Памфилофф Мими Джин

Брачное агентство для бессмертных

Мими Джина Памфилова

Брачное агентство для бессмертных

Книга 1

Полное или частичное копирование, выкладка на других ресурсах или передача книги третьим лицам БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНЫ! Книга не несёт в себе никакой материальной выгоды, предназначена только для личного пользования и предоставлена исключительно в ознакомительных целях. Просьба удалить после прочтения. Спасибо!

Переведено для группы WonderlandBooK

Переводчик: Natali_n

Бета-риддинг: Arriva

Редактор и русифицированная обложка: inventia

Вступление

Мои дорогие и любимые людишки!

— Я вернулась, сучки! Скучали? А, скучали-скучали? Не отвечайте! Ну, конечно же, да! Считали секунды, беспокойно тоскуя по моему ужасно неуместному безумию. Что же, ожидание закончено! Тётушка Сими точно знает, чего вы хотите: блиц-опрос! Итак, без лишних слов, я его запускаю!

Вопрос № 1

Дорогие боги, почему я благодарна Мими за то, что она решила написать спин-офф к серии «Случайно твой»?

А. Потому что у меня вновь есть повод и дальше присылать Мими предметы с единорогами (например, вязаные вручную шапки, серьги, повязки с рогом, наклейки, носки, футболки с надписью «Я не верю в людей», «Я чертовски люблю единорогов» и нижнее бельё), а также все посты о единорогах, которые нахожу на Facebook.

Б. Из-за моего недовольства, что Андрус, Томмазо, Бах (Бог вина), Бииз, Богиня Забвения, Габран, Кьёк, Зак, Сентин и остальные бессмертные, которые мне небезразличны, не нашли пару. Где справедливость?!

В. Я ни на секунду не верю, что Симил можно перевоспитать, но мне не терпится понаблюдать за попытками.

Г. При виде мужчин с бирюзовыми глазами и в кожаных штанах, я вся влажная, что головастик

Вопрос № 2

Что мы узнаем о единороге Минки во время серии «БРАЧНОЕ АГЕНТСТВО ДЛЯ БЕССМЕРТНЫХ»?

А. Она не существует, и никогда не существовала.

Б. Она мечтает стать порнозвездой.

В. Она тайно влюблена в одного из богов.

Г. Минки — не единорог, а другой вид, порабощённый Симил для развлечения.

Вопрос № 3

Почему Симил ненавидит клоунов?

А. Они — зло.

Б. Они — зло.

В. Они — зло.

Г. Они — зло.

Так, всё, блиц-опрос закончен. Ответы найдёте в конце книги! И я очень надеюсь, что вам понравится путешествие по возмещению ущерба за всё, что наворотила. (Ха-ха-ха! Будто мне есть до этого дело! Но только, это тайна. Никому не рассказывайте).

Случайно сама своя, Симил, богиня Подземного мира

P.S. Минки шлёт невидимый привет.

Глава 1

— Проклятье, мне нужно перекусить. — Зак, Бог Искушения и самое потрясающее, крутое божество на планете, достал из чёрного кожаного рюкзака ланч-бокс с изображением бионического человека, положил его на стол и достал бутерброд с болонской колбасой[1]. — Чёрт, да быть такого не может, — прошептал он и откусил большой кусок, глядя на экран компьютера. Сто пятьдесят? Они и дня не проработали. Его компьютер издал странный свистящий звук, указывающий на то, что в «почтовый ящик» пришло больше «входящих писем».

Зак откусил ещё кусочек и чуть не подавился.

— Что за чертовщина? — Теперь двести восемьдесят бессмертных заполнили онлайн-анкету.

Зак посмотрел через плечо на пустое пространство двадцатого этажа, которое они арендовали в центре Лос-Анджелеса. Большой угловой офис пустовал. Предательница. Было уже далеко за полдень, но его чертовски безумная рыжеволосая сестра Симил, Богиня Подземного мира, в официальный первый рабочий день отсутствовала. Естественно, она настояла сделать себе отдельный кабинет, потому что сама «критически важна для выживания человечества».

Что за божественная околесица?!

С его точки зрения, они оба одинаково ценны для человечества и оба в этой неразберихе по двум причинам: во-первых, Симил психичка. А во-вторых, он ей доверял. Из-за неё им пришлось открыть это брачное агентство для бессмертных.

«А я лишь влюбился в женщину брата».

Да, возможно, он преступил несколько границ, используя силы в попытках разрушить отношения брата, вот только провалился. Но его изгнание богами в эту адскую дыру пробок, смога и жары, именуемую «Лос-Анджелес»? А потом он должен приходить в огромный, высасывающий душу гроб из стекла и стали, называемый «офисным зданием»? Каждый день работать, как какой-нибудь простой смертный раб, чтобы помогать бессмертным массам?

«Хрена с два, спасибо, амиго».

Он обвёл пустое пространство взглядом, отмечая трагически недостойное убранство белых стен, серого ковра и искусственного освещения.

«Может, я смогу украсить это место картинами с голыми женщинами и шоколадно-соблазнительным дерьмом».

С этой мыслью Зак запихнул в рот остатки бутерброда, отряхнул руки о чёрные кожаные штаны и вернулся к компьютеру, просматривая профили. Вампир, вампир, полубог, мой брат, мой другой брат, Учбен, бессмертный воин… единорог?

— Здравствуйте. Вы Зак? — донёсся нежный женский голос.

Зак поднял глаза и увидел невысокую женщину с длинным светлым хвостом и большими голубыми глазами, стоявшую в дверном проёме и выглядевшую очень взволнованной. Её миниатюрное тело, хотя и было затянуто в ужасно короткое платье с отвратительными цветами, всё равно казалось соблазнительным. Девушка вопросительно хлопала большими синими глазами.

Зак поднял указательный палец и проглотил бутерброд.

— Да, я Зак. Кто ты, чёрт возьми? — Она казалась человеком, но это агентство по подбору пар только для бессмертных.

С нетерпеливой, дружелюбной улыбкой она приблизилась, протягивая руку.

— Я Тула Джонс. Приятно познакомиться. — Он встал и наблюдал, как её взгляд скользит вверх, вверх, вверх. От удивления у неё отвисла челюсть. — Она не лгала, вы действительно высокий.

Естественно, ведь он — божество, одно из четырнадцати, старше семидесяти тысяч лет и два метра десять сантиметров мужского совершенства вплоть до несносности. Не то чтобы они невыносим, он же слишком совершенен для этого дерьма.

Зак скрестил накаченные руки на великолепной груди.

— Угу, большой. Во многих, многих смыслах. — Он многозначительно выгнул бровь, гадая, сколько секунд ей понадобится, чтобы протянуть руку и прикоснуться к нему. Дамы всегда хотели его пощупать. — Так какая же счастливица послала тебя?

Ничего необычного в слухах, которые распространяли женщины после восхитительной ночи с ним, нет. Зак ведь Бог. Крутой бог. С огромным членом. И за последние несколько недель вспахал чертовски много смертных полей. Блин, а что ещё оставалось делать? Плакать над разбитым, изгнанным, крутым сердцем? Ни хрена подобного.

— Ну, — начала она, — ваша сестра Симил. И она сказала, что я не должна бояться или позволять вам помыкать мною.

«Симил послала женщину со мной переспать?»

Эта Тула на его вкус немного маловата, чуть выше полутора метров роста, но на вид, кажется, знает, как обращаться с членом. Возможно, день станет лучше.

— Она наняла меня на должность вашей помощницы, — добавила Тула, возбуждённо осматривая его тело. То есть, это не послеобеденная доставка добычи? Может, Зак зайдёт в «Старбакс» по соседству и кого-нибудь подцепит. Изгнанный или нет, он всё ещё оставался божеством и совершенно неотразимым для женщин. С чем не справлялось тело, делал за него запах. Один вдох и дамы слетались на него, как пчёлы на мёд.

— И с чего сестра решила, что мне нужен помощник? — скептически спросил он.

— Ваша сестра сказала, цитирую: «Он гигантский мудило и совершенно бесполезен, поэтому ему нужен тот, кто сделает за него работу».

Он не мудило, скорее мудак. Так или иначе, Симил лишилась бессмертного разума? Люди должны узнавать о богах лишь в экстренном случае, потому что чертовски их боялись. Каждый день что-то новое — от вампиров до единорога Симил — приносило головную боль и ночные кошмары людям.

Тула добавила:

— А ещё она упомянула, что вам, возможно, потребуется одобрение и моральная поддержка. И, вау, она была права насчёт волос.

— Волос? — Он провёл рукой по чёрной гриве.

— Она сказала, что ваша причёска просто кричит о депрессии. Хотите, запишу вас в салон? — спросила Тула.

Что? По его волосам видна депрессия? Они блестящие, небрежно лежащие и кричат: «Крутой!» Женщины постоянно хвалили его волосы, которые выгодно оттеняют бирюзовые глаза.

«Правда, говоря это, женщины смотрели на выпуклость в штанах».

— Мне очень жаль, — прорычал он, — но думаю, что произошла ошибка. Мы не нанимаем персонал.

— Ага, — весело сказала Тула. — Мне сесть здесь?

Она обошла стол, скользнув мимо Зака и вызывая сильное возбуждение. Затем села на место, где он только что сидел, и одарила божество нахальной улыбкой.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Ваша сестра добавила, что вы попытаетесь меня прогнать. Потому что, цитирую: «Он гигантский мудило и считает, что слишком крут, чтобы принять чью-то помощь».

Зак зарычал и потянулся к ней.

— Ладно, малышка, тебе пора…

Она отстранилась.

— Прошу, не выгоняйте меня. Мне очень нужна эта работа.

Он замер, а затем опустил руку. Чёрт возьми!

— Сестра велела тебе так сказать, да?

Тула покачала головой.

— Нет, это правда. Мне нужны деньги на колледж. Осталось отучиться год, а родители не могут позволить себе обучение. Лишь эту работу, которая позволит оплачивать счета и с гибким графиком, чтобы я могла ходить в колледж, я смогла найти.

Твою же мать.

Она нашла брешь. Нет, не в смысле его брешь, а брешь в системе. Цель божества — помогать людям, и она встроена в их ДНК с самого первого дня. Теперь Зак обязан помочь.

Он почесал небритый подбородок, не зная, что делать с этой женщиной. Зачем Симил нанимать наивную крохотную человеческую женщину, чтобы помочь божествам отработать наказание — найти пару для сотни бессмертных — или делать что-то в этом роде?

Скорее всего, это очередная ложь, которую другие боги произнесли в приговоре, где говорилось об обучении состраданию и истинному значению любви, которая влетела в одно ухо и вылетела из другого.

А ещё его лишили сил! Что же, ситуация походила на дерьмо собачье, в которое вляпываешься по весне.

— Ладно, — проворчал он. — Можешь остаться. Но только до тех пор, пока не найдёшь другую работу.

— Спасибо! Спасибо, — пропела она. — Обещаю, вы не разочаруетесь. Работник из меня усердный и организованный.

— Ага, на здоровье, — вежливо ответил он. Где же теперь он будет сидеть? Зак осмотрел пустой офис, который к тому же был и вестибюлем. — Я буду работать там. — К чёрту Симил. Она не появилась, так что он займёт большой кабинет. Пусть сидит на полу. — Может, для начала закажешь что-нибудь?.. — Он обвёл рукой помещение. — Что-нибудь такое, чтобы это место стало меньше напоминать ад. — Только богам известно, как долго ему придётся приходить сюда. Так что, можно сделать это место достойным божества.

— Хорошо. — Она взглянула на стол. — Это ланчбокс с бионическим человеком?

— Да. — Глупая смертная. Неужели не видит гигантских букв на металлической коробке, ясно говорящих «Бионический человек»?

— У моего отца был такой в детстве. Ему очень нравился этот персонаж.

У отца? Но женщина в самом «крутом и модном» магазине сказала, что этот ланчбокс «трендовый» и «чертовски потрясающий». Хотя Заку не обязательно есть, ему просто нравился вкус, и он заедал стресс. Что? Даже у божеств свои проблемы.

«Хорошо, что я не набираю вес. Я просто классный, гигантский кусок».

Зак посмотрел на ланчбокс и потёр подбородок.

— Ну, это… друг подарил мне её в шутку.

«Стоит надрать зад продавцу».

— О… на мой взгляд, он милый, — сказала она.

«Хорошо, тогда просто отругаю продавца».

Тула придвинулась ближе к столу.

— Итак, с чего начать после того, как закажу мебель?

Её мелькнувшая улыбка, несмотря на нервозность, была яркой и весёлой. Вот только для него вся та радость потеряна.

— Э-э-э… Что именно сказала тебе моя сестра?

— Гм, что вы — Бог Искушения, изгнанный и лишённый сил, а она Богиня Подземного мира, тоже изгнанная, хотя всё ещё общается с мёртвыми. Недавно она стала мамой двух мальчиков и двух девочек, а затем, цитирую: «превратилась в опасную смесь женских гормонов с гигантским коровьим выменем».

— Она сказала, кто мы? — спросил он. — И ты не боишься?

Она покачала головой, отчего её светлый хвостик подпрыгнул.

— Нет, сэр. Мама учила меня относиться ко всем без предубеждений, и я всегда подозревала, что в этом мире есть гораздо больше, чем то, что видим глазами. — Она пожала плечами. — Мне нравится быть правой.

«Забавно, мне тоже!»

— Ну… в таком случае, Тула, добро пожаловать в реальность.

Она, подавшись вперёд и сцепив руки, спросила:

— Так это правда? У вас есть армия бессмертных воинов, вроде плохих вампиров из «Сумерек»?

Он съёжился.

— Мы боги. Четырнадцать самых могущественных существ в мире, не… — он скривился, — вампиры. — Нет, в целом он не имел ничего против этих подлых ублюдков. Например, его брат Кинич, бывший Бог Солнца, теперь стал вампиром и даже супруг Симил, Роберто, один из Древних… первый в своём роде. Роберто когда-то был египетским фараоном, а значит высокомерный, безжалостный ублюдок. Кто мог устоять перед этим? — Мы божественны, дорогой человечек. Рождённые из чрева Вселенной, — добавил он.

Она пожала плечами.

— Мне всё равно нравятся «Сумерки»

Зак посмотрел на Тулу и уже собирался что-то добавить, когда увидел её ауру. Твою мать. Это что такое? За свои семьдесят тысяч лет он никогда не видел человека с душой чище. Ни одного. Смотреть на неё равносильно любованию на первый белый снег.

— Вы в порядке, мистер Зак? — спросила она. Он молча кивнул. — А мне кажется, что вы готовы вернуть всё съеденное обратно в ланчбокс. — Она придвинула к нему коробку с обедом.

Он покачал головой. Такая чистая… такая цветущая… Такая…

«Я убью Симил!»

— Извини, я отойду на минуту? — Он поднял палец, и она кивнула ему.

Зайдя в пустой кабинет, он достал сотовый и набрал номер Симил. Когда раздался гудок, он закрыл дверь.

— При-и-и-ве-е-ет. Вы попали на голосовую почту Симил, потому что я занята тем, что вылизываю огромный саркофаг Роберто, или даю этим крошечным беспомощным дегенератам мять титьки, или замышляю уничтожение человечества. Пожалуйста, оставьте сообщение, и я перезвоню, как можно скорее.

Гудок.

Зак зарычал, прежде чем произнести:

— Симил, я расчленю тебя. Во-первых, ты меня предала. Во-вторых, меня изгнали. А теперь… теперь ты наняла человека, который… который… — Он не мог произнести это слово.

— Который что? — раздался голос у него за спиной.

Зак развернулся на пятках и наткнулся на Симил, одетую в розовый ледерхозен[2] и золотистые туфли на платформе, а огненно-рыжие волосы собраны в пучок на макушке. На футболке было написано «Божественное молоко» и нарисованы две стрелки, указывающие на каждую грудь. Честно говоря, Заку всё ещё было неприятно думать о Симил, как о матери. Хуже всего то, что у детей такая злая атмосфера. Увидев их, он мог поклясться, что слышал сатанинский смех из колыбелей.

— Где тебя черти носили? — прорычал он. — И что, чёрт возьми, ты задумала?

Она обвела взглядом бирюзовых, как у него и других божеств, глаз кабинет.

— Я задумала отбыть срок за свои преступления. Блин, нам действительно нужно перекрасить это место. Что скажешь о клоунской теме?

Он заметил Тулу, выглядывавшую из-за спины Симил.

— Я говорю о человеке, — прошептал он.

— Она наша служащая, — прошептала в ответ Симил.

— Не морочь мне голову. Ты что-то задумала.

— Зачем мне это?

— Потому что ты Симил.

— Хорошая точка зрения. Но уверяю, Тула — наш помощник и ничего больше. А ещё она, Зак, по уши влюблена в симпатичного молодого человека по имени Гилберт, за которого собирается замуж.

Ох, твою же мать. Зак же Бог Искушения, лишённый сил или нет, он тот, кто есть, и ему нравилось соблазнять людей. Чертовски сильно нравилось. А Симил наняла человеческую девушку, которая неотразима для него, и он хотел бы искушать её всеми возможными способами.

— И, — добавила Симил, — поскольку её сердце так чисто, ты ей не угроза.

Зак выгнул бровь, всё ещё не веря Симил.

— Ладно. Итак… — Симил хлопнула в ладоши, рабочий день был тяжёлый, увидимся завтра!

— Ты здесь всего две минуты, Симил, и не знаю, как ты, но я хочу, чтобы моё наказание закончилось, как можно быстрее.

Жизнь в мире смертных без сил уже начинала давить. Как выдерживали это его братья, добровольно проводившие время в этом мире? Ощущение такое, словно его заперли в маленькой коробке.

«Я предпочитаю свободу и бесплотность нашего мира».

Симил наклонила голову, с любопытством изучая его.

— Почему ты так на меня смотришь? — спросил он. Она шокировано округлила глаза. — Симил? — Он щёлкнул пальцами, но она не двинулась. О, отлично. Он ненавидел, когда она так делала. Ведь это означало, что у Симил видение или сообщение от мёртвых. Как правило, ни то, ни другое не предвещало ничего хорошего. — Что, чёрт подери?

Она моргнула.

— У-у-у! Это было ужасно. — Она покачала головой. — Зак, в последнее время ты не волнуешься?

— Твои способности замечать очевидное, впечатляют. Что видела?

— Не уверена, но чувствую, что с тобой что-то не так.

— Да. И имя этой проблеме — Симил. И знаю, что застряну в человеческом мире на очень-очень долгое время, будучи рядом с этой маленькой соблазнительницей Тулой.

Как он сможет что-то сделать здесь, пока будет одержим тем, как развратить Тулу. И, конечно, помочь. Потому что он бог, и вынужден помогать людям. Да, они все в полном дерьме.

Симил поджала ярко-красные губы, выглядя искренне обеспокоенной… И это редкость.

— У меня такое чувство, что этот наш приговор для тебя, дорогой Зак, будет тяжёл. Так что, учитывая мою доброту и щедрость, я ускорю события. Поэтому очень удобно, что я определила первого клиента и изложила весь план, чтобы избежать препятствий, включая вербовку или шантаж, того же самого лучшего друга нашего клиента. Жертвемо номеро одино обеспечит успех.

— Хорошо, осталось всего девяносто девять бессмертных.

Симил продолжила:

— Итак, вот что я предлагаю — я сосредотачиваюсь на нашем первом клиенте, а вы с Тулой устраиваете вечеринку — праздник любви для бессмертных с одинаковыми предпочтениями и ищущие любви.

— О. — Зак потёр подбородок. Вечеринка одинаковых бессмертных приведёт к огромной куче странных пар. Чертовски гениально! Хотя он никогда не признается в этом Симил.

— А теперь убирайся, — сказала она. — Не хочу никого видеть в своём кабинете. Вокруг куча конфиденциальных заметок.

Внутри не находилось ничего, кроме выключенного компьютера и пустого стола.

— Ты не получишь этот кабинет, — возразил Зак.

— Эй, это самое меньшее, что ты можешь предложить после всего, что я для тебя сделала.

— Ты имеешь в виду после того, как меня наказали за то, что ты лгала и манипулировала мной? — Она обещала, что всё уладится с женщиной его брата, если он последует её совету.

Симил утверждала, что всё обойдётся. Только не для него.

— Вот именно. — Она пожала плечами. — И прекрати ныть. Меня тоже изгнали, а я лишь солгала, замучила несколько невинных душ и спасла мир от гибели. Разве это справедливо?

— Э-э-э, а то, что ты в это же время тайно вела мир к гибели? — Конечно, она ничего не могла с собой поделать. Как и у него, у неё есть тёмная сторона, но, в конечном счёте, Симил служила высшему благу. В очень извращённом виде. Вселенная и её чувство юмора.

— Кыш отсюда! — Она махнула руками. — Минки нужно отдохнуть. — Зак покачал головой. Минки — любимица Симил, кровожадный и невидимый единорог. О таких вещах лучше не говорить. Он вышел, и Симил закрыла и заперла дверь. — Ладно. У меня впереди тренинг для матки — четыре маленьких монстра реально растянули мне утробу — затем у нас с Роберто тренинг папы-вампира и мамы-богини. Увидимся завтра. — Зак хотел было спросить о тренингах, но потом понял, что ему плевать. — Пока-пока! — сказала Симил, пошевелив в воздухе бледными костлявыми пальцами. — И держи свои лапы подальше от Тулы! Она занята!

«Симил, будь ты проклята».

Она знала, что, сказав это, он захочет её ещё сильнее. Он надеялся, что она шутит.

— Подожди, — сказал Зак. — Ты так и не сказала, кто наш первый клиент.

Она бросила через плечо дьявольскую улыбку.

— Печально известный Андрус Грей. — Этот парень? Он определённо не готов. — И в его случае нам понадобится помощь его лучшего друга.

Глава 2

Нью-Йорк

Андрус Грей посмотрел в небесно-голубые глаза Хелены, на лице которой отразилась ненависть и ярость. Что явно напоминало кипящий на плите соус для спагетти. Это плохо. Очень плохо. Но не на него. Неужели она этого не понимает?

— Андрус, мне не верится. В моём доме? Убирайся, — прорычала она, указывая на укрепленную сталью дверь роскошного пентхауса.

Она его винит? Его? Естественно, чего ещё ожидать? Она не станет валить всё на своего мужа Никколо ДиКонти.

Андрус знал, что она любит их обоих, но Никколо — её пара, а он просто «нянь», то есть телохранитель и нянька, который до последнего надеялся, что она выберет его, несмотря на всю невероятность. Андрус, как минимум, ожидал, что она встанет на его сторону. Но нет.

Никколо вошёл в комнату со знакомой чёрной спортивной сумкой.

— Вот твоё дерьмо. Убирайся, — сказал он с хмурым видом, отточенным за тысячу триста лет. — Она — поправка — мы больше не хотим, чтобы ты здесь жил.

Андрус взглянул на зловеще солнечный панорамный вид Центрального парка, прикусив язык и стараясь не потерять хладнокровие. По правде говоря, он облажался, потому что с самого первого дня знал — эта договоренность ошибка. Никколо, когда-то вампир, а теперь полубог, как и сам Андрус, работал где-то там с богами, пытаясь остановить какую-то нелепую чушь, связанную с концом света. Тем временем Симил, сумасшедшая, ненадёжная богиня увидела предсказание о нападение на Хелену и её будущего ребёнка в момент, когда Никколо был в отъезде. По счастливой случайности, Андрус единственный бессмертный воин, способный защитить Хелену в его отсутствие.

«И… ты должен извиниться перед ней».

Долгая история и отчасти причина, почему Андрус согласился взять на себя эту роль, но Андрус однажды, при их первой встрече, похитил Хелену, желая использовать в качестве пешки. Но, пленив её, он влюбился сам. В итоге, всё сложилось к лучшему, более или менее… однако он не мог отказать в помощи Хелене после всего, что сделал. Даже если это означало взять на себя унизительную задачу присматривать за ребёнком, когда тот появится.

Но потом появилась она. Маленькая Мэтти. Самый милый и умный ребёнок в мире, с волосами цвета солнечного света, полными надежды голубыми глазами, которые напомнили ему о давно умершей сестре, и смехом, наполненным чистой радостью, так он смеялся прежде, чем стал бессмертным против своей воли. С первого же взгляда на Мэтти он влюбился. И даже не возражал, что другие бессмертные высмеивали его за то, что он сталь нянькой. Как и не возражал, когда малышка кусала его, что случалось довольно часто, потому что в ней текла вампирская кровь Хелены. Маленькая Мэтти подарила ему покой, которого он не знал более трёхсот лет.

И теперь всё кончено. И не из-за него.

«Никколо перешёл грань. Я же просто отреагировал».

Естественно, для Хелены это не имело значения. У неё очень строгое правило: никакого насилия в доме.

— Могу я попрощаться с Мэтти? — спросил он, глядя на Хелену. Если бы смотрел на Никколо, ударил бы его… Снова. Потому что этот мужчина — самодовольный сукин сын, который думал, что может обращаться с Андрусом, как со слугой.

«Я грёбаный убийца, чёрт возьми».

Он уже более трёхсот лет носит в себе божественный свет и обучен охотиться и убивать злых вампиров.

Хелена что-то проворчала себе под нос и кивнула в сторону комнаты Мэтти.

— Только быстро.

Андрус пошёл в детскую, где Мэтти, одетая в любимое платье с клыкастой розовой летучей мышью впереди, ещё дремала. Он не хотел её будить, но желал обнять в последний раз. Он осторожно взял девочку, которой было уже почти два года, на руки и прижал к груди, зарывшись носом в её светлые кудри, чтобы вдохнуть сладкий аромат.

— Я люблю тебя, малышка. Никогда не забывай об этом. Дядя Андрус всегда будет рядом, если что-нибудь понадобится.

Он почувствовал, как тёмное бессмертное сердце разрывается на части. Но если останется, в конечном итоге они с Никколо убьют друг друга. И как бы Андрус ни презирал вампира, Никколо биологический отец Мэтти. И он не хотел бы отрубить этому ублюдку голову.

Андрус положил Мэтти обратно, бросил на неё последний взгляд и вздохнул. Обернувшись, он увидел, что в дверях стоит Хелена с полными слёз глазами. Никколо стоял у неё за спиной и рычал, как настоящий придурок, каким и был. Никколо не заслуживает Хелены. Неужели он не видит, что ревность причиняет ей боль? И каким бы Андрус ни был придурком, он отказывается хоть на йоту быть ему признательным. Всё должно быть не так. Во всём виноват Никколо.

— Никколо, ты умрёшь, если проявишь хоть каплю благодарности? Хоть раз за всё своё долгое, жалкое существование?

Сказал бы: «Спасибо, что присмотрел за Хеленой и Мэтти. Спасибо, что вёл себя как джентльмен и ни разу не приставал к Хелене… по крайней мере, с тех пор, как они поженились». Андрус жил по кодексу чести.

— Спасибо, Андрус, — произнесла Хелена. — Спасибо, что позаботился о безопасности нас с Мэтти, пока Никколо, — она ткнула его локтем в рёбра, — был в отъезде.

Но в этом не было ничего необычного. Одна из причин, почему он обожал её.

Никколо хмыкнул.

— Эй, я вообще-то мир спасал. Ты должна благодарить меня.

Хелена закатила глаза и посмотрела на Андруса.

— Мы оба благодарны.

Андрус кивнул.

— Прощай. И… мои наилучшие пожелания будущему ребёнку. — Это последняя пощёчина. Хелена находилась на четвёртом месяце беременности младшей сестрой Мэтти. Он не увидит первые часы жизни малыша и выражение милого крошечного лица Мэтти, когда та впервые возьмёт на руки свою младшую сестру.

«Потому что ты для них ничего не значишь. И никогда не значил».

Он скользнул мимо Хелены и Никколо, используя каждую унцию сдержанности, которую смог собрать, чтобы вновь не побить Никколо. Затем вышел через парадную дверь, держа в сумке запас кожаных штанов, оружия и нескольких вещей для личной гигиены. Однако лучше стоило забрать фото, как он с Мэтти играет в самураев. Никогда не рано научиться изящному искусству обезглавливания, которым он владел сам.

Андрус спустился на лифте из пентхауса в вестибюль, умудряясь сохранять спокойствие и дисциплину; между тем внутри всё было в полном беспорядке. Он вышел на улицу, где его встретил необычно тёплый октябрьский день, и в голову пришла мысль, что идти-то некуда.

Накопленных Андрусом денег хватило бы на целую вечность, но настоящего дома не было… если только не считать старинного замка семьи под Санкт-Петербургом.

«Россия? Нет».

Слишком много печальных воспоминаний. Его семья давно погибла. Все до последнего, чёртового потомка.

«Я заберу Хаммер со склада и поеду в Майами».

Телефон зазвонил в ту секунду, как он поднял руку остановить такси. Он вытащил девайс из кармана и увидел, что на дисплее высветилось имя Томмазо, ещё один полубог, не рождённый таким, но пронизанный светом богов, как и он сам. На самом деле, это означало, что они бессмертны, и их труднее убить. Но без настоящих сверхспособностей.

— Чё надо? — проворчал Андрус.

— Привет, бро — сказал Томмазо с лёгким итальянским акцентом. — Мне нужна услуга. И не говори, блин, что не можешь выкроить время в своём занятом Мэтти расписании. Никколо вернулся.

И что, на хрен, с того?

— Чего ты хочешь?

— Приезжай в Лос-Анджелес.

— Зачем? — спросил Андрус, уже мечтая о каком-нибудь тёплом тропическом месте, где можно порыбачить, что-нибудь прикокошить и притвориться, что это Никколо.

— Просто садись на хренов самолет и лети сюда. Ты мне нужен здесь на пару дней.

Во-первых, Андрус ненавидел летать. Казалось неестественным находиться на высоте в десятки тысяч футов.

— Я не собираюсь совать свою задницу в одну из твоих смертельных ловушек только для того, чтобы узнать, чего ты хочешь. — С его удачей, он получит какое-то бессмысленное поручение от Симил. — Подожди. Разве Симил не в Лос-Анджелесе?

— Да. И что?

Томмазо принадлежал к тому типу людей, которые превосходно владеют искусством манипуляции, а не к воинам, как Андрус. Скорее симпатичный мальчик, предпочитающий красивые костюмы и стильные прически. Но за последний год они сдружились по одной простой причине: их обоих заклеймили предателями. Конечно, они сделали то, что сделали по своим причинам и именно поэтому им позволили жить и расплачиваться по счетам. Но их навсегда заклеймили плохишами бессмертного сообщества. Учитывая, что сообщество состояло из довольно злобных вампиров, армии людей, известной как Учбен, множества опасных и хищных бессмертных и четырнадцати самых безумных, дисфункциональных, испорченных божеств, на фоне которых циркачи нервно курят в сторонке, то, что он и Томмазо считались «испорченными» говорило о многом.

— Так почему же ты там? — спросил Андрус.

— Я… Э-э-э…

— Хочешь, чтобы Симил и Зак нашли тебе пару, да? — спросил Андрус.

— Нет. Они ищут пару тебе. Зак и Симил только что позвонили и спросили, могу ли я привезти тебя, так как мы знаем, что ты немного…

— Немного чего? — прорычал он.

— Упрямый, нецивилизованный, безжалостный и гневный. Кроме того, тебе нравится убивать и повсюду таскать за собой окровавленный меч. А ещё ты выглядишь так, будто можешь оторвать кому-нибудь голову, если хотя бы посмотрят на тебя неправильно…

— Я всегда чищу меч после убийства, и не хожу на гребаные свидания.

Во-первых, кроме простого перепиха, он не хотел иметь ничего общего с женщинами. И, во-вторых, не хотел иметь ничего общего с Симил.

— Друс, давай. Одно свидание, и всё.

— Как, чёрт возьми, Зак и Симил втянули тебя в это? Что ты получишь взамен? — спросил Андрус. Тишина. — Прекрасно. Я вешаю трубку, — проворчал Андрус.

— Симил сказала, что знает, кто моя пара. Она познакомит нас на какой-нибудь большой вечеринке, если я привезу тебя в Лос-Анджелес и уговорю пойти на свидание.

Андрус зарычал. У него не было времени на это дерьмо. Хорошо. У него полно времени. Но он не в настроении для проклятых интриг Симил, что всегда приводит к чему-то плохому. В конце концов, она сумасшедшая.

— Прости, Томмазо, — ответил Андрус, — сейчас не могу. Мне нужно кое в чём разобраться.

Например, как пережить потерю Мэтти и Хелены.

— Я знаю, что Хелена выгнала тебя, — сказал Томмазо.

— Откуда, твою мать?

Это случилось сколько? Минуты три назад?

— А ты как думаешь?

Симил. Она и её проклятые мертвецы. Раньше все думали, что она видит будущее, но на самом деле просто разговаривала с мёртвыми, которые жили в каком-то ином измерении, где время не существовало. Люди, которые ещё не родились, были там, потому что когда-нибудь в будущем умрут. Всё чертовски запутанно.

— Скажи Симил и её болтливым мертвецам, чтобы не лезли в мою жизнь, — прорычал Андрус.

— Извини, старик, с Симил такое невозможно. Но она говорит, что женщина действительно обалденная.

— Какой в этом смысл? Когда-то у меня была пара. И она умерла. Забыл?

«Потом я встретил Хелену и она никогда не будет моей».

— Поэтому тебе нужно приехать в Лос-Анджелес, — сказал Томмазо. — Симил сказала, что Вселенная дала тебе ещё один шанс.

Вселенная не могла так поступить. Для бессмертного существовала лишь одна единственная пара. Симил, вероятно, что-то задумала, чего никто не мог предвидеть, потому что слишком безумна, чтобы следовать каким угодно логическим мотивам.

— Похоже на розыгрыш, — проворчал Андрус.

— Есть лишь один способ узнать — встреться с женщиной и поймёшь всё в ту же секунду.

Сердце Андруса бешено заколотилось в груди. Ему не повезло в любовном плане, и он специально упомянул свою ныне покойную пару, Рейну, злую королеву вампиров, которая лишила его жизни более трёхсот лет назад. Лживая, безумная мегера размножила злобных вампиров, что разозлило богов. Когда боги пригрозили убить её, она обменяла жизнь Андруса и некоторых лучших воинов на свою. Но прежде чем предать их свету богов, она обратила его и остальных в вампиров. После чего они стали известны, как полубоги — новый вид воинов, сильнее, быстрее, не боящийся солнца и не нуждающийся в крови. Абсолютные машины для убийства. Но пока плохие вампиры бродят по земле, будут под властью богов. Через некоторое время эти полубоги объявили Андруса своим лидером, а он поклялся освободить их всех, но пройдёт три долгих столетия, прежде чем они дождались конца рабства и разорвали вампирские связи после смерти Рейны. Короче, это был полный капздец. Мораль этой истории такова — свобода хорошо, а любовь, истинная любовь всю жизнь будет ускользать.

— Что ты теряешь, Андрус? — настаивал Томмазо.

Свою свободу и здравомыслие.

— Всё.

На мгновение воцарилась тишина.

— Андрус, Хелена никогда не полюбит тебя. Не так, как хочешь ты. И знаю, что у тебя ещё остались проблемы с Рейной.

Нет. Правда?

— К чему ты клонишь, Томмазо?

— Что ты талантлив во многом, в основном в том, что связано с убийством, но тебе сложно начать жить дальше. И если ты не изменишься, так и будет продолжаться.

— На мой взгляд, это только моя проблема. И это больше никого не касается.

— Серьёзно? А, на мой взгляд, всё это ради Хелены и Мэтти. Тебе следовало уехать несколько месяцев назад, как только Никколо вернулся.

— Они попросили меня остаться, — возразил Андрус.

— Из вежливости, чувак. Хелена не хотела прогонять тебя, ты ей небезразличен. Но мы знаем, что тебе следовало уйти, два альфы не могут жить в одном доме, особенно когда оба влюблены в одну женщину, и один из альф не муж.

Жестокие слова Томмазо стрелой пронзили сердце. В основном потому, что каждая буква — истина. И они с Никколо начали кидаться друг на друга. Конечно, всё было недоразумением с высокомерной стороны Никколо, но всё же.

— Приезжай в Лос-Анджелес, Андрус, — продолжал Томмазо. — Сделай это до того, как обнаружишь, что стоишь у её дома, борясь с желанием жить с ними и защищать.

Андрус моргнул, повернулся и посмотрел прямо на высокое здание. Твою мать.

«Я стою у дома. Томмазо прав».

Он не мог продолжать надеяться, что Хелена захочет его. Пора начать попытки отпустить прошлое. Единственная проблема — без них он больше не знал, кто он.

«Ты — смертоносный убийца. Полубог. Что ещё знать?»

— Прекрасно, — ответил Андрус. — Увидимся завтра. Напиши адрес.

Глава 3

Когда солнце полностью скрылось в волнах, Андрус остановил чёрный Хаммер, арендованный в аэропорту, у маленького ресторанчика с видом на Тихий океан, затем опустил козырёк, посмотрел в зеркало и провёл руками по своим коротким, взъерошенным тёмным волосам, спрашивая себя, стоило ли ему побриться или принять душ. А может переодеться. Если эта женщина действительно его пара, мгновенно возбудится. И не сказать, что от него воняло… Ну, не совсем. Тем более, он надел счастливые кожаные брюки, от которых веяло победой. Он убил не меньше семи сотен обскурос в них. Верно. Наверное, стоило надеть штаны без пятен крови.

По крайней мере, он почистил зубы в аэропорту… Ладно, прополоскал горло виски. Ну и что? Мэтти нравилось, когда от него несло виски. Да, она ребёнок и любила кровь, так что её определение приятностей, вероятно, не совпадает с мнением большинства.

Он вышел из машины, стянул с заднего сиденья кожаный плащ и сунул за пояс брюк нож в кожаных ножнах. Всегда надо быть готовым к опасности.

Он вошел в шикарный ресторан, в котором глупые смертные любят ужинать, когда хотят произвести впечатление на окружающих — на столах белые скатерти, фонтанчики в вестибюле и картины современных художников на стенах.

Молодая женщина, одетая в черные брюки и накрахмаленную белую блузку, сразу же пошла ему навстречу и застыла с разинутым ртом.

«Что? Никогда прежде не встречала опасного бессмертного убийцу?»

— У меня здесь встреча, — сказал он. — С… — Андрус вытащил телефон из кармана брюк и открыл сообщение Томмазо, в котором говорилось:

«Мужик, извини. Кое-что случилось. Встреча с Самантой перенесена на восемь часов вечера в ресторане «Запечённый Омар»».

Погуглив ресторан и выяснив, что он находится в Санта-Монике, он решил снять номер в Беверли-Хиллз — президентский люкс — чтобы им было, где перепихнуться. Нет, он ни на секунду не поверил, что Саманта его пара, но зачем отказываться от лёгкого секса? Или быстрого минета? А может и того и другого. Чёрт побери, если она согласилась пойти с ним на свидание, он тоже должен её ублажить. В конце концов, он же джентльмен.

Он посмотрел на перепуганную хостеса, которая ждала, чтобы он продолжил говорить.

— С Самантой, — закончил он.

Женщина кивнула.

— Ах. Да. Э-э… сюда, сэр. — Хостес развернулась и направилась в зал, споткнувшись по дороге.

«Аккуратнее, женщина, чёрт подери».

Она практически бежала через ресторан, залитый светом свечей и забитый хорошо одетыми смертными, а ведь многие ещё живы благодаря таким людям, как он.

Андрус не торопился, внимательно осматривая зал на наличие любых угроз — это стало привычкой, от которой он никогда не избавиться — прежде чем дойти до стола у окна. Стоило бросить лишь взгляд на блондинку в обтягивающем красном платье, которая уставилась на него, он понял — она не его пара. Андрус ничего не чувствовал. Так зачем же Симил устроила это свидание? Должна же быть причина, а у Симил она никогда не была понятной и простой. Всегда задействован план намного крупнее. Как бы то ни было, женщина та ещё красотка — полные губы, большая грудь, прелестные изгибы.

«Лады, я позволю ей насладиться моим членом».

Он что-то буркнул хостес, которая поспешила прочь, как только он сел.

— Ты Саманта? — спросил он.

Разинув рот, женщина кивнула.

«Да, знаю. Не каждый день выдаётся шанс посидеть напротив ста девяноста восьми сантиметров чистого секса»

— Я — Андрус.

Она опять кивнула.

Внезапно он почувствовал запах страха и резко обернулся через плечо, обшаривая взглядом комнату в поисках опасности.

Ничего.

Когда он снова перевёл взгляд на женщину, понял, что запах исходит от неё и рассмеялся.

— Ч-что смешного? — спросила она дрожащим голосом.

— Ты. Ты забавная. — Он подался чуть вперёд, и она пискнула, отодвигаясь. — Не нужно бояться, Саманта. Я уже решил отвезти тебя к себе в номер отеля после ужина. И если ты будешь хорошо себя вести и съешь все овощи, покричишь в отеле.

Он подмигнул. Всегда нужно награждать за съеденную зелень. Так сказано в руководстве по воспитанию детей. К женщинам это ведь тоже применимо, так? Они похожи на детей. Все, кроме Хелены. Она — бесстрашный вампир с силой и огнём двадцати воинов.

Тусклые голубые глаза Саманты — далеко не такие прекрасные, как у Хелены — округлились от шока. Она вскочила, развернулась и выбежала из ресторана. Андрус моргнул, а другие посетители изо всех сил старались не таращиться на него. Он почесал заросший подбородок.

«Чёрт, что такого я сказал?»

Он прикрыл рот ладонью и вдохнул. Виски. Приятно пахнет. Андрус пожал плечами, радуясь, что свидание закончилось. А значит, он может вернуться к своей одинокой жизни.

Он открыл меню, лежащее на столе. Хм-м. Рыба под маринадом.

Внезапно, он почувствовал что-то внутри. Это не конец, да? Нет, Андрус чувствовал, как что-то приближается. Что-то опасное и злое. Самое странное, что в груди появилось покалывание, как от счастья. Будто его ожидало что-то хорошее.

Он покачал головой.

«Ты идиот».

Ничего хорошего его не ждало. Особенно, когда замешана Симил.

***

Андрус всю ночь ворочался, прежде чем заснуть. Что-то в большом тихом номере с изящной мебелью тёмно-зелёного цвета в стиле 1930-х годов (по его мнению, всё ещё очень современной), вызывало неловкость. А ещё он очень давно не спал в постели — во-первых, спать много ему не надо, а, во-вторых, большую часть ночей дремал с Графом — любимой плюшевой игрушкой Мэтти (герой Улицы Сезам) — в кресле в комнате Мэтти.

Последний раз, насколько Андрус помнил, он нормально спал с Хеленой до её замужества с Никколо. Да, да, она на тот момент была его пленницей, и нет, ничего не было, лишь невинные объятия; однако это был самый роскошный крепкий сон на памяти Андруса.

А вот теперь, когда вокруг мир и покой без обскурос, детей вампиров и других угроз, о которых стоит беспокоиться, ему трудно расслабиться.

