Хатчинс Амелия

Темнейший Король

Амелия Хатчинс

Темнейший король

ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНЫ!

Книга не несёт в себе никакой материальной выгоды и предоставлена исключительно в ознакомительных целях. Просьба удалить после прочтения. Спасибо!

Переведено для группы WonderlandBooK

Переводчик, редактор и оформитель: inventia

Глава 1

Я наблюдала за шлейфами дыма от шалфея, горящего во множестве костров, усеявших Двор Ведьм. У меня уже волосы встали дыбом, пока мы ждали, когда Керри расскажет нам подробнее о том, почему нас вызвали. Очевидно, это не для несения караульной службы, так как сегодня уже стояло несколько охранников, вооружённых до зубов. Будто они считали, что возникнет проблема.

— Тебе это не кажется странным? — спросил Доминик, и я перевела слезящиеся от дыма глаза на него.

— Все, что касается Керри, кажется странным, — пробормотала я, изо всех сил стараясь не тереть горящие глаза и не испортить макияж, который агентство щедро нанесло.

Для присутствующих мы выглядели как пара. Но это далеко от истины. Мы — халфлинги1 во владении людей у власти. И они позволяли делать с нами всё, что хотели их мерзкие клиенты. Керри, ведущая сегодняшней вечеринки, одна из худших клиенток агентства. Ей нравилось быть ведьмой, но больше того, она наслаждалась властью над слабыми существами.

— Вот она, — я кивнула туда, откуда Керри вышла во двор, осматривая его, пока не наткнулась взглядом на нас.

— Эй, Эли, — сказал Дом, хватая меня за руку и останавливая, когда я оттолкнулась от стены, чтобы подойти к Керри. — Тебе нужно знать, что она поставила на нас цену.

— Они нас продают? — спросила я, прищурившись на него.

— Завтра ты уже не будешь много стоить, а я так и не научился пользоваться силами, а значит, для них бесполезен. Мы слишком стары, по словам Джаррода, и больше нас не станут кормить или содержать.

— У нас самый высокий показатель убийств в агентстве.

— Думаю, им плевать. Они переходят к менее жестоким средствам подчинения существ. Они отсылают мужчин и оставляют женщин, но ты не соответствуешь их образу. Я подслушал их прошлой ночью. Если не можешь заработать денег, лёжа на спине, не стоит оставлять.

— Но… — Я замолчала, когда Керри подошла к нам и расцеловала меня в щеки, отчего у меня по спине побежали мурашки. А когда я посмотрела в её серебристые глаза, в которых виднелась победоносная улыбка, ещё больший озноб сотряс тело. Керри окинула ужасающим взглядом моё платье в V-образным вырезом и, подняв руку, провела по округлости моей груди, отчего меня затошнило. Кроваво-красными ногтями она продолжала своё медленное исследование, пока не потянула за юбку, ухмыляясь, обнаружив подвязку, которую она попросила меня надеть.

— Прекрасно, как и всегда, Элианна.

— Спасибо, — скромно ответила я, позволяя ей думать, что подавлена её присутствием.

По контракту мы не могли спорить с клиентом и должны быть скромными и вежливыми. В конце концов, нам платят за это. Мы нежеланные и всего лишь халфлинги от союза с людьми. Большинство из нас убивали при рождении, либо матери нас бросали. Так что у нас оставалось два выхода: быть собственностью или стать объектом охоты, чтобы в конечном итоге быть убитыми в тех случаях, когда не контролировали ситуацию.

— Зачем, ты позвала нас сюда? — осторожно спросила я.

Она подняла руку к моему подбородку, болезненно сжимая его и заставляя вздрогнуть от боли.

— Ты говоришь, когда я прикажу, Элианна. Следуй за мной и держи свой прекрасный ротик закрытым, или я найду ему хорошее применение, вместо того, чтобы тем за то, что я заплатила.

Проглотив подступившую к горлу желчь, я молча последовала за ней. Ни для кого не секрет, что она предпочитала женщин, или что ей нравилось мучить девушек за то, что они осмеливались прикасаться к её плоти, хотя она заплатила за это. Не без причины её называли злой ведьмой распутства.

Дом коснулся моих пальцев, пока мы молча следовали за Керри через двор под взгляды толпы. Это его способ утешить, а то, что я беру его пальцы в свою ладонь — мой способ сказать, что я в порядке. Мы делаем так с двенадцати лет, с момента, как нас впервые объединили в пару. В отличие от других детей, которые либо умерли, либо пропали, мы выжили в агентстве… вроде как.

Как только мы вошли в замок, Керри продолжила идти в библиотеку, закрыв за нами двери, прежде чем подойти к большому дубовому столу. Устроившись за ним, она с тоской посмотрела на моё тело и облизнулась, медленно поднимая взгляд серебристых глаз на моё лицо.

— На сегодня я обеспечила тебе дело, Элианна. Ты соблазнишь и убьёшь лорда, который скоро прибудет.

— Агентству известно, что ты заказала и то, и другое? — спросила я, зная, что если бы она не заключила два отдельных контракта, я бы не выполняла оба задания. Я уверена, что она так и сделала, даже если пришлось говорить, когда не приказали.

— Я заплатила за твою девственность, а также за поражение цели, да. Жаль, что твоя невинность будет потрачена на него впустую, но времена меняются, и нужно принести определённые жертвы во имя большего блага. — Её тон сочился похотью, и в нём чувствовалась жёсткость, которая действовала мне на нервы.

Я опустила взгляд на деревянную столешницу, скрывая презрение и беспокойство, которое её заявление вызвало во мне. Если она заплатила за то и другое, значит, у меня не было другого выбора, кроме как сделать так, как она велела. Если бы не знала, что она сочтёт это пренебрежением, я бы попросил показать контракт, но сука при деньгах, и она щедро заплатит. Предыдущее признание Дома прокрутилось у меня в голове, и я не знала, почему стала расходным материалом.

Керри открыла запертый ящик стола и осторожно достала флакон с жидкостью. Встав, она обошла стол и прислонилась к нему, протянув мне флакон. В тот момент, когда моя рука коснулась её, она схватила меня и слишком долго держала, что это можно посчитать неуместным.

— Действительно, такая трата, но вынуждена признать, что сегодня вечером ты — идеальное воплощение чистоты. Распусти волосы, он предпочтёт так, — потребовала она, и когда я сделал начала это делать, издала звук нетерпения. Обойдя меня, она медленно вытащила шпильки, которые удерживали тёмно-русые волосы на месте. — Идеально. — Она провела кончиками пальцев по моей шее, прежде чем коснуться кожи губами, вызывая беспокойство.

— Если он силен, учует твой запах на ней, — заметил Доминик, привлекая внимание, чтобы избавить меня от её прикосновений. — Используй меня, Керри. Оставь её для миссии, для которой наняла.

— Заманчиво, Доминик. Однако ты не можешь пользоваться тем единым, что делает тебя стоящим. Демон-инкуб без магии так же бесполезен, как сиськи у кабана. — Мы молчали, пока она пристально смотрела на Дома, прежде чем, наконец, отодвинуться от меня. Как только она заняла своё место в кресле, я нарушила молчание.

— Что это? — поинтересовалась я, и она перевела сердитый взгляд на меня. — Я спрашиваю лишь потому, что ты хочешь, чтобы я убила его, и лучше знать, что произойдёт с тем, что находится внутри, удаляя неизвестное. Я не хочу подвести тебя.

Я могу действовать как марионетка при необходимости, но пить неизвестное вещество? Это опасно, особенно когда эта жидкость от Керри. Она искусна в создании смесей, но ей нравилось отнимать волю у других. В этом не было ничего плохого, и, учитывая, что я — расходный материал, она легко могла отравить меня, чтобы добраться до своей цели. В конце концов, я всего лишь никчёмная халфлинг, кто будет скучать по мне?

— Этого тебе не хватает, и именно из-за отсутствия этого ты участвуешь в торгах. Феромоны фейри, те, которые твоё тело не вырабатывает само по себе, потому что по твоим никчёмным венам, разрушая их, течёт человеческая кровь. Магия, которую я добавил к феромонам, усилит твой аромат, но сильно увеличит либидо, лишив разума от желания. Чуть больше глотка, и ты станешь бесполезной — лишь желание секса. Он быстродействующий, поэтому, как только лорд войдёт на вечеринку и я подам сигнал, ты сделаешь глоток, а затем быстро уничтожишь его.

— А что ты знаешь о лорде? — спросила я, и она фыркнула.

— Что-то ты задаёшь слишком много вопросов, девочка. Я начинаю сожалеть, что обратилась к тебе с просьбой, так как ты сегодня груба и наглая.

— Я пытаюсь изучить цель, чтобы привлечь его.

— Ты — его подарок, и это привлечёт его, хочет он этого или нет. В наши дни отвергать подарок от ведьм или лорда Леннокса крайне неодобрительно, и если он попытается, это приведёт к ужасным последствиям.

