Линч Карен

Непослушание

Автор: Карен Линч

НЕПОСЛУШАНИЕ

Серия: Непреклонность. Книга 7

Переводчик: Marina_lovat

Редакторы: svetik99, Gosha_77

Вычитка: Lianak

Переведено для группы https://vk.com/booksource.translations

При копировании просим Вас указывать ссылку на нашу группу!

Пожалуйста, уважайте чужой труд.

ПРОЛОГ

Одиннадцать лет назад, Сан-Франциско, Калифорния

Я приподняла нижний край фанеры, закрывавшей окно, и прошмыгнула через отверстие. Внутри здания было темно, и я подождала минуту, пока мои глаза не привыкнут. А потом двинулась дальше от окна.

Меня охватил озноб. Я ничего не имела против темноты, но тут было зябко, да и моё пальто было тонким. Мне придётся подыскать что-нибудь потеплее до того, как на улице наступят сильные холода.

Желудок болезненно заурчал, напомнив мне, что я ничего не ела со вчерашнего дня. Подгоняемая голодом, я прошла вглубь коридора к тому, что некогда было фойе небольшого отеля. Сюда пробивались лучи солнца сквозь высокие окна, которые не были заколочены, обеспечивая достаточно света, чтобы я могла видеть окружающее меня пространство.

Я направилась к большому пятну солнечного света в углу. Хоть где-то можно было немного погреться. Сев на грязный пол и скрестив ноги, я прислушалась и убедилась, что была одна. Другие дети, которые тоже жили в этом здании, редко возвращались до темноты, но я научилась быть осторожной.

Я жила на улице с момента как сбежала из приёмной семьи три недели назад, и очень быстро поняла, что никому нельзя доверять. Здесь на улице, изо дня в день все пытались выжить, даже если это означало красть у новенькой.

Ничего не услышав, я открыла свой небольшой рюкзак и вытащила сэндвич с сыром и индейкой. Я стащила его в гастрономе час назад. Рот наполнился слюной от запаха хлеба и майонеза, и я с нетерпением разорвала обёртку и откусила огромный кусок. Мне пришлось заставить себя жевать медленно, невзирая на булькающие протесты моего живота. Если я съем слишком быстро после столь долгого голодания, меня вырвет, и я вернусь к тому, с чего все начиналось.

— А что это у нас тут, Джи?

Сердце подскочило в груди, и я едва не подавилась едой, когда рыжий парень вошёл в помещение. Шейн. Я съежилась в душе, вот его-то я никак не хотела видеть. Я взяла за правило как можно чаще избегать его.

В свои четырнадцать лет Шейн был на четыре года старше меня и как минимум на фут выше. Он был костлявым, как большинство встреченных мною детей здесь, но брутальным. Многие годы на улице сильно повлияли на него. И он был агрессором.

Я бросила нервозный взгляд ему за спину. Он никогда никуда не ходил без своей небольшой компашки дружков. Как поговаривали, они вчетвером заявили свои права на это здание и третировали всех. Если бы я могла найти другое безопасное место для ночлега, я бы здесь не тусовалась.

— Просто сэндвич.

Я обратно завернула его в упаковку. Смысла врать не было, он уже его увидел.

— Делиться собираешься? — спросил он, его взгляд был прикован к моим рукам.

Я запихнула сэндвич в рюкзак.

— Нет.

Шейн нахмурился и поднял взгляд на меня. Он не был голоден. Буквально два часа назад я видела его, и он поедал хот-дог со своими приятелями. Ему просто не нравилось, когда кто-то отвечал ему отказом. Ну, что ж, это его проблема. Мне с трудом дался этот сэндвич, и я была слишком голодна, что готова была разрыдаться. Но перед ним я в жизни не буду плакать.

Он сделал угрожающий шаг в мою сторону.

— Ты же в курсе, что это моё место. Хочешь бомжевать тут, плати. Такое правило.

Я вскочила на ноги раньше, чем он смог подойти ещё ближе. Бросив рюкзак за спину, я сжала кулаки. Ярость вспыхнула во мне, и знакомое рычание наполнило голову. Голос был разгневанным. Ему почти все не нравились, но он ненавидел тех, кто пытался навредить мне.

Шейн заржал, и я приготовилась к его атаке.

— Ты будешь драться со мной, Джи?

— Если не отвалишь, да.

— Просто отдай мне половину сэндвича, и я сочту это справедливой оплатой.

— Нет, — огрызнулась я, едва не заорав на этот раз. — У меня больше нет еды. Иди сам найди себе еду.

Он выпрямился во весь рост, возвышаясь надо мной. Но каким бы большим он ни был, меня ему было не напугать. Ну, врежет он мне пару раз, но за многие годы я приняла на себе изрядное количество побоев. Ещё в раннем возрасте я научилась, что существует только два выхода: либо смириться, либо давать отпор. Я давала отпор. Я избила сына своей последней приёмной матери за попытку полапать меня, а он был годом старше Шейна.

— Только уже за это я заберу целый сэндвич, — Шейн рявкнул и бросился на меня.

Но я была готова, и как только он оказался в зоне досягаемости, я вмазала ему ногой между ног. Воздух вырвался из него с пронзительным писком, и он сложился пополам, схватив себя руками.

«Ещё», — зарычал голос, который всё ещё клокотал от гнева.

Словно кто-то другой двигал моей рукой, я завела её назад, и спустя миг мой кулак врезался в глаз Шейна. От силы удара разболелась рука, но голос заликовал. Это нечто, сидящее в моей голове, любило драться. Иногда я могла сдержать его, но по большей части он оказывался слишком сильным для меня. Ему плевать было, что из-за него меня вышвыривали из каждого дома, где я жила. Я должна была ненавидеть это, но его присутствие внутри меня не давало мне чувствовать себя очень одинокой.

Шейн рухнул на колени, засопев. В его глазах запылала ненависть. Сейчас он был не в состоянии причинить мне боль, но как только он оправится, со своими дружками он нападёт на меня. Мне надо исчезнуть раньше, чем вернуться остальные.

Схватив с пола рюкзак, я рванула туда, откуда пришла. Впереди раздались голоса, и я резко остановилась. Я с трудом сглотнула, узнав голос подруги Шейна, Ланы. Пусть она и девчонка, но она была почти такой же жестокой, как Шейн. И она была влюблена в него, а это означало только одно — она взбесится, когда обнаружит, что я сделала.

Я шмыгнула в первый же дверной проём и тихо, как мышка, спряталась в тёмной комнате. Я затаила дыхание, когда Лана и другие, разговаривая и смеясь, прошли мимо моего укрытия. Как только они достигли конца коридора, я выскользнула из комнаты и тихо побежала к выходу.

Я уже была почти у окна, когда услышала крики и бегущую поступь. Пульс застучал в ушах. Я бросила рюкзак через отверстие и последовала за ним. Им всем придётся потратить несколько минут, чтобы перелезть через это окно. Если я смогу далеко убежать, я смогу выбраться отсюда.

Когда я была уже на полпути из окна, за мою щиколотку ухватились руки, и я вскрикнула.

— Я поймал её! — заорал Кевин.

Я сильно пнула и почувствовала, как моя ступня врезалась в мягкую плоть. Кевин издал приглушённое «уумф-уумф» и отпустил мою ногу. Я рухнула на землю. Худший удар от падения пришёлся на плечо, и я поняла, что позже там вылезет отвратительный синяк. Но я была свободна.

Наспех вскочив на ноги, я схватила рюкзак и бросилась прочь. Не меньше часа я бежала, с улицы на улицу, как можно дальше удаляясь от шайки Шейна.

Наконец остановившись за небольшим торговым центром, я еле дышала. За парковкой был клочок зелёной травы и, обессилев, я уселась на нём, в основном скрывшись из виду за большим мусорным баком. Почувствовав себя ненадолго в безопасности, я вытащила бутылку воды из рюкзака и выпила всё содержимое. Потом трясущимися руками распаковала сплющенный сэндвич и съела честно заслуженную мной еду.

Закончив с перекусом, я ладонью вытерла рот. Сытой я не была, но, по крайней мере, мой желудок больше не урчал. До завтра протяну.

Сейчас у меня были проблемы посерьёзнее голода. Я не могла вернуться в отель, поэтому мне надо было найти новое место для ночлега. Вместе с другими подростками было безопаснее, именно поэтому я оставалась в отеле. Теперь я была одна, и это до ужаса пугало.

В городе явно были такие же группы детей, как я. Мне просто надо было найти их до того, как стемнеет, и у меня оставалось всего несколько часов. В первые дни на улице я видела несколько пугающих вещей. К примеру, двух коротышей с кошачьими глазами и рогами, которые вломились в магазин мясника. Я не знала чем они были, но явно не людьми.

Меня передёрнуло от воспоминания об странных созданиях, выходящих из магазина с ведром крови. Я поняла, что это была кровь, так как видела, что они выпили её. Это зрелище ещё долго будет сидеть в моей голове.

От мысли о том, что проведу ночь одна на улице, я вскочила на ноги. Стряхнув грязь с джинсов и положив бутылку для воды в рюкзак, я пошла через парковку в сторону улицы. Кто-то говорил, что многие дети любят тусоваться у торговых центров. Пойду туда и попытаюсь завести новых друзей. Все мои мысли прямо сейчас были заняты только этим.

Проходя мимо мусорного бака, я обнаружила, что была не одна. Шейн с Ланой вышли из укрытия на другой стороне бака, где они прятались. Судя по их улыбкам, у меня были большие проблемы. Я не видела Кевина и Аша, но они явно были где-то поблизости. Шейн знал, что один на один, я его завалю, так что он притащил с собой всю шайку. Приятно было видеть как его правый глаз почти полностью отёк.

— Ну, привет Джи. Вот так встреча, — протяжно съязвил самодовольный Шейн.

Я стояла, вздёрнув подбородок, скрывая свой страх.

— У меня не осталось еды, если ты всё ещё хочешь её заполучить.

Он насмешливо улыбнулся мне.

— Не хочу я твой дерьмовый сэндвич. Я здесь, чтобы научить тебя, что ко мне не лезут и остаются безнаказанными.

— Ты первым пристал ко мне.

— Ты была в моём здании, — сказал он, словно это было в порядке вещей.

Лана обиженно фыркнула.

— Мы можем уже закончить с этим и пойти есть пиццу?

Шейн повернул голову, собравшись что-то сказать ей.

Я побежала.

Я добежала до конца торгового центра, как из-за угла на меня бросился Аш, повалив меня на землю. Ему было двенадцать лет, но он был грузным и сильнее, чем выглядел. Мне всё время было интересно, почему, живя на улице, он не похудел. У нас тут не было трёхразового сытного питания.

Я потёрла голову, которая ударилась об асфальт. Так больно, что слёзы подступили к глазам. Я сморгнула их, отказываясь плакать.

Приблизились шаги. Шейн и Лана нависли надо мной, ехидно улыбаясь.

Шейн пнул меня в бедро, и я не смогла сдержать тихий вскрик от боли. Его ухмылка стала шире, а Лана рассмеялась.

Голос в моей голове зарычал как аллигатор, которого я как-то видела по телеку в программе про животных. Он был неистов как никогда, но я сомневалась, что он сможет помочь мне на этот раз.

Лана нагнулась и подхватила мой рюкзак, который упал с плеча.

— Давай-ка посмотрим, что у тебя тут есть.

— Верни, — потребовала я. Там ничего ценного не было, только сменная одежда, зубная щётка и пустая бутылка для воды, но это все, что было у меня в этом мире.

Проигнорировав меня, она вытряхнула содержимое рюкзака на землю, и специально наступив на зубную щётку, сломала её.

— Мусор, — пробормотала она. — Ни доллара.

С триумфальным видом Шейн скрестил руки.

— Извиняйся и умоляй отпустить тебя. И на этот раз я обойдусь с тобой помягче.

— Нет, — дерзко ответила я.

— Дело твоё. Но будет больно.

Я злобно посмотрела на него, отказываясь пугаться.

— Вы просто кучка трусов, которые толпой нападают на людей. В один из таких дней, я буду достаточно большой, чтобы надрать задницы всем вам.

Они втроём рассмеялись, и Шейн снова пнул меня в ногу, на этот раз сильнее. Он выжидательно уставился на меня, но теперь я твёрдо была намерена не пискнуть.

— А что тут происходит? — раздался женский голос.

Шейн, Лана и Аш повернулись к улице. Я не могла видеть на что они смотрели, но услышала, как они тихо выругались и Шейн прошипел:

— Давайте убираться отсюда.

Они втроём бросились бежать, а я осторожно села. Голова и нога болели, и я чувствовала, как начинается жуткая головная боль. И ко всему прочему моя сменная одежда была на земле, а Лана соскочила, прихватив мой рюкзак.

Слёзы, которые я сдерживала, вновь готовы были пролиться, и я сглотнула стоявший в горле комок. И почему всё должно быть так тяжело?

— Ты в порядке, милая? — поинтересовался нежный голос.

Я удивлённо подняла голову и уставилась на женщину, приближение которой даже не услышала. Она была высокой и красивой с добрыми голубыми глазами и длинными светлыми волосами, убранными в конский хвост. На ней были джинсы и чёрные ботинки, и мне показалось, что я увидела рукоятку ножа, выглядывающую из одного ботинка.

Я молчала, наблюдая за её приближением, пока она не оказалась буквально в нескольких метрах от меня. Я тихо ахнула, когда странное ощущение узнавания наполнило меня. Я ничего подобного никогда не испытывала раньше, но я интуитивно поняла, что это было нечто важное.

Глаза женщины широко распахнулись, говоря мне, что она тоже почувствовала это. Она присела передо мной.

— Я Полетта. А тебя как зовут?

— Джордан, — прошептала я, не понимая, с чего вдруг я выложила незнакомке своё имя. Но нечто в ней подсказывало мне, что я могу довериться ей.

— Сколько тебе лет? — мягко спросила она.

— Десять.

В её глазах вспыхнуло потрясение, и она снова улыбнулась мне.

— А где твоя семья, милая?

— У меня её нет, — оборонительно ответила я.

Мама отказалась от меня, когда мне было четыре года, и никто из её семьи не захотел меня взять. Так что я могла не волноваться, семьи у меня не было.

Если Полетта и была удивлена моим ответом, она этого не показала.

— Как долго ты живёшь на улице?

Я пожала плечами.

— Не долго. Несколько недель.

Она положила руку на мою ногу, и странное, чувство, которое можно было бы описать как радость, нахлынуло на меня. В этот самый момент я поняла, что Полетта была такой же, как и я.

— Ты… у тебя тоже в голове есть голос? — затаив дыхание, спросила я.

Её улыбка стала ярче.

— Да, есть.

Сердце защемило в груди. Всю свою жизнь люди смотрели на меня как на безумную, когда я упоминала голос. Полетта же вела себя так, словно это было совершенно нормально. И она сказала, что у неё тоже был голос в голове.

— Хочешь что-то ещё узнать? — нежно поинтересовалась она.

Я кивнула.

— Я из такого места, где у всех есть голос в голове, как у тебя и у меня. И у нас есть дети твоего возраста. Хотела бы там жить?

Я прикусила губу. Полетта показалась мне милой, но все взрослые, кого я встречала, вели себя со мной, будто я была сумасшедшей и пихали меня из одного ужасного дома в другой. Я лучше воспользуюсь шансом бродяжничать, чем вернусь к подобной жизни.

— Это интернат? — я задала вопрос.

— Нет. Это что-то типа небольшого города. Там есть игровая площадка и школа, и у тебя будет своя комната в очень красивом доме.

— Мне не нравятся школы.

Я потёрла руки о джинсы, вспомнив драки, издёвки, исключения.

Она улыбнулась.

— Думаю, тебе понравится наша школа. Она особенная, там ты узнаешь много всего крутого, и из тебя будут готовить воина, как я.

Всё моё тело тут же оживилось.

— Воина? Взаправду, с мечом?

— Ты бы хотела?

Я рьяно закивала.

— Да!

— Хорошо, — Полетта встала и подала мне руку.

Несколько долгих мгновений я таращилась на руку, но потом вложила свою маленькую ладонь в её, и позволила ей помочь мне встать. Я споткнулась, когда перенесла весь на больную ногу, и она поймала меня, удержав от падения.

Я опустила глаза на свои жалкие пожитки, разбросанные на асфальте. Может быть, я смогу добыть новую одежду и зубную щётку там, куда направляюсь.

Полетта стиснула мою руку.

— Мы дадим тебе новые вещи, как только доберёмся до дома.

— И меч? — с надеждой спросила я.

Она усмехнулась.

— Думаю, мы начнём с тренировок. Но я уже могу сказать, что из тебя выйдет отличный воин, Джордан.

Я широко заулыбалась ей.

— Я буду самым лучшим воином в истории.

ГЛАВА 1

— Что скажешь, если мы заскочим в «Суав» вечерком?

Мейсон заворчал.

— А позже обсудить не можем? Я тут слегка занят.

— Тьфу ты.

Я замахнулась мечом, и лезвие чисто рассекло горло одному из двух вампиров, против которых я сражалась. Глаза вампирши приняли шокированный гневный вид, который всегда появлялся у вампиров, когда они осознавали, что их никчёмная жизнь закончена, и она рухнула грудой костей на пол.

Позади меня в агонии завизжал вампир, и я поняла, что Мейсон отлично справляется.

— Даже не думай, что сегодня снова соскочишь, — сказала я, вернув всё своё внимание на оставшегося соперника. — Ты обещал сходить со мной в клуб.

Мейсон застонал, и я улыбнулась вампиру. Его взгляд метался между мной и ближайшим дверным проёмом. Он пытался просчитать сможет ли оказаться быстрее меня.

— Ну, давай, — я махнула рукой в сторону двери. — Я даже дам тебе фору.

Он не раздумывал. Он бросился к двери и, оставшись верной своему слову, я не побежала за ним.

— Что ты делаешь? — не веря своим глазам, спросил Мейсон. — Ты отпускаешь его?

— Я тебя умоляю, — я нахмурилась и вытащила нож, прикреплённый к бедру.

Взмахом запястья я отправила клинок в спину удирающего вампира. Он заорал, как только серебряное лезвие пронзило его насквозь, но он продолжил шатаясь бежать вперёд.

Я вздохнула и направилась за ним. Мне очень надо поработать над метанием ножей. Нож прошёл, как минимум, в паре сантиметров от его сердца.

Вампир проковылял мимо киоска, из которого пахло тухлым попкорном, и затхлый запах масла всё ещё висел в воздухе, несмотря на то, что кинотеатр был закрыт уже больше года. Я догнала его у входа в один из залов и вонзила меч ему в спину, убедившись, что на этот раз попала точно в сердце. Он ахнул и упал, его тело соскользнуло с моего меча.

— Джордан и Мейсон, внимание, — через порт связи раздался голос Рауля. — В вашу сторону идут двое.

Я выпрямилась и, развернувшись, увидела двух вампиров, несущихся к Мейсону из противоположной стороны. Я бросилась им наперерез.

— Принято.

Мейсон всё ещё сражался со своим оппонентом, так что я сцепилась с вновь прибывшими в одиночку. Судя по их скорости, они были молодыми, как большинство вампиров, с которыми мы сталкивались, хотя всё же немного быстрее меня. Меня чертовски раздражало, что необходимо ждать ещё много лет, пока во мне не нарастёт скорость взрослого воина, хотя бы как у Рауля. И чьей же такой великолепной идеей было создать расу охотников за вампирами, которым требовались века, чтобы достичь своего максимального пика силы?

Вампиры зарычали и бросились прямиком на меня. Я крепче сжала меч, приготовившись встретить их атаку. Свой недостаток в скорости я компенсировала в рукопашном бою. Я должна была быть лучше после постоянных спаррингов в течение многих месяцев с Николасом Даньшовым. Ещё я немного потренировалась с Десмундом Эшвортом. Они лучше всех владели мечами, и в один прекрасный день я собиралась вступить в их ряды.

Первый вампир обрушился на меня, и я избавила его от одной руки. Он закричал и схватился за окровавленный обрубок.

— Что? — я глумливо изогнула бровь, глядя на него. — Не похоже, что она тебе понадобится.

Если я что и знала о вампирах, так это то, как болезненно они реагировали на подколы. Он взревел и снова бросился на меня. Я лишила его головы. Немного грязновато, но жутко эффективно.

Бегущая поступь привлекла моё внимание ко второму вампиру, который решил сбежать. Я бросила взгляд на Мейсона и увидела, что в моей помощи закончить с уничтожением вампира он не нуждался. И я бросилась вдогонку.

Вампир исчез в дверном проёме и, рывком открыв дверь, я успела заметить его, взбегающим вверх по лестнице. Здание было трёхэтажным, и мы были на первом этаже. Чутьё подсказывало мне, что он направился к крыше. Здание очень близко располагалось к соседним домам, так что ему не составит труда сбежать по крышам.

Я рванула к лестнице. Я взглядом уцепилась за фигуру в двух лестничных пролётах надо мной, которая лихорадочно пыталась выбить дверь на крышу.

— Джордан, где ты? — сквозь порт связи поинтересовался Мейсон.

— Лестница, — ответила я. — Один рванул на крышу.

— Подожди партнёра, Джордан, — вмешался Рауль.

Дверь надо мной с грохотом открылась, и поток холодного ночного воздуха омыл меня.

— Моему партнёру лучше двигать булками быстрее, я не дам этому ублюдку улизнуть.

Я уже бежала через дверь на крышу, которая едва висела на петлях, когда услышала ругань на другом конце порта связи. Я краем глаза поймала свою жертву. Вампир прыгнул на крышу соседнего здания.

— Он прыгнул на крышу пекарни, — проинформировала я команду, не прекратив преследование вампира.

Я приземлилась на другую крышу, а вампир уже был на противоположном крае и снова прыгнул. Его явно никто не просветил, что он переживёт падение с высоты трёх этажей, или что, если он спрыгнет, мне станет сложнее преследовать его. Я тоже переживу падение с трёх этажей, но не без синяков и ушибов, и он вероятней всего сможет удрать.

Крыша следующего здания была ниже. На этот раз вампир спрыгнул вниз в аллею, тянувшуюся между зданиями.

Я последовала примеру, сморщившись от приземления, отголосок которого прошёлся по ногам. Наверное, пришло время потратиться на более практичные ботинки для работы. Каблуки — секси, но в берцах было бы гораздо удобней прыгать со зданий.

Вампир начал удаляться, и я увеличила скорость. Надо было сократить расстояние между нами. Он шмыгнул в дверь другого здания. Я бросилась за ним.

Я резко остановилась, обнаружив себя в помещении очень похожем на некий склад. Помещение не так сильно интересовало меня, как три вампира внезапно появившиеся передо мной.

Тот, за которым я гналась, улыбнулся, показав свои змеевидные клыки.

— Похоже, ты в меньшинстве. Теперь твои дружки тебя не спасут.

Я пожала плечом.

— Вся эта история про беспомощную барышню вовсе не обо мне. Так кто желает быть первым?

— Я, — самый большой, который, судя по виду, был байкером и лет так тридцати с хвостиком, когда его обратили, облизал губы. — Я вырву твои кишки и съем их у тебя на глазах.

Я скривила лицо.

— Кто-то слишком много смотрел «Ходячих Мертвецов».

— Тебе будет не до шуток, когда я покончу с тобой, — сказал он.

Они рассредоточились, пытаясь окружить меня.

Я держалась спиной к двери, так что самое большее, что они смогли сделать, это сформировать полукруг. Держа меч в расслабленной хватке, я ждала, пока они сделают первый выпад.

Мой дружок из кинотеатра и третий вампир, внешне напоминавший компьютерного чудика в своей прошлой жизни, помчали ко мне с двух сторон. Извернувшись, я прошлась лезвием по животу Чудика, а второму врезала ногой по горлу. Я оттачивала это движение несколько недель, и я отчасти расстроилась, что никого рядом не было, чтобы увидеть это.

Оба вампира рухнули на пол, и я обратила своё внимание на бывшего байкера. Он атаковал, замахнувшись на меня когтистой рукой, и нырнув под его руку, я выскочила у него за спиной. Ещё до того, как он смог развернуться, я вонзила меч в его сердце.

Вампир с раной в животе корчился на полу, поэтому я направилась к другому. Он восстановился от моего удара в горло, но вместо того, чтобы помочь своему дружку, он побежал к двери. Наклонившись, я выдернула нож из ботинка и метнула его. Вампир издал хлюпающий звук, и я ликующе выкинула в воздух кулак — сейчас я попала точно в «яблочко».

Скулящий звук за спиной напомнил мне, что моя работа ещё не окончена. Последний вампир, похоже, был даже счастлив положить конец своим страданиям, когда я прикончила его.

Послышался звук бегущей поступи, и я подняла взгляд как раз в тот момент, когда Рауль заполнил весь дверной проём. Позади него замаячили Мейсон с Броком.

Рауль плотно сжал губы, оценивая представшую перед ним сцену.

— Ты выключила свой передатчик?

— Конечно же, нет.

Я похлопала по внутреннему карману куртки, где лежало небольшое устройство, но карман оказался пуст. Дерьмо.

Я по-идиотски заулыбалась, глядя на Рауля.

— Должно быть он выпал, когда я спрыгнула с прачечной.

Он вздохнул и потёр лоб.

— Ты спрыгнула с двухэтажного здания в этих туфлях? — Брок одарил меня широченной улыбкой. — Сексуально.

Рауль бросил на него предупреждающий взгляд.

— Не поощряй её, — он наклонил голову, словно к чему-то прислушивался. Затем сказал: — Принято, — и только потом посмотрел на нас. — Всё чисто.

— Сколько всего? — спросила я.

— Четырнадцать, — ответил Рауль. — И шесть людей отвоёвано.

— Я бы назвала это отличной ночной работой, — я подсчитала в голове свои убийства, пока вытирала меч об джинсы одного из мёртвых вампиров. Шесть из четырнадцати. Не так уж и плохо.

— И раз уж за Джордан большинство, она удостаивается чести написать отчёт, — объявил Рауль.

Улыбка тут же померкла на моих губах, и я даже не стала пытаться скрыть своё отвращение. Всего несколько вещей я ненавидела больше, чем написание отчёта с места работы. Это было так нудно и скучно. Но Совет был ярым приверженцем ведения архива дел. В один из прекрасных дней я скажу им, что они могут сделать со своими отчётами.

Рауль похлопал меня по спине.

— Делов-то на час, ну максимум два.

Мейсон заржал, и я пригвоздила его взглядом.

— Не переживай. У нас останется уйма времени потусоваться сегодня, — сладко напела я.

Вид у него стал такой, будто он мучается от приступа боли.

— Может тебе лучше найти девчонку сходить с тобой?

— Я не знаю тут ни одной другой девчонки, так что ты моя новая лучшая подружка.

— Я скучаю по Бет, — проворчал он.

Я тоже скучала по Бет. И по Саре. Мне с трудом удавалась заводить дружбу с женским полом, и так уж вышло, что мои две самые лучшие подружки свалили и обзавелись парами. Они были счастливы до абсурда, и я была рада за них. Но я скучала по ним. С Мейсоном было весело тусить, даже когда он строил вид, что ему не нравится, но всё равно это было ни одно и то же.

Может быть, настало время нанести подружкам визит. Я постоянно разговаривала с Сарой и Бет, но мы не виделись с той рождественской недели в Весторне, а это было уже как пять месяцев назад. Они обе, вместе с Николасом и Крисом, сейчас были в Чикаго и занимались размещением нового командного центра.

Сара была уже на шестом месяце беременности — у меня до сих пор это в голове не укладывалось — и всякий раз, когда мы разговаривали, она жаловалась, что Николас не позволяет ей веселиться. Готова поспорить, она будет рада гостю.

Чем больше я думала об этом, тем больше мне нравилась идея. Я любила Лос-Анджелес и свою работу, но время от времени любой девушке нужны небольшие каникулы.

Я и не знала, что улыбаюсь, пока Мейсон не замахал рукой перед моим лицом.

— Что такого забавного? — настороженно спросил он.

Я подмигнула, проходя мимо него.

— Я просто подумала о том, как же клёво мы с тобой сегодня повеселимся.

* * *

— И как долго мы должны пробыть тут? — возмутился Мейсон, прислонившись к стойке бара со скучающим видом.

— Мы и часа тут не были.

— И это целый час из моей жизни, который я уже никогда не верну.

Я пнула его в плечо.

— Да ладно тебе. Всё не так уж и плохо. Может если ты сдвинешься с этого места, тебе понравится. Видит Бог, тут масса девушек, желающих потанцевать с тобой.

Один уголок его рта приподнялся.

— Ревнуешь?

Я разразилась смехом.

— Я едва сдерживаю себя от того, чтобы не наброситься на тебя.

— Ты меня обижаешь, — сказал он с грустным лицом.

И в это можно было бы поверить, если бы не блеск веселья в его глазах.

— Я заглажу свою вину.

Я взглядом скользнула к полчищу женщин поблизости, некоторые из них с жадностью таращились на моего друга.

— Что ты делаешь? — спросил он, пока я изучала лица вокруг нас.

Проигнорировав его, я продолжила свой осмотр. Тут было много ослепительно красивых женщин, но большинство из них были не его типажом. Мейсон был вальяжным, и большая часть этих женщин выглядела чересчур прихотливыми для него. Нет, ему нужен кто-то похожий на…

Я улыбнулась, когда мой взгляд остановился на троице блондинок. Две были одеты в короткие облегающие платья, которые не скрывали их загорелые тела и увеличенную грудь. На третьей тоже было платье, но она сдержанно одёргивала подол, когда думала, что никто не смотрит. Она была красивой, как и её подруги, но её поведение говорило, что она чувствовала себя не в своей тарелке. Она отчасти напомнила мне Сару, когда я тащила её с собой тусить по клубам.

Две подружки что-то сказали девушке. Она покачала головой, и они пошли на танцпол, где начали танцевать друг с дружкой.

— Вернусь через секунду, — сказала я Мейсону. Я оставила его и подошла к девушке.

Я улыбнулась ей своей самой обаятельной улыбкой.

— Привет. Классное платье.

— Спасибо, — она скромно улыбнулась в ответ. — Мне твоё тоже нравится.

Я склонилась и заговорила ей на ухо:

— Эй, видишь вон того высокого, сексуального парня в серой рубашке позади меня?

Она выглянула из-за меня, и её глаза распахнулись, стоило ей увидеть Мейсона.

— Да.

— Это мой друг Мейсон. Я заставила его придти сюда со мной сегодня, а ему не очень нравятся такие заведения. Думаю, ему будет гораздо лучше, если он сможет поговорить с кем-нибудь кроме меня.

Она покачала головой.

— Я… Не похоже, что ему нужна помощь, чтобы знакомиться с людьми.

— Он скромнее, чем кажется, — соврала я. — Хочешь познакомиться с ним?

— Я?

— Ты красивая, — честно призналась я. — У меня очень хорошее предчувствие насчёт тебя.

— Ох, — она снова выглянула из-за меня. — Ладно.

— Отлично! Я, кстати, Джордан.

— Я Эмили, — ответила она, и я повела её к бару.

Мейсон с любопытством наблюдал за мной, пока я шла со своей новой подругой к нему.

— Мейсон, это Эмили. Эмили это Мейсон, — я улыбнулась им, проигнорировав вопросительный взгляд. — Ну, вы тут знакомьтесь. А я сейчас вернусь.

Прежде чем кто-то из них смог что-нибудь сказать, я исчезла в толпе. Добравшись до противоположной стороны клуба, я оглянулась и увидела, что Мейсон увлечённо общается с Эмили.

Дело сделано. Я мысленно дала себе «пять» и стала искать, с кем же потанцевать. После работы меня всегда переполняло энергией, и танцы были моим любимым способом немного сжечь её. А другой любимый способ требовал чуть больше приватности, чем могло предложить это место.

Я оценила мужчин, находившихся рядом, и заработала несколько заинтересованных взглядов в ответ. Я отмела их всех в сторону, поскольку мои каблуки были больше шести дюймов, а я не любила танцевать с теми, кто был меньше меня ростом. Я саму себя ограничила в вариантах, но девушка хочет так, чтобы всё было так, как она хочет.

Толпа расступилась и я нашла то, что искала. Ростом порядка метр девяносто с широкими плечами и узкой талией. Он был прекрасен. Он посмотрел в моём направлении, и я оценила чёрные волосы и оливкового оттенка кожу, которые придавали ему экзотический вид. Я улыбнулась в предвкушении. Ты прекрасно подойдёшь.

Я подошла к нему, и никто из нас словом не обмолвился, когда я взяла его за руку и повела на танцпол. Прижавшись спиной к его груди, я подняла руки над головой и начала двигаться. Он накрыл ладонями мои бёдра и потёрся об меня в сексуальном танце, который распалил жар во всех нужных местах моего тела.

К концу нашего третьего танца, мне и не надо было чувствовать его возбуждение, чтобы понять, что он запал на меня так же, как запала я на него. Я чувствовала запах похоти, волнами исходивший от него. Мы всё ещё ни словом не обмолвились, но потребности в словах и не было. Я хотела его, он хотел меня.

Я развернулась в его руках и прильнула достаточно близко, чтобы губами коснуться его уха. Мммм. Пах он шикарно.

— Не хочешь свалить отсюда?

— Я думал ты никогда не спросишь, — ответил он глубоким хриплым голосом, от которого по мне пробежала дрожь.

Я взглянула в сторону Мейсона и обнаружила, что он всё ещё стоял у бара и разговаривал с Эмили. Улыбнувшись, я подняла глаза на своего компаньона.

— Никуда не уходи. Я должна сказать другу, что ухожу.

Мейсон прожужжит мне все уши за то, что заставила его пойти с собой, а потом кинула. Но я предложу в качестве компенсации сходить с ним и позаниматься серфингом на неделе. Я уже несколько раз пробовала, и серфинг оказался довольно прикольным занятием. Я была калифорнийской девчонкой до мозга костей.

Я едва сделала два шага, как в меня врезалась девушка и вылила содержимое стакана на моё платье. Я выругалась. Розовое пятно растеклось по белому материалу.

— Ох, чёрт! Мне так жаль, — несвязно пробормотала она.

Отмахнувшись от неё, я поспешила в сторону дамской комнаты. Надо было попробовать исправить ситуацию. Я миновала небольшую очередь у входа, и несколько дамочек начали возмущаться, пока я не повернулась к ним и они не увидели моё платье. Они пропустили меня вперёд. Хотя вряд ли я смогу чем-то помочь своему платью. Потребуется профессиональная химчистка, чтобы вывести это пятно.

Я схватила несколько бумажных полотенец и начала промокать жидкость, едва ли обращая внимания на людей вокруг меня. Все мои мысли были о мужчине, ждущем меня, и как я планировала провести остаток ночи. То, как он прижимал меня к себе, да и его неспешные движения, говорили мне, что он был хорош не только в танцах, и я с нетерпением ждала момента, когда мы останемся с ним наедине.

В одной из кабинок кого-то начало рвать, и этот звук вырвал меня из приятных мыслей. В зеркале я встретилась взглядом с девушкой, стоявшей у соседней раковины. Она плотно сжала губы, и вид у неё стал немного болезненный. Она быстро закончила мыть руки и поспешила прочь. Я вернулась к очистке платья. Я видела и слышала куда более худшее, чем блюющую пьяную девушку.

— О, Боже мой. Что за запах? — кто-то с трудом выдавил из себя за секунду до того, как меня окружила протухшая вонь.

Я сморщила нос и скривилась. Меня едва не стошнило от гнусности, которая пахла как смесь канализации и крови.

Двери кабинки распахнулись, и женщина побежала к двери уборной, даже не остановившись, чтобы помыть руки. В мгновение ока я оказалась одна в помещении. Ну, точнее, я и та бедняжка, которую до сих пор тошнило.

— Эй, ты там в порядке? — позвала я, посчитав, что кто-то же должен проверить как у неё дела.

Она застонала и начала рыдать, прерываясь на приступы тошноты. Я уставилась на её голые ноги, видневшиеся из-под дверцы кабинки. Я ломала голову как же поступить. Если не считать единственного случая с Сарой, в моей жизни редко встречались больные люди. Я накрыла нос рукой. Разве нормально, что запах такой жуткий?

Женщина начала издавать рыгающий, удушливый звук. Испугавшись, что она может умереть там, я постучала в дверцу кабинки.

— Эй, ты?..

Мой вопрос был прерван звуком — что-то громко плюхнуло в воду в унитазе. И этот звук вызвал у меня небывалую тревогу. А потом из кабинки раздался чавкающий плещущийся звук.

— Какого хрена?

Девушка тяжело сползла на пол. Наклонившись, я схватила её за ногу, которая теперь торчала из-под дверцы, и вытащила девушку. Её темные волосы прилипли к лицу, а зелёно-чёрная слизь покрывала рот и красное платье. Слизь оставила след на полу и вблизи пахла ещё хуже, если такое вообще было возможно. Я проверила пульс на шее девушки, и он оказался нитевидным. Она была жива, но едва.

Из туалета раздалось ещё больше всплеска. Не надо было быть воином, чтобы понять, что девушка отрыгнула нечто, что двигалось само по себе, и это было очень плохо.

Я потянулась за своим клатчем на раковине и, вытащив телефон, отправила сообщение Мейсону.

«В туалете проблема. Человек атакован. Вызывай подмогу».

Его ответ поступил через тридцать секунд.

«Уже иду».

Запихнув сотовый обратно в клатч, я схватила сложенный керамбит^1, который всегда носила с собой в клубы. Мои платья не оставляли места для скрытого оружия, но я достаточно видела в своей жизни для понимания простой истины: надо быть идиотом, чтобы выйти потусить невооруженным.

Изогнутое серебряное лезвие было длиной всего около восьми сантиметров, но даже с этим я могла нанести существенный вред. Зажав керамбит в руке, я встала между бессознательной девушкой и кабинкой. Я хотела знать, что же за тварь была в туалете, но моим главным приоритетом было защитить человека, пока не поспеет подкрепление.

Снова послышался всплеск воды, а вслед за ним раздался скребущий звук. Ещё до того, как я смогла понять, что тварь пытается выбраться из унитаза, я услышала влажный шлепок об кафельный пол.

В уборной стало зловеще тихо. Я затаила дыхание.

Краем глаза я уловила движение, и резко повернула голову вправо. Как раз вовремя. Я увидела чёрную щупальцу, появившуюся из-под двери соседней кабинки.

У меня едва было время отреагировать до того, как создание бросилось на меня. Я уклонилась от атаки, и тварь с силой врезалась в зеркало, осыпав градом стекляшек зону умывальников.

Бесформенный чёрный шарик приземлился на раковины. Я подняла нож и шагнула к раковинам. В эту же самую секунду начала открываться дверь в уборную. Я проорала предупреждение, а создание метнулось с раковины к двери.

Я действовала на автопилоте, и мой нож полетел через помещение. Лезвие вошло в создание и пригвоздило его к стене, в паре сантиметрах от перепуганного лица Мейсона. Распятое на клинке, создание неистово забилось, а потом замерло, и из его тела повалил дым.

Мейсон спешно вбежал в уборную и захлопнул за собой дверь. Его взгляд был прикован к созданию.

— Что это за хрень такая?

— Понятия не имею, но предполагаю, что демон.

Он осмотрел помещение, оценивая ущерб.

— И откуда он взялся?

Я указала на лежавшую на полу девушку.

— Из неё.

Его глаза стали круглыми.

— Дерьмо. Она мертва?

— Когда я проверяла её, она ещё была жива, но кто знает, что эта тварь сотворила с ней.

Я изучила демона, который перестал двигаться, но я так и не смогла разглядеть форму. Шарик со щупальцами. Я увидела изогнутый чёрный коготь на конце щупальца.

Кто-то заколотил в дверь, и Мейсон прижал руку к ней, не давая никому войти. Он посмотрел на меня.

— Я вызвал подмогу, но мы не сможем долго удерживать людей.

Его намёк был кристален. Надо избавиться от демона до того, как люди увидят его. Он был слишком большим, чтобы смыть в унитаз, да и я подозревала, что Рауль захочет посмотреть на него. Я могла запихнуть его в мусорку, но что если он ещё не сдох и нападёт на кого-то ещё? Или кто-то из людей обнаружит его?

Я скривила лицо, поняв, что есть только одно место, где я могла спрятать тварь, чтобы мы смогли убраться отсюда ко всем чертям. Я вытряхнула телефон и наличку из клатча и направилась к двери. Схватив рукоятку ножа, я выдернула его из стены и бросила демона в сумочку. Мне пришлось воспользоваться бумажными полотенцами, чтобы запихнуть все щупальца внутрь. Я ни за что не прикоснусь к этой твари, если я могу избежать этого. Пришлось туго, но я умудрилось втиснуть демона в клатч.

Как только демон был благополучно спрятан, я передала нож Мейсону, и он вложил его в карман. Затем жестом попросила его больше не держать дверь.

Вышибала в чёрной клубной футболке первым вломился в уборную, и остановился как вкопанный от представшей перед ним сцены.

— Что тут происходит? — требовательно спросил он, без сомнений задаваясь вопросом, что Мейсон делал в женском туалете.

Я приложила одну руку к груди, а другой указала на бессознательную девушку.

— Её тошнило, а потом она потеряла сознание и разбила зеркало.

Пройдя мимо Мейсона, вышибала присел перед девушкой.

— А что это за чёрная дрянь? И откуда такой жуткий запах?

— Думаю, унитаз засорился, — с невинным видом ответила я.

Я надеялась, что он не станет дальше копать, потому что хорошего ответа у меня для него не было.

Он встал и заговорил по беспроводному радиопередатчику, прикреплённому к его уху.

— Звоните 911. Возможно у нас тут передоз.

Ещё больше сотрудников клуба хлынуло в уборную, и я жестом показала Мейсону, что надо убираться прочь. Мы прошмыгнули сквозь толпу, собравшуюся у уборной, и покинули клуб через заднюю дверь. Но прежде чем уйти, я оглянулась и отыскала взглядом парня, с которым танцевала. Он всё ещё стоял там, где я оставила его, и смотрел на часы. Я испытала укол разочарования и, отвернувшись, последовала на улицу за Мейсоном.

Рауль с Броком прибыли первыми, и они встретили нас на парковке здания, расположенного рядом с «Суавом». Я быстро ввела их в курс произошедшего в дамской комнате, и Мейсон внёс свои добавления о том, что случилось, когда он вошёл.

Ко времени как мы закончили пересказывать свою историю, подъехал белый фургон, и из него высыпала команда Джона. Я останавливалась в их конспиративном доме, когда впервые приехала в Лос-Анджелес, так что мы прекрасно знали друг друга.

Джон — большой светловолосый норвежец, которого я прозвала Тор, — широко улыбнулся мне.

— И почему я не удивлён видеть тебя? Снова создаёшь проблемы?

— Просто спасаю мир. Каждый день одно и то же, — я рукой махнула на фургон. — У тебя там есть аптечка для зачистки?

— Ага, а что тебе надо? — сказал он.

Я подняла клатч.

— Что-то в чём можно хранить это.

Он вперился взглядом в мой клатч.

— И что это?

— Дохлый демон. По крайней мере, мне показался он дохлым.

И это привлекло внимание всех и вся, и все подошли ближе, когда Джон запрыгнул в фургон и вытащил большой ящик. Из ящика он вытащил плотный пластикатовый пакет, который передал мне. Я шагнула к нему и, расстегнув клатч, вытряхнула демона в пакет. Джон тут же завязал пакет и положил его внутрь серебряного сетчатого мешка. Дополнительные меры не помешают. Если демон решил сыграть в опоссума, он не сможет выбраться из этой клетки.

Рауль взял пакет у Джона, повернул его в руках и долго таращился на демона.

— Он вышел из девушки?

— Да.

Я подождала, когда же он скажет что-то ещё, но он просто продолжил внимательно изучать демона.

— Ты знаешь что это? — поинтересовался у него Мейсон.

Рауль поднял на нас глаза, вид у него был озадаченный.

— Похож на демона Хурра, но это невозможно.

Я перевела взгляд с Рауля на демона.

— А разве не в Северной Америке они обычно встречаются?

Он нахмурился.

— Они нигде не встречаются на земле, потому что их искоренили три века назад.

— Ни хрена себе, — глаза Мейсона вновь стали круглыми, и я была уверена, что вид у меня был такой же потрясённый как и у него.

Рауль потёр подбородок.

— Нам надо передать его в лабораторию на опознание, прежде чем мы доложим об этом.

— А что если ты прав насчёт него? — задала я вопрос.

Он встретился со мной взглядом.

— Тогда у нас серьёзная проблема.

ГЛАВА 2

— Ну, что есть новости? — Я села на кресло в кабинете Рауля. Мейсон занял второе.

Рауль оторвал глаза от ноутбука.

— Скоро должны сообщить.

Как только мы вернулись в командный центр, мы отнесли демона в лазарет, под который отвели старый гостевой дом. В любой момент в командном центре Калифорнии может разместиться порядка двух десяткой воинов, так что власти посчитали необходимым разместить медицинских сотрудников на постоянной основе в доме. У нас было два лекаря, которые также оперировали небольшой лабораторией, размещённой в самой маленькой палате. Лаборатория не была столь серьёзной как в бастионах, но справлялась. Как и сейчас. Вместо того чтобы отправить демона в ближайший бастион, лекари смогли провести генетический тест в нашей лаборатории.

Я постучала пальцами по подлокотникам кресла.

— Пока мы ждём, не мог бы ты рассказать нам, что за зверь демон Хурра? Должно быть плохой, раз мы истребили всех их. — Я решила не указывать на то, что мы явно не преуспели на этом поприще.

Рауль откинулся на спинку кресла.

— Демон Хурра это паразитический демон среднего уровня. Вне демонического измерения, он может выжить лишь внутри человека-хозяина.

— Как демон-вамхир, — сказала я.

— Или Мори, — добавил Мейсон.

Рауль кивнул.

— Больше похож на демона-вамхира. Хурра берёт контроль над хозяином и питается плотью других людей. Но в отличие от вамхира, тело хозяина начинает гибнуть и умирает в течение года с момента инфицирования, и демон вынужден искать нового хозяина.

Я состроила гримасу.

— Демон-зомби. Мило.

Рауль кивнул.

— Вообще-то отсюда и растут ноги легенды о зомби. К счастью для нас, Хурра не может плодиться вне своего измерения, и благодаря этому их проще извести.

Так как тогда эта особь очутилась здесь? Интересно. Демоны не могли просто взять и перейти из своего измерения в наше. Примерно два миллиона лет тому назад что-то случилось, и образовалась дыра в барьере между миром смертных и демоническим измерением, и тысячи демонов хлынули в наш мир. По нашим легендам, ангелы заделали брешь и создали Мохири, чтобы выследить самых опасных демонов, таких как вампиры. Но к тому времени демоны стали размножаться и уничтожить их всех не удалось.

Единственный способ демону в эти дни пройти сквозь барьер это быть вызванным ритуалом, проводимым обладателями магии, такими как ведьмаки и шаманы. Возможно было вызвать исключительно демона Высшего уровня и то только в нетелесной форме. Физическая материя не проникала сквозь барьер.

А демон, которого я сегодня упаковала, однозначно был в твёрдой форме. Если это действительно был демон Хурра, тогда, судя по всему, мы убили не всех.

Я озвучила свои мысли, и Рауль мрачно кивнул.

— Хороший вопрос. Может я и ошибаюсь.

— Ты не ошибаешься, — раздался голос из дверного проёма.

Я оглянулась на рыжеволосого лекаря. Джордж, который обычно блистал приятной улыбкой, был серьёзен как никогда.

Он шагнул в кабинет.

— Мы с Лесли прогнали образец ДНК по базе данных и обнаружили совпадение. Это демон Хурра. Мы отправляем его в лабораторию Весторна для более детального анализа.

Рауль снова кивнул и потянулся за телефоном.

— Мне надо незамедлительно известить Совет.

— Погоди, — я подняла руку, останавливая его. — Я не понимаю. Если демон Хурра остаётся в хозяине, пока тот не истощиться, почему эта девушка выблевала его? Она выглядела вполне здоровой… за исключением всей этой темы с рвотой.

— Думаю, у меня есть ответ, — вступил в разговор Джордж. — Я переговорил с одним из моих контактов в медицинском центре Седарс-Синай, куда отвезли девушку. Он сказал, что у неё была волчанка. Не знаю, как она вступила в контакт с демоном, но, похоже, её тело отторгло его.

— Она выжила? — спросила я.

Джордж покачал головой.

— Она умерла ещё в карете скорой помощи.

Я ссутулилась в кресле. Бедная девушка. Какая ужасная смерть.

— Джордан, — словно извиняясь, произнес Рауль. — Я понимаю, ночь была безумной, но Совет захочет ознакомиться с подробным описанием произошедшего в клубе. Ты сможешь написать отчёт, пока я звоню?

Я вздохнула и вытащила себя из кресла.

— Да. Прямо сейчас и займусь.

— Я помогу, — сказал Мейсон, последовав за мной.

Я благодарно улыбнулась ему. Покинув кабинет Рауля, мы вошли в главную комнату управления. Уселись за свободной станцией, и я открыла пустой бланк отчёта.

— Как думаешь, что сделает Совет? — тихо спросил Мейсон.

— Понятия не имею, — призналась я. — Но вероятней всего нам это не понравится.

— Что ты хочешь сказать?

Я повернулась к нему.

— Демон, которого они пытались истребить сотни лет назад, вдруг неожиданно объявился в ночном клубе Лос-Анджелеса. Попомни моё слово, через двадцать четыре часа это место будет захвачено одной из групп специальных расследований Совета.

— И это плохо?

Я тихо фыркнула.

— Мейсон, хватит того, что Совет и так постоянно вмешивается в мою жизнь. Меньше всего я хочу, чтобы они вступали в дело и говорили мне, как делать мою работу.

Он подтолкнул меня плечом.

— Ну, не знаю. Было бы интересно понаблюдать, как кто-то пытается сказать тебе, что делать.

Улыбка подёрнула мои губы, и я снова сосредоточилась на отчёте. Пусть попробуют.

* * *

Я ошиблась. Совет не выслал кого-то через двадцать четыре часа. Их люди явились менее чем через восемь часов после звонка Рауля. Они не отреагировали так быстро даже, когда мы обнаружили деятельного Лилина в Лос-Анджелесе. И это вызвало у меня подозрения, что дело было куда серьезней, нежели находка предположительно вымершего демона.

Войдя в комнату управления следующим утром, я натолкнулась на блондинку и двух темноволосых воинов, которых не знала. Они сидели за небольшим конференц-столом с Раулем. И когда я подошла к ним, они все встали.

— Джордан Шоу, это Вивиан Дэй, Арон Ли и Юджин Харрис, — познакомил нас Рауль. — Их прислал Совет для изучения инцидента с Хурра.

Вивиан подала руку.

— Приятно познакомиться, Джордан, — произнесла она с английским акцентом. — Рауль рассказал мне всё о тебе.

Пожимая ей руку, я метнула взгляд на Рауля.

— Не знаю, то ли быть польщённой, то ли обеспокоиться

Рауль усмехнулся, и в глазах Вивиан заплясало веселье.

— Только самое хорошее, — сказала она. — Хотя, теперь я думаю, что он мог кое-что и опустить.

Я едва заметно улыбнулась и повернулась поприветствовать двух её компаньонов. У меня закрались подозрения, что Вивиан Дэй мне понравится, но она была здесь по поручению Совета. Я решила не рассказывать слишком много, пока не узнаю её получше.

После знакомства, мы все сели за стол и трое следователей тут же приступили к делу, вытаскивая из меня всё о пошлой ночи.

— Как выглядела жертва, когда ты вошла в уборную?

— Сколько ударов пришлось нанести, чтобы убить Хурра?

— Как, по-твоему, он двигался быстро или медленно?

— Ты не заметила там других людей с подобными симптомами?

Я подняла руку после того, как ответила уже на полдюжины вопросов.

— Всё это есть в отчёте, который я написала ещё ночью.

Вивиан улыбнулась.

— Мы любим получать информацию из первых уст.

— И зачем я тогда потратила два часа на написание отчёта, когда никто его не собирался читать? — несдержанно спросила я, подумав о бесконечных часах, убитых на отчёты со времени моего приезда в Лос-Анджелес. Их вообще кто-нибудь читал?

— Отчёты в основном используются как исследовательский материал в будущих работах, — ответил Юджин, вообще не помогая. — И они позволяют Совету следить за статистическими данными, такими как, сколько убитых вампиров занимали ту или иную географическую зону в течение года.

Я хотела ему сказать, что и без него это знала, но предостерегающий взгляд Рауля вынудил меня промолчать. Это были следователи Совета, и мне придётся строить из себя хорошую и мило себя вести с ними. Пока что. К счастью, они закончат свою работу здесь буквально за пару дней и будут таковы.

Улыбка Вивиан сияла весельем.

— Ты мне очень напоминаешь Николаса. Он тоже ненавидел писать отчёты.

— Ты знаешь Николаса? — спросила я, а потом мысленно закатила глаза.

Ну, конечно же, она знала Николаса Даньшова. Кто его не знал?

Её улыбка стала нежной.

— С самого детства.

— Ничего себе.

Она была первой, из всех кого я повстречала, кто знал Николаса так долго, и я готова была поспорить, ей было что рассказать.

— Вернёмся к отчётам, — вмешался Юджин.

— Да, — Вивиан вернулась к главной теме встречи. — Мы прочитали твой отчёт, и мы оценили уровень детальности в нём. Но воспоминания могут быть обманчивы, особенно, когда исходят из подобных ситуаций. Задавая правильные вопросы, мы можем помочь тебе вспомнить что-то, о чём ты не подумала, когда писала отчёт.

— Ладно, — я сдалась, поскольку в её словах был смысл.

Весь следующий час я отвечала на все их вопросы. Юджин делал записи, а Арон в основном задумчиво кивал на мой каждый ответ. Больше всех говорила Вивиан, и я оценила то, как она фильтровала детали, сосредоточиваясь на том, что по её разумению, было более важным.

— Думаю, мы получили всё что требуется, — наконец сказал Юджин. — Спасибо, Джордан.

Прозвучало это как пренебрежительное освобождение от работы. Вежливое, но всё равно освобождение, и я почувствовала, как снова ощетинилась.

Я посмотрела на Вивиан, которая похоже была лидером их группы.

— Теперь, когда мы рассказали вам всё что знаем, почему бы вам не поделиться с нами хоть чем-то.

Выражение её лица было открытым и дружелюбным.

— Что бы ты хотела узнать?

— Я понимаю, что обнаружение Хурра, причём живым, немного волнительное событие, но мне кажется, за вашими вопросами кроется нечто большее. Это не единичный случай, так ведь?

Мельком брошенный взгляд на Рауля подсказал мне, что он разделяет мои подозрения. В отличие от него я не была намерена позволять Совету брать всё под контроль, не предоставляя нам ответов.

Вивиан обменялась взглядом с Юджином и Ароном, а потом покачала головой.

— У нас было два других инцидента, один во Флориде неделю назад, а второй на Аляске три дня назад. Во Флориде был демон Хурра. А вот второй на Аляске оказался демон Гиль.

Я резко втянула воздух и услышала, как Рауль сделал то же самое. Гиль был из таких тварей, которую встречаешь в самых худших кошмарах. Это был низший демон, который присасывался к лицу жертвы и откладывал яйца в горло, пока жертва была без сознания. Через два дня яйца вылуплялись, и отпрыски демона пожирали жертву.

Внешне напоминающие больших червей, Гили жили в пустынях Африки, потому что могли выживать только в жарком, сухом климате. Даже если кто-то и умудрился схватить его и привезти на Аляску, он бы сдох в течение суток.

— И Гиль был живым? — поинтересовался Рауль.

— Да, — Вивиан положила ладони на стол. — И он уже присосался к жертве, когда наши люди прибыли на место. Мы смогли извлечь его и спасти человека. К счастью, у нас получилось стереть из памяти момент нападения. Никто не должен жить с такими воспоминаниями.

— Господи, — пробормотал Рауль.

Я сложила руки на груди.

— И пришло время для самого главного и наиболее трудного вопроса. Как пустынный демон оказался на Аляске? Подумать только.

— А вот это мы и пытаемся выяснить, — ответила Вивиан. — Главный следователь Совета как раз сейчас там.

— А ты не главный следователь? — спросила я.

— Нет. Меня вызвали помочь с этим вопросом, пока он не освободиться. Как ты можешь судить, эти случаи вызывают тревогу и большую озабоченность Совета.

Всё стало ясно. Неудивительно, что Совет так быстро подорвался.

— И что теперь будет?

— Наш следующий план действий заключается в осмотре жертвы… — Вивиан опустила взгляд на записную книжку. — Челси Хэд. Мы проверим её дом и попытаемся отследить её перемещения за последние несколько дней. Нам надо понять сможем ли мы выяснить, как и где она вступила в контакт с демоном Хурра.

Я взволнованно подалась вперёд. Я может и не самый большой фанат Совета, но, то расследование явно было не ординарным. Мне было до жути любопытно.

Вивиан уловила мой интерес, и понимающе улыбнулась.

— Если Рауль готов отпустить тебя, то можешь поехать с нами.

— Серьёзно?

— Ты упаковала демона, так что было бы справедливо ввести тебя в это дело, — ответила она. — Но главными будем мы.

— Конечно, — я запросто согласилась. — Когда начинаем?

Вивиан рассмеялась.

— Я всю ночь была в дороге, так что сначала я приму душ и что-нибудь поем. Выдвигаемся в полдень.

— Ты тут остановишься? — спросила я у неё, как только мы встали из-за стола.

— Если у вас есть свободная комната. Обычно я останавливаюсь в отелях, но я подумала, что для этой работы было бы лучше находить в командном центре.

— Мы можем спать на диванах, если нет свободных коек, — предложил Арон.

Я подумала, что при его работе, он, вероятно, спал в куда менее комфортных местах.

— У нас есть одна свободная спальня, — сказал Рауль. — Её займёт Вивиан. Арон и Юджин, у нас есть диваны и несколько армейских коек в вашем распоряжении.

— Я покажу тебе комнату, — сказала я ей.

Мы покинули комнату управления и сходили к главному входу, где были оставлены её сумки. Я ухмыльнулась, увидев огромный чемодан и чуть поменьше ручную сумку. В отличие от большинства воинов, Вивиан Дэй явно не любила путешествовать налегке. Возможно, я нашла в ней родственную душу.

Я провела её в другой конец виллы, выполненной в испанском стиле, в крыло, где размещались спальни. Одна комната принадлежала Раулю, рядом находилась моя комната. Я заняла старую комнату Сары и Николаса после их отъезда, потому что тут не толпились воины, как это было в конспиративном доме.

Брок с Мейсоном жили в комнате с двумя кроватями, поскольку они крайне редко здесь бывали. Эти двое жили как студенты, и единственное, что их интересовало помимо воинства, это серфинг. Если бы спать на пляже было безопасно, думаю, они прописались бы там.

Я показала Вивиан её комнату, которая находилась напротив моей, и оставила её устраиваться. Часом позже я натолкнулась на неё в кухне. Она заваривала себе чай.

— Я всегда вожу с собой Эрл Грей, — сказала она, добавив молоко и сахар в чашку. — Никогда не знаешь, сможешь ли найти хороший чай.

— Полагаю, что нет, — я села за стол для завтраков и упёрлась локтями в гранитную столешницу. — Так значит, ты Николаса с детства знаешь? И каким он был в детстве?

— Я познакомилась с ним, когда нам было по шестнадцать лет, и мы вместе тренировались. Мы очень сильно соревновались друг с другом, и думаю, именно поэтому мы стали хорошими друзьями.

Я попробовала представить Николаса мальчиком, на тренировке.

— Жаль, что я не была этому свидетелем.

Вивиан улыбнулась поверх чашки.

— У меня такое чувство, что ты бы составила нам жёсткую конкуренцию, — когда я вскинула бровь, она тихо усмехнулась. — Я читала твоё досье по пути сюда. У тебя уже невероятный послужной список для такого юного воина.

Я попыталась скрыть своё удивление. Мне не нравилась мысль, что Совет вёл на меня досье, но вероятно, у них был архив на каждого воина, даже на Николаса.

— Я начала раньше, чем большинство, — я широко улыбнулась. — Благодаря Саре.

— Паре Николаса? Я много о ней слышала, и я с нетерпением жду встречи с ней, — она пригубила немного чая. — Моя работа проходит в основном за рубежом, и всякий раз, когда я планирую навестить их, появляется новое задание.

— Тебе понравится Сара. Вот честно, таких как она больше нет.

Вивиан поставила чашку на столешницу.

— Я верю тебе. Надо быть особенной женщиной, чтобы завладеть сердцем Николаса. Кажется, будто ещё вчера мы вышли в мир, а уже у него есть пара и они ждут ребёнка.

Я скривила лицо.

— Видела бы ты, как он ведёт себя с Сарой. Не могу дождаться, когда увижу каким покровительственным он будет по отношению к своей дочери. Если бы мы могли седеть, думаю, с ним бы это точно произошло.

Вивиан разразилась смехом. Я не знала что в ней такого, но она мне понравилась. Я прекрасно видела, что в ней нашёл Николас. Должно быть, она была хороша в своём деле, раз работала напрямую с Советом, но она не была столь серьёзной как Арон и Юджин.

— Так значит, ты ездишь по всему миру и проводишь расследования по заданию Совета? — спросила я. — Похоже, ты ещё не скоро остепенишься.

— Боже, только не это, — она нацепила маску потешного ужаса. — Только маме моей не говори этого. Она хочет внуков, но я абсолютно довольна своей жизнью.

— Я тоже, — заявила я. — Мне и так хватает тех, кто пытается указать мне, что надо делать, ещё не хватало какого-нибудь властного мужчину в эту смесь.

Вивиан подняла чашку в качестве тоста.

— Да будет так, аминь.

* * *

— И на что было похоже твоё первое официальное расследование Совета? — поинтересовался Мейсон.

— Первое и последнее, — поправила я его. — И оно было интересным.

Я откусила хот-дог и медленно прожевала его, наблюдая за людьми, гуляющими по тротуару в Венис-Бич^2. Приятно было вернуться к патрулированию после двух дней мотаний с группой Вивиан. Я не соврала, сказав, что работа была интересной, но я больше любила находиться в гуще событий, а не заниматься наблюдениями.

Я должна была признать, следователи Совета были более чем просто доскональными в своей работе. Мы начали с квартиры Челси в Бербанке, в которой она жила со своим парнем уже как три года. По его словам, в ночь смерти она пошла гулять с подружками, чтобы отпраздновать день рождения. Он был непреклонен в своём мнении, что она никогда не принимала наркотики, несмотря на то, что это было официальной причиной смерти. Бедный парень был опустошён, но мы никак не могли ему помочь. Ни Совет, ни официальные власти не хотели, чтобы общественность узнала о смерти девушки из-за паразита-демона. Это вызовет панику, а нам это было не нужно.

Проведя обыск в её доме, мы наведались на работу — в стоматологический кабинет, где она занимала должность ассистента зубного врача-гигиениста. Тут тоже поиски ничего не дали, как и разговор с подружками Челси, с которыми она отправилась в клуб. Мы прошлись по району, в котором жила Челси, посетили любимую кофейню, и даже прошерстили небольшой парк, в котором она гуляла с собакой.

И пока наше расследование не давало результатов, мы с Вивиан поладили, и она веселила меня историями из своих служебных заданий за многие годы. У неё была увлекательная жизнь, она путешествовала по всему миру, останавливалась в пятизвёздочных отелях и водила быстрые машины. Не стоит и упоминать, что она повидала. Такой жизненный стиль очень привлекал меня, за исключением части, когда она работала непосредственно на Совет.

Поблизости зазвонил телефон, и я выглянула из-за Мейсона на Брока, который ответил на звонок.

— Да. Мы не так далеко от места. Мы проверим, — сказал он звонившему, а потом завершил разговор и посмотрел на нас. — В управлении перехватили звонок в 911 от женщины, которая утверждает, что гигантский паук пытался съесть её собаку. Полиция не приняла её всерьёз, но Рауль хочет, чтобы мы проверили.

— Гигантский паук?

Это определение не подходило ни под одно из описаний созданий или демонов, которых мы обычно тут встречали, но после инцидента с Хурра и появления Гиля на Аляске, возможно, было всякое.

— И насколько большой гигант? — спросил Мейсон, пока мы выкидывали остатки еды, направившись к мотоциклам.

Брок взял свой шлем.

— Большой как колли этой дамочки.

На дорогу до указанного Раулем адреса у нас ушло порядка десяти минут. Пожилая дама была крайне удивлена видеть нас, а не полицию, и Броку пришлось сказать ей, что мы работаем в службе контроля за животными. Судя по всему, эта версия вполне её устроила, и она рассказала нам, что как обычно вечером гуляла с собакой, как вдруг из ниоткуда выскочила тварь и бросилась за её собакой. Она описала нам коричневое меховое создание с шестью или восемью лапами и клешнями вместо пасти. Брок спросил, как она смогла отбиться, и дама гордо показала нам дубинку, которую она всегда берёт с собой на прогулку.

Она рассказала нам где была во время нападения, и мы оставили её, решив проверить парк. Брок обнаружил несколько капель крови на улице, и мы повели своё расследование с этого места. Совсем скоро мы нашли разбитое окно в подвале с виду заброшенного дома. Осколки стекла у окна указывали на то, что оно было разбито изнутри.

Я предупредила Брока, который быстро разобрался с замком на задней двери, и мы тихо вошли в дом. Оружие наготове. Дверь привела нас в кухню, где мы обнаружили разнообразные оловянные чашки, свечи и пакеты с коричневым и красным порошком. И к бабке можно было не ходить, чтобы понять, что всё это применялось ведьмаком для проведения заклинаний. Но какое это было заклинание, и где человек, который провёл обряд?

— Держимся вместе, — прошептал Брок.

Он повёл нас из кухни в гостиную комнату, которая казалась нетронутой. Осмотр первого и второго этажей ничего не дал, но нам надо было убедиться, что в доме не было людей.

Как только Брок открыл дверь на лестницу, ведущую в подвал, зловоние крови и серы врезалось в нос, и мне пришлось накрыть рукой рот. Мрачный вид Брока, когда он захлопнул дверь, не сулил ничего хорошего.

— Что это? — спросила я, последовав за ним обратно на кухню.

— Похоже, призыв демона пошёл не по плану, — сказал он и, вытащив телефон, набрал Раулю.

Я подавила озноб. Ведьмаки вызывали Высших демонов и держали их в плену для усиления своей магии. Призыв демона был опасным делом, поскольку требовалось мощное заклинание, способное провести демона через барьер. Не один ведьмак закончил смертью — или пожалел, что не умер — потому что они напортачили с заклинанием и потеряли контроль над демоном. И то, что вызванные демоны не были в их физических оболочках, не означало, что они не могли принести огромный вред и боль.

Брок закончил разговор и посмотрел на нас.

— Рауль с группой Совета уже в пути.

— С чего вдруг группе Вивиан озаботиться призывом демона? — заинтересовалась я.

Какими бы опасными они не были, призыв демонов был обычной практикой среди владельцев магии, и Совет такое не интересовало. Если только они не считали, что это нечто большее, чем простой призыв демона.

Мейсон прислонился к дверному косяку.

— Думаешь, этот паук и есть призванный демон, который сорвался с цепи?

— Это невозможно, — в унисон ответили мы с Броком. Он улыбнулся мне и продолжил: — Даже если заклинание пошло не так, у демона не было бы физического тела. Он мог овладеть заклинателем, но тогда он выглядел бы как человек. Этот паук может и вышел из этого дома, но его явно не призывали.

— И это всего лишь теория, — Мейсон нахмурился. — Кстати, а мы не должны рыскать по району в его поисках?

Брок кивнул.

— Мы выдвинемся, как только приедет Рауль. Он хочет, чтобы мы сидели на месте до его приезда.

Через полчаса на подъездной аллее припарковался внедорожник. Дорожная обстановка в Лос-Анджелесе была дерьмовой, если ты не на мотоцикле, на котором можно с лёгкостью маневрировать и объезжать другие транспортные средства.

Я была не самым терпеливым человеком, поэтому, когда они вошли в дом, я уже вовсю вышагивала по первому этажу.

— Вы внизу были? — спросила Вивиан у Брока.

— Нет. Рауль сказал ждать его.

— Хорошо, — она повернулась ко мне с Мейсоном. — Когда-нибудь были на месте неудавшегося призыва?

Мейсон ответил за нас двоих.

— Нет.

Она мрачно улыбнулась.

— Там может быть очень неприятно, и могут витать остатки магии, в зависимости от того, что там произошло. Мы пойдём первыми, и как только мы скажем вам, что всё чисто, вы сможете спуститься.

— Ясно.

Я с интересом наблюдала, как Юджин поставил на стол металлический ящик. Он открыл его и вытащил прямоугольное устройство, которое затем включил. Видя моё любопытство, он сказал:

— Этот прибор сделал ведьмак, он определяет наличие магии. Это поможет нам не войти в заклинание невзначай.

— Полезная штуковина. — Я никогда такого устройства раньше не видела, и мне было интересно, не было ли оно ноу-хау, которое они решили испытать. Я вспомнила, как Сара могла видеть сквозь гламур, определять магию и уничтожать заклинания. Может быть, наши спецы по технологиям попытались воссоздать эту способность в устройстве.

Рауль открыл ведущую в подвал дверь, и первым пошёл Юджин, держа перед собой устройство. Рауль и остальные последовали вслед за ним, оставив нас с Мейсоном одних.

Я была более чем счастлива оставаться наверху. Не то, чтобы у меня был слаб желудок на мертвечину. Я просто на дух не выносила магию. Ведьмак по имени Ориас как-то раз связал меня по рукам и ногам магией несколько лет назад, и я ненавидела, насколько беспомощной почувствовала себя. Единственному пользователю магии, которому я доверяла, была Сара. Я прекрасно знала, что она никогда не использует против меня свой дар.

— Безумная херня, да? — спросил Мейсон.

Мой взгляд был прикован к открытой двери подвала.

— Хорошо, хоть, никогда не бывает скучно.

Он хмыкнул.

— Клянусь, я повидал действий с момента приезда в Лос-Анджелес больше, чем большинство новоявленных воинов видели за десять лет.

— Ты выбрал верное подразделение.

— Вообще-то Лос-Анджелес был идеей Бет. Будь по-моему, мы бы поехали в Весторн.

— Серьёзно?

Почему кто-то хочет поехать в бастион, а не в подобное Лос-Анджелесу место? Ну и что, что Весторн был домом Тристана и Николаса. Ничто не сравниться с пребыванием на поле битвы.

Он улыбнулся, словно прочитал мои мысли.

— Я хотел поехать туда, чтобы работать с Николасом, а Бет отказалась из-за Криса. Мы все знаем, что из этого вышло.

— А сейчас? — поинтересовалась я. — Всё ещё подумываешь поехать в Весторн?

— И отказаться от всего этого? И сёрфинга? — он взглянул на меня и состроил гримасу ужаса. — Ни за что.

— Всё чисто, — выкрикнул Рауль.

Мы с Мейсоном поспешили вниз по ступенькам. Я собралась с духом. Как воины, мы должны были быть небрезгливыми, но я уже не раз слышала какими чернушными бывали неудачные призывы демона. Я приготовилась увидеть кровь и части тела повсюду.

Я достигла основания лестницы и с удивлением осмотрела открытое пространство подвала. Здесь было тело и немного крови, но не так плохо, как я ожидала.

Большой круг был нарисован на бетонном полу, причём похоже кровью, которая уже высохла. Вне круга были нарисованы символы, и в центр каждого были вставлены кристаллы. В центре самого круга был изображён более маленький круг и в нём тоже стояли кристаллы. Внутренний круг был нарушен телом, распластавшимся на нём. Судя по белой мантии, мужчина вероятней всего был ведьмаком. Или точнее был до того, как ему вскрыли грудную клетку.

Я взглядом проследила дорожку крови от круга к разбитому окну. Мог ли ведьмак быть убитым созданием, которое напало на даму с собакой? И что за создание участвовало в призыве? Я нутром чувствовала, что это был демон — может даже новый — несмотря на слова Мейсона о том, что невозможно вызвать демона в его физической оболочке.

От этой мысли меня передёрнуло. Наши люди провели ни один век в распознавании и документировании каждого вида демона на земле. Мы знаем их сильные и слабые стороны, как они убивают, и что самое важное, как убить их. Если кто-то выяснил, как привести в наш мир новых демонов из их измерения, последствия будут слишком велики, чтобы их предусмотреть.

Я пошла проверить окно. У меня не было опыта с призывами демонов, но я знала, как убивать тварей. Так что я сосредоточилась на этом. Демон или нет, это существо было явной угрозой для людей, и нам надо было выследить его раньше, чем оно снова кого-то убьёт.

— Рауль, — окликнула я его. Когда он присоединился ко мне, я указала на окно. — У вас тут всё под контролем. Думаю, мы с Мейсоном и Броком должны отловить тварь, которая вырвалась отсюда. Полагаю, это то же самое создание, что напало на женщину и её собаку ранее.

Он задумчиво посмотрел в окно, а потом кивнул.

— Я пойду с вами. Вивиан справится тут сама.

— Я сам изловлю демона, — раздался у нас за спинами глубокий голос с акцентом.

Мы с Раулем одновременно развернулись и оказались лицом к лицу с только что новоприбывшим, и всё во мне затрепетало.

— Хамид, — произнёс Рауль. — Рад снова видеть тебя.

ГЛАВА 3

Молчаливо, я глазами пожирала самого великолепного представителя мужского рода, когда-либо сотворенного Богом. Почти два метра ростом с плечами столь широкими, что любой огр обзавидуется. Хамид Сафар был самым большим воином из всех, кого я встречала. И самым сексуальным. Воин-египтянин обладал поразительными светло-голубыми глазами, густыми ресницами, высокими скулами, коротко стриженой бородой и роскошными полными губами. Его чёрные волосы, которые когда-то были убраны назад в хвост, теперь были короткими, но он был всё также горяч, как я помнила. Даже от его хмурого взгляда все мои женские части таяли.

Прошло больше трёх лет с последней нашей встречи с Хамидом, не то чтобы мы были друзьями или кем-то ещё. Все те несколько раз, когда наши пути пересекались, он был весь в делах и едва ли посмотрел в мою сторону. К сожалению, его отсутствие интереса не погасило моё вожделение. И я этим вовсе не гордилась, но можно ли было меня винить за это?

Последнее что я слышала это то, что он со своим братом были где-то в Южной Африке, и я посчитала, что пройдёт ещё много лет, прежде чем наши пути вновь пересекутся, если вообще пересекутся. Что он делал в Лос-Анджелесе и уж тем более в этом конкретном доме? И что значит, он собирается сам отловить демона?

Последний вопрос вырвал меня из задумчивости. Рауль с Хамидом разговаривали, и я пропустила часть их беседы. Оторвав взгляд от Хамида, я посмотрела на говорившего Рауля.

— Одна из наших групп пойдёт с тобой, — сказал ему Рауль.

— Мне не нужна никакая группа, — бесцеремонно ответил Хамид, уже начав разворачиваться к лестнице.

— Погодите-ка, — встряла я.

Хамид остановился и оглянулся. Его проницательный взгляд зацепился за меня, и я едва не забыла, что хотела сказать.

Я прочистила горло.

— Откуда ты знаешь, что это демон? И почему ты отправляешься охотиться за ним? Мы уже занимаемся этой работой.

— Это дело попадает под полномочия Совета, так что командование я беру на себя, — сказал он, так и не ответив на мой первый вопрос.

Я, очевидно, пропустила часть, где он говорил, что работает на Совет.

— С чего Совет обеспокоился призывом демона?

Я заподозрила неладное, когда к нам заявились Вивиан с её командой, а реплики Хамида лишь подтвердили, что ситуация была гораздо серьёзней, чем они говорили.

Хамид нахмурился ещё больше. Обычно это меня завело бы, но я была взбешена фактом, что он собрался отнять у меня эту охоту.

— Это не твоя забота, — сказал он в манере кого-то, кто не привык, что его слова ставят под сомнения.

Он с таким же успехом мог бы помахать передо мной красной тряпкой.

Уперев руки в бока, я с вызовом посмотрела на него.

— Именно я упаковала демона Хурра и я нашла этот дом. А значит это моя забота.

— Ты убила Хурра? — спросил он с ноткой недоверия, от которой я ещё больше распалилась.

— Что? Можно подумать это было трудно? — Ну и заносчив же этот парень.

Он прищурил глаза, смотря на меня.

— Ещё недавно ты была стажёром.

О, нет, как он посмел.

— Джордан… — начал было Рауль.

Но меня уже было не остановить. Я сжала руки в кулаки.

— Не знаю, как тренируют воинов там откуда ты родом, но ко времени как я окончила свой курс, я уже убила минимум с десяток вампиров. И с тех пор я потеряла счёт убийствам, но уверена, что ты можешь прочитать обо всех них в отчётах. Ты может и старше, но ты не единственный здесь, кто знает, как пользоваться оружием.

Хамид сложил мускулистые руки на груди. В любое другое время я бы оценила представший передо мной образ. Но сейчас, я была слишком занята, пытаясь не потерять самообладание.

— Закончила? — спросил он, словно разговаривал с ребёнком.

— Нет, — я стиснула зубы, гадая, могут ли другие видеть, как у меня из ушей пар валит. — Ты назвал существо, которое вырвалось отсюда, демоном. Что это за демон?

— Узнаю, когда найду его.

Я сложила руки на груди, копируя его позу.

— Ты понятия не имеешь что это и на что оно способно, и ты собираешься отправиться за ним в одиночку? А что если ты не сможешь справиться с ним сам?

Будь я глупее, я бы посчитала, что увидела крошечную вспышку веселья в его глазах.

— Отлично. Ты можешь сопровождать меня… если не отстанешь, — сказал он за секунду до того, как исчез, оставив после себя неясные очертания.

— Чёрт! — я вскинула руки и переключила свой взбешённый взгляд на Рауля. — Ему это дозволено? Просто вот появиться здесь и взять управление на себя?

Рауль пожал плечами.

— Он главный следователь Совета. Он может делать всё, что пожелает.

Я посмотрела на Вивиан, которая стояла поблизости и наблюдала за мной с нескрываемым любопытством.

— Это правда?

Она кивнула.

— Всё что угодно в пределах разумного, что он считает необходимым для решения задачи.

— Это нечестно, — выпалила я, испытывая огромное желание раздражённо топнуть ногой.

Вивиан улыбнулась.

— Большую часть изыскательной работы Совета проводят местные группы, такие как наша. Хамид же большую часть времени предпочитает всё делать по-своему.

Я фыркнула.

— Как, чёрт возьми, ты терпишь это?

— Хамид очень хорошо справляется со своей работой, и он не очень разговорчив, — она усмехнулась. — А если подумать, я никогда не слышала, чтобы он произнёс так много слов за один отрезок времени.

— И что мне теперь себя особенной считать? — у меня появилась новая мысль, и я повернулась к Раулю. — Ты сказал, что он может делать всё что пожелает. Означает ли это, что он может взять управление командным центром и начать всеми нами командовать? Я тебе сразу заявляю, со мной это не сработает.

Рауль вздохнул.

— Нет, он не будет брать на себя управление центром, но тебе надо вести себя хорошо и сотрудничать со следствием.

— Я никогда не поставлю под угрозу расследование. — Меня оскорбило, что у него вообще появилась такая мысль.

Он критично посмотрел на меня.

— И ты будешь хорошо себя вести?

Я вздёрнула подбородок.

— Буду, если он будет хорошо себя вести.

Брок фыркнул, а Мейсон пробормотал:

— Ещё не слишком поздно перевестись на восточное побережье?

* * *

У меня был самый изысканный сон, когда громкий шум вырвал меня из сна. Я сонно уставилась в потолок, всё ещё пребывая в подвешенном состоянии между сном и реальностью, и мысленно выругалась на источник шума.

— Джордан, проснись, мать твою, — выкрикнул Мейсон, колотя по моей двери. — Ты не хочешь это пропустить.

Я взглянула на прикроватные часы и выругалась, увидев, что было ещё только пять утра. Прошлой ночью я была на взводе после спора с Хамидом, что по возвращению мне пришлось бегать целый час, чтобы сжечь гнев. И даже это не помогло, я вечность не могла уснуть.

Выкарабкавшись из клубка простыней, я скатилась с кровати и пошла открывать дверь.

— Клянусь, если ты разбудил меня в эту рань ради серфинга, я побью тебя твоей же доской.

Ладно, наверное, всё же я была скорее ночной совой, чем ранней пташкой.

Мейсон, с другой стороны, выглядел до омерзения бодрячком, учитывая, как поздно мы засиделись вчера ночью. Он по-мальчишески улыбнулся мне.

— Никакого серфинга. Я подумал, что ты захотела бы увидеть демона, которого только что притащил Хамид.

Внезапно сна не осталось ни в одном глазу.

— Он поймал его?

— Убил, — Мейсон повернул в сторону коридора. — Пошли. Он отнёс его в лабораторию.