Наконец, после набега на мини-бар и самоудовлетворение под какое-то странное порно, где две женщины по очереди шлепали друг друга, он закрыл глаза и задремал уже под утро… Только для того, чтобы проснуться из-за того, что на лицо лилась холодная жидкость.

— Какого?.. — Он вскочил с кровати и выхватил из-под подушки мачете. Когда сосредоточил взгляд, увидел у кровати высокого, крупного, загорелого сукина сына с длинными чёрными волосами. Роберто. На плечах и груди у него висели ремни, удерживая два больших матерчатых мешка, из прорезей которых виднелись пухленькие загорелые ручки и ножки.

— Мило. Это эргорюкзак-кенгуру? — спросил Андрус, разглядывая «Кадиллак» среди кенгуру.

— Органический хлопок, — ответил Роберто, — с регулируемыми мягкими ремнями спереди, — он повернулся, показывая младенцев, привязанных и к груди и к спине, — и сзади.

Отличный выбор. Поддержка спины важна.

— И что же привело тебя ко мне в такую рань? — Андрус говорил осторожно, чтобы не спровоцировать драку с этим мужчиной. Не потому, что он первородный вампир и чертовски силен, а потому, что у Андруса правило «никаких ненужных драк» в присутствии детей.

— Симил сама хотела прийти, но после видения, что ты будешь спать голым, я не позволил. — Роберто метнул взгляд к обнажённому паху Андруса.

Андрус пожал плечами и потянулся за кожаными штанами, которые валялись на полу.

— Спать в пижаме подходит слюнтяям.

— Спать. Я скучаю по сну. — Тёмные глаза Роберто остекленели. — Ты укладываешь одного спать, а другой просыпается. К моменту, как уложишь второго, просыпается первый. И так по кругу… — Он вздохнул. — Почему сестра Симил переусердствовала с заклинанием плодородия?

Акна, богиня Плодородия, одна из четырнадцати в пантеоне. Говорили, что она настолько сильна, что одно неверное прикосновение или взгляд могут заставить животных совершенно разных видов сойтись. Пример тому — кролень и древесный осьминог.

«О нет, друг мой, эти маленькие негодники настоящие».

Андрус видел их собственными глазами во время многолетних путешествий.

— Попробуй использовать генератор шума для сна, — предложил Андрус, раздвигая бархатные тёмно-зелёные занавески, чтобы впустить приглушённый смогом солнечный свет. Ему нравилась солнечная доиндустриальная революция. — Я использовал его с Мэтти. Помог заглушить шумы города.

Роберто кивнул.

— Непременно попробую. Спасибо.

— Итак, можно спросить: с чего вода попала мне на лицо?

Роберто холодно посмотрел на него.

— Симил заставила меня пообещать, — он изобразил пальцами воздушные кавычки, — «Плеснуть выпивкой в морду этому мудаку». А ещё заметила, что это месть за какую-то женщину по имени Саманта. О чём-то говорит?

Он потёр подбородок.

— Я сказал женщине два слова, и она убежала. — Женщины такие инфантильные. — И что, чёрт возьми, затевает Симил? Женщина с вчерашнего свидания, по идее, моя пара. Будто я когда-нибудь соединюсь с человеком. — Они такие слабые.

Да, возможности в бессмертном мире очень ограничены: Божества — сумасшедшие. Среди вампиров не так много женщин. Ангелы — слишком хорошие и добрые. Инкубы и суккубы — редкие, если не исчезнувшие. Полубоги, как и он сам, тоже немногочисленны и редки. Мааскаб — злые жрецы майя — вообще не рассматриваются с «отношениями», как и секс-феи, единороги и прочие.

— Должно быть, какая-то ошибка, полубог, — сухо заметил Роберто. — А теперь, если не возражаешь, я вынужден попрощаться и отправиться купить нового щенка, пока малыши не проснулись. Мы лишились ещё одного. Или они его съели. Мы не уверены.

Андрус съёжился. Мать твою. Помоги им Вселенная. Когда эти маленькие негодяи подрастут и начнут ходить, можно только представить себе смерть, разрушение и хаос, которые они обрушат на мир. Потомки Симил и Роберто вселяют страх в самого Сатану.

Роберто вытащил конверт из переднего кармана кенгуру и бросил на кровать.

— Это тебе. Возможно, ответы, которые ты ищешь, находятся внутри.

— Спасибо, но я…

— Прочти, или я вернусь, когда дети проснутся. С детьми, конечно.

Андрус моргнул.

— Прочту, обещаю.

«Прошу, не возвращайся».

— Отлично. — Роберто бросил взгляд в угол комнаты. — Пойдём, Минки, надо поторопиться и достать новую игрушку для моих злобных детёнышей.

Роберто исчез, переместившись туда, где бывшие фараоны покупали злых домашних животных для злых детей.

Дрожь прокатилась по Андрусу, когда он понял, что Минки только что была в номере.

«Надеюсь, они избавили её от блох. Говорили, что их укусы сродни порезу лезвия. И блохи тоже были невидимыми».

Он подошёл к окну, из которого открывался вид на покрытый смогом Лос-Анджелес и распечатал письмо. Оно было от Симил с объяснениями, почему он здесь:

«Дорогой, Король Придурков!

Так как ты провалил свидание с Самантой, а я знала, что ты это сделаешь, потому что знаю всё, я договорилась о свидании сегодня вечером с Алексис. Она милая девушка, которой нравятся мужчины, ухаживающие за собой и хорошо одевающиеся, а ещё которые не пахнут смертью. К тому же такие мужчины не должны угрожать утянуть в номере отеля и убить».

Убить? Он просто сказал этой Саманте, что она покричит…

Ой… О-о-о-о-о-ой!

Вспомнив, как выглядел и исходящие от него флюиды убийцы, возможно, произвели на женщину неправильное впечатление. Он продолжил читать.

«Я настоятельно советую — и под словом «советую» подразумеваю, приказ, которому ты должен повиноваться или страдать от моего гнева — привести себя в порядок и вести себя как джентльмен во время ужина».

Андрус почесал затылок, гадая, чем же закончится игра Симил. Он согласился пойти на одно свидание. Одно. С женщиной, которая могла бы стать его второй половинкой. Теперь Симил хочет, чтобы он пошёл на свидание с другой? Этого не было в сделке.

Он перевернул страницу, чтобы прочесть до конца.

«Отличная точка зрения, Андрус. Первое свидание было испытанием. Так сказать, эксперимент, посмотреть, во что ты горазд. И, мать клоуна за ногу, ты — полнейший отстой. Следующее свидание — вторая возможность отточить мужественные навыки ухаживания перед большой бессмертной вечеринкой, которая состоится через восемь дней. Я договорилась о свидании с твоей новой парой, а тебе придётся потрудиться и завоевать её. Потому что никто не подаст тебе её сердце на блюдечке с голубой каёмочкой, как ключи от замка твоей дорогой мамочки».

«Она знает, что у меня есть замок?» — спросил он сам себя, после чего продолжил чтение:

«Да, знаю. А ещё знаю о том, что в подвале. Серьёзно? И ты называешь себя воином? Короче, писюш, не облажайся. Я предвидела, что Зак взбесится, потому что, вероятно, проводит слишком много времени в мире смертных. А взбесившиеся боги творят зло, например, уничтожают планеты и вырывают глазные яблоки и яички… особенно твои».

Андрус на мгновение задумался. Он не верил этой тактике запугивания Заком, и не хотел ничего из этого. Впрочем, как не хотел находить пару. Всегда что-то шло не так, и он лишь настраивал себя на неудачу. Нет, спасибо.

«Хорошо, если божество, лишившееся разума, оторвёт тебе достоинство и убьёт всё живое на планете, не убедит тебя сесть на поезд Сими, чтобы отправиться к вечной любви, то хотела бы напомнить следующее: счастье Мэтти зависит от твоего успеха. Если у тебя не выйдет, она никогда не научиться любить и быть любимой так, как должна».

Андрус сел на мягкую кровать, чувствуя себя так, словно из него вышибли дух. Он так давно в последний раз думал обо всём этом. Как он мог забыть?

«Наверное, потому, что стараешься не обращать внимания на всё, что выходит из лживого рта Симил?»

«Нет, придурок, это не ложь. Как я уже давным-давно (в другой истории с тобой) говорила, Мэтти суждено вырасти и выйти замуж за твоего сына. В отличие от тебя, ей не дадут второго шанса. У тебя будет фанхреностическое свидание.

С уважением,

Симил, молочный кувшин для отродья гибели человеческого рода».

Андрус скомкал письмо и швырнул его в корзину для бумаг на другом конце номера.

— Твою мать!

Как его втянули в эти неприятности? Теперь ему предстояло за восемь дней стать парой с кем-то. Если повезёт, эта женщина окажется бессердечной маньячкой, как и его первая пара. И кто, чёрт возьми, хоть что-то знает, как «завоевать» пару? Неужели это какая-то извращённая шутка? Пара — твой идеал. Твоя космическая половина. Сливки и сахар в кофе. Конечно, история его пары с самого начала была исключением из правил. Зачем менять всё сейчас?

Он глубоко вздохнул. Чёрт подери.

Он представил милое личико Мэтти и то, какой потрясающей, умной женщиной она станет. Потом представил, как она постепенно увядает из-за того, что некого любить вечно.

Он покачал головой.

«Ладно. Сегодня вечером я схожу на свидание и уеду».

Вопрос в том, знал ли он, как всё сделать правильно.

Глава 4

— Нет, Нет, нет. Я лишусь квартиры? — Двадцатитрехлетняя Сэди Таунсенд посмотрела на уведомление о выселении и вздохнула. У неё ровно пятнадцать дней, чтобы заплатить аренду, иначе её вышвырнут из коробки, она же однокомнатная квартира размером с паровой сундук с ужасным коричневым ворсистым ковром и горохово-зелёной кухней 1970-х годов.

«Что же мне теперь делать?»

Она не хотела ползти обратно к родителям в Кливленд, где придётся терпеть бесконечный поток лекций — «Почему ты не закончила колледж? Когда ты повзрослеешь и найдёшь настоящую работу, благодаря которой можно оплачивать счета? Почему ты не можешь остаться в Кливленде и продолжить карьеру?»

Потому что актёры не делали карьеры в Кливленде. Они переезжали в Лос-Анджелес или Нью-Йорк.

Сэди потёрла лицо руками и застонала. Она, вероятно, могла бы взять ещё несколько смен в ресторанах, в которых работала, но этого недостаточно. Придётся работать сверхурочно, включая дневные смены, но тогда не будет времени на прослушивания, которые, как она знала, должны пройти. Записаться на смену и не прийти — тоже не вариант. Это будет стоить ей работы.

Она уставилась на письмо и накрутила длинный хвост на пальцы. Должны же быть какие-то способы заработать пару тысяч. Ей нужно продержаться месяц или два. За последнее время она побывала на четырёх кастингах, и все на роли в разных фильмах, где она идеально подходила как по характеру ролей, так и по внешнему виду — светлая кожа, среднего телосложения, каштановые волосы и карие глаза.

«Я так близка к чему-то большому. Я прям чувствую».

Зазвонил телефон, и она подскочила. Гаджет лежал где-то в постели. Она бросила цветастые простыни и одеяла на пол, ища мобильный.

— Вот ты где, маленький засранец. — Она посмотрела на экран и почувствовала, как надежды тают. — Привет, Карлос. — Звонил хозяина ресторана, в котором Сэди работала. — Да, я могу прийти пораньше. И задержусь, конечно. Спасибо.

«Какого чёрта. Лишние часы — это лишние часы».

Она повесила трубку и пошла в ванную размером с почтовую марку, со старыми сигаретными пятнами над оранжевой раковиной 70-х, чтобы подготовиться к работе. Либо она получит хорошую роль, либо останется бездомной. И покончит с Лос-Анджелесом.

К сожалению, друзья и знакомые не в лучшей форме. Большинство… да ладно, все тоже актёры с трудностями. Четверо или пятеро ребят делят маленькую квартиру. Кроме того, существовала реальность, что на помощь многих всё равно нельзя положиться. Большинство, с кем она встречалась на работе или в актёрской группе, уезжали из Лос-Анджелеса, чтобы никогда больше о нём не слышать.

Она полагала, что это такова реальность продолжения карьеры в Голливуде. Многие не могли принять отказ.

«Я могла бы пересмотреть предложение Тима, переехать к нему». Но они так мало знали друг друга. Всего два месяца. С другой стороны, он хороший, уравновешенный парень, владелец галереи в Малибу. Именно с таким мужчиной ей следовало встречаться. Они познакомились, когда её пригласили подавать вино на одной занятной выставке галереи. И под «занятной», она имела в виду именно то, что сказала. Повсюду вагины. Огромная скульптура влагалища, которая должна была вызывать ощущение рождения. Говорящие роботизированные вагины, сидящие на диване и обсуждающие Платона через скрытый динамик. И кресла-мешки в виде влагалища. Было так много вагин, что Сэди задумалась, каково это — быть пенисом. Когда она поделилась этой мыслью вслух, мужчина рядом рассмеялся.

— Добро пожаловать в мой мир, — сказал он.

— Ох. То есть у тебя большая шишка?.. Или там говорится «ты»?

— Типа того, учитывая, что выставка проходит в моей галерее, а художник мой друг.

— Должно быть, ему действительно нравятся женщины. — Она усмехнулась.

— Нет, только вагины, — ответил он. — Ирония судьбы, потому что мой друг — гей.

— И напоминает пациента психушки.

Тим засмеялся и, прежде чем она ушла, попросил её номер, что было волнительно. Мужчина действительно красив — тёмные глаза, смуглая кожа, поджарый и мускулистый.

Примерно на четвёртом свидании, после вечера странного секса, где постоянно говорил, чтобы она съела его, он попросил переехать к нему. Даже не учитывая странный разговор в постели, Сэди не была готова. И как ни странно, каждый раз, когда она начинала сомневаться, стоит ли встречаться с ним, он появляется у неё на работе или у двери, целует её, и она снова чувствует волнение. Это странно. Очень.

«Нет. Ты определённо не переедешь к этому парню».

На самом деле, поразмыслив над этим, стоило бросить Тима. Она не чувствовала себя в безопасности рядом с ним.

«После работы. Я брошу его после работы».

Да, это правильно. Ей нужно избавиться от всех отвлекающих факторов, чтобы сосредоточиться на двух вещах: найти работу, чтобы спасти свою квартиру, и не потерять веру в мечту. Она не знала, сколько ещё давления и отказов сможет вынести.

«Не думай так. Ты справишься, Сэди. Просто верь».

***

Позже тем же вечером, через несколько часов после начала смены в чурраскарии, или «Бразильский стейк-хаус», трое из пассадоров, или «мясных официантов», решили не приходить на обеденную смену.

«Очень мило, ребята».

Странно, но никто не упомянул, что они решат забить на работу и напиться. Наверное, решили съездить в Байю. Трое тупоголовых соседей по комнате, печально известные сумасброды, обожающие сёрфинг.

«Не знаю, кто хуже — серферы или актёры».

С тех пор как она начала работать несколько месяцев назад, подобное происходило уже в пятый раз. Но никогда не случалось, чтобы не появлялись сразу трое.

Карлос, владелец заведения, мужчина средних лет с автозагаром и лысой головой, сунул ей толстый кожаный ремень с пристёгнутым к нему разделочным ножом.

— Тебе придётся прикрывать их, Сэди. Надевай костюм.

Будучи родом из Бразилии, он говорил с сильным акцентом и легко забывал, как говорить по-английски, когда кто-то пытался ему отказать. Не то чтобы она была в состоянии отказать ему, но, возможно, имело смысл указать на очевидное.

— Карлос, ты никогда не учил меня обращаться с ножами. Хочешь, чтобы я залила кровью клиентов?

Она простая официантка, которая подавала вино, гарниры и прочее. Но ничего мясного и поджаренного на гигантском вертеле, а затем нарезанного маленькими полосками прямо за столом. Для этого требовалась твёрдая рука, привыкшая работать с острым ножом и способная удерживать то, что в основном представляло собой раскалённый меч.

— Ты актриса, — сказал Карлос, — так что, действуй.

Он направился в подсобку, чтобы обзвонить всех официанток, но в Лос-Анджелесе вечер пятницы. Он никого не найдёт. А значит, ей и двум другим официантам придётся обслуживать весь ресторан в самый напряжённый вечер недели. Хоть заведение и небольшое, всего около двадцати пяти столиков, но их наверняка завалят.

«Надеюсь, гости любят пищу, которую едят руками… правда, сегодня им придётся есть мои руки».

Она направилась в раздевалку на кухне, чтобы надеть костюм и пояс мясника.

Десять минут спустя Сэди вышла в зал, заправив белую блузку в чёрные штаны гаучо — вроде капри сильно блестящие. Она собрала длинные каштановые волосы в тугой пучок из соображений безопасности, а затем красным шарфом скрыла царапины на шее. В последнее время она просыпалась с ними по всему телу… наверное, результат стресса и ночных кошмаров.

Сэди повернула за угол и врезалась прямо во что-то тёплое, пахнущее греховной мужской прелестью — кожей, свежесрубленным деревом и ещё какими-то цветочными нотами, которые не могла точно определить. Когда она скользнула взглядом вверх, пришлось даже задрать голову, наткнулась на ярко-бирюзовые глаза, в которых плескалось удивление.

— Боже, — сказала она. — Простите. — Она отдёрнула руки от мужчины и увидела дьявольскую улыбку на его сексуальных губах. С короткой чёрной бородкой, его рот выглядел как сексуальный центр, созданный для серьёзного обожания.

— Без проблем, — сказал он с лёгким, глубоким, как океан, и шелковистым, как её чёрные трусики, акцентом. Трусики? Какие трусики? Её нижнее бельё только что расплавилось.

Сэди попыталась отвести взгляд, но её манило его лицо. Он чертовски красив. Высокие скулы, квадратная челюсть, прямой нос с выцветшим шрамом на переносице. Короткие, взъерошенные тёмные волосы, будто он только что принял душ и высушил их полотенцем. Но остальная часть его выглядела как секс в тёмном костюме — высокий, стройный, мускулистый, с чувством изысканности старого мира. Или, может быть, не столько изысканность, сколько… ох, она даже не могла понять.

— К-хм, — откашлялась женщина, стоящая рядом, вернув Сэди к реальности. С неохотой Сэди оторвала глаза от великолепного, высокого, богоподобного мужчины и обнаружила стройную брюнетку с длинными волосами и выпученными глазами — наподобие рептилии — в коротком чёрном платье и висящей у мужчины на руке. Как неловко. Она была сосредоточена на том, чтобы пускать слюни на мужчину этой девушки. — Теперь мы можем сесть? — спросила женщина раздражённым тоном.

— О… Эм-м-м… — Сэди оглядела переполненный ресторан. Хостес был занят разносом воды. Сегодня все делали по три дела. — Проходите сюда.

Она повернулась, чтобы проводить их к столику, и заметила, что мужчина не так уж старается скрыть то, что пялится на неё и улыбается.

«Спасибо, приятель. Нравится наряд? Подожди, пока не увидишь меня с мечом. Так будет только лучше».

Виляя между столами, Сэди старалась не обращать внимания на огромного, восхитительного мужчину, источающего секс и грубую силу. Но что-то в его манере не позволяло сдерживаться и не взглянуть украдкой. Его накаченную фигуру скрывал очень дорогой костюм, но парень определённо не вёл себя как какой-нибудь богатей и поверхностный тупица из Беверли-Хиллз, которых в этом городе пруд пруди. Этот парень даже пах иначе. И уж точно заставил её женственные части тела навострить маленькие ушки, как стая крошечных волчьих промежностей, которые учуяли что-то вкусное.

«Волчьи промежности? Серьёзно, Сэди».

— Сюда, пожалуйста. — Она указала на маленький пустой столик, изо всех сил стараясь не смотреть в глаза мужчине.

Лицо женщины исказилось от отвращения.

— Я здесь не сяду. Слишком близко к кухне. Оттуда валит дым.

Дыма не было, но Сэди не хотела спорить с клиентом, особенно после того, как пускала слюни на её кавалера. Ей тоже было неловко.

— Без проблем, — сказала Сэди, — Э-э-э… — Дерьмо! Единственный другой столик стоял в её секции. «Просто прекрасно. Теперь я должна постараться не пускать слюни на парня, пока подаю ему еду». — Пройдёмте за мной.

Пока она вела их к столу, всё время чувствовала на себе взгляд мужчины, и воздух между ними становился сексуально тяжёлым. Или ей казалось?

— Сейчас принесу меню, — нервно произнесла Сэди, когда они подошли к пустому столику в углу. Отвернувшись, она заметила, что женщина с глазами рептилии ждёт, когда огромный, великолепный мужчина отодвинет её стул. Но он просто сел, продолжая жадно смотреть на Сэди.

«О, боже мой! Этот мужчина такой горячий. И не должен так смотреть на меня».

Точно так же, как она не должна смотреть на него. Клиент. На свидании с женщиной.

Когда Сэди вернулась с меню, женщина рычала на своего кавалера, который, казалось, был слишком занят, чтобы обращать на это внимание. Его холодный, свирепый взгляд сканировал ресторан, будто он чувствовал какую-то угрозу. Это мгновенно привело Сэди в чувства.

— Вот ваше меню, — сказала Сэди. — Кто-то из вас уже пробовал чурраскарию? — Сэди сжала руки, чтобы они не дрожали.

Мужчина посмотрел на неё потрясающе ледяными сине-зелёными глазами и медленно скользнул взглядом вниз по телу, замерев на груди на несколько секунд дольше, чем следовало.

— Да, — наконец, ответил он глубоким чувственным голосом, пронизанным зловещей вибрацией. — Однако мне нравится ваш голос. Продолжайте говорить.

Подумав, что он пошутил, Сэди тревожно рассмеялась.

Он не засмеялся в ответ.

— Я тебя рассмешил, женщина?

Она моргнула. Он всерьёз назвал её «женщиной», как какой-то средневековый варвар?

— Э-э, нет, сэр. Простите, сэр. Я просто вспомнила шутку, которую кто-то рассказал мне.

Он холодно кивнул.

— Продолжай.

— О да. Ну, мы подаём мясо с гриля прямо вам на стол. Однако у нас также есть вегетарианские и рыбные блюда, если вы предпочитаете. Так же как и гарниры. Могу я начать с салатов?

Он бросил на неё суровый взгляд.

— Я имел в виду шутку. Хочу услышать, что смешного.

— Андрус, — рявкнула его спутница, — пусть женщина вернётся к работе.

Его звали Андрус. Забавно, ему шло такое сильное, классическое, мужественное с ноткой дерзости имя.

Он медленно оторвал взгляд от Сэди и перевёл его на свою спутницу.

— Молчать, Алексис.

О, а дерзости-то много. Сэди никогда не потерпит такого от мужчины, каким бы горячим и загадочным он ни был. С другой стороны, было что-то тёмное и опасное в этом мужчине, словно кричало, что следует держаться от него подальше, если дорожишь своей жизнью.

— М-м-м… Я вернусь с салатами. — Сэди поспешила прочь, чувствуя на себе пристальный взгляд мужчины, пока не добралась до кухни, где глубоко вздохнула и попыталась успокоить сердце. Мужчина буквально заставлял её трепетать. Настолько красив, что взгляд на него вызывал грызущую потребность посмотреть вновь.

«Я определённо не должна обслуживать этого парня».

Она быстро принялась готовить десять тарелок салатов для нескольких столиков и раскладывать их на огромном подносе, в то время как другие официанты сновали туда-сюда. Она схватила Стива, рыжеватого блондина опрятного типа, когда он направился к автомату с напитками.

— Эй, ты можешь поменяться со мной секциями? — спросила она.

— Ни в коем случае. У меня вечеринка на десять человек, и чаевые обязательны. — Проклятье. Она не хотела идти к мистеру Красавчику и его спутнице Рычащей Черепахе.

Быстро вздохнув, Сэди поставила поднос на плечо и направилась в зал. Когда оставила салаты гигантскому, страшному, сексуальному, грубому мужчине, он и его спутница, к счастью, были заняты препирательствами. Что-то насчёт того, что полубоги круче вампиров.

«Как странно. Ну, и ладно, иди дальше».

Раздав салаты, она разнесла напитки. Когда же добралась до последнего столика, её сердце слегка дрогнуло. Мужчина смотрел на неё тяжёлым чувственным взглядом. Только вот теперь он сидел один.

Сэди попыталась вежливо улыбнуться, но рот, казалось, не хотел двигаться.

— Вы знаете, что будет пить ваша спутница, с-с-сэр?

У неё сильно дрожала рука, когда она наполняла ему стакан водой. Мужчина схватил её за запястье и спросил:

— Кто ты? — Но в его голосе звучало скорее обвинение.

Она застыла со стаканом в дрожащей руке и кувшином с водой в другой.

— П- простите? — Сэди начала заикаться.

Он выписывал большим пальцем маленькие круги на внутренней стороне запястья.

— Почему ты дрожишь?

— Отпустите меня, — прошептала она, наслаждаясь его прикосновением больше, чем следовало.

Он растянул губы в дьявольской улыбке и опустил голову, не сводя глаз с её лица.

— Как хочешь. Но сначала скажи мне своё имя.

— Сэди, — ответила она.

Он отпустил её, оставив острое покалывание на запястье. Она накрыла ладонью это место.

— Андрус, — сказала спутница мужчины, возвращаясь к столу, гневно подёргивая одним огромным глазом, — ты заказал мне вина?

Так и глядя на Сэди, он широко и самоуверенно улыбнулся.

— Я хотел бы стакан скотча из ваших скудных барных запасов и, пожалуйста, принесите моей спутнице бокал Мерло. Спасибо, Сэди.

Её имя слетело с его языка с сексуальным намёком. Боже милостивый! Что с этим парнем? То, как он смотрел на неё, заставляло хотеть раздеться. И убежать. Так странно.

— Сейчас вернусь. — Она подошла к бару в передней части ресторана, сделала заказ и схватила стакан, наполненный ледяной водой, чтобы прокатить его по лбу. Никогда в жизни она не испытывала ничего подобного. Но этот парень… этот парень… чёрт, невероятно горяч. И страшен. Как она переживёт остаток ужина?

Через несколько минут наступило время обходов с первым мясным блюдом: филейные бифштексы, которые нанизывались на длинный горячий шампур, а затем тонко нарезались за столом прямо на тарелку клиента. Она много раз видела, как это делается, но никогда не подавала блюдо сама.

Правой рукой она попыталась ухватиться и за ручку острого ножа, и за верхнюю часть раскалённого трёхфутового шампура, одновременно стараясь удержать скользкий металлический поднос с соком в другой руке.

Оказавшись на месте, она направилась к выходу из кухни и остановилась. Проклятье. Предполагалось, что пассадоры начнут с дальнего конца комнаты и идут в сторону кухни. Значит, первого нужно обслужить великолепного, опасного мужчину.

Она неловко маневрировала гигантским кебабом, пробираясь к нему и дважды чуть не уронив всё на пол.

— Не хотите ли стейк? — спросила она, подходя к столу и изо всех сил стараясь улыбнуться. Мужчина мельком посмотрел на неё и вскочил с места.

Сэди начала падать, а шампур и нож разлетелись по сторонам. Через секунду она приземлилась на кафельный пол с тяжёлым стуком, выбивая из лёгких весь воздух. Сумасшедший завёл ей руки за голову и прижал к полу, всем телом навалившись сверху.

— Что, чёрт возьми, всё это значит? — прорычал он ей в лицо. — Кто ты?

Хватая ртом воздух, она пыталась закричать, но не могла. Или не хотела. Его тёплое и упругое тело на мгновение вытеснило из головы все мысли. Единственное, что, казалось, было важным — ощущение мужчины, уютно устроившегося между её ног, и бедренной кости или чего-то твёрдого, прижимающегося к ней и вызывающего всевозможный трепет и сексуальную боль.

В ресторане поднялась суматоха, заставившая Сэди вспомнить, что она лежит на полу ресторана под крупным мужчиной, который напал на неё.

— Думаешь, что сможешь убить меня маленьким ножичком? — прорычал он.

— Твою мать, Андрус. Ты, варварская задница, — рявкнула спутница мужчины, — она не пыталась напасть на тебя, а хотела подать мясо.

Мгновение мужчина смотрел ей в глаза, лёжа сверху, его член прижался прямо к её сердцевине. Сэди чувствовала, как его сердце колотится в груди, ритм странно совпадал с её бешеным тактом, как два боевых барабана.

«Господи, что я делаю? Наслаждаюсь? Нет. Ты обиделась! Да. Именно».

Он посмотрел на её губы, а затем дерзко и коварно улыбнулся.

— Упс. Наверное, я слишком остро отреагировал, — сказал он медленным, глубоким, беззастенчивым голосом.

Он считал это смешным? Он выбил из неё дух и все пялились, пока она испытывала смущающее эротический момент, который доказывал её сумасбродство или возбуждение. Или то, что она — любительница заниматься публичным сексом.

— Хренов придурок, — прорычала она, ловя ртом воздух, — уйди.

— Может быть, позже, — прошептал он. — В данный момент у меня свидание.

— Гр-р! — Она оттолкнула его.

Он поднялся и протянул Сэди руку, смотря вниз самодовольным, понимающим взглядом. Он точно знал, что с Сэди только что произошло: ей понравилось. Она взглянула на его руку, на эту весёлую улыбку и оттолкнула ладонь.

— Засунь эту руку себе в задницу.

— Сэди! — Карлос появился в костюме гаучо. — Что случилось?

Сэди поднялась и указала на Андруса.

— Этот человек только что напал на меня.

Андрус кивнул.

— Да. Однако это просто недоразумение. Я страдаю посттравматическим расстройством, или как вы там это сейчас называете. — Он пожал плечами.

Карлос посмотрел на громадного мужчину.

— Прошу прощения, сэр. Уверяю, мы не так обращаемся с ветеранами войны. Я разберусь с ней.

— Что? Этот придурок просто швырнул меня на пол, — рявкнула Сэди.

Карлос бросил на неё взгляд.

— На кухню! Живо.

Андрус заступился.

— Заверяю, со мной всё хорошо. Не надо ругать крохотную мясную девчушку.

— Мясная девчушка? Кому-то необходимо вколотить в тебя хорошие манеры.

Мужчина выгнул тёмную бровь, а затем посмотрел на свой пах.

— Ты можешь поработать со мной кулаками, когда захочешь. — «Он намекнул, чтобы я ему подрочила. Где, чёрт возьми, нож? "

— Ты свинья!

— Сэди, убирайся из моего ресторана. Немедленно, — вскипел Карлос.

Она вскинула руки.

— Прекрасно. Без проблем. — Она посмотрела прямо на Андруса. — Если я когда-нибудь увижу тебя снова, — прорычала она, — вырву тебе мошонку зубами.

«Погодите…»

Не так. Зачем зубами-то?

— Я хотела сказать вырежу ножом для масла. — Да, это звучало более болезненно. Но всё равно ей пришлось бы держать его за яйца, пытаясь их отпилить. Ик. — Или чем-нибудь острым. Ещё не решила.

Мужчина широко улыбался, явно наслаждаясь неубедительной попыткой угрозы. Она шикнула на него, когда он собирался что-то сказать, и вышла из ресторана.

«Отлично. Чертовски здорово. Он напал, а увольняют меня».

И всё же какая-то часть Сэди хотела вернуться, сорвать с него одежду и зацеловать до чёртиков. А потом убить. Потому что теперь она потеряла работу и никогда не вернёт то, что задолжала за квартиру.

«Придётся идти на радикальные меры. Но на какие?»

Глава 5

— Оки-доки, здоровяк. Я официально объявляю тебя разрушителем свиданий. — Стоя над кроватью Андруса, женщина с парой широко раскрытых бирюзовых глаз смотрела на него.

— Ох, Симил, — проворчал он и перевернулся на живот. — Уходи.

— Ха! — хохотнула она. — Я сделаю вид, что ты ничего не говорил, потому что мы знаем — ты этого не хочешь. Точно так же, как в тот раз, когда ты сказал, что не хочешь видеть меня голой, но я знала, что это не так.

У него жуткое похмелье — пришлось выпить две бутылки виски, что было необходимо, учитывая, как быстро его организм усваивал алкоголь.

— Мне нужно поспать, Симил. И в тот раз, когда ты заставила меня увидеть тебя голой, у меня остались шрамы на несколько месяцев.

Он почувствовал, как что-то мокрое и холодное скользнуло по его ноге.

— Твою мать! — Он вскочил с кровати, мотая головой из стороны в сторону.

Симил усмехнулась.

— Радуйся, что на тебе брюки. Минки обожает есть всё, что похоже на хот-дог.

Андрус сердито посмотрел на Симил.

— Хот-дог? Уверяю, мой член больше напоминает прекрасную русскую колбасу.

Да. Русские знали, как делать вяленое мясо. Как умели делать бесстрашных воинов, подобных ему. Его семья была родом из Санкт-Петербурга, хотя он сам жил в Париже, и встретил Рейну, королеву вампиров и свою пару, на одном из скучных балов. Она лишила всего, чем он когда-то был, и теперь от его прошлого осталась только железная воля.

Андрус заметил, что Симил жадно уставилась на его пах. О боги, нет.

— Симил, ты замужем. И даже если бы не была…

— О, ты думаешь, что имеешь право голоса? — Она говорила прямо ему в пах. — Думаешь, что можешь мной командовать? Я божество!

— Я не собираюсь командовать тобой. Я утверждаю свою свободную волю. Ты не добьёшься своего со мной.

— Осторожнее. Или я засуну свой кулак прямо в эту маленькую дырочку.

Он отступил, но взгляд Симил оставался сосредоточенными на том же месте, не на его паху. Слава богам. У неё просто случился один из эпизодов. Он не хотел думать о годах терапии, которые понадобятся ему, если она будет приставать к нему.

— Симил? — Он щёлкнул пальцами. — С кем ты разговариваешь? — Ничего. — Симил! — Он громко захлопал.

— Ой! — Она тряхнула головой. — Эти лепреконы очень настойчивы! Всё это блестящее золото. — Она вздохнула. — Так на чём мы остановились?

— Ты собиралась уходить.

— Отлично. Значит, всё решено. Поскольку я уже продемонстрировала, что ты не умеешь ухаживанием, и я не дам тебе потерпеть ещё неудачу, ты любезно согласился работать с преподавателем, которого я наняла. У неё подходящий характер, чтобы помочь тебе объединиться с твоим внутренним принцем, и она видела тебя в действии. Занятия начинаются завтра в девять утра. Она придёт в десять.

— Видела меня в действии? Так вот для чего были эти разминочные свидания. — Симил нашла преподавателя, который тайно оценивал его. — Как думаешь, чего такого я не знаю, чему эта женщина может научить? — спросил он. — А почему занятия начинаются до прихода преподавателя?

Симил подняла палец и начала скользить по нему другой рукой в непристойном жесте.

— Ты захочешь уединиться со своей колбаской, потому что твоя учительница очень, очень горячая. Поэтому, если не подготовишься должным образом, не сможешь сосредоточиться. Разве я этого не говорила? — ответила она.

— Нет. И я не собираюсь этого делать. Что бы ты там ни затеяла, я в этом участвовать не буду, — прорычал он.

Она погрозила ему пальцем.

— Э-э-э… Вспомни бедняжку Мэтти. Мама твоего будущего ребёнка приглашена на эту вечеринку, и если ты не заставишь её поцеловать тебя перед уходом, окно закроется. Пф-ф-ф. И тогда ты не обрюхатишь её, не будешь жить долго и счастливо, Мэтти не найдёт счастья, и ты закончишь тем, что будешь вечно играть с салями в одиночку. Или пока Минки тебя не съест. Или Зак не сорвётся и не поубивает всё живое на планете. В зависимости от того, что наступит раньше.

Это нелепо.

— Мне не нужен учитель. Женщины, любят такого, как я.

— Мы говорим не об этих женщинах, а об одной, с которой ты не можешь позволить себе облажаться: о твоей паре Шарлотте. — Её зовут Шарлотта. Внезапно, узнав её имя, Андрус почувствовал, что всё реальнее, но не совсем. — А твоя учительница — настоящая актриса и собирается научить тебя джентльменским манерам, поскольку нам уже известно, что у тебя таких нет.

— Я воин, обученный убийца, бывший полубог…

— Ты безработный нянь и твои дни в роли убийцы подошли к концу. Злых вампиров больше нет. — Она отвесила поклон. — Благодаря моему злому мастерству, они были уничтожены. И Мааскабы практически вымерли. Мы оставили несколько только ради веселья. А значит остались лишь люди и отбросы общества, что не твоя проблема, это область богов. Так что, Андрус, ты официально в отставке. Твоя единственная цель — рискнуть с парой.

Андрус моргнул, чувствуя себя так, словно весь мир пал. Симил права. До недавнего времени мир был наполнен злом и находился на неминуемом пути к разрушению. Как Симил всё исправила — загадка или чудо, но ей удалось убедить свою пару, Роберто, выследить и убить злого брата, тем самым уничтожив эту родословную и всех злых вампиров. Некоторые Мааскаб, которые объединились с братом Роберто, тоже стали вампирами и в основном были убиты.

Андрус перевёл дыхание.

— У меня… У меня нет цели. Я… отжил своё.

Симил выпятила нижнюю губу.

— Ну-ну, не дуйся. Если мы ещё живы, уверена, что через несколько тысяч лет произойдёт ещё одна вспышка зла бессмертных злодеев. Тогда мы стряхнём с тебя пыль или попросим Минки отрыгнуть тебя.

Ему хотелось плакать. Не то чтобы такие здоровенные, смертоносные бессмертные, как он, действительно плакали, но ему все чертовски хотелось это сделать.

— Пожалуйста, уходи, — сказал он.

— Но…

— Вон, Симил! — рявкнул он.

— Проклятье. Хорошо. Я ухожу, — раздраженно бросила она. — Но не забудь, что завтра придёт учительница.

— Ага, без разницы. — В этот момент ему было плевать на всё. Его настолько поглотила забота и защита маленькой Мэтти, что он не заметил отсутствие цели.

— Мне все равно пора. Нужно попоить детей. — Она направилась к двери. — И кстати, учитель смертная и думает, что ты актёр, а я Боб, её агент. Пока-пока.

Симил закрыла за собой дверь. Чудесно. Чертовски чудесно. Смертным лишь по необходимости рассказывали об их существовании, а значит, она не могла знать, кто он.

Для протокола, Андрус пересёк ту черту, где скрыть бессмертие от людей было легко. Он провёл слишком много лет, принимая то, кем был — «хотя ты больше не он» — так что подчиняться неписаному правилу, скрываться было равносильно тому, чтобы просить обезьяну не собирать блох.

Он сел на край кровати и накрыл лицо руками, не зная, найдёт ли силы существовать дальше, если единственное, чего должен ждать — пара, которая, скорее всего, погубит его.

— Я не могу в это поверить. Я — древность. Бесполезная старость.

«Просто потому, что твоя жизнь отстой, не значит, что ты должен разрушить жизнь Мэтти».

Он застонал и почувствовал, как что-то влажное и холодное скользнуло по его щеке.

— Чёрт. Симил! — закричал он. — Забери своего грёбаного единорога!

Она вбежала в дверь, потянулась за чем-то и направилась к выходу.

— Ой, — пробормотала Симил, исчезая. — Извини. Думала, Минки со мной.

Глава 6

Сэди не могла поверить своей удаче. Как раз в момент, когда она думала, что придётся выбирать между возвращением домой или работой стриптизёршей, чтобы свести концы с концами, позвонил её агент Боб.

— Сколько они хотят мне заплатить? — уточнила она, стоя в спальне, одновременно служившей гостиной и кухней, помешивая в кружке растворимый кофе — полное дерьмо, но только его она могла себе позволить. В эти дни в меню продукты из магазина, где всё по доллару. Либо так, либо не хватает денег на бензин. К счастью, за её машину заплатили.

— Сто тысяч. — Боб усмехнулся, как слизняк, которым и был. — За вычетом моих двадцати процентов, конечно.

Боб — единственный талантливый агент, согласившийся пригласить её в город, где начинающие актрисы стоят десять центов. Он стал для неё прямо дьяволом в плоти. В смысле, у Сэди иногда возникало ощущение, что он действительно злой. Почему все мужчины, которых она встречала в Лос-Анджелесе, либо богатые, поверхностные придурки, либо эгоцентричные актёры, либо вылитые дублёры Ганнибала Лектора?

— Серьёзно? Сто? Что за фильм?

Она прослушивалась для ремейка «Унесённых ветром» со сверхъестественными оборотнями — «Унесённые навсегда: южный хвост бессмертной любви». Для второй части «Пятидесяти оттенков Зомби» — «Пятьдесят один оттенок Гр-р-ре-е-ея». И для беспроигрышного блокбастера «Агент 00Русал» — что-то в стиле Джеймса Бонда, встречающего Посейдона, а в качестве злодеев — злобные русалки.

По-видимому, тема сверхъестественного вернулась в Голливуд, учитывая прибыль «Сумерек». Боб заверил Сэди, что все эти фильмы высшей категории.

— В общем, Сиппи, — начал Боб, — дело в том, что это не совсем фильм. Скорее… курсы актёрского мастерства.

Сэди не знала, почему Боб так настойчиво зовёт её «Сиппи», что чертовски раздражало.

— Прости? Что ты подразумеваешь под курсами актёрского мастерства?

— Студии нужно, чтобы ты научила звёздного актёра, которого называют следующим Тором, вести себя как джентльмен. У него неделя до начала съёмок.

Они хотели, чтобы она подготовила актёра? Хотя, в этом есть смысл, учитывая, что Сэди окончила курсы актёрского мастерства и выиграла кучу наград за небольшие постановки в родном городе до переезда в Лос-Анджелес.

Определённо хорошая актриса, а ещё большая неудачница.

Казалось, каждый раз, когда успех уже у неё в руках, случается какая-нибудь катастрофа. То в последнюю минуту фильм теряет финансирование, то студия решает заменить передачу, а в последнем проекте исчез кастинг-директор. Испарился.

— Ну и кого я буду обучать? Джерарда? Лео? Джека?

— Ну, в общем…

О нет.

— Это же не порно? Боб, я тебе говорила никаких фильмов с обнажёнными членами!

— Сиппи, детка, нет же. Нет. Просто парень немного не отёсан. Ему нужен урок в школе обаяния, чтобы понравиться любителям романтических комедий. Ну, ты понимаешь.

Что ж, дают большие деньги, и если в этом состоит работа, то кто она такая, чтобы жаловаться?

— Ладно. Но есть ли хоть маленький шанс, что я получу роль в этом фильме?

— Не-а. Скорее всего, нет.

Что ж, разочаровывающий ответ, но полученных денег хватит на то, чтобы, по меньшей мере, протянуть на плаву год.

— Договорились.

Трудновато за один день подготовиться к такой работе, но Сэди справится. За годы обучения у неё накопились горы записей, учебников и дисков с правилами актёрской игры, а также множество упражнений на развитие. Не займёт много времени покопаться во всём этом и составить несколько уроков.

— Вот это моя девочка. О деталях и контракте сообщу позже.

