Время наточить ножи, Кенджи-сан! 2

Глава 1

«В конце сентября, в рамках международного IT-форума „Цифровой мост-2024“, который состоится в Токио, ожидается визит ряда высокопоставленных чиновников, в том числе Премьер-министра Великобритании и Японии, канцлера Германии, президентов Индии и Бразилии, а также американского инвестора и предпринимателя Илона Маска. По сложившейся традиции площадка форума служит для обсуждения не только последних новаторских разработок в мире цифрового развития, но и насущных политических тем и вопросов, которые ведутся в неформальной кулуарной обстановке и предваряют официальные переговоры. По прогнозам IT-форум объединит свыше семи тысяч участников из сорока семи стран, и посетят порядка десяти тысяч человек».

— Теперь понимаешь? — спросил меня Ичиро.

— Нет, не понимаю, — честно ответил я.

Ичиро закатил глаза, тяжело вздохнул.

— Вот, прочитай тут еще раз, — он ткнул пальцем в дисплей телефона, на котором была открыта новостная статья.

— «…свыше семи тысяч участников из сорока семи стран, и посетят порядка десяти тысяч человек», — прочитал я.

— Все эти люди приедут сюда, в Токио. И всех их нужно кормить. Семнадцать тысяч человек, бизнесменов и политиков, из высшего общества. Представляешь, какие это деньги? За каждого из них будет ожесточенная борьба между всеми ресторанами Токио. Каждый будет пытаться заманить их к себе. И в ход пойдут самые изощренные приемы, вплоть до запретных.

— Что, будут поджигать заведения? — улыбнулся я.

— Возможно и такое, — очень серьезно ответил Ичиро. — В прошлый раз едва не убили шеф-повара одного ресторана, двоих поваров и вовсе похитили на время форума, чтобы те не смогли готовить. Борьба будет жесткая и жестокая.

Ичиро сделал паузу, прежде чем сказать важное.

— Но даже не эти семнадцать тысяч человек главное.

— А что же тогда?

— Спикеры форума — президенты, премьер-министры, первые лица государств. На них будет отдельная охота. Мы называем ее дикой охотой. Уж там вообще не будет никаких правил.

Я хотел спросить, как же именно будет происходить эта охота, но Ичиро опередил меня:

— Будет проведен конкурс на право кормить этих людей все три дня, что будет проводиться форум. Представляешь, что это значит? О такой рекламе можно только мечтать! «В ресторанах „Спрута“ кушает сам канцлер Германии!„. Или 'Премьер-министр Японии остался доволен завтраком в 'Золотом Драконе“!„. Или 'Благодаря бодрящей чашечке кофе в 'Белом Тигре“ мировым лидерам удалось заключить крупный нефтяной контракт!». Представляешь?

— Хорошая реклама, — кивнул я.

— Но это не только репутационные инвестиции. Это еще и деньги. Огромные деньги.

Я хмыкнул. Ичиро конечно умел мечтать. Это я понял в первые пять минут нашего знакомства. Он встретил меня в офисе, едва я туда пришел.

— Ты — Мураками? — спросил он, как только я открыл дверь.

— Да, — кивнул я. И протянул руку. — Кенджи Мураками.

— Ичиро, — ответил парень, небрежно хлопнув меня по ладони — вроде как дал «пять». — Про тебя уже сказали. Проходи, располагайся.

Он махнул на соседний пустой стол.

Я прошел, сел. В чем будет заключаться моя работа я не имел понятия и уже пожалел о том, что вообще согласился на предложение господина Ямато. Что мне тут делать, в этом душном офисе? Бумажки перекладывать? Да еще сосед попался… специфичный.

Я пригляделся к парню.

Ичиро, человек, чья внешность могла бы поспорить с самой концепцией офисного дресс-кода, сидел за своим столом, погруженный в мир своих собственных странностей. Его рубашка, некогда белоснежная, теперь была усеяна пятнами, похожими на созвездия, — возможно, от кофе, а может, и от чего-то более экзотического. Галстук, висевший на нем, скорее напоминал петлю, чем атрибут делового человека. Остальные аксессуары также были явно подержаны.

Я ожидал увидеть нечто другое, когда шел в головной офис корпорации «Спрут». А тут этот, Ичиро…

Я вновь осмотрел его.

Брюки парня, вероятно, когда-то были темно-синими, сейчас же напоминали выцветшую карту мира, усеянную замысловатыми пятнами от разлитых напитков. На ногах, под столом, прятались затертые до дыр кроссовки, чья подошва была покрыта некой непонятной смесью песка, грязи и неизвестных органических веществ, явно не вписывающихся в образцовую офисную среду. И где он тут, в офисе, умудрился грязь найти⁈

А вот волосы Ичиро, несмотря на кажущийся неухоженный вид, были ровными, как строчки в книге. Они были уложены в некое подобие ирокеза, но уже опустились, повисая над его лбом небрежной бахромой.

Но самым ярким аксессуаром Ичиро, который делал его еще более необычным и неповторимым, была огромная и весьма странная пластиковая игрушка динозавра в форме тираннозавра Рекса. Динозавр был поставлен на столе, перед ноутбуком и встречал своим безумным взглядом каждого приходящего гостя.

— Тебя же ведь господин Ямато принял? — спросил парень, явно не зная о такте и деловом этикете.

— Да, — честно ответил я, вспоминая нашу необычную встречу в «Красном фонаре».

Акутагава Ямато сделал мне предложение. Но согласился я не сразу. Что знал в офисных делах? Ничего. Да и отдаляться от друзей не хотелось, тем более от Наоми.

— Я ведь тебе не в другой город предлагаю переехать, — словно прочитав мои мысли, произнес Ямато. — При желании ты все так же сможешь встречаться со своими коллегами, с которыми, как я погляжу, ты уже успел сблизиться.

— Но офис…

— А ты еще неделю назад что-нибудь знал про управление идзакая? — улыбнувшись, спросил Ямато.

Этот старик был чертовски проницателен и прав.

— Я вижу в тебе тот стержень, который не даст тебе пропасть в любой ситуации. Если тебе что-то будет непонятно, то ты будешь не один. Начнешь постепенно изучать процессы, поймешь более углубленно, как устроены системы управления ресторанным бизнесом.

Ямато пристально посмотрел на меня, спросил:

— Так такой будет твой ответ?

— Я согласен, — ответил я, понимая, что этот момент очень многое меняет в моей жизни.

Мне хотелось верить, что в лучшую сторону.

И вот теперь я здесь, в офисе корпорации «Спрут». На проходной меня встретил охранник, подсказал, где можно оформить пропуск. Я думал, что меня пошлют куда подальше, но информация о том, что я приду уже пришла и красивая девушка с приятной улыбкой быстро оформила мне пропуск. С той же улыбкой сообщила куда мне идти дальше. Я поднялся на тринадцатый этаж, где меня и ждал этот странный парень по имени Ичиро.

— Странно, что господин Ямато не объяснил тебе что ты должен делать, — задумчиво сказал Ичиро. Потом махнул рукой: — Впрочем, он и не обязан был.

— Он даже не сказал кем меня берет к себе в офис! — улыбнулся я.

— Думаю, он это переложил на наши плечи. Вот, смотри.

Ичиро достал телефон, поискал что-то в ленте и протянул мне. Это была статься по IT-форум «Цифровой мост-2024».

— И как же будет проводится этот самый конкурс отбора ресторанов, которые в итоге будут кормить спикеров? — спросил я, когда мой новый знакомый провел мне ликбез по поводу форума.

— Специальные люди — аудиторы, — прибудут в Токио за неделю до форума. У них есть определенный чек-лист, по которому они и будут проверять всех, кто подал заявки. Но этот чек-лист — только верхушка айсберга. Там конечно есть достаточно сложные пункты, касающиеся санитарии, чистоты, нормирования, количества обслуги, и прочего — всего около тысячи пунктов. Но крупные рестораны обычно справляются со всеми требованиями. Главная борьба развернется в тени. Аудиторы — это тоже люди. Конечно они инструктированы по поводу конфликта интересов, подписали определенные бумаги обязательства. Но…

Ичиро лукаво улыбнулся.

— Они все же люди. И на них будут выходить все рестораны. Взятки деньгами и имуществом, утоление специфических интересов и даже шантаж. В ход пойдет абсолютно все, лишь бы получить от них наивысший бал. Поэтому основная цель «Спрута» во всем это — максимально выжать выгоду из форума. А в идеале — заключить договор на право кормить спикеров.

— И этим занимается наш отдел? — начал понимать я.

Ичиро кивнул.

— Не только наш, но и еще несколько. Высшее руководство решило устроить что-то вроде соревнований. Трем отделам — планирования, рекламщикам и нам, отделу стратегии, — было предложено для сопровождения три ресторана корпорации «Спрут». Планированию достался «Золотой дракон», нам — «Белый Тигр», рекламщикам — «Восточный Ветер». По итогу этих соревнований должен определиться победитель, который и пойдет дальше.

— А разве эта внутренняя конкуренция не будет мешать общему делу? — спросил я.

— О! — удивленно вскинул брови Ичиро. — Неужели не я один такой проницательный? Я то же самое говорил нашему начальнику. В попытках протолкнуться вперед, мы не дадим никому выйти вперед, только потопим друг друга, да еще и драгоценное время потеряем. Уж лучше бы с самого начала сфокусировались на одном ресторане, который бы и двигали, чем распыляться, — Ичиро тяжело вздохнул. — Но руководству видней. Так что меня даже и слушать не стали. Задача поставлена — нужно ее выполнять.

Я задумался. Вспомнились слова Брюса, который совсем недавно говорил о том, что тут порой происходят внутренние стычки, из-за которых даже был закрыт склад для поставки продуктов. Кажется, тут что-то похожее сейчас происходит — те, кто сидит повыше, играют в свои подковерные игры.

— А где остальные? — кивнул я на пустые столы. Фотографии и вещи, оставленные там, говорили о том, что там тоже работают люди.

— Все ушли на обед.

— В «Белый тигр» ушли? — улыбнулся я, вспоминая, что тут неподалеку как раз расположен один из ресторанов корпорации «Спрут». Такая поддержка своего производителя, корпоративная этика.

— Нет, — покачал головой Ичиро. И без всяких эмоций, буднично произнес, заставляя меня еще больше удивиться: — Все у нашего конкурента — «Лотоса». Там цены дешевле, да и кормят вкуснее.

* * *

Солнце, колыхающиеся под ветром флажки и гул восторженной толпы — атмосфера ипподрома всегда заряжает энергией. Именно в этом месте, где запах свежескошенной травы смешивался с ароматом конской гривы, Рен любила проводить большую часть рабочего времени.

Ипподром представлял собой просторный зеленый овал, окаймленный трибунами. Яркая цветастая одежда жокеев, блеск конской сбруи и азартные крики болельщиков создавали неповторимую атмосферу. Помимо них, на ипподроме можно было встретить самых разных людей: элегантных дам в шляпках, загорелых мужчин в костюмах, шумные компании друзей и влюбленных парочек, наслаждающихся романтической атмосферой. Но у всех была одна маленькая деталь, которая их, разных, объединяла. У всех в глазах горел азарт, порой робкий, чуть пробивающий, порой светящийся нездоровым светом.

Все пришли сюда, чтобы сделать ставки. И Рен Ямато была не исключением.

Девушка выбрала уютное VIP-место на трибуне, откуда открывался прекрасный вид на ипподром. Фукуда сел рядом. Принесли освежающие напитки и легкие закуски. Шум толпы и ритмичное цоканье копыт создавали особый фон для разговора, который не нужно было слышать чужим ушам.

— Что-то твой план, Фукуда, пахнет дерьмом! — Рен не стеснялась в выражениях. — Боюсь, как бы не вымазаться в нем!

Фукуда побелел лицом.

— Ну что вы, госпожа Ямато! Все будет…

— Только не нужно убеждать меня в том, что все в полном порядке! — раздражено перебила она. — Я достаточно умна, чтобы понять — ничего не в порядке. Так что будь пожалуйста со мной предельно откровенен и расскажи все, что знаешь. Не пытайся меня обмануть, я все уже знаю и без тебя, просто хочу понять, насколько ты недоговариваешь мне.

Фукуда кивнул. Краем глаза он видел в руках Рен чек со ставкой, которую госпожа сделала и от этого ему сделалось нехорошо. На лошадь по кличке Звездочка она поставила пять миллионов иен. Фукуда даже не хотел думать о том, что будет если лошадь придет не первой. Проиграть такую большую сумму за раз — даже для заместителя президента, это будет ударом. Тогда всем место будет мало.

Но Фукуда напрягся еще больше, поняв откуда девушка взяла деньги. Скорее всего это средства корпорации и теперь ему придется это как-то прикрывать. Фукуда был хорошим финансистом, но даже он понимал, что невозможно ничего спрятать так хорошо, чтобы это потом не нашли. Если с проверкой придет толковый аудитор, обладающий хорошими знаниями и чутьем, то правда может вскрыться. А тогда…

Фукуда тряхнул головой, не желая даже об этом думать.

— Ну? — Рен перевела взгляд на него, посмотрела, как грязь. — Что ты молчишь? Мураками, насколько мне известно, теперь работает у нас, в головном офисе? Как ты здорово все придумал, идиот! Собрался держать на привязи? И где она твоя эта привязь? Как он вообще тут оказался?

— Мой информатор сказал, что назначение произошло после того, как «Красный фонарь» посетил странный старик, в старом кимоно. Якобы это он предложил Мураками место в головном офисе.

— Ты что, хочешь сказать, что в «Красный фонарь» приходило Ямато?

— Я точно не знаю, но…

— Вот и молчи, раз точно не знаешь. Ямато не будет ходить по таким злачным местам, это не его уровень. Он же не свихнулся!

— Но все же, — мягко продолжил Фукуда. — Если предположить, чисто теоретически?

— Что предположить? — сухо спросила Рен.

— Что он там все же был. Ведь про Мураками писала газета, а он видел эту статью. Потом еще восстановление «Красного фонаря». Именно Мураками занимался этим. Ему удалось сделать это быстро. Что, если господин Ямато и в самом деле был там?

На ипподроме закричали — лошади начали проходить ближний круг. Рен привстала, чтобы лучше увидеть скачки.

Звездочка уверено держалась в середине пелотона. Ее темно-гнедая шерсть блестела на солнце, а мускулы напрягались от приложенных усилий. Каждый поворот, каждый рывок других лошадей заставлял болельщиков подскакивать и одобрительно кричать. Кажется, не только Рен сделала на Звездочку ставку.

Впереди кучно шло три лошади. Звездочка догоняла их и на одном из поворотов сделала резкий рывок, позволивший ей вырваться вперед. Толпа затаила дыхание. Жокей, сжав поводья, направлял скакуна, умело обходя остальных участников. Теперь Звездочка была на втором месте. Оставалось еще несколько кругов.

— Если это действительно так, то ничего хорошего от этого ждать не стоит, — сказала Рен, когда лошади пошли на большой круг. — Значит Ямато дал ему шанс, понимаешь? Лично дал ему шанс. А значит у этого Мураками есть определенная неприкосновенность. Мы не сможем его просто так уволить с должности! И вряд ли кто-то другой сможет — потому что нужно будет держать ответ перед самим Ямато и объясняться.

— Уволить не сможем, — кивнул Фукуда. — Но вот сделать эту его службу настоящим адом — вполне!

Эти слова немного успокоили Рен, она улыбнулась.

— Нужно было сразу расправиться с этим бастардом! — сказала она, поднося бинокль к глазам. — Вместо всяких этих планов!

— Не спешите, госпожа Ямато. Он нам еще пригодится. До меня доходят слухи, что господин Абэ активизировался. У него есть несколько крупных инвестиционных проектов, которые он ведет лично. Думаю, к концу этого года он преподнесет их господину Ямато в качестве подарка и подтверждения своих профессиональных качеств.

Рен нахмурилась.

— Абэ меня не волнует, — отмахнулась она, делая вид, что ей абсолютно безразличны любые движения Абэ, хотя Фукуда с легкостью понял, что это не так. Волнует, еще как волнует. Он очень сильный соперник. И с ним нужно быть предельно осторожным, каждый его шаг отслеживать. — Меня волнует кое-что другое. Кто поджег «Красный фонарь»?

— Думаю, это просто случайность, — ответил Фукуда. — Согласно официальной бумаге из полиции это было просто короткое замыкание проводки. Заведение старое, ремонт там делали давно. Вот и произошло возгорание.

— А я так не думаю. Полиция напишет все что угодно, лишь бы не заниматься этим делом. Это больше похоже на намеренное действие.

— Только кому оно выгодно? — вслух начал рассуждать Фукуда.

— Не знаю, — после паузы ответила Рен. — Но любое действие имеет под собой причину. Ищи, Фукуда, кому этот поджог был выгоден. Я уверена, что это как-то связано с Ямато и его креслом, на которое хотят сесть многие. А я никогда не ошибаюсь, когда что-то чувствую.

С этими словами она подскочила со стула и принялась во все горло кричать. Фукуда невольно вздрогнул. Потом, повернувшись в сторону трассы, увидел, как Звездочка вырывается вперед на финишной прямой, обходит впереди идущую лошадь и практически на полкорпуса обгоняет ее, принося победу всем, кто поставил на нее деньги.

— Ну, что я тебе говорила? — ухмыльнулась Рен, глядя на Фукуду с нескрываемым триумфом.

Тот же был занят только одним — подсчитывал в уме коэффициенты и сумму, которую выиграла сейчас Рен Ямато. Выходило много. Очень много.

* * *

Уважаемые читатели! Это второй том цикла «Токийский замес». Не забудьте добавить его в библиотеку, чтобы первыми получать уведомления о новой проде. И поставьте лайк))

Глава 2

— Итак, вот тебе список.

Ичиро протянул мне свернутую вдвое бумажку.

— Нашему отделу достался «Белый Тигр». В принципе, неплохое заведение. Но кое-какие моменты там, конечно же, есть. В общем, сам увидишь.

— Какие моменты? — спросил я.

— Даже в раю не все идеально! — улыбнулся Ичиро. — Что уж говорить о нас? Я же говорю, сам все увидишь. Тем более заданий хватит.

Я взял бумагу, которую протянул мне Ичиро, пробежался взглядом. Там были перечислено около полусотни всяких слов, не совсем связанных между собой.

— Что это?

— Список. Мы разделили среди всех работников отдела вопросы, которые нужно подтянуть к приему ресторана на заявку. Каждый работает в своем направлении. У нас не такие сложные пункты, начальник отдела взял сложные. Ты выполнишь свою часть, я свою, шеф — свою. В итоге у нас будет подготовленный ресторан.

Я хотел рассказать ему басню про лебедя, щуку и рака, но промолчал, решив, что сначала огляжусь и пойму, что тут к чему. Со своим уставом, как известно в чужой монастырь не идут.

— Я вот, например, отвечаю за всю цифровизацию. Чоу и Джиро — за персонал. Сатоши — за санитарию. Но это так, условное разделение. На самом деле мы решили, что если кто-то видит промахи из списка, за который он не отвечает, то все равно их решает.

Все это было крайне странно и рождало в глубине моей души возмущение — ну что за подход? Разделить среди всех отделов рестораны и устраивать гонки, когда нужно работать сообща? Но я вновь осек себя. Разберемся.

Обед закончился через двадцать минут и в офис начали подтягиваться люди. Первым пришел мускулистый парень.

— Кенджи Мураками, — представился я.

— Джиро Эмато, — ответил тот. — Новенький?

Я кивнул.

На этом интерес парня угас. Он прошел мимо зеркального шкафа, остановился, разглядывая себя.

Джиро явно занимался в спортзале, причем достаточно долго. Его мускулистое тело, выточенное годами тренировок, казалось чужеродным в стенах офиса, где царят строгие костюмы и консервативные правила. Но парня это не смущало. Напротив, он любовался своим тело открыто, с наслаждением, о чем свидетельствовало не только его желание все время посмотреть на себя в отражении предметов, но и собственная фотография, где он позировал в одним трусах, демонстрируя атлетическое тело.

— Это я на чемпионате Токио в прошлом году по бодибилдингу, — увидев мой взгляд, сказал Джиро. — Я тогда занял первое место!

— Поздравляю, — ответил я, не зная как еще реагировать на это.

Потом, словно на контрасте с Джиро, в офис пришла низенькая пухловатая девушка. Тонкие бледные губы, редкие ресницы, такие же редкие сальные волосы, свешивающиеся сосульками. Сквозь невероятно толстые очки на нас смотрели серые, словно присыпанные пылью подслеповатые глазки.

В руках девушка держала газету, которую открыла на гороскопах. Судя по обилию записей и подчеркиваний, сделанных шариковой ручкой, страницу эту она изучала тщательней всего.

— Меня зовут Коу Икеда, — представилась вошедшая, оглядывая меня заинтересованным взглядом. — А ты — весы?

— Что? — не понял я.

— По гороскопу ты весы? Или стрелец? Подожди, не говори — я сама угадаю. У тебя очень уверенный взгляд, такой бывает обычно у стрельцов, — обхватив свой подбородок ладонью, девушка пригляделась ко мне внимательней, причем осмотрела с головы до ног, словно выбирала вещь в магазине. — Или все же овен? Влияние Марса и Солнца дает искру, неустанное движение и мужественный, часто стоический тип, полный оригинальных идей и неутомимый любопытством. У тебя во взгляде что-то такое есть. Впрочем, этот несуразный костюм говорит о некой неуверенности. Или это попытка пойти против всех? Такой протест. Это уже чистый скорпион.

— Икеда, отстань от человека! — сказал Джиро. И махнул мне: — Не обращай на нее внимания. Она у нас на гороскопах повернутая. Всем тут уши прожужжала с ними.

— Это ты зря, Джиро, так скептически относишься к гороскопам, — ответила Икеда, стукнув того по голове свернутой в трубочку газетой. — Они, между прочим, не врут. Помнишь, как я тебе говорила, что у тебя в июне неблагоприятный месяц будет? А ты меня не послушал. И что случилось? Ну? Чего молчишь? Ты подвернул ногу.

— Подвернул я ее на тренировках, — тут же ответил Джиро. — Ничего тут магического, предвиденного звездами нет. Обычная случайность.

— А вот и не случайность! — Икеда вновь стукнула его свернутой газетой. — В июне Венера была под управлением Меркурия, а это знаешь, что значит?

— Не знаю и знать не хочу! — категорически заявил Джиро, сцепив мускулистые руки на груди и демонстративно отвернувшись.

— То, что у дев и козерогов есть большая опасность получить травмы. Вот ты ее и получил!

— Я же сказал, что не хочу это слушать!

— Это не важно, хочешь ты это слушать или нет. Звезды все равно очень сильно на нас влияют.

— Все это ерунда! — отмахнулся Джиро.

Они принялись спорить друг с другом увлеченно, с жаром. Я не стал им мешать. Отошел в сторону.

Последней с обеда явилась красивая девушка в очень короткой красной юбке и губами, над которыми явно поколдовал пластический хирург. Грудь и ягодицы он тоже не оставил без внимания. Девушка представилась как Чоу Хорикава.

— Так ты тот самый Мураками, который работал в «Красном фонаре»? — спросила она.

В тоне голоса, в глазах и всех жестах чувствовалась легкая надменность, словно девушка делала нам всем одолжением своим присутствием.

Я кивнул, ответил:

— Теперь я тут, в офисе «Спрута».

— А как же идзакая? Кто теперь там? Насколько я знаю, там случилась какая-то мутная история с одним из поваров? Кажется, Казуо?

— Его забрали полицейские, — со знанием дела ответил Джиро, поигрывая мышцами и явно желающий заполучить внимание Чоу. — Говорят, готовил наркотики прямо на рабочем месте.

— Врут, — улыбнулся я. — Наркотики он не готовил. Но его и в самом деле забрали. И за дело. А насчет людей мы приняли одно верное, как я считаю решение. Новым поваром там стала та, кто давно уже там работает, кто знает кухню и кто помогала восстанавливать мне «Красный фонарь» после того, как там случился пожар. Это Наоми Сато. Думаю, у нее все получится. К тому же я буду иногда к ним заходить в гости.

— А остальные? — продолжила расспросы Чоу. — Ведь там официантку убили.

— Убили⁈ — испуганно воскликнула Икеда, отрываясь от гороскопа. — Уверена, этого можно было бы избежать. Нынче неделя такая — Марс под властью Сатурна, усиленный влиянием Луны. Это воинственный период, злой, темный. К тому Нептун доминирует. Я уже ничего не говорю про звезды — Стрелец проникает, грубо, с силой, крепко.

— Икеда! — буркнул Джиро. — Хватит!

— По официантам и второму повару открыты вакансии, — пояснил я. — Наоми лично ведет собеседование с каждым из кандидатов. И уже есть несколько подходящих претендентов на место. Думаю, в ближайшее время там всех наймут. Станет легче.

С «Красным фонарем» я прощался тяжело. Мне было трудно уходить оттуда, но Наоми поддержала меня в самый непростой час выбора, сказав, что мне нужно идти вперед. Тем более когда есть такая возможность.

Я позвонил Бао и выложил ему все как есть. Рассказал и про Крысу, и про Юки, и про то, что ухожу в офис, оставив лишь главный момент — кто именно меня туда приглашает. Бао лишних вопросов задавать не стал, попросив только сделать так, чтобы «Красный фонарь» не пострадал после моего ухода. Я ответил, что идеальным вариантом на роль повара будет Наоми и он поддержал это решение. Я также рассказал ему и про то, что мы обещали тем рабочим, кто помогал нам с ремонтом, годовую скидку. Бао тяжело вздохнул, но сказал, что так и будет. Я взял с него слово. На том и попрощались.

* * *

Некоторое время я изучал документы и бумаги, которые мне дал Ичиро — инструкции, положения, общую информацию по корпорации и прочее занудство.

— Тебе все правила известны? — спросил меня Джиро.

— Какие правила? — спросил я, думая, что сейчас придется сдавать какой-то экзамен по технике безопасности.

— Ну, например, правило кофе-машины — разрешается брать только один напиток зараз. Ичиро, ты разве ему не рассказал?

— Нет, про это я не в курсе.

— Давай, пошли, покажу, — сказал Ичиро, хватая меня за плечо и почти волоком утаскивая из кабинета.

Мы пошли по коридору, спустились на лифте на шестой этаж.

— Сейчас возьмем кофе.

— Почему именно здесь? — спросил я. — Ведь на нашем этаже тоже есть кофе-машина.

— Во-первых, тут вкусней кофе. Во-вторых, гораздо меньше очередь. Ну и в-третьих, зачем тратить наш кофе, когда его можно попить тут?

С такими доводами тяжело было не согласиться.

Я уже, кажется, тысячу лет не пил кофе и потому с молчаливой благодарностью взял бумажный стаканчик с горячим приятно пахнущим напитком.

Некоторое время мы просто пили кофе. Потом Ичиро честно признался:

— На самом деле мы сильно отстаем по графику.

— По какому графику? — насторожился я. — И в чем именно отстаем?

— Список помнишь? Вот по тому списку и по проверке мы сильно отстаем. Наш начальник отдела, господин Судзуки Масао, дал нам его запоздало. Даже если мы начнем сейчас, то все равно не успеем к нужной дате. Насколько я знаю, отдел планирования уже практически закончил проверку «Золотого дракона» и они готовы перейти на этап внешнего аудирования.

— Так почему же мы тогда не спешим? — удивился я. — А пьем сейчас здесь кофе?

— Во-первых, потому что наш начальник идиот и не торопиться со всем этим изначально. И во-вторых, зачем?

— Что значит зачем?

— То и значит, — пожал плечами Ичиро. — «Золотой Дракон» — это главное детище корпорации «Спрут». Да, есть «Белый Тигр», есть «Восточный Ветер», есть множество других ресторанов поменьше. Но «Золотой Дракон» — венец всего. Он и должен принимать важных гостей. Поэтому мы не должны ему мешать.

— А как же соревнование?

— А что соревнование? Пусть себе идет своим чередом.

— А если «Золотой Дракон» не пройдет отбор аудиторов? — предположил я.

— Пройдет, — махнул рукой Ичиро, прихлебывая кофе.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что «Золотой Дракон» лучше.

— Ну а если все же допустить, чисто теоретически, что не пройдет?

Ичиро задумался.

— Ну, тогда ничего хорошего можно не ждать. Часть годового бюджета компании завязана на этом форуме. Видимо будет какой-то пересмотр, экономия. Кенджи, не заворачивайся ты так с этим! Это дело финансистов. Пусть у них голова болит по этому поводу.

— Но ведь мы отдел стратегии!

— Верно.

— Мы должны предусмотреть и такой вариант развития. Если «Золотой Дракон» не проходит отбор, то, скажем, «Белый Тигр» будет в качестве подстраховки. Что-то вроде подушки безопасности.

— Я понимаю, Кенджи, что ты первый рабочий день так стараешься, рвешься в бой, — Ичиро похлопал меня по плечу. — Но со временем все поймешь. Но если тебе так охота, то можешь, конечно, сходить в «Белый Тигр», проверить там все по списку.

— Схожу, — кивнул я, не готовый мириться с таким пофигизмом и отстраненностью.

— Отлично. Я скину тебе всю информацию про ресторан. Ознакомишься, заодно и посмотришь что там и как. А вообще, Кенджи, я советую тебе сильно не высовываться. Ты привык к тому, кто у вас в «Красном фонаре» все нужно делать самому — и рыбу чистить, и заказы у клиентов принимать, и бланки отчетности успевать заполнять. Тут корпорация. Мы с тобой — лишь винтики. А винтик не должен лезть в сложный механизм. Знаешь, что бывает, когда винтик попадает в двигатель?

Я нехотя кивнул.

— Вот и хорошо. Пошли в офис.

Мы двинули обратно к лифту. Но внезапно в коридоре повстречали человека. Увидев нас, он живо переменился в лице, удивился, но тут же попытался свое удивление скрыть. Это лицо мне было знакомо, но сразу вспомнить его я не смог. Помог Ичиро, который почтительно произнес:

— Рады вас видеть, господин Фукуда!

«Ну конечно! — вспомнил я. — Это же тот самый Фукуда, который наведывался к нам в „Красный фонарь“ и кормил Бао фугу, которую заставил разделывать меня».

Так меня еще никто не подставлял. Но я справился с заданием. Его визит к нам оставался для меня загадкой, но я понимал, что это все было неспроста.

— Мураками? — притворно радостно воскликнул Фукуда. — Рад вас видеть в головном офисе. Какие удивительные метаморфозы порой происходят. Вот вы уже не простой разнорабочий, а белый воротничок, работаете в «Спруте».

Он улыбнулся, но улыбка вышла фальшивой, отдающей ядом.

— Оказывается, не так велик путь от «Красного фонаря» до «Спрута»! — продолжил он. — Как же так получилось? Не поделитесь секретом, кто помог вам в такой успешной карьере?

— Полагаю, удача, — холодно ответил я.

— А какое имя у этой удачи? — продолжал настаивать Фукуда.

Но я помнил разговор с господином Ямато и свое обещание, которое дал ему. Поэтому уклончиво ответил:

— А разве у удачи должно быть имя?

— Полагаю, у той, что помогла вам попасть сюда — да, должно быть. Ну так что, назовете?

— Ну, если вам так будет угодно, — пожал я плечами. — Казуо. Его имя Казуо.

— Казуо? — нахмурился Фукуда, пытаясь вспомнить человека с таким именем. — Кто это?

— Это повар «Красного фонаря», который научил меня всему. Его все знают под кличкой Генерал. Именно он научил меня готовить и поделился со мной философией кухни. Именно он буквально за двадцать минут объяснил мне, как правильно разделать фугу.

Я пристально посмотрел на собеседника.

— Ну что же, — Фукуда нервно хохотнул. — Он и в самом деле может считаться вашим талисманом, раз у вас все здорово получилось. В том числе и с фугу.

— А вы бы хотели, чтобы не получилось?

Глаза собеседника прищурились, в них сверкнула искра ненависти, огненно-красной, обжигающей.

— Я просто проверял ваши способности, — ответил он. — Господин Бао сказал, что его сотрудники могут многое. Никто не тянул его за язык. Вот я велел ему это продемонстрировать.

— И специально для этого разговора вы и иглобрюха прихватили с собой? Или по чистой случайности взяли? А может, все было заранее спланировано?

Фукуда вновь нервно хохотнул. Потом подошел ко мне ближе, прошептал в самое лицо:

— Я смотрю, ты остр на язык, Мураками. Удача и в самом деле благоволит тебе. Только помни, что она когда-нибудь все равно отворачивается. А то и вовсе помирает — ведь старая уже. И тогда тебе будет не так весело, как сейчас. Уж поверь мне.

Я выдержал его пристальный взгляд. Потом, после паузы, с его же интонацией ответил ему:

— Полагаю, даже находясь в почтительном возрасте, удача может взять вас за задницу так крепко, как вы и представить себе не можете. Поэтому я бы не стал играть с ней, а тем более дразнить. Удача не любит самоуверенных. Потому что именно самоуверенные перестают верить в удачу. А кто не верить в удачу — тот долго не живет.

От таких слов Фукуда вытянулся в лице. Он принялся беззвучно открывать и закрывать рот, словно рыба, выброшенная на берег. Потом начал грозить мне указательным пальцем, словно ребенку.

— Мураками… — прошептал с трудом он. — Ты…

Потом и вовсе ушел, ничего не сказав.

— Что это сейчас было? — удивленно произнес Ичиро, глядя в след поспешно удаляющемуся Фукуде.

— Да так, просто мило побеседовали, — ответил я как ни в чем не бывало.

— Мило побеседовали⁈ — удивился Ичиро. — Мне показалось, что вы с ним чуть не подрались. А еще мне показалось, что вы уже знаете друг друга.

— Просто встреча старых знакомых.

— Ты бы был с ним поосторожней, Кенджи. Он опасный человек. И влиятельный, — Ичиро сделал паузу, а потом добавил: — А еще он из другого клана.

— Из какого клана? — не понял я.

Ичиро глянул на меня как на идиота, потом сказал:

— А-а, ты же первый день тут. Ну слушай. Есть тут у нас три могущественных клана, между которыми…

И мы двинули к лифту.

Глава 3

Этим же днем я решил посетить «Белый Тигр» для проверки — сидеть в душном офисе и слушать бессмысленную болтовню коллег не было никакого желания.

Добираясь до ресторана «Белый тигр», я успел немного изучить его историю и почитал о его персонале — спасибо большое Ичиро, который скинул мне всю эту информацию на телефон.

«Белый тигр» открылся пятнадцать лет назад и история его создания — это история смелости и любви к гастрономии. Открыл его Изаму Абэ, убедив своего коллегу Акутагаву Ямато в том, что одним «Золотым драконом» не обойтись. Все больше японских бизнесменов хотело проводить свои встречи в тихом уютном месте, где нет больших залов и посторонних глаз и ушей. Поэтому решено было создать необычный дизайн для «Белого тигра» — небольшие перегородки, визуально не бросающиеся в глаза в виде водопадов, бумажных дверей и металлических элементов, установленных на нитях.

И это сработало. В «Белый тигр» пошли те, кто стремился заключить сделки без лишнего шума. Именно там была заключена крупная сделка по слиянию «Сан Банка» и «Аомори Инвест», что привлекло большое внимание к ресторану среди бизнесменов.

«Белый тигр» быстро обрел популярность благодаря интересной стратегии Абэ и блюдам, которые там подавали. Смело соединяя традиционные японские вкусы с современными техниками и элементами западной кухни, создавая блюда, которые покоряли сердца даже самых консервативных японских гурманов.

Шеф-поваром ресторана является Жак Лелюш, чистокровный француз, который во Франции никогда не был. Он родился в Токио, в семье французского посла. Его отец хотел, чтобы сын пошел по стопам родителей — стал дипломатом. Но сын оказался очень упертым и пошел наперекор желанию отца. Он устроился работать в небольшой ресторанчик, где достаточно долго проработал, постигая культуру питания Японии и тонкости приготовления суши, рамёна и других традиционных блюд. Его увлечение довольно быстро переросло в мастерство и Жак начал создавать собственные уникальные рецепты.

Его талант заметил Изаму Абэ — один из основателей «Спрута». Как произошла их встреча доподлинно неизвестно, но скорее всего Жак сам нашел Абэ и напросился к нему на прием. Был, видимо, достаточно настойчив, потому что Абэ все же взял его в «Спрут». И скорее всего родительская протекция тоже помогла — отец, смирившись с тем, что сыну не стать дипломатом, настойчиво попросил Абэ помочь его отпрыску в трудоустройстве.

В пользу этого говорит один факт.

Сразу после того, как Жак устроился в «Белый тигр», на счет «Спрута» упала достаточно крупная сумма пожертвования от анонимного источника с пометкой использовать эту сумму для развития ресторана «Белый тигр». Доказать ничего нельзя, но думаю все и так понятно.

Первое время было нелегко. Убедить японцев в том, что французский шеф-повар может готовить аутентичную японскую кухню, было непросто. Но Жак не сдавался. Он тратил все свободное время на изучение японских кулинарных традиций, настойчиво работая над совершенствованием своих навыков.

И вскоре про Жака пошли слухи как о достаточно интересном и новаторском шеф-поваре. В частности, наделало много шума его блюдо «Глаз тигра» — тонко нарезанный лосось, выложенный в форме тигриного глаза и покрытый легким соусом из имбиря и лимона с добавлением французского соуса велюте, украшенный пищевым золотом и красной икрой. Блюдо мгновенно стало хитом, и «Белый тигр» начал привлекать все больше и больше посетителей.

На входе в ресторан меня встретил высокий хостес, предложил выбрать столик. Я назвал свою фамилию, сказал цель визита. Тот многозначительно покивал головой, молча ушел на кухню. Вернулся минут через десять, сообщил:

— Жак Лелюш согласен вас принять.

«Согласен принять? — подумал я. — Он что, местный царек, что соизволяет нам посетить его?»

Я прошел за хостес на кухню, где кипела работа. Сразу же отметил про себя, как тут просторно, не в сравнение с «Красным фонарем». Впрочем, теснота идзикая только помогала нам — не нужно было бегать от стола заказов до плиты, носится к холодильнику в дальнем углу комнаты, искать среди россыпи кастрюль и сковородок, занимающих все пространство одной из стен нужную.

Сам Жак стоял у плиты.

Я пригляделся к нему. Внешность его была под стать своей судьбе — причудливое сочетание французского шарма и японской сдержанности. Овальное лицо с тонкой, загорелой кожей, на которую, словно на полотно, нанесены тонкие линии морщин — следы долгой, насыщенной жизни. Карие глаза, глубокие, с мягким, почти хищным блеском, обрамленные густыми, черными бровями. Прямой нос с легкой горбинкой, придающей лицу характерную французскую черту. Широкая улыбка, с белыми, ровными зубами, но не всегда искренняя. Волосы коротко стриженные, седые с проседью, зачесанные назад. В волосах всегда можно найти несколько прядей, которые непослушно торчат, придавая образу легкую небрежность. Невысокого роста, спортивного телосложения,.

Одет он был в темно-синие брюки, белую рубашку с закатанными рукавами, темный фартук, на котором были видны пятна от соевого соуса и тертого имбиря.

Жак видел и знал, что я пришел посетить ресторан с проверкой, но демонстративно не поворачивался, насвистывая себе под нос мелодию и что-то жаря.

«Важный гусь», — понял я. И громко, чтобы привлечь к себе внимание, произнес:

— Добрый день!

Жак не спеша обернулся, смерил меня оценивающим взглядом.

— О! Посмотрите, кто к нам пожаловал! Это же тот самый Кенджи Мураками! — воскликнул Жак так, чтобы все в кухне его услышали.

Все обернулись, рассматривая меня, заставляя почувствовать не в своей тарелке.

— Кенджи Мураками невероятный повар, про которого писали газеты!

Я услышал в тоне его голоса насмешку и понял, что сейчас будет жарко. Я стал жалеть, что обо мне вообще написали статью, потому что она вызывала среди многих мной встреченных людей откровенную зависть. Вот и сейчас Жак явно насмехался надо мной.

— Он работал в идзакай «Красный фонарь», — продолжал Жак с едва уловимой издевкой. — А теперь вдруг пожаловал в «Белый тигр» для проверки! Вот что значит настоящий профессионал — двигается по карьерной лестнице с невероятным успехом и быстротой!

— Это плохо?

— Почему же? Вполне хорошо.

— Согласен, — кивнул я. — Тем более, что и вы имеете такой же быстрый взлет — из обычного ресторанчика в «Белый тигр» попали весьма быстро. Надеюсь, ваш отец гордиться вами?

Уголок рта Жака нервно дернулся. Ага, значит я попал в самый центр. Ну будешь знать, как встречать гостей.

— Мой отец, конечно же, мной гордиться, — подчеркнуто холодно ответил Жак, сверкнув глазами. — Тем не менее, ваша карьера гораздо круче моей. У вас ведь даже образования соответствующего нет, не так ли? Вы работали разнорабочим, насколько я знаю?

«Вот ведь не уймется!»

— Верно, — кивнул я. — Работал разнорабочим. И не вижу тут ничего плохого. А вы?

— Конечно же, в этом нет ничего плохого, — ехидно улыбнулся тот. — Просто констатирую факты. С ним не поспоришь.

Довольно скоро я понял глубинные причины поведения Жака. Да, он ревновал и завидовал меня к тому, что я, простой повар из какой-то третьесортной забегаловки, вдруг явился к нему с проверкой. Но это была лишь оболочка.

Внутри было завернуто кое-что другое. Он не японец. Пусть и прожившись тут всю свою жизнь и даже родившийся в Токио, и имеющий соответственное гражданство, по крови он не японец. Француз. И это наложило определенный отпечаток на его поведение.

Его не принимали повара по то же причине, что и он сейчас не принимал меня, задавая вопрос, который задавали когда-то и его подчиненные — почему какой-то чужак должен распоряжаться тут? И Жак выбрал единственную, по его мнению, правильную позицию — позицию террора.

Он увольнял неугодных, о чем свидетельствовали отчеты по персоналу, которые я тоже успел мельком глянуть, когда шел сюда. Неугодных забор, несогласных — показательно наказывать, и всех держать в крепком кулаке. Поэтому все повара, что сейчас трудились на кухне, так чутко слушали каждое слово шефа и не смели сказать ни слово, иногда и вовсе вздрагивая от страха, когда тот повышал голос.

Дрессировка была жесткой и долгой. Значит и обстановка соответствующая.

— Жак, вас что-то не устраивает? — напрямую спросил я.

— Ну что вы! Я только рад за вас! — ответил он, но в глазах явно читалась злость. — Только вот есть один момент…

Он хитро улыбнулся.

— В статье про вас так много хвалебного пишут. Вот мы бы и хотели посмотреть так ли это на самом деле? А то в последнее время в газетах часто стали писать откровенную ложь.

Я почувствовал, как моя кровь закипает в ярости. Я сжал кулаки, но сдержался, понимая, что этот Жак меня просто провоцирует.

— Ваше право не верить газетам, — холодно ответил я.

— Так значит и в самом деле врут? — ухмыльнулся тот. — А я надеялся, что вы продемонстрируете нам свои таланты.

— Я не обязан кому-то что-то доказывать.

— Тогда и мы не обязаны слушать вас, — в тон мне ответил Жак. — На этой кухне я главный. А вы работаете в офисе. Так что будьте любезны туда и отправляйтесь. Не мешайте нам работать.

Я на мгновение потерял даже дар речи от такой наглости. Однако долгое общение в своей прошлой жизни с наглыми бабушками, которые обычно проходят мимо очереди просто, чтобы спросить, а потом нагло требуют детального осмотра, потому что ты им якобы обязан, закалили мой характер.

Я пристально посмотрел на Жака. С ним все понятно, он тут негласный лидер и терять позиций не хочет. И если бы общался нормально, то все было бы хорошо — я на его позиции не претендую. Однако сейчас просто так наглеца отпускать не стоит и нужно устроить показательное а-та-та. Этим и займемся.

Собравшиеся вокруг повара откровенно хихикали и насмехались.

— Хорошо, — ответил я спокойным тоном. — Хотите, чтобы я продемонстрировал свои умения? Я их покажу. Но только давайте, и вы покажите свои. Я ведь и про вас успел кое-что почитать. Не хотелось бы узнать, что все написанное — не такая уж и правда. Будем играть на равных.

— Неужели Кенджи Мураками, легендарный повар из бедной закусочной «Красный фонарь» делает мне вызов? — притворно удивленно произнес Жак и все собравшиеся вновь прыснули от смеха.

— Разве есть какая-то разница между вашим заведением и «Красным фонарем», кроме того, что в вашем гораздо больше поваров? — сквозь зубы произнес я.

— Конечно же, есть, — ответил Жак. — И очень жаль, что вы ее не видите.

— Просветите, будьте так любезны.

— В вашей закусочной подают еду для бедняков, — произнес Жак, надменно улыбаясь. — А в нашем ресторане — для настоящих людей!

В последней фразе послышалась отчетливая гордость.

«Да этот парень взлетел выше облаков!»

— В таком случае это мне вас жаль, раз вы делите людей на обычных и настоящих. Порой, в самом нищем человеке больше человечности, чем в тех, кто к вам заходит.

— Это всего лишь слова! — отмахнулся повар. — А я не привык им верить, — он зыркнул с насмешкой на меня и добавил: — Как и газетным статьям!

Пора было устроить этому зазнайке хороший урок.

— Принесите доски, рыбу и ножи, — сказал я. — Для нас обоих.

Никто, конечно же, не шелохнулся, пока Жак одобрительно не кивнул своим помощником. Двое поваров тут же бросились в подсобку.

— Господину Мураками принесите ножи, которые поставляет нам головной офис. Пусть режет своими ножами! — это фразу он произнес с какой-то скрытой насмешкой, но в чем именно суть я пока не уловил.

На это фразу остальные повара заулыбались, и я понял, что тут будет какая-то подстава.

Принесли разделочные доски и рыбу — лосося, леща и скумбрию. И неспроста. У каждой рыбы своя плотность и свое расположение мышечных волокон, а еще костлявость и упругость. Соответственно и подход должен быть к каждой рыбе свой. Но ничего, Генерал передал мне хорошие знания. К тому же у меня есть опыт по разделыванию и нарезке каждой из этих рыб. И не только этот опыт.

А вот ножи принесли не сразу. Я подумал, что повара делают какую-то подляну — тупят их или гнут, но ножи принесли в заводской упаковке.

— Возьмите нож, господин Мураками, — улыбнувшись, сказал Жак. — Надеюсь, у вас все получится.

Я взял нож, распаковал его. Обычный, стандартный. Только вот… Я осторожно пощупал пальцем заточку. Дрянная. Попробовал на прочность сталь. Мягкая, словно вареная макаронина. Это что еще такое?

— Чему вы так удивляетесь? — спросил Жак, увидев мою реакцию. — Ведь именно эти ножи вы поставляете нам.

— Вы такие заказываете? — спросил я.

— Нет, мы заказываем те, что нам нужны. Но привозят почему-то это. Так что будьте любезны, покажите нам, неумёхам, как правильно нужно работать с этим инструментом!

Собравшиеся вновь одобрительно хохотнули.

Я взял лосося — самую простую из всего имеющегося здесь выбора рыбу, — и попытался сделать надрез. Нож повело, мягкая сталь сыграла, отклонившись от линии разреза, делая какой-то кривой шрам.

Толпа принялась насмехаться надо мной уже в открытую.

Я успокоил эмоции, попытался вновь сделал надрез, прилагая уже не так много усилий, но лучше контролируя кисть и запястье. И вновь лезвие ножа начало вести. Разрез получился уже лучше, но все равно он был далек до идеала.

Да это же не нож, а дрянь какая-то!

— Господин Мураками, мне кажется, что такими кусками лосося впору кормить только дикарей. Или в «Красном фонаре» это считается нормой? Вот, давайте я вам покажу как надо.

И с этими словами он достал свой нож — тонкий, длинный, явно ручной работы дорогущий клинок. И сделал идеально ровный надрез.

— Вот видите, как нужно? — Жак явно издевался надо мной.

Я смерил недобрый взглядом свой клинок, сказал:

— Такой полоской стали и в самом деле трудно сделать хоть что-то стоящее. А мы договаривались с вами состязаться на равных. Так что давайте следовать этой договоренности — ведь мы держим слово, не так ли?

Жак прищурился. А я взял у него из рук его ножи, одни отточенным годами движением провел вдоль волокон лосося, разрезая тонкую полоску, толщиной не более бумажного листа. Все присутствовавшие мигом затихли. В воздухе повисло напряженное молчание.

Не останавливаясь на этом, я взял скумбрию и нарезал и ее — под углом в тридцать градусов в поперечном сечении и под углом в восемнадцать градусов в продольном. Именно в таких пропорциях текстура рыбы и ее мышц выглядит наиболее красиво.

Жак судорожно сглотнул. Остальные и вовсе перестали дышать, взирая на мою работу.

А продолжил преподавать урок зазнайке.

Теперь морской лещ, или тай, самый трудный из всего имеющегося сейчас. Рыба очень важная для Японии, является одним из основных продуктов домашней кухни и неотъемлемой частью застолья. Лещ считается рыбой удачливых людей. Я хотел верить, что он принесет сейчас мне удачу.

Плотная нежирная текстура вносит корректировки в ее нарезку — давление ножа должно быть чуть сильнее обычного, а лезвие не будет скользить, из-за отсутствия или малого количества жира. Но волокна мышц скреплены не так крепко, как у, скажем, лосося, поэтому если нож чуть тупой, то может получиться разрыв, который, конечно же, будет считаться за позор повару.

В классической подаче морского леща следует нарезать усу дзукури — в виде ломтиков в толщину с бумажный лист, тонких и практически прозрачных. В домашних условиях разрешается чуть утолщать порцию. Все остальное отклонение — это уже безвкусица и дикость.

Молочно-белое мясо, чуть с розоватым оттенком, показалось из-под лезвия медленно. Я сделал один надрез. Второй. Третий. На столе оказалось три кусочка. Я поднял один, демонстрируя его Жаку. Мясо было нарезано так тонко, что я видел сквозь него удивленно злобное лицо Жака.

— Что вам нужно? — сквозь душащий его гнев произнес шеф-повар. — Зачем вы сюда пришли?

— А вот это уже совсем другой разговор, — кивнул я, возвращая нож Жаку. — С этого и следовало начинать наш разговор.

Урок был проведен и усвоен. Теперь нужно вернуться к делу. Тем более, что у меня уже накопился ряд вопросов к «Белому тигру». Очень неудобных вопросов.

Глава 4

Заиграла быстрая музыка. Появились картинки — силуэты собак, людей, цветов, облака. Потом они смялись в одни комок, словно пластилин и сформировалась надпись «Острый вкус». Камера сфокусировалась на молодого паренька, одетого в яркие, броские шорты и «гавайскую» рубашку. Волос парня торчали в разные стороны.

— Эй, привет всем! Сегодня мы в Токио, в самой его богатой части, и я, как всегда, ищу самые вкусные, самые экзотические места для вас, мои дорогие зрители. Вы много раз просили, много мне писали в личку, и вот я вас слышал. Конечно же, меня заинтриговал этот ресторан — «Белый тигр». Говорят, это японская кухня, настоящая жемчужина… Сотни блогеров и журналистов хвалят его, пишут сотни восторженный рецензий. Но я, как всегда, должен убедиться во всем сам, и буду честен перед вами, мои дорогие зрители, покажу вам правду, как есть! Сегодня мы попытаемся все выяснить сами.

Камера переместилась с парня на ресторан «Белый тигр».

— Вся эта «восточная» атмосфера, эти странные фонарики, украшения… вы видите? Посмотрите на это! Все выглядит так неестественно! Это же не настоящий ресторан! Это же все для туристов, чтобы содрать больше денег! Первое впечатление конечно испорчено.

Камера задрожала, повернулась на блогера.

— Признаюсь честно, мы со съемочной группой пытались договориться с администрацией об официальных съемках, но нам отказали. Видимо есть что скрывать. Поэтому мы пошли на хитрость. Вы ведь знаете, что я попаду в любое место, и никто меня не остановит. Поэтому магия монтажа!

Камера начала крутиться, появился компьютерный дешевый дым, и картинка вновь вернулась к парню. Теперь он был причесан, одет в дорогой костюм.

— Понимаете к чему это я? Да, мы туда попадем! Все ради вас, мои дорогие зрители! Я спрячу камеру, микрофон замаскируем под пуговицу. Все, пошли! Не будем ждать!

Блогер вошел в ресторан. Камера задрожала, сфокусировалась на меню, которое он взял в руках.

— Посмотрите на меню! — прошептал он. — Цены просто заоблачные! А фотографии блюд — это просто фотошоп! Настоящая еда будет выглядеть совершенно иначе! Вы это видите? Все такое дешевое!

Принесли заказанное блюдо. Официант учтиво поклонился, ушел. Блогер осторожно достал камеру, покривлялся перед ней, поставил перед собой. Принялся есть и гримасничать.

— Вот, попробовал! — вновь зашептал он. — Что это? Это не суп, а просто вода с перцем! Курица жесткая, как резина! Слабенькая, не вкусная, да и не стоит своих денег! Поверьте мне, я ел в бедных районах такие блюда, которым эта жижа просто не в сравнение и за гораздо меньшую цену. Да за такие деньги, что стоит этот суп, можно небольшой идзакай на окраине открыть! Нет, это не «Белый тигр», а «Белая мышь»!

Блогер вновь покривлялся.

— Давайте дождемся второго блюда. А вот, кстати, и оно!

Камера крупным планом показала блюдо на тарелке — сашими, но блогер посмотрел на него с неодобрением. На заднем плане заиграла тихая, тревожная музыка.

— Хм… вот, второе блюдо. Называется «Глаз тигра», вроде как фирменное блюдо этого ресторана. Я попробую…

Блогер сделал первый укус и тут же принялся гримасничать. Отложив палочки, произнес:

— Ух! Это… это просто невкусно! Слишком сладко! Зачем в соус положили сахар? Да и что это за соус вообще такой? Какая-то белая жижа! Это же не что-то из французской кухни. Что там? Перемолотые лягушачьи лапки? Где здесь японский вкус, где тонкость и гармония? Это же все залито этим странным соусом, что ничего не чувствуется! И это еще и очень жирно!

