Фолсом Тина

Греческий аромат

Автор: Тина Фолсом

Книга: «Греческий аромат», книга 2

Серия: «Изгнанные с Олимпа»

Год написания: 2011

Жанр: Эротика, Боги, греческие мифы

Возрастное ограничение: 18+

Над переводом работали:

Переводчик: Luminofor, Kassandra37, Nikkole, Anastasiiiia, Юлия Тен

Редактор: Nikolle

Русификация обложки: Poison_Princess

В книге всего: 33 главы+Эпилог

Совместный перевод групп:

https://vk.com/paranormal_love_stories

https://vk.com/hot_books

И для сайта:

http://ness-oksana.ucoz.ru/

Глава 1

— Можете поцеловать невесту!

Дионис смотрел, как его лучший друг, Тритон, бог моряков и мореплавателей, заключает очаровательную Софию в объятия и целует гораздо дольше, чем допустимо на свадьбе, тем более на этой, где собралась половина Олимпа. Если он сожмёт её ещё крепче, белое струящееся платье из чистого шёлка будет загублено, но эти двое ничего не замечали, или их это не заботило.

Даже Дио был впечатлён — светлые волосы и чуть тронутая загаром кожа Тритона контрастировали с длинными тёмными волосам Софии, и хотя влюблённые выглядели как полные противоположности, Дио знал, что они идеально дополняли друг друга.

Зал уже охватила эпидемия многозначительного кашля, прежде чем Тритон — весьма неохотно — оторвался от своей жены и подмигнул Дио. Оказывается, несмотря на то что его дружок, недавно тот ещё бабник, теперь на сто процентов моногамен, он не утратил ни чувства юмора, ни страсти.

По крайней мере, Дионис уверен, что его лучший друг счастлив, несмотря на ту золотую клетку, в которую только что позволил запереть себя смертному священнику. Судя по всему, Тритона всё устраивало. Дио покачал головой и окинул взглядом гостей, вереницей следующих мимо пары, чтобы выразить свои лучшие пожелания. Как шафер, он оставался рядом с Тритоном, испытывая одновременно радость и грусть — радость от понимания, что его друг нашёл свою истинную любовь, и грусть, что сам он теперь не будет его лучшим другом. Теперь ею станет София.

Большой дом Софии украсили к празднику, напрочь позабыв об экономии. Даже на Олимпе это событие вряд ли прошло бы более экстравагантно. Но шикарный особняк, унаследованный ею от тёти, который пришлось превратить в гостиницу, чтобы выплатить налог на наследство, больше подходил для такого рода события. Столовую с потолками под четырнадцать футов освободили от мебели, чтобы вместить всех гостей, присутствующих на церемонии. В соседней комнате, гостиной, по размеру не уступающей бальному залу, ожидал роскошный шведский стол с самыми лучшими деликатесами и не менее соблазнительными официантками. Цветы украшали дом внутри и снаружи, и аромат роз и жасмина окутывал всё здание.

Дио терпеливо наблюдал, как Посейдон и Амфитрита, родители Тритона, обнимают сына и новоиспечённую невестку, сияя от гордости. Даже Орион, сводный брат жениха, вёл себя прилично, пока они пожимали друг другу руки. Кажется, теперь когда Тритон больше не составлял конкуренции в погоне за женским вниманием, Орион не испытывал враждебности по отношению к брату.

Когда подошёл Зевс, Дионис и Тритон одинаково напряглись. В своём дизайнерском смокинге с бриллиантовыми запонками и в итальянских ботинках Зевс выглядел, как плейбой, сошедший со страниц «Джи Кью»: обжигающе горячий, мощный и не старше тридцати пяти. Лёгкая небритость добавляла его образу опасности, которую должна была чувствовать каждая женщина на вечеринке, но не чувствовала — из-за его подавляющего очарования.

Бог богов поздравил новобрачных и поцеловал Софию в щёку. Напряжение Тритона волнами расходилось вокруг, Дио почти физически ощущал проявление собственнического инстинкта друга. Иногда это было мило, но не сейчас. Дио хлопнул Тритона по плечу, предостерегая от опрометчивых действий, хотя он то как раз понимал его слишком хорошо — никчёмный папаша Диониса был широко известен своей страстью к красивым женщинам, и даже присутствие его своенравной жены, Геры, не давало уверенности, что Зевс будет держать руки при себе. Дио просто надеялся, что у Зевса хватит ума не подкатывать к невесте.

Тем не менее Дио чувствовал, что надо направить внимание Зевса в другое русло.

— Зевс. — Он кивнул, поймав взгляд отца. — Вижу ты привёл жену. Очень мило с твоей стороны.

Зевс нахмурился, тем самым подтвердив, что не рад напоминанию о Гере.

— Твоя мачеха очень хорошо умеет выуживать приглашения у ничего не подозревающих людей. — Он бросил взгляд на Софию, у которой хватило здравого смысла просто улыбнуться милой очаровательной улыбкой, перед которой даже Зевс оказался беззащитен.

— Я подумала, что пригласить её будет правильно. Она показалась мне очень милой женщиной. Да и, в конце концов, мы теперь родственники, — добродушно прощебетала София.

Дио не стал закатывать глаза, хотя очень хотелось, но заметил, как напряглись мышцы на шее отца, свидетельствуя об усилиях, которые тот прилагал, чтобы не вспылить и не проявить свой бешеный темперамент.

— Действительно, моя дорогая София, — произнёс Зевс вместо этого.

От осознания, что присутствие Геры на свадьбе поумерит пыл Зевса, у Дио едва не закружилась голова. Любой, кто выбесит его отца, будет желанным гостем. В том числе и его собственная злая мачеха.

— Одна большая, счастливая семья! — Улыбнулся Дио Софии, а затем уловил движение краем глаза и обернулся. — О, не та ли это персона, о которой мы говорили. — Его радость при мысли о том, как Гера будет раздражать Зевса, совсем не означала желания проводить с ней хоть какое-то время. Если у кого-то и был шанс занять место повыше, чем Зевс, на личном дерьмометре Дио, так это у неё.

Гера в длинном облегающем алом платье с тёмными волосами, уложенными в высокую причёску, выгнула бровь, затем подвинула Зевса и обняла Софию. Богиня земли была прекрасна. Тут Дио мог понять отца. Но даже ему, заинтересованному в любви и привязанности не больше, чем уличный торговец в том, чтобы его товар залило дождём, нравилась красота с намёком на тепло. Красота Геры была холодной, как морозный день с вероятностью града.

— Поздравляю, моя дорогая. Ты могла получить в мужья кого-то гораздо худшего, чем Тритон. — Гера сделала паузу, бросив косой взгляд на Дио, верный признак, что колкое замечание уже вертелось у неё на языке. — Радуйся, что не влюбилась в Диониса.

Прежде чем Дио успел ответить, Тритон поцеловал руку Гере.

— Польщён твоим одобрением. — Блеск его глаз, подтверждающий, что Тритон слишком счастлив, чтобы заметить выпад Геры, нельзя было не заметить.

— Твою невесту я одобряю, — многозначительно пояснила богиня земли, — но выбор шафера оставляет желать лучшего. Лучшее — враг хорошего, не так ли? Лучший в разврате, может быть. Хотя я считаю, что этот титул принадлежит его отцу.

— Ой, ты ранила меня, Гера. — Дио картинно схватился за сердце. Она оказалась не так уж далека от истины. Плоть от плоти, точнее из плоти бедра, когда дело доходило до отношений, он явно не был лучше Зевса. Но напоминать, кто он, и что из себя представляет, не требовалось.

— Вы меня простите? Я так думаю, мне нужна практика, раз уж мою квалификацию развратника номер один поставили под сомнение.

Дионис проигнорировал неодобрительно поджатые губы Геры, реакцией Зевса даже не поинтересовался, и просто пожал плечами, когда Тритон покачал головой.

София подарила ему очаровательную улыбку.

— Бар открыт, — намекнула она.

Благословение богов ей за понимание, потому что в его горле становилось так же сухо, как в Сахаре после песчаной бури, стоило две минуты пообщаться с отцом и мачехой.

Дио направился в гостиную, где у одной стены устроили бар, равнодушно миновал столы, на которых аппетитные закуски соседствовали с шикарно оформленными букетами. Скоро гости набросятся на еду, как саранча на кукурузное поле, причём с гораздо меньшим изяществом. Жестом он велел бармену налить ему бокал вина. Не просто же так он бог виноделия. Уж в чём Дио знал толк, так это в вине.

Взяв бокал, он проглотил неприятный осадок после разговора с отцом и Герой.

— Тебе что, кто-то в вино помочился? — спросил Эрос, хлопая Диониса по спине могучей рукой. На отнюдь не дешёвом костюме-тройке от Армани наверняка останется не разглаживаемая складка.

Дионис оглянулся на бога любви. Вот уж кого он точно не хотел видеть прямо сейчас. По крайней мере, Эросу хватило такта оставить лук и колчан дома. В своём сером костюме он выглядел весьма непринуждённо. Зевс предупредил всех, что если хоть кто-то намекнёт смертным гостям, что половина присутствующих — боги и другие бессмертные существа, будет жестоко наказан. А отец кое-что понимал в наказаниях.

— Отвали!

Ещё один хлопок по плечу возвестил о прибытии Гермеса, посланца богов.

— Завидуешь? — кивнул он в сторону Тритона.

Дио перевёл взгляд на Гермеса:

— Золотой клетке? Думай, что говоришь.

— Тритон это, как клетку, не воспринимает. — Эрос и Гермес обменялись нахальными улыбками.

— Он явно выглядит счастливым, — добавил Гермес. — А ты как будто уксуса хлебнул. — Он махнул бармену. — Бокал красного, только не такого, как у него.

— Вино прекрасное. Компания так себе.

Эрос шагнул ближе:

— Ты ведь не о своих лучших друзьях, правда? Или хочешь подраться?

Может, хорошая драка ему как раз и нужна, чтобы снова ощутить себя самим собой. Сказывались последние несколько недель, когда он помогал Тритону и Софии готовиться к свадьбе. Но ведь не мог он, как шафер, оставаться в стороне и взял на себя несколько задач, например, составление списка приглашённых бессмертных и соответственно разборки с их эгоизмом и амбициями. И всё-таки Гера сумела добраться до Софии, а он не смог помешать.

Как богиня-мать, Гера имела особую связь со всеми женщинами. Она слышала их молитвы, даже если они не обращались к ней лично.

— Если бы я был уверен, что ты будешь драться честно, с удовольствием устроил бы потасовку.

Эрос поднял руки, будто сдавался.

— Я? Дерусь не честно? — Он обратился к Гермесу. — Ты когда-нибудь такое слышал?

Дио не мог не улыбнуться. Через секунду к общему смеху присоединился Гермес, и плохое настроение Диониса просто улетучилось. Друзья сделали это для него, поэтому он их и любил. Он всего лишь грустил, потому что теперь они с Тритоном будут видеться гораздо реже, тот ведь обосновался здесь, в — по общему мнению — очаровательном городке Чарльстон. У Дио тут уже была небольшая холостяцкая берлога, в которой он останавливался по случаю, ему очень нравился этот городок со множеством баров. Будет несложно навещать Тритона время от времени. Так что, может, не так уж сильно всё изменится.

— Заметил рыжую красотку в этой толпе? — спросил Гермес.

— Франческу? Она лучшая подруга Софии, не трепыхайся. — Дио сделал большой глоток вина.

— Думаешь, у меня нет шансов?

— Зависит от конкуренции. — Дио нравилось поддразнивать сводного брата.

— Если конкуренция — ты, значит, у меня проблем не будет, — ухмыльнулся Гермес.

— Буду рад выступить арбитром, — рассмеялся Эрос.

Дио махнул рукой.

— Я в ней не заинтересован, но ты давай, вперёд, вместе с Зевсом.

Гермес сдулся, как воздушный шарик.

— Это не честно. Почему у него всегда преимущество?

— Не всегда, — прервал его Дио и улыбнулся. Та сладкая штучка, которую он присмотрел для себя, ещё не попалась на глаза Зевсу, и если ему помогут, его отец ни за что не доберётся до неё. По крайней мере, пока Дио с ней не закончит.

— И что бы это значило? — сомневающимся тоном спросил Гермес.

Эрос обменялся с ним понимающим взглядом.

— Кажется, наш друг нашёл себе жертву, которая до сих пор не попадалась на глаза Зевсу. — Потому что такая красотка сразу же привлекла бы его внимание.

Дио подмигнул богу любви:

— И это всё, что я скажу.

— Кто она? Она здесь? — Гермес закрутил головой, осматривая толпу, заполнившую гостиную и образовавшую толчею у столов.

— Я по-твоему совсем дурак, выбирать кого-то из приглашённых, когда прекрасно знаю, что Зевс тут же её заприметит?

— Тогда может это одна из официанток? — перебил Эрос.

— То же самое. Как только Зевс её увидит, даже красота Франчески не удержит его подальше от моей девушки. — Не то, чтобы она была его девушкой. Прекрасная Ариадна до сих пор не отвечала на его авансы, позволив всего несколько целомудренных поцелуев, и заявила, что хочет сначала узнать его получше. Дио тоже хотел познать её — в библейском смысле.

— Твоей девушки? Дио, уж не отказался ли ты от правила одной ночи? — Гермес уставился на него взглядом, который будто говорил, что хорош заливать.

Дио отмахнулся от этой идеи, как от ядовитого насекомого.

— Не смеши! Ты что, уже представляешь, как я иду к алтарю? Как только получу её — сразу брошу. Сегодня недели встреч с ней окупятся.

Эрос хлопнул Дио по плечу.

— Постой. Хочешь сказать, что до сих пор её не трахнул?

Дио тяжело сглотнул. Признаться друзьям, что он не затащил женщину в кровать сразу же — слишком похоже на полное поражение.

— Я наслаждаюсь охотой. — И это даже не было откровенной ложью. Медленное завоевание Ариадны имело свою прелесть. На самом деле возбуждение от неспешного обольщения только усиливалось. И по какой-то неведомо причине ему нравилось это прежде незнакомое ощущение.

Гермес от души расхохотался:

— Наконец-то, женщина, которая не скинула трусики, как только ты поманил пальцем.

В груди Дио разгорался гнев, от того что приходилось защищать своё сексуальное мастерство от нападок Гермеса.

— Уж поверь, сегодня она скинет свои трусики, и у меня с ней всё будет кончено.

— Как вызывающе. — Эрос поднял свой бокал в насмешливом тосте.

— Это факт!

Этой ночью Ариадна ему отдастся. Он проникнет в её сладостный жар и наконец высвободит свою страсть, вознесёт её на такие высоты, которых она никогда не знала раньше, и заставит умолять о большем. А затем сделает это снова, и так до тех пор пока не встанет солнце. Потому что как только ночь закончится, он уйдёт, пресытившись и покончив с непонятной тягой, которую к ней испытывал. Именно это чувство заставило его встречаться с ней, чего не бывало раньше. Всё, что ему требовалось обычно — одна ночь, с Ариадной же было по-другому. Две недели они играли в игры, ужинали вместе, танцевали, и она всегда останавливала его, когда он хотел зайти дальше. Любую другую женщину он оставил бы в покое и взялся за следующую, не желая тратить время. Но Ариадна почему-то удерживала его внимание.

Он взглянул на своих друзей.

— Сегодня ночью она будет моей. А завтра я отправлюсь за следующей. — Он поднял бокал. — Помяните мои слова.

Дионис выпил с друзьями и его взгляд, скользнув в пространстве, встретился со взглядом Геры. Гнев в её голубых, как лёд, глазах подтверждал, что она слышала каждое слово. И богиня-мать была недовольна.

Глава 2

Ариадна вертелась перед большим зеркалом в своей гостиной.

— Ты в полном порядке!

Она поймала в отражении взгляд Натали и состроила гримасу в ответ на обычный комплимент подруги.

— Ты уверена?

Ариадна ещё раз критически осмотрела свой наряд. Летнее платье на тонких бретелях нежного сине-зелёного цвета с цветочным принтом. Завышенная талия замечательно подчёркивала её среднего размера грудь, а лёгкая ткань, струящаяся до колен, удачно скрывала округлые бёдра. Созданные для родов — так говорила её мать. Ариадна просто называла их слишком широкими.

— Или красное надеть? — засомневалась она.

Натали коснулась её руки, и Ари оглянулась на подругу.

— Красное так и кричит: «шлюха». А я думала, ты хочешь, чтобы он понимал — ты хорошая девочка.

Ариадна кивнула:

— Ты права.

— И, кстати, поскольку вы уже какое-то время вместе, ты вполне можешь сделать ему сюрприз, надев это платье, и уж поверь мне — он будет твой. Сейчас-то он уже должен понимать, что ты совсем не вертихвостка, и ты не произведёшь на него неправильного впечатления.

Ариадна обняла подругу. Что бы она делала без Натали? Подруга была с ней в самые худшие времена, и теперь она была здесь, в то время, которое, Ариадна надеялась, станет лучшим в её жизни.

— Ты уверена, что Дио это понравится?

Натали подмигнула.

— Он твой целиком и полностью. А разве не этого ты хочешь сегодня ночью?

Ариадна кивнула, но волнение, в котором она пребывала весь день в ожидании этого вечера, никуда не делось.

— Может, стоило немного подождать. Слишком рано. Мы только две недели встречаемся.

Натали цыкнула.

— Заставишь его ждать дольше — он потеряет интерес. Ты должна показать, что хочешь его, или он подумает, что тебе плевать. Мужчины хотят, чтобы им хоть немного демонстрировали свою симпатию. И если ты не выложишься, он уйдёт к кому-нибудь ещё. Ты же мне сама говорила, насколько он сексуальный. Правда думаешь, что такой мужчина продержится без секса дольше пары недель?

Строгий взгляд Натали заставил Ариадну подавить свои страхи. Не все мужчины такие, как её бывший. Дио другой. За две недели он показал себя как самый внимательный кавалер, осыпая её цветами и угощая ужинами в дорогих ресторанах. У них были романтические прогулки по берегу моря и медленные танцы под Берта Бакарака. Она знала, что в глубине души Дио романтик, а то, что он хочет переспать с ней — вполне естественно. Как естественно то, что она хотела того же самого.

— Знаю я это выражение.

Ариадна подняла голову, услышав слова Натали.

— Прости, просто я боюсь. Что если он поступит также, как Джеф…

— Забудь этого засранца сию секунду! — Резкий тон Натали заставил Ариадну отпрянуть. — Не хочу слышать имя этого человека снова. Поняла? Джеф поступил подло. Всё на этом. Пора двигаться дальше. Дио хороший человек. Так что будь готова. — Она взглянула на часы. — Боже, мне лучше бежать, или наш шеф-повар там с ума сойдёт. У нас сегодня куча заказов.

Ариадна кивнула:

— Прости, я тебя так задержала. Спасибо за всё.

— Ну а зачем ещё нужны друзья? — улыбнулась Натали, притягивая её в объятия. — А теперь иди и возьми его, Ари. И завтра расскажешь мне всё, и я имею в виду ВСЁ.

Ариадна залилась румянцем при мысли, что придётся делиться подробностями своей сексуальной жизни с подругой. Если всё пройдёт хорошо, и они с Дио проведут ночь в постели, она совсем не уверена, что захочет рассказывать об этом, даже лучшей подруге. Судя по тому, как Дио целуется, то как только они окажутся голыми, простыни под ними просто сгорят.

Когда дверь за Натали захлопнулась, Ари снова вернулась к зеркалу. Русые волосы волнами падали на плечи, цвет зелёных глаз подчёркнут неярким макияжем. На губах помада естественного цвета, только полупрозрачный намёк на красный. Она не стала беспокоиться о большем, зная, что от поцелуев Дио помада сотрётся мгновенно.

Сегодня ночью она сделает первый шаг к восстановлению своей веры в мужчин. Дио всеми возможными способами показал, что заинтересован в ней больше, чем на один раз. От того, как он смотрел, когда они были вместе, и он думал, что Ариадна этого не замечает, по телу распространялось приятное тепло. В его взгляде было столько страсти и желания, что она в какой-то момент просто поняла, что он — её мужчина, который будет дорожить ею. Который будет её любить.

Этой ночью она отдастся ему, чтобы показать, что готова дать шанс их отношениям. И заставит прошлое исчезнуть из памяти навсегда.

К тому времени как звонок объявил о прибытии Дио, бабочки в её животе порхали, не переставая. Может быть, Дио удастся унять этих мелких негодниц своими прикосновениями.

Ари нажала на кнопку домофона, открывая дверь внизу, и, сделав несколько глубоких вдохов, открыла дверь своей квартиры.

Дио выглядел изумительно в простой одежде: потёртые джинсы, плотно обтягивающие бёдра, и подчёркивающие каждый мускул подтянутого тела, белая рубашка, две верхние пуговицы которой расстёгнуты, так что можно заметить россыпь тёмных волосков на груди. Если на ком-то обычные вещи и выглядели так, будто стоили миллион баксов, так это на Дио. Его тёмные волосы были длиннее, чем модно сейчас, и носил он их нарочито небрежно.

— Ты выглядишь потрясающе. — Его голос звучал более хрипло, чем обычно. Он поднёс её руку к губам и поцеловал ладонь. — Я не мог дождаться встречи с тобой. — Во взгляде голубых глаз читалось невысказанное обещание.

— Дио. — Её голос действительно отдавался эхом? Она что, совсем потеряла голову, просто на него взглянув?

Внезапно Ари оказалась совсем близко к нему, даже не осознав момента, когда он привлёк её к себе. Или она сама бросилась в его объятия? У неё перехватило дыхание, когда его губы замерли всего лишь в дюйме от её собственных.

— Сегодня что-то изменилось. На тебе новые духи?

Ари покачала головой.

— На мне ничего нет. — Осознав, что именно сказала, она заметила, как сверкнули его глаза, и ощутила, как в ответ распространяется жар внутри. — То есть…

— Да, ткань твоего платья такая тонкая, что я чувствую каждую линию, каждый изгиб твоего тела. А ты чувствуешь меня? — Его рука скользнула по её спине, он мягко прижал её к себе.

У Ариадны перехватило дыхание, как только она ощутила его эрекцию, прижимающуюся к её животу. Чтобы сдержать стон, она прикусила губу.

— Думаю, это означает «да», — прошептал Дио, прижимаясь губами к её шее и покрывая поцелуями пылающую кожу. — Моя милая Ариадна, ты моё величайшее искушение. Когда я с тобой — не могу думать ни о чём другом.

Она пыталась успокоиться, положила руки ему на плечи, но голова закружилась от исходящего от него жара. Она что, уже едва дышит?

— Дио. — Этот мужчина сократил весь её словарный запас до одного единственного слова.

Он не поднял голову, только промычал что-то и продолжил целовать её шею и поглаживать спину.

— Нам надо… столик… ресторан… — сумела произнести Ариадна, пытаясь вернуть контроль, который потеряла в тот момент, когда он прижал её к себе.

Наконец он посмотрел на неё потемневшими от страсти глазами.

— Прости. Ты права. Мы должны идти. — Дио прочистил горло, будто тоже пытался прийти в себя. — Я извиняюсь за то, что вот так набросился на тебя.

Нет, он не просто набросился. Куда там. Это был чувственный штурм, и она не думала, что сумеет выстоять в следующий раз, когда такое случится, как не думала, что захочет устоять.

— Не извиняйся.

Он просиял широкой улыбкой и взял её за руку, чтобы вести наружу.

— Куда мы идём сегодня?

— Маленькое бистро тут по соседству. Ничего особенного, тихо и интимно. — На последнем слове он искоса взглянул на неё. Затем покачал головой. — Во имя богов, ты прекрасна.

Ариадна нервно усмехнулась. Дио, не стесняясь, расточал комплименты, но сегодня он говорил их иначе. Как если бы только что понял, что его легкомысленные похвалы стали абсолютной истиной.

— Ты другой сегодня, — сказала Ари. Понял ли он, что она решилась переспать с ним, если он сделает попытку перейти к близости? Это было написано у неё на лице?

— Другой?

— Напористый.

— Это хорошо? — Он снова поцеловал ей руку.

— Да.

Внезапно он остановился и прижал её к стене здания.

— Детка, я не уверен, что переживу этот ужин.

Она тяжело задышала, пытаясь набрать в лёгкие воздуха, чтобы заговорить.

— Ты не голоден?

— О, я изголодался. — Его взгляд сказал ей всё о его голоде, о его желании, более сильном, чем она когда-либо видела в нём раньше. — Но не по еде. Я изголодался по тебе. И боюсь напугать тебя тем, как сильно хочу сейчас.

Её сердце будто сделало сальто в груди. Она отважилась погладить его по щеке.

— Поцелуй поможет?

— Мы можем попробовать.

А потом он прижался ртом к её губам, провёл по ним языком, прося его впустить. Без колебаний она открылась для его вторжения. Жар охватывал её, словно языки пламени лизали тело. Казалось, его руки касались её всюду, пока их языки вели дуэль в возбуждающем ритме, деликатном и властном одновременно.

Нежность и страсть смешались в его поцелуе, словно в невероятном коктейле, перед которым невозможно устоять. В её голове проплывали картины того, как они занимаются любовью, их совместная жизнь, их будущее вместе. И её тело горело от желания к нему, возбуждения, такого сильного, какого она не испытывала раньше. Будто по волшебству он пробудил в ней все эти чувства своим языком, изучающим её, губами, телом, двигающимся вместе с её собственным в танце, старом, как время.

Если она так загорелась сейчас, то могла себе только представить, что случится, когда они останутся одни в её квартире и смогут сорвать одежду друг с друга. Она едва дышала, сердце билось так быстро, словно готово было выпрыгнуть прямо в его руки, руки, которые как раз скользнули к её груди, чтобы сжать мягко, но настойчиво. Когда его большой палец очертил мгновенно затвердевший сосок, она разорвала поцелуй.

— Мы должны остановиться, — прошептала Ари, задыхаясь.

Дио дышал также тяжело, он прижался своим лбом к её, его дыхание овевало её кожу, когда он заговорил:

— Я знаю. Но позже. Обещай мне… Ты нужна мне, Ариадна.

Она едва заметно кивнула. Он нуждался в ней — как же эти слова её согрели.

— Да. — Её сердце всё ещё билось под его рукой, которую он так и не убрал с её груди. Кажется, он понял это только, когда Ари выпрямилась, и отпустил её.

— Ты лишаешь меня рассудка.

Она подняла голову и увидела отчаяние в его глазах.

Глава 3

Дионис едва вытерпел ужин. Поцелуй в тёмном переулке оставил его ещё более возбуждённым, чем в тот момент, когда он появился у дверей Ариадны. Сегодня вечером он обещал себе не терять головы и действовать продуманно, осыпать её комплиментами, даже если они будут ложью, и разыграть утончённого соблазнителя. Но нет, план не срабатывал: он вёл себя, как шестнадцатилетний мальчишка на первом свидании, болтал о ерунде, отпускал бесхитростные замечания и целовал её с жадностью человека, умирающего от жажды и дорвавшегося до воды. В этом не было ничего утончённого!

Во имя богов, да что с ним такое? Он превратился в полного идиота? Надо собраться!

Дио попытался исправить всё во время ужина. Но вместо того чтобы увлечь её своим обычным образом много повидавшего человека и впечатлить знаниями почти обо всём на свете, он буквально кормил Ариадну с ложки собственной едой и облизывал её пальцы, стоило на них упасть хоть крошке. Как же жалко это выглядело! Он бог, а сейчас вёл себя словно какой-то подкаблучник.

Пока они с Ариадной шли к её квартире, его сердце бешено стучало в груди. Он надеялся, что она не передумала насчёт своего обещания, решив после ужина, что он полный придурок.

— Хочешь зайти? — Её голос звучал едва ли не стыдливо, но услышав это, он улыбнулся так широко, как никогда раньше.

— Очень.

Как только дверь захлопнулась за его спиной, Дио притянул Ариадну в свои объятия.

— Могу я предложить тебе что-нибудь? Кофе… чай…

— Да, можешь. — Себя, на блюдечке, мелькнуло в его голове. — Ещё один поцелуй, — произнёс он вместо этого.

Она обняла его за шею и потянула к себе. Дио оценил инициативу, кажется, отношение Ариадны к нему, наконец-то, потеплело.

— Я хочу тебя — прошептала она.

Внутри он торжествующе взревел, снаружи сохранял с таким трудом завоёванный контроль.

— Хорошо, потому что я тоже хочу тебя.

Подхватив её на руки, он направился к спальне. Найти комнату труда не составляло, кроме гостиной, объединённой с кухней, тут было только две двери: одна вела в ванную, вторая — в спальню.

— Что ты делаешь? — спросила она и улыбнулась, по-прежнему обнимая его за шею.

Дио опустил голову и легким поцелуем коснулся её соблазнительных губ.

— То, что должен был сделать в тот день, когда встретил тебя в винном магазине. Отвести в подсобку, раздеть и заниматься любовью, пока ты не кончишь. А потом ещё раз, на тот случай если ты отключишься после первого.

Ему повезло её встретить. Он случайно наткнулся на винный магазинчик и зашёл заказать ящик своего любимого вина, а затем осознал, что уже очень давно не встречал более соблазнительной женщины, чем хозяйка. Она мгновенно разожгла его интерес, и как только он договорился о доставке в свою холостяцкую берлогу, увлёк её разговором о вине и попросил о свидании. Ариадна колебалась, но он заявил, что она ничего не потеряет, а клиент будет удовлетворён. Удовлетворён — ключевое слово. Да, он должен был взять её прямо тогда.

— Но не волнуйся, я исправлю свою оплошность. — Дио почувствовал, как её сердце забилось быстрее.

— Боже, помоги мне, — пробормотала она.

Несомненно, бог ей поможет: Дионис сделает это с удовольствием. Его самоконтроль вернулся. То, как трепетали веки Ариадны, как сильно билось её сердце, эхом отдаваясь в нём самом — всё это укрепляло его уверенность в том, что она хочет его и сегодня ночью пойдёт до конца. На этот раз она не остановит его, не оттолкнёт. На этот раз ему не придётся возвращаться домой неудовлетворённым и снимать напряжение руками, как последние две недели.

Сегодня он возьмёт то, что ему необходимо, а затем двинется по жизни дальше. Когда мысль уже оформилась в его мозгу, что-то внутри воспротивилось этому. Какие-то незнакомые эмоции, так что он просто задвинул их на задворки разума. Ничто не должно омрачить ему наслаждение сладкой, чувственной женщиной. Этой ночью будет только удовольствие и страсть, желание и похоть. Всё остальное не имело значения.

Дио вошёл в комнату, ногой прикрыл дверь за собой и опустил Ариадну на королевских размеров кровать, застеленную розовым одеялом. Декор не в его вкусе, но вполне соответствовал её деликатности и чувствительности, тому духу невинности, что её окружал. Может быть, именно это в первую очередь его и привлекло: чистота и неиспорченность её сердца.

Хотя тело у неё тоже было потрясающее — как он недавно обнаружил. Когда прикоснулся к ней и прижал к себе в том переулке, он почувствовал мягкость каждого изгиба, уступающую твёрдости его мышц.

После того как он снял с неё платье, не только щёки, но, кажется, всё тело Ариадны покрылось прелестным румянцем.

— Боги, ты прекрасна. — И, во имя Зевса, так оно и было.

Её груди были прикрыты полупрозрачным материалом лифчика с эффектом пуш-ап, хотя она в нём и не нуждалась — он почувствовал их крепость и упругость, и размер, идеально подходящий для его ладоней. Что Ариадна не одарена в этом смысле более щедро его не заботило — пропорции её тела были совершенны: тонкая, но не чрезмерно, талия, широкие, но не слишком полные бёдра. И просвечивающийся сквозь кружевную ткань трусиков намёк на тонкую полоску завитков русого цвета, как раз в том месте, которое он с наслаждением изучит.

Дио заметил, что она слегка дрожит, но знал, что это не от недостатка тепла. По крайней мере, ему показалось, что в комнате удушающе жарко, и он быстро сорвал с себя рубашку.

Глазами испуганной лани она смотрела, как он расстегивал пуговицу на джинсах. Он остановился, чтобы её успокоить.

— Детка, тебе не о чём беспокоиться. Только скажи, и я доставлю тебе столько удовольствия, сколько в моих силах. — А силы были высшими. Как у бога, его выносливость не имела предела, и он докажет ей это сегодня ночью.

Ресницы Ариадны дрогнули, она опустила взгляд, будто стеснялась наблюдать, как он раздевается.

— Я уже долгое время не была ни с кем.

Он не понял почему, но услышанное его обрадовало.

— Я сделаю всё, что захочешь, так медленно и осторожно, как тебе будет приятно. Я здесь, чтобы тебе было хорошо.

— Ты ведь правда так думаешь? — Их взгляды встретились, и в её глазах он увидел уязвимость, опаску и толику страха, который, похоже, накрепко засел в её сердце. Он пообещал себе избавить Ариадну от этого страха раз и навсегда.

Дио вышагнул из штанов, оставив боксеры, плотно обтягивающие его эрекцию, и опустился на кровать, притянув её к себе.

— Так и думаю. Для мужчины быть в состоянии доставить женщине величайшее наслаждение — самая возбуждающая вещь, которую ты можешь вообразить. — Кроме того, большинство женщин испытывали огромную благодарность за грандиозный оргазм, и страстные минеты часто были выражением такой благодарности. Его член уже затвердел от одной мысли о её сладком ротике.

Подушечкой большого пальца он провёл по её губам, затем вниз по подбородку и шее. Замер на секунду, когда Ариадна с трудом сглотнула и двинулся дальше, скользнув под тонкую ткань лифчика. Как только его палец коснулся её соска, дыхание Ариадны сбилось.

— Вот так, детка, просто сосредоточься на дыхании. Я позабочусь об остальном.

Мысль о том, чтобы направлять эту сладкую штучку в изучении чувственности и обучать её тому, сколько удовольствия способно испытывать её тело, заставила его член набухнуть ещё больше. И по тому как сердце Ариадны билось под его рукой, обхватившей её грудь, он понял, что она испытывала то же самое едва сдерживаемое волнение.

Когда он медленно опустил голову и отодвинул в сторону материал, чтобы обнажить тёмно-розовый сосок, его бросило в жар. Он сделал вдох и ощутил аромат её возбуждения. И что это был за аромат — смесь жасмина, женственности и невинности. Устоять перед этим зовом не мог даже бог.

Дио обвёл языком маленький твёрдый бутончик, исторгнув приглушённый стон из её горла.

— Детка, не сдерживайся. Если хочешь кричать — кричи.

— Дио, ты заставляешь меня чувствовать себя так… я не… это так… — Очевидно, сформировать связное предложение было слишком для неё трудно.

Он улыбнулся и сомкнул губы вокруг розовой вершинки, втянув её в рот и продолжая дразнить языком пойманный сосок. И не имело значения, что она извивалась под ним так, будто эта лёгкая ласка была уже чем-то для неё запредельным. Он всё равно не остановится, пока она не кончит в его руках. И даже тогда…

Сильнее прижав Ариадну к простыням, он всё внимание сосредоточил на её груди, поочерёдно освободив оба холмика из чашек лифчика, а затем сбросив его на пол. Если бы спросили его мнение, он сказал бы, что она в нём и не нуждалась. Сейчас, лаская её грудь, он убедился что его предположения верны — та была высокая и упругая, что говорило о молодости и ухоженности её тела. Не нужен ей был никакой лифчик.

— Я мог бы лизать их всю ночь напролёт, — признался он между лёгкими покусываниями и поцелуями. — Они идеальны.

Затем поднял взгляд и увидел, что Ариадна тоже смотрит на него.

— Тебе нравится?

Её язычок скользнул по губам, увлажняя их. Ответ прозвучал больше вздохом, чем стоном:

— Да. Сделай так ещё.

Дио одарил её проказливой улыбкой и опустил голову. Он сжал два холмика вместе и поочерёдно втягивал в рот то один сосок, то другой, затем перебросил ногу через её бедро, чтобы раздвинуть её ноги. Его член прижался к её коже, и этот контакт, даже через ткань боксеров, произвёл тот же эффект, что и громовая стрела Зевса, попади она в его тело.

— Чёрт! — прохрипел он. Если даже от такого, непрямого прикосновения, ему почти снесло крышу, то он кончит через пару секунд после того, как окажется в ней. А такого не должно произойти, потому что ему действительно хотелось быть в ней так долго, как только возможно. Он уже знал, что заниматься любовью с Ариадной будет всё равно, что попасть в рай.

Её бёдра раскрылись шире, и она зацепила его ногу своей, словно желая удержать на месте. Как будто он собирался уйти куда-нибудь сейчас! Если бы она только знала, что он не намеревался покидать её постель, пока они оба не будут полностью удовлетворены друг другом.

Медленно он продвигался вниз по её телу, оставляя лёгкие поцелуи на животе, нырнул языком в пупок, затем опустился ниже. Одобрительные стоны Ариадны только подстёгивали его, дав разрешение на изучение всех её изгибов, её кожи и плоти.

Когда Дио натолкнулся на последний барьер, стоящий на страже её лона, он игриво потянул ткань зубами, вызвав мягкий смешок Ариадны. Подняв голову, он встретился с ней взглядом. Её глаза сияли от удовольствия.

— Я и не думала, что ты такой… такой…

— …сильный? — решил помочь он, и услышал тихий смех в ответ. — Дикий?

Она помотала головой.

— Горячий?

Ещё одно покачивание головой, но чем дольше она ставила его на место, отказываясь признавать его мастерство, тем больше он наслаждался этим противостоянием.

Улыбнувшись, он потянул ткань трусиков, словно пёс, не желающий отпускать свою косточку.

— Сексуальный?

На этот раз Ариадна рассмеялась громко.

— Я имела в виду, такой игривый, — сумела выговорить она.

— Игривый? — Он притворно строго на неё посмотрел. — Ты ведь понимаешь, что такая непочтительность будет наказана?

Она замерла.

— Как? — В её глазах внезапно вспыхнул интерес.

— Вот так. — Он стянул трусики на дюйм ниже и выдохнул прямо у её лона. Прерывистое дыхание подтверждало молчаливое согласие с его вариантом наказания. — И так. — Дио полностью снял с неё трусики и устроился между раздвинутых бёдер. -

А потом, конечно же, так. — Он опустил голову к блестящим от влаги лепесткам и вдохнул аромат её возбуждения, желая подольше насладиться моментом, но не в силах удержаться. Он скользнул языком по складочкам, собирая её нектар.

— Ах, Дио!

— Ш-ш-ш, детка, я позабочусь о тебе.

И его рот снова приник к её влажному жару, языком он распробовал её вкус, пообещав себе позже изучить его более тщательно. Просунув ладони под её попку, он подвинул её ближе для лучшего доступа. Она оказалась роскошным пиршеством, более изысканным, чем он ожидал. Её вкус был богатым, словно вино многолетней выдержки, и сладким, как амброзия. Сочетание, создающее головокружительный аромат, который быстро заставил его буквально упиваться ею. У него было много женщин, богинь и смертных, но никогда он не был с той, чьё тело обладало бы таким притягательным очарованием, и чей вкус возносил бы его до небес. Но Ариадна была особенной. Он с невероятной для него силой жаждал заняться с ней любовью.

На мгновение Дио поднял голову и увидел, как она выгнулась в экстазе, лишь головой касаясь подушки.

— Боги, глаз не оторвать.

Он снова опустил голову, нашёл её клитор и провёл по нему языком. Она застонала, почти приподнявшись над кроватью. Тогда он сделал это снова и продолжил, то лаская набухший бугорок языком, то посасывая его.

— О боже!

Не отрываясь от её клитора, он снова скользнул по нему языком и сжал губы. И в следующий миг ощутил её освобождение. Он ослабил давление, позволяя ей пережить оргазм, пока он наслаждался, упиваясь тем, как содрогалось её тело. Сокращения её мышц, словно волны, достигали его рта и отдавались в нём дрожью. Внезапно его настигло осознание того, как чиста она была: не девственница, нет, но женщина с искренним сердцем, она откликалась на его ласки так честно и открыто, заставляя ценить этот момент ещё больше.

Он поднялся выше по кровати, по пути стянув боксеры. Напряженный член возблагодарил его, а воздух, овевающий кожу, принёс облегчение.

— Дио, ты потрясающий, — прошептала Ариадна и, запустив пальцы в его волосы, потянула к себе. Её губы приоткрылись в ожидании поцелуя, и как только они соприкоснулись, пламя внутри него разгорелось жарче.

Он оторвался от неё несколько мгновений спустя, не в состоянии больше выносить этот чувственный натиск.

— Я хочу быть в тебе.

— Да, — кивнула она.

Он приподнялся над ней, но Ариадна, останавливая, положила руку ему на грудь. Он замер в растерянности.

— Презерватив.

Чёрт, он совсем забыл об этих раздражающих штуковинах. Она, конечно, не знала, что, как бог, он мог сделать своё семя бесплодным, если не хотел, чтобы женщина забеременела. Теоретически в презервативах он не нуждался, но не желая пробуждать её подозрения, подыграл.

— Где? — Кроме книги и будильника, на прикроватной тумбочке ничего не было.

— В верхнем ящике.

Дио перекатился на бок и открыл ящик. Маленькая коробочка бросилась в глаза. С надписью «Стандартные». Стандартные? Ну уж нет. Да он даже не натянет эту штуку, не говоря уже о том, чтобы презерватив остался целым, когда он окажется в ней. Такого точно не будет.

— Нашёл?

— Нашёл. — Быстрое движение руки, и с помощью божественной силы коробочка сменилась другой. Теперь с надписью «Магнум». Он улыбнулся сам себе. Так то лучше. Открыв пакетик, он быстро надел презерватив и повернулся к ней, уловив тот момент, когда взгляд Ариадны опустился к его паху. Она едва заметно вздрогнула, пока рассматривала его член.

— Ты такой большой. — И её слова не звучали комплиментом, судя по тому как она нахмурилась.

Дио коснулся ладонью её щеки и провёл по ней большим пальцем.

— Ариадна, тебе не о чем беспокоиться, я буду осторожен. Вести будешь ты. Хорошо? — Над тем, почему он пошёл на эту уступку, в то время как едва сдерживался, он не хотел задумываться. Важнее было, чтобы она чувствовала себя с ним комфортно.

— Хорошо, — прошептала она.

На этот раз, когда он оказался над ней, она его не остановила и раздвинула ноги, чтобы он мог устроиться между ними. Он удерживал свой вес, опираясь на руки и колени, заботясь о том, чтобы её не придавить. Большим парнем он был во всём, и Ариадна, по сравнению с ним, казалась маленькой. Но несмотря на это, он точно знал, что она сумеет его принять.

— Веди меня, детка, медленно.

Ощутив её ладошку на члене, он сжал зубы, борясь с желанием немедленного освобождения, которого требовало прикосновение её руки. Головка члена у входа в её лоно покрылась влагой, медленно Дио проникал в неё и чувствовал, как её внутренние мышцы сжимают его ствол, будто в кулаке.

Дио сжал челюсти.

— Боги!

— Ещё.

— Да, — облегчённо выдохнул он. И толкнулся дальше, в рай. Одним долгим движением он погружался в её узкие ножны, пока не заполнил её полностью. Его дыхание стало тяжелым, никогда прежде он не ощущал ничего настолько прекрасного.

— Ты в порядке? Тебе не больно?

— Да. Нет.

Он мгновенно дёрнулся назад, но Ариадна обхватила его ногами. В замешательстве, он нашёл её взгляд.

— Да, я в порядке, и, нет, ты не делаешь мне больно.

Он с облегчением прижался своим лбом к её.

— Ладно. Обещай, что скажешь мне, если что-то будет не так.

Она улыбнулась:

— Расслабься, Дио. Ты хорошо ощущаешься.

— Насколько хорошо? — ухмыльнулся он.

Ариадна легонько стукнула его кулаком в плечо.

— Ты издеваешься?

Он качнул бёдрами, почти вышел из её тугого лона, а затем снова скользнул внутрь.

— Издевательство совсем не то, что у меня на уме.

Ещё один толчок, и она прикрыла глаза, ахнула, приоткрыв губы. Он старался держаться, пот уже выступил на его шее. То, как свободно, открыто она отдавалась ему, наносило сокрушающие удары по его выдержке.

Его тело поймало ритм, швырнув его сознание прямо в огненную бездну, где не было ничего, кроме биения сердца Ариадны, её дыхания, овевающего его лицо, и её ногтей, впивающихся в его кожу. Даже когда стал брать её жестче, когда скользил внутрь и наружу, а язык имитировал каждое движение, Дио понимал, что это не просто бездумное спаривание или быстрый, жёсткий трах, который он предпочитал. Дио чувствовал связь с ней и не только на физическом уровне. Избавив его от изучения собственных чувств, её внутренние мышцы внезапно сжались, бросив его за край.

Невесомо паря в безбрежном океане наслаждения, он крепко обнял её, и на его губах было всего два слова:

— Любовь моя.

Глава 4

Ариадна приникла к нему, мурлыкая, как кошка, досыта налакавшаяся сливок. Пребывая в шоке, Дио обнимал её одной рукой. С ней он испытал самый потрясающий оргазм в жизни, но вместо удовольствия и пресыщения чувствовал панику. Он назвал её своей любовью. Какого хрена на него нашло?

Он почувствовал что-то, нечто настолько необычное, что ему на самом деле оказалось трудно даже осмыслить это. Как внезапный пушечный залп, оно абсолютно выбило его из колеи и возобладало над всеми другими эмоциями: неудивительно, что он выплеснул всю ту нежность, которую на самом деле испытывал в тот момент. Словно какое-то затмение, но он не должен позволить этому странному чувству пустить корни в его разуме. Слишком опасно позволить себе верить, будто он способен на такие эмоции. Нет, что-то тут не так. Может съел что-то. И это временно. Так должно быть.

— Я знала, что с тобой будет именно так, — прошептала она.

— Ухум-м-м — Дио пытался найти слова, но в голове было пусто как никогда. Может, это тепло её тела расплавило его мозги до состояния сладкой патоки? Или он всё ещё пьян от её вкуса?

— Я знала, что когда найду того самого мужчину, это будет прекрасно. И так оно и есть. — Она выводила круги вокруг его соска, и её ноготки просто нечеловечески его возбуждали. — Знаешь, моя мама была права насчёт одного.

Он не мог удержаться от вопроса. Да и должен же был он хоть что-то сказать. А не лежать тут бревном.

— И какой же?

— Если ты найдёшь человека, который предназначен тебе, всё будет идеально. Прямо как у нас.

Дио замер. Такого не должно было случится. Ариадна не должна была думать, что это что-то большее, чем интрижка, ну, на одну ночь. Когда он внушил ей мысль, что заинтересован в отношениях? От этого слова в районе солнечного сплетения что-то болезненно сжалось. Почему он назвал её своей любовью? Почему, когда они занимались любовью, чувствовал какую-то связь с ней? Ну вот, он уже даже не мог назвать это трахом! Ну и насколько это жалко? В какой момент он превратился в идиота-подкаблучника?

Да, всё было серьёзно не так. Он всё ещё в постели Ариадны, обнимается тут, Аид побери! И даже не думает о том, чтобы встать, одеться и свалить отсюда ко всем чертям. Но он знает, что должен. Он не мог позволить тому, что вдруг мелькнуло в мыслях, его изменить. Дионис являлся тем, кем был: бабником, ловеласом, соблазнителем. Никто не мог этого изменить. Лучше оборвать всё прямо сейчас, прежде чем прозвучит ещё больше слов об отношениях, прежде чем он даст ей надежду там, где её нет.

И прежде чем по-настоящему причинит ей боль, как причинял его отец всем женщинам, с которыми был. А он сын своего отца, нравилось это ему самому или нет.

Уже ненавидя то, что ему придётся сделать, он всё равно заставил себя так поступить.

— Спи, милая. — Его сила убеждения, та сила, которой обладал каждый из богов, погрузила её в сон.

Как вор, крадущийся в ночи, он покинул её кровать. Стоило бросить взгляд на спящую Ариадну, в груди заныло. Его тело протестовало, желая вернуться и уснуть в её объятиях. Тяга оказалась настолько сильна, что он качнулся и, чтобы устоять, оперся о стену. Ариадна поколебала его решимость, просто лёжа там, спящая, беззащитная и прекрасная, как летний день. Но он должен устоять, ради неё самой. Без него ей будет лучше.

Так быстро, как позволили дрожащие руки, Дио оделся, думая о том, что нужно стереть воспоминания о нём. Но улыбка на губах Ариадны, даже во сне, его остановила. Этой ночью они подарили друг другу наслаждение, и он не хотел забирать воспоминания, хотя должен был.

И пока Дио крался в ночи, убегая от того, чего не мог понять, внутри у него всё скручивалось в тугой узел. Никогда раньше у него не было проблем, чтобы просто взять и уйти от женщины, а понимание того, как он ранит её, лишь усугубляло чувство вины и ощущение того, что он совершает большую ошибку. Величайшую ошибку в его жизни.

* * * * *

Пока сон сменялся явью, Ариадна вытянула руки над головой и сладко потянулась. Медленно восстанавливая в памяти события прошлой ночи, она улыбалась. После их с Дио любви приятно гудели все мышцы. Она была поражена яркостью и силой чувств, которые он вызывал в ней. Никогда прежде она не ощущала себя так нежно любимой.

Ещё не открыв глаза под солнечными лучами, пробивающимися через не полностью закрытые жалюзи, она поняла, что одна. Бросила взгляд на часы на тумбочке и моментально подскочила. Неудивительно, что Дио уже ушёл: почти восемь, самое время собираться, если она не хочет опоздать. Дио, наверное, нужно было идти на работу.

Она замерла на секунду. Странно, но он никогда не упоминал, чем зарабатывает на жизнь, лишь сказал как-то, что управляет кое-какими инвестициями и поэтому много путешествует. Ари усмехнулась — как истинный джентльмен, он всегда интересовался её жизнью, избегая разговоров о своей. Приятное отличие от других мужчин, которые считали себя настолько важными персонами, что желали болтать только о собственных достижениях. Сейчас, задумавшись над этим, она припомнила, что Дио всегда уклонялся от расспросов о своей жизни, как если бы в его прошлом было много боли, о которой он не хотел рассказывать.

О боли Ари кое-что знала. Получила её сполна больше года назад, и это не отпускало её, до недавнего времени, пока она наконец не вернулась к жизни и не позволила разочарованию и сердечной боли уйти. И в процессе встретила Дио. Иногда всё, что ни делается, всё к лучшему.

Ари выбралась из кровати и бросилась в ванную. Некогда мечтать, но даже спешке не удалось стереть улыбку с её лица. Шагнув под тёплые струи воды, она в полной мере прочувствовала каждую клеточку своего тела, каждый дюйм кожи, которого касался и целовал Дио, а особенно то место между ног, которое пульсировало в одном ритме с её сердцем.

Она подавила разочарование от того, что Дио не разбудил её, когда уходил, но, может быть, он просто проявил заботу. Наверняка вчера, после всего, она заснула мгновенно, потому что, хоть убей, не могла вспомнить, разговаривали они или просто обнимались. Обычно ей не удавалось заснуть так быстро, но никогда прежде она и не чувствовала себя настолько удовлетворённой и умиротворённой. Так что это нормально, наверное.

Она быстро покончила с мытьём, может быть, в следующий раз, когда у них будет время, они с Дио примут душ вместе, а затем вернутся в постель. Ари покачала головой и начала сушить волосы. Она снова становится такой мечтательницей. После полного провала отношений с Джефом она перестала желать того, что, как ей думалось, не могла получить. Она чувствовала себя бесполезной, недостойной чьей-то любви. Да и как иначе? Никогда больше она не хотела бы почувствовать то унижение, которое пережила тогда. Единственное, что можно было сделать, чтобы защитить себя — закрыть своё сердце и держаться ото всех подальше. Но Дио разрушил её броню и те стены, что она воздвигла.

Впервые за много месяцев Ари вышла из дома окрылённой и беззаботной.

Дорога к магазину заняла немного времени, и когда Ариадна подошла, её помощница, Лиза, уже ждала у входа. Лиза выглядела младше своих двадцати двух лет в этом летнем платье, а, может, всё дело в том, что она была очень красивой и загорелой. Как дочь винодела из Калифорнии, она приехала сюда на стажировку на месяц, а после попросилась остаться ещё на год, потому что ей действительно понравился Чарльстон, и люди, по её мнению, тут жили очаровательные.

Понимая, что помощь с магазином нужна, если она не хочет работать без выходных все семь дней в неделю, Ари тут же её наняла. Лиза отлично управлялась с клиентами, могла очаровать кого угодно. И понимала толк в винах. Кроме того, будучи сама из Калифорнии, она смогла договориться о больших скидках с некоторыми из калифорнийских виноделен, чьих владельцев знала лично, и с чьими детьми выросла.

