обучения Насти и Эмми), я быстро сотворил из нее подобие протеза, формируя новую руку для раненной. Неживая плоть послушно обвила культю, срастаясь с ней и закрывая рану.

— Прости, пап… я подвела тебя… — всхлипнула дочь, баюкая новую конечность. Та слегка подрагивала и искрила фиолетовым, явно не до конца подчиняясь хозяйке. Но хоть что-то, на первое время сойдёт. Потом она должна освоиться.

— Не реви, — буркнул я, вытаскивая ее на себе из тоннеля. Сердце сжималось, когда я смотрел на страдания девочки. Но нельзя показывать вида, — Бывает. Зато теперь ты истинная дочь Безумова — с рукой самой Бездны! Гордись давай.

Мирмеция через силу улыбнулась и кивнула. Кажется, с ней все будет хорошо, кровопотеря не грозит. Что ж… одной проблемой меньше. Осталось придумать, как прихлопнуть эту медведку, будь она неладна. Одним только лобовым ударом тут не обойдешься. Слишком умна, увертлива. Возможно, стоит прийти в Разлом позже, подобрав средства, заточенные конкретно под подобного монстра.

Кое-какие мыслишки на этот счет у меня уже появились. И все они крутились вокруг одной безумной, но многообещающей идеи…

Самое жуткое, что броня этой медведки уж больно напоминала покров высокоуровневых Одаренных. Причем далеко не самый слабый покров.

Неспроста это, ох неспроста. Новое поколение Аномалий пугающе быстро эволюционирует…

Наш потрепанный отряд отступал к выходу из Разлома, прихватив раненых. Позади, в глубине жуткого тоннеля, слышались шорохи и грохот, словно там ворочалось огромное чудовище. Медведка явно ждала новой возможности напасть.

Она почуяла нашу слабину, сволочь хитиновая. Учуяла страх и смятение, охватившие отряд после ее внезапного появления. Такая теперь от нас не отстанет, пока всех не сожрет. Я чувствовал, что она где-то рядом, в лабиринтах прокопанных тоннелей, не отстаем.

Значит, надо срочно придумать, как переломить ход игры. Как выманить эту образину на свет божий и прихлопнуть одним сильным ударом. Да так, чтобы она уже не смогла смыться обратно.

Я мчался по туннелю, иногда раздавая зуботычины загулявшим монстрам. Позади слышалось тяжёлое сопение и стрекот мирмеций, уносящих ноги от чудовищной медведки. Раненые стонали на плечах у сестер, умоляя бежать быстрее. Все понимали — если эта тварь нас догонит, пощады не будет. Сожрет и не подавится.

Оглянувшись через плечо, я скрипнул зубами. Сзади, в сумраке тоннеля, угадывались силуэты Слуг. Те немногие, что уцелели в схватке с монстром, теперь прикрывали наш отход. Вроде бы безмозглые зомби… но со стороны ведут себя крайне самоотверженно, жертвуя собой ради нас.

Вот только надолго ли их хватит? Судя по доносящемуся грохоту, медведка где-то рядом, в параллельных тоннелях. Прорывает себе ходы, гонится за нами… Даже земля под ногами содрогается от ее могучих ударов. Такими темпами она скоро вынырнет прямо перед нами и устроит засаду.

Думай, думай! Надо что-то делать. Срочно! Даже Синхронизация Бездны не панацея против этой неуязвимой образины. Ведь цель — не только ее победить, но и минимизировать потери среди своих.

Нужен план, причем быстро.

Внезапно в голове забрезжила одна идея. Безумная, отчаянная… но может сработать. Если расчет верен, если повезет… Черт, да!

Резко затормозив, я обернулся к остальным:

— Так, Настя, Эмми, Сахаринка! Слушайте сюда! Уносите раненых к выходу из Разлома, живо! А я пока постараюсь отвлечь эту образину на себя. Заманю ее в ловушку.

Девчонки вытаращились на меня, словно на умалишенного. Они тяжело дышали, по лицам струился пот вперемешку с кровью и грязью. Видно было, что все вымотались до предела.

— Ты с ума сошел? — выпалила Настя, цепляясь за мою руку, — Какая еще ловушка? Она же тебя в порошок сотрет!

— Пап, это самоубийство! — подхватила Сахаринка, умоляюще глядя на меня, — Прошу, не надо! Давай лучше все вместе драпанем отсюда к чертовой матери!

— Костя, миленький, не рискуй, — всхлипнула Эмми, прижимаясь ко мне, — Пожалуйста! Ты нам нужен!

Я стиснул зубы. Тяжело вздохнул, на миг прикрыв глаза. Как же я их всех люблю, засранок… До кома в горле, до боли в груди. Но выбора нет.

— Нет времени спорить! — рявкнул я, — Делайте что сказано, живо! Или все тут ляжем!

С этими словами я полоснул себя духовным лезвием по ладони. Поморщился от боли, но виду не подал. Опустившись на колени, принялся быстро чертить на земле кровавую пентаграмму. Руки тряслись от напряжения, кровь капала на пыльный пол, но я упрямо выводил древние символы, которым много тысячелетий назад научил меня Верховный Громовержец. Еще в те времена, когда мы были друзьями.

Магия Крови.

— Давайте сюда взрывчатку! — скомандовал я, не прерывая своего занятия, — Ту, на основе Красного Сгустителя.

Пентаграмма на полу налилась зловещим багровым сиянием.

— Ты что, спятил? — ахнула Настя, — Хочешь тут все к чертям разнести? Да тут своды от такого сразу рухнут!

— Своды в Полостях Скитти очень прочные, заточены, чтобы выдерживать гигантских тварей, — я криво ухмыльнулся, поднимаясь с колен. Мельком глянул на приготовления, — Ну а если нет, что ж… постараюсь выбраться из-под завала. Пентаграмма поглотит основную часть взрыва. Направит его прицельно. Риск, конечно, есть… но надо рискнуть. Авось пронесет.

Последние слова я произнес тихо, почти про себя. Знал ведь, насколько опасная эта затея. Может рвануть так, что никаких сводов не останется…

Но иначе никак.

Мирмеция из отряда поддержки, всхлипывая, протянула мне ящик со взрывчаткой. Со всеми предосторожностями я начал укладывать продолговатые цилиндры в центр пентаграммы, стараясь не думать, что будет, если рванет раньше времени.