Блогер сделал еще один укус, и его лицо вновь исказилось отвращением.

— Нет, спасибо! Я не могу это есть! Это не еда, а какое-то насилие над вкусом! Как можно так испортить японские традиции? Это же не настоящая японская кухня! Я не понимаю, как люди это могут есть! Это просто не съедобно!

Закадровая музыка стала еще более напряженной.

— Я думаю, нам пора уходить! Я не могу больше терпеть эти ужасные блюда! Я рекомендую вам избегать этого места! И не ведитесь на их ложную рекламу! В Токио есть много других, настоящих ресторанов, где вам предложат вкусную еду по достойным ценам! К тому же у меня в супе оказался волос. Вот, посмотрите.

Парень продемонстрировал волос.

— И это уровень «Спрута»? Нет, это просто самое дно! Я сюда больше ни ногой! Чего и вам советую. На этом все, ставьте лайки, подписывайтесь.

Вновь зазвучала музыка.

Абэ оторвался от экрана телефона, глянул на Судзуки.

— Это еще кто такой?

— Кулинарный блогер, — ответил Судзуки. — Мистер Горчица.

— Мистер Горчица⁈

— Ну да, это его творческий псевдоним. У него есть свой канал «Острый вкус», где он выкладывает такие видео.

— И что нам с него? — непонимающе глянул Абэ на Судзуки. — Зачем ты мне показал этого придурка? Зачем я вообще потратил свое время на просмотр этой дряни?

— Это очень популярный среди молодежи блогер. Он делает обзоры на рестораны и закусочные, и его целевая аудитория очень активная, так называемая горячая. У него аудитория в семь миллионов подписчиков, — ответил Судзуки. — Видео только за сегодня набрало сто пятнадцать тысяч просмотров. Думаю, к концу недели оно может набрать около двух миллионов просмотров. С такими темпами оно может заалеть в тренды видеоплощадки. Тогда просмотров будет гораздо больше.

Повисла напряженная пауза. Абэ не ожидал услышать такое.

— Это первые происки конкурентов, — задумчиво произнес он, стараясь держать себя в руках. — Стоило этого ожидать. Мы как-то можем на это повлиять? Подать в суд на этого Мистера Горчицу? Боги, что за прозвище! У нас ведь есть юристы, целый отдел! Пусть подготовят иск, сформирую команду, и сотрут в порошок этого придурка! В самом деле превратят его в горчицу!

— Не думаю, что это как-то повлияет на ситуацию, — ответил Судзуки. — Скорее всего, только усилит эффект. Время играет против нас. У данного видео каждую минуту растут просмотры. Пока иск дойдет до суда, пройдет около недели. К этому времени видео посмотрят многие. А исковое требование только усилит эффект. Уверен, что этот блогер обыграет этот вызов в свою пользу — скажет, что оказался прав, раз мы подаем на него в суд и наснимает еще много видео по этому поводу. Мы сможем добиться удаление ролика в лучшем случае через десять дней. Но это нам уже не поможет… Этот Мистер Горчица добьется того, чего хотел.

И вновь повисал напряженная пауза.

— И что, мы, целая корпорация с огромным штатом сотрудников, где есть целые отделы для подобного мусора, не можем справиться с каким-то идиотом, которого зовут Мистер Горчица⁈

— Господин Абэ, я же сказал, что время играет против нас. Мы сможем уничтожить этого Горчицу, но не так быстро, как нам хотелось бы. Интернет сейчас играет очень большую роль, в том числе и в репутационных рисках. Нам придется учесть в бюджете дополнительные траты, для восстановления репутации после этого видео. Возможно, заказать рекламу или, может быть, как вариант, прибегнут к чему-то подобному — заказать видео у другого фуд-блогера.

— Думаю, на это заказчик и планирует, — сказал Абэ. — Хочет, чтобы мы начали тратиться на это. Любые незапланированные траты — это проблемы. Вот он и подкидывает нам их. Думаю, это все связано именно с предстоящим форумом. Уже сейчас активировались. Быстро они!

Абэ задумался. А потом вдруг сказал:

— А может быть это и хорошо?

И широко улыбнулся.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду, — растерялся Судзуки. — Ведь Мистер Горчица оклеветал нас? Чего же тут может быть хорошего?

— Продолжим эту войну, которую объявили нам наши конкуренты. Но с пониманием всей ситуации. Сделаем вид, что приняли их вызов. Пусть они воюют с «Белым тигром». Оттянем все их внимание и силы на этот ресторан.

— Пожертвуем «Белым Тигром» ради «Золотого Дракона»? — прямо спросил Судзуки, поняв задумку Абэ.

— Верно.

— Но господин Ямато сказал…

— Мало ли что он сказал? Думаешь, он что-то понимает во всех этих блогерах? Да ни черта он не понимает! Он уже лет на двадцать как отстал от мира! Так что не нужно мне тут говорить, что господин Ямато сказал. Сделаем по-моему. Знаешь что такое гамбит?

Судзуки неопределенно покачал головой.

— Устроим сопернику гамбит. Отдадим «Белого Тигра» на съедение ради улучшения своих позиций и отвлечения внимания. «Золотой Дракон» от этого только выиграет.

— Так значит «Белый Тигр» не пройдет аудит?

— Отдадим его в жертву. В священную жертву ради победы.

* * *

Проверка «Белого Тигра» прошла напряженно. Никто не спешил мне помочь или что-то разъяснить, и пришлось самому все искать и смотреть. Особенно меня заинтересовали те самые ножи, которые поставлял «Спрут». Как оказалось их привозят чуть ли не каждый месяц коробками и эти самые коробки лежат на складах. Пользоваться ими конечно же никто не хочет. Ножи — полная дрянь.

Удалось с трудом разговорить уборщицу, и то только в тот момент, когда Жак отвлекся на блюдо, которое заказал какой-то очень важный клиент.

— Это очень плохие ножи, — шепнула она. — Одноразовые. Но мы не можем от них отказаться. Я не знаю почему. Слышала лишь мимолетом, что от нас это не зависит. «Спрут» поставляет их нам. Все повара «Белого тигра» купили собственные наборы, а эти коробки так и пылятся на складе, только место занимают. Их даже пытались отдать работникам домой, но никто брать не хочет — к чему тащить домой такой мусор?

— А почему Жак не обращается в «Спрут»? — спросил я.

Уборщица пожала плечами.

— Откуда же мне знать? Видимо не имеет возможности. А если честно, то он трусливый. Лишний раз против начальства ничего и не скажет. У меня моющих средств не хватает на месяц — нужно нормы пересмотреть. Я ему говорю, а он в крик — не будет ничего, говорит, не менять. Вот мне и приходится из собственной зарплаты докупать. Скупердяй и трус! А еще он…

Уборщица замолчала на полуслове, опустила взгляд и торопливо ушла прочь. Я понял, что к нам идет Жак.

— Все в порядке? — спросил он, подойдя ко мне.

— Почему вы не отправите эти ножи обратно на склад и не сообщите руководству о том, что инструменты совсем непригодны для работы? — прямо спросил я.

— Потому что руководство хочет нас снабжать этими ножами. Не я их покупаю, не мне решать эту проблему.

— Что вы имеете ввиду?

— Ну вы же работаете теперь в офисе, а не я. Вот вы и решите эту проблему. Мое дело другое — предоставить клиентам, которые пришли в «Белый тигр» качественными блюдами, обеспечивать им комфорт и высокий уровень обслуживания. А заниматься делами, не связанными с этим, я не намерен.

Я понял, что с Жаком каши не сваришь.

— Хорошо, — кивнул я.

— Есть ко мне еще какие-то вопросы? — спросил он.

Я проверил ресторан по списку, убедился, что все в идеале (кроме этих странных ножей) и поэтому ответил:

— Нет, вопросов нет.

— Тогда откланяюсь — пора заниматься непосредственными своими обязанностями.

С этими словами он ушел. Я решил возвратить в офис. И первым же делом я решил запросить у отдела закупок спецификацию на закупку товара.

Я поделился своим вопросом с Ичиро и он помог мне — переговорил с коллегой по работе и уже через десять минут она сбросила нам всю необходимую документацию.

Я принялся изучать информацию. По документам выходило, что «Белый Тигр» заказывал каждый месяц в отделе закупок партию дорогущих ножей «Hattori Handmade». Я не поленился, забил в интернете их стоимость и присвистнул — один такой нож стоит порядка четырехсот тысяч иен! Кругленькая цена! А их заказывают каждый месяц коробками. Да, я помнил слова доставщика Брюса о том, что можно заказать все, что угодно и это купят. Но всему же есть предел.

Но самое удивительно происходило потом. Заявка принималась отделом закупок в работу, и уже через несколько дней заказ оформлялся как исполненный. Из чего следовало, что ножи закупались. Только вот в «Белый Тигр» приходила какая-то китайская подделка, стоимостью копейки.

Значит, где-то на этом этапе происходило вполне понятное действие — деньги оседали в чьем-то кармане. Причем весьма неплохие деньги. Только вот в чьем? И почему эту вполне простую схему до сих пор не раскрыли? В деле сам Жак Лелюш? Возможно, но слабо верится, что он один смог подговорить отдел закупок на такое. Скорее всего, есть силы более могущественные, кто способствует такому воровству.

И потому так сразу об обнаруженной схеме воровства лучше не рассказывать, потому неизвестно на чьей стороне будет тот, кому я это расскажу. Сначала нужно все выяснить более подробно. И быть предельно внимательным. Потому что офис, как оказалось, не такое уж и безобидное место. Первый день — и сразу же такое.

— Кенджи, скажи мне свою дату рождения? — вырывая меня из изучения документов, произнесла Икеда.

— Что? Зачем?

— Я хочу проверить твою совместимость.

— Совместимость с кем? — оживился Джиро.

— Не важно!

— Как это не важно? Нет, Икеда, говори — с кем это ты хочешь совместить Кенджи?

— Джиро, ты чего вообще влез в разговор? — надула губки девушка. — Я же ведь не с тобой разговариваю!

— Он единственный среди нас занимается делом! Вот я и защищаю его, не хочу, чтобы ты ему мешала. Парень работает. А ты опять со своими гороскопами идиотскими.

— Гороскопы не идиотские, как ты выразился, — нравоучительным тоном ответила Икеда. — По ним можно все о человеке рассказать. И не только рассказать, но и предсказать. Ты когда к нам в отдел пришел, я сразу поняла, что ты ветреный парень.

— И как это ты, позволь узнать, поняла? — с насмешкой спросил Икеда.

— Да потому что у тебя Солнце в рыбах, а асцендент в раке! — воскликнула та.

Джиро недоуменно посмотрел на Икеду.

— Ты в самом деле веришь во все это? В раков этих, в рыбу?

— И твое неверие — это тоже отличительная черта твоего знака зодиака.

— Послушай, Икеда, — прервал ее Джиро. — Давай не будем продолжать эту тему? Как только ты начинаешь про все это лепетать, у меня тут же голова начинает болеть. Да и остальным ты мешаешь. Вон, Кенджи между прочим работает. А ты тут со своими раками!

— Это верно, — зло кивнула Икеда. — Он единственный, кто занимается делом. А ты вон вообще весь день в сотовом телефоне сидишь и ржешь! Что ты там смотришь? Опять глазеешь на потных мужиков, которые штанги поднимают?

— Не на каких мужиков я не смотрю! — обиделся Джиро.

— Но смотрел же! — улыбнулась Икеда, подмигнув ему.

— Это было один раз! И вообще я чемпионат смотрел!

— Знаю я какой там чемпионат был! Только медалями там совсем не пахло! Вон и сейчас опять смотришь их!

— Да не их я смотрю, а шоу! — принялся оправдываться Джиро.

— Какое еще шоу? Про потных мужиков?

— Фуд-шоу, «Острый вкус» называется. Тут, кстати, про наш ресторан показывают. Парень смешно рассказывает!

— Про наш ресторан? — хором спросили мы.

— Ну да, — растеряно ответил Джиро, непонимающе глядя на нас.

— И что там? — насторожено спросила Икеда.

— Не нравится ему у нас. Говорит, помоями кормят.

— Что⁈ — вновь воскликнули мы одновременно.

Джиро окончательно растерялся.

— А что такое?

— Джиро, ты что, не знаешь, кто такой Мистер Горчица? — с упреком спросила его Икеда.

— Знаю, — совсем тихо ответил он. — Блогер.

— А знаешь сколько у этого блогера подписчиков?

— Много, — еще тише ответил тот.

— И что, не догадываешься, что из этого обзора получится?

— Что?

— Джиро, ты что совсем идиот? — прямо спросила Икеда. — Репутации «Белого Тигра» конец! Все, над чем мы так долго работали — все псу под хвост!

Мы надолго замолчали, не зная что добавить к этому, потому что добавлять было и в самом деле нечего — Икеда была права как никогда. Видимо она и в самом деле что-то там понимала в гороскопах и звездах.

Глава 5

Токио, город огней и неона, казался ему враждебным лабиринтом. Сколько он тут не ходил и осматривал достопримечательности, так и не смог полюбить этот город. Слишком людно. Слишком душно. Слишком все живое.

Призрак скользил по мокрым от ночного дождя улицам. Его темная фигура терялась в толпе спешащих куда-то людей. Каждый шорох, каждый звук отдавался в его напряженном сознании. Призрак не мог отстраниться от этих голосов — привычка всегда все замечать вокруг себя порой сильно давила на разум.

Целью его путешествия был гигантский стеклянный куб «Tokyo Sky Gallery», где совсем скоро должен состояться тот самый международный форум, о котором прожужжали все газеты и телевидение.

Искусственный интеллект, высокие технологии, компьютеры — Призрак был далек от всего этого. Он был больше спецом по работе руками. И посещение места, где должен был пройти форум, было ему необходимо совсем для другого.

Призрак остановился перед сверкающим фасадом, приложив ладонь к холодному стеклу. За ним, в глубине здания, пульсировала жизнь: мерцали экраны, слышались отдаленные голоса, техники устанавливали мониторы, монтажники крепили сцену. Рабочие спешили, а работа кипела. Нужно успеть к дате открытия, подготовить павильоны и сделать все идеально. Оно и понятно. Такие мероприятия происходят очень редко и является важными не только в IT-индустрии, но и общественной и политической жизни города и страны. К тому же гости заявлены самые высокие.

Призрак улыбнулся. Среди всего прочего, ожидаемые гости интересовали его особенно сильно. Ради них он тут и появился.

Призрак достал из кармана небольшой девайс, похожий на брелок. Несколько ловких движений — и на экране гаджета замелькали схематические чертежи здания. Он изучал их, словно шахматную доску, просчитывая каждый шаг. Взгляд его скользил по многочисленным камерам видеонаблюдения, охране, патрулирующей территорию. Цель визита — убедиться лично в схемах, посмотреть собственными глазами на все.

Призрак незаметно подошел ко входу. Выбрав момент, когда внимание охранника было отвлечено, он ловко проскользнул в служебный вход. Не даром у него такое прозвище. Он и в самом деле может в нужный момент превращаться в призрака.

Внутри здания царила суматоха и шум — проверяли вентиляционные системы. Подойдя к установке, Призрак незаметно стащил рабочую куртку одного из монтажников и надел ее. Нужно слиться с людьми. Отлично. Теперь осмотреться.

Призрак бесшумно, словно кошка направился по коридору на второй этаж. Его интересовали два места. Первое — это холл, где будут встречать гостей. И второе — основной зал, где будет происходит встреча — демонстрации новых разработок, обсуждения, дебаты, заключения меморандумов и договоров.

Холл оказался широким, с тремя выходами. Служба безопасности установила сюда целых пять камер. Просмотр сто процентный. К тому же ничего, кроме стола нет и не предполагается, что будет. Но и это еще не все беды. Стены холла украшают медные пластины и декор. Интересно, это сделано специально или просто глупая задумка какого-то горе-дизайнера, который очень сильно подпортил ему жизнь этим? Медная обшивка создает в холле подобие клетки Фарадея, через которую электромагнитным полям будет очень сложно пробиться. А значит подать сигнал с расстояния не получится.

Нет, это место не подходит.

Призрак пошел дальше.

— Стойте! Что вы тут делаете? — внезапно окликнули его.

Призрак обернулся. Перед ним стоял охранник. Толстоватый мужчина средних лет. Физическая подготовка не на лучшем уровне, но имеется оружие — табельный пистолет. Секундная оценка обстановки — и вывод: нападать ни в коем случае нельзя.

— Мне мастер поручил проверить в общем зале систему запуска кондиционеров, — ответил Призрак.

Он бы мог одним ударом вырубить охранника, но сейчас это ни к чему. Лишний шум только ухудшит дело.

— Как имя мастера?

— Хаттори, — без промедления ответил Призрак.

От его фотографического зрения не ускользала ни одна деталь и это порой очень сильно помогало. Вот и сейчас, когда он проскользнул через главный вход, он обратил внимание на список допуска людей, который лежал на столе у охраны, среди которых была и эта фамилия.

Охранник сверился со списком, одобрительно кивнул.

— Ваш пропуск.

— Что?

— Теперь ваш пропуск покажите.

Призрак напрягся. Пропуск он не брал и даже в глаза не видел как тот выглядит. Нужно было что-то придумать. Вырубить охранника? Но тогда поднимется шум и все будет испорчено. Соврать, что забыл? Тогда допуск до зала будет закрыть, а попасть в него второй раз вряд ли получится.

— Ваш пропуск? — с нажимом повторил полицейский. И угрожающе положил ладонь на кобуру.

Призрак засунул руки в карманы куртки, просто, чтобы спрятать кулаки, которые чертовски чесались — съездить по роже охраннику хотелось неимоверно.

— Пропуск! — рявкнул тот.

Ситуация грозила разрастить в чертовски неприятную потасовку.

— Вот он, — спокойно ответил Призрак, доставая из кармана пластиковый прямоугольник. — Не нервничайте. Вот мой пропуск.

Повезло неимоверно — заветный пропуск лежал в куртке, которую Призрак на время одолжил.

— Пропуск нужно предъявлять по первому требованию! — проворчал охранник, осматривая документы. — Вам мастер не говорил что ли об этом?

Призрак неопределенно пожал плечами.

— Хорошо. Проходите, — нехотя сказал охранник, возвращая документ.

Призрак пошел дальше.

— Постой, — вновь окликнул его охранник. — А инструмент тебе не нужен что ли для проверки?

Призрак обернулся, нарисовал на лице что-то вроде улыбки, ответил:

— У меня он с собой.

И продемонстрировал гаджет, на котором смотрел схему помещений.

Охранник кивнул.

Призрак прошел в общий зал и жадно принялся осматриваться. Огромное помещение, множество столов, массивные ниши, большие окна. Все это было очень удобно для его дела. Если бы не одна деталь. У входа Призрак увидел несколько магнитных секций. К открытию здесь смонтируют особые поисковые рамки, от которых не скроется ни один подозрительный механизм, как глубоко и укромно его не спрятать.

Призрак с трудом сдержал себя, чтобы не выругаться. Система безопасности тут будет на высоком уровне. И надо признать — как бы это горько не звучало, — обмануть ее вряд ли удастся. Слишком много рисков. А рисковать в своем деле Призрак не любил. Нельзя полагаться на факторы, которые могут измениться. Он действовал наверняка. Поэтому сейчас Призрак возвращался из «Tokyo Sky Gallery» обратно на улицу. Этот вариант отметается.

Но есть другой, запасной план.

Призрак вновь улыбнулся и направился прочь, в свое убежище.

* * *

Судзуки Масао вернулся после разговора с Абэ в свой кабинет словно выжатый лимон. Этот Абэ — молодой еще парнишка, младше самого Судзуки лет на десять. Но хватка у него крепкая, а характер стальной. Все соки выпивает. Но за это и уважаем. Судзуки верил, что именно Абэ и станет новым руководителем корпорации «Спрут». А значит любые лишения и дискомфорт не напрасны.

Смущало только одно. Абэ пару раз говорил ему, что его не интересует ресторанный бизнес, которым управляет сейчас корпорация.

— «Спрут» — это уже не сеть ресторанов, — сказал как-то он, разоткровенничавшись. — Это гораздо больше. Нужно развиваться, идти дальше, осваивать другие сферы. На еде много денег не сделаешь. Сколь много икры мы бы не клали на рисовую булку, сколько пищевого золота не добавляли бы, все равно по сравнению со стоимостью, скажем, транзисторов пятого поколения для высокоскоростных машин она не сравниться в цене. И потому, в конечном итоге, эти активы должны быть проданы.

— Что⁈ — только и смог вымолвить Судзуки, который начинал свой путь именно с ресторанного направления.

Он не мог поверить собственным ушам. «Спрут» — это рестораны, а рестораны — это «Спрут». Сам господин Ямато начинал с того, что готовил в небольшой закусочной. В этом смысл, в этом ключ. А теперь все продать… Разве так можно?

— Когда я стану президентом компании, то первым делом продам все рестораны, — ледяным тоном произнес Абэ. — Они мне порядком надоели. Продам все, до последней закусочной. А если не найду покупателей — то просто закрою их все. Они мне не нужны. Это прошлый век. Пусть людей кормит кто-то другой. Под моим началом корпорация «Спрут» начнет новую страницу своей истории. Будем двигаться вперед.

«Ах эти обиженные дети руководства, — печально подумал Судзуки. — Они не видели своих отцов, выросли без них, пока те строили новую империю и теперь выросшие дети считают что всему виной рестораны. Их можно понять. Но вот смириться с этим?»

Впрочем, после недолгих размышлений Судзуки пришел к выводу, что смириться все же сможет. Если его сделают руководителем какого-нибудь филиала судоходной компании, которые сейчас активно скупает «Спрут» — то сможет. Почему бы собственно и нет?

Судзуки взял стакан с кофе, поднялся к себе в отдел.

— Всем добрый день! — приветствовал он людей.

Все ответили нестройным хором. Судзуки давно хотел заняться воспитанием подчиненных, но в силу своего достаточно мягкого характера не мог ругать их и держать на коротком поводке. Ребята конечно были с ветром в голове, но никогда не подводили его и если нужно было что-то срочно отработать делали это, хоть и порядком чертыхались и украдкой ругая его. Поэтому и сложилась в их отделе довольно непринуждённая атмосфера, которая Судзуки нравилась.

— У нас в отделе пополнение, — сказал он, выцепив взглядом нового человека за давно пустующим столом. — Все успели познакомиться с…

Судзуки вопросительно глянул на парня.

— С Кенджи Мураками, — подсказал тот.

— Верно. Кенджи Мураками. Рады видеть тебя. Ты уже успел со всеми познакомиться?

— Так точно, — бодро ответил парень.

— Ну вот и хорошо, — кивнул Судзуки. — Располагайся, вникай в курс дела. У нас долго была не закрыта эта вакансия, поэтому вопросов скопилось достаточно. Если будут какие-то вопросы возникать по ходу дела, то мой кабинет вон там.

— На самом деле вопрос один уже есть, — произнес Мураками, чем привлек к себе внимание остальных работников.

— Что такое?

— Я хотел переговорить насчет «Белого Тигра».

— А что с ним?

— Вышло одно видео…

— С Мистером Горчицей? Да, видел его.

— Нам нужно на это отреагировать.

— Да не придавай внимания всякому мусору, — отмахнулся Судзуки.

Ему хотелось как можно скорей добраться до своего кабинета, сесть на удобный кожаный стул и выпить горячий кофе, чтобы морально восстановиться после разговора с Абэ. А этот назойливый парнишка не давал ему этого сделать.

— Господин Масао, — сказал Мураками. — Мы не должны распускать про наш ресторан недостоверные слухи.

— Это верно, — кивнул Судзуки, приглядываясь к пареньку.

У парня была неплохая карьера — от разнорабочего из какого-то отделения, Судзуки даже не знал какого, до работника офиса. Но кто он такой по сути? Никто. Просто его подчиненный. В отделе кадров была долго открыла вакансия, которую и заткнули этим пареньком. Надо будет запросить на него дело, посмотреть кто он такой.

— Мураками, пойдем ко мне в кабинет? — сказал Судзуки. — Там и обсудим все вопросы.

Они прошли через офис, зашли в просторный кабинет. Весь день, как Судзуки ушел к Абэ на совещание, тут работал кондиционер, остудив помещение и превратив в холодильник.

— Присаживайся, — сказал Судзуки, сам плюхаясь в кожаное кресло.

И тут же сморщился — сиденье неприятно похолодело спину.

«Прям как когда Абэ начинает отчитывать!» — с улыбкой подумал Судзуки.

— Так что там у тебя, Мураками?

— У этого блогера достаточно большая аудитория, — начал парень. — Такое видео вызовет резонанс. Это удар по репутации ресторана. Возможен большой отток клиентов — все-таки этот канал смотрит достаточно большое количество людей. Да, можно возразить, что его целевая аудитория — это молодое поколение, которое вряд ли сможет себе позволить ходить в «Белый Тигр». Но часть этого молодого поколения — дети тех, кто все же посещает нас. И если сын или дочь скажет своему родителю, что посещать «Белый Тигр» теперь не модно, он может и послушать своего отпрыска.

Судзуки отпил кофе. Задумался.

Абэ разработал достаточно простой, но в то же время эффективный план. Эта травля, которую устроил этот придурок Горчица — несомненно происки конкуренты. Кого именно — еще предстоит выяснить. Но важно другое. Конкурент должен быть отвлечен и продолжать воевать с «Белым Тигром», пока другой ресторан, «Золотой Дракон», спокойно идет вперед в этой гонке. И в самом деле гамбит — жертвуем одним ради другого. Так может быть пусть этот парнишка и носится с этим «Белым Тигром»? Что может Мураками? Вряд ли что большое. Это как запустить малька в ведро с водой — бури он там не создаст. Так пусть плещется, все какой-то вид создадим перед конкурентами, что пытаемся справится с теми проблемами, которые они нам подкинули.

— И что ты предлагаешь? — спросил Судзуки.

— У меня есть одна идея, — оживился парень. — Мы могли бы…

— Постой, — остановил его Судзуки, вдруг почувствовав, как начинает уставать. Нужно срочно выпить кофе. Абэ сегодня постарался — выпил все его жизненные соки. А тут еще этот, инициативный: — Давай сделаем так. Если есть идеи — вперед. Действуй. Не будем терять времени на объяснения и пустые разговоры.

— Вы даже не выслушаете, чтобы одобрить? — удивился Мураками.

— А зачем? Я вижу, что ты способный парень, с головой на плечах. Вот и действуй. А ребята из отдела тебе помогут, если нужно будет.

— Хорошо, — ответил Мураками, выходя из кабинета. — Спасибо!

— Наконец! — шепнул Судзуки, отхлебывая большой глоток обжигающего кофе и закидывая ноги на стол.

Иногда даже самому великому воину требуется отдых. И горячий кофе.

* * *

Я вышел из кабинета Судзуки в легкой растерянности. С одной стороны подкупало то, что мне был дан полный карт-бланш действий. Но с другой стороны, будь я на его месте никогда бы так не поступил. Я новичок в отделе. Что у меня в голове? Какие тараканы там? Я бы мог своими неправильными действиями невольно подставить не только себя, но и самого начальника.

Впрочем, возможно, господин Масао это понимает, поэтому пригласил в свой кабинет, чтобы не было лишних ушей и свидетелей — в случае своего промаха я ничего никому не объяснить и доказать. Кто подтвердит слова Судзуки о том, что он дал мне волю для действий, кроме его самого и меня? Никто. А значит он в безопасности. Вполне неплохо.

Однако я чувствовал, что придуманный в голове план действий, ответ на выпад Мистера Горчицы (как же глупо звучит его прозвище!) не подведет.

— Ну? Как? — спросил меня Ичиро, едва я показался в офисе.

Я кивнул.

— Нормально.

И принялся искать нужную мне сейчас вещь.

— Что — нормально? — не понял Ичиро. — Что он сказал?

Но я отмахнулся от него как он назойливой мухи. С объяснениями потом. Сейчас важно другое. И чем быстрей, тем лучше — потому что каждую минуту просмотры у этого Горчицы только растут.

Найти визитку было очень сложно задачей. Я сомневался, что это у меня вообще получится, ведь с момента нашего знакомства прошло достаточно много времени — я работал еще тогда в «Красном фонаре», причем до пожара.

— Да что ты задумал? — насторожено спросил Ичиро, увидев мое озадаченное лицо.

— Спасаю «Белый Тигр», — ответил я, наконец найдя нужный телефон на дне портмоне.

— Спасаешь? Как? — удивился Ичиро.

Остальные тоже замолкли, с любопытством поглядывая на меня.

— Сейчас поймете, — ответил я, набирая номер. — Алло? Сатоши Ито, журналист газеты «Токио симбун»? Добрый день! Узнали меня? Это я, Кенджи Мураками, о котором вы писали статью в своей газете. У меня есть для вас один материал.

Глава 6

Организовать первую часть плана оказалось не так сложно, как могло мне показаться. Журналист Сатоши Ито узнал меня и радостно приветствовал:

— Кенджи-сан! Как же я рад тебя слышать! Куда ты пропал? Я заходил в «Красный фонарь» вчера и был сильно удивлен, как там все изменилось.

— Да, мы сделали ремонт, — улыбнулся я.

— И это только пошло ему на пользу. Заведение становится очень популярным! Чтобы попасть туда пришлось отстоять получасовую очередь.

— Этой популярностью я обязан только вам и вашей статье, — честно ответил я. — И за это вам большое спасибо!

— Я всегда пишу только правду и только от чистого сердца. Твое мастерство меня удивило, поэтому статья получилась такой. Но оказывается ты уже не работаешь в «Красном фонаре», — в последней фразе Ито проскользнула грусть.

— Можно сказать, что пошел на повышение. Теперь работаю в офисе «Спрута».

— О! Поздравляю! Я всегда знал, что ты далеко пойдешь.

— Спасибо. Но я хотел бы попросить у вас еще помощи, если это возможно?

— Я с радостью помогу тебе, Кенджи, если это в моих силах. Что случилось?

— Я хочу пригласить вас в ресторан «Белый Тигр». За мой счет разумеется.

— Хочешь похвастаться меню, которое разработал сам?

— Нет, меню мне еще там не доверяют. Хочу, чтобы вы были кем-то вроде третейского судьи.

Я коротко рассказал ему о Горчице, его видео и о своем плане. Ито выслушал, не перебивая, потом коротко сказал:

— Я в деле.

Я поблагодарил Ито, и мы распрощались. Согласие журналиста обрадовало меня. Но теперь нужно было провернуть самую сложную часть плана. И как это сделать я пока не понятия не имел.

— Кажется, Кенджи что-то задумал, — усмехнулась Чоу, пудря носик и рассматривая себя в маленькое зеркальце. Мне казалось, что она вообще не выпускает его из рук.

— В самом деле, Кенджи, — поддержал ее Ичиро. — Может, расскажешь, что у тебя за мысли появились? Мы ведь твои коллеги. Могли бы помочь, если вдруг что-то нужно было.

Он был прав. Нужно рассказать им.

— Я хочу еще раз пригласить этого Мистера Горчицу в наш ресторан, — ответил я.

Повисла недоуменная пауза.

— Зачем? — совсем тихо спросил Ичиро. — Тебе не хватило одного разгромного видео? Он же снимет еще одно!

— Не снимет. Есть одна задумка. Слушайте, как я могу связаться с этим Горчицей? И вообще у него есть настоящее имя?

— Его зовут Одзава Аки. А связаться с ним… — Ичиро задумался. — Можно, наверное, написать ему в социальных сетях. Только это займет много времени. Думаю, Аки пишут очень много его фанатов, так что вряд ли он сможет тебе быстро ответить. Если вообще ответит.

— Нет, этот вариант не пойдет. Номер нужно найти быстро. И есть у меня одна мысль…

Прежде чем сделать второй звонок, я долго размышлял. Аки нужно было найти быстро, потому что время играло против нас. И потому я решил прибегнуть к помощи еще одного своего знакомого.

— Кенджи! — раздался звонкий голос в трубке телефона.

Было ли это противозаконно? Я не сомневался, что да, этот человек будет действовать именно так — он по-другому не умеет. Но мог я поступить как-то иначе? Нет. Поэтому я ответил:

— Рокеро, привет. Нужна твоя помощь.

* * *

План был готов. Реализация началась. Рокеро действовал уверено и даже нагло и уже к вечеру он скинул мне на мессенджер номер телефона того самого Мистера Горчицы и короткое послание:

Если необходимо, то я могу поговорить с ним по-другому

И несколько смайликов в виде кулаков в конце. Я не сомневался, что Рокеро может отделать этого Аки словно отбивную. Только вот мне бы такая помощь совсем не помогла бы. Напротив, только навредила бы. Я ответил Рокеро — поблагодарил за помощь и отказался от более крепкого воздействия. Потом сделал глубокий вздох и набрал Горчице.

— Слушаю вас? — ответил тот после пятого гудка.

Рокеро постарался — подумал я. Ему удалось раздобыть личный номер Горчицы, а не его агента. И это очень хорошо.

— Одзава Аки, добрый день, — произнес я.

— Кто это? — настороженность и даже опаска просквозили в его голосе.

— Меня зовут Кенджи Мураками.

Имя ничего не сказало моему собеседнику, и он спросил:

— Кто вы? Чего вам нужно? И откуда у вас мой телефон?

— Слишком много вопросов. Давайте я начну по порядку, с самого первого. Меня, как я уже представился, зовут Кенджи Мураками. Я работаю в корпорации «Спрут»…

— А-а, угрожать решили? — перебил меня Аки. — Только учтите, это вам не удастся!

— Я не собираюсь вам угрожать. Я звоню вам совсем по другому поводу.

— Хотите в суд подать? Это тоже бессмысленно. У меня очень сильная команда юристов. Только время зря потеряете. И деньги. Потому что я тут же подам встречный иск. И компенсацию назначу из семи нолей!

— И в суд подавать на вас я не собираюсь.

— А что же тогда? — растерялся Аки. А потом рассмеялся: — Понял! Хотите денег дать, чтобы я последний свой ролик удалил, где я к вам в «Белый Тигр» ходил? Нет, Мураками. Зарубите себе на носу и передайте своим боссам, что я не продаюсь. И ролик удалять я не собираюсь!

— А мы и не просим его удалять.

Это окончательно поставило парня в тупик. Он замолчал, размышляя. Потом расстеряно спросил:

— Угрожать вздумали?

— Подождите, Аки. Где вы увидели в моих словах угрозу? Вы же мне даже сказать ничего не даете.

— Хорошо, — немного успокоившись, ответил тот. — Слушаю вас. Что вы хотели?

— Для начала хотели бы прояснить ситуацию. Вы свой ролик снимали тайно, сообщая своим зрителям, что вам не удалось договориться с руководством ресторана об открытых съемках. Но ведь это неправда.

Я блефовал. Я понятия не имел действительно ли это было так, но решил пойти ва-банк и не прогадал.

— Я… просто… я звонил в вам… в «Спрут»… точнее, в «Белый Тигр»… и не дозвонился. Поэтому о съемках договориться не получилось.

— Ну вот видите. Вы не смогли нам дозвониться, зато мы к вам дозвонились. Ситуация с видео получилась странная. Блюда, которые вам подали, вам не понравились. Поэтому мы бы хотели попытаться изменить у вас сложившееся о нас мнение и официально пригласить вас в «Белый Тигр» на обед. Как вы на это смотрите?

— Что⁈ — Аки явно не ожидал такое услышать. — Это что, шутка?

— Нет, не шутка. Я говорю абсолютно серьёзно.

— Вы что, не понимаете, что я приду с камерой? Я буду все снимать? — Аки явно ухватился за эту идею.

— Мы вам официально разрешаем взять хоть три камеры и все снимать. Мы просто хотим вас вкусно накормить и попытаться изменить о себе мнение у вас. Дайте нам шанс.

— Кажется, вы не совсем понимаете кто я такой, — хохотнул Горчица. — Я сниму о вас видео!

— Да пожалуйста.

— Нет, тут какая-то подстава.

— Никакой подставы нет. Приходите и снимайте. А нам дайте возможность подать вам самые вкусные блюда.

— Вы отберете у мен камеру? — словно рассуждая вслух, произнес Аки. — Или заставите вырезать самые острые моменты? Нет, монтажом заниматься я не буду.

— Если хотите, то можете сделать онлайн трансляцию, в прямом эфире, — подсказал я. — Тогда никакого монтажа не будет — все сразу же пойдет в прямой эфир.

Аки не смог сдержать смех.

— Мураками, вы самоубийца! Вы же это понимаете?

— Почему вы так решили?

— Потому что это будет последний день, когда «Белый Тигр» будет открыт. Я вас сотру в порошок и уничтожу. Я объявлю об онлайн трансляции прямо сейчас. Включу таймер отсчета и сделаю репост этого во все своим каналы и страницы соцсетей. Вы же понимаете, что я соберу на эту трансляцию такое количество людей, что увидят все⁈

— Хорошо, пусть увидят все, — спокойно ответил я. — Так вы принимаете приглашение?

— Конечно! — радостно воскликнул тот. — Я приду! Как же я могу отказаться от такого щедрого подарка⁈ Вы сами себя закапываете, Мураками! Но это уже не мои проблемы. Когда обед?

— Завтра в двенадцать часов дня вас устроит?

— Конечно!

— Тогда договорились. До свидания, Одзава. Будем вас с нетерпением ждать.

— А уж как я буду ждать этой встречи!

* * *

Камера дернулась, замерла. На экране появилось лицо крупным планом:

— Хей, ребятки! Всем привет! С вами на связи Мистер Горчица. И у меня для вас есть убойная новость. Она просто взорвет вам мозг. Господа гурманы, послушайте-ка это! Ресторан «Белый Тигр» приглашает меня, вашего покорного слугу, на дегустацию. Представляете? Меня, человека, который знает толк в настоящей еде, хотят накормить их сомнительными блюдами. Ха! Вы, надеюсь, помните мое последнее видео — мой поход в этот ресторан? Если нет, то ссылка в описании. В общем, кормили там… Ну просто ужас.

Парень демонстративно скривился.

— И вот теперь «Белый Тигр» решил видимо исправиться. Давайте не будем обольщаться, это будет очередная попытка выдать кота за барсука. Но не волнуйтесь, я не дам им обмануть себя! Я отправляюсь туда во всеоружии: с острым языком и безграничным чувством юмора. Все как вы любите, ребятки! Каждый кусочек, каждая ложка этой «изысканной» пищи будет подвергнута беспощадной критике. Я уже вижу заголовки своих будущих обзоров: «Белый Тигр»? Скорее, «Белый Кот», который наловил себе мышей и теперь выдает их за деликатесы. Я покажу всем, что скрывается за этой вывеской.

Мистер Горчица улыбнулся. Демонстрируя редкие маленькие зубы.

— И вы, мои дорогие подписчики, сможете присоединиться ко мне в этом кулинарном приключении. Завтра в двенадцать часов я буду вести прямую трансляцию прямо из ресторана. Не пропустите! Вы все увидите онлайн. Это исключает монтаж, исключает подлог и вообще чистая правда. Все своими глазами. Я покажу вам все их блюда со всех ракурсов!

Мистер Горчица взял в руки стакан.

— А теперь, позвольте мне поднять бокал… воды. За наше с вами расследование! И помните, мои друзья, всегда выбирайте еду с умом, а не с громким названием. А я, ваш верный гид в мире гастрономии, всегда буду рядом, чтобы уберечь вас от кулинарных разочарований. Всем пока! Отсчет прямой трансляции пошел.

Картинка погасла.

Под видео, возле символа сердечка, начали расти цифры: 45, 139, 1087, 5198, 9701, 15007…

Скоро состоится грандиозное шоу, пропустить которое не хочет никто.

* * *

Ожидание подобно смерти. И с этим я был полностью согласен.

Я нервно поглядывал на часы. Хотя какая разница? До завтра еще очень далеко. Принялся ходить из угла в угол, потом, поняв, что на меня все смотрят, подошел к окну. Внизу проносились машины, люди спешили по своим делам. А я здесь, в бетонном муравейнике, переживаю из-за завтрашнего дня. Этот ужин — не просто трапеза, это битва. Битва за честь нашего ресторана, за доверие наших клиентов. Я должен победить. Но что если я проиграю? Что если все мои старания окажутся напрасными? А что если он придет не один?

Я тряхнул головой. Эти вопросы делают только хуже. Нужно отпустить ситуацию и не волноваться, иначе к завтрашнем обеду я просто сойду с ума.

— Ребята, — обратился я своим коллегам. — А как вы расслабляетесь после работы?

— Ну мы вообще… — начал Джиро и глубоко задумался.

— Иногда мы… — в тон ему промямлила Икеда.

— Вы что, никогда не ходите никуда вместе? — удивился я.

— Не ходим, — с грустью подтвердил мои выводы Ичиро. — Так уж сложилось. Все никак не можем собраться.

— Это потому что у нас общий ментальный знак козерог в Сатурне, — со знанием делам сообщила Икеда. — Мы дружные, но когда дело касается дела, особенно неформального, то нам трудно собраться всем вместе. Полюса у всех одинаковые, вот и отталкиваемся. Так уж звезды сложились.

— Ребята, пришлось время наплевать на звезды и пойти против них! — улыбнулся я. — Время уже к вечеру. Давайте, собирайтесь. Я новенький в отделе, а значит — что?

Я вопросительно поглядел на коллег.

Те растеряно пожали плечами.

— Значит проставляюсь! Ну вы чего? У вас нет такой традиции?

— Что значит проставляешься? — не понял Ичиро.

Я тяжело вздохнул, буркнул под нос:

— Как же тяжело с вами, — обратился ко всем: — Значит так. Сегодня мы пьем сакэ. Много сакэ. И возражения не принимаются!

— А можно виски? — робко спросила Чоу.

— Можно, — кивнул я. — Но сначала сакэ. Плачу я. Есть одно классное место, где можно очень хорошо отдохнуть.

— Какое? — оживились ребята.

— Идзакай «Красный фонарь»! — ответил я, наполняясь душевным теплом только от одного упоминания этого места. Мне чертовски хотелось повидать Наоми и отдохнуть мыслями от предстоящего дела.

— Отлично! — обрадовались все, повскакивав с мест. — Мы идем в идзакай «Красный фонарь»! Прямо сейчас!

* * *

Следующий день, ресторан «Белый Тигр»

К назначенному времени все было готово. Я предупредил Жака Лелюша о том, что в двенадцать часов дня в «Белый Тигр» придут гости и попросил его приготовить что-нибудь его фирменное. Жак поворчал, но согласился. Я не стал вмешиваться в меню и блюда, понимая, что Жак все сделает как нужно.

Сатоши Ито, журналист газеты «Токио самбун» и его спутники пришли в назначенное время, даже чуть раньше. Я познакомился со всеми ними, искренне поблагодарил их за то, что согласились прийти. Ито лукаво подмигнул мне. Конечно же они пришли не только, чтобы поддержать меня. Предстоящая встреча имела резонанс в новостях — видео с известным блогером и рестораном «Белый Тигр» видели многие. Возможное продолжение этой шумной и скандальной истории могло случиться уже прямо сейчас. Поэтому все ждали сенсации. И от этого я стал волноваться еще сильней.

Пока рассаживали гостей, я стоял возле входа, ощущая, как волнение прошивает меня. Никогда я еще так не переживал. И даже сложные операции в прошлой жизни не заставляли меня так чувствовать.

К назначенному времени Аки не явился. Часы показывали пять минут первого, а скандального блогера все не было. Ну конечно, кто бы сомневался, что его величество Мистер Горчица придет вовремя? Такие важные персоны любят заставлять, чтобы их ждали, а не они. Я уже подумал, что он струсил и готов был рассыпаться в извинениях перед Сатоши и его гостями, но в дверях раздался знакомый голос и я облегченно выдохнул.

— Ребятки, меня видно? Слышно? Если да, то поставьте плюсик в чат. Так, вижу. Отлично. Тогда начинаем. Как вы видите, я уже возле «Белого Тигра». Удивлены? Толи еще будет! Сегодня будет просто разрыв! Такого вы еще не видели! И все это, я повторяю, идет в прямом эфире, без склейки, без монтажа, чтобы вы сами убедились, что я ничего не придумывал в прошлом видео.

Одзава Аки, он же всем известный блогер по прозвищу Мистер Горчица, вошел в холл ресторана «Белый Тигр». Парень был удивительно низкого роста и еще толще, чем на экране монитора. С костюмом заморачиваться он не стал, а явился в давно не стираной мятой футболке и шортах.

Оглядевшись, Аки приметил меня и направился в мою сторону.

— Вот этот человек, который позвонил мне, — без всякого приветствия произнес Аки. — Мураками. Его зовут Мураками. Если запомнили его имя, то поставьте сердечко. Отлично. Именно он пригласил меня сюда. Вы голодны? Я тоже голоден. Только сомневаюсь, что мне здесь удастся поесть.

Я не сразу понял, с кем он разговаривает. И только увидев в его руке телефон с включенной камерой, понял, что онлайн трансляция уже идет.

Что ж, начнем представление.

Я понимал, что ставки возросли стремительно вверх и права на ошибку у меня нет. Я сильно рисковал. Очень сильно. Один такой блогер, типа Мистера Горчицы, сам того до конца не осознавая, обладает огромной силой. У него есть его фанаты, причем очень много. И этот Горчица имеет определенную властью над ними. Они — его армия. Поднять их в настоящую атаку он конечно же едва ли сможет, но вот в атаку виртуальную — вполне. И тогда они сметут все на своем пути, сровняют с землей, превратят репутацию ресторана, а вместе с ним и мою судьбу в безжизненное поле.

И выяснить что меня ожидает, и какая участь мне уготована я намеревался прямо сейчас.

Глава 7

— Одзава Аки, мы рады вас видеть в ресторане «Белый Тигр»! — произнес я, улыбнувшись. — Добро пожаловать!

— Вот, ребятки, так меня встречают. Они рады меня видеть. Не могу конечно ответить взаимностью, сами понимаете почему. Но хотя бы встречают. Для начала неплохо. Посмотрим, что будет дальше.

Этот блогер начинал меня сильно раздражать. Его манера полностью игнорировать всех вокруг и общаться только со своими подписчиками, которых набралось на трансляцию уже очень и очень много просто убивала.

«Но ничего, — успокоил себя я. — Еще наступит мое время неприятно удивить его».

— Прошу вас проходить в основной зал.

— Ребята, вы меня видите? Дайте сердечек! Трансляция идет прямо сейчас, вы все видите в прямом эфире! Я в ресторане «Белый Тигр», причем не прячу камеру — меня позвали сюда они сами! Да, japan87, полностью с тобой согласен, очень странно, что позвали. Возможно, у них не все в порядке с головой. Ну знаешь, такое бывает у стариков — они порой сходят с ума. Нет, catgirl-17, я не знаю, что мне будут подавать. Ребята, давайте, сообщайте своим знакомым, кидайте ссылки на трансляцию, будет очень…

Горчица едва зашел в основной зал, как перестал болтать без умолку. Он смотрел на собравшихся с явным подозрением.

— Это еще кто такие? — спросил он, впервые обратившись ко мне.

Помимо основного стола, который был накрыт для блогера, вокруг было поставлено еще три. На каждом сидело двое, а то и трое гостей. И все они разительно отличались от гостя, прежде всего одеждой. В отличие от блогера, который, кажется, даже и не переодевался, пойдя на встречу в чем проснулся, прочие гости были одеты подобающе — пиджаки, брюки, костюмы. И это радовало, потому что гости знали куда шли и как вести себя. Гостям были знакомы правила этикета.

— Это другие журналисты, — ответил я как можно более любезным голосом. — Давайте я вас представлю. Это — господин Сатоши Ито из газеты «Токио самбун», это господин Датэ Кичиро с девятого канала, а это госпожа Мацуи Эцуко, с вечернего выпуска новостей на тринадцатом канале. С ними сидят их помощники — видео- и звуко- операторы. Я думаю, вы их всех знаете?

— Что они тут делают? — прошипел Горчица, злобно зыркнув на меня.

— Они тоже приглашены на обед.

— Но… мы так не договаривались!

— Вас что-то не устраивает, господи Одзава? Или вас лучше все же называть Мистером Горчицей? Как к вам будет удобней обращаться?

— Я… они… я должен был быть один! Я всегда один!

— Я пригласил вас на обед, но я не говорил вам, что он будет устроен только для вас. А другие детали вы не стали у меня уточнять. Вы вроде хотели только, если я не ошибаюсь и правильно вас цитирую, «стереть в порошок и уничтожить» нас. Я с радостью хотел бы вам оказать всяческое содействие в этом деле. Прошу вас, Присаживайтесь.

Щеки Горчицы залились краской. Он начал трясти вторым подбородком, фыркать, но сказать ничего не мог — трансляция продолжала идти и любое слово, сказанное мне, могло вернуться бумерангом к нему же. Зрители не прощают ошибок. Тем более допущенных прилюдно.

— Послушайте, — прошипел он как можно тише, отвернув камеру в сторону. — Они должны немедленно уйти!

— Но почему⁈ — притворно удивился я. — Ведь я их тоже позвал на обед. Они хотят попробовать вместе с вами наши блюда. Я не могу их прогнать, это будет не культурно и некрасиво с моей стороны.

Сотовый телефон блогера начал беспрерывно щелкать.

— Мистер Горчица, кажется, ваши зрители хотят вас видеть. Мне кажется, не стоит отводить камеру, а тем более выключать ее. Все-таки прямая трансляция идет. Зрители этого не поймут. Я ведь правильно говорю?

Я заглянул в камеру и помахал рукой. Тут же в чате посыпались сердечки одобрения.

— Удите из кадра! — взвизгнул Горчица.

— Не знал, что мне нельзя, — улыбнулся я. — Думал, вы будете снимать тут всех. Ну так что мы стоим? Давайте присаживаться. Остальные гости уже заждались. Кстати, скоро первое блюдо внесут.

Горчица был пойман в мышеловку и застрял в ней крепко. Причем мышеловку он сделал сам себе, когда включил кнопку прямой трансляции. Отключиться у него сейчас не было никакой возможности — его подписчики просто бы этого не поняли. Это в лучшем случае. А большинство сообразило бы, что прошлый материал про «Белый Тигр» был простой заказухой, а отключение трансляции — это обычная попытка слиться. Поэтому выключать камеру ни в коем случае было нельзя.

Но и садиться за стол опасно.

Сесть за стол, значит принять правила моей игры, которая совсем Горчице не нравилась. Тем более, что напротив сидят другие журналисты. Они отсекают возможность для того, чтобы соврать. Одно дело кривляться на камеру собственного телефона и другое — перед объективом профессионального журналиста.

Мышеловка. Самая настоящая мышеловка. Горчица это прекрасно понимал.

— Прошу, присаживайтесь, — повторил я.

Блогер натянуто улыбнулся, направился за стол. К этому времени телефон его уже буквально разрывался от сообщений — зрители хотели знать, что происходит.

— Господа, с вашего позволения мы начнем.

Пришедшие журналисты поддержали меня аплодисментами. И только Горчица сидел красный как помидор и что-то сбивчиво пытался сказать для трансляции.

— Я собрал вас здесь, чтобы порадовать блюдами нашего ресторана «Белый Тигр». Именно ими мы и планируем кормить высоких гостей, которые прибудут на форум.

— Так значит вы участвуете в отборе? — спросил Датэ Кичиро.

— Конечно. Мы хотим участвовать, и мы готовы накормить всех самыми вкусными блюдами, которые порадуют даже самые утонченные вкусы.

Произнеся эту фразу, я посмотрел на Горчицу. Несколько журналистов улыбнулись, понимая, к чему я веду.

— Итак, первое блюдо. Это конечно же сашими. Голубой тунец, морские гребешки, желтохвост, копченый угорь. К сашими подается восемь видов соусов, которые символизирую направления света — четыре основных и четыре вспомогательных.

Внесли доски с сушими. Мастерство, с каким была нарезана рыба, удивляло. Жак определенно умел это делать и обладал настоящим талантом.

Гости принялись рассматривать блюдо, а операторы снимать его с разных ракурсов, причем многие из них пытались захватить Мистера Горчицу и его реакцию.

Потом гости взяли палочки и принялись дегустировать еду. В ресторанах есть свой особый этикет потребления пищи. Это практически ритуал, строгий, словно законы самурая. Не спешить, не разговаривать, брать небольшие кусочки, наслаждаться едой, созерцать. Вот и сейчас гости следовали этим правилам, хотя по их реакции было видно, что сдержать эмоции крайне сложно.

Я глянул на Сатоши и тот в блаженстве прикрыл глаза, показывая, что блюдо очень вкусное. Я благодарно кивнул ему в ответ. Сатоши меня успокоил.

И только один Горчица понуро сидел и ничего не ел. Он смотрел то на тарелку, то на гостей, то в экран телефона.

— Почему же вы не едите? — подойдя чуть ближе, спросил я его. — Не бойтесь, вас здесь не отравят.

— Уж лучше бы отравили, — совсем тихо буркнул себе под нос он и взял палочки.

Потом подцепил гребешок, макнул его в соус и отправил в рот. Врать на три камеры в присутствии семи человек, которые попробовали то же самое блюдо, у Горчицы не хватило ни духу, ни таланта. Поэтому он не стал корчить рожи отвращения. Пережевал, проглотил. В глазах загорелся тот же самый блеск удивления, что и у многих, но Горчица быстро его подавил. Хвалить блюдо означало мгновенную смерть его блогерства и авторитета.

— Как вам? — спросил я.

Сразу же все камеры обернулись на Горчицу, желая запечатлеть его реакцию.

— Сложно сказать, — после долгой паузы ответил он.

Его телефон тут же зазвенел колокольчиками сообщений — зрители требовали более детального отчета о попробованном блюде. Горчица начал мямлить на камеру телефона:

— Ребята, пока сложно сказать на самом деле. Я вчера перебрал с острыми соусами, сейчас язык словно обожжен, вкусовые рецепторы до конца не восстановились. Я буду держать вас в курсе.