А вот это странно.

— Что за контракт?

— Детали, Сиппи, жди детали.

— Боб, — с предупреждением в голосе начала Сэди, — что ты мне не договариваешь?

— Эм, ну, в общем, ты не можешь никому о нём проболтаться. Его считают очень перспективным, и студия пока хотела бы сохранить его персону от публики в тайне.

Такое практикуют. Актёры стали немного чувствительными к восприятию публикой. К тому же обучение с другим актёром, а ещё и неизвестным, не придаёт большого статуса.

— И?.. — поторопила его Сэди.

— В общем… через неделю у парня, похоже, последняя попытка прослушивания. В случае провала роль отдадут второму кандидату… а тебе не заплатят.

— Что? — рявкнула она.

— Эй, детка, актёрство — как гаражная распродажа. Я не устанавливаю правила, а просто им следую.

Странное сравнение.

Сэди задумчиво покусывала ноготь на большом пальце. Рискованное дело, ведь в итоге она могла остаться ни с чем. Стать актрисой — её мечта, но судя по тому, как обстоят дела, меньше чем через две недели она с поджатым хвостом будет возвращаться в Кливленд. Или проситься к людям на ночёвку на диване, как полная неудачница. А это всего лишь отсрочка, всё равно ведущая в Кливленд, а не решение проблемы.

Тим тоже не вариант, они порвали. Хотя Сэди помнила, как пыталась позвонить ему и сказать, что больше не желает его видеть, но не смогла вспомнить, чем всё закончилось. Она оставила ему сообщение или лично поговорила? Чертовски странно. Наверное, прошлой ночью она была слишком взвинчена и зла. Та сцена в ресторане являла собой чистое безумие. А хуже всего то, что ей всю ночь снился тот глупый парень. А ещё грязные-грязные сны.

Сэди поблагодарила Боба и узнала адрес отеля, где на следующее утро должна встретиться со своим таинственным учеником. Затем позвонила родителям для еженедельного разговора. Единственная вещь, которую её отец, самый заботливый парень на планете, заставил поклясться делать — звонить ему раз в неделю. Её мать — вернее, мачеха, но Сэди считала её настоящей матерью — супер квалифицированный профессор мифологии, преподающий в местном университете.

— Это моя маленькая девочка? — спросил отец, ответив на звонок.

— Да, папа. Звоню, чтобы отчитаться.

— Есть новости на этой неделе?

«Кроме тех, что меня уволили?»

— Пока нет. Но всё впереди. Я побывала на четырёх прослушиваниях и нескольких кастингах. Чувствую, что близка к успеху.

— Детка, ты уже больше года в Лос-Анджелесе. Может, пора возвращаться домой.

Каждую неделю одно и то же.

— Пап, я не могу сейчас уехать. Агент нашёл мне работу в качестве преподавателя для одного актёра, и если он получит роль, я получу сто тысяч долларов.

— Боб втянул тебя в такую аферу? — осуждающе спросил папа.

— Ну, конечно. Он же мой агент.

— Ох-хо-хо, будь осторожна. Этому Бобу нельзя доверять.

— Папа, ты его даже не знаешь. — Но, конечно же, он прав.

— Знаю.

— Неужели? И откуда же? — скептически спросила Сэди.

— Я о том, что знаю таких типов, как он. Боб просто ищет способ использовать тебя в своих целях.

— Я за это ему и плачу. Ладно, мне пора. Передай привет маме и Нелл. — Нелл — двадцатилетняя сестра Сэди.

— Передам. Тебе выслать денег?

«Я настолько в экономном режиме, что стираю вещи дешёвым средством прямо в раковине».

— Пап, у меня всё хорошо, но спасибо за предложение.

— Ладно. Просто не хочу, чтобы ты голодала. Ты же не голодаешь? Потому что можешь просто попросить о помощи.

Сэди была актрисой. И всегда чувствовала голод, особенно в последнее время.

«Думаю, нужно начать пить витамины».

— Пап, клянусь, если мне что-то понадобится, я дам тебе знать. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, детка. И старайся не забывать о тщательной чистке зубов. Удачи.

Отец был дантистом и помешан на чистоте полости рта.

— Пап, спасибо.

Сэди завершила звонок и вздохнула. Ей приятно от такой заботы отца, но он слишком за неё беспокоился. Хотя, лучше, чем альтернатива.

Сэди из тех людей, у кого никого нет. Бог свидетель, таких в этом городе много, и ей стоить быть благодарной за всё, что имеет. Но, чёрт возьми, как же хочется большего. А это значит, что ей нужен в помощь этот парень. Интересно, кто он?

***

Без четверти десять следующего утра Сэди с рюкзаком в руках стояла у президентских апартаментов в отеле «Беверли Хиллз», готовая начать обучение языку тела, зрительному контакту, стилю разговора, но дверь никто не открыл. Стоя в коридоре и раздумывая, тот ли это номер, она достала из кармана мобильный и набрала номер Боба, но никто не ответил. Чёрт возьми. Может, ей удастся позвонить в номер из вестибюля.

Сэди уже собиралась уходить, когда услышала из номера стон. Там явно кто-то есть.

— Эй. — Тук, тук. — Я пришла провести мастер класс по актёрскому мастерству. Вы в порядке?

Сэди прижалась ухом к двери.

Стон.

Звук низкий и хриплый, почти человеческий… как протяжный выдох.

Сэди закрыла рот руками. Она поверить не могла, что парень такое с ней проворачивает. Часы тикают, а он непозволительно грубо заставляет её ждать, пока самоудовлетворяется.

Сэди ещё раз постучала в дверь.

— Послушай, дружище, если не собираешься там умирать, то лучше бы тебе открыть эту дверь, иначе я уйду, а это явно не то, что тебе нужно.

Снова послышался стон, на этот раз низкий и резкий, от чего у Сэди мурашки побежали по спине и ниже. Голос парня оказался чертовски сексуальным.

«Что? Сэди, да что это с тобой?»

— Эй, приятель, да ради бога! — Тук-тук-тук. — Ты не можешь заняться этим в другое время?

Сэди услышала какой-то шорох, а затем как будто что-то большое упало на пол. Дверь резко распахнулась, являя взору огромного парня в полу расстёгнутых кожаных штанах — без белья — низко висящих на бёдрах и обнажающих нижнюю часть мускулистого торса. Сэди видела тёмные волоски и основание члена, который выглядел чертовски твёрдым и упирался в ткань штанов.

Сэди сглотнула. А парень-то оснащён огромным достоинством.

Сэди скользнула взглядом выше, по мускулам груди и рук, растягивающих плотную чёрную футболку. Наверное, парень какой-нибудь штангист или занимается боевыми искусствами. Может, он следующий Тор. В принципе, об этом Боб и говорил.

Когда Сэди, в конце концов, подняла взгляд на лицо, увидела, как её прожигают ярко-бирюзовые глаза, то сердце пропустило несколько ударов, ведь мозг осознал, что именно этого парня она последние два дня видела в эротических снах.

— Вот мы снова и встретились, да, мясница. — На грешных губах мелькнула самодовольная улыбка. — Почему-то я не удивлён, что ты явилась за добавкой.

Сэди удивлённо моргнула.

— Срань господня, да ты тот засранец. — Каковы были шансы столкнуться с ним вновь? Сэди отступила, готовая развернуться и бежать, куда глаза глядят, но тут её накрыло осознание. — Подожди-ка, ты актёр? Ты же сказал Карлосу, что ветеран! — Она шагнула вперёд и ударила парня по широченному плечу.

— Ай. — Он поморщился, потирая ушибленное место.

— Засранец! Меня из-за тебя уволили! Не приходило в голову применить свой метод где-нибудь в другом месте?

Парень… Как там его звали? А, Андрус. Так вот, Андрус сложил огромные, как пушки, руки на груди. Они напоминали Сэди удлинённые мешки с цементом, которыми мама огораживала пруд с дождевой водой. Сэди очень любила играть в том месте.

— Я — не бывший солдат, — нагло заявил он, — а бывший наёмный убийца. Смертельно опасный убийца. — Да когда он уже выйдет из образа? По крайней мере, такое поведение объясняло его странные древние замашки.

— А тебе никогда не приходило в голову не бросаться на незнакомцев с разделочными ножами? Наверное, же существует какое-то приглашение на бой, — добавил он. — Хотя, возможно, ты из тех, кто любит погрубее. — Андрус опустил взгляд на её грудь, и Сэди пожалела, что надела белые короткие шорты и розовую майку, а не что-то мешковатое, но ей хотелось ощущать комфорт во время их занятий актёрским мастерством.

— Я… я… я не люблю грубость, — ответила она, пытаясь притвориться, что сексуальный подтекст в его словах её не затронул. — А тебе не приходило в голову, что не стоит идти в чурраскарию, если ты — или персонаж, в образе которого находишься — так чувствителен к ножам? Вот серьёзно. И вообще, не мог сказать моему начальнику, что ты виноват в случившемся?

— А почему я должен признавать вину, если не виноват? Кроме того, я дал понять маленькому человеку, что не пострадал и не расстроен. В смысле, посмотри на себя, — рассмеялся Андрус. — Ты же безобидная.

Сэди хотелось ударить парня по лицу, вот только оно находилось слишком высоко, ведь рост у него около двух метров.

— Да, как скажешь. Готов начать обучение или нужно ещё время, чтобы закончить йогу для члена? — Сэди опустила взгляд на его причиндалы. Основание полу возбуждённого органа по-прежнему хорошо просматривалось сквозь расстёгнутую ширинку. И, чёрт возьми, если бы в его бесстыдно непримиримой мужской сексуальности не было чего-то такого, что не заставляло бы её не сводить взгляд.

Он посмотрел на свой пах.

— Ты пришла на пятнадцать минут раньше. Но, момент упущен, потому что маленькая настырная мясница своим стуком заставила открыть дверь. — Андрус ехидно улыбнулся. — Не стесняйся, бери дело в свои руки. Надеюсь, ты хотя бы знаешь, как обращаться с подобного рода мечом?

Сэди скривилась от отвращения.

— Не удивлена, что тебе нужна помощь. Ты просто отвратителен. — «А мне нужно перестать смотреть на его член». — К тому же, твой обрубок слишком мал, чтобы заинтересовать мои руки или любую другую часть тела.

Горящие бирюзовые глаза прищурились.

— А ты слишком мала, ничтожна и невзрачна, чтобы когда-нибудь меня заинтересовать. Никогда об этом не забывай.

«Андрус только что назвал меня простушкой».

К сожалению, это немного задело. Ни одна женщина не хотела бы, чтобы её называли дурнушкой, особенно такая красивая задница, как эта.

«Не позволяй ему опозорить тебя, Сэди. Просто сделай свою работу, получи деньги и живи своей жизнью».

С другой стороны…

Сэди, пристально глядя ему в глаза, шагнула вперёд и положила руку на выпуклость в кожаных штанах.

Она видела, как напряглись лицо и тело Андруса. Вероятно, он думал, что она собирается напасть на его достоинство, но когда этого не сделала, увидела искорки похоти в его глазах. Сэди наклонилась и потёрлась об Андруса грудью и телом, как маленький сексуальный котёнок. Его грудь расширилась от нескольких коротких, тяжёлых вдохов.

«О да, здоровяк. Я тоже знаю, как играть».

— Простушка, да? — прошептала Сэди, встав на цыпочки, как будто собиралась его поцеловать. В момент, когда он начал опускать к ней голову, Сэди медленно скользнула руками к его распахнутой ширинке и застегнула её. — Убирай-ка своего малыша, мистер Ассраньсин, — затем толкнула его в комнату, — и приступим к работе.

— Женщина, это грязный трюк, — прорычал Андрус. — И молнией ты могла повредить очень чувствительное снаряжение.

— Да, но не повредила же. — Сэди вошла в номер, пытаясь найти место, где они могли бы устроиться для занятия, и начала перебирать основы: приличия за столом, язык, как заставить женщину чувствовать себя непринуждённо.

И судя по прошлой ночи, работы с этим предстоит много. Она поверить не могла, что это тот парень из ресторана. У Вселенной явно нездоровое чувство юмора. Например, прямо сейчас у неё возникло странное желание сделать ещё один дубль. Но на этот раз она не стала бы застёгивать его ширинку. Что? Нет, он же такая свинья.

Сэди повернула голову и огляделась.

— Ну и бардак. Что здесь произошло?

На столе у окна валялись пустые бутылки из-под спиртного и обёртки от шоколадных батончиков, на полу — скомканное постельное бельё, на комоде под настенным плоским экраном громоздилась коллекция ножей и мечей.

— Я бывший опасный наёмный убийца, а не горничная. И, по очевидным причинам, не хочу, чтобы какие-то смертные — то есть, незнакомцы, — находились у меня в номере.

Сэди вздохнула. Здесь, в таком бардаке, работать она не могла. И убирать за этим парнем не собиралась. С другой стороны, можно провести занятия в её квартире, вот только та настолько мала, а Андрус настолько огромен, что передвигаться для каких-то сцен и упражнений будет невозможно.

— Поедем заниматься на пляже.

Сэди недавно встречалась с друзьями из актёрской группы, поэтому в багажнике ещё оставались одеяло для пикника, зонтик и пляжное кресло.

Андрус бросил на неё взгляд.

— Я не захватил с собой подходящей для пляжа одежды, так что заниматься будем здесь.

Он бросил взгляд на кровать.

Сэди не знала, что именно крылось под этим взглядом, но ей нужно было пресечь это в зародыше.

Да, тело парня офигенное, а лицо — короткая чёрная борода, яркие бирюзовые глаза, пухлые губы, предназначенные растопить сердце девушки, когда просит прощения за любую глупость, какую только что сделал… Разве не потрясающе? Но Андрус — грубый, жестокий варвар. Тогда почему ладонь Сэди, лежащая поверх его члена, словно горела?

— Здесь слишком душно, — ответила Сэди. — И к твоему сведению, прежде чем у тебя появятся какие-то мыслишки на мой счёт, я увлекаюсь джентльменами, а ты, как мы оба уже знаем, им не являешься.

— А к твоему сведению, как мы оба уже знаем, я не увлекаюсь маленькими девочками. — Андрус опустил голову.

«Ладно, мы квиты. Это подло, но ведь я только что оскорбила его мужское достоинство. Может, я и заслужила. С другой стороны, он назвал меня простушкой. Из-за него меня уволили».

«Сэди, прекрати. Займись работой. Думай о ста тысячах долларов. Эти деньги изменят твою жизнь».

Сэди глубоко вдохнула и взяла себя в руки.

— Могу я быть с тобой откровенной? Мне действительно нужна эта работа, и я слышала, что тебе очень нужна эта роль. Да, мы плохо знакомы, но похоже, нужны друг другу. Может, сложим мечи и займёмся взаимопомощью?

Андрус не ответил, просто стоял молча и смотрел на Сэди тяжёлым взглядом, словно пытался что-то понять.

— Мне действительно кажется, что нужно найти место просторнее, где мы сможем свободно передвигаться, — продолжила Сэди. — На завтра я постараюсь отыскать такое место, а сегодня давай поупражняемся на пляже. Снаружи красиво и солнечно, просто идеально подходит для небольшого актерского вдохновения. Хорошо?

Андрус задумчиво прищурил прекрасные глаза.

— Ты очень странная, но удивительно убедительная женщина.

— Сочту за комплимент. — Сэди осмотрела его безумно стройное тело. Чёрт, он огромен. У них, вероятно, нет ничего для него пляжного. — У тебя есть джинсы?

Андрус мотнул головой в сторону чёрной спортивной сумки.

— Есть. А зачем? Хочешь меня ими задушить?

Сэди подошла к сумке и расстегнула молнию. На самом верху лежала фотография маленькой девочки без рамки. Светлые кудри, большие голубые глаза. На фото она обнимала Андруса за шею и целовала в щёку. Он выглядел совершенно другим человеком: сияющим, счастливым, улыбающимся.

— Я бы даже не догадалась, что у тебя есть ребёнок. А почему ты держишь в воздухе меч?

Андрус выхватил фото у неё из руки.

— У меня нет детей. И вообще, это не твоё дело.

Сэди увидела комок выцветшей джинсовой ткани и вытащила его из сумки.

— Вот это подойдёт.

— Для чего?

Сэди взяла один из острых на вид ножей на комоде и сделала небольшой надрез над коленом.

— Остановись, женщина. Это мои любимые джинсы, — запротестовал он, пока она их рвала.

— Теперь это твои любимые шорты. И ещё раз назовешь меня «женщиной», я отрежу тебе причиндалы. — Сэди сделала ещё один надрез и оторвала вторую штанину. — Вот, надевай.

Андрус уставился на неё взглядом средним между раздражённым и убийственным. Он казался очень убедительным актёром. Андрус медленно стянул кожаные штаны и бросил их на пол. Толстый член покоился между мощных бёдер.

Сэди сглотнула, не в силах отвести взгляд от внушительного органа.

— Наслаждайся зрелищем, мясница. Этот малыш самое близкое к совершенству из всего, что тебе довелось видеть, — предложил Андрус низким баритоном, полным высокомерия.

Сэди подняла взгляд и встретилась с его дьявольскими глазами.

— О, да угомонись ты. Жду тебя снаружи.

Сэди вышла из номера и захлопнула за собой дверь, чувствуя, что не может дышать. Этот парень был… был… он был дерзким тираном. И что там только что произошло?

Андрус делал её такой легкомысленной, что она вела себя как сумасшедшая. Что-то ощущалось в нём по-другому. Как будто Сэди питалась его сумасшедшей энергией, которая делала её пустоголовой, острой на язычок и бесстрашной. Боже мой, неужели я трогала этого парня за пах?

Сэди рассмеялась.

«Ух ты, а мне удалось войти в образ».

Но если не удастся сосредоточиться на парне, она не сможет помочь ему с ролью, и тогда прощайте денежки.

«Ладно, Сэди. Ты справишься. Ты всё сможешь. Ты сильная, независимая и боец, и не допустишь, чтобы грубая мужественность и властный шовинизм помешали тебе выполнить задание».

В голове возник образ Андруса без штанов. Сэди никогда не видела таких прокачанных, великолепных и мощных мускулов.

Её ожидает адская неделя.

***

После того, как Сэди вышла из номера, Андрус, не в состоянии что-то сказать или даже дышать ровно, стоял, уставившись на дверь. Эта девушка оказалась резкой, властной и чертовски жестокой, ведь использовала сексуальное тело как оружие против него. И то, как она бесстрашно и нагло схватила его за член, заставило ощутить головокружительную похоть.

Кем она себя возомнила, пытаясь очаровать его женскими уловками? Он не вчера родился.

Если бы она не оказалась настолько красивой, Андрус бы поставил её на колени и преподал урок.

«О, подожди-ка. Звучит очень мило».

Мысль о небольшой грубой игре с этой дерзкой дьяволицей нашла в нём греховный отклик. Девушка определённо пробудила в нём грязного мальчишку.

Как ни странно, но чуть ранее, пытаясь кончить, он действительно думал о ней. Он не мог выбросить из головы тот момент из ресторана, когда лежал на ней, уютно примостившись между бёдер. Ощущения были фантастическими.

Подождите-ка. Всё это как-то подозрительно попахивает. Андрус покачал головой. Эта сексуальная дамочка из ресторана неспроста стала его «учительницей». Да, всё это очень подозрительно. Симил что-то задумала. Проблема в том, что никто и никогда не знал что у неё на уме — мозг работал каким-то извращённым образом, что невозможно предсказать подводные камни. Но одно Андрус знал наверняка: сумасшедшая богиня всегда притворялась, что помогает, когда ведёт тебя в кишащие акулами воды. А если тебе посчастливилось выжить, то явно ты лишился нескольких конечностей. Симил — мастер садистских игр разума, хаоса и доведения до безумия. Ей просто нравилось наблюдать за страданиями.

Андрус потёр заросшую бородой челюсть. Так что же задумала Симил? Если она сказала, что он встретит свою вторую половинку на вечеринке через шесть дней, то, скорее всего, солгала. Он сходит на вечеринку и поймёт, что им играли пешкой в какой-то игре. Нет, всё это звучит как-то слишком просто.

Может, Симил хотела подразнить его Сэди, которой он явно не понравился, и заставить ощутить чувство поражения? Что ж, Сэди, определённо, сексуальная, но он не проигрывает женщинам. И Симил это явно знает. Получается, в предположении нет смысла. Ну и что задумала эта злая богиня?

— Эй, поторопись, — крикнула из-за двери та маленькая мясница.

Андрус уставился на дверь. Хм-м-м… Поэтому Симил хочет, чтобы эта сексуальная маленькая лисичка научила его «вести себя», как джентльмен, чтобы он мог произвести впечатление на ту женщину — Шарлотту. Однако все знали, что пару тянет друг к другу, поэтому Андрус готов поспорить, что маленькая речь Симил об ухаживании была ложью. В смысле, даже если ему удастся несколько минут ухаживать за женщиной, ведя себя как какой-нибудь напыщенный, красноречивый щёголь Дэппер Дэн, какой цели это послужит?

Он тот, кто есть: смертоносный, свирепый, преданный и… Он уже говорил смертоносный? Непримиримый мужчина, который этим гордился.

Так что эта Шарлотта — кем бы она ни являлась — должна любить его истинную сущность трёхсот-плюс-минус-несколько-десятилетий-летнего бессмертного убийцы. Он древний смертоносный воин. Вот что имеет значение. И подыгрывать богине он не собирался.

А потом Андрус подумал о Мэтти. Если Симил не лжёт, то он может разрушить её маленькую жизнь.

Андрус выдохнул.

— Эй! Ты там что, снова себя ласкаешь? — Сэди постучала в дверь. — Тебе что, шестнадцать? Не можешь заняться этим потом, в более подходящее время?

У Андруса появилась идея. Симил явно что-то пообещала Сэди за участие в своём маленьком плане. Богиня явно во всём этом замешана. Ему стоит просто выманить правду у маленькой шалуньи и переманить на свою сторону.

Натянув обрезанные джинсы, он схватил кожаные ботинки со стальными носами и посмотрел в зеркало. Андрус улыбнулся и повернулся посмотреть на свою задницу.

— Хм… а неплохо.

Глава 7

Сэди спорила на парковке отеля с большим парнем целых десять минут, прежде чем, наконец, сдалась. В итоге вместо её экономичного изумрудно-зелёного гибрида Kia Soul решено было взять на пляж его возмутительно недружелюбного к земле пожирателя бензина.

Сэди устроилась на пассажирском сиденье, пока Андрус грузил на заднее сиденье чёрного внедорожника её пляжное снаряжение.

— Как же это нелепо. Ты поместишься в моей машине. Ты же не гиппопотам!

Андрус запрыгнул на водительское сиденье и, злорадствуя, как самодовольный засранец, захлопнул дверцу.

— Прости, но моим яйцам требуется пространство больше.

Сэди закатила глаза.

— Вот это самоуверенность. Удивлена, что у твоей тачки нет прицепа, в котором ты возишь своё эго.

Усмехнувшись, Андрус завёл машину.

— Или я мог бы возить в нём мой огромный член.

Боже, этот парень…

— Отлично, что ты не страдаешь от недостатка любви к себе, потому что представить не могу, что кто-то тебя такого терпит.

Андрус повернулся с желанием возразить, но явно передумал.

— Настанет день, когда ты признаешься, что хочешь меня, и обещаю, мой маленький свирепый кролик, тебя не осуждать.

«Свирепый маленький кролик?»

— Я Сэди. Сэди Таунсенд. И когда до тебя, в конце концов, дойдёт, что я тебя никогда не захочу, и начнёшь плакать, обещаю, не буду над тобой смеяться.

«Нет, быстрый осмотр твоего тела, и сексуальные сны с твоим участием не считаются, потому что я не могу их контролировать».

— Сэди, — промурлыкал он её имя низким, бархатистым, словно после секса голосом. — Оно означает принцесса. — Андрус провёл пальцем по её ключице. — Но думаю, что буду звать тебя Секси Сэди, как в песне.

На короткое мгновение тело ощутило трепет от чувственного прикосновения.

«Подождите-ка, а почему он ко мне пристаёт?»

Неужели он почувствовал отсутствие у неё интереса и теперь счёл необходимым доказать себе, что может затащить её в постель?

«Почему я всегда привлекаю агрессивных психов?»

К примеру, парень, с которым Сэди встречалась до Тима, оказался сталкером. После всего лишь одного свидания он стал приходить к ней по вечерам домой, притаскиваться на работу и даже следовать за ней в продуктовый магазин. Поняв, что просьбы от неё отстать не действуют, Сэди добилась запретительного судебного приказа. К счастью, когда она начала встречаться с Тимом, бывший её уже не донимал.

В родном городке Сэди встречалась полгода с парнем, который по ночам тайком подглядывал, как она спит. Однажды отец его поймал и всё вскрылось. В любом случае, все парни Сэди оказались полными чудиками, она явно привлекала мужчин странноватых категорий.

— Думаю, тебе стоит называть меня тренером. А точнее, тренер Сэди.

Вот так. Это установит профессиональные границы.

— Тренер Сэкси Сэди. Мне нравится. — Андрус вдарил по тормозам, едва не въехав в Фиат. — Ой, вот видишь? А если бы мы сидели в твоей маленькой женской повозке, ты бы уже была мертва. Я спас тебе жизнь.

Сэди крепко зажмурилась.

«Боже Всемилостивый, дай мне сил не задушить этого варвара».

— Очень молюсь, чтобы ты сейчас был в роли своего персонажа, иначе ты в действительности такая свинья, и никакие уроки актёрского мастерства тебе уже не помогут.

— Уверяю, я та ещё свинья во всех смыслах, но не собираюсь за это извиняться. Если бы не подобные мне, вы бы все оказались секс-рабами стай психически ненормальных, пьющих кровь насильников.

Сэди резко повернула голову в его сторону.

— Иисус. Что, Андрус, много тёмного прошлого?

— Ты даже не имеешь грёбаного представления.

Сэди уже собиралась заговорить, когда вдруг заметила, что он излучает ту же смертельную вибрацию, которую она видела в ресторане. Только в этот раз Сэди не занервничала, а скорее была заинтригована. Его техника перевоплощения в персонажей и создания настроения казалась феноменальной.

— Понимаю, что за такие слова надеру себе задницу, но ты, Андрус, действительно впечатляешь.

Он улыбнулся и одарил её дерзкой улыбкой.

— Такое мне говорили.

Сэди тяжело вздохнула и закатила глаза.

— Я знала, что пожалею о своих словах. — Что ещё важнее, она начала кое о чём задумываться.

Возможно, этот мужчина не видный деятель и не воплощение цивилизованных джентльменов, но казался одарённым актёром. Сэди не заметила ни одного промаха в том образе, который он на себя напялил. Вот только что-то в этой ситуации… не так. Что ж, теперь у неё нет другого выбора, кроме как двигаться вперёд. Сэди оставалось надеяться, что Андрус получит эту роль.

***

После неловкой молчаливой поездки, они припарковались и нашли наиболее тихое место под пальмой на переполненном пляже. Сегодня воскресенье, поэтому толпы отдыхающих типично для солнечных осенних выходных. И всё же на пляже достаточно места прогуляться и попрактиковаться в ролевой игре.

— Ладно, Андрус, — начала она, раскладывая красное пляжное одеяло, — предполагаю, что ты планируешь сняться в каком-то боевике. Где происходит сам сюжет? Авиаперевозки, небоскрёб, урбанизация?

Мимо прошла женщина в крошечном розовом бикини, и Андрус просто уставился на неё. Ладно, может, пляж был и плохой идеей.

— Ты это видела? Ходит и трясёт тут своей задницей. Надо рассказать её родителям. — Мимо пробежала блондинка в чёрном бикини, и Андрус повернул голову в её сторону. — Боги славные, они что, выросли в борделе?

— Тебе не кажется, что ты слишком суров? — заметила Сэди. — Особенно для того, кто час назад показал мне свой член?

— Это другое, — ответил он низким властным тоном. — Я мужчина, ты взрослая женщина. А эти дамы — просто дети лет семнадцати-восемнадцати.

— А мне казалось, ты назвал меня маленькой девочкой.

Сэди разложила синий пляжный стульчик.

— Я имел в виду твой умственный возраст, однако, если бы ты надела что-то столь откровенное на общественный пляж и при этом была моей женщиной, я бы перебросил тебя через плечо и преподал урок твоим обнажённым ягодицам своей рукой.

Мысленный образ подобного действа казался совсем неправильным, но почему-то чертовски возбуждал. Но нет, не должно быть так.

«Ты точно не хочешь, чтобы тебя перекинули через плечо и отшлёпали. Что за шовинизм? Андрус явно просто играет. По крайней мере, я на это надеюсь».

— Андрус, из какого периода времени твой персонаж?

Он просто на неё уставился.

— А, прости. — Видимо, он в образе. — В каком году ты родился?

— В тысяча шестьсот восемьдесят третьем.

Что ж, период времени объяснял глубоко укоренившийся шовинизм.

— Значит, ты снимаешься в историческом боевике?

Андрус ухмыльнулся.

— Больше похоже на роман.

— О, Господи. Тогда нам определённо есть над чем поработать. Итак, наш первый урок будет о том, как разговаривать с женщиной…

Андрус поднялся.

— Пожалуй, пойду, искупаюсь. Присоединишься?

— Что?

— Поплавать. Прошли столетия с тех пор, как я плавал в океане.

— Ага, столетия. Что ж, придётся подождать ещё, потому что нам надо работать. У меня меньше недели на твою подготовку, иначе мне не заплатят.

— Стоило договориться о сделке получше. — Андрус снял ботинки и рубашку. Пресвятая богородица.

Сэди зависла на его прессе: глубокие бороздки, чётко разделяющие кубики, изгибающиеся с яростной соблазнительной силой, очаровывали. Светло-оливковая кожа обнажённых рук и груди и… О, боже мой. Этот парень сложен как порочный сексуальный гигант. И нравилось ей это или нет, но женское либидо реагировало, соски покалывали, лоно сжималось и разжималось от вида такого количества красоты в одном флаконе. В случае с Андрусом, в одной цистерне.

Андрус заметил, что Сэди откровенно пускает слюни и подмигнул.

— Не за что.

Опустив голову с густыми, спутанными тёмными волосами, он развернулся и медленно пошёл к воде. Сэди за ним наблюдала, как и весь половозрелый женский пол на пляже. Женщины отбросили все свои дела — волейбол, нанесение защитное крема на тело, поцелуи с парнями, объезд деревьев при катании на роликах… Стоило бы поберечься. Наверное, это больно. Даже мужчины остановились, чтобы посмотреть на Андруса, кипя от злости, защищая территорию. А Андрус буквально плыл над песком, его загорелое на солнце мускулистое тело изгибалось и покачивалось в гипнотическом ритме. Он выглядел как грёбаный бог. Высокий, худощавый, грозный…

Андрус прыгнул, с головой погружаясь в океан, вырывая Сэди из сексуальных фантазий.

— Ух ты.

Ладно, стоит признать, что в этом парне есть что-то необычное. Как будто он из другого мира и бесстыдно бросает вызов всем правилам. Например, Сэди находила его поведение отвратительным и шовинистским, и всё же Андрусу удалось заставить её на него пялиться. А его тело? Греховно сексуальное, оно взывало к скрытой тихой женщине внутри Сэди.

Сэди сидела, уставившись на волны, пытаясь понять, что именно в этом парне делало его таким раздражающе соблазнительным, когда поняла, что он не всплыл на поверхность. Прибой сегодня не выглядел бурным, но флаги на вышках спасателей были жёлтыми. Возможно какое-то подводное течение. Не позволяя себе запаниковать, Сэди встала и начала внимательным взглядом сканировать волны.

Лишь несколько сёрферов и буги-бордеров.

«Ладно, Андрус, теперь я беспокоюсь».

Сэди побежала к тому месту, где Андрус нырнул, высматривая хоть какие-то признаки большого парня. Ничего. Просто замечательно. Этот парень не умеет плавать.

Она повернулась к месту спасателей, но башня оказалась пустой. О, боже мой. О, боже мой. Сэди снова посмотрела на океан, совершенно сбитая с толку. В это время поднялась большая волна и обрушилась на берег, и Сэди мельком увидела покачивающееся на воде тело парня.

— Андрус! Чёрт! — Она бросилась в воду, борясь с течением, пытаясь до него добраться, но когда оказалась на месте, Андруса там не было. Нет, нет, нет.

Где он?

В неё ударила волна, накрывая с головой. Сэди изо всех сил пыталась поднять голову, барахтаясь в разные стороны в воде, ища глазами Андруса. И тут она заметила его обмякшее тело, лежащее лицом вниз в воде.

— Чёрт! — Сэди заработала руками, подгребая к телу. — Андрус. Андрус!

Ещё несколько человек заметили его бездвижное тело и бросились на помощь. Подтащив Андруса к берегу, Сэди, тяжело дыша, опустилась на колени и перевернула парня. Его лицо покрывал мокрый песок, но Андрус не выглядел синим.

— Чёрт возьми, нет.

Парень не дышал.

Сэди запрыгнула на Андруса и принялась делать массаж сердца. К счастью, в старших классах, когда Сэди начала сидеть с младшей сестрой, мать настояла на том, чтобы она научилась делать искусственное дыхание. Сэди открыла парню рот, запрокинула голову и вдохнула. Затем ещё раз.

И тут она ощутила, как мягкий, тёплый язык скользнул в её рот, коснувшись её языка. Какого хрена?.. Сильные руки с мощными бицепсами схватили её и опрокинули на песок. Крепко держа её и накрывая телом, Андрус её поцеловал. Сукин сын. Сэди укусила его за губу, и он отстранился.

— Ай, больно же, — вскрикнул он.

— Грязный сукин сын! — Она ударила его кулаком в плечо. — Я думала, ты умер.

На его губах расцвела дьявольская ухмылка.

— Упс, но нет. Я польщён тем, что тебе не безразличен.

Он снова устремился к её губам, но Сэди повернула голову, пытаясь увернуться.

— Отвали от меня к чёртовой матери!

Андрус отпустил её и рассмеялся глубоким, искренним смехом.

— Что? Мне просто хотелось поцелуя.

Сэди вскочила на ноги.

— Всё, не на что смотреть, — сказала она собравшейся вокруг толпе, конечно же, состоящей из женщин. — Этот мудак просто притворялся.

Она отправилась за своими вещами. Всё оказалось дико нелепым.

— Сэди, подожди, — крикнул Андрус, догоняя её, — я просто пошутил. Да ладно тебе…

Он попытался схватить её за руку, но она её отдёрнула.

— Пошёл ты к чёрту, больной ублюдок.

— О, да ладно. Признайся, что тебе понравилось.

Какая же он свинья! Сэди резко развернулась.

— Для тебя всё это шутка? Да? Потому что для меня всё иначе. Мне нужна эта работа. Нужны эти деньги. Неужели не понимаешь? Да ты понятия не имеешь, как много я работаю, чтобы осуществить свою мечту.

Андрус больше не улыбался. Он серьёзно смотрел на неё своими бирюзовыми глазами с густыми ресницами.

— Потрясающая игра, моя маленькая мясница, но я на это не куплюсь.

— Не купишься на что? — зло спросила она.

— Мы оба знаем, что ты здесь не для того, чтобы мне помочь. Но если признаешься и расскажешь всё как есть, я позволю тебе провести ночь в моей постели.

— Да ради бога, — прорычала Сэди. — Ты и в самом деле придурок. И уж точно, чёрт возьми, не заслуживаешь того шанса, который тебе дают.

Да любой из тех, кого я знаю, убил бы за возможность получить роль. Чёрт, да я бы сама за это убила. А ты просто просираешь этот шанс, что делает тебя ещё большим засранцем, чем я изначально думала.

Сэди зашагала прочь, чувствуя, что на самом деле сейчас может убить человека. Убить Андруса. Ножом для масла.

— Продолжай играть, женщина! У тебя это просто замечательно получается, — услышала она вслед его голос.

Глава 8

Мать всего соблазнительного и восхитительного. Зак уставился на гладкие кремовые ножки Тулы, склонившейся над поливом новых растений, которые принесла этим утром.

«Она станет моей погибелью».

За последние несколько дней она появилась перед ним в юбке до колен с принтом из маргариток, в платье по щиколотку с голубыми закорючками и в ещё каком-то наряде с глубоким вырезом. Ни один из нарядов Тулы не был обтягивающим, сексуальным или откровенным. Напротив, они слишком многое прикрывали. Но именно поэтому от неё трудно отвести взгляд. Чем чопорнее и пристойнее она одевается, тем больше награда ожидает Зака, когда он её соблазнит.

— Тула, чёрт возьми! Неужели ты не можешь хоть раз на работу надеть что-нибудь распутное? Что-то, что может опозорить твою семью или что-то, за что тебя по ошибке загребут за проституцию? Я из-за тебя не могу сосредоточиться на чёртовой работе!

Тула подняла носик лейки вверх и медленно повернулась.

— Мистер Зак, вы хорошо себя чувствуете?

— Нет, — проворчал он и снова перевёл взгляд на экран ноутбука.

— Всё дело в декоре, да? Он вас раздражает, — разочаровано произнесла Тула.

Нет, чёрт возьми. Тула проделала огромную работу. Она поставила ещё один стол и чёрное кожаное кресло — очень крутое кресло — специально для него, и организовала рядом с лифтом небольшую зону ожидания с огромным плоским экраном, яркими красными диванами и несколькими столиками. Она даже упросила домовладельца принести хитроумные передвижные ширмы и отгородила кухонный уголок с кофеваркой, холодильником и обеденным столом. Где Тула каждый день и сидела, невинно жуя полезную еду собственного приготовления, и листая журналы.

Да, здесь по-прежнему имелось много свободного пространства, но Зак чувствовал себя гораздо уютнее и к тому же теперь мог смотреть любимое шоу «Американский ниндзя» — ему нравилось наблюдать за тем, как люди пытались быть похожими на них, богов. Очень смешно. А вот то, что забавным не казалось — монашеский нрав Тулы и её непогрешимые моральные принципы. Боги, как же ему хотелось связать её и облизывать с ног до головы, пока она не сдастся.

— Тула, мебель прекрасна. Мне просто трудно сосредоточиться, когда ты ведёшь себя так анти-соблазнительно или носишь такую несексуальную одежду.

— Мистер Зак, вы странный. — Тула вернулась к поливке растений на подоконнике в своей самой несексуальной манере.

Зак застонал, поправил член и вернулся к отбору приглашённых на вечеринку. До сих пор он одобрил всех, за исключением грёбаного Мааскаба — чёрт возьми, наверное, это какая-то шутка?

Позже ему придётся связаться с Симил. А ещё со своим братом Аканом, более известным как Бах — бог виноделия и опьянения. Пустая трата приглашать Баха, потому что А) кто в здравом уме захочет встречаться с этим пьяным неряхой? и Б) он лучший бармен на планете.

Он мог смотреть на человека, и знать точно, какой именно напиток тому подать, даже если человек сам ещё не определился. А ещё он «подбрасывал дрова в костёр», делая вечеринку увлекательнее. Бах определённо прирождённый бармен.

Зак нацарапал в блокноте заметку попросить Тулу заказать дополнительные огнетушители.

Лифт звякнул, двери раскрылись, и оттуда вышла великолепная женщина с гладкими волнами каштановых волос и золотисто-карими глазами, одетая в короткие шорты и обтягивающий топ, демонстрирующие её полные груди и пышные бёдра.

— Так-так-так. Мисс, чем я могу вам помочь? — спросил Зак самым соблазнительным голосом.

Она оглядела пустой кабинет.

— Где, чёрт возьми, Боб?

— Боб? Не уверен, что вы…

Дверь кабинета Симил распахнулась. — Сиппи, детка. Рад тебя видеть!

Какого хрена?

На Симил был короткий каштановый парик, усы и серый клетчатый костюм.

— Э-э, Симил, — начал Зак, — почему ты так одета?

— Заткнись, Зак, или я прикажу Туле петь церковные гимны каждый день весь следующий год.

Зак закрыл рот. Он задался вопросом, когда именно появилась Симил. Он не видел, как она прошла в кабинет. Всё так чертовски странно.

— Сэди, — продолжила Симил самым худшим из мужских голосов, — не зайдёшь ли в мой кабинет?

Сэди или Сиппи — кем бы она ни была — прошла в кабинет и захлопнула дверь. Но Зак обладал сверхъестественным слухом и расслышал почти каждое слово.

Андрус. Мудак. Да чтоб он сдох. Как ты мог так со мной поступить? Ублюдок. Показал свой член. Симулировал утопленника. Поцеловал меня. Сделал непристойное предложение. Дважды. Угрожал мне большим ножом. Ответственен за моё увольнение. Ненавижу тебя, Боб.

Зак рассмеялся.

«Мне нужно чаще встречаться с Андрусом».

Потом Симил своим мужским голосом попыталась заверить смертную, что всё уладит.

— Тебе же лучше, Боб, — взвизгнула дамочка. — Потому что если мне не заплатят, то и тебе тоже.

Дверь распахнулась и женщина, не став дожидаться лифта, устремилась к лестнице.

— Зак! — рявкнула Симил. — Зайди ко мне.

Ох, с удовольствием. Он даже смирился с тоном «сию минуту». Зак вошёл в кабинет. Симил выглядела искренне обеспокоенной, и это ему не понравилось. Почему? Да потому что Симил никогда ничего не беспокоило.

— Закрой дверь, — сказала она, садясь на стол и срывая фальшивые усы. — Это не работает.

— Что не работает?

— Это! — Она всплеснула бледными костлявыми руками. — Не получается. Я не могу вести честную игру.

— Хитрую или сумасшедшую?

— Всё идёт наперекосяк. И знаешь почему?

— Потому что ты предрасположена, уничтожать всё живое на планете и одновременно всех спасать? — предположил Зак.

— Нет! — Симил подняла вверх палец. — Впервые в жизни я говорю правду.

«Ага, конечно. Ни на минуту не поверю, но подыграю».

— И?

— И это всё портит! Через пять дней Андрус должен влюбиться в Шарлотту — свою вторую половинку.

Сэди, та девушка, — Симил указала на дверь, — должна сделать из него идеального кавалера. Но Андрус отказывается следовать обучению, потому что считает, что я по-прежнему проворачиваю над ним старые трюки, но это не так.

— А, теперь понимаю.

— Зак, ты должен с ним поговорить. Как подлец с подлецом. Бессмертный ублюдок с бессмертным ублюдком. Убеди его слушаться актрису. Заставь поверить, что это его единственный шанс.

— Симил, я тоже не очень-то верю, что ты говоришь правду.

Она закатила глаза.

— Разве я не была честна с тех пор, как мы сюда приехали?

Зак пожал плечами и посмотрел в сторону двери, но взгляд остановился на милых лодыжках Тулы.

— Зак, она не для тебя. Тула — Форт-Нокс среди вагин. Ты не можешь её сломить, не можешь соблазнить. Она любит другого и всегда будет любить.

— То есть, ты пытаешься мне сказать, что Тула не намеревается заставить меня напрасно страдать несколько месяцев или даже лет, а потом бросит своего жениха и поймёт, что хочет со мной переспать?