Я поспешила за ним. Мне не терпелось посмотреть на демона. На улице было ещё темно, но в доме горел свет, и в нём кипела бурная деятельность.

В гостиной комнате мы натолкнулись на Брока, который тут же усмехнулся, увидев меня.

— Милая пижамка.

Я опустила взгляд на парный комплект шорт с майкой. В своём волнении я даже забыла надеть обувь.

Я прикрыла рукой зевок.

— Обычно я сплю без одежды.

Его глаза распахнулись, и я спрятала ухмылку, проходя мимо него к французским дверям, ведущим на задний двор. На противоположной стороне двора стоял гостевой дом, и я направилась прямиком к нему. Главная дверь была открыта и, подойдя, я услышала раздающиеся внутри голоса.

Войдя в дом, я пошла на голоса в спальню, которая когда-то принадлежала Мейсону. Теперь это была маленькая лаборатория со шкафами вдоль стен и металлическим рабочим столом посередине.

Люди столпились вокруг стола, блокируя мне вид, и я пошла по комнате, ища место, откуда могла посмотреть на что же они все смотрят. Когда я увидела создание, которое заняло половину стола, у меня отвисла челюсть. Бурый, покрытый колючей шерстью демон. У него было круглое туловище и восемь лап, которые свисали с края стола. Даже мёртвым, у него был угрожающий вид. У той пожилой дамы нервы, должно быть, железные, коль она умудрилась отбить свою собаку из лап этого создания.

— Мы знаем, что это такое? — спросила Вивиан.

Судя по её виду, она проснулась совсем недавно, как и я, но она умудрилась нацепить джинсы и рубашку.

— И да, и нет, — Джордж с серьёзным видом постучал по экрану планшета в его руке. — Это демон, но предварительные тесты не дали ни одного совпадения с данными из нашей базы.

В комнате раздалось коллективное оханье и аханье.

Рауль изучил демона.

— Насколько точны тесты?

— Девяносто девять и девять процентов, — ответил лекарь. — Мы отправим его в Валстром, но сомневаюсь, что они что-то найдут.

Юджин приподнял одну из лап демона и изучил чёрный коготь на конце. На нём были защитные перчатки, да и держал он лапу чуть поодаль от себя.

Я подобралась ближе к столу, желая лучше рассмотреть.

— Незарегистрированный демон? И что это значит?

— Это значит, что для нашего мира это новый демон, — произнёс грубый голос, который мог принадлежать только одному мужчине.

Я подняла глаза на Хамида, который стоял в дверном проёме, возвышаясь над всеми остальными. Его волосы были влажными, и он переоделся. Я заметила, как его взгляд скользнул вверх по моему телу и встретился с моими глазами. По телу пронеслись мурашки, будто он физически прикоснулся ко мне.

Жар расцвёл в моём животе, но он был тут же погашен волной раздражения, стоило мне вспомнить, как заносчиво он отмахнулся от меня прошлой ночью.

— Хотите сказать, что мёртвый ведьмак смог вызвать демона в твёрдой форме? — спросил Брок, переводя внимание Хамида на себя.

— Он не был вызван, — ответила Вивиан. Ещё ни разу с момента нашего знакомства я не видела её такой серьёзной. — Им пришлось бы открыть барьер, чтобы провести его через него.

Все тут же вступили в разговор, а я просто стояла на месте и пыталась постигнуть последствия её заявления. Нет никого — ни человека, ни иного создания — на земле, кто смог бы открыть барьер в демоническое измерение. И для этого были весомые обстоятельства. Предположительно по ту сторону барьера обитали миллиарды демонов, и их вполне хватит для победоносного вторжения на землю, если они смогут найти выход из своего измерения. Брешь в барьере между нашими мирами может стать концом жизни, которую мы знали.

— Совет в курсе? — я довольно громко задала вопрос, чтобы меня услышали в шумном помещении.

— Да, — ответил Хамид.

И когда стало очевидно, что он не собирается вдаваться в подробности, я снова задала вопрос:

— И что теперь?

За него вновь ответила Вивиан.

— Они начинают искать самых могущественных ведьмаков. Необходимо выяснить сможет ли кто-то из них пролить свет на эту ситуацию.

Рауль подошёл к Хамиду.

— Если тебе что-то потребуется во время пребывания здесь, дай мне знать.

— Спасибо.

Я уставилась на мёртвого демона и притворилась, что не слушаю разговора Хамида с Раулем. Конечно же, это открытие ведёт к тому, что люди Совета будут ошиваться поблизости. Ничто не имело такого значения, как сохранение целостности барьера, и меня нисколько не удивит, если я увижу, как завтра прибудет ещё больше воинов.

— Прошу прощения, друзья, — выкрикнул Джордж. — Как бы мне не хотелось вас выпроваживать, но нам надо упаковать демона и отправить в Валстром, и чем быстрее, тем лучше. Приказ Совета.

Я была в дальнем углу от двери, так что мне пришлось подождать, пока все выйдут, прежде чем я смогла покинуть лабораторию. Войдя в гостиную комнату, я там не обнаружила ни Хамида, ни Вивиан, ни Рауля.

Понимая, что смысла ложиться спать после такого события не было, я вернулась в свою комнату и переоделась, а потом отправилась искать Рауля. Скоро здесь воцарится полное безумие, и я хотела узнать какова будет наша роль во всём этом.

Я была расстроена, но не удивлена, выяснив, что Рауль заперся в своём кабинете с Хамидом и Вивиан. Без сомнений у них были переговоры по телефону с Советом. Я никогда не отличалась терпением, но вся эта ситуация взвинтила меня как никогда. Я провела время, изживая раздражение в спаррингах со всеми, кто оказался доступным в спортзале. Неважно, что воины были старше и быстрее меня. Я любила толкать себя за грани возможного в тренировках.

С меня тёк пот, и я испытывала приятное чувство истощения, когда наконец-то покинула спортзал спустя несколько часов. Достаточно было взглянуть на закрытую дверь кабинета Рауля, чтобы понять, что он всё ещё сидел там взаперти. И шумно выдохнув, я направилась к себе, чтобы принять душ. И как долго он будет там совещаться?

И даже через тридцать минут, когда я вновь покинула свою комнату, Рауля нигде не было видно. Не в силах спокойно сидеть на месте, я схватила ключи и поехала в кофейню-кондитерскую, в которой Бет с Сарой были завсегдатаи, когда жили здесь. Я не была поклонницей эспрессо в отличие от моих подружек, но я любила время от времени побаловать себя.

Прислонившись к мотоциклу, я потягивала кофе и внезапно вспомнила первый раз, когда пила этот напиток. Я была на втором курсе подготовки в Весторне, и Лив уговорила меня попробовать его за обедом. Я всю послеполуденную сессию провела, выжигая избыточную энергию на своих друзьях-стажёрах. Я улыбнулась, вспомнив, как Лив с Марком умоляли меня больше никогда не пить кофе.

Оливия и Марк. Улыбка померкла, и старый укол боли пронзил грудь. До появления Сары, самым близким мне другом за всё время моего существования была Оливия. Сначала потому что она была единственной девушкой моего возраста в бастионе, но она оказалось добрейшей души человеком, к которому невозможно было не испытывать симпатии. Марк мне тоже нравился, но у меня так и не было времени узнать его лучше. И сейчас я очень сожалела об этом.

Три с половиной года назад вампиры совершили неслыханное. Они атаковали Весторн, пытаясь добраться до Сары. Пятеро воинов было убито, включая Оливию и Марка. На моих глазах вампир убил Оливию, и она умерла на моих руках, и хотя мы с Сарой убили его, ничто никогда не сотрёт из памяти безжизненные лица Оливии и Марка, то, как они лежали бок о бок на снегу.

Следующие несколько месяцев они мне снились каждую ночь. Я видела во снах, как вампир вгрызается в горло Оливии, но неважно как быстро я бежала, я никогда не успевала добежать вовремя. Если бы я была хоть немного быстрее, немного сильнее, возможно, я смогла бы спасти её. Я чувствовала себя такой беспомощной, наблюдая за её смертью, и я поклялась, что никогда больше не испытаю этого чувства.

Я сделала большой глоток уже остывшего кофе, пытаясь стряхнуть накрывшую меня меланхолию. Я могу прожить несколько дней, иногда недель, не думая об Оливии и Марке, а потом бац и что-то такое незначительное вдруг становится триггером для воспоминаний о них. Оливия обычно шутила о том, что мне недостаёт сентиментальности. Она бы повеселилась вдоволь, если бы узнала, что чашка кофе вызвала во мне тоску по её дурашливому смеху.

Выбросив пустую чашку в мусорный бак, я забралась на мотоцикл и поехала обратно домой. Я поймала Рауля на кухне за готовкой бутерброда.

— Всё утрясли по делам Совета? — спросила я, сев на стул за столом для завтрака.

Он скривил лицо.

— В такие дни я сожалею, что моей основной заботой не является куда отправиться на патрулирование.

— Так плохо, да?

Я жутко хотела спросить его, что они обсудили за многочасовые переговоры с Советом, но не знала, как много он может мне сказать. Сегодняшнее открытие было самым большим из всего, с чем я когда-либо имела дело, но я вообще не понимала, что могло за этим последовать.

Он положил кусок мяса на хлеб.

— Совет решил вложить все свои ресурсы в это дело, так что жди ещё больше наших людей в Лос-Анджелесе.

Мой пульс ускорился.

— И это значит, что и мы тоже будем заниматься расследованием?

— Нет, — произнёс Хамид своим острым тоном, войдя в кухню.

Я оглянулась и посмотрела на него, гадая, почему он снова злой. Или может быть, он так всегда общался, а я просто не замечала вплоть до этого момента. А если подумать, я вообще хоть раз видела его улыбающимся?

Хамид перешёл к месту, где я могла видеть его, и мне пришлось сдержать вздох. Выглядеть так хорошо и при этом иметь перманентное плохое настроение было настоящим преступлением. Девушка во мне оплакивала несбывшееся.

— Тогда, ладно, — я послала Раулю хитрую усмешку и встала. — Не могу сказать, что меня поразило нежелание Хамида вовлекать меня в расследование, но я расстроилась, что пропущу то, что приобретало черты самого большого расследования в истории. — Пожалуй, схожу и узнаю, что затевают Мейсон с Броком.

— Их тут нет, — ответил Рауль. — Они только что поехали отвозить свои вещи в конспиративный дом в Глендейл.

Я остановилась на полпути и резко развернулась к нему.

— И зачем им это?

Мой всплеск не возмутил Рауля.

— Хамиду лучше остаться здесь, раз уж он руководит расследованием. Поэтому Мейсон с Броком предложили ему свою комнату.

Я старалась не смотреть на Хамида, когда мысленно обругала своих друзей за то, что не сказали мне о своих планах и бросили меня здесь с Оскаром Ворчуном. Не говоря уже обо всех остальных воинах Совета, которые вскоре заполонят этот дом. Внезапно командный центр показался слишком маленьким и, как по мне, чересчур переполненным.

— Мне тоже следует так поступить, — я вытащила телефон из заднего кармана. — Джон с парнями дадут мне комнату в их доме.

— В этом нет надобности, — поспешно вмешался Хамид. — Ты останешься здесь.

Я метнула на него взгляд, ощетинившись на его властный тон.

— Прости, что?

Выражение его лица не изменилось, но глаза, казалось, стали темнее.

— Другие следователи уже заняли все свободные места в конспиративных домах. Тебе нет смысла уезжать.

— А может я хочу, — с вызовом бросила я. — Кроме того, я не хочу стоять на пути твоих парней в их работе.

— Уверен, мы все будем вставать на пути друг друга следующие несколько недель, — сказал мне Рауль примирительным тоном. — Но мы что-нибудь придумаем. Для всех нас это будет просто работой, как обычно.

Хамид покачал головой.

— Пока мы не узнаем с чем имеем дело, будет лучше, если молодые воины будут сняты с патрулирования.

— Что?

Кровь запульсировала у меня в ушах. Откуда он вообще, чёрт возьми, вылез? Он может и был важной шишкой при Совете, но он не имеет права являться и говорить мне, что я не могу заниматься своей работой.

— Не думаю, что мы должны принимать столь радикальные меры, — в спешке вставил Рауль, послав мне «я разберусь с этим» взгляд.

Хамид убеждённым не выглядел.

— Мы не знаем, какого рода демоны могут явиться следующими. Она слабая и может оказаться не в силах защищаться…

Я направилась мимо стола для завтрака в его сторону.

— Послушай-ка меня, ты…

Рауль преградил мне путь, и буквально с применением силы потянул меня назад.

— Ладно. Видимо вы оба не разделяете одну точку зрения.

— Думаешь? — закусилась я.

Я пихнула Рауля, но он был решителен и гораздо сильнее. Я едва не зарычала от разочарования.

— Что происходит? — раздался голос Вивиан. Она вошла в гостиную комнату.

— Просто небольшое разногласие, — выкрикнул ей Рауль.

Я фыркнула.

Вивиан перевела взгляд с меня на Хамида, и понимающая улыбка изогнула её губы.

— Снова заводишь друзей, Хамид?

Рауль заблокировал мне обзор на большого египтянина, но я услышала тихую усмешку. Ублюдок наслаждался шоу.

Вид у Вивиан был такой, словно она старалась сдержаться и не рассмеяться.

— Ну, мне очень жаль прерывать ваше веселье, но у нас с Хамидом назначена встреча с Ориасом через полчаса. Нам надо сейчас же выезжать, если хотим успеть вовремя.

Хамид проворчал нечто похожее на «пошли», и они оба покинули кухню через дверь, ведущую в гараж.

Рауль подождал, пока дверь за ними не закрылась, и только потом отпустил меня.

— Зачем ты меня остановил? — требовательно спросила я.

Он вернулся к приготовлению бутерброда.

— Ты не ровня Хамиду, и сама прекрасно это знаешь. И я не мог позволить тебе попытаться ударить ведущего следователя Совета в лицо.

— Я не стала бы целиться в лицо, — пылко парировала я, не став добавлять, что другие части тела были более досягаемы для меня.

Рауль вздохнул.

— Мне придётся просить вас двоих взять таймаут?

Я скрестила руки.

— Только если он попытается отстранить меня от моей работы. Я буду держаться вне их расследования, но я не позволю относиться ко мне как к неподготовленному ребёнку.

— Знаю. И я поговорю с ним, — он взял свой бутерброд.

— Хорошо, — я снова села на стул и заставила себя утихомириться. — Я и не знала, что Ориас в городе.

Ориас жил в пустыне за городом Альбукерке. Скорешиться у нас как-то не получилось, учитывая, что он связал меня магией и всё такое. Он был заносчивым придурком, но при этом был могущественным ведьмаком, и он неоднократно помогал Мохири. По последним данным, он восстановил здание, которое было разрушено во время нападения вампиров, и вернулся в Нью-Мексико.

— Сейчас Ориас предпочитает держаться в тени, — Рауль схватил стакан из шкафа и налил немного воды из холодильника. — Мне, вероятно, придётся поработать с Хамидом некоторое время, так что я организую патрульные группы, чтобы уравновесить своё отсутствие.

— И это значит, что я не буду заточена в доме как плохая маленькая девочка? — сухо поинтересовалась я.

Он улыбнулся.

— До тех пор пока ты держишь обещание не бить Хамида.

Я состроила гримасу.

— Не могу этого обещать. Клянусь, ему доставляет удовольствие смотреть, как далеко он может толкнуть меня. Девочка может многое стерпеть, прежде чем она сорвётся.

— Он однозначно знает на какие твои кнопки жать. Ещё никого не встречал, кто мог бы так просто завести тебя. Он и суток тут не пробыл, а ты уже готова физически с ним расправиться.

Мне ненавистно было это признавать, но Рауль был прав. Я и раньше сталкивалась с высокомерными мужчинами, но никто из них не раздражал меня так, как Хамид. Может быть, всё дело было в том, что я создала его образ в своей голове и созидала его с момента нашей первой встречи, а настоящая версия не ужилась с фантазией. Физически он был прекрасен, но его индивидуальность расхолаживала всё физическое влечение, которое я испытывала к нему.

Я пожала плечами.

— Полагаю, некоторые люди просто не совместимы.

Рауль сделал большой глоток воды.

— Понимаю, что это не идеальная ситуация, и Хамид может быть немного несносен, но он лучший в своём деле. Делай свою работу и держись от него подальше. Он довольно скоро уедет.

Немного несносен? Мне хотелось рассмеяться Раулю в лицо от его описания Хамида. Вместо этого, я кивнула. Это расследование было гораздо важнее моего ущемлённого или раздутого эго Хамида. Я приняла совет Рауля и решила избегать нашего гостя, чтобы тот смог сосредоточиться исключительно на своей работе. Чем меньше я буду видеть Хамида, тем счастливее буду.

* * *

Я заглушила двигатель мотоцикла у гаража и сняла шлем, скривив лицо от того, что мои волосы торчали во все стороны. Я могла лишь вообразить, насколько плохо выглядела после последних нескольких часов. Я пробежалась пальцами по волосам и застонала, ощутив липкую влажность, пропитавшую ряд прядей. От крови вампира было чертовски сложно избавиться, как только она начинала высыхать.

Я слезла с мотоцикла и положила шлем на сидение. Пройдя сквозь гараж, я вошла на кухню. Обычно по ночам в доме было тихо, исключением обычно были те, кто работал в зале управления. Я была удивлена, когда вошла в кухню и увидела Вивиан, сидящей за обеденным столом и работающей за ноутбуком. С момента прибытия Хамида три дня назад, я ни минуты с ней не провела. Негативной стороной избегания встречи с ним стало то, что он постоянно был с Вивиан, поэтому я не особо часто её видела. Он может и был колоссальным дубиной, но мне нравилась Вивиан.

Вивиан подняла голову, когда я вошла. Её глаза широко распахнулись, и затем она разразилась смехом.

Я бросила ключи на столешницу.

— Так плохо, да?

— Очень не хочется видеть другого парня, — сказала она, широко улыбаясь.

Я улыбнулась в ответ.

— Другой парень теперь кучка пепла, вместе с его тремя дружками.

Из другой части дома послышались мужские голоса, и я посмотрела в том направлении. Рауль вошёл в гостиную в компании Хамида и Ориаса. Они резко остановились, увидев меня. У всех были разные выражения на лицах. Рауль, похоже, забавлялся, Ориас выглядел удивлённым, а Хамид нахмурился. Неужели я заметила в его глазах беспокойство? Ну, конечно же, нет. Я моргнула, и видение исчезло.

За три года, с момента нашей последней встречи, Ориас ни капельки не изменился. На нём был тёмно-синий костюм, за минусом галстука. И его длинные чёрные волосы были убраны назад. Я была более чем уверена, что он был коренным американцем, но времени обсудить наши родословные у нас не нашлось.

Он прищурил свои чёрные глаза, глядя на меня, когда вдруг узнал меня.

— Как вижу, опять сеешь хаос, — протяжно вымолвил он.

Я вздёрнула подбородок в сторону футляра, висевшего на его плече. В нём он держал демона, которого использовал для подпитки своей силы.

— Как вижу, всё ещё таскаешься со своим маленьким питомцем.

Вивиан перевела взгляд с меня на ведьмака.

— Вы двое знаете друг друга?

— Мы с Ориасом давно знакомы, — сказала я.

— Бесспорно, — он прочистил горло и покровительственно положил руку на футляр. — Всего один визит в мой дом, и ты со своими друзьями умудрилась разворотить мою приёмную, перепугать полдюжины клиентов, а одного даже убить. А потом после поклонников Принца, пришедших нести возмездие, мне пришлось выстраивать свой дом заново.

— Не мы затеяли ту драку, — возразила я. Но, уж точно, закончили мы её.

— Погоди, — Вивиан уставилась на меня. — Ты убила Принца Стефана?

— К сожалению, нет. Я помогла, но большую часть работы сделала Сара.

Принц Стефан был матёрым вампиром, больше ста пятидесяти лет, который оказался крайне талантлив в увиливании от наших воинов. Во время нашего первого и последнего визита к Ориасу, туда явился Принц и напал на Сару. Нам с ней пришлось отбиваться от него, но именно она убила его. Когда-нибудь я тоже повстречаю такого же, как Принц вампира, и это убийство будет на моём счету.

Вивиан признательно кивнула.

— Выступить против вампира столь сильного, это впечатляюще для такого юного воина.

— Вообще-то, тогда я была ещё стажёром.

Я чувствовала, как Хамид наблюдает за мной, и я устояла от жгучего желания бросить на него самодовольный взгляд. Я поставила себе цель: избегать его насколько это было возможно. А это оказалось не такой уж простой задачей с тем, чьё присутствие, казалось, заполняло каждую комнату, куда он входил.

— Ты и впрямь как юный Николас, — сказала Вивиан, став моей новой любимицей.

Рауль обвёл меня взмахом руки.

— А я вообще хочу знать?

Я опустила взгляд на свою одежду, которая была покрыта кровью.

— Мы обнаружили четырёх вампиров, вынюхивающих вокруг приюта для бездомных. Вероятно, они посчитали, что нашли лёгкий перекус. Как видишь, без драки они не сдались.

Он взглянул на часы.

— Твоя ночь уже и так оказалась напряжённой, а сейчас ещё только десять часов.

— Ага. Я зашла только чтобы привести себя в порядок, не могу же я ездить по городу в таком виде. Я снова встречаюсь с Броком и Мейсоном через час.

— Вас только трое в группе? — поинтересовался Хамид, осуждающе.

Вынужденная признать его присутствие, я встретилась с ним взглядом.

— Мы никогда не патрулируем в полном составе. — Можно подумать он не знал этого.

— Сейчас особые обстоятельства, — сказал он. — Молодые воины должны быть в группе с опытными воинами.

— Такими как ты? — парировала я.

— Да.

Его взгляд заскользил по мне, внимая мой окровавленный, взлохмаченный вид. Я отругала своё предательское тело, когда жар расцвёл в моём животе, невзирая на мою неприязнь к воину.

— Спасибо, но мы и так отлично справляемся. Да и у Брока более чем достаточно опыта, — сказала я с двусмысленным намёком, наслаждаясь вспышкой раздражения в его глазах.

— Кроме того, — продолжила я, — мы не видели ничего необычного с тех пор, как ты убил того демона-паука. — И его убийство тоже должно было быть на моём счету.

— Краас-демон, — поправил он меня.

Я вопросительно окинула всех взором.

— Я думала, у нас нет по нему записей в архиве.

— У нас нет, — сказал Рауль. — Келван изучил демонические архивы и нашёл несколько упоминаний о демоне, основываясь на описание. Это демон низшего уровня из того же класса, как и базераты и бесы-миноги.

— Какой молодец Келван, — кто бы мог подумать, что отшельник врил-демон, живущий уединённо со своей кошкой, станет одним из наших самых ценных союзников? — Выходит, мы проглядели данный вид демонов? — Я с облегчением вздохнула. Если демонические архивы имели записи по краас-демону, значит, он не прошёл сквозь барьер, как мы опасались.

— Демонические архивы включают виды, которые никогда не покидали своё измерение, — сказал Рауль, убивая мою минутку счастья. — По словам Келвана, краас-демон как раз один из них.

Я нахмурилась.

— И, за исключением того, что мы знаем его название, мы вернулись к тому с чего начали.

Вивиан кивнула.

— В общем-то, да.

— Тогда полагаю, я оставлю вас заниматься делом, — я развернулась в сторону коридора, ведущего в мою комнату.

— А ты знала, что у тебя огромная дыра на джинсах? — окликнула меня Вивиан.

— Да, и они были моими самыми любимыми. В них отлично смотрелась моя задница, — я положила руку на дыру, которая открывала половину моего зада и оглянусь. — Эта работа чёртово наказание для гардероба.

Все рассмеялись, все, кроме Хамида, кто бы сомневался. Я взглянула на него, ожидая увидеть обычный свирепый взгляд, но вместо этого обнаружила, что его взгляд полностью прикован к моей заднице. Он поднял на меня глаза, и у меня перехватило дыхание от жара, вспыхнувшего в его глазах на несколько секунд.

Подумать только! Я начала гадать, скрывался ли на самом деле робот под этой красивейшей внешностью. Похоже, он всё же был полнокровным мужчиной. Я приподняла уголок губ в полуулыбке, давая ему понять, что я поймала его за разглядыванием меня. Он ответил, состроив сердитое лицо.

У меня было такое чувство, что я наконец-то выиграла раунд против него. И пусть это была маленькая победа, но я буду лелеять её.

ГЛАВА 4

Я с отвращением уставилась в пустой бланк отчёта на мониторе. Мне предстояло выполнить скучнейшее задание — написать отчёт по инциденту у приюта для бездомных прошлой ночью. Мы с Броком и Мейсоном тянули спички, чтобы определить, кто зависнет с написанием отчёта сегодня, и я проиграла. Я подозревала, что эти двое жульничали, потому как Брок был хорош в фокусе «лёгким движением руки». Я не смогла доказать их сговор, так что пришлось сесть за отчёт.

Дверь кабинета Рауля открылась, и я услышала громыхание низкого голоса.

— Пока мы не узнаем с чем имеем дело, думаю, так будет к лучшему, — сказал Хамид, широким шагом выходя из кабинета.

Следом за ним вышел Рауль.

— Может это несколько радикально, да и у нас нет особой потребности в дневном патрулировании.

Дневное патрулирование? Я так быстро вскочила со стула, что едва не опрокинула его.

— О чём вы говорите? — потребовала я, хотя я догадывалась, что предложил Хамид.

— Пустяки, — спокойно ответил Рауль.

— Я слышала, ты упомянул дневное патрулирование. Ты же не серьёзно.

Патрулирование в дневное время подобно походу в парк развлечений, когда все аттракционы закрыты. Чертовски скучно и ужасная трата времени.

Хамид повернулся ко мне.

— Насколько мне известно, демонической активности здесь не наблюдается в последнее время, и я считаю, будет безопасней отстранить молодых воинов от ночных патрулей на время.

— А я так не считаю, — сказала я, меня буквально переполняло от гневного возмущения.

Он продолжил говорить, словно я и словом не обмолвилась.

— Я планирую сегодня внести эти рекомендации Совету.

Я так сильно стиснула челюсть, что она разболелась.

— Можешь послать им свои рекомендации, повязав бантиком и с запиской, что мне глубоко плевать. Единственный способ для тебя удержать меня тут ночью, это приковать наручниками к кровати.

Его ноздри расширились, но я негодовала по полной, чтобы беспокоиться о том, что могла вывести его из себя.

Из двери, ведущей в гараж, послышался смех Мейсона.

— Нас не было всего несколько дней, а вы уже прибегли к наручникам.

Я встретила его с Броком свирепым взглядом.

— Рано радуешься, сомневаюсь, что тебе будет также весело, когда проведёшь здесь ночь, играя в пасьянсы.

Его ухмылка померкла, и он внимательно посмотрел на наши серьёзные лица.

— Что ты хочешь сказать?

Я обвинительно указала пальцем на Хамида.

— Он хочет посадить нас с тобой на дневной патруль.

Мейсон растерянно разинул рот.

— Что?

Брок покачал головой.

— В этом нет никакого смысла. Это пустая трата времени.

Я сложила руки на груди.

— Именно. И я не для этого тренировалась годами, чтобы просто сидеть и ничего не делать, когда необходимо выполнять работу.

Хамид сохранил своё гневно-непроницаемое выражение лица.

— Большинство воинов-новобранцев проводит свои первые несколько лет в бастионах, или же им дают менее опасные боевые поручения. Они редко работают в таких городах, как Лос-Анджелес.

— Редко, но не всегда, — парировала я. — Большинство молодых воинов не имеют такого опыта, какой был у меня ко времени окончания подготовки. К тому же у Тристана не возникло проблем с моим пребыванием в Лос-Анджелесе.

— Как и у главы Лонгстона, который отправил меня сюда, — добавил Мейсон.

— Сейчас особая ситуация, — сказал Хамид. — Мы понятия не имеем чему противостоим, и какая новая опасность может подстерегать нас. Вы не готовы к этому.

Я протяжно втянула воздух через нос, пытаясь сдержать свой нрав в узде.

— Изо дня в день ни один воин не знает, с чем он столкнётся. Когда Николас Даньшов был схвачен Магистром, его возраст и опыт не помогли ему. Как и Десмунду Эшворту, когда его атаковал Хель-колдун. И Крис Кент тоже стал жертвой Хель-колдуна… и кто бы мог подумать, прямо в Весторне. В прошлом году у нас тут по всей Калифорнии Лилин бегал, и знаешь, кто убил его? Воин, два года как вышедший с подготовки.

Хамид не ответил, и это было прекрасно, потому что я ещё не закончила.

— Я понимаю, что у тебя колоссальный опыт и вероятно ты такой же крутой как Николас. Я даже уважаю это. Но ты не знаешь ни меня, ни на что я способна, и чего не могу. Ты уже решил, что я не столь быстра как ты, но ты вообще хоть раз видел меня в сражении? Нет. Я тебе не нравлюсь, отлично. Я не пытаюсь выиграть приз в категории Мисс Популярность. Но не сбрасывай меня со счетов только потому, что я не подхожу под твои немыслимые стандарты.

И впервые с момента нашего знакомства, лицо Хамида смягчилось до чего-то, что не совсем походило на хмурость. Это что, восхищение?

Верно. А потом он опуститься на одно колено и признается мне в своей вечной любви.

Я плотно сжала губы, мне надоело спорить с ним об этом. Слишком взвинченная, чтобы сидеть и работать над отчётом, я повернулась к Броку и Мейсону.

— Не хотите устроить спарринг?

Мейсон обеспокоенно разглядывал меня.

— Даже не знаю. Насколько больно будет?

— Неженка, — разразился смехом Брок.

— Серьёзно? — Мейсон пихнул его. — Я что-то не слышал, чтобы ты первым вызвался.

Брок усмехнулся.

— Всё потому, что я старше и умнее тебя. И я был её игольницей в прошлый раз, когда она была в дурном настроении.

— Да, но ты и быстрее исцеляешься, — возразил Мейсон.

Я нетерпеливо затопала ногой.

— Так вы идёте или нет?

В зал управления вошла Вивиан.

— Я потренируюсь с тобой.

— Ладно, — рьяно согласилась я, чувствуя, как во мне закипает поток адреналина.

Вивиан рассказывала мне, как они соревновались с Николасом во времена их подготовки, так что она явно прекрасно владеет мечом. Мне просто нужен конкурент, чтобы сжечь всю негативную энергию, бурлящую во мне.

Она улыбнулась.

— Дай мне минутку, я переоденусь в тренировочную одежду.

— А я пока разогреюсь, — выкрикнула я ей вдогонку, когда она вышла из зала.

— Должно быть, будет весело, — сказал Мейсон Броку. — Не хочешь занять лучшие места?

Я сердито глянула на них и направилась в спортзал. Когда я проходила мимо Руля, он одними губами пробормотал «я разберусь».

Натянутая улыбка подёрнула мои губы. Я должна была знать, что он всегда будет на моей стороне.

Я проигнорировала Хамида, который словом не обмолвился после моей небольшой речи. Хорошо. Мне больше нечего было ему сказать. Он был слишком заморочен на своих методах, чтобы изменить решение, а я не собиралась отступать. Этому не бывать.

И я была более чем серьёзна, когда сказала, что им потребуется приковать меня, чтобы удержать от выполнения моей работы. С первого же дня, как я узнала кем была, единственным моим желанием было быть воином. Никто и ничто не лишит меня этого.

* * *

— Богом клянусь, я придушу его, если он пробудет здесь хоть ещё немного, — я разразилась тирадами в трубку телефона, вышагивая по краю бассейна. — Это будет убийство при смягчающих обстоятельствах. Никто, кто знает его, не сможет обвинить меня.

На другом конце линии раздался смех и, резко остановившись, я свирепо посмотрела на телефон.

— Это не смешно.

— Очень смешно, — произнесла Бет, а потом вновь разразилась хихиканьем.

Сара то ли смеялась, то ли плакала.

— О, Боже. Думаю, я только что описалась.

От этого они обе снова разразились смехом, и мне пришлось ждать целую минуту, пока они успокоятся.

— Бет, ты теперь в моём чёрном списке, — проворчала я.

— Я? — с трудом выдавила Бет. — А что насчёт Сары?

Я села на шезлонг и, нахмурившись, подняла глаза на вечернее небо.

— На этот раз ей прощается, и то только потому, что она беременна и она подвержена приступам безумия.

Сара шмыгнула носом.

— Беременность не делает безумной.

— Ну, не знаю, — произнесла Бет. — Только безумец будет есть эти отвратительные мули.

— Мули? — переспросила я.

— Это фейская водоросль, — объяснила Сара. — Эльдеорин дал мне немного, чтобы избавить от утренней тошноты.

Я закинула руку за голову.

— И что с этим не так?

— А не так то, что она выглядит как слизистый шпинат, да и пахнет как грязные носки, — Бет издала рвотный звук.

— Вот когда будешь носить ребёнка-фейри, мы и поговорим о предпочтениях в еде, — нежно простонала Сара. — Не могу поверить, что беременность фейри длиться целый год. Я уже как футбольный мячик в одежде.

Бет рассмеялась.

— Она преувеличивает. Выглядит она очаровательно.

— Кстати, а как ты себя чувствуешь? — мои передряги внезапно показались мне ничтожными. — Никаких проблем с ребёнком?

— Мы с малышом прекрасно себя чувствуем, — поспешила заверить меня Сара. — Эльдеорин говорит, что она сильная и здоровая.

Я с облегчением выдохнула.

— Хорошо.

— Так, вернёмся к твоему секси-воину-египтянину, — манерно растягивая слова, вновь за старое принялась Бет. — Я хочу услышать больше подробностей о нём.

Я безрадостно усмехнулась.

— Он не мой воин.

Сара фыркнула.

— Помню я как ты только и говорила о его большом мече.

— Это было до того, как он появился здесь и решил разрушить мою жизнь.

Прошло два дня после нашей стычки по вопросу патрулирования и, слава богу, данная тема больше не поднималась. Но это не остановило Хамида, и он умудрился довести меня до чёртиков другими способами.

Я плотно стиснула зубы, вспомнив свой спарринг с Вивиан. Я отлично справлялась и чувствовала себя довольно хорошо, пока не появился Хамид и не встал в дверном проёме, решив понаблюдать. Его враждебное присутствие нервировало меня, и я несколько раз облажалась. После нашей стычки, у Хамида хватило наглости указать на мои ошибки и предложить мне помощь в отработке моей техники. Можно подумать, я нуждалась в том, чтобы он показал мне, как правильно надо работать с мечом.

— Полагаю, это означает, что нам не ждать вашей интрижки в будущем, — сказала Бет.

Я расхохоталась.

— Ты прикалываешься? Он, вероятно, раскритикует мою работу, и тогда-то мне придётся искать место, где спрятать тело.

Они снова обе прыснули со смеху, и на этот раз я присоединилась к ним.

— Боже, я соскучилась по вам, девчата, — сказала я, когда мы успокоились.

— Мы тоже скучаем, — ответила Сара. — Когда приедешь в гости?

— Да, и желательно на постоянку, — вторила Бет.

Она пыталась заманить меня работать с ними с первого же дня, как они покинули Лос-Анджелес.

— Я может и смогу ненадолго приехать. — И чем больше я думала об этом, тем больше мне нравилась эта идея. Мне надо потусоваться со своими подружками и уехать на многие мили прочь от Хамида. Я с такой же лёгкостью могу поработать и в Чикаго, как и здесь, и ко времени, когда я вернусь, следователи Совета должны будут уже свалить. Прекрасно.

— Когда? — в унисон спросили Сара и Бет.

— Скоро. Мне надо обсудить это с Раулем, но сомневаюсь, что у него возникнут какие-то проблемы с моим отъездом.

Сквозь французские двери я увидела идущего ко мне Рауля. Лёгок на помине.

Он открыл дверь и вышел во двор.

— Выезжаю на вызов. Не хочешь прокатиться со мной?

— Хочу. Одну минутку, — я приложила телефон к уху. — Служба зовёт, девчули. Поболтаем позже.

— Пока, — они снова одновременно выкрикнули.

Встав с шезлонга, я запихнула телефон в задний карман.

— Что случилось?

— Мы получили звонок от ночного коменданта средней школы Фишера в Комптоне. Он сказал, что услышал подозрительные звуки, исходящие из спортзала.

— И почему комендант звонит нам, а не полиции? — спросила я, подойдя к Раулю. — Как он вообще узнал о нас?

Рауль отступил в сторону и пропустил меня в дом.

— Он врил-демон.

— Вот как.

Врил-демоны были одни из немногих демонов, которые хорошо умели не выделяться среди людей, главное научиться скрывать свои крошечные рожки и клыки. Сара работает с демонической общиной и эта работа выстроила их доверие к нам, и теперь они меньше опасались позвонить нам, когда нуждались в помощи или хотели сообщить о подозрительной активности.

— Бери свои вещи, — сказал Рауль. — Брок с Мейсоном встретят нас там.

— Уверен, что люди Совета не хотят взять это на себя? — спросила я, встретившись вновь с Раулем уже в гараже. — Я не хочу наступить на чью-нибудь мозоль.

Он улыбнулся и надел шлем.

— Хамид с остальными отправился в Сан-Диего сегодня, вместе с Ориасом, так что все мозоли в целости и сохранности.

Я нахмурилось.

— А в Сан-Диего что творится?

— Не знаю. Меня пока что не посвятили.

Я покачала головой и села на свой мотоцикл. Конечно же, не посвятили. Зачем держать нас в курсе?

Мейсон с Броком уже ждали нас, когда мы въехали на школьную парковку. Рауль решил, что нам лучше всем держаться вместе, учитывая недавние события, и мы группой вошли через центральный вход. По другую сторону стеклянной двери разнервничавшийся врил-демон явно расслабился, увидев нас.

— Спасибо, что пришли, — прошептал он, пробежавшись трясущейся рукой по своим кудрявым каштановым волосам.

Рауль представил нас, и демон назвался Кайденом. Потом Рауль попросил его рассказать нам, что случилось.

— Сначала я мог слышать только голоса, и я подумал, что какие-то дети проникли тайком в школу. Но затем я услышал, как кто-то говорит на демоническом языке.

Я замешкалась, поправляя кожаную упряжь, которой крепила меч к спине. Демонический язык был единым языком для всех демонических видов, несмотря на то, что большинство из них уже говорили на английском. У нас были ученики, которые посвящали свои жизни расшифровке сложного языка. Кто бы ни был в спортзале, он однозначно не был человеком.

— И что было произнесено? — спросил его Рауль.

Кайден заломил руки.

— Не знаю. Моя семья не говорит на старом языке, так что я знаю всего несколько слов. Но у него особое произношение.

Рауль мрачно кивнул, вытащил телефон и позвонил.

— Хамид, вы всё ещё в Сан-Диего? — Пауза. — Мы в Комптоне, и возможно у нас тут непредвиденная ситуация.

Он продолжил излагать рассказ Кайдена, и они поговорили ещё с минуту, прежде чем Рауль завершил звонок. Сжатые в тонкую линию губы подсказали мне, что мне отнюдь не понравится то, что он скажет.

— Хамид с группой в двадцати минутах езды. Мы будем ждать их.

— И почему мы будем ждать? — опередил меня с вопросом Мейсон.

Рауль бросил взгляд на Кайдена и жестом позвал нас отойти на небольшое расстояние от врил-демона. И только потом ответил на вопрос:

— Совет хочет, чтобы Хамид руководил операциями, где имеется подозрительная демоническая активность.

Меня прокололо раздражением, но я в кои-то веки держала рот закрытым. Рауль застрял между выполнением своей работы и следованием приказов Совета. Я ему не завидовала, и не хотела делать ситуацию ещё сложнее для него, жалуясь на что-то, что он не мог контролировать.

Я мерила шагами коридор у двери как загнанный в клетку зверь. Я была вооружена до зубов и готова к битве, но была вынуждена стоять и ждать «тяжёлую артиллерию». Воодушевление моего Мори подпитывало энергию, курсирующую по мне, заставляя меня чувствовать себя так, словно я взяла в руки высоковольтный провод.

Когда что-то стукнулось об пол позади меня, я резко крутанулась с ножом в руке и до ужаса перепугала с едва не выскочившими из орбит глазами Кайдена, который уронил свой телефон.

— П-простите, — запинаясь, произнёс он, поднимая с пола телефон дрожащей рукой.

Я вложила нож в ножны.

— Всё хорошо. Я просто…

Неистовый крик мужчины эхом разнёсся по коридору.

Рауль рванул мимо меня в направлении звука, Брок бежал за ним. Мы с Мейсоном заняли тыл, но мы не поспевали за двумя более старшими воинами. Ко времени, когда мы добрались с ним до спортзала, дверь уже была распахнута, и я увидела Брока и Рауля внутри. Их лица освещал свет, они оба на что-то таращились.

Тихонечко я подкралась за их спины и, выглянув из-за них, оторопела от представшей передо мной сцены. По центру пола был нарисован огромный красный круг, с маленьким кругом внутри. Точно такой же как мы нашли в подвале того дома. И если тот другой круг был неактивным, то это был освещён сияющими кристаллами, стоящими по периметру.

В центре стояла высокая фигура в серой мантии. Лицо было скрыто под капюшоном. Персона держала другого мужчину в белой мантии за горло. Капюшон более маленького мужчины сполз с головы, и я увидела ужас, выгравированный на его лице. Он ухватился за душащую его руку.

Я шагнула вперёд, но Рауль схватил меня за руку и одёрнул назад.

— Ты не можешь войти в действующий портал призыва, — тихо произнёс он. — Это убьёт тебя.

Я перестала сопротивляться ему, ругая себя за тупую ошибку. Я знала, что нельзя играть с магией, особенно с могущественным заклинанием призыва.

Мужчина в серой мантии начал говорить нараспев низким грубым голосом. Стоящий рядом со мной Рауль резко втянул воздух.

— Что это? — спросила я, не отрывая глаз от людей внутри круга.

— Демонический язык.

Я оторвала взгляд от круга и уставилась на Рауля.

— Он демон?

Демонов-ведьмаков не существовало в мире, так как мог демон произносить заклинание, которое могли использовать только ведьмаки?

Но до того как Рауль успел ответить мне, ритм демонического пения усилился. Кристаллы засияли сильнее, и воздух начал потрескивать от статики. Я схватилась за эфес меча, меня накрыло чувством жуткого страха.

Демонический голос становился всё выше и выше, пока не достиг крещендо. А я могла лишь в шоке наблюдать, как он вмазал рукой в грудь своего пленника. Я услышала хруст ломающихся рёбер и тошнотворный булькающий хлопок, когда окровавленная рука вновь появилась в поле зрения, держа в железной хватке всё ещё бьющееся сердце.

— Иисусе, — в ужасе прошептал Мейсон.

Демон выпустил мёртвого мужчину, и тело рухнуло на пол у его ног. Держа сердце мужчины в обеих руках, он поднял его над головой, продолжая своё пение. Волна магии импульсом вырвалась наружу из круга, и я ахнула, когда она обожгла мою кожу как миллион крошечных иголок, отталкивая нас на несколько метров.

— Что это?

Брок указал куда-то, и я проследила за его взглядом к мерцающей трещине, которая появилась в воздухе в двух метрах от пола, прямо за большим кругом. Трещина начала разрастаться, явив черноту на другой стороне.

Когда дыра стала уже тридцать сантиметров шириной, демон опустил руки ко рту. Я не могла разглядеть его лицо под капюшоном, но услышала, как зубы рвут мясо. Мне пришлось бороться с рвотным рефлексом. Я много чего ужасного повидала, но это действие сразу же заняло первое место в моём списке.

Демон что-то прокричал. Затем он завёл назад руку и бросил сердце в разлом.

Секунды тикали. Я уже начала думать, что заклинание прошло неудачно, когда дыра разрослась ещё на тридцать сантиметров, явив на другой стороне сумрачное красноватое сияние. Из дыры раздалось тихий вой, подобно ветру, свистящему в пещере. Раздались и другие звуки, но они были искажёнными, и их было сложно разобрать.

И потом я увидела движение внутри дыры. Появилась чешуйчатая рука, а за ней и вторая. Что-то схватилось за края дыры и приготовилось протиснуться сквозь неё.

Хватило одного взгляда на длинные чёрные когти и шипастые суставы, чтобы понять, что выходило из дыры ещё до того, как появилась чешуйчатая голова. Дрекс-демон. Демон, с виду похожий на стоящего вертикально крокодила, обладающий длинным рылом, полным острыми как бритвы зубами. Его тело было покрыто ядовитыми колючками, которые не вредили Мохири, но яд мог сковывать человека, и делал его лёгкой добычей.

По мне пронеслась дрожь от волнения. Я видела только одного дрекс-демона вблизи, и Сара убила его. Моё тело натянулось от предвкушения первой схватки с одним из таких рептильных демонов.

Дрекс-демон зарычал, с усилием протискивая своё большое тело через небольшую дыру. Через несколько секунд он приземлился на пол с гулким стуком и скрежетом когтей по деревянному полу. Встав, демон посмотрел на демона в мантии, а потом резко перевёл взгляд своих глаз-бусинок на нас и взревел. Я хотела ответить на его вызов, но он всё ещё находился внутри круга, и магия сдерживала нас.

Шипящий звук привлёк моё внимание к дыре как раз в ту секунду, когда сквозь неё протолкнулся второй демон. Краас-демон, такой же, которого убил Хамид, и от его облика я отпрянула назад. Эта тварь могла появиться только из одного места. Мы смотрели в окно в демоническое измерение.

— Что делаем? — спросила я Рауля, когда третий демон начал пролезать сквозь дыру. — Мой голос надломился, и я не знала, произошло ли это от возбуждения или страха. Может быть, и то и другое. Только безумец может стоять и наблюдать за происходящим и не испытывать страха.

— Ждём Ориаса, — сказал он, не отводя глаз от демонов. — Только у него есть шанс противостоять этой магии.

И как по заказу, открылась дверь с другой стороны спортзала, и внутрь вошёл ведьмак. За ним подтянулись Хамид, Вивиан, Арон и Юджин. Воины держались позади, а Ориас направился в сторону демонов, что-то скандируя на неизвестном мне языке. Он выставил одну руку, обходя круг по периметру, а его другая рука лежала на выпуклости футляра, который он всегда носил с собой.

Казалось, на Ориасе никак не сказывалась сила, витавшая в помещении. Он приблизился к нам, и я почувствовала, как жалящая магия ослабла. Я смогла сделать несколько шагов вперёд. Что бы он ни делал, это нейтрализовало заклинание демона в мантии.

Демон явно понял это, поскольку он повернулся к Ориасу, вскинул руки и завёл новое песнопение. Ведьмак неустрашимо вступил в противоборство с ним, и мало-помалу кристаллы вокруг круга стали меркнуть. Я знала, что Ориас был могущественным, но эта демонстрация силы была неслыханной.

Внутри ослабевающего круга, демоны продолжали выбираться из дыры в барьере. Их там было как минимум десять, и только двух из них я распознала как дрекс-демонов. Что произойдёт, когда заклинание демона в мантии полностью провалится, и они смогут покинуть круг?

— Что Ориас делает? — прошептала я Раулю, безотрывно наблюдая за ведьмаком.

Рауль покачал головой.

— Думаю, он пытается совместить магию демона со своей.

Я посмотрела на дыру.

— Это закупорит барьер?

— Не знаю, — мрачно ответил он.

Ориас сместился ближе к кругу, его слова становились громче и более волевыми. Надежда вспыхнула во мне, когда я увидела, как демон споткнулся, впервые за всё время выглядя неуверенным на ногах.

Демон зарычал в гневе. Опустив руки, он что-то прошептал. Взорвалась вспышка пурпурного света. И я глазом не успела моргнуть, как он исчез, как в воду канул.

Я посмотрела на окно в барьере, ожидая, что оно исчезнет вместе с демоном, который его открыл, но оно всё ещё было на месте. Мои глаза широко распахнулись, когда я увидела как толстая серая щупальца, усыпанная шипастыми присосками, свесилась из дыры. Я считала себя храброй, но очень не хотела видеть, что за создание находилось по другую сторону.

Ориас обратил всё своё внимание на дыру, и в этот момент толпа демонов рванула из круга врассыпную. Все восемь воинов в зале ринулись в бой.

Я рванула к ближайшему ко мне демону, который выглядел как красный дикообраз-мутант, размером с датского дога. Каждый раз, когда я пыталась подобраться поближе, иглы вставали дыбом. Я чётко понимала, что вот-вот насажусь на «вертел».

— Да ну, пошло оно на хрен, — пробормотала я, вытащив свои ножи. Я нацелилась на горло демона, которое, как я посчитала, было уязвимым местом. Клинок достиг своей цели, и демон стал с визгом кататься по полу. Из метки повалил дым.

Я воспользовалась возможностью и, приблизившись, прикончила его мечом. Я оставила нож, похороненным в его горле, не желая подходить слишком близко к иглам. Нашим учёным предстоит повеселиться с этим монстром.

Я подняла глаза от мёртвого демона и увидела, что все воины вовлечены в сражение. Ориас по-прежнему распевал заклинание у дыры, которая теперь, на мой взгляд, была в два раза меньше. Во мне расцвело облегчение. Что бы он ни делал, это работало.

Рычание оторвало мой взгляд от ведьмака, и я увидела краас-демона, крадущегося к нему. Ориас был всецело поглощён своим заклинанием, что не видел надвигающуюся угрозу. Если эта тварь атакует его или сорвёт заклинание, мы все попали.

Я перепрыгнула через мёртвого демона, приземлилась на ноги и рванула на перехват краас-демону. Ему нельзя было дать добраться до Ориаса. Демон повернул свою голову и уставился на меня своими остекленевшими чёрными глазами. Зашипев, он ускорился, но моя скорость соответствовала. Полтора метра от Ориаса, я бросилась в брешь между ним и наступающим демоном.

Демон встал на дыбы и раскрыл свои клешни, показав пасть, усыпанную тремя рядами зубов.

Я ухмыльнулась в ответ, замахнувшись мечом. Ну же, попробуй, заполучи меня.

Справа от меня что-то ощерилось, и в этот самый миг краас-демон бросился на меня. Ещё до того, как я успела отреагировать, вокруг моей талии обвилась рука. Меня прижали к твёрдому телу и развернули от демона. Над моей головой промелькнул меч.

Демон насадился на длинное лезвие, и его тяжёлое тело врезалось в меня и моего спасителя, заставив нас двоих оступиться назад.

И в следующий миг яркая вспышка и громкий грохот сотрясли спортзал. Я закрыла глаза против того, что ощущалось как взрыв. По мне растеклось ледяное покалывание, и я стала ртом ловить воздух, когда из помещения высосало весь воздух.

ГЛАВА 5

Должно быть, я вырубилась на несколько секунд, потому что когда я пришла в себя, я лежала на полу, и меня придавил огромный вес. В ушах звенело, и я не могла двигаться и ничего не видела. Боже, на меня что крыша обвалилась?

Я пихнула лежащий на мне вес и удивилась, почувствовав тёплое тело, вместо обломков крыши.

— Эй, — пропыхтела я.

Человек надо мной сместился, и я оказалась запертой меж двух мускулистых рук. Я подняла взгляд и уставилась в потрясённые голубые глаза. И только спустя несколько секунд я узнала Хамида, и всему виной отсутствие его обычного сердитого выражения лица. И почему он так пялился на меня?

— Слезть с меня не можешь? — я снова пихнула его, но он с места не сдвинулся.

Его губы двигались, но я не могла разобрать слов из-за звона в ушах.

— Я ничего не слышу, — мой голос прозвучал приглушённым, но, по крайней мере, я поняла, что не оглохла.

Но вот чего я никак не могла понять, так это почему он всё ещё лежал на мне и таращился, словно никогда раньше не видел меня. На таком близком расстоянии радужки его глаз были самого поразительного голубого оттенка с мелкой россыпью золота. Девушка могла утонуть в таких глазах. А его губы. Нечто из ряда вон выходящее. Мой рот наполнился слюной, и меня охватило желание сократить несколько сантиметров между нами и провести языком по его полной нижней губе.

Так стоять! Я сглотнула и закрыла глаза. Неужели в школе разразился пожар? Тут внезапно стало очень жарко.

Я взглянула на Хамида, который по-прежнему вёл себя очень странно. И меня это начало пугать. Может быть, во время взрыва он ударился головой. Я смогла придумать только такое объяснение его эксцентричному поведению.

— Ты ранен? — я произнесла громче, на случай если у него тоже были проблемы со слухом. — Двигаться можешь?

Он медленно покачал головой, но не ответил. Что он хотел этим сказать, что не ранен или что не может двигаться? Я снова пихнула, но тщетно.

Повернув голову на бок, я прокричала:

— Эй, есть кто живой? Помогите мне, а то меня тут сейчас раздавят.

Звон в ушах немного поутих, и я смогла расслышать приглушённые голоса. Из темноты появилась пара ног в ботинках, и перед нами опустился на корточки человек. Ориас. Он что-то сказал, но невнятно.

— У меня со слухом проблемы, — проорала я. — Не слышу тебя.

— Не двигайся, — сказал он уже громче, и я смогла разобрать его слова.

Я бы огрызнулась, если бы смогла сделать глубокий вдох.

— Я не могу двигаться. Это если ты вдруг не заметил. Я как бы застряла, — Ориас не ответил, и я сказала: — Что ты делаешь? Снимешь этого детину с меня, или нет?

Ведьмак склонился ниже, и я увидела его лицо.

— По крайней мере, теперь мы знаем, что ты не пострадала, — сухо ответил он. — Вы с Хамидом попали под удар моего заклинания, и мне надо убедиться, что с вами всё в порядке, прежде чем я позволю другим подойти к вам.

Ах. Это объясняло взрыв и потерю слуха. Хамид, похоже, принял основной удар заклинания, поэтому и вёл себя крайне странно.

Я старалась держать голову, повёрнутой на бок, чтобы избежать вызывающий беспокойство взгляд Хамида. Хотела бы я иметь возможность полностью игнорировать его, но об этом не могло быть и речи, когда его огромное тело накрывало моё и его тёплое дыхание нежно ласкало мою щёку.

Ориас снова присел на корточки и произнёс какие-то слова, которые я не смогла понять. На несколько секунд, мы с Хамидом оказались заключены в пузырь из светло-голубого сияния. Свет померк, и Ориас встал.

Минутой позже в поле моего зрения появились ботинки, и кто-то похлопал Хамида по плечу, привлекая его внимание. Я с облегчением выдохнула, когда он отстранился от меня и встал.

Я подняла глаза и увидела обеспокоенное лицо Рауля.

— Я в порядке, — уверила я его и, судя по его улыбке, я всё ещё говорила слишком громко.

Он подал мне руку, предлагая помочь подняться. Внезапно Хамид возник передо мной, не слишком учтиво отпихнув Рауля в сторону, и поднял меня на ноги.

Я была так поражена его поступком, что стояла как вкопанная, не выпуская его руки. Оправившись от потрясения, я попыталась вырвать руку из его хватки, но он отказался выпускать.

Я подняла голову, решив потребовать объяснений, но слова умерли на моём языке, как только я увидела, как он смотрит на меня. Замешательство исчезло из его взгляда. Теперь его взгляд был полон — у меня было лишь одно определение этому — одержимости. Наверное, магия Ориаса одурманила его сознание. Это было единственное логическое объяснение.

— Хамид, — произнёс Рауль с ноткой беспокойства в голосе. — Ты в порядке?

Хамид моргнул, и его хватка на моей руке ослабла, позволив мне вырваться из неё. Я тут же отступила на несколько метров от него. Хамид ответил Раулю, но из-за проблем со слухом, я не смогла разобрать его слов.

Ориас заговорил с Хамидом, я воспользовалась моментом и вовсе отошла от них. Пусть Рауль с Ориасом сами разбираются, что происходит с Хамидом. Я отыскала свой меч, который выронила из-за вмешательства Хамида и впервые осмотрела спортзал.

Место походило на зону боевых действий с валявшимися повсюду мёртвыми демонами, некоторые из них были разорваны на части. Почти всё было залито чёрной демонической кровью, и густой запах смерти витал в воздухе. Быстро оценив обстановку, я убедилась, что никто из наших людей не пострадал.

Я искала дыру у барьера, но никаких следов не осталось. Хотелось бы надеяться, что заклинание Ориаса закупорило её навечно. После такой демонстрации силы я по-новому зауважала ведьмака. Если его магия смогла заделать разлом в барьере демонического измерения, неудивительно, что Хамиду нездоровилось после этого. Я тоже была сама не своя, а он оградил меня от худшего.

Я мельком взглянула на Хамида, который по-прежнему разговаривал с Ориасом. Надеюсь, с ним всё в порядке. Мне он не нравился, но я никогда не желала ему зла. Меня беспокоило, что он мог пострадать, защищая меня.

Словно почувствовав, что я наблюдаю, Хамид перевёл взгляд с Ориаса на меня, и всё всколыхнулось во мне от напряжённости его взгляда. Ни один мужчина никогда так не смотрел на меня, словно он владел мной, моим телом и душой. Это разозлило меня, но в тоже время я взволновалась.

Я резко отвернулась, разрывая зрительный контакт с ним, и встретилась лицом к лицу с Мейсоном. Видок у него был такой, будто он искупался в демонической крови.

— Чёрт, что с тобой стряслось? — спросила я у него.

Он широко улыбнулся мне.

— А ты чего кричишь-то?

Я понизила голос.

— Прости. У меня всё ещё в ушах звенит от заклинания Ориаса. Почему ты весь в крови?

— Дрекс-демон. Понятия не имел, что эти твари так сильно «опорожняются».

Я вся обзавидовалась.

— Ты убил дрекса?

— Ага. Броку тоже один достался, — его глаза сияли радостным возбуждением. — Ну и ночка, да?

Я потёрла висок. У меня начиналась жуткая головная боль.

— Можешь повторить ещё раз?

Мейсон положил руку на моё плечо.

— Эй, ты в порядке? Ты вдруг побледнела.

— Просто головная боль. Уверена, скоро пройдёт.

— Подожди. Я дам тебе немного пасты… — он умолк и уставился на что-то позади меня. Что бы он там ни увидел, это вынудило его поспешно отступить.

— Что? — Я обернулась и обнаружила стоящего за моей спиной Хамида.

Выражение его лица было мрачным и нечитаемым.

— Ты пострадала, — натянуто вымолвил он.

Я нахмурилась, сбитая с толку его вниманием.

— Немного голова болит. Пустяки.

— Ты должна показаться лекарю.

— Мне не нужен лекарь. — Если кто в нём и нуждался, так это он. Но что бы ни так с ним не было, это до чёртиков пугало.

Я уже собиралась окликнуть Ориаса, когда Хамид вторгся в моё личное пространство. Ещё до того, как я успела отпрянуть, он обхватил мою щёку с отнюдь неожиданной нежностью для такого большого воина.

Я ахнула, когда тёплое покалывающее ощущение стало исходить из меня, и моё сердце начало так громко стучать, что я слышала его в ушах. Моё тело загудело странной энергией, и это ощущалось, словно я переживала мощнейший в своей жизни всплеск адреналина.

Внезапно головная боль прошла, вместе со звоном в ушах. И тогда-то я ощутила необычный трепет в моём сознании, который, видимо, исходил от моего Мори. Такого я раньше никогда не испытывала, и мне стало интересно, не повлияла ли магия Ориаса как-то на моего демона. Может быть, Хамид был прав и я всё-таки должна показаться лекарю.

Подняв руку, я осторожно отвела ладонь Хамида от своего лица, а затем отступила, выставив перед собой руку, чтобы удержать его на расстоянии. Я никогда не скромничала, как и не испытывала неловкости от мужского внимания, но я была в некоторой степени взбудоражена его близостью и его прикосновением. Я ощутила себя слабой и уязвимой, и мне нисколечко это не понравилось.

— Ты немного пугаешь меня, здоровяк, — как можно добрее попыталась произнести я. — Никогда не думала, что скажу это, но я бы хотела, чтобы прежний Хамид вернулся. Сделай приятное.

Замешательство затуманило его глаза, подпитав мои подозрения, что он испытывал некое побочное действие заклинания. Хамид, которого я знала, свысока бы посмотрел на меня и заявил бы, что здесь не место для юных воинов. Бла, бла, бла. Он, однозначно, не стал бы топтаться вокруг меня и прикасаться ко мне, будто я была хрустальной и могла сломаться.

— Ориас, — громко позвала я, когда Хамид не ответил на моё замечание. — Не можешь подойти сюда.

Ведьмак возник рядом со мной.

— Да?

Я повернулась к нему.

— Ты уверен, что заклинание никак не навредило нам? — спросила я, многозначительно склонив голову в сторону Хамида. — Может, стоит как-то перепроверить.

Ориас задумчиво прищурил глаза, переводя взгляд с меня на Хамида.

— Меня не удивит, если вам обоим не по себе после этого. Я могу наложить другое заклинание и посмотреть осталась ли какая магия на вас.

— Отлично, — выпалила я. — Можешь начать с Хамида.

Я буквально пихнула ведьмака к молчаливому воину и поспешила к Раулю, который разговаривал по телефону. Вероятно, вызывал группу зачистки. Потребуется большая группа убрать учинённый беспорядок.

Он закончил разговор и вопросительно посмотрел на меня.

— Что у тебя происходит с Хамидом?

— Мне известно не больше твоего, — я махнула рукой на кровавую бойню перед нами. — И что теперь?

— Тристан звонит губернатору и мэру, пока мы с тобой тут разговариваем, а Совет уже собрал команду учёных и отправляет к нам. Они хотят, чтобы мы оставили тут всё нетронутым, до их прибытия.

— А люди ничего не заподозрят, если школа ни с того ни с сего закроется? — спросила я.

Рауль пожал плечами.

— Городская администрация разберётся с этим. Уверен, у них найдётся правдоподобная история.

Я наблюдала за Вивиан, Ароном и Юджином, которые разговаривали, обходя периметр большого круга. Теперь, когда всё закончилось, сложно было поверить, что всего несколько минут назад я видела, как кто-то прорвал брешь в барьере в демоническое измерение. Это должно было быть невозможным, но я видела это своими собственными глазами.

К нам подошёл Мейсон.

— Как твоя голова, Джордан?

— Ты ударилась головой? — поинтересовался Рауль. — Почему ничего не сказала?

Я вздохнула, устав от сюсюкающихся со мной людей.

— С головой всё отлично. Немного болела, но уже всё прошло.

Я решила не говорить о том, что мой Мори устраивает сцены, боясь, что Рауль может посадить меня дома на несколько дней. Меньше всего мне хотелось быть запертой в доме, в котором присутствовал Хамид, особенно в его нынешнем состоянии.

Мой Мори снова затрепетал и послал по мне волну радостного возбуждения. Подобно магнитному притяжению, мой взгляд метнулся к воину, который был вовлечён в беседу с Ориасом на другом конце зала. Мужчины прекратили разговор, как только к ним подошла Вивиан. Она что-то сказала и улыбнулась Хамиду.

Моё тело невольно оцепенело, и рычание наполнило голову вместе с единственным словом.

«Мой».

Потрясение растеклось по мне, и я пошатнулась, когда подобно удару фуры на меня обрушилась истина.

Рауль придержал меня.

— С тобой всё хорошо?

— Да, — я засмеялась в попытке скрыть свой дрожащий голос. — Ночка была безумной.

Мейсон усмехнулся.

— Это ещё мягко сказано.

«Солми», — неистово прорычал мой Мори.

В панике мысли понеслись с бешеной скоростью. Нет, нет, нет! Исключено. Быть этого не может.

Голос в моей голове стал более настойчивым. «Солми».

Заткнись! Я оторвала взгляд от Хамида, стараясь заглушить своего демона, но было слишком поздно. Ущерб уже был нанесён.

Неудивительно, что Хамид вёл себя так странно. Я-то думала заклинание заморочило ему голову, а всё дело было в узах.

Наших узах.

От страха и отрицания меня замутило. Я не могла быть связана узами. Я не хотела пару, и никак не его. Он мне даже не нравился, и он едва выносил меня.

О, Боже, это полная лажа.

Воздух в зале сгустился, и мне стало трудно дышать. Мне надо было убираться к чертям собачьим отсюда, убежать от него.

— Ты уверена, что тебя ничего не беспокоит? — снова спросил Рауль. — Ты немного бледная.

Я обуздала своё выражение лица.

— Вообще-то, думаю, мне не помешает выйти на свежий воздух после того, как магия Ориаса едва не поджарила меня, а потом Хамид чуть не расплющил меня.

Рауль внимательно посмотрел на меня.

— Почему бы тебе не вернуться домой и не показаться лекарю? Так, на всякий случай. Мы тут и без тебя справимся.

— Мне надо всего несколько минут. — Я хотела как можно дальше убраться от Хамида, но, ни за что не уеду домой посреди работы. Да и лекарь тут уже ничем не поможет.

Рауль улыбнулся, но его голос остался строгим:

— Я приказываю тебе, как старший по званию, показаться лекарям. Вернешься, как только они позволят тебе.

— Хорошо. Но не думай, что можешь начать командовать мной.

Он рассмеялся.

— Даже не мечтал об этом.

Я вышла через дверь, через которую мы вошли, и хотя я старалась не смотреть в сторону Хамида, я чувствовала на себе его взгляд, пока не покинула зал.

В коридоре я встретила Кайдена, который выглядел перепуганным и растерянным, и я сказала ему, что если у нас есть его контактные данные, он может уходить. Он закивал и поспешил прочь. Я не винила его за желание поскорее убраться отсюда, хотя у меня были совсем другие причины на это.

Как только главная дверь школы закрылась за мной, я согнулась пополам и стала ртом хватать холодный ночной воздух. Паника вновь грозила одолеть меня, и я заставила себя успокоиться, начав медитативную технику дыхания, которой научилась много лет назад.

Я почти обрела над собой контроль, как вдруг мой Мори начал трепетать, напомнив мне, почему буквально минуту назад я едва не переволновалась. Трепет становился интенсивней, и растущее возбуждение моего Мори подсказало мне, что ко мне приближался Хамид. Уж кого-кого, а его я хотела видеть меньше всего в моём нынешнем состоянии.

Я подбежала к своему мотоциклу, вложила меч и рванула с места, даже не потрудившись надеть шлем. Я мельком заметила, как он покатился по асфальту позади меня, когда я выжала газ и покинула парковку. Мне не надо было оборачиваться, чтобы понять, что Хамид вышел на улицу и наблюдал за моим бегством. Я практически чувствовала на себе жар его прожигающего взгляда.

Я вынудила себя сбросить скорость, как только перестала чувствовать присутствие Хамида. Не хотелось разбивать свой байк, да и мне требовалось время, чтобы очистить голову до того, как я вернусь домой. Если я приеду в таком состоянии, скрыть что что-то не так будет невозможно, а я была не в настроении отвечать на расспросы.

Я умудрилась избежать Хамида сейчас, но рано или поздно он найдёт меня. Мы были связаны, и он захочет обсудить это. При нормальных обстоятельствах, я бы ожидала, что он разорвёт узы, но сегодня он был сам не свой. То, как он пылинки с меня сдувал и прикасался к моему лицу, было типичным мужским поведением с его парой. Я была убеждена, что удар волной заклинания был всему причиной этого.

— Чёрт! — заорала я.

Это всё дело рук Ориаса, и мне захотелось вернуться и надрать ему задницу за мои проблемы.

Логическая сторона моего сознания понимала, что ведьмак тут ни при чём. Если бы он не поработал с этим заклинанием, одному Богу известно, что случилось бы сегодня. Но моя эмоциональная сторона, которая была на грани срыва, нуждалась в козле отпущения.

Я смогла успокоиться ко времени, как достигла командного центра, и прямиком направилась в гостевой домик, чтобы показаться лекарям. Я знала, что Рауль обязательно поинтересуется у них приходила ли я, и он вынесет мне мозг, если я этого не сделаю.

Как только Лесли выдала мне «справку о хорошем состоянии здоровья», я задумалась, стоит ли возвращаться в школу. Я никогда не оставляла работу незаконченной, но от мысли, что я увижу Хамида, в моём желудке открылась язва. Я вошла в комнату управления, где сегодня вели мониторинг за компьютерами Калеб и Уилл. Они уже получили от Рауля новость о происшествии в школе и завалили меня вопросам, на которые я по возможности постаралась ответить.

Когда уже нельзя было оттягивать момент, я сказала им, что увидимся позже, и вернулась к своему мотоциклу. Я уже собиралась завести двигатель, когда меня перехватил Калеб.

Он положил руку на ручку руля.

— Ты прямо сейчас должна вернуться в школу?

— Нет, а что?

— Мы только что получили звонок о вероятном нападении вампира в Малибу. Не хочешь поехать со мной, проверить?

— Конечно, — ответила я, скрывая накрывшее меня облегчение.

Калеб направился к своему мотоциклу. Я быстро набрала Раулю и уведомила его о реагировании на вызов вместе с другим воином, и что я не вернусь в школу.

— Ты лекарям показалась? — поинтересовался Рауль.

Я закатила глаза, хоть он и не мог видеть меня.

— Да, папочка.

— Хорошо, — его голос утратил его обычное веселье. — Мне не надо говорить тебе быть предельно бдительной после того, что тут сегодня произошло.

Если бы это сказал кто-то другой, я вполне вероятно разозлилась бы. Но мы с Раулем дружили уже как три года, и я знала, что он не сомневался в моих способностях. События в школе ошеломили всех, и он просо переживал за меня.

— Буду, — я услышала, что мотоцикл Калеба ожил. — Пора выдвигаться. Поболтаем позже, начальник.

* * *

— И как долго это займёт? — спросила я, уставившись в потолок гостиной комнаты гостевого домика. Я лежала на ковре, где ранее стоял кофейный столик, пока Ориас вышагивал вокруг меня, что-то скандируя и размахивая надо мной руками.

Ориас остановился и бросил на меня раздражённый взгляд.

— Пойдёт всё гораздо быстрее, если ты будешь лежать смирно и перестанешь задавать вопросы.

Я громко фыркнула и нахмурилась, разглядывая светильник над головой. Я уже час как лежала тут, пока он проводил надо мной свои магические тесты, чтобы проверить нет ли у меня никаких побочных эффектов от его заклинания. Я попыталась забыть, что сама же и предложила, чтобы он протестировал меня с Хамидом и выяснил, почему прошлой ночью воин вёл себя не-как-Хамид. Конечно же, это было до того, как я узнала истинную причину потока дерьма, в который я угодила.

Мой Мори-предатель снова затрепетал, чем ещё больше выбесил меня, напомнив мне, что поблизости находился воин. Вполне вероятно стоял за дверью и ждал, пока Ориас закончит со мной. Из-за ситуации в школе, Хамид и другие следователи Совета были крайне заняты ночью, а это означает, что я не видела его с того момента, как между нами протянулись узы. Я скривила лицо. Даже сама мысль о связи с кем-то, не говоря уже с ним, вызывала у меня приступ тошноты. Ещё немного и завтрак выйдет наружу.

— Хммм, — пробормотал Ориас.

Я склонила голову на бок и подняла на него глаза.

— Что хммм?

— Я уловил некую остаточную магию вокруг тебя, которой не должно быть. Интересно.

— Что, чёрт возьми, это вообще значит?

Он потёр подбородок.

— Я пока что не знаю. Это может быть пустяк.

Я села и свирепо взглянула на него.

— Может быть пустяк? И это всё, что ты можешь сказать?

Он посмотрел на меня сверху вниз.

— Это не точная наука. В магии существует множество нюансов, которые могут затруднить её распознавание.

— Но это же твоя магия.

Ориас утрированно вздохнул, словно я должна была уже и так знать, что он собирался сказать мне.

— Ты с Хамидом попала под перекрёстный огонь между моим сковывающим заклинанием и тем, что было использовано для открытия барьера. Когда две магии сливаются, они формируют нечто новое.

Попали под перекрёстный огонь двух заклинаний? Озноб заколол в затылок, как только я вспомнила дыру, появившуюся в барьере. Если магия была на такое способна, что она могла сделать со мной и Хамидом?

— И что теперь? — спросила я.

— Я буду больше понимать после повторного обследования Хамида. А пока ты можешь идти.

— Спасибо, — пробормотала я, поднимаясь с ковра.

Я подошла к двери и открыла её, сделав удивлённый вид, когда увидела Хамида. Он стоял, прислонившись к стене и сложив руки на груди. Тёмно-синяя рубашка хенли, едва ли скрывала мускулы под ней, и на краткий миг я задумалась, а не была ли она сшита на заказ. Разве производили приемлемую для таких широких плеч одежду?

Мой Мори задрожал, и по мне растеклось тепло.

Блин! Прекращай!

Я скрыла реакцию тела на Хамида за маской раздражения.

— Если ждёшь Ориаса, он весь твой.

Я едва сделала пару шагов от двери, когда он схватил меня за руку и развернул к себе лицом. Выражение его лица было жёстким, и я не могла понять, то ли злость, то ли решимость или какая-то другая эмоция полыхала в его глазах. Чем бы это ни было, всё моё тело затрепетало от ощущения его близости.

— Нам надо поговорить, — бесцеремонно произнёс он.

— О чём? — я рванула руку из его хватки и, на удивление, он отпустил её.

Он уставился на меня, словно я говорила на другом языке.

— О том, что случилось прошлой ночью.

— Ты был там и видел всё то же самое, что и я, — ответила я. Мой голос изобличил растущее в моей душе опасение. — Если тебе надо узнать что-то ещё, можешь прочитать обо всём в отчёте.

Он прищурил глаза.

— Рад слышать это, но я хочу поговорить о том, что случилось между мной и тобой.

— Между нами? — я нахмурилась. — О, поняла. Ты хочешь, чтобы я поблагодарила тебя за спасение меня-малышки от больших плохих демонов.

Хамид свёл брови, и стало сложно не съёжиться под его проницательным чтением меня.

— Зачем ты притворяешься? — спросил он с ноткой нетерпения.

— Притворяюсь в чём?

— В том, что наши Мори не связались узами прошлой ночью.

Я разинула рот и распахнула широко глаза в притворном потрясении.

— Да ты с ума сошёл, — произнесла я со всем скептицизмом, что смогла выдавить из себя, не переборщив.

Жёсткие линии его лица смягчились.

— Понимаю, что это расстраивает тебя, но отрицание не изменит факта, что мы связаны.

— Прекрати повторять это, — не выдержала я.

— Почему? — с вызовом спросил он. — Ведь это правда.

— Нет, — заупрямилась я.

Во время бессонной ночи я разработала блестящий план — просто всё отрицать. Теперь же, когда я стояла лицом к лицу с ним, мой план уже не казался столь блестящим. Но иного плана у меня не было, так что я придерживалась намеченного сценария.

Он протянул руку и взял меня за руку, сомкнув свои сильные пальцы вокруг моих, не давая мне отстраниться. Мой Мори сошёл с ума от контакта, и моё сердце начала колотиться о грудную клетку.

— Я знаю, ты чувствуешь то же самое, что и я, — хрипло произнёс он. — Я вижу это по твоим глазам.

Изысканная дрожь пронеслась по мне, и я остановила себя раньше, чем смогла прильнуть к нему. Я сухо сглотнула.

— Ты видишь то, что хочешь видеть.

Его брови поползли вверх.

— Думаешь, я хотел этого?

Свободной рукой я с силой пихнула его в грудь.

— Да пошёл ты. Ты полный засранец.

Позади нас открылась дверь, и выглянул Ориас. Он посмотрел на Хамида, но потом перевёл взгляд на меня.

— О, как хорошо. Ты ещё тут, Джордан. У меня возникла мысль насчёт магии, которую я ощутил на тебе, и вы нужны мне оба, чтобы проверить теорию.

— Что за магия? — спросил Хамид, всё ещё держа мою руку, невзирая на мои попытки вырваться из его хватки.

Если Ориас и заметил безмолвную борьбу за власть, ведомую между нами, он не обмолвился ни словом. Он дал Хамиду такое же объяснение, что и мне, о двух слившихся потоках магии, и попросил нас войти внутрь, чтобы он смог провести обряд озарения на нас двоих одновременно.

— Это позволит мне увидеть у двоих ли вас остатки одной и той же магии и даст мне лучшее понимание как выглядит эта магия, — сказал он.

— И почему это столь важно? — я не хотела оставаться с Хамидом ни на секунду дольше, чем это требовалось.

Глаза ведьмака засветились.

— Если я смогу ощутить структуру магии, возможно, я смогу отделить свою от чужой. Отделение чужой магии поможет нам выяснить, как она была использована для открытия барьера.

Я уставилась на него.

— Ты можешь сделать это?

— Я уже такое раньше делал, хотя и не со столь совершенной магией, — признался он. — Я, несомненно, приложу все свои усилия. Если кто и знает что лежит за этим барьером, так это я, и я не хочу, чтобы это было выпущено в мир.

Хамид кивнул.

— Что от нас требуется?

Ориас отступил в сторону и жестом пригласил нас внутрь дома.

— Всего несколько минут вашего времени для проведения обряда.

— Ладно. Давайте уже сделаем это.

Я выдернула руку из хватки Хамида и вошла в дом вперед него. Внутри Ориас приказал нам встать в центре гостиной комнаты лицом друг к другу, в метре друг от друга, но не касаясь. Положив каждому на плечо руку, он пробормотал ряд слов, которые для меня прозвучали как полная тарабарщина. Он убрал руки, и жёлтый бесформенный пузырь образовался вокруг нас с Хамидом, погасив все звуки, за исключением нашего тихого дыхания.

Заключённая внутри пузыря с Хамидом, я крайне ощущала его близость. Благодаря разнице в росте, я не могла посмотреть ему в глаза, не задрав голову, поэтому я сосредоточила свой взгляд на его горле. Но игнорировать его было невозможно, особенно когда его восхитительный мужской запах окружал меня. Его запах заставлял меня думать об экзотических специях и горячих бризах пустыни, и мне с трудом удавалось не закрыть глаза и не вдохнуть поглубже.

Минуты шли. Хамид был неподвижным как статуя, но я вскоре начала переминаться с ноги на ногу. Почему так долго, чёрт возьми?

Наконец-то Ориас поднял руку. С едва уловимым хлопком пузырь исчез. Как бы сильно я не хотела убраться прочь от Хамида, я осталась там, где стояла, пока ведьмак не сказал, что я могу двигаться. Мне не хотелось повтора обряда.

— Думаю, у меня есть то, что надо, — сказал Ориас. — Вы можете идти.

Я отступила назад на несколько шагов.

— Сколько времени у тебя уйдёт на отделение магии?

— Как минимум несколько дней, — он улыбнулся. — И потом начнётся самое весёлое. Магия, которая открыла барьер, оказалась самой могущественной из всех, что я когда-либо встречал. Немного дольше займёт её изучение и только потом уже можно будет её взломать.

— Мы ценим твою помощь в этом, — сказал ему Хамид, и мы втроём направились на улицу. — Будем ждать от тебя новостей.

— Я свяжусь с вами, как только что-нибудь узнаю, — Ориас открыл дверь. — А пока старайтесь держаться подальше от других типов магии, пока остатки этого заклинания не выветрятся.

— Спасибо.

Я вышла во двор и зашагала к главному дому, не оглядываясь. Мне надо было найти Рауля и обсудить планы, пока день вовсе не покатился к чертям.

— Ты куда? — окликнул меня Хамид.

— Дела делать, — выкрикнула я.

— Дела могут подождать. Мы не закончили.

Ощетинившись от команды в его тоне, я резко развернулась к нему лицом.

— Так мы уже давно закончили.

Он нахмурился.

— Ты позабыла, что мы связаны?

— Больше нет. Я освобождаю тебя от связи.

— Освобождаешь меня? — он повторил слова, словно они были лишены смысла для него.

— Всё верно. Поскольку никто из нас не хочет иметь пару, говорить больше не о чем, — я снова повернулась к нему спиной. — Счастливо оставаться, Хамид.

ГЛАВА 6

Я сняла шлем и уставилась на двухэтажный промышленный склад, который расположился в огромной огороженной промзоне в самом центре Чикаго. Со своего места перед главным входом в здание я разглядела несколько камер видеонаблюдения, установленных по периметру владения, и я помахала в самую ближайшую ко мне. Без сомнений кто-то наблюдал за мной, сидя за рабочим местом в центре управления.

Выставив ножку у мотоцикла, я слезла с него и потянулась, растягивая застой от трёхдневной дороги. Я могла бы прилететь на самолёте из Лос-Анджелеса, а «Дукати» перебросили бы сюда, но я пребывала в отчаянной спешке. Мне срочно надо было уехать после столкновения с ним-чьё-имя-нельзя-упоминать. И мне надо было побыть наедине с самой собой, очистить голову до приезда сюда. Ничто так не очищало голову как поездка на быстром мотоцикле через всю страну.

