Памфилофф Мими Джин

Десятый клуб

Автор: Мими Джейн Памфилофф.

Книга: «Десятый клуб».

Серия: Королевская серия #5.

Переводчик: SubFear.

Редакторы: Леденцовая, Виктория К.

Вычитка: Леденцовая.

Русификация обложки: BySashka.

Специально для группы: Книжный червь/ Переводы книг.

Пролог

Миа

Этой ночью я снова проснулась от кошмара, ощущая тревогу и боль. Наверное, я начала сходить с ума от горя потери. Для меня эта тяжелая ночь была лишь одной из многих, которые мне еще предстояло пережить.

«Мне стоит пойти и заварить себе кофе. По крайней мере, это поможет успокоить дыхание. Ведь именно так поступают вдовы?»

Сначала я решила проверить, спит ли Архонт, и, когда, едва не споткнувшись в темноте, подошла к двери, на тумбочке зазвонил телефон.

На дисплее определился номер Мака.

— Алло!

— Миа, я не знаю, как это произошло, но он не мертв! Он вернулся, только вот это не прежний Кинг.

— Что? — Я заморгала, сдерживая слезы. — Повтори, что ты сказал.

— Кинг вернулся, Миа, и он ясно дал мне понять, что не позволит нам покончить с Десятым клубом.

— Я перезвоню… — еле дыша, прошептала я, чувствуя, как подкашиваются ноги, и в следующий миг меня накрыла тьма.

Глава 1

Кинг

Сегодня вечером я хотел праздника. Просто так. Поводом не служил ни день рождения, ни какая-нибудь годовщина. Мужчинам вроде меня вообще наплевать на эти ничтожные этапы их жизни. Нас заботят только власть и деньги, что, в принципе, одно и то же. А после сегодняшней ночи у меня будет вдоволь и того, и другого, чтобы разрушить этот гребаный мир.

— Эй, детка, — слащаво произносит обнаженная по пояс девушка, потираясь в такт музыке своей задницей о мой член, который на нее совершенно не реагирует, — после работы я свободна.

— Заткнись и танцуй! — резко отвечаю я, потому что даже не собираюсь размениваться на подобных особ.

А ведь девушка самая горячая и дорогая стриптизерша в этом частном клубе, она поднимает по тысяче долларов за минуту. Для меня эти деньги сравнимы с карманными расходами, но все присутствующие в этом здании сегодня все равно задаются вопросом, почему я решил предаться развлечениям.

«На это я и надеюсь».

Мой взгляд скользит по задымленному, тускло освещенному залу, в котором за маленькими столиками собрались десять членов Десятого клуба, шепчущиеся в тени, заключающие сделки или обменивающиеся всякой садистской ерундой: секс-рабами, рабами для пыток и убийств, наркотиками, да чем угодно. Ограничений нет. И, конечно же, все они обсуждают меня.

Улыбаясь, я торжественно затягиваюсь сигарой и выпускаю клуб дыма в воздух. Мне хочется, чтобы они видели мое злорадство. Хочу, чтобы все эти дегенеративные ублюдки терялись в догадках о моих планах. Ведь, вне зависимости от того, что я захочу сделать, они будут надеяться урвать себе кусочек власти, денег и всего остального.

«На это я и рассчитываю».

— Достаточно! — я отталкиваю блондинку и встаю с кресла, поправляя кроваво-красный галстук.

Я сделал то, зачем пришел сюда, и уже слышу, как от звонков вибрируют мобильные телефоны в сотнях подобных клубов по всему миру. Мне практически слышны их разговоры: «Кинг здесь!», «Что-то происходит», «Что ты знаешь и какова цена?»

«Они никогда не догадаются о моих планах. Ни за что на свете!»

Я бросаю толстенную пачку сотенных купюр в сторону стриптизерши, и она встает на колени, чтобы собрать их с пола. Переступая чрез нее, как через собаку, я чувствую на себе ее похотливый взгляд. В моих глазах она не человек, просто собственность клуба. Девушка, как и каждый из нас, сделала свой выбор. Никто не стал частью этого разврата случайно. Конечно, это не означает, что некоторых людей не загоняют в угол, заставляя выбирать между такими вещами как смерть или вступление в тайное общество, состоящее из двух уровней: власть и рабство.

Нет. Пусть уровней будет три. Потому что есть еще я. Вершина этой пирамиды.

Я направляюсь к тяжелым металлическим дверям, открываю их и выхожу наружу. На улице буйствуют дождь и ветер, что типично для января в Сан-Франциско. Лично мне такая погода нравится, потому что она полностью соответствует моему настроению.

«Полный мрак!»

Я уже нахожусь шагах в десяти от своего черного «мерседеса», когда вдруг слышу, как кто-то следует за мной, шлепая по лужам. По походке легко определяю, что это женщина.

«Чертова идиотка! Разве она еще не поняла, что я презираю такие безумные выходки?»

И я определенно не трачу деньги на то, чтобы поиметь стриптизершу, принадлежащую Десятому клубу. Одному Богу известно, кто побывал в ее киске.

Качаю головой, достаю из кармана ключ и нажимаю на кнопку пульта.

— Прости, милая. Не заинтересован.

— Ты ведь Кинг, верно?

Мягкий голос кажется незнакомым, поэтому я оборачиваюсь и вижу перед собой миниатюрную блондинку, но из-за яркого желтого плаща не могу понять, интересна ли ее фигура настолько же, насколько остальная внешность.

— Кто спрашивает? — сухо спрашиваю я.

— Да или нет? — с нажимом спрашивает она, и в ее сладком голосе прослеживается рычание.

«О Боги! Да ты маленькая требовательная штучка».

Я решаю ей подыграть. Конечно, она не может знать, что при желании одним движением руки я могу сломать ей шею.

— Давайте представим на минуту, что я ответил «да». Что дальше? — спрашиваю я.

Она подходит ближе, что определенно привлекает мое внимание, ведь большинство людей боятся меня. Эта женщина, кажется, не боится. Либо она слишком отчаялась, чтобы почувствовать, что рядом с ней сейчас находится человек с черным сердцем.

— Говорят, что ты человек, который за определённую цену может найти что угодно и кого угодно.

Ход разговора мне нравится. Ее слова означают, что ей от меня что-то нужно, а теперь, когда уличный фонарь позволяет мне лучше рассмотреть ее маленькие сочные губы, я почти уверен, что мы сможем договориться.

Я приподнимаю бровь, призывая ее продолжить свою речь.

— Мне… мне нужна помощь в поиске одного человека.

«Надеюсь, что этот человек очень важен для тебя, потому что я хотел бы добавить тебя в свою коллекцию».

В моей коллекции много вещей, куда иногда попадают и люди. И отнюдь не для секса. Обычно я получаю во владение все, что пожелаю, не объявляя эти вещи своей собственностью. Но для нее могу сделать исключение. Волнистые светлые волосы до плеч, большие голубые глаза — все это возглавляет список черт, которые меня возбуждают. Но что действительно выводит меня из себя, так это ее бесстрашие и наивность. Судя по всему, и того, и другого у нее предостаточно.

— Продолжай.

— Я хочу, чтобы ты помог мне найти мужа.

Сегодня происходит просто череда интересных событий. Потому что я люблю овладевать вещами, которые мне не принадлежат, и так же чертовски люблю разбивать души.

Я опускаю голову, чтобы получше рассмотреть подошедшую женщину. Она тоже должна ясно видеть лицо мужчины, который будет трахать ее на протяжении нескольких ближайших лет. Когда же я устану от нее, то, скорее всего, просто обменяю другому члену клуба. Вероятно, одному из тех больных ублюдков, которые любят мастерить абажуры из женских ног и груди. Конечно, закон писан не для нас. Вы можете попасть в Десятый клуб только при наличии десяти миллиардов на счете в банке и возможности платить членский взнос в размере одного миллиарда долларов в год. Оплачивая свой членский взнос, человек покупает себе полный иммунитет в отношении правительства любой страны мира. Хотя большинство из них находятся в нашей власти. И большинство садистких придурков Десятого клуба уже давно заняли свои кресла.

Я склоняюсь еще ближе, позволяя ей хорошо разглядеть черты моего лица.

«Да, милая, посмотри в мои глаза! Узри в этих холодных глубинах обещание твоего страдания».

Но мои ожидания не оправдываются. Когда я смотрю на нее, то не вижу в ее глазах ни страха, ни печали, ни отчаяния. Она лишена всяких эмоций. Вдруг сегодняшний вечер стал менее интересным. Если женщина уже сломлена, то не представляет для меня интереса.

— Прости, милая, я занят.

Отворачиваясь, дохожу до машины и открываю дверцу с водительской стороны.

— Подожди! Ты отказываешь мне в помощи?

— Я мог бы тебе помочь, — вежливо, но уклончиво отвечаю я, усаживаясь на водительское сиденье. — Как ты заметила, я человек, который может найти что угодно и кого угодно за определенную цену. А у тебя нет того, что мне нужно.

Женщина подходит и встает передо мной так, что я не могу закрыть дверцу.

— Назови ее. Назови свою цену, Кинг!

Она хватает меня за плечо, и похоть распространяется теплом в паху.

«Потому что она не боится, хотя должна? Возможно».

Как я уже говорил, ее бесстрашие и наивность делают мой член твердым. Я смотрю на нее, решая, как лучше поступить: сделать ей свое предложение или отправиться домой, чтобы выпить дорогого скотча, наслаждаясь одиночеством, и подготовиться к ужину. И если вы подумали, что «подготовка к ужину» — это готовка или уборка, то ошибаетесь! Для этого у меня есть рабы. Моя «подготовка» — это нечто совершенно иное.

— Моя цена — ты! — наконец произношу я, раздумывая над тем, что она станет для меня хорошей игрушкой.

Удивительно то, что она даже бровью не повела, когда услышала мое предложение. Обычно, когда людям говорят о том, что их хотят получить в свою собственность, они выглядят шокированными и обиженными.

— Не пойдет! — отвечает женщина.

Я пожимаю плечами и завожу мотор.

— Боюсь, тогда нам стоит распрощаться. Удачи в поисках.

— У меня есть деньги. Много денег!

— Не заинтересован.

Я уже неприлично богат, а скоро буду владеть такими фондами, которые способны переплюнуть ВВП самой развитой страны. Деньги этой женщины для меня гроши.

Я слегка отталкиваю ее, чтобы закрыть дверцу.

— Подожди! — она снова подходит к машине, и я почти восхищаюсь ее настойчивостью. — У меня есть кольцо! — объявляет мне она. — Говорят, что оно способно огородить человека от смерти!

Я толкаю дверцу, чтобы она не врезалась в нее. Женщина сумела завладеть моим вниманием. Таких людей, как я, всегда интересуют предметы, способные воскрешать мертвых или спасти человека от смерти. Тем более сейчас.

Я выключаю двигатель и медленно выхожу из машины, наблюдая за тем, как она отступает на несколько шагов. И тут замечаю, что с ней не так. Свет почти не касается ее, а вместо этого отражается от едва заметного блеска энергии, который ее окружает.

Мы снова вернулись к очень интересному вечеру. Потому что такие люди, как она, встречаются очень редко. Они фактически вымерли.

«Возможно, и я могу быть причастен к этому исходу. В молодости я не был поклонником ее народца».

— Откуда у тебя такой предмет? — спрашиваю я.

— Не твое дело! — Женщина гордо поднимает голову. Мне это чертовски нравится. Она танцует с дьяволом и все равно проявляет храбрость.

«Какая бравада!»

— Хорошо, — усмехаюсь я. — Откуда тогда ты знаешь, как работает это кольцо?

— Просто знаю! Так что, Кинг? Мы заключаем сделку или нет?

Я оценил то, как прозвучали ее слова.

— Признаюсь, я заинтригован! Поэтому скажу «да». Однако должен предупредить, что над теми, кто неспособен вернуть долг, я не знаю пощады. Если ты по какой-то причине не отдашь мне кольцо, отступишь или просто солгала мне про его свойство, то станешь моей собственностью и доброты от меня не жди!

Женщина замирает. Вот оно! Страх! Мое черное сердце трепещет от восторга.

«Теперь мы сдвинулись с мертвой точки».

— Я не отступлю! — говорит она. — И кольцо сработает!

— Отлично! — Я достаю из внутреннего кармана пиджака визитную карточку и протягиваю ей. — Завтра ты придешь по этому адресу ровно к восьми вечера. Я устраиваю званый ужин.

— Не поняла.

— Я занятой человек. Если хочешь, чтобы я нашел твоего пропавшего мужа, то мы будем работать, когда скажу и где скажу. Таков уговор. Соглашайся или уходи.

Конечно же, это полнейшая ложь. Я не собираюсь ей помогать, но она наверняка может быть мне полезна. На самом деле, она подвернулась мне под руку весьма кстати. Потому что избавляет меня от необходимости и желания убить женщину моего брата.

«Пока что».

Женщина согласно кивает.

— Отлично! И не опаздывай. Никогда!

Я возвращаюсь к машине, завожу мотор и понимаю, что она не уходит, а смотрит мне вслед.

Вдруг я осознаю, что упустил важную деталь.

— Как тебя зовут?

Услышав вопрос, женщина опускает плечи, будто кто-то ударил ее в живот. На лице отражается печаль. Предполагаю, что она только начала понимать, во что ввязалась.

«Да, милая! Ты только что заключила сделку с дьяволом».

Вообще-то, я хуже дьявола! Намного! Потому что в моем прошлом не было никакого божественного вмешательства, так что нет ни единого шанса вернуть мне крылья. Я из тех людей, которые создают ад на земле. Даже смерти не под силу взять надо мной верх.

Я смотрю на эту миниатюрную женщину, гадая, какого черта она молчит.

— Ну? — нетерпеливо восклицаю я.

— Миа. Меня зовут Миа Тернер.

Глава 2

Миа

«Этого не может быть!»

Я отправилась по темному переулку прочь от черного «мерседеса» и Кинга, чувствуя, как его бездушные глаза прожигаютли мою спину насквозь, пока я не свернула за угол. Эти глаза некогда были ошеломляюще голубого цвета, они сияли жизненной силой; а теперь же их цвет поменялся настали цвета бледно-серого льда. Его сердце, в котором раньше процветали любовь и верность, стало жестоким и алчным. Однако потрясающая внешность и мускулистая фигура не изменились. И, как обычно, он был одет в дорогой черный костюм. В этом элегантном, красивом мужчине все просто кричало о деньгах Старого Света.

«Чудовище в овечьей шкуре!»

Оказавшись вне поля его зрения, я согнулась пополам от боли, стараясь сдержать рвоту. Что бы ни случилось с Кингом, это сделало его душу темнее и более зловещей, чем когда-либо, и это разбивало мое гребаное сердце.

С трудом сдерживая слезы, я достала из кармана телефон и набрала номер единственного человека, которому доверяла, — Мака.

Знакомый глубокий голос в трубке я услышала буквально через пару секунд.

— Я нашла его, и ты оказался прав, — мой голос дрожал. — Это уже не он. Ну, или он, только что-то в нем изменилось. Что происходит? Мак, расскажи мне обо всем, что знаешь.

— Дыши, Миа! Я тебя не понимаю! И вообще, какого хрена ты пошла к нему? Я говорил тебе, что он опасен!

Наверное, Мак знал, о чем говорит. Ведь брат близнец должен чувствовать такие вещи. Учитывая, что первым делом Кинг заявился именно к своему брату и его невесте. Он хотел донести до них одну единственную мысль: «Держитесь от меня подальше, или я вас убью».

Мак хотел покончить с Десятым клубом. С этим сборищем самых мерзких извращенцев на планете извращенцев, и, очевидно, Кингу эта идея не понравилась. Возможно, этот приход Кинга к Маку не так бы нас шокировал, если бы не один маленький факт: Кинг умер. Я оплакивала его в течениеи нескольких недель, пытаясь принять эту боль. А теперь он вернулся…

Я приехала в Сан-Франциско, потому что должна была увидеть его собственными глазами.

«Как ему это удалось?»

Когда он оттолкнул меня, я почувствовала тепло его руки. Кинг даже пах собой, но я точно могла сказать, что на самом деле живым он не был. Во всяком случае, не в традиционном смысле этого слова.

— Что с ним произошло, Мак? Почему он не помнит меня?

— Понятия не имею, Миа.

— Так что же нам делать? — еле дыша, спросила я.

— Я знаю, ты любишь моего брата, но…

— Нет! Не произноси этих слов и не говори мне о любви, Мак! Только не после того, что он сделал со мной! — Я крепко зажмурилась, но слезы все равно потекли, смешавшись на щеках с каплями дождя.

«Стоп! Хватит плакать!» — сказала я сама себе.

Я вытерла слезы тыльной стороной ладони и выпрямилась, потому что просто обязана была держаться. Кинг был любовью всей моей жизни, пока не решил променять наше счастье и мое сердце на жизнь Мака. Он предпочел жизнь брата своей собственной и нашему совместному будущему.

И это не слова эгоистки! Никто не может обвинить меня в эгоизме после всего, на что я пошла ради Кинга. Часть меня понимает его выбор, потому что я сама потеряла родного брата. Другая же часть меня никогда не сможет этот выбор ни понять, ни принять, ведь Кинг умер не в первый раз. Впервые он принял смерть, чтобы спасти свой народ. Следующие три тысячи лет его проклятая, отделенная от тела душа пыталась вернуться в мир живых. Все это время Кинг виртуозно обманывал людей, заставляя их думать, что он живой человек. Он обладал силой, которая бросала вызов всем законам вселенной. И, когда мне представилась возможность вернуть ему эту жизнь, передо мной встал выбор: Кинг или мой брат.

Я выбрала Кинга, подарив ему эту жизнь! И на это я, черт возьми, променяла часть своей души. Всю жизнь мне и моим родителям предстоит оплакивать Джастина.

«И ради чего?»

После того, как услышала, что Кинга больше нет и природа его смерти не позволит ему вернуться, я была безутешна. Позже исчезла его метка «К», которую он вытатуировал на моем запястье, соединяя нас ментально и физически. Кинга не стало. Это произошло на самом деле. Мое сердце разбилось.

— Я понимаю, через что ты прошла, когда он умер, Миа, — Мак понизил голос. — Но, каким-бы Кинг ни вернулся, он вне нашей досягаемости. Сейчас эта ситуация касается далеко не только нас. Мы должны от него избавиться, иначе мой план по разрушению Десятого клуба полетит ко всем чертям. Мне жаль, но другого выбора у нас нет.

Я глубоко вздохнула.

— Думаю, ты неправильно меня понял. Ты можешь отправить этого ублюдка обратно в ад, или откуда он там взялся, но не раньше, чем я получу от него то, что хочу.

По долгому молчанию в трубке я поняла, что Мак удивлен.

— И чего ты хочешь?

— Чтобы к моменту, когда я помогу тебе покончить с ним, Кинг меня вспомнил. Чтобы он знал, что умер от рук брата, ради которого пожертвовал своей жизнью, и женщины, которой он лгал.

— Сейчас и речи быть не может о какой-то мести! — сказал Мак. — Пока Десятый клуб существует, ты, я, да и все близкие нам люди в опасности.

В отличие от Мака, я не боялась никого из Десятого клуба, но в прошлом Мак находился в рабстве у одного из их членов, и ему до сих пор снились кошмары о том, как развлекалась с ним «хозяйка».

— Мак! — твердо воскликнула я. — Я полностью с тобой согласна. Клуб должен исчезнуть, но как же я? Как же мое правосудие?

Мак выругался.

— Я не позволю тебе рисковать своей жизнью из-за того, что тебе больно или ты злишься. Ты просто не можешь мыслить здраво. Кинг должен умереть! И как можно скорее!

«Обижена или зла? Нет! Я просто чертовски зла и, разумеется, не могу мыслить здраво. Я вообще начала сходить с ума!»

Я провела рукой по мокрым от дождя волосам и задрожала от порывов ледяного ветра. Мне нужно было возвращаться к машине, которую я взяла напрокат в аэропорту, но в моей голове царил такой хаос, что я просто не могла вспомнить, где ее оставила и как вообще выглядела эта чертова машина. Все события, начиная от звонка с сообщением, что Кинг мертв, и заканчивая тем, что я только что увидела, походили на психические галлюцинации. Только я точно знала, что все это происходит наяву. И мой бэд трип^1 все еще продолжается.

— Скажи мне, Мак… а что будет потом? Что ты будешь делать, когда убьешь Кинга? — спросила я.

— Я притворюсь им, займу его место и покончу со всеми членами Десятого клуба. Для этого мне нужны лишь их имена, которые Кинг хранит, потому что он управляет деньгами клуба.

Я удивилась, как Мак может выстраивать такие стратегии и в то же время так беспечно говорить об убийстве своего брата. Возможно, он не думает о том, что, убив его, принесет ему окончательную смерть. Ведь Кинг уже дважды вернулся с того света. Наверняка Мак полагал, что Кинг вернется и после того, как он расправится с Десятым клубом.

«Но ведь все может пойти и по-другому…»

— Я прошу дать мне неделю. Всего неделю, — прошептала я.

— Для чего?

— Я хочу, чтобы он вспомнил. Хочу знать, почему… — я не смогла закончить фразу.

На меня вновь обрушились чувства и эмоции сломленной, преданной женщины, не дающие мне мыслить здраво.

— Ради всего святого, Миа! — прорычал Мак. — Он убьет тебя, не моргнув и глазом, если ты его рассердишь. Этот человек не Кинг. Он не мой брат. Это чертов дьявол!

— Ты не знаешь этого наверняка и не можешь указывать мне, что делать!

Я услышала, как Мак громко выдохнул прямо в трубку.

— Могу я сказать или хоть что-то сделать, чтобы ты держалась от него подальше?

— Нет.

— Тогда я дам тебе неделю, но с одним условием.

— С каким?

— Ты проникнешь на его склад и достанешь для меня лот девяносто четыре.

«Божечки! Только не склад!»

В этом месте обитали просто чудовищные существа, которые могли сожрать человека живьем, если он сделает хоть один неверный шаг.

— Что это за вещь? — спросила я.

— Точно не знаю.

Ледяная дрожь прокралась под кожу. Мак лгал мне, и я это почувствовала. Только зачем ему это понадобилось? Я целиком и полностью доверяла Маку, а он, получается, мне не доверяет.

Я усмирила свой гнев, понимая, что теперь осталась в одиночестве.

— Кинг когда-то упоминал об этом лоте. Вскользь. И я надеюсь, что он поможет мне положить конец Десятому клубу, — попытался объясниться Мак, но в его голосе я снова слышала ложь.

— Конечно. Я сделаю все, что смогу.

Я решила, что попытаюсь завладеть этим загадочным предметом, но вот от передачи его Маку могу и воздержаться. Неважно, почему он не был честен со мной, но в этом случае наши интересы могут противостоять друг другу. Я знаю, что Мак любит меня, но он так же чертовски упрям, как и его брат. Поэтому сделает так, как посчитает нужным, не интересуясь мнением других.

— Но мне может понадобиться больше времени. Сейчас Кинг не помнит меня и просто так ключи не отдаст.

— Одна неделя, Миа!

— Это может оказаться невозможным.

— Однажды ты уже влюбила его в себя. Сделай это снова.

«Влюбить в себя Кинга?»

Мужчина, которого я видела несколько минут назад, был намного злее и более жестоким, чем тот Кинг, которого я встретила впервые: мертвый, проклятый и ищущий спасения. Даже тогда, прожив в боли несколько тысячелетий, внутри он оставался светлым и полным надежды. Он боролся за жизнь вне своего ада. В эту его версию я влюбилась, а теперь она исчезла.

Я не смогла бы притворяться перед ним, ведь он видит людей насквозь. Лучшее, что можно сделать, это скрыть свою ярость и истинные чувства.

— Я придумаю другой план, — сказала я.

— Ты всегда всем перечишь. Позвони мне через пару дней, расскажешь новости. И, Миа, будь осторожна. Меня нет рядом, чтобы тебя спасти.

Мак положил трубку, а я еле удержалась от того, чтобы не начать рвать на себе волосы и кричать во всю глотку. Вместо этого я горько рассмеялась и посмотрела на темное небо, позволяя дождю смыть соленые слезы с моего замерзшего лица.

«Как мне поступить?»

Потому что ад замерзнет быстрее, чем я позволю Кингу снова прикоснуться ко мне. И скорее умру, чем снова влюбленно посмотрю в эти серые холодные глаза.

Я сделаю все, что в моих силах, чтобы запереть на замок свои чувства, которые испытывала к нему совсем недавно: сентиментальность, жгучую похоть, глубокую любовь и доверие. Мне придется измениться и победить в его же собственной игре.

И на этот раз я знала все его уловки. В конце концов, я ведь была его женой.

Глава 3

Миа

Я была в этом доме лишь однажды, еще до того, как Кинг его отремонтировал. Не потому, что он меня туда не приглашал, ведь Кинг владел им более двухсот лет, а потому, что в этом доме была, мягко говоря, тревожная, мрачная энергетика.

Почему?

Это трудно объяснить, но до встречи с Кингом я работала менеджером по маркетингу и никогда не вписывалась в образ, который должен был соответствовать моей профессии. Не поймите меня неправильно, я хорошо справлялась со своими задачами и нравилась своим коллегам. Просто моя сочувственная натура и забота о других людях не считались ценными качествами в этой сфере бизнеса, и мне всегда приходилось подавлять их. Но Кинг открыл мне глаза и помог понять, что я Провидец, член древнейшего рода женщин, обладающих различными способностями. Я могла видеть и чувствовать то, что недоступно для обычного человека. Поэтому Кинг сделал из меня ищейку. По договоренности я должна была находить то, что ему нужно, а он в ответ должен был найти моего пропавшего, а ныне покойного брата. О, и Кинг сделал меня своей собственностью.

Это были отчаянные времена. И начало очень сложных, долгих отношений, побудивших меня в конце концов отказаться от своего дара. Еще одна долгая и сложная история, в конце которой мы просто обязаны были выжить.

Так вот, я повстречала Кинга. Человека, который одним своим появлением заставлял меня чувствовать одновременно и похоть, и страх.

«Не думаю, что все трехтысячелетние короли могли этим похвастаться».

Когда Кинг впервые привел меня в этот дом, я сидела у окна с видом на золотые кованые ворота. Моя кожа буквально покрылась льдом, а сердце неслось галопом. Все мое тело яростно протестовало против того, чтобы когда-нибудь снова оказаться хотя бы рядом с этим местом. И я отказывалась сюда возвращаться.

«До сегодняшнего дня».

Я подошла к стеклянной входной двери, осторожно ступая по цементной дорожке и ступенькам в своих красных туфлях на высоких каблуках. Сегодня я надела красное атласное платье в пол, которое мне подарил Кинг, и подобрала такого же цвета сумочку. Я надеялась, что моя одежда всколыхнёт его память, хотя понятия не имела, из-за чего он все забыл.

Нажав на звонок, я отступила назад, рассматривая фасад недавно реконструированного здания. Теперь передо мной возвышался современный дом с гладкими белыми стенами. При его модернизации не пожалели нержавеющей стали и стекла. Но, несмотря на то, что Кинг по какой-то причине решил изменить свой старый викторианский особняк, атмосфера в нем осталась прежней.

«Как же здесь чертовски жутко!»

Через стекло я увидела, как к двери направляется худощавая брюнетка с волосами, собранными в пучок, одетая в обтягивающий черный брючный костюм. У нее была изящная фигура, почти оливковая кожа и совершенно пустые глаза, из-за которых мне подумалось, что она рабыня, но ее внешние данные напоминали слуг Кинга в доме на Крите, где теперь жила я. После своей смерти Кинг туда так и не вернулся, и я сомневалась, что он вообще там появится. По какой-то причине все, что связано со мной, совершенно исчезло из его памяти. И я могла только строить догадки о причине этого явления.

Женщина, на губах которой красовалась ярко-красная помада, выдала мне слабую улыбку и оглядела меня с ног до головы. Я собрала свои белокурые волосы в прическу, которая нравилась Кингу, и нанесла на щеки немного румян. Видимо, из-за отсутствия косметики девушка подумала, что я выгляжу недостаточно шикарно.

«Очень плохо, потому что я надела лучшее, что у меня есть».

— Мисс Тернер! — произнесла она со злостью в голосе. — Кинг недоволен вашим опозданием. Он приказал, чтобы я налила вам выпить, и чтобы вы незамедлительно присоединились к нему.

Опоздала я специально. Было время, когда я даже не осмеливалась бросить вызов этому мужчине, но это время давно позади.

«В этот раз мы будем играть по моим правилам, и он возненавидит эти дни».

Я подавила желание ухмыльнуться и вошла в фойе.

— Я не пью, но спасибо.

Улыбка девушки резко угасла.

— Но Кинг приказал принести вам выпить…

Если бы я знала ее лучше, то сказала бы, что за ее настойчивостью скрывается страх. Иначе почему еще ее трусики впились в задницу только от того, что я отказалась от алкоголя?

Она принадлежит Кингу! Девушка — его собственность, и наверняка он ее трахал!

«Божечки, Кинг! Я тебя ненавижу!»

Я почувствовала, как к лицу прилила кровь.

— Кинг может пойти и трахнуть самого себя, — произнесла я самым сладким тоном, на который была способна. — И я могу сказать ему это в лицо, если ты покажешь мне, где он.

От удивления девушка подняла брови и указала на длинный коридор справа. Улыбнувшись, я кивнула и последовала за ней, стараясь не смотреть на плавные изгибы ее талии и бедер.

Я постаралась запихнуть свою ревность как можно глубже, в идеальное место для хранения эмоций, которые могли лишь подвести меня или вызвать жалось к самой себе.

Я отказываюсь быть такой женщиной. Отказываюсь чувствовать слабость из-за того, что он бросил меня. Это Кинг поступил, как слабый мужчина, нарушив свое же слово. А я изо всех сил старалась поступить правильно.

Мы миновали несколько закрытых дверей, и зловещая тишина стала проникать в уши, как ядовитые пауки.

— Где все? — спросила я.

Девушка завернула за угол и остановилась у узкой потайной двери.

— Вам сюда.

Она открыла дверь, за которой находилась тускло освещенная лестница, ведущая к другой двери внизу.

«Черт! Подвал!»

Сейчас я бы отдала все за то, чтобы вернуть свои способности Провидицы. Они могли подсказать мне, что меня ждет. Но, с другой стороны, так даже лучше. Я не могла позволить страху встать на моем пути, в конце которого не было ничего радужного и счастливого. Это я знала и без своего дара.

— Спасибо.

Я прошла мимо нее и липкими руками ухватилась за стальные перила, стараясь заставить свои дрожащие ноги ступать по лестнице так, чтобы не наступить каблуками на подол платья.

Спустившись вниз, я взялась за ручку двери, но вдруг остановилась, прислушиваясь. За дверью раздавалось ритмичное бормотание, похожее на молитвы или пение, а может быть, и на проведение спиритического сеанса.

«Ну давай же, Миа. Тебе же ни хрена не страшно!»

Жаль, что я отказалась от выпивки. И не надела джинсы. В них мне было бы гораздо удобнее сбегать отсюда. Потому что, чтобы ни задумал Кинг, ни черта хорошего из этого не выйдет.

Насколько мне известно, Кинг никогда не сидел, сложа руки в молитве, и не вел беседы с мертвецами, потому что он и сам был мертв. Потом он вернулся к жизни и просто в этом не нуждался. Так что творится с ним теперь?

«Дерьмо! Я понятия не имею!»

Дело в том, что большинство душ, привязанных к этому миру с помощью сильных эмоциональных связей, проклятий или чего-то еще, обычно не общались с живыми людьми, не летали на частных самолетах и не имели миллиарды на счетах. Кинг был особенным. Он не позволил смерти встать у него на пути и провел тысячи лет в поисках средств, с помощью которых он смог бы выдавать себя за живого человека. Как только он смог сделать это, то решил, что для достижения своей конечной цели ему понадобится помощь, и создал Десятый клуб. Что, по моему мнению, было просто гениально. Кинг использовал свои сверхъестественные способности, оказывая услуги членам этого клуба: убивал их врагов, находил потерянные или украденные вещи, — а те взамен просили, одалживали или крали предметы, в которых нуждался или которые хотел иметь Кинг. Бартерный обмен между кучкой злых, богатых и действительно сумасшедших людей. Однако его конечная цель заключалась в том, чтобы найти способ вернуться в живое дышащее тело и прекратить свою агонию, избавившись от проклятья. И Кинг сделал это, но не с помощью Десятого клуба. Ему помогла я. А он слил все эти усилия и результаты в унитаз ради Мака.

И теперь напрашивался вопрос, что же все-таки Кинг делал в этом подвале. Я медленно повернула ручку и толкнула скрипучую деревянную дверь.

— Срань господня!

Глава 4

Миа

— Очень мило с вашей стороны, что вы присоединились к нам, мисс Тернер! — произнес Кинг, пока я сжимала колени, чтобы они не подогнулись. — Судя по отсутствию пунктуальности, я полагаю, вы не так уж и рветесь найти своего своенравного мужа.

«Вот черт! Будь сильной, Миа! Будь сильной!»

Первым рефлексом моего тела было желание убежать, но мозг заставил его оставаться на месте. Я хотела знать, что, черт возьми, делает Кинг. Это сможет объяснить, как он вернулся с того света во второй раз.

Я сделала еще шаг, оказавшись в подвале, в котором аромат ладана смешался с медным ароматом свежей крови. Можно было предположить, что второй запах исходил от красных символов, нарисованных на цементном полу и стенах. Или, может, от кровавых пятен на еще недавно накрахмаленной белой рубашке Кинга. Но вряд ли он исходил от тех трупов. Пятеро элегантно одетых людей — из них две женщины и трое мужчин — лежали на полу лицом вверх. Их головы соприкасались так, что тела напоминали спицы в колесе. В этом подвале, кажется, только эти люди не были испачканы кровью, но определенно выглядели мертвыми.

— Что, черт возьми, происходит? — тихо спросила я.

— А на что это похоже? — Кинг поднял на меня свои серые разъяренные глаза. Он напоминал на льва, который готовится к прыжку.

— Это… это похоже на то, что ты убил своих гостей.

Я отступила на шаг, гадая, собирается ли он сделать меня шестой спицей в этом адском колесе.

Но прежде, чем успела произнести еще хоть слово, Кинг материализовался прямо передо мной и схватил меня за запястье. Я закричала, пытаясь вырваться, но его хватка была просто железной, и у меня появилось чувство, что в месте, где его рука соприкоснулась с моей кожей, под нее, прямо в мои вены, поползли осколки стекла.

Началось! Кинг пытался прорваться в мою голову.

Он делал это и раньше, но я мало что могла сделать для сопротивления, кроме как…

Я подняла колено и ударила его между ног. Кинг застонал и, отпустив меня, согнулся пополам.

«Видимо, ему очень больно. Мне повезло!»

Я развернулась и бросилась к лестнице, но мои туфли не позволяли мне подниматься так быстро, как мне хотелось или было необходимо. На полпути я наступила правым каблуком на подол и, рванувшись вперед, покачнулась.

«Черт!»

Я ухватилась одной рукой за перила, но врезалась правым плечом в стену. Почувствовав, как перила выскользнули из-под руки, я поняла, что кубарем качусь вниз и скоро непременно последует боль. Нет, я не имею в виду неудачное приземление на холодный цементный пол этого подвала. Я имею в виду то, что Кинг не проявит ко мне милосердия.

Мое тело ударилось о нижнюю ступеньку особенно неудачно, так, что острые углы лестницы я прочувствовала ребрами и правым бедром. Я вытянула руку, чтобы смягчить падение, но она изогнулась, вырвав крик боли, и я приземлилась рядом с черными блестящими туфлями Кинга.

Кинг стоял в молчании, а потом перевернул меня на спину и уставился своими светло-серыми глазами. И по его взгляду я поняла, что мне пришел конец.

«Мак был прав. Мне не следовало приходить».

По-прежнему не говоря ни слова, Кинг взял меня за руку.

— Подожди! Не убивай меня, у нас есть ре…

Я не смогла закончить фразу, потому что в тот момент, когда Кинг схватил меня за пульсирующее от боли запястье, он достал из кармана небольшой нож. Кинг казался мне одержимым.

«Вот черт! Кошмар сгущается».

— Кинг, остановись! Позволь мне договорить…

Он сделал надрез, и я закричала. Наполовину от боли, наполовину от страха.

«Какого хрена он творит?»

По моей руке стекала кровь, а он просто ухватился за мое запястье крепче и потащил меня в центр подвала, к другим гостям. Кинг потянулся, чтобы поднять что-то с пола, и я увидела, что в его руке оказался маленький металлический бокал с узкой маленькой ножкой, похожий на те, что предназначены для портвейна.

— Стой! Что ты делаешь? — простонала я.

Кинг провел краем бокала по моей руке, чтобы собрать кровь.

— Чертов психопат! Отпусти меня!

— Помолчите, мисс Тернер, — спокойно ответил Кинг. — Вы все только усложняете, а мое терпение по отношению к вам испарилось минут десять назад.

Минут десять назад я ехала сюда на взятой напрокат машине, опоздав буквально на несколько минут. Это было в его характере — терять терпение даже до того, как он успел его проявить.

Впрочем, в данный момент это не имело значения.

Кинг отпустил мою руку и шагнул в круг из людей, в центр которого он вновь поставил чашу. Я поползла прочь, волоча по полу свое длинное платье, стараясь не зацепиться им о какой-нибудь гвоздь и не думать ни о запястье, ни о кровоточащей ране.

Кинг же стал тараторить какие-то слова, которые сливались в моем угасающем сознании и не поддавались расшифровке. Через несколько мгновений вокруг поднялся ветер, заставляя мои выбившиеся из прически волосы хлестать мне по лицу. Я почувствовала, как комната закружилась перед глазами, а потом меня накрыла темнота.

Глава 5

Миа

— Мисс Тернер?

Я еще не открыла глаз, но понимала, что лежу на чем-то мягком, а также почувствовала, как чья-то теплая рука гладит меня по щеке. Еще я услышала бархатистый голос Кинга, пронзивший меня насквозь. Мое тело незамедлительно отреагировало на знакомый голос, затрепетав от восторга и вызвав где-то глубоко внутри тихий стон.

Как же я скучала по нашей близости.

Полагаю, что еще в нашу первую встречу я почувствовала связь с этим мужчиной, а после того, как вернула его к жизни и прекратила его страдания, эта связь определенно стала сильнее. Тем не менее, она всегда выходила за рамки каких-то физических или эмоциональных контактов. Она выходила даже за рамки любви между женщиной и мужчиной. Казалось, что наши души были выкованы из одного и того же огненного сплава и просто не желали разлучаться. Иногда я чувствовала нашу связь, лежа в одной постели рядом с Кингом. Рано утром, пока весь мир еще спал. С закрытыми глазами я слушала мирное глубокое дыхание своего мужчины, чувствовала тепло его тела. И в глубине души знала, что он живет и дышит для меня. Еще глубину нашей связи я чувствовала, когда мы занимались жестким, горячим сексом. Тело Кинга лежало поверх моего, его член входил глубоко в меня, и я слышала его горячее, прерывистое дыхание и шепот:

— Я люблю тебя, Миа. Люблю больше жизни!

— Я тоже тебя люблю! — отвечала я, удивляясь, как жизнь может быть такой опасной и одновременно с этим такой прекрасной.

Я была женщиной, покорившей сердце могущественного и загадочного короля Драко, который отказывал себе в покое, пока не найдет способ воссоединиться со мной, даже если для этого ему придется провести три тысячи лет в аду.

Наша любовь не была сказкой. Это было что-то эпичное и совершенно нереальное, но все же оно было…

Однако время нашего блаженства продлилось недолго. Меньше года. В последний раз, когда мы были вместе, Кинг пребывал в ярости и пытался удержать Мака от самоубийства. Над Маком тоже властвовало проклятие, превращавшее его существование в сущий ад. Он считал, что для него единственным выходом станет смерть.

— Я не могу жить без него, Миа, — сказал мне тогда Кинг, чуть не плача. — Я просто не знаю как.

Я понимала, что Мак оставался для Кинга единственным напоминанием о временах, когда он был жив и счастлив. Но я никогда не думала, что Кинг способен променять меня на брата. Конечно, я любила его настолько сильно, что у меня и мысли не возникло бы поставить его перед таким выбором. В этом заключается весь парадокс любви: ты хочешь самого лучшего для людей, которых любишь, даже если это идет в разрез с твоими желаниями. Но в то же время, раз уж перед вашим любимым человеком встал такой выбор, а он выбрал не вас, то это не может не разбить ваше сердце.

Почему для него не стало важнее наше счастье? Почему для него не был важнее Архонт? Черт возьми, ведь нашему сыну исполнилось всего три месяца. Разве он ничего не значит для Кинга?

— Мисс Тернер, вам пора просыпаться! — гипнотический голос Кинга снова проник в мою голову, пытаясь найти какую-то информацию. Я ненавидела подобные фокусы. — Скажите мне, у вас есть ребенок?

Вот черт!