И помимо прочего, Ари любила Лизу за её жизнерадостность

— Извините, я ключи забыла, — вместо приветствия сказала Лиза. — Сегодня у нас много дел, я так рада, что вы пришли вовремя. Мы сегодня получаем партию из Драй Крик.

Ари вытащила ключи из сумочки и отперла дверь.

— Доброе утро, Лиза. Что случилось? Ты обычно ничего не забываешь.

Лиза следом за ней вошла в магазин, Ари включила свет.

— Я вчера дома не ночевала, а ключи остались в другой сумочке.

Винный магазин Ари был невелик, но предоставлял большой выбор и местных, и международных сортов, а хорошим обслуживанием клиентов она по праву гордилась. После выкупа магазинчика у пожилой пары, владевших им больше тридцати лет, она многое поменяла.

Кроме деревянных стеллажей вдоль стен, здесь появился дегустационный уголок с мини баром. Барная стойка из тёмного гранита была её идеей, пятна от вина всё равно неизбежны, а на тёмной каменной столешнице они едва различимы. Этот уголок также использовался для редких занятий, за эту идею спасибо Лизе. Бесплатные уроки, на которых можно было научиться немного разбираться в вине и различать тонкости вкуса, привлекли в магазин много новых клиентов, которые в других случаях были слишком застенчивы, чтобы расспрашивать о вине.

— Нам нужен хлеб и сыр? — спросила Лиза.

— Последний хлеб ушёл вчера, но немного сыра ещё могло остаться, проверь в подсобке.

Пока Лиза шла к комнате, расположенной в задней части магазина, занимающей не меньшую площадь, чем торговый зал и заполненной ящиками с вином и прочими запасами, Ари запустила компьютер и программу продаж. Ещё одно новшество, которое ввела. Программа не только регистрировала покупки и работала с кредитными картами, но и была связана с её инвентарной системой, то есть отслеживала сколько вина осталось, а сколько продано. А это значительно экономило время при оформлении повторного заказа товара.

— Лиза, — окликнула она в открытую дверь подсобки.

— Что?

— Когда должны подвезти партию из Драй Крик?

— Между одиннадцатью и часом, — отозвалась Лиза за спиной Ари. — Сыра у нас тоже нет. Хотите, чтобы я сейчас сходила, пока мы не заняты?

Ари кивнула.

— Да, и ещё возьми крекеров, и… — её прервал звонок телефона. Она поднесла трубку к уху. — … и воду. — продолжила она для Лизы. — «In Vino Veritas» — с улыбкой произнесла Ариадна в трубку. — Чем могу помочь? — Новое название магазина было полностью её идеей. И каждый раз называя его, она испытывала гордость. Этот магазин — её детище, то, чего она добилась сама.

— Ну, как всё прошло? — прощебетала Натали, не поздоровавшись. — Расскажи мне всё.

Ари закатила глаза.

— Подожди секунду. — Отложив телефон, она открыла кассу и вытащила две двадцатки. — Лиза, деньги возьми.

Как только дверь за Лизой закрылась, Ари снова подняла трубку.

— Доброе утро, Натали.

— Да, да, доброе. Ну, рассказывай. — Совершенно ясно, что её подруга не настроена на бесполезные любезности, когда её ждали сочные детали.

Ари не удержалась от улыбки.

— Мы пошли гулять. Он отвёл меня в маленький ресторанчик с… -

— Не надо мне вот этого, — перебила Натали. — Ты прекрасно знаешь, что я хочу услышать. Вы сделали это?

Ари глубоко вдохнула и могла бы поклясться, что её всё ещё окружал аромат Дио.

— Это было очень мило.

— Очень мило? Очень мило? И это всё? Я твоя лучшая подруга! Единственная подруга, попрошу заметить! О, девочка, если ты мне сейчас не выложишь всё как на духу, я тебе такую головомойку устрою!

— Ладно, ладно, — сдалась Ари. Напоминание, что Натали являлась её единственной лучшей подругой, всегда срабатывало. — Это было потрясающе. Мы вернулись ко мне домой, и он просто… он был такой…

— Потрясающий? — подсказала Натали с улыбкой в голосе. — Детали, Ари, детали!

Она взглянула на дверь, втайне надеясь на появление первого клиента, а, следовательно, серьёзную причину, чтобы прервать разговор, но никто не входил в магазин. Всё что оставалось — тянуть время.

— Ну, он действительно очень накачанный, — это признание вполне безопасно, и не даёт слишком много информации. А обнажённым он выглядел просто вау. Тело у Дио действительно было потрясающим. Даже сейчас её охватывала дрожь, стоило подумать о том, чтобы пробежаться кончиками пальцев по его коже.

— Ты имеешь в виду, у него кубики?

Ари сдержала смешок, радуясь, что отвлекающий манёвр сработал.

— Почти как Арнольд Шварценеггер в молодые годы. Но без всего этого пафоса.

Натали рассмеялась.

— Лучше ему быть менее пафосным. — Она помолчала секунду. — И более верным!

У Ари стало тепло на сердце. Дио так смотрел на неё прошлой ночью, что она просто знала — он будет ей верен. В его взгляде было столько нежности и страсти, что она не могла ошибиться.

— Уверена, он такой и есть.

— Он остался на всю ночь? — выстрелила следующим вопросом Натали. — Потому что если остался — это хороший знак.

— Понимаешь, я точно не знаю. Так быстро заснула. Но он наверняка оставался на ночь. — Оставался ли? Или ушёл, как только она уснула?

— Наверняка — это что ты имеешь в виду? Вы вместе проснулись или нет?

Ари оттолкнула прочь растущие сомнения.

— Когда я проснулась, он уже ушёл, но… — поспешно добавила она, и её тон стал слегка обороняющимся. — … я проспала, а ему, наверное, надо было на работу, так что ты не можешь его винить.

— Ага-а-а.

— Что? — начиная раздражаться, спросила она.

— Позволь я уточню: ты не уверена, были ли вы всю ночь вместе, потому что когда проснулась — он уже ушёл. Ну, по крайней мере, обнимашки после всего были?

Ари заколебалась. Она вспомнила, что сказала ему несколько слов, но потом…

— Эм… ну…

— Значит, нет. Тогда следующий вопрос. Он не сказал слова на букву «Л», так ведь?

Щёки Ари начали гореть. Она ненавидела то, как быстро Натали докапывалась до самого главного и поднимала вопросы, от которых чувствовала себя не комфортно.

— Парни не говорят такого сразу же. И ты знаешь это не хуже меня.

— Ладно, с этим не спорю. — На этом подруга не остановилась. — Он тебе ещё не звонил?

— Сейчас девять тридцать утра! Конечно, ещё нет. Тебе не кажется, что это уже слегка перебор? — На самом деле, позвони Дио сейчас, она нашла бы это весьма милым. Даже больше — её бы это полностью покорило.

— Перебор-шмеребор, — ответила Натали. — Это было бы правильно. В конце концов, у вас был секс. Он мог тебе записку на подушке оставить или первым делом позвонить с утра. Просто говорю.

Записки не было, то есть Ари ничего такого не видела. А стоило поискать. Просто на всякий случай, вдруг он оставил маленькое послание. Может, он слишком торопился на работу.

— Я уверена, он позвонит позже, вечером.

— Лучше пусть позвонит.

— Слушай, мне пора. Мы ждём большой заказ, и мне надо освободить место в зале.

— Ладно, но позвони мне, как только он с тобой свяжется.

— Конечно. — Ари положила трубку и поправила волосы. Пятнадцать минут назад она была словно на седьмом небе, а сейчас её охватили сомнения. Она, как шестнадцатилетняя школьница, сомневающаяся, позовет ли её парень из старшей школы на ещё одно свидание. Раздражённо тряхнув головой, она попыталась избавиться от глупых мыслей. Конечно, Дио позвонит. Она видела искренность в его глазах, когда они занимались любовью. Не о чем беспокоиться.

Глава 5

Проверив автоответчик, Ариадна вздохнула. Дио не позвонил — ни пока она была в магазине, на сотовый, ни на домашний телефон. Быстрый осмотр квартиры подтвердил, что никакой записки Дио не оставил.

Ни слова от него.

Сомнения, возникшие после разговора с Натали, теперь усилились. От беспокойства, несмотря на изнуряющую жару, кожа покрылась мурашками. Она не может просто сидеть тут и ждать, когда он с ней свяжется. Это уж слишком жалко. Нет, ей надо что-то делать. Может, у него была уважительная причина, чтобы не звонить.

Ари решила, что не позволит себе опустить руки, — развернулась и покинула квартиру. Она может просто обойти несколько баров, которые, как она знала, были любимыми для Дио, и посмотреть, вдруг он там. В этом ведь нет ничего такого. А звонить ему самой — совсем уж отчаянный шаг. Кроме того, некоторые из этих баров — её клиенты, и она может сделать вид, будто пришла просто, чтобы проинформировать их о новых поставках.

Вот с такими оправданиями она и вышла на улицу. В первом баре Дио не было, и, по словам бармена он там не появлялся. Может ей стоило обратить внимание на тот странный факт, что все бармены в городе знали его, но для такого ценителя вина как Дио посещать бары с лучшим ассортиментом, наверное, нормально.

Это была одна из тех вещей, которые заставили её сразу же обратить на него внимание, как только он пришёл в магазин: он знал о вине очень много, но при этом совершенно не задавался. Они говорили о разных сортах винограда, их плюсах и минусах, о разных технологиях виноделия. Но она солгала бы, если бы сказала, что её привлекли в нём именно знания. Нет, это были его глаза, сияющие синевой, как утреннее небо. Но в нём было нечто гораздо более манящее, чем одни только глаза.

Дио производил особый эффект, его аура словно говорила о мощи и силе, твёрдости духа и решительности. Он точно знал, чего хочет, и по его взгляду она понимала, что он хочет её. И это было самое возбуждающее и потрясающее из всего, что она когда-либо ощущала.

Ариадна вошла в бар, где любители заплатить подешевле в час скидок столпились вокруг стойки. Музыка звучала тише, чем в том, первом баре, куда она заходила, и находиться здесь было легче. Её сердце едва не остановилось, когда осматривая пространство, заставленное высокими столами и барными стульями, и диванчики вдоль стен, она заметила Дио. Он стоял со стаканом в руке и болтал с двумя девушками, сидящими за одним из столиков.

За столом позади них сидели двое мужчин среднего возраста, в которых Ари узнала своих постоянных клиентов. Пока она шла к Дио, у неё слегка дрожали колени, и сердце грохотало в груди, как локомотив, на всех парах мчащийся вниз с крутой горы. Возможно, эти девушки его старые знакомые или коллеги, и они просто отдыхают после работы.

То, что девушки смеялись над какой-то шуткой Дио, ещё не значило, что он с ними флиртовал. Это всё может быть совершенно невинно. Но чем ближе она подходила, тем сильнее перехватывало горло от осознания, что здесь что-то не так.

Почему он не позвонил? С чего бы ему сидеть в баре и выпивать с двумя весьма привлекательными девушками, которые наверняка лет на десять моложе её и фунтов на двенадцать легче? Ари взглянула на их свежие лица. Они вообще достаточно взрослые, чтобы пить?

Когда до стола оставалось пара футов, Дио обернулся и посмотрел прямо на неё. Его глаза распахнулись, лицо будто застыло, и всё веселье мгновенно пропало. Он явно не намеревался подойти и обнять её или поцеловать.

Ари словно окатили ледяной водой, когда их взгляды встретились. Руки стали холодными и липкими.

— О, привет. Не ожидал увидеть тебя здесь, — произнёс он так, будто они были едва знакомы.

Ари сглотнула ком в горле.

— Ты не позвонил.

Его взгляд скользнул в сторону.

— Я и не обещал этого. — Дио сделал большой глоток из своего стакана.

— Я… эм… Мы можем поговорить наедине?

Он нахмурился.

— Хм, послушай, Ариадна… может… — он произносил слова нерешительно, нервно, в отличие от своего обычного вежливого обращения. Она никогда не видела его настолько неуверенным.

— Сейчас неподходящее время, — начала она, — может, ты зайдёшь ко мне позже…

Он прочистил горло:

— Я этого не планировал… Я не могу. Правда, просто не могу. — И сжал губы.

Ари смотрела на него и видела, как его лицо становится ледяной маской, а синева глаз превращается в холодную голубизну замерзшего озера. За его спиной она уловила взгляды своих клиентов, которые явно подслушивали разговор.

— Но прошлой ночью… — её голос затих. Как она могла объяснить ему, что на самом деле поверила, что между ними есть нечто особенное, и что ей хотелось остаться с ним наедине? Это совсем неподходящее место, чтобы обсуждать тему настолько личную и интимную.

— Прошлой ночью всё было великолепно. Но это не… это никуда не ведёт. — Жестокие слова подействовали на неё как пощёчина.

Она не верила своим ушам. Это тот же человек, который был с ней прошлой ночью? Сейчас в мужчине перед ней не было ничего от того нежного любовника, который заставлял её кричать от наслаждения и смотрел так, будто её любит. Могла ли она настолько неправильно понять, ошибиться в нём так сильно?

Комната вдруг начала вращаться вокруг, словно карусель. Она заметила, как за его спиной из-за своего столика поднимаются её клиенты. Обернулась к двери, взгляд зацепился за барную стойку и человека за ней. Габриель, хозяйка, смотрела на неё, но Ари едва осознала это, от слёз всё вокруг расплывалось.

Ари уже сделала несколько неуверенных шагов и, наверное, упала бы, не подхвати её вовремя подоспевшая Габриель.

— Пойдём-ка ко мне в офис. Думаю, тебе надо присесть. — Ари позволила увести себя к дверям с табличкой «Только для персонала», лишь бы оказаться подальше от Дио в тот момент, когда полностью сломается.

* * * * *

Дио никогда не чувствовал себя таким подлецом. Но он совершенно не был готов столкнуться лицом к лицу с Ариадной. И так ощущал себя полным дерьмом, с тех пор как выскользнул из её кровати. И опять он пошёл по самому лёгкому пути — отверг её, потому что оказался трусом, который не смог признать, что возможно, только возможно, между ними зарождалось что-то серьёзное. Просто сама мысль, что он способен на эмоции более глубокие, чем те поверхностные чувства, которые демонстрировал всем, пугала его до смерти. Почему? Потому что он не хотел оказаться во власти этих эмоций. Он видел страдания своей матери, Семелы, после того как Зевс потерял интерес к ней, её боль распространялась вокруг, заставляя страдать его самого. Он не хотел такой любви, какой была любовь его матери к отцу — без таких же взаимных чувств.

Смертные верили, что Семела умерла, увидев Зевса в его божественной форме. Весьма далеко от истины, но лучше бы было так, чем смотреть, как она медленно угасала от безответной любви.

Его мать была несчастна на протяжении многих лет, пока всё надеялась, что Зевс вернётся. Но его папаша продолжал идти по жизни, оставив её позади, как поступал не раз.

Что если Дио такой же как он, не способный на любовь? Значит, женщина, которая его полюбит, обречена остаться с разбитым сердцем? И хотя Дио никогда не заботило, сколько сердец он разбил, по какой-то причине, он не мог смириться с мыслью, что это сердце принадлежит Ариадне.

Лучше покончить со всем сейчас, в самом начале. Ари ведь не могла уже влюбиться в него и сможет позабыть его очень быстро. И что вообще это было за безумное увлечение? Он уверен, это временно, не о чем беспокоиться. Несколько бокалов вина, чуть-чуть флирта с согласными на всё смертными, и скоро ему станет легче.

Дио вновь посмотрел на двух девушек, с которыми разговаривал раньше, но настроение так и не вернулось. Ему не хотелось флиртовать с двумя дурочками, у которых явно вата вместо мозгов, и которые смотрят на него как на своего следующего спонсора. Они что, так ничего и не поняли из его разговора с Ари? До сих пор не осознали, какой он гад? Что ему нельзя доверять?

— Извините, — произнёс он, отворачиваясь.

Дио осмотрел бар, но Ари нигде не было. Он попытается объяснится с ней. Она умная женщина и поймёт, что они не могут быть вместе. Если ему удастся убедить её, что он ей не подходит, может, тогда она его не возненавидит. Почему это имело значение, он не был уверен. Да во имя Аида, в последнее время он не был уверен вообще ни в чём.

Важно только одно: он задолжал Ариадне объяснение, и она его получит, сегодня же. И если, после того как он ясно даст понять, что ей лучше без такого придурка как он, она всё ещё будет страдать — он сотрёт её воспоминания.

Дио направился к туалету, чтобы сунуть голову под холодную воду. Но прежде чем успел открыть дверь, двое парней схватили его сзади и через чёрный вход вытащили на парковку.

— Какого хрена! — Дио вырвался из их хватки и резко развернулся.

Он пристально разглядывал обоих хулиганов, как и они его. Эти не были похожи на тех парней, с которыми он обычно дрался в барах. Для начала они оказались старше, не из тех юнцов, что напившись, начинают затевать споры со всеми. Оба хорошо одеты и вполне трезвые. Дионис узнал их, они сидели за соседним столиком. И он был абсолютно уверен, что никаким образом их не оскорблял.

— Думаю, нам надо преподать тебе урок хороших манер, засранец, — заявил один из мужчин.

— Отвалите от меня. Я не давал вам повода нападать. — Не дожидаясь ответа, Дио собирался развернуться, но один из парней внезапно на него налетел.

— Ты, козёл, обидел Ари. Значит, будешь иметь дело с нами. Она хорошая девушка. Никто не должен обижать её, а потом просто сваливать.

Вот дерьмо! Когда Ариадна успела отправить за ним своих друзей? И зачем она это сделала? Он никак не ожидал от неё. Его охватило непонятное разочарование. Не то чтобы он не заслуживал хорошей трёпки. Может, именно это ему и нужно.

Дио указал на того из двоих, кто был поздоровее:

— Вам же хуже.

В течении нескольких секунд мелькали кулаки, Дио отвечал на удары и пинки друга Ари также быстро, как получал их сам. Парень всё равно не мог нанести ему большого вреда, благодаря божественным силам. Драка на самом деле была нечестной.

— Не хочешь другу помочь? — с улыбкой подначил Дио второго мужчину. — С него, похоже, уже хватит. — Но тот не повёлся.

— Двое на одного нечестно, — ответил он, продолжая держаться в стороне.

Кажется, чтобы заставить парня драться, нужно пускать в ход тяжелую артиллерию. Дио нанёс ещё один апперкот в подбородок противнику и продолжил:

— Ари получила именно то, что заслужила. Она хотела, чтобы её трахнули, ну так я её трахнул. Слышал бы ты, как она кричала от удовольствия. — Боги, он чувствовал себя полной задницей, говоря что-то настолько бессердечное.

Глаза второго мужчины, наконец-то, вспыхнули гневом. Секундой позже его кулак врезался в лицо Дио. Его голова мотнулась в сторону, он услышал треск. Кровь хлынула из носа и потекла по лицу. Вот дерьмо, это больно, но лучше уж ощущать это, чем чувствовать вину за то, что бросил Ари, и боль из-за того, что её обидел.

— Всё, на что вы способны? — Дио вытер кровь и насмешливо улыбнулся.

В ответ двое парней, замахнувшись, бросились на него.

Смертные! Их так легко спровоцировать.

— Сволочь! — выпалил один из них и врезал Дио в живот, выбив из него воздух. Второй воспользовался случаем и сделал подсечку, Дио потерял равновесие и приземлился на задницу. Прежде чем он успел откатиться в сторону и вскочить, тот из нападавших, что поздоровее, рухнул на него, пригвоздив к земле. Второй парень мгновенно оказался рядом и теперь отделывал лицо Дио кулаками.

Вкус крови во рту и в носу вызывал тошноту, давление в голове всё росло.

— Чёртовы ублюдки! — Это уже не было смешно.

Призвав последние силы, Дио ударил по ним энергетическим взрывом, отбросив обоих подальше. Приподнявшись, они быстро обменялись взглядами, прежде чем вскочить.

— Чёрт! Сваливаем отсюда!

А затем эти слюнтяи умчались по тёмному переулку.

— Слабаки! — крикнул Дио им вслед, садясь. Голова закружилась, и он перестал двигаться на какое-то время.

— Вот гадство! Чувствую себя как дерьмо!

— Отлично, потому что выглядишь ты также, — прокомментировал женский голос.

Дионис оглянулся и обнаружил стоящую всего в нескольких футах от него Геру. Она была одета как смертная — если быть точным, то в обтягивающие кожаные штаны и бюстье — вместо обычной струящейся туники.

— Наслаждаешься видом? — пробурчал он.

— Сказать правду — да. При виде твоего избитого лица у меня здесь что-то пробуждается. — Она прижала ладонь к к солнечному сплетению и сладенько улыбнулась.

— Я так понимаю не сострадание.

Гера совершенно небожественно фыркнула:

— Не смеши меня. Нам надо поговорить.

— С каких пор нам есть о чём разговаривать?

— Со вчерашнего дня. — Он поджала губы. — Я видела, что ты сделал прошлой ночью.

Гнев мгновенно разгорелся в нём. Он поднял голову, прищурившись:

— Разве боги только недавно не пришли к соглашению держаться подальше от спален друг друга, если только это не касается их лично?

Мысль о том, что Гера наблюдала за их с Ариадной интимной близостью, жгла. То, что произошло между ними, — было чем-то личным, ценным и дорогим, он не хотел делиться этим ни с кем. Чёрт, ну как он умудрился так облажаться с Ариадной? Он должен всё исправить, пока не стало ещё хуже.

Гера как будто была увлечена разглядыванием собственного маникюра.

— Ах это. Да, мой гулящий муженёк выдал такое распоряжение. Но ко мне это, конечно же, не относится. И кроме того, данный случай как раз касается меня лично.

Дио пытался встать, но, к его удивлению, не смог. Словно кто-то упирался ему в грудь, удерживая на месте. Какого хрена? Он гневно уставился на Геру. Что эта стерва задумала?

— И не утруждайся подниматься. Боюсь, эти двое избили тебя до полусмерти, и ты слишком слаб.

— Я надрал им задницы! — запротестовал Дио. — Я в полном порядке.

— Ты, может, и в порядке, а о чувствах Ариадны ты подумал? Я и сейчас слышу, как она плачет.

Внутри всё сжалось в агонии, и он знал, что это не из-за повреждений, нанесённых в драке, боль не была физической. Его ранило знание о том, что Ариадна плачет.

— Это не твоё дело, Гера, так что держись подальше!

— Не могу. У меня, как у богини, есть обязанности. И одна из них — убедиться, что ни один смертный не страдает от жестокости богов.

— Я не был жесток с ней. Я только…

— Хватит перебивать меня! Совсем как твой отец! Не можешь заткнуться, когда надо просто выслушать!

Дио сопротивлялся её подавляющей энергии, но она старше и сильнее, чем он, и так будет до тех пор, пока ей самой этого хотелось. Являясь одной из олимпийцев, по силе Гера намного превосходила других богов. И хотя Зевс был сильнейшим, Гера обладала такой мощью, которой Дионис не мог даже вообразить. Он был в её власти и поэтому ненавидел её ещё больше.

— Стерва!

Гера пожала плечами:

— Называй меня как хочешь. Я привыкла. Но обижать эту смертную я тебе больше не позволю.

— Что сделано, то сделано! — прошипел он, при этом чувствуя очередной укол вины.

— Всё можно исправить.

— Не лезь в мои дела. Пожалеешь, — предупредил он, понимая, что его угрозы мало что значат. — Если Зевс узнает, он…

— Тогда мы должны сделать так, чтобы он не узнал, правильно? — коварно улыбнулась она.

— Ты серьёзно думаешь, что я тебя не сдам? Если так, то ты плохо меня знаешь. — В мире богов не было приёмов слишком низких или подлых, чтобы отомстить другому богу или богине.

Она картинно приложила ладонь ко рту.

— Ой нет, какой ужас! Что ж, кажется, мне придётся предотвратить это. — Её тон вдруг изменился. — Потому что если ты не вспомнишь, кто ты, тогда, я думаю, ты не сможешь призвать ни своего отца, ни своих друзей, ни кого-нибудь ещё.

— Какого…

— Вот только не говори «хрена». Ненавижу это слово, оно мне на нервы действует. — Затем она подняла обе руки к небу. — Я собираюсь преподать тебе урок. На этот раз ты будешь относиться к ней по-другому, потому что я сделаю так, чтобы ты не знал, каким засранцем на самом деле являешься. Теперь ты будешь страдать по ней, а она — водить тебя за нос. Тогда ты наконец поймёшь каково это. Забрать твои силы я не смогу, но сделаю так, что ты и знать не будешь, что обладаешь ими. А сейчас, мой дорогой мальчик, заноза ты в заднице, ты уснёшь, а когда проснёшься, понятия не будешь иметь, кто ты, и что произошло. «Кто такой Дионис?» — так ты будешь спрашивать. — Затем она рассмеялась, и смех эхом отразился от зданий вокруг и машин на стоянке.

«Вот дерьмо!» Это была последняя связная мысль, прежде чем тьма поглотила Дио.

Глава 6

Ариадна вытерла слёзы и благодарно взглянула на Габриэль.

— Спасибо. Обычно я такой потоп не устраиваю, но это просто выбило меня из колеи. — Столкновение с ледяной холодностью Дио оказалось слишком большим испытанием для её хрупкой психики.

Габриэль сочувственно похлопала её по руке.

— Уж поверь, со мной в такой ситуации было бы то же самое. Если тебе от этого полегчает — я запрещу ему появляться в моём баре.

— Ты не обязана так поступать. Наверняка он один из твоих лучших клиентов.

— Не имеет значения. Ты мой лучший поставщик. Иногда нужно сделать выбор.

Ари кивнула. Габриэль покупала у неё вино с тех пор, как магазин открылся, и их профессиональные отношения всегда поддерживались взаимной симпатией. Тем не менее то, что Габриэль предложила выпроводить Дио из бара только потому, что он обидел её, стало сюрпризом. Люди до сих пор умудрялись поражать Ари время от времени.

— Лучше я пойду.

— Давай я тебя провожу. Выйдем через чёрный вход, не надо ему видеть, что ты плакала.

Ари пожала руку Габриэль, благодаря за понимание. Вернуться в бар и, возможно, снова увидеть, как Дио флиртует с теми двумя девицами — она вряд ли смогла бы вынести это сейчас. — Я пришлю тебе ящик вина из новой поставки «Драй Крик».

— Не нужно. Я рада была помочь. Хамам вроде него такое поведение не должно сходить с рук. — Габриэль провела её мимо склада в фойе с тремя дверьми. Две вели в туалеты, а третья — на улицу.

— Спасибо, — произнесла Ари.

— Я выйду с тобой. Заодно покурю. В баре теперь курить нельзя.

Когда они вышли на неосвещённую парковку, Ари почувствовала словно мороз прошёл по коже, несмотря на тёплый ночной воздух. Задрожав, она растёрла руки, чтобы согреться.

— Что за чёрт? — проворчала Габриэль.

Ари проследила за её взглядом и увидела человека, лежащего на земле футах в десяти от двери. Из-за спины Габриэль верхнюю половину его тела Ари не могла рассмотреть.

— Господи, терпеть не могу, когда напиваются до того, что на ногах стоять не могут. И это час скидок только закончился! — высказалась Габриэль. — Давай посмотрим, может удастся его поднять.

Ари вслед за ней приблизилась. Первое, что она поняла, когда взгляд упал на этого пьяницу, он был весь в крови и явно избит. А второе — мужчина, лежащий на земле, ей знаком.

— О боже, нет! — Ари упала на колени рядом с ним.

— Вот это я называю кармой, — пробормотала Габриэль.

Ари проигнорировала комментарий Габриэль, хотя какая-то, крошечная, часть её души была с ней согласна. Другая же часть, более сострадательная, не могла не содрогнуться: лицо Дио выглядело так, будто в него врезалось что-то большое и тяжелое, кажется, был сломан нос и разбиты губы. Кровь обильно текла из носа и порезов на лице. Судя по содранным костяшкам пальцев, тому, с кем он дрался, тоже досталось.

— Мы должны помочь ему. Вызови скорую.

Рука Габриэль легла поверх её руки.

— Это выглядит не так уж плохо. Думаю, мы и без скорой можем обойтись.

Ари недоверчиво на неё глянула. Как Габриэль могла сказать такое?

— Он ужасно выглядит, ему нужен врач. — Нашарив в сумочке телефон, она вытащила его.

В следующую секунду рука Габриэль сжалась на её руке, держащей телефон.

— Если ты вызовешь скорую, с ними приедет полиция. Я не могу себе этого позволить, по крайней мере, сейчас.

— О чём ты?

— После большой драки на прошлой неделе, Комитет по развлечениям выдал мне предписание. Я на заметке. Если не смогу поддерживать порядок в этом месте — потеряю лицензию.

— Ты это несерьёзно, — нахмурилась Ари.

— Абсолютно серьёзно. И эй, он будет в порядке, вон, смотри, уже шевелится, — указала на Дио Габриэль. — Вроде как приходит в себя. И вообще, это послужит ему уроком за то, как он к тебе относился. Ты даже не обязана заботиться о нём. — Она поднялась и отряхнула брюки.

— Ты же не можешь просто бросить его здесь.

— Если ты такая добрая — возись с ним, пожалуйста, но будь я тобой, знаю, чтобы сделала. Оставила бы его страдать! — Затем Габриэль натянуто улыбнулась. — Мужчины постоянно лезут в драку. Я видала и похуже, поверь мне. К утру он будет в порядке. Пара пластырей — всё, что ему нужно. Ну может ещё немного льда.

Она развернулась и ушла обратно в бар.

Ари резко выдохнула. Ей совсем не хотелось быть причиной, по которой Габриэль, да вообще кто угодно, лишилась бы лицензии. Могла ли Габриэль преувеличивать угрозу от Комитета по развлечениям, или всё действительно так плохо?

Не собираясь идти против желания Габриэль, она снова посмотрела на Дио, который пошевелился и тихо застонал. Ари вытащила из сумки платок и промокнула его губы. Ткань мгновенно пропиталась кровью, а Дио дёрнул головой, уворачиваясь от прикосновений.

— Ой! — Его глаза распахнулись, их глубокая синева резко контрастировала с окровавленным лицом. Он злобно на неё уставился.

— Лежи тихо, а то будет ещё больнее, — произнесла она, раздражаясь от проявления его недовольства. Гад неблагодарный! Радоваться должен, что она ему помогала!

Остановив её, когда она хотела снова приложить платок к его ранам, несмотря на боль, что отражалась на лице, он сел. Обычно гладкое лицо пересекли глубокие морщины. Когда Дио наконец заговорил, казалось, что это даётся ему с большим трудом.

— Что случилось?

— Выглядит так, будто тебя побили. Ты, наверное, ввязался в драку с кем-нибудь, — проворчала она.

Дио провёл рукой по лицу, морщась, пока ощупывал повреждения.

— Ай, чёрт! — Затем пробежался пальцами по всклокоченным волосам и снова уставился прямо на неё. Его взгляд был изучающим, словно он видел её впервые, опустился от лица к груди, ногам и вновь вернулся к лицу Ари.

— Ты была здесь, когда это случилось? — слова прозвучали слегка смазанно, разбитая губа мешала выговаривать их ясно.

Ари покачала головой:

— Мы, то есть я нашла тебя уже после.

Он кивнул и посмотрел на окровавленный платок, который она всё ещё сжимала в руке.

— И кого мне благодарить за спасение?

Ари прямо почувствовала, как морщится лоб от её попыток уловить смысл в его странных словах.

— Что ты имеешь в виду?

Дио попытался улыбнуться, но со стоном оставил эту затею.

— Твоё имя. Я хочу знать, как тебя зовут, чтобы отблагодарить за помощь незнакомцу.

Несколько секунд она потрясённо молчала. Как он может быть настолько жестоким, чтобы притворяться, будто её не знает? Она сердито смотрела на Дио, но в ответ получила лишь его удивлённый взгляд. Как ему совести хватало пялиться на неё, словно они никогда не были знакомы?

Она резко вскочила:

— Поверить не могу, что ты делаешь это. — А она ещё хотела ему помочь.

— Что делаю? — Поморщившись от боли, он начал подниматься.

— Притворяешься, что не знаешь меня!

— Так я и не знаю. — Затем он всё-таки улыбнулся одной из своих самых сногсшибательных улыбок. — Но я не прочь узнать тебя поближе.

— Дио! Ты… ты…

Он поймал её за руку.

— Кто такой Дио?

Ари так и замерла на вдохе. Разве это возможно? Нет, такого просто не могло случиться, не так ли? Она снова осмотрела его лицо, повреждения, что он получил. Затем подняла руку к его голове и, придерживая ладонью затылок, ощупала пальцами череп.

Он растерянно на неё взглянул:

— Что ты делаешь?

— Ищу шишку. — Если он ударился головой во время драки, то может и не разыгрывал тут идиота. Он мог заработать сотрясение мозга и, естественно, некоторую дезориентацию.

— Зачем?

— Чтобы знать, не ударялся ли ты головой.

Он поймал её руку и отодвинул от себя.

— Я в порядке. Ты так и не ответила. Кто такой Дио?

— Ты.

Он покачал головой:

— Уж поверь, я бы знал, если бы меня звали Дио. Что за дурацкое имя!

— Ну хоть в этом мы согласны, — проворчала она и, подняв голову, спросила с вызовом: — Если тебя зовут не Дио, тогда как?

Он открыл рот и тут же его закрыл. На лице отразилось замешательство, он нахмурился сильнее.

— Эм… — Взглянул на небо, словно искал там что-то, затем снова посмотрел в глаза Ари. — Я не знаю, как меня зовут. — Снова провёл рукой по волосам, его раздражение ощущалось в воздухе. — Я понятия не имею, кто я и как здесь оказался.

Мозг Ариадны тут же заработал с утроенной силой. Мог ли он потерять память после драки? Шишку найти не удалось, но ведь она совсем не обязательно должна быть. Спровоцировать потерю памяти могла любая травма. Что если противник ударил Дио с такой силой, что в его голове что-то сдвинулось. Наверняка, судя по тому как кровоточили раны, можно сказать, что такой удар был нанесён.

Пока она изучала его лицо в поисках ответов, не могла избавиться и от других мыслей, возникающих в голове. Что если это второй шанс? Возможность начать всё с чистого листа, исправить то, что пошло не так между ними? Если бы только она знала, почему Дио решил покончить с их отношениями. Она оказалась слишком лёгкой добычей? Ведь он бросил её сразу после того, как она переспала с ним. Может, надо было заставить его ждать дольше, чтобы он понял, чего она стоит. Видимо, так и есть.

«А может стоит просто поучить его, как относиться к тебе с уважением?»

Откуда взялась эта мысль? Может, оттуда же, откуда и предположение, что это прекрасная возможность отплатить ему той же монетой, преподать урок, заставить Дио увлечься ею, а самой, на этот раз, не терять головы.

И хотя Ари пыталась не обращать внимания на идею, неизвестно как закравшуюся ей в голову, и твердила себе, что никогда не была мстительной, мысли продолжали возникать, чуждые, будто и не её собственные. Если Дио не помнил, кто он, не узнал её, то ничего не ведал и о том, что сделал, как её обидел. Играть его чувствами, когда он даже не сознаёт, что натворил — ведь это же нечестно?

«Нечестно? — насмешливо переспросил голос. — А он был честен с тобой?»

Ари закусила губу. Что правда, то правда, вёл он себя как полная задница!

«Преподай ему урок! Сломи его! Заставь делать всё, что захочешь! Он в твоей власти!»

Ари не смогла устоять перед настойчивостью голоса и открыла рот, прежде чем поняла, что собирается произнести.

— Тебя зовут Дио. А я твоя невеста, Ариадна.

Невеста? Почему она именно это сказала?

Когда слова вырвались, Ари уже хотела взять их назад, но поймала его оценивающий и явно одобрительный взгляд.

— Боги, да я везучий сукин сын.

* * * * *

Гера улыбалась, задумчиво глядя на поверхность воды, отражающую Диониса и Ариадну на той самой парковке, где она оставила его меньше часа назад.

— Везучий? Да ты ещё половины не знаешь, дорогой мой Дионис, — едва слышно произнесла она.

Если он думал, что сможет играть чувствами этой смертной также, как раньше, то явно не рассчитывал на изобретательность Геры. На этот раз Ариадна не будет беспомощной жертвой его распутства, уж она об этом позаботится. Гера уже внушила молодой женщине, что именно нужно сделать, чтобы преподать богу вина урок, в котором тот так отчаянно нуждался.

К несчастью, Ариадна обладала добрым сердцем и заставить её лгать Дионису о том, что она его невеста, стоило Гере массу потраченных сил. На благородных и чистых сердцем всегда влиять труднее всего. Они слишком цепляются за свою совесть.

Гораздо легче было повлиять на двух давних клиентов Ариадны и подтолкнуть их к тому, чтобы напасть на Диониса. Потребовалось лишь поместить в их сознание ярость, которую они испытали бы, будучи её братьями.

Ариадна ещё станет её последовательницей: скоро девушка будет играть чувствами Диониса так же, как он делал это. Тогда её гадкий пасынок наконец сам останется с разбитым сердцем. И все женщины, которым он когда-либо причинял боль, будут отомщены.

Ариадна же пройдёт через это целой и невредимой, на самом деле она станет даже сильнее и никогда больше не позволит мужчине её притеснять.

И пока Гере удаётся подавлять доброту Ариадны и её несносную совесть, вкладывая свои мысли и суждения в её разум, всё будет работать как надо. Что же насчёт второго шанса с Дионисом, в который, кажется, верила Ариадна? Всё зависит от того, сможет ли любовь расцвести на почве обмана и пустить корни достаточно глубоко, чтобы достичь того места, где похоронена его чистота. Гера искренне сомневалась, что такой подвиг вообще возможен.

Глава 7

Дио разглядывал свою прекрасную самаритянку и наслаждался тем, что видел. Тёмно-русые волосы свободно струились по плечам, а в зелёных глазах читалось желание задать не один вопрос. Изгибы её тела были полнее, чем у других женщин. Других? Что ж, наверняка у него были другие женщины. Какие-то чувственные воспоминания его тело, видимо, сохранило. Она была прекрасна, его невеста. Он попробовал произнести её имя. «Ариадна». Кажется, он произносил его раньше, звуки легко слетали с языка и ощущались правильно.

— А я Дио. — Да, теперь, когда он произнёс его, имя оказалось знакомым, но не пробудило больше никаких воспоминаний. Как новорождённый, он не помнил ничего, за исключением последних пяти минут. Мозг пытался зацепиться хотя бы за что-нибудь, но крупицы информации ускользали, как песок сквозь пальцы. — Я ничего не помню, — признался он.

— Ты уверен? — Она обеспокоенно нахмурилась.

— Совсем ничего. Если бы ты не сказала, как меня зовут, я бы даже не знал, кто я. Будто всё стерли. Мозг как чистый лист.

Она помедлила, а затем сжала его руку.

— Как твоя голова?

— Я прекрасно себя чувствую.

— Думаю, мы должны пойти в больницу, чтобы тебя проверили. У тебя может быть сотрясение.

По какой-то причине мысль о больнице ему не нравилась. Был плохой опыт? Иначе почему внутри него всё протестовало? Дио позволил инстинкту говорить за себя.

— Нет. Я в порядке. Не надо в больницу.

— Но, Дио…

Он прервал её возражения:

— Никакой больницы. Я же говорю: всё со мной хорошо. — И хотя слова были сказаны просто, чтобы успокоить её, он так же, инстинктивно, знал, что говорил правду. Знал, что к завтрашнему дню будет в норме, и от травм никаких последствий не возникнет, как и о том что несмотря на боль от синяков и порезов все повреждения поверхностные.

— Ну если ты так говоришь… — неохотно уступила Ариадна.

— Думаю, нам надо идти домой. — Он сделал шаг по направлению к выходу с парковки и замер. — Я не знаю, где мы живём. — Признавая свою несостоятельность, Дио почувствовал себя уязвимым. Он испытывал это чувство раньше? Приходилось ли ему полагаться на чью-то помощь до этой ночи?

— Идём, здесь не далеко. — Голос Ариадны звучал немного неуверенно, но он объяснил это тем, что она всё ещё волновалась за его здоровье. Любая невеста волновалась бы на её месте, верно?

Пока они шли в тишине, Дио снова её рассматривал. В ней определённо было что-то знакомое. Может, амнезия временная, и воспоминания уже начинали возвращаться. Наверняка после хорошего отдыха вернутся все. Он надеялся, что так и будет. Стыдно будет не помнить, как он влюбился в эту потрясающую женщину, или утратить воспоминания о первом разе, когда они занимались любовью.

При мысли о её теле под ним, его член шевельнулся. О да, Дио ясно ощущал химию между ними. Тело вспомнило её, и он мог бы поклясться, что его член знал, каково это проникать в её сладкое жаркое местечко. Не было никаких сомнений в том, что совсем недавно они держали друг друга в объятиях и дарили друг другу наслаждение.

Дио сжал её ладонь в своей. Ариадна быстро взглянула на него и отвела взгляд, кажется, удивившись. Он что, нечасто прикасался к ней? Трудно представить такое. Сейчас он сомневался, что сможет держать руки при себе дольше пяти минут.

— Расскажи о себе. Сожалею, но я так ничего и не вспомнил. А хотелось бы. Извини. — В его взгляде отражалась боль и искреннее сожаление. Пока было ясно лишь то, что Дио находил её весьма интересной. И, судя по реакциям тела, желал её. Что ж, по крайней мере, потеря памяти не уничтожила его чувства к Ариадне.

Ариадна прочистила горло:

— Я владею небольшим винным магазином в городе.

Вино? Знакомо звучит.

— Я помню вино. — Дио чувствовал себя глупо, произнося это, но наделся, что если проговаривать всё, что вспомнит, память вернётся быстрее. Может быть. — Расскажи больше.

— Это просто маленький магазинчик. У меня только один сотрудник, Лиза. Она отлично ладит с клиентами, много помогала мне с переделкой магазина. Она подкинула идею о дегустационных классах, чтобы привлечь клиентов. И в вине она разбирается.

— Я знаю толк в вине, — выпалил Дио.

— Да, знаешь.

В её голосе послышалось напряжение?

— Что, нет?

— Ты много пьёшь.

— О! — Какое-то чувство, похожее на смущение овладело им. Он алкоголик? Поэтому и ввязался в драку и был избит? Потому что был пьян? Дио помотал головой. Он не чувствовал себя пьяным, а тупую боль в голове приписал к последствиям травм. На самом деле он ощущал такую ясность сознания, какую может чувствовать только тот, у кого в голове абсолютно пусто. — Я не пьян.

— Я этого и не говорила.

Её защищающийся тон его смутил.

— Извини, — проговорил он быстро. — Просто я очень странно себя чувствую. Уверен, скоро всё будет как раньше, только, пожалуйста, прояви терпение.

Ариадна кивнула, не отводя взгляд от узкого тротуара, который предназначался только для пешеходов, ну может, для велосипедов, продолжая вести его вперёд между двумя рядами небольших домов. Дио рассматривал всё вокруг. Маленькие домики вдоль улицы выглядели старинными и были сложены из камня. Чудно. Он мог представить, что живёт здесь.

— Где мы?

— Почти пришли.

— Нет, я имею в виду город?

Ариадна взглянула на него:

— Ты точно не хочешь показаться доктору? Даже название города забыл. Это совсем не хорошо.

Дио помотал головой:

— Доктор мне не нужен. Так где мы?

— В Чарльстоне, — вздохнула она.

Название показалось смутно знакомым.

— В США, — пробормотал он сам себе.

Ариадна остановилась и развернулась к нему.

— Ну конечно, в США, — снова нахмурилась она. — Почему ты подумал, что находишься за границей?

Дио пожал плечами:

— Я не знаю. — Ему не хотелось озвучивать свои сомнения, но в тот момент, когда упомянул Соединённые Штаты, он понял, что, кроме английского, говорит ещё и на других языках. И ещё откуда-то знал, что английский язык не его родной. А какой именно разобраться не получалось: слишком много чуждых слов вертелось в голове. — Просто пытаюсь пробудить воспоминания, проговаривая разные вещи — уклончиво ответил он.

Кажется, она купилась на его объяснение и продолжила путь. У него духу не хватило и дальше её волновать. Каким-нибудь образом он выяснит, что стряслось, не усложняя и так не простую для неё ситуацию. Любой женщине нелегко было бы вдруг выяснить, что жених её не узнаёт. И если он ввязался в драку по своей вине, оставалось только надеяться, что она отходчива и не злопамятна. Отсюда возникал следующий вопрос.

— Ты говорила, что не знаешь, что произошло. Мы разве были не вместе до того? Должны были быть, правильно? Иначе как ты оказалась там потом?

Она вздрогнула, едва уловимо, но он заметил. Они поссорились?

— Конечно, мы были вместе. В баре. Мы… то есть ты… ты просто вышел в туалет. — Она глубоко вдохнула. — И когда не вернулся, попросила кого-то проверить, но тебя там не было. Так что пошла искать. Но кто это сделал с тобой, я не видела.

Дио кивнул. Вполне вероятно.

— Наверное, кто-то спровоцировал меня на драку, — предположил он.

— Угу.

— Что это должно означать? Я агрессивен? — Он схватил её за плечи. — Скажи, я жестокий человек?

Ариадна смотрела на него, не произнося ни звука, и он внезапно осознал, как крепко её сжимает. И сразу же убрал руки.

— Прости… просто… я злюсь из-за того, что не знаю, кто я и что делал раньше. Понимаешь? Кто-то будто украл мою жизнь. — Он отвёл взгляд и уставился в темноту позади неё.

Когда её ладонь внезапно легла на его щёку и нежно погладила, Дио позволил своему взгляду вернуться к её лицу.

— Я понимаю, — прошептала она.

Но Дио едва ли расслышал слова, всё о чём он мог думать сейчас — тепло ладони на щеке и её лицо совсем близко. Не раздумывая, он притянул её к себе, и спустя секунду их губы встретились. Это был совершенно невинный поцелуй, но слияние их губ подтолкнуло его к осознанию. Да, Ариадна — его женщина, его невеста. И как только память вернётся к нему, всё будет хорошо.

Улыбаясь, он отпустил её.

— Пойдём домой. — Там он сможет сколько угодно обнимать её и унять все её волнения. Хотя из-за разбитой губы много целоваться, скорее всего, не получится, со всем остальным у него всё в порядке. Кажется, тупая боль в голове уже стихала, и нос теперь лишь слегка побаливал.

— Мы на месте, — объявила Ариадна через несколько минут и остановилась.

Глава 8

Ариадна пыталась разглядеть в темноте красные цифры номера симпатичного двухэтажного коттеджа. Если память ей не изменяла, это дом Дио. Адрес она помнила, потому что по нему доставляли вино из её магазина, но никогда не была здесь раньше. Удалось рассмотреть два почтовых ящика, очевидно, коттедж был двухквартирным.

— Ключи, — она протянула руку к Дио.

На его лице отразилось удивление.

— У тебя нет ключей? То есть мы что, не живём вместе?

— Нет, конечно, нет.

— Но мы же помолвлены. — Он произнёс это так, будто совместное проживание помолвленных пар самая естественная вещь в мире. Если бы они были помолвлены на самом деле, то, наверное, жили бы вместе. Как и многие другие пары. Разве есть лучший способ узнать друг друга получше до брака?

— Но ещё не женаты, — дополнила Ариадна.

— Ну, по крайней мере, ключи у тебя должны быть.

— Ты никогда не предлагал. — И с чего бы? Они ведь встречались всего две недели.

Внезапно к горлу подступила тошнота. Что если память вернётся к Дио через несколько часов, и весь её обман лопнет, как мыльный пузырь? Ей не стоило ему врать.

«Не отступай, — упрекнул голос в голове. — Ему нужно преподать урок».

Нет, она должна сказать ему правду. Настроившись так и сделать, Ари снова взглянула на Дио, но слова, вылетевшие из рта оказались совсем не теми, что планировались.

— Так где твои ключи? — Ну почему она такая трусиха?

Пошарив в карманах, он вытащил связку, но не передал ей, а открыл двери сам. В следующую секунду в фойе загорелся свет, и Ариадна вошла внутрь следом за ним.

— Наверху или внизу? — спросил Дио.

Её охватила паника. На двери справа блестела медная буква «В» — значит, квартира наверху это «А». Но Ариадна точно помнила, что на заказе не значилось ни А, ни В. Только номер дома. Бешено вращались шестерёнки в голове. Где же он жил, наверху или внизу? Если она приведёт его не в ту квартиру, он никогда не поверит, что они помолвлены.

Ариадна скользнула взглядом по его телу, несмотря на помятость и пятна крови одежда была дорогой. Заказанное им вино тоже не из дешёвых, и каждый раз когда они шли на свидание, он настаивал на оплате. Водил её в лучшие в городе рестораны. Нет, она точно уверена в том, что Дио вполне обеспечен. Так стал бы он жить внизу и слушать, как кто-то топает над головой?

— Наверху, конечно, — произнесла она и взмолилась, чтобы догадка оказалась верной.

Стук её каблучков эхом разносился по фойе, пока они поднимались по лестнице. Ари радовалась, что Дио шёл первым. Если она ошиблась, и ключ не подойдёт, что ж, по крайней мере, она не окажется в ловушке между закрытой дверью и его телом и не подвергнется допросу с пристрастием. Просто сбежит. И может это наилучший выход из ситуации, так как сказать ему правду у неё храбрости не хватает. Ари рискнула оглянуться, проложив маршрут побега и пожалев, что надела туфли на каблуках.

«Трусливый цыплёнок! — тут же отчитал её внутренний голос. — Помни, ты хочешь проучить его за то, что он обидел тебя».

Отбросив сомнения, Ариадна подняла голову.

«Так держать!»

Вот если бы она ещё перестала болтать сама с собой, всё было бы вообще замечательно.

После того как щёлкнул замок и раздался cкрип старых дверных петель, она наконец выдохнула. Верная догадка, Шерлок! Кажется, многие часы за чтением детективов отточили её дедуктивные способности и в конце концов окупились. Сложив два и два, она правильно угадала квартиру.

— Не хочешь войти? — Дио стоял, придерживая дверь, и яркий свет заливал комнату за его спиной.

— Да, конечно. — Ари перешагнула порог, дверь позади неё закрылась.

Квартира была небольшой. Без прихожей. Ари сразу же оказалась на кухне открытой планировки — даже не кухне, а кухонном уголке — тут же переходящей в хорошо и совершенно по-мужски обставленную гостиную. Большой экран телевизора доминировал на стене, а перед ним, занимая почти всё пространство, располагался огромный черный кожаный диван. Со вкусом подобранные репродукции современных картин украшали стены, ковёр скрывал потёртый — и, скорее всего, самый настоящий старинный — деревянный пол.

Ари наблюдала, как Дио осматривается, словно новый владелец в выставленном на продажу доме. Он прошёл через комнату к открытой двери.

— Спальня, — донеслось до неё.

Ари не собиралась идти куда-то дальше гостиной, тем более следовать за ним в спальню. Нет уж, это точно не то место, где она хотела бы остаться с ним наедине.

— Не хочешь взглянуть? — спросил Дио, обернувшись.

— Я уже видела, — солгала она.

Дио вернулся в гостиную:

— Похоже, я тут единственный, кому всё в новинку.

Она слабо улыбнулась в ответ:

— Думаю, нам надо промыть твои раны и посмотреть, не наложить ли повязку. — Меньшее, что она могла сделать в оплату за свой обман.

Ари резко развернулась и направилась в ванную. Чем скорее окажет ему помощь, тем быстрее сможет уйти и унять бешено стучащее сердце. Она надеялась, что после того как он с ней обошёлся, всё влечение к нему исчезнет. К несчастью, этого не произошло. Теперь, когда самоуверенность и гордыня слетели с него, будто шелуха, и когда он казался таким беззащитным, она ощущала почти необходимость его защищать. Сейчас, не помня ничего о своей прежней жизни, он нуждался в ней.

Когда Дио вошёл в маленькую ванную, она очень ясно почувствовала его близость. Поэтому заняла себя поиском аптечки, но не нашла ничего. Ясно. Придётся довольствоваться чистыми полотенцами и тёплой водой.

Она взглянула на Дио и увидела, что он осматривает своё лицо в зеркале.

— Чёрт, дерьмово выгляжу!