Симил покачала головой.

— Нет. Этого никогда не случится.

Зак вздёрнул подбородок.

— Я говорю правду! — вскрикнула Симил, уперев руки в бока. — А если не веришь, иди к ней и всё выложи. Рискни всем, что у тебя есть.

— Серьёзно? — спросил Зак.

— Да. — Симил указала на дверь. — Милости прошу.

Если Симил говорила о Туле правду, есть только один верный способ это выяснить.

Зак вышел из кабинета.

— Тула!

Тула нервно подняла глаза от стола.

— Что случилось?

— Иди ко мне.

Зак рывком поднял её со стула, обхватил за талию, крепко прижал к себе и поцеловал со всеми уловками, какие только имелись в его арсенале: мягкими чувственными губами, греховными движениями языка и тёплыми вибрациями тела. Он целовал её до тех пор, пока не почувствовал, что его энергия достигла максимального уровня. Смертные и божества создавали реакцию, при слишком долгом воздействии которой результатом было то, что смертный падал замертво, если только не носил чёрный нефрит — материал, используемый для притупления энергии божества. Не допустив испепеления, Зак отпустил Тулу, убрал от неё руки. Он смотрел на маленькую, здоровую женщину, ожидая её ответа. Она моргнула своими большими голубыми глазами и застенчиво улыбнулась.

— Мистер Зак, несмотря на то, что поцелуй оказался волшебным, спешу сообщить, что собираюсь выйти замуж за Гилберта. А так как расставаться мы не намерены, между нами с вами ничего быть не может.

Тула пожала плечами.

— Уверена, такой восхитительный бог как вы найдёте свою особенную половинку.

Она ткнула его в грудь кулачком. Чёртова женщина!

Её не бросило от поцелуя в жар, она не застонала… совсем никакой реакции. Даже возражение оказалось милым и здравым.

Зак вернулся в кабинет Симил и захлопнул за собой дверь.

— Ладно. Я тебе верю. Тула невосприимчива к моим чарам.

Конечно, теперь он хотел её больше, чем прежде. Ах! Будь всё проклято!

«Что же мне теперь делать? Она была как последний кусочек шоколада на земле. Такая заманчивая».

— Отлично, — произнесла Симил. — А теперь иди, вбей в Андруса немного здравого смысла, чтобы мы могли перейти к следующему клиенту. Нужно спешить, время на исходе.

— Что ты под этим подразумеваешь?

— Ну, знаешь, — ответила она, — пока ты не сошёл с ума и не начал всех убивать.

Какого дьявола?

— Симил, о чём ты говоришь?

— Неужели не помнишь? Я предвижу, что ты потеряешь разум, впадёшь в ярость и начнёшь убивать всех подряд. Думаю, всё из-за того, что ты слишком долго здесь находишься, но я не уверена.

— Мне кажется, — прорычал Зак, — ты забыла об этом упомянуть.

Симил пожала плечами.

— Странно. Готова поклясться, что говорила об этом.

— И когда это произойдёт?

— Не знаю. Я всё время слышу, как мертвецы выкрикивают твоё имя, но без сил не могу понять, что происходит.

Зак опустил голову.

— Чёрт побери. Просто замечательно. Прежде чем это произойдёт, нам нужно созвать собрание богов.

— Прости. — Симил покачала головой. — Я уже пыталась. Они думают, что это ещё один из моих тайных злых заговоров.

Возможно, так оно и было. Никто никогда не знал наверняка. С другой стороны, если Симил говорила правду, что случалось примерно в пятидесяти процентах случаев, то им действительно стоит чертовски поторопиться.

«Я отказываюсь стать Богом Массового Уничтожения. В этом нет ничего крутого».

— Я позвоню Андрусу и заставлю его смириться с судьбой, — жалобно проворчал Зак.

— Отлично! Если он откажется слушать, позвони Хелене. Если кто и может заставить его образумиться, так это она.

— Прекрасно. Понял. И, Симил? Когда всё это закончится, я заставлю тебя за всё заплатить.

— Вот и ладненько! Почему бы тебе не взять перерывчик и не поразмышлять? Уже предвижу, что займусь стриптизом.

Глава 9

После инцидента на пляже с Сэди Андрус решил, что лучше всего будет уехать из города. По какой-то причине её последние слова задели за живое, хотя он и знал, что она имела в виду его упущенный шанс на какую-то несуществующую актёрскую работу. Тем не менее, почему-то её комментарии задели. Может всё дело в том, что ему хотелось возможности, о которой Сэди не говорила — истинного шанса найти того, с кем можно разделить вечность. Хотя в глубине души Андрус не верил, что такое ему дано. Испытав столетия душевной боли со своей последней парой, а затем, потеряв из своей жизни Мэтти и Хелену, Андрусу больше не хватало смелости рискнуть снова пойти ведущим к разочарованию путём. Оставаться одному гораздо проще. Надежда для лохов. Поэтому он собрал своё барахло, выселился из отеля и сел в арендованный «Хаммер». Машины Сэди на стоянке не оказалось, и это значит, что девушка её уже забрала.

Сэди — маленькая актриса, которая невинно притворяется, что помогает ему, но на самом деле работает на Симил. Странно, но это Андруса беспокоило, что бесило ещё больше, ведь он совсем не знал эту женщину. Вот только сейчас, больше чем когда-либо, он верил, что происходящее — какой-то план развлечения Богини Подземного Мира. Андрус прекрасно видел, как Симил использовала эмоции против него, вовлекая маленькую Мэтти для того, чтобы он делал всё, что она пожелает. Вот только логика подсказывала, что других помощников нет.

У него есть только он, но это не значит, что когда-нибудь он не встретит женщину, общество которой принесёт ему удовольствие. Возможно, огонь не окажется вечным, а связь — менее болезненной. Чёрт, да что в этом плохого? Ранее Андрус уже был в отношениях, и это оказалось чертовски отстойно. Женщина полностью его контролировала, могла заставить сделать что угодно, лишь бы он был рядом. Андрус предпочитал нормальные отношения, а лучше и без них вовсе. Да, секс на одну ночь — идеально.

«Майями, жди меня», — подумал он, выезжая на автостраду и тут же вдавливая педаль тормоза.

Чёртов Лос-Анджелес! Как вообще людям удаётся куда-то ездить, когда семь дней в неделю час пик начинается в шесть утра и заканчивается в десять вечера?

Зазвонил телефон и Андрус нажал кнопку блютуза на руле.

— Да?

— Андрус, привет. Это Зак, Бог Искушения.

Отлично. Закадычный дружок Симил.

— А разве не бывший Бог Искушения, раз теперь у тебя нет сил?

— Я их верну. Со временем. Но можно было бы и быстрее, если бы ты сотрудничал.

— Забудь. Я не собираюсь втягивать себя ни в какие планы Симил.

— Андрус, я тебе сейчас кое-что серьёзно скажу, как один бессмертный засранец другому. Симил, чёрт возьми, не дурачится. По крайней мере, я так считаю.

И это говорит бог, который поверил Симил, когда та сказала, что он может с помощью своих сил выкрасть пару своего брата. Два огромных «нельзя», учитывая их священные законы.

— Прости, но я еду в аэропорт.

— Ладно, — вздохнул Зак в трубку, — не хотел этого делать, но ты не оставил мне выбора.

О, это будет интересно. Андрус усмехнулся и посмотрел на себя в зеркало заднего вида, изучая жемчужные белки. Машины в пробке не сдвинулись ни на дюйм, поэтому придётся себя чем-то занять.

— Андрус? — раздался нежный женский голос. — Это Хелена.

Андрус почувствовал, как кровь застыла в жилах. Звук её голоса ощущался как удар кинжала в сердце. Андрус отбросил все эмоции.

— Хелена, значит, они и тебя втянули в это дело? Что тебе обещала Симил? Покатать на единороге?

— Андрус, — продолжила Хелена, — знаю, ты, вероятно, на меня злишься за то, как я тебя выгнала. И я знаю, что ты мне ничем не обязан, но умоляю, пожалуйста, сделай то, о чём просит Симил.

— Что? — рассмеялся Андрус. — И это ты мне говоришь?

Симил усыпила Никколо, её пару, на триста лет в ожидании рождения Хелены. Потом она сказала ему — что оказалось абсолютной ложью, — что он не может к ней прикоснуться в течение трёх месяцев. Это едва не свело их обоих с ума. В этой истории было много чего ещё, но мораль такова: никогда не доверяй Симил. Никогда.

— Знаю? о чём ты думаешь, — добавила Хелена, — но, несмотря на её неэтичные, садистские и безумные способы, в конце концов, всё всегда получается. Ей просто нравится причинять боль.

— Нет, иногда ничего не получается. Стоит ли напоминать тебе о клоунах?

— Ладно. За исключением клоунов. Хотя никто не знает, что с ними сделала Симил, так что всё ещё есть вероятность, что это могло и сработать.

Вряд ли. Симил точила зуб на клоунов и изгнала их сотни, а может, и тысячи. С тех пор их никто не видел и не слышал.

— Дело в том, что большую часть времени Симил не лжёт. Если она говорит, что ты должен встретиться с той женщиной и стать отцом пары Мэтти, то зачем рисковать? До вечеринки осталось всего несколько дней.

— Пять дней. И нет, я никуда не пойду. Мне глубоко не всё равно на Мэтти, но я не хочу встречаться с той женщиной, даже если она моя пара.

— Но, Андрус…

— Хелена, я не заинтересован в том, чтобы связать себя с женщиной. Могу я напомнить тебе, чем всё закончилось в прошлый раз?

Хелена знала каждую деталь. Она находилась там в те последние мгновения, когда пара Андруса пыталась его убить. По стечению обстоятельств там появился Никколо и ударил её ножом.

Хелена заплакала.

— Андрус, но что Мэтти будет делать всю оставшуюся жизнь? Будет одинокой и печальной, как… — её голос затих.

— Как я. Ты ведь это собиралась сказать?

— Она заслуживает шанса на счастье.

— А я нет. Я не заслуживаю, верно? — Хелена знала, что он её любил. Именно по этой причине он остался её защищать даже после того, как она вышла замуж за Никколо.

— Андрус, мне очень жаль. Жаль, что моя пара не ты. Но ты — моя семья, и я люблю тебя, просто не так, как тебе нужно.

— Как брата, — с горечью напомнил он.

— Нет, как свёкра моей дочери.

Ой, а это даже хуже.

— Значит, это всё, что я для тебя значу? Просто донор спермы для создания будущего мужа твоей дочери?

— Да. Ладно, ты мой друг, но больше всего я люблю тебя за твою сперму.

Андрус услышал, как Никколо на заднем плане выкрикивает по-итальянски ругательства.

— О, да угомонись ты! — крикнула она в ответ. — Разве я не могу говорить о сперме другого мужчины без того, чтобы ты приходил в кровожадное раздражение? Ведёшь себя как зверь!

Пожалуйста, Андрус, — вернулась Хелена к разговору, — осталось пять дней. Познакомься с той женщиной. Стань донором спермы. А потом делай всё, что хочешь.

Кроме поездки в Нью-Йорк. Не приезжай сюда. Думаю, Никколо готов тебя кастрировать, а мне кажется, ты любишь свои яйца.

Андрус услышал на заднем плане новые крики.

— Нет! — выкрикнула она. — Я не говорила, что люблю его яйца. Может, перестанешь подслушивать? Иди что-нибудь постирай или разогрей кровь мне на обед.

— Прости, — снова вернулась она к разговору. — Клянусь, этому мужчине больше тысячи лет, а он всё ещё ведёт себя как пятилетний.

«Если бы только у меня была пара, она могла бы стать моей жизнью. Об этом я могу только мечтать».

— Андрус, мне нужно идти, но мы с Мэтти скоро к тебе приедем. Она по тебе скучает.

— Мне тоже пора.

— Пожалуйста, обещай, что ты хотя бы подумаешь над моими словами.

— Я ещё раз всё обдумаю.

— Хорошо. Потому что Андрус, которого я знаю, никогда ни от чего не убегал. Даже от Симил. — Гр-р-р-р. Она знала, как надавить на его чёртовы кнопки.

— Эй, парень, — раздался из динамика голос Зака. Он всё это время висел на линии и слушал. — Я скину тебе адрес Сэди. Симил рекомендует тебе впредь держать свой член в штанах.

— Я не соглашался…

— Эй, Андрус, ты ломишься в открытую дверь. Думаю, остаться одиноким навечно — правильный путь. В смысле, так много бессмертных и миллионов людей, с которыми можно поиграть. Бьюсь об заклад, малышка Мэтти не станет возражать распространять вокруг любовь, когда вырастет и окажется без пары.

Андрус тут же пришёл в ярость. Мысль о том, что множество мужчин посмеют к ней прикоснуться, выводила его из себя.

— Зак, ну ты и засранец.

— Сработало?

— Да. Скинь мне, пожалуйста, её адрес.

В тот момент, когда он произнёс эти слова, то ощутил странное лёгкое сияние в сердце. И, возможно, чуть ниже. Андрус действительно ощущал волнение от предстоящей встречи с Сэди? Похоже, он сходит с ума. И теперь он понял, что тот поцелуй хранился где-то в глубине его сознания. Это казалось странно возбуждающим. Нет, просто прошло слишком много времени с тех пор, как он спал с женщиной. Вот и всё.

Да, должно быть, так и есть. Впрочем, на всякий случай, может, ему стоит поцеловать Сэди ещё раз?

«Нет же, идиот. Ты не должен. Тебе нужно встретиться с другой женщиной… со своей парой».

Два часа спустя — спасибо долбаному трафику Лос-Анджелеса — Андрус подъехал к грязному, горохово-зелёному жилому комплексу в Голливуде. В целях разъяснения, это не очень хороший район. В воздухе практически чувствовался запах злобы и человеческого разложения.

Припарковавшись на улице перед домом, он схватил меч, сунул в наплечные ножны и накинул кожаный плащ. К сожалению, сегодня было жарче, чем в аду, но лучше уж идти во всеоружии. Андрус вышел из машины и привычно обвёл глазами окрестности. Вдоль улицы выстроились автомобили последней модели, а в районе было полно ветхих многоквартирных домов и индийский ресторан. На тротуарах валялся мусор, а на углу перед винным магазином болтались какие-то неугомонные типы. Они старались говорить небрежно, но парни, казалось, очень заинтересовались его машиной. Андрус бросил на них взгляд, посылая чёткое послание: тронешь машину — умрёшь. Людишки разбежались, уносимые зловонным ветром. И это здесь Сэди живёт? Здесь не место для одинокой женщины, не говоря уже о безоружной. Или не из вида крыс.

Он направился к стене здания, перешагнув через мужчину, который решил вздремнуть с пустой бутылкой джина посреди лестницы. Внезапно Андрус почувствовал в воздухе запах чего-то необычного, и это были не запачканные мочой штаны пьяницы и не подгоревшее карри из соседнего ресторана. Когда он нашёл квартиру 2Е в конце коридора, странный запах стал сильнее.

— Сэди? — Андрус постучал в зелёную, покрытую граффити дверь. Прошло несколько долгих мгновений, но она не ответила. — Сэди, это Андрус.

«Очевидно, ты идиот. Не то чтобы женщина за несколько часов забыла твой мужественный голос».

Он ещё раз постучал в дверь, раздумывая, не зайти ли позже. Вот только что-то, возможно, этот странный запах заставил его почувствовать себя неловко. Андрус попробовал открыть дверь и обнаружил, что она не заперта. Он толкнул её, сжимая рукоять меча за спиной. Сэди сидела посреди тесной, грязной комнаты на маленькой кровати, уставившись в стену.

— Сэди?

Она не ответила, но странный запах был по всей комнате. Андрус быстро осмотрел крошечное пространство. Маленькая ванная в углу. Шкаф. Кроме этого только кухонька и кровать. Больше ни для чего не оставалось места. Он осторожно подошёл к шкафу, прислушиваясь, не появится ли кто-нибудь посторонний. Не издавая ни звука и не дыша, медленно обнажил меч. Андрус толкнул похожую на гармошку дверь шкафа, но там никого не оказалось. Затем он проверил ванную и под кроватью. Всё это время Сэди пребывала в оцепенении, уставившись в стену.

Андрус убрал меч и повернулся к девушке. На ней были чёрные шорты и белая майка, на ногах — царапины, а на бледных руках — рубцы.

Волосы находились в беспорядке, словно она собрала их в хвост, но боролась, и несколько прядей выбились из-под резинки.

— Сэди? — тихо позвал он, стараясь не напугать. Он видел такое же выражение в глазах своих воинов после кровавой битвы. Стоя над ней, Андрус протянул руку и нежно коснулся её плеча. — Ты меня слышишь?

Как только он коснулся её кожи, Сэди вскочила с кровати и закричала.

— Какого хрена? — Она прижалась спиной к стене, выставив вперёд руки, словно защищаясь. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, кто он. — Какого чёрта ты здесь делаешь?

— Я пришёл с тобой поговорить.

— А тебе не пришло в голову постучать? Я имею в виду, кто просто так приходит и будит человека, когда он дремлет?

Он скептически уставился на неё.

— А ты обычно дремлешь сидя и уставившись в стену?

— О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — огрызнулась она.

— Сэди, что случилось с твоими ногами?

Она проследила за его взглядом вниз, к своим бёдрам.

— О Боже, — выдохнула девушка. — Что ты со мной сделал?

— Я? Да я тебя такой нашёл. — Здесь явно что-то происходило странное. — Ты не припоминаешь, чтобы кто-нибудь был здесь с тобой?

Сэди покачала головой.

— Нет. То есть, приходил Тим, но он ушёл, и тогда я легла вздремнуть.

— Кто такой Тим?

— Мой парень… в смысле, бывший, я с ним порвала. По крайней мере, мне так кажется. Не помню.

Что-то в этом не так.

— А где живёт этот Тим?

Сэди почесала затылок.

— Вообще-то, я не знаю. Помню, как приходила к нему, но не могу вспомнить куда именно. Да и зачем? Что тебе от него нужно?

Кто-то сотворил с ней что-то плохое, а потом заставил забыть. Его первой мыслью было то, что пахло Обскурос — злым вампиром, — но ведь все они стёрты с лица земли. Не то, чтобы больше нельзя их создать, но запах в воздухе не похож ни на что, с чем Андрус когда-либо сталкивался. Определённо не вампир.

— Ты не знаешь, где ещё я мог бы найти этого Тима? — спросил Андрус.

— Эм… У него есть художественная галерея, но я не помню, где она находится.

Дерьмо. Кто-то явно поиграл с её памятью.

— Но я помню гигантские вагины, — продолжила она.

— Гигантские вагины?

— Да, это была его выставка. Ходячие вагины, говорящие вагины, мебель в форме вагин.

«Похоже на мой вид искусства».

— Тогда, я уверен, выследить его будет не так уж трудно.

— Почему ты хочешь его найти? — спросила она, всё ещё слегка сбитая с толку.

Андрус не знал, как задать этот вопрос, но ему нужно было знать, с чем он имеет дело.

— Сэди, кто-то причинил тебе вред. У тебя рубцы на руках и царапины на ногах. Нужно осмотреть остальные части твоего тела.

— Что? — Она закатила глаза. — Хорошая попытка, придурок.

— Это не имеет отношения к сексу. Но я должен знать, если…

До неё, наконец, дошла малая часть сути.

— Андрус, ты начинаешь меня пугать.

Казалось, что то оцепенение, в котором она пребывала, внезапно исчезло.

— Я не хотел. Просто… Не могла бы ты пройти в ванную и раздеться? Скажи мне, если увидишь следы укусов на своём теле или если тебя… ну, ты понимаешь…

— Ты думаешь, что меня… — Сэди в ужасе прикрыла рот рукой и, забежав в ванную, захлопнув за собой дверь.

Через несколько мгновений она вышла оттуда в чёрных трусиках и лифчике.

— Ладно, — произнесла она, тяжело дыша, — насколько я могу судить, меня никто не трогал.

Андрус посмотрел на её тело и почувствовал, как его пронзила болезненная волна желания.

«Не время, друг мой».

И всё же Сэди так прекрасна, и этот образ он не скоро забудет. Должно быть, она заметила, как он отчаянно пытается остаться джентльменом и не смотреть.

— Упс. Я забыла одежду. Сейчас вернусь.

Когда она повернулась, он заметил следы когтей на спине и след укуса на плече. Пульс застучал в режиме ярости.

— Сэди, тебе здесь небезопасно. Пожалуйста, собери свои вещи. Немедленно. Не планируй сюда вернуться.

— Андрус, я не уйду, но обращусь в полицию. Думаю, что этот подлый ублюдок меня чем-то накачал.

— Полиция тебе не поможет. А я могу.

— Послушай, Андрус. Ты большой мачо. Я поняла. Но ты же актёр. Этот мудак, возможно, и не насиловал меня, но он сделал, бог знает что, пока я находилась в отключке. Его нужно остановить. Ладно, правила, касающиеся рассказа людям о бессмертных, были довольно ясными — требуется полагаться на служебную необходимости. Ей определённо нужно знать, потому что что-то нечеловеческое сделало Сэди своим обедом. Андрус только надеялся, что она не сочтёт его сумасшедшим, когда он расскажет правду.

Он скрестил руки на груди.

— Сэди, я не актёр. А Тим, похоже, не просто твой бывший парень.

Сэди принялась собирать сумочку, кинула в неё ключи от машины, полностью игнорируя слова Андруса.

— Идиот. Думает, что это игра.

— Я не верю, что это игра. И я не актёр. Я — убийца. По крайней мере, был им, а теперь просто бессмертный.

Сэди повернулась с ключами в руке.

— Прекрати, Андрус. Не можешь усмирить свой характер на две секунды? Я сейчас совершенно напугана.

Хорошо. Он должен ей показать.

Глядя ей в глаза, Андрус снял кожаный плащ.

— Что ты делаешь? — нервно спросила она.

Андрус вытащил меч, бросил его на кровать, а затем сорвал через голову рубашку.

Сэди попятилась.

— Андрус, не надо.

— Бояться нечего, — ответил он, чувствуя запах её страха. Затем вытащил кинжал из ботинка. — Не кричи, — предупредил он.

Золотисто-карие глаза Сэди расширились от ужаса, когда он взял нож и вонзил его себе прямо в живот.

Ужас наполнил её глаза.

— О Боже! — закричала она.

Ой, чертовски больно! Он вытащил нож.

— Я же говорил тебе не кричать! А теперь смотри.

Рана затянулась, и из неё вытекло лишь несколько капель крови.

С безумным выражением лица она смотрела на его живот.

— Что это, чёрт возьми, было? Чёртов магический трюк?

— Нет. — Он перевернул нож и протянул ей рукояткой вперёд. — Возьми. Нож настоящий.

Она взяла нож из его рук и осмотрела лезвие. В тот момент, когда поняла, что он настоящий, выронила его на пол.

— Что, чёрт возьми, происходит?

— Я же тебе сказал, что бессмертен. Технически наполовину, хотя большую часть моего существования я был гибридам бога и вампира, называемый полубогом, созданным для охоты и убийства злых вампиров. Теперь я просто полубог. Моя вампирская родословная погибла.

— Полубог? Как Перси Джексон или что-то в этом роде?

Похоже, Сэди плохо усваивает подобную информацию. Называть его Перси Джексоном всё равно, что называть Терминатора Эвоком.

— Нет, полубоги — бессмертные, обычно лишённые сил, но гораздо более сильные, чем люди. В моём случае я чрезвычайно силён и хорошо обучен.

Сэди прикрыла рукой рот.

— Ты серьёзно.

Большинство людей на каком-то уровне осознавали, что находятся в присутствии чего-то не человеческого. Можете назвать это предчувствием, интуицией или шестым чувством, но в глубине души они знали. Просто вопрос веры в невероятное.

— Вполне, — ответил он.

Её выражение лица напомнило ему человека, пытающегося прочесть карту. Только на карте оказался другой город, не тот, в котором она жила.

— Я знала, что в тебе есть что-то особенное, — наконец выпалила она. — Но… я не знаю… Я действительно… Я в замешательстве.

— Ну, ты можешь завершить фазу «осознания» в другом месте. Происходит что-то странное, и ты не можешь здесь оставаться.

— Андрус? — произнесла она, моргая обеспокоенными карими глазами.

— Да?

— Ты действительно полубог?

— Да.

— О, мой бог.

Сэди потеряла сознание, но он поймал её и положил на кровать.

— Поправка, о, мой полубог.

Глава 10

Андрус понятия не имел, с чем имеет дело, но вероятными подозреваемыми являлись виды, способные зачаровывать людей, такие как оборотни, которые были чрезвычайно редкими и ещё более редкими в густонаселённых районах; вампир, решивший прекратить подчиняться Соглашению (правила, которым должны подчиняться все вампиры, включающие в себя запрет обедать невинными людьми, как и цветом их ауры); какой-то вид фейри, однако, те редко приближались к людям или этому миру (слишком низко для них); или инкуб — вид, который давным-давно почти стёрт с лица земли богами. Вот только, честно говоря, запах в квартире Сэди ни на что из этого не походил и поставил Андруса в тупик. Он ощущался прогорклым и тёмным, и ничего не напоминал.

— И куда мы едем? — голосом, лишённым эмоций спросила Сэди, когда они сидели в машине Андруса.

— Я отвезу погостить тебя к своему другу Томмазо.

Андрус отправит кого-нибудь за её машиной, а позже заедет и соберёт вещи Сэди. Возможно, удастся найти ключ к разгадке того, что на неё напало.

— Он такой же, как и ты? — спросила Сэди. — Эм… э… бессмертный? — Бедняжка. Она очнулась в его внедорожнике, посчитав всё произошедшее сном, а когда Андрус заверил её в обратном, просто несколько минут смотрела ему в лицо. Если честно, ему это понравилось. А затем Сэди сделала нечто неожиданное: протянула руку и прижала её к щеке Андруса. Учитывая, что машина находилась в движении, повезло, что они не разбились. Её прикосновения, хотя и не были сексуальными, казались странно интимными. Как будто Сэди хотела, чтобы он знал, что она его приняла. Или это её способ принять ситуацию? Андрус не знал, но прикосновение мгновенно зажгло что-то глубоко внутри, и потребовалась каждая косточка в его крутом теле, чтобы не придвинуться и не поцеловать Сэди. По-настоящему поцеловать. Не так, как на пляже, а так, чтобы вдыхать и тонуть в её сладком аромате. Андрус заметил, что эта мысль казалась ему захватывающей. Просто в Сэди что-то такое было.

— Андрус? — позвала Сэди, побуждая его ответить на её вопрос.

— А, да. Извини. Томмазо — бессмертный, но когда-то был Мааскаб, вернее, их шпионом.

— Хочу ли я знать, что такое Мааскаб?

«На самом деле, нет. Потому что, если увидишь одного из них, обмочишься. Если только меня не окажется рядом. Ведь я буду тебя защищать».

— Это жестокая и порочная секта древних жрецов майя, которые в одиночку своей кровожадностью и человеческими жертвоприношениями разрушили цивилизацию. Они чрезвычайно опасны в манипулировании тёмной энергией.

— Нет. Я не хочу про это знать, — проворчала Сэди.

— Тебе нечего бояться. На самом деле, Томмазо не один из них. Когда-то он был одержим их магией и жаждой уничтожить человечество, но сейчас ему гораздо лучше.

— О, конечно. Совершенно не о чем беспокоиться. Итак, ты бросишь меня с этим бывшим психом, а потом что будешь делать?

— Выслежу и убью Тима.

Сэди от удивления округлила глаза.

— Собираешься кого-то убить?

— Согласно моим подозрениям, он не кто-то, а что-то. А если он всё же человек, то я обязательно передам его Богине Подземного Мира, которую зовут Симил.

— Симил?

— Да, Симил, которую ты знаешь, как своего агента Боба, но на самом деле она — Богиня Подземного Мира, одна из четырнадцати божеств. В её обязанности входит собирать злые души и доставлять их на место.

— Четырнадцать богов? Ад на самом деле существует? — Сэди чувствовала себя так, будто вот-вот взорвётся голова.

— Да, четырнадцать очень раздражающих, могущественных и ведущих себя по-детски богов, от которых тебе следует держаться подальше. А ад больше похож на порочный загородный клуб, где содержатся души, которые не подлежат переработке.

Сэди сделала глубокий вдох.

— Итак, Боб — это божество. И ещё он на самом деле женщина. Кажется, мне надо выпить.

— Добро пожаловать в мой мир.

— Думаю, меня уже приняли. Без приглашения. — Она закрыла лицо руками. — Поверить не могу, что всё происходит на самом деле.

Андрус протянул руку и осторожно отвел одну из её ладоней от лица, чтобы Сэди посмотрела ему в глаза и увидела в них правду.

— Тебе нечего бояться. Я обещаю.

Она слабо улыбнулась, а затем неожиданно переплела свои пальцы с его и крепко держала за руку всю оставшуюся дорогу. Андруса удивило такое прикосновение, а ещё больше шокировало, как тепло её ладони возбуждало. И снова ему пришлось побороть желание прижаться к её губам, потому как он явно её не интересовал в сексуальном плане. Об этом практически всё говорило.

Андрус подъехал к большой вилле в испанском стиле с круглой подъездной дорожкой и кактусовым садом. Строение располагалось на Голливудских холмах с видом на Лос-Анджелес. Настоящий дворец, но не идёт ни в какое сравнение с замком Андруса. С той вещью в подвале, о которой никогда не будет сказано.

— Вроде мы на месте. — Андрус не бывал здесь раньше, но именно этот адрес прислал Томмазо.

— Андрус? — Сэди посмотрела на него тёплыми карими глазами. — Не могу поверить, что собираюсь это сказать, но я не хочу, чтобы ты меня бросал. Я очень-очень боюсь.

И уязвимость этой женщины его взбесила. Сэди была умна, красива, бесстрашна и остра на язык. Ладно, порой его раздражали её упрямство и легкомыслие. Но Тим причинил ей боль, и от этого у Андруса кровь закипела в жилах. Ему не нравилось думать, что кто-то прикасается к Сэди.

Андрус собрался с духом, чтобы её подбодрить, улыбнулся и сжал её маленькую ладошку. Но это пожатие оказалось не совсем для Сэди. Он поймал себя на мысли, что сам жаждал этого прикосновения.

— У тебя нет причин бояться, — заверил её Андрус. — Я разберусь с Тимом, и ты продолжишь свою смертную жизнь и осуществишь мечту стать актрисой.

У неё перехватило дыхание.

— Вот дерьмо! У меня в шесть прослушивание. — Сэди взглянула на часы. — Через час.

— Ты не можешь пойти.

— Я должна. Они звонили сегодня днём, ещё до прихода Тима. Мне дали роль со словами в большом кино.

— Мне очень жаль, но я должен выследить Тима, прежде чем он ускользнёт и снова на тебя нападёт.

Сэди вышла из машины, но вместо того, чтобы идти к дому Томмазо, пошла в противоположном направлении по длинной подъездной дорожке.

— Женщина, чёрт возьми, куда ты собралась? — взревел Андрус.

Сэди подняла средний палец и продолжила идти. Упрямая женщина. И ей обязательно так вилять задницей при ходьбе? Эти движения сделали его твёрже камня. Или дело в том, что Сэди его ослушалась, и Андрус нашёл её дерзкую натуру чертовски возбуждающей?

«Прекрати, Андрус. Ты не можешь её получить. Сэди должна помочь подготовиться к встрече с Шарлоттой, которая состоится через несколько дней».

И всё же ему хотелось последовать за Сэди и поцеловать её.

Андрус с тоской вздохнул и продолжил наблюдать за её удаляющейся задницей, пока та почти не скрылась из виду.

— Ладно, — пробубнил он себе под нос, — пора идти за человеком.

Если ему повезёт, он вернёт её на подъездную дорожку, но она снова уйдёт.

«Я мог бы заниматься этим весь день». Вот только, ему нужно выследить Тима, а потом продолжить обучение с Сэди для встречи с парой.

Андрус слегка ущипнул себя, чтобы выбраться из фантазий, и побежал за Сэди, быстро догоняя. Даже если бы она бежала, ей всё равно не сравниться с ним в скорости.

— Сэди, пожалуйста, будь благоразумна.

— Я тебе не принадлежу.

«Но, возможно, я хотел бы обладать тобой. В постели. Нет, Андрус. Немедленно прекрати так думать. И вообще, откуда всё это взялось?»

— Верно, — ответил он. — Тем не менее, мы оба знаем, что я могу закинуть тебя на плечо и заставить делать то, что надо мне.

«И я бы хотел ощутить твоё тело в своих руках».

— Прикоснёшься ко мне хоть пальцем и больше его не увидишь.

О, глупая смертная. Сэди не могла причинить ему вреда. И неужели она не понимала, что её колючий язычок чертовски его заводит? Ей нужно немедленно остановиться, иначе он может сделать что-то, о чём потом пожалеет.

— Сэди, делаю тебе последнее предупреждение. Я пытаюсь тебе помочь.

Она остановилась и нахмурилась на него, мило надув пухлые губы, которые так и молили о поцелуе.

«Да, поцелуй же её. Посмотри на эти губы. Они идеально подходят для…»

— Послушай, Андрус, я благодарна тебе за заботу, но не могу позволить этому члену разрушить мои планы.

Говоря о члене, Андрус надеялся, что Сэди не смотрит вниз на его полностью возбуждённый орган.

— У тебя нет выбора. И позволь напомнить, как ты была напугана всего минуту назад, и вот тебе правильный ответ.

Она пожала плечами.

— Думаю, справлюсь.

— Я тебя не отпущу.

— Я не просила тебя быть моим телохранителем. Я даже тебя не знаю. Так что, насколько понимаю, ты тоже можешь меня укусить.

Боги, Андрус не мог больше выносить её дерзкого ворчания и ответных пререканий. Он ещё сильнее хотел её трахнуть.

— Сэди, мне очень жаль, но тебя уже укусили. Вот почему я должен найти Тима.

Она уставилась на него.

— Я не хотел пугать тебя ещё больше, — объяснил Андрус и, пользуясь, случаем, чтобы снова прикоснуться к ней, положил руки ей на плечи, — однако у тебя сзади на плече след от укуса.

Сэди провела ладонью по этому месту.

— Вот дерьмо. Я что, превращусь теперь в какого-то монстра?

— Боже милостивый, надеюсь, что нет. Ты и так достаточно стервозна.

Она зарычала на него.

— Что? Я просто пошутил. Заметила, как я завуалировал слово «сука»? Определение собаки женского пола… Да ладно тебе.

У неё на глазах выступили слёзы.

«О нет. О нет. Ненавижу смотреть, как плачут женщины».

— Моя жизнь кончена. Поверить в это не могу, — всхлипнула Сэди.

— Твоя жизнь ещё не кончена, но мне действительно необходимо найти твоего бывшего парня, пока след его не остыл. Хорошо? — Андрус протянул руку и вытер слезинку с её ресниц, а затем схватил Сэди за подбородок, заставляя её встретиться с ним взглядом. — Обещаю тебе, Секси Сэди, я тебе помогу.

Она печально кивнула.

— Спасибо, Андрус.

***

Сэди поверить не могла в свою чёртову удачу. Плохо уже от того, что на неё напали, и она не могла вспомнить ни одной детали, которая могла бы помочь Андрусу поймать нападавшего, так её ещё и укусили. А теперь она ещё и потеряет возможность сходить на большое прослушивание?

«Чёрт возьми, почему я? Почему? "

Эта ситуация придала совершенно новый смысл термину «магнит для неудач». Сэди больше походила на центр притяжения для таковых. Однако, как ни странно, информация Андруса о его истинной природе, на самом деле не так сильно её напугала. На протяжении многих лет своей актёрской карьеры Сэди играла всяких личностей и персонажей — эльфийку, русалку, наследницу, калифорнийскую девчонку, бизнесвумен, гигантский фаллоимитатор (на торжественном открытии секс-шопа) — которые, по большей части, казались реальными (за исключением фаллоимитатора), а реальный мир казался фарсом. И всё же она ещё не до конца осознала новости о существовании других видов. Во-первых, Андрус оказался полубогом, а её чёртов агент — богиней! Серьёзно?

Сэди всегда чувствовала, что с этим парнем что-то не так. Во-вторых, Андрус говорил о других существах — вампирах и сумасшедших жрецах майя — и это очень пугало. Но хуже всего то, что её укусили, и в реальности она могла превратиться в… нечто иное, отличное от человека. Единственное, что её сейчас удерживало, и это до безумия странно — Андрус. В момент, когда он показал свою истинную сущность, внутри Сэди что-то щёлкнуло.

Что-то вроде… Вообще-то, Сэди даже не знала. Ей просто показалось, что распахнули занавес, и она увидела Андруса таким, какой он есть. После этого ей захотелось прикоснуться к нему и остаться рядом. Наверное, всё дело в стрессовой ситуации. Да. Вот и всё.

«Но почему тогда я не могу перестать думать о том, чтобы снова его поцеловать? Эти пухлые губки плохого мальчика так неотразимы».

Она с тоской вздохнула, когда Андрус позвонил в дверь дома своего друга.

— Не волнуйся, мясница, всё будет хорошо, — подбодрил он, ошибочно приняв её вздох за беспокойство, и взял за руку, посылая лёгкую волну дрожи по телу.

Сэди заметила сдержанную улыбку на его лице. Андрус пытался хоть немного её развеселить. Очень мило.

— Самое печальное, — заметила она, — что я бы предпочла мясницу своему нынешнему статусу.

Входная дверь распахнулась, и на пороге появился чертовски красивый, элегантный мужчина с тонкими чертами лица, одетый в дорогой чёрный костюм и тёмно-фиолетовый галстук. Ростом он оказался на несколько дюймов ниже Андруса, около шести футов и двух дюймов, а телосложением значительно худее, но выглядел потрясающе. Бирюзовые глаза особенно выделялись на фоне оливковой кожи. Если Андрус был образцом для сексуальных, грубых крутых парней, то Томмазо — образцом для мужчин-моделей во всём мире.

— Так-так-так. И кто тут у нас? — спросил Томмазо с мягким акцентом. Он не был восточным европейцем, как Андрус. Может, итальянец?

— Томми, не неси чушь, — сказал Андрус. — Это Сэди. Сэди, это малыш Томми.

Томми проигнорировал Андруса и улыбнулся девушке.

— Ты можешь называть меня Томмазо, как и все в мире, у кого нет повреждений мозга от чрезмерного воздействия сумасшедшей вампирской крови.

Он поцеловал её руку.

— Приятно познакомиться.

Андрус зарычал. Неужели он её приревновал? Эта мысль вызвала у Сэди волну возбуждённого трепета.

— Не хочешь войти? — предложил Томмазо.

— Спасибо.

Сэди вошла в фойе, Андрус последовал за ней. Интерьер напоминал средиземноморский рай с высокими потолками и несколькими огромными пальмами в горшках, которые достигали огромных потолочных окон.

— Вот это да, — произнесла она. — Какой чудесный дом.

— Спасибо, — ответил Томмазо. — Это недавняя покупка для моей будущей невесты.

— О, так ты помолвлен? — спросила она.

— Пока нет, но как только с ней познакомлюсь — буду. — Томмазо подмигнул, а Сэди подумала, что он очень странный. Мужчина провёл их на кухню, которая оказалась больше квартиры Сэди, и, слушая подробности Андруса о произошедшем, сделал девушке эспрессо. — Что ж, — сказал Томмазо, изящными пальцами кладя кружочек лимона на край её маленькой белой чашки, — думаю, это вампир.

— Нет, — возразил Андрус. — Запах был… другой. Знакомый, но в то же время нет.

Томмазо пожал плечами и поставил перед Сэди чашечку. Пахло восхитительно. И то, как Томмазо держался, напомнило ей Джеймса Бонда — джентльмена с несколькими скрытыми острыми гранями. Возможно, ещё и оружием.

— Спасибо, — поблагодарила Сэди.

Томмазо кивнул.

— Всегда, пожалуйста, Сэди. Могу я предложить тебе печенье? Испёк сегодня утром.

— Боже, ты просто прелесть, — сказала она. — И так приятно пахнешь.

Сэди услышала тихое ворчание Андруса. Неужели он снова приревновал? Нет. Уверена, что неправильно его понимаю. Я ему даже не нравлюсь. Хотя он изо всех сил старается, чтобы я чувствовала себя защищённой.

— Ты тоже хорошо пахнешь, — сказала она Андрусу. — И держу пари, станешь пахнуть ещё лучше, когда примешь душ и перестанешь чистить зубы виски.

Не то чтобы она находила его запах отвратительным. Совсем наоборот. От него исходил очень мужской запах, похожий на запах кожи, немного пота и, возможно, испаряющегося алкоголя. Совсем неплохо, но Сэди, вероятно, могла бы почувствовать больше его захватывающего запаха, если бы Андрус сделал усилие.

— Думаю, ты чертовски хорошо пах в ту ночь, когда напал на меня, — заметила она.

— Он напал на тебя? — ухмыльнувшись, спросил Томмазо.

— Я пыталась подать ему стейк в бразильском стиле.

— Люблю чурраскарию, — признался Томмазо. — Одно из любимых мест для ужина на свидании.

— Знаешь, ты прав, — согласилась Сэди.

— Что ж, девочки, прошу меня простить, но я должен выследить злого мучителя слабых и беспомощных.

— Кого ты называешь слабой и беспомощной?

Неужели он действительно так о ней думает? Иисус. Она кто угодно, но только не такая.

На самом деле, Сэди гордилась своей независимостью и заботой о себе. Её очень раздражало, что он считает её такой никчёмной.

— Я говорю истину — люди хрупки, поэтому другие виды вами питаются. Вы ниже в пищевой цепочке.

У Сэди челюсть отвисла от такого заявления.

— В смысле, я что курица или коза?

Вот это да, а он ей только начал нравиться.

— Ты человек, — ответил Андрус. — Однако аналогия верна, и именно поэтому я тебе нужен.

— Думаю, тебе пора уходить, пока эта цыпочка не выклевала тебе глаза.

— Такие громкие слова для такого хрупкого маленького существа, — заявил Андрус.

— О, мой друг. Как ты умеешь обращаться с дамами! — усмехнулся Томмазо.

Андрус смерил Томмазо убийственным взглядом и ушёл, не сказав больше ни слова.

— Боже. — Сэди покачала головой. — Я не понимаю этого мужчину. В одну минуту он такой милый, а в следующую — такой… варвар.

— На первый взгляд может показаться, что это так, — ответил Томмазо с мягким очаровательным акцентом. — Однако в глубине души Андрус всего лишь большой щенок из другого времени. За исключением тех случаев, когда ты злой вампир или какое-то другое презренное существо. Тогда он такой же смертоносный, как и они. Однако в остальное время, он пытается скрыть истинную природу: большой человек с большим сердцем и огромной слабостью к помощи людям. Особенно любит детей. А ещё он такой же преданный, как и они, — добавил Томмазо.

— Так почему же он ведёт себя так… — она махнула рукой в сторону входной двери, — вот так?