Я кивнула, и у меня желудок сжался. Лорд Леннокс хуже Керри и сильно потворствовал жестокости, чтобы добиться своего. К счастью, он не часто обращался ко мне с просьбами. Его цели в основном невинные существа, которые стояли на пути того, чего он хотел. Подпитываемый жадностью и властью, это почти каждый живой, но он имел тенденцию трахать своих врагов, прежде чем уничтожить их.

— Уходите, — заявила она, прогоняя нас.

— Как его зовут? — спросила я.

— Эвандер, и я слышала, что он оснащён лошадиным размером, и ему нравится причинять боль хорошеньким девочкам. Он идеально подходит для твоего первого раза.

Я кивнула, разворачиваясь на каблуках, чтобы выйти из библиотеки, прежде чем выблевать паёк на дорогой ковёр. Как только мы вышли из комнаты, я не остановилась, даже когда Дом попытался заставить меня. Снаружи свежий воздух омыл моё лицо, и я проглотила беспокойство, которое вызвали слова Керри, чувствуя, что, как только останусь наедине с целью, у меня будет два выбора: убить его и убежать или позволить ему забрать мою девственность, а затем убить. Если я не отдам ему невинность, у меня не будет выбора, если Керри убьёт его, потому что по закону она заплатила за это. Если всё провалится, могу стать её целью.

Глава 2

Я стояла у фонтана, держа Керри в поле зрения, так как понятия не имела, кто цель, знала лишь имя. Эвандер распространённое имя среди высших фейри и обычно так называли чистокровных. Моё полное имя было запрещено использовать в присутствии высших фейри. Однако это не помешало агентству называть меня так, как вышили на одеяле, в котором меня бросили при рождении. Вот почему Дом звал меня Эли, а не Элианной.

Керри повернулась к воротам, когда через них прошли люди в полном вооружении. Я остановилась, отметив качество доспехов и гравировку драконов на нагрудных пластинах лордов, которые ехали близко друг к другу. Самый высокий мужчина вышел перед остальными, когда Керри приветственно улыбнулась, повернувшись, чтобы смерить меня холодным взглядом, прежде чем мужчина прямо перед ней сделал то же самое, будто я не обладала никакими достойными качествами.

Отвернувшись, я уставилась на, стоящего у стены, Доминика, который задумчиво изучал меня. Откупорив пробку на зелье, я поднесла флакон к губам, намереваясь выпить одну каплю, когда кто-то налетел на меня. Все содержимое вылилось мне в рот, и я закрыла его, глядя в аквамариновые глаза, с весельем в их глубине.

— Простите, миледи, ваша красота сбила меня с ног, — злобно сказал он, низко кланяясь в пояс. Затем скользнул по моему телу горячим взглядом, прежде чем обнять меня. — Кайус, — заявил он, с нетерпением ожидая ответа.

Я улыбнулась с полным ртом зелья, ища место, где можно было бы выплюнуть напиток. А когда не нашла ничего, что не привлекло бы ко мне внимания, проглотила его и скромно склонила голову.

— Элианна, — прошептала я, чувствуя, как жжение скользнуло по горлу.

— Красивое имя для изысканного создания, — продолжил он, подзывая официанта и хватая два бокала шампанского с его подноса, затем предложил мне один. — Шампанское?

— Ненавижу шампанское. — Я отвернулась, ища Керри среди завсегдатаев вечеринок, но меня перехватил охранник, прежде чем я сделала хоть шаг в сторону от красивого мужчины.

— Пойдём со мной, Элианна. Керри тебя ждёт, — прорычал он и двинулся вперёд, не дожидаясь, пока я последую за ним.

Мы вошли в замок и направились дальше, углубляясь к жилым комнатам. Он открыл дверь, где в комнате ждала Керри с гневным взглядом серебристых глаз. Я тихо зашла, нахмурившись, наблюдая, как она расхаживает перед кроватью, сжав кулаки, прежде чем повернуться ко мне.

— Я сказал глоток, а ты выпила всё!

— Меня толкнули, и выплюнуть зелье выглядело бы… повинно.

— Ты глупая сука, уже слишком поздно искать замену. Ты сделаешь это, или я убью твоего маленького бойфренда у тебя на глазах. Усекла?

— Да. — Я проглотил комок, образовавшийся у меня в горле от её слов.

— Сними платье и налей Эвандеру выпить. Жди здесь, пока он не придёт. Испортишь и это, сильно пожалеешь.

— Я поняла, госпожа, — решительно заявила я, чувствуя, как по телу разливается жар. Она прищурилась, прежде чем шагнуть вперёд, внимательно изучая меня. Затем протянула руки и взъерошила мне волосы, стянула бретельки моего платья, прямо на глазах у стража. Керри скользнула рукой по моей обнажённой груди и порочно улыбнулась.

— Такая красота впустую тратится на член, — хрипло произнесла она. — Под подушкой лежит отравленный кинжал; убей Эвандера быстро, и я покажу тебе, на что похож рай.

Нет, спасибо.

— Как пожелаете, — скромно ответила я.

— Подай ему скотч и не подведи, Элианна. От этого зависит твоя жизнь, так же как и жизнь Доминика. Я скоро приведу его. Сопротивляйся зелью, которое уже возбуждает тебя. Ты чертовски вкусно пахнешь… Да, Майар?

— Да, госпожа. Она так хорошо пахнет. — Он смотрел на мою обнажённую грудь похотливым взглядом, отчего у меня скрутило живот. — Ты сделаешь её прекрасной.

— Да, как только она выполнит свою задачу, дорогой, — заверила она, коснувшись моей щеки острым ногтем. — Давай не будем заставлять его ждать.

Я судорожно выдохнула, как только они закрыли за собой дверь. Повернувшись, я уставился на груду подушек на кровати, а затем на скотч, который Керри хотела, чтобы лорд выпил. Подойдя, я понюхала бутылку, поморщившись, когда уловила запах яда. Кем бы ни был Эвандер, Керри очень хотела его смерти.

Тепло скрутилось внизу живота, и я облокотилась о стол, закрыв глаза и изо всех сил стараясь игнорировать зелье, которое заполняло организм. Я так и стояла, прислонившись к столу, когда дверь открылась, и донёсся высокий голос Керри.

Закрыв глаза, я обернулась, намереваясь улыбнуться, но остановилась, наткнувшись на взгляд аметистовых глаз. Это самый высокий мужчина из прибывшей группы, тот, кто сначала смотрел на меня как на ничтожество, но теперь казался заинтригованным.

— Она халфлинг, и твоя на сегодня. Можешь делать с ней всё, что захочешь. Я заплатила за её девственность, и она принадлежит тебе, если решишь её лишить. Элианна, покажи Эвандеру, как хорошо проводить время. Милорд, я позову, как только прибудет лорд Леннокс. Наслаждайся своим подарком.

Он оторвал от меня взгляд, и я увидела выражение недовольства, заполнившее фиолетовые глубины.

— Если он не появится в течение следующего часа, я уйду, не выслушав его просьбу.

— Мы понимаем, что ожидание доставляет неудобства. Поэтому мы приобрели её для тебя, чтобы скоротать время, пока лорд Леннокс не удостоит нас своим присутствием, — заявила Керри, низко кланяясь в пояс, прежде чем извинилась, оставив меня наедине с целью.

Он снова повернулся ко мне, медленно скользя взглядом по моему телу. Он был могущественен; магия, исходившая от него, скользила по моей сверхчувствительной плоти, вызывая огромное желание. Тёмные волосы цвета только что отполированного обсидиана касались доспехов. Его высокие точёные скулы подчёркивали красивое мужское совершенство, которое притягивало взгляд и удержало в плену.

Эвандер прошёл дальше в комнату, выжидающе глядя на меня.

— Помоги мне снять доспехи, женщина, — потребовал он хриплым тоном, от которого тело напряглось от желания. — Быстрее, — прошипел он, когда я продолжала просто стоять.

Я зашагала к нему. Растирая соки возбуждения по внутренней стороне бёдер. Свет в комнате шёл от свечей, создавая интимную атмосферу, и освещая мягким сиянием, черты Эвандера, заставляя тело реагировать с желанием. Мне было это противно, но даже сейчас, подойдя к Эвандеру, я чувствовала желание приласкать себя.

Он наблюдал, как я иду к нему, но в момент, когда я подняла руку, чтобы сделать, как он велел, он схватил меня за запястье и посмотрел на номер на нём. Затем перевёл взгляд аметистовых глаз на лицо, разглядывая так, словно я уже лежала под ним. Комната наполнилась напряжением, когда он позволил мне снять ремни, удерживающие броню. Как только броня была снята, я подняла тяжёлый металл и отложила его в сторону, за ним последовала кольчуга. Под кольчугой оказалась тёмная туника, которую он снял и отбросил в сторону, позволяя мне наслаждаться мышцами, свидетельствовавшими о силе. На его коже были вытатуированы слова, скользя по обеим сторонам живота, исчезая под брюками. На груди татуировки черепов, над которыми виднелись вороны, а на прессе — перья, будто они выпали из крыльев птиц в полете.

— Ты девственница, — заявил он, не спрашивая.

Он глубоко вдохнул, глядя, как я рассеянно прикусила нижнюю губу, молча наблюдая за ним. Я слышала, как шептались, что некоторые фейри могут чувствовать запах чистоты на женщинах, вот почему доплачивали за секс. Передо мной был не просто фейри, который мог почувствовать состояние женского тела, хотя, он был больше, чем я ожидала.

Я не ответила, в этом не было необходимости, так как он понял это в тот момент, когда вошёл в спальню. Отвернувшись, я подошла к скотчу и дрожащими руками потянулась за бутылкой. Убить цель легко. Соблазнять мужчин? Я мог бы сделать это во сне. Делать и то, и другое под воздействием зелья? Нервировало и взвинчивало нервы, потому что, даже отвернувшись от него, тело накалялось от неприятного жара. Бутылка громко звякнула о стакан, в который я налила виски. Я начала поворачиваться обратно к лорду, когда мне на бёдра легли руки, вызвав дрожь беспокойства.

— Выпей, — прорычал он мне в ухо, и тепло его тела у меня за спиной вызвало волну желания.

Я вздрогнула, когда кончиками пальцев он скользнул вверх по бокам, прежде чем медленно скользнуть к животу. Я поднесла стакан к губам, и слёзы навернулись на глаза. За мгновение до того, как я выпила виски, он схватил стакан, отставил его в сторону и прижал мои руки к столу.

— Ты дрожишь, — хрипло проговорил он, прижимая моё тело к столу и, коленом, раздвигая ноги. — Ты боишься меня?

— Нет, я боюсь того, что ты собираешься со мной сделать, так как никогда раньше не была с мужчиной. Ты крупный, мой лорд, — прошептала я, чувствуя силу, излучаемую прикосновением к его магии.

Он сорвал трусики с моего тела, заставив громко выдохнуть, когда я ожидала, что он уничтожит меня, прежде чем успею подготовиться к боли. Он не проник в моё тело; вместо этого погладил большими пальцами складки. Эвандер зарычал, когда обнаружил влажную сердцевину, готовую быть использованным по его усмотрению.

Тёмный, хриплый смех раздался в тишине комнаты, и Эвандер скользнул пальцами по влаге на моей вершине. Затем он проник одним в моё тело, и я вскрикнула, потрясённая лёгким проникновением, создающим напряжение, которое проскользнуло по телу. Красная дымка, заполнившая меня, завладела разумом, требовала успокоить боль и потребность тела. Я постоянно прижималась к Эвандеру, не в силах сопротивляться страсти, которая поглотила меня, даже несмотря на то, что смущение обжигало щеки, а тихие слёзы заливали глаза, размывая зрение.

— Ты уже влажная для меня? — хрипло спросил он, проводя другой рукой по моему позвоночнику, пока она не остановилась у основания. — Хочешь трахнуть меня, или делаешь это потому, что Керри заплатила?

— Я хочу тебя, мой господин, — ответила я страстным тоном, который принадлежал кому-то другому.

— Я почти верю тебе, — усмехнулся он, прежде чем опалить горячим дыханием мою спину. Он скользнул губами по изгибу моей бедренной кости, касаясь чувствительной плоти. Это действие вызвало стон сквозь стеснение, когда он вытащил палец из моего тела. Эвандер зарычал на то, какой влажной я уже была. Я задрожала и качнула бёдрами, желая быть заполненным им. — Ты дрожишь, и не от волнения. Тебе страшно потому, что я собираюсь трахнуть тебя, и всё же твоё тело с нетерпением приветствует меня. Твоя сердцевина насквозь пропитана желанием, женщина. Твой запах возбуждает меня от потребности доставить удовольствие твоему телу.

Я ожидала жестокости или скорости. Но не думала, что он скользнёт языком по лону, или то, как ударная волна желания прокатится по мне, пока я не застонала и не раздвинула ноги шире, позволяя ему продолжить медленное открытие моего тела. Мне нужно было как-то дотащить его до кровати, но единственное, на чём могла сосредоточиться — на его губах и на том, как они прикасались ко мне. Румянец разлился по телу, и я беззастенчиво стонала, когда Эвандер продолжил ласкать меня.

Его голодный рот покинул моё тело, и я вскрикнула от потери удовольствия. Эвандер засмеялся, поворачивая меня, чтобы посмотреть в глаза. Аметистовый огонь светился в темноте комнаты, красноречивый признак его силы и контроля. Он положил руку мне на шею, пробежался пальцами по волосам и сжать их, обнажая шею, касаясь губами места, под которым дико бился пульс.

Запах Эвандера заполнил комнату — смесь мужественности и кожи, эротически танцующая по моим чувствам. Жар его рта заставил тело дрожать, и желание, скопившееся внизу живота, сводила с ума.

— Ты меня боишься, но определённо возбуждена, — прорычал он, прежде чем мягко прикоснулся к моим губам, требуя, чтобы я приоткрыла рот, и его язык нашёл мой, борясь за доминирование. Он зарычал, т я проглотила звук. Эвандер поднял мои ноги и показал, что я должна обнять его за талию. Мускулистый торс соприкоснулся с моей кожей, заставляя соски напрячься сильнее. Он отстранился, глядя мне в глаза, прежде чем потянулся за мной, схватил виски, который поднёс к носу, глубоко вдохнул, прежде чем выпить, пока я наблюдала за ним. Мои губы приоткрылись от сожаления, а затем он вернулся, целуя меня с ядом на полных губах. Я обняла его за шею, прижимая его губы к своим, зная, что это может стать смертным приговором. Смерть от его поцелуя лучше, чем смерть под шоу ужасов Керри в подземелье. Эвандер стиснул мои бёдра и заглянул в сапфировые глаза, приподнимая меня по своей стройной, мускулистой фигуре, когда двинулся к кровати. По крайней мере, если умру, уйду не девственницей или на какой-нибудь дыбе для пыток, когда Керри превратит меня в одну из своих секс-кукол. Этот мужчина целовал меня так, словно мои губы были войной, которую он намеревался выиграть. Его тело было стройным, подтянутым до полного совершенства, которое обещало доминировать и уничтожить моё в славной битве наслаждения. Если бы я собиралась куда-то сегодня вечером, я бы пошла с ним. Моё тело согласилось, пока он целовал меня, опуская на кровать. После чего уставился на беспорядок между моих ног, когда я приподняла бёдра, открывая больше возбуждённой плоти его напряжённому взгляду. Я скользнула рукой по животу, отмечая с каким жаром Эвандер наблюдал, как я поглаживаю плоть, умоляя Эвандера прекратить боль, которая горела во мне.

— Прошу, — хрипло произнесла я.

— Что просишь, женщина?

— Прошу, уйми боль, — взмолилась я, и порочная улыбка изогнула его губы, слова на его теле засветились. По моему телу пронеслось ещё больше жара, пока я гладила сердцевину, прижимаясь к пальцам, чтобы остановить пульсирующую боль, которую создавало зелье.

— Будет больно, — хрипло сказал он, продолжая наблюдать за моими неуклюжими движениями. — Ты крошечная, а я нет. Не могу сказать, что буду нежен, учитывая, какие восхитительные звуки ты издаёшь.

— Сейчас, — прошептала я. — Прошу. — Я не хотела умирать до того, как получу удовольствие, обещанное его телом, или до того, как из меня сделают женщину.

Глава 3

Он кивнул на подушки, показывая, чтобы я залезла на них. Я подчинилась, застонав, когда прохлада шёлка коснулась моей разгорячённой плоти. У меня рука чесалась выхватить клинок, но если я сейчас сделаю хоть одно движение, он остановит меня, и Доминик заплатит за мою неудачу. Я не могла проиграть, как бы сильно наркотики ни притупляли мой разум.

Эвандер не стал полностью снимать штаны, просто приспустил их, чтобы освободить член, при виде размера которого я округлила глаза. Он заметил это, греховно улыбаясь, когда закончил освобождать чудовищный орган, прежде чем устроиться на кровати между моих бёдер. Его взгляд скользнул к моей сердцевине, прежде чем медленно переместиться обратно, замечая широко распахнутые глаза, наполненные паники, когда он медленно погладил свой член.

Готова поиграть? — Он зарычал, раздвигая мои ноги. — Проклятье, — простонал он, садясь и проводя кончиками пальцев по моим складкам, затем скользнул двумя пальцами внутрь тело, и я вскрикнула, заставив его другой рукой прижать мой живот к кровати.

Фиолетовые глаза наполнились похотью, пока Эвандер наблюдал, как я изо всех сил пытаюсь не убежать от боли, которую его пальцы создавали в сердцевине. На этот раз он не был нежен, растягивая меня, чтобы я могла принять его член. Я посмотрела на живот Эвандера, лаская взглядом древнюю надпись, следуя за завитками шрифта, которые заканчивались на бёдрах. Эвандер убрал пальцы, заменив их мягким бархатистым кончиком своего члена. Он медленно, эротично тёрся о вход в моё тело, и продолжал до тех пор, пока я не начала помогать ему, а наркотики вонзили когти в разум, удерживая меня в пьянящем обещании бури, которая нарастала во мне, обещая уничтожить.

Он толкнулся вперёд, и я открыла рот, чтобы закричать, но Эвандер закрыл мне рот. Сильная боль разрывала меня на части, а крики постоянно ударялись об ладонь Эвандера, удерживая их в ловушке в моих лёгких. Он растягивал моё тело, пока не начало гореть и болеть. Слёзы навернулись у меня на глаза, а он смотрел на меня, прижимаясь плотнее, и я сжимала его член, борясь, чтобы заставить его выйти, потому что до краёв заполнял меня. Я покачивала бёдрами, нуждаясь в том, чтобы избавиться от жжения. Эвандер, не сводя взгляда с моих глаз, убрал руку и медленно качнул бёдрами, а я медленно, неуклюже отзываюсь. Он не заговорил, не нарушил тишину и не заглушил звуки, которые теперь срывались с моих губ, пока я стонала и скулила от полноты, двигаясь медленно и неторопливо.

Не этого я ожидала от повелителя фейри. Где дикий зверь, о котором меня предупреждали? Почему он не просыпался? Он склонил голову набок, будто к чему-то прислушивался, а затем заметил, что я смотрю на него, и опустил тёмную голову, целуя меня между грудей, отчего проникнул глубже в тело. Я вскрикнула, болезненно растянувшись. Его губы скользнули по округлости одной груди, прежде чем лизнуть сосок и прикусить его, сорвав сдавленный крик с моих губ. Подняв взгляд фиалковых глаз, Эвандер руками шире развёл мне ноги и откинулся назад, чтобы посмотреть на место нашего соединения.

— Посмотри на эту жадную плоть, принимающую меня. Ты была создана для секса, верно? — хрипло прорычал он, немного выходя и вдавливаясь сильно, чтобы я громко застонала, выгибая спину, чтобы ослабить напряжение, нарастающее в животе.

Покачивание тела мало помогло облегчить боль, и я осознала, что мне ничто не поможет. Он вонзал копьё в моё тело, растягивая до боли, которая восхитительно жгла, но не двигался. Страстным взглядом он смотрел на то, как я насаживаюсь на его член, нуждаясь и умоляя шевелиться, чтобы успокоить агонию.

Эвандер мрачно рассмеялся, наблюдая, как я обхватываю и ласкаю свою грудь. Я находилась на грани, и думать становилось всё сложнее. Я бездумно двигалась в пьянящем ритме, который пел в сознании. Раскалённая добела спираль внизу живота превращалась в идеальный шторм. Я прижалась к Эвандеру бёдрами, нуждаясь в том, чтобы напряжение ослабло. Он до боли впился пальцами мне в ягодицы, наблюдая, как я беззастенчиво использую его толщину.

— Прошу, — хрипло прошептала я.

Мне нужно было, чтобы он двигался и довёл это нарастающее напряжение либо до точки удовлетворения, либо унял боль в сердцевине. Мне нужно, чтобы он доставил безмолвное обещание удовольствия, которое я видела в его восхитительно тёмных глазах.

— О чём просишь?

— Уничтожь меня, сделай так, чтобы жгучая боль прекратилась.

Он не ожидал таких слов, и опасно улыбнулся, медленно выйдя из меня, оставив лишь головку прижаться к моему телу. Я посмотрела на него, молча моля о пощаде, но тёмный взгляд его глаз сказал, что ему нечего было предложить. Он вонзился в моё тело, и какой бы контроль ни сохранял, казалось, исчез. Эвандер вбивался в меня, пока я не закричала. Движения были жестокими, и всё же в моих глазах вспыхнул свет, пока он смотрел на меня светящимися фиолетовыми глаза. В комнате раздалось рычание, смешавшись с криками удивления, когда он отправил меня в небеса, разрушая сердцевину. Эвандер опустил голову, заглушая мои крики поцелуем. Бесконечная боль, которая несколько мгновений назад была удовольствием, превратилась во что-то большее, пока он толкался в моё тело. Эвандер замедлился, перекатывая нас, пока я не оседлала его, и стиснул мои бёдра, медленно прижимая к себе.

— Оседлай меня, женщина. Я хочу увидеть, как ты кончишь, — приказал он.

Моё тело сжималось и разжималось, потребность сделать так, как он приказал, превалировала над заданием, которое мне дали. Он удерживал меня, ожидая, когда я возьму инициативу в свои руки. Я медленно поднялась, чувствуя каждый дюйм его ствола. Двигаться не было больно; а вот быть неподвижной — да. Сначала я медленно покачивалась, глядя туда, где он проникал в меня.

— Вот так, трахни меня, маленькая непослушная сучка, — грубо произнёс он, когда метки на его теле начали пульсировать, и сила заскользила по комнате. — Умница.

Я открыла рот, когда почувствовала, как его магия скользит по моей коже, усиливая удовольствие, которое его тело обещало. Магия приласкала мой клитор, будто пальцы Эвандера касались меня. Затем скользнула по соскам, но его руки не отрывались от моих бёдер, пока я медленно скакала на члене. Я наклонилась, навалившись на Эвандера, отчего боль отозвалась эхом в сердце. Я повторяла это, пока магия непрерывно ласкала меня, и запрокинула голову, закричав от беззастенчивого удовольствия пронзившего меня.

— Чёрт, ты прекрасна, женщина, — прорычал он, усиливая магию, которая прикусила розовые кончики, будто это были его зубы. Стиснув зубы, он наблюдал, как я кончаю. Я наклонилась вперёд, целуя грудь Эвандера, прежде чем завладеть его ртом, скользнув рукой под подушки в поисках кинжала, который, как обещала Керри, будет там. Пальцами я нащупала рукоять и обхватила её, одновременно жадно упиваясь поцелуем. Он усмехнулся, когда я отстранилась, глядя на него сверху вниз, прежде чем подняла клинок, только чтобы он схватил мою руку и перекатил нас.

— Попалась, — прорычал он, сильно сжав запястье. — Кровожадная сука. Я удивлён, что ты сначала позволила трахнуть тебя, — мрачно усмехнулся он, снова перекатывая нас, пока я пыталась получить контроль над лезвием. Он рассмеялся над моими неуклюжими усилиями, снова перекатил меня, даже не покидая тела, и вдавил в матрас.

Эвандер удерживал меня одной рукой, а другой надавил, едва не ломая запястье. Его бёдра задвигались, и я округлила глаза, когда поняла, что он намеревался убить меня и кончить.

Я начала сильнее сопротивляться, выкручивая руку, чтобы вернуть клинок, но он смотрел на меня так, будто считал милым мои идеи, что у меня есть хоть шанс. Громко хрустнула кость, и я вскрикнула, не в силах продолжать борьбу за кинжал. Своей большой ладонью он сжал оба мои запястья, вызывая боль, а другой сдавил горло.

— Думала, что сможешь убить меня? он фыркнул, сильнее прижимая руку к моему горлу, пока воздух не перестал поступать в лёгкие. Я застонала, пока он набирал скорость, яростно вбиваясь в моё тело, заставив кончить. Я пришла в себя, когда он зловеще рассмеялся над потрясённым выражением моего лица, пока я хватала ртом воздух. Он напрягся и зарычал, опустив голову, чтобы, прикусить мою губу, наблюдая, как я задыхаюсь. — Ты умрёшь, убийца, — хрипло прошептал он и смотрел на меня, когда огни вспыхнули у меня перед глазами, ослепляя, а сердце застучало в ушах. Эвандер не перестал двигаться, и его хватка не ослабла, пока он трахал меня. Я умру самым приятным из способов. Сознание начало ускользать, когда что-то врезалось в комнату, а затем воздух снова наполнил мои лёгкие. Эвандер вышел из меня, и я принялась поглаживать себя, чтобы унять огонь, который распаляло зелье. Что-то влажное и тёплое брызнуло на живот и лицо. Я ещё шире развела ноги, активнее двигая пальцами, туша огонь, который угрожал поглотить меня, когда что-то отскочило от кровати. Я открыла глаза и закричала, когда жёстко кончила, сильно дрожа и бессвязно бормоча.

— Она только что?.. — спросил незнакомый голос, прерванный более хриплым тоном Эвандера.

— Да. — Он рассмеялся, подойдя и встав рядом с кроватью, когда я открыла рот, застонав. — Не хватило того, что я дал перед тем, как ты попыталась убить меня? — спросил он, уставившись на мой рот, который я открывала и закрывала. — Кай, найди, чем можно связать моего нового питомца. Она поедет с нами. Предупреди людей во дворе, которые сейчас будут убивать ведьм и людей Леннокса. Мы здесь закончили.

— Ты заберёшь шлюху с собой? — спросил Кай.

— Да, она только что пыталась убить Короля Неблагих, трахаясь с ним. Теперь она станет моей новой игрушкой, пока я не решу перерезать ей горло.

— Неожиданно, но весело, — усмехнулся Кай. — Им напасть, прежде чем ты спустишься?

— Нет, будь готов к тому, что я войду во двор.

— Как пожелаешь, мой король, — сказал он.

— Посмотри на себя, маленькая тварь, — пробормотал Эвандер, наблюдая, как я ласкаю лоно. — Возможно, ты захочешь перестать себя ласкать, по крайней мере, на то время, чтобы понять, что с тобой сейчас произойдёт.

Я буквально не могла. Слёзы навернулись глаза, когда он прищурился. Он наклонился ближе, и я оттолкнулась, желая убежать от него. Я опёрлась на сломанную руку и приземлилась животом на кровать. Эвандер опустил взгляд туда, где я тут же снова прикоснулась к клитору, двигая ею, игнорируя боль в сломанном запястье. Я видела мёртвые тела, когда гладила сердцевину, не в силах избавиться от боли. Стражи, которые были во дворе, теперь лежали мёртвыми, усеивая пол спальни, незряче уставившись в потолок. В конце концов, я умру.

— В чём, чёрт возьми, проблема, женщина? — рявкнул Эвандер, раздвигая мои ноги, чтобы посмотреть, как я в безумном ритме двигала рукой в попытке облегчить боль, пульсирующую между бёдер. Он усмехнулся, а затем болезненно вошёл в меня, жестоко ударившись о мою вершину, отчего я кончила и закричала, сопротивляясь ему с неистовой и чисто животной потребностью. Он схватил меня за бёдра, а затем погладил по позвоночнику, пока не схватил за волосы, запрокинув голову под странным углом, и заглянул мне в глаза. — Ты под кайфом и даже не понимаешь, что происходит? — фыркнул он, наблюдая, как мой рот открывается и закрывается, произнося его имя, будто он был каким-то спасителем. Я прижалась к нему задницей, и он оскалился, жестоко улыбаясь, наблюдая, как я округлила глаза от удивления, и тело напряглось от оргазма, который болезненно пронзил тело. — Думаю, ты мне нравишься, женщина.

— Сильнее, — взмолилась я, хватая ртом воздух от тяжёлого дыхания. Я задрожала, а жар наполнил его глаза.

— Ты жадная сучка, но я готов поиграть. Я стану наслаждаться тем, как сломаю тебя. — Он расслабился и отпустил мои волосы, уткнув лицом в матрас. Его магия высвободилась и сдавила мне горло, поражая каждую эрогенную зону в теле, пока я не закричала и не заплакала, а оргазмы сотрясли тело так, что я начала отключаться. — Я так не думаю, ты скоро поймёшь, почему никто не связывается со мной, убийца. Я монстр, который уничтожает тех, кто перечит, а ты только что возразила. Ты будешь смотреть, как я убью весь двор ведьм, а потом, если будешь хорошей девочкой, я трахну тебя на их трупах.

Глава 4

Я уставилась на него, когда он облачился в доспехи и посмотрел на влагу, скопившуюся у меня между бёдер. Желание никуда не уходило и не унималось. Он связал мне руки после того, как обмотал верёвку вокруг тела, чтобы убедиться, что я не смогу остановить боль, которая разливалась между ног. Мои трусики были засунуты мне в рот, и я постоянно осматривалась, вертя головой по сторонам. Он не торопился готовиться к предстоящей битве.

— Она горячая штучка, — усмехнулся Кай, наклоняясь надо мной, чтобы схватить одеяло и вытащить его из угла. — Уверен, что хочешь забрать её?

— Я уже сказал. Она пыталась убить меня, сидя на моём члене. Последняя женщина, которая пыталась убить меня, страдала больше десяти лет, прежде чем я перерезал ей горло. А та даже не была такой красивой, как эта, и её тело не доставляло такого удовольствия. Эта была девственницей, но предполагаю, что это часть обольщения. Керри во дворе? — спросил он, протягивая руку и шлёпая по моей обнажённой плоти, отчего я подалась к его руке и громко застонала. — Я предполагаю, что та шлюха накормила эту жадную сучку афродизиаком, и вот результат. Не говоря уже о том, что она отравлена вторым афродизиаком, предназначенным для того, чтобы сделать меня безмозглым, чтобы не заметить клинок, также пропитанным ядом. Они планировали мою безвременную кончину, хорошо, что я выпил противоядие, прежде чем она налила мне отравленный скотч.

— Керри ушла, чёртова ведьма сбежала, прежде чем мы смогли её поймать, — сказал новый голос, входя в комнату. — Проклятье, а у неё правда красивые сиськи. — Взгляд аквамариновых глаз уставился на меня, пока моё тело продолжало пульсировать и, когда каждая волна тепла пронзала его, боль скапливалась между ног, где был центр боли. — Её зрачки расширены, Эвандер. Это плохо. Что, чёрт возьми, было в той бутылке? — спросил он, наклоняясь ко мне.

— Мы думали, что это просто феромоны, но, учитывая её неспособность перестать трогать себя, думаю, там намного больше. Предполагаю, что кто-то добавил магию, чтобы усилить их. Судя по тому, как она себя ведёт, эта магия предназначена для того, чтобы имитировать женщину-фейри в полном возбуждении. Смотри, — сказал Эвандер, наклоняясь, чтобы провести пальцами по моему животу. Я закричала, выгибаясь от его прикосновения, когда оно убрало огонь, горящий внутри. Мои глаза закатились, когда облегчение вошло в разум, и я захныкала, когда он прижал ко мне руку.

— Твою мать, у неё клыки, — заметил другой мужчина, раздвигая мои губы, чтобы показать им зубы, и я открыла глаза, хотя для фокусировки потребовалось усилие. Ничего. Его прикосновение ничего не дало, и я посмотрела на Эвандера. — Убери руку, Эвандер, — проинструктировал он, прикасаясь ко мне.

Я пристально посмотрела на него, и Эвандер прикоснулся ко мне, заставив меня закричать. Это неистовая потребность, необузданная и неразбавленная его прикосновением, заставляла тело воспламениться. Я придвинулась к Эвандеру, пытаясь удержать его руку там, и умоляюще посмотрела на него.

— Ты пометил её? — спросил мужчина.

— Нет, конечно, нет, Роуэн, — фыркнул Эвандер, будто я вызывала у него отвращение. — Она халфлинг, принадлежащая агентству. Я трахнул её, а потом она попыталась убить меня. Неудачная попытка, но теперь её жизнь принадлежит мне по закону. До тех пор, пока я не решу убить её, она будет моим новым щеночком.

— Это не объясняет её реакцию на тебя. На мои прикосновения она так не отвечает. Ты прикасаешься к ней, и она ищет твоё прикосновение. У неё грёбаные клыки, и она скрыта магией. Это имитирует потребность суженной друг в друге, за вычетом того, что ты жаждешь её. Ты жаждешь её?

— Скорее всего, это из-за магии, которую она выпила. Я жажду её, но не так, — ответил он, опуская глаза на слова у меня под грудью — заклинание очарования, которое скрывало моё наследие. — Она заколдована, — хрипло заметил Эвандер, стирая своей магией мою. — Это всё усложнит.

Он прищурился, когда проявились мои тёмно-сапфировые глаза, заострённые уши и татуировки, которые мне сделали при рождении на предплечьях, лопатках и грудной клетке серебряными буквами. Эвандер опасно улыбнулся, когда проявился мой облик эльваана.

— Твою мать, она эльваан, — прошептал Роуэн, наклонившись и глядя на меня.

— Прискорбно, но почему-то я сомневаюсь, что кто-то знал, что они держали в своих руках. В агентстве либо не знали, кто она, либо знали и скрывали от всего мира. И всё же это не меняет моего права на неё. Она пыталась убить Короля Неблагих, а значит она моя, пока я не решу иначе. — Он скользнул взглядом по моему лицу, прежде чем кивнуть. — Прикройте её и поставьте у ворот. Она пойдёт с нами, Роуэн. Мне нужно убить оставшийся двор.

Роуэн завернул меня в одеяло и улыбнулся.

— Извини за то, что налетел на тебя, эльваан — хрипло сказал он, с интересом изучая меня. — Но ты сама напросилась. У тебя есть яйца, раз пыталась убить Короля Неблагих. — Я уставилась на него, вырываясь. Он наклонился, будто хотел ущипнуть меня за сморщенный сосок, но глубокое рычание остановило его.

— К ней не прикоснётся никто, кроме меня, пока я не закончу, — предупредил Эвандер, набрасывая платье на моё тело. — Одень эту кровожадную суку и поехали. Я хочу, чтобы она подготовилась к шоу, пусть посмотрит, как убивают её друзей.

— Это жестоко, но она заслужила, — усмехнулся Роуэн, натягивая одеяло мне на голову, прежде чем взвалить на плечо. — Веди себя хорошо и не шуми, иначе я отшлёпаю твою милую попку.

Кровь бросилась мне в голову, но, по крайней мере, огонь, горящий во мне, уменьшался в его объятиях. Или так было до тех пор, пока Эвандер не заговорил, и моё тело не отреагировало так, будто он держал нить моей души, медленно распутывая её хриплым тембром. Я закрыла глаза и вздрагивала на каждом шагу Роуэна. Сила прорвалась через одеяло, когда тропа стала более гладкой. Как только я услышала скрип двери, сила стала больше, заставляя задыхаться от магии. Меня опустили на землю и убрали одеяло с лица. Роуэн присел на корточки и нежно убрал волосы с моего лица.

— Наслаждайся шоу, — мрачно усмехнулся он, вставая и хрустнув шеей.

Весь двор замер, а Эвандер стоял посреди него. Скользнув по мне взглядом тёмно-фиолетовых глаз, которые через мгновение стали цвета полуночи, он злобно улыбнулся. Тени выскользнули из его тела, обволакивая тех, кто был ближе всего к нему, прежде чем вошли через их рты. Было жутко тихо. Во всём дворе не было слышно шума, лязга доспехов людей Эвандера. Я оторвала взгляд от людей, которых поглотили тени, чтобы найти Доминика, всё ещё неподвижно стоящего в глубине двора. Медленно мой взгляд скользнул обратно к мужчинам и женщинам, стоявшим ближе всех к Эвандеру, как раз в момент, когда они открыли рты и закричали.

— Милостивый Боже, — выдохнула я, затаив дыхание и с ужасом наблюдая, как двор наполнился новыми тенями.

Эвандер был абсолютной силой, исходящей от него, чтобы войти в одну жертву за другой, пока, наконец, он не обнажил клинки. Стараясь освободиться, я наблюдала, как он ловко расправляется с существами, пока не встал перед Домиником, и всё внутри меня закричало.

— Нет! — взвизгнула я, заставив Эвандера остановиться, повернуться и холодно улыбнуться мне, снова подняв клинок. — Нет, нет! Только не его, я сделаю всё, что пожелаешь. Только не его! — взмолилась я, не возражая продать душу, чтобы спасти единственного человека во вселенной, который проявлял ко мне доброту.

— Забери его — заявил он, медленно подходя ко мне, боком лежащей в грязи и умоляющей спасти жизнь единственного друга. — Твой парень? — Он фыркнул, уставившись на меня, когда Дома поставили передо мной на колени. — Подними её. Я хочу, чтобы она увидела, как его голова отделяется от тела.

— Нет, только не он! Он пришёл сюда не по своей воле! — Я всхлипнула.

— Нет? Потому что его удерживали не против его воли, — прошипел Эвандер, наблюдая за мной, когда Дома поставили на колени передо мной.

— Эли, — прошептал Дом, уставившись на меня. — Всё хорошо.

— Нет! Ты пришёл сюда из-за меня. Казни меня! — потребовала я, переводя слезящиеся глаза на Эвандера. — Я пыталась убить тебя. А его просто назначили сюда со мной. Он не часть всего этого.

Его клинок лёг на шею Дома, и тот улыбнулся мне.

— Эли, посмотри на меня. Я люблю тебя. Ты — всё хорошее в моём мире. Моя смерть — то хорошо, так освобожусь.

— Закрой рот! Вместе до конца, помнишь? Если ты умрёшь, умру и я. Ты обещал, что мы покинем этот мир вместе.

— Как трогательно, — фыркнул Эвандер.

— Если я умру, они никогда больше не смогут меня использовать. Мне не придётся убивать людей, чтобы набить их карманы золотом. Слышишь, Эли? Тебе не придётся оставаться из-за меня. Ты можешь бежать, я знаю, что можешь, потому что ты — выжившая, — прошептал он, поднимая голову. — Обещай, что с тобой всё будет в порядке, маленький эльф.

— Не надо! — Я закричала дрожащими губами. — Я сделаю всё, что захочешь. Хочешь, чтобы я стала твоей шлюхой, так и будет. Хочешь, чтобы кто-то умер, я его убью. Только не убивай его.

— Почему?

— Потому что он единственный друг, который у меня был за всю жизнь. Он единственный человек в этом мире, который не смотрел на меня так, словно я — инструмент, который можно использовать против врагов или набить свои карманы. Потому что он — моя единственная семья! — Я уставилась на Доминика. — Потому что он мой человек.

— Сука, — прошептал Дом.

— Ушлёпок, — ответила я.

— Я тоже тебя люблю, — возразил он.

— А я тебя ненавижу.

— Нет, не ненавидишь. С тобой всё будет хорошо, Эли. — Он улыбнулся, когда подняли меч. — Закрой глаза.

— Никогда, — возразила я. — Если ты убьёшь его, лучше убить и меня, потому что я никогда не перестану охотиться на тебя, — предупредила я, когда во дворе вспыхнула сила. Я смотрела на Эвандера, который остановился, оглядываясь, а затем снова посмотрел на меня. — Я поставлю тебя на грёбаные колени и съем твою душу, Король Неблагих.

Моя кожа засияла, и его губы изогнулись в греховной ухмылке.

— Схватите его. Он пойдёт с нами. Похоже, у нашего маленького эльваана есть питомец, а ещё больше секретов, чем мы уже открыли, — произнёс он, присев передо мной на корточки и подняв забрало шлема. — Если попытаешься убежать, я убью его. Если попытаешься причинить вред моим людям, я скормлю тебе его грёбаное сердце, пока буду трахать тебя. Он жив, потому что я позволяю. Как долго он будет продолжать дышать, будет зависеть от тебя. Поднимите её и отведите к женщинам. Я хочу, чтобы её вымыли и убрали всё дерьмо с лица, а после приведут ко мне.

Глава 5

Тело болело от зелья. Я ещё чувствовала его внутри, заставляя меня действовать в соответствии с растущими потребностями тела. Меня вымыли дочиста, волосы расчесали, и казалось, что на щётке их больше, чем на голове, затем одели в белую юбку, которая ниспадала до босых ног, и подходящую рубашку, которая была немногим больше, чем клочок ткани. Только когда меня втолкнули в библиотеку, я напряглась. Доминик повернулся, уставился на меня чёрными глазами и ничего не сказал. Молча я подошла к нему и коснулась щеки, обнаружив, что она холодная как лёд. Я положила ладони ему на обе щеки и прижалась лбом к его.

— Отпусти его. — Ч сглотнула, поворачиваясь, к Эвандеру, изучающему мою реакцию.

— Сядь и заткнись. Я тут задаю вопросы, а ты честно на них отвечаешь. За каждый неправильный ответ он делает шаг к концу своей жизни. Начни со своего имени, женщина.

— Элианна, — ответила я, и Доминик застонал от боли. — Меня зовут Элианна Зеренати Кордова. Мой номер 4002. Я не могу дать тебе другое имя, потому что у меня только одно.

Я с ужасом перевела взгляд на Доминика, который расслабился, хотя выражение его лица не менялось. Медленно я обратила взгляд к Эвандеру и покраснела, когда жар пронзил меня яростно. Я закрыла глаза, когда он усмехнулся, глубоко вдыхая мой запах.

— Почему ты краснеешь? — холодно спросил он.

— Потому что моё тело хочет тебя, — призналась я, зная, что каждая ложь приблизит Дома к смерти.

— Но сама т меня не хочешь.

— Нет. Ты — цель, не больше и не меньше.

Дом вскрикнул, и я закрыла глаза, прежде чем открыть рот.

— Я не хочу тебя. Мне нужен только твой член. — Я пожала плечами, отказываясь встречаться с ним взглядом. — Я не знаю, как долго будет действовать зелье или почему его действие не уменьшается, но уверена, что именно поэтому реагирую на тебя.

— Что было в зелье?

— Феромоны фейри и магия для их усиления — так мне сказала Керри.

— Ты знала, кто я, когда трахалась со мной? — многозначительно спросил он, двигаясь ко мне, чтобы прижать к столу, наблюдая, как моё тело реагирует на его.

— Нет.

— И ты думаешь, я поверю, что ты просто делаешь то, что говорят? — спросил он, поднимая меня на стол и раздвигая ноги, чтобы устроиться между ними.

— Я принадлежу агентству и делаю всё, что мне говорят, не задавая вопросов. Вопросы приведут к наказанию, а существа, подобные Керри, склонны ломать таких, как я, — прошептала я сквозь дрожь в губах, вызванную его близостью.

— Ты намного красивее без дерьма, скрывающего черты эльваана. Эльвааны почти вымерли, а ты здесь. Я встречал троих за всю жизнь, а ты прячешься у всех на виду, принадлежишь агентству, которое меня заинтриговало. Как получилось, что они не знали, кто ты, Элианна?

— Я халфлинг, Эвандер, — прошептала я, а затем застонала, когда он стиснул внутреннюю сторону моих бёдер, раздвигая их шире.

— Я грёбаный король Неблагих, и маленькие шлюшки-убийцы обращаются ко мне именно так, и неважно, насколько они соблазнительны.

— Я не была шлюхой до тебя, — хрипло ответила я.

— Это большая часть правды, к счастью для тебя. Ты не халфлинг. У тебя есть клыки, я предполагаю, что они не могли их спилить. Хотя у тебя заострённые уши. Они определённо настоящие, в отличие от большинства, которые подрезали. Мило, но реально, — сказал он, касаясь раковины моего уха, отчего я закрыла глаза и открыла рот. Уши эльваана очень чувствительны, и я погибну, если агентство когда-нибудь их обнаружит. Тепло разлилось внизу живота, и румянец обжёг щеки, когда я заставила себя открыть глаза, обнаружив, что он наблюдает за мной. — Что ты делала для агентства? Убивала невинных людей? Соблазняла мужчин, чтобы они отдали свои сбережения, обещая дать попробовать восхитительное, невинное тело? Скольких людей ты убила за деньги?

— Сотни, — призналась я.

— Тогда почему бы не купить свободу, женщина?

— Теперь это запрещено. Они убрали этот вариант двадцать лет назад. Нам ничего не дают за работу, которую мы выполняем. Мы делаем это для того, чтобы на нас не охотились и не убивали, как животных. Мы для них ничто и принадлежим друг другу.

— Думаешь, я стану тебя жалеть? — Он беззвучно рассмеялся.

— Нет, никто никогда не жалеет. Мы не заслуживаем такого внимания. Как я уже сказала, мы — ничто. Когда мы умираем, всем плевать. Если не возвращаешься с задания, искать никто не станет. Никого не будет волновать, что я проиграла. Им важнее потерянные средства.

— Значит, если я буду держать тебя в роли своей собачонки, никто не будет тебя искать? — уточнил он.

— Зачем им это? Ты избавил их от необходимости кормить меня, и на мои нары можно положить другую халфлинг.

— Нары?

— Если ты не шлюха, тебе выделяют место в комнате вместе с остальными. Только шлюхам предоставляются комнаты, чтобы те, кто заплатит за них, могли пойти и воспользоваться ими. Иногда мужчины, управляющие агентством, тоже ими балуются. Большинству мужчин не желают аудитории, когда находят расслабление с существами.

— Но до меня к тебе не прикасались.

— Нет, — хрипло прошептала я. — Я была их самым высокооплачиваемым убийцей, но времена меняются, и, учитывая уменьшение количества контрактов, из-за назревающей войны Иного Мира, я предполагаю, что стала бы шлюхой, несмотря ни на что. Моя добродетель Керри продала, хотя хотела забрать сама.

— Керри хотела тебя? Женщину?

— Ей нравится делать больно. В её подземелье есть коллекция, которую она любила мне показывать, и ей она, как говорила, превращала женщин в хорошеньких кукол. Но те женщины никогда не восстанавливаются, а становятся безмозглыми тварями, которых она пытала и уничтожала с помощью магии. Она велела мне убить тебя до того, как ты закончишь со мной. В конце концов, она заплатила за мою девственность.

— Убить, пока трахала. — Он фыркнул.

— Ты был меньшим злом, веришь или нет. — Я подняла на него глаза. Он пошевелил рукой, скользя кончиками пальцев по бёдрам под юбку. Мой взгляд скользнул к Доминику, и Эвандер холодно рассмеялся.

— Он ничего не видит, ничего не слышит, если я не позволю. Ты сказала, что будешь тем, кем я захочу, чтобы защитить своего любовника.

— Он мне не любовник, и ты это знаешь. До тебя меня не трогал ни один мужчина. Я никогда не целовалась с другим мужчиной, не так, как ты целовал меня. Мимоходом я касалась губами цели, обещая ему удовольствие и принося ад. Соблазнение — не трах. Речь идёт о том, чтобы заставить мужчину поверить, что он — настоящий мужчина. Ему нужно чувствовать, как будто слабый, нежный маленький цветок нуждается в нём, — хрипло прошептала я, когда его пальцы скользнули по влаге между моих бёдер. — Что её мир может вращаться вокруг него, и что без него она потеряна. — Я вскрикнула, когда его пальцы вонзились в моё тело, вызвав бурю эмоций, заставляя меня выгнуться и задрожать. — Это иллюзия, и те, у кого достаточно навыков, могут создать её, даже не целуя цель.

— Ты не соблазняла меня, — заявил он дерзким тоном, растопырив пальцы, когда мой рот приоткрылся от жжения, вызванного тем, что он растягивал меня. — Я соблазнил тебя, Элианна.

— Я была накачана наркотиками, но ты знал. Ты знал весь их план ещё до того, как он начал воплощаться. И всё же всё равно взял меня, зная, что я планировал убить тебя, почему?

— Потому что ты была чиста, и я хотел быть уверенным, что ты мой враг, прежде чем пойти войной на тебя и твоё тело.

— А теперь? — прошептала я.

— Теперь я знаю, что ты — мой враг, и принадлежишь мне. — Он смотрел мне в глаза, все глубже входя в тело, которое напряглось от желания. — Я владею твоим разумом; твоё удовольствие зависит от моего желания доставить тебе его или лишить, — прошептал он едва слышно. — И я почувствовал правду под магией халфлинга, и она возбудила мой интерес, потому что до сегодняшнего вечера я уверен, что ты даже не представляла, что больше эльваан, чем халфлинг. Твоё незнание — слабость, но я с этим разберусь.

Запрокинула голову, когда Эвандер прижался губами к стыку плеча и шеи, быстрее двигая пальцами, чтобы придвинуть меня к точке, когда тело балансировало на краю обрыва, только чтобы остановиться, прежде чем я достигну кульминации. Он обнял меня за талию, поднял меня и понёс вглубь библиотеки, пока не сел на диван, а я оседлала его колени.

— Трахни меня, Элианна. Покажи, почему я должен оставить тебя в живых.

— Я не говорила, что ты должен оставить меня в живых, Эвандер, — прошептала я, прижимаясь к нему, и жар затопил низ живота, взывая влагу между ног. — Я не умоляла сохранить мне жизнь. Делай со мной, что хочешь, но не с этим мальчиком. Он — всё хорошее в этом мире. Ради него я стану той, кем захочешь. Дай мне член, и я буду скакать на нём, пока ты не наполнишь моё тело семенем. Назови имена твоих врагов, и я убью их. Сделаешь больно моему другу, и я обрушу ад на этот мир, превратив тебя в короля ничего и поставив на колени, — сказала я, теснее прижимаясь к нему.

— Думаешь, сможешь поставить меня на колени? Короли и королевы бросали мне вызов, и у меня в сундуке с трофеями лежат их головы. Одна женщина меня не пугает, Элианна. Но ты издаёшь самые восхитительные стоны. Я оставил этого парня в живых не потому, что хочу тебя, он жив, потому что я планирую тебя тренировать, — холодно признался он. — О, не смотри так разочарованно. Я планирую трахать тебя, и часто. Из-за политики фейри я не могу убивать тех людей при моём дворе, которых стоит пристрелить, как бешеных животных. Твоя невинность и аромат этой восхитительной плоти — вот как я планирую выиграть войну, даже не поднимая меча. Ну, кроме тех случаев, когда ты будешь скакать на моём личном.

— Хочешь, чтобы я убила твоих врагов, соблазнив их?

— Я хочу, чтобы ты сделала всё, что должна для их уничтожения. От этого зависит жизнь твоего друга, — осторожно возразил он. — Я буду тренировать тебя, и ночью ты будешь стоять на коленях, доставляя мне удовольствие. Ты сказала, что сделаешь всё, что я захочу. И я хочу, чтобы ты убила моих врагов, которых я не могу убить, потому что они находятся на моём дворе, а ещё трахать твоё тугое тело, пока не перестану этого желать. Ты либо согласишься, либо я сейчас же покончу с его жизнью. Выбор за тобой. Он ждёт, когда ты решишь.

— Я уже решила, — сказала я без колебаний. — Я привыкла к тому, что мной владеют, Эвандер. Ты очередное существо, которое считает меня низшим созданием, которым можно владеть. Ещё раз повторяю, ты меньшее из двух зол.

— Я бы не стал так говорить, Элианна. И зови меня своим королём или величеством, — прорычал он, толкаясь в моё тело, и крик вырвался из моего горла. — А теперь оседлай меня, твою мать, потому что мне нравится слушать твои крики, когда ты растягиваешься на моём члене, который наслаждается твоим телом.

Я качнула бёдрами, наклоняясь ближе к его губам, прежде чем снова прошептать.

— Когда начнём, Эвандер?

Он поднял меня, уложил лицом на диван, развёл мне ноги и врезался в тело, заставив меня закричать от боли. Сила вырвалась наружу, и шёпот крыльев сместил воздух, откинув мои волосы. Тёмный смех Эвандера эхом отозвался в моей голове.

— Начнём, когда я скажу, — взревел он, и я взорвалась вокруг него. — Я не разрешал тебе кончать, игрушка.

— Я не спрашивала разрешения. — Я засмеялась, наслаждаясь ощущением того, как он впивался пальцами в мои ягодицы. — Сильнее, — потребовала я, прижимаясь к нему. Он замер, осознав, о чём я прошу, затем перевернул меня на спину и впился взглядом.

— У кого-то есть тёмная сторона. — Он улыбнулся, задирая мне ноги, пока колени не упёрлись в плечи, и вошёл в моё тело. Я закатила глаза от абсолютного удовольствия, пронзившего тело.

— Поиграй с ней, Темнейший Король, — подбодрила я, приподнимаясь и покачивая бёдрами.

— Я почти рад, что ты пыталась убить меня, — прорычал он, наблюдая за тем, как я в дикой распущенности, прижимаюсь к нему, медленно подводя к краю. Его черты заострились от удовольствия. — Нет, я рад. Ты так влипла, женщина. Ты понятия не имеешь, что я для тебя запланировал, но скоро узнаешь.

У него загорелись глаза, и улыбка обнажила большие клыки, которые обещали боль. Я не испугалась. Я свободна от тех, кто хотел продать нас с Домом тому, кто похоронит тела глубже всех. От этого существа я сбегу. Я могу сделать всё возможное, чтобы сохранить нам жизнь, даже ценой души, которую, я уверена, он похитит. Аметистовые глаза загорелись, и я почувствовала, как он проникает в мой разум, изучая то, что я позволила. У меня не было секретов, порочных фантазий, которые он мог бы использовать. Меня бросили, оставили на произвол чудовищных людей, которые управляли агентством. Я отплачу им за то, что причинили нам боль, за то, что причинили боль халфлингам. А после того, как закончу с ними, заставлю фейри заплатить за то, что бросили нас. Король — средство для достижения цели, и какой бы ценой это ни стоило, я заплачу её.

— Пока ты решаешь, как будешь вести войну против меня, Элианна, должна точно знать, против кого собираешься её вести. Я — тени, ночь, и живу внутри каждого Неблагого в этом королевстве. Тебе негде от меня спрятаться. Нет такого места, где ты мог бы спрятать своего друга, куда я не смог бы дотянуться. Я Темнейший Король и монстр, который всегда найдёт тебя, как бы далеко ты ни убежала или в какую бы глубокую яму ни зарылась. Теперь ты моя, и никто не будет с этим спорить. Ты никогда не убежишь от меня.

— Никогда не говори никогда, — прорычала я, всё ещё прижимаясь к нему, когда он холодно ухмыльнулся.

— Убежишь, и тебе не понравится то, что произойдёт, Игрушка.

— Сначала тебе придётся поймать меня.

— Я всегда ловлю свою добычу. И когда ловлю, я её пожираю.

Я увидела, как напряглись его мышцы, и улыбка, появившаяся на его губах, обещала боль. Не имело значения, как долго мне придётся ждать; не имело значения, какую боль придётся вынести, главное, чтобы я, в конце концов, сбежала от него. Потому что у меня всегда был план, и маршрут побега был спланирован ещё до того, как я вошла во вражеский лагерь.

— Ты не убежишь, только не без своего друга, — объявил Эвандер, наклоняясь, чтобы обхватить губами мой сосок, прежде чем отпустить его с громким хлопком. — Его перенесли, пока я трахал тебя. Станешь играть со мной, женщина, и я покажу, почему король превосходит королеву в нашем мире.

— Ты безжалостный ублюдок, — прошипела я.

— Да. Я никогда не говорил иного. Я злодей, на случай, если ты этого не поняла. И я владею тобой, планируя использовать твои таланты. Я так много запланировал, Элианна. Мы только начинаем. Ты вот-вот узнаешь, кто я, и что значит быть моим домашним питомцем.

— Нет, Эвандер, ты вот-вот узнаешь, почему экзотические питомцы в доме — ужасная идея. Мы, как известно, плохие, и когда кусаемся, это часто приводит к летальному исходу. — Он прижался к моим губам, и я злобно улыбнулась. — И ты забыл учесть несколько фактов. Например, мою команду, ожидающая у твоего замка, которая захватила твоих стражей… а Доминик в безопасности вне твоей досягаемости. Ты можешь владеть тьмой, но я владею существами, отринутыми этим миром, и мы жаждем мести. Свет всегда затмевает тьму, а я ярко горю, Король Неблагих. Так что вынь из меня свой член, потому что я сейчас встану и выйду из этой комнаты, а ты будешь смотреть, как я это делаю. Или я отдам приказ перерезать глотки твоим людям. — Я оттолкнула его, но он сделал выпад, схватив меня за горло, и быстро задвигав бёдрами. — Я взорвалась, улыбаясь, когда в моих глазах вспыхнул свет.

— Ты можешь бежать, малышка, — прорычал он, напрягаясь. — Но я только что наполнил тебя своей тьмой. Тебе не понравится быть моим врагом.

— Напротив, если всё так закончится, я думаю, что получу от этого огромное удовольствие. Через час я отпущу твоих людей, и мы сможем стать врагами. Или я убью их, а ты добавишь меня в список врагов, которых хочешь убить. Скажи, Эвандер, — хрипло прошептала я, когда он вышел из моего тела. — Как сильно ты хочешь убить меня?

— Безмерно, — протянул он.

Я похлопала его по щеке, сев, позволяя ему увидеть остроту моих клыков, которые выросли, когда он изнасиловал мою суть.

— Очень жаль, что у нас ничего не получилось; ты удивительно талантлив в постели. Я надеюсь, что ты умеешь владеть мечом так же хорошо, как и своим впечатляющим членом. Я бы с удовольствием осталась и поиграла, но сейчас немного занята. Мне нужно найти ведьму, начать войну и отомстить каждому мудаку, который использовал нас, чтобы набить свои карманы. Кто знает, может быть, в конце концов, мы с тобой окажемся по одну сторону баррикад.

— Ты всё подстроила?

— Да, но я не ожидала, что Король Неблагих придёт сам, — хрипло рассмеялась я, наклоняясь, чтобы коснуться его губ своими, наслаждаясь исходящим от него гневом. — Мне нужен был кто-то сильный, чтобы свергнуть ведьм, которые магией удерживают нас, ослабляя. Ты самое сильное существо Высших фейри, и всё сработало идеально. Я попросила шлюх шепнуть Ленноксу о твоих планах, убить его. Он, естественно, попытался убить тебя, и ты убил их, как я и предполагала. Хотя ты подвёл меня, потому что Керри сбежала. — Я выпрямилась, наблюдая, как гнев пляшет в его аметистовых глазах. — Не смотри на меня так. Ты и тебе подобные думаете, что мы низшие существа. Вы бросаете нас на растерзание людям и монстрам, с которыми заключили сделку. Вы насилуете женщин, заделывая им детей, а они бросают нас монстрам, которые используют, как оружие. Ты понятия не имеешь, какими возможностями мы обладаем, или что можем сделать теперь, когда агентство сгорело дотла, благодаря тебе, мой щедрый король. Пойми, Эвандер, мы восстаём против наших угнетателей. Дело в том, что мы можем либо быть на одной стороне, либо ты сразишься со мной.

— Думаю, мне понравится охотиться на тебя и сражаться, Элианна. Я надеюсь, ты готова стать моей добычей, потому что в момент, когда я поймаю тебя, ты пожалеешь, что вообще когда-то пересеклась со мной. — Он схватил меня за волосы, запустив в них пальцы, и прижался губами к моим губам. Он пожирал меня, пока я не застонала, задыхаясь от жара, который пронзил тело. — Ты моя, и если кто-нибудь прикоснётся к тебе до того, как я поймаю, умрёт. Я поймаю тебя, малышка. Тебе лучше бежать и спрятаться, потому что, когда я настигну тебя, покажу, почему мир съёживается передо мной. И когда ты будешь молить о пощаде, я покажу, как мало её у меня для тех, кто меня предаёт.

— Звучит чертовски странно, но меня нелегко поймать. Я планировала падение империи. Я намерена посмотреть, как оно падёт. Я рада, что это был ты, — прошептала я, отстраняясь, чтобы заглянуть в его красивые глаза. — Рада, что ты стал моим первым мужчиной, но я не твоя. Я больше никогда никому не буду принадлежать. А теперь отвали от меня на хрен. Мне нужно многое сделать, а тебя в моём списке больше нет.

Я улыбнулась, когда оставила самого печально известного монстра стоять и смотреть, как я ухожу. Я знала, что агентство меняется, и, хотя Дом был моим лучшим другом, он часто терялся в кошмарах людей. Я не могла допустить, чтобы он выдал план, пока не узнаю, что он сработал. Ведьмы больше не контролировали нас, агентство ликвидировано, и фейри, которые бросили нас, заплатят за всё. Они называли нас мерзостями, нежеланными существами, которые не имели права существовать в их мире. Мы докажем, что они ошиблись. Мы поставим их на колени.

На данный момент это конец

Content

Хатчинс Амелия Темнейший Король

Амелия Хатчинс Темнейший король

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5