Я намеренно старалась не думать об Архе. Было бы безопаснее, если бы Кинг о нем не знал.

— Не лезь в мою голову! — я открыла глаза и заметила, что Кинг перевязал мое запястье.

— Боюсь, это не в моем стиле, мисс Тернер.

На мгновение лицо Кинга озарила небольшая, но, насколько я могла судить, искренняя улыбка, и мое сердце сжалось от печали и радости. В целом мире ничто не могло доставить мне большей радости, чем улыбка Кинга.

Черт, Миа, что с тобой?

Мысленно я вновь воздвигла между нами стену. Пусть я и потеряла свои способности Провидца, но контролировать и блокировать свои мысли и эмоции все еще умела. Конечно, Кинг может решить снова покопаться в моих мозгах, поэтому я быстро сообразила, что нужно ему ответить, чтобы он остался удовлетворенным.

— Мой ребенок мертв, — солгала я.

— Ну, я уверен, что это тяжелая потеря. — Кинг сощурил свои проницательные серые глаза. — Смею предположить, что ваш муж покинул вас по этой причине?

— Нет. Мой муж любил нас.

— Значит, вы считаете, что он покинул вас не по своей воле?

Я отвела взгляд от Кинга и стала разглядывать небольшую гостевую комнату, в которой находилась. Комната была светлой, с серыми занавесками, белым ковром и картиной, на которой вокруг костра танцевали демон и ангел. На высоком туалетном столике в углу стоял серебряный поднос с бутылкой виски, моим любимым.

— Нет. Я думаю, он ушел добровольно, — пробормотала я.

— Ты просто не знаешь почему?

Я кивнула.

— Ну… — Кинг встал и сунул руки в карманы черных брюк. Он так и не переоделся, и его рубашка была по-прежнему в крови. — По моему опыту могу сказать, что обычно все сводится либо к другой женщине…

— Нет! — Я резко перевела взгляд на его лицо. — Он никогда бы мне не изменил!

— Либо, — продолжил Кинг, — ему тебя просто не хватало.

— Да пошел ты! — Я сузила глаза. — Что, черт возьми, ты об этом знаешь?

— Ничего такого, что мы могли бы принять за истину. — Кинг опустил голову и ухмыльнулся. — А теперь, мисс Тернер, с вашего позволения я должен переодеться и заняться своими гостями.

— Ты имеешь в виду ту пятерку, которую ты убил в подвале? И с чего ты решил, что можешь кромсать меня, чертов варвар?!

Мои руки задрожали, когда я вспомнила, что произошло внизу.

— Уверяю вас, они живы и здоровы! — рассмеялся Кинг. — Благодаря вашей крови. Так что вы можете спуститься и сами в этом убедиться. Ну так как, мисс Тернер, вы к нам присоединитесь?

О, конечно! Ведь каждая женщина после нападения ее мертвого мужа только и мечтает о тусовках, закусках и алкоголе.

Охренеть какая хорошая идея.

— Сейчас спущусь, — усмехнулась я своим мыслям.

Кинг цокнул языком и покачал головой.

— Если хочешь, оставайся здесь, но не покидай этот дом. Ты останешься со мной.

— Я так не думаю! — рассмеялась я.

— Не беси меня, женщина! Иначе мне придется еще раз заглянуть в твою странную голову и узнать, где сейчас находится твой не такой уж и мертвый сын, и пригласить и его пожить здесь.

Он знает, что я солгала про Арха.

Мои ноздри раздулись от негодования, а ярость взорвалась внутри подобно подводной бомбе, шума от которой, может, и немного, зато рябь смертельна.

Никто не смеет угрожать моему ребенку! Нашему ребенку!

— Я убью тебя прежде, чем позволю прикоснуться к нему, — сдержанно прорычала я.

Кинг в ответ хмыкнул и повернулся, чтобы уйти.

— Дай мне знать, если возникнут проблемы с запястьем. — Он взялся за ручку двери. — Я знаю Провидицу, обладающую даром исцеления. Уверен, что она придет, если я ее попрошу.

Я сдержала вздох удивления.

Чертов ублюдок!

Единственной Провидицей, про которую он мог говорить, была Теодора. То есть Тедди. Будущая жена Мака, которая была хорошей женщиной и уже достаточно настрадалась. И я очень сомневалась в том, что Кинг будет о чем-нибудь ее просить. Он способен только на угрозы.

— Я справлюсь.

— Тогда увидимся внизу. Я пришлю Мелоди помочь тебе с новым платьем.

Кинг вышел из комнаты, забрав с собой ощущение холода.

Мудак! Он перешел черту! Он уже успел покалечить меня, угрожать мне, моему ребенку и Тедди.

Мак был прав в том, что Кинг должен как можно быстрее умереть. Потому что этот человек больше не мой муж. А мне придется подобраться к нему настолько близко, насколько смогу, и дождаться подходящего момента.

~ ~ ~

Надев черные туфли на ремешках и черное платье с открытой спиной, которое «случайно оказалось у Кинга», я спустилась со второго этажа и пошла на звуки голосов. На этот раз дом просто гудел жизнью. Раздавались радостные голоса, смех и звон бокалов.

Я остановилась у подножия лестницы, прямо напротив коридора, ведущего в гостиную, и до боли в костяшках схватилась за перила.

Что, черт возьми, происходит?

Сначала я наблюдаю ужасную сцену, как будто попала на сеанс экзорцизма, а потом слышу, как они веселятся.

— О, мисс Тернер! Очень мило с вашей стороны присоединиться к нам. Ты прекрасно выглядишь! — прошептал мне на ухо внезапно появившийся рядом Кинг.

Он протянул мне руку, и мое тело накрыла волна тепла. Кинг в свежем смокинге выглядел как сказочный принц: высокий, импозантный и непостижимо красивый.

Божечки! Эти губы…

Такие откровенно чувственные. Я смотрела на них, зная, как они могут целовать, посасывать и…

Я мысленно нахлестала себя по щекам.

Сосредоточься, Миа!

Это красивое лицо с гордыми мужественными скулами и небольшой щетиной было всего лишь маской. Под ней скрывался бессердечный, жестокий дьявол.

Из-за сильной боли в перебинтованной правой руке я протянула Кингу левую, но он не проявил сочувствия: взял меня за правую и сопроводил в большую гостиную. Здесь обстановка также поменялась. На блестящем деревянном полу стояла белая современная мебель, в одном углу гостиной располагался бар, а в другом стоял рояль, на котором темнокожая женщина играла джазовую мелодию. Открытые французские двери вели на освещенную факелами террасу, но все гости собрались внутри. Они улыбались, разговаривали и выпивали.

Я не могла поверить своим глазам. Пятеро из собравшихся еще недавно лежали в подвале, составляя своими телами какой-то сатанинский круг. А теперь они пили шампанское, ели закуски и смеялись.

— Не удивляйтесь, мисс Тернер. Я же говорил, что они в полном порядке.

— Но… Но… Так что же происходило внизу?

На лице Кинга появилось самодовольство, и его серые глаза заблестели.

— Тебя это не касается.

Он подхватил меня под локоть и повел в сторону рояля, где прижал к своему мощному телу.

— Что ты делаешь? — тихо запротестовала я, потому что знала, что в Десятом клубе лучше не устраивать сцен.

А это, скорее всего, и есть вечеринка членов Десятого клуба.

— Мы танцуем, — на губах Кинга появилась его фирменная улыбка.

Я проигнорировала свое быстро забившееся сердце и то, что сейчас Кинг казался каким угодно, но только не мертвым.

Также я проигнорировала его томный взгляд и то, как свет падал на его загорелую кожу. Я не могла себе позволить вспоминать о своих ощущениях, которые испытывала, находясь обнаженной в его объятиях. Когда-то он был моим наркотиком.

— Ты не ответил на мой вопрос!

Он снова улыбнулся, но промолчал.

— У меня вывихнуто запястье, — напомнила я, — ты порезал меня, как свинью, и использовал мою кровь. Так что, думаю, это все-таки меня касается.

— Между любопытством и причастностью огромная разница, мисс Тернер. Думаю, что Провидец должен это знать.

Кинг стал двигаться в такт с музыкой, и его хватка заставляла меня двигаться вместе с ним. Его руки на моей спине были надежнее наручников.

— Я не Провидец. Уже нет.

Конечно, мой настоящий муж знал об этом.

— Ты принимаешь меня за идиота?

— Я отказалась от своего дара в обмен на свою жизнь, о которой ты ничерта не знаешь. Но да, я думаю, что ты идиот.

Кинг ослабил хватку и улыбнулся.

— Туше! Осмелюсь предположить, что твой муж как-то связан с тем, что ты потеряла свои способности, — он так произнес слово «муж», будто это было имя его заклятого врага.

— А тебе какая разница?

— Меня многое интересует и волнует.

— Нет! Ты бессердечное чудовище, — тихо сказала я.

— Чудовище, которое поможет тебе получить то, что нужно, пока ты его ублажаешь.

— Ублажать тебя — это значит продолжать истекать кровью?

Кинг покачал головой, продолжая хитро, но очаровательно улыбаться. Или это была злая улыбка?

— Вы так на меня давите, мисс Тернер, как будто хотите умереть.

— Я просто с тобой танцую.

— И все это ради него? Ради жалкого подобия человека, который оставил тебя с пустотой в душе и с разбитым сердцем? — Кинг наклонил голову и прошептал мне в ухо: — Я могу заставить тебя снова почувствовать себя особенной, Миа. Я могу дать тебе жизнь без забот и боли. Могу позаботиться обо всем, что тебе нужно.

Что? Он это серьезно?

Возможно, он не может осознать всю иронию сложившейся ситуации, но, по крайней мере, должен понять, что делать мне такие предложения смешно, учитывая, через что заставил меня пройти совсем недавно. Но это же был Кинг: смелый, уверенный в себе и бесстрашный. Именно эти качества делали его таким неотразимым в глазах женщин.

К счастью для меня, я точно знала, как легко быть соблазненной его опасной красотой.

— Нет, спасибо. Я сама могу позаботиться о своих нуждах. — Я постаралась выдавить улыбку.

Глаза Кинга сузились. Он не любил, когда его отшивали.

— Очень хорошо. Если ты довольна своей судьбой…

— Напротив! Я не могу быть более несчастной и считаю очень печальным, когда человек нарушает свои клятвы. Таких людей называют нечестными, а я считаю их просто жалкими.

Кинг рассмеялся, прикрыв глаза, и его глубокий смех эхом отразился от стен.

— Что тут смешного? — прорычала я.

Кинг посмотрел на меня и закружил нас в танце.

— Я нахожу твою грубость чем-то свежим и интересным.

— Нет ничего интересного в том, чтобы любить кого-то, жертвовать ради него своей жизнью и кровью, чтобы спасти, а потом оказаться преданной.

Ехидная ухмылка слетела с лица Кинга, и он остановился. Его глаза остекленели, как будто мыслями он сейчас находился совершенно в другом месте.

Он что-то вспомнил?

Я так надеялась на это. Надеялась, что он вырвется из этого морока, который завладел им и заставил забыть меня.

— Сэр, вас срочно требуют в фойе, — произнес покорный женский голос рядом с нами.

Я оглянулась и увидела Мелоди, девушку, открывшую мне дверь.

Кинг быстро взял себя в руки.

— Кто там?

Мелоди нервно взглянула на меня, а потом снова на него.

— Ваш брат.

— Что понадобилось этому ублюдку? — зарычал Кинг.

— Он сказал только то, что это важно, сэр.

Мгновение Кинг колебался в своем решении.

— Скажи ему, что я приду через минуту.

Повернувшись ко мне, он будто бы хотел что-то сказать, но, не проронив ни слова, просто смотрел на мое лицо.

— Что? — подтолкнула его я.

Кинг положил руку мне на щеку, и, хоть я знала, что его тело состоит не из настоящей плоти и крови, тепло все же ощущалось настоящим.

— Когда-то я любил девушку, похожую на тебя.

Услышав это, мое сердце екнуло. Он вспоминал.

— И что с ней случилось?

— Думаю, она меня не понимала.

Кинг повернулся и вышел из комнаты, оставив меня стоять в толпе гостей, бросающих на меня косые взгляды.

И что он хотел этим сказать?

Видимо, он и правда начал что-то вспоминать. Но что? Я, женщина, которую он любил, не понимала.

Прежде чем убить его, я чертовски сильно хочу это узнать.

Глава 6

Миа

Несмотря на пульсирующую боль в руке, я решила не покидать вечеринку, а остаться и немного пообщаться с гостями. Во-первых, я хотела выяснить, что все-таки произошло в подвале, ведь это могло помочь нам разобраться с Десятым клубом. А во-вторых, я хотела, чтобы Кинг видел, как я выхожу через парадную дверь. Я понимала, что провоцировать Кинга опасно, но теперь знала, что он нуждается во мне, ну, или в моей крови, и мне все же хотелось перевести мяч на мою сторону поля. Кингу нравилось отвечать на вызовы, которые ему бросали. И чем больше перед ним оказывалось препятствий, тем увлекательнее и заманчивее ему казалась победа. Если он поймет, что я для него недостижима, то это только укрепит его стремление владеть мной. Кинг будет ждать подходящего момента, чтобы нанести удар. Только он не знает, что также подходящего момента жду и я. Я хочу получить доступ к складу, и к лоту девяносто четыре.

«Черт! Как моя жизнь превратилась в такой бедлам?»

Например, когда мы впервые встретились с Кингом, моя жизнь походила на руины. Мой брат Джастин, археолог, уехавший на раскопки в Южную Мексику, пропал, и я бросила все свои силы и возможности, чтобы найти его. Его пропажа была огромной бедой не только для меня, но и для моих убитых горем родителей. Однако все двери, в которые я стучалась в поисках помощи, захлопывались прямо перед моим носом. Я была уверена в том, что его похитили, но никого: ни посольство, ни местные власти — это не волновало. Благодаря случайной встрече с незнакомой женщиной я узнала о Кинге — человеке, который за определенную цену может найти что и кого угодно. И, естественно, отправилась к нему. Он не отказал мне в помощи, но, воспользовавшись моим отчаянием, взамен катком проехался по моей жизни.

На этот раз все должно сложиться по-другому.

У меня есть люди, которых я люблю, о которых обязана заботиться и защищать от этого опасного мира. Архонт сейчас находился в полной безопасности, в нашем доме на Крите, который Кинг превратил в современную крепость. Кинг лично занимался охраной нашего дома, говоря мне, что даже его «прошлое» никогда не проберется в это место. Тогда его слова вызвали у меня смех, но теперь я думаю, что, возможно, Кинг знал — что-то должно случиться. Он всегда был похож на шахматиста, который предвидит результат игры раньше своих соперников, потому что знал наперед все их ходы.

Я безумно скучала по сыну, но знала, что мне нужно закончить начатое, а ему лучше находиться дома с няней. Кинг же должен умереть, и нам необходимо убедиться, что мертвым он и останется. Мне просто нужно постоянно напоминать себе, что этот человек больше не мой муж.

Я подошла к бару и, прочитав на значке бармена имя, заказала у Джеффа бокал вина. Пока Джефф наливал мне выпить, к барной стойке подошел мужчина, в котором я узнала составляющую адского колеса в подвале.

— Привет, неплохая вечеринка, — любезно поздоровалась я, надеясь выяснить хоть что-нибудь.

Но мужчина, взглянув на меня, заказал себе чистый скотч, кивнул и не удостоил меня ответом.

— Такой дружелюбный, — пробормотала я себе под нос.

— Возможно, этот человек просто не любит разговаривать с незнакомцами?

Я снова посмотрела на бармена, который поставил на салфетку передо мной бокал с вином и стал наливать водку в шейкер, чтобы приготовить мартини.

«Он же просил скотч…»

Решив, что бармен тоже является собственностью или рабом Кинга, и не желая, чтобы он совершил смертельную ошибку, неправильно обслужив члена Десятого клуба, я решила вмешаться.

— Хм-м, простите, но, может, вы продолжите делать мартини после того, как подадите джентльмену его скотч? — улыбнувшись бармену, сказала я и кивнула в сторону мужчины.

Джефф удивленно на меня посмотрел, но отставил шейкер.

— Как вам будет угодно, мадам.

Мужчина взял свой скотч и, даже не взглянув на нас, смешался с толпой.

— Спасибо! Я вообще не понял, чего он хотел, просто повторил его предыдущий заказ.

— Ты не расслышал, как он попросил тебя налить ему скотча?

— Ну, он же говорил не на английском.

Вдруг в моей голове как будто бы прозвучал щелчок, и я посмотрела на татуировку на своем левом запястье. В течение последнего года я даже и не вспоминала о знаке бесконечности на моей коже. Эту тату, которая позволяла мне понимать любой язык и говорить на нем, нанесла мне другая Провидица, которая уже давно умерла и при жизни была настоящей стервой.

— До этого он обращался к тебе на английском? — спросила я.

Джефф кивнул.

— Да. Он заказывал мартини с водкой.

— На английском? — повторила я свой вопрос.

— Ну да, — подтвердил Джефф.

— Благодарю.

Взяв свой бокал, я вышла через французские двери на освещенную факелами террасу. Вокруг меня по всему саду висели светящиеся гирлянды, на столах, накрытых белыми скатертями, стояли свечи, а в центре сада была установлена большая ледяная скульптура «10К». Должна признать, что Кинг сделал все, чтобы это мероприятие походило на клубную вечеринку, а не на сатанинский ритуал.

Я достала телефон из своей атласной вечерней сумочки и позвонила Маку, но сразу же попала на голосовую почту.

«Черт, я совсем забыла, что он разговаривает с Кингом».

— Мак, это Миа. Сегодня в подвале я видела, как Кинг проводит какой-то ритуал. На полу лежали пятеро человек, которые были мертвы, и в центре стоял некий сосуд, наполненный кровью. Моей кровью. Теперь они живы. Веселятся и пьют…

— Вот вы где, мисс Тернер! — угрожающий голос Кинга раздался прямо за моей спиной, заставив меня замереть.

«Вот блин!»

— Мне пора! — сказала я перед тем, как завершить звонок и повернуться к Кингу. — Я просто разговаривала с другом. А сейчас, боюсь, мне уже пора идти.

На лице Кинга появилось недовольство, он сжал губы и нахмурил брови.

— Боюсь, вы ошибаетесь.

Я хмыкнула и начала раскачиваться с пятки на носок.

— Кинг, мне льстит, что ты считаешь, будто владеешь мной, но мы так не договаривались. Помнишь? — я улыбнулась, изо всех сил стараясь скрыть свой страх, иначе если бы Кинг захотел, то убил бы меня одним щелчком пальцев. — Или ты нечестный делец? Помнится, что мы решили заключить сделку и четко обговорили, что ты находишь моего мужа в обмен на кольцо, которым я владею. Мужа моего ты еще не нашел, не так ли?

Некоторое время Кинг молча смотрел на меня.

— Вы абсолютно правы, мисс Тернер. И, поскольку я человек слова, — он отступил в сторону, — вы можете идти.

Я ухмыльнулась, как самодовольная стерва, но все равно склонила голову в знак благодарности.

— Спокойной ночи, Кинг. Позвоните мне, когда будете готовы серьезно подойти к завершению нашей сделки.

Я уже собралась уходить, но, проходя мимо Кинга, задела его руку. Знакомый жар охватил меня от макушки до пяток, дойдя до самого сердца. Как будто мое тело нуждалось в Кинге. Но я не хотела испытывать подобные чувства, потому что из-за них ослабевал контроль над моими эмоциями.

«Прикосновение к нему — это огромная, мать его, ошибка!»

Кинг схватил меня за руку и резко дернул на себя. Я врезалась в его сильное тело, вскрикнув от неожиданности.

— Кто ты такая? — зарычал он, крепко обхватив мои плечи.

«Божечки, значит, он чувствует то же самое? Значит, какая-то часть его все еще помнит меня?»

Я моргнула, абстрагируясь от мыслей о его теле, которое будто было выковано из несгибаемой воли и силы.

— Не уверена, что понимаю, о чем вы говорите… — невинно пропищала я.

В глазах Кинга мелькнули раздражение и гнев.

— Не шутите со мной, мисс Тернер. Иначе я убью вас!

— Я и не собиралась шутить с тобой. Я просто хочу найти своего мужа.

Я попыталась обрести контроль над своими эмоциями и запрятать их как можно дальше, чтобы он услышал в моих словах искренность.

— Нет! — отрезал он угрожающим тоном. — Ты что-то задумала, я чувствую это!

И вновь я почувствовала, как ледяная река из стеклянных осколков пронзает мою кожу и струится по венам, направляясь в мозг. Я застонала от боли, пытаясь бороться, но знала, что все мои попытки будут тщетны, потому что с этой способностью Кинга я никогда не умела справляться.

Внезапно перед глазами появился образ: мы с Кингом, взявшись за руки, босые стояли на теплом белом песчаном пляже Средиземного моря, бирюзовая лазурь которого простиралась до самого горизонта. Длинные волосы Кинга развевались на ветру, загорелая грудь была обнажена, а его небесно-голубые глаза так напоминали мне воды этого моря у Крита, которое он так любил.

«Нет! Я не хочу этого видеть!»

Мое сердце застучало сильнее от душераздирающей боли. Это было воспоминание о моменте, когда моя жизнь изменилась навсегда. Когда Кинг еще был жив, и еще не произошло никаких смертей, проклятий и всего остального. Тогда я неосознанно использовала свои способности Провидца и проскочила назад во времени на три тысячи лет. Сначала я решила, что сошла с ума или попросту умерла, но потом осознала, что все происходит наяву. Я всей душой желала узнать, каким Кинг был раньше, и мой дар повел меня навстречу моим желаниям. Оказавшись в прошлом, я, как и ожидала, встретила не миллиардера-садиста, балансирующего на грани безумия в поисках спасения от съедающего его проклятия, а могущественного короля, который безгранично любил свой народ и был готов отдать ради него все, даже свою жизнь. Он служил своему народу, защищал их, а они взамен поклонялись ему, как Богу. Его душевную внутреннюю красоту не передать словами. И именно тогда я поняла, что люблю его и всегда буду любить.

— Что это за хрень? — Кинг потряс меня за плечи, выводя из гипнотического состояния.

Я смахнула выступившие слезы и отогнала от себя воспоминания. Кинг мог сколько угодно выискивать информацию в моем мозгу, но я не позволю ему пробраться в мое сердце.

— Не понимаю, о чем ты! — процедила я сквозь зубы.

Он снова стал трясти меня за плечи, причем так сильно, что мои зубы застучали.

— Что это за колдовство?

— Колдовство? — Я издала ехидный смешок. Теперь слова Кинга соответствовали его возрасту. — Не понимаю, о чем ты! — солгала я. — Может быть, ты увидел плод твоего подсознания и твои тайные желания?

Кинг зло зарычал.

— Мы с тобой вдвоем на пляже? Чертовски сомнительно, мисс Тернер!

— А может, такие длинные волосы снятся тебе во сне? Хотя не мне судить.

— Думаете, это смешно, мисс Тернер? Посмотрим, как ты будешь смеяться, когда я вырву душу из твоего тела и предложу ее нескольким моим друзьям, которые обожают ломать таких маленьких девочек, как ты.

Я не боялась Десятого клуба. Мне было страшно от того, каким должен стать человек, чтобы бороться с ними. Однажды я уже пересекла эту черту, и этого оказалось достаточно, чтобы понять, что мне повезло, а ведь все могло сложиться по-другому, и я никогда не смогла бы стать прежней.

— Прости, Кинг. Но ты пугаешь меня не больше, чем испорченный буррито. Возможно, какое-то время мне будет не совсем хорошо, но я переживала и худшее.

— Боже, как вы умеете играть словами, мисс Тернер. Посмотрим, как ты заговоришь в моем подвале!

Кинг дернул меня за перевязанное запястье, и острая боль пронзила руку. Молча, не показывая того, как мне больно, я стерпела его хватку и проглотила каждое слово, словно горькую пилюлю. Я бы никогда не позволила себе даже поежиться, дав ему повод для самодовольства. Только не рядом с ним.

Я отдернула свою пульсирующую от боли руку.

— Не смей прикасаться ко мне, если не хочешь, чтобы мое колено еще раз поцеловало твои яйца.

Кинг покачал головой.

— Я никогда не пойму этих современных ругательств. Грубость, возведенная в эру неандертальцев.

Я ткнула пальцем в сторону Кинга.

— В следующий раз, когда ты вздумаешь причинить мне боль, порезать или солгать, то моя грубость будет наименьшей из твоих проблем. Ты пожалеешь о том, что не можешь снова умереть.

Кинг резко посмотрел на мое лицо, а я поняла, что совершила просто эпическую ошибку.

«Вот дерьмо!»

У меня появилось ощущение, что кровь покинула мой организм и утекла через пятки прямо в землю.

«Глупо, Миа, как же глупо!»

Я не должна была знать, что он мертв. Это знание Кингу я могу объяснить только одним фактом из двух: либо во мне сохранились способности Провидца, и я вижу его истинные цвета, либо я знала намного больше, чем говорила.

«Черт, черт, черт!»

Кроме меня, Тедди и Мака о том, что Кинг восстал из мертвых, должно быть, знали всего пара человек из его близкого окружения в Десятом клубе. Кинг меня не помнил, поэтому может решить, что меня ему «подсунул» его брат, но мне нужно сделать все, что угодно, чтобы отвести подозрения от Мака. Я могу сбить Кинга с толку, оговорив кого-то из членов Десятого клуба, но он же убьет этого человека.

— Я пыталась вернуть свои способности Провидца, — солгала я, — но они не возвращаются полностью, а просто появляются временами.

«Ну и бред!»

Я никогда не верну свой дар. Древние Провидцы забрали его у меня в обмен на мою жизнь после того, как меня попытался убить один из телохранителей Кинга. Как я уже говорила, наша с Кингом история была долгой и сложной.

Рука Кинга потянулась и сжала мое горло, а черты его красивого лица исказились от ярости.

— Теперь я знаю, что ты лжешь!

— Ты ничерта не знаешь! — прохрипела я.

— Что за игру ты затеяла? — закричал Кинг.

— Нет никакой игры! Я просто хочу узнать, что случилось с моим мужем, и почему он ушел!

Кинг наклонил голову, рассматривая мое лицо, а затем отпустил.

Я отшатнулась и прижала к горлу дрожащие руки. Кинг же поморщился и, зажмурив глаза, прижал к ним ладони.

«Что с ним происходит?»

— Скажи мне, где ты видела его в последний раз?

Кинг никогда не спрашивал и не делал ничего без причины, поэтому я надеялась, что этот вопрос вызван его воспоминаниями. Я не хотела ему лгать. Мне хотелось, чтобы он все вспомнил перед тем, как мы с Маком вонзим в его спину пресловутый нож.

— Крит, — ответила я.

Он убрал руки от своего лица, и я заметила темные круги под глазами, которых не замечала раньше. Очень необычно для призрака, который буквально заставил себя вернуться в этот мир.

— Ты живешь там?

— Я из Сан-Франциско, но да. Теперь я живу на Крите.

«В прекрасном доме, который ты для нас построил, и в котором мы должны были состариться вместе».

В серых глазах Кинга появилось удивление, которое, я была уверена, вызвала новостью о том, что я живу на острове, на котором он родился.

— Тогда давайте отправимся туда, где вы видели его в последний раз.

— Греция довольно далеко.

«И совсем не близко к его складу в Сан-Франциско, куда мне надо попасть за лотом девяносто четыре».

— Спасибо за урок географии, мисс…

— Но, Кинг, я хотела сказать, что это будет пустая трата времени.

«Ведь мой муж здесь, со мной».

— Я ценю ваше беспокойство о моем времени, но я уже взрослый мальчик. Можно сказать, древний король, но ты, по всей видимости, это уже знаешь, не так ли?

— Да.

Я замолчала, желая выиграть несколько минут, чтобы подумать.

Если мы поедем в Грецию, то он окажется слишком близко к нашему маленькому сыну. Кинг был непредсказуем и опасен, и, честно говоря, я не знала, что он сделает, если увидит Архонта. В ребенке текла моя кровь Провидца, и хотя, насколько мне известно, этот ген проявлялся только в избранных женщинах, это не означало, что наш мальчик не окажется особенным. Почти все Провидцы вымерли, и есть шанс, что наш сын все равно может когда-нибудь продолжить этот род. А Десятый клуб может начать охоту на маленького наследника Кинга. От этих мыслей мой желудок сжался.

С другой стороны, Крит был местом, где родился и вырос Кинг. Где погиб его народ. Это было место, где он впервые встретил меня. Родные места могли всколыхнуть его память. К тому же охраной дома занимался сам Кинг, и никто не может туда проникнуть. Я всегда думала, что он предвидел такой исход и защитил наш дом и от самого себя.

Это был очень сложный выбор, потому что я надеялась заставить его все вспомнить здесь, в Сан-Франциско.

— Мисс Тернер, мне кажется, что вы забрели в очень интересное место в своей голове. Может быть, мне стоит к вам присоединиться?

Кинг скрестил руки на груди и стал выглядеть как настоящий древний король, несмотря на элегантный смокинг.

— Нет! — Я посмотрела на Кинга. — Я думаю, что тебе пора заканчивать тратить мое время и начать выполнять свое обещание.

Кинг злобно усмехнулся.

— Я глубоко ранен, мисс Тернер. Я считал, что вам нравится проводить со мной время.

— Нет. И наше время на исходе. Мы должны его найти.

— К чему такая спешка?

«Потому что Мак все равно тебя убьет, и мне нужно узнать правду, пока не стало слишком поздно».

— Скажу твоими словами: тебя это не касается.

— Уясните одну деталь, мисс Тернер. Все, что связано с вами, касается меня.

— Из-за моей крови?

Некоторое время Кинг просто смотрел мне в глаза, а потом его взгляд упал на мои губы. И мне так хотелось, чтобы этот взгляд означал что-то большее, нежели просто желание меня трахнуть.

Я хотела, чтобы его взгляд означал, что он помнит мои губы и мечтает о них точно так же, как и я мечтала о его губах, когда вспоминала, как они целовали мою шею, посасывали мои соски и мочки ушей во время занятий любовью. Еще его губы напоминали мне о самых светлых моментах нашей жизни. Напоминали о его улыбке и смехе в тот день, когда я сообщила ему новость о своей беременности. Я никогда не видела его более счастливым. Улыбка не сходила с его губ больше недели. Они шептали мне утешающие слова, когда я, сходя с ума от боли и страха, двадцать два часа рожала нашего сына.

— Сделайте кесарево! — кричала я. — Пожалуйста! Я больше не могу этого терпеть!

— Миа, ты у цели! — говорил мне на ухо Кинг, убирая мокрые пряди волос с моего лица. — Ты справишься. Ты самая сильная женщина из всех, кого я знал. Ты воскресила меня из мертвых и вернула к жизни. Ты можешь пройти и через это. — Он нежно поцеловал меня в щеку и сжал мою руку. — А теперь давай, тужься!

Я родила Архонта буквально через пару минут, и все это время Кинг не выпускал мою руку, а потом он взял ребенка на руки и потерял дар речи. Через несколько минут Кинг снова улыбнулся, и, глядя на его улыбку, я забыла, через что только что прошла. Губы Кинга всегда были моей ахиллесовой пятой.

Пока я смотрела на губы Кинга, вспоминая о жизни, которой теперь мы лишены, он стал оглядываться на толпу.

Кинг посмотрел на меня, сощурившись.

«О, нет! Я знаю этот взгляд! Кинг решается на какое-то действие».

— Что? — спросила я.

— Мне просто интересно…

— Что интересно?

Кинг потер рукой свой подбородок.

— Мне интересно, а существует ли твой муж на самом деле? Мне кажется странным, что ты препятствуешь нашей поездке на Крит, где я мог бы напасть на его след. А самое странное — это образ нас, держащихся за руки на пляже.

— Муж существует, и я не понимаю, к чему ты клонишь.

— Я клоню к тому, что ты мне что-то недоговариваешь. — Кинг подошел ко мне ближе. — Что вы задумали, мисс Тернер? Я все равно, так или иначе, узнаю об этом.

«Проклятье!»

Я должна была завоевать его доверие, но знала, что поступки для него намного важнее слов.

— Тогда ладно. — Я обошла Кинга и направилась в дом.

— Куда ты собралась?

— Позвони мне, когда доберешься до Крита.

Ни разу не оглянувшись, я прошла через гостиную в фойе и вышла из дома Кинга. Я чувствовала на себе его пристальный взгляд, пока не села в машину. Кинг определенно мне не верил, но, возможно, Крит был не такой уж и плохой идеей. Может быть, это и правда поможет ему вспомнить меня. Но, Божечки, как же Архонт?

Заведя мотор, я покачала головой. Я была так взволнована и расстроена тем, как поступил со мной Кинг, что в голове у меня роились мысли только о мести. Потом я просто хотела как можно скорее покончить с этой ситуацией. А теперь единственным моим желанием было, чтобы мои близкие никогда не беспокоились о том, что им может навредить Десятый клуб.

Хотела ли я вернуть Кинга? Было бы ложью отрицать это, но думать об этом просто бесполезно. Потому что я никогда не верну то, что у нас было. Ничто под этим солнцем не сможет оправдать сделанный им выбор.

Внезапно я задумалась над тем, а не послужило ли это причиной того, что он потерял память? Возможно ли, что он осознанно решил забыть нас, отпустив навсегда? Он должен был знать, что если оставит нас без защиты, опустошённых и преданных, то пути назад не будет.

В любом случае, сейчас я могу двигаться только вперед. А в нашем случае «вперед» означало «на Крит».

Глава 7

Миа

Полет в Грецию длился так долго, что к моменту посадки я едва могла дышать от волнения. Скоро я снова увижу Кинга. Но больше всего я скучала по своему малышу. Эта скука была сопоставима лишь с невыносимой душевной болью, которая не исчезнет, пока я не обниму его.

Примерно к девяти часам утра я прилетела на остров и, поймав такси, направилась домой. Конечно, я могла позвонить и нашему личному водителю, но все эти слуги, телохранители — часть не моего мира, а мира Кинга. То же самое можно сказать и про наш дом. Про сверкающий белизной современный особняк, построенный на высоком холме, с видом на океан. На придомой территории располагалось все, о чем только может мечтать человек: теннисный корт, вертолетная площадка, фруктовые сады и частный пляж. Кинг не жалел денег на строительство под предлогом того, что место, в котором мы проведем всю свою оставшуюся жизнь, должно быть особенным.

Войдя в дом, я сразу же стала метаться между гостиной, столовой и кухней в поисках Арха и его семидесятилетней няни.

— Вы где? — отозвалась я.

Внимание привлекло доносящееся до меня воркование, и я пересекла кухню и вышла на заднюю террасу с видом на пляж и океан. Посмотрев вниз, увидела сидящую в кресле Юпетрию, которая покачивала Архонта на детских качелях. Я спустилась по ступенькам и направилась к ним.

— Мама дома! — выкрикнула я, привлекая их внимание.

Сын обернулся на мой голос, одарив меня улыбкой, и я почувствовала, как сердце, впервые за последние дни, наполняется радостью.

— Божечки, как же я скучала по тебе! — Подбежав к качелям, я взяла малыша на руки и осыпала его ручки и личико поцелуями.

Весь остаток дня я не выпускала Архонта с рук, даже заснула вместе с ним, а на второй день стала задаваться вопросом, куда же запропастился Кинг, желая, чтобы все закончилось как можно скорее.

Но хуже всего оказалось то, что теперь свободного времени у меня было в избытке, отчего в голове постоянно возникали совершенно ненужные воспоминания о перенесенных мною страданиях. Чаще всего я вспоминала о том горе, что постигло меня от потери любви всей моей жизни. Узнав, что он добровольно решился умереть ради спасения Мака, я плакала так сильно, что меня начало тошнить. А после позвонил Мак и сообщил мне, что Кинг вернулся. Быстро собрав чемодан, я предупредила Юпетрию, что вернусь через несколько дней, и села в самолет до Сан-Франциско. Между смертью Кинга и его странным возвращением к жизни у меня не нашлось времени осмыслить происходящее. Теперь же я начинала видеть, как кусочки пазла собираются в общую картинку, предупреждая меня о том, что мне следует тщательно обдумывать каждый свой дальнейший шаг.

К тому же я все еще желала, чтобы Кинг вспомнил меня, в тайне надеялась, что он не собирался выбирать между мной и Маком, что у него просто был план, но все пошло вразрез с его идеями. Я чувствовала, что если по какой-либо, пусть даже ничтожной случайности, Кинга еще можно спасти, то обязана это сделать ради себя и Архонта.

Конечно, уничтожение Десятого клуба сейчас было нашим приоритетом. Без всяких «но», «если» и тому подобное. Для меня — для женщины, которая вышла замуж за такого человека, как Кинг, — Десятый клуб был огромной угрозой, если учесть, насколько сильно члены этого клуба мечтали завладеть коллекцией Кинга. В Сан-Франциско, на складе моего мужа, можно было найти все что угодно, начиная редкими и бесценными произведениями искусства и заканчивая пугающе могущественными предметами. Вот почему Кинг обещал стереть Десятый клуб с лица земли. Он понимал, что его враги видели во мне ключ к богатству и власти, а их приход за мной был просто вопросом времени.

А еще мне нужно было разобраться с Маком. Конечно, я не имела в виду что-то страшное, никогда в жизни я не причиню вреда ни Маку, ни его прекрасной невесте, Тедди. Они прошли через собственный ад, чтобы быть вместе, и я желала им лишь счастья и безопасности. Мне просто требовалось чуть больше времени.

Поскольку Теодора, как и я, являлась Провидцем, торопливость и страх Мака были мне совершенно понятны. Члены Десятого клуба всегда мечтали заполучить столь ценный трофей. А пока Кинг был не в себе, то Мак, скорее всего, прогнозировал и другой вариант развития событий, в котором его брат мог бы попытаться обманным путем использовать Тедди или же сделать ее предметом торга, как в свое время и меня.

Учитывая эти перспективы, как я могла винить Мака в том, что он стремится покончить с Десятым клубом как можно скорее?

Тем не менее, мне нельзя сидеть сложа руки. Я должна была сделать все возможное, чтобы выяснить, что произошло с Кингом. А это означало, что мне нужно сблизиться с ним и найти ответы.

~ ~ ~

Шел третий день после моего возвращения домой. Я уложила сына спать в его красивой детской комнате с видом на океан и резными фресками на стенах, на которых были изображены различные морские существа, и спустилась вниз на кухню, чтобы помочь Юпетрии с обедом. Она, как обычно, занималась повседневными делами, которые очень часто включали в себя проявления недовольства из-за того, что я пыталась помочь ей сложить одежду или прибраться на кухне. Работа по дому была ее поприщем: семья Юпетрии преданно служила Кингу на протяжении тысячи лет, и Юпетрия стала нам практически бабушкой. Я бы не смогла без нее.

Я открыла холодильник в поисках какого-нибудь легкого перекуса, как вдруг в кармане завибрировал телефон, на дисплее которого высветилась надпись «Скрытый номер».

Я нажала на зеленую кнопку.

— Алло?

— Мисс Тернер, как приятно слышать ваш голос.

Снова настало время игры, и снова мое сердце наполнилось неприятной тяжестью.

— О, Кинг! Как мило, что ты наконец-то соизволил позвонить.

— Мисс Тернер, в ваших словах я улавливаю сарказм.

Я глубоко вдохнула.

— Где ты?

— На улице. Я бы подошёл к двери, но, кажется, что-то или кто-то защищает вашу собственность. И эта защита, скажу я вам, не так уж плоха.

«Конечно, ведь эту защиту создал ты».

Я не почувствовала ничего, кроме облегчения оттого, что Кинг не может войти, и оттого, что он теперь знает: внутрь не попадет ничего «темного».

— Девушка не может быть слишком осторожной. Снаружи гуляет немало психов, которые могут тебя похитить, разрезать запястья и украсть твою кровь.

Кинг рассмеялся.

— Вы всегда такая забавная, мисс Тернер?

— Только с тобой.

— Отлично. Тогда тащите свою маленькую забавную задницу на пляж, мисс Тернер. У меня припасено несколько приятных новостей.

— Что за приятные новости? — спросила я, и от надежды, что он что-то вспомнил, мой пульс ускорился.

— Увидимся на пляже! — сказал Кинг, и звонок оборвался.

В поисках Юпетрии я обежала весь дом, найдя ее в прачечной, где она складывала в корзину для белья чистую одежду Арха. Велев им оставаться в доме, я переоделась в джинсы и красный свитер, чтобы защититься от непривычно холодной январской погоды, и вышла за калитку, которая открывала путь к лестнице, спускавшейся на пляж.

Еще издалека я разглядела Кинга, одетого в выцветшие джинсы и темный свитер. Его широкие плечи и подтянутая, мускулистая фигура всегда выделяли его из толпы.

Мое сердце дрогнуло, когда я вспомнила, что точно так же, как Кинг, сотни раз стояла на берегу, вглядываясь в океан, наблюдая за своим королем.