Ари хихикнула:

— Не всегда. — Это вырвалось прежде, чем она сумела сдержаться. И было правдой. Хотя его лицо прямо сейчас и не в лучшем состоянии, Дио красивый мужчина. Там под синяками этой красоты гораздо больше, чем любому мужчине вообще положено.

Он улыбнулся в ответ на её признание.

— Рад это слышать. Мне бы не понравилось, если бы ты всего лишь смирилась с моим существованием, когда я знаю, что ты могла бы получить любого мужчину, которого захочешь. — Он смотрел на неё признательно, и щёки Ариадны потеплели от этого завуалированного комплимента. Он правда так думал? Но почему тогда порвал с ней? В этом не было никакого смысла.

— Иди присядь на унитаз, чтобы я могла обработать твоё лицо.

Когда Ари повернулась к нему с влажным полотенцем в руках, Дио послушно сидел на унитазе и выжидательно на неё посматривал. Ноги он расставил широко, так что ей не осталось выбора, кроме как встать между его бёдер.

Кровь запеклась вокруг губ, глаз и носа Дио. Придерживая его подбородок, Ари краем полотенца круговыми движениями стирала её, стараясь не давить на ссадины и синяки.

Когда добралась до подбитого глаза, он вздрогнул и попытался отстраниться, но она ему не позволила.

— Не дёргайся, или это займёт много времени.

— Спасибо за то, что ты делаешь.

— Ухум-м-м…

Он даже представить себе не мог, чего ей стоило прикасаться к нему. Это напоминало о прошлой ночи, а она не хотела вспоминать об этом. Не сейчас, не тогда когда в её чувствах полная неразбериха, и в одну минуту ей хочется причинить ему боль, а в следующую — заняться с ним любовью.

— Как я обычно называю тебя?

— В каком смысле? — Ари сосредоточилась на порезе возле правого глаза.

— Ну «милая» или «дорогая», или «малышка»? — спросил он.

Услышав все эти нежности, она ощутила тепло внутри. Нахлынуло горько-сладкое воспоминание: прошлой ночью он назвал её «любовь моя».

— Ты называл меня по имени.

Брови Дио удивлённо приподнялись.

— Думаю, нам стоит это изменить.

— Это моё имя, и пока никто не жаловался, — запротестовала она, слегка напрягаясь. Похоже, своей самоуверенности Дио всё же не лишился, несмотря на потерю памяти. Некоторые черты характера амнезией не сотрёшь.

Ари вздрогнула от неожиданности, когда его руки вдруг оказались на её бёдрах.

— Прекрасное имя. Но я подумал и решил, что с удовольствием буду называть тебя «малышкой». Это как-то правильно ощущается.

Она замерла. Он хотел ласково её называть?

— Почему?

Замешательство отразилось на его лице.

— Нужна какая-то причина, кроме той, что я очевидно люблю тебя, и того факта, что мы помолвлены?

— Но откуда ты можешь знать, что любишь меня? Ты ведь потерял память.

— Я чувствую. — Он взял её руку и поднёс к своей груди. Под ладонью Ариадны в бешеном ритме стучало его сердце. — Когда я рядом с тобой, моё сердце бьётся быстрее.

Она попыталась вытянуть ладонь из-под его руки, но Дио не отпускал.

— Может быть, это из-за травм, которые ты получил.

— Нет, — помотал он головой. — И знаешь, откуда я знаю это?

Дыхание Ари перехватило. Воспоминания уже вернулись к нему, и сейчас он просто издевается над ней? Она не рискнула ответить, и спустя мгновение он провёл её рукой вниз по своему телу, пока она не почувствовала под ладонью его горячую пульсирующую эрекцию. Их взгляды встретились.

— Я знаю об этом, потому что становлюсь твёрдым рядом с тобой.

Ариадна отдёрнула руку. Каким бы соблазнительным ни был этот путь, пойти по нему она не могла. Впервые это не сработало.

— Не нужно смущаться, маленькая. — Он погладил её по щеке. — Я может и не помню ничего о нашей с тобой жизни, но ты ни секунду не должна сомневаться в том, что я люблю тебя. — Затем Дио притянул её ближе. — Мои губы разбиты и с лицом катастрофа, но с остальными частями тела полный порядок. Пойдём в кровать, малышка, и я сделаю всё, чтобы ты даже не поняла, что я потерял память.

Смысл сказанного был предельно ясен. А если у Ариадны и оставались какие-то сомнения — его руки быстро развеяли их, намекающе скользнув вниз по спине. И, прежде чем она поддалась бы тем великолепным ощущениям, которые Дио пробуждал в ней, Ари вывернулась из его объятий.

— Мы не можем этого сделать! — Потому что где гарантии того, что он останется с ней, а не исчезнет, как только они переспят?

— Можем, конечно, — произнёс он, поднимаясь.

Ари уперлась руками в грудь Дио, чтобы он не мог притянуть её ближе, а её разум бешено работал, придумывая объяснение тому, почему она не может прыгнуть с ним в постель, несмотря на помолвку.

— Мы решили подождать, — выпалила она.

— Подождать? Чего?

Она подыскивала следующие слова.

— У нас воздержание.

— Воздержание? — Дио наморщил лоб, будто не понимая, что значит это слово.

— Да, — произнесла Ариадна, уже увереннее, идея сформировалась. — Мы пришли к соглашению воздерживаться до первой брачной ночи.

Глава 9

— Воздержание? — Слово эхом отозвалось в голове Дио. Он, наверное, не расслышал. Может, его сильно ударили по уху и повредили слух. Было что-то ужасно неправильное и чуждое в этом слове. Он инстинктивно знал, что никогда не согласился бы на такое, тем более когда его тело реагировало на Ариадну так, как реагировало сейчас.

Он твёрд с тех пор, как они ушли с парковки. Каким образом он умудрялся целыми днями находиться рядом с ней с таким стояком? На одно мгновение он подумал, что из-за потери памяти Ариадна для него совершенно новая женщина, и поэтому все его чувства и реакции так сильны. Могло это стать причиной такой бешеной эрекции? Но Дио быстро отмахнулся от возникшей мысли. Если они с Ариадной помолвлены, то он представить себе не мог, что не был возбуждён постоянно, когда она рядом.

Она так прекрасна, с телом такими чувственным и роскошным, он точно знал, что оказавшись в ней, забыл бы самого себя и всё на свете. Устоять невозможно.

— Ты имеешь в виду, мы никогда?.. — Он оставил фразу незаконченной, не в состоянии даже выговорить такую невозможную вещь.

Ариадна избегала его взгляда и старательно рассматривала окровавленное полотенце в своих руках.

— Нет, мы решили, что будет лучше подождать до свадьбы. Мы оба очень набожны.

— Да? — Прямо сейчас он чувствовал явно не набожность.

Она кивнула, выполаскивая полотенце в раковине. Вода покраснела от его крови.

— Ты говорил, что так будет гораздо приятнее, когда мы поженимся.

Не было в ожидании ничего приятного.

— Я передумал.

Её спина напряглась.

— Ты не можешь. Мы ведь оба согласились. Просто ты не помнишь.

Дио сжал кулаки от досады.

— Давай это обсудим.

— Здесь нечего обсуждать, Дио. — Она отжала полотенце и повесила на бортик раковины. — Я лучше пойду. — И пробралась мимо него к двери.

— Но ты же ещё здесь не закончила. — Он указал на своё лицо и быстро взглянул в зеркало. Хотя всё оказалось не так плохо, как он ожидал. Сейчас, когда кровь была смыта с лица, Дио понял, что синяков и ссадин гораздо меньше, чем казалось. Даже отёк вокруг глаза стал едва заметен, хотя мог поклясться, что когда пришёл в себя на стоянке, с трудом мог открыть глаз.

— С тобой всё будет в порядке. Просто приложи лёд и подержи немного.

Затем она вышла, а спустя несколько секунд захлопнулась входная дверь. Дио остался стоять посреди ванной, в полной растерянности ероша волосы.

Она убежала и даже не поцеловала его на ночь. Как такое возможно? Может, она злилась за что-то? Видимо, так и есть. Если подумать, она казалась слегка раздражённой, время от времени. Может, они поссорились как раз перед его избиением. Это объясняло нежелание Ариадны остаться с ним. Потому что если они и согласились не заниматься сексом до свадьбы, поцелуи и прикосновения никто не отменял, Дио был в этом уверен. Ни за что он не отказался бы попробовать этот сладкий ротик и изучить это роскошное тело.

Неважно по какой причине согласился, но и дальше следовать нелепой идее с воздержанием Дио не собирался. Его тело до боли жаждало соединиться с её, и каким-нибудь образом он заставит Ариадну понять, что ждать не может. Она боялась, что он утратит интерес и не захочет жениться, если она переспит с ним? В этом причина её нежелания поддаваться его просьбам? А о том, что просьбы были, Дио знал, даже если и не помнил.

Вот в чём проблема: почему он не может вспомнить ни единого дня своей жизни до сегодняшнего вечера? И, если уж на то пошло, не особо переживает по этому поводу? Потеряв память, он, как ни странно, не ударился в панику, вполне ожидаемую в данной ситуации. Несмотря на полное отсутствие знаний об Ариадне, их отношениях или пустоту в голове, когда речь шла о его прошлом, Дио чувствовал себя странно удовлетворённым — ну то есть настолько, насколько может быть удовлетворён мужчина, бог знает сколько не занимавшийся сексом.

Кроме того, может ему просто нужен отдых. К утру все воспоминания могут вернуться, и жизнь наладится. Единственная вещь, пообещал себе Дио, к которой он не вернётся, — это воздержание. Он сделает всё, чтобы соблазнить Ариадну. В конце концов, она же будет его женой, нет ничего неправильного в том, чтобы снять пробу прежде, чем заключить сделку.

* * * * *

Дио спал беспокойно. Он крутился и ворочался, видел сны, населённые чудовищами и мифическими существами, которые казались знакомыми и, что странно, вполне приятными.

В ночном небе гремел гром и сверкали молнии, океанские волны пенились и обрушивались на берег, пока существо — наполовину человек, наполовину рыба — не поднесло к губам рог из раковины и не сыграло умиротворяющую мелодию. Волны успокоились, как и Дио, который нашёл утешение в осознании того, что его окружают друзья. А вдали он увидел Ариадну, она бежала, но не к нему, а от него, и слёзы текли по её щекам.

Дио резко сел и распахнул глаза. Комната купалась в сиянии солнечных лучей, проникающих через не до конца закрытые жалюзи. Прекрасный летний день. Ночные гром и молния оказались всего лишь сном. На идеально чистом небе ни облачка, а если бы из его комнаты открывался вид на воду, он увидел бы лишь спокойную гладь без малейшей ряби.

Примерно минуту он просто сидел на кровати, которую не узнавал, в комнате, которая была ему не знакома. Закрыв глаза, Дио пытался заставить свой разум вернуться назад во времени и найти утраченные воспоминания, но всё, что получилось, — вспомнить, как очнулся на парковке и Ариадна о нём заботилась.

Стоило подумать о ней, как простыня, прикрывающая его нижнюю половину, приподнялась домиком. Всё ясно: одна мысль об Ариадне, и он становится таким же твёрдым, как стальной прут, и почти таким же умным. Его рука уже двинулась по направлению к члену, чтобы облегчить страдания, но того, чего он хотел по-настоящему, она заменить не могла.

Разочарованно выдохнув, Дио вскочил с кровати и направился в душ. Может, холодная вода снимет напряжение. Интересно, что он делал раньше, чтобы держать взбесившиеся гормоны под контролем. Наверняка ведь нашлось какое-то решение, чтобы не чувствовать себя пороховым зарядом, готовым к взрыву каждый раз, как он оказывался рядом с Ариадной. Хотел бы он вспомнить хотя бы это.

Потянувшись мимо раковины к занавеске душа, Дио замер на полпути и резко повернулся к зеркалу. Потрясённо отпрянул и врезался спиной в стену.

Во имя богов!

Он осторожно приблизился, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. Но как бы долго ни изучал своё лицо, никаких признаков повреждений не было. Порез под глазом исчез, не оставив шрама, губы стали гладкими. Дио потрогал их пальцем, но никаких болезненных ощущений или неровностей не обнаружил. Его лицо выглядело так, будто никакой драки никогда не было.

Когда до него наконец дошло, пугающая мысль пришла в голову. Что если всё случившееся ему приснилось? Что если никто никогда его не избивал? И что если Ариадна всего лишь плод его воображения?

Идея была не просто тревожной — ужасающей, и сердце пропустило удар.

Он резко развернулся и вышел из ванной. Взгляд метался по комнате в поисках брюк. Они обнаружились на стуле в спальне, и Дио принялся шарить в карманах. Напряжение отступило, когда он нашёл свой сотовый. Набирая первую букву её имени, он надеялся, что сохранил номер. Сначала шли какие-то Аполлон и Арес, но когда он прокрутил список имён на «А» ещё немного вниз, то нашёл её имя: Ариадна Тэйлор. По крайней мере, имя было настоящим. Теперь надо убедиться, что это действительно она, а не женщина, выдуманная им в мечтах.

Практически не дыша, он нажал кнопку вызова.

— Алло? — Тот самый голос, который он мечтал услышать. Это должна была быть она.

— Ариадна? Это я, Дио.

Короткая пауза, но такая напряжённая, что растянулась будто на час.

— Доброе утро. Как ты себя чувствуешь?

— Лучше. Наверное, — осторожно ответил он.

— Ну как, ты вспомнил?

Облегчённо выдохнув и порадовавшись нужному направлению разговора, Дио произнёс:

— Я помню лишь, как ты заботилась обо мне и ушла потом. Я соскучился.

— О.

— Это как «о, я тоже скучала по тебе, малыш»?

— Да, конечно. — Но голос Ариадны звучал совсем неуверенно.

— Ты всё ещё злишься на меня? — рискнул предположить Дио.

— Кто сказал, что я на тебя злюсь?

— Ты так быстро убежала вчера. Послушай, что бы ни случилось, я сожалею. Уверен, сказал что-то, что тебе не понравилось, и если бы вспомнил, я бы, наверное, сам ужаснулся. — Возможно, она даже пыталась удержать его от драки, после которой ему отшибло память.

— Эм, почему бы тебе не отдохнуть?

— Я хочу увидеться с тобой. — Сердце Дио билось где-то в горле, пока он говорил, а сказав, осознал, как одна мысль о встрече с ней его взволновала.

— Я не могу прямо сейчас.

Он не позволит ей так просто от него отмахнуться.

— Тогда сегодня вечером.

Судя по голосу она колебалась.

— Вечером я зайду.

— Хорошо.

В трубке раздался щелчок, и Ариадна отключилась.

Глава 10

— Ты что сделала? — Натали перестала разгружать посудомоечную машину за барной стойкой и развернулась к Ари.

Ресторан пока пустовал, те, кто приходил на ланч, не появятся ещё час, Ари как раз хотела поймать подругу, пока та не занята, чтобы поговорить. Это ведь так важно.

— Я сказала ему, что мы помолвлены.

— У тебя крыша поехала! Можно справку выдавать! — Натали уперла руки в боки. Высокая брюнетка, она отнюдь не была тощей и выглядела внушительно, когда так делала. Но Ари знала, что её лучшая подруга безобидна, ну вот примерно как безобиден разъярённый бык. — Ты должна была вызвать скорую, и пусть врачи с ним разбираются. Что если у него сотрясение? Что если он ночью вообще в кому впал?

— Он звонил час назад. И, судя по всему, был в порядке.

— Ха! Если звонил, значит, знает твой номер, значит, память к нему вернулась.

Ари поёрзала на барном стуле.

— Он звонил с сотового. Я видела, как он забивал номер, я оставляла ему, когда мы только начали встречаться. Так что знание моего номера ещё ни о чём не говорит.

— И откуда ты знаешь, что память не вернётся к нему позже? Что тогда будешь делать? — возразила Натали.

Ари глубоко вдохнула и выдохнула, провела рукой по волосам, откинула за спину выбившийся локон.

— Да откуда же я могу знать? Для таких вопросов у меня есть ты.

— Ари, Ари, ты играешь с огнём. Один раз он уже причинил тебе боль, кто сказал, что не сделает этого снова? — Натали была права.

Ари рассказала подруге обо всём, что случилось вчера в баре, о том, как хладнокровно Дио порвал с ней. От воспоминаний об этом всё ещё подташнивало, но Ари попыталась отстраниться от собственных эмоций.

— На этот раз всё будет иначе, потому что он даже не знает, каким мудаком был.

— Угу, — пробормотала Натали себе под нос. — И поэтому теперь всё нормально, да? Иногда я тебя совсем не понимаю. Ну как ты можешь снова ввязываться в ту же ситуацию?

Ари стукнула кулаком по стойке:

— Потому что это не та же ситуация. На этот раз я говорю, кому и что делать. И я смогу влиять на него, потому что он не знает, каким был раньше. — И хотя она пыталась убедить себя, что Дио заслуживает такого обращения, муки совести из-за её обмана никуда не делись.

— Серьёзно? — недоверчиво посмотрела Натали. — Значит ли это, что ты снова собираешься с ним спать?

Щёки Ари заалели, стоило подумать об обнажённом теле Дио на ней.

— Нет! — Да! Она хотела этого. Хотела его, вопреки здравому смыслу. Ари помнила, как он смотрел на неё, когда они занимались любовью. Его взгляд был полон нежности, и она не могла поверить, что всё оказалось ложью. Может, для него всё развивалось слишком быстро. Наверное, она стала чересчур навязчивой. На этот раз она будет осторожна и не совершит ту же ошибку.

— И каким образом ты собираешься сделать так, чтобы этого не произошло? Особенно после того, как сказала ему, что вы помолвлены.

— Я сказала ему, что мы ждём.

— Ждёте?

— Ну ты понимаешь, воздерживаемся.

Глаза Натали стали размером с блюдца.

— Ты меня разыгрываешь. Дай-ка уточню: ты сказала ему, что вы, ребята, решили не заниматься сексом? И как долго?

— Пока не поженимся.

Натали просто взорвалась смехом.

— Ну что? — спросила Ари. — Что такого смешного я сказала?

Натали подняла руку, показывая, что ей нужно ещё немного времени, чтобы успокоиться. Когда она наконец отсмеялась, выражение её лица стало серьёзным, на нём явно читалось: «Никаких шансов».

— Ты не можешь думать, что это сработает. Парни вроде Дио просто не согласятся на такое. Чёрт, девяносто девять процентов моих знакомых парней не согласится. Это тебе не пятидесятые, да даже тогда…

— Ему придётся смириться. Таковы мои правила.

Натали недоверчиво покачала головой:

— А какие правила ещё есть?

Ари пожала плечами, она не очень ясно представляла себе, как на самом деле справится со своей задачей.

— Это наш второй шанс. Ну как ты не понимаешь? Кроме того, он должен получить урок.

Слова, пришедшие на ум после всего случившегося, преследовали её всю ночь, даже во сне.

— И что за урок? — Натали вернулась к посудомоечной машине и теперь выставляла чистые стаканы на полки вдоль стены.

— Не знаю. Просто хочу убедиться, что он поймёт, как следует вести себя с женщинами.

— Ага, удачи тебе с этим. — Сарказм разве что не капал с Натали.

— Думаешь, я не справлюсь? — Ари начинала злиться. Даже подруга в неё не верила. Достаточно того, что она сама в себе сомневалась. Как эта идея вообще ей в голову пришла? Всё, чего Ари хотела на самом деле, — получить второй шанс с Дио.

— Для тебя это добром не кончится.

— Ты такая пессимистка.

— Просто реалистка. Однажды его память вернётся, и он отыграется на тебе. И с чем ты тогда останешься?

— Но к тому времени он уже изменится. — И влюбится в неё, и простит за обман.

— Дай-ка я тебе расскажу кое-что о мужиках: они не меняются. Они те, кто они есть, так что либо ты любишь их такими, либо не любишь вообще. И не думай, что можешь взять последнего подлеца и превратить его в милую пусечку.

Нет, конечно, Ари понимала, что в пусечку его не превратить, но может ей удастся превратить его в мужчину, который любил её? Сможет ли она вернуть тот момент, когда Дио назвал её своей любовью?

Глава 11

Дио вышел из дома, мысленно повторив адрес, чтобы в случае чего найти дорогу назад. В своём кошельке он обнаружил водительские права и несколько кредитных карт — всё на имя Дионис Теос. Здорово, мало ему совершенно нестандартного имени, так и фамилия ничем не лучше. Права тоже привели в замешательство — выданы в Калифорнии, с адресом в Напе. Значит, он приезжий? Чарльстон не постоянное его место жительства?

По какой-то причине рассказывать о своих находках Ариадне не хотелось. Будет лучше, если сначала узнает больше о своей жизни от неё самой. Странное, тревожное ощущение, что он должен скрывать некоторые аспекты своей жизни, не покидало Дио. Зачем ему скрывать что-то от своей невесты?

Спустя пятнадцать минут он добрался до первого места из написанного на клочке бумаге списка. Проверив ящики своего стола, Дио решил пройтись по всем адресам, указанным на визитках, заметках и счетах. Может, увидев что-то знакомое, ему удастся разбудить свою память. Стоит попытаться. В любом случае лучше прогуляться, чем сидеть и размышлять, что ему хочется сделать с Ариадной: любая идея включала в себя различные варианты раздетости их обоих. В квартире и так было жарко, и в дополнительном подогреве от мыслей о ней он не нуждался.

Дио поднял взгляд от своего списка и осмотрел здание, перед которым оказался. Цветочный магазин, но объявление на двери гласило, что магазин закрыт по семейным обстоятельствам. Судя по тому, что было видно через витрину, — самое обычное место. Он часто покупал здесь цветы для Ариадны? Мысль его порадовала, если так, то он окружал свою невесту должным вниманием.

Около здания Дио простоял не меньше пяти минут, с головой погрузившись в свои ощущения. Он вдыхал запахи, разглядывал надписи на огромных окнах и над тентом, магазины через дорогу напротив. Но ничего не показалось ему знакомым.

Со вздохом Дио сверился с картой и двинулся к следующему пункту своего списка. Их было больше дюжины, и если поторопиться, может, ему удастся проверить как минимум шесть из них. Если повезёт, одно из этих мест пробудит его воспоминания. Просто нужно проявить терпение.

Но к вечеру ему пришлось признать своё поражение. Куда бы ни пошёл, нигде не возникало чувства, что он бывал здесь раньше. Никаких дежавю, даже призрака воспоминаний. Тем не менее, пока Дио не собирался сдаваться. Ариадна сможет ответить на некоторые вопросы сегодня вечером, когда придёт с ним повидаться.

Пытаясь избавиться от напряжения, он вытащил бутылку красного вина из холодильника. Откупоривая её и наполняя бокал, вдруг задумался, как же сильно любит вино, если держит дома отдельный холодильник, заполненный несколькими десятками бутылок. Дио пригубил вино, поперекатывал во рту, позволив смешаться с воздухом, аромат винограда раскрылся на его языке: вкус черешни и шоколада, с намёком на специи. Ему это понравилось, ещё как понравилось. И было что-то ещё: картинки, возникающие в голове, пока очень смутные, но, если сделать следующий глоток, воспоминания могут вернуться.

Он вновь приложился к бокалу и позволил пряной алой влаге омыть каждый уголок своего рта, прежде чем проглотить вино. Закрыв глаза, Дио погрузился в возникающие ощущения и образы. Перед ним появилась вершина холма, охваченная слабым сиянием, облака, низко висящие в небе. Он окинул взглядом открывшуюся панораму: оливковые деревья и невысокий кустарник. Затем что-то заставило его обратить свой внутренний взор дальше и выше, поискать в облаках. Потрясённый, Дио вздрогнул и резко открыл глаза, ухватившись за столешницу. Там, в облаках, он увидел мужчину в короткой белой тунике, с луком и стрелами. Который помахал Дио рукой.

У него галлюцинации? Побочный эффект амнезии? Дио тряхнул головой. Нет, картинка была очень чёткой, а мужчина очень знакомым. Это не могло быть галлюцинацией. Может, сон?

Дио осушил бокал и наполнил его снова. Надо поэкспериментировать. Возможно, ему просто необходимо вино, как некий толчок. Очевидно, что память о вкусе вина связывает его с чем-то в прошлом. По крайней мере, начало положено.

К тому времени как бутылка почти опустела, ему удалось вызвать странное видение ещё несколько раз, всё более чёткое и детализированное. Но кем был тот мужчина на облаках, вспомнить так и не удалось, хотя теперь Дио был уверен, что это один из его друзей.

Дио собрался вылить остатки вина в бутылке в свой стакан, когда прозвенел дверной звонок. Он мгновенно вспомнил, что должна прийти Ариадна, и открыл дверь. Её легкие шаги эхом отзывались на лестнице, и мгновение спустя она подошла к дверям квартиры.

Он улыбнулся ей, сразу же заметив, насколько сильно она устала. Дио притянул не оказавшую никакого сопротивления невесту в свои объятия.

— Привет, детка. В чем дело?

— Я просто слегка устала. В магазине оказался слишком напряженный день.

— Садись, пока не упала. — Он втянул её внутрь квартиры и закрыл дверь. А когда она позволила себе расслабиться и плюхнулась на диван, он опустился перед ней на колени.

— Что ты делаешь?

Он потянулся к её ногам.

— Помогаю тебе расслабиться. — Он снял с нее туфли и бросил их на пол, уселся рядом с Ариадной на пол и, развернув ее, положил её ноги к себе на колени. Затем обхватил руками её ногу и стал осторожно массировать.

— Ох, как хорошо, — выдохнула Ариадна.

* * * * *

Ари положила голову на высокий подголовник дивана и закрыла глаза. Здорово, наконец-то, вытянуть ноги. Она раздумывала, стоит ли сегодня вечером заходить к Дио, так как слишком устала и утомилась для встречи с ним, но голос в её голове не унимался, пока она не встала и не пошла в его квартиру.

Ари казалось, что ею движет какая-то потусторонняя могущественная сила. Возможно, это просто её внутреннее «Я» оказалось сильнее её же силы воли. Черт, мама всегда недовольно ворчала на нее, обвиняя в стальной силе воли. И возможно, её железный характер, наконец-то, окупится.

Руки Дио, массирующие её ноющие ноги, доставляли райское блаженство. Кожа на его ладонях оказалась не грубой и мозолистой, а скорее мягкой, прикосновение — твердым. Всего две ночи назад она ощущала те же руки на более интимных частях своего тела. Ари задрожала, вспомнив об их близости.

— Лучше? — От его мелодичного голоса внизу её живота запорхали бабочки. Хотела бы она послать его к черту за подобные ощущения, но оттолкнуть его и отказаться от подобного чувственного удовольствия слишком высокая цена за её чувство собственного достоинства, и она готова была заплатить её прямо сейчас.

— Я весь день на ногах, — уклонилась она от его односложного вопроса, заданного хриплым голосом.

Она открыла глаза и встретилась с его голубым взглядом. Её сердце замерло. С тех пор как пришла, она едва удостоила его взглядом, пытаясь свести соблазн прикоснуться к нему к минимуму, но сейчас, когда он буквально пожирал её взглядом, очевидное не ускользнуло от её взгляда.

— Твои синяки исчезли!

Ари выпрямилась и осмотрела каждый квадратный дюйм его лица, но не заметила ни единого синяка, ни пореза, никаких следов повреждений и отека. Как такое возможно? Прошлой ночью он выглядел так, словно кто-то из его лица хотел сделать отбивную.

Дио пожал плечами и улыбнулся.

— Ну, я быстро поправляюсь, да?

Она всё ещё сидела с открытым от изумления ртом.

— Это невозможно с медицинской точки зрения.

— Я же говорил, что мне не нужно в больницу. Вероятно, вся кровь принадлежала нападавшим, так что всё выглядело хуже, чем есть на самом деле.

Разумеется, на него могла попасть кровь нападавших, но это не объясняло, почему исчезла опухоль вокруг глаз, и пропали ссадины на губах.

— Ты вчера прикладывал лед?

— Как ты мне сказала.

Она кивнула:

— Возможно, всё не так уж плохо, как мне показалось. — Но ей с трудом в подобное верилось. Учитывая то, как Дио выглядел, когда Ари нашла его на парковке, она ожидала, что опухоль не спадет с его лица ещё дня четыре или пять.

— Видишь, не о чем беспокоиться.

Она фыркнула:

— Говорит человек, потерявший память. Ты что-нибудь вспомнил? — Ари инстинктивно напряглась. Что если к нему возвращается память? Она наблюдала за Дио из-под полуопущенных ресниц, пытаясь его прочитать.

— Ничего. Вот почему я обрадовался твоему визиту. Подумал, что ты немного расскажешь обо мне. Возможно, это поможет мне быстрее всё вспомнить.

Она сглотнула. Неужели она правда хотела помочь ему вернуть память, когда собиралась держать его в неведение относительно того, кем он был, и что более важно, каким он оказался мудаком?

— Не знаю, с чего начать.

Дио нетерпеливо погладил её лодыжки.

— Как мы познакомились?

Чтобы не запутаться во лжи, она решила придерживаться правды, по крайней мере, в её версии.

— В моем магазине. Ты зашел купить вино. А потом пригласил меня на свидание.

— Вот так просто?

Она улыбнулась:

— Ты можешь быть очень убедительным. — Он правда не сдался, пока она не согласилась на свидание. И это ей в нем понравилось. Благодаря ему, она почувствовала себя живой.

Он слегка заскользил пальцами по её икрам. И тем не менее даже от столь легкой ласки вверх по её ногам прокатилась горячая волна.

— Я? — Он одарил её одной из своих трусикосшибательных улыбок и наклонился ближе. — Насколько убедительным?

Она нахмурилась. Он полагал, что сможет обернуть эту ситуацию в секс. Со сверкающими от страсти глазами он скользнул руками к её коленям. Она слегка отстранилась.

— Не настолько убедительным. — Ари глубоко вздохнула, пытаясь не обращать внимания на его ласки. — Мы начали встречаться. А затем обручились.

— Так вот просто? А как долго мы встречались?

— Семь месяцев. — Она надеялась, что ответ прозвучал убедительно. Люди вообще так скоро обручаются?

— Довольно-таки быстро.

— Всё относительно, — пожала плечами Ари.

— Полагаю, это означает, что мы очень любим друг друга? — Он скользнул рукой с её колен выше, под подол юбки.

Она должна остановить его прежде, чем он зайдет дальше, чем следовало, и накрыла его руку своей.

— Очень сильно. И мы уважали друг друга. Вот почему решили подождать.

Дио нахмурился, сжав губы в тонкую линию.

— Да, ты говорила это прошлой ночью. Но я не понимаю. Если мы так сильно любим друг друга, зачем ждать? Не могу представить, что согласился на это.

— Но ты согласился, — поспешно ответила она, судорожно подыскивая внятное объяснение. Что она говорила вчера вечером? Что-то о религии. — Мы оба очень религиозны.

Он придвинулся к ней ближе. Дио полностью переложил её ноги на свои колени, а сам склонился над ней. Одарил её взглядом, от которого её внутренности скрутило, словно ураганом.

— Сейчас я не ощущаю ни капли религиозности.

У нее перехватило дыхание.

— Вероятно, это просто побочный эффект амнезии.

Дио покачал головой:

— Нет. Очень сомневаюсь, что амнезия смогла бы изменить мои чувства к тебе. Если я хочу тебя сейчас, почему ты думаешь, что не хотел тогда?

У нее в горле пересохло. Боже помоги, если он сейчас её поцелует. Она не сможет сдержаться, особенно когда он буквально пожирал её взглядом.

— Дело не в том, что ты не хотел…

— То есть ты не хотела меня? — прищурился он.

Из-за темной бури в его глазах Ари решила не рисковать.

— Конечно, я хочу тебя. Но есть и другие, более важные вещи.

— Какие? — растерялся он.

Ари отвернулась, отчаянно пытаясь найти приличную причину тому, что отказывала ему в сексе. Она скользнула взглядом по пустой бутылке, валявшейся рядом с журнальным столиком. Она распознала в нем коллекционное вино. Один из редкий сортов, что он купил в её магазине. Неужели за сегодняшний вечер он опустошил всю бутылку? Внезапно её осенило.

— Всё дело в твоей проблеме с алкоголем.

Он откинулся назад, мгновенно убрав руки с её бедер. С одно стороны, Ари ощущала облегчение, а с другой — потерю.

— Моей что? — взревел он.

— В твоей проблеме с алкоголем.

— Хочешь сказать, что я алкоголик? — кивнул он головой в сторону пустой бутылки. — Я лишь выпил немного вина. И у меня нет проблем с алкоголем.

Она выпрямилась и, опустив ноги на пол, кивнула на бутылку:

— Это не просто немного вина. Это целая бутылка.

— Позволь мне всё прояснить, — спокойно начал он. — Ты отказываешь мне в сексе, потому что думаешь, что я алкоголик.

— Это не так. Мы решили…

— Нет. Это ты решила. Сомневаюсь, что мне предоставили слово. Похоже, ты просто выставила мне ультиматум. Разве не так? Я получу секс только, когда перестану пить?

В её голове продолжали крутиться колесики. Возможно, именно это решение всех её проблем. Если ей удастся убедить его, что пока он не бросить пить, не будет никакого секса, то окажется в безопасности от него и собственного неутоленного желания. Из того немного, что она знала о Дио и что видела на их свиданиях, он действительно ценил хорошее вино. Да, он пил больше, чем другие мужчины, но, похоже, держал свою тягу к алкоголю под контролем, по крайней мене, она никогда не видела его пьяным.

— Мы решили, что поженимся, когда ты разберешься с алкоголем, и лишь после свадьбы займемся сексом.

Ари заметила, как он вспыхнул от гнева. Внезапно он вскочил с дивана и, возвышаясь, склонился над ней.

— Два условия, как я погляжу. Сначала разобраться с пристрастием к алкоголю, а затем надеть кольцо тебе на палец. И только тогда ты будешь спать со мной. Почему ты вообще связалась со мной, если не уважаешь меня и то, что важно для меня?

Дио бросился к двери.

— Ты куда собрался?

Он обернулся, но не посмотрел на нее.

— Я ухожу. Учитывая, что ты не желаешь заниматься со мной сексом, что ещё мне остается сделать, кроме как напиться? Ты когда-нибудь задумывалась об этом?

Через секунду дверь захлопнулась.

Дерьмо! Это не к добру.

«Не волнуйся, он просто погорячился. Он успокоится», — заверил голос в её голове.

Глава 12

Выпив первый стакан в ближайшем тусклом баре, Дио почувствовал себя слегка получше. Но гнев от обвинений Эбби всё ещё не утих — даже близко. Как она могла ожидать, что он откажется от вина? Сегодня он обнаружил, что вино — единственное, что пробуждало в нем хоть какие-то воспоминания. Как он мог отказаться? Что если это единственный для него способ оправиться от амнезии?

Дио покачал головой и заказал ещё выпить. То, что она требовала от него, неприемлемо. В глубине души он знал, что не из тех мужчин, которые согласились бы на её условия. Только слабак, подкаблучник поступил бы так. Вряд ли он принадлежал к этим мерзким существам. Возможно, он и потерял память, но был уверен в том, что чувствовал.

Он желал Ариадну, ему хотелось прикоснуться к ней, вонзиться в нее по самые яйца, но он не идиот, который позволил бы женщине помыкать собой, даже той, которую любил.

Должна быть другая причина, по которой она не хотела спать с ним, потому что её утверждение, что это из-за его пристрастия к алкоголю, полная туфта. Черт, она владела винным магазином! Из всех людей именно она должна понимать его любовь к вину, понять, что она не алкоголик. Нет, она злилась на него из-за чего-то другого, и ради Аида, он выяснит это.

Ради Аида? Откуда, во имя Олимпа, он взял эти странные выражения?

За первым стаканом он опрокинул в себя второй и снова заказал выпивку. Время закрытия подошло слишком быстро, но, возможно, это и к лучшему. Пошатываясь он направился в свою берлогу, его ноги почти подкосились, когда он поднимался по лестнице. Добрался он лишь до гостиной.

Последнее, что он увидел, букет цветов на кухонной стойке. Он купил их для Ариадны, желая удивить её, но у него не было возможности вручить их ей.

Возможно, так даже лучше. Нет необходимости давать ей ещё больше оснований полагать что он одурманенный идиот, который удовлетворит все её требования.

Его голова закружилась, алкоголь в крови наконец подействовал. Он рухнул на диван лицом вниз и отрубился.

* * * * *

Что-то заставило его веки задрожать. Едва проснувшись, Дио приоткрыл один глаз, в который светил яркий солнечный луч.

— Гелиос, я тебя ненавижу прямо сейчас, — пробормотал он себе под нос.

Мгновение спустя он вскочил с дивана? Что за глупые идеи он извергает? Какой на хрен Гелиос? Эта мысль промелькнула в его сознании, не задержавшись. Возможно, он учитель химии? Возможно, он имел в виду гелий, но почему?

Дио оглядел себя, заметив помятую одежду. Отлично! Он спал в ней, следовательно, был не в себе прошлой ночью, чтобы ясно мыслить. Когда он попытался приподняться, всё его тело запротестовало. Черт, как же у него болит голова! Возможно, в последний раз он выпил слишком много. И он первый признал это. И тем не менее другие несколько стаканов прошли на отлично.

Он предпринял ещё одну попытку встать и покачнулся. Это нехорошо. Словно соглашаясь, его желудок заурчал. Ему нужно поесть. Возможно, после этого полегчает.

Пошатываясь, он поплелся на кухню, и каждое движение в голове ощущалось как мини землетрясение. Он открыл шкаф над раковиной, скрип от старых петель отозвался скрежетом в висках. Осмотрел содержимое, но кроме нераспечатанной бутылки острого соуса и бутылки оливкового масла в нем не оказалось ничего съестного. Попытка найти еду в следующем шкафу оказались не более плодотворны.

Дио оперся о кухонную стойку, распахнул дверцу холодильника и заглянул внутрь. Его приветствовала настоящая пустота. Не похоже, чтобы он был шеф-поваром. В холодильнике находилась только бутылка газированной воды.

У него заурчал живот.

— Да, да! — Он бы сейчас всё отдал за блюдо оливок, сыра фета и других восхитительных продуктов прямо сейчас.

Выругавшись, он захлопнул дверцу холодильника, отчего задребезжали шкафы. Развернулся, собираясь пойти принять душ, затем выйти и затариться провизией, но замер на месте.

Дерьмо!

Прямо на столешнице, которая пустовала несколько мгновений назад, стояла тарелка со всем тем, о чем он только что мечтал. Он вдохнул. Запах оказался божественный. Но это не могло быть правдой. Это, должно быть, глюки.

Он нерешительно протянул руку к тарелке и коснулся края. Провел пальцами по фарфору. Она казалась реальной. Он отшатнулся от нее. Что, черт возьми, здесь происходит? Он на сто процентов уверен, что тарелки на столешнице раньше не было. Как она могла появиться там сейчас?

С ним что-то не так. Это единственное объяснение.

Дио провел рукой по волосам, ищя объяснений своей частичной амнезии. Его вдруг осенило: воспоминание со вчерашнего дня, когда он пил вино. Мужчина на облаке. Неужели он был глюком, очень ярким глюком?

У него возникла ужасная мысль: а что если Ариадна права? Что если у него проблемы с алкоголем? Что если из-за этого у него глюки?

Первый глюк случился, когда он сделал первый глоток вина. Он подумал, что память возвращается, но что если ошибался? Что если от вина ему просто померещилось? Что если из-за ужасного похмелья он вообразил вещи настолько яркие, что даже смог потрогать их и понюхать? Он что, рехнулся?

Надо что-то предпринять, пока не стало слишком поздно.

Глава 13

Дио остановился у открытой двери в конференц-зал и заглянул внутрь. Уже собралось более двух десятков человек. Одни сидели на стульях лицом к трибуне, другие разговаривали между собой. Утреннее солнце лилось из больших окон, выходящих на оживленную улицу.

— Я рада, что ты решился на это, — сказала Ариадна рядом с ним.

Он искоса посмотрел на нее и натянуто улыбнулся. Он не рассказывал ей о глюках, не желая видеть, как она будет злорадствовать, что всё-таки оказалась права. Но извинился за вспышку гнева накануне вечером, и признался, что ему нужна помощь. Это оказалось самым трудным, что ему пришлось говорить, — даже потеряв память, он был уверен в этом. Не мог представить, чтобы когда-либо раньше просил о помощи.

— Это очень странное ощущение.

Она положила руку на предплечье Дио, и это несколько его успокоило.

— Это первый шаг. Я так горжусь тобой.

Он постарался не обращать внимание на её слова и махнул в сторону комнаты.

— Нам лучше войти. Думаю, они вот-вот начнут.

Дио взял её за руки, ищя взглядом два стула в глубине зала. Он выбрал те, что ближе к проходу и выходу, на тот случай, если сия встреча станет невыносимой, и ему придется сбежать с этого дурацкого собрания.

Несколько людей обернулись, когда его стул заскрежетал об пол. Они с любопытством посмотрели на него, но Дио проигнорировал эти взгляды. Его охватило беспокойство. Всё в этом месте казалось неправильным. Ему здесь не место.

Он повернулся к Ариадне, желая сказать, что они должны уйти отсюда, когда его опередил голос из соседней комнаты.

— Добро пожаловать на еженедельное собрание Анонимных алкоголиков.

Дерьмо, оно только что началось. Эти слова терзали его разум, ощущаясь чуждыми и неправильными. Он всей душой восставал против того, что здесь происходило, но бежать было слишком поздно. Он оказался в ловушке.

— Вижу, что наша группа растет каждую неделю.

Дио словно рухнул в пропасть. Если бы телепортация не являлась выдумкой киношников, он бы использовал её прямо сейчас. Странно для него помнить фильмы

Ведущий осмотрел аудиторию:

— Есть ли здесь новички, которые хотели бы представиться? — Он приглашающе улыбнулся лысому парню средних лет, сидящему в третьем ряду. — Кто-нибудь?

Бедняга нерешительно встал со стула, все внутри Дио сжалось от сочувствия.

— Я Симон, и я алкоголик, — ответил мужчина так быстро, как мог, и тут же сел.

— Добро пожаловать, Симон.

Все в комнате повторили приветствие.

Дио попытался слиться со стулом, лишь бы только избежать взгляда ведущего, но даже сидя, он оказался на голову выше, чем люди перед ним. Не было никакого способа избежать общения.

— Кто-нибудь ещё?

Застыв на месте, Дио внутренне съежился. Ариадна подтолкнула его и прошептала:

— Ты справишься.

Он встал, ещё более нерешительный, чем тот другой парень, и уставился прямо перед собой, избегая смотреть на других участников, вместо этого сосредоточившись на пятне на дальней стене комнаты, впервые заметив, что у него, черт возьми, должно быть, зрение как у супермена.

— Меня зовут Дио.

Он попытался снова сесть, но Ариадна остановила его, положив руку на его бедро. Он взглянул на нее, увидев, как она качает головой.

— Продолжай, — прошептала она.

Дио тяжело сглотнул. Должен ли он это сказать? Сработает ли это? Сначала они тебя унизят и сломают, а потом помогут восстановиться? Он чувствовал на себе взгляды других людей. Других алкоголиков. Боги, как он ненавидел это слово. Оно его не устраивало. Оно не подходило.

— Я алкоголик, — выдавил он, и эти слова едва не задушили его, словно его сущность, то, кем он являлся, разрушилась.

Дио откинулся на спинку стула, ощущая себя хуже, чем когда-либо. Только рука Ариадны на его руке убрала часть боли. Он посмотрел на нее. Ей придется ответить за это, пообещал он себе. И быстро. Если она желает, чтобы он прошел через этот ужасающий цирк, то должна предложить кое-что взамен. И он не собирался ждать до брачной ночи, чтобы получить желаемое.

* * * * *

Гера отвернулась от бассейна и отражения в нем. Она усмехнулась. Увидев, как Дионис унижается перед столькими смертными, она улыбнулась.

— Это научит тебя, — пробормотала она себе под нос.

— Научит кого, любовь моя? — спросил Зевс у нее за спиной. Она не почувствовала его появления.

— Никого, дорогой.

Но Зевс был очень проницательным. Он схватил её за запястье, не давая отступить, и притянул к себе.

— Ах, моя хитрая жена, какой план ты придумала? Кто провинился сегодня и заслужил твой гнев?

— Если не будешь осторожным, мой неверный муж, то следующим можешь стать ты.

Зевс усмехнулся и отпустил её.

— Я сомневаюсь, что мы оба обрадуемся этому. Однако… — Он провел рукой по бассейну, вызывая образ, который всего несколько мгновений назад изучала его жена. — Возможно, мы оба сможем повеселиться.

Посмотрев на отражение в пруду, Зевс выругался и взглянул на Геру.

— Мой сын?

— Один из твоих сыновей, — поправила она его.

— О, так ради мести мне, ты вмешиваешься в жизнь Диониса?

Она покачала головой.

— Ты слишком самоуверен. Словно весь мир вращается вокруг тебя. Я открою тебе один секрет. — Она подалась к нему, прижавшись губами к его уху. — Это не так.

— Тогда что же такого он натворил, чтобы разозлить тебя? — прошипел он.

— Вопрос в том, чего он не сделал?

Зевс раздраженно вздохнул:

— Гера, любовь моя, ты же знаешь, как я ненавижу всякие загадочные намеки, так что давай сразу перейдем к делу. Что ты делаешь?

— Учу его быть настоящим мужчиной.

Зевс заинтересованно приподнял бровь.

— И как же ты собираешься это сделать?

— Смотри и учись, мой дорогой. — И, возможно, её заблудший муж научится на ошибках Диониса, поскольку он явно не учился на своих.

— Как тебе известно, в горизонтальном положении я усваиваю материал намного лучше, — намекнул он и потянул её вниз, на пышную перину, и, умело усадив на себя, прижался членом, скрытым под туникой, к её сердцевине.

— Вижу, мой муж сегодня не нашел шлюху, чтобы удовлетворить свою похотливую натуру.

Зевс ослабил шнуровку на её тунике.

— Ох, я нашел блудницу. И примерно через тридцать секунд она окажется голой и задыхающейся подо мной.

Она должна была отвергнуть его только из-за одного его высокомерия, но её тело уже жаждало его великолепного члена.

— А кто сказал, что сможешь удовлетворить её? — вместо этого с вызовом бросила она.

Зевс сорвал с нее тунику и одним волшебным щелчком пальцев разделся сам.

— Смогу, — заверил он Геру и глубоко вонзился в её тело.

На этот раз Гере пришлось согласиться с мужем. И на какое-то время она смогла отвлечься от Ариадны. В конце концов, что может пойти не так при свете дня?

Глава 14

— Для тех, кто хочет остаться и пообщаться, в комнате находятся печенье и кофе. Увидимся на следующей неделе, — объявил ведущий группы АА.

Ариадна услышала, как сидящий рядом с ней Дио вздохнул, что-то пробормотал и выругался.

— Прости, что ты сказал?

Он взглянул на нее и откашлялся.

— Я уже выпил кофе. Мне пора уходить.

Его искаженное от боли лицо говорило о многом. Видимо, прийти сюда для него было нелегко. Тем не менее она гордилась им. Он действительно старался угодить ей и выслушал всё, что она предложила. В глубине души Дио оказался хорошим человеком. Возможно, какой-то негативный опыт в личных отношения заставил его уйти от нее на следующий день после секса. Могла ли она винить его? Из-за собственного негативного опыта она тоже осторожничала.

— Итак, мы можем идти? — снова спросил Дио. — Я могу пригласить тебя на обед.

Ари улыбнулась, оттолкнув негативные мысли.

— Это было бы прекрасно. — Стоило ей встать, зазвонил её мобильный. — Извини. — Она выудила телефон из сумочки и посмотрела на экран. Звонили из её магазина. — Да, Лиза?

— Извини, что беспокою тебя, Ариадна, но только что доставили чилийские вина, они не соответствуют тому, что мы заказали. Думаю, тебе лучше приехать.

— Курьер всё ещё там?

— Да. Я ещё не подписала накладную.

Ари облегченно выдохнула:

— Хорошо, не подписывай. И не отпускай его. Я всего в десяти минутах езды от магазина. — Она отключила телефон и положила его в сумочку, бросив на Дио извиняющийся взгляд.

— Что случилось? — спросил он с беспокойством.

— Мне нужно ехать, пообедаем в другой раз. В магазине возникла проблема. Я позвоню тебе позже.

Дио опустил руку на её плечо.

— Почему бы мне не пойти с тобой? Я всё равно хотел посмотреть на твой магазин.

На мгновение она заколебалась, не зная, вызовет ли посещение её винного магазина какие-либо воспоминания. И в то же время ругала себя: она не могла постоянно мешать ему посещать знакомые места в надежде, что его память не восстановится. Это эгоистично, и кроме того, она понятия не имела, когда его память вернется. Это может произойти спонтанно и не иметь ничего общего со знакомыми местами и вещами.

— Конечно.

Когда они вышли на солнце, Дио взял её руку своей большой ладонью. От столь легкого контакта Ари снова слегка возбудилась. Почему он до сих пор так сильно на нее влияет?

— Это действительно милый город. Как долго я живу здесь?

Не зная, что ответить на его вопрос, Ари взволнованно выдохнула.

— Как долго? — она замерла. Какая разница, что она ответит? — Несколько лет.

— Где я жил раньше?

— Ты никогда об этом не говорил.

Он скривился:

— Ты хочешь сказать, что собиралась выйти замуж за мужчину, который даже не сказал тебе, откуда он родом?

Ари попыталась придумать правдоподобный ответ.

— Нет, нет, конечно, нет.

— Ты не готова выйти за меня замуж?

Она раздраженно выдернула руку из его. Боже, как ей ненавистно было врать ему всё время.

— Не пытайся сбить меня с толку.

— Как я могу сбить тебя с толку?

— Задавая все эти вопросы.

Он вздохнул, провел рукой по своим густым волосам.

— Но я должен задавать вопросы. Я должен узнать, кто я. — Он взглянул на нее, ищя одобрение.

Её охватило сожаление.

— Мне жаль. Я не это имела в виду. Просто всё это… очень тяжело. — Вот это правдоподобное объяснение, недалекое от истины. Кто бы мог подумать, что постоянно врать так тяжело? — Я понятия не имею, как справиться со всем этим, особенно когда ты потерял память. — Когда я обманула тебя, хотелось закричать ей.

Дио поднес её руку к губам и поцеловал.

— Я понимаю. Но не хочу, чтобы ты беспокоилась об этом. Я всё вспомню, уверен.

Именно это и беспокоило Ари. Если память вернется к нему слишком рано, всё обернется катастрофой. А если его память не вернется? Повторится ли история? Неужели она ещё больше влюбиться в него? А потом, когда Дио наконец поймет, кто он и что она натворила, возненавидит ли он её?

— Не смотри так мрачно. Всё будет в порядке.

* * * * *

Дио бросил на Ариадну ещё один взгляд. Что-то ускользало от него. Каждый раз, как он спрашивал её о своем прошлом, она нервничала. Возможно, в его прошлом было нечто, о чем она не хотела рассказывать? От этой мысли беспокойство, словно змея, поползло по его спине. Возможно, будет лучше, если он всё выяснит самостоятельно.

Позже он продолжит разыскивать адреса, найденные в его квартире, надеясь хоть что-то вспомнить. Но сейчас, находясь рядом с Ариадной, постарается сблизиться с ней. Поскольку он подчинился её воле, чтобы справиться с его так называемой проблемой с алкоголем, пришло время ей сделать то, что хочет он. Услуга за услугу.

Когда Ариадна притормозила перед магазином, Дио увидел вывеску над дверью. «In Vino Veritas» гласила она. В его разуме мгновенно возник перевод: «Вся истина в вине». Он говорил на латыни и так же понял, что это не его родной язык. Как и английский. Он определенно получил образование — вероятно, классическое образование.

Дио последовал за Ари в магазин и, закрыв дверь, оставил за порогом шум дорожного движения. Сотни бутылок, аккуратно расставленных на различных стеллажах и витринах, потянулись к нему, приветствуя, словно блудного сына. Всплеск узнавания приветливо омыл Дио, обернувшись вокруг него словно теплое полотенце после холодного душа.

Он скользил взглядом по бутылкам, лаская их содержимое сквозь темное стекло, за которым находилась драгоценная жидкость. Впервые с начала амнезии он чувствовал себя расслабленным и довольным. Бутылки с вином почтительно общались с ним, словно они являлись его подданными, а он их королем. Дио покачал головой от этой глупой мысли. Очевидно, встреча анонимных алкоголиков повредила его мозг. Он ни за что туда не вернется.