— Ему несколько раз растаптывали сердце, а когда такое случается, большинство из нас возводят стены. Просто так получилось, что он сделан из устаревшего шовинизма и мечей.

Но он действительно хороший парень. Верь мне.

Чёрт. Теперь она чувствовала себя ужасно из-за того, что огрызнулась. Возможно, потому, что осознавала правоту Томмазо. Андрус появился в её квартире, увидел, что что-то происходит, и бросился ей на помощь. Он ничего не просил взамен. Сэди просто хотела, чтобы он не обращался с ней так, будто она ничтожнее, чем он.

«Почему, чёрт возьми, это так меня беспокоит?»

Она едва знала этого парня. Ещё… меньше, чем за один день она вдруг почувствовала, что задаётся вопросом, где он был всю её жизнь. Это чертовски странно, но что-то есть в нём такое… хорошее.

— Я сейчас вернусь, — сказала Сэди, надеясь перехватить Андруса до того, как он уедет.

Глава 11

Андрус был недоволен. И это не лёгкое раздражение. Он изо всех сил старался помочь этой женщине, но выказывала ли она ему хоть какую-то благодарность?

— О, нет. Ты прекрасно пахнешь, Томмазо, — передразнил он Сэди лучшим плаксивым женским голоском. — Мне нравится твой костюм. О, эспрессо! Вкусно.

Андрус набрал несколько ключевых слов в мобильном, всё ещё сидя в машине на подъездной дорожке к дому Томмазо. Говорящие вагины. Ходячие вагины. Пока телефон делал своё дело в поисках художественных выставок на тему вагины, Андрус продолжал свою маленькую тираду в стиле Сэди.

— Ты засранец. Выкуси. Я сильная женщина, и ни в ком не нуждаюсь.

— Кх-кхм, — послышался женский голос через опущенное боковое окно.

Андрус подскочил на месте, обнаружив Сэди, которая стояла у машины с хмурым выражением лица.

— Не подкрадывайся ко мне, женщина! Такие, как я, сначала обезглавливают, а потом задают вопросы.

Она скрестила руки, отчего её грудь приподнялась. Чёрт, она выглядела такой мягкой, манила себя пожамкать и…

— Я пришла, чтобы поблагодарить тебя за помощь и извиниться за свои слова. Но сейчас просто хочу ударить тебя по носу.

— Прости, Сэди, но ты очень…

— Слабая? — Она закатила глаза. — Андрус, ты не можешь принижать расу, только потому, что сложен немного сильнее, чем остальные. — Приятно осознавать, что она так быстро осознала правду.

— Скорее, я различаю по виду, — поправил Андрус, — поскольку раса определяется как группа людей, которые разделяют определённый набор сходных физических черт. Виды — это классификация для разделения рода. Я не хотел говорить ничего унизительного, но ничего не могу поделать с тем, что тебе нужна помощь, чтобы выжить.

— Угу. Ну что ж, мистер Совершенство, позволь напомнить, что меня наняли, чтобы в первую очередь помочь тебе. Полагаю, это как-то связано с отсутствием у тебя социальных навыков? И, кстати, вижу, что нам придётся начать с самих азов. Кто-то ведёт себя как гигантский неандертальский засранец. Да и вообще, что с тобой?

— О, так ты считаешь, что я должен вести себя как Томмазо?

— Это не повредит. По крайней мере, он не ведёт себя так, будто является даром богов человечеству.

Сэди неосознанно надавила на самое больное место. Андрус вынужденно пожертвовал всем, чем был, всем, что имел, ради блага людей.

Триста лет он жил в нищете, убивая, защищая и делая всё, что в его силах, чтобы не потерять рассудок. А когда всё закончится, стал ли он мстить или возненавидел богов, поработивших его и его народ? Нет. Он был слишком счастлив, что снова свободен, чтобы тратить время на слёзы по этому поводу, но Андрус никогда не потерпит, чтобы кто-то унижал его или осуждал.

Особенно задели слова от этой женщины, хотя он не знал причину.

Андрус выскочил из машины, потому что ситуация заслуживала выяснения лицом к лицу.

— Пожалуйста, объясни, о, могучий человек, как наличие таких рыцарских навыков сделало бы меня более эффективным охотником на тот самый вид, который стремился сделать тебя и тебе подобных своими пищевыми рабами? Объясни, каким образом ношение костюма, правильное использование утвари или приятные комплименты леди помогли бы мне убить более десяти тысяч кровожадных ублюдков или помогли бы мне вести свой народ? Всех их поработили боги для выполнения ужасной, изнурительной работы, без права голоса или надежды на свободу, над нашими головами нависла угроза безопасности наших семей или вечного проклятия. Объясни, почему человеку, у которого отобрали, убили или уничтожили всё, что он когда-то любил, наплевать на шёлковые галстуки или вкусный кофе — ладно, кофе, да, я ведь не варвар, в конце концов, — но кроме этого? Нет.

Сэди смотрела на него своими большими, медово-карими глазами, с нечитаемым выражением лица.

— Думаю, я бы сказала, что ты сделал очень, очень хорошее дело, и, вероятно, никто никогда тебя за это не благодарил. Что ж, благодарю тебя от лица одной из тех людей, которые извлекли пользу из твоей жертвы. Я искренне. Но если, как ты сказал, все эти ужасные вещи исчезли, разве ты не обязан двигаться дальше? Хочешь жить? Вернуться в цивилизацию? Я вижу горечь в твоих глазах, Андрус. Ты несчастен. И заслуживаешь этого.

Он почесал затылок и сглотнул.

— Возможно, ты права.

Сэди тепло улыбнулась и положила ладонь на его колючую от щетины щёку. И снова интимность этого жеста зажгла что-то глубоко внутри него. Ощущение… счастья?

— Тогда позволь тебе помочь, — попросила Сэди. — Это правильно, учитывая то, что ты для меня делаешь.

Андрус не знал, что сказать. Он никогда ни от кого не принимал помощи. На него всегда давили, он делал грязную работу, приносил жертвы. Но получать помощь?

— Пожалуйста, — ласково попросила Сэди.

— Почему ты этого хочешь?

— Потому что что-то внутри мне подсказывает, что ты стоишь усилий.

***

Маленькая тирада Андруса дала Сэди проблеск того, чего она не ожидала: правду о том, кем он был на самом деле. Теперь всё встало на свои места. Нет, он не болван с замашками шовиниста. Совсем нет. Он мужчина, который более трёхсот лет жил в условиях постоянной войны. Его настолько оторвали от мира, что социальные взгляды со временем не менялись. И Сэди не могла его в этом винить.

— Почему ты думаешь, что знаешь, как мне помочь? — спросил Андрус.

Сложный вопрос. Когда Сэди было пять, её родители развелись и опеку над ней получил отец. Они сказали, что так для всех будет лучше, и все будут счастливы, а Сэди, будучи ребёнком, понять не могла, как же она сможет жить, не скучая по маме.

В этот момент жизни Сэди начала развивать свои актёрские навыки. Она изо всех сил скрывала тоску по матери и сосредоточилась на жизни с отцом, старалась быть его источником радости. В конце концов, отец женился на милой женщине Лорен, которая стала для Сэди и её сестрёнки матерью, которая воспитывала их, заботилась, готовила для них обеды, заставляла отца снова улыбаться.

А их настоящая мать? Да кто её знает? Сначала раз в несколько лет она присылала открытки. Иногда присылала книгу или сувенир, которые тут же оказывались в мусорном ведре.

Мысли о матери заставляли Сэди грустить, чувствовать себя отвергнутой, пусть она не показывала и виду. А когда Сэди исполнилось десять, мать вообще прекратила присылать письма. Ей потребовалось очень много времени, чтобы понять, что она должна перестать чувствовать, что сделала что-то не так или недостаточно хороша для своей матери, и именно актёрство помогло. Ей пришлось примерить на себя разных людей и ситуации, чтобы безопасно исследовать свои противоречивые эмоции. Это помогло ей всё отпустить и двигаться дальше.

Так что, если уж на то пошло, Сэди знала, что может помочь Андрусу сделать то же самое. Может, в этом и кроется настоящая причина, по которой их свели вместе.

Несмотря на всё это, что-то в Андрусе казалось очень неотразимым. Особенно, когда он показывал ту сладкую сексуальную сторону, которую пытался скрыть.

— В общем, — наконец продолжила Сэди, — откуда ты знаешь, что можешь помочь мне с моими проблемами?

— Опыт, — ответил Андрус, сияя уверенностью в ярких бирюзово-голубых глазах.

— Вот то же и у меня, здоровяк.

И тут на Сэди что-то нашло. Один из тех порывов, когда сначала целуют, а потом задают вопросы.

Она приподнялась на цыпочки, обняла Андруса за шею и поцеловала. О боги! Жар его губ вызвал немедленную реакцию. Главным образом, пульсацию между ног. Андрус обнял её за талию и притянул ближе, приоткрыв рот в ответ на её дерзкое вторжение. Поцелуй внезапно превратился в дразнящий танец языков, и Сэди, и Андрусу, обоим потребовалось мгновение, чтобы почувствовать и вкусить друг друга.

Несмотря на предыдущие замечания, на вкус Андрус был совсем не похож на виски. Больше похоже на мёд и свежую мяту. Так вкусно. Сэди чувствовала, как всё тело растворяется в Андрусе, нагреваясь с головы до ног.

То, как его губы мяли её, не слишком нежно и не слишком отрепетировано, но наполненные необузданной похотью и беззастенчивой потребностью. То, как он прижимал её к своему твёрдому телу сильными руками, как её соски затвердели и мурашки побежали по каждому дюйму тела. Всё это оказалось более грубым и сексуальным, чем любой секс, который у Сэди когда-либо был. Когда она прижалась к его мускулистому возвышающемуся над ней телу, мгновенно становясь влажной, и наслаждаясь греховной сексуальной энергией, текущей между плотно прижатыми телами, его твёрдый член прижался к её животу. О господи! Сэди снова захотелось прикоснуться к этой гигантской выпуклости, но на этот раз без кожаных штанов.

Сэди хотела, чтобы Андрус оказался обнажённым и лежал на ней, уютно устроившись между тёплыми бёдрами, как в ту первую ночь, когда они встретились.

«Что я делаю?»

«Ты целуешься с Андрусом на подъездной дорожке какого-то парня».

Вот дерьмо. Она отстранилась, и выражение его лица было чистым нахальством, а влажные губы расплылись в ухмылке.

— А, вот видишь, — сказал он. — Ты находишь меня неотразимым, но я человек слова и обещал не осуждать тебя за то, что ты солгала раньше.

Сэди фыркнула и отвернулась.

— Какой жалкий поцелуй! — смутившись, воскликнула она.

— Увидимся позже. После того, как я снова спасу тебе жизнь! — смеясь, крикнул он в ответ.

Сэди вошла в дом Томмазо и прижалась спиной к закрытой двери, со свистом выдохнув. Это был адский поцелуй, но кого она обманывала?

Она никогда не будет счастлива с таким мужчиной. Даже если удастся ему помочь. Конечно, у него могли быть свои привлекательные качества: ошеломляющие глаза, гипнотический глубокий голос, грубая мужественность и остроумная, вызывающая привыкание дерзость, но Андрус, определённо, не подходящий материал для отношений.

По крайней мере, для неё. Андрус никогда не увидит в ней ровню. Это он совершенно ясно дал понять.

«Да, но ты всё равно должна ему помочь».

И да, они могут быть друзьями, и она скажет ему об этом, как только он вернётся.

Глава 12

Около девяти вечера Андрус подъехал к третьей по счёту художественной галерее Малибу. Честно говоря, его шокировало количество экспонатов с говорящими вагинами. В его время такие возмутительные вещи были неслыханными. Если хочешь поговорить с интимными частями тела женщины, должен на ней жениться. Женские тела были священными, предназначенными для того, чтобы их лелеяли и защищали. А мужское дело — заботиться и защищать. Значило ли это, что случайному сексу не было место? Чёрт возьми, нет. Но если ты затащил женщину в постель, лучше доставить ей должное удовольствие, оставив обмякшей, измученной и тщательно обласканной с головы до ног. Честно говоря, в сексе не было ничего случайного. Тяжёлая, упорная работа и самоотверженность.

Внезапно перед мысленным взором возник образ Сэди с разметавшимися по подушке каштановыми волосами и обнажённым телом, лежащим под ним. Потом Андрус вспомнил о том поцелуе. Нежный и сочный, такой поцелуй пробуждает к жизни не только член, но и душу мужчины. Андрус опустил взгляд на кожаные штаны и снова их поправил. Его член когда-нибудь перестанет быть таким твёрдым? Нет, пока ты не сделаешь что-нибудь.

Андрус вздохнул. До вечеринки оставалось пять дней. Если его вторая половинка действительно появится, он устроит ей адскую ночь.

В голове снова возникла мысль о поцелуе Сэди.

«О, чёрт. Что, если я действительно начинаю ей нравиться?»

Вряд ли, но он — мужчина чести и должен рассказать ей правду. Между ними ничего не будет. Потому что, если Шарлотта та, о ком говорит Симил, он захочет свою пару и никого больше. Тогда у них будет сын и всё.

«Я скажу Сэди при встрече».

Просто ему действительно нравилось чувствовать Сэди в своих объятиях.

«Может, я поцелую её ещё раз, прежде чем сообщу новость».

Он выпрыгнул из «Хаммера», припаркованного на стоянке позади галереи и вошёл через парадный вход, надеясь попасть внутрь до того, как заведение закроется.

Внутри не оказалось говорящих вагин, но запах был такой же, как и в квартире Сэди, хотя и очень, очень слабый.

— Сэр, чем я могу вам помочь? — спросила молодая блондинка из-за стола в углу.

— Я ищу Тима.

— О, сегодня он не пришёл. Могу я помочь вам найти что-то конкретное? Сейчас у нас проходит выставка коллекции Ороско — мексиканского художника, который рисует духов животных.

Андрус бросил быстрый взгляд на одну из картин на стене, изображавшую утку с иглами дикобраза.

— Хотя это отличный утконос, боюсь, я здесь только для того, чтобы повидать Тима. Есть идеи, когда он будет здесь или где я могу его найти?

Девушка покачала головой.

— Честно говоря, нет. Сегодня утром я ему звонила, но он не ответил.

Вероятно, этот объект вернулся в квартиру Сэди и почувствовал меня. У полубогов нет особого запаха, как у других видов, но они оставляют после себя своего рода энергию. Если Тим её почувствовал, то мог пуститься в бега.

— Но, — добавила девушка, — я не звонила ему домой. Дайте мне минутку. — Она достала из сумочки маленькую записную книжку и набрала номер.

Через несколько секунд она посмотрела на Андруса и покачала головой.

— Тоже не отвечает. Но если вы оставите своё имя и номер телефона, уверена, что Тим вам устроит частный просмотр всего, что вы захотите увидеть.

— Вообще-то, я ищу новую вещичку для своей гостиной. Есть что-нибудь с мечами?

Девушка подняла палец.

— Думаю, у Тима до сих пор сохранились картины из выставки средневековых пыток. Пойду, проверю. — Она встала и скрылась в соседней комнате.

Андрус достал телефонную книгу, нашёл домашний адрес Тима и вернул её обратно в сумку. Через несколько мгновений девушка появилась с большим полотном, на котором был изображён рыцарь в доспехах, пронзающий мечом единорога с клыками.

— Простите, это единственное, что я смогла найти, — сообщила она. — Работа местного художника, который только начинает свою карьеру, так что цена вполне приемлемая.

— О, она прекрасна. Я возьму.

***

Через несколько часов Андрус подъехал к дому Томмазо. Поиски Тима закончились полным провалом. Парня не оказалось дома, и, не желая рисковать, Андрус решил не врываться и не обыскивать дом. Лучший вариант — вернуться позже и посмотреть, вернётся ли Тим. Однако на тот случай, если парень решит пуститься в бега, он сообщил Симил и Заку предупредить богов и Учбен.

Учбен — люди, работавшие на богов во всех мыслимых и немыслимых сферах: воины, бухгалтеры, врачи, учителя, банкиры и так далее. На планете не было ни одной страны или города, в инфраструктуру которых не входили бы Учбен. Это единственный способ для столь немногих божеств удержать, так сказать, руль автобуса человечества. А в обмен на то, что они являлись глазами и ушами богов, Учбен получали значительные льготы: бесплатное образование, частный пенсионный счёт, стоматологическое и медицинское обслуживание. Тех, кого считали незаменимыми, одаривали светом богов — бессмертием. Так случалось с военачальниками. В любом случае, теперь они предупреждены о том, что существует бессмертный человек, нападающий на невинных людей. Огромный запрет. Однако это не устранило угрозу, поэтому Андрусу пришлось придумать другой способ обезопасить Сэди, пока Тима не поймали.

Почти в полночь Андрус позвонил в дверь Томмазо, но никто не ответил.

— Какого хрена?

Его охватила паника. Что если существо нашло Сэди? Андрус подошёл к боковому окну и заглянул внутрь. Он мог видеть только тускло освещённую столовую и часть кухни, но ничто не казалось подозрительным.

Андрус набрал номер Томмазо и тот ответил после нескольких гудков.

— Эй, приятель Андрус!

Громкая музыка и смех на заднем плане подсказали ему, что эти двое в клубе или баре.

— Ты повел её на вечеринку? — прорычал Андрус. — Что, чёрт возьми, тобой двигало?

— Что? Я тебя не слышу. И да, ты должен к нам присоединиться. Мы в «Рэнди Юникорн»! Я напишу тебе адрес.

«Рэнди Юникорн»?

Андрус уже собирался сказать Томмазо, чтобы тот вернул Сэди обратно, но тот прокричал:

— До скорой встречи! — И повесил трубку.

Через секунду на экране высветился адрес. Андрус написал в ответ: «Сдеру с тебя шкуру заживо. Верни её домой».

Сообщение отправилось. Какой идиот возьмёт женщину, за которой охотится бог-знает-что, ночью в город? Андрус выбьет всё дерьмо из своего приятеля, как только доставит Сэди в безопасное место.

Сорок минут спустя — спасибо грёбаным пробкам — Андрус прибыл в «Рэнди Юникорн». Он заехал на парковку и заметил длинную вереницу смертных, одетых как единороги всех мыслимых видов: единорог-гот, единорог-Элвис, единорог-оборотень. Ничего похожего на настоящее. Слава богам за это. Настоящие единороги наводили ужас. Андрус стоял у красной верёвки, ожидая, когда вышибала впустит его, но через десять секунд его терпение лопнуло. Он развязал верёвку и направился к двери. Вышибала — крупный смертный мужчина в вязаной шапочке с единорогом, которую ему явно навязали — протянул руку.

— Эй, парень, куда это ты собрался?

Андрус повернулся к нему, посмотрел на протянутую руку мужчины и зарычал.

Парень отдёрнул руку.

— Ладно, не надо злиться. Но тебе нужно надеть что-нибудь единороговое. Например, шляпу, футболку или что-то в этом роде. — Он указал на маленькую витрину, заполненную всяким единороговым дерьмом, включая ободки со светящимися рожками.

— Ты когда-нибудь видел единорога? — прорычал Андрус.

Мужчина напряжённо покачал головой.

— Что ж, вот и я тоже, но слышал, что если они когда-нибудь тебе покажутся, один взгляд разжижит твои внутренности и заставит истекать кровью из глазниц. А затем они своим рогом тебя протыкают и как через соломинку высасывают всю кровь. И при этом ты находишься в сознании и кричишь от агонии. — Андрус повернул голову к молодой женщине в футболке с надписью «Пора быть единорогом». — Милая, после услышанного ты так чертовски в этом уверена? — спросил он и протиснулся мимо вышибалы внутрь, где не мог поверить своим глазам. Ад — это реальное место. Неужели Томмазо не мог хотя бы выбрать более респектабельное заведение вроде бара в стиле «кожаный папик»? Однажды Андрус ходил в такой с Хеленой.

По крайней мере, у тех геев был хороший музыкальный вкус, и они знали, как правильно одеваться. Это же место похоже на тысячу смертей в секунду. Повсюду — на стульях, столах, стенах — чёртовые тёмные неоновые радуги. Даже полы оказались выкрашены пушистыми облаками и полосами цвета, которые в темноте светились чёрными огоньками.

«И тут я вынужден себя поправить. Это место хуже ада».

Андрус пробирался через битком набитый танцпол, ловя любопытные взгляды толпы, разодетой в… да, вы, чёрт возьми, догадались, в единорогов. Наконец, он заметил у барной стойки Томмазо. В тёмном костюме, сшитом на заказ, тот разговаривал с молодой женщиной, одетой в нечто вроде радужного комбинезона.

— Томмазо, тебе стоит кое-что объяснить! — рявкнул Андрус, перекрикивая музыку.

Томмазо холодно улыбнулся.

— И я рад тебя видеть. Что, запутался в своих кожаных штанишках? Не шаришь в атмосфере единорога? — Томмазо распахнул блейзер, обнажив девчачью футболку с кривой надписью: «Меня возбуждают единороги».

Андрус нахмурился.

— Мило. Очень мило. С тобой я позже разберусь. Где, чёрт возьми, Сэди?

— Она танцует прямо… — Томмазо указал на место на танцполе, где Сэди явно не танцевала. — Чёрт. Она была прямо там. Клянусь.

Андрус убьёт Томмазо, но сначала разыщет Сэди.

Андрус возвышался над людьми, если не брать в расчёт рожки единорогов. Он тут же начал осматривать помещение.

— Я её нигде не вижу.

— Я проверю туалеты, — сказал Томмазо. — Посмотри, не вышла ли она через чёрный вход.

Андрус пробрался сквозь толпу, проталкиваясь к двери, которая, вероятно, вела в какой-то подсобный офис и склад. Как только дверь открылась, в нос ударил запах. Это был Тим, или как там это существо, чёрт возьми, называется.

— Сэди! — позвал он, следуя за запахом к другой двери. Он толкнул ту и, споткнувшись, вышел в переулок. Сэди лежала лицом вниз на тротуаре. Вот дерьмо.

Нет, нет, нет. Он бросился к ней и осторожно перевернул. На её лице и руках была кровь и царапины. Его сердце бешено заколотилось. Андрус приложил ухо к её груди. Слава богам, она не умерла. Но, очевидно, эта тварь снова питалась ею. На её руке находился свежий след от укуса.

— О, чёрт! С ней всё в порядке? — спросил Томмазо с порога.

— Нет, она не в порядке, придурок. — Андрус подхватил Сэди на руки. — Но обязательно будет, — прошептал он. — Обязательно.

Сэди приоткрыла глаза.

— Андрус? — Её голос был едва слышен. — Что случилось?

— Чёртов Тим. Вот что случилось. Но я не позволю ему снова к тебе прикоснуться.

Глава 13

Сэди проснулась на удобной, королевских размеров кровати. Сквозь занавески цвета хаки пробивался приглушённый солнечный свет. На дворе явно стоял день.

«Где, чёрт возьми, я?» подумала она.

Последним воспоминанием был поход в клуб с Томмазо. Она танцевала с каким-то парнем с голым торсом и в радужном афро-парике.

Сэди медленно села и схватилась за голову.

— Ой… — «Я точно помню, как пила текилу».

Сэди сползла с кровати и побрела в ванную комнату, которая оказалась огромным современным спа-салоном в белом мраморе. Чей это дом? А, наверное, Томмазо. Она умылась и прополоскала рот ополаскивателем, который нашла в шкафчике под раковиной. Наконец-то? Сэди избавилась от привкуса соли и алкоголя после вечера Лизни-Выпей-Обсоси, то есть — лизнуть соль, выпить рюмку текилы и пососать дольку лайма. Посмотрев в зеркало, она заметила на лице царапины.

— Господи.

Ещё царапины были на предплечьях, а на ладони был след от укуса.

— Вижу, наша принцесса проснулась. — В дверях ванной комнаты стоял Андрус, одетый в белую футболку и выцветшие джинсы, низко висящие на бёдрах. Наряд подчёркивал широкие плечи и узкую талию.

Ванную наполнил аромат мужчины, который только что принял душ.

— После душа ты выглядишь вполне ничего, — проворчала Сэди. Андрус сбрил чёрную бороду до сексуальной щетины.

— Да, ты вдохновила меня начать жизнь с чистого листа и стать более цивилизованным. Хотя, я по-прежнему считаю нижнее бельё тесным. — Андрус пожал плечами. — Слышал, «коммандос» снова в моде.

Сэди усмехнулась, от чего череп будто пронзили раскалённым клеймом.

— О-о-о, — простонала она, покачнувшись.

— Чувствую себя не очень хорошо. Эта тварь снова на меня напала, да? — Или это Сэди напала на бутылку? В свою защиту она могла сказать, что вчера был адски тяжёлый день.

Андрус легонько приобнял её за плечи.

— Давай-ка, сначала мы тебя накормим. Я приготовил завтрак.

Он провёл её через ярко освещённую гостиную с высокими потолками и блестящими светлыми деревянными полами.

— Где мы? — спросила Сэди. Это явно не дом Томмазо.

— Сначала поешь, а потом я всё объясню. — Он привёл Сэди на большую кухню с барной стойкой по центру. Всё помещение было оставлено шкафчиками со стеклянными дверцами во французском стиле, которые очень понравились Сэди, а все приборы выглядели совершенно новыми. На столе стояла тарелка, стакан апельсинового сока, миска свежих ягод и немного хлопьев.

— Извини, вообще-то я не умею готовить, — признался Андрус.

— Нет, всё замечательно. Спасибо. — Сэди забралась на стул и посмотрела на мужчину. — Что произошло прошлой ночью?

— Хотел задать тебе тот же вопрос, — ответил Андрус, прислонившись к раковине и скрестив огромные руки на мощной груди.

Сэди закинула ежевику в рот.

— Не знаю. Томмазо отвёз меня на прослушивание. Кстати, оно прошло великолепно. Кажется, режиссёр хочет дать мне роль. А потом мы с Томмазо поехал отпраздновать.

— Я же говорил тебе не выходить из его дома, — напомнил Андрус.

— Это была идея Томмазо. Кроме того, он сказал, что является отставным уклин или учвад, или…

— Учбен. Они — слуги богов. Когда-то Томмазо служил солдатом. Тем не менее, тебе пора начать меня слушаться. Чем бы ни было то существо, оно опасно. А теперь расскажи, что ты помнишь последним?

— Не знаю. Я танцевала с парнем, а затем… — Сэди потёрла глаза. — Помню, как разболелась голова. И вот я очнулась здесь.

— Ты видела Тима?

Она покачала головой.

— Нет.

— Но я почувствовал его запах. Уверена, что не видела его?

— Нет, я его не видела.

— Наверное, он подкрался к тебе сзади и вывел на улицу. — Это бесило, а ещё пугало до чёртиков. Сэди чувствовала себя так, словно её сейчас стошнит.

— Как он это со мной делает? — спросила Сэди. — Как заставляет всё забыть?

— Некоторые виды, например вампиры, обладают способностью зачаровывать людей и заставлять их забывать то, что они видят. Они также могут внушать. Вполне возможно, что Тим обладает этой способностью и зачаровал кого-то, чтобы заманить тебя на улицу, в переулок, где я тебя нашёл.

— О, боже. — Сэди уронила голову на руки. — Он пытается меня во что-то превратить, да? Это, как правило, трёх укусов.

Андрус начал легонько поглаживать её спину и, как ни странно, Сэди начала успокаиваться. Она как будто через прикосновения впитывала его эмоции.

— Видам существ, способных заразить других, обычно хватает одного укуса, — сообщил Андрус. — Поэтому я считаю, что он решил тобой какое-то время питаться.

Сэди едва сдерживала слёзы.

— Я не позволю ему разрушить мою жизнь.

Она приехала в Лос-Анджелес осуществить свою мечту.

— Этого я тоже не допущу, однако, пока его не поймают, тебе придётся остаться здесь.

— Здесь?

— Да. Я снял этот дом для тебя. Здесь круглосуточная вооружённая охрана, современная сигнализация и снаружи один чрезвычайно злобный, хорошо обученный кокер-спаниель. — Сэди бросила на него взгляд. Андрус что, с ума сошёл? Он пожал плечами. — Ладно, пёс не дрессирован, но я подумал, что собака может стать хорошей компанией. И я верю, что смогу научить Никколо, предупреждать тебя, если поблизости рыщут в поисках закуски.

— Никколо — это собака?

— Для краткости можно просто Ник.

Ладно. Хотя какая разница.

— Андрус, я очень-очень ценю твою помощь, но не могу принять.

— Если речь идёт о расходах, то уверяю тебя, что…

— Нет. Дело не в этом, хотя мне определённо интересно, как безработный бывший убийца зарабатывает на жизнь. Дело в том, что я здесь как заключённая.

— Защита — это не тюрьма. И либо так, либо пусть Тим продолжает кормиться тобой, пока ему не надоест или пока он тебя не прикончит. Или пусть превращает тебя в себе подобного, если он из тех видов, что способны заражать. А если нет, то он просто хочет тобой питаться. Пока ты не умрёшь.

Андрус небрежно пожал плечами.

Сэди вздохнула. Она не хотела умирать, но подчиниться условиям Андруса?

— Кроме того, ты всё ещё не закончила свою работу со мной, — добавил он.

Сэди рассмеялась.

— Ты даже не актёр. И теперь, раз уж ты заговорил об этом, я хотела спросить, почему меня вообще наняли для тебя?

— Кстати об этом. Я хотел тебе кое-что рассказать.

— Эм, ладно. — Сэди не понравился его серьёзный тон.

— Причина, по которой Симил, она же Боб, наняла тебя, заключается в том, чтобы за четыре дня подготовить меня к важному событию. Она решила, что будет лучше, если на нём я появлюсь, вооружённый несколькими дополнительными приёмами обаяния.

Честно говоря, его неотёсанные, варварские замашки начинали на неё действовать, хотя, вероятно, это как-то связано с тем, что Сэди не могла перестать думать о вчерашнем поцелуе. И признаться, несмотря на то, что Андрус не подходил для отношений, возможно, не помешало бы с ним спрятаться на несколько дней ото всех и несколько раз повторить поцелуй, просто чтобы убедиться, что она не придумала, насколько он хорош.

Тем более, сейчас, когда от Андруса пахло свежестью и чистотой, и на нём были эти сексуальные джинсы, которые так низко висели на узкой талии.

— Что за событие?

— Меня представят моей будущей паре.

Сэди почувствовала, как пол уходит у неё из-под ног. Пара?

— Ты имеешь в виду?..

— В моём мире пара подобна жене, только её для тебя подбирает Вселенная. И как только пары находят и принимают друг друга, других партнёров быть не может.

— О, — только и смогла произнести Сэди.

«Как насчёт того, чтобы сказать, что ты идиотка. Полная идиотка».

Её странно неожиданный интерес к нему оказался улицей с односторонним движением.

— Эм… поздравляю. Звучит замечательно. — Она встала. — Пожалуй, я приму душ.

— Сэди, я хотел тебе сказать, но у меня не было времени и…

— Нет, нет. — Она вытянула руку. — Ты не обязан мне ничего объяснять. Как я уже сказала, вчера был всего лишь жалкий поцелуй.

Она направилась через гостиную в свою комнату.

— В шкафу есть чистая одежда, — сказал Андрус извиняющимся тоном.

«Я такая идиотка. Я такая идиотка».

— Спасибо! Это очень предусмотрительно.

Теперь ей определённо нужно убираться отсюда к чёртовой матери.

***

Андрус недоумевал, почему это так трудно. Он едва знал Сэди, но рассказывать ей о своей паре казалось предательством. Он шумно выдохнул.

«Что, чёрт возьми, со мной не так?»

Он явно чувствовал влечение к Сэди. В конце концов, она очень сексуальна, и он чувствовал, что несёт за неё ответственность. Тем не менее, её наняли, чтобы помочь ему постичь искусство очарования для его будущей пары.

«Эх, да. И всё это может оказаться обманом. Проклятье».

Если подумать, то это нарастающее напряжение и чувство вины всё ещё подозрительно пахли заговором Симил.

«Наверное, она хочет, чтобы Сэди влюбилась в меня, а потом, когда я встречусь с другой женщиной, разобью ей сердце. Да, это определённо похоже на то, что сделала бы сумасшедшая богиня. Мне нужно поговорить с Симил и узнать правду».

Андрус вытащил телефон из кармана джинсов и позвонил в офис. Ему ответил приятный женский голос.

— Брачное агентство для Бессмертных. Меня зовут Тула. Чем я могу вам помочь?

— Тула, доброе утро. Это Андрус Грей. Мне нужно поговорить с Симил. Она свободна?

— Да. Она ждёт вашего звонка. Одну минуту, пожалуйста.

Конечно же, ждёт. А значит, она уже знает, чем всё это кончится.

— Андрус! — В трубке раздался голос Симил. — Какой сюрприз.

— Забавно, Симил. Тула сказала, что ты ждёшь моего звонка, а это значит, ты знаешь, чего я хочу.

— Да.

Наступила долгая, долгая, долгая минута молчания.

— Ну? — прорычал Андрус.

— Кто это? — спросила Симил.

— Андрус. Не морочь мне голову.

— Андрус со мной не шутит? Мне кажется, я тебя не знаю.

Он застонал.

— Симил, это я, Андрус Грей. А теперь скажи мне, чёрт возьми, правду: моя будущая пара действительно будет на вечеринке?

— Ах! Андрус! Да, я уже говорила тебе, что её зовут Шарлотта, и она очень жаждет познакомиться с тобой. Как продвигаются уроки хороших манер? Улавливаешь? Манеры? Парень, чёрт возьми, не вздумай меня злить.

— Так она действительно существует?

— Да.

— Поклянись мне, Симил. Поклянись, что ты не лжёшь.

— Клянусь жизнью моих нерождённых детей. Я не лгу.

— Ты опять беременна?

Вселенная поможет им всем.

— Нет, но буду. И не говори Роберто. Он может сжечь себя на костре, если узнает. Можешь ли ты поверить, что древнеегипетский вампир говорит, что не может справиться с четырьмя нашими детьми? Этот мужчина даже во сне не нуждается, а ведёт себя как смертные с их нытьём: «О, я так устал» или «Почему им постоянно что-то нужно?». Просто подожди, когда я подкину тебе ещё четверых.

— Сими-и-ил? — прорычал Андрус. Почему она всегда пытается отвлечь людей своей случайной ментальной рвотой и пугающей драмой?

— Что? — тут же отреагировала она. — Этот мужчина просил у меня детей. Так что теперь у него есть своё маленькое племя, а мои репродуктивные годы ещё далеки от завершения. У меня есть, по крайней мере, ещё одна хорошая… вечность. Как думаешь, сколько детей я смогу сделать за целую вечность?

«О, демоны смерти и разрушения! Пожалуйста, остановите эту безумную богиню от продолжения рода ещё более злых отпрысков».

— Я призываю тебя вернуться к нашему разговору.

— О чём мы говорили?

«Выколите мне глаз. Кто-нибудь, пожалуйста, просто ткните в него».

— О моей паре, Шарлотте, и о том, что ты клянёшься, что она та, за кого ты её выдаёшь.

— Ох. Мы опять об этом говорим?

— Просто скажи мне: если она моя пара, то почему у меня есть чувства к этой Сэди?

— Откуда, чёрт возьми, мне знать? Я похожа на всезнающую?

«Я действительно тебя ненавижу».

— Ты можешь хотя бы сказать мне, что за существо охотится на Сэди?

— Ах, да! Существо. Нет, — ответила Симил.

— Что? — Она окончательно запутала Андруса.

— Да. Существо, которое на неё охотится… Нет. — Он её убьёт. Действительно, на самом деле собирается её убить.

— Симил, что это за существо?

— Я только что тебе сказала, что не знаю. Не вижу никакого охотящегося на неё существа.

— Если ты его не видишь, значит, он использует трюки, подобные Мааскаб?

Мааскаб веками скрывались от богов, обмазывая тела пастой из чёрного нефрита.

Чёрный нефрит также использовали для притупления силы божества.

— Я серьёзно, может ли это существо оказаться настоящим Мааскаб?

— Хм-м-м… — протянула Симил. — Вполне возможно. И это объясняет, почему мой радар богини ничего не улавливает.

— Я думал, ты их всех убила.

— О, нет. Кое-кого оставили в живых. Никогда не знаешь, когда тебе понадобится злой жрец майя, владеющий искусством манипулирования тёмной энергией, создающий скрижали и заклинания, используемые для путешествий во времени, и одержимый порабощением человечества для ритуальных кровавых жертвоприношений. Ясно, что я имею в виду?

— Нет, не совсем.

— На самом деле, теперь, когда ты об этом упомянул, я вспомнила, что у нас есть онлайн анкета Мааскаб.

— Что? Симил, ты издеваешься надо мной?

— Подожди. — Андрус услышал, как Симил стучит по клавиатуре. — Вот она. Здесь указано, что он Мааскаб, никогда не был женат и не состоял в серьёзных отношениях, кроме как с Владыкой Тьмы, наслаждается долгими прогулками по лужам человеческой крови, и запахом нищеты.

— Выгодная партия.

— Ты бы удивился, узнав, сколько дам в Лос-Анджелесе пошли бы на такое.

Какого хрена?

— Он здесь, в Лос-Анджелесе?

— Да. Но адрес не указан. Просто просьба звонить ему на мобильный.

— У Мааскаб есть телефон? Куда, чёрт возьми, катится этот мир?

— Эй, даже злые психопаты, кровожадные священники должны поддерживать связь с друзьями.

— Так ты не собираешься его убивать? — спросил Андрус.

— Кого?

— Чёртова Мааскаба.

— Нет, глупый. Я же тебе уже говорила. Мы оставили в живых лишь нескольких, и они могут нам когда-нибудь пригодиться.

Но это, вероятно, тот ублюдок, который кормится от Сэди. Только Мааскаб не питались; им просто нравилось убивать или манипулировать тёмной энергией. Но что бы он ни делал с Сэди, Андрус не мог этого допустить.

— Прекрасно. Тогда я выслежу его и убью. Дай мне его номер.

— А ты уверен, что именно за ним охотишься? — спросила Симил.

— Хочешь сказать, что тебе что-то известно?

— Я всё знаю. Кроме тех вещей, которые я не знаю, но поскольку я их не знаю, то знаю всё, чем заинтересована.

Её слова не имели никакого грёбаного смысла.

— Номер, Симил, — потребовал Андрус.

— Прости. Нет, не могу. У нас есть строгая политика в отношении обмена личной информации клиентов.

Хорошо. Теперь он точно знал, что богиня с ним играет.

— Спасибо ни за что, Симил.

— Всегда здесь, чтобы служить моим собратьям-бессмертным. Увидимся на вечеринке!

Звонок завершился. Андрус застонал и потёр лицо. В Лос-Анджелесе разгуливал Мааскаб, и боги, или, по крайней мере, Симил ничего не хотели с этим делать.

«По крайней мере, теперь я знаю, с чем имею дело».

Но с какой стати Мааскаб охотиться за Сэди? И как он его поймает?

«Чёрт, я могу справиться с одним Мааскаб».

По мере того, как Андрус обдумывал всю информацию, во всём этом становилось всё меньше и меньше смысла.

«Мааскаб, владеющий художественным музеем? И ходит в повседневной одежде? На самом деле, Мааскаб не носил одежду, если не считать набедренных повязок из человеческой кожи и ожерелья из человеческих пальцев, которые так любили. А ещё они предпочитала не мыться. В смысле вообще, никогда. И они обмазывали себя кровью своих жертв. Вонь была узнаваема за десять миль. И даже не заставляйте меня вспоминать их волосы».

Длинные чёрные верёвки запёкшихся от крови дредов часто украшали человеческие зубы. Глаза Мааскаб были обычно кроваво-красными ямами, а изо рта капала чернота — вероятно, результат ритуального дерьма, которое они ели. А учитывая, что большинство из них породил Бог Мужского Начала Чаам, когда переживал тёмные времена, многие из Мааскаб были такими же большими, как их старый добрый папочка. В основном семь футов ростом, но, к счастью, без реальных сил, за исключением навыков, которые культивировали самостоятельно. Нет. Что-то в этой ситуации не так. Расхаживающий по Лос-Анджелесу Мааскаб не останется незамеченным. Если только… он не работает над очередным фильмом ужасов? Нет. Даже у них стандарты лучше.

Глава 14

Сэди перебирала одежду, которую из её квартиры привёз Андрус, и поняла, что каждая вещичка была из гардеробной.

— Какого чёрта? — прошептала она, почёсывая мокрый от только что вымытых волос затылок.

Сэди не могла с уверенностью сказать, нравилось ли ей, что этот мужчина рылся в её вещах, но жест показался довольно милым. Андрус хотел, чтобы она чувствовала себя комфортно. И, конечно, не забыл о безопасности. Он заботился о практически незнакомой девушке, и именно поэтому Сэди не могла злиться на Андруса из-за сброшенной на неё информации о помолвке.

Но у Сэди и Андруса не было никаких отношений, и то, что она считала его сексуальным в самом грубом смысле этого слова, не означало, что Сэди была в него влюблена и имела на него какие-то права. Тем не менее, она ему обязана. И довольно многим. Поэтому, если Андрусу нужна помощь, чтобы произвести впечатление на ту женщину, Сэди сделает всё возможное, чтобы сделать из него рыцаря или прекрасного принца. Сэди надела любимые джинсы и светло-голубую футболку, и нашла Андруса в пустом — не считая стола, стула и ноутбука — кабинете.

— Привет. Что делаешь? — спросила она.

Андрус поднял от экрана бирюзовые глаза.

— Кое-что ищу. Кстати, какой рост у Тима?

— Эм… Я не знаю. Может около шести футов и четырёх или пяти дюймов?

— А что насчёт волос?

— Длинные, чёрные, — Сэди пожала плечами. — Обычно он завязывал их в хвост маленьким кожаным шнурком. А что?

— Я провожу кое-какие исследования. Не могла бы ты рассказать мне о нём что-нибудь необычное? Татуировки, что он любил есть, одежда или музыкальные предпочтения?

— У Тима на спине были татуировки рода. Больше ничего необычного, кроме…

О, Сэди очень-очень не хотелось рассказывать Андрусу о том времени, когда она занималась сексом с Тимом. Это было довольно странно. А ещё личное.

— Что?

— Не уверена, что хочу делиться этим с тобой.

— Мне нужно его найти и точно выяснить является ли он Мааскаб… Или, не знаю, рабом Мааскаб.

— Серьёзно? Думаешь, он какой-то колдун майя?

— Или же миньон. И я не имею в виду этих раздражающих маленьких одноглазых жёлтых созданий с рекламных щитов по всему городу.

— Слава богу. Мне бы не хотелось превратиться в одного из них.

— Согласен. Потому что тогда мне пришлось бы тебя убить.

Сэди бросила на него испуганный взгляд.

— Я просто шучу. Даже если ты окажешься чем-то настолько отвратительным, я не причиню тебе вреда. Но всё, что ты можешь рассказать мне о Тиме, может помочь \его выследить.

О, боже.

— Мне как-то неловко об этом говорить.