Зато другие журналисты были не так лаконичны в своих оценках, чем блогер. Сначала видеоподводку подснял Датэ Кичиро из девятого канал, расхвалив блюдо. Потом госпожа Мацуи Эцуко. Сатоши сделал несколько пометок в блокноте.

— Второе блюдо, — сообщил я. — После закусок мы предлагаем горячее. Это жаренный на карельской березе угорь и говядина вагю. Перед жаркой угорь был вымочен в особом кисло-сладком соусе с добавлением выжимки из крабьего панциря. Блюдо дополняют соус из океанских водорослей и свежие листья зелени. В качестве акцента и создания атмосферы — курящаяся кора сакуры.

От одного только описания этого блюда у меня потекли слюнки. Гости тоже возбужденно заерзали на стульях.

Внесли блюдо. Его подавали на больших белых тарелках, позволяющих рассмотреть еду со всех сторон. Журналисты оживленно зашептались.

Потом внесли кору сакуры. Тонкая струйка дыма потянулась к потолку, окутала собой всех, словно объединяя, создавая какую-то причудливую магическую атмосферу. Горьковатый терпкий запах дымка только сильней разжег аппетит.

В этот раз операторы были уже проворней и сняли блюдо быстрей — ждать не было никаких сил. Накинулись на блюда. Горчица тоже не смог сдержаться и подцепил приличный кусок рыбы. Все принялись жевать.

— Великолепно! — первым не вытерпел Сатоши.

— Просто невероятно! — поддержал его Датэ Кичиро. — Никогда такого не ел!

— Полностью с вами согласна! — кивнула госпожа Мацуи Эцуко. — Такой тонкий изысканный вкус, хотя казалось бы — жаренная рыба. Я думала, будет тяжело, жирно. Но это невероятно легкое блюдо, хотя и сытное! Очень необычно.

— Да, вполне неплохо, — кивнул Горчица.

Его тут же смерили уничижительными взглядами.

— Неплохо? — переспросил Датэ Кичиро. — Молодой человек, мне кажется, вы не совсем понимаете, что говорите. Если вам близка простая еда — а в этом нет ничего плохого, каждый ест то, что ему нравится, гамбургеры, газировку, и было бы странным, если бы он ел то, что ему не по вкусу, — то зачем же вы тогда ходите по ресторанам? Что вы тут хотите найти? Не логичней ли посещать другие заведения, где есть еда по вашему вкусу?

Горчица открыл было рот, чтобы ответить, но не смог ничего придумать на это и закрыл рот.

— Третье блюдо, — сообщил я. — Мистеру Горчице уже удалось его попробовать, и оно ему не понравилось. Но я хотел бы взять реванш. Или второй шанс, если так будет угодно. Не для себя и ресторана, а для блюда. Потому что оно действительно вкусное. Это «Глаз тигра». Наш шеф-повар господин Жак Лелюш приготовил его лично для каждого из вас. В основе блюда лежит свежайший лосось и соус, секрет которого шеф-повар надежно хранит в своей голове. Прошу!

Внесли блюда. Горчица принялся ерзать на стуле. Он все чаще глядел на экран своего сотового телефона и увиденное там его не радовало. Поставив каждому гостю на стол блюда, я украдкой достал свой телефон и зашел на трансляцию блогера, чтобы посмотреть, что же его так обеспокоило. В чате подписчиков творился настоящий ад.

CodeNinja: Горчица-сан, почему ты там ешь? Ты же сам говорил, что там кормят помоями. А теперь лопаешь (((

Lover8: я ничего не понимаю — пришел смотреть, как Горчица уничтожает «Белый Тигр», а он жрет за обе щеки!

LyricalDreamer22: получается прошлое видео было обманом? Разочарован в тебе, Горчица ((

JetWalker: сделай себе харакири, предатель. Отписка…

Melissa: лжец! Отписываюсь от тебя (((

Счетчик зашедших на трансляцию также заметно снижался, цифра откатывалась назад. И Горчица по этому поводу сильно нервничал.

Принялись пробовать третье блюдо.

— Очень странный вкус, — промямлил Горчица, Видимо решив сыграть ва-банк.

— Странный? — тут же накинулись на него журналисты. — И в чем же он по-вашему странен? В чем именно?

— Ну-у… — протянул Горчица. — Соус…

— Так не ешьте его. Попробуйте рыбу. Она невероятная!

— Не отравились? — усмехнулся Сатоши.

Горчица обиделся, надул щеки.

— Господа, не будем набрасываться на вашего коллегу, — произнес я.

— Коллегу? — усмехнулся Датэ Кичиро, презрительно зыркнув на блогера.

— Не будем ссориться. Мы просто все собрались тут и вкусно — я на это надеюсь, — пообедали.

— Вкусно! Безусловно вкусно! — поддержали остальные.

— Но позвольте, — вдруг произнес Сатоши, глянув на меня. — А разве вы, дорогой Кенджи-сан, не продемонстрируете нам свои умения?

Журналисты вопросительно глянули на Ито.

— Господин Мураками обладает удивительным даром! — пояснил тот. — Его умение обращаться с ножом подарит нам невероятный восторг!

— Господин Сатоши, вы заставляете меня краснеть! — улыбнулся я.

— Я говорю истинную правду! Будьте так любезны, если это возможно, продемонстрируйте нам свой талант. Думаю, никто из здесь присутствующих не будет против?

Все поддержали Сатоши аплодисментами и возгласами:

— Конечно! Мы только «за»! Покажите! Просим вас!

— Кенджи-сан умеет обращаться с ножом на уровне мастеров, которые готовили раньше, еще в период Эдо! — продолжал рекламировать меня Сатоши.

Все гости еще больше принялись меня упрашивать, и мне пришлось согласиться. Откланявшись, я зашел на кухню, попросил помощника принести рыбу и доску. Жак посмотрел на меня, стиснув губы в тонкую полоску. Я понимал, что он ревностно относится ко всему этому действу, но отказать гостям было нельзя — просто потому, что это все сейчас снимали на камеры.

Я подошел к столу, начал выбирать нож. И скривился. Всё та же дешевая дрянь, которая гнется в разные стороны, с тупой заточкой. Что ж, придется изворачиваться и обходиться тем, что есть. Я выбрал самый лучший, из того что было (если к нему вообще можно употреблять это словно, просто не самый дрянной, который мог просто не сломаться в процессе нарезки). И собрался уже было выходить обратно в зал, как Жак внезапно остановил меня, взяв за локоть.

— Стой, — он пристально посмотрел на меня таким суровым взглядом, что мне стало не по себе. — Вот. Возьми этот.

И протянул свой нож, тот самый, личный, выкованный мастером клинок.

— Но… — ошарашено произнес я.

— Честь «Белого Тигра» важнее чьих-то амбиций. Возьми мой нож и покажи им свое мастерство.

— Я…

— Бери, — с нажимом произнес Жак.

Я взял нож, учтиво поклонился повару, произнес:

— Спасибо.

А других слов у меня и не нашлось. Поступок Жака заставил взглянуть на него совсем иначе.

Я вышел к гостям. Официанты уже подготовили для меня стол, на котором лежала доска для нарезки и рыба. Журналисты развернули на меня камеры и ожидали удивительного, о чем говорил им их коллега Сатоши. Я сделал глубокий вдох и принялся показывать шоу.

Работать таким ножом было одно удовольствие. В какой-то момент я поймал кураж и начал нарезать рыбу так тонко, как только мог. Я уже не слышал удивленных вздохов журналистов, не обращал внимания, как они возбужденно шептали своим операторам: «ты заснял? Ты это заснял?». Я просто полностью погрузился в работу.

Когда последняя тушка рыбы была разделана, журналисты уже вовсю аплодировали. Я поклонился им, кивнул официантам, чтобы те разнесли нарезку.

— Ну что же, молодой человек, вам и сейчас не понравилась еда в «Белом Тигре»? — спросил блогера Датэ Кичиро, когда все было закончено. — Вы считаете, что этот человек, — он кивнул на меня, — не достоин того, чтобы готовить людям еду?

— Не то, чтобы это было плохо, — ответил тот, нарочно подняв телефон, чтобы его видели остатки тех зрителей, кто еще продолжал его смотреть. — Но можно было приготовить и лучше!

В своих глазах он явно выглядел дерзко и смело. Но со стороны это, конечно же, смотрелось печально и глупо. И камеры, конечно же, это сняли.

Вновь дзынькнул телефон — последний зритель отключился от трансляции.

— Иногда признать свою неправоту гораздо лучше и мужественней, чем самоубийственно стоять до конца, делая вид, что все в порядке, при этом понимая, что горишь в запертой комнате, — тихо произнес я, глядя на парня.

Горчица ничего не ответил. Он просто выключил онлайн трансляцию на телефоне и вышел из ресторана. В это битве он проиграл. И только сейчас понял, какова была цена этого проигрыша.

Глава 8

— У меня имеется вопрос к рекламному отделу.

Фраза прозвучала тихо, но ее услышали все. Совещание подходило к концу — тяжелое, долгое, изнуряющее совещание. И все уже мечтали лишь о том, как выйдут наконец из зала и разомнут затекшие спины. А еще нужно было успеть на шестой этаж к кофейному аппарату, где, как известно, самый вкусный кофе из всего офиса.

Все невольно обернули головы на Президента корпорации.

Господин Ямато восседал в кресле как на троне — военная выправка, орлиный взгляд. Так и не скажешь, что ему уже девяносто лет. И даже трехчасовое совещание, где все это время обсуждались сухие нудные цифры и графики, не заставило его раскиснуть, в отличие от многих.

Начальник рекламного отдела господин Иошито Окубо живо встал со своего места. Он был полной противоположностью Президента. Еще молод, но на лице уже видна сеть старческих морщин, взгляд потухший, сутулый. Казалось, он словно устал от жизни.

— Да, господин Президент? — произнес Иошито.

— Вы когда создаете рекламную компанию, почему со мной этого не согласовываете? Я же просил вас, чтобы все проекты проходили только через меня.

— Так мы согласовываем, — ответил Иошито. — Абсолютно все проекты мы отправляли вам. И вы их согласовали.

— Ничего не понимаю. А как же этот проект?

Президент поднял со стола пуль, включил телевизор.

— Знакомьтесь, это Кенджи Мураками, молодой шеф-повар, сердце и душа ресторана «Белый Тигр», — сказал диктор утренней программы. На экране показали кадры со вчерашнего обеда. — Его руки, словно танцующие бабочки, превращают обычные продукты в настоящие произведения искусства. Каждый взмах ножа — это мелодия, а каждое блюдо — симфония вкусов. Мураками — настоящий виртуоз на своей кухне. Его блюда — это не просто еда, это эмоции и целое путешествие в мир вкуса. Тончайшие сочетания ингредиентов, изысканные соусы, безупречная подача — все это делает его кулинарные творения поистине незабываемыми. В преддверии визита высоких гостей IT-форума рестораны, типа «Белого Тигра», готовы встретить всех и удовлетворить даже самый изысканный вкус. И мы рады, что у нас есть достойные претенденты на право кормить гостей.

— Это был девятый канал, — произнес Ямато. И нажал на другую кнопку пульта.

— Талант Мураками заключается не только в создании уникальных вкусовых сочетаний. Обратите внимание на его технику нарезки. Каждый разрез точен и уверен, словно удар меча самурая. Это настоящее искусство, которое завораживает и вдохновляет. Организованный обед в «Белом Тигре» был ответом на видео, которое снял известный молодежный блогер, выступающий под псевдонимом Мистер Горчица. И ответ этот был убедительным и сильным.

— А это тринадцатый канал, — добавил Ямато. — А вот газета «Токио симбун». Тут на второй полосе про обед в «Белом Тигре» написано, причем очень много и подробно. В том же положительном, я бы даже сказал хвалебном ключе. И об этом всем я ничего не знаю. Оказывается какой-то блогер снял про нас не очень хорошее видео. А этот Мураками заступился за ресторан.

— Он просто в пух и прах разнес этого выскочку из «Острого вкуса»! — улыбнулся Иошито.

— Это хорошо, — кивнул Ямато, но на лбу вдруг показалась морщинка — плохой знак. — Только вот почему честь «Белого Тигра» и всего «Спрута» всего лишь отстаивает один парень, который в должности простого клерка ходит? Где все это время были вы? Парень один в короткие сроки разработал план и ответил за всех нас. Да так ответил, что о нем новостные сюжеты снимают и в газетах пишут! Если не ошибаюсь, но чтобы такой положительный сюжет в новостях вышел нужно выложить круглую сумму?

Начальник рекламного отдела кивнул.

— А парень умудрился сделать это бесплатно! Ну, что вы молчите? Мне дешевле будет уволить весь рекламный отдел и этого Мураками поставить вместо всех вас. Сколько я только на одних зарплатах сэкономлю?

Иошито стыдливо опустил голову.

— Судзуки Масао, это же твой подчиненный?

— Так точно.

— Повезло тебе, хорошего кадра урвал. Твоя идея была с организацией обеда?

— Я… — Судзуки запнулся. Он конечно же хотел сказать что только его, что это все придумал он сам, чтобы забрать лавры гениального стратега и победителя себе. Но не смог. Взгляд Ямато, острый, пронзительный, от которого не ускользнет ничего и который, кажется, может распалить мокрые ветки, не дал ему этого сделать. — Нет, идея была не моя. Мураками спросил разрешения у меня, но точного плана я не знал. Просто я не думал, что так все далеко пойдет и завернется.

По залу прошелся смешок.

— А парень смог. Что ж, это пример для подражания. Прошу рекламный отдел и отдел стратегии взять эту ситуацию в свои руки, задействуйте все свои ресурсы. Мураками сделал всю грязную и сложную работу за вас, вам теперь просто предстоит все не испортить и нести дальше. Развивайте успех. Напишите пресс-релиз по поводу вчерашнего обеда. Делайте акцент на этом блогере, нам нужно отмыться до конца от его вранья. Этот локальный успех нужно полноценно развить. К тому же скоро приедут аудиторы, которые будут проверять рестораны. И такая неожиданная поддержка со стороны СМИ нам очень сильно поможет.

Ямато встал с кресла, оглядел всех.

— Вопросы есть? Хорошо. Совещание закончено.

Президент направился к выходу и все уже собрались было тоже уходить, как вдруг Ямато остановился, словно что-то забыл сказать напоследок. А потом и вовсе качнулся. Все недоуменно глянули на Президента. А тот попытался пойти дальше, но снова качнулся и едва не упал. Он неуклюже вытянул руку вперед, стараясь схватиться за стену, но был словно дезориентирован.

Первым сообразил что с господином Ямато что-то не так Иошито. Он подскочил с кресла, подбежал к Президенту. И весьма вовремя — тот едва не упал, и только подставленное плечо начальника рекламного отдела спасло его от падения.

— Господин Ямато!

— Все нормально, — хрипло произнес тот. — Просто голова закружилась. Сейчас пройдет. Душно в зале.

Господина Ямато усадили за стул, который тоже поднесли.

— Воды! Дайте воды!

Остальные тоже подскочили к Президенту.

— Ну, чего столпились? — проворчал тот. — Идите работать. Со мной все в порядке!

Но никто работать не спешил. Все смотрели на Президента и не могли его узнать. Он словно вдруг в одно мгновение превратился в дряхлого старика. Уже не было во взгляде той орлиной гордости, а плечи обвисли, словно из них вытащили все кости.

Принесли воды и Ямато отпил пару глотков. Потом схватив Иошито за рукав, поднялся.

— Может, врача вызвать? — спросил кто-то робко из толпы.

— Все со мной нормально, не дождетесь! — шутливо пригрозил он всем кулаком.

Раздался смех, но не веселый.

— Давайте, задание получено, идите работать. Да отпусти ты меня! — Ямато отмахнулся от Иошито и направился к выходу.

Походка у него была уже не такой уверенно, но Президент шел ровно. Проводив его, все молчаливо переглянулись между собой.

— Идите работать! — повторил Абэ и все начали расходиться.

— И давно ты нанялся глашатаем у Президента? — улыбнувшись по лисьи, произнесла Рен Ямато, подходя к Абэ. — Все и без тебя услышали господина Президента.

— Услышали — но не стали выполнять. А вот после моего указания живо разошлись, — Абэ кивнул на пустой зал. — Это должно о чем-то говорить.

— Ровным счетом ни о чем не говорит!

— Думаю, ты и сама понимаешь сложившуюся ситуацию. Это понимают и другие. Только не говорят вслух. Старик совсем плох. Не за горами то время, когда нужно будет искать приемника.

— Уж не думаешь ли ты, что он выберет тебя? — усмехнулась Рен.

— Но и ты не надейся на этот пост. Ямато скорее поставит президентом этого Мураками, чем тебя! — Абэ хотел пошутить, но пустяковая фраза внезапно заимела эффект, словно выплеснуты й в полыхающий огонь бензин.

— Что⁈ — прошипел Рен. — Он никогда его не поставит Президентом!

Абэ вопросительно глянул на собеседницу, пытаясь понять причину такой реакции. Рен сразу же взяла себя в руки.

— Президентом буду я, — понизив голос, произнесла она.

— Это еще почему ты так решила? — холодно улыбнулся Абэ.

— Потому что я прямая наследница. Поднимись на тридцатый этаж, подойди к двери и прочитай фамилию Президента корпорации «Спрут». А потом вспомни как зовут меня. Мы — Ямато, и мне быть наследницей.

— Рядом с этой самой дверью, — в тон ей отвели Абэ. — Висит фотография, на которой запечатлен твой и мой отец, держащие бумагу о создании корпорации. Именно в этой бумаге записана фраза, ставшая девизом нашей компании: «Вместе — едины». А это значит что полное право на наследование имею также и я.

— И что мне с того? — пожала плечами Рен. — К чему весь этот разговор?

— Хочу сделать тебе одно очень выгодное предложение, — деловым тоном произнес Абэ.

— И какое же? — усмехнулась девушка.

— Ты и сама прекрасно понимаешь, что ты не создана для управления компанией. Давай будем честный хотя бы сейчас, когда вокруг никого нет. Ты не сможешь управлять компанией. Ты азартная, имеешь проблемы с алкоголем и играми, не уравновешенная и часто рискуешь, где делать этого не нужно. Не злись, я не хочу тебя обидеть сейчас этими словами. Я просто говорю правду. Ты и сама в глубине души это понимаешь. Компания в твоих руках развалиться через год. Другие акулы бизнеса просто разорвут ее на куски. А вместе с компанией сожрут и тебя. Поэтому я и предлагаю тебе кое-что выгодное.

Абэ сделал паузу, желая акцентировать на этом как можно больше внимания.

— Сойди с гонки.

Рен громко рассмеялась.

— Выслушай до конца! — рявкнул Абэ. — Сойди с гонки, не мешай мне, дай спокойно вступить в должность Президента. За это я предлагаю тебе должность моего зама.

— То есть ты предлагаешь мне то же самое, что я имею и сейчас? — рассмеялась Рен. — Если ты еще не забыл, то я сейчас — заместитель Президента.

— Я дам тебе больше полномочий. Если это так важно, то изменю должность. Станешь вице-Президентом. Я увеличу тебе зарплату. Она будет в разы больше той, что ты имеешь сейчас. Плюс дивиденды от акций. Ты сможешь спокойно всю оставшуюся жизнь делать ставки на ипподроме, попивая шампанское. И тебе не нужно будет беспокоится о людях, об обеспечении их работой, о финансовых отчетах, проверках госорганами, аудитах и прочих проблемах. Это будет не твоей головной болью. Ты получишь то, что всегда хотела — свободу и деньги. Взамен я прошу не так много. Ну, что скажешь?

Рен пристально посмотрела на Абэ, словно и в самом деле раздумывая над предложением. Потом спросила:

— Я что, на полную дуру похожа? Твои слова — пустышки. Я прекрасно понимаю что ты сделаешь, едва станешь Президентом — выкинишь меня на улицу. Растопчешь. Сотрешь в пыль, даже имени моего не останется.

— Ты судишь по себе, Рен, — ухмыльнулся Абэ. — Я даю тебе свое слово.

— А что мне твое слово? Я не ощущаю его цены и твердости. Поэтому нет, Абэ, я не согласна принять твое предложение.

— Ну что же, — понизив голос, произнес Абэ. — Зря. Ты пожалеешь, что не согласилась. Еще попомнишь мои слова.

— Не нужно мне угрожать, Абэ. Прибереги свою злость на тот момент, когда окажешься на улице. Тебе я никаких предложений делать не буду. Я открыто тебе говорю прямо сейчас — как только я стану Президентом, я тут же вышвырну тебя на улицу.

Абэ холодно улыбнулся.

— Это мы еще посмотрим кто кого выгонит.

Рен хмыкнула и пошла прочь. Абэ проводил ее взглядом, размышляя только об одном — почему она так живо отреагировала на этого мальчишку Кенджи Мураками? Что она знает такого, чего не знает он?

* * *

Насколько тяжелым бывает бремя славы я понял с самого раннего утра, когда зашел в офис. Сначала у лифта меня окружили симпатичные молодые сотрудницы и принялись расспрашивать действительно ли я тот самый Кенджи Мураками, про которого говорят по телевизору? Еще ничего не подозревая, я ответил утвердительно. И довольно скоро об этом пожалел. На шестом этаже, который мы в отделе прозвали кофейным, как обычно стояла толпа. Увидев меня, все притихли. Потом также под общую тишину принялись подходить ко мне и жать руку. Некоторые даже фоткались.

Потом, в коридоре, меня вновь окружили девушки, больше похожие на стайку попугайчиков. Они задорно смеялись, щебетали, целовали меня, хватали, фотографировались совали в карманы рубашки номера своих телефонов. Я с трудом вырвался из окружения и направился в офис.

Ситуация была крайне странной. И только когда я зашел в свой отдел и дождался окончания продолжительных аплодисментов, смог наконец спросить:

— Что вообще происходит?

— Кенджи — ты звезда! — ответил Ичиро, пожимая мне руку. — Настоящая звезда! Да ты что, телевизор совсем не смотришь?

— У меня нет дома телевизора.

— Ну тогда купи! Потому что он тебе понадобиться — как ты будешь смотреть на себя?

— Зачем мне смотреть на себя?

— Да ты что, Кенджи, не знаешь что ли⁈ — удивился Джиро.

— Не знаю чего?

— Тебя по всем каналам показываю. А еще в газетах пишут о тебе!

— Считаю, что это не самая главная его заслуга, — вклинилась в разговор Чоу, подтачивая пилочкой красные длинные ногти.

— Чоу, ты чего? — возмутился Джиро. — Зависть — плохое чувство!

— Я не завидую, — ответила та. — А констатирую факты. Вы в интернете вообще не бываете? Все по старинке телевизор смотрите?

— А что в интернете? — спросил я.

— Только и обсуждают, как Мураками уделал Горчицу. Во всех пабликах и сайтах только об этом говорят. У Горчицы с его видеоканала разово отписалось сразу два с половиной миллиона человек. Еще почти столько же с социальных сетей. Это сильный удар для него. Вряд ли ему удастся теперь восстановиться после такого. Если только перезагрузку всего канала делать, с пересмотром контента.

— Так ему и надо! — воскликнул Ичиро. — Будет знать, как на наших нападать!

— А я ведь сразу сказала, что у Кенджи достаточно сильная планета в гороскопе, — сказала Икеда. И с интересом глянула на меня. — Марс — он воинственный, сильный, упрямый. Кенджи, давай я составлю тебе натальную карту? Нужно только твою дату рождения и полчаса побыть нам с тобой наедине, чтобы никто не помешал. Я смогу спрогнозировать тебе события и изменения на ближайшие периоды и даже годы жизни.

— Спасибо, — тактично ответил я. — Пожалуй откажусь.

— Икеда, неужели ты и в самом деле веришь во всю эту ерунду? — спросил Джиро, поигрывая мускулами.

— Это не ерунда, — с нажимом ответила та. — Звезды не врут! Не веришь? Тогда давай поспорим?

— О чем?

— Я составляю тебе подробную натальную карту и если мое предсказание не сбывается в течение недели, то… — Икеда задумалась. — То я могу выполнить твое любое желание. И наоборот — если сбывается, то ты выполняешь мое. Договорились?

— Что-то я не хочу выполнять любое твое желание, — настороженно ответил Джиро.

— А что, боишься, что сбудется? — улыбнулась Икеда. — Сам же говорил, что все это ерунда. А теперь хвост поджал.

— Не поджал! — обиделся Джиро. И протянул руку. — Договорились! Только учти, Икеда, желание мое будет тяжелым для выполнения.

— Можешь загадывать все, что угодно, — хмыкнула та. — Все равно победа будет за мной!

— Ха! — усмехнулся Джиро. — Мечтай!

— Зря ты согласился, — совсем тихо произнес Ичиро. — Кто его знает, может и в самом деле звезды что-то могут?

Он задумчиво глянул на потолок. Джиро тоже невольно перевел туда взгляд. Потом, поняв абсурдность своего действия, махнул рукой.

— Да ну вас! Верите во всякую чушь, еще и меня запугиваете. Готовься, Икеда.

Та довольно улыбнулась.

В офис вошел начальник отдела Судзуки Масао.

— Ну что, ребята! Я только что с совещания головного. Наш отдел у всех на слуху. И все благодаря нашему новичку Кенджи Мураками. Да я думаю вы и сами все знаете — по телевизору показывали уже.

— Знаем! Конечно знаем! — нестройным хором ответили все.

— Ну вот и отлично. Господин Ямато особенно хвалил тебя, Мураками. Дал ряд поручений. В том числе отдан приказ всю пиар-компанию, которая внезапно выросла из этого необычного обеда в «Белом тигре», передать в рекламный отдел. Дальше развивать успех будут они.

— А что остается тогда нам? — растеряно спросил Джиро.

— А мы будем встречать аудитора, который приедет к нам в ресторан, чтобы осмотреть его и окончательно решить нашу участь. Именно от отчета аудитора зависит в каком именно ресторане будут проходить званные ужины с гостями. Надеюсь объяснять всю важность этого не нужно? Главная задача по сопровождению аудитора ложится на плечи… у меня и выбора то иного нет! — нервно хохотнул Судзуки, глянув на меня. — Конечно же на Кенджи Мураками! Готовься, аудитор приедет уже завтра утром.

Глава 9

На этот раз Абэ не стал вызывать к себе Судзуки — не хотел никого видеть в своем кабинете. После встречи с Рен настроения совсем не было и хотелось побыть одному. Поэтому он просто позвонил ему. Вопрос был важный и решить его необходимо как можно скорее.

— Господин Абэ? — ответил Судзуки.

— Слушай, ты должен выяснить об этом своем новом сотруднике как можно больше. А лучше все. Слышишь меня?

— Вы имеете ввиду Кенджи Мураками?

— Да, об этой грозе всех блогеров, — усмехнулся Абэ, хотя в душе совсем было не смешно. — Он не так прост. И для Рен Ямато он важен.

— Важен? — удивился Судзуки. — Каким образом? Я не совсем понимаю. Ведь он простой офисный рабочий! Да, получилось уделать этого блогера и заодно попасть в телевизор. Но это разовая удача. Такое иногда бывает. Очень редко, но бывает. Чем он может быть интересен госпоже Ямато? Его с какой-то закусочной взяли его сюда, только чтобы вакансию занять.

— Постой. С какой закусочной? — насторожился Абэ. — Уж не с «Красного фонаря» ли, куда наведывался Фукуда?

— Да, оттуда.

Абэ задумался.

— В этом есть какая-то связь. Ближайший соратник Рен туда просто так бы не заходил. Видимо это как-то связано с этим самым Мураками. Фукуда зашел к ним и теперь Мураками работает в офисе, причем в твоем отделе. Тебе не кажется это странным?

— Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду, — осторожно ответил Судзуки. — Вы хотите сказать, что Мураками может быть любовником Рен Ямато?

— Нет, я не это имею ввиду, идиот! Любовником Рен может быть только сам дьявол. Люди не способны полюбить такое чудовище. Я имею ввиду другое. Тебе не кажется, что Мураками не просто так устроили именно в твой отдел? Что, если он работает на Рен?

— Ее шпион⁈ — удивленно воскликнул Судзуки, едва не обронив кофе себе на брюки.

И принялся лихорадочно соображать что он такого говорил при Мураками, что может потом быть использовано против него самого?

— А почему бы и нет? — согласился Абэ. — Посуди сам. Фукуда, ближайший соратник Рен, ездил в «Красный фонарь». Для чего? Вполне возможно, что искал подходящего человека, кто мог бы стать его ушами. Мураками самая подходящая кандидатура. Не стар, имеет хватку, сообразителен. Потом не сложный финт с трудоустройством. Тем более я слышал, к Фукуде ходит заместитель начальника отдела кадров, смазливая такая девчонка по имени Ёсико Иори. Через нее вполне реально было закинуть шпиона к тебе в отдел. И этот парень теперь следит за каждым твоим шагов. А заодно и моим. И докладывает вражескому клану. Как тебе такой вариант?

Судзуки некоторое время не знал, что ответить. Теория господина Абэ, внезапно так гладко выстроившаяся, повергла его в шок. А что, если действительно так? Что, если Мураками шпион? Любая фраза может быть в таком случае оружием в его руках. Рен Ямато грозный соперник. И она может уничтожить любого, кто по рангу находится ниже ее. Тем более какого-то начальника стратегического планирования Судзуки Масао. И тем более, если этот начальник стратегического планирования не в ее, а в противоборствующем клане.

— Нужно быть предельно осторожным с Мураками, — наконец выдавил из себя он.

— Верно мыслишь, Судзуки, — согласился Абэ. — Но просто быть осторожным мало. Найди мне про этого Мураками всю информацию. Узнай все — откуда он, кто такой, кто его родители. И исходя из этого будем разрабатывать дальнейший план.

— Понял вас, господин Абэ, — выпалил Судзуки.

И положив трубку, долго смотрел на закрытую дверь, за которой сейчас трудился потенциальный союзник его врага.

* * *

Разум интересная штука. Основываясь на прошлом опыте, обращаясь к памяти и логике, обрабатывая поступившую информацию, он рисует наиболее ожидаемый результат. И когда этот результат не совпадает с действительностью, то происходит разрыв шаблона. А выражаясь научным языком — когнитивный диссонанс.

Вот и сейчас я испытал это самое состояние психического дискомфорта индивида, вызванное столкновением в его сознании конфликтующих представлений.

Все в офисе пугали аудитором. «Аудитор придет, и будет проверять!». «От аудитора зависит все!». «Аудитор вынесет вердикт». Новомодное слово мне было знакомо. В прошлой жизни я даже встречался с аудиторами и эти встречи мне не нравились. В основном они касались недочета наркотических лекарств строго учета или операционных ошибок, в результате которых произошла смерть пациента. И всегда аудитор был суровым дядькой с широким лбом, изрезанным глубокими морщинами и полностью седой головой. Скорбно-молчаливый, аудитор знал практически все и копал глубоко. А потом писал свой отчет, по результатам которого в больнице могли снять главного врача, а то и вовсе посадить.

Вот и сейчас я ожидал чего-то подобного.

Но когда к «Белому Тигру» подъехала черная машина и из нее вышла молодая девушка я растерялся. Элегантная фигура, красивое без единой морщины лицо, обрамленное идеально уложенными темными волосами, глаза цвета моря, излучающие спокойную уверенность. Я невольно засмотрелся на нее.

Девушка подошла ко мне.

Я хотел уже было сказать незнакомке о том, что ресторан сегодня не работает, но что-то заставило меня промолчать. И не зря.

— Добрый день! — Произнесла она бархатным голоском, обезоруживающе улыбнувшись и обнажая ряд ровных ослепительно-белых зубов. Акцента совсем не было, хотя девушка явно была не японкой. — Вы видимо Кенджи Мураками?

Я кивнул.

— Да, это я.

— А меня зовут Мия Сантос-Дюмон. Я аудитор гастрономического отдела форума «Цифровой мост-2024».

Оцепенение было сильным, потому что Мия рассмеялась и сказала:

— Я привыкла к такой реакции!

— Я прошу прощения, — тут же произнес я. — Просто…

— Все понимаю, — кивнула она. Голос ее был тихим, но уверенным. — Вы ожидала немного другого?

— Верно, — улыбнулся я. — В моей голове аудитор нарисовался немного другой. Это конечно же моя вина. Прошу прощения, если заставил вас смутиться.

— Ну что вы! Все в полном порядке! Не переживайте. Будем знакомы.

Она протянула руку, и я принял приветствие. Девушка посмотрела на меня вроде бы и с улыбкой, но сквозь нее я ощутил пристальное изучение. Я понял, что аудитор уже оценивает мои манеры и внешний вид. Мне стало не по себе.

Гостья глянула мне за спину.

— А это и есть тот самый ресторан «Белый Тигр»?

— Да, извините мою бестактность. Прошу проходить. Давайте, я покажу вам ресторан.

— Было бы очень здорово! — Миа достала из кармана небольшой черный блокнот и карандаш. — Еще не успев посетить его, я уже была наслышана о нем.

Я вопросительно глянул на девушку.

— По новостям и в газетах о «Белом Тигре» часто упоминают. И о вас тоже.

Она вновь посмотрела на меня оценивающим взглядом.

— Так уж получилось, — пожал я плечами. — Мы защищали свою честь.

— Наслышана про ту историю с блогером и его видео, — кивнула Миа. — Должна признать, что шаг с приглашением его в ваш ресторан довольно смелый. Я бы даже сказала дерзкий.

— Нам скрывать нечего, — ответил я. — Мы просто хотели показать ему то, что мы готовим.

Мы прошли внутрь, где нас уже встречали все работники ресторана, выстроившиеся в ряд.

— Это шеф-повар ресторана, господин Жак Лелюш, — представил я француза.

Жак сдержанно улыбнулся, поклонился. А потом с присущей французам учтивостью поцеловал гостье руку, чем сильно ее засмущал.

— Мой ресторан всегда рад видеть у себя в гостях такую красивую гостью! — произнес Жак медовым голосом.

— Ваш ресторан? — переспросила Миа, насторожившись. — Так он принадлежит вам? Или «Спруту»? Я не совсем понимаю. Просто в заявке было указанно…

— Ресторан относиться к корпорации «Спрут», — поспешно ответил я. — Господин Лелюш так шутит.

— Хм-м… — задумчиво произнесла Миа и что-то быстро записала в блокнот.

Я незаметно состроил гримасу повару, давая понять, чтобы тот держал рот на замке. Тот демонстративно фыркнул, отвернулся. Миа переоделась в белый халат, надела перчатки, бахилы и шапочку. Мне она напомнила одну давнюю передачу, где похожая девушка ходила по различным заведениям и проверяла их на чистоту.

— Я готова!

— С чего бы вы хотели начать осмотр? — спросил я.

— С самого главного, — ответила Миа. — С сердца любого ресторана — с кухни.

Жак вызвался нас проводить. Те дешевые одноразовые ножи, которые идут коробками, мы на время спрятали. С ними еще предстоит разобраться. А пока работа с аудитором.

Миа, надо отдать ей должное, проверяла тщательно, заглядывая в каждый, даже самый укромный уголок. Аудитор внимательно осмотрела рабочие поверхности, холодильники, морозильные камеры. Все ли продукты хранятся при правильной температуре? Есть ли сертификаты качества? Каждая деталь имела значение и от ее цепкого взгляда ничего не ускользало. Под конец проверки кухни даже невозмутимый Жак стал нервничать и вспотел.

— При такой тщательности проверки можно даже на божьей кухне недочеты найти! — шепнул он на мой вопросительный взгляд.

Особое внимание Миа уделила разделочным доскам: они должны быть четко промаркированы для разных продуктов, чтобы избежать перекрестного загрязнения. Потом девушка взяла в руки нож и проверила его остроту. Удовлетворенно кивнула.

— Теперь пройдем на склад, — сказала она и первой пошла вперед.

Там она проверила наличие всех необходимых продуктов, их сроки годности и условия хранения. Особо обратила внимание на систему вентиляции, чтобы убедиться, что в помещении нет повышенной влажности или плесени. Также проверке подверглась вся документация: накладные, счета-фактуры, акты списания.

— Теперь основной зал.

Пристальное внимание было уделено чистоте столов, стульев, меню. Она обратила внимание на освещение, вентиляцию, наличие салфеток, приборов. Затем перешла к барной стойке, изучила ассортимент напитков, проверила наличие сертификатов на алкоголь.

Я старался не лезть к аудитору с дурацкими вопросами и всячески отгонял Жака, который то и дело норовил уточнить все ли в порядке.

— Ну что же, — задумчиво произнесла Миа, делая какие-то пометки в своем блокноте. От каждого движения карандаша Жака всего перекореживало — он думал, что туда записываются самые страшные нарушения, какие только могу быть. — теперь я хотела бы пообщаться с людьми.

— Персонал ресторана готов ответить на любые ваши вопросы, — сказал я, кивая на официантов. Те выстроились в ряд, словно солдаты и стояли даже не дыша.

— Нет, — покачала головой Миа. — Я хочу поговорить с вами.

— Хорошо, — кивнул я. — Согласен.

— У вас интересный ресторан, Мураками, — сказала Миа. — Но для того, чтобы он соответствовал уровню форума, вам нужно уделить внимание некоторым деталям.

Я сглотнул. Мия подала сигнал. Настоящая проверка только начинается.

— Что же именно вы имеете ввиду? — спросил я.

— Давайте мы отойдем в сторонку, — предложила Миа, заставив меня насторожиться. Интуиция вдруг подсказала, что тут дело не чисто. Аудитор всю проверку не стесняясь никого высказывала свои замечания и комментарии, а тут вдруг захотела переговорить лично. Что-то тут не так.

— Господин Мураками, ваш ресторан конечно же впечатляет, тут без всяких сомнений и лести, говорю как есть. К тому же сильный резонанс в прессе сделал свое дело — все теперь говорят только о вас. Вы прошли почти все проверки, — она постучала карандашом по блокноту. — Но…

Аудитор замолчала и вдруг взглянула на меня совсем по другому. Теперь это был не холодный взор проверяющего, а горячий взгляд хищницы.

— Есть один момент.

— Какой?

— Вы же ведь понимаете, что от моего решения многое зависит?

— Понимаю, — насторожился я еще сильней.

— Я могу как выдать вам разрешение, так и отказать. На самом деле это не так сложно.

— Я не совсем понимаю к чему вы ведете, — ледяным тоном сказал я, хотя все прекрасно понимал. И от этого становилось противно, словно я наглотался болотной тины.

— Ну что ж, давайте я скажу прямо, — хищно улыбнулась Миа. — Небольшая денежная премия для меня ускорила бы выдачу разрешения. Сумма не такая большая, как может вам показаться. За вами ведь целая корпорация. Думаю, вопрос о сумме даже не стоит, когда на кону такое огромное мероприятие.

— Вы просите у меня взятку? — прямо спросил я.

— Верно, Кенджи. Именно так, — ответила Миа.

И ее красные губы растянулись в ядовитой улыбке.

* * *

— Нет.

Переступить через себя и свои принципы я не мог. К чему тогда было это все? Внутренние проверки, контроль, суета и волнения? Если можно просто дать денег и решить вопрос. Просто взять и втоптать в грязь принципы справедливости. Но кому мы сделаем лучше? Самим себе? Нет. В итоге мы только навредим клиентам, которые придут к нам. Как мы будем смотреть им в глаза и что говорить, когда они найдут у себя в тарелке, скажем, муху? Что мы просто решили вопрос с аудитором за деньги и она нас не проверяла? А если об взятке просочится информация в те же СМИ? Это будет полный крах. И как я тогда буду смотреть в глаза Сатоши Ито? Остальным журналистам, которых приглашал? Да всему Токио как потом в глаза посмотрю, кто видел меня в телевизоре и кто верил мне?

— Нет. — Твердо ответил я на предложение аудитора.

— Что? Я не совсем поняла.

— Я говорю нет. Взятку мы вам давать не будем. Как и кому-то другому. Мы лучше пожертвуем участием в форуме, чем запятнаем свою честь и репутацию. Мой ответ: «нет».

Некоторое время Миа молчала, пристально глядя на меня. Потом произнесла:

— Ну что же, — удивительно, но она не разозлилась на этот ответ. — Это ваше решение.

— Верно, — ответил я. — И оно окончательное.

— Знаете, я не сомневалась, что вы именно так и ответите. Чутье у меня такое было, — задумчиво произнесла Миа.

— Но тем не менее озвучили предложение, — холодно сказал я. — Чутье вас не подвело, с чем я вас и поздравляю. А теперь позвольте я вас проводить на улицу. Полагаю проверка закончена и мы ее не прошли?

— Нет, еще ничего не закончено, — ответила Миа. — Да не спешите вы так!

Она добродушно рассмеялась.

Но мне было не до смеха. В душе было гадостно и хотелось как можно скорее выпроводить эту дамочку из заведения.

— Кенджи, я вижу вы сильно оскорбились моим предложением?

— Именно так, — честно признался я. — Поэтому давайте не будем затягивать нашу встречу. Думаю, вам стоит ехать в другой ресторан — возможно, там будут более сговорчивы, чем я.

— Мне уже никуда ехать не нужно, — ответила Миа, пряча карандаш и записную книжку в карман.

— Это еще почему?

— Потому что вы прошли самую последнюю проверку.

— Я не совсем понимаю…

— Видите ли, одним из важных пунктов политики форума «Цифровой мост-2024» является прозрачность и честность. Мы ни в каком виде не принимаем нарушения закона и тем более коррупцию. Поэтому одним из важных, а самое главное секретных пунктов проверки является проверка коррупционных рисков. И вы ее прошли.

— Постойте, — растерялся я. — Вы сейчас только что…

— Верно! Это было не настоящее предложение, а проверка. В аудиторском отчете вы можете в этом потом убедиться. Вся процедура оговорена и согласованная с нашим руководством. Вот такая у нас работа, — пожала плечами Миа. — Ходить и предлагать взятки. Я извиняюсь, что была вынуждена вас ей подвергнуть, но таков уж мой аудиторский долг. Если бы вы не то, что согласились, а даже начали раздумывать о том, чтобы дать мне взятку, вы бы точно не прошли проверку.

Я молчал, внимательно смотря на Мию. Она что, шутит? Или действительно проверяла?

— Восемьдесят процентов ресторанов, которые я посетила, проверку не прошли. Слишком большой у них был соблазн решить вопрос участия в форуме за деньги. И потому они в пролете. Оставшиеся двадцать процентов не проходят по другим критериям — до последней проверки они даже не дошли!

— Постойте… — сказал я, вопросительно глянув на Мию.

Та улыбнулась. Сказала:

— Верно, господин Мураками. Ваш ресторан «Белый Тигр» получает разрешение на прием гостей форума. Вы победили!

Глава 10

— А как же «Золотой Дракон»? — только и смог вымолвить я, услышав такую ошеломительную, новость от аудитора. Мне было сложно поверить в услышанное, и я еще некоторое время был в замешательстве. Казалось, что это какая-то шутка.

Миа рассмеялась.

— Вы так переживаете за «Золотой Дракон»?

— Просто я думал, что у них больше шансов… Я, конечно, в нашем ресторане не сомневаюсь, но все-таки «Золотой Дракон» гораздо больше существует, — и вдруг подумав о самом плохом, я совсем тихо спросил: — Неужели он не прошел последнюю проверку⁈

— Нет, ее они тоже прошли. Но у них есть ряд замечаний касаемо санитарии. Это не самые строгие замечания, но они есть. У вас этого нет. Я вижу, что тут, в «Белом Тигре», все идеально, — Миа сделала паузу, словно бы размышляя — говорить или нет? Все же произнесла: — Общая сумма баллов формируется по многим факторам. И их составляю не только я.

— Что вы имеете в виду?

— Есть еще внутренние аудиторы, которые на проверку не ходят. Они отслеживают социальные потоки. Гости, которые приедут на форум, являются общественными персонами очень высокого полета — это политики, бизнесмены, первые лица государств. У них есть очень большие репутационные риски. К примеру, если президент какой-нибудь страны зайдет в ресторан, в котором день назад пять матросов изнасиловали монашку, то вы понимаете, что конкурирующие силы тут же обернут это в свою пользу. Любые моменты, связанные с этими вопросами, тщательно отслеживаются.

— Но в «Золотом Драконе» вроде никого не насиловали?

Миа вновь рассмеялась.

— Зато у вас произошло одно очень интересное событие.

— Обед с блогером?

— Верно. Наше руководство посчитало это вполне неплохим информационным поводом, который выглядит вполне неплохо. В гости был приглашен человек, имеющий непосредственное отношение к теме нашего мероприятия — у нас все-таки IT-форум. Отстаивание своих интересов перед зарвавшимся блогером произошло в мирном ключе — именно это и хочет показать наш форум: решение любых споров, конфликтов и недопониманий — только за столом переговоров. Этот замечательный обед произвел большой положительный отклик среди аудитории. Этот самый Мистер Горчица в данном случае сыграл роль антагониста и нечестного человека, который ради выгоды, за деньги пытался опорочить вашу честь. А вы очень грамотно и смело его уделали, и пальцем не тронув. Это принесло вам достаточно высокий бал в графе «социальные вопросы».

Миа тепло посмотрела на меня, добавила:

— Ну и по остальным пунктам у вас все на высшем уровне. Так что это заслуженная победа. Сегодня вечером я оформлю отчет и подготовлю разрешение. Этим же вечером и вышлю электронную его версию вашему руководству. Поздравляю вас! Готовьтесь встречать гостей!

Я пожал руку Мие, проводил ее до машины. Потом вернулся в ресторан.

— Ну? Как? — осторожно спросил Жак.

— Мы победили, — тихо ответил я.

— Что⁈ Победили? — воскликнул шеф-повар, не веря собственным ушам. — Sainte Marie, ce n’est pas pour rien que je t’ai prié! Я зря сомневался в тебе, Кенджи! Прости меня! Мы покажем всему миру чего стоим!

— Готовьтесь, — ответил я. — Впереди предстоит самое сложное. Скоро к нам придут высокие гости. И каждый из них будет подобен этому самому аудитору.

* * *

— Ты это видел?

Рен кинула на стол лист.

Фукуда поднял документ, пробежался взглядом. Не поверил собственным глазам.

— Прошли отбор⁈ «Белый Тигр»⁈

В руках у него было заключение по результатам аудита, из которого следовало, что ресторан «Белый Тигр» проходит отбор. Новости были радостные, хоть и неожиданные — все-таки все ставили на «Золотой Дракон».

— А какой отдел у нас за «Белый Тигр» отвечает?

— Так это… — Фукуда наморщил лоб. — Стратегического планирования.

— Судзуки Масао? Клан Абэ. Замечательно! — Рен откинулась на спинку стула, закурила. — Только не это самое интересное. Знает, кто лично встречал аудитора и проводил проверку?

Фукуда вопросительно глянул на Рен.

— Кенджи Мураками, — очень спокойно ответила она, хотя собеседник и ожидал, что она это прокричит. — Тебе не кажется, Фукуда, что в последнее время этого Мураками стало слишком много? Все вышло из-под контроля. И во всем этом виноват ты. Не смог ничего! Придется все делать самой.

— Что вы задумали? — выдохнул Фукуда.

— Для начала хочу познакомиться с этим Мураками лично. И предлог отличный есть.

— Она кивнула на заключение.

— Поздравлю паренька, а заодно и прощупаю его. Посмотрим кто он такой на самом деле.

— А мне что делать? — растеряно спросил Фукуда.

— А ты поди прочь, — ледяным тоном ответила Рен. — А лучше приглядись к этому самому Кенджи — он отлично справляется со всеми поставленными перед ним задачи. Неплохо было бы и тебе поучится у него.

Рен звонко рассмеялась, а Фукуда, униженный и оскорбленный, направился на выход.

* * *

В дверь постучали.

— Войдите! — Судзуки откинулся на кресло стула.

Вошел Мураками.

— А, Кенджи! — начальник отдела привстал, пожал руку подчиненному. — Заключение аудитора уже разослано по всем отделам. «Белый Тигр» примет участие в форуме. И это отличные новости! Поздравляю тебя. Ведь в это месть и твоя заслуга.

— Спасибо! — ответил Кенджи.

— Да брось, не скромничай! Небось хотел выходной взять? Понимаю, работа проделана большая, отдохнуть и в самом деле не помешало бы.

— Нет, я по другому моменту зашел.

— Что такое?

— Хотел сообщить, что меня к себе начальство вызывает. Просто я ни разу там еще не был, может мне следует что-то, прежде чем идти туда?

— А кто вызывает?

— Заместитель президента корпорации госпожа Рене Ямато, — ответил парень.

Некоторое время Судзуки молчал, словно остолбенев.

— Что-то не так? — растерявшись от такой реакции, спросил Кенджи.

— Нет. Все в порядке. Просто… Никаких советов нет. Просто веди себя скромно. Она все-таки высокого ранга, чем ты. Ну все, иди.

Кенджи кивнул, вышел, оставляя Судзуки одного. И едва за парнем закрылась дверь, как он схватил трубку телефона.

— Судзуки, я ничего не понимаю, — раздался голос Абэ на том конце связи. — Как такое возможно? Мы же планировали, что «Белый Тигр» будет отвлекающим маневром, пока «Золотой Дракон» движется к победе. Почему же тогда все вышло наоборот? «Золотой 'Дракон» благополучно потонул, а «Белый Тигр» сейчас на обложках всех газет.

— Я не знаю, господин Абэ, — дрожащим голосом ответил Судзуки. — Мураками каким-то чудом удалось провести проверку с аудитором. Мы уточняли, проверять должна была аудитор Миа Сантос-Дюмон, самая строгая из всех. Но…

— Вот именно что «но»… — хмыкнул Абэ. — Вечно это твое «но» все переворачивает с ног на голову. Ты, собственно, по какому поводу звонишь? Оправдаться?

— Я сказать хотел… — произнес Судзуки. — Мураками…

— Что — Мураками? Имей в виду, Судзуки. С такими темпами он скоро и тебя подсидит, станет начальником твоего отдела.

— Что⁈ — удивленно воскликнул тот.

— А ты как думал? Посмотри, как парень всех рвет на своем пути. Так что готовься. Уверен, что это день настанет. Так чего ты про Мураками хотел сказать?

— Я хотел… Помните вашу теорию о том, что Мураками шпион?

— Ну?

— Он только что сейчас заходил ко мне, сказал, что… в общем, он пошел к Рен Ямато! Она его вызвала!

— Неужели? — задумчиво протянул Абэ. — Интересно! Ну что же, наша версия и в самом деле все больше обрастает подтверждениям. Ну что же, Судзуки. Думаю, тут ничего другого и придумывать не нужно — все на поверхности. Будь внимателен, Судзуки. С одной стороны, это конечно же плохо — когда в отделе есть шпион. Но, с другой стороны, мы это знаем, — что он шпион, — а значит можем кормить его и Рен ложной информацией. Обернём это в нашу сторону.

— Хорошо, — кивнул Судзуки. Словно его могли видеть. — Я буду осторожен.

— Никакой лишней информации при нем не болтай, тем более касающейся вопросов руководства и меня. Ко мне тоже ходи осторожно, чтобы он не видел. А лучше звони.

— Понял.

— Когда нужно будет что-то внедрить в голову этому пареньку или его хозяйке — я тебе сообщу. До этого никакой самодеятельности. Все.

В трубке раздались короткие гудки. Судзуки положил телефон и уставился на дверь. Ситуация становилась все более странной.

* * *

Добрался я до кабинета Рен Ямато довольно быстро. Чего ожидать от нее я понятия не имел. Ичиро успел меня посвятить во внутренние интриги офиса, и я знал про кланы и противостояния. Я понимал, что Рен возглавляет один клан. А вот Абэ другой. Я работаю под начальством Судзуки Масао, который лоялен к последнему. Поэтому и зашел к нему предупредить о том, что меня вызвала Рен, чтобы для него это потом не было неожиданным неприятным сюрпризом. По логике я должен относиться к группировке Абэ. Только вот я не хотел к кому-то примыкать и ввязываться во все эти интриги не желал.

В кабинете меня встретила секретарь. Он уточнил, кто я, кивнула на диван и сказала подождать, пока она сообщит о моем прибытии.

Вскоре меня пригласили.

— Она ждет, — сказала секретарь с трепетным шепотом, создавая какое-то странное ощущение таинственности — будто я встречался с божественной сущностью.

Я вошел внутрь.

Рен сидела в просторном кабинете, наполненном мягким светом, за огромным столом. У дальней стены висел огромный телевизор, на котором беззвучно шли финансовые новости и показывали какие-то биржевые графики колебаний акций.

Сама Рен выглядела эффектно. Нежная, как лепесток сакуры, кожа была словно фарфоровая, оттеняя большие, выразительные глаза цвета какао с молоком. Тёмные волосы, собранные в элегантный пучок, обрамляли тонкую шею, на которой поблескивало жемчужное ожерелье.

На Рен было строгое, но элегантное платье цвета слоновой кости, подчеркивающее её хрупкую фигуру. На пальце блестело тонкое кольцо из белого золота, а запястье украшала изящный серебряный браслет с подвеской в виде маленького дракона, символа силы и мудрости.

На первый взгляд Рен выглядела хрупкой, почти нежной. Однако, в её спокойном, проницательном взгляде, обращенном на разложенные на столе бумаги, чувствовалась сталь. Она была не просто красива, она излучала силу, темную, дикую, какую следует опасаться.

— Добрый день! — первым произнес я, поклонившись.

— Кенджи Мураками! — воскликнула Рен, вставая с места. — Добрый день! Рада тебя видеть! Проходи, чего встал у порога? Желаешь чего-нибудь? Чай? Кофе? Может быть, чего-то покрепче?

— Нет, благодарю, — ответил я.

В просторном кабинете я почувствовал себя неуютно. Сама атмосфера тут была тягучей и давящей, словно на кладбище.

— Наслышана про твои успехи, — произнесла Рен, пристально глядя на меня. — Никто не ожидал, что «Белый Тигр» вырвется вперед и обойдет самого «Золотого Дракона»!

