Дарья Стааль, Кира Крааш

Помощница его злодейшества

© Стааль Д., Крааш К., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Глава 1

– У нас нет вакансий по твоей специальности, – в очередной раз повторила моя собеседница, порядком устав со мной спорить.

– Мне подойдет любая! – горячо заверила я. – Любая вакансия с оплатой!

– Слушай, Корри, я искренне сочувствую твоей ситуации, но ничем не могу помочь.

Это не ситуация, а катастрофа! Но не будем придираться к терминологии.

– Но вы же распорядитель по трудоустройству! – воскликнула я в отчаянии. – Вы владеете всеми вакансиями империи!

– Да не нужен никому дипломированный бытовой маг! – не выдержала женщина. – Всем известно, что это факультет невест!

– Но я-то не невеста! – Пока еще. – И закончила учебу с золотым дипломом не за красивые глазки. Вы же знаете!

В доказательство моих слов небольшой чемоданчик, стоящий на полу, сыто икнул тем самым дипломом, который я в него впопыхах упихивала вместе с вещами.

– Это не важно, – отмахнулась распорядительница. – Репутация факультета шагает далеко впереди него.

Я набрала в грудь воздуха. Не можешь добиться своего диалогом – включи дипломатию. Не получается дипломатией – устрой истерику. Не выходит с истерикой – канючь. Закатывать истерику даме почтенного возраста, повидавшей не одно поколение нерадивых студиозусов, я постеснялась, да и не сработало бы это, а вот поны-ы-ы-ы-ыть… поныть было можно.

– Ну неужели нет никакой вакансии, которая никому не нравится? – жалобно заныла я. – Мне подойдет абсолютно любая!

Женщина вздохнула и посмотрела на меня. Действительно посмотрела. Оценивающе так, словно взвешивала все «за» и «против».

– Что, очень нужна работа?

Я чиркнула наманикюренным ногтем по горлу.

– Ладно… – нехотя произнесла распорядительница. – Есть одна вакансия. Личной помощницей.

Затеплившаяся надежда мгновенно поугасла.

– А почему она отказная? Помощница с привилегиями, что ли? – спросила я с подозрением.

– Да нет, – поморщилась собеседница. – Просто место такое… на отшибе цивилизации. И наниматель… э-э-э… мрачный тип.

Пф! И только?

– Подойдет! – бодро воскликнула я.

– Уверена? – с сомнением спросила женщина, извлекая откуда-то из воздуха папку в красивом кожаном переплете с вензелями.

– Абсолютно!

– Тогда подпиши тут… и тут… и здесь… Вот рекомендательное письмо от нашей академии, не забудь конверт с документами… И ключ-портал.

– Ого! – присвистнула я. – А нанимателя-то как зовут?

В этот момент в дверь кабинета требовательно застучали.

– Корнелия! Прекрати от меня бегать!

А, не важно, на месте разберусь…

Я схватила ключ-портал и, уже улетая на свою новую спасительную работу, услышала обрывок фразы распорядительницы вакансий:

– …Князь Тьмы.

Кто?!!

* * *

Оказавшись посреди огромного, мрачного холла, я подумала, что встретиться лицом к лицу с мчавшимся за мной кошмаром была не самая плохая идея.

Холл внушал. Внушал восторг и ужас одновременно. Оформляла его чья-то любящая, талантливая, властная рука. Огромное пространство давило на тебя, создавая ощущение собственной ничтожности. Высоченные колонны, подпирающие своды, были украшены резьбой и инкрустированы декоративными полудрагоценными камнями. На глаз колонны были в два, а то и в три моих обхвата. Монументально, в общем.

Окон в холле не было, но некоторые части стен задрапированы алыми гобеленами. И вместо приличных магических светильников имелась огромная хрустальная люстра, свечи в которой горели мрачным черным огнем. Такая на голову упадет – мокрого места не останется. Пола, возможно, тоже.

Пол, кстати, выложили наборным паркетом, и рисунок в нем не повторялся ни разу, насколько хватило моего любопытного взгляда!

Но самым главным элементом интерьера была, конечно же, лестница. Огромная каменная лестница, застеленная алой ковровой дорожкой, ведущая куда-то наверх. Хотя я бы и не удивилась, веди она вниз. Замок Князя Тьмы, как-никак.

В общем, даже если кто-то, например я, попадет сюда чисто случайно, то одного взгляда на окружающее пространство хватит, чтобы понять, куда его занесло.

И вот я стояла, судорожно соображая, как бы отсюда испариться обратно, когда рядом раздался голос:

– А вы, собственно, по какому вопросу?

– На работу… – неуверенно ответила я, озираясь в поисках источника звука.

Глаза упорно утверждали, что я тут одна, но мне же не могло померещиться?

– Это понятно, – сообщил голос, как будто кому-то кроме него было что-то понятно. – А на какую вакансию?

Решив, что если голос мне мерещится, то хуже уже точно не будет, я призналась:

– Помощница…

И тут последовала вот вообще неожиданная реакция.

– О-О-О-О!!! Наконец-то!!! – радостно воскликнул голос.

Поняв, что это как-то слишком бодро для галлюцинации, я подняла взгляд в последней надежде найти источник звука.

Лучше б не поднимала, честное слово.

Под самым потолком, на колонне, в тени от тусклого света той внушающей трепет люстры, сидела огромная, нет, просто гигантская горгулья. Точнее, горгул, судя по комплекции.

– Ой, мамочки… – пискнула я, чувствуя, что сознание спасительно уплывает.

Очнулась я довольно быстро, в основном потому, что лежать было жестко, холодно и как-то совсем неудобно. Но виду, что очнулась, решила не подавать! Надо мной вели беседу два голоса, и мне стоило их подслушать. А учитывая, что один из говоривших – та самая горгулья, ой, то есть горгул, то подслушать разговор было вопросом жизни и смерти!

– И что нам с ней делать? – печально вздохнул неизвестный голос.

– Подождать, пока очнется, – уверенным тоном заявил горгул.

– Ты посмотри, какая тощая и маленькая! Как она здесь управляться-то будет?

– Ну уж как-то да будет! Она же через ключ-портал пришла, значит, из академии. Сама явилась, никто силком не тащил.

Не тащил, да, но толкали знатно.

– Давай, может, это… сдадим ее обратно?

– Да ты что! – воскликнул горгул. – Он так долго ждет помощницу, что скоро начнет откусывать головы от негодования. А мы ж разве виноваты, что никто сюда ехать не хочет?

– Говорил я, надо указывать место работы – столичная резиденция, – забухтел его собеседник. – Тогда б от кандидаток отбоя не было.

– А потом эти кандидатки отказались бы сюда ехать, и он начал бы откусывать головы нам, – упрямо сказал горгул. – Все, прибыла, значит, теперь наша. Откормим, чтоб ветром не уносило, только. А то вон какая дохленькая, смотреть жалко. В чем только душа держится…

– В упрямом характере, – ответила я, разлепляя веки.

Все, терпение мое лопнуло, любопытство победило.

Говоривших действительно оказалось двое. Горгул, который выглядел как огромный накачанный орк с выпирающей вперед нижней челюстью, торчащими клыками, широкой мускулистой грудью и набедренной повязкой. За спиной у горгула были кожистые крылья, из-под повязки торчал мощный хвост. И все это великолепие было выполнено из серо-фиолетового камня. Особенно впечатляла каменная набедренная повязка, прямо-таки перетекающая вслед за движениями горгула.

А собеседником у этого магического создания была помесь шиншиллы и тушканчика. Огромные круглые уши, длиннющий хвост, повышенная белая пушистость, размер чуть больше моей ладони и, видимо, крайне скверный характер.

Оба жителя замка повернулись на мой голос и замолчали. Я тоже не горела желанием разговаривать с грызуном и частью несущей конструкции замка. Осторожно села, впиваясь каждой косточкой в каменный пол, сдула упавшую на лицо прядку золотых волос, нашла глазами свой чемоданчик. Прожорливая скотина присматривалась к гобелену, иллюстрировавшему одну из великих битв прошлого.

Я уже хотела шикнуть на чемоданчик, но вдруг поняла, что тишина в холле стала какая-то уж очень тихая. Прямо убийственная.

Посмотрела на местных жителей – те менялись в цвете и пучили глаза куда-то мне за спину. Фиолетовый горгул становился серым, и его пушистый товарищ тоже не отличался разнообразием в цветовой гамме.

Пришлось ме-е-е-е-едленно обернуться, предвкушая увидеть у себя за спиной… ну не знаю, армию демонов, или от чего могут посереть кусок камня и пушистая шкурка разом?

Но армия демонов не обнаружилась. Да и вообще демонов видно не было. Зато обнаружились сапоги.

Мужские черные сапоги плавно переходили в черные брюки, черную рубашку и черную кожаную куртку. И во всем этом поражающим разнообразием цветов гардеробе стоял мужчина.

Ух, какой мужчина! Высокий, широкоплечий, явно хорошо владеющий и мечом, и магией. По-военному коротко стриженные волосы цвета воронова крыла, глаза такие черные, словно в безлунную ночь смотришься в колодец. Волевой подбородок с ямочкой, крупные, немного грубые черты лица. От него пахло недавним боем, гарью и магией.

В общем, мужик внушал. Или даже так – ВНУШАЛ.

– Это что? – поинтересовался мужчина низким голосом с легкой хрипотцой.

Вообще я приготовилась растекаться лужицей по полу, смущенно краснеть и изображать все добродетели перспективной невесты разом. Но вот это «что» отбило напрочь все желание понравиться. Но мне же не обязательно ему нравиться, я сюда вообще-то работать приехала!

– П-п-помощница… – проблеял горгул.

Мужчина вскинул бровь:

– Чья?

– Ваша… – пискнул тушканчик и вцепился в собственный хвост.

– Моя?! – обалдел мужчина.

– Д-да… – Оба посеревших создания активно закивали. – Вы же направляли запрос в магическую академию. Вот, прислали…

Мужчина посмотрел на меня с максимально возможным скепсисом. Ладно, на мечту всей его жизни я сейчас определенно не тянула, да и на мечту любого нанимателя тоже. Убегала из академии впопыхах – и волосы распущены, и локоны накручены, и миленький бантик на голове темно-малинового цвета… Серьезно выглядеть в ученической форме и с бантиком было решительно невозможно. Серьезно выглядеть, сидя на полу в юбке, тоже несколько проблемно, поэтому я, кряхтя, поднялась на ноги, отряхнулась, свистнула чемоданчику, который уже немного пожевал угол гобелена.

– Меня зовут Корнелия Севаретти, и я прибыла по вашей заявке на контракт личной помощницы.

Мужик удивленно моргнул и окинул меня оценивающим взглядом сверху вниз.

Я решила не теряться и тоже окинула его взглядом. Въедливым таким, женским.

– Нравлюсь? – ехидно уточнил он.

– Ну такое… – честно ответила я.

Где-то за спиной раздался тихий плюх и потом громкий БАХ. Это горгул с тушканчиком от избытка чувств плюхнулись на пол.

– Не очень люблю мужчин с нечищеной обувью. Неряшливо как-то.

За спиной раздался «ш-ш-ш-ш» и душераздирающий скрип камня о камень. Это тушканчик и горгул принялись отползать от меня подальше.

Мужчина задумчиво посмотрел на свою обувь, затем на меня.

– Но я же с поля боя! – возмутился он.

– Я заметила, – кивнула в ответ. – Но вы же маг. Что вам стоит заколдовать сапоги?

– Я – боевой маг, – раздраженно фыркнул мужчина.

– А я – бытовой, – оскалилась в ответ. – Думаю, бытовой маг – именно то, что вам нужно.

Создавай спрос и предлагай предложение! Мой педагог по торговым отношениям сейчас бы пустил слезу от умиления.

К сожалению, мой работодатель умиления от происходящего не испытал. Он прищурился, снова окинув меня тяжелым взглядом бездонных черных глаз, и сказал:

– Ну пойдем, Корнелия Севаретти, бытовой маг. Будем знакомиться.

Усмехнулся и многообещающе добавил:

– Поближе.

* * *

В общем, так я и встретилась со своим нанимателем. Сидя на полу посреди холла в компании двух странных существ и одного плохо воспитанного чемоданчика.

Мужчина шел уверенной спокойной походкой, но в один его шаг вмещалось два моих, так что между суровых каменных стен эхо гоняло веселую дробь моих каблучков, нарушая мрачную атмосферу.

Собственно, пока я шла знакомиться поближе, то успела сообразить, что к чему. Выводы были неутешительные.

Я действительно оказалась на отшибе цивилизации. Это место в народе называлось Мертвыми землями, но административно именовалось Мрачной провинцией и находилось далеко-далеко на востоке.

Давным-давно жуткие демоны и прочие ужасные существа прорвались сквозь ткань мироздания в наш мир. Было много страшных сражений и великих битв, но наш мир отчаянно проигрывал экспансию. Пока один из героев, архимаг и просто невероятно отважный человек, не замешал на своей крови уникальное заклинание.

Благодаря этому заклинанию он смог загнать большую часть чудовищ обратно, а кого не смог – запечатал в этих землях. Победа была триумфальна, и архимаг стал основоположником новой правящей династии, быстро собрав под своей рукой многие земли континента. Так появилась наша славная империя.

Но то могущественное заклинание, заклинание Черного пламени, имело свою цену и стало проклятием правящего рода. Один из прямых потомков теперь обязательно наследовал этот страшный дар. Говорят, это пламя сжигает изнутри и постепенно превращает человека в демона. С ним борются, накладывают какие-то там печати, но безуспешно.

Так что императрице теперь надо обязательно рожать двух мальчиков, чтобы один невезунчик получил корону, а второй – родовое проклятье и был сослан сторожить Мертвые земли вместе с их обитателями.

Обладателей Черного пламени в народе стали называть Князьями Тьмы, титул прижился и теперь уже имеет официальный статус.

За нынешним князем я сейчас и семенила.

Из плюсов – тут меня точно никто не найдет и не надумает женить на себе. А если найдет, можно продемонстрировать горгула в качестве устрашающего аргумента.

Из минусов – я подписала контракт не читая, и понятия не имею, как надолго застряла в этой дыре, начальник у меня – Князь Тьмы, а место работы требует… нет, даже не женской руки, а бригаду по ремонту исторических ценностей.

Пока мы тащились в кабинет к его злодейшеству, я успела оценить плачевное состояние замка и размышляла, насколько это дерзко – сразу предложить посчитать смету на ремонт. Или стоит сначала себя зарекомендовать, а потом вносить конструктивные предложения?

Да и потом, какие тут могут быть поручения для помощницы? Вести статистику приплода демонят или скорость разрастания ядовитых терновников?

Столько вопросов, и всего одна широкая впечатляющая спина, которой можно их задать!

Глава 2

Кабинет у Князя Тьмы был большим, мрачным и заставлял задуматься о всяком. Например, это ж какая зверюга была на ковре у начальства, что оставила такие огроменные следы от когтищ прямо на каменном полу?

Пока я рассматривала впечатляющие царапины, мужчина снял куртку и небрежно повесил ее прямо на свое пафосное начальственное кресло. Затем расстегнул запонки на манжетах и принялся закатывать рукава черной рубашки. В этот момент я поняла, что царапины на полу вообще совсем не интересны. То ли дело мужчина! И его шикарные, накачанные руки с такими широкими ладонями и… так, минуточку, это что?

Я поймала себя на том, что беззастенчиво пялюсь на собственного работодателя, и ладно бы как на объект далеко идущих личных планов! Нет, я пыталась рассмотреть рисунок на левой руке, идущий от внутренней стороны локтя к запястью.

К счастью, мужчина не заметил моего неприличного любопытного взгляда, а когда поднял глаза на меня, я уже вовсю интересовалась интерьером кабинета.

– Ты можешь присесть, – сказал мужчина, опускаясь в свое кресло.

Не то чтобы я не хотела, я вообще-то просто не видела лишней мебели, куда можно было бы опустить свой филей. Но после этих слов откуда-то из угла кабинета ко мне вразвалочку подошло гостевое кресло. Я от неожиданности отодвинулась от него на шаг. А оно очень настойчиво пододвинулось. Я снова отодвинулась, а оно – снова придвинулось.

Мой чемоданчик сердито зарычал, на что кресло задумчиво накренилось. Так-то, знай наших!

– Оно не кусается, – заметил мужчина. – В отличие от твоего чемодана.

– Он тоже не кусается, – буркнула я, с некоторой опаской присев на краешек кресла.

Кресло радостно скакануло, забрасывая меня поглубже в сиденье.

– Моим гобеленам так не показалось, – возразил мужчина.

Вот ведь! Все-таки заметил!

– Он еще маленький, – сказала я, протянув руку к чемоданчику. – И не понимает, что нельзя мусолить музейные ценности.

Тот нехотя распахнул пасть и выдал мне конверт с документами.

– Что мусолить? – обалдел мужчина.

– Ну… – замялась я, но, не придумав ничего лучше, протянула ему конверт. – Вот документы.

Мужчина прищурил свои черные очи, но бумаги принял. Сломал печать и принялся выуживать: рекомендательное письмо, копию моего диплома, договор…

Договор!

Я снова потянула руку к чемодану, а тот попытался захлопнуться, прямо когда я вытаскивала свой экземпляр бумаг. Бороться с чемоданом на глазах у начальника было неловко, но что поделать, когда вопрос принципиальный?

В короткой схватке я таки отобрала свой немного пожеванный экземпляр и торопливо в него заглянула.

Так-так-так… Корнелия Севаретти, с одной стороны… И герцог – надо же, целый герцог! – Князь Тьмы и единоличный владелец Мрачной провинции Рейнард Даркфар… заключили договор о нижеследующем…

– Тебе нехорошо? – поинтересовался герцог.

Я подняла глаза и поняла, что пока я читала договор и получала сердечный удар, он внимательно наблюдал за мной.

– Не-е-е-ет… – вяло протянула я, испытывая нечто среднее между паникой и паникой.

– Уверена? – прищурился лорд Даркфар. – А то мне почему-то кажется, что ты этот договор впервые в глаза видишь.

Я нервно сглотнула. Проницательный, гад!

– И если это так и тебя заставили подписать контракт силой… – Герцог выразительно посмотрел на меня и щелкнул пальцами. Рядом со мной по полу змеей побежало черное пламя, замкнулось в идеальный круг, вспыхнуло почти до потолка, и, когда пламя снова опало на высоту ладони, то в центре круга начали проступать очертания кабинета распорядителя по трудоустройству. – То можешь идти, – закончил мысль герцог.

Я обалдело и восхищенно смотрела на портал. Воздух дрожал, искажался, словно мираж в пустыне. В открывшееся пространственное окно можно было рассмотреть и женщину, которую я с таким трудом уговорила меня сюда отправить, и ее собеседника, который буквально загнал меня в лапы Князю Тьмы.

Вечно любопытный чемоданчик трусливо прижался к моей ноге, и наверняка бы пришлось тащить его на руках, чтобы шагнуть в черное пламя портала.

Я представила весы. На одной чаше на меня силком натягивали свадебное платье, а я изо всех сил отбивалась, а на другой я бегала по этому замку и гоняла бригаду строителей. Или меня гоняла бригада демонов, тут пока фантазия была нечеткая.

Собственно, выбор оказался очевиден.

– Спасибо, но я лучше останусь, – ответила, с трудом заставив себя отвернуться от портала.

– Уверена? – прищурился мужчина. – Предложение одноразовое.

– Уверена! – заявила я, гордо вздернув нос, хотя, конечно, уверенности не было ни на грамм.

Рейнард посмотрел на меня тяжелым, долгим взглядом бездонных черных глаз. И от такого пристального внимания хотелось забиться в кресло поглубже и прикрыться чемоданчиком. Но я продолжала изображать решительную гордость, молясь всем богам, чтобы герцог не заметил мою ложь и не швырнул в портал обратно к беде, от которой я так старательно убегала.

– Ла-а-а-адно, – протянул Князь Тьмы. – Считай, что ты принята на работу.

Он снова щелкнул, пламя портала взметнулось до потолка и истаяло, не оставив после себя и следа.

– Эдвард проводит тебя в твои покои. Располагайся и выходи к ужину. Обсудим дела.

Я закивала, кажется, даже излишне активно, схватила замечтавшийся чемоданчик и выскочила из кабинета его злодейшества, пока он еще чего-нибудь не заметил.

В целом все прошло неплохо. И навязанного брака я избежала, и работенку какую-никакую нашла, и начальник в общем ничего так мужик…

А что договор с сюрпризом – ну, может, оно и к лучшему. Интересные перспективы, новые знакомства… В конце концов, живут же как-то люди в Мертвых землях.

Правда, наверное, в отличие от меня они не связаны с хозяином этого замка бессрочным договором без права расторжения…

Рейнард

Девчонка врала. Я чувствовал это кожей, я чувствовал это магией. Я видел это невооруженным взглядом.

Девчонка врала, и, по-хорошему, мне стоило бы с этим разобраться. Никто не должен жить в Мертвых землях против воли. Никто не должен служить мне против воли.

Но…

Я встал, прошелся по кабинету, выглянул в окно. Солнце висело низко над горизонтом, окрашивая мои земли в алый цвет.

Мертвыми они, конечно, не были уже давно. Люди как тараканы, готовы жить везде, где земля может родить хлеб. А что тут время от времени демоны шастают – так это ж разве проблема? Вот высокие налоги в обычных провинциях – проблема. А тут… так, мелкие неудобства.

Древний замок когда-то принадлежал моему предку, от которого не осталось даже имени. Мой гарнизон состоял из полукровок, на что венценосный брат традиционно закрывал глаза. Под Тревожной горой беспокойным сном спал дракон, и я надеялся, что если он и проснется, то не в мою смену.

Неспокойно было в Мертвых землях, если честно. Неспокойно и оживленно. Оттого я и искал себе кого-то в помощь, перекладывать государственные бумажки и отвечать на письма вежливости, присылаемые по особым праздникам.

Но я ждал на эту должность кого-то другого… Да нет, не так. Я вообще никого не ждал. Так, в порыве раздражения отправил запрос. Но понимал, что ни один человек в здравом уме и трезвой памяти сюда не приедет. Бессрочный контракт без права расторжения обеспечивал сохранность моих секретов, да. Он же и накладывал весьма непростые требования. Я это понимал.

И никого не ждал.

Какому вчерашнему студенту захочется служить Князю Тьмы? Вся жизнь впереди, нет смысла гробить ее на отшибе империи.

Но эта девчонка…

Врала.

Врала, но в портал не шагнула.

А я, если честно, почему-то не слишком хотел ее отпускать. Милые золотые локоны, яркий бант и форма, которую она даже не успела сменить. Растрепанная, смешная… отважная.

– Арос, – позвал я.

Тьма сгустилась рваной кляксой в воздухе, а в следующее мгновение забила черными блестящими крыльями и уселась на подоконнике, обратившись в ворона.

– Видел девушку в моем кабинете?

Ворон щелкнул клювом, как мне показалось – ехидно.

– Чистая душа, – каркнул младший демон, – слишком яркая, чтобы не заметить.

– Слетай в столицу. Узнай, от чего она сюда сбежала.

– Слушаюсь, мой господин… – Птица взмахнула крыльями, взлетая, и истаяла в воздухе черной дымкой.

Я снова посмотрел за окно. Солнце почти село, перечеркивая тьму ночи яркой полосой догорающего горизонта. Стоило бы приодеться к ужину, м? В конце концов, можно сказать, у меня в замке появилась приятная гостья…

Взгляд против воли упал на рисунок на руке. Древняя печать переливалась алым, и казалось, что сквозь черные чернила пытается прорваться огонь.

И скоро он обязательно прорвется.

Так что это все ненадолго…

Корнелия

Вот что я рассчитывала увидеть, услышав имя «Эдвард»? Наверное, какого-нибудь седовласого дворецкого или смазливого пажа. Но явно не это.

– Что смотришь? Идем, – недовольно буркнула помесь шиншиллы и тушканчика и запрыгала по коридору.

За ним радостно застучал колесами по каменному полу мой чемоданчик. Я несколько секунд растерянно наблюдала за перформансом и сама припустила следом.

Даже думать не хотелось, что будет, если мой детеныш чемодана догонит Эдварда.

Наверное, в другой ситуации перспектива остаться в жутковатом замке в сердце Мертвых земель бы меня напугала. Но, учитывая события последних лет, честно говоря, я воспринимала все происходящее как просто не очень приятное приключение.

Бессрочный контракт? Ну, так-то большинство людей всю жизнь ищут работу, с которой их не смогут выгнать. Сомневаюсь, что завтра в помощники к Князю Тьмы выстроится очередь из страждущих. Разве только если он свое изображение поместит на объявление.

И то тут будут вопросики к кадрам.

Я слышала, что в Мертвых землях живут люди и даже что живут смески, потому в одинокую старость не верилось. Просто, вероятно, моя карьера не будет такой сверкающей, как хотелось бы, а у избранника, возможно, обнаружатся рога или хвост. Или корова и плуг, но к земледелию я особенно не тяготела, так что даже не знаю, что из этого хуже.

Перспективы, конечно, малость пугали, но…

Это все еще лучше натягивания свадебного платья силком.

– Твои комнаты за этой дверью, – все тем же недовольным тоном заявил Эдвард. – Ужин в шесть.

Я хотела спросить, где будет проходить тот ужин или, может быть, кто-нибудь расщедрится на карту замка, но тут чемоданчик отдышался и с новым энтузиазмом кинулся за Эдвардом.

Мой пушисто-прыгучий проводник с пронзительным писком запрыгал прочь по коридору, отскакивая от пола, стен, потолка, иной раз задевая и тем самым раскачивая светильники. Свет в коридоре стал неровным, превращая и без того мрачную атмосферу в сказку ужасов.

Я вздохнула, дернула магический поводок, с некоторым усилием заставив сопротивляющийся чемоданчик вернуться ко мне, и толкнула одну створку огромной и тяжеленной двери.

Пинками загнав разбушевавшийся багаж в покои, зашла следом и закрыла за собой дверь.

Уф-ф-ф…

Теперь хоть можно будет внимательно почитать договор и узнать, на что же я тут все-таки подписалась? Может, я должна его злодейшеству девственниц на завтрак, обед и ужин поставлять, а и не знаю об этом!

Но когда окинула беглым взглядом предоставленную жилплощадь, мысли о девственной диете как-то улетучились.

Меня точно на должность личной помощницы пригласили?

Тут же минимум правящая императрица может проживать!

М-да, на комнату в общежитии это помещение походило меньше всего.

Три комнаты, ТРИ комнаты! Санузел не просто с душем и дыркой в полу, как в академии, а целая ВАННАЯ. И еще мечта всех женщин мира – ГАРДЕРОБНАЯ. В которую, к сожалению, мне сейчас особенно нечего повесить.

Но тем не менее все комнаты были невероятно роскошные. Шторы из лучших тканей восточных торговцев, пушистые ковры, в которых приятно утопали ноги, мебель из ценных пород дерева…

Я повесила в гардеробной свои скромные пожитки, отпустила чемоданчик скакать по комнатам, а сама уселась за огромный письменный стол в своем собственном кабинете читать наконец-то договор.

В целом масштаб проблем был понятен: бессрочный договор, пока его злодейшество не вздумает отпустить меня на все четыре стороны. А в любом договоре должна быть оплата…

Ее-то я и собиралась отыскать.

От шуршания бумагой меня оторвал чей-то восхищенный возглас:

– Какая хорошенькая!

Я аж подпрыгнула на стуле от неожиданности. Активно закрутила головой, пытаясь понять, откуда шел голос. Но никаких внезапно прокравшихся людей, демонов, горгулий или Князей Тьмы в кабинете не наблюдалось. Решив, что мне померещилось, я снова принялась листать договор.

Размер оплаты обнаружился почти в самом конце толстой папки. И был такой… такой… тако-о-о-о-ой внушительный, что я тут же смирилась и с Мертвыми землями, и с демонами под боком.

Отработав просто год на Князя Тьмы, я смогу купить симпатичный домик в столице и нанять охрану, которая бы отгоняла от меня всяких непрошеных женихов.

В общем, увидев цифру, я восхищенно присвистнула.

– Так, ну, с манерами еще придется поработать, – задумчивым тоном заявил уже знакомый голос.

Тут я поняла, что голос мне не мерещится, одушевленных существ в комнате, кроме меня самой, не наблюдается, а значит…

– Да левее бери, левее! – раздраженно заявил голос, когда я принялась внимательно осматривать кабинет.

Собственно, «левее» висело только зеркало в тяжелой золоченой раме.

– Ой… – сдавленно пискнула я.

На зеркале проступали контуры немолодого лица с очень живой мимикой.

– Так, давай тут без поэтических обмороков, – буркнуло зеркало.

– Лимит обмороков на сегодня исчерпан, – пожаловалась я.

– И прекрасно. А ты почему еще не собрана? – вдруг оживился мой собеседник.

– Куда? – не поняла я.

– Ну как куда? На ужин! К его светлости!

Его светлость Князь Тьмы? Какой шутник придумал этот титул?..

– Я вполне собрана, – возразила я, возвращаясь к чтению договора.

– Милочка, тебя спасает красота и молодость, но ни то, ни другое не является оправданием безвкусицы и невоспитанности.

Я выразительно приподняла бровь.

– Иди и переоденься! – скомандовал мой собеседник.

Спорить со скандальной мебелью не хотелось. Да и жутковато, если честно. Так что я решила действительно переодеться, благо у меня было одно отличное платье, абсолютно мятое. Мы в него как-то в общаге заклинанием вечной зажопицы попали. Я честно хотела подпортить один вражеский галстук и одну вражескую юбку, но противники оказались слишком ловки.

Каково же было мое удивление, когда, войдя в гардеробную, я обнаружила… да все что угодно я там могла обнаружить, кроме своего ультрамятого платья.

– Эй! – возмутилась я. – Где мои вещи?!

Глава 3

Я рассчитывала, что какая-нибудь полка в гардеробной тоже будет говорящая, ну или огромное ростовое зеркало ответит знакомым голосом, но все молчали.

Пришлось топать обратно в кабинет и все-таки ругаться с мебелью.

– Это что такое? Где мои вещи?

– Какие вещи? – ответило зеркало тоном таким удивленным-удивленным, что сразу стало понятно: антиквариат все знает, но расколется только под угрозой молотка.

Я молча подняла со стола тяжеленное пресс-папье, и зеркало возмущенно заголосило:

– Ну ты чего, ты чего начинаешь-то? Нормально же все было!

– Где мои вещи? – угрожающим тоном, хорошо отработанным в схватках в общежитии, спросила я.

– Ой, да никуда не делись твои тряпки… – раздосадованно произнесло зеркало. – Там лежат… в коробке наверху.

– И с какой стати они там оказались? – строго поинтересовалась я, продолжая демонстративно покачивать пресс-папье.

Зеркало недовольно цокнуло, покосилось на канцелярскую принадлежность, готовую стать оружием убийства, и нехотя ответило:

– Ну а чего ты как бедная родственница? Исподнее, платок, пожеванное платье и два конспекта…

– Три.

– Ну три конспекта. Ты же теперь будешь рядом с его светлостью! – вздохнуло зеркало восхищенно.

Так восхищенно, что я начала подозревать неладное.

– Я сюда на работу приехала, а не личную жизнь устраивать.

– Да-да… – торопливо согласилось зеркало, продолжая коситься на пресс-папье.

– Я серьезно!

– Так я и не спорю, – миролюбиво ответила мебель.

Я с громким стуком положила угрожающий аргумент на стол, и зеркало тихонечко выдохнуло.

– А кто принес чужую одежду и развесил ее? – продолжила допрос я.

Развесил, между прочим, аккуратненько так. По цвету, сезону, поводу… особенно мне понравились туфельки на все случаи жизни, стоящие ровными рядками по нижним полкам гардеробной. Просто мечта любой девушки!

Но это не значило, что я буду донашивать за кем-то! Наверняка от любовниц герцога наоставалось барахло, и сердобольная прислуга решила приодеть новенькую.

Я, может быть, и без лишнего багажа, зато с большой брезгливостью. Сами пусть эти тряпки донашивают, вот!

– Известно кто, – ехидно ответило мигом осмелевшее зеркало и… пропало.

Ну, то есть зеркало осталось, а говорящий силуэт лица на нем – пропал. Вот ведь зараза…

Впрочем, в этой ситуации имелись два положительных момента. Первый – в гардеробную оно подсмотреть не могло. И второе – вещи мои целы, только придется их доставать…

Вот с «доставать» были некоторые проблемы. Полки в гардеробной шли до са-а-а-амого потолка. А потолки в замке на редкость впечатляющие.

Вдоволь набесившийся чемоданчик вяло дзынькал крошечным навесным замочком. Он сначала, конечно, испугался, когда я посмотрела на него, на верхнюю полку и снова на него, но быстро сообразил, что при всех его амбициях в качестве стремянки использовать его нельзя. А как понял это, так расслабленно прильнул к одной из полок и через пару минул наглым образом уснул.

– Предатель, – прошипела я и отправилась на поиск какой-нибудь табуретки.

Табуретки не обнаружилось, стремянки, естественно, тоже.

Вообще из мебели, пригодной к лазанью по полкам, было кресло в кабинете и мягкий стул перед туалетным столиком в спальне. И оба такие зверски тяжелые, что тащить их через все покои нет абсолютно никакого желания.

Наверное, можно явиться на встречу с Князем Тьмы и так, у нас же деловой ужин, а не романтическое свидание. Но теперь уже дело принципа достать свои вещички. Да и ванну опробовать тоже хотелось, а эта зловредная мебель закинула наверх абсолютно все, до последнего чулка.

Так что я не придумала ничего лучше, как отправиться на поиски стремянки. Надо же начинать изучать рабочую территорию, да?

* * *

Где найти стремянку в замке Князя Тьмы?

Если подумать, то замок – он ведь тот же дом. А где хранится весь нужный и ненужный хлам в доме? Правильно, в подвале.

Ну я и пошла. В подвал.

Сначала я шла бодро. Смотрела по сторонам, пыталась осознать масштаб работ. Да и вообще, проникнуться атмосферой места. Потом пару раз мне дорогу перебежало что-то хвостато-рогато-пушистое, и бодро идти стало сложнее. Но заброшенные под потолок вещи очень стимулировали, и я шагала дальше.

Коридор окончился огромной лестницей с такими широкими перилами, что мне даже захотелось на них прокатиться. Я замерла на верхней ступени, задумчиво рассматривая отполированное дерево и размышляя, есть ли шансы остаться незамеченной, если прокачусь на перилах, как откуда-то снизу до меня донесся обрывок разговора двух… видимо, служанок.

– Его светлость в бешенстве! – ахала одна девушка.

– Его светлость всегда в бешенстве, тоже мне новость, – флегматично заметила ее собеседница.

– В этот раз повод действительно серьезный! Дозорные схватили человека, домогавшегося демоницы. Князь в ярости! – И она добавила громким шепотом: – Говорят, человека приволокли в замок, и его светлость лично вырвал ему сердце.

– Ну и правильно, – все так же флегматично ответила вторая девушка. – Совсем эти люди распоясались. Заявляются сюда, как к себе домой, и ведут себя так, словно война не закончилась.

– Ничего, его светлость всех новых переселенцев быстро к ногтю прижмет, не в первый раз.

– Так-то оно так, да только говорят, в остальной империи его за это ненавидят, – вздохнула вторая.

– Зачем ему остальная империя, когда у него есть мы? Мы его любим и заботимся о нем!

Заботятся, ага. Вон сколько любовниц тут промаршировало. Если от каждой хотя бы по платью осталось, тут целый полк должен был квартировать.

– Эдвард сказал, что его светлости из столицы девицу прислали, – вырвал меня из задумчивости продолжавшийся девичий треп.

– Да ты что! А зачем?

– Ну вроде бы помощница, за бумажками следить…

– И как, хорошенькая?

– Вот о чем ты только думаешь?!

– Да что тут думать-то? Его светлость вон какой видный мужчина. Жениться бы ему… – мечтательно сказала девушка.

Где-то в этом месте я подумала, что даже если внизу лестницы склад стремянок, я, пожалуй, туда не пойду.

Встречаться с любопытной прислугой я была совершенно не готова. Особенно с прислугой, мечтавшей выдать меня замуж за Князя Тьмы! Точнее, женить Князя Тьмы на мне, но сути это не меняло!

И я медленно, тихонечко попятилась назад, чтобы как можно тише и незаметнее отползти от лестницы, как вдруг уперлась во что-то спиной. А упираться мне было в том направлении решительно не во что, потому как там располагалась арка коридора.

– Уже сбегаешь? – раздался над головой очень знакомый голос с волнующей хрипотцой.

– А можно? – сдавленно пискнула я, запрокидывая голову.

Прижималась я не к какой-нибудь там вазе на постаменте или стене, а к его светлости Князю Тьмы.

Ой, мамочки…

– Нет, нельзя, – спокойно ответил он немигающим взглядом.

– Жаль, – вздохнула я в ответ, аккуратненько отлипая от мужчины.

– Что ты тут делаешь? – спросил герцог, склонив голову набок.

– Ищу стремянку, – честно ответила я.

– Зачем? – искренне удивился Князь Тьмы, от чего его немного мрачное лицо вытянулось.

– Нужно залезть на верхнюю полку гардеробной, – охотно пояснила я.

Мужчина посмотрел так выразительно, что пришлось продолжить без наводящих вопросов:

– Просто мои вещи закинули наверх… и гардеробную забили разными шикарными вещами. Чьими-то.

– Чьими-то? – повторил герцог.

– Да, – кивнула я. – Ну, не моими.

– Хм… – изрек мужчина, а потом рявкнул: – Эдвард!

Из самого неприметного угла коридора выглянула пушистая ушастая морда.

– Да, ваше злодейшество! – поклонился тушканчик со всем достоинством, на которое только был способен при таком росте и внешнем виде.

– Скажи, Эдвард, почему моя помощница осталась без вещей?

Бедолага Эдвард опять посерел и с трудом выдал:

– Так как же без вещей, ваше злодейшество! Целый гардероб выделили, чтобы соответствовала статусу!

Кажется, тушканчик ляпнул что-то не то. Настолько не то, что черные-черные глаза Князя Тьмы еще больше потемнели, а пушистый ушастик нервно затеребил свой хвост и как-то вяло промямлил:

– Так ужин же…

Мужчина хмыкнул, посмотрел на меня, на мою форму, на мои бантики и разношенные, но ужасно любимые туфли и щелкнул пальцами.

Вокруг меня завилась тьма, а когда она опала, я оказалась стоящей посреди коридора в синем вечернем платье.

– УХ ТЫ! – восхищенно воскликнула я, закружившись на месте. – Платья от самого Князя Тьмы!

Мужчина горделиво усмехнулся.

– Я сохраню его, и оно станет семейной реликвией. Будем передавать из поколения в поколение! – заверила я мужчину, у которого почему-то дернулся глаз от такого обещания, и продолжила: – А можно как-нибудь убрать все остальное из моей комнаты? Вещи, конечно, ужасно красивые, но донашивать я их не буду.

– Донашивать? – не понял герцог.

– Ну… – смутилась я. – Они же чьи-то были…

Князь Тьмы выразительно так посмотрел на бедолагу Эдварда, а тот, уже явно не зная, как бы спастись от неудобного разговора, плюхнулся на спину и попытался изобразить труп.

– Пущу на чучело, – пригрозил Князь Тьмы.

Пушистый подчиненный отполз в тень алькова и оттуда пискнул:

– Да они все только по разу надеванные! От ваших бывших невест осталось…

За окном загрохотало и засверкало, задрожали стекла в рамах, мраморная лестница жалобно затрещала.

– Я не понял, Эдвард, – обманчиво-мягко проговорил герцог, – почему в гардеробной моей помощницы какие-то тряпки? Я же сказал: выбросить или сжечь.

– Так мы и… – промямлил тушканчик.

– Исправляй, – процедил мужчина и щелчком пальцев отправил бедолагу в неведомые дали.

– Вы его убили? – спросила я.

– Нет, – нахмурился герцог. – Но время от времени хочется.

Затем Князь Тьмы окинул меня таким чисто мужским взглядом, кашлянул и предложил локоть:

– Пойдем ужинать. Я подготовил для тебя список задач на первое время. Хочу, чтобы ты ознакомилась.

Вместо пафосного «с удовольствием, ваше злодейшество» гулкий коридор огласило урчание моего живота.

Вот позорище!

* * *

Ужин с начальником, я предполагала, должен выглядеть так: мы едим, и он раздает мне ценные поручения. Даже попросила на пять минуточек забежать в мои комнаты за блокнотом и писчим стило.

А как забежала, так и поняла, что есть с этим некоторая проблемка.

В общем, еще раз побегав по покоям и поняв, что чудеса акробатики мне не подвластны, особенно в шикарном дареном платье, я выглянула в коридор и, смущенно кашлянув, обратилась к ожидавшему меня мужчине:

– Ваша светлость…

– Рейнард, – поправил меня мужчина.

– Что? – не поняла я.

– Можешь обращаться ко мне – Рейнард. Я не люблю герцогский титул.

– Кхм… – растерялась я. – Рейнард, не будете ли вы так любезны подсадить меня?

– Куда? – не понял герцог.

– Наверх, – пояснила я. И пальчиком в потолок ткнула для иллюстрации.

Мужчина внезапно улыбнулся. И хотя улыбка была какая-то коварно-двусмысленная, но ее хватило, чтобы лицо Рейнарда преобразилось. Из мрачного, сурового, немного пугающего Князя Тьмы он превратился в красивого мужчину с теплым взглядом бархатно-черных глаз.

– Ну показывай, куда там тебя надо… подсадить.

Я распахнула дверь и провела мужчину к гардеробной.

– Видите коробку? – Я показала на са-а-а-амую верхнюю полку под потолком. – Туда ваши добрые слуги закинули мои вещи. И вместо них повесили все это.

Рейнард окинул взглядом «все это» и тут же превратился обратно в мрачного Князя Тьмы. А в следующее мгновение гардеробную объяло черное магическое пламя. Я вскрикнула, не зная, за что больше переживать – за уничтожаемую дорогущую ношеную красоту или за свои скромные, но жизненно необходимые пожитки?

Но пламя опало так же внезапно, как и появилось, идеально вылизав все полки и вешалки, не оставив даже кучки пепла. И лишь моя коробочка аккуратно стояла на полу посреди комнаты.

– Спасибо… – растерянно пробормотала я и, немного порывшись, выудила оттуда блокнот со стило.

– Все? – равнодушно поинтересовался мужчина.

Я активно закивала.

– Идем. – Князь Тьмы развернулся и широким шагом зашагал в сторону обеденного зала. На этот раз локоть мне не предлагали, да и вообще не смотрели, успеваю я или нет.

И чем он только так недоволен-то?

Рейнард

Поймаю Эдварда – пущу на чучело. Нет, на чучело не хватит, пущу на кисточки для служанок.

Вот ведь демонический хомяк, ничего от сердца оторвать не может!

Мой венценосный брат регулярно присылал сюда разных девиц. Дескать, негоже герцогу быть необрученным, вот тебе аристократочка, какую не жалко.

Не жалко брату было целый парад бесприданниц, потасканных чужих любовниц, скандальных девиц из свиты его жены и еще прорву всякого неликвида.

Он ссылал сюда всех неугодных под видом «замуж – это туда», в надежде, что или я действительно женюсь, или присланную девицу тут нечаянно сожрут.

Я селил их в замке, месяц они изображали не то ужас, не то недовольство, потом начинали пытаться вытрясти из меня деньги или обручальное кольцо…

Но каждая быстренько собирала вещички, едва узнав, что блеска столицы в замужестве со мной им не видать. Князь Тьмы редко выбирается из Мертвых земель, и на то есть свои особые причины.

Ворох тряпок, которым замок одарил Корнелию, был из забытых впопыхах вещей моих несостоявшихся невест. Каждую из которых я отправлял отсюда скорым порталом после какой-нибудь особенно некрасивой скандальной сцены – прямо брату под нос.

И как вообще им всем хватило мозгов предложить Корнелии чужие вещи?!

Как будто я – не Князь Тьмы и не могу себе позволить приодеть одну хорошенькую помощницу…

Корнелия

Пока мы шли в обеденный зал, я поймала себя на мысли, что не могу запомнить дорогу. Раньше вот у меня не возникало трудностей с определением себя в пространстве, но с этим замком явно что-то не так. По всей логике мы должны были сделать полный круг, поворачивая налево-налево-налево, но вышли не к моим покоям, а к красивым двустворчатым дверям.

Двери распахнулись перед Рейнардом, он даже пальцем в них не тыкал, и мы оказались в огромном, нет, просто огроменном зале. Тут, наверное, хорошо давать балы или рассаживать полк. Со светом, правда, была некоторая напряженка: свечи горели только в центральной люстре. Тяжелой такой конструкции с бронзовыми завитушками и черным пламенем на фитилях.

Получалось так, что освещен только стол, а вот во всей остальной части зала клубится пугающая тьма. Или не клубится, но мне стало как-то жутковато, и я засеменила быстрее, чтобы поравняться с герцогом. Даже подумывала о том, не схватить ли его за руку, но в последний момент передумала.

Вообразит себе еще чего, а я сюда работать прибыла. Чисто деловые отношения, вот!

Длинный, длиннючий стол был накрыт на двоих. И нет, не в разных краях, а рядышком. Князь Тьмы восседал во главе на резном стуле, а мне накрыли слева. Мужчина скользнул взглядом по моей пустой тарелке, но не успела я дойти до места, как вся тара с прилагающимся инструментарием испарилась слева и возникла справа. А его светлость еще более помрачнел, хотя, казалось бы, куда еще больше.

– Итак, – подзывая к себе магией супницу, проговорил Рейнард, – в твои задачи будут входить… Регулярное предоставление финансовой отчетности по герцогству для короны. Аудит Мертвых земель. Организация и проведение ремонта в замке. Благоустройство торговых путей… а то последний караван попытались сожрать, это нехорошо.

Я нервно сглотнула. Мужчина этого даже не заметил – налил себе густой наваристый супчик, и меня не обделил, не особенно интересуясь, люблю я баранину или нет.

– Медицина в Мертвых землях слабая, нужно как-нибудь сманить квалифицированных лекарей, – меж тем продолжал Князь Тьмы. – Система образования отсутствует полностью, ее нужно создать. Соседи подали в суд за то, что кое-кто из моих жителей прокопал шахту как будто под их территорией, и мы как будто их обворовываем.

– А мы не? – вставила я.

– Понятия не имею, – пожал плечами мужчина. – Вот и выяснишь. Еще мне хочется, чтобы здесь появилось собственно производство, подготовишь доклад с вариантами на эту тему…

Рейнард задумчиво побаландал ложкой в супе и добавил:

– Так, ну из первоочередных задач вроде бы все. За квартал справишься?

КВАРТАЛ?!

Глава 4

– Можно даже быстрее, – улыбнулась я, смотря в бездонные черные глаза мужчины, – если, например, замок не ремонтировать, а снести и поставить новый.

В ответ на это все светильники в зале вспыхнули огнем до самого потолка, паркет пола заскакал, точно клавиши пианино, на столе жалобно задребезжал фарфор.

Рейнард тяжело вздохнул и покачал головой:

– Ты зачем его пугаешь?

– Кого? – не поняла я.

– Замок.

– Замок?

Входная дверь возмущенно захлопала, с потолка прямо в наши тарелки посыпались опилки из утеплителя перекрытий. Из дальнего угла зала эвакуировалось мышиное семейство, без зазрения совести давая деру прямо перед темными очами его злодейшества.

– Да угомонись ты! – рявкнул Рейнард.

За окном сверкнула молния и прогрохотало. В зале мгновенно стало тихо – все перестало щелкать, хлопать и скрипеть, и только люстры поскрипывали, раскачиваясь из стороны в сторону и капая воском всех зажженных свечей на нашу еду.

– Не собирается она тебя сносить.

– Не собираюсь, – быстро подтвердила я под выразительным взглядом герцога.

Но потом решила – если уж торговаться, то по полной, и добавила:

– Если только не за квартал.

Паркет прошелся возмущенной волной, а мужчина поморщился. Но я же не даром целый курс планирования и экономики ведения хозяйства отслушала!

– А давайте я вам план составлю и покажу? Могу в трех видах – оптимистичный, реалистичный и пессимистичный. Оптимистичный, так и быть, запихну в квартал.

– Ладно, – процедил герцог и приманил к себе тарелку с тушеным мясом.

Красивая глубокая фарфоровая тара легко и ловко подлетела к мужчине, и он в задумчивости уставился на содержимое.

– Когда я брал помощницу, то надеялся на то, что моя жизнь станет как-то проще.

– Я еще не начала работать, – заметила я.

– Работать-то не начала, зато уже начала усложнять.

И он продемонстрировал наваристое рагу, равномерно усыпанное стружкой.

– И когда я звал тебя со мной поесть, то рассчитывал на обсуждение рабочих вопросов, а не угрозу моему замку.

– Вы первый начали! – напомнила я. – Начали угрожать кварталом!

– Это была проверка на профпригодность, – поморщился Рейнард. – Кто ж знал, что ты не только симпатичный бантик на голове завязывать умеешь.

– Эй! – возмутилась я. – Что это за бантиковая дискриминация?

– Ну почему же дискриминация? Ужин пропал. Поварской персонал уже ушел…

Герцог поморщился, а я окинула взглядом безнадежно испорченный ужин и поднялась на ноги. Это было ужасно неловко – в первый рабочий день, и такой конфуз! Но, слава магии, я вообще-то бытовой маг! А значит, с легкостью могу решить эту проблемку.

– Идемте! – скомандовала я.

Князь Тьмы выразительно вскинул бровь, а я схватила его за руку и потянула:

– Вставайте-вставайте!

На дне бездонных глаз мужчины вспыхнуло черное пламя, но я была неудержима в своем желании исправить ситуацию и продолжала тянуть Рейнарда за руку.

– И куда ты меня тащишь? – медленно проговорил герцог.

– Как куда? На кухню! Кормить!

Мужчина удивленно моргнул, и пламя из его глаз исчезло.

– Кормить? Ты что, умеешь готовить?

– Пф! Я – бытовой маг! Я много чего умею. Да идемте же, я тоже есть хочу!

Внезапно расслабленная ладонь мужчины сжала мою руку, и вдруг оказалось, что это не я его тяну, а он меня держит.