Кинг по-прежнему был невероятно красивым, как и в моей памяти.

«Я так скучаю…»

Расправив плечи, я подошла ближе.

— Какой прекрасный день сегодня на Крите, не правда ли, мисс Тернер? — спросил Кинг, даже не взглянув на меня.

Вокруг нас бушевал ветер, обжигая холодом тело даже сквозь одежду и развевая волосы. Совсем некстати я подумала о том, что стоило бы собрать их в хвост, но времени не было.

— Да, прекрасный, — сухо согласилась я, но мне хотелось говорить отнюдь не о погоде. — Скажи мне, Кинг, тебе удалось напасть на след моего мужа?

«Вспомнил ли, кто ты?»

— Вы не показали мне, где виделись с ним в последний раз.

— Мы попрощались у входной двери нашего дома.

Кинг удивленно распахнул глаза и приподнял бровь.

— И он озвучил вам, куда направляется?

— На помощь своему брату.

— А что произошло с его братом?

Мгновение я раздумывала, для чего ему понадобилась эта информация.

— Не могу сказать… — солгала я, не желая выдавать слишком многого.

— Вы не умеете лгать, мисс Тернер. А сейчас я предлагаю вам признаться в том, что вы задумали, иначе этот прекрасный день окажется вашим последним днем на земле.

Если бы я не знала этого человека, то даже не придала бы значения этой угрозе, но он не шутил.

— Так какой приятной новостью ты хотел поделиться со мной? — поинтересовалась я.

— А я не говорил, для кого эта новость будет приятна. — Лицо Кинга озарила поистине дьявольская улыбка.

Значит, он сказал это лишь для того, чтобы выманить меня на улицу.

Конечно, я могла бы броситься к дому, но он поймал бы меня в считаные секунды.

Я вздохнула и потерла тыльной стороной ладони свои уставшие глаза.

— Значит, моя кровь тебе больше не понадобится, — пробормотала я.

— Я получил от тебя все, что нужно, да и к тому же остатков твоей силы Провидца вполне хватит.

Я предположила, что под «остатками» он подразумевает совсем небольшое количество силы, потому что я была так же сильна, как пустая консервная банка. Сил во мне не осталось.

Я опустила руки.

— Так ты пришел сюда, чтобы правда убить меня?

— Это зависит от вас, мисс Тернер. Откройте мне правду, и я, возможно, оставлю вас в живых, но если солжете мне снова, то я прикончу вас прямо на этом месте, выпью вашу кровь и станцую в честь памяти на моей сегодняшней вечеринке.

— У тебя будет еще одна вечеринка? Здесь?

— Да. Недалеко отсюда у меня есть дом.

«Вау! Оказывается, у Кинга была недвижимость, о которой я даже не подозревала».

Я всегда считала, что Кинг хранит множество тайн. И знала, во что ввязываюсь, влюбляясь в него. Но это вовсе не значит, что его тайны меня не беспокоили.

— Он довольно-таки старый и принадлежит моей семье вот уже несколько веков.

— Звучит здорово… — произнесла я ровным тоном.

— Так и есть. Поэтому я предоставляю вам выбор: если раскроете мне правду, то останетесь в живых и сможете увидеть мой дом своими глазами.

Стало быть, он в самом деле убьет меня, если я буду продолжать лгать. Убьет всего в нескольких метрах от окна комнаты нашего сына, в нескольких метрах от места, где мы впервые занялись любовью.

Кинг построил нашу роскошную крепость на этом месте не просто так. Любые его поступки совершались по определенным причинам.

От волнения я закашлялась и откинула с лица растрепавшиеся от ветра волосы.

— Что ж… Скорее всего ты и правда хочешь узнать правду, но мы оба знаем, что иногда люди желают совершенно иного. — Я кивнула в сторону нашего дома. — Скажи мне, что ты видишь, когда смотришь на этот дом?

— Я вижу, что тот, кто построил этот дом, намеревался создать видимость роскошного дворца, хотя на самом деле это хорошо охраняемая крепость. Его стены достаточно высоки, а окна затонированы, чтобы оградить жильцов от любопытных глаз и посторонних. Плоская крыша, обзор с которой составляет триста шестьдесят градусов. Это делает особняк идеальным с точки зрения обороны. И, готов поспорить, под домом есть ряд подземных туннелей, и хотя бы один из них ведет к главной дороге, где находится небольшой дом, который принадлежит либо тебе, либо твоему мужу, а в нем наверняка имеется запас наличных, автомобиль и оружие.

Я удивленно заморгала, но ничего не ответила. Меня не особо шокировало то, что Кинг раскусил собственный план обороны и отступления в случае опасности.

Но тут Кинг продолжил:

— Такой же дом я построил для своей жены.

В ответ на его слова мое сердце бешено заколотилось.

— Какой жены? — Я схватила Кинга за рукав свитера. — О ком ты говоришь?

Кинг нахмурился и потер пальцами лоб. Казалось, он был сбит с толку.

— Кинг… — Наверное, я должна была уже бежать от него со всех ног, но не могла заставить себя сдвинуться с места. — Посмотри на меня! Посмотри на меня, мать твою! Кого ты видишь перед собой, когда смотришь на меня?

Наконец, он сосредоточил свой взгляд на мне, но все эмоции будто бы стерлись с его лица.

— Никого!

Вероятно, я так долго держала все в себе, что от бессилия просто зарычала.

«Божечки ты мой!»

— Нет! — Я с силой ударила Кинга кулаком в грудь. — Посмотри еще раз! Посмотри на этот дом! Посмотри на мое лицо! — Я сунула руку в карман и вытащила телефон. На заставке стояла фотография нашей семьи, на ней мы с Кингом обнимали Арха. — Посмотри, блядь, и скажи мне, что ты видишь.

Кинг уставился своими серыми глазами в экран моего телефона.

Надежда снова распустила лепестки в груди, когда на лице Кинга появился испуг, смешанный с подозрением.

«Он нас помнит?»

— Почему вы с моим братом обнимаете этого ребенка? — спросил Кинг, и на мгновение я потеряла дар речи.

— С твоим… братом? — Я сглотнула. — Кинг, умоляю, посмотри на меня.

— Я смотрю. И все еще жду ответа.

Я обхватила ладонями его лицо и, приподнявшись на цыпочки, прикоснулась губами к его губам. Жар, зародившийся в точке соприкосновения наших губ, разрядом тока пронесся по телу. Язык Кинга, такой мягкий и шелковистый, умелый и соблазнительный, проник в мой рот, заставляя меня буквально сгорать от желания. Не раздумывая, я обняла его за талию и прижалась всем телом, желая почувствовать ту искру, что раньше превращала наши поцелуи в пожар страсти.

Но не прошло и мгновения, как Кинг оттолкнул меня от себя и вытер свой рот тыльной стороной ладони.

— Женщина, какого хрена ты творишь?

— Я пытаюсь заставить тебя увидеть…

— Увидеть что?

— Истину. — Отпустив контроль, я заплакала и взяла Кинга за руку, чтобы провести его пальцами по своим губам. — Я твоя жена. И человек на фотографии — ты, а не Мак! — Я выдохнула и посмотрела на лицо Кинга, надеясь на чудо. — Я просто хочу знать, почему ты променял все, что было у нас, на смерть? Ты мог попытаться найти другой способ помочь брату, но так легко сдался. Почему ты так с нами поступил?

На меня нахлынуло облегчение. Я выложила на стол все имеющиеся у меня карты, какими бы грустными и серыми они ни были. Если бы бог существовал, то наверняка бы утешил меня словами, что Кинг — огромная ошибка всей моей жизни, но я-то знала, что в моей влюбленности в члена Десятого клуба виноват один только дьявол.

Тут Кинг выдернул свою руку из моих ладоней.

— Я не могу.

«Не может?»

— Не можешь что?

— Не могу больше позволять вам разыгрывать этот фальшивый спектакль, мисс Тернер! Боюсь, на этом наше путешествие закончено!

Он схватил меня своей рукой за горло и начал сдавливать пальцы с такой силой, что я почувствовала, как под ними трещат мои кости. Я попыталась оттолкнуть его, но никакая физическая сила не способна остановить существо, сотворенное из чистой энергии.

— Пожалуйста… — прохрипела я. — Отпусти меня!

— Думаешь, меня так легко наебать? — В глазах Кинга кипела ненависть. — Я собираюсь вывести Десятый клуб на новый уровень. И ты думаешь, что меня хоть что-то сможет остановить?

— Нет… — Я безуспешно пыталась отцепить его руки от своего горла. — Я просто хочу знать, почему ты поклялся вечно любить меня и не исполнил клятвы. Ты же валиец!

Кинг замолчал, но хватка на моем горле ослабла.

— Мы были всем для тебя! Неужели ты этого не помнишь? — прошептала я. — Этот дом был построен тобой. Защищен тобой.

— Ложь! — прорычал Кинг, схватив меня за плечи.

— Нет, Кинг, это не ложь! — Я положила свою руку на живот, страшась его реакции на секрет, который собиралась раскрыть ему, но не видела другого способа достучаться до Кинга.

Маленький человечек внутри меня обладал такой силой, что я узнала о беременности уже в момент зачатия, в ночь перед отъездом Кинга. Этой новостью я хотела поделиться с Кингом, когда тот вернется домой. Хотела, чтобы он узнал, что под моим сердцем расцвела новая жизнь, вобравшая в себя частичку моей крови и частичку крови Кинга. Уже сейчас я понимала, что этот ребенок — нечто особенное, нечто более могущественное, нежели его мать.

— Я ношу твоего ребенка, твою дочь, которая нуждается в твоей защите. Но если для тебя уже нет обратного пути, — я вытерла ладонями слезы, — то тогда я сама должна защитить ее от тебя и от этих злобных ублюдков, Кинг! Она слишком особенная!

Кинг тяжело вздохнул, но его серый взгляд смягчился.

— Ты беременна?

Архонту исполнилось всего три месяца, и я думала, что забеременеть так скоро практически невозможно, но видимо и в этом Кинг нарушает все правила и законы природы.

— Это твоя дочь, — кивнула я.

— И тот маленький мальчик тоже?

Я снова кивнула, чувствуя, как каждая клеточка моего тела вопит от отчаяния.

«Боже, ну пожалуйста!»

— И, судя по всему, кто-то вторгся в мой разум, заставив меня о них забыть?

— Да, — снова прошептала я.

Крепко сжав губы и кулаки, Кинг повернулся в сторону океана, а я, затаив дыхания, молча ждала его решения.

«Он либо поверит, либо просто-напросто свернет мне шею…»

Кинг обернулся и зарычал, отчего я отпрянула, вытянув вперед руки, желая защитить нас от его гнева.

«Вот черт!»

— Я не помню тебя, Миа. Не помню, кто мог провернуть все это с моей памятью. Но я обещаю, что ей, — он кивком головы указал на мой живот, — тебе и моему сыну нечего бояться. Уж точно не меня!

Не хочу лгать. Но он произнес именно те слова, которые мне хотелось услышать. И с легкостью бы приняла их за чистую монету, вот только я уже не была той наивной молодой девушкой, которая впервые встретилась с ним и так отчаянно нуждалась в помощи, что могла пойти за кем угодно, лишь бы на нем поблескивали доспехи. Я так много потеряла и понимала, что ради своих детей должна действовать с умом.

И, будьте уверены, не могла не задуматься над смыслом его последних слов.

«Уж точно не меня».

Эти слова были сказаны не просто так, они давали не только пищу для размышлений, но и отличный повод для беспокойства.

— Откуда мне знать, что я могу тебе доверять? — спросила я.

— Ниоткуда. — Кинг достал из кармана визитную карточку и протянул мне. — Будь здесь в восемь часов. Я бы посоветовал не опаздывать, но подозреваю, что это плохая идея.

«Это точно!»

— Значит, состоится еще один из твоих званых обедов?

— Да. И мне потребуется твоя кровь.

— Ты собираешься рассказать мне, для чего она тебе нужна?

— Я собираюсь позаботиться о давно назревшей угрозе.

С этими словами Кинг растворился в воздухе, оставив меня одну.

Глава 8

Миа

«Что же я делаю?»

Надо было отойти в сторону и позволить Маку разобраться со всем, как он и говорил. Это был бы самый безопасный выход из сложившейся ситуации. Но если существовал шанс вернуть Кинга, то разве не должна я попытаться это сделать, ради нас всех? Никто не бросает любовь всей своей жизни просто так.

Я в последний раз поправила прическу, сидя за туалетным столиком в моей личной гардеробной. Кинг спроектировал ее специально для меня, как и ванную прямо в полу посреди нашей спальни и напротив балкона, с которого открывался потрясающий вид на океан. Наш дом, со всеми его колоннами и фресками, с изображением древних богов и морских существ, напоминал мне прежний дворец Кинга. Я не хотела оставаться здесь без него. Этот дом хранил в себе слишком много воспоминаний.

«Это еще не конец, Миа. Еще есть шанс…»

Собравшись с духом, я закрепила прическу лаком для волос и нанесла на веки немного теней серебристого оттенка. Выглядела я настолько хорошо, насколько было возможно в данной ситуации.

— Миссис Минос, машина ждет вас, если вы готовы.

Я повернула голову в сторону высокого, крепко сложенного темноволосого мужчины лет тридцати. Арно Спирос. Арно был одним из самых преданных телохранителей Кинга, но я не доверяла ни одному человеку с этой фамилией: весь их клан служил нашей семье лишь потому, что им приказали.

— Спасибо, Арно. Я сейчас спущусь.

— Очень хорошо, мэм.

Мужчина вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь, и я еще раз взглянула на себя в зеркало.

Облегающее темно-синее платье сидело на мне великолепно, подчеркивая каждый изгиб тела и не оставляя простора воображению. Это было любимое платье Кинга. Я надевала его всего один раз, но проносила буквально пару минут, прежде чем оно было сорвано с моего тела. Вместо поездки в ресторан в тот вечер мы заказали еду домой.

— Ну, Миа, это твой последний шанс, — сказала я, обращаясь к самой себе.

Мак скоро должен был заявиться в Десятый клуб, а я не могла спорить с его планом. Все наши потери связаны с этим клубом.

Я зашла в детскую комнату, чтобы поцеловать Архонта на прощание, а затем спустилась вниз, к ожидающему меня лимузину. Арно открыл для меня дверцу с непроницаемой маской профессионализма на лице. Никакого зрительного контакта.

Я села на заднее сиденье, Арно занял место за рулем, и уже через несколько минут мы мчались по главной дороге, огибающей побережье. Солнце уже давно село, и меня стала снедать тревога, ведь именно по ночам творились самые жуткие вещи.

— Я видел вас с Кингом, когда просматривал записи с камер наблюдения, — нарушил тишину Арно, не сводя глаз с извилистой дороги. — Полагаю, он снова перехитрил смерть.

Арно произнес это так спокойно, что, казалось, он ничуть не удивился этому повороту событий.

— Да, — ответила я. — И ты будешь рад услышать, что он совершенно не помнит меня и своего сына. Он вернул свое прежнее «я»! — «Абсолютное зло в бездушной плоти». — Возможно, скоро ты снова получишь своего короля в свое полное распоряжение.

Спиросы никогда не любили Провидцев, им, скорее всего, претило то, что их король женат на одной из этого рода.

— Думаю, вы ошибаетесь насчет того, кому именно мы преданы, миссис Минос.

Я ненавидела, когда Арно так ко мне обращался. Ведь я не изменила фамилию, когда вышла замуж за Кинга, а фамилия Минос принадлежала ему. Драко Минос, последний король племени минойцев. Однако понимала, что бессмысленные разговоры о фамилиях нас ни к чему не приведут.

— Так кому вы преданы, Арно?

— Кинг отказался от притязаний на нашу преданность перед своим отъездом. Мы будем служить вам, мэм, пока Архонт не достигнет совершеннолетия.

Слова Арно шли вразрез с тем, что ранее говорил Кинг.

— Хочешь сказать, что Кинг больше не твой король?

— Да.

— То есть он, так сказать, освободил вас от службы ему, а вы просто решили не говорить мне об этом?

Безусловно, Кинг уже давно не король, но в глазах этих людей он должен был навсегда остаться их правителем.

— Да, — ответил Арно.

— Когда это произошло?

— Перед его смертью.

Я смотрела в окно на проезжающие мимо машины и пыталась расшевелить свой изможденный мозг, чтобы проанализировать то, что узнала от Арно.

Значит, Кинг догадывался о том, что произойдет что-то нехорошее. Это была еще одна деталь головоломки, которая заставила меня поверить в то, что он знал о риске, направляясь на помощь Маку. Но мой муж никогда бы не стал действовать без какого-либо плана.

Но даже если это правда и план имел место быть, то сейчас я все равно дрейфовала в океане происходящего сама по себе, потому что Кинг не мог рассказать, что именно пошло не по плану. Ведь он просто не помнит его, а если все-таки помнит, то делиться своими воспоминаниями явно не собирается.

Автомобиль свернул налево, на узкую дорогу, и за окном я увидела, что мы объезжаем холм с высаженными на нем оливковыми деревьями.

— Ты знал, что у Кинга на этом острове есть другой дом?

— У Кинга много домов на Крите, много земли, — ответил Арно, глядя на меня в зеркало заднего вида.

Полагаю, этот факт не должен меня удивлять, учитывая, что Кинг живет на этом острове не одну тысячу лет.

Через несколько минут машина вновь свернула, и мы подъехали к древнему, но хорошо отреставрированному двухэтажному особняку с каменными стенами и деревянными рамами на окнах.

— Сколько лет этому дому? — поинтересовалась я.

— Не менее трех сотен.

Арно остановил лимузин на усыпанной гравием дорожке.

— По меркам Кинга, дом совсем новый, — шутливо заметила я.

Когда позади нас остановился еще один черный лимузин, Арно повернулся ко мне и посмотрел прямо в глаза.

— Пожалуйста, Миа, будьте осторожны этой ночью.

Прямой взгляд в глаза и обращение по имени означали лишь то, что он хотел до меня достучаться. Я не знала, радоваться мне такому сдвигу в нашем общении или уже пора начинать нервничать еще сильнее.

— Спасибо. Я постараюсь, — ответила я встревоженному мужчине.

Арно быстро кивнул, а потом покинул водительское место, чтобы обойти машину и открыть для меня дверь. Я приняла поданную мне руку и грациозно вышла из салона.

— Буду ждать вас там. — Арно слегка кивнул в сторону небольшой парковки у узкой дороги, по которой мы сюда приехали. Шоферы парковали там машины своих господ, чтобы дождаться их после окончания вечера.

— Я позвоню, когда буду готова ехать. — кивнула я в ответ.

Арно склонил голову, а я прошла через арочный проем и вышла во внутренний двор с фонтаном. Двор окружали стены отштукатуренного камня с окнами в деревянных рамах. Прямо перед собой я увидела парадную дверь, возле которой стоял Кинг, одетый в элегантный смокинг. Кинг был похож на прекрасное божество, приветствующее своих гостей у врат рая.

От его дьявольской красоты у меня перехватило дыхание. Он всегда умел подать себя, даже когда собирался превратить твою жизнь в сущий ад.

Он заметил меня еще у фонтана; его улыбка незамедлительно превратилась в волчий оскал, а от тяжелого взгляда у меня сжалось сердце. Все тело, а ноги в особенности, инстинктивно желали убраться от этого места подальше, но моя душа и сердце вожделели обратного. Я просто хотела Кинга. Всего. Целиком и полностью. Сию секунду. Чувства и желания, которые я испытывала к этому мужчине, всецело поглотили меня. Это выходило за рамки простых поцелуев и банального траха. Как умелый кукловод, Кинг одним только взглядом управлял эротичными нитями моего тела.

Я попыталась скрыть свои низменные желания за вежливой улыбкой и, встретившись взглядом с Кингом, поднялась на первую ступень парадной лестницы.

— Мисс Тернер. — Кинг склонил голову в знак приветствия. — Вы выглядите… восхитительно! — хриплым голосом произнес он, одарив меня улыбкой, которую он всегда использовал, чтобы получить желаемый им секс.

Я заметила, что Кинг вот уже несколько дней не брился, и на его лице была щетина, которую мне так нравилось трогать кончиками пальцев.

— Спасибо, ты тоже выглядишь хорошо, — отозвалась я.

В ту же минуту к нам подошла грудастая блондинка в ярко-красном платье, декольте которого практически открывало чужому взору ее соски. Рост и форма лица этой женщины походили на мои. Но в отличие от меня, с ее лица не сходила ехидная усмешка, да и сексуальный голод в глазах она нисколько не скрывала.

— Извини, что так долго, — произнесла она раздражающе писклявым голосом. — Какая-то тупая сука заняла ванную комнату.

Кинг взял эту блондинку под руку.

— Ты не так уж много пропустила, любовь моя. Я просто приветствовал наших гостей.

«Любовь моя… Какого хрена?»

Я не могла поверить своим ушам, да и глазам тоже. У него была другая женщина? Эта женщина?

Но прежде, чем я успела осмыслить происходящее, на меня обрушился главный удар.

— Хейн, позволь мне представить тебе Мию Тернер.

«Хейн? Невозможно…»

Несмотря на то, что мое тело онемело от страха, я смогла заставить себя отступить на шаг назад, качая головой в знак отрицания. Как будто издалека до меня из сумочки донесся звук входящего звонка.

— Рада снова видеть тебя, Миа, — хихикнула Хейн.

«Но Хейн мертва!»

Кинг обезглавил эту чертову психопатку тысячи лет назад.

Я повернулась к дороге, намереваясь бежать прочь со всех ног, но внезапно передо мной возник Кинг. Обняв меня за талию, он прижал меня к своему телу.

— И куда это мы собрались? — усмехнулся он.

— В ад…

Хотя, видимо, именно в нем я и находилась.

~ ~ ~

Кинг отобрал у меня сумочку и втолкнул в комнату, которая оказалась библиотекой, от пола до потолка заполненной книгами. Внутри я не заметила ни окон, ни телефона, — лишь огромное черное кресло для чтения, стоящее прямо посередине комнаты. Вероятно, сумочку он забрал, чтобы не дать мне шанса связаться с кем-то по телефону и нарушить его планы, какими бы они ни были. Ведь то, что он вернул к жизни Хейн, означало лишь одно — моя безопасность его больше не волновала.

«Теперь я понимала, почему он сказал, что не причинит мне вреда».

Потому что, я была уверена, это наверняка сделает Хейн, черт бы ее побрал. Три тысячи лет назад она была могущественной Провидицей, предложенной Кингу ее семьей, которая имела значительное влияние на острове, в качестве невесты. Их брак пошел бы на пользу обеим семьям, но Хейн была неравнодушна к Маку. И к тому же оказалась полной психопаткой.

Кинг сохранил ее дневник, и, прочитав его, я узнала, что она планировала использовать свой дар Провидца и соблазнить Мака, чтобы заставить того убить Кинга, а после сделать его правителем. Ее план провалился, когда появилась я и попыталась остановить ее, за что она и хотела меня убить. Но Кинг казнил Хейн, чем едва не развязал войну с Провидцами. Кинг пожертвовал собственной жизнью, добровольно сдавшись семье Хейн, дабы сохранить мир и предотвратить гибель своего народа. Но смерть Кинга мало повлияла на ход истории. Все равно разразилась война. Все равно минойцы были стерты с лица земли. Душа Кинга все-таки оказалась проклята. А Мак умер и был проклят. Совершив поступки, которые преследовали их с начала времен, оба брата жили в мучениях тысячи лет. Моя попытка вмешаться в историю и что-то исправить только все усугубила. К счастью, Мака, в конце концов, спасла Тэдди, а страдания Кинга окончились тем, что я вернула его к жизни. На этом все и должно было завершиться, но сейчас мы буквально балансировали на грани ситуации гораздо худшей, чем та, которую однажды преодолели.

Я достала из декольте второй телефон — да, наученная горьким опытом, я теперь знала, что запасной телефон всегда должен быть при мне — и позвонила Маку. Он взял трубку после четвертого гудка.

— Мак? Это Миа.

— Какого хрена ты не отвечаешь на звонки? — проревел он.

— Кинг забрал мой сотовый. Он запер меня в комнате в его доме.

— Вашем доме? С ребенком все в порядке?

— Арх в порядке. Я в другом доме. В большом каменном здании на холме, в нескольких милях от нашего.

— Я жил там, кажется, несколько жизней назад.

— Ну, думаю, Кинг сохранил его. Имею в виду, никогда не знаешь, когда снова могут пригодиться старые вещи. Хейн, например. Похоже, ей он также нашел применение.

— О чем ты, черт возьми, говоришь?

— Она возродилась, Мак. В другом теле… И я вне себя. Думаю, он воскресил ее. Ее. Из всех гребаных людей именно ее.

— Так вот чем он занимается. После того, как прослушал твое сообщение, я понял, что он заполучил Чашу.

«О, Божечки!»

Я чувствовала, будто мы оказались в ловушке какого-то ужасного шоу о паранормальных явлениях. Только это — наша реальность. Чаша была древней реликвией, которая, как предполагалось, имела силу воскрешать любого человека из мертвых. Кинг использовал ее, чтобы вернуть к жизни Мака, после того как Тэдди совершенно случайно ударила его ножом. Чаша работала, но Мак, к несчастью, умер на священной земле коренных американцев, и обитавшие на этой земле души хотели получить что-то взамен души Мака. Именно тогда Кинг пошел на сделку и обменял свою жизнь на жизнь брата.

— Я думаю, он возвращает к жизни некоторых людей и помещает их души в тела членов Десятого клуба, — сообщил Мак.

— Каких людей?

— Хочешь знать мое мнение? — спросил он.

— Да.

— Очень опасных людей, которых он сможет контролировать.

«Вот черт!»

Будь все члены Десятого клуба верны Кингу, то их своеобразным соревнованиям по предательствам пришел бы конец. И они присчастливенько плыли бы в своих лодках для извращений в одном направлении и выполняли то, чего хочет Кинг.

Я просто не могла представить, чтобы кто-то обладал подобной силой. И для чего ему это вообще понадобилось?

— Это плохо! Совсем не хорошо, — пробормотала я.

— Вообще-то это может сыграть нам на руку, — возразил Мак. — Любой, кто верен Кингу, будет верен и мне, когда я возьму бразды правления в свои руки.

Теоретически это и правда могло быть полезно, ведь Маку стало бы проще расставить ловушки на людей, которых он полностью контролирует, однако не все используют глаза, чтобы увидеть личность человека перед собой.

— Думаешь, ты сможешь обмануть кого-то вроде Хейн?

«Чертова Хейн!» Кинг на самом деле сказал «любовь моя» и поцеловал ее руку. Я не могла придумать большего оскорбления в свой адрес. Словно нож, окончательно разбивший мое сердце.

— Не волнуйся, я с ней справлюсь. — сказал Мак. — Но тебе нужно как можно скорее убираться оттуда.

Я пребывала в таком шоке, что почти забыла о своем заточении.

— Где ты сейчас? — осведомилась я.

— Поскольку ты улетела в Грецию, я взламываю склад Кинга.

Склад Кинга был снабжен просто хреновой кучей ловушек.

— Значит, ты вот-вот умрешь.

— Возможно, но ты тоже можешь умереть, если…

— Мисс Тернер, вы не перестаете меня удивлять, — услышала я голос Кинга.

— Э-э-э… мне пора. — Я убрала телефон от уха и развернулась к Кингу, молясь про себя, чтобы он не подумал, будто я состою в каких-то отношениях с его братом, с которым разговаривала сейчас. — Я просто проверяла… как дела дома.

— Нужно не забыть в следующий раз, перед тем как запереть тебя, хорошенько обыскать. — Губы Кинга изогнулись в хитрой улыбке.

— Девушке нужно быть настороже, ведь по миру свободно разгуливает столько монстров. — Я кокетливо похлопала ресницами.

— Ты имеешь в виду меня или Хейн? — спросил Кинг своим низким, бархатистым голосом, подойдя ближе и практически прижавшись своим телом к моему.

— И ее, и тебя, — ответила я, глядя прямо на Кинга.

— Ах да, Хейн рассказала мне о некой стычке между вами.

— Она это помнит?

— Идем, хочу кое-что тебе показать. — Кинг повернулся, открыл дверь и вошел в комнату напротив.

— Как насчет того, чтобы просто сказать, что это? — В последнее время мне разонравились сюрпризы.

— Я жду, мисс Тернер! — гаркнул он.

Я зарычала в знак протеста, разрываясь между желанием сбежать и увидеть то, что он хотел мне показать. Если бы он хотел моей смерти, то я уже давно была бы мертва. А если попробую убежать, то он поймает меня всего за пару секунд. Вот вам и преимущество быть человеком без реального тела.

— Я не собираюсь торчать здесь всю ночь, мисс Тернер! — проревел Кинг из другой комнаты.

Неуверенным шагом я проследовала на звук его голоса. Комната оказалась кабинетом, в котором находились письменный стол, стул, ящики со старыми книгами и стопка свитков, сваленных грудой сбоку от стола.

— Закрой за собой дверь! — приказал он.

— Что все это значит? — спросила я, выполняя приказ.

Кинг развернул длинный лист пергамента и пробежался по строчкам взглядом серебристых глаз.

— Я попросил Хейн описать каждую деталь моей жизни, то, что она помнит или может увидеть с помощью своего дара.

— Так вот почему ты воскресил ее.

— Да. Я хотел понять, почему в моих воспоминаниях отсутствуют некоторые фрагменты.

— Почему бы не спросить об этом меня, вместо того чтобы воскрешать психопатку, однажды пытавшуюся тебя убить?

Он вопросительно взглянул на меня.

— На твоем складе в Сан-Франциско хранится ее дневник, и однажды я его прочитала. — Я пожала плечами на его немой вопрос.

— Ну… ее дар Провидца весьма силен. А теперь, когда я вернул Хейн к жизни, она предана мне. Ведь знает, что я могу отнять ее жизнь в любое время.

Мою голову посетил вопрос, а не потому ли он использовал эту чашу и на себе? Как живой человек он был довольно-таки ограничен в возможностях. К примеру, мог ли он, будучи человеком, проникать в голову и мысли других людей? Нет. Убить кого-то одним щелчком пальцев? Нет. Кинг был гораздо опаснее, пребывая в бестелесной форме.

— Итак. Чему ты у нее научился? — спросила я.

— Многим интересным вещам. — В хищном взгляде Кинга вспыхнуло любопытство, и он подошел ближе. — Но кое-что она не смогла мне объяснить. Почему я помню ее, но не помню ни единого момента, связанного с тобой. Так много потерянных воспоминаний.

Кинг провел пальцем по моему горлу и спустился к ложбинке меж грудей, кружа и описывая небольшие круги. Ощущения, вызванные прикосновением, пробудили воспоминания о нас, обнаженных в постели. Воспоминания о том, как он смотрел на меня, изучая каждый дюйм моего тела, словно запечатлевая в памяти каждый его изгиб. Кинг всегда заставлял меня чувствовать себя обожаемой и желанной.

— Хейн говорит, ты была для меня всем, — продолжил он, наклонившись и прикоснувшись губами к моей щеке.

Мое тело не могло лгать так, как разум: тепло его кожи и звук чувственного голоса вызывали трепет во всем теле, отозвавшись в глубине души.

— Так скажи же мне, Миа, почему я отказался от настолько ценных воспоминаний?

Я задрожала от его прикосновений, желая тех ощущений, которые он так умело мог заставить меня испытать.

— Я не знаю…

— Может быть, ты… — он поцеловал меня в шею, едва касаясь губами моей кожи, — сделала что-то такое, что разозлило меня?

— Нет.

— Ты бы не стала мне лгать, верно? — Когда его губы спустились к ключице, по моему телу побежали мурашки.

Я подавила тоскливый вздох.

— Нет. Я была предана тебе. Никогда бы не причинила тебе такую боль, какую ты причинил мне. — Я отступила от Кинга, осознав, что он опасно близко подвел меня к тому, чего я не хотела чувствовать, но так отчаянно желала. Его тело внутри моего.

— Может, мне было легче забыть тебя, чем встретиться с тобой лицом к лицу? — Кинг вновь сократил расстояние между нами и обнял меня.

— Я думаю, мы никогда этого не узнаем. — Я подняла голову. — Ведь теперь у тебя есть Хейн.

— Она здесь для того, чтобы служить мне, а не для того, о чем ты подумала. И сейчас, когда она поведала мне правду о тебе, я уверен, что нам с тобой суждено быть вместе.

Я наклонила голову.

— Как думаешь, кто я на самом деле?

— Самый могущественный Провидец, когда-либо рожденный на свет. Наделенная даром проходить сквозь временные барьеры, видеть мертвых и все остальное, что ей захочется.

— Не знаю, что тебе наговорила Хейн, но я больше не Провидец.

Кинг медленно покачал головой.

— Хейн не пришлось мне ничего говорить. Уверяю тебя, сила все еще течет в твоей крови. Как, по-твоему, мне удалось воскресить сразу пять душ, если сила Чаши рассчитана лишь на одну?

— Я правда не знаю, — ответила я укорительно. — Но даже если ты прав, то мне хотелось бы вернуться к моменту, когда ты отказался от той жизни, что была у нас.

— Мы можем вернуть это, Миа.

Он протянул руку и коснулся моей щеки. Его прикосновение, сначала такое теплое, быстро превратилось в обжигающее. Внезапно я почувствовала, как Кинг проник в меня, запульсировав в моих венах. Но в этот раз вышло не больно, напротив, чувственно и интимно, как будто он обнимал мою душу.

Я хотела отстраниться, но не могла. Я слишком сильно скучала по нашей близости. Он был любовью всей моей жизни, и, как бы мне ни хотелось напомнить себе, что это не совсем тот мужчина, я жаждала обмануться. Еще хотя бы раз ощутить его близость. Его дыхание на моей шее. Услышать глубокие, мягкие стоны. Всем телом почувствовать ласку его рук. Почувствовать его губы… его член… Я желала заполнить дыру в сердце, чтобы снова начать дышать, даже если это продлится всего мгновение.

— Ты хочешь этого, не так ли? — В серых глазах Кинга сверкнуло вожделение, и он притянул меня к себе, позволяя прочувствовать его эрекцию. — Видишь, я не совсем забыл тебя. И со временем, возможно, вспомню остальное. Разве ты не этого хочешь?

«Проклятье!»

Он нащупал внутри меня ниточку надежды и знал, как за нее ухватиться.

— Возможно, судьба разворачивает события так, как они и должны происходить? — продолжил он.

Я уставилась на Кинга, надеясь увидеть на его лице признаки того, что он говорил правду, но видела лишь похоть. Его и мою.

Он наклонился и поцеловал меня. Его губы были такими же, какими я их запомнила — теплыми и чувственными. Это все еще был Кинг. Соблазнительный и притягательный. По-прежнему способный пробудить во мне первобытную похоть. И я сдалась, полностью осознавая, что собираюсь сделать. Совершить ошибку.

Он толкнул меня назад, подхватил под задницу и усадил на стол. Скользнул теплыми ладонями под мои колени и раздвинул их. Закружил пальцами по нежной коже на внутренней стороне бедер, отчего я тихо застонала, впитывая в себя эти ощущения. Но Кинг разорвал поцелуй. Щекоча щетиной кожу, он начал прокладывать обжигающую дорожку поцелуев по моей шее.

— Скажи мне, Миа, — проговорил он, — наша близость всегда дарит нам такие ощущения?

Одной рукой Кинг провел между моих ног, посылая острый сексуальный разряд, отозвавшийся пульсацией глубоко в теле. Другой ладонью обхватил мою грудь поверх темно-синей ткани платья.

— Да, — выдохнула я.

Он скользнул рукой в мои трусики и погрузил палец в разгоряченные складки.

— Ты уже намокла для меня.

Стоило Кингу лишь посмотреть на меня своим особенным взглядом, и я уже была бы готова.

Мое тело невольно вздрогнуло, когда его палец оказался внутри меня.

— Расскажи мне, Миа, что ты чувствовала, когда мы зарождали в тебе новую жизнь?

Он начал двигать во мне пальцем, и у меня сбилось дыхание.

— Это произошло рано утром, когда я нашла тебя в твоем кабинете.

— Похожем на этот?

— Да. — Отвечая на его вопрос, я залилась румянцем.

Кинг снова отыскал мои губы, сливаясь в коротком поцелуе

— Что дальше?

— Ты усадил меня на свой стол, как сейчас.

Он ускорил движения пальца, подталкивая меня к разрядке.

— А потом? — Свободной рукой он расстегнул молнию на брюках, освобождая член.

— Потом ты вошел в меня, — прошептала я.

Он вынул палец, отодвинул мои черные кружевные стринги и приставил член ко входу в мое лоно.

— Вот так? — Он буквально вонзился в меня.

Я ахнула и закрыла глаза, чувствуя, как наши тела сплетаются в единое целое, растворяясь друг в друге. Кинг был сексуальным наркотиком, которого жаждало мое тело.

— Да, — отозвалась я.

Кинг стал медленно двигать бедрами, замедляясь в конце каждого толчка, заставляя меня судорожно вздыхать в ответ.

— Вот так, Миа? Тебе нравится, когда тебя трахают так?

— Да. — У него это всегда отлично получалось.

Он вышел из меня, подтолкнул дальше на стол и стянул с меня трусики. Кинг спустил штаны, позволяя мне увидеть полностью его большой твердый член и отяжелевшие яйца. После притянул меня ближе к краю стола.

— Я хочу, чтобы ты смотрела, как я трахаю тебя, Миа. Хочу, чтобы запомнила наш первый раз. Старого Кинга больше нет. Понимаешь?

Он снова ворвался в меня, но на этот раз двигался жестко, беря свое, но не отдавая взамен.

Мое тело отреагировало чувственной пульсацией.

— Нет!

Он снова сделал резкий выпад бедрами, скользя во мне своим восхитительным твердым членом.

— Его больше нет, Миа. Теперь у тебя есть я.

Я думала, он продолжит настаивать на том, чтобы я забыла мужчину, который по-настоящему владел моим сердцем, но, возможно, сам Кинг нуждался в освобождении больше, чем в подчинении.

Кинг склонился надо мной, и во время поцелуя я почувствовала, как дрожит его тело. Одной рукой он обхватил мою ногу под коленом, чтобы изменить угол проникновения, а другой поддерживал меня за спину, удерживая на месте.

Мое тело открылось ему, и я раздвинула ноги, желая почувствовать его настолько глубоко, насколько он мог в меня проникнуть, но сердце оставалось закрытым. В глубине души я знала, что это не Кинг. Пусть Кинг и не совсем человек с поселившейся тьмой в его жестоком, но любящем сердце. Пусть ему никогда нельзя было доверять, но все же я нуждалась в нем.

Кинг вновь разорвал поцелуй и прижался своим лбом к моему, покачивая бедрами. Его гортанный стон подсказал мне, что он кончает. Его дыхание и громкие стоны смешались в моих ушах. Мне нравилось, когда он подходил к пику. Нравилась мысль о том, что мое тело доставляет любимому мужчине удовольствие; нравился тот момент, когда он изливает в меня свою сперму. Также мне нравилось и то, что ему всегда было мало, потому он заставлял меня кончать снова и снова.

Чувственный плотский взрыв парализовал и одновременно воспламенил все мое тело, погрузив разум в восхитительный туман удовольствия. Кинг продолжал покачивать бедрами, из-под полуприкрытых век наблюдая за тем, как меня накрывают волны оргазма.

— Правильно, Миа. Кончи для меня так, как ты кончала для него.

«Никогда!»

Но в моем воображении мы находились в кабинете у нас дома. В то утро, когда он подарил мне нашу дочь. В тот момент соитие наших тел было как никогда наполнено любовью. А потом почувствовала жар в своем животе. Помню, что когда была беременна Архонтом, то чувствовала спокойное и легкое покалывание внутри, но это ощущение пришло ко мне лишь через несколько недель после зачатия. С дочерью все произошло мгновенно. И теперь я знала почему.

«Она Провидец. Очень сильный Провидец».

И, возможно, именно ее кровь почуял Кинг.

Я же, несмотря на то, что Кинг был и внутри меня, и рядом со мной, ощущала только печаль. Мне не хватало особого послевкусия после наших занятий любовью. Это был пустой трах, обусловленный лишь воспоминаниями о нашей прежней любви.

Кинг поцеловал меня в губы, медленно и чувственно, а затем разорвал поцелуй и отстранился, избегая зрительного контакта.

Странно.

Соскользнув со стола и встав на ноги, я поправила платье. В поисках своих черных стрингов я заметила, как Кинг что-то убрал в свой карман.

«Мои трусики».

Хорошо, может оставить их себе, но почему он не смотрит на меня?

В комнате повисла неловкая тишина. И если мое молчание было сродни трауру, то я не могла даже предположить, что происходит в его голове.

Кинг поправил галстук и направился к двери.

— Будь в подвале через пять минут.

Он ушел, оставив дверь широко раскрытой, а я осталась смотреть на опустевший проем.

«Что, черт возьми, это было?»

Мне показалось, он действительно был чем-то обеспокоен после нашей близости.