Андрус встал, обошёл стол и прислонился к нему, скрестив большие руки на широкой груди.

— Поверь, мне больше трёхсот лет, а моя предыдущая пара использовала чары, чтобы меня подчинить и заставить наблюдать, как она делает то, что ей нравится.

Сэди ахнула и прикрыла рот рукой.

— Боже, звучит ужасно.

Андрус приподнял бровь.

— Я благодарен, что в то время ещё не изобрели вибраторы и зажимы для сосков, но моя пара любила поиграть с овощами.

— С тобой? Она использовала их на тебе?

— К счастью, нет. Но ей нравилось заставлять меня наблюдать. Наверное, поэтому я испытываю отвращение к салатам. — Андрус пожал плечами, шагнул вперёд и обхватил Сэди за плечи. — В любом случае, меня мало что может шокировать.

Она глубоко вздохнула и посмотрела в его успокаивающие голубые глаза.

«Клянусь, в нём есть что-то такое, что делает меня липкой, горячей, беспокойной и…»

— Скорее, человек.

Сэди сердито посмотрела на Андруса. А ещё он такая властная свинья.

— Ладно, но наклонись. Будет легче, если я шепну тебе это на ухо.

Он ухмыльнулся.

— Отлично. Я наклоняюсь.

Сэди прижалась губами к его уху и начала шептать о том, что Тим сделал с ней в ту ночь, когда они были вместе, начиная с того, как он снял с неё одежду и искупал в тёплой ванне с пеной, лаская груди и между ног.

— И как только я возбудилась, он отвёл меня в спальню, развернул и трахнул сзади. Очень, очень грубо. Это было неплохо, но всё это время Тим продолжал говорить, что хочет, чтобы я его съела.

Андрус отстранился, его лицо покраснело.

— Ты в порядке? — спросила Сэди.

— Ага, — он говорил хрипло. — И… ты это сделала?

— Что?

— Ну, знаешь… съела его?

— Нет, не совсем. В смысле, я покусывала его соски. А Тим был ненасытен в сексе. Он вбивался в меня снова и снова, всё продолжалось, продолжалось и продолжалось, а после трёх оргазмов я отключилась.

Андрус глубоко вздохнул.

— Вот это да, — прохрипел он и откашлялся. — З-з-звучит ужасно.

Сэди пожала плечами.

— Всё прошло нормально. Но я не фанат подобных штучек.

— Не-не-нет?

Почему Андрус выглядел таким взволнованным?

— Знаешь, мне больше нравится, когда мужчина не торопится и ласкает языком каждый дюйм моего тела.

Затем мне нравится, как мужчина языком несколько раз подводит прямо к краю, прежде чем я позволю ему скользнуть в себя красиво и медленно. — Сэди вздохнула.

«Чёрт. Прозвучало возбуждающе. Сэди? Какого чёрта? Зачем ты ему всё это рассказываешь?»

Она пришла в себя.

— Боже. Поверить не могу, что только что рассказала это… Всё в порядке? Ты весь вспотел.

Андрус покачал головой.

— Д-да. Всё отлично, — ответил он хриплым голосом.

— Ладно. Хорошо. Что ж, надеюсь, рассказанное окажется полезным. — «Потому что, клянусь жизнью, я понятия не имею, почему только что рассказала тебе всё это».

Каждое её слово — правда. Однако Сэди как будто знала, что заведёт Андруса, и не могла удержаться.

— Да. — Он развернулся и вышел из кабинета.

— Эй! Куда ты?

— Мне нужно кое с чем разобраться, — крикнул Андрус откуда-то из глубины дома.

— Ладно! Но сегодня вечером мы с тобой идём на тренировочное свидание! В общем, после обеда у нас начинается ускоренный курс ухаживаний!

Он не ответил, но надеялся, что услышал её. Чёрт, это было действительно странно. Может, она спугнула его откровенным рассказом?

***

Андрус направился прямиком в свою спальню, находящуюся в другой стороне от спальни, что он выделил Сэди, запер дверь, достал лубрикант, снял футболку и сбросил джинсы. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким твёрдым, и эта неистовая эрекция не пройдёт сама по себе.

«Что, чёрт возьми, эта женщина пытается со мной сделать?»

Андрус обхватил член рукой и начал поглаживать, представляя, что это не рука, а святилище горячего, влажного тела Сэди его ласкает. В голове сменялись образы того, как он берет обнажённую Сэди сзади, облизывает каждый дюйм её тела, как она берёт его член в рот. Андрус представил, как обхватывает ладонями её груди и посасывает сладкие соски, а она стонет в экстазе. Чёрт возьми! Так близко. Чертовски близко. Андрус был слишком возбуждён, чтобы пытаться уговорить себя или объяснить, что желать Сэди неправильно. Вместо этого он представил её сладкие губы на его губах, пока он жёстко трахал бы её уже лицом к лицу, смотрел в глаза, снова и снова скользя членом в её лоно, чувствуя, как сжимаются стенки влагалища, пытаясь заставить его кончить. И тогда он бы кончил и…

— Сэди, — простонал Андрус, выплёскиваясь на футболку. — Чёрт! О, боги! Вот это да.

Он всё кончал и кончал, как будто сперма никогда не иссякнет. И ощущалось так чертовски хорошо…

— Андрус? — В дверь постучали. — Ты в порядке?

О, чёрт. Тяжело дыша, он опустил голову.

— Да, — ответил Андрус низким хриплым голосом. — Просто отжимаюсь.

— О. Хорошо. Мне показалось, что я слышала, как ты звал меня по имени прямо перед тем, как произнёс: Чёрт. О, боги! Вот это да.

Он поморщился.

— Нет. Просто… порезался, когда брился. — «Твою мать. Неужели я был таким громким?»

— Я просто хотела убедиться, что ты меня слышишь. Думаю, будет лучше, если я покажу тебе, что мне нравится, и тогда ты сможешь сделать это со мной сегодня вечером.

Сделать что?

— Прости?

— Ну, знаешь, я про ужин. После того, как расскажу тебе хитрости, которые, по моему мнению, могут понравиться женщине.

— А, да. Ужин. Я выберу место.

— Ладно. Наслаждайся отжиманиями и бритьём.

— Чёрт, — прошептал Андрус, глядя на свой член. Она только что снова сделала его твёрдым.

Он вздохнул и схватил бутылочку с лубрикантом.

***

«Этот мужчина полностью меня устраивает». Что за чертовщина? Честно говоря, происходящее довольно сексуально. Особенно то, как Сэди представляла его за закрытой дверью с возбуждённым членом в руке, огромный бицепс напрягается и расслабляется, пока Андрус дрочит.

— Ого, — Сэди обмахнула зардевшееся лицо, думая, что ей, возможно, снова придётся принять душ.

«Может, ты ему и нравишься, но он собирается встретиться со своей миссис Андрус».

Сэди не станет питать иллюзии об интимной близости с этим мужчиной. Это сугубо работа. Даже если её сердце говорило об обратном.

Позже в тот же день, Сэди оторвала недовольного Андруса от ноутбука. Удивительно, но для мужчины, который несколько часов дрочил, он выглядел более напряжённым, чем когда-либо. Интересно, связано ли это с бессмертием. Сэди старалась не судить.

«И не позволяй ему снова заводить себя».

Она серьёзно подошла так близко к тому, чтобы потрогать себя, облегчая возбуждение.

— Итак. — Сэди усадила Андруса в гостиной, где он занял большой белый диван, а она — мягкое кресло. — Давай начнём с небольшого упражнения на визуализацию. Ты знаешь, как выглядит эта женщина?

— Мне сказали, что её зовут Шарлотта, и нет, я не знаю, как она выглядит, — ответил Андрус.

Прекрасное имя. Одну из кузин Сэди по материнской линии звали Шарлотта, хотя она не видела её с тех пор, как была маленькой — до того, как биологическая мать бросила их.

— Ладно. Без проблем. Значит, тебя представят Шарлотте на вечеринке?

— Верно.

— Хорошо. А теперь закрой глаза, — велела Сэди.

— Зачем?

— Просто поверь мне, легче представлять с закрытыми глазами.

Он что-то проворчал и неохотно подчинился.

— Хорошо. А теперь представь, что ты находишься в переполненном баре. Уже вечер, и ты надел свой самый красивый костюм, причесался.

— Расчёски — приблуды баб.

— Э-э, нет, это не так. Но ладно, ты проделал эту милую штуку со своими волосами, отчего на голове появился стильный беспорядок.

— Ты считаешь это… милым? — спросил оскорблённо Андрус. — Я наёмный убийца.

— Как скажешь. Твои волосы выглядят смертоносно. Так и кричат: Не связывайся со мной.

— Так-то лучше.

С закрытыми глазами, с тёмными ресницами, отбрасывающими на щёки тени, он улыбался своими пухлыми губами плохого мальчика.

«Клянусь, его губы созданы для того, чтобы покупать женское прощение».

— Ты входишь в заведение и видишь, что она ждёт тебя у барной стойки.

— Как я узнаю, что это она?

— Хм… — задумалась Сэди. — А как ты планировал встретиться с ней на вечеринке?

— Полагаю, Симил нас познакомит.

— Хорошо. Симил там и…

— Я ударю её по лицу? — закончил Андрус.

— Андрус, соберись. Я пытаюсь тебе помочь. Просто притворись, что не хочешь ударить Симил по лицу, и она знакомит тебя с Шарлоттой. И прежде чем ты спросишь, тебе не нужно знать, как выглядит эта женщина, потому что мы сосредоточены на тебе. Просто смотри на себя, когда ты приближаешься к ней.

— Я выгляжу очень красивым, — серьёзно заметил он. — Как обычно.

Сэди выдавила улыбку.

— Теперь я хочу, чтобы ты думал о двух целях, когда поприветствуешь её. Во-первых, ты хочешь, чтобы она чувствовала себя расслабленной и открытой для тебя. Во-вторых, ты хочешь, чтобы она чувствовала себя с тобой в безопасности. Итак, что ты делаешь в первую очередь?

— Я показываю ей свой меч.

— Что? Нет. Это не первое, не второе и не третье, что девушка хочет видеть, когда встречает парня.

— Ты действительно предлагаешь мне показать ей это? — Андрус открыл свои потрясающие бирюзовые глаза и дьявольски улыбнулся.

Пульс Сэди учащённо забиться.

— Андрус, она не хочет видеть твой член.

«Хотя, конечно, он великолепен».

— Её потеря, — заметил он, пожимая плечами.

— Закрой глаза. — Сэди бросила на него взгляд, и они снова повиновался. — Хорошо. Первое, что ты хочешь сделать, это показать ей свою улыбку. Не вымученную или фальшивую, а искреннюю улыбку, которая отражается в глазах. Как та, которую ты мне только что показал. Если ты сделаешь это правильно, у Шарлотты быстрее забьётся сердце.

— Моя улыбка только что сделала это с тобой? — спросил он.

Абсолютно.

— Давай, пожалуйста, сосредоточимся на тебе и на Шарлотте. Затем я хочу, чтобы ты представил, как протягиваешь руку и представляешься. Когда возьмёшь её за руку, дай ей почувствовать тепло твоей кожи и сожми её ладонь, но не слишком сильно. Подумай о том, что чувствует её рука в твоей, и посмотри Шарлотте в глаза. Дай ей знать, что ты здесь ради неё и больше ни для кого. Затем проследи, чтобы о ней позаботились и спроси, что она хочет выпить.

— А что, если у неё уже есть напиток?

— Тогда спроси, не хочет ли она посидеть где-нибудь в более тихом местечке.

— А что, если все столики заняты или негде спокойно посидеть?

— Тогда спроси, нравится ли ей это место или нравится ей вечеринка в целом. Не важно. Ты просто хочешь убедиться, что она знает, что ты думаешь о её комфорте, не сходя с ума или не становясь слишком навязчивым. Парни, которые слишком стараются, заставляют женщин чувствовать себя неловко. А теперь приступим к языку твоего тела. Не скрещивай руки, не стой слишком близко, пусть Шарлотта сама подойдёт ближе, когда будет готова. И что бы ты ни делал, не пялься откровенно на её грудь.

— Так не весело.

— Андрус, дело не в твоей забаве, а в Шарлотте. Ты играешь персонажа, другую версию себя, которая заставит её захотеть узнать тебя. Если ты правильно разыграешь свои карты, она позволит тебе позже увидеть её грудь.

Мысль о том, что Андрус это сделает, заставила Сэди почувствовать лёгкую ревность.

— Похоже, ты пытаешься научить меня, как соблазнить женщину.

— Ну, в каком-то смысле так оно и есть. Если ты ведёшь себя как джентльмен и хорошо относишься к женщине, это может выглядеть так же сексуально, как и…

— Как и показать свой гигантский член? — подсказал Андрус и широко улыбнулся.

Возможно.

— Нет. Ни в коем случае. Дело в том, что когда ты с ней, ты хочешь предугадывать и осознавать её потребности. Ты отодвигаешь для неё стул и следишь, чтобы официант принёс ей выпить. Один из лучших приёмов, которым учат актёров — это зрительный контакт, поэтому, если ты не знаешь, что сказать, смотри ей в глаза, пока думаешь. Ты не огрызаешься, не смотришь на других женщин, не рычишь, не говоришь ей, чтобы она молчала или обращаешь внимание на всех в заведении, кроме неё.

— А, ты намекаешь на моё свидание с Алексис.

Его бирюзовые глаза горели нескрываемым любопытством.

— Ты должен держать глаза закрытыми, — напомнила Сэди Андрусу.

— Когда я их закрываю, я всё равно вижу только твоё лицо. С таким же успехом можно их держать и открытыми.

Её пульс участился, в желудке всё сжалось.

— Серьёзно? В смысле, конечно, ты же слушаешь мой голос.

И да, я имела в виду твоё свидание. Это был отличный пример того, чего не следует делать. Ты игнорировал её, когда она говорила, и смотрел на всех, кроме неё.

— В тот вечер я видел только одну женщину, на которую стоило смотреть, — ответил Андрус тем низким мужским голосом, от которого у Сэди завибрировали кости, и забилось сердце. Что он пытается с ней сделать? Её тело стало горячим и жаждущим, и…

«Боже, Андрус такой сексуальный. Он и не нуждается в моей помощи с женщинами».

— Ч… что ж… это очень мило, учитывая, что ты пытался меня убить, — Сэди нервно рассмеялась, отчаянно пытаясь сменить тему разговора.

— Незначительная деталь, — сказал он, всё ещё пристально глядя на Сэди.

— Это ты так говоришь. Я была в ужасе.

— Мне это очень понравилось. Дало возможность ощутить твоё тёплое тело подо мной.

Сэди на мгновение перестала дышать, пытаясь не вспоминать ту ситуацию, но провалилась. О, чёрт, здесь так жарко.

— Думаю, есть куда интереснее способы затащить женщину в такое положение, и не предлагай показать член.

Андрус рассмеялся.

— С тобой не весело.

— Со мной очень весело. Мы можем вернуться к твоему свиданию?

Пожалуйста, прежде чем я кончу, сидя здесь с тобой?

— Думаю, я уловил идею — дать ей почувствовать себя в центре внимания, не переусердствовать, потому что это заставит Шарлотту чувствовать себя некомфортно и не даст расслабиться. И это всё?

— Ну, что ж, да. Это основная концепция. Давай сделаем несколько упражнений с телом…

— Отлично. — Андрус встал с дивана. — У меня есть кое-какие дела.

— Но я думала, что мы кое-что обсудим…

Он протянул руку.

— Я скорее… — Андрус скользнул взглядом вверх и вниз по телу Сэди, — практик. Давай побережём силы для сегодняшнего вечера.

Пульс Сэди подскочил. «Почему мне показалось, что он имел в виду нечто большее?» И почему она так отчаянно на это надеялась? И почему у неё возникло отчётливое ощущение, что у него будет ещё какая-то «передышка»? Что ж, эти бессмертные, несомненно, обладают ненасытным либидо. Что, конечно, только заставляло Сэди хотеть Андруса ещё больше. Мысль о том, что он будет с ней всю ночь напролёт, казалась невероятно горячей.

— Ладно. Продолжим сегодня за ужином. Ты выбрал ресторан? — спросила она.

— Да. Будь готова к восьми часам. — Он повернулся, чтобы уйти. — Да, кстати, сегодня приедет Томмазо, чтобы присмотреть за тобой несколько часов. Мне нужно кое о чём позаботиться.

— Я могу остаться одна.

Андрус улыбнулся дерзкой сексуальной улыбкой. Знают ли его губы какие-нибудь другие улыбки?

— Можешь, — согласился он, — но это не заставит тебя чувствовать себя в безопасности. И согласно твоим указаниям, джентльмен всегда стремится сделать так, чтобы леди чувствовала себя в безопасности.

Андрус опустил голову и вышел из комнаты, оставив Сэди с ощущением жара и липкости от грубой сексуальной потребности. Этот мужчина так отличался от Андруса, которого она встретила в первый раз, словно он сбросил несколько тонн льда вокруг своей души. Его сексуальный магнетизм зашкаливал. Как и его обаяние, и необузданная мужская энергия, и… Чёрт возьми, и почему он уже занят?

***

Чуть позднее пяти часов вечера пёс Никколо — очень милый старенький кокер-спаниель, которого, как Сэди узнала, Андрус взял в местном приюте — начал лаять, предупреждал, что у входной двери стоит Томмазо. Когда Сэди открыла дверь, на ум пришло только «вау». В чёрном костюме, тёмно-фиолетовой рубашке и чёрном галстуке Томмазо выглядел так, словно только что вернулся с подиумного показа.

Мужчина наклонился и поцеловал её в щеку.

— Ну, разве это не мой любимый беглый смертный.

— Привет, Томмазо, — Сэди быстро обняла его в ответ. — Разве это не мой любимый дамский угодник.

В тот вечер в клубе к Томмазо выстроилась очередь из женщин и мужчин, приглашавших его потанцевать, выпить или заняться сексом. Честно говоря, мужчина был великолепен. Офигенно чертовски безумно великолепный. Но грубость Андруса и его бесцеремонное поведение делали его немного более плохим, чуть сексуальнее и, возможно, чуть более вызывающим.

«Да, я определённо в команде Андруса».

Томмазо поправил галстук и вошёл в дом.

— Что ж, скоро я покину строй холостяков, так что приятно провести немного невинного общения перед большим днём.

Сэди закрыла за ним дверь.

— Ты взволнован?

— Нервничаю больше обычного. Я и раньше влюблялся, но мне говорили, что с истинной парой всё ощущается гораздо мощнее. Некоторые пары настолько связаны, что могут слышать мысли друг друга, чувствовать эмоции друг друга. Ходят слухи, что даже великий Никколо Диконти, бывший генерал вампиров, испытывает ПМС своей пары раз в месяц.

Забавно. Кокер-спаниеля зовут Никколо.

— Ох, это действительно звучит страшно. Если бы мой муж знал, что происходит у меня в голове, когда у меня гормональный фон, думаю, он бы бежал без оглядки.

Позади Томмазо появился Андрус, одетый в выцветшие голубые джинсы и тонкий светло-голубой джемпер, подчёркивающий цвет глаз.

— Готов поспорить, что ощущения не из приятных. Но некоторым из нас, мужчин, такое нравится.

— Андрус. — Томмазо опустил голову.

— Спасибо, что пришёл и спасибо, что поклялся своей бессмертной душой, что не выпустишь Сэди из дома.

— Да, извини за произошедшее.

Андрус бросил на него быстрый взгляд.

— Я вернусь через несколько часов.

— Ты нашёл зацепку? — спросил Томмазо.

— Возможно. Расскажу больше, когда вернусь. — Андрус направился к двери.

— Андрус? — позвала его Сэди, сама не зная, что хочет сказать. — Ты прекрасно выглядишь без своих кожаных штанов.

Подождите-ка. Прозвучало как-то неправильно.

— В смысле, ты выглядишь очень сексуально в джинсах. — Стоп, всё опять не то. — Не выглядишь таким суровым как раньше. — О, нет, перестань, закрой рот. — Не обращай внимание.

Андрус бросил на неё странный взгляд, а затем сверкнул дьявольской улыбкой.

— Как я уже сказал ранее, судить никого не буду.

Он вышел из дома, Сэди смотрела ему вслед, заметив, как джинсы идеально облегали его задницу.

«Чёрт возьми, я попала».

Глава 15

Он определённо не Мааскаб, подумал Андрус, глядя на раздутый труп, лежащий на холодном столе из нержавеющей стали.

— Значит, судя по водорослям, застрявшим у него в волосах, парень утонул? — спросил Андрус у паталогоанатома, пожилого джентльмена лет шестидесяти, жующего бутерброд с пастрами, майонез с которого капал на его запачканный кровью лабораторный халат. Мужчина просто стёр каплю и облизнул пальцы.

Я глубоко возмущён».

И это мысли бессмертного, который повидал в своей жизни немало отвратительных вещей. Как в тот раз, когда он и его подчинённые выследили гнездо Обскурос — злых вампиров, которые управляли домом престарелых в Каракасе. Очевидно, они обращались с бедными беспомощными смертными как со своим личным кровавым буфетом, но, судя по найденным телам, там происходило гораздо больше.

«Я никогда не забуду холодных улыбок на их морщинистых лицах».

Андрус вздрогнул.

— Да, — ответил патологоанатом, смакуя обед. — Я не могу обсуждать природу его смерти, поскольку необходимо провести полное вскрытие и полицейское расследование, но, поскольку вы друг Симил, я могу рассказать своё предложение о том, что этот парень утонул.

Почему у Симил налажены личные связи с окружным коронером, можно только догадываться. Возможно, это из-за характера её работы или же просто из-за удобства. Как правило, многое заканчивалось смертью, когда Симил появлялась рядом. И под многим Андрус подразумевал людей. Вообще, плохие люди, но не всегда.

Андрус почесал бороду.

— Спасибо. Если узнаете что-то ещё, пожалуйста, позвоните мне. Я сделаю так, что это будет стоить вашего времени.

Он протянул визитку и направился к внедорожнику.

Тим мёртв, и судя по его виду, мёртв уже несколько дней. А это означало, что не Тим напал на Сэди в клубе прошлой ночью. И Андрусу придётся следить за ней и дальше. Теперь он понятия не имел, что делать. С каждой секундой его всё больше тянуло к Сэди, к её голосу, к бойкому смеху и к дерзкой натуре. И будь он проклят, если не признается, что Сэди делает его твёрже, чем армированная сталь. Особенно в своих обтягивающих бёдра джинсах. Наверно, под ними была одна из тех кружевных вещиц. О да, Андрус видел всю коллекцию, когда упаковывал вещи Сэди перед тем, как забрать её из дома Томмазо прошлой ночью.

Конечно же, Сэди внутри не оказалось, потому что она отказывалась подчиняться его приказам, что, как ни странно, заводило Андруса ещё больше. Дерзкая маленькая дьяволица никому не подчиняется. В сексуальном плане он никогда ни с кем не чувствовал такой мощной химии. Как бы то ни было, нечестно начинать что-то с Сэди, зная, что через несколько дней он встретит вторую любовь своего существования. Он уже раньше испытывал связь с парой, и она была всепоглощающей. Кто-то может найти другого человека привлекательным. Можно даже развить романтические чувства к другой персоне, но они бледнели по сравнению с глубокой, грызущей ненасытной любовью и страстью, которую испытываешь к паре.

Андрус мог обещать Сэди звёзды и луну, и чувствовать своим сердцем, что это не ложь, но в момент, когда увидит свою пару, ничто другое не будет иметь значения. Даже если эта женщина отвергнет его на вечеринке из-за того, что он не проявит благородства, он проведёт остаток своих дней, преследуя её. Андрус не сможет остановиться. Отлично. Звучит забавно.

Сегодня вечером было бы лучше, если бы он узнал от Сэди всё, что мог, потому что эта женщина явно знала что-то о соблазнении, учитывая его навязчивые мысли о ней.

Она могла бы помочь ему завершить миссию с Шарлоттой успехом и избежать пожизненной агонии. Теперь, если бы Андрус только мог перестать вожделеть Сэди, всё было бы прекрасно. С другой стороны, может, стоит поухаживать за Сэди?

В конце концов, она была современной женщиной, которая, казалось, чувствовала себя очень комфортно с одноразовым перепихом. До тех пор, пока он откровенен и честен в их отношениях, небольшая интрижка будет честной игрой.

«Да, сегодня вечером я буду работать над своей техникой ухаживания с Сэди.

Возможно, она вознаградит меня небольшим призом».

Андрус только надеялся, что, в случае успеха, этого ему будет достаточно.

***

Томмазо жульничал в картах. Откуда она знает? Потому что каждый раз, когда он менял карту, пытался отвлечь её, скрывая ловкость рук небольшим флиртом.

Сэди положила карты.

— Фулл хаус. Рыдай, красавчик.

Отец научил её и сестру играть в карты, когда они были маленькими. Это было время до появления айпадов, поэтому, когда у них были каникулы, обычно они ходили в поход или в какое-нибудь тихое место, подальше от цивилизации, которую презирал отец, и играли в карты. Покер, блэк-джек, джин-рамми — она знала всё.

Забавно, но отец всегда у них выигрывал, как будто имел рентгеновское зрение и всегда знал их знаки руками.

— Не могу поверить, что ты снова победила. — Томмазо положил карты и развёл руки. — Тебя невозможно победить. Наверное, меня отвлекает твоё платье.

Сэди улыбнулась. Она решила надеть своё маленькое чёрное платье — то, которое не закрывало спину и имело глубокое декольте. Каштановые волосы были собраны в свободный пучок, открывая длинную шею и гладкие плечи. Макияж скрывал быстро исчезающие следы от вчерашней ночи.

— Может, если ты перестанешь жульничать и попытаешься сосредоточиться на игре, сможешь выиграть, — заметила Сэди, глядя на часы. Почти восемь, а Андруса всё не видно.

Томмазо очаровательно улыбнулся и опустил голову.

— Но жульничать весело.

Сэди покачала головой.

— А правда, что когда-то ты был злым? — спросила она.

— Ага, — Томмазо пожал широкими плечами. — Но я предпочитаю термин «морально подорванный». Да, много лет я прожил, одержимый злом. Мне уже лучше. Я жульничаю, потому что небольшой обман снимает остроту состояния. Всегда быть хорошим — большое давление.

— Звучит немного странно, но я тебя понимаю. Мой отец всегда учил меня быть идеальной, хорошей девочкой. Думаю, из-за этого меня так и тянуло совершать небольшие проступки, чтобы доказать, что я всё ещё себя контролирую.

Отец у неё тоже был очень антисоциальным человеком. За пределами своей стоматологической практики он не видел никого, кроме жены, Сэди и её сестры. И никого не пускал в дом. Поэтому подростковые бунтарские годы Сэди проходили более мятежно, ведь она ощущала себя в клетке. Однако теперь она немного расслабилась, хотя по-прежнему беспокоилась о себе больше, чем следовало.

Томмазо подался вперёд.

— А тебе всё ещё нравится совершать плохие поступки?

— Уже нет. Да, я иногда ругаюсь и теряю самообладание. Но вести себя плохо? Нет. Я хорошая девочка.

— Неужели? — Томмазо вскинул тёмно-коричневую бровь. — Тогда почему я улавливаю от тебя скрытую атмосферу непослушной девочки?

— Томмазо, ты что, с ней флиртуешь? — в столовой раздался низкий, глубокий голос Андруса. Он как молот летел прямо к цели, намереваясь разбить её вдребезги.

Сердце Сэди заколотилось, а тело задрожало при виде Андруса, который смотрелся как высокий, восхитительный и сексуальный мужчина в сшитом на заказ тёмном костюме и голубой рубашке, которая так подходила к его глазам. Галстук был на несколько тонов темнее рубашки, а туфли — настоящие классические туфли — сверкали полированной чёрной кожей. У Сэди перехватило дыхание.

— Ух ты, — выдохнула она. — Ты выглядишь, эм… — вдувабельно, — мило.

Андрус выгнул бровь.

— Мило?

— Прости. — Сэди прочистила горло, которое сдавило от вожделения. — Я имею в виду, что ты выглядишь опасно и смертоносно. — И так сексуально. Некоторые крупные мужчины не могли надеть костюм — они походили на носорогов, пытающихся влезть в шкуру газели, — но Андрус выглядел элегантным, высоким и… хм… таким же восхитительным, как в первый раз, когда она его увидела. — Я только надеюсь, что ты не попытаешься убить меня ножом для стейка.

Он улыбнулся, возможно, заметив, что она явно пускает слюни.

— Там, куда мы идем, ножей нет.

— О, я не могу дождаться.

Глава 16

— Серьёзно, Андрус? Ты же сказал, никаких ножей.

— Это не нож.

Его взгляд скользнул по женщине в блестящем розовом костюме для танца живота, балансирующей гигантским клинком на голове и умело покачивающей бёдрами в обшитой монетами повязке. Нет, это точно не нож. Это огромный грёбаный меч. Должна ли Сэди предупредить женщину, чтобы та не приближалась к Андрусу?

Официант, одетый в костюм Аладдина, проводил их до «столика» — гигантского серебряного подноса с ножками, окружённого кучей круглых подушек. Как, чёрт возьми, Сэди будет сидеть здесь в платье?

— Что бы ты ни делал, не заглядывай под стол, — предупредила Сэди, осторожно опускаясь на колени. — И, между прочим, ты провалился, ведь у меня не получится почувствовать себя особенной.

— Теперь я точно загляну под стол. И почему это я провалился? — поинтересовался Андрус, имитируя самооправдательный тон.

— Ты пристально смотрел на ту женщину, что жирное «нет и нет» на свидании.

Андрус снял пальто, положил его на подушку рядом с собой и устроился на подушке напротив Сэди.

— Я просто смотрел на неё и думал, что у неё нет ничего лучше, чем у тебя. Особенно, когда ты в таком платье. Пытаешься убить меня тепловым ударом? — Андрус ухмыльнулся и обмахнул лицо.

— Ох, — Сэди склонила голову набок. — Приятель, а ты неплохо отразил удар. Хорошая защита.

Она дала ему «пять».

Андрус опустил голову и ухмыльнулся.

— Спасибо. Большое спасибо.

— И что же заставило тебя выбрать это место? — спросила Сэди.

Несмотря на то, что ресторанчик находился в каком-то отдалённом торговом центре, интерьер был довольно крутым, полный марокканский стиль, с тёмной шёлковой тканью, спадающей с потолка, и персидскими коврами на полу. Сэди чувствовала себя так, словно перенеслась в фильм «Лоуренс Аравийский».

— Думаю, что приём пищи руками может оказаться очень чувственным опытом, — объяснил он своим глубоким, мужским чувственным голосом, от которого у неё кости превращались в желе.

«Дорогой Волшебный Джинн Похоти, помоги мне пережить этот вечер в целости и сохранности».

Тут Сэди заметила, что на столе нет приборов. Ей это нравилось. Но сегодня речь шла не о ней. А о том, чтобы Андрус научился узнавать свою женщину.

— А с чего ты взял, что я захочу есть руками? — спросила она.

— Эм… Что ж, тут два фактора. Ты, кажется, наслаждаешься опытом больше, чем просто выполнением задач. Для тебя всё это как путешествие.

— Ух ты. Я ошарашена. Откуда ты узнал? — Они едва знали друг друга.

— По тому, как ты держишься и говоришь. Во всём, что ты делаешь, есть намёк на голод или жажду. У тебя дух авантюриста.

Да, Андрус совершенно прав, и удивительно, как хорошо он её читал.

— И я подумал, что тебе будет спокойнее, если на столе не окажется ножей. — Он наклонился вперёд. — Но это не значит, что я не принёс свой.

Сэди рассмеялась.

— Чтобы я чувствовала себя в безопасности?

— Конечно.

— Ух ты. — Она слегка хлопнула его по руке. — Я впечатлена, Андрус. Ты действительно обо мне подумал.

— Отлично. Теперь мы можем насладиться едой и расслабиться. Что бы ты хотела выпить?

— М-м-м… Пожалуй, я бы предпочла белое вино. Еда, кажется, будет острой.

Как раз в этот момент появился официант с большой золотой миской, посудой, похожей на чайник, и двумя полотенцами для рук.

— Расположи руки над чашей, — подсказал Андрус.

Сэди вытянула руки, и Андрус взял её ладони, нежно поглаживая кончиками пальцев, пока официант наливал тёплую, пахнущую цветами воду. Ощущение от его прикосновения пробежало чувственными мурашками по коже, а также вызвало лёгкий трепет в эрогенных зонах. Прикосновения Андруса были такими приятными, словно от его тела исходил восхитительный поток горячего мужского сексуального наслаждения.

Он взял у официанта полотенца и медленно вытер насухо ладони Сэди, глядя ей прямо в глаза.

«Кажется, у меня только что был оргазм от его пальцев».

Андрус коснулся её руки, но она прочувствовала это сексуальное воздействие до самых кончиков пальцев ног. Когда мытьё рук закончилось, он заказал бутылку вина и дал несколько рекомендаций относительно блюд — очень джентльменский поступок. Сэди пришлось признать, что вид Андруса, так легко очаровавшего её за ужином, заставил задуматься, какого чёрта она ему вообще нужна.

— Андрус? Могу я тебя кое о чём спросить?

— Ты только что это сделала, — ухмыльнулся он.

— Юморист. А если серьёзно, то я тебя ничему не научила. И вот ты здесь с манерами принца.

Он потёр щетинистый подбородок.

— Это потому что я из очень богатой и престижной русской семьи. — Андрус наклонился и добавил: — Когда-то я был весьма искусен в том, чтобы вести себя цивилизованно.

— Но Андрус Грей? Звучит не по-русски.

— Моя мать, упокой бог её душу, была родом из Эстонии. Её фамилия Андрус. А фамилия отца — Гребенщиков. Я сменил фамилию после того, как стал бессмертным, чтобы немного отдалиться от своей семьи. — Андрус пожал плечами. — Никогда не думал о том, чтобы сменить её обратно после их смерти, но думаю, что должен.

Глядя на этого мужчину, Сэди начала понимать, что на самом деле значило жить так долго. Триста тридцать два года. Её интересовало, как выглядел мир в те времена, и сколько он повидал за четыре или пять жизней. С другой стороны, Андрус провёл большую часть времени, охотясь и убивая, и не похоже, что ему это очень нравилось. Бедняга. Когда-нибудь она расспросит его об этом.

— Что ж, — произнесла Сэди, наклоняясь к нему, — я очень впечатлена твоими манерами трехсотлетней давности. Они всё ещё при тебе, малыш, — закончила она, подмигнув.

— Спасибо, — Андрус опустил голову с растрёпанными волосами, как у сексуального котенка. — Может, я не так заржавел, как думал. Честно говоря, пока я не встретил тебя, верил, что часть меня…

К их столику подошёл официант с вином, прервав очень интересную беседу. Сэди согласно кивнула, и официант наполнил их бокалы.

Вино оказалось превосходным.

— Хороший выбор. — Сэди подняла бокал. — Так что ты говорил?

— Возможно, эту тему лучше оставить на другой день. Никогда — тоже хороший вариант.

— Нет, Андрус, я хочу знать. — Она находила всё в нём завораживающим.

Он взглянул на неё через стол, явно раздумывая, стоит ли делиться.

— Обещаю не судить, — заверила она, используя его собственные слова.

Он сверкнул тёплой улыбкой на своих греховно сексуальных губах.

— Ладно. Я верил, что эта часть меня мертва.

— Потому что ты слишком долго убивал вампиров? — прошептала она.

— И да, и нет. Моя жизнь до того, как я стал тем, кто я есть — тема, которую мне не нравится вспоминать. У меня были родители и сестра, и мы любили друг друга. И вот однажды я встретил Рейну, мою пару и очень жестокую женщину, которая меня использовала. Я совсем забыл о том, кто я и кого люблю. Я ни с кем так и не попрощался, и моя семья умерла, так и не узнав, что со мной случилось, и хуже всего то, что мне было всё равно. Затем я стал рабом богов и единственное, что меня заботило, это мои люди, убийство и возвращение моей свободы.

Сэди не могла себе представить, как такое пережить. Семья была для Сэди якорем, и если бы ей дали какую-то возможность забыть людей, которых она любила, это было бы похоже на медленную смерть. По крайней мере, на подсознательном уровне, потому что она никогда не смогла бы их забыть.

— А теперь? Как ты относишься к своей жизни свободного человека? — спросила она.

— Я начинаю понимать, что забота о Мэтти и Хелене отвлекала меня от боли. Триста лет прошло.

— Кто такие Хелена и Мэтти?

Андрус сделал глоток вина.

— Хелена — женщина, которую я люблю — или любил — я уже больше и не знаю. Но она замужем за Палачом.

Какой кошмар. Голос Андруса звучал мечтательно.

— Это просто его прозвище. А настоящее имя Никколо Диконти. Он был генералом Рейны. Она была королевой всех вампиров.

— Срань господня. Серьёзно? — И как странно. Андрус назвал собаку в честь этого парня.

— Я заботился о паре Никколо, пока он отсутствовал. Я присутствовал при рождении их дочери, и относился к ней, как к собственной.

О, ничего себе.

— Значит, Мэтти — это та маленькая девочка на фотографии, которая лежала у тебя в сумке.

Андрус опустил голову и поиграл с основанием бокала, глядя на бледную золотисто-жёлтую жидкость внутри.

— Да. Это Мэтти. И я всё сделаю ради неё.

— Так что же случилось? — спросила Сэди.

— Никколо застал нас с Хеленой обнимающимися на кухне. Она плакала, потому что я сказал ей, что собираюсь уехать. Теперь, когда Никколо вернулся домой, у меня не было причин оставаться. А с нашим темпераментом это оказался лишь вопрос времени, когда мы встретимся лицом к лицу. Поэтому я сказал ей, что люблю её. И Мэтти. И что я всегда буду рядом с ними. Но когда Никколо вошёл, он предположил самое худшее — что мы с ней обнимаемся как любовники.

— О нет. Думаю, всё прошло не так уж хорошо. — И это объясняет кличку собаки.

— Хелена встала между нами и сказала, чтобы я отошёл, что она всё объяснит Никколо, но потом он произнёс те волшебные слова, и я ничего не мог с собой поделать. Я перемахнул через голову Хелены и швырнул его через всю комнату.

— Что он сказал, чтобы вывести тебя из себя?

— Что такая хорошая женщина, как Хелена, никогда не полюбит такого бесчестного мужчину, как я.

Сэди протянула руку и коснулась его руки кончиком пальца.

— Андрус, мне очень жаль. Это было нелегко.

— Я не хотел, чтобы всё так закончилось. Подумал, что если уеду до того, как всё станет плохо, то смогу время от времени возвращаться и навещать их. Теперь я никогда больше не буду желанным гостем в их доме.

— Всё может измениться, Андрус.

— В этом и заключается недостаток бессмертия. Мир меняется, а мы нет, по крайней мере, не в лучшую сторону. Годы озлобляют нас, делают более упрямыми и менее снисходительными. Я заботился о жене и ребёнке этого мужчины и вёл себя достойно. Но вместо благодарности он обвинил меня в том, что я пытаюсь занять его место. Как можно такое простить?

Сэди пожала плечами.

— Ты прав. Ты определённо должен был его ударить.

Андрус выдавил улыбку.

— Заточкой?

— Ну, знаешь, тюремный стиль? Самодельным лезвием, сделанным из зубной щётки или ложки. Будь гангстером.

Андрус усмехнулся, а затем на его лице появилось задумчивое выражение.

— К сожалению, этот засранец — отец Мэтти. Было бы очень бесчестно его убить. Но теперь я понимаю, что, возможно, я не столько любил Хелену, сколько мне нравилось снова чувствовать себя частью семьи и кого-то защитить. Думаю, это просто в моей натуре.

Это слишком мило. И сентиментально, и… адски сексуально.

— Что ж, единственное, что ты можешь сейчас сделать — это надеяться, что Никколо придёт в себя, и ты сможешь жить дальше.

Андрус бросил на Сэди тяжёлый взгляд, словно она задела его за живое.

— К несчастью, Симил предсказала, что у меня будет сын, и когда он вырастет, то станет парой Мэтти. Моя жизнь навсегда будет переплетена с их.

— Ого, — ахнула Сэди. Это придавало всему совершенно иной оборот.

— Но если это означает счастье Мэтти, у меня нет выбора. Вот почему я должен встретиться с этой Шарлоттой и завоевать её. Симил говорит, что по какой-то причине она не будет так открыта для брака со мной.

Сэди почувствовала укол ревности. Кем бы ни была эта женщина, она — полная идиотка, если не влюбится по уши в Андруса. Конечно, у него есть свои недостатки, но и множество достоинств, и он так чертовски хорош собой, что может заполучить любую женщину в мире.

— Так что, если ты всё испортишь, — вздохнула Сэди, — то испортишь всё и для Мэтти.

— Именно.

Сэди вроде как надеялась, что эта пара — просто какая-то сделка, но подробности решили всё. Она не могла любить Андруса. Даже чуть-чуть.

— Ну, если ты смог заставить меня хотеть тебя, уверена, у тебя не будет проблемы заставить Шарлотту потеплеть к тебе.

«Я только что это сказала вслух?»

Сэди подняла голову и через стол посмотрела на Андруса, встретившись с напряжённо-чувственным горящим взглядом. У неё перехватило дыхание. Этот взгляд пробудил что-то глубоко внутри — что-то, о существовании чего Сэди даже не подозревала. Это было похоже на боль или жажду, которая заставляла её внутренности чувствовать себя будто в огне, и Андрус — единственное средство, что может дать облегчение. Внезапно Сэди поняла, что хочет его так сильно, что это причиняет боль. Мог ли он ответить? Мог ли увидеть это в её глазах?

— Сэди, — нарушил тишину Андрус низким и хриплым голосом, — я хочу спросить тебя кое о чём. Что-то, о чём я не имею права просить, но я должен. Я хочу…

Как раз в этот момент до слуха Андруса донёсся громкий звон монет и хорошо скоординированное движение живота. О нет. Платок. На него накинули платок.

Андрус медленно перевёл взгляд бирюзовых глаз на улыбающуюся танцовщицу живота.

— Боюсь, тебя пригласили на танец, Андрус. — Сэди очень-очень хотелось услышать, что скажет Андрус, но отсрочка казалась сейчас как никогда нужной.

Сэди не должна хотеть его. Не должна думать о том, что, очевидно, собиралась сделать.

«Ты не можешь, Сэди. Этот парень не для тебя. Он разобьёт тебе сердце».

Андрус бросил взгляд на Сэди.

— Ты что, боишься? — подзадоривала она его.

Он что-то проворчал, но она не расслышала из-за музыки и ритмичного лязга.

С грацией газели Андрус оторвал своё крупное мускулистое тело от пола и встал, возвышаясь над миниатюрной, соблазнительной женщиной с кучей подводки для глаз и зелёной вуалью. Она отвела его от стола в центр заведения, где все могли видеть. О, ужас! Он выглядел так, словно собирается задушить эту женщину. Повернувшись лицом к Андрусу, женщина попросила его повторять за ней, и положила руки ему на бёдра. Посетители начали хлопать.