Я схватила спортивную сумку, которую поспешно собрала после того, как уведомила Рауля о своей поездке в Чикаго. Его удивило моё желание уехать, учитывая все эти волнительные события в Лос-Анджелесе, но я напомнила ему, что для меня работы там особо не осталось после наплыва воинов и научных сотрудников, присланных Советом. Будет лучше, если я отдам свою комнату одному из них и воспользуюсь возможностью навестить Сару с Бет. Когда он спросил, как долго я планирую отсутствовать, я дала ему неопределённый ответ. Правда была такова, что ответа у меня не было. Как много времени требуется на то, чтобы новообразованная связь исчезла?

Мой Мори несчастно взвыл. И он частенько это делал с момента, как я покинула Лос-Анджелес три дня назад. Я прошла несколько кругов чего-то, что очень напоминало депрессию, и за неё я винила своего унылого демона. Он не очень хорошо переносил разрыв связи, и мне очень хотелось, чтобы это уже закончилось. В конце концов, мы и суток не были связаны узами.

Я направилась к маленькой двери у погрузочной платформы и остановилась, меня внезапно накрыла волна головокружения.

Стоя смирно, я подождала, когда чувство дурноты пройдёт, а потом продолжила идти. За последние два дня я уже дважды побывала в предобморочном состоянии, и мне было интересно, не было ли это побочным действием разрыва связи. Хотела бы я спросить у кого-нибудь об этом, но я в жизни никому не признаюсь, что связана с Хамидом Сафиром. Я унесу этот секрет с собой в могилу.

Я потянулась к ручке и заметила встроенную цифровую панель. Но дверь распахнулась раньше, чем я успела задаться вопросом как войти, и кричащая блондинка кинулась мне на шею.

Бет так крепко меня обняла, что стало трудно дышать.

— Ну, наконец-то.

Я проскрипела с улыбкой:

— И я рада тебя видеть.

Она отстранилась и улыбнулась мне.

— Мы весь день ждали после твоего сообщения о приезде. Пошли. Мне не терпится тебе всё тут показать.

Я последовала за ней внутрь и оказалась в огромном погрузочном отделении, который теперь служил парковкой для мотоциклов и внедорожников. Я думала, что помещение будет плохо освещено, но высокие окна и световые люки давали хороший свет. По словам Бет, все окна и люки были установлены в процессе реновации.

Она повела меня вглубь здания, показывая комнаты, которые были построены вдоль широкой основной зоны.

— Спортзал, оружейная, переговорная, камеры, — сказала она, идя мимо нескольких дверей.

Я притормозила и уставилась на последнюю дверь.

— У вас есть камеры? И вы уже их использовали?

— Пока нет. Мы пока ещё не на все сто процентов устроили тут всё и заработали. Сейчас здесь находится только основной костяк, но когда мы закончим, это место будет функционировать в том числе, как бастион.

Я присвистнула.

— Я впечатлена.

Бет улыбнулась.

— Совет денег не жалеет на эти командные центры. И на всё, что им взбредёт в голову, они дают нам. У нас есть даже огромный генератор за зданием, на случай если будет сбой в электроснабжении… или апокалипсис.

Я усмехнулась.

— Мило.

— А это зал управления, — она указала на закрытую дверь, но не стала останавливаться. — Мы покажем тебе его позже. А сейчас у меня приказ найти Сару и ничем другим до этого не заниматься. Есть у меня подозрения, где она сейчас.

Мы миновали пару двойных дверей в конце здания и вышли в большую открытую зону, составляющую гостиную-столовую и современную кухню. Помещение было притягательным и уютным, и явно прослеживалась женская рука в обустройстве и выборе цветовой гаммы и мебели. Тут было много диванов и ковров и длинный деревянный стол, который мог уместить минимум с десяток людей.

Хотя лучшей достопримечательностью была изящная брюнетка, стоявшая у острова огромной кухни и поедающая гору спагетти. Сара несколько секунд таращилась на меня, с застывшей на полпути к открытому рту вилкой. Затем она пронзительно завопила и уронила прибор.

— Ты тут! — воскликнула она, побежав ко мне.

Я не видела Сару с Рождества, и от вида её округлившегося живота у меня глаза на лоб полезли. Он не был размером с футбольный мяч, как она утверждала, но уже вполне заметная выпуклость под свитером. Ничего себе. У моей лучшей подружки будет малыш. Вплоть до этой минуты всё это казалось нереальным.

Она засияла, приблизившись ко мне, и не в том смысле, как сияют беременные женщины. Нежная голубовато-белая аура окружала её, и я рассмотрела крошечные синие искры, мерцающие в её тёмных волосах.

— Сара, — Бет замахала руками, привлекая внимание Сары. — Ты снова делаешь это.

Сара остановилась как вкопанная и опустила взгляд на своё тело. Она вздохнула и положила руки на живот, нежно заговорив с малышом, которого носила.

— Успокойся, малютка. Я знаю, что ты рада видеть тетю Джордан, но мы же не хотим нечаянно ошарашить её, верно?

Я в изумлении наблюдала, как сияние вокруг Сары померкло, и улыбка истинной радости осветила её лицо. Она нежно погладила живот.

— Ты моя хорошая девочка. А теперь давай поздороваемся с тётей Джордан.

— Тётя Джордан? — переспросила я, хитро улыбнувшись, когда Сара снова посмотрела на меня.

Сара пожала плечами.

— Вы с Бет как сёстры для меня, так что, конечно же, вы её тети.

Тепло затопило грудь.

— И я буду самой крутой тётей в мире. Я научу её всему, что знаю.

Бет рассмеялась.

— Может не всему.

— Не порти мне дочь, — произнесла Сара с наигранной суровостью, потянувшись обнимать меня.

В памяти всплыло предупреждение Ориаса, и я попятилась назад раньше, чем она успела прикоснуться ко мне.

Сара нахмурилась.

— Теперь неопасно.

— Дело не в этом, — уверила я её. — Вы слышали о происшествии в школе?

Сара бросила на меня «да ты шутишь» взгляд.

— Да. Все только об этом и говорят последние дни.

— Значит, вы знаете, что мы с Хамидом оказались меж двух заклятий?

Сара с Бет кивнули.

— Ориас проверил нас, чтобы убедиться всё ли с нами в порядке, и он сказал, что на нас остались следы магии. Скоро следы исчезнут, но он предупредил нас не вступать в контакт с другой магией до тех пор. Мы не совсем уверены, что эта магия может сделать, так что думаю, нам не стоит рисковать, особенно с ребёнком.

Как обычно бесстрашная Сара протянула ко мне руку, достаточно близко, чтобы ощутить магию, о которой я сообщила, но не прикоснулась ко мне. Её рука тут же начала сиять и искры магии потекли по её коже.

Она одёрнула руку.

— Ориас сказал вам, что это демоническая магия?

Я прокрутила в голове всё, что ведьмак сказал мне.

— Нет, но это вполне логично, учитывая, что именно демон наложил заклинание для открытия барьера.

Сара поджала губы.

— Сомневаюсь, что она может навредить мне или ребёнку. Меня больше волнует о том, что наш дар может сделать с ней.

— А разве магия фейри не нейтрализует все остальные виды мании? — спросила Бет.

— Да, но это не так просто. Магия не просто повисла на Джордан. Она присоединилась к ней. Моя сила может не заметить разницу и…

— И больше нет никакой тётушки Джордан, — закончила я за неё. И только потом я поняла смысл её слов. — Что ты имеешь в виду, что она присоединилась ко мне? Ориас не упоминал об этом.

Сара жестом позвала меня на кухню. Она встала у острова, подняла вилку и съела порцию спагетти. Потом она ответила мне:

— Прости. Я последние дни постоянно голодна, — она вытерла рот салфеткой. — Сила фейри гораздо сильнее магии ведьмака, и она очень чувствительна к демонам. И когда я знаю, на что смотреть, я способна увидеть магию вокруг тебя гораздо яснее, чем Ориас.

— Прелестно, — я уселась на гранитную столешницу острова, на безопасном расстоянии от Сары. — Не так я планировала начать свой визит к вам. Я даже не могу подойти к тебе.

— Уверена, это скоро пройдёт. Ориас, может, и не так силен, как я, но он знает свою работу, — Сара впихнула ещё одну порцию спагетти в рот. — Самое главное, что ты здесь.

Бет схватила три бутылки воды из холодильника и передала одну мне.

— Мы все хотим услышать о том, что происходит в Лос-Анджелесе. Чтение отчётов не сравниться с рассказом из первых уст. Я до сих пор не могу поверить, что ты, в самом деле, наблюдала, как кто-то открыл барьер. Каково это было?

— Это было… нереально. И страшно. — Во многих смыслах.

Сара отпила воды из бутылки.

— Расскажи нам всё.

Я глубоко вздохнула и принялась рассказывать о событиях в спортзале школы, сдобрив деталями, которые смогла вспомнить. Стоило мне подойти к части, где Хамид перехватил меня, как девочки заохали и заахали в восторге. Я постаралась не допустить никакого упоминания об его странном поведении, как и утаила тот факт, что мы с ним связаны узами.

Бет издала дурачливый припадочный звук.

— Он бросился тебя спасать.

— Меня не надо было спасать, — проворчала я. — Я отлично сама справлялась, пока он не решил включить альфа-самца в отношении меня.

— Альфа-самца, да? — повторила Сара с хитрющей ухмылкой. — Я никогда не видела Хамида в действии, но помню, как при первой нашей встречи подумала, что он довольно пугающий. И насколько я помню, ты сказала, что он идеален.

Я скривила лицо.

— Не напоминай мне.

— А что было потом? — спросила Бет.

— Особо ничего и не было, — соврала я. — У меня разыгралась головная боль из-за магии, поэтому Рауль отправил меня обратно домой и настоял показаться лекарям. Я планировала вернуться в школу, но Калеб попросил меня отправиться с ним на работу.

Сара подозрительно рассматривала меня.

— И с каких это пор ты пропускаешь нечто подобное ради обычного задания?

Я приподняла плечо.

— Рауль сказал мне, что они будут просто обеспечивать безопасность места до прибытия других групп Совета. Мне нечего было там делать, а ты же знаешь, как я не люблю сидеть без дела.

— Верно, — она положила вилку, довольно вздохнув.

Я покачала головой, посмотрев на теперь уже пустую тарелку.

— А в твоём животе вообще места хватает для всей этой еды?

Сара рассмеялась.

— Ты же знаешь, какой у нас быстрый метаболизм. Он усиливается вдвое при беременности. А когда в тебе растёт ребёнок-фейри, он удваивается вторично.

Мои глаза округлились.

— Проклятье.

Она отнесла тарелку к раковине и вымыла её.

— Эльдеорин с Айне говорят, что обычно беременность фейри не делает матерей такими голодными, но я наполовину Мохири, и это всё меняет.

— Полагаю в этом есть смысл, — ответила я. — И что насчёт свечения, которое началось при моём появлении? Это напомнило мне о времени, когда ты светилась до начала лианнана.

— Ах, это. Она всегда чувствует счастлива или расстроена я, и она реагирует единственным известным ей способом, — сказала Сара, указав на гостиную зону.

— А это нормально? — я села в кожаное кресло, а Бет заняла второе.

Сара села на край дивана и закинула на него ноги.

— Да. И Эльдеорин говорит, насколько он может судить, она здоровая и счастливая.

Я застучала пальцами по подлокотнику кресла.

— Насколько он может судить? А он разве не лучший лекарь? Не должен ли он видеть всё, что там происходит?

Сара снова положила руку на живот. Похоже, она частенько это делала.

— Помнишь, когда Эльдеорин ввёл меня в глубокий сон, чтобы помочь моему телу приспособиться к лианнану? Он сказал, что я возвела стену вокруг своего Мори для защиты его от магии фейри. Ну, эта малышка пошла в маму. Похоже, она защищает своего Мори от моего дара и сил Эльдеорина. Я чувствую её в себе, но не могу видеть её, как и никто из других фейри.

— Ничего себе.

— И я такого же мнения, — раздался мужской голос, который я слишком хорошо знала. Я подняла глаза и увидела входящего в комнату Николаса.

Он улыбнулся мне и прямиком направился к Саре. Наклонившись, он оставил лёгкий поцелуй на её губах. Затем он приподнял её ноги и, сев рядом с ней, положил её ноги на свои колени. Я множество раз видела его привязанность к Саре, но в его отношении появилась новая мягкость, которой раньше не было.

— Рад, что ты приехала к нам, — сказал мне Николас, потирая ноги Сары.

— Я тоже, — я уставилась на него. — Как так твой ребёнок не устраивает тебе встряски?

— Шутишь? — рассмеявшись, Сара взяла Николаса за руку и положила её поверх своего живота. — Она всецело обожает своего папочку.

Я закатила глаза.

— Я умру тут от вашей мимишности.

Николас изогнул бровь, поглядев на меня, но я заметила, что руку он не убрал. Попался.

— Как долго пробудешь в Чикаго? — поинтересовался он у меня.

— Уже пытаешься от меня избавиться?

Он улыбнулся.

— Ты можешь оставаться сколько захочешь. Хотя я удивлён, что ты решила сейчас приехать, учитывая происходящие в Лос-Анджелесе события.

Я нахмурилась.

— Город буквально кишит следователями Совета, а ты прекрасно знаешь, что они не позволяют мне никуда влезть. Они хотят, чтобы я стояла в стороне как хорошая маленькая девочка. Нет уж, спасибо.

И это правда. Я просто опустила часть о моей связи с самым раздражающим воином и теперешнем её разрыве. Мелочи, о которых им и не надо знать. Вообще.

— Ну, у нас тут достаточно для тебя работы, — сказал он. — Отдохни, город посмотри пару дней, прежде чем преступишь.

— Боже, нет, — я скривила лицо. — Пожалуйста, дай мне работу.

Меньше всего мне хотелось ошиваться тут, ничего не делая. Мне надо было занять себя делами, которые полностью поглотят мой разум и не дадут мне и мысли допустить о том, что я предпочла бы забыть. Яснее ясного, что заявление о желании разорвать связь не стирало все мысли о другом человеке из твоего сознания. И это был важный момент, которым со мной никто не поделился, когда мне рассказывали о создании уз.

Николас издал низкий смешок.

— Ладно. Завтра можешь приступить к патрулированию.

* * *

Прошла уже неделя.

— Так, это вракк, — произнесла Бет, когда я направилась в сторону, казалось бы, заброшенного здания из красного кирпича.

Снаружи было припарковано несколько машин, и единственный шум исходил от самолётов, которые взлетали и приземлялись в аэропорту неподалёку.

— С виду так себе, но подожди, пока не увидишь что там внутри, — я улыбнулась, вспомнив мой первый визит на демонический рынок в Сан-Франциско. Я поехала туда на своём первом задании с Крисом, и в итоге нас загнали в тупик восемь гулаков. Но появилась Сара и сравняла шансы. Хорошие были времена.

Однако сегодня посещение не носило официальный характер. Мы поехали сюда по просьбе Сары, которую попросили найти сбежавшего подростка мокс-демона из Детройта. Кто-то заметил его там. Сара не могла входить во вракк из-за своевольности своего дара сейчас, поэтому она попросила нас сходить за неё.

Я открыла дверь и вошла в тихое здание. Два шага внутрь и создалось впечатление, будто кто-то щёлкнул выключателем и включил звук. Это было знаком, что я прошла сквозь демонические чары, защищавшие здание. Чары должны были удерживать в стороне не-демонов, а так же заглушать все звуки этого места.

Мы прошли по короткому коридору и вошли в широкую торговую зону, которая представляла собой лабиринт из крошечных магазинов и палаток, где торговали всем, начиная с продуктов питания, одежды, лекарств и заканчивая домашней утварью.

В некоторых магазинчиках, мимо которых мы проходили, жарили мясо. Я бы ни за какие деньги не согласилась это попробовать. Я хоть и была авантюристкой, но у демонов были совсем другие предпочтения в еде. Вероятней всего, меня вырвет, если я узнаю, что ем мясо беса-миноги, которого, кстати, некоторые демоны считали деликатесом.

Вракк кипел жизнью. Продавцы нахваливали во всё горло свой товар, когда демоны всех форм и размеров проходили мимо. Взрослые общались и делали покупки, одновременно стараясь не упустить из виду бегающих повсюду детей.

Нас с Бет одаривали любопытными взглядами, пока мы шли по рынку. Ведь Мохири обычно редко посещают вракки.

Несколько лет назад такие взгляды были настороженными, даже вражеские, но так было до того, как мы начали выстраивать отношения с демонической общиной, благодаря Саре. Меня поражало, как далеко мы зашли за эти три года, и как перемены оказались весьма полезными для нас и других демонов. У нас теперь было огромное количество сторонников и информаторов, и они всегда могли придти к нам, если нуждались в помощи, как в случае со сбежавшим подростком.

— Это место гораздо больше, чем я ожидала, — высказалась Бет после того, как мы обошли как минимум половину рынка. — Здесь столько мест, где ребёнок может спрятаться.

— Может нам стоит спросить, не видел ли кто её.

Я вытянула шею, осматривая торговую площадь, и мой взгляд привлёк крошечный магазинчик. Фасад магазина был украшен цветными тканями, и с нашего места можно было увидеть ряды одежды. В задней части узкого магазина на коленях на полу стояла мокс-демоница. Она подкалывала булавками подол длинного платья, в которое была одета представительница её вида.

Я направилась к магазину.

— Простите.

Женщина встала с пола и стряхнула пыль со своей длинной синей юбки.

— Я могу вам помочь? — нерешительно спросила она.

— Я на это надеюсь, — я шагнула в магазин. — Я Джордан, а это Бет.

Хозяйка магазина робко улыбнулась.

— Я Терра. Вы ищите что купить?

Я покачала головой.

— Вообще-то мы ищем пропавшего мокс-подростка, и мы слышали, что она может быть где-то здесь.

Терра нахмурилась, и я увидела промелькнувшее в её глазах подозрение. Не то, чтобы я винила её. Мокс-демоны были покорной расой и очень часто на них охотились более сильные демоны, так что они не особо доверяли незнакомцам. К счастью, я была готова к этому.

— Мы здесь по просьбе талаэль эследур, — тихо произнесла я.

Я не хотела, чтобы весь рынок услышал меня.

Мои слова дали желаемую реакцию. Обе мокс-демоницы ахнули и схватились за грудь, их лица озарились воодушевлением. Талаэль эследур — такое имя Саре дало демоническое сообщество после того, как она поставили перед собой цель спасти каждого повстречавшегося ей демона. Хорошего, по крайней мере. На демоническом языке это означало «добрый воин», и это имя очень метко описывало Сару.

— Девушку зовут Лия, и её родители связались с врил-демоном по имени Келван, который работает с Сарой, — объяснила Бет. — Келван отследил Лию от Детройта до Чикаго, и вплоть до этого вракка. При обычных обстоятельствах Сара сама бы пришла, но она… работает над специальным проектом и не может пока оторваться от дела.

Терра сложила руки.

— Конечно-конечно. Как я могу помочь?

— Не можете ли вы нам сообщить видели ли вы тут каких-нибудь подростков на этой неделе, — сказала я.

Дети мокс-демонов обычно не выходят гулять сами по себе, в отличие от детей людей. Всё из-за грозящей им опасности. Скорее всего, большинство подростков мокс-демонов тусуются здесь только при сопровождении взрослого родственника. Девушка сама по себе будет выделяться в толпе.

Терра несколько минут размышляла.

— Нет, но я едва ли покидала свой магазин на этой недели, за исключением, когда уходила домой. Я могу поспрашивать.

Бет постучала по моему плечу.

— Думаю, в этом нет надобности.

Я проследила за её взглядом к худощавой фигуре с длинными белыми волосами, показавшейся среди двух рядов менее чем в ста метрах от нас. Девушка украдкой огляделась по сторонам, а потом поправила свой рюкзак на плече и беззаботно зашагала в нашем направлении. Она шла, опустив глаза, и медленно, явно стараясь не привлекать к себе внимание.

Я подождала, пока Лия не поравнялась с магазином Терры, и тихо позвала её. Она резко повернула голову в нашу сторону на звук её имени, и страх вспыхнул в её глазах. А потом она бросилась бежать.

Я рванула за ней, держа её в поле зрения. Мы запетляли по рядам из прилавков и магазинов. Я дважды почти схватила её, но она оказалась проворной малышкой, и каждый раз умудрялась увернуться от моей хватки.

Она нырнула под полную овощей телегу, а вот я едва не опрокинула эту штуковину. Разгневанный продавец выкрикивал проклятья мне в спину. Но вместо раздражения, я широко улыбнулась. Я уже так давно не веселилась, гоняясь за кем-то.

Впереди я заметила вспышку светлых волос. Бет выбежала из-за угла пекарни, отрезая нам путь. Лия вскрикнула в испуге и лихорадочно стала оглядываться по сторонам. И вдруг она исчезла, прошмыгнув в узкий проход между магазинами в центре рынка, куда мы с Бет не смогли уместиться. Чёрт!

Я подала знак Бет, и она кивнула. Мы разделились в попытке снова загнать Лию в угол. Мне пришлось проделать долгий путь вокруг ряда магазинов, чтобы выйти на другой стороне. Ко времени как я достигла места, откуда она выскочила, её нигде уже не было видно.

Уперев руки в бока, я осмотрела площадь рынка, пытаясь решить, каким будет мой следующий шаг, как вдруг раздался крик девушки. Я побежала на звук, надеясь, что она натолкнулась на Бет, а не на что-то гораздо худшее.

«Однозначно худшее», — подумала я, обогнув магазин и обнаружив борющуюся девушку, которую перекинул через плечо высокий, чешуйчатый и крылатый демон с единственным рогом в центре лба. Я вздохнула. Посещение вракка не будет полным, если хотя бы один гулак не создаст проблем.

Другие демоны в этой части рынка боязливо отступали. Некоторые из них были разозлены, но, явно, ни один из них не был достаточно храбрым, чтобы противостоять более крупному демону, известному своей грубой силой. Гулаки были отморозками демонического сообщества, и они оправдывали своё имя, занимаясь наркотиками и работорговлей и остальной преступной деятельностью, которая приносила им деньги.

— Отпусти её, — выкрикнула я, зашагав к нему.

Гулак оценил меня с ног до головы, и его ящерицеобразные губы изогнулись в уродской ухмылке.

— Сегодня, похоже, мой счастливый день. Ты принесёшь гораздо больше, чем этот чахлик.

— Забавно, а я только что подумала, что это у меня счастливый день. Слышала, что чемоданы из шкуры гулаков сейчас на пике моды.

Он оскалился.

— Ты дерзка для человека.

— А ты глуп для… забудь.

Я остановилась в трёх метрах от него и, заведя руку за спину, расчехлила короткий меч, который носила под курткой. Он был маленькой версией моей любимой катаны и был сделан на заказ специально для меня. Некоторые женщины любили обзаводиться украшениями. Я же предпочитала оружие для своего ежедневного наряда.

Гулак удивленно моргнул и попятился назад.

— У нас два варианта, — абсолютно спокойно сказала я. — Ты можешь отпустить девушку и уйти отсюда, или я заберу её у тебя и оставлю тебя в похоронном мешке.

Я надеялась, что он был достаточно умён, чтобы выбрать первый вариант. Я могла с ним справиться, но я не хотела рисковать девушкой. Она могла пострадать.

Толпа расступилась и ещё два гулака вышли на площадку. Я должна была знать, что он явно припёрся с дружками. Эти парни никуда не ходили поодиночке.

— Или ты можешь бросить оружие и смирно пойти с нами, — произнёс один из прибывших, подойдя и встав рядом с демоном, державшим девушку.

Я провертела в пальцах эфес своего меча, оценивая ситуацию и гадая, где же была Бет. Я смогу осилить двух гулаков, но три — это может оказаться напряжно.

Третий гулак рассмеялся.

— Нечего сказать теперь?

Я улыбнулась.

— Я просто думаю о новом наборе чемоданов, который мне изготовят на заказ.

Кто-то в толпе прыснул со смеху, и три гулака зарычали.

Гулак с девушкой угрожающе оскалил зубы в сторону зевак.

— Любой из вас может быть следующим. Не забывайте.

На рынке повисла тишина, за исключением звука бегущих ног. Я посмотрела мимо гулаков на Бет, которая остановилась в нескольких метрах от них, держа в руках, судя по виду, деревянную палку.

— Прости, опоздала, — сказала она мне.

Я улыбнулась.

— Ты как раз вовремя.

Гулаки нервозно заёрзали, посматривая то на меня, то на Бет. Уже не такие самоуверенные. Такова была природа агрессоров. Они были все такие грозные, когда сталкивались с более слабым оппонентом или имели поддержку. Но как только они встречались с более сильным противником, они поджимали хвост и сбегали. И теперь стоял вопрос — откажутся ли они от девушки или же попытаются сбежать с ней.

— И как это будет? — спросила я, когда те стояли молча уже целую минуту. — Никто не пострадает сегодня здесь, если вы отдадите девушку.

Гулаки обменялись взглядом, и тот, который держал девушку, набычился. Один из его приятелей что-то нашептал ему, но он покачал головой и ещё сильнее сжал её. Она вскрикнула от боли. От этого третий гулак что-то тоже зашептал и, яростно указав, замахал в его адрес. Его ответом стал удар приятелю в лицо.

Оскорбленный гулак взвыл от боли, и кровь хлынула из его носа. Одной рукой пытаясь остановить поток крови, он бросил кислый взгляд в мою сторону и зашагал к выходу.

Бет озадаченно посмотрела на меня, и я кивнула. Если он хотел уйти с миром, я не буду его останавливать. Кроме того, наша работа стала гораздо легче в связи с уходом одного оппонента.

Я перевела своё внимание на двух оставшихся гулаков, которые агрессивно перешёптывались, не отрывая от нас с Бет глаз. Видимо они пришли к какому-то согласию, потому что тот, который держал девушку, стянул её со своего плеча и выставил перед собой, рукой обхватив талию. Свободной рукой он схватил мачете, которое носил на бедре и замахнулся ним в мой адрес. Я сосредоточила всё своё внимание на нём и девушке. Бет была более чем способна противостоять второму демону.

— Не приближайся, если не хочешь, чтобы она пострадала, — прорычал он.

— Используешь ребёнка как щит? — я скривила губы в отвращении, и опустила взгляд на перед его брюк. — Ты уверен, что у тебя там есть дружок? Может тебе надо юбку носить?

Его затрясло от гнева, когда мой стёб достиг нужной цели. Мужчины-гулаки до неприличия были женоненавистниками. Они считали женщин слабыми и даже к своим относились как к имуществу, единственной целью которого было вынести их потомство. Ставить под сомнение его мужское естество было оскорблением, которое он не мог проигнорировать, иначе он потеряет лицо в глазах своего товарища.

Он толкнул девушку в сторону и, упав на бок, она взывала от боли. Времени проверять в порядке ли она у меня не было. Гулак бросился на меня с заведённым для удара мачете.

О, боже, он был в ярости. В его рептильных глазах я видела жажду крови. Я уклонилась от его неуклюжей атаки и, подцепив своим мечом лезвие его мачете, я обезоружила его. Его мачете откатилось по полу и исчезло под прилавком.

Он споткнулся, но вскоре выпрямился и уставился на опустевшую руку с ошарашенным видом. На короткий миг единственными звуками были удары палки, попадавшие по плоти где-то у меня за спиной, за которыми последовало болезненное ворчание.

По толпе понеслось приглушённое шептание, и я увидела несколько потрясённых лиц. Без сомнений, видеть, как кто-то поражает гулака, было диковинным для большинства посетителей рынка. Меня задевало, что они не стояли за себя больше. Я понимала, что они были меньше, но они не были слабее. Любой мог научиться сражаться.

Гулак завопил и неуклюже двинулся на меня со всей грацией пьяного матроса.

Я вскинула меч, чтобы встретить его атаку, и краем глаза заметила двух врил-демонят, проталкивающихся через толпу. Их глаза горели восхищением. Я предположила, что они были подростками, примерно того же возраста, что была я когда начала плановый тренинг.

Увернувшись от атаки, я подбежала к парням и положила меч у их ног.

— Покараульте его для меня, хорошо? Только не трогайте.

— Но… как ты будешь драться с гулаком? — запинаясь, пробормотал один из них.

Я подмигнула ему.

— Смотри.

Я повернулась к гулаку, который опять уже направлялся ко мне. На этот раз у него в руках был нож, который, вероятней всего, был спрятан у него в одежде. Он победоносно ухмыльнулся, увидев, что у меня больше не было меча.

Я подождала вплоть до последней секунды и унырнула из зоны его досягаемости. Он развернулся и попытался снова и снова, и каждый раз я избегала его атаки.

— Урок номер один по борьбе с агрессором: старайтесь не дать себя ударить, — сказала я парням, стоявшим с широко раскрытыми глазами, когда четвёртая попытка гулака добраться до меня с треском провалилась. — Большинство задир, как этот дружище, сильнее вас, так что может хватить одного хорошего удара, чтобы сокрушить вас.

Гулак снова ринулся на меня. Он был настырным, и я не стала лишать его удовольствия, даже несмотря на то, что борцом он был никудышным. На этот раз я сделала ему подсечку, и он безумно замахал руками, стараясь удержать равновесие.

Я улыбнулась парням.

— Урок второй: вы меньше и быстрее, так что заставьте его преследовать вас. Рано или поздно он вымотает себя.

— Я выпотрошу тебя, сучка, — запыхаясь, рявкнул гулак.

Я пригрозила ему пальчиком.

— Следи за языком. Тут дети.

Несколько зевак рассмеялись, и от этого его лицо ещё больше исказило яростью. Но всем было очевидно, что он был не в форме привести свои угрозы в исполнение.

— Урок номер три, — достаточно громко произнесла я, чтобы меня услышали все. — Слова это просто слова. Они предназначены, чтобы напугать и устрашить, но они не причинят вам вреда.

Я приблизилась к демону, нацелившись на первую атаку. Моя нога сконтакировала с его коленом и он застонал от боли. Не дав ему возможности восстановиться, я обошла его и выдернула нож из его ослабшей хватки и откинула на пол в сторону моего меча.

Я улыбнулась парнишкам, которые теперь выглядели более воодушевлёнными, чем напуганными.

Они в унисон закивали головами.

— Урок четыре, — выкрикнула я, кружа вокруг гулака, который теперь вовсю хромал. — Деритесь грязно и сделайте так, чтобы каждый ваш удар шёл в зачёт. Ударите гулака в грудь и добьётесь только одного… сломанной руки. Хороший пинок в колено будет гораздо более эффективным, как видите. Как и удар в горло, если сможете дотянуться. Но если вы всерьёз намерены доставить боль…

Я резко ударила ногой. Мой ботинок попал прямо ему меж ног. Он издал пронзительный крик и рухнул на пол, где свернулся калачиком, зажав руками свой пах.

— Метьтесь прямо по фамильным драгоценностям, — я взглядом скользнула по глазеющей толпе. — Есть вопросы?

Руки мальчишек взмыли в воздух, и меня удивило, что несколько взрослых тоже подняли руки. Я кивнула на мужчину мокс-демона, на вид которому было чуть за тридцать.

— Из твоих уст это звучит, будто здесь всё легко, но ты подготовленный воин, — он махнул рукой в сторону гулака. — Как кто-то один из нас может надеяться победить таких как он?

— Каждый может научиться сражаться, — ответила я ему. — Посмотрите на простых смертных. Они постигают боевые искусства или берут уроки самообороны, чтобы научиться бороться с более крупными и более сильными оппонентами.

— Но мы не можем пойти учиться в одно из таких заведений, — сказал он.

— Верно.

Я повернула голову и посмотрела на Бет, которая стояла над поверженным гулаком. Он лежал ничком, но ещё пока дышал. Она улыбнулась и показала мне два больших пальца.

Я снова повернулась к мокс-демону.

— Вам необходимо создать свою школу самообороны.

Он покачал головой.

— Большинство из нас тихие люди, которые ненавидят жестокость. Мы ничего не знаем о борьбе или самообороне.

Я наклонилась за своим мечом.

— И именно поэтому гулаки всегда будут охотиться на вас. Они знают, что вы не дадите отпор.

— Я-я хочу дать отпор, — заявил один из врил-парней, когда я выпрямилась.

— И я тоже, — рьяно сказал его друг. — Ты научишь нас?

Его вопрос заставил меня задуматься. Когда я предложила им научиться сражаться, я подразумевала, что среди них найдётся кто-то, кто сможет обучить их. Я даже не рассматривала себя на этой роли. Я просто веселилась за счёт гулака и преподнесла им пример. Из меня выйдет ужасный учитель.

— Я в Чикаго с непродолжительным визитом, — ответила я ему, хотя это и не совсем была правда.

До тех пор пока Хамид был в Лос-Анджелесе, я не смогу туда вернуться. Чикаго был таким же хорошим местом как любое другое для прохождения моей добровольной ссылки.

— Ох, — произнёс один из парней. Их лица помрачнели.

Позади меня застонал гулак и попытался встать. Я подошла к нему и поставила ногу на его спину, чтобы удержать его на полу, пока не решу, что дальше делать с ним. Я не хотела убивать на глазах у детей, но если я отпущу его, вероятней всего он вернётся в один из дней и создаст ещё больше проблем.

Я бросила на Бет вопросительный взгляд, и она пожала плечами, давая мне знать, что оставляет решение за мной. Возможно, она бы их отпустила, будь её воля.

Я сняла ногу с гулака и склонилась над ним.

— Похоже, тебе сегодня повезло. Я собираюсь оставить тебя в живых. У тебя и твоего дружка ровно тридцать секунд, чтобы убраться отсюда, иначе я изменю своё решение.

Он что-то пробормотал, но я не расслышала, и встал на трясущихся ногах. Всё ещё держась за побитые гениталии, он заковылял к своему дружку, который медленно поднимался на ноги. Вид у парочки был жалкий, когда они поволоклись прочь.

Бет подошла ко мне и широко улыбнулась.

— Не плохой рабочий день. Мы нашли девушку и надрали гулакам задницы.

Девушка. Я чуть не забыла о нашей главной причине появления во вракке, и я стала искать глазами Лию. Она стояла рядом с Террой, которая покровительственно обнимала девушку за плечи.

— Он сделал тебе больно, Лия? — задала я вопрос девушке, которая застенчиво опустила глаза, когда я подошла к ним.

Она покачала головой, так и не подняв головы.

— Я в порядке.

— Не надо бояться. С нами ты в безопасности, — сказала я ей. — Но надеюсь, ты поняла насколько опасно девушке твоего возраста быть одной на улице.

— Да, — она шмыгнула носом. — М-мне не понравилось.

Я вспомнила свои недели, которые прожила на улице, когда была гораздо моложе Лии. Я прекрасно помнила всепоглощающий голод и холод, одиночество, несмотря на то, что тебя окружали другие дети, и постоянная боязнь, что на тебя нападут из-за тех крох, что ты сумела добыть или имела. Я выбрала ту жизнь, поскольку она была безопасней, чем в доме приёмных родителей. Но я бы отдала всё ради любящей семьи, которая достаточно обо мне заботилась, чтобы начать меня искать. Моя приёмная мать, вероятно, даже не заявила о моём исчезновении, ведь так она смогла бы продолжать получать оплату на моё содержание.

— Ты готова поехать домой? — добродушно спросила Бет.

Лия вытерла глаза и подняла голову.

— Я пренебрегла родителями, и они, наверное, сейчас ненавидят меня.

— Как раз твои родители и попросили нас найти тебя, — сказала я. — Имею основания полагать, что они не стали бы искать тебя, если бы ненавидели.

Надежда вспыхнула в её глазах.

— Правда?

— Да, — я посмотрела на Терру и вытащила свой телефон. — Ничего если Лия останется с вами, пока за ней не приедут родители?

Терра притянула девушку к своему боку.

— Конечно.

— Спасибо.

Я отошла на несколько метров и, позвонив Саре, сообщила ей, что мы нашли беглянку. Я опустила часть с гулаками, потому что будет гораздо забавней, если мы с Бет расскажем это при встрече, а не по телефону.

— Ох, прямо груз с души упал, — сказала Сара. — Родители Лии выехали на машине в Чикаго, как только Келван сообщил им, что обнаружил её следы в городе. Они приедут примерно в течение часа.

Закончив разговор, я передала информацию Лии и Терре. Со слезами на глаза, Лия улыбнулась и поблагодарила нас за спасение от гулака, а потом позволила Терре увести себя.

Бет улыбнулась мне.

— Было весело. Как же я соскучилась по работе с тобой.

— Я тоже. С парнями круто, но и в женской компании я тоже нуждаюсь.

— Мейсон всё также ненавидит ночные клубы? — спросила она с понимающей усмешкой.

Я бросила на неё сердитый взгляд.

— Можно подумать я его к дантисту таскаю. Не то, чтобы мы там хоть раз были, но ты понимаешь о чём я.

Она рассмеялась.

— Вот что я тебе скажу. Месяц назад тут открылся новый ночной клуб. Я собиралась уговорить Криса сходить со мной. А почему бы нам не наведаться туда завтра вечером?

— Это свидание. Блин, я оставила всю свою одежду в Лос-Анджелесе, так что тебе придется пойти со мной за покупками завтра. Меня прямо тянет на нечто облегающее.

— Эй. Прекрати уламывать меня, — сказала она с наигранной гримасой. — И я знаю, какой магазин тебе подойдёт.

— Прекрасно.

Она огляделась по сторонам.

— Как думаешь, мы должны дождаться прибытия родителей Лии.

— Не повредит потусить тут некоторое время, — сказала я.

Бет склонила голову в сторону двух врил-демонят, которые всё ещё стояли у моего меча.

— Полагаю, у тебя сегодня появились поклонники. Может, ты сможешь научить их пару приёмам, пока мы ждём.

Я перевела взгляд с парней на неё и выдохнула.

— Только если ты согласишься стать моей ассистенткой.

— С удовольствием, — она озорно улыбнулась мне. — Давай научим этих ребят, как надрать чью-нибудь задницу.

ГЛАВА 7

Приблизившись к командному центру, я щёлкнула новым маячком на связке ключей, который активировал одну из гаражных дверей. Как только дверь поднялась достаточно высоко, мы с Бет въехали внутрь и запарковали свои мотоциклы. Я нажала кнопку маячка, и дверь снова опустилась.

Я сняла шлем и пригладила волосы, пытаясь понять, почему вновь внезапно почувствовала себя скверно. В дополнении к редким приступам головокружения я ещё начала испытывать странные перепады настроения всё чаще и чаще. В один миг я в отличном настроении, а в следующий — я капризна и раздражительна. Я понадеялась, что мне не придётся иметь дело с этим, пока связь полностью не разрушится.

— Было очень мило с твоей стороны предложить провести уроки самообороны во вракке, — сказала Бет, слезая со своего «Харлея». — Лем и Джал уже боготворят тебя. Полагаю, как и несколько взрослых.

Я пожала плечами.

— Я и не ожидала, что будет так весело. И я посчитала, что могу сделать что-то доброе, пока нахожусь здесь.

— И как долго ты планируешь пробыть здесь? — поинтересовалась она уже в сотый раз.

— До тех пор пока не надоем вам.

— Никогда!

Я рассмеялась, и мы пошли в сторону кухни, где вероятней всего обнаружим Сару. Открылась дверь комнаты управления, и оттуда вышли Николас с Крисом.

Внезапно мой Мори сбрендил.

Секундой позже я поняла, что было не так с моим Мори. В дверном проёме появился третий человек. Я резко приросла к месту, и всё внутри меня свело.

— Какого хрена он тут делает?

Бет проследила за моим взглядом и только спустя пару секунд она поняла, кто был нашем гостем.

— О боже, это же Хамид? — едва слышно спросила она.

Думаю, я ответила ей. Мои мысли лихорадочно неслись, и я уже было подумала вскочить на свой мотоцикл и свалить к чёртовой матери отсюда. Но я с места не сдвинулась, когда Хамид направился ко мне широким целеустремлённым шагом.

Я сурово взглянула на него, давая ему чётко понять, что я думала о его появлении здесь. Неужели я не ясно выразилась, говоря о том, что не хотела иметь с ним никаких дел? Он также не хотел эту связь, так о чём он вообще думал, приезжая сюда, не предупредив меня? Он же должен был знать, что расстояние было необходимым условием для разрушения этих уз.

— Что ты тут делаешь, Хамид? — выпалила я. — Разве ты не должен быть в Лос-Анджелесе и возглавлять расследование?

— Нам надо поговорить, — ответил он без своей обычной резкости.

— Мне кажется, мы уже ранее сказали друг другу всё, что было необходимо, — я сухо сглотнула.

Эта не-хмурая его сторона выбивала меня из колеи. Как и не помогало то, что мой Мори практически кувыркался от его присутствия здесь.

— Произошло новое развитие событий.

Я нахмурилась.

— И какое отношение это имеет ко мне?

— Объясню при разговоре, — он указал на маленькую дверь выхода. — Мы можем поговорить снаружи или в кабинете.

— Что? — я уставилась на него. Жар затопил меня.

— Где ты предпочла бы поговорить? — спросил он, и в его глазах блеснуло увеселение.

— На улице. — Я не хотела, чтобы кто-то из моих друзей случайно услышал хоть слово из этого разговора.

Я развернулась и поспешила к двери, желая побыстрее покончить с этим. У меня был такой хороший день. И вот Хамид всё испортил.

Я вышла из здания и прошла ещё с десяток шагов от двери, а потом повернулась лицом к Хамиду, который следовал за мной. Он молчаливо наблюдал за мной, и в его глазах стоял почти что извиняющийся взгляд. Мой желудок скрутило в узлы от дурного предчувствия. Хамид никогда не извинялся, и уж тем более передо мной.

— Ладно, выкладывай. Что же столь важное случилось, что ты был вынужден приехать сюда для разговора со мной?

Он подошёл ко мне и остановился в нескольких метрах от меня. Его близость вызывала беспокойство, но я осталась стоять на месте, не желая показывать какой эффект он оказывал на меня. Нельзя было отрицать физическое влечение, которое я испытывала к нему и которое только лишь усилилось из-за связи. Но тепло в моей душе особо озадачивало меня. Я ни в коем случае не была рада видеть его. Если только ад не замерз, и никто не потрудился сообщить мне об этом.

— Ориас провёл ещё несколько тестов на мне в качестве изучения демонической магии, — сказал Хамид. — Прошлой ночью он совершил открытие, которое всё крайне усложнило.

— Если хочешь сказать, что магия никуда не уходит, хотя он говорил, что со временем остатки магии исчезнут, я уже это знаю.

Сара ежедневно проверяла меня на наличие магии, и по её словам магия всё также была на мне и со времени моего приезда нисколечко не ослабла.

— Это ещё не всё, — он медленно выдохнул, выглядя при этом так, словно не хотел продолжать. — Магия, которую он обнаружил, на самом деле не остатки двух заклинаний. По словам Ориаса, когда мы с тобой попали под перекрёстный огонь, мы стали частью нового заклинания, которое запаяло трещину в барьере.

Тревожный звоночек прозвучал в моей голове.

— И что, чёрт возьми, это значит?

— Ориас признался, что не знает, как именно он умудрился закрыть барьер, и именно поэтому он так яро изучает магию. Он считает, что возможно всё дело в дополнительном третьем элементе, благодаря которому заклинание сработало.

— Что за третий элемент? — спросила я, как никогда сбитая с толку.

— Мы.

Я сощурила глаза, посмотрев на него.

— Это нелепо. Что такого особенного в нас? У нас же нет способностей к магии.

И впервые с момента нашей встречи, Хамид, в самом деле, выглядел стеснённым.

— Наши Мори связались узами как раз в момент, когда заклинание обрушилось на нас, и Ориас полагает, что связь неким образом усилила заклинание.

— Что? Нет, — прохрипела я в отрицании. — Откуда он вообще узнал об этом?

Хамид запихнул руки в карманы джинсов.

— Я рассказал ему.

— И зачем ты это сделал?

— Ориас сказал, что совмещённые магии должны были убить нас. Он хотел знать все подробности произошедшего, и я посчитал это слишком важным, чтобы утаивать.

Я начала вышагивать.

— Как мило. И что теперь? Заклинание само собой иссякнет, или Ориасу нужно будет снимать его с нас?

Мысль о том, что мне придётся вернуться в Лос-Анджелес с Хамидом, пусть даже на один день, не очень-то хорошо уживалась во мне. Уже даже просто приехав ко мне, он свёл к нулю недельный прогресс в разрыве связи, и мне придётся всё начинать сначала. Отлично.

Он не ответил мне и, остановившись, я посмотрела на него. Увидев, как он наблюдает за мной с беспокойством, у меня скрутило живот.

— Хамид?

— Заклинание не может быть разрушено, — сказал он.

Я безапелляционно махнула рукой.

— Может Ориасом и не может быть разрушено, но Сара сможет уничтожить его, глазом не моргнув. Вообще-то, пошли сами спросим у неё.

— Нет, — он схватил меня за запястье, когда я проходила мимо него. Его следующие слова были подобно удару в живот. — Если заклинание разрушить, дыра в барьере вновь откроется.

Я споткнулась.

— Ч-что?

Хамид ослабил хватку, но не отпустил меня.

— Новое заклинание запечатывает барьер, но мы не знаем какой вред был нанесён до того, как Ориас смог остановить разрыв. Он считает, что уничтожение заклинания может заново открыть барьер и вероятно пошатнуть его устойчивость.

Я уставилась на него, пытаясь осознать сказанное.

— Что случится с заклинанием, когда мы разорвём узы?

Он отвёл взгляд, и когда его взгляд вновь вернулся ко мне, казалось весь кислород покинул мои лёгкие.

— Мы не можем разорвать узы.

Рёв наполнил мои уши, и я пошатнулась, смутно понимая, что он схватил меня за вторую руку, желая удержать меня на ногах. Я слышала, как он говорил, но слова раздавались где-то вдалеке. Всё было заглушено пятью словами, постоянно повторяющимися у меня в голове.

Мы не можем разорвать связь.

Мы не можем разорвать связь.

— Джордан.

Резкий тон Хамида прорезал туман вокруг моего сознания, и я подскочила. Я подняла на него глаза и увидела, что он наблюдает за мной обеспокоенными голубыми глазами. Ещё мне не хватало его доброты или заботы. Я хотела видеть заносчивого, мрачного воина, который никогда не заговорит со мной, только если нет в этом крайней необходимости.

Я вырвалась из его хватки и отошла на несколько метров от него.

— Что?

— Я понимаю, почему ты расстроена, — спокойно сказал он.

— Не уверена, что расстроена верное слово к тому, что я чувствую. И почему это ты не выглядишь расстроенным этим?

Его вид не изменился.

— У меня было на полдня дольше, чем у тебя, для принятия этого.

Я скрестила руки.

— Если ты думаешь, что я приму это, ты безумец. Я не приму пару… никогда.

У меня были планы на будущее, и в них не входил воин-пара, дышащий мне в спину и притесняющий меня. Я уважала Криса и Николаса, но я вдоволь насмотрелась на их гиперопеку над Бет и Сарой, чтобы понимать, что этого не хочу. Я не нравилась Хамиду, да и связь он не хотел иметь, но со временем она начнёт управлять его эмоциями и превратит его в движимую тестостероном сильную боль в моей заднице. Ну, уж нет.

На смену потрясению пришла ярость и, сократив расстояние между нами, я с силой пальцем ткнула его в грудь.

— Это всё ты виноват! Если бы ты не набросился на меня как какой-то кровожадный неандерталец, мы бы не попали в эту передрягу. Не было бы связи и никакое заклинание не связало бы нас вместе.

Хамид нахмурился и схватил толкающую его руку.

— Ты ведёшь себя безрассудно.

— Думаю, я заслужила право быть безрассудной, — заорала я на него.

Если заклинание Ориаса не сработало бы, кто знает что случилось бы с барьером. Миллионы жизней могли быть поставлены на карту. Я прекрасно понимала это, но логическая сторона моего сознания вела войну с эмоциональной, и прямо сейчас мои эмоции брали верх.

— Совет уже собирает группу учёных и магов, чтобы изучить магию, — сказал Хамид, словно я и не сорвалась на него пару минут назад. — Они будут работать сообща, пытаясь создать более сильное заклинание, чтобы заменить возложенное.

— Ох.

Я сделала глубокий вдох, едва ли не испытав головокружение от облегчения. У нас были блестящие умы среди учёных, и Ориас был не единственным могущественным ведьмаком в мире. Все они вместе должны будут найти решение этому.

— Нам надо проявить терпение и работать вместе, пока это не разрешится, — он сжал мою руку в своей тёплой ладони, и мой Мори чуть ли не потерял сознание.

Я выдернула руку из его хватки. Чего это он продолжает трогать меня? И так было сложно ясно мыслить, что уж тогда говорить о том, когда он заставляет моего демона сходить с ума.

— Терпение не входит в мои достоинства, — сухо ответила я, снова начав мерить шагами двор. Мне надо было заняться хоть чем-то, чтобы сбросить с себя всю нервозную энергетику. — И нам не надо работать вместе, как и видеть друг друга. Мы просто должны договориться не разрывать связь… пока что.

Хамид провёл рукой по волосам. Я поймала себя на том, что пялюсь на него и вспоминаю, как сильно хотела запустить пальцы в его волосы, когда жаждала его. Тошно от себя самой. Я отвела взгляд и стала ждать, пока он заговорит.

— Есть ещё одна причина, почему я приехала увидеться с тобой, — произнёс он, и создалось впечатление, что он не особо хотел этим делиться. Я уже было собиралась спросить его, что может быть хуже новости, которой он ошарашил меня, когда он сказал:

— Ориас посоветовался с несколькими своими коллегами. Они обеспокоены, что из-за природы нашей связи, заклинание может начать ослабевать, если мы будем не вместе.

Я пыталась сдержать свой гнев.

— Ты что прикалываешься надо мной. Неужели ты на самом деле ожидаешь, что мы начнём жить и работать вместе?

— Мы воины. Мы делаем то, что требуется от нас, — заявил он так, словно это было просто как дважды два.

— Но мы связаны, — прошипела я сквозь стиснутые зубы. — Ты не хуже меня знаешь, что чем больше мы времени проведём вместе, тем сильнее будут узы. Я повидала связанные пары, чтобы знать, чем всё это заканчивается.

Маска спокойствия соскользнула с его лица и на несколько секунд в его глазах отражались лишь отчаяние и боль. И тогда-то до меня дошло: всё это я делала только ради себя, но для него это могло быть ничуть не проще. Может быть даже хуже, потому что связь всегда глубже влияла на мужчин. Он начнёт испытывать чувства к кому-то, кого он не хотел, и он никак не сможет остановить это. И когда мы в итоге разорвём связь, ему достанется больше.

И ещё одна мысль пришла мне на ум. Что если у него был кто-то ещё, некая женщина, которой он уже отдал своё сердце? Он никогда не рассказывал мне о своей личной жизни, но даже он не мог работать дни напролёт.

Большая часть гнева покинула меня.

— Могу я кое-что спросить?

— Да.

Я облизнула внезапно пересохшие губы.

— Эта связь причинит кому-то боль в твоей жизни?

Он свёл вместе брови, и спустя несколько секунд понимание вспыхнуло в его глазах.

— У меня никого нет.

— Ну, хоть что-то радует, — сказала я, испытав облегчение, что никто другой не пострадает из-за нашей ситуации.

Долгое время мы пребывали в раздумьях, но потом он спросил:

— А у тебя?

Я усмехнулась.

— Боже, нет. Я люблю повеселиться, но обычно второй раз ни с кем не встречаюсь.

Хамид раздул ноздри, и мне стало интересно, что я такого сказала, что на этот раз вывело его из себя. Я подумала над своей последней фразой, и спустя несколько секунд меня накрыло пониманием. Связанные мужчины не любили слышать об их женщине с другими мужчинами. Его женщина. Фу. Сама мысль об этом уже вынуждала меня бежать как можно быстрее и как можно быстрее от него. Но в то же самое время, крошечная опасная часть меня захотела быть его, чтобы он был единственным мужчиной, который прикасается ко мне.

— Тогда ладно, — спешно сказала я. — Если мы собираемся сделать это, нам надо установить ряд основополагающих правил.

— Основополагающих правил?

Я глубоко вздохнула.

— Да. Мы не можем разорвать связь, но мы можем принять меры, чтобы не дать ей усилиться слишком быстро. Может быть, в конце этой истории, мы оба выйдем из неё, не потеряв рассудок.

Он сложил руки на груди.

— Слушаю.

Воодушевлённая его готовностью согласиться с этим, я продолжила:

— Мы, может, и будем рядом друг с другом, но нам не надо проводить каждую секунду вместе. Думаю, мы должны свести наше время вместе к минимуму насколько это возможно.

— Что ещё?

— Никаких прикосновений, ни по каким бы то ни было причинам, — я отступила на несколько шагов, чтобы донести до него всю суть.

Повисла минута тишины, а потом он ответил:

— Никаких прикосновений, если только мне не потребуется спасать твою жизнь.

Я мрачно взглянула на него.

— На случай если ты позабыл, именно поэтому мы и оказались в этой ситуации. И кто сказал, что не мне придётся заниматься спасением?

Его рот изогнулся в крошечной улыбке. Это так не вязалось с его привычным образом, что я снова стала пялиться на него.

— Это всё?

Его вопрос вернул меня в чувства.

— Есть ещё одно условие. Никто из наших общих друзей не знает о связи, и я хочу, чтобы так и было.

— Как это поможет? — спросил он.

— Это поможет мне. Люди начинают чудить в обществе связанных пар, и я не хочу получать взгляды или вопросы. Это только между нами. И Советом, — мрачно добавила я.

Хамид кивнул.

— Как пожелаешь.

Я с подозрением посмотрела на него. Что-то он до жути уступчив.

Он пристально посмотрел в ответ.

— Что-то не так?

Я указала на него пальцем.

— Ты слишком мил со мной. Это тоже надо прекратить.

На этот раз он не просто улыбнулся. Он издал низкий смешок, от которого у меня в животе затрепетало, а в интимной зоне всё сжалось.

— Прекрати это! — я вскинула руки и развернулась, потрясённая реакцией моего тела на него. Если он сейчас уже так может влиять на меня, что будет через несколько недель или месяц?

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Мы выясним как заменить заклинание до того времени. А пока мне просто придётся убеждать себя в этом.

— Я не должен быть добр к тебе? — спросил Хамид, веселье явно сквозило в его голосе.

Я снова повернулась к нему и свирепо зыркнула.

— Нет. Там, в Лос-Анджелесе ты был равнодушен и высокомерен со мной. Если ты начнёшь вести себя иначе, люди начнут подозревать, что с нами что-то происходит.

— Понимаю. Обещаю, я постараюсь вести себя с тобой равнодушно и безразлично.

Улыбка исчезла с его лица, но он не смог скрыть искру смеха в его глазах.

Я стиснула челюсти. Не знаю, какой Хамид раздражал меня больше: заносчивый или тот, что стоял сейчас передо мной. Сложно поверить, что это был один человек.

Тон Хамида стал более деловым.

— Если мы закончили с обсуждением основополагающих правил, мы должны уведомить твоих друзей, что ты возвращаешься со мной в Калифорнию.

Я покорно вздохнула. Я не была готова оставить Сару и Бет, но Хамиду надо было быть в Лос-Анджелесе, и я должна быть там, где был он. Его расследование было важнее нас и нашей проблемы.

— Давай уже покончим с этим, — безучастно ответила я, направившись к двери.

— Мне жаль, что ты вынуждена оставить своих друзей, — сказал Хамид, и я услышала искренность в его голосе.

Я открыла дверь.

— Ты прав. Мы воины, и мы делаем то, что требуется от нас.

Я почувствовала, как он подошёл ко мне сзади. Он потянулся к двери, чтобы придержать открытой для меня, но сделал это так, что наши тела не соприкоснулись. Не то, чтобы это имело значения. Его близости и его запаха было достаточно, чтобы моя кожа зазудела от его восприятия.

Нацепив маску раздражения, которую я обычно носила в присутствии Хамида, я вошла в здание. Сара с Бет суетились у гостиной зоны, что неудивительно. Они ждали нашего возвращения.

Хамид направился в комнату управления, вероятней всего поговорить с Николасом и Крисом, а я пошла к девочкам.

— Что случилось? — спросила Сара ещё до того, как я подошла к ним.

Я уныло улыбнулась.

— Похоже, мне придётся сократить свой визит.

Первой отреагировала Бет.

— Нет! Почему?

Я указала на дверь гостиной.

— Давайте посидим, и я всё объясню.

Как только мы комфортно устроились, я рассказала им о том, что сообщил мне Хамид — о том, что мы являемся частью заклинания, которое запечатало барьер.

Я опустила момент о нашей связи по очевидным причинам. Меня грызло чувство вины ото лжи моего умалчивания, но я знала, что они не будут держать на меня обиду. Связь была интимным и личным фактором, и уж кто-кто, а они лучше всех понимают это. К тому же я была закрытым человеком, когда дело касалось определённых аспектов моей жизни. Я шутила о мужчинах и сексе, но я никогда об этом не распространялась. Да и вряд ли будут хоть какие-то поцелуи.

— И ты должна быть везде, где находится он? — спросила Сара, как только я закончила.

Я скривила лицо.

— Ты так говоришь, словно мы сиамские близнецы. Мы должны находиться в одном доме, но если мне повезёт, я не часто буду видеть его.

Бет издала млеющий звук.

— Прям как в любовном романе. Двое, в тайне желающие друг друга, вынуждены проводить время вместе, и они влюбляются.

— Эй, — я вскинула руку. — Тебе надо прекращать смотреть Холмарк. Вся эта ситуация и рядом не стояла с романтикой.

Бет захихикала и наклонилась ближе к Саре.

— Заметила, она даже не отрицает, что они тайно желают друг друга?

Сара рассмеялась, внимательно наблюдая за мной.

— Заметила.

— Блин! — я кинула маленькую подушку в них. — Подумать только, я по вам двоим буду скучать.

Их улыбки померкли, и Сара сказала:

— Обязательно сегодня уезжать?

— Хамид ничего не сказал. Наверное, надо спросить.

Из дверного проёма раздался голос Хамида:

— Спросить о чём?

Я оглянулась и увидела, что он входит в комнату с Николасом и Крисом.

— Уезжаем мы сегодня или же нет, — сказала я.

Вид у него был такой, словно он собирался ответить «да», но он удивил меня, покачав головой.

— Завтра утром.

Бет улыбнулась мне.

— Ну, хотя бы, у нас есть ещё один вечер. Жалко, что мы так и не прошлись по магазинам и не купили облегающее платье, как ты хотела.

Я пожала плечом.

— Прогуляюсь по магазинам, когда вернусь, и куплю что-нибудь особенное к моей будущей поездке к вам. Надеюсь, это будет скоро.

Я чувствовала пристальный взгляд Хамида на мне, но избегала его. Мне не надо было смотреть на него, чтобы понять, что он тоже надеялся, что этот ночной кошмар скоро закончится, и он избавится от меня. Мне просто надо напоминать себе, что он был нормальным парнем. Но мне было до жути интересно, ринулся бы он спасать меня, если бы знал, в каком положении мы окажемся, и каким затруднительным оно будет.

Кого я обманывала? С его заносчивостью и чувством долга, он посчитал бы это стоящей жертвой и обычным делом.

— Парни так расстроятся, что ты не сможешь продолжить их уроки, — произнесла Бет. — Сегодня они здорово провели время с тобой.

— Парни? — уточнил Крис.

— Два врил-демона, подростка, с которыми мы познакомились во вракке. Я согласилась провести с ними уроки по самообороне.

Я улыбнулась, вспомнив энтузиазм парней, когда я научила их нескольким простым приёмам сегодня. Меня поразило, насколько приятно мне было работать с ними, и я немного расстроилась, что мне придётся бросить эти занятия.

Крис рассмеялся.

— Ты даёшь уроки самообороны двум демонятам? Как ты до этого докатилась?

— Мы с Бет устроили небольшую взбучку двум гулакам и потом отправили их восвояси, и я…

— Гулаки? — Крис бросил пристальный взгляд на Бет.

Она пожала плечами.

— Так, пустяки. Они схватили девушку-мокс, которую мы как раз искали, и мы её отбили у них.

Она взглядом встретилась со мной и широко улыбнулась, начав рассказывать им о моей демонстрации приёмов самообороны на гулаке.

— Ты отложила своё оружие и боролась с гулаками голыми руками? — задал вопрос Хамид, в его голосе послышались жёсткие нотки.

— С одним гулаком, — поправила я его. — И если уж на то пошло, то Сара куда лучше его сражается.

— Эй, — Сара возмущённо посмотрела на меня.

Я подмигнула ей.

— Прости, девчушка, но я видела твои тренировки. Удивительно, что конечности Николаса всё ещё при нём.

Все рассмеялись, все, кроме Хамида. Видеть, что он вернулся к своему обыденном угрюмому виду, стало облегчением, и напряжение, росшее во мне во время нашего разговора, немного ослабло.

— В общем, когда гулаки ушли, парни спросили могу ли я им помочь выучить приёмы самообороны. Вряд ли кто-то другой смог бы их научить, поэтому я согласилась дать им уроки, пока нахожусь в Чикаго.

Сара прижала руки в груди.

— Это так мило с твоей стороны.

— Мне как-то не по себе, что я подведу их, — я посмотрела на Бет. — Завтра, перед отъездом, я заеду во вракк и поговорю с ними.

— Я могу продолжить уроки за тебя, — сказала она. — Пока ты не вернёшься.

— Спасибо.

Я откинулась на спинку дивана, вздохнув. Уставившись в световой люк над головой, я послала безмолвную молитву с надеждой, что смогу вернуться сюда в ближайшее время.

* * *

На следующий день мы с Бет отправились во вракк, поговорить с посетителями и сообщить, что я вынуждена уехать, и что Бет сможет продолжить давать уроки всем желающим. Сначала парни расстроились, но после того как Бет продемонстрировала им приёмы с палкой, они быстро воодушевились мыслью, что она будет их инструктором.

Мы вернулись в командный центр за десять минут до того, как предполагалось, что Крис с Николасом отвезут нас с Хамидом в аэропорт. Но когда мы вошли в здание, никого из них там не оказалось. Мы нашли Сару в современнейшей комнате управления, которая вероятно могла бы посоперничать с НАСА,

— Они уехали примерно полчаса назад в Детройт, проверить подозрительную активность, — ответила она на мой вопрос «где они».

— Подозрительная, так как похожа на ту, что была в Лос-Анджелесе? — спросила я.

Детройт был почти в пяти часах езды. Видимо это было довольно важно, раз Хамид поехал туда и отложил наш полёт.

Она встала и потянула спину.

— Мне известно только то, что это имеет какое-отношение к призыву демона. Хамид просил передать тебе, что вы задержитесь ещё на один день.

Я нахмурилась. У Хамида был мой номер телефона. Неужели так сложно взять и позвонить мне, самому сообщить мне это? А потом я вспомнила, что он был последним человеком, получать звонки от которого я бы хотела.

— Ты в нашем распоряжении ещё одну ночь, — Бет обняла меня за плечи. Она перевела взгляд с меня на Сару. — Кто за обед и покупки?

Сара отказалась, отдав предпочтение сну, поэтому мы с Бет провели вторую половину дня, болтаясь по магазинам. Мы вернулись через четыре часа, и Сара уведомила нас, что Николас звонил ей и сказал, что возвратятся они поздно ночью. Он также сообщил ей, что это была ложная тревога. Команда Детройта запаниковала, обнаружив сцену неудавшегося призыва, и поэтому вызвали их. В эти дни все были немного на взводе, и винить их за это было нельзя, учитывая происходящее в Лос-Анджелесе безумство.

Мы с девочками приятно провели ужин, а после несколько часов проболтали исключительно в женской компании. В десять вечера Сара стала зевать и пожелала нам спокойной ночи. В эти дни она едва могла бодрствовать по вечерам. Женщины-Мохири не уставали на ранних сроках беременность, но видимо растущий фейри-Мохири малыш выкачивал из неё все силы.

Как только Сара ушла, я встала и посмотрела на Бет.

— Мне надо свалить отсюда и немного покататься. Не хочешь отправиться со мной в патрулирование?

— Конечно.

Несколько часов мы патрулировали, но ночь оказалась тихой и мы не заметили ничего подозрительного. Я так привыкла к Лос-Анджелесу, где невозможно было проехать пять кварталов и не натолкнуться на какого-нибудь вампира или демона, затевающего неладное. Несмотря на свои размеры, Чикаго не шёл ни в какое сравнение по активности с Нью-Йорком или Лос-Анджелесом.

В начале второго ночи Крис позвонил Бет и сообщил, что они вернулись. И поскольку в городе делать было нечего, мы направились в командный центр.

Мы въехали в парковочный карман, и от вида шагающего к нам Хамида меня накрыло чувством дежавю. Только на этот раз он выглядел злым, и я не понимала почему.

— Вы выехали в город без группы, — сказал он резким тоном, от которого я тут же ощетинилась.

Я не спеша слезла с мотоцикла и положила шлем на сидение.

— Мы уже это проходили. Мы не патрулируем полным составом.

Он остановился в паре метров от меня.

— Теперь патрулируешь.

— Прости? — медленно произнесла я.

Бет прочистила горло.

— Хм, давайте-ка, я оставлю вас двоих поговорить.

Она бросила мне извиняющийся взгляд и поспешила прочь.

Я повернулась к Хамиду и заговорила настолько вежливо, насколько могла выдавить из себя.

— Объяснись-ка, пожалуйста.

Он огляделся по сторонам, а потом указал на открытую дверь спортзала.

— Давай поговорим там.

— Думаешь, это приведёт к драке? — спросила я, как только мы вошли в зал.

Он захлопнул дверь.

— Нет, но уверен, что это помещение звуконепроницаемо.

У меня челюсть отвисла. Неужели Хамид только что отвесил шутку? Я уставилась на него, но его лицо ничего не выражало.

— Добавляю новое основополагающее правило, — сказала я, когда он повернулся ко мне лицом. — Не вести себя как опекающий связанный мужчина, и уж точно не командовать мной.

Он прислонился к стене.

— Это не имеет никакого отношения к узам, за единственным исключением, что это связано с заклинанием Ориаса. Если что-то случится с одним из нас, связь разорвётся и заклинание распадётся. Именно поэтому мы должны минимизировать риски.

— Погоди. Если бы всё было именно так, Совет бы уже умыкнул нас в какое-нибудь безопасное место.

Не то, чтобы я бы задержалась там надолго.

Он не ринулся мигом отвечать. Мне не понравилось, что он тянул с ответом. Оказалась, что я имела все основания переживать.

— Большая часть Совета хотела отослать нас в высоко охраняемый бастион, — произнёс он.

Я села на скамью для жима. Я с ума сойду, неделями, а может и месяцами напролёт, сидя в заточении в бастионе. Не говоря уже о небольшой проблеме — пробыть в обществе Хамида так долго. По крайней мере, здесь я могу соскочить и побыть вдали от него хотя бы несколько часов.

— Я не справлюсь, — сказала я, чувствуя, как моя свобода ускользает сквозь пальцы.

— Тристан воспротивился этому решению. Он сказал, что ты откажешься пребывать там, если только они не посадят тебя под ключ, а он не стал бы с тобой так поступать.

Надежда вспыхнула в груди.

— И Совет прислушался к нему? — Пожалуйста, пожалуйста, скажи «да».

Хамид сел на металлическую скамью у двери.

— Нет, пока я не убедил их, что смогу обеспечить твою безопасность.

Разинув рот, я посмотрела на него.

— Ты?

— Я, как и ты, не горю желанием сидеть в бастионе, — он почесал свою короткую бороду. — В этом расследовании должны участвовать все самые лучшие, и куда иду я, туда следуешь и ты.

— Я это понимаю, но как именно ты планируешь обеспечить мне безопасность?

Если он снова заикнется про дневное патрулирование, мы узнаем, насколько звуконепроницаема была эта комната.

— Приняв дополнительные меры и убедив тебя согласиться на несколько условий, — сказал он.

Меня наполнило негодованием.

— И почему я единственная, кому выдвигают условия?

— Не за мной слывёт репутация отчаянного, и не у меня проблемы с субординацией.

Он удерживал мой взгляд, словно пытался подначить меня на спор. И, конечно же, я подкинулась.

— У меня нет проблем с субординацией. Я просто не люблю, что Совет всегда лезет в мои дела.

Он с хитрецой улыбнулся.

— В Совете говорят, что именно этим ты и парируешь. За столь короткую карьеру, ты уже заработала себе имя.

— Серьёзно? И какое же? — спросила я, хотя была более чем уверена, что уже знала каким будет ответ.

— Воины Лос-Анджелеса называют тебя проказницей. Подходящее имя, судя по тому, что я видел.

Я вперилась в его насмешливый взгляд, ни разу не моргнув.

— Приму это за комплимент.

— Именно поэтому я устанавливаю условия, на которые ты должна согласиться, — он снова стал серьёзным. — Во-первых, ты везде следуешь за мной, и мы уже пришли к обоюдному согласию в этом. Во-вторых, ты больше не выходишь одна на задания, и никакого патрулирования без сопровождения полной группы. Ты также соглашаешься носить трекер всякий раз, когда куда-либо выходишь, будь-то день или ночь.

Я плотно сжала губы. Эти условия, однозначно, поставят крест на моём образе жизни, но я смогу их выносить, если это означает остаться свободной. Особого выбора в этом вопросе у меня не было. Я кротко кивнула.

— Хорошо.

— Совет будет пристально следить за ситуацией. Если они посчитают, что мы не можем в достаточной мере обеспечить твою безопасность, они выставят нам охрану.

Я в отвращении скривила губы.

— Телохранители?

— Мне тоже это не нравится, но либо так, либо под стражей в бастионе. Воплотиться ли это в жизнь, зависит только от нас.

Я опустила голову и обхватила её руками, выдохнув стон раздражения. Моя жизнь обратилась в базар-вокзал. Если ко мне приставят телохранителей, Брок и Мейсон никогда не дадут мне забыть об этом.

— Убей меня прямо сейчас, — промямлила я себе в руки.

Хамид закашлялся, и звук подозрительно напоминал смех. Я резко подняла голову и злобно посмотрела на него, но никакой улыбки на его лице не было.

Я прищурила глаза.

— И почему я слышу об этом только сейчас? Вчера ты и словом не обмолвился об этом.

— Ты была огорчена новостями о связи и заклинании, и я не хотел расстраивать тебя ещё больше, — ответил он. — Я хотел подождать до возвращения в Лос-Анджелес, и уже там рассказать об остальном.

— Я не была огорчена. Я была зла, — его выбор слов выставил меня беспомощной маленькой девочкой. — С сегодняшнего дня я бы предпочла, чтобы ты не утаивал от меня ничего, дабы пощадить мои чувства. Мне не нравится быть в неведении, особенно когда это касается меня.

— Постараюсь это не забыть, — сказал он.

— Хорошо.

Я утомленно встала. При обычных обстоятельствах я была бы клубком энергии, но внезапно стало казаться, будто всё моё тело изнывало. Я понимала, что просто эмоционально истощилась, вовсе не физически, но осознание этого никак не помогло мне избавиться от усталости.

Хамид открыл для меня дверь, и когда я проходила мимо него, он положил свою большую ладонь мне на плечо.

— Прости за всё это.

— Да, и ты меня, — я скинула его руку. — Правило номер два, никаких прикосновений.

— Мне придётся записать все твои правила, иначе я забуду, — сказал он, и я могла поклясться, что услышала улыбку в его голосе.

Слишком уставшая, чтобы остановиться и бросить на него сердитый взгляд, я выкрикнула через плечо:

— Так и сделай.

ГЛАВА 8

Я заёрзала в кресле в хвосте частного джета, задаваясь вопросом, почему мы так долго не взлетаем. Мы приехали в ангар уже более часа назад, и я поднялась на борт, оставив Хамида говорить с кем-то по телефону. Судя по тем нескольким предложениям, что я услышала, пока уходила от него, он говорил с Советом. Я понятия не имела, как он мог вести с ними дела на ежедневной основе, но работать с ними был его собственный выбор.

Мой телефон завибрировал от поступившего от Сары сообщения.

«Наш дом — твой дом, если тебе потребуется личное пространство».

Сообщение было украшено смайликом в виде сердечка.

Я нахмурилась. Сообщение было довольно странным. Я начала печатать ответ, когда услышала, что кто-то поднялся на борт. Подняв глаза, я увидела направляющегося ко мне Хамида. Его губы были сжаты в жёсткую линию.

Он остановился и положил руки на кресло.

— Произошли изменения в планах. Мы едем в Весторн.

— Что? Почему? — я изо всех сил старалась не допустить панику в свой голос.

Неужели Совет изменил своё мнение и решил отправить нас в защищённое место? Весторн был хорошо укреплён, и вся долина охранялась фейскими чарами. Вполне логично было отправить нас туда. Это место я считала домом, но даже Весторн начинал медленно душить меня спустя некоторое время.

Незначительное смягчение черт его лица подсказало мне, что я не смогла спрятать свои опасения.

— Мы пробудем там неделю, от силы две. Команда учёных и магов Совета встречается в Весторне, и они просят о нашем присутствии, чтобы они смогли поговорить с нами и провести ряд тестов.

От облегчения я расслабила плечи. Я и не знала, какой напряжённой была.

— А не будет ли лучше провести это в Лос-Анджелесе?

— Ориас и двое его коллег уже изучили места призывов демонов и говорят, что ничего нового там не узнали. Команда хочет сфокусироваться на заклятии и на нашей роли в нём. Весторн надёжно защищён и довольно большой, чтобы уместить нас всех.

Судя по выражению лица Хамида, ему всё это нравилось не больше моего. И я находила это странным образом умиротворяющим. Мне была ненавистна мысль, что придётся провести неделю, а может и две, в качестве подопытного образца для кучки ведьмаков. Но если у них был шанс высвободить меня из заклинания, я соглашусь на это без каких-либо возражений.

Я тягостно выдохнула.

— Когда вылетаем?

— Через несколько минут.

Он развернулся и направился в кабину пилота. Вероятно, чтобы сказать пилоту о нашем новом пункте назначения.

Полёт до Бойсе прошёл без происшествий. Хамид сел в первый ряд и провёл большую часть полёта, разговаривая по телефону. Мне не слышен был его разговор, только тихий рокот его голоса. Я заняла себя перепиской с Сарой и Бет, а в остальное время пялилась в иллюминатор.

Несколько недель назад я жила в Лос-Анджелесе и моей единственной заботой было, как отмазаться от написания отчётов. Как могла моя жизнь так круто и стремительно свернуть с обыденности на эту неразбериху?

Когда мы въехали в частный ангар в аэропорту Бойсе, меня ничуть не удивило, что нас ждали два моих самых любимых ирландца-близнеца, как обычно на чёрном «Эскалейде».

Но даже игривые улыбки Шеймуса и Ниалла не смогли вывести меня из депрессии. Моё настроение стало ещё более мрачным, когда Хамид уведомил меня, что я не смогу поехать в Весторн на мотоцикле.

— Почему нет, чёрт возьми? — Я только что провела несколько часов на борту небольшого джета вместе с ним. Неужели я о многом просила? Всего лишь несколько минут с самой собой.

— Потому что у меня нет мотоцикла здесь, а ты одна не поедешь, — сказал он терпеливо, словно говорил с маленьким ребёнком.

Я вскинула руки.

— Ох, твою мать. Тут всего час езды, да и у вас на виду я буду всё время.

Он упрямо покачал головой.

— Не сегодня.

Я раздражённо зарычала, и Ниалл шагнул вперёд.

— А почему бы вам не поехать вместе? Хамид большой, но если ты потеснишься, то вы уместитесь на мотоцикле.

Шеймус сверкнул мне двусмысленной усмешкой из-за спины своего брата, и я ужаснулась, почувствовав, как жар подбирается к моим щекам. Я не была скромняжкой, да и чтобы смутить меня надо было придумать нечто серьёзное, но видимо, связь изменила все правила. От мысли о том, что я прижмусь к телу Хамида, моя кожа вспыхивала жаром, невзирая на холодный вечерний воздух.

— Забудь.

Я избегала смотреть на Хамида, пока шагала к внедорожнику и закидывала спортивную сумку в багажник. Не промолвив больше ни слова, я открыла заднюю дверь и села в машину.

Во время поездки разговоров особых не было. Шеймус с Ниаллом попытались завести беседу, но вскоре стало очевидно, что ни Хамид, ни я не были в настроении разговаривать. Спустя некоторое время затихли и братья, причём я была более чем уверена, что услышала их вздохи облегчения, когда мы миновали высокие железные ворота Весторна. Не то, чтобы я могла винить их за это. Сегодня нам с Хамидом было не до смеха.

Впервые за этот день я улыбнулась, когда мы подъехали к главному входу, и я увидела Тристана, стоящего на ступеньках. Он спустился к машине и обнял меня, как только я покинула салон.

— Как хорошо снова видеть тебя дома, Джордан. Однако мне хотелось бы, чтобы это случилось при других обстоятельствах, — сказал он, когда выпустил меня из объятий.

— Как и мне, — я попыталась улыбнуться, но получилось лишь состроить гримасу.

Взгляд, которым меня одарил Тристан, был столь полон доброты, что у меня болезненно свело грудь. Всего нескольких воинов я уважала чуть больше, чем главу Весторна, и у него был талант заставлять чувствовать себя так, словно он мог уладить любую проблему. Я понимала, что с моей ему не справиться, но уже просто находиться рядом с ним поселило во мне больше надежды на счастливый исход.

Он протянул руку Хамиду, который обошёл машину и присоединился к нам.

— Хамид, добро пожаловать в Весторн.

Хамид пожал ему руку, и улыбка, которой он ответил Тристану, говорила красноречивее всяких слов об его уважении к другому воину.

— Рад снова видеть тебя. Остальные прибыли?

— Все кроме одной. Она прибудет сегодня вечером, — он повёл нас в главное фойе. — Остальная команда с нетерпением ждёт встречи с вами, но я сказал им, что это может подождать до завтрашнего дня.

— Отлично, — сказала я, отнюдь без энтузиазма.

Тристан улыбнулся.

— Вы пропустили ужин, но я могу попросить кухню что-нибудь для вас приготовить.

— Было бы здорово. Спасибо, — я взглянула в сторону лестницы, которая вела на верхние этажи северного крыла. — А моя старая комната свободна?

Он показался удивлённым моим вопросом.

— Это твой дом, и комната твоя до тех пор, пока ты от неё не откажешься.

И снова защемило в груди. Мне пришлось противостоять порыву потереть грудь. Эта чёртова связь превращала меня в сентиментальную дурочку.

Тристан повернулся к Хамиду.

— Для тебя я попросил приготовить комнату в южном крыле.

— Спасибо, — сказал Хамид, но его взгляд был на мне.

Он ждал, пока я что-то скажу?

Я поправила сумку, висевшую на моём плече.

— Уверена, вам двоим есть что обсудить. Если не возражаете, я пойду к себе. У меня такое чувство, что завтра будет длинный день.

Тристан кивнул.

— Я попрошу принести тебе еду, а поговорить мы сможем завтра.

Пожелав обоим спокойной ночи, я вприпрыжку поднялась по лестнице, рьяно стремясь установить дистанцию между мной и Хамидом, как можно больше. Я была безмерно благодарна Тристану за то, что разместил нас в разных сторонах дома, но вряд ли я могу сказать ему это, не выставив себя грубиянкой.

В какой-то момент в течение последних нескольких дней, я перестала пытаться строить из Хамида плохого парня и винить его во всём этом, и свыклась с тем, что он был таким же заложником ситуации, как и я. Но это не изменило того факта, что мы были связаны, и последнее, что нам нужно, это проводить вместе больше времени, чем необходимо.

Моя комната располагалась на третьем этаже, и я с облегчением выдохнула, открыв дверь и увидев, что всё осталось именно так, как я оставила. Поставив сумку на пол, я рухнула на кровать и зарылась лицом в подушку. И так я оставалась, пока в дверь не постучали. Один из сотрудников кухни вошел, принеся накрытый поднос, от которого божественно пахло жареным стейком и печёным картофелем.

После того как я проглотила всё до единого кусочка еды, я приняла долгий горячий душ и снова забралась в постель, чтобы ответить на полдюжины сообщений, которые я получила от Сары и Бет с момента приезда. Я уверила их, что у меня всё хорошо, и что я дам знать им как всё прошло завтра, а потом выключила свет и попробовала уснуть.

Только вот сон никак не хотел приходить ко мне. Я привыкла к шуму города, и забыла насколько тихо тут было по ночам. Порывшись в сумке, я нашла свои наушники и начала слушать плейлист, который всегда помогал мне расслабиться.

Часом позже я раздражённо бросила наушники в другой конец комнаты. Взглянула на телефон и простонала, увидев, что была почти полночь. Если я не найду способа успокоить свой разум и тело, у меня будет длинная бессонная ночь.

Я скатилась с кровати и надела старый тренировочный костюм, который был оставлен в шкафу. Обув пару кроссовок для бега, я покинула комнату и тихо спустилась по лестнице. Я сомневалась, что натолкнусь на кого-нибудь, но я не хотела случайно потревожить моего самопровозглашённого защитника, дав ему понять, что я не нежилась в уютной кровати.