Неужели он что-то вспомнил?

— Так-так-так… Похоже, старина Кинг по-прежнему неравнодушен к тебе.

Я подняла глаза и увидела стоящую в дверях Хейн в ее кричащем красном платье. Забавно, но я сразу узнала ее по блеску ненависти в голубых глазах, хотя при нашей прошлой встрече она была красавицей со смуглой кожей, карими глазами и темными волосами. Но этот взгляд ни с чем нельзя спутать. Это просто Хейн.

Я гордо вздернула подбородок и прошла мимо нее, заявив:

— И, похоже, старина Кинг все еще думает о тебе, как о своей маленькой сучке.

Глава 9

Миа

Я вышла из кабинета и прошмыгнула в ванную, где привела себя в порядок и обдумала свой следующий шаг. Если предположить, что каким-то образом я смогу достучаться до Кинга, то физическая близость явно была неким ключом. Что хорошо.

Кинг и сейчас хотел меня, хотел знать о зачатии нашей дочери, и это означало только одно — эмоциональная связь между нами не исчезла. Возможно, она просто перешла на подсознательный уровень. Однако меня беспокоило полное отсутствие в нем теплоты. Нет, не в физическом плане. Кинг по-прежнему очень горяч. Но душа его была холоднее, чем когда-либо.

«Как будто добрая часть его души сломана. Или, быть может, она исчезла насовсем?»

Я промокнула лицо салфеткой, расчесала пальцами выпрямленные пряди волос и вышла из ванной комнаты. У меня в запасе было всего несколько дней, чтобы выяснить, что произошло с Кингом после смерти и что он на самом деле планировал делать с воскресшими из его прошлого демонами.

Я вошла в уютную, по меркам Кинга, гостиную, которая вмещала в себя почти сотню человек, и сразу поняла, что многие из этих официально одетых людей мне уже встречались в Сан-Франциско. Здесь присутствовали также и не знакомые мне люди.

Хейн я нигде не увидела.

«Слава богу!»

Я подошла к выложенному камнем камину и, притворяясь, что любуюсь висящей над ним картиной, украдкой осматривала гостей, запечатлевая их лица в памяти. Что касается картины, то она была жуткой. На ней изображался какой-то старый демон, пожирающий только что вырванное из тела обнаженного молодого мужчины сердце.

Я услышала, как в дальнем конце комнаты кто-то звякнул по бокалу, привлекая всеобщее внимание.

Кинг.

На его лице сверкала дерзкая улыбка, а он сам выглядел чертовски красивым в смокинге. И, казалось, преодолел все, что его беспокоило после нашего короткого свидания в кабинете.

— Мои уважаемые гости! — обратился он к залу, полному элегантно одетых людей. — Как вам известно, я пригласил всех вас сегодня, чтобы возвестить о новом рассвете Десятого клуба. Вы — элита нашего сообщества, могущественные и дальновидные люди, прекрасно понимающие, во что превратится Десятый клуб, как только мы перестанем действовать под покровом тайны. Сейчас мы живем в тени! Но завтра начнем жить, дышать и купаться в свете, создавая новое сообщество, где слабейшие мира сего с радостью занимают свое место. Где ими правят лишь немногие избранные! Сильнейшие! Как и должно было быть испокон веков! — Кинг поднял бокал за гостей, которые с энтузиазмом ему зааплодировали, поддерживая тост.

Я слушала его с открытым ртом. Наш мир и так пережил достаточно темных времен, но это? Все предыдущие проблемы покажутся мелочью по сравнению с тем, что произойдет, если Десятый клуб выйдет на свет.

— О, не могу дождаться, чтобы узнать, какие силы он мне подарит, — произнесла женщина, стоявшая рядом со мной.

— Я слышал, что на этот вечер Кинг припас нечто совершенно особенное. Возможно, он подарит нам способности читать мысли? — отозвался мужчина, которого я, кажется, уже видела в Сан-Франциско.

Итак… эти люди, видимо, новички в клубе, и они веруют в то, что даром получат некие способности?

Мне захотелось накричать на них.

«Ничего в этом мире не дается просто так, идиоты!»

Аплодисменты стихли, и Кинг продолжил:

— А сейчас, мои дорогие, прошу десять наших почетных гостей проследовать за мной.

Зал вновь зааплодировал, когда три женщины и семеро мужчин выступили вперед.

«Десять?» Теперь он проворачивает свой трюк с десятью людьми за раз?

Из только что подслушанного разговора я поняла, что никто из этих людей даже не подозревал о том, что их вот-вот выселят из тел.

«Это плохо!»

Не то чтобы мне было жаль этих животных, разгуливающих как обычные люди в официальных нарядах, но те души, что должны были занять места в их телах, намного хуже.

— Мисс Тернер! — позвал меня Кинг, одним взглядом строго предупреждая, чтобы я не смела портить его замысел. — Мне требуется ваше присутствие.

«Божечки!» Я не хотела помогать ему, но какой у меня выбор? Если попытаюсь сбежать или отказать, он просто убьет меня. А я должна быть в состоянии, чтобы помочь Маку или спасти Кинга. «Или и то, и другое».

Я сделала глубокий вдох и последовала за отобранным стадом через столовую с огромной хрустальной люстрой под потолком. Мы прошли через небольшой коридор к двери, за которой виднелся темный пролет с узкой лестницей.

Стоя в конце очереди, за женщиной в белом платье со стразами, я застонала. Я знала, что произойдет внизу. Кинг совершит свой кровавый ритуал и поднимет из могил десять человек.

Я спускалась вниз под глухой звук каблуков и подошв впереди идущих людей, погрузившись в мысли. Если Кингу под силу воскресить кого угодно, то почему я не могу воскресить его во второй раз? То есть, я догадываюсь, почему он этого не хочет, ведь в своем нынешнем состоянии призрака он намного могущественней. Но что, если у меня получится каким-то образом заставить его? Станет ли он снова самим собой, или его темная душа просто окажется в живом теле?

Попробовать стоило.

Оказавшись в подвале, я встала в углу. В этот раз я наблюдала за каждым движением Кинга. Прислушивалась к каждому слову и запоминала каждый символ, которые он рисовал на полу и стенах, прежде чем попросил меня выйти вперед.

— Позволь мне сделать это самой, — попросила я, забирая из его руки кинжал.

Взгляд Кинга наполнился похотью и голодом, когда я, порезав свою ладонь, собирала в чашу кровь.