— Я и сам не ожидал.

Рен улыбнулась.

— Скромничаешь! Каждый твой миг пребывания в корпорации «Спрут» наполнен невероятным и удивительным. Настоящее волшебство! Или удача. Уж тебя она любит, это точно. Ты ведь начинал в «Красном фонаре», не так ли?

— Верно.

— Потом оттуда, из простых разнорабочих, перешел в шеф-повара. Удивительным образом вновь отстроил «Красный фонарь», который сгорел. А потом уже попал и сюда. Но и здесь не успокоился. Неделю работаешь, а уже «Белый Тигр» вытянул на участие в форуме. Чего ждать далее? Организуешь поглощение нашего конкурента? — Рен хохотнула. — В чем твой секрет, Мураками?

Я пожал плечами.

— Никакого секрета нет. Я просто выполняю ту работу, которую мне поручили. И не отступаю.

— Это хорошая стратегия, — кивнула Рен. — Поэтому я и пригласила тебя сюда. Во-первых, поздравить. Ты сделал многое для «Спрута». Участие в форуме нам очень важно. Во-вторых, хотела узнать твой секрет! — Рен улыбнулась, но в глазах веселья не было. — И в-третьих, хотела с тобой поговорить кое о чем.

Она кивнула на диван.

— Присядь.

Я сел. Она села рядом.

— Ты очень способный парень, Мураками, — сказала она совсем другим тоном. Теперь веселья в нем совсем не ощущалось. — Я это вижу и ценю. Такие сотрудники нам нужны.

— Что вы имеете в виду?

— Я хочу сделать тебе одно предложение. Под моим управлением находится несколько отделов. В некоторых из них не закрытые вакансии, — она сделал паузу. — Сейчас ты обычный служащий в отделе стратегии у Садзуки Масао, не так ли?

Я кивнул.

— А если я тебе предложу кресло начальника санитарного отдела? Будешь работать под моим управлением, получать зарплату в разы больше той, что есть сейчас у тебя. Ну и полномочий больше. Собственный коллектив. Я вижу, что у тебя есть потенциал. Вот и предлагаю этот потенциал использовать на полную мощь. Ну, что скажешь?

Я не ожидал такого поворота беседы. Предложение Рен Ямато было весьма аппетитным. Но что-то настораживало. Я словно почувствовал неприятный холодок, пробежавший по спине.

Когда глава другого клана делает тебе интересное предложение нужно быть максимально осторожным. Возможно, это ловушка. Рен конечно же не знает о том, что я придерживаюсь нейтралитета. И даже если скажу ей это сейчас, она в это не поверит. Она наверняка думает, что я пешка Абэ. И предложив мне хорошую должность, хочет переманить меня на другую сторону, ослабив позицию врага. И этот шаг вполне логичен. Только опасен. Ведь где гарантия того, что я не полностью переметнусь на другую сторону? Рен должна это понимать. Тогда в чем подоплека? Если соглашусь, просто через некоторое время уволит меня под любым маломальским предлогом? А вот это уже вероятней.

Черт, как же я не люблю эти офисные интриги!

— Ну, что скажешь? — повторила Рен, пристально глядя на меня. — Поверь, от такого предложения нельзя отказываться.

Ага, понятно. Намекает на то, что если откажусь, то точно заработаю себе врага. А враг в виде заместителя Президента компании — это конечно сильно. Гарантированный смертельный приговор.

— Госпожа Ямато, — обратился я. — Сейчас мне предстоит выполнить очень большой объем работы, касающийся «Белого Тигра». Разрешите взять паузу с вашим предложением? Оно и в самом деле очень заманчиво, но я привык доделывать порученную работу до конца.

— Понимаю, — кивнула Рен. — Хочет взять время на раздумье?

— Верно.

— Хочу тебе еще кое-что сказать. В том отделе, где ты сейчас работаешь, у тебя нет перспективы роста. Это я тебе точно говорю. Судзуки Масао не даст тебе продвинуться вперед. Посмотри на его отдел — одни лентяи. И если бы не ты, то курируемый ресторан просто бы не прошел проверку. Вот тебя сейчас и будут нагружать работай, потому что видят, что ты пашешь как лошадь.

— И все-таки, можно мне взять тайм-аут для раздумий? — настаивал я.

Нельзя сейчас соглашаться. И тем более нельзя отказываться. Ни в коем случае нельзя. Поэтому только так. Взять паузу.

— Хорошо, — нехотя ответила Рен. — Подумай. Только не долго. Я не привыкла ждать.

Она посмотрела на меня так, что мне стало не по себе — словно змея перед смертельным броском.

— Надеюсь, ответ будет правильным, — совсем тихо прошептала она. И махнула на дверь, давая понять, что разговор закончен.

* * *

Он сидел в крошечной, захламленной квартирке на окраине города, окутанной густым дымом паяльника. Его лицо, скрытое тенью капюшона, было сосредоточено на мигающей схеме, разложенной на потрепанном столе. Рядом, на тумбочке, стоял старый телевизор, из которого молодая ведущая о чем-то задорно щебетала. Не важно о чем она говорила, лишь бы заполняла звуками комнату. Но не одиночества боялся хозяин. Напротив, даже любил. Он не хотел, чтобы его могли услышать, поэтому и включил телевизор, создавая что-то вроде шумового фона.

Четвертый час Призрак работал над очень важным проектом. Его нужно было закончить сегодня. Его руки, ловкие и быстрые, словно паук плели паутину из проводов. Но быстрота порой уступала место тщательности и осторожности. Потом вновь принимались переключать, привинчивать, закручивать. Жало паяльника, раскалившись докрасна, оставляло на дорожках блестящие следы плавящегося метала и пайки.

В такие моменты Призрак ни о чем не думал. Он просто делал свою работу, искусно, словно хирург. В его глазах горел фанатичный блеск, а дыхание сбивалось от волнения. Поэтому приходилось контролировать не только свои руки. Но и свой разум.

По новостям объявили о том, что скоро в Токио пройдет IT-форум и Призрак даже остановился, чтобы послушать. Впрочем, ничего нового н не услышал. И хотел было уже возвратиться к работе, как прозвучала еще одна новость — определен ресторан, который будет принимать высоких гостей. Им стал «Белый Тигр».

Призрак удовлетворенно кивнул головой. Это то. Что нужно для его дела. Ни в какой бизнес-центр идти не нужно. Так даже легче. Ресторан «Белый Тигр».

Работа была почти готова. Только соединить клеммы.

— Проверка закончена и уже известны ее результаты, — быстро проговорила ведущая новостей. — Новость о победе ресторана «Белого Тигра» произвела эффект разорвавшейся бомбы!

Призрак поднял взгляд. Фраза, брошенная диктором, привлекла его внимание.

— У нас в гостях эксперт Такеши Сю. Скажите, как вы считаете, это заслуженная победа?

— Знаете, вы все верно и довольно точно сказали. Эффект от этой новости и в самом деле был как от бомбы! Я бы даже сказал, что это взрывная новость!

Диктор и эксперт рассмеялись. Вместе с ними расхохотался и Призрак. И только самодельная бомба, которую он собирал в своей пустой квартире, безмолвно молчала. Впрочем, до времени.

Глава 11

— Нужно серьезно поговорить.

По комнате стелился табачный дым, играла музыка, тут же голосил телевизор, создавая какофонию звуков.

Фукуда лежал на диване. Он был пьян. На полу валялась открытая бутылка виски, из горлышка тонкой струйкой вытекала жидкость.

— Нужно серьезно поговорить, Ёсико, — повторил он, глянув на стоящую в прихожей девушку.

Он вызвал ее по телефону, сказал, чтобы явилась срочно. Ёсико привычно отправилась к нему домой, ожидая кроватных расспросов. Но встретила Фукуду в таком состоянии и поняла, что так легко не отделается.

— Очень серьезно поговорить.

— Да, господин Фукуда, — ответила Ёсико, понимая, что разговор будет не самый легким.

— Начальство нами не довольно, — промычал он, мутным взором окидывая комнату, словно не понимая, где находится.

И эта фраза заставила Ёсико вжать голову в плечи. Это недобрый знак. Нужно было понять еще по телефонному звонку, когда он говорил заплетающимся голосом. «Начальство нами не довольно» — это значит, что что-то идет не по плану. А когда что-то идет не по плану, то Рен Ямато, глава их клана, очень не довольно. А вместе с ней недоволен бывает и сам Фукуда. Ему достается от нее, а уж он отрывается на Ёсико по полной программе.

— И я надеюсь, ты понимаешь, кто стал причиной этого недовольства?

Ёсико понимала. А еще понимала, что сейчас лучше молчать.

— Скажи мне одну вещь. Она очень важная эта вещь, — Фукуда оглянулся, выискивая бутылку, но не найдя ее, вновь повернулся к Ёсико, взглянув на ее волчьим взглядом. — И то, как ты ответишь на нее, многое зависит. Для тебя и твоей дальнейшей судьбы.

— Слушаю вас, господин Фукуда, — совсем тихо ответила Ёсико.

— Меня вот что интересует. Ты ведь работаешь в отделе кадров, не так ли? Целый заместитель начальника отдела! Мне, чтобы протолкнуть тебя на эту должность, пришлось изрядно вспотеть.

— Спасибо вам за это, господин Фукуда.

— Погоди благодарить. Может случиться так, что ты вскоре уже и не будешь там работать. Ты мне вот что скажи. Если ты работаешь в отделе кадров, то должна быть в курсе всех вопросов устройства на работу и ротации кадров?

Ёсико молча кивнула, уже понимая к чему ведет Фукуда.

— Тогда скажи мне вот что, — Фукуда поднялся с дивана. Сделать это с первого раза у него не получилось, он несколько раз пытался поймать равновесие, но выпитый виски не давал ему этого сделать. И только с четвертой попытки удалось подняться. — Скажи мне, Ёсико. Моя дорогая дурочка Ёсико.

Он подошел к ней совсем близко, и девушка почувствовала неприятный запах перегара и сигарет.

— Ответь, как так получилось, что Мураками вдруг из разнорабочих «Красного фонаря» вдруг оказался у нас в офисе? Это волшебство какое-то. Разве так бывает?

— Перевод по службе, — совсем тихо ответила та.

— Перевод? — притворно удивленно повторил Фукуда. И вдруг лицо его резко изменилось, превратившись в маску зверя.

Хлесткая пощечина обожгла лицо. Ёсико даже не сразу поняла, что случилось, ей показалось, что щеку ошпарило кипятком. Девушка выдохнула, схватилась за лицо. Слезы невольно навернулись на глазах.

— Перестань считать меня за дурака! — взревел Фукуда. — Отвечай на вопрос! Кто приказал перевести Мураками из «Красного фонаря» в «Спрут»?

Конечно же, девушку деликатно просили не говорить об этом. Но Ёсико понимала, что Фукуда обо всем догадывается, поэтому чтобы не усугублять ситуацию, ответила:

— Господин Президент.

— Что⁈ — прошипел Фукуда.

— Это он позвонил и попросил перевести Мураками в офис.

И вновь она соврала. Не звонил. Пришел сам. Причем в обеденный перерыв, когда в кабинете никого не было, кроме Ёсико. Он зашел просто как обычный рабочий, заставив девушку так удивиться, что она потеряла дар речи. Он назвал ее по имени, поинтересовался ее делами. Потом похвалил за какой-то пустяк — то ли за удачный выбор кадров в один из ресторанов, то ли за хороший квартальный отчет, она уже и сама не помнила, так переволновалась. Потом господин Президент просто попросил ее помочь ему. Помочь ему!

«Все что угодно!» — выдохнула Ёсико и тут же почувствовала, как глупо звучит эта фраза. Но господин Президент не обратил на это внимания, или сделал вид, что не обратил.

«В „Красном фонаре“ работает один способный парень. Его зовут Кенджи Мураками, — произнес он своим спокойным, но невероятно сильным голосом, от которого просто веяло сталью. — Найдите, пожалуйста, какую-нибудь вакансию для него в офисе».

И все. Вот и вся просьба. И если бы об этом попросил кто-то другой, Ёсико тут же бы забыла об этом. Но когда к тебе обращается господин Президент, любая просьба должна быть выполнена в течение двадцати четырех часов.

— Что он сказал? — прорычал Фукуда.

— Попросил устроить Мураками.

— Откуда он его знает?

— Я не знаю. Он не говорил. Он просто сказал устроить его в офис. Я не задавала ему вопросов.

— И что, он сказал устроить этого Мураками в стратегический отдел? — немного успокоившись, спросил Фукуда.

Хмель опять ударил ему в голову, и он принялся хвататься за стены, чтобы не потерять равновесие.

— Да, он попросил устроить его туда. Больше ничего не говорил.

— Вот ведь черт! — выругался себе под нос Фукуда. — Этот Мураками стал как проклятие для всех нас! Ладно, иди прочь.

Ёсико облегченно выдохнула и юркнула в дверь.

Она соврала. Не господин Президент приказал ей устроить Мураками в стратегический отдел. На самом деле он просто попросил найти какую-нибудь вакансию, куда можно продвинуть талантливого парня. Ёсико сама его туда устроила, зная, что отдел стратегии под управлением Судзуки Масао находится под контролем противоборствующего клана господина Абэ. И для этого были определенные причины. Очень важные причины.

* * *

Бомба была готова к утру. Призрак закрутил последний болтик и отошел от стола, рассматривая свое творение с невероятным ощущением глубокого удовлетворения. Швырнув отвертку в сторону, Призрак принялся ходить вокруг конструкции, разглядывая, пытаясь увидеть недостаток. Но недостатков не было. Бомба была идеальной.

«Заряда хватит, чтобы разнести половину квартала», — подумал он, прикидывая, сколько заложил взрывчатки.

Сомнений в том, что бомба не сработает, у него не было — он создавал такие уже множество лет, и они никогда не давали осечки. Знания, полученные в годы военной службы, бережно хранились в голове, а память пальцев не подводила.

Спать не хотелось — он уже много лет страдал бессонницей, и долгие одинокие ночи он коротал за изучением технической литературы. В том числе и той, которая могла пригодиться для создания бомб. Знания нужно не только хранить, но и пополнять.

План был готов уже тогда, когда Призрак первый раз услышал из новостей о том, что кормить гостей форума будет ресторан «Белый Тигр». Это гораздо удобней, чем пытаться организовать все в «Tokio Sky Gallery». Удобней и легче. Поэтому он решил спрятать бомбу там. А потом, когда наступит время…

Призрак ухмыльнулся.

Да, у ресторана тоже есть служба безопасности, но она не такая мощная, какая будет на самом форуме. И организовать взрыв там гораздо проще. Но расслабляться рано, вся основная работа еще впереди.

Для начала нужно организовать слежку. Понять, кто когда приходит и уходит, побывать внутри, начертить план здания, побывать во всех помещениях. Долгая, кропотливая работа. Но тоже любимая. И начать ее Призрак решил прямо сейчас.

Скинув с себя потную майку, он переоделся, собирался уже было выходить, как остановился у зеркала. Оно было треснувшее и разделяло его лицо на две половины, словно огромный шрам.

Призрак пригляделся.

На него смотрело отражение уставшего человека. Впавшие и тусклые глаза, бледное, изможденное бессонницей, с проступающими синими прожилками под кожей лицо, сжатые в тонкую нить губы. Вот уж действительно призрак!

С волосами тоже все было печально. Спутанные и неопрятные, они обрамляли голову, как траурный венок.

Нужно расчесаться и хоть немного привести себя в порядок — подумал он. Чтобы не привлекать лишнего внимания.

Расчесав пятерней пальцев волосы и отвесив себе две звонкие пощечины, чтобы хоть немного оживиться, Призрак вышел на улицу.

До «Белого Тигра» шел обходными путями, чтобы на всякий случай не привести «хвост». Безопасность — прежде всего. На поезде доехал до одного района. Потом пересел, вернулся. Вышел за две станции раньше. Прошелся пешком, встречая рассвет и ощущая, как солнце постепенно греет все сильней и сильней. Ночная тьма отходила, уступая место утру. Вместе с днем приходила и совсем другая жизнь.

Он прошел улицу, остановился возле газетного ларька. Долго разглядывал журналы, поговорил с продавцом стариком о всяких пустяках. Продавец пожаловался на больные колени, Призрак кивнул, посоветовал использовать настойку из женьшеня — читал об этом в каком-то журнале. Продавец поблагодарил его. Призрак купил «Токио самбун». На том и разошлись.

Потом он перешел дорогу и остановился напротив ресторана «Белый Тигр». В груди стало трепетно от предстоящего дела. Он любил это состояние, когда одолевает нетерпение и желание.

Призрак принялся наблюдать, делая вид, что читает газету и ждет автобуса.

Солнце, еще не успевшее полностью оторваться от горизонта, мягко окрашивало небо в пастельные тона. Улица, пока еще тихая, дышала спокойствием. На противоположной стороне, за стеклянными витринами, спал ресторан.

Внутри «Белого Тигра» царил полумрак, пронизываемый неярким светом первых лучей. Никого из персонала еще не было.

Первым пришел невысокий мужчина, видимо повар. Он открыл двери, зашел внутрь. За окнами, в отражении стекла, стал виден его силуэт. С каждой минутой свет в окнах ресторана становился ярче. Работники, один за другим, появлялись на улице. Они заходили внутрь, затем выходили обратно, поднимали ставни, открывали окна, впуская свежий воздух и первые лучи солнца.

Призрак смотрел на них с каким-то странным удовлетворением. Эти люди, как муравьи, подготавливали свою работу, как будто в этом заключен смысл их жизни. Он не был уверен, что в этом есть хоть какой-то смысл, но у них он очевидно был.

Потом, примерно через час, к ресторану подъехал небольшой фургон, остановившись у черного входа. Он заинтересовал Призрака особенно сильно. Из фургона вышел парень — толстоватый, с сальными длинными волосами и черной футболке. Парень открыл фургон, дождался, когда к нему выйдет повар и что-то сказал ему. Повар принялся вытаскивать коробки с продуктами и пристально осматривать каждую. В коробках были апельсины. Потом, когда все было закончено, повар отчетливо произнес:

— До послезавтра, Брюс! — и пожал тому руку.

Призрак, едва увидел этого нескладного парня в черной футболке, на которой была нарисована какая-то рок-группа и сразу же все понял — и как будет заходить в «Белый Тигр», и каким способом оставит там бомбу.

Вытащив из кармана куртки нож и сухо щелкнув вылетевшим из рукояти лезвием, он направился к парню и фургону.

* * *

Слава свалилась на меня неожиданная и весьма плотная. Я был повсюду — в телевизоре, газете, интернете. Любая новость про предстоящий форум неизменно заканчивалась тем, что гостей будут встречать в «Белом Тигре», а потом переходили ко мне, вспоминая знатную битву с блогером горчицей. Один из ресторанов назвал моим именем блюдо — в честь победы над Горчицей, который когда-то сильно подпортил им репутацию одним из своих видео и теперь сам отхвативший по полной программе.

И эта слава изматывала. Я хотел немного отдохнуть, поэтому решил до времени не появляться в «Белом Тигре», тем более что там сейчас был полный аншлаг — толпы так и валили туда. Закрыться для частного приема гостей он должен через два дня, а пока у обычных людей есть возможность побывать там, где будут встречать президентов и премьер-министров других стран.

Чтобы хоть как-то отвлечься от всего этого, я решил вновь разобраться в одном деле, которое не давало мне покоя. Ножи. Те самые дорогущие ножи марки «Hattori Handmade», которые по факту оказались просто подделкой не самого лучшего качества.

Я вновь погрузился в бумаги. Чутье подсказывало, что это какая-то серая схема. Только вот какая? И к кому она ведет?

Заказ на закуп данных ножей неизменно шел от ресторана «Белый Тигр». Стабильно каждый месяц. Что тоже было странным, с учетом качества поставок.

Подписывал заявку Жак Лелюш. Неужели он тоже в деле? Я сомневался в этом и довольно скоро убедился в этом, сравнив две подписи. Одну французский повар поставил на бланке приемки продуктов, когда Брюс привез пару коробок морепродуктов. Причем подписался в моем присутствии, так что в ее подлинности я не сомневался.

Эту подпись я сравнил с теми, что стояли на бланках ножей. Разница была, хоть и не такая явная. Жак расписывался слоговой азбукой хираганой, составляя иероглифами свое имя. В вертикальных линиях иероглифов он делал сильный нажим — видимо сказывалась поварская рука, делающая точные уверенные движения ножом. А вот тот, кто расписывался за Жака, делал это не так уверенно, и линия была тонкой. Те же отличия были и в других моментах. У меня не оставалось сомнений, что Жак тут не причем.

На этом удивительные открытия не заканчивались. Бланки заказа вообще поступали не из ресторана. Жак, будучи очень педантичным, оставлял на любом документе свою именную небольшую печать, которую носил всегда с собой. На бланке такой печати не было. Это говорило о том, что бумагу эту делали в офисе и пределов этого самого офиса она не покидала.

Потом заявка на ножи уходила в отдел закупок. Там ее отрабатывали и покупали ножи. Пришлось вновь прибегнуть к помощи Ичиро, чтобы раздобыть договор на поставку. Со стороны поставщика он был подписан неким Иноэ Арэта, директором компании «Атлас». Со стороны «Спрута» ее подписал начальник финансового отдела Горо Фукуда.

А вот это уже становится интересным.

Пришлось долго ковыряться в интернете, чтобы найти хоть какую-то информацию про компанию «Атлас» и его директора. Компания оказалась явной прокладкой, потому что состояла только из одного директора. Наверняка есть кто-то еще — конечная фирма, которая получает огромные деньги, а поставляет мусор. Только вот больше ничего найти не удалось. Видимо для этого и придумали этот самый «Атлас». Закрывашка, не дающая добраться до сути.

Я спрятал бумаги. Выходить выше с такими половинчатыми выводами было рано. Нужны улики. Только вот где их раздобыть?

С одной стороны ниточка обрывается на загадочном Иноэ Арэта. Но ведь есть и другая — Горо Фукуда. Именно он подписал договор. И наверняка что-то знает. Только вот просто так допросить его не получится — не те уровни у нас.

Я встал, решил прогуляться до шестого этажа, чтобы выпить кофе. Заодно и размяться. Скоро будет форум, а значит нужно совместно с Жаком придумать меню, а потом еще его и согласовать со всеми…

— Простите, вы Кенджи Мураками? — спросила незнакомка, вырывая меня из мыслей.

Я остановился, поднял голову.

Передо мной стояла молодая девушка, весьма эффектная. На лице, груди и талии ощущалась рука пластического хирурга — уж меня в таких вещах не проведешь. Незнакомка была из офиса, только ее я не знал.

— Вы Кенджи Мураками? — повторила свой вопрос незнакомка.

— Да, это я, — ответил я. — С кем имею честь разговаривать?

— Меня зовут Ёсико Иори, я являюсь заместителем начальник отдела кадров. Нам нужно поговорить. Очень серьезно поговорить, — она воровато оглянулась и прошептала: — Наедине…

Глава 12

— И о чем же будет разговор? — осторожно спросил я, особо не желая вообще о чем-то разговаривать. Судя по виду, девушка была явно не в себе — сильно волновалась и едва не тряслась. Боится что ли?

— Не здесь, — покачала головой девушка.

И взяв меня под локоть, повела прочь.

— Куда мы идем? Если вам нужен автограф, то я могу прямо здесь…

— Тише! — шикнула девушка. — Нас не должны вместе видеть.

— Да что вообще происходит⁈

Мы зашли в какую-то подсобку уборщика, и девушка тут же закрыла за собой дверь.

— Есть разговор, — произнесла она, немного успокоившись.

— Внимательно слушаю, — сказал я, скрестив руки на груди. — И желательно побыстрей. Я опаздываю. Вам не кажется, что это не самое лучшее место для разговора?

Я кивнул на уборочный инвентарь.

— Здесь нас никто не увидит. Но боюсь побыстрее не получиться, — вздохнула Ёсико. — Ты уже тут сколько работаешь? Неделю? Должен знать про разделение, про кланы?

Я не спешил отвечать на такие вопросы. Предосторожность прежде всего.

— По глазам вижу, что все объяснили, — грустно улыбнулась девушка. — Тут кажется только один господин Президент не в курсе этого, — девушка нервно хохотнула. — Так вот — я из клана Рен Ямато. Поэтому мы здесь. Понимаешь?

Начинал понимать, но ничего не ответил.

— И сейчас я говорю с тобой абсолютно честно. Именно мне господин Президент поручил устроить тебя в офис. Я взяла тебя в отдел стратегии, к Судзуки Масао. Он, как ты знаешь, в клане Абэ. И мы с тобой получается что-то вроде враждебных людей, из двух разных кланов.

— И зачем же ты тогда устроила меня к своим врагам?

— Так было нужно. Это очень все запутанно, но постараюсь объяснить. Я работаю на Фукуду.

Я сморщился.

— Вижу, уже приходилось с ним сталкиваться? Тогда ты знаешь, что он из себя представляет и кто такой? Я, к сожалению, тоже, — Ёсико печально вздохнула и потрогала щеку. — Я устала от этого. Фукуда у меня уже в печенках сидит. Я его возненавидела всем сердцем! Подонок! — эти слова она произнесла с жаром и ненавистью. Было видно, что этот Фукуда ее и вправду достал. Ёсико тяжело вздохнула: — Наверное, я и сама во всем этом виновата — хотела денег, должность… Но не думала, что цена будет настолько высокой. Я терпела. Долго терпела. Но потом поняла, что-либо нужно что-то менять, либо я просто выйду в окно. Не могу больше. Честно не могу!

По щеке девушки побежала слезинка.

— Зачем вы мне все это рассказываете? — спросил я, растерявшись от такого бурного потока эмоций за столь короткое время.

Может, девушка и в самом деле не в себе?

— Потому что только ты мне можешь помочь.

— Я не совсем понимаю…

— Господин Президент пришел ко мне в кабинет как спасение. Я вдруг поняла, как все сделать. Поэтому и устроила тебя к Судзуки.

Я вновь вопросительно глянул на девушку.

— Ты должен сказать Судзуки Масао, что я хочу уйти из клана Рен. Я хочу в клан Абэ. Понимаешь? Так конечно тоже есть свои заморочки, но там хотя бы унижать меня не будут и использовать как… — девушка вновь замолчала, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. — Но без поддержки хотя бы Судзуки я не смогу перейти. А если Фукуда узнает, что я попыталась переметнуться, то мне и вовсе не жить. Поэтому ты должен мне помочь. Поговори с Судзуки. Объясни ему все.

— Я вынужден огорчить вас, но я ни в каких кланах не числюсь. Эти все внутренние разборки устраивайте без меня.

Ёсико удивленно глянула на меня, а потом рассмеялась.

— Быть вне клана ты сможешь не долго, уж поверь мне. Тем более ты. Ты звезда. По всем каналам показывают. И наличие такой звезды у себя в клане добавит очки. Поверь мне, господин Президент подмечает таких как ты.

С этим я был согласен. Ведь он лично пришел к нам в «Красный фонарь» где и сделал предложение пойти в офис.

— Зачем мне все это? — спросил я после паузы. — Зачем мне влезать во все это дело, которые вы мне навязываете? Просто потому, что вы меня устроили в отдел стратегии? Так я не просил об этом. Тогда какой мой интерес во всем этом? Вы же сами сказали, что если кто-то узнает о нашей встрече, то ничего хорошего можно не ждать. А если кто-то узнает, что я попытался вам помочь… в общем, вы понимаете что это значит. К тому же где гарантии того, что вы и в самом деле говорите правду? А может это такая хитрая многоходовка чтобы компрометировать меня?

— Я понимаю, — кивнула Ёсико. — Что просто так идти к Судзуки тебе нет смысла. К тому же нет никаких гарантий того, что я не блефую. Но я правда не блефую! И я могу доказать это. Я могу предоставить кое-какую информацию про Фукуду.

— Про компанию «Атлас» сможете что-то достать? — тут же сказал я.

Ёсико удивленно выпучила глаза. Потом улыбнулась.

— А ты глубоко копаешь, Кенджи! Черт, господин Президент никогда в людях не ошибается. Сколько раз в этом убеждаюсь. Вот и с тобой не ошибся. Ты далеко пойдешь. Неделю работаешь, а уже как-то узнал про «Атлас». Это будет очень сложно, Кенджи, но смогу. Уверена, эта информация тебя очень сильно удивит. Ну так что, поможешь?

Я задумался.

— Ёсико, пойми. Я не и в самом деле ни в каком клане не пребываю. И вряд ли меня будут слушать, ни Судзуки, ни Абэ. Но у меня есть другая идея, которая, думаю, тебе понравиться.

— Какая? — кисло спросила Ёсико.

— Мы можем убрать Фукуду совсем. И он не будет тебе докучать.

— Убрать? — удивленно повторила девушка.

— С помощью той информации, которую ты мне дашь. Я догадываюсь, что там нечто такое, что сильно подпортит ему репутацию. Но напрямую использовать ее ты не сможешь — подставишь себя. Но если это сделаю я, то ты будешь вне подозрения. Как тебе такой вариант?

Девушка долго и мучительно размышляла, но я понимал, что деваться ей некуда и она, наконец, произнесла:

— Хорошо, Кенджи. Я согласна. Информация будет завтра к вечеру, — сказала она и словно бы в шутку добавила: — Надеюсь, к тому моменту я еще буду жива.

Ее полный боли заставил меня поежиться.

* * *

Абэ ошибся. Это стало понятно, едва Судзуки позвонил его человек и доложил о проделанной работе. «Красный фонарь» можно было не сжигать. Он абсолютно никак не был связан с Рен Ямато и вообще был пустышке, не имеющей ко всему этому никакого дела. А они — Абэ и Судзуки, — просто перемудрили. Да. Они видели, что вокруг этой забегаловки вдруг начался какой-то странный ажиотаж со стороны Рен. Подумали, что это какой-то ее проект, который она хочет выгодно продать Президенту, чтобы выйти в этой гонке вперед. Поэтому и решили пойти на опережение. Просто сожгли его.

На самом деле «Красный фонарь» не имеет к этому никакого дела. А вот тот, кто в нем работал…

— Мураками… — прошептал Судзуки, еще до конца не веря тому, что о нем сейчас доложили ему.

Он никакой не шпион Рен. И это тоже было ошибкой.

Судзуки сморщился. На ту ли он лошадку поставил в этой борьбе? Абэ ошибся два раза подряд. Если так пойдет и дальше, то стоит очень сильно подумать над вопросом перехода под другое крыло. С таким плохим чутьем, которое сейчас демонстрировал Абэ далеко они не уйдут.

С другой стороны кто бы мог вообще подумать о том, что Мураками окажется таким человек.

Судзуки вытер навернувшиеся на лбу крупные капли пота.

В свете последних данных все становилось предельно понятно — и то, как Мураками так ловко, быстро и удачно вдруг из последней закусочной перебрался в офис, и то, как ему все время везет. Сказывается кровь.

«А что, если Мураками формирует еще одну башню противостояния, отдельную от всех остальных? — вдруг подумал Судзуки, и ему стало страшно и волнительно одновременно от таких мыслей. — Что, если Мураками ни к кому и не собирался примыкать? Что, если он создает свой собственный клан? Пусть даже еще и не осознавая этого…»

В этом была логика. Ему благоволит удача, он демонстрирует невероятные успехи, о нем все знают. За ним пойдут.

«Тогда, может быть, и не звонить? — кольнула еще одна дерзкая мысль. — Не сообщать об этом Абэ? Просто выждать, ведь потом… Потом можно будет в случае чего выбрать другую сторону. Того же Мураками, если случится так, что он и в самом деле станет главой негласного клана».

Списывать со счетов Абэ было слишком дерзко. Судзуки разволновался, встал со стула, принялся ходить из стороны в сторону. Никогда еще он не принимал таких сложных решений. Делать ставку на новичка… Нет, этом слишком рискованно. А он не привык так рисковать. К тому же теперь понятно, почему Рен тоже обратила на Кенджи такое пристальное внимание. Она сотрет его в порошок еще до того, как он сможет расправить крылья. Так что смысла нет ставить на него. Нужно придерживаться того лагеря, который давал ему защиту и некоторые гарантии того, что его не уволят.

И потому Судзуки подскочил к телефону и набрал давно заученный номер.

— Алло, господин Абэ? — дрожащим голосом произнес Судзуки. — У меня есть одна информация про Мураками. В это сложно поверить… Я и сам, признаться, не поверил в нее… Но сомневаться в человеке, который раздобыл ее, не приходится. И эта информация очень сильно усложняет все. В общем… Кенджи Мураками не так прост, как нам могло показаться. Он… Он является внебрачным сыном нашего Президента, господина Акутагавы Ямато…

* * *

— Впервые в жизни я ошибся. Мне не стыдно признаваться в своих ошибках, и я это делаю всегда, когда действительно не прав. Это сложно, но я это делаю — иначе, кем я буду? Сегодня признаться в этом мне особенно приятно.

— И в чем же вы ошиблись, господин Нобору Морито? — спросил я, глядя на Волка.

Начальник службы безопасности вызвал меня к себе неожиданно. Его секретарь сообщил, что дело очень важное и нужно быть как можно скорее. Пришлось отложить все дела и спускаться на нужный этаж.

— В тебе, Кенджи Мураками, — ответил Волк, встречая меня у порога и пристально глядя на меня.

— В самом деле? — удивился я.

— После первой нашей встречи я решил, что недалекий человек — такое впечатление сложилось. Но, как оказалось, это был первый, неверный образ, который ты сам сформировал и заставил меня в него поверить.

Я не знал, как реагировать на это, поэтому промолчал.

— Очень ловко. Я всегда считал, что обладаю чутьем. И тут вдруг понял, что чутье меня впервые в жизни обмануло. И обманулась оно на тебе. Теперь же я вижу, что ты не так прост. Чертовски не прост.

Он жестом пригласил меня войти в кабинет, последовал за мной. В отличие от кабинета Рен Ямато, в котором мне недавно удалось побывать, помещение, где сидел Волк, было скромным. Небольшая комнатка, стол, стул и светильник. И больше ничего, ни компьютера, ни телефона. Мне даже показалось, что это и вовсе и не кабинет Волка, а какая-то обманка.

— Ваш секретарь сказал, что мне нужно было как можно скорее прийти к вам, — напомнил я. — По какому-то очень важному вопросу. Это и был тот самый вопрос?

— Нет, — отмахнулся Волк, ухмыльнувшись. — Это я просто чтобы беседу поддержать, а вопрос в другом.

Он неспешно прошел вглубь комнаты, и я только сейчас увидел, что в ней нет окон — мертвый белый свет давала только мощная лампочка, висевшая под потолком. Кабинет и в самом деле странный.

— «Белый Тигр» победил и теперь участвует в форуме, — напомнил Волк. — Значит, вопрос безопасности стоит очень остро. Проверяют всех. У форума есть своя служба безопасности, она следит, чтобы в главном здании, где будет проходить мероприятие, было безопасно. Также она следит и за тем, чтобы в других точках, где возможно появление гостей, так же было безопасно. И одна из таких точек, как ты понимаешь, это «Белый Тигр». Завтра будет основная проверка. После завтра — повторная. Всех поваров и обслуживающий персонал уже проверили по несколько раз. И простым осмотром, поверь мне, дело не ограничилось.

— Что вы имеете ввиду?

— Проверка ведется круглые сутки, двадцать четыре часа.

— Это так называется? — холодно улыбнулся я. — Раньше это вроде называли слежкой.

— Называй, как хочешь, — безразлично пожал плечами Волк. — Но обеспечение безопасности — главное. Представляешь, что будет, если кого-то из участников форума, — Президента или Премьер-министра какой-нибудь страны, — вдруг прикончат у нас в ресторане?

Волк подошел почти ко мне вплотную и взглянул на меня так, словно это и в самом деле уже произошло и главный подозреваемый теперь я.

— Это международный скандал и мы будем в каждых новостях. «Спрут» просто пойдет ко дну, а к нашей стране появится множество неудобных вопросов. Это очень сильно усложнит политическую обстановку. В общем, ничего хорошего не получится и отмываться придется потом очень долго. Но уже не нам с тобой. Мы к тому времени уже будет сидеть за решеткой — это в лучшем случае. Поэтому наша задача — не допустить всего этого.

— И причем здесь я?

— Мне нужен будет твой телефон. Прямо сейчас.

— Зачем?

— Мы должны проверить его на наличие вредоносных программ. Сам понимаешь в связи с чем. Не переживай, в твоем телефоне никто копаться не будет. Можешь его вообще выключить и поставить на пароль. Мы проверим его в фоном режиме, соблюдая всю конфиденциальность. Также нам нужно будет установить него GPS-датчик. Я говорю это открыто, хотя мог бы и не делать этого. Просто чтобы ты понимал, что мне скрывать от тебя нечего. То же самое час назад я сделал и со своим телефон — передал его службе безопасности форума. Информация о твоем перемещении будет подаваться в службу безопасности форума. Они должны знать, где ты сейчас находишься, когда все эти важные гости идут к тебе в ресторан набить свои животы. После форума датчик будет снят.

— Спасибо за честность, — сказал я, доставая телефон и вручая его Волку. — А когда вернут телефон?

— Работы у программиста много, так что только завтра утром. Проживешь одну ночь без этой штуки?

— А у меня есть выбор?

— Верно. Выбора у тебя нет. И если бы ты отказался дать свой телефон, то уж был бы отстранен от проекта и «Белого Тигра».

Я собирался уже было уходить, как Волк внезапно произнес:

— Вижу по тебе, что ты не из тех, кто кого-то боится. И это правильно. Бояться никого не нужно, ни Рен Ямато, ни Акиру Абэ. Никого, кроме одного человека.

— И кого же?

— Меня, — ответил Волк и ухмыльнулся.

Сложно было понять, шутит он или говорит правду, но шутка была так себе, а правда звучала как угроза. Я выдержал взгляд Волка, произнес:

— Это все?

— Все, — ответил тот.

— Я зайду утром, — бросил я, направляясь к двери.

— Буду ждать, — ответил Волк тоном, от которого стало не по себе, словно ждать он меня будет не один, а с целой стаей своих тотемных голодных зверей.

Глава 13

Ёсико знала, где у Фукуды хранятся нужные документы. Знала она и то, что было в этих документах — информация, которая и в самом деле сотрет в порошок Фукуду. Впрочем, так ему и надо. Он вел себя как последний поддонок, за что и должен поплатиться.

Девушка выбрала подходящий момент — обеденный перерыв. Во-первых, можно вырваться с работы. Во-вторых, самого Фукуды дома не будет, он всегда обедает в одном из ресторанов «Спрута», сдабривая еду парой стопок сакэ. За это время Ёсико должна успеть съездить к этому идиоту домой, пробраться в его кабинет, достать документы, и вернуться назад.

Ёсико решила, что брать документы не будет. Если Фукуда обнаружит пропажу, то план может не сработать. Фукуда может предупредить подельников и скрыть концы в воду. Все документы будут уничтожены, а счета закрыты. И тогда на руках у Ёсико останется лишь простая бумага, которая ничего не стоит, и с которой против Фукуды не пойдешь.

Нет, она сделает все иначе. Она сфотографирует договор и вышлет Мураками, а оригиналы оставит на том месте, где они были. И пусть никто ничего не подозревает. До времени. Ёсико представила удивленное и растерянное лицо Фукуды, когда к нему приходит весть о том, что о его махинациях стало известно. Представила — и на душе стало светлей. Даже улыбнулась. Так ему и надо.

Сколько она терпела? Долго. Слишком долго. Да, в какой-то мере виновата сама. Повелась на деньги. Тогда она была чуть моложе, наивней. Да и деньги вскружили голову.

Она пришла в корпорацию сразу после института. Удалось устроиться стажеркой, но не благодаря своим знаниями и умениям. Ёсико всегда трезво оценивала свои возможности, и они были не самыми высокими, больше поверхностными. Но вот красота, которая была у нее, давали возможность проходить вперед. И она пользовалась этим. Ёсико, с её пышными, как сакура, волосами и глазами, полными невинности, была воплощением хрупкой красоты. И если на отборе был мужчина, то вероятность пройти этот отбор увеличивался в несколько раз.

Так удалось устроиться в «Спрут», где сразу же стала объектом внимания. Мужчины, словно мотыльки на свет, слетались к ней. Ей легко удавалось «разруливать» сложные ситуации, заводить нужные знакомства, получать информацию, которая потом использовалась для продвижения по карьерной лестнице.

Её начальник, сердечный господин Акаши, не скрывал своего восхищения. Он давал Ёсико «важные» поручения, которые сводились к «оживлению» атмосферы на корпоративных вечеринках или просто приятным разговорам с ключевыми клиентами.

Ёсико была счастлива. Она любила внимание, и ей казалось, что она достигла успеха. Пока не встретила господина Фукуду. Он приметил ее сразу и на одном из корпоративных вечеров подошел к ней, чтобы познакомиться.

Она быстро поняла потенциал этой встречи — ей сказали, в какой должности работает Фукуда. И Ёсико начала обрабатывать финансового директора. Это было не сложно, она научилась многим приемам флирта. И Фукуда клюнул.

Через свои связи он помог Ёсико из обычного стажера перейти сразу в заместители начальника отдела кадров. Правда такая протекция предполагала определенной благодарности со стороны девушки.

Первое время Фукуда вел себя прилично. Да, требовал определенных услуг, и постель стала частым местом их встреч. Но вместе с постелью появилась и должность, и деньги. К тому же это было не противно. Просто безразлично. Как любовник Фукуда был так себе.

Но потом, постепенно, все стало меняться. Фукуда словно почувствовал власть над ней, будто она была его вещью. Может быть, и она в этом виновата? Позволяла чуть больше, чем следовало? В какой-то момент он и вовсе стал ее хозяином. Все было завязано на нем — должность, деньги, машина, квартира. Он умело сажал ее на крючок и она, не сильно сведущая во всех этих тонкостях, увязала в этом все больше.

При желании он мог оставить ее ни с чем. И Ёсико начала копить деньги. Видимо уже тогда, где-то в глубине души, поняла, что когда-то всему этому придет конец.

Вот он и приходит. А точнее, пришел. Вчерашняя пощечина была последней каплей. Девушка поняла, что дальше будет только хуже. Уж лучше решить все сейчас и убрать Фукуду, пока он не убрал ее первой.

Ёсико подошла к дому, огляделась. Никого. Потом подошла к нужной двери. Она знала, где Фукуда хранит запасные ключи — на случай, если он в пьяном угаре забудет основную связку где-нибудь в ночном клубе. Над дверью имелся небольшой козырек, чтобы не мокнуть под дождем, когда открывает замок. На второй перекладине этого козырька и лежал заветный ключ. Запустив туда руку, Ёсико достала его.

Руки девушки дрожали. Она уже представляла, как Фукуда поймает её, как вызовет полицию, как она окажется в тюрьме, сломленная и униженная. Но страх не мог заглушить гнев, который горел в её душе. Она знала, что Фукуда должен ответить за все, что он сотворил.

Она сделала вдох, стараясь успокоиться, и снова перевела взгляд на замок. Сердце забилось быстрее. Казалось бы, чего проще — просто вставить ключ и открыть. Но едва эта дверь откроется, как жизнь Ёсико измениться, бесповоротно и окончательно. И назад дорогу уже не будет.

Но и оставлять все так же, как и прежде, тоже нельзя! — сама себе сказала она.

И это вдруг придало сил. Ёсико засунула в замочную скважину ключ и в два резких быстрых поворота отворила дверь.

Сердце девушки бешено колотилось, но она не позволила страху парализовать себя. Она скользнула в дом, осторожно закрывая за собой дверь. Ёсико почувствовала себя вором, пробравшегося в чужой дом, чтобы обокрасть его. По сути, так оно и есть. Красть она будет самое ценное, что есть у Фукуды — его авторитет. Уж с каким грохотом этот негодяй полетит вниз! С каким скандалом! Его выгонят из «Спрута», а она сможет спокойно работать дальше, не боясь больше ничего.

Девушка прошла коридор, остановилась возле огромной картины. Фукуда купил ее на каком-то аукционе, и стоила она таких денег, что Ёсико долго не могла понять — что в ней такого красивого и уникального, что она по цене равносильна пяти машинам последней модели. Ладно бы, если там было нарисовано что-то стоящее. Но там были намалеваны какие-то каракули и брызги краски. Сколько раз Ёсико смотрела на это, все никак не могла понять ее красоту и смысл. У богатых свои причуды.

В кабинете Фукуды пахло сигарами и дорогим парфюмом. На столе лежал ноутбук и стояли несколько стаканов с остатками виски. Ёсико бросила быстрый взгляд на ноутбук. Возможно, там что-то тоже было интересное. Но времени искать нужное в компьютере нет. Она искала сейф. Именно там и храниться самое ценное и нужное.

Девушка подошла к столу. И случайно задела стакан с недопитым виски. Тот качнулся, едва не упал. Сердце девушки замерло. Если стакан разобьется, то Фукуда сразу же поймет, что у него дома кто-то был. Приняв решение за долю секунды, она схватила стакан, не давая тому перевернуться на столе. Несколько капель виски все же разлились на дубовой полированной поверхности, но девушка тут же вытерла их салфеткой. Потом, немного подумав, вытерла и сам стакан. Нельзя, чтобы там оставались ее отпечатки. Фукуда конечно вряд ли обнаружит это, но ей так будет спокойней.

Она подошла к сейфу. Пароль Ёсико тоже знала — однажды, пребывая в сильном наркотическом опьянении, Фукуда назвал ей его, просят спрятать туда его душу, чтобы демоны не сожрали ее. Девушка запомнила комбинацию и сейчас молилась только об одном — чтобы заветные пять цифр остались прежними.

Ей повезло. Сейф сухо щелкнул и раскрылся. Отлично. Теперь найти нужные документы.

Она принялась быстро перебирать бумаги. Там были различные акции, договора, ссуды. Наверняка они тоже имели значение, но про них она мало что знала, а изучать каждый не было времени. Если Мураками запросил договор с «Атласом», то значит все знает. Она тоже немного знала про этот «Атлас» и понимала, что это сотрет в порошок Фукуду.

Ага, вот и сам договор!

Девушка вернула другие документы в сейф, сам договор положила на стол. Потом достала телефон. Теперь нужно все сфотать и вернуть все документы на место, стараясь сохранить все так же, как было.

Она включила телефон, принялась фотать страницы. Спешила. Чутье подсказывало — нужно как можно скорее уходить. Одиннадцать страниц были сняты, оставалась еще одна, самая последняя.

— И что ты тут делаешь? — раздался вдруг словно гром знакомый голос.

Ёсико от неожиданности вскрикнула. Обернулась.

В проходе стоял Фукуда. Он злобно взирал на незваную гостью.

Внутри Ёсико все оборвалось. Она поняла, что все пропало. Ее застукали за местом преступления, и отпираться уже не имеет смысла.

Но был смысл в другом. Довести все до конца. А для этого нужно сделать две важные вещи. Первое — не дать понять Фукуде какие именно документы она фотала. И второе — отправить сами фотографии. Если тонуть, то вместе с Фукудой, чтобы он не смог причинить вреда еще кому-то.

Девушка нажала на камеру, щелкнул затвор. Дело было сделано. Ёсико тут же схватила документы и сунула их в сейф, причем положила в центр, чтобы не было понятно какие именно она брала.

— Ты что тут делаешь⁈ — закричал Фукуда. Он, кажется, еще даже до конца не понял что происходит. — Зачем ты открыла сейф? Говори, стерва!

И рванул к ней.

Он отвесил ей звонкую пощечину. Ёсико отскочила в сторону, но телефон из рук не выпустила. Понимая, что терять уже нечего и нужно идти до конца, она не стала терять времени на слезы и крики — хотя слезы невольно навернулись на глазах от дикой боли.

Девушка отошла в сторону, быстро нашла контакт Мураками в месенджере и нажала «Отправить» на фотографии.

— Деньги решила украсть? — закричал Фукуда, сунувшись в сейф. Но пачка денег была на месте.

Он непонимающе обернулся к девушке, увидел, что она копошиться в сотовом.

— Что там у тебя в телефоне? — зарычал Фукуда, рванув к ней. — А ну живо покажи. Кому ты там что пишешь?

Фотографии обладали определенным объемом и их было двенадцать, поэтому для отправки требовалось немного времени. Девушка рванула в сторону, чтобы выиграть драгоценные секунды.

— Стой! Стой, стерва! — Фукуда бросился за ней.

В какой-то момент он чуть не поймал ее — рука пролетела в считанных сантиметрах он ее волос. Хорошо, что она собрала их в пучок. В противном случае он бы просто вцепился в нее и уже не отпустил бы.

— Я сказал стой! Не дури! Я же все равно узнаю, что ты тут делала и кому пишешь. Лучше одумайся сейчас. Пока не поздно. Потом ты крупно об этом пожалеешь.

Ёсико не теряла времени на пустые разговоры, она просто бегала по комнате, уворачиваясь от Фукуды и иногда поглядывала на телефон — не ушло ли сообщение? Проценты отправки сводили с ума.

67%… 72%… 84%… 84%…

В какой-то момент скорость упала и Ёсико с ужасом подумала, что может просто не успеть. Если Фукуда поймает ее до того, как уйдет сообщение, то все пропало. Все было напрасно.

— Вспомни, кто тебя привел сюда! — горланил Фукуда. — Я же тебя убью! Неужели ты этого не понимаешь?

Она понимала. Прямо сейчас вдруг кристально чисто осознала, что он и в самом деле убьет ее. Но не отступила.

85%… 92%… 99%… 100%

Отправка была завершена. Ёсико остановилась. Остановился и Фукуда, еще не понимая причины остановки.

— Отдай телефон, — тяжело дыша, произнес он. — Пока не поздно — отдай его. И клянусь, я ничего тебе не сделаю.

Он, конечно же, врал. Это понимал и он сам, и Ёсико.

И поэтому она сделала единственное, что сейчас нужно было сделать — оборвать последнюю ниточку.

Она подняла телефон над головой. А потом со всей силы швырнула на пол. И тут же начала топтать его. В разные стороны полетели осколки и Ёсико облегченно выдохнула. Теперь точно все следы скрыты.

— Нет! — прокричал Фукуда.

Он тоже понял, что произошло что-то непоправимое, и рванул к девушке.

Он сбил ее с ног и принялся колотить. Ёсико уже не сопротивлялась — это было бесполезно. Она просто лежала, беззащитная и хрупкая, смирившись со своей судьбой, просто закрыв лицо руками.

— Кому ты писала? Что ты ему отправила? Говори! — кричал Фукуда, обрушивая крепкие удары.

Но Ёсико молчала.

И тогда, сгорая от злости, Фукуда схватил мраморную пепельницу и обрушил ее на голову девушки. Ёсико сразу же обмякла.

— Говори! — прорычал Фукуда, схватив и приподнимая ее за грудки.

Девушка поддалась, мягко и безвольно, словно тряпичная кукла, и он тут же понял, что произошло.

Он тяжело поднялся, отбросил пепельницу в сторону. Потом подошел к разбитому телефону, посмотрел на него. Восстановить не удастся. Тогда он подошел к сейфу и достал оттуда бумаги. Понять, что именно она фотала было невозможно — все лежало так, как и было. Около тридцати важных крупных договора, и еще около десяти мелких. Все они могли быть использованы против него. Но какой именно… Что делать? Останавливать их все? Да его же с потрохами сожрут! Каждый договор — это цепочка с какому-то важному человеку. И если он каждому будет обзванивать и говорить о том, что произошла утечка, его убьют. По-настоящему убьют.

Черт! Дьявол! Кому она писала? Что именно слила? Какую информацию? Она явно работала не на себя. На кого? Абэ решил его устранить? Или кто-то другой?

Ответы на эти вопросы Фукуда не знал. Но знал другое — над ним начинала захлапывается какая-то очень неприятная ловушка, из которой будет очень сложно выбраться.

Он устало снял окровавленную рубашку, прошел в ванну, где принял горячий душ. Потом вернулся в комнату, взяв с собой ведро с чистящими порошками, бутылями, щетками. И по пути прихватил из кухни черные пакеты для мусора. Огромные черные пакеты.

Глава 14

Первый день IT-форума «Цифровой мост-2024»

— Добрый вечер, уважаемые телезрители!

Сегодня в Токио стартует крупнейший в мире IT-форум «Цифровой мост-2024», собирающий ведущие умы в сфере высоких технологий. В этом году мероприятие обещает стать особенно масштабным и интересным. И вот, прямо сейчас, мы наблюдаем прибытие высокопоставленных гостей. Среди них — Калеб Роджерс, глава «Quantum Leap» — гиганта в области искусственного интеллекта и один из самых влиятельных людей в этой сфере. Также, на форум прибыл Виктор Дюмон, основатель и генеральный директор компании «Blockchain Labs», специализирующейся на блокчейн-технологиях. Вот мы видим, как в аэропорт Токио прибыл самолет, на котором находиться госпожа Амита Чаттерджи, основательница «Nexus Technologies» — компании, известной своими новаторскими разработками в IT-сфере. Также госпожа Чаттерджи является со основательницей «CyberGuard», работающей в области кибербезопасности и «CloudVerse», отвечающей за прорывные инновации в области облачных технологий.

И, конечно же, не можем не отметить присутствие сегодня Акиры Кавасаки, известного инвестора и предпринимателя, который вложил средства в десятки стартапов, которые впоследствии стали лидерами в своей сфере. Среди них «VR Immerse», «CodeSymphony», «BinaryBloom».

Приезд этих высоких гостей подтверждает глобальную важность этого форума, который уже стал площадкой для обсуждения передовых технологий, поиска инновационных решений и налаживания международных связей.

В течение следующих трех дней мы будем держать вас в курсе всех ключевых событий, новых технологий и достижений, которые прозвучат на форуме. Не пропустите наши специальные репортажи о том, как искусственный интеллект, кибербезопасность и другие передовые направления формируют будущее. Оставайтесь с нами!