На первом этаже северного крыла находилась тренировочная зона, и я заспешила по тёмным коридорам с отточенной лёгкостью, пока не добралась до двери, которая выходила в маленький внутренний двор. Я выскользнула на улицу и аккуратно закрыла за собой дверь. Холодный ночной воздух был бальзамом, и я побежала через поляну, по узкой гравийной дороге в лес.

В лесу было тихо, за исключением шарканья моих ног по дороге и редкими шорохами маленьких животных в кустах. Дыхание превращалось в пар, и было так темно, что мне пришлось усилить зрение, чтобы видеть контуры дороги, которая вилась сквозь деревья.

Как только мои глаза привыкли к темноте, я увеличила скорость. Вместо тяжелых спаррингов, оживленная пробежка должна помочь сжечь избыток энергии. Завтра я найду с кем потренироваться, и не придётся заниматься бегом ради сна.

Через пять минут я увидела впереди слабое свечение озера, что указывало на конец дороги. Когда в прошлом году Николас построил тут великолепный деревянный дом, он проложил дорогу, чтобы Саре было удобней перемещаться между озером и бастионом. Не было ничего, что не сделал бы этот мужчина ради своей пары.

Ко времени как я достигла поляны, которая использовалась как парковка, я едва ли запыхалась. Мне придётся сделать ещё несколько кругов, чтобы достаточно устать и уснуть. Смирившись с этим фактом, я развернулась, решив побежать в обратном направлении.

Я едва не заорала, когда увидела высокую фигуру, стоявшую на дороге. И именно в этот момент я осознала, что мой Мори снова затеял свой странный трепет. Это должно было предупредить меня об его присутствии. Я всё ещё привыкала к странностям связи, но ведь именно эту причуду я уж должна была запомнить к этому времени.

Я зашагала к нему.

— Ты преследуешь меня?

— Я увидел, как ты убегаешь в лес и пришёл проверить тебя, — ответил он. — Что ты делаешь на улице в этот час?

Я махнула рукой на свой костюм.

— И на что это похоже? Да и с каких это пор у меня комендантский час?

Хамид разочарованно посмотрел на меня.

— У тебя нет комендантского часа, но ты не должна находиться одна в лесу глубокой ночью.

— Не буду вдаваться во всё, что не правильно в твоей реплике, — сказала я, сдерживая себя. Я и не ожидала, что во мне есть это качество. — Я напомню тебе, что мы на дороге, а не в лесу, и всё ещё на территории Весторна.

— Нет места неуязвимого для атаки.

Я усмехнулась.

— Ты сейчас серьёзно? Ты же знаешь, что это место под защитой фейри, не говоря уже о нашей собственной службе безопасности и…

Я умолкла, когда увидела две пары горящих красных глаз в темноте, в нескольких метрах позади Хамида. Где-либо ещё, такое зрелище сподвигло бы меня потянуться за оружием, но здесь, я совершенно точно знала кому принадлежат эти глаза.

— И что? — Хамид шагнул ко мне.

Два грозных рыка остановили его на полушаге, и он медленно развернулся в сторону звука, выставив своё большое тело между мной и созданиями. Скрепя сердцем, я восхитилась насколько спокойно он отреагировал перед лицом неизвестной угрозы. Ну, неизвестной для него. Просто представив выражение его лица, когда он впервые увидит маленьких питомцев Сары, я улыбнулась во весь рот, как полная идиотка.

Я выглянула из-за него и увидела двух массивных церберов, которые заняли всю дорогу целиком, встав бок о бок.

— Привет, мальчишки! Как поживают мои любимые адские звери?

Церберы перестали рычать и счастливо запыхтели. Все знали, что церберы были крайне территориальны в отношении их дома и людей, которые жили там. Я провела в обществе этих двух достаточно времени, чтобы чувствовать себя с ними в безопасности. Они и Хамида не тронут, если только он не попытается причинить мне вред.

Но он этого не знал.

Хамид перенёс вес с одной ноги на другую, и церберы снова зарычали.

— Будь я на твоём месте, я не стала бы этого делать, — я обошла его, изо всех сил стараясь сохранить серьёзный вид. — Хуго и Вульф очень покровительственны к Саре и её друзьям.

От упоминания имени Сары, оба цербера завиляли хвостами. Я подошла к ближайшему церберу и почесала его по голове, которая доходила почти до моего плеча.

— Такой хороший мальчик, — заворковала я. — Ты спасёшь меня от большого сердитого воина, да?

— Джордан, — предупреждающим тоном вымолвил Хамид, и мне пришлось склонить голову, чтобы он не увидел мои потуги не засмеяться.

Я похлопала цербера по голове.

— Хорошо. Идите, патрулируйте, и постарайтесь никого не съесть.

Они оба гавкнули и рванули в лес. Они пробудут в лесу всю ночь, пока утром Сахир не придёт покормить их. Не знаю, как они умудрялись держаться внутри наших границ, но они никогда не сбивались с пути.

Я улыбнулась Хамиду, который выглядел так, словно не знал, как отнестись к последним нескольким минутам.

— И именно поэтому мне безопасно находиться тут ночью. Теперь если извинишь меня, я хотела бы закончить свою пробежку.

Он не ответил, и я не стала ждать, пока он надумает, что сказать. Я развернулась на пятках и начала бежать обратно к бастиону, испытывая лёгкость, какой у меня не было уже много дней.

Вернувшись к комплексу, я решила, что мне не потребуется ещё один круг. Я направилась в свою комнату, где приняла второй за ночь душ, и легла на кровать, проигрывая в голове сцену с Хамидом и церберами. Думаю, я всё ещё ухмылялась, когда уснула.

* * *

— Я всегда знал, что ты вернёшься к нам, — раздался знакомый голос, когда следующим утром я нагружала едой тарелку в столовой.

Я оторвала взгляд от буфета и увидела улыбающегося мне воина с короткими чёрными волосами и карими глазами.

— Кто-то должен был убедиться, что ты не дал слабину тут, — легкомысленно парировала я.

Терренс рассмеялся и забросил виноградину в рот.

— Садись с нами и расскажи нам обо всех волнениях в Лос-Анджелесе.

— Ты слышал?

Он фыркнул.

— Кто не слышал? И сомневаюсь, что здесь есть хоть кто-то, кто удивился, услышав, что ты аккурат оказалась замешана во всё это.

Я подошла с ним к его столу, где меня поприветствовал улыбающийся светловолосый воин. Я должна была знать, что Джош тоже будет здесь. Они с Терренсом были не разлей вода с первого же года подготовки, и один никогда не покинет другого. Они были прикреплены к Весторну с момента окончания их подготовки, буквально спустя полгода после меня.

— Старая банда снова собирается вместе? — подшутил Джош, когда я села к нему.

Над столом повисло молчание, и мне не надо было смотреть на их лица, чтобы понять, что все мы подумали об одном и том же. На подготовке нас было шестеро, не считая Сары, а осталось только трое. Оливия с Марком были мертвы, а Майкл — предатель, который продал нас вампирам и стал причиной смерти наших друзей, был заперт в каком-то подразделении для психически нездоровых детей в Индии.

Сара сказала, что Майкл был болен и не должен был нести ответственность за содеянное. У неё было большее сердце, в отличие от меня, потому что я не смогла отыскать в себе прощения ему.

Джош неловко покашлял.

— Прости. Я не подумал.

— Не переживай, — ответила я.

Я покинула бастион сразу после смерти Оливии и Марка, и теперь возвращалась только погостить. Не знаю как Терренс или Джош могли оставаться здесь, в окружении столь многих воспоминаний о наших павших друзьях. Я не смогла бы этого вынести.

— Расскажи нам, что происходит в Лос-Анджелесе, — сказал Терренс. — Все тут только об этом и говорят.

— Не удивительно. — Я рассказала им всё, что могла, и они закидали меня вопросами.

— Боже, наверное, это было нечто, — произнёс Джош, когда я закончила свой рассказ.

Терренс кивнул.

— Ты, правда, самолично упаковала самого демона Хурра?

Я рассмеялась.

— Ты когда-нибудь видел Хурра-демона? Это маленький пузырь с щупальцами и ничего увлекательного. Если бы ни тот факт, что он, как бы, должен был быть вымершим видом, никто бы не придал этому событию большого значения. Вы бы видели краас-демона, которого убил Хамид. Вот это было гораздо впечатляющим.

Лёгок на помине. Мой Мори начал трепетать и через несколько минут в столовую вошёл Хамид с воином, которого я не знала. С виду они были поглощены беседой, пока взгляд Хамида не остановился на мне. Я ощутила интенсивность его взгляда через всю столовую, и мне стало интересно, был ли он всё ещё раздражён из-за прошлой ночи.

Джош склонился над столом, и наши плечи соприкоснулись.

— Проклятье. Кто этот голиаф?

— Хамид собственной персоной, — сказала я, всё ещё таращась на большого воина.

Хамид прищурил глаза, когда его взгляд скользнул на Джоша. Только спустя секунду я догадалась, что ему не понравилось, что другой мужчина сидел так близко ко мне. Я должна была знать, что это произойдёт, но я надеялась, что мы сможем разорвать связь раньше, прежде чем всё дойдёт до этого уровня.

Я заёрзала на стуле, чтобы переключить его внимание вновь на себя, и когда у меня это получилось, я послала ему недвусмысленный взгляд, безмолвно говоря ему «перестань». Некоторое время его выражение лица оставалось прежним, и я подумала, что он планирует подойти и устроить сцену. Но затем он отвёл взгляд, и моё тело расслабилось.

Хамид с воином остановились у буфета с едой, а потом направились к столику в дальней части зала. Когда они шли по столовой, я услышала хихиканье трёх девушек за соседним столиком. Я увидела, как девушки проследили взглядами за Хамидом, и услышала их мечтательные вздохи. Я поймала себя на том, что буравлю их свирепым взглядом, и задалась вопросом, неужели я вела себя так же глупо, когда впервые увидела его. От этой мысли меня передёрнуло.

— Стажёрки, — сказал Джош, заметив на чём я сосредоточена. — Поверить сложно, что мы были такими же буквально несколько лет назад.

Я улыбнулась.

— Иногда кажется, что это было целую вечность назад, а иногда — будто вчера.

Оставшуюся часть завтрака мы провели, болтая о том, о сём. Они рассказали мне, что их приписали к новому командному центру, куда они отправятся через несколько месяцев. К какому именно они пока не знали, но они оба попросились отправить их двоих в одно место. Я побывала во всех командных центрах, хотя и провела большую часть времени в Лос-Анджелесе, и я была рада ответить на все их вопросы.

Я относила свой поднос к стойке для грязной посуды, когда почувствовала приближение Хамида. Поставив поднос на стойку, я повернулась к Хамиду лицом.

— Команда собралась на арене и нас приглашают на разговор, — сказал он.

— Хорошо.

Небольшой узел страха связал мой живот. Я ждала снятия этого заклинания с меня, но мне не нравилась магия, как и сама идея, что я буду подвержена каким-либо тестам.

Мы вышли через главный вход и направились к арене через лужайку. Построенная из камня с куполообразной стеклянной крышей и высокими окнами, арена в основном использовалась для тренировок и спортивных событий, таких как дуэли. И вполне логично было, что там была устроена встреча. Здание было уединённым и имело приличную площадь для совершения заклинаний и тому подобного.

Хамид открыл мне дверь, и я скрепя сердцем вошла в здание. Прошла по короткому коридору, который вёл в основной зал, где нас ждали Ориас и четыре неизвестных мне человека. Двое из них были ведьмаками, как и Ориас, а два других — научными сотрудниками.

Женщина-Мохири шагнула вперёд и крепко пожала мне руку. У неё были тёмные волосы, светлая кожа и английский акцент.

— Шарлотта Райт. Рада познакомится с тобой.

— Я тоже, — сказала я, прежде чем следующий воин с рыжими волосами по имени Мария Бласт представила себя.

Ориас представил меня своим коллегам, которые с виду были примерно такого же возраста, как и он. Циро оказался тихим, серьёзным ведьмаком с тёмной кожей и приятной улыбкой. Бастиан был меньше ростом двух других и, я бы сказала, грузным. Его волосы и кожа были настолько белыми, что он походил на альбиноса, и говорил он с ярко-выраженным французским акцентом.

— Ни одной женщины-мага в команде? — поинтересовалась я у них.

— Колдуньи используют земную магию, а не демоническую, — объяснил Ориас. — У них нет опыта с заклинаниями призыва.

— Получается, только мужчины могут гонять балду с этой ерундой, — сказала я, заслужив злобный взгляд от Ориаса и усмешку от Шарлотты.

И тут у меня появилась ещё одна мысль.

— А что насчёт фейри?

У меня создалось впечатление, что фейри не были особо озабочены тем, что происходило в нашем мире, но Эльдеорин с Айне помогли бы, если бы Сара попросила их.

— Нельзя, чтобы фейри приблизились к заклятию, они могут разрушить его, — сказал Циро. — И мы, однозначно, не хотим, чтобы они оказались близ дыры в барьере.

Я нахмурилась.

— А почему?

Бастиан снисходительно улыбнулся мне.

— Барьер сделан из элементов двух измерений. Как думаешь, что произойдёт, когда фейри подойдёт достаточно близко к бреши в барьере и подвергнет её своей магии? Весь барьер целиком может пошатнуться.

— Полагаю, я никогда особо не думала о том из чего сделан барьер, — призналась я.

Если быть честной, у меня было мало причин думать о барьере до начала всего этого. Я уже и так знала о нём больше, чем когда-либо хотела.

После знакомства со всеми, мы сели, и команда приступила к делу. Следующие два часа они задавали вопрос за вопросом о ночи, когда мы попали под заклинание. Каждый нюанс, казался, важен им, начиная с точной последовательности событий, вплоть до того, что на нас было надето в это время. Я ответила на всё, пока Мария не спросила, не были ли у меня тогда благоприятные для зачатия дни.

— А это какое отношение имеет к делу? — требовательно спросила я.

— В некоторых культурах, женщины считаются более восприимчивы к магии во время их фертильного периода, — объяснила она.

Стараясь избегать взгляда Хамида, я ответила:

— Нет. У меня не было фертильного периода.

Учёный кивнула, но вид у неё был чуть ли не разочарованный. Слава богу, кто-то другой решил повести опрос в другое русло.

После вопросов пошли тесты. В основном они состояли в том, что Хамид или я, или мы оба стояли в центре зала в то время, как ведьмаки по очереди «экзаменовали» магию, подобно тому, что Ориас делал с нами в Лос-Анджелесе. И хотя ни один тест не был насильственным, я была более чем готова свалить оттуда, когда Шарлотта позвала нас на обеденный перерыв.

Я направилась в столовую, где стала объектом множества любопытных взглядов. Казалось, все до одного знали о магическом испытании, происходящем сегодня на арене, и что я была одной из подопытных кроликов. Из-за ощущения неловкости от такого внимания, я схватила бутылку воды и пошла к себе. В годы подготовки, будучи стажёром, я любила быть в центре внимания, но я очень быстро усвоила, что не всё внимание было хорошим.

Я переоделась в спортивную одежду и решила пробежаться до озера и обратно. Почти никто не пользовался этой дорогой, поскольку Сары и других ребят не было дома, так что всё это место было в моём полном распоряжении. Меня это вполне устраивало, потому что я была не в настроении для какой-либо компании.

Когда пришло время возвращаться на арену, я буквально заставила себя вернуться в комнату, принять душ и переодеться. Как и следовало ожидать, я явилась туда последней. Взгляд, которым одарил меня Хамид, когда я вошла в здание, говорил, что он уже планировал было пойти искать меня.

Он встретил меня на полпути до зала, озабоченность оставила неизгладимый след на его лице.

— Ты как?

— Отлично, — сказала я с вымученной лёгкостью.

Он нахмурил брови.

— Если тебе нужен более длительный перерыв, ты не должна…

— Со мной не надо нянчиться, — ответила я более резко, чем планировала. Смягчив свой тон, я сказала: — Если ты готов, готова и я. Так что давай сделаем это.

Чем скорее мы покончим с этим, тем быстрее я смогу выбраться отсюда. За обеденное время я решила принять предложение Сары остановиться в их доме, и с нетерпением ждала умиротворённой ночи в одиночестве у озера.

Мы с Хамидом заняли наши места в центре зала и вынесли ещё один раунд магических тестов. Вторая половина дня подходила к концу, как и моё терпение, и я уже сомневалась, что не откушу кому-нибудь голову, кто следующим попытается провести со мной очередное заклинание.

— Думаю, на сегодня достаточно, — сказала Шарлотта, которая похоже была неофициальным лидером группы. — Мы за ночь обработаем результаты и завтра утром соберёмся заново.

— Великолепно, — пробормотала я, уже повернувшись к выходу.

— Я бы хотел провести ещё один тест, если не возражаете, — вызвался Бастиан.

На несколько секунд я закрыла глаза, а потом снова повернулась ко всем лицом.

— Подождать не может?

Ведьмак, извиняясь, улыбнулся мне.

— Это займёт всего несколько минут, клянусь, и это может оказаться весьма полезным в нашем вечернем обсуждении.

— Хорошо. — Все мы были здесь по одной причине — создать новое заклинание, чтобы заменить то, что лежало теперь на мне с Хамидом. Если тест Бастиана сможет помочь им выяснить, как это сделать, я не стану противиться.

Бастиан попросил меня с Хамидом встать друг к другу спиной и взяться за руки, заведя их назад. И хотя я не могла видеть Хамида, то, как он держал меня за руки, ощущалось крайне интимным. Каждое нервное окончание в моих руках, казалось, покалывало от физического контакта, и моё сердце странным образом затрепетало. Я никогда ещё подобного не испытывала, и мне захотелось прильнуть к нему и в то же самое время сбежать.

Ведьмак обошёл нас, положив кристаллы на пол в виде круга, в центре которого мы теперь стояли. Закончив, он встал передо мной.

— Это заклинание призвано скопировать магическую связь между вами. Оно не заменит существующее заклинание, но мы сможем изучить его и вполне возможно использовать как копию для создания нового.

— Понятно, — ответила я.

Бастиан отступил и начал произносить заклинание нараспев, и через минуту кристаллы стали источать яркое белое свечение. Это немного напомнило мне кристаллы из церемонии призыва, и я нервно сомкнула пальцы вокруг руки Хамида. Он не обмолвился ни словом, но стал большим пальцем поглаживать мои ладони в медленном успокаивающем узоре. Не в силах выдернуть руки, я стояла и твердила себе, что вовсе не была успокоена его прикосновением.

Я вздрогнула, когда резкий укол боли обрушился на голову. Боль прошла в считанную секунду, но оказалась достаточно серьёзной, чтобы я закрыла глаза от приступа.

Когда боль пронзила голову второй раз, вспышка была сильнее, и я резко втянула воздух. И снова боль исчезла в мгновение ока, но я напряглась в ожидании следующей волны.

— Чёрт! — заорала я, когда жгучая боль расцвела в моей голове.

Казалось, будто кто-то вонзил нож прямо в моё глазное яблоко. Всё моё тело ослабло, и единственное, что удерживало меня на ногах — Хамид.

— Прекращай, — яростно рявкнул Хамид.

Секундой позже, он отпустил мои руки и, развернувшись, поймал меня раньше, чем я рухнула унизительной грудой.

— Всё закончилось, — хрипло прошептал он мне на ухо. — Прости. Если бы я знал, что это причинит тебе боль, я бы не позволил ему провести этот обряд.

Я кивнула, но прошла целая минута, прежде чем я смогла заговорить и самостоятельно стоять на ногах. У меня не было выбора, кроме как стоять спиной прижатой к груди Хамида, когда он обнимал меня. Если я посчитала держаться за руки интимным моментом, то это не шло ни в какое сравнение с ощущениями, наводнившими меня сейчас.

Как только я смогла двигаться, я вышла из его объятия. Сощурив глаза, я посмотрела на Бастиана. Я сократила несколько метров между нами, размахнулась и ударила его.

Он отшатнулся назад, зажав руками разбитый нос, а я последовала за ним. Прежде чем я успела нанести второй удар, Хамид схватил меня сзади и оттянул от стонущего ведьмака.

— Отпусти меня, — заорала я, безуспешно пытаясь вырваться из его хватки.

Хамид развернул нас, так что я больше не могла видеть Бастиана.

— Успокойся.

— Давай тебе воткнём в глаз раскалённую кочергу и посмотрим каким спокойным ты будешь, — прошипела я сквозь стиснутые зубы.

Его тело застыло.

— Это так ощущалось?

Я перестала бороться, коль уж смысла в этом не было.

— Я так понимаю, это значит, что ты никакой боли не испытывал.

— Было немного больно, но ничего из того, что ты описала.

— Повезло тебе, — мрачно ответила я. — А теперь не мог бы ты отпустить меня?

— Обещаешь не нападать на Бастиана? — спросил он, не ослабляя свою хватку на мне.

— Если только он снова не подойдёт ко мне.

— Я проконтролирую, чтобы этого не случилось, — голос Хамида принял жёсткую грань, благодаря которой я поверила, что он сдержит своё слово.

Он опустил руки, выпуская меня.

Я поправила рубашку и повернулась ко всем лицом.

— А теперь если вы извините меня, на сегодня с меня хватит быть вашей лабораторной крысой.

Бросив на Бастиана испепеляющий взгляд, я резко развернулась и зашагала к двери. Я едва прошла пару метров, когда меня резко дёрнуло назад.

Я развернулась, оскалив зубы, чтобы поинтересоваться у Хамида, какого хрена он творил. Но он стоял на том же месте, где я оставила его. Он в замешательстве нахмурился и уставился на меня.

Я сделала ещё один шаг в сторону двери — или точнее попыталась. Казалось, что-то удерживало меня, но когда я оглянулась через плечо, я ничего не увидела, кроме группы людей, смотрящих на меня так, словно я потеряла рассудок.

— Какого хрена происходит?

Если они считали, что могли вынудить меня остаться здесь для очередного тестирования после произошедшего, с ума тут сходят они.

— Что не так? — спросил Ориас, направившись ко мне.

Я мрачно посмотрела на него.

— Я не могу уйти. Вот что не так. Надеюсь, это не очередной ваш дурацкий тест, или честное слово…

Ориас дурачливо улыбнулся мне. Протянув руку, он пробормотал несколько слов, и я ахнула, увидев серебряную нить, оформившуюся в воздухе передо мной. Один конец нити уходил в меня, а другой в Хамида, который, похоже, потерял дар речи.

— Что это? — требовательно спросила я, ненавидя прозвучавший в моём голосе визг.

— Это, — медленно произнёс Ориас, изучая нить, — карта, созданная заклятием Бастиана. Похоже, заклятие попыталось смоделировать моё заклинание.

Циро подошёл ближе, чтобы получше рассмотреть нить.

— Удивительно. Посмотри на состав связи. Видишь, как волокна оригинального заклинания вплелись в неё.

Ориас кивнул.

— Да, но магия местами неполная. Видишь здесь? — он указал на секции в нити. — Вот тут он остановил заклинание.

Я скрестила руки, в основном, чтобы удержать себя от попытки ударить кого-то ещё.

— Если вы не возражаете, я бы хотела уйти. Не мог бы кто-то из вас убрать эту штуковину?

— Боюсь, это невозможно, — сказал Циро, всё ещё пялясь на нить.

— Что значит невозможно?

Моё сердце ускорило свой бег, когда ярость и страх наполнили грудь так, что я оказалась на грани гипервентиляции. Этого не может быть.

ГЛАВА 9

Хамид подошёл и стал рядом со мной. Своей огромной рукой он обхватил мою кисть, и в кои-то веки я не попыталась вырвать её из его хватки. Мне было стыдно признать, но его близость успокоила шторм эмоций, разбушевавшийся во мне.

— Объясни, — сурово потребовал он.

— Он хочет сказать, что мы не можем разрушить новую связь, не подвергнув риску моё заклинание, — спокойно начал Ориас. — Но заклятие Бастиана неполное, поэтому оно само по себе распадётся в течение нескольких дней, не причинив вреда основному заклинанию.

Я снова обрела дар речи.

— То есть мы застряли в этом здании пока чары не развеются?

— Нет, вы можете уйти, — ответил Ориас. — Вы просто не сможете удаляться друг от друга на большое расстояние. Судя по тому, что я видел, могу сказать, что не больше чем на пару метров.

— Ты серьёзно? — мой голос стал громче. — Вы ожидаете, что несколько дней мы будем вот такие неразлучные?

— По мере того, как чары начнут слабеть, вы сможете увеличивать расстояние, — сказал Циро, словно от этого мне должно было стать легче. — И это может быть хорошим фактором для нашего исследования. Если мы сможем просто…

Я отвернулась от них и потянула Хамида за собой. Не то, чтобы я смогла бы заставить его уйти против его воли, но думаю, он понимал, насколько важно было для меня выбраться отсюда.

Как только мы покинули арену, я отпустила его руку, и несколько минут мы просто шли молча. Вся полнота моей дилеммы не повергла меня, пока мы не приблизились к главному зданию, и только тогда я осознала, что не смогу уйти и побыть одной, когда мы окажемся в доме. Как и не смогу провести ночь в доме у озера. Я буквально застряла с Хамидом, пока эта хрень не отпустит нас.

— Боже, всё хуже и хуже, — пробормотала я быстрее себе, нежели ему.

— Я польщён слышать, что ты считаешь это хуже нашей связи.

— Рада, что хоть один из нас может шутить об этом, — я остановилась и хмуро посмотрела на него.

Хамид одарил меня своей почти улыбкой.

— Твоя злость не изменит нашу ситуацию, и нас ждут крайне некомфортные несколько дней, если мы будем зацикливаться на нашем злоключении.

Я закатила глаза.

— Если это расследование никоим образом не сработает для тебя, ты должен очень подумать о карьере в оформлении поздравительных открыток.

— Приму это к сведению, — сказал он с невозмутимым видом.

Я тягостно вздохнула, и мы продолжили идти.

— Тебе лучше? — спросил он.

— Не так хорошо, как я бы чувствовала себя, дай ты мне снова ударить Бастиана.

Его низкий смешок сотворил неправдоподобное с моим животом.

— Тебе кто-нибудь говорил, что вступать в битву с ведьмаком глупо?

Я фыркнула. Он был прав, но я никогда в этом не признаюсь.

— Постараюсь вспомнить об этом в следующий раз, когда один из них попытается заставить меня испытать непосильную боль.

Я произнесла это в шутливой манере, но в ответе Хамида ничего смешного не было:

— Никто из них никогда больше не навредит тебе, обещаю тебе это.

Мы вошли в главный вестибюль, и я запнулась, не зная, что делать дальше. Хамид принял решения за меня, потянув нас в сторону столовой.

— Я не голодна, — соврала я.

— Ты не обедала. Ужин пропустить ты не можешь.

— Откуда ты знаешь, что я не обедала? — спросила я, пока мы шли по шумной столовой. Он что снова за мной следил?

— Я видел, как ты вернулась с пробежки, и что-то подсказывает мне, что тебе понадобилось выместить своё недовольство после утренних тестов.

Он направился к испускающему пар буфету, и у меня не было иного выбора, как последовать за ним. Я уже начала чувствовать себя одной из тех игрушек, которую везде за собой таскают дети.

Я наполнила тарелку запечённой сёмгой, рисом и овощами и стала оглядываться по сторонам, ища свободный столик, пока ждала Хамида. Когда он закончил накладывать себе еду, не забыв о стейке, который мог бы накормить семью из четырёх человек, мы сели в конце самого длинного стола.

— Тебе надо больше есть, — проворчал он, нарезая свой стейк.

— Именно поэтому было придумано второе блюдо, — парировала я.

Это была только первая порция. Я уже положила глаз на свиные рёбрышки. А закончу я, вероятней всего, шоколадным слоёным пирогом на десерт.

Первую половину ужина мы почти не разговаривали, и на удивление, молчание не оказалось неловким. Я видела любопытные взгляды, посылаемые в нашу сторону, но посчитала, что если он мог их игнорировать, смогу и я. Люди в любом случае, так или иначе, будут пялиться на него. Его сложно было не заметить в толпе.

— Как так вышло, что ты стал работать на Совет? — спросила я, уже приступив к десерту.

Меня интересовал этот вопрос с момента нашей первой встречи в Лос-Анджелесе. Когда я впервые встретила его три года назад, он работал со своим братом как с партнёром и, судя по тому, что я слышала, они были очень близки.

Хамид, казалось, был удивлён моим вопросом, и на мгновение я подумала, что он не собирался отвечать.

— Совет много раз пытался завербовать меня, но я был решительно настроен работать с братом, Аммоном. Два года назад мы были на задании в Южной Африке, и Аммон встретил свою пару. Она — англичанка, и сейчас они живут в крепости Хаддан. Когда Совет снова выдвинул своё предложение, я решил поработать на них несколько лет.

Я слизала шоколадную глазурь с вилки.

— Ты, наверное, скучаешь по работе с братом.

— Да, — признался он. — Но они с Алисией очень счастливы, а для меня это самое важное.

— Ты часто с ними видишься? — спросила я, меня очень интересовала его семейная жизнь.

Я твердила себе, что просто старалась поддержать беседу, раз уж мы застряли вместе, но кого я обманывала? Хамид всегда был для меня загадкой, и я не могла устоять перед возможностью узнать о нём чуть больше.

Он вытер рот салфеткой.

— Последние два года моя работа на Совет занимает всё моё время. Как только наша… проверка подойдёт к концу, я планирую навестить их.

Я услышала его мимолетную паузу и задалась вопросом, не собирался ли он сказать «как только наша связь будет разорвана». Мысль о том, что я никогда больше не увижу его, наполнила меня быстротечным чувством неправильности. Я неловко заёрзала на стуле. Это просто связь.

— А ты? — спросил он.

— Что я?

— Ты часто видишь свою семью?

— У меня нет семьи, — ответила я. На его вопрошающий взгляд, я добавила: — Я сирота.

Он откинулся на спинку стула, нахмурившись.

— И тебе не проводили тест ДНК, чтобы выяснить кто твой родитель?

— Проводили, но я не захотела встречаться с ним.

У нас была центральная база ДНК, которая содержала записи по всем Мохири, живущим со времён начала тестирования тридцать лет назад. С тех пор в базу вносились ДНК всех новорождённых, вместе с ДНК сирот, когда их обнаруживали. База была создана скорее для идентификации убитого воина, если в этом была необходимость, но она также использовалась для выяснения из каких семей-Мохири были родом сироты.

У меня взяли анализ через неделю после моего обнаружения, но я решила не встречаться со своим отцом. Я знала его имя, и что он из Австрии, и в период, когда он посещал США, он встретил мою мать. Я также знала, что он никогда не узнавал как у неё дела, чтобы понять, что их мимолётная интрижка привела к появлению ребёнка. Если бы он хотя бы раз поинтересовался, я бы не провела первые десять лет своей жизни в страже и одиночестве.

Хамид задумчиво всматривался в меня.

— Что за люди растили тебя до того, как тебя нашли?

Я пожала плечами.

— Я так и не сблизилась с ними.

Его взгляд потемнел.

— Они пренебрегали тобой?

— Конечно же, нет, — я была потрясена его вопросом. Детей-Мохири охраняли и лелеяли, и к сиротам относились с такой же заботой. — Они были хорошими людьми, и дело не в отсутствии стараний с их стороны. Но после десяти лет будучи брошенной и постоянно притеснённой взрослыми, я уже была не особо доверчивой, когда меня привезли сюда.

Не знаю, зачем я рассказывала ему всё это. Я редко с кем говорила об этом периоде моей жизни. Я даже думать о нём не хотела.

Он удивился.

— Ты прожила среди людей до десяти лет?

К такой реакции я уже привыкла. Дети-Мохири начинали заявлять о себе уже в раннем возрасте, обычно в три-четыре года. Без родителей или попечителя, которые должны были научить ребёнка контролировать своего Мори, демон становился сильнее и более доминантным до тех пор, пока ребёнок не становился психически нестабильным. Редко встречались сироты старше шести лет, которые не страдали какими-либо психологическими проблемами. А в десять лет я оказалась самой взрослой сиротой, которую когда-либо отыскивали. До Сары. Но она относилась к своей собственной уникальной категории.

Я широко улыбнулась.

— Я ваша классическая сверхуспевающая ученица.

— И одна из моих самых любимых стажёров, — сказал Тристан, появление которого я даже не заметила. Он улыбнулся мне, а потом посмотрел на Хамида: — Я подошёл сказать, что мы перенесли сегодняшние переговоры с девяти на восемь часов.

Хамид мельком взглянул на меня и снова посмотрел на Тристана.

— Насчёт этого. К разговору присоединится Джордан.

— Джордан хочет поговорить с Советом?

Тристан одарил меня скептическим взглядом.

Я скривила лицо.

— Ну, уж нет, она не хочет.

— Я хочу сказать, что она вынуждена будет сопровождать меня.

Хамид рассказал Тристану о заклинании, которое обернулось против нас.

Тристан озабоченно нахмурился.

— Я поговорю с Шарлоттой. Им дано было разрешение поговорить с вами и провести тесты, а не вредить вам.

— В этом нет надобности. Такого больше не произойдёт, — в голосе Хамида послышалась твёрдость, которой минуты назад не было, но его взгляд никак не отражал жёсткий тон, когда он встретился со мной глазами. — Прости, но мне придётся пойти на этот разговор. Звонок не должен будет занять больше часа.

Я кивнула.

— Не надо извиняться. Но если ты хочешь сделать мне приятное, ты можешь разрешить мне ударить Бастиана снова.

Тристан рассмеялся.

— Никогда не вступай в драку с ведьмаком, Джордан.

Хамид послал мне самодовольный взгляд, и я подавила в себе детский порыв показать ему язык. Только потому, что мы объявили это временное перемирие, пока связаны вместе, не означало, что кто-либо из нас собирается менять свои решения.

Мы сопроводили Тристана в его кабинет, где я попыталась занять себя капанием в интернете по телефону, пока Хамид и Тристан заняты с конференц-звонком. Я бы не стала возражать, будь звонок интересным, но они девяносто минут планировали куда какая исследовательская группа Совета отправится далее. Я уже почти уснула в кресле ко времени, как звонок, наконец, был завершён.

Было только десять часов вечера, когда мы покинули офис Тристана, но моё тело изнывало так, словно я не спала несколько дней. Многочасовые испытания магией оказали на меня такой эффект.

— День был долгим, — сказал Хамид, заметив, как я пытаюсь подавить очередной зевок. — Мы должны попытаться немного поспать.

— Ладно.

Я начала было желать ему «спокойной ночи», но слова умерли у меня на языке, когда я осознала, что перед нами стоит новая проблема. Нам придётся спать в одной комнате, пока заклинание Бастиана не исчерпает себя. Судя по выражению лица Хамида, он уже думал об этом и ждал пока до меня дойдёт это.

— Я буду спать на полу, — сказал он раньше, чем у меня появилась минутка подготовить себя к этому. — Мы можем расположиться в твоей комнате, если так тебе будет удобней. Для меня это не принципиально.

От мысли, что мы будем одни в моей комнате, всё внутри меня опустилось. Что-то в этом показалось мне чересчур приятным, что мне стало не по себе. И меньше всего в подобные времена нам нужна была интимная обстановка.

— Твоя комната, наверное, больше, и для тебя там будет комфортней, — сказала я. — Мне только надо захватить из своей комнаты одежду для сна.

Хамид стоял за дверью моей ванной комнаты, пока я чистила зубы. Это, однозначно, был один из самых нереальных моментов в моей жизни. Он выглядел огромным титаном, когда я вышла из ванной, и я грустно улыбнулась, начав копаться в бельевом шкафу в поисках футболки и соответствующих шортов. Совсем не так давно было время, когда нахождение в спальне наедине с большим воином, было моей сокровенной фантазией. И она осуществилась немного не так, как я себе представляла.

Мы оба затерялись в мыслях, пока шли к комнате Хамида, расположенной на втором этаже южного крыла. В комнате он отвернулся, и я переоделась в пижаму, а затем я помогла ему расстелить одеяло на полу и положить подушку. Я чувствовала себя виноватой, когда забралась в его огромную кровать и услышала, как он растянулся на импровизированной постели на полу. Но каждый раз, когда я предлагала ему поменяться местами, он отказывался даже слышать об этом.

Я выключила лампу, погрузив комнату в полную темноту, и легла на кровать. Я долго искала удобное положение, а потом закрыла глаза и попыталась уснуть. Но, как и прошлой ночью, мой разум было невозможно выключить. Не помогло и то, что запах Хамида всё ещё витал на подушке, и что я слышала его тихое дыхание в нескольких метрах от меня.

Всякий раз, когда я меняла положение, я старалась не побеспокоить его, потому что хоть кто-то один из нас должен был отдохнуть. В какой-то момент я подумала, что надо бы снова пробежаться, раз уж прошлой ночью это помогло. А потом вспомнила, что никуда не смогу пойти без него, и тихо вздохнула.

— Не можешь уснуть?

Его голос перепугал меня, поскольку я считала, что он уснул.

— Прости, постараюсь лежать спокойно.

— У тебя всегда проблемы со сном? — спросил он.

Я уставилась в потолок.

— Иногда. Полагаю, я всё ещё немного на взводе после сегодняшнего дня.

Я не стала говорить ему, что иногда, когда я не могу уснуть, я люблю ездить на мотоцикле по городу, или что нахожу ночной клуб и партнёра, чтобы прогнать все мои заботы прочь. В ночи, когда я патрулировала или была на задании, проблем со сном по возвращению домой у меня не было.

— Пробежаться не хочешь?

— Хочу, — без тени сомнений ответила я.

Сев, я включила лампу и моргнула, когда свет затопил комнату. Мой взгляд тут же опустился на пол, и я уставилась на Хамида, лежащего без футболки поверх одеяла. Ёшкин кот. На нём были спортивные брюки, но вида его мускулистых плеч и груди и накаченного пресса было достаточно, чтобы я позабыла обо всём на свете.

Хамид встретился со мной взглядом, и я отвела глаза, но успела заметить намёк на улыбку на его губах. Я подождала пока он встанет и натянет футболку, и только потом посчитала, что посмотреть на него будет безопасно.

— Мне придётся сходить за одеждой в комнату, — сказала я ему, понадеявшись, что для него это не станет напрягом, и он не передумает.

Он сел на кровать и натянул «Найки» для бега.

— Возможно, тебе стоит захватить ещё одежду на следующие несколько дней, тогда тебе не придётся постоянно ходить переодеваться.

Он произнёс это так беспечно, но для меня в этой ситуации не было ничего обыденного. Сначала нам пришлось спать в одной комнате, а теперь я буду приносить сюда одежду. Для двух людей, не пытающихся усилить свою связь, мы вступали в очень опасные воды.

Я быстро собрала необходимые мне вещи и закинула их в его комнату. Переоделась в спортивную одежду и, покинув здание через главный вход, мы побежали через лужайку в сторону дороги к озеру.

Приблизившись к лесу, я мельком посмотрела направо и увидела свет на арене. Команда, должно быть, всё ещё обсуждала сегодняшние результаты. «Или планирует новые способы помучить нас завтра», — подумала я и содрогнулась.

Я выбросила команду и их тесты прочь из головы, когда мы оказались в лесу. Хамид не пытался заговорить со мной, и меня это более чем устраивало, и мы побежали в приятной тишине. У озера мы развернулись, не останавливаясь, и направились обратно в бастион.

К концу четвёртого круга, я почувствовала приятную усталость. Моё тело покрывал пот.

— Думаю, теперь я смогу заснуть, — сказала я Хамиду, когда он посмотрел на меня с немым вопросом «хочу ли я пробежать ещё один круг».

Он кивнул, и мы вошли в здание. Мы заглянули в столовую, где взяли воду, а потом поднялись в его комнату.

Уже в комнате я обнаружила новую проблему, когда схватила свою сумку, прошла несколько метров в сторону ванной комнат и обнаружила, что дальше мне не ступить. Я стояла в середине комнаты, раздражение снедало меня.

— Я постою за дверью, пока ты принимаешь душ, — прямо за моей спиной раздался голос Хамида.

Напугавшись, я оглянулась. Как кто-то такого размера как он мог двигаться столь тихо? Или, может быть, я слишком глубоко погрязла в жалости к самой себе.

Мы по очереди приняли душ. Каждый из нас постоял у двери в ванную комнату. Хорошо, что ванная была не очень большой, иначе нам бы обоим пришлось находиться в ней одновременно. Насколько бы меня не раздирало любопытство узнать была ли столь же впечатляющая нижняя часть Хамида, как верхняя его часть, находясь в обществе друг друга без одежды, мы бы нарвались на проблемы.

Чуть позже лежа в постели, я слушала, как Хамид устраивается на полу. После того, как он перестал двигаться, я заговорила в темноте:

— Спасибо.

— Как думаешь, теперь ты сможешь уснуть? — спросил он.

— Да.

— Хорошо, — между нами растянулась долгая пауза. — Хороших снов.

* * *

— Слава Богу, закончили, хотя бы на сегодня, — сказала я, когда мы с Хамидом вышли с арены после второго дня испытаний.

Я уже стала забывать каково это было не находиться в постоянном окружении магии, и чувство было крайне неприятное.

Он замедлил шаг, чтобы идти вровень со мной.

— Сегодня ты держалась лучше.

— Я отличная актриса. Я была всего в одном заклинании от срыва, — я искоса посмотрела на него. — Не знаю, как ты можешь выглядеть таким спокойным. У меня от последнего до сих пор ощущения, будто по мне тараканы ползают.

— У меня больше опыта с магией из-за работы с Советом. И я старше и сильнее тебя.

Я игриво насупилась.

— О чём ты постоянно мне напоминаешь.

Он улыбнулся. С момента нашего приезда в Весторн он стал чаще улыбаться. Улыбка была ему к лицу. А учитывая мечтательные лица двух прошедших мимо нас девушек, я была не единственной, кто так считал. Не то, чтобы меня волновало, что кто-то ещё посчитает его привлекательным. Вспышка гнева моего Мори сказала мне, что моих чувств он не разделял.

Я замедлила шаг, когда увидела, что мы приближаемся к главному зданию. Со времени нашего приезда, за исключением наших пробежек, большую часть времени я проводила в здании, и я не горела желанием снова также провести очередной долгий вечер и всю ночь. Я изнывала по долгим поездкам на «Дукати», но не могла даже сделать этого, пока не пройдёт действия заклинания Бастиана.

Хамид замедлил шаг вместе со мной.

— Что-то не так?

— Ты не возражаешь, если мы немного побудем на улице? Я не привыкла так часто сидеть взаперти.

— Мне и самому не помешает свежий воздух, — охотно согласился он. — Я особо и не изучил Весторн с момента прибытия. Не покажешь мне владения?

Я благодарно улыбнулась ему.

— Да, но предупреждаю, смотреть тут особо нечего.

Мы неспешно погуляли по округе, и я объяснила, что в каком здании находилось. Его заинтересовал зверинец, и мы зашли внутрь. Все клетки были пустыми, но мы натолкнулись на Сафира, нарезавшего нечто на вид напоминавшее половину туши коровы. Угощение церберам на ужин. Он приглядывал за Хуго и Вульфом, как и за котом Сары и импами всякий раз, когда она отсутствовала. Мы поговорили с ним, пока он готовил ужин церберам, а потом помогли ему загрузить пластиковые резервуары с говядиной в его пикап, чтобы отвезти их на озеро.

После этого мы с Хамидом прогулялись к реке, и я рассказала ему о ночи, когда мы с Сарой нырнули в воду, чтобы убежать от вампиров во время нападения на Весторн.

— Вода была леденющая, и если бы не Сара, я бы умерла. Чтобы сохранить нас в тепле и на плаву она использовала свою магию, и она вывела нас именно на это место, — я указала на берег под нами. — И прямо здесь из воды выпрыгнули два келпи и убили вампиров, которые нас загнали в ловушку.

Хамид вскинул брови, и я рассмеялась.

— Я не шучу. Ты не поверишь, что я видела просто будучи в обществе Сары.

Он задумчиво уставился на бурно текущую воду.

— Я слышал об атаке, но я и не думал, что ты была здесь.

— Мы с Сарой оказались в самой гуще. Все стажёры были…

Моя улыбка померкла, когда вспоминания о той ночи всплыли в моём сознании. И стоя здесь, где всё это началось, я видела образы ещё более яркими, а боль стала более интенсивной.

— Что такое?

— Двое моих друзей были убиты в ту ночь. Мы опоздали, и не смогли спасти их, и Оливия умерла у меня на глазах, — я глубоко вздохнула и откинула скорбь на задворки своей души. — Но мы с Сарой добрались до вампира, который убил её и Марка.

У меня сил не было поднять на него глаза, пока говорила, так что я не ожидала руку, которую он положил на моё плечо.

— Соболезную твоей утрате.

Я открыла рот, чтобы сказать ему, что он снова нарушил правило номер два, но вместо этого произнесла:

— Спасибо. — Он убрал руку, и на короткий миг я почувствовала холод и странное опустошение.

Скинув с себя это чувство, я повернулась к нему лицом.

— Думаю, на этом всё для обзорной экскурсии, и на озере ты уже был.

— Спасибо за тур. А теперь не хочешь поужинать?

Я бы предпочла подольше побыть на улице, но уже вечерело, и показывать ему больше нечего было. Я кивнула, и мы направились к главному зданию.

В столовой мы наполнили свои тарелки, но вместо того чтобы сесть в обеденном зале, мы присоединились к Тристану и Каллуму, одному из моих тренеров. Я никогда не ела за столом Тристана, и теперь чувствовала себя не в своей тарелке. Я тихо ела, пока они разговаривали, и лишь изредка вступала в разговор, когда кто-нибудь из них обращался ко мне.

Тристан с Каллум попрощались с нами после ужина, оставив меня наедине с Хамидом, снова. Несколько дней назад тот факт, что я провожу с ним время, взбесил бы меня, но я стала привыкать к его обществу. Оставшуюся часть ужина я провела, расспрашивая его о заданиях, которые он исполнил, и о местах, которые он посетил.

— Это правда, что вы с Николасом вместе охотились на Магистра в Испании? — спросила я, принявшись за большой кусок яблочного пирога. — И что ты украл его мотоцикл, когда твой сломался.

Хамид дьявольски улыбнулся.

— Да, и он до сих пор не простил мне этого.

— Мотоцикл, или что присвоил себе убийство.

— Думаю, немного и то и другое.

Я задумчиво жевала кусок пирога, пока пыталась представить, каково это охотиться с двумя столь могущественными воинам как Николас и Хамид. Пройдёт ещё много лет, прежде чем я стану достаточно сильной, чтобы вообще задуматься над тем, как бы пойти на Магистра. Но однажды у меня появится такой шанс, и я буду готова к нему.

— Это был твой единственный Магистр? — поинтересовалась я.

— В Испании был мой первый. Я убил второго близ Пекина, пять лет назад. Она была гораздо старше, и потребовалась шесть воинов, чтобы одолеть её, — он рассказал мне о схватке в мельчайших подробностях. — Мне повезло, что я оказался тем, кому подвернулся момент убить.

— Ничего себе.

Я знаю, что выглядела явно немного поражённой, но мне было плевать. Такие истории заслуживали благоговения.

— Джордан, — меня окликнул Терренс, подходя к нашему столу. — У нас с Джошем сегодня выходной, и мы подумали, а не пройтись ли нам по клубам Бойса. Не хочешь пойти с нами, если у тебя нет планов?

Я оживилась, услышав о клубах, но моё радостное возбуждение окончилось провалом, когда я вспомнила, что не могу покинуть Хамида. Я могла бы попросить его пойти с нами, но сомневалась, что было бы разумно с нашей стороны столь неформальное общение.

— Сегодня не могу, — сказала я Терренсу, который выглядел разочарованным. — Может быть в следующий раз, если мы всё ещё будем здесь.

— Тогда это свидание, — ответил он с широкой улыбкой. Потом он посмотрел на Хамида, и в его глаза закралось беспокойство. — Хм… ты тоже приглашён.

Мне не надо было смотреть на Хамида, чтобы понять, что он снова включил своё обычное обаяние. Торопливое прощание Терренса и его бегство было тому подтверждением. Когда я взглянула на Хамида, я не ожидала ледяного свирепого взгляда, которым он метнул в спину моему удаляющемуся другу.

— У тебя есть сегодня какие-то дела с Советом? — спросила я, переводя внимание Хамида на себя.

Было ещё слишком рано, и я понятия не имела, как мы собирались коротать время до сна.

— Сегодня нет. Чем-нибудь хочешь заняться?

Я подумала над его вопросом.

— Я была бы не против хорошего спарринга, но тебе, наверное, это будет скучно.

Он положил руки на стол.

— С чего вдруг?

Я рассмеялась, несмотря на то, что мысль о тренировке с ним послала по моему телу дрожь восторга.

— Как ты уже несколько раз крайне красноречиво отмечал, я новенькая, а ты уже занимаешься этим… А сколько тебе лет?

Его губы изогнулись.

— Сто восемьдесят шесть.

Я вскинула руки и уронила их.

— Именно.

— Я постараюсь снизить планку, — ответил он игриво и встал.

Я немного запыхалась, пока шла за ним в один из тренировочных залов. Мы выбрали мечи на большом стеллаже, стоящем вдоль стены, и встали друг напротив друга.

Как я и ожидала, спарринг с Хамидом был подобен схватке с Николасом, Крисом или Десмундом. Он был слишком быстрым, что даже когда он не подключал скорость своего Мори, он заставлял меня выглядеть так, словно я двигалась в замедленной съёмке.

Спустя несколько минут, он нарочно замедлил свои движения, пока мы не стали равны в скорости. Я хорошо владела мечом, но должна была признать, что Хамид был искусным бойцом. Его удары и защита были лаконичными и лёгкими, и двигался он с плавной ловкостью, которая поразила меня.

Как и в тот раз, когда он наблюдал за моим спаррингом с Вивиан в Лос-Анджелесе, он раскритиковал несколько моих движений. Но его оценка вовсе не взбесила меня сейчас, и я попросила его показать мне, как улучшить свои слабые стороны.

Как только мы сгладили мои недочёты, мы снова вступили в спарринг, и он не стал особо сдерживаться, сделав бой куда более напряжённым для меня. Он давил на меня до тех пор, пока с меня не стал капать пот, и бой не достиг такого уровня, которого я никогда не достигала. Это опьяняло, и я не знала, как смогу вернуться к тренировкам с Броком и Мейсоном после этого.

Когда мы закончили, в дверном проёме раздалось хлопанье в ладоши, и я была удивлена, увидев, что мы собрали небольшую толпу зевак. Шеймус стоял с парнем стажёром и девушкой, которую я видела вчера в столовой. Оба стажёра уставились в благоговении на Хамида, и я постаралась спрятать улыбку. Несколько лет назад я точно так смотрела за спаррингом Николаса.

Взглянув на часы на стене и обнаружив, что мы провели в тренировочном зале больше двух часов, я пережила ещё одно потрясение. Я даже не заметила, как прошло время.

— Не хочешь пробежаться перед сном? — спросил Хамид после того, как я осушила бутылку воды в столовой.

— Нет, думаю, двухчасовой тренировки должно хватить. — Вероятно, после такой тренировки я буду спать лучше, чем когда-либо за многие годы.

Мы вернулись в его комнату и по очереди приняли душ, как и прошлой ночью. Пока он был в ванной комнате, я испытала магическую связь между нами и с радостью обнаружила, что теперь могла отходить примерно на три метра от него. Я не стала громогласно заявлять об этом, но я в душе переживала, что заклинание может не исчерпать себя, как это обещал ведьмак. Не то, чтобы мне не нравилась компания Хамида, просто было лучше, если мы дистанцируемся друг от друга. Он ни разу не обмолвился об этом, но он должен был чувствовать то же самое.

Как и прошлой ночью, я забралась в постель, а Хамид растянулся на полу. Я выключила свет и закрыла глаза, но не могла перестать думать о том насколько хорошо улучшила свои навыки работы с мечом всего за одну сегодняшнюю тренировку. Моё тело устало, но я уже жаждала очередного раунда с ним.

— Тебе снова не уснуть? — спросил Хамид и, судя по его голосу, он был столь же бодр, как и я.

— Нет, просто… думаю, — я перекатилась набок и легла лицом в его сторону. — Сколько времени у тебя ушло, чтобы стать таким умелым с мечом?

— Много лет. Ты уже более опытна, чем я был спустя несколько лет после окончания подготовки.

По мне растеклось тепло. Я достаточно пробыла в его обществе, чтобы знать, что он никогда не хвалит, если так не считает.

Я передвинулась к краю кровати и поглядела на него.

— Раз уж мы оба застряли в Весторне, а заняться тут особо нечем, как ты думаешь, мы могли бы?..

— Да.

— Спасибо.

— А теперь поспи немного. Тебе надо отдохнуть, в следующий раз я церемониться с тобой не буду.

Выражение его лица было суровым, но я услышала улыбку в его голосе.

Я рухнула на спину, широко улыбаясь.

— Меньшего я и не ожидаю.

ГЛАВА 10

Я почувствовала приближение Хамида ещё до того, как он вошёл в столовую. Мы были связаны узами уже как три недели, и я начала привыкать к возможности чувствовать его поблизости. Наличие такого рода связи с другим человеком ещё изредка нервировало меня, но больше я уже не испытывала желания сбежать от него. Да и бегство вряд ли решит что-либо. Я уже смирилась с тем, что буду связана с ним, пока заклинание Ориаса не сможет быть снято без повреждения барьера.

До сих пор никакого реального прогресса по созданию нового заклинания так и не было сделано, и группа на ежедневной основе напоминала мне, что нечто столь сложное не может делаться впопыхах. Им-то легко говорить. Мы с Хамидом подверглись такому числу тестов за последнюю неделю, что моя кожа, казалось, постоянно зудела от магии.

Заклинание Бастиана ослабло четыре дня назад, и с тех пор я особо нигде не видела Хамида, вне арены и наших ночных спаррингов. Мы решили, что будет лучше, если мы будем держаться в стороне друг от друга. Ну, точнее, так решила я, а он не стал спорить. За то время, что мы пробыли в компании друг друга, мы выстроили товарищеские отношения.

Хамид встретился со мной взглядом и направился ко мне. У нас ещё было тридцать минут до явки на арену, и я прекрасно знала, что не опаздывала.

— Что случилось? — спросила я, когда он подошёл к моему столу.

— Собирай вещи. Мы уезжаем через пятнадцать минут.

Вид и тон у него были серьёзные, и он не походил на мужчину, которого мне довелось узнать. Это был тот прежний Хамид, отстранённый и весь такой деловой.

Он развернулся и зашагал прочь, а я поспешила за ним. В главном вестибюле, я схватила его за рукав, вынудив остановиться и посмотреть на меня. Познавая его в течение восьми дней в Весторне, я узнала, что когда он был всецело сосредоточен на работе, он имел тенденцию быть грубым и скрытным. Я постаралась не принимать это на свой счёт, но иногда я всё же испытывала острое желание ударить его.

— Ты собираешься сообщить мне куда мы направляемся? — спросила я, не тронутая его бесцеремонностью.

— Звонил Николас, — наконец, произнес он. — Одна из его групп нашла место призыва демона, которое точь-в-точь соответствует тем двум местам в Лос-Анджелесе.

Озноб страха прокрался и сковал мою грудь. Став свидетелем того, как барьер открылся и, увидев, что через него ползёт, я даже боялась спросить, что ещё они нашли.

— Они выяснили сработал ли призыв?

Хамид мрачно кивнул.

— Они нашли щупальцу Хурра-демона на месте.

— Я буду готова через пять минут.

Я взбежала вверх по ступенькам, добралась до комнаты и покидала вещи в сумку. Через десять минут мы уже сидели во внедорожнике и направлялись в Бойсе. Позади нас в двух других машинах ехала группа Совета, которая будет сопровождать нас в Чикаго.

Большую часть дороги Хамид провёл в телефонном разговоре с Николасом, который взял на себя расследование до нашего прибытия. Когда мы сели на борт самолёта, Хамид переключился на звонок с Тристаном и остальным Советом. Я нашла себе место в хвосте самолёта, впихнула наушники и проигнорировала все три часа полета, сопровождавшиеся возбуждёнными разговорами вокруг меня.

В обед мы приземлились в О’Хара^3, где нас ждали два внедорожника, которые отвезли нас прямо на место призыва. Как только мы вошли в здание, которое когда-то было китайским рестораном, от вони серы и смерти в воздухе мне захотелось развернуться и уйти.

Охранявшие выходы воины, указали нам на кухню, где нас поджидали Николас с Крисом. Они быстро ввели нас в курс дела.

— Мы никому не даём войти сюда с момента, как обнаружили щупальцу Хурра, — сказал Николас Хамиду. — Судя по состоянию человеческого тела, призыв случился менее двенадцати часов назад.

Я практически чувствовала воодушевление ведьмаков от возможности изучить новенькое место. Я же с другой стороны не имела ни малейшего желания видеть кого-либо из них.

— Я подожду снаружи, — сказала я, когда Хамид заметил, что я не собираюсь последовать за ними. — Я на всю жизнь нахлебалась магии.

Воздух на улице у ресторана пах не лучше, но если сравнивать с тошнотворным смрадом внутри, это был лучший выбор. Я поболтала с двумя воинами на страже и стала не спеша обходить территорию, по большей части лишь бы занять себя. Николас с Крисом были педантичными. Если что и было интересное здесь, они бы уже нашли.

Звук кашля привёл меня к престарелому бомжу, который скрючился на скамейке в квартале от ресторана. Я плотно сжала губы от вида его хрупкого тела и тонкого пальто, которое никак не защищало его от холода. Я провела всего несколько недель на улице, но никогда не забуду ощущение постоянного голода, беспокойства о том, откуда будет мой следующий паёк. Нельзя было так жить.

Поблизости был продуктовый магазин. Я зашла в него и купила пару бутербродов их производства и большую чашку кофе. Само собой это не было хорошим горячим блюдом, но в любом случае это была еда, а кофе поможет ему немного согреться.

Когда я направилась к нему, я постаралась вести себя погромче, чтобы он не перепугался. На улицах и так было достаточно страшно, что и говорить о том, если кто-то подкрадывается к тебе, пока ты дремлешь.

Мужчина резко проснулся и с трудом сел. Его лицо было худым и серым, а его глаза, казалось, пылали лихорадкой. Он с опаской наблюдал за мной. Мне пришлось прикусить губу, чтобы не выругаться. Что было не так с обществом, в котором позволяли пожилому человеку так влачить своё существование? В такие моменты я всегда задавалась вопросом, почему я так усердно защищаю человечество, если оно не помогает своим же.

— Сегодня довольно холодно. Я подумала, может вам хочется выпить чего-нибудь горячего, — я сказала, поставив кофе и бутерброды на дальний конец скамейки.

Он не ответил и не сдвинулся с места за едой, я от него этого и не ожидала. Доброту от незнакомцев он явно крайне редко видел и, вероятней всего, гадал, что я задумала.

Я пошла прочь и только, когда я отошла на десять метров, я услышала шаркающий звук, предупредивший меня, что мужчина был позади. Я развернулась, решив узнать, чего он хочет и поймала его, когда он бросился на меня. Его глаза были обезумевшими, а изо рта текла пена.

На удивление он оказался довольно сильным для такого состояния, но я всё равно была ему не по зубам. Я с легкостью укротила его, оттолкнув и пришпорив на скамейке, задумавшись, что с ним делать. Он явно страдал некой формой деменции, и я не могла оставить его тут одного.

Отвлечённая своими мыслями, я ослабила хватку на нём и поплатилась за это. Он впился зубами в мою руку. Мне пришлось с силой разжимать его челюсти и принуждать его отпустить меня, а он начал щёлкать зубами на меня как бешеный пёс.

Я опустила взгляд на укус в виде полумесяца на руке и покачала головой. Я сразилась с бесчисленным количеством вампиров, и ни один из них ни разу не укусил меня, а этот маленький старикашка умудрился цапнуть меня.

— И что мне с тобой делать? — спросила я, быстрее обращаясь к самой себе, чем к нему.

Единственное, что пришло мне на ум, отвезти его в ближайшую клинику и пусть врачи о нём позаботятся. Я придержала его одной рукой и попыталась не вдыхать его зловонный душок, вытаскивая телефон, чтобы вызвать подмогу.

Мужчина закряхтел и попытался вырваться из моей хватки.

— Проклятье, ах ты увёртливый старичок, — я поправила свою хватку на нём.

Он зарычал.

И звук был настолько нечеловеческий, что я едва не уронила телефон от удивления. Я развернула его так, чтобы посмотреть на его лицо, и резко втянула воздух. Глаза, которые были бледно-серыми минуту назад, теперь стали совершенно чёрными. Нечто подсказывало мне, что я только что нашла Хурра-демона, который потерял щупальцу.

Я удерживала его, набирая одновременно Хамиду.

— Мне кажется, я нашла вашего Хурра-демона, — произнесла я, как только он ответил.

— Где? — удивление наполнило его голос.

— В квартале от вашего места, — я дала ему координаты, где меня найти.

— Почему ты покинула здание? — грубо спросил он. — Ты не должна была…

— Делать свою работу? Ходить по округе в дневное время? — парировала я сухо. — Так сложно просто сказать «хорошая работа, Джордан» и на этом закончить?

Я сбросила звонок, ворчливо.

Мужчина зарычал.

Я кивнула.

— И не говори.

Хамида долго ждать не пришлось. Он показался минутой позже с Николасом, и я была довольно счастлива передать мужчину Хамиду. Я ввела их в курс произошедшего.

Николас вызвал группу зачистки, и мы отвезли старика в командный центр. Они приковали его в медицинском блоке, а Хавьер — светловолосый лекарь с приятным британским акцентом — принялся работать над ним. Нам необходимо было подтвердить, что демон внутри человека, прежде чем мы могли провести какие-либо мероприятия по его извлечению.

— Это Хурра-демон, — сказал Хавьер, когда он закончил свой осмотр. — К несчастью, тело мужчины слишком слабое, чтобы пережить извлечение. Я могу попытаться, но я не хочу подвергать его тому, учитывая, что его единственная перспектива — смерть.

Я посмотрела на пожилого мужчину, который лежал на экзаменационном столе, рыча в потолок.

— А что насчёт Сары?

Хамид в замешательстве посмотрел на меня.

— Сара?

— Она может убить демона-вахмира, не причинив вреда хозяину. Вряд ли Хурра-демон чем-то особенно отличается.

Николас покачал головой.

— Она беременна и…

— И? — раздался голос Сары из дверного проёма. Она улыбнулась мне, войдя в комнату. — С возвращением.

Николас подошёл к ней и покровительственно обнял.

— И ты два раза теряла сознания, делая это. Ты не должна рисковать с ребёнком.

— Он прав. Я не подумала.

Мне было жаль, что мужчина не выкарабкается, но я не стану подвергать Сару и её ребёнка опасности ради кого-либо.

Сара рассмеялась и скинула руку Николаса.

— Думаю, вы забыли, что во мне растёт ребёнок-фейри. Мой дар вкупе с её силой, и прямо сейчас я смогу осветить стадион.

Она направилась к столу. Как только она оказалась в паре метров от мужчины, он начал издавать странный визжащий звук и яростно забился в попытке сорвать с себя оковы.

— Бедное создание, — ласково пробормотала она, оценив состояние мужчины. — Давай посмотрим, как мы сможем улучшить твоё самочувствие.

Протянув руку, она едва коснулась его руки кончиком пальца.

Мужчина оцепенел, словно его ударило током. Его рот широко раскрылся и без какого-либо предупреждения из его тела выскочил демон.

И прямиком на меня. Серьёзно, почему всё время я?

Ещё до того как я успела отреагировать, передо мной возник Хамид. Он поймал демона одной рукой, не обращая внимания на когти, которые впились в его предплечье.

Николас подошёл со стеклянной канистрой для содержания демонов, и Хамид, оторвав его от своей руки, поместил демона внутрь. Это был совершенно крутой поступок, и меня это немного завело. В чём я никогда никому не признаюсь.

— Как он? — поинтересовалась Сара у Хавьера, который уже проверял мужчину.

Хавьер улыбнулся.

— Без сознания, но жив. Думаю, он выживет. Хорошая работа, Сара.

Я критически взглянула на Хамида.

— Видишь, как он себя повёл? Он сказал, что она отлично сделала работу, и его голова не взорвалась от этого. Попробуй как-нибудь. Возможно, тебе даже понравится.

— Она не сорвалась с места в тот же миг, как я отвернулся, — сказал он, прозвучав быстрее рассерженным, нежели злым.

Мы с Сарой посмотрели друг на друга и разразились смехом. Николас покачал головой и вернулся изучать Хурра-демона, корчившегося в канистре.

Хамид нахмурился, но от этого мы ещё сильнее рассмеялись.

Сара вытерла глаза.

— Я так рада, что ты вернулась. Я так соскучилась по тебе.

— Я тоже соскучилась. Весторн уже не тот без тебя.

— Я хочу узнать всё в подробностях, — Сара направилась к двери. — Я как раз собиралась пообедать. Голодна?

Я последовала за ней.

— Боже, да. Мы уехали раньше, чем я успела позавтракать.

— Хорошо, что я приготовила с лихвой.

Мы вошли в жилую зону и от запаха тако у меня слюнки потекли. Вместо того чтобы сесть за стол, мы остались есть за островом, где был накрыт обед.

— Так вкусно, — промямлила я с набитым ртом. — А я тебе говорила, как сильно люблю тебя?

Сара широко улыбнулась.

— Я с радостью услышу это снова.

И только когда я проглотила второй тако, я утолила голод и умерила свой пыл. Я рассказала Саре о визите домой. Мы переписывались, пока я была в отъезде, но я оставила на лучшие времена всё хорошее, чтобы лично рассказать ей с Бет.

— Я скучаю по Хуго и Вульфу, — печально сказала она после того, как мы посмеялись над историей о первой встречи Хамида с ними.

— Почему бы тогда не съездить домой?

Сара выпила немного воды.

— Потому что я хочу потусоваться тут с тобой и Бет. И я хочу закончить эту работу. Как только ребёнок появится на свет, мы несколько лет планируем не брать какие-либо большие проекты.

— Говоря о Бет, а где она сегодня? — спросила я, потянувшись за четвёртым тако.

— Она во вракке, проводит занятие по самообороне. Она должна скоро вернуться.

Я была потрясена, когда испытала небольшой укол ревности к тому, что Бет вела уроки, которые я планировала дать. До того как Хамид появился и сбил все планы, я с нетерпением ждала возможности потренировать врил-парней. Может быть, я смогу вести уроки с ней, пока буду здесь.

Сара оттолкнула тарелку, счастливо вздохнув.

— Было вкусно. Я всю неделю хотела тако.

Я заставила её присесть в зоне отдыха, а сама убрала кухню после нашего перекуса. Я не чувствовала присутствия Хамида, и поэтому посчитала, что они с Николасом вернулись в ресторан.

Я присоединилась к Саре в зоне отдыха, и она стала наблюдать за мной с пытливым видом.

— Итак, — начала она, после того как я устроилась поудобней. — Судя по всему, вы с Хамидом стали гораздо лучше ладить. Что-то случилось, о чём ты мне не рассказываешь?

Я фыркнула.

— И ты называешь это гораздо лучше ладить?

Она пожала плечами.

— Когда ты уезжала, ты едва могла находиться с ним в одной комнате.

— Ну, быть связанной магически с кем-то круглые сутки напролёт может сотворить такое. И слишком уж выматывает всё время злиться. Моё лицо начало сводить судорогой от постоянной хмурости, — я состроила рожу и она рассмеялась.

— Признайся уже, он тебе нравится.

Я поразмышляла над этим.

— Готова признать, что в нём есть гораздо большее, чем я видела в Лос-Анджелесе, и он может быть милым, когда захочет. Я уважаю его, но не стала бы называть нас друзьями.

Она сморщила нос.

— А настоящая Джордан когда заговорит?

— Что?

— Он милый? Ты его уважаешь? — она закатила глаза. — Я знаю тебя. Ещё скажи мне, что ты ни разу не подумала о том, как замутить с ним, пока вы были там.

Мой разум тут же выдал образ Хамида, выходящего из ванной с одним полотенцем на бёдрах на третий день нашего совместного проживания в одной комнате. Я целых десять секунд таращилась на него, пока не опомнилась. Если бы связь не означала отказаться от свободы и привязать себя к единственному мужчине на всю жизнь, я бы подарила этому мужчине такую ночь, какую он никогда бы не забыл.

Я с хитрецой улыбнулась.

— Может разок, но я не хочу уничтожить его для других женщин.

Она усмехнулась.

— Или ты не хочешь, чтобы он уничтожил тебя для других мужчин.

— И это тоже, — честно призналась я.

Что-то подсказывало мне, что даже без связи, секс с Хамидом превзойдёт все ожидания. Этот мужчина ничто не делает наполовину.

— Не знаешь, вы задержитесь здесь? — спросила Сара с надеждой в глазах. — Николас сказал, что не знает, но он считает, что Хамид возможно захочет, как минимум, пробыть здесь несколько дней.

— У меня не было шанса поговорить с ним со времени отъезда из Весторна, но я сомневаюсь, что он решит побыстрее уехать. Ему надо быть в гуще событий, а, насколько нам известно, в Лос-Анджелесе ничего не происходит. Даже Вивиан уехала по другому заданию во Францию.

— Хорошо, — Сара погладила свой живот.

— Всё хорошо?

Она улыбнулась.

— Да. Просто малышка даёт мне знать, что она счастлива, что ты здесь. Либо это, либо она очень полюбила тако.

Я закинула ноги на подлокотник кресла.

— Тако были очень вкусные, так что я солидарна с ней.

Мы с Сарой потусовались, пока я уже не могла больше сидеть, а затем я отправилась на долгую пробежку, чтобы сжечь накопившуюся энергию. После недели в Весторне, я зудела от желания выйти на регулярное патрулирование, но Хамид дал ясно понять, что я больше не могу сама по себе уходить и поступать как хочу. Мне приходилось следовать его правилам или испытывать стыд и унижение от наличия своего собственного охранника. Некоторые вещи были однозначно хуже, чем ношение датчика слежения.

Когда я вернулась с пробежки, Бет уже вернулась, и мы втроём провели остаток дня вместе. Николас, Крис и Хамид не объявлялись, пока мы не убрали за собой после ужина.

Ориас и остальная группа Совета всё ещё были в ресторане и проводили тесты. Вероятней всего они проведут там всю ночь. Я была рада быть избавленной от их присутствия. Оставалось надеяться, что теперь, когда у них было новое место призыва демона, чтобы с ним возиться, они позабудут на некоторое время о проведении экспериментов надо мной.

Я не знала, продолжим ли мы с Хамидом наши тренировки после отъезда из Весторна, так что в душе пришла в восторг, когда он спросил, не хочу ли я устроить с ним спарринг. За столь короткий период времени наших совместных тренировок я уже довольно хорошо усовершенствовалась.

— На сегодня достаточно? — спросил он, когда я пошла за водой спустя два часа интенсивного курса.

Я кивнула и сделала глубокий глоток воды. Я буду скучать по этим сессиям, когда мы наконец-то сможем отправиться каждый восвояси. Хамид давил на меня как никто другой.

— Не знаешь, как долго мы пробудем здесь? — спросила я, когда мы направились по комнатам.

— Как минимум, неделю, если только мне не понадобится поехать куда-то ещё.

Я откинула влажные волосы с лица.

— Я хочу начать снова патрулировать. Я сойду с ума здесь, если буду просто сидеть на месте.

Он кивнул.

— Я уже поговорил с Николасом об этом. Он включит тебя в завтрашнюю группу.

Я была слишком поражена его ответом. Я ожидала большего противостояния в возвращении к патрулированию.

— Спасибо.

Мы дошли до моей комнаты, и я открыла дверь.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — он направился к своей комнате, которая была рядом с моей. Когда он остановился и оглянулся на меня, на его лице играла лёгкая улыбка. — Ты прекрасно поработала сегодня, Джордан.

* * *

— На сегодня всё, ребятки, — сказала я пятерым детям и трём взрослым, которые отрабатывали стойки с новыми посохами, которые я принесла для них сегодня.

Мы с Бет по очереди проводили уроки самообороны во вракке, и мы решили, что наши ученики созрели для обучения с использованием оружия. При правильном использовании посох может быть смертоносен, подобно мечу.

— А мы можем взять их домой? — спросил Джал, один из врил-парней.

Я схватила свою кожаную куртку.

— Они ваши, и я надеюсь, что вы будете тренироваться с ними не меньше часа в день.

Он широко улыбнулся.

— Я буду. Спасибо!

— Увидимся через пару дней, — выкрикнула я им и направилась к выходу.

За последнюю неделю мои дни выстроились в новый режим. Хамид работал с командой Совета над расследованием, и я вернулась к регулярному патрулированию. Николас приписал меня к группе с тремя опытными воинами, и я следовала правилам Хамида и не выходила на работу в одиночку. Ситуация не была идеальной, но лучше так, а не иначе.

Помимо тренировок я не особо много видела Хамида. После того вечера, когда он довёл меня до моей комнаты, я осознала, что мне стало чересчур комфортно с ним. Если к этому добавить ещё и то, что мы с Сарой обсуждали, я начала понимать насколько мои чувства к нему изменились за последние несколько недель. Я переметнулась с крайней нетерпимости на наслаждение его обществом.

И я не могла отрицать, что моё физическое влечение к нему росло. Я всегда считала его невероятно сексуальным, но всё больше и больше я представляла, каково это будет изучить каждый сантиметр его мускулистого тела. Я хотела обвинить в своём возросшем желании связь, но я не могла больше врать самой себе.

Я уже шла к мотоциклу, как мне позвонила Сара.

— Ты всё ещё во вракке?

— Только что вышла. А что?

— Отлично. Не можешь ли ты заскочить в продуктовый по пути домой. Я умираю, как хочу мороженое, а у нас его не осталось.

— Как много купить? — спросила я, смеясь.

Я уже привыкла к её пристрастию к еде и безумному аппетиту. Два дня назад она съела гору бананов и целую банку арахисового масла, и всё это за один присест. Но мало того, это был просто полуденный перекус.

— Ты ангел, — разразилась она. — Два ведёрка шоколадного со вкусом «Брауни» поможет мне продержаться до поездки за продуктами.

Я подошла к своему мотоциклу и стала искать ключ в карманах.

— На всякий случай, куплю четыре ведёрка.

Звук открывающейся дверцы машины привлек мой взгляд к большому синему грузовому фургону, припаркованному по другую сторону от моего мотоцикла. Многие продавцы имели фургоны, так что я не стала уделять ему особое внимание, пока оттуда не выпрыгнул гулак. За ним быстро последовало ещё пятеро собратьев, и все они были вооружены дубинками и ножами.

В считанные секунды я оказалась окружена.

— Джордан, ты ещё здесь? — спросила Сара.

Я удерживала глаза на гулаках.

— Хм, похоже, у меня тут небольшие неприятности.

— Какие неприятности? — в её голосе прозвучала тревога.

— В виде гулаков, — я небрежно ответила, потянувшись за мечом, который был пристёгнут к моему мотоциклу. — Возможно, ты захочешь прислать подмогу на этот раз.

Я оборвала звонок и впихнула телефон в карман. Я не могла позволить себе никакого отвлечения, и Сара знала, куда выслать подмогу — если кто-то был достаточно близко, чтобы прибыть сюда вовремя. Что-то подсказывало мне, что эти парни явились сюда не для игр.

— Какое же мне доставит это удовольствие, — произнёс один из гулаков, и я медленно развернулась, чтобы найти заговорившего.

— Я тебя знаю? — спросила я, хотя уже подозревала, что он был одним из тех гулаков, которых мы с Бет поколотили несколько недель назад.

Он презрительно ухмыльнулся.

— Не помнишь меня?

— Прости. Но вы парни на одно лицо для меня.

Из него вырвался грохочущий смех.

— Я это исправлю. Как только я закончу с тобой, ты уже никогда не забудешь моё лицо.

Тихое шарканье ботинком по гальке предупредило меня о первой атаке. Я развернулась как раз в тот миг, когда дубинка замахнулась в мою голову.

Я пригнулась и, вскинув меч, оставила неглубокий порез поперёк живота гулака. если бы он был вампиром, этот удар выпотрошил бы его. Проклятые гулаки с их чешуйчатой кожей. Мой выпад лишь вынудил его взреветь от боли и отпрянуть, но ещё пятеро готовы были вступить в бой и занять его место.

Годы моих тренировок подготовили меня к борьбе вопреки всем трудностям, и я впитала каждую технику, которую узнала от Хамида. В течение нескольких минут я сдерживала нападающих, давая им прочувствовать укус моего лезвия, когда они подходили ближе. Но они продолжали наступать, и я знала, что не смогу удерживать их бесконечно. Им достаточно всего одной ошибки, чтобы прорваться сквозь мою оборону. Гулаки были сильными ублюдками, и они могли нанести серьёзные повреждения.

Первый удар застал меня врасплох, хотя я ожидала его. Дубинка врезалась в моё колено настолько сильно, что я услышала хруст кости. Я с усилием старалась удержать равновесие, когда острая колющая боль сорвала крик с моих губ.

Гулак, не медля, двинулись в бой, и второй удар пришёлся по рабочей руке, державшей меч. Мои пальцы онемели, и мой меч выскользнул из хватки.

Здоровой рукой я схватила нож, пристёгнутый к моему бедру, но он не шёл ни в какое сравнение с шестью гулаками с дубинками.

Третий удар раздробил мою скулу и заставил мир померкнуть на несколько секунд. Я жёстко рухнула на асфальт. Моё зрение вернулось только для того, чтобы увидеть, как опускается дубинка — для моего одурманенного болью сознания — в медленном движении.

Дубинка вонзилась в мой бок, и я ахнула. Боль пронеслась по мне. Я попыталась сделать вдох, но огонь в лёгких указывал на то, что как минимум одно лёгкое было пробито ребром.

Меня осыпало ударами, и единственное, что я смогла сделать, это прикрыть голову руками. В любом случае вскоре это уже будет неважно. Злоба, с которой велась атака, подсказала мне, что эти парни не остановятся, пока я не умру.

Я балансировала на краю сознания, когда осатанелый рёв пронзил туман окружившей меня боли. Этот звук взывал ко мне, отказываясь дать мне соскользнуть в тёмную бездну.

Надо мной двигались сумрачные фигуры. Я моргнула, и моё зрение очистилось настолько, что я увидела вспышку меча, снесшего голову гулака. Горячая кровь окропила моё лицо, но я не могла двигать руками, чтобы стереть её. Я могла лишь наблюдать, как части тел гулаков падают вокруг меня, в то время как по моему телу распространяется лёд.

Холод достиг моей груди, и я медленно шумно выдохнула. Так вот значит, как ощущается смерть. Я всегда думала, что покину этот мир в ореоле славы. Какое же это было разочарование.

Нежные руки прикоснулись к моему лицу, и я отдалённо услышала отчаянный голос Бет.

— Джордан, останься со мной, — затем она закричала. — Она не дышит!

Кто-то упал на колени рядом со мной, и даже с утекающей из моего тела жизнью, я знала, что это он. Прикосновение его руки к моему горлу послало по мне вспышку тепла, сродни маяку в шторм. Мой Мори был слишком слаб, чтобы откликнуться на его демона, но мы знали, что он был здесь ради нас.

Руки запрокинули мою голову, и мой рот накрыли губы. Тёплый воздух потёк по моим дыхательным путям, наполняя мои лёгкие. Было так больно, когда они расширились, но боль означала, что я всё ещё была жива, и я поприветствовала её.

Снова и снова он принуждал мои лёгкие дышать, и с каждым толчком, я чувствовала, как холод немного отступает, пока наконец не смогла сама сделать вдох.

— Вот так, — хрипло произнёс он, его лицо было так близко, что я почувствовала его тёплое дыхание на своей холодной коже. — Борись, Джордан. Ты слишком упряма, чтобы сдаться.

Я втянула прерывистый вдох, а потом ещё один. До тех пор пока вдохи не причиняют особую боль, мои лёгкие смогут вынести это.

Я постаралась не думать о том факте, что не могу двигать руками и ногами, не могу открыть глаза. И одна сторона моего лица полностью онемела. После удара, который я приняла на себя, вероятно, это было благословением.

Говорить я тоже не могла. Обнаружила я это только когда попыталась произнести слова. Вместо слов из меня вырвался искорёженный звук.

— Не пытайся говорить, — сказал Хамид. — Лекарь скоро будет.

— Мы не можем дать ей пасту-гунна? — спросила Бет.

Ей ответил Крис:

— Мы не можем рисковать. Вдруг она подавится ею. Хавьер поможет ей.

И в тот миг, мне кажется, я потеряла сознание. Следующее что я помню, это как резко очнулась, когда меня подняли и положили в машину, пристегнув к «каталке». Я знала, что Хамид был со мной ещё до того, как услышала его приказ водителю отвезти нас в командный центр.