– Ну идем, – медленно проговорил Князь Тьмы, смотря на меня странным, нечитаемым взглядом, – покажешь свои умения.

* * *

Искать кухню в замке оказалось весело и увлекательно. Начать стоит с того, что Рейнард понятия не имел, где она располагается, а обиженный на мою шутку замок не спешил показывать дорогу.

Но я была решительно настроена накормить себя. Ну и Князя Тьмы за компанию, чего уж там. А потому шагала и шагала по коридорам, двигаясь исключительно на чистой женской интуиции. Спустя четверть часа замок вынужден был признать тактическое поражение, потому что уже его злодейшество пригрозил снести пару башен, если обитель зла не прекратит тратить наше время.

Коридор тут же вильнул вправо, и спустя буквально пару шагов мы оказались на кухне.

Будучи студенткой бытового факультета, я частенько бывала на кухне нашей академии. Так вот: та кухня и эта не имели меж собой абсолютно ничего общего.

– Какой антиквариат! – восхитилась я, обходя помещение.

– Не понял? – приподнял брови Рейнард.

– Ну, посуду мыть руками, продукты резать ножами, а для готовки нужно топить печь.

– Это проблема? – немного растерянно поинтересовался мужчина.

– Конечно, нет! Я же теперь смогу попрактиковаться в бытовых заклинаниях без всяких там артефакторских костылей.

Рейнард моего оптимизма не разделял, но, быстренько раздобыв где-то колечко колбасы, уселся на стул на высоких ножках и приготовился наблюдать за процессом. Я на это посмотрела, поняла, что однозначно не могу допустить подобного безобразия, и ловким движением вырвала колбасу из рук мужчины.

– Эй! – обиженно возмутился Князь Тьмы.

– Аппетит испортите, – строго заявила я.

– Да я с голода скорее помру, чем аппетит испорчу, – заметил мужчина.

– Не говорите глупостей. Я – профессионал, сейчас быстренько приготовим… – Я залезла в хладокамеру. – Приготовим… – Начала перебирать разделанные куски мяса. – Приготовим… Ага!

Выудив внушительный кусок охлажденной вырезки, я потерла ладони и принялась готовить. Что там любили обсуждать девчонки, путь к сердцу мужчины лежит через его желудок? Интересно, а с начальником сработает?

Рейнард

Вообще я, конечно, мог вызвать обратно повара с поварятами и весь кухонный персонал полным составом. Даже не вызвать, а просто переместить на кухню, приказав повторить обед.

Но почему-то не стал.

Девчонка так уверенно волокла меня на кухню, что даже замок оказался в недоумении. Я немного тоже, но было слишком интересно, что же умеет эта вчерашняя выпускница.

В вечернем платье на кухне она выглядела и мило, и нелепо одновременно. Я только перенес себе в руку колечко колбасы, уселся на стул и настроился наслаждаться зрелищем, как эта мелкая пакостница отобрала у меня еду.

У меня! У Князя Тьмы!

Я был настолько шокирован ее милой непосредственностью, что за окном даже ни разу не погромыхало.

А пока я пребывал в состоянии легкого шока, девица уже принялась хозяйничать на кухне. И, демоны меня побери, это было действительно красиво.

Не слишком заботясь о внешнем виде, моя личная помощница закатала рукава платья, подоткнула подол за пояс, продемонстрировав мне одну весьма стройную ножку, волосы заплела в небрежную косу и перевязала бечевкой.

И принялась колдовать.

Кто сказал вам, что бытовая магия самая безобидная магия в мире? Да я, когда увидел, как дюжина ножей принялась резать, кромсать, шинковать и рубить продукты, сразу же подумал, а не обзавестись ли дополнительным отрядом боевых бытовых магов. Этих если выпустить в поле, они коллективно отряд противника в полминуты превратят в рубленую котлету.

Спустя четверть часа Корнелия скомандовала:

– Поджигайте! – и ткнула пальцем в печь.

Это она что, хочет готовить на черном демоническом пламени?

– Ну вы чего? – поторопила меня девушка. – Или на печку ваша магия не работает?

Я обалдел еще больше и щелкнул пальцами. На кухне загорелось все. Ну, то есть вообще все, что могло загореться, – свечи, печка, все конфорки плиты.

– Ух ты! А тут, оказывается, может быть светло! – восхитилась девушка и принялась жарить, варить и тушить.

На черном демоническом пламени.

Кажется, я слышал отголоски душераздирающего демонического вопля за попрание моего темнейшего дара. А может, и показалось.

Спустя еще какое-то время девушка, пританцовывая и мурлыча что-то себе под нос, сняла пробу с содержимого кастрюли.

– Хм-м-м… – задумчиво изрекла Корнелия, зачерпнула содержимое и, подойдя ко мне, заявила: – Попробуйте, что-то не могу с вашей мудреной солью понять, как посолила.

Подула на дымящуюся ложку и сунула ее мне под нос.

И стояла передо мной вся такая взъерошенная, но счастливая, и смотрела выжидающе.

Пришлось снять пробу. Отряд боевых бытовых магов в моем воображении бодро превратился в полевую кухню, потчующую разносолами моих бойцов.

– Солено? – строго спросила Корнелия.

– Вполне, – ответил я, с некоторой тоской посмотрев на дымящийся котелок.

– Ладно…

Корнелия снова вернулась к плите, оставив меня в печали по поводу ужина и по поводу отвернувшейся девушки. Э-э-э, нет, только по поводу ужина.

Но долго печалиться не пришлось: совсем скоро передо мной на стол опустилась тарелка с густым мясным соусом и блестящей от масла кашей, румяная хлебная лепешка и стакан еще дымящегося компота.

Так, если все бытовые маги так готовят, то к черту столичного повара, хочу Корнелию. Тьфу, то есть бытового мага вместо повара!

Корнелия

Нет более приятного зрелища, чем мужчина, уплетающий за обе щеки приготовленную тобой еду.

Я даже залюбовалась в какой-то момент – просто сидела, подперев щеку рукой, и смотрела, как Князь Тьмы бодро работает ложкой. Потом вспомнила, что сытый мужик – добрый мужик, а значит, самое время поговорить о делах. Попросить там чего-нибудь… Девчонки говорили, что, конечно, лучше всего просить материальные блага после более близкого горизонтального знакомства, но это было явно не про нас с Рейнардом.

И вы представляете, ни единой мысли в голове! Вот вообще! Вроде бы идеальный момент – начальство сыто, довольно и готово внимать моим речам. А я ничего не могу для себя попросить.

Позорище! И как мне теперь быть личным помощником? Честным, что ли?!

В общем, сидела я, уже не любовалась Князем Тьмы, а размышляла мрачно о своей скудной фантазии, когда его злодейшество заговорил сам.

Он откинулся на спинку стула и, покачивая в руке коньячный бокал с компотом, задумчиво проговорил:

– Итак, гардероб…

– Бокал! – ошарашенно воскликнула я.

– Что? – не понял мужчина.

– Бокал! – повторила я, не в силах поверить своим глазам.

– Бокал? – повторил Рейнард и посмотрел на стеклотару в своей руке. – Ах это… да, действительно, бокал. Так держать удобнее.

– Научите, – выдохнула я, сложив руки в умоляющем жесте.

– Как из стакана бокал сделать? А тебе зачем? – с подозрением спросил он.

– Ну так удобно же, – заявила я. – Покупаешь одинаковые стаканы и делаешь из них по своему усмотрению нужное…

– Что-то в этом есть, – покивал мужчина. – Но, к сожалению, вряд ли ты сможешь освоить этот прием.

– Почему это? – возмутилась я. – Я, между прочим, была отличницей!

– Верю, – не стал спорить герцог, – но у тебя нет главного. Знаешь чего?

– Чего? – спросила я в надежде прикоснуться к вселенской мудрости.

– Магии черного пламени, – усмехнулся он.

– Тьфу ты! – отмахнулась я. – Так бы сразу и сказали – семейная магия.

– Ага… – каким-то странным тоном протянул Рейнард, – семейная…

Мне, конечно, стало ужасно любопытно, но и спрашивать было неловко. И пока воспитание боролось с любопытством, его злодейшество вернулся к своей теме разговора.

– Так вот, гардероб.

– А что гардероб? – не поняла я и осмотрела себя.

Ну да, вечернее платье на кухне было малость неуместным… да и досталось ему немного от брызг со сковороды. Тихонечко смахнула их простеньким бытовым чистящим заклинанием, в надежде, что его злодейшество не заметит.

Заметил, еще как заметил! Смотрел на меня прямо так… пробирающе!

– Пойдешь завтра к госпоже Архане, закажешь себе гардероб.

– Да у меня есть… – начала было возражать я.

– Есть, ага. Я видел, да. И если в твоем невоспитанном чемодане не прячется еще одно измерение, то я буквально видел весь твой гардероб сегодня.

– Он еще маленький! – Я поджала губы, обидевшись за чемоданчик.

– Самое время воспитывать, – заметил герцог. И, не слушая мои дальнейшие слова, добавил: – К Архане, и точка. Никаких возражений.

А у меня были, между прочим, очень даже какие возражения! Самые что ни на есть фундаментальные! Финансовые!

Кажется, я как-то слишком красноречиво зыркнула на Князя Тьмы, потому что он подумал и добавил:

– За мой счет.

Э?..

Глава 5

К госпоже Архане меня проводили чуть ли не силком. Во-первых, я не горела желанием никуда идти, а во‐вторых, понятия не имела, где это.

Но утром, стоило мне выйти из своих покоев с расчетом поживиться какой-нибудь вкусной булочкой и кофейком, я столкнулась нос к носу с широкой грудью горгульи. Э-э-э-э, горгула.

Это был все тот же фиолетовый товарищ с занимательной набедренной повязкой из камня и довольно дружелюбным выражением на зверской клыкастой морде.

– Проснулась-таки! – просиял горгул.

– Вполне, – согласилась я.

– Ну тогда идем. – Элемент замкового экстерьера махнул мне рукой и зашагал в одном ему известном направлении.

– Куда идем-то? – спросила я, с трудом догоняя и семеня за горгулом.

– Его светлость наказал отвести тебя к госпоже Архане.

– Да не нужна мне никакая госпожа Архана! – взвилась я.

– Неправда, – покачал головой горгул. – К ней очередь на полгода вперед за нарядами, а тебя она так примет, из любви к его светлости.

– Далеко идти-то? – спросила я, подумав, что местная мода должна отличаться от столичной и, возможно, я действительно найду что-нибудь интересненькое. А герцог? Что герцог – я, между прочим, ценный кадр, он заранее меня оценил.

Ну и пожалел, наверное, немножко, но об этом думать не хотелось. Жалость, знаете ли, не то чувство, которое молодая девушка хочет вызывать у мужчины.

– Идти недалеко, только неудобно, – охотно пояснил горгул.

Мы вышли из замка, воспользовавшись одной из множества дверей для слуг, и направились…

Вообще я думала, при замке есть какой-нибудь город там или иное поселение. И, выйдя из каменных стен, можно оказаться на уютных старых улочках.

Ага.

Мы вышли из замка и оказались на крошечном клочке земли прям перед обрывом во тьму. Узкий спуск скорее угадывался контекстно, чем был виден от двери.

Я не то чтобы трусишка, но в не успевшую закрыться дверь вцепилась.

– Ты чего? Пошли, тут недалеко, – махнул горгул, направляясь в сторону спуска.

Вместо ответа я просто помотала головой. Нет, знаете, мне не так нужны эти ваши халявные платьишки, своя шея дороже. А я ее обязательно сверну, стоит только подойти или, что более вероятно, подползти к краю.

– Его светлость с меня три шкуры спустит, если я тебя не отведу, – нахмурился горгул.

– Ты каменный, ничего тебе не сделается, – огрызнулась я, еще сильнее вцепившись в поручень.

– Это ты его светлость просто плохо знаешь. Говорю иди сюда – значит, иди сюда! – рявкнул горгул и ногой топнул. Я думала, край почвы сейчас обрушится вместе со стоящим на нем каменным созданием.

Но нет, древние строили на века. Только небольшая осыпь пошла на дно ущелья, а дорожка как стояла, так и стоит.

– Не пойду, – отрезала я. – Ему надо меня одевать, вот пусть и переносит. Или сам отводит. Или…

Что там еще «или», я придумать не смогла: в следующее мгновение я почему-то оказалась не на крошечном пятачке земли у замковой двери, а во вполне себе уютной комнате. Строго говоря, это была не просто комната, а подвальное помещение. А то, может, и просто подвал.

Так, это не то, о чем следует беспокоиться. А вот то, что Князь Тьмы за мной следит… э-э-э, то есть приглядывает, определенно вызывает некоторую тревогу.

– Добрый день! Корнелия, да? – раздался приятный женский голос.

Я обернулась и поняла, что пригляд Князя Тьмы – это тоже, в сущности, ерунда. А вот то, что стояло передо мной, действительно вызывало ощущение беспокойства. Точнее, даже паники.

Госпожа Архана была паучихой.

Ну ладно, не совсем паучихой. Но где-то примерно наполовину. Ниже пояса.

– Его светлость сказал, нужно обновить гардеробчик, да? – продолжала ворковать Архана.

Я, честно сказать, единственное, что смогла из себя выжать, – это жалобный писк. Нечто среднее между «да, пожалуйста» и «спасите-помогите».

Меж тем паучиха, проворно переставляя какое-то кошмарное количество мохнатых конечностей, подбежала ко мне и принялась обмеривать. Я стояла и боялась дышать. Обмеряла она меня, правда, нормальными человеческими руками. Да и вообще была вполне симпатичной женщиной средних лет. Даже можно сказать, красивой – белая кожа, черные волосы, красивое, немного хищное лицо.

Паучья тушка все откровенно портила.

– Так-так-так… Ох, какая талия, ну что за прелесть. А тут? Тут у нас тоже неплохо… а здесь? Хе-хе, здесь вообще хорошо. Его светлости наверняка понравится…

– Эй! – оживилась я. – Вы все не так поняли! Я – помощница Князя, а не его… э-э-э…

– Да-да, – отмахнулась паучиха. – Помощница, слышала.

– Я серьезно!

– Да я ж разве спорю?

Хотела продолжить препираться, но госпожа Архана изрекла многообещающее «я ща» и скрылась за занавеской. Тут мне наконец удалось оглядеться.

Комната явно находилась под землей. Неровные стены были высечены в скале, однако хитрое магическое освещение, утопленное в различные ниши, делало помещение достаточно светлым. Драпировка из разных весьма интересных тканей привносила уют в холодный камень, а огромное ростовое зеркало в светящейся оправе характеризовало назначение помещения – примерочная.

Пока я стояла и ждала неизвестно чего, в голове роилась масса вопросов. Например, как я сюда попала? Как мне отсюда выбираться? Не съедят ли меня? Или, может, понадкусывают?

Входная штора из маленьких полых деревяшечек колыхнулась, приятно дребезжа и впуская хозяйку. Архана волокла несколько отрезов тканей и, устало выдохнув, расстелила их передо мной.

– Значит, так… – потерла руки паучиха. – Вот это на повседневное платье. И вот это. И вон то. А вот это на парадно-выходное. И вон то тоже. Из этого я сделаю тебе ночную сорочку. А из этого бельишко…

Тут Архана прервалась, посмотрела на меня так задумчиво-критически и продолжила:

– Нет, бельишко я сделаю из кружева…

Кружево – это, конечно, хорошо, но вы когда-нибудь пытались в нем не дефилировать красиво, а реально работать?

Я состроила жалобную моську и попросила:

– А можно без кружева?

– Как это? – округлила глаза женщина. – Я – Архана из рода Черных вдов! Без кружева никак нельзя, коллеги не поймут.

– Но это не совсем удобно… – намекнула я.

– Почему же? Очень удобно. Могу так скроить, что будет ну о-о-о-о-очень удобно.

– Вы когда-нибудь пытались в кружевном, кхм, белье делать ревизию на кухне?! – не выдержала я.

У паучихи от этих слов глаза на лоб полезли:

– Ты что, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО собралась работать?!

– Э-э-э… – растерянно отозвалась я. – А есть варианты?

– Ну… – немного смутилась Архана и кивнула наверх. – К нему под бочок…

Я непонимающе посмотрела на женщину. То есть паучиху.

– Ну, того-этого, – пояснила она.

Понятнее не становилось.

– В кровать ему залезть! – не выдержала Архана.

– Зачем? Личные помощницы уборкой не занимаются, на то прислуга есть. Я буду ведать делами герцогства, и его светлость мне уже кучу поручений раздал по ремонту замка, и земле, и…

Паучиха демонстративно прикрыла ладонью глаза.

– Не продолжай. Просто… не продолжай.

– Так сделаете? – с надеждой спросила я. – Ну, без кружев.

– Сделаю, – мрачно ответила Архана и буркнула: – А я только понадеялась, что нормальную девицу раздобыл. Так нет, он на ней пахать вздумал…

Рейнард

Нельзя сказать, что я следил за Корнелией. Нет, я просто присматривал за своей новой подчиненной, мало ли что. Все-таки она – человечка, а тут каждый второй – демон, минимум на половину…

Беспокоился я, вот!

И правильно обеспокоился, а то бы точно что-то препаршивое случилось бы.

– Ты вот скажи мне, – медленно проговорил я, смотря на горгула немигающим взглядом, – как мозгов хватило девчонку по отвесной стене потащить?

– Так там быстрей всего же…

– По отвесной стене, Теодор, – процедил я, и каменный полудемон нервно сглотнул. – Я зачем, думаешь, тебя поставил с ней к Архане сходить? Чтобы ты проветрился в приятной компании?

– А как же…

– Ты – хранитель портала! – рявкнул я. – Молча пустил, молча выпустил!

– Так не положено же… – промямлил горгул.

– А девчонку по козьей тропе тащить положено? – прошипел я.

– Вашество, да я бы ее на руках донес, делов-то!

Свечи в тронном зале полыхнули на метр.

– Развею, – очень тихо, но очень многообещающе проговорил я.

Горгул и так в моем присутствии яркостью цвета не отличался, а тут вообще окончательно посерел и начал пытаться что-то промямлить по теме разговора.

– Пошел вон! – Я раздраженно махнул рукой, и горгула зашвырнуло обратно на его рабочий постамент.

И ведь ответственный, преданный, но в голове одна извилина, и та от пробора.

Работнички, один другого краше… Я потому и искал себе помощницу, чтобы этот балаган построить. Кто ж знал, что вся прислуга вместе с замком в ее присутствии последние остатки мозгов начнет терять…

Вот послушал их, выписал девчонку. А надо было какую-нибудь даму в годах, лучше вдову генерала. Чтоб всю мою нечисть по струнке ходить научила.

Я вздохнул и краем глаза подсмотрел, где там Корнелия. Девчонка о чем-то разговаривала с Арханой, и вид у паучихи был мрачный и какой-то шокированный. Сложный заказ, что ли? Я же сказал, все оплачу…

Вообще к Архане вел подземный ход. Точнее, она поселилась в одном из ответвлений катакомб моей горы, но знать об этом всем было необязательно.

И это совершенно точно не снимало внезапно возникшего вопроса, как Корнелии передвигаться по замку. Маг-бытовик телепортироваться не умеет…

Я встал с трона и шагнул в пространство, чтобы оказаться в сокровищнице. Нужно подобрать девчонке какую-нибудь безделицу, которая бы могла работать как амулет.

Хм, вот, например, колечко. Красивое, с большим бриллиантом и россыпью рубинов. Девушке должно понравиться…

Так, стоп. Какое колечко. Нет, колечко – это перебор. Лучше браслетик. Браслетик, да…

Хотя даже жаль, что колечко не пригодится. Думаю, на ее маленькой ладошке оно бы смотрелось эффектно…

Но нельзя, нельзя… нельзя.

Корнелия

Когда мы закончили с госпожой Арханой, возник резонный вопрос – как мне отсюда выбираться?

Стояла я такая задумчивая посреди все того же зала с огромным зеркалом, стояла, ножкой от задумчивости притоптывала, как вдруг поняла, что стою уже не в премиленькой паучьей пещере, а в зале.

Огромном таком, огроменном мрачнющем тронном зале. Стою почти посередине, чуть поближе к трону – массивному креслу, жутко неудобному на вид. А на кресле, ой, то есть троне, сидит его злодейшество.

Сидит, пятку одной ноги на колено другой закинул, развалился так с барским видом и смотрит на меня.

Смотрит и смотрит своими чернющими глазами. Я вроде бы ничего такого не сделала, ну по крайней мере пока, а уже захотелось пискнуть, что ни в чем не виноватая.

– Корнелия, ты знаешь, где располагается этот замок? – вдруг спросил мужчина.

– Конечно! В Мертвых землях, – с готовностью ответила я, немного даже выдохнув.

– Это понятно, – медленно протянул герцог. – А где конкретно в Мертвых землях?

– М-м-м… – многозначительно протянула я и сделала гениальное предположение, блеснув дедукцией: – В горах?

Князь Тьмы посмотрел на меня, и во взгляде мужика читалось: дурочка, но прелесть какая хорошенькая. Мне прямо неловко стало, и я затараторила:

– Честное слово, я изучу географию вашего герцогства! Мне же по нему придется колесить, общаться с народом, выполнять ваши поручения…

Тут у герцога почему-то дернулся глаз, и он весь как-то помрачнел. Нет, он и до этого был не так чтобы лучащийся радостью, титул все-таки обязывает, но сейчас выглядел каким-то недовольным. Как будто не он сам мне выдал бесконечный лист работы, которая хорошо если к его пенсии закончится.

– Для начала разберись с замком, – недовольно проговорил герцог.

– Хорошо, – не стала спорить я.

– И… хм, пожалуй, давай-ка я сам тебе покажу фронт работ, – вдруг заявил его злодейшество.

Он одним плавным, красивым движением поднялся на ноги и легко сбежал по ступеням трона. Внезапно предложил руку, а мне, честно говоря, ничего не оставалось, кроме как эту руку принять. И едва мои пальцы коснулись его локтя, я оказалась стоящей не в тронном зале, а на вершине одной из башен.

– З-з-з-з… – выдала я под пронизывающим ветром и, наплевав на всякие приличия, прижалась к Рейнарду.

– Кхм? – кашлянул герцог, явно не ожидая от меня такой прыти.

– Холод демонический! – пояснила я, клацая зубами. – Показывайте свой фронт, пока я тут не окочурилась!

Мужчина целую секунду растерянно на меня смотрел, а затем приобнял за плечи, и стало так тепло-тепло, спокойно-спокойно, будто мы не на всеми ветрами продуваемой замковой башне стоим, а у камина нежимся в какой-то неприличной близости друг от друга.

Рейнард

Вот это я, конечно, не подумал. Меня-то всегда греет демоническое пламя моей магии, и всякие там мелкие неудобства не беспокоят. А у девчонки зуб на зуб не попадал, и она не придумала ничего лучше, как прижаться ко мне.

Ко мне, к Князю Тьмы! К повелителю Черного пламени! К владельцу Мертвых земель! Прижаться, как к любимому плюшевому мишке!

Так бы и не отпускал!

Я чуть расширил свою магическую ауру, защищая Корнелию от непогоды, и та облегченно выдохнула и тут же оживилась. Девушка с нескрываемым любопытством осматривала открывающийся с башни вид, ради которого, собственно, я ее сюда и переместил.

Тьфу ты, пропасть, то есть ради ценных указаний, конечно же.

Но Корнелия стояла так неприлично близко, такая живая и непоседливая, точно юный горный ручей. Чистая, яркая, прекрасная. Рука сама потянулась, чтобы коснуться этого светлого создания.

Кто сказал, что тьма всегда враждует со светом? Нет, она к нему тянется, чтобы в нем раствориться.

Или поглотить его.

Моя ладонь легла на узкую талию девушки, но Корнелия, увлеченная красотами суровой природы Мертвых земель, даже не заметила этого.

Корнелия

Нет, я знала, что Мертвые земли все из себя такие ультра-аномально-магические, но не представляла, насколько. Едва его злодейшество изволил накинуть на меня теплый полог, я отмерла и смогла оглядеться.

На улице была уже глубокая ночь. Небо над головой не как в столице – тусклое, блеклое, вылинявшее, – нет. Здесь над тобой словно расстелили черный бархат, а сверху щедро рассыпали бриллианты звезд – так ярко они сияли.

Но не это поразило меня больше всего, а невероятно красивое переливчатое сияние, перекатывающееся, точно стяг на ветру, от алого до фиолетового. В науке такое сияние обосновывали искажением магического фона, но какая разница, что там считает большая наука, когда у тебя над головой такая красота?

– Это потрясающе… – прошептала я, пораженная великолепием местной природы.

– Впечатляет, да? – отозвался Рейнард, и тут я вдруг поняла, что рука мужчины покоится на моей талии.

И пристроилась так, как будто всегда там лежала – очень уютненько. Я решила сделать вид, что не замечаю этого кошмарного нарушения этикета и моего личного пространства. Ну лежит и лежит, хлеба же не просит?

– Здесь всегда так? – спросила я, борясь с любопытством повернуться и посмотреть на мужчину.

– Большую часть года – да.

Мы помолчали. Ладонь герцога так и покоилась на моей талии, и как-то очень быстро стала ощущаться вполне привычным прикосновением. Придя в ужас от собственных мыслей, я решила, что мне срочно нужен холодный душ реальности.

– Так что там с фронтом работ? – спросила я и, набравшись смелости, посмотрела на мужчину.

Рейнард удивленно моргнул, как будто мы говорили о чем-то другом и я вдруг резко сменила тему, кашлянул и сделал широкий жест рукой, мол, вот он – фронт твоих работ. Но жест он делал не той рукой, что покоилась на моей талии. Та – лежала как влитая.

– Мой замок – крепость. Древняя, неприступная, непобедимая. К сожалению, я и многие поколения Князей до меня не уделяли достаточно внимания нашему дому, и он стал, кхм, требовать…

Думается мне, его светлость хотел сказать «требовать ремонта», но я почему-то ляпнула:

– Женской руки?

Мужчина снова кашлянул, словно подавился воздухом, и задумчиво произнес:

– Ну, можно и так сказать… Так вот, в замке живет почти три сотни людей и нелюдей. Последних – подавляющее большинство. В основном они безобидные, мало кто обладает магией или родовой способностью, но надо помнить, что среди демонов, как и среди людей, есть и плохие, и хорошие. И это не зависит от расы.

Я кивнула, принимая сказанное.

– Сам замок находится на горе, окружен ущельем с трех сторон и одной узкой тропкой от парадных ворот. Ближайшее поселение находится у основания горы, оно снабжает замок провиантом при необходимости. Но чаще всего мы закупаем необходимое в столице и перевозим порталом.

Я поставила мысленную засечку провести аудит, что и кто там закупает. А то знаю я их, половина туда, половина сюда, а еще половина себе под подушку.

– Так вот, я хочу, чтобы ты начала свою работу с наведения порядка в замке, – закончил свою мысль мужчина.

– Хорошо, – легко согласилась я, – заклинания уборки – одни из моих самых любимых.

– Не надо все делать самой, у тебя в распоряжении почти три сотни прислуги, – заметил Рейнард, потом чуть нахмурился и добавил: – Если не сможешь их организовать, скажешь мне.

Пф! Я была старостой всего курса, что там какие-то полудемоны. Но спорить не стала, покладисто согласилась:

– Хорошо.

– А чтобы тебе удобнее было перемещаться по замку и не возникло таких неудобных ситуаций, как сегодня…

Ладонь с моей талии возмутительным образом пропала, оставив чувство пустоты и холода.

– Я даю тебе это. – Мужчина неожиданно взял меня за руку и нацепил на запястье браслет.

Я растерянно рассматривала украшение: красивое такое, достаточно массивное, из червленого золота, с россыпью черных бриллиантов.

Безумно, просто безумно дорогое.

Я подняла на Князя Тьмы глаза, размышляя, как бы облечь в вежливую форму фразу «У нас чисто деловые отношения, а не вот это вот все», но герцог пояснил:

– Это ключ-портал. Он поможет тебе перемещаться по замку. Пользовалась когда-нибудь такими?

– Бывало, – нехотя ответила я.

– Хорошо. Ты можешь беспрепятственно перемещаться по всей крепости, кроме самого нижнего подземелья.

– Почему? – не поняла я, вернувшись к рассмотрению браслета.

– Потому что там находится кое-что личное, – охотно пояснил Рейнард.

Я быстренько вспомнила все слухи о Мертвых землях и их хозяине и выдала предположение:

– Девственницы?

– Кто? – обалдел Князь Тьмы.

– Ну, невинные девы, которых вам подают на завтрак. Или на какой прием пищи подают невинных дев?

Князь Тьмы сдавленно хрюкнул:

– Нет, девственниц в моем замке точно нет.

– Нет, ну одна точно есть, – возмутилась я, и тут же сообразила, что ляпнула.

Хорошо воспитанный Князь Тьмы тактично не заметил этой фразы:

– В подвале девственниц нет.

– Хм… – протянула я, пытаясь вспомнить еще что-нибудь. Про несметные сокровища решила не спрашивать, это не так интересно, как девственницы на завтрак.

– Просто не спускайся туда, – попросил Рейнард.

Мне было не так чтобы интересно, и я опять легко согласилась:

– Хорошо.

Мужчина удовлетворенно кивнул:

– Тогда на сегодня все. Доброй ночи, Корнелия.

Он отпустил мою руку, которую весь разговор держал в своей, а когда я это поняла, то оказалась посреди собственных покоев.

Вот это я понимаю – маг! Не то что скучные столичные архимаги-старикашки, пфе.

Правда странная, конечно, у него магия. Почему мне до сих пор чудится его широкая ладонь на талии?

Глава 6

Ночь прошла спокойно. Да и как еще она могла пройти на огромной кровати, под невесомым пуховым одеялом и с мягонькими пуховыми подушками? Вылезать решительно не хотелось, но из объятий перины меня выгнали два факта. Первый – я же на работе! А на работе надо что делать? Правильно, работать! Хотя нет, это второй факт. А вот первый – завтрак. Есть хотелось невозможно.

Впрочем, утренние процедуры почему-то заняли времени больше, чем обычно. Я ну очень тщательно укладывала волосы в косу, полировала пуговки, завязывала шнурочки… Кинула на себя взгляд в зеркало и задумалась – а чего это я? Потом вспомнила, что вообще-то первый рабочий день и надо выглядеть соответствующе! Это объяснение меня удовлетворило, а затем на глаза попалась моя атласная лента ярко-малинового цвета. Вообще-то я не большой фанат бантиков, но цвет такой сочный, что устоять было невозможно.

Завязав красивый пышный бант на кончике косы, я решительно направилась в кабинет в своих покоях.

– Утречко! – громко поздоровалась я с зеркалом.

Поверхность его пошла легкой рябью, но хозяин не отразился. Я любовно погладила пресс-папье. Ни на что не намекаю, а так…

– Чего тебе? – буркнуло зеркало недовольным тоном.

– Кто управляющий замком?

Наверное, стоило бы поинтересоваться таким вопросами у его злодейшества, но зачем беспокоить уважаемого человека по таким сущим мелочам, которые можно узнать, просто примеряя к руке канцелярские приборы?

Зеркало высокомерно фыркнуло:

– Этому замку не нужен управляющий. Он и сам прекрасно справляется!

– И ремонт сам умеет? – с сомнением спросила я.

Лицо в зеркале недовольно поджало губы. Видимо, парировать было нечем, так что собеседник промолчал.

– Так что там с управляющим?

– Его нет, – процедило зеркало.

Ладно, логично. Был бы управляющий, с ремонтом вопрос бы не стоял.

– А план? – задала я новый вопрос.

– Чего? – не поняло зеркало.

– План замка, – пояснила терпеливо.

– Э-э-э… – растерянно произнес собеседник. – Ну план-то, наверное, есть, но он носит такой… чисто рекомендательный характер.

– Это как? – удивилась я.

– Вот так.

– Нет, ну план здания – вещь постоянная. Окно или есть, или его нет. Стена или есть, или ее нет. Какая ж тут рекомендация?

– Нет, ну замок, конечно, знает, что тут должно быть окно или стена, но их наличие сильно зависит от его настроения.

– Понятно, – ответила я, решив про себя, что ничего не понятно.

Придется все-таки беспокоить Князя Тьмы по всяким несущественным вопросам. Но, может, я не буду выглядеть полной дурочкой, хотя бы потому, что про живые замки в жизни никогда не слышала. Ну, в реальной жизни, а не во всяких легендах, преданиях и детских сказках.

Взяв блокнот с писчим стило, я вышла из своих покоев, полная решимости найти герцога. Вышла, и уже через пару шагов почувствовала некоторую растерянность – как искать-то?

Взгляд упал на подаренный браслет, и я без особой надежды погладила украшение, подумав о Рейнарде. А когда подняла взгляд от ключ-портала, то поняла, что стою уже не в коридоре, а в весьма мрачной, но довольно уютной комнате.

Мебель из темного дерева, текстиль темно-изумрудного цвета, пушистый ковер под ногами, слабый свет, пробивающийся сквозь щелку в задернутых плотных шторах, огромное ростовое зеркало и стоящий перед ним мужчина.

Из примечательного в этом умиротворяющем пейзаже было только одно: на герцоге из всей одежды были надеты лишь брюки, и он смотрел на меня со смесью удивления и любопытства. Я против воли – честное слово, вот совсем против воли! – оглядела мощный торс с рельефом мышц и следами старых ран, задержалась на интересной татуировке от локтя до запястья, на рубашке из черной ткани, которую мужчина держал в руках, и лишь только потом подняла глаза к его лицу.

– Все-таки нравлюсь, – резюмировал Князь Тьмы.

– Абсолютно нет! – пискнула я в ответ, и стоило признаться, пискнула не очень убедительно.

– Ну да, ну да, – покивал мужчина. – Так ты просто посмотреть или, может, еще чего?

И уставился на меня так… выжидающе-красноречиво.

– Чего? – не поняла я.

А потом как поняла!

– Нахал! – возмутилась я и щелкнула пальцами.

Бытовой я маг или где вообще? Рубашка в руках герцога ожила и в две секунды наделась на его широкие плечи, скрыв рельеф мышц. Пуговицы синхронно застегнулись до последней, заставив мужчину недовольно кашлянуть.

– Всякое в моей жизни бывало, но чтоб женщины меня так настойчиво одевали – впервые, – хмыкнул Рейнард, а я поняла, что применила к нему магию.

Применила магию к Князю Тьмы! От обморока по причине своей невероятной смелости меня спасло только осознание, что лежать в покоях у мужчины не просто смело, но и неприлично. Не то чтобы я собиралась быть образцом благодетели, но я все-таки на работе. На работе я, вот!

– Я нечаянно! – ответила я, впрочем, нисколько не сожалея о своем поступке.

– Сложно понравиться специально, – согласился Рейнард.

– Нет, я переместилась нечаянно! – начала оправдываться я, чувствуя некоторую безнадежность беседы.

– Ты же вроде говорила, что умеешь управляться с ключ-порталом? – приподнял он бровь.

– Умею, – упрямо возразила я. – Мне нужно было обсудить с вами кое-что.

– Да? – улыбнулся мужчина, поправляя манжеты рубашки. – И что же?

И улыбался он так вроде бы мягко, говорил негромко, но мне почему-то вдруг вспомнилось, что я стою перед Князем Тьмы, чье полуголое уединение я пару секунд как нарушила своим явлением без стука. Да и вообще без двери.

– Работу… – сказала я, нервно сглотнув. – Работу я хотела с вами обсудить.

И тут раздался звук, от которого мне захотелось провалиться сквозь землю. Ну или спрятаться в шкаф или под кровать.

Кто-то постучал в дверь!

– Ваша светлость! Ваша светлость! – Голос по ту сторону двери начал приобретать истерические нотки.

– Ты не вовремя! – рявкнул Рейнард раздраженно.

Я вот с ним была категорически согласна. Кто бы там ни барабанил в дверь, он очень не вовремя!

– Одичалые, ваша светлость!

– Пошли туда третий отряд, что ты как в первый раз, – поморщился герцог, против ожидаемого принявшийся расстегивать пуговицы на манжетах.

– Уже, ваша светлость! – Голос за дверью, кажется, готов был сорваться на визг, но следующую фразу он сказал тихо.

Очень тихо, я даже не знаю, как мы услышали:

– Никто не вернулся.

– Да чтоб тебя! – выругался Князь Тьмы, и я не поняла, к кому он обращался: ко мне, к голосу за дверью или к рубашке. – Что ты хотела? – спросил он, посмотрев на меня таким тяжелым серьезным взглядом, словно мы не обменивались двусмысленными фразами пару секунд назад.

– План замка, – ответила я быстро, понимая, что мужчина очень торопится и очень злится.

– Эдвард, предоставишь моей помощнице планы замка, – сказал куда-то в воздух герцог.

Ответа не последовало, подозреваю, потому что тушканчик находился где-то в другой комнате.

– Иди, мне нужно заняться делами, – проговорил Рейнард, продолжая терзать пуговицу на манжете.

Я кивнула и даже сделала пару шагов, а потом спохватилась. Я же помощница, мне вроде как нужно заботиться о начальстве.

– Вам помочь? – спросила я.

– Чем? – мрачно спросил герцог. – Поиском одичалых демонов?

– Пуговицами… – пролепетала я, чувствуя весь идиотизм своего вопроса.

– А… пуговицами? Пуговицами можно, – кивнул Рейнард, даже как будто немного перестав злиться.

Я щелкнула, и все пуговицы на рубашке расстегнулись. Он удивленно посмотрел на результат.

– Удобно… Ладно, иди. Вечером расскажешь, что полезного успела сделать за день.

И только выйдя из покоев его злодейшества, я вдруг запоздало сообразила.

Мама дорогая, я только что почти раздела своего начальника!

Рейнард

Впервые в жизни женщина меня раздела, чтобы уйти! Я провожал взглядом Корнелию, гордо вздернувшую свой хорошенький носик, и думал о том, что бытовой маг в хозяйстве – это крайне удобно. Как ловко справляется с этими дурацкими крошечными пуговицами…

Я не очень любил запонки, потому что их приходилось надевать во дворец вместе со всем прочим пафосным барахлом, символизирующим величие моей семьи, которая сослала меня умирать в Мертвые земли. Но так или иначе, политика обязывала. А у себя в замке я могу одеваться, как душе угодно.

Душе угодно было сегодня зачем-то выпендриться и надеть рубашку, за чем меня и застала помощница. Милая девушка так очаровательно растерялась, что ее изо всех сил хотелось смутить еще больше. Хорошеньким блондинкам так идет румянец.

К сожалению, от увлекательного процесса нас отвлекли. Корнелия ушла, и вместо милой девушка в мои покои просочилась тень.

– Ваша светлость! – запричитал демон пуще прежнего, полыхая алыми глазами и разевая призрачный рот. – Ваша светлость!

Чего хотел мой преданный шпион, сказать сложно, потому что он вдруг резко захлопнул пасть (заглянув в которую наверняка можно было рассмотреть демоническое пламя соседнего мира) и принюхался.

– Де-е-е-е-е-евушка…

– Ой, даже не начинай, – раздраженно произнес я, выуживая из сундука более подходящую для боя одежду.

– Девушка чиста, как горный родник, нежна, как первый весенний цветок, и светла, как снег на пиках ваших безжизненных гор.

– Что там с одичалыми и отрядом? – спросил я, надевая приятную к телу и совершенно неаристократическую одежду без всяких там дурацких пуговиц и модных лекал.

– Но девушка? – возмутился Тень.

– Развею, – произнес я угрожающе.

Раньше я думал, что угрожать демонам, натягивая сапоги, невозможно. А потом ничего, привык. Как и все существа из нижнего мира, они понимают в первую очередь силу. А силы у меня было хоть обкомандуйся.

– Отряд был на разведке возле поселка Звонкий ручеек, – нехотя принялся докладывать демон. – Они успели послать теневое сообщение, что наткнулись на стоянку одичалых. И, собственно, все.

– Плохо, – нахмурился я, накидывая кожаную куртку на плечи.

Одичалые – это демоны без разума, с одними голыми инстинктами. Чаще всего так случается, когда демоническая кровь у полукровок доминирует. Но иногда и незваные гости просачиваются. Впрочем, последнее случается редко и каждый раз эпохально. На моем веку, к счастью, пока не было. Надеюсь, и не будет.

В принципе, с такой скоростью развития событий были все шансы остаться в истории как самый тишайший Князь Тьмы. Но я же знаю этих историков, все переврут сто раз, пока их безграмотные студенты переписывают из книги в книгу. И буду я там не миролюбивым, а тираном, которого даже демоны боялись.

– Ваша светлость, – подал голос Тень, когда я закончил сборы. – А девушка?

– А девушка – моя помощница. Узнаю, что вы ей мозги пудрите… – пригрозил я, но договаривать не стал.

Тень и так побледнел от ужаса, а он мне был нужен в качестве проводника.

Пора оправдывать титул его злодейшества Князя Тьмы.

Корнелия

Выходя из комнат Рейнарда, я ожидала увидеть взмыленного парнишку, последнего выжившего из отряда, который бежал чуть ли не от самой границы Мертвых земель, чтобы донести тревожную новость своему господину. Даже, пока шла, состроила максимально высокомерную моську и быстренько составила пафосную отповедь, если кому-то вздумается двусмысленно намекать на всякое. А то подумают, что я карьеру через личные покои делаю, а я не такая!

Но, к моему величайшему облегчению, за дверью никого не было. Ну разве что мрачный Эдвард, если можно так говорить о тушканчике.

– Ты что там делала? – требовательно спросила меня пушистая животинка.

– Упражнялась в бытовой магии, – ответила я, не намереваясь сознаваться в неудачном использовании портала.

Эдвард явно хотел что-то еще добавить, но я не позволила этому блюстителю морали развить тему.

– Так что там с планом?

– Его нет, – просто ответил тушканчик.

– Как это нет? – обалдела я. – Но строили же как-то этот замок!

– Ну… – протянула животинка, смешно почесав мохнатое брюшко, – как-то строили.

Первым моим порывом было немного поканючить. Потом я подумала, что вообще-то помощница аж самого Князя Тьмы и канючить мне не по рангу. Но, пораскинув мозгами, пришлось прийти к неутешительному выводу: передо мной не просто милая мордаха с ушами-локаторами, а какая-нибудь демоническая сущность.

Очень милая демоническая сущность с прескверным характером. Демонологию нам преподавали в общих чертах в духе: встретишь демона – беги, молись и зови на помощь. Как одновременно молиться и звать на помощь, уважаемый лектор так и не уточнил, но было у меня подозрение, что молитвы при встрече с демонами не работают.

Даже с очень милыми и пушистыми.

Я окинула Эдварда оценивающим взглядом и задумчиво спросила:

– А у тебя есть какие-нибудь родственники?

– А что? – подозрительно прищурился зверек.

– Да вот думаю, скоро зима, а у меня нет варежек… а тут явно на две не хватит.

Эдвард запыхтел от возмущения, шерсть стала топорщиться, из ушей повалил то ли пар, то ли дым, хвостик нервно задергался.

– Ты что о себе возомнила, человечка?!

– Я – маг, – поправила демона, – бытовой, между прочим. А ты знаешь, что существует целый раздел заклинаний для работы с мехом?

– Его светлость не позволит! – продолжая пыхтеть и напоминать курящий пушистый шарик, возмущался Эдвард.

– Он же зло-дей-шест-во! – заметила я. – Неужто просто так прозвали?

И тут нервы одного отдельно взятого пушистого демона не выдержали:

– Да нет у этого дурного замка плана! У него только характер скотский, и то радикулит от скрипящих лестниц, то простуда от дырявой крыши!

– А вот с этого и стоило начинать, – смилостивилась я. – Как-то можно с вашим дивным замком пообщаться?

– Я бы не рекомендовал, – мрачно заявил Эдвард.

– Я бы не просила, но надо.

Тушканчик долго приглаживал шерстку, которая после возмущения никак не хотела улечься обратно, а затем печально вздохнул и спросил с надеждой:

– Может, лучше в любовницы к нему пойдешь, а?

– Побрею налысо, – перешла я к прямым угрозам.

– Два сапога пара, – буркнул тушканчик, кинув быстрый взгляд на дверь в покои Рейнарда. – Ладно, идем. Но я тебя предупреждал!

О чем он предупреждал, я так и не поняла, но мы куда-то зашагали. А когда дошагали, я пришла к выводу, что, кажется, мне недоплачивают. При такой работе явно нужна надбавка за риск для жизни или хотя бы молоко за вредность!

* * *

Кто бы мог подумать, что у замка есть сердце. Огромное, в два моих роста, каменное, с прожилками из черного пламени, качающее… ну, что-то качающее, в общем, сердце.

В подвале.

Не в том подвале, куда мне нельзя, а чуть повыше. Где-то между темницами и запрещенным этажом.

– Замок, знакомься, это – Корнелия. Корнелия, знакомься – это замок, – представил нас тушканчик и технично попытался ускакать.

Ха!

Я, конечно, пребывала в шоке, но не в параличе. Эдвард был пойман за хвост и поднят на уровень моих глаз.

– Все-таки побрею, – резюмировала я.

И тут этот ушастый паршивец решил, что самое время устроить сцену. И ка-а-а-ак завопил!

– Караул! Убивают!

Сердце замка, до этого просто равномерно светящееся черным в прожилках, стукнуло. Ну прямо как настоящее. А эта пушистая зараза продолжила вопить:

– Спасите! Помогите! Бреют налысо!

Сердце замка реагировало на каждый вопль демонической мелочи, и когда он выдал про бритье налысо на самой высокой ноте, я подумала, что все. Сейчас меня если не сожрут, то понадкусывают, и никаких диалогов с замком о необходимости взаимовыгодного сотрудничества мне не светит.

Но вдруг огромное сердце не стукнуло, а дрогнуло. Пошло мелкой рябью, очертания его размылись, и вот уже передо мной ажурная каменная сфера, внутри которой пылает шар из черного пламени. Конструкция все еще огромная, но уже не такая жуткая.

– Брей, я подержу, – раздался гулкий голос в помещении, и сфера крутанулась, разгоняя тени по стенам.

Тушканчик такой подставы не ожидал. Бедолага забился в моих руках, пытаясь то ли вырваться, то ли забраться мне за шиворот, но спустя полминуты бесполезных трепыханий безвольно обмяк в обмороке, покачиваясь на хвосте, за который я все еще его держала.

– Он тебе не нравится? – спросила я.

– Абсолютно, – раздался голос, и, несмотря на его гулкость, антипатия к бессознательной пушистой тушке читалась явственно.

– А почему? – Я решила для начала уточнить, насколько замок адекватен в своих суждениях.

О том, что разговор идет с каменной махиной, я предпочитала не думать, потому что тогда вопросы об адекватности суждений пришлось бы задавать самой себе.

– Потому что мелкий скандалист… – недовольно процедил замок.

Помолчал и добавил:

– Ну так что, брить будем?

Тушканчик в моих руках едва заметно дернулся, выдавая свое сознание.

– Возможно, – не стала я совсем уж отказываться от соблазнительной идеи. – Но сейчас хотелось бы обсудить один момент.

Замок вздохнул:

– Ну чего тебе, чудовище? Сносить стены не дам.

– Ни в коем случае! Никаких переносов несущих конструкций! – принялась я горячо заверять каменное строение в собственной дружелюбности. – Я бы хотела начать с крыши.

– А чем тебе моя крыша не нравится? – возмутился замок.

– Ну… она же у вас течет?

– Течет, – вздохнул печально замок.

– Вот, – ухватилась я за тему и попыталась развить успех: – А мы ее подлатаем.

Ажурный каменный шар задумчиво крутанулся. Фраза «пораскинуть мозгами» начала приобретать новый смысл прямо-таки на глазах.

– А потом? – спросил замок.

– Потом переложим пол, – предложила я. – Наверняка под текущей крышей прогнил паркет.

– Прогнил, – снова печально вздохнул замок.

– И стены, – вдохновенно продолжила я.

– А что стены? – мгновенно насторожился замок.

Черное пламя в каменном шаре даже как-то медленнее стало гореть, как будто язычки огня замерли.

– Отреставрируем, – быстро сориентировалась я, чувствуя, что переложить стены замок не позволит.

– Ну… – Пламя снова нормально загорелось, а каменный шар снова задумчиво крутанулся. – Это можно.

– Отлично! – оживилась я. – Так, может, карту тогда дадите?

– Чего? – не понял замок.

– Ну… – смутилась я. – Этажей?

Огонь весело затрещал, и я не сразу поняла, что древнее строение так смеется.

– Карты нет, милая девушка… какая может быть карта у такого уважаемого древнего замка? Ты же не показываешь свое исподнее всем подряд.

– Это другое! – возмутилась я.

– То же самое, – отрезал замок.

– Ну как-то же мне надо ориентироваться?

– Хм… А что это у тебя такое на руке болтается?

– Браслет? – Я подняла руку, демонстрируя сердцу замка подарок от Рейнарда. – Это ключ-портал, чтобы перемещаться по… вам, – неуклюже закончила я.

– Ключ-портал? – с сомнением спросил замок.

– Ну да. Рейнард… ой, то есть его злодейшество дал.

– Ах, ну если Рейнард… – хмыкнул замок. – Ладно, давай немного допилим, кхм, доделаем твой ключ-портал.

Браслет на моей руке мгновенно нагрелся, но я даже не успела вскрикнуть, как он тут же остыл.

– Что вы сделали?!

– Да ничего особенного… так, добавил кое-что. Хуже точно не будет. – Замок снова хмыкнул. – Так твоя безделушка теперь будет показывать, что находится вокруг тебя, если погладишь вон тот рубин.

С третьей попытки я нашла «вон тот рубин», погладила, и над запястьем возникла небольшая полупрозрачная схема. Красной точкой она обозначала мое положение, рядом горел черный огонек – это сердце замка, вокруг какие-то помещения, так сказать, свободного назначения. Сверху еще более прозрачно дорисовывался этаж над нами, а вот этаж под нами был скрыт густым черным туманом.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я.

– Да не за что. – Ажурный шар снова крутанулся с весьма довольным видом. – Только начни латать мою крышу с южной башни. Уж больно оттуда сквозит.

– Хорошо, – легко согласилась я. – Сейчас схожу посмотреть.

И без долгих разговоров перенесла себя на крышу южной башни.

Ну что сказать… сквозило тут действительно нещадно.

– Отпусти меня, дурная женщина! – завопил Эдвард, моментально ожив. – Отпусти немедленно, иначе я умру от обморожения!

В принципе тушканчика я понимала. Замерзнуть и заболеть тут действительно труда не составляло.

Просто потому, что крыши на южной башне не было.

Глава 7

В общем, Эдвард орал, ветер завывал, крыша отсутствовала.

Первым делом я отпустила тушканчика, который заметался по этажу как пушистый мячик, рикошетящий от стен в поисках выхода. Не знаю, что у него за проблемы с дверью были, которая преспокойненько себе хлопала от порывов ветра, но он ее игнорировал.

Мне же нужно было быстренько зарисовать обстановку в помещении и не околеть при этом.

Эдвард наконец отыскал какую-то щель в полу и с победоносным воплем туда протиснулся. Я хотела сначала малодушно переместиться с помощью портала, но пожалела ушастого вреднюку, да и башню осмотреть стоило. В общем, поймала хлопающую дверь и позвала:

– Эдвард, пойдем!

Он меня, наверное, не услышал, так что я позвала снова. На четвертый раз пришлось признать: пушистая зараза либо сбежала через перекрытия, либо глумится из теплого местечка.

– Эдди, последний раз предупреждаю! – рявкнула я, уже порядком замерзшая и сердитая.

– Кто Эдди?! – выскочил из своей засады тушканчик. – Ты кого Эдди назвала?!

Пушистый демон топорщил мех, надувал щеки, дымил ушами… в общем, имел вид максимально грозный и очень боевой – я с трудом смогла сохранить суровое выражение лица.

– На выход! – скомандовала я и даже пальцем ткнула в нужное направление для убедительности.

Эдвард задрал нос и с видом ужасно важным прошагал в сторону дверного проема.

Но поскольку я не была намерена ждать, пока эта пушистая жопка вразвалочку преодолеет немаленькое, в общем-то, пространство, пришлось поддать ему ускорения. С оглушительным писком демоненок проехался на пятой точке по остаткам паркета на выход, и я вышла вслед за ним.

– Ты меня чуть не убила! – завопил тушканчик.

– Ты меня чуть не заморозил, – парировала я.

– Я бы и без тебя справился! – надулся Эдвард.

– Я так и поняла, – хмыкнула в ответ.

Мы еще немного попялились друг на друга с возмущением, но толку от этого было немного, пришлось спускаться вниз и приходить к вынужденному нейтралитету.

– Ты расстояние замерила? – вдруг спросил Эдвард.

Вместо ответа я застонала: мы преодолели две трети башни, я только более-менее начала чувствовать пальцы рук, и сейчас придется идти обратно!

– Эх ты, тоже мне, бытовой маг! – ехидно произнес тушканчик. – Но тебе повезло, что я сегодня добрый. Я замерил, пока обследовал помещение.

– Обследовал? – удивилась я. – А я думала, ты просто бессистемно носишься… в панике.

– Одно другому не мешает, – уклонился от ответа демонический пушистик. – Записывай!

К концу лестницы мы стали если не лучшими друзьями, то где-то на пути к этому. А потом я спросила:

– Есть в замке свободная рабочая сила?

– Это какая? – не понял Эдвард.

– Ну… тяжести потаскать там, руками поработать.

– Ну… – Тушканчик сел на край ступеньки, чтобы в очередной раз передохнуть, и почесал пузико. – В принципе есть солдаты, конечно. Но там надо следить, а то они могу квадратное катить, круглое тащить.

– С этим я справлюсь, – уверенно заявила я. – Солдаты подойдут. Веди!

Эдвард глянул на оставшийся путь, вздохнул печально, и мы продолжили спуск.

А спустя еще полчаса я направлялась в казармы, нацепив на себя лучшую улыбку наемного управляющего, чтобы рассказать солдатам, как им повезло помогать мне в деле, одобренном самим злодейшеством.

Одного я не учла, распахивая дверь двухэтажного строения: казармы – это, по сути, мужское общежитие.

– Ого, какую красотку к нам занесло! – раздался удивленный, восхищенный и предвкушающий мужской баритон.

Так, кажется, я погорячилась!

Рейнард

И кто придумал назвать эти земли Мертвыми? Тут живности на квадратный метр больше, чем в любом другом месте империи. И не вся эта живность обладает естественным инстинктом бежать от превосходящего по силе противника.

Нет, некоторые страсть как хотели откусить кусочек от надвигающейся опасности.

Я прошел порталом на ближайшую точку, оставленную моим разведотрядом, и втянул воздух. Пахло гарью, кровью и копотью. Мм, настоящий демонический портал, что ли?

Ступая по мягкой траве на источник запаха, я размышлял не о том, что тут вообще-то прорвалась ткань миров и какие-то демоны просочились в мои земли. А может, и не демоны, а просто магия, ее тоже хватит, чтобы деревня милых полукровок решила по старой доброй демонической традиции загрызть ближнего своего.

И не о том, что семьям погибших или одичалых придется выплачивать – и выплачивать из своего бюджета, на который год за годом пытается наложить лапу родной брат.

И даже не о том, что такие печальные события давно не случались и, возможно, даже являются началом чего-нибудь ужасного.

Нет, мысли мои были далеки от военного ремесла, да и от герцогских забот тоже, если честно.

Думал я о девушке.

Слова Теня так и кружились в моей голове: светла, чиста, невинна…

Было в моей семье старое-старое предание, рассказывающее о том, что невинная дева может спасти наш род от проклятья. Но, честно говоря, мало кто в него верил. За столько поколений ни одна девица не смогла снять его, даже если вроде бы очень-очень любила своего Князя Тьмы. Ведь легко любить брата короля. А можно ли любить чудовище?

Так что сказки о великой силе истинной любви хороши были для маленького мальчика, который с ужасом смотрел на расползающуюся черную печать у себя на руке. А мне уже поздновато верить в чудо.

Хотя, конечно, при мысли о Корнелии возникала какая-то необъяснимая тоска. А может, и не тоска, а так… какая-то неизвестная эмоция.

За этими размышлениями я добрался до поселения, приготовившись увидеть ужас разоренной деревни. И каково же было мое удивление, когда моему взору предстал крепкий, хотя местами и немного погрызенный и опаленный частокол.

Пока я стоял, пытаясь понять, что же тут произошло, в одну из бойниц вылезла знакомая рыжая рогатая голова и радостно закричала:

– Ваше злодейшество! Ваше злодейшество! Как хорошо, что вы пришли! Нам без вас никак не справиться!

– С кем? – мрачно спросил я, чувствуя, что денек перестает быть ностальгическим.

– С ним! – пискнула голова и скрылась за частоколом.

Я посмотрел на территорию магическим зрением и совсем не аристократически выругался. Гидра! Гидра просочилась в портал!

Лучше б дракона разбудили, честное слово.

Корнелия

Хорошо, что у здания было два этажа. Будь казармы одноэтажными, я бы с порога сразу попала к спальным местам. А оказаться меж рядов кроватей явно голодных до женского внимания мужчин – так себе приключение. Впрочем, оказаться меж рядов столов просто голодных мужиков в обед – тоже удовольствие ниже среднего.

Но в любом случае весь мой трудовой энтузиазм был разбит вдребезги. Стоило распахнуть дверь казармы, как на меня уставилось несколько десятков пар глаз демонических полукровок.

Нет, ну справедливости ради они все были хороши. Прям будто злодейшество их по внешним параметрам отбирал: высокие, накачанные, рогатые, хвостатые… кхм. С нечеловеческими глазами и многообещающими клыками, что несложно было рассмотреть при разговоре с любым из солдат.

Красавчики те еще, в общем.

Но не внешность меня впечатлила! Подумаешь, рога. Я в столице училась, там у мужиков на голове и не такие конструкции могли внезапно обнаружиться.

А вот взгляды…

Взгляды были голодными и оттого пугающими.

– Прекрасная девушка, что же вы застыли? Проходите, мы ждали именно вас, – почти пропел стоящий ближе всех ко мне мужчина.

Инстинкт самосохранения орал дурниной: хватаем юбки и бежим! Бежим, а лучше уходим порталом, путаем следы и забиваемся под кровать Рейнарда – оттуда точно не выколупают.

Но я здесь на работе, замку нужен ремонт, а ремонту нужны рабочие руки… рога, хвосты и прочие части тел.

– Меня зовут Корнелия, и я личная помощница его злодейшества, – представилась я немного горделиво.

Был расчет, что упоминание Князя Тьмы как-то охладит ну очень красноречивые взгляды, но он не оправдался.

– Помощница его злодейшества? – игриво спросил мой собеседник. – А Князь Тьмы знает, что у него такая хорошенькая помощница появилась?

От такой постановки вопроса я аж растерялась. Они мне что – не верят? Да кто в здравом уме и твердой памяти будет прикрываться именем Князя Тьмы?!

– Естественно, знает, – раздраженно ответила я. – Он же нанимал меня на работу.

Демонические солдаты многозначительно переглянулись и синхронно так хмыкнули.

– Ну, раз ты тут, то наверняка уже освободилась? – поигрывая бровями, заявил говорливый демон.

– Ну почему же, я еще, можно сказать, даже не начинала. Вот, к вам пришла за помощью.

– Помочь девушке – святая обязанность любого бойца! – с готовностью закивал полудемон и посмотрел на меня выжидающе.

Я не стала ходить вокруг да около, честно призналась:

– Мне нужен десяток парней покрепче.

В столовой повисла многозначительная тишина.

– А… зачем? – растерянно спросил мой собеседник.

– Поработать руками.

У мужика дернулось ухо. Длинное, кстати, и острое. С парой золотых колец, что тускло сверкнули.

– А чем конкретно будет заниматься этот десяток? – каким-то сдавленным тоном поинтересовался мой собеседник.

– Известно чем, – нахмурилась я. – Крышу перестелить надо, паркет перебрать, стены оштукатурить… Да и вообще работа найдется, были бы руки.

Вся казарма как-то разочарованно кашлянула. Но громко поинтересоваться: «Кто хочет помочь мне отремонтировать замок? Поднимите руки-ноги-копыта-хвосты!» я не успела.

Дверь за моей спиной распахнулась, и сквозняк затянул в помещение запах гари, копоти и крови. Я обернулась и увидела Рейнарда…

Точнее, Рейнарда-то я как раз и не увидела. Передо мной стоял Князь Тьмы, и от этого зрелища, признаться честно, стало очень не по себе.

Черные, как беззвездное небо, глаза без разделения на радужку и белок, заостренные черты лица, вздувшиеся черные вены, расходящиеся от глаз. Местами порванная и опаленная одежда оголяла тело, и, кажется, я видела там чешую. Мужчина эманировал смертью, болью и гневом.

Я покосилась на говорившего со мной полудемона, но тот уже упал на колено и склонил голову. А длинные уши предательски дергались, выдавая страх. Оглянулась и поняла, что весь первый этаж преклонил колени и замер то ли в ужасе, то ли в ожидании ужаса.

– Что ты тут делаешь? – раздраженно спросил Князь Тьмы.

Спросил у… меня?

– Стою, – сдавленно ответила я.

Властитель Мертвых земель нахмурился, и лицо оттого приобрело еще более пугающий вид. Я успела всерьез обдумать вариант падения в обморок, когда заметила, что с правой стороны черная рубашка блестит и прилипла к телу.

Кровь?

А в следующий момент, не очень понимая, откуда у меня взялось столько отчаянной смелости, я шагнула к Князю Тьмы, схватила его за запястье и выдернула нас порталом из казармы.

Прямо в его личные покои.

Рейнард

Бой с гидрой вышел сложным и затянутым. Собственно, с любой тварью, способной отрастить себе пару лишних конечностей или голов, тяжело бороться, но эта сволочь была еще и с демонической кровью.

Я, конечно, ее победил, но и она меня достала. Раны от таких тварей коварны и могут быть смертельными даже для меня, но об этом, конечно же, не следовало никому знать. Сил почти не осталось, но я кое-как открыл портал и шагнул куда дотянулся.

Дотянулся я до казарм, что в целом неплохо. Замер на пару секунд, борясь со слабостью и дурнотой. Нужно добраться в замок, добраться до подвала… но вместо этого я почему-то пошел к казармам.

Я не то чтобы слышал, скорее чувствовал, что там находится Корнелия – и испытывает недоумение, растерянность и, совсем чуть-чуть, страх.

От последнего у меня открылось второе дыхание: девчонке нечего было делать в казарме, а если кто неровно подышал в ее сторону, мне еще хватит силы выдрать ему дыхало.

Войдя, я увидел, что к Корнелии подбираются облизывающиеся полудемоны, и от этого тошнота и слабость отступили. Бойцы попадали на колени, а девушка обернулась.

Наши взгляды встретились, и глаза ее расширились от ужаса.

Ну да, не такой уже я и красавчик, верно?

– Что ты тут делаешь? – спросил раздраженно.

Корнелия как будто удивилась и растерянно ответила:

– Стою…

Я нахмурился. В таком виде настаивать, чтобы она покинула казарму, проблематично: она со страха может упереться и вообще никуда не захочет выходить. Но лучше выглядеть я сейчас не смогу…

Корнелия продолжала пялиться на меня в ужасе, потом на ее лице отразилось удивление, а затем какая-то отчаянная решимость. Девушка шагнула ко мне, схватила за руку, и магия выдернула нас из казарм.

Пол покачнулся – переход дался непросто, и я сцепил бы зубы, чтобы удержать равновесие, но девушка легонько толкнула меня ладошкой, и я сел. Точнее, не сел – рухнул на собственную кровать.

А моя маленькая помощница пулей выскочила из покоев.

Я прикрыл глаза и хотел вздохнуть, но бок болел нещадно. Испугалась, маленькая, сбежала…

Кажется, я провалился в небытие, потому что, когда в следующее мгновение открыл глаза, надо мной склонилась Корнелия и с сосредоточенным видом срезала с меня рубашку.

Она… осталась?

Корнелия

У меня нет профильного лекарского образования, но почему-то бытовым магам преподавали сестринское дело целый семестр. Так что кое-какие навыки имелись, и я была полна решимости их применить.

Мы перенеслись в покои Рейнарда четко рядом с кроватью. Я отпустила его руку и легонько толкнула в грудь, чтобы мужчина сел, а сама рванула инспектировать его комнаты без особой надежды на успех.

– Замок, родненький, выручай! – шептала я, перетряхивая ящики в ванной.

Кажется, древнее строение тоже распереживалось за своего хозяина, и у меня за спиной выдвинулось несколько ящиков: чистые полотенца, перевязочные ткани, мази… Короче, все, что нужно для спасения злодейшеств.

Метнулась обратно в спальню, а Рейнард уже лежал без сознания и такой бледненький-бледненький, точно упырь. Тут у меня, конечно, внутри все похолодело: оказаться с трупом брата императора на руках – так себе запись в сопроводительном письме.

К счастью, это не просто какой-то там скучный брат короля, а целый Князь Тьмы! И хоть ему было явно скверно, он еще жив.

– Тумбу – сюда, – скомандовала я в воздух, уверенная, что древнее строение будет паинькой.

И действительно, паркет защелкал, словно кто-то перебирал костяшки на счетах, и тяжеленная прикроватная тумба подползла ко мне. Я составила на нее все обнаруженные баночки с мазями, перевязочные материалы, два тазика с водой и, самое главное, ножницы.

Глубоко вздохнув и пожелав самой себе удачи, я склонилась над мужчиной, чье лицо все еще было обезображено демонической магией. Ткань резалась легко: ножницы заточены великолепно. А вот под тканью оказалась совершенно неприглядная рана.

Я закусила губу. Тут моих навыков явно не хватит, нужен настоящий лекарь, а лучше – целитель. У императора наверняка есть в штате парочка лишних, но как быстро они прибудут?

Бросив на пол окровавленные лоскуты, я смочила белую тряпицу и принялась промывать рану теплой водой. На боку у Рейнарда был четкий след чьих-то зубов, и я даже представить себе не могла, что существуют твари такого размера! Уж не с драконом ли он дрался?

Промыв раны спереди, я замешкалась: надо перевернуть мужчину хотя бы на бок, но не сделаю ли я больно? И, что важнее, хватит ли у меня сил?

– Да чтоб тебя, я сюда не коронером нанималась! – ругнулась я и потянулась перевернуть Рейнарда, как вдруг наткнулась на внимательный взгляд абсолютно черных глаз.

Князь Тьмы смотрел на меня своими пугающими демоническими глазами, в которых не отражался свет. А еще их обрамляли черные вены, и от этого взгляда волосы пытались встать дыбом.

Он не был страшным в том смысле, в каком бывают страшные чудовища из детских сказок, но внутри меня все голосило: «Опасность! Опасность! Беги, спасайся!»

Но куда мне тут в горах бежать? Нет уж, будем откачивать работодателя! А потом потребую прибавку к жалованью, вот.

– Сядь, – произнесла я внезапно уверенным и твердым тоном. Аж сама собой загордилась.

Удивление, отразившееся на этом чудовищном лице, совершенно ему не шло. Я протянула руку, чтобы помочь мужчине, но тот ее проигнорировал и, шипя от боли, сел самостоятельно.

Я вздохнула и, не особенно церемонясь, стащила кожаную куртку, а затем и срезала остатки рубашки, оставив Рейнарда полураздетым. Спина, к сожалению, выглядела не лучше.

– В замке есть целитель? – спросила я, пользуясь тем, что не смотрю герцогу в лицо.

– Нет, – негромко ответил он.

– А лекарь? – нахмурилась я.

– Есть.

– За ним надо послать, мазями от царапин это не исправить.

– Не надо, – возразил Рейнард, и от такого ответа я чуть тряпицу из рук не выронила.

– Что значит «не надо»? Что значит «не надо»?! Ты бы себя в зеркале видел! Живого места нет!

Как-то так неудачно получилось, что я орала прямо в ухо Князю Тьмы, и он, ну явно спасая слух, повернулся ко мне лицом.

Черные глаза оказались ужасающе близко, и я замерла, забыла, как дышать, завороженно глядя в эту бархатную тьму.

– Лекарь мне не поможет, – тихо проговорил Рейнард, и я губами ощутила его дыхание. – Целитель тоже.

Не знаю, сколько мне потребовалось времени на осознание сказанного – секунда или минута, – но я почувствовала, что вот теперь на меня начинает накатывать паника.

– Как это не поможет? – проговорила я. – Как же так…

Рейнард прикрыл глаза и отвернулся от меня, разорвав этот парализующий зрительный контакт.

– Не переживай, и не такие раны затягивались, – усмехнулся он. – Мне только нужно спуститься в подвал.

– Ладно, – согласилась я. – Сейчас хотя бы перевяжу – и пойдем в подвал.

– Пойдем? – удивился герцог.

– Пойдем, – кивнула я, разрывая ткань для наложения повязки. – Или ты думаешь, я тебя в таком состоянии одного отпущу?

Сложно сказать, что больше вызвало у него недовольство – то, что я намерена его сопроводить, или то, что сейчас планировала бинтовать.

– Тебе туда нельзя, – процедил мужчина недовольно.

– Ты сможешь туда спуститься порталом? – строго спросила я, откупоривая одну из баночек с мазью.

– Там не работает магия перемещения, – нахмурился он, покосившись на мои манипуляции.

– Не дергайся, будет немного щипать, – предупредила я, аккуратно забирая ложечкой остро пахнущую травами мазь. – Вот, портала нет, как идти будешь?

Вместо ответа Князь Тьмы зарычал разбуженным драконом.

– Я же сказала, не дергайся! – рявкнула я.

Рейнард посмотрел на меня ошарашенно. И, пока мужик пребывал в шоке, я быстренько его перевязала, оставив на боку симпатичный бантик.

– Вот, видишь, тебе жизненно необходима моя компания. Иначе как ты, такой красивый, доберешься до своего уютного подвала?

Кажется, у Князя Тьмы дернулся его чарующий черный глаз в окружении черных же вен.

– Я уже сказал: тебе туда нельзя. Это не обсуждается, – сухо проговорил мужчина.

– Ой, да больно нужны мне твои секретики, – фыркнула я. – Хочешь тащиться в подвал – пожалуйста. Но я должна быть уверена, что завтра не окажусь без работы. Так что давай, одевайся и пошли. Где тут у тебя рубашки?

Поскольку герцог молчал, я пошла сама инспектировать его шкаф, где без особого труда обнаружился ворох черных рубашек.

– Надо же, как практично, – пробормотала я, перебирая вешалки с одинаковыми вещами.

– Что практично? – раздалось у меня над ухом.

И как-то так близко-близко, что я нервно сглотнула, не горя желанием поворачивать голову.

– Рубашки – практично. Одинаковые… удобно… – пролепетала я, но тут же поняла, что звучу как трепетная бестолочь, и, быстро взяв себя в руки, сунула рубашку Рейнарду и скомандовала: – Одевайся.

И этот пугающий мужчина вместо того, чтобы просто и без пререканий выполнить мою просьбу, вдруг посмотрел на меня так… в самую душу, в общем, посмотрел и заявил:

– Поможешь?

Я приподняла брови.

– Рука не гнется, – пояснил он.

– Да, конечно, – равнодушно пожала я плечами.

Конечно, помогу! Я же каждый день да через день одеваю герцогов, Князей Тьмы и просто мужчин!

А этот герцог, Князь Тьмы и просто мужчина протянул мне обратно рубашку и улыбнулся. И хотя магия все еще была отпечатана у него на лице, эта подозрительная, практически озорная улыбка странным образом ему шла.

Глава 8

Пользоваться порталом в его секретный-пресекретный подвал было нельзя, так что я шагнула, куда знала и умела: к сердцу замка.

Тут была некоторая сложность. Злодейшество надо было поддерживать, но как-нибудь так, чтобы не наступить на хрупкую мужскую гордость. А то он уже пытался героически идти сам, бледнея и зеленея с каждым шагом. Почему-то в голову мужчинам не приходит, что, как бы они величественно ни превозмогали себя, падают в обморок одинаково нелепо все.

В общем, я решила пойти на отчаянный шаг. Или на жертву. Или на подвиг. Тут все зависит от точки зрения. Но все ради работы! По крайней мере, я повторяла про себя эти слова, чтобы не засомневаться в процессе.

Я, самая верная и преданная помощница из всех верных и преданных помощниц разных там князей и герцогов, позволила себя обнять. Да-да, пришлось немного поступиться своей девичьей честью, но ради благого дела же? Спасала начальство от жуткой смерти. Ну или просто смерти, кто там про эти укусы местной хтони знает.

Получилось неловко и даже в какой-то степени импровизированно. Просто Рейнард покачнулся, оперся на меня, не имея поблизости ничего получше, а потом приобнял. Вот в этот-то момент я и решила, надо спасать злодейшество! Худо ему, бедолаге, раз помощниц приходится обнимать для сохранения равновесия.

И вот таким нехитрым образом – в обнимку – мы явились к сердцу замка.

– Ну обалдеть теперь… – пробормотала ажурная сфера.

Язычки черного пламени при этом любопытно просочились в щели между завитушками камня, чтобы получше нас рассмотреть.

– Это совсем не то, что ты подумал! – возмутилась я.

Впрочем, отцепляться от Князя Тьмы не планировала – мало ли, вдруг еще шмякнется тут на пол. А взрослого мужика я на ноги даже при большом желании не поставлю!

– Где там твой секретный портал? – спросила я, запрокинув голову.

Князь Тьмы замер, внимательно рассматривая ажурную сферу.

– И давно оно такое? – спросил мужчина.

– Кто? – не поняла я. – Сердце? Ну, примерно с тех пор, как мы познакомились.

– Хм… – многозначительно изрек Князь Тьмы.

– Идем? – напомнила я, косясь на повязку, стремительно алеющую в местах укуса.

– Идем, – как-то явно нехотя ответил Рейнард.

Мы-то пошли, но в спину нам донеслось еще более ошарашенное: «Ну обалдеть!..»

Да что с ними такое? Первый раз друг друга, что ли, видят?

Впрочем, это не то, что меня сейчас сильно интересовало. А вот то, как далеко нам ковылять, – интересовало еще как!

В конце этажа с сердцем была малоприметная дверь, открывающая винтовую лестницу вниз. Честно сказать, я бы этот ход не нашла при всем желании. Ну только если бы носом в него ткнулась, так что волнения герцога на тему тайны его подвала были, прямо скажем, преувеличены.

Но лестница оказалась неприятным препятствием. Скошенные ступени, затертые тысячами прошедших по ним ног, редкие магические факелы, горящие скудным черным пламенем, гладкие стены… Просто все условия для сворачивания шеи даже здоровому человеку, не то что тяжело раненному.

Князь, надо отдать ему должное и восхититься выдержкой, не ахал, не охал, не стонал. Просто дышал сквозь сжатые зубы и бледнел с каждой ступенькой все больше и больше.

Я начала переживать, что не доведу мужчину до его секретного места, в котором если нет заточенного архимага-лекаря или источника жизни, то я вообще не понимаю, какой смысл тащиться пешком под землю. Такими темпами мы могли бы дойти до нижнего мира в гости к демонам!

Только хотела побухтеть по этому поводу, как лестница внезапно оборвалась.

Перед нами оказались тяжелые двустворчатые двери, изрезанные магическими символами. Ручек у них не было, а места перед дверями так мало, что они могли открываться или внутрь, или никак.

– Нам точно сюда? – с сомнением спросила я.

– Точно, – еле слышно выдохнул мужчина.

– Я это вряд ли открою, – честно призналась, посмотрев на Рейнарда.

Мне показалось, что он стал еще бледнее, а вены и глаза – еще чернее, хотя, казалось бы, – куда?

– Тебе и не нужно… – проговорил он. – Просто… подведи меня к дверям. И уходи.

– Еще чего! – возмутилась я. – Никуда я без тебя не пойду.

Рейнард тяжело вздохнул, но чувствовалось, что сил спорить у него нет, чем я и воспользовалась.

– Буду ждать! Вот тут сяду на ступеньки и буду тихонечко сидеть, – заверила я, подводя к дверям.

Мужчина ничего не ответил, лишь тяжело оперся рукой о створку двери. Магические символы тут же полыхнули черным пламенем, а сами двери беззвучно приоткрылись. Я ничего не успела увидеть внутри – сплошная темнота была в этой небольшой щелке. Но Рейнард шагнул в нее и словно растаял, а двери резко захлопнулись за ним.

Тьма уволокла Князя Тьмы, а я осталась сидеть на ступеньках древней лестницы в ожидании неизвестно чего…

Рейнард

Был у моей семьи один кошмарный, постыдный секрет. Секрет, о котором никто и никогда не должен узнать. Секрет, на котором стоит наша империя, держится наша власть и моя родня на троне. Ну и еще немного остальной мир, конечно.

Не существовало никакого уникального заклинания, замешанного на крови, что позволило моему предку загнать демонов обратно в их мир и оградить все нестабильные порталы территорией Мертвых земель.

Не существовало и не могло существовать.

Зато был договор. Договор с одним из верховных демонов, заключенный на крови. Заключенный на вечность вперед. Род Даркфар платит кровавую дань из поколения в поколение, отдавая одного из своих сыновей на сжирание проклятой демоновой печати. Ради власти? Ради собственного величия? Ради мира?

Сейчас это уже не имело никакого значения. Когда от твоего локтя до запястья расцветает договор кровавой клятвы, тебе все равно, за что придется отдавать свою душу – за мир во всем мире или за золотые шахты семьи, легко вычеркнувшей тебя из своей жизни.

И здесь, в самом глубоком подвале первого замка, в комнате, опечатанной всей возможной магией, осталась крошечная, но самая страшная прореха мира. Та, что не может быть закрыта никаким магом, та, что держится на кровавом договоре моей семьи. Та, в которую однажды я шагну уверенно и добровольно, когда тьма окончательно поглотит мое сердце.

Но не сегодня.

Сегодня эта демоническая сущность в очередной раз исполнит свою часть сделки. Залечит мои раны, восстановит мою магию, оближет раскаленным пламенем узор печати, откусит кусочек чувств и эмоций, чтобы в следующий раз приманить поближе.

Черное пламя заскользило по испещренному древней печатью полу, наполняясь силой с той стороны мира. Комната, выбитая в скале столетия назад, осветилась, и я на последних волевых дошел до края магического аркана.

– Лечи, – выдохнул приказ, и черное демоническое пламя рвануло ко мне, растекаясь раскаленным металлом по каждой вене.

Корнелия

Любопытство меня терзало. Но не сильно.

Заглянуть в супертайную комнату, конечно, хотелось, но так… Для общего развития. Это все, конечно, очень подозрительно выглядело: Рейнард спустился в бесконечный подвал и пропал в какой-то жуткой темноте. Но это же его подвал и его жуткая темнота.

Мне же оставалось надеяться, что у него там есть магические светильники. Да и вообще он знает, что делает.

Сначала я ходила кругами по крошечному пятачку перед дверями. И даже, каюсь, попыталась подслушать. Звуки через исполинские створки не проникали, ходить быстро надоело.

Я уселась на ступеньки и приготовилась ждать. Ужасно хотелось пить. И есть. И вообще нормально поспать бы не помешало, что-то слишком насыщенный денек выдался. Привалилась плечом к неприятной шершавой стене и начала рассматривать узор на дверях.

Действительно что-то сложное, запредельное… Неприятно признаваться, но из магических символов на дверях я не знала ровно половину, а остальную просто не могла сложить во внятную логическую цепочку.

«Ну и ладно», – подумала я, прикрывая глаза. Никогда не стремилась к высшей магии, а сейчас тем более.

И на этой мысли меня самым неожиданным образом вырубило. Я уснула прямо там, на жестких ступеньках, привалившись к шершавой стене.

Мне снился отрез прекрасного черного бархата. От тяжело колыхался, словно под ним была неспокойная вода, но приковывал взор и манил к себе.

Тьма не отражала света, не грела и не морозила. Тьма – она просто тьма, даже если это отрез бархата.

Но чем больше я смотрела на ту колышущуюся тьму, тем больше глаза привыкали к ней и тем четче я различала ткань перед собой. И тем сильнее меня возмущало увиденное!

На дорогой, шикарной ткани красовался совершенно безобразный порез. Небольшой, но старый. На краях уже осыпалась нитка, на концах расходилось само плетение.

Я смотрела на этот порез и испытывала буквально физическую потребность его заштопать. Я же, в конце концов, бытовой маг. Латать прорехи на одежде – практически моя специальность! Я успела даже потянуться к поясному кошелечку, в котором вместе с деньгами хранила всякую мелочь первой необходимости, чтобы подобрать приличную нитку и иголку, как проснулась.

Двери в подозрительную комнату уже закрывались, и на пороге стоял Рейнард. Я подскочила на ноги и кинулась к нему.

– Ты в порядке? Залечилось? Покажи раны!

Я потянулась к своему узелку, чтобы посмотреть, как оно там все затянулось и, может, все еще нужен лекарь, но герцог перехватил мою руку.

– Не стоит, – спокойно и даже как-то прохладно произнес он, держа меня за запястье.

– Что значит «не стоит»? – возмутилась я. – А вдруг не зажило? Вдруг начнется сепсис? Это тебе что, игрушки?

Я заглянула в глаза обычного черного цвета и спокойное, точнее сказать, равнодушное лицо мужчины.

– Мое здоровье не входит в твои обязанности, – сухо проговорил он.

– И что теперь?

– Теперь – поднимайся наверх и возвращайся к своей работе.

У меня от такой наглости аж глаз дернулся.

– Я тебя чуть ли не на себе сюда перла, и это – твоя благодарность?! – ахнула я. – Ну ты и злодейшество! В следующий раз, когда тебя сожрет очередная местная гадина, сам себя потащишь по этой лестнице.

Я так разозлилась, аж сон как рукой сняло, и вверх по этим бесконечным ступенькам практически взлетела. Нет, ну каков наглец? Я ему! Я для него! А он?

Хам!

* * *

Я сердито пыхтела до самого верха лестницы, больше всего напоминая самой себе чайник перед закипанием. Вот ведь бездушная темномагическая скотина! Гадский гад просто! Когда в следующий раз его сожрут, пусть ко мне даже не приходит!

Гадский гад шел следом в полном молчании. Я надеялась, что он восхищается моей гордо выпрямленной спиной, но к концу лестницы от нее не осталось ничего выпрямленного и совершенно ничего гордого. Я добралась до верха и устало сползла на пол прямо перед входом к сердцу замка.

Все, больше ничто на свете не сможет заставить меня сделать ни шагу.

Было ужасно неприятно отметить, что шедший за мной герцог даже не запыхался. Мало того, он даже не заметил меня, бессильно сидящую на полу! И просто прошел мимо.

Я уже решила совсем на него разобидеться, как почувствовала, что под попой уже не так холодно и жестко. Опустив взгляд, с удивлением поняла, что сижу на красивой бархатной подушке.

– Долго не сиди, – кинул Рейнард в дверях и, шагнув во вспыхнувшее в воздухе черное пламя, исчез.

А я осталась сидеть одна на полу подвала и не придумала ничего лучше, чем посмотреть на сердце замка и сказать:

– Нет, ну ты видел?

Сердце стукнуло, но мне почему-то показалось, как-то печально. Даже как будто вздохнуло.

– Видел, – раздался ответ.

– И что это было? – вздохнула я.

Сердце замка не ответило, лишь как-то нервно дернулось. Черное пламя неровно колыхнулось под ажурным камнем.

– Ты что-то знаешь? – спросила я у замка.

Сердце крутанулось, но промолчало.

– Ты точно что-то знаешь! – поняла я, подскочив на ноги. – Ты не можешь не знать, что творится в твоем подвале!

Мне показалось, что сердце замка снова вздохнуло, но все же ответило:

– Не моя тайна. Не мой секрет.

Я задумалась, попытавшись проанализировать произошедшее, но замок вдруг заявил:

– Так что там с крышей?

– А что с ней? – не поняла я.

– Все еще течет. – Сердце замка недовольно крутанулось.

– И будет течь, – буркнула я, – пока твой хозяин будет являться в надкусанном состоянии. Откуда эта подушка?

Я подхватила с пола невесть откуда взявшийся предмет и продемонстрировала его сердцу замка.

– Из покоев его светлости, – был ответ.

Ах из покоев! Ну, мне чужого добра не надо.

– Ты куда? – встрепенулся замок.

– Подушку возвращать, – ответила я честно.

– Прямо сейчас? – Ажурный шар беспокойно крутанулся.

– А когда, прямо завтра? – съязвила я и шагнула в портал.

Рейнард

Это всегда очень странное ощущение, словно смотришь на собственную жизнь через толщу кристально чистой воды. Все видишь, все понимаешь, но никакого отклика мир вокруг не вызывает в сердце.

И возвращаться каждый раз было все сложнее и дольше.

Я вышел из тайной комнаты и увидел дремавшую на ступеньках Корнелию. Ее золотые волосы растрепались, форменное платье выпускницы академии запылилось, розовая лента в волосах выглядела блеклой. Она казалась такой юной, такой хрупкой и такой уставшей, что в другое время я бы взял ее на руки и донес до самых покоев.

Маленькая храбрая девчонка, не испугавшаяся демонической крови, нашедшая в себе силы дотащить здоровенного мужика вниз по многим десяткам ступеней.

Обычная прохладная легкость в душе и мыслях, сопровождавшая меня все разы после посещения этого места, словно дрогнула от вида личной помощницы. Наверное, если сосредоточиться на столь странном, инородном чувстве, можно было бы заставить свое сердце биться в ритме настоящих эмоций.

Вот только зачем?

Зачем обнадеживать себя, зачем дурить голову девушке? Ведь финал уже определен и трагичен: демонам место в демоновом мире, а чистым девушкам следует держаться подальше от Мертвых земель.

А потому я сделал медленный глубокий вдох, сосредоточиваясь на ледяной пустоте в груди, и…

Корнелия открыла глаза.

– Ты в порядке? Залечилось? Покажи раны!

Девчонка подскочила на ноги, потянулась ко мне. Сердце сбилось с размеренного ритма, и я с некоторым трудом удержал пустоту в груди.

– Не стоит, – спокойно произнес я, перехватив тянущуюся ко мне тонкую руку.

Отойди, отойди от меня!

– Что значит «не стоит»? – возмутилась Корнелия, словно и не заметив моего тона. – А вдруг не зажило? Вдруг начнется сепсис? Это тебе что, игрушки?

Во тьме все заживает, добрая девочка. Заживает, но никогда не остается прежним.

– Мое здоровье не входит в твои обязанности.

Отойди, отойди от меня!

– И что теперь?

Отойди, отойди от меня!

– Теперь – поднимайся наверх и возвращайся к своей работе.

– Я тебя чуть ли не на себе сюда перла, и это – твоя благодарность?! – вспылила Корнелия, вырвав руку. – Ну ты и злодейшество! В следующий раз, когда тебя сожрет очередная местная гадина, сам себя потащишь по этой лестнице.

Девчонка развернулась и, задорно стуча каблучками, рванула вверх по лестнице. Я задержался на пару секунд, проверяя свои эмоции.

Хочется ли кинуться вслед за ней?

Странный вопрос. Мне же все равно идти наверх.

И я пошел.

Через треть пути Корнелия сбавила темп, еще через треть стала опираться ладонью о стену. Она не оборачивалась и сердито сопела всю дорогу, я же просто шел следом, размышляя о разных скучных герцогских делах.

Ничто так не умиротворяет, как простая рутина.

Когда мы наконец поднялись наверх, Корнелия плюхнулась на пол без сил. А я…

Я просто прошел мимо. Я должен был пройти мимо, и я прошел. Хотя, конечно, немного не удержался и подложил ей под пятую точку подушку. Там, внизу, камень теплый от магии, а здесь вот уже настоящее замковое подземелье.

– Долго не сиди, – кинул, шагая в пламя портала.

Покои встретили меня брошенной суетой. Разрезанная рубашка, склянки с мазями, остатки порванных для перевязки отрезов белой ткани.

Надо бы позвать слуг убраться, но мне малодушно хотелось задержаться в этом моменте. Моменте, когда я еще чувствовал и который, вероятно, уже никогда не сможет повториться.

Ведь каждый раз эмоции притупляются сильнее и возвращаются дольше и в меньшем объеме.

Так что я просто скинул на ходу одежду и пошел в душ. Горячая, почти раскаленная вода парила, но не могла изгнать холод из моей груди. Раньше я думал о несправедливости мира, но с годами это перестало меня волновать.

А потому из душа я вышел вполне довольный собой и жизнью. В конце концов, я жив, я еще человек, и для моего положения это практически успех.

Обмотав полотенце вокруг бедер, я босиком прошелся по своим покоям, намереваясь распахнуть платяной шкаф.

Но дойти до шкафа была не судьба: воздух чуть исказился от магии, и передо мной возникла взъерошенная и удивительно бодрая Корнелия. И вместо каких-то слов объяснений эта чистейшая душа запустила в меня щедро одолженной подушкой.

Та впечаталась мне в грудь и шмякнулась на пол. А полыхающая от непонятных мне эмоций девушка вдруг ойкнула и прижала пальцы к губам.

– Ты что-то хотела? – вежливо поинтересовался я.

Корнелия

– Ты что-то хотела? – произнес Рейнард, в которого я только что запустила подушкой.

Запустила подушкой в Князя Тьмы, мама дорогая…

Ладно, это не так страшно звучит, а вот «запустила подушкой в почти голого мужика» – вот это действительно страшно! Особенно когда он стоит весь такой удивительно спокойный. Как будто только что в его спальню не ввалилась девушка.

Впрочем, что ему переживать. Не дракон же.

– Я хотела… – растерянно произнесла я, теряя весь запал. – Хотела…

– М? – Мужчина выразительно приподнял бровь. И с таким самоуверенным и самодовольным видом, меня аж передернуло.

– Хотела бы я знать, какого демона с тобой происходит! – заявила я, вздернув подбородок.

– А что, собственно, со мной происходит? – проговорил герцог, склонив голову набок.

С мокрых волос на его плечи капала вода, стекая дальше к шикарному прессу, за который я совершенно против воли зацепилась взглядом.

– Нравлюсь? – лениво поинтересовался Рейнард.

– Столько шрамов… – прошептала я.

На самом деле на Князе Тьмы просто не было живого места. Тонкие, едва различимые шрамы покрывали его тело почти полностью. Следы зубов, когтей, аккуратные порезы клинков, рваный шрам от чего-то с неровными краями…

И так мне вдруг его стало жалко! Сидит на отшибе империи в окружении полулюдей, ловит всякую нечисть, которая пытается откусить от него кусочек и весьма преуспевает в этом, а тут я с претензией, типа слишком холодно со мной разговаривает и недостаточно радостно меня поблагодарил.

Я б на его месте еще не таким злодейшеством была!

Меж тем Рейнард уловил мой шепот, опустил взгляд и пожал плечами.

– Так что ты хотела? – спросил, посмотрев мне в глаза.

В них клубилась холодная, равнодушная тьма, которой я еще не видела у Рейнарда. Наверное, за это властителей Мертвых земель и прозвали Князьями Тьмы – черное пламя, черная магия, черные глаза, смотря в которые кажется, что ты проваливаешься сквозь саму суть мироздания в демоническую тьму.

Чего можно хотеть и требовать от такого человека? Ну разве что…

– Ты не против, если я заберу несколько солдат из твоего гарнизона?

Герцог удивленно моргнул. Видимо, это последнее, что ожидает услышать от женщины мужчина в одном полотенчике.

– И зачем они тебе?

– Слабой женщине ну очень нужны сильные мужские руки, – охотно пояснила я, против воли скользнув взглядом по рельефу мышц Рейнарда.

– И это такая острая необходимость, что ты явилась прямо сюда?

– Очень острая, – закивала я. – Крыша-то течет. Ну и подушечку вернуть хотелось, опять-таки.

Мужчина хмыкнул:

– А я думал, решила помочь мне надеть рубашку.

– Еще чего, – буркнула я. – Так я возьму?

– Что? Рубашку?

– Солдат!!!

– А, это… Бери хоть весь гарнизон. Если справишься, конечно.

– Пф! – многозначительно ответила я и поспешила удрать из покоев его злодейшества.

Странный все-таки тип мой начальник. Глаза бездушные, а язвит так, словно смеется надо мной.

Подозрительно!

Глава 9

На следующий день принесли пару свертков от госпожи Арханы. Посыльная, зеленокожая полудемоница с выпирающими нижними клыками и зелеными вьющимися волосами, была на голову меня выше. Вручив мне бумажный сверток, девушка произнесла неожиданно высоким, почти девчачьим голосом: «Госпожа Архана сказала, это первое, самое необходимое! Остальное по готовности». Затем зеленая посыльная стрельнула глазами в мои покои, явно рассчитывая найти там Рейнарда или, на худой конец, гарнизон солдат, но, не обнаружив ни того, ни другого, немного разочарованно вздохнула и ушла, продемонстрировав мне длинный хвост с милой кисточкой и бантиком на ней.

В свертке от госпожи Арханы имелось два симпатичных брючных костюма. Один ярко-синего цвета, другой – насыщенно-малинового. Две белые рубашки и две ленты в волосы. А еще нижнее белье. Прекрасное нижнее белье без всяких там бантиков и кружев.

Одежда села идеально, и я полчаса крутилась перед зеркалами, выбирая, в каком бы костюме сегодня идти штурмовать гарнизон. Решила, что синий более строгий цвет, поэтому он-то мне и подойдет. Нужно же произвести правильное впечатление!

Не знаю, что там случилось с гарнизоном за ночь, но, едва я зашла в казармы, все присутствующие демонические солдаты подскочили и вытянулись по струнке.

– ЗдравЖелаюГоспожаПомощница! – рявкнул рогатый мужик, который в прошлый раз со мной общался.

Я аж подпрыгнула от такого приветствия.

– Эм… – протянула в ответ, рассматривая рогатого, который пялился строго перед собой. – Здравствуйте. Мы в тот раз не договорили…

И я не была уверена, что договорим в этот раз. Собеседник все так же пялился перед собой. Остальной личный состав – тоже. Вообще смотрели куда угодно, только не на меня.

– Мне нужны солдаты для выполнения несложных ремонтных работ по замку, – без особой надежды на успех сказала я.

– Два отряда по дюжине добровольцев подойдет? – негромко спросил демон, обращаясь к пространству.

– Угу, – отозвалась я.

А он как рявкнет:

– ДВЕ ДЮЖИНЫ ДОБРОВОЛЬЦЕВ ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА СБОР ВО ВНУТРЕННЕМ ДВОРЕ!!!

На пару секунд в помещении повисла тишина, даже было слышно, как за дверью у какого-то селянина, привезшего в замок провиант, скрипит колесо на телеге. А затем все как-то резко засуетились, как будто побежали наперегонки.

– Спасибо… – растерянно произнесла я, наблюдая невероятную суету.

– Что вы, мы всегда готовы помочь доверенному лицу его злодейшества! – заявил демон, по-прежнему смотря перед собой.

Потом, видимо, не сдержался, покосился на меня и тихо-тихо произнес:

– Вы уж замолвите за нас словечко перед его злодейшеством. А мы вас не подведем!

Из казармы я вышла в глубокой задумчивости. Что же такого произошло здесь за ночь, что в казарме вместо сальных шуточек меня встретили по стойке «смирно»?

* * *

– Итак, вот ваш фронт работ! – произнесла я, улыбаясь как можно более радостно и демонстрируя крышу. Точнее, ее отсутствие.

Поднявшийся со мной командир строительного отряда, господин Бухус с непонятными мне военными знаками отличия на рукаве, задумчиво рассматривал ярко-синее небо над нашими головами.

– М-да… – многозначительно изрек он. – Я, конечно, подозревал, что вы, госпожа помощница, не просто так за рабочими руками в наши казармы явились, но не думал, что все так плохо.

Пол недовольно заскрипел, стены затрещали-защелкали, а единственная уцелевшая ставня во всем помещении возмущенно бахнула. Замок намекал, что не согласен с оценочными суждениями некоторых рогатых.

В этот момент в дверной проем просунулась прехорошенькая демоница. Без рогов, зато с миленькими кошачьими ушками на макушке. Девушка поманила меня рукой, на запястье которой была повязана лента с бубенчиками.

– Посчитайте, пожалуйста, стройматериалы и время, необходимое для перестилания крыши, – попросила я и отошла к девушке с ушками.

– Госпожа помощница, меня зовут Нека, я – старшая горничная его злодейшества, – представилась девушка, сделав миленький книксен.

Бубенчики, нашитые на ее одежде, мелодично звякнули, и демоница посмотрела на меня кошачьими зелеными глазами.

– Приятно познакомиться, Нека, – ответила я, за плечи разворачивая девицу, пожирающую глазами Бухуса. – У нас с тобой будет другая и очень важная задача.

– Другая? – разочарованно спросила девушка. – Какая?

– Генеральная уборка замка, – ответила я.

Нека мгновенно перестала рассматривать Бухуса и посмотрела на меня в некотором ужасе.

– Всего замка?

– Всего замка, – подтвердила я.

– Но это же… долго…

– Ничего, когда-нибудь надо начинать, – бодро произнесла я. – Почему бы не сегодня.

– Сегодня? – растерянно повторила девушка.

– Прямо сейчас, – произнесла я с нажимом.

Сомнения Неки я понимала. Замок последний раз убирали где-то в районе постройки, то есть примерно никогда. Нет, какие-то закутки чистоты, конечно, имелись. Кухня там, конюшни, покои его злодейшества, опять-таки. Хотя у него я под кровать не заглядывала, а то, может, и там из пыли носки вязать можно.

В любом случае объем работ внушал ужас. Но женщину, решившую устроить генеральную уборку и переставить мебель, нельзя остановить в ее стремлении причинить всем чистоту и порядок.

– Тряпки в ведра, лапы в лапы и вперед, к светлому и чистому будущему! – скомандовала я.

Подумала пару секунд и добавила:

– А приведем в порядок замок, попробую уговорить его злодейшество устроить какие-нибудь гуляния. Чтобы с вкусняшками, фонариками, танцами и с ними, – я кивнула на Бухуса, что-то пишущего на выданном мной листе бумаги.

Последнее произвело удивительно стимулирующий эффект: Нека подхватила юбки, хвост и вприпрыжку поскакала вниз по лестнице. Я такого энтузиазма не ожидала, но подумала, что, учитывая состояние замка, гуляния случатся не раньше следующего года, а то, может, и двух. А за два года я уж всяко договорюсь с Рейнардом.

Каково же было мое удивление, когда на весь замок прогрохотало:

– Корнелия! Ко мне, живо!

Рейнард

Жизнь без эмоций – прекрасна. Ты встаешь утром, принимаешь душ, одеваешься в свежее, спускаешься порталом в огромную мрачную столовую и завтракаешь. Тебя уже не печалит, что завтракаешь ты один, что земля твоя полна нелюдей, что замок твой давным-давно пришел в упадок.

Ты просто живешь, решаешь рутинные проблемы, и все.

Стол, правда, опять был накрыт на две персоны, но Корнелия так и не появилась. Прислуживающая мне полудемоница смотрела сочувственно, а потом и вовсе принялась трещать о том, что госпожа помощница с самого утра носится по замку и завтракала на ходу парой бутербродов.

– Вы уж повлияйте на нее, ваша светлость, – попросила девушка. – А то сломается ваша помощница, кто за вами присматривать будет? Такая ведь махонькая, в чем только душа держится…

Я посчитал ниже своего герцогского достоинства разговаривать с прислугой, но кинул на нее максимально выразительный взгляд. Девушка вылетела из зала, как будто у меня за спиной разверзлись врата в соседний мир.

В тишине и одиночестве я закончил трапезу, а затем, также порталом, шагнул в свой кабинет. Быть герцогом в Мертвых землях – это не только ловить нечисть и не дать людям сожрать твоих полудемонов. Это еще куча бумажной волокиты. Прошения, счета, проекты указов и письма вечно недовольных соседей, пытающихся сунуть свой любопытный нос на твою территорию.

Благодаря отсутствию эмоций сегодня я был готов плодотворно поработать с документами, не испытывая чувства бесцельно потраченного времени. Но стоило мне войти в кабинет, как взгляд упал на белоснежный конверт, висевший в воздухе над моим столом.

Королевская почта, ну надо же.

Я опустился в кресло и щелкнул пальцами. Печать на конверте сломалась, и он разложился в бумажный лист, исписанный идеальным секретарским почерком. Мой венценосный брат изволил вспомнить о моем существовании! И ладно вспомнил, ему в голову пришла потрясающая идея пригласить меня в столицу, во дворец – на ежегодное празднование Дня низвержения демонов.

Какая потрясающая лицемерность. Дернуть поводок сторожевой псины, пока она окончательно не изошла пеной от бешенства.

Я прикрыл глаза. Гнева не было. Только какое-то чувство бесконечной усталости. Малодушно хотелось, чтобы этот фарс уже поскорее закончился, но… моя смена еще не родилась.

В голову пришла шальная мысль – хорошо бы, чтоб и вовсе не родилась. У братца уже есть три дочери и ни одного сына. Если я стану последним проклятым в нашей семье, меня это устроит.

Черканув на письме универсальный символ согласия, я снова щелкнул, складывая бумагу обратно в конверт. На этот раз конверт стал черным и немного дымил от моей магии, так что, когда он отправился к адресату через портал, в воздухе еще слегка тянуло копченым дымом.

Смахнув рукой остатки магии в воздухе, я взял первую попавшуюся папку с документами со стола. Это были счета. Много счетов. Очень много счетов!

Она в своем вообще уме? Она что, решила весь замок перестроить?

– Корнелия! Ко мне, живо!

Корнелия

Мой преподаватель по экономике домохозяйства любил говорить: «Просите больше и получите желаемое!» Ведь каждый хозяин считает своим долгом немного поурезать обязательные расходы, а если изначально попросить побольше, тогда у него останется место для творчества.

Поскольку мой хозяин – аж целый герцог, я решила не мелочиться и увеличить плановые расходы сообразно его титулу. И умножила большую часть позиций на десять. А некоторые – на двадцать. Ну чтоб наверняка оставшегося хватило на ремонт.

В моей картине мира его злодейшество видит смету, черкает ее в соответствии со своим чувством щедрого и возвращает мне бумажки, над которыми я патетично заламываю руки и радуюсь своей смекалке и высшему образованию.

Но каково же было мое удивление, когда Рейнард решил спросить меня построчно! Впрочем, чем больше он спрашивал, тем больше я понимала озадаченность герцога – десять раз все-таки был перебор… что уж говорить о двадцати.

– Вот скажи мне, Кор-р-рнелия, – раскатисто протягивая букву «р», поинтересовался Князь Тьмы, перед которым в воздухе, поддерживаемые черным дымком, висели мои бумаги, – зачем тебе пятьдесят сотенных рулонов белой хлопковой ткани?

– Надо, – ответила я, состроив честные-честные глазки. Сказать его злодейшеству о том, что это ткань с запасом на тряпки, у меня язык не повернулся.

– На пятьдесят сотенных рулонов ткани можно одеть три моих замковых гарнизона. – Герцог оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на меня. – Ты планируешь переодеть моих бойцов трижды?

– Нет, – ответила я, нервно сглотнув.

– Мне не то чтобы жалко денег, – сказал он, – просто хотелось бы понять… Зачем тебе столько досок? Здесь сказано: пятнадцать тысяч телег древесины разных пород. Ты хочешь вырубить весь лес в моих землях?

– Нет, – пискнула я, поняв, что больше двух умножать было излишне. Пять раз максимум! – Просто я подумала, что можно перестелить все крыши, пол, где-то требуют ремонта перекрытия или лестницы…

Мужчина посмотрел на меня со скепсисом. Так смотрели некоторые преподы, выслушавшие многозначительное мычание или великолепную ахинею с заверениями, что студент учил.

– Ладно, сделаем так, – произнес Рейнард и чиркнул пальцем по воздуху. В этот же момент его подпись отразилась на всех листах, те сложились в стопку и плюхнулись передо мной. – И ты больше не пристаешь ко мне со всякими бумажками.

Кажется, у меня выпала челюсть. А нет, не кажется!

Я захлопнула приоткрывшийся от удивления рот, сгребла подписанные бумаги и, пробормотав что-то на тему моих срочных задач, вылетела из злодейшеского кабинета.

Нет, я, конечно, догадывалась, что мужик он не из бедных и не жмотистый, но чтоб настолько?!

Рейнард

– Тень, – сухо произнес я, задумчиво глядя на закрывшуюся за Корнелией дверь.

В щель между дверным полотном и паркетом просочился демон и медленно, очень осторожно вытянулся во весь рост.

Нельзя сказать, что все демоны чувствовали мою трансформацию, потому что у некоторых, кроме рогов и хвоста, не осталось ничего демонического – слишком разбавлена кровь. Но те, кто хоть наполовину принадлежал нижнему миру, понимали, к чему ведет мой путь. И откровенно боялись оказаться рядом, когда моя человечность иссякнет.

– Да, ваша светлость? – нервно сглотнув, произнес демон.

– Присмотри за ней.

Тень удивленно качнулся.

– Вы ей не доверяете? – осторожно подбирая слова, спросил он.

– Я не доверяю шакалам, что вьются вокруг нее.

Тень согнулся в поклоне и так сполз на паркет и растаял в щелях между досок. Я же принялся просматривать бумаги на столе, только мысли почему-то соскальзывали на девчонку с розовой лентой в золотых волосах. Хватило же ума явиться в казармы. Как ее только там не сожрали? Видимо, растерялись от этой наивной непосредственности.

Я вздохнул и снова посмотрел на дверь. Внутри прямо-таки зудело настойчивое желаний пойти постоять у помощницы над душой, чтобы она не влезла куда-нибудь типа клеток с ездовыми вивернами.

Но я взял себя в руки и погрузился в бумажки. Кто вообще выдумал этот гребаный документооборот?

Корнелия

Я вышла из кабинета злодейшества и, погруженная в свои мысли, прошагала целый этаж. Нет, два этажа! А когда спохватилась, то замерла посреди коридора прямо напротив какого-то темного портрета, изображавшего мрачного осунувшегося мужчину с горящими магией глазами, имевшего отдаленное сходство с Рейнардом.

У меня на руках были бумаги с таким бюджетом, что даже если я тихонечко продам налево десятую часть и сбегу из Мертвых земель, то всю оставшуюся жизнь можно будет поплевывать в потолок в каком-нибудь провинциальном городке.

Честное слово, целую минуту я обдумывала этот вариант!

Потом вспомнила дыры в крыше замка, раненого Рейнарда и подозрительный подвал – и испытала странное, просто зудящее чувство во всем разобраться.

В конце концов, сейчас самое безопасное место для меня – Мертвые земли. И раз уж я здесь, надо хорошенько о них позаботиться!

– Не смотри на меня так, – буркнула я портрету и направилась… на кухню.

В рабочее время на кухне трудилась многорукая госпожа Шира. И когда я говорю «многорукая», я именно это и имею в виду. Увидев Ширу первый раз, я, признаться честно, растерялась – то ли завизжать, то ли не нарушать традиций и рухнуть в обморок, то ли сделать непроницаемое лицо и отнестись к происходящему как к обыденности.

Шестирукий повар? Что тут такого! Мы вот во время экзаменов на третьем курсе попытались придумать заклинание «успевайки», так несчастный, на котором его опробовали, действительно успевал везде и нигде не задерживался. Носился по территории академии, пока ректор его не поймал и не привел в чувство…

– О, тростиночка вернулась! – всплеснула тремя парами рук госпожа Шира. – Голодная?

– Нет, – честно соврала я. – Я по делу.

– Все-то ты по делу, – нахмурилась женщина. – Деловая какая! Чего тебе?

– Мне бы нарезку…

– Мяса тебе надо. Мяса! Остальное сама возьми, – буркнула госпожа Шира, отворачиваясь к плите, тремя руками помешивая что-то в кастрюлях и еще тремя переворачивая что-то в сковородках.

Мой любимый вид ответа! Возьми что хочешь, а от меня отстань.

Я засучила рукава и принялась колдовать, предварительно отправив поваренка за приличной посудой. Вот странное дело, пока училась, кулинарная магия была моим самым нелюбимым предметом. А стоило попасть в замок, так такое вдохновение…

Короче, спустя полчаса после того, как мне подписали все бумаги, я снова стучалась в кабинет к Рейнарду.

– Еще денег? – изумился Князь Тьмы, едва я просунула голову в дверной проем.

– Пока нет, – не стала категорично отказываться я, – но тоже не терпит отлагательств.

Рейнард

Передо мной в воздухе висело письмо из императорской канцелярии. Официальное обращение уведомляло, что налоги в казну поднимаются со следующего месяца на двадцать процентов, и обязывало меня организовать процесс сбора и доставки денежных средств или натуральных продуктов. К последнему в скобках от руки более корявым почерком было приписано «предпочтительно».

Мертвые земли были богаты. Я бы даже сказал, неприлично богаты – сказывалась магическая нестабильность и все те же проклятущие твари, что регулярно лезли в наш мир. Их убивали, а они служили прекрасным удобрением для разного и полезного. Например, на месте гибели злосчастной гидры лет через двадцать-тридцать можно попробовать покопать золотишка.

В принципе мое герцогство содержало большую часть бюджета империи и, честно говоря, по-хорошему пора уж было сепарироваться от нахлебников. Сделать это достаточно просто: обычные люди не любили и боялись местных жителей, и даже самые борзые наемники старались обходить мои земли десятой стороной. Переселялись только отчаянные и безнадежные типа матерей с десятком детей, когда погиб кормилец. Они шли сюда в надежде обрести покой, в основном рассчитывая на смерть от чьей-нибудь демонической руки. Мои парни частенько ловили по лесам таких, приводили в ближайшее поселение, оставляли на попечение старостам… и через пару лет несчастная вдова обнаруживалась с пузом, замужем за каким-нибудь рогатым молодцем, а десяток щекастых детей радостно играл с домашней нечистью.

В общем, было бы вполне самостоятельное такое государство с весьма колоритным населением. Но вот проблема – кто бы удержал тут власть и отстоял интересы подданных?

Князья Тьмы не женятся и не оставляют наследников. Да и живут не так чтобы долго. На революцию за независимость точно не хватит.

Словом, придется платить…

Тут входная дверь приоткрылась, и в дверной проем просунулась блондинистая голова моей помощницы.

– Еще денег? – изумился я.

– Пока нет, – мотнула головой девушка, отчего выбившиеся из нехитрой прически пряди мило колыхнулись, – но тоже не терпит отлагательств.

Я махнул рукой, сворачивая налоговое письмо, а Корнелия вошла в мой кабинет спиной вперед. Затем бедром толкнула дверь, закрывая за собой, и с важным видом подошла к моему столу, чтобы опустить на него большой поднос.

– Что это? – спросил я, с подозрением смотря на тарелки.

– Перекус! – торжественно заявила девушка и принялась рассказывать, что принесла: – Тут маленькие бутерброды, здесь корзиночки с рыбой, тут пирожки с мясом, здесь фруктовый салат…

– Еда, я понял, – произнес я, жестом останавливая поток слов. – Зачем?

– Чтобы есть, – невозмутимо ответила Корнелия.

– Но я не голоден, – чувствуя какое-то далекое раздражение, произнес я.

– Это сейчас не голоден. А к концу той стопки бумаг будешь, – с уверенным видом произнесла она. – В общем, вот приборчики. Не буду отвлекать…

И, игнорируя мой выразительный мрачный взгляд, удрала из кабинета.

Я покосился на поднос, покачал головой и принялся дальше читать скучные документы. А спустя полчаса обнаружил себя забрасывающим в рот принесенную снедь. Клянусь, эти крошечные штучки на один укус были созданы для того, чтобы закусывать ими сухой канцелярский язык!

– Ваша светлость… – неловко кашлянул Тень, просачиваясь между половицами.

– Мм? – отозвался я, жуя и черкая на разного рода выдуманных претензиях соседних землевладельцев.

Дракон у них сожрал весь урожай капусты, подумать только! Был бы дракон, он бы капустой не ограничился, сожрал бы и писаря, и автора послания, пренебрегая изжогой от каллиграфии.

– Ваша светлость, ваша помощница инспектирует территорию замка…

– Пусть, – отмахнулся я.

– Но ей нельзя!

– Почему? Все можно, – пожал плечами в ответ. – Она ж ремонт затеяла на неприличную сумму, вот и изучает фронт работ.

– Но, ваша светлость, она заявила, что видела покосившуюся крышу, и отправилась в псарню!

– Да, с крышей там действительно были некоторые проблемы… – пробормотал я, пробегая глазами по строчкам на новом листе.

И тут до меня дошло:

– Где, ты сказал? В псарне?

Тень как-то съежился и, кажется, даже побледнел. Я же рывком поднялся на ноги и, призвав магию, шагнул в черное пламя.

В псарне у меня были заперты адские гончие, и все в замке знали, что нарушать целостность печати нельзя, а входить – вообще смертельно опасно.

Все, кроме одной новенькой блондинки.

Глава 10

Корнелия

Оставив злодейшество откармливаться, я отправилась в последнее место, не осмотренное мной. Честно сказать, я вообще его случайно заметила, когда высовывалась из бойницы очередной башни при инспекции подоконника.

В дальнем углу замкового двора, между крепостной стеной и оружейным складом, притулилась полуразвалившаяся сараюшка. Назначение было непонятным, я предполагала, что там валяется какое-нибудь ржавое или поломанное барахло типа телеги с тремя колесами, вил без ручки и тупых граблей. И где-то почти возле самой сараюшки от стены отлепилась моя тень и преградила мне путь.

Непродолжительная жизнь в замке уже научила меня, что падать в обморок или визжать при встрече с неизвестным бесполезно, потому как всякое странное тут буквально на каждом шагу. Потому я для начала проверила, на месте ли моя настоящая тень – она была на месте, – а потом вежливо уточнила:

– Чем могу помочь?

– Уходи, – заявила тень глухим мужским голосом.

– Откуда? – уточнила я.

– Отсюда.

– «Отсюда» – это из замка? Из замка я не могу, мне его злодейшество не позволит.

– «Отсюда» – это отсюда! – раздраженно ответил тень, ткнув полупрозрачным пальцем в землю.

– А-а-а… – протянула я. – А почему?

– Там псарня.

Исчерпывающий ответ!

– И там прям содержат псов? – поразилась я, всматриваясь в сараюшку через этого странного демона.

– Гончих, – поправил меня тень.

– Ясно, – не стала спорить я со странным созданием. – Ну, я пошла?

– Иди, – милостиво разрешил он.

Я действительно развернулась и ушла… на кухню. Раз там псарня и там содержат настоящих животных, надо бедных песиков спасать из этих ужасных условий проживания! Ну или хотя бы накормить для начала.

Прихватив несколько увесистых колечек колбасы, я отправилась обратно. По дороге еще раз возник странный полупрозрачный демон, но я была решительно настроена спасти бедную домашнюю скотину и прошла сквозь тень.

Тот вопил мне вслед что-то ошарашенно-возмущенное, но я его даже слушать не стала. Вот ведь живодеры, содержат несчастных песиков в таком ужасном месте!

Псарню построили из крепких бревен, но так давно, что со стен сыпалась труха. Местами просевшая крыша давно потеряла большую часть своей черепицы, а входные двустворчатые двери практически отсутствовали. Левая висела на одной петле, а правая небрежно приставлена к стене снаружи. Ну или не приставлена к стене, а подпирала ее. Тут было сложно сказать, что из этого опорная конструкция. А главное, почему собаки не разбежались…

В общем, я перехватила колбасу покрепче и вошла в псарню, мысленно молясь, чтобы она не сложилась мне на голову.

Внутри было очень темно и странно. Словно воздух не двигался, хотя в эти огромные дыры должно нещадно сквозить. А еще сюда почему-то нормально не проникал свет, хотя, казалось бы, на улице середина дня. Ну и самое странное: при всем при этом внутри не чувствовалось запаха, характерного для помещения, в котором плохо содержатся животные.

– Песики? – неуверенно позвала я, размышляя, не надул ли меня теневой демон.

И тут же выяснила, что не надул.

В темноте вспыхнуло несколько кроваво-алых глаз и раздалось утробное рычание.

Увидев угольки глаз в темноте, я не растерялась и вынула колбасу. Как говорится, лучшая оборона – это нападение!

– Оголодали? – заботливо спросила я.

Ответом мне было подозрительное рычание, а затем полыхнуло черное пламя – и в сараюшку явился Князь Тьмы собственной персоной.

– Ты что тут делаешь? – процедил Рейнард.

– Работаю, – пожала плечами в ответ.

– Тебе же сказали, что сюда нельзя. – Темные глаза мужчины сузились.

– Кто? – изумилась я.

– Твоя тень.

– Очень смешно, – фыркнула я. – Моя тень не разговаривает. Во всяком случае, я еще ни разу с ней не общалась. А тот странный полупрозрачный тип, что встретился мне по пути, не говорил, что сюда «нельзя». Он сообщил, что тут псарня с гончими. И должна сказать, это ужасно – так содержать животных!

– Не животных, а гончих, – раздраженно поправил меня Рейнард.

– А гончие что – не животные? – возмутилась я.

– Нет! – рявкнул он. – Это не просто гончие, это – адские гончие. Низшие демоны! И питаются они не человеческой едой, а маленькими глупыми девчонками!

– М-да? – ехидно уточнила я. – А почему же тогда твои жуткие адские гончие едят мою колбасу?

Вытянутое от удивления лицо Князя Тьмы – это, наверное, небольшая премия за мою бурную деятельность. Он развернулся к адским гончим, точнее, к темноте, где они должны были быть, и щелкнул пальцами. По всей площади сараюшки зажегся ровный тусклый свет, освещавший голую землю, скудно присыпанную гнилой соломой. Кроме голой земли и соломы, в помещении не было ровным счетом ничего. Ничего – это действительно ничего. Ни даже дырявой плошки с зацветшей водой! Только тонкая дымчатая магическая нить по периметру псарни и собственно псы.

Гончие оказались красивые и немного пугающие. Две огромные, абсолютно черные собаки с короткой шерстью, длинными тонкими ногами и почти лисьей мордой. Но их, честно говоря, я заметила в последнюю очередь. А вот выводок щенят, весело грызущих мою колбасу, которую они тихонько стырили, пока я общалась с недовольным начальством, бросался в глаза.

И не только мне!

Его злодейшество стоял чуть ли не с отвисшей челюстью!

– Как… как это возможно? – оторопело пробормотал он.

– Честно признаться, я думала, ты в курсе, – отозвалась я, с умилением наблюдая за щенками.

– В курсе чего? Что у меня тут под носом адские гончие плодятся в геометрической прогрессии? – мрачно спросил герцог.

– В курсе того, как это возможно, – пояснила я. – Ну, что там и куда в процессе образования приплода…

Я скорее почувствовала, чем услышала движение. Повернула голову к Рейнарду и поняла, что мужчина склонился ко мне, и его лицо оказалось в неприличной близости от моего. Темные глаза мерцали от магии, и Князь Тьмы произнес с тонкой усмешкой:

– И что там куда?

От такой неожиданной близости мне стало одновременно неловко и возмутительно. Я нервно сглотнула, чтобы высказать все свое возмущение, но тут нас прервали.

– Тявк! – раздалось совсем рядом.

Мы с его злодейшеством синхронно повернулись на звук и увидели щенят адских гончих, сидящих у моих ног рядком и виляющих хвостиками.

– Чего они хотят? – растерянно спросила я. И почему-то шепотом.

– Понятия не имею, – огорошил меня Рейнард. – Впервые вижу демоническое потомство.

– У тебя же псарня!

– Да, и предназначена она для того, чтобы злые гончие не вырвались и не начали жрать прислугу. – Герцог ткнул пальцем в защитный магический контур, полыхнувший в подтверждение его слов.

– Знаешь, они не выглядят такими кровожадными, как ты описываешь, – заметила я.

– Если бы ты заглянула сюда полвека назад, думаю, была бы другого мнения. Осталось-то всего две взрослые особи…

– А куда делись остальные? – спросила я, не уверенная, правда, хочу ли знать ответ.

– Развоплотились, – пожал плечами мужчина. – Демоны без контракта и свежей крови возвращаются в нижний мир.

– И эти тоже развоплотятся? – ахнула я, чувствуя бесконечную жалость и миленьким щенятам с кроваво-алыми глазами.

– Эти? Вряд ли… – задумчиво протянул Рейнард.

– Да? – обрадованно спросила я. – Точно вряд ли? А почему?

– Давно такого никто не видел, конечно, но… – Князь Тьмы присел на корточки и протянул руку к ближайшему щенку.

Тот радостно тявкнул и хлопнул лапкой по ладони мужчины.

– Но, судя по всему, они теперь часть этого мира.

– Одомашнил, – резюмировала я.

– Что? – не понял Рейнард, посмотрев на меня.

– Одомашнил, – повторила я, не без удовольствия наблюдая, как щенки решили познакомиться с грозным Князем Тьмы поближе и начали обнюхивать его сапоги и пытаться залезть на ручки.

Родители демонят стояли в сторонке и недовольно рычали, готовые в любую минуту сорваться спасать потомство. Впрочем, думается мне, они чувствовали магию Рейнарда, а потому нервировать лишний раз злодейского мага немного побаивались.

Как и все в нашей империи, впрочем.

– Одомашнил? Я?! – обалдел злодейский маг.

– Ну я так понимаю, больше некому… – развела я руками.

Рейнард растерянно посмотрел на меня, на лезущих к нему на руки щенков, решительно встал на ноги и, вернув себе привычный уже равнодушный вид, заявил:

– Глупости. Маги с моим даром не могут созидать, это противоречит нашей природе.

– Природа с тобой не согласна, – заметила я, кивая на виляющие хвостики.

Спорить со мной Князь Тьмы не стал. Он вообще решил сменить тему разговора.

– Тебе не следует ходить сюда одной.

– Ну кто-то же должен! – возмутилась я.

– Я пришлю кого-нибудь из солдат, – согласился Рейнард.

И клянусь, мне не послышалось, что он негромко буркнул себе под нос: «Кого не жалко»!

Рейнард

– Азал! – рявкнул я, возвращаясь в свой кабинет.

Черное пламя очертило круг на полу и выдернуло ко мне командира гарнизона. Этот самодовольный самовлюбленный рогатый полукровка, уважающий только силу, физическую и магическую, предстал передо мной голым по пояс, с миленькой бумажной шапочкой между рогов.

– Ваша светлость? – удивленно спросил командир.

– Ты чем занимаешься в рабочее время? – насмешливо спросил я.

– Стену штукатурил с парнями…

Мне потребовалось полминуты, чтобы осмыслить сказанное.

– А раздеться по пояс тебя Корнелия попросила? – поинтересовался я как можно равнодушнее, давя внезапно нарастающее раздражение. А то, может, и бешенство.

– Нет, – покачал головой командир, но вдруг заулыбался во все сорок клыков и заявил: – а что, думаете, понравлюсь?

Внутри поднялась волна таких эмоций, что, если бы я не пытался держать себя в руках, бедолагу Азала уже смахивали бы веником в совочек.

– Подойдешь к ней ближе, чем на метр, пеняй на себя, – процедил я.

Полукровка резко посерел. Посерел – поскольку нормально бледнеть, как и у прочих демонов, у него не получалось, хотя в моем присутствии они все регулярно тренировались.

– Так бы и сказали, что оставили для себя… – пробормотал Азал, и у меня сорвало последний внутренний заслон.

Я вцепился полукровке в глотку и поднял на уровень своих глаз. Рогатый смешно цеплялся за мою руку и болтал ногами.

– Еще одно лишнее слово, и я выброшу тебя в нижний мир, – медленно проговорил я. – Я доступно излагаю?

Полудемон прохрипел что-то невразумительное, но очень похожее на «да». Поскольку из серого цвета он начал переходить в синий, пришлось разжать пальцы. Азал рухнул на пол и тут же начал отползать от меня прямо на пятой точке.

– Возьмешь парней, сходишь на кухню, попросишь костей, мяса и молока. Отнесешь все это в псарню, покормишь гончих.

– Хозяин!.. – заскулил полудемон, но заткнулся, напоровшись на мой тяжелый взгляд.

– И солдат выставишь. Когда Корнелия надумает туда зайти, пусть кто-нибудь идет с ней для охраны.

Азал кивал на каждое мое слово, точно болванчик, своей демонической половиной чувствуя, что спорить со мной вредно для здоровья.

– Свободен, – махнул я рукой, и черное пламя вышвырнуло командира гарнизона из моего кабинета.

Я же рухнул в кресло и невидящим взором уставился на ворох недоразобранных бумаг.

В голове противно прокручивались слова Азала, и память вновь и вновь подкидывала сосредоточенное выражение лица девчонки, срезающей с меня окровавленную одежду.

Кажется, я попал.

Корнелия

В жизни каждой женщины, делающей ремонт в жилище мужчины, наступает момент, когда она с неизбежной ясностью понимает: хозяин жилплощади ее прибьет.

Вот и я сейчас смотрела на результат «давайте освежим покои его злодейшества по-быстренькому» и чувствовала, что мне конец.

Рейнард стал частенько пропадать из замка, и за последний месяц я его почти не видела. А если и видела, то герцог смотрел на меня та-а-а-а-ак мрачно, что хотелось сбежать в подземелья жаловаться сердцу на хозяина замка.

Впрочем, к ремонту это относилось опосредованно. В тот момент, когда я поняла, что его злодейшество ночует в своих покоях хорошо если раз в неделю, в мою голову пришла, вне всякого сомнения, блестящая идея и там сделать ремонт «по-быстренькому». В моем воображении мы всего лишь освежали паркет и стены, меняли текстиль и делали вид, что никто в его комнаты не заходил.

Но, как водится, любая гениальная идея, столкнувшись с реальностью, превращается в увлекательное приключение.

– И как так получилось? – спросила я, рассматривая результат быстренького ремонта.

– Да как… – растерянно проговорил Азал, попеременно косясь то на меня, то на входную дверь.

Бедолага вообще был довольно дерганым для командира замкового гарнизона, но тут я предполагала, что мой ремонт его добил. Точнее, довел.

– Да, – переспросил Эдвард, от возмущения стремившийся к идеальной форме пушистого шара, – как?!

– Ну как-то так… – уныло ответил полудемон.

«Как-то так» выглядело как огромнейшая герцогская кровать, которую вынесли из покоев, а теперь никак не могли занести обратно.

Она удивительным образом не влезала в дверной проем.

– И что нам теперь делать? – вздохнула я печально, представляя, как уставший Рейнард вернется после очередной охоты на какого-нибудь местного дракона, а его кровать стоит в холле замка.

– Нам? – возмутился Эдвард. – Прошу заметить, что я в этом не участвовал!

– Да ты что? – удивилась я. – А кто тут скакал, и прыгал, и руководил процессом транспортировки?

– Вот именно! Руководил! – заюлил пушистый паршивец. – И ни в коем случае не участвовал! Руководителей вообще нельзя привлекать к ответственности. Мы руками ничего не делаем, только водим!

– У тебя лапы, – напомнил Азал.

– Водил лапами! – быстро сориентировался Эдвард.

– Так его злодейшеству и скажем: а этот ушастый водил лапами, – покивал Азал.

«Этот ушастый» жалобно застонал, виня всех в несправедливости мира.

– Так, ну-ка перестали переругиваться, – скомандовала я, поморщившись. – Это всего лишь кровать, ее не выпилили же целиком из дерева. Значит, можно разобрать, занести и собрать. Всех дел на двадцать минут!

– И эта женщина дипломированный бытовой маг… – пробормотал Эдвард так громко, что я при всем желании не смогла бы прослушать.

– Что тебе не нравится? – нахмурилась я.

– Это древняя, практически антикварная кровать! Наверняка на ней сто тысяч заклинаний навешано всяких!

– Для сна? – удивилась я.

– Ага, для сна, – оскалился Азал. – И для его результативности.

Рогатый полудемон и наглый тушканчик противно заржали, но пояснять шутку отказались. Азал вообще заявил, мол, хочешь узнать подробности – спроси у герцога.

– Вот совсем не хочу, – отрезала я.

– Жа-а-а-а-аль… – со вздохом протянул командир.

– Ну так и чем вам мое предложение-то не нравится? – нахмурилась я.

– Тут нужен столяр, – снизошел до пояснений Эдвард. – А лучше – реставратор.

– Еще скажи, что они только в столице есть, и тогда нам точно конец, – помрачнела я.

– Угу, – нервно повел ушами тушканчик.

– А как же старик Адол? – вдруг спросил полудемон.

– Адол? – оживился Эдвард. – Адол может помочь…

– Но? – спросила я, чувствуя подвох.

– Но характер у него отвратный, – честно признался Азал.

– На уговоры поддается слабо, – подтвердил Эдвард.

– Пф! – отмахнулась я.

Тоже мне проблема – старик со скверным характером. Это ему просто еще я не попадалась! А я умею быть удивительно убедительной, особенно когда под попой разгорается черное магическое пламя мужчины, оставшегося без кровати в собственном доме!

* * *

Впрочем, когда я увидела местное средство передвижения, задор мой поубавился. И я как-то сразу вспомнила, что у нас в замке есть универсальное средство по движению недвижимого: коридоров, окон, стен… дверей, опять-таки.

И пока Азал с солдатами седлали – мама дорогая! – ездовых виверн, я тихонечко улизнула в замковый подвал.

– Привет! – поздоровалась я с сердцем замка, которое за прошедшее время стало сиять ярче и биться задорнее. – Как ты тут?

Ажурная сфера приветственно крутанулась, отчего на стенах затанцевали неровные тени и обрывки света. Поскольку я минимум раз в день заглядывала поболтать с замком, то теперь в зале появился уголок моего отдыха. Сначала это был просто пледик, который я подстилала под попу, пока сидела на каменном полу, потом пуфик, потом вместо пуфика кто-то из солдат приволок приличное кресло, затем уже я скомандовала притащить стол. На стол легла ажурная скатерть из запасников госпожи Арханы, а чтобы придать оживленности местечку, неделю назад я принесла вазу с цветами, которые горничные почти не забывают менять.

– Думаю, что где-то в кладовых есть пара пейзажных картин, нарисованных одним из владельцев замка до того, как его окончательно поглотило безумие. Хорошо бы их перевесить сюда.

– Все найденные картины будут приносить тебе для выбора! – тут же предложила я и начала издалека подходить к образовавшейся проблеме. – И, знаешь, вот хотела узнать, не можешь ли ты помочь мне с одним дверным проемом?

Но вместо того, чтобы расспрашивать про детали или продолжить болтать на отвлеченные темы, замок заявил:

– Не могу.

Я аж растерялась.

– Почему это?

– Во-первых, не могу, – повторил замок. – А во‐вторых, не хочу.

– Нет, ну это вообще возмутительно! – Я уперла руки в бока. – Рейнард вернется, а у него кровать в коридоре! Вот что он сделает в этот момент?

– Да, что? – ехидно переспросил замок.

– Придет по мою душу! – воскликнула я.

– Сочувствую, – отозвалось это вредное создание без капли сочувствия в голосе.

– Издеваешься, да? – нахмурилась я.

– Ну что ты, как можно, – хмыкнул замок, а пламя мелко задрожало, как будто кое-кто ржал.

Я бы ушла, гордо вздернув нос, но виверны не располагали к гордости. Особенно ездовые.

– Ладно, почему ты не хочешь – не спрашиваю. Мало ли там какие у тебя с этой кроватью истории были, – начала я с другой стороны. – Но почему не можешь? Я думала, ты тут можешь все!

– Могу, – согласился замок. – И не могу одновременно. Это не кровать, а погань артефактская. И ей не место в моих стенах.

– Но технически ты можешь ее запихнуть обратно? – решила я все-таки уточнить на всякий случай.

– Предпочел бы по частям, – отозвался замок, и мне почему-то показалось, что эта зараза довольно ухмыляется.

Спорить с камнем, полным черного пламени, конечно, можно было, но время поджимало. Чем дольше я тут торчу, тем меньше шансов успеть привезти артефактора в замок. А если Рейнард вернется, а мы вопрос не решили, то лучше мне, наверное, сразу переехать жить в вивернариум.

– Вот сожрут меня – ты будешь виноват, – буркнула я недовольно и отправилась обратно. Изучать верховую езду на местной пугающей живности.

Глава 11

Рейнард

В замке я старался не появляться. А если появляться, то как-нибудь так, чтобы не натыкаться на Корнелию. Хорошо еще, помощница моя оказалась ужасно ответственной и с неиссякаемым энтузиазмом приводила замок в порядок. Замок, кстати, от девчонки был в восторге. Эта продажная сволочь ехидно подмигивала мне моим же черным пламенем и закручивала ажурные узоры сердечками при моем появлении.

– Потушу, – мрачно угрожал я каждый раз.

– Не потушишь, – вяло спорил замок. – Тут все держится на честном слове и моей доброте душевной.

– Корнелия закончит ремонт – и потушу, – упрямо повторял я угрозу.

– Тут работы на ваших внуков хватит, – хмыкал замок, я бесился, и мы переходили на новый круг малоприятной беседы.

В общем, в замке я старался не появляться. Во избежание казусов, так сказать.

Мертвые земли были на самом деле довольно обширны, так что забот хватало, и я почти искренне убеждал всех (и себя в первую очередь) в своей невероятной занятости. Ну в самом деле, какой смысл сидеть в замке, когда то тут, то там случается бардак? Вот на днях господа гномы копошились в одной из своих шахт и прокопали проход прямо к хвосту мирно спящего дракона. Последний, по счастью, не просто спал, а, как оказалось, находился в спячке, и рудокопам следовало тихонечко заложить пролом и копать в другом направлении, так нет же! Увидели золотишко, на котором древний ящер сладенько посапывал, и давай таскать.

Ящер, к слову, не проснулся, зато проснулись его приживалы – стая диких виверн. Часть перебили на месте, часть поймали в соседних городах, но большая часть удрала куда подальше, обиженная и возмущенная. Мне это ну очень не нравилось, но я порядком подустал от последнего рейда зачистки дремучих лесов и решил отложить малоприятную охоту на пару дней.

Отмыться, поесть нормальную еду, поспать на человеческой кровати…

Так что, когда я шагнул порталом в центр внутреннего двора, все мои мысли были устремлены на приятное времяпрепровождение и еще немного – на одну прехорошенькую блондинку. Каюсь, перенесся не в свои покои в надежде все-таки случайно столкнуться с помощницей.

Что поделать, осталось во мне что-то от обычного человека. Душа там или совесть, тут у каждого свое трактование этого морального компаса. Который вот сегодня в очередной раз забарахлил – ужасно хотелось увидеть Корнелию. Просто постоять рядом, посмотреть, послушать.

Поглощенный предвкушением встречи, я и не заметил знакомый шелест: из-под ближайшего камешка вылез Тень. Он присматривал за моей помощницей, и, кстати, очень быстро стало понятно, что она никакая не шпионка, не охотница за титулом и не жаждущая звонкой монеты аферистка.

Совершенно обычная девушка, в чьем присутствии я неожиданно начинаю себя чувствовать последним неуклюжим кретином во всех мирах.

Могла бы стать идеальной герцогиней, если бы я был обычным герцогом. Если бы я мог ей предложить что-нибудь достойное такой чистой души.

– Хозяин! – воскликнул Тень, преградив мне путь своей призрачной тушкой.

– Что? – раздраженно спросил я, шагая сквозь демона.

– Хозяин! – ахнул Тень, цепляясь прозрачными пальцами за рукав куртки. – Ваша помощница, Корнелия, она… она… – Тут демон споткнулся и вообще заткнулся, увидев мой убийственный взгляд.

– Если она ничего не снесла, то перестань заикаться и скажи нормально. Впрочем, даже если снесла, все равно прекрати заикаться! – рявкнул я.

Тень нервно сглотнул и выдал:

– Она поехала за артефактором днем. А полчаса назад ее ездовая виверна вернулась без седока.

Корнелия

Раньше я была уверена, что знаю о верховой езде все необходимое: в жизни она мне никогда не пригодится. В нашем прекрасном современном мире существовало такое достижение магической мысли, как междугородние порталы, а там, где порталов не было, имелась возможность нанять какую-нибудь повозку разной степени комфортности и стоимости.

Ну или не ездить в такие глухие места, чем я успешно пользовалась всю свою жизнь.

Кто ж знал, что жизнь занесет меня в Мертвые земли на отшибе географии, где дорогами занимались еще в доимперские времена. Ни о каких междугородних порталах тут и речи не шло, и, честно говоря, я сомневалась, что здесь имеются какие-то отдельно стоящие города. Но изучить географию новой местности возможности пока не было, а кровать для Рейнарда на место надо вернуть вотпрямщас.

И я стояла перед ездовой виверной в местной конюшне в глубокой задумчивости, пытаясь понять, как на это вскарабкаться. Мысленно поблагодарив госпожу Архану за брючные костюмы, которым сносу не было, и пообещав себе отправить госпоже портнихе какой-нибудь приятный презент, я спросила:

– А лошадей точно нет? Мне подойдет даже пони!

Прозвучало это жалобно, но храбриться я и не пыталась. Передо мной на задних лапах стояла синяя чешуйчатая ящерица размером с коня и косила на меня желтым глазом с вертикальным зрачком! А еще у этой тварюги были огромные крылья и не было передних лап.

Короче, такой себе страус от мира пресмыкающихся.

– Лошади слишком чувствительные животные, – пояснил Азал, – и рядом с его светлостью не могут находиться.

– Ну, может, хоть ослик есть? – не стала так просто сдаваться я.

– Ехать не обязательно, – заметил командир гарнизона.

– О нет, обязательно, – мрачно буркнула я. – Представь, если его светлость вернется, а его кровать стоит в коридоре? Уверена, ты бы не хотел оказаться на моем месте, когда он придет задавать вопросы на тему того, как же так вышло.

– Мм… – неопределенно протянул полудемон. – Ну, может, все не так уж и страшно?

Я скептически посмотрела на него:

– Когда я последний раз видела Рейнарда, он обещал открутить тебе рога и хвост просто за то, что твои солдаты плохо подмели какую-то там дорожку. У меня ни рогов, ни хвоста, боюсь представить, чем он будет мне угрожать!

– А я вот почему-то живо представляю… – пробормотал Азал и как-то странно хмыкнул.

– Короче, ехать ну очень надо, – резюмировала я и посмотрела на виверну: – Свозишь меня к артефактору?

Ящерица высокомерно фыркнула и отвернулась. Типа, тебе надо, ты и езжай.

Ладно, я должна была попробовать. Переходим к плану Б!

– Смотри, какую я тебе вкусняшку принесла, – заворковала я, вытаскивая прихваченную с кухни снедь.

Я понятия не имела, чем питаются виверны, так что взяла на выбор: морковку, яблоко, краюху хлеба и полпалки колбасы. Разложила все на земле перед ездовой тварюгой и отошла на полшага.

Виверна втянула носом воздух, ме-е-е-е-едленно повернулась. Посмотрела на меня, на предложенное угощение, снова на меня… лапой откинула все, что, по ее мнению, недостойно ее чешуйчатости, и, хвостом подкинув полпалки колбасы, сожрала подношение одним движением челюстей. В которых, надо заметить, было полным-полно острых зубищ!

Я почувствовала легкий ужас от предстоящей поездки, но вдруг виверна весьма грациозно для своей туши опустилась на землю, приглашая меня залезть в седло.

Не знаю даже, кто больше в шоке был: я, Азал или ошивающийся с нами Эдвард.

Но тем не менее спустя минуту я уже сидела верхом на чешуйчатой скотинке и мертвой хваткой держала поводья.

– Я выделил отряд солдат для сопровождения, – вдруг заявил Азал.

– Зачем? – ошарашенно спросила я, мигом забыв, что сижу верхом на миниатюрном драконе.

– На всякий случай, – неопределенно пожал плечами полудемон.

– Какой всякий? Думаешь, она меня сожрет? – ахнула я.

Виверна возмущенно фыркнула и чуть подпрыгнула, заставив меня ойкнуть от неожиданности.

– Мертвые земли – неспокойное место для слабой девушки, – пояснил Азал.

– Но я маг! – заспорила я.

– Бытовой, – напомнил полудемон.

– У меня был целый семестр общей магии! – продолжала сопротивляться я, потому что ехать в сопровождении отряда было не то что неуместно, а просто глупо. Ну это все равно что в золоченой карете за хлебушком в соседний дом. И ладно бы я была герцогиней, так я не то что не родственница, а просто наемный работник!

– Или так, или подождем разрешения его светлости отпустить тебя одну, – уперся Азал.

– Ты что, думаешь, я сбегу? – готова была оскорбиться я. – У меня, между прочим, пожизненный контракт!

– Нет, – ответил полудемон, неприятно улыбнувшись, – я думаю, тебя сожрут.

Этот аргумент как-то сразу оказался решающим в нашем споре. Мне, конечно, будет неловко ехать в сопровождении целого отряда солдат! Но лучше неприличное сопровождение и живая я, чем приличная поездка и я надкусанная.

– Ладно, – согласилась я с видом большого одолжения, – так и быть. Давай свое сопровождение, и поехали.

Ну и мы, собственно, поехали.

Сначала было страшно. Я бы даже сказала, страшно-кошмарно: наш небольшой рогато-хвостатый отряд спускался по неширокой дороге от замка в низину. Иногда мне казалось, что дорога идет вертикально вниз, и я вцеплялась в шею виверны, бормоча что-то в духе «Не урони, родненькая!».

«Родненькая» недовольно дергала головой, пытаясь отцепить меня от своей шеи, но дело это было бесполезное, так что к середине спуска она даже смирилась с моими крепкими объятиями.

А когда дорога из перпендикулярной стала горизонтальной, я даже как-то воодушевилась и начала как будто наслаждаться поездкой. Мы двигались сквозь довольно густой лес, задорно пели неизвестные птички, солнышко пробивалось через плотную листву, вокруг постоянно кто-то шуршал и щелкал. Жизнерадостный зловещий лес получался!

И вот примерно в тот момент, когда я подумала, что в целом справилась бы и без охраны, да и вообще можно было пешком прогуляться, из плотных колючих кустов вдоль дороги нам навстречу вышла парочка виверн.

Только эти были ярко-алого цвета и крупнее наших ездовых скотинок раза так в два-три.

Отряд замер, и никакой команды тому не было – наши виверны просто встали как вкопанные перед превосходящими габаритами дальними родственниками. Солдаты вокруг меня принялись вытаскивать оружие, чтобы… даже не знаю, что можно сделать с двумя среднего размера драконами?

Но понаблюдать за процессом спасения мне не удалось. Красные виверны пошевелились, и моя чешуйчатая движимость вдруг решила, что лучшая защита – это удирание.

И рванула, куда ее испуганные глаза глядели – то есть прямо через лес, напролом.

Вместе со мной в своем седле.

* * *

Мой преподаватель по организации мероприятий любил говорить: во всем надо искать плюсы. Даже если тигры из клетки удрали в самый разгар бала, из этого тоже можно сделать веселое развлечение. Главное, чтобы работодатель остался жив, если мы рассчитываем получить с него деньги.

Плюсов в бешеной скачке на виверне было, прямо скажем, немного. И пока я держалась за чешуйчатую шею, сто раз подумала, что лучше бы объяснила Рейнарду, почему его шикарная кровать стоит в неположенном месте.

А потом подумала, что у виверны крылья почему-то подозрительно спрятаны под кожух. Раньше мне в голову не приходила такая милая и простая мысль, что крылышки у этой птички могут быть и не подрезаны!

Виверна, словно подслушав, как-то по-хитрому подпрыгнула, дернула крыльями, пару раз стукнулась боками о стволы деревьев, нормально так приложив заодно и меня, и высвободила крылья. Те, надо сказать, были очень красивые, я бы даже полюбовалась, если бы эта испуганная курица не увидела просвет между плотными зарослями деревьев и не рванула к нему.

Тут мне пришлось соображать быстро. Так быстро, как никогда не соображала! Даже когда нечаянно уронила шкаф с дипломным сервизом на пятьдесят персон. Не представляю, в какой момент в мою голову пришла потрясающая мысль, что оказаться в небе в обнимку с испуганной виверной мне хочется меньше, чем одной в дремучем лесу посреди Мертвых земель.

Откуда у меня вдруг возникли навыки прыжков с несущейся на всем ходу скотинки, я не знаю, но спрыгнуть с нее я успела в последний момент.

И лишь оставшись посреди непроходимого леса, вдруг подумала – а что теперь?

Рейнард

Я читал много разных мемуаров моих предшественников на тему, как сохранить человечность, и среди прочего частенько любили вспоминать сильные эмоции. Ну там радость, счастье, еще какую-то сахарную вату.

Так вот, практика показала, что это все полная чушь. Лучшая эмоция, вышибающая все демонические ограничения, – страх. Не просто страх, а ужас за Корнелию захлестнул меня на пару секунд.

В чувство меня привело шипение бедного Теня, которого буквально размазало по брусчатке моей неконтролируемой магией.

– Кто додумался отпустить Корнелию одну? – процедил я, чувствуя, что еще немного – и от замка не останется камня на камне.

– Она была не одна! – жалобно захныкал демон. – С ней был целый отряд!

– И где же он? – поинтересовался я, чуть ослабив давление. – Если не героически погиб, то лучше бы прямо сейчас озаботиться этим.

– Отряд не вернулся! – проскулил Тень. – Только ее виверна!

Я задумался, пытаясь понять, как найти одну маленькую девчонку на своих огромных землях? Можно, конечно, спуститься вниз и призвать пламя с той стороны, но это чревато. И не только тем, что я снова потеряю часть себя, а что по моим землям поползет чистая демоническая магия.

Мне бы не хотелось, чтобы поколения Даркфаров, носивших печати, вернулись на родные земли из нижнего мира, обезображенные последствиями клятвы.

Оставив этот вариант на самый крайний случай, я повел рукой, возвращая Теня в трехмерный мир.

– Где виверна Корнелии?

– В конюшне… – просипел демон.

Я тут же шагнул в магическое пламя и вышел между стойл. Чешуйчатые ездовые заволновались, но не начали исходить пеной, как кони при моем приближении. Только засуетились в своих загонах, рыча и щелкая хвостами.

– Где? – спросил я бледного, как снег на пиках моих гор, Азала.

Командир наверняка прощался если не с жизнью, то с погонами, но с ним мне сейчас разбираться было некогда. Полудемон ткнул в виверну красивого темно-синего цвета, попытавшуюся попятиться от меня в стойле. Маневр не удался, и я схватил животное за шкирку, чтобы заглянуть виверне в один глаз.

С пальцев соскользнул черный дым, и вертикальный зрачок сузился почти до щелки, прокручивая короткую память рептилии.

Вот на нее карабкается Корнелия. Вот они едут, и девушка расслабляется. Вот они встречают огромных сородичей виверны, и все замирают. Вот незаметное движение противников пугает животное, и оно дает деру, унося с собой наездницу. Бесконечное мельтешение леса обрывается свободным полетом, перед которым виверна успевает сбросить Корнелию.

Последнее, что я увидел, обернувшись в памяти животного вместе с ним, – пытавшуюся подняться на ноги девчонку, оставшуюся одну посреди дремучего леса Мертвых земель.

Корнелия

«Даже если вас собрались силком выдать замуж, у вас минимум два выхода!» – поговаривала моя соседка по комнате, уточняя, что всегда можно согласиться на брак или уйти в храм. Она, кстати, согласилась и, думаю, живет сейчас неплохой обеспеченной жизнью.

Я в такой же ситуации нашла третий выход. Правда, он привел меня в лес посреди Мертвых земель, но отчаиваться не хотелось. В конце концов, я же маг! Пусть и бытовой, но все же…

В лесу темнело быстро, а надеяться, что кто-то до ночи меня найдет, слишком наивно. Точнее, кто-нибудь меня обязательно найдет, но не уверена, что при этом не попытается сожрать. У нас о лесах Мертвых земель такие ужасы рассказывали, что впору падать даже не в обморок, а в коматоз. Мне повезло: адреналина в крови было столько, что страха не чувствовалось, зато имелась жажда бурной деятельности, что в моем случае полезно для выживания.

Решив, что первым делом стоит озаботиться местом для ночлега, я отправилась искать достаточно ветвистое дерево, желательно у воды. Полчаса блуждания по кустам и буеракам основательно подпортили мне одежду, прическу и настроение, но я все-таки нашла ручей, а рядом – огромный дуб. Ну или что-то его сильно напоминающее.

Дерево стояло в центре округлой поляны, трава на которой казалась подстриженной. Оно было мощным, с внушительным стволом, толстыми прочными ветвями и листьями, похожими на кленовые. Мерещилось что-то неестественное во всей этой конструкции, но выбирать не приходилось, так что я подошла к ручью, умылась ледяной бодрящей водой и зачерпнула ладонью, чтобы попить, как вдруг рядом раздалось:

– Горло заболит.

Пальцы разжались, вода утекла обратно в ручей, а я медленно обернулась, ища говорившего.

Голос был женский, но женщин вокруг не наблюдалось. Я подумала, что виверна, наверное, слишком сильно приложила меня о дерево, и снова зачерпнула воды.

– Горло заболит, говорю же! – возмутился голос.

Пришлось подскочить на ноги, обернуться, обежать дерево, никого не найти и снова сесть на корточки перед ручьем, чтобы услышать:

– Козочкой станешь.

Тут я не выдержала и, чувствуя себя максимально глупо, спросила:

– Кто здесь?

– Здесь только я. Ну и ты теперь, – раздался голос.

И тут до меня дошло, и я внимательно посмотрела на одиноко стоящее дерево. А оно взяло и посмотрело на меня в ответ. Вот прямо на коре ствола проступило лицо и смотрело.

Мама дорогая! Хочу обратно в замок!!!

– Стоять! – рявкнуло дерево командирским тоном.

– Стою… – вяло ответила я.

– Нет, ты собралась падать, – педантично заметило дерево.

– Ну, если только немножечко прилечь, – призналась я.

Дерево фыркнуло в ответ, если можно так сказать о дереве, а затем поинтересовалось:

– А что ты тут делаешь?

– Сложно сказать, – честно ответила я. – Искала, где бы переночевать.

– Ты же в курсе, что ты в самом сердце леса? – поинтересовалось дерево.

– Догадываюсь, – вздохнула я.

– А тебя ищут? – с некоторым сомнением уточнило дерево.

– Скорее всего, – мрачно ответила я, представляя реакцию Рейнарда на кровать, мое отсутствие и угнанную виверну.

– И хочешь, чтобы нашли? – прищурилось дерево.

Я снова представила Рейнарда, кровать, виверну, Рейнарда…

– Вообще да, хотелось бы, – отозвалась я.

Дерево задумчиво пошелестело листьями.

– Ладно. Так и быть! В порядке исключения. Залезай!

Одна из могучих ветвей опустилась к моим ногам. Я растерянно посмотрела на нее, затем на само дерево.

– Давай живо, пока никто на водопой не пришел, – раздраженно скомандовало дерево.

Подумав, что между говорящим деревом и чем угодно, пришедшим на водопой, говорящее дерево предпочтительнее, я уселась на ветку, и та довольно стремительно под мое испуганное «ОЙ!» поднялась обратно наверх.

Наверху, надо сказать, было довольно уютно – ветви сплелись в некоторое подобие гнезда, в котором я устроилась с относительным комфортом. Насколько это вообще возможно посреди леса.

– Спасибо… – поблагодарила я, погладив дерево по стволу.

– Матушка Чаща, – представилось дерево.

– Спасибо, Матушка Чаща.

– А тебя как звать?

– Корнелия.

– Корнелия… – повторило дерево. – Чистая душа у тебя, Корнелия. Хорошо, что ты сюда переехала.

Листья, кажется, шелестели еще что-то, но этот тяжелый, полный событиями день меня окончательно догнал, и я уснула удивительно крепким сном.

Глава 12

Рейнард

Как найти одну маленькую девчонку посреди своих бесконечных земель, населенных полудемонами, демонами и наполненных магией нижнего мира?

Можно, конечно, спуститься в подземелья, призвать печать и активировать договор, но внутри все сопротивлялось этой идее. Ведь если я снова потеряю часть эмоций, кто знает, посчитаю ли разумным и логичным спасать свою помощницу? Да и поисковое заклинание на такую площадь может повлиять на сами земли. Не хотелось бы потом носиться по всей карте, латая дыры…

Виверны в стойлах начали жалобно скулить, возвращая меня к реальности. Эманации моей магии прошибали даже их чешую, что уж говорить о трусливо разбежавшейся полукровной прислуге.

Вот с демонами, конечно, все было иначе: те просто менялись в цвете и стоически сползали к земле…

Кстати, демоны.

Решение оформилось спонтанно, но в этой ситуации казалось лучшим. Да, раньше адских гончих спускали с цепи, чтобы сожрать как можно больше врагов, но в принципе это же, по сути своей, собаки. А любая собака должна обладать отменным нюхом.

Особенно если она демоническая псина.

С этими мыслями я шагнул в черное пламя, чтобы обнаружить себя посреди покоев, выделенных Корнелии. Шел я сюда спонтанно, ища что-нибудь с запахом девушки для гончих. А оказавшись посреди комнат, почувствовал что-то такое болезненно-ужасное, защемившее сердце.

Милые записочки на столе, аккуратно разложенные письменные принадлежности, заложенный томик какой-то скучной книги, небрежно брошенный на кровать халат…

Комнаты просто дышали Корнелией, и это заставляло меня чувствовать одновременно восторг и уныние. Запах ее духов, обрывки ее магии, созданный ею уют, превративший безликое гостевое помещение в жилые комнаты, – все это наталкивало на мысли о доме. Не этом огромном строении, перешедшем мне по наследству, и не пафосном императорском дворце, а доме, которого у меня никогда не было. Который могла бы создать моя женщина.

Которой у меня никогда не будет.

Я прикрыл глаза на мгновение, стараясь сохранить эти эмоции в памяти как можно четче, как можно ярче. А затем снова окинул помещение взглядом, но теперь искал что-то достаточное личное, что я мог бы забрать… вот это подойдет.

Я вытянул руку, и в мою ладонь змеей скользнула розовая лента. Намотал на костяшки пальцев, прикоснулся к ней губами, и черное пламя вспыхнуло вокруг меня, унося прочь из комнаты девушки.

Я должен найти ее быстрее, чем случится что-то непоправимое.

Корнелия

Я спала, и мне снился странный сон, словно стою я в неубранной комнате и это меня ужасно раздражает. Под ногами старый ковер, испещренный какими-то пародиями на магические символы. От каждого шага по нему в воздух выбиваются облачка пыли. Стены – неровные, словно их штукатурил пьяный танцор. А еще в комнате имелось огромное окно в пол, занавешенное… ну, не знаю, возможно, когда-то это был тюль или даже какое кружево, а сейчас висящая ткань больше всего напоминала тряпку. Грязную, пыльную, серую тряпку.

Фу.

С окна в комнату наносило песок непонятного серого цвета, а за окном стояла ночь. Темная, безлунная ночь с редкими, тусклыми звездами. А еще от окна веяло холодом. Не задорным зимним морозом или промозглой осенней тоской, а чем-то таким обжигающе-ледяным.

И вот я задумчиво стояла и размышляла – с чего бы начать? Бытовой маг во мне испытывал острую потребность приложить все заклятия уборки разом, чтобы в помещении ни пылинки не осталось, но я медлила. Мне казалось, что эта странная, пыльная, нежилая комната если не опасна, то точно непроста. И каждая пылинка будет усиленно отбиваться. Ну или не отбиваться, а смотреть на меня с молчаливым укором.

А еще это окошко с мерзотным холодом. Кто оставил открытой форточку в такую погоду?

Решив, что начать стоит именно с окна, я решительно шагнула к нему, намереваясь отдернуть тюль, и сразу проснулась.

Проснулась не просто так, а от разговора. Матушка Чаща лучшим маменькиным тоном кому-то выговаривала:

– …пора жениться! Я тебе и невесту уже подобрала!

Жениться? Интересно, кому там пора жениться? И что за невесту ему подобрали?

Так, стоп.

Минуточку!!!

Я резко села в своем гнезде и поняла, что меня заботливо укрыли листьями. Ну или не заботливо, а намеренно. Тут в контексте происходящего разговора сложно определить.

Попыталась раздвинуть листву, но та сопротивлялась. Пришлось сложить пальцы ножницами, сделать «чик-чик» и в качестве демонстрации серьезности своих намерений поднести пальцы к одному из листьев. Ветви резко расслабились, открывая мне неплохой обзор.

Внизу, перед Матушкой Чащей, в окружении рваных всполохов темного пламени стоял Рейнард с очень и очень мрачным выражением лица. Под ногами у мужчины крутились две адские гончие: демонические псины зло рычали на волшебное дерево, но подходить побаивались.

– Я тебя в последний раз спрашиваю – видела ли ты тут такую маленькую блондинку, чистокровную человечку? – процедил порядком злющий Князь Тьмы.

Черное пламя вспыхнуло вокруг него, придавая веса словам, и дерево ответило нехотя, с такой противной интонацией:

– Ну, допустим, видела. Что с того?

– Вырублю, – пригрозил Рейнард, и у меня вот лично никаких сомнений на этот счет не было – вырубит. Корневища сожжет и всю поляну замостит брусчаткой.

– Щегол! Я была здесь задолго до твоего рождения! – возмутилась Матушка Чаща. – И даже до того, как твой безмозглый пращур решил поиграть в магию!

Последнее мне показалось крайне оскорбительным, так что я не выдержала и подала голос:

– Героический поступок первого Даркфара помог нам победить в той ужасной войне! Иначе бы сейчас вместо цветущей империи была бы выжженная пустыня, населенная голодными демонами. А то и вовсе наш мир стал бы частью нижнего!

– Пф! – фыркнуло дерево. – Дети, наивные дети!

– Отпусти ее, и закончим с этим бессмысленным разговором, – устало произнес Рейнард с каким-то выдохом облегчения.

– Бессмысленным? – возмутилась Матушка Чаща, и ее листья сердито зашелестели, заставляя меня против воли сильнее вцепиться в ближайшую ветку. – Я здесь стою без малого от сотворения миров, и знаешь, что скажу тебе, упрямый мальчик? Нет таких катаклизмов, что прорвали бы ткань миров. А теперь забирай свою человечку и займись наконец своими прямыми герцогскими обязанностями!

– Какими? – без особого интереса спросил Рейнард.

– Женись и подари домену наследника!

С этими словами меня довольно жестко, хотя и без членовредительства, стряхнули с ветвей. Я плюхнулась пятой точкой на мягкую травушку и вполголоса буркнула:

– Я-то тут при чем…

Матушка Чаща заскрипела, и я кинула взгляд на ствол дерева. И после этого решила, что в принципе я за свою короткую жизнь успела увидеть все или почти все.

Ствол дерева демонстративно закатывал глаза.

Впрочем, вникнуть в суть вопроса мне не дали: сильные руки, осторожно взяв за плечи, поставили меня на ноги, и Рейнард посмотрел в мои глаза со всей серьезностью мужчины, чей замок оказался брошен посреди ремонта, а кровать оказалась… ну-у-у, на неположенном месте.

– Ты чем вообще думала, удирая из замка? – спросил он.

– Я не удирала! Я ехала за артефактором! – возмутилась в ответ.

– Зачем? – не понял Рейнард.

– Чтобы он помог мне с твоей кроватью…

У Князя Тьмы от такого заявления дернулся глаз.

– А что с моей кроватью? – вкрадчиво поинтересовался мужчина.

– Она не влезает, – пискнула я.

– Куда? – помрачнел Рейнард.

– В твои покои…

– Та-а-ак… – протянул герцог и приложил ладонь к лицу, массируя глаза.

– Еще б она влезала, – подала голос Матушка Чаща ехидным тоном. – Странно, что на этот премерзкий артефакт раньше какая окалина не упала.

– Вырублю, – напомнил Рейнард.

– Пф… – ответило дерево.

– Что с моими покоями? – ровным тоном поинтересовался герцог. Ух, какая выдержка! Недаром он всю местную нечисть в узде держит.

– Ремонт… – лаконично ответила я, сцепив пальцы в замок и опустив голову с самым покаянным видом.

– Я так и понял, – произнес Рейнард, и я подняла на него глаза.

Герцог улыбался одними уголками губ, и мне казалось, что даже эта тень улыбки делает его лицо светлее.

– Пойдем, – сказал Рейнард, легонько подталкивая меня меж лопаток. – Покажешь мне свой… ремонт.

Я кивнула, и мы отошли от дерева на некоторое расстояние. Достаточное, чтобы черное пламя вспыхнуло, но не спалило Матушку Чащу, и недостаточное, чтобы не услышать ее последние напутственные слова:

– Ты не обязан идти по назначенному тебе пути, мальчик. Ты можешь выбрать жизнь.

Я обернулась на голос, но с удивлением обнаружила, что живое, одушевленное дерево превратилось в самое обычное. Ни лица на коре, ни величавого шевеления ветвей, ни шумного шелеста листьев в безветренную погоду.

– Что с ней? – ахнула я и подняла глаза на Рейнарда.

Он тоже смотрел на дерево, вот только взгляд его не предвещал ничего хорошего. В черных глазах клубилась магия, злость, усталость и какая-то странная, неизвестная мне эмоция.

– Ушла, – отозвался Рейнард, отворачиваясь от Матушки Чащи.

– Куда? – округлила глаза я.

– Ты же не думаешь, что у древнейшего демона нашего мира всего одно вместилище? – жестко усмехнулся герцог.

– Демона? – разочарованно переспросила я.

– Да. Чистокровнейшего, надо сказать. Но насколько я ее знаю, она очень ассимилировала с нашим миром и довольно добродушна и безобидна.

– Пытается тебя женить, – вспомнила я.

– У всех свои недостатки, – пожал плечами Рейнард. – Так что там с моими покоями?

– Стоят, – заверила я и первая шагнула в полыхающий черным пламенем портал.

В надежде удрать от разговора, конечно же.

Рейнард

Я даже не ожидал, что у девушки, которая сначала пережила бешеную скачку на виверне, потом блуждание по дремучему лесу, а затем сон на ветвях, окажется столько энергии, чтоб от меня сбежать. Я лишь на мгновение задержался, перед тем как шагнуть в пламя, а когда вышел в холле собственного замка, задорный перестук каблучков звучал уже вне зоны моей видимости.

Горгул посмотрел на меня с каким-то таким по-настоящему мужским сочувствием, но, поняв, что я заметил его взгляд, вытянулся по струнке и стал с невероятным энтузиазмом изучать потолок. Я зачем-то тоже поднял голову и с удивлением обнаружил, что древняя мрачная, классическая черная люстра сверкает, как новенькая монетка. Хрусталь ослепительно сиял, играя светом черного пламени.

Увиденное, прямо скажем, вогнало меня в некоторую задумчивость. Во-первых, я еще больше убедился, что бытовой маг в хозяйстве – это ужасно полезно. А во‐вторых, задумался о том, что с моей довольно мрачной жизни кое-кто начал смахивать толстенные слои пыли.

Мысли сами перескочили к многозначительным фразам, оброненным Матушкой Чащей, и я снова шагнул в черное пламя прямиком к сердцу замка.

– Нашел? – с порога спросил меня замок, и каменный ажурный шар принялся тревожно крутиться вокруг своей оси на неприличной для такого антиквариата скорости. – Нашел Корнелию?

– Нашел, – коротко кивнул я.

– Уф-ф-ф… – выдохнул замок, замедляясь. – Она в порядке?

– Похоже на то, – пожал я плечами, чуть нахмурившись.

В порядке ли Корнелия, я был не уверен. С одной стороны, физически она явно не пострадала – вон как резво уцокала от меня. С другой стороны, такие потрясения для простой девушки могли оказаться весьма тяжелыми.

– И зачем тогда пришел? – своим обычным противным тоном поинтересовался замок.

– Поговорить, – ответил я, окинув глазами помещение. Раньше оно не отличалось особым уютом или порядком, но теперь здесь была поистине лекарская чистота. А еще стояло уютное кресло, явно позаимствованное из какой-то гостиной, журнальный столик и совсем уж неуместное – ваза с цветами. – Что это?

– Это место Корнелии, – важно ответил замок.

– Никогда не замечал за тобой любви к зелени, – заметил я.

– Ты вообще мало что вокруг себя замечаешь, – раздраженно произнес замок, сердито крутанув ажурный шар.

Спорить с очевидным было глупо, я действительно мало интересовался бытовыми вопросами. Стены замка крепки – и это все, что меня интересовало. Гарнизон сыт и всегда готов к бою – остальное не имело значения.

А теперь я смотрел на вазу с цветами в собственном подвале и думал, что, может быть, и имело. Может быть, вообще все здесь имело значение, просто я никогда не задумывался об этом. Принимал наследие как должное.

Слепо верил на слово.

– Скажи мне, кто появился в этом мире первым: ты или печать в подземелье?

Черное пламя в каменном сердце на мгновение замерло, а затем вновь затрепетало.

– Я не знаю, как разорвать печать, – глухо ответил замок.

– А я спрашивал не об этом.

– Я пришел в ваш мир раньше, – нехотя ответил замок.

– Тогда ты должен помнить, что происходило здесь во время войны с демонами, – произнес я.

– Еще бы не помнить, – хмыкнул замок. – Было довольно весело.

– Ты можешь рассказать мне, что на самом деле происходило здесь тогда?

Черный огонь полыхнул ярко, зло, прорываясь сквозь свою ажурную клетку. Но затем опал, и раздалось бессильное шипение:

– Не моя тайна. Не мой секрет.

– Попытаться стоило, – усмехнулся я. – В твоих стенах сохранились какие-либо документы того периода?

– Все пригодное для изучения вопроса было вывезено отсюда, – равнодушно ответил замок.

– Кем и когда? – прищурился я.

– Семьей Даркфар, – последовал очевидный ответ. – В год, когда сюда привезли первого носителя метки.

– Ты знаешь, куда увезли записи?

– Я не могу видеть за пределами своих стен, – глухо отозвался замок. – Слуги говорили, что их отвезли во дворец.

Я медленно кивнул. Если записи не сожгли по дороге, что было бы самым логичным решением, то небольшой шанс найти их все же есть. Дворцов того периода у Даркфаров немного. Точнее, всего один – нынешний императорский.

Почувствовав острый приступ братской любви и неудержимое желание со всем размахом отпраздновать День низвержения демонов в столице, я хотел покинуть подвал, но взгляд снова задержался на вазе с цветами.

– Я думал, демонам чужды эмоции.

Замок не ответил, лишь пламя недовольно полыхнуло в каменной клетке. Я же шагнул из подвала в свои покои, желая наконец отоспаться…

Ах вот как, оказывается, выглядит, когда в твоем доме хозяйничает полная энтузиазма девушка.

Корнелия

Я дала деру прежде, чем сообразила, что активно перебираю ножками по паркету. То есть я успела пересечь холл замка, завернуть в ближайший коридор и преодолеть его примерно наполовину, когда поняла, что, во‐первых, позорно убегаю от Рейнарда, а во‐вторых, он меня наглым образом не преследует.

Я даже застыла на месте, обернулась и прислушалась – вдруг Князь Тьмы просто отстал? Но нет, он не отстал, его вообще за моей спиной не было.

По идее, здесь стоило бы испытать облегчение, потому что внятного объяснения, как его кровать оказалась в коридоре, почему не влезает обратно и как ему теперь с этим всем жить, у меня не было. Но отчего-то кольнула легкая, совершенно необъяснимая досада!

Это что получается, он меня спас просто как хороший работодатель спасает ценный ресурс? Нет, я, конечно, его лучший кадр, но все равно как-то обидненько…

Размышляя подобным образом, я поплелась к себе в комнаты, скинула на ходу одежду и забралась под душ. Нагретая магией замка вода приятно парила, смывая усталость, пыль и случайно запутавшиеся листики из моих волос.

Не знаю, сколько времени я так простояла, наслаждаясь благами цивилизации, как вдруг мое уединение нарушил стук в дверь.

«Ах, за мной пришел Князь Тьмы!» – подумала я с некоторым ужасом, представляя малоприятный диалог по существу.

«Ах, за мной пришел Князь Тьмы!» – подумала я снова, на этот раз предвкушая обеспокоенность работодателя потенциальной потерей ценного кадра.

Так разрывалась между эмоциями, что мозги остались где-то на полке рядом с мочалкой. Иначе никак нельзя объяснить, почему я решила, что открыть дверь в свои покои, завернувшись в одно лишь полотенце, – прекрасная идея?

Но мироздание сегодня явно думало за меня, так что за дверью оказался не Князь Тьмы, а самая обычная полудемоница. С розовыми прямыми волосами, длинными острыми ушами и фигурой по типу песочных часов. Девушка была ниже меня на полголовы, но это не мешало ей удерживать несколько крупных свертков.

– Госпожа Архана сказала, что это второе самое необходимое! – пояснила посыльная, сгружая ношу мне на порог. – Остальное по готовности, – добавила она и ушла, даже не удостоив мои покои любопытным взглядом.

Чувствуя, что местная прислуга посчитала меня безнадежной, я принялась разворачивать передачки от паучихи.

В этот раз самым необходимым госпожа Архана посчитала несколько платьев определенного стиля: нечто среднее между «домашнее платье чопорной аристократки» и «форма не слишком строгой студентки магической академии». То есть сверху они были закрыты идеально прилично, но вот снизу… длина пышных юбок была такая, что демонстрировала всему миру мои синяки на коленках.

Не совсем уверенная, что смогу это носить на работу, а кроме работы-то одеваться больше и некуда, я принялась разворачивать последний сверток. И вот его содержимое оказалось весьма интересным!

Очень кружевная, местами даже приличная сорочка и чисто символический халатик к ней. Я крутилась перед зеркалом, пытаясь понять, где мне это богатство носить, когда в дверь опять постучали!

Решив, что это снова посыльная от Арханы доносит смелые творения местной портнихи, я распахнула дверь.

И наткнулась взглядом на пуговицу. Потертую такую, совершенно обычную пуговицу, на которой держалась черная ткань рубашки. А рубашка, надо полагать, принадлежала Рейнарду.

Я ме-е-е-е-е-едленно запрокинула голову, чтобы убедиться в этом.

«Ах, за мной пришел Князь Тьмы!» – кисло подумала я, чувствуя себя не то что слабо одетой, а просто голой.

Глава 13

Рейнард

Я получил лучшее образование, какое только доступно в империи. А может быть, и вообще на всем материке. Так вот, кроме всяких полезных и бесполезных дисциплин типа экономики, управления и средневековой литературы мне целый год выедали мозги правилами этикета.

Согласно этому самому этикету я, как благородный мужчина, случайным образом заставший девушку в компрометирующей ситуации, должен на ней немедленно жениться. Ну в крайнем случае сделать вид, что ничего не видел, и ретироваться с места преступления.

Жениться на Корнелии было ну очень соблазнительно. Но, к сожалению, категорически нельзя, ведь проклятая печать никуда не исчезнет до самой моей смерти. А сделать вид, что я сейчас ничего не видел и просто закрыть дверь, оказалось невозможно.

Буквально физически невозможно.

Светлые волосы крупными кольцами падали на плечи, с влажных кончиков по белоснежному кружеву расползались мокрые разводы. Жалкое подобие одежды вообще практически не оставляло пространства для воображения и моего голодного взгляда.

Девушка замерла, запрокинув голову, и я видел, как расширяются зрачки ее небесно-голубых глаз, как приоткрываются от удивления пухлые алые губки, как высокая грудь делает «АХ!» на вдохе…

Я даже не понял, в какой момент по моим венам вместо крови потекла тягучая демоническая магия, а я сделал шаг к Корнелии. Рука когтистой лапой сама легла на тонкую талию, обжигая ощущением почти голой кожи под символическим кружевом.

Малышка смотрела на меня уже не с удивлением – с ужасом, но, точно миленький пушистый зверек, попавшийся на глаза хищнику, стояла, не в силах закричать или пошевелиться.

Раззадоривая черное пламя во мне еще сильнее.

– Кого-то ждала? – спросил я, и уши резанул глубокий, звериный рык собственного голоса.

– Не тебя… – пролепетала Корнелия.

Я наклонился к ее лицу, чувствуя, что рискую, но не в состоянии удержаться…

Прости, малышка, я просто украду один твой поцелуй.

Корнелия

По всем законам логики надо было закрыть дверь. Просто хлопнуть ею перед носом у герцога и сделать вид, что никто ничего не видел. Но стоило мне поднять глаза и встретиться с ним взглядом, как все шансы спасти положение испарились.

Стоявший передо мной мужчина менялся на глазах, и эта магия завораживала. Глаза затягивались бархатной тьмой, не отражавшей света, черты лица заострились, вены начали вздуваться, и стало понятно, что по ним течет не человеческая кровь.

Это было пугающе и завораживающе одновременно. Трансформация происходила на моих глазах, и головой я понимала, что мужчина передо мной уже в меньшей степени герцог Даркфар, а в большей – Князь Тьмы.

Что расходящиеся от него эманации демонической магии могли превратить все пространство моих покоев в пыль, и меня заодно вместе с ними.

Что от таких существ надо бежать, бежать без оглядки, потому что они не люди, а я – всего лишь маленький бытовой маг.

Но я стояла, смотрела и не хотела отрывать взгляда. Меня сковывал какой-то необъяснимый восторг и неконтролируемое желание прикоснуться к чешуе на резко очерченной скуле.

То чудовище, которым пугали маленьких детей во всей империи, стояло передо мной и было… прекрасным.

Да, эта подавляющая сила, эта ужасная внешность, это ощущение смертельной опасности, исходящее от мужчины передо мной, – все это должно было отталкивать, взывая к первобытным инстинктам самосохранения.

Но я стояла, смотрела на Князя Тьмы и понимала, что никогда в жизни не встречала мужчину, который мог бы вызвать во мне столько восторга и восхищения разом.

А затем этот пугающе-прекрасный мужчина сделал одно плавное, хищное движение, его широкая ладонь легла мне на талию, щекоча и царапая демоническими когтями плохо прикрытую дурацкими кружевами кожу, а сам он склонился ко мне.

Так близко.

Так пугающе близко, что я, кажется, перестала дышать.

Черные глаза смотрели в самое сердце, и я губами чувствовала его обжигающее дыхание. Сердце забилось так сильно, что вот-вот готово было вырваться из груди.

А потом…

– Оденься! – утробно рыкнул Рейнард, дернулся от меня назад и сам захлопнул дверь с такой силой, что с потолка посыпалась стружка из перекрытия.

А я осталась стоять перед закрытой дверью, кожей все еще ощущая его ладонь на своей спине, губами – тяжелое горячее дыхание, а душой – глаза, не отражающие мир вокруг.

Ох, кажется, я влипла!

Рейнард

Я пронесся по замку, одновременно чувствуя себя и молодцом, и идиотом.

Демон внутри рычал и царапался: «Мое, мое-о-о-о, хватай девчонку, ты в своем праве!»

Остатки человеческой личности не то чтобы не были с ним согласны – были, но предлагали немного подождать. Буквально пару свиданий и тройку букетов.

В общем, все мои сущности удивительным образом сходились во мнении, что помощницу надо хватать и не отдавать никому. Технически я мог себе это позволить. Несмотря на то что я – герцог, а она – не аристократка, мой статус Князя Тьмы позволял жениться на ком угодно. «Хоть на кобыле», – пошутил когда-то какой-то из императоров, когда один из моих предшественников пытался устроить личную жизнь. Бедолага, правда, так и не женился – невеста не выдержала его демонической сущности, но в целом…

Жениться я мог, да. Или не жениться, кого вообще волнует, что там творится в моем замке на отшибе географии. А может, лучше сослать ее подальше? Куда-нибудь на границу герцогства под благовидным предлогом и усиленной охраной?

Поживет в приграничном городке, может, торговлю наладит, личную жизнь заодно…

От последней мысли меня натурально закорежило. Я даже замер посреди коридора, борясь с иррациональным желанием вернуться к Корнелии.

Мое!

Кошмар…

Я снова зашагал по коридору, но мысли мои крутились вокруг Корнелии. Надо бы девчонку отпустить от греха подальше. А то ведь когда-нибудь точно сорвусь! Но раз она выбрала пожизненный контракт в Мертвых землях, идти ей некуда. И ворон все не возвращался, а значит, я не понимал, чем ей помочь.

С другой стороны, скоро бал. Все девушки на моей памяти любили балы, цацки и красивые платьишки. Было подозрение, что Корнелия несколько отличается от моих бездушных любовниц, но идея удивительным образом меня захватила.

Явиться на бал с красивой девушкой, чтобы у братца перекосило его императорскую рожу, – ммм…

Я шагнул в черное пламя и оказался в отдельно взятом подземелье возле своего замка.

– Архана, моя прекрасная пряха, – улыбнулся я как можно радостнее, на миг забыв, что демоническая магия в крови и не думала успокаиваться.

– Ваша светлость? – промямлила паучиха, неловко кланяясь и путаясь в своих восьми лапах.

– Дорогуша, мне нужно самое лучшее платье для императорского бала, на которое ты способна.

Портниха посмотрела на меня с подозрением, а потом в раскосых глазах сверкнула чисто женская хитринка.

– У меня есть ее размеры, ваша светлость. Сделаю в лучшем виде!

– Камни возьмешь из моей казны, – добавил я, уточняя, что нужна не просто тряпочка, а статусная тряпка!

Архана снова поклонилась, а затем с самым невинным видом задала вопрос, на который я боялся сам себе ответить:

– Ваша светлость, буквально один вопрос… Сущая ерунда, но очень важная для будущего платья. А в каком качестве будет представлена девушка на императорском балу?

– А разница? – не понял я.

– На этом платье должен быть ваш герб? – пояснила пряха и выжидающе посмотрела на меня с плохо скрываемым любопытством.

«Мое-о-о-о!» – завыл демон пуще прежнего. Да и не демон тоже.

Я на мгновение прикрыл глаза, чувствуя, что впервые в жизни принимаю судьбоносные решения буквально на ходу, и ответил…

Корнелия

Некоторое время я стояла, тупо пялясь в закрытую дверь. Нет, умом-то я понимала, что Рейнард – настоящий аристократ, сделал все как положено. И рявкнул, и дверь закрыл, и вообще.

Но почему-то было иррационально обидно. Я тут вся такая красивая, а он? Нет, он-то, конечно, мужчина – кремень. Но мог бы немного и соблазниться!

Я замотала головой, отчего еще влажные волосы противно захлестали по плечам, похлопала себя по щекам и сделала несколько глубоких вдохов, возвращаясь в реальность. Ну или пытаясь вернуться.

Ладно, стоит признаться, что Рейнард – вообще-то герцог. У него там, наверное, список невест с рождения заготовлен. И они всяко попородистее меня будут. Да и вообще… крутить романы на работе – фу, как мне не стыдно?!

Честно говоря, стыдно не было, было очень соблазнительно, но надо держаться. У меня вообще-то есть гордость. И вообще, я – профессионал! И не ради выгодного замужества тут! Я от одного такого уже усвистала, и не затем, чтобы в другое вляпаться!

О том, что первое было выгодным только в больном воображении моего папаши, а второе мне не светило даже в самых сладких фантазиях, я старалась не думать.

А чтобы не думать, решила заняться полезной деятельностью. Вот, например, привести в порядок вещи, которые вместе со мной пережили незапланированное путешествие.

Тщательный осмотр показал, что Архана сделала одежду на совесть – ничего нигде не порвалось, ничего нигде не оторвалось. Так, немного запылилось и помялось, но это дело пары бытовых заклинаний.

Я развесила костюм на вешалках и уже хотела было начать утюжить и отпаривать, когда руку кольнуло что-то в кармане брюк. Уверенная, что это иголка от какой-нибудь елки, я без промедления выудила инородный предмет на свет магических светильников, чтобы убедиться, что это действительно иголка.

Только не от елки.

Длинная, размером почти с ладонь, довольно толстая деревянная игла, испещренная до невозможности мелкими магическими узорами.

И что мне с ней делать?

* * *

В тот момент, когда в мои покои в очередной раз постучали, я подумала, что, возможно, сегодня у меня день открытых дверей, а я и забыла.

Проверив, что выгляжу пристойно, застегнута на все пуговицы и вообще, я с самой чопорной миной торжественно открыла дверь, чтобы увидеть за ней… никого.

– Ниже смотри, – раздался от пола недовольный голос Эдварда.

– О, – глубокомысленно изрекла я, опуская взгляд на демонического пушистика.

– Ты что с его светлостью сделала? – Ушастик смешно упер лапки в круглые бока, нервно дергая хвостиком.

– Я? – удивилась в ответ, понимая, что даже под самыми страшными муками не расскажу о случившемся конфузе. – Вот что я могла сделать с Князем Тьмы, по-твоему?

– Ну не знаю… – подозрительно протянул Эдвард. – Он носится по замку злющий, как тысяча демонов.

– Спать, наверное, хочет, – буркнула я первое, что пришло в голову.

– Точно! – просиял ушастик. – Ты ж его кровать вынесла и не занесла обратно!

– Фактически выносила не я!

– Фактически никому бы в голову не пришло выносить ее без твоего ценного указания! – парировал Эдвард.

В ответ мне пришлось лишь печально вздохнуть. В возникшей паузе стали слышны подозрительные звуки из гардеробной. Один маленький, но подающий большие перспективы чемоданчик брал на таран дверь, учуяв дичь.

– Ты свою зверюгу под замком держишь? – прищурился Эдвард, тихонечко давая задний ход.

– Конечно, – кивнула я в ответ. – Иначе ты уже пытался бы из него выбраться.

– Обнадеживает, – мрачно отозвался тушканчик и собрался дать деру.

– Эй, подожди! – воскликнула я. – А где тут в замке еще есть жилые помещения? Или какой-нибудь склад?

– А тебе зачем? – удивился Эдвард. – Гостей позвать хочешь? Имей в виду, его светлость этого не очень любит!

– Поставить другую кровать, – пояснила я. – Вместо той, что не влезает.

– Мысль интересная, – согласился пушистик. – Осталось найти, кто рискнет занести в покои к Князю Тьмы другую кровать вместо нужной.

– Трусы, – буркнула я.

– Зато живые, – не согласился Эдвард, продолжая по шажочку пятиться от дверного прохода.

Надо сказать, это было весьма предусмотрительно с его стороны, потому что дверь моего гардероба не выдержала, и я имела удовольствие наблюдать очередной забег тушканчика и детеныша чемодана по коридору.

По идее надо было кинуться следом, спасти пушистого демона от жутких клац-клацок одного не в меру резвого багажа, но я решила, что лучше спасти жителей замка от одного не в меру не выспавшегося Князя Тьмы.

А потому пошла в совершенно другом направлении в поисках Рейнарда. Ну или хотя бы кровати для него.

Рейнард

Я – носитель печати черного пламени! Я – будущий демон нижнего мира! Я – герцог императорской фамилии, в конце концов!

И эта зараза отказывается мне подчиняться!

– Верни кровать на место! – рявкнул я, залетев в подвал к сердцу замка.

– Зачем? – лениво поинтересовалось то.

– Ты мне в коридоре спать предлагаешь?

– Ну, если очень хочется, то можно и в коридоре, – отозвался замок.

– Снесу стену, – прошипел я.

– Она несущая, – все с той же ленцой ответил ажурный шар. – Но если не жалко ту часть крыла, можешь попробовать…

Искушение было велико, но я понимал, что стоит мне нарушить целостность магического контура замка, заключенный в нем демон в лучшем случае умрет. В худшем – отправится гулять по моему миру.

– Я бы на твоем месте уже давно бы отсыпался в приятной компании, – вдруг заявил замок, вырвав меня из мрачной задумчивости.

– Сейчас договоришься до перепланировки, – пригрозил я, чуть выпустив силу.

Огонь в ажурном шаре тут же уменьшился втрое.

– Прощения просим, – миролюбиво замурлыкал замок.

Я раздраженно махнул рукой, снимая давление, и процедил:

– Верни кровать на место или пеняй на себя.

– Просто для ясности: ты же в курсе, что с этой кроватью ни одна девица не принесет тебе наследника?

– В этом и есть суть, – ответил раздраженно.

– Да? А я думал, суть в наследниках… – задумчиво протянул замок.

– Не в моем случае, – сухо произнес я.

Сердце замка крутанулось на месте, черное пламя вспыхнуло.

– Жаль, жаль… Проем восстановлен, ваша светлость.

– Благодарю, – скупо бросил я и шагнул в черное пламя, чтобы выйти у своих покоев.

Проем действительно вернулся к исходным размерам, и теперь в него легко можно было пронести кровать, многие века защищавшую мой род от внеплановых носителей проклятой печати. А заодно и конкурентов на трон.

Кровать находилась ровно в том месте, где ее бросили: напротив двери в мои покои.

Но был тут один нюанс…

– КОРНЕЛИЯ!!!!

Корнелия

Чем дальше я шла по коридорам замка, тем быстрее таяла моя решимость нос к носу встретиться с Рейнардом. Логичнее было бы забиться куда-нибудь в подвал. Или даже лучше в его подземелье – там-то он меня точно не найдет.

Так что я шла все медленнее и медленнее, размышляя о том, как бы и вовсе не попасться на глаза Князю Тьмы. В конце концов, он много времени проводит в лесах и полях, ловя всяких недобрых тварюшек, предыдущий месяц мы вообще не виделись.

Короче, я почти придумала, как забиться под паркет, когда по всему замку прогрохотало:

– КОРНЕЛИЯ!!!

«Мне конец», – грустно подумала я.

Под ногами вспыхнула огненная змейка-стрелка, указывая, где конкретно мне наступит конец, и я медленно и печально зашагала в направлении Князя Тьмы.

Тот, что логично, ожидал меня у входа в свои покои рядом с кучей какого-то строительного мусора.

– Кор-р-р-р-рнелия, – прорычал он, – что это?

– Мусор, – покаялась я, не представляя, как же забыла дать ценные указания вынести огромный ворох какой-то трухи.

В этот момент ворох подозрительно зашевелился вместе с волосами на моей голове. От позорного визга я удержалась, но дернулась в сторону ближайшей защиты – к Рейнарду.

Без зазрения совести спряталась за широкой мужской спиной и, лишь убедившись, что Князь Тьмы не вступил в неравную схватку с какой-нибудь жуткой гадиной, высунула нос из своего укрытия.

Мусор развалился и на деле оказался кучей щепок, тряпок и прочих элементов декора герцогской антикварной кровати. Рядом с этим великолепием сидели щенята адских гончих, высунув алые язычки и весело виляя хвостиками.

– Я их не выпускала! – сказала я, запрокинув голову, чтобы попытаться прочитать по выражению лица его злодейшества, что мне грозит.

– Зато ты выпустила мою кровать, – заметил он, развернувшись ко мне.

– Это вышло случайно, – промямлила я.

– Тяжеленная кровать случайно оказалась за пределами моих покоев? – уточнил герцог.

– М-м-м… – протянула я, чувствуя, что достойного оправдания никак на ум не идет. – Зато в покоях теперь новые обои. И паркет отциклеван… И шторы постираны!

– И спать не на чем, – добавил Рейнард.

Говорил он, строго сведя брови, но черные глаза весело щурились.

– Я уже почти придумала, как решить это временное… э-э-э… не временное неудобство!

– Да ты что? – Князь Тьмы наконец улыбнулся, но улыбка была очень хищной. – И как же ты решишь это не временное неудобство?

Я нервно сглотнула, чувствуя, что опять теряю всякую способность мыслить и шевелиться под взглядом черных глаз, как вдруг меня привлекло движение на границе видимости.

– Рейнард… – медленно проговорила я.

– М-м-м? – промурлыкал Князь Тьмы.

– Щенки удрали.

Рейнард с недовольным видом посмотрел на разворошенные щепки по всему коридору.

– Найду того, кто их выпустил, спущу шкуру, – проговорил он мрачно.

И надо сказать, было у меня ощущение, что это не фигура речи.

– А они не могли сами выбраться? – спросила я, размышляя, куда бы я на месте веселых щенят отправилась после трудового подвига.

– Из моего демонического круга? – вскинул бровь Рейнард.

– Из разваливающейся сараюшки, – напомнила я.

– В ней демонический круг.

– Да, – не стала спорить я, – но вдруг щенята уже не совсем демоны?

– Я, конечно, не зоолог, но от двух особей одного вида обычно другой вид не рождается, – хмыкнул герцог.

– Ты сам говорил, что у адских гончих не бывает щенков.

Рейнард задумался, видимо, смотря на ситуацию иначе. А я сообразила, что по пути между кухней, куда щенкам стоило бы отправиться в первую очередь, и спальней Князя Тьмы, куда они попали неизвестным образом, помимо скучных помещений есть одно стратегического значения.

– Я надеюсь, у тебя кабинет крепко заперт?

– Там магический барьер от демонов и полукровок, – отмахнулся Рейнард.

– Да, но… это же не демоны. Это щенки.

Герцог посмотрел на меня и прикрыл глаза ладонью.

– Как я докатился до жизни такой… – пробормотал он, открывая портал к себе в кабинет.

Я хотела воспользоваться благовидным предлогом и улизнуть, но меня втащили в круг черного огня за шиворот. Видимо, чтобы не в одиночку любоваться учиненным погромом.

Надо сказать, любоваться было чем! Кабинет стоял вверх дном. Еще не успели спланировать раскиданные листы бумаги, когда мы вошли, а последний хвостик вильнул в дверном проеме.

Рядом со мной раздалось гневное рычание: его злодейшество был в ярости.

Сейчас, наверное, должна последовать длинная тирада на тему того, что в его жизни все было прекрасно, пока не появилась одна выпускница магической академии…

– Значит, так, – проговорил герцог с нескрываемым раздражением. – Ты же вроде у нас бытовой маг?

Я активно закивала, покосившись на него.

– Вот и займешься своей прямой обязанностью. Наведешь здесь порядок. А потом найдешь весь этот адский выводок и доставишь мне под пересчет.

Я снова кивнула: спорить-то с очевидным бесполезно. Но решила на всякий случай уточнить. Вдруг он опять отправится тварюшек по лесам ловить на месяц, а мне надо будет отчитаться в проделанной работе.

– А где мне тебя потом найти?

– В кровати, – лаконично ответил Рейнард и полыхнул черным пламенем.

Хлопнуть дверью было бы символичнее, но воспитанные мужчины такого себе позволить не могут. Зато магией пыхнуть – милое дело!

Я вздохнула, оставшись посреди погрома в герцогском кабинете. Уборка для меня всегда была чем-то вроде медитации и релаксации одновременно, как бы странно это ни звучало. Наведешь порядок своими руками – и кажется, что пыль вымелась не только из твоей комнаты, но и из головы и жизни.

Так что я принялась разбирать бардак. Надо сказать, что щенки ничего особенно не испортили. Так, откусили ножки у гостевого стула и перетряхнули почту. Я не знала, в каком порядке лежали письма, а потому рассортировала в две стопочки – открытые и закрытые. Искушения заглянуть в переписку не возникло, хотя конверт с пометкой «Отчет» так и манил, так и манил…

Но я решила, что у нас с Рейнардом еще не те отношения, чтобы я могла смело читать его финансовую подноготную. Вот станем поближе, кхм, то есть сработаемся получше…

Спустя три часа, вытерев даже вековую пыль со шкафов, я вышла из кабинета герцога, не совсем понимая, что делать дальше. Отчитываться о части проделанных работ? Или кинуться искать щенков? Судя по тому, что по коридорам не бегают взъерошенные жители, ничего нигде не горит и звуков рухнувших стен тоже нет, щенки где-то затаились. Я, честно сказать, надеялась, что их от пузика накормили на кухне и они дружно спят где-нибудь в безопасном месте, в котором нечего громить.

Решив, что раз никакой паники в замке не наблюдается, я могу сходить в душ, переодеться и, может быть, даже поесть, отправилась в свои покои.

У дверей сидел грустный чемоданчик и печально клацал защелками.

– Не поймал? – спросила я малыша, погладив по ребру.

«Клац-клац», – печально ответил багаж.

– Ну ничего, – решила приободрить я чемоданчик, – в следующий раз обязательно получится.

«Клац», – согласился малыш, и я впустила его домой.

Чемоданчик прошмыгнул в гардеробную и закрыл за собой дверь. Этот не постеснялся, грохнул от души. Ох уж эти мужчины с тонкой душевной организацией!

Я же отправилась к себе в спальню, из которой можно было попасть в шикарнейшую ванную, но замерла на пороге комнаты в растерянности и шоке.

На моей кровати, даже не скинув сапоги, дрых Князь Тьмы собственной персоной!

Глава 14

Рейнард

Стоило бы выяснить, какого демона по моему замку праздно шатаются щенята адских гончих и почему магический круг на них не реагирует, но, честно говоря, это все могло подождать.

А вот выспаться подождать не могло.

Сначала я по привычке шагнул в свои покои через портал. Там меня ожидаемо встретил свеженький ремонт и пустое место, на котором положено было стоять кровати. Рядом с пустым местом лежал пушистый коврик, на котором я бы даже не побрезговал сам поспать – и не такое бывало, – но место уже было занято.

Пузиком кверху в моих покоях на моем коврике дрых один из щенков адских гончих.

Я устало потер глаза в слабой надежде, что мне кажется. Но нет, не казалось. Стоило бы мелкого паршивца вышвырнуть обратно в сарай, но живо вообразилось лицо Корнелии, возмущенное таким бездушным поступком.

Оставлять зверюгу, с собратьями сожравшую древний артефакт, без присмотра в комнате не хотелось. Круги от демонов и полукровок на них не действовали.

Я крепко задумался, что же тут лежит такое, на что не действует моя прекрасная магия, работавшая без осечек примерно всегда. Щенок во сне потешно заерзал, теребя лапками воздух.

Животинка безумно милая. В императорском дворце таким на шею цепляют алый бант и дарят фрейлинам, чтобы те восхищенно охали, а потом истошно визжали, когда зверюга пытается откусить рюшки от подола.

И тут до меня дошло: щенок на полу моей спальни уже не демон, потому что родился в этом мире, и не полукровка, потому что родители чистокровные адские гончие. Щенок, слюнявящий мой пушистый ковер, – просто щенок. Точка.

А от животных в моем замке ни одной защиты нет.

Почувствовав себя одновременно идиотом и владельцем редкой породы, я очертил вокруг щенка портальный круг для животных, который выкинет песика из моей комнаты во двор сразу, как только он проснется, а сам отправился дальше.

Вот кто бы мог подумать, что в моем огромном замке, стоящем посередине богатейших земель, нет ни одного места, где можно прикорнуть?

Десятки гостевых покоев годами ждали, пока кто-нибудь изволит устроиться в них жить. И вот дождались! И не какого-нибудь там скучного гостя или чьей-то любовницы, а меня, хозяина замка.

И что вы думаете? Спать оказалось решительно негде!

Часть комнат встречала меня толстым покровом пыли на всех поверхностях, включая вертикальные. Часть просто выглядела плачевно – чувствовалось, что крыша у замка нещадно текла последние годы. А то, может, и десятилетия.

До части покоев, правда, дотянулись руки моей прекрасной помощницы, и там активно шел ремонт. Или не активно, но в любом случае возможности спать не было. Где-то прямо посреди ремонта поперек огромной кровати вповалку дрыхли рабочие. Где-то мебели в принципе не имелось, зато было чистенько убрано и даже отремонтировано.

В последней такой комнате я ненадолго задержался, всерьез рассматривая вариант упасть прямо на зеркальный паркет, сунув под голову свернутую куртку, и отрубиться.

Но в коридоре раздался какой-то дикий грохот, вопли и скулеж – пришлось выйти разобраться.

Честно говоря, я ожидал увидеть там смертельный бой щенков, утащивших какой-нибудь дикий фолиант из библиотеки, с, собственно, диким фолиантом. Но все оказалось прозаичнее.

Эдвард истошно визжал, прыгучим мячиком скача по всем поверхностям коридора и улепетывая от… чемодана. Ну хотя до взрослой особи эта штука не доросла, скорее это был детеныш чемодана. Парочка проскакала мимо, даже не затормозив перед моей властительной персоной, а я как-то резко вспомнил, что в замке есть еще минимум одни жилые покои! Уверен, их обитательница сейчас занята активной деятельностью, так что не явится к себе еще долго. А когда явится… ну, кто виноват, что я остался без кровати?

Это была во всех отношениях скверная идея. Недостойно герцога, мелочно для Князя Тьмы, фуфушно для бездушного демона.

Но так невозможно соблазнительно, что я просто не мог отказаться. Черное пламя портала вспыхнуло, перенося меня в покои Корнелии. Я спиной рухнул в мягкую перину, вкусно пахнущую травами и хозяйкой, на миг закрыл глаза, наслаждаясь накатившими эмоциями и…

Провалился в сон.

Корнелия

И вот я стояла, смотрела на Князя Тьмы в моей постели и думала о том, что это какая-то особая форма мести. И нельзя сказать, что я его не понимала – мужик-то остался без кровати, – но у меня вообще-то имелись планы на свою кровать в своей комнате! И наличие там кого бы то ни было они не подразумевали.

Даже если этот кто-то – шикарнейший герцог Мертвых земель.

Испытывая полную растерянность от такой неожиданной находки, я задумчиво рассматривала Рейнарда. Мужчина крепко спал, и, видимо, сон его был малоприятным. Брови сведены, губы сжаты, глаза под веками метались.

Кошмары есть у всех. Даже у властителей над демонами и полукровками. Впрочем, сейчас Рейнард не выглядел ни как властитель, ни как князь, ни как герцог. Просто очень уставший мужик, рухнувший прямо в одежде на первую попавшуюся горизонтальную поверхность.

Мне вдруг стало ужасно совестно, что я лишила герцога спального места. Он, наверное, не спал всю ночь, прочесывая лес в поисках меня. От этой мысли стало одновременно тепло и грустно. Тепло – оттого, как герцог заботился о своих людях. А грустно – оттого, что это всего лишь забота начальника о подчиненных.

Я тихонечко вздохнула, взяла с кресла плед крупной вязки, практически трофейный артефакт, выцарапанный в студенческие годы у кастелянши, и накрыла им Рейнарда. В конце концов, тряпки можно и постирать, а будить уставшего мужчину, вообще-то спасшего тебя от ужасной смерти в кошмарном лесу, не по-человечески.

Поправив край пледа, я совершенно случайно и, конечно же, абсолютно против воли коснулась Рейнарда. Провела ладонью по его волосам, погладила колючую от пробившейся щетины щеку и отдернула пальцы, когда показалось, что мужчина затаил дыхание.

Но нет, мне показалось. Князь Тьмы дышал так же ровно, как и одно совершенно случайное касание назад, лишь лицо разгладилось. Он крепко спал, и мне хотелось верить, что благодаря мне кошмары оставили его.

Я вышла из собственных комнат, крепко прикрыв за собой дверь, и растерянно замерла в коридоре, не совсем понимая, что же делать дальше.

Ответ нашелся сам собой: в конце коридора у лестницы вильнул подозрительно знакомый хвостик!

Пожалуй, самое время пересчитать щенят.

* * *

Но задачка про пересчет щенят на самом деле начиналась так: «Дано N хвостиков. Требуется показать их всех Князю Тьмы. Внимание, вопрос: сколько хвостиков было дано?» И вот пока я шла к лестнице, пришлось попытаться вспомнить и пересчитать эти самые хвостики, полным составом которых я видела лишь однажды – в сараюшке при первом знакомстве.

Я шла, загибая пальцы: один, два… четыре… шесть… Итак, по замку бегает шесть вандально настроенных щенков, три из которых замешаны в зверском убийстве герцогской кровати.

Тихонечко вздохнула, представляя, как ловить такую мелочь в огромном замке. Вздохнула и почувствовала умопомрачительные запахи с кухни. Шира готовила божественно, этого не отнять, но, чтобы поймать щенят, нужно кое-что поинтереснее герцогского обеда.

И я решительно зашагала в сторону кухни.

Госпожа Шира была в активной стадии готовки обеда. Это когда все ее шесть рук очень заняты, и в половине из них нож. Я немного помялась на пороге, собираясь с духом, чтобы отвлечь женщину. Ну и чтобы она положила хотя бы два из трех ножей на стол.

Мало ли!

– Госпожа Шира, – позвала я, когда полудемоница принялась вытирать три пары рук одним длинным полотенцем. – А в замке есть мангал?

Женщина покосилась на меня с непередаваемым выражением морды лица:

– А тебе зачем?

– Ну… надо, – уклончиво ответила я.

– За твои «ну надо» вся казарма выстроится, ты же в курсе, да? – прищурилась Шира.

– Их что, недокармливают? – поразилась я такой непредусмотрительности.

– Нет, просто прелесть какая хорошенькая помощница Князя будет жарить мясо, – усмехнулась Шира. – Как тут не оторвать себе кусочек… мясца.

– Это, конечно, усложняет задачу, – пробормотала я. – Но тем не менее очень надо.

– Ну посмотри в чулане, – махнула повариха одной из шести рук. – Но если его злодейшество кого-нибудь из-за тебя пришибет, пеняй на себя.

– Из-за меня?! – возмутилась я. – Я-то тут при чем?

– При всем! – отрезала Шира, отворачиваясь от меня обратно к своим кастрюлям и сковородкам.

Уверенная, что женщина нафантазировала себе какой-то ерунды, я залезла в чулан, где под ворохом разного полезного и не очень барахла обнаружила небольшой походный мангал. Мы такими пользовались, когда сдавали по кулинарии дисциплину «пикник на природе».

Следующий час у меня ушел на то, чтобы по-быстрому замариновать мясо, сбегать во двор определить самое лучшее с точки зрения розы ветров место, поймать за рога, ой, точнее просто поймать парочку солдатиков, чтобы те оттащили в выбранное место все, что мне нужно.

В итоге через час посреди внутреннего двора замка стоял стол, несколько тазов с мясом, овощами и разными нужными в задуманной ловле на живца приспособлениями.

Самым сложным в исполнении коварного плана поимки щенков было поставить и развести мангал. Дрова прогорали долго, с углем в замке на магическом отоплении была напряженка, а двор начал наполняться любопытными людьми. И нелюдями.

– Замо-о-ок… – жалобно позвала я, постучав каблуком туфли по брусчатке. – Огонька бы?

– Его злодейшество попроси, – ехидно прокомментировал стоящий неподалеку Азал. Уже вооруженный пустой тарелкой, между прочим.

Наградив языкастого командира гарнизона выразительным взглядом, я снова заныла:

– Ну за-а-а-а-амок… ну пожа-а-а-а-а-алуйста…

Спустя полминуты моих стенаний в воздухе раздалось «Ой, все!» и в стоящем передо мной мангале весело вспыхнул черный огонь, чтобы потом улечься на дно красивой волной жара.

– Огонь! – резюмировала я и под ошарашенными взглядами общественности принялась нанизывать на удивительно красивые, явно декоративные шампуры куски мяса.

Поимка щенков адских гончих на шашлык объявляется открытой!

Рейнард

Я спал, и мне снился полыхающий магический аркан. Каждый символ на полу горел черным пламенем, а портал между мирами в центре магического аркана казался прорехой с рваными светящимися краями.

Каждое соприкосновение с демонической магией нижнего мира приближало меня на шаг к этому порталу. И вот сейчас, как и всегда в таких снах, я шел в центр печати. Шел спокойно, равнодушно, без сомнений и сожалений.

Нет причин колебаться, когда ничто не держит тебя, правда?

Голоса по ту сторону портала шептали, манили, тянули. Обещали покой и спокойствие, обещали жизнь без сомнений и тревог, обещали, что состояние ледяного холода в душе будет длиться вечность. И я шагал размеренным шагом, с равнодушием осознавая, что мне уже без разницы, в каком мире существовать.

И эта мысль казалось такой логичной, что даже не пугала.

Я спал, и мне снился мой самый страшный равнодушный кошмар, преследующий меня с тех пор, как на руке расцвел узор демонической печати.

Но никогда, еще никогда в жизни мне не снилось, что в этом проклятом подвале я не один.

В тишине подвала, разбавляемой лишь ритмом моих шагов и шелестом голосов нижнего мира, раздался вздох.

Даже не вздох, а какой-то «ах?!»

Я обернулся и наткнулся на взгляд голубых глаз Корнелии. Она стояла четко по границе магического аркана, чуть нахмурив брови, и смотрела в самую душу.

А потом девушка протянула руку и – невероятно, так бывает только во снах – коснулась моего лица, презрев все разделявшее нас расстояние.

Я глубоко вздохнул, прикрывая глаза, наслаждаясь этим целомудренным и нежным прикосновением…

И понял, что все еще лежу на кровати в покоях Корнелии, а на щеке действительно лежит маленькая ладошка. Девушка погладила мою колючую щетину, а затем отдернула руку, словно укололась или обожглась.

Воздух качнулся, обдавая меня ее едва уловимыми цветочными духами. Легкие шаги и щелчок закрываемой двери. Несколько минут я лежал, все еще старательно контролируя дыхание, а затем распахнул глаза и сел на кровати. Старый потертый плед крупной вязки упал на пол, и я тупо уставился на него.

Внутри робко, совсем по-мальчишески расцветала надежда. И у меня не было никаких моральных сил ее задавить.

Корнелия

Следующие несколько минут весь внутренний двор замка пребывал в молчании. Что в целом странно, ведь я ничего такого особенного не делала. Просто стояла и нанизывала мясо на шампуры, а потом пристраивала их на мангал. Все это продолжалось некоторое время в полной тишине, пока рядом неловко не кашлянул Азал.

– А что ты делаешь?

– Готовлю шашлык, – отозвалась я, кинув выразительный взгляд на тарелку в руках у полудемона.

– Я понял, да, но я имею в виду – конкретно.

– Готовлю шашлык, – повторила я.

– Нет, ну вот прямо детально.

– Стою и нанизываю мясо на шампур, – раздраженно пояснила я. – Достаточно детально?

– Угу, – пискнул Азал, и я подняла глаза на командира гарнизона.

Бедолага шел пятнами и усиленно надувал щеки, угрожая вот-вот лопнуть.

– Ща… – просипел полудемон и принялся упражняться в дыхательной гимнастике.

Я пожала плечами и продолжила заниматься делом. Дело, кстати говоря, умопомрачительно пахло, заставляя столпившийся народ синхронно глотать слюнки и шажочек за шажочком подкрадываться ко мне.

– Госпожа помощница! – вдруг подал голос один из солдат гарнизона, пока Азал справлялся с приступом удушья. – А вы же знаете разницу между стилетами и шампурами?

Я так и замерла с последним ненанизанным куском мяса в руках. Весь двор уставился на говорившего. И не то чтобы они смотрели с интересом, нет. Скорее, с мрачным недовольством, как будто он одной этой фразой кусок мяса у каждого изо рта вынул. Замечание, кстати, выдал молодой парнишка с несимметричными рогами. Почувствовав негативное внимание общественности, он стушевался и пробормотал что-то типа: «Ну стилеты же?»

В это же время Азал не выдержал и заржал. Громко так, с чувством, с подвыванием. Командир гарнизона просто сложился пополам, звякнув выпавшей вилкой о брусчатку.

Я же решила, стилеты – не стилеты, а мясо жарить надо! И, наткнув последний кусочек мяса, пристроила шампур (или не шампур) на мангал.

– Тебе плохо? – с участием спросила я у Азала, которого все никак не отпускал приступ хохота.

– Очень… – проскулил мужик, прихрюкнув.

– Водички?

– Мясца подожду, – утирая слезы, с трудом выдохнул Азал. – Когда еще я в жизни поем шашлыка, приготовленного на подарке императора.

Эта фраза заставила меня по-новому взглянуть на набор шампуров. Да, я сразу отметила, что они довольно красивые и дорогие, даже слишком красивые и дорогие для таких предметов, но я ведь жила в герцогском замке. Мало ли какие у них представления о шампурах!

– Ты уверен? – с сомнением спросила я.

– Абсолютно, – выпрямляясь, отозвался командир гарнизона. – Его светлость их при мне распаковывал.

– Но я их нашла в кладовке на кухне, – заметила я. – Вряд ли его светлость стал бы хранить императорский подарок там.

– М-м-м… – протянул Азал.

– М-м-м… – вторил ему гарнизон.

Я снова покосилась на колюще-режущие штуковины, чей вид стремительно приобретал схожесть с холодным оружием. Нет, ну если так посмотреть, то действительно похоже на стилет. А если и не знать, то просто очень помпезные шампуры… инкрустированные каменьями, но все же!

– Ну в кладовке же… – повторила я, и прозвучало это куда как более жалобно, чем хотелось.

– Ты, главное, когда его злодейшество явится, отрицай все на свете, – подсказал Азал. – А там, глядишь, он и сам забыл, что куда убрали…

– Угу, – отозвалась я, покручивая стилеты. То есть шампуры.

Мясо уже начало покрываться приятной корочкой, роняя ароматный сок на раскаленный металл мангала. Шипело и пахло просто зверски аппетитно, неудивительно, что тут собралась куча голодного народа. Их-то явно разносолами не балуют, а сейчас у них есть шанс попробовать фирменный рецепт моей академии. Студенческий, правда, потому что педагоги не убегали с территории в луга и поля, чтобы пожарить мясца и распить пару бутылок алого вина, но вкусовые качества шашлыка от этого хуже не становились.

Но поскольку я была единственной, кто знал, что его злодейшество спит сладким сном младенца в моей комнате, я совершенно не волновалась. Едва ли уставшего мужчину можно поднять с кровати запахом еды.

По крайней мере, я на это надеялась.

А спустя еще четверть часа и думать забыла о том, что использую не по назначению императорский подарок: рядом раздался первый тявк.

– Ага! – широко улыбнулась я, снимая первый готовый шампур с мангала.

Азал на щенка смотрел с подозрением. Он-то знал, что за родители у этой зверюги, но не знал, что малыш безопасен. Ну, если только ты не герцогская кровать.

Впрочем, это все не мешало командиру гарнизона протянуть мне пустую тарелку, каким-то чудом пережившую его истерику и не разбившуюся о брусчатку. Подозреваю, заговоренная была посудина!

Народ на площади дисциплинированно выстроился в довольно длинную и голодную очередь. Честно говоря, я не рассчитывала на такое количество массовки, но благо мяса намариновала с избытком.

– Ты ж мой маленький, – заворковала я, кидая щенку первый снятый кусочек.

Малыш поймал лакомство на лету, подпрыгнув где-то на метр, чем очень впечатлил общественность.

– Кто у нас такой ловкий зверь, м-м-м? – ворковала я, почесывая щенка адской гончей за ушком и беря на руки.

Очередь нервно сглотнула от такого действа. Конечно, о родословной породистой животинки большинство не знало, но красные глазища как бы намекали, что у меня под мышкой не просто прибившаяся дворняжка.

Сунув в маленькую пасть еще кусочек, я подошла к стоявшему в полном обалдении Азалу, забрала у него из рук тарелку, всучила малыша и отправилась накладывать взрослую порцию.

– Приятного аппетита! – сказала я, протягивая Азалу его тарелку.

Полудемон попытался вернуть мне щенка, но я увернулась.

– Не-не, это на хранение. Вот тут постой, пожалуйста, пока я не закончу.

– Со щенком? – уныло спросил Азал, держа тарелку над головой, потому что некоторые хвостиковые пытались утащить с нее мясо.

– Обязательно! – воодушевленно ответила я, принимая тарелку от следующего в очереди. – Мне нужно пересчитать домашнюю живность.

– И ты решила начать с гарнизона? – ехидно уточнил Эдвард откуда-то из-под стола.

– Смотрю, спортивный бег пошел тебе на пользу, – хмыкнула я.

Вредный тушканчик распушил шерсть от возмущения, пока я раздавала мясо еще паре полудемонов.

– Следующий! – скомандовала я.

– Тявк! – раздалось где-то рядом.

Глава 15

Спустя час во дворе замка рядом со мной стояло пять нелюдей в обнимку со щенками. Надо сказать, что все пятеро были не в большом восторге от происходящего, но почему-то попыток улизнуть не предпринимали. Ну, я имею в виду мужиков.

Щенки-то с завидным упорством, тявканьем и скулежем пытались удрать куда подальше. Видимо, чувствовали, что грядет расправа за кровать. И наверняка было еще за что, я бы даже не удивилась, узнав, что эти милые обаяхи неровно дышат к артефактам. Но пока никаких дополнительных жалоб не поступало, так что я, встав перед импровизированной шеренгой, громко пересчитала присутствующих, тыкая в каждого пальцем для наглядности.

– Один… Два… Три… Четыре… Пять.

Щенки, до этого пытавшиеся всеми лапами вырваться на свободу, замерли, слушая мой голос.

– Пять, – повторила я строгим тоном. – Где шестой?

Мохнатые малявки синхронно, все как один, принялись увлеченно рассматривать окружающий пейзаж, стараясь не встретиться со мной взглядом.

– Где шестой? – повторила я, уперев руки в бока.

– Подозреваю, они тебе не ответят, – заметил Азал, у которого подопечный был самым юрким.

– Ну, они могут показать, – намекнула я щенкам.

Те все так же синхронно обвисли: мол, мы не то что показать, мы вообще идти не можем! Силы нас покинули, и вот держимся только благодаря добрым людям.

Я задумалась, постукивая каблучком по брусчатке. Это на самом деле непростая задача – найти маленького щенка в огромном замке. Особенно если он не хочет, чтоб его нашли.

– Вкусно пахло? – спросила я у бойцов.

– Очень, – нестройным хором ответили люди. Щенки просто замахали хвостиками, выдавая себя.

– А далеко?

Хранители пушистой ноши переглянулись, не совсем понимая вопрос, но один, немного синий во всех смыслах и с обломанным рогом, все же ответил:

– Так это… я в подвале работал и того… унюхал.

– Прямо в подвале? – прищурилась я.

– Ну да, – кивнул полудемон, дыхнув на меня всеми ароматами самогонного аппарата. – Возле сердца замка.

– Хм-м-м… – протянула я. – Где же тогда шестой?

Снова посмотрела на щенков, в надежде, что хоть у одной пушистой морды проснется совесть. Но совесть не просыпалась, зато я, кажется, поняла, куда удрал последний хвостик.

И мне сразу как-то поплохело от догадки.

– Так, – скомандовала я, – щенки под вашим присмотром. Отвечаете головой!

– А что будет за недосмотр? – как-то двусмысленно оскалился Азал. – Накажешь нас?

– Ну вряд ли я, скорее его злодейшество… – неуверенно протянула я, заставив всю шеренгу немного погрустнеть. Как людей, так и их хвостиковую ношу. – В общем, я за шестым хулиганом, а вы – не спускаете глаз с этих!

– Теперь-то и с рук не спустим, – проворчал Азал, растеряв всю свою лихость.

Я же любовно погладила браслет, представляя себе подземелье Рейнарда, куда мне хода не было. Удивительное дело, но и у браслета, видимо, тоже. Пришлось смириться с неизбежным, а именно с длинной лестницей, и перенестись к сердцу замка.

– Ты что там такое делаешь? – тут же возмутился каменный шар. – Аж самых заядлых тунеядцев выкурила из винного погреба!

– Вот про винный погреб ты мне потом отдельно расскажешь, – пообещала я и, убрав выбившийся из прически локон обратно, зашагала прямиком в сторону подземелья.

Как я и подозревала, малоприметная дверь в подземелья злодейшества была приоткрыта. Нешироко, но достаточно, чтобы один мохнатый любопытный вредитель протиснулся.

Тихо выругавшись, я отправилась следом. Признаться честно, в прошлый раз лестница казалась мне не такой жуткой, как в этот. Возможно, потому что тогда мне некогда было впечатляться интерьером, я сосредоточилась на раненом мужчине, а возможно, в присутствии Князя Тьмы лестница вела себя более… прилично.

Потому что в этот раз редкие магические светильники вообще отказались загораться. Ни просьбы, ни угрозы, ни шантаж не подействовали. Пришлось зажечь небольшой световой шар, от неровного света которого на стенах плясали неприятные тени, и продолжить спуск, цепляясь за камень.

Пока шла, начала переживать, а не свернул ли щенок шею на такой лестнице. Он хоть и адская гончая, но все-таки маленький малыш. Потом начала переживать, а не свернет ли Рейнард шею уже мне, что я сунулась в его потайное место, куда соваться нельзя. Потом я начала переживать, а не свернет ли Князь Тьмы шею найденным хвостикам за вандализм и посягательства на тайные комнаты.

Короче, пока спускалась, вся изнервничалась, даже забыла подумать о том, что я и сама, в общем-то, могу свернуть шею в процессе спуска.

Но стоило мне сойти с последней ступени, как все мысли вылетели из головы. Я ожидала найти щенка мирно сопящим у массивных дверей, ну или на крайний случай раненым или просто уставшим. Но, судя по всему, я очень сильно недооценила щенков адских гончих. Да и не только я, что уж говорить.

Потому что одна створка огромной тяжеленной двери, исписанной мелкими магическими символами, была приоткрыта на ма-а-а-а-а-аленькую щелку.

Ровно такую, чтобы в нее мог протиснуться любопытный щенок.

Я немного помялась на входе, особенно остро ощущая свою маленькость рядом с монументальными створками. А еще не менее остро ощущая, что Рейнард, скорее всего, меня прибьет за нарушение границ его личного пространства. Или, возможно, за сование носа в какую-нибудь государственную тайну. Он все-таки принц крови, кто знает, что там за этими створками спрятано.

Но из щелки донеслось какое-то шебуршание, и я решилась! В тот момент мне в голову не приходила логичная мысль, что маленький щенок чисто физически не в состоянии открыть огромную дверь. И что стоило бы позвать хозяина помещения – ведь там, внутри, с равной вероятностью может оказаться плененный архимаг, дракон и провал в нижний мир. Да и в целом вряд ли я могла бы внятно объяснить свое странное поведение.

Никогда не была любопытной, но сейчас почему-то мне просто до нервной чесотки хотелось войти внутрь и спасти щеночка.

Не в силах отказать себе в этом, я протиснулась в щелку двери. Протиснулась – потому что открыть шире не могла.

И, надо сказать, щенка внутри я заприметила далеко не сразу, слишком увиденное меня шокировало.

В нескольких шагах от входа начиналась руническая вязь символов магического аркана. Высеченные в камне, они почернели, и я лишь скромно надеялась, что от времени и пыли, а не чьей-то запекшейся крови. Стены были неровные, словно их выдалбливал пьяный каменщик, а затем кто-то просто заполировал все, прямо как получилось. По периметру горели магические светильники, но их свет плохо рассеивал тьму внушительного зала. Пожалуй, выколоть себе глаз о ветку, если бы таковая здесь имелась, нельзя, но читать интересную книгу света не хватит.

А еще посередине странного пространства болталось не менее странное окно. Оно было выше моего роста, в темноте казалось, что начало конструкции теряется где-то под потолком. И это окно закрывала какая-то грязная тряпка, отчаянно изображавшая занавеску.

Короче, жутенько.

Но мрачный пафос, конечно, безнадежно портил маленький щенок адской гончей. Зверек сидел с важным видом в глубине магического аркана, чуть ли не у самого окошка, и быстро-быстро вилял хвостиком.

А рядом с этим гордым орлом прямо на древнейших магических символах нетрудно было заметить предмет гордости.

И вот за него хозяин замка нас точно прибьет. Ну, может, не меня, но щеночка – обязательно. Едва ли за всю историю империи случалось, чтобы животинка надула на древний аркан.

– Тебе очень повезло, что я бытовой маг, – мрачно заметила я, подходя к щенку.

Вопреки ожиданиям, мой голос не разлетелся по залу, ударяясь эхом о голые стены. Нет, звук словно немного тонул, рассеивался в пространстве, как и свет магических светильников.

– Тявк! – заявил щенок, смотря на меня своими миленькими алыми глазками и гордо выпятив грудь колесом.

– Это не твоя территория, и метить ее нельзя, – погрозила я малышу пальцем.

– Тявк? – ехидно уточнил этот пушистый шкодник.

Пришлось вздохнуть и применить простенькое бытовое очищающее заклинание.

Простые чары, на мой взгляд, всегда были самыми действенными. Тут они тоже сработали, как и всегда – без осечек и халтуры, оставив вместо позорной лужи чистое пятно.

Чистое.

Совсем чистое.

Такое чистое, что я теперь имела представление о том, какого цвета был камень при постройке замка. Цвет, кстати, приятный, такой белый с бежевыми прожилками.

– Вот теперь Рейнард убьет нас обоих, – мрачно резюмировала я.

– Тявк, – грустно согласился щенок.

Несколько минут я тупо рассматривала белое пятно на грязном полу, размышляя, пора ли идти с повинной или, может, раздобыть где-нибудь пыли и грязи, чтобы затереть улику. В конце концов, не так уж часто герцог спускался в это подземелье. Может, вообще не помнит, как оно выглядит?

Представив, что нужно за пылью и грязью идти наверх, а потом вниз, я решила, что есть у этой проблемы решение попроще.

Генеральная уборка!

Ну а что? Когда все тут будет одного чистого цвета, обнаружить место, очищенное первым, станет невозможным.

Идеальное преступление!

– Ладно, малыш, давай сделаем это! – скомандовала я, закатывая рукава.

Надо признаться, что где-то спустя полчаса я поняла, что переоценила свои возможности. Или недооценила магический зал, тут сложно сказать. В общем, последний раз его мыли, как и сам замок, примерно никогда.

Отдраив пол, который, оказывается, тоже был полированный и теперь блестел в свете неровного черного пламени не устрашающе и угнетающе, а вполне себе задорненько, я подняла взгляд на стену. Которая теперь резко контрастировала с полом и цветом, и чистотой, и вообще.

Пришлось мыть стены. Они, между прочим, тоже оказались белые с красивыми бежевыми оттенками. Кстати, после уборки по ним уже было не так заметно, что кривые. Канделябры магических светильников я тоже почистила, а то что они как неродные. Оказалось, что цвет у них не черный, а очень даже миленький латунный. Можно сказать, помещение оформляли со вкусом! С поправкой на эпоху и назначение.

– Уф, – выдохнула я и, утерев пот с лица, сказала щенку: – Ну все, теперь можно идти.

Тот даже свою пушистую попку с пола не поднял – смотрел с задумчивым видом на окошко с занавеской. Занавеска, надо сказать, полный кошмар. Раньше этого заметно не было, но теперь, после того как весь зал стал блистать белоснежной чистотой, особенно бросалось в глаза.

Пыльный, драный тюль без единого кружевного цветочка больше напоминал сетку от мошкары, чем приличную занавеску. Этому помещению лучше подошли бы тяжелые портьеры, но терзало подозрение, что мои ценные дизайнерские рекомендации доведут Рейнарда до нервного тика.

Мы с щенком переглянулись, и он ну очень выразительно кивнул на занавеску.

– Давай так оставим, а? – предложила я, заранее чувствуя, что и тюль придется стирать.

– Тявк! – возмутился щенок.

– Ну да, действительно, – вздохнула я. – Чего уж тут осталось. Давай доделаем.

И принялась накладывать на занавеску чары быстрой стирки.

Помогли они далеко не сразу. Где-то на третий раз тюль посерел и лишь к десятому принял приличный белый вид. До белоснежного, конечно, еще было далековато, но я решила, и так сойдет. Единственное, что мне не нравилось, так это длинная кривая прорезь. Как будто кто-то махнул наискось острым кинжалом, порвав занавеску примерно посередине.

Внезапно проснувшаяся педантичность зудела на кончиках пальцев, требуя непотребство зашить. Шить тюль на самом деле довольно сложно, и все студентки, которым доставалось это задание на экзаменах, регулярно попадали на пересдачи.

Я сдала с первого раза, но над местной занавеской пришлось попыхтеть. Простой шов эту ткань не брал. Усиленный, потайной и ажурный тоже. Точнее, брали, конечно, но расползались прямо на глазах. Дырка в занавеске очень быстро из финального аккорда уборки превратилась в дело принципа, и я, засучив рукава, принялась перебирать все швы, которые когда-либо знала. К сожалению, ни один не помог. Остался последний, самый сложный, но для него требовалась настоящая иголка.

Я принялась хлопать себя по швам и карманам, из которых, естественно, именно сегодня пропали все полезные предметы. Надежда найти хотя бы булавку почти улетучилась, как пальцы нащупали в кармане какой-то предмет.

На свет оказалась извлечена та самая подозрительная иголка, с которой я вернулась от Матушки Чащи. Я посмотрела на иголку, на занавеску, покрутила швейный инструмент в пальцах, отчего тот как будто немного нагрелся и потеплел. А потом подумала – ну что я, в сущности, теряю? В худшем случае не зашьется, и мы с щенком уберемся отсюда, позорно проиграв куску материи. А в лучшем мне придется объяснять Рейнарду, почему в его тайной комнате такой неприличный порядок.

Так что я разжала пальцы, и толстая иголка, совершенно не подходящая для такой тонкой и воздушной ткани, рванула к тюлю.

Магия заструилась из моих пальцев тонкими нитями, игла замельтешила, сшивая материю на мою силу, и спустя четверть часа противная занавеска пала.

– Ура! – воскликнула я, когда последний стежок завязался на крепкий узел.

Шов вышел идеально, пореза словно бы и не было. Чувствуя не меньшую гордость от проделанной работы, чем некоторые мохнатые, задорно тявкающие и прыгающие под ногами, я подхватила щенка на руки и направилась к выходу.

К сожалению, не успела я сделать и пары шагов, как тяжеленные створки распахнулись, и в помещение не вошел – ворвался Рейнард.

И да, сейчас это был тот самый Князь Тьмы, которым во всей империи пугают деток. Глаза, затянутые бархатной тьмой, не отражали света. Черты лица заострились, на скулах блестела чешуя. Огромные когти на длинных пальцах рук могли вспороть одинаково легко и воздух, и мое горло. А еще у Рейнарда были рога, и я впервые их видела. Красивые, надо сказать, витые и идеальной пропорции. Не слишком длинные, как у жертвы адюльтера, и не слишком короткие, как у местного молодняка, время от времени попадавшегося здесь мне на глаза. Не знаю, мог ли герцог стать еще более внушительным демоном, отрастив там, например, крылья, но сердито дергающийся хвост с острым костяным треугольником вместо кисточки у него теперь тоже имелся.

Я замерла, прижимая к себе щенка и судорожно пытаясь подобрать какие-нибудь слова объяснения. Фраза «Прости, я тут у тебя немного убралась» застряла в глотке. Я не боялась Рейнарда, наоборот, от его дикого и величественного вида захватывало дух. Немного напрягало полыхающее по одежде черное пламя, но на горящего он не походил.

Скорее, я бы сказала, мужчина сам был частью огня, и это выглядело ужасно красиво. И просто ужасно, чего уж там.

Я нервно сглотнула, пытаясь заставить голос слушаться, чтобы все-таки выдавить какие-то внятные объяснения про уборку. Рейнард за это время успел окинуть взглядом весь зал, и его пламя заполыхало ярче.

– Вон, – процедил Князь Тьмы, и сила его магии потекла по залу, падая тяжестью породы мне на плечи.

– Я сейчас все объясню, – пискнула я в ответ.

– ПОШЛА ВОН! – прорычал демон и ткнул когтистой лапой в сторону двери.

Я бы не пошла, я бы осталась и настояла на объяснении, но черное пламя подхватило меня, словно рыбку в сети, и поволокло на выход, где буквально вышвырнуло из зала.

Двери за моей спиной с грохотом закрылись, а меня все тащило и тащило вверх по лестнице, заставляя дышать через раз, а щенка на руках – жалобно скулить.

Вот теперь я по-настоящему разозлила самого страшного мага империи, и не имела ни малейшего представления, чем это для меня обернется.

А главное, чем разозлила? Уборкой!

Глава 16

Рейнард

Спать было решительно невозможно! Мысли то и дело соскальзывали на Корнелию, а затем в довольно интригующую горизонтальную плоскость, что невероятно бодрило.

Я перенесся к себе в кабинет и некоторое время поперекладывал бумажки на столе, пытаясь отвлечься. Помогало слабо.

Точнее, не помогало вообще.

Еще и в открытое окно начал проникать соблазнительный аромат жареного мяса. Не подозревая подвоха, я выглянул на улицу, чтобы увидеть свою помощницу, активно жарившую шашлыки посреди двора моего замка, и большую часть мужского населения, столпившегося вокруг нее с тарелками наперевес.

Происходящее ужасно раздражало, и я даже подумал, а не выйти ли и не устроить разнос всем праздношатающимся. А потом заметил, что вместо шампуров милая девушка использует набор стилетов, подаренных братом на очередную годовщину Дня низвержения демонов.

Я смутно помню само мероприятие, зато снисходительная улыбка императора долго потом стояла перед глазами. Возможно, тогда я впервые до конца осознал, что он уже давно позабыл о нашем кровном родстве и относится ко мне больше как к цепному псу, чем как к верному союзнику.

Осознание оказалось болезненным и… неизбежным.

Так что стилеты я забросил куда-то по возвращении в замок, а в столице стал появляться только по особому требованию. Я и забыл об их существовании, пока не увидел сегодня.

Это было по-своему мило.

Я наблюдал за прелестной блондинкой и чувствовал, как внутри разгорается голодное пламя. Демоническая кровь требовала взять свое, и разуму было довольно сложно сопротивляться такому соблазну.

Стиснув зубы, я шагнул в портал в одном из далеких фортов Мертвых земель, немного расшугав местный гарнизон. Комендант крепости тут же материализовался передо мной, рассыпавшись в любезностях и стараясь не заикаться.

– Уйди, – раздраженно рыкнул я, и понятливый полудемон скрылся с моих глаз.

У меня не было желания гонять гарнизон, проводить аудит или просто нервировать своим присутствием местных жителей. Мне хотелось оказаться подальше от Корнелии и вытряхнуть ее из головы. Ну или хотя бы как-то уменьшить количество мыслей о девушке.

Что может быть лучше старой доброй физической нагрузки для решения этой проблемы?

Так что я дошел до тренировочной площадки форта, материализовал из воздуха магический клинок, поманил пальцем одного из тренировавшихся солдат и устроил с ним спарринг.

А потом еще с одним…

И еще с одним…

И еще…

Меня бы хватило надолго, возможно, на весь гарнизон, если бы в один момент руку с демоновой печатью не пронзила адская боль. Словно вместо символов по коже потекло раскаленное железо, прожигая плоть до кости.

Подданные прыснули от меня в разные стороны, ничуть не стесняясь малодушия, и я не мог их винить.

Давненько, если не сказать никогда, у меня не было такой стремительной и почти полной трансформации. Суставы и кости ныли, перестраиваясь, прорезались когти, хребет горел огнем, отращивая хвост. Голова раскалывалась от прорезавшихся рогов, клыки перестали помещаться во рту, и я с превеликим трудом удержал кожу на спине, чтобы она не лопнула, выпуская кожистые крылья.

Даже страх, что я не смогу вернуться обратно, не мог меня удержать от полного превращения!

Помогла мысль о девушке.

Маленькой блондинке с голубыми волосами и розовой лентой в волосах.

Я сделал глубокий вдох и медленный выдох. Открыл портал, чтобы шагнуть как можно глубже в подземелья замка, но древние печати работали исправно, и пришлось потратить время на пеший спуск.

Признаться честно, я ожидал чего угодно. Нового массового прорыва демонов, явления старшего поколения обратившихся родственничков, разрушения печати вследствие какого-нибудь землетрясения…

Любая идея казалась мне более реалистичной, чем то, что я увидел.

В невероятно охраняемый зал замка, в святая святых моей семьи, в самое опасное место империи, а может, и всего мира, проникла та самая девушка с розовой лентой в волосах.

Корнелия стояла посреди магического аркана и смотрела на меня удивленно и растерянно.

А я… я просто потерял последний контроль над собой.

Даже не знаю, что остановило меня от того, чтобы не разорвать ее на мелкие клочки.

– Вон, – процедил я, чувствуя, что еще немного – и полностью обращусь в демона и сверну мерзавке шею.

– Я сейчас все объясню, – нахально заявила девушка.

– ПОШЛА ВОН! – рыкнул я и вышвырнул ее из зала.

Древние створки грохнули за моей спиной, и я остался в вековой тишине, являющейся мне в кошмарах.

Пытаясь понять, что она здесь делала, я осматривал зал и не узнавал его. Древний камень сиял, точно свежеотчеканенная монетка, каждый символ магического аркана оказался так тщательно выскоблен, словно его только что нанесли.

Она тут что, убиралась?

Я шагал кругами по залу, цепко осматривая символы на полу, искал следы какого-нибудь вандализма, но тщетно. Все было так, как должно было быть.

Увлеченный поиском диверсии, я не сразу понял, что же все-таки в зале не так.

Этот шепот, что я привык слышать, и адский холод, просачивавшийся из нижнего мира, и пугающая тяга к центру магического аркана, их…

Их просто не было.

Я перевел взгляд на арку портала в нижний мир, и понял, что теперь моя жизнь никогда не будет прежней.

Ткань миров, что много веков назад была порвана и открывала прямой проход в нижний мир, оказалась целой. Она слабо колыхалась, как тонкая занавеска на весеннем ветерке. Это был почти незаметный обычному глазу процесс, но во мне-то бурлила демоническая магия, и я прекрасно видел, как прореха затягивается все прочнее с каждой секундой.

Кончик хвоста недовольно дернулся, выбив искры из каменного пола. Я бы хотел провести ладонями по лицу, но длинные когти никуда не делись. Впрочем, сейчас это меня мало беспокоило. Важнее было то, как же так получилось, что портал, который не могли закрыть лучше маги империи, исчез после уборки девчонки, вчера вставшей из-за парты.

Я щелкнул пальцами, не до конца уверенный, что магия все еще меня слушается. И, удивительное дело, по полу тут же заскользило черное пламя, заполняя магический аркан силой.

Символы горели, арка вспыхнула, и ткань миров снова всколыхнулась. Один взмах когтей, и я смогу ее порвать…

Но зачем?

Я повел рукой, гася пламя, и магия тут же вернулась ко мне, словно решивший приласкаться независимый кот.

– Хм… – произнес я, ни к кому не обращаясь, и принялся обходить арку по кругу.

Магия осталась при мне. Печать напоминала о себе неприятной ноющей болью, как болят старые шрамы или переломанные кости на погоду. Демоническая форма, к сожалению, тоже не истаяла. Пока было не очень понятно, смогу ли я втянуть когти или отбросить хвост, но в свете произошедших событий это меня волновало в меньшей степени.

Как смогла Корнелия закрыть портал? Как она вообще сюда попала?

Я снова призвал магию, но теперь она расходилась от меня волнами черного пламени во все стороны, ища… сам даже не знаю, что. Пламя ощупывало каждый миллиметр пола, облизывая идеально чистый белый камень, раз за разом расходясь все сильнее и сильнее, ударяясь о стены зала, чтобы погаснуть.

– Ах вот как… – пробормотал я, снова обойдя арку и присаживаясь на корточки.

На белом полу между магическими символами, закатившись в щелку, лежал крошечный предмет. Никто бы никогда не нашел его, если бы искал просто так, глазами и руками, но то ли дело магия.

Я поднял и поднес к глазам внушительного вида деревянную иголку, испещренную символами, часть из которых можно было увидеть под моими ногами.

Она что, зашила портал? Заштопала прореху между мирами, как дырявый носок?!

Воистину бытовой маг незаменимая вещь в хозяйстве…

Корнелия

Черное пламя волокло меня до самых моих покоев. Швырнуло внутрь и громко хлопнуло дверью. Естественно, я тут же попробовала выйти, но двери оказались крепко заперты. Не скажу, что меня обуял ужас, но определенный страх возник. И даже не знаю, чего я боялась больше: что Рейнард меня прикопает где-нибудь в своих Мертвых землях или что вышибет из замка без рекомендательного письма.

По здравом рассуждении, я ничего особенного-то и не натворила. Да, зашла в неположенное помещение, но ничего не украла и не сломала. Просто убралась! Это же не повод так злиться?

Или повод?

Я вздохнула и сообразила, что на руках у меня все еще сидит щенок адской гончей. Вот кого действительно напугало все произошедшее – бедолага трясся от ужаса, жался ко мне и очень старался закрыть глаза лапами. Точнее, сначала старался закрыть их ушами, но поскольку те уже прекрасно стояли торчком, приходилось закрывать лапами.

– Ну-ну, не бойся. Противный Князь Тьмы напугал моего маленького щеночка. Бессовестная рогатая рожа… – ворковала я, поглаживая малыша.

Прошло довольно много времени, прежде чем щенок успокоился, слез с моих рук и отправился на исследование комнат. Удивительно, как в одно мгновение трясущийся и скулящий комочек шерсти превратился в нахальную пушистую жопку, уверенно почесавшую прочь от меня.

Памятуя о судьбинушке кровати его злодейшества, я хотела было запереть дверь в спальню, как вдруг посреди комнаты вспыхнул круг черного пламени, и из него донеслось повелительное рычание:

– Корнелия, подойди ко мне.

Я нервно сглотнула, оправила одежду и, высоко вздернув нос, шагнула в пламя так же уверенно, как некоторые мохнатые диверсанты. В конце концов, я-то ничего плохого не сделала. И буду на этом стоять!

Пламя вспыхнуло, и я оказалась… не в кабинете Рейнарда.

Комната, скорее, походила на гостиную. Правда, довольно мрачную и по-мужски неуютную. Здесь горел камин, отбрасывая длинные тени на стены и предметы интерьера. Плотно задернутые тяжелые шторы, полупустой стеллаж с книгами, карта Мертвых земель на стене в тяжелой раме, низкий стол с несколькими бутылками характерного содержимого, кресло с высокой спинкой перед камином.

Кресло было развернуто к огню, и я не видела, но знала, что в нем сидит Рейнард. Мужчина пошевелился, и я увидела его руку… Не руку – лапу, держащую бокал с вином. Тонкий хрусталь в звериных когтях казался еще более хрупким, чем на самом деле, и мне стало немного не по себе оттого, что герцог все еще не вернулся в человеческое обличье.

Здорово же я его разозлила.

Я переступила с ноги на ногу, рассчитывая, что пол скрипнет, привлекая к себе внимание. Но паркет не издал ни звука, что было довольно удивительно для замкового помещения.

– У меня есть к тебе пара вопросов, – раздался из кресла низкий голос с чарующей хрипотцой.

– Я с радостью на них отвечу, – заявила я с меньшим энтузиазмом, чем хотелось бы.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул Рейнард.

Лапа с бокалом исчезла, герцог пригубил вино и немного помолчал. В комнате не было второго кресла, но мне показалось по-идиотски стоять и разговаривать с его спиной, так что я решительно подошла к камину и кинула взгляд на мужчину.

Вернее сказать, на демона, сидящего в кресле.

В свете огня черты его лица казались еще более жесткими, более хищными. Полированные рога красиво блестели, черная чешуя – мерцала. Кончик хвоста лениво шевелился на полу, оставляя на паркете длинные царапины.

Князь Тьмы поднял на меня свои абсолютно черные глаза, не отражающие света, и криво усмехнулся, обнажая клыки:

– Нравлюсь?

– Когда не орешь, – пожала плечами в ответ.

Он одним быстрым, плавным движением поднялся на ноги и, оказавшись на расстоянии ладони от меня, с шумом медленно втянул воздух.

– Ты не пахнешь страхом, – задумчиво произнес он, рассматривая меня.

– Я не сделала ничего такого, почему должна тебя бояться, – ответила, запрокинув голову.

Рейнард медленно склонился к моему лицу. Близко, очень близко. Так близко, что я видела каждую чешуйку на его лице, чувствовала дыхание своей кожей, ощущала всем нутром бесконечную и пугающую притягательность тьмы в глазах и душе мужчины…

А затем он резко выпрямился и вернулся в кресло.

– Ну, раз так, – произнес как ни в чем не бывало, – тогда, может быть, ты сможешь дать мне какое-нибудь разумное объяснение этому?

Герцог раскрыл ладонь, на которой на краткий миг вспыхнуло черное пламя, и продемонстрировал мне иголку.

– Легко, – пожала плечами я. – Я ей зашивала ту занавеску в твоем подземелье. В котором, кстати, тебе бы стоило хоть изредка убираться.

– Занавеску? – переспросил Рейнард каким-то очень странным тоном.

– Ну да. В центре зала такая. На окне болталась… – пояснила я.

Он кашлянул и уточнил:

– И ты зашивала ее руками?

– Нет, ну ты что. Я же бытовой маг! Есть множество заклинаний на разные швы… Ни одно, правда, не брало эту несчастную тряпочку. Но обычно целевой предмет усиливает магию, так что я попробовала – и получилось.

– Хм… – многозначительно отозвался Рейнард, внимательно меня рассматривая, будто видит в первый раз. – И всегда ты с собой носишь такие иголки?

Я от такого вопроса даже немного растерялась – что он к этой иголке прикопался-то?

– Нет, случайно в кармане оказалась.

Демон в кресле изящно вскинул бровь, пришлось пояснять:

– После того, как я переночевала на том говорящем дереве.

– И ты ее с тех пор трогательно носишь с собой?

– Мужчины… – Я демонстративно закатила глаза. – Ничего не замечаешь? – Я провела рукой вдоль тела. Рейнард чуть улыбнулся, обнажая клыки, и ответил:

– Лучше тебе не знать, что я замечаю.

Тут уже пришла моя очередь выразительно вскидывать брови, но герцог не стал распространять мысль.

– Тебе стоит уточнить, что я должен заметить.

– Я одета в то же, в чем была в лесу. И не переоделась потому, что сначала в моих покоях был проходной двор, а потом их вообще оккупировали некоторые… – я как-то непроизвольно кинула взгляд на Рейнарда, – рогатые.

– Был бы рогатым, от твоей перины остались бы одни перышки, – оскалился Рейнард, но шутливую тему развивать не стал, а задал более приземленный вопрос: – Что ты вообще там делала?

– Щенка искала, – честно ответила я.

– Прямо внутри? – прищурился он.

– Ну, дверь была открыта, я и заглянула…

В полумраке было плохо видно, но, кажется, у герцога дернулся глаз.

– И от нечего делать ты решила там прибраться?

– Нет, – помрачнела я. – Просто там случилось э-э-э… непредвиденное безобразие, и мне пришлось.

Рейнард поставил бокал прямо на воздух и поднялся на ноги, как-то внезапно заполнив собой все пространство.

– Корнелия, единственное безобразие, которое может происходить в этом подземелье, – кровавое жертвоприношение. И это наводит на некоторые мысли о тебе, – тихо произнес он, но в голосе без труда можно было услышать угрозу.

Испугаться как следует я не успела – подкатила дурнота. Моя бурная фантазия моментально подкинула контрастные алые разводы по всему магическому аркану, недавно мною вымытому.

– Должна тебя разочаровать, – ответила я, делая глубокий вдох, чтобы тошнота отпустила, – все гораздо банальнее. И прозаичнее.

– Да что ты? – прищурился герцог.

– Ага. Щенок просто сделал лужу на твоем древнем немытом магическом аркане. И когда я ее убрала, осталось ослепительно-белое пятно.

Повисла пауза. Князь Тьмы, видимо, переваривал сказанное, потому что отмер он далеко не сразу.

– И ты решила вымыть весь зал? – обалдел Рейнард.

– Я же бытовой маг, – развела руками в ответ.

– Всесильная магия… – пробормотал демон, прикрыв глаза ладонью. – Тебе мало оказалось моего замка, ты решила еще древнюю реликвию отмыть.

– Не надо было? – грустно спросила я. – Она теперь сломалась?

Не знаю, что я такого смешного сказала, но Рейнард расхохотался. Огромный чешуйчатый демон ржал, запрокидывая рогатую голову, а хвост бился о паркет, выбивая щепки.

– Сломалась… – простонал он и, выдохнув наконец, ответил: – Да, что-то типа того.

Мама дорогая, я сломала императорский артефакт…

– Ты поэтому такой злой? – спросила я, осознавая масштаб проблемы.

– Злой? – не понял отсмеявшийся Рейнард.

– Ну… – Я кинула красноречивый взгляд на его рога.

– Ах это… – Он вздохнул и сел обратно в кресло. – Нет, это не связано.

Я ждала пояснений, но герцог внезапно предложил:

– Вина?

– Я бы для начала присела, – честно призналась в ответ.

Рейнард повел рукой, и в воздухе возникли языки черного пламени, на ходу принимая форму мебели. Мгновение – и у камина уже стоит точно такое же кресло.

– Спасибо… – немного растерянно проговорила я, осторожно присаживаясь.

Мало ли, развалится прямо подо мной. Или еще хуже – загорится. Но нет, кресло было вполне обычным. Мягким и довольно удобным.

В комнате повисло долгое молчание, нарушаемое лишь редким щелканьем поленьев в камине. Рейнард смотрел на огонь, потягивая вино, а я смотрела на Рейнарда.

Он думал о чем-то настолько малоприятном, что это явственно читалось даже на чешуйчатой морде. Хотелось бы мне знать, что за мысли заставляют мрачно хмуриться Князя Тьмы, но спрашивать было неловко. Поэтому я просто смотрела на него, точнее сказать, любовалась. Красивый все-таки мужик! Даже в таком виде.

Мой тихий вздох вырвал Рейнарда из задумчивости, и он повернул ко мне голову. Черные глаза не отражали свет огня в камине и казались провалами на демоническом лице. Наверное, как-то так люди продают души в нижний мир. Когда такие глаза смотрят в самую твою суть, ты сделаешь что угодно.

– Смотрю, мои рога не дают тебе покоя, – усмехнулся герцог.

Я моргнула, развеивая чарующее наваждение.

– Просто красивые, – пробормотала в ответ.

– Кто? Рога?! – опешил он.

– Ну да…

– Девицам положено пугаться страшных демонов, ты вообще в курсе? – уточнил Рейнард.

– Ну, страшных – наверное… – пожала плечами я.

– А я типа не страшный, а красивый? – самодовольно оскалился демон.

Я почувствовала, что заливаюсь краской, и отвела взгляд на огонь камина.

– Ты впечатляешь, – негромко ответила я.

– Особенно рога, да? – продолжил лыбиться Рейнард.

Я стрельнула глазами на рога, а потом неожиданно сама для себя спросила:

– Можно потрогать?

– Чего? – не понял он.

– Ну… рога.

– Всякие предложения мне поступали, но такое интимное – впервые, – хмыкнул Рейнард, а затем склонился ко мне, перегнувшись через подлокотник своего кресла.

И оказалось, что наши лица на одном уровне, и его чарующие глаза снова опасно близко, и, кажется, еще мгновение – и мужчина меня поцелует.

Я даже забыла, что нужно дышать!

– Можешь потрогать, – негромко разрешил Рейнард.

Я медленно потянулась к мощным рогам и осторожно провела кончиками пальцев по гладкой блестящей поверхности. Удивительно, но это была не кость, а холодный металл, оттого рога так и блестели. Такую штуку носят не для красоты, ею наверняка можно здорово продырявить противника в ближнем бою.

– Тяжелые? – спросила я, убирая руку.

– Демоническая корона не может быть легкой, – усмехнулся Рейнард, откинувшись в кресле. – Кстати, о коронах. Мне нужно будет появиться в столице по делам.

– Хорошо, – кивнула я. – Надолго ты уезжаешь?

– Мы, – поправил герцог.

– Мы? – не поняла я.

– Мы.

– Я-то там зачем?!

– Как зачем? Будешь следить за моим расписанием. Или вместо меня ходить на скучные совещания, – пожал он плечами.

– Ты издеваешься?!

– Ничуть. Иначе зачем бы мне нужна была помощница? – снова оскалился Рейнард, сверкнув клыками.

– А как же замок? А ремонт? Щенки наверняка опять удерут и набедокурят!

– Больше бедокурить, чем вы с ними тут устроили за эти дни, физически нельзя, – отмахнулся демон.

– Я… Мне… – начала я запинаться. Не знала, что лучше сказать: «Я не хочу в столицу», или «Мне там категорически нельзя появляться», или «Я не подписывалась сидеть за тебя на совещаниях».

– Будешь представлена ко двору, оттенишь мой образ ночного кошмара императорского двора, – подмигнул герцог.

У меня как-то позорно кончились все слова разом, потому что для внятного объяснения пришлось бы слишком многое рассказать.

– Может, не надо? – выдавила жалобно.

Я думала, Рейнард сейчас начнет рычать, ругаться и напоминать, что вообще-то он работодатель и мои хотелки тут значения не имеют. Но демон просто откинулся на спинку кресла и, снова уставившись на огонь, вздохнул:

– Надо, Корнелия. Мне очень надо.

Слова о том, что никто меня не затащит в столицу даже силком, как-то сами собой испарились.

Как можно отказать такому мужчине, когда он говорит, что я ему очень нужна?

Глава 17

Рейнард

– Смотрю, мои рога не дают тебе покоя. – Я горько усмехнулся.

Корнелия то и дело кидала на них взгляды, и я не мог осудить ее за любопытство. Для юной девицы, находящейся в комнате с демоном, обладающим самой разрушительной магией империи, а может, и всего континента, она держалась неплохо.

Даже, я бы сказал, хорошо.

Удивительное дело, но Корнелия не боялась меня. Это, конечно, немного обнадеживало. Хотя вряд ли могло перевесить тот печальный факт, что с закрытием портала моя внешность теперь мало походит на человеческую.

Но и с этим, наверное, я научусь жить, как научился жить с проклятой меткой на своей руке.

Со временем.

– Просто красивые, – пробормотала Корнелия, смущенно отводя взгляд.

Смысл сказанного до меня дошел не сразу.

– Кто? Рога?! – переспросил я, не уверенный, что правильно ее понял.

– Ну да… – окончательно смутилась Корнелия.

Я с подозрением покосился на помощницу.

– Девицам положено пугаться страшных демонов, ты вообще в курсе?

– Ну страшных – наверное… – пожала плечами девушка, снова стрельнув глазами в мою сторону.

На этот раз ее взгляд задержался на хвосте, к которому я никак не мог привыкнуть и который жил своей отдельной жизнью.

– А я типа не страшный, а красивый? – решил немного побравировать я в ответ, широко улыбнувшись.

Чтоб она хорошенько разглядела мои очаровательные клыки, а то вдруг не заметила.

Корнелия очаровательно покраснела и отвела взгляд на огонь. Я думал, девушка сейчас тактично уведет разговор в сторону или просто промолчит. Как и положено милой невинной девушке. Но Корнелия ответила. Тихо, еле слышно – не будь я демоном, может, и не расслышал бы.

– Ты впечатляешь, – негромко произнесла она, и мое сердце пропустило удар.

От широкой улыбки, теперь уже приклеенной к моему чешуйчатому лицу, начало сводить скулы, но я продолжал лыбиться. Вся история моей семьи говорит о том, что проклятые демоны не могут впечатлять невинных девушек. Наводить ужас – это да.