* * *

Двери «Белого Тигра» распахнулись с тихим щелчком, пропуская человека, чья фигура была одновременно внушительной и изысканной. Гость вошел вперед своих охранников, демонстрируя отсутствия страха, с таким же спокойствием и уверенностью, с которой его компания покоряла мир.

— Это Калеб Роджерс, — шепнул мне Ичиро тоном, полным благоговейного страха. — Глава «Quantum Leap». Основные их разработки касаются искусственного интеллекта.

Роджерс был высок, с атлетическим телосложением, которое, казалось, хранило в себе скрытую мощь. Волосы цвета темного шоколада были аккуратно уложены, а на лице, несмотря на возраст, не было ни единой морщинки — лишь легкие линии, свидетельствующие о долгих, напряженных размышлениях. Глаза Роджерса, цвета лесного ореха, пронзительно-яркие и проницательные, сканировали помещение, словно отмечая каждую деталь.

Одет он был в идеально сидящий костюм цвета антрацита, подчеркивающий его строгий, но одновременно элегантный стиль. На рубашке, сшитой из тончайшего шелка, не было ни одной складки, а галстук, темно-синий с едва заметным узором, завершал безупречный образ. В руке он держал кожаный портфель, увешанный множеством незаметных, но функциональных деталей, как и сам его создатель.

— Добрый день! — кивнул он нам, не давая первыми приветствовать его.

— Рады видеть вас, господин Роджерс в ресторане «Белый Тигр»! — произнес я. Роджерс протянул мне руку и крепко ее пожал.

— Калеб Роджерс, — представился он, чем сильно удивил присутствующих.

— Кенджи Мураками, — в тон ответил ему я.

Та простота, с какой Роджерс руководствовался во всем, меня подкупила.

— Сегодня мы будем завтракать у вас, не так ли? — спросил он, оглядывая помещение.

— Верно. Будем рады подать вам наши самые вкусные и изысканные блюда. Прошу пройдемте за мной, я провожу вас до вашего стола.

Мы двинули по ресторану в сторону накрытого стола.

— Думаю, со временем ваша профессия уйдет в прошлое, — задумчиво произнес Роджерс, подходя к своему месту. Таким высказыванием он меня сильно удивил.

— Это еще почему? — спросил я, от переизбытка эмоций забыв правила такта.

— В этом нет ничего такого, на что стоит обижаться. Не только вас, но и многие другие профессии заменит искусственный интеллект. Это дело лишь времени. Это один из последних рубежей для искусственного интеллекта. Но повара… их время скоро закончится.

— Не думаю, что искусственный интеллект способен готовить еду, — улыбнувшись, мягко ответил я.

— От чего же? Вполне может.

— А как же вкус? — спросил я. — Как искусственный интеллект сможет понять вкус?

— Вкус — это всего лишь набор химических соединений, — ответил Роджерс, задумчиво потирая подбородок. — Искусственный интеллект уже сейчас может анализировать молекулярный состав продуктов, вычислять идеальные пропорции и температуры приготовления. Вскоре он научится имитировать все тонкости человеческого вкуса, а возможно, даже создавать новые ароматы, недоступные человеку.

— Но разве это будет тот же вкус? — я с сомнением покачал головой.

— Вкус — это субъективное ощущение, — Калеб усмехнулся. — Искусственный интеллект будет создавать вкус, который будет совершенно оптимальным для каждого человека, с учетом его генетических данных, предпочтений и даже настроения.

— Как он может узнать, что я хочу в этот момент? — я с недоверием посмотрел на Роджерса.

— Да очень просто! Искусственный интеллект будет анализировать ваши покупки, ваш образ жизни, ваши социальные сети, — Роджерс откинулся на спинку стула, улыбка не сходила с его лица. — Он будет знать вас лучше, чем вы сами. Он будет предоставлять вам вкус вашей мечты, вкус, который вы даже не можете себе представить. Он будет предугадывать то, что вы хотите.

Я замолчал. От такого будущего, нарисованного Роджерсом, мне стало не по себе. Компьютер, который будет следить за каждым твоим шагом и на основе это слежки делать выводы о том, какую музыку вы хотите послушать и какую еду съесть наводили на не самые веселые размышления.

— Через несколько лет вы будете заказывать свою еду через виртуального повара, который будет знать ваши вкусы лучше, чем ваш любимый шеф-повар, — продолжил Калеб Роджерс, в его голосе слышалась уверенность, разбавленная гордостью за свои слова. — И это будет новая эра кулинарии!

— Вы в этом так уверены, мистер Роджерс? — спросил я, скрестив руки на груди. — Неужели робот сможет заменить те чувства, интуицию, тот особенный почерк, который присущ каждому повару?

— Чувства? — Роджерс усмехнулся. — Искусственный интеллект может анализировать и имитировать любые эмоции, в том числе и чувства. Он может учитывать контекст, настроение, особые пожелания клиента и создавать блюдо, которое будет соответствовать всем этим факторам. Что-то вроде интуиции.

Вокруг нас начали собираться люди, заинтересованные внезапной увлекательной беседой. Среди прочих были и журналисты, которые записывали все на диктофоны и видеокамеры. Я понимал, что стоит умерить свой пыл, но хотелось заступиться за профессию, в которой я был не так долго, но уже успел к ней прикипеть и полубить.

— Интуиция? — произнес я. — Это нечто непостижимое, что приходит с опытом, с творческим порывом!

— Интуиция — это просто способ мозга быстро обрабатывать информацию, — Роджерс ответил спокойно. — Искусственный интеллект может делать это намного быстрее и эффективнее. Он будет анализировать тысячи рецептов, результатов дегустаций, отзывов клиентов, и создавать совершенно новую кулинарную реальность.

— А как же творчество? — спросил я, вспоминая Генерала и его уроки. — Кулинария — это ведь искусство, а искусство нельзя программировать!

— Конечно, можно, — отмахнулся Роджерс. — Искусственный интеллект может создавать совершенно новые блюда, комбинируя в них самые непредсказуемые ингредиенты. Он может создавать кулинарные шедевры, о которых человечество даже не мечтало!

— Но у вашего робота нет души!

— А вам нужна душа, чтобы приготовить вкусный стейк? Искусственный интеллект может создать совершенный кулинарный опыт, основанный на данных и алгоритмах, который превзойдет все, что мы можем себе представить.

Роджерс вдруг тоже понял, что разошелся и поддался эмоциям в этом споре. Он улыбнулся, оглянул присутствующих.

— Думаю, мы затянули с завтраком, не так ли?

Но отпускать его журналисты не пожелали. Они тут же начали задавать десятки вопросов, которые их тоже начали одолевать с начала спора. И все они касались лишь одного — все сомневались, что возможности искусственного интеллекта настолько велики.

— Хорошо, — Роджерс встал из-за стола. — Я предлагаю провести небольшой эксперимент, чтобы продемонстрировать существующие возможности.

Он глянул на меня.

— Как насчет спора? — обратился он ко мне.

— Спор? И в чем же он будет заключаться?

— Я ставлю на то, что искусственный интеллект сможет приготовить блюдо, которое будет лучше того, что приготовите вы.

Журналист оживились, защелкали камеры фотоаппаратов.

— Вы серьезно? Вы хотите ставить на то, что робот сможет превзойти поварское искусство человека?

— Конечно, — Роджерс кивнул, в его глазах загорелся азарт. — Я уверен в своем искусственном интеллекте.

— Хорошо, — согласился я, понимая, что назад дороги уже нет — отказаться я просто не могу. — Но какие будут условия?

— Все очень просто, — ответил Роджерс. — Я предлагаю вам выбрать любое блюдо, которое вы считаете своим шедевром. Вы и искусственный интеллект приготовите его. Также одно блюдо предложу и я — чтобы было честно. Его мы тоже приготовим совместно. А потом мы с вами и другими гостями ресторана проведем слепую дегустацию. Тот, чье блюдо получит больше голосов, выигрывает.

— А в чем подвох? — напрямую спросил я.

— В том, что искусственный интеллект обработает массив данных, касаемо данного блюда проанализирует все отзывы и мнения, простых людей и критиков, и выберет идеальный усредненный рецепт. Поверьте мне, это будет такое блюдо, которое вы никогда не забудете!

Громкие слова вновь оживили журналистов, они зашушукались.

— А что будет ставкой? — спросил я.

— Ставка будет символической, — Роджерс улыбнулся. — Проигравший платит ужин в этом ресторане для всех участников дегустации.

Журналисты сдержано засмеялись. Я же понял, что ставка не такая простая, как может показаться на первый взгляд. Оплата ужина — это пустяк. На самом деле, на кону моя и его репутации. Достаточно смело.

— Хорошо. Я согласен.

— Тогда договорились, — сказал Роджерс, протягивая руку. — Этот спор будет интересным.

— Не сомневаюсь, — ответил я, принимая вызов.

Защелкали вспышки фотокамер, закрепляя наш спор.

* * *

— Ты что делаешь?

Это вопрос удивил меня. Я ожидал его от кого угодно, но только не от Волка.

— В каком это смысле? — спросил я, глядя на красного от ярости начальника службы безопасности.

— Зачем ты ввязался в спор с Роджерсом? Зачем вообще с ним заговорил?

— А как же я ему смог бы объяснить, где его место за столом и вообще его поприветствовать? — спросил я.

— Мураками, хватит ломать тут передо мной комедию! — еще больше разозлился Волк.

— Прошу меня извинить, господин Нобору Морито, но комедию, по моему мнению, исполняете сейчас вы.

— Что⁈ — прошипел тот, явно не ожидая такого ответа.

— Я не совсем понимаю, какое вам есть дело до того, что я разговариваю с Роджерсом? Вы ведь руководите службой безопасности, не так ли? А стратегия — это уже в нашем отделе.

Пристальный взгляд Волка мог просверлить дыру в бетонной стене, но я выдержал его.

— Ты что, не понимаешь? — спросил начальник службы безопасности.

— Чего?

Волк злобно фыркнул. Потом взял путь и включил висящий на стене телевизор. Попал сразу на новости, где крупным планом показывали меня и господина Роджерса.

— Опять ты засветился везде!

— Это плохо? Я думал, это только увеличит упоминание нашего ресторана в средствах массовой информации, что только улучшит наши позиции.

— Ты согласовал этот спор с начальством? — прошипел Волк. — Ты вообще кому-то говорил о том, что собираешь вести такие опасные беседы с гостем?

— Я полчаса назад вообще не предполагал о том, что будут разговаривать с этим человеком! — улыбнулся я. — Но этот Роджерс был слишком категоричен и самоуверен в своих высказываниях. Я решил его немного осадить.

— Ты понимаешь, что слишком рискованно играешь? И этот риск расползается не только на тебя, но и на весь «Спрут».

— И в чем же риск?

Прежде чем ответить, Волк долго смотрел на меня. Потом прошептал могильным тоном:

— Если ты проиграешь спор, то репутации «Белого Тигра» будет нанесен непоправимый репутационный урон. Все, что так долго создавалось, ты в один миг собственными руками и разрушишь.

* * *

Призрак сидел на крыше здания напротив «Белого Тигра» и наблюдал за суетой. День только начинался, но в ресторане уже кипела жизнь. Официанты спешили, накрывая столы белыми скатертями, внутри слышался смех и звон бокалов. Сегодня в «Белом Тигре» ожидался первый обед для высокопоставленных гостей — важных персон из мира бизнеса и политики.

Сейчас важно наблюдать и понять, что изменилось в ключевых моментах безопасности, чтобы потом, когда нужно будет действовать, не угодить в эту ловушку.

Призрак хмурился, его взгляд скользил по лицам людей, что выходили из черного внедорожника перед входом в ресторан. Он узнавал их по одежде, по манерам, по тем, как они держали себя. Сотрудники охраны, одетые в черные костюмы, бесшумно расположились вокруг входа, их глаза быстро сканировали окружение. Они были профессионалами, это было видно сразу.

Призрак уже не первый раз наблюдал за «Белым Тигром». Ему было интересно понять, как работает эта машина, как она обеспечивает безопасность своих посетителей. Он заметил, что охранники не только стояли у входа, но и спрятались на крышах соседних зданий. Они следили за территорией, готовые в любую минуту ответить на возможную угрозу.

М-да, надо отдать им должное — охраняют и в самом деле хорошо. Можно только представить, что твориться в самом «Sky Tokyo Gallery» — мухе негде сесть. Поэтому он и выбрал этот ресторан. Тут будет проще выполнить задание.

Призрак чувствовал себя словно в центре паутины, где он наблюдал за движением нитей. И он терпеливо ждал, когда эта паутина начнет трещать, когда он сможет увидеть то, что скрыто от глаз обычных людей.

Но ощущение превосходства длилось не долго.

Внезапно, словно из ниоткуда, на крышу выскочили две фигуры в черных костюмах. Они двигались быстро, профессионально, и Призрак, почувствовав опасность, инстинктивно пригнулся, но было уже поздно.

— Что вы тут делаете? — рявкнул один, угрожающе потянувшись к оружию.

Призрак обернулся. Убегать не было смысла. Да и отстреливаться тоже — оружия с собой он не взял.

— Руки вверх! — крикнул другой охранник, направив на него пистолет.

Призрак попытался спокойно подняться и поднять руки, но чувствовал, как его сердце колотится в груди. Черт, неужели обнаружили? Нет, спокойно. Это служба внутренней безопасности самого ресторана, скорее всего просто проверяют и решили обследовать крыши. Нужно только держаться ранее выдуманной легенды.

— Что ты здесь делаешь? — спросил охранник, его голос был холодным и бесстрастным.

— Я… Я просто наблюдал за гостями, — промямлил Призрак. — Хотел увидеть известных людей.

— Врёшь! — охранник с пистолетом направил дуло ему в грудь. — Ты здесь не за гостями, а за чем-то ещё.

— Не стреляйте! Я говорю правду! — Призрак придал голосу как можно больше страха, чтобы выглядеть правдоподобно. — Я никому не хочу вредить.

— Ну да, конечно, — усмехнулся охранник. — А какой у тебя интерес к гостям?

— Я просто придумал одно приложение на телефон, хотел показать… стартап хотел начать… Мне нужно встретиться с Акирой Кавасаки, он профинансирует мой проект и тогда…

— Ты что, больной? — усмехнулся второй охранник. — Какое еще приложение⁈

— Мы вызовем полицию, — заявил первый охранник с пистолетом. — И ты объяснишь все им.

— Не надо, — Призрак почувствовал, как у него в жилах вскипает адреналин. — Я сам уйду.

— Слишком поздно, — охранник схватил его за руку.

Призрак резко дернулся, вырвался из хвата и бросился бежать. Ноги работали сами по себе, ветер свистел в ушах. Он несся по крыше, словно тень, метясь между вентиляционными шахтами и проржавевшими трубами. Охранники были на хвосте, их тяжелые шаги разносились по крыше грохотом.

— Стой, или стрелять буду! — прокричал охранник, но Призрак не сбавлял скорость.

Он перемахнул через пропасть в несколько метров, рванул к выходу. Юркнул в дверь, да там и остался, затихнув. Нужно было понять статус погони и оценить обстановку.

Охранники остановились на краю, оценивая риск. Один из них отдал команду:

— Спускаемся!

— А как же этот? — спросил второй.

— Да тут таких стартаперов полным-полно. Каждый придурок думает, что он гений, вот и ищут встречи с сильными мира сего, думая, что те их заметят и сделают всемирно известными. Это уже второй такой, не от мира сего.

— Ладно, — согласился второй. — Пошли на пост.

Призрак облегченно выдохнул. Они поверили в его легенду, а значит ничего еще не потеряно.

«Скоро, — подумал Призрак, спускаясь на первый этаж. — Совсем скоро»…

Глава 15

У меня сложилось такое впечатление, что я разворошил пчелиный улей. Едва делегация во главе с Роджерсом позавтракала и направилась в «Sky Tokyo Gallery», как на меня обрушился целый град звонков. Звонили отовсюду — с газет, телевидения, радио, все хотели получить развернутый комментарий, а то и вовсе взять интервью со съемками.

И, конечно же, звонили со «Спрута». PR-отдел брызгал слюной, возмущаясь тем, что с ними не было согласовано это мероприятие. Я сообщил им то же самое, что говорил и другим — этот спор не был вообще запланирован изначально.

Потом позвонила какая-то дама, не представившаяся, да и вообще говорящая так, будто набила полный рот осьминогов. Она что-то долго и непонятно бормотала про вероятности и планы, потом попросила скинуть ей план проведения спора с Роджерсом и сбросила вызов, даже не сказав, куда ей все скидывать. Я даже не стал перезванивать и уточнять детали — ничего я не собирался никому скидывать. Голова была занята совсем другим.

Спор, конечно, был не запланированным. Но просто так пропустить мимо ушей слова Роджерса я не мог. Этот миллиардер был чересчур самоуверенным, к тому же мне хотелось заступиться за всех поваров, которых он так легко списал в утиль. Посмотрим, как твой искусственный интеллект приготовит хоть что-то.

Глубоко в душе, конечно же, скреблось определенное сомнение. Все-таки автоматизация хороша в некоторых моментах. В той же хирургии роботы делают очень точные надрезы. Но ведь в данном случае механизмы выступают в роли инструмента для хирурга. Роджерс же утверждал, что они полностью заменят нас.

Но прежде, чем размышлять о том, какое блюдо выбрать для приготовления на споре, нужно заниматься и прямыми обязанностями.

С небольшим опозданием в Токио прилетела госпожа Амита Чаттерджи, основательница «Nexus Technologies». И прямо с самолета она поехала в «Белый Тигр», желая чего-нибудь перекусить после долгого перелета.

Увидев меня, Чаттерджи холодно улыбнулась.

— Такое ощущение, будто в Токио существуете только вы! — произнесла она. — Все новости лишь о вас.

— Поверьте, это случилось против моей воли. Надеюсь, эта вынужденное окружение не будет слишком назойливым для вас, — ответил я, чуть поклонившись, украдкой рассматривая гостью.

Рост Чаттерджи был выше среднего, а фигура, облаченная в строгий черный костюм от Armani, подчеркивала ее властность. Лицо, с острыми скулами и подбородком, казалось высеченным из камня. Темно-каштановые волосы были гладко уложены, ни единая прядь не выбивалась из строгого стиля. Единственное украшение — массивное кольцо с бриллиантом, смотрелось на ее руке, как холодный блеск ледяного королевства.

От Чаттерджи исходила довольно странная аура — казалось, что гостья может взорваться в любую минуту и ощущение опасности все время витало в воздухе. Я глянул на официантов, и увидел, что они тоже это ощущают.

— Прошу, вот ваши места, — проводил я женщину и ее сопровождение к столу.

Амита Чаттерджи устроилась в кресле, поставив сумочку на стол. Ее взгляд скользил по залу, отмечая каждую деталь. В ней было что-то общее с Роджерсом, но если тот был более сговорчив, то Чаттерджи напротив, холодно молчала.

Понимая, что еще один спор или словесную потасовку я могу уже и не вывезти, я решил отстраниться от всего и просто делать свою работу.

— Первое блюдо, — сказал я, когда в зал внесли сасими.

Ее сделал лично Жак, и было видно, что он очень сильно старался. Идеальная нарезка, какой мог позавидовать и я. Тончайшие ломтики свежайшей рыбы: нежно-розовая семга, сияющий красным тунец, и нежная белая дорадо. Ломтики легли на ледяную тарелку, украшенную изящными цветками, дайконом, зеленью и дольками огурца. Рядом лежали миниатюрные пиалы с соевым соусом, острым васаби и розовым маринованным имбирем.

Классика в том виде, в каком она и должна быть. При выдаче разрешения на участие в форуме, аудитор Миа также выдала нам и заявки от каждого участника — какие предпочтения у него есть, что он категорические не приемлет в еде и какие пожелания хотел бы, чтобы были исполнены. Я помнил, что Чаттерджи в том списке значилась как «без ограничений», что значило, что она готова есть любую еду, в том числе и японскую, обладающую определенной спецификой. Обычно в таком случае предполагается, что гость будет кушать именно национальную еду, чтобы погрузиться в традиции страны, в которую прилетел.

— Это что, сырая рыба? — наморщив нос, спросила Чаттерджи.

— Да, это сырая рыба — традиционное японское блюдо сасими. Его следует есть палочками, каждый кусочек обмакивая в соус, — сдержанно ответил я. — Но если хотите, мы заменим вам блюдо? Хотите что-то более традиционное?

— Нет, что подали — то и буду есть, — ответила Чаттерджи тоном обидевшейся маленькой девочки.

Жак, стоявший рядом, глянул на меня, и я буквально прочитал его мысли — ему хотелось больше всего на свете вышвырнуть эту разбалованную дамочку вон.

Чаттерджи ела без энтузиазма, и половину блюда оставила, поковырявшись в сырой рыбе. Под конец и вовсе сделало то, что мог позволить себе ни один уважающий себя японец — воткнула палочки в еду. Это практически оскорбление тому, у кого в гостях находится человек.

Жак аж покраснел от возмущения. Я же подал ему знак, чтобы держал себя в руках. Кто знает, может эта Чаттерджи не в курсе определенных местных традиций?

Следующим блюдом стал суши-сет. На деревянной доске расположились классические нигири — кусочки риса, украшенные тонким слоем лосося, тунца и креветки, завернутые в нории и посыпанные черной икрой и полосками зеленого лука. Было видно, что Жак хотел удивить гостью аутентичной едой, но кто же знал, что попадается такая капризная дама?

С суши-сетом Чаттерджи тоже долго копалась, рассматривала со всех сторон, демонстрируя всем своим видом, что не желает есть это.

— У нее в Индии есть сеть ресторанов, — шепнул мне Ичиро. — Вот и не хочет нам устраивать невольную рекламу, специально нос морщит, чтобы потом при случае сказать где-нибудь на публике, что в ее заведении кормят лучше.

Позволить такого я не мог. Не хочет есть — пусть не ест. Но намерено топить нас, чтобы рекламировать свое.

— Госпожа Амита, вам не нравится наша еда? — подошел я к ней и улыбнулся как можно слаще.

— Не нравится — это громко сказано, — ответила она. — Она не совсем привычна той, которую я обычно ем.

— Тогда, может быть, мы могли бы приготовить для вас что-то другое?

— Нет, не нужно утруждать себя, — ответила Чаттерджи, даже не посмотрев в мою сторону. — Я потерплю.

— Не думаю, что терпеть ради нас нужно. Просто скажите, что вы хотите, и мы это приготовим.

— Не думаю, что тут могут сготовить что-то, что я действительно люблю, — кисло ответила Чаттерджи.

Вот ведь важная курица!

— Уверен, что в сети ресторанах, которыми вы владеете, кормят вкусно и именно то, что вы любите, — произнес я, стараясь держать фирменную невозмутимую улыбку. — Но у нас тоже вполне неплохо кормят — об этом говорят награды, полученные на многочисленных конкурсах. Да и отбор мы прошли, который устроили организаторы этого форума. Думаю, это вполне неплохая рекомендация. Тягаться с вашей сетью ресторанов мы, конечно же, не хотим, уверен нам есть чему у вас поучиться. Кстати, вы бы могли сейчас рассказать о сети своих ресторанов — пока есть хорошая возможность бесплатно это сделать в присутствии стольких журналистов. Будет хорошая реклама.

Чаттерджи аж заскрипела зубами. Но тоже улыбнулась.

— Нет, конечно же, не буду. Это было бы не этично с моей стороны.

«Это ты верно сказала, — подумал я. — Ишь, про этичность заговорила!».

Все было гораздо проще. Ее заготовленный козырь про то, что в «Белом Тигре» готовят не так вкусно, как в ее ресторане я раскрыл раньше времени и озвучил перед журналистами, а значит сыграть его будет уже не эффективно. Она, конечно, может повторить задумку после завтрака, но фраза уже не попадет в эфир, так как о ней все знают и вырежут, сообразив, что это реклама.

— Кенджи, я тебя прошу! — прошептал мне в самое ухо Ичиро. — Нам достаточно и одного спора с Роджерсом, чтобы улететь в бездну. А ты еще и с этой дамочкой на колкости перешел.

— Она первая начала, — пожал я плечами.

Третий вынос блюда мог удовлетворить даже самый изысканный вкус. Тут Жак превзошел самого себя. Гедза, или по простому вареники, с уткой, овощами и яблоками. Тонкое рисовое прозрачное тесто, чуть поджаренное, посыпанное чесноком.

Акцентом к этому блюду принесли кусочки курицы в особом медовом кляре. Кусочки напоминали по форме камешки с морского дна, особенно в сочетании с красными нитями чили. Очень красивая подача. По вкусу тоже не сомневаюсь было на «отлично». На этот раз Чаттерджи уже не выбражала — было бессмысленно и довольно быстро расправилась сначала с гедзами, а потом и с курицей.

Завтрак закончился и я уже готов был проводить привередливую гостью, как она остановилась, обернулась и сказала:

— Мистер Мураками, у вас, кажется, с господином Роджерсом случился спор? Думаю, у меня есть идея как помочь кое с чем.

— Помочь? — удивился я.

— Да, — кивнула Чаттерджи и хитро улыбнулась. — Помочь господину Роджерсу победить вас.

Она рассмеялась и вышла из ресторана.

— Вот ведь змея какая! — проводил ее Ичиро.

Я лишь отмахнулся — угрозами меня уже было не запугать.

* * *

Убравшись в комнате, Фукуда некоторое время стоял и смотрел на то место, где еще час назад лежало тело. Потом устало плюхнулся прямо на пол, прислонившись спиной к стене. Его плечи опускались под тяжестью невидимой ноши, а взгляд, устремленный в пол, был пустым, словно выцветший от бесконечных тревог.

Гнев, такой острый, что заставлял его зубы скрежетать, смешивался с отчаянием. И в порыве этого гнева у него еще хватало сил на то, чтобы замести следы. Но едва гнев выгорел, как и сил не осталось.

Он был в ловушке. Невидимой ловушке, которая еще не захлопнула своих створок, но готова была в любой момент его уничтожить. Его секреты, его слабости, его ошибки — все это теперь было в руках неизвестного врага.

Фукуда чувствовал себя виноватым, словно он сам открыл ворота для этой беды. Долгие годы он хранил эти документы как залог своего спокойствия, как гарантию безнаказанности. Теперь он понял, что это была иллюзия, а он сам — заложник собственной наивности. Еще и как последний наивный мальчик был глуп, думая, что Ёсико бестолковая дурочка.

Или же ее кто-то натаскал на это? Фукуда задумался. Неужели она сама додумалась до этого? Сомнительно. Наверняка ее кто-то подтолкнул к этому. Догадаться бы кто именно. Уж он бы этого недоумка растоптал бы как червяка.

Он встал, его тело дрожало от напряжения. Фукуда знал, что ему придется действовать. И чем быстрее, тем лучше. Он должен найти тех, кто украл его документы, настоящий воров, а не исполнительницу, с ней уже покончено, и вернуть их любой ценой. Его жизнь, его будущее — все зависело от этого.

Сжав кулаки, Фукуда посмотрел в окно. Небо было темным, хмурым, как его душа. Но он не мог сдаваться. Он должен был бороться.

Рука невольно взяла телефон. Нужно позвонить Рен, сообщить обо всем. И тут же оборвал себя. Нельзя. Она не будет ему помогать. Напротив, расправиться быстро и оборвет все нити, которые могли бы привести к ней. Этого следовало ожидать с самого начала.

Нужно найти заказчика. Кто? Кто?

— А разве есть другие варианты? — вслух произнес Фукуда.

Конечно же Абэ. Он хочет ударить первым и действует через Фукуду, зная, что тот хранит многие тайны Рен Ямато. Наверняка именно он подговорил Ёсико, чтобы та выкрала нужные документы. Значит следует в скором времени ожидать крепкого удара.

— Не дождетесь! — прохрипел Фукуда.

Нужно опередить его. А для этого у него был запрятан один козырь, который он хранил очень долго. Очень колючий неудобный козырь, который мешался ему и из-за которого его так часто ругала Рен. А теперь он применить этот козырь. Ведь чувствовало сердце, что все не зря!

Фукуда улыбнулся.

Он убьет Кенджи Мураками, внебрачного сына Акутагавы Ямато, а улики подкинет Абэ. И тогда Ямато, едва узнает, что Абэ убил его сына, превратиться в настоящий тайфун. Тогда уже никакие ворованные документы ему не помогут. Ямато сметет его с пути, устранив сразу две проблемы, самого Абэ, и те угрозы, которые он нес с собой.

А всего лишь нужно сущий пустяк — просто убить Кенджи Мураками.

Фукуда хохотнул. В пустой просторной комнате его смешок эхом прокатился по округе, превращаясь в странный гул.

— Просто убить Кенджи Мураками! — повторил он вслух и рассмеялся громче.

* * *

День, наконец, закончился. Какие вопросы обсудили на форуме и какие договора и меморандумы подписаны, еще предстояло узнать из утренних новостей. Ресторан был приведен в порядок, чтобы встретить гостей уже завтра с утра. Пора было отправляться всем домой, чтобы как следует отдохнуть. А отдохнуть нужно было — я чувствовал, как сильно устал.

Жак предложил подкинуть меня до дома, но я отказался. Я подумывал о том, чтобы заскочить в «Красный фонарь» и повидать Наоми, поэтому решил пройтись пешком.

Город уже окутал сумрачный вечер. Ночной Токио впечатлял, особенно в этом районе. Небоскребы, похожие на гигантские космические корабли, вздымались к небу, словно перед стартом, окна мигают, как сигнальные огни на борту. Внизу, под ними, мельтешат неоновые вывески — реклама всего, что только можно, яркие вспышки жизни, создающие впечатление безумного, но прекрасного хаоса.

Вдруг, резкий скрип тормозов заставил меня вздрогнуть. Я обернулся. Чёрный внедорожник, огромный, как монстр, остановился в метре от меня. Две фигуры, закутанные в тёмные куртки, выскочили из автомобиля.

— Мураками? — спросил один незнакомец. Его голос, похожий на отбойный молоток, прогрохотал по нервам.

Он был выше меня на голову, с широкими плечами. Лицо квадратное с такой же квадратной выпирающей вперед челюстью, покрытой трёхдневной щетиной. Его глаза, глубоко посаженные, сверкали холодной сталью.

Я даже отвечать не стал — понял, что сейчас ничего хорошего не произойдет. Я даже хотел рвануть прочь, в проулки, где и скрыться, но второй незнакомец вытащил пистолет из куртки, направил его на меня и прорычал:

— Давай без глупостей.

Наставленный прямо на меня ствол не располагал к тому, чтобы творить глупости, поэтому я замер.

— Что вам нужно? — осторожно спросил я, еще надеясь на то, что они просто хотят ограбить меня.

— Не бойся, парень, — ответил первый. — Ты просто поедешь с нами.

Второй громила открыл дверцу машину, и теперь автомобиль напоминал монстра с распахнутой пастью, готовый меня проглотить целиком.

— Куда? — сумел выговорить я.

— Тебе это знать не нужно, — хмыкнул мужчина.

И схватив меня за куртку, втолкал в машину. Тут же ткнул пистолет под ребро.

— Не дергайся!

Дверь захлопнулась. Машина рванула с места, оставляя меня в плену мрачного салона. Моё сердце забилось в горле, я смотрел на город, на бегущие огни, которые казались теперь далёкими и холодными.

— А вот запоминать дорогу, куда мы едем тебе не следует, — произнес тот, у кого было оружие в руках.

И вдруг мне прямо на затылок обрушилась адская боль. А потом мой разум поглотила тьма.

Глава 16

Ночь первого дня IT-форума «Цифровой мост-2024»

Голова раскалывалась, будто ее долбили кувалдой. В ушах звенело, перед глазами плыли цветные пятна. Где я? Что произошло? Какого черта⁈ Я открыл глаза, с трудом фокусируя взгляд. Так-с, не в багажнике — и то хорошо. Я сидел на пассажирском сиденье в машине. Рядом, за рулем, мужик в кожаной куртке. На заднем сидении, скрестив руки на груди, другой, с пистолетом в руке. Ага, вспомнил.

Отключка моя длилась не так долго, потому что мы продолжали ехать. Но пейзаж за окном был уже трудно различим из-за ночи и незнаком. Точно не жилые кварталы Токио. Ни одного огонька. Больше похоже на какую-то стройку.

Опыт быть похищенным у меня уже был — спасибо Рокеро. Поэтому я знал, что паникой делу не поможешь. Сейчас напротив необходимо быть предельно внимательным и следить за всем. А еще ответить на самый главный вопрос — кто меня похитил?

Первым на ум пришел почему-то Фукуда. Что, если Ёсико не смогла выполнить свои обязательства и попалась ему? Она могла рассказать все Фукуде и тогда он — это самое логичное, — должен устранить меня, потому что я много знаю. Не завидна судьба и самой Ёсико. Хотелось верить, что с ней все в порядке.

Я выругался. Я бы мог сейчас незаметно подать сигнал тревоги, позвонить кому-нибудь или хотя бы написать. Но Волк со своей проверкой забрал телефон, оставив меня без связи. То, что должно было меня спасти, сейчас находилось совсем в другом месте. А ведь говорил, что установят на сотку GPS-трекер, который смог бы отследить мои передвижения и с легкостью бы обнаружил меня в любом месте. Я усмехнулся. Стало горько и обидно от того, что так все вышло. Я без телефона, без помощи, еду на незнакомой машине в неизвестном направлении и ничего хорошего в конце поездки ждать не приходится.

Машина резко затормозила, бросив меня вперед. Голова снова застучала, будто барабан. Я попытался ухватиться за спинку сидения, но не успел. Дверь распахнулась, и грубая рука схватила меня за шиворот, вытаскивая наружу.

— Иди, иди, — прорычал водитель, подталкивая меня к темному входу в какое-то здание.

Вечерняя прохлада неприятно похолодила взмокшую спину. Я успел оглядеться — какой-то большой ангара и ничего вокруг. В фильмах обычно в таких местах убивают.

— Вперед!

Я спотыкался, теряя равновесие, упорно не желая идти внутрь, но меня крепко держали за руку и тащили вперед. Мы зашли в ангар. Темно — хоть глаз выколи. И как эти громилы ориентируются тут?

Несколько секунд мы шли по холодному бетону, пока не вошли в огромное, темное помещение. Внутри царила могильная тишина, разбитая только шумом моего дыхания и стуком сердца.

Едкий запах ржавчины и мазута щипал ноздри. В глубине ангара виднелись размытые силуэты каких-то огромных машин, освещенные бледным светом единственной лампочки, спрятанной где-то высоко под потолком. Холодный ветер проникал сквозь щели в металлических воротах, пронося с собой дуновение неизвестности.

— Мы его привели, — проговорил водитель, положим руку мне на плечо и давая понять, чтобы я не дергался.

Я почувствовал, как ствол пистолета уперся мне в спину. Дергаться сразу же перехотелось.

— Без глупостей, — хрипло прошептал мне похититель.

Я и сам понял, что сейчас нужно быть максимально разумным и необдуманных действий не делать.

— Хорошо, — ответил тот, кто прятался во мраке.

Я попытался сориентироваться, но вокруг царила густая тьма. Не мог увидеть ни лица своих похитителей, ни их выражение.

— Не бойся, дружище, тебя не тронут, — услышал я голос незнакомого человека, но его слова не успокоили, а лишь усилили чувство паники.

Меня усадили на стул, руки связали за спиной.

А потом щелкнул тумблер и в глаза ударил яркий нестерпимый свет от прожектора. Я сморщился, попытался отстраниться от болезненной белизны, но меня усадили обратно, для надежности ткнув кулаком в живот.

— Вы же сказали, что меня не тронут, — простонал я, едва дыша от боли.

— Мы соврали, — буднично ответил незнакомец.

Некоторое время пришлось привыкать к яркому свету, чтобы разглядеть хоть что-то. Потом, когда глаза хоть немного стали терпеть эту мертвую белизну, я пригляделся. Силуэт незнакомца был виден вдали.

— Кто вы? — спросил я.

Ответа не последовало. Вместо этого из тьмы ангара выступил человек, среднего роста, без широких плеч и выдающихся мускул, но крепкий, жилистый, какой сможет легко победить тех двоих громил, которые притащили меня сюда. Крепкая колесом спина, угловатые руки, кулаки с грубыми мозолями. Лицо, как статуя из бронзы, испещренное глубокими морщинами, прочерченными годами и тяжелыми жизненными испытаниями. Глаза узкие, пронзительные, словно два холодных изумруда, в которых отражалась беспросветная тьма и жестокость. Скулы высокие, а под тяжелым подбородком пряталась резкая щетина. На шее — массивное золотое ожерелье с громадным японским символом, висевшим, словно тяжелый крест.

Кто это такой я не знал, но выглядывающие и на шее, и на груди, и на запястьях татуировки дали четко понять, к кому относиться этот незнакомец.

Якудза.

Не самый верховный конечно их главарь, потому что встреча была бы совсем другого толка и совсем в другом месте. Но главарь одной из ячейки, коих в Токио было в предостаточном количестве.

— Что я сделал якудзе плохого, что меня привезли сюда? — прямо спросил я, чем заставил главаря улыбнуться.

— Ничего, — честно ответил он.

— Тогда по какому поводу свидание?

Главарь подошел ближе, глянул на меня не человеческим взглядом, и мне стало понятно — этот человек способен на многое. Действительно на многое.

— Ты — парень заметный, — прохрипел главарь, хищно улыбнувшись. — Вон, тебя по всем каналам показывают. Имя уже у многих на слуху. Ты практически звезда. Ну, как певец там, или актер. Готов поспорить, что тебе платят кругленькую зарплату в твоем «Спруте»?

— Вы поэтому меня похитили?

Главарь повертел головой.

— Твоя зарплата нам не интересна и нужна. Нам нужно гораздо больше.

— Вы что, ребята, в самом деле, решили назначить за меня выкуп? — догадался вдруг я, и мне стало смешно.

— Видишь какой ты сообразительный!

— Вы понимаете, что играете с огнем? Корпорация «Спрут» на такое не пойдет!

— Еще как пойдет! — ухмыльнулся главарь. — Думаешь, в самый разгар форума им будет приятно знать, что их главное лицо, которое мелькает по всем каналам, вдруг умер? А представь, что подумают гости? Думаю, им не очень будет приятно знать, что-то место, где они бывают чаще самого форума, вдруг не смогло уберечь свой самый главный символ? Репутация, Кенджи, это главное, что у них сейчас есть. Думаешь, все эти рестораны «Спрута» так вкусно готовят еду? Нет. Есть и другие места, где блюда подают не хуже, чем в «Белом Тигре», А то и лучше. Да еще и за цену, гораздо меньшую. Но у «Спрута» есть история и репутация. Вот за счет этого вы и выезжаете вперед. Но с помощью тебя эту репутацию можно разрушить в один миг. Представляешь, какая будет паника и шумиха, когда мы выбросим твое истерзанное тело прямо около входа в «Белый Тигр»?

Главарь зычно рассмеялся.

А вот мне было не до смеха. В словах бандита была истина, как бы горько это не звучало.

— Ты, кажется, еще не понял своей роли и значимости, Кенджи, во всем этом, — продолжил главарь. — А вот мы это поняли. Поэтому ты здесь. Ты важная фигура, которую твои руководители еще не оценили по достоинству. Но, думаю, едва они услышат новость о том, что ты похищен, до них дойдет серьезность проблемы. И знаешь что?

Главарь задумчиво посмотрел на меня.

— Это выгодное дело для нас обоих. Если все конечно сложиться так, как нам нужно. Мы получим выкуп и отпустим тебя. А корпорация «Спрут» наконец оценит тебя по достоинству. Охрану к тебе приставит, круглосуточную, будешь, как настоящая звезда ходить! Правда ведь здоров?

Главарь вновь рассмеялся.

— Думаю, это плохая идея, — ответил я. — Едва служба безопасности узнает о том, что я похищен…

— Не стоит меня пугать, дружище, — угрожающе прохрипел главарь. — Хочешь вернуться к своей обычной жизни с полным количеством пальцев — тогда взвешивай каждое слово, которое скажешь мне. Учти, я шутить не люблю.

Он достал нож и показал его мне. Убедительно, что тут еще скажешь. Я благоразумно замолчал.

— Я вижу, ты смышленый малый, — кивнул главарь. — Понимаешь все с первого раза. Видимо уже сталкивался с нами?

— С вами — это с якудзой?

Главарь кивнул.

— Доводилось. И скажу, что вы ребята отчаянные.

— Это так, — усмехнулся тот. — Мы ведь за тобой давно уже следим. Еще с «Красного фонаря».

Я удивленно глянул на главаря. Переспросил:

— С «Красного фонаря»? Тогда я вроде еще не был так знаменит и обо мне не показывали передачи. Только одна газета.

Я задумался. Начал вспоминать свою работу в «Красном фонаре» и те дела, которые там были. И сразу же меня посетила догадка.

— Но газета тут не причем? — понял я. — Череп — вот кто наводчик.

Главарь аж крякнул от удовольствия.

— Ну каков парень! Смышленый! Сразу обо всем догадался! — и обратился к здоровякам. — Не то, что вы! В одну минуту вычислил все.

Теперь стало все понятно. Я помнил Черепа, который наехал на Бао в период работы «Красного фонаря». Череп хотел организовать в закусочной игровой дом, но не вышло — «Красный фонарь» сгорел. И теперь Череп навел своих людей на меня, придумав простой план — похитить и запросить выкуп.

— Да, это Череп подсказал нам эту идею. Правда он давно уже отправился в мир иной — наша профессия такая, опасная. А мы вот решили реализовать ее, тем более тебя в каждом ящике показывают. Знаменитый.

— Твою мать! — выдохнул я.

— Да не расстраивайся ты так. Все будет нормально. Если конечно у твоих начальников голова на плечах.

Главарь достал телефон.

— Думаю, сообщить о наших условиях «Спруту» нужно прямо сейчас, самое время. Первый день форума закончился, осталось еще два. А потом… — он глянул на меня и ухмыльнулся. — Потом ты не будешь стоить ничего. Всему свое время. И твое время — это два последующих дня, когда идет форум. Потом ажиотаж спадет, и цена на тебя сильно упадет. Думаю, «Спрут» даже не будет вообще что-то выплачивать за тебя. Так что сейчас.

Он достал телефон, набрал номер.

— Неужели я вас разбудил? — сказал он абоненту. — Прошу прощения за столь поздний звонок. Но обстоятельства и в самом деле важные. Какие именно? Советую проверить вам квартиру вашего невероятного сотрудника Кенджи Мураками. Впрочем, можете не утруждаться. Я облегчу вашу задачу и скажу, что там его нет. Что, не верите?

Главарь взглянул на меня, подошел ближе и протянул телефон.

— Кенджи, ну-ка, скажи что-нибудь?

Меня ткнули в бок пистолетом, поэтому пришлось сказать:

— Меня похитили. Я нахожусь в каком-то старом ангаре, возможно, за городом…

Крепкий удар в живот заставил меня замолчать.

— Ну, убедились? — продолжил разговор главарь. — Спокойно! Слушайте меня, и все будет в полном порядке. Во-первых, сообщать в полицию не советую. Тогда Мураками не жилец.

От этих слов мне стало не по себе. Я вдруг явственно ощутил, что он не шутит. И только сейчас запоздало пришло полное осознание, в какую задницу я влип.

— Во-вторых, советую слушать меня и выполнять мои требования — тогда Мураками будет в полном порядке и вернется к вам. Как поняли меня?

Интересно, кому именно из «Спрута» он дозвонился. Мне вдруг стало смешно — я подумал о том, что мог бы позвонить и тому же Фукуде, ведь тот финансовый директор и имеет непосредственное отношение к деньгами. Только вот вряд ли Фукуда ринется меня спасать.

— И вот когда мы друг друга поняли, я говорю вам, как нам договориться. Пятьдесят миллионов иен — эта сумма, которая может все решить. Согласитесь, не такая уж и большая сумма. Тем более для такой огромной корпорации как «Спрут». Думаю, вы гораздо больше взяли, победив в участии в форуме. Так что эта сумма, которая решит все ваши и наши проблемы. Пятьдесят миллионов иен. Они должны быть приготовлены к завтрашнему утру. В противном случае завтра утром участники форума обнаружат всеми любимого Кенджи Мураками мертвым у входа в «Белый Тигр». Согласитесь, что это не самое лучшее, что может быть. Тем более если вокруг будут камеры, журналисты со всех стран. На время корпорация «Спрут» тоже станет такой же звездой, как и Мураками. Только не думаю, что они будут мечтать о такой славе. Деньги должны быть направлены на счет, который я вам сейчас вышлю. Не пытайтесь его отследить — он завязан на криптовалюте. Все-таки IT-форум проходит, стараемся идти в ногу со временем!

Главарь засмеялся.

— Мои условия понятны? Вот и хорошо. У вас есть время до утра. Потом случится непоправимое.

Главарь положил трубку.

— Ну что же, — произнес он буднично, с улыбкой на устах. — Будем ждать?

И я понял, что от того, что решит руководство «Спрута» зависит очень многое. А самое главное — останусь ли я в живых или нет?

* * *

— Нужно позвонить в полицию.

Волк сморщился.

— У нас не столько времени. Не успеют отследить.

Комната была погружена в полумрак. За массивным столом сидел Волк. Он беспрестанно стучал пальцами по столу, пока его подчиненный Мэса напряженно и лихорадочно соображал, как поступить. В воздухе висело напряжение, тяжелое, как грозовая туча.

— Тогда хотя бы необходимо доложить о ситуации господину Ямато.

Эти слова словно обожгли Волка, он сморщился еще сильней, сжал кулаки.

— Нет, Мэса, ему тем более нельзя говорить.

— Но почему⁈ — удивился парень.

— Ты что, действительно не понимаешь? — спросил Волк, глядя на своего собеседника.

Мэса был молодым парнем, служившим в службе безопасности «Спрута», еще много конечно не знал, но был толковым. Поэтому Волк и вызвал его, а не кого-то другого.

— Потому что полетят наши головы. Это наша вина, — он кивнул на телефон, на который полчаса назад поступил звонок, — Потому что мы с тобой отвечаем за безопасность, в том числе и безопасность подчиненных «Спрута». А мы не уследили. Я не уследил.

Последнюю фразу он сказал совсем тихо.

— Что же тогда делать? — растеряно спросил Мэса.

— Вот для этого мы тут с тобой и собрались. Нужно разработать план. Ты должен понимать, что никто, конечно же, не будет платить вымогателям такие деньги.

Мэса округлил глаза.

— А ты думал, что будут? — усмехнулся Волк. — Если заплатим, то уже завтра все бандиты из якудзы начнут воровать каждого второго сотрудника «Спрута» и требовать выкуп. С этой проблемой нужно расправиться иначе. И чем жестче, тем лучше. Главное, чтобы заложник не пострадал.

Мэса долго молчал. Потом поднял со стола бумажку, на которой был написал номер счета, на который следует скинуть выкуп.

— А если через наших программистов просчитать… — предложил он.

— Это займет день, в лучшем случае. К тому моменту Мураками уже не будет в живых.

— Черт! — совсем тихо выругался Мэса. И тут же опомнившись, поспешно произнес: — Извините, господин Морито!

— Брось! — отмахнулся тот. — Не до учтивости сейчас.

Он взял из рук Мэса бумажку, вгляделся в цифры.

— Этот счет — наша единственная зацепка, — стал вслух размышлять Волк. — Больше ничего нет. Взломать его мы вряд ли сможем. Думаю, похитители предусмотрели это. Конечно, их уровень владения высокими технологиями не такой огромный, как, скажем, у гостей форума, но блок там хороший — покопаться придется.

Мэса задумался. Потом совсем тихо произнес:

— Кажется, у меня есть одна идея. Она очень рискованная и шансов очень мало…

— Но я готов поставить на нее, потому ничего другого у нас нет, — оживился Волк. — Боюсь, что и у Мураками тоже нет выбора, кроме как положиться на эту твою идею. Давай, выкладывай, что там у тебя?

Глава 17

— Мэса, ты уверен, что это сработает? — спросил Волк, взвешивая озвученное парнем предложение. — Слишком сомнительно и рискованно.

Это и в самом деле было так. И рискованно не только для него. Волка первым съедят, если вдруг все просочиться. Но пострадает и сама корпорация. А такого он себе простить не сможет. Слишком плохая ситуация. Дрянная. И виноват в ней только он. Сколько амбиций и далеко идущих планов могут разбиться об это похищение. Как же он мог так облажаться? Неужели чутье перестало ему помогать? Если дело пойдет и дальше так, то можно поставить крест вообще на всем.

Волк сжал кулаки. Нет, рано еще списывать себя со счетов.

— Не уверен, — честно ответил Мэса. — Но есть ли другие варианты?

Парень смышленый. Все понимает. И в первую очередь то, что выбирать сейчас не приходится. План рискованный. Да даже безумный! Но другого ничего нет. Нужно делать ставку.

— Твою мать! — совсем тихо выдохнул Волк.

Ставка эта высока — его должность, его карьера, его жизнь. И даже если все сыграет, то потом нужно долго говорить с Мураками, чтобы тот не дал делу хода. Волк будет у него на крючке. Чтоб тебя…

— Хорошо, — наконец вымолвил Волк. — Давай, начинай.

И Мэса тут же принялся набирать номер телефона. Ставки сделаны. Рулетка запущена, шарик побежал по делениям. Сыграет или нет?

* * *

— Я вижу в твоих глазах ненависть, — произнес главарь, глядя на меня. — И зря. Я ведь ничего плохого лично тебе не желаю. Ты и в самом деле отличный парень — я ведь смотрел выпуски новостей, газеты читал. Ловко ты этого Мистера Горчицу уделал!

Главарь похлопал меня по плечу.

— Ты ведь пойми, я не твои деньги хочу отобрать.

Он медленно прохаживался из стороны в сторону. Нужно было ждать и время этого ожидания чем-то заполнить. Вот главарь и решил поболтать. Я слушал его в пол-уха, больше примечая детали интерьера, которые могли бы мне хоть как-то помочь выбраться отсюда.

— Что, думаешь улизнуть отсюда? — сделав паузу, произнес главарь, чем заставил меня неприятно удивиться. Он словно прочитал мои мысли. — Отсюда не убежишь. Вот, лучше посмотри на это.

Он подошел к одной из стен, подцепил ногтем какую-то загородку, и отодвинул ее, демонстрируя огни города. Судя по их расположению и размеру, Токио находился отсюда далеко. И это не прибавило мне оптимизма.

— Кенджи, ты видишь эти огни? — сказал главарь, кивая на город. — Они как глаза Токио, сияют, улыбаются. Но я-то знаю, что за этой улыбкой скрывается пустота. Как и за моими глазами. Я тоже когда-то был молодым, как ты, Кенджи, — он тяжело и как-то по театральному вздохнул. — Думал, что жизнь — это игра, где ты можешь выбрать свои правила. Но не мы сами выбираем тем, кем нам быть. А судьба. Или жизнь.

Он задумчиво посмотрел на огни и некоторое время молчал, прежде чем сказать.

— Она выбрала меня, Кенджи, судьба, и поставила свои правила. В трущобах, где я вырос, единственное, что было постоянным, — это запах дешевого саке и запах страха. Отец, бывший якудза, был груб, как кусок необработанного камня. Мать… Мать была как выжженная земля, где ничего не растет. Она ушла, оставив меня одного, маленького, потерянного. В двенадцать лет я уже крал, чтобы выжить. А в пятнадцать меня забрали в якудза — когда убили отца, видимо чтобы я заменил его. Они дали мне крышу над головой, еду, но главное — чувство принадлежности. Как ты думаешь, Кенджи, что значит иметь семью, даже если это семья бандитов? — спросил главарь и тут же ответил на собственный вопрос: — Это как сладкий яд. Поначалу ты просто пьянеешь от него, от иллюзии любви и тепла. Но потом этот яд начинает грызть тебя изнутри, разрушая твою душу.

Главарь надолго замолчал, о чем-то думая своем.

— Старшие братья, покровители, научили меня всему, что нужно знать якудзе. Как драться, как убивать, как подчиняться, как… как не чувствовать. Я был как меч, заточенный для убийства, но без воли.

Он вдруг повернулся ко мне, спросил:

— Кенджи, ты видел столько крови, сколько я? Слышал столько криков? Чувствовал столько боли? Нет, ты этого ничего не видел и не слышал. Я видел страх в глазах людей, которых убивал. И в этот момент, Кенджи, я понял, что моя жизнь… она не жизнь, а просто пустота, заполненная грязью. Я решил уйти. Но якудза — они не прощают. И просто так от них уйти нельзя. Они сказали, что я должен принести им откупные — круглую сумму денег. Пятьдесят миллионов иен. Знакомая цифра, не правда ли? Поэтому я и решился на твое похищение. Ты думаешь, я счастлив от того, что делаю? Нет, Кенджи. Я не забыл, кто я и что сделал. Я живу с этим грузом, с этим страхом. Но я надеюсь, что смогу простить себя. Что смогу найти свет в этой тьме. Как только уйду от них.

Я долго и пристально смотрел на главаря, взвешивая все сказанное им. Что-то не давало мне покоя в его рассказе, и весь он был словно составлен из чужих слов, собран из фразочек дешевых сериалов и передач. Я прямо спросил:

— Вы ведь все это выдумали? Прямо сейчас выдумали.

Главарь крякнул, а потом звонко и громко рассмеялся. Он смеялся, закинув голову назад, открыв рот и сотрясая воздух. Хохотал долго и когда прекратил, то на его глаза проступил слезы.

— Вот ведь парень! Его не проведешь! Вот ведь Кенджи! Да, конечно же, я все это выдумал! Решил позабавить тебя слезливой историей, чтобы немного скоротал время в ожидании утра. А тебя не проведешь. Какой умный малый, в самую суть смотрит. Или я где-то прокололся? Не должен был!

Он утер слезы, немного успокоился.

— Конечно же не рос я ни в каких трущобах. Мой отец известный в прошлом дипломат, мать — актриса в театре. Думаешь, в якудза идут только бедные и униженные, кому больше некуда податься? Нет, там много действительно важных людей, кто занимает определенный статус и даже должности в правительстве.