Никогда в жизни он не чувствовал подобного дискомфорта — по крайней мере, в той жизни, которую помнил. Сама мысль навсегда отказаться от вина казалась для него непостижимой. Зачем кому-то делать это? Вино — это жизнь, веселье, оно полезно для здоровья. И кроме того, почему Ариадна хочет, чтобы он бросил пить, когда сама владеет винным магазином? Нет, когда подойдет время следующей встречи, он скажет ей, что пойдет один, так что она не узнает, что он больше не будет ходить на эти встречи.

— Привет, Дио, рада снова тебя видеть, — раздавшийся позади голос вывел его из задумчивости. Он взглянул на молодую женщину, которая его поприветствовала.

— Привет. — Он не мог вспомнить имя обладательницы этого красивого личика и так же не помнил, встречались ли они.

— Лиза, — подсказала она. — Ты, наверное, не помнишь моего имени…

— Извини, но…

— Лиза, не могла бы ты помочь мне? — попросила Ариадна, указав на курьера у задней двери, скорее всего ведущей в складское помещение.

— Извини, — сказала Лиза и присоединилась к своему боссу.

Желая сделать что-то полезное, Дио решил прервать их, пока они не ушли с головой в работу.

— Ариадна, заказать еды с доставкой? Похоже, ни у кого из вас не останется времени пообедать. — Он указал на ящики с вином, частично открытые, некоторые всё ещё закрытые, которые стояли возле двери на склад.

— Это было бы замечательно. Спасибо. — Ариадна улыбнулась ему, прежде чем снова сосредоточиться на бумагах, которые держала в руках.

Он обнаружил, что улыбается в ответ, наслаждаясь милым личиком. После обеда он рассчитывал на десерт.

К тому времени, как Дио вернулся из итальянского ресторанчика, взяв на вынос несколько блюд из пасты и салаты, курьер уже ушел, а Лиза и Ариадна переносили тяжелые ящики на склад. Дио положил пакеты с едой на прилавок и бросился к ним.

— Позволь мне, — предложил он, забирая ящик с вином из её рук. — Почему бы вам двоим не пообедать, я присоединюсь к вам, как только уберу вино?

— Ты принес обед и на меня? — с удивлением спросила Лиза.

— Конечно. Тебе нужно нарастить мясо на кости. — Он подмигнул. На его вкус девушка была слишком худой. А вот пышные изгибы Ариадны другое дело. Скользнув взглядом по бедрам и груди Ари к её лицу, он заметил охватившее её раздражение. Он сказал что-то не то? Она же не могла неправильно истолковать его комментарий о Лизе? Или он склонен флиртовать с другими женщинами? — Идите обедайте, обе.

Он вошел в кладовую, когда Ариадна окрикнула его:

— Но ты не знаешь, куда их ставить.

— Отсортировать по странам, по сортам и годам? — Так было в его собственном винном погребе. Его собственный винный погреб? В его маленькой квартире в Чарльстоне не было места для подобной роскоши. У него имелся только холодильник с вином. И всё же он со сто процентной уверенностью знал, что у него есть винный погреб. Где-то.

— Да, именно так, — подтвердила Ариадна.

Запах еды донесся в кладовую, пока Дио ящик за ящиком расставлял на высоких полках. Вскоре у Дио заурчал живот, но, к счастью, последний ящик уже стоял на своем месте.

Он вышел из кладовой и на мгновение замер, наблюдая, как Ариадна и Лиза наслаждаются обедом у дегустационной стойки. Несмотря на то что Лиза оказалась очень симпатичной и молоденькой девушкой, Дио не мог оторвать взгляда от фигуры Ариадны. Она оказалась более созревшей и готовой, чем молоденькая девушка рядом с ней. Вполне созревшей, чтобы сорвать этот плод. И каким обильным будет этот урожай.

При этой мысли у него в паху всё напряглось. Если он не доберется до нее в ближайшее время, то взорвется.

— Вы что-нибудь оставили мне? — он подошел к ним и заглянул в коробки.

— Ты купил слишком много, — заметила Ариадна.

— Я умираю с голоду. — И желает нечто большее, чем просто еду. Дио заставил себя переложить пасту на бумажную тарелку и накинулся на еду. Чем скорее он съест основное блюдо, тем быстрее приступит к десерту. И буквально пожирал взглядом свой десерт.

Лиза подчистила остатки пасты со своей тарелки, когда зазвонил колокольчик над дверью, возвещая о том, что пришел покупатель.

— Я займусь им.

— Я помогу тебе убраться, — предложил Дио Ариадне, воспользовавшись случаем.

— Я сама справлюсь. — Ари потянулась за пустой коробкой, коснувшись рукой руки Дио. Она нервно захихикала, прежде чем выбросить коробку в мусорку позади себя. Остальные контейнеры и бумажные тарелки последовали туда же. — Готово.

— Ты не хочешь проверить, правильно ли я расставил ящики? — спросил Дио, обдумывая коварный план.

— Да, нужно убедиться, что я смогу легко всё найти.

Он последовал за ней в кладовую и тихо закрыл за ними дверь. Ему не нужны зрители. Пока Ариадна шла по проходу между стеллажами, Дио восхищался соблазнительным покачиванием её бедер, изящными изгибами. Он точно хотел, что бы она сделала этими длинными, сильными и мускулистыми ножками. Он уже представлял, как Ари обхватывает ими его бедра, пока он вколачивается в нее.

Несмотря на прохладу в кладовой, на лбу Дио выступил пот. Его сердце забилось, перекачивая кровь к члену, предвкушая то, что запланировало сознание.

Ариадна остановилась перед ящиками, внимательно их изучая. Дио подошел сзади и, протянув руку над её плечом, коснулся ящиков.

— Я всё правильно сделал? — Он специально снизил голос до соблазнительного шепота.

— Д-да. Всё в порядке. — Её голос слегка задрожал, свидетельствуя о том, что она знала о его близости, возможно, даже догадывалась о его намерениях.

— Скажи мне, детка, мы когда-нибудь целовались здесь? — Он опустил руку на её плечо и развернул лицом к себе.

— Н-нет. — Она смотрела в пол, словно не могла встретиться с ним взглядом, слишком боялась того, что могла там увидеть — бурлящую жажду.

Он обхватил её подбородок ладонью и поднял её лицо вверх.

— Почему нет?

— Мы… мы… Я не знаю. — Она скользнула взглядом мимо него, словно ищя спасения. Но от него не спастись.

— Мы должны исправить это. — Не торопясь, он склонился к ней. — Мы ведь целовались, не так ли?

— Д-да.

Он почувствовал воодушевление от её ответа.

— Хорошо. Потому что, кажется, мне нравится целовать тебя. И я слегка изголодался по поцелуям прямо сейчас. — Затем он миновал разделявшее их расстояние и легко прижался губами к её губам.

Она ахнула, подтверждая, что её физически влекло к нему. И он использует это, чтобы освободить её от глупой идеи воздержания. Через несколько минут он заставит её задыхаться от оргазма.

Дио скользнул рукой по её шее и снова коснулся губами её губ. Бедром прижался к её бедрам, в паху стало жарко. Инстинктивно другим бедром раздвинув её ноги, прижался к её интимному местечку.

Она вздохнула прямо в его губы. Он приоткрыл рот, выпивая её аромат, потом втянул ртом её верхнюю губку и медленно скользнул языком по мягкой плоти. Ариадна задрожала в ответ.

— Полегче, детка, — проворковал он и продолжил ласки.

Когда Ариадна через мгновение вздохнула, раскрыв губки, Дио прижался к ней и скользнул языком внутрь. Сначала медленно и неторопливо исследовал её сладкую пещерку, пробуя, касаясь и лаская. Из его груди вырвался невольный стон. Боги, он любил с ней целоваться больше, чем думал. Прижав её спиной к ящикам, Дио углубил поцелуй, позволив всем мыслям о медленном соблазнении улетучиться.

Он пленил её, не давая ей передышки, и дал понять о своем желании. Решительной лаской он скользнул по её языку, начиная страстный танец, на который Ари тут же ответила. Судя по поцелую, плотские удовольствия были ей знакомы. Их поцелуй был страстным, а нежные стоны и вздохи, издаваемые ею, принадлежали отнюдь не застенчивой девственнице.

Дио прижался к ней бедрами, провел рукой по её груди. Когда он обвел большим пальцем её грудь, Ариадна обняла его за шею, зарывшись рукой в его волосы. Её пальцы впились в кожу его головы, и он сильнее к ней прижался.

Ободренный её ответом, Дио накрыл ладонью её грудь. Жар под его пальцами обжигал, но он нуждался в большем. Не давая Ари шанса его остановить, если она и намеревалась, он вытащил её блузку из пояса юбки и залез под нее руками. Пальцами ощутил её обнаженную кожу, мягкую и теплую.

Двинулся ладонями вверх, достиг бюстгальтера и коснулся затвердевшего соска через тонкую ткань. Потер его. С губ Ари вырвался сдавленный стон одновременно с протестом:

— Остановись.

Её шепот был таким тихим, а бедра качнулись навстречу Дио, поэтому он не воспринял её приказ всерьез. Он чуял её возбуждение, сладкий аромат щекотал ему ноздри, превращая его тело в машину с одной единственной мыслью: достичь оргазма.

— Ш-ш-ш, детка, — прошептал он в её губы, ненадолго прерывая поцелуй. Но уже в следующее мгновение прижался к её губам с такой неистовостью, что она и подумать не могла о сопротивлении.

Дио скользнул рукой под бюстгальтер и накрыл сосок. Плоть была теплой и более отзывчивой, чем он надеялся. Пока Дио мял её, член затвердел настолько, что его можно было использовать в качестве лома. От сильнейшего возбуждения его тело покрылось испариной, а сердце билось в бешеном ритме. Дыхание было тяжелым, словно он бежал марафон, но это не могло отвлечь его от цели. Он должен взять Ариадну, сейчас, здесь. Не важно как. Стоя, прижав к ящикам с вином, он будет трахать её, пока она не согласиться, что идея с воздержанием просто нелепа. А затем он отведет её домой и как следует займется с ней любовью, как и подобает жениху.

Дио оторвался от её губ и задрал блузку, оголяя грудь. Затем сдвинул в сторону лифчик, взял в рот твердый сосок и начал его сосать.

С удивленным возгласом Ариадна откинула голову на ящики. Но Дио не собирался давать ей возможность пойти на попятную. Жадно посасывая и дразня языком сосок, он положил руку на её бедро. Залез под юбку и двинулся к заветному призу.

Ариадна не носила колготок, и Дио коснулся её обнаженных бедер. Погладил нежную кожу и скользнул между ног Ари, которые она охотно раздвинула шире. Когда он нащупал её трусики, те были уже мокрыми.

Дио выпустил её сосок изо рта.

— О, детка!

Хотела ли она его так же сильно, как он её? Он снова взял в рот её грудь и провел пальцем по её трусикам. Его встретил невероятный жар. Стоит ему войти в нее, как он тут же вспыхнет, как листок бумаги, небрежно кинутый в огонь, и так же быстро сгорит.

Но его это не остановило. Он уже прошел точку невозврата и не способен больше сдерживать свои желания. Ничто не могло помешать ему сделать Ариадну своей. Её ответ ему не вызывал сомнений: она возбудилась от его ласк и хотела большего. Дио не собирался ей отказывать и уж тем более себе.

Он приспустил её трусики и скользнул пальцами внутрь, минуя влажные завитки, ощутил тепло её женственности. Пальцем потер влажный вход, затем нашел клитор. Сжал его смоченным пальцем и услышал стон Ариадны. Через несколько минут он ворвется через её восхитительные врата и окажется дома.

— Ари, ты… — Голос, прозвучавший словно издалека, затих, когда Ариадна вздрогнула в его объятиях и напряглась.

— Извини, — громко пропищала Лиза и захлопнула дверь.

Дерьмо! У этой девушки отвратительное чувство времени.

Ари оттолкнула его, вырываясь из объятий. Он заметил её покрасневшее лицо и то, как она избегает его взгляда, вместо этого поспешно поправляя одежду.

— Мне нужно вернуться к работе.

Мгновение спустя она проскользнула мимо него и, не оглядываясь, поспешно вышла из кладовой.

Глава 15

Дио захлопнул дверь своей квартиры, выругался шестиэтажным матом в небеса. Из всех языков, именно на греческом! Он сразу же понял, что греческий его родной язык, но даже это открытие не могло унять его разочарования.

Он был так близко! А затем Ариадна просто отшила его, как непослушного школьника. Ну, он и правда похулиганил, впрочем как и она. И выставить его единственным виновником просто возмутительно.

Он рухнул на диван и задел ногами журнальный столик, отчего стопка журналов свалилась на пол.

Как она могла так поступить с ним? У нее нет сердца? Как она могла остановиться, он же знал, что она возбуждена. Черт возьми, он погрузил пальцы в её влагу. Это не иллюзия. Она самозабвенно ему отвечала. В следующий раз, пообещал он себе, дверь будет заперта, и никто не сможет их прервать. Тогда спасения не будет.

Дио нетерпеливо встал и поднял с пола журналы, один за другим складывая их на журнальный столик, и тут на глаза ему попалась белая пригласительная карточка. Дио вытащил её. На внешней стороне были выгравированы два золотых обручальных кольца. Дио с любопытством открыл её и прочитал содержимое.

«Тритон Уотерс и София Олимпия Бейкер приглашают вас на свадьбу».

И ниже дата и адрес в Чарльстоне. Дио, взглянув на мобильник, сверил даты и резко выпрямился. Свадьба состоялась за день до того, как у него случилась амнезия. Приглашение могло означать только одно — эти люди его друзья. Иначе, зачем бы им приглашать его на свадьбу? Он улыбнулся хорошей новости. Оставалось только пойти к ним и побольше узнать о себе.

Он нашел адрес на карте и направился к двери, положив приглашение в карман.

Дом на Баттери-стрит представлял собой огромный трехэтажный особняк с большими террасами с одной стороны и с просторным садом за высоким забором. Вывеска на входе указывала, что в здании находится гостиница. Надежда Дио слегка угасла. Этот дом явно не принадлежал недавно поженившейся паре. Вероятно, здесь проходила сама церемония. И никакой гарантии, что служащие гостиницы дадут ему нужный адрес. Ему придется использовать всё свое обаяние, чтобы вытянуть из них информацию.

Войдя в холл и наслаждаясь прохладой, Дио огляделся по сторонам. Лестница, ведущая на второй этаж, где, судя по вывеске, находился ресепшен, была из темного дерева и скрипела под ногами. Знакомый аромат свежеиспеченного печенья смешался с насыщенным запахом старого дерева. Он бывал здесь раньше.

На верхней площадке он повернул налево, заглянул в открытую дверь. За компьютером, прижав к уху мобильник, сидела девушка лет семнадцати. Вероятно, этот гаджет когда-то придется удалять хирургическим путем.

— Именно это я ему и сказала, — пробормотала она, двигая мышкой. — Ни за что!.. Убирайся отсюда!.. Это безумие!

Понимая, что девушка может вообще никогда не заметить его, если он не объявится сам, прервав её очень важный звонок, Дио шагнул в комнату:

— Извините, пожалуйста.

Она окинула его раздраженным взглядом и снова бросила в трубку:

— Мне пора. Работа. — Ещё с минуту она слушала собеседника. — Да, это хреново, — добавила она и отключилась. — Чем могу помочь?

Судя по скучающей физиономии девицы, все его попытки очаровать ее, заставить рассказать интересующую информацию пойдут прахом. Возможно, подкупить её? Она же старшеклассница и, глядя на её вид, нуждается в деньгах, чтобы хорошо одеваться. А её одежда выглядела далеко не дешевкой.

Дио фальшиво улыбнулся и направился к её столу.

— На самом деле можете. — Он прокашлялся, вытащил свадебное приглашение и протянул ей. — Мне нужна информация вот об этой свадьбе…

Она посмотрела на карточку, потом снова на него:

— Вы опоздали на несколько дней. Не смогли прочитать дату?

Отлично, девчонка не только скучает, но и хамит. Дио заставил себя оставаться добродушным.

— Я знаю, что свадьба уже состоялась. И хотел бы узнать, где могу найти счастливых молодоженов.

Девушка, склонив голову, странно посмотрела на него.

— Брошенный любовник? — Она понимающе ухмыльнулась, став вдруг выглядеть намного старше.

Он покачал головой, сверля взглядом раздражающего подростка.

— Просто друг. — Он задумался и выдал: — Мы с тобой нигде раньше не виделись?

Она вскинула брови, неожиданно взмахнув ресничками. Неужели подумала, что он клеится к ней?

— Я здесь всего лишь неделю, так что не думаю. А Тритона и Софии сейчас нет.

— Это я уже понял. Где они?

Она выпрямилась на стуле.

— Ну, отправились на медовый месяц, конечно. Где же ещё?

Дио об это не подумал. Конечно, это логично.

— Ох. Плохо дело. — Он решил, что если будет выражаться на понятном для девушке языке, то, возможно, она станет более откровенна.

— И правда.

Соглашаясь, он почувствовал себя идиотом.

— Абсолютно.

— Не переживай. Они вернутся через три дня.

Не такие уж и плохие новости.

— А как добраться до них пораньше?

— Нет. Номер для экстренной связи есть только у Элис, а она пошла по магазинам. И сомневаюсь, что она дала бы этот номер вам. По моему мнению, она слишком их опекает.

Он действительно хотел об этом спросить?

— Элис?

— Кухарка. В их отсутствие именно она управляет этим местом.

— Тритон и София остановились здесь?

— Они владельцы отеля.

Его охватило облегчение. Бинго! У него были друзья, и они жили в Чарльстоне. Теперь ему осталось лишь дождаться, когда они вернутся. Каким бы нетерпеливым он ни был, он сделает это.

— Через три дня, говорите?

Она кивнула:

— Да. Хотите оставить записку, или им что-то передать?

Она вздохнула с облегчением, когда он покачал головой, очевидно, не желая больше разговаривать. Бедный, переутомленный работой подросток!

— Спасибо. Я вернусь, когда они приедут.

Дио решительно вышел на солнечный свет. Наконец, он добился хоть какого-то прогресса. Теперь лишь оставалось набраться терпения и надеяться, что вернувшиеся из свадебного путешествия молодожены помогут пролить свет на его прошлое.

Глава 16

Зная, что магазин Ариадны закрыт по воскресеньям, Дио договорился с ней о пикнике. Он хотел сбежать из своей маленькой квартирки и вместе с Ариадной наслаждаться солнышком. Осознав, что абсолютно безнадежен в плане сбора корзины для пикника, Дио попросил собрать всё необходимое в местном магазине. Полчаса спустя Ариадна подъехала к его дому, они поймали такси и поехали в Хэмптон-Парк, расположенный недалеко от цитадели.

— Пикник — отличная идея, — похвалила Ариадна, когда они растянулись на постеленном Дио покрывале. Они отдыхали в тени большого дуба. В нескольких ярдах от них тем же самым занимались другие люди, неподалеку дети пинали футбольный мяч, ещё чуть поодаль кто-то играл в баскетбол.

Дио потер живот и усмехнулся:

— Еда — это определенно всегда хорошая идея.

— Ты любитель хорошо поесть, — согласилась она и стряхнула крошки со своих шортиков, привлекая взгляд Дио к длинным и стройным ножкам.

Он рассмеялся:

— Ты тоже не особо ковырялась в еде. — Ему понравилось то, что она не клевала еду, словно птичка, а налегла на свой обед так же, как и он.

— Раньше ты никогда не жаловался.

— Я и сейчас не жалуюсь, — он быстро подавил все её сомнения. — У тебя потрясающая фигура.

Ариадна поспешно отвела взгляд, её лицо покрылось румянцем.

— Это правда, — заверил он. Затем взял её руку и прижался щекой к ладони. — Расскажи мне ещё немного о себе.

— Да тут и рассказывать особо не о чем. Ты видел мой магазин. Не знаю, что ещё рассказать.

Дио перекатился на бок и подпер голову рукой.

— У тебя есть братья и сестры?

Ариадна покачала головой:

— Я единственный ребенок в семье. Мои родители всегда хотели больше детей, но моя мать перенесла гистерэктомию через пару лет после моего рождения. Рак.

— Мне очень жаль. С ней сейчас всё в порядке?

— С ней всё хорошо. Она регулярно проходит медосмотр. Она выжила. — Ариадна слегка улыбнулась.

Дио провел костяшками пальцев по её щеке.

— Значит, ты происходишь из сильного рода.

— Думаю, ты мне льстишь, — рассмеялась она.

— А где они живут?

— В Айдахо. Вот откуда я родом.

— Значит деревенская девушка.

— Ты хочешь сказать, слишком доверчивая?

— Нет! — Он ничего подобного не имел в виду. Напротив, он подумал прямо противоположное: она казалась ему невероятно чистой и невинной, такой доброй. — Я хотел сказать, у тебя имеются свои ценности, ты отличаешь правильное от неправильного, у тебя доброе сердце.

— Вот такой ты меня видишь? — На её лице появилось странное выражение.

Не совсем. Он считал её соблазнительной и сексуальной, но держал эти мысли при себе. После их страстной интерлюдии в кладовой магазина, он решил действовать более осторожно, не торопиться, даже несмотря на то что невероятно сильно её желает.

— Я вижу тебя по-разному. — И прямо сейчас в своем сознании он представил её обнаженной и извивающейся под ним в безумном экстазе.

Дио стер выступившую на лбу испарину.

— Ты интересный мужчина, Дио, — вдруг заметила она.

— Благодарю за это бога! Иначе, ты, вероятно, выбрала бы кого-то другого вместо меня.

— Выбрала?

— Из всех поступающих тебе от мужчин предложений. Уверен, я не единственный заигрывал с тобой. — С её красотой и соблазнительной фигурой, он удивился, что не пришлось отгонять от нее других претендентов палками.

Она отвела взгляд.

— До нашей встречи я мало с кем ходила на свидания.

Эти слова порадовали его и в то же время пробудили любопытство. И тут он кое-что вспомнил.

— Потому что ты слишком религиозна?

Дио заметил, как Ариадна слегка вздрогнула. Потом пожала плечами:

— Я просто не встречала ни одного стоящего парня.

От её слов он усмехнулся. Значит, она считала его стоящим. Погруженный в свои мысли, он отвел от нее взгляд. И тут, одновременно с раздавшимся треском, обратил внимание на какое-то движение.

— Вот дерьмо! — выругался он и тут же вскочил.

* * * * *

Ари обернулась в ту сторону, куда кинулся Дио, и тут же осознала, от чего он в такой панике сорвался с места. Мальчик, вероятно, лет шести или семи, свисал с ветки массивного дуба. Ветка уже подломилась в месте соединения с более толстой веткой и теперь держалась только на тонкой полоске коры — как и повисший на ней ребенок.

— Мама! — закричал мальчишка. Он засучил ногами, пытаясь дотянуться до другой ветки, но слишком маленький и недостаточно сильный, не смог этого сделать.

Ари кинулась вслед за Дио, одновременно оценивая расстояние от ветки до земли. Мальчик висел, по крайней мере, в пятнадцати футах над землей. Как он сумел вообще взобраться на это дерево можно было только догадываться.

От повторного треска её сердце замерло. Ветка полностью обломилась и рухнула вниз вместе с мальчиком.

Дио размытым пятном бросился к мальчику и, поймав его, отскочил в сторону, уклонившись от ветки, рухнувшей прямо на то место, где он только что стоял.

Ахнув, Ари одновременно с ещё несколькими зеваками добежала до того места, где с мальчиком на руках стоял Дио.

— Мама! — завопил мальчишка, слава богу, если он может кричать — значит, не пострадал.

— Ты в порядке? — Ариадна услышала, как Дио настойчиво расспрашивает мальчика. — У тебя что-нибудь болит?

Дио осторожно и опустил его на землю.

— Сэмми? — раздался пронзительный, почти панический женский голос, обладательница которого проталкивалась сквозь толпу зевак.

— С ним всё в порядке, — успокоил встревоженную женщину Дио, одновременно приглаживая растрепанные волосы мальчика. — Не так ли, Сэмми?

Сердце Ари растаяло от столь нежного жеста.

— Он мог сломать себе шею, — выдал предположение какой-то мужчина.

Дио окинул его раздраженным взглядом:

— К счастью, я подоспел вовремя.

Мать заключила сына в объятия и крепко прижала к груди.

— Ох, Сэмми, сколько раз я тебе говорила не лазить по этим деревьям? — Теперь на её глаза навернулись слезы.

Сэмми виновато потупился.

— Прости, мамочка. — Затем мальчуган повернулся к Дио и указал на него. — Это он поймал меня.

Ари слышала, с каким восхищением воскликнул мальчишка, и её сердце наполнилось гордостью. Дио спас мальчика.

Мать опустила Сэмми на землю, прижала его к себе и протянула руку уже успевшему встать Дио, отряхивающему с рубашки и шорт грязь и листья.

— Не знаю, как и благодарить вас.

Дио просто пожал ей руку и покачал головой.

— Любой поступил бы так же. Просто я оказался быстрее всех.

Быстрее? Ари никогда не видела, чтобы кто-нибудь передвигался так же быстро, как Дио. И то, с какой поразительной точностью он подхватил мальчика и как смог уклониться от падающей сверху ветки, он действовал словно профессиональный спортсмен.

Ари обняла его за талию и ещё крепче прижала к себе.

— Ты чего, детка? — Он усмехнулся и привлек её к себе.

— Это было потрясающе!

Он поддел её подбородок пальцем и приподнял голову.

— Просто тренировался на те времена, когда у нас появятся свои дети. Уверен, мальчишки будут попадать во множество неприятностей, от которых их нужно будет спасать.

На глаза Ари навернулись слезы.

— Ты хочешь детей?

Слегка вздрогнув, Дио отстранился:

— А ты нет?

— Нет, хочу. Мне не терпится завести детей, — поспешно успокоила его Ари. — Просто я никогда не думала, что ты правда захочешь со мной детей. — Эта тема никогда не поднималась за время их двухнедельного знакомства, почему-то она всегда думала, что его не интересуют дети.

— Я люблю детей. Они словно маленькие чуда. Я хочу большую семью. — Он улыбнулся ей и добродушно подмигнул. — А теперь, как насчет маленького поцелуя для твоего героя?

С этим Ари поспорить не могла, утопая в его голубом, словно воды океана, взгляде. Вот он парень, в которого она влюбилась, тот, кто заставлял её смеяться, тот, кого она страстно желала.

— Как насчет крепкого поцелуя для моего героя?

Когда их губы встретились, Ари забыла обо всем на свете. Сейчас она желала лишь, чтобы всё происходящее оказалось настоящим, а не подлым обманом. И чтобы она никогда ему не врала.

Глава 17

Ариадна вошла в ресторан Натали и тут же окунулась в хаос. В конце дня в ресторане практически не было посетителей. Санитары помогали официантке, лежавшей на полу с вывернутой под неестественным углом ногой. Её лицо исказилось от боли.

Один из санитаров пытался вправить ногу женщине, пока другой пошел за носилками. Ари отвела глаза, когда официантка закричала от боли, и оглядела столовую, пытаясь найти Натали. Та стояла, прислонившись к барной стойке, её лицо было бледным.

Ари подошла к ней и положила руку ей на плечо, заставляя подругу посмотреть на нее.

— Я говорила ей не стоять на стуле. Я бы дала ей лестницу, но она меня не послушала.

— Может, это не так ужасно, как кажется. — Ари попыталась успокоить подругу.

— Она могла сломать себе шею. — Её взгляд вернулся к официантке. Та перестала кричать, санитары положили её на носилки.

— Всё будет хорошо, — пытался заверить её один из мужчин. — Мы доставим тебя в больницу. Там о тебе позаботятся врачи. — Затем он поднял глаза на Ари и Натали, слабо улыбнулся и ободряюще кивнул. — Скорее всего, она просто сломала ногу. Несмотря на боль, похоже, это всего лишь обычный перелом без смещения.

Натали кивнула.

— Спасибо. — Затем она подошла к своей сотруднице и взяла её за руку. — Возьми столько отпуска, сколько тебе нужно для полного выздоровления, слышишь?

Официантка что-то тихо пробубнила, перед тем как санитары понесли её в машину скорой помощи.

Натали повернулась к Ари, заламывая руки.

— Она хотела достать бокалы с шампанским с верхней полки. — Натали закрыла глаза и содрогнулась. — Стул покачнулся, и она упала. Я не успела её поймать.

Ари похлопала подругу по плечу и сказала:

— Ей повезло.

— Действительно. Господи, мне придется потрудиться, чтобы найти новую официантку в такой короткий срок.

— Я могла бы помочь, но сегодня вечером у меня группа по оценке вина…

Натали перебила её:

— Нет, нет. Всё хорошо. Я позвоню знакомым. Может, Молли, которая работает в гриль-баре, сможет помочь. У нас забронированы все места на сегодняшний вечер. — Она вздохнула. — Итак, как идет переобучение Дио? — спросила она.

Ари не назвала бы это переобучением.

— Так себе.

Её подруга подняла бровь.

— Слишком короткое объяснение.

Она пожала плечами.

— Я действительно не знаю, что сказать. Кажется, что некоторые вещи начинают работать, но потом… Ну, он пойдет на встречу анонимных алкоголиков в эту субботу. Уже что-то.

— Встреча анонимных алкоголиков? Ты не говорила мне, что он алкоголик. — Шокированное выражение лица Натали рассмешило бы Ари, если бы она была в настроении смеяться.

— Конечно, он не алкоголик, но мне нужно было придумать что-то и решать быстрее. Мне нужен был предлог.

— Предлог для чего?

— Он приставал ко мне с вопросом, почему мы не занимаемся сексом.

— Я же говорила тебе, что воздержание не поможет, — усмехнулась Натали.

Ари сжала кулаки.

— Конечно, это сработает. Мне просто была нужна мотивация. Мне кажется, он сейчас её получает. — Она очень на это надеялась. — Я сказала ему, что мы займемся сексом только тогда, когда он решит свои проблемы с алкоголем.

— Но не ты ли сейчас сказала, что у него нет проблем?

— Именно.

— Ладно, ты меня запутала.

— Поскольку у него нет проблем с алкоголем, то и решить он их не может, следовательно, мы не будем заниматься сексом. — В этом есть смысл.

Натали скривила губы и нахмурилась:

— А потом мы удивляемся, что мужчины не могут нас понять. Теперь я понимаю почему.

— Не будь такой саркастичной. Что бы ты сделала? Он был на мне. Мне нужно было сделать что-то! — И если бы она не придумала эту отговорку, то снова оказалась бы с ним в постели и не продвинулась бы дальше.

— Я точно знаю, что сделала бы на твоем месте: позволила бы ему быть рядом со мной и наслаждалась этим. Мне казалось, что ты говорила, будто он хорош в постели. Почему бы вам просто не наслаждаться и принять все, как есть?

— Я не могу так поступить. — Секс не самое главное. Особенно после того, что она видела в Дио, когда тот спас маленького мальчика. Когда-нибудь он станет замечательным отцом.

— Ты действительно думаешь, что он просто сдастся? Если он действительно так горяч, как ты говоришь, то попытается снова.

Жар прилил к щекам Ари, когда она вспомнила инцидент в кладовой. Она отвела в сторону глаза, не желая встречаться с пристальным взглядом Натали.

— О нет, он сделал это снова, не так ли? — Голос Натали пронзил её, мгновенно обнаружив все слабости. — Вот черт! — В её возгласе звучало слишком много восхищения, так что его нельзя было принять за выговор.

— На днях он загнал меня в угол в кладовке, — призналась Ари, понимая, что не может скрывать это от своей подруги. Натали все равно вытащит это признание из нее. Ари лишь решила сэкономить время им обоим.

В глазах Натали вспыхнул интерес.

— И? Давай же, не заставляй меня вытягивать из тебя подробности клещами.

— Он пытался соблазнить меня. К счастью, Лиза прервала нас.

— Эх, отстой! — Натали закашлялась. — Я имею в виду, что так будет лучше.

— Я поняла, что ты хотела сказать. На чьей ты стороне?

— На твоей, конечно. — Её лицо стало серьезным. — Итак, расскажи мне, ты всё ещё хочешь превратить его в хорошего парня?

Ари кивнула. Хороший парень, который влюбился в нее.

— Тогда, думаю, мы должны придумать способ немного утомить этого мужчину, чтобы он даже не думал о сексе.

Ари задумалась. Утомить его? Измотать? Для нее это было словно учебный лагерь. Отлично.

— Есть идеи, как это сделать?

Натали улыбнулась, как Чеширский кот.

— Похоже, мне не хватает официантки…

* * * * *

Дио уставился на короткий черный фартук в своих руках, затем снова повернулся к Натали, к девушке, с которой его познакомила Ари перед тем, как извиниться и уйти в магазин, чтобы провести свой урок по оценке вин. Высокая брюнетка лет тридцати, с красивой фигурой и слишком проницательными глазами.

— Я — официант? — Как такое могло произойти? Он не чувствовал себя официантом.

Дио обвел взглядом маленький ресторанчик. В баре было около пятнадцать столов и ещё несколько дополнительных мест. В нем чувствовалась непринужденность бистро, тепло и уютно, с декоративными кружевными занавесками на окне, которые закрывали только нижнюю половину. И все же он не помнил, чтобы когда-нибудь работал здесь.

Натали кивнула с энтузиазмом:

— Когда Ари рассказала мне о твоем маленьком несчастном случае, я была очень великодушна и позволила тебе остаться дома на несколько дней.

— Серьезно? — Он нахмурился, пытаясь осознать свою участь. По тому, как была обставлена его квартира, и по дорогой одежде, которую он носил, можно понять, что он богат. Как официант мог себе это позволить? Одна только кожаная кушетка выглядела так, словно стоила целое годовое жалованье. В этом не было никакого смысла.

— Да. Но сейчас ты должен вернуться к работе. Физически с тобой всё в порядке.

Натали задержала взгляд на его теле дольше, чем следовало для оценки его физического здоровья. Дио почувствовал, что ей понравилось то, что она увидела. В голове у него мелькнула мысль: уж не приставал ли он когда-нибудь к своему боссу? Может, именно поэтому она пялилась на него, как на запретный плод? Может быть, он немного повздорил с ней, потому что Ари не выходила из себя?

— А теперь надень фартук и начнем. У нас куча заказов на сегодняшний вечер, и нам нужно быстро поменяться местами. — Она указала на стопку папок на стойке бара. — Вот меню, а специальные блюда — на доске за стойкой бара.

Он посмотрел на большую доску, где кто-то пометил цветными мелками несколько блюд. Одно блюдо привлекло его внимание: морепродукты поверх крупы. Это звучало знакомо. Он вспомнил это блюдо.

Он указал на доску:

— Мне кажется, я уже ел это раньше.

Натали проследила взглядом за его пальцем.

— Возможно. Все мои работники едят то, что есть в меню. Мы часто делаем морепродукты поверх крупы. Это популярное блюдо в Чарльстоне.

Дио кивнул. Возможно, работа на прежней должности снова пробудит какие-то воспоминания, хотя они вряд ли будут хорошими. Разве может работа официантом быть интересной? Однако ему нужно чем-то занять себя, пока Тритон и София не вернутся из свадебного путешествия, и он не сможет расспросить их о своей жизни. И насколько он знал, ему также могли понадобится деньги, чтобы прокормить себя.

Дио завязал фартук вокруг талии и принялся за работу. Неужели это так трудно? Официант только и делал, что принимал заказы на еду, а потом ставил тарелки на стол. Это была не операция на мозг. Несмотря на амнезию, это вполне в его силах.

* * * * *

Дио поставил тарелку с едой перед гостями.

— Что это? — спросила худая женщина. Её рот скривился от отвращения.

— Сэндвич с жареным лососем и картофелем фри.

Она отодвинула от себя тарелку, словно в ней были токсичные отходы.

— Я что, похожа на девушку, которая ест картошку фри?

Дио окинул взглядом её тощую фигуру. Она не выглядела так, будто вообще что-то ела. Девушка должна была быть благодарна ему за то, что он дает ей возможность съесть несколько лишних калорий.

— Она превосходна. — Он съел несколько кусочков с её тарелки, прежде чем принести ей, так что мог засвидетельствовать её хрустящую корочку.

— Я заказала салат с гарниром, без картошки фри, без булочки. И лосось на гриле, а не жареный! — отрезала она.

Дио нетерпеливо переступил с ноги на ногу. У него не было на это времени. Соседний столик уже приставал к нему по поводу чека.

— Тогда это будет не сэндвич с жареным лососем.

— Я не заказывала сэндвич с жареным лососем, я заказала салат из лосося на гриле!

Раздосадованный Дио склонился над столом.

— Вы только что сказали, что заказали сэндвич с жареным лососем и салатом на гарнир, без булочки, а лосось на гриле и не жареный. Так что не меняйте порядок! У нас нет салата из лосося на гриле в меню! — Черт побери, неужели люди не могут просто заказать то, что было в гребаном меню?

— Я хочу поговорить с владельцем! — прошипела женщина.

— Да пожалуйста!

Дио развернулся, поспешил к соседнему столику и швырнул на него чек.

— Но мы ещё не съели десерт! — возмутился мужчина.

Дио посмотрел на талию этого мужчины, а затем на округлые формы его жены.

— Поверьте мне. Вы не хотите десерта. Рекомендую вместо этого быструю прогулку.

У мужчины отвисла челюсть, а его жена ахнула.

— Как ты смеешь оскорблять нас! — Он похлопал жену по руке.

— Эй, я просто говорю, что будет лучше для вашего здоровья. — Господи, люди были слишком обидчивы.

— Официант! — Дио услышал, как другой клиент пытается привлечь его внимание.

С облегчением он развернулся и подошел к ближайшему к двери столу.

— Да?

— Мне нужно немного горчицы, пожалуйста.

Дио кивнул и схватил с ближайшего стола банку с горчицей. — Ну, вот и все.

— Простите, мне нужно это! — запротестовал парень, сидящий за столом.

Дио бросил на него раздраженный взгляд.

— Что же ты не использовал его, когда у тебя был шанс. Я подал тебе этот бургер двадцать минут назад. — Он проигнорировал следующий протест парня.

Он ненавидел эту работу. Казалось, никто и никогда не был доволен тем, что он делал. Как ему удалось прожить хотя бы один день без серьезных неприятностей? Это не могло быть той работой, которую он выбрал добровольно.

К тому времени, когда последние посетители наконец ушли, Дио был готов кого-нибудь придушить. Он бросил фартук на стойку. Все казалось неправильным. Он не мог поверить, что это его жизнь. Должно быть, произошла какая-то путаница, потому что он не чувствовал себя официантом.

— Вы уверены, что я официант? — спросил он Натали, которая убиралась в баре.

Она пожала плечами:

— Эй, я не говорила, что ты был хорош.

Глава 18

Несмотря на усталость после первого рабочего дня, он пошел домой длинной дорогой, чтобы пройти мимо магазина Ариадны. Дио удивился, когда увидел внутри магазина свет, и остановился. Мгновенно насторожившись, он заглянул внутрь. Что-то случилось с ней после дегустации вин? Всё должно было закончиться больше часа назад.

Магазин казался пустым. Дио попытался открыть дверь, но та была заперта. Неужели Ариадна просто забыла выключить свет? Обеспокоенный, он постучал костяшками пальцев по стеклянной двери и переступил с ноги на ногу. Теплый ночной воздух вдруг стал холодным и неприятным. Может, с ней что-то случилось?

Он лихорадочно соображал, представляя себе самое худшее. Мужчина, посещавший её занятия по оценке качества вина, мог остаться после того, как все остальные студенты ушли. Что, если он приставал к Ариадне, а потом разозлился, когда она отвергла его? Потому что она сделала бы это. Черт, она отвергала любую физическую близость с Дио.

Дио снова поднял руку, чтобы постучать громче, когда дверь в кладовую открылась. У него упал камень с души, как только он увидел Ари. Она удивленно посмотрела на него, заметив, что Дио стоит за дверью, но тут же спохватилась и направилась к нему.

Он нетерпеливо ждал, пока она откроет дверь, и распахнул её, как только щелкнул замок.

— Что ты де…

Он заткнул ей рот поцелуем и притянул к себе. Его сердце билось, как скоростной поезд, но ощущение её тела рядом успокаивало.

— Слава Господу, с тобой всё хорошо!

Она слегка отстранилась от него.

— А почему не должна быть в порядке?

— Уже поздно. Ты не должна быть в магазине одна так поздно. Кто-то мог войти и… — Он снова притянул её к себе, не желая отпускать из своих рук.

— Кое-кто действительно вошел в магазин.

Дио замер в шоке, его тело напряглось, готовясь к бою.

— Где этот ублюдок? — Он отпустил её и осмотрел магазин в поисках незваного гостя.

Усмешка Ариадны заставила Дио снова на нее посмотреть.

— Что смешного?

— Ты.

— Где он?

Ариадна ткнула пальцем в грудь Дио.

— Прямо здесь. Ты тот, кто вошел.

Дио разжал кулаки и встретился с ней взглядом.

— У тебя странное чувство юмора, ты в курсе?

Она кивнула:

— Да и ты ведешь себя как настоящий мачо.

Он пожал плечами.

— Это то, что делают мужчины для защиты своих женщин. — Затем он снова притянул её к своей груди, обняв рукой за талию. — А теперь, как насчет небольшого поцелуя для бесстрашного спасателя?

— Ты не спасал меня.

— Но мог бы. — Если бы там действительно был незваный гость или какой-нибудь студент, который с ней связался, то Дио избил бы этого засранца до полусмерти.

— Но никакого риска не было. — Ари рассмеялась, и этот восхитительный звук эхом отозвался в пустом магазине.

Дио не мог позволить смеяться над ним, поэтому сделал единственное, что мог: он поймал её губы своими и заглушил её смех поцелуем.

* * * * *

Черт возьми, этот мужчина умеет целоваться! Колени Ари ослабли, и она наклонилась к Дио, ища поддержки. Он воспринял это как поощрение углубить поцелуй, или, возможно, она наклонила голову, чтобы дать ему лучший доступ. Что бы это ни было, глупо позволять ему вызывать такие чувства, так как она слишком хорошо помнит, к чему приводят его поцелуи.

Прежде чем могло произойти что-то ещё, она прервала поцелуй.

Глаза Дио потемнели от желания, когда она посмотрела на него. Ари прочистила горло, не уверенная, что сможет связать и пару слов.

— Как прошел твой вечер? — спросил он и запустил руки в её волосы.

Этот нежный жест ослабил бурю эмоций, вызванную поцелуем, и успокоил её бешено бьющееся сердце.

— У нас был интересный урок. Похоже, людям понравилось.

— Отлично. Так ты можешь получить больше клиентов!

— Я надеюсь.

— Все было хорошо? Как вели себя люди?

— Как себя вели? — Ари с любопытством подняла брови. Неужели он боится, что кто-то из мужчин в классе окажется слишком дружелюбным к ней?

— Да. Я имею в виду тех парней, которые пьют вино, шутят. Одно ведет к другому, и… может быть, мне стоит помочь тебе с этими занятиями.

— Ты ревнуешь?

Он ответил слишком быстро, как будто из пушки выстрелил:

— Нет, конечно. — Но выражение его глаз говорило об обратном.

— Ты ужасный врунишка.

Дио притянул её к себе за руку.

— Я не лгу. — В его голосе послышался гнев, и Ари инстинктивно отпрянула. Она никогда не видела, чтобы он впадал в ярость, но кто знает, что могла сделать с ним потеря памяти.

— Прости, — быстро сказал он и отпустил её. — Я никогда тебя не обижу. — Он провел рукой по волосам. — Я просто… зная, что меня нет рядом, когда какой-нибудь парень может наброситься на тебя… это просто убивает меня.

— С чего ты вообще взял, что какой-то парень пытался приставать ко мне?

Его взгляд выражал крайнее замешательство.

— Ты шутишь? Малышка, ты прекрасна. Я вижу это, как и все остальные. Почему бы каждому мужчине в этом городе не хотеть тебя? Черт, я даже не знаю, почему ты выбрала именно меня. Я всего лишь официант.

Она приложила палец к его губам, останавливая его от дальнейших действий. Если бы она была смелой, то сказала бы ему прямо сейчас, что все это ложь, что он не официант и они не помолвлены. Но она не была храброй. Легче было продолжать лгать и какое-то время жить в мире грез, в мире, где Дио был её.

— Ты — это ты. И когда я с тобой, мне хорошо. — И это были первые правдивые слова, которые она сказала ему за последнее время. Потому что несмотря на то что он сделал с ней, Ари жаждала его общества и близости.

Он погладил её по щеке.

— Я чувствую то же самое. — Потом он улыбнулся. — Пойдем, я провожу тебя домой. — Дио добродушно подмигнул. — Может быть, я смогу спасти тебя от кого-нибудь по дороге домой, чтобы ты наконец увидела во мне своего рыцаря в сияющих доспехах.

— Где твой конь, мой прекрасный рыцарь? — пошутила она и подошла к стойке, чтобы взять сумочку.

— Никакой лошади или колесницы сегодня. Я могу нести вас, мадам, если хотите, — галантно ответил он.

Ари повернулась к нему и увидела, как он пробегает глазами вверх и вниз по её телу, его взгляд был восхищенным и нежным. Дио смотрел на нее точно также, как когда они занимались любовью той ночью. Она задрожала от этой мысли.

— Я готова. — Она щелкнула выключателем.

Дио взял её за руку, пока они шли по тротуару.

— Боюсь, тебе придется показать мне дорогу, потому что я не помню, где ты живешь.

— Тебя это беспокоит? — Она задумалась о том, как трудно ему было справиться с потерей памяти. Если бы Ари оказалась в его положении, то перевернула бы каждый камень, чтобы попытаться найти ответ.

— Что я не знаю, где ты живешь? Конечно. Потому что это значит, что я не могу просто зайти и удивить тебя.

— Я имею в виду потерю памяти.

— Ну, конечно. Но не думаю, что ты сможешь помочь её вернуть. Это случится, но позже.

— Ты удивительно спокойно к этому относишься. Я бы уже пошла к врачу, чтобы узнать, могут ли они что-нибудь сделать. — Не то чтобы Ари хотела подать ему какие-то идеи, но не могла постоянно беспокоиться о том, что он восстановит свою память.

— Я не люблю докторов. Не помню почему, просто знаю это.

Она почувствовала облегчение от того, что Дио не развил этот разговор дальше. Но сочла разумным сменить тему.

— Как твоя работа?

Он искоса взглянул на Ари.

— Не думаю, что я хороший официант. Не понимаю, зачем Натали вообще меня наняла.

— Что-то случилось?

— Тебе лучше этого не знать. Кроме того, думаю, что в любом случае я был бы намного лучше в роли рыцаря в сияющих доспехах. Может быть, мне стоит сменить профессию.

— Но для рыцарей не так уж много вакансий.

— Значит, я буду спасателем девушек, попавших в беду, — предположил Дио и подмигнул ей.

— Сколько девиц ты хочешь спасти?

— Только одну.

Когда Ари поймала его взгляд, увидела, что он был полон не только озорства, но и тепла.

— А что, если девицу не нужно спасать?

— Каждого нужно от чего-то спасать. Даже тебя.

Она бросила на него быстрый взгляд, гадая, догадывается ли он о её прошлом. Но она так же быстро отмахнулась от него. Он никак не мог знать об ошибке, которую она совершила с Джеффом. Никто не спас её от него, пока не стало слишком поздно, и ей пришлось столкнуться с полным унижением.

— Так скажи мне, малышка, от чего тебя нужно спасать?

Ари запихнула подальше свои воспоминания о прошлом и пренебрежительно ответила:

— Я в полном порядке.

— О, я знаю, что ты в порядке. — Он скользнули по ней медленным взглядом, в котором было больше ласки. — Все прекрасно. Но это только снаружи. А что там внутри?

Дио посмотрел на нее так, словно у него было рентгеновское зрение. Действительно ли он хочет знать, что происходит внутри нее, и если да, то готова ли она рассказать ему о своих страхах и надеждах? Сможет ли она когда-нибудь довериться ему?

— Ты ведь не собираешься отвечать на мой вопрос? — проницательно спросил он.

— Нет.

— Вполне справедливо. Тогда, наверное, мне придется самому это выяснить.

Она подняла голову и вдруг поняла, что они подошли к маленькому многоквартирному дому, в котором жила.

— Мы пришли.

Дио остановился рядом с ней и посмотрел на трехэтажное здание.

— Я уже бывал здесь раньше?

— Много раз, — солгала она. Это случилось только тогда, когда у них был секс. — Спасибо, что проводил меня.

Дио покачал головой:

— Могу я зайти ненадолго?

— Уф. — Опасно. Если она впустит его в свою квартиру, он только воспользуется возможностью поцеловать её снова, а может зайдет и дальше. А что, если на этот раз Ари не сможет его остановить? Да кого она обманывает? Что, если она сама не сможет остановиться? Дио был самым привлекательным мужчиной, которого она когда-либо встречала, и всякий раз, когда он касался или целовал её, решимость не спать с ним становилась слабее.

— Обещаю тебе, что просто хочу взглянуть на твою квартиру и посмотреть, не вызовет ли она какие-нибудь воспоминания. Знаю, что ты не хочешь, чтобы я оставался. — Его глаза излучали такую искренность, какая может быть только у влюбленного или верного пса.

— Хорошо. Но только на пару минут.

— Нет проблем. Я все равно уже еле стою на ногах, — кивнул он.

Ари отперла входную дверь и вошла, Дио следовала за ней по пятам. Она поднялась по лестнице впереди него, стараясь не слишком громко стучать каблуками по деревянным ступенькам, чтобы не разбудить соседей.

Её квартира пребывала в том же хаосе, что и утром. Ари слишком торопилась в магазин, чтобы даже положить одежду в корзину для белья. Заметив на диване потерявшийся лифчик и кофточку, она быстро их схватила.

— Чувствуй себя как дома. — Ари направилась в ванную комнату, неловко держа в руках нижнее белье, и закрыла за собой дверь. Бросила вещи в корзину и выругалась. Не имеет значения, что в её квартире был беспорядок, но по какой-то странной причине она хотела произвести хорошее впечатление. Но в то же время Ари стоило признать, что человек, в которого Дио превратился после аварии, был именно тем, который ей очень нравился. Он был внимателен, вежлив, нежен и раним.

Ари не сомневалась, что именно уязвимость, которую она видела в нем сейчас, привлекала. Как будто той стены, которую возводил Дио, когда они встречались, больше не существовало. Его эмоции лежали на поверхности, открытые для нее. И все, что она видела, — это его желание и привязанность к ней. Возможно, она была слишком строга к нему, и пришло время дать ему ещё один шанс.

Ари посмотрела в зеркало и заметила, как покраснело её лицо. Она быстро плеснула немного холодной воды на лицо. Её взгляд упал на ополаскиватель для рта на стойке. Ари пожала плечами и снова посмотрела в зеркало.

— Он хорошо себя вел, — сказала она своему отражению, оправдывая свой следующий поступок. Она потянулась за бутылкой, сделала небольшой глоток и быстро прополоскала рот. Несколько поцелуев не могут быть такими уж плохими. И она постарается, чтобы все не вышло из-под контроля.

Удовлетворенная своим решением, Ари открыла дверь и вернулась в гостиную, ища глазами Дио. Она подошла к спальне и заглянула внутрь, но там было пусто. Она медленно повернулась. Неужели он ушел, не сказав ни слова?

— Дио? — крикнула она и пошла в гостиную. Вдруг резко остановилась. Там, на кушетке, лежал Дио, вытянувшись во весь рост, с закрытыми глазами.

— Дио?

Он не ответил ей, поэтому она положила руку ему на плечо и слегка встряхнула.

— Ты что, спишь?

Он не пошевелился, и очередное пожатие плеча тоже не пробудило его от сна. Он глубоко уснул, и она ничего не могла с этим поделать. Вот тебе и подготовка к сеансу поцелуев.

Глава 19

С тех пор как Дио уснул на диване Ариадны, он не видел её и лишь коротко разговаривал с ней по телефону. Их графики не совпадали. Ариадна была привязана к магазину, так как у Лизы выходной, а Дио работал и в обед, и в вечернюю смену в ресторане. Следующий день прошел ничуть не лучше

Когда Дио проснулся поздно на третий день, его взгляд упал на приглашение на свадьбу, которое он оставил на ночном столике в качестве напоминания. Ему нужно было работать только в вечернюю смену в ресторане, и как бы сильно он ни хотел увидеть Ариадну и пригласить её на ланч, понимал, что гораздо важнее поговорить с Тритоном и Софией и выяснить, что им известно о нем. Дио очень надеялся, что он не просто знакомый, которого они едва знают.

После быстрого душа Дио оделся в брюки цвета хаки и рубашку поло и направился к выходу.