Андрус стоял как вкопанный, не двигая бёдрами, и смотрел, как женщина ободряюще танцует.

Он хмуро посмотрел на Сэди.

— Да ладно тебе, Андрус. Давай, нужно немного потанцевать. — Сэди сложила ладони вместе в молитвенном жесте. — Пожалуйста?

Огромная грудь Андруса поднялась от вдоха, затем он поднял указательный палец и подошёл к углу комнаты, где, прислонённый к стене, стоял меч женщины. О нет. Что он собирается с этим делать?

Андрус вернулся к женщине.

— Боюсь, это единственный танец, который я знаю, кроме вальса.

Он отвернулся от неё и положил острие меча себе на голову. Затем осторожно присел на корточки с прямой спиной и сложил руки на груди. Держа туловище почти неподвижно, удерживая меч в равновесии, он начал высоко подбрасывать ноги, исполняя этот русский танец, название которого Сэди не знала. Толпа и танцовщица живота захлопали, когда он выбросил руки и ударил ногой, удерживая меч на месте. Затем Андрус встал, зажал меч в зубах и поднялся в стойке на руках. Затем прошёл по открытому пространству на полу, и встал на ноги. Сэди осознала, что всё это время её рот был широко открыт. При виде Андруса, этого огромного резервуара мускулов, смеющегося и исполняющего какой-то безумный русский танец на корточках, она впала в откровенную истерику.

Все захлопали, когда Андрус поклонился и вернул меч танцовщице. После чего с важным видом вернулся к столу, наслаждаясь вниманием каждой женщины в заведении. Действительно горячий мужчина. Ухмыляясь от уха до уха, он сел напротив Сэди, злорадствуя.

— Выпендриваешься — рассмеялась она.

— Либо так, либо покажу тебе мои нескоординированные движения бёдрами. Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неуютно.

Она выгнула бровь.

— В самом деле? Ты производишь впечатление человека, который знает много движений бёдрами, но, скорее, больше вперёд и назад, а не из стороны в сторону.

— Ты правильно предположила. — Его улыбка растаяла в похотливом взгляде, который испепелял её через стол. — Я с удовольствием покажу тебе, если хочешь, — сказал он низким, чувственным голосом.

Сэди хотела сказать «нет», что это не очень хорошая идея. Андрус почти в отношениях, а она начинала испытывать серьёзные чувства. Но если через несколько дней он выйдет из строя холостяков, неужели она действительно хочет упустить такой шанс? В конце концов, этот мужчина — совершенство в физическом плане, и сейчас нельзя отрицать, что Сэди интересовало, как движения его бёдер согласуется с остальной частью твёрдого, точёного тела.

Кроме того, всё остальное в Андрусе ей начинало очень сильно нравиться: его бесстрашие, то, как он пытался скрыть слабину, его чувство преданности.

«Боже, я так чертовски его хочу».

Сэди уже собиралась заговорить, когда он рассмеялся.

— О боги, женщина, не смотри так испуганно. Это была просто шутка.

Она сглотнула.

— Ох. Да. Конечно. — Голос Сэди дрожал, поэтому она взяла бокал вина и выпила содержимое одним глотком. — Но очень жаль, потому что я бы согласилась.

Андрус тут же прекратил смеяться, и прошло несколько долгих мгновений молчания, прежде чем он заговорил:

— Ты же понимаешь, что между нами ничего не может быть. Я встречусь с Шарлоттой и не захочу другую женщину.

— Понимаю, — ответила Сэди.

— И тебе всё равно?

Сэди слегка пожала плечами.

— Я бы так не сказала. Но как могу устоять перед тобой после того, как ты показал мне это танцевальное движение? — Она подмигнула Андрусу.

— Счёт! — крикнул он официанту.

***

Симил сидела за столом, дёргая себя за корни рыжих волос и одну седую прядь.

— Это невозможно. Просто не может произойти. — Она слышала и видела так много странных вещей от мёртвых, но все они не имели никакого смысла.

Казалось, её изгнание, и лишение сил стало большим препятствием, чем она ожидала.

Симил всё ещё могла общаться с мёртвыми, поскольку это был скорее навык, чем сила, но больше не могла проникнуть в их головы, а именно так она собирала воедино события из будущего. Бассейн душ, где умершие зависали до тех пор, пока не решали, хотят ли вернуться для очередного вращения в скафандре людей или нырнуть в космический суп энергии, существовавший в месте за пределами времени.

Но умершие оказались практически бесполезны для Симил, если она в мгновение ока не могла просеять их воспоминания размером с гору Фудзи. И без её способности подчинить Вселенную своей воле — ладно, это больше проходило на толчок — больше не могла предвидеть или изменить исход событий. Теперь всё шло своим чередом.

«Совершенно случайный, непредсказуемый хаос. В отличие от моего потрясающего предсказуемого хаоса со злой вишенкой сверху. Это нехорошо».

Если Симил не найдёт способ вмешаться, всё начнёт разваливаться — Зак сойдёт с ума, мир, вероятно, снова окажется на пути к апокалипсису. Чёрт возьми! Они совсем недавно через это прошли.

«Апокалипсис был так близко, что девяносто процентов популяции морских черепах покинули корабль и вернулись на свою планету. Даже не предложив взять меня с собой. Проклятые морские черепахи».

Мобильный телефон Симил заиграл «Ты лучший» — саундтрек к фильму «Карате-пацан».

— Привет, малыш. Что случилось?

— Гах-рарар-гаррр-ках-ках-раррр…

— Серьёзно? — Симил ущипнула себя за переносицу. — Чёрт побери! Неужели квази-злая богиня никогда не сможет передохнуть?

— Раррр…

— Я знаю, верно? — Она усмехнулась. Эти Мааскаб. Такой бунт с их чёрным юмором. — Ладно. Просто не спускай глаз с этой женщины, Сэди. Мне придётся пойти туда и их остановить.

— Гах, — ответил он.

— Да. Увидимся позже. Планы на воскресенье в силе?

— Раррр. Как. Раррр… Бле.

— Отлично. Дети любят, когда ты с ними нянчишься. А, и на этот раз они попросили принести немного наличных. Играть в покер на человеческие большие пальцы уже не актуально теперь, когда они прошли стадию сосания. Спасибо, малыш.

Симил завершила звонок и покачала головой с мыслями о новостях, которые только что получила от Мааскаб.

«Как же мне это исправить?»

И она никогда ничего не добьётся, если будет полагаться только на разговоры с людьми и уговоры, а не будет пользоваться своими силами. И полагаться исключительно на свою сеть бессмертных и дружественных к бессмертным людям, чтобы следить за всем, крайне неэффективно, когда кто-то пытался управлять несколькими миллионами переменных одновременно.

«Мне нужны силы. Даже если придётся украсть их у другого бессмертного».

Хм… Может, ей удастся поторговаться с этим Мааскаб. В данный момент он так отчаянно хотел найти девушку, что согласился бы почти на всё. Даже нянчиться со злобными отродьями.

Однако в данный момент ей нужно остановить Андруса от совершения огромной ошибки. Симил взглянула на часы.

— Надеюсь, я успею.

Глава 17

Сэди почти не разговаривала с Андрусом на обратном пути к квартире, но атмосфера во внедорожнике была напряжённой. Сексуально напряжённой. Затем проехали через ворота охраны, припарковались и практически побежали к входной двери. Как только они вошли, Андрус захлопнул дверь, запер её и уставился на Сэди голодным взглядом. Боже, она уже была влажной. Предвкушение оказалось более возбуждающим, чем любая прелюдия. Сэди просто хотела, чтобы Андрус взял её. Жёстко. Прямо здесь, на полу.

— В чём дело? — спросила она, ожидая, что он поцелует её, или прикоснется, или сделает что-нибудь.

— Я вспоминаю, что тебе нравится, когда мужчина проводит с тобой время.

— Ах, это… — Она нервно хихикнула. — Я шутила.

Он отрицательно покачал головой.

— Да, но если у нас будет лишь один раз, хочу насладиться этим опытом.

Что? Нет, нет.

— Конечно. — Она пожала плечами, стараясь выглядеть невозмутимой.

Он шагнул к ней с диким выражением на лице.

— Думаю, оближу тебя с головы до ног. А после того, как заставлю тебя кончить два или три раза, трахну жёстко и томно.

Глядя прямо в его бирюзовые глаза, она пробормотала:

— Ха-ха. Жёстко и томно?

Он изогнул губы в лукавой улыбке.

— О, да. Два или три раза. В стиле бессмертного.

— Э-э-э… Хорошо. Звучит неплохо, — сказала она едва слышно из-за тяжёлого дыхания — Или…

— Или? — Он обнял её за талию и притянул к себе. Жар, твёрдость и запах его тела окутали чувства Сэди одеялом всепоглощающей похоти и желания.

— Или, — продолжила она, снимая куртку с его широких плеч, но, не отводя взгляда от его глаз. — Ты бы мог изменить порядок.

— М-м-м… Мне нравится эта идея. — Он наклонил голову, и шквал искр, поцелуев и прикосновений взорвался, как бомба.

Андрус целовал её в губы, в шею и обратно, а руками скользил по плечам и бокам, стягивая с плеч платье, оставляя Сэди только в чёрном лифчике без бретелек и кружевных стрингах.

Андрус на мгновение остановился, чтобы оценить вид, и, судя по небольшому сексуальному рычанию, остался доволен тем, что увидел. А вот она действовала не так быстро, успев лишь стянуть с него галстук и разорвать рубашку, отчего пуговицы разлетелись в разные стороны. Сэди упивалась видом твёрдых грудных мышц, рельефным прессом и гладкой светло-оливковой кожей.

Схватив рубашку за воротник, она стянула её вниз и пальцами впилась в накаченную спину, пока они сплетались языками в яростном танце. Как только Сэди потянулась к поясу его штанов, Андрус подхватил её на руки и понёс в спальню. Там швырнул её на кровать, и Сэди захихикала, подпрыгнув.

Андрус стоял у кровати, прожигая Сэди насквозь свирепым, голодным взглядом, и расстегнул ремень, сбросив его на пол. Затем медленно расстегнул брюки и молнию. Когда его брюки упали на пол, Сэди ахнула. Андрус стоял перед ней совершенно голый, его налитый ствол гордо стоял прямо.

— Срань господня, — произнесла она. — Эта штука нереально огромная. — Он гордо пожал плечами. — Иди сюда. — Она поманила Андруса пальцем.

Он забрался на кровать и пополз к ней. Затем потянулся к её стрингам и спустил вниз, не сводя взгляда с её ног.

— Дай мне посмотреть на тебя, — потребовал он.

Она раздвинула бёдра, наблюдая за Андрусом, пока он смотрел на её самое интимное место. Его взгляд почти довёл до оргазма, и одно лёгкое прикосновение могло помочь шагнуть за край. Андрус скользнул рукой между её ног, стараясь не касаться пульсирующего бутона, и нежно провёл пальцами по складкам, а затем обвёл вход. Тяжело дыша, Сэди запрокинула голову, тело молило, чтобы Андрус оказался внутри.

— О, Боже.

— Ты хотела сказать «полубог»? — Андрус скользнул в её тело пальцем и застонал, обнаружив её влажной и готовой. Он добавил второй палец, а большим надавил на клитор.

Сэди почувствовала, как тело освобождается от эйфорического напряжения. Она застонала, извивалась и вертела головой, а Андрус продолжал массировать, толкаться, чтобы продолжить греховный импульс удовольствия, добавляя нежные ласки языком. После оргазмического наслаждения, лишившего дара речи и дыхания, она снова открыла глаза и посмотрела на самодовольно торжествующего Андруса.

— Это первый оргазм. Осталось ещё пять, — сказал он.

«Оки-доки!»

— Ты думаешь, что сможешь? — застенчиво спросила она.

Конечно, он мог, но бросить ему вызов казалось оптимальным способом заставить стараться чуть сильнее.

— О да. Конечно, могу. — Он посмотрел на свой подёргивающийся член и сжал его чуть ниже головки.

Все портфолио сексуальных образов Сэди не могло соперничать с этим.

— Я трахну тебя так сильно, что каждая часть твоего тела почувствует вкус моей спермы.

«Должно быть, он читает мои мысли. За исключением того…»

— Подожди, — сказала она. — Ты принёс презервативы?

Он округлил глаза, словно олень в свете фар.

— Нет. А ты?

— Нет.

— Почему нет? Ты женщина.

Какого?..

— В смысле?

— Ты обязана заботиться о своём теле.

«О, боги! Серьёзно?»

— То есть, ты не несёшь никакой ответственности? — зло спросила Сэди.

— Я мужчина. Мы генетически предрасположены везде сеять семя. Я, конечно, так не делал, но это укрепляет вопрос о ролях и обязанностях.

Она хотела прибить его. Нет, убить.

— Андрус, хотя я полностью понимаю, что ты из другого времени, ты не родился под скалой. Для танго нужны двое, и, насколько я помню, мы оба взрослые.

— Да, ты… — он махнул рукой в сторону её лона, — поле. А я прихожу с плугом.

— Что, чёрт возьми, это значит?

— Это значит, будь я фермером, взял бы ружьё и застрелил любого, кто попытался бы засеять моё поле без разрешения.

Она сердито выдохнула.

— Слезь с меня.

— Что?

— Уйди.

— Хочешь сказать, что не должна заботиться о своём поле? — спросил он.

— Я хочу сказать — убирайся! — закричала она во всю глотку, прикрывая обнажённое тело простыней.

— Хорошо. Я уйду.

— Отлично! — Она наблюдала, как он собрал штаны и направился к двери, дразня Сэди мускулистой, гладкой, голой задницей.

— Какого хрена!? — сказал Андрус, останавливаясь в дверях и прижимая ладони к чему-то невидимому. — Черт побери! Минки, ты была здесь всё это время?

С кем, чёрт подери, разговаривает Андрус? Там никого не было.

— А где Симил? — добавил он.

— Ты звал, малыш? — Рыжеволосая женщина протиснулась мимо Андруса в комнату и посмотрела прямо на Сэди, сидящую на кровати в простыне.

— Пожалуйста, дорогие владыки всего святого и связанного с гаражной распродажей, скажите, что вы не переспали

— Нет, но какое вам до этого дело? — спросила Сэди, прежде чем вспомнила, что разговаривает с настоящим живым божеством.

— Да, Симил, — добавил Андрус, прикрывая пах штанами. — Какое тебе до этого дело?

Симил, одетая в чёрные кожаные шорты и белую майку с изображением мужского пресса, разочарованно покачала головой, зажмурив ярко-бирюзовые глаза.

— Боги, что я сделала, чтобы заслужить такое от Вселенной?

— Симил? — прорычал Андрус.

Она опустила руки.

— Ты не можешь быть с ней, Андрус. Это не трюк старой весёлой фабрики злобных наслаждений Симил, ясно? — Затем она указала прямо на Сэди. — А ты, юная леди, не можешь влюбиться в него. Не он твоя судьба.

Сэди соскользнула с кровати, придерживая простыню.

— Извини. Я понимаю, что ты очень древнее и божественное создание, но мне нельзя приказывать, в кого влюбляться.

— Мне можно! — рявкнула Симил. — Потому что мы с Заком застряли в мире смертных, пока не выплатим долги! И нам нужно соединить каждую пару, прежде чем Зак слетит с катушек. Кроме того, Вселенная хочет, чтобы ты любила другого, Сэди.

Часть про долги не имела никакого смысла, как и заявление о том, кого Сэди должна любить.

— Любить другого? Например, кого? — спросила Сэди. — Очередного неудачника вроде Тима, который нападёт на меня? Или другого парня, который преследовал меня два месяца, пока не исчез? Андрус — единственный мужчина, из всех, что я встречала, достоин любви, так что не говори, что мне позволено делать.

Симил пожала плечами.

— Не каждому светит счастье. Но Андрусу суждено. С другой женщиной. А ты, маленькая Сиппи, не можешь встать у него на пути.

— Она даже не хочет его. Какой в этом смысл? — возразила Сэди.

— Симил, — вмешался Андрус, — оставь нас на минутку.

И тут до Сэди дошёл смысл её слов.

«О боже. Я влюбляюсь в Андруса».

Симил фыркнула.

— Ладно! — И всплеснула руками. — Конечно, зачем слушать богиню, которая существует уже семьдесят тысяч лет и в одиночку приводила мир на грань вымирания и обратно столько раз, что и не упомнишь. Ой, как-то не так звучит. Я хотела сказать…

— Вон! — рявкнул Андрус.

Симил повернулась и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.

— Мудак.

— Я слышал! — крикнул Андрус.

— Вот и хорошо! — крикнула в ответ Симил.

Андрус посмотрел на Сэди и, казалось, совсем не замечал, что стоит с голой задницей. Ну, конечно. Он уже во вторую их встречу сверкал своими причиндалами.

— Ты серьёзно это сказала? — спросил он.

Сэди села на край кровати лицом к нему.

— Я не знаю.

Он сел рядом, так и прижимая к паху штаны.

— Ты мне тоже очень нравишься.

Её сердце растаяло.

— Правда?

Он повернул голову и посмотрел на неё мерцающими бирюзовыми глазами.

— Да. Поэтому я уеду, пока всё не зашло слишком далеко.

Я обманывал себя, думая, что мы можем заняться ничего не значащим сексом. С каждой секундой я хочу тебя всё больше и сильнее.

— По крайней мере, ты справишься с этим, как только встретишь миссис Прекрасную, — заметила Сэди.

— Возможно. Но сейчас я думаю только о тебе и о том, что ты не заслуживаешь боли. Влюбиться в того, кто занят — пытка.

— Я просто не понимаю, как свободный человек не может сам решать, с кем он хочет быть.

— Может, ты и права… Может, мне не стоит идти, — пробормотал Андрус, словно размышляя вслух.

— Ты имеешь в виду, не пойти к ней навстречу? — спросила Сэди.

Он взглянул на неё и кивнул. Не выйдет. Если эта женщина существовала, кто мог с уверенностью сказать, что Андрус не столкнется с ней через два года? Или через десять лет?

— Я не хочу отдавать тебе сердце, Андрус, чтобы оказаться на обочине, потому что ты встретишь ту женщину когда-нибудь в другой момент. А если у нас будут дети, и мы поженимся?

— Ты хочешь выйти за меня замуж? И родить детей? — спросил он, совершенно изумлённый.

Она пожала плечами.

— Я хочу их от любимого мужчины. Так почему бы не хотеть их от тебя, если бы мы были влюблены?

Она посмотрела ему в глаза, на которые навернулись крохотные слезинки

— Ты… плачешь?

— Нет, такие, как я, не плачут, — сказал он, защищаясь, и встал.

— Куда ты направляешься?

— Ты абсолютно права. — Он выглядел опустошённым. — Этот дом сдан в аренду на год. Я бы купил его, но подозревал, что тебе не понравится жить в обществе параноиков элитистов. Я представлял, что ты живёшь в доме у пляжа, или где атмосфера живая и молодая, под стать тебе.

Он арендовал это место для неё на целый год?

— И, ты уходишь?

— Так будет лучше. Для нас обоих — продолжил он.

У Сэди сердце давило.

— Я не хочу, чтобы ты уходил.

— А какой у нас выбор? Как ты и сказала, для нас нет пути, та женщина всегда будет рядом. А если я останусь, то лишь оттяну неизбежное.

— Наверное… — Ей было трудно сказать это. — Я надеялась, что ты встретишь её и всё-таки выберешь меня, как бы безумно это ни звучало.

Выражение его лица соответствовало отчаянию, которое Сэди чувствовала внутри.

— Если бы только это было возможно.

Она выдохнула и улыбнулась.

— Не расстраивайся. По крайней мере, мы покончим с этим до того, как что-то произойдёт. Лучше остаться гадать, как бы всё могло быть, чем найти что-то особенное и отказаться от этого из-за какого-то брака, созданного космосом.

— Совершенно верно! — крикнула Симил из другой комнаты.

Андрус покачал головой.

— Я пойду.

— Подожди, нет. Я не могу здесь оставаться, — сказала Сэди.

— Конечно, можешь. Я снял дом, чтобы тебе было безопаснее.

— Я не могу принять это, Андрус. И мне будет хорошо в своей квартире.

— То, что Тим мёртв, не значит, что ты в безопасности. Нападение в баре произошло после того, как он утонул.

— Что? Ты только что сказал, что Тим… мёртв?

— О. — У него вдруг стал очень виноватый вид. — Разве я забыл упомянуть об этом?

— Э-э… Да. Когда ты узнал?

— Сегодня утром.

— И не подумал мне рассказать? — спросила она, чувствуя пробуждающееся раздражение.

— Ну, я…

— Что? Что ты? — спросила она.

— Я увидел тебя в этом платье и подумал, что это может подождать.

— Хочешь сказать, что забыл, потому что был слишком занят мыслями о том, как залезть ко мне в трусы?

— Нет. Абсолютно, нет… Ладно, возможно, да.

— Андрус, как ты мог?

— Ну, мне показалось, что тебе нет до него дела. И что плохого в том, чтобы рассказывать о нём позже?

— Плохо то, что ты знал, не только о смерти моего жуткого бывшего — бедолага — ну, и о том, что на меня напало ещё что-то.

— Вот поэтому ты должна оставаться здесь, пока этот человек не будет найден. Я попрошу Симил позвать одного из Учбен.

— Что, чёрт возьми, такое Учбен? — спросила она.

— Они крутые бессмертные солдаты, которые слушают то, что им говорят, в отличие от некоторых других людей, которых я знаю! — крикнула Симил из другой комнаты. — Брут уже в пути. Прибудет через пять минут.

Андрус со стоическим выражением лица кивнул.

— Тогда, кажется, всё уже решено. — Он опустил голову. — До свидания, Сэди. Было очень приятно.

Он повернулся и вышел из комнаты, его голая задница теперь походила на мишень для пинков. Сэди не знала, смеяться, плакать или кричать. За десять минут он заставил её испытать всевозможные эмоции, включая гнев, потому что скрыл некоторые довольно серьёзные новости. Но все это бледнело по сравнению с его прощанием.

***

Андрус никогда в жизни не испытывал таких бурных эмоций. В течение нескольких минут Сэди заставила его сердце воспарить, а ситуация сумела раздробила. Сэди действительно хотела его. Не только ради секса, но и потому, что считала его тем, кого, могла бы любить и с кем могла бы жить. Впервые за триста лет жизни женщина испытывала к нему подобные чувства. Когда он был человеком, его хотели заполучить из-за денег или титула. Пара любила его, но себя любила больше и предала Андруса. Хелена всегда считала его не больше чем член семьи. Но Сэди испытывала к нему настоящие чувства, без какого-либо космического вмешательства. И мысль о том, чтобы причинить ей боль, заставила понять, что он разделяет эти чувства. Однако стоило ей обмолвиться о своей надежде, что он выберет её вместо пары, понял, что должен сделать: разорвать связь.

С его стороны было бы жестоко позволить ей надеяться на невозможное. Он чертовски хорошо знал, как больно желать, чтобы всё было по-другому, когда это невозможно. Любовь к Хелене преподала ему этот урок. Да, слова Сэди стали сильной пощёчиной в момент, когда он был ослеплен эмоциями и желанием.

Если ему действительно не всё равно, он отпустит её и будет надеяться, что Симил права: Сэди суждено полюбить другого. Он хотел этого для неё. Хотел, чтобы она была счастлива. Собирая сумку, он взглянул на фотографию Мэтти. Эта клыкастая усмешка всегда согревала его холодное сердце. Но она стала ещё одним напоминанием, почему он не может быть с Сэди.

— Похоже, наши судьбы уже решены за нас.

Глава 18

Прошло целых три дня с тех пор, как Андрус уехал, и с каждой минутой Сэди чувствовала себя всё хуже. Она не хотела оставаться в доме, а хотела жить дальше и попытаться всё забыть. К несчастью, Симил позвонила ей и сказала, что никаких зацепок на существо нет, что заставило задуматься: а что, если они никогда не найдут этого монстра? Она не собиралась вечно сидеть в этом большом доме или отказываться от права жить своей жизнью, какой бы короткой она ни была.

С другой стороны, она не настолько глупа, чтобы проигнорировать угрозу. Пора отступить и перегруппироваться. Она поедет домой в Кливленд на несколько недель и подумает, что делать дальше.

Что касается квартиры, она узнала, что Андрус взял на себя смелость оплатить аренду, чтобы она не была в долгу у хозяина, и договорился о том, чтобы её вещи были перенесены на хранение через несколько дней. Да, он планировал выселить её из квартиры без её ведома и разрешения. Она не знала, злиться ей или быть благодарной. Это так в духе Андруса. Сердце этого человека в нужном месте, но его способ навязать щедрость был таким… архаичным. И милым. В конце концов, она решила рассмеяться.

Что ещё оставалось? Квартирный вопрос волновал её меньше всего. Существовало какое-то странное существо, питающееся ею, и мужчина, в которого она влюбилась, совершенно неожиданно, собирался сегодня вечером встретиться со своей второй половинкой. Ещё одна причина уехать из Лос-Анджелеса. Иронично, потому что у неё, наконец-то, появились деньги, чтобы остаться. Симил рассказала, что выбрала Сэди, потому что видела в каком-то странном видении, что та поможет Андрусу вернуть ему человеческую сторону, что она и сделала успешно. Конечно, Сэди отказалась от ста тысяч долларов, которые Симил (Боб) обещала с самого начала, потому что не чувствовала себя вправе брать их. И она была счастлива, что смогла помочь Андрусу, но Симил не «выполняла приказы надоедливых людей».

Сэди всё ещё не знала, что думать обо всём этом — о богах, полубогах, вампирах и этих Учбен, особенно об этом парне Бруте. Мужчина такого же роста, как Андрус, но его флюиды чертовски пугали, будто он ел пули на завтрак и, возможно, наслаждался тушками маленьких животных, которых задушил собственными руками. А ещё он почти не разговаривал. За исключением собаки Никколо, с которым он, похоже, сблизился, потому что маленький пушистый артритный комочек ходил за ним повсюду.

Короче, Сэди не знала, что будет делать дальше, но пора вернуться домой, чтобы увидеть семью и попытаться не сосредотачиваться на том, что каждая минута приближала Андруса к встрече с кем-то особенным.

«Мне нужно убраться отсюда к чёртовой матери».

Она заскочит к себе домой, возьмёт несколько личных вещей, фотографии семьи и материалы со всех актерских курсов, а затем отправится в аэропорт.

Она взглянула на часы. Семь часов. До вечеринки осталось меньше часа. Сэди достала из сумочки мобильник и набрала номер Андруса, который ответил почти сразу.

— Сэди, ты в порядке? — От его глубокого голоса на душе стало совсем тоскливо.

— Да, — ответила она, проглотив слёзы. — Я в порядке, просто… — «хотела услышать твой голос в последний раз, прежде чем твоё сердце похитит другая женщина». — Я хотела пожелать тебе удачи. Не забудь заставить её почувствовать себя особенной.

«Как ты сделал это для меня».

Он немного помолчал.

— Спасибо, Сэди. Я желаю тебе того же. Кем бы ни был этот человек в будущем, ему очень повезёт.

— Спасибо, — тихо сказала она. — Береги себя.

Сдерживая слёзы, она закончила разговор, схватила сумочку и выскользнула из дома до того, как Брут вернётся с прогулки с Никколо.

***

Андрус бесконечно спорил сам с собой о том, стоит ли забыть про дурацкую вечеринку. Однако каждый раз, он доходил до одного умозаключения — он должен встретиться с Шарлоттой. Чёрт, если повезет, встреча с этой женщиной заставит забыть о чувствах к Сэди, которые сейчас разъедали его, как кислота в сердце. Он в последний раз взглянул на себя в зеркало и слегка взъерошил пальцами растрепанные волосы.

«Да, ты выглядишь, как настоящий засранец».

Торчащие волосы, кожаные штаны с пятнами крови, простая чёрная футболка и длинный кожаный плащ, скрывающий меч за спиной. Если эта женщина станет его парой, Андрус хотел, чтобы она увидела его настоящего — жестокого, смертоносного и любящего защищать людей. Ему нечего стыдиться, потому что он такой. Его человеческая сторона, та сторона, которая, как он чувствовал, оживала рядом с Сэди, была подавлена почти триста лет назад, и пытаться воскресить её, было глупо. И бессмысленно. Такое больше не повторится.

Час спустя — чёртова пробка — Андрус подъехал к отелю «Беверли-Хиллз». Было немного жестоко, что Симил закатила вечеринку в том же месте, где он начал путешествие… Там, где он встретил сексуальную дьяволицу. Сидя в машине, он улыбнулся, вспомнив выражение лица Сэди, когда он открыл дверь номера с расстёгнутыми брюками. Вспомнил, как сладко она пахла и как прекрасны её золотисто-карие глаза, способные растопить даже самое холодное сердце. Его определённо растопили. А её соблазнительное тело… Его возбуждала одна только мысль о том, как Сэди извивалась на кровати и стонала его имя. Он до сих пор ощущал её вкус на языке. К сожалению, у него так и не было возможности попробовать остальную часть её тела, розовые маленькие соски, позвоночник и точку под коленом. Почему он не взял с собой презерватив? Хотя одного раза было недостаточно. Ладно, пачку презервативов.

«Перестань мучить себя. Будь мужчиной, иди туда и познакомься с Шарлоттой».

Андрус выдохнул и с тяжёлым сердцем вышел из внедорожника, отдав ключи камердинеру. Затем прошёл через вестибюль в зал, где перед ним сидела миниатюрная блондинка с большими голубыми глазами, одетая в цветастое платье. На бейдже было написано: «Тула».

— Добрый вечер, сэр. Могу я узнать ваше имя? — спросила она.

— Андрус.

Она округлила глаза, а затем схватила рацию, лежащую на столе.

— Орёл приземлился. Повторяю, орёл приземлился.

Андрус бросил на неё взгляд, и она пожала плечами.

— Симил просила меня сказать это, когда ты приедешь.

— Не могла бы ты сказать, где я могу найти Шарлотту?

— Симил сказала, что придёт и лично познакомит…

— Я представлюсь сам. Не могла бы ты просто указать на неё?

— Да, сэр, — нервно произнесла Тула, вставая и указывая на бар внутри. — Это женщина в зелёном платье с каштановым пучком.

— Спасибо. — Он кивнул и направился в толпу, которая гудела от смеха и громких разговоров под музыку техно.

Окинув взглядом зал, он заметил множество знакомых лиц несколько богов, несколько вампиров, подчинявшихся Никколо ДиКонти, и несколько Учбен, с которыми встречался на протяжении многих лет. В дальнем конце комнаты Богиня — чёрт, не могу вспомнить, какая именно — с длинными светлыми волосами, закрученными в спирали принцессы Леи. Бах, Бог Виноделия и пьянства, стоял за стойкой бара в белых обтягивающих штанах и разливал напитки. Этому божеству действительно нужна помощь с гардеробом.

Когда он подошёл к брюнетке, которая стояла к нему спиной и разговаривала с Заком, Богом Искушения, он почувствовал, что его ноги прилипли к полу. Она была совсем рядом, меньше чем в десяти футах, но его сердце не хотело делать больше ни шагу. Он чувствовал, как в душе кошки скребут, пытаясь убежать от ужасной участи. Насколько всё хреново?

Найти себе пару мечтает большинство бессмертных. Найти того особенного человека, который будет любить тебя беззаветно вечно, будет твоим идеалом в постели и поставит на карту свою жизнь, чтобы сделать тебя счастливым. Каждый бессмертный в бальном зале искал такой любви. И всё же он боялся. Чёрт, он должен чувствовать себя счастливым. Ни у кого никогда не было второй пары. Конечно, Вселенная изрядно поимела его с первой, так что он предположил, что в этом есть смысл.

Зак посмотрел на него поверх головы женщины.

— Андрус! Вот и ты!

Женщина обернулась, и Андрусу показалось, что его ударили по яйцам. Твою мать. Она выглядит… как Сэди. Каштановые волосы, золотисто-карие глаза, пухлые губы. Они могли бы быть сёстрами.

Он едва мог дышать, но сумел шагнуть к ней.

— Шарлотта, позволь представить тебе Андруса, — сказал Зак. — Андрус, Шарлотта.

— Но ты выглядишь как… — Его мозг пытался разобраться в этом.

Шарлотта слегка улыбнулась.

— Как Сэди? Да, Симил упоминала об этом. Сэди — моя кузина.

— Она никогда не упоминала о тебе, — заметил он.

Шарлотта пожала плечами.

— Ну, мы не виделись с самого детства.

Андрус просто таращился, а мысли кружились со скоростью миллион миль в секунду. Какого хрена? Это какая-то дурацкая шутка?

— Я оставлю вас, голубки, наедине, — сказал Зак.

— Мама Сэди и моя мама не разговаривали больше двадцати лет. Она, наверное, даже не помнит меня.

— Как ты оказалась здесь, на этой вечеринке? — спросил он.

— Пару недель назад сумасшедшая рыжая нашла меня. Сказала, что мне нужно с тобой встретиться. Эй, ты кажется немного… побледнел. Ты в порядке?

Он покачал головой.

— Нет. Не совсем.

— Это ведь не сердечный приступ? Потому что та странная дама сказала, что ты намного старше, чем выглядишь.

— Нет. Не сердечный приступ.

— Хорошо. — Она отпила свой фруктовый коктейль. — Потому что я не умею делать искусственное дыхание.

Андрус попытался вздохнуть, но грудь продолжала сжиматься, как будто змея стискивала сердце. Был ли его интерес к Сэди некой ложно направленной привязанностью, предназначенной для этой женщины?

«Я чувствую… чувствую».

Он вскинул голову и посмотрел в её теплые карие глаза.

— Я чувствую связь с тобой, Шарлотта. Будто знаю тебя всю свою жизнь.

— Да, — она ускользнула. — Я тоже это чувствую. Как любовь с первого взгляда. Ясно?

Он отрицательно покачал головой.

— В том-то и проблема. Я чувствую связь с тобой, но сердце хочет быть с Сэди.

У Шарлотты отвисла челюсть.

— Но я приехала сюда, потому что чокнутая рыжая обещала найти моего Прекрасного принца.

Он пожал плечами.

— Уверен, мы с тобой можем жить вместе, но ты никогда не завладеешь моим сердцем.

— Что? Ты отвергаешь меня?

— Прости, что я говорю так прямолинейно и грубо, но да.

— И кто ты такой, чёрт возьми, чтобы отвергать меня? Какой-то парень, который выглядит как сексуальная модель в кожаных штанах, а на самом деле просто вымытый безработный иностранец… ага, рыжая сказала, что ты потерял работу, но я всё равно пришла. Глобальная ошибка. — Она махнула на него. — Ты большой неудачник.

— Андрус? — Он услышал за спиной знакомый женский голос. — Пожалуйста, ударь эту женщину.

Обернувшись, он увидел, что на него смотрят большие голубые глаза.

— Кто эта сучка? — спросила Шарлотта.

Андрус откашлялся.

— Шарлотта, это Хелена, официальный лидер армии вампиров. Хелена, Шарлотта.

Голубые глаза Хелены стали угольно-черными.

— Ты только что назвала меня сукой? — прорычала она.

— Ну, — сказала Шарлотта, — я не… не знала, что… ты сказал «вампир»?

— Хелена, — прервал её Андрус, — что ты здесь делаешь?

Хелена упёрла кулаки в бёдра.

— Привезла тебе Мэтти и Никколо хотел поговорить с тобой. Ему неловко из-за того, как всё закончилось.

Андрус удивленно уставился на неё.

— Мэтти здесь? И Никколо хочет извиниться?

— Да, они вернулись в пляжный домик, — ответила Хелена, не сводя глаз с Шарлотты. — Я пришла убедиться, что ты не испортишь отношения со своей парой. — Она бросила быстрый взгляд на Андруса. — Это она?

Он кивнул.

— По словам Симил.

— Мне кажется, я хочу разорвать ей горло, — прорычала Хелена.

Шарлотта отступила.

— Я не хотела проявить неуважение. Я понятия не имела, что ты сумасшедшая.

Хелена прищурилась.

— Сначала ты называешь меня сукой, а теперь сумасшедшей?

— Нет! — Шарлотта выглядела испуганной.

— Хорошо, — ответила Хелена, — потому что мне не хотелось бы убивать мать моего будущего зятя.

Глаза Шарлотты стали размером с блюдца.

— О чём ты говоришь?

Хелена подошла ближе.

— Симил не сказала? Ты родишь ребёнка от Андруса и когда-нибудь сделаешь мою маленькую девочку счастливой.

— Нет, — ответила Шарлотта, — я не хочу быть матерью. Особенно с ним. Вы сошли с ума. — Она попыталась обойти Андруса и Хелену, но в итоге врезалась прямо в Симил.

— Куда это ты собралась? — спросила Симил со злой ухмылкой.

— Вы все сошли с ума. Отойди от меня! — Шарлотта обежала Симил и выбежала за дверь.

Андрус взглянул на Симил.

— Ты забыла сказать ей, кто мы?

Губы Симил скривились в виноватой гримасе.

— Упс?

— Ну, — сказал Андрус, — это неважно. Я не хочу жить с ней.

— Проклятье, — сказала Хелена, — и я не виню тебя. — Она потёрла затылок и выдохнула. — Что же нам теперь делать? Бедная Мэтти.

Андрус посмотрел на Симил, которая уставилась в потолок, как кошка, наблюдающая за невидимой игрой в Пинг-понг. — Симил, есть ли вероятность, что ты ошиблась насчёт Шарлотты? Симил продолжала двигать головой из стороны в сторону.

— Нет. Ты почувствовал связь; она — твоя единственная, и у тебя есть ровно двадцать секунд, пока окно не закроется вместе с ней.

Андрус действительно что-то чувствовал к этой женщине, но это больше походило на тупую боль в животе.

— Андрус? — сказала Хелена печальным голосом. — Я солгала, когда сказала, что не люблю тебя. Я люблю. Ты мой лучший друг, брат, защитник, и дядя Мэтти, и… Я не смогу жить с собой, если ты будешь вечно несчастен, а ты непременно будешь несчастен с этой мегерой. Нам остаётся только молиться, чтобы Мэтти нашла любовь каким-нибудь другим способом.

Всё казалось слишком лёгким? С другой стороны, не пора ли Вселенной дать ему небольшую слабину?

— Как думаешь, Мэтти возненавидит меня, когда вырастет? — спросил он.

Глаза Хелены наполнились слезами.

— Она любит тебя. Думаю, поймёт.

— Мне нужно найти Сэди.

Остаётся лишь надеяться, что ещё не слишком поздно.

— Мы будем в нашем пляжном домике в Малибу. Придёшь завтра на ужин? — спросила Хелена.

У них дома по всему миру.

— Я дам тебе знать! — сказал он, бросаясь к двери.

— Ладно! Просто позвони, и я приду, чтобы перенести тебя к себе! — закричала Хелена.

Он хотел увидеть Мэтти, но прямо сейчас нужно исправить ужасную ошибку. Он никогда не должен был отпускать Сэди, и если вернёт, по крайней мере, следующие несколько недель станет носить на руках.

***

Шарлотта стояла у входа в отель, тяжело дыша и изо всех сил стараясь не упасть в обморок. Сумасшедшие люди… Господи! Они считают себя вампирами! Он не последовал за ней, но эти люди ещё внутри. И там их полно! Словно жуткий готический маскарад, только они не одеты как вампиры-подражатели. На них были самые разные костюмы, и у всех, кого она встречала, ярко-синие контактные линзы. Чокнутые люди культа!

Но зачем она пришла? Шарлотта знала, что что-то странное было в той рыжеволосой, которая назвалась подругой Сэди.

— Сэди в Лос-Анджелесе? Моя кузина Сэди? — спросила она.

Это всего в нескольких минутах езды от Палм-Спрингса, где она жила. Затем женщина положила руку ей на плечо и пристально посмотрела в глаза, отчего по её телу пробежала холодная дрожь.

— Мужчина из твоих снов будет на вечеринке, — сказала рыжая. — Он и есть тот самый.

Откуда эта сумасшедшая знала о снах, непонятно, но это странное покалывание в животе подсказало рискнуть и прийти на эту вечеринку.

Огромная ошибка.

«Да, без разницы. Ты сейчас же уедешь из Лос-Анджелеса и никогда больше не вернёшься».

Как раз в этот момент в очень дорогом спортивном автомобиле подъехал мужчина со стильными короткими тёмными волосами и тёмно-оливковой кожей. Он вышел, и она сразу же заметила его высокую, стройную, мускулистую фигуру и дорогой костюм. Он бросил ключи камердинеру и подмигнул ей гипнотическими аквамариновыми глазами. От него потрясающе пахло.

Она тряхнула головой, словно избавляясь ото сна. Это странно. Другой парковщик подъехал на красном джипе.

— Привет, — раздался за её спиной низкий мужской голос.

Она оглянулась через плечо. Это тот мужчина.

— Меня зовут Томмазо. Я вас знаю? — спросил он

И тут она снова заметила его глаза. Потрясающие бирюзово-голубые глаза. О нет! Он похож на одного из них!

— Держись от меня подальше! — произнесла Шарлотта, вытягивая вперёд дрожащие руки.

Мужчина улыбнулся.

— Что я сделал?

— Ты один из этих сумасшедших! Уйди. — Она побежала к своей машине, забралась внутрь и с визгом шин вылетела со стоянки. — Слава Богу. — Она не могла дождаться, когда между ней и этими людьми будет огромная дистанция.

Она посмотрела в зеркало заднего вида.

— О нет, — этот парень Томмазо преследует меня.

***

Двигаясь так быстро, как только мог, и, выбирая только закоулки, Андрус несколько раз пытался дозвониться до Сэди, направляясь к домику, но она не отвечала. Он, честно говоря, не мог винить её за то, что она не отвечала. Он тоже не захотел бы разговаривать.

«Пожалуйста, пусть не будет пробок. Пожалуйста, боги, пусть машин не будет».

Его сердце, казалось, вот-вот разорвётся от волнения, радости, надежды и всего, что кружилось в голове. Никогда за миллион лет никто так просто не уходил от своей пары, но он сделал это без единой секунды сожаления. Вселенная не могла контролировать то, что было на сердце. Он хотел женщину, которая выбрала его добровольно.

У Андруса зазвонил телефон, и он нажал кнопку громкой связи.

— Да?

— Андрус, это Брут. — Слава богам. — Брут, где Сэди? Мне нужно с ней поговорить.

— Она ушла, пока я выгуливал собаку.

— Что значит ушла? — прорычал Андрус.

— То и значит.

— Ты знаешь, куда она пошла?

— Нет. — Твою мать. — Ладно. Может быть, она пошла на прослушивание. Оставайся в доме на случай, если она вернётся.

Андрус закончил разговор, и у него появилась идея. Он развернулся посреди улицы.