Думаю, я только что заслужила его доверие.

~~~

После кровавой церемонии в десяти людях, покинувших подвал, жили уже не те души, что вошли сюда. Я оказалась права. Предшествующий этому ужин, формальности и речь Кинга были притворством. Когда ритуал завершился, я наблюдала, как старые друзья, смеясь, обнимались, поднимали тосты и кричали от восторга на незнакомых мне языках. Все это напоминало встречу старых приятелей по колледжу. Я видела, как Хейн здоровается с брюнеткой, в глазах которой стояли слезы. Практически сразу я почувствовала, как из угла, в котором они стояли, сочится энергия. Даже совсем недавно зародившаяся жизнь в моем животе начала трепыхаться, точно бабочка, в панике.

Вот черт!

Я взглядом осматривала подвал в поисках Кинга, который куда-то исчез сразу после церемонии. Я ведь планировала остаться с ним наедине. Возможно, мне бы удалось узнать, когда запланирована следующая вечеринка. Тогда бы я позвонила Маку и предложила план сорвать ритуал и вернуть Кинга.

Я сделала глоток имбирного эля, чтобы успокоить желудок.

«Успокойся, маленькая Ариадна».

Так я планировала назвать свою дочь. Ариадна означала «дочь короля».

— Мисс Тернер?

Повернувшись, я увидела посвежевшего после душа и переодевшегося в новый смокинг Кинга. Он сердито смотрел на меня сверху вниз глазами цвета стали.

— Да?

— Не могли бы вы пойти со мной?

Я хотела пойти с ним, но мне не понравился его сердитый тон. Ведь у него не было причин сердиться.

— Зачем?

— Идем со мной! — строго повторил он.

— Ты собираешься причинить нам вред? — Да, я специально сказала «нам», потому что не собиралась ходить вокруг да около.

— Нет, — ответил он, схватив меня за руку и потянув за собой.

— Подожди! Кто-то другой собирается причинить нам вред?

— Нет! — В глазах Кинга мелькнуло раздражение.

Он повернулся и направился к выходу, а я последовала за ним. И слегка опешила, когда мы очутились в небольшой гостиной с уютным камином.

Обернувшись, Кинг вновь посмотрел на меня с высоты своего роста.

— Что? — спросила я.

Кинг рывком подтянул меня к себе и обнял, впиваясь своими губами в мои. Я замерла, гадая, что с ним происходит, но не могла не заметить его страсти. Кинг положил одну из своих ладоней на мою щеку, углубив поцелуй.

От него исходили волны стольких эмоций, что у меня мгновенно закружилась голова.

«Таким он и должен быть, неужели он становится самим собой?»

Его язык нашел мой, сплетаясь с ним словно в танце, и я растворилась в поцелуе.

Сердце Кинга не могло меня забыть. Я должна была сразу понять, что наша любовь — это единственное, что ему нужно. Наверное, он так странно вел себя после секса именно из-за этого.

Когда Кинг разорвал поцелуй, в его взгляде застыло что-то дикое.

— Ты чертовски удивительна, Миа. Вместе, — он опустил руку на мой живот, — мы будем неудержимы.

«Тпру, стоять!»

— Кинг, ты вообще меня помнишь?

— Я уже говорил тебе, Миа. Тот мужчина, за которого ты вышла замуж, исчез и никогда не вернется. Но то, что может быть у нас с тобой, намного лучше. Никто больше не будет угрожать тебе. Никто не тронет. Весь мир ляжет к твоим ногам. Тебя ждет жизнь королевы, которой ты и должна была стать.

«Королевой? По его мнению, мне хотелось стать королевой?»

Нутром я чувствовала, что вот он — переломный момент. Момент, когда я смыла в раковину мою веру, надежду, любовь и взмолилась, чтобы все наконец-то получилось. Чтобы у меня, в конце концов, получилось достучаться до него, и он вернулся. Или мне пора сдаться? Пора перестать лгать сквозь зубы и манипулировать им, зная, что он сказал правду и что для нас все кончено? Человек, которого я любила, в самом деле исчез, и лучшее, на что я могла надеется, — это покончить с его темной сущностью и Десятым клубом.

Мое сердце будто бы провалилось в темную дыру, и мне показалось, что я снова теряю его. Потому что история научила меня одному: надежда ни черта не дает. Если я хочу жить, если хочу, чтоб мои дети были свободны от всего этого кошмара, то должна поставить их на первое место. Я не могла позволить себе роскоши просто ждать и смотреть, что случится дальше.

Я попыталась заполнить свой разум воспоминаниями о прожитых нами днях, чтобы Кинг чувствовал внутри меня радость. Я вспомнила день нашей свадьбы, ведь мы поженились совсем недалеко от этого места, на одном из пляжей Крита.

Вспомнила, как он занимался со мной любовью. Как говорил, что сильно любит, как обнимал меня и умолял поклясться, что я никогда его не покину. Я вспомнила о выражении глаз Кинга, когда он впервые взял Арха на руки.

В тот момент я думала только о том, что боль и страдания, которые сопровождали его на протяжении тысячи лет, стоили того, чтобы получить второй шанс — жить и быть отцом.

Я смотрела на отражение танцующего пламени в серебристых глазах Кинга.

— Не знаю, Кинг. Кто эти люди? Можно ли им доверять? Ты уверен, что они не причинят нам вреда? — задавала я вопросы, понимая, что придется немного посопротивляться, иначе он не купится на мою сговорчивость, а мне нужно завоевать его доверие.

— Тебе нечего бояться, — сказал он. — До тех пор, пока клянешься быть верной мне и забыть старого Кинга.

Он наклонился, прижавшись кончиком носа к моему.

«О черт!»

Пламя в его глазах исходило не от камина.

— Что с тобой произошло? — прошептала я.

— Совершенствование. И ты не можешь остановить это, Миа, никто не может.

Волосы на моем затылке встали дыбом.

Кинг взял меня за подбородок, пригвоздив к месту своим демоническим взглядом.

— Я вижу, что ты держишься за прошлое, Миа, но его нужно отпустить, твой муж остался лишь в воспоминаниях.

— Что с тобой произошло? — повторила я.

— Кого, черт возьми, это волнует? — Кинг раздраженно покачал головой.

— Это волнует меня.

— Ты хоть знаешь, кем на самом деле был тот человек, Миа? Понимаешь, за что цепляешься? — Его улыбка ожесточилась.

— Конечно знаю.

— Нет, ты как раз-таки не знаешь, а я довольно много узнал об этом человеке, о человеке, которым я когда-то был и которому вы все буквально поклоняетесь. — Он покачал головой. — Он такой слабый, такой мягкий.

Я почувствовала закипающий во мне гнев.

— Он был хорошим человеком.

Кинг нахмурился.

— Да что ты говоришь? — Наши тела прижались к друг другу, и он наклонился, чтобы прошептать мне на ухо: — А ты знала, что он трахнул Талию всего за день до своей смерти?

«Что?»

Талия была сообщницей Кинга во многих преступлениях в течение многих лет. И, как он рассказывал мне, их отношения закончились, потому что она захотела большего, а он отказался. Позже его жизнь переплелась с моей, и он полностью вычеркнул Талию из жизни. Конечно, она этому не обрадовалась.

Я отступила на шаг назад.

— О чем ты говоришь?

В его глазах блеснуло злорадство.

— Это правда. Тот человек, ради которого ты пожертвовала бы жизнью, которого возводишь на пьедестал, был тебе неверен. Он трахнул ту женщину в гостиничном номере.

— Я тебе не верю, он бы никогда…

Он ненавидел Талию, она была словно надоедливый таракан, которого он хотел раздавить.

— Это правда, — услышала я донесшийся из коридора голос и, обернувшись, увидела соблазнительную брюнетку. Одну из тех женщин, что недавно разговаривали с Хейн.

— Он трахнул меня, лишь бы заполучить Чашу. А как только я рассказала ему, где она находится, он убил меня. — Она рассмеялась.

— Талия? — пробормотала я.

Она неторопливо подошла ко мне, знакомо покачивая бедрами.

— Я восстала из мертвых, маленькая сучка.

А я ведь даже не знала, что она мертва. Мои внутренности так сковало холодом, что я не могла злиться или чувствовать что-либо еще, кроме того, что мое сердце разрывалось на тысячи маленьких кусочков.

— Это правда, — продолжила Талия, подойдя к Кингу. — Он прижал меня к стене, словно разъяренный зверь. А я сказала ему, что он получит желаемое только в том случае, если я тоже получу свое.

Это стоило того, чтобы быть задушенной.

«Стойте!»

Ее слова не имеют смысла, ведь Кинг никогда бы так не поступил.

— Вы оба это выдумали!

Кинг покачал головой.

— Господи, Миа, ты так упряма. Все было именно так, как тебе говорят. Можешь спросить женщину моего брата, Тедди. Она тоже там была.

У меня закружилась голова, и я почувствовала, что мое сердце будто вырвали из груди. Происходящее как-то внезапно перешло от плохого к наихудшему. И…

«Кинг изменил мне! Он, блядь, изменил мне ради Мака?! Гребаный Мак!»

Мое сердце не могло принять то, что Кинг предпочел брата своим детям и жене. И он, черт возьми, изменил мне.

— О нет, маленькая Провидица обиделась? — надула губы новая Талия.

И тут гнев, вспыхнувший во мне, вырвался на волю.

— Ах ты гребаная сука! — Я бросилась к ней, повалив на пол.

Я обхватила ее шею руками и сжала так сильно, что ее лицо исказилось. Она попыталась оттолкнуть меня от себя, но не смогла.

— Ты! Отвратительный кусок дерьма!

Я сжала ее шею обеими руками, наблюдая, как ее лицо краснеет.

— Достаточно, мисс Тернер, — сказал Кинг с усмешкой, просунув свои руки под мои и обхватывая пальцы. — Отпусти злую леди. Я воскресил ее не для того, чтобы ты снова ее убила.

Я хваталась за шею Талии так долго, как могла, но Кинг все равно разжал мои пальцы. Талия охнула и, пошатываясь, поднялась на ноги, потирая шею.

— Я убью тебя! — прохрипела она. — Тебя и твоего маленького ребенка. Спущу с него шкуру живьем и заставлю тебя смотреть на это.

Если я что и знала о членах Десятого клуба, так это то, что они никогда не разбрасываются пустыми угрозами и никогда не прощают обиды.

— Нет, если я убью тебя первой! — сплюнула я.

Ослепленная гневом, я быстро обвела взглядом комнату, схватила настольную лампу из кованого железа и замахнулась. Та врезалась прямо в висок Талии с громким треском, отчего она рухнула на пол.

— Думаешь, ты, черт возьми, напугала меня? — закричала я на ее неподвижное тело.

Я подняла лампу, чтобы добить ее.

— Никто не смеет угрожать моему ребенку, никто!

— Достаточно, мисс Тернер! — взревел Кинг и выхватил лампу у меня из рук.

— Трахаешь ее, да? Нарушаешь данные мне клятвы с этой омерзительной сукой? Ты бросил все, что было у нас хорошего, ради этого? Ради того, чтобы трахнуть ее? — Я попыталась толкнуть его, но это ничего не дало, ведь он был не настоящим мужчиной. Этот Кинг соткан из силы и иллюзии, а не из настоящих плоти и костей.

— Это? — спросил он спокойным, наполненным ярости тоном в ответ на мой изумленный взгляд. — Все, что имеет значение, — сила. А теперь ты видишь, что отсутствие этой силы делает с людьми. Они должны идти на компромиссы, просить милостыню, воровать и пресмыкаться, чтобы получить желамое. Они находятся во власти других. — Он схватил меня за все еще ноющее запястье. — Будь у твоего жалкого муженька чуть больше власти, то ему наверняка не пришлось бы трахать ее, чтобы помочь своему брату.

— Хочешь увидеть силу? — Я выдернула руку из его хватки и ткнула ему в лицо средний палец. — Пошел ты, Кинг! Ты и твой проклятый Десятый клуб.

Повернувшись, я выскочила из комнаты, прекрасно зная, что не одна, что он был рядом со мной. Я чувствовала его аромат в воздухе, ощущала его на своей коже, но, дабы не доставить ему удовольствия, не проронила ни слова.

Я прошествовала мимо нескольких гостей, которые пришли на вечеринку и выглядели счастливыми и элегантными.

Я предположила, что это новые члены Десятого клуба. Наверняка им скормят гигантскую кучу какого-нибудь гнилого дерьма, чтобы потом использовать в качестве пешек для маленькой армии Кинга. Ну, или для большой армии. Я не знала, как далеко он зайдет и скольких еще людей воскресит.

Знала только, что Кинг собирал и воскрешал самых мерзких, жестоких садистов, когда-либо ходивших по этой земле. Даже тех тварей, которые когда-то были его врагами. Вероятно, ему нравилось заставлять их пресмыкаться и вылизывать его сапоги.

«Да этот придурок тоже садист».

Я спустилась к подъездной дорожке, проходя мимо бесконечной вереницы дорогих автомобилей и шоферов, собиравшихся небольшими группками, курящих и болтающих о том, что же происходит на вечеринке в Десятом клубе.

Примерно в пятнадцати машинах от меня я заметила Арно, который хмуро наблюдал за моим приближением. Внезапно я будто бы врезалась в стену и чуть не упала назад. Я моргнула, проясняя зрение, но передо мной, естественно, была пустота, ничего, что можно увидеть.

«Гребаный Кинг».

— Убирайся с моего пути к чертям! — огрызнулась я.

— Поужинай завтра вечером со мной.

— Пошел ты! — Я попыталась обойти его, но снова врезалась в невидимую стену.

Должно быть, для посторонних глаз я выглядела, как сумасшедшая пьяница.

— А что, если я хочу сделать тебе предложение, которое ты захочешь услышать? — спросил он.

«Ох уж этот Кинг и его дурацкие сделки».

— Еще одно? Как насчет того, что ты обещаешь никогда не вести себя как древний придурок, обманщик, эгоистичный тиран, а потом нарушаешь это обещание? Нет уж, спасибо!

— Нет, это про твоего брата.

Мое тело застыло, а сердце сжалось в груди.

— Теперь ты знаешь, что у меня есть сила вернуть любого, пока у меня есть тело, которое я могу предложить душе.

На мой взгляд, нет никаких оправданий тому, какую боль причинил мне Кинг, всем его поступкам, но я не могла отрицать, что смерть Джастина оказала разрушительное влияние на меня и моих родителей. Джастин был хорошим человеком с большим сердцем, а единственной его ошибкой стало то, что он связался с Вауном — предыдущим президентом Десятого клуба. Этот больной психопат каким-то образом оказался спонсором крупных археологических раскопок Джастина на юге Мексики. По договоренности, в обмен на финансовую поддержку Ваун должен был получить все, что раскопает Джастин и что представляет для него интерес. Конечно, все закончилось плохо.

Джастин связался не просто с любовницей Вауна, а с его собственностью по законам Десятого клуба. После того как Джастин нашел на месте раскопок нечто важное, он попытался освободить девушку от рабства, думая, что сможет использовать свою находку как разменную монету. У Джастина не было ни единого шанса. И у беременной от него девушки тоже.

Я убила Вауна за то, что он сделал с Джастином и женщиной, носившей его ребенка, но боль никуда не делась.

Единственное, что дарило мне успокоение, — это осознание того, что Ваун не сможет преследовать моих родителей, ведь он обещал содрать с них кожу прямо на камеру и надругаться над ними.

«Больной, просто больной ублюдок».

— Сэр, отойдите от миссис Минос! — Арно подошел ко мне, рыча как бешеный питбуль, его глаза были прикованы прямо к чему-то невидимому рядом со мной.

— Арно, старый друг, как приятно тебя видеть. — Кинг по-прежнему оставался невидимым.

— Мы не друзья, отойдите от нее.

— Или что? — спросил Кинг.

— Или Спирос сдержат свою клятву, — спокойно ответил Арно.

— Ужин в «Калипсиане», — сказал Кинг. — В девять часов.

Я поняла, что Кинг исчез, когда воздух вокруг нас стал прохладным и неподвижным.

— Идемте. — Арно предложил мне свой локоть.

Мои колени дрожали, а сердце колотилось от токсичного шока. Я вцепилась в Арно и позволила ему помочь мне забраться на заднее сиденье лимузина. Арно на высокой скорости помчал нас домой.

— Что за клятва, о которой ты говорил? — поинтересовалась я.

Арно хранил молчание.

— Ладно, можешь не говорить, но вы, должно быть, принесли ее совсем недавно, иначе я бы знала.

Арно едва заметно кивнул.

— Клятва была дана перед тем, как Кинг ушел помогать Маку?

Арно кивнул.

«Проклятье».

Еще одно доказательство того, что Кинг знал о возможных последствиях и придумал план на случай непредвиденных обстоятельств.

— Кинг заставил тебя дать клятву на случай, если я окажусь в беде? — задала я следующий вопрос.

Арно продолжал молчать.

— Понимаю, он заставил тебя поклясться не рассказывать ни мне, ни кому бы то ни было еще, но Кинг чувствовал, что произойдет нечто плохое?

— Он верил, что это возможно.

«Черт!»

Значит, он принял меры предосторожности ради нас точно так же, как обезопасил наш дом, а Спирос благодаря ему стали более лояльны по отношению ко мне.

— Арно, а если бы Кинг планировал причинить мне боль, то эта клятва стала бы уместной?

— Вы знаете, что я ничего не могу сказать, миссис Минос, это риск для благополучия моей семьи.

Безусловно, я не хотела подвергать опасности его семью. Но все, что сказал ему Кинг, я могла бы использовать, чтобы защитить нас и навредить ему.

— Это лот номер девяносто четыре? — еще раз попыталась я.

Арно метнул на меня очень строгий взгляд темных глаз. Должно быть, я пришла к верным выводам. На складе Кинга имелось нечто такое, чем мы могли бы воспользоваться, если все обернется катастрофой.

— Просто ответь, ты знаешь, что находится на месте девяносто четыре? — спросила я.

— Не могу сказать.

— Но ты знаешь, как к нему подобраться?

Арно бросил на меня еще один взгляд, который дал мне понять, что он все знает.

— Пожалуйста, миссис Минос, я ничего не могу вам сказать, просто знайте, что были приняты меры предосторожности, ведь ваш муж отнюдь не глупый человек.

Я откинулась на спинку сиденья.

Что бы ни находилось на том складе, оно могло убить Кинга, если дела пойдут совсем плохо.

Возможно, Кинг не только сказал Арно, как добраться до этой вещи, но и предупредил, что это такое и как им пользоваться. Одно я знала точно: Мак тоже знал и пытался проникнуть на склад, чтобы забрать предмет.

Итак, Кинг предоставил двум людям, которым более-менее доверял, все нужные сведения для того, чтобы покончить с ним.

«Но почему не мне? Почему он не сказал мне?»

Потому что он изменил мне. Кинг боялся отдать свою жизнь в мои руки.

Я горько рассмеялась.

«О, Кинг, как хорошо ты меня знаешь».

Глава 10

Миа

Пробило девять часов вечера, когда Арно подъехал к историческому отелю, расположенному на пышном зеленом склоне с оливковыми деревьями и великолепным видом на долину внизу. С тех пор как согласилась на то, чтобы Крит стал нашим домом, у меня не было возможности в полной мере изучить остров. А все потому, что первые шесть месяцев брака мы провели в свадебном путешествии на яхте Кинга. Арха я родила в Сан-Франциско и после родов пробыла почти четыре недели в доме моих родителей, прежде чем обосноваться в нашем собственном. Но прожили мы там совсем не долго, потому что Мак попал в беду, и нам пришлось вернуться в США, чтобы найти его.

Прежде чем выйти из машины, я попросила Арно припарковаться поближе, ведь наш ужин не займет много времени, и направилась по дорожке к ресторану отеля — к прекрасному зданию, построенному из камня с большими арочными дверными проемами. Оно было настолько элегантно и просто, как это возможно только на Крите. Отель не попадал под категорию массивных храмов древней Греции, возведенных в честь каких-то богов.

Я подошла к арке, освещенной мерцающими белыми огнями, и молодая женщина в черных туфлях на каблуках спросила мое имя. Когда я представилась, она провела меня через на удивление пустой ресторан на террасу, с которой открывался вид на простирающийся внизу город. Я подозревала, что Кинг арендовал этот ресторан на ночь, что было совершенно в его духе, но это больше не производило на меня впечатление.

— Мисс Тернер?

Высокая внушительная фигура Кинга, облаченная в превосходно скроенный черный костюм, поднялась из-за стола. Он обошел его, чтобы отодвинуть для меня стул.

Я была полна решимости покончить со всем как можно скорее.

— Можешь отбросить рыцарство, я здесь по делу.

— Мне нравятся женщины, которые знают, когда переходить к делу. — Он все равно дождался, пока я займу место.

— Тебе нравятся женщины, которые пресмыкаются перед тобой, облизывая каблуки твоих начищенных туфель! — Я неохотно опустилась на стул.

— Ошибаешься. — Он сел напротив меня, поигрывая своими широкими плечами. — Я терпеть не могу покорных женщин.

— Ой, верно, чуть не забыла. Тебе нравится, когда они дерутся, ведь пожирание их душ после этого приносит просто несравненное удовольствие.

Он рассмеялся.

— Ты так хорошо меня знаешь.

В этот момент подошла официантка, и Кинг заказал чистый скотч для меня и мартини для себя.

— Нет, спасибо, я буду минеральную воду, — исправила я заказ.

Кинг опустил взгляд на мой живот, когда молодая женщина нервно поспешила прочь.

— Мои извинения. — Он склонил голову. — Я чуть не забыл. Спасибо, что заботишься о моей дочери.

Мои кулаки сжались под столом.

— Она на самом деле не твоя, не так ли?

— Конечно, она моя.

— Забавно, когда дело доходит до разговоров о том, что ты делал перед своей последней встречей со смертью, например, про обман или данные тобой обещания, ты умываешь руки. Но хочешь взять на себя ответственность за моего ребенка?

— Что я могу сказать, я мужчина и беру на себя ответственность, когда мне это удобно. — Кинг сверкнул своей фирменной усмешкой.

— Ладно, Кинг, у меня нет времени на твои игры. Назови свою цену! — Я скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула.

— О, — наклонился он, — но я собирался сказать вам, мисс Тернер, как сильно наслаждался нашим небольшим вчерашним свиданием. Вкусом губ, теплом между вашими бедрами. Вашими стонами, когда я наполнял вас своей спермой.

Я потерла пальцами брови, надеясь, что он увидит в этом жесте «фак».

Я любила этого человека больше собственной жизни, но теперь он обращался с моим сердцем как с игрушкой.

— Э… да… нет. Кинг, ты не можешь сказать мне ничего, что привело бы туда, где ты хочешь меня видеть. Ни в твою кровать, ни к твоему столу, ни на твою сторону. Никуда. Так что даю тебе десять секунд, чтобы сказать, что ты хочешь в обмен на Джастина, а затем я встану из-за этого стола.

Его дьявольская улыбка растворилась.

— Ты слишком настойчива для женщины, у которой нет козырей.

— У меня их много, но рассказывать тебе о них — ход новичка. Говори, у тебя осталось пять секунд.

Кинг наклонил голову и вздохнул.

— Хорошо. — Я поднялась с места. — Желаю счастливой жизни, если ты называешь жизнью свое порочное состояние.

— Ваун или Джастин, мисс Тернер? Кого бы вы хотели вернуть обратно, потому что выбор за вами.

Я замерла как вкопанная.

«Черт».

Я медленно села обратно, стараясь дышать ровно, несмотря на ужас, сковавший все мое нутро. Как, черт возьми, он всегда умудряется выяснить, чем можно мной манипулировать, ведь этот засранец даже не помнит меня.

«О, но он воскресил мертвых, которые многое знают».

— Я вся внимание, Кинг, но если вернешь Вауна, то он убьет меня. Меня и этого ребенка.

«Вместе со всеми членами моей семьи, после того как заживо сдерет с них кожу».

— Ну же, мисс Тернер. — Он поставил локти на стол, и в его прекрасных серебристых глазах появился радостный злой отблеск. — Что заставляет вас думать, что я позволю этому случиться?

Подошедшая официантка быстро поставила на стол наши напитки и скрылась, должно быть, почувствовав злобу, витающую в прохладном ночном воздухе.

Кинг поднял изысканный бокал с мартини, смакуя, сделал глоток и поставил на белую скатерть.

— Я бы заставил его подождать с твоим убийством до рождения ребенка. Ты что, считаешь меня варваром?

— Вау, ты просто… — Мне не хватало слов, поэтому я саркастично добавила: — Потрясающий.

— Я человек, который получает то, что желает.

— И что же ты желаешь? Ох, подожди… — Я выставила вперед ладонь. — Я хочу вас, мисс Тернер! — сказала я глубоким, насмешливым голосом, похожим на его.

Он высокомерно усмехнулся.

— Очень хорошо, Миа.

Не совсем, но Кинг был предсказуем, когда дело касалось меня.

— Итак, я соглашаюсь быть твоей, а ты возвращаешь мне Джастина?

— Полагаю, если быть более точным, ты соглашаешься быть моей, а я не возвращаю Вауна. Но да, ты сможешь жить и быть матерью для своих детей.

Он, вероятно, продумал все заранее: ему было известно, что он может загнать меня в угол своими угрозами, но рано или поздно я отыщу способ изменить правила игры. А это означало, что он будет использовать любые рычаги, какие только сможет, чтобы держать меня в узде вечно. Но существовало лишь два рычага, которые он в самом деле мог использовать против меня.

«Нет, нет. Я не позволю этому дерьму случиться».

Я бы не согласилась на роль его подстилки до конца жизни, пока он будет делать со мной все, что хочет, и использовать моих детей в качестве рычага давления на меня.

Я встала из-за стола, сдерживая желание плюнуть в его великолепное лицо.

— Никакой долбаной сделки! Я не стану твоей маленькой игрушкой и не позволю использовать наших детей, чтобы контролировать меня. Я не проживу свою жизнь с кем-то, чье слово ничего не стоит и чье сердце — бездонная темная яма. А что касается Вауна, — я уперлась ладонями на стол, едва ли не рыча, — то давай, черт возьми, я убила его однажды и не побоюсь убить снова. А если ты приблизишься ко мне, Кинг, если будешь угрожать мне, то это станет твоим падением.

По иронии судьбы он сам об этом позаботился.

Он должен был понимать, что Мак и Арно владеют ключом к тому, чтобы поможет покончить с ним по его же собственному замыслу.

Я рассмеялась.

— Ты поимел сам себя.

В следующую секунду Кинг схватил меня за горло своей мощной рукой, приподнимая над полом.

— Следите за словами, мисс Тернер, этот ребенок не будет находиться внутри вас вечно.

Он опустил меня, и я схватилась за шею.

— Ты не сможешь меня сломить, Кинг, потому что я устала бояться! — Я выпрямила спину, встала на цыпочки и потянулась к нему. Разорвала я поцелуй так же внезапно, как и начала его. — Никто не любил тебя так сильно, как я, Кинг, никто! И это самое забавное в любви, ведь она легко может превратиться в ненависть.

Он, усмехнувшись, кивнул.

— Боже милостивый, мисс Тернер, вы просто восхитительны. Я получу огромное удовольствие, когда сломлю ваш дух.

С этими словами Кинг исчез.

А я раздраженно вздохнула и взглянула на звездное небо, молясь о силе и терпении. Неспособность к подчинению только усугубляла его решительность сломить меня.

«Он никогда не остановится, никогда не отпустит меня».

Холод пронесся по телу, ведь теперь я знала, что нужно сделать. Я должна была заполучить в свои руки лот девяносто четыре и нажать на пресловутый спусковой крючок.

Выйдя из ресторана, я села в ожидающий меня лимузин.

— Поехали, Арно!

— Все в порядке, мэм?

— Нет, но будет.

Тридцать минут спустя мы подъехали к дому и на подъездной дорожке обнаружили припаркованный красный «Феррари».

Мак…

Только он мог взять на прокат гребаный «Феррари». Этот мужчина любил машины, самолеты, оружие и все, присущее крутым парням.

Я вошла через парадную дверь и увидела стоящего в гостиной Мака, который поджидал меня.

— Когда мы убьем Кинга? — спросила я.

Глава 11

Миа

Мы сидели с Маком в гостиной, панорамные окна которой выходили на океан, теперь казавшийся мне морем тьмы. Что было уместным, ведь именно это я ощущала внутри себя. Просто тьму. Я положила руку себе на живот. Я не могла допустить, чтобы моя Маленькая Провидица росла с таким количеством ненависти и гнева вокруг и внутри меня. Мне надо сосредоточиться на свете в конце тоннеля, который означал уверенность в том, что мои дети будут в безопасности.

— Прости, что не рассказал тебе о Талии. — Мак поднялся с дивана, стоявшего напротив меня, и начал расхаживать по комнате с белоснежно-белой мебелью, так любимой Кингом. — Тедди тоже сожалеет, но мы не видели в этом смысла. Кинг к тому времени был мертв, и мы понимали, как тебе тяжело смириться с тем, что он обменял свою жизнь на мою.

Я кивнула, стиснув зубы, и скрестила руки на груди, уставившись прямо перед собой, в никуда.

— Мне правда жаль, Миа, но мы хотели защитить тебя, хотели позволить тебе сосредоточиться на Архе и снова собрать свою жизнь воедино, — выдохнул Мак. — Это было нелегко ни для кого из нас, ты должна знать.

Мак в самом деле не понимал, что он и Тедди тоже часть моей жизни? А теперь я узнаю, что у них есть от меня секреты. Как мне доверять им после этого? Так чертовски больно.

«Тем более меня не от чего было защищать».

— Ладно, что сделано, то сделано! — сказала я, понимая, что у нас есть дела поважнее. — Где сейчас Тедди?

— Теодора здесь, на острове, она сейчас отдыхает в отеле.

Тедди — сокращение имени Теодора, которое ей совсем не подходило, а Тедди звучало очень тепло и безобидно. Она была Провидицей и, по-моему мнению, могла бы стать чрезвычайно могущественной, если бы научилась контролировать свой дар.

— Поэтому вы не отвечали на звонки? — спросила я, хотя уже догадалась, что во время звонков они находились в самолете. — Но я удивлена, что ты взял ее с собой.

— Мне спокойнее, когда она рядом. Она беременна, — голос Мака полнился тревогой.

Я повернулась, чтобы посмотреть на лицо Мака.

— Это же отличная новость!

Они еще не были женаты, но оба хотели детей. Хотя порядок действий в этом деле не имел никакого значения, если честно.

— Нет, это чертовски плохие новости! Сейчас неподходящее время.

Я поймала себя на мысли, что мне больно смотреть на то, как Мак проводит руками по своим темным волосам, взъерошивая их. Они с Кингом действительно являлись копиями друг друга.

— Я тоже беременна. — сказала я. — Так что понимаю, к чему ты клонишь.

Голубые глаза Мака расширились от шока.

— Вау, поздравляю?

Я кивнула; мы все отлично понимали, что времена сейчас опасные.

— Спасибо. Ну, теперь покончить с Клубом стало первостепенной задачей. Ты забрал лот девяносто четыре? — осведомилась я.

— Да, Арно вчера позвонил мне и сказал, как я могу его получить.

Я вскочила с дивана.

— Что он сделал?

— Он сказал, что Кинг угрожал твоей жизни, и пришло время сделать это, ведь выставленные Кингом условия были выполнены.

«Почему Арно ничего не сказал мне, почему смолчал?»

— А какие были условия? — спросила я.

— Ты, верно, догадалась, что Кинг оставил нам обоим записки, где говорилось, что, если он вернется и что-то пойдет не так или он не сможет вернуть контроль, то мы должны будем использовать лот девяносто четыре, чтобы защитить тебя и Арха.

Мы все знали, как это бывает. До того, как я вернула Кинга, в его жизни случалось всякое, потому что проклятье внутри него заставляло его делать ужасные вещи. Он пытал и убивал людей, даже наказывал самого себя. В конце концов, он приобрел странные татуировки, и этот трюк помогал ему держать демонов в узде.

— Ну и хорошо, — произнесла я, хотя ничего хорошего на самом деле не было.

Мак достал из кармана стеклянный флакон и поставил на кофейный столик рядом с диваном, на котором я сидела.

— Что это? — поинтересовалась я.

— Лот девяносто четыре — это пузырек с чернилами.

Я нехотя взглянула на пузырек.

— Так что, это своего рода смертельное проклятие?

— Да

— И откуда в нем эта сила?

Предметы, обладающие силой, не растут в фруктовых садах, они должны быть созданы и наделены властью людьми, у которых эта сила имелась в избытке.

— Предполагаю, в составе есть кровь Провидца.

Я потерла лицо ладонями. Кинг убил много Провидцев. Ненависть к Хейн и ее семье, которые стали причиной гибели его людей, глубоко укоренилась в его сущности. Он желал избавить мир от им подобных. Конечно, я тоже была Провидицей, но он никогда не видел во мне врага, только…

«Все меняется».

— Итак, что же нам делать? — Я уже представила, что нам придется сотворить какое-нибудь сложное заклинание.

— Мы напишем этими чернилами его имя на бумаге.

— И все? — Это казалось слишком простым.

— Все.

— И на этот раз Кинг не сможет вернуться?

— Проклятье убивает не просто тело, оно убивает душу. Он не сможет вернуться, потому что от него ничего не останется.

Кровь застыла в моих жилах. Вот оно! Момент, когда мы покончим с Кингом раз и навсегда. А вместе с его смертью умрет любая надежда когда-нибудь вернуть то, что я потеряла. Пусть эта надежда была размером с пылинку, но мне придется оплакивать его снова и снова… Мои воспоминания о Кинге были слишком дороги сердцу.

— Но мы не можем сделать это сейчас.

Я сморгнула выступившие слезы.

— Почему?

— Сначала нам нужны имена членов Десятого клуба.

Пазл в моем мозгу собрался воедино.

— Кинг единственный, кто знает всех участников.

И я имела в виду не только имена в их свидетельствах о рождении или паспортах. Некоторые из этих людей уже были не теми, кем казались снаружи.

— Да, но если мы убьем только лишь Кинга, то Десятый клуб…

— Продолжай.

— Кто-нибудь другой возьмет власть в свои руки, поэтому все они должны умереть.

Я покачала головой.

«Черт возьми, ну почему это становится только труднее».

— Кинг не скажет нам их имена.

— Скажет, если ему придется выбирать между ними и самим собой.

— Значит, ты собираешься угрожать ему, чтобы выпытать имена, а затем нанести удар в спину и все равно внести его в список?

— Да.

— Ну и какой у тебя план, чтобы помешать Кингу просто отрубить тебе голову, прежде чем ты успеешь что-то предпринять?

— Вы с Теодорой останетесь здесь, в безопасности — Кингу сюда не попасть. Я буду на связи, чтобы вы могли записывать имена по ходу дела.

Мак развернул пергамент, который достал из кармана вместе со старой перьевой ручкой, и откупорил пузырек. Он окунул кончик в темно-красную жидкость и начал записывать. Я смотрела, как он выводит буквы «К», «И», «Н», а затем протягивает пергамент мне.

— Если что-нибудь случится, хоть что-нибудь, ты напишешь последнюю букву, Миа, ясно?

— И что потом?

— Я перейду к плану «Б».

— Планируешь возглавить Десятый клуб?

— Да, я вступлю в должность Кинга и сам узнаю имена изнутри. Конечно, это займет куда больше времени, чем мы рассчитывали, и будет сопряжено с большим риском, но…

Я подошла к окну и посмотрела на темный океан, чувствуя, как на мои плечи опустилась вся тяжесть мира.

— Я ненавижу твой план. Ненавижу каждую деталь в нем и в этой ситуации.

— Думаешь, я хочу убивать Кинга? Он был частью моей души на протяжении трех тысяч лет, и нет ничего, чего бы я не сделал для него. Однако я знаю, что он не хотел бы для нас подобной участи. Я твердо уверен, что он хотел бы, чтобы я убил его, если до этого дойдет, и мне не нужна никакая записка, чтобы понять это. Но не стоит заблуждаться, думая, что вместе с ним не умрет половина меня. И я тоже никогда не получу ее обратно, никогда не почувствую себя цельным снова.

Я посмотрела на свои дрожащими руки.

— Когда ты хочешь с ним встретиться?

— Сегодня вечером. Теодора ждет, когда я приглашу ее сюда. — Он пожал плечами — Сначала я хотел обсудить все с тобой.

Он вытащил свой телефон и набрал номер.

— Привет, это я. Я…

Я смотрела, как красивое лицо Мака меняется с почти равнодушного на разъяренное с примесью ужаса.

Его кадык дернулся.

— Да, я сейчас буду! — он завершил разговор. — Кинг у Теодоры, и он хочет поговорить.

— Черт.

«От плохого к худшему».

— Я должен идти! — Мак рванул к входной двери.

— Я иду с тобой!

— Нет, ты останешься здесь! Ты и эти чернила — единственное, что может сохранить нам с Теодорой жизнь.

Глава 12

Миа

По дороге в отель Мак позвонил из своей машины и приказал внимательно слушать, что происходит по другую сторону трубки. Мы договорились, что, если он произнесет «пиши», я должна буду вывести последнюю букву «Г» на пергаменте. Если телефонная связь оборвется или я перестану что-либо слышать, я также должна буду вывести последнюю букву на пергаменте. Мне нельзя было рисковать, мне надо было убить Кинга, если мы не добьемся его согласия.

Целых десять минут я сидела на диване, прислушиваясь к урчанию двигателя «Феррари» Мака и шуму уличного движения. В дрожащей руке сжимала покрытую чернилами перьевую ручку. Пот струился по спине, а в глазах все расплывалось из-за слез. Я держала в своих руках жизнь Кинга, но — хоть я и понимала, что этот человек вовсе не он — часть меня по-прежнему цеплялась за надежду найти способ все вернуть. Цеплялась за надежду узреть чудо, поджидающее своего часа. Но разум мой был более реалистичным.

«Ты должна сделать это, Миа. Обязана».

Внезапно я услышала в трубке тяжелые шаги, затем скрип открывающейся двери.

— Кинг, приятно тебя видеть, — сдавленно сказал Мак. — А теперь позволь Теодоре уйти. Мы можем решить все вдвоем.

Я услышала бесчеловечный смех Кинга.

— О, я чертовски уверен, что мы так и сделаем, брат мой.

Вызов завершился.

— Что? Нет, нет, нет. Черт!

Я подняла телефон и посмотрела на высветившуюся на экране надпись «Вызов завершен».

Я запрокинула голову назад.

«Дерьмо! Блядь, что же мне делать?»

Перезвонить — пустая трата времени, ведь, возможно, Кинг уже убивает их.

От страха моя рука задрожала еще сильнее, а все тело сковало холодом. Создалось ощущение, будто мое сердце перетирают через сито, но я не могла заставить себя сделать то, что необходимо.

Хотя приказ Мака был предельно ясен, и я не могла с ним спорить. Если случится что-нибудь выходящие за рамки плана, мне придется это сделать!

— Я люблю тебя Кинг! — Слезы потекли по щекам, когда я аккуратно вывела букву «Г» на пергаменте.

Затем отложила ручку в сторону. Мне казалось, что я вновь его теряю.

Почему все должно закончиться именно так? Какова цель всего того, через что мы прошли? Это нечестно. Так не должно быть.

Телефонный звонок прозвучал подобно сирене. Словно заторможенная, я медленно протянула руку и нажала «Принять вызов».

— Алло.

— Миа, это Тедди! — сказала она высоким дрожащим голосом.

— Что случилось?

— Не знаю. Кинг схватил меня, Мак бросился к нему, а потом он упал, Миа. Мак лежит на полу, а Кинг исчез.

Я вновь закрыла глаза и запрокинула голову назад.

«Вот черт! Кинг убил Мака прежде, чем я успела убить его?»

— Он все еще дышит, но без сознания, — добавила Тедди с нотками истерики в голосе.

— Что? — со свистом выдохнула я. — Скоро буду. Никуда не уходи.

Я вскочила с дивана, но резко остановилась, взглянув на крошечный пузырек с чернилами. Оставить его в доме было безопаснее, но вдруг он понадобится мне, если Кинг вовсе не исчез?

Если Кинг остался жив, то чернила или как их там называть, не сработали.

Схватив пергамент, чернила и ручку, я поднялась наверх и аккуратно положила их в сейф, установленный в моем шкафу.

Было уже поздно, Арх и Юпетрия крепко спали, поэтому я оставила им записку. Я подумала, что Арно переведет ее для Юпетрии, ведь я не умела писать по-гречески, а она не умела читать и говорить на английском.

Я зашла в гараж на шесть машин и подбежала к первой попавшейся. К элегантному черному «Мерседесу» — одному из многих, которыми владел Кинг, — и отправилась в путь. Десять минут спустя подъехала к круговой подъездной дорожке у отеля, с двух сторон обсаженной пальмами, и внезапно поняла, что не знаю, в каком номере сейчас Тедди. Я передала ключи от автомобиля парковщику и вбежала в холл отеля.

Тедди не отвечала на мои звонки, отчего мое сердце вновь пустилось вскачь.

— Здравствуйте, я ищу Теодору и Мака Минос, — сказала я девушке на ресепшне.

— Извините, мэм, но мы не имеем права разглашать подобную информацию. Если хотите, можете позвонить им по внутреннему телефону.

— Это чрезвычайная ситуация! — попыталась объяснить я, но администратор уже подняла трубку, намереваясь набрать номер комнаты.

Я потянулась через стойку и, вырвав трубку из ее рук, положила обратно.

— Какая комната? — зарычала я.

Девушка захлопала ртом, собираясь сказать мне что-то, что, как я предполагала, было вызубрено во время профессиональной подготовки.

— Послушай меня, милая, если ты не скажешь номер комнаты, я перепрыгну через стойку и выбью его из тебя. И, поверь мне, полиция ни хрена мне не сделает, потому что даже Спирос знают, что со мной шутки плохи, уяснила?

Единственное преимущество того, что Спирос преданны мне. Половина из них были полицейскими, другая половина владела сотней различных предприятий или занимала должности в местном правительстве.

— Они в президентском люксе. — Девушка указала в правую сторону от себя.

Я закатила глаза.

«Конечно, могла бы и сама догадаться».

— Поднимитесь на лифте на последний этаж и идите налево до конца коридора.

— Спасибо.

Я двигалась так быстро, как только могла. Пробежав мимо лифта, я быстро поднялась по лестнице на пятый этаж. Этот отель действительно можно было принять за пляжный курорт: с этими домиками для переодевания на пляже, виллами и люксами.

Добравшись до номера, я постучала в дверь.

— Все произошло так быстро! — затараторила Тедди, как только открыла дверь. Ее лицо было влажным ото слез.

Я вошла внутрь и заметила Мака, лежащего на полу. Кроме его тела на полу, в номере ничего не было сломано.

— Он в сознании?

— Нет. — Она покачала головой. — Но у него учащенный пульс.

Я склонилась над Маком, почувствовав его теплое дыхание на своей щеке. Возможно, у Кинга не было времени убить Мака, но он с ним что-то сделал.

— Я говорила Маку, что приезжать сюда — большая ошибка, — захныкала Тедди. — Нам нужно было покончить с Кингом, когда у нас был шанс!

Я поднялась и взяла ее за руку.

— Я знаю, что ты чувствуешь, но мы должны все обдумать. Ты уверена, что Кинг исчез?

Она перевела взгляд от лежащего перед нами тела к распахнутому окну.

— Нет. Я видела, как он замахнулся на Мака, но его рука будто бы прошла сквозь тело. Кинг был в замешательстве, кажется. А затем он руками обхватил Мака за шею и потянул, как будто пытался задушить, и Мак рухнул на пол.

«Божечки!»

— Это ужасно.

Мне надо подумать. Без Мака мы оказались по уши в дерьме. Бедная Тедди… Я знала, что она чувствует, ведь чувствовала то же самое. Но мы не могли себе позволить просто сидеть и ничего не делать.

— Давай положим Мака на кровать?

Не без труда я взяла Мака за руки, а Тедди за ноги. Как и Кинг, Мак был крупным парнем, с мускулистым телом и широкими плечами. Они оба не были полными мужчинами, но их тела сильны и весили целую тонну. Вдвоем нам удалось уложить его на кровать, прямо перед тем, как раздался стук в дверь.

За дверью стоял крепкий на вид охранник с устрашающе хмурым видом.

«Ну класс».

Я открыла дверь.

— Мы в порядке, можете передать администратору…

— Миссис Минос, мы хотели убедиться, что у вас все хорошо.

Я задержала взгляд на бейджике с фамилией Спирос, красовавшейся на его пиджаке.

— Администратор — моя двоюродная кузина, — ответил он на мой невысказанный вопрос.

— Ой, мне жаль, на самом деле я бы не причинила ей вреда! — солгала я.

«Просто вышибла бы из нее дух, если бы пришлось».

— У вас точно все в порядке? — вновь спросил он.

— Да, благодарю вас, все хорошо.

— Я подожду здесь, пока не прибудет Арно.

«О нет, Арно».

Я позвонила ему совсем не для того, чтобы рассказать, что здесь происходит. Он бы этому не обрадовался.

— Спасибо.

Я закрыла дверь и повернулась к Тедди, которая стояла с открытым ртом. Ее лицо было бледным, как лист бумаги. Мои глаза проследили за ее взглядом в сторону кровати.

«Офигеть!»

Мак сидел на кровати, уставившись на нее таким злобным взглядом, что мне потребовалось всего мгновение, чтобы обо всем догадаться.

— Черт, это не Мак, верно? — прошептала я.

Она отрицательно покачала головой.

«Черт!»

Теперь, думаю, мы узнали, почему Кинг схватил Мака: он выкидывал душу из его тела.

— Так-так-так, мисс Тернер! — Кинг перевел ненавидящий взгляд на меня. — Разве вы не полны сюрпризов?

— Но ты… ты не должен был…

— Выжить? О, не волнуйтесь, я собираюсь умереть, в этом можете не сомневаться. Но ты, кажется, позабыла об одной важной вещи. Мак жил в моем теле, и ты убила нас обоих.

Глава 13

Миа

Нам с Тедди потребовалось всего несколько мгновений, чтобы полностью прочувствовать ужас ситуации и понять, что на самом деле произошло в тот день, когда Кинг воскресил Мака. Тедди присутствовала при этом и обрисовала то, что видела, так: Кинг словно исчез, провалился сквозь землю, а затем появился Мак, но уже в теле, в котором родился.

«Но это было не так».

Мы не могли увидеть правду, потому что никто не ставил под сомнение то, что после всего Мак вернулся в своем собственном теле. Я была слишком опустошена от горя, потрясена потерей мужа, а Тедди сосредоточилась на маленьком чуде. И никто из нас не мог связать это событие с недавними похождениями Кинга и его планами по захвату живых тел для своих недавно воскресших приятелей. Мы просто не знали, что душе нужно было куда-то вселиться. И когда Кинг испробовал Чашу на Маке, он отказался от своего тела в пользу брата.

— Зачем, черт возьми, Кинг сделал это? — прошептала Тедди, изо всех сил стараясь держать себя в руках.

«Хотелось бы мне знать».

Но если Кинг все это предвидел, значит, он знал, что чернила заберут с собой Мака, ведь они уничтожают и тело, и душу.

«Божечки».

Если я была права, то Кинг поставил наши жизни против существования своего и брата. Он хотел, чтобы выжили именно мы. Кинг предпочел меня — нас — своему брату. Однако Кинг, вероятно, надеялся, что сможет сохранить жизнь всем.

Осознание правды ощущалось горько-сладким на вкус.

Я подошла к маленькой банкетке у двери и опустилась на нее, на глаза выступили слезы. Тедди присела рядом со мной, глядя остекленевшими глазами прямо перед собой. Ее лицо ничего не выражало. Она была шокирована так же, как и я.

— Он умирает? — прошептала она, слегка сжимая мою руку.

Сквозь пелену слез, стекающих по моим щекам, я смотрела на мужчину на кровати, пытаясь разглядеть детали неземной красоты Кинга. Стерев соленую влагу, я провела ладонями по джинсам в попытке взять себя в руки. Лицо Кинга с каждой секундой становилось все бледнее, его глаза были по-прежнему закрыты, а дыхание стало учащаться. Я не могла сосредоточиться, мне не удавалось сложить кусочки головоломки воедино, чтобы принять решение о дальнейших действиях. Этот удар был слишком сильным.

«Я теряю и Кинга, и Мака».

Однако теперь я знала, что Кинг правда любил нас столь сильно, что готов был отказаться от дорогого ему человека.

На нас свалилось слишком много всего.

— Ты должна спросить его, Миа, — прошептала Тедди. — Ты должна попытаться, даже если придется солгать.

Я уставилась в ее налитые кровью зеленые глаза, слушая, но ничего не слыша.

— Миа… — Тедди подавила вздох. — Ты должна попытаться. Мне надо знать, что Мак умер не просто так. Ты не можешь поступить так со мной.

Я покачала головой.

«Чересчур много путаницы».

— Я не понимаю.

— Имена, Миа! Узнай имена и сделай это как можно быстрее.

«Имена, имена… Ей нужны имена».

— Какие имена?

— Десятый клуб.

«Ах, эти имена».

Все происходящее казалось мне нереальным, я чувствовала лишь онемение с головы до пят.

Снова взглянув на лежащего в постели мужчину, на его почти безжизненное лицо, я собрала всю волю в кулак и поднялась. Один шаг, другой, третий — и вот я стою на коленях рядом с ним, прижимая его холодную руку к своей щеке.

— Я никогда не пойму того, что ты сделал, Кинг. Но если ты слышишь меня, то я просто хочу, чтобы ты знал: я прощаю тебя. Настоящего тебя.

Это было больно и ужасно, но я вдруг подумала о том, на что пошла бы сама, чтобы спасти Кинга или моих детей. Смогла бы переспать с кем-либо, если бы это послужило гарантией спасения их жизней?