Стоило цилиндрам коснуться пентаграммы, как они вспыхивали и словно растворялись в жутком алом свечении. Пентаграмма поглощала разрушительную мощь Красного Сгустителя, готовясь жахнуть по команде…

Девчонки и мирмеции сгрудились поодаль, с ужасом наблюдая за моими действиями. Они понимали, что я затеял. И не одобряли.

— Значит так, — произнес я, стараясь, чтобы голос звучал как можно тверже, — Сейчас я буду отвлекать медведку. А вы дуйте отсюда со всех ног, ясно? И чтобы без лишнего геройства, поняли меня?

В этот миг земля вздрогнула, словно от подземного толчка. Где-то совсем рядом раздался оглушительный скрежет, от которого кровь стыла в жилах.

Медведка! Вынырнула, гадина!

В стене тоннеля образовалась чудовищная дыра, забитая обломками породы. Из нее показалось исполинское насекомое, лязгая хитиновой броней и яростно стрекоча. Багровые фасеточные глаза уставились прямо на нас, полные неутолимой злобы и голода.

— Назад!!! — заорал я что есть мочи, вскидывая меч. Вокруг лезвия заклубилось черное пульсирующее сияние — Бездна откликнулась на мой зов. Синхронизация заработала на полную.

Ощутив ее мощь, я ринулся в атаку. Плевать на усталость, на раны. Сейчас я должен во что бы то ни стало отвлечь эту тварь, заманить ее в ловушку. Даже если придется отдать за это жизнь.

Мои уцелевшие Слуги, повинуясь безмолвному приказу, кинулись наперерез чудовищу, осыпая его градом ударов. Монстр взревел, отмахиваясь от назойливых букашек. Но те не сдавались — знали, что должны любой ценой заманить медведку к пентаграмме.

Мирмеции и девушки скрылись в тоннеле. Отлично. Надо дать им немного времени и только потом взрывать.

— Давай, родная, иди сюда! — прорычал я, размахивая мечом перед мордой чудовища. Тьма хлестала во все стороны, обжигая броню монстра, — Иди к папочке, тварь!

Расчет был прост — либо медведка ломанется за мной и угодит прямиком на минное поле, либо… Об этом «либо» лучше не думать. Так и с катушек слететь недолго.

Трюк сработал — разъяренная медведка, позабыв обо всем на свете, ринулась за мной. Пол завибрировал под ее могучими лапами, с потолка сыпались мелкие камешки. Да уж, если эта махина меня догонит — мало не покажется…

Стиснув зубы, я припустил к центру пещеры. Чудовище неслось следом, разинув пасть. Ядовитая слюна стекала с исполинских жвал, прожигая камень.

Боковым зрением я заметил два силуэта с четырьмя руками. Сахаринка и Медовика не побежали к выходу — наоборот, они решительно вздернули подбородки, готовые принять бой! Глупые, безрассудные… Но как же я вами горжусь!

— Уходите! — рявкнул я, — Это приказ!

Вперед вырвалась Медовика — несмотря на ранение, глаза мирмеции пылали решимостью и жаждой мести. Перехватив увесистый огнемет, она что было сил нажала на спусковой крючок, окатывая медведку ревущим пламенем!

— Жри, т-тварь! — надрывно заорала она, не обращая внимания на боль, — Это тебе за руку сестренки!!!

Чудовищная тварь взвыла, когда жидкий огонь плеснул ей прямо в морду. Броня на башке начала плавиться, но тварь лишь затрясла головой, мгновенно избавляясь от последствий.

Черт, ну и живучая дрянь…

— Не лезь, дура! — рявкнула на нее Сахаринка, оттаскивая сестру в сторону, — Погибнешь ведь!

Сахаринка уволокла Медовику за собой в тоннель. Слава богу… Пока они были рядом, я не мог активировать пентаграмму.

Я до скрежета стиснул зубы. Еще чуть-чуть… Нужно, чтобы медведка оказалась точно над пентаграммой…

Вот оно! Позабыв обо всем на свете, ослепленная яростью, тварь уже вырвалась на магический круг, беснуясь и круша все вокруг. Пора!

Резко вскинув руку, я направил всю мощь Бездны прямиком в пентаграмму. И рявкнул, вкладывая в голос всю свою волю:

— Детонация!!!

Взрыв вышел такой, что меня отшвырнуло к стене, словно тряпичную куклу. В ушах зазвенело, из носа хлынула кровь. Да Синхронизация не смогла полностью защитить меня от урона. На миг я ослеп и оглох, оглушенный чудовищной канонадой.

Придя в себя, я с трудом поднялся на ноги. Мотнул гудящей башкой, пытаясь сфокусировать взгляд. То, что предстало перед глазами, повергло меня в шок.

Своды тоннеля выдержали. Чудом, не иначе… Пентаграмма направила основную мощь взрыва строго вверх, прямо в брюхо чудовища. От медведки остались лишь ошметки панциря да лужи ихора на полу.

Неужели… все? Получилось?

Но рано я обрадовался. К собственному ужасу, я увидел, как куски туши медведки начали шевелиться, стягиваться друг к другу, срастаться… Прямо на глазах хитиновые пластины выправлялись, принимали прежнюю форму, покрываясь свежей ядовито-зеленой броней.

Да твою же ж! Эта дрянь просто линяет! Избавляется от поврежденного панциря и отращивает новый!

Из горла вырвался сдавленный стон отчаяния. Мы тут уже все на последнем издыхании, а эта образина только сильнее становится… Как ее вообще можно прикончить?

Тем временем медведка почти полностью восстановилась. Грозно лязгнув жвалами, она поползла в мою сторону, волоча свою покореженную тушу по полу…

Я попытался встать… и не смог. Регенерация работала, восстанавливая повреждения, но ей требовалось еще какое-то время… которого не было! Сияние Синхронизации все еще пульсировало вокруг меня, Энергии Бездны было вдоволь, но я практически не мог двигаться!

Все смешалось в чудовищном калейдоскопе боли, ярости и отчаяния. Полуоглушенный взрывом, я с трудом приподнялся на локтях, пытаясь сфокусировать взгляд. Голова раскалывалась, в ушах стоял непрекращающийся звон. Каждый вдох давался с трудом, от едкого дыма першило в горле.

Медведка медленно приближалась. Ее покореженный панцирь на глазах стягивался, выправлялся, покрываясь свежей зловеще-зеленой броней. Чудовищная жизненная сила твари не желала сдаваться, залечивая самые страшные повреждения.