— Я сейчас введу ей средство, чтобы помочь уснуть, — тихо произнёс Хавьер.

Мысль о том, что я снова погружусь во мрак, до ужаса напугала меня. Я попыталась двигаться или заговорить, но оказалась не в силах сделать ни то, ни другое. Я ненавидела чувствовать себя такой беспомощной.

— Ты не одна, — произнёс Хамид мне на ухо, когда в мою руку ввели иглу. — Я останусь с тобой столько, сколько тебе потребуется.

ГЛАВА 11

Меня разбудил пикающий звук. Глаза были сухими и чесались, потребовалось некоторое усилие, чтобы открыть их и увидеть белый потолок. Осторожно я повернула голову и поняла, что находилась в медицинском отделении командного центра. Свет был приглушен, и я ничего не слышала, кроме работы кардиомонитора, к которому я была подключена.

Я попыталась поднять руку, потом вторую, но они лежали поверх простыни, словно принадлежали кому-то другому. Моё тело должно было исцелить себя.

«О, Боже, неужели меня парализовало? Или может я, на самом деле, умерла, и вот он мой ад».

— Есть тут кто? — прохрипела я, борясь с паникой в моём голосе.

У кровати скрипнуло кресло, и надо мной появилось лицо Хамида. Его глаза были тёмными от обеспокоенности, и вид у него был такой, будто он не спал несколько дней.

— Как ты себя чувствуешь?

— Не… могу… двигаться, — выдавила я сквозь стиснутые зубы. — Что… со мной не так?

— Это из-за лекарства. Ты была в очень тяжёлом состоянии, и Хавьер обездвижил тебя, чтобы помочь твоему позвоночнику зажить.

Я сухо сглотнула.

— Насколько всё плохо?

Он провёл рукой по своим волосам, перечисляя мои травмы.

— Четырнадцать сломанных костей, включая четыре ребра, сломанный позвоночник, проколотое лёгкое, разрыв почки, черепно-мозговая травма, трещина в скуле.

— Тогда понятно, почему я чувствую себя покойником.

Его лицо омрачилось ещё больше, и я осознала, что ляпнула. Я же перестала дышать тогда, и он буквально обратно вдохнул в меня жизнь.

— П-прости, — я закашлялась. — Воды.

Он поднёс чашку с соломинкой к моему рту, и я с жадностью попила.

— Ещё? — спросил он, когда я опустошила чашку.

— Нет. — Я облизнула пересохшие губы.

Он поставил чашку на стол.

— Что-то болит?

Я оценила своё тело. Болела голова, но ниже шеи я ничего не чувствовала. Паника вновь грозила лишить меня дыхания, и мне пришлось напомнить себе, что это временное состояние.

— Нет, — я уставилась в потолок, чтобы он не смог разглядеть мою слабость. — Как долго?

— Полтора дня. Хавьер сказал, что ты хорошо исцеляешься, но ты пробудешь здесь ещё несколько дней.

— Отлично, — пробормотала я, уже чувствуя, как снотворное вновь затягивает меня за собой. Я стала сопротивляться.

— Чем больше ты спишь, тем быстрее восстановишься, — сказал Хамид. — Я останусь с тобой.

— Ты не обязан оставаться, — пробормотала я, хотя его присутствие прогоняло страх, который цеплялся ко мне.

Я постаралась не думать о том, что это значило.

Он не ответил. Я слышала, как он сел и, несмотря на то, что не могла видеть его, я чувствовала его присутствие.

Я вздохнула и снова уснула.

* * *

Когда я проснулась в следующий раз, сквозь высокие окна светило солнце, и я услышала бормотание мужских голосов, где-то в комнате.

Я переключила своё внимание на тело и сделала два открытия. Первое: я могла двигать руками и ногами. Второе: мои движения приносили адскую боль. Я плотно сжала губы от боли, но всё равно всхлипнула.

Возле моей кровати появились Хамид с Хавьером.

— Как хорошо, что ты вернулась к нам, — с улыбкой сказал Хавьер. — Старайся не двигаться. Я начал уменьшать дозу лекарств, чтобы позволить твоему Мори взять на себя исцеление, но ты пока ещё не в той форме, чтобы двигаться.

Я состроила гримасу.

— Я уже заметила.

— Хавьер даст тебе какое-нибудь обезболивающее, — сказал Хамид.

— Не надо, — соврала я.

Я закашляла и, казалось, кто-то вонзил нож мне в грудь. Я прикусила губу, чтобы не вскрикнуть.

Хамид заключил мою руку в свои ладони.

— Ты через многое прошла. Слёзы не сделают тебя слабой. Как и болеутоляющее.

Я нахмурилась и попыталась вырвать руку из его хватки.

— Я не плачу.

Он улыбнулся, и на короткий миг я полностью позабыла о боли.

— Рад видеть, что ты не утратила свою строптивость, — сказал он.

Я фыркнула и снова попыталась вытащить свою руку.

— У тебя, что нет дел получше, чем тусоваться здесь.

— Неа.

Я повернула голову и увидела, что Хавьер исчез в кабинете. Он вернулся со шприцем, наполненным светло-голубой жидкостью.

— Что это?

Он ввёл вещество в мою капельницу.

— Это поможет тебе с болью.

— Я же сказала, что ничего не надо, — я моргнула, когда меня накрыло дремотой, сделав мои слова невнятными. — Проклятье. Я надеру тебе задницу, когда вылезу из этой постели. Вам двоим.

Хамид усмехнулся.

— Я жду этого с нетерпением.

Мой колкий ответ застыл на языке. Я поддалась действию лекарства.

* * *

В следующий раз, когда я открыла глаза, за окнами уже было темно. Я повернула голову, ожидая увидеть Хамида на стуле, но он оказался пустым. Признаков Хавьера тоже нигде не было. Должно быть, мои показатели стали гораздо лучше, если они оба посчитали нормальным оставить меня одну.

Я осторожно подвигала руками и ногами, и с облегчением выдохнула, когда не испытала боли. Капельницу убрали. Хорошо. Может быть, теперь я смогу свалить из этой комнаты.

Сесть было проблематично. Боль, может, и исчезла, но я была слаба как новорожденный котёнок.

Я опустила ноги с кровати и замерла. Волна головокружения накрыла меня. Я бы снова легла, но мой мочевой пузырь внезапно решил, что его следует опустошить. Не говоря уже о том, что у меня было ощущение, будто я неделю не мылась. А ещё я была жутко голодна, но еда могла подождать, сначала надо было позаботиться о более срочных делах.

Я была совершенной разбитой, но Боже, как же здорово было быть живой.

Я умудрилась встать и начала прокладывать свой путь к ванной комнате в отделении, используя стену для поддержки. У меня ушло несколько минут, но я добралась. Сменной одежды у меня не было, но я нашла чистые больничную рубашку и полотенца в платяном шкафу рядом с ванной. Зачёт.

В ванной была большая душевая кабина, укомплектованная шампунем и мылом, шагнув под струи горячей воды, я блаженно застонала. Я была в раю.

Головокружение тут же охватило меня, стоило мне убрать руку от стены и держаться своими силами. Перед глазами поплыли чёрные точки, и я прислонилась к плитке, делая медленные глубокие вдохи.

Когда мои ноги начали дрожать, я раздражённо выругалась. Я не смогу вернуться в кровать, не распластавшись где-нибудь по пути назад.

Я повержено склонила голову. Не самая моя лучшая идея.

Я не замечала появление Хамида, пока не открылась дверца душевой кабины. Раньше, чем я смогла запротестовать, он выключил воду и шагнул внутрь.

— Тебе нельзя вставать.

Он обхватил меня рукой и наклонился, чтобы подхватить мои ноги.

— Я воняю, — заныла я, когда он поднял меня на руки. — Я просто хотела помыться.

Он снова поставил меня на ноги и, держа одной рукой за талию, он протянул другую и включил душ. Он передвинул нас под поток воды, беспечно отнесясь к тому факту, что он был полностью одет, и начал намыливать мои волосы шампунем.

— Что ты делаешь? — спросила я, но потом застонала, когда его сильные пальцы стали массировать мою голову. Боже, как же приятно.

Он не ответил, продолжая ухаживать за мной.

— Это серьёзное нарушение второго правила, — пробормотала я, заслужив от него смешок.

Он намылил мои волосы и повернул меня так, чтобы смыть шампунь. Рука на моей талии сдвинулась, и он кистью задел нижнюю часть моей груди. Жар расцвёл в местах, которые и рядом не должны находиться с этим мужчиной без нескольких слоёв одежды между нами.

Когда он снова переместил нас, так чтобы он смог выключить воду, я рукой задела его и обнаружила, что такой близкий контакт повлиял не только на меня одну. По мне текла потребность, и я с трудом сдерживала своё желание развернуться и притянуть его голову к себе. Хорошо, что я была слишком слаба, чтобы совершить нечто большее, иначе у меня были бы очень серьёзные проблемы.

Хамид открыл дверцу кабинки и, подняв меня, вынес. Посадив меня на туалетный столик, он схватил толстое белое полотенце и вытер меня насухо. Он был нежным, но к удивлению, ничего эротичного в его действиях не было, несмотря на то, что я чувствовала в душе. Я изучила его лицо, но как обычно его невозможно было прочитать.

Как только я стала сухой, он помог мне переодеться в чистую рубашку и высушил полотенцем волосы. Затем он скинул свою мокрую футболку и отнёс меня обратно в отделение. Вместо того чтобы уложить меня снова в кровать, он посадил меня в кресло и занялся сменой постельного белья, застелив кровать чистым. Я старалась не смотреть, как пульсируют его мускулы, когда он двигается, но я не могла оторвать от него глаз.

— Из тебя выйдет отличная нянька, — сказала я, после того, как он перенёс меня в кровать и поправил подушку так, чтобы я смогла сидеть.

Он подошёл к ближайшей кровати и взял стоявшей на ней поднос с едой, который я не заметила, потому что была слишком занята разглядываем его. Он поставил поднос на мои колени, и мои рот наполнился слюной от запаха курицы и соуса альфредо.

— Ешь медленно. Ты не ела твёрдую пищу три дня, — он направился к двери. — Я скоро вернусь. Если застану тебя вне постели, ты получишь своих личных охранников.

— Очень плохо угрожать пациенту, — выкрикнула я ему вслед.

Мой желудок болезненно заурчал, и я принялась кушать. Ко времени как Хамид вернулся, принеся комплект сменной одежды, я уже съела всё, что было на тарелке, и комфортно отдыхала на подушках, которые он подложил мне под спину.

— Где все остальные? — спросила я, когда он убрал поднос с моих коленей.

Странно, что я до сих пор не видела ни Сару, ни Бет.

Он поставил поднос на другую кровать.

— Они навещали тебя несколько раз, пока ты спала. Думаю, ты увидишь их завтра.

Я не смогла придумать никакого иного способа задать свой следующий вопрос, поэтому просто выпалила:

— А почему со мной ты, а не кто-то из них? Разве тебе не надо проводить следствие?

— Надо, но тебе я нужен больше. Твой Мори был слаб и находился в стрессе, а присутствие моего рядом успокаивало его. Обычно так и происходит между связанными парами.

Он так обыденно это произнёс, словно его присутствие здесь было исключительно в медицинских целях. Но опять же, если бы я умерла, заклинание Ориаса могло распасться, и барьер мог снова открыться. Это делало моё здоровье довольно важным для многих людей и вероятно ставило меня выше их расследования.

К моему ужасу, у меня стянуло горло. Я не хотела, чтобы он испытывал какие-либо нежные чувства ко мне, так что его ответ не должен был беспокоить меня.

«Возьми себя в руки, Джордан, — пожурила я саму себя. — Я просто была эмоциональной после того, что пережила. Меня едва не забили до смерти, а такое повлияет на каждого, верно?»

— Спасибо за всё, — тихо произнесла я. — Думаю, если бы не ты, меня бы здесь не было.

Он стиснул челюсти, и на мимолетный миг я увидела муку в его глазах. Это говорило лучше всяких слов, насколько близка я была к смерти. И даже если он не хотел иметь пару, его Мори, должно быть, был расстроен, когда мой едва не умер. Ему было не просто.

— Ты не должна меня благодарить.

Он выглядел немного смущённым. Я не стала пытаться понять почему, я просто приняла это.

— Должна. И поскольку я думаю, что мы можем смело сказать, что я пошла на поправку, ты не обязан оставаться со мной. Я уверена, у тебя куда больше важных дел, чем сидеть здесь и смотреть, как я сплю.

— Мне нравится смотреть, как ты спишь. Это единственное время, когда я точно знаю, что ты не станешь спорить со мной, — сказал он, ничуть не смутившись.

Мои брови поползли вверх. Я никогда не слышала, чтобы он шутил подобным образом.

Хамид подошёл и встал у моей кровати.

— Не хочешь поговорить о том, что случилось?

— Я думала, что сама смогу помыться. Обычное дело.

— Ты знаешь, что я не об этом.

Я стала крутить одеяло между пальцам.

— Они напали на меня, а я оказалась недостаточно сильна, чтобы отбиться от них.

Он сел у изножья кровати.

— Ты была одна против шестерых. Это никак не связано с твоей силой.

— Ты смог бы противостоять им.

Он удерживал мой взгляд.

— Чуть более восьми лет назад, мы с моим братом Аммоном и группой воинов проводили зачистку большого гнезда в Боливии. Так уж вышло, что я оказался отделён от остальных, и из засады на меня напали пять зрелых вампиров, столь же быстрых и сильных, как и я. Моя сила и скорость не были преимуществом против пятерых. Если бы Аммон не нашёл меня, вероятней всего, в ту ночь я бы умер.

— Ты не можешь сравнивать зрелых вампиров с гулаками, — заспорила я.

— Могу, — сказал он. — Один на один я ровня этим вампирам, но не когда они нападают все разом. Так же и у тебя с гулаками. Ты запросто смогла бы противостоять одному или двум, и они знали это. Именно поэтому они напали на тебя группой.

Логично. Я знала, что он был прав, но в душе мне казалось, что я каким-то образом проиграла. Я постоянно прокручивала в голове атаку и искала пути, которые могли бы изменить исход.

— Это нормально сомневаться в себе после такого, — сказал он, словно прочитал мои мысли. — Но не позволяй сомнению давить на тебя. Ты одна из лучших молодых воинов, каких я встречал когда-либо, и я думаю, ты прекрасно знаешь это.

В уголках моего рта заиграла улыбка.

— А я могу получить это в рукописном виде?

Его смех обогрел меня с головы до кончиков пальцев ног.

— Нет. Но я дам тебе доказать насколько ты хороша в наш следующий спарринг.

— Как великодушно с вашей стороны.

Я подавила зевок, приятная вялость растеклась по всему моему телу.

Он встал и направился опустить изголовье моей кровати.

— А теперь тебе надо поспать.

— Но я только что проснулась, — запротестовала я.

— И ты всё ещё восстанавливаешься после серьёзных травм, — он взял поднос и отошел к двери. — Если только ты не хочешь, чтобы Хавьер продержал тебя здесь ещё день, тебе лучше немного отдохнуть.

Это заткнуло меня. Мне уже изрядно поднадоело быть пациенткой. Я хотела выбраться из этого отделения и больничной рубашки, и вернуться в свою одежду.

— Хорошо, — выкрикнула я ему в след. — Но больше никаких подглядываний как я сплю. От этого не по себе.

Хамид что-то ответил, но я не совсем расслышала, но прозвучало это крайне подозрительно как «скоро увидимся».

* * *

Следующим утром Хавьер выпустил меня из медицинского отделения, но только после того, как я показала ему, что могу простоять целых пять минут и пересечь комнату без поддержки. Я всё ещё была слаба, так что он предложил доставить меня в мою комнату на кресле-каталке. Он со смехом отменил своё предложение после того, как я не-особо-мило подсказала ему куда он должен засунуть это кресло.

Когда я неторопливо шла в спальное помещение, в здании везде было тихо, и я обрадовалась, что никого не было поблизости, кто мог бы увидеть меня в таком состоянии. Я планировала принять душ, но так устала ко времени как дошла до своей комнаты, что мне сначала пришлось прилечь и отдохнуть часик. Я никогда не болела и никогда раньше не была травмирована, и я не привыкла, что моё тело не делает то, что я хочу от него. Меня это раздражало до такой степени, что мне хотелось что-нибудь ударить… вот только силы бы были для этого.

Мытьё под душем оказалось медленным процессом, но хоть у меня это получилось сделать без помощи. Когда я намылила волосы, я не могла не вспомнить, как Хамид прижимал меня к своему твёрдому телу, ощущение его рук на мне, когда он мыл меня. Я была раньше с мужчинами, но всего лишь этот единственный случай уже стал самым эротическим опытом в моей жизни.

Я почувствовала себя почти самой собой, как только помылась и надела самые удобные джинсы и мягкий свитер. Покинув комнату, я последовала по изысканному запаху блинчиков, тянущемуся из кухни. Там я обнаружила Сару и Николаса за завтраком.

Лицо Сары засияло, когда она увидела меня.

— Ты встала! — она начала вставать, но остановилась, расстроено нахмурившись. — Я даже обнять тебя не могу.

Мы старательно держались на безопасном расстоянии друг от друга с тех самых пор, как она обнаружила, что на мне висит демоническая магия. Ей не позволялось подходить ко мне на расстояние в два метра из-за боязни, что её дар уничтожит магию заклинания.

— И так пойдёт, — сказала я ей, заняв место за столом. — Вы можете исправить это, накормив меня.

Они с Николасом рассмеялись, и он пошёл за тарелкой для меня. Он наложил блинчиков и поставил тарелку передо мной.

— Рад снова видеть тебя на ногах.

— Спасибо. Если я никогда больше не увижу медицинскую палату изнутри, это будет слишком скоро, — я полила блинчики кленовым сиропом и съела большой кусок. — Мммм, это определённо лучше внутривенной диеты.

Сара пихнула ко мне тарелку с сосисками.

— Вот. Ты, наверное, проголодалась.

— Да, — не стесняясь, я отложила себе пару сосисок. — А где все этим утром?

— Если я не ошибаюсь, Крис с Бет в спортзале, — сказал Николас. — Хамид с командой Совета уехали ещё рано утром, чтобы осмотреть очередное место призыва.

— Ещё одно?

Николас кивнул.

— Один из патрулей нашёл его вчера поздно ночью. Место старое, и мы пока не знаем, было ли это обычным призывом или попыткой открыть барьер.

Я уже собиралась спросить были ли у них какие мысли насчёт того, кто мог за этим стоять, как в кухню вошли Бет с Крисом. Бет выглядела так, словно бегала целый час, а у Криса даже испарины не было.

— Смотрите-ка, кто решил выбраться из постели, — пошутил Крис.

Улыбка Бет была огромной.

— Выглядишь отлично.

— Медикаментозный косметический отдых в течение нескольких дней творит чудеса с телом, — пошутила я. — Но я не стала бы это рекомендовать.

Она опустила глаза на свою промокшую одежду.

— Мне придётся отложить обнимашки до чёртиков, пока не приму душ. Никуда не уходи.

Она взяла Криса за руку и потянула его за собой. Он помахал мне рукой и позволил увести себя. Зная этих двоих, душ будет долгим.

Образ Хамида в душе со мной сразу же всплыл в памяти, и я быстро прогнала его. Блин! Мне нужно перестать думать о нём подобным образом.

Мы закончили завтракать, и Николас наказал нам с Сарой сидеть на месте, пока он не приберётся.

— Есть нечто невероятно сексуальное в том, как большой, сильный воин моет посуду, — прошептала я Саре, достаточно громко, чтобы он услышал.

Николас рассмеялся, а Сара бросила на меня наигранный свирепый взгляд.

— Ты разглядываешь моего мужчину?

— Нет, что ты, — деланно заявила я.

Убравшись на кухне, Николас оставил нас болтать.

Сара продолжала бросать на меня взгляды, словно что-то хотела сказать. Я не стала спрашивать её об этом. Я знала, что подружки начнут вести себя странно спустя день-два после того, что случилось.

Мы перешли в гостиную зону на диваны, и к нам присоединилась Бет. Она обняла меня так, что я стала молить о пощаде.

— Никогда больше не пугай нас так, — приказала она, выпустив меня из объятия.

— Поверь мне, повторять подобное мне не хочется, — я мысленно вернулась к нападению, но всё, после того как я стала отключаться, было туманным. — Что случилось после того, как я поговорила с тобой, Сара?

Сара прижала подушку к груди.

— Я побежала как летучая мышь из ада, в командный центр, чтобы послать сигнал бедствия. Слава Богу, Крис с Бет были не очень далеко от тебя. Хамид оказался чуть дальше, но по факту добрался до тебя первым.

— Хамид полностью сорвался, — сказала Бет, её глаза были широко распахнуты от жутких воспоминаний. — Он порубил гулаков на части, всех шестерых. Мы прибыли на место как раз, когда он покончил с последним. Зрелище было чудовищным. Ты лежала в самом центре кровавого месива, и я подумала… — её голос надломился. — Я подумала, что ты умерла. Я побежала к тебе, а Крис попытался успокоить Хамида до того, как он убьёт ещё кого-нибудь.

— Кто ещё был там? — спросила я, пытаясь собрать части моей памяти воедино.

— Несколько демонов из вракка выбежали на улицу, когда услышали шум. Они были до жути перепуганы Хамидом, чтобы двигаться. И я их не виню. Я никогда ещё не видела ничего столь страшного, как его в тот день. Его глаза были чёрными, и он рычал как дикий зверь.

Она вздрогнула.

— Думаю, он бы сравнял это место с землёй, если бы я не закричала, что ты перестала дышать. Он оттолкнул меня и стал делать тебе искусственное дыхание, и он не позволял никому приблизиться к тебе, пока не явился Хавьер. Сначала он не позволял Хавьеру даже прикоснуться к тебе, но Крис сказал ему, что ты испытывала сильную боль.

— Он нисколечко не успокоился, даже после того как тебя доставили сюда, — сказала Сара. — Я даже подумала, что Николасу с Крисом придётся сдерживать его, пока тобой занимается Хавьер. Как только Хавьер стабилизировал твоё состояние, Хамид вошёл в отделение и мы посчитали, что будет лучше оставить его наедине с тобой. Первые два дня он не покидал тебя, пока Хавьер не сказал ему, что худшее было позади.

Я молчала, переваривая информацию. Из-за меня Хамид впал в полное неистовство, на такое были способны только связанные мужчины. И все находившиеся здесь знали об этом, а это значит, что мой секрет больше не был секретом. Я избегала пытливые взгляды Сары и Бет, но чувствовала их на себе, чувствовала, что они ждали от меня объяснений.

Я тягостно вздохнула и посмотрела на них.

— Ладно, спрашивайте.

— Как давно? — тихо спросила Сара.

— С той ночи, когда мы попали под заклинание. Это был первый раз, когда мы прикоснулись друг к другу.

Их глаза округлились, и Бет сказала:

— Но ведь это было месяц назад. И ты ничего не сказала.

Я пожала плечами.

— Никто из нас не хотел быть связанным, так что я сказала ему, что разрываю связь и уехала сюда. Я посчитала, что не стоит упоминать об этом, раз уж я больше никогда не увижу его снова.

— Но потом он приехал сюда, и… — Сара положила руку на грудь. — Он рассказал тебе о заклинании и что вы должны держаться близко друг к другу.

— Да, — протяжно вымолвила я. — Вообще-то, всё намного хуже. Ориас считает, что мы связались в тот самый миг, когда заклинание накрыло нас, и наша связь неким образом стала частью заклинания. А это означает, что если мы разорвём связь, мы разорвём заклинание.

— Ох, Джордан, — выдохнула Бет.

— Мы согласились на ряд основных правил, чтобы удержать связь от усиления. Никаких прикосновений, никакого времени вместе, лишь в случае крайне необходимости. Поначалу это было просто, потому что я не могла находиться с ним в одной комнате.

— Как вдруг Бастиан наложил на нас новое заклинание, и мы были вынуждены провести вместе несколько дней, — я тягостно вздохнула. — Сложно быть с кем-то так близко и не говорить. Мы узнали друг друга, но между нами не было ничего физического. И вне тренировок, мы едва разговаривали с момента возвращения сюда.

Сара с Бет обменялись взглядом, который я не смогла расшифровать.

— И что это за взгляд такой? — спросила я.

Сара замялась, но потом всё же ответила мне.

— Ты уверена, что Хамид не хочет связи?

— Да. Он сам мне сказал об этом ещё в Лос-Анджелесе.

— Тогда связь была ещё только что сформированной, — сказала Бет. — Но вы двое провели много времени вместе с той поры и стали ближе. Он, может, и не часто рядом, но я видела вас в зале. Такое чувство, что для вас двоих нет никого в мире, кроме вас.

Я рассмеялась на её намёк.

— Мы любим устраивать спарринг, и ему нравится учить меня новым приёмам. Вот и всё. Как я вам уже сказала, мы узнали друг друга и решили, что, в конечном счёте, не ненавидим друг друга. Но он не хочет видеть меня своей парой, равно как и я его. Уж поверьте мне.

— А что насчёт исступления? — спросила она.

Я подхватила выбившуюся нить в рукаве.

— Мы оба знали, что связь усилится, независимо от наших попыток замедлить этот процесс. Я лишь хочу сказать, что он ведёт себя, так как повёл бы себя любой связанный мужчина в экстремальной ситуации.

Ни одна из подружек не выглядела убеждённой. Они смотрели на это с точки зрения счастливой связанной женщины, и они видели лишь романтическую сторону связи со счастливым концом. Но так было не у всех.

Я проигнорировала крошечный укол боли в груди.

— В любом случае, вот и всё. Простите, что соврала вам, но я не очень жаждала говорить об этом.

— Тебе не за что извиняться, — зелёные глаза Сары были полны сочувствия. — Связь это очень личное дело, и ты не должна объяснять свои чувства.

— Но если ты хочешь поделиться, мы всегда рядом, — добавила Бет. — Особенно, если это что-то пикантное.

Я нетактично фыркнула.

— Что случилось с девушкой, которая обычно краснела, когда я заводила разговор о сексе?

— Она связана с самым сексуальным мужчиной, — ответила она, подобострастно вздохнув.

Вовсе и не самый сексуальный. Крис был горяч, но Хамид не имел аналогов. И говорила во мне вовсе не связь. Я поняла это с того самого первого раза, как только положила глаза на яростного воина с пронзительными голубыми глазами и сексапильной хмуростью. Ни один мужчина до и после не достигал его уровня. И мысль о том, что никогда в жизни никто не будет соответствовать его уровню, угнетала меня.

ГЛАВА 12

— Я думала, что тестов больше не будет, — сказала я, устроившись в одном из кресел в конференц-зале следующим днём.

Ориас сидел напротив меня с таким видом, будто пытался что-то объяснить ребёнку.

— Не припомню, чтобы ты так возражала, когда мы впервые встретились.

— Только потому, что меня не использовали как лабораторную крысу, — парировала я. — Ушло много дней, прежде чем я восстановилась от всех этих магических тестов в Весторне.

Он обеими руками обхватил моё лицо.

— Это продлится недолго. Нам надо убедиться, что прикосновение смерти не ослабило заклинание.

Во мне вспыхнуло возмущение.

— Упаси Бог, если что-то случится с твоим заклинанием. Мне ненавистно причинять тебе неудобства своей смертью.

— У нас возникнут небольшие неудобства, если ты покинешь нас, — веселье сверкнуло в его глазах. — Для лабораторной крысы ты крайне занимательна.

Бастиан, сидевший на другой стороне стола, усмехнулся, и я бросила на него сердитый взгляд. Я всё ещё не простила его за то связывающее заклинание, которое он наложил на меня с Хамидом.

Ориас завёл свои песнопения, и я почувствовала, как магия поползла по моей коже. Этот тест он проводил ежедневно в Весторне, так что я уже привыкла, но по-прежнему жутко ненавидела. Я закрыла глаза и стала отсчитывать секунды до окончания.

Открыв глаза, я увидела, что остальная часть группы вошла в комнату и все заняли места за столом. Циро среди них не было, и я поинтересовалась, где он.

— Он поехал в Атланту проверить своего протеже, — сказал Ориас, отодвинув свой стул и повернувшись лицом к столу.

— У вас есть протеже?

Я много чего не знала о ведьмаках, но они, казалось, предпочитали большую часть времени работать в одиночку. Я представить себе не могла Ориаса в роли чьего-то наставника.

Ответил мне Бастиан:

— На подготовку и достижение мастерства в наших заклинаниях уходят годы, а призыв верного демона усиливает нашу силу. Как только мы достигаем всей своей мощи, мы берём учеников, обычно одного за раз. Я совсем недавно взял себе нового ученика.

Я посмотрела на Ориаса.

— А что насчёт тебя? У тебя есть ученик?

— В данный момент нет. С тобой мне куда веселее, — сухо ответил он.

— Смешной парень.

Мой Мори затрепетал, давая мне знать о приближении Хамида. Я подняла глаза, когда он вошёл в комнату, и он на мимолётный миг встретился со мной взглядом. Обойдя стол, он сел по другую сторону от меня. В последний раз, когда я видела его так близко, я была в палате, и теперь моё тело запылало жаром от его близости.

Следующие несколько дней мне было запрещено заниматься чем-то изматывающим, а это означало никаких тренировок. Я никак не могла решить, что меня больше удручало то, что я не могла участвовать в спаррингах или в спаррингах именно с ним.

— Как ты себя чувствуешь? — тихим голосом спросил он.

Я повернулась к нему вполоборота.

— Лучше. Теперь просто жду, когда заполучу свою силу назад.

Он внимательно изучил моё лицо, словно сомневался в моей честности. Он уже достаточно хорошо знал меня, чтобы понять, что я готова говорить всё что угодно, лишь бы находиться подальше от медицинского отделения.

Он, казалось, был удовлетворён тем, что увидел.

— А ты достаточно питаешься, чтобы восполнить силы?

Я с трудом сдержалась и не закатила глаза.

— Не переживай. Сара следит за этим. Она непрестанно кормит меня.

— Хорошо.

Заговорила Шарлотта, привлекая к себе внимание:

— Прежде чем мы начнём встречу, я хочу сказать насколько счастливы мы видеть тебя восстановившейся после травм, Джордан.

— Спасибо, — я начала вставать. — Я, пожалуй, пойду, чтобы вы могли провести свою встречу.

Шарлотта улыбнулась.

— Ты можешь остаться. Это расследование касается тебя так же, как и всех остальных.

Я замялась, наполовину поднявшись со стула. Меня никогда не приглашали на их встречи, кроме тестов, и я была рада держаться подальше от каких-либо дел Совета. Но меня интересовал исход этого дела, и если честно, я изнывала от скуки, тупо шатаясь без дела по командному центру.

— Ладно.

Я села обратно.

Первые десять минут встречи прошли в обсуждении моего здоровья, или точнее здоровья заклинания. Ориас уведомил нас, что моё чуть не состоявшее знакомство со смертью, не ослабило заклинания. Даже наоборот, оно показалось ему немного сильнее, чем когда он проверял в последний раз неделю назад.

Мне было интересно, кто-нибудь здесь задавался такой же мыслью, что возникла у меня. Если моя связь с Хамидом была частью заклинания, тогда какое-либо усиление нашей связи, теоретически, должно было усиливать и заклинание. Свои раздумья я оставила при себе. Я не собиралась обсуждать свою связь с кучкой ведьмаков и учёных, словно она была ещё одной частью этого расследования. К тому же они, возможно, вобьют себе в голову, что закрепление связи сделает заклинание нерушимым и барьер будет в безопасности.

Эта мысль привела к довольно непристойной мысли о том, как мы с Хамидом закрепляем связь. Я заёрзала на стуле, пытаясь выбросить этот образ из головы. После той ночи в душе, у меня были такие фантазии, и каждый раз одна краше предыдущей. А что ещё хуже — я никак не могла скинуть это нарастающее сексуальное напряжение, потому что мысль о прикосновении к другому мужчине вызывала у меня чувство отторжения.

Премного благодарствую, демон.

«Солми», — раздосадовано проворчал он. По крайней мере, ни я одна была несчастлива. Беда не приходит одна и всё такое.

— Единственный демон, который имеет достаточно силы открыть барьер, это архидемон, — сказала Мария, вырвав меня из задумчивости.

Бастиан хлопнул ладонями по столу.

— Невозможно. Если бы архидемон был по эту сторону барьера, мы бы об этом знали.

Меня непроизвольно бросило в озноб. Высший демон был могущественным, но архидемон, по сути, был несокрушим. В своей физической форме архидемон, как говорили, был невосприимчив к земному оружию, и даже фейри не могли убить его. Единственным оружием, которое могло уничтожить архидемона, был меч архангела, а я не видела ни одного ангела, разгуливающим по округе.

Я подняла руку в попытке заполучить их внимание.

— А может ли архидемон открыть барьер с той стороны и пройти через него?

Шарлотта покачала головой.

— Барьер может быть открыт только с этой стороны.

— Откуда такая уверенность? — спросила я.

— Он был создан таким образом, — ответила она. — Истинный разлом происходит лишь только потому, что кто-то с этой стороны открыл барьер.

— Если бы архидемон смог открыть барьер с их стороны, это было бы сделано уже давным-давно, — объяснил Ориас.

— Верно.

Я мысленно вернулась к своим урокам по демонологии и осознала, что мы всего коснулись вершины айсберга в этой теме в школе. Неудивительно, что наши учёные посвящают свою жизнь этому учению, потому что на понимание всего этого требуется целая жизнь.

— Демон может пересечь барьер, не открывая его, только с помощью призыва, но этот ритуал оставляет их без физического тела, — сказала я быстрее себе, нежели кому-то ещё. — Если призыв совершён неверно, демон может овладеть ведьмаком, и это предоставит ему тело.

— В какой-то мере, — сказал Ориас, прервав ход моих мыслей. — Человеческое тело может лишь вместить демона, но демон не получит всей своей мощи и силы без своего собственного тела.

— Будет ли он достаточно сильным, чтобы открыть барьер? — я стала копать дальше.

Бастиан снисходительно улыбнулся.

— Высший демон не может открыть барьер.

Я положила руки на стол и чуть склонилась.

— Что случится, если ведьмак призовёт архидемона?

Все переговоры за столом резко прекратились, и все уставились на меня, словно я заговорила на чуждом им языке.

Ориас прочистил горло.

— Ни один ведьмак не пойдёт на такое. Это суицид.

— Наши заклинания могут контролировать высшего демона, но сдержать архидемона будет сродни попытке остановить вулкан от извержения, — сказал Бастиан. — Это просто невозможно.

Я перевела взгляд с Бастиана на Ориаса.

— То есть ты говоришь, ведьмак не станет пытаться вызывать такого демона, но не отрицаешь, что они на это не способны.

Ориас поджал губы.

— Требуется очень сложное и могущественное заклинание, чтобы вызвать высшего демона и провести его через портал. Использование точно такого же заклинания для призыва архидемона будет равносильно человеку, сидящему в резиновой шлюпке, пытающемуся поймать белую акулу на удочку. Если он как-то и умудрится поймать акулу на крючок, он физически не сможет подцепить её.

— А что если акула решит, что хочет попасть в лодку? — спросила я.

Он изогнул бровь.

— Ты когда-нибудь смотрела «Челюсти»?

— Намёк понятен.

Разговор перешёл на человека в Чикаго, с которым они хотели бы поговорить. Ориас упомянул местную ведьму по имени Серафима, которая тесно связана с потусторонним миром Чикаго. Они пытались назначить с ней встречу, но она с недоверием относилась к другим магам и ненавидела ведьмаков.

Было решено, что Хамид поговорит с ней, если они всё-таки уговорят её встретиться. Я бы не стала отправлять его на разговор с кем-то, кто был своенравен среди других людей, но что я знала? В конце концов, он не просто так был главным следователем.

Я пробыла в конференц-зале до тех пор, пока их разговор не вернулся на главную тему — заклинание. Обсуждать мне было нечего, поэтому я извинилась и покинула совещание до того, как они решат, что хотят провести ещё какие-нибудь тесты.

Я чувствовала взгляд Хамида на мне, когда уходила, но не стала оглядываться. Кроме как, узнав о моём самочувствии, он больше не разговаривал со мной во время встречи. Его невнимание и отсутствие взаимодействия дали явно понять, что он отстранился от меня. Вероятно, так было к лучшему, но я не могла скинуть с себя чувство меланхолии. Я буду очень скучать по нашим тренировкам.

Я уже подошла было к комнате управления, как из неё вышла Бет.

— Что за кислое лицо?

— Встреча с группой Совета, — сказала я, понадеявшись, что она не станет углубляться в эту тему. — А ты куда собралась?

Прежде чем ответить, она немного растерялась.

— Мы с Крисом собираемся во вракк, провести там урок самообороны.

— Он едет с тобой?

Она скривила лицо.

— После того, что там произошло, он не хочет, чтобы я ездила туда одна.

— Сомневаюсь, что кто-то из тех гулаков вернётся, — пошутила я.

— Ага, но нападение на тебя перепугало его сильно, хотя он и не хочет этого признавать. Он непрестанно твердит, что это могла быть я. Я не хочу прекращать уроки, но и не хочу, чтобы он переживал за меня. Так что вот так, он едет со мной, — она прикусила нижнюю губу. — Парни спрашивали, когда ты вернёшься. Я могу сказать им, что ты…

— Скажи им, что мы скоро встретимся, и я очень надеюсь, что они тренируются с посохами, которые я им раздала.

Её улыбка вернулась.

— Я дам им знать. Крис ждёт меня.

— Хорошего дня.

Я смотрела, как она уходит, и зависть буквально съедала меня. Я хотела сегодня поехать во вракк, не просто провести урок, а постоять на том месте, где произошло нападение и показать миру, что я вернулась, и не собираюсь так просто уходить.

* * *

— Но я уже как три дня покинула палату, и я чувствую себя хорошо, — я стояла в дверном проёме, ведущем в кабинет Николаса, и умоляюще глядела на него. — Да ладно тебе, Николас. Я с ума схожу, мне надо выехать на патрулирование.

Он сидел на краю стола, скрестив руки, с непоколебимым видом.

— Прости, но Хавьер сказал, что тебе потребуется минимум пять дней, прежде чем ты сможешь вернуться к работе. Я не хочу рисковать твоей безопасностью, позволив вернуться столь рано.

— А что насчёт моего психического здоровья? У меня крыша поедет, если я хоть ещё немного посижу взаперти.

И я не преувеличивала. Мне не только не нравилось лодырничать, так ещё и этот вынужденный «отдых» внёс сумятицу в мой сон. Я не могла ни тренироваться, ни заниматься чем-либо довольно активным, чтобы сжечь всю мятежную энергию, нараставшую во мне, и поэтому часами не могла уснуть. Каждое утро я вылезала из постели, чувствуя себе не отдохнувшей и в ещё более худшем настроении, чем была за день до этого.

Он сочувственно улыбнулся.

— Я понимаю, что тебе трудно, но потерпи ещё два дня.

Я застонала и прислонилась к дверному косяку.

— Ты убиваешь меня. А я-то думала, что я тебе нравлюсь.

— А знаешь что. Я с удовольствием устрою передышку от отчётов. Почему бы нам не взять байки и не прокатиться?

Я резко подняла голову.

— Не шути со мной, Николас. Я женщина на пределе.

Он усмехнулся и, запустив руку в карман джинсов, вытащил ключи от своего «Дукати».

— Встретимся в гараже через пять минут.

Я чуть ли с ног не сбила двух воинов, бегом рванув в свою комнату, переодеваться. Николас уже ждал меня, когда я вошла в гараж спустя несколько минут, едва ли не подпрыгивая от радостного возбуждения. Это какое-то безумство — такие простые вещи, как езда на мотоцикле, я воспринимала как должное. Я никогда не осознавала, насколько сильно наслаждалась свободой, которую он мне дарил, пока её не забрали у меня.

Мы с Николасом покатались чуть более часа. Я бы провела в дороге половину оставшегося дня, если бы он разрешил, но я не стала спорить, когда он сказал, что пора возвращаться. Я планировала попросить его позволить мне покататься снова завтра. Упрямство сейчас не сослужит мне хорошую службу.

— Спасибо, — сказала я ему, как только мы припарковались. — Я очень в этом нуждалось.

— Держись! И глазом не успеешь моргнуть, как ты устроишь кавардак.

Я рассмеялась.

— Кому-кому, а тебе это хорошо известно.

У двери в комнату управления мы разошлись. Николас вошёл внутрь, а я направилась в гостиную зону. Там было пусто, за исключением воина по имени Рори, который что-то читал на планшете. Я никогда не увлекалась чтением, и сейчас крайне жалела об этом. Подошло бы всё, лишь бы скоротать время и сломить скуку моего нынешнего состояния.

Я стала разглядывать большой книжный шкаф в гостиной в поисках чего-то интересного. Поставить шкаф было идеей Сары, она сказала, что так будет намного уютнее здесь, и что каждый в своей жизни должен иметь книги. Я покачала головой, развеселившись, когда увидела подборку. Дай волю Саре, и она забьёт шкаф до предела классикой.

— А вот это больше вполне сойдёт для меня, — пробормотала я, найдя серию японских комиксов на нижней полке.

Моя рука застыла на месте, когда я тянулась за комиксами. Мой Мори снова затрепетал в своей раздражающей манере, предупреждая меня о приближении Хамида. Я не видела его уже целых два дня после встречи в конференц-зале, и была удивлена его появлению здесь в середине дня, хотя мне казалось, что он всячески пытался избегать меня.

— Где ты была? — требовательно спросил он у меня из-за спины.

Я оглянулась и увидела, что он стоит в дверном проёме. Его жёсткий взгляд и нахмуренные брови говорили, что он был зол, но я пребывала в полной растерянности, чем это было вызвано.

Я неспешно встала.

— Здесь. Где ещё мне было быть?

— Весь прошлый час тебя здесь не было, — сказал он.

— Откуда ты знаешь?

Он зашагал ко мне.

— Я получил уведомление с трекера на твоём мотоцикле, что он пришёл в движение. Зачем ты каталась по городу, если ты должна была отдыхать?

Я упёрла руки в боки.

— И с чего это ты вдруг получил предупреждение с моего трекера?

Трекер был одним из условий, на которое я согласилась, чтобы сохранить хоть какое-то подобие нормальной жизни. Один был установлен на мотоцикл, и один я носила при себе. Но он ничего не говорил мне о том, что я была под постоянным наблюдением, и однозначно не было ни словом обмолвленно о том, что он получает предупреждения.

Он остановился в нескольких сантиметрах от меня.

— Я ответственный за твою безопасность. И поскольку я не могу быть с тобой сутки напролёт, я настроил твои трекеры так, что они передают мне информацию о том, где ты.

— Я не инвалид, который упадёт и сломает кость, будучи одной, — заспорила я.

Я не знаю, была ли я больше раздражена тем, что он относился ко мне как к беспомощной или что он исчез на несколько дней и лишь только сейчас показал мне свою заботу.

— И ты не вправе говорить мне, когда я могу выходить и куда ходить. Такого в нашем соглашении не было.

У него задёргался мускул на челюсти.

— Ты восстанавливаешься после почти что смертельного нападения и лекари тебе предписали не усердствовать. Что если у тебя будет рецидив и никто не сможет тебе помочь?

Я запыхтела, пытаясь удержать свой нрав под контролем. В эти дни я была взрывной, а он опасно близок был к тому, чтобы спровоцировать меня.

— Я была не одна. Со мной был Николас, а он более чем способен защитить меня, если это потребуется.

— Николас ездил с тобой? — переспросил он. — Он знает, что ты…

— Он знает, что я схожу с ума здесь, — я едва не заорала. — Он знает, что в здоровье человека больше составляющих, чем его физическое состояние, о чём, по-видимому, ты не имеешь никакого понятия. Может быть, ты бы это заметил, если бы был поблизости, а не следил за мной по своему грёбанному трекеру.

Казалось, Хамид был застигнут врасплох моим выплеском эмоций.

— В чём ты нуждаешься? Скажи мне, и я дам тебе это.

Я скрестила руки, ненавидя то, как моё сердце сжалось от того, как его черты лица смягчились. Я начала испытывать к нему чувства, помимо физического влечения, и это напугало меня. Мне надо было, чтобы он вернулся в свой образ заносчивого воина, который воспламенял во мне исключительно злость. Это был единственный способ выйти из этой ситуации, непострадавшей.

— Мне от тебя ничего не надо, — равнодушно сказала я. — Возвращайся к своему расследованию.

Я встретилась с его взглядом, отказываясь отступить или отвести взгляд. Вид у него был такой, словно он хотел сказать что-то ещё, но затем он развернулся и ушёл. Я оглянулась в поисках Рори, но его уже давно и след простыл. Должно быть, он ушёл, пока я спорила с Хамидом.

Опустившись на диван, я потёрла ноющее место в груди, которое лишь ещё больше стало болеть. Я не понимала. Я получила то, что хотела, так почему же было так больно?

«Солми», — печально прошептал мой Мори.

Впервые мне нечем было возразить ему.

* * *

Уже раз сотый за вечер я поменяла положение в кровати. Простонав, я скинула одеяло и села. Мне не надо было смотреть на часы, чтобы понять, что было уже три часа ночи, потому я проверяла время каждые полчаса со времени как легла спать.

Бесполезно было пробовать уснуть. Таковая уж была моя реальность, пока я не смогу провести работу, которая поможет мне сжечь неиссякаемый запас энергии. Смирившись со своей участью, я тихо оделась и покинула комнату, не желая побеспокоить чей-либо сон.

У комнаты Хамида я замедлила шаг, хотя и так уже знала, что его не было внутри. Я не видела его, как и не чувствовала его присутствия после нашего спора этим днём, и я не ожидала этого после того, как сказала ему оставить меня в покое.

Я испытала сильное чувство стыда, подумав о своих резких словах. Он выказывал свою заботу в его личной манере, а я взяла и вывалила на него всё своё раздражение. Я набросилась на него, потому что раз уж я не могла остановить свои чувства к нему, я должна была прогнать его. Это было незрело, и отнюдь это был не самый лучший момент в моей жизни, и с той самой минуты это мучило меня.

Я миновала пустую гостиную зону и направилась в спортзал. Закрыв за собой дверь, я подошла к стене, где висели метательные ножи, и выбрала себе комплект. Встав перед целью и начала выпускать всю свою агрессию. Это было не так приятно, как спарринг, но мне придётся довольствоваться этим.

Я была уже на пятом раунде, когда мой Мори предупредил меня о приближении Хамида. Понадеявшись, что он увидит закрытую дверь и пройдёт мимо, я вернулась к метанию ножей. Я понимала, что должна была извиниться перед ним, но не знала, как объяснить свои придирки после того, что он сделал для меня. Очевидно, об истине не могло быть и речи.

Открылась дверь. Я не стала оглядываться, поскольку прекрасно знала, что это был он. Некоторое время он просто стоял и наблюдал, как я метаю ножи в мишень.

Когда я закончила, я пошла за ножами, но он подошёл первым и выдернул их из мишени, в которую они вошли по самую рукоятку.

— Я не усердствую, — произнесла я в его спину.

— Знаю, — он повернулся ко мне лицом, уголок его рта приподнялся. — Разговаривать с тобой безопаснее, когда ты не держишь оружие.

— Умно, — я подавила улыбку.

Он стал серьёзным.

— Не можешь уснуть?

Я кивнула, потому что не могла притворствовать с ним. Он провёл достаточно времени со мной, чтобы знать о моих проблемах со сном.

— Я могу чем-нибудь помочь?

— Нет. Малоподвижный образ жизни не устраивает меня, и я слишком долго пробыла в заточении. Я приду в норму, как только смогу вернуться к привычному образу жизни.

Его взгляд стал обеспокоенным.

— Прости. Я должен был понять насколько трудно будет тебе.

— Прекращай, — я подняла руку. — Если кто и должен извиниться, так это я. Я была в дурном настроении, и вывалила это всё на тебя сегодня.

Хамид взвесил в руке ножи.

— Метание помогает тебе уснуть?

— Не совсем. Но лучше уж это, чем пялиться в потолок спальни.

— Тогда мы должны сделать это более интересным, — он подошёл и встал рядом со мной. — Кто ближе к центру, тот и выиграл.

— А что я выиграю? — спросила я, взяв предложенный им нож.

— Если выиграешь, можешь назвать свой приз, — сказал он, самоуверенно вздёрнув бровь.

Я прищурила глаза.

— Отлично. Но не подключаем Мори. Так игровое поле будет немного более равным.

— Принимаю твои условия, — он отступил в сторону и жестом пригласил начать. — Дамы первые.

Я встала в позу, прицелилась и метнула. Как только нож покинул мою руку, я уже знала, что это был один из моих лучших бросков. Нож поразил цель почти в самое яблочко, и я подавила жуткое желание разразиться ликующим возгласом.

— Неплохо, — сказал он, заняв моё место.

— Неплохо? Это был почти идеальный бросок.

Он завёл руку и выпустил нож, даже не прицелившись. Я слышала скрежет металла о металл, когда кончик его ножа вошёл в цель рядом с моим. Мне не надо было ходить к мишени, чтобы знать, что он победил меня, метнув нож буквально чуть ближе к центру.

— Показушник, — пробормотала я.

Он подал мне второй нож.

— Лучшие два из трёх?

Мы метнули по три ножа каждый. Я могла бы метнуть два десятка ножей, и всё равно не смогла бы превзойти Хамида. Мужчина был машиной, ни разу не промахнувшись мимо своей цели.

Я искоса посмотрела на него.

— Ты уверен, что не подключил своего Мори?

— Хочешь назвать меня обманщиком?

— Нет, — скрепя сердцем, призналась я. — Покажешь мне, как у тебя получается метать так хорошо, даже не целясь?

Он усмехнулся.

— А я ждал, когда ты попросишь.

В течение следующего часа Хамид терпеливо демонстрировал свою технику метания ножей, и я тренировалась, пока не почувствовала себя комфортно с ножами. Когда мы закончили, я подговорила его на ещё одно соревнование, и на этот раз, мой нож занял центральную метку.

— Да! Ты видел это! — я прыгала на месте. — Я готова тебя расцеловать.

Я повернулась к нему и врезалась в его твёрдую грудь. Он обхватил меня руками, и я подняла голову, застенчиво улыбаясь.

— Прости, я…

Мои слова были оборваны. Он накрыл губами мой рот. Каждое нервное окончание в моём теле воспламенилось, когда его язык собственнически скользнул по моим губам, требуя открыться. Я охотно открылась ему, обхватив его голову руками, удерживая его рядом с собой. Ничего нежного в поцелуе не было. Он был голодным и жёстким, и он разжёг моё желание к нему до инферно.

Непрерывая поцелуя, я толкнула его, и он попятился назад, пока не достиг скамьи. Он сел, а мои губы оставались слитыми с его губами. Я забралась ему на колени и оседлала его. Его возбуждение прижалась ко мне сквозь нашу одежду, и я застонала в его рот. Нуждаясь в большем, я стала тереться об него, и в его груди раздалось низкое рычание. Боже милостивый, это был самый сексуальный звук, что я когда-то слышала.

Я руками скользнула вниз по его спине, под его футболку и провела ими по его горячей коже. У него перехватило дыхание, и он издал терзаемый звук, когда я пальцами проследила его мускулы на прессе. Я видела его без рубашки, но ничто не могло сравниться с ощущением его твёрдого тела под моими руками. Он был истинным совершенством.

Своей большой рукой он скользнул под моей топик и стиснул грудь, и я застонала от жара его прикосновения, проникающего сквозь бюстгальтер. Я нетерпеливо заёрзала на его коленях, изнывая от желания ощутить всего его без барьера из одежды между нами.

Своим затуманенным страстью разумом я смутно уловила звук открывающейся наружной двери. И только когда я услышала приближающиеся к нам шаги, я пришла в чувства и разорвала поцелуй. Я уставилась в глаза Хамида, которые были одурманены желанием, и реальность ошарашила меня как ушат холодной воды.

Что я творю? Я начала слезать с его коленей, но он стиснул руки на моей талии, подобно тискам.

— Останься, — произнёс он хриплым голосом, от которого мне захотелось сделать всё, что он попросит.

И это осознание напугало меня больше, чем что-либо в жизни.

— Я не могу, — сипло прошептала я. — Отпусти меня.

На его лице промелькнуло неудовлетворение, и на короткий миг я подумала, что он не собирается отпускать меня. Но затем его руки ослабли, и я смогла встать с его колен.

Я не могла посмотреть на него. Он первым сделал этот шаг, но именно я подтолкнула его, взвинтив нас обоих и толкнув на самый край, едва не потеряв контроль. Если бы кто-то не проходил мимо, как далеко я зашла бы? Остановилась бы вообще?

Я умудрилась выдавить лишь слабое «прости» и, бросившись из зала, скрылась в своей комнате.

ГЛАВА 13

Прошло два дня.

— А, вот ты где, — Бет оторвала взгляд от компьютера, за которым она работала, когда я вошла в комнату управления. — Я уже собиралась пойти искать тебя.

— Немного рано для патрулирования, — пошутила я, радостное возбуждение переполняло меня.

Мне наконец-то разрешили вернуться к работе, и сегодня вечером я собиралась выйти в патруль с Крисом, Бет и Рори. Что-то подсказывало мне, что Крис будет пристально приглядывать за мной в первый день моего возвращения, но мне было плевать. Я была полна энергии после своего выздоровления, и мне казалось, что я из кожи вон вылезу, если в ближайшее время не приступлю ни к каким действиям.

Она улыбнулась.

— Николас попросил найти тебя. Он сказал отправить тебя в его кабинет.

Я скривила лицо.

— Вызывает на ковёр в первый же рабочий день. Это не сулит ничего хорошего.

Дверь в кабинет Николаса была закрыта, и это явно было знаком, что что-то затевается. Он никогда не закрывал дверь, если только не вёл телефонные переговоры с Тристаном или кем-то столь же важным.

Я постучалась, и он пригласил меня войти. Моя улыбка тут же исчезла, когда я открыла дверь и увидела, что Николас был не один. В одном из гостевых кресел сидел Хамид.

С той ночи в спортзале, это был первый раз, когда я увидела Хамида, в основном потому, что я делала всё возможное, чтобы не оказаться с ним в одной комнате. Называйте меня трусихой, но я не знала как смотреть ему в глаза после того поцелуя.

Мать моя родная, тот поцелуй. Моя кожа начинала пылать просто от воспоминаний о вкусе его губ, ощущений его тела под моими пытливыми пальцами.

Я мимолетно встретилась с его стоическим взглядом и посмотрела на Николаса.

— Ты хотел меня видеть?

— Хотели. Входи.

Я заняла кресло рядом с Хамидом, и всё внутри меня скрутило в тугие узлы. У меня было плохое предчувствие.

Я выжидательно посмотрела на Николаса, но заговорил Хамид:

— Мне и моей группе надо быть в Атланте. Мы выезжаем через два часа.

Не знаю, с чего он решил, что должен сообщать мне об этом, если в эти дни мы даже не общались. Но мне всё равно было любопытно.

— Новый призыв демона?

— Нет. Циро связался с нами час назад. Он кое-что обнаружил и попросил нас незамедлительно приехать. Он сказал, что это имеет дело к нашему расследованию и крайне важно. Это всё, что мне известно.

Взгляд Хамида был нечитаемым, невозможно было прочитать, что он чувствовал ко мне сейчас. Будто этого поцелуя никогда и не было, и мы были не более чем два воина, занятых на одной работе.

— Ох, — я потёрла ладони о бёдра, не зная, что и сказать. — Как долго ты будешь отсутствовать?

Несколько секунд он выглядел сбитым с толку.

— Минимум несколько дней. Тебе лучше взять с собой побольше вещей.

— Мне? — я перевела взгляд с него на Николаса. Судя по всему, он был счастлив просто посидеть и дать нам поговорить. — Сомневаюсь, что Циро нуждается там во мне.

Хамид кивнул.

— Там ждут меня, а куда я, туда и ты.

— Но… — я начала было говорить, что хочу остаться здесь, где буду более полезна, но по факту, ничего важнее этого расследования не было.

Мои желания были неважны до тех пор, пока ответственный за всё разгуливает на свободе.

Я кивнула и встала.

— Пошла собираться.

Через десять минут я сидела на кровати и таращилась на упакованную спортивную сумку на полу, задаваясь вопросом, как я смогу провести несколько дней в обществе Хамида после того, что между нами произошло. Он видимо уже забыл об этом, а я всё ещё не могла выкинуть это из головы. Я уже начала думать, что заклинание нахимичило с нашей связью. Как ещё можно было объяснить, почему я зациклилась на нём, а он хладнокровен и безразличен? Неужели для него это был просто запал в пылу страсти?

Я несчастно застонала и откинулась на спину. За что мне это?

Так я и лежала, пока Бет не постучала в дверь и не сообщила мне, что пора выезжать в аэропорт. Я подхватила сумку, распрямила плечи и направилась на выход.

Единственное, что было хорошо в поездках с командой, что мне не пришлось быть наедине с Хамидом или разговаривать с ним, разве что только по крайней необходимости. Я не смогла отказаться от поездки с ним в одном автомобиле, но я села на самое дальнее от него кресло в самолёте. Когда мы приземлились в Атланте, он был так сосредоточен на работе, что едва посмотрел на меня, когда мы сели в поджидавший нас внедорожник.

Циро ждал нас в современном двухэтажном доме в Эджвуде. Снаружи дом выглядел как все остальные дома на улице, но как только я вошла в главную дверь, мою кожу до боли защипало от наполнявшей его магии. Я потёрла руки, идя по короткому коридору, пытаясь избавиться от покалывания.

— Это защитные чары, — сказал Бастиан, следовавший за мной. — Воздействие скоро ослабнет.

Циро ждал нас в гостиной комнате и, судя по его мрачному виду, обнаруженное им ничего хорошего не сулило. Страх скрутил мой живот, пока я ждала остальных. То, что он вызвал всю группу, а не сообщил об этом по телефону, означало, что его открытие было весомым.

— Спасибо, что приехали так быстро, — сказал он, как только в комнату вошёл последний человек. — Это дом моего протеже, Кая. Я пришёл навестить его, потому что не получал вестей от него уже два месяца, но его тут не было. Кай обычно не пропадал на такой долгий период, не сообщая мне об этом.

— Насильственная смерть? — спросил Хамид, взглядом осматриваю комнату на наличие улик.

Я проследила за взглядом Хамида и остановилась на фотографии в рамке. На снимке был Циро с худым светловолосым мужчиной, которому на вид было за тридцать.

— Нет.

Циро сцепил в замок перед собой руки, и я заметила натянутость вокруг его глаз и рта.

— Кай довольно одарённый и сильный для молодого ведьмака. Но меня обеспокоило его отсутствие, поэтому я обыскал его дом в поисках зацепок, куда он мог пропасть. Этим утром я нашёл кое-что спрятанное в его рабочем кабинете. Это древний пергамент, исписанный на арабском, из которого я знаю всего несколько слов, но мне кажется это заклинание. А ещё я кое-что прочитал в одном из блокнотов Кая, и тут же понял, что надо вызывать вас сюда как можно скорее.

Он махнул в сторону двери на другой стороне коридора.

— Пожалуйста, следуйте за мной.

Я направилась туда, как и все остальные, но Хамид схватил меня за запястье и задержал. Я подняла глаза на его серьёзное лицо.

— Мы входим в рабочий кабинет колдуна, и мы не можем знать наверняка какие магические ловушки обнаружим внутри, — сказал он мне. — Оставайся рядом со мной, и ничего не трогай, пока колдун не скажет нам, что там безопасно.

— Ладно.

От мысли, что придётся войти в контакт с ещё большей магией, меня передёрнуло. Но воины не позволяли отвращению или страху мешать выполнению работы. Это не первый раз в моей карьере, когда я вынуждена иметь дело с магией, и чем быстрее я научусь справляться с этим, тем лучше.

Я последовала за ним через дверь, которая вела в подвал. Я ожидала увидеть промозглую, тёмную комнату, наполненную микстурами и магическими инструментами, и я была удивлена, увидев крайнюю противоположность. Рабочий кабинет Кая был чистым и хорошо освещённым, и тут не было никаких микстур. Вдоль одной стены стояло рабочее место со шкафчиками над и под ним. А ещё тут было два книжных шкафа, заполненных книгами, и большое кресло, которым, похоже, часто пользовались. Тканый ковёр покрывал центр каменного пола, а окна были закрыты чёрными, непроницаемыми шторами. На маленьком столике у кресла лежала открытая книга, словно владелец планировал вернуться к чтению в любую минуту.

Кабинет мог бы сойти за обычную комнату, если бы не витавшая в воздухе магия, от которой у меня волосы дыбом встали. Месяц назад я, вероятно, вовсе не почувствовала бы магию, но так было до того, как я стала подопытной свинкой для кучки ведьмаков.

Команда собралась вокруг стола в углу комнаты. Невозможно было увидеть на что они смотрели. Если там лежал пергамент, от меня помощи можно было не ждать. Я почти свободно владела испанским, и знала немного китайский, что могла заказать еду в китайском ресторане, но я не отличу арабский от русского.

Ориас оглянулся на нас.

— Хамид, ты сможешь перевести нам?

Хамид подтолкнул меня к столу, явно не доверяя мне настолько, чтобы оставить меня одну. Я пошла добровольно, потому что, невзирая на мои противоречивые эмоции в его адрес, я уважала его знания и опыт. Если он переживал из-за этого места, я не собиралась бросать ему вызов.

Собравшиеся вокруг стола расступились, пропуская нас, и я смогла увидеть на что же они так заворожено смотрели. На столе лежа кусок пергамента, заключённый меж двух стекол. Замаранный пергамент был таким старым, что крошился по краям, и письмена на нём померкли с годами.

Хамид склонился и изучил документ, а потом начал громко зачитывать слова по-английски. Я только не поняла о чём он говорил, но Ориас и другие ведьмаки внимательно вслушивались в каждое слово. Они прервали Хамида несколько раз, прося повторить фразу, и потом они все задумчиво кивали и снова начинали слушать. Когда он дошёл до раздела, с которым у него возникли трудности, он объяснил, что это был древний арабский, и некоторые слова не имеют хорошего перевода.

— Это заклинание? — спросила Шарлотта, когда Хамид закончил.

Ориас потёр подбородок.

— Это призывающее заклинание, но я таких раньше не слышал.

— Некоторые части текста напоминают заклинание, которое мы используем, — сказал Бастиан. — Но в нём гораздо больше слоёв. Оно более сложное, чем любое известное мне заклинание.

Циро подошёл ближе и прикоснулся пальцем к краю стекла.

— Мне кажется, мы можем сейчас лицезреть одно из исходных призывающих заклинаний.

Все тут же начали говорить, но Шарлотта призвала к тишине. Она посмотрела на Циро.

— Разлом между мирами произошёл более двух тысяч лет назад. Как этот документ смог сохраниться столь долго?

— Возможно, всё дело в магии. Не знаю, но факты не лгут, — сказал ведьмак.

Я подняла руку.

— Кто-нибудь из вас не скажет мне, что это за исходное призывающее заклинание?

Ориас повернулся ко мне.

— Ты слышала историю о великом разломе и как, по общему мнению, архангелы запечатали его.

Я кивнула, а грамотеи в комнате раздражённо фыркнули.

— Не по общему мнению, — сказала Шарлотта.

Он проигнорировал её.

— Разлом не случился сам по себе. Говорится, что три ведьмака создали заклинание, которое применили сообща, и распечатали барьер.

— И вы думаете, что это одно из тех заклинаний? — спросила я у него.

— Да, — ответил Циро с уверенностью, от которой у меня холодок побежал по коже. — Я не был в этом уверен, пока не прочитал последние страницы в блокноте Кая. По большей части там рассеянные мысли, но одно слово написано несколько раз. Аларон.

Я понятия не имела, что такое Аларон, но смотря на до ужаса перепуганные лица вокруг меня, стало предельно ясно, что ничего хорошего это не сулило. Но когда я увидела такой же ужас на лице Хамида, у меня аж поджилки затряслись. Если просто упоминание этого Аларона вызвало у него такую реакцию, дела обстояли куда хуже, чем я думала.

— Что такое Аларон? — спросила я, уже боясь ответа.

Не знаю, то ли мне надо было отбросить все сомнения, то ли перепугаться, когда Хамид встал настолько близко ко мне, что наши руки соприкоснулись. От чего он собирался защищать меня?

— Аларон — архидемон, — мрачно сказал он. — Его имя известно нам только потому, что он прошёл через барьер во время разлома и был возвращён обратно архангелами.

Я сухо сглотнула.

— Вы думаете, Кай использовал это заклинание, чтобы попытаться создать очередной разлом и провести через него архидемона?

Циро шумно и продолжительно выдохнул.

— Только одно это заклинание не сможет открыть барьер. Думаю, Кай пытался призвать Аларона, желая обуздать его.

Я вспомнила аналогию Ориаса о рыбаке и белой акуле. Кай в жизни не смог бы обуздать архидемона, а это означает, что он был мёртв или…

— То есть вы хотите сказать, что где-то по округе может гулять архидемон в теле ведьмака? — спросила я.

Даже для моих ушей вопрос прозвучал нелепо.

— Маловероятно, — сказал Бастиан.

— Но, не невозможно, — добавил Ориас. — Мы не можем знать наверняка, пока, как минимум, не обнаружим место призыва, — он повернулся к Циро. — Ты знаешь, где Кай мог проводить призыв?

Циро кивнул.

— У него есть в собственности небольшой склад в промышленном квартале. Я съездил туда вчера, но ничего необычного не увидел. Никто не появлялся там уже несколько месяцев.

— Если он собирался призвать Аларона, он бы захотел провести это в более уединённом месте, — Хамид вытащил телефон. — Какое полное имя у Кая? Наши люди проверят по базам, посмотрим, что они смогут найти. Я проинформирую Совет.

— Брэдли, — еле слышно произнёс Циро.

— Что вообще всё это значит? — обратилась я к группе, как только Хамид отошёл в сторону, чтобы сделать звонок. — Вы сказали, что архидемон имеет достаточно силы, чтобы открыть барьер. Он, что, пытается создать очередную брешь?

Ориас снова посмотрел на пергамент.

— Если Кай действительно умудрился призвать Аларона, и Аларон овладел телом Кая, ему этого будет мало. Он попытается создать достаточно большую дыру, чтобы провести сюда своё физическое тело.

Мария перекрестилась.

— Бог храни нас, если он преуспеет. В его истинной форме, он сможет полностью уничтожить барьер.

У меня голова шла кругом, пока я пыталась проанализировать то, что они говорили. Все, кого я любила, умрут, если барьер падёт. И даже фейри не смогут защитить нас от того, что было по ту сторону.

Я посмотрела на Ориаса, который, похоже, знал больше всех в этом вопросе.

— Аларон может быть убит вне его тела?

— Да. Его магия сильная, но тело, которым он обладает всё равно остаётся человеческим.

Я выдохнула.

— Ну, хоть что-то.

С момента нашего прибытия сюда, казалось, Циро постарел на несколько лет.

— Я знаю Кая уже как пятнадцать лет. Как он мог пойти на нечто подобное, а я и не понял, что с ним что-то не так? Нельзя за одну ночь решить, что хочешь вызвать архидемона. На такое решение уходят месяцы, а может даже и годы планирования.

— Зачем ему это? — поинтересовалась я. — Что он надеялся получить, призывая Аларона?

— Могущество, — немедля ответил Ориас. — Ведьмак столь же могущественен, как могущественен демон, которым он управляет, а архидемон сделал бы его непобедимым.

Я посмотрела на пергамент.

— Если это заклинание такое важное, почему он оставил его здесь?

— Он слишком хрупкий, чтобы носить с собой, — ответил Циро. — Кай наложил заклинание на пергамент, и оно достаточно сильное, чтобы сохранить его, но не разъезжать с ним. Более сильное заклинание может повредить документ.

К нам снова присоединился Хамид.

— Совет выделяет людей, чтобы выяснить всё, что известно о Кае Брэдли. А пока нам надо проверить каждый сантиметр этого дома и склада.

Циро угрюмо кивнул.

— Кай наложил магические чары по всему дому, и некоторые могут быть вредоносны для вас. Будет безопасней, если твои воины разделяться по парам с нами.

— Я возьму Джордан, — заявил Ориас, немало удивив меня. Хамиду же он сказал: — Я обеспечу её безопасность.

Хамид взглянул на меня, и я могла сказать, что он не обрадовался этому, он не хотел, чтобы мы разделялись. Но предложение Циро было разумным.

Группа разделилась. Мне с Ориасом достался третий этаж. Я подозревала, что он отвёл меня сюда только потому, что здесь маловероятно было нечто опасное. Мне не надо было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что он защищает меня, пока остальные обыскивают остальную часть дома.

— А ты достаточно силён, чтобы убить Аларона, если мы вовремя найдём его? — я задала вопрос Ориасу, пока он рылся в шкафах хозяйской спальни.

Ориас не прекратил своё занятие.

— В одиночку, нет.

Я села у изножья аккуратно застеленной кровати.

— Что случится, когда убивают тело хозяина? Демон тоже умирает?

На этот раз Ориас посмотрел на меня.

— Он возвращается в своё измерение. Вызванные демоны не могут быть убиты, пока их физическое тело живо.

Мой взгляд упал на футляр, который он всегда носил с собой, и в котором сидел его демон.

— Вы своего демона держите вечно, или выпускаете его после того, как заполучили нового?

Он вскинул бровь.

Я пожала плечами.

— Что? Резонный вопрос.

— Зависит от ведьмака. Этот демон у меня уже почти пятьдесят лет, — он снова вернулся к обыску платяного шкафа. — А теперь, прекращай заваливать меня вопросами, дай мне поработать.

Обыск дома закончился почти в полночь. Ничего существенного мы не нашли. После небольшого обсуждения того что же делать с пергаментом, было решено, что Шарлотта с Марией подержат его у себя, пока его не смогут отправить в наши архивы в Англии для изучения и ответственного хранения.

Хамид сказал, что на склад мы поедем только завтра, поэтому нам придётся искать ночлег и еду, поскольку конспиративный дом не сможет вместить нас всех. Ориас посчитал, что будет лучше, если мы все будем держаться вместе, и Хамид согласился с ним. Он забронировал для нас номера на верхнем этаже «Ритц-Карлтон», и мы все направились туда.

Я стояла в стороне с Шарлоттой, пока Хамид занимался размещением и брал наши ключи. Затем мы втиснулись в два лифта и поднялись на верхний этаж, где он начал раздавать нам ключи. Я ждала свой ключ, но не получив его, нахмурилась.

— А где мой ключ? — спросила я, когда остальные стали расходиться по своим номерам.

Хамид поднял единственный оставшийся у него ключ.

— У нас с тобой один номер.

Всё внутри меня дико затрепетало, несмотря на моё смятение.

— А почему у нас один общий номер? У всех остальных свои отдельные номера.

— Никто другой не нуждается в моей защите, — ответил он. — Не то, чтобы мы с тобой никогда раньше не делили одну комнату.

Он развернулся и пошёл по коридору, но я как вкопанная, стояла на месте. Как я смогу с ним быть наедине в гостиничном номере после того, что между нами произошло пару ночей назад?

Хамид остановился, осознав, что я не иду следом за ним. Он оглянулся на меня.

— Если это тебя так сильно волнует, я буду спать у двери.

— Ты не можешь спать в коридоре.

Ему надо было отдохнуть, да и я уснуть не смогу, зная, что он находится за дверью, да ещё и спит на полу.

Я вздохнула.

— Мы можем переночевать вместе… но только сегодня.

Он подождал, пока я догоню его, и мы прошли мимо ещё двух дверей, прежде чем оказались у нашего номера. Он открыл дверь, и я вошла первой. Я резко остановилась от вида кровати размером кинг-сайз в центре номера.

Я резко развернулась к нему.

— А с двумя кроватями нельзя было взять?

— В отеле не осталось двухместных номеров на этом этаже, а я хотел, чтобы все мы держались вместе, — сказал он, бросив свою спортивную сумку на кровать.

Тихое позвякивание металла подсказало мне, что сумка, вероятней всего, была доверху набита оружием.

Будь на его месте другой мужчина, я, наверное, не поверила бы ему. Но Хамид был выше такого обмана. Если он намеренно взял номер с одной кроватью, он бы сказал мне об этом.

— Я в душ, — сказала я гневно, и направилась в ванную комнату, прихватив с собой сумку.

Я принимала душ очень долго, поскольку не торопилась вернуться в комнату. Когда я наконец-то открыла дверь ванной комнаты, я обнаружила, что Хамид ест большой бургер, разместившись в гостиной зоне. Мой желудок тут же заурчал от запаха еды, и я набросилась на ожидавший меня бургер.

— Спасибо, — пробормотала я. — Я была голодна.

— Извини, что не остановились поужинать. Я обычно нерегулярно питаюсь, когда нахожусь на работе.

Я слизнула кетчуп с губ.

— Всё хорошо.

После этого мы особо не разговаривали. Мы закончили свой поздний ужин, и Хамид отправился в душ. Я оценила вопрос сна, и заполучила бабочек в животе, когда подумала о том, что мы окажемся с ним в одной кровати. Моё нутро подсказывало мне, что идея была очень плохая, но я не могла попросить его в очередной раз спать на полу. Я знала, что он не даст мне самой улечься на полу, а диван был слишком маленьким для кого-либо из нас.

Я откинула покрывало с одной стороны кровати и легла как можно ближе к краю. Для него я оставила один светильник включенным, и посчитала, что он поймет, где ему спать. Закрыв глаза, я попыталась заставить себя уснуть до того, как он выйдет из ванной комнаты.

Я должна была знать, что всё окажется не так просто. Даже после такого долгого дня, полного переездов и волнений, моё тело отказывалось отключаться.

Когда открылась дверь ванной комнаты, я плотно закрыла глаза и легла набок на своём краю кровати. Я слушала, как Хамид вошёл в комнату и поставил сумку на пол. Повисла пауза, а потом погас свет.

Секундой позже кровать прогнулась. Он лёг. Мне пришлось заставить себя замедлить дыхание и не думать о том, что он лежит всего в нескольких сантиметрах от меня… и как просто было бы перекатиться на другой бок и прикоснуться к нему.

Мне казалось я отлично справилась с имитацией сна, пока он не заговорил:

— Мы можем спуститься в спортзал отеля, если тебе надо.

Я улыбнулась.

— Я в порядке. Спасибо. Просто день был сумасшедший.

— Хочешь об этом поговорить?

— Думаю, вы уже всё прекрасно мне объяснили. Если Аларон получит своё тело, наступит конец привычной для нас жизни.

— Мы найдём его до того, как это произойдёт, — уверенно заявил он.

— Как ты можешь быть таким уверенным?

— Если бы он смог это сделать, он бы уже сделал, — Хамид прозвучал более расслабленным, чем я себя чувствовала. — Возможно, он не настолько силён в человеческом теле, чтобы протянуть своё собственное тело через барьер. Какова бы ни была причина, у нас пока ещё есть время.

Я перекатилась на другой бок и легла лицом к нему. Я видела очертания его тела. Он лежал, закинув руки за голову.

— Как у тебя это получается? Как ты можешь быть сосредоточен на работе, зная, что будет, если мы проиграем?

Некоторое время он молчал.

— Это приходит с опытом. Когда ты будешь заниматься этим так долго, как этим занимаюсь я, ты потеряешь страх, присущий молодым воинам.

— Я не боюсь умереть. Я боюсь за Сару и её малышку, которая может никогда не родиться, если всё полетит к чертям, и за людей, которых люблю.

Он повернул голову.

— Ты берёшь этот страх и направляешь его в свою работу. Кому есть что терять, тот будет сражаться сильнее всех.

Я ещё долго думала об его словах после того, как его дыхание замедлилось. Я завидовала ему. Он спал так умиротворённо, а мой мозг неугомонно проигрывал все «а что если». У меня появилось безумное желание пододвинуться на кровати и погрузиться в комфорт от близости к нему, но я отказывалась идти у себя на поводу. Между нами и так уже всё было достаточно сложно.

* * *

От глубокого сна меня разбудил звук звонящего телефона. Должно быть, я конкретно вырубилась, потому что чувствовала себя уставшей, и мне меньше всего хотелось вставать. Боже, это кровать была такой удобной. Как я могла не заметить этого прошлой ночью?

Снова зазвонил телефон. Я застонала и потянулась… или точнее попыталась, но обнаружила, что нахожусь в ловушке. На моей талии лежала мужская рука. Я замерла, а моё тело тут же остро ощутило грудь у моей спины, тёплое дыхание, щекочущее моё ухо, и мускулистое бедро, втиснутое меж моих ног.

Я легонько сместилась, и от ощущения твёрдой длины, прижатой к моей заднице, у меня стянуло внизу живота. Я закрыла глаза от такой изысканной пытки: быть настолько интимно близкой к мужчине, которого я хотела больше всего на свете и не могла иметь.

Я затаила дыхание и медленно подняла его руку, чтобы выскользнуть из-под неё. Если я смогу встать, не разбудив его, он никогда не узнает о наших милых обнимашках во сне.

Гортанный звук протеста раздался позади меня. И в следующий миг я оказалась на спине, а Хамид нависает надо мной. Он перенёс свой вес на руки, а нижняя половина его тела уютно устроилась между моих ног.

Я резко втянула воздух и уставилась в светло-голубые глаза, которые не были холодными. Я не знала, проснулся ли он полностью, но некоторые части его тела однозначно уже вовсю бодрствовали. Голодная решительность на его лице сказала мне, что мне надо действовать, иначе это зайдёт туда, пути назад откуда уже не будет.

— Спасибо за авральное пробуждение, — сказала я с наигранным легкомыслием, толкнув его в грудь обеими руками. — Мне кажется, теперь я точно проснулась.

Он задержался на несколько секунд, а потом скатился с меня. Я слезла с кровати и схватила сумку, не глядя на него. Запершись в ванной комнате, я сполоснула холодной водой лицо и попыталась успокоить своё бешено колотящееся сердце.

Я уже переодевалась, когда в дверь постучали.

— Да?

— Мы выселяемся, — сказал Хамид по ту сторону двери. — Возьми свои вещи с собой, уходя.

Я запнулась на застегивании джинсов.

— Мы не остаёмся в Атланте?

После вчерашнего, я была уверена, что мы проведём здесь минимум неделю, следуя по стопам Кая.

— Наша парни нашли дом близ Таллахасси, который Кай Брэдли арендовал на шесть месяцев. Мы выезжаем в аэропорт в течение получаса.

— Хорошо. Выйду через пару минут, — выкрикнула я.

Когда я вышла из ванной комнаты, Хамид стоял у окна, ожидая меня. Его спортивная сумка стояла на диване и, взяв её, он подошёл ко мне. Вид у него был всецело деловой, и ничто в нём не напоминало мужчину, рядом с которым я проснулась. Как у него так получалось? Хотела бы я чувствовать себя такой же собранной, каким казался он.

Мы встретились с группой в вестибюле и, судя по их едва сдерживаемому возбуждению, они уже знали, почему мы съезжаем. Я благодарно улыбнулась Шарлотте, когда она подала мне пару сандвичей на завтрак и бутылку воды из ресторана отеля. Одному лишь Богу известно, когда у нас будет шанс поесть сегодня.

Перелёт в Таллахасси длился менее часа. У нас не было там конспиративного дома, поэтому во время полёта Хамид организовывал нам наземный транспорт. Уже через два часа как он сказал мне, что мы покидаем Атланту, мы ехали по просёлочной дороге к дому, который арендовал Кай.

Было предельно ясно, что Кай выбрал это место из-за его изолированности. Территорию дома окружал густой лес, и фермерский дом, который он снял, стоял на двадцати акрах земли, ближайшие соседи жили в мили от него. Прекрасное место для ведьмака, который не хотел, чтобы кто-то узнал о том, что он затеял.

Два внедорожника остановились у начала длинной подъездной дорожки, которая поднималась на небольшой холм. Дома не было видно с дороги, поэтому мы понятия не имели, что нас там ждало.

— Циро, Бастиан и я, мы пойдём первыми на случай, если Кай наложил защитные чары или устроил мини-ловушки, — сказал Ориас, когда мы все вышли из машин. — Как только будет всё чисто, все остальные смогут войти.

Хамид, Шарлотта, Мария и я вооружились, пока ждали. Я не знала насколько хорошим было наше оружие против магии, но я почувствовала себя лучше, заполучив в руки свой любимый меч. Это был очень лёгкий самурайский меч, который я заполучила из схрона армейского дилера в Лос-Анджелесе несколько лет назад. Сара прилично заплатила парню, чтобы тот разрешил мне выбрать на его секретном складе то, что я хочу, и когда я увидела этот меч, это была любовь с первого взгляда.

Зазвонил телефон Хамида. Он ответил на звонок и почти сразу же сбросил его.

— Ориас сказал, что мы можем подниматься к дому. Джордан, ты держишься рядом со мной.