Менее чем через полчаса Андрус подъехал к дому Сэди, заглушил двигатель и побежал на второй этаж, перепрыгивая через человека, который спал на лестнице. Это место такое очаровательное. Добравшись до двери Сэди, он обнаружил, что та приоткрыта, и из-за неё доносятся приглушённые всхлипы и ворчание. Твою мать. Эта тварь, должно, быть, добралась до Сэди. Воздух был пропитан её запахом. Андрус тихо вытащил меч из-за спины и толкнул дверь. На кровати лежал мужчина, размахивая руками и царапая склонившуюся над ним Сэди. Какого хрена?

— Сэди! — Он бросился к ней и схватил за плечи, оттаскивая от мужчины.

Сэди посмотрела на него, а её глаза светились оранжевым, как у животного из преисподней. О боги! Он отпустил её, и она снова забралась на лежащего без сознания мужчину, прижавшись губами к его губам. Андрус стоял в шоке, впервые за всё время своего существования не зная, что делать. Она превратилась в какое-то существо. Чёрт возьми, что она такое?

«И как мне её остановить?»

Он не мог убить её.

Глубоко вздохнув, Андрус крепче сжал меч двумя руками и ударил Сэди рукоятью по затылку. С громким стоном она упала на бок, потеряв сознание.

«Боги милосердные, Сэди. Что с тобой?» — подумал он, откидывая со лба её каштановые волосы, пока она лежала рядом с мужчиной на кровати.

Он быстро проверил мужчину, радуясь, что нащупал пульс.

«Тебе повезло, приятель»

Затем подхватил Сэди на руки, глядя на её красивое лицо.

«Милостивые боги, пожалуйста, пусть будет способ исправить это».

Глава 19

Андрус решил, что лучше всего избавиться от Брута, и отвезти Сэди в безопасное место, где запрёт в подвале. Там она никому не будет угрожать, пока он придумает, что делать дальше. Есть ли лекарство? Кто она? И кто с ней это сделал? Он просто не мог поверить, что это происходит. В конце концов, не такая у неё должна быть судьба. Какое-то злое, питающееся людьми существо? Он отказывался это принимать. И отказывался верить, что судьба так жестока к нему.

Теперь, когда Сэди надёжно прикована, он поднялся наверх и позвонил Симил. Скорее всего, она стоит за всем этим или, по крайней мере, знает, что происходит.

— Андрус, детка! Ты нашёл Сэди?

— Да, нашёл, и она кормилась от какого-то парня.

— О, боже. Думаю, что кота достали из мешка, — сказала Симил.

— О каком коте ты говоришь? И расскажи всё, больше никакой лжи или, клянусь жизнью, я найду тебя и заставлю страдать вечно.

— Эй, эй, эй, Ужасный Энди; я пыталась предупредить тебя. Не Сэди тебе нужна. Я не лгала.

— Симил! Скажи, что ты знаешь! Что с ней случилось! — закричал он.

— Она родилась, Андрус, вот что с ней случилось. Она суккуб, который любит питаться вкусными, невинными смертными.

Он чувствовал себя так, словно из него вышибли дух.

— Ты сказала «суккуб»?

— Кх-м, да. Так и сказала. Алло? Кому-то нужен слуховой аппарат?

— Но боги отослали их в ад, а затем запечатали портал.

Судя по фольклору бессмертных, инкубы через свой портал вернулись домой и заменяли человеческие тела, когда те изнашивались от всей ядовитой энергии. Не имея возможности вернуться, любой, кто оставался в человеческом мире, в конце концов, старел. Как только физическое тело умирало, инкуб становился инертным, его душа навечно оказывалась в ловушке этого мира.

— Кое-кто пробрался через сети, — призналась Симил, — но отец Сэди не будет жить вечно. Она тоже, но они живут очень, очень долго.

Нет, этого просто не может быть.

— Она… она… они напали на неё.

— Не-а-а, — пропела Симил. — Сэди питалась ими. Конечно, однажды поев, человек не может насытиться. Они продолжают возвращаться за добавкой, предлагая себя, как блюдо с вкусными угощениями для злобного суккуба. Затем люди сходят с ума и через некоторое время убивают себя, если суккуб не убивает их первым. Этот Тим, например, спрыгнул с моста.

— Она лгала мне? — Как он мог не заметить этого?

— Нет. Она не помнит, когда… ну, ты понимаешь, своё отстойное «я». А её инку-гены проявились совсем недавно. Она понятия не имеет.

«Нет. Не может быть. Она такая милая и чудесная и…»

— Как это возможно, Симил? Как? И почему ты ничего не сказала?

— Сказать тебе? Андрусу Уничтожителю? Ты был рождён, охотиться на злых существ, таких как Сэди. Кроме того, она совершенно безвредна, когда находится в облике человека

— Но… но… я люблю её.

— Прости. Тут я ничем не могу помочь, здоровяк. Я пыталась познакомить тебя с хорошей партией, Шарлоттой, но ты меня не послушал. И спасибо, кстати, потому что мы с Заком не соединили пару, так что он на шаг ближе к тому, чтобы стать массовым убийцей.

Андрусу плевать на Зака, а вот на Сэди нет.

— Значит, и Сэди, и Шарлотта — суккубы?

— Ага. Нет. Шарлотта человек, но они похожи — их матери близнецы. Папаша Сэди — инкуб, вот почему мама Сэди сбежала после того, как узнала правду. Наверное, не все могут жить с таким отсасывающим жизни существом. Ха, понял? — Она хохотнула. — Отсасывающее существо! Я такая шутница.

О боги, он убьёт её. Она наслаждалась моментом его предельного страдания.

— Почему отца Сэди не казнили, Симил?

— Хей. Он неплохой парень. И уже остепенился, а ещё он — дантист. Время от времени он потихоньку кормится от своей жены и нескольких заранее отобранных мерзких людей. В основном он безобиден. Для инкуба. Жаль, конечно, что Сэди погибла. Он надеялся, что, поскольку Сэди полукровка, её порочная сторона останется дремлющей. Теперь я не знаю, что скажу бедняге. Я обещала присматривать за ней здесь.

Андрус просто не мог в это поверить, но признаки были налицо с самого начала.

Странный запах, когда она трансформировалась, царапины и следы укусов — раны от того, как защищались те, от кого она питалась, и тот факт, что она приняла бессмертную новость с такой лёгкостью. И всё потому, что эта женщина была наполовину демоном. Сексуальная дьяволица. На каком-то уровне он знал это с самого начала. Но как это возможно? Она такая… такая… замечательная. Не говоря уже о том, что чертовски сексуальна, без особых усилий. Она просто источала сексуальность. Да, она в её характере.

Он прижал ладонь ко лбу.

— Ты всё это время знала, да, Симил? Знала, что это случится. Я убью тебя на хрен!

— Нет. Я не знала, что это произойдёт. Ты должен был влюбиться в Шарлотту. Разве я не говорила это десять раз? Блин! Повиси на телефоне. Зак! Принеси огнетушитель! Бах снова поджёг бар, — закричала она. — Эй, Андрус, мне пора. У некоторых проблемы серьёзнее, и их нужно решить. Например, не дать вынести приговор Заку, прежде чем он превратится в самого массового убийцу, когда-либо известного, и Вселенная свернёт с оси во время бессмертной мешанины, закончившейся великой оргией… Эй! Вы двое. Снимите комнату! И вы тоже! Проклятье, Кьёк, мы не можем тебя никуда отвести! — выпалила она. — Андрус, дерьмо становится настоящим. Все снимают одежду. Бах! Вытащи свой член из коктейля этого человека!

— Но я не знаю, что делать, — сказал Андрус.

— Стоило подумать об этом, прежде чем упустить шанс на счастье для безжалостного хищника.

— Так зачем же ты свела нас с Сэди? — Всё это не имело никакого смысла.

— Э-э-э… Не помню. О, подожди. Знаю. Потому что не могу не творить зла на подсознательном уровне, а между тем пытаюсь поступать правильно? Не-е-ет… может, дело не в этом. Подожди. Я поняла! Тебе нужна была помощь с Шарлоттой, и моё паучье чутьё подсказывало, что Сэди поможет тебе призвать мягкую сторону, которую так любят женщины. Я не ошиблась. Ну, наверное. — Она фыркнула. — Странно, правда?

— Я знал, что не должен был доверять тебе, — заметил Андрус

— Что ж, в следующий раз тебе стоит прислушаться к себе. Особенно перед тем, как влюбиться в женщину, которую будут преследовать за убийство невинных смертных.

Вновь у него внутренности свело от ужаса, что он едва мог дышать.

— Скольких она убила?

— Около двенадцати… Я перестал считать. Но она уже несколько месяцев закусывает коллегами. Плюс несколько продюсеров. И её домовладелец.

Она действительно ускорилась.

«И не будь я таким злобным, уже бы сдал её. Но поскольку я и хороший, вынужден защищать надоедливых людей, и помню о своей клятве полубога».

Нет, нет, этого не может быть.

— Я не стану её убивать.

— Но ты дал клятву богам, — возразила она. — Ты поклялся убивать злых существ, которые питаются Запретными.

Людей, у которых хорошие души и ауры, называли «Запретными», потому что им запрещено причинять вред. По сути, они — высший класс и их защищать от гнилых, жестоких преступников, насильников, педофилов и т. д. Они справедливая добыча для людей-кормильцев, таких как вампиры.

— Что, если я откажусь её убивать? — спросил Андрус.

— Тогда останется лишь вопрос времени, прежде чем кто-то другой поймает её. Хреново быть суккубом. Бывай.

Звонок закончился, и Андрус посмотрел себе под ноги, охваченный паникой. Твою мать. Они придут за ней. Учбены, как Брут или, возможно, Вотан, Бог Смерти и Войны. Но, в конце концов, они придут. Она убивала невинных.

«А ты дал клятву защищать человечество от злых хищников, например, от таких как та, что в подвале. Что, чёрт возьми, мне делать?»

***

Сэди проснулась в тёмной комнате, пахнущей сыростью, прикованная к кровати, а холодная сталь жгла запястья и лодыжки.

— Какого чёрта?

«О, нет. Чудовище, наконец, поймало меня». Господи, боже мой. Она глазами обшаривала темноту в поисках хоть какого-нибудь намёка на то, где может быть, или выхода.

«Как, чёрт возьми, я вообще сюда попала?»

Последнее, что Сэди помнила, как перебирала вещи у себя дома, прежде чем отправиться в аэропорт, тогда и появился неряшливый домовладелец, требуя оплаты.

Только он просил не денег, потому что счёт оплатил Андрус. О нет, этот придурок хотел, чтобы она ему подрочила. Мудак! Но что произошло? Она ничего не помнила. Официально, это адская хренотень.

Она слегка потянула цепи. Дерьмо. Они тянутся на дюйм или два. И этого мало.

«Я умру».

Одиноко болтающаяся лампочка над головой мигнула, и Сэди затаила дыхание, тело горело от адреналина. Теперь, когда появился свет, она увидела, что находится в чьём-то подвале — лестница в углу, бойлер и несколько коробок у стены.

— Эй? — позвала она дрожащим от страха голосом. — Я не знаю, кто ты, но ты совершаешь огромную ошибку. Не стоит связываться с моими друзьями, а они придут искать меня.

Возможно, они и не захотят, но что ей терять? Тяжелые шаги послышались на лестнице, и когда она увидела знакомые кожаные штаны, захотела закричать от радости.

— Андрус! О Боже, ты нашёл меня!

Он остановился у кровати, с горящим в аквамариновых глазах гневом. В руке Андрус держал меч. Мгновение радости сменилось ужасом.

— Андрус, освободи меня.

— Мне очень жаль, Сэди, но не могу.

— Какого хрена, Андрус. Это как-то связано с ней? Нет, я понимаю, ты и сам говорил, что твои чувства ко мне изменятся, но это немного экстремально.

— Шарлотта, кстати, твоя кузина, не имеет к этому никакого отношения.

Сэди моргнула, стараясь держать голову высоко поднятой.

— Шарлотта? Хочешь сказать, что твоя Шарлотта — моя кузина?

Он кивнул.

— Да.

— Но как?

— Я полагаю, мир тесен.

— Ладно, проехали. Но почему ты заковал меня в цепи? — задыхаясь, произнесла она.

Андрус прислонил меч к стене и повернулся к Сэди лицом, стиснув зубы. Внезапно он схватил край чёрной футболки и стянул её через голову, обнажив груд и руки, а также глубокие борозды на прессе.

— Ч-что ты делаешь? — спросила она.

Он скинул ботинки и начал расстегивать брюки, зловеще глядя на неё.

— А на что похоже? — произнёс он.

— Андрус, я не знаю, что происходит, но ты меня пугаешь.

Он сбросил штаны, и выпрямился совершенно обнажённый перед ней, его длинный толстый член был твёрже камня.

— Андрус… Нет, я серьёзно.

Он проигнорировал её, а затем потянулся к её джинсам, быстро стягивая их и обнажая нижнюю часть тела.

— Нет, нет, нет. Ты не хочешь этого делать, — умоляла она.

— Давай просто посмотрим.

Все потемнело.

Когда Сэди снова пришла в себя, Андрус лежал на спине на цементном полу, голый, с кровоточащими глубокими царапинами по всему туловищу, лицу и грудной клетке. И… Огромной грёбаной улыбкой на лице? На запястьях и лодыжках Сэди ещё были наручники, но цепи, приковывавшие к кровати, разорваны.

Она посмотрела на изорванную одежду, валяющуюся на полу.

«О, чёрт. Что происходит?»

Она схватила с пола футболку Андруса и надела через голову. Ей она была как мини-платье.

Затем Сэди повернулась к лестнице, чтобы сбежать, но услышала его голос.

— Подожди! Не уходи.

Она оглянулась через плечо.

— Посмотри видео, — проворчал он, указывая на камеру в углу.

— Ты нас снимал? Ты изнасиловал меня и заснял? — Она подбежала к его мечу и приставила острие к сердцу Андруса.

Андрус поднял руки.

— Что? Изнасилование? Боги, нет, женщина. Цепи должны были защитить меня.

— От чего?

— От тебя, но не сработало. Посмотри видео.

Он медленно поднялся и натянул кожаные штаны, морщась при каждом движении.

— О чём ты говоришь?

Он бросил на неё жёсткий взгляд.

— Все твои царапины и укусы — защитные раны твоего ужина.

— Не понимаю.

— За тобой никто не охотился, Сэди. Ты — хищник. Суккуб… полукровка, во всяком случае.

— Ты затащил меня в подвал и заковал в цепи. Я очнулась голой, но ты ждёшь, что я стану слушать твою безумную ложь.

— Я никогда не причиню тебе боль. И думаю, в глубине души ты это знаешь. Посмотри видео. — Он указал на камеру на треноге.

Она медленно подошла к камере, продолжая направлять на Андруса меч. Камера ещё работала, поэтому она нажала кнопку остановки и перемотки. Она нажала кнопку воспроизведения, и сцена развернулась в размытом потоке невероятных образов: она кричала, спасая свою жизнь, пока Андрус стягивал с неё джинсы. Затем он отступил, а её глаза вспыхнули ярко-оранжевым. Сэди разорвала цепи, как нитки, и набросилась на него, сбив с ног, как гепард, поймавший оленёнка.

Сэди накрыла рот рукой.

— Проклятье. — Она с ужасом наблюдала, как тварь, похожая на неё, села на Андруса, царапая его грудь и оседлав член. Потом они начали кататься по холодному полу, трахаясь, как дикие звери.

Сэди посмотрела на Андруса, а затем снова на камеру.

— Это… это мы?

Он кивнул с торжествующей улыбкой.

— О, да. И было чертовски страстно. Ты даже не представляешь насколько.

— Но я не понимаю.

Он медленно приблизился, словно она голодный лев, которого он не хотел провоцировать.

— Я поймал тебя в квартире, когда ты высасывала жизнь из человека, и мне пришлось вырубить тебя, чтобы ты не убила человека.

— Я чуть не убила мистера Блейкли, управляющего? — выдохнула она.

Он кивнул.

— Прошу, только не говори, что и с ним я занялась сексом.

— Судя по тому, что видел, ты просто высасывал из него жизненные силы.

Она подошла к кровати и плюхнулась на неё.

— Не понимаю.

Андрус сел рядом.

— Симил говорит, что твой отец — инкуб.

Она вскинула голову.

— Отец?

— Скорее всего, он скрывал это для твоей же безопасности. Ваш вид не приветствуется в человеческом мире. Вы очень опасны.

— Но я никогда не видела, чтобы он делал что-то странное.

За исключением того, что мать покинула их так внезапно и не вернулась. Возможно, она узнала правду и испугалась.

— Спроси его, когда будешь готова, — сказал Андрус. — Но ты только что видела доказательство, поэтому я и поставил камеру, чтобы ты могла убедиться сама.

И мне нужно было увидеть это своими глазами.

«Господи».

— Кажется, меня сейчас стошнит. Я чудовище.

— Когда я узнал правду, тоже так подумал. Но потом понял, какая странная штука судьба.

Она посмотрела в его глаза. Как он мог выносить её вид?

— Моя первая пара действительно была чудовищем. Её ненависть к жизни и человечеству проникла глубоко в душу. Но пребывание с ней, каким бы странным и ужасным ни было, научило меня различать истинное зло и тех, кто борется за то, чтобы быть добрым, несмотря на генетику.

— Ты же не можешь считать меня хорошей.

Он что-то проворчал и провёл руками по растрёпанным волосам.

— В этом-то и проблема. Ты хорошая, когда находишься в облике человека, но когда превращаешься, становишься плохой. И, судя по всему, убила немало людей.

Она в ужасе прикрыла рот ладонями.

— Я убила?

Он кивнул.

— Так мне сказали.

У нее сдавило сердце. Этого не может быть. Она похожа на доктора Джекила и мистера Хайда.

— Что же мне теперь делать? Я не хочу убивать людей.

— И боги не желают этого, поэтому они пошлют кого-нибудь убить тебя.

— Что? Я умру?

С другой стороны, может, это и к лучшему. Она убийца.

Он положил руку ей на щеку и с любовью посмотрел в глаза.

— Пока я существую, никому не позволю причинить тебе вред.

— Я — зло, Андрус. Злая и опасная.

Он медленно провёл большим пальцем её по нижней губе.

— Вот почему судьба не могла выбрать лучшего.

Я довольно искусен в обращении со злыми, опасными существами, поэтому найду способ помочь тебе контролировать свои желания. — Он ухмыльнулся. — Я люблю тебя, Сэди.

— Что? А как же Шарлотта? — спросила она.

Он пожал плечами.

— Она похожа на тебя, но в тоже время, совсем другая.

— А как же Мэтти?

— Я должен верить, что Вселенная найдёт способ всё исправить. Но я не могу отречься от своего сердца. Уже нет. Не тогда, когда дело касается тебя.

На глаза Сэди навернулись слёзы. Она не знала, что сказать или как осмыслить то, что узнала, но Андрус — единственная твердыня в окружающей буре.

— Я тоже люблю тебя, Андрус.

Она подалась вперёд и поцеловала его в полные, как у плохого мальчика, губы.

Он отстранился.

— Я очень рад. Потому что нам с тобой придётся бороться за свою судьбу.

Глава 20

У Андруса был план. Очень плохой план, но единственный план, который мог придумать. И с надвигающейся угрозой того, что сообщество бессмертных узнает о Сэди, как о запрещённом виде, придётся атаковать проблему в лоб и надеяться на лучшее. Потому что план Б, жизнь в бегах, не долгосрочное решение. Боги могли легко найти их.

Ранним утром он шёл через вестибюль к бальному залу отеля «Беверли-Хиллз» вместе с Сэди, крепко сжимая её руку. Он не спал всю ночь, договариваясь и обзванивая всех бывших полубогов (а теперь и всех полубогов вроде него), до которых мог добраться. Они больше не были под его командованием, так как все освобождены, но они ещё оставались верными ему. Всё будет либо очень хорошо, либо плохо. Он посмотрел на Сэди, одетую в маленький розовый сарафан, и ободряюще улыбнулся.

— Ты мне доверяешь?

Она кивнула.

— Конечно. Но почему ты не хочешь поведать мне о плане?

«Потому что не знаю, согласишься ли ты».

— Тебе лишь нужно знать, что я люблю тебя. И пойду ради тебя на всё.

Она глубоко вздохнула.

— Ладно. Тогда давай сделаем это.

Они распахнули двери в бальный зал и, задыхаясь, вошли.

— О боги, — прошептал он. — Мне придётся промыть мозги.

Обнаженные люди лежали повсюду — на столах, на барной стойке, на полу в ворохе одежде. Пустые бутылки, конфетти, одежда, презервативы и еда лежали так же всюду.

— Должно быть, вечеринка выдалась безумной, — заметила Сэди.

— Скоро станет ещё безумнее, — сказал он.

***

«Что он задумал?» — подумала Сэди, когда Андрус начал хлопать в ладоши и кричать на всю комнату, где валялись спящие тусовщики. — Все просыпайтесь!

Двери за ними распахнулись, и вошли десять огромных, угрожающего вида мужчин в чёрных кожаных штанах, тёмных футболках и кожаных плащах. Все в солнечных очках, но Сэди могла поспорить, что у них бирюзовые глаза.

— Твои друзья? — спросила она Андруса.

— Братья, — ответил он и кивнул парням, очень похожим на байкеров. — Спасибо, что пришли.

Один из мужчин, высокий парень с длинными тёмными волосами, склонил голову.

— Для вас всё, что угодно, сэр. С чего нам начать?

— Охраняйте этого суккуба, — ответил Андрус. — Не позволяйте никому и пальцем её тронуть.

Мужчина посмотрел мимо Сэди.

— Какой суккуб? И почему мы должны охранять, а не убивать её?

Андрус указал прямо на неё.

— Джентльмены, позвольте представить вам Сэди. Женщина, которую я выбрал своей парой.

Они моргнули и пробормотали несколько слов.

— Вы уверены, сэр? — спросил тот, что повыше.

— Да, и я беру на себя полную ответственность за её действия.

— Андрус, ты же знаешь, что мы на всё пойдём ради тебя, но…

— Я освободил вас всех, — вмешался Андрус. — И вы все поклялись мне в верности. Так что, по законам бессмертных, ваша верность должна распространяться и на мою жену.

«Жену?»

— Андрус? — спросила Сэди. — Что ты делаешь?

Он повернулся к ней и ободряюще улыбнулся.

— Сэди, я знаю тебя всего восемь дней, но в глубине души не сомневаюсь — ты та самая. Ты злишь меня, загипнотизировала своей красотой, помогла мне вспомнить, кем я когда-то был, и вернула моё сердце к жизни. Если этого недостаточно, то остаётся факт, что я отверг свою пару ради тебя, что неслыханно в нашем мире. Я люблю тебя всем своим сердцем и хочу, чтобы ты стала моей женой.

Из просыпающейся толпы к ним вышла высокая статная женщина с огромным ульем на голове. Твою мать. Вокруг её головы роились настоящие пчёлы, а некоторые и по телу ползали.

— Что это значит, Андрус-с-с? — шепелявя, спросила она.

— Колель. — Андрус опустил голову. — Рад снова видеть тебя, Господствующая над пчёлами. Я прерываю твоё ужасное похмелье, чтобы жениться на этом суккубе.

Из толпы вышел обнажённый мужчина с серебристо-чёрными волосами до щиколоток и в огромном серебряном головном уборе с переплетающимися змеями.

— Боги объявили, что любой из её рода будет казнён на месте.

Андрус вскинул руку.

— Кьёк, и тебя рад снова видеть.

Он только что назвал этого парня «куком»?

— Я женюсь на этой женщине, — продолжал Андрус, — у которой, как все ясно видят, хорошая аура. Она — Запретная.

— Она демон, который питается Запретными, — возразил парень с головным убором.

— Она наполовину человек, и эта половина хорошая. Ты только посмотри на неё, — настаивал Андрус.

Толпа примерно в сотню человек заурчала в знак согласия. Неужели все в комнате видят её ауру?

— А когда она сменит облик на тот, что не хороший? Что тогда, полубог?

Брут вышел из толпы, держа в одной руке длинный сверкающий меч, а в другой — пожилого кокер-спаниеля. Брут говорит? И он выглядел так, словно хотел убить её.

— Она научится контролировать себя, — раздался глубокий знакомый голос.

Сэди повернула голову и увидела знакомое лицо.

— Папа? Что ты здесь делаешь?

Он был одет в тёмно-серый костюм, который сочетался как с его волосами, так и с очень раздражённым выражением лица.

— Ты думаешь, я позволю, чтобы за моей маленькой девочкой охотились, как за диким зверем? — спросил отец.

— Разойдись! — рявкнула сзади Симил, толкая очень-очень длинную коляску. — Дайте дорогу злым семенам.

Во что, чёрт возьми, одета эта женщина? Гигантский синий костюм плюшевого мишки?

— Симил? — спросил Андрус, не зная, рад ли её видеть или чертовски напуган.

— Ита-а-а-ак, — протянула Симил. — Я выложу всё на стол. Напортачила я. В основном. Андрус не должен быть с этим суккубом.

— Симил! — Андрус выглядел так, словно собирался броситься на неё, когда она вскинула руки.

— Придержи яйца, Андрус. Я не закончила. — Он уставился на неё, а она на него. — Нет. Я буквально. С удовольствием бы посмотрела, как ты их держишь. — Выражение лица Андруса было чем-то средним между смущением и яростью. — Нет? — спросил Симил. — Не сбросишь кожаные штаны? — Она пожала плечами. — Ну, ладно. Короче, на чём я остановилась? А, да. Я собиралась рассказать о своём недавнем открытии, что последний апокалипсис, как бы, изменил правила.

— Что ты имеешь в виду, С-с-Симил? — прожужжала хозяйка улья.

— Понятия не имею, — ответила Симил. — Я лишь знаю, что с момента последней критической ситуации, все стало хаотичным, будто линии хорошего и плохого, правильного и неправильного перепутались.

— Это не повод позволять инкубу и суккубу ходить по земле, мучая Запретных. Они — зло, — возразил парень с чехлом на голове.

— В том-то и дело, — вмешалась Симил. — Этого никак не могу понять. Этот парень, — она указала на отца Сэди, — считается злом и когда-то им был. Но теперь он лечит корневые каналы, и предан в своих отношениях. А эти ребята, — она начала посылать воздушные поцелуи четырем крошечным малышам перед ней, — должны были родиться хорошими, но, очевидно, крошечные демоны, которые, вероятно, вызовут массовое разрушение, как только получат водительские права.

— Это твои дети, и не думаю, что кого-то удивит их злобность, — вмешалось ещё одно знакомое мужское лицо в толпе. Сэди узнала его по кабинету Симил растрёпанные чёрные волосы и красивые бирюзовые глаза.

— Говорю же, что-то происходит, — сказала Симил. — А если не веришь мне, поговори с няней из Мааскаб. Он скажет, что не может перестать думать о хороших вещах. Это сводит его с ума.

— У тебя дома живёт Мааскаб? — прорычал Брут.

— Прошу прощения. Можно с этим либо бороться, либо принять. Но таков новый мировой порядок. А зло — это новое добро.

В комнате повис скептицизм. Что касается самой Сэди, то она понятия не имела, что всё это значит, чёрт возьми. И она всё ещё не оправилась от факта, что отец приехал в Лос-Анджелес, подвергая себя риску. И что он — инкуб. А она наполовину суккуб.

«Господи, в моей жизни полный бардак».

Но, по крайней мере, у неё был Андрус.

— Симил, — сказал Андрус, — я должен спросить, что это значит? Что будет с теми, кто хороший?

— Мертвецы говорят, что любой, у кого нет того, кто мог бы их удержать, стане злым или перейдёт на… тёмную сторону, — сказала она голосом Дарта Вейдера.

— Что объясняет, почему у меня было видение Зака, идущего на бойню. Он станет одним из многих, кто изменится. — Она вздохнула. — Ах, Вселенная и её чувство юмора. Тебе это понравится.

— Нет, — ответил Андрус, — но я люблю Сэди, и, судя по всему, чем скорее мы поженимся, тем лучше. — Он повернулся к Сэди. — Ты выйдешь за меня?

Она посмотрела в любимые бирюзовые глаза. Она чувствовала, что весь мир перевернулся с ног на голову, но она знала, что с этим мужчиной она должна быть.

— Мы можем жить в Лос-Анджелесе, и я могу стать актрисой?

Он обхватил ладонями её лицо.

— Для тебя всё, что угодно, Сэди. Тебе больше не нужно высасывать жизненную силу из продюсеров, коллег, или кого-то ещё, если на то пошло. Только из меня.

Это прозвучало довольно мило. Особенно если она будет пользоваться его соломинкой, через которую станет сосать.

«О Боже. Неужели я только что так подумала?»

— Спасибо, Андрус. Я бы все равно сказала «да», но приятно знать, что не должна отказываться от своей мечты только потому, что наполовину злая.

Андрус наклонился и нежно поцеловал её в губы.

— Ты же видела запись. Ты больше, чем просто маленькое зло, и я не хочу, чтобы было по-другому.

— Ладно, детки. — Симил захлопала в ладоши. — Кто хочет поиграть в министра?

Мужчина в белом нижнем белье, с длинными волосами и пивным животом, спотыкаясь, шагнул вперёд.

— Я хочу поженить их, — пробормотал он.

— Кто это? — прошептала Сэди Андрусу.

— Бог Виноделия, и учитывая другие варианты, думаю, стоит принять его предложение.

Сэди посмотрела на людей, которые в основном были голыми, но стояли рядом друг с другом, беззаботно болтая и выпивая.

— Ладно. На нём нижнее бельё. Возьмём его.

Глава 21

Прикованная к кровати, укрепленной божественными стальными цепями — свадебный подарок богов — Сэди нервно ждала Андруса в спальне.

— А что, если я снова её сломаю?

В комнату вошёл полуголый Андрус с двумя бокалами шампанского. Он выглядел чертовски сексуально со смуглой кожей, точёными грудными мускулами и рельефным прессом. Она не могла поверить, что этот сексуальный мужчина теперь её муж. И чёрт подери, он выбрал ей хреново кольцо с огромным бриллиантом. Однако с обручальными кольцами придётся подождать.

Андрус поделился своим желанием, чтобы их сделали в России, когда Сэди с Андрусом поедут в его замок после медового месяца, который, кстати, они проведут на каком-нибудь частном острове близ Греции. Они летят завтра утром. И, да, у Андруса есть замок. Это круто, хотя Сэди не терпелось увидеть карусель, которую он держал в подвале. Андрус сказал, что купил её в старом русском цирке, надеясь, что когда-нибудь детям понравится. Этот мужчина — скрытый романтик, которого ей доводилось встречать. Кто бы мог подумать?

— Ты можешь освободиться, — ответил он, ещё раз проверяя цепи, — мы уже доказали, что я могу справиться с твоей извращённой стороной.

— И почему же я обращаюсь? — спросила она.

— Моя лучшая догадка — ты просто голодная. Поэтому я планирую хорошо тебя кормить. По этому же принципу существуют вампиры, стараясь держаться подальше от неприятностей.

— Ты бессмертен, — сказала она, — а значит, у меня бесконечный запас еды.

Они действительно идеально подходили друг другу. На самом деле, во время церемонии у неё появилось странное чувство в животе, и дело не в том, что огромный пьяный парень в белом нижнем белье, который, на самом деле, довольно привлекателен, несмотря на несвязанную речь и пивной живот поженил их. Всё казалось слишком совершенным, как и должно быть. И когда она посмотрела на Симил, богиня лукаво подмигнула ей. Возможно ли, что она всё это спланировала? После церемонии, пока Андрус был занят поздравлениями от друзей, она загнала Симил в угол. Кое-что она не могла отпустить — другой мужчина. Симил сказала, что Сэди должна была влюбиться в кого-то другого.

— Кто он, Симил? — спросила Сэди.

Симил посмотрела на неё.

— О, Сиппи. Ты замужем всего две минуты, а уже рыскаешь? Вау. Вы, суккубы, действительно маленькие шлюшки.

Сиппи[3]. Она, наконец, поняла шутку, но…

— Нет. Что с тобой такое? Я просто хочу быть уверенной, что он не появиться. Не хочу, чтобы кто-нибудь встал между мной и Андрусом.

Симил усмехнулась.

— На самом деле, он сейчас здесь, в этой комнате, смотрит на тебя и удивляется, почему забирают всё хорошее.

— Он здесь? — Сэди окинула взглядом толпу… да, всё ещё полуголую. Бессмертные такие странные могли видеть любую ауру.

— Да, — ответила Симил. — И если ты не чувствуешь его сердцем, значит, что твоё сердце говорит за тебя. У Вселенной свой путь. Она умная. — Симил ткнула Сэди в висок. — Как и ты, когда пожирала только злых людей.

— В самом деле? Но мне казалось, ты говорила, что я убила кучу Запретных?

Симил злобно рассмеялась, пожала плечами и ушла. Сэди знала, что ей всегда будет плохо убивать кого-то, но лучше знать, что её действия в измененном состоянии, возможно, не были такими ужасными, как она думала. Так что теперь она счастлива, как чёрт. И с помощью Андруса и отца она научится контролировать себя. Обучение начнётся после их поездки в Россию и медового месяца.

А пока у них с Андрусом небольшое дело, требующее внимания.

— Но я хочу помнить, — сказала она, чувствуя себя так, будто у неё будет первый секс в жизни

— Мы не будем торопиться. Обещаю. — Он расстегнул брюки и спустил их вниз, высвобождая свой массивный, твёрдый и очень готовый член. О боги, Андрус просто прекрасен. Она хотела съесть его, и не только как суккуб.

— Подожди. Пожалуйста, скажи мне, что ты захватил презервативы.

Андрус вытянул руку и из ладони до самого пола развернулся свёрток золочённых упаковок с надписью XXL.

— Я буду управлять своим плугом, пока ты не найдёшь более эффективный способ защитить своё поле. — «Мой герой»

— Или пока мы не будем готовы разделить нашу жизнь с маленькими демонами. — Но сейчас она хотела сосредоточиться на Андрусе и только на нём.

Парень действительно заслуживал особого внимания. Она познакомилась с печально известными Хеленой, Никколо и Мэтти на свадьбе, они перенеслись прямо посередине церемонии. Но она понимала, как сильно они любят друг друга, и почему Андрус хочет такого же для себя. Что же, она собиралась подарить ему много любви.

Он натянул презерватив, а затем направился прямо к ней, издав глубокий гортанный стон, когда поднял подол платья и сорвал с неё трусики.

— М-м-м-м… — протянул он, проводя рукой между её ног дразнящими движениями. — Может, позже мы сделаем всё медленнее.

Она кивнула, уже задыхаясь от возбуждения.

— Хорошая мысль. Только обязательно остановись, если я начну превращаться.

— О нет. Как только начнём, уже не остановимся, так что тебе придётся держать себя в руках. — Он устроился между её бедер, раздвигая ноги так широко, как только мог. — Ты готова?

Чувствуя, как сердце пульсирует и болит от желания, она выдохнула:

— Да.

Глядя ей в глаза, он обхватил член и вошел в неё. Сэди ахнула и запрокинула голову, наслаждаясь ощущением. Она сжала цепи на запястьях, подавляя глубокий стон и любые мысли об оргазме. Она не хотела, чтобы всё закончилось быстро, но было так приятно ощущать его, такого горячего, бархатистого и большого внутри. Он оторвался от её губ и поцеловал шею и ключицу. Затем сорвал платье, обнажив грудь.

Когда Андрус начал втягивать в рот сосок, Сэди отклонилась назад, предлагая ему столько, сколько могла. Тем временем он двигал восхитительные мужские бёдра, погружаясь в неё и задевая головкой члена точку G снова и снова. Она приподнимала бёдра, чтобы усилить чувственное наслаждение, но чем лучше себя чувствовала, тем выше поднималась температура тела.

— Нет. Андрус, я меняюсь. Я не хочу.

Положив одну руку ей на голову, другой он обхватил её щеку и пристально посмотрел Сэди в глаза.

— Нет, останься со мной.

Когда она посмотрела ему в глаза, почувствовала, как каждый дюйм члена Андруса входит и выходит из её тела.

— Вот так, — сказал он глубоким хриплым голосом, наполненным грехом.

— Оставайся со мной. Здесь только я и ты. — Он крепко поцеловал её, а затем опять посмотрел в глаза; продолжая входить в неё так глубоко. Ощущение того, как он скользит в ней горячей плотью, как его тело задевает все нужные точки, стало невыносимым. Она больше не могла сдерживаться. Она расслабилась и выкрикнула его имя, встречая каждый толчок его бёдер. Оргазм обрушился на Сэди, воспламеняя тело, как запал, который зажегся изнутри.

— О, боги. Трахни меня. Сильнее, жёстче, Андрус, — подбадривала она, когда освобождение нахлынуло на неё неумолимой волной.

А Андрус жёстко трахал её, как зверь, преследующий состояние полной эйфории.

Андрус запрокинул голову и громко застонал, изливаясь. С последним толчком Андрус сделал глубокий вдох, а затем опустил голову и прижался лбом к ключице Сэди, тяжело дыша, как будто только что пробежал марафон.

— Чёрт… я.

— Кажется, я только что это сделала, — сказала она, едва переводя дыхание. Она была так рада, что он может заниматься этим это всю ночь, потому что она будет готова к следующему раунду примерно через две минуты. Это так хорошо, что подгибались пальчики на ногах.

— Ты действительно бросил свою пару ради меня? — Она не могла поверить, как ей повезло.

Не выходя из её тела, он посмотрел ей прямо в глаза.

— Моё сердце уже всё сказало.

— Я люблю тебя, — произнесла Сэди.

Он нежно поцеловал её и отодвинулся.

— Думаю, что пришло время облизать тебя с головы до ног, как и обещал.

— О да. Мне бы очень этого хотелось, но и я немного проголодалась. — Она усмехнулась, вспомнив, как сильно он наслаждался её дикой стороной.

Он улыбнулся сексуальными, распухшими от поцелуев губами.

— Ужин подан.

— И ты выглядишь восхитительно.

Глава 22

— Чёрт возьми, Тула, комбинезон и водолазка? Зачем меня так мучить, женщина? — прорычал Зак из-за стола, пытаясь разобраться в опросах, сделанных после вечеринки.

Кажется, в тот вечер им удалось создать только восемь официальных пар, что совершенно нелепо, когда каждому тогда повезло. Даже единорог Симил немного повеселился с одной из, явившихся незваными гостями, фей.

— Мистер Зак, — сказала Тула, положив одну руку на бедро, а второй держа пачку папок, — сегодня же пятница

— Да, я в курсе.

Именно по этой причине он не потрудился надеть рубашку.

«Ну, и враль ты. Тебе просто нужен был повод показать Туле крутые бессмертные мышцы и пресс».

— Однако я говорил: ты не можешь надевать такую одежду рядом со мной. Ты либо ходишь на работу в подобающем наряде, либо мне придётся тебя уволить. Всё ясно?

Она вздохнула и покачала головой.

— Мистер Зак, клянусь вы, боги, поехали крышей, но если так вы будете счастливы и сможете сосредоточиться… — Она положила папки на стол в нескольких футах от него и расстегнула ремни комбинезона. Тот скользнул вниз по её телу и упал на пол. — Вот. Так лучше? — Святые угодники сексуальности! Его член подпрыгнул, как чёрт из табакерки, до боли упираясь в гульфик.

— Ты… ты, — он сглотнул, — ты в бабушкиных трусах. О боги, женщина, что ты пытаешься со мной сделать?

Она закатила глаза.

— Вы безнадежны, мистер Зак.

— Сними их немедленно, иначе, боюсь, у меня больше никогда не встанет.

Она покачала головой.

— Ну, разве ты не забавный. — Она пошла в сторону комнаты отдыха, демонстрируя свою сладкую попку и эти огромные, мешковатые трусики в цветочек.

«Нет, я серьёзно, бедный мой член».

На столе зазвонил сотовый телефон. Зак поднял его, радуясь возможности отвлечься.

— Зак слушает, — простонал он.

— Зак, это Томмазо, — мужчина говорил расстроенно.

— Томмазо? В чём дело?

— Симил вчера на вечеринке сказала правду?

— Что именно? Я стараюсь не запоминать, что говорит моя сестра, — ответил Зак.

— Она сказала, что мы станем злыми, если не найдём себе пару.

Ах, это. Он определённо не хотел думать о том, чтобы превратиться в убийцу, если, как и все одинокие, не найдёт свою пару. Это будет хреново. Ему нравилось одиночество.

«Хотелось бы, чтобы Симил оказалась права в первый раз, когда думала, что я сойду с ума от долгого изгнания».

По крайней мере, тогда у него был шанс на настоящую свободу, после отбывания наказания.

— Да, — ответил Зак, — правда. А что?

— Думаю, это уже происходит. У меня глаза стали чёрными. Больше не синие. Какого хрена?

— Ты не ел волшебных пирожных Кьёка?

Кьёк, один из других богов, подумал, что забавно принести что-нибудь на вечеринку.

Хотя, должно было пройти больше недели. Странно, что эффект проявился так скоро. Пирожные обычно начинали действовать в самые неподходящие моменты, и могла быть примерно через месяц после употребления. Совсем не смешно.

— Нет, — выдохнул Томмазо. — Я не ел грёбаных пирожных.

Если Томмазо прав, то перемены могли произойти и с другими.

— Проблема в том, что я, кажется, нашёл свою пару, — добавил Томмазо.

— Ну, видишь ли, есть и хорошие новости, — сказал Зак. — Теперь тебе просто нужно, чтобы она приняла тебя.

— В том-то и дело. Я нашел её связанной у себя в шкафу. Кажется, я её похитил.

— Ты прав, это не очень хорошо. Зачем ты это сделал, Томмазо?

— Не знаю. Но я развязал её, и она сбежала. Последнее, что я помню — я гнался за ней, а потом обнаружил, что сижу на парковке 7-Eleven[4], весь в крови и чёрной дряни, которая даже в волосах была. Зак сглотнул. Святые угодники, неужели Томмазо превращается в Мааскаб? Чертовски похоже на правду. О боги, это плохо.

— Напиши мне адрес, мы приедем.

— Пожалуйста, поторопитесь. — Томмазо положил трубку.

— Тула! — крикнул Зак, и та выскочила из комнаты отдыха в безразмерном нижнем белье, которое он отчаянно пытался игнорировать.

— Да? В чём дело? — спросила она.

— Одевайся. Пора тебе заняться делом.

— О чём это ты? — спросила она.

— Мне может понадобиться твоя помощь, чтобы поймать Мааскаб.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Примечания

1

Мортаделла — варёная колбаса из Болоньи (регион Эмилия-Романья). За пределами этого города колбасу часто называют болонской, хотя под таким названием чаще встречается упрощённая версия мортаделлы

2

Ледерхозен — национальная одежда Баварцев — Баварские кожаные штаны, которые передаются из поколения в поколение, Дирндл — женское баварское национальное платье.

3

В переводе с англ. Сиппи — сексоголик

4

Оператор крупнейшей сети небольших магазинов в 18 странах под управлением Seven-Eleven Japan Co., Ltd., действующий главным образом на основании франчайзинга.

Content

Памфилофф Мими Джин Брачное агентство для бессмертных

Мими Джина Памфилова Брачное агентство для бессмертных Книга 1

Вступление

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Примечания