Солнце стояло уже высоко. Дио вышел из ресторана в одиннадцать и рухнул в постель, как только вернулся домой, совершенно измученный и вымотанный. Если это и есть его жизнь, он должен был что-то изменить. Работа официантом в конце концов его убьет. Должно же быть что-то ещё, в чем Дио хорош и мог найти работу. Он знал, что умен и говорил на нескольких языках. Так зачем же работать официантом?

Он всё ещё размышлял о своей участи, когда добрался до гостиницы. Дио вошел в открытую дверь и поднялся по лестнице, направляясь в приемную. Услышав шаги в коридоре, он обернулся.

Из кухни вышла симпатичная темноволосая молодая женщина лет тридцати с широкой улыбкой на лице.

— Дионис! Какой приятный сюрприз! Ты как раз к обеду.

Она крепко обняла его и поцеловала в щеку.

Дио почувствовал облегчение от того, что женщина его узнала.

— Значит, ты София.

Девушка на мгновение наморщила лоб. Затем её губы изогнулись в улыбке.

— Очень смешно. Нас не было не так уж долго! — Она повернулась к кухне позади себя. — Тритон?

— Что ты хотела, agapi mou? — ответил мужской голос.

Дио не узнал этот голос, но почувствовал в нем нежность. И он знал, что значит «agapi mou» — моя любовь. Мужчина говорил по-гречески — на родном языке Дио. Это была хорошая новость. Он поставил свою паршивую работу на то, что был близким другом этого человека.

— Дионис здесь.

Через секунду из кухни вышел высокий блондин с загорелой кожей и подтянутым телом. Он был одет в шорты и футболку.

— Привет, Дио, рад тебя видеть! Хочешь присоединиться к нам за ланчем? Я собираюсь приготовить морепродукты на гриле.

Дио улыбнулся. Это были его друзья и, судя по всему, близкие друзья.

— С удовольствием. — И все же он чувствовал себя вором, проникшим куда-то, где ему не место. Он не узнал ни Софию, ни Тритона.

— Я принесу ещё тарелку. Можешь принести мне бутылку вина, Дио? — спросила София, следуя за Тритоном.

Дио вошел в большую современную кухню и внимательно её осмотрел. Если София хотела, чтобы он достал бутылку вина, то его друзья, в отличие от Ариадны, явно не были обеспокоены тем, что он пил. Честно говоря, это стало облегчением. Он бросил пить вино в последние несколько дней после встречи анонимных алкоголиков. Но Дио скучал по этому напитку и знал, что не может отказаться от него навсегда.

— Дио, вино, — напомнил ему Тритон, накладывая креветки, кальмары и кусочки рыбы на большую тарелку, а София доставала тарелки и столовые приборы. Дио оглядел кухню в поисках бутылок.

— Что-то не так? — спросил Тритон и с любопытством на него посмотрел.

Дио потер затылок. Может, ему следует просто рассказать правду и покончить с этим.

— Может быть, вы скажете, где хранится вино? Я не помню.

Тритон приподнял бровь, затем махнул рукой в сторону шкафа. Дверца шкафа распахнулась, и за ней обнаружился винный шкаф. Дио отскочил назад, ударившись бедром о стойку позади него.

— Вот дерьмо! — Каким образом открылась эта дверь? Какого хрена здесь происходит?

И Тритон, и София прекратили свои занятия и посмотрели на него так, словно он сошел с ума. Может, действительно сошел? Неужели галлюцинации, которые были у него несколько дней назад, возвращаются? И, черт возьми, он даже не выпил вина.

— Ты какой-то нервный, — сказал Тритон.

Дио оглянулся на открытый шкаф и винные бутылки внутри. Может, этому есть простое объяснение. Петли на двери могли быть неисправны и открываться при малейшем сквозняке в комнате. Видимо, так оно и было.

— Я просто вздрогнул, когда дверь распахнулась. А ведь к ней никто не прикоснулся.

— Я её открыл.

Дио повернул голову к Тритону:

— Ты не трогал эту чертову штуку.

Тритон обменялся взглядом с Софией. Затем он поставил на стол тарелку, которую держал в руках.

— Ладно. Я не трогал. Сейчас. Что ты из себя строишь? Никто, кроме нас троих, не может видеть мою силу. Даже Зевс не стал бы возражать. Так что лучше скажи мне прямо сейчас, что происходит. — Он взглянул на свою жену. — Ты заставляешь Софию волноваться.

Слова Тритона заставили мозг Дио напрячься. «Силы? Зевс? О чем это он говорит? Этот человек действительно его друг? Что, если он какой-нибудь псих? Мог ли он действительно доверить ему свою тайну и признаться, что потерял память? Что, если этот парень просто наговорил ему всякой чепухи, потому что знал, что Дио не сможет ни подтвердить, ни опровергнуть её?»

— Я жду.

Дио увидел нетерпение в глубоких синих глазах Тритона. Но за этим скрывалось что-то ещё: беспокойство. Именно это заставило его заговорить.

— У меня амнезия.

На мгновение воцарилась тишина, а потом Тритон расхохотался. София присоединилась к нему, но Дио не видел в этом ничего смешного.

— Я не знаю, кто я такой.

Тритон подавил смех.

— Молодец, Дио! Я почти поверил. Но, как мы оба знаем, боги не могут потерять свою память.

— Даже я это знаю, — добавила София с ухмылкой.

— Боги? Говорю вам, я потерял память. Однажды ночью меня избили, и когда я пришел в себя, то не мог вспомнить ничего из того, что было до той драки. Спроси мою невесту. Она подтвердит это, если ты мне не веришь.

Внезапно Тритон и София перестали смеяться и обменялись встревоженными взглядами.

— Дио, у тебя нет невесты. Если ты не обручился за последние пять дней, конечно же.

Паника обрушилась на него. Должно быть, Тритон ошибается. Может, он и не был таким уж близким другом.

— Ты ошибаешься. Ариадна — моя невеста. Мы помолвлены уже несколько месяцев. — Он не собирался отказываться от нее.

— И как ты узнал об этом, если действительно потерял память? Видишь, твоя история не клеится. Даже Эрос мог придумать что-нибудь получше.

Дио понятия не имел, кто такой Эрос, но сейчас это не имело значения.

— Мне сказала Ари. Она сказала, что мы помолвлены уже несколько месяцев. — На самом деле Ариадна сказала, что они встречались семь месяцев, прежде чем обручиться, и он забыл спросить её, как давно состоялась помолвка.

Тритон покачал головой:

— Брось это, Дио. Давай поедим. Я умираю с голоду. — Он вышел из кухни. Дио последовал за ним по наружной лестнице в сад, где под большим зонтом был накрыт стол. В нескольких футах от него стояло барбекю.

— Ты должен мне поверить. Единственная причина, по которой я сейчас здесь, это то, что я нашел приглашение на свадьбу от вас двоих. Подумал, что вы можете помочь мне узнать, кто я такой.

Тритон поставил тарелку с сырыми морепродуктами рядом с грилем и поднял крышку.

— Отлично. Я подыграю тебе. Хочешь узнать, кто ты?

Дио нетерпеливо кивнул.

— Да. Я знаю только то, что нашел в своей квартире. В моих водительских правах написано «Дионис Теос».

Тритон усмехнулся:

— Вполне подходящее имя, которое ты выбрал для своих смертных похождений: бог Дионис.

— Что ты подразумеваешь под смертными похождениями? И что насчет бога?

— Ты. — Тритон ткнул пальцем в грудь Дио. — Ты — Дионис, бог вина и экстаза. Теперь доволен? Мы можем закончить эту нелепую игру?

— Но это не игра! — Дио провел рукой по волосам. — Как мне объяснить вам, что я ничего не понимаю из того, что вы мне говорите? Почему ты смеешься надо мной? Если мы действительно друзья, то почему ты не можешь сказать мне правду?

За его спиной София закончила накрывать на стол ещё одно место.

— Он сказал тебе правду, Дионис. Ты должен знать, что лучше не обвинять Тритона во лжи.

Дио повернулся к ней и заметил её обеспокоенный взгляд. Может, она сжалится над ним, если он будет умолять достаточно долго.

— София, мы ведь друзья, правда?

Она кивнула и села за стол. Дио присоединился к ней.

— Тогда, может быть, ты просто выслушаешь меня?

— Да, хорошо.

— Не подыгрывай ему, — предупредил Тритон, укладывая рыбу на гриль.

— Посмотрим, что он скажет. Продолжай.

— Спасибо. Итак, как я уже сказал, в баре была драка…

— Похоже на правду, — перебил его Тритон.

София бросила на него слегка укоризненный взгляд, на что Тритон просто пожал плечами.

— Меня избили, и я, должно быть, потерял сознание и, возможно, упал на что-то, и ударился головой. Когда очнулся, понятия не имел, кто я и что произошло. К счастью, со мной была моя невеста — Ариадна. Она залатала меня и отвезла домой. Если бы её там не было, то я бы даже не узнал, где живу.

Дио улыбнулся про себя. Боги, он был так благодарен ей за заботу.

— Итак, я знаю о себе лишь то, что Ари помогла мне вспомнить. Она убедилась, что мой босс знает, что я нездоров.

У Софии отвисла челюсть.

— Твой босс? Дио, у тебя нет работы.

— Конечно, я работаю. Я официант в маленьком ресторанчике в центре города. Он называется…

— Официант? — Тритон подошел к столу, держа в руке щипцы для барбекю. — Ты работаешь официантом?

Дио кивнул, но в то же время смутился. Признав это, он почувствовал себя ничтожеством.

— Прямо сейчас, да. Но думаю, может быть, я могу найти что-то другое. Ну знаешь, какую-нибудь работу менеджера. Не знаю.

— Расскажи мне все. Чем ты занимался в последние несколько дней? — с любопытством спросил Тритон.

— В основном работал. Последние пару дней мне приходилось работать и в дневную, и в вечернюю смену. Сегодня я работал только в дневную смену, поэтому и смог заглянуть к вам.

Тритон посмотрел на Софи:

— Думаю, он говорит правду.

— Боюсь, что так, — согласилась она.

— Это плохо.

Дио поднял руки.

— А что плохого в том, что я говорю правду?

— Скажешь ему, или я сама? — спросила София.

— Agapi mou, думаю, что для этого нужно больше деликатности, чем есть у меня, — признал Тритон и вернулся к барбекю, чтобы снять рыбу с гриля.

София взяла Дио за руку и сжала её.

— Если то, что ты говоришь, правда, то думаю, что мы столкнулись с большой проблемой. То, что сказал тебе Тритон, — правда: ты бог вина и экстаза, и если ты потерял память и не можешь выполнять свои обязанности бога, то в этом мире будет дисбаланс. Виноград погибнет, а вино превратится в уксус. Мы должны заставить тебя вспомнить, кто ты.

Тритон поставил тарелку с жареными морепродуктами на середину стола и сел.

— Я не смог бы объяснить все лучше.

Дио покачал головой. Он был богом? Невозможно.

— Богов не существует. — Они что, были наркоманами?

— Существуют. Но смертные об этом не знают.

— Тогда кто же вы? — бросил вызов Дио, всё ещё не в состоянии переварить информацию. Должно же быть какое-то другое объяснение.

— София — смертная, но я — бог мореплавателей и моряков. Мой отец — Посейдон.

Имя казалось знакомым, но Дио списал это на то, что он, вероятно, изучал мифологию или историю. Учитывая, что он говорил по-гречески, не было ничего необычного в том, что он узнал это имя.

— Извини, Тритон, но я не верю ни единому твоему слову. Это невозможно. Я был сильно избит и потерял память. Это все, что я знаю. Но я не бог.

Тритон положил на тарелку несколько кусочков рыбы и креветок и принялся за салат.

— Накладывай.

Дио наполнил свою тарелку и начал есть. То, что он не поверил в истории, которые эти двое рассказывали ему, еще не означало, что он не хотел есть.

— Когда тебя избили, твое лицо было помятым? — спросил Тритон.

Дио посчитал этот вопрос очень странным, но тем не менее ответил на него.

— У меня был опухший глаз, разбитая губа и несколько синяков.

— А на следующее утро? — Тритон подмигнул жене. — Дай угадаю: твое лицо выглядело идеально.

Дио откинулся на спинку стула и уронил вилку на тарелку.

— Откуда ты знаешь? — Затем он наклонился вперед и снова взял вилку. — Полагаю, все было не так плохо, как думал вначале. Наверное, я быстро выздоравливаю. — Именно это он и сказал себе в тот день, хотя ситуация и показалась ему странной.

— Боги исцеляют любые раны за несколько часов. По крайней мере, это говорит мне о том, что твои божественные силы всё ещё целы и не пострадали от амнезии.

Конечно, это всё объясняло, но Дио не показалось это доказательство весомым.

— Возможно. Но также я могу быть просто обычным человеком, который быстро выздоравливает.

— Хочешь доказательств?

— Неужели ты думаешь, что я поверю в твою фантастическую историю без доказательств? — Дио сунул в рот еще один кусок кальмара и принялся жевать. — Кстати, очень вкусно.

— Сам поймал сегодня утром.

— Ты рыбак?

— Я дайвер, — ухмыльнулся Тритон.

София хихикнула:

— Тритон любит ловить рыбу вручную.

Дио был уверен, что это очередная небылица. Эта парочка с каждой минутой становилась всё наглее со своими сказками.

— Конечно.

— О, мы забыли про вино, — вдруг вспомнила София. — Тритон, сходишь?

— Его должен был принести Дио, — возразил Тритон.

Дио отодвинул свой стул. Разве не считается невежливым со стороны хозяина позволять гостю приносить вещи? Он уже собирался встать, когда Тритон схватил его за руку, удерживая на месте.

— Не вставай. Просто возьми бутылку.

Дио в замешательстве уставилась на него.

— Именно это я и собирался сделать. Так что, если ты не возражаешь. — Он бросил острый взгляд на руку Тритона, которая всё ещё сжимала предплечье Дио.

— Используй свою силу. — Тритон быстро оглядел сад. — Мы одни. Это безопасно.

— Какую силу? — Дио надоела эта шарада.

— Ты можешь вызвать бутылку. Просто представь, что она здесь, и вино появится.

— Я не могу просто пожелать чего-то и… — Дио замолчал. В ночь после пьянки он захотел поесть и неожиданно обнаружил на кухне блюдо с деликатесами. Неужели это все-таки сделал он? Не было ли это галлюцинацией?

— Ты помнишь…

Слова Тритона вырвали Дио из мыслей.

— Нет, не помню, но несколько дней назад произошло нечто странное. Мне хотелось поесть. И мне показалось, что я видел, как появилась еда. Но это не могло быть правдой. У меня было похмелье, и мне привиделись всякие вещи…

— Ты вызвал её, не зная, что делаешь. Сделай это сейчас. Достань нам эту бутылку, потому что мне, например, сейчас нужно выпить. — Тритон ещё раз ободряюще ему кивнул.

— Это не сработает. — Несмотря на свои слова, Дио попытался выполнить просьбу Тритона. Он вспомнил о бутылке французского шардоне, которую видел на кухне, и представил её на столе.

Вдруг из ниоткуда воображаемая бутылка внезапно появилась прямо перед ним. Дио отшатнулся, но рука Тритона удержала его на месте.

— Вот дерьмо! Неужели это сделал я?

Тритон ухмыльнулся, обнажив белые зубы:

— Теперь ты мне веришь?

Был ли у него выбор?

— Вот дерьмо! Я действительно бог?

Глава 20

Дионис наблюдал, как Тритон расхаживал по своему особняку на третьем этаже гостиницы. София оставила их наедине друг с другом, сама же пошла помочь прибывшим гостям. Частная зона была не только современной, но еще теплой и удобной с морской тематикой, которая повторялась во всем особняке. Она была небольшой, но так как пара проводила большую часть своего времени на нижних этажах, ухаживая за гостями, небольшое личное пространство было тем, что нужно.

— Я думаю, мы можем исключить возможность того, что ты потерял память, когда ударился головой.

— Но я сильно ударился, — запротестовал Дио.

— Но этот удар не мог повлечь за собой амнезию. Бог не может просто так пострадать. Мы невосприимчивы к смертельным болезням.

— Но у меня шла кровь. — Разве это не считалось серьезным ранением?

— Мы обитаем в смертных телах, которые функционируют так же, как и любое другое тело. То есть мы истекаем кровью, едим, пьем, у нас растет борода. Но мы можем исцелить тело с помощью наших божественных сил. Любая травма мимолетна, — объяснил Тритон.

— Тогда что со мной не так? — Быть богом — круто, но какой в этом смысл, если он ничего не помнит о своей жизни и о том, на что способен?

— Мы разберемся с этим.

Дио кивнул и потер рукой затылок.

— Каково это, быть богом?

— Тебе нравилось, — усмехнулся Тритон.

Дионис не смог сдержать улыбку.

— Неужели?

— Я не знаю никого, кто так же радовался жизни бога, как ты.

— Бог вина, ха. Ни хрена себе! — Потом он кое-что вспомнил. — Полагаю, это означает, что у меня нет проблем с алкоголем?

— Почему, Аид тебя дери, у тебя должны быть проблемы с ним?

— Ариадна, моя невеста, так думает. Она притащила меня на встречу анонимных алкоголиков на днях и…

Смех Тритона прервал его.

— Ладно, тут есть два огромных просчета: во-первых, тебе не место на собрании анонимных алкоголиков, а во-вторых, у тебя нет невесты.

Дио напрягся.

— Я согласен с тобой насчет встречи анонимных алкоголиков, но мы с Ари любим друг друга.

— Любите друг друга? — Тритон шагнул ближе и покачал головой. — Дио, я твой друг, так что не пойми меня неправильно, но ты никогда никого не любил, кроме себя.

— Не правда! — Он любил Ариадну, и никто не мог убедить его в обратном.

— И я гарантирую тебе, что ты не помолвлен. Кем бы ни была эта Ариадна, уверен, что она самозванка.

Его Ари лгала ему? Нет, Дио не мог в это поверить. Он не хотел в это верить.

— Если ты пытаешься вбить клин между мной и Ари, то мы с тобой не друзья. Ты это понимаешь? — Он свирепо посмотрел на Тритона, намереваясь дать ему понять, что он не откажется от нее. Должно быть, произошло какое-то недоразумение, которое вскоре прояснится.

— Мы дружим с самого детства, и ты позволишь женщине встать между нами? Хочешь, чтобы я рассказал тебе, кто ты? — Тритон не стал дожидаться ответа Дио. — Ты худший бабник, какого когда-либо видел этот мир. Ты еще хуже, чем я был до встречи с Софией. Ты проводишь каждую ночь с другой женщиной. У тебя есть строгое правило не встречаться с женщиной больше одной ночи. Мне продолжать? -

Дио сделал несколько шагов назад, врезался в стену и покачал головой, но Тритон продолжил: — Тебя волнует лишь охота. Как только женщина оказывается в твоей постели, ты сразу теряешь к ней интерес.

— Нет, ты ошибаешься. — Он не хотел быть тем человеком, которого так подробно описал его друг. Он не хотел быть таким придурком.

Тритон грустно улыбнулся ему:

— Дио, ты тот, кто ты есть. Это не значит, что ты не можешь измениться. Но Дио, который был на моей свадьбе на прошлой неделе, соответствует моему описанию. То, что ты говоришь мне о своей невесте, невозможно. Ты не можешь измениться на сто восемьдесят градусов за неделю.

— Но я не ощущаю себя тем, кого ты описываешь. Да, насчет вина, конечно, ты прав. Я чувствую связь с вином. Когда был в винном магазине Ариадны, то чувствовал себя как дома. Я почувствовал, как бутылки заговорили со мной. Это было очень странное чувство. — Дио вспомнил тот момент, когда вошел в магазин и сразу почувствовал свободу. — Но в остальном, извини, остальная часть твоего описания не похожа на меня.

— Если бы ты помнил свою жизнь, то знал бы, что я говорю тебе правду. — Он помолчал, что-то обдумывая. — Мы должны каким-то образом восстановить твою память. Думаю, нам нужна помощь. — Затем он поднял голову. — Гермес, тащи сюда свою задницу. Срочно.

Через мгновение в центре комнаты, словно из ниоткуда, возник человек. Дио почувствовал, как по телу пробежала волна адреналина, а сердце застучало, как отбойный молоток. В один прекрасный день эти парни доведут его до сердечного приступа.

Парень, предположительно Гермес, был одет в самый нелепый наряд, который Дио когда-либо видел: белая струящаяся туника, доходящая до колен и перевязанная золотым поясом. На ногах у него были сандалии. Дио присмотрелся повнимательнее: не крылышки ли у него на них? Он моргнул, заставляя глаза сфокусироваться, но крылья остались там же, где и были, прикрепленные к сандалиям парня.

— Эй, Тритон, Дио, что за срочность? Я даже не успел переодеться.

— У нас проблемы: у Диониса амнезия.

Услышав заявление Тритона, Гермес бросил на Дио удивленный взгляд.

— Ты меня разыгрываешь! — Затем он сделал шаг в сторону. — Это одна из твоих тупых шуток, Дионис?

Тритон покачал головой:

— Нет. Он действительно не знает, кто он такой.

Дио упер руки в бока, раздраженный тем, что его игнорируют.

— Я, вообще-то, тоже тут, ребята.

Гермес бросил на него удивленный взгляд.

— Но в его поведении нет ничего необычного.

Неужели Дио действительно дружит с этим парнем? Он был одет в платье!

— Эй, Дио, я вижу, о чем ты думаешь. Но я — посланник Бога, и это мой наряд. — Он взглянул на свою тунику и сандалии. — Поверь мне, ты тоже не выглядишь более мужественным в своей тунике. — Потом он щелкнул пальцами — и вуаля, Гермес был одет в джинсы и футболку.

Дио снова подпрыгнул.

Вот дерьмо! Вы, ребята, должны прекратить это делать!

Гермес обменялся взглядом с Тритоном:

— Он действительно потерял память?

— Есть идеи, что делать? — спросил в ответ Тритон.

— Ты призвал истинного бога. — Гермес ухмыльнулся. — Полагаю, Дио разозлил одного из олимпийцев и был наказан. Теперь нам просто нужно выяснить, какого именно.

— А кто такой олимпиец? — спросил Дио, чувствуя себя глупо и не понимая, о чем говорит мужчина.

— Бог верхнего уровня, — пренебрежительно ответил он. — Всего нас двеннадцать.

— Я один из них?

Гермес усмехнулся:

— Размечтался. А вот я — да, поэтому, что бы ни сделал с тобой один из других олимпийцев, смогу все исправить. Если только бедный старый отец не приложил к этому руку. Тогда нам крышка.

— О чьем отце ты говоришь?

— О нашем. — Гермес показал на себя, а затем на Дио

— Мы братья? — Дио еще раз окинул взглядом Гермеса. Он был братом парня, который носит крылатые сандалии? Забавно.

— Сводные. — Затем он подмигнул. — И лучшие друзья.

Если честно, то Дио нравился этот парень почти так же сильно, как и Тритон.

— Сколько у меня лучших друзей?

— Трое: Тритон, Эрос и я.

— А этот Эрос, что он за бог? — спросил Дио с любопытством.

Тритон усмехнулся:

— Римляне называют его Купидоном. Он бог любви и, вероятно, занят тем, что стреляет в ничего не подозревающих смертных.

Дионис покачал головой.

— Ребята, я просто в тупике. Хочу сказать, что верю вам. Но это не приближает меня к воспоминаниям о себе прежнем.

Гермес кивнул. Его лицо стало серьезным.

— Хорошо, тогда давайте посмотрим на факты. Тритон, что скажешь?

— Его избили в баре…

— А что еще нового? — прервал его Гермес.

Неужели он действительно постоянно ввязывается в драки в баре? Дио задумался, что же он за человек, если ему постоянно приходится драться и избивать людей, а иногда и самому получать побои. Что он должен был доказывать?

— …а когда он пришел в себя, то уже ничего не помнил. Его так называемая невеста подлатала его.

— Невеста? — Гермес бросил на Диониса ошеломленный взгляд.

Дио пожал плечами, реакция Тритона была такой же.

— Даже не начинай. Тритон уже допросил меня с пристрастием об этом.

— Ладно. Об этом потом. Вернемся к фактам. Я видел тебя в последний раз на свадьбе, и ты рассказывал мне о той цыпочке, которую собирался завалить той ночью.

Он собирался кого-то завалить? Действительно ли он так выразился, или Гермес преувеличивает?

— Но мы с Ари… то есть я не думаю, что стал бы ей изменять. — Одна эта мысль была отвратительна.

Гермес закатил глаза и указал на Тритона.

— Если ты не расскажешь мне все позже, то я сверну ему шею прямо сейчас.

Губы Тритона изогнулись в едва сдерживаемой улыбке.

— Все, что угодно, только придумай, как нам вернуть его к нормальной жизни.

— Нормальной жизни? — запротестовал Дио. — Со мной все хорошо!

— Нет, не хорошо! — сказали мужчины в унисон.

Не обращая внимания на их колкость, Дио спросил:

— Я еще что— нибудь говорил на свадьбе?

— Только то, что собирался бросить девушку, как только поимеешь. — Гермес приложил пальцы к губам. — Хм. Это напомнило мне, что Гера слонялась без дела. — Он посмотрел на Тритона. — Как ты думаешь, она могла подслушать Дио и как-то вмешаться?

— Хм, она ненавидит его всем сердцем — это всем известно. Я бы не стал отрицать её возможной причастности.

Гермес согласно кивнул:

— И как одна из олимпийцев, она обладает достаточной силой, чтобы стереть память Дио, а он ничего не сможет с этим поделать.

— А как насчет других олимпийцев? Там был Зевс.

— Он был слишком занят, пытаясь залезть к Франческе в штаны. Кстати, Посейдон тоже был на твоей свадьбе.

Тритон запротестовал:

— Мой отец никогда бы так не поступил.

— А что насчет Аполлона?

— Он был слишком занят, гоняясь за одной из официанток.

— Ты прав. Я думаю, что наша лучшая ставка — Гера. Если кто-то действительно мстительный, так это она. — Гермес искоса взглянул на Дио. — У нашей мачехи холодное сердце…

— Лучше не говори этого, — посоветовал Тритон. — Нет нужды заставлять её спускаться сюда. Итак, ты в состоянии отменить все, что она могла сделать?

Дио шагнул к Гермесу:

— Ты сможешь?

— Конечно, смогу. — В его голосе звучала уверенность, которая заставила Дио вздохнуть с облегчением. Скоро он вспомнит свое прошлое, и его мир будет исправлен. Тогда ему придется убедить своих друзей в том, что он влюбился, и познакомить их с Ариадной. Все будет прекрасно.

— Ну что, начнем. — Гермес подошел к Дио и остановился в футе от него. Затем положил руки на голову Диониса и закрыл глаза.

Странное ощущение тепла охватило его, когда энергетические щупальца прошли от кончиков пальцев Гермеса к черепу и проникли внутрь. Сначала Дио сопротивлялся вторжению, но успокаивающий голос друга успокоил его.

— Полегче, полегче. Просто прими это.

Дио заставил себя расслабиться и опустил плечи, которые невольно сгорбил. Электрические разряды проникли в его голову и завладели его телом и разумом. Когда темнота угрожала наступить, внезапно появился белый свет и стал отталкивать темноту назад.

Глаза Дио распахнулись.

— Вот сучка!

Глава 21

Дио кипел от гнева:

— Я собираюсь отрубить голову Гере и скормить её горгонам!

— Похоже, это сработало, — ухмыльнулся Гермес. — И большое тебе спасибо, Гермес, за то, что ты восстановил мне память, — сказал он с сарказмом. — Ну, Дио, это очень мило с твоей стороны.

Дио посмотрел на друга, на мгновение забыв о своем гневе. И притянул его в медвежьи объятия.

— Спасибо! Что бы я делал без вас, ребята? — Он посмотрел через плечо Гермеса на Тритона. — Без вас обоих.

— Рад, что ты вернулся. — Тритон улыбнулся ему в ответ

Дио отпустил Гермеса и снова сосредоточился на насущном вопросе.

— Я собираюсь побить Геру! — Он помнил каждую секунду их разговора на парковке, как она упрекала его за то, как он обращался с Ариадной.

Ариадна!

— Вот дерьмо! — Правда врезалась в него, как тяжелый товарный поезд. — Эта коварная… интриганка… лгунья…

— Ты это уже говорил, — заметил Гермес.

— Не Гера! — Дио сделал нетерпеливое движение рукой. — Ариадна. Моя невеста. — Невеста, мать твою! — Я ни с кем, черт возьми, не помолвлен!

— Так я и думал, — согласился Тритон. — Итак, что случилось?

— Она была той, с кем я… ну, ты знаешь… — Дио хотел сказать «переспал», но не смог. Ариадна лгала ему обо всем. Они не только не были помолвлены, но и занимались сексом — довольно умопомрачительным сексом, судя по тому что он теперь ясно помнил, и уж точно не практиковали воздержание, как она заставляла его думать.

Зачем, черт возьми, Ари все это выдумала? Он порвал с ней в ту ночь, так почему же она вообще беспокоит его после этого? Он ушел, потому что ей было лучше без него. По крайней мере, тогда Дио так думал. Но он ошибался. Он уже собирался идти к ней и заставить Ари понять его доводы, когда…

— Она послала за мной этих двух головорезов, чтобы они меня избили. — Зачем она это сделала? Неужели она все это подстроила, чтобы вылечить его и заставить влюбить в себя?

— Кто? Гера? — спросил Гермес.

— Ну же, подумай сам. Ариадна, конечно.

— Твоя невеста тебя избила? — усмехнулся Гермес.

Дио свирепо посмотрел на друга и стиснул зубы.

— Она не моя чертова невеста!

— Но была ею десять минут назад.

Дио бросился на Гермеса, ударил его о стену и схватил за горло.

— Ещё одно глупое слово из твоих уст, и я сотру эту идиотскую ухмылку с твоего лица. Навсегда. — Этого было недостаточно, чтобы побороть противоречивые эмоции внутри. Дио не в настроении оправдывать свои действия перед друзьями.

— Дио, отпусти его, — спокойно сказал Тритон. — Мы все знаем, на кого ты злишься, Дионис, и это не Гермес.

Дио отпустил руки.

— Простите.

Гермес толкнул его и отошел от стены.

— Ты казался мне гораздо милее, когда не помнил, кто такой.

Дио остановился как вкопанный. Правда ли, что он был более приятным парнем во время амнезии? Или Ариадна пыталась превратить его в послушное домашнее животное?

— Если она думает, что может превратить меня в подкаблучника, то её ждет сюрприз, — сказал Дио.

— О ком мы сейчас говорим? — спросил Гермес, поправляя футболку.

— О женщине, которая заставила Дио думать, что он помолвлен, и если я правильно помню, он также сказал, что влюблен в нее. — Тритон небрежно прислонился к оконной раме.

— Чушь собачья! — Дио запротестовал, может, даже слишком громко, пытаясь скрыть чувства за вспышкой гнева. — Я не влюблен в эту коварную, лживую, раздражающую… — чертовски сексуальную, горячую искусительницу… — женщину. — Он снова глубоко вздохнул. — Как она смеет так лгать мне? Что же я такого ей сделал, чтобы оправдать такое коварство? — Он просто кипел от гнева. — О, я устрою ей свадьбу! Но никакого жениха не будет!

Он заметил, как Гермес и Тритон обменялись понимающими взглядами.

— Что?

Гермес прочистил горло:

— Если это та женщина, с которой ты занимался сексом в ночь свадьбы Тритона, то я думал, что ты собирался бросить её на следующее утро.

— Естественно! — У него не было никаких отношений. Все это знали. Маленький комочек вины образовался в его желудке и двинулся выше. Судя по реакции Ариадны на следующий день, он понял, что она ничего не знала. Нет, она предполагала, что у них есть что-то более постоянное.

— Она должна была это понять. — Но в его словах не было убежденности, потому что воспоминания о той ночи терзали его. Он что-то чувствовал рядом с ней. Близость, которой он наслаждался. Тепло, которого ему хотелось ещё больше. Но вместо того чтобы признаться в этом, он уклонился от этих чужих эмоций и бросил её. Каким же бессердечным ублюдком он был!

— Наверное, она решила отомстить тебе, когда поняла, что у тебя амнезия.

Дио медленно кивнул и снова откинулся на спинку дивана. Теперь все это приобретало смысл. Неудивительно, что она не хотела спать с ним.

— Она сказала мне, что мы воздерживаемся от секса.

Тритон и Гермес резко повернули головы и недоверчиво уставились на него.

— Воздерживаетесь? — эхом отозвались они.

Дио мрачно кивнул:

— Пока я был без памяти, она пыталась убедить меня, что мы договорились не заниматься сексом, пока не поженимся.

— Хитрая! — Гермес хлопнул себя по бедру.

— Если это не наказание, то я не знаю, чем еще это может быть. — Тритон не смог сдержать усмешки.

— Думаю, она уже достаточно повеселилась. — Гермес сел в кресло напротив Дио, положил ноги на кофейный столик и сказал: — На самом деле я не могу её винить.

— А я могу? — Дио склонил голову набок. — А то, что она сказала мне, что я работаю официантом в ресторане? Ты хоть представляешь, как это тяжело? Мои ноги ужасно ноют!

— Ты? Официантом? Я должен это увидеть! — Затем Гермес взглянул на Тритона. — Мне нравится эта женщина. Она мне очень нравится!

— На чьей ты, черт возьми, стороне? — Разве его так называемые друзья не должны были встать на его сторону? Ари унизила его, а Тритон с Гермесом просто посмеялись над ним.

— Послушай, Дио — спокойно сказал Тритон. — Давай просто оставим все это позади. Я позвоню Эросу, а потом мы проведем приятный вечер и просто посмеемся над всем этим. Все вернулось на круги своя.

— Серьезно? — Неужели эти двое ничего не поняли? Ничего не вернулось в прежнее русло. Женщина, в которую он считал себя влюбленным, была лгуньей и обманщицей. Она подшучивала над ним и посмеивалась за его спиной — вероятно, вместе с Натали из ресторана. Она ведь должна была участвовать в этом, чтобы притвориться, что Дио там работает. И они ожидали, что он просто отпустит это?

— Я не могу. У меня вечерняя смена в ресторане.

У Гермеса отвисла челюсть.

— Разве не ты только что распинался о том, как ненавидишь эту работу? Кроме того, ты же бог. Зачем тебе работать?

Дио поднялся с дивана и направился к двери.

— Если я не вернусь на работу, то Ариадна подумает, что что-то не так.

— Что, во имя Аида, ты задумал? — спросил Тритон.

Дио бросил взгляд через плечо.

— Если ты думаешь, что я просто позволю ей уйти, то ты совсем меня не знаешь.

И все же он не мог сказать своим друзьям, что тоже не узнал себя. Каким-то образом Дионис изменился. И до сих пор он не знал, как справиться с этим изменившимся мужчиной, который теперь жил в его теле.

Глава 22

На следующий день Дионис отпросился у Натали на вечер, сказав, что хочет удивить Ариадну, приготовив ей ужин. Судя по улыбке на лице босса, его предположение, что Натали тоже участвовала во всем этом фарсе, подтвердилось. Они были хорошими подругами, раз Натали продолжала притворяться, что он работает официантом в ресторане. Поэтому он решил им подыграть.

— Она была со мной так мила и отзывчива, несмотря на случившееся, — заявил он. — Я правда хочу показать ей, как благодарен. Знаешь, она усердно трудится. И пришло время ей отдохнуть и позволить другим о ней позаботиться.

О, и он позаботится о ней! Эта коварная женщина сегодня на себе испробует собственное лекарство.

— Как мило с твоей стороны. — Натали практически пускала на него слюни. — Почему все мужчины не могут быть, как ты?

Дио сжал губы.

— Она заслужила это. Что бы я без нее делал?

Определенно, он бы не работал официантом и не остался без секса на всю неделю!

Не говоря уже об ее обмане. Если кто-нибудь из богов узнает, что она с ним сделала, они никогда не оставят его в покое. Все на Олимпе будут смеяться над ним. Они пополнят свой словарный запас новым словом — злорадство.

Войдя в свою квартиру после дневной смены, он хлопнул дверью и завалился на диван. Столько нужно сделать. Он уже позвонил Ари по пути домой и сказал, что ему нужно поговорить с ней сегодня вечером. Он услышал в ее голосе беспокойство, но не подал виду.

— Слуги, — позвал он.

И секундой позже в гостиной появились три маленькие феи в цветных туниках и тут же поклонились.

— Мы к вашим услугам, о могущественный бог Дионис, — хором произнесли три феи.

Дио улыбнулся. Вот так вот лучше.

— У меня сегодня будет особый гость. Уберите квартиру. Я хочу, чтобы все было безупречно.

Слуги снова поклонились и, подобно танцующим дервишам^1, принялись за работу. Они двигались так быстро, что Дио едва мог видеть, что они делают. Словно по мановению руки, одежда и обувь исчезли в шкафу, пыль была стерта со всех поверхностей, журналы и газеты аккуратно сложены, подушки взбиты, а мусор собран.

Для человеческого глаза феи казались бы размытым пятном, но у Дио превосходное зрение, поэтому он мог разглядеть их маленькие фигурки и, хотя привык к ним, все еще удивлялся их способностям. Неудивительно, что эти создания выбрали для службы богам. Теперь, когда они кружились вокруг него, он понял, как сильно скучал по их присутствию.

Дио закрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Его охватил гнев в тот день, когда он встретился с Тритоном и Гермесом. Он был так зол, что даже не поблагодарил их как следует, что они помогли вернуть ему память.

— О могущественный бог Дионис, у вас еще есть поручения для нас? — спросили феи.

Дио открыл глаза.

— Накройте стол для романтического ужина. Я хочу цветы и свечи, и всякие побрякушки, которые любят женщины.

— Будет сделано.

— И красные розы, — запоздало добавил Дио.

— Как пожелаете.

На его глазах слуги превратили обычный обеденный стол в настоящий праздник для глаз. Стол накрывала белая скатерть. Тарелки с серебряным обрамлением окружали блестящие столовые приборы и хрустальные бокалы. Лепестки роз были разбросаны по скатерти, а на двух серебряных подсвечниках красовались красные конусообразные свечи. Дио улыбнулся. Сам бы он и не смог сделать все лучше.

Слуги еще раз поклонились, и Дио кивнул.

— Очень хорошо. А теперь, что посоветуете на меню? Блюда с афродизиаком.

— В качестве афродизиака, — ответила одна фея, — подойдут спаржа, миндаль, авокадо, бананы, базилик, шоколад, инжир…

— Приготовьте для начало авокадо, затем филе-миньон с миндальной корочкой со спаржей и инжирным соусом, а на десерт шоколадный мусс с банановым кремом.

У него слюнки уже потекли от этого восхитительного меню.

Слуги протянули руки и через мгновение на их ладонях появились наполненные тарелки. Дио встал и посмотрел на весь этот выбор. Была миска гуакамоле и тарелка с идеально нарезанным авокадо, заправленного темным соусом. Он показал на тарелку.

— Добавьте сюда немного базилика, а гуакамоле уберите.

Из ниоткуда на нарезанных кусочках авокадо появился базилик, а гуакамоле исчез.

Дио перешел к следующему блюду. Филе выглядело идеально.

— Хорошо.

Далее спаржа очищена и приготовлена на гриле.

— Очень хорошо.

До его носа добрался запах шоколадного мусса.

— Прекрасно.

Он махнул рукой, показывая на тарелки:

— Доставьте все это к семи вечера. Только незаметно, пожалуйста. — А потом он кое-что вспомнил. — О, и когда вы все это выполните, сделайте так, чтобы кухня выглядела, словно все эти блюда были приготовлены в ней. На этом все.

Слуги поклонились и через секунду исчезли.

Он потянулся и зевнул. Подготовка к романтическому ужину была такой утомительной. Ему нужно вздремнуть.

* * * * *

Когда Ари вошла в квартиру Дио, то увидела, что на кухне развернулся настоящий блицкриг^2. Ее взгляд упал на прекрасно обставленный обеденный стол, и она сразу поняла, почему Дио хотел ее увидеть: он хотел удивить ее романтическим ужином. Она почувствовала укол вины. Она соврала ему, когда его избили, а что Дио сделал в ответ? Он щедро одарил ее такой роскошью как домашняя еда. Ей должно быть стыдно за себя. Если она признается ему сейчас, он очень сильно на нее разозлится?

— Ты выглядишь великолепно. — Губы Дио прижались к ее щеке в нежном поцелуе. — Я так давно тебя не видел.

Он обнял ее.

От такого контакта ее сердце загрохотало в груди. Он был таким мужественным, таким сильным, и все в нем напоминало ей их ночь вместе, когда их обнаженные тела слились в единое целое. Она быстро вырвалась из его рук, не желая растаять от желания.

— Так красиво.

Она сделала несколько шагов в сторону столовой.

— Это ты все сделал? Для меня?

Его шаги отдавались эхом на деревянном полу, когда он подошел к ней и обнял за талию.

— Хотел сделать тебе сюрприз.

Ей показалось, или его голос на самом деле стал глубже и даже еще сексуальнее, чем раньше? Ей захотелось откинуться на него и расслабиться.

— Так мило с твоей стороны.

— Надеюсь, ты проголодалась.

Она кивнула, и он, наконец, ее отпустил. А потом взял ее руку в свою, и она чуть не застонала. Почему вдруг так стала жаждать его прикосновений?

Ари наблюдала, как он проскользнул за барную стойку, которая отделяла кухню от гостиной и столовой, и открыл винный шкафчик. Взял оттуда бутылку и уже открывал ее, когда до нее дошло, что он делает.

— Я думала, мы пришли к согласию, что ты больше не пьешь, — невольно вырвалось у нее. Она заметила, как напряглись его плечи, и пожалела, что придумала эту глупую отговорку, будто у него проблемы с выпивкой. Разве не могла придумать, что-нибудь еще, чтобы оправдаться, почему они не занимаются сексом?

— Вино для тебя, не для меня, — он повернулся к ней с улыбкой на губах. — Надеюсь, что тебе нравится зин.

Это был ее любимый сорт. Но не это послужило причиной, почему она затаила дыхание. Самоотверженность Дио, когда он предложил ей вино, хотя сам не пьет. Он действительно стал прислушиваться к ней и уважать ее желания.

Он налил ей немного и протянул бокал, его пальцы соприкоснулись с ее, посылая электрический заряд по всему ее телу.

— С-спасибо, — заикаясь, произнесла она.

Сегодня в Дио что-то изменилось. Казалось, он выглядел увереннее в себе. Интересно, он принял тот факт, что у него амнезия, и просто с ней смирился? Казалось, у него нет никаких забот. В тоже время его взгляд стал более глубоким, а его тело наполнилось энергией. Он больше напоминал Дио, с которым она встречалась и в которого влюбилась.

Ее заворожили его уверенное поведение и энергичность. И вроде к нему вернулось немного былой самонадеянности, и несмотря на беспокойство, что начал проявляться тот беззаботный мужчина, который бросил ее, она чувствовала к нему притяжение.

За ужином Дио вел себя как идеальный хозяин. Еще одно привело ее в изумление.

— Ты прекрасно готовишь.

Он удивленно поднял брови.

— Хочешь сказать, что раньше никогда не готовил для тебя?

Она покачала головой и прожевала филе, позволяя различным вкусам взорваться на языке.

— За все те месяцы, что мы вместе? Как-то трудно поверить.

Ари избегала его пристального взгляда и сделала вид, что с интересом изучает лепестки роз, разбросанные на столе.

— Ты так много работал, — соврала она. — У тебя не было свободных вечеров.

В животе стала собираться желчь, но не из-за вкусной еды. Ее грызла вина. Ари все больше и больше погружалась в свою ложь. Однажды она оговорится и попадет в собственные сети.

— Думаю, так все и было.

Он отложил вилку на тарелку и потянулся к руке Ари, нежно скользя пальцем по костяшкам.

— Обещаю прикладывать больше усилий в будущем. И кроме того, мне правда нравится готовить, и если тебе полюбилась моя стряпня, то понравится готовить еще больше.

Его широкая улыбка коснулась и его глаз. Ари проглотила последние кусочки филе и заставила себя улыбнуться одними губами. Дио был самый лучший, и она почувствовала себя королевой стерв. Конечно, Дио уже освоил свой урок. Ей правда нужно все это продолжать? И кто кого ранит по-настоящему? Дио не помнил, что он с ней сделал. Она только сама себе причиняла боль, находясь рядом с ним.

«Не останавливайся, — послышался приказ в ее голове. — Он почти у тебя на крючке».

А она хотела этого?

— Малышка, что-то не так? — обеспокоенный голос Дио вырвал ее из раздумий.

Она быстро ему улыбнулась.

— Просто мне так сильно понравилась еда, что я замечталась.

— И это ты еще не попробовала самое лучшее.

Он подошел к холодильнику и вытащил оттуда две тарелки. Когда вернулся, она увидела, что у него в руках.

— Ты даже можешь сам приготовить шоколадный мусс?

У нее рот открылся, когда она посмотрела на это прекрасное творение из шоколада.

— От начала до конца.

Ее глаза наполнились слезами. Он такой милый, как она могла так поступить с ним?

Дио положил тарелки на стол и протянул к ней руки.

— Ш-ш-ш, малышка, почему ты плачешь?

Ари всхлипнула.

— Ты такой хороший.

Он хмыкнул.

— Конечно, почему я должен быть нехорошим с моей невестой? — А потом коснулся ее губ своими. — Как насчет того, чтобы съесть десерт позже?

Он не стал дожидаться ее ответа, а просто поднял ее на ноги, отвел к дивану, плюхнулся на него и посадил ее себе на колени.

— Разве шеф-повар не заслужил поцелуя за свои усилия?

Ари медленно кивнула. От одного поцелуя хуже не станет, да? Он заслужил его. Возможно, он потратил весь день, готовя ужин. И самое малое, что она могла для него сделать, так это поцеловать. Кроме того, они были помолвлены, ну, не по-настоящему помолвлены.

Она обняла его за шею и подняла к нему лицо.

— Спасибо за ужин.

Если она думала, что поцелуй будет сладким, но коротким, то ошибалась. Как только ее губы коснулись его, его запах одурманил ее, и она захотела большего.

Дио прижался к ней, его губы были одновременно твердыми и мягкими. Когда он наклонил голову и раскрыл губы, она потерялась в своих ощущениях и позволила ему углубить поцелуй. Его язык лизнул ее губы, заставляя их раскрыться. Когда он ворвался между ее губ и начал исследовать, она могла помнить лишь одно — как он занимался с ней любовью в ту ночь.

Его вкус был чисто мужским, отдавал специями и силой. Его дыхание горячим, а неумолимый язык вступил в танец с ее, не давая передышки. Но она приветствовала это чувственное нападение и позволила его страсти поглотить себя.

Его руки ласкали ее спину. Одна скользнула выше и зарылась в ее волосах, обхватывая ее затылок и прижимая ближе к себе, второй рукой он тянул за ее блузку, вытаскивая ее из юбки. Ари задержала дыхание, когда его рука скользнула под блузку и коснулась ее обнаженной кожи на спине.

Дио лишь на мгновение оторвался от ее губ, нависнув над ней, словно не желая прерывать их контакт.

— Боги, ты так хорошо чувствуешься.

А потом его рот обрушился на нее еще сильнее, чем раньше, как будто Дио понял, как сильно ему нравилось ее целовать.

Он погладил ее кожу под бретелькой бюстгалтера, потом скользнул вперед и коснулся большим пальцем нижней части ее груди. Все ее тело охватил жар, как будто кто-то включил печку. Ее сердцебиение ускорилось, а дыхание стало отрывистым. Она оторвала от него свой рот, чтобы сделать глоток воздуха.

— Я люблю тебя, Ари, — признался Дио, касаясь ее соска большим пальцем, который тут же затвердел.

Она задышала так тяжело, словно тонула. Ари хотела услышать от него эти слова и хотела верить им. Он действительно верит, что любит ее? Он полюбил ее сейчас, потому что не помнил свою прошлую жизнь?

— О Дио!

Дио расстегнул пуговицы на ее блузке, открывая бюстгальтер. Поцеловал ее сосок сквозь тонкую ткань. Лизнул языком затвердевший бутончик, вырывая из ее пересохшего горла сдавленный стон.

Дио отодвинул ткань в сторону и прижался губами к обнаженной коже Ари. Он покусывал, посасывал и лизал ее, исследуя, пробуя на вкус и помечая ее грудь. Обхватил одну грудь и нежно сжал, потом начал сильнее сосать и ласкать ее сосок, словно жадно пожирал рожок мороженого. Его вторая рука не оставалась без дела. Ари вдруг почувствовала, как ослабло давление на ее грудную клетку, и поняла, что Дио расстегнул застежку ее бюстгальтера. Он легко откинул этот кусочек ткани подальше, открывая себе больше доступа.

Ари следовало запротестовать, но она не могла произнести и слова. То, как он поклонялся ей своими руками и губами, требовало от нее пристального внимания. Он всасывал ее сосок глубоко в рот, а с другим играл пальцами, сжимая, пока тот не стал твердым, как алмаз.

Все ее тело горело от удовольствия, которым он ее одаривал. Казалось, словно языки пламени лизали ее кожу, опаляя ее, но не причиняя боли, а только доставляли удовольствие. Посылали электрические разряды прямо в ее сердцевину, но вместо боли у нее закружилась голова от наслаждения.

Дрожа от желания, она почувствовала, что стала влажной между ног, и знала, чего действительно жаждала, знала, что Дио может дать ей это. Она никогда не чувствовала такой сексуально удовлетворенности, как с ним, и он может сделать это снова. Он снова мог доставить ей эти восхитительные ощущения и довести до края.

Когда она оторвала его руку от своей груди, он запротестовал, а из его груди раздался громкий рык, но он не перестал сосать ее сосок. Ари проигнорировала его протест и провела его рукой по своему телу к бедру. Казалось, он понял, в чем она нуждалась, и двинулся вниз, пока не достиг подола ее юбки. А потом его рука исчезла под ним.

Ари вздохнула с облегчением.

— Да, — прошептала она, прижимаясь к нему ближе. Она чувствовала его твердость на внутренней стороне своего бедра и поняла, что это. Дио был также возбужден, как и она. И сейчас его эрекция тесно прижималась и давила на нее. Ее рот открылся от понимания, что Дио мог вытворять своим членом. Как мог наполнить ее, как мог овладеть ею и свести с ума.

Пальцы Дио коснулись ее трусиков, ее очень влажных трусиков. С его губ сорвался стон, и он оторвался от ее груди. А потом его пальцы прижались к ткани, которая служила единственным барьером, посылая неожиданную волну наслаждения. Ари нуждалась в нем сейчас. Она не хотела ждать. Не могла.

И поняла, что получит желаемое, когда его пальцы скользнули к краю трусиков. Один палец проник под трусики и нырнул в ее влажные кудряшки. Потом к нему присоединился второй, и Дио скользнул ими ниже. Она напряглась в ожидании и затаила дыхание.

Дио отпустил ее сосок и поднял голову от ее груди. И убрал руку из ее трусиков.

— Нам лучше съесть десерт, пока он не испортился.

Подобно лесному пожару, ее охватило разочарование.

— Нет, не останавливайся.

Он прижал палец к ее губам.

— Ты была права, Ари. Лучше подождать до свадьбы. Представь, какой чудесной будет наша брачная ночь, — он целомудренно поцеловал ее в щеку. — Не могу дождаться.

Ее охватило неверие, как и разочарование. Дио отверг ее, когда она предложила себя. Зачем только она сказала, что они согласились подождать? Это была ее самая глупая идея.

Глава 23

Дионис проводил Ариадну домой и провел почти бессонную ночь, ворочаясь на кровати. Не уложить ее в кровать, когда она практически умоляла его об этом, было самым трудным поступком в его жизни. Но это часть его плана. Он заставит ее страдать от желания и влюбит в себя, а потом, и только потом, он признается ей, что знает о ее притворстве. Он обманет ее, так же как она обманула его. И они будут в расчете.

Только вот в этом идеальном плане имелась одна загвоздка: он не только едва смог заставить себя остановиться и чуть не занялся с ней любовью, так еще и чувствовал себя мешком дерьма за то, что так с ней обращался. Словно у него появились сомнения. Или может просто из-за того, что не мог сдержать свое желание к ней, и неважно, что она обманула и играла в игры с ним, он все равно жаждал обнять ее, поцеловать, заняться любовью. И теперь, когда вспомнил ту ночь, которую они провели в объятиях друг друга, он знал, как с ней будет хорошо. И хотел этого снова.

Он хотел почувствовать, как она извивается под ним. Хотел ощутить, как бьется ее сердце, почувствовать на своих губах ее дыхание. Попробовать ее еще раз, боги, ему это было необходимо. Не удивительно, что он думал, что влюблен в нее, во время амнезии. Его тело, видимо, помнило, каково это было быть с ней, и жаждало большего. Или это больше, чем просто ощущение от воспоминаний? Может, он действительно испытывал те чувства, на которые думал, что не способен? Что если все, во что она заставила его поверить, стало для него настоящим?

Дио сделал глубокий вдох. Ее запах до сих пор витал в его квартире. Он сомневался, что запах со временем исчезнет. Даже его собственные руки хранили ее запах. Это сводило его с ума, он не мог перестать думать о ней. Даже после того, как мастурбировал в душе, представляя ее, он просто не мог отпустить ее образ.

Дио мог только надеяться, что однажды реализует свой план, и его увлечение к Ари пройдет. Потому что это все, что он должен чувствовать. Увлечение и ничего более.

Он заснул, когда солнце почти взошло. Его разбудил дверной звонок внизу. Когда он повернул голову и посмотрел на часы, то тут же вскочил. Дерьмо! Он опоздает на работу.

Дио вскочил с кровати и принял самый быстрый душ в своей жизни, а с остальным справился с помощью своих божественных сил: щелчком пальцев он высушил себя без полотенец, еще одним уложил волосы и последним щелчком надел на свое обнаженное тело одежду. Понимая, что совсем опаздывает, он телепортировался в аллею за рестораном и вошел внутрь через кухню.

Луис, повар-латиноамериканец, который был таким же высоким и подтянутым, как Дио, кинул на него раздраженный взгляд.

— Где ты, черт возьми, был?

— Эй, ты мне не начальник! — зарычал в ответ Дио.

Если этот идиот разозлит его еще сильнее, он превратит его в жабу.

— Нет, зато я да! — жесткий тон Натали не оставил сомнений, что она не в настроении.

Он медленно повернулся и нацепил на лицо извиняющуюся улыбку.

— Мне очень жаль, Натали, но я проводил Ариадну после нашего ужина, а потом мне пришлось вычистить кухню.

Не совсем правда, так как его слуги позаботились об этом к тому моменту, когда он уже вернулся домой. Но понял, что ему лучше обставить все так, что он хотел доставить Ари как можно больше приятного, и тогда Натали не будет с ним так строга.

Противоречивые эмоции отразились на лице Натали, пока она наконец не кивнула.

— Хорошо, хорошо. Просто время не подходящее. Зал полон. Понятия не имею, откуда так внезапно появились все эти люди. Они даже не наши постоянные клиенты. Может в городе встреча моделей или что-то типо того.

Дионис прошел мимо нее.

— Не волнуйся, я справлюсь. — Через круглое окно двери кухни он посмотрел в зал и тут же выругался: — Вот дерьмо!

Натали сунула ему фартук в руки, и он обернул его вокруг своей талии.

— Видишь, я же тебе говорила. И они все готовы заказать.

Как будто это была проблема! Он с удовольствие обслужит все население Чарльстона, но гости, которые заняли столики прямо сейчас, были совсем другим делом.

— Чего ты ждешь? Иди.

Толчок Натали отправил его прямо в логово льва. Они сожрут его, словно волки, и будут ржать над ним, как гиены. Потому что, если и существовало, что боги умели делать лучшего всего, так это наслаждаться унижением другого бога.

Каждый столик в этом маленьком зале был занят тем, кого он знает. Три нимфы сидели в углу, Орион разделил столик с Афродитой, а Гелиос, Аполлон и Арес расположились за другим. Богини Эос и Селена заняли места у бара, а его друзья Эрос и Гермес устроились за столиком у двери. Ну хотя бы два союзника в стае волков, которые пришли позлорадствовать.

Дио понял, что должен быть благодарен, что Зевс и Гера не явились, хотя наверняка его злая мачеха прекрасно знала, что он опустился до официанта. Конечно, он мог отказаться от этой работы прямо сейчас, но это означало, что ему придется распрощаться и с планом отомстить Ариадне, но он не готов платить такую цену.

— Официант, мы все еще ждем, — нетерпеливый голос заставил его повернуть голову к Ориону, богу охотников и сводному брату Тритона.

Но просто то, что Дио был лучшим другом Тритона, не означало, что он ладит с Орионом. Черт, даже Тритон не мог ладить с ним.

Дио сжал губы, сдерживая ехидный ответ. Вместо этого он глубоко вдохнул и подошел к столику Ориона.

— Да?

Афродита и Орион захихикали, ну, по крайней мере, богиня красоты казалась смущенной.

Орион встретил его суровый взгляд.

— Два бокала «Мерло», и мне стейк, средней прожарки.

Афродита показала на открытое меню.

— Я буду салат из морепродуктов.

Дио покачал головой. Если они хотели разозлить его в его же ресторане и доставить ему неприятности, то он сам установит правила игры.

— Стейк здесь очень жесткий. А салат из морепродуктов слишком мягкий. Я принесу вам обоим морепродукты с крупой.

Орион открыл рот и поднял руку в протесте, но Дио его прервал:

— Либо это, либо убирайтесь. Сейчас же.

Их спор занял несколько секунд, пока Афродита не положила руку на руку Ориона и одарила Дио теплой улыбкой.

— Морепродукты с крупой — звучит вкусно.

Потом Дио подошел к друзьям и завалился на свободный стул. Эрос усмехнулся.

— Необычно видеть, что ты работаешь. Представь мое удивление, когда я услышал…

— Заткнись, Эрос, или я врежу тебе прямо сейчас.

— И он сделает это, — добавил Гермес.

Эрос скрестил руки на груди.

— Что, в эти дни больше никто не веселится?

Дио проигнорировал его и вместо этого уставился на Гермеса.

— Никто не может держать секреты в тайне? Даже мои лучшие друзья?

Невинный взгляд Гермеса пристыдил бы любого актера.

— Тебе стоило сразу сказать, что ты не хочешь об этом распространяться.

Дио схватил Гермеса за футболку и притянул к себе.

— Думал, это само собой разумеющееся. Может, мне найти других лучших друзей? — прошипел он.

Гермес отряхнулся и выпрямился.

— Эрос прав, ты больше не весельчак. И вообще, почему ты все время подозреваешь меня? Если я помню правильно, наша дорогая мачеха приложила к этому руку. Она могла распространить слухи.

Брови Дио сошлись на переносице. Возможно, Гермес прав. Гера та еще стерва, и если появится шанс унизить Дио, она им воспользуется.

— Итак, я слышал, что все это из-за женщины, — прервал его Эрос.

Дио посмотрел на Эроса, а тот небрежно откинулся на своем стуле и вытянул ноги.

— А тебе то что?

— Как у бога любви, у меня есть определенные обязательства. Поэтому если это все про…

— Это не про любовь. Не твоя территория. Поэтому отвали.

Дио встал и пугающе двинулся на него.

— Ну, раз я уже здесь… — Эрос посмотрел на меню перед собой. — Что посоветуешь?

— Морепродукты с крупой, — на автопилоте произнес Дио.

— Беру.

— Два, — добавил Гермес. — И немного вина. Какое ты порекомендуешь?

Вспомнив, что Орион заказал «Мерло», Дио решил, что и остальные закажут то же самое. Таким образом, он не перепутает заказы и не опозорит себя.

— «Мерло» превосходен. Я принесу вам два бокала.

Свист заставил его резко повернуться на пятках и встретиться с грубияном лицом. Арес усмехнулся ему:

— Гарсон, наше терпение на исходе.

Два шага и Дио оказался у стола Ареса.

— Я не твой гарсон, — прорычал Дио.

Арес обменялся улыбками с Гелиосом и Аполлоном.

— Но сегодня ты наш слуга, разве нет? Так обслужи нас.

— Ничей я не слуга!

Арес взглядом показал на фартук Дио.

— Но должен быть, ведь ты носишь фартук.

Он и его дружки разразились грохочущим смехом. И этот звук ударил по нервам Дио. Отлично, если он хочет, чтобы Дио их обслужил, он сделает это… по-своему.

— Сегодня особое блюдо — морепродукты с крупой, — прокричал он сквозь их смех и тут же их заткнул.

— Звучит вкусно, — прокомментировал Гелиос.

— Я буду это, — сказал Аполлон.

Арес кивнул:

— На этом все, мальчик.

Дио сжал руки в кулаки, а на его шее вздулись вены, но он сдержал свой нрав. Взяв заказ со стола нимф, от двух богинь за барной стойкой и еще с трех столов, которые также были заняты богами, он направился на кухню, чтобы передать заказы.

— Морепродукты с крупой для всех.

Натали подняла бровь.

— Для всех? Они все захотели одно и тоже? Кто они такие? Группа путешественников?

— Что-то типа того.

Когда повар начал готовить заказ, Дио посмотрел на Натали.

— И всем по бокалу «Мерло».

— Ну, проще простого.

Дио последовать за Натали в бар, где наблюдал, как она разливает вино. Через пять минут каждый гость получил свой бокал и терпеливо ждал еду. Дио старался не прислушиваться к их разговорам, но с идеальным слухом это было невозможно. Как будто новость, как его унижает смертная женщина, была на первой странице «Олимп Энкваер», если бы у богов действительно была газета. Но как бы то ни было, он не выяснил источник этих новостей. Это работало очень просто, стоит сказать одному сплетнику, и весь Олимп и все остальные будут в курсе.

Дио вошел на кухню и забрал первые тарелки. Он отметил про себя, что Ареса и его друзей обслужит последними. Когда он разместил все три тарелки на своих руках, ему на ум пришла дьявольская мысль. Он осторожно поставил тарелку перед Гелиосом, другую перед Апполоном, а потом сделал вид, что споткнулся.

Одно быстрое движение руки, и Дио опрокинул тарелку прямо на Ареса, все еще дымящаяся еда упала на колени бога войны, хотя тарелка осталась в его руках.

Арес закричал от боли и подпрыгнул, пытаясь избавиться от горячей еды, которая прилипла к штанам и, скорее всего, опалила его мужское хозяйство.

— Какого хрена!

Дио подавил улыбку.

— Мне так жаль! Давай я помогу тебе остудиться.

Он схватил полупустой бокал вина Ареса и вылил содержимое на его джинсы.

Хихиканье с других столиков уже раздавалось по всему ресторану.

Арес посмотрел на него, и на его лице читалась ярость.

— Идиот!

Дио хмыкнул.

— Ты хотел, чтобы я обслужил тебя. А я забыл упомянуть, что из меня не очень хороший официант.

Смех других богов все еще преследовал его, когда он вошел на кухню. Теперь все внимание богов переключится на Ареса, и именно он в течение следующего часа будет предметом их шуток.

Глава 24

Дио прогуливался вдоль берега и пнул камушек в воду. Он не знал, как поступить с Ариадной. Чувствовал себя засранцем из-за своего поведения в ту ночь, возбудив ее после обеда, а потом оставив ни с чем… и себя тоже… когда она уже была готова сдаться, когда все, что он хотел, так это взять ее на руки и сказать, что знает правду.

Но не мог сделать этого.

Ари обманула его, манипулировала, а теперь ему приходится справляться с этим. И он не мог доверять ей. Какая женщина использует головорезов, чтобы избить мужчину, о котором заботится? Он не мог найти оправдание этому.

— Никогда не видел, чтобы ты так глубоко погрузился в свои мысли, что не почувствовал появление бога.

Дио повернулся и столкнулся с отцом. Сегодня Зевс одет в простую футболку поло и шорты, и хотя его одежда была простой, он выглядел так, словно сошел с обложки журнала.

— Зевс, какой сюрприз.

Нет необходимости быть с ним вежливым.

— Что на этот раз? Тебе стало скучно на Олимпе, и ты решил поохотиться за какой-нибудь цыпочкой здесь?

Будем называть все своими именами.

— Мой дорогой сын…

— Мне не нравится, как это звучит.

Когда его отец начинал разговор с этой фразы, это означало, что далее последует лекция.

— Почему бы тебе не пойти и не потревожить какого-нибудь другого своего сына?

Дио ускорился, желая, чтобы Зевс остался позади.

Зевс просто посмеялся, легко воспринимая шуточки Дио.

— Мы так похожи, но все же такие разные.

Разные? Нет, он был точной копией своего отца. Неудивительно, что он ненавидел себя.

— И в чем же мы такие разные, Зевс?

Он ненавидел называть его отцом, всегда так было.

— Может в том, как мы относимся к женщинам? Сначала ты их трахаешь, потом их трахаю я? Да? Расскажи мне! — выплюнул Дио. — Или может, ты думаешь, что мы разные, потому что ты засорил мир своим потомством, а я нет?

Дио не знал ни единой женщины, забеременевшей от него. Он представить не мог, что у него появится ребенок и он бросит этого ребенка и его мать по собственному желанию, как много раз поступал его отец.

Зевс кивнул.

— Вижу, сейчас ты очень зол. Это все из-за той женщины? Как ее зовут? Ах да, Ариадна.

Дио застыл.

— Не впутывай ее в это и переходи ближе к делу!

— Но она и есть дело.

Дио остановился и повернулся к нему.

— Чего ты хочешь? И ее трахнуть? Поэтому ты здесь? А ты не подумал, что я уже ее и так достаточно поимел?

У Дио скрутило живот.

Когда Зевс положил руку ему на плечо, то, удивленный этим неожиданным жестом, Дио чуть из кожи не выпрыгнул.

— Сынок, боюсь, что Гера снова вмешалась.

— И ты только что это понял? — рявкнул Дио.

От простого упоминания ее имени у него закипала кровь.

— Она украла мои воспоминания.

— И я помог тебе их вернуть, — заявил Зевс.

Дио стряхнул его руку с плеча.

— Нет, ты не помог. Я сам себе помог.

— Как думаешь, кто подкинул тебе приглашение, чтобы ты смог найти Тритона?

У Дио упала челюсть. Отец никогда раньше ему не помогал. Почему сейчас?

— Все верно. Это я положил карточку в эту кучку мусора и убедился, что ты ее найдешь.

Дио повел плечами, приходя в себя от шока.

— Почему ты просто не спустился ко мне и не рассказал.

— Не мог действовать столь очевидно и насторожить Геру. К счастью, мне удалось ненадолго оторвать ее от себя, чтобы поговорить с тобой. Тебе еще повезло, она пока не узнала, что твоя память вернулась к тебе, но рано или поздно узнает. Не уверен, сколько еще я могу удерживать ее подальше от тебя, — он скорчил рожицу. — Ты понятия не имеешь, на какие жертвы мне пришлось пойти. Мне приходится держать ее занятой, чтобы она не могла следить за тобой каждый день, каждую минуту.

Жертвы? Его отец же не мог говорить о…

— Фу-у!

— Ну-ну. Она не всегда так плоха, просто нужно знать, как приласкать ее, чтобы она стала, как котенок.

Дио поднял руку. Он услышал больше, чем стоило.

— Пожалуйста, я не хочу знать об этом в деталях.

Просто представив Зевса и Геру, их тела… фу-у, он даже мысль закончить не мог.

— В любом случае, — продолжил Зевс. — Гера использовала твою маленькую милую женщину, чтобы отомстить тебе.

Разъяренный, что Гера может ранить Ари, он уставился на отца.

— Оторву Гере голову!

Он сжал и разжал кулаки.

— Что она сделала Ари?

— Скорее, просто манипулировала Ари, чтобы отомстить тебе. Ты же и вправду не думал, что твоя сладкая девочка сама смогла придумать всю эту ложь, да?

— Но отправила тех парней избить меня

Брови Зевса взлетели.

— Ты так в этом уверен?

— Ну, все доказательства…

Зевс сделал небрежное движение рукой.

— … могут быть обманчивы.

Он мог ошибиться?

— Те два парня признались…

Они могли соврать? Ему стоит найти этих парней и задать пару вопросов.

— Мне нужно…

— Всему свое время. Но наш разговор еще не закончен.

— Не понимаю. Если она не причастна к нападению, тогда я все сделал неправильно по отношению к ней.

Зевс засмеялся.

— О да, ты неправильно поступил с ней. И говоря об этом. Ты ранил ее до этого.

И правда, но Дио не понравилось, как это прозвучало от его отца.

— Это у меня от тебя. Когда ты не ранил женщин? И как я могу исправить это? Я ведь твой сын!

— Ты уверенно пользовался этим оправданием годами, да?

Глаза Дио сузились, ему не нравилось, в каком направлении шел их разговор.

— О чем ты говоришь? Я что, сделал это специально, чтобы меня разыграли?

— Я говорю, что ты испуган.

И прежде чем Дио смог себя остановить, он набросился на Зевса. Они рухнули на песок.

— Придурок.

Дио замахнулся кулаком, чтобы ударить отца, но тот поймал его рукой, обездвиживая.

— Ты как мать, такой же вспыльчивый и полон страсти.

— Я совсем не похож на мать!

Семел была слабой. Она любила Зевса, и это разрушило ее. Нет, он совсем не похож на мать. Он не позволит чувствам разрушить себя.

Зевс посмотрел мимо него куда-то в даль.

— Ее любовь была такой сильной, такой всепоглощающей, что я не мог принять ее. Ее сердце было таким большим, и она не знала, как защитить его от боли.

Его взгляд вернулся к Дио.

— Да, ты очень похож на нее, такое же большое сердце, та же страсть. Только ты научился скрывать это.

Дио вскочил, больше не желая ничего слышать.

— Чушь собачья!

Зевс поднялся и стряхнул песок с одежды.

— Да? Тогда почему ты придумал для себя все эти правила?

— Какие правила?

— Твое правило встречаться с женщинами только на одну ночь. И я понял, почему тебе пришлось его использовать.

Дио хмыкнул.

— Не хочу огорчать тебя, но нет причины в появлении этого правила. Я придумал его, чтобы посмеяться с парнями.

Зевс покачал головой.

— Перестань лгать самому себе. Ты придумал это правило, потому что никогда не испытывал любовь, потом что твое сердце никогда не принадлежало кому-то.

Он ткнул пальцем в грудь Дио.

— Потому что ты напуган до смерти, что полюбишь, как любила твоя мать, и душой и телом, безоговорочно. И ты боишься влюбиться в женщину, которая может не отвечать тебе тем же.

Дио отступил на несколько шагов, у него сжался живот, а колени подогнулись.

— Нет… нет…

Словно из него выкачали весь воздух.

— Ты ошибаешься.

— Я знаю тебя лучше всех. Ты мой сын, но ты не похож на меня. Ты получил свое обаяние от меня, но сердце от матери. И пришло время признать это.

— Я бабник. Я безнадежен… Я не достоин ни одной женщины… Ари, ей будет лучше без меня.

Он верил в это всю жизнь. Он был тем, кто есть.

— Я причиню ей боль, прямо как ты всем тем женщинам в своей жизни.

Зевс улыбнулся и обнял Дио за плечи.

— Позволь сказать тебе кое-что. Каждый верит, что я бросил этих женщин, после того как запудрил им мозги и устал от них. Но правда в том, что некоторые из них дали мне пинок под зад. Я просто это не афиширую.

Дио ошеломленно уставился на отца.

— И если ты хоть словом обмолвишься об этом. Я тебя отделаю.

— Ты тот еще развратник.

— Да, определенно я не верен одной женщине, но это просто потому что Гера не любовь всей моей жизни. Мы поженились, потому что это нужно было для нашего альянса, но если бы у меня имелся выбор, я бы женился по любви.

— Хочешь сказать, что был бы верен, если бы женился на правильной женщине?

Он кивнул.

— Думаю, что да.

Шокированный словами отца, Дио замолчал. Это все меняет. Ему не суждено идти по стопам отца. Быть сыном Зевса не означало, что всем женщинам будет без него лучше, не означало, что он непроизвольно причинит им боль.

Дио моргнул.

— Я могу любить Ари.

И он мог быть верным ей. Он способен на это. Но любит ли она его? Он совершил столько ошибок.

— Но что, если она меня не любит?

— Есть риски, на которые мы все идем. Но пока ты не откроешь свое сердце и не примешь свои чувства, ты никогда не узнаешь.

Тревожная мысль возникла ниоткуда.

— Гера все еще управляет Ариадной?

— И да, и нет. Я пытаюсь отвлекать Геру, как могу, но даже мне иногда требуется передышка.

— Тогда как я узнаю, какая Ари настоящая, а какая под воздействием Геры?

— Ты должен заставить истинную Ари поверить тебе, и тогда влияние Геры ослабнет.

Дио вздохнул.

— Поверить? Если я расскажу ей, что ко мне вернулась память и знаю, что она мне врала, я разрушу всю ее уверенность во мне, которая у нее теперь появилась.

Он вспомнил тот случай, когда спас мальчика в парке и Ари смотрела на него с таким восхищением и теплом. Он понял, что если раскроет ее обман сейчас, то она оттолкнет его. Сначала он должен заставить ее полюбить себя, а потом может рассказать правда.

— Хотя Гера и манипулирует ею, Ари будет в ужасе, что ее поймали на вранье.

— Значит, пока не говори ей правду. Несколько дней роли не сыграют.

Он надеялся, что Зевс прав.

* * * * *

Дио наконец нашел тех двух придурков в том же баре, что они были в ту ночь, когда его избили. Не смотря ни на что, ему нужно выяснить, что заставило Ари послать этих двоих напасть на него. Это беспокоило его с того времени, как он вернул память. После разговора с Зевсом он знал, что больше не мог откладывать эту встречу. Любопытно, но он воздерживался от поисков, потому что боялся, что они подтвердят, что Ари в самом деле отправила их за ним. Он не знал наверняка, но надеялся, что это какое-то недоразумение и Ари не виновна. Но как только его подозрения подтвердятся… он вздрогнул от этой мысли.

Все доказательства вели, что Ари была зачинщиком той драки. Черт, да сами эти два парня довольно часто повторяли это в ту ночь.

Те двое заняли стол возле угла, и, к тому времени, когда они его узнали, Дио уже закрыл им путь к бегству.

Он облокотился на столик.

— Привет, парни. Поговорим как цивилизованные люди?

— Чего тебе?

Тот, что повыше, был достаточно храбр и даже не съежился, а вот второй парень не смог сдержать дрожи.

Дио поднял руку.

— У меня нет настроения драться, по крайней мере, не сейчас.

Эти двое вздохнули от облегчения, а их плечи заметно расслабились.

— Но у меня к вам пара вопросов.

Коротышка, казалось, обрел смелость.

— Какие вопросы?

— Ариадна.

Они нахмурили брови.

— Оставь ее в покое. Ты ее не достоин.

Дио снова посмотрел на высокого.

— Это она тебе так сказала?

Парень почти оперся о стол.

— Ей и не нужно. Это и так очевидно.

— И ты знаешь это, потому что вы с ней лучшие друзья? — прицепился к нему Дио.

Мужчина откинулся на стул и спустился на несколько дюймов.

— Мы ее лучшие покупатели. И если она расстроена, значит, и мы расстроены.

— Клиенты? В ее винном магазине?

Оба кивнули.

— И чем же она расплатилась с вами за это? Бесплатным ящиком вина?

Неужели она так дешево его оценивала? Ящик вина, чтобы выбить из него все дерьмо?

— Расплатилась с нами? Это мы у нее вино покупаем.

Смущение отразилось на их лицах.

Очевидно, этот не блистал умом в их шайке.

— Чтобы избить меня. Чем она с вами расплатилась?

Эти двое обменялись взглядами, а потом высокий уставился на Дио.

— Она не платила нам. Мы…

— А, понял, вы ребята ей задолжали услугу. Да какая разница.

Разочарование разлилось у него в груди. Если она послала этих двоих, тогда Ари совсем к нему равнодушна.

— Ты тупой? Зачем Ари платить нам? Она даже не знает, что это мы избили тебя.

Дио дернулся назад. Ари не нанимала этих головорезов? Не она была ответственна за все это? Дио не смог сдержать улыбку на губах.

— Ари не просила вас причинить мне боль.

Это не было вопросом.

— Она не говорила вам избить меня.

Он почувствовал, словно гора упала с плеч.

— Но… но тогда почему? В ту ночь я вас не провоцировал.

— Мы подслушали ваш разговор, — он почесал затылок. — Но… — он перевел взгляд на друга. — Черт, я даже не совсем уверен, почему сделали это.

Второй парень кивнул.

— Просто на нас что-то нашло. Может мы выпили слишком много.

У Дио возникло подозрение, что произошло с этими парнями — Гера. Она управляла ими, как и делала это с Ари. Его Ари и мухи не обидит. Она милая и добрая. И все еще что-то к нему чувствует. И есть только один способ узнать, насколько сильны ее чувства.

Потому что теперь, зная, что Ари не пыталась причинить ему боль, он мог позволить всем тем чувствам, которые подавлял, выйти наружу. Он позволит своему сердцу говорить за него.

Глава 25

Дио вошел в «In Vino Veritas», и его глаза быстро приспособились после полуденного солнца снаружи к более спокойному свету внутри. Его взгляд пробежался по магазину. Несколько покупателей осматривали полки, а Ариадна стояла к нему спиной. Она что-то записывала в блокнот, глядя на полки с вином перед собой.

Лиза крутилась вокруг покупателя возле кассы, подняла голову и улыбнулась, когда его узнала.

— Привет….

Дио прервал ее, прижав указательный палец к своим губам, а потом подмигнул. Лиза сразу же все поняла и подмигнула в ответ. Ариадна все еще не повернулась к нему.

Он пересек расстояние между ними, не издавая ни звука по плиточному полу, и остановился за спиной Ари. Его руки обвили ее талию, прижимая к его груди. Ответом послужил удивленный вздох.

— Малышка, я скучал по тебе.

— Дио! — она повернула голову, но он был быстрее и поцеловал ее в длинную шейку.

Она стала вырываться из его объятий и выкрикнула громче:

— Дио.

Он улыбнулся про себя.

Ари обернулась в его руках и одарила его почти осуждающим взглядом — почти. Но щеки ее покраснели. И снова Дио был более чем благодарен, что у него прекрасный слух, и он мог услышать, как участилось сердцебиение Ариадны. Нет, его сладкая фальшивая невеста не злилась на него, все наоборот.

— Мы в магазине. Поэтому веди себя прилично.

Он улыбнулся и чмокнул ее в щеку.

— Я веду себя прилично.

А потом лукаво подмигнул.

— Не хочешь узнать, что происходит, когда я веду себя неприлично?

Ари отшагнула от него.

— Совсем нет.

Но легкая дрожь в ее голосе говорила об обратном.

— Ладно, — согласился он.

Но она все равно скоро узнает, как он может вести себя неприлично. Однако, не стоит, чтобы она волновалась об этом сейчас.

Ари прочистила горло.

— Разве тебе не нужно работать?

— У меня есть несколько часов до вечерней смены. Хотел провести их с тобой.

Она нахмурилась.

— Извини. Я правда не могу.

Она взглянула на наручные часы.

— Мне нужно пойти на шопинг, пока в магазине мало народу, и Лиза может справиться одна.

— Шопинг?

— Да, мне нужно купить подходящий верх для костюма. Я пролила вино на свой, и пятно не отстирывается.

В голове Дио быстро возникла идея.

— Почему бы мне не сходить с тобой?

Она уставилась на него, как будто он предложил ей вычистить магазин сверху донизу зубной щеткой.

— Ты хочешь пойти со мной на шопинг?

Он охотно кивнул.

— Конечно. Кажется, я помню, что любил ходить на шопинг.

Для него не было ничего утомительнее шопинга с женщиной, но он хотел провести с ней время.

* * * * *

Дионис держал в руках кучу маек, блузок и топов и чувствовал, как кончается его терпение. Но Ариадна все еще выбирала. Он почти пожалел о том, что предложил ей пойти на шопинг вместе, когда она наконец произнесла слова, которые ждал больше получаса.

— Все, теперь я готова их примерить.

Он последовал за ней в примерочную, и от предвкушения его сердце забилось чуточку быстрее. Ему нужно побыть пару минут наедине с Ариадной. Идя в магазин одежды с Ари, у него разыгрался аппетит… на поцелуй, а может и два.

Продавщица, которая стояла у входа в примерочную, посмотрела на гору одежды в руках Дио, потом перевела укоризненный взгляд на Ари.

— Разрешается только восемь вещей за раз.

Увидев разочарованный взгляд Ари, Дио одарил продавщицу очаровательной улыбкой.

— Может, сделаете исключение только на один раз?

Он посмотрел ей в глаза и увидел, как она буквально растаяла.

— Ну, ах… конечно, — а потом улыбнулась Ари. — Идите прямо. Первая кабинка слева.

Дио последовал за Ари, но его тут же остановили.

— Сюда можно только женщинам.

Скрывая свое раздражение, он передал Ариадне всю одежду.

— Вот, малышка.

Когда его так называемая невеста исчезла в примерочной, продавщица начала строить ему глазки. Великолепно! Сейчас ему не нужно было ее внимание. Ему также не нужно, чтобы она стояла у входа в примерочную, словно сторожевая монашка у входа в католическую школу для девочек.

Ее надо как-то отвлечь, чтобы он смог воспользоваться своим планом. Он заметил трех девчонок-подростков и сразу понял, что нужно делать. Он направил заряд энергии, роняя одну полку с джинсами прямо перед ними. Продавщица из примерочной подняла голову на этот звук и выругалась. Она тут же бросилась к разыгравшейся сцене. Девчонки завизжали и стали виновато оглядываться вокруг.

Дио улыбнулся. Миссия выполнена. Она не побеспокоит их несколько минут. Несколько минут — все, что ему нужно.

Она осмотрелся, чтобы убедиться, что никто его не заметил, и вошел в примерочную, и остановился у первой кабинки слева. Он бесшумно повернул ручку. Но она не повернулась. Ари заперла дверь. Закрыв глаза, он силой мысли открыл замок. Когда снова повернул ручку, дверь открылась. Он быстро проскользнул внутрь и закрыл ее за собой, заперев изнутри.

— Дио! — в шоке вскрикнула Ари и прижала к груди блузку. — Как ты вошел сюда?

Он улыбнулся, скользя взглядом по всему ее телу.

— Дверь была не заперта.

— Но я ее закрыла, — запротестовала она.

Он пожал плечами и нагнулся ниже.

— Ш-ш, ты же не хочешь привлечь к нам внимание и вызвать эту помешанную из примерочной?

— Тебе нельзя быть здесь.

Несмотря на протест, она покраснела. Ари облизнула губы, и Дио проследил за эти движением, чувствуя, как твердеет от этого простого действия.

— Хочу видеть, как ты одеваешься.

Или раздеваешься.

Ари опустила взгляд, но он пальцами поднял ее голову за подбородок и заставил посмотреть на себя.

— Ты прекрасна. Почему ты не хочешь побыть моделью на дефиле для меня.

— Потому что я не модель. У меня слишком жирный… — она провела рукой по животу.

Он покачал головой, не давая ей продолжить, и взял ее за руку.

— Мужчинам нравится, когда есть, за что ухватиться.

Он повернул ее лицом к зеркалу, а сам встал позади. Дио забрал блузку из ее рук и кинул на скамейку.

Из одежды на ней остались летняя юбочка и бюстгальтер. Бюстгальтер не был каким-то особенным, просто обычный хлопковый лифчик. Но он никогда не видел что-то более невинное.

— Посмотри на себя.

Обе его руки обхватили ее бедра.

— У тебя такие изгибы, за которые любая девчонка готова убить.

Затем его руки двинулись выше по ее телу, и он почувствовал, как она задержала дыхание.

Когда его пальцы достигли нижней части ее бюстгальтера, его движения стали медленнее, и он заметил, как быстро поднимается и опускается ее грудь. Нежно он скользнул ладонями по материалу, обхватывая ее упругие полушария. В зеркале он видел, как ее губы раскрылись, ловя воздух.

— Тебе не стоит этого делать, — прошептала она.

— У тебя красивая грудь, упругая и мягкая. Идеальный размер. Люблю чувствовать их вес в своих ладонях, — он опустил рот к ее уху. — А сейчас я собираюсь избавить тебя от бюстгальтера, потому что такие груди нельзя прятать.

Она, может, и хотела запротестовать, но видимых попыток не делала. Дио расстегнул застежки на ее спине, но не опустил бретельки бюстгальтера. Вместо этого он сдвинул руки вперед, желая насладиться моментом, когда ее красивая грудь откроется его взгляду.

Она снова опустила глаза.

— Смотри в зеркало, малышка. Позволь мне показать тебе, как ты прекрасна.

Ее голова поднялась, и их взгляды встретились в зеркале. Наблюдая за ее реакцией, он скользнул пальцами под лифчик. Он двигался дюйм за дюймом, пока не обхватил оба полушария руками, ее твердые соски уперлись в его ладони.

— А теперь сними с себя бюстгальтер, — произнес он, чувствуя как сам загорается.

— Дио, мы должны остановиться.

Ее взгляд умолял, но она поддалась грудью в его ладони, ища более тесного контакта. В ответ он сжал упругую плоть, и с ее губ сорвался вздох.

— Пожалуйста.

Он прижался поцелуем к ее шее и заметил, что ее кожа была такой же разгоряченной, как и его.

— Позволь мне увидеть, как ты прекрасна.

Он сдвинул ладони и зажал ее затвердевшие соски между пальцами, слегка их сжимая.

У нее перехватило дыхание, и она прижалась к нему спиной, и от этого словно жар опалил его яйца.

— Сними сейчас! — выпалил Дио, и, наконец, ее руки поднялись, и она стянула с себя бретельки лифчика, роняя эту бесполезную одежду на пол. Он сдвинул руки к нижней части груди и приподнял их, выставляя на показ зеркалу и своему голодному взгляду.

Когда он увидел их, его глаза загорелись желанием, а член стала еще тверже. Дио встретился с ней глазами в зеркале, ее взгляд был полон желания и страсти. Ее лицо покраснело, а губы раскрылись. Даже лучше, чем он представлял. В этой женщине было больше страсти, чем она хотела показать, по крайней мере, ему. И он продолжал ласкать ее, вызывая у нее то ли стон, то ли всхлип.

— Посмотри на себя.

Дио оценивающе прошелся взглядом по ее изгибам.

— Идеальна.

Погладил пальцами ее тугие пики.

— Какие красивые соски. Когда попробовал их в ту ночь…

Он поцеловал ее в изящную длинную шею, и она откинула голову, давая ему лучший доступ.

— … мне не было достаточно. Прямо как сейчас.

Он сжал ее грудь, и она тихо застонала.

— Было глупо с моей стороны остановиться в прошлую ночь.

Ее полузакрытые глаза распахнулись, и она встретилась с ним взглядом, а ее рот округлился.

— Да, ты услышала все правильно. Я должен был заставить тебя кончить своими руками и ртом. Ты ведь хотела этого?

Он слегка ущипнул ее соски.

— Да.

Ари прижала руку ко рту, и он понял, что она не хотела признаваться ему в этом. Но он все равно услышал.

Дио зажал мочку ее уха губами и слегка прикусил.

— Я тоже хотел этого. Хотел почувствовать, как ты кончишь в моих руках.

Он посмотрел в зеркало, наблюдая, как его рука скользит по ее телу, пробираясь к юбке. Не спеша, он положил руку на ее лоно и почувствовал, как ее жар опалил его ладонь. Нежно, он прижался к ее спине членом, который отчаянно напрягся и уперся в молнию брюк, металлические зубчики впились в его чувствительную плоть. Но он приветствовал эту боль, которая его сдерживала и не давала сорвать с ее тела остатки одежды, и ворваться в нее.

Он сжал пальцами ткань юбки и потянул вверх, чтобы скользнуть под нее. Ее простые хлопковые трусики не стали для него препятствием. Влажные от ее возбуждения, они словно приглашали его к дальнейшим исследованиям. Он отвел их в сторону и скользнул внутрь, находя ее влажный жар с точностью опытного стрелка.

И когда его пальцы коснулись ее теплого лона, он закрыл глаза, не в силах наблюдать за собственными действиями, иначе кончил бы в своих боксерах. Но не смог прекратить ее ласкать. Ее лоно было таким мягким и теплым, таким влажным и манящим, что даже колесница, запряженная сотнями лошадей, не смогла бы оторвать его руку от нее.

Ариадна положила голову ему на грудь, ее дыхание было частым и прерывистым, и он больше не мог не смотреть на нее. У него перехватило дыхание от увиденного в зеркале. Ари была прекраснее, чем когда-либо. От желания и страсти она слегка вспотела, и из-за пота ее тело словно сияло. Ее губы были раскрыты, и она облизнула их языком. Затвердевшие соски красовались на ее упругой груди, которая определенно не нуждалась в лифчике для удерживания формы.

Дио опустил взгляд вниз, туда, где его рука касалась ее юбки, но ткань скрывала вид. Больше нет. Ему нужно ее видеть.

Свободной рукой он быстро вытащил из петли пуговицу и неуклюже расстегнул молнию. С ее губ сорвался слабый протест, когда он убрал руку, чтобы снять с нее юбку, но он тут же вернул руку назад, отодвигая трусики, чтобы обнажить темно-русые кудряшки.

— Боги, ты прекрасна.

Он скользнул рукой ей между ног, и она раскрыла их, предоставляя ему лучший доступ.

— Сладкая моя, — прошептал он ей в ухо и погладил ее складочки. — Мне нужно быть в тебе и почувствовать тебя.

Его палец нащупал вход и медленно вошел в нее.

Ари задрожала.

— Дио, нам не следует… мы не можем…

Она запротестовала, но ее тело прижалось к его, а внутренние стеночки сжались вокруг его пальца.

— Нам это нужно. Тебе нужно… нам обоим.

Боги, ему необходимо к ней прикоснуться. Когда его палец ворвался в нее и снова вышел, он понял, как сильно ему нужно почувствовать ее в своих руках, исследовать ее, заставить кончить. Да, особенно это: заставить ее кончить. Увидеть и почувствовать, как она бьется в экстазе в его руках. Дио хотел, чтобы она поняла, что он может ей дать, на какие высоты поднять.

Он вытащил из нее влажный палец и провел им вверх, касаясь плотного комочку у ее лона, спрятанного кудряшками. Его поглаживания были легкими, но Ари все равно вздрогнула, с ее губ сорвался невольный стон.

— Да, малышка, — поощрял он ее. — Скажи мне, что тебя заставляет чувствовать так хорошо.

Но на самом деле ему было необязательно слышать ее, потому что ее тело говорило ему громче слов. Каждый вдох, каждое движение говорило ему, чего она хочет, что ей нравится.

Он потер ее клитор и вернул палец в ее тугую пещерку. Дио все еще помнил, какой узкой она была, когда занялся с ней любовью в ту ночь, как сжимала и выдоила каждую каплю его семени. Боги, как он любил это чувство, также как и полюбил сейчас то, как она сжимает также его палец.

Дио посмотрел на ее лицо, ее глаза все еще закрыты. И несмотря на то, что хотел, чтобы она наблюдала в зеркале, что он с ней делал, не стал просить ее открыть глаза, боясь, что она засмущается и его остановит. А Дио не желал останавливаться. Позже, когда они будут у него дома, он возьмет ее перед зеркалом в полный рост и заставит наблюдать, как он входит и выходит из нее своим членом. Как ласкает ее клитор и доводит до экстаза.

То ли место так на него влияло, то ли отзывчивость Ари, но Дио никогда еще не был так возбужден. Прикасаться к ней и чувствовать, как она отвечает ему с таким же нетерпением, приводило его к краю. Его пальцы двигались в ней с неистовством, большой палец потирал клитор в ритме, который Ари сама установила, пока она не затаила дыхание, а ее стеночки не сжались. Когда оргазм взорвался в ней, Дио замедлил толчки, но не убрал руку, а парил с ней на волнах наслаждения.

Дио надеялся, для него окажется достаточно, если она кончит, но это не так. Он должен быть внутри нее, почувствовать, как она сжимает его член, который теперь пульсировал до боли.

Свободной рукой он расстегнул штаны.

— У вас все хорошо? Может мне предложить вам что-нибудь еще?

Ари подпрыгнула, а глаза тут же распахнулись.

Дерьмо! Та надоедливая продавщица вернулась, и у нее было отвратительное чувство времени!

— Ах… — Ари прочистила горло. — Все хорошо. Спасибо.

— Хорошо. Тогда я буду возле входа, если вам что-нибудь понадобится.

Дио прислушался к шагам и понял, что она ушла.

Ари лихорадочно схватила одежду. На ее лицо отражалось смущение. Дио остановил ее и притянул к себе.

— Малышка, в том, что мы делали, нет ничего плохого.

Она встретилась с ним взглядом в зеркале.

— Мы решили подождать.

И прежде чем Дио смог остановить себя, он произнес:

— Меня достало ждать. Давай выберем дату свадьбы. Хочу жениться на тебе и чем быстрее, тем лучше.

Глава 26

Натали так громко поставила чашку кофе на стол, что половина клиентов кофейни повернули головы в их сторону.

— Он что сказал?

Ари понизила голос.

— Он хочет назначить дату свадьбы. На следующей неделе.

В ее голове возникла сцена в примерочной. Она никогда в жизни не чувствовала себя такой возбужденной. Может, это случилось из-за того, что сделал с ней Дио в ту ночь: поцеловал ее, доведя до безумства, и оставил ее неудовлетворенной. Возможно, она может использовать это как оправдание того, что позволила себе пойти на это в самом неподходящем из всех возможных мест.

И как удачно прервала их продавщица. Иначе бы они с Дио занялись любовью прямо там. Черт, он уже заставил ее кончить к этому моменту. Она не смогла устоять перед его прикосновениями, поцелуями и вещами, о которых он говорил.

Когда продавщица их прервала, его заявление было для нее настоящим шоком.

— Разве это не то, чего ты хотела? — Натали подняла брови.

— Нет!

Да.

— Не так. Он думает, что любит меня.

— Думаю, это хорошо.

— Но это все неправда. Он думает, что любит меня, потому что я так сказала. Он не любит меня. Он думает, что любит, потому что считает, что мы помолвлены. И теперь хочет жениться. Что мне делать?

Как ситуация могла так быстро развиться? Она всего лишь соврала ему пару раз. И все превратилось в катастрофу.

— Выйти за него?

Ари уставилась на подругу.

— Ты ведь несерьезно. Я не могу выйти за мужчину, который меня не любит. А еще он потерял память. Я не могу кем-то так воспользоваться.

— Тебе не кажется, что ты запоздала немного с сомнениями? Если правильно помню, я предупреждала тебя с самого начала, но ты и слушать не желала.

Ари уронила голову на руки.

— Я должна все ему рассказать.

— Он будет в ярости. Это если он тебе поверит.

— А почему он не должен?

Натали наклонилась вперед.

— Потому что он до сих пор не оправился от амнезии. Почему ты думаешь, что он поверит тебе, если ты скажешь, что вы не помолвлены? Он знает лишь то, что ты сказала ему в самом начале. И он будет за это цепляться.

Неужели ее подруга была права?

— Ты вдруг стала нянькой?

Натали постучала пальцем по виску.

— Здравый смысл. Задумайся на секундочку: он очнулся после драки и первой увидел тебя. И ты его обманываешь.

Ари хотела запротестовать, но каждое слово подруги было правдой.

— А затем действуешь в соответствии с этой ложью. Говоришь ему, что он работает со мной и…

— Я просто сделала тебе одолжение!

Натали улыбнулась.

— Спасибо, но это не то, что я хочу сказать.

— Тогда, что ты хочешь сказать?

У Ари лопалось терпение.

— Просто убедись, что все сказанное тобой было подкреплено действием. Между вами двумя особая химия, иначе он бы не смог практически подчинить тебя поцелуем после приготовленного ужина и…

— Эй, он не подчинил меня поцелуем. Не было никакого подчинения.

— Но было бы, если бы он не остановился.

Натали подняла руку, останавливая очередной протест.

— Не отрицай это. Я знаю тебя. Ты сделала все, чтобы он поверил в твою ложь, а теперь решила пойти на попятную и рассказать правду? И что он должен думать?

Ари выпрямилась.

— Он поверит. Он должен.

Натали покачала головой.

— Он подумает, что ты к нему охладела и не захочет жениться вообще.

Она откинулась назад, а потом снова наклонилась вперед.

— Или он подумает, что из-за его потери памяти, ты его больше не любишь и решила его бросить.

— Но это же глупо. У него нет причин верить в это.

— Тогда у него вообще нет причин верить тебе. Разве ты не понимаешь? Рассказав ему правду сейчас, ты только сделаешь все хуже. Если ты заботишься о нем, тогда не рассказывай. Когда он потерял память, в его жизни ничего не осталось: ни друзей, ни семьи. Ты нужна ему.

Ари прислушалась к словам Натали. Она действительно нужна Дио? Или у Натали были свои причины?

— Ты говоришь это, чтобы он продолжал работать у тебя официантом?

Натали ахнула.

— Поверить не могу, что ты спрашиваешь про это.

— Не можешь? Тогда скажи, почему ты еще не дала объявление о вакансии?

Натали отвела взгляд, явный признак, что она искала оправдание.

— Я правда была очень занята, и потом на следующей недели придут проверять из инспекции по гастрономическим и развлекательным заведениям и…

— Да-да. Знаешь, ты такая вертихвостка.

На лице Натали появилась застенчивая улыбка.

— Эй, ему нужна была работа. И кто знает, когда пройдет его амнезия? И клиентам нравится, так сказать, его ослепительное обаяние.

Ари была согласна: Дио обладал обаянием, тонной обаяния и постоянно использовал его, чтобы подлизаться к ней. Но это не поможет ей найти решение в ее ситуации.

— И что теперь? Я не могу просто продолжать таким образом. Не могу выйти за него замуж под таким ложным предлогом.

— Тогда ты должна остановить его от назначения даты.

* * * * *

Когда Дио засунул ключ в замок, тут же понял, что его уже кто-то ждет в квартире. Он также знал, кто это — божественную ауру ни с чем не спутать, и признаки этого бога он знал лучше других. Когда-то Дио по-настоящему ненавидел, что боги могут просто телепортироваться, куда пожелают. И сейчас был как раз такой случай.

Дио поправил в штанах все еще твердый член и открыл дверь, надеясь, что Эрос не заметит выпуклость в его штанах и оставит свои глупые замечания при себе. А еще он надеялся, что его друг не останется надолго, так как Дио нужно было в душ. И подрочить.

— Давно пора, — поприветствовал его Эрос, удобно устроившись на диване, его ноги лежали на журнальном столике.

— Не возражаешь? — Дио кинул быстрый взгляд на ноги Эроса.

— Да, новые туфли, как тебе? — бесстыдно улыбнулся Эрос, прекрасно понимая, что Дио говорил не о его туфлях.

Дио плюхнулся возле него и скинул его ноги, а потом сам сложил ноги на столике.

— Эй! Ты сам положил.

— Возьми себе собственный стол и тогда можешь делать с ним, что захочешь.

Эрос посмотрел на него.

— Хорошо.

И через мгновение в гостиной появился еще один журнальный столик, но поменьше. Эрос отодвинул стол подальше от Дио и поставил его прямо перед собой, закинув на него ноги.

Дио закатил глаза.

— Что ты хочешь? У меня мало времени.

Он посмотрел на наручные часы.

— Через пару часов я должен вернуться в ресторан.

— Тогда я буду быстр, — довольно сказал Эрос. — ТЫ ПРИДУРОК!

У Дио чуть барабанная перепонка не лопнула, и он инстинктивно отскочил к краю дивана.

— Какого хрена?

— Ты играешь с ее чувствами.

Дио не нужно было даже спрашивать, что он имел в виду под ее.

— Не твое чертово дело.

Эрос наклонился вперед и ткнул его в грудь указательным пальцем.

— Сейчас ты совершаешь ошибку, огромную ошибку. Я бог любви, и это может и слабая отговорка для бога, которому пофиг на свои обязанности. Но я люблю свои обязанности.

— Не вмешивайся, у меня все под контролем.

Дио ненавидел, когда Эрос строил из себя всезнающего о любви, как будто был единственным, кто о ней что-то знает.

— Я вмешиваюсь, когда это того требует. Она все еще тоскует по тебе. А что делаешь ты? Обманываешь и заставляешь поверить, что хочешь ее. Но нет, для тебя, очевидно, этого не достаточно?

На этом проповедь Эроса не закончилась.

— Ты заставляешь ее поверить, что хочешь жениться на ней. — Эрос вскочил и навис над ним. — Ты с ума сошел?

«Она все еще тоскует по тебе». Могла она полюбить его, несмотря на все, что он ей сделал, несмотря на бесчувственный поступок, когда бросил ее после их удивительной ночи вместе? Сможет она простить его?

— Заткнись, Эрос! Я знаю, что делаю.

— Черта с два!

Дио мысленно вернулся в примерочную, не в то время, когда соблазнял ее, а когда их прервали. Когда он спонтанно потребовал назначить дату свадьбы. А после разговора с теми двумя напавших на него парнями, он начал видеть возможности, которые раньше для него были вне досягаемости. И потом, когда держал Ари в своих объятиях в примерочной, понял, что существует единственный удовлетворительный выход в этой ситуации.

— Я хочу ее, — выдавил он и уставился на Эроса.

Эрос ответил удивленным взглядом.

— И это дает тебе право причинять ей боль?

— Я не хочу причинять ей боль.

Теперь нет. Он сделает все, чтобы сделать ее счастливой. И уже начал делать это в примерочной. Он никогда не видел женщину в таком экстазе. И это зрелище он хотел бы увидеть снова.

— Если не прекратишь эту шараду, клянусь, я пойду к Зевсу.

Угроза зависла в воздухе, словно запах застоявшегося перегара утром. Если бы Дио так неожиданно не поговорил с Зевсом, то, возможно, принял эту угрозу всерьез, но разговор состоялся, и его отец был на его стороне… в качестве разнообразия.

— Эрос, ты не понял. Я люблю ее.

Как удивительно легко эти слова сорвались с его языка. Так легко, что захотелось их повторить.

— Я по-настоящему люблю ее. Она все, чего я хочу.

Хоть слова и были для него чужды, но чувства, вызываемые ими, те же, когда он держал Ари в своих объятиях. Его охватило ощущение мира. Чувствовалось так хорошо, словно кокон из тепла и волн нежности окутывал его при мыслях о ней.

— Ты любишь ее?

Эрос странно на него посмотрел. И молчал долгое время. Потом его рот снова открылся.

— Боги, никогда бы не подумал, что увижу это, но судя по всему, это правда.

Дио кивнул, ему мешал говорить комок в горле.

— Ну тогда, думаю, нам надо распланировать твою свадьбу, — Эрос хлопнул его по плечу и улыбнулся. — Вот подожди, Гермес и Тритон узнают.

Глава 27

Ари возилась с лямкой своего летнего платья. Дио сказал ей, что приготовил сюрприз, и она не была уверена, что ей нравятся сюрпризы.

Она взглянула на него, когда они гуляли по Баттери-Стрит, с одной стороны этой улицы было побережье, а с другой выстроены огромные дома. Дио держал ее руку в своей, и все могли заметить, что они выглядят как обычная молодая пара, прогуливающаяся летним вечером. Потому никто не догадывался о панике внутри Ари.

Она снова поговорила с Натали, но ее подруга лишь попыталась убедить ее, что Дио изменился, а потеря памяти сделала из него лучшего человека. Она могла поклясться, что увидела это в нем в ресторане: как он трудится, и каким милым был с клиентами. Она расхваливала его с ног до головы.

Ари следовало признать, что видела подобные изменения в нем. Ужин, который он приготовил для нее, был восхитительным, а то, как он все украсил — сама изысканность. Наверняка он потратил на приготовления всего этого часы. Еще ни один мужчина не шел на такие трудности ради нее. И до того, как потерял контроль в примерочной во время шопинга, он был самым милым мужчиной, терпеливым и любезным, пока она осматривала полку за полкой в поисках подходящей вещи. Даже Натали не так терпелива, ее подруга обожает шопинг, но, очевидно, когда тот предназначался для нее.

Дио действительно вел себя как идеальный жених. Он звонил ей, по крайней мере, дважды в день, чтобы спросить, как проходил ее день или просто поздороваться. И когда он не зацеловывал до безумия или не ласкал своими греховными руками, его можно даже назвать джентльменом. Его прикосновения и поцелуи пробуждали в ней желания настолько сильные, что их невозможно подавить, от которых она теряла рассудок, вдребезги разбивали ее здравый смысл. Это и должно было быть причиной, либо она цеплялась за выдуманную ложь, желая просто проводить с ним как можно больше времени.

Она должна, наконец, рассказать правду и выдержать его ярость, пока весь этот обман не раскрылся. Даже сейчас было рискованно. Хоть Дио больше не упоминал о назначении даты свадьбы, она знала его уже слишком хорошо, чтобы надеяться, что он забыл об этом.

— Вот мы и пришли, — сказал Дио тихо, становясь рядом и заставляя ее посмотреть на дом.

Она прочитала вывеску снаружи. «Отель «Олимп». Ничего не понимая, она уставилась на Дио.

— Что мы будем делать в гостинице?

Ее охватила паника, когда подумала о худшем: он планировал провести с ней ночь. От этой мысли у нее сердце перестало биться. Если они займутся сексом, потом она никогда не сможет его отпустить. И что тогда? Ее сердце будет разбито, когда он бросит ее. А она знала, что он сделает это. Он поступил так и в первый раз. Что если все повторится?

— Это сюрприз.

Она застыла на месте, и Дио протянул к ней руку.

— Нет. Дио, нам нужно поговорить о кое-чем важном.

Это бы произошло рано или поздно.

На мгновение на его лице отразилось потрясение, но потом его губы изогнулись в улыбке.

— Ты думаешь, что я привел тебя сюда в гостиницу в такой вечер… как бы сказать… для наслаждения?

Он покачал головой и нежно поцеловал ее в щеку, а потом его рот скользнул к ее уху.

— Моя сладкая Ари, если бы я знал, что у тебя возникнут такие мысли, то снял бы номер, но увы, у меня не было в планах заняться с тобой сексом этим вечером.

От его непристойного предложения, ее лицо вспыхнуло, а по всему телу разлилось тепло. Как он мог так неверно истолковать ее слова?

Когда он отстранился и посмотрел на нее, она заметила блеск в его глазах, и даже от его сопроводительного смешка ее сердцебиение не пришло в норму. Сердце билось о ее грудную клетку, как отбойный молоток, пытаясь выпрыгнуть из груди и слиться с его. О боже, у нее большие проблемы. Стоило Дио посмотреть на нее, и ее колени превращались в желе. И судя по его улыбке на лице, он точно знал, как влияет на нее.

Да, она завелась.

Дио повел ее в дом, а затем вверх по старинной деревянной лестнице. Они повернули на втором этаже и последовали по указателю «Ресепшн».

Из-за скромного стола с компьютером и стопками брошюр и других бумаг поднялся высокий блондин. Его загорелая кожа идеально контрастировала с его голубыми глазами и солнечной улыбкой. Она представить не могла, что этот мужчина провел свои дни, сидя взаперти в гостинице, когда весь его внешний вид кричал «Пляж». Даже его шорты цвета хаки и футболка говорили, что он в двух минутах, чтобы сорваться к океану.

— Дионис Теос, — представился Дио и протянул руку мужчине. — Я звонил недавно.

Хозяин гостиницы поднял бровь и пожал руку Дио.

— Тритон Уотерс. Мы с моей женой Софией владеем этой гостиницей.

Затем его глаза перешли от Дио к Ари. Она вздрогнула от его пристального взгляда. Словно проходила контроль качества. Это какая-то эксклюзивная гостиница, в которую пускают только элиту? Она уже была готова потянуть Дио за руку, чтобы вытащить их из этого места, когда Тритон очаровательно ей улыбнулся.

— Предполагаю, что эта прекрасная леди ваша невеста, о которой вы говорили по телефону? — спросил он и обошел стол, чтобы пожать ей руку.

— Да, это Ариадна Тейлор, моя прекрасная невеста. Не знаю, чтобы делал без нее.

После слов Дио Ари почувствовала себя обманщицей. Если бы только он знал, как она врала ему последние несколько недель. Но в тоже время она не могла представить себя без него.

— Очень рад знакомству, — сказал Тритон и взял ее за руку, крепко сжимая.

Он посмотрел за ее плечо, и в его глазах появился блеск, который она не знала, как истолковывать.

— А это моя жена.

Когда Ари обернулась, увидела вошедшую женщину, а в ее глазах — тот же блеск, и сразу поняла, что это любовь. Темноволосая женщина оторвала взгляд от мужа и подошла к Ари, протянув руку.

— Я София. Почему бы нам всем не пройти на балкон? Я попросила Алису приготовить нам чай со льдом и печенья.

Ари хотела отказаться, вся эта ситуация казалась ей более чем странной. Почему эти люди желали присесть с ней с Дио за чашкой чая со льдом? Когда Дио потянул ее за руку к двери на балкон, она прошептала:

— Что происходит?

Он кинул на нее быстрый взгляд.

— Узнаешь через минуту.

Через несколько минут она уже сидела на двухместном диванчике из ротанга с чашкой чая со льдом в руках. Она поднесла холодный напиток к губам, радуясь, что есть чем сглотнуть растущее странное предчувствие надвигающейся катастрофы.

София посмотрела на свой ежедневник в руках, вертя между пальцами ручку.

— Я уже забронировала дату, ровно через неделю, если считать с сегодняшнего дня, поэтому думаю, нам следует обсудить детали вашей свадебной церемонии.

Ари подавилась и выплюнула чай на пол, пытаясь не попасть на сандалии и накрашенные ногти Софии. Свадебная церемония?

— Что?

Ее возглас прозвучал, как кряканье. Из-за того, что подавилась, она не могла произнести больше слогов.

Ари начала кашлять, Дио решил помочь ей и похлопал ее по спине. Она посмотрела на него, нет, уставилась на него! Как он мог? Его застенчивая улыбка все поставила на места. Да, он определенно устал ждать. Теперь он хотел на ней жениться, через одну неделю, потому что хотел секса.

— Ты в порядке, малышка?

Боже, почему она назвала ему эту дурацкую причину воздержания до свадьбы? Она должна была знать, что это не сработает. И теперь Дио обыграл ее в ее же игре: просто назначил дату свадьбы, чтобы обойти ее идиотскую отговорку. И что теперь? И как ей выйти из этой ситуации?

Ей потребовалось несколько драгоценных минут, чтобы восстановить дыхание и голос вместе с ним.

— Дио, думаю, нам стоит обсудить это наедине.

— Мы уже обсудили это.

Он коротко ей улыбнулся и повернулся к хозяевам.

— Мы не хотим слишком большую церемонию, просто семья и близкие друзья. В приватной обстановке.

На слове «приватная» глаза Дио пробежались по ее телу, от чего она вспыхнула и снова потянулась за чаем.

— Все происходит слишком быстро, — запротестовала она.

— У нас было все также, — заметила София.

Ари взглянула на нее и Тритона и заметила, как они обменялись улыбками, полными любви.

Дио положил руку ей на плечо и сжал его.

— У любви нет временных рамок.

Когда Ари переводила взгляд на Дио, она уловила, как Тритон поднял брови, как будто чем-то недоволен. Она сразу отбросила эту мысль, считая, что проведение свадьбы в гостинице, возможно, принесет немалые деньги ему и его жене.

— Дио, нам не стоит спешить с этим, — умоляюще посмотрела она на него.

— Спешить?

Дио поднес ее руку к губам и поцеловал ее ладонь. Мягкое давление его губ послало тепло по всему ее телу.

— Как долго мы помолвлены? Семь месяцев?

Она хотела покачать головой и выкрикнуть «Нет», но вместо этого сказала:

— Да.

— Достаточно долго для помолвки.

Дио повернул голову к владельцам гостиницы.

— Слышал, вы молодожены. Как долго были помолвлены вы?

Тритон удивленно на них посмотрел.

— Вряд ли…

— Меньше трех месяцев, — ответила София одновременно с Тритоном.

Ари внутренне застонала. Эти двое совсем не помогали. На самом деле они давали Дио еще больше причин для проведения свадьбы. Кто на этой планете вообще женится после трех месяцев помолвки? Даже семь месяцев, которые она и Дио были помолвлены, казалось, не достаточно.

Черт! О чем она только думала? Они даже не помолвлены, ни семь месяцев, ни три месяца, даже ни одного дня! Да может, поэтому она сейчас так паникует: потому что Дио планирует свадьбу, ее свадьбу! и даже не подозревает, что они не помолвлены. Все это было так неправильно во многих отношениях.

— Невеста наденет белое?

Голос Софии вывел ее из раздумий, в которых Ари, казалось, провела последние часы. И прежде, чем ее взволнованный мозг смог сформировать ответ, София продолжила болтать:

— Что я такое говорю? Конечно, ты наденешь белое. Могу порекомендовать тебе хороший магазин.

Ари ухватилась за соломинку, которую услышала в словах Софии.

— Думаю, мы должны отложить. Мне не хватит одной недели, чтобы найти подходящее платье. На такие вещи нужно больше времени.

Она умоляюще посмотрела на Дио.

— На самом деле ни в одном магазине свадебных платьев нет ни одного платья, которое не нуждается в переделке.

Это должно сработать — даст ей некоторое время.

София остановила ее, подняв руку.

— Не волнуйся. Я подумала и об этом, в том бутике есть швея, которая может подогнать все под твой размер так, что любое платье налезет на тебя, как перчатка.

Ари хотелось кричать, но вместо этого заставила себя улыбнуться.

— Это… да, так удачно.

— Отлично, я дам тебе контакты, чтобы ты смогла назначить встречу.

София сделала запись в ежедневнике.

— Теперь насчет еды.

— Давай попросим Олимп? — предложил Дио.

Ари повернулась посмотреть на него, что-то в словах Дио прозвучало странно. Как Дио узнал название кейтеринг компании? Он начал все вспоминать? К нему возвращается память?

— «Олимп»?

Мимолетное выражение паники исказило его красивое лицо, и он быстро ответил.

— Да, видел объявление в журнале для невест, который просматривал. И еда у них казалась вкусной.

— Ты читал журнал для невест? — Она никогда не слышала, чтобы мужчины так делали.

— Ну, кто-то из нас должен же.

И это точно не она. Он сделал все правильно.

— «Олимп» прекрасно подойдет. Они такие… быстрые, — сказал Тритон. — И цены хорошие.

Ари почувствовала принуждение. Было принято решение за решением, составлен список из пунктов, которые она не видела, построен план, в котором она не хотела участвовать. Но каким-то образом с ее губ не мог вырваться протест. И зачем, когда даже Дио ее игнорирует? Он был твердо настроен организовать их свадьбу.

— Гости? — услышала она вопрос Софии.

— Семья невесты, родители, кузены… да, Ари, прости, но тут, думаю, ты должна мне помочь.

Дио извиняюще посмотрел на Софию и Тритона.

— У меня амнезия. Знаете, несчастный случай.

Увидев еще один повод для протеста, Ари воспользовалась им.

— Дио, думаю, лучше будет, если ты сначала оправишься от несчастного случая, а потом мы организуем свадьбу.

— Я чувствую себя прекрасно.

— Но прошла лишь пара недель.

Он сжал руки.

— Я здоров.

Ясно, он не сдастся.

— Так сколько членов семьи?

Ари сглотнула. Она не могла так поступить со своими родителями. Они уже прошли через такое раньше, и все закончилось разочарованием. Как и будет в этот раз.

— Они не смогут приехать в такой короткий срок. Папе придется найти кого-нибудь, чтобы присмотреть за магазином, и мама не может просто так сорваться. У них есть обязанности. А потом перелеты. Туристический сезон еще не закончился, возможно, все уже забронировано. А ехать на машине будет слишком долго.

Все больше и больше оправданий срывались с ее губ.

— И зная маму, ей нечего надеть. Ей понадобится месяц, чтобы найти подходящее платье.

* * * * *

Дио услышал отчаяние в ее оправданиях. И Ари несла бред, хватаясь за каждую крошечную соломинку, которую видела. Но это ей не поможет: теперь он главный, и свадьба будет, неважно, какие она еще придумает оправдания.

Пришло время помешать ей думать разумом и заставить чувствовать сердцем. Что сказал Зевс? Нужно обращаться к истинной Ари, к ее желаниям и надеждам.

— Извините нас, мы на минутку. — Дио улыбнулся Софии и заметил едва сдерживаемое недовольство Тритона. Его друг высказался по этому поводу, когда Дио позвонил ему, что они придут, и рассказал о своем плане. Тритон все еще думает, что Дио играет с ее чувствами. Конечно, он давил на Ари по поводу свадьбы, но это для ее же пользы. Она просто еще не понимает этого. В конце концов, он не похож на отца: он мог любить, по-настоящему любить. Он будет верным мужем.

Он попросил Ари подняться мягким прикосновением ладони к ее спине и повел ее внутрь сразу в ванную, которая, как он знал, была единственной комнатой, где они могут уединиться.

— Дио, что ты…

— Минуточку, малышка, — прервал он ее и подтолкнул в ванную. Зашел следом за ней и запер за собой дверь.

Она сразу повернулась к нему, сверкнув глазами.

— Какого лешего ты делаешь?

— Просто хочу быть уверен, что нас не прервут. Потому что, кажется, нам есть, о чем поговорить.

Он видел, как она с трудом сглотнула, и знал, куда направились ее мысли. Но он не позволит ей думать об этом, если из-за этих мыслей она признается ему в своем обмане. Нет, он не хотел этого признания, по крайней мере, не сейчас. После их свадьбы, может быть. Сейчас ему нужно ее согласие, и они не выйдут из ванны, пока он не вытащит его из нее.

Дио притянул Ари к себе, прижавшись щека к щеке и проводя одной рукой по ее волосам, а другой обхватив ее талию.

— Знаю, что ты напугана, малышка. Свадьба — это большой шаг. Я понимаю это, но тебе не стоит об этом волноваться. Я люблю тебя больше всех на свете.

— Но ты ничего не помнишь. Откуда ты знаешь?

Дио взял ее руку и прижал к своей груди.

— Я чувствую это.

Его сердце билось под ее ладонью, и в этот момент он почувствовал, что Ари завладела его сердцем, оно ему больше не принадлежало. Он больше не мог игнорировать это чувство.

Он встретился с ней глазами и поцеловал.

Сначала ее реакция была жесткой, и он знал почему: она понимала, что он пытается соблазнением заставить ее согласиться выйти за него замуж. Их поцелуй так и начался, и он почувствовал себя мерзавцем, когда ее губы раскрылись и он скользнул языком между ними, и все мысли вылетели из его одурманенного разума. Осталась только одна: он хотел Ари.

Дио застонал от удовольствия, когда ее язык коснулся его, а руки обвились вокруг его шеи. Он положил руки на ее самую привлекательную часть тела и притянул к своей растущей эрекции. Одним лишь поцелуем она могла сделать его твердым, но он не собирался идти до конца сегодня, не тогда, когда знал, что ему нужно остановиться, желая большее. Но сейчас, когда она прижималась к нему, отвечая на поцелуй с полной решимостью, он не мог сдержаться и потерся о ее нежное лоно членом.

Тяжело дыша, он прервал поцелуй и отпустил ее. Отступил назад и обрадовался, увидев, как сияло ее лицо, и блеск желания в ее глазах.

— Ари, знаю, что мы неправильно начали, но хочу хотя бы эту часть сделать правильно.

Он засунул руку в карман, и его пальцы сжали маленькую коробочку. Вытащив ее, он встал на одно колено, открывая коробку и смотря на Ари.

— Ариадна, ты выйдешь за меня замуж на следующей неделе?

Он протянул ей кольцо, но не смотрел на сияющий бриллиант. Он хотел увидеть ответ в ее глазах. Ее лицо дернулось, а дыхание ускорилось, ее грудь безудержно вздымалась. Ее взгляд перешел от кольца к нему и обратно, и ее рот широко открылся.

Дио улыбнулся. Она этого совсем не ожидала. Он похлопал бы себя по плечу, если бы так сильно не хотел услышать ее ответ. Казалось, его сердце тоже пыталось вырваться наружу. Неужели каждый мужчина на земле в такой момент чувствует тоже самое? Полностью уязвимые, ожидая милости женщины?

— Ари, мне нужно знать твой ответ.

Она кивнула, сжав губы и дрожа.

— И это «да, я отвечу» или «да, я выйду за тебя»?

Когда она не ответила, Дио взял кольцо и медленно надел его ей на палец, давая возможность оттолкнуть его, если не согласна.

— Я люблю тебя, — прошептала она.

Он медленно поднялся, ее слова омывали его, словно бесконечный поток тепла. Не спеша, он обхватил ее лицо и придвинул ближе, пока его губы не коснулись ее.

— И я люблю тебя.

Он не знал, как это произошло, но мог сказать с абсолютной уверенностью, что говорил правду.

Глава 28

— Было бы легче телепортироваться, — в пятый раз повторил Гермес.

Пока они летели по небу с помощью крылатых сандалий Гермеса, Дионис крепко держался за плечо друга.

— И упустить возможность полетать, как птица? Как же.

Он наслаждался ветерком, который взъерошил ему волосы и обдувал тело.

Его друг усмехнулся ему в ответ.

— Ты ужасен, как и Тритон.

— Потому что у каждого бога есть наикрутейший инструмент.

На самом деле у Дио его не было. У Эроса были лук и стрелы, у Тритона — огромная морская ракушка, с помощью которой он успокаивал океаны, и даже у Асклепия имелся посох, с помощью которого тот мог вылечить любую болезнь. А у Дио только постоянное увлечение вином и сексом. И благодаря самоотверженному целомудрию Ари, он был постоянно тверд.

— Если бы ты не страдал от похмелья, когда Зевс раздавал эти крылатые сандалии, может, они достались бы тебе, а не мне, а я был бы богом, который наблюдает, как растет виноград, с бокалом вина в одной руке и дерзкой девчонкой в другой.

Дио наморщил лоб.

— Ты завидуешь, потому что считаешь, что мне это так легко достается? Позволь объяснить тебе, то, как спелый виноград превращается в совершенство — это настоящее искусство. Если бы я постоянно не проверял содержание сахара или не просил Гелиоса направить на виноград достаточно солнечного света, нигде бы не было приличного вина.

Гермес вздохнул.

— Да, да. Просто так сказал. Я всегда в дороге. Хотя бы раз мне хотелось просто взлететь и повисеть в воздухе. Ты хоть представляешь, как это вводит в депрессию, перевозить все эти бедные души через Стикс, зная, что они навеки обречены остаться в подземном царстве Аида.

— У Аида не так уж и плохо. Он внес много изменений. Теперь у них есть сантехника.

Гермес сморщил лоб.

— Я то знаю, а эти бедные души нет. Они жалуются всю дорогу.

— Почему бы тебе просто не рассказывать им, на что это похоже?

Гермес удивленно на него посмотрел.

— Что, и испортить сюрприз? Это полвеселья моей работы.

Дио покачал головой и закатил глаза.

— Только не начинай ныть, как твои пассажиры.

Гермес неожиданно показал рукой на землю.

— Мы почти на месте.

Дио последовал взглядом за его протянутой рукой, когда они начали спускаться. Под ними появился маленький город. Когда они приблизились, и Гермес снизил скорость, Дио посмотрел на причудливые дома с покатыми крышами, чистые улицы с деревьями возле тротуаров, ухоженные дворы и белые заборы.

Гермес держался подальше от оживленной главной дороги.

— Мы приземляемся?

Гермес показал на территорию покрытую деревьями.

— В парке. Я могу приземлиться прямо посреди парка, где крона погуще. Сомневаюсь, что нас кто-то увидит. И я всегда могу скрыть нас облаком, если понадобится при приземлении.

Смертные подумают, что это просто туман.

Дио почувствовал твердую почву под ногами и выпустил из рук плечо друга.

— Спасибо за поездку.

— Конечно. Мне подождать тут, или тебе нужна помощь?

Дио наклонил голову.

— Возможно, мне понадобится помощь.

В том, что он запланировал, нужно было быть очень осторожным.

— Сюда.

Потребовалось пять минут, чтобы найти необходимый дом по адресу, и еще пять минут, чтобы набраться храбрости постучать. Дио выпрямился, когда услышал шаги по ту сторону входной двери маленького одинокого семейного домика с аккуратно подстриженной изгородью.

— Боги, ты и правда выглядишь нервным, — злорадствовал Гермес.

— Никогда не делал этого раньше.

— Во второй раз будет легче, — хлопнул его по плечу Гермес.

— Не будет второго раза. И я не уверен, стоит ли воспринимать всерьез такие громкие слова от парня, который тоже этого раньше никогда не делал.

Гермес открыл рот, но тут же захлопнул его, потому что заметил женщину лет пятидесяти, которая смотрела на них.

— Да? — спросила она, вытирая руки полотенцем.

Дио прочистил горло.

— Я Дионис Теос, а это мой друг и коллега Гермес Паромщик. Мы пришли к вам с хорошими новостями.

Он надеялся, что она воспримет все как хорошие новости.

Глаза женщины сузились в подозрении. Раздался мужской голос за ее спиной:

— Кто там, Марианна?

Она нахмурилась:

— Опять свидетели Иегова.

И не успел Дио исправить ее неверное предположение, она захлопнула дверь.

— Они всегда приходят, когда я готовлю ужин, — продолжила она ворчать за закрытой дверью.

— Паромщик? Это все, что ты смог для меня придумать?

Дио зарычал:

— Ты переправляешь души через Стикс, как мне еще нужно было назвать тебя? Я не знаю, какую фамилию ты используешь в смертном мире.

— Ну не Паромщик же, — прошипел Гермес и показал на закрытую дверь. — Смотри, к чему это привело.

— Может, было бы лучше, если бы я пришел один.

— Слишком поздно. Теперь я не уйду. Не могу дождаться и посмотреть, как ты уговариваешь их выслушать.

Дио поднял руку и снова постучал. В этот раз дверь была открыта совсем чуть-чуть.

— Нам не интересно, — сказала Марианна.

Он успел просунуть ногу между дверью и дверной рамой до того, как она успела хлопнуть дверью перед его лицом. Он решил попробовать другой подход.

— Вы ведь мама Ариадны Тейлор?

Внезапно давление на дверь ослабло, и она полностью распахнулась. Лицо женщины стало пепельно-бледным, словно щеки и губы женщины лишились крови. Несмотря на разницу в возрасте, Дио заметил их с Ари семейное сходство: такие же зеленые глаза, высокие скулы. Только у ее мамы волосы были темнее, а губы не такие полные, как у Ари.

— О боже, что случилось с моей малышкой? — Ее глаза расширились от паники.

Вот дерьмо! Может, стоило дать Гермесу поговорить.

— Ничего. Все в порядке. Она в порядке.

Ее дыхание восстановилось, а глаза подозрительно прищурились.

— Кто вы такие? Что вам надо?

— Не завидую тебе, — пробормотал Гермес себе под нос.

Дио ткнул его под ребра, чтобы тот заткнулся, и нацепил на лицо свою самую очаровательную улыбку.

— Я Дио, ваш будущий зять.

— Ч-чт… — она пошатнулась, и Дио едва успел протянуть руку и поймать ее, пока она не упала.

— А, дерьмо!

Раздались шаги, и кто-то вышел в фойе. Дио увидел мужчину, примерно пятидесяти-шестидесяти лет, входящего в прихожую, от увиденного у того открылся рот.

— О боже! Марианна! — он бросился к жене и уставился на Дио. — Что произошло?

Мужчина вырвал жену из рук Дио.

— Марианна, дорогая!

Но она все еще была без сознания.

— Что вы натворили?

— Мы ничего не делали.

Возможно, сейчас было неподходящее время представляться своему будущему тестю.

Гермес прочистил горло, заставляя Дио и мужа этой женщины посмотреть на него.

— Мой друг пришел сказать вашей жене, что хочет жениться на вашей дочери Ариадне. Кажется, это немного ее шокировало.

Мужчина снова повернул голову к Дио, выглядел ошеломленным и совсем недовольным.

— О нет, только не снова!

Дио бросил на друга злой взгляд.

— Ну, он хотя бы в обморок не упал, — прокомментировал Гермес и пожал плечами.

Через десять минут Гермес и Дио сидели в гостиной напротив Джорджа и Марианны, и каждый держал в руках по стакану холодного чая.

— Дорогая, сахар, — подсказал Джордж жене.

Когда она вышла из комнаты, мужчина встал и кинулся к книжному шкафу, чтобы достать книгу. Когда он обернулся, Дио заметил в его руке маленькую бутылку ликера.

— Не знаю, как вам, но мне сейчас нужно выпить.

Дио и Гермес одновременно протянули к нему руки со своими стаканами. Когда Марианна вернулась с сахарницей, все три стакана были наполнены достаточными количеством ликера, чтобы Дио смог расслабиться, если это можно назвать расслаблением. Как будто он оказался во времена испанской инквизиции. Теперь парни знали, что значит выжать все соки из человека.

— Значит, ты хочешь жениться на Ари? — начала разговор его будущая теща.

— Я люблю вашу дочь.

Боги, и это было правдой. Даже если это и означало приобрести тещу с таким противным характером.

— Чем вы занимаетесь, мистер Теос, — спросил Джордж.

Дио сглотнул.

— Пожалуйста, зовите меня Дио.

Отец Ари кивнул.

— Дио, чем ты зарабатываешь на жизнь?

— У меня свой виноградник.

И не только он. Как бог вина, он зарабатывал крошечный процент с каждого виноградника и бутылки вина, сделанного в мире смертных. Но это не обязательно было говорить. Скоро они и сами узнают, как он богат.

— И где виноградник находится?

— В Напа, Калифорния.

— Думаю, это можно проверить.

Брови Дио сошлись на переносице. Почему этот человек ему не доверял?

— Мистер Тейлор, есть какая-то причина, почему это для вас так важно? Могу уверить, что у меня достаточно денег, чтобы прокормить семью.

Джордж сложил пальцы в замок и сжал губы.

— Так говоришь, что хочешь жениться на ней? — повторил он.

Он обменялся коротким взглядом с женой и снова перевел орлиные глаза на Дио.

— А почему она нам сама этого не сказала?

Дио был готов к этому вопросу.

— Она слишком нервничала из-за всей этой беготни. Знаете, платье, торт и все остальное. Она не хотела, чтобы вы тоже волновались из-за этого, поэтому решила, что мы прилетим к вам прямо перед свадьбой, чтобы не было никаких беспокойств. Поэтому…

— Хватит оправдывать ее, молодой человек, — перебил его отец. — Она не знает, что вы здесь, не так ли?

Дио хотел возразить, но серьезное выражение лица Джорджа заставило его передумать.

— Нет, сэр, не знает.

Отец Ари грустно посмотрел на свою жену.

— Мы знаем, почему она не захотела нам говорить.

Он потянулся к руке жены и похлопал ее.

Женщина всхлипнула:

— Она нас еще не простила, да?

Джордж обнял жену за плечи и, успокаивая, положил ее голову себе на грудь. Дио только удивленно на них смотрел, не понимая, что происходит. Когда Джордж поднял голову, Дио заметил, что на его глазах появились слезы.

— Она думает, что мы до сих пор ее виним.

Наконец Дио мог говорить.

— Вините ее? За что?

Марианна вскинула голову.

— Она тебе не сказала?

— Расскажите мне?

Дио почувствовал, как нервозность ползет по его спине, словно медленно растущий плющ. Что Ари скрывала от него? Он придвинулся к краю дивана.

— Пожалуйста.

— Что на счет Джеффа? — спросил отец Ари.

У него был соперник? Дио вскочил.

— Кто, во имя Аида, такой Джефф?

— Мерзавец, который оставил ее у алтаря! — выругалась Марианна.

— Ари раньше уже была помолвлена?

Почему она ему не рассказала об этом? Как могла упустить такую важную деталь? Дио плюхнулся обратно на диван. А потом на него словно еще один удар обрушился: кто-то причинил боль Ари, так же как и он. Не удивительно, почему она так отреагировала. Она просто снова хотела защитить свое сердце от боли.

— Что произошло? Пожалуйста, расскажите мне об этом.

Джордж грустно ему улыбнулся.

— Не удивлен, что она не рассказала тебе. Она была так опустошена. Мы все распланировали: свадьба была большим событием в городе. Пригласили всех, кого мы знали. Она была так прекрасна, наша малышка.

Он улыбнулся жене, и та кивнула в ответ.

— Да. Вся в белом, такая невинная, такая нежная. Она любила его по-настоящему.

С лица Марианны исчезла улыбка.

— Но Джефф, он обманул ее. Она копила на эту свадьбу. Эта была ее мечта. И мы тоже дали ей немного денег. Она дала деньги Джеффу, чтобы он оплатил за цветы, за еду, торт и для всего остального. Только он не заплатил им. Он и не собирался им платить.

У Дио сжалось сердце. Его сладкую Ари предал обманщик, предатель, вор.

— Он никогда не хотел на ней жениться.

Слезы струились по лицу Марианны.

— Мы были разочарованы. И в пылу наговорили такие вещи, но мы не имели это в виду. Это не ее вина, но я обвинила ее в наивности. Она знала, что это был позор для всех нас, тут в городе… все знали. Мы не винили ее, но она поняла все не так. Мы просто были так несчастны, но она думала, что мы виним ее. Но мы не винили. Она наша малышка, мы бы никогда не обвинили ее в этом.

— Мне так жаль, — прошептал Дио, сжав руки.

Он загладит вину. Ей никогда не придется проходить через это снова. В этот раз у нее будет настоящая свадьба, пышная, красивая. И он будет там, будет ждать ее.

Дио посмотрел на родителей Ари, и его взгляд стал серьезным.

— Обещаю вам одну вещь, нет, две вещи: у вашей дочери будет самая красивая свадьба, какую она себе и представить не могла, и во-вторых, я сделаю ее самой счастливой женщиной, которую видел мир.

Или он умрет, пытаясь сделать это.

Марианна прижала руку к груди, а по ее лицу снова потекли слезы.

— Ты действительно любишь ее?

Дио кивнул.

— Она для меня все. Моя богиня, и я подарю ей рай на земле.

— Теперь, юноша, — сказал отец Ари, — нет обратного пути. Мы просто хотим, чтобы она была счастлива. Просто относись к ней хорошо.

Гермес похлопал Дио по плечу.

— И он будет. Ручаюсь за него. Иповерьте мне, я никогда не видел, чтобы мой друг был так одержим женщиной когда-либо.

Глава 29

— Боже мой! Как красиво, — расхваливала Натали бриллиантовое кольцо, не в силах сдержать слез. Она потянула руку Ари через стойку, чтобы поближе рассмотреть бриллиант.

К счастью, время близилось к закрытию, и в магазине не было покупателей, потому что Ари не хотелось привлекать внимание к большому бриллианту на своем пальце. У Лизы был выходной, и, слава богу, ее помощница тоже еще не видела кольцо. Зная ее, она бы потребовала рассказать со всеми деталями, как это произошло.

Ари поверить не могла в случившееся. Но поглядывая на кольцо каждые пять секунд, осознавала, что это реальность. Дио на самом деле просил ее руки. И сказал, что любит ее и что это чувство ощущается так правильно. Все в ее жизни стало казаться идеальным. Но Дио до сих пор не смог вспомнить свою прошлую жизнь. Она не могла так его обмануть. Она действовала на чистой интуиции, принимая его предложение, но сейчас, когда пересмотрела ситуацию, поняла, что не может больше следовать этой дорогой. Она должна все это остановить.

— Поверить не могу, что он стал таким романтиком. — Натали была вне себя от радости. Подруга обошла стойку кассира и обняла ее. — Я так счастлива за тебя.

Ари крепко стиснула ее в ответ и отпустила.

— Я не могу оставить кольцо у себя.

— Что? Почему?

— Я не могу выйти за него, не при таких обстоятельствах. Все зашло слишком далеко. Он заслуживает знать правду.

Даже если она и боялась последствий, это единственный выход из данной ситуации, который видела. Она знала, что потеряла его, но больше не могла жить во лжи.

— Ты с ума сошла? Ты наконец получила, что хотела, а теперь собираешься все бросить? — Натали уперла руки в бока. — Я не позволю тебе этого.

Как будто это так просто.

— У тебя тут нет права голоса. Я буду делать то, что мне говорит совесть.

А еще она очень напугана. Дио будет в ярости на нее. И потом она снова станет одинокой. У нее больше не будет мужчины, который приготовит ей романтический ужин или позовет отдохнуть на пикнике. Никто больше не позвонит дважды в день, чтобы просто сказать привет и спросить, как проходит ее день. Никто больше не будет одаривать ее этими обжигающими поцелуями и ласкать своими греховными руками. Она тяжело вздохнула.

— Он влюбился в тебя, когда потерял память. А вдруг его амнезия не пройдет. Ты хочешь бросить его сейчас и разбить ему сердце?

Она задумалась над словами Натали. Если она сейчас расскажет Дио правду, это причинит ему боль? Последнее, что она хотела, так это причинить ему боль или бросить. За прошедшую неделю она увидела в нем некоторые перемены. Она видела, как он становился мужчиной, который заботился о ней и других, и правда состояла в том, что его прошлое разрушит все, чего они добились в своих отношениях. Черт, все, что у них было, это временные отношения, построенные на лжи. Разве это можно назвать отношениями?

— Я не хочу, но он должен знать правду. И сам решит, что делать дальше. Но у него хотя бы будет возможность выбора.

И она вздрогнула при мысли о его выборе: он бросит ее.

Натали покачала головой в неверии.

— Ты и правда собираешься это сделать, да?

Ари почувствовала, как задрожал ее голос от непролитых слез. То, что она собиралась сделать, ранило.

— Он изменился. Если бы он все еще был холодным, бессердечным подонком, как раньше, я бы дважды подумала, стоит ли врать этому человеку.

Она не смогла бы жить с самой собой, если бы не сделала этого. Новый Дио не заслужил такое наказание. Он заслужил правду.

— Ты готова потерять его?

Эти слова словно вонзили нож в ее сердце. А от следующих сердце Ари разлетелось вдребезги.

— Он никогда не был моим.

Она просто одолжила последние несколько дней жизни, они не принадлежали ей. И пришло время вернуться в свою реальность, в жизнь без Дио.

— Есть некоторые вещи, которые не являются тем, чем кажутся.

— Может, есть другой способ.

И глядя на Натали, Ари поняла, что она не имеет в виду игру по правилам. Глаза Ари сузились.

— Я не собираюсь прекращать один обман лишь для того, чтобы начать другой.

— Это не обман. Больше похоже на соблазнение.

Натали сделала это предложение с улыбкой, по мнению Ари, больше похожую на улыбку Евы, когда та соблазнила Адама попробовать яблоко.

— Что? Ты хочешь, чтобы я его соблазнила? И куда это меня приведет?

Помимо того, как бросит ее поглубже в ад, в качестве расплаты за грехи.

— В его постель для начала.

Ари выдохнула.

— Была там, делала это. Это ничего не изменит.

От этого ее сердце будет болеть сильнее. Еще одна ночь с Дио лишь отсрочит неизбежное.

— Не согласна. Сейчас все по-другому.

— Как это может быть по-другому?

Иногда ей было тяжело уследить за ходом мыслей подруги.

— В этот раз Дио любит тебя. И когда он будет в десяти секундах, чтобы снять штаны, ты расскажешь ему правду.

Натали подчеркнула свой план широкими движениями рук, как будто торжественно открывала статую, а не вела Ари по пути, с которого та хотела сойти.

— Ты ведь не серьезно!

— Все дело во времени. Пока он не сможет думать ни о чем, кроме как трахнуть тебя, ты накинешься и скажешь, что соврала ему.

— Я накинусь?

Прозвучало, как будто она тигрица на охоте, и определенно хотя бы отдаленно не походило на то, что она смогла бы это сделать… даже если бы захотела.

Натали нетерпеливо кивнула.

— Он будет стремиться к самому интересному и будет такой «эй, все что угодно, детка».

— Ты ненормальная. На все сто процентов ненормальная.

Натали пожала плечами.

— Так ты сделаешь это?

Глава 30

Ариадна натянула лямки платья, пытаясь их выпрямить. Красный материал плотно облегал ее бюст, подчеркивая грудь и талию, которой у нее не было еще с десятого класса. Ари глубоко вздохнула и позвонила в дверь в квартиру Дио. Успокаивая себя, она шагнула назад. Посмотрела наверх в окно и увидела слабый свет, идущий с кухни, но внутри ничего не двигалось. Она вздохнула. Может, стоило ему сначала позвонить.

Разочарованная, она обернулась в красных туфлях на шпильках и врезалась в твердое тело.

— Я забыл про назначенное свидание?

Громкий голос Дио заставил ее вздрогнуть, несмотря на теплый вечерний воздух. Его руки обвились вокруг ее талии, притягивая к твердым мускулам.

— Привет, — это было все, что ее голосовые связки смогли выдавить.

— Я увидел твой силуэт в свете уличного фонаря и хотел выпороть сам себя за похотливые мысли о другой женщине за несколько дней до своей свадьбы, а потом понял, что возбудился из-за своей будущей жены. Скажи, любовь моя, почему ты скрывала это тело от меня?

Он поцеловал ее разгоряченную кожу на шее.

— Не думаю, что видел на тебе это платье.

— Ох, это старье?

Посмеиваясь, он просунул палец под лямку и скинул ее с плеча.

— Да, это старье.

Его глаза поднялись к ее.

— Ты выглядишь как сексуальная Красная Шапочка, что заставляет меня чувствовать себя большим плохим волком.

Ари увидела хищный блеск в его глазах и почувствовала, как смелость возвращается к ней. Он хотел ее. Осознанно и медленно она прижалась бедрами к нему.

— Мы можем поговорить?

Дио застонал, а его ладонь скользнула к ее спине.

— Можем сделать больше, чем просто поговорить.

Он прижался к ней пахом, а руки приподняли ее так, чтобы он упирался эрекцией прямо ей в лоно.

У Ари вырвался вздох.

— Ох.

— Да, ох.

Он поставил ее снова на ноги и откинулся назад.

— Наверное, тебе будет безопаснее вернуться домой, или я заберу свои слова о воздержании до брачной ночи назад.

— Э-э… да, говоря об этом, — она сглотнула. — Мне надо кое-что тебе рассказать.

Он провел пальцем по ее щеке, долго обдумывая свое решение.

— Хорошо, тогда пошли.

Ари воспользовалась моментом, пока входила внутрь, чтобы успокоить свое колотящееся сердце и вытереть вспотевшие ладони о платье. Когда они вошли, лишь маленькая полоска света под кухонными шкафами освещало его квартиру. Когда он хотел уже включить свет, она положила руку на его.

Он повернулся к ней, и его брови вопросительно изогнулись.

— Что-то не так?

Ари медленно кивнула, пытаясь набраться смелости заговорить. Она не могла вечно это откладывать.

— Мы не помолвлены.

Слова сорвались с ее губ, словно нефть из недавно вырытой скважины.

Тело Дио тут же напряглось.

— Ари…

— Нет, пожалуйста, позволь мне рассказать тебе правду.

Он кивнул.

— Ты расстался со мной до того, как потерял память. Мы никогда не были помолвлены. Мы просто встречались две недели. Ты не хотел меня…

— Ари, пожалуйста, я…

Она положила руку ему на грудь, не давая Дио говорить.

— Я была так зла и, когда поняла, что у тебя амнезия, захотела отомстить тебе за то, что ты причинил мне боль. Я хотела, чтобы ты страдал. Но это не… это было неправильно. Мне никогда не следовало так поступать.

Она опустила голову, ожидая его вспышки ярости.

— Значит, ты меня не любишь?

Его вопрос показался ей очень неуместным.

— Дио, ты, кажется, не понимаешь, что я тебе только что рассказала. Я тебе не невеста. Даже не девушка.

Он схватил ее за руку.

— Я понял это. Но ты не ответила на мой вопрос. Ты любишь меня?

Ари попыталась отвернуться от его пристального взгляда, но он ей не позволил этого.

— Это больше неважно.

Почему он не злился? Или хотел сначала унизить ее, заставив признаться в любви, а потом обрушить на нее свой гнев?

— Ты неправа. Это единственное, что важно. — Он снова прижал ее к себе. — Ты любишь меня?

Его голос был тверд и упрямым.

— Да, — огрызнулась она. — К черту, да, я люблю тебя. Теперь ты счастлив?

Ее голос дрогнул. Было больнее, чем в первый раз, когда он ее бросил.

— Да, теперь я счастлив.

Голос Дио звучал хрипло, а крепкая хватка ослабла.

Она удивленно посмотрела на его лицо. Но у нее не было возможности сказать что-то еще, потому что его рот обрушился на ее спустя мгновение, клеймя ее самым требовательным поцелуем. Когда он отпустил ее губы, ее дыхание было таким же тяжелым, как и у него.

— Дио, что ты….

— Ко мне вернулась память несколько дней назад.

Ее пронзил шок.

— О нет! О боже, ты знал… — Она попыталась вырваться из его объятий, но он держал ее слишком крепко. — Ты играл со мной…

Он покачал головой.

— Нет, Ари. Я собирался рассказать тебе.

— Когда?

Все эти дни он позволил ей верить, что ничего не помнит, хотя все это время знал об ее обмане. Черт, он даже свадьбу планировал.

— Я хотел рассказать тебе потом. Во время нашего медового месяца.

— Медового месяца?

Он хотел так жестоко над ней поиздеваться?

— Зачем говорить мне об этом, если у тебя и в мыслях не было на мне жениться? — начала спорить она.

— Я никогда не отпущу тебя, Ари. Я люблю тебя.

У нее упала челюсть, а руки ослабли.

— Но… ты… ты бросил меня.

Он кивнул с серьезным выражением лица.

— Прости меня за то, что я тогда сделал. Я был напуган из-за того, что ты заставляла меня чувствовать. И не смог справиться с этим. Я не знал, что способен любить, как ты заслуживаешь это. Думал, что тебе будет без меня лучше. Поэтому ушел от тебя.

Она слушала его слова, все еще не в состоянии поверить в то, как обернулись события.

— Но почему сейчас?

Дио взял ее руку и прижал к своему сердцу.

— Ты помогла мне стать лучше. Помогла измениться, поэтому я, наконец, смог признаться, что мое сердце принадлежит тебе. И неважно, что произошло.

— Но я обманула тебя. Притворялась тем, кем не являлась.

— Я заслужил это. Ты сделала то, что должна была. Я не злюсь. Эй, меня даже не волнует, что ты заставила меня работать официантом, чтобы научить меня покорности.

Ари съежилась.

— Ой. Прости.

— Не стоит. Я понял, через что ты прошла.

Она моргнула, чтобы избавиться от слез.

— Дио?

— Да, любовь моя?

— Это значит, что ты на мне женишься?

— Ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной в этом мире, если согласишься стать моей женой. Поэтому, скажи «да», — подмигнул он. — Это меньшее, что ты можешь сделать, после того как жестоко со мной обращалась.

* * * * *

Дио затаил дыхание, ожидая ответа Ари. Она, наконец, избавилась от влияния Геры, и ее истинное «Я» призналось в правде. Он гордился ею.

— Да.

Сердце Дио сделало сальто в груди. Она была его.

Рыча, он дернул ее на себя и завладел ее губами. Без сопротивления. Его встретили мягкие губы податливой женщины и предлагали сдаться. Первое прикосновение его языка к ее отправило всю его кровь в член, второе — украло у него сердце, а от третьего — у него перехватило дыхание.

Он оторвал от нее губы, и даже в тусклом свете своей квартиры увидел, как сияют и горят ее глаза от страсти.

— Я никогда тебя не отпущу. Теперь ты моя.

— А ты мой.

Ариадна бросила ему вызов, положив руки на пояс его брюк. Без усилий она расстегнула первую пуговицу и молнию. Одним быстрым движением спустила его брюки с боксерами до середины бедер, освобождая член.

Дио потерял дар речи, когда Ари встала перед ним на колени, а ее рот оказался у пульсирующего члена.

— Черт!

Ну, не совсем потерял дар речи.

Она взяла его в руку и поднесла к губам.

— Ари, тебе не обязательно делать это.

Ради Аида, что он говорит? Он хотел этого; хотел оказаться во власти ее божественного ротика.

— Ш-ш, — произнесла она и коснулась головки языком.

Чтобы не упасть, Дио инстинктивно схватился за кухонную стойку, так как его взгляд поплыл от нахлынувшего удовольствия, он не был готов к такому. Когда Ари снова лизнула его, он забыл весь родной язык, кроме одного слова.

— Sagapo. — Я люблю тебя.

Он полагал, что ее язык, облизывающий кончик его члена, самое чувствительное местечко на его теле, сведет его с ума, но когда она взяла его в рот, то изменил мнение. Ари лишала его контроля и рассудка, но взамен дарила все, что ему было нужно: доверие и любовь.

Рукой Дио зарылся ей в волосы, пальцем гладя ее по щеке и закрывая глаза. В нежном ритме рот Ари то втягивал его, то отдалялся, и с каждым разом возвращал его в тепло и влажность ее ротика. Когда она начала сосать его с большей любовью и страстью, чем какая-либо женщина до нее, он позволил ей взять над ним контроль.

— Я твой, малышка, навсегда.

С губ Ари сорвался вздох и коснулся его чувствительной плоти, заставляя его стонать и сильнее ухватиться за стойку. Когда ее рука неожиданно обхватила яйца, он вздрогнул, понимая, что его контролю вот-вот наступит конец. Выругавшись, Дио отстранился и поднял Ари, прижимая к своей груди.

— Тебе не понравилось?

Увидев, как она надулась, он поцеловал ее.

— Еще бы секунда и я бы кончил. Вот как мне это понравилось.

Она одарила его кокетливой улыбкой.

— О.

Он посмотрел на пустую кухонную стойку за ней.

— Ага.

Отвлекая Ари очередным поцелуем, он поднял ее и посадил на стойку, довольно заметив, что высота была идеальная.

Обе его руки оказались на ее бедрах под платьем. Когда он наткнулся на трусики, то тут же стянул их с нее и кинул эту деталь одежды на диван.

Ее ответом послужил удивленный вздох, но она не стала возражать.

Его взгляд опустился на ее зеленые глаза, и Дио криво улыбнулся.

— Ты же не думала, что, придя в этом платье и сделав мне минет, ты выйдешь сухой из воды?

Один уголок ее губ дернулся.

— Это было только полминета. Ты не дал мне закончить.

Боги, она на самом деле хотела, чтобы он кончил ей в рот? Дио поднял брови.

— Похоже, женщина, на которой я женюсь через несколько дней, оказалась до неприличия капризна.

Откинувшись назад, он раздвинул ее ноги и поднял их.

— До самого конца, — инструктировал он и посмотрел, как она ложится на поверхность стойки, как ее ноги прижаты к его груди, а лодыжки упирались в его плечи.

Дио повернул голову, специально отдаляя неизбежное и давая возможность члену успокоиться, чтобы не кончить сразу, как только войдет в нее.

От ее босоножек на высоких каблуках ее ноги казались изящными и определенно неприличными. Он поцеловал лодыжку, а потом лизнул выше икры.

— Красивые туфли.

Ее глаза распахнулись, и ресницы чуть не коснулись бровей.

— Они называются секси шпильки.

Он усмехнулся и прикусил ее кожу.

— И они работают?

Она пыталась притянуть его ближе.

— Скажу тебе позже.

Его рука медленно поднималась выше по внутренней стороне ее бедер, а губы следовали за ней. Дио вдохнул. Запах ее возбуждения опьянял. Ари была готова для него, он мог просто направить в нее свой член, скользнув домой, но остановил себя. Он так давно не пробовал ее на вкус, и неважно как долго его член выдержит, но не хотел торопиться и лишить себя ее запаха.

Когда его рука достигла вершины ее бедер, его пальцы медленно прошлись по влажной расщелине, заставляя Ари корчиться от его прикосновения.

— Будет справедливо, если я сделаю с тобой то, что ты делала со мной.

Сначала в ее взгляде появился шок, но когда он опустил голову, заметил, как шок исчез и его сменил огонь страсти. Дио начал слизывать соки, которые покрывали ее плоть. Ее вкус вызвал в нем воспоминания о первой их ночи. И его охватило понимание: еще тогда он понял, что нашел женщину, которую искал всю свою долгую жизнь. И когда нашел ее, это его напугало. Он не был готов к тому, что почувствует. Никто не предупреждал его, что с ним сделает любовь.

Но сегодня он уже не был напуган. Он вдохнул ее запах и лизнул чувствительную плоть, проводя языком по набухшему клитору, от чего любимая стала дергаться под ним.

— О нет, тебе не избежать этого, любовь моя, — пробормотал он, не разрывая контакта.

Ари руками вцепилась ему в волосы. Сначала Дио подумал, что она хочет оттолкнуть его, отвлекая от его чувственного натиска на ее восхитительное лоно, но вместо этого она просто провела пальцами по его затылку, посылая дрожь по его позвоночнику прямо в яйца. Его мошонка сжалась, и он зарычал. Преисполненный решимости довести ее до оргазма, он лизнул ее клитор и всосал комочек плоти, сжимая его губами.

Тело Ари задрожало, и с губ сорвался всхлип. А потом все ее тело вздрогнуло, и он почувствовал, как через ее тело проходят волны экстаза. Когда ощутил это губами, Дио ослабил давление на ее клитор и провел языком по нежной плоти. Ее тело пронзила еще одна волна дрожи.

— О боже, — простонала она.

Дио поднял голову.

— Посмотри на меня.

Ее глаза открылись, и он никогда раньше не видел взгляда прекраснее. Дио расположился между ее бедер, его член жаждал ее заполнить.

— Хочу, чтобы ты смотрела на меня, когда я войду в тебя.

Она опустила взгляд на его эрекцию, и он сделал тоже самое. Когда Дио занимался с ней любовью в последний раз, она заставила его надеть презерватив, в этот раз он был без него. И сегодня она забеременеет их первым ребенком. Он позволит своему семени укорениться в ней, клеймя ее как его жену, единственную женщину, которую он когда-либо любил.

— Скоро ты станешь моей женой в глазах всего мира, — прошептал он. — Но сегодня я сделаю тебя своей навсегда.

Она протянула ему руку, и он сжал ее, переплетая свои пальцы с ее. А затем вошел в нее одним длинным толчком, и стеночки ее теплой пещерки стиснули его так же сильно, как она сжимала в ладони его сердце.

— Я так долго ждал этого.

Не только те две недели, которые она заставила его ждать, а все годы, даже когда она еще не родилась. Он ждал ее всю свою жизнь.

Слезы навернулись на ее глаза.

— Я люблю тебя.

Он опустился на нее.

— Любовь моей жизни, хозяйка моего сердца.

Он прижался к ее губам своими и почувствовал, как они раскрываются под его легким напором. Дио вошел в нее, затем отстранился, он двигался в ритме старом, как боги, входя и выходя из ее шелковистого лона.

Ари обвила его бедра ногами, сцепив лодыжки вместе за его спиной. Понимание, что она не хотела отпускать его, заставило его двигаться жестче и быстрее. Им управляла необходимость заклеймить ее, сделать своей навсегда.

Ее ногти впились ему в спину, побуждая его войти глубже, и с последним вздохом он вошел в нее жестко и до конца, чувствуя спазмы вокруг члена, когда его семя выстрелило из головки.

Он застонал и отдался оргазму.

* * * * *

— Почему ты сразу не сказал мне, что к тебе вернулась память?

Дио сунул подушку себе за спину и притянул восхитительную обнаженную Ариадну к своей груди, наслаждаясь ощущением ее кожи. Он, наконец-то, перенес их обоих в свою кровать.

— Сначала я был немного зол.

— Немного?

Она подняла голову и посмотрела на него.

— Хорошо, сильно. Признай, ты сама виновата.

Когда на ее лице появилось сожаление, Дио быстро ее поцеловал.

— Не надо. Я рад, что ты это сделала. Но мне понадобилось время, чтобы понять это. И потом боялся, что если ты узнаешь, что я знаю, что ты не моя невеста, все это закончится и ты от меня сбежишь. Я не мог так рисковать.

— Когда ты сделал мне предложение… ты…

Он усмехнулся.

— Когда я делал тебе предложение, со мной все было в порядке, включая мою память.

Он пробежался рукой по ее густым волосам.

— Я точно осознавал, что делаю.

Ее щеки так мило залились румянцем.

— И ты тоже осознавал, что собирался делать в примерочной?

Дио снова стал твердым, вспомнив о событиях того дня.

— Да?

Она опустила глаза, видимо, смущенная своим поведением.

— Обычно я не… э… я не…

Он взял ее за подбородок.

— Я никогда не видел зрелища прекраснее. Просто думая об это сейчас… — он прижал ее ближе, его член скользнул по ее бедру. — На самом деле… — он схватил ее за бедра и разместил над собой так, что ее лоно оказалось над членом. — Почему бы тебе не показать мне прямо сейчас, как ты прекрасна, когда кончаешь?

В ее глазах вспыхнуло желание.

— Но мы только что… в смысле, разве тебе не нужен перерыв?

Он толкнулся членов вверх и шаловливо улыбнулся.

— Очевидно, нет.

— Ты всегда такой?

— Ты имеешь в виду готовый и желающий удовлетворить свою прекрасную невесту?