И все же было видно, что медведке крепко досталось. Движения стали замедленными, неуклюжими. Из пробоин в хитине сочилась густая черная кровь вперемешку с ихором. Похоже, тварь вбухала почти всю свою энергию в регенерацию и теперь пребывала в крайнем истощении.

Вот только мне от этого легче не было… Она может двигаться, а я-то нет! Даже моя хваленая регенерация не успевала справляться с повреждениями.

Горящие алчным огнем фасетчатые глаза остановились на мне. Медведка, шатаясь, ползла в мою сторону, волоча изувеченное тело по камням. Из приоткрытой зубастой пасти капала ядовитая слюна, прожигающая породу.

Черт, она меня сейчас сожрет! А я пошевелиться не могу!

В последнее мгновение, уже ощущая на себе зловонное дыхание монстра, краем глаза я заметил шевеление сбоку. Обернулся… и похолодел от ужаса.

Это была Медовика! Вся в крови и копоти, шатаясь от слабости, она упрямо ковыляла к медведке, сжимая в руках остатки взрывчатки и огнемет. Безумная решимость пылала в ее глазах, затмевая боль и страх.

О нет… Только не это!

— Стой!!! — из последних сил заорал я, — Куда⁈ Сдохнешь ведь!!!

Но куда там — разве ж это безбашенное создание кого послушает? С диким воплем Медовика ринулась в атаку, щедро поливая тварь жидким огнем. Чудовищный монстр взревел, когда всполохи пламени окутали его, но тут же затряс головой, пытаясь сбить огонь.

А в следующий миг…

Не-е-ет!!!

Медовика с размаху швырнула взрывчатку прямо в разинутую пасть! Та, словно адская новогодняя гирлянда, скрылась в бездонном зеве…

— Жри, т-тварь! — надсадно провизжала мирмеция, — Это тебе за папу!

Я заорал что-то нечленораздельное, из последних сил пытаясь подняться. Но куда там — тело не слушалось. Оставалось лишь беспомощно наблюдать, как безумная девчонка приносит себя в жертву…

*БА-БАХ!!!*

Глава 20

Кто-то лапку сломал — не в счет…

Взрыв прогремел такой, что меня вновь отшвырнуло к стене. Рыча от боли, я кое-как перекатился на живот и вскинул голову.

То, что я увидел, повергло меня в шок пополам с восхищением.

Заряды, которые Медовика умудрилась протащить, рванули изнутри медведки! Чудовищная туша буквально разлетелась на куски, разбрызгивая вокруг ошметки плоти и хитина. Своды пещеры содрогнулись, готовые рухнуть в любой момент. Дым и вонь стояли такие, что глаза слезились, а легкие горели огнем.

Но оно того стоило! Эта безумная выходка Медовики сработала!

Из развороченной туши медведки вывалилось нечто, пульсирующее отвратительной аурой — ее энергетическое Ядро! Штуковина замерцала и с противным хрустом раскололась на части. Без подпитки эта дрянь уже не сможет восстановиться!

Правда, чудовищная жизнестойкость медведки никуда не делать. Верхняя половина туловища с уцелевшей башкой, жалобно стрекоча, поползла в сторону, явно намереваясь зарыться в грунт. Но тут сориентировались мои Слуги — уцелевшие повыскакивали из темных щелей и набросились на добычу!

Они налетели на останки медведки, вцепляясь в хитин всеми своими конечностями. Дружно рванули назад, вытаскивая уродливую тушу из норы, куда она почти успела забраться. И с остервенением принялись рвать монстра на куски, словно мстя за погибших собратьев.

Медведка истошно верещала и билась, но ее сопротивление стремительно слабело. Слуги методично раздирали бронированное тело на части.

Наконец, жуткий стрекот затих. Алые глазищи медведки остекленели и погасли. Все было кончено — отвратительная тварь издохла.

Обессиленно откинувшись на холодный камень, я перевел дух. Мысли путались, перед глазами плясали цветные круги от перенапряжения. Но как ни странно, на душе было легко. Мы сделали это! Сделали, черт подери!!!

Из полузабытья меня вывел слабый стон.

Медовика!

Подавив болезненный вскрик, я из последних сил пополз на звук. Обливаясь холодным потом от натуги, добрался до распростертого тела девчонки. Перевернул ее и невольно сглотнул, борясь с приступом тошноты.

Бедная малышка была жива… Если это вообще можно было назвать жизнью! Все ее тело представляло собой одну сплошную рану — ее серьезно задело взрывом. Медовика лишилась всех ног и рук, на груди и животе зияли устрашающие дыры. Сердце едва трепыхалось, готовое остановиться в любой момент.

Честно говоря, не представляю, как она вообще еще дышит! Видимо, природная живучесть дочерей Бездны оказалась сильнее даже таких чудовищных повреждений…

Закусив губу от напряжения, я поспешно прижал ладони к изувеченному телу. Закрыл глаза, призывая Энергию Бездны. Только эта сила сейчас может спасти отчаянную девчонку!

Тьма отозвалась мгновенно. Заклубилась вокруг нас удушливым облаком, пропитывая собой каждую молекулу. Чувствуя, как иссякают последние силы, я направил всю ее мощь в Медовику, буквально выдергивая ее с того света.

Ну же, давай! Не смей сдаваться!

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем веки Медовики дрогнули. Затем ее грудь приподнялась в слабом вдохе. Губы шевельнулись, силясь что-то произнести…

— Т-тихо… — просипел я пересохшим горлом. В голове все плыло от усталости, — Молчи, дуреха… Н-на тот свет захотела, да? Совсем сдурела?

Медовика из последних сил приоткрыла мутные глаза. Искривила губы в слабом подобии улыбки.

— П-прости, пап… Не могла иначе…

— Балда… — выдохнул я, борясь с комом в горле, — Больше ты так не делаешь, ясно? Никогда. Даже не думай…

Девчонка слабо кивнула и снова потеряла сознания. Но теперь ее дыхание было ровным и глубоким. Кажется, непосредственная угроза миновала.

Но расслабляться рано. Медовику ждет долгий и мучительный курс реабилитации. Регенерировать конечности и внутренние органы — это вам не синяки и царапины залечивать. Еще неизвестно, сможет ли она полностью оправиться после такой мясорубки… Да и шрамы, наверняка, останутся на всю жизнь. Суровое напоминание о ее первом серьезном сражении.