Я кивнула и зашагала с ним в ногу. На вершине холма мы замедлились и окинули взглядом двухэтажный фермерский дом. В нескольких местах краска облупилась, но в целом дом выглядел в полной сохранности. Поля вокруг дома заросли травой, всё это указывало на то, что здесь уже давно не занимались выращиванием сельхозкультур.

Амбару, стоявшему по одну из сторон дома, тоже не помешал бы небольшой ремонт, и даже отсюда были видны дыры в крыше. От всего этого места веяло печалью, запущенностью.

У главной двери дома нас ждал Ориас.

— Нам пришлось нейтрализовать несколько сильных чар. Он явно не хотел, чтобы люди сюда заглядывали.

Хамид взглянул на меня, и снова посмотрел на Ориаса.

— Внутри безопасно?

— В доме, да. Циро и Бастиан сейчас проверяют амбар.

Мы вошли в дом, который видимо был построен в начале двадцатого века. Комнаты были маленькими, за исключением кухни, и провести здесь обряд призыва было явно невозможно.

Судя по продуктам в холодильнике и контейнерам с едой на вынос в мусорке, в доме кто-то был всего несколько дней назад. Телу Кая в любом случае потребуется человеческая еда, даже если им овладел демон.

— Ориас, — выкрикнул Бастиан из дверного проёма. — Мы нашли место.

Мы последовали за ведьмаками к разваливающемуся амбару. Огромные двери были сорваны с петель, давая больше света и позволяя нам увидеть круг призыва, нарисованный на деревянном полу.

Я видела только несколько мест призыва, но смогла заметить разницу между этим и остальными. Вокруг круга было нарисовано больше символов, чем обычно. Они покрывали и стены. И безошибочно просматривались подпалины и пятна засохшей крови в центре круга.

— Что можешь сказать? — поинтересовался Хамид у Циро, который изучал один из символов на дальней стене.

Рот ведьмака был сжат в тонкую линию.

— Это символы сдерживания, но они все подвергнуты изменениям. Кай, похоже, посчитал, что он сможет использовать их для удержания Аларона.

— Ещё чувствуются следы магии, — добавил Бастиан. — Ориас может сказать нам, та же ли эта магия, что была на месте призыва в Лос-Анджелесе.

Стоя в дверном проеме, я наблюдала, как Ориас вышагивает вокруг большого круга, выставив одну руку. По-видимому, он что-то бормотал себе под нос, и время от времени воздух внутри круга рябил. Он обошёл круг два раза и только потом остановился и кивнул.

— Эта та же демоническая магия. Нам придётся провести ещё несколько всесторонних тестов, но я уверен, что Аларона вызвали тут.

— Я не понимаю, — обратилась я к ведьмакам. — Если Кай смог открыть барьер, зачем ему было делать это в Лос-Анджелесе и в других местах, если у него есть такое уединённое место и всё готово для этого?

Ответил мне Циро:

— Некоторые считают, что демон может чувствовать, когда их физическое тело близко к барьеру. Возможно, что Аларон мог проводить заклинания в местах, где он сильнее всего ощутил своё тело.

— Ну да, не жутко совсем, — мою кожу защипал озноб, и я попятилась назад. — Если вы не возражаете, я постою снаружи.

Мне ещё не хватало вступить в контакт с куда более могущественной магией. Кто знает, как это заклинание отразится на мне с Хамидом?

Хамид последовал за мной.

— Ты можешь помочь мне обыскать дом.

Я подозревала, что он использовал дом как уловку, чтобы удержать меня рядом с собой, но я не возражала. От места, где, вероятней всего, был призван архидемон, у меня мурашки бежали по коже. Я никогда не была слабонервной, но здесь был неприятель, которого мы никогда не встречали. Даже без своего тела, архидемон на свободе приводил в ужас.

— С чего мы должны начать? — спросила я Хамида, когда мы вошли в дом.

Он повёл меня вглубь по узкому коридору.

— Похоже, кухней пользовались чаще всего, так что начнём оттуда.

Он первым вошёл в кухню. Секундой позже в помещение вспыхнул свет, и в центре кухни появилась фигура в мантии.

Я ахнула от уродливого лица Кая Брэдли. Его скулы и подбородок нереально выступали, а серая кожа была натянута на кости. Глаза были совершенно чёрные, и два рога завивались у висков. Рога? Я не видела остальную часть его тела из-за мантии, но он был большим, наверное, даже больше Хамида.

Мы с Хамидом одновременно выхватили мечи.

В следующий миг Кай схватил Хамида за горло и оторвал от пола, словно тот ничего не весил. Он пробормотал несколько слов на демоническом языке и швырнул Хамида через комнату. Хамид рухнул на пол, хватая ртом воздух.

ГЛАВА 14

Что-то тёмное и дикое ожило во мне. Из горла поднялось рычание, я бросилась к Хамиду и встала между ним и Каем. Я почувствовала руку Хамида на моей ноге и приняла силу нашего контакта.

Кай запрокинул голову и маниакально рассмеялся, как злодей из мультика о супергероях.

Я зарычала в ответ и подняла меч. Демон или нет, ему придётся пройти мимо меня, чтобы добраться до моей пары.

Ведьмак махнул руками в мою сторону. Я оторопела от того, как магия врезалась в мой меч, посылая сквозь меня ударную волну.

Судя по ошарашенному виду Кая, заклинание должно было причинить больше вреда. Он снова вскинул руки, и как в предыдущий раз, я устояла на ногах.

Он взревел в яростном припадке и высвободил ещё одно заклинание. На этот раз удар отразился болью, пройдя сквозь руку, державшую меч, и спустившись вниз по ней. Я с трудом сохранила хватку на эфесе. Вряд ли я смогу выстоять ещё один удар, но я скорее умру, чем дам ему прикоснуться к Хамиду.

Глубокий раскатистый голос Ориаса заполнил кухню, и следом за ним раздались голоса Циро и Бастиана. Три ведьмака в унисон читали заклинание, и воздух зашипел от их объединённой магии.

Я бросила меч и упала на колени рядом с Хамидом, который теперь уже не боролся за дыхание. Он попытался сесть, но я пихнула его назад, прочь от опасности.

— Оставайся здесь, — строго приказала я.

На его лице промелькнуло удивление, но он не стал возражать. Вместо этого он потянул меня за собой, когда магия затрещала в воздухе над нашими головами.

Бормотание становилось громче, в то время как могущественные ведьмаки расходились по сторонам в попытке окружить Кая. Я затаила дыхание, когда сверкающая сфера начала формироваться вокруг протеже Циро. Если они смогут уничтожить его, всё будет кончено.

Кай огрызнулся, и от этого звука волосы у меня встали дыбом. Он бросил на меня осатанелый взгляд и потом исчез прямо у меня на глазах.

Я начала вставать, но Хамид удержал меня.

— О чём ты вообще думала, встав передо мной?

— Если бы не встала, ты был бы мёртв, — парировала я.

— Никогда не подвергай себя опасности из-за меня, — сурово сказал он.

— Не тебе говорить об этом.

Ориас прочистил горло.

— Вы когда закончите спорить, мы бы хотели услышать, как Джордан смогла отразить брошенные в неё заклинания.

— Понятия не имею.

Отпрянув от Хамида, я поднялась на ноги. Я посмотрела на свой меч и резко втянула воздух. Лезвие выглядело так, словно его раскололи надвое по всей длине.

— Не прикасайся к нему, — рявкнул Ориас, когда я склонилась, чтобы получше рассмотреть его. Он подошёл и присел на корточки рядом с мечом, а потом выставил руку над лезвием. Минутой позже он встал. — Чисто.

Я почувствовала укол печали, подняв уничтоженный меч. Вероятно, было глупо переживать из-за оружия, но мы с этим мечом многое пережили вместе.

— Джордан? — позвал меня Ориас.

Я оторвала взгляд от меча и подняла на него глаза.

— Что?

Ему пришлось повториться, и он этому был не рад.

— Я спрашивал, что ты почувствовала, когда заклинания поразили тебя?

— Было больно, но в основном из-за силы удара. Большее принял на себя мой меч.

— В мече нет ничего особенного. Я бы обнаружил это, — сказал он.

Я пожала плечом.

— Не знаю, что и сказать тебе. Может, заклинания были не такие уж и сильные.

Трое ведьмаков посмотрели на меня так, словно я сказала, что небеса зелёные.

— Эти заклинания исходили от архидемона, — Циро говорил так, словно разговаривал с психически ограниченным человеком. — Они должны были стереть тебя с лица земли.

Я вскинула руки.

— Послушайте, я понятия не имею, почему до сих пор жива. Может быть, после всех ваших чёртовых тестов, которые вы провели со мной, у меня появился иммунитет к магии.

Ориас задумчиво потёр подбородок.

Я закатила глаза.

— Я пошутила.

— Да, но в твоих словах может быть доля правды, — он посмотрел на Циро с Бастианом. — Заклинание, которое накрыло Джордан с Хамидом, было сформировано из моей магии и магии Аларона.

Глаза Циро округлились от воодушевления.

— Конечно! Демон не может навредить самому себе своей же магией. Магия в заклинании защитила её от всей тяжести удара его мощи.

Я подняла руку.

— Отличная теория, но Аларон или Кай, или как бы вы там его ни звали, смог придушить Хамида своей магией.

Несколько минут ведьмаки размышляли над этим, бормоча друг с другом.

Ориас перевёл взгляд с Хамида на меня.

— Вы держались друг за друга, когда Аларон использовал магию на Хамиде?

— Нет, я была в коридоре, когда он схватил Хамида, — ответила я.

— А когда Аларон обрушился на тебя? — спросил Бастиан.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить. Всё случилось так быстро.

— Я не уверена.

— Да, держались, — заговорил Хамид. — Всё это время я держал руку на ноге Джордан.

Трое ведьмаков триумфально заулыбались.

— Тогда выходит так, — сказал Ориас. — Когда вы физически контактируете, вы защищены от его магии.

Мы с Хамидом обменялись недоумевающими взглядами, а потом он повернулся к Ориасу.

— Насколько ты в этом уверен?

— Более чем уверен, учитывая то, что мы видели. Единственный способ проверить наверняка, это снова встретиться лицом к лицу с Алароном.

— Поверю тебе на слово, — я подумала о безобразном лице Кая и его теле. — А это нормально во время овладения телом выглядеть как демон?

— Нет, — ответил Ориас. — Но Каем овладел архидемон, и мы можем только строить догадки, что случится с телом.

Циро посмотрел на меня печальными глазами.

— Наши тела недостаточно сильны для такого хозяина как архидемон. Тело Кая погибнет и больше не сможет удерживать демона. Когда это случится, Аларон вынужден будет вернуться в своё тело.

— Ну, хоть что-то мы имеем.

Нам просто надо мешать планам демона так долго, пока это не произойдёт.

— Видимо, мы были правы в наших догадках, что Кай использовал это место как дом, — сказал Циро. — Но вероятней всего он сюда больше не вернётся, зная, что мы обнаружили его.

Ориас кивнул.

— Согласен. И всё же будет лучше, если Хамид с Джордан побудут вместе и рядом с одним из нас, пока мы здесь.

Оставшиеся дневные часы мы провели, обыскивая дом и амбар, ища любые зацепки, чтобы понять замыслы Кая и куда он мог теперь отправиться. Ведьмаки, помимо этого, провели несколько магических тестов в амбаре и, собравшись кучкой, шёпотом обсудили результаты. Ну, хоть кто-то насладился этой маленькой экскурсией.

После противостояния с Каем Хамид был на взводе и не выпускал меня из виду целый день. Когда я попыталась пойти в уборную, а он решил настоять, чтобы я оставила дверь открытой, я дала ему чётко понять, что существуют границы дозволенного. Я понимала, что он вёл себя покровительственно, но девочкам требовалось своё личное пространство и время.

Стало вечереть, и он предложил вместе съездить в город и привезти еду. Я понадеялась, что вдали от фермы он немного расслабится. Так и случилось, пока мы не вернулись обратно. Как только вдали показался фермерский дом, он снова весь напрягся.

Мы проработали до поздней ночи. Когда группа сказала, что хочет провести на ферме ночь, Хамид тут же отклонил эту затею.

— Мы не можем сказать наверняка, что Аларон сюда не вернётся, а я так рисковать не буду, — ответил он тоном, не терпящим возражения. — Мы все должны держаться вместе, пока находимся в этой зоне.

Все взгляды сразу же обратились ко мне. Мы все знали, что я была причиной отказа Хамида остаться здесь, но никто не сказал это вслух. Перед отъездом ведьмаки наложили несколько чар на ферму, которые, как они надеялись, станут ловушкой для Кая, если он вернётся. И потом мы все поехали в городской отель.

Когда Хамид заявил, что мы снова будем спать в одном номере, я не стала спорить. После того как он вёл себя весь день, я не собиралась давить на кнопки. Я расслабилась, войдя в комнату и увидев две двуспальные кровати. По крайне мере, не будет повторения сегодняшнего утра.

Он был более молчалив, чем обычно, пока мы по очереди принимали душ. Я села на кровать и стала ждать, когда он выйдет из ванной, чтобы обсудить это.

— Ты в порядке? — спросила я, как только он откинул одеяло на своей кровати.

— Да, — ответил он, даже не посмотрев на меня.

— Обманщик.

Он лёг, так и не ответив мне, но я не собиралась отпускать это. Если он настоял на совместном номере, то мог хотя бы ответить на мои вопросы.

— Ты всё ещё злишься, что я встала между тобой и Каем?

Он повернул голову в мою сторону, и я увидела гнев в его глазах. Но в них стояло что-то ещё. Страх.

— Ты встала между мной и архидемоном, — резко поправил он меня.

Я фыркнула.

— А что я должна была сделать? Дать ему убить тебя?

— Ты могла бы побежать за помощью.

— Ага. И я уверена, что он пощадил бы тебя, пока не прибыла бы подмога, — я скрестила руки. — Я не стану извиняться за то, что сделала, потому что я поступила верно, и ты прекрасно это знаешь. Любой другой воин сделал бы то же самое.

Он поднял глаза к потолку и потёр подбородок рукой.

— Я не могу воспринимать тебя как любого другого воина, — признался он.

Мы были связаны узами уже больше месяца, и его покровительственные инстинкты чертовски загоняли его, особенно после того, как я чуть не умерла неделю назад. Я сама сегодня немножко спятила, когда он оказался в опасности, так что понимала, что он, должно быть, чувствовал. Но я не могла позволить ему относиться ко мне как к какой-то хрупкой вещице, которую надо обернуть в пузырчатую плёнку и с которой обращаются, надев лайковые перчатки.

— Я понимаю, что тебе непросто. Для меня это тоже не шутки, — сказала я. — Но я не перестану быть воином, так что мы должны найти некую середину, с которой мы оба сможем жить.

Он нахмурился.

— Я плохо иду на компромиссы.

— Да неужели! — не задумываясь, пошутила я.

— Ты должна пообещать мне, что не будешь идти на неоправданный риск, — сказал он. — А я попытаюсь предоставить тебе больше свободы.

Я улыбнулась.

— Я буду осмотрительна, но не обещаю, что не вмешаюсь снова, если пойму, что ты в опасности. Ты, может, и заноза в моей заднице, но ты зависишь от меня.

Он изогнул бровь.

— Не забивай себе голову, — с сухой иронией сказала я. — Ты же знаешь, как сложно найти хорошего партнёра для спарринга?

Он снова стал серьёзным.

— Мне жаль твой меч. Я знаю, что он был тебе очень дорог.

— Откуда ты знаешь?

— Я видел, как хорошо ты ухаживала за ним, и ты редко появляешься без него, — сказал он, удивив меня. Он заметил?

— Это был подарок от Сары, — я рассказала ему историю о том, как стала владелицей этого красивого меча. — В любом случае, это всё же не Мурамаса^4, и глупо переживать из-за оружия.

— Ты знакома с японскими кузнецами?

Он перевернулся набок, лёг лицом ко мне. В его глазах вспыхнул интерес.

— Я немного читала о них, но я не эксперт, — я тоже легла на бок, лицом к нему, и подпёрла голову рукой. — А ты?

— Давным-давно я целый год провёл в Японии и встретил кузнеца, который с удовольствием обучил меня своему искусству.

— Это, наверное, было потрясающе, — рьяно выпалила я. — В один прекрасный день я планирую съездить в Японию и потренироваться с одним из наших воинов-самураев. Ты когда-нибудь тренировался с ними?

— Да, почти год.

— И каково это было? Я слышала, что их программа подготовки гораздо строже нашей.

Хамид улыбнулся.

— Так и есть. Они начинают физическую подготовку в раннем возрасте, как только научатся контролировать своего Мори. У них строгая духовная дисциплина и кодекс этики, который составляет большую часть их, как воина.

Он продолжил рассказывать мне о своём времени в Японии, а я сосредоточенно слушала. Я задала ему массу вопросов, и он ответил на все.

— Думаю, мы должны попытаться немного поспать, — некоторое время спустя сказал он.

— Но ты не рассказал мне о кузнеце.

Я не хотела, чтобы наш разговор заканчивался. Мне нравилось слушать его истории.

Он усмехнулся и потянулся к светильнику.

— Завтра.

Комната погрузилась в темноту, и я страдальчески вздохнула. Сегодняшний разговор с Хамидом позволил мне понять две вещи. Первое: если и была в этом мире идеальная пара для каждого из нас, моя лежала буквально в нескольких метрах от меня. Второе: будет чертовски больно отпускать его.

* * *

Мы пробыли в Таллахасси ещё три дня, во время которых группа прочесала каждый сантиметр фермы. Хамид постоянно разрывался между звонками Совету и консультированием с группой, а мне заняться было нечем. Вскоре мне всё так наскучило, что я уже стала надеяться, чтобы Аларон снова появился и немного взбудоражил тут всё. Затем я вспомнила, как пострадал Хамид, и устыдилась своих эгоистичных мыслей.

Мы с Хамидом продолжили делить один номер на двоих, хотя и приезжали сюда только поспать. Каждую ночь мы лежали в своих кроватях, и я задавала ему вопросы о его путешествиях. Он спрашивал меня о моей жизни среди людей, но я не любила говорить об этом периоде своего прошлого. Я всегда находила способ переключить наш разговор снова на него.

Чем больше мы говорили, тем больше я ждала окончания дня. Я твердила себе, что проводить с ним время наедине было плохой затеей, но громкий внутренний голос настаивал, что я должна насладиться этим, пока есть такая возможность. Ну и что с того, что в тот момент, когда он выключал свет, мою грудь болезненно сжимало, и я бранила себя за слабость.

На четвёртый день Хамид уведомил меня, что мы возвращаемся в Чикаго. Я была рада покинуть Таллахасси, но расстроилась, что наши ночные разговоры подошли к концу. Хотя прекрасно знала, что это к лучшему.

По возвращению мы сразу же влились в старый режим работы. Я уходила в патруль, а он занимался своими делами. Мы всё ещё устраивали спарринг каждый вечер, но на этом наше взаимодействие заканчивалось.

Всё изменилось на третий день после нашего возвращения.

Я была в зале управления, писала отчёт о ночном патрулировании, как вдруг меня окликнул Николас. Он стоял в дверном проёме своего кабинета.

— Джордан, ты сегодня что-нибудь слышала от Хамида?

— Нет, а должна была?

Николас нахмурился.

— Он сказал мне, что собирается поговорить с Серафимой и вернётся к двум часам дня для разговора с Советом. Звонок он пропустил, что очень на него не похоже.

Я взглянула на время на мониторе — было уже почти четыре часа. Николас был прав. Это очень не похоже на Хамида.

— А ты ему звонил? — спросила я.

— Полчаса назад, но звонок был переведён на голосовую почту.

Я подняла свой телефон и набрала Хамида. Три гудка и затем голосовая почта. Я сбросила звонок, не оставив сообщения, и встала.

— Поехали.

— Так и знал, что ты это скажешь, — Николас поднял листок бумаги. — Адрес.

Покидая зал управления, мы встретились с Сарой.

— И куда это вы двое так спешите? — спросила она.

Николас ввёл её в курс дела, и она заявила, что поедет с нами.

— Может, будет лучше, если ты останешься здесь? — сказал Николас.

Сара пригвоздила его жёстким взглядом.

— Даже не пытайся включить «ты беременна». Я едва выхожу на улицу, если уж на то пошло. И если Серафима с ним что-то сделала, кто ещё будет столь же одарён, чтобы разобраться с ней?

Я стиснула челюсти. Если эта колдунья навредила Хамиду, ей потребуется нечто гораздо большее, чем магия, чтобы защитить себя.

Я поехала на мотоцикле, а Николас с Сарой взяли внедорожник. Через двадцать минут мы подъехали к небольшому синему дому с верандой. И я не понимала, то ли мне испытывать облегчение, то ли обеспокоиться, когда я увидела мотоцикл Хамида на подъездной дорожке. Вполне вероятно, его разговор с Серафимой мог затянуться, но он никогда бы не стал игнорировать звонки от Николаса и меня.

Мы припарковались на улице и прошлись пешком до главной двери. Мы с Сарой встали чуть в стороне, пока Николас звонил в звонок. Я чувствовала присутствие Хамида внутри, но когда я усилила свой слух, я не смогла уловить ни единого звука.

Николас повернулся ко мне со странным выражением на лице. Вовсе не тревога, но дурное предчувствие связало в тугой узел все мои внутренности.

— Что? — спросила я.

Он положил руку на дверную ручку.

— Я вхожу. Вы двое остаётесь здесь, пока я не сообщу, что всё чисто.

— Я должна пойти первой, — Сара подошла и встала рядом с ним.

— В этом нет необходимости, — сказал он. — Думаю, в этом я сам лично должен разобраться.

Он взглянул на меня, и я снова это увидела. Этот взгляд. Что он от нас утаивал?

Меня затопило ощущением надвигающегося дурного предзнаменования, и я поняла, что должна видеть то, что происходит внутри. Я протолкнулась мимо Николаса, который даже не попытался остановить меня, и повернула дверную ручку.

Дверь открылась в узкую прихожую, из которой отлично просматривалась кухня и гостиная. Я застыла на месте, когда мой взгляд оценил представший передо мной вид.

Хамид сидел без рубашки на диване, а его колени оседлала женщина. Её длинные рыжие волосы ниспадали до поясницы, но вовсе не скрывали её наготу. Его руки ласкали её груди, и они стонали в унисон, утопая в глубоком поцелуе. Они так сильно погрузились друг в друга, что даже не замечали, что уже были не одни.

Боль разорвала мою грудь, лишив дыхания. Хамид целовал другую женщину, интимно прикасался к ней, так же как касался меня. Я постоянно слышала, что связанные мужчины не могут быть с другими женщинами, но для него это, видимо, проблемой не стало.

Теперь я поняла, почему Николас не хотел, чтобы я заходила сюда. Жаль, я не прислушалась к нему.

— Ублюдок, — выпалила я. Боль сменилась нарастающим во мне гневом, и следующие слова я уже проорала: — Ты чёртов ублюдок.

В следующий миг я уже была в гостиной. Я зажала в кулаке клок рыжих волос и сдёрнула сучку с его коленей. Она упала и врезалась в антикварный шкаф. Я услышала, как задребезжало, разбиваясь, стекло, как раздались крики, но была чересчур сосредоточена на нём, чтобы переживать за неё.

Лицо Хамида исказилось злостью, но моё бесчинство затмило его эмоции, когда я бросила взгляд на расстёгнутые пуговицы его джинсов. Я сжала руку в кулак и врезала ему со всей дури в челюсть, боль от силы удара пронзила запястье. Но я поприветствовала её. Лучше уж испытывать такую боль, чем боль другого рода.

— Ты сукин сын, — выплюнула я.

А он просто таращился на меня, словно ничего плохого и не делал.

Николас обхватил меня рукой за талию и потянул назад.

— Успокойся, Джордан. Это не то, что ты думаешь.

Я хрипло рассмеялась. Я не была невинной, и я совершенно точно знала, что это было. Я бросила на Хамида взгляд чистой ненависти.

— Ещё раз подойдёшь ко мне, и я кастрирую тебя.

Я стала вырываться из хватки Николаса, и он отпустил меня. Я проигнорировала возглас Сары подождать её. Я уже отъезжала от дома, когда она выбежала на крыльцо, но я не остановилась. Мне надо было свалить отсюда до того, как я окончательно сорвусь.

«Солми», — взвыл мой Мори.

— Он не твоя грёбаная пара, и никогда ею не будет, — вымучила я из себя.

Когда я была в нескольких кварталах от дома, у меня зазвонил телефон. Я запустила руку в карман и выключила его, даже не проверив, кто звонил. Я ни с кем не хотела разговаривать, даже с Сарой или Бет.

Несколько часов я ездила по городу, не имея никакого представления о пункте назначения. Неважно, как долго я ездила, я не могла выкинуть из головы образ Хамида и той женщины, как и звуки их стонов.

Заметив неоновую вывеску забегаловки, я припарковалась, решив найти кого-то, кто поможет мне забыться на несколько часов. Если он это смог, то почему не могу и я?

Я заглушила мотоцикл, но это было максимум, на что я оказалась способна. Лишь от мысли, что я прикоснусь к другому мужчине, у меня скрутило живот. Я раздражённо выругалась и уехала.

Настала ночь, но я не могла вынести и мысли, что вернусь назад в командный центр. Я занялась патрулированием, переполненная желанием найти кого-то, на ком я смогу выместить всю свою агрессию. Мне было плевать, что я не должна была патрулировать в одиночку. Хамид, Совет и все их другие правила могут катиться к чертям собачьим.

К моему счастью, жители тёмного мира были активны сегодня ночью. Когда я натолкнулась на двух гулаков, тянущих девушку-подростка в аллею, где был припаркован фургон, я злобно возликовала. Я всегда ненавидела чешуйчатых демонов, но сейчас моя ненависть к ним возросла десятикратно.

Я не обронила ни слова, вытащила меч и ринулась за ними. Они не подозревали о моём наступлении, поэтому я смогла зарубить одного ещё до того, как они поняли, что происходит.

Второй успел выхватить короткий меч и отразить мой удар. Я хладнокровно рассмеялась, а потом лишила его меча и следом головы.

Я огляделась в поисках девушки, но она успела сбежать во время схватки. После этого я проверила фургон, желая убедиться, что он пуст. Я бросила мёртвых гулаков внутрь, а затем отправилась по своим делам.

Часом позже я проезжала мимо порта и услышала крик мужчины. К тому времени, когда я отыскала источник крика, мужчина был мёртв, но вампирша всё ещё была там — не успев закончить свою трапезу, она попивала свежую кровь.

Она была на несколько лет моложе меня и оказалась более трудным соперником, нежели гулаки, но именно в хорошей схватке я и нуждалась. Я вышла из неё с несколькими глубокими царапинами от когтей и ещё одним убитым вампиром на своём счету. Я оставила тела за мусорным баком и сделала мысленную пометку послать кого-нибудь позже на зачистку.

Я уже отъезжала от порта, когда почувствовала едва уловимый трепет узнавания, который дал мне ясно понять, что Хамид где-то поблизости. Гнев, над которым я так усердно работала, вновь вспыхнул ярким пламенем. Он явно тут оказался неслучайно. Если он думал, что я позволю ему отследить себя и отвезти меня домой, его ждал большой сюрприз.

Как только я перестала чувствовать его, я съехала с дороги и сняла датчики слежения с мотоцикла и куртки. Я бросила их в мусорный контейнер и снова отправилась в путь.

Некая часть меня хотела свернуть на первом же перекрёстке и просто ехать куда глаза глядят, пока я не буду вынуждена остановиться. Но возложенные на меня обязанности удерживали от инстинктивного поведения. Я не могла вынести мысли, что увижу Хамида, но и уехать я не могла, не подвергнув опасности целостность заклинания. Слишком много жизней стояло на кону, если барьер снова откроется, и я не смогла бы жить с пониманием, что ответственна за это.

Я была в ловушке, как крыса в лабиринте. Я могла бегать по городу сколько захочу, но не могла покинуть его. Рано или поздно я буду вынуждена вернуться.

Но не сегодня ночью.

Примерно в полночь я убила у кинотеатра второго вампира за вечер. Люди, покидающие кино поздно вечером, были лёгкой добычей, поскольку обычно они были под впечатлением от фильма и не обращали ни на что внимания. К счастью для одной девушки, которая слишком сильно увлеклась написанием сообщения и не смотрела по сторонам, я заметила спрятавшегося за углом здания вампира. К несчастью для самого вампира, которому тоже следовало быть более внимательным.

После убийства у кинотеатра моё тело напомнило мне, что я с обеда ничего не ела. Я отыскала круглосуточный фудтрак и поразила продавца количеством тако, которые я смогла проглотить. Я умудрилась стереть кровь от убийств с куртки и была рада, что парень не мог видеть мои джинсы. Я начала выглядеть как персонаж из фильма ужасов.

Измождение начало давать о себе знать около трёх утра, потому что гнев не смог подпитывать меня вечно. В Чикаго было два конспиративных дома, так что я решила отправиться в один из них вместо возвращения в командный центр. Я была слишком уставшей, чтобы разбираться с Хамидом и всем его дерьмом, не исполнив своего обещания и не кастрировав его.

Воин, которого я не знала, открыл мне дверь и впустил в конспиративный дом. Он не стал спрашивать, почему я появилась тут, а не поехала в командный центр, и я была ему крайне признательна за это. Я была не в настроении объяснять кому-либо свои действия.

— У меня за сегодня было пару убийств, которые требуют зачистки, — устало сказала я ему. — Как думаешь, сможешь послать кого-нибудь позаботиться об этом?

— Да. Сегодня ночь вышла тихая.

— Но не для меня.

Я рассказала ему, где произошли все мои стычки, и его глаза потрясённо распахнулись. Затем он указал мне на ванную комнату и спальню, которые я могла занять.

— Спасибо.

Я всегда имела в багажной сумке мотоцикла сменную одежду, так что, по крайней мере, я смогу поспать в чистом белье. Невероятно, но я вырубилась в тот же миг, когда моя голова коснулась подушки.

Я отчасти ожидала, что разбудит меня Хамид, колотя в дверь как первобытный мужлан, но я проснулась утром в совершенно тихом доме. На кухне я нашла хлопья и молоко, быстро позавтракала и уже после решила включить телефон.

Я вздрогнула, увидев все пропущенные звонки и сообщения от Сары и Бет. Уехать, не сказав им, что со мной всё было в порядке, было дерьмовым поступком для подруги, и мне придётся подхалимничать при встрече с ними.

Вместо того чтобы прочитать их сообщения, я послала короткий групповой текст, давая им понять, что всё ещё была жива и скоро увижусь с ними. Я не спрашивала о Хамиде. От него тоже было несколько пропущенных звонков, но он не заслужил моего ответа.

Почти в обед я наконец-то вернулась в командный центр. Я с облегчением выдохнула, когда не почувствовала присутствие Хамида. Так или иначе, я буду вынуждена встретиться с ним лицом к лицу, но я была рада отложить эту встречу как можно дольше.

Я слышала голоса в зале управления, но никого не встретила, пока шла в свою комнату. И хорошо. Уж лучше я сначала приму душ и сменю одежду, в которой спала, прежде чем с кем-то придётся поговорить.

Я выходила из душа, когда почувствовала присутствие Хамида в здании. И чувство это усиливалось. Он приближался. Я вытерлась в рекордно короткое время и натянула потёртые джинсы и мягкую футболку. Я даже не стала проверять, была ли заперта дверь, потому что это его не остановит, если он был решительно настроен выяснить со мной отношения. Я села на середину кровати, спиной к изголовью, и стала ждать.

Придурок даже не потрудился постучать. Он открыл дверь и вошёл, словно это была его комната. Выражение его лица было мрачнее тучи, и он остановился посередине комнаты, скрестив руки, выглядя так, словно сейчас именно он должен был быть взбешён.

Я открыла рот в намерении высказать ему всё, что думала о нём, но он не позволил мне.

— Нет, — прорычал он. — Ты словом не обмолвишься, пока не выслушаешь меня.

— Я не хочу ничего слышать, — выпалила я в ответ.

Он ещё сильнее нахмурился, и его голос стал жёстче, предостерегая меня.

— Если мне придётся, я буду удерживать тебя и заставлю выслушать. После всего того, через что ты провела меня прошлой ночью, тебе повезло, что я не отшлёпал тебя.

Я яростно зашипела. Через что я его провела?

— Хотела бы я посмотреть на твои попытки, блядун…

В следующий миг я оказалась на спине, а Хамид сидит на моих бёдрах. Я попыталась спихнуть его, но он был непоколебим. Я ударила его в грудь, на что он схватил обе мои руки и зажал их в своей руке.

Кто-то постучал в дверь и открыл её.

— Привет, я слышала, что ты вернулась и… — голос Сары оборвался, и её рот оформился в идеальную «О» от вида сидящего на мне Хамида. — Как я понимаю, ты занята. Я вернусь позже, — сказала она с лёгкой ухмылкой и закрыла за собой дверь.

Отлично. Я волком смотрела на Хамида, пока он собирался с мыслями сказать мне то, что хотел, придя сюда.

— Чуть позже я вернусь к той выходке, что ты учинила прошлой ночью, — произнёс он натянутым голосом. — Но сначала мы поговорим о том, что, по-твоему, ты видела в доме колдуньи.

— Объяснять ничего не надо. Я знаю, что я…

Свободной рукой он накрыл мой рот, затыкая меня.

— Ты видела, как я целовал другую женщину, и я знаю, что со стороны всё выглядело очень плохо.

Я громко фыркнула в его руку. Если это был просто поцелуй, мне даже страшно было узнать, каково его понимание о второй базе.

— Вот чего ты не знаешь, так как уехала до того, как кто-то смог тебе сказать, что я понятия не имел кого целую. Серафима использовала заклинание, очаровала меня и вовлекла в это обманом.

Я уставилась на него, ошарашенная. Заклинание?

— Когда я приехал к ней поговорить, она вела себя очень флиртующе, но не перегибала палку. Я помню, как направился к двери, чтобы уйти, а в следующий миг понял, что сижу на диване, в комнате находятся Сара с Николасом и рассказывают мне, что случилось.

Я всей душой хотела поверить ему, но нудный голос в моей голове твердил, что заклинание ведьмы не могло обмануть Мори и заставить его прикасаться к кому-то, с кем он не был связан.

— Правдоподобная история, — промямлила я в его ладонь.

Хамид раздражённо выдохнул.

— Серафима — могущественная колдунья, которая специализируется на любовных заклинаниях. Она может вытягивать лица из воспоминаний и заставить тебя видеть любого, кого она захочет.

Я задвигала головой, давая ему понять, что хочу кое-что сказать, и он убрал руку с моего рта.

— Ох, серьёзно. И чьё же лицо видел ты, что с такой прытью готов был сбросить свои штаны?

Он склонился, и его лицо замерло в нескольких сантиметрах от моего.

— Твоё.

ГЛАВА 15

От потрясения у меня приоткрылся рот, и я усиленно пыталась подобрать слова, но мой мозг подвёл меня.

Хамид склонил голову и ласково коснулся губами моей нижней губы. Такой ласки я никогда от него не ожидала, учитывая наш один-единственный поцелуй. Я затаила дыхание, и он снова вкусил мою губу, а потом нежно прикусил её зубами. Он отпустил мою губу и успокоил языком, послав по мне изысканную дрожь.

Нуждаясь в большем, я подняла голову и накрыла его рот губами. Он отпустил мои руки и упёрся локтями по обе стороны от моей головы, заключив меня в ловушку. А потом он поцеловал меня мучительно долго и глубоко; его язык танцевал с моим, а моё тело извивалось под ним. Я руками обвила его шею, удерживая его рядом с собой.

Его рот покинул мои губы, и я запротестовала. Но мои возражения были быстро заглушены его губами, оставляющими дорожку из поцелуев на моём подбородке. Я наклонила голову в сторону, давая ему доступ к горлу, и он принял моё безмолвное приглашение.

Он сместился, и его губы прожгли дорожку по моей ключице, спустившись ниже к V-образному вырезу, ведущему к ложбинке меж грудей. Царапанье его мягкой бороды по моей коже лишало меня дыхания с каждым касанием его губ.

Я остро осознавала, что на мне нет бюстгальтера, и его низкое одобрительное рычание подсказало мне, что он только что выяснил это. Казалось, моя кровь воспылала огнём, когда он приподнялся и, подхватив край моей футболки, задрал её, обнажив мою грудь. Из меня вырвался стон, который я сдерживала, когда он склонил голову и обхватил губами сосок.

Крошечная часть моего мозга говорила мне, что я должна прекратить это, но горевшая во мне страсть заглушила здравый смысл. Единственным моим желанием было избавиться от разделявшей нас одежды и почувствовать его твёрдое, обнажённое тело на мне. Всего одна эта мысль заставила меня потереться об него, простонать его имя.

Хамид поднял голову и встретился со мной взглядом, его глаза были тёмными от похоти.

— Скажи, что хочешь этого, — хрипло произнёс он — Если мы зайдём дальше, я не остановлюсь, пока не овладею всецело тобой.

Ушло несколько секунд, пока его слова обрели для меня смысл, и меня прокололо холодом, когда я осознала, что чуть не натворила. Если бы он не заговорил, я бы отдалась своему желанию и закрепила бы с ним связь.

Я закрыла глаза и прерывисто выдохнула.

— Я не могу.

Он опустил мою футболку и скатился с меня. Единственным звуком в комнате стало наше тяжёлое дыхание, пока мы лежали рядом друг с другом.

Впервые в своей жизни я не знала что делать. Я не знала, должна ли встать и уйти, или ждать пока он это сделает.

Хамид не спешил уходить. Спусти пять минут гляделок в потолок, я повернула к нему голову и обнаружила, что он закрыл рукой глаза. Чувство вины стянуло моё горло. Уже дважды я позволила событиям между нами зайти слишком далеко, а после отталкивала его. Что со мной было не так?

— Прости, — тихо произнесла я.

Он убрал руку с глаз и посмотрел на меня без толики негодования или злобы, которую я ожидала увидеть в его глазах.

— Тебе не за что извиняться.

Я с трудом сглотнула.

— Я не должна была увлекать тебя.

— Я первым тебя поцеловал, — резко сказал он. — Тебе не надо соблазнять меня, чтобы заставить меня хотеть тебя.

От его признания у меня защемило в груди, и я снова упёрлась взглядом в потолок, чтобы он не смог увидеть какой эффект произвели на меня его слова.

— Не говори так.

— Почему? Потому что ты не хочешь слышать, что я хочу тебя, или ты боишься признаться, что чувствуешь то же самое ко мне?

Я покачала головой.

— Нет, я хочу сказать… да, я хочу тебя, но это всего лишь связь заставляет нас…

Его сильные пальцы коснулись моего подбородка и заставили меня встретиться с ним взглядом.

— Хочешь сказать, что не хотела меня до того, как нас связали узы?

Я вспомнила тот самый первый раз, когда я увидела его, и покраснела от воспоминаний о том сколько раз он украшал мои фантазии с того дня. Я прочистила горло.

— Физическое влечение ничего не значит. Никто из нас не хочет пару, помнишь?

Он прожигал меня пристальным взглядом.

— А так ли это?

Что он пытался сказать? Месяц назад он терпеть меня не мог, а теперь хотел видеть меня в роли своей пары?

— Я не хочу пару, — торопливо ответила я.

— Ты боишься, что, по-твоему, тебе придётся от чего-то отказаться, если ты примешь пару, — он пальцем провёл по моему подбородку, отвлекая меня. — Ответь мне. Расстроилась бы ты из-за увиденного у Серафимы, если бы испытывала ко мне только физическое влечение?

Я вывернулась из его хватки и отвела глаза до того, как он смог увидеть в них правду. Созерцание его с той женщиной опустошило меня, потому что он стал дорог мне, гораздо больше, чем я хотела признаться самой себе. Всем сердцем я понимала, что он был идеальной парой для меня, но некая часть меня отказывалась отпускать будущее, которое я всегда воображала, то будущее, в котором не было пары.

Хамид едва слышно вздохнул.

— Это нормально, если ты пока что не готова отвечать.

Я села, держась к нему спиной, и встала бы с кровати, если бы он не схватил меня за руку.

— Нам надо ещё кое-что обсудить, — сказал он, потянув меня обратно на кровать.

Я попыталась вырвать руку, но безуспешно.

— Что?

Он перекатился на бок и лёг ко мне лицом.

— Я понимаю, почему ты расстроилась и разозлилась вчера, но провести вот так всю ночь, и отправиться на охоту в одиночку было безрассудно. И потом ты выкинула трекеры и выключила телефон, — он резко втянул воздух и выдохнул. — Большую часть ночи мы с Николасом искали тебя, а ты просто не отвечала на звонки, и мы понятия, не имели всё ли с тобой в порядке. И так длилось до той минуты, пока ты не появилась в конспиративном доме, только после этого мы прекратили поиски.

Я нахмурилась.

— Откуда ты узнал, что я в конспиративном доме?

— Мы разослали весть всем воинам в этом городе, чтобы те искали тебя и как только заметят тебя, незамедлительно сообщили нам.

— Отлично. Вы выставили меня сбежавшим из дома ребёнком.

— А ты себя так и повела, — парировал он. — Тебе повезло, что Николас отговорил меня идти за тобой в конспиративный дом. Учитывая настроение, в котором я пребывал, я бы отшлёпал тебя.

Его голос сквозил обещанием, давая понять, что именно так бы он и поступил. Лёгкая дрожь пробежала по мне от всплывшего в голове образа.

— Теперь, когда мы знаем что противостоим Аларону, мы должны быть более бдительны и осторожны, — сказал Хамид. — Мы понятия не имеем где он появится. Ты разозлила его, выстояв в схватке с ним, и он испытает огромное удовольствие, мучая и убивая тебя.

От прозвучавшей душевной боли в его голосе, моё сердце словно сжали в тиски, когда чувства вины и стыда накатили на меня.

Он сжал мои пальцы.

— Мы утаили твоё бегство от Совета, но если они прознают, они потребуют приставить к нам отряд охраны, или ещё что хуже. Они уже и так на взводе после того, как узнали про Кайя и Аларона.

Я сухо сглотнула, стоило мне подумать о том, как меня запрут для моей же собственной защиты. Мои действия влияли не только на меня. Куда я, туда и он. Я не могла так поступить с ним.

Я повернулась лицом к нему.

— Прости, что тебе пришлось из-за меня пережить это, — хрипло произнесла я. — Такого больше не повторится.

Он свободной рукой обрамил мою щёку.

— Прости, что тебя обидел. Я никогда умышленно не поступил бы так.

— Знаю.

Мы смотрели друг на друга, пока я не разорвала контакт.

— Ох, мне надо идти писать отчёты за прошлую ночь.

Меньше всего мне хотелось писать отчёты, но слишком уж хорошо лежалось рядом с ним и если я не уйду, мы в скором времени продолжим с того места, на каком остановились.

Судя по его улыбке, он совершенно точно знал, почему я торопилась уйти. Любой, кто провёл со мной больше дня, знает, что я быстрее буду чистить туалеты, чем писать отчёт.

Он отпустил мою руку, и я скатилась с кровати, словно она пылала синим пламенем. Я проигнорировала его низкий смешок и отправилась к шкафу в поисках обуви… и бюстгальтера. Я услышала, как за моей спиной заскрипела кровать, а потом раздался звук открытия двери.

— Большую часть дня я буду на совещаниях, — сказал он. — Увидимся позже.

— Хорошо, — откликнулась я, не глядя на него.

Дверь закрылась со щелчком.

Я опустилась на пол и обхватила голову руками.

— Я влипла по полной.

* * *

— Хамид был вне себя от ярости, когда осознал, что произошло, — сказала Сара.

Мы сидели в гостиной комнате и обсуждали события последних дней.

— Серафима от страха сжалась в углу, и мне пришлось успокаивать её, пока Николас пытался не дать Хамиду слететь с катушек.

Я усмехнулась от упоминания колдуньи.

— Она была бы без сознания, если бы я узнала правду, так что ей повезло, что я ушла оттуда раньше.

Сара кивнула.

— Думаю, теперь она знает, что не стоит шутки шутить с воином-Мохири, особенно со связанным. А ещё я сказала ей, что если ещё раз услышу, что она соблазняет мужчин против их воли, я постараюсь сделать так, что она в жизни не сможет использовать магию.

— А ты такое можешь?

— Да. Эльдеорин пообещал меня научить этому после рождения ребёнка. Он сказал, что поначалу у неё будут проблемы с контролированием своих сил, поэтому мне придётся наложить на неё путы, чтобы не дать ей никому навредить. Это работает с каждым, кто обладает магией.

— Как жаль, что мы не можешь использовать нечто подобное на Алароне, — сказала я, подумав о том, как можно было бы сковать его путами и не дать использовать магию, это бы устранило угрозу. — Даже при совместной работе Ориас, Циро и Бастиан не смогли ограничить его.

Сара постучала пальцами по подлокотнику.

— Магия ведьмаков усиливается их демонами, так что вполне логично, что у них возникли проблемы с противостоянием архидемону.

— А что насчёт Эльдеорина? Может ли магия фейри нейтрализовать магию демона?

— Но не архидемона, — она печально улыбнулась. — Я уже спрашивала его об этом, и так уж вышло, что это немного больная тема для него.

— Ох, — уныло произнесла я.

— Но он сказал, что попытается создать для нас оружие против Аларона.

В моей душе снова вспыхнула искра надежды.

— Фейское оружие? Как оно может работать против архидемона, если силы фейри не влияют на него?

— Без понятия. Я даже не знаю, возможно ли это, — лицо Сары омрачилось, и она положила руку на живот. — Николас боится за меня и ребёнка. Хочет, чтобы я пообещала ему, что уйду в мир фейри, если события примут худший сценарий, — в её глазах заблестели слёзы. — Как я вообще смогу оставить его здесь и противостоять этому в одиночку.

— Тебе не придётся, — рьяно пообещала я.

После всего через что они с Николасом прошли, я не позволю какому-то демону разрушить их счастье.

— Теперь мы знаем с кем имеем дело, и если бы он мог обрушить барьер, он бы уже это сделал. Мы отыщем его и отправим обратно в ад раньше, чем он успеет чухнуться.

Она слезливо улыбнулась.

— Как же мне хочется обнять тебя прямо сейчас.

— И это говорит девушка, которая несколько лет назад ненавидела выражать чувства, — подшутила я. — Когда всё это закончится, можешь до умопомрачения меня обнимать.

— Ловлю тебя на слове, — она рассмеялась.

— Давай поговорим о чём-то менее депрессивном, — сказала я, обрадовавшись, что беспокойство исчезло из её взгляда.

Её улыбка стала нечестивой.

— Почему бы тебе не рассказать с чего вдруг Хамид пригвоздил тебя к кровати, когда я случайно вошла? — она состроила гримасу. — Кстати, прости.

Я отмахнулась.

— Это был его способ заставить меня слушать его, пока он объяснял, что произошло у Серафимы дома.

— Ну, ты вмазала ему по лицу и затем пригрозила кастрировать, — она весело напомнила мне. — Неудивительно, что он захотел обуздать тебя.

Я широко улыбнулась.

— Я молодец, не так ли?

— Ну, а теперь между вами всё наладилось?

— Насколько это может быть возможным, полагаю, — уклончиво ответила я, вспомнив о разговоре с Хамидом. — Больше я не хочу отрезать ему части тела.

— Уверена, он испытал огромное облегчение, узнав это, — сказал Николас, который каким-то образом вошёл незаметно для нас. Он схватил бутылку воды из холодильника и повернулся ко мне. — Ты выглядишь куда лучше, чем Хамид этим утром.

— Знаю, знаю. Он уже прочитал мне нотацию.

— Хорошо, — Николас поднял два пальца, слегка разведя их, изображая кавычки. — Ты была слишком близка к тому, чтобы получить свою собственную охрану.

Я застонала.

— Не напоминай.

Николас вдруг стал серьёзным.

— Прошлой ночью ты заставила беспокоиться очень многих. Сара не ложилась спать, пока не услышала, что ты появилась в конспиративном доме.

Я виновато посмотрела на Сару. В эти дни она едва могла бодрствовать после десяти вечера. Похоже, она чересчур переживала, раз просидела допоздна.

— Мне очень жаль, — сказала я, мой голос был пронизан чувством вины.

— Я знаю как сложно для тебя это, я и сама сбегала, — она улыбнулась Николасу, а потом снова посмотрела на меня. — Но у меня была ты, Роланд и Питер. Вы меня прикрывали. Мне до ужаса было страшно понимать, что ты одна в городе, и расстроена, особенно когда ты не отвечала на звонки и сообщения.

Я понурила голову.

— Я теперь официально худшая в мире подруга.

— Ты лучшая в мире подруга. Просто пообещай, что будешь всегда держать нас в курсе в следующий раз, когда почувствуешь, что тебе надо побыть одной.

— Обещаю.

Николас пригвоздил меня жёстким взглядом.

— И если ты ещё раз выкинешь нечто подобное, я сниму тебя с патрулирования так быстро, что у тебя голова закружится.

Я сглотнула, поскольку Николас никогда не давал пустых обещаний. Я буду проводить ночи в бумажной рутине и работой в комнате управления. Я содрогнулась от этой мысли.

— Вы двое хуже родителей, — сказала я Саре.

Она ухмыльнулась.

— Мы тренируемся.

Я села глубже в диван.

— Хорошо, что у ребёнка будет тётушка Джордан. Будет с кем повеселиться.

Сара с Николасом встретились взглядом, и они улыбнулись друг другу, а потом он оставил нас одних. Связанные пары могли общаться через свою связь, и у меня было предчувствие, что в этот момент между ними произошёл целый разговор.

— И что он только что сказал тебе? — поинтересовалась я.

Она усмехнулась.

— Он спросил можем ли мы пожить в России, пока нашей дочери не стукнет двадцать.

— Эй! — закричала я ему вслед, прекрасно понимая, что он слышит меня. — Может, всё же пусть лучше буду я, чем Эльдеорин, помогать ей узнавать жизнь?

Сара фыркнула.

— Он попросил передать тебе, что наш дом — твой дом.

Я самодовольно кивнула.

— Так я и думала.

* * *

Всю вторую половину дня Хамид сидел запертым в конференц-зале с группой Совета, и я постаралась как можно дольше держаться подальше от них. Я планировала съездить во вракк, но когда я сообщила об этом Николасу, он предположил, что мне стоило бы подождать с этим до завтра.

— Ты перепугала его прошлой ночью, — сказал Николас, когда я спросила почему это мне стоит подождать. — Хотел бы я объяснить тебе, каково это для связанного мужчины не знать где его пара или в безопасности ли она. Чувство душераздирающее, и требуется время на успокоение нашего Мори, даже после того, как мы уже знаем, что с нашей парой всё хорошо. Сегодня Хамиду надо чувствовать, что ты всё время рядом, даже если он не видит тебя. Понимаешь?

— Да.

Это имело слишком много смысла для меня. Невзирая на наше намерение держаться в стороне друг от друга, мы с Хамидом плохо справлялись с этой работой. Кое-что ещё пока было под нашим контролем, но спарринги, поцелуи и прикосновения, общая кровать в отеле — всё это было наших рук дело. И именно из-за этого наша связь выросла до той точки, когда мы едва ли могли удержать руки прочь друг от друга, оставаясь наедине. Мысль о том, как он прикасается к другой женщине, вызывала во мне желание убить кого-нибудь. И он был таким покровительственным, что нуждался в моём присутствии, чтобы успокоить его взволнованного Мори.

Остаток дня я провела в попытках занять себя, но начала психовать, пока тикали часы. Понятия не имею, как Сара могла проводить тут день за днём, не выходя, и при этом не сходить с ума от скуки. Ко времени наступления ужина я уже на стены лезла, а от мысли, что впереди меня ждала целая ночь, я съёживалась. Сегодня Николас снял меня с патрулирования в качестве наказания за выкинутые трекеры и выключенный телефон. Я понимала, что заслужила это, но от этого мне лучше не стало.

Я не видела Хамида с той самой минуты, как он вышел из моей комнаты, но я чувствовала его присутствие, куда бы я не пошла в здании. Это было ещё одним признаком того как сильно выросла наша связь — не то, чтобы мне требовались какие-то доказательства этого.

А когда он не появился в период времени нашего спарринга, я посчитала, что его уже и ждать не стоит. Я сходила в свою комнату и переоделась. Я не смогу сегодня уснуть, если не проведу изнурительную тренировку.

Спортзал был пустой, когда я вошла, и мой взгляд тут же остановился на длинной коробке из тёмного дерева, лежавшей на силовой скамье. Я подошла к ней и провела пальцами по полированному дереву. Размер и форма коробки говорили о том, что там лежал меч, и я умирала от желания заглянуть внутрь.

Целую минуту я нерешительно жевала губу, и только потом любопытство взяло верх, и я подняла крышку.

— Ох, — выдохнула я от вида красивой катаны, лежавшей на подложке из жёлтого сатина.

Клинок был безупречный, и складывалось впечатление, что он был совершенно новый, словно им никогда не пользовались

Мои пальцы зудели от желания сомкнуться на эфесе и узнать, как меч будет ощущаться в моей руке. Последний раз, когда я так сильно жаждала прикоснуться к мечу, был день, когда я нашла свой старый меч в том оружейном схроне в Лос-Анджелесе.

— Давай же. Возьми его, — за моей спиной раздался голос Хамида.

Я резко развернулась и увидела, что он стоит в дверном проёме. Я была в таком эпическом восторге от меча, что не услышала и не почувствовала его появление.

Он кивнул в сторону коробки.

— Скажи, что думаешь.

Уговаривать меня не надо было. Я взялась за эфес и почтительно вынула меч из коробки. Он был легче, чем представлялось, и, казалось, был создан именно для меня. Я резанула воздух и провела серию ударов, чтобы прочувствовать его.

— Прекрасен, — пробормотала я, изучая меч и практически позабыв, что была не одна.

— Он был подарен мне малоизвестным кузнецом по имени Хироко Тао, когда я жил в Японии.

Я оторвала взгляд от меча и посмотрела на Хамида.

— Он твой?

Он подошёл ко мне.

— Был. Теперь он твой, если ты примешь его. Это не Мурамаса, но очень хороший меч и стоит тебя.

Я провела пальцами по гладкой поверхности лезвия.

— Он красивый.

Слова Хамида вдруг обрели для меня смысл, и я уставилась на него.

— Зачем тебе дарить его мне?

Он поднял руку и ласково провёл ею по моей щеке, послав уже знакомый жар по моему телу.

— Тебе, правда, надо спрашивать?

— Я… — я запнулась, не зная, что и ответить. Я опустила взгляд на меч, потому что его нежный взгляд полностью лишил меня дара речи. — Это самый невероятный подарок, какой мне кто-либо дарил.

Хамид опустил руку, но не отошёл от меня.

— Этот меч хранился у меня дома в Египте с той самой поры, как Хироко подарил его мне. Как-то раз Аммон спросил, почему я им никогда не пользовался, и я сказал, что он не родной в моей руке, словно он принадлежит кому-то другому. После того, как ты лишилась своего меча, защитив меня от Аларона, я понял, что этот меч был предназначен тебе.

Я накрыла рукой грудь.

— Я… у меня нет слов.

— Что явно впервые, — подшутил он. — Я должен был чаще дарить тебе оружие.

Я бросила на него сердитый взгляд, но в нём не было никакой злости. Хамид улыбнулся в ответ, выглядя чересчур довольным собой.

— Не хочешь испробовать свой новый меч в деле? — спросил он.

— Патруль? — предположила я, питая надежду.

Он усмехнулся, и пошёл в другую часть зала за мечом для себя.

— Хорошая попытка. Но сегодня тебе придётся довольствоваться только тренировкой со мной.

— Хорошо, — пробубнила я, и по мне пронёсся волнующий трепет.

Я могла бы прикинуться расстроенной, но ничто не приносило мне такого удовольствия как спарринги с ним.

Я улыбнулась. Ну, возможно, было ещё кое-что. И судя по страстным поцелуям, которые у нас с ним были, я понимала, что он будет ненасытным и опытным любовником. Всё внутри меня затрепетало от предвкушения.

И теперь я прекрасно осознавала ещё одну истину — кое-что, что я пыталась отрицать последние несколько дней. Мы с Хамидом перешли черту не возврата. Пути назад не было. Связь разорвать уже было невозможно. И он тоже это знал, и именно это он пытался сказать мне сегодня утром в моей комнате. Я просто слишком боялась признать это.

Моё сердце замерло в груди, либо от возбуждения, либо от страха, я не знала наверняка. Я пока что не была готова сделать последний шаг. Мне надо было ещё немного времени, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что у меня есть пара. Хамид. Навсегда.

Я сделала глубокий вдох и заставила себя сосредоточиться на спарринге, потому как мне нельзя было думать ни о чём таком в данную минуту, иначе моя голова просто взорвётся.

Но позже? Да, позже, я наверняка окажусь на грани нервного срыва.

ГЛАВА 16

Следующие три дня были тихими в сравнении со всем тем, что произошло на прошлой неделе. Я вернулась к патрулированию и урокам самообороны во вракке, а Хамид большую часть своего времени проводил с командой Совета и в конференц-звонках. Со времени нашей стычки с Алароном в Таллахасси, он буквально пропал с радаров, и все были на взводе, ожидая его следующий удар.

Мы с Хамидом находили время тренироваться каждую ночь, и эти тренировки были главным событием моего дня. Мы держали руки и губы при себе, но, казалось, сила предвкушения между нами росла с каждым уходящим днём. И хотя никто из нас не заводил разговор о наших отношениях, мы оба знали, что он назрел, и я считала, что Хамид давал мне время, которое требовалось мне, подготовиться к нему.

Мы с Бет по очереди вели уроки во вракке, но сегодня мы решили выйти парой, чтобы продемонстрировать несколько приёмов фехтования. Это стало особым поощрением для наших учеников, которые отлично прогрессировали в своей подготовке, да я и сама с нетерпением ждала этого. Я пристегнула к мотоциклу сумку с деревянными мечами, и не могла дождаться момента, когда увижу лица Лима и Джала, когда раздам им их оружие.

Мы припарковали свои мотоциклы рядом друг с другом на парковке, и я нахмурилась, опустив подножку. Вракк обычно кипел активностью в это время дня, а сейчас на парковке было всего две машины и ни одного человека на виду. Я никогда не видела, чтобы здесь было так тихо.

— Думаешь, закрылись? — спросила Бет, подойдя ко мне.

Я уставилась на здание.

— Вракки никогда не закрываются.

Вракки были демонической версией «Волмарта» и были открыты сутки напролёт в течение всего года. Должно было произойти нечто очень серьёзное, чтобы один из них закрылся.

Мы подошли к главному входу, и я дёрнула ручку. Заперто. Что-то однозначно было не так. Моё шестое чувство предупреждало о неладном.

Это могли быть гулаки, жаждущие возмездия за смерть их соратников, которые напали на меня. Меня ничуть не удивит, если они решат отыграться на невинных покупателях вракка.

— Пошли.

Я направилась вокруг здания к потайной двери. Секретный вход был в основном известен демонам, которые работали во вракке, но мы с Бет заслужили их доверие, как только начали давать там уроки.

Бет догнала меня и схватила за руку.

— Мне кажется, нам не стоит заходить туда одним.

— Ты права.

Я обещала Хамиду и своим друзьям, что теперь буду более осторожна и менее рисковой. Вытащив телефон, я позвонила в командный центр и попросила о подмоге. Николас с Крисом были на выезде, но Хамид оказался на месте. Он сказал ждать на парковке. Он скоро приедет.

Через двадцать минут он приехал с Ориасом и Циро. Я не стала спрашивать, почему он посчитал нужным привезти ведьмаков. В душе я радовалась, что они были здесь.

Ориас сходил к зданию и вернулся, качая головой.

— Демонические чары слишком сильные. Я ничего не могу увидеть сквозь них.

— Тогда нам придётся войти, — сказал Хамид.

— С заднего двора есть тайный ход, — сказала я им. — Мы можем воспользоваться им.

Мы с Бет отвели их к высокой куче из паллет у дальнего угла на заднем дворе. Между паллетами и зданием было вполне достаточно места для большого Хамида. Он последовал за мной к двери, хитро замаскированной под шпаклёванную стену. Я тихо открыла дверь и отошла в сторону, пропуская его с ведьмаками вперёд. Мы с Бет пойдём следом за ними.

— Держитесь позади нас, пока не поймём с чем имеем дело, — сказал Хамид.

Я кивнула, и он вошёл в здание.

Как только я миновала демоническую защиту, я поняла, что что-то было очень не так. Внутри вракка всегда было шумно, но сегодня нас приветствовала тишина.

Хамид оглянулся и жестом показал нам вести себя тихо, и мы впятером бесшумно двинулись вглубь по узкому тёмному коридору к главному залу.

Я схватила меч, впервые в жизни начав надеяться, что он мне не пригодится. Я познакомилась с множеством демонов, которые работали и закупались тут, и мне была ненавистна мысль, что кто-то из них пострадает.

Ориас, который шёл рядом с Хамидом, внезапно остановился.

— Он здесь, — прошептал он.

Все прекрасно знали, о ком он говорит.

Хамид оцепенел и резко развернулся ко мне.

— Вы с Бет сейчас же уходите, — низким голосом приказал он.

— Ты без меня туда не пойдёшь, — заспорила я.

Он ничуть не превосходил меня в равенстве с Алароном, и он понимал это. Вместе у нас был шанс, если рассуждения Ориаса о защите нашего заклинания были верны.

Хамид открыл было рот, чтобы что-то сказать, но переполненный ужаса крик ребёнка прервал его. От этого звука моя кровь заледенела.

Я схватила Хамида за руку, в душе молясь, чтобы физического контакта хватило защитить нас от магии архидемона.

— Вместе, — спешно прошептала я.

Он кивнул, и мы бесшумно двинулись дальше к открытой зоне, которая являлась торговой площадкой. Ориас и Циро последовали за нами. Остановившись у ларька пекаря, мы оценили открывшуюся перед нами сцену.

В центре здания были уничтожены все ларьки и сдвинуты к стенам, формируя широкий круг из обломков. В очищенной зоне на цементном полу кровью был нарисован уже знакомый нам круг призыва, внутри него был вычерчен круг поменьше.

Внутри внутреннего круга стоял Аларон, вскинув руки, словно готовился к началу церемонии. Всё выглядело точно также как в спортзале той школы, за исключением одного — десятки, нет больше, демонов-детей съёжились у его ног.

Желчь подступила к горлу. Он собирался использовать детей, как кровавое жертвоприношение для открытия барьера.

Мой взгляд скользнул по заплаканным лицам, и я резко втянула воздух, увидев Джала, держащего маленькую врил-девочку, которой и пяти лет не было. Девочка вцепилась в его шею, а он поглаживал её спину и что-то нашёптывал ей. Я нигде не нашла Лема, и мысленно взмолилась, чтобы он оказался в безопасности.

Оторвав взгляд от детей, я огляделась в поисках взрослых и обнаружила, что они стоят у дальней стены, ударяя и пиная некого рода защитное поле. Их лица были масками ужаса, а крики заглушены магией, которая удерживала их в заключении.

Я шагнула вперёд, но Хамид меня одёрнул.

— Подожди, — одними губами вымолвил он.

Он кивнул головой в сторону двух ведьмаков, которые уже отходили от нас, решив встать по обе стороны от Аларона. Демон, судя по всему, был так сосредоточен на своей работе, что не заметил наше появление.

Аларон начал говорить на демоническом языке, и кристаллы вокруг внешнего круга начали сиять. Я вытянула шею, желая увидеть, где находились Ориас с Циро. Если они в ближайшее время ничего не сделают, может быть слишком поздно. Я не собиралась стоять тут и смотреть, как убивают детей.

Я сильнее сжала руку Хамида, когда Аларон опустил руки и посмотрел на детей, будто решал, кого убить первым. Что же Ориас так долго?

За секунду до того, как Ориас глубоким голосом начал читать заклинание на языке племени навахо, я почувствовала его магию. Раздался отдалённый голос Циро, и его собственное заклинание наполнило воздух.

Аларон выпрямился и с рычанием скинул со своей головы капюшон, явив лицо, которое начало напоминать демоническую мумию. Как Ориас и говорил, одержимое архидемоном тело Кая стало приходить в негодность. Время Аларона было на исходе.

Демон вскинул руки, и волна магии поразила нас. Я почувствовала давление, но оно не обожгло как в ночь в школе. Позади нас Бет, не имеющая иммунитета к магии, ахнула от боли.

Хамид повернулся вполоборота и показал ей покинуть помещение. Я услышала её тихие удаляющиеся шаги и вздохнула с облегчением. Она послушалась его приказа. Мы с Хамидом были защищены заклинанием, но Бет была уязвима. Я должна была подумать об этом, когда Ориас сказал нам, что Аларон был здесь.

Я не видела Циро, но Ориас был в поле моего зрения. Я наблюдала за ним. Он стоял уверенно, и, казалось, вовсе не был тронут магией Аларона. Он продолжал напевать своё заклинание и начал обходить внешний круг, держась на приличном расстоянии от Аларона. Он отошёл дальше от нас, а Циро двинулся в нашу сторону, его голос становился громче, подражая Ориасу. Я не могла определить, напевали они оба одно заклинание или каждый своё, но как бы то ни было, демону это не понравилось.

Аларон взревел и высвободил ещё больше магии, теперь уже нацелившись на ведьмаков. Циро слегка покачнулся, но его пение не дрогнуло. А даже наоборот стало громче и более настойчивым.

Сияние кристаллов замерцало и стало более тусклым. Так или иначе, что бы они ни делали, это работало.

Демон пришёл в бешенство и метнул в Ориаса и Циро заклинание, словно метал ножи. Каждый раз, когда магия попадала в них, они вздрагивали, но напев не прекратили.

Движение за спиной Аларона привлекло моё внимание к детям. Джал стоял на ногах, держа на руках девочку, и тихонько выгонял детей из внутреннего круга.

Я затаила дыхание, когда дети перешагнули через узор символов, нарисованных кровью, но сдерживающая магия исчезла. Аларон переключил её на борьбу с ведьмаками.

Как только дети оказались вне первого круга, они бросились врассыпную во все стороны. Аларон развернулся и зарычал, увидев, что его заложники сбегают. Его смертоносный взгляд зацепился за Джала, который отстал, неся маленькую девочку.

— Джал, — выкрикнула я, уже мчась в их сторону.

Хамид выпустил мою руку, но прежде чем я успела сделать ещё шаг, он исчез, превратившись в размытое пятно и резкий поток воздуха. Моё сердце подскочило в груди, когда я увидела, как он возник рядом с Джалом и сгрёб мальчика с девчушкой в свои руки.

Аларон неистово взревел, обрушивая весь свой гнев на Хамида. Он метнул заклинание, но Хамид уже спешил ко мне.

Я почувствовала пульс магии в воздухе в ту самую секунду, когда Хамид достиг меня. Он обхватил меня руками и склонился надо мной и детьми, защищая нас от заряда.

Как и ранее, магия Аларона отскочила от нас, не навредив. Я отказывалась думать, что могло случиться с Хамидом, если бы он вовремя не успел вернуться ко мне.

Хамид поставил Джала и маленькую девочку на пол, и дети спрятались за ларьком. Встав вместе, мы с Хамидом повернулись к Аларону, который снова начал сражаться с ведьмаками и выглядел так, словно вот-вот взорвётся от ярости. Видимо он пребывал на грани отчаяния, а мы только что сорвали очередную попытку открыть барьер.

Аларон поразил Ориаса новым заклинанием, когда ведьмак проходил мимо нас. Атака оказалась достаточно сильной, чтобы Ориас споткнулся, но он удержался на ногах.

Несмотря на то, что тело Кая было слабым, Аларон всё ещё был очень могущественным. Я содрогнулась, подумав о том, каким он станет, если ему повезет, и он сможет пронести своё тело через барьер.

Демон посмотрел мимо ведьмаков, и его чёрные глаза встретились со мной взглядом.

— Ты! — взревел он, как взбесившийся зверь, и из его рта полетела слюна.

Подняв руку, он проорал нечто непонятное.

Хамид притянул меня ближе к себе, и мы сцепили руки. Мне пришлось закрыть глаза от прилива магии, которая потекла вокруг нас. Больно не было, но покалывание по всему телу было отнюдь не приятным. Сейчас оно было в десять раз хуже, чем от магии Ориаса или других ведьмаков, когда они проводили надо мной тесты.

Судя по виду Аларона, он готов был сорваться, поняв, что его заклинание никак не вредит нам. Если бы Ориаса и Циро тут не было, этот демон однозначно бы бросился в атаку на нас. Заклинание защищало нас от его магии, но физически он был равен Хамиду.

Ведьмаки двинулись ближе к Аларону, их напевы становились громче и настойчивее. Демон отмахнулся от их заклинаний, словно те были назойливыми мошками, а его взгляд всё так же был пригвождён к нам с Хамидом.

Я посмотрела в лицо истинного зла, и у меня волосы встали дыбом. Впервые в своей жизни я испытала настоящий, леденящий душу страх.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он снова обратил своё внимание на Ориаса и Циро. Хамид ободряюще сжал мою руку, и я снова могла дышать нормально.

Аларон вновь отвернулся от ведьмаков, и я поняла, что он решил прекратить стычку и собирался снова соскочить. Я не сводила с него глаз, ожидая его исчезновения в любую секунду. Мы с Хамидом никак не могли остановить его. Сейчас всё зависело от Ориаса и Циро.

Демон крутанулся и встал к нам лицом, его руки двигались так быстро, что я не могла разглядеть их.

В следующий миг Хамид возник передо мной, развернул меня и загородил своим телом.

Его тело дернулось, и он зашипел от боли. В ту же самую секунду позади нас вспыхнула яркая вспышка, и помещение наполнилось криками и плачем. Даже не глядя, я знала, что Аларон исчез.

Я ждала, пока Хамид отпустит меня, но его хватка не ослабла. Если уж на то пошло, казалось, он ещё больше навалился на меня.

— Думаю, теперь безопасно, — я похлопала его по руке, но он не ответил. — Если ты собирался просто полапать меня, ты всё неправильно делаешь.

Он усмехнулся, но его смех тут же был заглушен кашлем. Он убрал от меня руки и, повернувшись к нему, я увидела, как он качнулся и стал опускаться на колени.

Я поймала его под руку раньше, чем он упал на пол.

— Что случилось?

Магия Аларона не должна была причинить ему вред, и я понятия не имела что делать. От страха за него у меня пересохло во рту.

— Ориас, — заорала я.

Ведьмак подбежал к нам.

— Вы, что, соревнуетесь друг с другом, кто сможет пережить самые скверные ранения, не умерев?

Я зарычала от его небрежной реплики.

— Помоги ему.

— Я не медик, но сделаю всё что могу, — спокойно ответил он. — Ножевые ранения не входят в мою специфику.

— Ножевые ранения? — в замешательстве повторила я.

Я проследила за его взглядом и увидела рукоятку ножа, торчащую из спины Хамида.

— О, Боже! — я опустила глаза на Хамида, голова которого покоилась на моей груди. — Хамид, поговори со мной.

— Мммм, — пробормотал он.

Меня накрыло облегчением, но оно быстро сменилось страхом. Он был жив, но его вялый ответ говорил мне, что он тяжело ранен.

— Помоги мне положить его, — сказала я Ориасу. — Мне надо позвонить лекарю.

Рядом со мной появилась Бет.

— Они уже едут. Я позвонила им, как только вышла на улицу.

Она взяла Хамида за руку, и они вместе опустили его животом на пол. Я стянула с себя куртку и положила её ему под голову, и только потом переключила своё внимание на нож в его спине. Рукоятка была выполнена, вероятно, из оникса, и лезвие вошло пугающе близко к сердцу.

Воин его возраста переживёт ранение в сердце, если вред не окажется слишком большим, но я понятия не имела, что Аларон сделал с ножом. Он мог быть заговорён или отравлен. Мы не были неуязвимыми, как бы мне не хотелось в это верить в данный момент.

— Ориас, ты можешь проверить есть ли на клинке магия? — спросила я.

Он поднял руку над клинком, а потом осторожно прикоснулся к нему одним пальцем.

— Чисто, — ответил он, убирая руку.

Я дрожаще выдохнула.

— Хорошо. Нам надо вытащить его и дать Хамиду немного пасты-гунна.

— Может лучше подождать лекаря? — спросил Ориас.

— Нет. Мори Хамида уже должен был начать его исцелять, а нож замедляет этот процесс. Паста-гунна поможет.

Моя паста была в курке под головой Хамида. Я посмотрела на Бет, и она передала мне свою. Каждый воин носил при себе небольшую баночку с лекарством.

Поставив баночку на пол, я встала на колени, склонилась над Хамидом и ухватилась за рукоятку ножа обеими руками. Один быстрый, сильный рывок, и клинок освободился. Хамид простонал, но больше не издал ни единого звука, хотя явно было чертовски больно.

Я отбросила клинок в сторону и попросила Бет надавить на рану, пока я даю Хамиду пасту.

Я открыла баночку и зачерпнула приличное количество. Склонившись ниже, я обхватила лицо Хамида рукой. Его веки затрепетали, он открыл глаза и встретился со мной взглядом. Его оливковая кожа была бледнее обычного, а стиснутая челюсть давала чёткое представление, насколько больно ему было.

— Тебе надо это съесть, — сказала я, поднеся пальцы к его губам. — Хавьер скоро будет тут.

Он покорно принял пасту-гунна и снова закрыл глаза.

— Ты очень сексуальна, когда командуешь, — невнятно произнёс он, заработав от Бет усмешку, а от меня улыбку.

Я села на пол и аккуратно положила его голову на свои колени.

— Помни об этом в следующий раз, когда попытаешься мной командовать.

Ориас встал.

— Похоже, он выживет, поэтому я собираюсь помочь Циро разобраться в остальном беспорядке.

Впервые, с момента как Хамид пострадал, я огляделась по сторонам. Взрослые освободились и обнимали своих детей, словно никогда больше не выпустят из своих рук. Счастливые слёзы стали приветственным звуком после того, что едва не случилось здесь.

Ориас присоединился к Циро, и они стали изучать круги, а спустя минуту нас покинула Бет, решив проверить раненых демонов. Я осталась на месте, позволив им самим со всем разобраться. Моей единственной заботой было убедиться, что с Хамидом всё в порядке.

Он тихо простонал, и я нежно помяла его затылок.

— Что я могу сделать?

— Ты уже делаешь, — сказал он, не открывая глаза. Он поднял руку и положил на моё бедро. — Мне надо почаще получать нож в спину, чтобы за мной так ухаживали.

Моя рука замерла, и я свирепо взглянула на него.

— Не смей так шутить.

Улыбка подёрнула его губы.

— Не буду, если ты перестанешь делать вид, что я тебе безразличен.

— Это эмоциональный шантаж.

— Только если тебе плевать, а тебе однозначно не всё равно. Так почему ты так боишься признаться в этом?

Я сглотнула.

— Я не боюсь.

Он слегка сжал моё бедро.

— Для такого опытного воина ты ужасная лгунья.

Тепло затопило мою грудь.

— Ты считаешь меня опытной?

Хамид перекатился на спину и теперь смотрел на меня. Он поднял руку и ласково провёл по моей щеке.

— Ты самая неистовая женщина-воин из всех, кого я встречал, и моё сердце полнится гордостью от того, что ты моя.

Всё внутри меня опустилось от нескрываемого обожания в его глазах, и на несколько мгновений я потеряла дар речи.

— Я не говорила, что я твоя.

— Пока нет, но скажешь.

Он скользнул рукой за мою голову и притянул меня для мимолётного поцелуя, от которого я стала желать большего.

— Скоро, — пробормотал он в мои губы и отпустил меня.

Я села, стараясь взять под контроль своё колотящееся сердце, а Хамид обхватил меня своей сильной рукой за талию, будто ожидал, что я соскочу. Но я никуда не собиралась, уж тем более после того, как он своими словами превратил мои конечности в желе. Ни один из мужчин никогда не разговаривал со мной подобным образом, а если бы кто и заговорил, я бы возненавидела это. Но вот слышать это от него, мне нравилось.

Ох, да кого я обманываю? Я полюбила это. То, как уверенно он говорил, собственнический блеск в его глазах, всё это породило во мне желание оказаться в его руках и сказать ему всё, что он хотел услышать от меня.

Все оставили нас с Хамидом наедине до приезда Хавьера в компании с полудюжиной воинов. Они едва вошли в здание, как дверь с грохотом распахнулась, и я улыбнулась, услышав крики Криса, зовущего Бет. Теперь я это понимала. Я понимала покровительство пар по отношению друг к другу, потому что чувствовала это к Хамиду, а он испытывал это ко мне.

Хамид попытался сесть, но я положила руку на его грудь и не дала этого сделать.

— Пока Хавьер тебя не осмотрит, даже не думай.

Он вздохнул и снова расслабился, хотя я вряд ли смогла бы остановить его, если бы он решительно был настроен сесть. Даже раненный, он был в десять раз сильнее меня. И я втайне кайфовала от этого, хотя он никогда об этом и не узнает. Этот мужчина и так уже был чересчур заносчив.

Я взглядом отыскала Хавьера и увидела, что он разговаривает с Бет, которая указывает в нашу сторону. Лекарь поспешил к нам, неся сумку. Он встал на колени рядом с Хамидом.

— Как он? — поинтересовался у меня Хавьер.

— Он в порядке, — сварливо пробубнил Хамид, внезапно став ворчливым пациентом. — Можно подумать, у меня раньше не было ножевых ранений.

Я волком посмотрела на него.

— Тебя ранил архидемон, и я более чем уверена, что клинок проколол сердце. Так что ты позволишь Хавьеру сделать всё, что необходимо, чтобы помочь тебе.

Хмурость Хамида трансформировалась в улыбку.

— А ты, и правда, беспокоишься обо мне.

Я подняла глаза и встретилась с забавляющимся взглядом лекаря.

— У тебя есть в сумке что-нибудь такое, что вырубит его?

Хавьер рассмеялся и осмотрел Хамида.

— Все твои показатели в норме и, судя по всему, ты хорошо исцеляешься. Я бы хотел провести сканирование, когда мы вернёмся, просто для уверенности.

Хамид кивнул и с моей небольшой помощью принял сидячее положение. Я испытала облегчение, увидев, что цвет его лица стал лучше, даже несмотря на то, что он был всё ещё слаб.

Лекарь встал.

— У меня есть носилки в машине, если хочешь…

— Никаких носилок, — Хамид в отвращении сморщил губы. — Я могу сам идти. И мне надо остаться тут, всё осмотреть.

Я тоже встала на ноги.

— Здесь Крис, он с Ориасом и Циро, и я уверена, что остальная команда вскоре тоже прибудет сюда. Они справятся.

Хамид начал спорить, и я решила попробовать иную тактику.

— Ты действительно собираешься заставить меня следовать весь день напролёт за тобой просто потому, что ты не уделил время своему исцелению?

Он замер. Ни один связанный мужчина не сможет вынести вид своей эмоционально измученной пары, особенно если он стал тому причиной. Это был нечестный удар, но если уж на то пошло, я только что выдернула нож из его спины.

— Я вернусь в командный центр, — наконец сказал он. — Но ты едешь со мной.

Я улыбнулась.

— Кто-то же должен держать тебя в узде.

Мы с Хавьером помогли ему подняться на ноги, невзирая на его протесты, что он может сам встать. Я поймала взгляд Криса, и он подошёл к нам.

Крис улыбнулся Хамиду.

— Ранен архидемоном. Как всегда превосходишь сам себя.

Хамид состроил гримасу.

— В следующий раз можешь взять на себя это удовольствие.

— Нет, он не может, — выкрикнула Бет, занимающаяся пожилым врил-демоном с порезом на щеке неподалёку от нас.

— Мы уезжаем в командный центр, — сказала я Крису.

Он перевёл взгляд с меня на Хамида.

— Наверное, это хорошая мысль. Я позабочусь обо всём и потом уведомлю тебя.

Я бросила на Криса благодарный взгляд, а потом мы с Хамидом и Хавьером покинули здание через двери грузового отсека, которые кто-то предусмотрительно открыл. Хамид отказался от помощи Хавьера, но позволил мне взять его за руку, пока мы шли к фургону, припаркованному позади здания. Это был фургон лишь с двумя пассажирскими сидениями. Я забралась в заднюю часть, и едва не содрогнулась от вида носилок. Я не помнила ничего из того, что случилось после нападения гулаков, но была более чем уверена, что меня везли в этом самом фургоне.

В командном центре Хавьер припарковался у погрузочной площадки, и мы прямиком направились в медицинское отделение, где уже нас ждала взволнованная Сара.

— Мы в порядке, — уверила я её, ведя Хамида к той же койке, на которой я провалялась несколько дней. — Сегодня Хамид решил поиграть в пациента.

Сара заломила руки.

— Когда Бет позвонила, я так перепугалась, что кто-то из вас пострадал. Поверить не могу, что Аларон явился во вракк средь бела дня, особенно теперь, когда он знает, что мы охотимся на него.