«Да, смогла бы».

Я бы отдала все, что у меня есть — свою жизнь, душу, тело — в мгновении ока.

«Будь ты проклят, Кинг!»

Я наконец-то поняла, что сделал Кинг. Он использовал все свои возможности, и даже собственное тело, чтобы спасти того, кого любит всем сердцем. Не существовало ни единой частички, которой бы он не пожертвовал ради нас. И я больше не могла винить его в неверности. Как и не могла винить его за то, что он бросил нас, за то, что вернулся другим человеком. Потому что теперь я знала без сомнения, что все это было не тем результатом, на который он надеялся.

«Ты ведь понимал, что тебе придется отказаться от всего, чтобы спасти Мака, не так ли, Кинг?»

Однако Кинг рассчитывал на свои силы. За тысячи лет он приобрел так много знаний и власти, что, вероятно, боялся, что не сможет оставаться мертвым вечно. Знал, что вернется монстром, когда обменивал свою собственную душу на душу Мака. Кинг позаботился о запасном варианте на случай провала. Чернила. Кинг готов был пожертвовать жизнью Мака, но не нашими жизнями.

— Я люблю тебя… — прошептала я, прижимая его ладонь к своей щеке. — И если ты по-прежнему сражаешься где-то там, в глубине этого тела, мне нужна твоя помощь. Нам нужно знать имена, чтобы внести их в список, Кинг.

Голубые глаза приоткрылись, и он, закашлявшись, прохрипел:

— Я тронут, мисс Тернер! — пробормотал он. — Но все обстоит так, как я тебе и говорил: этого человека больше нет.

Я посмотрела ему в глаза.

— В этот раз ты не вернешься, Кинг! Почему бы тебе просто не помочь мне, почему бы не помочь твоему сыну и дочери? Ведь Десятый клуб заберет ее, стоит ей только родиться. Какой-нибудь садист сделает ее своей рабыней или того хуже. Ты не можешь хотеть для нее подобной участи.

Кинг слабо улыбнулся.

— Если они правда мои дети, то страх сделает их сильными, и они поднимутся на вершину.

Я чувствовала, как кровь стынет в жилах от ужаса.

— Нет, они будут страдать и мучиться, а если выживут — станут такими же, как ты.

Кинг широко раскрыл глаза, насторожившись.

— Я всегда считал, что немного тьмы в душе полезно для человека.

Я прижалась лбом к его руке.

— То, что ты создал, — это не «немного тьмы», это гораздо хуже. Зачем тебе это?

— Да-а… — с придыханием сказал он. — Как я уже говорил, власть — это все, и я устал жить в тени, как никчемный таракан. Я король, могущественный король, рожденный править! И мне требовалась лишь верная армия.

Я подняла голову.

— Ты хотел быть королем… мира?

Он криво улыбнулся.

— Люди дикари, мисс Тернер. Взгляни на этот мир: массовые убийства из-за нефти, изнасилования, геноцид, коррупция. Миру необходима крепкая рука, чтобы держать его в узде.

Так вот в чем заключался его план: воскресить самых могущественных людей, которых он когда-либо знал, использовать магию, чтобы заставить их быть верными ему, как он сделал это с родом Спирос, а затем снова стать королем.

— Ты безумен! — прошептала я.

— Правда? — Его дыхание слабело. — Десятый клуб уже правит миром, я же предложил вывести всех на свет божий. Конечно, с моими людьми у руля.

— И кто твои люди, Кинг? Назови имена.

— Талия, у меня есть минута, ты должна взять управление на себя, как и планировалось.

«Талия?..»

Именно тогда я заметила, что Кинг разговаривает не только со мной. Он держал в руке сотовый, который, должно быть, вытащил из кармана Мака. Наверное, успел набрать номер, когда я опустила голову.

— Черт! — Я выхватила устройство как раз в тот момент, когда из динамика донесся голос Талии:

— Я найду способ вернуть тебя, Кинг! — сказала Талия.

— Что? Нет! — ахнула я.

— Эта сучка с тобой? — выкрикнула она. — Передай, что я приду за ней.

Я отключила звонок и швырнула телефон в стену.

— Черт возьми, зачем ты это сделал?

Кинг сверкнул слабой, но садистской усмешкой.

— Потому что я никогда не сдаюсь. И Талия не сдастся. — Свет померк в его глазах.

— Нет! — пробормотала я в ужасе. — Нет-нет-нет, ты не можешь так поступить! — Я начала стучать по его груди. — Назови мне имена, черт возьми! — кричала я, захлебываясь слезами. — Ты не можешь так поступить с нами!

— Миа… — Я почувствовала, как меня дергают за руку, но сейчас мной владели одни лишь эмоции.

А перед глазами стояли образы пыток, которые предстояло вынести моим детям.

— Нет! — Я оттолкнула Тедди и оседлала Кинга, колотя его по груди. — Ты не можешь этого сделать!

— Он умер, Миа! Мы проиграли! — Тедди истерически плакала.

— Нет! — Я уткнулась лбом в грудь Кинга и зарыдала. — Пожалуйста, не поступай так с нами!

К сожалению, меня уже никто не слышал.

Кинг умер.

Мак умер.

А Десятый клуб здравствовал с гребаной Талией у руля.

«Блядь».

Глава 14

Я не помню, как Арно зашёл в гостиничный номер, не помню, как забирали тело, чтобы похоронить его во второй раз, в священной гробнице Кинга, где бы она, чёрт её возьми, ни находилась. Я не помню, как Тедди ехала со мной домой, не помню, как я ела, пила, ходила в туалет или хотя бы дышала. Или занималась еще хоть чем-то, кроме скорби. Мой разум был поглощён самой ужасающей тьмой, которую только можно вообразить. Все, чего я так боялась, находилось всего в пяти шагах от моего дома. Самые могущественные, злые люди, когда-либо встречавшиеся на пути Кинга, теперь были свободны, живы и сплотились под руководством самой садистской суки в мире. А в чем-то Талия была даже хуже Кинга. Ей нравилось убивать просто ради забавы, а у Кинга всегда имелась на то причина, даже если не очень приятная. До моего появления Талия и Кинг являлись не просто парой. Она была одержима им, и я подозревала, что именно поэтому он передал ей руководство Десятым клубом. Кинг надеялся, что она не успокоится, пока не вернёт его к жизни, а до этого момента будет править клубом железной рукой. И совсем скоро Талия с уже своей армией придет за мной, Тедди и Архом.

А хуже всего то, что боль от потери Кинга разгорелась во мне с новой силой. И я больше не могла прикрывать свое горе гневом. Человек, которого я любила, сделал все, что мог, чтобы спасти своего брата и уберечь всех нас. Он не заботился ни о себе, ни о собственном счастье. Мы были всем, что имело для него значение.

Встав с кровати, я взглянула на часы, стоящие на тумбочке. «Три часа ночи».

Я пошла в комнату Арха, соседнюю с моей, и обнаружила, что его кроватка пуста. Ковыляя на негнущихся ногах, я прошла по коридору в комнату Юпетрии, но обнаружила в ее кровати Тедди, которая, свернувшись калачиком, обнимала прижимающегося к ней Арха. На прикроватной тумбочке стояла пустая коробка из-под бумажных салфеток. А скомканные, уже использованные платочки валялись не только на тумбочке, но и на полу, рядом с кроватью.

Я вздохнула.

— Мне так жаль, Теодора… — Из-за меня беременная девушка потеряла мужчину, которого рождена была любить, и теперь она одинока. Это я забила последний гвоздь в гроб Мака, я должна была предвидеть, что произойдет.

Я тоже легла на кровать, положив Арха между нами.

Свет в коридоре падал на его маленькие пухлые губки и линии густых черных ресниц, веером лежащих на пухлых щёчках.

— Я люблю тебя, малыш, — прошептала я и погладила его животик.

— Ты пришла в себя? — Тедди посмотрела на меня своими потрясающими зелёными глазами.

— Видимо, не до конца, — ответила я и вернулась к поглаживанию животика Арха.

— Он плакал и скучал по тебе.

— Я тоже скучала по нему. — «Даже если была не в своем уме». — Сколько времени я провела в постели?

— Больше суток.

Потребовалось мгновение, чтобы до меня дошли ее слова.

— Как это возможно?

— Ты была безутешна, и нам пришлось дать тебе успокоительное.

— Ого!

— Но я бы не позволила им накачать тебя сегодня, — сказала она.

— Хочу ли я знать почему? — прошептала я.

— Арно сказал, до него дошли слухи, что по городу разлетелась весть о сегодняшней большой вечеринке в поместье Кинга, на остров стекаются люди со всех сторон света, важные люди.

«О, черт. Собрание Десятого клуба».

— Мы должны убираться отсюда.

— В этом-то и проблема. Более безопасного места не найти.

Я кивнула, соглашаясь. Она была права, Кинг сделал все возможное, чтобы превратить этот дом в неприступную крепость, куда не может проникнуть что-то плохое.

— Рано или поздно нам придётся выйти, мы же не можем находиться здесь вечно.

— Я знаю, — согласилась Тедди, — Так что нам делать, Миа?

Её вопрос не был риторическим, она смотрела на меня в поисках ответа, потому что я ее единственная возможность выбраться из этого дерьма. Я перевернулась на спину и уставилась в потолок. У меня не было плана.

— Пожалуйста, Миа! Мака и Кинга больше нет, а я ничего не знаю ни о Провидцах, ни о Десятом клубе, ни о том, как из этого выпутываться. Но ты-то знаешь обо всем этом. И должна знать, что мы можем сделать.

— Я не знаю! — выдохнула я. — Мне так жаль, но я правда не знаю.

Хотела бы я, чтобы было иначе.

— Миа! — Тедди села на кровати, скрестив ноги. — Если ты хоть подумаешь о том, чтобы сдаться, я вырву твои чёртовы глаза. Ты не можешь позволить умереть мне и ребенку Мака, ты не можешь взять и позволить умереть всей своей семье. Просто скажи, что мы можем сделать?

Прикрыв глаза рукой, я замолчала.

— Пожалуйста, Миа, если есть хоть какая-то возможность не стать изнасилованными, замученными, убитыми или не смотреть на то, как умирают наши дети, мы должны это сделать.

Пытаясь игнорировать пульсирующую боль в груди, я стала думать.

— Мне жаль. — Я встала с кровати и взяла Арха на руки, чтобы уложить его обратно в кроватку.

Тедди бросилась за мной к двери и заслонила проход.

— Я отказываюсь сдаваться, Миа!

— Я не знаю, что делать, Тедди. Если мы убежим, они выследят нас. Если будем сражаться, то проиграем. Их слишком много.

Кинг был прав: единственное, что имело значение, — это власть. Если вам посчастливилось остаться в живых.

— Постарайся подумать еще! — прорычала она — Подумай обо всем, что говорил тебе Кинг, обо всем, что ты когда-либо видела или узнавала. Подумай о чем угодно, что поможет покончить с ними.

«Так я пыталась».

Миллион раз я думала о том, как их убить. Но проблема в том, что у них повсюду глаза и уши. Не было ни одной страны или правительственного учреждения, в которые они бы не вцепились своими когтями. На вечеринках Десятого клуба я встречала даже голливудских актеров. Это сборище походило на гигантскую раковую опухоль.

— Подожди! — мои глаза встретились с её, и я вдруг выпрямилась, воодушивившись.

— Что?

— Я не знаю… Вероятно, это не сработает, но вдруг…

— Ну? — рявкнула она торопливо, заставив Арха захныкать.

Я стала мягко укачивать его на руках.

— Десятый клуб похож на болезнь, они все будто единый большой организм.

— И? — нетерпеливо взвизгнула она.

— Мак сказал, что нам нужны их имена. Но что, если они на самом деле нам не понадобятся? Что, если чернилами нам единственно нужно написать «Десятый клуб»?

Тедди захлопала глазами, недоуменно глядя на меня.

— Это не может быть так просто.

Громкий стук во входную дверь заставил нас обеих подпрыгнуть.

Внезапно дом наполнился оглушающими громкими звуками: бьющиеся стекла, падающие двери, крики мужчин.

— Они здесь, Миа. Как они смогли проникнуть внутрь? — закричала Тедди.

— Я не знаю! — у меня сбилось дыхание, когда Арх вновь заплакал.

— Где чернила? — спросила она.

Я кивнула влево:

— В сейфе.

Тедди вцепилась в меня дрожащими руками, пока мы пробирались через мою спальню к гардеробной.

— Возьми его. — Я передала Арха Юпетрии, которая выскочила нам навстречу, крича, как баньши.

Дрожащими руками я набрала код и услышала, как кто-то приближается к моей комнате. Этот кто-то был явно из Десятого клуба. Талия, Хейн — я не знала, — но они были здесь из-за нас.

— Поторопись, Миа. Быстрее! — Тедди завизжала так тихо, как только мог человек, который знал, что вот-вот умрет.

Трясущимися руками, я достала из сейфа бумагу, чернила и ручку.

— Иди закрой дверь спальни и запри её! — приказала я.

Это дало бы нам две секунды, чтобы сделать то, что нужно.

Тедди забрала Арха у Юпетрии, выбежавшей в спальню, и выполнила мою просьбу, закрывая нас в гардеробной. Я встала на колени, разворачивая пергамент. Откупорила крошечный пузырек и обмакнула ручку, опрокинув при этом сам пузырек с чернилами.

— Черт, нет, нет! — я принялась писать, теми чернилами, которые остались на пере.

Десятый клуб.

Я посмотрела на Тедди и кивнула:

— Сделано.

От громкого стука в дверь у нас перехватило дыхание.

— Мало времени, они войдут внутрь прежде, чем заклятье сработает! — Тедди прижала Арха к груди.

— Миа, я слышу, что ты там, гребаная сука! — закричала Хейн. — Выходи!

«Божечки, Хейн».

Теперь она работала на Талию, и уже ничто не могло удержать её от того, чтобы причинить мне боль самым худшим из возможных способов.

— Нам нужно больше времени, — прошептала Тедди, пытаясь успокоить Арха.

Я посмотрела на них. Я должна была что-то сделать, но что?

Чернила, высыхающие на бумаге, были нашей единственной надеждой, но Кингу потребовалась не меньше двадцати минут, чтобы умереть, а может, и больше.

Я засунула пергамент в сейф и заперла его. По крайней мере, его нельзя уничтожить.

— Миа, поторопись, придумай что-нибудь, у тебя есть пистолет или ещё какое-то оружие?

— Нет.

Мне никогда не хотелось, чтобы в доме было оружие, и носить его разрешалось только Спирос, да и то только из-за настойчивости Кинга.

Мой мозг работал как безумный.

А затем дверной косяк раскололся, и они ворвались внутрь.

«Время вышло».

~ ~ ~

— Ну, и кто теперь маленькая сучка? А, Миа? — Хейн с широкой улыбкой и полными ненавистью голубыми глазами наблюдала из угла моей спальни, как группа вооруженных людей выволокла нас наружу.

У меня не нашлось слов, когда мне пришлось перешагнуть в коридоре через тело Юпетрии, лежащей лицом вниз в луже крови. Они выстрелили ей в спину.

«Почему она не осталась с нами?»

Я не могла смотреть на нее. Я не только едва не лишилась самообладания, я… Черт возьми, да я чуть с ума не сошла. Юпетрия ни для кого не представляла угрозы, она была старой женщиной, которая любила детей и готовить.

«Ублюдки».

Опасаясь за жизни Арха, мою и Тедди, я должна была держать рот на замке и не говорить ничего, что могло бы спровоцировать Хейн.

Вооружённые мужчины вывели нас на улицу, где Арно и двое других людей из клана Спирос лежали на подъездной дорожке рядом с черным фургоном. Они были мёртвы. Они погибли, пытаясь защитить нас, и это разрывало мне сердце.

Двадцать минут, чтобы чернила подействовали — это все, что нам нужно.

Этот остров, вероятней всего, был не совсем подвластен Десятому клубу. Ведь здесь жили поколения Спирос, и все они были преданы мне, они должны прийти за нами. Когда я забралась в фургон и села на пол сзади, а один из мужчин направил на нас пистолет, я начала отсчитывать в уме минуты. Чтобы добраться до поместья Кинга, нам бы потребовалось десять или пятнадцать минут. Мне нужно потянуть время. Я могла бы убежать или устроить сцену, или сделать все, что в моих силах, чтобы растянуть эти минуты и позволить Арху и Тедди жить. Я посмотрела в опухшие глаза Тедди, которая все ещё держала на руках кричащего Арха.

Хейн обернулась к нам с пассажирского сиденья.

— Заткни этого маленького засранца, Миа. Или я прикажу пустить ему пулю в голову.

Раскаленная добела ярость заполнила мое зрение. Я сомневалась, что она убьёт Арха, он слишком ценен, но угрозы хватило, чтобы вывести меня из себя. И все же я должна была сохранять спокойствие.

Я прокашлялась.

— Он сын Кинга и не любит следовать инструкциям.

— Что же, я уверена, это только увеличит его ценность, когда мы выставим его на аукцион сегодня вечером. — хихикнула Хейн.

— Ты не можешь этого сделать, Хейн! — прорычала я.

— Если ты не заметила, я могу делать все, что мне нравится. Кинг больше не главный, Миа.

— Он может вернуться, и что тогда произойдет? — спросила я.

Она рассмеялась, задрав голову, и фары проезжающей мимо машины осветили её золотистые волосы, которые так походили на мои. Меня чертовски раздражало, что Кинг выбрал для нее тело, похожее на мое, как будто Хейн стала моим злобным близнецом.

— Кинг не вернётся, не в этот раз. Талия бредит, — усмехнулась Хейн.

— Не будь так уверенна, он выбирался и из худшего.

Она повернулась и снова посмотрела на меня.

— В самом деле? Тогда почему его охрана пала? Это потому, что он ушел. Ушёл. Все, что осталось от его души, ушло на другую сторону. — Она снова отвернулась и посмотрела на дорогу. — Злобный ублюдок, скатертью дорога.

Мне хотелось сказать ей, чтобы она заткнулась к чертовой матери, и что во всем этом виновата она. Именно из-за нее начались проблемы между Кингом и Провидцами много тысяч лет назад. Это все произошло из-за её жадного, эгоистичного, черного сердца.

«Я надеюсь, ты сгниёшь в гребаном аду, Хейн!»

Когда мы подъехали к историческому поместью Кинга на склоне холма, там действительно в разгаре была большая вечеринка. Очень большая вечеринка. Я увидела людей в дорогой вечерней одежде, бальных платьях, смокингах, дорогущих на вид украшениях. Все они собрались снаружи.

«Здорово, какой-то злодейский «Оскар».

Вооружённые мужчины сопроводили нас с Тедди внутрь. Мы все ещё были в пижамах и выглядели ужасно после того, как целый день провели в скорби. Люди же, стоящие вокруг, просто ухмылялись и смеялись, расступаясь, чтобы пропустить нас внутрь.

— Выведите их на задний двор, я схожу за Талией.

Хейн исчезла в глазеющей на нас толпе.

Много лиц из этой толпы казались мне знакомыми, но мой разум оставался сосредоточенным на отсчёте минут.

— Четырнадцать! — сказала я Тедди, которая медленно шла за мной. Ее лицо не выражало никаких эмоций.

— Это должно сработать, должно! — Она протянула мне Арха.

Мужчины вывели нас на большую террасу. На столах, стоящих вокруг, были расстелены белые скатерти и поставлены свечи. Это походило на чёртову свадьбу. Только сейчас было три часа ночи, а нас собирались продать, пытать или что-то в этом роде.

«Не очень-то похоже на свадебные развлечения».

Мужчины подвели нас к беседке, стоявшей на возвышенности, и заставили встать лицом к гостям, которые теперь собирались вокруг нас.

— Дорогие гости, могу я привлечь ваше внимание! — на улицу вышла Талия, одетая в облегающее зелёное платье. Её каштановые волосы были собраны в пучок, а на лицо нанесена просто тонна макияжа. Выглядела она, как проститутка.

Она встала перед толпой, спиной к нам.

— Дамы и господа, сегодня вечером для меня, как нового президента Десятого клуба, большая честь представить вам двух лиц, ответственных за смерть Кинга. Нашего любимого и уважаемого лидера.

Какой обман, они никого не любили, ни о ком не заботились, и он был намного больше, чем просто член клуба.

Я нервно взглянула на Тедди, двадцать минут истекли, но не похоже, что люди вокруг нас умирают — наоборот, они выглядели прекрасно. Лучше, чем прекрасно.

— Итак, в соответствии с правилами Десятого клуба, имущество Кинга теперь принадлежит его жене, — продолжила Талия.

Толпа засвистела и вытянула руки, большие пальцы на которых были опущены вниз.

«Куда, чёрт возьми, она клонит?»

— Сейчас, сейчас… — рассмеялась Талия. — Но мы все знаем, что на этом все не закончится. Как его жена, Миа несёт ответственность за его долги! — она повернулась ко мне. — Итак, Миа, ты готова оплатить долги Кинга?

— О чем ты говоришь?

— Ну… — улыбнулась она — Кинг должен заплатить свой взнос, как и все остальные. И, боюсь, его членство на прошлой неделе было продлено.

«Это просто смешно».

— О, нет! — притворно ужаснулась она — Судя по выражению твоего лица, предполагаю, что у тебя нет под рукой миллиарда долларов. — Она надула губы — Такой позор. Потому что это означает, что ты, твое имущество, включая твоего маленького ребенка, теперь являетесь собственностью Десятого клуба! — Она повернулась к толпе. — Народ, похоже, сегодня вечером у нас будет аукцион.

Толпа зааплодировала.

Лицо Хейн, обращённое к нам из передней части толпы, сияло радостью.

— Я предлагаю два миллиона за ребёнка, — выкрикнула она.

— Что?

Я отступила назад и почувствовала холодное дуло пистолета, приставленного к моей спине.

— Нет. Ты не можешь его получить. — Я посмотрела на Тедди.

— Уже прошло двадцать минут, Миа, почему не сработало? — спросила она.

— Не знаю.

— У нас есть два миллиона, кто поставит три? — повысила голос Талия, перекрикивая гул возбужденных гостей. — Я так понимаю, в ребенке течет кровь Провидца.

— Пять миллионов! — выкрикнул какой-то мужчина.

«Нет, черт возьми, нет!»

Я не позволю им выставить моего сына на аукцион, как чёртову мистическую корову. Я не позволю этому случиться.

— Пять миллионов раз, пять миллионов два…

— Десять миллионов! — выкрикнула Хейн.

«Откуда, черт возьми, у нее такие деньги? Вероятно, их мог дать только Кинг».

— Десять. Кто-нибудь ещё?

В толпе воцарилось молчание.

— Продано! — закричала Талия и указала на Хейн.

Мужчина, стоявший за моей спиной, обошёл меня спереди и попытался вырвать Арха из моих рук.

— Не подходи к нам, убирайся!

Арх истерически закричал, и Тедди подскочила к нам, пытаясь помочь.

В этот момент мы услышали крики, раздающиеся вдалеке. И эти крики приближались.

Я не знала, подействовали ли каким-то чудом чернила, или нам на помощь пришли Спирос, но немедля взяла Тедди за руку.

— Бежим!

Мы пробрались сквозь встревоженную толпу, которая уже не обращала на нас никого внимания. Для них мы были никем и уж точно не представляли угрозы. Но у таких людей, как они, было множество врагов, хотя большинство из них враждовали друг с другом. Когда нам удалось пробраться сквозь гостей, мы побежали в кабинет Кинга. Зайдя туда, я заперла дверь.

— Черт возьми, Миа, что происходит? — спросила Тедди, тяжело дыша.

Новые крики эхом разнеслись по дому. Кричали и снаружи, и внутри.

— Может быть, это Спирос или чернила, или кто-то напал на гостей, я не знаю.

Внезапно мы услышали глухой удар об стену, как будто два человека дрались прямо за дверью.

— Отвали от меня нахрен! — услышали мы крик Хейн.

— Где они? — спрашивал мужчина.

— Мертвы, как и ты! — рявкнула Хейн. Звук хруста, сопровождаемый низким бульканьем, заставил мою кожу покрыться мурашками. Кем бы ни был этот мужчина, скорее всего, его только что убила Хейн. По крайней мере, это было моим лучшим предположением.

— Это Спирос? Это должны быть Спирос! — отчаянно прошептала Тедди.

— Я не уверена, но да, вероятно, это они. Не думаю, что чернила сработали.

«Если бы они сработали, Хейн бы уже умерла».

— Они победили, Миа, снова победили! — Тедди положила руки на живот, как бы защищая его. — Такие люди, как мы, не могут их остановить, мы слишком слабы.

— Мы найдем другой способ! Потому что сдаться не вариант.

Я зажмурилась, потому что глаза начали адски слезиться, а тело трясло, как накачанный адреналином лифт. Нам нужно было найти безопасное место, подальше от Десятого клуба, где-нибудь, где они не смогут нас найти. Потому что они никогда не перестанут охотиться на нас. Пока они живы, мы никогда не будем в безопасности.

— Миа! — крикнула Тедди.

Я открыла глаза и увидела, что она уставилась на мой живот. Взглянув вниз, я увидела свет, исходящий из него. Инстинктивно потянулась и схватила Тедди за руку.

~ ~ ~

— Миа, Миа, проснись, где мы, черт возьми, находимся? — голос Тедди эхом отдавался в глубине моего сознания, но казался каким-то недостижимым.

Я приоткрыла веки и обнаружила, что её зелёные глаза находятся прямо перед моим лицом. Также я услышала шум волн и мужские голоса, кричащие вдалеке.

— Миа! — Тедди с силой ударила меня по щеке.

— Ой, Тедди! — я застонала, положив руку на горящую кожу.

— Миа, пожалуйста, скажи мне, что ты знаешь, что, чёрт возьми, происходит.

Я медленно села, чувствуя, как песок прилипает к рукам. Арх плакал и прижимался к моей груди. Я огляделась вокруг: белый песок, жаркое солнце над головой и полуобнажённые мужчины, которые бежали к нам. Я издала нечто среднее между вздохом облегчения и нервным плачем.

— Миа! — взвизгнула Тедди.

— Все в порядке, Тедди, просто сохраняй спокойствие, у нас все будет хорошо.

Она уставилась на меня как на сумасшедшую, когда мужчины подошли к нам

Я поцеловала Арха в макушку и закрыла глаза.

— Теперь мы в безопасности, — прошептала я. — Обещаю!

Глава 15

Мужчины, которые никогда прежде не видели светловолосых женщин в пижамных штанах и футболках, да еще и младенца в подгузниках, привели нас к величественному храму. Подобные я уже видела, но готова была смотреть на них снова и снова. Храм выделялся своей прямоугольной формой. Его высокие потолки и каменные колонны были расписаны замысловатыми синими и красными фресками, которые изображали людей, ловящих рыбу или приносящих богам подношение из зерна и фруктов.

— Просто сохраняй спокойствие, — снова заверила я Тедди, чье белое как простыня лицо покрылось испариной. К ее каштановым волосам прилип песок, а одежда с одного бока промокла. Должно быть, она «приземлилась» прямо в воду. Я не сомневалась, что тоже выгляжу сексуальной в своей розовой пижаме.

— Что происходит? — зашипела Тедди.

— Это малышка! — Я прижала руку к животу. — Она помогла нам.

«Или что-то в этом роде».

На самом деле, я мало что знала о генетике своей дочери, кроме того, что она была могущественной, а сейчас ее кровь текла в моей.

— Шевелитесь! — Человек, держащий в руках меч, подтолкнул меня к главному входу, вверх по каменным ступеням храма.

Когда мы поднялись, нас поставили позади толпы людей, одетых в разные одежды: от какого-то тряпья до тог и аккуратных оборчатых платьев у женщин и юбок у мужчин.

— Миа… — благоговейно прошептала Тедди, уставившись на потрясающую фигуру мужчины без рубашки, с длинным черными волосами и короткой темной бородой, который восседал на низкой платформе перед нами. — Пожалуйста, скажи мне, что мы не спим.

— Нет, не спим.

И поскольку мы стояли на возвышенности, в отличие от остальных людей, наши голоса сразу же привлекли его внимание.

Голубые, почти серебряные глаза впились в мое лицо.

— Боже милостивый, это Кинг? — пробормотала Тедди.

Я кивнула, пропуская это ощущение через себя.

«Кинг… Живой…» Мое сердце разогналось до скорости крыльев колибри.

— Я сказала успокойся.

— Ради всего святого, Миа, что ты наделала?

Я повернулась к Тедди, стараясь успокоить бедного маленького Арха, который теперь ревел и икал, покрывая меня слезами.

— Мак тоже здесь, Тедди, они оба живы.

Тедди прикрыла рот рукой, а затем рухнула на колени и ее вырвало. Краем глаза я заметила, как к нам несется Кинг, расталкивая толпу по обе стороны. Затаив дыхание, я наблюдала, как он остановился всего в нескольких футах от меня. Никогда не думала, что увижу его снова, и мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не броситься обнимать его и не разрыдаться. Или чтобы не упасть на колени и начать биться в истерике, как Тедди.

— Кто вы такие и что, во имя богов, делаете на моем острове?

Я глубоко вздохнула и уставилась на него.

«О, черт».

Подчиняясь порыву, я обняла его, зажав Арха между нами. От Кинга так хорошо пахло. Его запах сочетал в себе нечто сладкое и цитрусовое с нотками экзотических трав.

— Я так сильно скучала по тебе.

Кинг оттолкнул нас и в замешательстве посмотрел в мои глаза. Затем на кричащего ребенка у меня на руках, после чего снова взглянул на меня.

— Кто ты такая?

Я постаралась взять себя в руки.

— Меня зовут Миа, а это Архонт. — Я положила руку на живот. — А здесь Ариадна. Мы проделали долгий, очень долгий путь, чтобы увидеть тебя.

Он почесал затылок и хмуро осмотрел меня, как будто знал нас, но не понимал откуда.

— Подними ее, — приказал он мне, а затем обратился к охраннику, стоящему позади нас: — Отведи их в мои личные покои, но не позволяй им никуда заходить и с кем-нибудь разговаривать.

Я попыталась помочь бьющийся в истерике Тедди подняться с каменного пола, крепко прижимая Арха к своему телу, а это было совсем не просто. Видимо, Тедди достигла своего предела, а я уже была чертовски близка к этому.

— Мак тоже должен прийти, — сказала я. Кинг удивленно взглянул на меня. — Я имела в виду Каллиаса, мы должны увидеть и его. Попроси его прийти.

— Зачем мне это делать, женщина?

— Потому что вы оба — та причина, по которой мы сейчас здесь, и на этот раз мы не можем все испортить.

Обнаженные по пояс охранники в плиссированных синих юбках и с заплетенными в косы темными волосами сопроводили нас в комнату примерно десять на десять метров, которая, если мне не изменяет память, не была личной комнатой Кинга. По нашим современным понятиям, это больше напоминало кабинет: маленький стол, несколько деревянных стульев и свернутые шкуры животных, лежащие на каменных полах. Дверей здесь не было, но я этому не удивилась. Кинг рассказывал, как в особо холодные дни они использовали вместо дверей ткани. Издали раздавался шум волн, и над океаном можно было рассмотреть кружащих чаек. Это место находилась не очень далеко от нашего дома в современном мире.

Прежде чем охранники покинули комнату, я спросила их имена. Они оба были из клана Спирос.

«Слава богу».

— Не могли бы вы, пожалуйста, принести нам кипяченой воды и немного вареного козьего молока. И одну из тех кожаных фляг, которые вы используйте для переноски воды.

Двое мужчин уставились на меня, будто решали, обязаны ли они помогать мне. Но смотрели так, словно я потеряла свои любимые шарики марблс.

— Я настаиваю! — сказала я.

Мужчина, который был выше ростом, кивнул, указывая второму выполнить мои указания.

— Я останусь здесь.

— Спасибо.

Какое бы заклинание или магию ни использовал Кинг, чтобы заставить клан Спирос быть переданными мне, результат, казалось, не изменился. Или, возможно, они просто хотели быть милыми. В любом случае, мы были им благодарны, особенно Арх, которого я практически не кормила грудью с тех пор, как умер Кинг, — у меня просто не оставалось на это сил.

Поэтому, когда второй мужчина принес то, что я просила, я попыталась накормить Арха теплым козьем молоком. Молоко разлилось повсюду, но он съел достаточно, чтобы заснуть.

— Это не поможет, Миа.

— Знаю, потом придумаем что-нибудь получше.

В конце концов, в какую бы эпоху мы ни попали, я не единственная женщина с ребенком. У них должна быть альтернатива подгузникам, кроваткам и детскому питанию.

— Поверить не могу, — бубнила Тедди, расхаживая по комнате, чередуя слезы с легкими приступами истерики.

— Я не понимаю тебя, Тедди. Ты Провидица, которой уже три тысячи лет, которая жила во времена майя и умерла, чтобы потом вернуться к жизни и снова умереть. Так почему тебе трудно это принять?

Она резко повернула голову в мою сторону.

— Я не помню своих прошлых жизней и, ради всего святого, никогда не путешествовала во времени, Миа. По всем законам логики мы не можем находиться здесь, это просто невозможно. И что, если жизнь Мака сложится иначе, и наши пути больше никогда не пересекутся? Что будет с моим ребенком? А как насчет тебя, Миа? Что произойдет с Архом и твоим вторым ребенком, если ты все изменишь?

— Не знаю, Тедди. Ну а что ты хотела, чтобы я сделала? Позволила Хейн ворваться к нам и перерезать глотки? У меня не было выбора. Чернила не сработали, поэтому мы здесь, и теперь мы можем прожить еще один день, чтобы разобраться со всем наконец.

Как бы это ни причиняло боль, я знала, что Кинг тут, живой и здоровый, а это дарило мне своего рода покой, которого я не могла обрести с тех пор, как все это началось. Я успела потерять всякую надежду, а сейчас он был жив.

— Ладно, хорошо, ты права. — Тедди крепко зажмурилась.

В дверях появилась стройная молодая девушка со смуглой кожей и длинными черными волосами.

— Король примет вас.

Мы с Тедди нервно обменялись взглядами.

— Не знаю, что буду делать, когда увижу Мака, — сказала Тедди.

Я понимала ее. Действительно понимала, ведь мы любили этих мужчин, хоть они и были для них чужими.

Я осторожно приложила Арха к своей груди.

— Не торопись, дай им время все переварить.

— Что, если они подумают, что мы просто две сумасшедшие женщины из другой страны или племени, или еще чего-нибудь?

— В эти времена люди другие, они верят в невозможное.

Мы проследовали за женщиной на улицу, где два охранника в таких же синих юбках провели нас через внутренний двор, где повсюду стояли горшки с цветами. Нас привели в большой банкетный зал с арочными дверными проемами и фресками на стенах с изображением фруктовых деревьев. В центре стоял стол, освещенный масляной чашей. Вокруг него сидели шесть женщин со смуглой кожей, а место во главе занимала старуха. Ее серебристые волосы резко контрастировали с цветом волос других женщин — черными, как смоль.

«Они Провидицы».

Теперь я понимала, почему пол подо мной гудел от энергии.

Кинг, восседавший посередине длинного каменного стола, жестом пригласил нас сесть напротив.

Я пыталась оставаться спокойной, чтобы все не испортить. Я должна была убедиться, что взяла ситуацию под контроль и изменила наши судьбы. В прошлый раз мне удалось только повторить историю, но я ничего не изменила. Кинга, как и было предрешено, снова прокляли, Джастин умер, а Десятый клуб создали.

— Ты! — Кинг указал на меня. — Ваша одежда и манера речи подсказывают мне, что вы не из тех мест, с которыми мы знакомы. Так скажи же нам, кто тебя послал?

«Хорошо».

Я оглядела стол, крепче обнимая своего спящего ребенка.

— Меня зовут Миа, и я здесь не в первый раз.

Мне потребовался почти час, чтобы рассказать сокращенную версию истории о том, как я встретила Кинга — призрака древнего проклятого короля, ищущего спасения. О том, каким измученным и злым был тот призрак, и как я попала в этот период времени, чтобы избежать его жестокости и найти настоящего Кинга, желая исправить все те ужасные злодеяния, которые с ним когда-то совершили. Я рассказала им, что у Кинга был дневник, в котором рассказывалась история Хейн, Мака и его самого. Что Хейн желала смерти Кинга, потому что любила Мака, а затем использовала свои силы, чтобы соблазнить его и убедить бросить вызов Кингу в борьбе за власть. Затем я поведала, как попала сюда, думая, что смогу изменить наше будущее.

— Это не сработало, — призналась я. — Я ничего не поменяла.

— Ты в самом деле думаешь, что кто-то из нас поверит в твои дикие россказни? — усмехнулся Кинг.

Я посмотрела вниз на свои босые ноги.

— Не знаю.

— Миа, — позвала меня Тедди на английском, которого они не понимали. — Что он говорит? Его тон звучит не очень хорошо.

— Оставьте нас! — приказала седовласая женщина, сидящая на самом дальнем конце стола. И тут же вошли охранники, чтобы отвести нас обратно в комнату.

— Мне нужно место, где можно прилечь, — попросила я.

— Можешь лечь с рабами, это достаточно щедрый поступок для такой, как ты! — прорычал Кинг.

Я бросила на него свирепый взгляд. В эту эпоху они не относились к своим рабам ужасно, но и не приравнивали их к обычным людям.

— Я не подвергну нашего ребенка таким условиям.

«Условия, которые я с удовольствием бы изменила, если когда-нибудь буду в состоянии это сделать».

— Отведите их в комнату для гостей! — велела старуха.

Эта комната располагалась рядом с комнатой самого Кинга. А из окон открывался вид на его любимый пляж. Можно было любоваться на разбитый сбоку прекрасный фруктовый сад и цветник. На том самом месте и стоял наш дом в сегодняшние дни.

— Эта грязная, мерзкая маленькая цыганка со своей дворняжкой там не останется. Я король! И никто не смеет мне указывать!

— Я твоя жена! — нахмурилась я.

Кинг встал, упершись в стол кулаками.

— Ты сумасшедшая ведьма, которая будет казнена, если заговорит по своей воле.

— Миа, возьми себя в руки! — Тедди оттащила меня от стола.

Она совершенно не понимала, о чем мы говорили, но видела, насколько я эмоционально потрясена. Мы обе прошли через ад.

— Да, ты права, — сказала ей. — Я просто устала.

— Знаю, я тоже, нам просто нужно отдохнуть.

Я посмотрела на Кинга.

— Мы не хотим создавать лишних проблем и остановимся там, где ты пожелаешь.

— На другой стороне острова валяются рыбацкие лодки с дырами! — Кинг сверкнул жесткой улыбкой.

«Вау». Он правда вел себя как придурок. И, казалось, не хотел иметь со мной ничего общего.

Я неохотно склонила голову.

— Хорошо, если король сочтет нужным разместить нас там.

— Что он сказал? — спросила Тедди.

— Думаю, нам нужно предоставить тебе одно доказательство.

Я задрала рукав и показала татуировку. На той самой руке, которую отметила Хейн во время моего прошлого визита сюда. Я ненавидела ее! Ненавидела то, что она оставила на моем теле отметину, но не могла отрицать, что ее сила была потрясающей.

— Что это? — спросила одна из женщин, сидевших ближе всех к нашей стороне стола.

Седовласая женщина подскочила из-за стола с резвостью, которая была не свойственна ее возрасту.

— Откуда это у тебя?

— Хейн оставила эту отметину, когда я была здесь в последний раз, — ответила я.

— Но я еще не учила ее этому заклинанию.

Я пожала плечами.

— Очевидно, ты это сделаешь. Она приготовила заклинание с помощью пера, слюны и чего-то еще, что она разжевала из маленького мешочка.

Глаза женщины расширились.

— Можешь идти. Нам надо многое обсудить.

Когда мы с Тедди последовали за двумя мужчинами, я чувствовала на себе полный ненависти взгляд Кинга. Выйдя со двора, мы прошли к скоплению зданий более убогого вида. На них не было ни декоративной краски на стенах, ни фруктовых деревьев в горшках.

«Помещение для рабов».

Нас с Тедди поместили в комнату без дверей с одной лишь каменной платформой, покрытой сеном, что заменяла кровать, и глиняным кувшином на полу.

«Мило. Вот и наш туалет».

— Ну, думаю, это всяко лучше, чем тонущая лодка… — задумчиво произнесла я.

— Или дом, наполненный членами Десятого клуба, — добавила Тедди.

— Верно.

Глава 16

Спали мы с Тедди недолго, а о том, чтобы выспаться, речь не шла вообще. Примерно через три часа после того, как нас бросили в эту комнату, сразу после захода солнца, пришла ещё одна молодая женщина. Она принесла нам тёплую воду и тряпки, чтобы обмыться, бежевые льняные туники и несколько длинных прямоугольных полос ткани для Арха. Я вымыла сына и сделала из ткани что-то вроде подгузника.

Как выживали матери, когда ещё не было детских бутылочек, молочных смесей и одноразовых подгузников? По крайней мере, сейчас, благодаря современным технологиям, все дети были чистыми и сухими.

Сразу после женщины появились ещё две в длинных серых туниках, чтобы сделать нам причёски. Вот тогда-то я и поняла, что что-то происходит. Эти люди жили церемониями. Они праздновали полнолуние, посадки сельскохозяйственных культур, сборы урожая или почитания богов. Однако для своего времени минойцы были очень развитые. Они изготавливали прекрасные изделия из керамики и металла, которыми торговали с иностранцами и даже с Китаем. Они даже пользовались ваннами. Не рабы, конечно, а только знатные люди.

«Боже, чего бы я сейчас только не отдала за ванну».

Лицо Тедди покраснело, когда две молодые женщины стали больно дёргать её за волосы, пытаясь сделать из них замысловатые завитки и закрепить на макушке маленькими металлическими заколками, украшенными крошечными ракушками. Наши с Тедди волосы сейчас почти достигали плеч. А учитывая, сколько мы их не мыли и где только не валялись, они больше походили на швабру.

— Все в порядке, — сказала я девушке после тщетных попыток соорудить на моей голове прическу. — Оставь их так.

Похоже, ей не понравилась эта идея, потому что кто-то дал ей приказ привести нас в презентабельный вид.

— Ты не можешь испечь пирог без муки, — попыталась я успокоить ее — Никто вас не обвинит.

Девушки закончили с нами, намазав напоследок наши подмышки ароматным маслом, а затем велели следовать за ними. На этот раз нас сопровождали два охранника — один в синей, а другой в красной юбке — с повязками и перьями на головах. Я знала, что это были особые церемониальные служители короля. Они привели нас к самому большому храму на территории. Именно здесь Кинг встречался со своим советом — высокопоставленными семьями и провидцами острова. Войдя, я увидела, что те же женщины, которые сидели за столом в прошлый раз, стояли в стороне вместе с толпой новых лиц. Все женщины, находящиеся в комнате, были Провидицами. Я это почувствовала. На другой стороне дымной, освещённой факелами комнаты стояли мужчины, одетые в аккуратные юбки. Кинг сидел на своем троне в самом дальнем конце зала, на его красивом лице застыла горькая гримаса, а в момент, когда он увидел меня, эта гримаса превратилась в выражение чистой ненависти.

Мое сердце ушло в пятки.

«Почему он так сильно ненавидит меня? Раньше такого не было».

— Как-то все это нехорошо, — прошептала Тедди.

— Я знаю, сохраняй спокойствие.

Молодая служанка предложила забрать Арха, который все ещё спал, но я отказалась. Черта с два я позволю незнакомке прикоснуться к моему ребёнку.

Старшая Провидица, которая говорила с нами до этого, вышла вперёд и обратилась к Кингу.

— Провидцы собрались здесь из-за тревожного характера вопроса, доведенного до нас нашими гостями. Мы признаем, что никогда не сталкивались с такой ситуацией, но обратились к нашим предкам и пришли к соглашению относительно наилучшего курса действий.

Кинг кивнул, скрестив свои руки на гладкой мускулистой груди. Я старалась не смотреть и не думать о том, как красиво он выглядит сейчас: полуобнажённый, с накаченным торсом и темно-красной тканью, обернутой вокруг его талии.

— Мы верим, что эти незнакомки говорят правду. И считаем, что через них действуют боги! — продолжила провидица. — Мы верим, что та девушка с золотыми волосами носит вашего ребенка и что младенец тоже ваш. Но мы сомневаемся, что темноволосая девушка, которая также кажется нам очень могущественной, носит под сердцем потомка Каллиаса. Как нам всем известно, необычайной силой богами благословлен лишь наш король.

«О-о-о, о чем это они?»

Мысли в моей голове закрутились подобно смерчу.

Тедди забеременела после того, как Кинг вернул к жизни Мака, и, если душа последнего была внутри тела Кинга, тогда их суждение с биологической точки зрения верно. Её ребенок был не от Мака. Это был потомок Кинга. Но имеет ли это все значение, если Мак и Кинг однояйцевые близнецы? Все думают, что Кинг сильнее, и, полагаю, это бесспорно. В любом случае, вся эта хрень сделает ребенка Тедди важной мишенью, когда мы вернёмся домой.

— Что они говорят, Миа? — спросила Тедди.

Я взглянула на Тедди. Сейчас ей не нужно знать, что на самом деле она носит ребенка не Мака. Кроме того, Тедди была умна, и, возможно, однажды она сама во всем разберётся.

— Ну… Они верят нам, как бы. Но они ещё не дошли до сути, — сказала я ровным голосом, чтобы она не разволновалась.

Пожилая женщина величественно подняла голову.

— Мы считаем, что время — это решающий фактор, и ещё не поздно умилостивить богов и изменить наши судьбы. Король и его брат должны жениться на этих двух женщинах.

— Что?! — Кинг сплюнул на пол. — Ты с ума сошла? Я не женюсь, и уж точно не женюсь на этой чужестранке.

Седовласая женщина прищурила свои темные глаза. По языку её тела и исходя из ее возраста я могла точно сказать, что она не терпела оскорблений ни от одного мужчины. Но сейчас она делала все возможное, чтобы оставаться уважительной к своему королю.

— Боги явно предназначили тебе сочетаться браком с этой женщиной, иначе они не наделили бы её даром перемещаться во времени. И даже после того, как она потеряла свой дар, он появился у её ребёнка. Судьба сказала свое слово, мой король, и ты должен прислушаться.

Кинг практически зарычал, и по его покрасневшему лицу я поняла, что он вот-вот сорвётся.

— Есть ещё несколько вопросов, которые мы должны обсудить, мой король, — продолжила женщина. — Наши предки ясно дали понять, что нашим судьбам, как и сказала золотоволосая девушка, суждено повториться, если мы не создадим новый путь. Проблема в том, что мы ограничены этим моментом, а судьба не допускает противоречий. Мы не можем создать будущее, которое сделает этот момент невозможным.

— Ты не могла бы изъясняться яснее, а не на языке Провидцев? — попросила я.

Женщина повернулась ко мне с почтительным кивком.

— Ключевые события, которые привели вас сюда в этот момент, должны остаться нетронутыми.

От усталости я почувствовала головокружение.

— Так это значит, что мы ничего не можем изменить?

— Нет, это означает, что мы должны попытаться сделать так, чтобы этот момент наступил другим способом.

Женщина замолчала, и мы все ждали, когда она уточнит, каким именно.

— Ты должна встретиться с нашим королем после своего рождения, и у тебя все равно должна остаться причина прийти сюда, вы должны замкнуть цикл.

— Что она говорит? — спросила Тедди.

Я посмотрела на неё, даже не зная, с чего начать.

— Она говорит, что нам ещё многое предстоит выяснить.

— Что касается Хейн… — продолжила женщина, — Мы считаем, что она должна быть приговорена к смертной казни. Она уже неоднократно нарушала наши законы, и мы боимся, что не сможем спасти её чёрное сердце, прежде чем она погубит нас всех.

— Нет! — рявкнул Кинг. — Мы этого не допустим. Мы не казним женщин, и уж точно не ту, которая была помолвлена со мной с рождения.

«Мне неприятно было это говорить, но…»

— Её убийство только усугубит конфликт между Провидцами и обычными людьми. Может быть, ты можешь отослать её подальше или что-то в этом роде? А ещё лучше обменяй её на одного из тех милых рыбаков с материка.

— Нет, она должна умереть. — отрезала женщина. — Наши предки говорят, что она — причина исчезновения нашего народа и что Десятый клуб, о котором говорит Миа, никогда не будет существовать, если мы выживем.

Возможно, она права: если бы Провидцы не исчезли, все в нашем мире было бы устроено по-другому.

Женщина подошла к Кингу, но он отступил от неё назад.

«Он боится её?»

Я не могла его за это винить, некоторые Провидцы и правда были немного пугающими. Особенно эти. Энергия вокруг их тел заставляла гудеть всю комнату, а волосы на моих руках встали дыбом.

— Мой король, согласно нашей традиции, родители Хейн не будут долго горевать, они получат компенсацию за свою потерю. Получат ещё одну дочь, — она повернулась и посмотрела на меня и Тедди.

«И кто-то из нас должен стать добровольцем?»

— Могу я спросить? — спросила я. — Когда мы можем вернуться обратно? У нас есть семья и друзья и…

— Пока ты никуда не уйдешь! — ответила женщина — Конечно, если вы не хотите, чтобы все события остались такими, какие они были, когда вы попали сюда.

Значит, нам придется остаться. Кинг определённо не обрадовался этому известию, а мне было больно находиться рядом с ним. Я видела перед собой мужчину, которого любила, а он видел во мне кого-то вроде паразита.

Он поймал мой взгляд на себе и зарычал.

«Да уж, я и правда ничего не выдумываю».

Наши отношения прошли через весь спектр: ненависть, любовь, горе, недоверие, боль и радость. У нас было все, а теперь можно добавить еще и безразличие. Это интересно.

Но если это была именно та жертва, о которой я всегда знала, я принесу её ради людей, которых люблю. Десятый клуб нельзя победить, поэтому его нужно искоренить ещё до того, как он появится на свет. И все же, мне было больно думать о том, что я больше никогда не увижу своих родителей или друзей.

— Итак, если мы останемся здесь и разберёмся со всем этим, Десятый клуб перестанет существовать?

Я хотела, чтобы она подтвердила мои слова, и женщина кивнула в ответ. Это было все, что нужно. Я же задалась вопросом, что ещё может измениться, если мне удастся совершить чудо и остановить формирование Десятого клуба. Означает ли это, что Джастин тоже останется жив? Потому что отсутствие Десятого клуба означало, что путь брата никогда не пересечётся ни с одним из его членов. Мне хотелось в это верить.

Кинг поднялся, чтобы обратиться к людям.

— Все это замечательно спланировано, но я король и не согласен с этим… — он взмахнул рукой в воздухе, создавая какую-то невидимую фигуру. — С этим безумием. Я не собираюсь никого казнить. На нашем острове не поселятся никакие чужеземцы, и я абсолютно не намерен, — он бросил на меня взгляд, — вступать в какой-то брак.

— Но господин, — возразила седовласая женщина, — вы не понимаете! Мы обратились к нашим предкам, к Провидцам, которые прошли…

— Откуда мне знать, что именно они тебе сказали, и вообще реальны ли они? Я верю и забочусь только о двух вещах: о своем доме и своих людях. Остальное решают боги. Твои предки не разговаривали со мной, поэтому выгоните этих двоих с моего острова. — Он повернулся к нам, и его взгляд пылал гневом. — И не возвращайтесь, если цените свои жизни.

Я взглянула на Тедди, чувствуя себя слишком усталой, чтобы давать ей какую-либо надежду.

— Это не выход, он выгоняет нас.

— Что… Да пошёл он! — она бросилась на Кинга с криками. — Пошел ты! Ты хоть представляешь, через что я прошла?

— Тедди, не надо! — я бросилась за ней. — Ты не помогаешь ситуации.

— Молчать! — Кинг поднял руку, чтобы дать ей пощёчину, но я вмешалась, вовремя остановив его.

— Не смей! — прорычала я. — Или, помоги мне Бог, я сломаю твою руку.

— Как ты смеешь так со мной разговаривать?

— Ты думаешь, — я шагнула ближе к Кингу, крепче обнимая Арха, — что я боюсь тебя? Тебя? — я рассмеялась. — Приятель, ты понятия не имеешь, через что я прошла. И должна добавить, что попала я в этот переплет благодаря тебе. Я умерла и вернулась к жизни. Я видела, как мужчина, которого я люблю, то есть ты, прошел через ад и сошёл с ума. Ты разбивал мне сердце миллионом разных способов, включая то, что изменил мне с какой-то сумасшедшей шлюхой, только чтобы спасти Мака, то есть Калиаса, в пятнадцатый раз. Я видела, как убивали моего брата. Я наблюдала, как сама превращаюсь в убийцу. Меня разбивали на осколки и собирали воедино так много грёбаных раз, что нет ни одной части моего тела или души, которая была бы первозданной. — Я ткнула его в грудь. — Так что давай, Кинг, подними свою руку на меня. Назови меня лгуньей. Скажи, что ненавидишь меня или думаешь, что я сумасшедшая. Но я никогда, никогда не буду прятаться от тебя или кого-то ещё. Только не снова! — Я вздохнула, понимая, что не улучшаю ситуацию и мой самоконтроль улетучился. — А знаешь что? — Я отступила назад, — Делай что хочешь, женись на Хейн, смотри, как умирает все, что ты любишь. В конечном итоге ты будешь проклят на три тысячи лет, и это все равно приведёт тебя ко мне. — Я посмотрела на Тедди. — Давай, мы возвращаемся домой.

— Но мы же не можем, Миа, они ждут нас там. — Она положила руку на живот.

Я посмотрела на свои ноги. Мы не обязаны мириться с тем, что происходит, мы отнюдь не беспомощны.

— Сколько времени потребуется, чтобы обучить её? — я повернулась к старухе и кивком указала на Тедди.

— Годы. Требуются годы, а иногда и десятилетия, чтобы показать такой Провидице, как она, весь спектр её способностей.

— Нам просто нужно, чтобы она была готова сразиться с Хейн и другими придурками, которые попытаются убить нас, когда мы вернёмся.

— Я могу научить её тому, что ей нужно, примерно недели за две.

— Хорошо. А что потребуется, чтобы вернуть мои силы?

— Я не знаю. — Женщина выглядела потрясенной — Нам нужно будет обратиться к предкам, которые заключили с вами сделку, ценой которой стал твой дар.

— Хорошо. Пусть они знают, что я отказалась от своих сил, чтобы быть с Кингом. — Я оглядела его с головы до ног. — Но он мне больше не нужен, я хочу только избавиться от Десятого клуба.

Кинг уставился на меня с чистой, нескрываемой ненавистью.

— Не смотри на меня так, Драко Минос, ты не в моем вкусе и не имеешь права так на меня смотреть.

Я вышла из зала, и Тедди поплелась за мной.

— Миа, что только что произошло?

— Отныне мы сами по себе, вот что произошло.

Глава 17

Кинг не выполнил свою угрозу и не вышвырнул нас с острова, как каких-нибудь последних героев из телепередачи. Однако он не пришёл навестить нас и даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь.

Хоть я немного и кормила Арха грудным молоком, но все же мне пришлось перевести его на питание из варёного ячменя и козьего молока. Иногда я процеживала ему кипячёную воду с виноградным пюре через льняное полотенце. Я делала всё что могла, чтобы он был сыт, чист и находился в безопасности.

А тем временем мы с Тедди, две беременные девушки, чувствующие себя хуже некуда, тоже ели хлеб, чечевицу, пили кипячёную воду и виноградный сок. Наши тела не привыкли к тем микробам, которые проникли в них за время нашего пребывания в прошлом. И нам обеим пришлось тренироваться стоять на корточках над ямой, так как об унитазе не было и речи. Тедди стала ученицей той пожилой женщины Провидицы, которую, как мы узнали, звали Пталема, что означало воинственная.

«Мне нравилось это значение».

Оно было именно то, что нам нужно. Провидец, который умел сражаться. Женщина была матриархом этого острова, все её звали Лема или тетя Лема. Она решила, что Тедди нужно сосредоточиться на очень специфических способностях её дара. Лема хотела направить способности Тедди совершенно в другое русло и научить её заставлять других людей испытывать страх без видимой причины или видеть вместо своего лица чужие. Тедди пришлось очень нелегко, ведь она была рождена Провидицей с необыкновенным даром исцеления. И, как ни странно, ещё до того, как она узнала о своем уникальном прошлом, её выбором профессии стала психология.

Впервые я встретила её в клинике в Санта-Барбаре, где она пыталась лечить склонного к самоубийству мужчину, который страдал манией проклятия, а на самом деле оказался братом-близнецом древнего короля минойцев. Судьба сыграла с ним злую шутку.

Как бы то ни было, Лема знала, на что будет способна в будущем Хейн. Потому что именно она тренировала её годами. Это позволило Тедди сосредоточиться на тех навыках, которые дадут нам более высокие шансы выбраться живыми с вечеринки Десятого клуба.

Так как мои силы пропали, помочь в этой битве я могла только каким-то другим способом. И им должен стать рукопашный бой. Хотя в 1400 году до нашей эры рукопашный бой означал бой на мечах.

— У меня правда получается? — спросила я, делая выпад длинным мечом в сторону ствола оливкового дерева. В то время как охранник, один из клана Спирос, который казался необъяснимо преданным мне, неустанно пытался научить меня правильным движениям.

— Да, только ставьте левую ногу твердо на землю, а когда ваш противник смещается влево от вас — делайте выпад правой рукой. Так вы сохраните равновесие.

Делая вид, что протыкает пучок от тростника, обёрнутый вокруг дерева, мужчина буквально танцевал вокруг меня. По отметинам на коре я догадалась, что это и был их ультрасовременный центр подготовки к смертельным боям.

— Вот так? — я неуклюже повторила его движения, за которыми следила.

— Нет, ваш вес опять не на той ноге.

Он продолжил поправлять меня, направляя мой меч и помогая работать торсом. Каждый удар, каждое движение были своего рода контратакой, чтобы удержать кончик клинка противника подальше. Сражаясь, вы должны были терпеливо ждать, пока другой человек сделает какое-то неверное движение, открывая вам один из жизненно важных органов. Это было невероятно глупо, ведь члены Десятого клуба не дерутся на мечах. Все, что мне на самом деле нужно, это заполучить пистолет, пока Тедди позаботится о Хейн. Я надеялась, что нам удастся убежать с той вечеринки и найти какой-нибудь другой способ покончить с Десятым клубом. На складе Кинга должно быть еще хоть что-то, способное нам помочь. Просто нам нужно добраться до склада, попасть внутрь и не умереть.

— Ты не правильно держишь свой меч! — услышала я голос Кинга.

Он сидел на широкой каменной скамье на другой стороне двора, а рядом с ним в корзине спал завёрнутый в одеяло Архонт.

«Как долго Кинг сидит там?»

Я отвернулась, стараясь не обращать внимания на то, как Кинг сидит рядом со своим маленьким сыном, но относится к нему как к незнакомцу. Как мог Кинг не узнать свою собственную плоть и кровь?

Проигнорировав его слова, я вернулась к отработке ударов.

— Оставьте нас! — приказал Кинг своему охраннику, прежде чем встать со скамьи и подойти ко мне с важным видом, будто он гигантский павлин, хвастающийся своими перьями. Только вот у Кинга, в отличие от павлина, было впечатляюще мускулистое телосложение, огромный рост и потрясающие голубые глаза вместо перьев.

Он нахмурился, глядя на меня этими «перьями».

— Я никогда не видел такого неспособного ученика, — он повернулся и посмотрел на охранника, чьи ноги, казалось, прилипли к грязи. — Почему ты всё ещё здесь?

— Нет, останься! — сказала я охраннику. — У короля есть дела поважнее, чем проводить здесь свое время.

— Король отдал тебе приказ, убирайся! — Кинг положил руку на рукоять своего меча, висевшего на бедре.

Охранник бросил на меня противоречивый взгляд.

— Не смотри на неё! — громогласно сказал Кинг. — Ты подчиняешься мне.

— Э, вообще-то нет, — вмешалась я. — Ты сделал клан Спирос переданными мне. И использовал для этого какое-то заклинание.

— Ты лжёшь, — нахмурился Кинг

— Да неужели? — Я просмотрела на охранника. — Ударь своего короля.

Мужчина поднял кулак. Но Кинг перехватил удар.

Выражение лица Кинга — помидорно-красное лицо и смертельная угроза в голубых глазах — было бесценным.

— Ладно, спасибо, — сказала, я сжалившись над беднягой. — Ты можешь идти.

Охранник опустил голову и поспешил прочь.

— Хороший трюк, ведьма, — прорычал Кинг.

Я знала, что слово «ведьма», которое он использовал, не употребляется им в общепринятом понятии этого слова. Так переводится его татуировка на моем запястье. Кинг имеет в виду, что я была плохим Провидцем, ведь знал, что я использовала свои способности для личной выгоды. То есть я была злом.

— Да хоть кто, — сказала я. — Я больше не пытаюсь завоевать тебя.

Я повернулась к дереву, представляя, как Хейн подходит ко мне, в той комнате, где мы прятались с Тедди. План в моей голове оказался простым. Убить Хейн, выбежать на улицу и продолжать бежать и скрываться, пока мы не найдем способ убить их. Однако реальность была совсем иной, миллион вещей могло пойти не так.

— Значит, ты действительно хочешь вернуться в то место, откуда пришла? — спросил Кинг.

— Да, — выдохнула я.

— И сражаться с ребенком, привязанным к твоей спине? — сказал он голосом, полным осуждения.

— Или гореть в печи, — отрезала я. — Не то чтобы ты оставил мне много вариантов.

— Ты могла бы остаться здесь.

— Здесь? — я не могла взглянуть на его лицо.

— Не на этом острове, конечно. Я имел в виду, что вы могли бы остаться в этом времени. Хотя я и не верю, что вы из другой эпохи. Это невозможно.

— Остаться здесь, — фыркнула я. — Бегать по материку, в то время когда незамужних женщин без семей превращают в рабынь, насилуют или убивают. Нет уж спасибо, я воспользуюсь шансом всё исправить.

Я подошла к камышам. Заметив маленькое пятнышко на одном из них, я представила, что это сердце Хейн, и ткнула в него пальцем.

— Женщина, у тебя нет ни единого шанса даже против репы, ты держишь меч так, словно он скользкая рыба, к которой ты не хочешь прикасаться.

«Они что, уже выращивают репу? Я непременно должна добыть немного и себе».

Мои пристрастия во время беременности сильно изменились. И в последнее время мне очень нравились небольшие котлеты из репы. У меня потекли слюни от мыслей об этом блюде.

— Мне не нужно будет выигрывать бой на мечах, только суметь убежать от кровавой бойни. И, если мне повезет, я раздобуду пистолет.

— Что такое пистолет?

— Это оружие, ты держишь его, нажимаешь на курок, и он стреляет кусками металла с очень большой скоростью. Слушай, — я повернулась к нему лицом, отбросив тяжеленный меч в сторону, — зачем ты вообще отвлекаешь меня?

Находиться рядом с ним, видеть его полуобнажённым, живым и незапятнанным всем, что ещё должно с ним произойти, было нелегко. Потому что этот мужчина как раз и был тем человеком, в которого я влюбилась. Он любил свой народ, он усердно трудился, чтобы защитить их, он был хорошим, добрым человеком с властным, но большим сердцем.

Ну и, конечно же, мне мешало то, что его тело было прикрыто лишь куском красной ткани вокруг бёдер. Я старалась не смотреть на его темно-оливковую кожу, выпуклые бицепсы, точёные грудные мышцы и пресс. Неважно, какие он проходил тренировки, но этот мужчина был просто греховно сексуальным. А эти глаза… Захватывающие. Глубокий синий цвет, смешанный с оттенком бирюзово-зелёного, как прекрасный океан вокруг острова. Его длинные чёрные волосы, свободно спадавшие на плечи, делали оттенок его глаз ещё глубже.

— Повернись! — проворчал он.

— Зачем?

— Тебе обязательно всегда быть такой воинственной? Просто повернись, женщина.

Я свирепо посмотрел на него и неохотно сделала, как он просил.

— Хорошо, теперь встань вот так, держи меч вот так.

Прижавшись ко мне своим телом, он раздвинул мои ноги и схватил меня за руки, вытянув их прямо передо мной. Ощущение его тепла у моей спины, его обнажённых ног прямо у моей задницы мгновенно заставили кровь бурлить. Спасибо хоть, что моё тело помнило о необходимости дышать. Кинг был из тех мужчин, которые не проявляют милосердие в спальне. Он брал все под свой контроль и знал толк в жестоких играх. Он всегда заставлял меня умолять о большем. Я почувствовала, как в моем теле разгорается пожар, поэтому отошла от Кинга, дав себе хоть немного пространства.

— Спасибо, поняла. — Я взглянула на него через плечо.

Он остался стоять с напряжённым и сердитым взглядом.

— Я просто пытаюсь помочь тебе.

— Помочь мне? Ты пытаешься мне помочь? — Я наклонила голову и рассмеялась, но мой смех был сродни истерике.

— Что ты находишь таким смешным, женщина?

— Ничего. — Отсмеявшись, я покачала головой и опустила взгляд на свои босые ноги.

Я попала сюда без обуви, и с тех пор, как меня понизили в звании до нежеланного захватчика из другой страны, они даже не предложили мне ничего сшить. В любом случае, его отказ от меня, такой, какая я есть, сделал все неудобства смехотворными. Теперь меня волновал только поиск другого способа изменить события. Ведь нам придётся вернуться и сражаться с Десятым клубом в одиночку.

— Да, спасибо тебе за помощь.

Он скрестил руки на своей мускулистой груди.

— Я мог бы приказать бросить тебя в океан.

— Беременную женщину? — Я не верила ни единому слову. — В тебе этого нет, Кинг, и ты можешь прекратить строить из себя крутого парня. Я-то тебя знаю.

— Прямо-таки знаешь?

— Лучше, чем себя.

— Ну скажи мне, — он склонился надо мной, практически дыша мне в лицо. Его дыхание было мятным, и мне захотелось поцеловать его, чтобы попробовать этот вкус. Имел ли он хоть малейшее представление о том, как больно мне находиться рядом с ним? Ведь то, что он не понимает и не знает, как сильно я его люблю, было полным идиотизмом. — Что, по-твоему, ты знаешь?

Я посмотрела в его сапфировые глаза и вздохнула.

— То, что ты хороший человек. Я знаю о твоей преданности людям, которых ты любишь. Ты скорее умрёшь, чем предашь их. Также ты боец, который отказывается сдаваться.

— Думаю, ты говоришь об общих чертах, которые могут быть свойственны практически любому мужчине.

Я пожала плечами.

— Полагаю, да. Но я никогда не встречала того, кто отказывался бы умереть или оставаться мертвым. Твое упрямство выходит за рамки пространства и времени.

— А… Ты имеешь в виду свою маленькую историю о том, как мой проклятый дух тысячи лет бродил по земле в поисках тебя?

Его тон мне не понравился.

— Мне это не нужно, Кинг. Я поняла, ты мне не веришь. И тебе необязательно это делать. История найдет способ разыграть свои карты.

Он рассмеялся.

— Только ты утверждаешь, что я влюблюсь в тебя. А это явно невозможно.

Я больше не могла лгать. Его слова меня сильно задели.

— Это потому, что ты убил ту версию меня, в которую влюбился. Ты сломал её. А теперь, если не возражаешь, эта, более умная и более серьезная версия меня, должна выяснить, как выжить и противостоять самым могущественным и безумным ублюдкам на планете, которых создал ты. Кстати, спасибо за это.

В его глазах мелькнуло раздражение.

Если бы мне пришлось гадать, о чем он думал, варианта было два: задушить меня или бросить в какую-нибудь темницу.

— Брат, вот ты где! — мужчина, вылитый Кинг, одетый лишь в тёмно-синюю ткань, обернутую вокруг талии, с волосами, заплетёнными в косу, вошёл во двор. — Я пришёл, как только получил сообщение от Лемы. Что случилось?

— Мак… — прошептала я.

Я не могла удержаться и уставилась на него. Он выглядел таким молодым. Его не пытали, не убивали и его не ломал Десятый клуб. Он всё ещё был просто братом короля. плейбоем, который жил беззаботной жизнью.

— Я не приказывал тебя вызывать, это тебя не касается, — сказал Кинг.

— Черта с два не касается, — проворчала я.

— Замолчи, или я вырву тебе язык! — рявкнул на меня Кинг.

— Ну конечно. Ты слишком мил для этого, — рассмеялась я.

— Кто это? — спросил Мак. Только в эту эпоху его имя было Каллиас. Каллиас Макариас Минос.

Мак было сокращением от истинного имени.

— Привет, я твоя невестка Миа. А твоя беременная скорбящая вдова сейчас с Лемой. Тебе действительно стоит пойти и встретиться с ней.

Мак в замешательстве нахмурил свои темные брови.

— Не обращай на неё никого внимания. Она сумасшедшая и уже уходит, — покачал головой Кинг.

— Я не сумасшедшая, это ты упрямый. А твой брат заслуживает того, чтобы услышать правду и принять собственное решение. Это повлияет и на него тоже.

— Тебя никто не спрашивает, Провидица, — рявкнул Кинг. — А теперь уходи, или я прикажу стражникам вывести тебя.

Его глаза встретились с моими, но затем на мгновение он опустил свой взгляд на мою грудь. Перевел на губы. «Ага, все ещё Кинг, хоть злость и звенит в его ушах».

— Каллиас! — сказала я, глядя на Кинга. — Твой брат — гигантская лошадиная задница!

— Что такое лошадиная? — спросил Мак.

— Не бери в голову. — Я подошла ближе, чтобы забрать Арха.

Скоро он проснется и захочет есть, поэтому мне придется пойти на кухню и приготовить нам еду. На самом деле, кухня была просто комнатой с несколькими кастрюлями, посудой и камином. Рабы королевского дома хоть и боялись нас, но разрешили готовить там. Потому что Лема предупредила всех, что мы не представляем опасности, а слова Провидицы имели здесь большой вес. Когда я подняла Арха на руки, то услышала, как Мак и Кинг начали препираться. Мак настаивал на том, чтобы Кинг объяснил ему, почему странная женщина с золотыми волосами оказалась на их острове, а Кинг пытался отмахнуться от него.

Затем эти двое вступили в серьёзную ссору. Я надеялась, что Мак не отступит, по крайней мере, он должен был встретиться с Тедди. Может быть, он поверит в нашу историю и убедит Кинга попытаться найти новый путь для них, для нас и для их народа.

Глава 18

Остаток дня я провела с Архом, в то время как Тедди оставалась с Лемой. Женщина нанесла на ее кожу желанную татуировку и начала обучение, чтобы сделать Провидицей, способной делать больше, чем просто исцелять. Кухонные рабы были обеспокоены слухами, что их народ пойдет на войну и исчезнет с лица земли, если Кинг не послушается. Кроме того, они постоянно расспрашивали меня о Тедди. Им было интересно, правда ли она владеет даром исцеления, а когда я отвечала положительно, все удивленно ахали.

— Должно быть, она любимица богов. Почему наш король избегает ее? Мы будем наказаны за это.

«Вот, пожалуйста, Кинг, выкуси».

Твои люди считают тебя тупицей из-за того, что ты плохо с нами обращаешься.

Однажды, когда я сидела на грубо сшитом одеяле из мешковины и играла с Архом, в нашу комнату ворвалась Тедди.

— Миа, о боже мой, я встретила его! Встретила!

— Кого? — Судя по ее волнению, можно было предположить, что из могилы восстал сам Элвис. Не сказать, что это невозможно, учитывая все безумие, с которым мы столкнулись за последнее время.

— О черт, Мака, конечно же! Он такой… другой. Но все равно остается самим собой. Он сразу узнал меня.

Я встала, подхватив Арха на руки.

— Он помнит тебя?

— Он не мог отвести от меня глаз и продолжал твердить: «Я тебя знаю, я тебя знаю». Это выбило его из колеи, и он убежал. Может быть, наша связь и мой дар Провидца каким-то образом помогает ему видеть то, что вижу я? — Ее широко открытые зеленые глаза наполнились слезами.

— Ты в порядке? — Я положила свободную руку ей на плечо.

— Да… — Она закрыла лицо руками. — Нет. Я не знаю. Я скучаю по нему, Миа. Я так сильно скучаю по нему, что видеть его сейчас… — Тедди опустила руки и покачала головой. — Я в порядке. Просто не осознавала, как долго держала все в себе после его смерти. — Она взглянула на меня. — Я чувствую, что это должно было случиться, Миа. Я должна была попасть сюда, чтобы снова обрести Мака и получить еще один шанс. Никаких проклятий, никакого Десятого клуба…

— Значит, ты хочешь остаться здесь? — спросила я у Тедди.

— Лема сказала, что если я это сделаю, то это изменит жизнь минойцев, ведь я — новый элемент в этом уравнении.

— А что насчет Хейн? Она влюблена в Мака и помолвлена с Кингом. Она доберется до тебя, так или иначе.

Тедди покачала головой.

— Старейшины решили не исполнять приказ короля. Они убьют ее, а я буду предложена в качестве замены ее семье.

— Ты в самом деле думаешь, что это сработает? Не так-то просто взять и подменить людей.

— Они Провидцы и размышляют совсем не так, как мы. Они подчиняются высшей силе, и для них все сводится к уравновешиванию элементов, которые правят их миром. Они регулярно разговаривают со своими умершими предками. Это очень тревожит их, особенно психологически.

— Я все еще не понимаю, как это работает. То есть, если Мак никогда не будет вовлечен в эти драматичные отношения с Хейн, то он никогда не отправится в Мексику, чтобы встретиться с тобой.

Тедди покачала головой.

— Лема говорит, если я останусь, события каким-то образом подстроятся под новую реальность. Мне было суждено оказаться здесь.

«Ах да. Старый аргумент: Судьба не любит противоречий. Именно его Лема привела Кингу».

— А что насчет твоих родителей? — Они проживали где-то в Аризоне и только недавно вышли на пенсию.

— Думаю, мои родители хотели бы, чтобы я была счастлива. На самом деле это все, чего они когда-либо хотели для меня.

Я посмотрела в ее большие зеленые глаза. Она выглядела такой чертовски счастливой, что мне не хотелось лишать ее этого чувства, однако все было не так просто.

— Я знаю, что ты хочешь остаться с Маком, но Кинг не позволит остаться мне, а я не могу сражаться с Десятым клубом в одиночку.

— Я знаю! — ликующе выкрикнула она. — Именно поэтому ты вернешься с Кингом.

Я едва не подавилась своим собственным языком.

— Что, прости?

— Ты, Арх и Кинг — вы втроем возвращаетесь.

«Еще один план замены Кинга?»

— Это ни за что не сработает, а даже если и сработает, то Кинг вряд ли оставит свой народ.

— А что, если у него не останется выбора?

— Ты намекаешь похитить его? О, отличное решение. Я прямо-таки слышу, как он орет на меня в течение следующих пятидесяти лет или около того, пока я не состарюсь и не умру.

— Я не шучу, Миа. Подумай, как бы это изменило ситуацию.

— Но если он уйдет, то кто будет править здесь?

— Мак, разумеется. Я помогу ему, Провидцы помогут ему, братской дуэли не случится. Соответственно, и война не начнется, а Провидцы будут жить.

— Это слишком рискованно, Тедди. Мы абсолютно не представляем, с чем я столкнусь по возвращении.

Тем более существовала другая проблема: Кинг совсем не желал сотрудничать с нами. Он только разозлится, услышав об этом.

Тедди схватила меня за плечо.

— Нет, ты упускаешь главное. Если Кинг останется здесь, ничего не изменится, и история, скорее всего, повторится. Может быть, война начнется из-за того, что Провидцы убьют Хейн без одобрения короля. Или Кинг вступит в какой-нибудь конфликт и все равно окажется проклятым. Мы не знаем. Но если ты возьмешь его с собой, я останусь здесь и проживу столько, сколько мне отмерено судьбой. Я буду помогать этим людям, и мы сможем избежать всех тех ужасных вещей, которые однажды уже случились. Кинга не проклянут, Десятый клуб не будет создан. Всего этого не произойдет.

О, об этом я не подумала. Конечно, в ее словах был смысл, но мы пытаемся перехитрить и изменить миллион различных событий, которые привели нас к этому моменту.

— По правде говоря, я чувствую, будто мы заперты в каком-то лабиринте головокружительных, невозможных переменных, которые мой мозг даже не может постичь.

Арх вцепился в прядь моих волос. Я расжала его пухлые, маленькие пальчики и улыбнулась.

— Миа, послушай меня. Это больше, чем просто попытка повлиять на переменные. Думай об этом так, будто мы играем в шахматы на гигантской доске, вот только без самой шахматной доски.

То, что она искренне верила в этот план, давало мне повод пересмотреть свое мнение. Однако сейчас мы просто гадали.

— Мне надо подумать, Тедди. Это слишком рискованно.

— Слишком… Понятно…

— Что ты сделала с моим братом? — прорычал низкий голос из открытого проема.

Мы обернулись и увидели Кинга. Его кулаки были сжаты, а лицо раскраснелось от ярости. Его взгляд был прикован к Тедди.

Я машинально встала между ними.

— Успокойся, Кинг. Она не делала ничего…

— Заткнись! — выкрикнул он. — Это зашло слишком далеко! — Он оглянулся через плечо. — В клетки их.

Несколько мужчин в красных юбках ворвались в комнату.

— Ты не можешь так с нами поступить! — сказала я.

— Думаешь, что можешь прийти ко мне в дом и попытаться захватить власть? Думаешь, что вы с Провидцами можете делать все, что заблагорассудится? Ослушаться моих приказов, накладывать заклятья на моего брата? Ты меня не знаешь! — Его ноздри раздувались от гнева. — Вы понятия не имеете, как далеко я готов зайти, чтобы защитить свой народ от таких, как вы. Взять их!

Глава 19

Опасаясь, что Архонт может пострадать, я не стала связываться с охранниками, которые, судя по всему, были не из клана Спирос. Потому что их, похоже, совершенно не волновало, что минойцы посадили двух беременных женщин и ребёнка в клетку. По крайней мере, я надеялась, что с Тедди они поступили так же, как и со мной, потому что нас разделили. Но когда я оказалась в грубо сколоченной клетке из веток, в которой едва могла стоять, меня охватила паника.

«Черт, черт, черт. Опять все повторяется».

Когда Провидцы узнают, что Кинг заключил нас в тюрьму, они придут нам на помощь. Люди уже начали воспринимать Тедди с её целебной силой, словно дар Богов. И, если Мак действительно чувствует связь с Тедди, он тоже не обрадуется такому решению брата. Я уже видела миллион разных исходов этой ситуации, но все они заканчивались трагедией: Кинг либо умирал, либо оказывался проклят. По коже побежали мурашки, когда я вспомнила, каким жестоким ублюдком стал Кинг, когда его прокляли. В моменты просветления он сам называл себя монстром.

«Нет, нет. Это не может быть нашей судьбой».

Я знала, что мне придётся сделать то, о чём просила Тедди, и попытаться похитить Кинга. Мне придётся сделать очень смелый шаг и молиться, чтобы это был правильный выбор.

— Эй! — я окликнула охранников, которые прогуливались по территории с несколькими рядами клеток. Территория вокруг моей клетки выглядела, как зоопарк. — Эй, — повторила я. — Передайте королю, что мне нужно поговорить с ним.

Охранники не обратили на меня никакого внимания.

— Послушайте, — сказала я, — я понимаю, что вы, вероятно, сидите здесь днями напролет, слушая, как люди умоляют и жалуются, но мы с вами знаем, что Провидцы не оставят это безнаказанным. Вспыхнет междоусобица. Умрут люди. И уверена, что вы этого не хотите.

Охранники снова проигнорировали мои слова.

— Я не прошу вас освободить меня, — продолжила я. — Просто передайте королю, что я хочу поговорить с ним, что я готова покинуть остров, сегодня. Мне просто нужно сначала увидеть его. Пожалуйста.

Один из мужчин слегка кивнул другому.

— Оставайся здесь, а я пойду повидаюсь с нашим королём.

Но по прошествии нескольких часов с момента его ухода я поняла, что он не вернётся.

«Черт. Все становилось хуже и хуже».

~ ~ ~

Без карманных часов я не могла сказать наверняка, сколько прошло времени. Но по ощущениям часа через три-четыре к клетке подошёл мужчина со светло-каштановыми волосами и шрамами на груди. Судя по его размерам и мускулатуре, этот человек был воином.

«Значит, Кинг думает, что я опасна. Замечательно».

И как мне теперь подобраться к нему поближе? Мужчина выпустил меня и Арха из нашей тюремной камеры и вывел за пределы королевского комплекса через высокие деревянные ворота.

— Куда мы направляемся? — спросила я, подпрыгивая на острых камнях, усеивающих грунтовую дорогу, с мокрым и плачущим ребенком на руках.

«Проклятье. Как же я скучаю по обуви».

— Домой к Леме, вас там ждут. — Он указал на небольшую группу белых домиков с загонами сбоку, в которых паслись козы. — Вам нужен крайний справа.

— Спасибо — кивнула я мужчине и направилась к маленькому домику без окон и дверей. — Есть кто? — Я заглянула в небольшой домик с оштукатуренными стенами и очагом в центре комнаты.

— Миа! — воскликнула Тедди, сидящая за маленьким столиком вместе с Лемой. Её глаза выглядели опухшими и красными.

— Скучала по мне? — спросила я.

— О, Боже! — Подбежав, она заключила меня в объятья. — Вы двое в порядке?

— Он посадил меня в клетку. Конечно это было прекрасно, а как ты?

— Меня тоже посадили в клетку, но я пробыла там недолго. Мак вытащил меня оттуда. — Она посмотрела на Арха, который до сих пор плакал. — Бедняжка, твой злой папочка запер тебя… — просюсюкала она. — Миа, позволь мне покормить его, у меня есть немного кипяченого молока и ячмень.

Арх перестал плакать в ту же секунду, как она прикоснулась к нему, насылая успокаивающие волны. Тедди использовала свои силы Провидцы.

«Им нужно разливать эти силы по бутылкам».

— Спасибо. — раздражённо вздохнула я.

Тедди улыбнулась и, взяв Арха из моих рук, унесла его в другую комнату.

— Так что произошло? — спросила я Лему, потягивающую какой-то напиток из глиняной чашки.

— Пожалуйста, присаживайся. Могу я предложить тебе немного вина?

— В обычных обстоятельствах я бы согласилась, но я беременна, и у меня такое чувство, что мне понадобится ясная голова, чтобы справиться с происходящим.

Воздух вокруг нас гудел от напряжения, и оно исходило не от меня.

— После многих споров и переговоров с нашим королем мы заключили сделку. Провидицы пообещали не причинять вреда Хейн, если он освободит вас.

Несмотря на чёрное сердце Хейн, мне не хотелось, чтобы её убивали. Причина была в том, что её смерть, похоже, стала катализатором многих событий. Кроме этой причины, она не заслуживала того, чтобы дышать. Не после всего, что она сделала со мной.

— Хорошо, значит, никакой войны? — спросила я

— Нет.

«Это здорово. Кроме того… что Хейн по-прежнему представляет угрозу для Кинга и Мака. Проклятье. Это какой-то замкнутый круг».

Я чувствовала это в своем сердце. В воздухе витал привкус обречённости.

— А что насчёт Хейн? Она попытается навредить Маку и Тедди.

— Тедди согласилась вылечить Хейн. Она избавит её от любой душевной болезни или боли. Но теперь она знает, что, используя свои дары, Провидицы платят свою цену.

— Значит, это может быть опасно?

В комнату вошла Тедди, держа на руках счастливого и смеющегося Арха. Его ярко-голубые глаза и счастливая улыбка на розовых губках растопили мое сердце.

— Ты собираешься вылечить Хейн? — спросила я.

— Я собираюсь попробовать, но подожду, пока родится ребенок. А пока нам придётся присматривать за ней.

Я кивнула, пытаясь обдумать её слова.

— Так ты всё ещё хочешь остаться?

— Всё в порядке, Миа, я разговаривала с Маком, то есть Каллиасом. Он понимает, что происходит, — она взяла меня за руку. — Я верю в нас. Особенно с тех пор, как мы снова увиделись здесь. Все как будто в первый раз, но я люблю его, Миа, люблю так же, как и раньше.

Их любовь началась с первого взгляда, а их связь на самом деле была глубокой и нерушимой.

— Ну, ты же понимаешь, что это не совсем тот же самый человек, и у вас всё будет по-другому?

— Это не имеет значения, я не могу оставить Каллиаса.

— Кто тут произнёс мое имя? — в дверях стоял Мак. Его блестящие глаза неотрывно смотрели на Тедди.

Ее лицо просияло. Она так сильно любила его, что это вызвало у меня ревность. Я ненавидела ту мешанину чувств, которая накрывала любовь в моем сердце подобно грязному одеялу.

— Здравствуй, Каллиас. — сказала я. — Спасибо что помог нам.

— Человек должен идти на зов судьбы. Если он этого не делает, то не заслуживает жизни. — Каллиас подмигнул Тедди, которая кормила Арха молочной кашей.

Мой сын вел себя на удивление спокойно, видимо, потому слишком проголодался.

Каллиас подошел к ним и опустился на колени, наблюдая за Архом с каким-то восхищением. Через несколько долгих мгновений он вздохнул.

— Для меня будет нелегко потерять брата, но нет ничего, чего бы я не сделал для него или нашего народа.

— Так ты сказала ему? — спросила я, имея в виду план Тедди, чтобы я вернулась домой вместе с Кингом.

— Я хотела, чтобы он верил мне, потому что изначально я верила в него. — Тедди с улыбкой смотрела на Мака.

Это было рискованно, но поддержка Мака полезна для нас.

— Итак, ты видишь, Миа? — сказала Лема. — Пазл собирается воедино. Теперь ты должна пойти к королю. Вам пора уходить, пока судьба не повернула в необратимом направлении, как это уже случилось когда-то.

Судьба уже расставляла свои капканы, я чувствовала, что в воздухе, ожидая своего часа, витает что-то плохое, что-то ужасное.

— И, Миа, — добавила она, — предки сказали, что твой дар никогда не вернется. Для создания баланса была заключена сделка, которую не отменить.

— Так я и думала. — Я уставилась на свои грязные и ноющие ноги.

Лема встала и, подойдя ко мне, положила руку мне на плечо.

— Также они говорят, что вы должны немедленно покинуть это место и больше сюда не возвращаться. Ты и твой ребенок внутри тебя. Это только увеличивает риски.

Я не планировала сюда возвращаться, но одному богу известно, что произойдет, когда я вернусь домой. Варианты развития событий были безграничны. А ещё я всем сердцем буду скучать по Тедди. Она стала мне больше, чем подругой, она стала мне сестрой.

— Божечки! — Я глубоко вздохнула, затем посмотрела на Каллиаса, который взял на руки грязного, но счастливого Арха. — Пожалуйста, пообещай, что будешь хорошо заботиться о Тедди

— Я сделаю все, что в моих силах. — Он склонил голову в поклоне.

— А ты будь осторожна, пожалуйста! Хейн опасна. — Я посмотрела на Тедди.

— Мы убедимся, что она больше не представляет угрозы, как только найдем её, — ответил Каллиас.

— В смысле — найдете её?

— Она сбежала.

— О, отлично.

«Чокнутая Провидица на свободе».

— Все в порядке, Миа, — сказала Тедди. — Она не сможет уйти далеко, мы же на острове.

— Позволь нам самим разобраться с Хейн. Тебе пора уходить. — Лема буквально выставила меня за дверь. — Поторопись.

— Ладно, ладно, ухожу. — Я взяла Арха с рук Каллиаса, который наблюдал за разыгрывающийся драмой с широко раскрытыми голубыми глазами.

Затем я посмотрела на Тедди, не в силах заставить себя попрощаться с ней, особенно вот так. Ведь я больше никогда её не увижу…

— Береги себя, Миа, — обняла меня Тедди. — Я обещаю писать каждый день. — Она отстранилась и улыбнулась. — Ты будешь чувствовать, что находишься прямо здесь, с нами.

Мои глаза наполнились слезами. Когда я вернусь домой, она уже будет мертва.

«Подождите».

Я посмотрела на её руку.

— Ты все ещё носишь кольцо?

Раньше это кольцо принадлежало Кингу. Но он отдал его ей прямо перед тем, как спас Мака. Кинг велел ей хорошо заботиться о его брате и предупредил, что кольцо спасет её от старения. Такие же кольца он сделал для меня и Арха. Но я сняла свое после того, как Кинг ушёл от нас. Я не могла вынести мысли, что буду жить вечно, без мужчины, которого люблю. Вместе с моим кольцом в сейфе лежало также и кольцо Арха. Кинг хотел подарить его ему, когда сын вырастет.

Тедди проследила за моим взглядом и посмотрела на свой палец с золотым кольцом, в котором сиял маленький бриллиант.

— Я… Я не думаю, что буду продолжать его носить, Миа. Не хочу смотреть, как люди вокруг меня стареют.

Это означало, что она не хотела жить вечно. Нет, это означало, что она не хотела видеть смерть близких.

— Понимаю. — Я сжала её руку, чувствуя, что сердце вот-вот разорвётся. Мало-помалу я теряла всех, кого любила. — Счастливой жизни, Тедди! И крепко поцелуй от меня своего малыша, когда он родится. Хорошо?

— Обещаю. — Она обняла меня, а я не могла найти в себе силы её отпустить.

— Мой брат в своих покоях, — сказал Каллиас, встав между нами. — Нам пора, Миа. — Он бросил тоскующий взгляд на Тедди. Да, у этих двоих определено друг от друга сносило крышу. — Я скоро вернусь, — сказал Каллиас с улыбкой и вышел за дверь.

Я бросила последний взгляд на Тедди, запечатлевая в памяти её лицо.

— Удачи.

Крепко держа Арха на руках, я последовала за Каллиасом тем же путем, которым мы пришли сюда. Вверх по грунтовой дороге, к высоким деревянным воротам, ведущим к внешнему периметру королевского комплекса. Два стражника с мечами у входа немедленно пропустили нас.

— Ты представляешь, что сделает Кинг, когда увидит меня здесь? — спросила я.

— Позволь мне самому разобраться с ним. А ты сосредоточься на том, чтобы сделать все правильно для моего племянника. — Каллиас сверкнул широкой улыбкой.

Мне нравилась его уверенность, но этого было недостаточно, чтобы успокоить мою нервозность.

Мы прошли через небольшой сад с фиговыми деревьями и подошли к зданию с видом на океан. Торец украшали большие колонны, стены были разрисованы замысловатыми сине-красными узорами. Внезапно на меня накатили воспоминания о том, как я первые встретилась здесь с Кингом. О том, как мы долго занимались с ним любовью в его ванне, ненасытно и страстно. Часами он рассказывал мне о своих родителях, о том, как его с детства готовили к тому, что он будет нести ответственность за свой народ. Мы провели здесь совсем не много времени, но этого было достаточно для того, чтобы этот человек запал мне в душу навсегда. Забавно, что теперь он не мог выносить даже моего вида.

«Просто подожди, пока ты его не похитишь».

Его ненависть взлетит на совершенно новый уровень.

От этих мыслей моё сердце и желудок сжались. «Божечки». Я совсем запуталась в своих чувствах. Я пережила с Кингом и самую глубокую любовь, и самое сокрушительное горе. Сейчас я совершенно не знала, какой путь мне стоит избрать, но определённо всё ещё любила Кинга. Всегда любила.

Но учитывая, как всё обернулось, я не могла не задаться вопросом, а вдруг нам никогда не было суждено остаться вместе? Я сравнивала нас с Тедди и Каллиасом. Ведь произошедшие события ничуть не притупили их страсти.

«Любит ли меня всё ещё Кинг, не имеет значения. Я должна это сделать».

Я не должна размениваться по мелочам. Сделаем дело и разойдемся.

— Брат! — крикнул Мак, когда мы подошли к двери, охраняемой ещё двумя мужчинами. Казалось, количество солдат на острове было бесконечным. — Я привел кое-кого повидаться с тобой.

Появившийся в дверях Кинг выглядел более раздраженным, чем когда-либо. Темные брови сошлись на переносице в негодовании, ноздри слегка раздулись, а губы и челюсть сжались сильнее, чем болторез.

Увидев меня, он взорвался.

— Ты посмел привести эту ведьму ко мне на порог? — закричал Кинг.

Мак вытянул руки в примирительным жесте.

— Послушай меня, у нас не так много времени.

— Времени для чего?

Каллиас посмотрел на меня с немым намеком. А я начала сосредотачивать свою энергию на крошечной жизни внутри своего живота. Но не чувствовала ничего в ответ. Как будто малышка спала.

«Черт возьми, милая, просыпайся, просыпайся».

Но действительно ли мне нужно было что-то от дочери? Ведь её кровь и силы текли по моему телу. Я знала об этом, потому что именно этим воспользовался Кинг, чтобы воскресить свою злую армию.

«Хорошо, просто сосредоточься. Как у меня это получилось сделать в прошлый раз?»

Я сильно волновалась. Надо мною кружил страх смерти. Божечки, неужели моя жизнь всегда должна подвергаться опасности, чтобы произошло чудо?

— Что она делает? — рявкнул Кинг.

— Миа? — настаивал Каллиас — Ты же хочешь сказать моему брату что-то важное?

— Да. Просто… — я переводила взгляд с одного мужчины на другого. — Мне просто нужно время, чтобы собраться с мыслями.

Я закрыла глаза.

«Давай же, малышка, придай маме немного сил и помоги забрать папу домой».

Ничего не произошло, хотя я почувствовала, как в центре живота разливалось тепло.

Возможно, мне стоило отступить и узнать у Лемы, что делать? Какие ещё варианты у меня имелись? Я не могла торчать тут весь день. Только не тогда, когда Кингу не терпелось вышвырнуть нас из своей резиденции пинком под зад.

«Хорошо. Просто скажи ему, что ты здесь для того, чтобы сказать о том, как сожалеешь обо всём содеянном».

Мне не хотелось, чтобы он заподозрил меня в злом умысле и снова бросил в клетку.

— Кинг, я просто хочу сказать…

Я открыла глаза как раз в тот момент, когда женская фигура с длинными каштановыми волосами выскочила из-за угла, позади Кинга, с занесённом для удара кинжалом.

«Хейн…»

Всё ещё держа Арха на руках, я инстинктивно оттолкнула Кинга в сторону и повернулась спиной, чтобы заслонить сына. Я почувствовала, как кинжал скользнул вдоль лопатки и вонзился в спину, и закричала, но сумела удержаться на ногах, не желая отпускать Арха или рисковать тем, чтобы упасть на него.

Каллиас буквально напрыгнул на Хейн в попытке отобрать клинок. Тем временем Кинг поднялся на ноги. Когда мы встретились взглядами, я увидела в его глазах явное замешательство.

Кинг быстро выхватил Арха из моих рук, после чего я упала.

Лёжа там, я слышала слабые стоны Хейн, а затем какой-то хруст, смешанный с плачем моего ребенка.

— Иди скорее, сейчас же приведи эту женщину, Тедди! — выкрикнул Кинг, прямо перед тем, как я потеряла сознание.

Глава 20

«Ну, черт возьми».

Сколько раз девушке нужно умереть, прежде чем она заслужит хоть немного счастья? Какая это смерть на моем счету? Третья? В первый раз на мне было кольцо Кинга, которое он сделал для меня. Это было ужасно, потому что, хоть кольцо и предотвращало смерть как исход, но мне все равно предстояло пройти через муки смерти.

«Это было ужасно».

Во второй раз я умерла после заключения сделки с Провидцами. Я отказалась от своего дара, а они позволили мне возродиться.

Но на этот раз мне нечем было торговаться.

— Пошла ты, смерть! — пробормотала я себе под нос.

— Оу! Только я не смерть, — услышала я глубокий голос Кинга. — Да и ты не мертва.

Боль в теле стала намного острее, когда я пришла в сознание.

— Ариадна! — ахнула я. — С ней все в порядке?

Первое, что я увидела, открыв глаза, были налитые кровью голубые глаза Кинга.

— Лема говорит, что с вами обеими все будет в порядке. Хотя несколько дней ты будешь слаба, потому что потеряла много крови. — Он сел на край каменной кровати с мягкой обивкой, прямо рядом со мной.

Следующий вдох отозвался болью во всем теле. Я чувствовала, что мои лёгкие, руки и спина явно не в порядке.

— Что случилось? — еле слышно спросила я.

— До или после того, как Хейн пыталась меня убить?

— После, — прошептала я.

— Каллиас сломал ей шею. А твоя подруга Провидица вылечила твою рану. Должен признаться, я никогда не видел ничего подобного.

«Погоди. Вдруг ты тоже увидишь, как плод в твоём чреве путешествует во времени».

Кстати, о детях.

— Где Архонт?

— Здесь. — Кинг кивнул головой в сторону большой корзины рядом с кроватью. — Его переодели, накормили, и сейчас он спит.

— С ним все в порядке? — спросила я.

— Да. Потребовалось некоторое время, чтобы укачать его. Этот малец — настоящий боец.

— Я должна поблагодарить за это Тедди, когда она вернётся? — шепотом спросила я.

— Что заставляет тебя думать, что я не способен укачать ребенка? — Кинг скрестил свои мощные руки на обнажённой груди.

— Это ты его укачал?

— Вообще то у меня много талантов. — Гордо ухмыльнувшись, Кинг встал с кровати.

— Спасибо.

— Это я должен благодарить тебя. — Он задумчиво почесал свой щетинистый подбородок — Могу ли я спросить, почему ты рисковала своей жизнью и жизнью ребенка, чтобы спасти меня?

Мне было слишком неловко говорить ему о силе своей любви, и я издала какой-то невнятный, шипящий звук.

— Это произошло инстинктивно.

— Нет! Инстинктивно только матери стремятся защитить своих детей. Ты же подвергла себя опасности из-за меня.

— Я не чувствовала, что Аркх в опасности… Я имею в виду, что чувствовала… Я могла бы… Ладно, это произошло необдуманно. — Я сделала медленный, наполненный болью вдох.

Кинг придвинул к кровати маленький деревянный табурет, стоящий рядом с корзиной Арха, и пересел на него, поправляя свои густые чёрные волосы.

— Итак, ты инстинктивно хочешь защитить меня… — сказал он тихо, будто размышляя вслух.

— Что-то вроде этого. — прошептала я.

Он кивнул, переведя взгляд на свои руки, лежащие на мускулистых бедрах.

— Я должен сказать, Миа, — проговорил он после судорожного вздоха. — Твои действия дали мне повод усомниться в моих предположениях о тебе. Женщина никогда бы не пошла на такой риск, если бы по-настоящему не любила мужчину.

Я отвела взгляд. Мое сердце и тело были слишком изранены, чтобы справиться с этим разговором.

— Ты действительно любишь меня? — спросил он — Даже больше собственной жизни и жизни этого маленького ребенка?

Моя любовь к Архонту и Ариадне сильно отличалась от любви к Кингу. Конечно, если бы любовь можно было измерить, эти чувства оказались бы почти наравне, но без сомнения, я отдала бы жизнь за любого из них.

— Не забивай себе голову, — сказала я. Кинг же наклонился вперёд, уперев локти в бёдра.

— Не понимаю, что означают твои слова. Но ты действительно моя жена, ведь так?

— Да, — тихо ответила я.

— И он действительно мой? — Кинг посмотрел на Арха.

Он медленно кивнул, не дождавшись ответа, как будто пытаясь все это осмыслить.

— И я умер до того, как ты появилась здесь?

— Ради спасения Каллиаса. Ты отдал ему свое тело, чтобы он мог жить и воссоединиться с Тедди. Но когда ты вернулся, то был сам не свой.

— Я понимаю. — Его брови нахмурились, а губы сжались. — Миа, я бы хотел, чтобы ты рассказала мне всё. С самого начала. Со всеми подробностями, которые сможешь вспомнить.

— Зачем? — я заморгала, глядя на него.

— Я верю в то, что Провидцы были правы: Судьба желает видеть нас вместе. — Он положил свою теплую сильную руку поверх моей. — Я не могу отрицать, что всю жизнь искал такую храбрую женщину, как ты.

— Значит, ты больше не ненавидишь меня?

— Ты довольно привлекательна, так что это помогает делу. — На губах Кинга появилась его фирменная очаровательная улыбка, и моё сердце затрепетало.

«Вот он, мой король».

— Я сожалею о том, как обошёлся с тобой, — добавил он. — И обещаю, что это больше никогда не повторится.

Мне с трудом верилось в такую перемену в Кинге. Но мне хотелось скакать и плакать от радости. И, как бы это ни было глупо, моя безумная любовь к нему заставила меня поверить в нас. В то, что мы снова сможем найти выход.

Я слабо улыбнулась, стараясь не провоцировать боль.

— Если бы я знала, что нужно просто получить удар кинжалом от Хейн, чтобы заставить тебя поверить мне, то начала бы именно с этого.

Его улыбка растаяла.

— Никогда не хотелось бы снова видеть тебя лежащий на земле и истекающий кровью.

— Мне тоже.

— Тогда давай продолжим. Расскажи мне, как мы познакомились. Расскажи мне нашу историю.

Я проглотила комок в горле.

— Все началось с того, что мой брат пропал без вести в Мексике. Ты был единственным человеком, который мог мне помочь. За определенную цену…

~ ~ ~

Мне потребовалось несколько часов, чтобы заново рассказать Кингу нашу историю. На этот раз я рассказала все более подробно: о том, как мы встретились, о его проклятье, и как история повторилась, когда я попала в прошлое в первый раз. Кинг ходил взад и вперёд по комнате, внимательно слушая меня. А я лишь рассказывала дальше и пыталась не обращать внимания на свою боль. Когда проснулся Арх, Кинг позвал одну из служанок, чтобы она забрала ребенка в соседнюю комнату, переодела и накормила.

— Итак, похоже, — резюмировал он, — эти события инициировала Хейн.

— Да.

От боли я заёрзала на кровати. На самом деле, эта королевская кровать представляла собой просто каменную платформу, накрытую чем-то вроде теплого матраса, но все равно она была лучше, чем та, на которой мы с Тедди спали до этого.

— Но на самом деле все началось после твоей смерти.

— Теперь я понимаю, почему ты хочешь, чтобы все изменилось. Но не понимаю, почему ты все ещё любишь меня? После всего, что я сделал, думаю, ты была бы рада избавиться от меня.

Неловкое молчание наполнило воздух.

— Наверное, я падка на тысячелетних королей, — я слабо улыбнулась. — Боже, у меня адски болит спина, где Тедди?

— Я приказал своим людям, чтобы никто не беспокоил нас. Не хочу, чтобы нас прерывали в такой важный момент. Пожалуйста, продолжи рассказ. Что случилось после того, как ты вернулась отсюда домой в первый раз?

«Что-то не так».

В голосе Кинга послышалось беспокойство.

— Все в порядке? — спросила я

— Тебе не о чем беспокоится, Миа, — улыбнулся он, глядя на меня сверху вниз. — Пожалуйста, продолжай.

Я продолжила: мы с Кингом поженились, родился Арх, Мак умер. Затем я рассказала потрясающую часть о том, как появился Десятый клуб и как Кинг вернул к жизни своих супер весёлых приятелей во имя мирового господства. После того, как я закончила говорить, Кинг долго молчал. Он то сидел, почесывая затылок, то вставал и расхаживал по комнате, то снова садился, то снова расхаживал. У меня сложилось впечатление, что он что-то хочет сказать, но не знает как.

— Ну что ты молчишь?

Наконец-то он повернулся и посмотрел на меня уверенным взглядом.

— Не смотря на то, что Провидцы хотели казнить Хейн, она все равно мертва. Я думаю, они не расстроятся, что её убил Каллиас, поэтому эти события не должны привести к войне.

— Я надеюсь, что войны действительно не будет. Но все может измениться в любой момент, и события повторятся каким-то другим способом. Вот почему я хотела попасть домой вместе с тобой. Если ты вернёшься со мной, то тебя не проклянут, ты не проживёшь три тысячи лет в муках и не создашь Десятый клуб. Это полностью поменяет игру.

— Вернуться с тобой? — он покачал голой.

— Да.

— Ты имеешь в виду оставить мой народ?

Пытаясь сесть, я поморщилась. Я знала, что Тедди закрыла все раны, но лучше от этого я себя не чувствовала.

— Думай об этом как о спасении, а не о том, что ты бросаешь их. Это перекрывает все возможности для войны с Провидцами.

Также это устранит возможность его смерти и проклятия, из-за которого он создал свою империю зла. По крайней мере, на данный момент.

— А что, если войну начнет кто-то другой? — спросил он.

— Не знаю. Возможно, исчезнуть — это судьба вашего народа, а возможно, и нет. Но то, что произойдет с тобой, и разрастание зла, которому ты будешь способствовать — в тысячу раз хуже, Кинг. Десятый клуб убивает, насилует, пытает и вообще делает всё, что и с кем им заблагорассудится.

— Зло всегда будет существовать.

— Возможно, но не такое, как это.

— Миа, о боже! Ты в порядке? — в комнату ворвалась Тедди. Её бежевая льняная туника была практически полностью испачкана грязью и пропитана потом.

— Я в порядке, — пробормотала я. — А что случилось с тобой?

— Я рада. — Она повернулась к Кингу и толкнула. — Какого черта, приятель? Мне пришлось перепрыгнуть через стену, чтобы попасть сюда. А потом за мной погнались твои головорезы.

— Это потому что я не хотел, чтобы нас беспокоили, — прорычал Кинг.

— Тедди, я в порядке, — предупредила я, не желая, чтобы эти двое шли на конфликт.

— Нет, это не так. Ты была близка к смерти. — Она с силой втянула воздух.

— Ну, теперь я в порядке.

«Вернее, я слабая, испытываю боль, но живая».

— Миа, то, что с тобой произошло, это больше, чем сломанное запястье или боль в животе. У меня не хватило сил, чтобы полностью тебя исцелить. Позволь мне тебя осмотреть.

Прежде, чем я успела возразить, Тедди положила на меня свои руки.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Лема показывает мне, как читать свет человека. А теперь помолчи и дай мне сосредоточиться. — Тедди закрыла глаза — Видишь, я чувствую это, изнутри ты всё ещё истекаешь кровью.

«Дерьмо».

— Это объясняет, почему мне так больно дышать.

— Миа, тебе нужно в больницу. Я целитель, а не хирург. Мой дар воздействует больше на эмоции и психологические состояния.

— Я уже пыталась вернуться домой, но у меня ничего не получилось.

— Так, тогда я позову Лему. — Сначала Тедди почесала затылок, а потом ткнула указательным пальцем в Кинга. — А ты! На этот раз тебе лучше впустить меня или помочь мне.

— Может, на сегодня мы закончим с угрозами? — рявкнул Кинг. — С меня их довольно, тем более от Провидцев.

Тедди внезапно замолчала, будто хотела убить его своими зелёными глазами.

— Мудак! — она направилась к дверному проёму и исчезла за ним.

— Что такое мудак? — Кинг удивлённо посмотрел на меня.

— Не бери в голову. Она просто недовольна, вот и всё.

— А что это за место, про которое она говорит? Больница.

— Ну, это место, где лечат больных, и наши целители используют специальные лекарства, а иногда машины.

— Машины?

— Это…

Внезапно я почувствовала в груди острую боль, будто левое лёгкое заливает горячий свинец. На ум мне пришла только мысль о том, что этот кинжал что то проткнул внутри меня. И если это так, то Тедди права, она не сможет исцелить меня и мне срочно нужен врач.

— Миа! — Кинг опустился рядом со мной на колени и погладил по лбу — Что происходит?

— Больно, — я еле выдавила из себя это слово. — О, боже.

— Ты не можешь умереть у меня на руках, Миа. Я этого не допущу.

Как мило, что он думал, будто может приказать мне не умирать.

— Я не знаю… — мне пришлось перекатиться на бок, крича от боли. Я могла думать только о бедной, маленькой Ариадне в моем животе.

— Черт возьми! — Кинг встал с колен и позвал охранников. — Выясните, где носят черти этих Провидцев, и скажите им, чтобы немедленно явились сюда. — Затем он быстро вернулся ко мне. — Скажи мне, Миа, скажи мне, почему я так долго ждал, чтобы увидеть, какая ты на самом деле? Проклятые боги.

Мне всегда нравились его старомодные ругательства. Это действительно восхищало, но в данный момент моё сердце настолько бешено колотилось в груди, что перед глазами всё поплыло.

— Эта история… — простонала я. — История нашей жизни, её жанр «трагедия».

— Нет, не говори так. Ты проделала весь этот путь и вынесла просто невозможное. Ты спасла мне жизнь. И я отказываюсь допускать, что это было напрасно.

На мои глаза навернулись слезы, и я приложила к груди кулак. Я не могла дышать.

— Я хочу узнавать тебя, хочу узнавать наших детей и наблюдать, как они растут, — признался он.

Это был именно тот мужчина, которого я так сильно полюбила: мягкий, преданный и яростно защищающий тех, кого любит. А если он любил кого-то, то любил его всем своим существом. Когда он давал обещание, то делал все, что было в его силах, чтобы сдержать его. Это заставило меня задуматься над тем, какие муки он, должно быть, испытывал, когда нарушал клятвы, данные мне, чтобы позволить Маку жить. Я не могла отделаться от мысли, что в тот день часть Кинга умерла, и он просто не мог вернуть её. Поэтому и не помнил меня.

«Самосохранение».

— Миа, о черт! — на этот раз Тедди ворвалась в комнату вместе с Лемой. — О, черт. Чёрт возьми, это все из-за твоего глупого упрямства. Почему ты скрывал её от меня? — набросилась она на Кинга.

— Ты же говорила, что с ней все в порядке, — возразил он, но в его голосе звучала паника. — Сделай что-нибудь, чтобы помочь ей.

— Я сказала, что надеюсь, что с ней все будет в порядке. И сейчас не могу ничего сделать.

— Дети, — вмешалась Лема. — Пожалуйста, прекратите свои пререкания и отойдите.

Спустя мгновение я почувствовала её тёплые, успокаивающие руки на своей груди, и это немного облегчило боль и восполнило нехватку воздуха в лёгких.

— Она задыхается вместе со своим ребенком, — вынесла вердикт Лема.

— Черт, черт, черт. — Тедди схватила меня за руку, и на мгновение я почувствовала, как её руки стали горячими, но этот свет не достигал моей груди.

— Так, я собираюсь подарить тебе свое кольцо. — Она начала стягивать его с пальца.

— Нет, это небезопасно, — простонала я. Кольцо не предотвращало смерть людей, оно просто возрождало их тела после смерти, чтобы они не оставались мёртвыми, и я понятия не имела, как это подействует на Ариадну — Мне нужен врач.

— Миа, ты должна вернуться домой немедленно, — сказала Лема.

— Она сказала, что пыталась, но не сработало, — рассказала ей Тедди.

— Дитя, попробуем ещё раз, — потребовала Лема, снова прикасаясь ко мне руками. — Вот, возьми её за руку. Ты пойдешь вместе с ней. — Она вложила грубую руку Кинга в мою и сжала их.

Наши взгляды пересеклись всего на мгновение, но я увидела только тепло и привязанность в глубине его голубых глаз. Он хотел быть со мной.

Мое сердце походило на большой, счастливый воздушный шар.

— Ты уверен? — прошептала я.

— Я понял, что ты особенная, как только увидел тебя, Миа. Я просто слишком боялся себе в этом признаться.

Хорошо, наконец-то он понял. Я закрыла глаза и попыталась отвлечься от боли и сосредоточиться на желании видеть всех нас в безопасности и счастливыми. Каждого в своем времени. Но ничего не произошло. Я чувствовала себя слишком уставшей, а маленький огонёк в душе Ариадны казался ещё холоднее, чем моё сердце.

— Я не могу, — захныкала я в агонии. — Я слишком слаба.

— Тогда мы должны просить помощи у предков, — сказала Лема. — Но они захотят жертвы…

— Хватит, — рявкнул Кинг. — Все эти разговоры — пустая трата времени, которого у неё нет.

Я хватала ртом воздух, глазами ища помощи у Лемы.

Она закрыла глаза.

— Что они говорят? — через несколько мгновений Тедди стала подталкивать Лему. Но Лема находилась в каком-то медитативном состоянии.

— Быстрее! — поторопила её Тедди.

Тёмные глаза Лемы распахнулись.

— Они говорят… — она глубоко вздохнула. — Все так, как я и сказала. Они говорят, что Миа должна принести жертву, она должна отказаться от чего-то, чтобы получить что-то другое.

«Боже, мне хотелось пнуть этих мертвых Провидцев по их яйцам. Даже если они были женщинами».

— Миа, ты должна выбрать что-то, что важно для тебя. — Теперь даже Лема выглядела обеспокоенной.

Я вдруг почувствовала, что со мной снова играют. Ведь они просят меня сделать невозможный выбор между теми, кого я любила, и теми, кто дорог моему сердцу. Чтобы спасти свою нерожденную дочь, я могла бы отдать свою собственную жизнь, но это не вариант. Также я была чертовски уверена, что никогда не откажусь от Арха, ни сейчас, ни когда бы то ни было. Боль в груди стала почти невыносимой, и слёзы сами по себе стекали по щекам. Я посмотрела на Кинга, который стоял позади Тедди и Лемы. Когда наши глаза встретились, он понял, что творится в моей голове, понял, что я должна была отказаться от него.

Его губы приоткрылись в печальном вздохе или, возможно, во вздохе разочарования.

— Мне так жаль, — одними губами произнесла я.

— Нет. Это мне жаль. — Он отодвинул Тедди и подошёл ко мне. — Мне жаль, что я не послушал вас, когда вы только появились, но теперь ты должна выслушать меня. Ты не должна идти ни на какую сделку с Провидцами. Тебе нужно сосредоточиться и заставить себя немедленно покинуть это место и отправиться в больницу. А я буду ждать тебя там, на другой стороне.

Его слова казались мне неразберихой, которую я не могла понять.

— Где ты будешь меня ждать?

«Возможно, он имел в виду смерть».

— Ты покинешь это место прямо сейчас, и я буду там. — Он наклонился и сжал мое плечо.

— Но это невозможно, ты же не можешь… — я ничего не понимала.

— Проклятье, женщина. Все это возможно! Если я что-то и узнал о тебе за это время, так это то, что в тебе есть упрямство быка, а теперь хоть раз сделай так, как тебе говорят, и покинь это место.

— Но как ты… — Понимание выстрелом щелкнуло у меня в голове.

«Дерьмо. Пожалуйста, больше никаких проклятий».

— Нет. Так нельзя, Кинг. Пожалуйста, умоляю тебя.

— Ты должна довериться мне, Миа, — сказал он.

Моё тело кричало, требуя воздуха и помощи Ариадне.

— Нет, пожалуйста, не надо. Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

Как бы мне ни хотелось умолять его, у меня не было на это времени. Следующие три тысячи лет он будет жить в аду, чувствуя, как гниёт его душа, поглощенная яростью и тьмой. Он не сможет избежать самого худшего своего кошмара, потому что он и есть этот кошмар. Я не хотела добраться до другой стороны только для того, чтобы обнаружить, что Десятый клуб по-прежнему существует, а Кинг, возможно, всё ещё жив, но чертовски зол и жаждет причинить мне боль. И тот Кинг не способен защитить наших детей, потому что его сердце не способно испытывать любовь.

— Мне жаль, что я сомневался в тебе, Миа. — Кинг прижался своим лбом к моему. — Но теперь ты должна поверить в меня. Я позабочусь о твоей безопасности, и мы снова будем вместе.

— Так, сейчас ты должен её отпустить, — сказала Лема. — Миа, попробуй ещё раз. Сосредоточься.

— Скоро увидимся, мой маленький воин. — Кинг прижал Арха ко мне и наклонился, чтобы поцеловать его в лобик. Потом неохотно встал и попятился.

— Положи руки ей на живот. — Лема кивнула в сторону Тедди.

— Что мы делаем? — спросила Тедди.

— Ты поделишься с ней своим светом. — Лема опустила голову. — Поторопись, дитя.

Тедди положила свои дрожащие руки поверх рук Лемы. Я посмотрела в глаза Тедди, желая сказать ей так много вещей: что я была рада встретить её и буду скучать по ней, если выживу. Что она стала мне сестрой, которая находилась рядом, когда я больше всего нуждалась в друге, и этого я никогда не забуду.

— Не забудь писать, — пробормотала я.

— Передай моим родителям, что я люблю их, — рассмеялась Тедди.

Затем я посмотрела на прекрасное лицо Кинга.

«Миа, пожалуйста, не делай этого».

Но эти уговоры были ложью. Ведь я отдала бы все на свете, чтобы снова увидеть его. Я не готова была его отпустить.

Кинг тоже посмотрел на меня, и на его губах появилась очаровательная, дерзкая улыбка. Будто он ещё раз хотел сказать мне, что у нас все получится. Но вдруг я почувствовала, как мое тело окутывает тепло, а разум погружается во тьму. Я представила себе Ариадну, счастливую и здоровую. Я подумала об Архе, его маленькой кроватке в нашем доме. Я представила, как мы с Кингом гуляем по его любимому пляжу, недалеко от нашего дома. И клянусь, я будто почувствовала его теплое, живое тело рядом с моим, под простынями.

«Иди туда, иди туда. От этого зависят ваши жизни».

Я почувствовала, как тепло в теле угасает, и не знала, умираю я или возвращаюсь домой.

А потом все окутала тьма.

Глава 21

Я открыла глаза и обнаружила, что, пошатываясь, стою на пороге дома своих родителей в Сан-Франциско, а Арх на моих руках кричит что есть мочи. Сначала я хотела, чтобы он просто замолчал и дал моему мозгу собрать в кучу мысли, справиться со всей болью и тем фактом, что я харкаю кровью, но именно крик малыша заставил мою мать подбежать к входной двери.

— Господи Иисусе! — закричала она, выхватывая у меня Арха, когда я начала падать. — Милый, позвони девять-один-один! — крикнула она через плечо. — Что случилось, Миа? Ты можешь говорить?

Мама помогла мне мягко приземлиться на деревянное крыльцо.

— У меня пробито лёгкое, — прохрипела я.

— Боже, как же это произошло?

У меня не было никакого объяснения, поэтому я просто спросила:

— Кинг здесь?

— Кинг? Кто такой Кинг, милая?

Моё сердце будто разбили о холодную кирпичную стену. Мне захотелось плакать, но я могла только стонать и корчиться на земле, пытаясь сохранить хоть какой-то приток кислорода к лёгким.

«Его здесь нет, у меня ничего не получилось».

И вся надежда внутри меня иссякла. Всего лишь на одно мгновение, одно глупое паршивое мгновение я поверила, что он сдержит слово, и мы сможем начать все сначала.

— Почему вы с Архом в такой странной одежде? — спросила мама, и её глаза наполнились замешательством. — О, милая, не разговаривай, не разговаривай, прости.

— Они уже в пути! — Отец выбежал на улицу.

К счастью, больница находилась чуть более чем в трёх кварталах отсюда.

У меня темнело в глазах, но мысль, что я не позволила Хейн выиграть этот раунд, придавала мне хоть каких-то сил. Она могла бы стать причиной, по которой у нас с Кингом отняли ещё один шанс. Но она не станет причиной, по которой моё тело перестанет дышать или по которой я потеряю свою милую, маленькую Ариадну.

— Мама, — прошептала я из последних сил. — Скажи им, что я беременна.

Парамедики должны были знать этот факт на случай, если я потеряю сознание.

Но сознание меня не покинуло.

Я не теряла его всю дорогу до больницы. Также я не теряла его, пока работники скорой пытались прочистить мои лёгкие, и все же я чувствовала, как ускользает жизнь.

Но когда они накрыли мне рот и нос маской, я увидела его, темную тень Кинга, маячащую за врачами и медсестрами, отчаянно пытающимися сохранить мне жизнь.

«Его призрак».

Я улыбнулась от мысли, что в каком-то смысле он сдержал своё обещание. Его дух остался где-то рядом, ожидая меня на той стороне.

— Не сдавайся! — услышала я его шепот.

Он исчез быстрее, чем я моргнула.

— Быстрее, она умирает! — это было последнее, что я услышала, прежде чем подействовал наркоз.

Глава 22

Когда я проснулась, в моих глазах расплывался туман. Я была одна, но пустая кофейная чашка на прикроватном столике подсказала мне, что отец или мать где-то недалеко. Когда я попыталась сделать полный вдох, тело пронзила мучительная боль. Я чувствовала себя, словно меня избили, четвертовали, потом снова собрали воедино и вновь избили. После я заметила, что из моего носа и рта торчат трубки и прикоснулась к лицу, из-за чего тут же раздался звуковой сигнал на оборудовании жизнеобеспечения, за которым последовал женский голос, который приказал мне лежать смирно. Женщине не потребовалось много времени, чтобы вытащить трубку из моего горла

— В ваших лёгких было много жидкости, но кровотечение мы остановили, — сообщила медсестра.

— Арх… — прошептала я.

— Я не понимаю, про что вы говорите, но ваша мама скоро вернётся. Она пошла ещё за одним кофе.

— А мой ребенок?

К моему животу также был подключен провод, видимо, чтобы следить за состоянием Ариадны.

— С ним все в порядке.

Если бы мне не было так больно, я бы вздохнула с облегчением.

Мои мысли быстро вернулись к событиям, предшествующим моему возвращению домой, и к тому, как Кинг умолял меня не терять надежды.

«Что же пошло не так? Почему он не рядом?»

Может быть, он взял себя в руки, ведь, в конце концов, это я умоляла его не совершать ошибки.

— Миа! — голос матери, донесшийся до меня от двери, мгновенно успокоил мои расшатанные нервы. — О, милая, так приятно видеть, что ты очнулась. Ведь врачи сказали, что на это уйдет несколько дней.

Мама все ещё была в пижаме, а её светлые волосы были собраны в маленький конский хвост. Её голубые глаза такого же цвета как мои, покраснели от слёз.

— Мама, ты уверена, что Кинга здесь нет? — спросила я хриплым голосом.

— Милая, но я же не знаю никого по имени Кинг. Что с тобой произошло?

— Я не помню, — солгала я.

— Приходила полиция. Да и врачи задавали всевозможные вопросы. Они сказали, что ты выглядела так, словно тебя резали изнутри.

Это логично, ведь Тедди смогла исцелить только внешнюю оболочку. Я уверена, что то, что они увидели внутри меня, чертовски смутило врачей. Но, честно говоря, кого это сейчас волновало. Я жива, а это значит, что и с Ариадной все будет в порядке.

Как только я подумала о дочери, то почувствовала лёгкое трепетание внизу живота.

«Моя милая девочка. Мама так рада, что с тобой все в порядке».

— А с Архом все в порядке? — этот вопрос дался мне с трудом.

— Он плакал, потому что нервничал из-за всех этих анализов, которые делали врачи, чтобы убедиться, что он не пострадал. Но с ним уже все в порядке. Он с твоим отцом.

— А ты вообще собираешься спросить обо мне? — глубокий голос заполнил комнату.

Я посмотрела за спину матери, где в элегантном черном костюме стоял Кинг.

Мои глаза наполнились слезами, а потом меня охватил страх. Я не могла разглядеть его цвета и поэтому не понимала, жив он или мёртв. Я просто уставилась на него, ожидая, что он скажет что-нибудь ещё.

— Вы не могли бы оставить меня на минутку наедине с моей женой? — попросил он.

— Я же просила тебя называть меня мамой. Ну конечно, я буду прямо за дверью. — Мама утешительно улыбнулась мне и вышла.

Кинг терпеливо подождал, пока она окажется вне пределов слышимости, а затем присел рядом со мной на стул.

— Итак, могу ли я предположить, что ты всё помнишь? — в его улыбке блеснуло самодовольство.

Я слегка кивнула.

— И ты помнишь, кто я такой? Кто я на самом деле? — спросил он.

Я снова кивнула.

— Признаюсь, что после трёх тысяч лет я ожидал немного большего волнения при нашей встрече, Миа.

— Но… — я не хотела задавать этот вопрос, потому что моё сердце не смогло бы вынести никаких плохих новостей.

— Да, я жив, — гордо прошептал он, угадав, что я хочу спросить.

— Но… Но как?

Он поднял руку и показал мне кольцо из чистого золота на своем мизинце. Оно было с бриллиантом.

— Божечки! — прошептала я. — Откуда у тебя оно?

— Его отдала мне Тедди. И она просила передать, что любит тебя, а также она написала тебе смехотворное количество писем, которые я для тебя сохранил, по-крайней мере, надеюсь на это. В 1400 году до н. э. было нелегко изготавливать кувшины, облицованные воском.

Пока он говорил, я заметила блеск в его голубых глазах.

«Божечки. Он жив».

Слезы облечения затопили глаза. Он был не только жив, но и не казался мне тем конченым злобным ублюдком, которым я его видела в последний раз здесь.

— Я так много хочу тебе рассказать. Все, что произошло во время моего путешествия на эту сторону. Но сейчас все это неважно. Важно то, что мы вместе. Ты и дети в безопасности.

— Мы действительно женаты? — прошептала я, вспомнив, как он произнес слово «жена», когда вошёл в комнату.

— Старая провидица была права. События выстроились таким образом, что позволили нашим путям пересечься без каких-либо противоречий с событиями, произошедшими в прошлом. — Он наклонился и погладил меня по лбу. — Мы познакомились с тобой чуть больше двух лет назад и женаты почти столько же. Около трёх месяцев назад ты родила Арха и почти сразу же снова забеременела. Думаю, у меня фантастическая сперма! — он откинулся назад на стуле и гордо скрестил руки на груди.

— Значит, я никогда не знала, кто ты на самом деле?

Он медленно покачал головой.

— Мне очень понравилось узнавать тебя, Миа. Я узнал тебя той девушкой, которая жила до того, как отправилась в прошлое, чтобы увидеть меня.

Мне было невероятно сложно разобраться во всем этом. Ведь если мы действительно изменили историю, полагаю, это означало, что Миа, с которой он жил до сих пор, жила совершенно другой жизнью. Счастливой жизнью, свободной от прошлого, которое пережила я. Так что сейчас эта девушка вроде как исчезла, когда я вернулась. Мне придется подумать об этом гребаном беспорядке позже.

— Десятый клуб исчез? — спросила я.

— Я же обещал тебе, что все исправлю, не так ли?

— Да, но…

— Никаких но! Ты отдыхай и выздоравливай, а я расскажу тебе все, когда ты будешь к этому готова. — Он поцеловал мою руку. — Просто знай, что теперь ты в безопасности.

Итак, мы сделали это. Действительно сделали! Десятый клуб исчез, а Кинг жив и остался со мной. Мои дети в безопасности. Я просто не могла в это поверить. После стольких трудностей и боли возможно ли, что моя жизнь перевернулась и стала идеальной? Часть меня не смела на это надеяться, ведь меня так много раз подводили. Другая же часть хотела танцевать чечётку. Я заслужила счастливый конец. Мы оба заслужили счастливый конец, ведь боролись за это изо всех сил.

— Господи, Миа, мама говорит, что тебя ударили ножом? Чё за херня? — из дверного проема на меня с раздражением уставилась пара серо-голубых глаз.

— Джастин? Ты жив?

«Нет. Ну этого же не могло быть».

— Она что, ударилась головой? — Джастин посмотрел на Кинга.

— Она под действием обезболивающих и немного не в себе, — ответил Кинг.

Джастин обошёл кровать с другой стороны, а я могла только с удивлением смотреть на моего мёртвого брата, который теперь был совершенно живехоньким. Он был так же красив, как и в моей памяти. Со своими светлыми волосами цвета золотого песка, ямочками на щеках и мальчишеской улыбкой. Моё сердце подскочило к горлу, и я вскрикнула, пытаясь вздохнуть.

— Вот это в твоём духе, Миа. Устроить такую драму за день до моего отъезда в Мексику! — сказал Джастин с ухмылкой. — Теперь мне придется отложить свою поездку.

— Мексику?

— Я направляюсь на свои первые раскопки. Ты что, забыла? — нахмурился он. — Тебя что, избили? Или сбила машина?

— Ну, что-то в этом роде… — ответила я.

У Джастина зазвонил сотовый.

— Секунду. Это один парень из моей команды.

Джастин подошёл к дверному проёму и начал болтать о каком-то потерянном оборудовании со своим невидимым собеседником.

— Ты не можешь позволить ему уехать! — я посмотрела на Кинга, чувствуя внутри себя поднимающийся ужас.

— Миа, это совершенно безопасно. — Он улыбнулся мне самой дерзкой ухмылкой в мире, хоть и понимающе на меня посмотрел. — Я обещаю, не произойдет ничего такого, что могло бы привести к его смерти. И эту экспедицию финансирую я. Я позаботился о том, чтобы было всё так, как я обещал.

Я не могла в это поверить.

— У меня было очень много времени, чтобы продумать свой план игры, — продолжил он. — А теперь, пожалуйста, немного отдохни. Нам с тобой нужно немного узнать друг друга, и я должен пригласить тебя на наше первое свидание. Снова, — усмехнулся Кинг. — К этому можно даже немного привыкнуть.

— Не думаю, что когда-либо смогу.

Каждое желание, которое хранилось у меня в сердце, теперь стало реальностью.

Кинг протянул руку и, сияя улыбкой, провел большим пальцем по моей нижней губе.

— Ох, моя прекрасная Миа, теперь у нас с тобой есть в запасе все время мира.

Глава 23

Две недели спустя я встала на путь выздоровления, хотя для того, чтобы вернуть своё прежнее дыхание, мне потребуется ещё какое-то время. Драко, как теперь мне приходилось называть Кинга, сидел со мной каждый день по несколько часов, рассказывая о том, что произошло за последние три тысячи лет. И, чёрт возьми, произошло немало. Хоть он и рассказал мне более короткую версию истории.

Он рассказал мне о том, что после того, как я покинула минойцев, для него все изменилось. Он стал подвергать сомнению свое предназначение, свою роль в этой жизни, да и собственно всю свою жизнь. Ему было нелегко смириться с мыслью, что он окажет такое негативное влияние на мир. Ведь это противоречило тому, кем он всегда себя считал — королём, который заботится о своём народе.

— Правду было трудно принять, — сказал он. — Но как только я это сделал, то понял, что могу выбирать, кем хочу стать. Ты подарила мне дар самому выбирать свой путь.

Поэтому он отправился на поиски себя. Оставив Тедди, Мака и свой народ, Кинг побывал в Китае, Южной Америке, да и вообще везде, куда мог добраться на лодке, лошади или пешком.

— Но я держался подальше от Арктики. Там слишком холодно, а термоодежды в то время, как ты знаешь, еще не существовало. Но я побывал много где ещё.

Я и подумать не могла, что попаду в то время, когда люди жили так изолированно друг от друга. Поэтому я хорошо представляла себе, как, по его рассказам, он столкнулся с несколькими неприветливыми кланами и очень страшными людьми, при встрече с которыми ему пригодилось кольцо.

— Что случилось с Тедди и Маком?

Кинг заёрзал на стуле, когда я задала этот вопрос. Несмотря на то, что ему явно стало чертовски неуютно, он все равно был самым красивым мужчиной, которого я когда-либо знала. В этой его версии без призрачной составляющей было легкомыслие и очарование, которое я не могла себе в нём представить. Он всё ещё оставался Кингом — высокомерным, уверенным в себе и умным, но угрожающая атмосфера вокруг него исчезла полностью. Я не могла перестать наслаждаться им каждый раз, когда он приходил посидеть со мной в больнице.

Что касается Мака и Тедди, Кинг рассказал о них так:

— Когда я, наконец, вернулся на остров, они уже состарились. У них было шестеро детей, десять внуков и уже двое правнуков.

— Но ты не постарел.

Он покачал головой с ностальгией в глазах.

— Я оставался с Маком до его последнего вздоха. Он сказал, что благодарен мне за такую замечательную жизнь, и я искренне верю, что он жил так, как ему было суждено. Он был любимым королём, мужем и отцом. Когда он лежал на смертном одре, его окружали все, кого он так любил, включая Тедди, которая умерла вскоре после его кончины.

Новость об их смерти вызвала на моих глазах слёзы, но мысль о том, что они прожили свою жизнь вместе, сделала меня счастливой.

— Хотела бы я быть там.

— Тедди взяла с меня обещание, что я передам тебе письма, которые она писала на пергаменте и хранила в бутылках. Она сказала, это поможет тебе почувствовать, что ты ничего не упустила, — сказал Кинг, прочистив горло.

Я улыбнулась, потому что Тедди хотела, чтобы мы оставались близки, несмотря на то, что нас разделяло три тысячи лет.

— Прошло совсем немного времени, когда королём стал их старший сын Мариас. Провидцы тогда предупредили всех о скором извержение вулкана, и люди начали планировать покинуть Крит и переселиться в другое место. Я рассказал им о местах, которые посетил, природе, которую видел, о людях, которых встретил. Мир в то время был довольно-таки необитаем. Так что у них был большой выбор места для нового дома.

— И куда же они отправились?

— Они отправились в место, которое сейчас известно как Кипр. Им потребовалось почти два года, чтобы перевезти всех, но они начали там новую жизнь. А меньше чем через год после их переселения произошло извержение вулкана, которое могло убить их всех.

«Удивительно. Если бы война не уничтожила их, это был бы вулкан».

— Ты действительно изменил историю.

— Мне было интересно, какое влияние на мир принесет исчезновения Десятого клуба и то, что Провидцы выжили. Конечно, злые люди все ещё существовали и всегда будут существовать, но, по крайней мере, у хороших парней теперь есть шанс на борьбу.

«На честный бой».

Затем Кинг признался мне, что когда умер Мак, а за ним и все, когоонзнал, наступил самый темный период в его жизни. Он начал подумывать о том, чтобы снять кольцо, но мысль о том, что мы снова увидимся и он сдержит данное мне обещание, предавала ему мотивации жить дальше. Мне хотелось узнать, нашел ли он себе какую-нибудь компанию друзей или любовниц. Словом, других людей, с которыми можно было бы скоротать время. Но потом поняла, что он расскажет мне лишь то, чем считает нужным поделиться. Наверное, были вещи, которые мне просто не нужно знать.

— Так как же мы с тобой встретились? — спросила я.

— Тедди рассказала мне, в каком году ты родишься, но я не знал точного дня. Она также рассказала мне, что ты из Сан-Франциско, поэтому я переехал сюда на рубеже веков. Я начал строить доходный бизнес, импортируя специи, предметы искусства и мебель со всего мира, и я ждал. И вот однажды я увидел, как ты переходишь улицу вместе со своей матерью. Ты была такая маленькая, но я сразу узнал тебя.

— Фу, извращенец.

— Было немного странно увидеть пятилетнего ребенка и сказать: «Вот идёт моя будущая жена», — засмеялся Кинг. — Однако я ждал так долго, что мог подождать и ещё двадцать лет. Поэтому следил за тобой, но всегда держался в стороне, не планируя с тобой встретиться до твоего двадцать пятого дня рождения. Собственно, в этом твоём возрасте мы и познакомились. Однажды, прямо перед твоим днём рождения, ты зашла в мой магазин в поисках подарка для своего брата, и уж тогда я не мог оставаться в стороне. Я помню, как ты посмотрела на меня. Будто мы уже знакомы, но это было не так.

— Теперь ты знаешь, что я чувствовала, когда отправилась к тебе на Крит.

— Да. Теперь я знаю. Но также я всегда знал, что в какой-то момент прошлое все-таки настигнет нас, и ты станешь той женщиной, которую я встретил три тысячи лет назад. Но, несмотря ни на что, я влюбился снова. Я знал, что все равно буду любить тебя, даже после того, как ты изменишься.

— И как, у тебя получилось?

— Конечно. — Он пожал плечами, и я рассмеялась.

— Да, я понимаю, как это бывает.

Ну, честно говоря, я понимала, что для него это должно было быть странно, потому что это странно также и для меня. Мы чувствовали связь, но по-настоящему не знали друг друга.

— Итак, никакого Десятого клуба, никаких проклятий и никаких мертвых людей, которых ты возвращаешь к жизни, чтобы поработить массы.

— Боюсь, что нет. Но у меня действительно есть бизнес, которым нужно управлять, и я уже несколько недель пренебрегаю своими делами. Давай мы отвезём тебя домой, потому что я должен уехать на несколько дней. В Италии есть коллекция фарфора и хрусталя, которые я должен осмотреть. Дилер подержит его для меня ещё несколько дней, прежде чем продаст коллекцию кому-нибудь еще.

— Так ты действительно торговец древностями?

— О, я знаю многое о старых вещах. — Он улыбнулся так, что это озарило мое сердце. — Ну а ты? Готова начать нашу новую жизнь?

Слова застряли у меня в горле, потому что, казалось, невозможно чувствовать себя такой счастливой.

— Ты понятия не имеешь насколько.

~ ~ ~

После того как я выписалась из больницы, Драко отвёз меня в дом моих родителей, чтобы забрать Арха. Наш сын выглядел пополневшим, счастливым и ужасно избалованным. Я уверена, что ему добавило настроение и то, что в его меню больше не было козьего молока и ячменя. Джастин уже уехал в Мексику, но пообещал вернуться через несколько недель и навестить нас. Мне теперь не терпелось снова встретиться с ним, ведь видеть его живым было моей мечтой, ставшей реальностью.

Мы подъехали к нашему дому, отреставрированному голубому викторианскому зданию. И я совсем не удивилась тому факту, что этот дом находится на том же самом месте, где когда-то стоял жуткий современный дворец Кинга с видом на мост Золотые Ворота. Я не рассказывала ему эту деталь, но судьба, казалось, повторяла некоторые аспекты нашей прошлой жизни. Мне было всё равно, потому что наш новый дом выглядел тёплым и жизнерадостным. С ярко-красными розами и ярко зелёными и пурпурными башенками под карнизом.

Остановив свой чёрный внедорожник «Мерседес» (что тоже было неудивительно) на подъездной дорожке, Кинг просто сидел и смотрел, как я пялюсь на наш сказочный дом.

— Что-то случилось? — спросил Кинг.

— Нет. Я просто пытаюсь представить, как мы живём здесь вместе, — ответила я и посмотрела в его голубые глаза.

— Для протокола, тебе этот дом нравится! — Кинг выдал свою фирменную улыбку. — Особенно главная спальня. Которую я построил для тебя на верхнем этаже. — Он открыл свою дверь и обошёл машину вокруг, чтобы помочь мне выйти. — Позволь мне.

Я вдруг занервничала. Конечно, я знала этого мужчину, но всё, что происходило сейчас, скорее походило на наше первое свидание.

— Я готова.

Кинг взял на руки дремлющего Арха с автомобильного сиденья, выглядя при этом как опытный отец.

— Знаешь, с ребёнком на руках ты выглядишь невероятно сексуально.

— Ты всегда так говоришь, — улыбнулся Кинг.

— Потому что так оно и есть. — Хотя без ребенка на руках он выглядел так же.

— Просто подожди, пока я снова надену синюю юбку. Это сведёт тебя с ума! — Мы подошли к входной двери, и Кинг открыл её.

— А что, это возможно? — рассмеялась я.

Кинг придержал для меня дверь, и, войдя, я сразу вдохнула свежий воздух, который пах домом. Он пах детской присыпкой, моими духами и даже свечами с ароматом ванили, которые я так любила.

— Я никогда ещё не видел тебя такой счастливой.

Он подошёл ближе, позволяя мне вдохнуть аромат его дорогого одеколона, который тоже не поменялся.

— Я держу свои обещания, Миа, и всегда буду это делать. Я не тот мужчина, которого ты помнишь.

Он наклонился и поцеловал меня. А моё тело замерло в ответ, когда я почувствовала тепло его губ. Они были такими же как всегда, шелковистыми и чувствительными. Это было все равно что целовать мужчину, в которого я влюбилась так много лет назад, когда он был обычным человеком. Сильным и глубоко преданным своему народу.

«Моим королём».

Я отстранилась и уставилась на него.

— Всё в порядке? — спросил он бархатным глубоким голосом.

— Думаю, тебе нужно пойти уложить ребенка и показать мне нашу спальню.

— Я уж думал, ты никогда не попросишь.

Глава 24

Кинг

Наверное, я мог бы часами сидеть и смотреть в небесно-голубые глаза Мии, рассказывая ей, как долго ждал этой встречи с ней и какой ад пережил. Но зачем тратить свою энергию на разговоры, когда я могу показать ей, что чувствую. Я укладываю нашего сына в кроватку и, взяв Мию за руку, веду её на верхний этаж. В наш личный оазис, наполненный всей роскошью, о которой только может мечтать женщина: камином, сауной, гардеробной. Я не экономил средств, зная, что в этой комнате мы будем проводить время, заново узнавая друг друга. Трахаясь, разговаривая, отдыхая. А что касается меня… я притворяюсь. Я помогаю ей преодолеть последний лестничный пролёт, зная, что её тело ещё не восстановилось до конца. Но в данный момент это меньшее, что меня волнует. Я отчаянно нуждался в том, чтобы вновь обрести свою Мию. Ту, которая познала шрамы и выдержку, ту, которая знакома с болью и страданием так же хорошо, как и с любовью.

«Моя Миа».

Ради неё я сдержу своё обещание, она будет жить в безопасности, в мире, свободном от безумия и насилия Десятого клуба. Я никогда не открою ей правду. Потому что, видите ли, я действительно сдался. Я снял это кольцо и умер ещё три тысячи лет назад. Но в момент, когда я испустил последний вздох, что-то произошло, и холод стального клинка в моём животе навсегда запечатлелся в моих воспоминаниях. А за долю секунды, пока подвергался проклятию, я увидел своё будущее.

Когда вам говорят, что перед смертью вся жизнь пронесётся перед глазами — это правда. Но чего вам никто не говорит, так это то, что именно вы увидите. Лично я увидел миллион разных способов остаться хорошим, непорочным человеком. Увидел, что спасение людей, которых я любил, все еще в моих руках. Но только для того, чтобы в конечном итоге уничтожить их и себя в процессе. Мак, Миа, мои люди, мои дети — все погибали в обозримом мною будущем, если я оставался «хорошим человеком». Каждый мой шаг подвергал их опасности. И в тот момент, когда я смог увидеть все возможные сценарии своего будущего, я понял, как сильно люблю Мию и что сделаю для нее все возможное.

«Включая невозможное».

Я показываю Мии её новый дом, лишь смутно осознавая, что бормочу что-то о проделанной мной работе. Потому что в моих мыслях мы уже наверху, в постели. Я нахожусь как внутри неё, так и сверху, целуя её сладкий рот и пробуя её на вкус.

— Это просто… — Она делает короткий вдох, оглядывая прекрасно обставленную спальню. — Невероятно!

— На сегодня хватит осмотра достопримечательностей!

Стоя в изножье кровати, я притягиваю свою жену ближе и целую. Сначала тихонько, чтобы не напугать её, ведь она понятия не имеет, что я такое. Её податливое тело будто тает рядом со мной, и я осторожно обнимаю ее, прижимая к себе. Стараясь не причинять боли. За эти столетия я приобрёл много даров, и сила в моём теле — один из них. Наши губы сливаются в поцелуе, но это совсем не то, чего я хочу. Быстрыми движениями снимаю с неё одежду: джинсы, футболку. И наблюдаю, как она сама снимает свое нижнее белье. Её кремовая кожа бледнее, чем я её помню, но знаю, что со временем она снова станет сильной и наполнится красками.

— Миа, ты прекрасна.

— Ты тоже ничего… — краснеет она, стоя передо мной обнаженной.

На её губах расцветает та застенчивая улыбка, которая кажется мне такой знакомой, той, которую я люблю.

— Не могу поверить, что ты наконец здесь. — Я сбрасываю штаны и без колебаний обнажаю свой член. В ответ Миа облизывает губы и улыбается точно так, как я и предполагал.

— Заткнись уже и займись со мной любовью, — говорит она.

Я не нуждаюсь в дальнейшем поощрении, но знаю, что мне нужно быть осторожным.

Быстро уложив её на кровать под собой, я становлюсь глухим к окружающим нас звукам. И когда я погружаю в неё свой член, чувствую себя так, словно наши тела соединяются в первый раз. Они двигаются почти в унисон, и Миа тихо стонет подо мной каждый раз, когда я толкаюсь вперёд. Миллион мыслей проносятся у меня в голове, когда она раздвигает ноги шире, прижимаясь своими бедрами к моим, пытаясь почувствовать меня ещё глубже.

«Ты моя. Я никогда никому тебя не отдам и не покину. Я всегда буду защищать тебя».

Минуты наслаждения пролетают незаметно, её тело напрягается, а ногти глубоко впиваются в мои плечи. И в тот момент, когда я чувствую, как она кончает, я изливаюсь внутрь неё. Я думаю только о том, чтобы ей было хорошо, и о том, как мне не терпится снова заняться с ней любовью, как только она будет готова. В следующий раз я возьму её медленнее.

Миа вздыхает, её руки безвольно опускаются на кровать.

— Это было невероятно.

Я улыбаюсь про себя.

«Все мои страдания стоили этого момента».

До тех пор, пока она не узнает правду.

Я встаю с кровати, зная, что за последний час пропустил дюжину телефонных звонков.

— И куда ты направляешься? — тяжёлые веки Мии почти закрываются.

— Я спущусь вниз за водой, — тихо говорю я, натягивая джинсы и вглядываясь в её живот, в котором прямо сейчас находится наш второй ребенок. — Тебе нужно больше жидкости, ради малышки.

— Звучит неплохо. — Миа с улыбкой закрывает глаза и устраивается поудобнее.

— Вот это моя девочка. Я скоро вернусь.

Хватаю свой сотовый, спускаюсь на первый этаж, и нажимаю кнопку «ответить», только зайдя в свой кабинет.

— Слушаю.

— Ради всего святого, Кинг, ты думаешь, я должна ждать весь гребаный день, пока ты ответишь на звонок?

Проклятые Провидцы. Всегда такие болтливые.

— Заткнись нахрен, Хейн!

— Или что?

— Или я приду и покажу тебе, что происходит с непослушными сучками, которые работают на меня.

Она продолжает ворчать на другом конце провода. Мне не нравится быть с ней таким грубым, но что уж поделаешь.

— Ладно, извини, — говорит она. — Так какая работа нам предстоит?

— Я пришлю тебе адрес, по которому он скрывается.

Этот ублюдок в бегах уже несколько недель, но я всё ещё тот человек, который может найти что угодно или кого угодно. За определенную цену. И моя цена — это счастье Мии.

— Он опасен, так что будь осторожна! — добавляю я.

— Как обычно.

Все не всегда проходит так, как мы хотим, но тем не менее, на нашей стороне преимущество: владение чашей и наличие воскресших Провидцев. Я всегда могу воскресить их, если их убьют, и использовать множество приобретенных мной даров, чтобы сделать их более лояльными.

— Напиши мне, как только он умрёт.

— Хорошо. — Хейн вешает трубку, и я отправляю ей координаты члена клуба, который тайком ходит вокруг да около, пытаясь выяснить, кто управляет Десятым клубом.

Им управляю я. Но теперь я делаю это гораздо умнее, чем раньше. Видите ли, когда я умер, то понял, насколько невозможно было создать мир, полностью свободный от жестокости и тьмы. Я вложил в Десятый клуб определенную логику. Создал инфраструктуру для контроля и манипулирования плохими вещами в этом мире, вместо того чтобы позволять им развиваться. Но для укрощения монстров этого мира требовался бы человек с необычайной силой и дарами, кто-то, готовый принять тьму в своей душе. Кто-то вроде меня. В конце концов, как лучше уберечь от зла тех, кого я люблю, если я не могу понять это зло? Значит, мне просто нужно сблизиться с ним или в моем случае — начать управлять им. Так что, похоже, мне было суждено стать Кингом. Я просто должен был принять своё место в этом мире, если хотел подарить Мии её счастливую сказку. Нет ничего, чего бы мужчина не сделал для женщины, которую он любит. В моём случае, я просто вобрал в себя немного зла.

КОНЕЦ

Notes

[

←1

]

Бэд трип — сленговое выражение, описывающее негативные, потенциально опасные для психики переживания, которые могут возникать во время психоделического опыта, обычно вызванного галлюцинациями из-за приема наркотиков.

Content

Памфилофф Мими Джин Десятый клуб