Но «Ты впечатляешь» шелестело нежным шепотом в моем мозгу, и сердце снова ухнуло, сбиваясь с ритма.

– Особенно рога, да? – выдавил я, с трудом сохраняя небрежную интонацию.

Корнелия снова стрельнула глазами на мои рога, а потом вдруг спросила:

– Можно потрогать?

От такого вопроса я даже забыл, что нужно держать улыбку.

– Чего? – переспросил я, подумав, что ослышался.

– Ну… рога.

Всесильная магия, эта девушка просто ходит по краю моей выдержки!

– Всякие предложения мне поступали, но такое интимное – впервые, – хмыкнул я, размышляя над вопросом.

С одной стороны, это было довольно провокационное предложение, с другой – действительно почти интимное, а с третьей…

А с третьей стороны, Корнелия не пахла страхом, и это подкупало.

Я склонился к девушке, сам не зная, что делаю. Ее зрачки удивленно расширились, но она не отшатнулась. Просто смотрела в мои глаза, замерев, как трепетная лань перед клыкастым хищником.

Бежать бесполезно, моя маленькая помощница. Если бы у тебя была хотя бы капля страха, брезгливости, отвращения, хоть что-нибудь, что бы могло меня отрезвить…

Но ты не боишься, не боишься меня, и та крошечная надежда, что я не смог задавить в своем сердце, разрастается с каждым моим вздохом.

– Можешь потрогать, – негромко произнес я.

Корнелия медленно протянулась ко мне и едва ощутимо провела кончиками пальцев по одному рогу. Я, кажется, забыл, как дышать. Сердце бешено колотилось, и я жадно рассматривал лицо девушки. Такое нежное. Такое близкое.

Преступно бесстрашное.

Девушка касалась меня, и я ждал, что еще мгновение, и магия развеется. Исчезнут рога, чешуя, хвост. Перестанет чесаться спина, требуя размять крылья.

Проклятье спадет благодаря невинной деве, не убоявшейся ужасного демона.

Но Корнелия отняла руку – и ничего не изменилось. Лишь острое чувство разочарования, безысходности поселилось глубоко внутри.

– Тяжелые? – спросила девушка, убирая руку.

Я откинулся в кресле и усмехнулся, чуть прикрыв глаза. Чуда не случилось.

– Демоническая корона не может быть легкой, – произнес в ответ.

Что ж, может быть, это даже к лучшему. Очень интересно будет посмотреть на лицо братца, когда я приеду на праздник во всей своей, кхм, красе.

– Кстати, о коронах. Мне нужно будет появиться в столице по делам, – произнес я, посмотрев на Корнелию.

И вот тут вдруг я почувствовал исходивший от девушки страх.

Интересно…

Корнелия

– И когда мы уезжаем? – обреченно спросила я.

– Послезавтра, – ответил Рейнард, внимательно наблюдая за мной.

Но я держала себя в руках и не позволяла эмоциям отразиться на лице. Все-таки был толк от уроков по этикету! Бесполезнейшая, в сущности, трата времени, кто бы мог подумать, что пригодится мне в таком неожиданном месте. Но бытовой факультет считается кузницей лучших невест, так что его выпускницы должны уметь держать не только иголку с половником, но и лицо.

И я свое лицо держала. Держала!

– Тогда мне нужно собраться, – произнесла я, поднимаясь на ноги.

– Успеешь, – отмахнулся Рейнард.

– Честно говоря, не уверена, – покачала я головой. – Нужно не только собрать вещи, но и раздать задания, проверить уже сделанное и удостовериться, что нигде ничего не надо переделывать… Прошу меня извинить.

С этими словами я решительно направилась на выход из комнаты. Толкнула дверь и замерла на пороге.

Чего вы ожидаете, открывая дверь из гостиной или кабинета? Увидеть, например, коридор. Или гардеробную. Или спальню, на худой конец!

Я же увидела опушку леса. Довольно жизнерадостного, надо сказать. Оказывается, был яркий день, который великолепно скрывали плотные шторы. Задорно чирикали птички. Легкий ветерок шелестел сочной листвой…

– Где мы? – спросила я ошарашенно.

– В моем охотничьем домике, – раздался голос Рейнарда прямо надо мной.

Я запрокинула голову и посмотрела на мужчину. Дневной свет не развеял его демоническую сущность, наоборот, сделал ее еще ярче, контрастнее.

– Все еще впечатляю? – усмехнулся герцог.

– Завораживаешь, – чуть улыбнулась я и перевела взгляд на буйную растительность. – Мы далеко от замка?

– Да, довольно далеко.

– И что ты тут делал, пока не перенес меня?

– В основном размышлял, – уклончиво ответил он и легонько подтолкнул меня меж лопаток. – Идем.

– Куда? – опешила я. – Туда?! Ну нет!

– Будешь сидеть тут одна и ждать меня? – улыбнулся уголками губ Рейнард, обнажая кончики клыков.

– А нельзя меня вернуть обратно? – спросила я более жалобно, чем хотелось бы.

– Можно, – пожал он плечами, – но мне нужен помощник. А ты у нас, напомни, кто по договору?

– Помощница, – мрачно отозвалась я.

– Точно! – заулыбался демон во всю зубастую пасть. – Получается, тебе положено составлять мне компанию в делах, требующих помощи!

Я снова мрачно покосилась на лес.

– Не бойся, – приободрил меня Рейнард. – С тобой самый сильный демон империи. Хуже уже не будет.

Я бы поспорила!

Мы вышли из домика, входную дверь в который Рейнард по-простецки подпер бревном, и отправились в лес. Узкая, еле заметная тропка не была рассчитана на двоих, и герцогу стоило бы идти впереди, но он предпочел шагать рядом. Я была решительно настроена не пускать его на вытоптанную землю, потому что ломать ноги о корни мне совершенно не хотелось, но тропинка как-то незаметно расширилась. Все еще заросшая, узкая и явно давно не хоженая, теперь она с трудом, но вмещала двоих.

Отчего-то мне казалось, что без демонической магии тут не обошлось. Иначе как объяснить, что его светлость с самым довольным видом топает рядом, то и дело касаясь меня?

С другой стороны, это же абсолютная глупость! Зачем герцогу жаться ко мне на узкой тропке? Вот и я думаю – незачем.

Хотя ужасно хочется…

– Что ты думаешь о моем замке? – вырвал меня из сумбурных мыслей Рейнард.

– Ну… – протянула я, пытаясь подобрать наименее обидный эпитет. – Он довольно запущенный.

– Я не про это, – хмыкнул мужчина. – Я про сам замок. Что ты думаешь о нем?

Вопрос, честно говоря, поставил меня в тупик. Что можно сказать о бестелесной ехидной сущности?

– Сложный вопрос, – задумчиво протянула я. – Я думаю, что он стар. И думаю, что он печален. А еще думаю, что он уникален. Я никогда не слышала о живых замках раньше.

– Ну последнее неудивительно, – пожал плечами Рейнард, – вряд ли кто-то из ныне живущих может заключить довольно сильного демона в камень, сохранив рассудок и заставив служить себе.

– Демона? – удивилась я.

– А ты думала, он просто сам по себе ожил? – улыбнулся герцог.

– Что-то в этом духе, – смутилась я.

– Кстати, хотел спросить. Как тебе пришло в голову обустроить в его подвале зеленый уголок?

– М-м-м… – протянула я, вспоминая. – Просто мы подолгу обсуждали некоторые детали ремонта. Стоять было тяжело, сидеть не на чем. Сначала я принесла стул. Потом стол, чтобы удобнее было делать записи. Потом подумала, что в помещении не хватает уюта, но от текстиля он наотрез отказался, и я предложила цветы. И, знаешь, он прямо очень оживился, когда я про них сказала.

– И теперь там всегда свежие букеты, – резюмировал Рейнард.

– Да. Хотя цветочкам очень не хватает света.

– Мне кажется, я знаю кое-какие цветочки, которые будут себя там прекрасно чувствовать и без света, – хитро заулыбался он.

– Какие-нибудь демонические зубастые розы? – предположила я.

– Ну почти… – уклончиво ответил герцог.

Я хотела еще спросить, далеко ли нам шагать по этой прекрасной узкой тропинке, как та оборвалась, выведя нас на идеально круглую полянку.

Трава была словно искусственная: сочный, идеально подстриженный по линейке газон, равномерно усыпанный синими полевыми цветочками неизвестного мне вида. В центре поляны стояло высокое мощное дерево, в корнях которого бил ледяной ключ.

– Где-то я это уже видела… – пробормотала я, замерев на краю поляны.

Дерево и было и не было похоже на то, через которое со мной общалась Матушка Чаща.

У этого гиганта был березовый ствол. Он не впечатлял обхватом, но, даже несмотря на более скромные размеры, чувствовалось, что дерево древнее. Листики походили на кленовые, только каждый острый кончик оканчивался тонким шипом. Длинные ветви склонялись к земле, отчего береза больше напоминала плакучую иву.

На самом деле это было невероятно красивое дерево – могучее, утонченное и печальное одновременно. И будь я тут одна, я бы ни за что не подошла к нему – слишком уж от березки веяло нехорошей силой.

– Не мнись, пошли поближе, – приободрил меня Рейнард и первым зашагал к дереву.

Я особого желания общаться с Матушкой Чащей не испытывала, потому просто осталась стоять на тропинке. Идеальное оказалось место для любования его светлостью, который неспешно подошел к березе и начал с задумчивым видом перебирать ветки.

– Как думаешь, какая симпатичнее: эта или эта? – спросил герцог, демонстрируя мне две веточки.

Пришлось подойти, потому что с моего расстояния они выглядели одинаково. Вблизи, правда, тоже, но одна казалась позеленее и как будто жизнерадостнее.

– Вот эта, – тыкнула я.

– Ага… – отозвался Рейнард.

А в следующее мгновение он достал прямо из воздуха клинок, горящий черным пламенем, и рубанул по выбранной мной ветке. Я ахнула, а береза зашевелилась, игнорируя легкий ветерок, словно у нее были не ветки, а щупальца.

– РЕЙНАРД!!! – прогрохотал демонический голос, ничем не напоминающий добренькую Матушку Чащу.

– Нет времени объяснять, – оскалился в хитрющей улыбке демон и крепко обнял меня за талию.

Признаться честно, остальное было уже не так важно и интересно, как когтистая лапа на моей спине, но вокруг нас вспыхнул портал черного пламени – и вот мы уже стоим у герцогского охотничьего домика.

– Ты что натворил?! – воскликнула я, впрочем, не пытаясь вырваться из его рук.

– Скоро все узнаешь, – ответил герцог, не собиравшийся меня отпускать.

Снова вспыхнул портал, и на этот раз мы оказались в новом для меня помещении.

Кругом все было свалено как попало – книги, картины, какие-то коробки, оружие…

– Это что за склад? – спросила я, размышляя, как тут наводить порядок.

– Моя сокровищница, – отозвался Рейнард, с грохотом переставляя какие-то предметы. – Точнее, одна из них.

– Разводить бардак – у вас семейное, да? – мрачно спросила я, осматриваясь.

– Хранители печати – холостые мужчины, – пожал плечами герцог, извлекая на свет нечто среднее между детским горшком и напольной вазой. – Ага, это, пожалуй, подойдет.

Рейнард поставил фарфоровую емкость на пол, щелкнул пальцами, и предмет окутало черное пламя. А когда оно упало, то оказалось, что поверх миленького рисунка в мелкий голубой цветочек тянется вязь крошечных магических символов.

– Так, а теперь нам нужна земля… – пробормотал Рейнард.

– Кладбищенская? – почему-то спросила я.

– Я что, похож на некроманта? – недовольно буркнул герцог.

– Нет, на демона.

– Ну вот!

– А что, есть разница? – удивилась я.

– Принципиальная, – процедил Князь Тьмы, и вокруг нас снова вспыхнуло черное пламя, перенося на какое-то распаханное, но не засеянное поле.

А вот то, что происходило дальше, повергло меня в полный шок. Нет, ну то есть я, конечно, понимала, что у всех свое представление о ведении домашнего хозяйства, но это…

Его светлость просто взял древнюю и явно жутко дорогую вазу, превратил ее в какой-то мощнейший артефакт, от которого фонило так сильно, что даже я чувствовала, потом зачерпнул им, как чашкой, земли с поля и воткнул туда срезанную ветку.

– Готово! – заявил этот вандал и посмотрел на меня с видом победителя.

– Что готово? Гербарий? – мрачно спросила я.

– Не… сейчас увидишь.

И он снова обнял меня за талию! Да ради такого я готова все ветки в местных лесах обрубить!

Черное пламя вспыхнуло и перенесло меня во вполне известный интерьер.

– Я вам не мешаю? – ехидным тоном поинтересовался ажурный каменный шар.

– Ну так… – негромко произнес Рейнард, задержав меня в объятиях дольше необходимого. На пару секунд.

А затем он водрузил свою конструкцию на столик, смахнув мою вазу в небытие пламенного портала.

В подвале повисло многозначительное молчание. Каменный шар с сердцем замка на удивление не начал скандалить и буянить. Пламя сердца пульсировало ровно, как бьется сердце здорового взрослого человека.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Ветка, варварски воткнутая в землю, признаков жизни не подавала, но меня не покидало ощущение, что сердце смотрит на нее без отрыва.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Я перевела взгляд на Рейнарда: мужчина стоял собранный, сосредоточенный, казалось, он готов ринуться в бой в любую секунду, если потребуется.

Тук. Тук. Тук. Тук.

Что он сделал?

Тук.

Тук.

Тук…

Листья на ветке зашевелились, словно в помещении дул легкий ветерок, затем она чуть засветилась, оживая и на ходу набирая силу, увеличивая количество отростков и листьев, пока в конце концов на столе не оказалась небольшая копия оригинального дерева, с которого эта веточка и была срублена.

– РЕЙНАРД, ТЕБЕ КОНЕЦ! – прогрохотало деревце голосом крайне рассерженной Матушки Чащи.

Но вместо Рейнарда демонице ответил кое-кто другой.

– Элоиза? – произнес замок, и я поразилась, как в одном слове может уместиться радость, надежда, потрясение, облегчение…

Деревце всплеснуло ветками, закрутилось штопором и вернулось обратно в исходное положение.

– Эрик? – недоверчиво произнесла Матушка Чаща. – Эрик?!

И столько нежности и тепла было в ее голосе, что у меня защемило сердце.

Хотелось бы и дальше стоять тут рядом, подслушивая и подсматривая, но бессердечный Князь Тьмы снова приобнял меня за талию и мягко, но настойчиво вытолкнул из зала, аккуратно прикрыв за нами дверь.

– Ты расскажешь, что там произошло? – спросила я, подняв на него взгляд.

– Не моя тайна. Не мой секрет, – улыбнулся Рейнард, сверкнув клыками. – Но, думаю, если ты спросишь у них попозже, кто-нибудь не выдержит и поведает эту историю, затянувшуюся на долгие века.

– Так нечестно, – насупилась я.

– Ну, жизнь вообще полна несправедливости, – усмехнулся герцог.

А потом повернул голову, словно услышал что-то, и произнес:

– Отбываем послезавтра утром. Будь готова.

Черное пламя вспыхнуло, облизав рогатую фигуру, а когда опало – я осталась в коридоре одна.

Одна, но в компании кучи дел!

Глава 18

Рейнард

На моем рабочем столе сидел ворон и с любопытством рассматривал вазу с цветами, поворачиваясь к ней то одним, то другим глазом.

– Тебя долго не было, – недовольно произнес я, врываясь в собственный кабинет.

– Столица полна слухов, мой господин, – прокаркал Арос.

– Она всегда полна слухов. Что ты узнал о девушке?

– Девушка приглянулась Ланцету. Он приплатил ее родственникам, и те с радостью согласились выдать ее замуж. – Ворон от возмущения подпрыгнул, смахнув с моего стола какие-то бумаги.

– Ланцет… – повторил я, с трудом вспоминая состав двора брата.

– Министр финансов, – подсказал Арос.

– Ах, главный вор империи, – сообразил я, и память услужливо подкинула высокого тощего мужчину сильно за сорок со взглядом бездушной гадюки. – У нее есть титул?

– Обнищавший баронский род… без земель, без казны, без замка.

– Понятно, продали девчонку за шанс вернуться в пищевую цепочку, – усмехнулся я.

– Все так, – щелкнул клювом Арос. – Я был во дворце, смотрел на этого человека.

– И?

– У него черная, черная душонка, мой господин. И руки по локоть в крови.

Если бы вороны могли облизываться, Арос бы облизнулся, что само по себе говорило о натуре этого Ланцета. Нет, такому человеку Корнелию определенно нельзя доверять.

Впрочем, себе в нынешнем внешнем виде я бы тоже ее не доверил.

– Давно у нас министр финансов подрабатывает палачом на полставки? – прищурился я.

– Старая кровь, свежая кровь… – прокаркал Арос.

– Ясно…

Надо было бы, по-хорошему, написать брату, чтобы тот разобрался. Но внутри упорно царапала мысль: портал закрыт, войска преданы тебе и поднимут знамена по первому зову, ты можешь бросить вызов империи и победить.

Надеть демоническую корону и передать ее своим детям.

Но для этого нужно кое-что разузнать наверняка.

– Арос. Возвращайся в столицу и найди вход в библиотечное хранилище во дворце. Я прибуду туда послезавтра.

– Да, мой господин, – каркнул ворон и, взмахнув крыльями, истаял черным дымом над моим столом, разметав остатки бумаг.

Я посмотрел на вазу с цветами, срезанными Корнелией для замка, и впервые за долгие, долгие годы почувствовал нестерпимое, жгучее желание.

Желание жить.

Корнелия

В столицу я собиралась судорожно. Прежде всего нужно было раздать кучу ценных поручений. Например, дать задание бригаде, которая уже начала радостно потирать лапы и копыта, намереваясь валять дурака, пока нас нет, или найти-таки кровать для герцога взамен сожратой, или придумать, как удержать щенков от вандализма…

Короче, дел море!

И самым важным среди них было дело сокрытия моей личности. В голову приходили самые смелые решения от «а не переодеться ли мне парнем» до «а не побриться ли мне налысо».

– Есть еще вариант изрисовать лицо мелкими точками свекольного сока, – делилась я своими гениальными идеями с зеркалом. – Или натереться морковкой для желтизны!

– А можно просто поделиться с его светлостью своими переживаниями, – подначивал собеседник.

Я прижала руки к груди и с интонациями восторженной истерички заголосила:

– Рейнард! Я скрываюсь от навязанного брака с самым мерзким типом столицы! Даже убежала на вечную работу к Князю Тьмы, лишь бы не оказаться в мехах и бриллиантах! Жених баснословно богат, обладает невероятным влиянием и все еще способен зачать дитя! Ах, эти их скучные столичные балы, то ли дело драить полы после нашкодивших щенков адской гончей! Мечта любой девушки под угрозой выгодного брака! Спаси меня!

В комнате повисло молчание: зеркало, кажется, опешило, чемоданчик, до этого радостно терзавший в углу диванную подушку, притих, Эдвард, качавшийся на люстре от греха, то есть чемоданчика, подальше, подавился очередным ругательством в адрес моего багажа.

– Так, да? – уточнила я у присутствующих.

– Нет, ну с этой точки зрения выглядит не очень, – согласился Эдвард, подперев пухлую щечку лапой.

– Его светлость своих людей никому не отдаст, – уверенно заявило зеркало.

– Я не хочу оказаться втянутой в какую-нибудь политическую разборку. И еще меньше хочу, чтобы эта политическая разборка навредила нашему герцогу. Он все-таки принц крови и наверняка всех этих важных персон с пеленок знает. Просто тихонечко поношу бумажки за Рейнардом несколько дней, и все… В конце концов, волосы отрастут… – задумчиво проговорила я, примеряясь, как бы обрубить косу.

– НЕТ! – в несколько голосов воскликнули присутствующие.

Даже чемоданчик испуганно щелкнул застежками.

– Делать-то что? – мрачно спросила я.

– Держаться поближе к герцогу, – хмыкнуло зеркало.

Хотелось все-таки запустить в него пресс-папье, но в дверь покоев требовательно постучали.

– Госпожа помощница, его злодейшество изволит гневаться в холле! Говорит, опаздываете! – раздалось из-за двери.

Я тяжело вздохнула и похлопала себя по ноге:

– Идем, малыш. В конце концов, если что – ты выгрызешь мне пару минут для побега.

– ЩЕЛК! – отозвался маленький защитник.

Никогда бы не подумала, что возвращение в столицу более рискованное приключение, чем посещение Мертвых земель. И тем не менее!

* * *

Сложно сказать, как раньше Рейнард навещал столицу, но подозреваю, что никогда с такой помпой.

Князь Тьмы открыл огромный портал, полыхающий черным пламенем, через который прошла часть его личной гвардии под предводительством Азала, затем сам злодейшество, за которым семенила скромная я, а после нас шел обоз с вещами. Точнее сказать, вещей было совсем немного, и, как я узнала буквально за пару минут до отправления, в основном подарки императору, его супруге, его дочерям и некоторому количеству «приближенных лизоблюдов».

На мое счастье, подарки были выбраны заранее. На мое несчастье, Рейнард сказал, что в следующий раз выбирать буду я, так что мое дело – изучать людей, хорошенько их запоминать, а лучше – записывать.

Но все это, конечно, меркло перед самим герцогом. Точнее, его нынешним впечатляющим внешним видом.

Когда я шагнула в портал и оказалась на брусчатке посреди внутреннего двора императорского дворца, самое интересное уже началось.

Дамы визжали. Все, буквально все заставшие наше появление дамы вне зависимости от возраста и социального статуса визжали на одной ноте. Парочка мужиков, кстати, визжала вместе с ними.

Самые отважные и отчаянные (и еще немного нетрезвые, кстати) кинулись на явившихся с оружием наголо, мечами наперевес и просто попавшимися под руку ударными предметами. Под девизом «Изгоним демоническую падаль, как наши деды ее изгнали!»

Эффективно это было примерно никак, потому что Рейнард что-то наколдовал и теперь с интересом естествоиспытателя, перегородившего привычную тропинку муравьев, наблюдал за происходящей бестолковой суетой.

Азал с парнями строили страшные гримасы, как будто не знали, что их животное обаяние могло сразить наповал любого даже без лишних усилий.

Я же просто стояла рядом с Рейнардом, обняв папку с документами, и наблюдала за происходящим. Одновременно брала гордость за жителей Мертвых земель, жег стыд за бывших соотечественников и терзало желание удрать куда-нибудь подальше из этого хаоса. Правда, пока я размышляла, портал за моей спиной закрылся, отрезав пути к отступлению, так что я не придумала ничего лучше, как держаться поближе к Рейнарду.

Князь Тьмы же стоял, скрестив руки на груди, и с величественной ленцой любовался происходящим. Не знаю даже, сколько бы еще продолжался этот спектакль, но тут визжащие вдруг резко заткнулись, беснующиеся успокоились, даже кривляющиеся сделали строгие выражения лиц.

– Что здесь происходит? – раздался сильный, властный и недовольный голос императора.

– Здравствуй, брат, – произнес Рейнард с легкой улыбкой, выгодно подчеркивающей его клыки.

Надо отдать императору должное, лицо он удержал, хотя и порядком побледнел.

– Рейнард, рад тебя видеть, – обозначил кивок император. – Ты не мог бы отозвать своих цепных псов?

– Увы, – Рейнард демонстративно щелкнул пальцами, и черное пламя портала опало, – моя личная гвардия останется сопровождать меня. Как-то не по титулу мне путешествовать в одиночку, не находишь?

– Раньше тебя это не смущало, – сузил глаза император.

– Молодости свойственен некоторый бунт, – улыбнулся герцог. – Ну что же ты стоишь, обними брата. Мы так давно не виделись.

Все присутствующие затаили дыхание. На их глазах, можно сказать, решалось политическое будущее страны, тут лишний раз чихнуть было опасно.

Я тоже стояла, боясь пошевелиться. Потому что, по идее, сейчас сюда должен подойти САМ император!

Но император не подошел.

– Увы, корона обязывает. Добро пожаловать в столицу, герцог! – Император снова обозначил кивок и удалился немного поспешнее, чем стоило бы на его месте.

– Дом, милый дом, – продолжил хищно скалиться Рейнард, отчего присутствующие синхронно нервно сглотнули.

Император только что заявил, что Князь Тьмы в обличье демона ему не ровня, а Князь Тьмы на это радостно заулыбался. Кажется, убегая от навязанного брака, я попала в самую мясорубку политики…

Мамочки!

* * *

Утром я думала, что моя самая большая проблема – это наткнуться на жениха в столице. В обед – что сейчас начнется открытое противостояние между императором и моим герцогом. А к ужину поняла, что ни то, ни другое в принципе ничто по сравнению с настоящей проблемой.

Меня поселили в покои к Рейнарду!!!

– Это какая-то ошибка! – воскликнула я, глядя на провожавшего меня слугу.

– Никакой ошибки, госпожа Севаретти, – высоко задрав нос, ответил мне дворцовый служащий. – Распоряжение его зло… э-э-э… светлости. Его светлости! – повторил слуга, словно на тот случай, если нас подслушивает сам светлость.

– Глупости какие! – возмутилась я. – Его светлость не мог дать такое распоряжение! Это ошибка!

– Никакой ошибки, госпожа Севаретти, – упрямо повторил слуга, затем побледнел, икнул и, не прощаясь, дал деру.

– А НУ СТОЯТЬ! Я НЕ ЗАКОНЧИЛА! – рявкнула я.

Слуга замер в дверном проеме, кинул на меня взгляд, позеленел и скрылся, бесшумно прикрыв за собой дверь.

– Зараза! – выругалась взбешенная я.

– Ну что ты злишься? – раздалось у меня над головой. – Это действительно мое распоряжение.

Я медленно запрокинула голову и посмотрела в одну обнаглевшую чешуйчатую рожу.

– Или ты предпочла бы жить в отдельных покоях на половине прислуги, чтобы какой-нибудь Ланцет к тебе мог спокойно войти?

Тут настала моя очередь нервно сглатывать и бледнеть. Я развернулась, чтобы нормально посмотреть на герцога, а тот усмехнулся:

– Что? Рассказала бы сама раньше, было бы меньше сложностей.

– Что бы я рассказала? – буркнула мрачно в ответ. – Откуда я знаю, какие у тебя отношения с придворными и министрами.

– Ну вот примерно как с братом. – Усмешка застыла на лице Рейнарда оскалом. – До невозможности теплые и душевные.

– Это довольно печально, – покачала я головой.

– У меня рога на голове, было бы странно, если бы в канун Дня низвержения демонов император со мной обнимался.

– Но вы же братья! Кровные родственники!

– А твои родители, видимо, приемные? – парировал герцог.

– Увы, – вздохнула я.

– Ну вот и все. И перестань изображать трагедию.

– Но ведь все подумают, что я – твоя любовница!

– Я совершенно не против, – хмыкнул герцог. – А ты?

Я на миг растерялась от такого вопроса, но быстренько вспомнила уроки ведения светских бесед и ответила, напрочь игнорируя вопрос:

– А мне еще замуж выходить!

– Торжественно клянусь не посягать на твою добродетель! – заявил герцог.

Хвост его при этом задорно чиркнул по паркету.

– Я не сомневаюсь в твоем благородстве, – мрачно ответила я, чувствуя, что выбора особо нет.

– Ну вот и славненько, – самодовольно резюмировал Рейнард.

– Один вопрос, твоя светлость…

– Мм? – приподнял брови демон.

– А где я буду спать?

Вопрос-то был не праздный. Конечно, покои герцога – это не только спальная комната, а еще гостиная, кабинет, шикарнейшая ванна… Но я-то где спать буду?!

– На кровати, – пожал плечами Рейнард.

Кажется, у меня на лице отобразилось что-то такое, что заставило Князя Тьмы демонстративно закатить глаза:

– Одна, Корнелия. Ты будешь спать на кровати одна. А я, как настоящий благородный лорд, притулюсь тут где-нибудь…

– Это не очень удобно, – заметила я.

– Хотелось бы сказать, что это плохо отразится на цвете моего лица, но у меня чешуя, и всем будет все равно, насколько она помята, – хмыкнул герцог, с противным звуком пошкрябав щеку когтями. – Впрочем, спать нам сегодня все равно особенно не придется.

– Почему?

– У меня есть на тебя планы, – ответил он с такой многозначительной улыбкой. – На всю-у-у-у ночь. И ты даже не представляешь, какие.

Честно говоря, я представляла. Еще как представляла! И если уж совсем честно, мне ну очень это представление нравилось.

– И какие же? – осторожно спросила я, чувствуя волнение в груди.

– Строго академические, Корнелия.

– А? – Я вдруг резко почувствовала, что сейчас меня приземлят в суровую реальность из сладких розовых фантазий.

– Нужно сходить в библиотеку.

Он издевается?!

Рейнард

Все-таки есть плюсы в том, что ты рогатый, хвостатый и чешуйчатый. Люди тебя боятся, а потому резко становятся очень исполнительными, преданными и ответственными. Раздав ценные указания своим бойцам и дворцовым служащим, которым не повезло попасться мне на пути, я начал свой визит в столицу с самой, пожалуй, главной проблемы.

Министра финансов.

И дело даже было не в налогах, которые этот проходимец пытался с меня стрясти больше, чем вся империя могла переварить, а в его видах на мою помощницу.

Стоило объяснить милейшему казнокраду и, как выяснилось, палачу на полставки, что это МОЯ помощница.

Очередь в кабинет к министру финансов никогда не заканчивалась. Люди стояли тут днями и караулили ночами, чтобы выбить себе какое-нибудь финансирование: налоговые послабления, льготы или кредиты, а лучше просто дотации.

Но вся эта бесконечная очередь аристократов с протянутой рукой вжалась в стены коридора, едва завидев меня. Охрана у кабинета Ланцета, конечно, попыталась преградить мне путь, но так, чисто символически. И тоже вжалась в стены, стоило мазнуть по ним взглядом.

Двери кабинета сами распахнулись передо мной и так же самостоятельно бесшумно закрылись.

– Я же сказал, никого не… – недовольно начал Ланцет, но, увидев меня, оборвал сам себя на полуслове. – Ваша светлость, какими судьбами…

– Хотел бы я сказать, что пришел обсудить ваше абсурдное предложение по задиранию налога на мои земли, но, увы, не сегодня.

Министр сидел с приклеенной вежливой улыбкой, испуганный не столько моим внешним видом, сколько моим присутствием. Но, надо отдать ему должное, лицо Ланцет держать умел.

– Я к вам, граф, по вопросу, можно сказать, личному.

– С удовольствием помогу вам всем, что в моих силах, – осторожно пообещал министр.

– О, это определенно в ваших силах. Знаете ли вы Корнелию Севаретти?

Ланцет недовольно поджал губы.

– Простите мою грубость, ваша светлость, но вас это совершенно не касается.

– Вот как? – Я приподнял бровь, изобразив заинтересованный оскал.

– Абсолютно. Девица нарушила все договоренности и удрала, оставив и родителей, и меня в неловком положении…

– Да бросьте, Ланцет, я знаю, что вы заплатили ее родителям неприличную сумму, – отмахнулся я. – И, может, меня бы это не волновало, но девушка поступила ко мне на службу. А своих людей я привык оберегать.

– Есть контракт о брачных намерениях, – упрямо гнул свою линию Ланцет. – И согласно ему я имею все права на эту девушку.

Я склонил голову на бок, задумчиво рассматривая министра. Тот же, приняв мое молчание за растерянность, воодушевился и продолжил:

– И никто не может на этот договор повлиять! Даже его величество, если вдруг вам вздумается к нему обратиться.

Я хмыкнул.

– Согласен, тревожить императора по такому пустяковому поводу совершенно не стоит. Но знаете, граф, у меня есть аргументы более весомые, чем просто слова.

– Вы мне угрожаете? – прищурился Ланцет.

– Я? – округлил я глаза. – Помилуйте, граф! Разве ж я могу угрожать? Я исключительно миролюбивый гость нашей щедрой столицы.

Министр чуть расслабился, и я добавил:

– А вот она – может.

Ланцет непонимающе уставился на меня, я же позвал:

– Сария!

Тьма тонкими лентами закружила в воздухе, сплетаясь в невысокую фигуру. А когда магия черной дымкой рассеялась, оказалось, что в комнате стоит миленькая маленькая девочка с двумя очаровательными бантами и пышной юбкой до колена. Ни черный цвет одежды, ни черные глаза, не отражавшие света, не портили ее внешности.

Можно сказать, что рядом стоял очаровательный ребенок, если не знать, что это один из высших демонов насильственной смерти.

– Господин. – Милаха шаркнула ножкой и сделала книксен, тонкими пальчиками придерживая края юбки.

– Кто это? – не понял Ланцет.

– Сария, одна из моих подопечных, – охотно пояснил я. – Она умеет показывать скрытое. Да, малышка?

– Да, господин, – кивнула демоница, и ее хвостики качнулись в такт.

– Мне нечего скрывать, я честный человек! – заявил министр, вскинувшись.

– Сария, покажи все то, что нечего скрывать этому прекрасному человеку.

– Да, господин, – нехорошо улыбнулась демоница, и комната тут же начала наполняться людьми.

Ну, не совсем людьми, скорее, тенями, призраками или отголосками, но все равно впечатление производило.

Я присвистнул:

– Немало нечего скрывать, да, граф?

Тот сидел ни жив ни мертв. Был очень бледен, испуган и седел на глазах.

– Контракт, – сухо произнес я, протягивая когтистую лапу.

– Д-да… – проблеял Ланцет и кинулся рыться в ящиках стола, судорожно вытряхивая содержимое на пол.

Полминуты спустя я не без любопытства прочитал контракт о фактической покупке девицы Севаретти за неплохую сумму и право раз в месяц появляться в императорском дворце.

– Премного благодарен, – кивнул я, встал и направился к выходу.

– Ваша светлость! – взвизгнул Ланцет, с ужасом косясь на демоницу. – Отзовите… отзовите ее!

Я снова окинул взглядом комнату. Мне не нравилось то, что я видел, но давать своим демонам лишнюю силу тоже не в моих интересах. Здесь нужен был компромисс.

– Убивать нельзя, Сария.

– Да, мой господин. – Прелестная куколка сделала еще один книксен, и я вышел, плотно закрыв за собой двери и запечатав магией.

Сегодняшний день запомнится ублюдку надолго. Надеюсь, на всю жизнь.

– Прием окончен, – мрачно сказал я толпящимся людям, не терявшим надежды попасть к министру финансов. А затем схватил за пуговицу первого попавшегося дворцового служителя:

– Моя помощница Корнелия Севаретти будет жить в моих покоях. Понял?

Служащий пялился на меня в тупом ужасе.

– Кивни, если услышал и понял, – раздраженно сказал я.

Бедолага активно закивал.

– Молодец. А теперь организуй. Быстро.

Я до конца не успел разжать пальцы, а служащий уже бежал, оскальзываясь на отполированном паркете.

Не то чтобы я сомневался в результативности Сарии, но…

Нельзя же не воспользоваться таким прекрасным поводом подселить Корнелию к себе, да?

Глава 19

Корнелия

– Нужно сходить в библиотеку, – заявил Рейнард.

Я покосилась на часы. Время переползало за полночь.

– Прямо сейчас? – уточнила я.

– Да, – кивнул демон, и свет от магических светильников сверкнул на его полированных рогах. – Можно, правда, еще полчасика повременить.

Я снова покосилась на часы, размышляя, а не перепутала ли я время суток. Нет, за окном было все так же темно, часы все так же отмечали начало нового дня.

– А я тебе зачем? – спросила с тоской, чувствуя, что эта шикарная герцогская кровать, где можно спать хоть вдоль, хоть поперек, будет тосковать одна. И поспать мне сегодня не светит!

– Ну как зачем? – улыбнулся Рейнард. – Бытовой маг он, знаешь ли, в хозяйстве всегда пригодится.

Я посмотрела на него настолько мрачно, насколько вообще могла.

– Если меня застукают с тобой ночью в библиотеке, от моей репутации ничего не останется.

– Поверь, дорогая Корнелия, если нас с тобой застукают ночью в библиотеке, твоя репутация будет меньшей проблемой, – хмыкнул герцог.

Эта фраза мне понравилась еще меньше бессонной ночи.

– Если ты собираешься совершить какое-нибудь государственное преступление, я бы хотела знать об этом заранее, – заметила я.

– Что ты, – отмахнулся Рейнард. – разве можно совершить государственный переворот в библиотеке? Мы просто пороемся в архивах, и все.

– Так, может, поспим для начала? – предложила я, чувствуя какой-то подвох от его злодейшества.

– Абсолютно нет, – покачал головой Рейнард. – Чем быстрее я… э-э-э-э… полистаю документы, тем быстрее мы вернемся обратно.

С этого и надо было начинать!

– Так чего же мы стоим? – оживилась я. – Идем скорее!

– Мне нравится твой энтузиазм, – улыбнулся Князь Тьмы и произнес: – Арос!

Тьма сгустилась рваной кляксой в воздухе, заставив меня непроизвольно придвинуться ближе к Рейнарду, а в следующее мгновение клякса обрела форму и забила черными блестящими крыльями.

Ворон сделал круг по комнате и уселся на спинку кресла.

– Что это? – пискнула я.

– Арос – один из моих подопечных демонов. Тех, что перебрались в наш мир из нижнего, – пояснил Рейнард.

Меж тем подопечный демон хоть и выглядел как обычная птица, но вел себя совершенно нетипично. Он сидел на спинке кресла и разглядывал меня то одним глазом, то другим, крутил головой и как будто оценивал.

– Что он делает? – спросила я, сделав еще один шажочек поближе к герцогу.

– Напрашивается на ощипывание, – нехорошим тоном с явной угрозой произнес Рейнард.

Ворон тут же возмущенно щелкнул клювом и подпрыгнул, хлопнув крыльями. Типа, это вам все показалось, ваше злодейшество, я ж ничего такого, просто зрение подводит.

– Веди, – скомандовал герцог.

Ворон каркнул, взмахнул крыльями и, сделав еще один круг по комнате, пролетел сквозь входную дверь.

Широкая рука коснулась моей спины меж лопаток, и я подняла глаза на Рейнарда. Даже сквозь чешую было видно, что он сосредоточен и напряжен.

Мы явно шли не сказки на ночь почитать, и я чувствовала одновременно ужас оттого, что оказываюсь вовлечена во что-то слишком масштабное, и восторг оттого, что Рейнард посчитал меня достойной в это вовлечь.

– Идем, – негромко произнес герцог, и я лишь молча кивнула.

В конце концов, я же буду в компании кошмарного Князя Тьмы, что мне может угрожать?

* * *

Ночь в императорском дворце была не такой жуткой, как во дворце Князя Тьмы. Почти везде тускло горели магические светильники, создавая интимный полумрак и отбрасывая рваные, живые тени. Наверное, несколько месяцев назад все это привело бы меня если не в ужас, то в некоторое беспокойство, но после жизни в Мертвых землях испугать меня мог бы только лич, и то не факт.

Рейнард шел стремительным шагом, и мне приходилось за ним поспевать, не очень женственно семеня. На мое счастье, туфли были на мягкой подошве, иначе бы весь дворец имел удовольствие наблюдать задорную дробь торопящейся помощницы.

Герцог вообще выглядел очень мрачно и решительно. Я даже, грешным делом, подумала, что под «библиотекой» имеются в виду покои императора, а под «почитать» – ужасное братоубийство.

Но нет, мы миновали почти все жилое крыло, ведомые вороном, который то пропадал во мраке под потолком, то снова возникал буквально из воздуха, и никаких намеков на насилие так и не случилось.

Разве что один небольшой, но исторически важный казус. Из каких-то покоев совершенно внезапно, задорно хохоча, выскочила… императрица.

О том, что женщина передо мной имеет столь высокий титул, мало что напоминало. Длинные волосы не убраны в строгую прическу, а просто ниспадают на плечи, вместо домашнего платья – тонкая кружевная сорочка, одна бретелька которой сползла, и единственное, что помогло мне определить принадлежность женщины не к древнейшей профессии, – кольцо на пальце с императорским гербом.

– Филис! – широко улыбнулся Рейнард.

Женщина замерла на миг, застуканная в самый неподходящий момент, и, к ее великому несчастью, следом выскочил мужчина, громко обещавший императрицу поймать и такое с ней сделать, что я покраснела.

Оба встали как вкопанные и уставились на нас с герцогом.

Императрица принялась хватать воздух губами, видимо, пыталась выжать из себя хоть какие-то слова, но фантазия ей явно отказывала. Я ожидала, что сейчас Рейнард толкнет обличительную речь, крикнет стражу или решит заняться старым добрым шантажом, но герцог вдруг обнял меня за талию и сгреб в охапку.

– Мы тоже идем за приключениями!

И поволок меня мимо любовников дальше по коридору!

– Какой кошмар… – пробормотала я, когда мы отошли от парочки достаточно далеко.

– Пожалуй, это многое объясняет, – хмыкнул герцог.

– Серьезно? Что, например? – скептически спросила я.

– Ну, у императора до сих пор нет наследников. Только дочери.

– И что?

– Даркфары всегда плодят мальчиков.

– Это чистая случайность, – отмахнулась я.

– Нет, – покачал головой Рейнард. – Братец может думать, конечно, что это случайность, но это часть аркана, часть печати. Один для короны, один – для обновления аркана. Ни больше, ни меньше.

– Ужасы какие… – Я передернула плечами.

– Да, приятного мало, – согласился герцог. – По крайней мере, так было до тех пор, пока ты не убралась в моем подземелье.

– Ну я же нечаянно! Я не знала, что у тебя там антикварная пыль!

Князь Тьмы лишь тихонько засмеялся в ответ, а я вдруг осознала, что он все еще держит руку на моей талии.

И от ощущения ее тяжести стало нестерпимо жарко.

* * *

– Скажи, а это у вас семейная тяга к подземельям? – спросила я, когда наш пернатый провожатый спланировал в темный незаметный проход, оказавшийся лестницей вниз.

– Некоторые вещи лучше держать подальше от любопытных глаз, – усмехнулся Рейнард.

– Библиотеку? – удивилась я.

– Знания иногда бывают опаснее самого смертоносного оружия, – произнес он, первым шагнув на ступени лестницы.

Вопреки логике, освещение не сработало, так что герцогу пришлось щелкнуть пальцами, выбив несколько искр с когтей. Те упали под ноги и запрыгали вниз по ступеням, разбиваясь каждый раз на десятки частей и оставаясь подсвечивать спуск.

Вышло красиво и довольно практично, но я все равно оступилась примерно через пару ступенек и ухватилась рукой за плечо идущего впереди мужчины.

Рейнард замер, я же пробормотала:

– Пожалуй, так надежнее. Если ты не против.

– Ничуть, – негромко ответил герцог, и мне показалось, что его голос прозвучал как-то особенно хрипло.

Впрочем, было бы странно уточнять, так что мы просто продолжили спуск. Довольно длинный, надо отметить, хотя, конечно, не такой, как в подземелье Князя Тьмы.

Я ожидала, что наше путешествие закончится какими-нибудь тяжелыми дверями, за которыми прячется шикарный зал, но все оказалось неожиданно скучно. Лестница внезапно уткнулась в небольшое захламленное помещение с таким слоем пыли, что у меня руки зачесались хорошенечко тут прибраться. Но, кинув взгляд на мрачного Рейнарда, я сдержалась. Вдруг эта пыль тоже часть местной экосистемы, а тут я со своими тряпками.

Света от магических искр не хватало, и герцог поднял под потолок с десяток светильников черного пламени. Когда я оглядела помещение под новым освещением, убраться захотелось еще сильнее.

– Что думаешь? – спросил Рейнард, медленно идя между захламленных стеллажей и столов.

– Что тут давно никого не было, – пожала плечами я. – Это точно библиотека?

– Я бы сказал – лучшая ее часть, – усмехнулся герцог. – Ценнейшая.

– Странно, что не разворовали, – покачала головой.

– Ничего странного. Вход возможен лишь для тех, в чьих жилах течет кровь Даркфаров. Ты бы никогда не увидела тот тайный проход в коридоре, если бы я тебя не касался.

От этого «касался» я снова ощутила, точнее, вспомнила ощущение его руки на своей талии и подавила восторженный вздох.

– Что мы ищем? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал буднично.

– Книгу, – лаконично ответил Рейнард.

– Исчерпывающий ответ, – хмыкнула я.

– Я не знаю, как она выглядит и сколько в ней томов, – признался мужчина. – Это должно быть что-то типа личных дневников или рукописных заметок… может быть что угодно.

Я остановилась возле стеллажа, плотно заставленного разнокалиберными переплетами.

– Ты хочешь, чтобы мы за ночь пересмотрели все?

– По возможности, – кивнул он.

– Довольно амбициозная задача… – растерянно произнесла я, не представляя, как выполнить такую задачку.

– Для этого у нас есть ты, – ухмыльнулся Рейнард.

– Я?!

– Да, я же говорил, что бытовой маг обязательно понадобится, – кивнул он. – Ты можешь тут по-быстренькому прибраться?

Я окинула комнату, оценивая масштаб проблемы.

– Ну, «по-быстренькому» не уверена… – проговорила с сомнением. – «По-быстренькому» можно только пыль смахнуть.

– Этого должно быть достаточно.

– Уверен? – скептически спросила я.

– Начнем с малого, – уклонился от ответа Рейнард. – Смахивай!

Я снова осмотрела комнату и закатала рукава. Раз уж я древние руны отдраила, что мне какая-то пылюка в антикварных фолиантах?

Рейнард

Раньше мне казалось, что нет занятия более унылого, чем уборка. Все эти тряпки, ведра с вечно грязной водой, предметы, которые переставляются и потом не находятся… Но, познакомившись с Корнелией, я вынужден был прийти к выводу, что некоторым женщинам это даже нравится.

Видимо, основную роль здесь играет бытовая магия, потому как она не предполагает тряпок, ведер и передвижения предметов. И за этим действительно очень интересно было наблюдать.

Корнелия медленно шла вдоль рядов разномастной мебели, заваленной книгами, свитками и не всегда целыми артефактами прошлого, и комната преображалась с каждым ее шагом. Пыль исчезала, цвета становились ярче, света – больше, разбитое соединялось, разорванное срасталось, поломанное почти всегда чинилось.

А моя помощница казалась самой прекрасной женщиной на свете, но к ее магии это не имело никакого отношения. И я не мог отказать себе в удовольствии просто наблюдать за ней.

Прошло не меньше получаса, прежде чем Корнелия обошла всю библиотеку и устало рухнула на одиноко стоящий стул.

– Уф-ф-ф… – выдохнула она.

– Воды? – предложил я.

– Здесь есть вода? – искренне удивилась Корнелия.

– Нет, но у нас есть Арос, – напомнил я.

– Вода не помешает, – кивнула помощница. – И что-нибудь перекусить.

Ворон, притулившийся на ножнах без меча, висевших на дверце распахнутого книжного шкафа, посмотрел на меня выразительно сначала одним глазом. Потом другим. Было в этом взгляде такое, чисто мужское понимание и даже немного ехидство, но я цыкнул на демона, и тот, пару раз взмахнув крыльями, истаял в воздухе.

– Удобно, – заметила Корнелия, рассматривая оставшуюся от Ароса черную дымку. – Итак, что мы ищем?

– Вопрос по существу, – пробормотал я, осматривая комнату.

Девушке нельзя было сказать, что мы ищем дневники первого Даркфара, чтобы разобраться наконец в происходящем, а заодно и с моей чешуей, если получится. Но искать абстрактное среди хлама малопродуктивно.

Поэтому я сначала попробовал применить магию. Черное пламя теплой волной разошлось по комнате, и я недовольно цокнул: почти каждый предмет так или иначе отзывался.

Перебирать все руками тоже не особенно хотелось – завтра должен состояться бал в честь Дня низвержения демонов, и мне хотелось сделать там ряд заявлений…

Но без доказательств на руках это были бы просто слова чешуйчатого типа, отдаленно похожего на брата императора.

Пока я задумчиво скреб когтями чешую на подбородке, Корнелия уже подскочила на ноги и принялась расхаживать между полок, рассматривая содержимое.

– Так что мы ищем? – спросила она.

– Что-нибудь вроде записной книжки с заметками… или личного дневника.

– А мне точно можно это читать? – с сомнением спросила Корнелия, посмотрев на меня меж полок книжного стеллажа.

Корнелия

– Так что мы ищем? – спросила я, надеясь по-быстренькому откопать искомое и все-таки поспать.

– Что-нибудь вроде записной книжки с заметками… – как-то не очень уверенно протянул Рейнард, – или личного дневника.

– А мне точно можно это читать? – на всякий случай уточнила я, глянув на задумчивую морду лица герцога, рассматривающего полки стеллажа с другой стороны.

– Конечно, – оскалился он, продемонстрировав свои шикарные клыки. – У тебя же пожизненный контракт со мной.

– Ну да, действительно, – пробормотала в ответ, – куда я теперь денусь…

Рейнард пару раз применял какие-то свои чернопламенные заклинания поиска, но толку от них не оказалось. Пришлось сделать печальный вывод, что никаких шансов смухлевать нет.

Придется перебирать все имеющееся богатство по старинке – ручками.

За следующие два часа я успела увидеть всякое. И, честно говоря, большую часть лучше бы никогда не видела. Какие-то древние договоры о нападении или ненападении, бесконечные списки казненных и помилованных, опись краденого, ой, точнее, трофеев…

Наша империя строилась в бесконечной войне на крови и уже была мне не так мила, как раньше.

Впрочем, ничего из того, что попадалось в руки, нельзя было охарактеризовать как личные записи. Скорее, это были заметки не очень чистого на руку бухгалтера. Ну или очень не чистого.

Арос прилетел где-то на середине процесса, приволок огромную корзину: пирожки с разными начинками и бутылка вина.

– Тебя вообще-то за водой посылали, – заметила я, рассматривая содержимое корзины.

– Кар, – развел крыльями пернатый посыльный.

Я посмотрела на Рейнарда, тот равнодушно пожал плечами. Ну понятное дело, мужикам что вода, что вино – с ног не валит, и нормально. А я-то как пить буду?!

Но что делать, когда еще большая часть тайной комнаты не осмотрена? Пришлось жевать пирожок с вином.