— Он понятия не имел, что демоническое сообщество дружит с нами, — сказал Хамид. — Думаю, он меньше всего ожидал увидеть нас там сегодня.

— Но почему вракк? — спросила Сара. — Чего он мог добиться, изведя детей?

Хамид лёг на койку.

— Не знаю, но уверен, что у Ориаса с Циро есть на этот счёт пару мыслей.

Хавьер переоделся в белый халат и подкатил столик со сканером к койке. Наш мобильный сканер не был таким всеобъемлющим как МРТ или КТ, но он давал лекарям достаточный обзор, чтобы понять, что происходило в организме. Мы не могли заболеть раком или другими человеческими болезнями, поэтому нам не требовалось столь серьёзное диагностическое оборудование, какое применялось в больницах.

Сара извинилась и удалилась, когда Хамид начал расстёгивать рубашку. Хавьер включил сканер и, уверенной рукой поднёс датчик к груди Хамида, начал медленно проводить им вверх-вниз по торсу, при этом внимательно смотря в монитор. Когда он подошёл к сердцу, он остановился и целую минуту изучал изображение, а потом продолжил сканирование.

— Есть небольшое повреждение сердца, но исцеление идёт прекрасно, — сказал Хавьер, как только закончил. — К счастью, у тебя очень сильный Мори. Более молодой мог быть и не в силах спасти тебя.

Хамид встретился со мной взглядом. Я стояла у изножья койки. И мы оба знали, что подумали об одном и том же. Если бы он не среагировал так быстро, не закрыл меня своим телом, вероятней всего, сейчас я была бы мертва.

Хавьер продолжил, явно не заметив наш безмолвный диалог.

— Я предписываю тебе отдых от работы на следующие двадцать четыре часа. А в остальном ты свободен.

Хамид сел.

— Спасибо, Хавьер.

— Всегда пожалуйста, — с улыбкой ответил лекарь.

Хамид встал и подошёл ко мне. Не произнеся ни слова, он взял меня за руку и вывел из медицинского отделения.

— Куда мы идём? — спросила я, когда мы вошли в безлюдную гостиную зону.

— В мою комнату.

Нервный трепет пронёсся по мне от мысли, что я окажусь с ним наедине в его комнате… где есть кровать. Но прежде чем я успела осмыслить это куда более серьёзно, мы уже были у его двери.

Мы вошли в комнату, и он закрыл за нами дверь с резонирующим щелчком. Комната была точно такой же, как моя, за исключением личных вещей на комоде.

— Устраивайся, — сказал он, беря сменную одежду из шкафа. — Я приму душ, а потом нам с тобой надо кое-что обсудить.

— Что именно? — спросила я, хотя уже прекрасно знала ответ.

И тут до меня дошло, что впервые меня не ужаснула мысль, что мы будем обсуждать мои чувства к нему.

Хамид остановился у двери в ванную комнату и бросил на меня пылкий взгляд, от которого всё внутри меня задрожало.

— Не заставляй меня отправляться на твои поиски.

Я лишилась дара речи, а он закрыл за собой дверь. Единственное, о чём я могла думать, это об обещании, пылающем в его глазах, и как сильно я хотела, чтобы он погнался за мной… и поймал меня.

Ещё несколько дней назад я знала, в каком направлении движутся отношения между нами, но, едва не потеряв его сегодня, я увидела, насколько глупа была. Я всегда верила в то, что жить нужно полной жизнью, но теперь сама сдерживала себя, хотя могла быть с мужчиной, о котором мечтала многие годы. Более того, он был единственным, кого я могла представить в роли спутника жизни и с кем могла бы провести всю свою жизнь. Единственный мужчина, которого я когда-либо любила.

Внезапно я ощутила лёгкость и почувствовала себя удивительно свободной. Я любила Хамида и подозревала, что он испытывал те же чувства ко мне. Я была более чем уверена, что после душа он хотел обсудить именно это, но я не хотела ждать. Больше ни единой секунды.

Улыбнувшись, я схватила край футболки и сняла её.

ГЛАВА 17

Я скинула одежду на пол и открыла дверь в ванную комнату. Сквозь стекло душевой кабины я увидела мускулистую спину и накаченные ягодицы, и от такого вида у меня рот наполнился слюной. Я несколько секунд повосхищалась им, а потом открыла дверь кабины.

Хамид повернулся ко мне, и у меня перехватило дыхание от первого в жизни созерцания его обнажённого тела.

— Бог во плоти, — выдохнула я, позволив глазам жадно пожирать его, а потом подняла глаза и встретилась с его медленно тлеющим взглядом.

Я вошла в кабину и закрыла дверцу. Не произнося ни слова, я приподнялась на мыски, обхватила руками его голову и притянула к себе. Наши губы встретились в голодном поцелуе. Он обвил рукой мою талию, и привлёк меня к себе. Ощущение его твёрдого тела рядом со мной, без барьера из одежды, слегка закоротило мой мозг, и я почти лишилась способности думать.

Когда мы оторвались друг от друга в поисках воздуха, он заправил мои влажные волосы мне за ухо.

— Мне кажется, мы нарушаем твоё второе правило.

— Фиг с ним, я никогда не любила правила, — я провела по его жёсткой ровной груди вверх к его плечам. — Я кое-что забыла тебе сказать.

— Что же это такое важное, что ты не смогла дождаться меня?

От его сексуальной улыбки у меня подкосились колени.

Я встретилась с ним взглядом.

— Что я люблю тебя.

Его рот обрушился на мой, и я ответила со всей потребностью, которая соперничала с его. Я вцепилась в него, и он углубил поцелуй, принимая всё, что я отдавала. А я отдавала всю себя целиком. Мне надоело сдерживаться с ним.

Со временем поцелуй стал нежнее, ласковей, пока он не отстранился.

— Значит, ты всё же переживаешь.

Я закатила глаза.

— Ты сейчас хочешь поговорить об этом?

Он сексуально рассмеялся, и я почувствовала рокот в его груди, которая была прижата ко мне. Он обхватил руками мою шею и большими пальцами провёл по линии челюсти.

— Я тоже люблю тебя.

Я дерзко ухмыльнулась ему.

— Знаю.

— Так ли это? — хрипло спросил он.

— Мм-хмм, — я проследила за мускулами его поясницы, спустившись к ягодицам. — У меня была другая причина прийти сюда.

— Что? — его голос стал ниже.

Я отступила и, взяв гель для тела, налила приличное количество в руку.

— Я подумала, что с твоим ранением, тебе может понадобиться помощь, чтобы помыться. Я не знаю, говорила ли тебе, но я отличная нянька.

Его глаза были слегка прикрыты отяжелевшими веками, пока они наблюдал за тем, как я взбила пену и начала водить мыльными руками по его плечам и груди. Я не отрывала глаза от его взгляда, а мои руки двинулись ниже, скользнув по рёбрам и твёрдому животу, и ещё ниже. Он напрягся и зашипел, когда я взяла его в руки и медленно провела по всей длине.

— Если бы ты только знал, как давно я хотела прикоснуться к тебе таким образом, — произнесла я, мой голос стал сиплым от желания. — С тех самых пор как я впервые увидела тебя в командном центре в Санта-Круз…

Хамид издал низкое рычание, и притянул меня к себе для ещё одного всепоглощающего поцелуя. А потом он оказался позади меня, его горячий рот ласкал мою шею и плечи, а руки поглаживали мою грудь. Я застонала и прильнула к нему спиной, давая ему добро ласкать меня ещё больше.

Одной рукой он скользнул вниз по моей влажной коже к изнывающей киске, заставив меня выгнуться. Прижимая меня к себе, он нашёптывал чудесно-нечестивые слова мне, вынуждая меня распасться на части под его руками и губами.

Я плыла в блаженной дымке, когда он выключил воду и отнёс меня на кровать. Он положил меня на мягкие простыни и снова заявил права на мой рот. Мы начали исследовать каждый сантиметр наших тел. Он был поразительным любовником и явно был настроен заставить меня позабыть собственное имя ещё до того, как он закончит со мной. Но я наслаждалась, даруя ему столько же удовольствия, сколько получала от него, и я полюбила каждый стон и рычание, которые вырывались из него.

— Ты погубишь меня.

Хамид возвышался надо мной, его лицо было покрыто тонкой пеленой пота. Он устроился между моих ног, и во мне разгорелось предвкушение, стоило мне почувствовать его у моего лона.

Я запустила пальцы в его влажные волосы.

— Но зато каким способом.

— Моя прекрасная пара.

Он склонил голову и легонько коснулся моих губ.

— Пока что нет, — напомнила я ему, затаив дыхание. — Сначала мы кое-что должны сделать.

Он улыбнулся, и меня потрясло, что он до сих пор может заставить мои внутренности дрожать, после всего того, что мы только что сотворили друг с другом.

— Ты была моей с той самой секунды, как нас связали узы. А это просто сделает всё официальным.

— Тогда давай сделаем это официальным, — хрипло сказала я, приподнимая бёдра и вырывая из нас обоих стон.

Он толкнулся в меня, и я приняла его в своё тело, счастливо воскликнув. Мой Мори послал вспышку истинной радости. Мы с Хамидом двигались в бесконечном ритме, связывая нас навечно. Когда напряжение внутри меня достигло пика, новое осознание расцвело во мне, и я почувствовала его внутри, связанного со мной всеми фибрами души. «Моя пара», — прорычал его голос в моей голове, и мы оба сорвались в пропасть наслаждения.

Мы снова и снова занимались любовью, не в силах насытиться друг другом. Дневные часы сменились ночными. В какой-то момент посреди ночи я спросила не хочет ли он отдохнуть из-за ранения, и в ответ он зацеловал меня до потери сознания, и я вовсе забыла о своём вопросе.

И только уже глубокой ночью наши желудки стали урчать от голода, и Хамид отправился за едой на кухню. Я задремала под смятыми простынями, ожидая его. Он вернулся и накормил меня. Я никогда не подумала бы, что во мне есть романтическая натура, но он показал мне, что я могу быть мягкой и женственной с ним и всё равно останусь воином, каким хотела быть

— Что будешь делать, когда не надо будет больше гоняться за Алароном? — спросила я, сев на подушки, грызя кусочек сыра.

Он отрезал ломтик яблока и подал его мне.

— Всегда есть где-то работа, которая требует моего вмешательства.

— Ты планируешь продолжить работать на Совет?

Я попыталась скрыть, как сильно такая возможность не прельщала меня, но провалилась с треском.

Хамид отложил яблоко и нож.

— Только если ты этого захочешь. Теперь мы партнёры, и мы будем решать такие вопросы вместе.

— И ты не будешь скучать?

— В мире масса работы помимо заданий Совета, — он дразняще посмотрел на меня. — У меня такое чувство, что жизнь с тобой будет приключением, куда бы мы ни отправились.

Я слизала яблочный сок с пальцев.

— Такие разговоры принесут тебе удачу.

Он рассмеялся, но я уловила блеск желания в его глазах. Мужчина был ненасытным, а я была счастливой, очень счастливой девушкой. Что-то подсказывало мне, что больше мне не будут нужны поздние ночные пробежки или тренировки в зале, чтобы уснуть.

— Прежде чем ты откажешься от работы на Совет, я хочу, чтобы ты обдумала плюсы, идущие с этой работой, — сказал он. Мы будем путешествовать по всему миру на личном самолёте, заниматься работой, которую редко дают молодым воинам. Ты увидишь и попробуешь то, о чём могла только мечтать.

— Ловко ты пиаришь, — я поставила тарелку, подползла к нему и оседлала его. — А в этом самолёте есть кровать?

Он обвил руками мою талию и осыпал поцелуями линию моего подбородка.

— Нет, но я уверен, я могу это организовать.

— И я смогу брать свой байк с собой. Я не брошу его.

— Конечно.

— Хорошо. Я подумаю.

Я толкнула его на спину и, склонившись, вкусила его губы, которые были сладкими от съеденного яблока.

— Мммм.

Он перекатил нас, и внезапно я оказалась под ним.

— Ты всё ещё голодна? — хрипло произнёс он.

— Голодаю не по еде.

Сексуальная улыбка появилась на его губах.

— Думаю, я могу с этим помочь.

* * *

Мы с Хамидом не покидали его комнату до утра следующего дня. Я была бы рада остаться в ней ещё на несколько дней, но наша работа не терпела отлагательств. Аларон не будет ждать, пока мы насытимся друг другом. Не то, чтобы я вообще когда-то смогу насытиться им.

Меня поразило то, как мир сегодня выглядел иначе, хотя единственное, что изменилось, так это наши отношения. Нашему миру всё ещё грозила великая опасность. Мы понятия не имели, где находился Аларон или когда он нанесёт следующий удар, или сможем ли мы когда-нибудь одержать над ним верх. Но, несмотря на всё это, я была до абсурда счастлива, что меня буквально распирало от счастья.

Мы направились прямиком в комнату управления. Крис ввёл нас в курс дел во вракке и сообщил, что команда Совета закончила их расследование вчера вечером. И поскольку мы прервали Аларона в самом начале церемонии, никаких новых событий не произошло.

— Несколько демонов было ранено, но чудом, никто не погиб, — сказал Крис. — Николас сейчас там, с командой, помогает им восстановить помещение и снова заработать. Мы планируем оставить там двух своих воинов на пару дней, подстрахуемся.

— Думаешь, Аларон может вернуться? — спросила я.

Крис пожал плечами.

— Сложно предугадать его следующий шаг.

Хамид оторвал взгляд от отчёта о вчерашнем инциденте, который он бегло просматривал.

— Мы знаем, почему на этот раз он собирался использовать детей-демонов? На всех прошлых местах призыва были тела исключительно взрослых людей.

— Судя по показаниям свидетелей, Аларон надеялся, что демоническая энергетика усилит его заклинание и поможет открыть барьер. Ориас сказал, что никаких свидетельств того, что это сработает, нет, но, возможно, Аларон впал в отчаяние.

Я шумно выдохнула.

— Только этого нам не хватало, отчаявшегося демона.

Открылась дверь, и вошёл Ориас.

— Хорошо, что вы оба здесь, — сказал он, заметив меня с Хамидом. — Нам надо провести ряд тестов, чтобы убедиться, что заклинание всё ещё устойчиво после атаки Аларона.

Часть моего утреннего счастья испарилось. Ориас знал, что надо сказать, чтобы испортить мне настроение.

— Это ненадолго, — Хамид заверил меня, пока мы шли за ведьмаком в конференц-зал, где ожидали остальные члены команды.

Ориас не стал зря терять время и сразу же перешёл к делу. Как только мы сели, он положил руки по обе стороны от головы Хамида и начал заводить уже знакомое песнопение.

Минутой позже Ориас начал хмурить брови, и озадаченный взгляд появился в его глазах. Он опустил руки и перешёл с этим же тестом на меня. И снова нечто, что бы он там ни увидел, поставило его в тупик. Он плотно сжал губы и отступил от меня.

— Заклинание в целости и сохранности? — спросил Бастиан, в то время как Ориас просто задумчиво таращился на меня и Хамида.

— Вроде, да. Но оно изменилось, — сказал Ориас. — Посмотри и скажи мне, что ты видишь.

К нам подошли Бастиан и Циро, и каждый из них провёл тот же самый тест с нами. По их удивлённым лицам я могла сказать, что они были столь же заинтригованы как и Ориас.

— Это уже не то заклинание, что было всего несколько дней назад, — сказал Циро Ориасу. — Я вижу магию, но ни единого демонического следа.

Бастиан кивнул.

— И появилось нечто новое, что я не могу определить. Очень сильное, что бы это ни было.

Мы с Хамидом посмотрели друг на друга и улыбнулись. Кое-что однозначно изменилось, на порядок.

— Вы закрепили связь, — проницательно объявила Шарлотта, её улыбка стала шире. — Поздравляю.

— Спасибо, — в унисон ответили мы с Хамидом.

Ориас потёр подбородок.

— Потрясающе. Такое чувство, что ваша связь полностью перекроила структуру оригинального заклинания.

— Заклинание нарушено? — спросила Мария.

Я затаила дыхание, ожидая ответа хотя бы одного из ведьмаков. Меньше всего вчера я думала о том, как наша связь повлияет на заклинание.

— Если уж на то пошло, я бы сказал, что оно стало сильнее, — ответил Ориас.

— Но, вполне возможно, что у вас больше нет защиты от магии Аларона, — предупредил нас Циро. — Вероятно, мы должны изучить её более досконально, и убедиться, что в нём не осталось ни единого демонического следа.

Я была категорически против ещё каких-либо тестов.

— В этом нет надобности. Сара запросто может определить наличие демонической магии.

— Верно, — согласился Циро. — И так будет гораздо быстрее. А она здесь?

— Я проверю.

Я встала и поспешила прочь из зала, пока они не передумали.

Я нашла Сару именно там, где и предполагала. Она была на кухне, готовила завтрак. Там же была и Бет, как обычно занятая завариванием свежего кофе. Стоило им увидеть меня, как их взгляды стали выжидательными.

— Ты пришла поделиться с нами особыми новостями? — нетерпеливо спросила Бет.

Я уперлась локтем в столешницу и нацепила невинную улыбку.

— Не понимаю, о чём это ты?

Сара переложила яичницу на тарелку.

— Она о том, что, судя по звукам, исходившим из комнаты Хамида весь день и всю ночь, он занимался не только восстановлением после ранения.

Я не смогла сдержать своей ухмылки.

— Мы, и правда, провели небольшую физическую терапию. Поразительно, какие чудеса это творит с телом.

— Действительно, — с серьёзным видом произнесла Бет, а потом мы втроём взорвались от смеха.

— Ну? — спросила Сара, когда мы успокоились. — Давай уже, рассказывай.

Я перевела взгляд с неё на Бет и кивнула.

Бет завизжала и бросилась меня обнимать.

— О, боже. Я так счастлива за тебя.

— Ну, наконец-то, — пошутила Сара. Со слезами на глазах, она улыбнулась мне. — А я даже не могу обнять тебя. Это полный отстой.

Её реплика напомнила мне, зачем я вообще пришла сюда.

— Возможно и наоборот. Так уж вышло, что закрепление связи изменило прицепившееся к нам с Хамидом заклинание. Никто из ведьмаков не смог уловить в нём демоническую магию, и я пришла узнать сможешь ли ты что-то обнаружить.

Лицо Сары озарилось и, обойдя остров, она подошла ко мне. Она положила руку на столешницу в нескольких сантиметрах от меня и медленно сократила дистанцию, пока наши пальцы не соприкоснулись.

— Я счастлива заявить, что на тебе нет ни следа демонической магии, — сказала она, и тут же обняла меня и стиснула так, словно мы много лет не виделись.

— И когда это ты стала такой любительницей обнимашек? — подшутила я.

Она шмыгнула носом.

— Это всё гормоны.

— О, спасибо, что напомнила, — я присела на корточки перед ней. — Привет, малышка. Я твоя тётя Джордан, и я жду не дождусь встречи с тобой.

Сара восхищенно рассмеялась.

— Ты ей нравишься.

— Конечно, нравлюсь, — я ласково потрогала живот Сары. — Ох, уж мы с тобой повеселимся.

— Ах, какая занимательная картина, — произнёс забавляющийся мужской голос.

Я встала и повернулась к Эльдеорину, который появился в гостиной комнате.

Блондин-фейри дьявольски улыбнулся.

— Не прерывайся из-за меня. Я просто постою и понаблюдаю.

— Развратник, — я бросила на него злобный взгляд. — Только ты можешь извратить всё в такой ситуации.

— И я тоже рад снова видеть тебя, Джордан. Ты с каждым днём становишься всё более и более соблазнительной.

— А ты всё также не имеешь шансов забраться в мои трусики, — парировала я.

Он усмехнулся.

— В один прекрасный день.

— Никогда, — прорычал глубокий, гневный голос, от которого всё внутри меня затрепетало.

Хамид рассерженно шагнул через порог и подошел ко мне. Мускулистой рукой он собственнически обхватил меня за талию и притянул к себе. Ещё день назад я бы ударила его в живот и поинтересовалась, какого хрена он делает. Но новая я была невероятно возбуждена этой чертой альфа-самца в моей паре.

«Я рад, что тебе это нравится», — раздался его голос в моём сознании. Волна желания, которая пришла по узам, подсказала мне, что нечаянно отправила ему свои плотские мысли.

Эльдеорин проигнорировал Хамида и подмигнул мне.

— Пара, Джордан? Должен сказать, я удивлён. Никогда не думал, что ты окажешься моногамной женщиной.

— Эльдеорин, — заругалась Сара. — Перестань пытаться создавать проблемы.

— Я? — он положил руку на грудь. — А знаешь, кузина, я потрясён, что ты могла подумать такое обо мне.

Она фыркнула и подошла к нему. Эльдеорин может и был хорошим наставником для неё, но я понятия не имела, как она могла проводить так много времени с этим заносчивым фейри. Он сводил с ума Николаса, но ему приходилось терпеть его ради благополучия Сары.

— Не ожидала увидеть тебя так скоро, — сказала она Эльдеорину.

— Я доставил дары.

Воздух перед ним зарябил, и небольшой клинок, вложенный в ножны, появился между ними. Выхватив клинок из воздуха, он положил его на раскрытую ладонь и подал Саре.

Она приняла оружие и покрутила в руках.

— Что это?

— Это, дорогая моя кузина, оружие, о котором ты просила.

Моё сердце заколотилось от воодушевления. Я шагнула вперёд, потянув за собой Хамида, уговаривать которого не потребовалось.

Сара вытянула клинок из невзрачных деревянных ножен и подняла, чтобы мы все смогли его увидеть. Рукоятка была вырезана из того же тёмного дерева, но вот зазубренное десяти сантиметровое лезвие было изготовлено из сияющего белого металла, которого я никогда раньше не видела. Казалось, лезвие сияло изнутри, и даже в нескольких метрах от него, я могла ощутить силу, которую он излучал. Меня переполнило чувство, что я стала свидетелем чего-то столь сакрального и чистого, чего не достоин был касаться некто столь недостойный, как я.

— Красивый, — тихо произнесла Сара.

Она подала клинок Хамиду, но Эльдеорин выхватил его и отвёл оружие в сторону.

— К лезвию не прикасаться, — предупредил нас фейри. — Оно убьёт любого демона, даже вашего.

— Сара касалась его, — сказала Бет.

Эльдеорин снисходительно взглянул на неё.

— Сара наполовину фейри, и её дар ограждает демона. В идеале он должна была быть единственной, кто применит этот клинок, но из-за беременности она не может сражаться.

«Из-за беременности и Николаса», — сыронизировала я, послав мысль Хамиду, и он тихо хмыкнул в ответ.

Сара снова потянулась к клинку и внимательно изучила лезвие. В её глазах отразилось внеземное сияние.

— Я никогда не видела такой металл. Он из мира фейри?

— Он был выкован не в мире фейри, но находился в нашем распоряжении уже много тысячелетий. Когда ты сказала, что вам надо оружие против архидемона, я с трудом вспомнил о нём, потому что его слишком долго хранили в тайне.

Я подалась ближе, насколько ближе мне позволил Хамид. Мне очень хотелось рассмотреть клинок.

— Если его сделали не фейри, почему он опасен для нас?

— Потому что это… — Эльдеорин провёл пальцем по плоской поверхности лезвия, — осколок от меча архангела.

Я ахнула, от шока у меня перехватило дыхание. Рядом со мной, Бет стала задыхаться. А Сара так перепугалась, что уронила клинок, но Эльдеорин успел поймать его. Невозмутимым остался только Хамид, но я почувствовала его удивление через наши узы.

— …меч ангела? — переспросила я, желая, чтобы он повторился, и я смогла переварить это.

В душе я знала, что он говорил правду, потому что почувствовала нечто особенное в клинке, стоило мне приблизиться.

— Архангела, — поправил он меня.

— Как?.. — Сара умолкла, не найдя слова.

— Как так получилось, что ваша раса обладает такой реликвией? — спросил Хамид, куда более собранный, чем Бет, Сара и я вместе взятые.

Эльдеорин вложил клинок в ножны с таким глубоким почтением, которого я никогда не видела у него.

— У нас есть легенда, что наши предки были отпрысками падших ангелов в мире смертных. Они были несчастливы в этом мире, поэтому создали свой собственный рай, вдали от человечества, и никто не покидал его многие тысячелетия. С течением времени мы стали новой расой, не помнящей свои истинные корни, за исключением того о чём говорит легенда.

— Вы происходите от Нефилимов? — скептически поинтересовалась я.

Фейри не славились своей целомудренностью и нравственностью, чем особенно Эльдеорин гордился.

— Согласно легенде, несколько отпрысков ангелов решили остаться в этом мире. Мы считаем, что они были именно теми, кого позже стали называть Нефилимами.

Хамид склонил голову и стал рассматривать клинок в руках Эльдеорина.

— А клинок?

— Он остался после сражения, которое произошло, когда ангелов сбросили на землю, — сказал Эльдеорин. — Есть и другие артефакты, но этот — единственный фрагмент меча.

Сара накрыла ладонью лоб.

— Это… слишком. У меня в голове не укладывается, что у тебя в руках лежит кусок от меча архангела.

Мне стало интересно, какой будет её реакция, когда она осознает ту часть, согласно которой она, возможно, происходит от ангелов. Она выглядела слегка бледной, и поэтому я решила не акцентировать на этом её внимание. Пусть уж лучше она сама построит эту цельную картину.

— Это могущественное оружие, — сказал Хамид Эльдеорину, не скрывая своей настороженности по отношению к фейри и его мотивам. — Зачем тебе отдавать его нам?

— За тем, что Сара попросила меня помочь, а мы всегда заботимся о своих. И потому что этот мир имеет много услад, по которым я буду скучать, если они исчезнут.

Сара робко улыбнулась ему.

— Спасибо. Я знала, что ты не подведёшь нас.

Я подняла руку.

— Как бы мне не хотелось омрачать наш парад, но кто использует данное оружие, если никто из нас не может взяться за него?

— Ты сможешь взять его, если не будешь касаться лезвия.

Эльдеорин протянул мне клинок, но у Хамида руки оказались длиннее и он схватил его первым. Я в страхе затаила дыхание, когда его пальцы сомкнулись на рукояти.

Я вновь задышала, когда ничего не произошло. Хамид просто держал клинок, а Эльдеорин продолжил говорить:

— Рукоятка и ножны сделаны из дерева под названием фура, которое растёт исключительно в мире фейри. Эта древесина не горит и устойчива к магии. Она защитит вас от силы клинка. Ножны также не дадут демонам почувствовать клинок, когда он окажется поблизости.

— Значит, нам останется только снова поймать Аларона при его очередной попытке открыть барьер и поразить его клинком? — скептически спросила я.

— Не совсем, — ответил Эльдеорин. — Клинок должен быть использован на физическом теле демона, если мы хотим убить его. А с архидемоном будет недостаточно просто ранить его. Вам потребуется кусочек его плоти.

Я вскинула руки.

— Так ведь весь смысл как раз в том, чтобы не дать ему открыть барьер и перенести через него своё тело. Если он заполучит своё тело, ничто не сможет убить его.

Хамид поднял клинок.

— Ничто, за исключением меча архангела.

— Целого меча, в руках ангела, — заспорила я. — Аларон будет слишком могущественным для любого, кто подойдёт достаточно близко, чтобы использовать это маленькое оружие.

Улыбка Эльдеорина была чуть ли не виноватой.

— А я и не говорил, что будет просто.

Хамид обвил рукой мою талию и ободряюще стиснул.

— Мы найдём способ.

Я прильнула к нему. Мы — воины. Так обычно мы и поступаем.

ГЛАВА 18

Я бросила куртку на изножье кровати, скинула ботинки.

— Ну, это было весело, — без какого-либо энтузиазма произнесла я.

Хамид не ответил. Он прошёлся через весь гостиничный номер и встал у окна. Он пристально всматривался в линию горизонта Майами. Последнее время он был отвлечённым и в плохом настроении, и сегодняшний день ни капли не помог. Все в нашей команде были в дурном расположении духа из-за пустой погони по ложному следу в течение трёх дней.

Уже прошло больше недели как мы столкнулись с Алароном во вракке, и чем дольше Аларон не попадался нам на глаза, тем выше становилось напряжение всех участников погони за ним. И прежде всего все наши мысли были о том, что он задумал и где будет его следующий удар.

Некоторые спекулировали доводами, что тело Кайя могло, наконец-то, слишком сильно износиться для хозяина демона и тот вернулся в своё измерение. Я очень хотела в это верить, но Хамид считал, что нам ещё предстоит встретить демона, и я доверяла его интуиции. Как и Совет. Они так сильно верили в Хамида, что решили оставить при нём ангельский клинок. Всё это время он носил при себе оружие, за исключением, когда мы были в нашей комнате.

Однако в данную минуту моей главной заботой был вовсе не Аларон. Единственное, что меня волновало, как снять стресс моей пары, который нёс бремя этого расследования на своих плечах. И хотя эти плечи были чересчур сильными, я была решительно настроена снять с них этот груз, пусть даже всего на несколько часов.

Стянув футболку, я кинула её на пол. Следом туда же отправились джинсы. Я осталась в комплекте «Виктории Сикрет», который надела сегодня утром, представив, что нас ждёт вечером.

— Я собираюсь принять душ. Не хочешь присоединиться ко мне?

Хамид повернул голову в мою сторону. Желание вспыхнуло в его глазах, как только он оценил синий кружевной бюстгальтер и трусики, которые практически не оставляли ничего для воображения. Он забыл об окне и зашагал ко мне. От напряжённости его взгляда у меня ускорился пульс.

Он обхватил руками моё лицо и посмотрел прямо в глаза с такой любовью и желанием, что у меня перехватило дыхание.

— Ты искусительница, пара моя.

«Только для тебя», — сказала я, и он завладел моим ртом в головокружительном поцелуе. Его руки блуждали по моему телу, пока мои ноги не ослабли, и я едва могла стоять.

Он понуждал меня отступать назад, пока я не легла на кровать. Он склонился надо мной и оставил обжигающий поцелуй на моём животе, едва полностью не затмив мой разум и наполнив меня потребностью в нём.

— Душ, — ахнула я.

Он скользнул пальцами под поясок моих трусиков.

— Позже.

* * *

Позже, гораздо позже, я лежала в кровати и сквозь сон слушала, как Хамид заказывает ужин в номер. Я могла бы воспользоваться этой короткой паузой между нашими любовными утехами и всё же сходить принять душ, но моё тело было обмякшим от неги. Я готова была просто лежать в кровати и позволить ему накормить меня. Может быть, если я мило попрошу, он даже помоет меня. Я лениво улыбнулась, потому что особо уговаривать его сделать это не придётся.

Как только он повесил трубку, зазвонил его сотовый. Я уже привыкла, что ему постоянно кто-то звонит, так что не придала этому значения, пока не услышала, как он произносит:

— К утру мы будем на месте.

Я села.

— Где?

— В Лос-Анджелесе. Рауль сказал, что в средней школе Фишера отмечена необычная активность.

— Что за активность?

Сбросив с себя одеяло, я встала с постели.

Взгляд Хамида скользнул по моему обнажённому телу. Он нажал кнопку вызова на телефоне.

— Приготовьте самолёт к вылету через час, — пауза. — Лос-Анджелес, — он закончил разговор и встретился со мной взглядом. — Давай быстро в душ, а я уведомлю остальных об отъезде.

Я достала сумку и начала искать в ней чистую одежду.

— А что за активность там заметили?

— Вахтёр увидел странный свет в одном из классов. Он забеспокоился и позвонил в командный центр. Рауль проверил, и ничего неординарного не обнаружил, но он хочет, чтобы наша группа всё же проинспектировала это место.

— Я не виню его, учитывая, что случилось там в прошлый раз, — я направилась в ванную комнату. — Буду готова через пять минут.

Я уже вытиралась, когда Хамид вошёл в ванную комнату и тоже отправился в душ. Я позабыла, что делала и уставилась на него, стоящего под струями воды. И в тысячный раз я подумала о том, как же мне повезло.

Он повернулся ко мне. На его лице играла понимающая ухмылка. И он демонстративно стал мыть переднюю часть своего тела.

«Продолжай в том же духе, здоровяк, и мы опоздаем на самолёт». Я покинула ванную комнату под звуки его глубокого смеха.

Через десять минут мы присоединились к остальной группе в фойе. У многих были затуманенные глаза от недостатка сна, но знакомое возбуждение охватило всех, пока мы ехали в аэропорт.

На борту самолёта я заняла своё обычное место в последнем ряду. Первый час полёта Хамид провёл в разговоре с остальными, но потом перешёл в хвост и сел рядом со мной.

— Я думал, ты уже спишь, — сказал он.

Я зевнула и положила голову ему на плечо.

— Я устала, но не могу перестать думать о том, что мы найдём в Лос-Анджелесе.

— Ты ничего не найдёшь, кроме кровати, если немного не отдохнёшь, — ненавязчиво намекнул он. Он отрегулировал наши кресла так, что мы почти лежали, и притянул меня к себе. Я попыталась поднять голову, но он не позволил мне.

— Спи.

— Даже не думай, что у тебя появится привычка командовать мной, — ворчливо произнесла я, заёрзав, устраиваясь поудобней.

Он ласково провёл по моей руке, лежавшей на его животе.

— Даже и не подумаю.

— И не хочу, чтобы со мной нянчились.

Я снова зевнула и закрыла глаза.

— Что если мне просто надо обнять свою пару?

Я сонно улыбнулась.

— Это будет исключением.

Когда Хамид нежно разбудил меня уже вставало солнце. Он сообщил мне, что мы скоро пойдём на посадку. Самолёт въехал в ангар и, сойдя с траппа, я с радостью увидела Рауля, стоявшего у одного из ожидавших нас внедорожников

— С возвращением, — тепло поприветствовал он меня и быстро обнял. Хамиду он пожал руку. — Спасибо, что прибыли так быстро.

— Есть какие-то новые подвижки? — поинтересовался Хамид.

Рауль открыл для меня заднюю дверь машины.

— Нет, но мы поставили людей у школы. К счастью, сейчас выходной, и нам не пришлось озадачиваться её закрытием.

Мы поехали прямиком к школе, и Рауль показал нам класс, в котором вахтёр заметил свет. Ведьмаки принялись сразу же работать, проводить обряды, чтобы обнаружить наличие иной магии. Совсем скоро они подтвердили следы магии Аларона в помещении. Что он делал тут, если не пытался открыть барьер?

Мы тащились следом за Ориасом, Циро и Бастианом, пока они ходили из класса в класс, тестируя магию. Войдя в спортзал, я остановилась и осмотрела место, где буквально за одну ночь произошли два меняющих жизнь события. Как минимум, изменившие мою жизнь. Именно тут я впервые увидела открытие барьера. И тут мы с Хамидом связались узами.

Насколько иначе пошли бы наши жизни, не схвати он меня той ночью? Вероятно, мы бы отправились каждый своим путём, даже не подозревая, что могли бы иметь. Я бы жила счастливой и интересной жизнью, поскольку не верила в иной другой образ жизни. Но глубоко в душе, я бы знала, что некая часть меня так и не найдена.

Я наблюдала за тем, как Хамид разговаривает с Раулем, и словно почувствовав мой взгляд на себе, он посмотрел на меня. Несколько месяцев назад единственным моим желанием было избавиться от этого мужчины. Сейчас же я не могла представить свою жизнь без него.

«Всё в порядке?» — спросил он.

Я улыбнулась.

«Тебе бы не знать, как сильно я люблю эту тему с магией».

Ведьмаки закончили со своими тестами в спортзале и уведомили нас, что не обнаружили следов заклинания, открывающего барьер.

— Мы бы хотели задержаться тут и попробовать понять какой была причина появления Аларона здесь, — сказал Ориас.

— Позвони мне, как закончите, — сказал ему Хамид. — Мы поедем в командный центр.

Рауль отвёз нас с Хамидом в центр, который я считала своим домом. Странно было вернуться, и сам дом теперь ощущался иначе. У меня ушло несколько минут, прежде чем я поняла, что изменилось. Я уже не была той девушкой, которая уезжала отсюда по работе.

Мы вошли в комнату управления как раз в тот момент, когда Мейсон выходил из оружейной. На его лице появилась широченная улыбка.

— Смотри-ка, кто наконец-то решил вернуться домой. И как раз вовремя.

— Вовремя для чего? — спросила я.

Он указал на большой монитор, висевший на стене, на котором отображалась интерактивная карта Лос-Анджелеса. Окрашенные точки указывали на наших воинов на заданиях. И этих точек было гораздо больше, чем бывало обычно в середине дня.

— Уже за сегодня мы имеем бесов-миногов, заразивших дом престарелых, атаку инкубов на торговый центр, а также два нападения вампиров в метро. Не знаю, что происходит, но демоны взбесились.

Мы с Хамидом обменялись взглядом. Прошлой ночью Аларон побывал в школе, и он мог всё ещё находиться в Лос-Анджелесе. Близкое присутствие архидемона вызвало проблемы в городе с такой большой популяцией демонов.

— Нам нужно связаться со всеми демонами-информаторами в этой зоне, — сказал Хамид Раулю.

Рауль кивнул.

— Я позвоню Келвану и Адель. Если кто и слышал что-то, так это они.

— А мы что будем делать? — поинтересовалась я у Хамида, поскольку знала, что он не будет сидеть без дела и ждать новостей.

Он задумался, и спустя несколько секунд я уже было подумала, что он собирается сказать мне остаться тут. Я уже приготовилась к спору, но он вытащил телефон и сказал:

— Посетим местный вракк. Попрошу Ориаса присоединиться к нам.

На огромной территории Лос-Анджелеса находилось три вракка, и большая часть дня у нас ушла на их посещение. Мы увидели множество перепуганных демонов, шепчущихся об архидемоне, который, вероятно, находился в городе. Миролюбивые демоны, такие как врилы, моксы и кельяры боялись за свои семьи, а некоторые даже планировали покинуть город.

Город слегка стих к началу вечера, и мы стали гадать, не покинул ли его Аларон. У меня были смешанные чувства на этот счёт. Как бы сильно я не хотела видеть его снова, я хотела чтобы всё это уже закончилось, и это должно было случиться в считанные дни: либо мы убьём его, либо его время подойдёт к концу и он вернётся по другую сторону барьера.

Мы с Хамидом отужинали в командном центре с Раулем, Броком и Мейсоном, а Ориас отправился перекусить со своей группой. Здорово было снова поболтать со своими друзьями и наверстать упущенное, невзирая на массу подшучиваний от Мейсона и Брока, когда они узнали, что мы с Хамидом пара. Они, веселясь, напомнили нам, как сильно мы с ним бодались поначалу.

— Думаю, мы, в самом деле, перепугались за твою жизнь, когда ты предложил перевести её на дневное патрулирование, — сказал Брок Хамиду. — Ты куда храбрее меня.

Хамид мрачно кивнул.

— В тот день, когда она пригрозила кастрировать меня, моё уважение к ней возросло в разы.

Все рассмеялись, и я подмигнула ему.

«Я рада, что мне не пришлось это делать. Это же одна из самых моих любимых частей твоего тела».

Через несколько минут наш ужин был прерван Калебом, который работал в комнате управления.

— Полиция получает звонки со всего города о странных наблюдениях и нападениях вампиров, — выпалил Калеб Раулю, который уже вставал из-за стола. — Наши команды реагируют, но инцидентов слишком много, чтобы мы смогли отреагировать на все.

— Что за наблюдения? — спросил Хамид, как только мы встали.

— Судя по звонкам, которые мы перехватили, как минимум, один дрекс-демон, несколько ранк-демонов и широк-демон, — ответил Калеб. — Ничего такого, что мы не видели раньше, но для одного вечера их слишком много.

— Вызывай всех, кто сегодня не работает, — приказал Рауль Калебу.

Мы поспешили в комнату управления.

Хамид вызвал группу Совета, которая решила разместиться в отеле, а не в командном центре с нами. Он завершил звонок и позвонил уже напрямую в Совет, чтобы сообщить о ситуации. Я оставила его заниматься своими делами и пошла к Раулю узнать чем могла помочь.

— Помоги Калебу отслеживать звонки, — спешно попросил он. Я нахмурилась, и он улыбнулся. — Только пока мы не организуемся. Мы все сегодня глотнём движухи, если так и дальше продолжится.

Хамид нашёл меня чуть позднее. Он присел на корточки рядом с моим стулом. Его губы были плотно сжаты в мрачную линию.

— Если я попрошу тебя остаться тут, ты останешься?

— Ты спрашиваешь как старший воин по опыту или как моя пара?

Я чувствовала исходившие от него беспокойство и волнение, и поняла, что он испытывает потребность защитить меня, но этим он не сможет удержать меня от исполнения моей работы. Мы уже детально всё это обсудили с ним, и он пообещал мне, что никогда не будет удерживать меня.

— И то, и другое, — честно ответил он. — Это дом защищен чарами фейри, и поэтому это самое безопасное место в городе.

Я резко развернулась на стуле и села к нему лицом.

— А ты попросил Мейсона и других юных воинов остаться тут?

Хамид не бросился мигом отвечать, и это прекрасно говорило о том, что я хотела знать. Я пододвинула стул ближе к нему и положила руку ему на сердце.

— Защищать людей — моя обязанность, и прямо сейчас они нуждаются во мне. Пожалуйста, не проси меня проигнорировать эту ситуацию и спрятаться, пока ты и все остальные подвергаете себя опасности. Сомневаюсь, что я смогу это вынести.

Он тягостно вздохнул, и я увидела в его глазах внутреннюю борьбу. Он поднял руку и накрыл ею мою ладонь.

— Пообещай мне, что будешь следовать моим приказам. И если ситуация станет критической, ты вернёшься сюда по моему первому же слову.

— Обещаю.

К нам подошёл Рауль.

— В городе двадцать восемь воинов, плюс вы двое и группа Совета. Помощь Ориаса и других двух ведьмаков будет крайне уместна, но я всё же запросил подмогу из Сан-Диего, Лас-Вегаса и Сан-Франциско. Многие из них доберутся до нас только через несколько часов, так что, наверное, нас ждёт тяжёлая ночь.

Хамид встал.

— Будет лучше, если мы с тобой будем руководить разными группами. Я возьму Джоржан, Шарлотту и Марию, и попрошу Ориаса к нам присоединиться.

— Я возьму Калеба и Брока с собой, — сказал Рауль. — Мейсон останется тут, будет работать в комнате управления.

Я подняла глаза на Мейсона и обнаружила, что он стоит рядом с Броком, и отнюдь не счастлив.

Рауль проследил за моим взглядом.

— Кто-то должен остаться тут и мониторить ситуацию, а он самый молодой.

Я отвела глаза, не желая встречаться с взглядом Мейсона и видеть его разочарование. Я знала, что он чувствовал, потому что сама бы испытывала эти же чувства, если бы мне приказали остаться в стороне. Мы были воинами, и мы этим жили. Находиться вне событий было сродни атлету, который поехал на Олимпиаду и был вынужден отсидеться на скамье запасных и наблюдать, как кто-то другой участвует в соревновании.

Мы с Хамидом вооружились до зубов, пока ждали прибытия остальных. Я уже пристёгивала меч, который он подарил мне, когда явился Ориас с остальными членами группы. Хамид быстро ввёл их в курс дела, и потом мы направились к одному из внедорожников.

Мы едва ли провели в пути пять минут, как по связи раздался голос Мейсона. Он спрашивал есть ли кто поблизости к пирсу Санта-Моники. Нечто напало на людей на пляже. Все остальные были уже задействованы в других точках, поэтому Хамид сказал ему, что мы направляемся туда.

Пирс кишел зеваками, пытающимися увидеть, что происходило внизу, и офицерами полиции, которые старались удержать людей вдали от пляжа. Мы припарковались за полицейской машиной, и Хамид отправился переговорить с ближайшим к нам офицером. Офицер не шёл ни на какие уговоры, пока Хамид не передал ему трубку телефона. Офицер поговорил с кем-то на другом конце и быстро кивнул.

Мне даже не пришлось спрашивать Хамида что всё это было. Официальные власти, включая начальников полиции, знали о нас, и чем мы занимались. Но рядовые офицеры полиции не были посвящены в это. Хамид, вероятней всего, позвонил какому-то начальнику полиции, и тот уже уведомил офицера, что нам позволено спуститься к месту происшествия.

Хамид вернулся к нам.

— Свидетели сказали, что нечто вышло из воды и схватило девушку. Парень попытался спасти её, и что бы это ни было, оно утащило их обоих под пирс. Офицер, появившийся первым на месте, отправился под пирс, но так и не вернулся.

— Описание? — спросила Шарлотта, поправляя ножи на своих ремнях.

— Слишком темно, чтобы кто-то что-то смог чётко рассмотреть, но люди говорят, что они чувствовали запах аммиака и слышали клацающий звук.

Мария нахмурилась.

— Гарган? Невозможно.

Гарган был водным демоном, который жил близ экватора. Внешне похожие на гигантского чёрного лобстера, они питались в основном рыбой и другими морскими созданиями. Во время охоты они выделяли чёрный, маслянистый яд, который парализовал жертву. Яд очень сильно пахнет аммиаком, и в процессе питания этот демон издает клацающий звук. Было несколько зарегистрированных нападений на людей, обычно на рыбаков, но гарганы редко выходили на сушу. И они отдавали большее предпочтение тёплым водам, нежели северным течениям Тихого океана.

— Столь же невозможно, как и архидемон, пытающийся открыть барьер? — сухо поинтересовался Ориас.

Я не стала с ним спорить по этому поводу, но довод был не без оснований. За последние два месяца мы достаточно увидели, чтобы знать, что нет ничего невозможного.

Хамид изучил чернильную черноту под пирсом, а потом посмотрел на Ориаса.

— Мы справимся с этим. Ты можешь создать гламур и скрыть нас? Нам надо скрыть от любопытных глаз эту тварь насколько это возможно.

Ориас кивнул.

— Я могу предложить кое-что получше. У меня есть заклинание, которое заставить людей забыть, что они видели тут. Оно не исправит ничего из того, что уже было записано или загружено на их телефоны, но как ты сам сказал, сейчас темно и разглядеть что-либо сложно.

— Спасибо, — Хамид повернулся к нам. — Я пойду первым и посмотрю с чем мы имеем дело. Если это гарган, я смогу позаботиться о нём. Если мне потребуется прикрытие, Шарлотта и Мария в деле.

— О, что насчёт меня? — спросила я, почувствовав укол разочарования.

— В этой ситуации ты постоишь в стороне, — безапелляционно ответил он. — Ты пока ещё не достаточно сильна, чтобы связываться с гарганом.

Я открыла рот, желая высказать ему всё, что думаю об его суждении насчёт моих способностей.

Но он заговорил раньше, чем я успела хоть слово сказать:

— Ты обещала следовать моим приказам.

— Хорошо.

Я раздражённо выдохнула. Какого хрена я поддалась и пообещала ему это?

Он улыбнулся и отвернулся, его голос наполнил мой разум.

«Будут ещё другие схватки».

«Знаю. Будь осторожен».

Я наблюдала, как он забежал под пирс и быстро прошёлся вдоль края к воде. У меня перехватывало дыхание всякий раз, когда он появлялся между опорами и снова исчезал из виду.

Долгую мучительную минуту я ничего не слышала, кроме шума прибоя и звуков на пирсе, не помог мне даже слух моего демона. Я хотела спросить, что там у него происходит, но боялась отвлечь его.

И когда я уже подумала, что не вынесу больше и не смогу тут стоять, одновременно Шарлотта с Марией бросились вперёд. Они исчезли раньше, чем я успела спросить, всё ли в порядке с Хамидом.

Как только две женщины-воины исчезли под пирсом, до меня донеслись отдаленные звуки борьбы. Я подошла на десять метров поближе, пытаясь услышать, что там происходит, стоя на безопасном расстоянии.

Я была так сосредоточена на попытке увидеть, что же происходило под пирсом, что не заметила тёмную фигуру, вышедшую из воды, пока она не начала стремительно ползти по песку в мою сторону.

Сначала я подумала, что создание слишком маленькое, чтобы быть гарганом, потому что они были более трёх метров в длину. Но когда существо стало приближаться, я усмотрела формы, похожие на лобстера, и большие клешни с когтями, которые могли запросто расколоть человека надвое. Судя по размеру, это был молодой гарган. Я надеялась, что он будет гораздо слабее взрослого, потому как была единственной, кто стоял между ним и сотней людей на пирсе.

Подняв меч, я побежала наперерез демону. Он бросился на меня, как только я оказалась в нескольких метрах от него, но я уклонилась от его щёлкающих клешней. Может он и был быстрым в воде, но на суше преимущество было у меня.

Держась вне зоны его досягаемости, я обежала гаргана и нацелилась на его шесть лап с левой стороны. Лезвие меча с лёгкостью прошло сквозь мягкий панцирь, и демон споткнулся, потеряв первые две лапы. Он не издал ни единого звука, выпрямился и снова метнулся ко мне.

Один из длинных усиков гаргана согнулся в мою сторону, и жгучий запах аммиака ударил в нос. Я бросилась в сторону, когда яд брызнул в мою сторону.

Я ударилась о песок и, перекатившись, вскочила на ноги, кровь кипела. Мой меч со свистом разрезал воздух и снёс оставшиеся четыре лапы гаргана с левой стороны.

— Только попробуй ещё раз прыснуть в меня этой дрянью, — вымучила я, когда демон упал и стал корчиться на боку, обнажив своё нежное брюхо.

«Джордан, — сквозь узы раздался голос Хамида. — Там было три гаргана, но мы уничтожили их. Мы скоро вернёмся».

«Что уж мелочиться, считай четыре», — ответила я, отсекая два усика, чтобы тварь больше не попыталась прыснуть в меня ядом.

«Четыре?» — переспросил он.

Я не ответила. Я была слишком занята вспарыванием демона, лежавшего у моих ног.

Я почувствовала приближение Хамида ещё до того, как гарган испустил свой последний вздох. Хамид так неожиданно возник передо мной, что песок осыпал мои ноги. Он сжал губы в тонкую линию, поочередно осматривая меня и мёртвого демона.

Я оценила его внешний вид, заметив разорванную штанину его джинсов и чёрную кровь на одежде. Я вышла в куда более приличном виде из своей хватки.

— Я приказал тебе держаться в стороне, — гневно выпалил он.

Я упёрла руки в бока.

— А я и стояла в стороне. Но что я должна была делать, когда эта тварь вышла из воды? Вы были слегка заняты.

Он перевёл взгляд на океан и прерывисто вздохнул.

— Ты права. Ты поступила, как поступил бы каждый воин.

Я всматривалась в его красивый профиль.

— И?

Рядом с ним появилась Шарлотта и посмотрела на гаргана.

— Отличная работа, Джордан!

— Спасибо, Шарлотта, — излишне подчёркнуто ответила я.

Я направилась обратно, но Хамид остановил меня, схватив за запястье. Я оглянулась и увидела в его глазах гордость.

— Ты действительно отлично справилась. Не многие воины могут сказать, что они убили гаргана, даже молодого.

Мою грудь затопило теплом, потому что Хамид не бросался похвалой просто так. Как для воина, его одобрение очень многое значило для меня.

Я улыбнулась.

— Спасибо. Похоже, много чего нового у меня в последнее время.

Наш мимолётный личный момент прервала Мария.

— Как мы утилизируем четырёх гарганов, когда все воины задействованы по всему городу? А ещё под пирсом три наполовину обглоданных человеческих трупа.

Хамид отпустил мою руку, и снова переключился в деловой режим.

— Мы перенесём этого под пирс, к остальным, и я попрошу Ориаса наложить гламур на них, пока мы не сможем утилизировать их.

— А люди? — спросила я.

— Я уведомлю соответствующие власти о том где они, и те уже сами придумают историю для СМИ, — сказал он. Судя по его тону, он уже так ранее поступал.

Пока Хамид оттаскивал мёртвого демона к остальным, мы с Шарлоттой и Марией обследовали пляж с другой стороны пирса, чтобы убедиться, что поблизости не было никакого очередного гаргана. Мы ничего не нашли, но это не означало, что не может появиться ещё больше демонов. Кто знает, что ещё сегодня ночью проявит себя?

Ориас провёл поразительную работу, наложив заклинание на зевак. Они не только забыли свидетелем чего стали, все они вдруг испытали сильную потребность разойтись по домам. Это сильно облегчило нашу работу.

После того как Ориас скрыл тела под мощным гламуром, мы загрузились во внедорожник, и уведомили Мейсона, что ситуация на пирсе «разрулена». Он прозвучал утомлённым, когда сообщил о нарастающем насилии по всему городу.

— Я не успеваю за звонками, — раздражённо пожаловался он. — Город будто под осадой.

— Делай всё возможное, — спокойно ответил ему Хамид. — Что у тебя есть для нас?

Мейсон перечислил с полдюжины случаев, и мы направились к ближайшему. В Дуглас Парк. Спасти пару средних лет, которые гуляли там с собакой, мы не успели, слишком поздно приехали. Но мы убили двух вампиров, которые напали на них. И снова Ориас использовал гламур, чтобы скрыть тела вампиров, а Хамид сообщил органам власти о двух телах в парке.

И число тел только нарастало в течение ночных часов. Наша группа убила одиннадцать вампиров в туннелях метро, плюс ещё восемь в других точках города. Мы вырезали инкуба, ранк-демонов, гулаков и двух бесов-миногов.

— Такое чувство, что демоны больше не бояться, что люди узнают об их существовании, — сказала я после того, как Ориас заговорил семью забыть о двух гулаках, которые пытались вытащить девочку-подростка прямо из её дома.

— Мы заметили, что только определённые демоны… агрессивные… реагируют на присутствие более сильного демона, — сказала Мария. — Архидемон однозначно спустил все триггеры их агрессивных наклонностей.

Я забралась во внедорожник.

— Почему мы не видели такого в других городах, где побывал Аларон?

— Он мог закрыть себя от обнаружения, — сказала Шарлотта, сев рядом со мной. — Думаю, он специально привёл в ярость всех этих демонов здесь.

Думаю, она была права. Вопрос: зачем? Явной причиной было его желание задействовать нас всех, чтобы мы не стояли у него на пути. Должно быть, он запланировал нечто грандиозное, и эта перспектива пугала меня больше, чем любой демон, с которым мы сегодня столкнулись.

В течение ночи Мейсон держал нас в курсе дел других групп, и я напрягалась всякий раз, когда он упоминал, что кто-то пострадал. Тягостная тишина повисла над нашей группой, когда мы узнали, что воин из группы Джона был убит вампирами.

Часом позже мы потеряли воина из группы Сан-Диего. Мейсон не знал подробностей, но от этого нам легче не стало. После этих новостей, Хамид не отходил от меня ни на шаг, и я была удивлена, что он не приказал мне вернуться в командный центр. Я устала и чувствовала себя замаранной, но хотела быть с ним. Я с ума сойду, не зная, где он или пред лицом какой опасности стоит.

Уже перевалило за четыре утра, когда наша группа отреагировала на ложную тревогу близ Национального леса Сан-Бернардино. Мы возвращались обратно к дороге, где был припаркован наш внедорожник, когда Мейсон сообщил нам, что количество звонков стало падать. Я была раздражена, что нам впустую пришлось проделать весь этот путь, но испытала облегчение, что мы наконец-то смогли увидеть конец этой безумной ночи.

— Не могу дождаться как приму душ, — мечтательно сказала я, когда Хамид заявил, что мы возвращаемся в командный центр. — А потом до обеда проваляюсь в постели.

— Тебе надо выспаться, потому что следующие несколько дней мы будем заниматься зачисткой после сегодняшней ночи, — раздался голос Шарлотты позади нас.

Я застонала в душе от предстоящей работы, отнюдь не самой приятной. У меня не возникало никаких проблем с убийствами, но я ненавидела заниматься зачисткой.

А потом меня накрыло ещё более ужасающим осознанием. По каждой работе, что мы выполнили сегодня ночью, нам придётся написать детализированный отчёт. От мысли о том, что мне придётся провести несколько часов в работе над отчётами, у меня дрогнул шаг.

Хамид тут же протянул руку и поддержал меня.

— Ты в порядке?

— Всё отлично. А будет ещё лучше, когда ты скажешь мне, что мне не придётся писать все эти отчёты по сегодняшней ночи.

Все, кроме Ориаса, рассмеялись. Он был слишком занят, идя впереди нас, что-то бормоча себе под нос. Неважно как много времени я провела с ведьмаками, я всё также время от времени считала их поведение крайне странным.

Ориас резко остановился и поднял руки, призывая нас тоже остановиться. Все замерли. И тогда-то я заметила, как тихо было в лесу.

Мою кожу стало покалывать, и через несколько секунд я распознала это ощущение. Магия.

Ведьмак прокричал что-то на языке навахо. Сначала ничего не произошло. Но потом темнота вокруг начала рассеиваться, и лиловое мерцание наполнило воздух. Вдали, как мне показалось, я увидела неясные формы, двигающиеся сквозь лесную чащу, но я не могла сосредоточиться на них.

«Ты видишь это?» — спросила я Хамида.

«Да, — он придвинулся ближе ко мне, и я ощутила исходившее от него напряжение. — Что бы ни случилось, не отходи от меня, если только я сам тебе не скажу — беги».

«Что за существа?»

«Явно не люди», — был его не особо успокаивающий ответ.

Ориас вскинул руки и начал так быстро скандировать, что слова стали звучать как тарабарщина. Лиловый свет сменился и стал ярко-зелёным, становясь всё ярче и ярче, пока я не смогла разглядеть формы чуть лучше. Силуэты были как у людей. Они сформировали широкое кольцо вокруг нас.

Мой сердечный ритм подскочил, а костяшки пальцев на эфесе меча побелели. «Это ловушка».

Голос Хамида в моём сознании был спокойным.

«Они прятались за гламуром».

«Что Ориас делает?»

«Думаю, он пытается возвести вокруг нас щит».

Мои мысли лихорадочно неслись от оценки вероятностей, которые нас поджидали. После всего того, что мы сегодня видели, исход мог быть любой.

Нервная дрожь от неминуемой битвы прокатилась по мне, принеся с собой приличную дозу страха, как только я вспомнила двух воинов, которых мы сегодня потеряли. Их смерти были ярким напоминаем, что никто из нас не был непобедимым, даже большой воин рядом со мной.

В лесу было жутко тихо, за исключением монотонного скандирования Ориаса. Шарлотта с Марией настолько неподвижно стояли позади нас, что я стала гадать, а здесь ли они вообще. Я не смела повернуть голову и посмотреть на них, боясь отвести глаза от безликих существ, стоявших вне круга света.

Ориас резко дёрнулся, словно его подстрелили, и зеленый свет потускнел. Я втянула воздух, когда увидела, что несколько фигур шагнуло в нашу сторону. Вот и началось.

Ведьмак выпрямился и продолжил своё пение. Свет снова ярко вспыхнул.

Я выдохнула.

Одной рукой он указал следовать за ним, и мы начали медленный путь к дороге, которая была не более чем в тридцати метрах от нас. Сквозь деревья я уже видела блики лунного света, отражавшиеся от внедорожника. Если он сможет продержать свой щит чуть-чуть подольше, возможно мы выйдем из этой переделки живыми.

Не успела эта мысль возникнуть у меня в голове, как гламур, затемнявший окруживших нас существ, испарился. Моё сердце ушло в пятки, стоило мне увидеть, что ждало нас снаружи.

Вампиры. Десятки вампиров, может даже пятьдесят. У нас нет шансов одолеть их всех, если только все они не окажутся новорождёнными.

И они знали это. Озлобленные улыбки засияли на их лицах. Они обнажили свои длинные клыки. Несколько дерзких шагнули в нашем направлении и зашипели от боли, столкнувшись со щитом Ориаса. Я никогда не была так счастлива иметь ведьмака на нашей стороне.

Хамид скользнул свободной рукой внутрь куртки.

«Хамид, нет, — торопливо сказала я. — Ты не можешь».

Он не должен был использовать клинок ангела на ком-либо, кроме Аларона. Это было нашим единственным оружием против него, и мы не могли раньше времени раскрывать свои карты. Но я также знала, что он пойдёт на всё ради моей защиты.

Его рука замерла, и волна первобытной ярости и страха хлынула по нашей связи. «Я не позволю тебе умереть».

Где-то за спинами вампиров ярко вспыхнул свет. Ориас ахнул и рухнул на колени.

— Это он, — с трудом вымолвил он, словно боролся за каждый вздох. — Слишком… сильный.

В мгновение ока меня окружили вампиры. Я слышала голос Хамида в моей голове, зовущий меня по имени. Я бросилась в бой. Я ранила нескольких вампиров, прежде чем меня скрутили, и мой меч был выдернут из хватки.

«Джордан», — заорал Хамид в моём сознании, его голос был полон бессилия и ярости.

«Я тут».

Я забилась, пытаясь вырваться из хватки моего пленителя. Мне надо было увидеть Хамида.

«Где ты?»

«На земле. На меня наложили какое-то заклинание. Я не могу двигаться».

Я опустила глаза и заметила его ноги в массе чужих ног.

«Я вижу тебя».

Облегчение от понимания, что он был рядом, сошло на нет, когда вокруг меня завилась магия. Она сковала меня с головы до кончиков пальцев ног. Я испугалась, что она задушит меня. Я не могла двигаться, и я попыталась не поддаваться панике, когда моим лёгким стало не хватать воздуха.

«Я не могу дышать».

«Знаю, — спокойно ответил он, прозвучав слабее, чем всего минуту назад. — Ты скоро потеряешь сознание, но твой Мори поддержит жизнь в тебе».

«А как же ты?»

«Я буду с тобой».

Мужчина-вампир, державший меня, прижался носом к моему горлу и глубоко вздохнул.

— Мммм, молодой Мохири.

— Она не для тебя, — прорычала женщина-вампир.

Их голоса всё больше и больше отдалялись по мере того, как темнота поглощала моё зрение.

«Хамид?» — отчаянно позвала я, но ответа не последовало.

«Я люблю тебя», — произнесла я прямо перед тем, как мой мир погрузился в темноту.

ГЛАВА 19

Острая боль в боку вырвала меня из забытья. Проглотив стон, я заставила свои тяжёлые веки подняться. Мне пришлось моргнуть несколько раз, чтобы окружавшая меня обстановка пришла в фокус, и я тут же об этом пожалела, увидев стоявшего надо мной вампира. Он занёс ногу, чтобы снова ударить меня.

— Давно пора проснуться, — угрюмо сказал он, выглядя разочарованным, что лишился возможности снова ударить меня.

Я промолчала, избавляясь от следов неразберихи в моей голове и оценивая ситуацию. В шести метрах надо мной был потолок из неровного камня, а это значит, мы были в некого рода пещере. Ломота в теле от холода подсказала, что я лежала на полу пещеры, и когда я задвигала ногами, лязг тяжёлой цепи дал понять, что далеко мне не уйти. Щиколотку левой ноги опоясывали кандалы, а цепь была прибита к полу толстым болтом. Ботинки исчезли, как и моя куртка.

Я мотнула голову влево, а потом вправо, и выдохнула, увидев Хамида, лежавшего на боку, ко мне спиной.

— Хамид? — позвала я его.

Он не ответил. Перекатившись, я встала на колени и поползла к нему.

— Сидеть на месте, — рявкнул вампир.

Я проигнорировала его и продолжила ползти. Благодаря связи я знала, что Хамид был жив, но это не означало, что не был серьёзно ранен.

В лодыжке вспыхнула боль и поднялась к икре. Вампир жёстко рванул цепь, и кандалы впились в мою ногу.

Я рухнула на избитый бок и зарычала на него.

— Тронешь меня ещё раз, и я с корнем вырву твои яйца и запихну их глубоко в твою грёбанную глотку.

Глубокий, скрипучий смех эхом отразился от стен пещеры, и вампир спешно отступил. От этого звука у меня всё ёкнуло внутри, и мне не нужно было смотреть, чтобы знать, кому принадлежал этот смех.

— А она огонь, — рокочущий голос Аларона сквозил весельем. — Жаль, что она мне не пригодится после того, как я закончу с ней.

Проглотив свой страх, я села и впервые по-настоящему огляделась по сторонам. Пещера была большой — примерно тринадцать метров в диаметре — и освещалась факелами. Сквозь широкий вход я едва могла разглядеть тёмный скалистый пейзаж, но зато отчётливо видела океан звёзд в ночном небе.

Мой ум яростно старался понять, где мы находились. Однозначно не Лос-Анджелес. Я задрожала, мой Мори тут же послал по мне волну тепла. Судя по температуре и тому, что мы находились в пещере, я предположила, что мы были где-то в пустыне.

Я заставила себя посмотреть на архидемона, который стоял в центре пещеры. Его лицо было ужасающим. Плоть гнила и разрывалась на его лбу и скулах, а на подбородке кожи вообще уже не было, и я без проблем видела кость и разлагающиеся мышцы лица. В уголке его глаза нечто двигалось, и меня едва не стошнило, когда я поняла, что это опарыши.

Рот Аларона скривился в неком подобии улыбки.

— Не самый лучший мой вид, знаю. Эти человеческие тела такие хрупкие, — он обвёл рукой тело, спрятанное под его мантией. — Миллионы лет эволюции, и это всё к чему они смогли прийти.

Я не ответила, понимая, что моего участия в разговоре не требуется. Единственным моим желанием было, чтобы он переключил своё внимание на что-то другое, чтобы я смогла добраться до Хамида.

К Аларону подошла вампирша, принеся с собой деревянную корзину. Он взял у неё корзину, и содержимое заплескалось. Мои ноздри расширились от медного запаха свежей человечьей крови, и у меня скрутило живот.

Аларон преклонил колено и запустил пальцы в кровь. Он начал рисовать символы на полу, словно меня тут не было.

Я бросила на стоящего рядом со мной вампира взгляд, пообещав ему мучительную смерть, а потом поползла к своей паре. «Хамид?» — позвала я, но ответа не получила.

Его глаза были закрыты, но дыхание было глубоким и ровным. Я нежно перекатила его на спину и проверила на наличие ран. Ничего не найдя, я села и положила его голову на колени, одновременно пытаясь понять как нам выбраться отсюда живыми.

Я изучила тяжёлую цепь на своей щиколотке. Первой мыслью было, что Хамид сможет разжать звенья, когда придёт в себя, но затем я почувствовала нечто, что не смогла ощутить ранее, отвлекшись на другое. По ноге скользил слабый, неприятный зуд, который говорил только об одном — магия. Аларон не пошёл бы на всё это, чтобы дать нам запросто сбежать.

Я никогда не сдамся, пока есть хоть капля надежды, но я должна была признать, что наша ситуация казалась патовой. Я насчитала десять вампиров в пещере вместе с нами, и я подозревала, что снаружи тоже были вампиры. Мы с Хамидом были в кандалах, без оружия, а его куртка исчезла. А это означало, что исчез и ангельский клинок — единственное оружие, которое могло спасти нас. И с нами не было ведьмака, помочь нам на этот раз. Я не видела никаких признаков Ориаса, Шарлотты или Марии, и мне не хотелось думать о том, что, скорее всего, с ними случилось.

Я снова перевела взгляд на Аларона, который тщательно выводил символы в явном прослеживаемом внутреннем круге призыва. Я не знала, сколько времени уходило на подготовку места призыва, но нутро подсказывало мне, что мне не хотелось присутствовать здесь, как только оно будет полностью готово. Меня терзало жуткое предчувствие, что нас с Хамидом притащили сюда не как зрителей.

«Джордан?»

«Я тут». Я опустила взгляд на Хамида. Его веки затрепетали и медленно открылись. Он посмотрел на меня, и его голубые глаза были самым красивым, что я когда-либо созерцала. Он открыл было рот, чтобы заговорить, но я приложила палец к губам, останавливая его. «Мы не одни».

Он посмотрел мимо меня и уставился в потолок пещеры. «Где мы?»

«Не знаю. Думаю, где-то в Мохаве».

«Остальные?»

Я плотно сжала губы. «Я никого не видела».

Сквозь нашу связь ко мне пришла волна увещевания. «Ладно. Давай сосредоточимся на текущей ситуации. Расскажи мне всё что знаешь».

Я рассказала ему об Алароне, вампирах и магии, которую источали наши кандалы. Поделиться с ним всем этим стало огромным для меня облегчением. Он бывал в куда более трудных ситуациях, и если кто и сможет понять, как нам выбраться отсюда, так это он.

«Я не могу ничего сделать, лёжа». Он сел, прислонился к стене пещеры и взял меня за руку.

Аларон оторвал взгляд от своего художества.

— Ах, проснулся. Я ждал, когда же ты присоединишься к нам.

— Может тебе просто не стоило вырубать нас, — ответил Хамид без толики страха в голосе. — Зачем мы тут?

— Прямо к делу. Мне нравится такой подход, — демон изучил свою работу, а потом посмотрел на вампиров, которые тихо наблюдали за ним. — Оставьте нас.

Он подождал, пока последний вампир не покинул пещеру, и только потом заговорил снова:

— Вахмиры полезные солдаты, но они стали чересчур заносчивыми с тех пор как явились сюда. Я это исправлю, как только вернусь в своё тело.

«Если ты вернёшься», — хотелось мне сказать, но я сомневалась, что будет мудро злить архидемона в непосредственной близости.

Запустив пальцы в корзину с кровью, он продолжил рисовать.

— Вы двое доказали, что являетесь… Как вы это называете? Занозой в заднице. Всегда появляетесь и прерываете мою работу. Я многие часы фантазировал о том, что сделаю с вами, когда поймаю.

Я попыталась заблокировать мысли о том ужасе, что архидемон может сотворить с телом. Моё тело сдастся, а тело Хамида было сильным. Он может вынести несколько дней, а может и недель, пыток, прежде чем Аларону наскучит.

— Словами не передать насколько я был раздражён, когда вы нашли ту ферму и испортили идеальное логово, — произнёс Аларон, не отвлекаясь от работы. — А потом вы выстояли в заклинании, которое должно было превратить вас в пепел. Это ввергло меня в небольшой приступ ярости. Сначала я винил ведьмаков. Я думал, они защищали вас от меня. И только в нашу последнюю встречу я начал понимать, что к чему.

Он встал и вытер окровавленные пальцы о свою мантию. Его чёрные глаза оценили нас, но было сложно понять его настрой по столь прогнившему лицу.

— Вы были в школе, когда я открыл барьер. Я бы закончил начатое, если бы вы и ведьмак не вмешались. Он оказался более могущественный, чем я ожидал, но моя магия вскоре превзойдёт его. Или я так думал.

В его глазах запылал гнев.

— Я был так близок в ту ночь. Я наконец-то подобрал верное заклинание и почувствовал своё тело по другую сторону. Оно ждало моего прихода. А потом случилось нечто, что нарушило баланс сил, отняв их у меня. Казалось, заклинание больше не было моим.

Он начал вышагивать, с каждым шагом он становился более взбудораженным.

— После этого ни одно моё заклинание для открытия барьера не работало. Я мог создать небольшую дыру, но размер мне не подходил. И пока шло время, становилось всё сложнее разорвать барьер. Я не мог понять, почему мои заклинания не срабатывали. Ничего не работало.

— А потом во вракке появились вы, и снова моё заклинание не повлияло на вас. Более того сложилось впечатление, что вы были ограждены от моей магии. И только позже в тот же день, всё обрело смысл.

Я крепче сжала руку Хамида. Он ласково провёл большим пальцем по моей ладони.

— Не понимаю, почему я раньше этого не понял. Единственной причиной, по которой мои заклинания не работали против вас, было то, что вы уже были защищены моей собственной магией. Но я бы никогда сам не наложил на вас защитное заклинание.

Аларон перестал вышагивать и посмотрел на нас с триумфальным блеском в глазах.

— Мне пришлось поломать голову над проведением параллелей к первому дню, когда я увидел вас в школе. Вы оба упали и оказались между ведьмаком и мной, и попали под наши заклинания. Каким-то образом вы повлияли на заклинание, и оно изменилось, создав защиту вокруг вас. Не знаю, как у вас это получилось, но это неважно. Самое главное, теперь я знаю, что мне надо сделать, чтобы открыть барьер.

Я не могла сдержаться, мне надо было спросить:

— Что?

Архидемон решил улыбнуться, и его левое ухо отвалилось. Он даже не придал этому значение, отвечая мне:

— Я создал новое заклинание, чтобы обнулить изначальное, которое было задействовано в школе, и открыть барьер. И вы станете свидетелями величайшего момента в истории этого мира.

— Хочешь сказать, разрушению этого мира, — холодно ответил Хамид. — Как только барьер рухнет, от этого места ничего не останется.

Аларон покачал головой.

— Я не собираюсь разрушать барьер. Этот мир привлекает своей жизнью, и я не планирую делиться им с кем-то ещё. Как только я верну своё тело, я буду править этим миром, а люди будут моими рабами и моей пищей.

Я сглотнула подступившую к горлу желчь.

— В прошлом ангелы уничтожили демонов, когда те угрожали этому миру. С чего вдруг ты решил, что они не придут за тобой?

— Ангелы, — сплюнул Аларон, словно само слово имело дурной привкус на его языке. — Ты видела, как люди поступают друг с другом? С чего ангелам желать спасать таких как они? Вероятно, они даже поблагодарят меня за то, что избавил их от проблем.

Моё сердце налилось свинцом от мысли о потерянном ангельском клинке. Наши шансы добраться до тела Аларона достаточно близко с клинком были и так мизерными, но, по крайней мере, был хоть какой-то шанс. Клинок давал нам надежды, что мы сможем одолеть его.

— И ты притащил нас сюда просто, чтобы мы понаблюдали? — резко спросила я. — Прости, что не ликую.

Демон рассмеялся, и от этого звука моя кожа покрылась мурашками.

— Не совсем. Новое заклинание не работает без участия оригинального заклинания, и вот тут на сцену выходите вы, — он указал на Хамида. — Точнее, выходит он.

Моё сердце начало болезненно колотиться.

— Что ты имеешь в виду?

— Заклинание требует живой крови. Ты слишком слаба, ты не продержишься достаточно долго, чтобы заклинание завершилось, так что я использую его вместо тебя.

— Нет, — заорала я.

Я попыталась встать, но Хамид обхватил рукой мою талию и удержал меня.

«Остановись», — нежно приказал он. «Ты пока ничего сделать не можешь, только разозлишь его».

— Не переживай, — с наигранной добротой произнёс Аларон. — Ты тоже внесёшь свою лепту, — он высунул свой почерневший язык и облизнул зубы. — Моё тело будет голодным после воссоединения, а из тебя выйдет отличный перекус.

Хамид отпустил меня и бросился вперёд, жутко зарычав. Цепь остановила его раньше, чем он смог сократить хотя бы четверть расстояния между ним и Алароном. Он стал биться в кандалах как дикое животное, пойманное в ловушку. Но это лишь ещё больше позабавило демона.

— Вы мужчины-Мохири такие покровительственные. Хотя меня это не должно удивлять. Мори до нелепости ревнивы к своим парам. Похоже, это и тут не изменилось.

Хамид прорычал нечто нецензурное голосом, который вовсе не был похож на его голос. Я подошла к нему и, встав за ним, обхватила его руками за талию.

— Мне надо, чтобы мой воин вернулся. Я не справлюсь без тебя.

Он содрогнулся, развернулся ко мне и обнял меня так крепко, что я почувствовала, как у меня заскрипели кости. Я гладила его по спине и шептала успокаивающиеся слова, пока он не успокоился достаточно и не ослабил свою хватку.

— Как мило, — съязвил Аларон. — Теперь, уж извините меня, мне надо подготовить церемонию.

Хамид отвёл меня назад на наше место у стены. Он сел и притянул меня на свои колени, обняв своими сильными руками. Его движения стали спокойнее, но глаза всё ещё были слегка безумными. И, по крайней мере, когда он заговорил со мной через связь, в моём сознании зазвучал его голос.

«Мне надо вытащить тебя отсюда», — отчаянно произнёс он.

Я ласково погладила его твёрдый подбородок.

«Даже если я смогу сбежать, я не уйду без тебя».

Он заскрипел зубами. «Не спорь в этом со мной. Я могу встретить свою смерть, если буду знать, что ты продолжишь жить».

Во мне стала нарастать ярость, я вмазала ему пощёчину. «Никогда больше не говори подобное. Либо мы уходим вместе, либо умираем вместе. Куда ты, туда и я».

«Куда ты, туда и я», — он наблюдал за мной глазами полными терзаний, и я склонилась и поцеловала красную отметиту на его лице после моей пощёчины.

— Я люблю тебя, — прошептала я, испытывая острую потребность произнести эти слова вслух, потому как не знала, сколько времени у меня осталось на подобные признания.

Он оставил нежный поцелуй на моих губах.

— И я люблю тебя.

Продолжительное время мы просто сидели, но потом Хамид поднял голову и взглядом окинул пещеру.

«Что ты ищешь?» — спросила я.

«Что-то, что поможет нам с побегом. У нас ещё пока есть время». Он уставился на нечто тёмное в дальней части пещеры, где не было факелов, и я ощутила его внезапное воодушевление.

«Что ты видишь?»

Он прищурил глаза. «Наше оружие и куртки, и… Ориаса. Он связан и у него кляп во рту, но думаю, он живой».

Не знаю, что меня больше обрадовало: присутствие Ориаса или наличие наших курток. Если куртка Хамида была здесь, существовал шанс, что ангельский клинок всё ещё был спрятан во внутреннем кармане. Клинок был маленьким, и его просто могли не заметить, когда разоружали нас.

«Ты видишь Шарлотту и Марию?» — с надеждой спросила я.

«Только Ориаса. Я не вижу его саквояж. Сомневаюсь, что от него будет какая-то польза без его демона».

Я сникла, расстроившись. Ведьмаки обладали естественной магией, но их реальная мощь исходила от демонов, которых те призывали. Без своего демона, Ориас был таким же могущественным, как и любая ведунья.

Нам оставалось рассчитывать только на самих себя, а это значит, ничего не изменилось. Но если мы как-то сможем добраться до курток и найти клинок, это может повысить наши шансы.

— Что-то вы двое вдруг внезапно затихли, — сказал Аларон, его чёрный взгляд был сосредоточен на нас. — Вы же ничего такого не планируете, не так ли?

«Подыграй», — Хамид сжал мою руку.

— Моя пара боится, и я успокаиваю её.

— Боится? Эта особа? — Аларон бросил свою работу и подошёл к нам. — Ты напугана, женщина?

Его забавляющийся тон понуждал меня послать его ко всем чертям, и я бросила на него злобный взгляд раньше, чем смогла остановить себя.

Он рассмеялся.

— Так я и думал. Я не могу позволить вам совершить нечто глупое и прервать мою работу.

Подняв руку, которая не была испачкана в крови, он заговорил на демоническом языке.

Я не была готова к тому, что парализующее заклинание накроет меня, выдавит весь воздух из лёгких. Паника стала нарастать, но она была вовсе не от страха умереть. Если он вырубит нас, мы ни за что не доберёмся до ангельского клинка раньше, чем Аларон осуществит свой план. Я буду вынуждена сидеть тут и смотреть, как Хамид умирает.

«Хамид», — позвала я. Я была в его руках, но больше не чувствовала его прикосновения.

«Я с тобой», — сказал он, и меня снова накрыла темнота.

* * *

Я проснулась от ощущения холодного пола подо мной, вместо тёплого тела Хамида. Я резко села и лихорадочно осмотрелась, ища его. Я была всё на том же месте, что и раньше, а Хамид исчез.

«Хамид!» — я звала его снова и снова, пока его слабый голос не раздался в моей голове.

«Я всё ещё здесь».

Я наспех встала на ноги. «Где ты?»

Я нашла его раньше, чем он смог ответить мне. Я ладонью накрыла рот, увидев его, прикованного цепями в нескольких метрах от меня. Его одежда исчезла, а на руках и ногах были кандалы, как и металлическое кольцо вокруг его торса, сдерживающего его в лежащем положении. Его левая рука лежала над канавкой, которая была выбита в камне, и в полу была неглубокая борозда, которая тянулась от канавки к центру теперь уже завершенного круга призыва.

— О, Боже, — я побежала к нему, но моя цепь не дала мне далеко продвинуться.

— Бог покинул эту землю, — съязвил Аларон, приблизившись к Хамиду. В его руках был нож. Он остановился и улыбнулся мне. — Ты как раз вовремя очнулась, аккурат к основному событию.

— Не трогай его, — заорала я на демона. — Возьми меня вместо него. Я достаточно сильна.

— Нет, — выпалил Хамид.

Аларон присел рядом с Хамидом и бесцеремонно резанул по внутренней стороне его левого локтя. Кровь из пореза потекла в выбитый в каменном полу желоб. В считанные секунды поток крови начал течь по желобу в сторону круга.

— Нет! — мой крик эхом отразился от стен пещеры.

Я безуспешно забилась в кандалах, а Аларон встал и вошёл во внутренний круг. Пещера была пустой, за исключением нас троих. Должно быть, он отправил всех своих вампиров прочь на улицу, пока готовил заклинание.

Отвернувшись от нас, он поднял руки и начал говорить на демоническом. Один за другим факелы вдоль стены стали гаснуть, пока пещера не погрузилась в кромешную темноту.