От этого комплимента на ее губах заиграла нежная улыбка.

— Ты все упрощаешь. Мне достаточно только взглянуть на тебя, и я уже твердый.

А потом он кое-что вспомнил.

— Кстати, говоря о воздержании…

Ее взгляд стал застенчивым.

— О прости, но мне нужно было тебя как-то сдерживать.

— А почему так? Мы уже занимались сексом до моей потери памяти.

— Да, и посмотри, к чему это привело. Ты бросил меня сразу после этого. Я не хотела, чтобы ты считал меня легкодоступной.

— Легкодоступной? — он покачал головой. — Малышка, в тебе нет ничего легкодоступного. Ты была моим самым тяжелым завоеванием.

— Завоеванием?

От вспышки страха ее глаза расширились.

Дио инстинктивно крепче сжал ее в объятиях. Наверное, он выбрал не то слово.

— Ш-ш, малышка, это не так страшно, как кажется. Ты мое последнее завоевание, с которым я останусь навсегда. Разве ты этого не знаешь?

Ари попыталась улыбнуться.

— Просто для меня все так ново и неожиданно. Я уже проходила раньше такое… — она запнулась от собственных слов, как будто не хотела ему рассказывать.

Он провел костяшками пальцев по ее щеке.

— Я знаю об этом.

— Что?

Ее широко открытые глаза уставились на него.

— Я разговаривал с твоими родителями. И они рассказали мне о Джеффе.

— Когда ты говорил с моими родителями? Как?

— Вчера, когда приглашал их на нашу свадьбу.

Он опустил часть, где он навестил их в Айдахо. Эту часть информации он расскажет ей во время их медового месяца, вместе с тем фактом, что является богом и стать его женой означает, что она получит и его бессмертие и останется молодой, как сейчас.

Он посмотрел в глаза Ари и увидел, как на них наворачиваются слезы.

— Малышка?

— Ты пригласил моих родителей? — ее голос был полон слез.

Его охватило замешательство и беспокойство, которые боролись в нем за первенство.

— Ты не хочешь видеть их на нашей свадьбе?

Он всхлипнула.

— Конечно, хочу. Просто… никогда не думала, что свадьба на самом деле будет, поэтому никого не пригласила. Я хотела вернуть тебе кольцо и рассказать сегодня всю правду, до того как мы…

Он прижал палец к ее губам.

— Значит, хорошо, что я позаботился о списке гостей для нас. Так что тебе больше не о чем волноваться. Завтра ты и Натали пойдете на шопинг, чтобы купить свадебное платье и платье подружки невесты для нее. Я назначил тебе встречу в бутике, который рекомендовала София. А потом…

Он не смог продолжить, потому что его сладкая Ари поцеловала его со слезами глазах. Когда она его отпустила, ее глаза горели любовью.

— Не могу поверить, что ты делаешь все это! Я люблю тебя, люблю тебя, люблю!

Она почти выкрикнула эти слова.

— Можешь доказать это? — он бесстыдно улыбнулся и показал глазами вниз на свой уже стоящий по стойке смирно член.

* * * * *

Ари проследила за взглядом Дио и снова посмотрела на его лицо.

— Как? — она посмотрела на него из-под ресниц и столкнулась с его взглядом.

Его глаза полыхали с такой же неконтролируемой страстью, как тогда, когда он взял ее на кухне.

— Думаю, ты знаешь как.

Она неторопливо погладила указательным пальцем по его чувствительной коже и почувствовала, как член дернулся к ней в ответ.

— Дай угадаю.

Она собрала капельку предэякулята, который уже просочился на кончике и растерла по его уже багровой головке.

— Вот так?

— Да, — выдохнул он и наклонилось к ней.

Она рукой провела по всей его длине и слегка сжала в кулаке.

— Черт!

— Я даже и не думала, что ты такой чувствительный, — подразнила она его, наслаждаясь эффектом, который на него оказывала. Ари никогда не чувствовала себя такой уверенной.

Дио пристально следил за ней, но она знала, что он не злится.

— Подожди, пока не настанет моя очередь.

Она хихикнула.

— Но сейчас твоя очередь.

Она встала на колени и устроилась над его членом.

— Твоя очередь потерять контроль.

Одним движением она ввела его в себя, вобрав до конца в свое тело, его твердый ствол наполнял ее, растягивал.

Дио откинул голову на подушку, его глаза закрылись, а спина выгнулась на матрасе. Ари дала ему возможность сделать несколько вздохов и не двигалась. Когда он открыл глаза, они были даже темнее, чем раньше, и сияли любовью.

— Думаю, ты выразила свою точку зрения.

Его руки легли ей на бедра.

— Но я пока не собираюсь терять контроль. Я был бы плохим любовником, если бы сначала не позаботился о тебе.

Она засмеялась. Как-будто он о ней не позаботился… дважды. Она взяла его за запястья и убрала его руки со своих бедер, заводя их за его голову и наклоняясь к нему.

— Не так быстро, любовь моя.

Ласковое имя прозвучало для нее странно, поэтому она попробовала другое.

— Или ты бы хотел, чтобы я звала тебя малыш?

— Ты можешь звать меня жеребцом, да как угодно, если продолжишь делать так, — прорычал он.

— Такой нетерпеливый?

Он толкнулся бедрами вверх, ткнувшись в нее членом.

— Просто немного изголодался. Как ты, наверное, знаешь, — произнес он небрежно, — я только что закончил с двухнедельным воздержанием.

Она опустила голову ниже, и ее губы зависли в дюйме от его.

— Я тоже. Это было изнурительно, особенно когда ты играл не по правилам. Помнишь склад?

— В твоем магазине? Никогда не забуду это.

— Ты не должен был меня соблазнять.

— Откуда мне было знать. Помнишь? У меня была амнезия.

— Ты неисправим.

Он освободил руку и схватил ее за затылок.

— Очень, очень голоден. Итак, малышка, что ты собираешься делать? Будешь строить из себя леди Годиву^3, или мне стоит уложить тебя и взять свое?

Его соблазнительные слова послали огонь желания прямо в ее лоно. Не произнося ни слова, Ари коснулась его рта и скользнула языком по закрытым губам. Они тут же раскрылись.

— Так-то лучше, — выдохнул он, и она закрыла ему рот поцелуем.

Пока она ласкала его язык своим, исследуя его, руки Дио обняли ее, а бедра по собственному желанию двигались в легком ритме. Член Дио вышел из нее почти полностью, в ней осталась только головка, а потом он снова полностью вошел в нее.

Сначала она объезжала его медленно, но чем больше она двигалась, тем сильнее ее горячее лоно сжимало его и быстрее билось ее сердце. Их поцелуи поймали тот же ритм, становясь более страстными и жадными с каждым вздохом.

Тяжело дыша, Ари оторвала от него рот и посмотрела в его голубые, как океан, глаза. И не могла вспомнить, почему они казались ей холодными, как лед, потому что сейчас его глаза были полны тепла и страсти.

— Ты прекрасна, — прошептал он и положил руку ей между ног, находя клитор с безошибочной точностью.

Когда он коснулся ее набухшей плоти, по ее телу прошла дрожь. Ее следующий вздох говорил о начале спазм, и все ее тело словно взорвалось.

В это же время Дио застонал, его член дернулся в ней, и она почувствовала, как ее наполняют теплые струи его семени.

Ари рухнула на него, и он прижал ее к груди. Они тяжело дышали. Но никогда в жизни не чувствовала себя лучше. Через несколько дней она станет миссис Дио…

Она подняла голову.

— По каким-то причинам я не помню твоей фамилии.

Хотя она заполняла форму заказа на ящик вина, который он купил, когда они впервые встретились.

Он хихикнул и коснулся кончика ее носа пальцем.

— Если бы я был неуверенным в себе человеком, то немного обеспокоился, что моя невеста даже фамилии моей не помнит.

Затем он погладил ладонью ее щеку.

— Меня зовут Дионис Теос.

Ари улыбнулась. Она станет миссис Дионис Теос.

Глава 31

Дио пришел в гостиницу, так как у него была куча свободного времени. Обнаружив пустой ресепшен, он вышел на балкон и осмотрел сад.

Ребята превзошли себя. Весь сад украсили белыми и красными цветами, бантами и белыми колоннами. В конце тропинки из лепестков роз стоял маленький подиум, за которым будет стоять госслужащий и проводить церемонию. Рядом с проходом гостей ожидали ряды стульев, обтянутые белой тканью.

Небольшие фонтаны обрамляли окрестность, создаваемый ими тонкий туман предназначался для прохлады, чтобы гостям не было жарко на дневном солнечном свете. Дио мог бы выбрать вечернюю церемонию, но не хотел проводить время с кучей гостей, когда так не терпелось уложить свою новобрачную в кровать.

Утром он телепортировался в поместье в Напе, чтобы убедиться, что слуги приготовили это место. Именно там он хотел провести их с Ари медовый месяц.

— Красиво, да? — раздался голос Тритона позади него.

Дио улыбнулся другу, когда тот встал возле него.

— Ребята, вы действительно превзошли себя.

— Это обойдется тебе в кругленькую сумму.

— Тогда хорошо, что меня не волнуют деньги.

Он сделает все, что в его силах, лишь бы Ари была счастлива.

Тритон хлопнул его по спине.

— Абсолютный подкаблучник, как я и думал.

Обычно у Дио был свой взгляд на этот комментарий, но сегодня он не стал спорить с другом. И просто пожал плечами.

— Не вижу в этом ничего плохого.

Тритон кивнул.

— Ага.

Сначала Тритон не верил в искренность Дио по поводу свадьбы, но тот наконец смог убедить своего лучшего друга, что изменился.

Они долго смотрели в сад, пока Дио не прочистил горло.

— Я стану папой.

Тритон подпрыгнул.

— Боги! Ты серьезно?

Дио не смог сдержать улыбки на своем лице.

— Ари зачала нашего сына.

Как бог он мог не только решать, когда сделать ребенка, но также и выбрать пол. Хотя и не против девочки, которая будет похожа на Ари, но ему хотелось сначала сына. Может, это эгоистично с его стороны, сделать ее беременной так быстро, но в конце концов, Ари не настаивала на презервативах, так что знала, на какие риски шла. Даже если бы он и был смертным, она могла забеременеть от него. Кроме того, сегодня она станет его женой, а он знал, что она хочет семью.

— Боги! Когда ты что-то делаешь, то делаешь на полную катушку и делаешь это быстро.

Его друг схватил его в медвежьи объятия.

— Поздравляю!

Дио вырвался из рук друга и поправил свой белый смокинг.

— Как на счет тебя и Софии? Вы уже готовы завести маленьких героев?

Тритон улыбнулся.

— Я пока не готов делиться ею с кем-либо.

— София чувствует то же?

— Она хочет подождать еще год, а потом у нас будут двое или трое.

— Не тяни долго, — предупредил Дио. — Я хочу, чтобы наши дети были одного возраста и могли играть вместе.

Тритон взорвался в приступе смеха, аж глаза заслезились. Дио уставился на него.

— Что?

Его друг смахнул слезы.

— Никогда бы не подумал, что услышу это от тебя.

Дио криво улыбнулся ему.

— Подожди, пока мой сын не начнет бить твоего сына.

Тритон усмехнулся и сжал плечо Дио.

— Они будут лучшими друзьями, как мы.

— И будут постоянно лупить друг друга.

— Пока не найдут женщин, которые их приручат.

* * * * *

Ари смотрела в зеркало во весь рост в гостиной. Белое платье, что она надела, было прекрасно. Она увидела его на витрине бутика, но сначала не захотела рассматривать его, потому думала, что никогда в него не влезет. Но сейчас стояла в нем, понимая, что оно сидит на ней, как вторая кожа. Вшитый бюст идеально держал ее грудь и плавно переходил к узкой талии, струящаяся юбка волнами спадала у ее ног, идеально подчеркивая фигуру в виде песочных часов.

— Я знала, что ты влезешь в него, — услышала она одобрение Натали.

— Ущипни меня, потому что я до сих пор не могу поверить, что это происходит на самом деле.

Натали сжала ее в объятиях, но быстро отступила, распрямляя складки на платье Ари, которые сама и создала. Она всхлипнула.

— Прости, мне лучше не портить твое платье. Знаешь, ты ведь и правда заслужила это. И я должна первая признаться, что была неправа. Никогда бы не подумала, что Дио действительно изменится.

Ари расплылась в огромной улыбке, а глаза снова заслезились от переполнявших ее эмоций.

— Он сделал это. Теперь он другой человек.

Последние несколько дней прошли в большой активности, и Дио всегда был рядом, помогая принимать решения, но по большей части просто одаривал ее любовью. Ари посмотрела на подругу.

— Он любит меня.

— Если веришь в это, ты доверчивее, чем я думала!

Ари повернулась на пятках на незнакомый голос и инстинктивно отступила. Она споткнулась о длинное платье и упала бы на зеркало за ней, если бы Натали не удержала ее, крепко схватив за руку.

Прямо посреди гостиной стояла ошеломляюще красивая женщина, одетая в длинную белую тунику, ее длинные темные волосы были уложены в искусную прическу на голове, мягкие локоны обрамляли ее безупречное фарфоровое лицо. Из подола туники выглядывали ноги с накрашенными ногтями и обутые в сандалии, золотые браслеты обвивали запястья женщины. Осиную талию украшал золотой пояс.

— Как вы сюда попали? — ахнула Ари. — Натали, позови на помощь!

Но Натали дрожала также сильно, как и Ари.

Ари бросила быстрый взгляд на входную дверь в ее апартаменты, но та была закрыта. И она не слышала, чтобы ее открывали. Эта сумасшедшая женщина, должно быть, вошла другим способом. Заметив, что окна тоже закрыты, взгляд Ари упал на мобильник на журнальном столике. Ей следует взять его и позвонить в полицию.

Ари бросилась к телефону, но он словно был привязан к невидимым нитям, за которые его потянули и с силой ударили об стену, разбивая на несколько частей.

— Что за… — закричала Натали.

— Убирайтесь к черту отсюда!

Сердце Ари чуть из груди не выпрыгнуло. Эта женщина — чокнутая и, к сожалению, знала несколько дешевых трюков.

Нарушительница приблизилась.

— Нам нужно поговорить.

— Кто вы? — Ари вздернула подбородок, пытаясь казаться смелой, хотя у самой коленки дрожали.

Воздух вокруг этой женщины сгустился, и почти аристократичным голосом она наконец произнесла:

— Я Гера, богиня-мать, жена Зевса и мачеха того нехорошего бабника Диониса, которого ты знаешь как Дио.

Последние слова она выплюнула словно яд.

Ари неосознанно покачала головой.

— Нет, вы сумасшедшая.

Богиня? Жена Зевса? Мачеха Дио? Черт нет! Должно быть, она сбежала из психушки.

Неожиданно Гера оказалась в нескольких дюймах от нее. Ари вскрикнула: она не видела, как эта женщина подошла.

— На твоем месте я бы осторожнее подбирала слова. Могу уверить, что у меня такой же скверный характер, как и у Диониса.

Ледяной холод в ее голосе заставил сердце Ари бешено колотиться, а легким не хватало воздуха.

А потом Гера снова оказалась посреди комнаты и даже не шевелилась. И снова заставила сердце Ари колотиться в груди. Та застыла на месте, схватив руку Натали для поддержки.

— Дерьмо, дерьмо, дерьмо, — пробурчала Натали. — Это нехорошо.

— Я приняла твою подругу за писклявую мышь, но даже я иногда могу ошибаться, — продолжила женщина.

А потом ее глаза сузились, а взгляд направился прямо на Натали.

— Еще одно слово из твоего рта, и тебя постигнет судьба Эхо^4, и ты сможешь только повторять то, что скажут другие.

Ари почувствовала, как напряглась подруга, но не проронила ни слова.

— Хорошо. Теперь ты, моя дорогая Ариадна.

Она начала паниковать. Что у этой сумасшедшей на уме? К черту, это был день ее свадьбы, и ничего дурного не предвещало. Так нечестно! Никто не имеет права разрушить ее идеальный день!

— Пожалуйста, уходите, или я вызову полицию. Клянусь. Я просто хочу, чтобы вы ушли.

— Я уйду, когда закончу, а не когда ты скажешь, — прошипела женщина, назвавшаяся Герой. — Никто не смеет мне приказывать!

Ари мысленно искала способы ее успокоить.

— Чего вы хотите? Денег? У меня не так много, — Ари кивнула в сторону кухонной стойки. — Можете взять в моей сумочке.

Гера сжала губы.

— Эту ужасную штуку? Она не подойдет ни к одному из моих нарядов. Может, мне стоило научить тебя следовать моде за последние три недели, а не тратить свое время, чтобы научить тебя, как заставить Диониса унизительно извиняться.

— Научить меня? — прохрипела Ари, у нее в горле пересохло, и вспотели ладони, руки все еще тряслись.

Откуда эта женщина знает о Дио и о ее первоначальных намерениях?

Нетерпеливо вздохнув, Гера скрестила руки на полной груди.

— Конечно, это я тебя учила! Ты же не думаешь, что сама смогла придумать тот план вернуть его? Я показала тебе, как преподать ему урок.

Преподать ему урок. Эти слова эхом отразились в ее голове. Она слышала их снова и снова и еще другие, послание, говорящее ей вернуть его, отомстить его за то, как он с ней поступил. Ари покачала головой, пытаясь избавиться от мысли, что ей внушили эти решения.

— Вы манипулировали мной.

Но это было невозможно.

— Как?

— Ты не слышала, что я говорила? Я богиня. У меня есть силы, о которых ты и мечтать не можешь.

Ари снова посмотрела на женщину. Когда все окна и двери были закрыты, она никак не могла войти в квартиру обычным способом. И то, что Ари не замечала, как Гера передвигалась, или как она разбила телефон, даже не прикоснувшись к нему, все это могло иметь только сверхъестественное объяснение. Но это шло в разрез с законами физики.

Боги на самом деле существуют? Или ей снится кошмар?

— Предположим, я вам поверила, и вы действительно богиня, тогда что вам от меня надо?

Гера коварно улыбнулась.

— Пытаюсь спасти тебя от самой большой ошибки в твоей жизни. Ты не можешь выйти замуж за Диониса.

От этих слов колени Ари невольно подкосились.

— Нет! — невольно сорвалось с губ Арии.

— Он лжец и обманщик!

— Вы ошибаетесь! Он все мне рассказал.

Потому что Ари призналась ему и рассказала правду. Они оба были честны друг перед другом.

— Все? — Гера подняла брови. — Он рассказал тебе, кто он на самом деле?

У Ари сжался желудок, ее охватил ужас. Почему Дио ничего о себе не рассказывал?

— А, вижу, что у тебя все же остались сомнения по его поводу. И должны остаться. Дионис — бог вина и экстаза. Он внебрачный сын Зевса. Бог. Он не рассказал тебе об этом?

Ари оперлась о Натали, ища поддержку, та обняла ее за талию. Она вспомнила слова, которые произнесла Гера, когда только появилась: мачеха нехорошего бабника Диониса. Дио бог? Правда?

— Могущественный бог, который не любит, когда над ним подшучивают. А ты над ним подшутила.

— Нет! Вы манипулировали мной! И кроме того, я простила его.

Ее голос дрожал, а сомнения продолжали наступать. Если Дио был богом, почему не рассказал ей? И как тогда у него могла быть амнезия? Он соврал ей об этом?

— Простила? Подумай еще раз, сестренка! Он играл тобой с самого начала. Я увидела это и решила помочь тебе, забрав у него воспоминания.

— Это вы сделали? — ахнула Ари.

Но в то же время почувствовала облегчение. Дио не врал ей об амнезии.

— Поэтому у тебя появился шанс его проучить. И что ты сделала? Снова влюбилась в него! Это не входило в план!

У Ари задрожали губы.

— Но он любит меня.

— Ты в этом уверена? — издевалась Гера.

Ари задержала дыхание. Она уверена? Дио по-настоящему любил ее, открыто заявляя об этом каждую ночь на прошлой неделе?

— Наверное, тебе нужны доказательства, какой он подонок.

После слов Геры в комнате, там, где стоял журнальный столик, появилась поверхность пруда.

— Смотри и учись! — Гера посоветовала и указала на пруд.

На поверхности пруда показалась картинка. Отражение трех мужчин в гостиной стало четким: Дио с Тритоном, владельцем гостиницы, и красивым темноволосым парнем.

Темноволосый мужчина поправил свою футболку.

— О ком мы говорим?

— О женщине, которая заставила Дио думать, что он помолвлен, и, если я правильно помню, он говорил, что любит ее.

Тритон небрежно облокотился на оконную раму.

— Чушь, — громко запротестовал Дио. — Я не влюблен в эту коварную, лживую, женщину.

Он сделал глубокий вдох.

— Как она посмела вот так вот соврать мне? Что я сделал ей такого, что могло оправдать такого коварство? О, я устрою ей свадьбу! Но без жениха!

Движение руки Геры, и пруд и отражение в нем исчезли, их заменил журнальный столик.

Ари боролась с собой, чтобы не заплакать, но на ее глаза навернулись слезы, она проиграла эту битву.

— Он играл со мной. Он ненавидит меня.

Слезы потекли по щекам, и Ари закрыла глаза, желая, чтобы мир вокруг нее исчез. Дио обманул ее. Всего его нежные слова были ложью, поцелуи вероломны, а прикосновения отравлены. Не только то, что он являлся богом — теперь Ари поверила Гере, а как она могла не поверить после таких очевидных доказательств — он просто хотел ей отомстить. И что может быть лучше, кроме как оставить ее одну у алтаря.

В ее голове появились воспоминание о том, как Дио признался, что разговаривал с ее родителями и узнал о Джеффе. Как жестоко с его стороны наказывать ее так, что это не только причинит боль ей, но и унизит ее родителей.

Голос Геры вернул ее в настоящее.

— Рада, что смогла остановить тебя от такой глупости.

Ари кивнула, ее душа и тело онемели.

— Пусть это будет для тебя уроком, — сказала Гера и исчезла в воздухе.

Трясущимися руками Ари потянулась к молнии на своем платье. Натали положила руку на ее.

— Мне так жаль, Ари, — прошептала подруга и обняла ее. — Боже! Но это, должно быть, правда. Я с трудом могу поверить в это. Но после всего, что она сделала и сказала…

По щекам Ари текли слезы, она сделала вдох, но из груди вырвалось еще больше рыданий.

— Он ненавидит меня.

Ничто другое не имело значения, ни то, что он был богом, ни то, что он не упомянул об этом, когда они признавались во всем друг другу.

— Мне так жаль, дорогая, так жаль.

Но слова подруги не помогали, не уняли боль в груди.

— Сними с меня это платье.

Ари не хотела, чтобы ей хоть что-то даже на секунду напоминало, что сегодня мог быть самый счастливый день в ее жизни.

Натали помогла ей снять платье, которое теперь стало не нужно, и помогла надеть джинсы и футболку. Ари позволила слезам свободно течь по щекам. Она не станет невестой и не пройдет по проходу ни сегодня, ни когда-либо еще. Родители никогда больше не смогут ею гордиться. Она продолжала их разочаровывать.

— О боже, нет!

Натали подпрыгнула от неожиданности.

— Что не так?

Ари схватила подругу за руку.

— Мои родители! Натали, мои родители на церемонии.

Они снова испытают унижение. Но Ари не допустит этого. Не в этот раз.

Глава 32

Ожидающие гости мучались от жары от полуденного солнца. Дио послал про себя просьбу Гелиосу, прося бога солнца немного поубавить энтузиазма, чтобы гости на свадебной вечеринке не растаяли прямо на своих стульях.

Дио внес в список приглашенных всех друзей Ариадны и нескольких ее клиентов. Даже тех двоих, которые избили его тогда, а теперь сидели среди гостей на этой вечеринке. Родители Ари сидели в первом ряду. Он купил билеты на самолет первым классом и забронировал самый лучший номер в гостинице Тритона и Софии, чтобы они смогли попасть на свадьбу дочери.

Но Ари их еще не видела, потому что накануне вечером их рейс отложили, и они были очень уставшими, когда Дио забрал их из аэропорта и привез в гостиницу. А сегодня с утра Ари спешила к парикмахеру и на последнюю примерку свадебного платья, поэтому не смогла поприветствовать родителей.

Дио снова взглянул на наручные часы. Уже два часа дня. Прошло пятнадцать минут, как она должна была быть на месте, и скоро полчаса как она опаздывает. Его невесту задержали в парикмахерской? Или что-то не так с ее платьем? Почему ее до сих пор нет?

Натали тоже нигде не было видно.

Он легонько подтолкнул локтем Тритона, которого выбрал в качестве шафера.

— Мне нужно выяснить, где она.

— Женщины всегда опаздывают.

— София бы не опоздала на нашу свадьбу, — нетерпеливо хмыкнул Дио. — К черту, Тритон, что-то не так.

— Ты такой нервный.

Дио проигнорировал комментарий.

— Не о чем волноваться. Но что-то не так. Я чувствую это.

Он прижал руку к животу. Его нутро еще никогда его не подводило.

— Мне нужно ее найти.

Когда Тритон положил руку ему на плечо, чтобы сдержать, Дио почувствовал покалывание в затылке, которое заставило его посмотреть на двери в французском стиле, ведущие в гостиницу. Там, в тени здания, стояла его Ари, ее руки были сжаты по бокам.

У него сердце в пятки ушло: она не была одета в свадебное платье, и даже на расстоянии двадцати ярдов он видел, что она плачет.

— Отвлеки гостей, — прошептал он Тритону и сошел с платформы.

— Дио, какого…

Но Дио проигнорировал слова Тритона, так же как и шепот среди собравшихся гостей, он шел к Ари.

Ее глаза расширились от шока, когда она заметила его идущего к ней. Или это был страх? Увиденное встряхнуло его и заставило ускорить и без того поспешные шаги. Ари вошла внутрь, пока он не подошел к ней, но не смогла уйти далеко. Она даже не успела добраться до лестницы в коридоре, когда Дио поймал ее за руку и остановил.

— Ари! Что не так? Где твое платье?

— Отпусти меня!

Ари попыталась вырваться из его хватки, но он ей не позволил этого.

Это была не та женщина, которую он поцеловал на прощанье этим утром, и не та, которая так страстно занималась с ним любовью прошлой ночью.

— Ари, пожалуйста, скажи, что случилось! Я вижу, что ты плакала.

И от этой мысли стало чертовски больно, как и от того, что он понял, что она не хотела выходить за него замуж, иначе не была бы одета в старую пару джинс в день своей свадьбы.

Когда она посмотрела прямо на него, ее глаза горели от ярости.

— Ты обманул меня.

Дерьмо! Что на этот раз он натворил?

— Я не…

— Ты бог!

Он вздрогнул от ее слов и понял, что все еще держит ее. Ради Аида, как она узнала об этом?

— Я хотел рассказать тебе. После свадьбы.

— Лжец! Не будет никакой свадьбы! Ты никогда не планировал жениться на мне! — выплюнула она.

Его охватило неверие. Он провел руками по своему белому смокингу.

— А это не говорит тебе о свадьбе?

— Это все ложь. Ты просто хочешь унизить меня перед всеми, потому что ненавидишь меня и хочешь отомстить за то, что я сделала.

По ее щекам потекли слезы.

— Я не ненавижу тебя! Я люблю тебя, Ари, и не понимаю, что произошло. Утром было все хорошо. Поверь мне, это просто волнение.

Должно было быть так.

Дио протянул руки и прижал ее к себе.

— Пожалуйста, не плачь. Я собирался сказать тебе, что я бог, но не было подходящего времени.

Она сопротивлялась ему.

— Мне не важно, кто ты! Разве ты этого не понял? Мне все равно, бог ты или нет. Но для меня важно, что ты сказал.

— Черт возьми, Ари, что я сказал такого, что ты так расстроилась?

Она посмотрела на него с каменным выражением лица.

— Ты сказал, что свадьба будет, но без жениха.

— Я никогда…

Черт! Это его слова, которые он произнес в гневе и о которых много раз пожалел. Но у нее не было, во имя Аида, возможности узнать о них. Ни Тритон, ни Гермес не рассказали бы ей об этом, тем самым предав его доверие.

— Кто сказал тебе это?

— Видишь, ты даже не можешь отрицать, что сказал это.

Она закрыла глаза, но он успел рассмотреть боль в ее глазах. Неудивительно, что она больше не хочет выйти за него замуж: думает, что он играл с ней.

— Кто? — повторил он, в этот раз громче.

Все его тело напряглось, как тетива лука. Он оторвет голову этому предателю.

— Та богиня, Гера, она предупредила меня о тебе. И показала мне. Не отрицай: я видела это собственными глазами.

Дио отпустил ее руки.

— Вот чертова сучка!

Он должен был знать, что Гера это так просто не оставит и вмешается в самую последнюю минуту. Разве Зевс не обещал занять ее? Вот чего стоят обещания отца.

— Гера всегда была занозой в заднице и пыталась уничтожить меня с самого моего рождения! Она зло! Ты не можешь верить ни слову, сказанному ею

Ари вздернула подбородок, на ее лице отразилось упрямство.

— Тогда ты отрицаешь, что говорил, что бросишь меня у алтаря?

Дио пробежался рукой по волосам. Пришло время внести ясность.

— Нет. Я сказал эти слова, но не имел их в виду. Я был зол, когда узнал, что ты сделала. Но сейчас все по-другому. Я люблю тебя. По-настоящему люблю. И хочу, чтобы мы поженились. Сегодня. Сейчас. Пожалуйста, Ари, ты должна поверить мне.

* * * * *

Ари медленно покачала головой. Он ожидает, что она поверит ему после всего этого?

— Не могу.

И все же ее что-то грызло изнутри. Она видела, как он стоял там в саду под палящим солнцем, ожидая ее. Когда увидела его, действительно стоящего у алтаря, то застыла, не в силах подойти к родителям, чтобы вытащить их из ситуации, в которой они оказались. Впервые после того, как Гера рассказала правду о Дио, она почувствовала крошечную нить сомнения, окутавшую ее сердце. Но отбросила эту мысль также быстро, как та появилась. Она больше не купится на его ложь.

— Я думал, что ты любишь меня, — в голосе Дио прозвучало недоверие.

Она подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, и увидела это, чистую боль в его глазах. Ари закрыла глаза. Нет, она ошибалась. Он просто издевается над ней.

— Ты бог. Что тебе от меня надо? Разве эта игра не продолжалась достаточно долго?

Смирившись, она опустила голову. Если бы даже он не рассказал ей обо всем, у них все равно не было будущего. Бог Дионис мог заполучить кого угодно. Он бы не выбрал ее.

— Это не игра. Мы принадлежим друг другу, и я докажу тебе, что Гера врет и я люблю тебя.

И прежде, чем она поняла, что он задумал, Дио схватил ее в крепкие объятия.

И все почернело перед глазами.

Если это смерть, то она очень приятная. На самом деле все тело Ари словно парило в темноте. Она ничего не чувствовала, кроме… рук Дио вокруг себя и его прижимающегося к ней тела. И до того, как она смогла осмыслить это странное ощущение невесомости в руках Дио, ее ослепил яркий свет, а ноги опустились на твердую опору.

— Вот, — заявил он.

— Я умерла? — прошептала Ари, когда ее глаза привыкли к яркому свету.

Дио коснулся ее губ, нежно их целуя. Она была слишком ошеломлена, чтобы сопротивляться.

— Чувствуется, что ты умерла?

Она покачала головой, жар прилил к ее щекам.

— Тогда что произошло?

— Мы на Олимпе, в доме богов.

Глава 33

Ари огляделась вокруг. Олимп! Она и правда была на горе Олимп — мифическое место, где, как предполагалось, живут греческие боги. Она никогда не думала, что это место на самом деле существует, не говоря уже о том, что увидит его.

Ее взгляд прошелся по оливковым деревьям, растущим на склонах горы, на которых построены различные виллы в нескольких минутах ходьбы друг от друга. Эти виллы были прекрасны, с огромными балконами и террасами с видом на мир смертных внизу. Любая из этих вилл могла конкурировать с Белым домом по своей красоте, размеру и богатству.

На вершине горы, где стояли Ари и Дио, располагалась самая впечатляющая из них, на самом деле дворец. Построенный из белого мрамора и выглядящий так, словно его выточили из одной огромной глыбы, дворец представлял собой чистое изящество и красоту. С террасы во дворец вела большая арка, обрамленная коринфскими колоннами. Вокруг расставлены фонтаны.

Ари неосознанно сделала несколько шагов, завороженная чистой красотой этого места, когда Дио потянул ее за руку. Она обернулась к нему.

— Это место принадлежит моему отцу, Зевсу.

— Ты живешь здесь?

У Ари открылся рот. Она вспомнила слова Геры, что Дио — сын Зевса. Неудивительно, что он был на нее зол. У него, наверное, сотни слуг, а Ари заставила его работать официантом!

— Мы с отцом не ладим. Я живу вон там, — он показал на одну из огромных вилл на склоне холма. — У меня также есть дома в смертном мире.

Она уставилась на него.

— Как квартира в Чарльстоне? Но он такой… такой скромный.

Дио улыбнулся.

— А мне нравится. Здесь наверху слишком много интриг. Я предпочитаю мир смертных. — Его глаза потемнели. — Предпочитаю быть с тобой.

У Ари щеки залились румянцем. Он снова заставлял ее чувствовать тепло и сомнения.

* * * * *

Дио с восторгом отметил, что Ари все еще реагирует на него. Она не разочаровалась в нем и все еще любила. Теперь ему только надо убедить ее, что она может ему доверять. И Зевс поможет ему с этим.

— Зевс! — позвал он во дворце.

Он знал, что его отец уже почувствовал их прибытие, поэтому странно, что бог богов сразу не появился на террасе своего дворца, откуда предпочитал приветствовать гостей. Ворваться в резиденцию Зевса без явного приглашения было самонадеянно.

— Зевс! Мне надо поговорить с тобой!

Но его отец так и не появился. Дио посчитал его трусом, который избегал его, потому что не сдержал обещание держать Геру от него подальше. Что-то не так.

— Идем, — он повел Ари во дворец.

— Я не одета хорошо, чтобы встретиться с твоим отцом.

Он быстро осмотрел ее и улыбнулся.

— Ты хочешь сказать, что на самом деле нервничаешь из-за встречи с Зевсом?

Ари засуетилась.

— Не каждый день встречаешь бога. Черт, я даже не знала, что боги существуют… — Она шлепнула себя рукой по губам. — Ох, я, наверное, не должна говорить здесь «черт».

— Ты можешь говорить здесь, что захочешь, — ответил Дио, когда они вошли во дворец через арку. Воздух внутри был приятным. — Зевс в равной степени придурок.

Ари проигнорировала его оскорбление.

— Если ты его так не любишь, тогда зачем привел сюда?

— Зевс расскажет тебе, кто такая Гера на самом деле.

И тогда Ари поймет, что ему можно доверять… и любить.

— Но я уже…

— Нет, Ари. Пожалуйста, дай мне шанс. Если ты не веришь мне, то, возможно, поверишь Зевсу. И не потому, что он мой отец, а потому что знает Геру лучше, чем кто-либо.

Они шли по яркому коридору, освещенному атриумом, тянувшимся по всей его длине. Стены и потолки украшали изящные фрески, которые могли не посрамить и сикстинскую капеллу в один прекрасный день. Дио позволил ощущениям привести себя к Зевсу. Чем ближе он подходил к спальне отца, тем злее становился. Он полагал, что Зевс наслаждался, когда ему следовало вместо этого отвлекать Геру.

Дио подавил гнев. Не хотел огорчать Ари опрометчивой вспышкой и поклялся сам себе, что будет вести себя с Зевсом любезно. В конце концов, ему необходимо убедить Ари, что Гера околачивалась возле него, чтобы поймать и сфабриковать правду по-своему, чтобы снова его подставить.

Дио без стука распахнул двери в личную комнату Зевса и вошел внутрь, оттолкнув Ари за себя и давая Зевсу возможность принять благопристойный вид. Как оказалось, меры предосторожности были напрасны: Зевса укрывала простыня, которая прятала все его причиндалы. Он спал или находился в отключке… и был прикован к кровати наручниками.

— Вот дерьмо!

Дио бросился к огромной кровати, которая стояла на поднятой платформе, и наклонился над отцом.

— Зевс! Проснись! — он потряс отца за плечо, но Зевс не шевелился. — Отец!

Он никогда не называл его так, но в этот раз пришлось.

— В чем дело? — Ари подошла к нему.

— Он в отключке.

Если бы он спал, то уже проснулся бы. И был бы в отвратительном настроении.

— О!

Он уловил тот момент, когда Ари уставилась на золотые наручники. Ее щеки приобрели темно-красный оттенок.

— Может, он просто… устал.

— Ари, секс не может утомить бога… как ты уже наверняка знаешь.

Разве он не доказывал ей это всю прошлую неделю?

— Кто-то вырубил его. И судя по доказательствам… — он кивнул на наручники, — я бы сказал, что это дело рук Геры.

Неудивительно, что Зевс не смог сдержать обещание, данное Дио. Гера позаботилась об этом.

— Но он же бог. Разве вы, ребята, не должны быть непобедимыми?

Он улыбнулся от ее аналогии с супергероями.

— Мы определенно любим так думать, но у нас всех есть слабое место, Ахиллесова пята, так сказать, и если в нее попасть, мы станем уязвимы. Гера, видимо, узнала слабое место Зевса. Только так она могла…

— …приковать его? — закончила за него Ари.

— Нет, уверен, что наручники были до этого.

— Ты хочешь сказать…

Кажется, Ари не составило труда следовать за ходом мыслей. Зевс и Гера устроили маленькую сексуальную ролевую игру.

— Все так, малышка.

— Ну, тогда с ним все в порядке?

— Он бессмертен, не волнуйся.

Не увидев видимых ран, Дио потянул за простыню, но потом остановился и повернулся к Ари.

— Не могла бы ты отвернуться и не подсматривать.

— И что ты собираешься делать?

— Понять, как она его вырубила. А поскольку Зевс, кажется, голый…

Ему не пришлось ничего объяснять дальше. Покраснев, Ари отвернулась.

— Спасибо, малышка, хотя сомневаюсь, что Зевс будет против, чтобы им восхищалась красивая женщина.

Вероятнее всего, он даже бы очнулся, если бы знал это. Но Дио не позволит этому случиться: Ари его и заводить будет только его.

Когда поднял простыню и проверил тело Зевса, Дио покачал головой. Как на этот раз Гера перехитрила своего мужа? Можно написать рассказ для исторических книг. Дио осмотрел тело отца, быстро, но тщательно пробегая взглядом. Его взгляд добрался до паха Зевса и остановился на золотом блеске на темных волосах на лобке, он выругался.

— А черт! Серьезно?

— Что не так? — голос Ари прозвучал встревожено.

— Ты не захочешь этого знать. Просто не смотри, хорошо?

Потому что не хотел быть пойманным, когда будет вытаскивать золотую заколку для волос, вонзившуюся глубоко в пах Зевса. Это было самой омерзительной вещью, которую он когда-либо делал. Как только заколка длиной в четыре дюйма вышла, дырочки на коже тут же затянулись.

Зевс тут же зашевелился, и с его губ сорвался стон.

— Чертова, злая, коварная…

— Не могу не согласиться.

Дио накрыл его простыней, и глаза Зевса распахнулись.

Зевс дернул руки и освободил их из наручников, как будто те были сделаны из папье-маше^5.

— Сын!

Радостное приветствие быстро сменилось хмурым взглядом.

Дио ненавидел, когда ему приказывали.

— Не заставляй меня жалеть о том, что помог тебе.

Зевс сел, тут же его взгляд перешел от Дио к Ари, и на его лице появилась похотливая улыбка.

— Ох ты ж мой! Вблизи она выглядит еще прекраснее.

* * * * *

Ари почувствовала, что в сотый раз за сегодня краснеет. Она никогда не думала, что Зевс будет выглядеть так: молодой, энергичный, красивый… а не старый и с белой бородой, как его изображали в книжках по греческой мифологии. И этот мужчина, нет, бог, считал ее прекрасной? Но странно, хотя комплимент был лестным, она не почувствовала того же ощущения, которое охватывало ее тело каждый раз, когда Дио смотрел на нее. Дио мог одним своим взглядом заставить ее тело гореть. Его отец ничто по сравнению с ним.

Она отвела взгляд от Зевса и заметила, что Дио пристально смотрит на нее. Она тут же растаяла внутри, ее колени словно превратились в желе, а в животе все перевернулось. Ее сердце забилось сильнее, когда она увидела, как потемнели его глаза.

— Не обращайте на меня внимания, — прервал их Зевс, разрывая чары.

Ари с Дио посмотрели на него.

— Предполагаю, должен вас поздравить.

Дио покачал головой, и от этого жеста ее сердце сжалось.

— К сожалению, твоя подлая жена убедила мою невесту, что я ее не хочу и намеревался ей отомстить. Гера заставила Ари поверить, что я брошу ее у алтаря.

Зевс ударил кулаком по матрасу.

— Эта лживая, коварная, плетущая интриги… — он остановился и посмотрел на Ари, и на его лице появилась улыбка. — Я разберусь с ней позже. Значит, мой сын для тебя недостаточно хорош, да? — комнату наполнил громкий голос Зевса, от чего ее нервозность возросла. Он хотел ее наказать?

— Не то чтобы…

Зевс прервал ее.

— Он хороший парень.

Ари уже знала это. С того момента, когда увидела его стоящего в саду и ждущего ее у маленького подиума, она поняла это. Но маленькие очаги сомнений все еще оставались, и было трудно избавиться от сцены, которую показала ей Гера. Кроме того, Дио не отрицал то, что сказал, что не будет женихом. И что ей делать?

— Гера ненавидит его, всегда ненавидела, — продолжил Зевс. — Она сделает все возможное, чтобы сломать жизнь Дионису. Желаешь доказательств, что Дионис любит тебя и хочет, чтобы ты стала его женой?

Она кивнула и посмотрела на Дио, который стоял в нескольких футах от нее.

— Честно говоря, даже слепой мог бы увидеть, что он от тебя без ума, но если хочешь доказательств, то их получишь.

Зевс нарисовал руками круг, и полкровати превратилось в пруд. Это была такая же оптическая иллюзия, которую использовала Гера. Зевс хотел ей что-то показать.

Ари подошла ближе и уставилась в отражение на поверхности пруда.

Дио посмотрел на холмы виноградников, а потом повернулся к дверям во французском стиле. Комната, в которую он вошел, оказалась спальней с огромной кроватью и камином перед ней. Он щелкнул пальцами и перед ним появились три крошечных создания. Они выглядели, как люди, но в их движениях чувствовалось что-то сказочное.

— О могущественный бог Дионис, чем можем помочь вам? — спросили они втроем хором.

— Хочу, чтобы приготовили виноградник для сегодняшнего вечера. Цветы, шампанское, фрукты. Хочу, чтобы все было идеально.

Одна из фей кивнула.

— Можем мы украсить все под особую тематику?

Дио улыбнулся.

— Да, для моего медового месяца. Сегодня я приведу сюда свою жену. Приготовьте спальню к нашей брачной ночи. Хочу красные розы, мягкие белые простыни, все, что сделает пребывание здесь Ариадны комфортным: теплые полотенца в ванной, халат, все, что она, возможно, пожелает. Хочу, чтобы она была счастлива.

Ари попыталась сдержать слезы, но всхлип все равно сорвался с ее губ. Он правда ее хотел. Она повернулась к любимому.

Дио встал перед ней на одно колено.

— Я люблю тебя, Ариадна. Ты выйдешь за меня?

Она обняла его и опрокинула, приземлившись на него сверху.

Дио рассмеялся.

— Приму это за «да».

— А теперь убирайтесь отсюда, — приказал Зевс. — Думаю, госслужащий уже заждался вас под жарким солнцем. А мне надо наказать жену.

— Спасибо, отец, — сказал Дио, целуя ее, и все вокруг потемнело.

* * * * *

Дио с трудом сконцентрировался, чтобы телепортировать их обратно в гостиницу, когда Ари прижималась к нему, ее руки обнимали его за шею, а губы прижались к его. Он чуть не рухнул в одну из гостевых комнат и едва предотвратил катастрофу, упав на кровать, Ари приземлилась на него. Грубая посадка заставила его разорвать их страстный поцелуй.

— Малышка, если ты продолжишь меня так целовать, то мы никогда не попадем на нашу свадьбу.

Она улыбнулась ему.

— Прости, что сразу не поверила тебе. Гера была очень убедительна.

Он погладил ее по щеке костяшками пальцев.

— Больше не слушай Геру. Зевс позаботится о ней.

Ари обхватила себя руками.

— Все еще не могу поверить, что ты бог, а Зевс твой отец.

— Тебе стоит привыкнуть. И у этого есть свои преимущества. Уверен, ты оценишь их по достоинству.

— Какие преимущества?

— Эти.

Он щелкнул пальцами, своей силой снимая с нее одежду.

— О-ох, — удивленно вскрикнула Ари.

Дио хмыкнул.

— Ох, да!

Дио улыбнулся. О да! Он провел ладонями по ее обнаженной спине и спустился к заднице, наполняя свои ладони ее теплой плотью. Он точно знал, что хотел прямо сейчас… то же, что будет хотеть всегда — Ари.

— Я называю это несправедливым преимуществом, — улыбнулась Ари.

— Я смотрю на это по-другому.

Он украл у нее поцелуй, зная, что больше не может дурачиться. Не сейчас. Он прекрасно понимал, что их гости на свадьбе жарились на полуденном солнце.

— А теперь, малышка, давай поженимся.

Ее лицо тут же нахмурилось.

— Мы не можем. Мое свадебное платье. Я оставила его в апартаментах.

Он щелкнул пальцами и показал взглядом на шкаф.

— Ты имеешь в виду то платье?

На двери шкафа висело самое красивое белое платье, которое он когда-либо видел. В этом платье она будет выглядеть, как богиня — его богиня.

— Как ты… — и остановилась. — Думаю, так же как ты перенес нас с гостиницы на Олимп и обратно.

Дио оторвал взгляд ее от своей груди и встал.

— Телепортация. Может быть очень полезной. Как и это.

Еще один щелчок пальцами, и Ари стояла перед ним одетая в свадебное платье.

Он отступил назад, чтобы полюбоваться ею.

— Боги, ты прекрасна. Я удачливый сын бога.

Ари провела руками по платью и посмотрела на себя. Она подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, и ее лоб нахмурился.

— Ты забыл про нижнее белье.

Губы Дио изогнулись в улыбке.

— Малышка, я не забыл об этом.

— Но я не ношу… — она замолчала, поняв, что материал скользит по всем ее прекрасным изгибам. Ее рот округлился. — О!

Он кивнул. Нет, он не забыл.

На ее щеках появился румянец, она выглядела так девственно.

— Я не могу выйти без белья.

Он покачал головой.

— Твоя грудь не нуждается в лифчике. А по поводу отсутствия трусиков, как насчет того, чтобы считать это твоим свадебным подарком для меня?

— Ты невозможен.

Дио пожал плечами.

— Тебе лучше привыкнуть.

Он протянул руку, но Ари кинулась в его объятия.

— Я люблю тебя.

Все его тело наполнилось теплом от этих слов, которые вошли в распахнутые ворота его сердца. Он поцеловал ее и молча повел в сад.

Когда они вышли на свет, болтовня гостей утихла, и все взгляды следили за ними, идущими рука об руку к подиуму.

— Я забыл кое о чем упомянуть, — прошептал он ей.

Ари покосилась на него и ответила в полголоса:

— Ну что еще может быть?

Он улыбнулся.

— Мы зачали ребенка в ту ночь, когда ты рассказала мне правду.

Ари уставилась на него в неверии. Ее губы дрогнули, а глаза наполнились слезами. Дио, словно кулаком, ударили в солнечное сплетение.

— Ты не хочешь моего ребенка?

Она остановилась, ее рука коснулась его лица. Он неосознанно притянул ее ближе. Хоть по ее щекам текли слезы, ее глаза и губы улыбались ему.

— О Дио! — прошептала она и прижалась к его губам.

— Ты хочешь моего ребенка? — спросил он.

Она кивнула, и с его души словно камень упал.

— Тогда почему ты плачешь, малышка?

Ари встретилась с ним взглядом.

— Потому что я никогда раньше не была так счастлива.

Он усмехнулся:

— Тогда думаю, ты будешь много плакать, потому что я хочу сделать тебя очень счастливой.

Эпилог

Спустя одиннадцать месяцев

Откинувшись на кровати и разместив только что принявшего ванну сына на своей голой груди, Дионис погладил обнаженную кожу ребенка. Он никогда не касался ничего нежнее в своей жизни или ценнее.

Жизнь с Ариадной была идеальна. Большую часть времени они жили в Чарльстоне, где купили большой дом в городе недалеко от винного магазина, которым теперь управляли вместе. Но каждый раз, когда им хотелось побыть наедине и провести несколько часов в тишине, Дио телепортировал их троих на виноградник в Напе.

Его взгляд упал на французские двери, откуда открывался вид на холмистую местность. На холмах росли виноградники, ветки отяжелели от винограда, который сейчас уже был готов для сбора.

Его сын зашевелился, снова привлекая внимание Дио. Он погладил пальцем кулачок сына, и тот тут же ухватился за него. И с большей силой, чем у смертного ребенка, он засунул палец Дио в рот и начал его покусывать.

— Знаю, — проворчал Дио, — ты голоден.

Он посмотрел на дверь ванной.

— Твоя мама скоро о тебе позаботится.

Он вытащил палец изо рта сына, и мальчик заплакал. Дверь ванны открылась, и вышла Ари, одетая в короткий, светлый халатик, ее волосы были мокрыми после душа.

— Наш сын проголодался, — улыбнулся ей Дио, любуясь ее формами.

Щелкнув пальцами, Дио развязал пояс халата.

— Так намного лучше, — сказал он, когда ее халат распахнулся спереди.

Ари рассмеялась и скользнула на кровать.

— Ты неисправим.

— Просто хочу убедиться, что мой сын сможет добраться до своего завтрака.

Он опустил глаза к ее груди. Та была полнее и тяжелее, чем когда он встретил Ари в первый раз. Дио знал, что грудь ныла от дополнительного веса, поэтому всегда уделял ей внимание, стараясь быть осторожнее и не сжимать ее слишком сильно.

Дио поднял сына с груди и положил его в руки Ари. Он взял в ладонь одну грудь и поднес сосок к губам сына. Малыш жадно всосал в рот грудь, его плач и суета мгновенно прекратились. Дио любил наблюдать, как Ари кормит грудью, особенно, когда она не возражала, чтобы он одновременно с этим нежно ее ласкал.

Он придвинулся к ней ближе, обнял ее за плечи одной рукой и погладил ее руки, державшие их сына, другой. Ари улыбнулась ему, и он поцеловал ее. И тут почувствовал, как твердеет под простыней, которая покрывала нижнюю часть его тела.

Ари резко отстранилась.

— Ой!

Он проследил за ее взглядом к малышу и увидел, что сын схватил в кулак ее второй сосок.

— Посмотри на это. Прямо как отец!

Дио засиял. Он гордо улыбнулся Ари в ответ.

— Мой сын!

Он погладил пушок темных волос на голове сына.

— А теперь ешь быстрее, мой сын, потому что у отца больше прав по старшинству, и прямо сейчас… — он поднял глаза и подмигнул Ари —…он голоден.

Ари засмеялась, звук отразился в особняке и скатился по холмам его поместья. В тот момент, когда она положила их ребенка обратно в кроватку, Дио заставил ее смеяться, прижавшись к ее губам, а его член погрузился глубоко в ее приветливое тело.

Конец

Продолжение серии следует…

Ищите в группах

https://vk.com/paranormal_love_stories

https://vk.com/hot_books

Внимание!

Текст предназначен исключительно для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой материальной выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Notes

[

←1

]

турецкие танцоры

[

←2

]

молниеносная война

[

←3

]

Годи́ва — англосаксонская графиня, которая, согласно легенде, проехала обнажённой по улицам города в Англии ради того, чтобы её супруг снизил непомерные налоги для своих подданных.

[

←4

]

Эхо — Горная нимфа ореада, с именем которой в древнегреческой мифологии связывали природное явление эхо. Нимфа отвлекала Геру именно в те моменты, когда та собиралась поймать Зевса во время измены. Верховная богиня возмутилась. Эхо была лишена способности вести беседу, однако ей оставили возможность повторять слова за другими.

[

←5

]

папье-маше — легко поддающаяся формовке масса, получаемая из смеси волокнистых материалов (бумаги, картона) с клеем, крахмалом, гипсом и т. п.

Content

Фолсом Тина Греческий аромат