Главарь вновь продолжил посмеиваться, а я глубоко задумался. Я вдруг понял, что никто оставлять в живых меня не будет — хоть и главарь утверждал обратное. Его любимое занятие — выдумывать и лгать. Вот он и соврал мне, что после выкупа отпустит. Нет. Ему не выгодно это делать, ведь я запомнил его лицо, запомнил ангар и много других деталей. И я могу навести на него полицию. Так к чему же ему лишние проблемы? Едва деньги упаду на счет — если конечно вообще упадут, — как он тут же меня и прикончит, прямо здесь.

И это заставило меня соображать лихорадочно и быстро. Нужно уматывать отсюда.

Главарь, поняв, что со мной не особо интересно, отошел в сторону со своими здоровяками. У них завязался какой-то пустяковый спор, касательно иерархии в верхушке якудза.

Руки мои были связаны веревкой за спиной, которая больно врезалась в кожу. В полумраке, пронизанном слабым светом лампы, я видел размытые фигуры бандитов, шептавшиеся между собой. Они отошли в сторону, закурили, потеряв ко мне всякий интерес.

Единственный вариант, который у меня оставался — это тереть веревку о грань стула, надеясь на то, что в какой-то момент веревка порвется. Но это заняло бы много времени. К тому же у меня был один прием, которым я и хотел сейчас воспользоваться.

Профессор Сибиряков, преподававший у нас в медицинской академии, говорил нам всегда, что руки хирурга — это главный его инструмент.

«Не скальпель, не зажим — а руки. Хирурги — это профессионалы, от точности и ловкости рук которых зависит жизнь и здоровье пациентов, — всегда говорил он с важным видом, делая паузы в словах, акцентируя внимание на главном. — Постоянная работа с микроскопическими инструментами в течение долгих операций может привести к усталости, дрожанию рук и потери точности. И потому они должны всегда быть у вас исправными. Поэтому зарядка рук для хирургов является не просто рекомендацией, а необходимым элементом подготовки к операции».

И он научил нас одной очень хорошей зарядке, которая и в самом деле помогала подготовиться к предстоящей долгой операции и расслабить мышцы после нее. Правда Костя Тарасов, мой согрупник, обратил внимание, что не только для этого она подходит.

«Это же зарядка карточных шулеров! — произнес он, показывая мне какое-то видео. — Этот профессор не так-то прост! Смотри!»

На видео и в самом деле какой-то жуликоватый паренек похожим образом разминал руки, прежде чем взяться за карты.

Тогда я на это не обратил особого внимания. Но сейчас надеялся, что особая разминка мне поможет выпутаться из пут.

Я принялся крутить запястья, сгибать пальцы и прижимать к внутренней части руки. Потом перешел непосредственно к пальцам. Особый упор нужно делать на большом, он играет огромную роль. Руки мои вспотели, но это даже сейчас было хорошо. Я почувствовал, как веревки соскользнули фаланге большого пальца. Еще чуть-чуть! Сжать пальцы, выпрямить ладонь, напрячь мышцы запястно-пястного сустава, и-и… есть!

Веревка соскочила с одной руки. Стараясь не подавать виду, я принялся развязывать и вторую руку. Вскоре мои руки были свободны. Я продолжал сидеть на стуле, как ни в чем не бывало, пристально наблюдая за бандитами. Они курили, о чем-то разговаривали и на меня не смотрели. Это был мой шанс.

Я осторожно бесшумно поднялся со стула и рванул прочь.

Меня кинулись не сразу. Мне удалось добежать до ворот, как главарь закричал:

— Он сбежал! Развязал руки!

Двое других бандитов тут же бросились за мной.

Я дернул дверь и с сожалением обнаружил, что она закрыта. Нужно было ожидать такого развития событий. Поэтому я тут же рванул в сторону. И весьма вовремя — о железные листы стен начали звякать пули. Кажется, бандиты уже решили не ждать утра.

Дыхание перехватило, сердце бешено заколотилось в груди. Я вдруг почувствовал совсем явственно, что смерть стоит за моей спиной. Никогда я еще так не был близок к ней. Сзади послышался топот ног, злобные крики. Серый, пыльный ангар, заполненный ржавыми остатками техники, казался ловушкой.

Я бросился в сторону, мимо покосившегося грузовика с оторванной кабиной, заскользил по слою ржавчины на полу, чудом удержав равновесие. Вдали, у самого входа, виднелась груда обломков. Я направился к ней, стараясь двигаться бесшумно, предполагая, что там можно будет укрыться, хотя бы на время. Притаился за огромными колесами грузовика.

— Кенджи, дружище! — крикнул главарь. — Ты же понимаешь, что отсюда тебе не выбраться? Все двери закрыты, ключи от замка у меня. К тому же нас трое. А ты один. И у нас есть оружие.

Он сделал паузу.

— Поэтому я предлагаю тебе по-хорошему выйти и не глупить. Мы тебя не тронем.

«Ага, как же! — подумал я. — Твое слово ничего не стоит».

Но вслух ничего не сказал — ни к чему было обнаруживать себя.

Бандиты были рядом. Я услышал их грубые голоса, насмешливые замечания друг другу.

— Куда ж ты, крыса, побежал? — произнес совсем тихо одни здоровяк.

— Неужели он подумал, что сможет сбежать? — буркнул второй.

Я понял, что бандиты идут прямо в мою сторону и если не поменять локацию, то меня точно обнаружат.

Я скользнул за обломки, застыв, прижавшись к холодному металлу. Сердце колотилось в ушах. Из-за обломков я увидел, как бандиты пробираются по ангару, осматривая все вокруг, словно крысы, чующие добычу.

Они остановились у ржавого, покосившегося трактора, словно ищущего укрытие от надвигающегося бури.

«Совсем рядом», — подумал я, сжав кулаки. Нужно валить.

Задержав дыхание, я прополз мимо них, оказавшись за еще одним старым, полуразвалившимся автомобилем. Я видел, как бандиты принялись осматривать колеса грузовика, где я был еще секунду назад, и снова, словно призрак, скользнул мимо них, отрываясь от преследования.

Каждый шаг давался с трудом. Тело болело, дыхание сбивалось. Я продолжал двигаться, ища спасение, изучая ангар в поисках тайных проходов, укрытий. Должно же быть хоть что-то! Но все пути казались заблокированными.

Внезапно резкий крик заставил вздрогнуть, затем раздался выстрел, пуля просвистела мимо головы, заставив меня броситься на землю. Я увидел, как одна из ржавых машин затрещала под ударом пули. Совсем рядом со мной.

— Кенджи! — рявкнул главарь и я понял, что мен обнаружили.

Но сдаваться я не собирался.

Впереди виднелся грузовик с оборванными проводами. Я бросился туда, по краю ржавого кузова, за колесо, прижимаясь к холодному металлу. Тут же раздался грохот шагов, ругань, снова выстрелы. Я прыгнул вперед, в темноту. Приземлился на землю

— Вот он! Не пускай его! Окружай! Окружай! — услышал я главаря. В момент, когда я подумал, что это конец, раздался еще один выстрел, пуля прошла в нескольких сантиметрах от лица, разбив фару грузовика.

Черт!

Но выстрел был слепой, стреляли наугад. Недаром я прыгнул в темноту, где укрылся. Поэтому я выждал несколько секунд, потом, убедившись, что бандиты перешли на другую сторону, вскочил на ноги и проскользнул мимо ржавых остатков техники, пробираясь к далекому концу ангара. Я надеялся, что хотя бы там найду выход.

Там, в тени, стоял разобранный грузовик. Я бросился к нему, забравшись под огромное колесо, в темную и влажную нишу. В ушах еще шумело от выстрелов, но я чувствовал, как по телу струится адреналин. Я живой.

Прижавшись к холодному металлу, дыша неглубоко, стараясь не издавать ни звука. Снаружи слышались шаги, грубый голос ругательств. Главарь был в ярости. Оно и понятно — я мог сильно подпортить ему жизнь. Надо только выбраться из этой чертовой железной ловушки живым.

— Он должен быть где-то здесь!

— Мы его найдем. Никуда он не уйдет! — ответил здоровяк.

Я закрыл глаза, стараясь отогнать страх, чувствуя, как по телу бежит холодный пот. Я знал, что они не отступятся, пока не найдут его. Поэтому нужно быть готовым дать отпор.

Наконец, я увидел свой шанс. В глубине ангара, среди ржавых металлических конструкций, был узкий проход — проржавевшая дыра, через которую бродили коты в поисках крыс. Узкий проход, но попытаться можно. Я бросился туда, забыв о боли, о страхе. Проход вел в темную, запыленную нишу, где стояли ящики с инструментами. Тупик. Это комната, которая не ведет на выход.

Захотелось выругаться как следует, но по понятным причинам я не стал этого делать. Я спрятался в этой комнате, надеясь, что меня тут не обнаружат. Сердце молотило в груди, дыхание сбивалось, уши закладывало. Я почувствовал, как пот пропитывает одежду.

Прислушиваясь к шумам ангара, я вдруг понял, что бандиты затихли. Неужели перестали искать? Нет, этого точно не может быть. Значит…

Противно лязгнула дверь, открываясь. И голос, грубый, властный, прорычал:

— Ну, ну, маленький мышонок, вылез из норки? Зачем ты пытался сбежать от нас? Думал, что я тебя не найду?

Это был главарь. Рядом с ним, ухмыляясь, стояли его громилы. В руках пистолеты, направленные на меня.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодный ужас. Я попытался встать, но ноги отказались слушаться. В глазах темнело.

— Только без глупостей! — предупредил главарь, кивая на оружие в руках бандитов.

Я хотел крикнуть, но в горле стоял ком. Внутри закипала злость, бессилие, отчаяние. Я понимал, что это конец.

— Зачем ты бежал? — продолжал допытывать главарь. — Тебе ведь ничего не угрожало.

Я едва заметно улыбнулся. Ага, как же!

— Но теперь…

Главарь пожал плечами, как бы говоря, что судьба моя крайне мутна. Я злобно глянул на него и увидел в его глазах холодный свет, и в нем не было ни капли сочувствия.

— Теперь тебя ждет только боль, — словно после раздумий прошептал главарь.

Я понял, что не смогу сбежать.

— Вытащите-ка его оттуда, парни! — приказал главарь.

Меня схватили крепкие руки и выволокли из моего убежища. Я приготовился к боли.

Глава 18

Я прыгаю на здоровяка, бью его в лицо. Он падает. Я успевают отскочить и напасть на главаря. Пара ударов в челюсть наверняка вырубят его, а может даже, если не буду щадить свою руку, то выбью ему пару зубов. А потом, едва закончу с ним и повернусь, как пуля настигнет меня — третий громила успеет нажать на спусковой крючок. Причем не один раз. Шанса никакого. Да и с собой я не успею никого захватить на тот свет, разве что поставить несколько синяков. План так себе.

Я понял, что нападать сейчас на противников бессмысленно. Нужно выгадать другой, более подходящий момент.

Меня выволокли из моего убежища, вновь вернули на то место, где я сидел.

— Ты плохо себя ведешь, — строго произнес главарь, словно учитель, отчитывающий нерадивого ученика. — А тех, кто плохо себя ведет нужно наказывать.

— Только попробуй меня пальцем тронуть! — прошипел я. — Я тебе глаза выткну!

Главарь на мгновение остолбенел от такого — никто еще никогда ему так смело в лицо не угрожал. А мне уже было не страшно — чего боятся, когда и так понятно чего ждать?

— Ну, что смотришь? — продолжал я наседать на него. — Слабо сразиться честно? Или только и можешь, что за своими кабанами со стволами прятаться?

Главарь рассмеялся.

— Ты действительно думаешь, что у тебя получится вывести меня и тем самый получить преимущество? Конечно же нет. Я давно уже все эти приемчики знаю назубок.

Главарь взял пистолет, задумчиво посмотрел на него.

— Знаешь, Кенджи, я вот тут подумал. Зачем нам ждать утра? Ты себя плохо ведешь, грубишь, все время сбегаешь. Нет, ждать утра мы не будем. Все сделаем сейчас.

Он направил на меня ствол. И это заставило меня почувствовать ледяное дуновение смерти. Черт, не думал, что так все закончится. Впрочем, и о смерти за операционный столом в прошлой жизни я тоже не думал.

— Прощай, Кенджи, — произнес главарь. — Так-то ты парень и в самом деле нормальный был. Жаль, что все так вышло.

Я увидел, как его палец лег на спусковой крючок.

Глаза я не закрыл — не боялся выстрела. Просто ощущал грусть о том, что не все удалось сделать в этой жизни.

Раздался громкий лязг. Я подумал, что это выстрел и удивился — разве можно услышать выстрел, предназначенный для себя. Но это был не выстрел. Кто-то распахнул ворота ангара. А уж потом и выстрелы раздались.

Главарь вскрикнул и схватился за грудь. Пистолет из его рук выпал. Следом свернулись калачиками два здоровяка. Лишь я остался цел. Ничего не понимая, я смотрел то на валяющихся без движения бандитов, то на вход, в котором виднелись силуэты незваных гостей.

Это еще кто такие? Враждующая группировка? Сложно будет объяснить им кто я такой и что не при деле.

— Кенджи, ты в порядке? — спросил меня один из них, и я удивился еще больше.

— Кто вы? — осторожно спросил я, присматриваясь — рассмотреть в полумраке было очень сложно.

— Не бойся, свои, — ответил гость.

И в руках его загорелся фонарик.

Волк! А рядом с ним какой паренек, видимо его помощник. А еще…

— Это что, Роджерс? — только и смог вымолвить я, глядя на знакомого миллиардера.

— Да, это я! — улыбнулся тот.

Целый рой вопросов завертелся у меня в голове, а удивлению не было предела. Если появление Волка было еще как-то объяснимо, то Роджерс…

Я подошел к своим спасителям.

— Как вы тут оказались? — только и смог произнести я.

— Это довольно странная история, — ответил Роджерс, улыбнувшись и глянув на Волка. — Ваш коллега из службы безопасности, кажется, его зовут Мэса, — он кивнул на парня, стоящего рядом с Волком, — знаком с горничной, которая убирается у меня в номере. И он сообщил ей, чтобы она обратилась ко мне! Я проснулся среди ночи от того, что в мою дверь кто-то настойчиво стучится. Я сильно разозлился и готов был устроить скандал. Но когда горничная сбивчиво мне сообщила, что произошло, я понял, что могу помочь господину Мураками.

Он глянул на меня.

— Пусть у нас и есть определения противоречия в развитии кулинарного будущего человечества, но это не повод не протягивать руку помощи. Тем более, что когда на кону жизнь.

— Спасибо, — кивнул я. — Но как…

— Мне не составило труда взломать блок на денежном счете, на который бандиты потребовали перевод. Мы достаточно быстро установили имя владельца. А ваши сотрудники, — Роджерс кивнул на Волка. — Уточнили его место. И вот мы здесь.

Черт, я только сейчас понял насколько рисковый план был у Волка! А если бы Роджер не согласился? А если бы Роджерса вообще не оказалось в номере? И еще десятки этих самых «если». Кажется, мне сегодня и в самом деле очень крупно повезло.

— Еще раз спасибо, — произнес я, не веря в произошедшее. — Вы спасли мне жизнь.

— Ну, если бы не эти ребята, — Роджерс кивнул на Волка и Мэса, — то я едва ли смог бы вам помочь.

— Нам пора уходить отсюда, — произнес Волк, и я почувствовал в его голосе напряжение.

— С удовольствием! — поддержал его я.

Мы сели в машину и направились обратно в город. По пути Волк угрюмо молчал, а его спутник Мэса коротко рассказал о том, что бандиты меня вывезли за город, где едва ли бы меня кто-то кинулся ближайшие пару недель, а то и месяц.

— Возможно, вообще бы не нашли, — подытожил свой рассказ парень, заставив меня неуютно поежиться.

Мы отвезли Роджерса в его гостиницу, где я вновь его поблагодарил и извинился за доставленные неудобства.

— Ну что вы! — ответил тот. — Сегодня я спас жизнь. Это гораздо приятней, чем бессонная ночь!

Мы распрощались с ним, и Волк кивнул на машину.

— Давай я отвезу тебя домой.

— Домой? — сказал я, глядя на небо — уже светало. — Лучше отвезите в «Белый Тигр».

— Что⁈ — удивился Волк.

— Работу никто не отменял, — пояснил я. — Тем более, что скоро нужно встречать гостей второго дня форума. Не думаю, что мои проблемы их будут беспокоить. Нужно вовремя всех накормить.

Это удивило Волка, и он некоторое время молчал. Потом, вдруг став предельно хмурым, произнес:

— Кенджи, нужно поговорить.

Я кивнул. Тему разговора я уже в общих чертах понимал.

Мы вновь сели в машину, а Мэса остался снаружи.

— Буду говорить прямо, без хождения вокруг да около, — честно признался Волк. — Я хотел бы узнать твои дальнейшие планы. Я имею ввиду те планы, которые касаются сегодняшнего ночного, к-хм… приключения.

— А какие у меня должны быть планы? — спросил я. — Если вы имеет ввиду заявление в полицию, то его не будет. Думаю, тем парням и так досталось сполна.

Волк заметно расслабился. Но одна морщина на лбу все же оставалась.

— Кенджи, ты должен понимать, что все это не идет мне в пользу. Похищение работника компании — это прямой удар по моей работе и репутации. За такое я должен сразу же уволиться. И не только я — весь отдел. Промах службы безопасности.

— Это в том случае, если об этом узнает руководство? — улыбнулся я.

Волк нервно облизнул губы. Стараясь скрыть волнение, спросил:

— А оно узнает?

— Я ничего говорить не буду, — ответил я. — Обещаю.

— Что ты хочешь за молчание? — тут же спросил Волк.

— Не допустите подобного в дальнейшем. Этого будет достаточно. И отдайте, наконец, мой телефон.

Волк облегченно выдохнул.

— Да, конечно, — он протянул мне мой телефон.

— Я надеюсь, мы теперь будем более сговорчивы друг с другом? — спросил я.

Волк кивнул.

— Вот и хорошо. Тогда поехали в «Белый Тигр». Еще успеем выпить по чашечке кофе и чего-нибудь перекусить до прихода первых посетителей.

* * *

Мы выпили кофе. Было видно, что Волка мои слова успокоили. Я же тоже был в выигрыше — у меня появился вполне неплохой союзник. Волк направился в офис «Спрута», а я остался в «Белом Тигре», ожидая, когда придут первые официанты и Жак. Несмотря на бессонную тревожную ночь, пока спать не хотелось — спасибо выпитому кофе и адреналину, еще растворившемуся в крови. Но ближе к обеду, я это понимал, будет тяжело. Тем более, что там будет самый ответственный момент — придет много гостей.

Я сел за стол и начал наблюдать за тем, как оживает пустое до этого пространство.

Вначале я увидел Тэру, который вошел, как всегда, с деловым видом, слегка прищурив глаза. Тэру был старшим официантом, настоящим профессионалом, знающим каждый нюанс работы, и в то же время, не лишенным своего особенного юмора. Он бросил меня быстрый слегка удивленный взгляд, приветственно кивнул и исчез за кухней.

Затем появилась Ая, молодая девушка с растрепанными волосами и радостной улыбкой. Она заглянула в зал, окинула всех внимательным взглядом, и только увидев мен, засияла от улыбки.

— Доброе утро, Кенджи-сан! Вы сегодня первый? — спросила она, подойдя к столику.

— Первый, — ответил я, улыбаясь. — Не спалось ночью. Вот и решил подойти пораньше.

Девушка направилась на кухню. А я, вдруг вспомнив про телефон, который мне вернули, решил проверить его — может быть, кто-то звонил?

Пропущенных звонков не было. Но вот сообщения…

В мессенджере было одно, от Ёсико. Я открыл его. Увидел двенадцать файлов. Фотографии. Открыл первую… И замер. Это был титульный лист договора с той самой фирмой «Атлас». Уже не обращая на подходящих людей, я углубился в чтение.

Боясь потерять нить смысла, я медленно провел пальцем по строчкам договора — одну за одной.

Сердце бешено заколотилось в груди. Взгляд скользил по цифрам, датам, деталям сделок, которые таили в себе страшную тайну. На первый взгляд, это был обычный документ, описывающий операции с покупкой товара. Но лишь на первый взгляд.

Я понял, кто именно участвует в серых схемах хищения денег у компании.

Схема оказалась довольно простой, но от этого не менее действенной. Существовал один договор — между «Спрутом» и «Атласом» на поставку партий ножей и их оплату. Его я же видел. Но был и другой договор, который скинула мне Ёсико. И он был между «Атласом» и, внезапно, ипподромом «Токийский скакун»!

Но самая мякотка оказалась внутри договора. Компания «Атлас» в данном договоре выступала от лица Рен Ямато и являлась ее доверенным лицом. И основной функцией «Атласа» являются платежи за скачки и ставки на них. То есть «Атлас» по сути, это прикрытие для Рен Ямато, чтобы играть на скачках.

Я поднял платежки за поставки ножей в «Белый Тигр» и нисколько не удивился, когда увидел, что совпадают не только суммы, но и даты проводок. Одни-в-один.

Теперь все стало понятно.

Рен Ямато проигрывает на скачках крупные деньги корпорации, а Фукуда прикрывает ее. Это прямое нарушение закона, воровство. Знает ли об этом президент корпорации? Если нет, то что бы он сказал, узнав, что его родная дочь обкрадывает его, незаметно вытаскивая деньги из кармана?

Я набрал Ёсико, чтобы сообщить, что получил файлы и поблагодарить ее, но вместо ответа из трубки раздались быстрые короткие гудки. Странно. Может, занята?

Смутное тревожное чувство заскреблось под сердцем. Я позвонил еще раз, но вновь не дозвонился.

А что, если все пошло не так, как предполагалось? Я глянул на документы. Но ведь договор у меня, значит она их добыла, получилось…

Все же хотелось бы услышать голос Ёсико, чтобы быть спокойным. Но звонить на работу нельзя. Могут возникнуть вопросы, и прежде всего, почему Мураками разыскивает Ёсико. В корпорации много ушей, которые могут доложить Фукуде об этом звонке. У него может легко сложиться цепочка, когда этот договор пойдет в дело. А враг должен оставаться в неведении до последнего.

Я набрал Ичиро, попросил его позвонить Ёсико.

— Зачем? — резонно спросил он. — Она ведь из другого клана. Сам понимаешь…

— Ичиро, мне правда нужно. Только не говори, что от меня. Просто передай ей послание. Скажи, что все получено. Но только если трубку возьмет лично она.

— А если не она?

— Тогда ничего не говори и просто узнай где она.

— Кенджи-сан, зачем тебе это?

— Нужно. Не могу сейчас сказать, потом расскажу.

— Понимаю, — усмехнулся Ичиро. — Дела сердечные? Ах, амур, ты проказник!

— Ичиро!

— Ладно-ладно, молчу! Если будет кто-то спрашивать, то я звонил, чтобы уточнить вакансии в отделе, так будет правдоподобней. Это будет моим прикрытием, — с этими словами он положил трубку.

Перезвонил он уже через пять мину и сообщил тревожные вести:

— В общем так, Кенджи. Дозвонился я до отдела кадров, но трубку взяла не Ёсико, кто-то из ее помощниц. Сказала, что Ёсико вчера ушла на обед и больше не возвращалась. Ни вчера, ни сегодня. Вот такие дела.

— Понятно, — настороженно ответил я.

— Послушай, Кенджи. Не пара она тебе. И я сейчас без шуток. С ней общение нужно минимизировать. Она с Фукудой ходит, это всем известно. И потом опасно.

— Ладно, — ответил я. — Разберемся. Спасибо за помощь.

И положил трубку.

Не возвращалась…

Вспомнилась печальная судьба официантки Юки из «Красного фонаря», которая связалась не с теми людьми. Как бы так не вышло, чтобы и Ёсико не разделила ее судьбу.

Я глянул на сообщения девушки. Она отправила их вчера как раз в обед. А потом пропала. На работе не было, телефон отключен. Можно было бы предположить, что она на время залегла на дно, но чутье подсказывало — что-то тут не так.

Раздался телефонный звонок, вырывая меня из задумчивости. Звонила Миа.

— Господин Мураками, доброе утро! Вы готовы принимать гостей?

Я хотел проворчать о том, что не для всех оно все же доброе, но вместо этого дежурно ответил:

— Доброе утро! Да, я и ресторан «Белый Тигр» готовы встречать гостей!

— Что ж, это хорошо, потому что гости прямо у вас на пороге.

— Что⁈ — от неожиданности я аж подскочил, глянул на время. — Но еще же ведь рано!

— Это другие гости! — судя по голосу Миа улыбалась.

Я прошел к выходу и увидел, что за стеклянной перегородкой уже стоят люди. Среди них была и Миа.

Я отрыл двери. На меня тут же обрушился град вопросов и вспышек фотоаппаратов.

— Что происходит? — спросил я у Мии.

Та пожала плечами.

— Не знаю. Я хотела зайти к вам чуть пораньше, выпить кофе перед трудным вторым днем, а тут люди подошли. Кажется, это журналисты. И они хотят только одного — поговорить с вами.

— Господин Мураками! Господин Мураками! — раздалось со всех сторон. — Вы бы могли ответить на пару вопросов?

— На какие еще вопросы?

— По поводу спора с господином Роджерсом.

— Это был шуточный спор, зачем вы придаете ему столько внимания? — после того, как Роджерс практически спас сегодня ночью мне жизнь я не представлял, как буду с ним вести это спор и чувствовал себя из-за этого не в своей тарелке.

— Что вы имеете ввиду, когда говорите «шуточный»? значит ли это что вы не верите в победу Роджера? Господин Мураками, как вы оцениваете шансы Роджерса? — вновь град вопросов посыпался со всех сторон.

Я глянул на Мию. Та улыбнулась, пожала плечами.

— Для них это шоу, — ответила аудитор. — На форуме лишь сухие цифры и скучная аналитика, которую журналистам, не сильно в этом сведущим, очень тяжело освещать. А вы устраиваете настоящее шоу, которое понятно простым зрителям. Вот они и напали на вас.

Я тяжело вздохнул. Обратился к журналистам:

— По поводу пари никаких комментариев давать пока не буду.

— Чтобы не отпугнуть удачу? — тут выскочил какой-то газетчик.

— Послушайте, — едва сдерживаясь, произнес я. — Если есть какие-то вопросы по поводу пари, то пожалуйста спросите об этом Роджерса — именно он был инициатором этого.

— Но мы уже оттуда! — сказали хором те.

— И что же он сказал? — удивленно спросил я.

— Чтобы мы шли к вам. И что спор покажет, кто прав. Уже сегодня.

Я вновь тяжело вздохнул.

— Так значит, спор будет сегодня? — спросила Миа, заинтересованно поглядывая на меня. — Будет интересно! Я обязательно приду.

— И мы придем! Мы все придем! — хором воскликнули журналисты.

Опять я был в центре внимания.

Глава 19

Второй день IT-форума «Цифровой мост-2024»

— А вы разве не идете? — спросила меня Амита Чаттерджи, после плотного обеда в «Белом Тигре». На этот раз она не брезговала ни сырой рыбой, ни прочими деликатесами, с аппетитом умяв две порции. И сейчас сидела, откинувшись на стуле и ковыряя зубочисткой в зубах.

— Куда? — не понял я.

Чаттерджи лукаво улыбнулась.

— Вас ждут на форуме.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду.

Тут же дзынькнул телефон, на который мне пришло сообщение, а точнее фотография — одно из помещений форума, в котором стоял стол и какие-то роботы. Сообщение было от кого-то из «Спрута» — это я понял по логотипу контакта. Сразу же раздался звонок. Мне позвонила та самая дама, с невнятной дикцией, словно набила полный рот осьминогов, и сообщила, что на форуме уже все ждут меня.

— Вы долфны были быть там уфе полчафа нафад! — сообщила она.

— Вы уже все организовали? — догадался я.

— Конефно! Такой фанс сделать рекламу «Спруту» мы не мофем упустить! Фы долфны победить! Выходите, мафина уже подана.

С этими словами она положила трубку. Я глянул в окно, там и в самом деле уже стояла машина корпорации. М-да, рекламщиками из PR-отдела палец в рот не клади, они на любом моменте сделают рекламу «Спруту». Впрочем, их можно было понять. Событие и в самом деле интересное, не запланированное. Думаю, тут и сам форум выиграет с этого шоу, привлекая дополнительных зрителей к себе. Интерес мы и в самом деле подогрели хорошо, потому что едва я вошел в интернет, как на меня тут же обрушились новости различных каналов о форуме и глобальном вопросе за кем будущее — человечеством или все же искусственным интеллектом? Спор наш, пустяковый по своей сути, превратили в настоящее противостояние будущего. Ох уж эти журналисты!

А вот, кстати, и они. Меня встретили на входе, и я под, гром их вопросов и вспышек фотоаппаратов сел в машину. Мы поехали на форум. Признаться, я нервничал. Раздутое по всем новостям и газетам пари с Роджерсом накладывало на меня определенный груз ответственности. По сути своей я сейчас выступал от имени всего человечества, защищая его честь перед искусственным интеллектом. Я усмехнулся. Кто бы мог подумать, что мне предстоит такая глобальная миссия! Вот тебе и простой повар!

И победить конечно же хотелось. Но только вот и Роджерса почему подставлять не было никакого желания. Он помог мне, спас. И я ощущал от этого некую обязанность перед ним. Готов поклясться, что Роджерс делал это все не для того, чтобы я ему поддался, а с благими намерениями. Но я все же ощущал противное чувство, не зная как поступить. Сражаться со своим спасителем, пусть и на кулинарных ножах, не сильно то и хотелось.

Мы приехали в «Tokyo Sky Gallery». Там уже собралась приличная толпа.

Я нервно поправил галстук и протиснулся через входные двери в огромный выставочный зал. Внутри также было людно и толпа гудела. Стенды пестрели яркими цветами и блестящими поверхностями. На них красовались разнообразные роботы, каждый со своим уникальным дизайном и функционалом. Я словно попал в будущее.

На одном стенде красовался блестящий, обтекаемый робот с огромными, выразительными глазами. Он плавно двигал конечностями, демонстрируя грациозные танцевальные движения. Рядом с ним располагался большой, похожий на грузовик робот, чья задача заключалась в помощи на строительных площадках.

Неподалеку, за ограждением, шептались два андроида с человеческим ликом. Их движения были настолько естественными, что я даже на некоторое время засомневался, являются ли они роботами. Очевидно, они были предназначены для работы в сфере обслуживания, их лица излучали приятную улыбку.

В центре зала, на огромном экране, демонстрировался проект «Искусственный Интеллект-Провидец». Эта разработка предлагала «заглянуть» в будущее, используя сложные алгоритмы для анализа данных и прогнозирования вероятных событий. Я зачарованно наблюдал, как на экране менялись картинки, демонстрирующие различные сценарии, исходящие от запроса пользователей, которые подходили к стенду.

Но и я ощущал себя тут, словно один из экспонатов, чувствуя на себе сотни внимательных взглядов.

— Кенджи-сан! — раздался знакомый голос.

— Господин Роджерс! — повернулся я.

— Наш с вами спор привлек множество людей. Я часто бываю на таких форумах, но, признаюсь, никогда не видел такого ажиотажа среди людей, особо не разбирающихся в всех этих высоких технологиях. Все пришли посмотреть на вас.

— Я и сам не ожидал такого ажиотажа, — честно признался я. — Скажите, а где все будет происходить? Тут ведь кругом роботы, но я не вижу и намека на кухню, где можно было бы готовить.

— О, друг мой! — усмехнулся Роджерс. — Ваши ребята из корпорации позаботились об этом. Пойдемте.

Он провел меня среди рядов компьютером, баннеров и стендов в другое помещение. И едва мы зашли туда, как я невольно ахнул.

— Они тут что, целую студию устроили⁈ — только и смог произнести я, разглядывая помещение.

У дальней стены пиарщики «Спрута» установили огромный стол, на котором разместили множество продуктов. Туда же установили горелки, печь, сковородки и чашки. Задний вид сделали под декор домашней кухни. Визуально все это было разделено на две стороны. Одна явно предназначалась для меня. На другой стороне, помимо бытовой техники, красовался огромный робот, по виду больше похожий на пылесос. Настоящая съемочная студия!

— Пока мы с вами ночью бродили по заброшенным ангарам, ваши пиарщики не спали, — прошептал Роджерс. — Они хотят устроить настоящее шоу.

Роджерс кивнул в другую сторону, где поставили четыре ряда стульев, на каждом из которых сидел журналист с фотоаппаратом или видеокамерами. Судя по логотипам на микрофонах, собрались тут все крупные вещательные компании.

— А менее помпезно нельзя было это сделать? — кисло спросил я.

— Я сначала тоже критически на это смотрел, — кивнул Роджерс. — Но потом, когда глянул на простых людей, вдруг подумал, что это даже хорошо, что все так помпезно организовали. Я никогда не видел столько интереса среди простых людей, не разбирающихся во всем этом. Пусть будет шоу, но если это привлечет детей и взрослых к экранам телевизора и они будут хоть немного ближе к науке, а то и вовсе заинтересуются этим, то пожалуйста, я согласен. Это реклама. И реклама не сигарет и не дешевого пива. А знаний.

— Вы умеете убеждать, — улыбнулся я.

— Еще бы! — рассмеялся Роджерс. — Ну что, будем соревноваться?

— С учетом последних событий мне как-то неловко…

— Бросьте! Кенджи, ничего тут такого нет. Вы мне ничего не должны, я вам ничего не должен. Это просто спортивный интерес. Пора!

Над головой загорелась красная лампочка, предупреждая о том, что скоро будет прямой эфир.

Помощники помогли занять нам наши места, а диктор, высокий статный парень, держа перед собой микрофон, начал быстро говорить:

— Добрый день, дорогие телезрители! Сегодня мы находимся в эпицентре технологической революции, на самом необычном кулинарном состязании, которое когда-либо проводилось! В прямом эфире, из сердца выставки робототехники форума «Цифровой мост-2024» вы станете свидетелями битвы за вкус! Такого еще никогда не было.

Он подошел к Роджерсу. Огромная линза видеокамеры, похожая на китовый глаз, повернулось за ним.

— С одной стороны битвы выступает Калеб Роджерс, глава «Quantum Leap» — гиганта в области искусственного интеллекта и один из самых влиятельных людей в этой сфере. Господин Роджерс, я я знаю, что специально для этого соревнования вы приготовили робата.

— Добрый день, — кивнул Роджерс. — Во первых, мне не хотелось бы называть это действо битвой. Это спор, пари. Но не битва. Никого мы убивать не хотим, а просто хотим немного позабавиться. А насчет робота да, он специально подготовлен для этого шоу. Я модернизировал его и назвал «Шеф». По сути своей это искусственный интеллект, который объединяет в себе мощь компьютерных алгоритмов и беспрецедентный набор кулинарных данных. «Шеф» может анализировать тысячи рецептов, выбирать оптимальные сочетания ингредиентов, и создавать блюда, основываясь на совершенно новых кулинарных идеях.

— Но как же он работает? Мне, да и зрителям, думаю тоже очень интересно понять, как эта штуковина вообще может придумывать рецепты. Или у него в процессоре спрятана кулинарная книга?

Раздались жидкие смешки из студии.

— «Шеф» — это не просто набор рецептов или, как вы предположили, кулинарная книга. Это система с беспрецедентной способностью анализировать данные, изучать и создавать новые кулинарные комбинации. Если говорить по простому, то суть работы «Шефа» заключается в следующем.

Роджерс выставил ухоженную ладонь вперед и принялся загибать на не пальцы.

— Первый этап — это сбор данных. «Шеф» непрерывно сканирует интернет, собирая информацию о рецептах в кулинарных блогах, статьях, форумах, а также отзывы о блюдах. Он анализирует огромные массивы данных, включая информацию о составах, технологиях приготовления, вкусовых комбинациях, а также о популярности блюд в разных кулинарных традициях.

— Постойте, так он просто берет это из интернета? — спросил ведущий.

— Нет, не просто, — сдержанно ответил Роджерс, хотя по виду было понятно, что вопрос кольнул его. — Например, есть рецепт, который кто-то выложил на какой-то форум. Но есть и отзывы читателей на него. И в отзывах бывает определенная критика этого рецепта. Например, автор забыл указать в рецепте какой-то из ингредиентов или не уточнил, сколько нужно солить, а ему на это комментаторы указали. «Шеф» учитывает и это.

— Интересно. И что же дальше происходит?

— Дальше идет обучение модели. «Шеф» обучается на основе полученных данных, используя алгоритмы глубокого обучения. Благодаря процессорам последней модели, разработанным нашей фирмой «Quantum Leap», это обучение происходит очень быстро, буквально несколько секунд. «Шеф» учится «понимать» вкусовые сочетания определенного блюда, создает ассоциации между ингредиентами, и выявляет оптимальные технологии приготовления.

— Удивительно!

— Дальше, на основе проделано работы, «Шеф» создает рецепт. Например, поступает запрос «приготовить идеальный торт с черникой». «Шеф» обрабатывает запрос, анализирует все доступные данные о черничных тортах. Он учитывает информацию о вкусах пользователя, анализирует популярные рецепты, и выбирает оптимальные сочетания ингредиентов и технологий приготовления. В результате «Шеф» создает индивидуальный рецепт, учитывая вкусы пользователя, а также собственные аналитические данные и понимание кулинарного искусства.

Роджерс сделал эффектную паузу, добавил:

— Но и это еще не все. Искусственный интеллект «Шеф» запрограммирован на постоянное совершенствование. Он непрерывно учится, анализируя отзывы пользователей, изучая новые тренды в кулинарии и совершенствуя свои алгоритмы. Это позволяет ему становиться все более точным и создавать все более интересные и вкусные рецепты.

От такой информации даже мне сделалось не по себе. Ну куда мне до робота? С кем тягаться надумал? Искусственный интеллект, массивы данных, обучение, конденсаторы — все это заставляло приуныть.

— Это и в самом деле очень интересно! — сказал ведущий, и направился ко мне. — А кто же будет противостоять искусственному интеллекту?

Он подошел ко мне и сунул в лицо микрофон.

— С другой стороны — легендарный шеф-повар Мураками Кенджи, мастер своего дела, чьи кулинарные шедевры славятся по всему миру. Его блюда — это не просто еда, это искусство, созданное с любовью и неповторимым вкусом.

Ведущий посмотрел на меня, намереваясь услышать такую же красноречивую речь, какая была у Роджерса, но похвастаться такими достижениями, как его робот «Шеф» у меня едва ли получилось бы.

— Сегодня я вступаю в необычную дуэль с искусственным интеллектом. Это вызов, который меня заинтересовал. Я уверен, что «Шеф» — удивительная машина, способная создавать вкусные блюда. Но я верю в силу человеческого таланта, в интуицию, творчество и любовь к еде.

— Это состязание — лишь маленький шаг в том направлении, куда движется будущее, — сказал ведущий, обращаясь в камеру. — Будущее, где искусственный интеллект освободит человека от рутинных задач и позволит ему сосредоточиться на более творческих и духовных вещах? Или будущее, где машина никогда не заменит человек? «Шеф» — это доказательство того, что искусственный интеллект может не только облегчить жизнь, но и обогатить ее новыми возможностями и вкусными открытиями. Мы наблюдаем за будущим кулинарии, и я уверен, что сегодня нам приоткроются новые горизонты в мире кулинарных искусств.

— Да пусть победит самый вкусный! — крикнул Роджерс и время на огромных часах начало стремительно отсчитывать назад.

* * *

— Итак, спор был на два блюда, — сказал ведущий. — Одно выбирает господин Мураками. Второй — господин Роджерс.

— Право первого выбора я доверяю Кенджи-сану, — сказал Роджерс.

Все обратили внимание на меня. А я лихорадочно соображал, что же выбрать. В голове было тысяча вариантов. Но привлекли мой взор вдруг искусственные пальцы «Шефа», с помощью которых он и должен был готовить.

— Пельмени, — выдохнул я, вдруг сгорая от любопытства, чтобы посмотреть, как он своими этими резиновыми сосисками будет лепить кругляши.

— Что? Пельмени? — с трудом произнес ведущий, явно растерянный таким необычным выбором.

— Это такое русское блюдо, — вдруг оживился Роджерс. — Я один раз пробовал. Очень вкусно. Это что-то вроде местного гёдза — завернутая в тесто начинка, сваренная в кипятке.

— Очень интересно! — оживился ведущий. — Ну что же. Тогда можете приступать, а мы с радостью посмотрим на это.

Все, конечно же, уставились на робота «Шефа» и на то, как он начал шерстить интернет и анализировать рецепт, выискивая идеальным. Это было мне на руку, потому что никто не отвлекал от тупых расспросов. На время я мог спокойно уединиться со своими мыслями.

Готовить пельмени я умею еще с детства. Эта участь настигает любого маленького мальчика в большой семье. У нас это было уже как ритуал. Воскресенье, утро, зима. Лучи солнца пробиваются сквозь занавеску и в теплых полосках света видны мельчайшие пылинки. Лежишь под теплым одеялом, едва проснулся, слышишь, как мама на кухне сеет муку через такую самодельную круглую штуковину. Папа возиться с фаршем.

Каким-то непостижимым образом родители уже знают, что ты проснулся, и зовут помогать. Встаешь, умываешься, идешь на кухню. Мама уже замесила тесто, но с ним возиться не охота. Всегда интересно крутить мясорубку, засовывая в ее стальную глотку куски мяса, сала, лука. Крутишь ручку, папа помогает. Фарш готов. Солишь его крупной как дробь солью. И прямо руками начинаешь замешивать. Папа подмигивает — это знак. Пора добавлять секретные ингредиенты: чайную с горкой ложку черного перца и шепотку сахара. И больше ничего, никаких других приправ. Они только все испортят.

Потом, когда мама начинает катать тесто и раскладывать на столе лепешки, подтягиваются все остальные домочадцы — дедушка, бабушка, старшая сестра. Все садятся за стол, на свое любимое место. Дед у батареи, бабушка на уголочке, рядом с дедом, мама ближе к плите, папа по центру. И тут вдруг совершается какое-то невидимое глазу, но остро ощущаемое душой необычное сближение. Все начинают лепить пельмени. Дед рассказывает в сотый раз историю о том, как в молодости накормил наркома партии пельменями из рыбы, выдав их за мясные, и как тот хвалил его. История заученная всеми на зубок, но все смеются как в первый раз.

Потом, когда больше половины уже готов, отец ставит на плиту воду, чтобы сварить первую партию. В воде тоже есть секрет. Ее нужно хорошо посолить, добавить три листика лаврового листа и пять хороших крупных горошин душистого перца. Дать этому бульону провариться минуту-другую. А уж потом и скидывать пельмешки.

Суетиться бабушка, мелко решет укроп и чеснок, заправляет их сметаной. Потом, когда пельмени сварятся, все садятся за стол и начинают есть. В этот самый момент наступает редкий момент тишины, когда все друг друга понимают без слов и все ощущают единое чувство — блаженство.

Я не стал ничего выдумать и сделал пельмени именно такие, какие мы делали в детстве. И даже соус бабушкин сделал из сметаны, чеснока и укропа. Иногда, чтобы удивить всех вкусом, не обязательно что-то готовить вычурное и сверхсложное.

А вот робот Роджерса со мной, кажется, был не согласен. Он гудел, мигал лампочками и сотворял что-то, что с трудом можно было назвать пельменями. Он приготовил фарш из трех видов мяса — говядины, курицы и свинины. Добавил туда соевый соус, мед, кучу приправ. Долго это все перемешивал, почти взбив в однородную массу. Потом замесил тесто. К нему тоже подошел весьма необычно. Десять желтков смешал со стаканом муки и соли, раскатал огромный лист и накидал сверху шарики фарша. Сверху закрыл вторым листом. Потом надавил кругляши и принялся их заворачивать весьма затейливо в пельмень.

Мы сварили приготовленное нами, и пришло время для дегустации. Первым, конечно же, вызвался опробовать блюда ведущий. Ловко управляясь палочками, он подхватил пельмень с моего блюда, обмакнул его в соус и закинул в рот. Принялся жевать. Выражение лица при этом у него менялось от сосредоточенного до удивленного и блаженного.

— Неплохо! Очень неплохо! На самом деле необычный вкус, плотный. И необычный. Я такого никогда не пробовал. Мне очень понравилось как приятно разливается горячий сок внутри этого чудесного свертка. НА самом деле что-то общее с гёдза и в самом деле есть, но это очень слабое сходство. А соус — это выше всяких похвал! Теперь давайте попробуем, что получилось у Роджерса и его «Шефа». Может быть, вы хотите первым? — вдруг он обратился ко мне.

Я пожал плечами.

— Почему бы и нет?

И подошел к тарелке. На вид это все же были пельмени, только желтоватое тесто немного сбивало с толку. Я подхватил вилкой пельмень, оглядел его со всех сторон. Резиновые пальцы робота справились на совесть, завернуто идеально. Посмотрим что внутри.

Я положил пельмень в рот и начал жевать. Но едва раскусил его, как остолбенел, не веря собственным вкусовым рецепторам. И понял — кажется, у меня намечаются в споре проблемы. Большие проблемы.

Глава 20

Это было вкусно. Действительно вкусно. Конечно же, ни о каких пельменях и речи не шло, тут совсем были другие акценты, другая текстура. Но это не отменяло главное — блюдо у робота удалось.

Тесто нежное, тонкое, но упругое, словно тонкая шелковая ткань. Начинка… сложно было описать это словами, потому что вкус менялся. Едва начинаешь жевать, как чувствуешь приятную мясную упругость с грибными нотками. Жуешь дальше, и на первый план выходит что-то напоминающее креветку или краба. А в послевкусии оставался легкий оттенок специй, которые «Шеф» использовал с осторожной щедростью. Текстура была не обычной для пельменей. Тонкое тесто мягко таяло во рту, не перебивая нежного мусса начинки. В целом ощущение было не просто вкусным, а изысканным, словно концерт для вкусовых рецепторов.

Я съел один пельмешек, второй.

— Вижу, блюдо понравилось? — с ехидством спросил ведущий, хватаясь за палочки. — Ох! Как же вкусно! Боюсь, что первый свой выбор я отдам именно этому блюду.

Я не стал с ним спорить, что же такое настоящие пельмени. Не за этим я сюда пришел. К тому же есть у меня еще и второй раунд, где я просто обязан отыграться.

— Итак, теперь настало время господину Роджерсу назвать свое блюдо, которое он хочет приготовить, — ведущий глянул в его сторону.

Но Роджерс не успел открыть и рта, как в кадр вошла Амита Чаттерджи. Я помнил ее завуалированное обещание насолить и видимо этот момент настал.

— Дорогие зрители, к нам присоединилась госпожа Амита Чаттерджи! — немного опешив от такой наглости, произнес ведущий.

— Я очень рада присутствовать здесь, на таком важном мероприятии. И я хотела бы подсказать Роджерсу блюдо, с его позволения.

Она вопросительно глянула на него. Роджерс явно не ожидал такого поворота событий и появление Чаттерджи для него было полным сюрпризом. Он лишь кивнул, не в силах возразить женщине.

— Вот и отлично! — ехидно улыбнулась та, переведя взгляд на меня. — Давайте вторым блюдом мы приготовим одно блюдо, которое я очень люблю. И это блюдо… карри!

— Черт! — совсем тихо выдохнул я, вновь ощутив — у меня проблемы.

* * *

Грубо говоря, карри — это кусочки мяса в соусе. И его я никогда не готовил, только в передачах видел, как готовят. Но не это главное. Впервые сготовить можно любое блюдо, если знаешь как. А вот карри… Основная проблема тут в другом. Карри — это специи. Чертова куча специй, разных, специфичных. Куркума, кориандр, зира, перец чили, имбирь, чеснок. Точный набор и пропорции я не знаю и даже примерно не смогу повторить. А вот «Шеф» без проблем повторит — едва только загуглит рецепт. Вот ведь несправедливость какая! С интернетом и я смогу!

И ведь Чаттерджи это знает и тем самым хочет слить меня в этом пари.

— Что ж, отличный выбор! — воскликнул ведущий. И обратился к нам: — Вы готовы?

— Конечно, — кивнул Роджерс. Ему особо готовится и не нужно было — он вбил с помощью клавиатуры задание роботу «приготовь карри» и тот уже готов был приниматься за работу. Я же чесал затылок, вспоминая хоть что-то, что могло мне помочь. Вспоминались какие-то индийские фильмы, где много танцевали и пели. Мне это никак не помогало.

— Тогда начинаем!

— Удачи, господин Мураками! — едко произнесла Чаттерджи, растянувшись в довольной улыбке.

Ну ничего, раньше времени сдаваться я не буду. Что я знаю про карри? В блюде много приправ. А по приправам в нашей семье был спец батя. Он готовил, кстати, к тем же самым пельменям, свой особый соус. И его вкус я помнил всегда — едкая ядовитая смесь, способная прожечь в желудке дырку. Остро, но согревает. Думаю, руководствоваться в готовке нужно именно этим.

Я сделал глубокий вдох и с уверенностью мастера своего дела принялся готовить. Я нарезал небольшими кусочками мясо цыпленка, использовав технику нарезки рыбы, которой меня обучил Генерал. Пусть будет фишкой в моем блюде.

С каждым новым движением я ощущал все большую уверенность.

Пальцы мои как танцовщицы из индийских фильмов, принялись колдовать с луком. Его я нарезал тонко, полукольцами. Тут же поставил на огонь сковороду, куда добавил топиться масло гхи — разновидность очищенного топлёного масла, которое широко в Индии. Удивительно, но даже его принесли в студию. Видимо Чаттерджи уже успела переговорить с организаторами о своем сюрпризе и те подсуетились. В пользу этой теории говорило и обилие различных пряностей на столе.

Когда масло растопилось и накалилось, я закинул туда лук. Тот зашипел, начал золотиться и карамелизировался, отдавая свой сладковатый аромат. То, что нужно. Теперь мясо. Куриные кусочки быстро обжарились в масле, покрываясь золотистой корочкой. Пусть ингредиенты познакомятся друг с другом, сделают первые шаги к созданию гармонии вкуса.

Выждав пять минут, я достал мясом, отложил его на бумажную салфетку.

«Теперь самое сложное», — подумал я, глянув на приправы. Я понимал, что на масле следует сначала пережарить специи — так они лучше раскроют свой аромат и отдадут его маслу. Но с чего начать? Решил добавить кориандр, зиру, перец чили. Потом натер имбирь и чеснок и вмешал в масло. Поднялся приятный пряный аромат, придав мне уверенности, что все делается именно так, как нужно. Следующим ингредиентом стали куркума, щепотка кумина и гвоздики.

Я принюхался. Запах был знакомым и приятным. Аромат специй заполнил воздух, создавая атмосферу индийского базара. Именно на это я и решил опираться в готовке.

Когда приправы обжарились, я добавил на сковороду томатную пасту и перетертые перцы чили. Перемещал, накрыл крышкой. Теперь, если мне не изменяет память, нужно добавить кокосовое молоко. Оно должно придать карри нежный кремовый оттенок и особенный аромат. Туда же добавил и пережаренное мясо. Перемешал, дал некоторое время потомиться, чтобы соединились вкусы. Не удержался и попробовал ложку на вкус.

Приятная теплота от специй и перца растеклась во рту. Что ж, даже если я и проиграю, то будет не обидно — блюдо получилось и вполне неплохо. Я даже съем его сам. С этой уверенностью я и закончил готовку, повернувшись в сторону механического соперника.

А там творилось что-то не то. Это понял я и Роджерс. Это поняла и Чаттерджи, хотя до последнего надеялась, что так и нужно.

С видом безумного повара «Шеф» смешивал приправы и руководствовался в этом, кажется, единственным правилом — чем больше, тем лучше. Его лампочки безумно светились красным светом, из узлов деталей слышался тихий напряженный гул.

«Шеф» насыпал в котелок целую горсть специй, все сразу, не разбирая их. Потом включил миксер и засыпал в него курятину, лук, чеснок, имбирь, томатную пасту, зеленый перец, кокосовое молоко. Он включил миксер на максимальную скорость и начал смешивать все вместе. Из котелка посыпались брызги масла и специй. Запах в комнате стал резким и неприятным, как будто кто-то решил сварить все специи на свете вместе.

Через десять минут «Шеф» отчитался — блюдо готово.

Роджерс и ведущий опасливо заглянули в тарелку.

— Ух!.. — только и смог вымолвить ведущий и отвернулся от камеры, чтобы не показывать перекошенное от отвращения лицо.

Я глянул на блюдо и понял причину такой реакции. Казалось, что в тарелке была не еда, а то, что обычно образуется уже после нее, когда организм переварит карри. Жидковатая коричневая масса аппетита не прибавляла.

Роджерс вопросительно с мольбой глянул на меня, растерянный таким результатом и как бы спрашивая меня «что вообще случилось?». А я понял причину, и мне стало нестерпимо смешно.

Роджерс говорил, что «Шеф» анализирует интернет по запросу и на основании этого создает свое блюдо. Но искусственный интеллект совершил фатальную ошибку. Он проанализировал все имеющиеся видео. В том числе и по запросу «уличная еда Индии». Сколько было смеха у меня в студенчестве с друзьями, когда мы смотрели эти видео. Мы показывали их свои согрупницам, выявляя тех, у кого порог брезгливости был наиболее высок. Таких было мало.

Уличная еда Индии — это отдельная категория кулинарии, достойная только тех, кто имеет железный желудок, стальные нервы и отбитое напрочь отвращение. Вот «Шеф» и сготовил похожее блюдо по мотивам.

— Госпожа Чаттерджи, — обратился я к гостье. — Полагаю, вы должны первой отведать это блюдо.

Основательница «Nexus Technologies» с трудом протянула улыбку, и то потому, что камера повернулась в ее сторону. Но в глазах не спряталось отвращение.

Ведущий тоже колебался, не решаясь попробовать блюдо.

— Давайте начнем с карри господина Мураками? — спросил он и, получив одобрение, с благодарностью направился к моему столу.