«Хамид» — позвала я, впервые в своей жизни испытывая истинный леденящий кровь ужас. Даже когда я была избита почти до смерти гулаками я не испытывала страх подобного уровня. Моя пара, половинка моей души, была одна в темноте, истекала кровью, а я ничем не могла помочь. Я даже не могла прикоснуться к нему и дать ему знать, что он был не один.

«Шшшш», — нежно ответил он.

Кристаллы вокруг кругов призыва начали излучать слабое сияние. Свет становился сильнее, и вскоре я уже могла видеть лицо Хамида. Он повернул ко мне голову, и его взгляд был сосредоточен на мне. Его лицо показалось мне бледнее, и я не знала, то ли дело было в тусклом свете, то ли от потери крови.

Он печально улыбнулся. «Прости. Если бы прислушался к Совету и отвёз тебя в безопасное место, тебя бы здесь сейчас не было».

«Я бы не осталась там, и ты прекрасно это знаешь», — заспорила я. «Здесь нет твоей вины».

Глубокий голос Аларона стал громче, и его тембр усилился. Воздух в пещере стал трещать статикой, от которой у меня волосы стали приподниматься. Кристаллы стали сиять ещё ярче, и стало больно смотреть на них.

Демон склонился и запустил руки в лужу крови у его ног. Мой желудок скрутило от вида его рук, с которых капала кровь Хамида.

Демон выпрямился и вскинул окровавленные руки в воздух. Всё внутри меня оборвалось. Я уже знала, что будет дальше.

Я не могла позволить этому случиться. Если я не сделаю ничего, чтобы не допустить выход этого ужаса в мир, я буду нести этот позор в своей душе на протяжении всей этой жизни, да и загробной тоже.

Повернувшись, я осмотрела пол пещеры рядом со мной, ища хоть что-нибудь, что я могла бы использовать для снятия кандалов. Может быть, если Аларон использует всю эту магию для открытия барьера, это ослабит магию на кандалах. Шансы были мизерными, но я должна была попытаться.

«Что ты делаешь?» — спросил Хамид, когда я села и подхватила камень размером с кулак. Его голос стал слабее, и это до чёртиков пугало меня.

«Пытаюсь освободиться от этих штуковин». Я крепко стиснула зубы и ударила камнем по кандалам. От удара на металле появились лишь маленькие царапины.

Аларон даже не взглянул в мою сторону, и я стала бить камнем снова и снова, пока не запыхалась от усилий.

Я повесила голову. «Бесполезно».

«Не сдавайся. Найди камень побольше».

Я никогда не покажу ему, что поддалась отчаянию. Я могла быть сильной ради нас двоих.

Встав на четвереньки, я поползла вдоль стены, но все попадающиеся камни были маленькими. Я отползла к тому месту, где ранее был прикован Хамид, и нашла большой камень у стены. Взяв его обеими руками, я стала непрестанно бить им по кандалам, но результатом была лишь покалеченная лодыжка.

Над моей головой вспыхнуло лиловое сияние, озарив пещеру, и меня поразил пульс магии, сбив меня с ног и послав покалывание через всю меня. Хватая ртом воздух, целую минуту я могла лишь лежать, но потом я заставила себя сесть и снова схватила камень. Я не сдамся. Если надо я лишусь ноги, лишь бы добраться до Хамида.

Подняв руки над головой, я со всей силой ударила камнем по кандалам. Раздался скрежещущий звук, и я в шоке уставилась на кандалы, упавшие на пол. Они открылись.

Миновали драгоценные секунды, прежде чем моё сознание переварило тот факт, что я была свободна. Я посмотрела на Аларон, но он был чересчур занят, крича и жестикулируя в сторону дальней стены пещеры, чтобы обращать на меня внимание. Наверное, он слишком сосредоточил свою магию на заклинании для открытия барьера, что магия на кандалах ослабла.

«Джордан», — позвал Хамид. Я уловила потрескивающий звук и, подняв голову, увидела брешь, формирующуюся в воздухе на дальней стороне пещеры. Всё внутри меня похолодело. Началось.

«Иду», — я подхватила камень и поползла к Хамиду.

Мне пришлось проглотить всхлип, когда я увидела его. Его кожа была мертвенно-бледной и покрыта потом, а его глаза потускнели. Даже его губы потеряли их природный цвет.

«Ты освободилась?» — в моём сознании раздался его голос, наполненный удивлением и радостью.

Я вытерла капельки пота с его брови и нежно поцеловала его. «Потребуется нечто больше, чем архидемон, чтобы удержать меня вдали от тебя».

Я оторвала низ рубашки и туго стянула ткань вокруг его кровоточащей раны. Он уже и так потерял много крови, но его Мори сможет восполнить её, как только кровотечение прекратится.

«Мне надо освободить тебя от этих кандалов». Я передвинулась к одной его ноге и с силой ударила камнем по металлу. Я ожидала, что кандалы раскроются и упадут, как мои, но ничего не произошло. Я ударила ещё три раза. Узел страха в моём животе становился всё больше и больше при каждом неудачном ударе.

«Не работает, — я подползла обратно к его голове. «Мне надо найти что-то ещё, чтобы открыть их».

«Нет», — его взгляд умолял меня. «Ты можешь выбраться отсюда, пока он отвлечён».

«Забудь об этом». Во мне запылала ярость. Как он мог вообще подумать, что я брошу его здесь ради спасения своей собственной жизни.

Я села и осмотрела пещеру, ища что-то, что можно будет использовать на кандалах. Мой взгляд упал на тени в задней части пещеры, и я заострила зрение. Я разглядела кучу курток. Что если ангельский клинок всё ещё был в куртке Хамида? Была ли у меня особая молитва для использования против демона? Может, если я смогу разбудить Ориаса, он сможет сдержать Аларона настолько, что мне хватит времени отправиться за телом Аларона.

Воодушевление и надежда расцвели в моей душе. Я снова бросила взгляд на Аларона, желая убедиться, что он всё ещё стоял ко мне спиной. Встав, я тихо стала красться вдоль стены. Из-за того, что на мне были носки, я не издавала ни единого звука.

Первым делом, когда я достигла задней части стены, я проверила Ориаса. Он был жив, но без сознания, и, ни какая встряска не привела бы его в чувства. В итоге я смирилась с тем, что он не сможет нам помочь. На этот раз мы были сами по себе.

Я притянула к себе куртку Хамида и запустила руки во внутренний карман. Всё моё тело задрожало, когда мои пальцы сомкнулись на деревянной рукоятке. Я не смела дышать, лелея клинок в своих руках, словно он был самым ценным предметом в мире.

До меня донёсся отдалённый звук гула. Я уставилась на брешь в барьере, которая теперь стала в пятнадцать сантиметров шириной.

Я сгребла клинок, меч и свои ботинки и метнула на Ориаса полный сожаления взгляд и поспешила обратно к Хамиду. Я ненавидела бросать кого-то в беде, но я не могла спасти их обоих. Я буду корить себя за это позже… Если мы с Хамидом каким-то чудом сможем выбраться отсюда живыми.

Хамид повернул ко мне голову и наблюдал за моим приближением. «Ориас?» — спросил он, когда я встала на колени рядом с ним и положила оружие и ботинки на пол.

«Жив, но разбудить его не удалось», — я повернулась спиной к Аларону и подняла клинок, чтобы Хамид смог увидеть. «Но у меня есть вот это».

Надежда вспыхнула в его глазах, и он на короткий миг закрыл их. Затем он пригвоздил меня решительным взглядом. «Бери клинок и используй его, чтобы освободиться».

«Потеря крови, видимо, затуманила твои мозги. Ты же знаешь, я не уйду отсюда без тебя», — во мне стало нарастать нервное возбуждение, когда идея пришла мне в голову. «Лежи смирно. Я кое-что попробую».

Я оглянулась на Аларона. Всё его внимание было обращено на брешь в барьере.

Не поворачиваясь лицом к демону, я схватила ножны и вытащила клинок на пару сантиметров. Я не осмелилась полностью обнажить клинок, боясь, что демон ощутить его присутствие.

Очень медленно я опустила клинок вниз, пока он не оказался всего в нескольких сантиметрах от кандалов на левом запястье Хамида. Хамид заворчал, и моя рука замерла.

«Ты в порядке?» — спросила я.

«Да. Давай же, сделай это».

Я втянула воздух. Момент истины.

Я опустила клинок к кандалам. Ещё до того, как клинок коснулся металла, полетели искры. Тело Хамида резко дёрнулось и забилось в судорогах. Его глаза закатились. Я положила клинок и склонилась над Хамидом. У меня едва сердце не остановилась, когда я увидела, что он не дышит.

«Хамид!». Я накрыла его рот своим и вдохнула в него воздух. На четвёртую попытку, он сам вдохнул, и я чуть не рухнула поверх него.

Гул в барьере становился громче. Я подняла голову и увидела, что дыра стала почти в семьдесят сантиметров высотой и быстро разрасталась.

Хамид захрипел. «Ты должна уходить».

Я опустила глаза на раскрытые кандалы. «Нет. Я справлюсь».

«Ты не сможешь освободить меня, не убив», — он слабо закашлялся и с мольбой в глазах посмотрел на меня. «Пожалуйста».

Я истово замотала головой. Казалось, моё сердце разрывалось надвое, и я ахнула от боли в груди, стоило мне подумать, что я потеряю его.

— Да! — победоносно заорал Аларон.

Я уставилась на дыру и увидела, что теперь она почти такая же большая как и я.

«Посмотри на меня», — приказал Хамид. Я перевела взгляд на Хамида и он, протянув свободную руку, обхватил ладонью мою щёку. «Наше время на исходе. Ты должна оставить меня».

«Нет. Я не оставлю тебя». Грудь болезненно сжимало. Мне просто надо было пораскинуть мозгами, и я что-нибудь придумаю. Я всегда преуспевала в выходе из ловушек на тренировках. Данная ситуация ничем не отличалась.

Хамид повернул мою голову и заставил меня посмотреть прямо ему в глаза.

«Я люблю тебя, моя неистовая пара, и я унесу с собой твою любовь из этого мира. Однажды мы снова увидимся, и всю оставшуюся вечность будем вместе».

«Не говори так». Я ударила его по груди, а горячие слёзы потекли по моим щекам и стали капать на его кожу.

Он ласково улыбнулся, вытирая мои слёзы большим пальцем. «Я думал, ты никогда не плачешь».

Я хмыкнула. «Если кому скажешь, я буду отрицать».

Он скользнул рукой в мои волосы и притянул меня для мучительно сладкого поцелуя, который закончился слишком быстро.

— Тебе пора уходить, — хрипло произнёс он. — В грядущие дни миру нужны будут такие воины как ты.

Раздался громкий всасывающий звук и хлопок, вслед за которым завыл ветер. Я подняла глаза и забыла, как дышать, увидев окно, которое разрослось в дверной проём — почти два метра в ширину и как минимум пять метров в высоту. За ним в призрачном свете преисподней двигались фигуры, но, ни одна из них не попыталась пройти сквозь дыру, как это было в первый раз.

Мой взгляд привлекла огромная форма, и когда я впервые увидела тело Аларона, я тут же поняла, почему другие демоны держались в стороне.

Покрытый красной чешуёй с ногами размером в три ствола, архидемон был таким же высоким как дверной проём и таким же широким. Огромные рога по обе стороны головы и пара массивных крыльев, наполовину раскрытых за спиной. Я не могла разглядеть черты лица, но увидела достаточно, чтобы понять, что не могла допустить, чтобы этот выродок вошёл в наш мир.

Я впихнула ноги в ботинки и лихорадочно зашнуровала их. Я пробежалась взглядом по лицу мужчины, которого полюбила больше своей жизни. Склонившись, я жёстко поцеловала его, вложив всю свою любовь в поцелуй. Затем я поднялась на ноги, зажав клинок в ножнах в одной руке, а меч в другой.

— Что ты делаешь?

Со слезами на глазах, я улыбнулась ему.

— Спасаю мир, что же ещё.

В последний раз я насладилась его красивым лицом, запоминая каждую линию. А потом развернулась и бросилась к дыре в барьере.

Аларон увидел меня, только когда я пересекла уже половину пещеры.

— Стоять, — взревел он, словно я подчинюсь ему. Когда он не рванул за мной, я поняла, что он не может. Он должен был оставаться там, где стоял, не прерывая заклинания, чтобы сохранить барьер открытым.

Я остановилась перед дырой и ощутила затягивающий меня холод. Отсюда, казалось, что я смотрю сквозь мерцающий водопад. Только вот ничего хорошего не ждало меня по ту сторону.

Я ухмыльнулась Аларону, бросив на него взгляд поверх плеча. Тот стоял, уставившись на меня со смесью шока и ярости.

— Увидимся в аду, демон.

И потом я нырнула сквозь барьер.

ГЛАВА 20

Ад был — блин, подобрать верное слово оказалось проблемой — полной клоакой. Я приземлилась на некий крупный чёрный песок, и всё вокруг меня представляло собой зазубренные чёрные камни, торчащие из земли. Хорошо, что я нашла время натянуть ботинки. Насколько простирался мой взгляд, тут не было никаких деревьев, никакой растительности, только одни камни и песок. Небо было кроваво-алым. А ещё тут было чертовски холодно. Я-то думала, что ад должен был быть огненным инферно, а тут было холоднее, чем в Айдахо в феврале.

И, о Боже, запах. Если смешать серу, вонь от трупов и нечистоты вместе, всё равно будет не так плохо, как гнилостное зловоние этого места. Неудивительно, что демоны хотели свалить отсюда.

Кстати говоря о демонах, около полудюжины поджидало меня, включая дрекса, краас-демона, некого, внешне похожего на гигантского серого кальмара, и компашки, опознать которых я не смогла. Несколько форм, отдалённо парило в небе, и с моего места они напоминали птеродактилей. Кем бы они ни были, я надеялась, что они не надумают познакомиться со мной. Мне и так с лихвой хватало дел.

И вот он сам архидемон, который вблизи казался вдвое больше. Его лицо было таким же ужасным, как и остальная часть его. С широкими костлявыми бровями, усеянными шипами, сияющими красными глазами и мордой, как у кабана. Другие демоны обходили его стороной, даже несмотря на то, что он просто стоял. Было ли тело архидемона хоть немного осведомлено о своём окружении, в то время как его сущность обладала другим телом?

Кто-то закричал, но звук прозвучал искажённо и отдалённо. Я повернулась и увидела Аларона сквозь мутное окно в мой мир. Он выставил руки и совершал ими хаотичные призывные движения, но его тело, казалось, не спешило повиноваться.

Звук за спиной привлек моё внимание к демонам. Все они, за исключением архидемона, жадно смотрели на меня. Несколько смельчаков рвануло ко мне, соблазн свежего мяса явно превозмог их страх перед архидемоном.

Я вскинула меч и приняла оборонительную позицию, всё ещё крепко держа в руке клинок в ножнах. Как только я обнажу ангельский клинок, все его распознают, а я не была готова преждевременно раскрывать свои карты.

Демон-кальмар был одни из первых, кто добрался до меня, и выбросил одну из своих щупалец прямиком к моему горлу. Я рассекла мечом щупальцу, и демон громко зашипел, когда когтистый наконечник упал на землю.

Демон резко втянул свою раненную конечность, но в тоже время выпустил другую, нацелившись на мои ноги. Я отпрыгнула назад и споткнулась об выступающий камень. Падая назад и перекатываясь на ноги, я умудрилась сохранить хватку на своём оружии.

Я вскочила на ноги и замахнулась. Мой меч снёс ещё два щупальца демона, который поспешил атаковать меня. Демон снова зашипел и скрылся за спинами других демонов, ожидавших своего шанса.

Следующим был дрекс-демон. Он зарычал на меня, ринувшись в атаку, отпихивая в сторону и топча других демонов, вставших на его пути. Я не стала ждать, пока он доберётся до меня, а бросилась ему навстречу.

Мой агрессивный выпад, должно быть, озадачил дрекса, потому что он остановился на полпути и уставился на меня. Воспользовавшись его заминкой, я нанесла быстрый и жёсткий удар, погрузив меч глубоко в его живот, где находилось его сердце.

Я вытащила меч и отступила, а демон издал мучительный крик и упал. Его тело всё ещё корёжилось, когда оставшиеся демоны накинулись на него, начав рвать его на части зубами и когтями.

Теперь, когда они были заняты трапезой, я переключила своё внимание на истинную причину моего пребывания здесь. Бездумное тело Аларона медленно и неуклюже двигалось к дыре. Его хвост, похожий на драконий, тянулся позади.

Я сделала глубокий вдох и сменила руки, поменяв меч на клинок. А потом высвободила клинок из ножен.

— Надеюсь, ты столь хорош, как о тебе говорят.

Клинок загудел в моей руке, словно понимал, что находился в присутствии зла. Я чувствовала его божественную силу каждой клеточкой своего существования. Клинок отбрасывал белое сияние вокруг меня. Мой Мори жалобно взвыл и попытался спрятаться. Другие демоны, наверное, тоже почувствовали его, потому что прекратили свой остервенелый пир и с опаской поглядывали на меня.

Я перевела взгляд с них на массивного демона и мысленно приготовилась к битве за свою жизнь. Я не могла думать о Хамиде или о том, что происходило в пещере прямо сейчас. Моей приоритетной задачей было остановить архидемона и не дать ему пересечь барьер.

— Боже, пожалуйста, позволь мне быть достойной твоего клинка, — сказала я, а потом бросилась за демоном.

Пока я бежала к демону, я осматривала его в поисках уязвимого места между чешуйками, куда я могла нанести удар клинком. Место подмышкой выглядело многообещающе, но я не смогу добраться до него.

Догнав демона, я замахнулась и попыталась проткнуть чешую в задней части его колена. Лезвие отскочило от крепкой как алмаз чешуи, не оставив и следа.

Я заворчала, когда хвост демона жёстко ударил по солнечному сплетению и отправил меня в полёт. Я рухнула боком на огромный камень и соскользнула на землю. Кровь стекала по моему лицу от пореза на голове, ещё и пару синяков было заработано, но у меня бывало и похуже. По крайней мере, я не выронила оружие. И мой вопрос о том, осознавал ли демон моё присутствие, получил ответ.

Оттолкнувшись от земли, я посмотрела на камень и содрогнулась. Я ударилась об плоскую поверхность. Если бы я приземлилась на его вершину, я бы насадилась на него и конец игре.

Я повернулась к архидемону. Но раньше, чем я успела сделать хоть шаг, что-то приземлилось мне на спину, повалив на землю.

Я перекатилась, пытаясь стряхнуть с себя тварь, но в мою спину и руки впились когти, удерживая на месте. Я не могла использовать ангельский клинок на нём, когда тот вцепился в меня, иначе я тоже умру.

Я кое-как смогла встать на колени и затем подняться на ноги. Затем я врезалась спиной в тот же камень, на который ранее упала.

Зубы впились в моё плечо, и я закричала от боли, но не остановилась. Ещё два удара демоном об камень, и я наконец-то смогла сбить его хватку.

Как только я освободилась от его когтей, я перекинула тварь через плечо. Это оказался краас-демон, он был оглушён, но не мёртв. Я подбежала к нему и коснулась клинком его вывернутой лапы.

Демон издал душераздирающий визг, его кожа стала серой и сияющие трещины начали рассекать её поверхность. Демон лихорадочно забился и попытался отползти, но совсем скоро он разлетелся на миллион частиц.

Я развернулась с клинком в руках к остальным демонам, которые подкрались ближе во время схватки. Клинок отбрасывал вокруг меня белое сияние, и демоны съежившись попятились назад, словно обожглись. Я шагнула к ним.

— Кто ещё хочет отхватить кусочек этого?

Они все поджали хвосты и убежали.

Я склонилась за своим мечом, который потеряла, когда краас-демон атаковал меня, и содрогнулась от боли, прострелившей руку раненного плеча. Уронив меч, я крепче сжала ангельский клинок, поскольку только он сработает против архидемона. Хорошо хоть краас-демон не укусил меня за рабочую руку, иначе дела приобрели куда более страшный поворот.

Я снова бросилась к архидемону. Хвост хлестнул в мою сторону, но на этот раз я ожидала удара и отскочила с его пути. Каждый раз, когда я пыталась подобраться поближе к демону, он бил хвостом, отгоняя меня. И с каждым шагом демон подходил всё ближе к дыре.

Всё внутри меня окоченело от отчаяния, когда я увидела, что мы были менее чем в двадцати футах от барьера. По ту сторону я видела Аларона. Он подманивал своё тело, его голос становился громче от радостного возбуждения.

Я рванула вперёд демона к выступающим скалам и забралась на них. Острые края врезались в мои руки, но я не останавливалась. Я добралась до вершины как раз в тот момент, когда он поравнялся со скалами. И я спрыгнула ему на спину.

Он хлестнул по мне хвостом, и я бы сорвалась со спины, если бы не ухватилась за его толстые рога. Повиснув на одной руке, я подняла вторую и стала непрестанно бить по плечам и шее. Безуспешно.

Господи, есть ли чёртов способ убить эту тварь? Что если Эльдеорин ошибся и клинок не сможет ранить архидемона?

Демон остановился. Он поднял руку и схватил меня за икру, и испепеляющая боль прострелила ногу, когда когти прорвали кожу и вонзились по самую кость. Он стянул меня со своей спины и стал трясти вверх-вниз перед собой.

Я полоснула по нему клинком, но он удерживал меня вне досягаемости. Нахождение так близко к ангельскому клинку даже не напрягало его. Обстоятельства складывались не в мою пользу.

И становилось только хуже.

Демон поднял меня выше и отбросил от себя. Я пролетела по воздуху, и страх выдавил весь кислород из лёгких, когда я увидела стекловидные пики, к которым летела.

Сверху раздался громкий вопль. Я едва успела распознать звук хлопающих крыльев, как вокруг моей талии сомкнулись когти. За несколько секунд до падения на смертоносные камни, меня дёрнуло вверх.

Земля удалялась, летящий демон вздымался ввысь. Мне не надо было поднимать глаза, чтобы понять, что это был один из тех огромных птеродактилей, которых я увидела, попав сюда. Также я знала, что уже мертва, если не вырвусь из этой хватки в следующие несколько секунд.

Я посмотрела вниз и увидела полосу земли. Крепко стиснув зубы, я приготовилась. Вероятно, это убьёт меня. Но, по крайне мере, я умру на своих условиях.

Я прикоснулась клинком к одному когтю, впившемуся в мой живот. Моё тело окоченело, когда поток напряжения потёк по мне. Перед глазами взорвались звёзды, а одеревеневшие пальцы потеряли хватку на клинке и он упал на землю.

Секундой позже полетела и я. Каким-то чудом, я приземлилась на ноги, но как только мои ноги коснулись земли, они подкосились, и я рухнула на песок. Я лежала на спине, борясь за дыхание, которое выбило из меня. Вокруг меня парил пепел.

Отдалённый крик вынудил меня подняться на ноги. Я отыскала взглядом архидемона и увидела, что я, как минимум, в девяносто метров от него. С этого расстояния дыра в барьере выглядела без изменений, но я слышала, как Аларон взывал к своему телу.

Я стала искать в песке клинок и нашла его закопанным по самую рукоятку в чёрном песке. Как только я выдернула его из песка, сияние окутало меня, наполнив меня новыми силами.

Хромая на раненную ногу, я побежала к демону, который снова медленно двигался к дыре. Он уже приблизился к последней гряде камней, только вот за ними не было ничего, кроме песка, а это значит, я не смогу запрыгнуть на него.

Я ускорилась, игнорируя палящую боль в ноге. Это был мой последний шанс. Если я не остановлю его сейчас, он доберётся до дыры.

Промчавшись мимо демона, я вскарабкалась на камни как раз вовремя, чтобы прыгнуть на него, когда он миновал камни. Я схватилась за искривлённый рог и использовала инерцию, чтобы перемахнуть перед ним. Повиснув на роге, я оказалась лицом к лицу с демоном и захлебнулась от его зловонного дыхания.

Красные глаза прожигали меня. Не знаю, была ли хоть толика разума в его теле, но на мимолётный миг, мне показалось, что я увидела некое узнавание. А ещё я увидела слабое место, которое искала.

Усилив хватку на роге, я занесла руку, в которой удерживала клинок.

— Нет! — по ту сторону барьера заорал Аларон.

Я оглянулась и увидела, как он бежит к созданной им же дыре.

— Да, пошёл ты! — заорала я ему в ответ.

Я отвернулась и вонзила ангельский клинок глубоко в горящий глаз.

Вспышка белого света из клинка ослепила меня, и разряд силы ударил прямо в грудь и отправил меня в полёт. Я жёстко приземлилась на спину, не в силах дышать. Моё тело охватили судороги.

Взрыв разорвал воздух и земля содрогнулась. Я открыла глаза и вовремя увидела, как куски архидемона начали осыпаться на землю вокруг меня. Я закрыла лицо руками, пытаясь защититься.

Перекатившись на живот, я через силу встала на четвереньки. Когда я ныряла через барьер, я знала, что это вероятно будет путешествие в один конец, но теперь, когда конец был близок, я не была готова умереть.

Я была окружена морем частей демона, которые пахли хуже, чем сам ад. Меня начало тошнить, но я начала подниматься, увидев деревянную рукоятку среди запёкшейся крови в шаге от меня. Я схватила рукоятку и с трудом поднялась на ноги, борясь с накрывшей меня волной головокружения.

— Джордан! — вдалеке взревел Хамид.

Я резко развернулась и увидела, что проём в барьере уменьшился наполовину от исходного, и с каждой секундой становился всё меньше.

Мои шаги были неуверенными, пока я бежала к барьеру, вложив всю оставшуюся во мне силу. И только голос Хамида послал мне последний, столь необходимый, прилив энергии. Я достигла проёма и нырнула через него за секунду до того, как он закрылся с громким хлопком.

Я попыталась упасть на пол пещеры, сгруппировавшись, но сил мне не хватило, и в итоге я совершила безумный акробатический трюк. Клинок выпал из моей руки и покатился по каменному полу, и впервые у меня не осталось сил, чтобы обеспокоиться на этот счёт.

— Джордан, — произнёс глубокий голос, который как я думала, никогда больше не услышу.

Тёплые руки прикоснулись к моему лицу, и я подняла взгляд на обеспокоенные голубые глаза.

— Я тебя знаю.

Я улыбнулась, или, по крайней мере, мне так показалось. Моё тело не очень-то подчинялось мне в эту минуту.

Хамид смахнул в сторону волосы, которые прилипли к моему лицу. Ещё то зрелище, наверное, если учесть, что я была покрыта демоническими потрохами.

— Дай догадаюсь, выгляжу дерьмово, — подшутила я.

Его лицо стало затуманенным.

— Ты красивая.

Мои веки отяжелели, и я позволила им закрыться.

— Лжец.

Он похлопал меня по щеке.

— Джордан, оставайся со мной.

— Просто немного вздремну, — пробормотала я. — Это был адский день.

* * *

Когда я очнулась, голоса и свет наполняли пещеру. Я сидела на коленях Хамида, положив голову на его грудь, уютно устроившись внутри кокона его рук.

— Мммм, — вымолвила я, вдохнув его умиротворяющий запах.

Я никогда не была любительницей обнимашек, но запросто могла привыкнуть к этому.

Он склонил голову.

— Проснулась?

— Да, — ответила я, зевнув. — Прости, что уснула. Как долго я спала?

Мускулы на его руках напряглись.

— Пять часов.

— Пять часов?

Я попыталась сесть ровнее, но со стоном припала обратно к его груди. Было чувство, будто по мне промчался огромный грузовик.

— Полегче. Ты ещё не полностью исцелилась.

Я нахмурилась, пытаясь прогнать из головы туман.

— А как ты освободился?

— Когда ты убила Аларона, магия на кандалах умерла вместе с ним.

— Ох.

Я опустила взгляд на себя и была удивлена, увидев, что на мне другая одежда. Я поднесла руку к волосам. На ощупь они были грязными, но в них не было кишок демона. Я снова подняла глаза на Хамида.

— А кто меня помыл?

Он вскинул брови, словно я задала до жути нелепый вопрос.

— Я. Лекари привезли с собой одежду и моющие средства.

— Лекари? Кто ещё здесь?

Я выгнула шею и увидела, что куда не посмотрю, везде были люди, но я никого из них не знала.

— Тристан и ещё двое членов Совета, несколько десятков воинов и Циро с Бастианом.

— Члены Совета?

Меня не удивило присутствие Тристана тут, но я в жизни не слышала, чтобы другие члены Совета появлялись на поле боя.

Он улыбнулся.

— Похоже, ты не осознаешь магнитуду того, что тут произошло прошлой ночью, и что сделала ты. Многие хотят поговорить с тобой.

Я снова положила голову ему на грудь, внезапно ощутив усталость.

— Как они нашли нас?

— Тристан сказал, что когда мы не вышли на связь, они заподозрили, что Аларон схватил нас, но они не смогли ничего установить с помощью наших трекеров. Заклинание, наложенное на нас и на пещеру Алароном, блокировало сигналы, но когда он умер, наши сигналы снова появились в сети.

— Они нашли Шарлотту и Марию? — спросила я, не желая знать ответ.

— Да. Они не выжили.

В груди заныло от утраты двух женщин. За последний месяц я узнала их довольно хорошо, и была готова сказать, что мы подружились. Цели у нас были разные, но я уважала их стремление к знаниям и их полную самоотдачу работе. И хотя они большую часть времени проводили в библиотеке, а не на полях сражений, я видела их воинское мастерство прошлой ночью.

Я вновь подняла голову.

— А что с Ориасом?

— Он слегка травмирован, но в порядке. Он расстроен, что Аларон выслан его демона домой, и теперь ему придётся призывать нового.

Я нахмурилась.

— Для него это должно быть проще простого.

Хамид усмехнулся.

— По всей видимости, он привязался к своему демону.

Послышались приближающиеся к нам шаги и, подняв глаза, я увидела Тристана с латиноамериканкой и светловолосым воином. То, какой властностью веяло от них, говорило, что они вероятней всего были теми самыми членами Совета.

Озабоченный взгляд Тристана остановился на мне.

— Джордан, как ты себя чувствуешь?

— Лучше, чем тот парень.

Его лицо расслабилось, и он улыбнулся.

— Хамид рассказал нам, что ты сделала. Я всегда знал, что ты создана для великих дел, так что не могу сказать, что удивился, узнав, что ты убрала архидемона. Но пересечь барьер, зная насколько велики шансы не вернуться обратно, требует невероятной храбрости и самопожертвования. Не передать словами как я тобой горжусь.

Мои глаза наполнились слезами, и я обвинила в этом своё утомлённое состояние. Нельзя пережить путешествие в ад и обратно, чтобы взять и разреветься от слов.

Воин-блондин шагнул вперёд.

— Джордан, меня зовут Фридрих Фойгт, — произнёс он с немецким акцентом. — Совет выражает глубокую благодарность за то, что ты сделала. От себя скажу, я испытываю благоговение от того, что такой молодой воин как ты не только пошёл против архидемона, но и одолел его.

Не успела я ответить, как заговорила женщина:

— Я Камила Перес, для меня огромная честь познакомиться с таким храбрым, юным воином. Тристан очень высокого мнения о тебе, и теперь я понимаю причины его похвал.

Мой взгляд метнулся к Тристану, который ободряюще улыбался. Я никогда не искала одобрения Совета, но его вера в меня означала куда больше, чем он считал.

— Спасибо, — сказала я им всем. — Я может и хотела бы сказать, что справилась своими силами, но без ангельского клинка прошлая ночь закончилась бы совсем иначе.

Хамид покачал головой.

— Даже не пытайся умалять свою заслугу.

— Он прав, — сказал Тристан. — Выигрывает битву воин, а не оружие.

— А где клинок? — спросила я, чувствуя себя несколько ошеломлённой всеми этими похвалами.

Я любила быть в центре внимания, как и любой другой человек, но это уже был перебор. Я сделала то, что должна была сделать во имя спасения любимых мною людей.

Тристан указал налево.

— Он там. Мы решили, что он должен вернуться в мир фейри на хранение. Сара сейчас пытается связаться с Эльдеорином, чтобы попросить его вернуться за клинком.

Двое других членов Совета закивали, но судя по не особо радостному виду Фридриха, не все были согласны с этим решением. Я же была полностью согласна с Тристаном. Ангельский клинок был оружием безмерной силы, но он принадлежал фейри.

— Джордан, не можешь нам рассказать свою версию произошедшего? — спросила Камила. — Хамид поделился с нами некоторыми деталями, но он мало что видел из твоей схватки.

Хамид погладил меня по спине.

— А это не может подождать, пока она полностью восстановится?

— Всё хорошо. Я не против.

Я взяла его за руку и переплела наши пальцы. Затем я рассказала обо всём, начиная с момента, как пересекла барьер до моего возвращения.

Фридрих и Камила засыпали меня вопросами о другом измерении и демонах, которых я там увидела. Даже Тристан задал несколько вопросов. Особенно их интересовал архидемон и как я его убила. Сложностей вспомнить все подробности данного опыта не возникло. Сомневаюсь, что я когда-нибудь забуду хоть единую секунду, проведённую в аду.

— Невероятно, — произнёс Фридрих после того, как я повторно описала свою схватку с телом Аларона. — Наши учёные хотят в деталях обсудить всё, как только ты будешь готова. Ты единственная кто когда-либо вступал в демоническое измерение, и всё, что ты увидела и пережила там должно быть записано.

Камила улыбнулась.

— И образцы ткани, которые ты принесла с собой на одежде, будут бесценны для наших учёных. Они уже судачат о возможности изучить ДНК настоящего архидемона. Мы так много можем узнать.

Я подумала о Шарлотте и Марии и как сильно им бы понравилась эта идея. Меня снова накрыло печалью. Целая группа усердно работала над этим проектом, и было так неправильно, что их не было в живых, чтобы отпраздновать нашу победу.

— Совет всегда ищет людей для внедрения в наши исследовательские группы, — сказала мне Камила. — Обычно мы не стали бы пытаться привлечь юного воина, но ты доказала, что более чем способна на такую работу. Надеюсь, ты рассмотришь возможность поработать с нами — в партнерстве с Хамидом, само собой.

— Хамид уже рассказал мне о некоторых прелестях работы, — я улыбнулась ему. — Но нам надо обсудить доплату за вредные условия труда.

Все рассмеялись, и Хамид стиснул мою руку. «Думаю, ты можешь просить о чём угодно, и они согласятся».

«Рада, знать. Но прямо сейчас, я хочу только одного».

Я улыбнулась Тристану и компании.

— Вы не возражаете, если мы продолжим разговор позже? Я немного устала, и хотела бы провести некоторое время наедине со своей парой.

Фридрих выглядел так, словно собирался возразить, но Камила опередила его.

— Конечно же. У нас ещё будет уйма времени для разговоров.

Он взяла Фридриха за руку и увела прочь.

— Отдыхай сколько требуется, — сказал Тристан и последовал за ними.

Хамид расцепил наши руки и обнял меня.

— Поспи. Мы пробудем тут ещё какое-то время.

Я откинулась и посмотрела на него.

— Вообще-то я не особо устала. Я просто хотела, чтобы все ушли.

Он тихо усмехнулся.

— Ты до сих пор не особо выносишь Совет.

— Дело не в этом. Я очень хочу поцеловать тебя, и я подумала, что было бы невежливо целоваться перед ними.

— Верно подмечено.

Его взгляд упал на мои губы, а потом он склонил голову и заявил права на мои губы в медленном, сексуальном поцелуе, от которого мне захотелось, чтобы мы оказались по-настоящему одни.

«Как только мы выберемся отсюда, мы отправимся на заслуженные каникулы в какое-нибудь изолированное местечко, где будем только есть, спать и заниматься любовью».

— Мне нравится твой план, — произнёс Хамид в мои губы, давая мне понять, что он снова мог читать мои мысли. — Как насчёт изолированного оазиса в Калахари, где на сотни километров нет ничего, кроме пустыни?

— Мы уже можем поехать?

— Сомневаюсь, что учёные позволят тебе так быстро соскочить с крючка, — сказал он, разрушив моё воодушевление.

Я скисла.

— О, Боже. Они же заставят меня писать отчёт, да?

Смех Хамида забурлил в его груди.

— Думаю, мы сможем убедить их подождать с этим несколько дней. Ты же только что спасла мир.

Я оживилась.

— Верно. Должно быть правило: люди, которые спасают мир, освобождаются от написания отчётов.

— Звучит разумно, — он прикусил мою нижнюю губу. — Разве ты не говорила что-то о поцелуях?

— Упоминала, — широко улыбаясь, я слезла с его коленей и оседлала его. — Как насчёт такого?

— Гораздо лучше, — хрипло ответил он, а потом снова поцеловал меня.

Слишком скоро мир снова бесцеремонно вмешался в наши дела.

— Хамид, — позвал Фридрих. — Мы получили весть о большом наркосиндикате в Индии, речь идёт о хеффионе. Вивиан сообщила, что она поедет туда, если только ты сам не хочешь.

Хамид посмотрел на меня.

— Зависит от тебя.

Я всегда мечтала посетить Индию, но у меня было предчувствие, что меня ждало ещё много возможностей отправиться туда. Хамид обещал мне показать мир, а он был мужчиной своего слова. К тому же мой разум был переполнен образами того оазиса в Калахари, чтобы думать о чём-то другом.

Я притянула его голову к себе.

— Мы как-нибудь в следующий раз.

ЭПИЛОГ

Тремя месяцами позже

Лёжа на громыхающем старом грузовике, я подняла голову и всмотрелась в узкую дорогу. Дальний свет фар прорезал темноту, но на горизонте не было ничего кроме деревьев. Согласно GPS на телефоне, эта дорога названия даже не имела. Куда, чёрт возьми, мы направлялись?

Из грузовика раздался приглушённый крик, но внезапно был прерван шлепком и криком. Я плотно сжала губы и заставила себя не вмешиваться. В задней части грузовика было как минимум два гулака и примерно с десяток человеческих девушек, которых они перевозили. Я могла бы убить гулаков, но не могла рисковать и во время схватки в таком тесном пространстве навредить девушкам. Как только грузовик остановиться и эти чешуйчатые ублюдки покажут свои лица, начнётся игра.

Завибрировал мой телефон, и я увидела имя Хамида на экране. Приложив телефон к уху, я прошептала:

— Привет.

— Привет. Я хотел сказать тебе, что имею зацепку на поставку в этой сделке по работорговле. Я знаю, что ты хотела быть там и убить всех, но я вынужден действовать.

— Я бы поступила также, — ответила я, не повышая голоса.

— Что с твоим голосом? — спросил он. — Почему ты шепчешь? Я думал, ты сегодня ужинаешь с Анной.

Я прикусила губу.

— Тут такая смешная история вышла, но ты должен пообещать, что не будешь орать на меня.

— С чего вдруг я должен орать из-за смешной истории? — настороженно поинтересовался он.

— Ну, — протяжно ответила я. — Я как раз ехала встретиться с Анной, а на аллее стоял припаркованный грузовик, и мне это показалось немного странным. В общем, я оставила мотоцикл на улице и пошла проверить.

— Джордан.

Мне не надо было видеть его, чтобы понять, что он сжал переносицу. Последние несколько месяцев он постоянно так делает.

— Не переживай. Меня не увидели.

— Кто тебя не увидел? — его тон обострился.

— Гулаки. Они были слишком заняты погрузкой девушек в фургон, — я умолкла из-за того, что грузовик замедлил ход на повороте. — Я действовала осторожно, они даже не заметили моего присутствия.

Хамид выругался.

— Только не говори мне, что ты забралась внутрь грузовика с группой рабынь гулаков.

Я слегка нахмурилась.

— Конечно, нет. Ты меня обижаешь. Я на крыше грузовика.

Он что-то прорычал, и я услышала мужской смех. Судя по всему, это был Марио, один из воинов, с которым мы работали по этому заданию вместе с его парой Анной. Мы проверили в Панаме две недели, и по просьбе правительства нам требовалось оборвать работорговлю людьми. Но это оказалось куда более сложным, чем любое дело, что мы имели с гулаками ранее. Эти же гулаки умудрились избегать нас. Вплоть до этого момента.

— Это не смешная история, — сердитым голосом сказал он. — Где ты сейчас?

— Я не совсем уверена. Мы были на трассе номер один, но потом свернули направо с главной дороги после… — я включила карту на телефоне. — Как же назывался этот город?

— Чипо? — спросил Хамид.

— Точно. Откуда ты знаешь?

Он тягостно вздохнул.

— Потому что мы в пяти минутах езды от тебя.

Я улыбнулась, глядя в звёздное небо.

— Знаешь что? У нас уже такая гармония, что иногда это совершенно жутко.

— Ужасающе, — пробормотал он.

Грузовик замедлился и резко свернул налево на грязную просёлочную дорогу. Впереди я смогла разглядеть огни и очертания, похожие на дом.

— Похоже, мы достигли пункта назначения, — торопливо прошептала я в телефон. — Вам парни лучше поторопиться, а то пропустите всё веселье.

— Держись в тени, и не вмешивайся, пока мы не приедем, — приказал Хамид.

— Упс. Мне пора, — сказала я, когда грузовик начал парковаться перед двухэтажным зданием. — Люблю тебя.

Я сбросила звонок и запихнула телефон в задний карман. Не поднимая головы, я осмотрела пустой грязный двор, который был освещён одним фонарём, висевшим над входной дверью. В окнах первого этажа горел свет, но второй этаж был тёмным. Я понадеялась, что наверху никого не было, кто мог бы посмотреть вниз и увидеть меня на крыше грузовика.

Двери грузовика открылись и два гулака вышли из кабины. Водитель обошёл грузовик спереди и направился к пассажирской стороне. Там он передал второму гулаку связку ключей.

— Отопри подвал и приготовь клетки, — раздался приказной глубокий голос, от которого у меня заскрежетали барабанные перепонки. — Я помогу Броку и Ганду выгрузить груз.

— Когда мы встречаемся с покупателем? — поинтересовался второй гулак.

— Завтра ночью.

Я стиснула зубы, услышав, что они называли девушек грузом. Одному богу только известно, сколько людей они привозили уже и где эти люди в итоге оказались. Я с огромным удовольствием прикрою эту операцию и сожгу место дотла.

Второй гулак замешкался.

— Покупатель потребовал десять девушек. Что будешь делать с двумя лишними?

Водитель грузовика тошнотворно рассмеялся.

— Они для нас.

Ярость ослепила меня на несколько секунд. И в следующий миг я уже была на ногах и спрыгивала с грузовика.

Я тихо приземлилась позади водителя и прежде чем его дружки смогли предупредить его, мой меч рассёк его толстую шею. Второму гулаку оставалось только наблюдать, как голова водилы приземлилась на капот и скатилась на другую сторону.

Его потрясённый взгляд вернулся ко мне, и он схватился за короткий меч, пристёгнутый к поясу. Я позволила ему вынуть меч из ножен, а затем бросилась в атаку.

Мой меч отрубил рабочую руку по локоть, и гулак взревел. Он в неверии уставился на свою руку и оружие, лежавшие на земле у его ног. Схватившись за обрубок своей руки, он бросился бежать, раскрыв свои чешуйчатые крылья за спиной.

Я поймала его раньше, чем он достиг переднего бампера грузовика. Всего одного жёсткого удара меж крыльев хватило, чтобы пронзить его сердце. Он издал хлюпающий звук и лицом рухнул в грязь.

В задней части грузовика раздался стук. Я отыскала ключи на земле и подбежала к двойным дверям, которые были заперты на замок. Я вставила ключ в замок, отперла и отбросила его на землю. Затем распахнула одну дверь, убедившись, что стою за нею, вне поля зрения.

— Давно пора, — гулак выпрыгнул из грузовика. — Какого хрена так долго?

Я вышла из-за двери.

— Они были заняты смертью.

— Кто…? — выпалил он, его рептилоидные глаза широко распахнулись.

В любое другое время я, возможно, и поиграла бы с ним немного, но грузовик был полон девушек, которых надо защитить. Да и ещё один гулак, с которым надо было разобраться. Я вонзила меч глубоко в его грудь, и он обмяк, не произнеся больше ни слова.

Я подняла глаза на открытую дверь грузовика, но другого гулака не было видно. Внутри я слышала всхлипы и звуки перемещения тел.

— Тебе некуда бежать, — выкрикнула я, вытирая меч об брюки мёртвого гулака у моих ног. — Если заставишь меня войти внутрь, ничем хорошим для тебя это не закончится.

— Если я выйду, ты убьёшь меня, как убила Брока, — заорал гулак.

— Нет, не убью.

Я и не врала. Мне надо было оставить как минимум одного из них живым, чтобы тот поведал нам остальные детали операции. Слишком уж серьёзная была схема, чтоб ограничиться одним этим адресом.

— Но если ты не выйдешь до прибытия моей команды, буквально через минуту-две, гарантирую, что они будут не столь любезны, как я.

Как только слова слетели с моих губ, я услышала отдалённый звук двигателя.

— Я слышу, что они уже близко. Лучше побыстрее соображай.

Гулак зарычал в отчаянном гневе, и я подумала, что он собирается выбрать путь борьбы. Но через несколько секунд он появился в дверном проёме и бросил свой меч на землю. Он выпрыгнул из грузовика и поднял руки в жесте «сдаюсь».

— Лицом на землю, — приказала я, почувствовав первые весточки осознания в разуме, говорящие о том, что моя пара была поблизости.

Гулак безропотно подчинился. Не отрывая от него взгляд, я позвала девушек на испанском, давая им знать, что они в безопасности. Одна миловидная блондинка выглянула из кузова, и слёзы потекли по её грязным щекам, как только она увидела меня.

— Ты… ты американка? — спросила она, в её голосе послышался южный акцент.

— Да.

— Ох, слава Богу! — она выпрыгнула из машины, невзирая на пластиковые наручники, сковавшие её запястья. — Пожалуйста, увези нас из этой адской дыры.

Не успела я ей ответить, как вдруг раздался рёв чёрного пикапа и тот резко остановился у грузовика. Открылась пассажирская дверь, и в следующий миг Хамид уже стоял рядом со мной. Его глаза были широко распахнуты, и выглядел он так, словно всю дорогу теребил руками волосы.

— Я же сказал тебе, не вылезать, — грозно сказал он, словно девушки тут и не было.

Я беззастенчиво пожала плечами.

— Я и не собиралась, но ситуация вынудила меня приступить к немедленному реагированию.

Хамид прищурил глаза.

— И это потребовало от тебя убить всех четырёх гулаков самой, не дожидаясь нас?

— Не всех, — я указала на сдавшегося. — Одного я оставила в живых для допроса.

Марио усмехнулся, проходя мимо нас к моему пленнику.

— Спасибо, что хоть одного оставила.

— Всегда пожалуйста.

Я бросила меч на землю и, приподнявшись на цыпочки, обхватила руками шею моей хмурой пары. Он был расстроен, но позволил мне притянуть его голову к себе. Как только наши губы встретились, он жадно ответил на поцелуй, словно мы не виделись много недель, а не всего несколько часов.

За месяцы, проведённые вместе, я узнала, что опасность и схватки возбуждали Хамида так же сильно, как и меня. Я путешествовала по миру, охотясь за плохими парнями и проводя каждую ночь в объятиях моей ненасытной и чертовски сексуальной пары. Ага, я официально стала самой счастливой девушкой на планете.

После того грандиозного столкновения с Алароном, мы с Хамидом провели неделю в Весторне в присутствии всего состава Совета и команды ученых и научных сотрудников. Меня обследовали вдоль и поперёк и опрашивали до тех пор, пока я едва не сорвалась и не начала орать на каждого, кто приближался ко мне. Именно в тот момент Хамид поставил точку и заявил, что с нас хватит. Если им нужно было узнать что-то ещё, они могут пересматривать записи всех событий. Мы отправились на заслуженный отдых.

Мы покинули Весторн и провели наедине две восхитительные недели в уединенном оазисе в Калахари, куда он обещал меня отвезти. Мы проводили дни, купаясь голышом в крошечном озере или нежась в тени. А наши ночи — в занятиях любовью на песке под звёздами. Это было подобие Рая на Земле, насколько я могла представить.

После тех каникул я начала привыкать к своей новой работе на Совет. До тех пор пока Хамид сам улаживает все дела с ними, я была счастлива, и полюбила возможность путешествовать по миру с ним. Мы уже побывали в Тайланде, Пакистане, Испании, Италии и Панаме. Жизнь была хороша.

— Уединитесь, — подшутил Марио.

Я улыбнулась в губы Хамида и отпрянула.

— Долг зовёт.

Мы приступили к работе. Они с Марио взялись за гулака и заставили того показать дом, пока я присматривала за девушками. Некоторые имели синяки, но ничего серьёзного. В группе девушек оказалось три американки — подружки по колледжу, которые на свою голову решили посетить Коста-Рику. Думаю, теперь ни одна из них не будет уезжать дальше Центральной Америки ещё очень долгое время.

Часом позже прибыла остальная часть панамской группы на джипах и двух больших внедорожниках, на которых они отвезут девушек обратно в город. Как только девушек проверят в больнице, будут проведены мероприятия по благополучному возвращению всех домой. Все девушки были слегка эмоционально травмированы таким жутким испытанием, но их избавили от куда более худшей участи.

Когда мы наблюдали, как последний внедорожник увозит девушек в больницу, у Хамида зазвонил телефон. Посчитав, что звонил кто-то из Совета, я отошла в сторону, отключившись от разговора, как обычно это делала.

— Джордан, — позвал меня Хамид.

Я оглянулась и увидела, что он прижимает телефон к груди, чтобы на том конце не услышали его слова.

— Фридрих хочет поговорить с тобой.

Нахмурившись, я вернулась обратно и взяла у него телефон.

— Что случилось, Фридрих?

— Я тут услышал, что ты пресекла операцию по работорговле людьми, — вежливо начал он. — Отличная работа! Ты в очередной раз доказала, что являешься чудесным дополнением к нашей команде.

Я закатила глаза от его несдержанных похвал. Он делал это всякий раз, когда чего-то хотел и ожидал, что я воспротивлюсь этому.

— Спасибо, но звонить ради этого не стоило.

Он усмехнулся.

— Ну, вообще у меня другая причина. Теперь, когда вы почти закончили здесь, у меня есть работа в Австралии для вас двоих и…

— Прости, никак не получится.

Я бросила на Хамида суровый взгляд и поймала его за тем, что он самодовольно улыбается. Он попал по полной.

— Но есть большая вероятность, что это активизировавшийся Лилин, — поспешил сказать Фридрих. — Ты не можешь отказаться от такого.

— При обычных обстоятельствах я бы согласилась с тобой, но я пообещала семье, что мы будем дома на день Благодарения. И я ни за что не пропущу рождение своей первой племянницы.

— Племянницы? — повторил он, сбитый с толку. — Но у тебя же нет родственников.

Я снисходительно махнула рукой.

— Не придирайся к словам. В общем, мне надо возвращаться к работе, если мы хотим закончить ту до конца недели.

— Но…

Остальную часть его возражения я не слышала, потому что вернула телефон Хамиду, бросив ему свирепый взгляд, который обещал возмездие. Он знал, что я была крайне нетерпима к Совету, за исключением Тристана.

Я подошла к одному из «Джипов» и схватила бутылку воды из холодильника, установленного в багажнике. Пока я пила, Хамид присоединился ко мне.

— Думаю, на сегодня мы тут закончили, — сказал он, беря для себя бутылку. — Мы скоро возвращаемся в отель.

Я опустила глаза на забрызганную кровью одежду.

— Я не отказалась бы от душа. И я хочу на обратном пути забрать свой мотоцикл.

Он поставил бутылку на бампер и притянул меня в объятия.

— Ты была поразительна сегодня.

Я кокетливо улыбнулась ему.

— Ты же ничего не видел.

Его глаза потемнели от желания.

— Да?

— Джордан, Хамид, — позвал нас Марио из своего пикапа. — Наш новый друг-гулак только что рассказал нам, где найти ещё две перевалочные базы. Похоже, нам придётся снова прокатиться.

Я посмотрела на Хамида, и азарт предстоящей охоты снова начал охватывать меня.

— Что скажешь? На этот раз я даже позволю тебе убить парочку.

— Если тебя это осчастливит, можешь убить их всех сама.

Он прижался в быстром поцелуе к моим губам.

Я мечтательно вздохнула.

— Какой же ты душка.

— Конец ~

БОНУСНАЯ ГЛАВА

Тихий стук оторвал меня от отчётов, которые я читал, и я нахмурился, посмотрев на лестницу, ведущую в нашу спальню на втором этаже. Сара прилегла поспать после ужина, и если эти чёртовы импы разбудили её, они получат от меня нагоняй. Срок беременности уже подходил к концу, и по ночам она почти не спала. Беременность фейри длилась двенадцать месяцев, и последний триместр для Сары был самым сложным. Ей необходимо было отдохнуть.

Снова раздался шум. Я отложил планшет на диван и тихо поднялся по ступенькам, приготовившись выбросить мелких дружков из окна. Им это не навредит, но принесёт мне немного удовольствия.

Дверь в нашу спальню была открыта, и я шагнул внутрь. Взглядом осмотрел комнату в поисках источника звука. Но маленьких демонов нигде не было видно. Мой взгляд остановился на кровати, где я час назад оставил свою уставшую пару, и обнаружил, что кровать пустая.

Я вновь испытал укол страха, подумав, что Сара опять перенеслась бог знает куда, как это произошло в Рождество. Я быстро пришёл в чувства, осознав, что всё ещё чувствую её. Кроме того Эльдеорин наложил на неё чары, чтобы не допустить повторения перемещений во время беременности.

— Чёрт, — раздался её приглушённый голос.

Я прошёл к детской комнате, которую этим летом пристроил к нашей спальне, и увидел Сару. Она склонилась, пытаясь дотянуться до детской присыпки, лежавшей на полу. Её живот был слишком большой, чтобы позволить ей быть ловкой, и она даже не могла зацепиться пальцами за бутылку.

— Ты должна была отдыхать, — пожурил я, пересекая комнату.

Я поднял бутылку и поставил её на комод у пеленального столика. Затем обнял Сару и поцеловал её в макушку.

— Я не могу спать. У меня такое чувство, что я что-то забыла.

Она вздохнула и положила голову мне на грудь.

— Наши матери подготовили всё, в чём только может нуждаться новорождённый. Если кто-то из них пришлёт что-то ещё, мне придётся строить ещё одну пристройку к дому.

Сара зевнула.

— Ты прав. Я веду себя глупо. Беременность совсем запудрила мне мозги.

— Я люблю твои мозги и каждую частичку тебя.

Она запрокинула голову и состроила гримасу.

— Мой живот размером с кита. Я уже даже не могу дотянуться до пальцев ног.

Рассмеявшись, я осторожно подхватил её на руки и поцеловал её надутые губки.

— Ты никогда не была более красивой для меня.

— А что тебе остаётся говорить, — сказала она, когда я отнёс её обратно в кровать и накрыл одеялом.

Я начал вставать, но Сара схватила меня за руку и потянула к себе на кровать. Она легла на бок, и я обнял её со спины. В эти дни ей было удобно спать только в таком положении. Я положил руку поверх её руки и сплёл наши пальцы. Она вздохнула и ещё ближе прильнула ко мне.

— Если ты слишком устала, чтобы идти на ужин в бастион, мы можем остаться дома, — прошептал я в её волосы.

— И пропустить День Благодарения? Ни за что.

Я улыбнулся от её пылкого ответа. Сара любила праздники, быть в кругу семьи и друзей. День Благодарения и Рождество были тихими праздниками, пока она росла, и она была решительно настроена наверстать упущенное. Она бы провела в бастионе весь день, если бы я не настоял, что нам надо остаться дома до ужина. Иначе она бы вымотала себя и уснула бы ещё до подачи первого блюда.

Под нашими соединёнными руками задвигался малыш, и Сара слегка сместилась.

— Она сегодня беспокойная.

— Тебе неудобно?

— Всё отлично, пока ты меня так обнимаешь.

Удовлетворение наполнило меня. Я обнимал двух самых близких мне людей, которых я любил больше своей собственной жизни. Слушая, как дыхание Сары становилось ровным, я подумал об отчётах, которые должен был бы изучить, но быстро откинул эту идею. Не было ничего важнее самочувствия Сары, и прямо сейчас она нуждалась в отдыхе.

Двумя часами позже я нежно разбудил свою спящую пару и сказал ей, что нам пора собираться. Я помог ей встать, и менее чем через десять минут она была одета и готова выходить.

Хуго и Вульф подняли головы. Они спали на улице, на крыльце. Они завиляли хвостами, но не стали прыгать и бежать к Саре, как обычно. Церберы вели себя сдержанно с тех самых пор, как мы вернулись домой в сентябре, и мне стало интересно, могли ли они чувствовать, что она не была достаточно сильна для игры с ними сейчас. Если уж на то пошло, они стали даже более покровительственными к ней, редко покидали крыльцо, когда она была в доме.

Я подошёл к Саре, решив взять её на руки и отнести к машине, но она отмахнулась.

— Прогулка мне поможет, — она глубоко вдохнула холодный воздух. — Хмм. Скоро пойдёт снег. Послезавтра.

— Насколько сильный?

Я уже привык к её предсказаниям погоды. Она никогда не ошибалась.

— Просто кратковременный снегопад, но, похоже, снега этой зимой будет много.

Улыбнувшись, я взял её за руку и помог спуститься по ступенькам.

— Я прослежу, чтобы нам хватило дров.

В сопровождении церберов, мы прошли вдоль тропинки у озера, ведущей к поляне, на который был припаркован внедорожник. Когда мы обогнули озеро, отражение на его зеркальной поверхности привлекло моё внимание к маленькой конструкции с куполом на дальней стороне озера. Фейри называли её родильней, и Эльдеорин установил её несколько дней назад, приготовившись к родам Сары. Когда придёт время, только Саре и фейри будет позволено быть внутри родильни, поскольку на неё наложили особые чары для родов.

Каждый раз, когда я думал о том, что не буду с Сарой во время появления нашего ребёнка на свет, у меня сводило живот. По словам Эльдеорина, она не сможет контролировать свою силу и силу малышки, поэтому мне придётся довольствоваться тем, что я буду находиться снаружи до тех пор, пока не станет безопасно войти внутрь.

Поездка до главного здания бастиона была короткой, и нас ждала приветственная вечеринка уже на ступеньках. Я ещё даже толком припарковаться не успел, как мама с Мадлен уже появились у пассажирской двери, приготовившись помогать Саре выйти из машины. Сара не любила, когда с ней кто-то нянчился, но она мило улыбнулась и позволила им помочь ей.

Отношения Сары с её матерью стали гораздо лучше за последний год. Когда Сара обнаружила, что беременна, Мадлен поддержала её и предложила помощь и совет, что могла дать только мать. Она усердно работала над тем, чтобы возместить потерянные годы и унять ту боль, что она причинила дочери. А Сара, чья способность любить и прощать была безгранична, открыла своё сердце матери, которая отсутствовала большую часть её жизни. Они не были столь близки, как я со своей матерью, но я знал, что рано или поздно они обретут эту близость.

Я последовал за ними в главное фойе, которое было украшено в честь праздника. Из столовой доносились музыка и смех и, войдя туда, я отыскал Сару, которую уже окружили Нейт, Тристан, Крис, Бет и наши родители. Остальные жители бастиона разошлись по залу и разговаривали.

— Выглядишь уставшей. Ты высыпаешься? — поинтересовался Нейт.

Он приехал погостить. Теперь он жил в Эшвилле, в Северной Каролине. За последние несколько лет он довольно много путешествовал, пока этим летом не нашёл место, где хотел бы поселиться. Саре не нравилось, что он жил так далеко, но она понимала его потребность быть в окружении других людей, которые не выглядели вдвое его моложе. Там он казался счастливым, а это всё, что имело значение.

Сара тихо рассмеялась и обняла дядю.

— Ты прям как Николас. И да, я много отдыхаю. Николас побеспокоился об этом.

— Никогда не говори девушке, что она выглядит уставшей, Нейт, — за моей спиной раздался бранящий меня голос.

Джордан пнула меня локтем, проходя мимо, и я улыбнулся.

Хамид остановился рядом со мной, а Джордан протиснулась между Крисом и Нейтом, решительно настроенная добраться до Сары. Я уже давно знаю Хамида, но никогда не видел его таким расслабленным. Немного не такой душевный настрой я бы ожидал от пары Джордан.

— Куда едите после праздников? — поинтересовался я.

— В Австралию, — рассеянно ответил он, не отводя взгляда от блондинки, которая только что что-то сказала и все вокруг неё рассмеялись.

Я усмехнулся. У него был вид только что обретённого пару, такой же, какой я, вероятно, имел весь последний год. Он был так сосредоточен на своей паре, что едва ли обращал внимание на кого-либо ещё в зале. Я был удивлён, когда они с Джордан закрепили связь, но видя их вместе, я совершенно чётко понимал, что они идеально подходили друг другу.

Хамид оторвал глаза от Джордан и взглянул на меня.

— Совет просит нас отправиться в Австралию. После этого я планирую поехать в Японию.

— Япония? Не слышал, что там были какие-то проблемы.

— Там всё тихо. Я организовал для Джордан тренировки с Дайго, на шесть месяцев.

— А.

Я понимающе кивнул.

Дайго Мацуи был одним из наших старейших живых воинов-самураев. Давным-давно я тренировался с ним, и Джордан спрашивала меня о нём во время наших спаррингов. Я знал, что она мечтала когда-нибудь потренироваться с кем-то из наших самураев.

— Удивлён, она не пищит от восторга, — подшутил я.

Хамид снова перевёл взгляд на Джордан.

— Она пока ещё не знает. Будет сюрприз.

— Ты прекрасно её знаешь, — я улыбнулся, представив реакцию Джордан, когда он сообщит ей.

Воины годами ждали возможность потренироваться с Дайго. Должно быть, Хамид попросил вернуть должок, чтобы так быстро устроить её.

К нам присоединился Крис. Вчера они с Бет вернулись домой из Альберты, где они организовывали первый из трёх командных центров, которые мы запланировали в Канаде. Мы с Сарой не видели друзей с той поры, как закончили организацию чикагского командного центра в августе.

— Как дела в Канаде? — поинтересовался Хамид.

— Хорошо. Более того мы опережаем график. Думаю, мы запустим все три центра уже к следующему июню при таком темпе.

Вполуха я слушал их разговор о новых командных центрах, наблюдая за Сарой. Мне надо было быть уверенным, что она не показывала никаких признаков утомления. В эти дни она очень быстро уставала, и я знал, что она не прислушается к своему телу из-за всей этой праздничной суматохи.

Она посмотрела в мою сторону и наши взгляды встретились. Я почувствовал теплоту её взгляда, даже не устанавливая связь.

«Перестань волноваться», — ненавязчиво поругала она меня через связь.

«Я не волнуюсь, — соврал я. — Мне просто интересно как долго я вынужден буду делить тебя сегодня со всеми, прежде чем смогу отвезти тебя домой в нашу кровать».

Её щёки окрасились румянцем. Как же я любил, что до сих пор мог вызывать у неё румянец, даже когда в её животе рос наш малыш, и я надеялся, что никогда не утрачу эту способность.

Я извинился перед Хамидом и Крисом и пошёл к Саре. Взяв её за руку, я повёл её к диванчику для двоих, который обычно стоял в комнате отдыха. Я высказал своё беспокойство, что Саре придётся сегодня весь вечер провести на ногах, и Тристан ради неё переставил сюда диван. Судя по тому, что она не стала возражать, что я сюсюкался с ней, она устала гораздо больше, чем показывала.

Одни мы пробыли недолго. В считанные минуты наша семья и друзья подтянулись и окружили нас.

Джордан села на подлокотник дивана рядом с Сарой.

— Ты не пригласила волков?

Сара кивнула.

— Пригласила, но мама Роланда захотела, чтобы в этом году они остались дома. К ним приехали родители и сестра Эммы. И это первый день Благодарения для малыша Питера и Шеннон, Калеба, поэтому они захотели провести праздник в кругу семьи.

Джордан изогнула бровь.

— Мне интересно, как прошёл разговор, когда Эмма сообщила своей семье, что стала парой оборотня.

— Это, наверное, менее шокирующе, чем обнаружить, что Эмма была вампиром, — сказал я.

— Верно, — она окинула взглядом лица, окруживших нас людей. — Это полное безумие, сколько всего произошло за последние четыре года. Вы вообще когда-то допускали мысль, что будете дружить с оборотнями и бывшими вампирами?

— Да, — тут же сказала Сара, всех насмешив. — Ну, да в отношении оборотней.

— А если серьёзно, — Джордан подняла руку и начала загибать пальцы. — За последние несколько лет, люди из этого зала убили Магистра, Лилина и архидемона. Это безумие, стоит об этом подумать.

Крис стиснул Бет, которая прильнула к нему спиной, и подмигнул нам с Хамидом.

— Что я слышу, так это то, что наши пары очень крутые и нам надо начинать совершенствовать своё мастерство.

Я улыбнулся Саре.

— Думаю, ты можешь быть прав.

— Ты пытаешься сказать, что хочешь взять перерыв от работы? — спросил Хамид Джордан с весельем в глазах.

Свирепый взгляд, которым она бросила на него, был очень комичным.

— Даже не думай так шутить.

Я открыл было рот, чтобы подшутить над ней, как вдруг тупая боль прострелила мою руку, в которой я держал руку Сары. Я опустил взгляд на наши соединённые руки и увидел, что её рука слегка мерцает. В последние дни такое часто бывало, но впервые за всё время беременности её сила ударила меня. Отсутствие реакции с её стороны говорило, что она даже не осознала произошедшее.

Она тихо вздохнула и заёрзала, словно ей было неудобно.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — поинтересовался я.

— Да, — Сара положила голову на моё плечо. — Думаю, нашей дочурке не терпится появиться на свет.

Я обнял её.

— Скоро.

Тристан взглянул в сторону кухни, а потом снова посмотрел на нас.

— Полагаю, ужин сейчас будет подан.

Сара подняла голову.

— Как раз вовремя. Я изголодалась, да и индейка пахнет великолепно.

Я встал и протянул руку, желая помочь ей подняться с дивана. В последнюю секунду она отдёрнула руку, которая начала ярко сиять.

Сара вжалась в спинку дивана, подальше от меня и Джордан. В её глазах появилась паника.

— Отойдите.

— Что случилось? — спросил я гораздо спокойнее, чем чувствовал себя.

— Я-я не могу втянуть свою силу в себя. Оо… — она опустила глаза, а потом посмотрела на меня с потрясённым видом. — Похоже, у меня только что отошли воды.

Мама и Мадлен бросились с ней, но Сара вскинула руки.

— Не приближайтесь ко мне! Это небезопасно.

— Я помогу, — Нейт подошёл и сел рядом с ней, и Сара вцепилась в его руку, словно он был спасательным кругом.

Я был рад, что у неё был Нейт, хотя меня и убивал тот факт, что я не мог предложить ей физический комфорт, когда она в нём так нуждалась.

— Как мы можем помочь? — спросила Бет.

— Никак, — дрожащим голосом ответила Сара. Она закрыла глаза и выдохнула. — Эльдеорин с Айне уже идут.

Не успели эти слова покинуть её рот, как передо мной возник Эльдеорин. Проигнорировав всех в зале, он встал на колени перед Сарой и положил руку на её живот. Я затаил дыхание в ожидании его слов.

Наконец он поднял голову и улыбнулся Саре.

— Нам надо перенести тебя в родильню. Айне уже там, она готовится приняться за тебя.

Больше не сказав ни слова, он встал и сгрёб её в свои руки. В следующий миг они исчезли.

Я выбежал из здания и рванул по дороге к озеру. Менее чем через минуту в поле зрения появился наш дом, но я миновал его и направился прямиком к родильне фейри. Примерно в полутора метрах от конструкции я врезался в стену фейской магии, от которой у меня болезненно закололо кожу. Через защиту я не мог почувствовать Сару, но её присутствие говорило мне, что она была там с фейри.

«Сара?» — позвал я, отступая.

Ничего.

Я беспомощно стал мерить шагами территорию. Появился Тристан, а следом за ним пришли мои родители, Мадлен и наши друзья. Все они выжидательно посмотрели на меня, но у меня не было никаких новостей. Я был в таком же неведении, как и они.

Через пять минут приехал Нейт, пригнав один из наших автомобилей.

— Как она? — запыхавшись, спросил он, подбежав ко мне.

Прежде чем я смог ответить, перед нами возникла Айне.

— Сара хорошо справляется, — уверила меня рыжеволосая сильфида. — Она знает, что вы будете волноваться, и попросила меня подойти к вам.

— Я могу поговорить с ней? — спросил я.

Айне кивнула.

— Как только мы обуздаем её силу, мы опустим защиту, и вы сможете пообщаться.

Меня наполнило облегчением. Не иметь возможности физически присутствовать рядом с Сарой при рождении нашей дочери было довольно сложно, но быть отрезанным от связи с ней было настоящей пыткой.

— Я должна вернуться к ней, — мягко сказала Айне и исчезла.

Прошло ещё десять истязающих минут, прежде чем мой Мори начал трепетать от радостного возбуждения. Всё моё тело расслабилось, как только я почувствовал присутствие Сары. Ощущения были слегка приглушёнными из-за защитных чар, но достаточными, чтобы успокоить моего встревоженного Мори.

«Николас?» — позвала меня Сара через связь.

«Я тут. Как ты?»

«Как любая другая женщина при родах, — ответила она, в её голосе послышалась улыбка. — Как ты там держишься?»

«Как любой другой мужчина, чья пара рожает», — ответил я.

Волна любви хлынула по связи.

«Жаль, что ты не можешь быть тут со мной».

«Мне тоже жаль».

«Я…»

Её слова резко оборвались, и я скорее ощутил, чем почувствовал её физическую боль. Я стиснул челюсти. Я готов был отдать всё, лишь бы взять на себя её боль. Но именно в этом случае, я не мог поделиться с ней силой своего Мори.

«Схватки», — сказала она, когда боль прошла.

«А тебе не могут помочь и унять боль?»

«Всё не так плохо, — уверила она меня. — И Айне говорит, что фейри рожают гораздо быстрее людей. Ты и не заметишь, как уже будешь держать нашу малышку на руках».

Ко мне подошла Мадлен. Её темные глаза были полны беспокойства.

— Ты разговариваешь с Сарой? Как она?

И только тогда я осознал, что окружен людьми, которые пристально за мной наблюдали, ожидая хоть каких-то новостей о Саре.

— У неё все хорошо, — сказал я им, не зная, что ещё сказать.

Следующий час я мерил шагами территорию вокруг родильни и разговаривал с Сарой в промежутках между схватками, но они становились всё короче. Я попытался отвлечь её от боли, но мог сказать, что становилось хуже. Я побывал в бесчисленном количестве опасных для жизни ситуациях, но, ни одна из них не заставила меня почувствовать себя таким немощным, как сейчас.

«Когда скажем Джордан, что она будет крёстной матерью?» — спросил я, наблюдая за блондинкой-воительницей, которая тихо разговаривала с Хамидом. Джордан месяцами намекала, что хочет эту работу, и мы ждали появления малышки, чтобы обрадовать её этой новостью.

Сара рассмеялась.

«Я удостою тебя такой чести, как только мы познакомим её с нашей дочерью, — на несколько долгих минут она затихла. — Ты всё ещё не против, что Эльдеорин будет крёстным отцом, да?».

«Да». Айне объяснила нам, что наша дочь должна иметь как минимум одного крёстного фейри. Как бы сильно мне не нравился Эльдеорин, он был могущественным и заботился о Саре. А Сара ценила его и доверяла ему свою жизнь.

«Когда у нас будет сын, ты сможешь выбрать…». Она резко умолкла, и я почувствовал её боль от накрывшей её схватки. Эта схватка, похоже, была гораздо дольше предыдущих, и мне показалось, я почувствовал от Сары укол страха.

Я сжал кулаки. Я знал, что она была в самых лучших руках, но мне было ненавистно, что она переживала это без меня.

Без какого-либо предупреждения между нами резко выросла стена, и я больше не чувствовал Сару. Я развернулся лицом к родильни, но всё выглядело без изменений. Узел страха скрутил мои внутренности. Что-то было не так.

«Сара?» — позвал я, но в ответ меня поприветствовала тишина. Потребовался весь мой самоконтроль, чтобы не начать пытаться пробиться сквозь стену, удерживающую меня от неё.

Внезапно рядом со мной возник Тристан.

— Что случилось?

— Не знаю. Мы разговаривали, и теперь я не могу ни слышать, ни почувствовать её.

Должно быть, я всем своим видом показал страх, потому что он положил руку на моё плечо.

— Уверен, мы бы узнали, будь что-то не так.

— Ты прав, — без какой-либо уверенности сказал я.

Я осмотрелся по сторонам и мой взгляд остановился на Нейте, который стоял в нескольких метрах от нас, разговаривая с Крисом и Бет.

— Нейт, — позвал я.

Он поспешил к нам, нахмурившись.

— Что-то не так?

— Я больше не могу слышать Сару. Не можешь ли попробовать, пройдёшь ли ты сквозь фейские чары и дойдёшь ли до родильни?

Без лишних слов Нейт повернулся к родильни и направился к ней размашистым шагом. Он прошёл сквозь чары, даже не запнувшись, и, подойдя к родильни, постучал по стене сооружения, в котором не было явных глазу дверей и окон.

Через несколько минут появилась Айне, хотя казалось прошёл целый час. Я не мог расслышать, что она сказала Нейту, потому что они были внутри чар, но от вида, как он поджал губы, меня охватил страх.

Они пошли в нашу сторону. Приблизившись ко мне, Айне, которая обычно была преисполнена спокойствием, выглядела встревоженной. Я попытался подготовить себя к любой новости, что она принесла для меня.

— Есть небольшое осложнение, — нежно сказала Айне, подойдя. — Тело Сары готово к родам, но малышка отказывается выходить.

— Что это значит? — требовательно спросил я.

— У Сары прекратились схватки, и магия малышки не даёт нам извлечь её из чрева, не причинив ей вреда.

Я уставился на сильфиду, пытаясь осознать её слова.

— Она же малютка. Как её магия может равняться с магией Эльдеорина или твоей?

— Её магия непорочная, и она подпитывается магией Сары. Пока она связана с матерью, она в высшей степени сильна.

— И вы ничего не можете сделать? — спросил я, в моих ушах забарабанила кровь.

— Нет, — ответила Айне. — Но не переживай. Сара говорит, что малютку что-то огорчает, и она пытается успокоить её.

Я запустил руку в волосы. Сара оказалась талантлива в успокоении нашей дочери, когда та была неспокойна или взволнована, что происходило довольно часто с ребёнком-фейри.

Айне слегка наклонила голову, словно к чему-то прислушивалась. Её глаза широко распахнулись, и она выпалила «Я должна идти», а потом внезапно растворилась в воздухе.

Как только она исчезла, все окружили меня, желая знать, что происходит. Я рассказал о новостях и снова принялся вышагивать. Не знаю, сколько времени прошло, но мне показалось, что целая вечность.

«Николас», — голос Сары в моей голове раздался вместе с волной счастья.

«Сара?» — отозвался я, и в эту же секунду в боковой стене родильни образовался дверной проём и появился Эльдеорин.

Эльдеорин взглядом отыскал меня. Выражение его лица я мог описать только одним словом — благоговение.

— Теперь ты можешь войти.

Я поспешил к нему.

— Как они?

— Они… в порядке, — фейри ухмыльнулся мне. — Пошли, сам увидишь.

Он отступил в сторону, давая мне возможность войти в родильню. Внутреннее убранство родильни было освещено мягким светом, а стены были обшиты тонкой белой материей. Айне стояла чуть в стороне, чем-то занимаясь, но мой взгляд был сосредоточен исключительно на Саре, которая лежала на кровати, установленной посередине помещения. Она лежала, приподнявшись на подушках и, держа в руках крошечный сверток, прижимала его к груди. Я никогда не думал, что она могла быть ещё более красива, но от вида её с нашей дочерью на руках у меня перехватило дыхание.

Зелёные глаза Сары заблестели от слёз, как только она встретилась со мной взглядом.

— Николас, — выдохнула он, словно была слишком истощена, чтобы произнести больше, чем только моё имя.

Я подошёл к ней и нежно поцеловал её. А потом сел рядом с ней и опустил взгляд на нашу дочь. Её глаза были закрыты, а крошечное личиком сморщено, но я уже видел в ней черты Сары. У неё была копна густых чёрных волос, которые она могла получить только от меня.

— Она прекрасна, — хрипло вымолвил я, прикоснувшись пальцем к мягкой щёчке.

Сара шмыгнула носом.

— Да, он прекрасен.

Я резко втянул воздух и поднял глаза на Сару.

— Что?

— Николас, познакомься со своим сыном, — Сара улыбнулась, излучая счастье.

По мне прокатилась волна потрясения. Сара положила малыша в мои руки.

— Мой… сын? Но как? Эльдеорин же сказал, что мы ждём девочку.

— Так и есть, — раздался тихий голос за моей спиной.

Я взглянул на Айне. Она подошла ко мне, принеся второго ребёнка, и нежно положила его в руки Сары.

— А вот и ваша дочь.

Не в силах найти слова, я уставился на нашего сына и дочь. Волна покровительства, которую я никогда в жизни не испытывал, окатила меня, а моё сердце расцвело чувствами, и казалось вот-вот разорвётся.

— Близнецы, — наконец, выдавил я. — Как?.. Он?..

Сара протянула руку и погладила нашего спящего сына по волосам.

— Он полноценный Мохири, как и его папа, и его сестра — наполовину фейри, как я. Мы считали, что она защищает своего Мори от моей силы, а оказалось, что она также защищала своего близнеца. И поэтому никто из нас не смог почувствовать его.

Пребывая в полном изумлении, я боролся за адекватную реакцию. Но смог лишь сказать:

— Мне придётся построить ещё одну пристройку к дому.

Сара рассмеялась и схватила меня за руку.

— Думаю, детской пока хватит. Мы с лёгкостью сможем вместить туда вторую кроватку.

Я сидел рядом с ней, баюкая сына в одной руке, а другой обнимал Сару и нашу дочь. Мы пребывали в нашем маленьком коконе счастья, пока не заговорил Эльдеорин:

— Ваша семья и друзья хотят вас видеть. Я снял чары, так что теперь им безопасно зайти, если вы готовы.

Сара кивнула.

— Да. Ой, погоди! — она посмотрела на меня. — Сначала нам надо дать имя нашему сыну.

— Точно.

Когда мы обнаружили, что Сара была беременна, она спросила, можем ли мы назвать малышку Даниэлой в честь её папы — Даниэля. Её огорчало, что он никогда не познакомится со своей внучкой, и поэтому наша дочь будет носить частичку его с собой. Мы ни разу не подумали о сыне, и не обсуждали имя, поскольку никто из нас не ожидал столь скорого появления сына.

— Мы можем назвать его в честь кого-нибудь из твоей семьи, — предложила она.

Я задумался.

— Моего дедушку звали Дмитрий. Как насчёт такого имени?

Её лицо озарилось.

— Мне нравится. Даниэла и Дмитрий. Очень здорово звучат вместе.

— Тогда Даниэла и Дмитрий, — я поцеловал Сару в висок. — Ты готова познакомить всех с нашим сыном и дочерью?

Сара положила голову на моё плечо.

— Я только хочу ещё немного побыть вот так вместе. Что-то подсказывает мне, что это последние минуты отдыха, которые есть у нас.

— Если Даниэла хоть в чём-то будет как её мама, вероятно, сна мне больше не видать.

Сара фыркнула.

— Не забывай, я слышала все истории твоей мамы о том, каким ты был в детстве.

— Ну, хотя бы наша жизнь никогда не будет скучной.

— Никогда, — Сара счастливо вздохнула. — Я люблю тебя, Николас.

Я поцеловал её в макушку.

— Я люблю тебя, moy malen'kiy voin.

КОНЕЦ

Переведено для группы https://vk.com/booksource.translations

Заметки

[

←1

]

Керамбит (вариант — «карамбит») в классической своей форме — это нож с фиксированным клинком вогнутой формы с заточкой по внутренней стороне и с крупным кольцом-отверстием под палец на рукояти

[

←2

]

Венис-Бич (Venice Beach) — это один из самых знаменитых пляжей в Лос-Анджелесе, который является популярнейшей туристической меккой.

[

←3

]

Аэропорт О’Хара или О’Хара, крупнейший аэропорт, расположенный в северо-западной части Чикаго, Иллинойс, США, в 27 км к северо-западу от Чикаго Луп.

[

←4

]

Мурамаса — знаменитый мечник и кузнец, живший в Японии в период Муромати (предположительно в 16 веке), основатель оружейной школы Мурамаса. По преданию, клинки Мурамасы «жаждут кровопролития» и приносят зло, тогда как мечи Масамунэ считаются атрибутом спокойного и невозмутимого воина

Content

Линч Карен Непослушание