Бездна — это вовсе не исцеление. Я лишь скрепил сломанное тело черными нитями, не дав ему умереть. Девочка должна будет выкарабкаться сама. И постепенно восстановиться. А с руками и ногами… что-нибудь придумаем.

В том, что произошло, я винил исключительно себя. Мне казалось, что мы уже готовы к подобному испытанию… но как оказалось нет. Тварь оказалась намного сильнее, чем я ожидал. Аномалии продолжают эволюционировать, становясь все сильнее и сильнее. И это нужно будет закладывать на будущее.

В любом случае я не могу допустить, чтобы подобное повторилось. Отныне мирмеции больше не будут участвовать в боевых операциях. Пусть занимаются строительство и выполняют охранные функции.

Из тоннеля послышались крики и топот. Обернувшись, я с облегчением увидел, что это наши. Настя, Эмми и мирмеции из отряда поддержки спешили на помощь, размахивая аптечками и осколками исцеляющих кристаллов.

Решили вернуться, как и Медовика…

— Вы как? Живы? — первым делом выпалила раскрасневшаяся Настя, подлетая ко мне. Ее глаза округлились при виде истерзанного тела Медовики.

— Ох… Это ж… это как-то… о боже…

— Долгая история… — устало выдохнул я, — Потом расскажу. Пока подлатайте ее по-быстрому, надо убираться отсюда.

Пока девчонки споро оказывали первую помощь и накладывали повязки, я с кряхтением распрямился на ноги. Качнуло так, что пришлось опереться о стену. Да уж, хорошо же нас отделали… Но главное — все живы. С остальным разберемся.

Я подключился к разумам оставшихся Слуг, отсылая их на разведку. Надо понять, сколько еще чудовищ прячется в темных тоннелях. Хотя, по ощущениям, самых опасных мы вырезали. А остальные затаились, напуганные грохотом.

— Так, родненькие, — скомандовал я, вытирая пот со лба, — Давайте-ка заканчиваем тут. Надо добраться до Ядра этой Аномалии и оприходовать его.

Монстрослуги и дочери воодушевленно загалдели, явно предвкушая богатую добычу.

Я же криво усмехнулся. Да уж, Ядро высокоуровневого Разлома — это тебе не хухры-мухры! Если повезет его заполучить, можно озолотиться.

— Главное, не расслабляйтесь раньше времени, — напомнил им я, — Монстры все еще прячутся по темным углам.

А то знаю я этих ретивых охотниц за сокровищами — того гляди, сунут любопытный нос куда не надо и хлебнут лиха по самое не балуй. Ядро-то опасная штуковина, с ней осторожность нужна…

Нескольких мирмеций я отправил назад на выход. Пусть свяжутся с Кристиной Валерьевной, вызовут дополнительный отряд мирмеций с тачками. Пусть прибудут и поучаствуют в эвакуации добычи. Заодно и наших раненых подхватят.

Бросив последний взгляд на безжизненную тушу медведки, я медленно двинулся к ней. Вот ведь мерзкая была тварюга! Коварная и очень хитрая, с высоким интеллектом. Но справедливость восторжествовала — получила по заслугам.

* * *

Я медленно приблизился к останкам чудовищной медведки, внимательно осматривая ее изувеченную тушу. Даже сейчас, бездыханная и неподвижная, она внушала, еще как внушала. Исполинские размеры, мощный хитиновый панцирь, усеянный шипами, смертоносные жвала… Воистину, грозный противник.

И все же, несмотря на чудовищные повреждения от взрыва, в этой разорванной пополам туше все еще теплилась искра жизни. Лапки конвульсивно подергивались, как это часто бывает у насекомых. Словно эта тварь цеплялась за существование из последних сил, не желая уходить в небытие.

Что ж… грех не воспользоваться таким шансом. Подчинить своей воле столь могучее существо, превратить бывшего врага в верного Слугу — разве не об этом мечтает любой мастер?

Я опустился на колени рядом с медведкой и положил ладони на ее покореженный панцирь. Закрыл глаза, концентрируясь, призывая силы из глубин своего естества. Направил мощный поток Энергии Бездны прямиком в неподвижное тело, подчиняя его, вдыхая новую жизнь.

Задаче мне предстоит очень непростая. Заставить двигаться такую тушу — тот еще вызов.

Сперва ничего не происходило. Но затем туша содрогнулась. Лапы поджала к брюшку, из приоткрытой пасти вырвался хриплый стрекот. Из ее теле в стороны выстрелили черные нити — Бездна хватала оторванные куски медведки и тянула их обратно к основному телу.

— Девчонки, помогите! — крикнул я мирмециям и указал на нижнюю половину тела твари.

Десяток дочерей тут же вцепились в тушу, и словно самые обычные муравьи, нашедшие классную добычу, потащили ее ко мне.

Вскоре мой новый Слуга был собран воедино. Медведка явно пыталась пошевелиться, но непомерная тяжесть ран все еще сковывала движения.

Я усилил напор, вливая в нее все больше и больше Энергии. Чудовищно изувеченные ткани начали стремительно регенерировать, затягиваясь черной густой «жижей». Из обугленных обрубков конечностей с хрустом проросли новые лапы, постепенно приобретая устрашающие очертания. Глубокие язвы и трещины в панцире затягивались, уступая место свежей матовой броне.

Не прошло и минуты, а передо мной уже предстало полностью исцеленное чудовище — громадное, несокрушимое, излучающее ауру первобытной мощи. Но теперь в его фасетчатых глазах вспыхнуло новое осознание. Алое пламя ярости сменилось фиолетовыми искрами преданности. Эта тварь признала меня хозяином, верховным повелителем. Теперь она будет послушно исполнять любые мои приказы, сражаясь на нашей стороне!

Ну или работать… скажу на завод — пойдет на завод.

Медведка склонилась передо мной в почтительном поклоне, издавая низкий утробный рокот. Я удовлетворенно ухмыльнулся и похлопал ее по загривку. Надо же, какая покладистая зверюшка! То ли дело пару минут назад… так и норовила откусить кому-нибудь голову.

— Ну вот и славненько, — сказал я, поглаживая шершавый хитин, — Будешь нашим тяжеловесом, элитным бойцом. Не подведи, Малышка!

Медведка, которую я теперь буду называть Малышкой, снова рыкнула, подтверждая, что приказ понят. Преданно потерлась уродливой мордой о мою руку, всем своим видом выражая покорность.

Сахаринка, Настя и Эмми и мирмеции из отряда поддержки ошеломленно застыли, не веря своим глазам. Еще бы — ногоножка-переросток преданно трется рядом, словно котенок!

— Это… это как⁈ — выдавила Эмми, во все глаза таращась на воскресшую медведку, — Костя, ты… как тебе удалось?

— А вот так! — самодовольно ухмыльнулся я, — На месте не стою. Теперь могу подчинять даже таких мощных зверушек. Собственно, подчинить босса высокоуровневого Разлома — одна из целей всего мероприятия.

— Скока мяса, — задумчиво произнесла Сахаринка, — Личинок можно будет хоть месяц кормить…

— Но-но-но, никакого мяса! — строго сказал я, — Будет помогать мирмециям на предприятии копать подземные ходы.

— Мама с этими медведками-вредителями борется в саду нещадно… — вздохнула Настя, — А мы их собственноручно в дом несем…

— Ничего, ничего, теперь это чудо природы будет служить нам верой и правдой. Преданная как пес, послушная как марионетка. И такая же смертоносная, как прежде!

Я хлопнул медведку по загривку, и та согласно заворчала.

Девушки все еще выглядели слегка шокированными. Еще бы — не каждый день видишь, как высокоуровневый монстр ведет себя как послушное домашнее животное.

— М-м-м… а погладить можно? — растерянно пробормотала Эмми, осторожно приближаясь, — Не тяпнет?

Она с опаской протянула руку, явно не решаясь дотронуться до твари. Та замерла, покорно позволяя себя изучать.

— Не тяпнет, — снисходительно пояснил я, небрежно облокотившись на увесистый хитиновый бок, — Я думаю, даже прокатиться разрешит, как и любой из моих Слуг.

Настя задумчиво покачала головой, обходя медведку по кругу.

— Думаю, я даже смогу сотворить ее доппельгангера, и у нас будет две медведки! — наконец воскликнула она, коварно улыбаясь, — Такая махина на нашей стороне — это же целый боевой магический танк! Да еще и подземный!

— Все так и есть, — многообещающе улыбнулся я, — Помяните мои слова, девочки — с этой красоткой в команде у нас открывается много новых возможностей. Никто и пикнуть не посмеет против княжеского рода, когда у нас в услужении такие цепные псы. Вернее, цепные медведки…

Это вызвало нервные смешки.

— Но… — подала голос задумчивая Сахаринка, — Как мы доставим эту тушу на предприятие? Она же просто огромная! Никакой грузовик не вместит!

Я почесал подбородок. И правда, хороший вопрос. Медведка размерами не уступала хорошему автобусу. Тут без спецтранспорта никак… Да и официальное разрешение на провоз потребуется. По-любому начнут вопросы задавать, мол, а не опасно ли, а вдруг взбесится… Замучаешься объяснять, что тварь — ручная.

— Тут есть несколько вариантов, — неторопливо проговорил я, прикидывая в уме, — Для начала оформим на медведку документы как на сторожевого мутанта. Типа, экзотическая порода для охраны вверенной территории. Потом подадим прошение мэру, мол, позвольте провезти под усиленным конвоем до предприятия. Навесим побольше защитных печатей, чтобы успокоить перестраховщиков.

— Думаешь, разрешат? Даже ты не настолько пронырливый… — скептически сморщила носик Настя, — Как бы вообще от ворот поворот не дали! Это ж такая ответственность — тащить Аномалию через весь город… Да еще и такую мощную.

— Ну, не на себе же ее тащить, — хмыкнул я, — Хотя…

Меня вдруг осенило. А что, если…

— Слушайте, а пусть медведка прокопает подземный тоннель! — выпалил я, щелкнув пальцами, — Прямо от точки старта до нашей фабрики. Незаметно, тихой сапой. Медведка в этом спец — видали, как лихо она грунт месит? Глядишь, управится за неделю, и все дела!

Сахаринка задумчиво кивнула:

— В принципе, можно попробовать… Сестры могут медведке помочь. Главное — трассу правильно проложить да своды укрепить, чтоб не дай бог обвалов не случилось. А с такой красоткой… — она с уважением покосилась на медведку, — Работа не пойдет, а полетит!

— Ну вот и чудненько! — обрадовался я, потирая руки, — Значит, решено. Берись за составление проекта, зайка. А мы пока прошерстим местность на предмет уцелевших недобитков.

Глава 21

Лилия, подъем!!!

Я склонился над Медовикой, с облегчением заметив, что она приходит в себя. Несмотря на ужасающие раны, в ее глазах вспыхнула искорка сознания. Она пыталась что-то сказать, но я осторожно приложил палец к ее губам:

— Тихо-тихо, лежи спокойно, моя хорошая. Ты молодец, просто настоящий герой. Но больше так не рискуй, слышишь? Ты нужна мне живой и здоровой.

Медовика слабо улыбнулась и прошептала:

— Прости, папа… Я просто не могла иначе. Когда увидела, что эта тварь тебя почти достала, в голове помутилось. Я должна была тебя спасти, чего бы мне это ни стоило.

Я ласково погладил ее по голове, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Ну что за безбашенная девчонка! Готова жизнь отдать, лишь бы семью уберечь.

— Знаю-знаю. Ты у меня настоящая Безумова — отчаянная, бесстрашная. Но в следующий раз думай головой, а не сердцем, ладно?

Медовика тихо рассмеялась, но тут же поморщилась от боли. Да уж, восстанавливаться ей придется очень долго. И с конечностями нужно что-то придумать. Мирмеции их не могут отращивать.

— Несите ее к выходу, — скомандовал я мирмециям, — Бережно, на носилках. Дома займемся ею вплотную.

Пока девочки споро укладывали Медовику на носилки, я мысленно дал себе зарок больше не ругать мирмеций так беспощадно. Они и так склонны впадать в крайности, жертвовать собой ради семьи, а тут я еще масла в огонь подлил… Тьфу, дурак!

Вздохнув, я повернулся к Сахаринке, Насте и Эмми. Пора было сворачивать лавочку в этом злосчастном Разломе — и так задержались тут дольше, чем планировали.

— Ну что, девочки, дочистим пещеры от последних недобитков и будем выдвигаться? — бодро предложил я, потирая руки, — Малышка уже рвется в бой, так и жаждет познакомиться с остатками своих бывших собратьев.

Медведка согласно заворчала, явно предвкушая резню. Будто мысли мои прочитала, зараза.

— Так точно, папа! — отчеканила Сахаринка, — С такой зверюгой мы тут управимся за пять минут. Накроем, блин, фуршетик…

— А там, глядишь, и до Ядра доберемся, — подхватила Эмми, сверкая глазами.

— Все в свое время, — усмехнулся я, — Давайте пока сконцентрируемся на том, чтобы более не влипнуть в неприятности и по максимуму собрать трофеи.

Я легко запрыгнул верхом на медведку. Мысленным приказом я послал ее вперед, и исполинская тварь резво устремилась по тоннелю. Остальные Слуги и мирмеции потянулись следом, готовые прикрывать тылы.

Выстроившись клином, мы двинулись вглубь пещер, намереваясь окончательно подчистить вражеские ряды. Я на медведке во главе, по бокам — уцелевшие монстрослуги и мирмеции. Настя, Эмми — в центре, под надежной защитой.

В этом Разломе нас еще ждала масса сюрпризов — как приятных, так и не очень. Но теперь, заполучив в свое распоряжение такую боевую единицу как медведка, я был почти спокоен. Сильнее, чем эта тварь, здесь никого нет.

По пути я не мог не поделиться с девочками своими грандиозными планами на будущее:

— С такой медведкой можно будет развернуть строительство на полную. Превратим наше скромное алхимическое предприятие в настоящую мегакорпорацию! Представляете, целый конгломерат заводов, фабрик, лабораторий… Деньги потекут рекой.

Тем временем наш отряд споро собирал трофеи — благо, после зачистки высокоуровневого Разлома их здесь было немерено. Духовные кристаллы размером с кулак, редчайшие ингредиенты вроде желез Ночных Визгов и печени Кислотников, уникальные образцы флоры и фауны — все это богатство грузилось в огромные мешки и ящики, которыми ловко управлялись мирмеции.

Но главный сюрприз ждал нас впереди. В одном из боковых ответвлений пещеры мы наткнулись на хорошо замаскированный тайник. Внутри обнаружился внушительный арсенал — несколько артефактов среднего уровня силы.

— Ого! Вот это удача! — выдохнул я, бережно извлекая сокровища на свет.

Тут было все — боевые перчатки, испускающие волны холода, амулет-конденсатор духовной энергии, шлем, наделяющий носителя сверхреакцией и даже парочка зачарованных арбалетов, стреляющих разрывными болтами! Редкостная, прямо скажем, коллекция. Видать, ее хозяин не рассчитывал, что тайник случайно окажется внутри Разлома.

Естественно, мы тут же ухватились за такую добычу. Но сперва я со всей тщательностью проверил каждый артефакт на безопасность и наличие проклятий. Мало ли, вдруг ловушка какая… Но нет, все чисто. Можно смело брать в оборот.

Немного поразмыслив, я решил раздать трофейные артефакты своим мирмециям. Пусть девочки осваивают, набираются опыта. Да и в бою лишними точно не будут. Глядишь, скоро такими темпами из них настоящих бойцов высшего класса сделаем!

Мирмеции приняли подарки с неописуемым восторгом. Еще бы — не каждый день тебе перепадают такие вкусняшки! Сразу нацепили на себя, принялись изучать, любоваться…

Пока девочки развлекались с обновками, я почуял нечто… тревожное. Словно далекий зов, раздающийся из глубины подземелья. Настойчивый, требовательный. Ядро Разлома!

Я чувствовал его беспокойство. Оно словно понимало — основной защитник-босс мертв. И кое-кто скоро будет затрофеен.

— Так, ребятки, кончаем балагурить! — скомандовал я, поднимаясь, — Чую, наша главная цель уже рядом.

Все тут же подобрались, расправили плечи. Ну еще бы — Ядро Разлома такого уровня это вам не хухры-мухры! С ним шутки плохи.

Поэтому мы упрямо поперлись в самое сердце Разлома, ведомые пульсирующим алым сиянием — знаком близкой цели. Последние несчастные монстрики, возникшие на пути, были сметены моментально.

И вот оно — Ядро! Зависло в центре исполинской пещеры, излучая волны ослепительной ауры силы. Огромный, пульсирующий сгусток первородной мощи, средоточие энергий этого измерения. Сейчас оно предстало передо мной совершенно беззащитное.

— Так, девчонки, ваша работа здесь закончена, — сказал я, внимательно глядя на Ядро, — Давайте все на выход.

Весь отряд, мирмеции, ученицы и медведка двинулись на выход, оставив меня одного.

Выждав некоторое время, я призвал Энергию Бездны. Сгустки непроглядного мрака заклубились вокруг Ядра, обволакивая его, пропитывая, подчиняя моей воле. И вот, спустя несколько напряженных мгновений, я с победной ухмылкой заархивировал покоренный трофей в своей Книге Судьбы.

Встрою его в свое божественное измерение, такой сильный кусок придется весьма кстати.

Стоило мне запечатать Ядро, как вокруг начало твориться невообразимое. Весь Разлом будто пришел в движение — стены и своды затряслись, пол заходил ходуном. Сверху, с ужасающим грохотом, начали обрушиваться гигантские валуны, грозя запечатать нас тут навеки. Вокруг гаснущего Ядра начали формироваться серые тени Ничто…

Зачищенное от Ядра измерение попросту схлопывалось, не в силах поддерживать стабильность!

— Ходу! — заорал я сам себе, — Рвем когти, живо!

И что было духу рванул к выходу…

Едва я вывалился наружу из Разлома, как за спиной с оглушительным грохотом ухнул чудовищный обвал. Пещеры схлопнулись, навеки похоронив под собой все ужасы и тайны этого некогда могучего Разлома. Багровая щель в реальности сомкнулась…

Отдышавшись и отряхнувшись, я подбодрил своих героических девиц:

— Вот и все, девочки! Порядок, Разлом зачищен и запечатан. Вы все молодцы, горжусь вами невероятно! Особенно тобой, Медовика — ты сегодня превзошла саму себя. Безумова, что уж там говорить!

Лежавшая на носилках дочь смущенно потупилась и пробормотала:

— Да брось, пап… Просто повезло. Я сама не ожидала, что этот финт с взрывчаткой прокатит…

Я с грустной улыбкой покачал головой. Клянусь, я сделаю все, чтобы Медовика снова могла ходить, как раньше!

Покончив с взаимными поздравлениями, я подошел к медведке Малышке и дал ей мысленный приказ закопаться в землю неподалеку и не отсвечивать без моей команды. Пока не время афишировать наше новое секретное оружие, рановато еще.

Исполинская тварь послушно зарылась в грунт, укрывшись от посторонних глаз. Теперь она будет терпеливо ждать часа, когда понадобится своему хозяину. Эх… и натворим же мы с ней дел…

Но додумать эту мысль я не успел. В этот момент в моей голове раздался голос — на связь вышел один из моих мелких монстров-соглядатаев, которых я в свое время расставил по периметру нашего особняка.

— Хозяин, хозяин! К особняку приближаются люди! Много людей! Они вооружены!

Что?

* * *

Летние сумерки медленно окутывали окрестности особняка Безумовых. Длинные тени деревьев вытянулись, словно жадные пальцы, готовые схватить неосторожного путника. В воздухе повисла тревожная, звенящая тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков да редкими всполохами светлячков.

В густой кроне старого дуба, нависающего над оградой, притаился монстр-слуга, похожий на небольшого летучего скорпиона. Сливаясь с листвой, он напряженно всматривался вдаль своими фасетчатыми глазами, готовый в любой момент предупредить хозяев об опасности.

Внезапно чуткий слух монстра уловил подозрительный шум. Шорох шагов, лязг металла, приглушенные голоса… Кто-то крался к особняку, явно не с добрыми намерениями!

Монстр подполз ближе к краю ветки и напряг зрение. Так и есть! Через прорехи в листве он отчетливо разглядел группу вооруженных людей в темной одежде. Боевики! Человек двадцать, не меньше. У всех при себе оружие — автоматы, дробовики, даже пара гранатометов. Рожи мрачные, целеустремленные. Похоже, готовится серьезное нападение!

И вон там дальше другая группа… и еще… берут здание в кольцо!

Спрыгнув с дерева, монстр-слуга со всех ног припустил к хозяйскому дому. Благодаря телепатической связи, он мгновенно передал тревожные новости Косте:

«Хозяин, хозяин! К особняку приближаются люди! Много людей! Они вооружены! Судя по снаряжению — профессионалы!»

Костя мысленно чертыхнулся. Только этого не хватало! Нападение на собственный дом, в отсутствие главы семейства! Хотя, учитывая оставленную охрану из мирмеций, а также кучу защитных печатей, у незваных гостей будет крайне «теплый» прием…

«Понял тебя. Действуй по инструкции — предупреди Кристину и остальных насчет опасности. Скажи, чтобы сооружали баррикады и готовились отражать атаку. И пусть проследят, чтобы Мелинта была в безопасности! Я постараюсь как можно скорее примчаться к вам. Держитесь там!»

Монстр-слуга ворвался в двери особняка, своим внезапным появлением перепугав зазевавшуюся горничную. Та с визгом шарахнулась в сторону, выронив стопку белья. Но посланец, не обращая на нее внимания, сломя голову ринулся к Кристине Валерьевне.

Хранительница Очага как раз наблюдала в окно гостиной за работой мирмеций в саду, когда монстр ворвался в комнату. Сбивчиво, путаясь в словах, он принялся докладывать встревоженной женщине о грозящей опасности:

— Гх-хоспожа Кх-христина! Плох-х-хие новости! — монстр говорил с трудом на человеческом языке, но вполне разборчиво, — На нас фот-фот нападут! Целый отряд вооруженных-х-х боевиков кх-х-храдется к воротам!

Кристина побледнела. Ее руки невольно сжались в кулаки, но голос остался собранным и решительным:

— Так, без паники. Мирмеции — живо все сюда!

Через пару мгновений гостиную заполнили встревоженно стрекочущие муравьедевушки. Одна из мирмеций уже звонила в полицию. Кристина окинула их цепким взглядом и начала раздавать четкие указания:

— Сооружайте баррикады у окон и дверей. Притащите из подвала мешки с песком, ящики, доски — все, что сгодится для укрепления. Те, кто владеет оружием — пусть вооружаются и занимают огневые позиции. Остальные помогают с обороной. Да пошевеливаемся, родимые!

Мирмеции засуетились, мгновенно бросаясь выполнять приказы. Кристина же кинулась в подвал — предупредить Мелинту, которая находилась вместе с личинками и молодыми мирмециями.

— Мелинта, опасность! — крикнула она, распахивая дверь, — Сворачивай все и прячься!

Из глубины потайного хода показалась Мелинта — королева мирмеций. В ее глазах плескалась тревога, но осанка оставалась горделиво-прямой. Из-за ее спины выглядывали любопытные моськи молодых мирмеций с бледным хитином.

— Что? Нападение? — воскликнула королева, всплеснув всеми четырьмя руками, — А где Костя?

— Он скоро будет, — твердо произнесла Кристина, увлекая королеву за собой, — Нам нужно спрятаться! И позаботиться о малышках-мирмециях!

Тут из дальнего угла донесся мощный грохот шагов. Кристина обернулась на шум. Из полумрака, грузно ступая, выдвинулась исполинская фигура в усиленной броне — Вафелька собственной персоной!

Три метра ростом, хитиновые пластины брони толщиной с палец, и мощные литые мышцы.

— Я тут! — грузно сообщила мирмеция, — Где враги?

— К-какая же ты здоровенная… — сглотнула Кристина, невольно отступая на шаг, — Вафелька, милая, ты это… Наверху они. Готовятся напасть на дом.

Вафелька грозно заворчала и двинулась к дверям, сотрясая пол каждым шагом. Мирмеции торопливо расступались, пропуская бронированную махину. Многие смотрели на старшую сестренку с великим восхищением.

Тем временем на втором этаже, свернувшись калачиком на диване, безмятежно спала Лилия. Сытная трапеза и жаркий летний день сморили волкодевочку и та отрубилась без задних ног. Только накинула сверху одеяло.

Вбежавшие наверх мирмеции тщетно пытались растормошить эту наглую, сладко посапывающую хвостатую задницу:

— Лилечка, вставай! Вставай скорее! На нас нападают!

Но куда там — Лилия и ухом не вела. Только причмокнула во сне и плотнее обняла пушистый хвост.

— Да что ж такое! — в сердцах топнула ножкой одна из мирмеций, — Лилия, очнись! Дом в опасности!

Она потрясла спящую за плечо, но та лишь недовольно забормотала и попыталась отмахнуться. Мол, отстаньте, дайте поспать!

— Вот ведь соня… — вздохнула вторая мирмеция, — Лилька, ну правда, просыпайся давай! Тут такое творится! Весь дом на ушах стоит!

Снизу доносились встревоженные крики, грохот передвигаемой мебели, лязг оружия. Похоже, подготовка к обороне шла полным ходом. Но Лилии хоть бы хны — продолжала нагло дрыхнуть. И пусть весь мир подождет.

Горничные переглянулись и дружно схватились за одеяло, в которое закуталась Лилия. Рывком сдернули его, пытаясь хоть так добудиться ленивую волкодевочку. Но та лишь недовольно заворчала и принялась на ощупь шарить рукой, пытаясь нашарить исчезнувшее одеяло.

— Да что ж ты будешь делать! — в отчаянии всплеснула руками мирмеция, — Лиль, ну пожалуйста! Дом ведь грабить будут! Тебя тоже не пощадят!

Она наклонилась к самому уху спящей и заорала изо всех сил:

— ЛИЛИЯ, ПОДЪЕМ!!! ТРЕВОГА!!!

На секунду показалось, что трюк сработал. Волкодевочка дернула ухом и приоткрыла один глаз. Мутно воззрилась на склонившуюся над ней мирмецию, смачно зевнула… И преспокойно отвернулась к спинке дивана, засыпая дальше!

У бедняжек просто опустились руки. Ну что с ней делать, с этой соней? Хоть водой холодной обливай, хоть за хвост тягай — все без толку.

Тут внизу что-то оглушительно загрохотало и особняк ощутимо тряхнуло. Сработала одна из защитных печатей! Похоже, нападавшие уже начали штурм! Мирмеции встревоженно застрекотали и бросились вниз, на подмогу защитникам. Лилия же невозмутимо посапывала на диванчике, и кажется, грохот сражения убаюкивал ее еще сильнее…

В то же время в корпусах алхимического предприятия Безумовых кипела напряженная работа. Смена подходила к концу, уставшие мирмеции-работяги разбирали инструменты и готовились отправляться по домам. Ими командовала Айсштиль, раздавая приказы.

— Отлично потрудились сегодня девочки! Все молодцы! А теперь давайте на отдых! — говорила она, поигрывая ледяным копьем в руке.

Внезапно пронзительно заверещал телефон. Алхимик Никодим, который в этот момент сверял накладные, недовольно поморщился и схватил трубку:

— Алло! Чего надо на ночь глядя?

— Никодим, это Кристина! — из динамика послышался взволнованный голос, — Беда у нас! На особняк напали!

Алхимик аж со стула подскочил. Айсштиль быстро подошла к нему, прислушиваясь к разговору.

— Что⁈ Напали? Кто? Когда? — спросил алхимик.

— Боевики какие-то! — тараторила Кристина, — Целая банда, человек двадцать… но скорей всего намного больше! Вооружены до зубов, лезут через ограду! Мы тут баррикадируемся, но долго не продержимся! Позови Айштиль!

— Я тут! — громко произнесла ледяная дева, — И уже выдвигаюсь!

На глазах ее тело потеряло очертания, распадаясь на тысячи вихрящихся снежинок. Ледяная пурга вылетела через окно на улицу и понеслась в сторону особняка Безумовых.

Никодим уже натягивал халат и на ходу распихивал по карманам склянки с эликсирами:

— Так, понял! Щас ребят соберу, мигом будем! Держитесь там!

Он со всех ног кинулся на производственный этаж. Мирмеции-работяги, увидев начальника, встревоженно загомонили:

— Дядька Никодим, чего стряслось? Аль беда какая?

— Еще какая! — рявкнул алхимик, — Гарын, ко мне!

Из толпы выступил монументальный монстр в рабочей робе, помахивая щупальцами.

— Случилось че? — пробасил он.

— Особняк Безумовых грабят! — выпалил Никодим, — Надо хозяйку с девчонками выручать! Собирай бойцов покрепче да шуруй туда во весь опор!

Гарын встревоженно щелкнул челюстями и зычно рявкнул:

— Девчата, слыхали? Хозяйский дом в беде! Лучшие бойцы — за мной!

В толпе рабочих поднялось волнение. Две дюжины отборных мирмеций в новенькой униформе без промедления построились за бригадиром. Все при оружии, все серьезные как на подбор.

— Молодцы! — одобрительно кивнул Никодим, — Давайте, родненькие, поспешайте! Там каждая секунда на счету! Госпожа Айсштиль, конечно, очень сильна, но наша помощь тоже лишней не будет.

Гарын со своим отрядом тут же устремились к выходу. Правда, путь до особняка предстоял неблизкий… Даже на полном ходу понадобится минут тридцать, не меньше! Никодим мысленно взмолился, чтобы защитники дома продержались до их прибытия.

В воцарившейся тишине алхимик тяжело опустился на стул и прикрыл глаза. Мрачные мысли роились в его голове. Князь далеко, ох беда… Лишь бы защитники успели продержаться до его приезда…

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Возвращение Безумного Бога 5

Примечания

1

Застилить фраг — на сленге геймеров это выражение используется в значении украсть убийство в игре, то есть по сути сделать завершающий удар, и получить все очки опыта за эту смерть, отняв их у того, кто реально это заслужил.

Content

Возвращение Безумного Бога 5

Глава 1 Переговоры

Глава 2 Кривотолковы не спят

Глава 3 И Соколовы тоже

Глава 4 20-ый Технологический Собор

Глава 5 Непризнанный гений

Глава 6 Ловушка с самого начала

Глава 7 Влип по полной

Глава 8 Злая волкодевочка

Глава 9 Аристократический произвол

Глава 10 Начало турнира

Глава 11 Занятная безделушка

Глава 12 Император Александр V

Глава 13 С уважением

Глава 14 Фома Лисовский

Глава 15 Корректировка планов

Глава 16 Учиться, учиться и еще раз учиться

Глава 17 Семейное дело

Глава 18 Это не нас заперли с боссом, это босса заперли с нами!

Глава 19 Это тебе за папу!

Глава 20 Кто-то лапку сломал — не в счет…

Глава 21 Лилия, подъем!!!

Nota bene

Примечания