Остальные последовали за ним. Тарелка с моим карри была съедена за мгновение. И даже Роджерс с удовольствием попробовал. А вот возвращаться к тарелке «Шефа» никто не спешил.

— Предлагаю ничью, — произнес я, чем удивил многих.

— Господин Мураками, что вы имеете ввиду? — оживился ведущий.

Я был обязан Роджерсу за спасение и теперь должен был спасти его сам, точнее его репутацию, которую «Шеф» мог загубить одним неудачным блюдом. Думаю, никто не хотел провала Роджерса и никто не думал, все так завертится — спасибо нужно сказать пиарщикам «Спрута», которые развернули такую компанию.

— «Шеф» огромную работу, но ему не хватило опыта, он продемонстрировал необычный подход к кулинарии, и я уверен, что в будущем он сможет достичь успеха. Сегодня мы все увидели, что и человек, и машина имеют свои преимущества и недостатки. Наша цель — не победить друг друга, а вместе открывать новые горизонты в кулинарии.

Роджерс с благодарностью посмотрел на меня и протянул руку.

— Согласен!

Мы пожали друг другу руки.

— Вот и подошел к концу наш необычный кулинарный турнир! — произнес ведущий, с улыбкой на лице. По его лицу было видно, что он невероятно рад не попробовать блюдо «Шефа». — Мы стали свидетелями удивительного состязания между человеческим талантом и искусственным интеллектом. «Шеф», несмотря на неудачу в приготовлении индийского карри, продемонстрировал огромный потенциал. Он показал нам, что искусственный интеллект может анализировать данные, создавать новые рецепты и учиться на своих ошибках. Кенджи-сан, в свою очередь, доказал, что кулинария — это не только наука, но и искусство. Он с такой душой и любовью готовил свои блюда, что они действительно стали шедеврами. В итоге, соперники пришли к решению о ничьей. Это победа не только для Кенджи и «Шефа», но и для всего мира кулинарии. Благодарим всех участников и зрителей за это удивительное событие!

Красная лампочка погасла, и стало понятно, что эфир закончен. Все с облегчение выдохнули, робот «Шеф», кажется, тоже.

* * *

Эта незапланированная готовка под присмотром видеокамер изрядно вымотала меня, но день еще не закончился. После пари я сразу же направился в «Белый Тигр», чтобы подготовиться к встрече гостей на обеденный перерыв. По пути меня остановил Роджерс.

— Кенджи, — шепотом произнес он. — Кенджи, спасибо тебе. Ты спас меня. Я не знаю, что бы я делал, если бы ты не согласился на ничью. Я так много вложил в этот проект. Хотел доказать, что искусственный интеллект может быть творческим, но «Шеф» еще не готов. Ты дал ему шанс учиться.

— Это я вам должен сказать спасибо, за то, что откликнулись и спасли меня. Считайте, что мы квиты!

Мы вновь пожали друг другу руки, и я двинул в ресторан.

Покормив гостей, я уже мечтал о том, что у меня получится отдохнуть хотя бы часок — ведь всю прошлую ночь я толком так и не спал. Но планы на отдых были разрушены звонком. Позвонили с приемной и сказали, что меня желает видеть руководство. И чем быстрее, тем лучше.

Пришлось брать машину и мчать в офис. Я размышлял о том, кто же именно захотел со мной встретиться и робко подумал о том, что это может быть сам Акутагава Ямато. Возможно, он видел передачу, где мы с Роджерсом упражнялись в кулинарии. Это отличный повод передать ему информацию о тайных махинациях его дочери и Фукуды — а держать этот договор при себе я не собирался, в первую очередь из-за самого Фукуды. Пришло время расплаты.

Но удивление мое было еще более большим, когда я узнал, что меня хочет видеть Рен Ямато. Внутри я напрягся, хотя виду подавать не стал. И прежде всего напряжение это было вызвано причиной моего вызова. Неужели Рен прознала про договор? Я вновь набрал Ёсико, но она опять не ответила. Странно. И чую я, что все куда как хуже, чем может показаться на первый взгляд.

Я вошел в кабинет Рен.

— Кенджи! — воскликнула она, с прищуром глянув на меня. Мне этот взгляд не понравился. — и вот мы вновь встретились с тобой.

Она рукой пригласила сесть. Я нехотя сел.

— И вновь ты звезда всех каналов, — она кивнула на телевизор. — Я удивляюсь тебе, Кенджи. Как тебе это удается? Неужели ты все просчитываешь? Или же это просто удача, везение? Интуитивно работаешь?

— Что вы имеете ввиду?

— Ну вот твое попадание в телевизор.

— А разве это нужно просчитывать?

Рен пристально посмотрела на меня, словно пытаясь понять — говорю я сейчас искренне или юлю. Не смогла определить и продолжила осторожно, словно пробираясь по минному полю:

— Пиар собственной персоны дает определенные привилегии в корпорации. Тебя знает больше людей, в том числе и тех, кто сидит наверху.

— Я за этим не стремлюсь, — ответил я.

Рен улыбнулась.

— Мне кажется, ты лукавишь.

Я пожал плечами — что-то доказывать ей мне не хотелось.

— Я не просто так тебя вызвала, — сменив тон, произнесла Ямато. — Время, которое ты взял для раздумий над моим предложением, уже давно прошло, — холодно произнесла она. — Ты помнишь наш последний разговор? Я предложила тебе пойти под мое крыло. Так что ты ответишь? Какую судьбу выберешь для себя?

«Какую судьбу выберешь для себя⁈» — меня аж перекосило от злости. Дамочка весьма высокого о себе мнения, слишком высокого. Считает себя богом на земле, способным решать судьбы. Конечно, власти у нее много и она многое может. Но вот решать за меня точно не в ее силах.

— Делая выбор в какую-либо сторону, я непременно ограничу себя этим самым выбором, — ответил я.

— Мы можем многое достичь вместе, — произнесла Рен, делая акцент на последнем слове, словно хотя проверить мою реакцию.

— Не думаю, — небрежно ответил я. — Мне эти игры не интересны.

— Какие игры? — насторожено спросила Рен.

— Интриги.

Девушка холодно улыбнулась.

— Ты вроде не глупый человек, Кенджи, — произнесла она. — И должен понимать, что значит давать мне отказ.

— И что же?

Мне уже было интересно, и я ощущал любопытство, пропитанное злостью. Мне было интересно, на сколько далеко способна пойти Рен.

— Что же значит отказать вам? Я человек новый, еще не во всех тонкостях разобрался.

— Мураками, ты играешь в игры, которые тебе не по плечу, — ледяным тоном ответила Рен. — Ты думаешь, что у тебя все получится. Но это ошибочное ощущение. Просто сейчас тебе везет и ты на слуху у всех. Но настанет день — поверь мне, — когда все это в один миг исчезнет. И тогда ты останешься один. У тебя не будет того, кто сможет тебе помочь.

— Если хотите купить меня должностью или зарплатой, то я не продаюсь, — ответил я и Рен сжала от злости кулаки. На ее лице заиграли желваки.

Мне хотелось добить ее — тем более козырь был, договор с «Атласом», подтверждающий ее причастность к воровству у корпорации, — но я не стал этого сейчас делать. Еще не время. Такой козырь нужно использовать вовремя — только так он будет максимально действенным и эффективным.

— Тогда не завидую твоей скорой судьбе, — ответила Рен, сверкнув глазами.

Напугать меня ей не удалось. А вот разозлить — да. И выходя из кабинета, я четко решил, что нужно предпринимать решительные шаги. Прямо сейчас. Пока меня не сожрала эта паучиха.

Глава 21

Ночь второго дня IT-форума «Цифровой мост-2024»

Токийский закат был полон ярких красок, но они быстро меркли, уступая место тьме, которая сгущалась над мегаполисом. Небо стало темно-синим, а блестящие башни Токио засияли яркими огнями, отбрасывая длинные тени на улицы. В воздухе витал особый запах Токио — смесь выхлопных газов, жареной еды и цветов сакуры.

Из тени подворотни показался силуэт. Призрак надел темные вещи, чтобы не выделяться и только огромный рюкзак за плечами делал его фигуру неуклюжей. В рюкзаке была бомба. Цель ночного путешествия была необычной — стоянка корпорации «Спрут» для служебного транспорта.

За эти пару дней Призрак успел узнать о месте все — кто там работает, какие у кого будут смены, как устроена кухня. И помог ему в этом парень по кличке Брюс. Призрак схватил его и отвез в одно безлюдное место, где связал и заставил рассказать все. Парень оказался сговорчивым, особенно когда возле его горла был нож. И Брюс поведал ему много чего интересного.

План был прост и Призрак даже сделал пробный заезд. Он переоделся в одежду Брюса, забрал его пропуск. Потом на его же фургоне съездил на склад, где поведал кладовщику о том, что подменяет Брюса. Множество информации, которую парень ему рассказал и уверенность, с которой Призрак врал, а также пропуск самого Брюса подействовали — кладовщик отпустил товар. И Призрак весь день ездил по ресторанам, развозя заказы. Под самый конец заскочил и в «Белый Тигр», где повар по имени Нобору принял у него коробки с продуктами. Призрак как бы между делом поведал ему о том, что Брюс приболел, а он его подменяет. И так же между делом показал пропуск и ввернул в разговор несколько фактов про склад, которые могли знать только сами доставщики. Это сработало, Нобору не заподозрил неладное.

Теперь оставалось самое главное — загрузить бомбу в машину. Фургон Брюса остался на стоянке — такова процедура корпорации. Так даже лучше. Призрак загрузить сегодня ночью туда бомбу, а завтра как ни в чем не бывало придет туда и отправиться на объезде. Но прежде заскочит на склад, где загрузит полный кузов коробками, тем самым укрыв бомбу как можно лучше.

Сделать это раньше было рискованно — машину могли остановить или досмотреть. А сейчас, когда запланированное будет уже завтра, самое время все подготовить.

Призрак едва заметно улыбнулся. В его глазах блестел холодный огненный блеск. Он вдруг представил себе, как мощный взрыв разорвет небо над Токио. Как огненное облако поглотит «Белый Тигр», уничтожив все внутри и отразившись на блестящих стенах огромных зданий. Какой переполох начнется! А что будет, когда на тот свет отправятся те, кто будет внутри… Представить сложно. Заказчик будет доволен.

Призрак представлял себе и страх, который овладеет городом, когда новость о теракте разлетится по всему Токио. В его воображении эта ночь стала символом расплаты, символом справедливости в мире, где деньги и власть были главными ценностями.

Уже поворачивая к огромной, размером с футбольное поле парковке, Призрака вдруг кто-то окликнул.

— Господин! Господин, я прошу прощения!

Призрак остановился, медленно оглянулся.

— Не могли бы вы дать мне немного денег?

Перед ним стоял неопрятный незнакомец. Это был бездомный, худой, словно высохший от жажды ветром, с кожей, покрытой грязью и трещинками. Лицо его было изможденным, с глубокими морщинами, как у старого, измученного жизнью дерева. Густые, нестриженные волосы обрамляли лицо, пряча его в тени, словно пытались укрыть от сурового мира.

Глаза бездомного были глубоко посажены, с красными прожилками, как будто полные невыплаканных слез. В них таилась тоска, безысходность, но и в то же время острая, тревожная оживленность. Как будто он всё еще видел в этом мире что-то доброе, не желая отказываться от надежды.

— Проваливай! — прорычал Призрак, не желая связываться с ним.

И развернувшись, продолжил путь.

— Господин! Я прошу вас! Не пройдите мимо! — не отставал тот, увязавшись следом. — У меня никого нет, кто бы мне помог. Я два дня уже не ел. Будьте так любезны, пару монет, чтобы купить похлебку.

Призрак остановился. Кулаки его невольно сжались.

— Так ты говоришь, что у тебя нет никого, кто бы помог тебе?

— Так точно, — охотно закачал тот головой.

— И никто не кинется тебя, если ты вдруг исчезнешь?

— Именно так, — кивнул бездомный, но вдруг насторожился — странные вопросы незнакомца смутили его.

Но было поздно.

Призрак почувствовал, как раздражение растет в нем. Он не хотел иметь дела с этим человеком. Ему нужно было сосредоточиться на своей цели. Но тот словно назойливая муха не отставал, чем и подписал себе приговор.

— Сейчас я тебе даем кое-что лучше денег! — прорычал Призрак, доставая из-за пояса острый нож.

— Господин, что вы⁈ — испугался бездомный, увидев оружие.

— Я подарю тебе свободу! — произнес Призрак и резко выкинул руку с ножом вперед. — Свободу от денег, свободу от всех болезней, свободу от голода.

И вновь ударил. А потом схватил бедолагу за волосы и притянул к себе, чтобы тот не смог убежать, Принялся наносить удары. Бездомный пытался защититься, но точные выпады противника обходили всех блоки и вскоре бедолага упал на землю, задыхаясь и хватаясь за рану.

Призрак посмотрел на него с безразличием. Он не чувствовал ни вины, ни сожаления.

— Ты оказался не в то время в не том месте, — произнес он с холодной уверенностью.

Потом, схватив еще живого бедолагу за ноги, оттащил в подворотню, где его едва ли найдут ближайшие пару дней, и закидал мусором.

Потом, убедившись, что тело спрятано надежно, повернулся и пошел дальше. Призрак чувствовал себя спокойным, как будто ничего не случилось.

До стоянки он дошел уже без приключений. Основной въезд прошел стороной — там была охрана и появляться там не следует, пусть и охрана не такая пристальная. В будке сидел старик Сабуро, который был подслеповат, глуховат и едва передвигался. Но рисковать не стоит.

Вход для себя Призрак организовал другой. Вчера он поставил машину у дальней стены и незаметно с помощью кусачек прорезал небольшой лаз в сетчатом заборе. Туда Призрак сейчас и шел. Осторожно пробравшись через ограду, он оказался на территории стоянки. Здесь оставлял машины обслуживающий персонал и машины эти в основном были служебные — фургоны доставки, холодильники, грузовики.

Скинув рюкзак, Призрак замер. В будке охранника показалось какое-то шевеление. Старик Сабуро опять не спал. Пришлось выжидать, когда охранник выйдет на улицу, молчаливо покурит, глядя в небо, потом опять зайдет к себе смотреть сериал.

Дождавшись момента, Призрак подошел к фургону, стараясь не шуметь, открыл его. Оставалось самое сложное — заложить рюкзак внутрь. Его следовало спрятать возле сиденья, закрыв запасным колесом и ящиком с инструментами. С утра на выезде всегда происходит досмотр. Сабуро смотрит не тщательно, но к просто так лежащему рюкзаку у него могут возникнуть вопросы. А расправиться с Сабуро как с тем бездомным уже не получится — его тут же кинуться и Призрака поймают.

Положив рюкзак внутрь машины, Призрак принялся укрывать его. Но тут же тихо выругался — внутри пустого железного фургона каждое движение гулко отдавалось эхом.

— Кто тут? — раздался вдали голос Сабуро.

Призрак перестал даже дышать. Вот ведь чертов старик! Когда надо он ничего не слышит и приходится все по два-три раза кричать. А тут вдруг чуткость слуха стала запредельной.

Старик вышел из будки, прошелся вдоль рядов машин, подсвечивая фонариком. Потом, не найдя источник звука, вновь закурил и начал насвистывать себе под нос мелодию из заставки сериала. Призрак выругался. Сабуро стал его раздражать. Старик явно мается от безделья. Шел бы к лучше к себе, взял дешевого виски и надрался, а потом бы и уснул. А лучше бы пулю себе в голову пустил — тогда еще лучше бы было.

Пришлось ждать, когда Сабуро вдоволь нагуляется и двинет к себе. И только когда охранник хлопнул дверью, Призрак продолжил свое дело. Осторожно передвинув запаску, он спрятал под нее рюкзак. Сверху укрыл брезентом и поставил ящик с инструментами. Так-то лучше.

Теперь можно возвращаться назад. И ждать, маясь от этого самого ожидания, как тот самый старик Сабуро.

Уже завтра. Завтра все и произойдет. На третий день форума. В ресторане «Белый Тигр».

* * *

План нужно было выполнять до конца. Хоть трясла нервозность, хоть и было откровенно страшно. Но коль начал путь, то его пройти нужно полностью.

Абэ остановился у дубовой двери, сделал вдох, прочитал висящую на ней золотую табличку.

ЯМАТО АКУТАГАВА

ПРЕЗИДЕНТ КОРПОРАЦИИ «СПРУТ»

Абэ выдохнул и вошел внутрь.

— Добрый день, господин Ямато! — произнес он, низко поклонившись.

— Добрый день, Абэ, — ответил тот.

Ямато сидел в широком огромном кресле, от чего еще больше казался маленьким и болезненным.

Кабинет президента корпорации «Спрут» господина Ямато был воплощением власти и стиля. Он напоминал огромный корабль, штурмующий огромные волны. В каком-то смысле так оно и было. Сколько кораблей поменьше разбилось в этом кабинете, и сколько людей было спасено. Потоплено однако не меньше.

Стены были обшиты темным деревом, с блестящей полировкой, которая отражала свет от огромных окон, выходящих на Токио. Пол был выложен темным гранитом, а в центре стоял огромный стол из красного дерева с блестящей поверхностью, на котором были размещены только необходимые предметы: телефон, статуэтка в виде сфинкса и папка с документами.

В кабинете было много техники. На стенке висел огромный телевизор, который показывал информацию о курсе акций «Спрута». В углу стоял бар с коллекцией дорогих алкогольных напитков. На полке покоился огромный глобус, который символизировал глобальные амбиции корпорации.

В кабинете также было много картин и скульптур. Это была страсть господина Ямато. Абэ мог только догадываться сколько они все стоят. Рядом с картинами, прямо над головой президента корпорации, висела черно-белая фотография в золотой рамке — два молодых парня стоят на пирсе, а за спиной у них небольшая тележка с надписью «Спрут», сделанной кривоватым подчерком. На фото были Акутагава Ямато и Изаму Абэ, отец того, кто сейчас пришел в гости к старику.

— Как ваше здоровье, господин Ямато? — учтиво поинтересовался Акира Абэ.

— С моим здоровьем все нормально, — с некоторой раздражительностью ответил Президент. Потом немного помолчав и успокоившись, добавил: — Вот, чай пью.

И кивнул на стоящий на подносе маленький глиняный чайничек и такую же маленькую чашечку.

— Зеленый чай от всех болезней.

— Это действительно так, — согласился Абэ, невольно отметив про себя, что ему не было предложено разделить церемонию и это ревностным уколом ужалило его. — Чай лечит души.

— Верно, — кивнул Ямато, наливая себе в чашечку. — Я вижу, что с рекламной нашего ресторанного бизнеса все идет просто хорошо.

Президент кивнул на телевизор.

— Только сейчас смотрел кулинарное шоу, которое проходило на форуме. Там был этот парнишка, Мураками. Способный парень. Я в который раз убеждаюсь, что он далеко пойдет. Чует мое сердце.

«Если бы ты знал, кем он тебе приходиться, — ядовито подумал Абэ, глядя на старика. — Еще бы и не так заговорил. Уверен, все были бы уже сметены с пути, словно фигуры на шахматной доске и этот самый Мураками занял бы пост где-то около самого президента».

Абэ знал, что Ямато не сильно жаловал свою дочь — за ее нрав, характер, вредные привычки. Так же был он холоден и к нему самому. Это чувствовалось во всем. И потому вопрос того, кто будет преемником огромного много миллиардного бизнеса, был открытым. Здоровье старика уже ни к черту, это было видно после последнего совещания, где Ямато сделалось нехорошо. Это первые звоночки. Дальше будет больше.

Сам лично господин Ямато от престола не отречется — характер не тот. Не назначит он и дочь на свое место. Впрочем, как и Абэ. А значит, вопрос остается открытым, и все ждут только одного — когда Ямато однажды упадет на очередном совещании на пол и уже не поднимется. Тогда и начнется настоящая грызня. И кто к тому времени захватил больше власти и рычагов воздействия, тот в итоге и станет новым Президентом.

Но все меняет одна деталь.

У Акутагавы Ямато есть сын. Вполне успешный, показывающий успехи в деле. И если случится такое, что Ямато прознает про это, то тогда все пропало. Будет уже не важно кто каких людей перетянул к себе на сторону, у кого больше и сильней клан. Это все будет не важно. Потому что Ямато в тут же секунду, как узнает о сыне, ему все и отпишет. Абэ это точно знал, потому что за все эти годы изучил характер президента досконально.

А значит необходимо, чтобы были выполнены два пункта, чтобы ничего не пошло наперекосяк. Первый — господин Ямато не должен узнать, что у него есть сын. И второе — он должен умереть быстро и внезапно, чтобы не успеть никому ничего отписать по наследству.

— Наши пиарщики организовали этот кулинарный поединок, — сказал Абэ. — Чтобы прорекламировать «Спрут» в рамках форума.

— Я думал он и так хорошо себя зарекомендовал, когда победил отбор, — холодно улыбнулся Ямато.

— Реклама лишней не бывает.

Ямато неопределенно кивнул, вновь отпил чай.

— Так ты что-то хотел? Мне сказали, что ты записался на прием?

— Да, господин Ямато, — ответил Абэ, подходя чуть ближе. — Это как раз и связано с темой рекламы. Завтра состоится третий день IT-форума «Цифровой мост-2024». Это будет завершающий день, и там соберутся все видные деятели и участники. Будет подписано множество меморандумов и договоров. Этот день будут особенно пристально освещать все средства массовой информации.

— Это я и без тебя знаю, — кивнул Ямато.

— Так вот, господин президент, — сдержанно продолжил Абэ, хотя внутри уже подступала злость. — В ресторане «Белый Тигр» соберется множество людей. Наши пиарщики, да и я тоже считаем, что это отличный шанс показать корпорацию «Спрут». Устроить ей бесплатную дополнительную рекламу, которая очень хорошо сыграет в нашу пользу. Одна только победа «Белого Тигра» в форуме дала рост акций на ноль целых четырнадцать сотых процента в динамике. И этот рост продолжается. Все только о нас и говорят!

— И это только благодаря этому парню Мураками! — напомнил Ямато.

— Возможно.

— Не возможно, а именно так и есть. Я понимаю, что вы все ревностно относитесь к его успехам, но их нужно принимать, потому что он все делает для «Спрута».

— Господин президент, мы нисколько не ревнуем и не испытывает каких-то других отрицательных эмоций в сторону господина Мураками. Напротив, только всячески его поддерживаем.

Ямато усмехнулся.

— Я слишком долго тут проработал, чтобы не знать все это достаточно хорошо. Едва только кто-то высовывает голову выше остальных, все тут же начинают его клевать. Уверен, что и этому Мураками тоже достается. А если ты считаешь иначе, значит, ты этого не знаешь.

Абэ насторожился еще больше. Почему он так рьяно защищает по сути простого работягу? Только лишь потому, что тот мелькает по телевизору и поднимает одной только своей улыбкой акции компании? Или же на то есть другие причины?

— Так к чему ты мне рассказал про этот третий день? — спросил Ямато, намекая на то, что этот разговор начал его утомлять.

Абэ выдержал паузу, чтобы не выдать волнение. Потом ответил:

— Господин Президент, было бы очень здорово для корпорации «Спрут» и ее рейтингов, да и для простых людей, которые переживают за ваше здоровье, если бы вы появились в общественном месте. Показали, так сказать всем, что чувствуете себя хорошо и еще полны сил. Идеальным поводом послужил бы как раз третий день форума — его закрытие. И самое идеальное такое место для вашего появления — это, конечно же, ресторан «Белый Тигр».

Абэ пристально посмотрел на президента и осторожно спросил:

— Как вам такое предложение, господин Ямато?

Глава 22

Отправлять договор нужно было как можно быстрее. Он наверняка если не прихлопнет Рен, то сильно обрежет ей крылья, не дав ей сожрать меня первым. Только вот как это сделать? Напроситься на аудиенцию к президенту корпорации «Спрут»? Вряд ли это получится сделать быстро, я не на том уровне нахожусь, чтобы вот так просто заходить в кабинет к господину Ямато. Да, он лично приходил в «красный фонарь» и лично же пригласил меня в офис. Но что это меняет? К тому же едва я попрошу секретаря записать меня на прием, как эта информация тут же уйдет самой Рен. И уж она точно не позволит мне туда зайти, сделав все возможное, чтобы этого не допустить.

Значит нужно искать другие пути.

Не зная как поступить, я решил зайти в офис к своим коллегам. Там как обычно все бурно что-то обсуждали.

Ичиро пытался что-то всем доказать с научной точки зрения. Икеда трясла гороскопами и взывала к звездам. Крепыш Джиро пыжился и краснел, пытаясь доказать Икеде, что звезды не могут предсказывать будущее. И только одна красотка Чоу меланхолично подпиливала ноготочки и взирала на всех как мама кошка на своих несмышленых котят.

— Кенджи-сан! — увидев меня, воскликнул Ичиро и все разом затихли.

А потом принялись хлопать в ладони.

— Чего это вы? — растерялся я.

— Да ты же настоящая звезда! — воскликнул Джиро. — Нам у тебя уже впору автографы брать! Кстати, некоторые мои знакомые и в самом деле просили меня, чтобы я у тебя взял автограф. Можно на этом неплохо заработать. Что, если мы будем продавать автографы по сто иен? Половину тебе выручки, половину мне, как сбытчику. А кому продать я найду.

— Да чего ты пристал к нему? — возмутилась Чоу.

— Нет, Джиро, — покачал я головой. — Продавать автографы я не хочу. А вот отдохнуть бы — с радостью. Всю ночь не спал… — Я прикусил язык, чуть не сболтнув лишнего.

Но никто не обратил на это внимания.

— Давай я принесу тебе кофе с шестого этажа? — предложил Джиро.

— Буду очень тебе признателен.

— Пустяк! — отмахнулся парень. И подойдя ближе, шепнул: — Но ты еще подумай насчет автографов, ладно?

— Кенджи! — подскочила ко мне Икеда. Вид у нее был явно взволнован. — Кенджи!

— Что случилось?

— Ничего хорошего! — Загадочно ответила она. — Я буквально только что подготовила тебе твою натальную карту и составила гороскоп на ближайшие дни.

— Ох! — только и смог вымолвить я, понимая, что сейчас начнется.

— Кенджи, там властвует Марс и Сатурн. Это очень плохо. У тебя будут неприятности.

— Икеда, извини меня, пожалуйста, если я вдруг тебя обижу своими словами, — начал я. — Но я правда не сильно верю в гороскопы.

— А это и не важно, веришь ты в них или нет. Главное, что они работают. И звезды говорят, что должно в ближайшее время должно случиться что-то очень нехорошее.

Мне почему-то сразу вспомнился договор, который скинула мне Ёсико. Неужели не получится с ним ничего сделать, и я сам себя подставлю?

Я тряхнул головой. Ну что за чушь я говорю? Верю в какую-то ерунду!

— Икеда…

— Подожди, — остановила она меня жестом руки. — Вот…

Она достала из кармана небольшой шелковый мешочек, сшитый из темно-синего атласа. Он был украшен нежной вышивкой из золотых нитей, изображающей цветок сакуры.

— Это для тебя, — сказала Икеда, улыбаясь. — Это амулет, который принесет тебе удачу и оградит от нежелательных негативных эманаций.

Она вручила мне мешочек. Я раскрыл его и увидел небольшой амулет. Он был вырезан в форме японского дракона, чье тело было украшено золотыми красками и нежными узорами. Амулет был размером с крупную монету и толщину имел приличную.

Я сморщил нос.

— Икеда, ты знаешь, что я не верю в такие вещи, — сказал я, пытаясь вернуть подарок девушке.

— Но это не просто амулет, Кенджи! — сказала она, вновь отдавая его мне. — Это символ моей заботы о тебе. Я хочу, чтобы ты чувствовал себя в безопасности. Возьми его. Так и мне будет спокойней. Я буду знать, что ты в безопасности.

Я посмотрел на девушку и увидел в ее глазах искреннюю заботу. Мне не хотелось обидеть ее. К этому же это просто небольшая побрякушка, ничего плохого не будет, если я просто положу ее в карман и буду носить. Кстати, вполне неплохо выглядит. Я вновь глянул на амулет. Конечно, было видно, что это обычная заводская штамповка и таких амулетов по всему Токио десятки тысяч в каждой эзотерической лавке. Но это символ заботы Икеды, пусть и такой необычный и потому я произнес:

— Хорошо. Я приму его.

Я положил амулет в нагрудный карман. Икеда облегченно выдохнула.

— Теперь я спокойна.

Вернулся Джиро с шестью стаканчиками кофе.

— Я угощаю! — воскликнул он и все с радостью накинулись на кофе.

Я тоже взял стаканчик, отпил горячего напитка.

— Как же вкусно!

Мы принялись наслаждаться кофе, который обладал удивительным вкусом и бодростью. Были испробованы все напитки со всех кофейных автоматов офиса на всех этажах. Но они и в подметке не годились напитку с шестого этажа.

— Говорят, что существует кофейный заговор, — зловещим шепотом произнес Джиро.

— Какой еще заговор? — спросила Чоу.

— Заговор производителей кофейных автоматов. Говорят, что производители таких автоматов незаметно устанавливают дополнительное оборудование в свои изделия, чтобы добавлять в напиток наркотики, вызывающие привыкание.

— Что за бред⁈ — возмутился Ичиро.

— А что, вполне логично, — вдруг поддержала его Икеда. — Почему, думаете, только на шестом этаже кофе вкусный? Потому что там стоит такая штуковина, которая наркотики подмешивает. Вот мы все и привыкли к нему.

— Просто этот автомат купили позже всех, — презрительно ответила Чоу. — Все автоматы на других этажах закуплены еще пять лет назад. А этот — всего лишь год. Он новой модели, там принцип помола другой, оборудование все новое.

— Вот именно! — воскликнула Икеда. — Оборудование новое, модернизированное! С наркотиками!

— Вот-вот! — поддержал ее Джиро. — Про то и я говорю!

— Да вы что, с ума совсем выжили⁈ — возмутился Ичиро. — Какие еще заговоры кофейных аппаратов? Какие наркотики?

— А как ты тогда объяснишь такой вкус кофе? Его же охота пить всегда? Думаешь, это только благодаря новому автомату? Нет.

— Коллеги, мне кажется в кофе и в самом деле что-то запрещенное добавляют, — произнесла вдруг Чоу и все удивленно обернулись на нее. — Потому что нести такую ахинею, которую несете вы, можно только под веществами!

Все принялись тут же жарко это обсуждать, но дальнейший горячий спор коллег я уже не слышал — уснул прямо на стуле.

* * *

Отдохнуть удалось полчаса, но этого хватило, чтобы почувствовать себя бодрым. Я допил свой уже холодный кофе (хотелось верить не разбавленный наркотиками злыми производителями кофейных автоматов, устроивших заговор) и направился домой отдыхать и готовиться к третьему дню форума, самому сложному.

Я вышел на улицу, направился к машине. И вдруг увидел, как из-за угла вырулил черный автомобиль. Я невольно напрягся.

Но напрягся еще сильней, когда машина остановилась возле меня. Я готов был уже вступить в схватку с очередным своим неприятелем, который хотел меня — что? украсть? убить? порубить на куски? В любом случае ничего хорошего я не ждал.

У меня был прадед Василий Васильевич, тоже хирург, причем от Бога. Так он перед каждой операцией принимал тридцать грамм чистого спирта — чтобы успокоиться и снять напряжение с рук. И делал все просто на «отлично», зашивая пробитые колом перикард и восстанавливая аорты.

Так вот сейчас мне тоже хотелось махнуть спирта, чтобы успокоиться. Память о похищении и пребывание в ангаре были свежи, поэтому во всем теле ощущалась напряжение. Я сжал кулаки.

Но биться с возможным противником не пришлось. Тут же с другой стороны вырулила еще одна машина и перегородила путь первой.

Что вообще происходит⁈

Из второй машины выскочил крепыш в черном костюме и подскочив ко мне, загородил меня грудью. А потом достал пистолет и направил его в сторону первой машины.

— Вы кто? — только и смог вымолвить я.

— Служба безопасности «Спрута», — пробасил громила. — Ваш личный охранник. По поручению господина Нобору Морито.

«Ага, Волк постарался», — понял я.

— А это кто? — кивнул я на другую машину.

— Понятия не имею, — честно признался тот. И рявкнул в сторону авто. — Откройте окно! Только медленно! И без глупостей!

Тонированное окно медленно поползло вниз.

— Кенджи-сан! Так ты встречаешь своих знакомых? — раздалось со стороны пассажирского сиденья.

— Госпожа Чаттерджи⁈ — воскликнул я, искренне удивившись такой встрече.

— Кенджи-сан, скажи своему охраннику, чтобы не направлял на меня оружие, я себя неуютно чувствую. К тому же у меня тоже есть охранники. И они тоже имеют оружие. Но я приехала сюда не для того, чтобы устраивать перестрелки.

— Убери, — шепнул я громиле.

И подошел ближе к машине.

Чаттерджи вышла из авто, окинула оценивающим взглядом моего охранника. Потом повернулась ко мне.

— Кенджи, я хотела бы с тобой поговорить.

Это еще больше удивило меня. Я хотел спросить, о чем же именно, но это прозвучало бы бестактно. Вместо этого я спросил:

— Прямо сейчас? — и кивнул на город, показывая, что уже практически ночь. — Может быть, дождемся следующего дня? За завтраком я мог бы уделить вам время, если пожелаете.

Признаться, разговаривать сейчас с госпожой Чаттерджи у меня не было особо желания, тем более именно она хотела сделать мне подставу в пари с Роджерсом и заказала сложное блюдо.

— Ночью говорить мне приятней, — ответила Чаттерджи. — Ночью так мало лишних ушей, которые могут нас подслушать. Ну так что, уделите мне несколько минут?

— Хорошо, — нехотя согласился я.

— Тогда давай отъедем немного подальше от офиса, если ты не возражаешь?

Я кивнул охраннику, чтобы тот следовал за нами. Сам сел в машину к Чаттерджи. Мы проехали несколько десятков метров, свернули на главную улицу, по которой проехали несколько улиц южней. Я видел, что машина с охранником едет за нами и потому был спокоен.

Всю дорогу, пока мы ехали, Чаттерджи молчала, хотя я думал, что она будет говорить. И только когда мы подъехали к фонтану, она сказала водителю, чтобы тот вышел из машины. Мы остались одни.

— Ты меня удивил, Кенджи, — произнесла Чаттерджи, повернувшись ко мне. — Особенно на поединке.

— Вы тоже удивили, — в тон ей ответил я. — Особенно выбором блюда.

— Я старалась! — по лисьи улыбнулась собеседница. — Но ты должен понимать, зачем я это сделала.

— Понимаю.

— Но ты выкрутился. Признаюсь, твое карри мне даже понравилось, вспоминалась моя бабушка, которая готовила очень похоже. Я сначала очень злилась, что не удалось тебя осадить.

— Даже так? — спросил я, удивившись такой откровенности Чаттерджи.

— А потом вдруг подумала, что ты действовал логично. Я напала, ты отразил атаку и контратаковал. В большом бизнесе это нормальная ситуация. И я подумала, что ты очень неплохой игрок. Из тебя выйдет толк.

— Что вы имеете ввиду?

— Я хотела предложить тебе должность у меня.

— Но у меня уже есть работа и меня я ее не хочу.

Чаттерджи пристально посмотрела на меня.

— Это продлиться не долго, — сказала она. — Господин Ямато стар. Ему девяносто лет. И он до сих пор ведет дела лично. Это не правильно. Его ненадолго хватит. Скоро это закончится и тогда на тебя накинуться, Кенджи.

Я вопросительно глянул на собеседницу.

— Думаешь всем по нутру твой успех и слава? Поверь мне, все, кто там, наверху, все, кто находится рядом с Ямато, искренне тебя ненавидят. Они понимают, что ты сейчас делаешь рейтинги, чем сильно снижаешь их значимость в лице самого Ямато. А им это не с руки. Так что едва нынешнего президента не станет, то не станет и тебя. Сметут. Сомнут. Уничтожат. Так уничтожают памятники прошлым властителям, а ты — самый настоящий памятник, потому что о тебе уже знают все.

Чаттерджи была права, и я это понимал. Одни разговор с Рен Ямато дал понимание этого. Мои сомнения и раздумья увидела в моих глазах Чаттерджи и продолжила убеждать.

— Я имела разговор с одним человеком из «Спрута». Я не буду называть его имени. Возможно, именно этот человек будет следующим президентом после смерти господина Ямато. Так вот. Он сказал мне, что на следующий день после своего вступления в должность он продаст весь ресторанный бизнес сторонним инвесторам. «Спруту» сейчас не интересен этот вид заработка. У «Спрута» есть проекты гораздо больше ресторанов, которые приносят хорошие деньги. А рестораны — это так, уже побочный вид заработка, на который тратиться слишком много ресурсов.

Чаттерджи махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху.

— И ты должен понимать, что если все пойдет именно по этому сценарию, то сторонние инвесторы, кто купит «Золотой Дракон» и «Белый Тигр» и другие рестораны, — Чаттерджи сверкнула глазами, улыбнулась и добавила: — В том числе и «Красный фонарь», то они устроят массовые чистки. Персонал будет уволен. Так необходимо делать, чтобы снять финансовую нагрузку, сделать перезагрузку бизнесу. И под эту чистку могут попасть многие. В том числе и ты.

— Вы так считаете?

— Я в этом практически уверена. Думаю, это будет одним из условий нового президента при продаже ресторанного бизнеса — уволить тебя.

И вновь этот колкий взгляд хищника. Мне хватило одной секунды, чтобы все понять. Чаттерджи уже ведет кулуарные разговоры с этим неизвестным лицом, предполагаемым приемником Ямато, собираясь выкупить ресторанный бизнес «Спрута». Предусмотрительно суетиться заранее, потому что когда все случится, то она уже будет во всеоружии.

— Думаю, уж как такового не будет ни «Золотого Дракона», ни «Белого Тигра». Полный ребрендинг, — подытожила свою речь Чаттерджи.

По поводу того загадочного человека — кто он? Рен? Абэ? Кто-то другой? — то это все пока по воде вилами. Станет ли он вообще новым преемником или пролетит мимо со свистом? Так что еще не факт, что продажа ресторанного бизнеса состоится. Но в общих чертах Чаттерджи все же права. И особенно касаемо моего будущего после того, как Ямато уйдет в сторону.

— И что же вы хотите от меня? — прямо спросил я.

— Тебя не уволят, если ты не будешь в «Спруте», — произнесла Чаттерджи. — Я предлагаю тебе работу. Пойдешь ко мне работать? Я планирую зайти на рынок Токио. Будешь у меня региональным директором. А как только я куплю «Золотой Дракон» и «Белый Тигр», то станешь руководить и ими.

Я присвистнул.

— Не слишком ли щедрое предложение?

— Вполне нормальное и честное, — ответила Чаттерджи. — А главное по твоим плечам.

Я задумался. Чаттерджи тоже не торопила, давая все взвешенно обдумать.

— Не кажется ли вам, что это слишком рискованно? Вы предлагаете мне уволиться из «Спрута» и надеется на то, что ваш загадочный человек, с которым вы имеете предварительные договоренности, придет к власти и продаст вам ресторанный бизнес? Тут очень много ненадежных и откровенно слабых факторов. Во-первых, ваш человек может не стать президентом. Во-вторых, он может передумать вообще продавать вам что-то. В третьих, вы и сами можете передумать меня куда-то брать.

— Ты проницателен и глядишь далеко, Кенджи, — кивнула Чаттерджи. — Но бизнес, тем более большой, это всегда большой риск. И кто рискует, тот порой выигрывает.

— Но чаще очень сильно проигрывает. Госпожа Чаттерджи, я благодарен вам за такое предложение, оно очень приятно и льстит мне. Но я вынужден отказать вам. Прошу прощения если этим разговором расстроил вас, но таков мой выбор. На этом давайте распрощаемся — завтра ожидается сложный день, хотелось бы перед ним немного отдохнуть.

Чаттерджи посмотрела на меня, словно пытаясь понять — шучу я или нет? Потом сказала:

— Я уважаю твой выбор, Мураками. Но считаю, что ты сам себе тем самым сегодня подписал приговор.

— Время покажет.

— Верно. Только оно в итоге всегда не врет и на его стороне оказывается правда.

Глава 23

Третий день IT-форума «Цифровой мост-2024», 6 часов 00 минут.

После бессонной тревожной ночи старик Нобору вновь ощущал это странное чувство пустоты в голове. Он щурил глаза, вдруг ощутив, как сильно подсело его зрение. Сходить бы в больницу, да пока нет таких денег. В лавке трав семьи Огава найдется что-нибудь, что ему поможет. С этими мыслями он начал рабочий день.

Расчесавшись, глядя на свое изможденное лицо в осколок зеркала, висящий на стене, он натянул фуражку. Пора приниматься за работу. Тем более, что уже подходят первые работяги. С дальней стороны стоянки не спеша тронулся фургон. Он проехал к будке охранника, остановился.

— Брюс, ты? — спросил Нобору, щурясь.

Перед глазами все плыло. Чертово зрение.

— Я, — буркнул водитель, протягивая пропуск.

Нобору взял карточку, придвинул совсем близко к глазам. Прочитал фамилию, номер пропуска. Да, это был Брюс.

— Сегодня с утра холодно, — произнес Нобору, возвращая пропуск. — Как бы дождя к обеду не случилось.

— Да, — сухо ответил водитель.

— Не люблю дождь. Когда дождь кости ломит.

Водитель ничего не ответил.

— Ну проезжай, — сказал старик, чувствуя, что разговор не задался.

Шлагбаум открылся, и фургон поехал прочь со стоянки, все быстрей и быстрей, скрываясь в проулках.

«Странно, — подумал Нобору, провожая взглядом машину и закрывая шлагбаум. — Что-то не то сегодня с Брюсом. Обычно он разговорчив. Видимо что-то случилось».

И с этими мыслями он вновь вернулся к себе в будку, включил радио и под звуки незатейливой песенки начал проживать очередной свой день, похожий на все остальные.

* * *

Миновав стоянку, Призрак выдохнул. Старик Нобору конечно подслеповат, но не глухой. И мог легко определить речь Брюса от чужака, поэтому пришлось отвечать односложно, а то и вовсе молчать. Но первое испытание получилось пройти. Теперь самое сложное.

Токийское утро было окутано туманом, который стелился над улицами, словно призрак прошлого. Солнце еще не пробилось сквозь облака, окрашивая небо в холодные сине-фиолетовые тона. Город просыпался медленно, как гигантский механизм, словно готовясь к новому дню.

В этом утре еще не было суеты, которая заполняла улицы Токио в часы пик. Лишь небольшое количество людей спешило на работу, оставляя за собой негромкие шумы шагов и гудки автомобилей. В основном это были работяги физического труда — садовники, дворники, грузчики, обслуживающий персонал.

Во всем этом утреннем пейзаже была холодная красота. Но Призрак не обращал внимания на красоту утреннего города. Он смотрел вперед, сосредоточившись на своей цели. Он чувствовал прилив азарта и волнения, как бык перед корридой. Главное теперь не попасться и следовать четкому плану.

Он ехал по узким улочкам, где стояли невысокие здания с яркими вывесками и многоэтажки с небольшими зелеными садиками прямо на этажах. В воздухе витал аромат жареной рыбы из местных кафе и выхлопных газов автомобилей.

Город просыпался.

Призрак отправился на склад, где загрузил в машину несколько коробок с овощами. Потом направился к главной своей точке маршрута.

Фургон плавно остановился перед черным входом в ресторан «Белый Тигр». Место очень удачное — отметил про себя Призрак. Располагается в тени здания, скрываясь от глаз прохожих.

Призрак выключил двигатель, сделал глубокий вдох и вышел из машины. Постояв несколько секунд, вдыхая холодный утренний воздух, он концентрировался на главной задаче. Он чувствовал прилив адреналина, и его сердце билось быстрее.

Призрак подошел к двери, которая была украшена золотым щитом с изображением тигра. Постучал. Три быстрых удара, один долгий, два быстрых. Так говорил Брюс. И это подействовало. Особый пароль подсказал работникам внутри, что это не просто кто-то посторонний пытается к ним попасть, а человек из «Спрута».

Дверь со скрипом отворилась. Перед Призраком возник высокий худой парень с неуверенной улыбкой на лице. Он был одет в форменную одежду повара, но его лица не выражало ни гордости, ни уверенности в себе. Он был просто помощником повара, который исполнял приказы и не имел права решать ничего сам.

Призрак не знал этого парня и потому напрягся. Вчера он сумел наладить связь с другим человеком из «Белого Тигра» и рассчитывал, что тот откроет ему дверь.

— Чего? — буркнул появившийся парень.

— Доставка продуктов, — тем же тоном ответил Призрак.

— На сегодня разве была заявка?

— Была.

— Что-то я ее не видел.

— Если ты ее не видел, это не значит, что ее нет. Где Тэкуми? Пусть примет товар, если ты не способен этого сделать. Позови его, да побыстрее. Мне еще на другой конец города ехать.

Повар недобро посмотрел на Призрака, ответил:

— Сегодня не его смена. Тэкуми дома. Я за него.

— Ну тогда принимай товар. Что заказали — то и привез.

Призрак пошел к машине, раскрыл двери.

— Будешь принимать, или мне увозить на склад? Только давай ты со своим начальникам сам потом это расхлебывай, я с ним связываться не собираюсь. Вот здесь подпись поставь и имя свое напиши, вот, в графе «Отказ», — Призрак протянул ему бланк.

В глазах парня вспыхнул испуг — он не хотел иметь дела со своим шефом, тем более по такому поводу, как отказ от продуктов.

— Хорошо, — кивнул он. — Разгружайте.

— Что значит разгружайте? — притворно возмутился Призрак. — Давай, помогай. У меня спина не железная.

Парень проворчал, но пошел к фургону.

Призрак всучил ему лук, сам схватил вторую коробку. Они потащили продукты внутрь.

— А где Брюс? — спросил парень, устанавливая коробку в угол склада.

— Приболел, — ответил Призрак, краем глаза оглядывая место. Приметил он дверь, решил, что главная коробка должна быть установлена напротив — чтобы ударная волна прошла через проход. Так будет наиболее эффективно.

— То кашляет, то чихает, то живот у него болит! — проворчал парень, не скрывая раздражения.

Призрак не обратил на него внимания. Они вновь вышли на улицу. Повар схватил коробку с яйцами, а Призрак, дождавшись, когда он чуть отойдет в сторону, залез в фургон. Отодвинув в сторону запасное колесо, он достал рюкзак. Положив его в пустую коробку и сверху накидав морковки, пошел внутрь «Белого Тигра».

— Это еще что? — спросил парень, выходя на улицу.

— Морковка, — произнес Призрак, с трудом сдерживаясь. Этот поваренок сует нос куда не следует. — Слепой что ли?

— Зачем столько?

— Зачем ты это у меня спрашиваешь? — прошипел Призрак. — Иди лучше к своему шефу и узнай. Думаю, он тебе разъяснит и даже покажет, зачем ему столько морковки.

Парень сразу же затих.

— Иди к фургону, там еще коробка осталась, — холодно сказал Призрак, а сам затащил коробку с бомбой в «Белый Тигр».

Парень вздохнул и вышел на улицу.

Призрак, дождавшись, когда повар выйдет, быстро подвинул коробки чуть левее, примериваясь с дверью. Засунул руку в рюкзак, активировал бомбу, нажав нужные кнопки. Убедился, что активация прошла и сигнал отправляется, он спрятал бомбу под остальные коробки.

Но вдруг явственно представил, как служба безопасности начинает осматривать коробки. Они сразу же обнаружат бомбу. А значит здесь ей не место.

Призрак быстро огляделся. Увидел огромную посудомоечную машину. Чутье подсказало — бомбу нужно спрятать туда. Призрак метнулся к машине, отодвинул ее, заглянул внутрь. Между основным отсеком, куда загружается грязная посуда и механическим приводом была ниша, в которую можно спрятать бомбу. Призрак засуну туда рюкзак, задвинул посудомойку. И весьма вовремя, потому, что с улицы вернулся повар.

— Ты чего там стоишь? — спросил он, глядя на Призрака.

— Смотрю, — ответил тот, стараясь придать голосу больше безразличия. — Хорошая штука, — он хлопнул по посудомойке, — вот бы домой такую, чтобы самому не мыть!

— Не, лучше не надо, — помахал головой повар. — Слишком много электричества жрет. Не выгодно будет.

— Больше нет коробок? — спросил Призрак, переводя тему.

Повар покачал головой.

— Хорошо, тогда я поехал дальше.

И вышел на улицу. Облегченно выдохнул. Дело сделано. Теперь остается только дождаться самого главного — гостей «Белого Тигра». И привести механизм в действие.

«Бу-у-ум!» — ухмыльнулся Призрак и направился к выходу.

* * *

Я проснулся от резкого, пронзительного звона телефона. Он лежал на тумбочке, рядом с кроватью, и ярко светился в темноте. Я потянулся к нему сонным движением, словно пытаясь оттянуть неизбежное. Хотелось прирезать его, тем более, что снилась операция на желудок и во сне я держал в руках острый скальпель. Сейчас я тебе, гадкий телефон, сухожилия все отрежу!

Но скальпеля в руках не оказалось, пришлось отвечать на звонок.

— Алло, Кенджи, разбудил? — спросил знакомый голос из трубки.

Это было Волк.

— Проснулся, — ответил я, глядя на часы. Они показывали шесть утра. Проспал. В «Белом Тигре» уже суетятся люди.

— Готов к сегодняшнему дню?

— Думаю, да, — ответил я, еще не понимая к чему Волк спрашивает об этом.

— Сейчас поступила информация. И я подумал, что тебе надо это знать, — Волк сделал паузу, давая моемую вниманию обостриться. — Сегодня «Белый Тигр» посетит президент корпорации «Спрут» господин Акутагава Ямато.

Я присвистнул.

— Об этом я не знал!

— Об этом никто не знал, — ворчливым тоном сообщил Волк. — Господин Ямато по непонятным причинам вдруг решил туда сегодня наведаться.

— Думаю, причины вполне понятны, — ответил я. — Будет много важных гостей. Он хочет лично приветствовать всех.

— А нам теперь менять всю схему безопасности, — вздохнул Волк. — Так что имей ввиду и не удивляйся, когда к тебе в гости зайдет Ямато.

— Спасибо за информацию, — произнес я.

— Поскорее бы уже закончился этот чертов форум!

Я положил трубку и задумался. А ведь это неплохой шанс передать всю информацию, полученную от Ёсико прямиком в руки господину Ямато. Да, не совсем удобно, но все же. Лучшего момента у меня не будет. Во всех других вариантах договор просто не попадет к нему в руки. Только так. Лично.

С этими мыслями, окрыленный, я поднялся с кровати и принялся одеваться, параллельно думая о том, что грядущий день мне готовит.

* * *

В «Белом Тигре» меня уже встречал Жак. Он был взволнован, потому что сегодня ожидалось особенно много гостей. Когда же я шепнул ему о том, что придет еще и Акутагава Ямато, тот шеф-повар и вовсе принялся заламывать себе пальцы, сильно разнервничавшись.

Чтобы хоть как-то отвлечь Жак, я попросил принести меню и еще раз по нему пробежаться, чтобы согласовать все позиции. Повар подал меню.

Подавать с Жаком мы решили следующие блюда.

Конечно же, говядина вагю, как фирменный символ Японии. Специальный сорт мяса, отличающийся мраморностью и высоким содержанием ненасыщенных жиров. Мясо отличается высоким качеством и невероятным нежным вкусом. С медицинской точки зрения жир в этом мясе не оказывает негативного воздействия на уровень холестерина в организме человека, богат омега-3 и омега-6 жирными кислотами. И конечно же этот жир, который буквально тает во рту, придаёт мясу исключительную сочность и вкус.

Тонкие полоски вагю будут подаваться с особым соусом пондзу, сделанного из цитрусового сока, сладкого рисового вина, бульона из летучей рыбы и молотого кунжута. В этом же отделении будут подаваться нигири-дзуси — разновидность суши с кусочками вагю, опаленными с одной стороны специальными березовыми углями. Сверху — зеленый лук и лимонная цедра. Вкус просто невероятный!

Выбор второго блюда вызвался сделать сам Жак Лелюш. И предложил кое-что необычное — гютаняки. По сути своей гютаняки — это говяжий язык, приготовленный особым образом, при котором он размягчается и становится нежным. Блюдо достаточно редкое и готовится редко где, в большей степени из-за того, что шеф-повар должен обладать достаточно высокой квалификацией, чтобы приготовить его как нужно. Жак с гордостью сообщил, что может сготовить его. Я дал Жаку «добро» на приготовление языка, попросив лишь о том, чтобы нарезка конечного блюда была более тонкой, ведь обычно гютаняки подают достаточно крупно. Так же предложил Жаку вместе с этим блюдом подать маринованную белокочанную капусту и тертый хрен, чтобы сбалансировать достаточно вязкий и мягкий вкус мяса. Жак согласился со мной.

Еще одно блюдо, на этот раз рыбное, решили подать унаги-но-кабаяки — жаренного на углях речного угря. Только сначала угорь вымачивается в особом соусе, обычно соевом или сладком. Мы же решили привнести в него немного свежести. Жак предложил изменить соус, добавив в него апельсинового и лимонного сока, тертой цедры все тех же апельсина и лимона, меда, соевого соуса и тертого чеснока. Получившийся маринад добавлял рыбе много оттенков вкуса — от сладковатого, до солоноватого и кисловатого. Точный глаз Жака вымерял все в идеальных пропорциях, доведя угря до идеала. К рыбе, конечно же, рисовые шарики, зелень, тонкие полоски редиса.

На закуску решили подать красного королевского краба с топленным чесночным маслом, зеленью и пастой канимисо. Это блюдо уже было в меню ресторана «Белый Тигр» и мы решили его не изменять, оставив как есть.

На вторую закуску определили тофу с хлопьями имбиря и красной икры, политый рыбным и соевым соусами. Причем решили для этого блюда взять сима-дофу, или островной тофу, который приготавливается с использованием морской воды в Окинаве.