– Как у тебя успехи? – спросила я герцога, садясь на край стола около стеллажа, часть которого я уже пересмотрела, перебрала и аккуратно разложила.

– Из личного пока только нашел список любовниц второго императора, составленный его супругой, – ответил он, захлопывая очередную книгу.

– Брр… А почему ты вообще решил, что здесь есть искомое? Пока похоже, что тут склад секретных государственных документов, которые уже можно считать историческими памятниками.

– Потому что больше негде прятать столь ценные записи, – вздохнул Рейнард, подходя ко мне.

Я сидела на столе, герцог стоял рядом, и я смотрела в его бездонные черные глаза, запрокинув голову. Ситуация была бы романтичной, если бы не пирожок в моей руке.

– А ты что-нибудь нашла? – негромко спросил он, так рассматривая меня, что неприличные мысли буквально лезли в голову.

– Ничего… – пролепетала я немного завороженно.

В попытке собрать мозги в кучку я с большим усилием отодралась от чарующих глаз мужчины и уставилась на его рога.

Вот, отлично. Вроде и смотрю на него, вроде и нет. Красивые, блестящие, опасные рога. И каменную плитку за ними видно. Плитка – очень интересная! Самая интересная плитка на свете! Вся такая полированная, с прожилками, идеально подогнанная – иголку не вогнать…

Так, а это что?

– Рейнард… – произнесла я, внезапно обнаружив, что мужчина встал еще ближе. Я бы даже сказала, как-то неприлично близко.

– М-м-м? – отозвался Князь Тьмы, упорно продолжая склоняться ко мне.

– Я, кажется, нашла тайник.

Черные глаза вспыхнули демоническим огнем, он резко отстранился от меня и проследил за моим пальцем, которым я по-простецки ткнула в стену.

– Видишь, эта плита отличается? – проговорила я. – Не так плотно прилегает к остальным. Наверняка там что-то есть.

– Хм… – изрек герцог, подходя к стеллажу и запрокидывая голову.

Я спрыгнула со стола и магией смахнула крошки, пока Рейнард двигал стеллаж и по воздуху, как по лестнице, поднимался почти под самый потолок. Что там он дальше делал, за широкой спиной было не видно, но спустя пару минут раздался щелчок, противный скрип и скрежет – и на свет магических светильников был извлечен массивный ларь, который герцог водрузил на освобожденный мною стол.

Довольно массивный ларь: из черного дерева, инкрустированный золотом и потускневшими от пыли драгоценными камнями. Руки так и чесались протереть находку, но я ждала, пока Рейнард разрешит. Мало ли что это за магическая коробочка – вдруг руки откусит?

На крышке красовался герб Даркфаров – неизвестная рогато-крылатая зверушка в пламенном круге. Пожалуй, это могло походить на искомое, но у ларя не было ни навесного замка, ни замочной скважины для ключа, что несколько затрудняло изучение содержимого.

– И как это открыть? – озадаченно спросила я.

Рейнард несколько минут молчал, рассматривая находку, а затем приложил ладонь прямо поверх пыльного герба. Когтистая лапа вспыхнула черным пламенем, я даже успела немного испугаться, но в следующее мгновение магия исчезла, а крышка ларя плавно откинулась, стоило герцогу отнять руку.

Внутри на черной бархатной подложке лежала небольшая, довольно потрепанная книга, действительно похожая на личный дневник. Я подняла взгляд на Рейнарда, который не спешил хватать находку руками, и не могла прочесть эмоций. Отчасти мешала чешуя, отчасти – мужчина прекрасно держал лицо, но магия в его черных глазах полыхала пламенем.

Я подумала, что это, наверное, слишком интимный момент и стоит оставить Рейнарда с его находкой, даже сделала медленный плавный шаг в сторону выхода, но герцог меня остановил.

– Не уходи, – произнес он удивительно спокойным, даже, я бы сказала, равнодушным тоном, не отрывая от находки взгляда.

– Мне кажется, мое присутствие не очень тут уместно, – призналась я.

– Тебе кажется, – тем же ровным тоном ответил он и взял книгу в руки.

Гром не грянул, черное пламя не полыхнуло – да в общем-то ничего и не произошло. Рейнард уселся на пол, скрестив ноги, скинул свою неизменную кожаную куртку и постелил рядом с собой на пол.

– Не очень мягко, но точно не холодно. – Он похлопал ладонью по куртке рядом с собой. – Садись.

– Ты уверен? – спросила я, не спеша присоединяться к совместному чтению.

– Да сядь уже! – рявкнул Рейнард, и я как-то неожиданно для себя плюхнулась на любезно расстеленную куртку.

– Ты и так знаешь больше, чем допущенные до власти женщины когда-либо знали, – пояснил он уже спокойным тоном. – От одного лишнего секретика хуже не будет.

– А разве это не что-то личное? – Я покосилась на книгу в когтистых лапах Князя Тьмы.

– Вряд ли это может быть более личным, чем раздевание меня тобой в моих покоях, – хмыкнул Рейнард.

– Ты был ранен! – вспыхнула я.

– Ну так это еще более личное, – отозвался он и, сверкнув клыками в улыбке, раскрыл найденную книгу.

«Я, Орнол Даркфар, первый император человеческих земель, оставляю эти записи своим потомкам для руководства и принятия решений и наказываю неотступно следовать им…»

Глава 20

Рейнард

Если бы не чешуя, у меня бы потели ладони от осознания того, какую книгу нашла моя маленькая помощница.

Орнол Даркфар не просто первый император, он – тот, кто, по легенде, помог победить демонов.

Тот, кто стал основателем нашей династии.

И тот, кто заключил договор с одним из верховных демонов.

Тот, благодаря кому у меня на руке полыхает эта проклятая печать.

Я читал его записи, описывающие события тех лет, и испытывал весьма смешанные чувства. Читал наставления, и картина мира необратимо рушилась. Читал магические арканы и приходил в восторг от их изящества и в ужас от их применения.

Орнол Даркфар был умным мужчиной, сильным магом и самым кошмарным чудовищем, о котором мне доводилось когда-либо слышать. А в Мертвых землях я повидал за свою жизнь достаточно, увы.

Замок, ставший сердцем моих земель, всегда принадлежал Даркфарам. Правда, тогда это был очень нищий, слабый род, а земли не приносили ни хлеба, ни дичи, ни полезных ископаемых. Даркфары жили на отшибе цивилизации и с большим трудом сводили концы с концами. Пока однажды в семье не родился мальчик, невероятно одаренный магией.

Орнол Даркфар.

Его родители продали украшения матери и доспехи отца, чтобы дать наследнику магическое образование, в надежде, что со временем эти инвестиции принесут дивиденды. И в целом не просчитались.

Юный Даркфар рос, учился и со временем начал ставить магические эксперименты. Опасные, но каждый раз приносящие все больше выгоды. Он открыл темную сторону магии, магию нижнего мира, и пользовался ею без оглядки на цену. Кровь сотни девственниц сделали землю Даркфаров плодородной, жизни дюжины младенцев превратили каменные склоны в зеленые леса, а души юношей, не знавших материнской любви, наполнили воды рек рыбой и жемчугом.

Земли Даркфаров стали богаты, но Орнол, вкусивший силы, не был готов останавливаться. Не посчитал нужным.

Первого демона, попавшего в наш мир, звали Матурия. Она была ужасно любопытна, достаточно сильна, в меру кровожадна и безумно любила живые растения. Нижний мир был скуп на цветы и деревья, и Матурия увлеклась, случайно провалившись в прореху между мирами.

Орнол оказался в нужной мере обаятелен и хитер, чтобы заключить с Матурией контракт. Демоница поделилась с ним своими знаниями или их частью, а он в благодарность поймал ее в магическую ловушку и заточил в дереве. Этого недостаточно, чтобы демонесса осталась и была прикована к месту, но достаточно, чтобы не убежала обратно.

Все бы хорошо, но спустя некоторое, довольно продолжительное, время за Матурией явился Лозон – ее супруг. Он был ревнив и вспыльчив, а заметив на Орноле остатки магии от контракта с Матурией, едва не разнес континент в пыль. Но Орнол и тут проявил нужную находчивость, пообещав скорую встречу с Матурией в обмен на новые знания. Так у замка Даркфаров появилось сердце.

– Ты знал, что они супруги?! – ахнула Корнелия, когда мы прочитали первую часть истории.

– Нет, – покачал я головой. – Просто подумал, что цветы для демона – слишком экстравагантно, а я знаю всего одну его соплеменницу, так любящую растения.

– Рискованно, – чуть нахмурила брови девушка. – Два демона в одном подвале твоего замка – может закончиться большими проблемами.

– В моем замке ремонт, вряд ли может случиться что-то более разрушительное, – хмыкнул я, заставив девушку сердито вспыхнуть. – Но замок испещрен различными магическими арканами, что делает его неприступной цитаделью, а заодно самым защищенным местом от демонов.

В основном потому, что в подвале долгие века был прямой проход в нижний мир с магическим арканом на страже, но к сути вопроса это не относится.

– Но я пришел сюда не за романтической историей двух древних сущностей, – покачал я головой и перевернул очередную страницу.

А дальше книга рассказала то, о чем я уже смутно догадывался.

Никаких случайных прорывов ткани миров не было. Никаких героических подвигов Даркфаров тоже. И никто, конечно же, не изобретал уникальное заклинание, проклявшее наш род и заставившее весь континент присягнуть нам на верность.

Просто однажды Орнол Даркфар решил, что двух случайно пойманных демонов – мало. И среди знаний, что они поделились с ним, было одно, изменившее наш мир.

Знания открывать порталы. Знания забирать демоническую силу. Знания передавать ее по наследству.

Так когда-то мальчишка из самого нищего рода континента стал самым сильным магом и распахнул окно в нижний мир. Пренебрегая потерями со всех сторон, он отыскал Верховного демона и заключил с ним договор.

Магия черного пламени в обмен на кровавую дань.

Согласно магии договора, у Даркфаров будет рождаться не меньше двух мальчиков. И один из них будет наследовать магию черного пламени, что проявится в печати на руке. А второй будет спускаться в нижний мир, чтобы обновлять силу договора поколение от поколения. Для этого портал в нижний мир останется открытым столько, сколько потребуется.

А если настанет время, когда магии в крови Даркфаров будет достаточно для полного демонического оборота, портал в нижний мир можно будет закрыть. Для чего нужна одна девушка со светлой душой и демонический артефакт – а в нашем мире заточены аж два кандидата-демона на такой случай.

И когда это случится, ничто не сможет поколебать власть Даркфаров.

«…Империя и весь мир будут принадлежать тому Даркфару, что наследует печать моего договора и сильнейшую магию, которую мне удалось найти для своих потомков».

Повествование кончилось, а я все еще смотрел на рукописные страницы и пытался собрать разбегающиеся мысли. Не знаю, сколько времени я так просидел, очнулся лишь от осторожного, нежного прикосновения тонких девичьих пальцев к своей когтистой лапе.

Девушка спросила тихо, как будто кто-то мог нас подслушать:

– Рейнард… Получается, по завещанию предка императорская корона должна быть твоя?

Корнелия

Я сидела, боялась дышать и смотрела во все глаза на Рейнарда.

Проклятый изгнанник, владелец Мертвых земель, Князь Тьмы, человек, лишившийся своего истинного обличья, – тот, кто по праву должен сидеть на троне и править империей.

Истинный наследник престола.

Тот, кем должны восхищаться, кому должны поклоняться, кто должен утопать во всеобщем внимании, в народной любви, – всеми покинутый герцог, живущий в рассыпающемся замке посреди неухоженных земель.

Рейнард сидел, погруженный в свои мысли и явно шокированный прочитанным, и смотрел в пустоту перед собой. Я осторожно коснулась его руки, привлекая к себе внимание, и тихо спросила:

– Рейнард… Получается, императорская корона по праву – твоя?

Мужчина ответил не сразу. Он осторожно закрыл книгу Орнола Даркфара, вернул ее обратно в ларь, захлопнул его крышку и лишь тогда произнес:

– Да, скорее всего, предъявив эти записи, я могу оспорить престолонаследие. И с большой долей вероятности даже могу найти каких-то сторонников такого решения, но… – Герцог окинул задумчивым взглядом помещение.

– Но? – не удержалась я, снедаемая желанием понять этого человека.

– Но я не хочу.

Честно признаться, я еле удержала челюсть от падения. Как это – «не хочу»? Не хочу императорскую корону? Такие люди вообще существуют?! Или это демоническая магия в нем говорит?

– У тебя очень забавно округляются глаза, – засмеялся Рейнард.

– Я впервые в жизни встречаю мужчину, отказывающегося от еще большей власти и влияния, – честно призналась я.

– Надо понимать, что нельзя просто сесть на трон, как в дорогое кресло, и потягивать там винцо в свое удовольствие. Точнее, конечно, можно, но это чревато. Огромная империя требует больших сил для управления. Постоянно кто-то где-то ворует, обманывает, подсиживает, подзуживает… А я не имею никакого желания разгребать весь тот бардак, что оставит мне в наследство предшественник. Мне проще отделить свои земли от империи, – пожал плечами Рейнард.

– В твоих землях тоже бардак, – напомнила я.

– Верно, – не стал спорить герцог. – Но у меня есть помощница, и она довольно неплохо справляется с наведением порядка, – подмигнул он.

– Так себе комплимент, – буркнула я.

– В любом случае я узнал все, что хотел. – Рейнард протянул мне руку, и я поднялась на ноги, опираясь на нее.

Я еле удержалась, чтобы не задать совершенно нетактичный вопрос, крутящийся на языке: а не хочет ли он узнать, как отбросить хвост? Но раз в записях Орнола ничего на этот счет не было, вероятно, ответа на этот вопрос не существует.

Однако по возвращении домой я обязательно задам несколько вопросов Матушке Чаще. Раз она помогла с иголкой, наверняка поможет и с хвостом!

– Как думаешь, почему все вышло наоборот? – спросила я, оглядывая библиотеку.

В свете новых фактов она представляла собой не хранилище знаний, а склад, куда свалили все, что имело хоть какую-то ценность, но чем человек без дара не мог бы воспользоваться. А заколдованный под носителя метки вход не оставлял шансов обнаружить документы: все знают, что как только метка проявляется, принца увозят в Мертвые земли.

– Замок сказал, что документы из него забрали в год, когда в Мертвые земли привезли первого носителя метки. К тому времени, если мне память не изменяет, сам Орнол был уже мертв – и смерть его оказалась внезапной. Скорее всего, он не успел толком передать дела. Так что, думаю, кто-то близкий к трону скрыл все это по личной причине.

– Что же это за причина такая… – растерялась я.

– Ну… – вздохнул Рейнард. – Допустим, любовница императора родила ему сына. Но чтобы посадить его на трон, нужно куда-то деть законного наследника. Заручившись поддержкой какого-нибудь влиятельного министра или просто лорда, она подделывает записки Орнола и вот так одним эгоистичным решением меняет всю историю.

– Но тогда ваш род не должен был накопить магию для… – Я окинула Рейнарда выразительным взглядом.

– Ну почему же? Договор-то исполнялся. Просто все оказалось медленнее… Например, если бы носитель метки оставлял наследника, магия бы накопилась… ну, за пару поколений. А тут потребовалось несколько веков.

– Все тайное в конце концов все равно стало явным.

– Все так, – кивнул герцог. – Что ж, думаю, мы здесь закончили.

– Отправляемся домой? – спросила я с надеждой.

– Ну что ты, а как же бал? – сверкнул клыкастой улыбкой Рейнард.

– А что бал? – осторожно спросила я, изо всех сил надеясь, что мне там не придется появляться.

– Бал – отличное место для громких заявлений. Ну там, свадьба, похороны, разделение территорий…

– А-а-а… – протянула я. – А просто уехать и отделиться нельзя?

– Интересно, как? – живо заинтересовался он.

– Ну, удаленно… – попыталась я пояснить свою мысль. – Письменно. По почте.

На мое изящнейшее предложение Князь Тьмы совершенно по-плебейски заржал. Громко так, запрокинув голову и чиркнув рогами по стенке стеллажа, на котором дремал Арос. Ворон недовольно каркнул и перелетел на другой стеллаж, благоразумно забившись подальше и повыше. А то кто знает, чем этот смелый недовольный карк аукнется от его злодейшества.

– А может, меня тогда обратно отправишь? – Я сделала заход к проблеме с другой стороны.

– Тебя? – снова радостно сверкнул клыками Рейнард. – Нет. А вот это вот все – пожалуй, стоит забрать.

Князь Тьмы щелкнул пальцами, черное пламя на мгновение объяло всю комнату, заставив меня испуганно пискнуть и прижаться к мужчине в поисках защиты, а затем огонь опал, оставив нас в идеально пустой комнате. Даже стеллажей не осталось, лишь куртка Рейнарда на полу, активно машущий крыльями Арос, из-под которого выдернули опору, да я в обнимку с герцогом.

– А нельзя было сразу все это перенести в замок и не кататься сюда? – задала я резонный вопрос, попытавшись отстраниться.

Попытку проигнорировали.

– К сожалению, я могу открыть портал только туда, где был сам, либо туда, где были мои демоны. Это место охраняет родовая магия, так что войти в него просто так нельзя, – пояснил Рейнард и, помолчав, добавил: – А прочитав заметки Орнола, начинаю склоняться к мысли, что просто крови Даркфаров недостаточно, нужен проводник с меткой.

– Жаль, – вздохнула я и снова попыталась высвободиться.

На этот раз приложив побольше усилий. Которые, в общем-то, тоже были проигнорированы.

– Пусти, – попросила я, запрокинув голову. – А лучше перенеси сразу в покои. Я буду сидеть там, как мышка, и ждать особых распоряжений.

– Угу, – подозрительно легко согласился Рейнард. – Только не сидеть и не ждать, а собираться.

– Домой? – обрадовалась я.

– Нет, на бал.

– Что?!

– Я сказал «на бал», – повторил Рейнард с таким видом, что мне показалось, он издевается.

О чем я, собственно говоря, и спросила:

– Ты издеваешься?!

И задергалась, пытаясь высвободиться. Мужчина на этот раз удерживать не стал, так что я вывернулась из его рук и сделала шаг в сторону. А потом еще два.

– Я абсолютно серьезен.

– Зачем мне на твой бал?!

– Ну, во‐первых, он не мой, а императорский, – начал герцог таким терпеливым тоном, словно пояснял младенцу общеизвестные истины. Ну там, солнце греет, вода мокрая, небо синее, а мне надо идти на бал. – А во‐вторых, хотелось бы явиться туда с парой, я все-таки не девица на выданье.

– И я тут при чем? – Я скрестила руки на груди.

– И ты будешь моей парой.

– Но я же помощница! Это моветон!

– Да, но ты же сама сказала, что все думают, что любовница, – невинным тоном заметил он.

У меня дернулся глаз от такой наглости.

– А с любовницей типа за моветон не считается?

Рейнард красноречиво развел руками.

– Но я простая выпускница академии! – продолжала я цепляться за любой повод.

– Ты из баронского рода, не обманывай, – хмыкнул Князь Тьмы.

Упс…

– Ладно, с этим не поспоришь, – нехотя согласилась я, судорожно ища еще какой-нибудь приличный повод отказать.

– Все перебрала? – уточнил Рейнард.

И тут меня осенило!

– Нет! Мне совершенно точно нельзя на бал! У меня нет платья! – заявила я с самым победоносным видом.

– Неправда, – возразил герцог.

– Правда! – радостно заспорила я.

– Неправда, – повторил Рейнард. – У тебя есть великолепное платье, я сам заказал его Архане.

Тут снова возникла пауза, потому что платье – это был последний достойный аргумент.

– А почему ты не хочешь на бал? – соизволил поинтересоваться мой рогатый работодатель.

– Там будет Ланцет, – нехотя пояснила я. – И наверняка отец.

– И ты серьезно считаешь, что кто-то из них решится подойти к тебе в моем присутствии? – приподнял брови герцог.

– М-м-м… – протянула я, окинув Рейнарда задумчивым оценивающим взглядом.

– Вот и договорились, – резюмировал он и щелкнул пальцами.

Вокруг меня вспыхнул круг из черного пламени, а в следующее мгновение я оказалась в одной из отведенных мне комнат в герцогских покоях. В компании напольного зеркала, огромного дорожного сундука и моего маленького сыто дремавшего чемоданчика.

И уставилась на свое отражение, мрачно размышляя, как бы успеть собраться к вечеру.

– Ну, малыш, давай показывай, что я с собой прихватила на случай чрезвычайной ситуации, – попросила я чемоданчик. Хотя, конечно, собираясь в столицу, я не могла предположить, что в категорию ЧП можно будет отнести императорский бал.

Малыш-чемоданчик встряхнулся-потянулся, щелкнул застежками и протяжно зевнул, распахивая пасть. Внутри лежал ворох важного и нужного, а сверху, свернувшись уютным меховым комочком, дрых Эдвард. Ушастый ворчун миленько сопел, время от времени дрыгая задней лапкой.

– Он все-таки тебя догнал, – вздохнула я, почесывая грозного демона меж ушей.

– Неправда, – буркнул Эдвард сквозь сон. – Никто не может меня поймать, я демонически быстр и невероятно юрок.

Затем демонически юркая помесь тушканчика и шиншиллы тоже потянулась, села и, сладенько зевнув во всю крошечную клыкастую пасть, заявила:

– Как бы я мог упустить такой шанс прокатиться в императорский дворец?!

– М-да? – скептически спросила я, скрестив руки на груди.

– Да! – заявил ушастик, смешно уперев лапки в пухлые бока.

– А я думала, ты обо мне беспокоился, – вздохнула я максимально печально.

– Нет, ну и это, конечно, немного… – раскололся Эдвард. – Но дворец – в первую очередь!

– Ну-ну, – хмыкнула я. – То-то ты так сладко спал.

Пушистик сделал вид, что не услышал, а я не стала настаивать. Были дела поважнее – бал!

Напольные часы, увенчанные головами двух рогатых неизвестных тварюшек, любезно пробили семь утра, когда я была вынуждена развести суету. Во-первых, завтрак.

На голодный желудок собираться решительно невозможно, а без кофе еще и абсолютно бессмысленно. Я готова была уснуть стоя, можно даже ни на что не опираясь.

Эдвард был душечкой и нашел Ароса. Вместе они сгоняли на кухню и принесли мне корзинку с вполне сносным завтраком. Свежие булочки, сыр, ветчина, пара яблок и почти не расплескавшийся кофе со сливками.

В это время мы с чемоданчиком решали другую задачу – вскрытие дорожного сундука.

Надо сказать, это оказалась нетривиальная задача! Навесных замков нет, защелок нет, лишь пара замочных скважин – и ни одного ключа.

Сделав перерыв на завтрак и разделив его со своими помощниками (чемоданчику досталось пожевать накрахмаленные кружевные салфетки), я продолжила упражняться во взломе с проникновением.

Точнее, Арос с Эдвардом продолжили, а я ушла наводить марафет. И если кто-то думает, что девять часов для этой задачи – слишком много, тот не представляет, как выглядят балы!

Я, конечно, тоже имела довольно смутное представление, в основном – теоретическое, но главное правило знала.

Любая девушка на балу должна выглядеть как принцесса на выданье. Сногсшибательно красива и сказочно скромна, одета со вкусом, но без пошлости, чтобы в любом танце будоражить воображение кавалера, оставаясь при этом со всех сторон невинной.

Короче, надо сочетать несочетаемое в одной личности и одном платье. И если с первым все было более-менее понятно – стоять рядом с Рейнардом и прятаться в его тени, – то со вторым, я боялась, возникнут проблемы. Ведь, в сущности, какое платье мог заказать мужчина?

КРАСИВОЕ.

Или второй вариант – ДОРОГОЕ.

Все.

Ни первое, ни второе не обязаны отвечать таким важным требованиям, как модное, стильное, элегантное, удобное, в конце концов.

Так что вскрытия сундука я ждала с предвкушением и ужасом.

Где-то после обеда, когда я отмокла в ванной, вымылась вся до скрипа, обмазалась лосьонами и маслами и высушила волосы, стало понятно, что самостоятельно мы с этим сундуком не справимся. Требовалась помощь профессионала. Ну или, в нашем случае, мага, перед которым ни один замок не устоит.

И нет, речь не о бытовой магии.

Арос и Эдвард снова оказались посланцами моей не очень доброй воли и спустя какие-то сорок минут вернулись с ответом от Князя Тьмы: «Ключи в твоем чемодане».

И мы все втроем посмотрели на мой чемодан, от скуки выплевывающий мои вещи и оценивающий, что улетело дальше – кружевное белье или шерстяные чулки.

Чемоданчик развлекался так самозабвенно, что не сразу почувствовал взгляд трех не очень добрых пар глаз.

– Щелк? – спросил малыш и слегка попятился, ощутив негативный настрой.

– Дружочек, а не давал ли тебе Князь Тьмы на сохранение какие-нибудь вещички? Например, ключи? – вкрадчиво поинтересовалась я.

Чемоданчик восторженно щелкнул и даже немного надулся от гордости. Много надуться ему конструкция не позволяла, но малыш старался.

– Отдай, – попросила я и протянула руку.

Мелкий паршивец вместо того, чтобы открыть пасть и вытряхнуть искомое, попятился от меня!

– А я говорил, что он у тебя невоспитанный и даже немного дикий, – противным тоном прокомментировал Эдвард.

– Цыц! – шикнула я на тушканчика. – Ну чемодуша, ну будь паинькой, отдай мне ключики, – принялась сюсюкать я.

Чемодуша продолжил пятиться и угрожающе щелкать. Правда, малыш не сообразил, что он стратегически отступает аккурат в угол, чем сильно облегчил мне задачу.

– Отдай ключи! – рявкнула я, когда чемоданчик уткнулся в стену.

– Клац-клац! – воинственно заявил маленький предатель.

– Нет, ну это уже не поддается никакой логике! – Я топнула ногой.

– Ну почему же, – лениво растягивая слова, прокомментировал Эдвард, развалившийся на софе, – Его светлость, наверное, попросил охранять ключи. Вот он и охраняет.

– От меня?! – возмутилась я и выразительно посмотрела на чемоданчик. – Это мои ключи! Отдай добровольно! Не заставляй меня применять силу!

– Клац? – ехидно уточнил очень ответственный паршивец.

– Не свою силу! Чужую! Страшную и опасную… – Я окинула взглядом комнату, ища кого-нибудь в достаточной степени угрожающего вида, и радостно воскликнула, ткнув пальцем: – Вот его!

Арос, лениво пощипывающий пшеничную булочку, от такой чести аж клюв раскрыл. Булочка выпала, и ворон сердито буркнул:

– Кар-р-р…

– Вот, видишь! Смотри, какой страшный опасный зверь! – продолжила я. – Верни ключи, не доводи до греха!

Чемоданчик оказался в полной растерянности. Арос, впрочем, тоже. Эдвард за происходящим наблюдал с таким интересом, что даже пузо чесать перестал.

– Клац, – сдался наконец чемоданчик и выплюнул довольно внушительный латунный ключ.

Он проскакал по полу с задорным звяканьем и остановился у моих ног.

– Спасибо, – процедила все еще сердитая я и подобрала трофей.

Подошла к сундуку, открыла с громким щелчком один замок и с немного ржавым скрипом другой. Затем не без помощи присутствующих откинула тяжелую крышку, на которую явно не пожалели всякого материала. Ткнула пальцем в ворох мешочков с травами, которыми Архана заботливо переложила свою работу, и заставила платье медленно подняться из недр сундука.

И когда наконец подарок Рейнарда оказался висящим передо мной в воздухе в полный рост, с расправленной магией юбкой и кружевами, я приложила ладонь ко рту, чувствуя себя еще более растерянной, чем недавно узнавший историческую правду герцог.

Передо мной висело великолепное, шикарнейшее, очень богатое платье, украшенное тончайшими кружевами, золотой нитью и драгоценными камнями невероятного размера. Но это все на самом деле имело второстепенное значение, потому что главным украшением было не золото и бриллианты. Главным украшением был вышитый на платье герб.

И это был герб не моего баронского рода.

Глава 21

Рейнард

Я стоял перед зеркалом, задумчиво рассматривая себя.

От мужчины, которого я привык видеть в зеркале, не осталось почти ничего. И с этим придется смириться. Среди записей Орнола Даркфара не было ни единого упоминания, ни аркана, ни полсимвола на тему обратного оборота. Я, конечно, надеялся, что где-то среди конфискованных документов совершенно внезапно обнаружится подробная инструкция, как вернуться в человеческую форму, но стоило быть честным хотя бы с самим собой: шансов на такой чудесный исход почти нет.

– Красота – страшная сила. Да? – Я обернулся к стоявшему навытяжку Азалу.

Командир замкового гарнизона тактично промолчал.

Да, впрочем, я и сам знал, что произведу фурор на балу. Брат императора в демоническом обличье! С рогами, хвостом и фамильными гербовыми запонками на манжетах черной рубашки. Кто там хотел обсудить со мной налоги? Бюджет? Может быть, дополнительные пошлины на товары Мертвых земель? Уверен, всем понравится моя аргументация…

Я вздохнул и потер когтистой лапой лоб.

Нужно просто пережить один вечер, а дальше это все меня уже не будет касаться. А чтобы уж совсем тошно не было, я рассчитывал на пару танцев с моей прелестной помощницей.

За пять минут до начала бала я вежливо постучал в дверь, разделявшую наши половины.

Мне не ответили и даже не предложили войти.

– Корнелия! – позвал я, постучав еще раз, уже более настойчиво. – Ты готова?

– Нет! – раздалось из-за двери.

Я покосился на часы. Никогда раньше не знал, сколько времени нужно женщинам для наведения марафета, но, кажется, дня недостаточно.

– Сколько времени еще тебе нужно? – терпеливо поинтересовался я.

В сущности, мы никуда особо не торопились, а шокировать общественность я мог в любой момент.

– Не знаю. А за сколько времени Архана может сшить новое платье? – вдруг услышал я раздраженный голос Корнелии.

Хвост от такого заявления удивлено дернулся, сбив какую-то антикварную напольную вазу. После характерного «ДЗЫНЬ» я все-таки нашел в себе силы уточнить:

– А чем тебе это не нравится?

Честно признаться, я ожидал услышать что-нибудь в духе «слишком бедно для спутницы герцога», или «безвкусица», или «сам носи этот корсет». Но я не угадал ни разу.

– Тут герб!

– И что? – не понял я.

– И он твой!

– И? – продолжал я недоумевать.

– Я не надену платье с твоим гербом! – донесся разгневанный голос девушки из-за двери.

– Почему это?

– Потому что он – твой!

Я помолчал, обдумывая ультиматум. Заказывая платье, я все же рассчитывал, что девушке это польстит. Наверное, любой другой особе действительно польстило бы, но Корнелия умела удивлять.

Впрочем, я все-таки Князь Тьмы, хоть некоторые об этом, кажется, забыли.

– Корнелия, ты или сама наденешь платье, или я его на тебя натяну. У тебя десять минут.

Корнелия

Выходить в платье с гербом герцога в свет было невозможно. Во-первых, это не просто герб какого-то там отдельно взятого герцогства, это герб императорской семьи, к которой его светлость принадлежит по праву крови! Во-вторых, если я заявлюсь в таком виде на бал, где собраны вообще все сливки общества, это породит такое безобразное количество слухов и сплетен, что я ни в жизнь не отмоюсь. Даже из Мертвых земель!

Ну и в‐третьих, когда его злодейшество таки изволит жениться, герцогиня сживет меня со свету, просто потому что точно будет в курсе, кого выводил в свет ее супруг в платье со своим гербом.

А я жить хочу!

– Я не надену платье с твоим гербом! – отрезала я.

– Почему это? – Мужчина за дверью явно мыслил какими-то другими, чисто мужскими категориями и совершенно точно не понимал все проблемы, которые породит это несчастное платье.

– Потому что он – твой! – постаралась я максимально доступно объяснить очевидное.

Кажется, это помогло. По крайней мере, биться в дверь его светлость перестал и замолк.

Увы, ненадолго.

– Корнелия, – процедил Рейнард, – ты или сама наденешь платье, или я его на тебя натяну. У тебя десять минут.

Мы с чемоданом, Аросом и Эдвардом переглянулись. Угроза казалось довольно реальной.

– Я бы на твоем месте все-таки надел, – заявил Эдвард. – Если ты, конечно, не хочешь, чтобы он вошел и…

Пушистый паршивец многозначительно замолчал. Арос просто делал вид, что дремлет на шкафу. Чемоданчик изо всех сил изображал обычный багаж, разве что переминался с колесика на колесико.

– Предатели, – прошипела я, втискиваясь в платье.

Очень, кстати говоря, удобное. И легкое. И воздушное. И маневренное. И красивое. И богатое. И… с гербом Даркфаров на модных пышных рукавах до локтя.

– Две минуты! – подгонял меня Рейнард.

Я не ответила. Просто стояла и смотрела на себя в зеркале. Стояла и думала, что это ужасно нечестно – надевать платье с гербом мужчины, с которым ты никогда не сможешь быть вместе.

– Одна минута!

Как будто мне сейчас просто дали на время поносить кусочек счастья. А в полночь магия рассеется, и его отнимут.

– Я вхожу! – рявкнул рассерженный герцог, и дверь распахнулась.

Я даже не шелохнулась, так и стояла перед зеркалом, смотря на мужчину в дверном проеме через зеркало.

Он тоже замер, рассматривая мое отражение с каким-то странным, нечитаемым выражением чешуйчатой морды.

– Тебе очень идет, – тихо произнес Рейнард.

Я развернулась и сделала вежливый книксен, принимая комплимент.

Герцог протянул мне когтистую лапу, и я вложила в нее кончики пальцев, как и положено хорошо воспитанной девушке. А в следующий миг вокруг нас вспыхнул портал черного пламени, перенося из комнаты в самый центр бального зала.

Ряды танцующих тут же смешались, сломались. Кто-то дернулся в сторону, кто-то упал в обморок, пара дамочек хотела завизжать, но их быстро заткнули спутники. Оркестр потерял мелодию и притих.

В зале наступила гробовая тишина.

Но я не смотрела на зал, лишь на мужчину, держащего меня за руку. И, пожалуй, не видела у него ни рогов, ни чешуи, ни даже клыков, что обнажались при каждой улыбке. Лишь бездонные черные глаза, такие знакомые, почти родные.

Оглушительно бахнул посох церемониймейстера.

– Г-г-герцог Рейнард Даркфар со спутницей! – заикаясь, сдавленно пискнул дворцовый служащий.

В черных глазах Рейнарда тут же вспыхнул нехороший огонек его магии, улыбка стала шире, демонстрируя клыки без стеснения, он развернулся к трону и протянул излишне радостно:

– Бра-а-а-ат, как я рад тебя видеть!

Император кивнул и скупо улыбнулся, но с трона даже не соизволил встать. Гости бала, кажется, не определились – они пугаются или делают вид, что не замечают экстравагантного вида императорского родственничка.

Первым опомнился оркестр. Грянула музыка, пары худо-бедно начали выстраиваться в требуемые рядки, народ активно принялся изображать веселье.

– Потанцуешь со мной? – негромко спросил Рейнард.

– С удовольствием, – не стала лукавить я.

Это был один из старых традиционных танцев империи. Танец заключивших помолвку. Пары кружились по залу, мужчины крепко держали своих спутниц, время от времени приподнимая над паркетом, девушки же всем своим видом показывали товаркам, что они выиграли в погоне за женихом.

Счастливый танец, наверное.

И я решила, что разок забуду обо всех своих сложностях и горестях и просто буду наслаждаться ощущением горячей ладони на своей талии, опираться на сильную руку, забывать дышать, когда Рейнард отрывает меня от пола, точно пушинку, и смотреть в его манящие глаза, где так и танцевало черное пламя.

Но все хорошее рано или поздно заканчивается.

Музыка стихла, и пары замерли. Я рассчитывала еще на один танец, но рядом раздалось недовольное:

– Корнелия, как это понимать?

Я ме-е-е-едленно обернулась и увидела отца. Лучше выглядеть за время нашего расставания он не стал – еще больше облысел и потолстел, зато теперь щеголял дорогим костюмом, нацепив на пальцы все доступные кольца.

– Какие-то претензии? – вкрадчиво поинтересовался Рейнард.

– Вы, молодой человек, компрометируете мою дочь! А она, между прочем, уже продана… э-э-э… сговорена за другого!

– Серьезно? И за кого же? – нехорошо улыбнулся Рейнард.

– За лорда Ланцета! – торжественно заявил отец, ткнув куда-то в толпу вокруг нас.

Видимо, папочка так боялся, что его отлучат от императорского двора, что готов был закуситься даже с рогатым чешуйчатым мужиком.

Я покосилась в сторону, где должен был стоять Ланцет. Там не было никого подходящего, только один абсолютно седой мужик с выпученными от ужаса глазами пятился подальше от нас.

– Где же он? – спросил Рейнард, демонстративно оглянувшись. – Где?

– Да вот же! – Отец топнул ногой, продолжая тыкать в уважаемую публику.

И тут до меня вдруг дошло, что тот испуганный старик не кто иной, как мой бывший жених… Мама дорогая, что с ним сделал его злодейшество, раз он даже подойти ко мне побоялся?

– Не вижу никого похожего, – пожал плечами мой спутник. – Но если вдруг вам кажется, что вы можете повысить на меня голос и после этого преспокойненько уйти, то вынужден вас огорчить.

Отец уже набрал в грудь воздуха, чтобы продолжить кошмарный скандал, но из его рта не вылетело ни звука. Он с возмущением посмотрел на Рейнарда, но что-то увидел в лице герцога… такое, что побледнел и тоже попятился.

– Увижу или услышу тебя еще раз – пеняй на себя, – пригрозил ему Рейнард на прощание.

Оркестр, словно подслушивал нас, тут же грянул новым танцем. Пары бодро закружились, и как-то так получилось, что мы с Рейнардом продолжили танцевать.

– Это было довольно жестко, – чуть нахмурилась я.

– Я читал их договор, – спокойно ответил Рейнард, с легкостью ведя в танце. – И, поверь, это было слишком мягко. Просто потому, что он твой отец.

Кажется, на Ланцета это не распространялось. Но в подробности вдаваться не хотелось.

– Спасибо, – негромко поблагодарила я.

Рейнард лишь кивнул, продолжая кружить меня в танце. Правда, поймать романтично-воздушное настроение не удалось, я то и дело возвращалась к мысли, что родной отец сторговал за меня себе тепленькое местечко, а совершенно чужой человек защитил.

Кажется, мы протанцевали еще танец или два, когда наконец снова бахнул посох церемониймейстера.

– Речь его величества!

Присутствующие оживились: традиционная речь императора в День низвержения демонов всегда была водянистой, но стабильно обещала счастливое будущее, успокаивая тревожных и воодушевляя приунывших.

Император встал, смахнул воображаемую пылинку с лацкана и уже даже открыл рот, но вдруг Рейнард его перебил:

– Прежде чем мой брат заверит всех присутствующих в стабильности и благополучии, я бы хотел напомнить, по какому поводу мы здесь собрались.

Стоящий недалеко полный мужчина шикнул было на Рейнарда, но вдруг затих и принялся бестолково беззвучно открывать рот.

– Сегодня День низвержения демонов, – меж тем продолжал Рейнард, – но, как вы видите, не вся магия нижнего мира покинула нас. Я все еще ношу печать Даркфаров и стерегу границы Мертвых земель, чтобы ни одна демоническая сущность не просочилась к вам, приличным людям.

Приличные люди неуверенно, но одобрительно зашептались.

– И вы, конечно же, мне за это все ужасно благодарны, – широко улыбнулся Рейнард, демонстрируя клыки. – Но, прибыв в столицу вчера, я с невероятной печалью осознал, что уже не чувствую мир людей своим домом.

Тут присутствующие напряглись. Император, к слову, тоже. Я бы на их месте вообще начала быстренько окапываться, прямо тут, пока чего не началось.

– И, поразмыслив над своими ощущениями, а также довольно необоснованными налоговыми аппетитами, я вынужден заявить, что с этого момента Мертвые земли выходят из состава империи.

Пауза. Красиво разодетые сытые люди растерянно переглядывались, не до конца понимая, что происходит. А вот его величество очень даже понимал! Понимал, что территория с профицитным бюджетом решила показать ему конфигурацию из трех пальцев, оставив разбираться с дырами в бюджете самостоятельно.

– Ты не посмеешь! – прошипел император.

– Вот как? – изогнул бровь мой рогатый спутник. – Почему же?

– Ты и сам знаешь. Я не позволю тебе отделиться. Будет долгая, изматывающая война. А потом печать убьет тебя, и все эти смерти будут бессмысленны.

– Ну, в теории, конечно, да… – покивал Рейнард. – Но на практике нет.

– Нет? – не понял император.

– Не убьет, – пояснил Рейнард. – Да и войска твои против моих бойцов как младенцы с погремушкой, сам понимаешь…

Его величество пошел пятнами от такого заявления.

– Я тебе не позволю! – прошипел император.

– Да? – снова улыбнулся Рейнард. – Ну попробуй. Магический поединок? Или на мечах? Прости, забыл, ты только пером владеешь в части подмахивания бумаг.

– Ты… Ты… Ты… – повторял император, видимо, не в состоянии сформулировать свое решительное «фи».

– Я рад был с тобой повидаться, брат.

Рейнард приобнял меня за талию, черное пламя взметнулось к потолку, и…

Мы оказались на крыше одной из башен замка Князя Тьмы – далеко-далеко от столицы, в самом сердце Мертвых земель.

Я поняла, что все это время стояла напряженная как струна, готовая к любому исходу диалога между братьями, и стоило нам оказаться в безопасном месте, шумно выдохнула.

Кто бы мог подумать, что страшные Мертвые земли покажутся безопасными…

– Ну вот и все, – негромко произнес Рейнард, отпуская меня и подходя к зубцам башни.

Небесное сияние днем было видно хуже, но все равно на небе привычно переливалась магия. Солнце еще грело, хотя уже коснулось темного горизонта. Не было ни ветра, ни облаков, лишь ускользающее тепло.

Как ускользающее счастье.

– Будет война? – спросила я, подходя к герцогу.

– Не думаю. Воевать против моих бойцов – просто вести войска на убой. Я абсолютный хозяин на этой земле, и демоны с легкостью размечут любую армию.

– Хорошо, – кивнула я. – А то я ремонт еще не успела доделать.

Рейнард кивнул, но скорее своим мыслям, чем моим словам. Мне показалось правильным оставить его одного, ведь за последние сутки он не только узнал шокирующую правду о своем предназначении, но и понял, что брат не видит в нем ни родственника, ни друга, ни союзника.

И я по себе знала, что это тяжело, когда тебя предает семья.

Я сделала лишь небольшой шажочек в сторону, но Рейнард словно почувствовал мое движение – или услышал шелест платья.

– Корнелия, – произнес он, отрываясь от рассматривания пейзажа. – Я хотел бы с тобой поговорить.

Я застыла, неожиданно остро ощутив, что мы стоим здесь вдвоем. Щебет вечерних птиц почти не доносился до крыши башни, звуки замка тоже, и даже воздух, казалось, не двигался.

Всем было интересно, что хочет сказать Князь Тьмы своей помощнице.

В груди поднялось такое томительное волнение, словно Рейнард должен произнести что-то действительно важное. Что-то особенное для меня.

– О чем? – негромко спросила я, внимательно смотря на мужчину.

– Знаешь, я никогда раньше не думал, что смогу прожить долгую жизнь. Каждый мой день был посвящен военной муштре фортов и гарнизонов, ловле демонов, попыткам удержать расползающееся лоскутное одеяло экономики земель. И я делал все это, на самом деле до конца не понимая, зачем.

Мужчина развернулся ко мне всем телом.

– Зачем я ношу эту печать? Зачем я охраняю эти земли? Зачем я каждый день открываю глаза?

Он шагнул ко мне, я качнулась, и мои юбки зашуршали, глуша стук его начищенных сапог.

– Люди боялись меня, и не было ни одной женщины, не источавшей бы рядом со мной удушающий флер страха и отвращения. И я никогда в жизни бы не подумал, что может быть иначе, пока в этом замке не появилась ты.

Я стояла, открыто смотря в бездонные черные демонические глаза, в глубине которых пламенем горела древняя разрушительная магия, и боялась шелохнуться, боялась вздохнуть, боялась моргнуть.

Лишь бы не разрушить колдовство момента.

– Ты не испугалась меня при встрече и не бросила меня раненого, и не отвернулась от меня обернувшегося. И я не знаю, хватило бы мне сил каждое утро открывать глаза, если бы я не знал, что где-то в замке живешь ты.

Рейнард говорил и медленно, миллиметр за миллиметром, склонялся ко мне.

– Корнелия, – тихо, почти шепотом произнес мужчина в мои губы, замерев на мучительно крошечном расстоянии. – Ты выйдешь за меня?

И я сама потянулась к нему.

Губы Рейнарда неожиданно оказались мягкими. Он целовал меня осторожно, медленно, словно нарочно растягивая момент. Я прикрыла глаза и растаяла в этой нежности. Горячая ладонь легла мне на шею, а вторая – на талию, прижав к широкой мужской груди.

Я привстала на цыпочки и обняла Рейнарда за шею. Пальцы скользили по коже и зарылись в волосах на затылке. И вдруг на одно мгновение мне показалось, что мужчина вспыхнул: он стал горячим, нестерпимо горячим. Я распахнула глаза и увидела…

Князя Тьмы.

Что встретился мне тогда в холле замка.

Волосы цвета воронова крыла чуть отросли, но в черных глазах все еще танцевал демонический огонек. Ямочка на подбородке. Легкая щетина.

Я коснулась ладонью его руки у себя на шее и провела пальцами по человеческой коже.

Но Рейнард как будто не замечал этих изменений. Он смотрел на меня и молчал. Ждал ответа.

И что я могла сказать Князю Тьмы на такое предложение?

– С превеликим удовольствием, – произнесла я.

Эпилог

Я сидела во дворе замка на огромных качелях с удобной спинкой, обложившись подушками, и ела черешню, звонко плюя косточками в медный таз. Два молчаливых и мрачных солдата медленно качали меня, боясь даже дышать в мою сторону.

В принципе я их понимала: если я лишний раз чихну, Рейнард снимет с них рога, шкуру и скальп. Так что мужики не на пустом месте беспокоились.

Хотя на месте дорогого супруга я бы сейчас волновалась не о беременной жене, которая далеко не убежит, а о трех сорванцах, донимающих третье поколение адских гончих. Их, конечно, уже немного размешало со всякими породистыми и не очень собаками, поэтому у нас вместо старой сараюшки была целая псарня, исписанная охранными арканами похлеще столичного храма. И когда шкодливый выводок выпускали порезвиться, все женщины замка умилялись разнообразию красноглазых всеядных псин: от длинной сосиски на коротких ножках до огромной помеси адской гончей с волком, который не смог удрать от игриво настроенной собачки.

Так вот, на месте Рейнарда я бы волновалась о том, что двое его сыновей и прелестная дочурка забрались в псарню и дергают несчастных животных за хвосты. Малышка вообще взяла за привычку кататься верхом на той самой помеси собаки с волком, приводя меня в полуобморочное состояние.

Рядом вспыхнуло черное пламя, и из него вышел Князь Тьмы собственной персоной, держа в каждой руке по одному отпрыску за ухо.

– Опять в псарне резвились? – спросила я, не отрываясь от черешни.

– Нет, но я сейчас их там высеку, – мрачно пообещал муж.

– За что-о-о-о-о?! – завопили мальчишки, тщетно пытаясь вывернуться из отцовской мертвой хватки.

– Они подлили вина в кадку с Матурией! – пожаловался Рейнард. – Теперь у нас в подвале расцвели ромашки под аккомпанемент заунывных пьяных песен демоницы!

– Да как ты узнал-то?! – возмутился старший сын.

– Я – Князь Тьмы! – рявкнул муж. – Я знаю все, что происходит в моих землях!

Тут, конечно, Рейнард немного лукавил, но в целом был прав. Один пушистый и один пернатый глаз у него имелись. Ровно по штуке на каждого из непослушных мальчишек.

– Дорогой, а где дочка? – задала я резонный вопрос.

Рейнард посмотрел на одну руку, на вторую, затем мы синхронно глянули в сторону псарни. Мальчишки, улучив момент, вывернулись из захвата и дали деру, технично разбегаясь в разные стороны.

– Это все твой неугомонный характер, – мрачно заявил Рейнард, присаживаясь ко мне на качели.

– А я всегда думала – это твоя демоническая кровь, – хмыкнула я в ответ.

– У меня обычная кровь! – возмутился муж.

– Поэтому ты, когда злишься, покрываешься чешуей и отращиваешь хвост с рогами. А то и крылья.

– Это вообще никак не связано!

– Ну еще бы… – улыбнулась я, положив голову ему на плечо. – Где ты был? Я скучала.

– Да ничего нового, – отмахнулся Рейнард. – С тех пор как империя развалилась, наступили скучные будни. Ни тебе пафосных писем с угрозами, ни диверсантов, сожранных в лесах…

Я положила ладонь мужа себе на живот, в котором следующий Даркфар активно разминался.

– Ух, какой бодрый малыш у нас будет! – тут же оживился муж, позабыв о своих скучных буднях.

– Знаешь, я тут подумала… – протянула я, ловя момент, когда муж практически беззащитен.

– М-м-м? – промурлыкал Рейнард.

– Мне кажется, надо отремонтировать дороги на южном направлении…

– Опять ремонт?! – воскликнул супруг.

– Ну… – смутилась я и показала крошечное расстояние между пальцами. – Самую капельку?

– Твоя мама вьет из меня веревки, – проворчал Князь Тьмы в мой живот.

– Неправда! – возмутилась я. – Я просто выполняю взятые на себя обязательства.

– Кажется, там было «любить и хвостатым, и рогатым», а не «безостановочно пытаться благоустроить все, до чего дотягиваются руки».

– Нет, я не про эти. А про те задания, которые ты мне дал, когда мы только познакомились. Я еще была твоей помощницей, помнишь?

В какой-то прошлой жизни, когда я схватилась за первую попавшуюся работу и вытянула свой счастливый билет.

Билет до мрачного замка Князя Тьмы и по совместительству самого прекрасного мужчины на свете.

Моего мужчины.

Content

Дарья Стааль, Кира Крааш
Помощница его злодейшества

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Эпилог