На третью закуску утвердили татаки из лосося в имбирном соусе. Достаточно просто, но от этого не менее вкусно. Тонкие ломтики лосося выкладываются на имбирную заправку, посыпаются особой приправой фурикакэ, состоящей из измельченной рыбы, семян кунжута, водорослей, сахара, мисо и орехами.

На четвертую закуску выбрали кальмара под вешенками и трюфельным понзу. Кальмар и вешенки обжариваются на гриле, выкладываются пирамидкой, сверху шпинат и поливается все трюфельно-цитрусовым соусом с добавлением оливкового масла.

Жак так же предложил подать фугу, но я отверг эту идею — служба безопасности точно не пропустит такое. Да и гости едва ли оценят вкус, поддавшись определенному страху быть отравленными.

— Меню царское! — улыбнулся я, возвращая его Жаку.

— Так и гости соответствующие, — ответил повар.

Это было правдой.

— Продукты все в наличии? Ничего в самый ответственный момент не закончится? — спросил я.

Жак кивнул.

— На всякий случай еще вчера дополнительно доставку по продуктам сделал. Сегодня с утра привезли.

— Хорошо, — ответил я. — Брюс ничего не забыл?

— Все привез. Только не Брюс.

— А кто?

— Парень какой-то, его замещает.

— А Брюс где?

— Вроде заболел, — пожал плечами Жак. — Я толком не знаю, принимал товар не я.

Я подумал о том, что нужно бы позвонить Брюсу, узнать как его здоровье и не нужно ли чего, но меня отвлек телефонный звонок. Звонил Волк. Я уже обрадовался, подумав, что посещение господина Ямато в ресторан «Белый Тигр» отменяется — все-таки я тоже ощущал большой груз ответственности, который наложился на сам форум. Но Волк меня разочаровал.

— Помимо Ямато в «Белый Тигр» придут несколько политиков — представители каких-то министерств. Хотят обсудить ряд каких-то документов.

— Принято, — ответил я. — Будем ждать.

— Сначала ждите нас и службу безопасности этих важных гостей — будем осматривать помещения, — ответил Волк.

— Без проблем, — сказал я. — Тем более, что прятать нам нечего.

* * *

Призрак вышел на улицу, сел в фургон. Отогнал его за два квартала от «Белого Тигра», спрятал в подворотне. Потом вернулся. Напротив «Белого Тигра» располагалось офисное здание. Призрак снял там небольшую комнату. Но из-за того, что с него потребовали неприлично большую сумму, пришлось довольствоваться последним этажом и совсем уж крохотным помещением. Но ему больше и не нужно было.

Он поднялся на лифте на верхний этаж, вышел, перешел на лестницу. Поднялся еще выше, нашел нужную дверь. Открыл ее, зашел внутрь. Подошел к окну и глянул на ресторан, который расположился внизу. Потом достал из кармана небольшой пульт с двумя кнопками — зеленой и красной. Нажал на зеленую кнопку. оранжевая лампочка на пульте мигнула и загорелась. Отлично, сигнал пойман.

Призрак глянул на пульт. Палец его лег на красную кнопку. Одно нажатие — и ба-бах! Всего лишь одно нажатие.

Но нужна ждать.

Призрак сел на старое скрипучее кресло и принялся смотреть на «Белый Тигр», как наблюдает хищник из укрытия за своего добычей.

Глава 24

Третий день IT-форума «Цифровой мост-2024», 13 часов 05 минут.

Завтрака в последний день форума в «Белом Тигре» не было — таков был регламент. Гости с самого утра собрались в «Sky Tokyo Gallery», где до самого обеда подписывали итоговые меморандумы, соглашения и договора. Как сообщили новости, «Цифровой мост» в этом году оказался на удивление богатым на события — несколько крупных компаний подписали ряд важных соглашений о дальнейшем сотрудничестве, открыв новую страницу в развитии искусственного интеллекта.

Потом, когда завершающие речи были произнесены и сделаны общие фотографии, высокопоставленные гости отправились на обед, после которого предполагалась ознакомительная прогулка по Токио и отъезд всех в аэропорт.

Прозвенел звонок и Волк сообщил мне, что гости направились на кортеже в ресторан. Нужно встречать.

— А господин Ямато? — спросил я.

— Он тоже едет, но только с офиса.

Я видел, что остальной персонал ресторана нервничал — не часто к ним наведывался сам президент компании.

Первым в «Белый Тигр» прибыл Роджерс. Увидев меня, он горячо меня поприветствовал, и мы некоторое время обсуждали форум. Роджерс оказался в числе тех, кто заключил несколько выгодных договоров.

— В том числе и по моему роботу «Шефу», — улыбнулся он. — Наше кулинарное шоу оказалось самой удачной находкой форума, и теперь они хотят постоянно устраивать что-то подобное.

Я поздравил Роджерса. Потом начали подходить другие гости, и среди них я увидел много знакомых лиц. Только знакомство это происходило через телевизор — это были мировые лидеры и видные политики, о которых писали средства массовой информации. Однако, некоторые из них знали и меня, благодаря нашему кулинарному спору с Роджерсом. И многие одобрительно кивали, выражая свой интерес. Я провел для них небольшую экскурсию по ресторану, рассказал про японскую кухню.

Потом дверь «Белого Тигра» открылась и внутрь вошел Акутагава Ямато.

— Господа! — привлек я всех внимание. — Пожелать вам приятного аппетита и выразить свое уважение к гостям пришел президент корпорации «Спрут» господин Акутагава Ямато!

Ямато благодарно кивнул мне и обратился к гостям, которые одобрительно его приветствовали и выразили свое восхищение кухней ресторана и тем шоу, которое было устроено на форуме. Никто, кажется, не догадался, что это была чистая импровизация. Это восхищение привело Ямато в восторг, и всю свою речь он то и дело смотрел на меня и кивал, словно говоря спасибо.

— Уважаемые господа и дамы! — произнес он. — Я счастлив приветствовать вас в этом прекрасном месте, в ресторане «Белый Тигр», который является не только местом вкусной еды, но и символом современной Японии, ее стремления к совершенству и инновациям. Форум объединил множество людей и стран. Он стал площадкой для обсуждения множества научных и прорывных идей. Я уверен, что «Цифровой мост» станет плодотворным диалогом и поможет определить ключевые направления для дальнейшего развития цифрового мира. И пока вы готовы обсуждать перспективные технологии и проекты, не забудьте о самом главном — о вкусе жизни. И что может быть вкуснее, чем отличная еда в прекрасной атмосфере? Я желаю вам приятного аппетита и интересной дискуссии!

Гости принялись аплодировать. Несколько журналистов начали фотографировать господина Ямато, и тот заулыбался еще больше. Было видно, что выход в свет его оживил и взбодрил. Кто-то из гостей подошел к главе «Спрута» и обменялся любезностями, упомянув интересное шоу, на котором выступал я. Ямато тут же подозвал меня и представил гостю. Мы некоторое время обсуждали перспективы искусственного интеллекта в кулинарии. Потом вышел шеф-повар Жак Лелюш и пригласил гостей за стол. Гости потянулись в главный зал.

«А вот и время нанести ответный удар по Фукуде и Рен», — подумал я, увидев, что Ямато остался на некоторое время один.

— Господин Ямато, — обратился я к нему.

— Кенджи! — воскликнул тот и похлопал меня по плечу. — Я знал, что не ошибусь в тебе! С тех самых пор, как я лично пришел в «Красный фонарь» и предложил тебе работать в офисе я ни дня не жалею об этом. Ты отлично справляешься. И я уже думаю, чтобы дать тебе должность повыше.

Это новость приятно меня удивила.

— Но это ведь и в самом деле будет честно, — продолжил он. — Ты обычный офисный работник, а выполняешь дела уровня директора ресторана. Никого из офиса, кроме тебя, я тут что-то не вижу. Где начальник стратегии, где главный пиарщик? Их нет. Есть только ты.

— Спасибо большое, господин Ямато, за признание. Но я хотел бы вам кое-что показать. Вот.

— Что это? — спросил Ямато, глянув на документы.

— Господин Ямато, — совсем тихо произнес я. — Вам следует посмотреть это. Я понимаю, что это может вызвать некоторое недовольство с вашей стороны, но я считаю, что вы должны об этом знать первым. Я не специально копал кому-то яму, это выяснилось случайно. Когда я принимал дела «Белого Тигра» и обнаружил одну странность с закупом ножей. В общем, вам лучше сначала ознакомиться с документом. Потом, если будет необходимо, я постараюсь ответить на все ваши вопросы.

— Хорошо, — после паузы ответил тот. — Я гляну.

— Спасибо.

Мы распрощались, и Акутагава Ямато направился за стол, где его уже ждали высокие гости.

* * *

Я вернулся в зал, где гости уже вовсю ели. Наше меню им явно нравилось, и они живо обсуждали каждую закуску.

Но что-то не давало мне покоя, словно маленький камешек, заскочивший в ботинок и там мешающий ходьбе. Все это время, что я встречал гостей, разговаривал с ними, рассказывая про «Белый Тигр» и блюда, мысленно все пытался понять, что же меня так беспокоит. И едва кто-то из гостей произнес, что васаби в блюде подобно крепкому аккорду в рок-музыке, как меня осенило.

Брюс! Вот кто не давал мне покоя, точнее информация о том, что он заболел. Парень молодой, да, немного в лишнем весе, но ему ли болеть? В последний раз я видел его три дня назад, и он был полон сил, ни на что не жаловался. И когда успел заболеть? Погода тут нормальная стояла, вряд ли простудился. Тогда что?

И кто его вообще замешает?

Я подошел к Жаку, спросил:

— А кто сегодня приезжал вместо Брюса?

— Не знаю, — пожал тот плечами. — Говорю же, что не я встречал. Спросил у Дайтаро, он был на приемке продуктов.

Выгадав момент, я шмыгнул на кухню.

Повара я нашел у плиты — он жарил угря.

— Дайтаро, — обратился я к нему.

— Да, господин Мураками? — отрапортовал тот, вытянувшись по струнке.

— Ты сегодня принимал товар со склада?

— Так точно!

— А кто его привез?

— Я не запомнил его имени, — немного растерявшись, ответил парень. — Признаться честно, я не спросил его даже.

— Ты видел его раньше?

— Никак нет. Первый раз.

— А как он выглядел?

Парень задумался.

— Средних лет, в одежде доставщика. Сильно похудел.

— С чего ты это взял?

— Просто одежда была большеватой ему, мешком болталась. У меня у отца такая проблема была, когда он быстро вес сбросил — весь гардероб пришлось заменить.

— А ты уверен, что это вообще была его одежда?

Дайтаро не ответил, удивленно глянув на меня.

— Как он выглядел? Что говорил? Что делал? — принялся расспрашивать я.

— Парень, обычное лицо такое… — растеряно начал говорить Дайтаро, закрыв глаза и вспоминая. — Нагловатый. Но коробки помогал заносить.

— Сюда заходил? — уточнил я.

— Да, — кивнул парень.

— И что тут делал? Вспоминай, Дайтаро. Тщательно вспоминай!

Парень вновь закрыл глаза.

— Он первую коробку принес. Поставил. Потом вышел. Потом вторую взял. Я вышел как раз. Когда вернулся… А-а, вспомнил! Он возле посудомоечной машины стоял. Говорил, что тоже хочет себе такую. Я ему сказал, что это не выгодно. Она электричества много потребляет. Это и в самом деле так. Потом он ушел.

— Хорошо, — кивнул я, отпуская Дайтаро. — Иди, продолжай готовить.

Парень охотно вернулся к плите.

Итак, что все это значит? Пока ровным счетом ничего, но интуиция подсказывает, что не чисто тут все. Особенно если учесть, что это все произошло в момент функционирования форума.

Я набрал Волку.

— Нобору, у нас доставщик заболел, Брюсом кличут.

— Знаю такого, — ответил тот.

— А была ли какая-то информация о замене доставщика?

— Нет, — ответил Волк, немного покопавшись в бумагах. — Про замену информацию не высылали. Кенджи, что случилось?

— Пока ничего, — осторожно ответил я. — Просто пытаюсь все выяснить.

— Помощь нужна?

— Нет. Постараюсь сам справиться, — ответил я и положил трубку.

А потом направился к моющей машине. Что это незнакомец там интересного нашел?

Я принялся рассматривать машину. Обычная, стандартная… Постой. Я присмотрелся. Увидел на стене, к которой она была приставлена, небольшую полоску. Посудомоечную машину недавно двигали, поэтому она оставила на стене этот след — отпечаток от края поверхности.

Я осторожно отодвинул машину. Присмотрелся. И опешил. Увидел внутри какую-то сумку. Первой мыслью было — воровство. Кто-то из персонала тащит вещи с кухни, прячет на день здесь, а потом, вечером, когда идет домой, забирает свой тайник.

С этими мыслями я и вытащил рюкзак, готовый тут же собрать всех персонал и устроить очную ставку. Тяжелый. Поставил его на пол. Расстегнул замок, ожидая увидеть там или банки с икрой или пачки с пищевым золотом — а что еще ценного отсюда тащить?

Но внутри оказалось кое-что другое.

— Бомба… — только и смог вымолвить я, увидев сверток, перемотанный скотчем, из которого торчали взрыв-пакеты, от которых шли провода к блоку запуска.

* * *

Бомба… я некоторое время просто смотрел на пакет, опешив и не зная, что делать. Такого опыта у меня еще не было, и я понятия не имел, как поступить. Рвануть в зал и сообщить всем? Тогда начнется такая паника… Нет, нужно что-то другое.

Трясущимися руками я достал телефон, набрал Волку.

— Нобору, тут я кое-что нашел… — я огляделся. В кухне, кроме меня, были и другие люди, поэтому я стараясь не подавать виду поднялся, осторожно поднял рюкзак и унес его на склад.

— Кенджи, что там у тебя происходит? — не поняв мою заминку, спросил Волк.

— Нобору, я нашел бомбу.

— Что⁈ Ты сейчас так шутишь?

— Нобору, хотел бы я, чтобы это оказалось шуткой, но это не так. Кто-то пробрался в «Белый Тигр» и заложил бомбу. Видимо захватил Брюса, переоделся в его одежду и проник. Что мне делать? Начать эвакуацию людей?

— Нет! — почти закричал Волк. — В зале мировые политики. Ты представляешь, что сейчас начнется, если мы им сообщим об этом? Токио потом по всем новостям будет мелькать, и поверь мне, мыть кости будут так, как никогда не мыли.

— Что же тогда делать?

— Опиши мне бомбу. Как она выглядит?

— Она лежит в черном рюкзаке, я загляну внутрь…

— Только очень осторожно, Кенджи! Руками ничего не трогай!

— Хорошо, — я заглянул внутрь. — Вижу квадратный предмет, размерами с коробку из-под обуви. Он весь перемотан серым широким скотчем. С боку выходят четыре провода. Они подходят к коробке поменьше. Она тоже перемотана скотчем, но видна микросхема и несколько пальчиковых батареек. Еще тут есть что-то вроде антенны.

— Черт! — выругался Волк.

— Что это значит?

— Это значит, что запускается она не по таймеру, а от пульта. Значит тот, кто ее подкинул, сидит где-то рядом, может быть, в соседнем здании и ждет, когда нажать на кнопку. Поэтому тем более нельзя делать эвакуацию. Едва он увидит, что люди выходят в панике из здания, как тут же активирует ее.

Я почувствовал, как по спине пробежался холодок. Я вдруг осознал, что в любом момент, в который вздумается создателю этой штуковины нажать на пуск, тут все взлетит на воздух.

— Нобору, какие будут мысли? — спросил я. Предложил: — Вызвать полицию?

И тут же понял, к чему это приведет.

— Сирена спровоцирует взрыв. Бандит нажмет на кнопку, едва поймет, что мы обнаружили бомбу. Нужно как-то незаметно вывести людей из здания. И так, чтобы они не поняли истинной причины эвакуации. По возможности, чтобы вообще не поняли, что это эвакуация.

— Нобору, ты же понимаешь, что это просто нереально?

— Понимаю, — прохрипел Волк. — Но давай думать. Ты же ведь спец по всем этим шоу. Может быть, обратно отправим всех на форум? Выведем людей через черный вход…

— Нет, — ответил я. — У меня есть идея получше.

— Какая?

— Мы отправим их в «Золотой Дракон». Скажем, что это часть общей программы. Нобору, организуй подачу машин всех гостей к черному входу, но так, чтобы это было не заметно. А я переговорю с «Золотым Драконом» и самим гостями.

— Хорошо. Будь осторожен.

Я набрал Ичиро и сказал, чтобы тот соединил меня с шеф-поваром «Золотого Дракона».

— Сузуму слушает, — ответил бодрый голос.

— Сузуму, это Кенджи Мураками.

— Господин Мураками! — воскликнул повар, явно удивленный таким звонком.

— Сузуму, слушай внимательно. У нас тут небольшой форс-мажор случился в «Белом Тигре».

— Что такое?

— Еду пересолили, — первое, что взбрело в голову, ответил я. — Исправлять ситуацию некогда. Гости хотят есть. Поэтому решено переправить их всех в твой ресторан.

— Что⁈ — воскликнул Сузуму.

— Сможешь принять? У тебя все готово?

— Принять конечно смогу, но…

— Вот и хорошо. Готовь прямо сейчас все, что есть в меню. Накрывай столы, белые скатерти, новая посуда. В общем, все как положено. Через десять минут гости будут у тебя. Справишься?

— Справлюсь! — выпалил Сузуму.

— Хорошо. Спасибо, что выручил.

Я положил трубку. Потом сделал глубокий вдох и вышел из кладовки. Теперь самое сложно.

* * *

Я подошел к Жаку, спросил:

— Сколько блюд подали?

— Пока только два.

— Хорошо, больше не подаем.

— Почему?

— Гости перемещаются в другой ресторан.

— Почему? — обеспокоенно спросил Жак. — Им не понравилась наша еда?

— Понравилась. Но таковы обстоятельства.

Увидев мой крайне хмурый взгляд, Жак кивнул, и спорить не стал.

— Как же им тогда сказать… — растеряно спросил он.

— Я сам, — ответил я и вышел к гостям в зал.

На меня все тут же обратили взгляды, начали хвалить

— Друзья! — обратился я ко всем, нарисовав на своем лице как можно шире улыбку. — Я счастлив видеть вас всех здесь, в «Белом Тигре»! Уверен, что вы уже попробовали прекрасные блюда, которые приготовили наши мастера. Но я хочу поделиться с вами еще одним удивительным опытом, который нельзя пропустить, побывав в Японии.

Все заинтересовано глянул на меня. Особенно господин Ямато.

— В Японии есть прекрасная традиция, которая называется «унаги-но-кабаяки», — Ямато аж поперхнулся, услышав это. Но тут важно было быть невозмутимым, даже говоря такую чушь, что я сейчас плел. — Она означает «посещение родственников», и это не просто формальный визит, а возможность поделиться радостью с близкими и попробовать что-то новое.

— Отличная традиция! — воскликнул кто-то из гостей.

— И сейчас я хочу сделать вам небольшой сюрприз. Я приглашаю вас всех посетить еще один удивительный ресторан, который находится в самом сердце Токио, — «Золотой Дракон»! Это не просто место, где можно поесть, это истинное чудо кулинарного искусства. Там вас ждут прекрасные традиционные блюда японской кухни, которые удивительно сочетаются с современными технологиями. Думаю, посещение «Белого Тигра» в течение всего времени форума вам несколько надоело. Поэтому я хотел бы немного оживит обстановку, параллельно показав вам традиции гостеприимства Японии. И именно «Золотой Дракон» — это тот самый сюрприз, который я хотел вам подарить. Не пропустите возможность познакомиться с истинным вкусом Японии и ощутить тепло японской культуры. Я уверен, что вы будете в восторге!

Гости зааплодировали. Такая презентация им очень понравилась, и мысль посетить еще один ресторан пришлась явно по душе. Они начали вставать, собираться, попутно обсуждая этот самый выдуманный «унаги-но-кабаяки», при котором все ходят друг другу в гости.

— Кенджи, что все это значит? — шепотом спросил Ямато. Он был зол.

— Господин Ямато, так нужно, — тихо ответил я. — Обстоятельства крайне важные. И серьезные.

Глава «Спрута» пристально глянул на меня, словно определяя насколько серьезна проблема. И все прочитав в моих глазах, Ямато кивнул.

— Хорошо. Я помогу. Но потом потрудись рассказать мне все. Иначе…

Он не договорил, но я понял, что ждет меня.

— Господин Ямато, я все обязательно расскажу. Если конечно в живых еще будут. В противном случае спросите у Волка, то есть у господина Нобору.

Ямато вытянулся в лице, но ничего не сказал. Вместо этого он вышел вперед, начал рассказывать гостям об этой японской традиции, про которую я придумал буквально минуту назад.

Вскоре все гости ушли, и я облегченно выдохнул.

— Кенджи, что произошло? — подошел ко мне Жак.

— Ситуация красного уровня, — ответил я. — И нам нужно ее решить прямо сейчас.

Жак вопросительно глянул на меня, а я двинул в сторону склада, где находилась бомба, готовая в любую секунду взорваться.

Глава 25

Третий день IT-форума «Цифровой мост-2024», 13 часов 05 минут.

Солнечный свет пробивался сквозь высокие здания Токио, окрашивая улицы в яркие тона. С высокого этажа здания напротив «Белого Тигра» Призрак наблюдал за рестораном, который сиял в солнечных лучах, словно огромный драгоценный камень.

В его руках был пульт управления бомбой, которую он заложил в «Белый Тигр» несколько часов назад. Его пальцы были холодными и влажными, словно он держал не пульт, а змею, готовую укусить. Он ждал.

Время словно остановилось.

Призрак смотрел на ресторан, в котором собирались богатые и влиятельные люди, чьи имена были известны всем. Они не задумывались о том, что их жизнь может оборваться в любой момент. Призрак видел, как официанты в белых фартуках носят подносы с едой, как гости весело общаются за столами, как звучит живая музыка. Эта идиллическая картина лишь усиливала его чувство удовлетворения от того, что он уже сделал.

Он представлял, как мощный взрыв разорвет небо над Токио. Как огненное облако поглотит «Белый Тигр», уничтожив все внутри и отразившись на блестящих стенах огромных зданий.

Он улыбнулся в темной комнате, предвкушая то, что произойдет в ближайшие минуты.

Он посмотрел на часы. Времени оставалось все меньше.

* * *

Возвращаясь на склад, я по пути позвал Жака и сказал, чтобы он и его официанты делали вид, что обслуживают клиентов, чаще мелькали перед окнами с подносами. Потом набрал номер Волка. Тот ответил сразу.

— Кенджи, маршрут согласован, гости выехали.

— Спасибо, — ответил я и на душе немного полегчало. Важных гостей вывели, а это уже полдела.

— Но в ресторане еще остались вы, — продолжил Волк. — Обслуживающий персонал, шеф-повар и ты.

— Мы не можем уйти, — ответил я. — Если враг и в самом деле наблюдает за нами со стороны, то он увидит отсутствие людей и заподозрит неладное. Поэтому официанты создают вид, что в «Белом Тигре» полно посетителей.

— Кенджи, что ты задумал? — спросил Волк.

— Есть одна идея.

— Какая?

— Подожди. Я перезвоню.

На ум пришла одна мысль. Волк сказал, что бомба работает от пульта. То есть улавливает сигналы со стороны. Что-то вроде сотового телефона. Но это можно отсечь — ведь сотовый телефон тоже не везде ловит связь.

— Жак! — позвал я шеф-повара. — У нас есть какие-нибудь медные кастрюли?

— Есть медные тазы, — ответил тот и меня вдруг начал раздирать смех.

— Медные тазы? Неси! Пусть все накроется медным тазом! — истеричный смех так и лез из меня, и мне пришлось на некоторое время остановиться и просмеяться, чтобы прийти в себя. Но стало легче. Сказывались нервы, которые были натянуты как струны.

Жак, окончательно растерявшись, молча принес два таза. Они и в самом деле оказались медными, а еще достаточно большими, что было мне только на руку.

— Такие пойдут? — спросил Жак.

— То, что надо, — кивнул я, вытирая навернувшиеся слезы.

Чтобы отрезать возможность врагу подать сигнал с пульта на бомбу нужно экранировать ее. И для этого есть один способ.

Раздался телефонный звонок. Волк.

— Кенджи, что ты задумал?

— Нобору, ты когда-нибудь слышал о клетке Фарадея?

— Ты что, хочешь блокировать электромагнитные поля⁈ Создать защитный экран?

— А почему бы и нет? У меня тут есть два медных толстостенных таза. Если накрыть ими бомбу, то сигнал точно не пройдет. Это будет отличная клетка Фарадея, не дадим этому гаду отправить сигнал и взорвать тут все. Так мы сможем спокойно дождаться саперов…

— Кенджи, ты не понимаешь! — почти закричал Волк.

— Не понимаю чего?

— Мы не знаем принцип работы бомбы. Может быть, там есть система самозапуска. Едва сигнал перестанет проходить, как запуститься обратный отсчет.

— Тогда нужно выяснить какая там система. Нобору, ты что-нибудь понимаешь в бомбах?

— Понимаю, но я тут, а ты в ресторане.

— Не страшно. Я расскажу тебе все и опишу. А ты скажешь, как быть дальше. И мы ее отключим.

— Кенджи, ты сошел с ума!

— Нобору, у нас нет другого выбора. Если этого не сделать прямо сейчас, то враг догадается, что что-то пошло не по его плану и тогда… В общем, нужно спешить.

— Хорошо, — после паузы ответил Волк. — Но боюсь, тебе придется нелегко. Ты сам сказал, что главный корпус весь перемотан скотчем. Его нужно будет аккуратно вскрыть, чтобы посмотреть схему внутри. Тогда только можно точно сказать какой там принцип запуска и как обезвредить бомбу. К тому же тебе придется делать это все прикрыв бомбу медным тазом — это будет безопасно. Думаю, экран будет все же не лишним. Кенджи, это будет словно хирургическая операция!

— Операция? — оживился я, и мне вдруг стало легко и спокойно. — Это то, что я умею!

* * *

Призрак не отрывал взгляда от «Белого Тигра», сияющего в солнечных лучах. С верхнего этажа ему было плохо видно, что происходит внутри. Но он видел суетящихся официантов. Вроде все в порядке. Но вместо успокоения, которое должно было быть, теперь в его душе закрадывалось неясное сомнение. Он не мог понять его причину, оно было как туман, который постепенно окутывал его мысли.

— Что не так? — прошептал он себе, чувствуя, как холод пробирает до костей.

Интуиция говорила ему, что что-то не так. Что-то не совпадает с его планом.

Он пытался успокоить себя, сказать себе, что все проходит согласно плану. Что он сделал все правильно.

Но сомнение не уходило. Оно укоренялось в его душе, как сорняк, который невозможно вырвать.

И это было страшнее всего.

Он вновь глянул на время. Нет, еще слишком рано. Хоть времени и оставалось все меньше, однако оно еще не наступило. В его душе возникло неприятное чувство ожидания. Назад дороги нет. Он уже зашел слишком далеко. Нужно доделать все до конца.

Палец лег на кнопку активации.

* * *

Я глянул на перевернутый таз, под которым пряталась бомба. Конечно, выглядит глупо, но… А что, если и в самом деле представить это все в виде операции? Ведь это моя стихия. Так и спокойней будет и уверенность сразу в руках появится. Да я уже ощущаю адреналин, который зовет к делу!

— Жак! — подозвал я шеф-повара. — Принеси длинный острый нож. Пару прихваток. И вилку.

На языке у него вертелся логичный вопрос, зачем мне это все, но увидев перевернутый таз посреди склада и мой полный напряжения взгляд, не стал ничего спрашивать и ушел. Через пять минут Жак все принес на подносе, заботливо прикрыв это салфеткой. И вправду как в операционной! Я почувствовал легкое возбуждение, которое давно не испытывал. Перед операцией всегда так.

Итак, будем считать, что это и в самом деле хирургическая операция. Не сложная. К примеру, аппендэктомия, или по простому, удаление аппендицита.

— В данном случае, — пробормотал я, глядя на тазик. — Малоинвазивным лапароскопическим методом.

Сделав глубокий вдох, я взял нож, сел на колени и придвинулся к бомбе. В голове тут же начали мелькать воспоминания лекций и практика. Я ощутил невероятную сосредоточенность и холодок под сердцем — верный признак того, что волнение ушло и я в полном порядке.

Лапароскопическая аппендэктомия — это оперативное вмешательство, которое выполняется через небольшие разрезы, обычно около сантиметра каждый. Существуют три основных метода лапароскопии аппендицита, отличающихся количеством и расположением точек доступа. В данном случае применима однопортовая лапароскопия, то есть операция через один единственный доступ, обычно расположенный в области пупка.

Я осторожно приоткрыл таз, буквальна на один сантиметр. Возможно, даже такая щель может пропустить сигнал, поэтому нужно провести все оперативно и с минимальным открытием пространства.

— Рассечение мягких тканей, апоневроза и мышц, — одними губами прошептал я. Так мне было проще и наводило на нужную атмосферу и давало настрой.

В образовавшейся щели показался край рюкзака. Его тоже нужно вскрыть, чтобы добраться до бомбы. Я просунул в щель длинный нож.

— Апоневроз разрезаем ножницами Купера, — буркнул я, заводя внутрь щипцы, поддерживая ими край рюкзака и рассекая ткань. — Края мышц разводит крючками по ходу волокон.

Развел ткань осторожно в разные стороны с помощью столовой вилки. Показалась сама бомба, перемотанная широким скотчем.

— А вот и фасция, — произнес я, заводя нож чуть дальше. — Все как по учебнику!

Кончик коснулся скотча. Повезло, он был примотан не вплотную к телу самой бомбы, и была возможность для маневра. Я осторожно провел лезвием по скотчу, разрезая его. Показались микросхемы и какие-то провода и баллоны. Я ухватил край скотча и оттянул вниз, сильнее обнажая нутро бомбы. Нужно было двигаться максимально осторожно, но я в себе был уверен. Показались выключатель, затворный механизм, какие-то кнопки.

— А вот теперь пора звонить ассистенту!

Я набрал номер Волка. Он взял трубку с первого же гудка.

— Ну? Что там? — нетерпеливо спросил он.

— Я переведу телефон на общую громкость, чтобы руки были свободны, — произнес я. — Так меня слышно?

— Слышно. Кенджи, ты открыл?

— Вскрыл, — поправил я его.

— Опиши, что видишь.

Я принялся довольно тщательно описывать все провода, механизмы и микросхемы. Волк слушал молча и внимательно. Потом произнес:

— Кажется, повезло. Механизма самозапуска нет. Поэтому держи таз над бомбой как можно плотней.

— Уже, — ответил я. — Вскрыл через маленькую щелку.

— Хорошо.

— Нобору, как отключить этот механизм?

— Кенджи, боюсь, это будет не так легко, — после паузы ответил волк.

— Что ты имеешь ввиду?

— Тот, кто делал эту бомбу — профессионал. Он вывел второстепенные элементы наружу, а механизм активации и деактивации спрятал внутри.

— Я вскрою, — тут же произнес я.

— Это опасно!

— Просто скажи, что именно вскрывать — и я это сделаю.

— Кенджи…

— Нобору, просто скажи, — перебил его я. Мой тон был уверенным и Волк не стал возражать, сказал:

— Хорошо. Я скажу, что надо делать. Только сначала скинь мне фото это штуковины, чтобы я точно видел все ее элементы.

— Сейчас, — я сделал фотографию, скинул по мессенджеру Волку.

— Получил, — ответил тот и на некоторое время замолчал.

Я уже подумал самое плохое, но Волк вновь подал голос.

— Кенджи, найди в механизме небольшую микросхему, она сверху, под пружиной. Увидел?

— Да.

— Пружину нужно открутить, там есть болтик. Потом открутить микросхему. Но будь осторожен, к ней подведен провод. Увидел его? Черный такой.

— Увидел.

— Вот его не трогай. Под микросхемой должно быть то, что нам нужно.

— Понял. Начинаю операцию.

Пружину открутить оказалось легко. Я подцепить болт острием ножа и отвинтил его. А вот с микросхемой пришлось повозиться. Помня про провод, который так и норовил попасть под лезвие, я потратил несколько напряженных минут на то, чтобы отодвинуть микросхему в сторону.

— Есть. Нобору, сейчас скину фото, чтобы ты видел, что тут получилось. На вид какие-то провода. Около двух десятков.

Я сфотал, скинул снимок Волку.

— Так… — задумчиво протянул тот. — Действовал и в самом деле профессионал. Много обводных проводов и линий. Нужно больше информации. Не вижу, куда подходят линии.

— Давай я вскрою скотч чуть больше?

— Кенджи, это опасно!

— Я смогу.

Я вновь просунул в щель нож, рассек закрывающий вид пластик и чуть оттянул вниз. Легко и просто. Такие штуки я делал в операционной бессчетное количество раз.

Потом сделал несколько снимков и отправил Волку.

— Ты сумасшедший, Кенджи! — ответил тот, получив фото. — Ладно, видишь там сверху красный проводок? Он как раз подходит к питанию и отсекает всю защиту. Режь его.

— Уверен?

— Уверен, — ответил Волк.

Я подлез к проводу ближе, мысленно выругавшись, что у меня нет хирургического пинцета. С ним дело было бы гораздо удобнее и быстрее. Но приходилось довольствовать тем, что имелось. Я осторожно подцепил от общей пряди нужный провод, отвел его в сторону. И кончиком ножа отсек.

— Отсечение аппендикса, обработка культи и последующая санация брюшной полости! — произнес я, довольный результатом.

— Что? — не понял Волк, продолжая оставаться на связи.

— Не обращай внимания, — улыбнувшись, ответил я. И вдруг, отведя взгляд в сторону, увидел загоревшийся крохотный экран. — А это еще что такое?

— Что там? — настороженно спросил волк. — Кенджи, что там?

— Тут появился красный экран, на нем… цифры… отсчет времени назад… Шестьдесят секунд… пятьдесят девять… пятьдесят восемь…

— Черт! — выругался Нобору. — Все-таки был спрятан механизм самоуничтожения в случае вмешательства извне.

— Это что значит? — спросил я, хотя и сам понимал, что это значит.

— Ничего хорошего. Бомба сейчас взорвется!

— Нобору, что мне делать?

— Убегать! Кенджи, ты слышишь? Убегай и выводи всех из здания! Как можно дальше.

— Я уже не успею, — ледяным тоном ответил я. — Слишком мало времени. Нобору, предложи другой план. Я могу как-то это остановить?

— Кенджи! — Волк буквально взвизгнул.

— Нобору! Хватит эмоций! Возьми себя в руки! — прорычал я. — Сделай глубокий вдох. Соберись. И скажи, какой провод мне перерезать? Должен быть другой способ.

Волк молчал. В динамик было слышно, как он шумно и глубоко дышит, пытаясь собраться с мыслями. А таймер неумолимо показывал утекающее время: 50… 49… 48… 47…

— Нобору?

— Да, Кенджи, я тут. Собрался. Так. Кенджи, посмотри, там должен быть провод, который идет от микросхемы… на ней должно быть два конденсатора — черные такие кругляши.

— Не вижу. Их нет.

— Должны быть! — Не справившись с эмоциями, закричал Волк. — Посмотри внимательней!

Я принялся искать, но взгляд упорно, то и дело отвлекался на цифры: 31… 30… 29… 28…

— Кажется, что-то похожее вижу.

— Так. Нужно аккуратно отделить один из конденсаторов. Он должен быть большой по размеру.

— Отделить? — пробурчал я, понимая, что эти штуковины припаяны и это будет не так то просто.

Но выбора нет. Я рискнул, поднял таз чуть выше и просунул руку глубже. Потом подцепил кончиком ножа конденсатор, попытался его оторвать. Но это оказалось не так-то просто. Засунув в щель лезвие, я провернул нож, и конденсатор щелкнул, отскочив от микросхемы, словно блоха.

Взгляд вновь упал на таймер: 22… 21… 20…

— Нобору, отделил! Что дальше?

— Провод, — ответил тот. И замолчал.

— Нобору? Что дальше?

— Нужно провод перерезать.

— Какой?

— Я пытаюсь найти. Сейчас.

— Времени нет!

— Кенджи, подожди, фотографию смотрю.

— Черт! Нобору, какой теперь провод резать? — спросил я, чувствуя, как по лбу скатилась крупная капля холодного пота.

В операционной ее бы промокнула ассистент, но тут помощников не было и приходилось терпеть неудобства.

— Подожди, я пытаюсь понять, — с нервозностью в голосе сказал тот.

— Понимай побыстрее, пожалуйста! — сказал я, глядя на цифры: 11… 10… 9… 8…

— Кенджи, зеленый! Видишь? Толстый такой зеленый провод! Справа. Он идет к нужной схеме! Блок ты убрал, теперь все в порядке, режь его!

— Уверен? — спросил я, подводя нож под зеленый провод.

6… 5… 4… 3…

— Да! Режь!

— Режу!

2… 1… 0…

Провод отскочил в сторону.

— Кенджи?.. — спросил Волк после паузы. — Ты еще на связи? Жив? Бомба не взорвалась?

— Пока не взорвалась, — ответил я, открыв глаза. Все было на месте — и ресторан, и я, и медный тазик с бомбой внутри. Не взорвалась.

— Надеюсь, у этого безумного конструктора, который собрал этот адский механизм, больше нет для нас сюрпризов! — произнес Волк, выдохнув.

— Я тоже на это надеюсь, — сказал я, глядя на бомбу. — Очень сильно на это надеюсь.

* * *

«Пора, — это пришло вдруг внезапно и сразу. — Время пришло. Пора».

Призрак ощутил прилив адреналина. Он прильнул к окну. Поднял над головой пульт. Улыбнулся так, что если бы его сейчас кто-то увидел, то испугался, подумав, что и в самом деле увидел призрака.

— Пора, — прошептал Призрак.

И нажал на кнопку взрывателя.

Глава 26

Третий день IT-форума «Цифровой мост-2024», 13 часов 27 минут.

Взрыв… его нет. Призрак прильнул к окну и присмотрелся — не обманывают ли его глаза? Нет, не обманывают. Взрыв и в самом деле не произошел. Но почему? Что-то неправильно собрал? Нет, исключено. Он сделал все правильно. Не прошел сигнал? Призрак нажал вновь на кнопку. И еще раз. И еще. Такой же результат — ничего. Ни взрыва, ни дыма, ни дрожи земли. Лишь тишина и солнечный свет, проникающий сквозь окна высокого здания. Почему?

— Что произошло? — прошептал он, отказываясь верить своим ушам и глазам.

Он проверил пульт, еще раз нажав на кнопку. Ничего. Он попытался перезагрузить пульт, но и это не помогло.

— Бомба не взорвалась! — прорычал он, чувствуя, как гнев охватывает его огненным кольцом и начинает душить.

Он отбросил пульт в сторону. Он был бесполезен.

Призрак вновь принялся пристально рассматривать «Белый Тигр». И что-то показалось ему неестественным. Официанты… Слишком уж они показательно и дисциплинированно они мельтешили в окне, причем с таким точным промежутком времени, словно роботы. И бутылка воды на подносе у них была одна и та же.

Призрак вдруг понял — бомбу обнаружили!

Он сжал кулаки. Он был в бешенстве. Кто посмел нарушить его план? Он за это сильно поплатиться!

Призрак вышел из комнаты и направился к лифту, намереваясь встретиться лицом к лицу с тем, кто рискнул перейти ему дорогу.

* * *

— Нобору, она не взорвалась, — произнес я, делая глубокий вдох — от напряжения и нервов я забыл даже дышать.

— Ты бы хотел другого исхода? — сухо спросил Волк. — Кенджи, тебе и в самом деле благоволит удача. Ты обезвредил бомбу с помощью телефона, вилки и ножа!

— Твоя помощь тоже была неоценимой.

— Ладно, Кенджи, шутки в сторону. Надо уходить. Пока есть время, — произнес Волк. — Выводи людей из здания. Отключить бомбу получилось, но все равно нужно освободить место для саперов.

Я подскочил на ноги. Волк был прав, нужно уносить ноги и дать дорогу профессионалам. Взрыв удалось предотвратить, но бомба по-прежнему представляет угрозу. Я подошел к Жаку, объяснил ему, что нужно уходить через черный выход из ресторана. Тот понял меня с полуслова и принялся эвакуировать персонал. Я же остался следить за бомбой до приезда саперов — не хотелось, чтобы кто-то ничего не ведающий человек зашел перекусить в «Белый Тигр» и наткнулся на бомбу. Волк был против, но я настаивал на своем.

— Саперы прибудут через семь минут, — сказал он.

— Хорошо, — ответил я. — Буду ждать их приезда.

Я немного расслабился, почувствовал, как нервы, до этого натянутые до предела, начало отпускать. Только теперь вдруг я осознал, что произошло. Кто-то заложил в «Белый Тигр» бомбу! Настоящую, мать его, бомбу, которая может разнести тут все в мелкую пыль! И разнесла бы, унеся с собой на тот свет мировых политиков, бизнесменов и президента корпорации «Спрут» Акутагаву Ямато в придачу. Про нас уже и говорить не приходится. Но этого не произошло. Тут я был согласен с Волком — помогла удача, потому, что один я бы эту штуковину точно бы не обезвредил.

Но расслабляться было рано.

* * *

Призрак спустился на лифте вниз, как будто в преисподнюю. Лицо его было бледным, словно отражая холод стальных стен лифта. В глазах горел огненный блеск, который отражал не только солнечный свет, пробивающийся сквозь окна здания, но и неугасимую злость. Призрак был как вулкан, готов извергнуть из себя огненную лаву.

Он вышел из лифта на улицу. Город был оживлен, полон шума и движения. Но Призрак не обращал внимания на прохожих, на машины, на звуки города. Он был сосредоточен на своей цели — «Белом Тигре». И на том, кто запорол его дело. Никогда еще Призрак не проваливал дела. А теперь… Нет, он просто так этого не оставит.

В его душе бурлила ненависть. Он был уверен, что он уничтожит «Белый Тигр» как сотни других целей, которые ему заказывали, но его план провалился. Кто-то мешал ему. Кто-то нарушил его правила. Кто-то, кому осталось совсем мало времени.

Он не мог простить это. Он не мог забыть это. Он должен был наказать того, кто это сделал.

Его гнев был как огненный пожар, который не мог потушить ни вода, ни песок. Он был готов на все, чтобы отомстить.

Он был готов убить.

Он шел к «Белому Тигру», чувствуя, как кровь стучит в его висках. Он не замечал ничего вокруг. Он видел только свою цель.

Он шел к тому, кто мешал ему.

Он шел к тому, кто нарушил его план.

Он шел к тому, кто должен умереть.

* * *

— Это ты? — произнес вдруг незнакомый голос, заставляя меня вздрогнуть и резко оглянулся.

В ресторан зашел посетитель.

— «Белый Тигр» закрыт, — поспешно сказал я. — Сегодня не принимаем.

— Это ты? — повторил гость свой вопрос с какой-то жуткой интонацией — будто внутри него прорывался зверь. — Это ты обезвредил бомбу?

Я насторожился, спросил:

— Кто вы?

На сапера гость не походил, да и Волк сказал, что они должны приехать только через семь минут. Тогда кто этот незнакомец?

Догадка обожгла разум.

— Зачем вы ее сюда принесли? — спросил я у него. И только сейчас обратил внимание на его серый костюм — ведь точно такой же есть и доставщика Брюса.

— Для тебя это уже не имеет значения, — ответил тот, направившись ко мне. — Потому что ты за все ответишь. И умрешь.

Я понял, что стычки не избежать, и потому атаковал первым — так было правильнее всего. Противник ловко уклонился от моего выпада. И контратаковал. Крепкий удар пришелся мне прямо под ребро, заставив скрючиться от боли. Силен, ничего не скажешь.

Противник выглядел злым и опасным. Его лицо было бледным, а глаза горели ненавистью. Он держал в руках короткий нож, который блестел в солнечных лучах. Оружие он принес с собой и вытащил сейчас, чтобы прирезать меня.

— Ты все испортил, — прошипел противник, сжимая кулаки. — За это и поплатишься!

— Это мы еще посмотрим, кто поплатиться, — ответил я. — На кого ты работаешь? И кто приказал тебе заложить здесь бомбу?

Гость, конечно же, не ответил.

Вместо этого он бросился на меня с криком. Я отскочил в сторону, избегая удара. Лезвие ножа просвистело у самого виска. Только чудо помогло мне не напороться на оружие.

Я встал в боевую стойку. Кажется, придется вспомнить студенческие годы и окраины родного города, где часто приходилось отстаивать свое право на существование.

Я выждал очередную атаку противника и, поймав его руку на пролете, сделал подсечку. Враг растелился на полу. Нож отлетел в сторону. Противник явно не ожидал такого и несколько секунду просто удивленно смотрел на меня. А потом словно ужаленный подскочил. И с новой силой и ярость рванул на меня. Рывок был такой стремительный, что я не успел отреагировать.

Удар пришелся прямо в челюсть, и я поплыл. Стараясь не расстелиться на полу и не потерять сознание, я отскочил в сторону. Тряхнул головой. И тут же получил еще один удар, на этот раз коленом в живот. Противник обрушил на меня целый град ударов, и мне пришлось сгруппироваться и уйти в глухую оборону.

Когда первый запал противника иссяк, я ушел ему под руку, оказавшись за его спиной. И тут же обрушил на его затылок крепкий удар локтем.

Враг охнул и упал. Я прыгнул на него и начал бить — по голове, по спине, по бокам. Сейчас уже было не до честности. Нужно задержать этого взрывателя до приезда полиции.

Но противник даже и не думал сдаваться. Вместо этого увидев невдалеке валяющийся нож, он потянулся к нему. И даже град ударов не смог его остановить. Каким-то невероятным чудом он перевернулся, сбросил меня и схватил нож. А потом, рычащий, похожий теперь уже на дикого зверя, рванул на меня.

Вновь засвистело лезвие ножа перед самым моим лицом. Я начал отступать, но стена остановила меня.

— Вот ты и попался! — ликующе прохрипел противник, вытирая кровь с рассеченной губы.

Опыта хирурга у меня было много. А вот санитара в психиатрической больнице — совсем никакого. А эти парни могут вязать таких буйных, каких и в кино не показывают. Знал я одного детину санитара по кличке Рельс, так он на спор четверых буйных в смирительную за минуту упаковывал. Хотелось бы мне сейчас его ловкость и силу.

Но приемник, который он использовал, я запомнил. И решил рискнуть и применить его.

— Полицейские! — выкрикнул я, отведя в сторону взгляд.

Это действует всегда. Если ты не ожидаешь этого, то непременно попадешься. Вот и противник попался, невольно оглянувшись. И тут же получил мощный хук в висок. Я вложил в удар всю силу, какую только мог и это помогло. Противник обмяк и тут же упал на пол. Нож вновь дзынькнул.

На этот раз я сначала схватил оружие, потом направился к противнику.

— Вот ты и допрыгался! — сказал я, стаскивая со стола скатерть и делая из нее подобие веревки.

Связав за спиной руки бандиту, я принялся за ноги. И когда противник был уже весь перевязан в белой скатерти, словно угодил в паутину, он очнулся.

— Что… какого… — промямлил он, едва соображая, что произошло. И только когда до него дошло, что случилось, он принялся дергаться и пытаться вырваться. Тщетно. Связал я его на совесть — Рельс позавидовал бы.

— Развяжи меня! Немедленно! — прорычал он в бессилии.

И тут же сменил тот.

— Послушай, парень. Давай договоримся? У меня есть деньги. Я тебе их отдам. Много денег. А ты просто развяжешь меня. И мы друг друга не видели. Как тебе такое условие?

— Как тебя зовут? — спросил я.

— У меня нет имени, — просипел тот.

— Как это — нет⁈ — удивился я. — У всех есть имена.

— У меня их несколько десятков — все вымышленные, чтобы не оставлять следов. Призрак. Меня знают как Призрака.

— Призрак?

— Кличка такая. Я привык.

— Это потому что невидимый и неуловимый? — улыбнулся я. — Ну теперь тебе нужно искать другую кличку, соответствующую тебе. Как тебе такая — Медный Таз?

Тот недоуменно глянул на меня, а меня пробрало на смех.

— Слушай, называй, как вздумается, только давай договоримся? Отпусти меня. Я тебя не трону. Разойдемся как будто и не видели друг друга.

— Кто тебя нанял?

— Я скажу! Скажу фамилию, только развяжи!

— Я что, на дурака похож? — буркнул я. — Нет, со мной такие игры не пройдут. Слышишь? Сирены вдали. Они совсем скоро будут здесь. Ну так что, скажешь кто тебя нанял?

— Ты же понимаешь, что я после этого не жилец? — прошипел тот.

— Как знаешь, — равнодушно пожал я плечами. — Все равно в полиции тебя разговорят.

— Хорошо-хорошо! — прорычал бандит, сдавшись. — Скажу.

И тяжело вздохнув, сказал:

— Я не знаю его фамилии. Он вышел на меня через посредника.

— Кто был целью? — спросил я. — Кто-то из политиков? Кто-то из миллиардеров-бизнесменов? Или… Акутагава Ямато?

— Я этого тоже не знаю. Мне этого не говорят. Был заказ именно на взрыв ресторана. Не убийство человека, не похищение. А именно взрыв. Человек, сделавший заказ, важная шишка — потому что я получил задание от верховного связного Черного. Черный работает только с действительно важными людьми, у которых есть связи деньги. Послушай, парень. Я рассказал тебе все, что знал. А теперь развяжи меня. Мы же договаривались!

— Мы с тобой ни о чем не договаривались! — ответил я. — Я лишь сказал тебе рассказать, кто тебя нанял, ничего не обещая взамен.

— Ты труп! Слышишь? Ты труп! — закричал бандит, заглушая полицейские сирены, которые были уже за дверьми «Белого Тигра». — Ты труп! Я сбегу из тюрьмы собственными руками тебя придушу!

Я уже не слушал его. Я встал и направился к выходу, открывая двери полицейским и саперам, первым сообщая, где находится преступник, вторым — где лежит бомба. Следом за полицейскими пришел и Волк. Увидев меня, он подскочил ко мне, принялся осматривать.

— Ты как, не ранен? У тебя кровь!

— Это не моя.

— А чья⁈ — удивленно глянул на меня Волк.

— Моих врагов.

От такого ответа Волк немного опешил. В его глазах на мгновение проскользнул страх, он вдруг понял, что со мной шутки плохи.

— Как там гости? — спросил я.

— Всех отвезли в «Золотой Дракон». Никто даже ничего не понял. Все подумали, что так и задумано. В «Золотом Драконе» тоже хорошо встретили, закуски, блюда — все как положено. Шеф-повар ресторана безмерно благодарен тебе, за то, что позволил все-таки продемонстрировать свое мастерство перед высокими гостями.

— Хорошо, — устало ответил я.

— Тебе бы отдохнуть, — произнес Волк, глядя на меня.

— Да, я бы и в самом деле не отказался!

* * *

Ночь третьего дня IT-форума «Цифровой мост-2024»

Однако сразу уйти домой не удалось. Сначала меня отвезли в участок и до поздней ночи тщательно допрашивали. Пришлось написать кучу объяснений. А когда они узнали, что я обезвредил с помощью кухонного ножа бомбу, то и вовсе на некоторое время потеряли дар речи.

Но в итоге, когда все было рассказано на несколько раз и заполнена целая кипа бумажек, меня все же отпустили.

Я возвращался домой. Усталый, но довольный тем, что эти три дня форума, наконец, закончились и можно спокойно отдохнуть. Волк сообщил, что гости отправились в аэропорт, передав мне благодарности за вкусную еду. Особенно меня хотел видеть Роджерс. Но господин Ямато Акутагава сказал, что мне необходимо отдых.

Ночь спустилась на Токио. Солнце уже село за горизонт, но город не погрузился в темноту. Тысячи огней неоновых вывесок и фасадов зданий создавали яркое и необычное свечение, словно город был одет в блестящую одежду.

Над головой висела темно-синяя беззвездная ночь. В воздухе витал особый запах города, такой уже привычный и полюбившийся — смесь выхлопных газов, жареной еды и цветов сакуры. Из бара неподалеку доносились звуки живой музыки. Я остановился, чтобы послушать мелодию, и мне показалось, что она отражает душу самого Токио — джаз, динамичный, загадочный и полный тайн.

Мне хотелось немного прогуляться и подышать вечерним прохладным воздухом. Все предосторожности были соблюдены, за спиной ехала машина с охраной. Я шел по аллее, стараясь не думать о словах Призрака. Но мысли невольно возвращались к рассуждению о том, кто же мог быть заказчиком и кто цель. Были логичные три цели — политики, бизнесмены и сам Акутагава Ямато. И каждая цель рождала совсем разных заказчиков.

— Мураками? — окликнул меня кто-то, вырывая из задумчивости. — Кенджи Мураками?

Я обернулся.

Передо мной стояла девушка. Одета она была в серый свитер. Капюшон накинут на голову. Обычная девушка, не сказать, что красивая, но вполне симпатичная. Молоденькая.

— Да, это я. А вы кто? — спросил я. Было странно, что она подошла сейчас, ночью. Узнала мое лицо из передачи? Хочет взять автограф?

— Это не важно кто я, — холодно ответила она. Ее правая рука была спрятана за спиной. — Я должна передать вам привет.

— От кого?

— От господина Фукуды, — ответила девушка.

И вдруг резко выставила руку вперед. Я лишь успел увидеть, что она сжимает пистолет. А потом раздался глухой выстрел, и грудь обожгло яркой болью.

«Прямо в район сердца, — устало подумал я, падая на землю, не успев ничего — не убежать, ни даже закрыться от выстрела. — Прямо в сердце…»

А ночь над Токио становилась все чернее, и даже звезд на небе не было видно.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Время наточить ножи, Кенджи-сан! 2

Content

Время наточить ножи, Кенджи-сан! 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene