Хартнеди Шарлин

Пара для Лэнса

«Пара для Лэнса»

Серия: «Программа — 5»

Шарлин Хартнеди

◈ Автор: Шарлин Хартнеди

◈ Книга: «Пара для Лэнса»

◈ Серия: «Программа — 5»

◈ Содержание: 20 глав

◈ Переводчик: Denika

◈ Редактор: Иришка К.

◈ Обложка: Wolf A.

Переведено для группы «Золочевская Ирина и её ДРУЗЬЯ»

Внимание!

Текст переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Создатели перевода не несут ответственности за его распространение в сети. Любое коммерческое или иное использование, кроме ознакомительного чтения, запрещено.

Приятного прочтения!

Глава 1

Эмбер несколько секунд шарила в своей сумочке, прежде чем, наконец, вытащила конверт, который положила туда ранее. Она достала документ формата А4, развернула его и протянула своей подруге.

— Взгляни на это.

Её сердце выпрыгивало из груди, а ладони вспотели. Ей пришлось приложить усилия, чтобы удержаться и не вытереть их о джинсы.

Глаза Изабель расширились, когда она прочитала документ. Улыбка медленно расползлась по её лицу. Затем она откинулась на спинку дивана, прижимая бумагу к груди.

— Нет, не надо… — Эмбер в ужасе наблюдала, как бумага издала шуршащий звук, когда её прижали к телу Иззи. — Мне это может понадобиться, — она указала на документ, о котором шла речь.

Иззи хихикнула.

— Я уверена, что они занесут твоё имя в свою базу данных или что-то в этом роде, — она отстранила страницу от груди и разгладила её края.

— Ну? — в этот момент Эмбер серьёзно теряла самообладание. — Это то, что я думаю, или я всё выдумываю?

Этого не могло быть. Здесь должна была быть какая-то ошибка. Должна была быть.

— Прекрати это, — Иззи наклонилась вперёд к Эмбер на диване. Её взгляд был суровым. Всё её поведение серьёзным. — Я не могу тебе поверить. Почему ты не можешь просто принять, какая ты потрясающая? — она несколько раз помахала листком. — Даже если чёрным по белому.

Эмбер откинулась на спинку дивана и уставилась в телевизор, на чёрном экране которого отражалась вся гостиная. Она взяла документ и перечитала его ещё раз.

— Я не знаю… — сказала она ещё через несколько минут, бросив взгляд на подругу. — Это почти нереально, — она перевернула его, как будто чернила могли исчезнуть. — Может быть, всё это большая шутка, и я просто этого не знаю?

Иззи снова расплылась в лучезарной улыбке.

— Не смей этого делать. Это именно то, на что похоже. Тебя приняли в Программу. Ты счастливица, — она обвила Эмбер руками и крепко прижала её к себе. — Это не могло случиться с лучшим, более достойным человеком. У этих вампиров, должно быть, отличный вкус на женщин.

Да правильно. Это была ошибка.

В любую минуту мог зазвонить её телефон, и кто-нибудь объяснит ей, что всё это недоразумение.

Эмбер обняла Иззи в ответ. Как она могла этого не сделать? Ноющее чувство в глубине её сознания не утихало.

— Это могло быть ошибкой. Возможно, они отправили это не той Эмбер, — её голос прозвучал робко только потому, что она знала, как отреагирует её лучшая подруга.

— Ты не просто так это сказала, — Иззи оттолкнула её, но продолжала держать руки на плечах Эмбер. Иззи пристально посмотрела ей в глаза. — Тебе нужно прекратить нести эту чушь. Ты меня слышишь?

— Да… но…

— Никаких «но»… тебе нужно начать слушать меня. Никаких «но». Ты красивая, умная… ты потрясающая, — глаза Иззи сияли искренностью. — Я, например, чертовски завидую твоим сиськам. Они заставляют меня пожалеть, что я не увлекаюсь женщинами. У тебя всё получится. Абсолютно всё, — Иззи заправила каштановую прядь волос за ухо Эмбер и усмехнулась. — Кроме того, сколько Эмбер Джейн Мерл Рэйтуайт может быть в Суитуотере?

Эмбер ничего не могла с собой поделать, хотя внутри у неё всё ещё бурлило, а сердце бешено колотилось, она невольно рассмеялась.

— Да, я так думаю, — может быть, они действительно хотели её.

— Ну, я это знаю. Они выбрали тебя. Эти вампиры просмотрели твоё резюме, встречались с тобой сколько… полдюжины раз… вместе с половиной женского населения Суитуотера и решили, что хотят видеть тебя в своей программе знакомств. Ты горячая штучка. Самое время тебе это понять.

— Было три раза. И едва ли половина Суитуотера.

На первом собеседовании было очень много женщин. Смехотворное количество.

— Что? — Иззи подняла брови.

— У меня было три собеседования, а не полдюжины.

Иззи пренебрежительно махнула рукой.

— Три, шесть… двадцать, это не имеет значения. Они хотят тебя, Эмбер, — повторила она. — Может быть, теперь ты осознаешь свою ценность.

Иззи действовала за её спиной и отправила её резюме, заполнив онлайн-форму. Эмбер до сих пор помнила, в какой ужас она пришла, когда её подруга сообщила ей, что её приняли на первый этап собеседований. Эмбер всё ещё не могла в это поверить.

Она так нервничала в тот первый день. Было так плохо, что у неё подогнулись колени, а язык прилип к нёбу. Она чуть не ушла полдюжины раз. Иззи пришлось приложить столько усилий, чтобы всё это организовать, что было бы невежливо на самом деле не пройти собеседование. По крайней мере, именно так она объяснила своё пребывание в то время.

К счастью, дама, с которой она встретилась, была очень дружелюбной. Эмбер расслабилась впервые с тех пор, как услышала об интервью за два дня до этого. Несмотря на это, всё равно было большим сюрпризом, что её позвали на второе собеседование, а затем на медицинский осмотр.

Третье собеседование было с группой экспертов. Там определённо присутствовали женщина-вампир и мужчина-вампир, а также несколько обычных людей. Собеседование длилось всего пять минут.

Пять жалких минут.

Они спрашивали её о таких вещах, как, со сколькими парнями она встречалась и верит ли она в родственные души. Они казались равнодушными к её ответам. Письмо, которое она сейчас сжимала в руке, было шоком. Это не могло быть правдой. Этого не могло быть. Это, должно быть, ошибка. У неё возникло искушение проверить свой телефон. Снова.

— Что сказал твой папа?

Иззи взяла свою кружку с кофейного столика и сделала глоток. Они были в квартире Иззи. Она была маленькой, но хорошо обставленной, с причудливыми штрихами.

Спазмы в животе усилились. Она облизнула губы и поёрзала на стуле. Эмбер крепко сжала руки на коленях.

— О, боже! Ты им не сказала? — взвизгнула Иззи.

Эмбер вздрогнула от одной только мысли.

— Я не могу им сказать. Я не буду. Знаю, что меня приняли, но я не должна идти.

Она всё ещё жила дома и работала в хозяйственном магазине своего отца. Они полагались на неё. Кто будет вести бухгалтерию, пока её не будет? Кто проведёт инвентаризацию и закажет новые принадлежности? Две недели могут показаться небольшим сроком, но она никогда не теряла из виду своих родителей дольше, чем на два часа. По крайней мере, иногда так казалось.

Иззи подняла брови.

— Ты проработала у своего отца много лет, Эмбер, даже не взяв длительного отпуска на выходные.

— Мы закрываемся на Рождество и Пасху.

— Большое дело. Тебе нужно это сделать. Если ты этого не сделаешь, ты будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Поговори с ними.

Процесс собеседования был длительным, и она могла отказаться в любой момент. После первой беседы Эмбер прошла её до конца. Но это был не конец. Это было начало. Если бы она только воспользовалась шансом. Эмбер вздохнула.

— Ты права, — сказала она, всё ещё чувствуя страх. — Это просто…

— Нет! — Иззи склонила голову набок. — Это просто ерунда… Ты сделаешь это, даже если мне придётся похитить тебя и самой доставить к этим великолепным парням.

Эмбер почувствовала, как по ней прокатилась волна возбуждения. Вампиры были настоящими красавчиками. Высокие, стройные, чертовски аппетитные. Иззи была права, она пожалеет об этом, если хотя бы не попробует. Она кивнула головой.

— Я бы с удовольствием встречалась с одним из них, — выпалила она, чувствуя, как горят её щеки.

Эмбер видела рекламу и задавалась вопросом, каково это — быть с настоящим вампиром. Она тосковала по кому-то, кто хотел бы того же, что и она, чего-то долгосрочного, с кем-то, кто хотел бы более значимых отношений. Она слышала, что вампиры в Программе искали женщин с теми же целями. Никто из других парней в Суитуотере не был таким, не то чтобы она встречалась со всеми парнями в городе, но ей было нелегко встречаться, не в её нынешнем положении. Участие в Программе давало двойные преимущества — она могла найти кого-то, с кем у неё могло бы быть будущее, и быть вдали от любящих, но удушающих родителей.

— Самое время тебе отправиться на свидание. Чёрт возьми, самое время тебе серьёзно потрахаться, — фыркнула Иззи.

Эмбер ахнула.

— Прекрати это! Это программа знакомств.

Иззи рассмеялась.

— Ты же понимаешь, что в конечном счете это программа размножения, верно? Это означает секс и много чего ещё.

О чёрт!

Она забыла эту часть. Возможно, это была не очень хорошая идея. Мысль о том, чтобы раздеться, приводила её в ужас. Возможно, она всё ещё могла отказаться. Конечно, они бы поняли.

— Эй! — Иззи погрозила ей пальцем. — Прекрати это! Я вижу, как у тебя в голове крутятся колёсики. Не переусердствуй. Просто иди и наслаждайся жизнью. Воспринимай это как отпуск.

Осталось всего три недели.

Три недели у Эмбер на подготовку. Ей также нужно было придумать, что сказать своим родителям. Ей нужно будет взять отпуск на день или два, чтобы она могла посетить необходимый тренинг. Ей нужно будет что-то придумать.

Одно можно было сказать наверняка, с этого момента она сидела на строгой диете. Никаких углеводов для неё. Ей нужна была новая одежда и причёска, и… нужно было многое сделать.

Проклятье.

Похоже, она пройдёт через это. Её сердце забилось ещё сильнее, а ладони всё ещё были вспотевшими, только на этот раз на её лице была улыбка. Собственный вампир. Может быть, только может быть…

Глава 2

Ни хрена себе!

Лэнс мял газету между пальцами, шагая по коридору. Он дважды постучал, прежде чем войти в комнату.

Женщина Лазаря оторвалась от своего компьютера. Её глаза были широко раскрыты.

Лэнс вошёл и наклонился над её столом, прежде чем бросить листок на клавиатуру её компьютера.

— Почему бы тебе не зайти? — она подняла брови. — Чувствуй себя как дома.

Люди могут быть действительно странными. Он уже был в её кабинете. Почему она пригласила его войти? Он проигнорировал комментарии.

— Что это значит? — его грудь вибрировала, когда он прорычал эти слова.

Алекс ещё больше приподняла брови, прежде чем откинуться на спинку кресла. Она скрестила руки на груди. Её живот слегка округлился. Лэнс почувствовал, что раздражение немного покинуло его. Алекс была беременна. Велика вероятность, что она вынашивала близнецов. Он напомнил себе, что она также была женщиной Лазаря. Он глубоко вздохнул и сел.

Она прочистила горло.

— Я отвечаю за связи с общественностью. Моя работа — заставить всех полюбить тебя. Моя работа — заинтересовать женщин присоединиться к Программе. Знаешь ли ты, что на третий заезд программы мы получили самый большой отклик за всю историю? — она не стала дожидаться ответа от него и разгладила смятую бумагу. — Больше всего интереса вызвала эта статья, — Алекс подняла её и указала на фотографию. Ту, на которой он был изображён без рубашки. Фотография заняла половину первой полосы главной газеты Суитуотера. Со словами «Последний шанс заполучить самого завидного холостяка», растянутыми в верхней части страницы.

— Мне пох… насрать, сколько женщин подали заявки. Эта статья предполагает, что я доступен.… Это не так, — повторил Лэнс. — Это чушь собачья.

Алекс рассмеялась, качая головой.

— Ты один из мужчин, принимающих участие в Программе, или я ошибаюсь?

Он прищурился и утвердительно кивнул головой.

— Я принимаю участие, но я недоступен. Я не хочу, чтобы у этих женщин сложилось неправильное представление. Меня раздражает необходимость постоянно говорить им, что мне это неинтересно.

Алекс снова рассмеялась, на этот раз ещё громче.

— Насытился? Вы, парни, забавляете меня, причём по-крупному

— Дело не в том, что я насытился или был высокомерен. Это раздражает. Они пытаются привлечь моё внимание самыми странными способами. Они расстраиваются, когда я отклоняю предложения о сексе. Одна из женщин во время последней горячки появилась в моей комнате и сняла пальто, когда я открыл дверь. Она была голой. Совершенно голая. Она закричала и пнула мою дверь, когда я закрыл её у неё перед носом. Это, — сказал он, сердито тыча пальцем в статью, — принесет мне ещё больше дерьма.

— Перестань ныть, — посоветовала Алекс без всякого сочувствия. — Тебе придётся справляться как можно лучше.

Он нахмурился.

— Программа — пустая трата моего времени. Я даже не знаю, хочу ли я ещё в ней участвовать.

— Это последняя горячка, в которой ты можешь принять участие. Это твой последний шанс найти себе пару. Ты — нравится тебе это или нет — новость. Ты, безусловно, фаворит; и, по твоему собственному признанию, недоступен. Это делает тебя самым подходящим вампиром-холостяком. Если ты прочтёшь статью, то увидишь, что я упоминаю, что ты не заинтересован в том, чтобы найти себе пару, и что ты планируешь довести это дело до конца, потому что вампиры по натуре не трусы. Твой уход из Программы на данном этапе был бы плохой рекламой для нас, и я должна попросить тебя хорошенько подумать, прежде чем делать что-то столь радикальное.

Алекс была права.

— Блядь! — Лэнс провёл рукой по волосам. — Как, чёрт возьми, всё так усложнилось?

Они явно использовали его для получения рейтингов и как козырную карту, чтобы привлечь больше женщин в Программу. Неудивительно, что его просьба сняться после первой горячки была отклонена. Ублюдки! Возможно, ему следует полностью исключить себя из Программы. Он испытывал сильное искушение. Ему не нужно было такой херни.

— Это всего лишь две недели, Лэнс, — женщина улыбнулась ему. — Может быть, одна из них — твоя пара.

Он покачал головой.

— Ни хуя подобного!

— Никогда не знаешь наверняка.

Она одарила его ещё одной сладкой, как мёд, улыбкой. В этой женщине не было ничего сладкого. У Лазаря были более чем заняты руки. Ему стало жаль мужчину.

— Да, знаю, — он улыбнулся в ответ, но только потому, что рычание было бы расценено как невежливость. В конце концов, самка была беременна. — Две недели ада.

Он хотел общаться и проводить с ними как можно меньше времени. Он не хотел пару. Ему определённо не нужна была пара. Было глупо вообще присоединяться к Программе. План состоял в том, чтобы немного развлечься. Этой маленькой идее очень быстро пришёл конец. Человеческие женщины были слишком хрупкими, слишком эмоциональными, желающими большего, чем он был готов дать. Они слишком много внимания уделяли физическому акту. Каждая женщина, с которой он спал, верила, что сможет изменить его. Они расстраивались, когда он отправил их восвояси. Расстраивались, когда он отказался поцеловать их в губы.

Жалкие людишки.

Короче говоря, хотя они и были соблазнительными и совершенно пленительными, они были не для него. Ни одна женщина больше никогда не будет такой. Чёрт возьми, да. Любовь? Ни за что. Он скорее потеряет глаз, чёрт возьми, оба глаза, чем своё сердце.

***

Три недели спустя

Её чемодан был тяжёлым, но девушке нужно было подготовиться. Две недели — долгий срок, чтобы уехать. В конечном итоге это может оказаться гораздо дольше.

На тренинге они упомянули, что им нужно взять с собой как официальную, так и неформальную одежду. Поскольку была осень, ей нужно было собрать вещи как для прохладной погоды, так и для жаркой. Это было непредсказуемое время года.

— Не могу поверить, что это не может подождать до Рождества. Кто берёт отпуск в это время года? Никто, вот кто, — её отец нахмурился.

— Мы уже говорили об этом, папа, — Эмбер вздохнула. — Перелёты и проживание в сезон отпусков почти удваиваются.

— Зачем тебе вообще нужно ехать во Францию? — обеспокоенно спросила её мать.

Эмбер съёжилась. Она солгала о том, куда собирается.

— Я хочу испытать что-то новое. Познакомиться с новыми людьми, — уклонилась она от ответа, избегая настоящей причины. Её родители не поняли бы её решения.

— Это на другом конце света. На другом континенте. Это совсем на тебя не похоже. Это рискованно и немного безумно, — её отец выглядел таким же расстроенным, как и её мать. — Мы предлагаем доплатить. Мы можем поехать все вместе… Мы отправимся на это Рождество. Ты ведёшь себя глупо.

Она ненавидела, когда он обращался с ней так, словно она всё ещё была маленькой девочкой. Эмбер проглотила это и изобразила на лице улыбку.

— Спасибо, папа. Я ценю предложение, но это то, что я должна сделать сама. Я знаю, это немного не в моём характере, — Эмбер не стала рисковать. — Это то, что я просто чувствую, что должна сделать.

— Но прямо сейчас? — её мать покачала головой. — Может быть, в следующем году…

— Я должна это сделать.

Ей было двадцать семь, и она всё ещё жила дома. Как бы она ни была напугана, ей нужно было хотя бы попытаться.

— Я подброшу тебя в аэропорт, — её отец взял свои ключи.

— Нет, — Эмбер практически выкрикнула это. — Я имею в виду, спасибо за предложение, но я взрослая женщина и могу сама о себе позаботиться. Кроме того, я вызвала такси. Оно будет здесь с минуты на минуту.

— У тебя есть лекарства? — спросила её мама певучим голосом.

— Да.

— А в Париже есть пчелы? — брови её мамы приподнялись.

Эмбер не удержалась от смеха.

— Да, мам. Я уверена, что у них есть пчёлы.

Её мама напряглась, и у неё перехватило дыхание.

— У тебя есть «Автоинъектор Эпенифрина», и ты будешь принимать антигистаминные препараты? Не ешь ни в одном из этих модных ресторанов. Ты знаешь, что может случиться.

— Да, мам. Я не буду есть моллюсков или арахис и обязательно буду держаться подальше от пчёл, — она взяла маму за руку. — Со мной всё будет хорошо.

— Я почти потеряла тебя четыре раза, — глаза её мамы наполнились слезами. — Ты наш единственный ребёнок.

О боже! И вот снова.

— Мам, осталось всего две недели. Я вернусь раньше, чем ты успеешь заметить, что я уезжала.

— Ты была недоношенной и болезненной малышкой, — Эмбер слышала это всего миллион, если не миллиард, раз. — Тебе было всего три года. Крошечная девочка. Мне не следовало намазывать тебе арахисовое масло на тост, — она покачала головой, её глаза остекленели, когда она вспомнила прошлое.

— Мама это… это была не твоя вина. Ты не знала, что у меня аллергия. Точно так же, как не было твоей вины, когда меня ужалила пчела в семь лет и ещё раз в двенадцать.

Пчёлы любили её. Они тянулись к ней, и было похоже, что они чувствовали запах её страха, потому что они жалили её без всякой провокации. За эти годы её жалили множество раз. К счастью, у неё всегда был наготове «Автоинъектор Эпенифрина». Никогда не выходила из дома без него. Пока всё хорошо. Они проверили её на аллергию после того первого инцидента в три года. Она никогда не пробовала креветок, крабов или устриц, но с этим ничего нельзя было поделать. С другой стороны, она всё ещё была жива. Единственным недостатком было то, что Эмбер так и не переросла свою аллергию, как это обычно происходит с некоторыми людьми, достигающими совершеннолетия. Она всё ещё помнила, как была вынуждена месяцами делать прививки от аллергии в надежде выработать иммунитет. Бесплодная попытка.

Она посмотрела маме прямо в глаза.

— Пожалуйста, не волнуйся, — сказала она, ободряюще сжимая мамину руку.

Её мама кивнула, губы пожилой женщины задрожали.

— Хорошо, дорогая. Обязательно позвони и напиши.

— Я попробую… — ей не разрешалось контактировать с внешним миром в течение всего срока её пребывания. Произошло несколько запланированных похищений некоторых участниц Программы, и организаторы программы не хотели повторения. Выслушав полное объяснение, Эмбер смогла понять меры предосторожности. — Возможно, это невозможно из-за разницы во времени, — это было слабое оправдание, но что, чёрт возьми, она могла им сказать?

— Звони в любое время, милая. Днём или ночью, — вмешался её отец.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — ответила она, глядя в пол. Эмбер терпеть не могла лгать своим родителям подобным образом. Они давили, но у них были добрые намерения.

— Просто пообещай нам, что ты будешь следить за собой и что ты не покинешь свой отель без лекарств, — её отец нахмурился так сильно, что его лицо сморщилось.

— Я буду осторожна. У тебя есть мой список инструкций для магазина?

Её отец кивнул.

— Да, и временный работник, которого ты организовала, прибудет завтра. У нас всё будет хорошо… Просто береги себя. Мы любим тебя.

— Я знаю, папа. Я очень люблю вас обоих. Пожалуйста, постарайся понять, что мне нужно жить своей жизнью. Мне нужно это сделать.

Её отец фыркнул.

— Мы постараемся, хотя нам всё ещё трудно все это понять

— Мы будем скучать по тебе, милая, — её мать притянула её в объятия.

Эмбер ещё раз обняла обоих своих родителей, а затем ушла. Таща за собой чемодан, она вышла через парадную дверь дома, в котором выросла, и, хотя её руки дрожали, она никогда в жизни не чувствовала себя более живой.

***

Несмотря на то, что все женщины-вампиры, которых они видели до сих пор, были действительно красивы с телами моделей в купальниках, казалось, что парням-вампирам больше нравятся изгибы. Слава богу! Это предположение было основано на женщинах, которые были отобраны.

— Привет, Эмбер. Рад снова тебя видеть, — улыбка Бетани растянулась от уха до уха, когда она подошла к тому месту, где стояла Эмбер.

— Привет. — Она помахала рукой, её глаза всё ещё следили за другими женщинами, которые толпились у стойки регистрации отеля. — Что случилось со спортивными штанами и джинсами с прошлой недели? — пробормотала Эмбер почти про себя. Она чувствовала себя явно недостаточно одетой, когда её взгляд блуждал по комнате. На подготовке они так не выглядели. На ней были чёрные брюки и бирюзовая блузка, слишком консервативные и повседневные по сравнению с ними.

Бетани хихикнула. Она повозилась с чашечками своего лифчика, поправляя их так, чтобы её грудь ещё больше выделялась в топе с глубоким вырезом.

— Началось. Вот и всё, у нас есть неделя, чтобы произвести впечатление. Нас двадцать пять против десяти из них. Больше половины отправятся домой, — затем она разгладила свои облегающие брюки-капри. — Ты была на подготовке; вампиры — сексуальные существа, и ты видела, как одеваются женщины-вампиры. Я планирую, чтобы меня заметили, как можно раньше.

У Эмбер не было открытой одежды. Одна из женщин прошла мимо. Её платье было настолько коротким, что могло сойти за топ. Оно было бы приемлемо с парой леггинсов или колготок… возможно… но не так. Напротив них была ещё одна женщина, на которой явно не было лифчика. Соски выпирали. Эмбер вздохнула. Если это так, то она выбыла из гонки ещё до начала игр. Её охватило разочарование, но она подавила его. К чёрту всё это! Иззии была права. Она того стоила, она потрясающая и особенная. Она была лакомым кусочком, и если вампиры не захотят потратить некоторое время на то, чтобы узнать её получше, без того, чтобы она выставляла себя напоказ, как кусок мяса, тогда им не повезло. Это будет их потерей.

Однако не все женщины в комнате были одеты вызывающе. К своему облегчению, она, наконец, заметила, что было довольно много дам, которые были одеты сексуально, но сдержанно, и даже одна или две в джинсах и футболке.

Её мать всегда говорила ей быть самой собой: «Если он не любит тебя такой, какая ты есть, значит, он всё равно не стоит твоего времени».

Эмбер хотелось застонать вслух. Когда она впервые захотела побрить ноги… её мама сказала ей об этом. Когда она захотела надеть ту короткую юбку-баллон, которая была в моде… то же самое. Когда Брэд «Веснушка» Флетчер разбил ей сердце, она услышала это снова.

— Внимание, пожалуйста.

Высокая элегантная женщина помахала своей рукой. У неё были красивые тёмные волосы и самые поразительные зелёные глаза, которые Эмбер когда-либо видела.

— Не волнуйся, — прошептала Бет, она слегка коснулась её руки, чтобы привлечь её внимание. — Ты можешь пойти и переодеться, потому что встреча состоится только через два часа, — она взглянула на часы. Её глаза заблестели, и она приподняла брови. Эмбер не переоденется. Ей нравился её наряд. Это была она. Брюки были удобными. Не мешало, что они делали ее попку меньше. Её блузка была полупрозрачной, демонстрируя лифчик под ней и лишь крошечный намёк на декольте. Утонченная, с лёгким намеком на сексуальность. Бирюзово-голубой цвет ей шёл.

— Внимание, пожалуйста, — повторила женщина-вампир, на этот раз громче. Все по-прежнему болтали и хихикали.

Эмбер обратила всё своё внимание на леди, хотя Бетани схватила её за локоть.

— Я могла бы зайти в твою комнату и помочь тебе что-нибудь выбрать.

Она взглянула на Бетани и быстро улыбнулась.

— Я справлюсь, спасибо, — она повернулась обратно к вампирше.

— Я Эллисон, — представилась женщина. В руках у неё были планшет и карандаш. — Пара домашних правил. Вы все посещали подготовку, и в файле есть запись о каждом из ваших контрактов, — она посмотрела на бумагу и поставила галочку. — Вам всем выделен номер. В вашем номере будет производиться ежедневная уборка и будет обеспечено питание. Подробный маршрут будет роздан в конце этого занятия. Ожидается, что вы будете посещать все мероприятия и экскурсии без исключения. Вся идея в том, что вы познакомитесь с мужчинами-вампирами. Вы заметите, что в маршруте есть пробелы. Во время этих перерывов вы можете отдохнуть здесь, в отеле. Она сделала паузу. — Это также возможность для свиданий один на один с нашими мужчинами.

Болтовня немедленно возобновилась, и Бетани схватила её за руку и тихонько взвизгнула.

— Ты можешь пригласить мужчин на свидание. Тебе не нужно их ждать.

Да, точно!

Она никоим образом не будет преследовать никого из парней. Она была старой закалки. С другой стороны, может быть, именно поэтому она никуда не выходила… никогда.

Нет!

Она никак не могла пригласить парня на свидание. Она просто не могла. Если парень ожидал, что она будет за ним ухаживать, то, возможно, он не для неё.

— Пожалуйста, помните, что вам не разрешается покидать отель без сопровождения вампира. Приемлемым сопровождающим может быть либо один из Элитной Десятки, либо охранник. Вам разрешается встречаться и вступать в любые сексуальные контакты только с одним из Элитной Десятки. Всем мужчинам-вампирам, не входящим в Десятку, вход воспрещен, — она написала что-то на бумаге, прикрепленной к её планшету, прежде чем снова поднять взгляд. — Вам всем следует принимать противозачаточные средства, — Элисон, казалось, многозначительно посмотрела на Эмбер.

Внезапно воздух в комнате, казалось, разрядился. Необходимость пойти к доктору Саймонсу, чтобы получить рецепт на таблетки, была одной из самых трудных вещей, которые ей когда-либо приходилось делать. Особенно когда он спросил её, планирует ли она заняться сексом, и она ответила «да». Человек ни за что не смог бы солгать о таких вещах. Доктор Саймонс был её лечащим врачом с тех пор, как она была ребёнком. Он знал всё о ней и её истории болезни. Унижение было всепоглощающим, потому что в конечном итоге она могла вообще не заниматься сексом.

— Ваше противозачаточное средство должно быть либо в виде противозачаточных таблеток, либо в виде инъекции. Цель применения противозачаточных средств заключается не только в предотвращении нежелательной беременности, но и в том, чтобы у вас не началась течка… Я полагаю, вы, люди, называете это… овуляцией. Запах самки в период течки немного сводит наших самцов с ума. В качестве второй меры предосторожности необходимо надевать презервативы во время секса. Это без исключений. Единственный раз, когда самцу разрешается эякулировать внутри самки, — это если он намеревается спариваться с ней.

Эмбер почувствовала себя немного взволнованной. Внезапно вырез её блузки показался немного тесноватым, а подмышки слегка вспотели. Она действительно была здесь, на территории вампиров, и собиралась встретиться с целой кучей парней. Все они ничего так не хотели, как взять в жёны человека и нарожать кучу детей-вампиров.

Что сказали бы её родители? Они бы никогда этого не одобрили. Лучше ей не думать об этом прямо сейчас. Она жила. Вот оно. Она хотела сделать это для себя, независимо от того, что сказали бы или подумали её родители.

Вернёмся к вампирским красавчикам. Что, если бы один из них действительно захотел заняться с ней сексом?

Что тогда?

Смогла бы она это сделать? Ему нужно было бы быть больше, чем просто красивым. Ему нужно было бы быть милым и заботливым, и ему нужно было бы доказать, что у него есть чувства к ней. Искренние, неподдельные чувства. Дело никогда не могло быть только в сексе.

— Вот, Эмбер, — что-то было вложено ей в руку.

— Эм… что…?

— Это коробка презервативов. Нам всем их выдали, — Бетани хихикнула. Она прочитала надпись на коробке. — Ребристые для её удовольствия, и они очень большого размера, — она широко улыбнулась. — Слухи, должно быть, правдивы.

Эмбер посмотрела на коробку в своей руке.

— Что, чёрт возьми, мне делать с сотней презервативов? Я имею в виду, серьёзно? Нам всем выдали по сотне презервативов?

— Более чем один слух должен быть правдой, — Бетани подмигнула. — У них большие «сама-знаешь-что», и они любят ими пользоваться, — она снова подмигнула. Эмбер с трудом сглотнула, прежде чем запихнуть огромную коробку в свою безразмерную сумочку.

Глава 3

Не сводя глаз с Зейна, Лэнс рефлекторно поймал коробку с презервативами. Он немедленно бросил их обратно мужчине. Зейн случайно взглянул на коробку, когда она отскочила от его груди и с громким стуком приземлилась на пол.

— Обойдусь… Спасибо, — быстро добавил Лэнс, увидев выражение упрёка, которое исказило черты его короля. — У меня всё ещё есть последняя коробка, выданная перед предыдущим туром.

Глаза Зейна сузились.

— Коробка всё ещё не открыта и такой и останется, — Лэнс прищурил глаза, отказываясь поддаваться запугиванию. — Мне не нужна ещё одна.

— Я не знаю, как ты выживаешь, — Бринн издал стонущий звук. — Окружённый всеми этими роскошными женщинами и не испытывающий ни малейшего желания прикоснуться хотя бы к одной, — он поднял палец.

Кай усмехнулся.

— Во время первой горячки Лэнс переспал с большим количеством женщин, чем большинство из нас увидит за всю жизнь. Вторая горячка полностью выбила его из колеи, — он поднял брови, прежде чем продолжить: — Дело в том, что ты уже должен быть готов вернуться в игру… наверняка?

Лэнсу пришлось сдержать ответ, о котором он пожалел бы. Это было его дело, что он делал, когда он это делал и с кем он это делал. Его грёбаное дело. Это, чёрт возьми, точно не игра. Не для него.

— Я, например, планирую проверить совместимость как можно скорее. Жаль, что горячка в первую ночь запрещена, — пожаловался Бринн.

— Человеческие женщины любят поговорить. Им нравится, когда мужчина первым проявляет к ним интерес. Поговорите с несколькими женщинами. Если есть одна, которая привлекает ваш интерес, подумайте о том, чтобы продолжить, — Зейн позволил своему вниманию блуждать по комнате.

— Они упоминали об этом на подготовках, — Бринн нахмурился. — Это очень странная концепция. Неважно, насколько мне нравится общаться с женщиной, если мы несовместимы, тогда в чём смысл? Я бы предпочёл сначала секс, а потом задавать вопросы.

— Ты верно подметил. Нет причин продолжать отношения, если нет совместимости. Таков образ мышления вампиров. Однако люди не всегда чувствуют то же самое. Особенно представительницы прекрасного пола. Поверь мне, Бринн, поговори с ними этим вечером. У нас будет достаточно времени, чтобы установить совместимость, — он хлопнул мужчину по спине. — И еще… — улыбнулся Зейн. — Поверь мне в этом… Если тебе нравится женщина, не заводи интрижку с другими, пока добиваешься ее. Если она узнает… — он покачал головой. — Всё закончится, даже не начавшись. Они плохо делятся друг с другом.

— Ты имеешь в виду, даже если у нас не будет секса? Даже до того, как начнутся отношения? — растерянно спросил Кай.

Зейн кивнул.

— Если ты преследуешь женщину, но еще не состоишь в отношениях, как таковых, тебе следует избегать секса с другими. Этот этап ухаживания может занять некоторое время. Некоторые самки заставляют самца ждать… иногда дни, иногда даже недели.

Один из самцов выругался, а другой зарычал.

— Недели без секса. Это вообще возможно? — спросил Кай, его лоб наморщился.

— Ни хрена себе, — выругался другой мужчина.

Зейн усмехнулся.

— Это не может быть полезно для здоровья, — заметил Бринн, выглядя потрясённым.

Зейн пожал плечами.

— Ты не достигнешь оптимальной силы, но это возможно. Это противоестественно, но ты не умрёшь и не пострадаешь от каких-либо побочных эффектов. Это будет принято во внимание при оценке элитных мужчин, но, пожалуйста, обязательно сообщи эту информацию руководителям команды. Послушай, — он сделал паузу, — тебе решать, как вести себя с людьми. Всё, что я хочу сказать, это то, что, если тебе нравится одна из них, но ты продолжаешь увлекаться другими, и она узнает об этом, тогда у тебя не будет шансов. Женщинам нравится чувствовать себя особенными. Им нравится идея о том, что мужчина заботится настолько сильно, что готов воздерживаться. Жертвовать своими потребностями ради неё.

Бринн пробормотал проклятие.

— Спасибо за это, милорд, вы только что испортили мне всё.

Зейн, однако, многозначительно посмотрел на Лэнса.

— Не прокладывай себе дорогу среди людей и не жди, что кто-то встретит тебя с распростертыми объятиями, — он отвёл взгляд на секунду, прежде чем снова посмотреть. — Не трахайся с женщинами-вампирами, ухаживая за человеком, а затем не ожидай с ней какого-либо будущего, потому что, если она узнает, а она узнает, этого не произойдёт. Если ты найдёшь ту, которая привлечёт тебя, ради всего красного, остановись и подумай. Постарайся завоевать её. Ты должен быть готов пожертвовать, встать на свои грёбаные колени, если придётся. Человеческие женщины не прощают. Они придают сексу эмоциональность. Уважай это и уважай их, и у тебя всё будет хорошо. Будут женщины, которые будут бросаться на тебя, но судьба может быть стервой; она заставит тебя захотеть женщину, которой ты не можешь обладать, — он улыбнулся. — Всё, что я могу сказать, это спасибо, чёрт возьми, что я женат. Я бы не хотел быть на твоём месте.

Бринн кивнул головой, взглянув на их короля.

— Имеет смысл. И поскольку я хочу пару, я прислушаюсь к твоим словам. Спутницу жизни, а не просто хорошо провести время. Я могу только молиться, чтобы она была среди женщин в эту горячку.

Лэнс закатил глаза.

— Расслабься, щенок. Это первый тур твоей первой схватки. Время ещё есть.

— Из любопытства, почему ты перестал… взаимодействовать с людьми? — спросил Бринн, переводя взгляд на Лэнса. Кай и Зейн тоже пристально смотрели на него.

— Потому что все, что только что сказал наш король, правда, — он повернулся к Зейну. — Мы закончили? — спросил он, с нетерпением ожидая окончания разговора.

Зейн поднял презервативы и бросил их обратно в Лэнса. И снова сработали его рефлексы, и он поймал их.

— Мы сейчас, — Зейн ухмыльнулся ему. — Мне нужно с тобой поговорить, — он несколько мгновений удерживал взгляд Лэнса. — Остальные свободны.

Остальные вышли. Зейн подождал, пока уйдёт последний, прежде чем повернуться к Лэнсу.

— Я рад видеть, что у тебя всё идёт лучше, — сказал его король, понизив голос. — Я волновался. — Мужчина повернулся к нему лицом. — Мне было больно смотреть, как ты тоскуешь по женщине, которой у тебя никогда не было.

Блядь!

Он не хотел заводить этот разговор. Конечно, не с Зейном. Только не снова. Мужчина мог быть другом… одним из его лучших друзей, но он всё ещё был королем. Говорить своему королю, чтобы он пошёл и трахнул сам себя, было неприемлемо. Раньше ему сходили с рук подобные выходки, но те дни давно прошли. Под этим мостом утекла тонна воды. Возможно, слишком много, чтобы когда-либо полностью преодолеть это, но он попытается.

Глаза Зейна потемнели. Их взгляд был направлен на него.

— Я знаю, что облажался, когда показал тебе те фотографии Стефани и её детей. Когда я показал тебе её и волка, играющих в счастливую грёбаную семью, но это нужно было сделать, — он остановился. — То, что ты отреагировал так в тот день, не было совпадением. Возможно, я мог бы распланировать события немного лучше.

Лэнс кивнул. Это было чертовски точно. Зейн показал ему фотографии как раз перед тем, как отправился на спарринг со своим лучшим другом Гриффином, и в итоге он убил самца, как безжалостный ублюдок. Он перерезал ему горло, ни секунды не колеблясь.

Слава богам, мужчина ожил. Опять же, это был Гриффин, если кто-то и мог воскреснуть из мертвых, то это был он. Этого всё равно не должно было случиться, и хотя он знал, что мужчина хотел как лучше, он хотел, чтобы Зейн прекратил своё дерьмо.

— Подожди минутку, — сказал Лэнс, поднимая руки. — Если ты планируешь показать мне снимки с их последнего семейного праздника, можешь меня не беспокоить. Я в порядке… Я покончил с этим.

В смысле, не очень. В смысле, этого никогда не случится.

Стефани, возможно, и была его отчуждённой парой, но она была его парой. Какая отвратительная удача — понять, что она значила для него, но только тогда, когда было уже слишком поздно обладать ею. Жизнь была так несправедлива.

Лэнс понял, что поступил неправильно, что он был первоклассным мудаком. Он зашёл слишком далеко, пытаясь вернуть её. Это были мрачные дни. Это не оправдание, но они были мрачными. Кромешная тьма. Он был рад, что смог оставить их позади. Он никогда не сможет полностью двигаться дальше или забыть. Он не хотел. Поступить так означало бы снова попасть в ту же ловушку.

— Я не собираюсь больше показывать тебе фотографии или читать лекции, или что-то в этом роде. Ты знаешь мои чувства.

— Да… — Лэнс улыбнулся. — Я должен найти хорошую женщину и остепениться, вырастить несколько детей.

Зейн усмехнулся.

— Что-то в этом роде.

Лэнс покачал головой. Он почувствовал, что улыбается, хотя это было против его воли.

— Мм-м-м-м… звучит чертовски захватывающе. Думаю, я откажусь.

— Возможно, ты будешь приятно удивлён тем, насколько это круто. Мне нравится быть отцом. Это, безусловно, лучшее, что когда-либо случалось со мной. Моя женщина ещё не знает об этом, но, когда у неё снова начнется течка… — к счастью, Зейн не договорил фразу, в его глазах появилось отсутствующее выражение. — Элеонора сказала, что есть большая вероятность, что это произойдёт только после того, как Сэма отлучат от груди. Я пытаюсь убедить свою пару, что девятимесячному мальчику не нужно целыми днями прикладываться к её груди.

— Прости меня, милорд, но от тебя это звучит дерзко. Я наблюдал за тобой с Таней, и ты не можешь держать свои руки подальше от неё на публике, не говоря уже наедине. С Брантом всё также запущенно.

Зейн приподнял брови.

— Её грудь моя, и я хочу её вернуть.

— Что, чтобы ты снова смог сделать ей ребёнка? В этом нет никакого смысла, — Лэнс подумал о маленьком сыне Зейна. Малыш сможет сидеть самостоятельно, и в один прекрасный день он станет подвижным. Осталось совсем немного. — Как поживает малыш Сэм?

— С сегодняшнего утра он ползает, — Зейн просиял. Улыбка растянулась по всему его лицу. Это было странно.

— Это здорово, — Лэнс улыбнулся.

Зейн приподнял брови, и его улыбка погасла.

— На самом деле, это довольно пугающе. Мы не можем отвести от него глаз ни на секунду. Ему нравится всё, но, — мужчина снова ухмыльнулся, — это здорово.

Улыбка снова погасла.

— Что? — Лэнс приподнял бровь.

— Я хотел кое-что спросить, — начал Зейн с серьёзным выражением лица.

Лэнс устало кивнул, не уверенный, чего теперь ожидать.

— Согласился бы ты стать крёстным Сэма? Прежде чем ответить… — Зейн поднял руку. — Это будет совместно с Ксавье. Крестных матерей будет две. Я знаю, что это немного неожиданно, и Таня пыталась отговорить меня от этого, но… — крупный мужчина вздохнул. — Я не могу придумать никого другого, кого я хотел бы видеть рядом с моим сыном… на моей стороне, если уж на то пошло. — Он положил руку на плечо Лэнса и сжал. — Ты был там в тот день. Ты видел меня в худшем виде, точно так же, как я видел тебя в худшем, — он заколебался, на мгновение на его лице промелькнуло страдальческое выражение. — Бекки — одна из крёстных матерей, и она в значительной степени ненавидит твою задницу. Я заметил, что ты делаешь всё, что в твоих силах, чтобы избегать её, — Зейн улыбнулся. — Я надеюсь, что ты сделаешь это для меня.

Лэнс сжал челюсти. Он почувствовал, как к горлу подкатил комок. После всего, что он вытворил, Зейн всё ещё хотел, чтобы он был там. Он прочистил горло и встал немного выше.

— Для меня это было бы честью. Спасибо.

— Ты уверен? — Зейн резко вдохнул. — Бекки устроит тебе ад. Находиться рядом с ней будет невесело. Кроме самого мероприятия, будет репетиция. У неё будет достаточно времени, чтобы придумать тебе что-нибудь новое.

Лэнс пожал плечами.

— Ты мой король и мой друг, — он схватил мужчину за плечо. — Я заслужу это, — он кивнул головой. — Я разберусь. Я элитный воин.

— Я бы предпочёл пойти на войну, чем встретиться лицом к лицу с разъярённой человеческой женщиной… особенно такой, как Бекки, — он кивнул. — Но, тем не менее, я благодарен тебе за то, что ты согласился. Кроме того, она руководит человеческим медицинским центром, так что это всего лишь вопрос времени, когда вы столкнётесь с ней. — Зейн остановился. — Мы будем рады, если ты приведёшь с собой пару.

— Я уверен, что одна из женщин-вампиров была бы…

— Спутницу, Лэнс… а не приятель по перепихону. Я бы не возражал, если бы она была вампиром, человеком… Чёрт, я бы не возражал, если бы она была эльфом или волком… Чёрт, ты мог бы привести дракона-оборотня, мне всё равно, главное, чтобы она была девушкой… настоящей.

— Во-первых… вампиры не ходят на свидания. Я, блядь, не хожу на свидания, а во-вторых… дракон-оборотень? — он подавил смех. — Драконы-оборотни — это миф.

— Если ты так говоришь, — Зейн выглядел удивлённым.

— Они миф, — повторил Лэнс.

Невозмутимый, Зейн сказал:

— Они существуют.

— Ни за что на свете. При всём моём уважении, милорд, ты несёшь чушь собачью.

— Брось произносить хреново милордское обращение. Я серьёзно. И некоторые представители этого вида навещали моего отца. Это случилось дважды… Я видел, как они превращались и улетали. Настоящие драконы, — его глаза остекленели в задумчивости. — Пиздец какие настоящие.

— Почему ты ничего не сказал раньше?

Зейн пожал плечами.

— Мы поклялись хранить тайну, но поскольку я король… — он снова пожал плечами. — Я верю, что ты ничего не скажешь.

— Я не скажу… нет, мне всё равно кто-нибудь поверит. Я не уверен, что верю тебе, — Лэнс улыбнулся.

Выражение лица Зейна стало задумчивым, и он склонил голову набок.

— Ты не обязан. В любом случае, это не важно.

Если это было правдой, то имело смысл, почему Зейн так усердно тренировался. Им всегда приходилось работать усерднее. Быть быстрее. Быть лучше. Что касается нелюдей, вампиры были на вершине пищевой цепочки. По крайней мере, Лэнс всегда верил, что это правда.

— Они представляют угрозу? — Лэнсу не удалось скрыть резкость в голосе.

Зейн медленно выдохнул.

— Они держались особняком все эти годы. Я сомневаюсь, что это изменится в ближайшее время. Они живут глубоко в самых высоких горах. Их земли нетронуты как людьми, так и другими видами. Они существовали таким образом так долго, что стали созданиями мифов и легенд, даже для нас, нелюдей.

— Ты всё ещё не ответил на мой вопрос, — заметил Лэнс.

Зейн приподнял брови, кивая.

— В одном из дневников моего отца он упоминает, что один из драконов-оборотней проговорился, что у этого вида было очень мало самок, так что, возможно, они страдают от тех же проблем с фертильностью, что и остальные из нас. Если это так, то они могут просто впасть в отчаяние настолько, что выйдут из укрытия. Если количество их потомства уменьшится… кто знает.

— Это вызывает беспокойство. Они такие большие, как рассказывают легенды? Они дышат огнём?

Зейн рассмеялся.

— Они не такие большие, как говорят легенды. Может быть, в три-четыре раза больше самца, когда превращаются. Крупнее волка-оборотня, но не слишком. Они не дышат огнём… по крайней мере… Я не думаю, что дышат. У них огромные крылья, по меньшей мере, двадцати футов в диаметре. Мальчиком я их боялся.

— А как взрослый мужчина? — Лэнс приподнял брови.

— Я бы не стал совершать ошибку, недооценивая их, и я бы предпочёл убедиться, что мы настороже.

— Мы будем готовы, — прорычал Лэнс. — Кроме того, не было никаких признаков того, что они планируют появиться в ближайшее время.

Зейн молчал, нахмурившись ещё сильнее.

— Что это? — что-то давило на Зейна. — Выкладывай уже это… милорд.

Зейн пристально посмотрел на него.

— Я сказал, чтобы ты прекратил называть меня грёбаным милордом. Мы друзья. Мне нужны несколько избранных, которые смогли бы сказать мне это прямо. Ты всё ещё один из тех немногих, даже если ты на какое-то время слетел с катушек. Я упоминал, что рад, что ты вернулся?

— Я верю, что ты вернулся, — ему пришлось улыбнуться.

— Что это было? Что привело к переменам? — глаза Зейна сузились.

Лэнс пожал плечами.

— Я всё такой же хреновый, как всегда. Я просто научился лучше справляться с этим.

Зейн фыркнул.

— Чёрт возьми! Это еще не всё.

— Не меняй тему, что тебя так встревожило? Почему ты заговорил о драконах?

— Было замечено, — голос Зейна был тихим. Беспокойство исказило его черты. — Мужчина-человек в Канаде заметил двух драконов, когда выгуливал своих собак. Никто не воспринимает его всерьёз, потому что были сумерки и освещение было плохим. Он также употреблял алкоголь. Мужчина непреклонен в том, что он видел. — Его король сделал паузу. — Мужчина запустил веб-сайт для наблюдателей за драконами. Он — посмешище, но всё ещё настаивает на том, что говорит правду.

Лэнс знал этого мужчину долгое время. Зейна было легко понять.

— Ты веришь ему, — наконец сказал он. — Почему?

— Одна из его собак убежала. Мужчина утверждает, что она была так напугана, что вырвалась на свободу.

Лэнс кивнул. Он терпеливо ждал, пока его король продолжит.

Зейн посмотрел ему прямо в глаза. Наконец он кивнул.

— Мужчина упомянул, что у драконов странная окраска. Он сказал, что у одного было серебряное брюхо, а у другого золотистая нижняя сторона. Золотой выглядел так, словно окунул свою грудь в жидкое золото. Это было столь же эффектно, сколь и устрашающе.

— Я полагаю, что информация точна.

Спокойное выражение лица Зейна говорило само за себя.

— У большинства видов драконов серебристая нижняя часть живота.

— Он ошибался насчёт золота?

Его король покачал головой.

— У драконов королевской крови золотая чешуя. Что я хотел бы знать, так это, какого хрена королевский дракон делает в Канаде? Что они делают на территории людей и точка?

— Брант в курсе ситуации?

— Да, — ответил он. — Я созываю совещание глав моих департаментов. Я хочу, чтобы ты был там.

Лэнс был застигнут врасплох. Он не возглавлял ни один из отделов. Больше нет. Йорк занял его место в качестве лидера элитной королевской гвардии. Гидеон руководил остальными гвардейцами. Чёрт возьми, он даже не был заместителем командира. Лазарь и Титан были удостоены этих почестей.

— Твои навыки бесценны. Ты служишь мне много лет и был рядом со мной, когда мы были ещё в пеленках, — Зейн подавил смех. — Мне нужно, чтобы ты участвовал в этом. Остальные не посмеют подвергнуть сомнению мой авторитет или моё решение.

Лэнс кивнул.

— Просто скажи мне, когда и где, и я буду там.

— Хорошо, — произнёс Зейн с явным облегчением в голосе. Когда его король собрался отвернуться, Лэнс остановил его. — Да?

— Ещё раз спасибо, что попросил меня стать крестным Сэма, — сказал Лэнс, оценив этот жест. — Я тебя не подведу.

— Лучше бы тебе, чёрт возьми, этого не делать, — его друг улыбнулся.

Глава 4

Эмбер разгладила платье. Итак, в конце концов, она не выдержала и поднялась в свою комнату, чтобы переодеться. Нельзя винить девушку. Кроме того, она волновалась, что после встречи они отправятся прямиком на ужин. В расписании был указан получасовой промежуток между двумя мероприятиями, что было не так уж много, чтобы привести себя в порядок.

Её платье было простым. Оно доходило чуть выше колена, было чёрным со сборкой сбоку. У него были короткие рукава и V-образный вырез, который демонстрировал намёк на декольте. Иззи часто шутила, что намёк на декольте Эмбер — это нечто большее, чем декольте большинства женщин. Простая нитка жемчуга и золотые серёжки-гвоздики были единственными украшениями, которые она надела. Завершила наряд простая чёрная обувь на низком каблуке с открытым носком.

Придя на встречу, она была рада, что проявила инициативу и переоделась. Остальные старались изо всех сил. Причёска, макияж, ногти. Назовите что угодно, и всё было вычищено, прихорашено. На этих женщинах было больше ярлыков, чем на красной дорожке церемонии вручения «Оскара».

Они находились в одном из залов замка. Там было безукоризненно чисто. Хрустальные люстры и сверкающие мраморные полы. Ковры выглядели так, словно были настоящими персидскими. Не пожалели средств. Бетани расправила плечи и как раз собиралась снова подкрасить губы, когда главные двойные двери открылись и вошли вампиры.

Они были одеты так же шикарно, как и женщины. Рубашки с воротничками и слаксы, дизайнерские джинсы и кашемировые свитера.

Эмбер пришлось заставить себя закрыть рот, и она молила бога, чтобы у неё не потекли слюни. Ей стоило большого труда не вытереть рот, просто на всякий случай.

Ух ты!

Просто… вау!

Повсюду были массивные грудные клетки, узкие бёдра и мощные бицепсы. Все они были высокими. До смешного. В комнате воцарилась тишина. Это, или её подвёл слух, что было вполне возможно, учитывая привлекательность мужчин.

Эмбер с трудом сглотнула, когда её взгляд остановился на одном из мужчин сзади. Он был в линялых джинсах и простой светло-голубой футболке. Единственный, кто не был разодет. Он стоял, скрестив руки на груди, со скучающим выражением на лице.

И, о, что это было за лицо. Его глаза были самого яркого голубого цвета, который она когда-либо видела. Его волосы были такими светлыми, что казались почти белыми. Его кожа была цвета мёда. Он был высоким и, возможно, не таким огромным, как пара других мужчин. Но это всё равно делало его крупнее любого мужчины, которого Эмбер когда-либо видела. И, боже, он знал, как привлечь внимание каждой женщины в комнате одним своим присутствием. Это, и прилично широкие плечи. Он излучал опасность и неприкрытую сексуальную привлекательность, каких она никогда раньше не испытывала.

— Это Лэнс, — сказала Бетани с придыханием в голосе. — Самый завидный холостяк. Он единственный вампир, оставшийся после первой горячки. Это его последняя возможность найти пару.

Как Эмбер ни старалась, она не могла оторвать глаз от сексуального мужчины в другом конце комнаты. Он разговаривал с парнем рядом с собой. Он всё ещё не обращал внимания на женщин в комнате.

— Не похоже, что он хоть немного заинтересован.

Бетани покачала головой.

— Разве ты не читала газету? Он открыто заявил, что ему не нужна пара.

— Тогда почему он здесь?

Эмбер почувствовала себя странно опустошённой. Он был, безусловно, самым привлекательным парнем в комнате. Хотя внешность была не самым важным фактором, взаимное влечение было одной из составляющих успешных отношений.

— Я не знаю, — Бетани вздохнула, — он сказал что-то о том, что нельзя сдаваться. Жаль, что я не попала в первую горячку. Вживую он еще привлекательнее. Чёрт… Я могла бы смотреть в эти глаза весь чёртов день, — её голос снова стал звучать с придыханием.

— Что произошло во время первой горячки?

Эмбер наблюдала, как Лэнс продолжал разговаривать с парнем рядом с ним. Парень, с которым он разговаривал, посмотрел в её сторону и, по сути, уставился прямо на неё. На неё. Ей пришлось сдержаться, чтобы не переминаться с ноги на ногу. От того, что отвёл взгляд. Другой парень подмигнул. Ей? Нет! Конечно, нет. Вероятно, за ней кто-то был. Она не оборачивалась. Эмбер хотела проверить, но на самом деле не собиралась этого делать. Вместо этого, стараясь держаться как можно непринужденнее, она снова обратила своё внимание на Бетани, которая всё ещё не сводила глаз со скучающего парня с потрясающими глазами.

— Лэнс, очевидно, занимался сексом с большинством человеческих женщин во время первой горячки. Он даже не прикоснулся ни к одной из них во время второй горячки, и похоже, что он планирует продолжить свой сухой период и в этот раз, — она вздохнула. — Такая жалость. Ну что ж! Похоже, здесь полно других. Тот, что рядом с Лэнсом, тоже довольно симпатичный. Мне нравится его грубоватый вид.

Эмбер оглянулась как раз в тот момент, когда парень рядом с Лэнсом снова обратил своё внимание на неё. У него были тёмные круги под глазами и ямочка на подбородке. Он был очень хорош собой. Парень улыбнулся. Ей. На этот раз в этом не было никаких сомнений.

— Кое-кто уже заинтересовался тобой, — прошептала Бетани. — Счастливица, — она испустила ещё один долгий вздох.

Лэнс замолчал и проследил за взглядом своего друга. Его пристальный взгляд остановился на Эмбер, глаза потемнели, а челюсть… сжалась. Короче говоря, он выглядел разозлённым. Затем он закатил глаза и направился к бару.

— Боже мой, он приближается, — Бетани казалась взволнованной. — Я собираюсь пообщаться… и с этим я оставлю тебя.

Эмбер хотела ответить «Нет, не нужно», когда она смотрела на удаляющуюся спину Лэнса. Затем она поняла, что только что сказала Бетани, и повернулась, чтобы тоже посмотреть на её удаляющуюся спину. Она внезапно почувствовала себя очень одинокой и очень уязвимой.

— Привет.

Очень мужской голос прозвучал прямо рядом с ней, и Эмбер пришлось сдержаться, чтобы не убежать. Она была здесь, чтобы познакомиться с людьми, встретиться с вампиром, поэтому она расправила плечи и посмотрела в глаза.

Крупный парень с пятичасовой щетиной стоял прямо перед ней, не сводя с неё глаз.

— Привет, — пробормотала она.

— У тебя красивое платье, — произнёс он, когда его взгляд скользнул вниз, не двигаясь дальше её груди, где он задержался на некоторое время.

Эмбер пришлось подавить смешок. Она привыкла, что люди пялятся на её грудь. В лицо, как любила говорить Иззи. Она также много хихикала, когда по-настоящему нервничала. Его взгляд медленно поднялся, встречаясь с её взглядом.

— У тебя также очень красивые глаза. Очень симпатичные, — он одарил её глуповатой улыбкой. — Мне нравятся карие глаза.

Эмбер хихикнула. Он казался действительно милым.

— Я Эмбер, — она протянула руку.

— Бринн. — Он взял ее руку в свою, гораздо большую. — Действительно приятно с тобой познакомиться. Пожалуйста, расскажи мне что-нибудь о себе.

— Эм… хорошо…, — она посмотрела вниз, туда, где их руки всё ещё были соединены.

— Ох, — здоровяк широко улыбнулся ей. — Прости, — он ослабил хватку. — Прости меня, я наслаждался контактом.

— Не беспокойся, — Эмбер хихикнула. Снова, и хотела бы остановиться, но Бринн, казалось, не возражал.

Он приподнял брови.

— Ты как раз собиралась рассказать мне о себе.

— Что ты хочешь знать?

— Что угодно.

— Мне двадцать семь. Я никогда не была замужем. Я… — Работаю на своих родителей и живу с ними. Возможно, она не станет этого говорить. — Мне… нравится фиолетовый цвет.

— Мм-м-м-м, — проговорил он. — Расскажи мне всё, что можно о тебе знать.

— Хорошо, — она услышала неуверенность в своём голосе.

— Ничего не упускай. Я хочу узнать тебя получше… ты пойдёшь со мной на свидание?

Громкий смешок раздался откуда-то из-за её плеча. Это был хорошо сложенный темноволосый парень. Он покачал головой.

— Ты слишком напорист, Бринн. Сделай глубокий вдох, ради че… крови, дай женщине немного пространства.

Бринн нахмурился. Он немного отодвинулся от неё.

— Прости, я не хотел…

— Не волнуйся об этом, — Эмбер легонько коснулась его руки. — Я не возражаю.

Его улыбка вернулась.

— Вот видишь, — Бринн прищурился, глядя на новоприбывшего. — Женщине… Эмбер, я нравлюсь ей.

— Она просто вежлива, — темноволосый незнакомец подмигнул ей. — Дай ей немного пообщаться.

— Ни хрена себе. Ты видел, какая она сексуальная? — в голосе Бринна послышались резкие нотки.

— У меня есть глаза, так что да, видел, — сказал темноволосый парень. Его голос тоже стал глубже.

Чёрт! Они говорили о ней. Вроде как спорили из-за неё. Ни за что. Просто… нет.

— Отвали, блядь, Кай. Я увидел её первым, — Бринн толкнул Кая.

Они явно спорили из-за неё. Её рот широко раскрылся.

Кай оттолкнул Бринна.

— Прикоснись ко мне еще раз, и я…

— Никакой драки, — это прозвучало как низкое рычание. Дыхание замерло в лёгких Эмбер. Это был Лэнс. Его глаза сверкали. Ярко-голубые, от которых она почувствовала лёгкую слабость.

— Кай пытается приблизиться к моей…

— Эта женщина не твоя, — Лэнс взглянул на неё. Его взгляда было достаточно, чтобы у Эмбер подкосились колени. Чтобы заставить кровь отхлынуть от её мозга. Она захныкала и прикусила губу, как полная идиотка.

Держи себя в руках, Эмбер.

Кай ухмыльнулся.

— Она не твоя, ты, ублюдок…

— Пошел ты! — лицо Бринна покраснело, всё его тело напряглось.

— Что ты мне сказал? — Кай шагнул вперёд, двое парней столкнулись грудь к груди.

Вмешался Лэнс, протиснувшись между ними и физически растащив их в стороны. Эмбер не могла не заметить, как напряглись его бицепсы. Вблизи он выглядел ещё лучше. Всё, о чём она могла думать, это обнять его и облизать эту сильную челюсть. Поцеловать его в губы. Проводить руками по его груди или, может быть, по прессу, а может быть, по тому и другому. Да, и по тому и по другому. Определённо.

— Отвали нахуй, — рявкнул Лэнс, сверкнув двумя длинными клыками. Клыки! Это должно было напугать её, но не напугало. Он ослабил хватку на двух парнях. — Это тестостерон. Чертовски воняет этой штукой, — он пробормотал что-то и скорчил гримасу. — Никаких драк. Женщины пострадают.

Это, казалось, отрезвило их. Кай расправил плечи.

— Просто до тех пор, пока он помнит, что женщина не…

— Заткнись нахуй, — один взгляд Лэнса, и темноволосый парень проглотил остальную часть того, что собирался сказать. — Бринн первым заговорил с женщиной. Отвали и в следующий раз, может быть, поднимешь свою задницу быстрее, — он повернулся обратно к Бринну. — Она не твоя. По крайней мере, пока, — он натянуто улыбнулся Бринну. — И для протокола, Кай прав, тебе нужно немного успокоиться. Быть жутким сталкером тебе не идёт.

Было странно, что они говорили о ней, но Лэнс даже не заметил её присутствия. Когда он, наконец, повернул к ней голову, у Эмбер перехватило дыхание, живот затрепетал, кожа потеплела, а сердце забилось немного быстрее. Его взгляд скользнул по ней с таким безразличием. Как будто он видел её насквозь. Как будто она даже не стояла прямо перед ним. Он определённо был высокомерным и немного грубоватым. Совсем не в её вкусе, даже если он был действительно хорош собой.

Лэнс зашагал в противоположном направлении. Преследователь. Это было не то слово, которое она когда-либо использовала раньше, и всё же, когда дело касалось Лэнса, оно идеально подходило. Он двигался легко и грациозно, но в то же время уверенно и целеустремленно. Мужчина привык получать то, что он хочет, и ему не нужно было и пальцем шевелить в процессе. Она поджала губы, решив, что это хорошо, что Лэнс выбыл из борьбы. Он был плохой новостью.

Бринн прочистил горло, возвращая её внимание к себе.

— Могу я предложить тебе что-нибудь выпить?

— Бокал мерло был бы великолепен.

Более чем великолепен. Холодный душ тоже не помешал бы, но её реакция на Лэнса была затяжной, и Эмбер заставила себя подавить её. Он был никем, даже неинтересен. Она больше не будет думать о нём. Её пристальный взгляд блуждал по комнате. Кай отошёл и стоял один. Он поднял своё пиво и подмигнул ей, когда поймал её взгляд. Румянец залил её щёки. Эмбер улыбнулась. Она не привыкла к такому вниманию. От двух действительно великолепных парней. Ей захотелось ущипнуть себя. Искушённая. Она действительно ущипнула себя, вне себя от счастья, когда ей стало больно. Это было по-настоящему. Это происходило.

Кай всё ещё смотрел на неё. Эмбер чувствовала на себе его взгляд, поэтому опустила глаза. Она не хотела, чтобы они снова поссорились, и она подозревала, что если Бринн заметит, как Кай подмигивает ей, то начнётся настоящий ад. И тогда она увидела это, конверт, он лежал на полу у её ног. На нём было что-то нацарапано. Она подняла его. Это была хорошая бумага. Не массового производства. Конверт казался тяжелым в её руке, учитывая, что он был сделан из бумаги. Он был не совсем белого цвета. Слово «Лэнс» было написано аккуратным, скорописным почерком.

— Что это? — спросил Бринн, когда он подошёл к ней.

Она не знала, почему сделала это, но покачала головой.

— Ничего, — Эмбер улыбнулась, убирая конверт в сумочку. Затем она взяла бокал у Бринна. — Спасибо.

Он нахмурился.

— Прости, если я заставил тебя чувствовать себя некомфортно. Я не уверен, как вести себя с человеческими женщинами.

— Ты должен просто быть самим собой, — она пожала плечами. — Делай то, что ты обычно делаешь.

Его лицо оставалось пассивным.

— Я бы отвёл тебя в свои апартаменты и трахнул.

Эмбер поперхнулась вином, глотая его. Она прикрыла рот рукой, чувствуя, как глаза наполняются слезами. К счастью, вино не попало ей в нос. Она кашлянула ещё несколько раз, прежде чем сделать глубокий вдох.

— Ты в порядке? — Бринн покачал головой. — Видишь ли, мы очень разные. Насколько я понимаю, человеческие женщины любят поговорить и узнать мужчину получше, прежде чем вступать в сексуальный контакт.

Что, чёрт возьми, она на это скажет?

— Эм… ну…

— Мне жаль. В мои намерения не входило заставлять тебя чувствовать себя неловко.

Бедняга выглядел по-настоящему расстроенным. Это была не его вина, что она была… кем она была на самом деле? Старой девой двадцати с небольшим лет? Немного затворницей, когда дело касалось мужчин?

— Нет, все хорошо. Я просто… — Эмбер пожала плечами. — На самом деле не привыкла говорить о таких вещах так… открыто.

Прошло очень много времени с тех пор, как у неё вообще был секс, так что неудивительно, что ей было трудно обсуждать эту тему. Даже произнести это слово… секс.

Не помогло ни то, что Бринн был представителем противоположного пола, ни то, что он был действительно хорош собой. У него были светло-серые глаза и тёмные волосы. При его росте и комплекции — это сочетание лишало её дара речи.

— Мы можем сменить тему, но, пожалуйста, не говори о погоде, — он улыбнулся. — Это верный признак того, что женщина не в восторге. Я хотел попытаться лучше понять человеческих женщин… — его глаза сузились, глядя на неё. — Я хотел лучше понять тебя.

Эмбер кивнула.

— Справедливо, — она сделала большой, укрепляющий глоток вина. — Я определённо из тех женщин, которым нравится сначала познакомиться с парнем. Я встречалась со своим последним парнем два месяца, прежде чем мы… ну, ты понимаешь.

Его глаза вылезли из орбит, а рот приоткрылся. Затем Бринн издал странный стонущий звук.

— Ты, должно быть, шутишь надо мной? — он почесал затылок. — Зейн не бредил, — пробормотал он себе под нос.

Эмбер пришлось рассмеяться над его реакцией.

— Я не шучу. Я не люблю торопить события. Я бы никогда просто так не прыгнула к кому-нибудь в постель, — она покачала головой. — Прости, если это тебя разочаровывает, и я пойму, если ты решишь пойти и поговорить с кем-нибудь из других женщин.

Он кивнул.

— Спасибо, что честна со мной. Я ценю это.

Это была та часть, где он прощался. Эмбер решила облегчить ему задачу.

— Послушай, не все женщины чувствуют то же, что и я. Мы живём в раскрепощённые времена. Есть много женщин, которые занимаются сексом ради удовольствия. Они не стали бы дважды задумываться о том, чтобы переспать с кем-то, потому что их это привлекает. Как говорится, никаких обязательств.

Бринн вздохнул.

— Думаю, ты могла бы мне понравиться, Эмбер. Я бы хотел узнать тебя получше. Я надеюсь, ты подумаешь о свидании со мной. Мы сможем узнать друг друга, и тогда, возможно… — его глаза потемнели. — Никакой спешки, конечно.

Ладно, неожиданно. Она приподняла брови, не зная, что сказать. Он был милым. Какой от этого может быть вред?

— Давай поужинаем вместе сегодня вечером, а потом подумаем о свидании, — Эмбер не смогла удержаться и оглядела комнату. Письмо в её сумочке, казалось, пело ей: «Лэнс, Лэнс». Она не могла выбросить это из головы, но его нигде не было видно. Где он? Она собиралась быть вежливой, хотя он и не был таким. Письмо выглядело важным и личным. Было бы неправильно передавать письмо кому-то другому. Ей нужно было вернуть его ему самой. Она заставила себя снова обратить внимание на мужчину, стоявшего перед ней.

Бринн улыбнулся ей.

— Звучит как план.

— Тогда ладно, — Эмбер улыбнулась в ответ.

Как раз в этот момент мимо прошёл Кай.

— Чёрт возьми, повезло! — он секунду сердито смотрел на Бринна, прежде чем одарить её полуулыбкой. — Увидимся завтра.

Умерла ли она, а затем перевоплотилась в альтернативной вселенной? Обычно мужчины не находили её привлекательной. Конечно, иногда им было трудно смотреть ей в глаза, но на этом всё заканчивалось. У неё были каштановые волосы до плеч и карие глаза, она была довольно невзрачной. У Эмбер был немного римский нос, бледная кожа, и, хотя волосы у неё были тёмные, ресницы были светлыми. Короче говоря, она не выходила из дома без туши.

Что еще хуже, Эмбер была немного полновата. У неё был целлюлит и округлости. Пышные формы, хотя за последние несколько недель она сбросила несколько фунтов. Временами это её раздражало. В конце концов, она была женщиной и хотела быть желанной. Она согласилась с тем, что всегда говорила ей мама: парень должен хотеть её такой, какая она есть. Изгибы и всё такое.

Бринн напрягся.

— Придурок, — он выглядел по-настоящему сердитым. Эмбер глубоко вздохнула. Это было нереально.

— Ты улыбаешься, — Бринн фыркнул. — Поди разберись! Тебе нравится, что два самца соперничают за твоё внимание.

— Это просто… это в новинку. Раньше из-за меня никогда не дрались парни. Не тогда, когда в одной комнате так много других по-настоящему красивых женщин. Кого я обманываю? Даже когда в комнате только я.

Бринн посмотрел ей прямо в глаза.

— Насколько я понимаю, в этой комнате есть только одна красивая женщина. Я рад, что тебе нравится наблюдать, как мы набрасываемся друг на друга, потому что я подозреваю, что в ближайшие дни ситуация накалится ещё больше. Может пролиться кровь, — он посмотрел через комнату на Кая, который склонил голову набок, его глаза потемнели.

— Ты даже не знаешь меня, — прошептала Эмбер.

— Я знаю достаточно, — Бринн указал на дверь. — Пойдём в столовую, ужин скоро подадут. Есть много вещей, которые я хотел бы узнать о тебе.

Глава 5

На хуй всё!

Лэнс проглотил последний кусочек своего филе-миньон, бросил салфетку на стол и направился к выходу. На сегодня хватит этого грёбаного пони-шоу. Он ненадолго задумался о том, чтобы переспать с одной из женщин-вампиров, но быстро отбросил эту идею. Завтра второй день, просто если он выпьет и потрахается перед завтрашней тренировкой, с ним всё будет в порядке.

Лэнс добрался до своей комнаты в мгновение ока, быстро приняв душ, он натянул боксеры. Чёрт, теперь, когда он был дома, он чувствовал, как стены давят на него. Возможно, отказаться от своих обычных вечерних занятий было не лучшей идеей.

Он чувствовал себя вялым. Лэнс лёг на свою кровать, но быстро снова встал. Чёрт! Прогулка по саду. Ему нужно было что-то сделать, хоть что-нибудь. Его сердце словно сжали в кулак. Адреналин подскочил. Его дыхание участилось, на лбу выступили капельки пота. Лэнс рывком распахнул дверцу шкафа и как раз доставал пару спортивных штанов, когда раздался стук.

Идеально. Просто, блядь, идеально. Незваный гость. Веселье и игры вот-вот должны были начаться. Это была только первая ночь. Почему они не могли оставить его в покое? Если бы он хотел женщину, он бы поманил её пальцем.

Покачав головой, он подошёл к двери и открыл её, не потрудившись сначала одеться. Он поймал удивлённый взгляд одного из охранников неподалёку.

Этот вечер становился все лучше и лучше.

Как и предполагалось, это была одна из человеческих женщин. Она была высокой, с длинными косами, которые ниспадали ей на спину. У женщины была красивая, сияющая кожа и страстная улыбка на её симпатичном лице.

— Подумала, что тебе не помешала бы компания, — она скользнула пальцем между грудей, обтянутых топом с глубоким вырезом.

Не сводя с неё глаз, Лэнс покачал головой.

— Ну, ты неправильно подумала.

Он захлопнул дверь у неё перед носом, скрипнув зубами от тихого смешка по ту сторону двери. Охранникам всё это показалось чертовски забавным.

Он просил их прекратить приводить женщин ночь за ночью, но никто не слушал. По крайней мере, эта женщина ушла грациозно. Ему часто приходилось выслушивать оскорбления, и в его дверь обычно колотили. Первая неделя новой горячки была самой тяжёлой, после этого самцы выбирали самок, и притеснения утихали.

Нервозность, которую он ощущал мгновениями ранее, вернулась, и теперь с грёбаной силой. Его мышцы напряглись, а челюсть сжалась. Он подошёл к окну и позволил своему взгляду блуждать по холмистым лужайкам. Звёзды были потрясающими, как и полумесяц, который висел низко в небе. Он почувствовал, что к нему понемногу возвращается нормальность, но это продолжалось недолго. Лэнс вернулся к своему шкафу и натянул спортивные штаны. Он как раз потянулся за рубашкой, когда раздался ещё один стук.

Чёрт возьми!

Он почти закричал, чтобы те, кто бы это ни был, оставили его на хрен в покое, но, скорее всего, они просто постучали бы сильнее. Всего на секунду он подумал о том, чтобы выпрыгнуть из окна. Два этажа — ничто для вампира в расцвете сил, но он не был трусом. Чем скорее разнесётся слух о том, что он недоступен, тем лучше.

Лэнс сделал глубокий вдох и открыл дверь. Титан притаился в тени. Что за хрень! До сих пор Титан был единственным мужчиной, который выполнял его желание держать людей подальше от него. Лэнс почувствовал, что хмурится. Хмурый взгляд только усилился, когда остановился на женщине перед ним.

Она облизнула губы, и её дыхание участилось. Она нервно улыбнулась ему.

— Извини, что беспокою тебя.

Какого хрена ей нужно.

Он скрестил руки на груди, окидывая её взглядом. Боже, но она была потрясающей. Сплошные сиськи и задница. Консервативное платье и нитка жемчуга только усиливали её привлекательность, как и её нервное переминание с пятки на пятку. Он заметил её на встрече, но попытался притвориться, что её даже не существует. Это было лучшим способом обескуражить этих женщин. Очевидно, это не сработало.

Не так давно он снял бы с неё это платье и насадил на свой член меньше чем за минуту. Её жемчуг и туфли на каблуках могли остаться. Всего на секунду у него возникло искушение принять её предложение, которое вскоре должно было поступить. Было бы здорово понаблюдать, как эта женщина разваливается под ним. Жаль, что этому не суждено было случиться.

Его член откликнулся, что чертовски разозлило Лэнса. Эта женщина, как и все остальные, хотела бы большего, чем просто час или два веселья. Она придаст акту эмоциональности. Затем ему придётся мириться с истериками и слезами, а в некоторых случаях и с поведением, граничащим с преследованием. Ни хрена себе!

Она облизнула губы.

— Я здесь, потому что…

Он сжал челюсти.

— Я знаю, почему ты здесь… — он не дал ей возможности заговорить, прежде чем продолжить: — Ты надеялась на перепихон.

Она резко вдохнула. Её глаза расширились, рот приоткрылся в шоке.

— Что? — прошептала она, выглядя оскорблённой. Она была одной из самых консервативных. Из тех, кто обманывал себя, думая, что хочет поболтать. Ни одна из женщин, которые стучались в его дверь, в конечном счёте не захотела поболтать. Ни одна.

Проклятье… у неё был чертовски сексуальный рот. Весь накрашенный. Лэнс наблюдал, как её рот закрылся, а губы стали тоньше. Её щёки раскраснелись, а глаза сверкали. Она была зла. Даже её маленькие кулачки были прижаты к бокам. Он был бы в жопе, если бы его член не затвердел ещё больше. Лэнс сжал в кулаке свою мятую рубашку перед своим членом. Он не хотел давать этой женщине никаких идей. Твёрдый член не означал, что она добивалась своего.

— Ты можешь развернуть свою сексуальную маленькую попку и уйти, — рявкнул он, не стесняясь в выражениях и надеясь напугать её, чтобы она оставила его в покое, — потому что у нас с тобой ничего не получится.

***

В тот момент единственное, о чём Эмбер могла думать, это о том, насколько он сексуален и как сильно он ей не нравится. Было неприятно признавать, даже самой себе, что без рубашки она никогда раньше не выглядела так хорошо. Широкие плечи, подтянутый пресс и толстые бицепсы. Татуировка, обвивающая его левую руку, только добавляла ему сексуальной привлекательности. Мудак!

— Я здесь не для того, чтобы… для… — пролепетала она, не в силах вымолвить ни слова.

Напряжённый… почти сердитый взгляд сменился… весёлым. Нет, это стало больше, чем просто забавой, это превратилось в насмешку.

— Трахаться. Слово, которое ты пытаешься произнести, — это трахаться.

Он был груб, пытаясь оскорбить и подстрекнуть её одновременно. Но у Эмбер пересохло во рту, и её женские части отреагировали, когда он произнёс это слово. Чёрт бы их побрал, но они это сделали. Её соски напряглись, как и всё остальное. Они не соглашались с её мозгом… с рациональной частью её натуры, которая отказывалась смотреть на то, что происходило в верхней части его спортивных штанов. О боже, его штаны низко сидели на бёдрах.

Она почувствовала, как её щёки запылали.

— Я здесь не за этим.

— Как будто, чёрт возьми, это не так, — Лэнс понюхал воздух. Его ноздри раздулись, а веки закрылись. — Я чувствую этот запах на тебе, — он усмехнулся. — Возможно, у тебя есть какое-то другое оправдание, которое ты придумала, чтобы заставить чувствовать себя лучше, но ты здесь ради этого, — он убрал скомканную рубашку и обхватил рукой свой… свой…

Лэнс не просто так это сделал. Нет, не просто. Она с трудом сглотнула, не в силах отвести глаз от его эрекции. Чёрт!

— Эм… — пробормотала она. — Это не так… — ей, наконец, удалось поднять глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Яркий, невероятно красивый синий. Чёрт бы его побрал! — Ты очень груб, — это прозвучало хриплым шёпотом.

Эти глаза, эти глаза. Они также были жесткими и лишёнными эмоций. Нет, это было неправдой. В их глубине была боль. Затем она исчезла, и насмешливый юмор вернулся.

— Я должен признать, что испытываю искушение.

— Ну, ты меня не интересуешь, — тихий писк. Эмбер почти ожидала, что он будет пялиться на неё, но его глаза не отрывались от её глаз. — Нет… — ей, наконец, удалось выдавить из себя, звуча так же взволнованно, как и она сама. — Я принесла тебе…

— Я знаю, что ты мне принесла, — наконец, его взгляд переместился на её грудь и вниз, между ног. Его ноздри снова раздулись. — Уходи, — он практически прошептал эти слова, когда его глаза снова встретились с её. — У тебя уже есть два самца, сражающихся друг с другом за твоё внимание. Тебе этого недостаточно?

Он схватился за край двери, и Эмбер могла сказать, что он собирался закрыть её у неё перед носом.

— Ты мудак. Ты знаешь об этом? Невероятно огромный мудак. Вдобавок ко всему, твоё высокомерие поражает. Удивительно, что тебе вообще удаётся проходить сквозь двери с головой такого размера.

Лэнс склонил голову набок и ухмыльнулся.

— У меня довольно большая голова, — он снова сжал в кулаке свой… член… и её взгляд был прикован к тому месту, где его рука ласкала его… действительно большой… за неимением лучшего слова… член.

Эмбер оторвала взгляд от того, что делала его рука.

— Прекрати. Пожалуйста, ты можешь попытаться перестать быть придурком достаточно долго, чтобы я могла рассказать тебе настоящую причину, по которой я здесь?

Лэнс покачал головой.

— Всё ещё обманываешь себя, женщина.

— Я не хочу заниматься с тобой сексом, — она уперла руки в бёдра.

— Я чувствую запах твоего возбуждения. Ты чертовски возбуждена.

— Я. Нет. — Может быть, совсем немного, но только потому, что её тело всё ещё не слушалось её. Наблюдение за тем, как он трогает себя подобным образом, ничему не помогло. Лэнс был идиотом. Полным мудаком. Ей было неинтересно. Она не заинтересована.

— Ты. Тоже, — он прислонился к косяку и ухмыльнулся ей. Почему, чёрт возьми, ему нужно было выглядеть так чертовски хорошо, когда он это делал? Зачем?

— Я пришла, чтобы отдать тебе это, — она протянула ему конверт, стараясь не улыбаться. Лэнс мог взять его и засунуть куда угодно, ей было всё равно. — Это доказательство того, что я пришла сюда не для того, чтобы…

— Входи.

— Что? — выдавила она. Он действительно только что это сказал?

— Ты пришла сюда, потому что хотела прийти. Это, — он подержал конверт секунду или две, прежде чем бросить его через плечо, — просто отговорка.

— Ни за что. Ты такой придурок. Такой…

— Да, да. Я придурок и засранец, но… — Лэнс ухмыльнулся. — Я мудак, которого ты хочешь, чтобы он трахнул тебя… жестко.

Эмбер издала писклявый звук, порождённый разочарованием. Она была так возбуждена, что её трясло.

— Нет, я не хочу. Это отвратительно. Это пошло и на самом деле очень грубо.

Её щекам стало так жарко, что она была уверена, что может вспыхнуть в любую секунду. Она не была уверена, было ли это из-за гнева, струящегося по её венам, или из-за того, что она была так возбуждена. Ей нужно было уйти, и прямо сейчас. Почему же тогда её ноги словно приросли к месту?

— Чушь собачья, — произнёс Лэнс, делая маленький шаг к ней и вторгаясь прямо в её личное пространство. — Тебе бы ничего так не хотелось, как, чтобы я затащил тебя внутрь и прижал к стене прямо в коридоре. Я бы задрал твоё консервативное платье выше бёдер, сорвал с тебя трусики и…

— Нет… — Эмбер задохнулась, чувствуя, что становится всё более и более влажной от тех пошлых вещей, которые он говорил. Она была в ужасе от реакции своего тела, но, похоже, ничего не могла с этим поделать.

— Нет? — глубокий, сексуальный рокот. Такой низкий и глубокий, что она почувствовала его внутри себя, и будь она проклята, если не стала ещё более скользкой. Её груди казались набухшими, лифчик слишком тесным. Почему здесь было так адски жарко? Кто-то должен что-то сделать с кондиционером.

Она покачала головой.

— Нет.

Ей нужно было, чтобы он замолчал. Ей нужно было уйти. Она даже сделала шаг назад, а затем остановилась.

Лэнс придвинулся ещё ближе. Их разделял едва ли дюйм.

— Мать твою! — он прошептал. — Ты ненавидишь меня прямо сейчас, не так ли? Но только потому, что ты чертовски сильно меня хочешь?

В яблочко.

К несчастью.

Его глаза смотрели на неё с таким пристальным вниманием, что у Эмбер перехватило дыхание.

— Это ново для меня. Чертовски интересно. Признай, что ты хочешь меня.

— Нет.

Её грудь быстро поднималась и опускалась. Ей нужно было уйти, но Эмбер всё ещё не могла отвести от Лэнса глаз.

— Сколько времени прошло? — его ноздри раздулись. — Этот уровень возбуждения сводит с ума, я чувствую твою потребность.

Лэнс облизнул губы, и Эмбер проследила за томным движением его языка, едва сумев сдержать вздох. Затем она поняла, о чем он спросил.

О, боже, мой! Смущение затопило её.

— Я ухожу. Не могу поверить, насколько ты груб. Неправильно спрашивать о таких вещах, — она попыталась сделать шаг назад.

— Как долго, чёрт возьми? — Лэнс схватил её за руку, и мягкость его прикосновения поразила Эмбер.

— Ни твоего…

— Скажи мне, — уговаривал он. Его взгляд смягчился.

Она была настолько ошеломлена переменой в его отношении, что выпалила:

— Три с половиной года, хорошо? Теперь я могу идти? — Эмбер почувствовала, как её глаза наполняются слезами. Она моргнула, не желая показывать ему, насколько она расстроена. Она с трудом сглотнула, пытаясь избавиться от комка, образовавшегося в горле.

— Нет, — произнёс грубо Лэнс, по-настоящему сердито. — Это не нормально. Это так далеко не нормально, что… — он выругался и потянул её за руку. — Ты идёшь внутрь.

— Нет. Я… — Эмбер попыталась отстраниться.

— У тебя есть два варианта… ты кончаешь здесь, либо в моей комнате, но ты кончишь маленький человечек, так что решайся.

Она была так потрясена, что позволила затащить себя внутрь. Когда дверь со щелчком закрылась, это привело её в чувство.

— Ты что, спятил? Я не какая-нибудь благотворительность. У меня в комнате есть отличный вибратор. Я не…

Лэнс усмехнулся.

— Как бы мне ни нравилась идея о том, что ты будешь ублажать себя, сегодня этого не произойдёт. Это не то же самое, когда ты делаешь это сам. Кроме того, тебе нужна разрядка, и тебе это чертовски нужно.

Эмбер покачала головой.

— Нет… я…

— Не отрицай этого, — Лэнс приближался, пока её зад не уперся в стену позади неё. Он положил руки на штукатурку по обе стороны от её лица. — Тебе это нужно. Ты получишь это. Я бы ничего так не хотел, как трахнуть тебя, но нам запрещено делать это сегодня вечером, так что придётся обойтись моим языком.

Его языком. Вырвался тихий стон. Эмбер нравилось и в то же время она ненавидела, как это звучит.

— Обычно я не из тех, кто следует правилам, но подозреваю, что ты придерживаешься их, так что я уступлю. Траха языком будет достаточно.

— Что? — её голос прозвучал хрипло. — Я не думаю, что это уместно…

— Ты меня слышала. Давай уложим тебя на диван и снимем это платье, — он схватил её за руку и потащил в направлении гостиной.

Она покачала головой.

— Это нехорошо…

— Чушь собачья… — Лэнс прижал её к стене, его рука обхватила её холмик поверх трусиков. Его нога скользнула между её ног, его глаза были яркими, пылающе-голубыми.

Эмбер застонала, но Лэнс тоже.

— Такая чертовски влажная, — прорычал он. — Твоя киска промокла.

С опытной точностью он отодвинул ткань в сторону и ввёл палец внутрь неё.

До этого у Эмбер были отношения с двумя мужчинами. Но у нее не было ни орального, ни какого-либо другого вида секса, кроме обычного. Одно прикосновение Лэнса, и её спина оторвалась от стены, когда удовольствие пронзило её. Раздался гортанный стон, который, как она поняла, исходил от неё.

— Тебе это нужно, — прошептал Лэнс ей на ухо. От его губ по её телу пробежала дрожь. Его твёрдая грудь прижалась к ней.

Его палец снова погрузился в неё, и Эмбер почувствовала, как у неё подогнулись колени. Её дыхание стало прерывистым.

— Да, — простонала она, и снова, когда он вышел из неё, но только из-за явной потери.

Чёрт! Что она делала? Её тело вибрировало. Дыхание у нее было прерывистое. Это было неправильно. Она не делала ничего подобного.

— Прекрати это, — велел ей Лэнс, потянув в гостиную. — Перестань слишком много думать об этом. Тебе нужна разрядка. Ты можешь продолжать ненавидеть меня потом.

Эмбер попыталась сесть на диван, но он схватил её за бёдра, поворачивая её.

— Стой смирно, — потребовал он

Лэнм задрал её платье до бёдер, обнажая её. На самом деле раздался треск, когда он стянул с неё трусики. Этого не может быть. Она сжала бёдра вместе, чувствуя себя униженной, сердце бешено колотилось, но Эмбер была не в состоянии сделать ничего, кроме того, чего он хотел.

Она зажмурила глаза. Это было так чертовски интимно. Почему она позволяла это?

Низкий рык вырвался из его груди, когда он усадил её на кофейный столик. Дерево было прохладным под её голой задницей. Она пожалела, что у неё не было достаточно времени, чтобы нанести там воск. Ещё сильнее Эмбер пожалела, что, хотя бы не подстриглась. Не то чтобы она на самом деле ожидала, что что-то подобное произойдёт в первый день. По правде говоря, она вообще не ожидала, что что-то подобное произойдёт. Ладно, может быть, на заключительных этапах, если её выберут, и она влюбится. Действительно большое «если».

— Твоя киска восхитительна, — взгляд Лэнса был сосредоточен между её бёдер.

Эмбер опустила взгляд, ожидая увидеть ухмылку, но его лицо было напряжённым, а глаза горели… голодом. Её собственное сердцебиение участилось. Он не шутил и не поддразнивал её. Он действительно это имел в виду.

— Откинься назад и положи руки по обе стороны стола. Я хочу, чтобы твои ноги были у меня на плечах.

— Я не так уверена в этом, — пробормотала она.

— Это произойдёт, и тебе это чертовски понравится.

— У меня никогда не было такого раньше, — это просто вырвалось. — Я тебя даже не знаю.

Глаза Лэнса сузились.

— Тебе никогда не нравилось, когда мужчина опускался на тебя? — он выглядел сердитым.

Она пожала плечами, чувствуя себя идиоткой.

— На самом деле, нет. Ощупывающие пальцы и… нет. Я никогда такого не делала, — Эмбер не собиралась вдаваться в подробности. Она не была так уверена во всём этом. — Это ужасная идея…

В последний раз, когда Фредди кончил на неё, она в конце концов симулировала оргазм, просто чтобы он остановился. Ногти её бывшего впились в неё, и он был слишком груб. Его рот также был прижат к области, которая совсем не была её клитором. Она сказала ему, чтобы он не беспокоился в следующие несколько раз, пока предложения совсем не иссякли.

Она не возражала против секса, обычно он заканчивался довольно быстро. Хотя Эмбер наслаждалась множеством оргазмов, они были её собственными. Она также не возражала против этого. Секс, в конце концов, не был важен. Это длилось несколько томительных минут раз или два в неделю. В отношениях было так много других вещей. Гораздо более важных вещей.

Его челюсть задвигалась.

— Это произойдёт. Возьмись за стол и сделай это сейчас… — это прозвучало так грубо, так повелительно, что Эмбер откинулась назад и сделала, как он сказал. Её колени были прижаты к его груди.

Лэнс скользнул руками вниз по её бёдрам.

— Открой, — приказал он. Эти преследующие глаза приказывали ей так же сильно, как и его слова.

Она хотела отказаться, но её ноги разжались прежде, чем она смогла открыть рот. Было похоже, что Лэнс лучше контролировал её тело, чем она сама.

Его прекрасные глаза не отрывались от неё, когда он закинул её ноги себе на плечи. Он задержал её взгляд ещё на мгновение, а затем опустил его на её… девичьи ягодицы. Ей пришлось приложить усилия, чтобы не съёжиться под его пристальным взглядом.

— Господи! — наконец прорычал он. Звук был низким и угрожающим. — С тебя капает, ты чертовски мокрая. Я наслажусь этим так же сильно, как и ты.

Наконец, Эмбер охватила паника, когда она поняла, что это происходит. Совершенно незнакомый мужчина собирался наброситься на неё. Он был вампиром и полным придурком. Она попыталась сомкнуть ноги, но это было трудно из-за двухсот с лишним фунтов вампира, навалившегося между ними. Он издал звук несогласия, когда его язык осторожно коснулся её клитора. Она втянула воздух, её руки ещё крепче сжались на столе позади нее.

— О… — ахнула Эмбер, звуча шокированно, потому что, ну, она была шокирована. Это было приятно. Действительно, действительно хорошо.

Он ещё несколько раз провёл языком по нервному сплетению. Её глаза расширились ещё больше, а рот приоткрылся.

— Ах… — она выдохнула во второй раз, звуча ещё более растерянно. По-настоящему хорошо превратилось в по-настоящему потрясающе. Затем он сделал то, что намеревался сделать. То, что он, по сути, обещал ей. Он трахнул ее языком.

Его длинный, горячий язык проник в её лоно, и он продолжил трахать её им. Трахал полностью. Её глаза открылись ещё шире. К этому моменту Эмбер уже знала, что, должно быть, выглядит нелепо. Широко раскрытые глаза, разинутый рот, платье, обтягивающее её бёдра, которыми она покачивала в такт его движениям.

Одна из её рук сжимала в кулаке его волосы, но Эмбер не могла заставить себя прекратить это делать. Её лодыжки были сомкнуты у него на шее.

— О-о-о-о-о-о-о… — длинное и протяжное. По крайней мере, в её голосе больше не было шока. Её голос звучал так, словно она была на грани оргазма… что так и было.

Даже сквозь своё тяжелое дыхание и стоны она могла слышать звуки, которые издавал его язык, когда он входил в неё и выходил из неё. Это заставило её почувствовать себя ещё более возбуждённой. Всё её тело гудело. Она никогда не чувствовала себя такой тяжёлой и отягощённой, но в то же время такой напряжённой и готовой, и всё это одновременно.

— Ах! О! — Эмбер хотелось перестать говорить это. Рука, которая сжимала его волосы, теперь впивалась в кожу головы, когда она пыталась притянуть его ближе. Нужно было больше… больше…

Затем он перешёл от траха языком к чередованию ласк языком и облизывания клитора. Она стонала каждый раз, когда он отодвигался от её клитора. Если бы он задержался ещё хоть на секунду. Всего на одну маленькую секунду…

Это продолжалось несколько минут. Эмбер чувствовала себя такой напряжённой, что ей хотелось кричать. Такой болезненной и нуждающейся. Её бёдра двигались. Её стоны были громкими и гортанными, но она ничего не могла с собой поделать.

— Такая восприимчивая, — пробормотал Лэнс, прижимаясь к её плоти. Затем он сомкнул рот на её клиторе, его язык ласкал её. Эмбер не была уверена, сколько пальцев он ввёл в неё. Казалось, что больше одного входит в неё и выходит из неё.

Её глаза закатились. Каждый мускул напрягся. Каждое нервное окончание взорвалось. Она слышала, как женщины описывали этот момент как видение огней и слушание оркестров. Ну, не для неё, всё потемнело, и, кроме биения её собственного сердца, стремительного движения крови, она ничего не слышала. Всё её тело было сосредоточено на удовольствии, которое захлестывало её, проходило через неё, в ней, вокруг неё. Снова и снова, пока Лэнс, наконец, не отпустил её. Эмбер откинулась на стол. Её ноги всё ещё были у него на плечах.

Казалось, из неё выжали всю энергию. Её грудь вздымалась. Руки массировали её бёдра.

Большие мозолистые руки. Его руки. Лэнса.

Глаза Эмбер распахнулись под его удивлённым взглядом. О, безумие! Его губы блестели, подтверждая то, что только что произошло.

— Чувствуешь себя лучше? — он приподнял бровь.

— Этого никогда не должно было случиться, — Эмбер покачала головой, пытаясь убрать ноги с его широких плеч. — Я не делаю ничего подобного, если только не встречаюсь с кем-то… Пока мы не проведём вместе некоторое время и не…

— Успокойся, — он вздохнул. — Это была самая вкусная киска, которую я пробовал за долгое время. Возможно, это была даже моя самая вкусная киска в жизни, — секунду или две Лэнс выглядел смущённым.

На самом деле это грубо.

— Тебе обязательно быть таким вульгарным?

Эмбер изо всех сил старалась убрать с него ноги, чтобы поправить платье. Её щекам стало жарко. Всё тело покалывало. Она чувствовала себя смущённой из-за всего этого, из-за того, как поддалась, решив, что он придурок и не стоит её времени. Она чувствовала себя беззащитной, что было нелепо, учитывая, где всего несколько мгновений назад был его язык. Дрожь желания пробежала по ней при этой мысли. Поди пойми, что у неё только что был лучший сексуальный опыт в её жизни с мудаком.

— Я просто констатирую факты, — он снял её ноги со своих плеч. — Что касается отсутствия у нас отношений, — произнёс Лэнс, ухмыляясь ей. — Я не скажу, если ты не скажешь. Никому не нужно знать. Мне хотелось тебя отвлечь, а тебе нужна была разрядка, — он пожал плечами, как будто это не имело большого значения.

Эмбер одёрнула платье, отчаянно нуждаясь прикрыться. Подавленная собственным поведением, она чуть не опрокинула стол, чувствуя сильную потребность сбежать.

— Полегче, — сказал Лэнс, кладя руку ей на бедро. — Давай я помогу тебе подняться.

Она стряхнула его руку.

— Я вполне способна, большое тебе спасибо.

— Мне было приятно, — Лэнс ухмыльнулся ей. Какая высокомерная задница.

— Я благодарю тебя за то, что ты не дал мне упасть со стола. Оргазм был довольно средним.

Откуда, чёрт возьми, это взялось?

Он действительно заслужил это за то, что был таким чертовски высокомерным.

В его глазах появился опасный блеск.

— Чушь собачья. Ты только что сказала мне, что привыкла к тому, что тебя лапают, и что тебе не нравится, когда кто-то опускается на тебя. Ты лгала?

Эмбер пожала плечами, пытаясь вести себя так же беспечно, как он всего несколько мгновений назад.

— Я могу гораздо лучше справиться сама, — она подмигнула ему. — Ты получил свое письмо. Я ухожу отсюда.

Надеюсь, это помогло ему опуститься на несколько ступенек. Придурок!

Его рот открылся, но она не стала дожидаться, пока к нему вернется самообладание. Эмбер развернулась и со всех ног бросилась вон оттуда. Она высоко подняла подбородок, и, хотя её ноги дрожали, ей каким-то образом удалось выйти из его комнаты, не упав на задницу.

Она была слишком напугана, чтобы взглянуть на лицо охранника. Как неловко. Что она натворила? Её единственным утешением было выражение лица Лэнса, когда она уходила. Широко раскрытые глаза и разинутый рот. Парень был совершенно ошарашен.

Глава 6

Человек хихикнула над чем-то, что сказал Бринн. Лэнс провёл рукой по волосам, а затем расправил плечи. Он стоял достаточно далеко, чтобы не привлекать внимания. Кроме того, это была та часть сада, где он часто зависал. Не его вина, что обед, который давно закончился, был организован здесь, под деревьями. Или что многие из тех, кто присутствовал на обеде, всё ещё слонялись без дела.

Он не мог выбросить человеческую женщину из головы. Не мог перестать пялиться на неё. Это чертовски раздражало. Он знал, что она лжёт о том, что предпочитает кончать сама, и всё же… он издал звук, который противоречил тому, насколько расстроенным он себя чувствовал.

Её волосы были собраны в свободный конский хвост. На ней были футболка и шорты. Рубашка была свободного покроя, а шорты доходили ей чуть выше колен. В повседневном наряде не было ничего даже отдалённо сексуального, но его член был твёрдым, как армированный сталью гранит. С другой стороны, так было с тех пор, как она покинула его комнату накануне вечером.

— Я вернусь, — Бринн улыбнулся ей. — Никуда не уходи.

Мужчина оставался рядом с ней весь обед.

Лэнс сделал шаг в её сторону, но Кай оказался рядом с ней прежде, чем он успел сделать второй. Ублюдок!

— О! — она схватилась за грудь. Слово сорвалось с её губ испуганным вскриком, напомнившим ему о звуках, которые она издавала прошлой ночью. Его член дёрнулся.

— Привет! — она помахала рукой, вздохнув с облегчением. — Вы, парни, действуете слишком быстро. Ты чертовски напугал меня.

— Извини! Я хотел поговорить с тобой наедине… — он ковырнул носком ботинка грязь. — Я хотел спросить, не составишь ли ты мне компанию на ужине сегодня вечером?

— На самом деле это мило с твоей стороны… эм…, — она не привыкла к вниманию. Было похоже, что, хотя она и была польщена, ей это не очень понравилось. — Просто, ну, обед с Бринном, а потом ужин с тобой, — она покраснела. — Просто это кажется каким-то неправильным.

Не говоря уже о том, где прошлой ночью был спрятан его собственный язык. Ему пришлось улыбнуться. У человеческих женщин были такие зацикленности. Обычно его это раздражало. Обычно.

Кай усмехнулся.

— В этом нет ничего плохого. Это программа знакомств. Ты можешь встречаться со всеми нами, — он поднял руки. — Ты согласилась быть эксклюзивной с Бринн? — ноздри мужчины раздулись. Он перепроверял, чтобы убедиться, что между человеком и Бринном не было горячки. Вероятно, это ничего бы не изменило, даже если бы это было так. Кай всё равно попытался бы завоевать её.

Эмбер улыбнулась и покачала головой.

— Я даже не знаю Бринн. Я не знаю никого из вас.

Кай нахмурился.

— Ты знаешь его лучше, потому что провела с ним больше времени. Будет справедливо, если ты дашь мне такой же шанс.

— Такой же шанс для чего? — громко зарычал Бринн, подходя к ним. — Мужчина не может даже отлить без того, чтобы не подошел другой мудак.

— Кого ты называешь мудаком? — Кай шагнул к Бринну.

И вот опять. Лэнс вздохнул.

— Ну, если я не прав… то сделай мне одолжение и отвали. Иди найди какую-нибудь другую женщину, чтобы приставать.

— Я не приставал к Эмбер. Я приглашал её на свидание, и она как раз собиралась согласиться. Она не твоя. Ты не имеешь на неё никакой власти, — Кай сделал ещё один шаг к Бринну, и они оказались почти грудь в грудь.

Эмбер попыталась что-то сказать, но Бринн оборвала её.

— Чёрт возьми! — его руки прижались к бокам, а лицо покраснело. — Она согласилась встретиться со мной сегодня за ланчем. Со мной! — выпалил он в ответ, ударяя себя в грудь, как пещерный человек. Они были такими детьми.

— Прекратите это! — Эмбер попыталась встать между ними. Какого хрена? Даже женщина-вампир поняла бы, что нужно отойти, не говоря уже о крошечном человеке. Она пострадает, если дело дойдёт до драки, и, похоже, к этому всё и шло.

— Обед окончен, придурок. Эмбер ужинает со мной… Смирись с этим или, блядь, да поможет мне…

— Она не согласилась пойти с тобой на свидание, придурок… Обед, может, и закончился, но наше свидание, чёрт возьми, точно нет, — Бринн ударился грудью о грудь Кая. Мужчины были примерно равны. Милая, маленькая Эмбер была на грани того, чтобы быть раздавленной.

— Прекратите! — прорычал Лэнс, сокращая расстояние между ними. — Никакой драки. Разве я вчера не ясно выразился?

Бринн ухмыльнулась.

— Кто умер и провозгласил тебя…

Лэнс не дал ему закончить. Один быстрый удар, и самец приземлился на задницу. Из его сломанного носа потекла кровь. Лэнс схватил женщину и потянул её за собой.

— Ты серьёзно навредишь человеку, если дойдёт до драки.

— Что, черт возьми, это было тогда? — Бринн сплюнула кровь. — Ты только что ударил меня и мог ранить женщину.

— Я на много лет старше тебя. Ты всё ещё прыщавый грёбаный подросток относительно меня. Я совершил своё первое убийство, когда ты ещё сосал грудь своей матери. У меня больше контроля в моём маленьком мизинце, чем у тебя, возможно, когда-либо будет. Я знаю, куда ударить, как ударить и насколько сильно ударить. Я могу нокаутировать вас обоих одним ударом, даже не вспотев. Вы двое, с другой стороны, — шальные пули.

Кай опустил взгляд на землю. Бринн сплюнул ещё один сгусток крови. Он кивнул, прежде чем вскочить на ноги. Того факта, что он так долго лежал, было достаточно, чтобы смириться.

— Вы оба можете позвонить женщине в ее комнату. Кай… — мужчина поднял на него глаза. — Ты можешь пригласить первым с десяти до пяти. Ты, — он указал на Бринн, — в пять часов.

— Какого чёрта у него особые грёбаные привилегии?

— Не заставляй меня ударить тебя во второй раз, — Лэнс сделал шаг к мужчине, который отшатнулся. — Ты обедал с ней, дай Каю шанс. Если бы это был я, то сказал бы «нет» вашим уродливым рожам, — Лэнс рассмеялся.

Бринн хихикнул.

— Из тебя получилась бы одна уродливая женщина.

— Вздор. Люди думают, что я симпатичный, — ему пришлось ухмыльнуться. — Тебя это устраивает? — он посмотрел на женщину, чьи глаза расширились.

— Эм… ты был бы не очень привлекательной женщиной, — она покачала головой. — Ты слишком высокий и мускулистый.

Лэнс рассмеялся. В общем, все рассмеялись. Это был первый раз за долгое время, когда он хорошо посмеялся.

— Нет…, — он покачал головой. — Я имел в виду, что они позвонят тебе позже, или ты бы предпочла, чтобы они…

— О… — вот оно снова. Ещё одно воспоминание о прошлой ночи. Её полные губы округлились так красиво, что он легко мог представить их обхватывающими его член. — Всё в порядке. Я думала, ты спрашиваешь меня, была бы из тебя хорошая женщина. Наверное, я прослушала… не бери в голову, — она помахала рукой. — Хорошо… так нормально.

На секунду его тело уверилось, что она имела в виду, что отсосать у него — это нормально. Затем Лэнс понял, что она имела в виду, что мужчины могут позвонить ей позже. Сначала он почувствовал раздражение из-за того, что она не собиралась отсасывать у него, затем он ощутил раздражение из-за того, что хотел, чтобы она это сделала. Затем Лэнс снова почувствовал себя серьёзно разозлённым из-за того, что она сказала, что ей не понравилось прикосновение его рта к ней.

— А теперь отвалите, вы оба, — прорычал он немного резче, чем намеревался.

— Извини, если мы тебя напугали, — Бринн схватил руку Эмбер и поцеловал её.

Лэнсу пришлось подавить желание заняться с юнцом физической расправой. Почему самец не подчинился ему… немедленно?

— Да… я очень сожалею… Надеюсь, что ты отнесёшься к моему предложению с пониманием, — Кай тоже потянулся к её руке.

На этот раз низкое рычание всё-таки вырвалось. Лэнс почувствовал, как вибрирует его грудь. Кай взглянул в его сторону, прежде чем быстро отвести глаза.

— Поболтаем позже, — прошептал он и последовал за Бринном.

Женщина тяжело вздохнула, не сводя глаз с удаляющихся мужчин.

— Дети, — пробормотал он. — В следующий раз обязательно отойди, когда мужчины собираются драться, — он встретился с ней взглядом. — Что это с вами, людьми? Мой друг женат на женщине, которая также настояла на том, чтобы броситься между двумя самцами в разгар драки, — он не мог не улыбнуться, просто подумав о Саре. — Она ни за что не может находиться в одной комнате с пауком, но готова рискнуть своей шеей, чтобы остановить драку. Ты же знаешь, что тебе было бы лучше, если бы ты бросилась под автобус?

— Я не могу просто стоять и смотреть, как они бьют друг друга.

— Нет, не стоять. Я сказал отойти, то есть сделать шаги в другом направлении, в идеале бегом. Когда вампиры становятся такими, они видят красное. Молодые придурки вроде этих двоих не думают о последствиях. Мне нужно поговорить об этом с Зейном.

— Что ж, спасибо… Я думаю. Хотя я не совсем уверена, почему ты хочешь мне помочь.

Эта женщина была невежественна. Из-за неё дрались мужчины, а она всё ещё не понимала.

— Потому что мне нравится эта рубашка, — он опустил взгляд на одежду, прежде чем снова встретиться с её глазами, которые были светло-карими. В них были зелёные крапинки. Хорошенькие. Он не знал, почему женщины настаивали на том, чтобы называть его так. Теперь глаза, как у неё, чёрт возьми, вот это было красиво.

Эмбер нахмурилась.

— При чём тут моя рубашка?

Лэнс одарил её полуулыбкой.

— Пятна крови трудно удалить. Особенно человеческую кровь.

— Это не смешно.

— Хорошо, что я тогда не шутил. Пойдём.

Эмбер явно подпрыгнула от использования этого слова. Ему пришлось подавить смешок, но только потому, что он хотел, чтобы она его выслушала.

— Я провожу тебя обратно в твою комнату, — добавил он, всё ещё изо всех сил стараясь не ухмыльнуться.

— Нет. Я справлюсь сама, но спасибо тебе.

Всегда такая чертовски вежливая.

— Я настаиваю.

— Я бы предпочла, чтобы ты этого не делал, — она притопнула ногой. Это было чертовски сексуально.

— Почему? Ты боишься, что я проболтаюсь? — Лэнс приподнял бровь.

Её глаза сузились, а чертовски сексуальный ротик надулся на целых две секунды.

— Нет. Ты никогда не увидишь мою комнату изнутри.

Он издал фыркающий звук.

— Я говорила о твоей киске, а не о твоей комнате.

Эмбер вздохнула.

— Почему ты должен быть таким чертовски грубым? — запах её возбуждения внезапно разлился в воздухе, и женщина заёрзала. — Ты можешь забыть о том, что видел изнутри мою… — она выдохнула. — Изнутри мою…

— Киску, — подсказал Лэнс. — Киску, — повторил он, наблюдая, как её лицо стало ярко-красным и как она не могла встретиться с ним взглядом. — Скажи это.

— Нет. Забудь об этом. Я не скажу, — Эмбер развернулась и направилась к жилым помещениям.

Он пристроился рядом с ней.

— Слишком поздно. Я уже видел внутреннюю часть твоей киски. Чего бы мне сейчас действительно хотелось, так это почувствовать внутреннюю часть этой прекрасной, чертовски тугой киски…

Эмбер ахнула.

— …на этот раз своим членом, — Лэнс наклонился и прошептал эти слова, его плечо коснулось её плеча.

Она остановилась как вкопанная. Её рот открылся. Она издала писклявый звук. Её лицо раскраснелось, а сердце бешено колотилось.

— Ты самый грубый, самый тщеславный мудак, которого я когда-либо встречала. Если я когда-нибудь увижу тебя снова, это будет слишком рано. Уходи, — она ускорила шаг, в два раза быстрее, пытаясь оторваться от него. Чёрт возьми, если бы.

— Я думаю, что причина, по которой ты сейчас так злишься, в том, что ты ничего так сильно не хотела бы, как кончить на член самого самодовольного мудака, которого ты когда-либо встречала, — Лэнс схватил её за локоть и развернул лицом к себе. Её грудь вздымалась, щёки так чертовски раскраснелись. Её запах был повсюду. Запах её желания наполнил его. Его член откликнулся чертовски быстро.

Он почти ожидал, что она попытается поцеловать его. Лэнс, чёрт возьми, не мог дождаться, когда её губы соприкоснутся с его губами. Ему не терпелось. Быстрее, чем он думал, что это возможно, особенно для человека, её рука взметнулась и ударила его по лицу. Так сильно, что у него зазвенело в ушах. Щека горела, а глаза слезились.

— На хуй тебя, — прорычала она.

— Я бы хотел, чтобы ты это сделала, — он не смог удержаться от улыбки. — Ты знаешь, что хочешь.

Глаза Эмбер расширились.

— Нет… я… нет… — она развернулась и пошла прочь. Они приближались к жилому комплексу с задней стороны. Вдоль стены за бассейном тянулись кабинки для переодевания. Лэнс схватил её за руку и потянул в одну из кабинок.

Эмбер рванулась к двери, но он закрыл её и прижался к ней спиной, неизменно заманивая её в ловушку.

— Кем ты себя возомнил?…

Лэнс прижался губами к её губам. Он не мог вспомнить, когда в последний раз целовал женщину. Это было целую вечность назад. Они умоляли его, они все умоляли, но он отказался. Он притянул её тело к своему. Боже, она была мягкой. Одной рукой обнял её за шею, а другой сгреб в охапку за попку.

Он почувствовал острую боль, и его член практически выскочил из штанов. Когда Эмбер отстранилась, на её губе была кровь. Его кровь. Он провёл рукой по рту и посмотрел вниз на красное пятно.

— Свинья, — прошипела она.

Лэнс стянул рубашку через голову.

Её взгляд стал пылающим, когда она посмотрела на его грудь. Маленький человечек сжала бёдра вместе.

— Прекрати это. У нас не будет секса.

Он покачал головой.

— Нет, мы не…

Выражение её лица сменилось разочарованием. Возможно, Эмбер не хочет этого признавать, но она хотела его самым худшим образом.

— Мы не собираемся заниматься сексом, мы будем трахаться, — он улыбнулся, и улыбка была не из приятных. — Снимай шорты.

— Нет, — она покачала головой. Её возбуждение было таким сильным в замкнутом пространстве, что ему пришлось дышать ртом, чтобы удержаться и не наброситься на неё.

— Я, блядь, не могу дождаться, когда окажусь внутри тебя. Три с половиной года — долгий срок. Слишком, блядь, долгий. Тебе это нужно, и я хочу тебе это дать. Это не будет благотворительностью или какой-либо другой причиной, кроме того, что я хочу тебя.

— Почему? — её дыхание участилось, а сердцебиение усилилось.

Действительно, почему? Его мысль перешла к нескольким причинам, которые Лэнс сразу же отверг.

***

Может быть, она ему действительно нравилась или он находил её симпатичной. Может быть, он был не таким большим засранцем, как она думала. Может быть, в нём всё-таки было что-то большее. Ей не следовало об этом думать, но Эмбер действительно хотела знать.

Его глаза были светлее, чем она когда-либо видела. Они, казалось, светились. Его грудь была такой широкой. Ей хотелось лизнуть его грудные мышцы. Проследить линии его пресса. Все до единой. Она хотела сжать его бицепсы, схватить его за мясистую задницу, когда он будет входить в неё.

Ноздри Лэнса раздулись.

— Почему я хочу тебя? Всё просто, я никогда не чувствовал такой тугой киски, как у тебя. Ты будешь прекрасно ощущаться, обёрнутая вокруг меня.

Какой полный придурок. Это не имело никакого отношения к тому, что она ему нравилась. Это имело прямое отношение к тому, какие чувства это заставит его почувствовать. Почему она не удивилась?

Эмбер так сильно покачала головой, что её конский хвост мотнулся из стороны в сторону.

— Забудь об этом.

Какой придурок!

— Это будет лучший, чёрт возьми, оргазм, который ты когда-либо испытывала. Твои ноги будут дрожать. Ты будешь кричать так чертовски громко, что они вызовут охрану. Я переверну твой мир, Эмбер, по одному толчку за раз. Сними шорты и повернись. Я хочу, чтобы твои руки были на том столе. Он указал на туалетный столик.

Позади неё было зеркало. Он хотел, чтобы она стояла лицом к зеркалу?

— Да, верно, — Лэнс сглотнул, и его кадык дернулся. — Я хочу, чтобы ты смотрела, как я трахаю тебя. Я хочу, чтобы ты увидела, как кончаешь.

Боже милостивый, но его слова завели её. Ее трусики промокли… даже больше, чем прошлой ночью. Её мысли продолжали возвращаться к оргазму, который подарил ей этот мужчина. На ум пришло сногсшибательное зрелище. Не было ни малейшего преувеличения в том, что он мог заставить её чувствовать. Единственный вопрос был в том, могла ли она позволить такому мудаку, как он, сделать это с ней? Секс, даже траханье, был интимным. Она никогда раньше не занималась сексом с кем-то так быстро и никогда не занималась сексом с кем-то, кто ей не нравился. Она не была уверена, что хочет этого. Это казалось каким-то неправильным.

Несколькими ловкими движениями большого пальца Лэнс расстегнул джинсы. Он стянул их до половины с бедер, и его… мужской пенис… высвободился. Хотя «пенис» — неподходящее описание. Что-то настолько большое никогда нельзя было назвать мужским пенисом. На ум пришло слово «член»… снова. У него был член. Огромный член. Он слегка изгибался вправо.

Лэнс сжал в кулаке свою эрекцию и нежно погладил себя от основания до кончика. Эмбер сглотнула, пытаясь заставить своё сердце замедлиться. Она чувствовала, как оно бьётся в груди. Все её тело ощущалось живым и готовым. Его рука скользнула вниз, прежде чем снова двинуться вверх. Капля предэякулята скатилась по его головке. Эмбер облизнула губы.

— Давай не будем играть в игры, — голос Лэнса был хриплым. — Сними штаны и положи руки на туалетный столик. Просто скажи слово, и я отойду в сторону и позволю тебе уйти. Я знаю, что ты хочешь этого, и, — он сжал головку в кулак, — ты хочешь этого так же сильно, как и я.

— Ты мне не нравишься. Ни капельки, — Эмбер вложила в слова как можно больше яда. — Мы не можем…

Он ухмыльнулся.

— Что ж, тогда это просто идеально. Думай обо мне как о своём большом, тёплом фаллоимитаторе. Средство для достижения цели. Вот… — он оглядел небольшое помещение. — Теперь, в этот раз. Разве ты не видишь, это чертовски идеально.

Она начала качать головой.

— Я тебе нравлюсь?

— Нет… я…

— Чушь собачья! — его челюсть напряглась. — Можешь хоть раз прекратить нести чушь?

В чём, чёрт возьми, была его проблема?

— Моё тело, может, и хочет тебя, но мой разум… — она тяжело вздохнула. — Я не думаю… — Эмбер замолчала, когда он шагнул в сторону. Выход манил, но она осталась там, где была.

Лэнс пожал своими широкими плечами. Он подтянул штаны, но оставил их расстёгнутыми. Его… член… выглядел больше, выпирая из джинсов.

— Я не собираюсь пытаться тебя ни в чём убеждать. Не мой стиль. Знай, что ты пожалеешь об этом, если уйдёшь, — сказано так буднично.

Она хотела сказать ему, что он был неправ, но Эмбер знала, что Лэнс видит её насквозь. Наконец она вздохнула.

— Ты такой засранец.

— Знаю, — он положил руки ей на бёдра и слегка сжал. — Вот что делает всё это нормальным.

Её сопротивление исчезло.

— Я никогда раньше не встречала никого, кого бы ненавидела. Сильно не любила… пару раз… Ненавидела? — она посмотрела на него, немного опустошённая, но возбуждённая. Лэнс так поступил с ней, несмотря ни на что, и это она ненавидела в нём больше всего. Она хотела отношений, а не бессмысленного секса. — Возможно, ты просто будешь первым, — она расстегнула шорты и сняла их, прихватив с собой трусики.

— Мне повезло. Рубашку тоже сними, — он приподнял ткань, и она подняла руки, чтобы он мог стянуть её через голову.

Его глаза не отрывались от неё, когда он обхватил ладонями её груди, пару раз проведя большими пальцами по соскам. Кто бы мог подумать, что ощущение хлопка на её упругой плоти может быть таким чертовски приятным? Эмбер пришлось постараться, чтобы не выгнуться дугой от его прикосновения. Стон сорвался с её губ.

Ублюдок.

Её соски напряглись. Лэнс легонько ущипнул их, и она издала звук, который был чем-то средним между всхлипом и стоном. Он ухмыльнулся.

Её чертовски раздражало, что её тело так реагировало на него. Почему он? Ей и раньше ласкали грудь, но никогда не было такого ощущения. Даже близко не было.

— Ты обещал трахнуть меня. Это занимает слишком много времени, — она старалась, чтобы её голос звучал как можно скучнее, что было трудно, когда его руки были на ней.

Лэнс улыбнулся, его взгляд, наконец, опустился на её грудь, когда он потянулся к ней сзади и расстегнул лифчик одним небрежным движением большого пальца.

Эмбер на самом деле почувствовала, как её сиськи вываливаются из чашечек. Его зрачки расширились, и он зарычал:

— Боже. — Его руки снова обхватили ее. — Не каждый день мужчине удаётся прикоснуться к совершенству. Я думаю, что умер и попал в рай для сисек, — он ущипнул её за соски. — Сочные, пухлые… блять.

Его член, казалось, стал ещё больше, подёргиваясь, когда он обхватил её и сжал.

С такой скоростью она кончит, и только от того, что к её сиськам прикоснулся мудак, не меньше. Просто подумать о том, что что-то подобное могло бы сделать с его и без того раздутым эго. Она ни за что не позволила бы этому случиться. В то время как со своими предыдущими партнёрами Эмбер знала, что оргазма не будет, с Лэнсом она знала, что это само собой разумеющееся. Она ни за что не сдастся легко, даже если ей будет что сказать по этому поводу. Она заставит его поработать над этим.

Она фыркнула.

— Я ожидала всей этой возни от… как ты их назвал? Прыщавых подростков? Ты ведёшь себя так, будто никогда раньше не видел женщин и не прикасался к ним, если уж на то пошло.

— Возня? — он чуть сильнее ущипнул её за соски, заставив её подавить стон. — Прыщавый подросток? — Лэнс сам слегка фыркнул. — Я, блядь, покажу тебе подростка.

Он развернул её так быстро, что Эмбер чуть не потеряла равновесие. Если бы не его руки, сжавшие её бёдра, она, возможно, упала бы лицом на туалетный столик. Кто была та странная женщина в зеркале? Та, у которой волосы наполовину выбились из конского хвоста и дикими спутанными прядями падали на лицо. Та, которая так тяжело дышала. Боже милостивый, её грудь выглядела больше, чем обычно. Должно быть, это из-за её уровня возбуждения. Она никогда раньше не чувствовала себя такой нуждающейся.

Хотя её грудь могла быть большой, остальная часть её тела казалась меньше, потому что она казалась карликом рядом с огромным вампиром позади неё.

Его глаза были проницательными. Лёгкая хмурость омрачала его в остальном идеальные черты. Его кожа казалась тёмной на фоне её бледного лица. Его руки крепко сжимали её бедра. Она чувствовала его член напротив своей задницы. Твердый и готовый.

Лэнс выругался и отступил от неё, проводя рукой по волосам.

— Что не так? — её голос был почти шепотом.

— Мне не разрешается трахать тебя без презерватива. Я этого не планировал, поэтому у меня его нет, — он снова выругался. Затем покачал головой и поднял её, посадив на туалетный столик. — Раздвинь ноги.

Он выглядел по-настоящему сердитым, со сжатой челюстью и бугрящимися мышцами. Его брюки всё ещё болтались на бёдрах, и каким-то образом это делало его ещё более привлекательным.

— Что ты делаешь? — спросила она, когда он взял её за бёдра.

— Я обещал тебе оргазм, а я всегда выполняю свои обещания. Жаль, потому что я с нетерпением ждал, когда ты кончишь на мой член, но, думаю, мне придется смириться с тем, что мой скальп будет расцарапан до чёртиков, — он подмигнул ей.

— Тебя слишком много, — это прозвучало как сдавленный смешок. — Моя сумочка на полу. У меня есть презервативы.

Лэнс, казалось, испытал облегчение в одну секунду, а в следующую развеселился.

— Я совершенно шокирован. Я никогда бы не подумал, что такая добропорядочная женщина, как ты, будет носить презервативы. Может быть, ты не такая чопорная, какой кажешься.

— Я не чопорная, — ответила Эмбер, снова раздражённая. — Я подготовленная, девушка всегда должна быть готова.

— Ты чертовски удивила меня, — Лэнс ухмыльнулся, и она обнаружила, что улыбается в ответ.

Он поднял её с туалетного столика, затем наклонился, обнажив при этом свою идеальную задницу. Лэнс протянул ей сумочку с пола.

Она немного порылась в сумке, прежде чем вспомнила, что презервативы лежат в боковом кармане.

— Вот, держи, — она протянула ему полоску фольги.

Он засмеялся, покачивая полоской в руке.

— Шесть. Ты носишь шесть? Ты нравишься мне всё больше и больше.

— Это чувство не взаимно, — ответила Эмбер без необходимости. В такие моменты Лэнм казался почти нормальным… даже симпатичным, но она не собиралась обманывать себя. Он был придурком. Сексуальным придурком, но, тем не менее, придурком. Ей не следовало этого делать, но, к сожалению, он был прав, сказав, что она пожалеет об этом, если не сделает этого. Кроме того, она была так возбуждена, что могла просто самовозгореться.

Лэнс нахмурился, посмотрев на презервативы.

— Что ещё не так?

— Мне никогда не приходилось надевать ничего подобного.

— Ты никогда не пользовался презервативом? — она не могла в это поверить.

Лэнс покачал головой.

— Мне никогда не приходилось этого делать раньше. Только после последней горячки они стали обязательными.

— Я думала, ты гигантская шлюха или что-то в этом роде. Я слышала, как другие говорили о твоём длинном списке завоеваний.

Он закатил глаза.

— Так ты не читала статью обо мне?

Эмбер покачала головой.

— Нет, извини. — Конечно, Лэнс ожидал, что все прочитают что-то, что было написано о нём. — Одна из дам упомянула, что ты сказал, что не хочешь пару, но я предположила, что ты всё ещё общаешься со всеми людьми, или, по крайней мере, с большинством из нас.

Он вздохнул.

— У меня много секса, только не с человеческими женщинами. Большинство женщин-вампиров не могут иметь детей, поэтому свободный половой акт разрешён.

— О…

Его пристальный взгляд переместился на её рот. Казалось, он проголодался, и он облизнул губы.

— Я никогда ими не пользовался, — Лэнс поднёс один пакетик фольги ко рту и оторвал уголок. — Ты будешь моей первой, — он одарил Эмбер дикой ухмылкой, от которой расплавились бы её трусики, если бы они были на ней.

Несмотря на то, что он был девственником в презервативах, он натянул резинку на свой член, как профессионал. Она не могла отвести от него глаз.

— Тебе нравится, когда я трогаю себя, не так ли? — спросил он с удивлением в голосе.

Отрицать это было бесполезно, поэтому она кивнула.

Лэнс сжал челюсти на несколько мгновений.

— Повернись и схватись за туалетный столик. — Грубо и без глупостей. Это не должно было заводить её так сильно, как заводило. Мудак! Похоже, он собирался просто трахнуть её, как и обещал. Никакой прелюдии, никаких поцелуев, нет…

Он подошёл к ней сзади, его глаза встретились с её. Лэнс положил руки по обе стороны от неё на туалетный столик. Его спина была над её, его голова рядом с её. Эмбер слышала, как он глубоко вдыхал и выдыхал.

Она закрыла глаза, ожидая, когда он проникнет в неё.

— Открой глаза, — его голос звучал у неё в ухе. Глубокий и повелительный. — Я сказал тебе, что хочу, чтобы ты смотрела, как я трахаю тебя.

Эмбер сделала, как он велел. Вместо того, чтобы войти в неё, он скользнул членом по её щели. Его дыхание сразу участилось. Лэнс убрал руку с туалетного столика и сжал ею её холмик. Девушка застонала.

— Чёрт, — его голос немного дрожал. — Ты такая чертовски влажная.

Она подавила стон, когда его пальцы скользнули между её складочек и по клитору.

— Ты хочешь, чтобы я был внутри тебя?

— Да.

Возможно, ей следовало заколебаться или что-то в этом роде. Слово прозвучало отчаянно. Он не заслуживал отчаяния. Эмбер была уверена, что большинство женщин, которые обращались к нему, были в отчаянии. Ей нужно было копнуть глубже и обрести хоть какой-то контроль.

— Хорошо.

Лэнс застонал, когда вошёл в неё, его рука снова опустилась на туалетный столик.

Чёрт возьми, но он был большим. Чёрт! Она изо всех сил пыталась набрать воздуха в лёгкие. К счастью, он остановился на несколько секунд. Она чувствовала, как его твёрдая грудь прижимается к её спине, его бёдра прижимаются к её заднице.

— Блядь, но ты ощущаешься хорошо.

Её лоно горело от того, что оно было так растянуто. Это было ошеломляюще и действительно приятно. Казалось, что этого слишком много и недостаточно.

— Соберись, женщина. — Тяжёлое рычание.

Эмбер должна ненавидеть его ещё больше за то, что он не называет её по имени. Возможно, он не знал её имени. Они не обменивались такими любезностями и даже не были официально представлены. Само собой разумеется, что он, вероятно, не знал, кто она такая. Эта мысль одновременно ужаснула и взволновала её. Что, чёрт возьми, с ней не так?

Лэнс начал толкаться. Один, два, три. Сильные, равномерные толчки, от которых у неё перехватило дыхание с самого начала. Она уже чувствовала, как глубоко внутри всё сжимается.

Нет. Ещё нет. Было слишком рано. Если бы она кончила сейчас, он бросил бы это ей в лицо. Он сказал бы ей, какой он удивительный. Его высокомерие достигло бы гигантских размеров.

Держать себя в руках оказалось сложнее, чем Эмбер думала. Лэнс издавал эти тихие ворчливые звуки при каждом толчке. Несмотря на то, что он сказал ей, что хочет, чтобы она следила за собой, она не могла не посмотреть на него. Он прикусил нижнюю губу. Его глаза сияли. Устрашающе красивые. Обрамлённые длинными густыми ресницами, которые наполовину прикрывали его прикрытые веки.

Её собственные губы были поджаты, а глаза широко раскрыты. Как неловко, её грудь дергалась назад и вперёд при каждом сильном ударе. Кто знал, что спортивный бюстгальтер был обязательным аксессуаром во время вампирского секса?

— Бля-я-я-я-ядь, — прорычал он, набирая темп. Его лоб нахмурился, а на коже заблестел пот. Он перестал жевать губу и стиснул зубы. Она могла разглядеть его клыки.

Эмбер не знала, было ли это из-за того, что её брали сзади, или из-за того изгиба, который делал его член, но он каждый раз попадал в неё точно так, как надо. Её клитор пульсировал. Внизу живота возникло ощущение напряжения. Её кожа была горячей и напряжённой.

Она издала сдавленный звук, из-за которого казалось, что ей больно, а не что она вот-вот испытает лучший оргазм в своей жизни. Дело в том, что ей было больно, потому что пока не было никакой возможности, чтобы она кончила. Забудь это. Его глупая ухмылка была бы огромной, если бы она так быстро отпустила.

Бёдра Лэнса дергались назад и вперёд в такт её дрожащему телу. Не было никакого способа сказать это красиво… он трахал её жёстко. Трахал ее сильнее, чем её когда-либо трахали раньше. Чёрт возьми, те другие времена были детской забавой по сравнению с этим. Она чувствовала его полностью внутри себя. Глубже, чем любой мужчина был до этого.

Лэнс громко застонал, в протяжном звуке слышалась агония.

— Кончи для меня, — сказал он сквозь стиснутые зубы. — Сейчас.

Он попытался использовать этот командный тон, но потерпел неудачу. Было так приятно слышать его мольбу, что она почти почувствовала, как теряет контроль. Эмбер стиснула зубы, капелька пота скатилась между её грудей, демонстрируя её сопротивление и единственный ответ на его требования.

Глава 7

Какого хрена?

Яйца Лэнса были готовы взорваться. Либо это произойдёт в результате разрядки, либо они взорвутся к чёртовой матери.

Глаза Эмбер были широко раскрыты. Её дыхание было прерывистым и неглубоким. Костяшки её рук побелели, когда она вцепилась в туалетный столик.

Тихий всхлип сорвался с её губ. Один стон и одно хныканье. Это всё, что ему удалось от неё добиться. Какого хрена! К этому моменту она уже должна была выкрикивать его имя. Чёрт, к этому моменту она должна была готовиться ко второму освобождению.

Её чертовски влажное влагалище сжимало его, как тиски. Он слышал всасывающие звуки, которые издавали их соединённые тела. Слышал, как его тело ударялось о её при каждом толчке. Даже его тяжелые яйца издавали глухой звук, когда сталкивались с её телом. Помоги ему Господь, но никогда в жизни ему так сильно не нужно было кончить. Никогда.

Он вошёл глубже и ускорил темп, вызвав ещё один тихий стон. О её оргазме не было никаких признаков.

— Кончи. — Толчок. — Для, — ещё один толчок. — Меня.

Его ноги дрожали. Они все дрожали. С него капал пот. Его мышцы горели.

Эмбер закрыла глаза, позволив своей голове чуть откинуться назад. Её груди подпрыгивали. Они сильно подпрыгивали. Он обнаружил, что многие человеческие женщины вставляют мешки в свои груди, чтобы сделать их больше. У него не было с этим проблем. Они хорошо выглядели и были приятны на ощупь, но вскоре он обнаружил, что они не такие мягкие, как эти. Они не двигались так. Чёрт, ему нравилась грудь этой женщины. Его яйца приподнялись, и он застонал, изо всех сил стараясь не кончить.

Её глаза снова распахнулись и задержались на нём. Её дыхание вырывалось с трудом. Он мог видеть, что она была близко. Её киска сжалась вокруг него. Он был в нескольких секундах от того, чтобы кончить. Он никогда не испытывал оргазма раньше женщины. Это было его правилом. Он этого не делал. Он просто не…

Ебать!

Лэнс застонал, когда извергся первый поток. Он отчаянно искал её клитор, когда раздался взрывной рёв. Всё его тело содрогнулось с головы до ног.

Наконец, после долгого траха, не издав ни малейшего звука, он услышал, как она втянула воздух, и почувствовал, как её киска сжалась вокруг него в волнообразных спазмах. Он слышал, как другие мужчины ворчали о том, что презерватив притупляет ощущения. О том, что секс был не так хорош, с его использованием. Это был, чёрт возьми, лучший оргазм, который он когда-либо испытывал. У него возникло искушение наклониться и укусить её. Взять её кровь и почувствовать, как она разлетается ещё на миллион кусочков. Тогда ей пришлось бы закричать.

Другим его правилом было не пить без согласия. Для него брать кровь без разрешения было неправильно, он просто не делал этого. Лэнс был на грани того, чтобы спросить её, но сдержался.

На её лице было скучающее выражение. Его лицо всё ещё искажено от удовольствия. Он попытался замедлить сердцебиение и остановить учащённое дыхание, но потерпел неудачу. Он по-прежнему был внутри неё, чёрт возьми. Всё ещё двигался, доставляя удивительные ощущения. Если он не остановится сейчас, то в конечном итоге останется ещё на один раунд. Потрясённый, он обнаружил, что ему очень хочется трахнуть её снова.

Женщина прикрыла грудь одной рукой.

— Спасибо, — она одарила его фальшивой улыбкой.

Что. За. Нахуй.

Лэнс отстранился, при этом он издал тихий ворчащий звук, но только от чистого разочарования. Он, блядь, ещё не закончил.

— Дай мне салфетку, чтобы вытереть тебя.

— Не нужно, — она скривилась, когда посмотрела вниз между его ног.

Всё ещё надетый презерватив представлял собой беспорядок. Он был в беспорядке.

— О, да… Чёрт… точно… — Лэнс снял его, выбросив в мусорное ведро в углу.

Женщина протянула ему полотенце.

— Держи.

— Спасибо.

— Эм… это было… интересно, — промолвила она, натягивая нижнее бельё.

— Это было чертовски потрясающе, — поправил Лэнс.

— Было классно… я думаю, — она пожала плечами. — У моего вибратора такая настройка, которая просто сногсшибательна. Я могла бы просто пойти и воспользоваться им, так как я всё ещё немного возбуждена.

Эмбер бросила на его член взгляд, в котором было написано «скучно», и надела лифчик.

Лэнс стоял там со своим липким членом, всё ещё чертовски возбуждённым, и широко открытым ртом.

— По крайней мере, мы избавились от этого, — она выдохнула. — Я думаю, с этого момента нам просто следует держаться подальше друг от друга, — она натянула рубашку. — Я уверена, ты согласишься, — Эмбер посмотрела в его сторону, когда поправляла свой конский хвост.

Лэнс молча кивнул.

— Тогда мы пришли к согласию. Отлично. Это останется между нами? — она приподняла брови.

Лэнс снова кивнул. Его и без того разинутый рот приоткрылся ещё больше. Он наблюдал, как Эмбер сунула ноги в шлепанцы.

Обычно женщинам не терпелось рассказать другим, что он их трахнул. Возможно, он был не в своей тарелке. Нет. Ни хуя. Нет, такого не могло быть.

— Держи, — она бросила ему оставшиеся пять презервативов. — На всякий случай, если ты изменишь своё мнение о людях. Есть много женщин, которые были бы заинтересованы в тебе. — То есть, она не была заинтересована. Настолько, что она перекладывала его на других. Что? — Пока, — она помахала ему так же, как ранее Каю, и вышла.

Она ушла к чертовой матери.

У Лэнса подкосились ноги, и он сел. Его член был таким твёрдым, что им можно было бы забивать гвозди… издеваясь над ним. Что, чёрт возьми, только что произошло? Какого чёрта…

***

Эмбер споткнулась и чуть не упала на задницу. Затем она споткнулась во второй раз и действительно упала. Она ударилась коленом о шезлонг. Возможно, прогулка в данный момент была не лучшим решением.

Да ладно, Эмбер!

Если бы он вышел прямо сейчас, её большая игра в разговоры закончилась бы.

Она позволила себе упасть на шезлонг, о который ударилась коленом. Оно немного пульсировало. Был хороший шанс, что останется синяк.

Десять секунд, чтобы отдышаться, и затем она вышла оттуда. Всё её тело вибрировало. Ноги онемели. Сердце до сих пор бешено колотилось. Её клитор, чёрт возьми, всё ещё пульсировал. Что, чёрт возьми, только что произошло? Лучший секс в её жизни. Лучший. Это заставило её возненавидеть Лэнса ещё больше. Как он смеет быть таким чертовски хорошим? Как он смеет?

Её первый оргазм во время секса. Кто знал, что это может быть так приятно. Кто знал? Неудивительно, что люди часто занимаются сексом. Неудивительно, что они были в восторге от этого. Она хотела вернуться в раздевалку и потребовать, чтобы он сделал это снова. И снова.

К сожалению, мистер Высокомерие не нуждался в подпитке уверенности, и чем скорее она уйдёт и выбросит его из головы, тем лучше.

Подумать только, до недавнего времени единственный оргазм, который она испытывала, был от собственной руки. У Эмбер не было вибратора. Она не знала, почему продолжала говорить, что он у неё есть. Возможно, из-за того, каким взбешённым Лэнс выглядел каждый раз, когда она упоминала об этом. Вот и всё. Что ж, крепкий орешек. Пришло время, чтобы кто-нибудь понизил его на несколько ступенек. Возможно, из-за неё он станет лучше относиться к следующей женщине в своей жизни.

Эмбер попыталась встать, но её ноги всё ещё ощущались как очень толстые брёвна. Может быть, он нанёс непоправимый ущерб? Разрушил её. Она не могла оставить это без внимания. Мудак. Она не могла удержаться, чтобы не проклясть его про себя, хотя рационально понимала, что с ней всё хорошо и что Лэнс всего лишь перевернул её мир. Дважды мудак.

— Всё хорошо? — спросил низкий голос откуда-то позади неё.

Она вскрикнула и схватилась за грудь. Затем Эмбер медленно повернулась, чтобы посмотреть назад.

— О, это ты.

Это был тот же парень, который привел её в комнату Лэнса прошлой ночью.

— Тебе нехорошо? — его ноздри раздулись.

— Я в порядке, но мне бы не помешала рука, — она изобразила свой лучший щенячий вид.

— Я предпочитаю не прикасаться к человеческим женщинам, — он нахмурился. Большое дело.

— Почему? — Эмбер нахмурилась в ответ. — Я не укушу, ты же знаешь.

— Я бы хотел надеяться, что нет, — пробормотал он. Хотя замечание было легкомысленным, в нём не было и следа юмора.

Она оглянулась на закрытую дверь раздевалки. В любую секунду Лэнс мог выйти, и её игра была бы проиграна. Он бы понял, что секс подействовал на неё сильнее, чем она хотела признать. Он был достаточно высокомерен, чтобы предположить, что её реакция была не только физической, что было абсурдно.

— Пожалуйста, — она протянула руку. — Я ощущаю небольшую слабость… Должно быть, низкий уровень сахара в крови или что-то в этом роде, — пробормотала она, делая ударение на части предложения «или что-то в этом роде».

— Или что-то в этом роде, — сказал здоровяк. Он взял её за руку и поднял с шезлонга и отпустил, когда она встала на ноги.

С гримасой он обнял её одной рукой и почти понёс к отелю, делая большие шаги. К тому времени, когда задняя дверь отеля закрылась за ними, Эмбер снова почувствовала себя почти нормально.

Её ноги снова начали вести себя так, как будто они действительно принадлежали ей, и сердцебиение нормализовалось. Её клитор всё ещё пульсировал, хотя и очень сильно. Эмбер поймала себя на том, что жалеет, что у неё в комнате нет вибратора, который ждал бы её.

Большой, дородный вампир отпустил её, когда они добрались до её комнаты, и, если не считать небольшого спотыкания, с ней всё было в порядке. Лучше, чем в порядке, она сбежала так, что большеголовый Лэнс ничего не узнал.

— Спасибо… Извини, но я не могу вспомнить твоё имя.

— Титан, — уголок его рта приподнялся. — Это не мое дело, но я вижу, что ты путаешься с Лэнсом. Ты извини, но я не мог не заметить.

Её лицо вспыхнуло ярким румянцем. Она издала тихий писклявый звук и пожала плечами.

Пожалуйста, земля, откройся и проглоти меня целиком. Пожалуйста.

— Я уверен, он сказал тебе, что не ходит на свидания и что он не ищет пару, — его глаза сузились, глядя на неё. — Ты кажешься действительно милой женщиной. Я не хочу видеть, как тебе причиняют боль.

Она фыркнула.

— Не беспокойся обо мне. Меня это нисколько не интересует. Я имею в виду, конечно, я могла бы… — занималась с ним сексом. Позволила ему опуститься на меня. О боже! — Эм… переспать с ним, но для меня это ничего не значит.

Титан кивнул.

— Это не моё дело. Я и так сказал слишком много. Хорошего вечера.

Она взглянула на часы. Было уже без четверти пять. Ужин был в семь. Эмбер попрощалась и вошла в комнату.

Она только начала наполнять ванну, когда зазвонил телефон на прикроватном столике.

— Алло, — она нахмурилась, отвечая.

— Привет, Эмбер. Как дела? — это был Кай. Она вдруг вспомнила соглашение о том, что каждый из них должен был позвонить ей. Они оба пригласили её на свидание.

Какое паршивое время!

Что, чёрт возьми, ей делать? Если бы она пошла наверх одна, Лэнс подумал бы, что он ей нравится. И всё же, она никак не могла согласиться на свидание ни с одним из парней после того, что только что произошло с Лэнсом.

Хотя Лэнс ей даже не нравился. Они… сделали своё дело, и всё закончилось. Ей нравились и Кай, и Бринн. Они оба были очень милыми и, казалось, она им действительно нравилась, но было ещё слишком рано говорить, было ли между ними что-то.

— У меня все хорошо, — быстро выпалила она, когда поняла, что слишком долго отвечала.

— Рад это слышать, — у Кая был действительно отличный голос. Он был высоким, темноволосым, красивым…. агрх…. она этого не чувствовала.

— Насчёт сегодняшнего вечера, — его голос звучал неуверенно и нервно, и она сочувствовала ему. — Не могла бы ты, пожалуйста, согласиться пойти со мной? Для меня было бы честью, если бы ты была рядом со мной, — он продолжил, определённо нервничая. — Я действительно хочу узнать тебя получше.

— Эм… Я не знаю. — Как она так легко его подвела? Она не могла. Ей нужно было просто покончить с этим. — Нет, прости…

— Ты идёшь с этим ублюдком? — спросил он, затем вздохнул. — Прости. Бринн — хороший мужчина. Он бы прекрасно о тебе позаботился. Я просто завидую.

Милая, будь начеку. Хотя она всё ещё этого не чувствовала. Может быть, она могла бы пойти с ним на свидание завтра. Не сегодня. Было бы… неуважительно сделать это сразу после секса с Лэнсом. Даже если он не поймёт. Ей нужно было проветрить голову. Ей серьёзно нужно было побыть одной.

— Я также откажу Бринну.

— Теперь я ревную ещё больше. Я понимаю, что ты хочешь познакомиться с другими мужчинами. Я случайно знаю, что есть несколько человек, которые отдали бы руку или две, чтобы познакомиться с тобой.

Несколько.

Ущипните меня сейчас.

— Нет, — её голос был немного пронзительным. Она глубоко вздохнула. — Ты неправильно понял. Это не для того, чтобы я могла встречаться с большим количеством парней. Я думаю, что двух…, — «Трёх», — более чем достаточно, это уже слишком много, — практически воскликнула она.

— Ты права, — его голос звучал немного бодрее. — Ты хочешь отдохнуть от нас. Я понимаю. Могу я немного поговорить с тобой как-нибудь вечером?

— Я бы с удовольствием, — облегчение охватило Эмбер.

— Я тоже, — сказал он грубовато, но в его голосе звучало умиротворение. — Тогда увидимся позже?

— Позже, — она положила трубку, почувствовав себя немного лучше. Почти сразу же телефон зазвонил снова.

— Алло.

— Это Бринн, — его голос звучал напряжённо. — Я надеюсь услышать хорошие новости, — в его голосе чувствовалась нервозность.

Она не смогла удержаться от улыбки. Значит всё это было правдой, она точно умерла и попала в параллельную вселенную, где для разнообразия внезапно стала самой красивой девушкой в комнате. Это было сюрреалистично.

Разговор был похож на тот, который у неё был с Каем. После этого Эмбер приняла приятную горячую расслабляющую ванну и привела себя в порядок.

Глава 8

Бетани покачала головой.

— Тебе действительно нужна моя помощь, чтобы собраться. Я подумала, что платье, которое ты надела вчера вечером, было слишком скромным. Боже, как же я ошибалась.

— Что ж, привет, и я тоже рада тебя видеть, — Эмбер схватила бокал шампанского с подноса проходившего мимо официанта. — В том, что на мне надето, нет ничего плохого.

— Вовсе нет, — Бетани покачала головой. — Если бы ты собиралась на собеседование о приёме на работу или что-то в этом роде.

Эмбер оглядела себя. На ней были красные туфли на каблуках. Чёрная юбка-карандаш, кремовая кофточка и чёрный жакет на пуговицах, который был застёгнут на все пуговицы. Сдержанно, но сексуально.

— Мне нравится то, что на мне надето, — пробормотала она.

Бетани была на шестидюймовых шпильках и в красном платье, которое почти ничего не прикрывало. Эмбер ни за что не стала бы брать у неё советы по стилю. Забудь это. Казалось, что все женщины в комнате прочитали ту же памятку, что и Бетани, потому что большинство из них были одеты в обтягивающее и едва прикрывали грудь.

— У тебя был хороший день? — Бетани подняла брови.

— Да, был… А у тебя?

Она не собиралась вспоминать об этом. Не собиралась… агрх… Она подумала о Лэнсе, о его напряжённом взгляде, о его прикушенной губе и о том, как его член вонзался в неё с каждым резким движением бёдер. Его мощные бицепсы и мускулистые предплечья, побелевшие костяшки пальцев, когда он держался за край туалетного столика. Она вздрогнула при воспоминании.

Бетани кивнула, она втянула воздух, собираясь что-то сказать, когда появился Кай. Его ухмылка быстро сменилась хмурым выражением, и всё, что он собирался сказать, замерло у него на губах.

Вместо того чтобы заговорить, он принюхался, придвигаясь к ней поближе. Казалось, он обнюхивает её, как собака. Его ноздри раздувались и снова раздувались. Он нахмурился ещё сильнее.

— Прости? — Эмбер не могла поверить в то, что видела, она отступила от него на шаг.

— Это мой сигнал уйти, — Бетани слегка покрутила пальцем у виска, показывая, что с Каем не всё в порядке, затем она ушла.

Он издал рычащий звук.

— Ты трахнула Бринна? — спросил он, выглядя по-настоящему сердитым.

— Нет… о чём ты говоришь?

Чёрт, он явно почувствовал запах того, что у неё недавно был секс. На тренировках им говорили, что у вампиров отличное обоняние. Действительно ли оно было так хорошо?

— Я могу сказать, что ты получила освобождение… и совсем недавно, — он выругался, вызвав пару повёрнутых голов и заинтересованные взгляды.

— Пожалуйста, потише. Откровенно говоря, это не твоё дело, — прошептала она. Вампиры могут быть чертовски грубыми.

Он глубоко вдохнул в лёгкие и схватился за затылок, прежде чем медленно выдохнуть. Его взгляд был прикован к её туфлям, затем медленно поднялся.

— Мне жаль. Ты права, это не моё дело. Я хочу, чтобы ты знала, что мне всё ещё интересно, даже если ты трахнула Бринна, — последнее он произнёс сквозь стиснутые зубы. — У меня нет на тебя прав, и я понимаю, что у тебя есть потребности… Я только надеюсь, что ты дашь мне шанс проверить совместимость.

Скажите, что?

Он одарил её озорной ухмылкой.

— Я очень хорош со своим…

— Остановись прямо на этом, — Эмбер подняла руку, как полицейский, пытающийся остановить машину. — У меня не было секса с Бринном, — прошептала она. — Я и близко не готова проверять совместимость с кем бы то ни было, — она только что это сказала?

Он нахмурился.

— Но… пахнет латексом… — выражение его лица изменилось. Кай выглядел облегчённым. Его плечи опустились, напряжение спало с них. Он покачал головой, его улыбка была шириной в милю. — Хорошо… Я понял. Тебе следовало просто сказать об этом.

Что?

Эмбер запаниковала. Мог ли он учуять, что это Лэнс? Она действительно не хотела, чтобы все знали. Титан сказал, что ничего не скажет, и она ему поверила. Он выглядел действительно солидным мужчиной, и она говорила не только о его росте.

— Латекс… — Кай фыркнул. — Я думал, это латекс от презерватива, но ты использовала один из тех человеческих вибраторов. Нам показывали их на тренировках. Так мы практиковались надевать презерватив. Наш тренер объяснил, что многие человеческие женщины используют их, чтобы облегчить себе жизнь. Некоторые из них сделаны из латеса. Ты ублажала себя вибратором, — он говорил так громко, что группа женщин, стоявших рядом с ними, на самом деле обернулась. Они разразились приступами смеха.

— Вы только что это слышали? — проговорила одна из женщин, смеясь в ладонь.

Эмбер хотела умереть прямо там, на месте. Она также хотела убить Кая. Прикончить его. Намертво.

— Ты не мог бы сказать это погромче? — она раздражённо выдохнула. — Я — посмешище, — она покачала головой.

— Прекратите! — Кай повернулся лицом к женщинам.

Эмбер закрыла лицо рукой. Ситуация становилась всё хуже и хуже.

— Так случилось, что мне нравится тот факт, что у Эмбер есть вибратор и что она им пользуется. Просто представляю её с ним, — прорычал он. Зарычали все.

— Пожалуйста, прекрати, — взмолилась она, закрывая лицо рукой. Ещё больше людей повернулись, чтобы посмотреть. Казалось, что все взгляды устремлены на неё.

— Я согласен, — вмешался другой мужской голос. Тот, который она не узнала. — Лично я… — она рискнула взглянуть. Это был вампир с густыми чёрными волосами. Он подмигнул ей, когда поймал её взгляд на себе. — Лично мне нравятся женщины, которые чувствуют себя достаточно комфортно в своём теле, чтобы регулярно расслабляться. Женщины такого типа обычно точно знают, чего они хотят и как они этого хотят. Откровенно говоря, это не уменьшает сексуальности.

Вокруг них раздалось ещё больше согласных звуков от вампиров в комнате.

— Мм-м-м… Ты уверена, что не передумаешь насчёт нашего свидания? — Кай наклонился к ней.

— Да… Я бы с удовольствием посидел с тобой, — Бринн стоял по другую сторону от неё. Эмбер даже не слышала, как он подошёл.

Кай бросил на Бринна злобный взгляд.

— Оставьте женщину в покое, — произнёс темноволосый парень. — Она явно хочет познакомиться и со всеми нами. Начиная с меня, — он снова подмигнул ей. — Я Эллиот.

Она кивнула, ошеломлённая всеобщим вниманием.

— Приятно с тобой познакомиться.

Прозвенел звонок.

— Ужин вот-вот будет подан, — объявил кто-то.

Спас звонок. Она выдохнула, когда внимание переключилось на красиво украшенные столы.

— Иди посиди со мной, — Бетани схватила её за руку. Её глаза были широко раскрыты. — Вау… просто вау. Похоже, парням понравилось собеседование. Мне придётся пересмотреть свой гардероб. Насчёт вибратора… — она хихикнула. — Я тоже постоянно пользуюсь своим.

Слишком много информации.

Они подошли к столу. Они обе заняли свои места. Лэнса нигде не было видно. Не то чтобы она смотрела.

На полпути к закуске Бетани толкнула её локтем.

— Тот парень в конце второго стола пялится на тебя. Я знаю, что довольно многим парням это интересно, но, чёрт возьми, этому особенно. Подожди минутку…

Эмбер знала, что собиралась сказать. Она знала, кто этот парень, ещё до того, как Бетани произнесла его имя.

— Это Лэнс. О боже мой… Лэнс не сводит с тебя глаз.

Её тело действовало рефлекторно, когда она подняла глаза, чтобы рассмотреть его. Одетый во всё чёрное, он был великолепен. Эта копна светлых волос. Эти греховные голубые глаза. Его рукава были закатаны выше локтей, и его татуировка была едва видна, выступающая слева.

Ни хрена себе!

Затем он ухмыльнулся. Мудак. Она быстро отвела взгляд.

— Он такой сексуальный, — Бетани в значительной степени подытожила то, что крутилось у неё в голове мгновение назад. Другая женщина провела рукой по щекам, как будто остужая себя.

Вместо того, чтобы согласиться, Эмбер пожала плечом.

— Он нормальный.

— Что? Ты что, слепая?

— Я прекрасно вижу. Он нормальный. Красавчик — не мой конек. Здесь есть парни гораздо сексуальнее.

Бетани фыркнула.

— Например, кто? Покажи мне того, кто побьет Лэнса.

— Эм… он, у двери.

Она указала вилкой.

— Тот огромный парень с хмурым выражением лица?

— Да. Его зовут Титан. Он не участвует в Программе, так что, к сожалению, он под запретом, иначе я бы точно набросилась на него, — Эмбер внутренне поморщилась, обычно она никогда бы не сказала ничего подобного. Она не набрасывалась на парней.

Бетани покачала головой.

— Если ты так говоришь.

Черт, она запаниковала и указала на первого попавшегося парня. Она видела, что Бетани на это не купилась.

— Тот парень, Эллиот, тоже довольно привлекательный.

— Теперь ты заговорила, — Бетани хихикнула. — Я всё ещё думаю, что ты сумасшедшая, раз не интересуешься Лэнсом, но Эллиот довольно романтичный.

Она откусила ещё кусочек кростини и издала звук одобрения, сопровождающий её еду. Бетани продолжала говорить. Она наговорила достаточно за них обеих, рассказывая Эмбер всевозможные истории о своей работе в местном зоомагазине. Эмбер старалась не смотреть в сторону Лэнса. Ей было всё равно, что он делал. Ей действительно было безразлично.

На ужин были макароны. До сих пор не подавали ни моллюсков, ни чего-либо с лесными орехами. Её аллергия была указана в её медицинском заключении, и Эмбер снова упомянула о ней при заполнении анкет. В конце был дополнительный раздел. Она также была уверена, что поговорит с дамой, которая разговаривала с ними, когда они только приехали. Темноволосая, с зелёными глазами, её имя начиналось на «А», но она не могла точно вспомнить, что это было.

На всякий случай она перепроверила всё у официанта, который, в свою очередь, уточнил у шеф-повара. Девушка не могла быть слишком осторожной. У неё в сумочке были аккуратно спрятаны «ЭпиПен» (прим. перев. — «автоинъектор Эпенифрина») и антигистаминные препараты, но она предпочла бы спокойный вечер ночи в отделении неотложной помощи. К тому же, если она попадёт в больницу, её родители могут узнать, и это станет огромной проблемой.

Бетани сделала большой глоток из своего четвёртого или пятого бокала шампанского. Эмбер сбилась со счёта. Её глаза сверкали, и она говорила всё быстрее и быстрее по ходу вечера.

— Может, тебе стоит полегче с этим, — Эмбер указала на бокал. Она взяла свою газированную воду и сделала глоток.

— Это настоящий напиток. Настоящее шампанское, — Бетани покачала головой. — Я собираюсь выпить столько, сколько смогу, с сегодняшнего дня до пятницы. Я рассказывала тебе о том, как к нам в магазин зашёл парень. Он хотел одного из наших карликовых кроликов. Он сказал, что у него есть клетка, и что один из его кроликов умер, и он хотел компаньона для своей маленькой принцессы, которая осталась совсем одна, — она сделала ещё глоток шампанского. — Но поскольку он не хотел никаких детей, было важно, чтобы карликовый кролик был девочкой. В то время у нас в магазине было пять кроликов, и, как ты догадываешься, все они были самцами, — девушка закатила глаза.

Она слизнула с вилки немного соуса для пасты.

— В общем, мы заказали ему самку, и через три дня он забрал её. Примерно, — сказала она, сделав паузу, и её глаза задумчиво поползли вверх, — восемь или девять месяцев спустя парень вернулся с двумя коробками кроликов. Оказалось, что его принцесса на самом деле была принцем, — она расхохоталась. — У нас было пять совершенно хороших компаньонов, и в итоге мы заказали не того пола. Что творится в том магазине.

— Я вполне могу себе представить, — Эмбер улыбнулась.

— Я уверена, что ты сможешь, — Бетани скорчила гримасу. — Ты тоже работаешь в магазине. Не могу вспомнить, о каком магазине ты говорила.

— Хозяйственный магазин, и я стараюсь держаться подальше от покупателей, насколько это возможно. На самом деле я не очень люблю общаться с людьми.

— Да… они могут быть серьёзной занозой в заднице, — Бетани закатила глаза. — Тот парень с кроликами. Ты не поверишь, но он обвинил нас в своей ситуации с кроликами. Клиент был тем, кто неправильно определил пол своей принцессы. Он настаивал на том, что ему нужна самка кролика, — она раздражённо выдохнула. — Хотя клиент всегда прав… Чушь собачья. Я должна попытаться найти себе вамп… Я не хочу носить уродливую бордовую униформу и работать в «Безумный Лай» всю оставшуюся жизнь. По крайней мере, твоей семье принадлежит хозяйственный магазин. Я работаю за минимальную зарплату.

— Ага, — она улыбнулась и, не задумываясь, взглянула на другой столик. Стул был пуст. Она оглядела комнату, но Лэнса нигде не было видно. Она чувствовала себя странно опустошённой, даже когда Кай подмигнул ей и помахал рукой. Эмбер помахала в ответ. Она напомнила себе, что Лэнс был высокомерен и не был заинтересован в том, чтобы по-настоящему узнать её, в отличие от Бринна и Кая. Хорошо, что он ушёл.

После ужина была целая тусовка с выпивкой. Ей не хотелось идти. Эмбер чувствовала усталость, и, хотя у неё были низкие каблуки, они убивали ее. Ей нужен был предлог, чтобы уйти, и затем она уйдёт оттуда. Может быть, полстакана и двадцать минут общения, а потом она извинится и пойдёт в дамскую комнату, а потом тихо ускользнет.

Тарелки с ужина были убраны, и Бетани продолжала болтать на протяжении всего десерта. Три порции шоколада. Чёрт, её диета сегодня вылетела в трубу. После небольшой дневной тренировки она была в долгу перед самой собой. За выпечку с ганашем из тёмного шоколада можно было умереть. Крем в центре был холодным, а выпечка снаружи хрустящей. Это было одно из самых вкусных блюд, которые Эмбер когда-либо ела. Возможно, она издала пару стонущих звуков, когда ела это декадентское творение.

Бетани отмахнулась от официанта, когда подали пудинг, и вместо этого взяла ещё один бокал шипучего.

Её слова были немного невнятными, а хихиканье — немного чрезмерным.

— Тебе действительно стоит притормозить

— Я в порядке, — настаивала Бетани.

Эмбер попыталась снова, забеспокоившись.

— Утром у тебя будет адская головная боль.

— Нет, всё хорошо, — Бетани хихикнула, а затем икнула.

Хм… она могла думать, что с ней всё в порядке, но это было не так. Она была серьёзно пьяна, и, если Эмбер что-нибудь не предпримет, она опозорится перед всеми.

— Я вернусь через минуту.

Бетани кивнула, её глазам потребовалось некоторое время, чтобы сфокусироваться на Эмбер. Затем она одарила её кривой, глуповатой улыбкой. Пьяной улыбкой, если она когда-либо видела такую.

— Не двигайся, — приказала она. Эмбер оглядела комнату, увидев человека, которого искала. Титан стоял рядом с главным входом, скрестив руки за спиной. Она быстро направилась к нему. — Привет.

Он коротко кивнул ей.

— Мне нужно быстро переговорить с тобой… наедине, — сказала она себе под нос.

Ещё один кивок. Он повёл её в более тихую часть зала.

— Мне нужна твоя помощь. Бетани выпила на один или два бокала шампанского намного больше. Она немного… — Эмбер не договорила фразу.

— Пьяна? — он приподнял брови. Он несколько мгновений смотрел в сторону Бетани, прежде чем снова повернуться к ней. — Я думаю, что ты права.

Бетани упала на стол. Она расплескала немного шампанского на поверхность, когда попыталась поднести бокал ко рту.

— Я провожу вас, просто дай мне минутку, пожалуйста.

Эмбер кивнула.

— Я возвращаюсь к ней, чтобы она не пыталась встать или что-то в этом роде. Я не хочу, чтобы она устраивала сцену и ставила себя в неловкое положение. Утром она пожалеет об этом.

Титан развернулся на каблуках и ушёл. Она быстро направилась обратно к Бетани, которая только что принялась за новый бокал шампанского, хотя её предыдущий бокал был всё ещё наполовину полон.

— Я не могу дождаться, когда найду своего парня, — сказала Бетани, причём слишком громко. — Интересно, это он? — она указала на одного из вампиров в конце стола. Её палец указывал в общем направлении.

— У тебя есть братья или сёстры? — спросила Эмбер, пытаясь привлечь её внимание.

Бетани кивнула.

— У меня есть два старших брата, — она закатила глаза. — Серьёзные блокираторы члена. Старшие братья — отстойные зануды.

Отстойные зануды?

— Мне был двадцать один год… когда я, наконец, потеряла девственность, — её невнятный говор становился всё хуже. — Двадцать один.

Эмбер выдохнула, когда увидела, что Титан подошёл к ним. С ним был ещё один вампир. У парня были песочно-светлые волосы и зелёные глаза. Он широко улыбнулся ей.

— Ты понесёшь женщину, Джошуа, — проинструктировал Титан, указывая на Бетани.

— Это было бы для меня удовольствием, — сказал Джошуа. Без всяких усилий он наклонился и поднял Бетани.

— Ого… — Бетани взвизгнула. — Ну привет, красавчик, — она обвила руками его шею. Никто не удостоил их даже взглядом.

Эмбер многозначительно посмотрела на Титана.

— Давайте убираться отсюда.

Они вчетвером вышли и направились обратно в отель.

— Мм-м-м… ты приятно пахнешь, — Бетани уткнулась носом в шею Джошуа. — И у тебя большие мускулы, — её руки ласкали его плечи и предплечья. Она собиралась сказать Бетани, чтобы она перестала приставать к Джошуа, но он, похоже, не возражал.

— Почему ты не понес её? — спросила Эмбер, не сводя взгляда с Титана.

Титан посмотрел на неё так, словно у неё поехала крыша. Он покачал головой.

— Джошуа нравится эта женщина. Он позаботится о ней. Мне бы не хотелось… этого… — он указал на Бетани, которая тёрлась о грудь Джошуа и утыкалась носом в его шею. Нет, не прижималась, она целовала его в шею. Крупные, небрежные поцелуи.

— Бетани, — проговорила Эмбер, стараясь, чтобы её голос звучал строго.

Джошуа рассмеялся.

— Не волнуйся об этом. Я не возражаю.

Наконец они добрались до комнаты Бетани. Она была этажом выше её собственной. Титан воспользовался карточкой-ключом, которую он сделал на стойке регистрации, и провёл по ней, чтобы открыть дверь Бетани.

Джошуа подмигнул Титану.

— Спокойной ночи, — он кивнул ей и вошёл в комнату Бетани.

— Подожди минутку, — Эмбер поставила ногу на пути двери, которую Титан как раз собирался закрыть. — Я так не думаю, — она скрестила руки на груди.

Титан раздражённо выдохнул.

— Джошуа присмотрит за твоей подругой.

— Чёрта с два он это сделает. Она не в том состоянии, чтобы принимать решения, — Эмбер понизила голос. — Что, если он воспользуется ею? Почему он вообще хочет ей помочь? Он даже не знает её.

Титан многозначительно посмотрел на неё.

— Джошуа считает, что они были бы совместимы. Он планировал подойти к ней сегодня вечером, но не хотел навязываться. Она ему действительно нравится.

— И это нормально? Я так не думаю, — твёрдо заявила Эмбер, одновременно сердитая и встревоженная.

Титан покачал головой.

— Вот почему он хочет присмотреть за ней. Вот почему я попросил его помочь. Он и пальцем её не тронет. Он проследит, чтобы она легла спать, чтобы она могла отоспаться. Он может остаться до утра, чтобы обеспечить её безопасность. С твоей подругой всё будет в порядке.

— Если что-нибудь случится… — Эмбер убрала ногу с дороги.

— Ничего не случится. Джошуа хороший мужчина. Вампир никогда бы не воспользовался женщиной.

Что-то промелькнуло в глазах Титана. Она не была уверена, что это было. Боль, за которой последовала неуверенность.

Затем это переросло в гнев, и он сжал челюсти.

— Я просто пойду и перекинусь с ним парой слов на всякий случай. Подожди здесь, я отведу тебя в твою комнату.

Она кивнула, чувствуя себя немного лучше теперь, когда Титан собирался установить правила, прежде чем они оставят его с Бетани.

Минуту или две спустя здоровенный охранник вернулся. Он кивнул один раз.

— С ней все будет хорошо. Джошуа ничего не предпримет. Вампиры и люди очень разные. Вас, женщин, иногда трудно понять. Иногда вы говорите «нет», но имеете в виду «да», а иногда вы говорите «да», когда имеете в виду «нет».

— Нет — это нет, — отрезала Эмбер. — Это так просто.

Титан глубоко вздохнул, выглядя мрачным.

— Я полностью с тобой согласен, — они направились к лифту. — Именно по этой причине я держусь подальше от человеческих женщин. Вы сложная компания, — он нажал кнопку «Вниз», и двери открылись.

Эмбер кивнула.

— Полагаю, ты прав. Я уверена, что вампиры такие же, — они вошли.

Титан нажал кнопку, и они начали спускаться.

— Я прожил с вампирами всю свою жизнь, и поверь мне, люди другие, — произнёс он, искоса взглянув на Эмбер. — Это причина, по которой многих наших мужчин так привлекают люди.

— А тебя нет?

— Я этого не говорил, — он подождал, пока она первой выйдет из лифта, прежде чем последовать за ней. — Я просто не хочу осложнений.

Эмбер посмотрела в его сторону.

— Мм-мм… Отношения сложны.

— Точно. Прямо сейчас я сосредоточен на своей карьере, — он скрестил руки на груди, когда они подошли к её двери.

Беспокойство всё ещё грызло Эмбер. Хотя они с Бетани не были близкими подругами, они вроде как держались вместе с самого начала, и она по-прежнему волновалась.

— Может быть, нам стоит попросить администратора прислать немного аспирина и воды в комнату Бетани утром, — предложила она.

Титан покачал головой.

— Джошуа останется с женщиной. Он закажет всё, что ей нужно, и позаботится о её здоровье перед уходом.

— Почему? Он даже не знает её.

— Она ему нравится, и он хочет узнать её получше, поэтому он считает своим долгом заботиться о ней. Если они совместимы, потребность в этом возрастёт. Мы такие, какие есть.

— Ладно. Я всё ещё не уверена, что до конца понимаю, но если ты так говоришь, и пока она в безопасности, думаю, меня это устраивает, — не то чтобы у неё действительно был выбор.

— Она в хороших руках, — проговорил он, ободряюще кивнув ей.

— Что ж, спасибо за твою помощь, — Эмбер вытащила свою карточку-ключ и толкнула дверь. — Береги себя.

Титан фыркнул. Он слегка покачал головой, и уголки его губ приподнялись в лёгкой улыбке.

— Что ещё?

— Ничего такого, во что я хотел бы ввязываться

— Очень загадочно? — она фыркнула. Ей хотелось подтолкнуть его к объяснениям, но у неё возникло ощущение, что он больше ничего не скажет. Это не имело значения.

— Мне нужно вернуться на ужин, — Титан улыбнулся, показав ей свои зубы. — Хорошего вечера.

— Да, что ж, я иду прямо в постель. Я устала. Это был долгий день.

— Хорошо. — Он сказал это так, словно не поверил ей. Странный. Титан был странным парнем, это точно.

Они попрощались. Эмбер вошла внутрь, закрыла дверь и включила свет.

Эмбер тихонько ахнула от удивления.

— Ты точно не торопилась.

Это было низкое, мужское рычание, произнесённое ровным голосом.

Глава 9

Разозлившись, Эмбер швырнула сумочку в человека, распростёртого на её кровати. Этот придурок поймал сумочку.

— Это так принято встречать гостя?

— Гостя? — Эмбер тяжело дышала. Её сердце колотилось со скоростью около миллиона миль в час. — Ты напугал меня до чёртиков. Ты нарушитель и уж точно не гость.

Он улыбнулся ей. Это было лениво и чертовски сексуально.

— Я гость, — его голос был хриплым и грубоватым.

Она скрестила руки на груди, желая, чтобы её тело не реагировало на него.

— Тебя не приглашали, но ты всё равно вошёл в мою комнату. Это делает тебя нарушителем. Почему ты здесь? — чем быстрее он скажет ей, тем быстрее сможет избавиться от неё.

Он принял сидячее положение, всё ещё выглядя до смешного уютно на её кровати. Эмбер раздражало, что он вёл себя так, словно ему здесь самое место, что он выглядел таким спокойным, когда внутри у неё всё сходило с ума. Что он здесь делал?

— Мне нужно было поговорить с тобой, но успокойся. Если ты не будешь контролировать свой пульс, у тебя может начаться гипервентиляция.

— Ты напугал меня до смерти, — она фыркнула. — Так что не рассказывай мне о моём сердцебиении. Кто тебя впустил? Где ты взял ключ?

— Давай просто скажем, что я знаю женщину на ресепшене.

Он встал. Высокий, светловолосый, в такой же тёмной одежде. Его глаза такие…

Подождите минуту.

— Только потому, что ты трахаешься с администраторшей, это не значит, что ты можешь прийти в мой номер и впустить себя. Такая шлюха, — последнее она пробормотала себе под нос.

— Если бы я не знал тебя лучше, я бы сказал, что ты ревнуешь, — Лэнс удивлённо приподнял брови.

— Как тебе угодно, — Эмбер закатила глаза. — Ты можешь заниматься сексом с кем захочешь. Почему ты здесь? — она уперла руки в бока.

— На самом деле ты можешь расслабиться. Ты ведёшь себя так, будто я собираюсь тебя растерзать или что-то в этом роде, — усмехнулся он. — Это не так, так что успокойся, чёрт возьми.

Она не знала, чувствовать ли облегчение или разочарование. Она ощутила облегчение… огромное облегчение. Лэнс был здесь не ради секса. Хорошо. Отлично. Тогда почему он был здесь?

— Просто выкладывай уже.

— Я здесь, чтобы призвать тебя к ответу за твою чушь, — он сделал шаг к ней.

— О чём ты говоришь? — ей пришлось снова закатить глаза. Эмбер была не из тех людей, которые закатывают глаза, но Лэнс, казалось, выявил в ней самое худшее.

— Ты не возвращалась сюда и не кончала с помощью вибратора. Я слышал, что ты сказала сегодня ранее, и я знаю, что ты сказала это, потому что не хотела, чтобы кто-нибудь знал, что я трахал тебя. Я хочу, чтобы ты призналась мне в этом.

Она старалась не ёрзать.

— Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, но я не лгала насчёт вибратора.

— Это грёбаная чушь, и ты это знаешь.

— Я выложилась по полной, когда вернулась в свою комнату… особенно после того, как ты оставил меня немного взвинченной. Помогать самой себе было так здорово… Лучший оргазм в моей жизни, — она изо всех сил старалась, чтобы её голос звучал скучно. Почему она лгала ему? Почему его это вообще волновало? — У тебя есть свой ответ. Теперь ты можешь идти, — она многозначительно посмотрела на дверь, прежде чем оглянуться на Лэнса, когда он не сдвинулся с места.

Его глаза сузились.

— Тогда покажи мне его, — прорычал он. — Где тот вибратор, о котором ты говоришь? — он долго смотрел на неё.

Эмбер переступила с ноги на ногу, прежде чем расправить плечи.

— Убирайся из моей комнаты. Я не обязана тебе ничего показывать или доказывать. Наша маленькая встреча была… приятной… но теперь всё кончено, и, если я когда-нибудь увижу тебя снова, это будет слишком скоро. В следующий раз, когда ты почувствуешь необходимость использовать кого-нибудь из своих приятелей по перепихону, чтобы раздобыть ключ и вломиться в мою комнату, я заявлю на тебя.

Это прозвучало немного ревниво. Хотя она не ревновала, не так ли? Она бы никогда не стала ревновать из-за такой свиньи, как Лэнс.

— Донеси на меня. Мне похуй. Для протокола, секретарша не из тех, с кем можно трахаться — она из тех, с кем хочется быть.

Конечно, она такая. Как иначе, верно? По крайней мере, по словам Лэнса. Эмбер снова закатила глаза. Они зашли так далеко, что она чуть не потеряла извилины в своём сером веществе.

— Ты чертовски полон этого. Меня тошнит.

— Факт есть факт. Я не буду за это извиняться.

— Я тебя об этом не просила.

— Хорошо, — сказал он, его голос был грубым и низким. Может, он и придурок, но у него был красивый голос.

— Хорошо, — эхом отозвалась Эмбер. В её голосе было меньше гнева.

Он глубоко вздохнул.

— У тебя нет грёбаного вибратора. Я знаю это точно, потому что я проверил все твои вещи. Каждый ящик, каждую полку, каждый закуток.

Её руки сжались в кулаки.

— Как ты смеешь?! — бушевала она.

— Кстати, тот маленький комплект в красный горошек чертовски сексуален.

Она издала тяжёлый звук разочарования. Не потому, что он рылся в её вещах, а потому, что ей нравилась мысль о том, что он рылся в её нижнем белье. Нравилось, что он находил некоторые из её вещей сексуальными. У неё были серьёзные проблемы. Это раздражало её.

Лэнс прищурился, обращая на неё всё своё внимание.

— Это значит, что ты солгала мне о том, что пошла в свою комнату и использовала вибратор. Я почти уверен, что все твои действия «всё было хорошо» были просто игрой. Тебе понравился мой член внутри тебя… тебе это чертовски понравилось, и я бы хотел, чтобы ты просто признала это.

— Ты не можешь с этим смириться, не так ли? Твое эго этого не допустит. Что ж, извини, что приходится разрывать твой пузырь, секс был обычным. Ну и что, что у меня нет вибратора, — крикнула Эмбер, всё ещё сердитая, но и разочарованная. — Это ничего не меняет.

— Это меняет всё. Итак, либо ты солгала, либо ты фригидна, что из этого?

— Черт возьми, достаточно. Твое высокомерие просто зашкаливает… ты знаешь это?

— Я знаю, как трахнуть женщину. Это не имеет ничего общего с высокомерием. То, что произошло в той раздевалке, было ничем иным, как взрывом. Я признаю это. Почему ты не можешь? — он сделал ещё один шаг к ней и вторгся прямо в её личное пространство.

— Я рада, что ты так хорошо провёл время. Я не лгала.

Он был просто невыносим. Чертовски невыносим. Последнее, чего Эмбер хотела, это чтобы он знал, что он повлиял на неё. Что секс был действительно хорош. Она не знала, почему это так важно, но это имело значение, и она боялась сказать ему правду. Он каким-то образом влиял бы на неё из-за этого.

— Тогда ты фригидна.

Она ударила его по лицу. Сильно. Раздался оглушительный треск, и его голова мотнулась в сторону. Он медленно повернулся к ней лицом. Её руку обожгло. До Лэнса она никогда не била парня по лицу. И всё же она это сделала, и ей не терпелось сделать это снова… в третий раз.

Лэнс улыбнулся, массируя челюсть.

— Ты можешь ударить, женщина, я признаю это. Ебать меня, — он продолжил массировать челюсть. — Будь я проклят, если это не заводит меня ещё больше, — его сияющие глаза остановились на ней, притягивая к себе.

Она хотела сказать ему, что её зовут Эмбер, хотела ещё раз сказать ему, какой он придурок, но он не дал ей такой возможности. Его губы прижались к её губам. Хотя больше всего на свете ей хотелось оттолкнуть его, она обнаружила, что вцепилась в его рубашку. Притягивая его ближе. Его язык сплелся с её, и менее чем за три секунды поцелуй превратился из горячего в адский. Лэнс застонал, обхватив её за задницу и притянув к себе. Прижимая к нему. Его член был твёрдым напротив неё.

Послышались рывки и треск, когда он срывал с неё одежду. Они продолжали лихорадочно целоваться. Они оба издавали отчаянные звуки. Эмбер никогда никого так не хотела. Она сходила с ума. Этого не должно было случиться. Она должна сказать ему остановиться. Её руки обхватили его бицепсы, а затем скользнули вверх по шее. Эмбер притянула его ближе. Поцеловала сильнее.

Лэнс наклонился и пососал её сосок. Её одежда была разорвана в клочья. Несколько разорванных кусочков всё ещё были прикреплены к её телу, остальные волочились лентами вокруг её ног.

Она застонала, когда он ещё немного пососал её сморщенную плоть, чувствуя, как её тело реагирует на него, словно на автопилоте. Чёрт бы его побрал.

— Мудак, — Эмбер застонала, когда он перешёл к другому соску.

Затем Лэнс снова поцеловал её, и она потеряла ход мыслей. Его руки рванули на себе брюки. То есть, он сорвал их с себя сам.

Её ноги обхватывали его бёдра. Когда она успела так забраться на него? Он приподнял её и нащупал под ней… презерватив. Он надевал презерватив, одновременно приподнимая её и целуя. Этот мужчина определённо был сверхчеловеком. Времени на раздумья не было, её спина ударилась о стену как раз в тот момент, когда он вошёл в неё. Они оба застонали. Невозможно было остановить звуки, которые вырывались из её горла. Не в этот раз.

Раньше секс был более контролируемым. Это было что-то другое. Это было чисто животное. Что-то низменное и первобытное.

Лэнс отстранился от неё, прижавшись лбом к её лбу, его пальцы впились в её бёдра. Его член был так глубоко внутри неё, что это давило на все её кнопки, хотя он и не двигался.

— Чёрт, — простонал он. — Я хочу твоей крови, — его горячее дыхание коснулось её губ.

Прежде чем Эмбер успела ответить, он начал двигаться быстрыми, жесткими движениями. Она почти сказала «да». Это слово крутилось у неё в голове. Она была совершенно сумасшедшей… к смирительной рубашке готова. Это было точно.

— Ах, — простонала она. Это было даже лучше, чем раньше. Как это вообще было возможно?

Его губы снова прижались к её губам. Лэнс целовал её как одержимый. Это было настоящее исступление. Он громко стонал ей в рот с каждым сильным толчком.

Он прервал поцелуй.

— На пол, — скомандовал он диким голосом и повалил её на спину. Не так сильно, чтобы было больно. Напротив, действие было грубым, почти как у пещерного человека. Это возбудило Эмбер намного больше.

Лэнс закинул её ноги себе на плечи, мягкий шерстяной ковёр оказался у неё под спиной. Он наклонился, чтобы снова завладеть её ртом. Забавно, поскольку Лэнс не походил на парня, которому нравятся поцелуи. Но мог ли он целоваться? Это было идеальное сочетание твёрдого и горячего с тёплым и нежным. Это заставило её тяжело дышать. Затем он вошёл в неё, и она почти увидела звёзды.

— О боже… — она хотела сказать: «Боже», но слово потерялось, когда всё в ней приготовилось к освобождению.

— Скажи «да», — произнёс Лэнс, одновременно требуя и просяще. — Я хочу твоей крови.

Ублюдок! Он подождал, пока она не оказалась на самом краю. Его толчки замедлились, и он больше не целовал её. Вместо этого, когда Эмбер открыла глаза, она смотрела в его глаза. Он выглядел почти нежным. Почти.

Затем он ухмыльнулся и заправил прядь её волос ей за ухо.

— Я хочу, чтобы ты кончила сильно. Так сильно, что ты даже не подумаешь снова воспользоваться вибратором. Я хочу заставить тебя признать, что мой член делает это для тебя так же сильно, как твоя киска делает это для меня.

Его темп был таким медленным, но всё же он продолжал двигаться в ней, удерживая её на самом краю.

— Моя киска делает это для тебя? — её голос был глубоким и таким хриплым, что его с трудом можно было узнать.

— Чертовски классно проведённое время, — Лэнс наклонился и крепко поцеловал её, втягивая её губу в свой рот. Её бёдра дёрнулись навстречу ему, её тело отчаянно нуждалось в завершении.

Он отстранился.

— Это почти мило, — Эмбер попыталась рассмеяться, но вместо этого застонала, когда Лэнс вошёл в неё.

— Я ни хрена не милый.

Она покачала головой.

— Ты…

— Да, да… придурок и засранец, — его лицо выглядело напряжённым. Его челюсть напряглась. — Позволь мне испить из тебя, — его глаза сияли, на лбу блестели капельки пота. Слишком хорошо выглядел для своего же блага. Он казался нервным. Как будто боялся, что она скажет «нет». В тот момент присутствовала уязвимость. И это обезоружило Эмбер.

Она сдалась.

— Я полагаю, это хор…

Лэнс целовал её так, словно завтрашнего дня не было. Пальцы её ног подогнулись. Если бы он не прижимал её так, как он это делал, Эмбер бы вырвалась из его объятий, когда он снова глубоко вошёл в неё. Это ощущалось… так хорошо. Её стоны быстро перешли в крики, когда он вошёл в неё.

Прошло не больше нескольких секунд, прежде чем её накрыл оргазм. Накатила вторая волна, ещё более интенсивная, чем первая, когда его рот опустился к её горлу. С каждым сильным посасыванием у неё перехватывало дыхание, а мышцы сокращались. Эмбер дрожала с головы до ног. Её зубы были стиснуты, а глаза крепко зажмурены. Она издавала самые ужасные звуки, но не могла остановиться. Это было слишком приятно. Всего этого было слишком много.

Она хотела, чтобы это закончилось так же сильно, как не хотела, чтобы это прекращалось никогда. Когда Лэнс, наконец, отпустил её, она была слишком измучена, чтобы говорить. Слишком измучена, чтобы даже моргнуть.

***

Лэнс наблюдал, как она спит. Её тёмные волосы разметались по подушке. То, как вздымалась и опускалась её грудь. То, как её дыхание было прерывистым. Слышался даже странный, милый тихий храп. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь наблюдал за спящей женщиной.

Что, чёрт возьми, на него нашло?

Он не лгал, сказав Эмбер, что её киска сделала с ним. Должно быть, так оно и было. Его член всё ещё был твёрдым. Казалось, что рядом с ней так оно и было. Он тихо фыркнул и понял, что снова хочет её… сильно. Вот почему он до сих пор находился там. Обычно он бы уже давно ушёл, чёрт возьми.

Он улыбнулся про себя. Она ни за что, блядь, не смогла бы сказать ему, что секс был приятным или нормальным. Ни за что, блядь. Он был невероятен. Взрывной не меньше. Кто бы мог подумать, что секс с женщиной, которая его ненавидит, может быть таким потрясающим? Не было ни любезностей, ни сердечного поведения, просто двое взрослых людей брали друг у друга то, что им было нужно. В её сильной неприязни к нему была доля огня. Какой глоток свежего воздуха. Ему это понравилось. Хотелось гораздо большего. У неё не было ни малейшего шанса привязаться. Это было идеально.

Эмбер пошевелилась. Она фыркнула ещё громче, и Лэнсу пришлось улыбнуться. Чертовски очаровательно. Она потёрла лицо и открыла глаза. Совсем чуть-чуть. Когда она поняла, что он наблюдает за ней, они распахнулись, и она натянула простыню на грудь.

Какая жалость.

— Почему ты смотрел, как я сплю? Это действительно жутко, ты ведь понимаешь это, не так ли? Почему ты меня не разбудил? — она была в шоке.

— Тебе нужно было поспать, — Лэнс оттянул простыню так, что её невероятная грудь обнажилась перед ним.

Эмбер сузила на него глаза и натянула простыню обратно на себя.

— Ты прав, мне нужно поспать, — она притворно зевнула. Чертовски притворно зевнула. Ход, который он предпринимал, чтобы избавиться от нежелательных партнеров по постели. Это был его ход, чёрт возьми. Его. — Я удивлена, что ты всё ещё здесь.

Проницательно.

— Тебе нужно было поспать, потому что мы снова этим займёмся, — он обхватил рукой её простыню, готовясь снова стянуть её с нее. Руки Эмбер крепче сжали ткань по обе стороны от её груди.

Это было действительно странно, но он отчётливо видел, как её соски превратились в твёрдые маленькие точки под тонким хлопком. Он чувствовал запах её возбуждения, смешанный с запахом секса. Даже её грудь поднималась и опускалась немного быстрее. Эмбер покачала головой.

— Послушай, я признаю, что секс был хорош… — она издала раздражённый звук, когда поймала его жёсткий взгляд. — Хорошо, отличный… это было потрясающе… счастлив?

— Это только начало, — Лэнс наклонился к ней, положив руки по обе стороны от неё, но держа её на расстоянии вытянутой руки.

Эмбер напряглась, выглядя явно взволнованной.

— Нам не очень хорошо вместе. Может, у нас и был секс уже дважды, но, — она покачала головой, — больше ничего нет. Ты мне даже не нравишься. Это неправильно.

— Это идеально.

— Так ты продолжаешь говорить. Нет… — Эмбер снова покачала головой. — Это неправильно.

— Это было чертовски потрясающе. Быть внутри тебя — одно из моих любимых новых занятий.

Эмбер ахнула, выглядя шокированной.

— Я не какая-то игрушка. Я человек; у меня есть чувства, знаешь ли.

— Да, и у меня есть. Я тебе не нравлюсь, но ты, наконец, признала, что секс — это хорошо… лучше, чем просто хорошо. Заниматься сексом много раз совершенно естественно. Вот что было не так с твоими тремя с половиной годами засухи. Этот… то, что мы только что сделали… было так чертовски правильно, что это пугает, — Лэнс отодвинулся, давая Эмбер, её пространство.

Она заметно расслабилась, он слышал, как выровнялось её дыхание. Её щёки слегка покраснели. Ей не понравилось напоминание о том, как давно у неё в последний раз был секс. Она явно была смущена этим. Лэнсу было трудно в это поверить, и если бы её киска не была такой чертовски тугой, он бы усомнился, говорит ли она правду и в этом случае.

Лэнс схватил то, что осталось от его штанов, и натянул их. Ебать! Прошло очень много времени с тех пор, как он уничтожал свою одежду, чтобы добраться до женщины. Это было то, что сделал бы подросток. Его промежность была оторвана и свисала с него.

Эмбер рассмеялась, прикрыв рот рукой.

— Да… — проворчал он. — Это чертовски забавно.

— У меня в косметичке должно быть несколько английских булавок, — она обернула простыню вокруг себя, как саронг, и направилась в ванную. Эмбер вернулась через несколько минут, вооружённая несколькими английскими булавками.

— Позволь мне помочь тебе, — она улыбнулась и опустилась перед ним на колени.

— Отлично! — его член успокоился, когда она вышла из комнаты, но вид её, закутанной только в простыни и стоящей перед ним на коленях, снова возбудил Лэнса.

— Возможно, ты захочешь что-нибудь с этим сделать, — Эмбер подняла взгляд, чтобы встретиться с ним, затем снова опустила.

Его член торчал из тела, промежность джинсов свисала ниже его набухшего ствола.

Лэнс схватил член и прижал к своему телу, чтобы она могла поработать над его штанами.

— Возможно, ты захочешь что-нибудь с этим сделать, — пробормотал он.

— Ты этого только что не говорил, — пробормотала она в ответ. — Или случайно не слушал ничего из того, что я только что сказала. Я здесь, чтобы познакомиться с потенциальной парой. А не трахаться с кем-то, кто мне даже не нравится.

— Я тебя не останавливаю, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

Эмбер застегнула булавку и переместилась на другую сторону его промежности, натягивая ткань на место. Она просунула булавку ему в штаны с такой силой и так близко к его члену, что Лэнс вздрогнул и издал сдавленный звук. Ему пришлось приложить усилия, чтобы не отстраниться. Она встала и отошла от него.

Лэнс натянул рубашку. Затем он сел на кровать и быстро справился со своими носками и ботинками.

Эмбер наблюдала. Она скрестила руки на груди. Она явно не собиралась приглашать его остаться ещё на один раунд, а он, чёрт возьми, точно не собирался умолять.

Он встал и отошёл от её кровати. Он чувствовал себя напряжённым, взвинченным до предела.

Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд, прежде чем Эмбер выдохнула.

— Это было весело, а теперь все кончено. Спасибо. Секс был великолепен. Не звони мне, и я, чёрт возьми, уверена, что не позвоню тебе. Мы можем просто забыть, что это вообще произошло.

— На хуй это, — он не кричал, не рычал и не позволял себе испугаться.

— Что? Почему ты настаиваешь на продолжении?

— Это произойдёт снова… скоро. Лучше тебе смириться с этим, — Лэнс повернулся и направился к двери.

— Забудь об этом. Этого не случиться.

Он оглянулся и слегка улыбнулся ей.

— Я с нетерпением жду этого. Не могу, блядь, дождаться.

Затем он широко улыбнулся, увидев её ошеломленное выражение лица. Даже простыня упала, обнажив верхнюю часть одной груди. Бросив последний взгляд, он ушёл, оставив её осознавать неизбежное.

Насколько Лэнс понимал, завтрашний день не мог наступить достаточно быстро. Эта женщина ещё ничего не видела и не чувствовала. Её разум вот-вот взорвётся, нравится ей это или нет. Если и было что-то, что ему нравилось больше, чем хороший трах, так это хорошая охота. Сочетание того и другого. Она понятия не имела, во что ввязалась.

Глава 10

Три дня спустя…

Её глаза были настолько широко раскрыты, что она чувствовала, что её глазные яблоки могут выскочить в любую секунду. Её прерывистое дыхание было невероятно громким в тесных пределах чулана.

К счастью, рука Лэнса крепко зажала ей рот. Её платье задралось на бёдрах. Стена была влажной под её пальцами. Её киска сжалась так чертовски сильно, что она была уверена, что будут необратимые повреждения, хотя это было так приятно.

Он сделал ещё один глубокий вдох, застонав, когда его движения внутри неё стали отрывистыми. Рука, сжимавшая её бедро, смягчилась и скользнула вокруг неё, обхватив грудь, когда он отпустил её шею. Собственное дыхание Лэнса было таким же прерывистым и громким. Его грудь прижималась к её спине. Он продолжал входить и выходить из неё, его бёдра ударялись о её задницу. Беспорядочные движения стали более плавными и менее настойчивыми.

— Блядь, — Лэнс зарычал. Он поцеловал её в шею. — Думаю, я мог бы просто оставить тебя, — прошептал он.

Наверное, это было самое приятное, что он ей сказал, но её не одурачишь. Он хотел её не ради неё самой. Он хотел её ради этого. Действительно невероятного секса. После той ночи в её комнате они трахались каждый день… по нескольку раз в день. Поначалу всё шло по той же схеме. Они ссорились, а потом трахались. После нескольких таких случаев они пропустили часть с ссорой и просто трахались до упаду.

В замке было множество ниш и чуланов, которые идеально подходили для быстрого секса. Лэнс мог кончить с ней не один раз и менее чем за пять минут. Как и сейчас, её возбуждало, что их можно было легко найти. Ощущения были намного острее, когда им необходимо быть тихими. Он пробирался в её комнату каждую ночь. Это было слишком. Это должно было закончиться.

— Это был последний раз, — выдохнула она. На этот раз Эмбер говорила серьёзно. Она действительно хотела.

Лэнс убрал волосы с её лица и поцеловал её. Его член мгновенно затвердел внутри неё, и она застонала ему в рот. Это было доказательством его власти над её телом. К тому времени, как Лэнс отпустил её, они оба тяжело дышали.

— Я с тобой не закончил, — предупредил он. — Это только начало.

— Я уезжаю домой через два дня.

— Чёрта с два ты уедешь, — Лэнс взял её за подбородок. Он отстранился, и Эмбер снова захныкала, на этот раз от потери. Какой огромный, эгоистичный ублюдок. — Есть несколько мужчин, которые выберут тебя. Попомни мои слова.

Ты не будешь одним из них.

Это задело. С другой стороны, ей было всё равно, что он думает. Определённо было всё равно, выберет он её или нет. Не то чтобы он что-то для неё значил.

— Я сомневаюсь, что соглашусь остаться, — выпалила она.

Его глаза потемнели.

— Ты согласишься.

— Почему тебя это волнует? — выпалила она в ответ.

— То, что у нас есть, особенное. Такое бывает раз в жизни, — он с гримасой снял презерватив.

— Это просто секс, — фыркнула она.

— Вот тут ты сильно ошибаешься, — его голос был тихим. Лэнс наклонился вперёд и нежно поцеловал её в губы. Прикосновение было нежным… даже сладким. — У меня было много секса со множеством партнёров… — его глаза блуждали по её лицу, прежде чем вернуться к ней. — То, что у нас есть, отличается. Это, блядь, зашкаливает. Ты не можешь уйти, так же, как и я не могу. Я зависим, — он отстранился от неё и застегнул джинсы.

Её трусики были спущены на одну из лодыжек. Он был одержим её киской. Мудак!

— Не смотри на меня так. Ты завязла так же глубоко, как и я.

Эмбер одёрнула платье. Он был прав, чёрт возьми. Кто знал, что половой акт может быть таким приятным? Кто знал?

— Значит, ты больше ни с кем не спишь? — какого чёрта она спросила об этом? Это не её дело, и в любом случае ей было всё равно. Ну, не совсем. — Я бы сочла это отвратительным, если бы ты это делал, — быстро добавила Эмбер. Это была правда.

Он изучал её глаза в течение долгих полминуты, немного напряжённо нахмурившись.

— Ты бы ревновала, если бы я трахал других женщин?

— Конечно, нет, — она фыркнула. — Просто секс — это интимно. У нас общие телесные жидкости. Ты знаешь, что ты мне совсем не нравишься, так с чего бы мне беспокоиться об обратном?

Лэнс заметно расслабился, натягивая рубашку через голову.

— Не пугай меня так. На секунду… Неважно.

— Так… ты? — Эмбер поправила стринги и подобрала свою брошенную сумочку, прежде чем повернуться лицом к Лэнсу.

— Мы пользуемся презервативом, так что тебе нечего бояться, — он слегка покачал головой. — Я осторожен. Это не важно.

Чёрта с два это было не так.

— Что ж, тогда это был последний раз. Я надеюсь, тебе понравилось, потому что это никоим образом…

— Я не вступаю в отношения, — его глаза сверлили её, но в остальном он был воплощением спокойствия.

Желание влепить ему пощёчину вернулось с удвоенной силой. Она сжала руки в кулаки, чтобы удержаться от этого. Что с ним было не так?

— Ну, я знаю, — она уперла руки в бока, чтобы показать ему, насколько она серьёзна.

— Этого не произойдет, — его челюсть задвигалась. Лэнс провёл рукой по волосам, оставив пальцы сжатыми на затылке.

Она пожала плечами.

— Ладно… хорошо. Бринн упорно пыталась залезть ко мне в трусики, может, пришло время проверить… как вы, вампиры, это называете?

Лэнс стиснул зубы. Мышцы по обе стороны его шеи напряглись.

Она просияла.

— О да, совместимость. Я не совсем уверена, что согласна с твоим мнением о том, что у нас есть нечто особенное. Думаю, Бринн тоже мог бы отлично поработать. Может быть, даже лучше, потому что он мне на самом деле нравится.

— Бринн практически ребёнок. Может, у него и есть член, но я чертовски уверен, что он не знает, что с ним делать. Такая женщина, как ты, была бы растрачена впустую на такого мужчину, как он, — Лэнс прищурил глаза. — Я знаю, чего ты пытаешься от меня добиться, но это не сработает. Я также не закончил с тобой, Эмбер.

— Пошёл в жопу, — прошептала она.

Он улыбнулся.

— Да, так и будет, и ты будешь наслаждаться каждой грёбаной минутой, потому что со мной ты тоже не закончила. Я не завожу отношений, — он подошёл к ней и накрыл её рот своим. Ещё один мягкий, нежнейший поцелуй. Полная противоположность его словам. Она пыталась не поцеловать его в ответ, но, как обычно, её тело сработало на автопилоте.

— Ты такой придурок, — Эмбер застонала, когда Лэнс отпустил её. Она имела в виду каждое слово. — Такой законченный, несусветный мудак.

Он усмехнулся.

— Это моя девочка. Увидимся вечером.

— Не утруждай себя приходом, — гнев сквозил в каждом слове.

— О, мы оба придём (прим. перев. — игра слов, имеется в виду «кончим»), милая. В этом ты можешь быть уверена. — Ухмылка.

Милая. Правда?

— Не называй меня так и прекрати целоваться. Меня это раздражает.

— Тебе нравится, когда я тебя целую.

Чертовски сильно. Эмбер решительно покачала головой.

— Нет, не нравится. Я серьёзно, не приходи позже… Сегодня вечером я забираю Бринн к себе в комнату. Всё кончено.

Так и должно было быть.

Лэнс закатил глаза и умудрился придать сексуальности даже этому.

— Нет, ты этого не сделаешь, и нет, между нами ничего не кончено.

— Да, смирись с этим. Я приглашу его к себе сегодня вечером. В отношениях есть нечто большее, чем секс. Я хочу гораздо большего. Мы оба знаем, что это никуда не приведёт, так что мы можем покончить с этим прямо сейчас.

Мысль о нём с другими женщинами вызывала у Эмбер тошноту. Это было отвратительно!

— Отношения переоценивают. У нас всё хорошо. Увидимся позже, — Лэнс вышел. Придурок!

Эмбер покачала головой. Ей хотелось закричать. Он приводил её в бешенство. Из-за него ей хотелось рвать на себе волосы. Ударить его, если не его, то стену, что угодно. Из-за него ей хотелось ломать вещи. Короче говоря, он превратил её в буйнопомешанную.

Она ненавидела его власть над ней. Всё было кончено. Лэнс был историей. Начиная с этого момента.

Глава 11

Лэнс шёл по коридору, направляясь к комнате Гриффина.

Человечка была неправа насчёт того, что они закончили. Настолько чертовски неправа, что это пугало. Насколько он был обеспокоен, они ещё даже не начали.

Даже близко не подошли.

Она может ошибаться насчёт того, что они закончили, но она была права насчёт поцелуев. Дело в том, что ему нравилось целовать её. Забудь об этом. Ему чертовски нравилось целовать её. Ему нравилось, как она реагировала на его рот, на его язык. На его покусывания и ласки, когда он целовал её… везде.

Особенно ему нравился её рот. Какими припухшими и розовыми становились её губы после того, как он пожирал их. Как стремительно возрастал уровень её возбуждения. Она переходила от пощёчин к тому, чтобы притянуть его ближе, и всё из-за простого поцелуя. От тяжёлого дыхания к стонам, и всё из-за того, что его губы скользили по её губам.

Поцелуй.

Кто знал, что поцелуи могут быть настолько приятными? Конечно, он пробовал их… много лет назад. Женщины часто ассоциируют поцелуи с чем-то большим, чем они есть на самом деле. Он не оценил это настолько, чтобы оно стоило усилий, поэтому перестал это делать и никогда не оглядывался назад. Не до Эмбер. Быть рядом с ней и не поцеловать эти губы было бы позором. Находиться с ней на территории вампиров и не воспользоваться её чертовски пышным телом было бы грехом. Женщина была такой восприимчивой. Осознание того, как сильно она наслаждалась каждым моментом, усиливало его наслаждение. Даже если это противоречило её здравому смыслу. И его.

Отношения.

Это слово должно быть запрещено. Этого не произойдёт. Он не мог сказать ей, что даже не взглянул на другую женщину с тех пор, как попробовал её на вкус. Ему даже в голову не приходило прикоснуться к другой. Как он мог? Он так не поступал.

Он мог сказать, что ей не нравилась мысль о том, что он с другими женщинами.

Чёрт возьми, быть в отношениях. Отношения означали обязательства. Нечто большее. Отношения были небольшим шагом в сторону от других вещей. Серьёзных вещей. Вещей, от которых его бросало в холодный пот. Этому не бывать. Он хотел её, в этом не было никаких сомнений, но он не хотел провести с ней остаток своей жизни.

Он позвонил в колокольчик и отступил назад.

— Ты опоздал, — Гриффин окинул его оценивающим взглядом, прежде чем его ноздри раздулись. — Не можешь удержать член в штанах, — затем он нахмурился и снова принюхался. Его взгляд стал насмешливым. — Человек?

— Не расстраивай меня, чёрт возьми. И что из этого? Киска есть киска, — ему сразу стало не по себе от этого комментария, хотя Лэнс и не мог понять почему.

— Я подумал, что они все слишком эмоционально увлекались и что ты… по твоим словам… не хотел с ними связываться.

— Ты впустишь меня? — Лэнс выдавил из себя, не желая говорить об Эмбер в коридоре. Это казалось неправильным. Неужели он только что так подумал? Он мысленно застонал. Он становился слабаком. Женщина не хотела, чтобы другие узнали о них, и это было самое малое, что он мог сделать.

— И? Кто она? — Гриффин широко улыбнулся, отступая в сторону, чтобы впустить Лэнса.

— Никто, — ещё один приступ боли. — Ладно, она особенная, но не в том смысле, в каком ты думаешь.

Гриффин похлопал его по спине.

— Тебе нравится вкус её крови. Не можешь насытиться ею и скучаешь по ней, как только расстаёшься с ней? — Гриффин приподнял брови.

Лэнс нахмурился.

— У неё восхитительная кровь. Я не могу насытиться её киской и скучаю по ней с того момента, как покидаю ее, — его хмурый взгляд стал ещё более хмурым. — Но у неё довольно аппетитный рот. — Созданный для поцелуев. — Я предпочитаю чем-то занять её, так как ей нравится оскорблять меня при каждом удобном случае. Не могу дождаться, чтобы увидеть, как это обернётся…

— Всё такой же грубый, как всегда, — прозвучал женский голос. Сара появилась рядом с Гриффином. В её глазах светилось веселье.

— Чопорность, — Лэнс услышал неподдельную привязанность в своём голосе. — Вижу, всё такая же чопорная и правильная, как всегда. Неужели мой мальчик ещё ничему тебя не научил?

Сара рассмеялась. Гриффин нахмурился. И в этот момент в мире всё было в порядке. Это были мелочи. Его мысли вернулись к Эмбер. То, как она поджимала губы, когда злилась на него. То, как ееё глаза наполнялись огнём прямо перед тем, как она давала ему пощёчину, что случалось часто. То, как эти самые глаза закрывались, когда он погружался в неё… медленно, или расширялись, если он толкался… сильно. В этот момент Лэнс понял, как хорошо ему было, как расслабленно. Он чувствовал себя уравновешенным и спокойным. Ебать! Это было приятно.

— Я думаю, тебе нравится этот человек, — Гриффин усмехнулся. — Звучит серьёзно.

Лэнс изо всех сил старался не закатывать глаза и потерпел неудачу.

— Она ненавидит меня до глубины души. Терпеть меня не может. Секс, однако, зашкаливает. Я никогда не думал, что мне понравится, когда меня бьют, пинают и кусают, — он сделал паузу, обдумывая свои слова. — Ладно, может быть, я знал об укусах, — ему пришлось усмехнуться, подмигнув Саре. — Союз, предначертанный небесами.

— Она бьет тебя? — брови Сары поднялись почти выше линии роста волос. — Как в…

— Она ударила меня однажды, в остальном она предпочитает хорошую пощёчину, и женщина может ударить. Мне это чертовски нравится.

— Ты чокнутый, — Сара выглядела испуганной.

Гриффин рассмеялся.

— Или влюблённый.

— К чёрту это. Она встречается с другими парнями. То, что у нас есть, совсем не так. Это просто физическое влечение, ничего больше, — сказал Лэнс слишком быстро. — Мы можем сейчас поговорить о чём-нибудь другом? Мне становится скучно.

— Кто из них она? — спросил Гриффин. — Можно я попробую угадать?

Лэнс зарычал, на этот раз громче. Он не собирался раскрывать личность Эмбер. Он бы не поступил так с женщиной. Она возненавидела бы его ещё больше и действительно выполнила бы своё обещание отказать ему, но отказать ему означало бы отказать и себе тоже.

— Мы должны быть на этой встрече через полчаса, — Гриффин посмотрел на свои часы, затем на Сару. — Я бы посоветовал тебе принять душ и переодеться.

Малышка Чопорность кивнула.

— Даже я чувствую запах пота, латекса, — она сморщила нос, — и других вещей, о которых я предпочла бы не говорить. Иногда улучшенные чувства — это не так уж и весело, — её взгляд метнулся к Гриффину, как будто она не хотела раскрывать себя.

Гриффин только ухмыльнулся, выглядя счастливее, чем Лэнс когда-либо видел мужчину.

— Моя женщина начала пить мою кровь.

— Чёрт возьми, самое время, Чопорность, — Лэнс улыбнулся, когда она покраснела. — Ты уже залетела?

— Пока нет, — Сара улыбнулась. — Мы не торопимся создавать семью.

— Но мы не будем ждать слишком долго, — Гриффин притянул её к себе на колени, и она взвизгнула.

— Это мой сигнал уходить. Думаю, я пойду приму душ, — Лэнс издал рвотный звук.

Гриффин запустил подушкой ему в спину.

— Увидимся в королевских апартаментах через двадцать пять минут.

Лэнс оглянулся и заметил, что рука Гриффина скользнула по блузке Сары.

— Не опаздывай, — грубовато посоветовал он, прежде чем покинуть их номер и выйти в коридор.

Хотя он наплевал на них и притворился, что они вызывают у него отвращение, правда заключалась в том, что эти двое дали ему некоторую надежду. Они заставили его, наконец, осознать кое-что о своём прошлом. Может быть, для него найдётся женщина. Может быть, когда-нибудь. Затем он рассмеялся, группа женщин-вампиров посмотрела на него, как на сумасшедшего, когда они проходили мимо него. Возможно, так оно и было. Часть его напряжения вернулась. Это было чувство неловкости. Непреодолимая потребность… Он не был уверен, что ему нужно. Помогала только пара вещей: драки, секс и бегство от других, из замкнутого пространства. Быть на открытом воздухе. Остановиться и понюхать розы, как он любил это называть.

Лэнс пожал плечами. Ему нужно было прогуляться по садам перед встречей с королями, чтобы прийти в себя. Похоже, он вернул себе часть своей благосклонности. Последнее, что ему было нужно, это раздражаться на Зейна и всё испортить сейчас.

Бывали вещи и похуже. Он мог просто набить Бранту морду за то, что тот был мудаком. Мужчина может выявить худшее в лучшем из мужчин. Что тогда? Если ему повезёт, он окажется закованным в кандалы в подземелье, а в худшем — мёртвым. Его кровь застыла в жилах от этой мысли. Он начал бегать трусцой. Лучше бы ему принять душ и понюхать грёбаные розы, раз уж его человек был недоступен. Его? Он стиснул зубы. В некотором смысле она была, хотя и не в классическом смысле. Они не были в отношениях, и у него не было планов на отношения, но ей лучше не пытаться затащить другого мужчину в свою постель. Нет, если она хоть как-то ценила жизнь другого мужчины. Если это делало его колоссальным придурком и ублюдком, то так тому и быть.

***

— Спасибо, что пришли.

Брант поправил галстук. Он был розовый. В нём его король выглядел чертовски мило. Лэнсу пришлось сдерживать смех. Мужчина расстегнул свой двубортный костюм и аккуратно повесил его на спинку стула.

Его внимание привлекли золотые запонки. Как они могли не понравиться? На каждой из них был чёрный бриллиант и инициалы мужчины.

— Да, — вздохнул Зейн.

Он провёл рукой по своим кожаным штанам. Короткий меч мужчины всё ещё был в ножнах у него за спиной. Они были такими разными, как им удавалось делить женщину, быть в отношениях вместе, было выше его понимания. С другой стороны, они разошлись во мнениях, когда дело дошло до руководства кланами. Они поддерживали сильные стороны друг друга и восполняли слабые стороны, так что, возможно, то же самое можно сказать о спальне и, конечно, об их отношениях в целом.

— Давайте перейдём к делу, — Брант вернулся к ним и сел. — Человеческая группировка, ответственная за похищения человеческих женщин и почти смертельное покушение на жизнь Зейна, становится помехой.

— Мягко говоря, — проворчал Зейн.

— Мы закончили занимать оборонительную позицию по этому вопросу. Мы закончили ждать, что они будут делать дальше, — Брант передал каждому из них по файлу. — Мы закончили ждать, что они будут делать дальше.

— Операция «Убей ублюдков», как мне нравится её называть, начинается на следующей неделе, — Зейн улыбнулся, его клыки прорезались, а глаза на долю секунды слегка покраснели.

Брант покачал головой.

— Это называется операция «В поисках Немо». Мы найдём ублюдков и убедимся, что они предстанут перед правосудием. Мы будем работать над этим с человеческими правоохранительными органами.

— Извините за вторжение, милорд, — Титан наклонился вперёд. — Во всём этом был замешан, по крайней мере, один офицер полиции Суитуотера. Есть вероятность, что их будет больше.

Верхняя губа Гидеона приподнялась. Он совершенно очевидно вспоминал человека, который похитил его женщину. Того, который теперь был похоронен без сердца. Красть слабых человеческих женщин, чтобы подставить вампиров. Эти члены группировки были трусливыми ублюдками.

— Вот почему мы не будем работать ни с кем из местных властей, — произнёс Зейн. — ФБР направляет команду, специальную оперативную группу. Президент хочет, чтобы об этом позаботились в срочном порядке. Такое поведение самосуда может быстро обернуться против нас. Последнее, чего он хочет, — это войны с нелюдями. Поскольку это последнее, чего мы тоже хотим, мы все участвуем. Мы отправляем свою собственную команду.

— Программа важна для нас. Мы хотим, чтобы новоиспеченные пары размножались… — Брант многозначительно посмотрел на Гидеона, а затем на Гриффина. — Мы также считаем, что было бы лучше, если бы мужчины и женщины, которые ждут ребёнка, оставались на территории вампиров. Мы не хотим вызывать ненужный стресс, который мог бы подвергнуть риску наше будущее потомство.

Лэнс, нахмурившись, посмотрел на Бранта. Какое отношение это имело к нему?

Он был неподходящим человеком, чтобы возглавлять такое задание. Ни хрена себе. У него был слишком короткий запал. Смерть в течение столь длительного времени сделала бы то же самое с мужчиной.

Лэнс продолжал оглядывать комнату. Йорк сидел напротив него с каменным лицом, мужчина был командиром королевской гвардии и возглавлял Элитную команду. Должность, которой Лэнс был лишен. Это не оставляло неприятного осадка, поскольку он заслужил всё, что с ним случилось. Он перешёл грань, и в плохом смысле. Йорк был женат, и его самка ждала ребёнка.

Затем был Лазарь, второй после Йорка. Он не только был женат, но и его женщина ожидала появления первой пары близнецов вампир/человек.

Гидеон возглавлял общую охрану. Женился на женщине из своего прошлого. По его запаху Лэнс мог сказать, что он усердно тренировался ради ребёнка. Он сдержал улыбку.

Остались Титан, Гриффин и молодой самец, Эллиот. Титан возглавлял человеческую охрану, а Эллиот и Гриффин были его заместителями. Оставались либо Титан, либо Эллиот.

Лэнс выдохнул. Это был бы не он. Слава богу, чёрт возьми. Он был бы счастлив выследить кучку человеческих придурков — более чем счастлив, — но держаться при этом за руки с человеческими правоохранительными органами… не очень. Доставить их живыми… не получилось.

— Мы хотим, чтобы ты возглавил эту команду, Титан. Ты будешь представлять наш народ, — Зейн крепко похлопал мужчину по спине. — Мы полностью доверяем тебе, ты поступишь правильно по отношению к нам.

— Что Зейн пытается сказать, так это не облажайся. Ожидается, что мы их задержим. Это не охота на ведьм. Ожидается, что преступники предстанут перед судом, — Брант наклонился вперёд, уперев локти в бёдра. — Но… странных жертв следует ожидать, — выражение его лица стало откровенно хищным.

Титан покачал головой.

— Я неподходящий мужчина для этой работы.

Зейн фыркнул.

— Ты профессионал, уравновешенный, и решение принято.

— При всем моём уважении, отмените его. Я… не очень хорошо отношусь к людям. Я их не понимаю.

— Что тут, чёрт возьми, понимать? — прорычал Брант. — Ты каждый день находишься среди людей в твоём нынешнем положении.

Титан сжал челюсти.

— Это другое дело. Придётся ли мне тесно сотрудничать с какими-либо человеческими женщинами?

— Да. Ее прозвище Крушительница Черепов, так что, я думаю, с тобой всё будет в порядке, — Брант выглядел удивлённым.

Титан нахмурился.

— Тогда я не смогу этого сделать.

— Это случилось почти год назад. Ты был наказан… блять, Титан, оставь это в покое. Двигайся, блядь, дальше, — Зейн прищурился, глядя на мужчину.

— Это значит, что мы можем доверять тебе, что ты не тронешь ни одну человеческую женщину.

Брант был садистом. Доверить ему использовать случившееся с Титаном как причину, по которой его выбрали для этой работы. Но это также имело смысл. У мужчины не будет никаких отвлекающих факторов, только его указания.

— Ни хрена, — громко выругался Титан, его лицо превратилось во что-то из истории ужасов.

— Ты можешь это сделать, — убеждал Зейн. — Ты работал, чтобы обезопасить людей. Это значит быть рядом с ними. Ты отлично справился с этим. Не было никаких противоречивых сигналов.

Брант усмехнулся.

— Точно. Держи всё на деловом уровне, и у тебя всё будет хорошо. Убедись, что мужчины, отправленные с тобой, понимают то же самое, и у нас всё в порядке.

Мужчина с трудом сглотнул. Его рот превратился в тонкую белую линию. Титан наконец кивнул.

— Хорошо, — в его голосе звучало что угодно, только не это.

— Хорошо, — Зейн раздражённо выдохнул. — Рад, что всё улажено. Нам нужно встретиться позже, чтобы определиться с твоей командой и обсудить операцию более подробно. Что подводит меня к следующему пункту повестки дня — твоей замене.

О чёрт.

Надвигалась чертова буря.

Лазарь метнул в него острый взгляд.

Зейн проигнорировал напряжение, заполнившее комнату. Его взгляд остановился на Лэнсе.

— Я хочу, чтобы ты заменил Титана. Это было бы временно…

— Я не собираюсь отчитываться перед ним, — Эллиот покачал головой. Мужчина скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, явно напоминая ребёнка, которому нужно поковырять косточку.

— Ни хрена себе, милорд, — прорычал Лазарь. — Мужчина неуравновешен. Он едва может держать себя в руках, не говоря уже о целой команде.

— Это маленькая команда. Лэнс более чем чертовски способный, — прорычал Зейн.

— Может быть, год назад. Теперь у него крыша поехала, — рявкнул Лазарь. — Он убил Гриффина два месяца назад. Убил своего лучшего друга, — Лазарь взглянул на Гриффина, который ничего не сказал, выражение его лица было совершенно пустым. — Команда, может, и небольшая, но их обязанности важны. Вот почему мы в первую очередь выделили её для общей охраны. По крайней мере, заставьте его отчитываться перед Гидеоном, как это было раньше.

— У Гидеона и так забот по горло, — вмешался Брант. — Именно поэтому мы в первую очередь отобрали у него полномочия.

— Я против этого, — Йорк поднял руку.

— Я понимаю твои чувства, — сказал Лэнс, стараясь говорить ровным голосом, несмотря на то, что внутри у него всё скручивалось. — Если бы ты предложил это два месяца назад, я бы отказался. С тех пор всё изменилось, я изменился. Убийство Гриффина заставило меня пристально взглянуть на себя, и мне не понравилось то, что я увидел. Я сожалею о том, что сделал.

— Мы заключили мир. Я не против, — Лэнс бросил на Гриффина благодарный взгляд.

— Ты сожалеешь, что убил Гриффина, — фыркнул Лазарь. — Да ну.

Лэнс проигнорировал мужчину.

— Я не говорю, что мне ещё предстоит пройти долгий путь, но я могу это сделать. Я благодарен за предоставленную возможность, милорд, — он посмотрел Зейну в глаза.

— Это чушь собачья, — бушевал Лазарь. Он указал на Лэнса. — Если бы любой другой мужчина провернул такое дерьмо, как ты…

— Не стоит, — прорычал Зейн.

— Я понимаю, что вы двое выросли вместе, играли вместе в детстве. Что вы прикрывали друг друга много лет, но… чёрт, — Лазарь поднял глаза, словно прося о терпении, затем смерил Лэнса злобным взглядом.

— Я делаю это не из-за нашей истории. Это, чёрт возьми, никак не связано с этим. Мы с Брантом выбрали Лэнса, потому что считаем, что он подходящий мужчина для этой работы, — Зейн посмотрел на каждого из них по очереди. Остановившись, когда дошёл до Лэнса.

Лэнс втянул в себя воздух. Он посмотрел Лазарю в глаза.

— Я гарантирую тебе, что…

— Нет! Я не стану отчитываться перед мужчиной, который преследует свою бывшую пару, нападает на отца её детей, — Эллиот покачал головой. — И ходят слухи, что ты бы убил и младенцев, если бы тебе дали шанс. Я склонен в это поверить.

Лэнс почувствовал, как его кровь воспламенилась. Всё, что сказал Эллиот, было правдой. Только мужчина понятия не имел, ни единого грёбаного понятия. Кем, чёрт возьми, он вообще был?

— У тебя есть пара?

Эллиот фыркнул.

— Я один из Элитной Десятки, так что само собой разумеется, что…

Лэнс не стал дожидаться, пока высокомерный придурок закончит. Если Эмбер и считала его плохим, то только потому, что она ещё не встречала такого.

— Я так понимаю, что ты умирал раньше, по крайней мере один раз.

Эллиот заколебался и пожал плечами.

— Какое отношение к этому имеет смерть?

Лэнс видел версию себя таким, каким его видела Эмбер, и ему это не очень нравилось.

— Я приму это как отрицание. Ты щенок. Я удивлён, что ты вообще здесь, хотя, полагаю, это для того, чтобы я мог немедленно поставить тебя на место, — Лэнс наклонился вперёд. — Твои яйца ещё даже не опустились как следует. Сделай мне грёбаное одолжение, сядь здесь и заткнись. Я быстро теряю терпение. Я твой начальник на обозримое будущее. Если у тебя с этим проблемы, я могу найти тебе замену. Единственная причина, по которой ты находишься в этой комнате, — это слушать, — часть его чувствовала себя виноватой за то, что сказал то, что у него было, потому что то же самое относилось и к Гриффину, но его друг оставался пассивным. Спасибо, чёрт возьми!

Рот Эллиота открылся и закрылся несколько раз. Затем он втянул воздух.

— Я возмущен комментарием о моих яйцах.

Лэнс взглянул на Титана.

— Где ты нашел эту киску?

Титан пожал плечами.

Эллиот вскочил на ноги, готовый к драке или чему-нибудь столь же глупому.

— Сядь, чёрт возьми, на место, — прорычал Лэнс, оставаясь на месте, — пока я не ударил тебя так сильно по губам, что твоя улыбка не исказилась до конца твоей жалкой жизни.

— Тебе лучше прислушаться к нему, — прорычал Титан.

Эллиот, бросив взгляд на Титана, снова опустился на задницу, его лицо раскраснелось.

Хороший мальчик.

— Отличное решение, — сказал Лэнс. — Убедись, что твои будущие решения будут такими же правильными, и мы отлично поладим.

Грёбаный щенок.

Мужчина должен был делать что-то правильно, если он был здесь. Лэнс бы очень постарался запомнить это. Он кивнул Гриффину.

— Кто-нибудь хочет ещё что-нибудь сказать? — спросил Зейн с самодовольной ухмылкой на лице.

Йорк покачал головой. Лазарь раздражённо выдохнул.

— Я всё ещё думаю, что ты совершаешь ошибку, но эй, ты король.

Брант едва слышно зарычал на неуважительный тон Лазаря.

Зейн проигнорировал его.

— Да, это так. Это подводит нас к последнему пункту нашей повестки дня, — он выглядел мрачным. Никто из мужчин ничего не сказал, поэтому он продолжил: — Драконы-оборотни.

Брови Йорка сошлись на переносице, когда он пристально посмотрел на Зейна.

— Что?

— Ты это серьёзно? — спросил Гидеон, недоверчиво переводя взгляд с одного короля на другого.

— Смертельно серьёзно. Были обнаружены, и я точно знаю, что они существуют, — Зейн посмотрел на каждого из них по очереди, пока говорил.

Титан нахмурился.

— Конечно, это всего лишь мифы, мой лорд. Ничего, кроме сказок.

Зейн покачал головой.

— Я уверяю вас, что они вполне реальны, — он продолжил объяснять ситуацию. Рассказывая группе о наблюдении в Канаде и о той минимальной информации, которую он получил в детстве. — Нам нужно быть особенно бдительными. Я не хочу, чтобы это пока выходило за пределы этой комнаты, но знайте, что драконы-оборотни действительно существуют.

Мужчины кивнули.

— Если больше нет вопросов, я думаю, мы можем закрыть это собрание, — заключил Брант.

Зейн скрестил руки на груди.

— Все на выход. Я хочу поговорить с Лэнсом. Титан?

Крупный мужчина повернулся обратно.

— Три часа. Будь здесь.

— Да, мой господин, — он выглядел нервным. Как будто его отправляли в ад, а не работать с кучкой слабаков.

Гриффин хлопнул его по спине, когда проходил мимо. Он не заслуживал таких друзей, как эти.

Титан уходил последним; он закрыл за собой дверь.

— Я тоже должен уйти, милорд? — Брант зарычал.

— Пошел ты, — парировал Зейн. — Только потому, что кто-то называет меня королем, это не значит, что они забывают о тебе. Так чертовски драматично. Вы можете остаться, милорд, — он расхохотался.

— У меня есть места получше, — Брант бросил на Лэнса неодобрительный взгляд. — Для протокола, я тоже был против этого решения. Я предоставил Зейну возможность сомневаться… не ты. Не заставляй меня сожалеть об этом, — мужчина снова надел пиджак и застегнул пуговицы. Он потуже затянул галстук, кивнул Зейну и ушёл.

Зейн вздохнул. Мужчина провёл рукой по лицу.

— Прости меня, но ты выглядишь действительно чертовски уставшим, — Лэнсу пришлось улыбнуться.

Зейн зевнул. Он зевнул ещё немного. Лэнс никогда не думал, что увидит это. После того, как он потёр лицо во второй раз, Зейн посмотрел ему прямо в глаза.

— Пожалуйста, пожалуйста… прошу всем этим грёбаным красным… не облажайся. Человеческие женщины важны. Если что-то пойдёт не так…

— Я разберусь с этим, — Лэнс обдумывал каждое слово.

— Я бы предпочёл, чтобы ты был на этом двадцать четыре часа в сутки. От тебя пахнет человеком, но я предполагаю, что, если я отстраню тебя от Программы, ты не будешь против. Наш консультант по связям с общественностью, Алекс… Ты встречался с парой Лазаря?

— Да, мы встречались. Она опубликовала ту вводящую в заблуждение статью обо мне в Суитуотерской газете.

— Да, она. Алекс упомянула, что ты, возможно, захочешь уйти. Я хочу вытащить тебя, вот что я пытаюсь сказать.

— Нет, — это прозвучало резче, чем Лэнс намеревался.

— Я не знал, что ты с кем-то встречаешься, — Зейн прищурился. — Это серьёзно?

— Нет, но я пока не готов с этим покончить.

Зейн выглядел смущённым, его ноздри снова раздулись.

— Я не хочу, чтобы ты путался с кучей людей и создавал дерьмо. Одна из причин, по которой мы с Брантом остановили свой выбор на тебе, заключалась в том, что ты держал свой нос в чистоте на человеческом фронте. Чёрт, насколько я могу судить, на всех фронтах. Сейчас я не прав?

— Расслабься. Это всего лишь одна женщина. У нас есть соглашение.

Зейн ухмыльнулся.

— Интересно. Одна женщина. Я в шоке.

Лэнс нахмурился.

— Ну, не стоит. Мы трахаемся… часто. Конец истории.

— Ты получил моё приглашение? — его король наклонился вперёд.

Лэнс кивнул. Приглашение. Так всё и началось. Эмбер принесла ему эту штуку после того, как он потерял её, пытаясь удержать тех мужчин от драки из-за неё. Идиоты.

— Хорошо. Ты видел, что там плюс один? — мужчина ухмыльнулся.

Лэнсу пришлось приложить усилия, чтобы не закатить глаза.

Зейн вздохнул.

— Было бы хорошо, если бы ты взял эту человеческую женщину. У тебя есть моё разрешение включить её в список.

— Ты уверен? Потому что я не думаю, что твоим гостям понравится, когда я задеру ей юбку. Мы постараемся не слишком шуметь, но я думаю, они заметят мой член внутри неё. Мы не встречаемся и не ведём светскую беседу. Мы просто трахаемся.

Зейн улыбнулся.

— Я понимаю. Ты уверен, что ничего к ней не чувствуешь?

— Да. Чертовски уверен, — Лэнс вздохнул. — Что такое между тобой и Гриффом? Вы оба на меня наезжаете из-за этого. Это не отношения. Это не настоящие отношения.

Зейн приподнял брови.

— И всё же ты больше ни с кем не трахаешься?

— Шансов было немного.

Прямо сейчас, не было никого, кого бы он хотел больше, но он не собирался говорить об этом Зейну. Как оказалось, мужчина был безнадёжным романтиком и воспринял бы это неправильно.

— Звучит для меня как отношения, — Зейн пожал плечами.

— Это не так, — выпалил Лэнс, защищаясь. — С меня хватит этого слова на один грёбаный день. Я не завожу отношений.

— Дело в том… — Зейн выглядел слишком серьёзным, на его вкус. Чёрт, самец тоже нервничал. — Мы решили, по настоянию моей пары, пригласить лидеров других видов, — его король схватил Лэнса за запястье. — Нам нужно поработать над отношениями между другими видами. Нравится тебе это или нет, альфа-волк — лидер оборотней. Я знаю, что ты терпеть не можешь Уорда. Что ты видишь в нём…

Лэнс ждал, что ярость захлестнёт его. Он напрягся в ожидании горячего прилива, волны, но этого так и не произошло. Какого хрена? Может быть, он перешёл какую-то черту. Может быть, он всё-таки выздоравливал. Нет, определённо выздоравливал. Хотя всё равно было шоком не реагировать резко.

— Я не испытываю к нему ненависти, — ответил он, потрясённый тем, что поверил в это. Он точно не хотел садиться и устраивать перепалку с этим ублюдком, но и забивать его до смерти собственными конечностями тоже не хотел. Больше нет. Лэнс глубоко вздохнул, радуясь грёбаной луне, что впервые за долгое чёртово время смог по-настоящему дышать.

Зейн нахмурился, немного подозрительно, но кивнул в знак согласия.

— Приятно слышать. Стефани и дети тоже будут присутствовать, — его король на самом деле поморщился, произнося это.

Но кровь Лэнса не забурлила быстрее при упоминании его бывшей пары. Его зрение оставалось ясным, а сердце не сжималось от боли.

— Меня это устраивает.

— Ты уверен? Потому что тебе нужно быть чертовски уверенным на сто процентов. Ничто не может пойти не так, чтобы помешать отношениям между видами. Если нет, то…

Он схватил Зейна за руку. Это было то, чего он давно не делал. Это могло поставить его в неловкое положение, но он рискнёт. Он всё ещё был его другом, несмотря ни на что.

— Я уверен. Ты можешь рассчитывать на меня. Для меня большая честь, что вы хотите, чтобы я был крестным отцом вашего сына, большая честь, что вы всё ещё верите в меня. Я понимаю необходимость развивать отношения с другими видами и почему вы пригласили их. Я в порядке.

Зейн долго смотрел ему в глаза.

— Ну, тогда ладно, — он пожал плечами. — Я чувствую облегчение.

— Тебе лучше, чёрт возьми, говорить серьёзно, — раздался женский голос с другого конца комнаты. — Если ты будешь груб хотя бы с одним из моих гостей, — королева указала на него пальцем. — Чёрт возьми, если ты будешь груб с кем-то из персонала, я раздавлю твою…

— Лэнс будет вести себя наилучшим образом, милая. Уверяю тебя. Где мой сын?

Таня вкатила коляску. Она приложила палец к губам.

— Чш-ш-ш-ш…. он спит, — она улыбнулась.

Женщины, они были странной компанией. Она только что закончила кричать на него меньше чем полминуты назад и теперь приказывала им замолчать. Это не имело смысла.

— Всё ещё спит днём, как по часам, — с этими словами она покатила коляску в другую комнату.

— Что ж, всё прошло нормально, — вздохнул Зейн. — Учитывая, что она была довольно мила с тобой.

— Я слышала это, — сказала Таня, возвращаясь. — Я не потерплю никакого дерьма. Я понимаю, что эмоции были на пределе. Что ты только что умер и оказался в плохом месте. Знаешь что… Я не понимаю. То, что ты делал, — она посмотрела на него с таким разочарованием. — Ужасный, жестокий, безумный.

— Мне глубоко стыдно, — Лэнс склонил голову. — Я могу только надеяться, что Стефани когда-нибудь сможет простить меня, — он не шутил. Наконец-то он почувствовал себя свободным. Готовый встретиться лицом к лицу со своим прошлым.

— Я бы не стала на это рассчитывать, — Таня на секунду поджала губы. — Зейн хочет, чтобы ты стал крестным отцом его сына. Я сделала всё, чтобы попытаться переубедить его. Всё, — она посмотрела на свои ногти. — Он непоколебим, — её глаза вспыхнули.

— Ты убиваешь меня, Иснаар, — в голосе Зейна звучала боль. — Пожалуйста, мы можем двигаться дальше? Пожалуйста, ты можешь попытаться понять?

Было одновременно весело и обескураживающе наблюдать, как взрослый самец, альфа в расцвете сил, склоняется перед маленькой, слабой самкой. Это было смешно.

Секунду она пристально смотрела на свою пару, выражение её лица было жестким. Затем оно смягчилось, всё её поведение смягчилось.

— Мне тоже было очень тяжело. Я скучаю по тебе, — она вздохнула.

Ох, чёрт.

Это был ему сигнал. Еще один. Второй за один грёбаный день.

— Нет… — прорычал Зейн. — Уверяю тебя, мне было намного тяжелее.

— Ты бедный малыш.

Такое нелепое ласковое обращение. Людям такое нравится. Он сам использовал его на них несколько раз, и они наслаждались им.

Таня плюхнулась Зейну на колени и обвила руками его шею.

— Я могу быть свободен? — Лэнс встал. Ебать! Он не мог просто уйти. Зейн, может, и был его другом, но он всё ещё был королем. Сначала ему нужно быть отпущенным.

Зейн проигнорировал его и уткнулся носом в шею своей пары. Одна из его больших рук сжала её грудь. Отлично. Зейн оторвёт ему яйца, если он не уйдёт, но, возможно, ему оторвут яйца, если он уйдёт, не будучи отпущенным. Мужчина явно больше не мог ясно мыслить. Больше не думал, точка.

— Хм… миледи… Я знаю, что вы привыкли к присутствию третьего человека в комнате в такие моменты, но сжальтесь надо мной, — Лэнс разочарованно зарычал, наблюдая, как королева оседлала Зейна.

Таня прервала поцелуй.

— Почему ты всё ещё здесь?

— Уходи, — прорычал Зейн. — Мы поболтаем позже, — добавил он между небрежными поцелуями.

Спасибо, чёрт возьми. Лэнс выскочил оттуда, радуясь, что он больше не Королевский Стражник. Стоять за этими двойными дверями могло быть настоящей пыткой.

Глава 12

— Как давно ты являешься частью Элитной команды? — Эмбер покачала головой, когда официант попытался поставить перед ней тарелку с десертом. — Нет, спасибо, — последнее она добавила с улыбкой.

— Это торт из тёмного шоколада и кофейное мороженое с карамельной крошкой. Это фирменное блюдо шеф-повара, — Бринн улыбнулся.

— Я не могу поверить, сколько вы, парни, едите, — сказала она. — Я действительно думала, что вы все придерживаетесь только жидкой диеты.

— Не-а, мы едим. Некоторые из нас едят больше, чем другие. На самом деле нам нужно небольшое количество пищи, но мы не сможем долго обходиться без крови. Тем из нас, кто тренируется ежедневно и имеет большую мышечную массу, нужно больше пищи, а также больше крови, — Бринн сделал паузу, поблагодарив официанта, когда тот положил перед ним кусок пирога. Он выглядел потрясающе, но она стояла на своём. Все эти три блюда были слишком обильными. Ей не нужен был десерт каждый день.

— У вампиров сверхбыстрый метаболизм, — добавил Бринн, беря вилку.

— Я заметила, — пробормотала Эмбер, испытывая лёгкую зависть к узким бёдрам и худощавому телосложению. Это были сплошные мышцы. Ни грамма жира ни на одном из них.

Бринн рассмеялся.

— Это может быть немного болезненно. Кровь одновременно питает и помогает замедлить наш метаболизм настолько, чтобы мы могли усваивать пищу, которую едим. Если мы не питаемся регулярно, наши системы перегружаются.

— Жажда крови становится проблемой.

Он искоса посмотрел на неё.

— Вижу, они хорошо потрудились на тренингах. Да, жажда крови стала бы проблемой.

— Они затронули самые важные вещи, — Эмбер слегка пожала плечами. — Итак, как долго ты в Элите?

На мгновение Бринн смутился, уставившись в свою тарелку, а не на неё. Затем он подцепил вилкой кусочек шоколадного пирога, прежде чем снова посмотреть на Эмбер.

— Несколько недель.

— Значит, новичок, вау, и ты попал в Программу? — она была впечатлена. Бринн действительно показался ей немного моложе остальных. — Нам сказали, что только самые сильные, самые крутые вампиры попадают в неё.

Он покраснел. Какой милый парень.

— Да, некоторое время назад я был вовлечен в инцидент. Мне оторвало правую руку, и я потерял часть лица.

Эмбер ахнула. Она почувствовала, что её глаза расширились.

— Этого не может быть, — она коснулась его руки, и та была совершенно нормальная.

Бринн рассмеялся.

— Моя рука настоящая, уверяю тебя. У нас есть способность восстанавливать утраченные конечности, зубы, волосы, — он сделал паузу. — Разве тебя не учили этому на тренингах перед приездом сюда?

Она покачала головой.

— Нет, это не было частью учебной программы.

— Ага. Машина, в которой мы ехали, была поражена ракетой малой дальности. Мне повезло, что я находился спереди со стороны пассажира, потому что машина была поражена слева.

— Где это произошло? С какой стати кому-то понадобилось это делать? Их нашли? То есть парней, которые это сделали, — Эмбер звучала как полная идиотка, но с этим ничего нельзя было поделать.

Бринн поднял руку и улыбнулся.

— Эм… Я не могу сказать тебе, где это произошло или почему это произошло. Засекречено, — он на мгновение возвёл глаза к потолку. — Вероятно, мне даже не следовало бы рассказывать тебе ничего из этого; но уже немного поздно, так что я могу закончить. Парни, которые стреляли в нас, были найдены, и это всё, что я могу сказать по этому поводу.

— Хорошо, я надеюсь, что они гниют в тюрьме.

Бринн приподнял брови, давая понять, что не может говорить об этом.

— Извини, я перестану задавать все эти вопросы.

— Спасибо, — он улыбнулся с облегчением. — Я расскажу тебе, что смогу. Попала ракета. Машина взорвалась. Мы несколько раз перевернулись. Внедорожник загорелся. Это было плохо, — на его лице появилось затравленное выражение. — Мне удалось выбить переднее лобовое стекло, которое, на удивление, всё ещё было прикреплено. Сильно разбито, но на месте. Дым был густой. Я чувствовал, как горит моя кожа… Прости, ты очень брезглива?

— Я рада, что не взяла десерт, но нет, я не брезгливая, — Эмбер покачала головой. Бедный парень. Это прозвучало ужасно. — Пожалуйста, продолжай.

Бринн секунду смотрел на неё, словно желая убедиться, что она готова услышать больше, прежде чем продолжить:

— Моим первым побуждением было убраться к чёрту, но потом я вспомнил о своих товарищах по команде. Харрис и Бен были хорошими мужчинами. Я не мог оставить их… или, по крайней мере… то, что от них осталось. — Его челюсть сжалась, и она наблюдала, как парень глубоко вздохнул, собираясь с духом. Он положил вилку на тарелку перед собой. — Они были в плохом состоянии. Бен был… — Бринн замолчал и выдохнул облачко воздуха. — Он принял на себя основной удар взрыва. Я знал, что он умер, поэтому оглянулся на Харриса. Мужчина был серьёзно иска… типа, серьёзно.

Бринн сказал, что ему повезло, у него не было руки и части лица. Она не могла представить, насколько плохо, должно быть, было остальным. На самом деле ей этого не хотелось.

Он невесело усмехнулся.

— Я понял, что у меня нет руки, только когда попытался схватить Харриса. В конце концов мне удалось вытащить самца и вернуться за Беном. Мне пришлось возвращаться три раза.

— Зачем тебе возвращаться три… прости… — Чёрт! Его товарищ по команде был разорван. Ему столько раз приходилось возвращаться, чтобы всё собрать. Ужас от того, что пережил Бринн, охватил Эмбер. — Я понимаю, — прошептала она, чувствуя лёгкое головокружение.

Бринн кивнула.

— Я вытащил их, но получил ожоги первой степени на семидесяти процентах своего тела. Если точнее, я бы сказал, на восьмидесяти процентах, поскольку мне не хватало примерно десяти, — он улыбнулся. — Мой король назвал меня героем. Зейн был горд; он сказал, что я мог погибнуть, пытаясь спасти остальных.

— Я так понимаю, у них ничего не получилось?

Бринн отвёл взгляд. У него перехватило горло. По его реакции Эмбер поняла, каков был результат, и почувствовала себя ужасно из-за того, что спросила.

— Нет. Но я должен был попытаться. Я знаю, что они оба сделали бы то же самое для меня. Любой мужчина, если уж на то пошло.

— Ты герой, — она коснулась его руки.

Бринн улыбнулся.

— Я уже попал в Элитную команду и ожидал перевода. Зейн знал о моих чувствах к человеческим женщинам и желании найти пару, поэтому он предложил мне место в Программе в награду за мою храбрость. Он сказал, что я зарекомендовал себя как один из самых лучших, — его грудь выпятилась. Это было так мило.

— И вот ты здесь, — Эмбер улыбнулась.

— Ага. Я чуть было не отказался от этой должности. Я чувствовал себя виноватым, но Зейн уговорил меня, и я рад, что он это сделал, — Бринн откинулся на спинку стула. Он посмотрел ей в глаза. — Я здесь. Самый счастливый мужчина в зале, потому что я сижу с самой красивой женщиной.

— Я больше, чем просто симпатичное личико, понимаешь? — поддразнила Эмбер.

Бринн ухмыльнулся.

— Конечно. Так уж случилось, что у тебя потрясающее тело, — его глаза опустились.

— Эй, — она видела, что он дразнит её, но всё равно шлёпнула его по руке.

— Я просто шучу, — Бринн рассмеялся. — Ладно, может, я и не шучу. Ты симпатичная, и у тебя действительно потрясающее тело, но в тебе есть нечто большее. Гораздо большее. Ты мне действительно нравишься, Эмбер. Я надеюсь, ты позволишь мне проводить тебя сегодня до твоего номера. Что на этот раз ты, возможно, впустишь меня.

Она не могла этого сделать. Не было никакого способа. План состоял в том, чтобы отвести Бринн в свою комнату, но не допустить, чтобы между ними что-то произошло. В надежде, что Лэнс начнёт ревновать, но теперь она поняла, что не может так использовать Бринна. Дать ему ложную надежду и причинить ему боль.

— Я вижу, что ты думаешь об этом, но я также вижу, что мои шансы не очень велики, — он провёл рукой по волосам. — Нам не обязательно развлекаться. Я имею в виду, мы можем, если ты хочешь, но мы не обязаны. Мы могли бы немного подурачиться. Чёрт, мы могли бы просто поговорить, если тебе от этого станет легче.

— Послушай, Бринн…

Он издал стонущий звук и провёл рукой по лицу. Но он улыбнулся ей, стараясь изо всех сил. Такой милашка. Если бы не Лэнс… Её раздражала даже мысль об этом. Он был для неё никем. Его никогда бы не было, но вот она здесь, не может встречаться с другими, потому что спит с ним. Дело в том, что другие её не привлекали так, как Лэнс. Это была дилемма. Это был большой отстой.

— Хорошо, — произнёс Бринн. — Выкладывай, — он крепко зажмурился.

Эмбер нервно хихикнула, когда он приоткрыл один глаз. Затем он открыл их оба и снова стал серьёзным. Она облизнула губы.

— Я просто не испытываю к тебе таких чувств. Я хочу, правда хочу, но не могу. Я не знаю, что сказать. Я бы хотела, чтобы всё было по-другому.

— Дай этому больше времени. Мы…

— Я не думаю, что это поможет. Ты мне нравишься, Бринн, но больше как друг, — Эмбер не могла водить его за нос. — Это было бы неправильно. Есть другие, которые могли бы…

— Меня больше никто не интересует, — он схватил её за руку и сжал, но затем сразу же отпустил. — Я пока не собираюсь сдаваться.

Она покачала головой.

— Ты тратишь впустую…

— Нет, я не трачу, — Бринн наклонился и поцеловал её в щеку. — Это моё решение. Увидимся завтра, — он встал.

— Спокойной ночи, — что за дурацкие слова. Аргх!

Он улыбнулся.

— Я постараюсь не расплакаться перед сном.

Эмбер закатила глаза.

— Да, точно.

Бринн рассмеялся, шагая прочь. Её взгляд переместился вправо, и ей пришлось улыбнуться. Бетани и Джошуа с любовью смотрели друг другу в глаза. Они стали неразлучны с тех пор, как парень остался с ней, когда она перепила. Он остался на всю ночь. Он накормил её на следующее утро. Буквально держал вилку и кормил её. Он ни разу не попытался воспользоваться преимуществом. Бетани была единственной, кто делал все ходы, что совсем не удивило Эмбер. С тех пор они занимались порочными делами, и её подруга не могла перестать бредить о том, каким он был хорошим любовником. Что-то в ней сжалось. Было только одно, что можно было сделать с этой историей с Лэнсом. Она должна была покончить с этим. Он сдерживал её. Она не могла встречаться с другими людьми, пока они спали вместе.

Эмбер вздохнула.

— Привет, красавица, — Кай просиял ей.

О, боже.

— Могу я предложить тебе выпить?

Если бы она согласилась, это было бы только потому, что она пыталась отсрочить неизбежное. Встреча лицом к лицу с Лэнсом. Будучи эгоистичным засранцем, каким он и был, он не принял бы её просьбу оставить её в покое. Он бы подумал, что она скромничает или играет с ним в игры. Дело в том, что она закончила играть в игры. Эмбер надеялась, что сможет заставить его это понять.

Лучше бы ей поскорее покончить с этим. Она покачала головой.

— Нет, спасибо. Я устала. Думаю, я пойду в свою комнату.

— Ты испытываешь нездоровое влечение к своему вибратору.

Она почувствовала, как вспыхнули её щёки.

— А ну-ка повтори… — затем Эмбер поняла, что Кай воспримет просьбу буквально, и быстро добавила: — Нет, не нужно.

— Не пойми меня неправильно, — он одарил её полуулыбкой, которую большинство женщин сочли бы невероятно сексуальной. — Нет ничего плохого в здоровом сексуальном аппетите или сексуальном удовлетворении. Я просто хотел бы, чтобы ты как-нибудь попробовала настоящую вещь. По твоему запаху я могу сказать, что ты часто пользуешься этим устройством. Знай, что я здесь, если ты передумаешь.

На тренировках им объяснили, что вампиры очень открыто говорят о своей сексуальности. Что такой разговор был совершенно нормальным. Она никогда к этому не привыкнет.

— Я вижу, что смутил тебя. Это никогда не входило в мои намерения, — Кай заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо. — Ты мне нравишься, Эмбер. И это не просто сексуально. Надеюсь, ты это знаешь.

Она кивнула, не уверенная, что сказать.

— А теперь я тебя покину, — Кай подмигнул ей и ушёл.

Ей действительно не нужен был ещё один подобный разговор. Её чертовски смущало, что все они думали, что она… регулярно пользуется своим вибратором. Что они чувствовали его запах от неё. Было бы намного хуже, если бы кто-нибудь узнал о Лэнсе. Она схватила свою сумочку и направилась в отель. Титан пристроился рядом с ней.

Он негромко рассмеялся.

Эмбер посмотрела на него, желая, чтобы он не знал о ней и Лэнсе. Посмеялись бы они над тем, насколько это было забавно, как Титан сейчас?

— Это не смешно, — промолвила она, поджав губы.

— На самом деле смешно.

— Нет, это не так, — она пыталась казаться строгой, но он на это не купился.

— Ты понимаешь, что было размещено не менее девятнадцати заказов на вибраторы.

— Что? — её голос был полон недоверия.

— Ага, — Титан кивнул головой. — С тех пор, как люди обнаружили, что вампирам нравится идея о том, что женщина использует один из них, многие из них разместили заказ. Также было много заказов из интернет-магазинов одежды. Все в стиле деловых костюмов и платьев. Ты произвела сильное впечатление.

— Они сумасшедшие, — ошеломленно сказала Эмбер. — Я не думаю, что использование вибратора заставит вампира хотеть тебя больше… не так ли?

Он покачал головой.

— Некоторые из них в отчаянии… или так может показаться.

— Вау, — она хихикнула. — И подумать только, у меня даже нет вонючего вибратора. Даже ни одного.

— Вот что так забавно.

— Хотя это всё равно не смешно. Не совсем, — Эмбер прикусила губу. — Я должна порвать с ним.

Титан поднял руки.

— Я последний человек, с которым тебе следует разговаривать. Я плохо отношусь к женщинам.

Она нахмурилась.

— Нет, это не так. Я думаю, ты потрясающий.

Он пожал плечами.

— Спасибо. Я говорил тебе, что однажды чуть не причинил боль женщине, ну, женщины-вампиры знают об этом. Ни одна из них не уделит мне времени.

— Чёрт возьми! Это жестоко, — произнесла Эмбер, поворачиваясь к Титану лицом. Дверь её номера была у нее за спиной.

Он снова пожал плечами, его лицо приняло напряженное выражение.

— Я это заслужил.

— Ты немного строг к себе, Титан. Может быть, если ты отпустишь это и перестанешь корить себя, другие тоже это сделают.

Он кивнул, выглядя глубоко задумавшимся.

— Возможно, ты права, — затем он сложил руки за спиной. — Спокойной ночи, Эмбер. Мне нравятся наши беседы. Спасибо.

— Нет проблем. И тебе спокойной ночи. Тебе обязательно возвращаться?

Он кивнул.

— Да, к сожалению. Это будет продолжаться до глубокой ночи.

— Наслаждайся.

Он нахмурился.

— Я попробую, — Титан кивнул один раз. Она знала, что он будет ждать прямо там, пока она не окажется в безопасности внутри.

Эмбер вошла в свой номер. Лэнса там не было. Она на самом деле вздохнула, почувствовав облегчение.

После душа она надела ночную рубашку. Она как раз забиралась в постель, когда раздался стук. Эмбер натянула халат и дважды завязала его. Для этого ей нужно было одеться. Затем она обула тапочки и открыла дверь как раз в тот момент, когда Лэнс собирался постучать во второй раз.

Он ухмыльнулся, выглядя искренне счастливым видеть её.

— Я думал, ты уснула.

Его волосы были уложены гелем. На нём была белая рубашка с чёрными пуговицами и синие джинсы. Тёмные. Короче говоря, он выглядел действительно хорошо. Ублюдок! Пах тоже вкусно. Действительно, чертовски вкусно. Засранец!

На секунду у Эмбер возникло искушение сказать ему, чтобы он убирался, но, поскольку это не сработало, она открыла дверь и жестом пригласила его войти. Вместо того, чтобы войти в номер следом за ним, она скрестила руки на груди, решив остаться у двери.

— Ты не остаешься.

— Чушь собачья, я остаюсь, — он повернулся, его голубые глаза сверлили её. — По крайней мере, я не уйду, пока не получу то, за чем пришел. Это то, чего мы оба хотим.

Её внутренности сделали сальто при виде его предплечий, татуировки, выглядывающей из-под левого рукава. Эмбер отодвинула свою потребность в нём в сторону. Её тело могло катиться ко всем чертям.

— Я серьезно, Лэнс. Пожалуйста, просто уходи. Нам нужно это прекратить. Это вредно для здоровья.

— Мы это обсуждали. Не заниматься сексом в течение трёх с половиной лет вредно для здоровья.

— Прекрати. Моя сексуальная жизнь или её отсутствие тебя не касается.

— Нам придётся не согласиться и с этим. Я сделал это своей заботой, — он сократил расстояние между ними так, что ей пришлось вытянуть шею, чтобы поддерживать зрительный контакт. — Прости, милая, но ты застряла со мной.

Она закатила глаза.

— Да, точно. Я и половина женщин-вампиров, с которыми ты спишь. Нет, просто нет.

— Так вот в чём дело? — он прищурил глаза.

Эмбер покачала головой. Так ли это? Продолжила бы она это делать, если бы он согласился быть в отношениях?

Лэнс не дал ей шанса закончить мысль.

— Я слышал, ты отказала Бринну. Я знал, что ты не сможешь пройти через это.

— Что ж, молодец, — она понимала, что звучит немного как ребёнок, но ничего не могла с собой поделать, он сводил её с ума. Затем Эмбер покачала головой. — Просто, чтобы ты знал, я сделала это не ради тебя.

— Я знаю это, иначе я бы волновался.

Она ущипнула себя за переносицу.

— Да, если бы у меня появились чувства к тебе… — пробормотала она в основном самой себе. Чуть громче, обращаясь к Лэнсу, Эмбер сказала: — Ну, знаешь что? На самом деле нет. Наверное, ты мне не нравишься больше, чем когда-либо.

Одним пальцем Лэнс зацепил непослушную прядь волос и заправил ей за ухо почти так же, как это делал Кай. Только на этот раз бабочки запорхали у неё в животе, и ей пришлось бороться с дрожью. Почему он? Почему?

Лэнс улыбнулся. Лёгкая полуулыбка, от которой у Эмбер перехватило дыхание.

— Значит, это улучшение, раньше ты меня ненавидела…теперь я тебе просто сильно не нравлюсь.

Она устало покачала головой. В этом не было ничего смешного.

— Послушай, мы не нравимся друг другу. Давай прекратим это.

— Я никогда не говорил, что ты мне не нравишься, — Лэнс слегка наклонил голову. В его глазах было то самое весёлое выражение.

— У тебя забавный способ показать это, — фыркнула Эмбер, но поняла, что он был прав. Ещё… — Послушай, если бы ты действительно хотел, чтобы наше… соглашение продолжалось, ты бы согласился на отношения. Ты не можешь дать мне даже этого. Я прошу не так уж много. Не то чтобы я когда-либо хотела от тебя большего, просто…

Лэнс кивнул.

— Хорошо.

Подождите минуту. Её глаза округлились. Он не должен был этого говорить. Она всё спланировала. Он должен был сказать «нет», и тогда она должна была его выгнать, с лёгкостью.

— Не выгляди такой шокированной, — он обхватил её щёки ладонями. — Я действительно хочу продолжать трахать тебя, и если это означает согласие на отношения, то да, — он сжал челюсти, — я согласен.

Лэнс поцеловал её, нежно, почти интимно. Чёрт! От этого у неё подкашивались колени и учащённо билось сердце. Эмбер схватила его за рубашку и притянула ближе.

Он прервал поцелуй, отодвинувшись совсем чуть-чуть, оставив их почти нос к носу.

— Что? Никаких пощёчин. Никаких пинков. Я странно разочарован.

Эмбер могла только моргать. Затем она втянула воздух.

— Ты шокировал меня. Это всё. Я потрясена.

— Я ошеломил тебя, заставив замолчать, — Лэнс улыбнулся. — Давай посмотрим, смогу ли я шокировать тебя другими способами. За исключением того, что я хочу криков, а не тишины.

И так оно и было. Острая потребность, которая пронзила её насквозь.

Он на секунду прищурился, выглядя по-настоящему серьёзным.

— Мы в отношениях, но договорённость не изменилась. Ты понимаешь это, не так ли? — он отпустил её лицо, его руки потянулись к узлам на завязках её халата.

— Да… конечно.

— Мы трахаемся, и всё, — его взгляд переместился на пояс, который он ослабил. Его длинные ресницы обмахивали щёки. Он стянул с плеч Эмбер халат.

— Да, я знаю, — она слышала раздражение, сквозившее в её словах.

— Не будет никаких роз. Никаких романтических прогулок или чего там ещё, блядь, делают пары. Мы никогда не будем этим заниматься. Мы не пара и никогда ею не будем. Я буду трахать тебя, пока ты мне не надоешь или пока ты не уйдёшь, что бы ни случилось раньше.

И после сегодняшнего вечера у неё будет ещё один день, а потом игра закончится для них обоих.

— Я могу устать от тебя первой. Ты такой чертовски высокомерный, — Эмбер оттолкнула его руку, когда он попытался обнять её. — Просто уходи. Я не хочу, чтобы ты приближался ко мне, ты, напыщенный кусок…

Лэнс улыбнулся, затем зарычал и притянул её к себе. Его губы были горячими и жёсткими. Его руки обхватили её зад.

Как бы ей ни было неприятно это делать, Эмбер растаяла в его объятиях, обхватив его ногами. Она застонала, когда её соски сладко соприкоснулись с его грудью. Её спина ударилась о кровать. Когда Лэнс успел пошевелиться? Он задрал её шелковую ночнушку ей на грудь, одновременно расстёгивая молнию на своих брюках.

Он разорвал зубами фольгу от презерватива.

— Я, блядь, не могу дождаться, когда окажусь внутри тебя.

Его глаза загорелись, и обнажились клыки. Лэнс подтянул её ноги повыше и вошёл в неё. Они оба застонали. Ему было так хорошо. Слишком хорошо. Они оба тяжело дышали.

Почему она чувствовала себя такой чертовски счастливой? Даже испытала облегчение. Лэнс согласился быть с ней одной. Могло ли это быть так? Или это потому, что их… отношения… чем бы это ни было… не закончились. По крайней мере, пока. Затем он задвигался, и она потеряла всякую способность соображать.

Глава 13

Ни хрена себе!

Ни за что!

Просто нет!

Он почувствовал, как заколотилось его сердце. Оно пропустило несколько ударов. Затем забилось как сумасшедшее. Затем пропустило ещё несколько ударов, прежде чем наполовину выскочить из груди.

Должно быть, он издал какой-то звук, потому что Эмбер пошевелилась. Он старался не шевелиться, хотя его первым побуждением было отбросить одеяло в сторону и смыться оттуда. Проблема была в том, что она лежала на нём. Ему нужно было уйти. Неважно, что он был чертовски голый.

Солнце лилось в окно. Солнце, чёрт возьми. Чёрт возьми, Иисусе! Он мог сосчитать, сколько раз женщина всё ещё была в его постели, после наступления утра, по пальцам одной руки. Один. Это было нормально, если женщина теряла сознание. И только в том случае, если он не мог её разбудить. В тех немногих случаях его решением было скрываться, пока она не исчезнет. Он никогда не ночевал у женщины. Никогда.

Голова Эмбер лежала у него на груди, её нога на его бёдрах, её маленькая ручка на его сердце. Которое всё ещё билось как сумасшедшее. Его глаза были широко раскрыты. Его правая рука по-прежнему сжимала её бедро, другая лежала на её пышной заднице. Это напрашивалось на неприятности. Любое резкое движение могло разбудить самку. Лэнс остался на месте, не в силах пошевелиться. Рука на её заднице сжалась чуть крепче. Она чертовски хорошо ощущалась в его руках. Так хорошо рядом с ним, с её горячим дыханием на его груди.

Ни за что на свете.

Ему нужно было уйти, и прямо сейчас, чёрт возьми.

— Почему ты так дышишь? — Эмбер приподнялась на локте. Её волосы тёмным водопадом рассыпались по плечам. Это было дико. Лэнс не удивился. Он уложил её на спину, на колени, а затем Эмбер оседлала его. Женщина знала, как отпустить себя, как прислушаться к тому, что говорит ей её тело. Не было ни страха, ни подавленности, просто…

— О боже мой… — она посмотрела на него долгим взглядом. — Ты сходишь с ума.

— Я нет.

— Так и есть, — она улыбнулась, явно наслаждаясь каждой минутой, прижимая руку и чувствуя, как колотится его сердце. — Ты выглядишь так, будто у тебя вот-вот случится сердечный приступ или что-то в этом роде. Это из-за отношений?

Лэнс покачал головой.

— У вампиров не бывает сердечных приступов.

Удивительно, но он не возражал против отношений при условии, что это будет только секс. Главное, чтобы он продолжал делать это… делать это, с ней. Это, не так много. Ему нужно было избежать подобной ситуации любой ценой. Он отодвинулся на край кровати, подальше от неё, хотя его член решил, что утренний секс в порядке вещей. Было похоже, что ублюдок уже забыл о прошлой ночи. Типично.

Она ахнула, и её рот округлился. Эмбер выглядела так, словно она потрясающе проводила время.

— Ты волнуешься, потому что провёл здесь ночь? — она на несколько секунд прикрыла рот рукой. Затем она улыбнулась ему. — Не волнуйся об этом, это ничего не меняет, — она пожала плечами, отводя глаза. — Ты был измотан. Мы оба были. Ничего страшного! Ты можешь принять душ перед уходом, — Эмбер нахмурилась, встретившись с ним взглядом. — Но тебе нужно постараться уйти так, чтобы тебя никто не увидел.

Затем она сделала глубокий вдох, и её впечатляющая грудь вздымалась. Чёрт! Эмбер была чертовски красива утром. Никакого намёка на маску на лице. Никакой одежды. На ней не было ничего, кроме солнечного света. Чёрт, его глазные яблоки совершали кульбиты, а член делал стойку на руках.

Так чертовски красиво.

Возможно, у них получилось бы…

— Ты уходишь прямо сейчас, — она спрыгнула с кровати. Лэнс застонал при виде её задницы в форме сердечка. — Перестань таращиться на меня, — Эмбер подняла его джинсы.

Лэнсу пришлось схватиться за свой член при виде того, как она вот так наклонилась.

— О, нет, ты этого не сделаешь. Вытащи свой разум из канавы и прямо сейчас. Вот, — она протянула ему джинсы, — ты прав. Ночевать у кого-то — не лучшая идея, — она покачала головой, её глаза были… полны паники.

— Было бы так плохо, если бы другие узнали? — он чувствовал себя странно… несчастным… из-за того, что ей ненавистно, если другие узнают. Какая разница? По крайней мере, это остановило бы других мужчин от вынюхивания. Эмбер была его, по крайней мере, её киска принадлежала ему. Он бы предпочёл, чтобы об этом знали другие.

— Да. Это было бы ужасно. Держи… — она сунула ему его рубашку. — Почему ты не одеваешься? Чем позже, тем больше шансов, что тебя кто-нибудь увидит.

Лэнс начал надевать джинсы.

— Это не имеет большого значения, если…

— Ни за что! — её глаза были широко раскрыты. — У нас даже нет отношений, — она жестом указала между ними. — Это… ничто. Меньше, чем ничто. Мне было бы неловко, если бы другие люди узнали.

— Тебе было бы стыдно за меня?

Нахуй это. Ебать!

Эмбер кивнула.

— Да… Ну, не принимай это близко к сердцу… Не из-за тебя, просто из-за всего этого. То, что мы делаем, так ничтожно. О боже… — она провела рукой по лицу. — Я не хочу, чтобы меня считали одним из твоих завоеваний. Сделать это одним из твоих многочисленных завоеваний. Пожалуйста, подшути надо мной по этому поводу.

Что он мог на это сказать? Женщина не ошиблась. Ему всё равно это не должно было нравиться. Лэнс, наконец, кивнул.

— Я улизну и позабочусь, чтобы меня никто не увидел, но ты, блядь, будешь мне должна.

Эмбер выглядела успокоенной.

— Да, конечно, что угодно.

— Что угодно? — Лэнсу понравилось, как это прозвучало.

— Да, просто уходи уже, — она подтолкнула его к двери. Переложив ботинки в свободную руку, затем он вышел в коридор, дверь закрылась у него перед носом. Перед его грёбаным лицом.

Лэнс издал звук разочарования. Что только что произошло?

***

Один день спустя

Кай шагнул вперёд, не сводя глаз с Эмбер. Неудивительно, что он произнёс имя женщины.

Лэнсу пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержать улыбку. Это было идеально. Теперь, когда они были здесь, он беспокоился, что ни один из мужчин в конечном итоге не выберет женщину. Что тогда? Он уверен, что чертовски не хотел выбирать кого-то. Конечно, он выбрал бы её исключительно ради секса, но это было бы… неудобно. Он втянул в себя воздух. Проблема, блядь, решена.

Ещё два самца выступили вперёд, каждый выбрал себе самку.

Затем настала очередь Бринна. Самец был подобен щенку, когда дело касалось Эмбер. Он ни на йоту не отступил с тех пор, как женщина ясно дала понять, что у них не будет будущего. Тем не менее, он настаивал на том, чтобы преследовать её, несмотря ни на что. Чертовски жалко. Никогда больше. Он был там, сделал это, у него были шрамы, подтверждающие это.

— Эмбер, — мужчина подмигнул и улыбнулся, как будто у него действительно был шанс. Щенок понятия не имел.

Эмбер выглядела явно смущённой. Её лицо было ярко-красным. Её руки были крепко сложены перед ней. Она избегала любого зрительного контакта с Лэнсом. Его единственным утешением было то, что она избегала зрительного контакта со всеми тремя.

Подруга Эмбер, Бетани, запрыгала вверх-вниз, когда Джошуа взял её на руки. Они оба не могли отвести глаз друг от друга. На это было слишком приятно смотреть.

Затем настала его очередь. Счастливых, блядь, дней! Он хотел покончить с этим, чтобы заполучить в свои руки свою женщину. Эмбер отказалась впустить его прошлой ночью, заявив, что ей отчаянно нужен хороший ночной отдых.

Как озабоченный подросток, Лэнс был вынужден долго принимать душ и, так сказать, взять всё в свои руки. Серьёзно унизительно, но какой у него был выбор? Никакого. Дело было не только в том, что он согласился быть в отношениях, он обнаружил, что ему не нужна никакая другая женщина. Это был всего лишь вопрос времени, когда он устанет от Эмбер. Просто вопрос времени, но до тех пор… Он не мог дождаться, когда сможет прикоснуться к ней.

— Никто, — от него не ускользнуло, как Эмбер, казалось, тихо вздохнула. Она испытала облегчение от того, что он не выбрал её.

Что за чёрт!

— Ты уверен? — Зейн приподнял брови.

— Да! — Лэнс ответил резче, чем намеревался. Он прочистил горло. — Спасибо за возможность изменить моё мнение, но нет, — быстро добавил он.

Мужчина закатил глаза и ухмыльнулся.

— Ты же понимаешь, что самцы на втором этапе могут преследовать самку только в том случае, если они выбрали её.

Что? Он впервые слышал об этом.

— Нет, я не знал, — Лэнс нахмурился. — Этого не может быть, я никого не выбирал на первом этапе, но всё же…

— Ты всё равно облажался, — прорычал Брант. — Это именно та причина, по которой мы изменили правила перед вторым этапом. Если бы ты обратил хоть немного внимания, то был бы в курсе. Есть ли кто-нибудь, кого ты хотел бы выбрать? Если так, назови её имя сейчас или держись подальше от женщин.

Краем глаза он увидел, как Эмбер слегка покачала головой. Для любого другого это не выглядело бы чем-то особенным, но он знал, что это не так. Она не хотела, чтобы он выбирал её.

Секунды шли. Впервые за долгое время Лэнс не знал, что делать.

— Ну? — Зейн улыбнулся. Он наслаждался каждой минутой этого… ублюдок.

Тогда Брант набросился на него как придурок. Самец ткнул пальцем в лицо Лэнсу.

— Клянусь богом, если ты хотя бы обнюхаешь одну из самок, я оторву тебе член… ты меня слышишь?

Он прикусил внутреннюю сторону щеки. Так сильно хотелось сказать своему королю, чтобы он так не замахивался. Лэнс взглянул на женщин. Глаза Эмбер были широко раскрыты. Из здорового покрасневшего вида она превратилась в бледную, как бескровный труп. И вот оно, лёгкое покачивание головой, замаскированное под взмах её волос.

Понимала ли она, что их время вместе закончится, если он будет молчать? Он не сможет снова приблизиться к ней.

Нахуй это!

Он не закончил с ней. Возможно, она не хотела признавать это прямо сейчас, но она тоже не была готова к тому, чтобы это закончилось. Она не готова. Женщина уже ненавидела его… Она могла ненавидеть его ещё больше. Ну и что, чёрт возьми.

Блядь!

Брант отвернулся от Лэнса.

— Хорошо… Двигаемся дальше…

— Эмбер, — быстро произнёс Лэнс, прежде чем смог остановить себя. Раздался звук коллективных женских вздохов.

Спина Бранта напряглась. Он медленно повернулся, выглядя чертовски потрясённым.

— Что?

Ублюдок услышал его. Придурок собирался заставить его снова произнести её имя.

— Эмбер, — повторил он, на этот раз гораздо мягче.

Он не сводил глаз с Бранта, который приподнял бровь. Затем король покачал головой.

— Отлично, — фыркнул он.

Зейн рассмеялся. Его король подошёл и хлопнул его по спине. Всё было не так. По крайней мере, один человек, который считай, знал, что это, блядь, было не так.

Эмбер.

Чёрт! Она выглядела разозлённой. Её глаза были прищурены, а губы поджаты. Её руки всё ещё были скрещены на груди. Они были вместе… полный грёбаный стоп. Не вместе, но… в отношениях. Это работало в обоих направлениях. Чем скорее другие узнают об этом, тем лучше.

Лэнс был рад, что они все узнали. Он посмотрел на Бринна, который выглядел так, будто у него вот-вот случится сердечный приступ. Затем на Кая, чья челюсть была сжата. Мужчина с трудом сглотнул. Он шагнул вперёд.

— Я хотел бы кое-что сказать, пожалуйста.

Человеческие самки продолжали хихикать между собой, как маленькие наседки.

Брант драматично вздохнул.

— Продолжай.

Кай посмотрел на Эмбер.

— Прости, но мне придётся отказаться. Видишь ли… — он остановился. — Трое — это толпа, но четверо — это… слишком много. Я надеюсь, ты понимаешь, — он поднял брови, выглядя обиженным.

Эмбер попыталась улыбнуться. Улыбка не коснулась её глаз. Она кивнула головой.

— Я понимаю, — её голос был близок к шёпоту.

— Это было весело, — Брант улыбнулся. Мудак. — Поздравляю тех из вас, кто был выбран. Остальным, пожалуйста, необходимо вернуться в отель. У вас будет два часа, чтобы собрать вещи и попрощаться. Я должен добавить, что если вы были выбраны, но хотите уйти… — он многозначительно посмотрел на Эмбер. Ублюдок! Брант мог быть придурком. Это было чертовски точно.

Лэнс стиснул зубы и отвёл взгляд.

— Вы имеете на это полное право, — продолжил Брант. — Если вас выбрали, вы вольны уйти, когда захотите. Существуют строгие протоколы для обеспечения вашей безопасности. Это будет объяснено вам во время вашего инструктажа перед тем, как покинуть нашу территорию. Спасибо вам всем за участие. Я надеюсь увидеть спаривание, или даже два, в конце этой горячки.

Когда Лэнс оглянулся, Брант смотрел на него. Мужчина ухмыльнулся. Ни хрена себе. Они все могут катиться к черту.

Ничего не изменилось. Единственное, что изменилось, так это то, что он застолбил свои права. Бринн, возможно, выбрал Эмбер, но самец и близко к ней не подходил. Он встретился взглядом с самцом и сверкнул клыками. В защиту Бринна, мужчина не отвёл взгляда, но и не стал отвечать.

Продолжай, чёрт возьми.

Когда он оглянулся на людей, Эмбер исчезла. Его маленькая человечка могла убежать, но от него не спрятаться. Лэнс быстро вышел из комнаты, следуя за её сладким ароматом. Розы в полном цвету. Чертовски аппетитно.

Эмбер шла так быстро, что почти переходила на медленную пробежку. Один из охранников был рядом с ней.

— Я провожу женщину, — Лэнс был уверен, что его голос звучал низко, когда он встал рядом с мужчиной, который шел с ней.

Охранник кивнул.

— Нет! — Эмбер покачала головой. Её глаза сверкали. — Ты остаёшься, — она указала на охранника. — Ты можешь уйти, — она взглянула на Лэнса, прежде чем посмотреть прямо перед собой. Её ноздри раздулись.

— Отвали, — он бросил на охранника взгляд, который мог убить, и в его глазах появилась паника. Хорошо! Пусть лучше он боится. Чертовски боится.

— Не смей никуда уходить. Я с тобой не разговариваю. Ты мудак! — закричала Эмбер.

Его рот дёрнулся. О, как ему нравилось, когда она обзывала его. Затем она отвесит ему пару отборных пощёчин, может быть, даже сильный удар кулаком. Он не мог дождаться.

Мужчина остался там, где был, он остался стоять между ним и Эмбер. Ублюдок был близок к тому, чтобы его убили. Рычание вырвалось откуда-то из глубины горла Лэнса.

— Пожалуйста, — охранник поднял руку. — Не надо… Я не могу просто оставить человека. Она попросила меня остаться.

Лэнс не повышал голоса.

— Ты уйдешь, и ты, блядь, сделаешь это немедленно, — охранник подпрыгнул, и Лэнсу почти стало жаль бедного ублюдка. — Или да поможет…

— Перестань быть задирой. Что с тобой не так? — её глаза были широко раскрыты. Её губа дрожала. Она, блядь, дрожала. Нет… это не должно было так получиться. — Я же говорила тебе, что не хочу, чтобы это выплыло наружу. Я тебя вежливо попросила, — она шмыгнула носом. Слеза скатилась по её щеке. Что за чёрт! Нет. Он не мог видеть её расстроенной. Всё в нём напряглось.

Лэнс оттолкнул другого мужчину в сторону.

— Не прикасайся ко мне, — её глаза расширились. — Как ты смеешь? Ты не имел права, — она покачала головой, выглядя такой печальной. Ему было больно видеть её такой.

— Оставь нас, — Лэнс использовал более мягкий подход к охраннику. — Пожалуйста… Я позабочусь о ней. Я прослежу, чтобы она добралась до своей комнаты.

Охранник, наконец, кивнул, когда Эмбер не ответила.

Лэнс схватил её за руку и провёл большим пальцем по её ладони. Ещё одна слезинка скатилась по её щеке. Она подождала, пока охранник отойдёт.

— Пойдём со мной, — Лэнс посмотрел ей в глаза.

Она покачала головой.

— Я хочу вернуться в свою комнату и хочу, чтобы меня оставили в покое, — она шмыгнула носом. Её глаза были полны слёз. Ебать!

Лэнс заговорил снова, на этот раз мягко, не желая спугнуть её.

— Нам нужно это обсудить.

— Нет никаких «нас», Лэнс, — она выдернула свою руку из его.

— Да, — сказал он более сурово, — есть.

— Ты ошибаешься. Мы… занимаемся сексом… и это ничего не значит, — она вытерла лицо. — Прими это, мы привыкли… просто трахаться.

— Это ещё не конец, Эмбер. Ничего не должно измениться.

— Всё изменилось. Я не просила от тебя многого. Одна ничтожная мелочь, и ты не смог сделать даже этого. Ты сказал всем, что мы, что мы…

— Ебались, — это было так мило, что она не смогла этого произнести. Он улыбнулся. — Никто ни хрена не знает, Эмбер, — он огляделся вокруг. — Послушай, в любую минуту могут прийти остальные, и если они увидят нас вместе… тебя плачущей, они сложат два и два. Пойдём со мной, пожалуйста. Нам нужно поговорить.

Она покачала головой, опустив глаза в землю.

— Пожалуйста, милая, — ласковое слово снова сорвалось с его губ. Ему нужно было прекратить это делать. Он никогда не называл женщину этим термином.

Затем она выдохнула и посмотрела ему в глаза. Он наблюдал, как всё в ней смягчилось.

— Хорошо, но я не собираюсь заниматься с тобой сексом. Ты можешь забыть об этом, — часть огня вернулась.

— Пойдём.

Он схватил её за руку и потянул в направлении садов. Они не останавливались, пока не оказались в одном из его любимых альковов. Оттуда открывался вид на сад и было достаточно темно для полного уединения. Здесь было спокойно и красиво.

Лэнс взял обе её руки в свои, но Эмбер попыталась высвободиться.

— Выслушай меня, — сказал он. Лэнсу пришлось улыбнуться. — Во-первых, ты сказала, что просила меня только об одной вещи, но технически это неправда. Ты попросила меня доставить тебе оргазм, и я это сделал.

Она ахнула, её потрясающий рот приоткрылся. Затем она нахмурилась.

— Это чушь. Я никогда не просила тебя…

— Это сделало твое тело. Громко и чертовски чётко. Мне нравится, насколько ты восприимчива. Я доставлял и буду продолжать доставлять. Во-вторых, ты попросила меня пойти против моего самого важного грёбаного правила… Я согласился быть в отношениях. Я был в отношениях с первого раза, когда мы были вместе. Я не прикасался к другой женщине и не хочу этого делать.

— Ох, — Эмбер прочистила горло и втянула воздух. Она выглядела шокированной его признанием. — Тебе не следовало выбирать меня, — её губы задрожали, а голос сорвался. — Я не хочу, чтобы все знали о нас. Я говорила тебе это. Я не хочу быть просто еще одним завоеванием.

— Ты не такая, — это просто вырвалось само собой. — Ты не завоевание, — сказал Лэнс немного мягче, когда понял, что это правда. — Ты мне нравишься, и я действительно забочусь о тебе. Это не значит, что я хочу отношений. Ты не похожа ни на одну другую женщину, с которой я был. Я не могу это объяснить, но это правда.

Эмбер в ужасе покачала головой.

— У нас нет ничего общего. Так что это ничего не меняет. Мы по-прежнему занимаемся развратным сексом, — она пожала плечами. — Я не хотела, чтобы кто-нибудь знал, вот и всё, — скатилась слеза. — Я не знаю, почему это так важно для меня, но это так.

— Они ничего не знают, милая, — он обхватил ладонью её щеку и вытер слезу.

— Ты выбрал меня, — её большие карие глаза заблестели. Её ресницы заблестели. — Они узнают. Как они могли этого не понять?

— Тебя выбрали трое из нас. Возможно, было бы больше, если бы я не вмешался. Тебя не волнует, что люди думают о других мужчинах.

— Я не сплю с другими.

— Вот именно! Единственная причина, по которой ты волнуешься из-за нас, это потому, что мы трахаемся, но никто об этом не знает. Знаем только мы.

— Они узнают достаточно скоро, — она смахнула ещё одну слезу.

— Нет. Они не узнают о нашем прошлом. Что касается будущего. Это зависит от тебя. Всё, что они знают, это то, что я чертовски заинтересован в тебе. Многие мужчины заинтересованы. Кроме этого… — он приподнял брови.

— Да, но если мы займёмся сексом…

Он кивнул.

— Они узнают, что это ты, поскольку мне не разрешается быть ни с кем другим, — Лэнс обнял её. — Я не хочу, чтобы это заканчивалось прямо сейчас. Тебя слишком волнует, что думают другие. А как насчёт того, чего ты хочешь?

Эмбер икнула.

— Я просто не хочу, чтобы люди думали, что…

— Плевать, что они думают, Эмбер, — Лэнс откинул волосы с её лица и смахнул слезинку у неё из-под глаза. — Я выбрал тебя. Это кое-что значит. Мы можем продолжать быть в отношениях. Это тоже кое-что значит. Кроме этого, это никого не касается, кроме нас самих. Хорошенько подумай о том, чего ты хочешь. Я выиграл для нас немного времени. Если бы я промолчал… — Лэнс покачал головой, ему не нравилась мысль о том, что ему придётся держаться от неё подальше.

Она выглядела задумчивой.

— Не отвечай мне сейчас, но подумай о своих вариантах. Ты хочешь вернуться домой прямо сейчас? Ты действительно хочешь, чтобы это закончилось сейчас…? — Чёрт возьми, нет! Он надеялся, что нет. — Ты хочешь встречаться с Бринном? — Лэнс пытался оставаться пассивным, даже несмотря на то, что его клыки пульсировали в дёснах, а мышцы напряглись. — Или ты можешь забыть о том, что думают другие, и мы можем продолжить с того места, на котором остановились.

— Они поймут… что мы делали… я имею в виду раньше.

— Да, они поймут, но чёрт с ними, — прорычал он. — Я не закончил, и ты тоже. Почему мы должны останавливаться? Мы оба взрослые люди, — он поцеловал её. Просто быстрое прикосновение губ. Он хотел большего. Намного, блядь, больше, но ему нужно было дать ей пространство. — Я отведу тебя обратно в твою комнату.

Эмбер закатила глаза и улыбнулась.

— Ты даже не попытаешься залезть ко мне в штаны?

Лэнс покачал головой.

— Если бы я не знал тебя лучше, я бы сказал, что ты разочарована.

На мгновение Эмбер стала серьёзной.

— У нас действительно горячий секс.

— Я серьёзно, черт возьми, люблю твою киску.

— Ты не просто так это сказал, — ахнула Эмбер.

— Не просто так, и я точно знаю, что тебе чертовски нравится мой член.

— Тебя слишком много… ты знаешь это, не так ли? — она хихикнула, и Лэнсу понравился этот звук.

— Да, я высокомерный засранец, — затем он отпустил её руку. — Просто подумай об этом и дай мне знать, когда будешь готова, — он порылся в кармане.

Эмбер кивнула.

— Что ты делаешь?

Он достал свой телефон.

— Я позвоню охраннику, чтобы он отвёл тебя обратно. Я уверен, ты не хочешь, чтобы тебя видели со мной.

Эмбер покачала головой.

— Нет, прости. Дай мне подумать об этом.

Часть его надеялась, что она просто согласится прямо здесь и сейчас. Может быть, было бы лучше, если бы они покончили с этим немедленно. Он ещё не закончил, но, возможно, так и должно быть.

Лэнс кивнул и набрал номер Титана. Мужчина ответил немедленно. В течение нескольких минут он наблюдал за удаляющейся спиной Эмбер. Затем он нашёл себе несколько роз и занюхал их до чёртиков.

Глава 14

На следующий день после полудня…

Зачем он поставил Эмбер ультиматум?

О чём, чёрт возьми, он думал?

Лэнс отправил мяч на её площадку, а она исчезла с этой грёбаной штукой. Не было ни единого слова. Ни единого. Её не было ни на завтраке, ни на обеде. Он никак не мог ей позвонить. Одно можно было сказать наверняка. Ему надоело ждать.

Достаточно.

Ожидание для слабаков. Лэнс выбрал её. Он, блядь, выбрал её, и она была недовольна этим. Либо она в деле, либо нет. Всё просто. Это была причина, по которой он не состоял в отношениях. Почему он не заводил отношений. Не то чтобы то, что у них было, было настоящими отношениями. Трахались и никак иначе.

Это было унизительно и чертовски разочаровывающе. За последние двадцать четыре часа к нему подошли не менее трёх женщин. Он всем им отказал наотрез, не задумываясь ни на секунду. Лэнс не поддался искушению. Они не были Эмбер. Им не хватало её огня, её духа, её энергии. Ему нужно было прикоснуться к её пышному телу, почувствовать, как она сжимается вокруг него, услышать её стоны удовольствия. Ему нужно было это прямо сейчас. Больше никакого ожидания.

Ни за что.

Бринн вышел из людского помещения. Самца не было на обеде. Его руки были в карманах, и Лэнс мог видеть, что он отвлечён. Глубоко задумавшись.

Лэнс не смог удержаться и зарычал на самца, когда тот приблизился к нему. Он звучал как грёбаное чудовище. Мысль о том, что кто-то другой прикасался к Эмбер, была ему отвратительна. Она принадлежала ему, пока он не сказал иначе.

Она. Чёрт возьми. Его.

Мужчина отскочил в сторону, его руки сжались в кулаки, а глаза расширились.

— Держись от неё подальше, чёрт возьми, — прорычал он. Чёёрт! Эмбер оторвала бы ему яйца, если бы услышала его сейчас. Хотя ничего не поделаешь.

Мужчина сделал глубокий вдох, его грудная клетка расширялась в течение нескольких секунд, прежде чем он выпустил воздух.

— Эмбер мне всё объяснила, — наконец сказал он.

Она сказала?

Что?

Лэнс кивнул, хотя понятия не имел, о чём говорит Бринн. Он наблюдал, как напряжение покидает тело Бринна.

— Тебе действительно повезло, что она даёт тебе шанс, — он покачал головой. — Пожалуйста, не причиняй ей вреда. Она особенная. Я знаю её не очень долго, но она другая. Она видит себя не так, как мы её видим. Сексуальная, да, но она ещё и чувствительная, ей не всё равно.

Лэнс зарычал. Он чувствовал себя ублюдком из-за этого, но ничего не мог с собой поделать.

— Похоже, она тебе действительно нравится, и это хорошо… Удивительно, но хорошо, — Бринн кивнул головой.

Лэнс по-прежнему ничего не говорил. Он только надеялся, что шок, который он испытывал внутри, не был написан у него на лице и что годы тренировок, которые он прошёл как воин, сослужат ему хорошую службу. Не говоря уже обо всех играх в покер.

— Итак, вы собираетесь встречаться… Я с трудом могу в это поверить, — Бринн приподнял брови. — Закоренелый холостяк, поставленный на колени человеческой женщиной. Я думаю, если бы это должно было случиться, Эмбер была бы той, кто это сделал.

Встречаться? Ни хрена.

Поставила на колени. Забудь это.

Лэнс с трудом сглотнул.

— Хорошо заботься о ней. Просто пообещай мне это.

Лэнс кивнул.

— Я хорошо позабочусь о ней, — он не лгал. Он бы отлично позаботился о женщине… по крайней мере, его член хорошо справится с этим.

Это, казалось, успокоило мужчину, потому что Бринн кивнул один раз и ушёл. Лэнс оглянулся на жилые помещения. Он ускорил шаг, направляясь к зданию. Встречаться? Ни за что. Просто нет. Исключительный трах — это одно. Светские беседы, цветы и ужины при свечах — это совсем другое. Это не для него. Этого просто не будет.

***

Рука Эмбер дрожала, когда она брала трубку. У неё было решение этой маленькой проблемы. Это означало бы, что Лэнсу пришлось бы немного нарушить свои правила, но, эй, если он хотел продолжать… заниматься с ней любовью, за неимением лучшего слова… тогда он пошёл бы ей навстречу.

Она должна просто уехать домой, правда должна. Если бы она была умна, то собрала бы свои вещи прямо сейчас, но мысль о том, чтобы сократить своё пребывание здесь была… это просто казалось неправильным. Она попала в следующий этап этой горячки. Поди разберись!

Его признание в том, что у него не было никого другого, стало шоком. По крайней мере, это было хоть что-то. От этой мысли ей почему-то стало легче. Это ничего не меняло. Не похоже было, что она действительно собиралась влюбиться в Лэнса. Он был задницей, придурком и настоящей свиньей. Этого не произойдёт. Он также был очень сексуален и великолепен под простынями, так что пока он соглашался…

— Добрый день, Эмбер, могу я вам чем-нибудь помочь? — это была дама с ресепшена. Эмбер узнала её голос. Та, которой нравился Лэнс.

— Пожалуйста, не могли бы вы соединить меня с Лэнсом.

Последовала долгая пауза.

— Конечно, — уже не так дружелюбно, как раньше.

Эмбер взяла трубку и глубоко вздохнула, пытаясь успокоить нервы.

— Ответа нет, — певучий, счастливый голос. — Хотите, я попробую позвонить ему на мобильный? — её фальшивое дружелюбие вызывало тошноту.

— Да, пожалуйста.

— Минутку.

Примерно через полминуты секретарша вернулась.

— Мне очень жаль, — в её голосе звучал восторг. — Он не отвечает.

Чёрт.

— Спасибо.

Эмбер повесила трубку. О, ладно. Она попробует ещё раз позже. Он может быть немного расстроен, что она заставила его ждать. Такие парни, как Лэнс, не привыкли чего-либо ждать. Был хороший шанс, что он двинулся дальше. Ещё больше шансов, что он рассмеётся ей в лицо.

Раздался стук в дверь.

Этого не может быть. Конечно, нет.

Лэнс опёрся ладонями о дверной косяк. Его руки были подняты над головой, но локти всё ещё были согнуты. Они были большими, эти вампиры. Это уж точно. Он улыбнулся ей, его глаза сузились, когда они встретились с её глазами. На нём была кожаная одежда. На спине у него висел меч в ножнах, а к бедру был пристёгнут нож. У неё словно перехватило горло, потому что она изо всех сил пыталась вдохнуть.

— Ты пригласишь меня войти? — он говорил приглушённым тоном. — Кто-нибудь может меня увидеть, — его тон был резким.

Эмбер кивнула, отходя в сторону. Теперь, когда он был здесь, она не была так уверена. Возможно, она вела себя глупо. В этом нет сомнений. Она знала, что немного перегибает палку, но, конечно, если бы он действительно хотел продолжить их соглашение, он мог бы сделать это для неё.

Ты можешь это сделать, Эмбер.

— Я столкнулся с Бринн снаружи, — Лэнс выглядел удивлённым. — Он сказал что-то о том, что мы встречаемся. Я не уверен, откуда он взял эту информацию…, — он нерешительно усмехнулся. — Но нет…

— Я сказала ему, что мы собираемся встречаться, — выпалила Эмбер.

— Что? — его глаза, казалось, потемнели.

— Пожалуйста, пройди внутрь и присядь, — они все еще стояли в прихожей.

— Нет. Мы можем поговорить об этом здесь, — Лэнс скрестил руки на груди. — Я не хожу на свидания. Я говорил тебе это. Я серьёзно.

— Я сказала тебе, что я этим не занимаюсь. Я не, — она облизнула губы, — сплю с кем попало.

— Ты вряд ли спишь с кем попало, — заметил Лэнс, его терпение было на исходе. — Это исключительный трах после трёх с половиной лет отсутствия. Я не знаю, сколько раз нам нужно это повторять. Я тебе не нравлюсь, верно?

Эмбер кивнула.

— Нет. Обычно я бы никогда не стала встречаться с таким парнем, как ты.

В его глазах промелькнула обида. Затем Лэнс ухмыльнулся.

— Точно. Ты бы не хотела, чтобы кто-нибудь узнал. Ты сама это сказала. Ты бы не захотела отвезти меня домой, чтобы познакомить с мамой.

Эмбер почувствовала, как её глаза расширились, а сердце забилось быстрее.

— Боже, нет. Мои родители, вероятно, отреклись бы от меня.

Они думали, что никто не был достаточно хорош для их маленькой девочки. Её отец сварливый, но её мама катастрофа. Она придиралась ко всему. Вампир. Тот, у кого порочный рот. Кто-то высокомерный и эгоистичный, как Лэнс? Ни за что. Они бы запретили.

Лэнс снова усмехнулся.

— Ты выглядишь испуганной. Это здорово. Видишь ли, ты бы не стала встречаться с таким парнем, как я. Не хотела бы тратить время на разговоры со мной, так зачем начинать сейчас? Нет… всё остаётся как есть. Ничего не нужно менять. Ну и что, что другие знают? Мне насрать, и тебе должно быть тоже.

— Но я не ты. Нравится тебе это или нет, мне не всё равно, — она выпрямилась. — Я знаю, что не должна, но я хочу. Я ценю, что ты уже нарушил несколько своих драгоценных правил. Всё, о чём я прошу, это чтобы ты сходил со мной на несколько свиданий в течение следующих нескольких дней. Таким образом, никто не должен знать, что я так легко запрыгнула к тебе в постель. Несколько жалких свиданий в течение следующих трёх или четырёх дней, а потом мы сможем вернуться к… хорошему.

— Если ты намекаешь, что нам не только нужно встречаться, но и что я должен держать свои руки подальше от тебя на это время, тогда я говорю, к чёрту это, — Лэнс сильно нахмурился.

— Ладно. Я понимаю, — Эмбер подошла к шкафу и вытащила свой чемодан. — Наверное, будет лучше, если мы в любом случае прекратим этот безумный бред. Все знают, что никакие условия не работают в долгосрочной перспективе. Один из нас обязательно пострадает, — она снова повернулась к нему. Лэнс всё ещё стоял в коридоре, скрестив руки на груди. В его глазах было что-то затравленное. — Это не уловка, чтобы заставить тебя передумать. Я не играю с тобой в игры, клянусь, — она тяжело вздохнула. — Я… уеду… это к лучшему, Лэнс. Это к лучшему, — повторила Эмбер, потому что имела в виду каждое слово.

— Нахуй это, — его руки опустились по бокам, и он сделал два шага вперёд. — Ты ненавидишь меня… никто не пострадает.

— Я имела в виду, что пострадаешь ты. Не я. Думаю, вероятно, у тебя начинают зарождаться чувства ко мне, иначе ты бы так не боялся встречаться со мной.

— Ни хрена подобного, — он выглядел разозлённым. — Я не боюсь. Я просто не хочу встречаться. Не с тобой. Ни с кем.

— Ты тот, кто сказал, что не возражаешь против моей компании. Я нахожу, что с тобой трудно быть и в лучшие времена. Если свидания кому-то и будут в тягость, так это мне. Три или четыре дня, а потом мы сможем продолжить с того, на чём остановились.

— Это долгое время без траха, — он выглядел таким грустным, что ей почти стало его жаль.

— Прими это или оставь, — Эмбер знала, что поступает жестко, но… она просто не хотела быть зарубкой на его поясе. Хотя технически она была… она не хотела быть просто ещё одной. Она не могла смириться с этой мыслью. — Мне пора уходить, — она начала укладывать предметы одежды в сумку. Эмбер никогда ещё ни из-за чего так не переживала.

— Прошло больше года с тех пор, как я хоть сколько-нибудь обходился без секса. Блядь! — он прорычал это слово. — Мне нравится трахать тебя, Эмбер. Всё очень просто. Не знаю, что я чувствую, находясь рядом с тобой и не имея возможности… — он не договорил фразу, проведя рукой по волосам. — Возможно, я даже не захочу секса с тобой после проведённого совместно времени, — затем он оглядел её с ног до головы, и его взгляд потеплел. — Хорошо… Я, наверное, захочу, но я не хочу встречаться.

— Ты понимаешь, что говоришь, как ребёнок?

— Скорее, как подросток. Мне никогда раньше не приходилось так напрягаться, чтобы забраться трусики. Блядь!

— Ты можешь пойти куда угодно, — Эмбер сузила глаза.

— Это не сработает. Мы в отношениях, — прорычал он.

— Ну, теперь мы не в отношениях.

— Мы чертовски в отношениях, — опасное рычание.

Кое-что из того, что Лэнс сказал, всплыло у неё в памяти.

— Что произошло год назад, что заставило тебя прекратить заниматься сексом?

Почему она спросила об этом? Это было неважно. Это было не её дело.

Его пристальный взгляд переместился на неё, выражение его лица помрачнело.

— Забудь, что я спрашивала, — выпалила Эмбер, бросая стопку свитеров в свой чемодан.

— Перестань собираться на секунду.

Она вздохнула и повернулась к нему лицом.

— Моя пара бросила меня ради зверя.

— Зверя? Твоя пара?

Что?

У Лэнса была пара? Или, по крайней мере, когда-то она у него была. Её инструктор говорил, что вампиры спариваются на всю жизнь. Что за чертовщина!

— Да, я был спарен. Раньше у нас было предание, в котором говорилось, что если самец и самка выпьют друг из друга в новолуние во время горячки, то они будут спарены. У нашего народа были очень редкие случайные спаривания. В некоторых случаях у супружеской пары всё получалось, или им везло, и они были истинной парой, — Лэнс пожал плечами. — В других. В таких случаях, как моё спаривание, пара отдалялась друг от друга. Это было в те времена, когда два наших ковена были разделены. Мы больше не находились в состоянии полномасштабной войны, но и не были в дружеских отношениях.

— Но вы всё равно занимались сексом друг с другом? — в голосе Эмбер слышалось потрясение.

— Время от времени это случалось. Есть что-то приятное в том, чтобы заниматься запретным.

Эмбер почувствовала лёгкую боль внутри. Она скрестила руки.

— Стефани и я случайно соединились. Мы договорились оставаться в наших ковенах и не говорить об этом, но, согласно нашим тогдашним представлениям, мы были соединены. Даже после того, как ковены… стали больше общаться… мы сохраняли дистанцию.

— Значит, вы были вместе только один раз.

Лэнс кивнул.

— Да. Прошло двадцать лет. Мы виделись время от времени, но оставались порознь. Это то, о чём я позже пожалел. Короли оба пытались завоевать избранницу человека, Таню. Это было неспокойное время, и мы были уязвимы. Волки и эльфы заключили союз. Их решимостью было свергнуть вампиров как правителей видов. Они напали на замок, намереваясь украсть будущую королеву для альфа-волка. Если бы им это удалось, они бы лишили обоих королей всех будущих наследников, чтобы ослабить наш вид. Это уничтожило бы нас.

Эмбер ахнула.

— Что случилось? Волк добрался до человека? Он забрал её себе?

— Ты что, не читаешь газеты? Или не смотришь новости?

Она покачала головой.

— Я читаю книги и смотрю фильмы. А ещё я чертовски много работаю. Скажи мне. Что случилось? — всё это звучало как что-то из сказки.

Лэнс покачал головой и улыбнулся.

— Я приберегу эту историю для другого дня. Волки и эльфы прибыли в замок, чтобы украсть королеву, но вместо этого они забрали Стефани.

— Твою пару.

Он кивнул.

— Мою бывшую пару, — поправил он. — Я был там. В гуще битвы. Я видел, как волк схватил её. Ублюдок ударил её. Он сбил её с ног и убежал с ней, — его глаза были широко раскрыты. Эмбер видела, что Лэнс мысленно переживает этот момент. — Я пошёл за ней. Это привело меня прямо в зону досягаемости эльфийских лучников. Мне было наплевать. Мне нужно было спасти её. Наверное, какой-то части меня было стыдно за то, что я никогда не признавал её своей парой, — его грудь вздымалась.

Лэнс долго оставался неподвижным.

— Что случилось? — наконец спросила Эмбер. Её голос был едва громче шёпота.

— Я потерпел неудачу. Я был глупым юнцом, когда всё началось. Я подвёл её во всех отношениях, — он с трудом сглотнул. — Я поклялся вернуть её. Я перестал трахаться с другими женщинами. Я поклялся найти её и потратить вечность, чтобы загладить свою вину перед ней, но было слишком поздно. Она не захотела меня. Стефани двигалась дальше.

— Это так печально. Неудивительно, что ты в таком беспорядке.

Его глаза потемнели.

— Не жалей меня. Я заслужил всё, что получил. Меня должны были сослать или казнить за то дерьмо, которое я натворил. Мне повезло. Недавно я узнал несколько истин. Один из моих близких друзей женился на человеке. Это заставило меня кое-что осознать.

— Например? — ей не следовало задавать ему все эти вопросы, но Эмбер ничего не могла с собой поделать.

— Короче говоря, у меня есть демоны. Я научился с ними справляться, — едва заметный намёк на улыбку тронул уголки его грешного рта. — Ты не облегчаешь мне задачу, — она была уверена, что слышала, как он пробормотал что-то о необходимости понюхать ещё роз, но этого не могло быть.

Это выглядело так, как будто Лэнс уступал. Не может быть. Она была почти разочарована. Чёрт! Ей следовало бы сбежать. Это была, мягко говоря, не идеальная ситуация.

— Ты согласен? — в её голосе слышался шок.

— Да, Эмбер, согласен. Я, должно быть, чертовски податлив, но я согласен. Несколько свиданий, а потом всё вернётся к первоначальной договорённости. Ты не влюбишься в меня? — он выглядел таким суровым, что это было бы комично, если бы его высокомерие не выводило её из себя.

— Я не влюблюсь в тебя, — фыркнула она, уперев руки в бока. — До тех пор, пока ты не влюбишься в меня.

Он закатил глаза и одарил её своей фирменной ухмылкой.

— Этого не произойдёт.

Эмбер пожала плечами.

— Тогда ладно.

— Хорошо, решено.

— Полагаю, так и есть, — ей следует уйти.

— Когда наше первое, — Лэнс поморщился, — свидание? — он произнёс это слово так, словно оно было неприятным на вкус.

— Сегодня вечером.

— Куда ты меня ведешь? — он выглядел скучающим, и она почувствовала, как закипает её кровь. Приводящий в ярость вампир!

Ей захотелось стереть это выражение с его лица.

— О нет! Ты парень, а я девушка. Ты можешь зайти за мной. Называй меня старомодной. Я буду готова через два часа… будь здесь в шесть. Обязательно запланируй что-нибудь хорошее. Возможно, нам придётся встречаться, но это не значит, что мы не можем хорошо провести время.

Он нахмурился.

— Ты сказала, что нам нужно встречаться. Не я. Я буду здесь в шесть, но на этом всё закончится.

— Ты засранец, — выпалила она в ответ. — Это была плохая идея.

Всякий раз, когда он использовал свой рот для чего-либо, кроме поцелуев, он заканчивал тем, что раздражал её до чертиков.

— Ты права. Давай просто пропустим свидания и трахнемся, — его глаза на самом деле загорелись.

— Нет! Если ты хочешь трахнуть меня ещё когда-нибудь, можешь вытащить палец из своей напыщенной задницы и пригласить меня на грёбанное свидание. Будь здесь в шесть и запланируй что-нибудь на вечер или вообще не утруждай себя приходом. Помни, ты хочешь меня больше, чем я хочу тебя.

— Чушь собачья, — Лэнс опустил взгляд на её сиськи. Ухмылка этого мудака украсила его красивое лицо. — Тогда что это?

— Не твое дело, — Эмбер опустила взгляд. Её соски были твёрдыми, торчащими остриями. Чёрт бы побрал её тело. Черт бы побрал его за то, что оно шло наперекор её разуму на каждом шагу. По крайней мере, на каждом шагу, где был замешан Лэнс.

Приводящий в ярость.

— Ты хочешь меня, — произнёс он, такой всезнающий и высокомерный.

Она пожала плечами.

— Ну и что? Это не значит, что я собираюсь сдаваться.

Он улыбнулся.

— Для протокола… Мне нравится, когда ты говоришь «трахаться». Тебе следует говорить это почаще, — он подмигнул ей. — Я подумаю об этом, — затем Лэнс повернулся и вышел.

Что он имел в виду под «он подумает об этом»? Подумает ли он о том, куда он отведёт её? Или он собирался решить, пригласит ли он вообще куда-нибудь её. Она узнает достаточно скоро, например, если он не появится в шесть. Эмбер обнаружила, что ей не нравится сама идея этого.

Она встречалась всего с двумя парнями, и оба они расстались с ней. Это отстойно, когда тебя вот так бросают. У них не было отношений, но, если Лэнс не придёт сегодня вечером, она всё равно будет чувствовать себя отвергнутой. Ей следует просто уйти. Собрать сумку и уехать. Вместо этого Эмбер склонилась над своим чемоданом и начала убирать свои вещи обратно в шкаф.

Глава 15

Раздался ещё один стук в дверь. Эмбер прикрыла рот рукой.

— Неужели.

Это было безумие. Она оглядела комнату. Каждая доступная поверхность была покрыта цветами. Там были лилии, розы, маргаритки, подсолнухи, нарциссы, тюльпаны и целый ряд цветов, названий которых она не знала. Хорошо, что у неё не было аллергии на пыльцу.

Она открыла дверь, это был ещё один охранник, держащий в руках ещё один букет цветов. Большие оранжевые лилии с жёлтыми розами в керамической вазе. Они были красивы.

— Эм… спасибо… рядом с моей кроватью на дальнем столике ещё есть свободное место.

Парень кивнул. Он поставил вазу на стол.

Вампир что-то вручил ей, уходя. Это была красиво упакованная коробка с открыткой. На листке было нацарапано её имя. Она разорвала обёртку и достала простую белую карточку:

Дорогая Эмбер,

Итак, ты действительно собираешься заставить нас пройти через всю эту историю с свиданиями?

Ты всё ещё можешь передумать, и я был бы на 100 % согласен с этим.

Цветы, как и любой другой подарок, который я тебе дарю, предназначены только для вида. Они ничего не значат.

Они, без сомнения, доказывают, что ты не просто очередная зарубка на моём поясе.

Подарок в коробке полностью от меня тебе, он идёт прямо от сердца…

Добро пожаловать!

Лэнс.

Эмбер подняла коробку и несколько мгновений смотрела на неё. Она была завёрнута в красивую чёрно-белую бумагу. Перевязана чёрным бархатным бантом. Она действительно хотела знать?

Да.

К сожалению, она не только хотела знать, что находится внутри, но и нуждалась в этом. Как ребёнок на Рождество, она сорвала бумагу с коробки и сняла крышку. Две упаковки батареек и еще одна упакованная коробка. Она сорвала бумагу и с этой.

— Ох… — ей пришлось фыркнуть от смеха. Такая свинья. Была приложена записка.

Даже не думай о том, чтобы использовать его на себе.

Что? Из его сообщения следовало, что он планировал использовать его на ней. Она прочитала часть текста на боковой стороне коробки. Очень большой резиновый пенис. Три настройки. Имеет вторую головку меньшего размера, предназначенную для стимуляции клитора.

Боже!

Какого чёрта.

Серьёзно?

Эмбер открыла коробку и вытащила прозрачный пластиковый контейнер. Тот, в котором был фаллоимитатор. Он был большой. У него действительно была головка поменьше, и он был ярко-розового цвета. Она с трудом сглотнула.

Раздался ещё один стук в дверь. Она сунула вибратор в ящик рядом с кроватью.

— Больше нет… — у неё перехватило дыхание, когда она увидела, кто это был. — Я собиралась сказать, места. Больше нет места. Ты спятил? Это уже слишком.

— Да. Никакого секса в течение трёх дней. Я настолько безумен, насколько это возможно, — его взгляд скользнул по её телу. — Мне нравится это платье.

Оно было королевского синего цвета и очень хорошо на ней смотрелось.

— Я только возьму куртку, и мы можем идти.

Лэнс кивнул.

— К настоящему времени ты уже должна знать, что я ничего не делаю полумерами, в том числе и встречаюсь с тобой. Ты хотела, чтобы все знали… — он пожал плечами, выглядя слишком сексуально для своего же блага. — Что ж, теперь они знают.

— Да, так и есть.

— По запаху резины в комнате я могу сказать, что ты получила мой… другой подарок.

Эмбер покачала головой и закатила глаза.

— Я не могу поверить, что ты купил мне его.

— Все думают, что у тебя есть вибратор, которым ты часто пользуешься. Мы не можем разочаровать их теперь, когда встречаемся. Не так ли?

На Лэнсе были тёмно-синие джинсы и лимонно-зелёная рубашка на пуговицах. Ничего необычного или чрезмерного, но это сработало. Он выглядел хорошо. Рубашка проделала фантастическую работу, демонстрируя его широкие плечи, мощные бицепсы. Боже правый!

— Ты оставил записку, в которой говорилось, что мне запрещено пользоваться этой штукой, так что это не сильно помогает, — Эмбер старалась, чтобы это не прозвучало резко. Это она настояла на том, чтобы они ходили на свидания.

Лэнс одарил её полуулыбкой, от которой у неё намокли трусики.

— Мы не можем трахаться. Я могу быть чертовски уверен, что один из нас останется доволен… а именно ты.

— Что? — её сердце забилось немного быстрее от его слов. Её щёки вспыхнули, и да, её соски напряглись. Эмбер пронзила острая потребность, но не в вибраторе.

Его ноздри раздулись.

— Ты слышала меня, Эмбер.

— Я думаю, нам пора идти.

Пока она не сделала что-нибудь глупое. Например, умоляла. О сексе. Горячем, жестком сексе. Сексе, который, она знала, Лэнс мог предоставить.

Он удерживал зрительный контакт, как ей показалось, очень долго, а затем кивнул.

Она вздохнула.

***

— О боже, — Эмбер прижала руку ко рту. — Это так красиво, — её взгляд был устремлён на горизонт, а не на красиво украшенный стол.

Взгляд Лэнса переместился в том же направлении, и ему пришлось согласиться. Огни Суитуотера и тёмные очертания гор вдалеке захватывали дух. Спокойно и красиво. Луна висела на небе полумесяцем, отражаясь в озере.

— Я часто прихожу сюда.

Крыша замка была ещё одним местом его времяпрепровождения. Виды, ощущение открытости и свободы. Ощущение покоя, которое это вселяло в него.

— Ты часто приводишь сюда женщин? — Эмбер выглядела немного обиженной. Напряжённая линия её подбородка и что-то промелькнуло в её глазах.

Он покачал головой.

— Нет. Я не помню, с кем встречался, — Лэнс не был уверен, как отнёсся к её реакции. Ревновала ли она? Он чертовски надеялся, что нет.

— Не встречался с… — она не договорила фразу. Во взгляде вспыхнул гнев.

Лэнс поднял руку, стараясь не рассмеяться.

— Нет. Я никогда никого сюда не приводил. Ты первая. — Ебать! Теперь это звучало по-особенному. — Мне пришлось попросить разрешения привести тебя сюда и всё это устроить. — Замигали волшебные огоньки. Стол был великолепен. Хрустальные бокалы, белые розы и свечи. Эллисон превзошла саму себя. — Поползут слухи. Цветы, этот ужин… Они подумают, что я по уши в дерьме и что ты заставляешь меня усердно работать. Ты не будешь выглядеть как очередная зарубка. Я позабочусь об этом.

Эмбер выглядела успокоенной, и это беспокоило Лэнса ещё больше. Нет, она не собиралась влюбляться в него. Эмбер сказала, что её родители этого бы не одобрили. Что он сводил её с ума и что он ей даже не нравился. Они были хороши. Это всё для того, чтобы она не выглядела как очередная зарубка на его поясе. Вот и всё.

Он не лгал об этом. Эта женщина была не просто очередной безымянной шлюхой. Он тоже не хотел, чтобы другие видели её такой. Во многих отношениях Эмбер была особенной. Однажды она сделает какого-нибудь мужчину очень счастливым. Он почувствовал, как всё внутри него напряглось при этой мысли. Даже дёсны зачесались, клыки хотели прорезаться. Прямо сейчас она принадлежала ему.

Её тело было произведением грёбаного искусства. Произведением искусства. Проклятье. Платья, которые она носила, ничего не открывали и намекали на всё. Сплошные сиськи и задница. Было ли какое-нибудь другое сочетание?

Лэнс шагнул к ней, и её глаза встретились с его. Нервная. Она втянула в себя воздух. Он обнял её рукой за талию.

— Что ты…

— Ты моя спутница, — прорычал Лэнс. — Я могу поцеловать тебя.

— Нет, я… — он накрыл её рот своим. Чертовски вкусно. Мягкие, податливые губы, которые раскрылись при вздохе. Он обхватил её щеку другой рукой и углубил поцелуй. Её грудь прижалась к его груди. Другой рукой он обхватил её за задницу, и Эмбер оттолкнула его.

— Эй… — она шлёпнула его по руке. Лэнс ослабил хватку на её заднице, переместив ее обратно на талию.

— Ш-ш-ш, — он жестом подозвал официанта, стоявшего позади них.

Щёки Эмбер вспыхнули ещё сильнее, и она прикусила нижнюю губу, отстраняясь от него. Официант наполнил бокалы вином и ушёл.

— Ну что? — Лэнс жестом указал на столик.

Она кивнула, не встречаясь с ним взглядом.

— Я был бы похож на слабака, если бы не попытался. Они бы почуяли неладное. Я могу быть кем угодно, но слабаком — не одним из них.

Её пристальный взгляд переместился на него, на лице Эмбер появилось смущённое выражение. Её глаза были большими и такими чертовски красивыми.

— Можно увидеть, как я, по крайней мере, пытаюсь забраться между этих бёдер.

Её горло сжалось, когда она с трудом сглотнула. Было приятно осознавать, что она хотела его так же сильно. Они сели друг напротив друга. Лэнс поднял свой бокал и протянул ей. Она тоже подняла свой.

— За оргазм, который я собираюсь подарить тебе позже. Я завидую куску резины. Кто бы мог подумать?

Эмбер покраснела как сумасшедшая. Её взгляд опустился на крышку стола.

— Мы не можем выпить за это.

Эмбер была чертовски сексуальна. Как бы ему ни хотелось заменить фаллоимитатор своим собственным членом, какая-то часть Лэнса с нетерпением ждала возможности понаблюдать, как она распадается, пока он остаётся полностью одетым и полностью владеет собой. Находясь внутри неё, он терял самообладание. Входя в неё, он увлекался до такой степени, что мог только чувствовать. На этот раз всё, чего он хотел, — это отдавать. Он увидел в этом возможность.

— Да, ты можешь, — он придвинул свой бокал ближе к её. — Я настаиваю.

Эмбер, наконец, встретилась с ним взглядом и чокнулась своим бокалом с его бокалом.

— Такой чертовски властный.

— Мне такое говорили, — он сделал глоток вина. — Три с половиной года, — чертовски долго для такой чувственной женщины, как Эмбер, чтобы к ней никто не прикасался. Даже три дня казались слишком долгими.

У неё перехватило дыхание, и она на секунду встретилась с Лэнсом взглядом, прежде чем отвести взгляд.

— Мы можем поговорить о чём-нибудь другом? Мне не следовало тебе этого говорить.

Лэнс покачал головой.

— Я рад, что ты это сделала, и я хочу знать. Почему так долго ждать? Последний парень разбил тебе сердце или что-то в этом роде?

Эмбер покачала головой.

— Кто, Фредди? — она пренебрежительно усмехнулась. — Вряд ли. У него была парикмахерская дальше по дороге. Очень милый. Он жил со своей мамой.

Лэнс расхохотался.

— Со своей матерью… Похоже, порядочный парень. Этот придурок был тем, кто лапал, не отличая свою задницу от локтя?

— В то время он мне очень нравился, — объяснила Эмбер. — Мы встречались больше года. У нас были хорошие отношения, даже если в спальне всё было немного… неловко.

— Неловко, — Лэнс услышал дрожь в своём голосе. — Он причинил тебе боль? Клянусь богом, если он…

— Нет… — в её глазах была мольба. — Ничего подобного.

— Он был ненормальным? Он ожидал… — Лэнс покраснел при мысли о том, что этот ублюдок каким-либо образом причинит боль Эмбер.

— Он был действительно плох, вот и всё. Секс закончился за считанные минуты и без происшествий, — она говорила быстро. — Ты говорил о том, что он не отличал свою задницу от локтя, ну, это было больше похоже на то, что он не отличал мою задницу от локтя. Он был немного груб с руками, царапал меня ногтями и не мог найти мой клитор, независимо от усилий. Я не думаю, что он знает, что такое точка G, — щёки Эмбер всё больше и больше краснели. — По крайней мере, он пытался, хотя мой первый парень никогда не прилагал никаких усилий. Я испытала свой первый оргазм самостоятельно… Как чертовски неловко. Мой первый оргазм с другим человеком был с тобой, так что извини меня за то, что я пока не хочу отказываться от этого, — затем она закрыла лицо руками. — О чёрт! Мне не следовало всего этого говорить.

Блядь! Лэнс поймал себя на том, что ему хочется бить кулаком стены. Он также гордился тем, что дал что-то этой женщине. Что он был её первым грёбаным оргазмом. Эмбер отказалась встретиться с ним взглядом. Её румянец усилился. Чёрт, она определённо была с ним только ради секса. Хорошо. Отлично. Это было чертовски фантастично. Он выдохнул, ожидая почувствовать облегчение. Этого не произошло.

— Значит, секс был плохим. Вероятно, поэтому ты с ним рассталась. Совместимость важна. Ты должна знать, что это из-за него, а не тебя.

Она, наконец, встретилась с ним взглядом. Её глаза пылали.

— Не будь таким грубым. Секс — не самое главное в отношениях. Фредди не был плохим парнем, — она сделала большой глоток вина.

— Черта с два это не так. Эмбер, секс — это одна из самых важных вещей; в противном случае, ты можешь с таким же успехом выйти замуж за своего брата или лучшего друга. Фредди был мудаком. Ему следовало больше стараться угодить тебе. Ему было насрать. Мне не нужно знать его, чтобы понять это.

— У нас были хорошие отношения, — защищалась она. — Не называй его так.

Лэнс провел рукой по волосам.

— Давай поговорим о чём-нибудь другом. Мы можем согласиться или не согласиться. Все, что я хочу сказать, это то, что если бы он любил тебя, то заставил бы тебя увидеть грёбаные звёзды.

— Он не смог найти мой клитор, это не значит, что он меня не любил.

— Ему следовало стараться трахаться усерднее, — Лэнс встал со стула и придвинулся прямо к ней. Так близко, что он мог чувствовать только кончики её пышных грудей на своей груди. Боже! — Он должен был спросить тебя, что тебе понравилось, как тебе это понравилось. Ему следовало уделять больше внимания тому, как твоё тело реагирует на его прикосновения. Ему следовало купить грёбаную книгу. Ему следовало нарисовать чёртову карту… Он должен был доставить тебе удовольствие, а он этого не сделал.

Дыхание Эмбер было тяжелым. Её рот приоткрылся. Совсем чуть-чуть. Её нижняя губа была влажной. Запах её возбуждения сделал Лэнса твёрже, чем когда-либо.

Она с трудом сглотнула и попыталась отодвинуть свой стул.

— Ты прав насчет смены темы. Я единственный ребёнок в семье. Я была болезненной. Мои родители решили больше не заводить детей. Кстати, он бросил меня, — она избегала встречаться с Лэнсом взглядом. Её пальцы играли с краем салфетки. Она была смущена.

— Фредди был идиотом, — непреклонно повторил Лэнс. — Любой, кто всё ещё живёт со своими родителями, достигнув совершеннолетия…

— Я всё ещё живу дома, — выпалила Эмбер. В её глазах промелькнул вызов.

— Мм-м-м-м. Интересно, — Лэнс откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Что это должно означать? — её челюсть напряглась, и она сделала ещё один глоток вина. — Я работаю на своего отца и всё ещё живу дома.

— Меня это заводит.

Она рассмеялась. Ему понравилось это звучание.

— Конечно, нравится.

— Когда ты вернёшься домой… к твоим родителям… — Лэнсу пришлось улыбнуться. — Могу я прокрасться в твою комнату и…

— Ни за что, — она тоже улыбалась. — Даже не думай о том, чтобы сделать что-то подобное.

— Тебе бы это понравилось.

Ещё больше её возбуждения. Её глаза блестели. Эмбер прикусила нижнюю губу и покачала головой, не говоря ни слова.

Официант вернулся. Лэнс приложил салфетку к промежности. Это не помогло. Ни хрена не помогло. Ощущение было такое, будто у него над членом был миниатюрный ковёр-самолет. Официант поставил перед каждым из них блюдо с блестящей стальной крышкой. К чести мужчины, он не опустил взгляд.

Затем мужчина первым снял крышку с тарелки Эмбер.

— Мне жаль, — Эмбер покачала головой. — Я не могу это есть. У меня аллергия на моллюсков, — она выглядела расстроенной, затем отодвинула свой стул. — Прости.

— Не стоит.

Блядь!

— Просто… У меня серьёзная аллергия, я могу умереть от малейшего количества моллюсков.

Лэнс чувствовал запах её страха.

— Уберите их, — Лэнс указал на каждую тарелку по очереди.

— Пожалуйста, не могли бы вы сообщить шеф-повару, — Эмбер выглядела обеспокоенной. — Мне нельзя ни моллюсков, ни лесных орехов.

— Черт! Они, наверное, не знали, что у тебя со мной свидание.

Официант кивнул.

— Я сообщу на кухню. Приношу извинения за причиненные неудобства, — мужчина забрал обе тарелки и ушел.

— Мне жаль, — наконец прорычал Лэнс. Их первое свидание, и он всё испортил.

Эмбер улыбнулась.

— Это не твоя вина. Ты не знал. Не похоже, что мы много разговаривали с тех пор, как встретились.

— Расскажи мне об этой аллергии. Вампиры не страдают от таких недугов. Так что я ничего об этом не знаю, — проговорил он, нахмурив брови. — Мне странно, что что-то простое, вроде приготовленной еды, может вызывать такой страх, — он остановился. — Ты действительно можешь умереть от этого?

Она кивнула.

— У меня аллергия на некоторые виды моллюсков. У меня не было реакции много лет… Слава богу, — Эмбер поиграла салфеткой. — Моллюски, такие как креветки, омары и креветки-ракообразные, вызывают опасную для жизни реакцию. В конечном счете, мне становится действительно трудно дышать. У меня также аллергия на пчёл. Укус пчелы тоже может убить меня. Я опухаю, у меня появляется крапивница, в горле першит. Самое страшное, что реакция не всегда мгновенная, особенно на моллюсков. Мне снились кошмары о том, как я умираю во сне.

Мысль о том, что с ней что-то может случиться… Лэнс вытащил свой телефон.

— Давай я позвоню на кухню, просто чтобы убедиться, что ты не…

— На самом деле я указала в своих бланках свою аллергию и сказала шеф-повару. Как ты и говорил…, — она подняла брови. — Они, должно быть, не знали, что этот ужин был для меня, и я никогда не говорила тебе ничего из этого раньше, так что это не твоя вина.

— Я специально упомянул твоё имя. У нас работает много разных шеф-поваров. Все они вампиры, поэтому они не будут знакомы с твоей аллергией. Я сомневаюсь, что кто-нибудь понимает, насколько это серьёзно. Я позвоню им, просто чтобы убедиться.

Эмбер кивнула, на её лице отразилось облегчение.

— Я обсужу это с Эллисон завтра, — сказал он, набирая номер. Он попросил соединить его с главной кухней и, поговорив с тремя разными людьми, в конце концов обсудил всё это с мужчиной, готовившим еду.

— У меня также аллергия на лесные орехи, такие как арахис, — вмешалась Эмбер.

Он передал это мужчине, объяснив, что хрупкий человек может умереть, если съест их. Лэнс закончил разговор и убрал телефон обратно в карман.

— У меня в сумке есть лекарства на случай крайней необходимости, — она пожала плечами. — Спасибо за это. Наблюдать за реакцией — это не весело. Обычно это заканчивается поездкой в отделение неотложной помощи, и поскольку мои родители не знают, что я здесь… — она резко замолчала, её глаза расширились.

Лэнсу пришлось улыбнуться.

— Твои родители, с которыми ты живёшь, не знают, что ты участвуешь в Программе?

Она покачала головой.

— Они бы этого не одобрили.

— Как тебе сошло с рук то, что ты уехала на несколько недель? Что ты им сказала?

Эмбер прикусила губу.

— Я сказала им, что собираюсь в отпуск в Париж в надежде познакомиться с действительно милым парнем-иностранцем.

Лэнсу пришлось рассмеяться. Симпатичный? Нет.

— Иностранец… это забавно, — он скрестил руки на груди. — Попробуй совершенно разные виды.

Она вздохнула.

— Им совсем не нравился Фредди. Моя мама говорила, что он неудачник.

— Мне нравится твоя мама. Я полностью с ней согласен, — Лэнс заметил резкость в своём голосе и прочистил горло.

— Давай не будем начинать это снова, — сказала Эмбер, нахмурившись.

Лэнс кивнул. Он имел в виду каждое слово. Мужчина явно был неудачником. Его интересовало только собственное удовлетворение, вместо того, чтобы пытаться сделать её счастливой.

Появился тот же официант со свежими тарелками.

— Лосось в трех вариантах. Шеф-повар приносит свои извинения.

Эмбер улыбнулась и кивнула.

— Спасибо. Я ценю ваши усилия, — мужчина кивнул. Наполнив их бокалы, он ушёл.

— Есть что-нибудь ещё, что мне нужно знать? — Лэнс взял вилку.

— Например, что? — Эмбер отрезала маленький кусочек рыбы.

— Всё, что угрожает жизни… трахаться намного проще, чем встречаться.

— Прости, что пришлось тебя потревожить, — она закатила глаза и принялась за еду. Лэнс наблюдал, как двигаются её губы и как работает горло, когда Эмбер глотает. Это будут долгие несколько дней.

— Ты и должна была, — проворчал он.

Её рот приоткрылся.

— Нет.

Лэнс рассмеялся. Эта женщина была чем-то особенным.

Остаток вечера прошёл без происшествий. Они разговаривали. Они смеялись. Всё было и вполовину не так плохо, как он думал. На самом деле, он зашёл бы так далеко, что сказал бы, что ему понравилось. Эмбер выглядела так, будто ей тоже понравилось. Они не ссорились… особо.

— Я войду, — Лэнс положил руку на стену рядом с ней, когда Эмбер просунула свою карточку-ключ в щель на двери.

— Может, тебе не стоит…

Он провёл её внутрь и закрыл за ними дверь.

— Это плохая идея… Мы…

— Это фантастическая идея.

Лэнс прижал Эмбер к стене и завладел её ртом. Этот рот. Этот её чертовски сексуальный рот. Он мог целовать его весь день и всю грёбаную ночь. Их языки томно скользили друг по другу, а руки, лежавшие на его груди, вцепились в ткань рубашки и притянули его ближе. Женщина застонала, когда он прервал поцелуй.

— Тебе нужно идти, — её радужки были расширены, а дыхание вырывалось короткими толчками. — Ничем хорошим не закончиться.

— Они поймут, что ничего не произошло. Где он? — глаза Лэнса обшарили комнату. — Где вибратор? — добавил он.

Эмбер покачала головой и начала говорить, но он прижал указательный палец к её губам. Её рот был чертовски сексуальным. Лэнс не смог устоять. Он снова поцеловал её, на этот раз посасывая её нижнюю губу и слегка прикусывая её.

— Тебе не следовало этого делать.

— Сначала никакого траха; теперь никаких поцелуев? Скоро ты запретишь прикасаться, а я собираюсь прикоснуться к тебе, Эмбер. Сегодня вечером у одного из нас будет освобождение.

Её глаза расширились, а радужки расширились ещё больше.

— Где он?

— Я никогда… не пользовалась им раньше.

— Я тоже, — Лэнс улыбнулся. — Похоже, это будет впервые для нас обоих.

Эмбер сбросила туфли на каблуках и подошла к прикроватному столику, где выдвинула ящик. Дрожащей рукой она достала всё ещё запечатанную коробку и положила её на кровать. Затем она достала батарейки.

— Сними платье. — Ни с чем не спутаешь низкое рычание. — И нижнее бельё.

Румянец пополз вверх по её шее, разливаясь по щекам, как будто у неё никогда раньше не было секса. Это было чертовски сексуально.

Она посмотрела на Лэнса из-под ресниц.

— Думаю, было бы лучше, если бы платье осталось.

Он пожал плечами.

— Твои стринги нужно снять. Это не обсуждается.

Эмбер с трудом сглотнула, но кивнула, выпутываясь из чёрного кружева. Она положила трусики на прикроватный столик.

Лэнс поднял лоскуток ткани и поднёс его к носу. Ням. Он снова втянул носом.

— Прекрати, — она покачала головой. — Ты ведёшь себя по-свински.

— Хрю, блядь, хрю. Мне нравится запах твоей киски, — Лэнс пожал плечами. — Так подайте на меня в суд.

Он положил стринги обратно на стол. Затем, поразмыслив, поднял стринги и сунул их в карман.

— Эй, — Эмбер нахмурилась, глядя на него скорее очаровательно, чем сердито.

Лэнс пожал плечами.

— На потом. Когда я останусь совсем один и буду расхаживать по комнате, как первоклассный неудачник, — он подавил смешок. О, как чертовски круто падать. — Ложись на кровать. Задери платье на бёдрах и раздвинь ноги.

— Я могу обойтись без… этого… несколько дней… Понимаешь? — она с трудом сглотнула. Выглядит такой неуверенной в себе.

Он покачал головой.

— Я заставлю тебя сильно кончить, Эмбер. Я буду наблюдать, как ты сходишь с ума от желания, и я собираюсь внимательно смотреть на тебя, когда твой оргазм уничтожит тебя. Знай, что позже я буду проигрывать этот момент снова и снова в своей голове, — и снова утром.

Она кивнула. Запах её возбуждения наполнил комнату. От этого у Лэнса закружилась голова. Эмбер легла на кровать, пока он вставлял батарейки в устройство. Было чертовски обидно, что этот кусок резины, работающий на батарейках, прикоснётся к ней, а не он. Лэнс сделает всё, как обещал. Несмотря на бушующую в нём потребность, он будет наслаждаться каждой секундой.

Эмбер выгнула спину, стягивая платье с бёдер.

— Откройся, — его голос был таким хриплым. Его член дёрнулся в штанах, когда он увидел её блестящую киску и этот дикий клубок волос у неё между ног. Так чертовски красиво.

Её сердце выпрыгивало из груди. Её глаза были широко раскрыты. Эмбер нервничала и была возбуждена. Чертовски возбуждена.

— Схватись за спинку кровати и не отпускай, или я остановлюсь.

— Может быть, я хочу, чтобы ты остановился, — Костяшки её пальцев побелели, когда она схватилась за перила из кованого железа.

— Ни за что, чёрт возьми.

— Такой чертовски высокомерный.

Лэнс улыбнулся.

— Это факт. — Её бёдра дернулись, когда вибратор ожил с мягким жужжанием. — Не издавай ни звука. Ни малейшего шороха. Ты меня слышишь?

Вместо того, чтобы кивнуть, Эмбер покачала головой. Ее грудь вздымалась, а глаза расширились. Он почуял страх.

— Что не так?

Она схватилась за грудь.

— Я чувствую себя нехорошо.

— Что случилось? — Лэнс слышал панику в своем голосе. Запах её страха усилился.

— Ты говорил с шеф-поваром. Чёрт! — она села прямо. Её дыхание стало прерывистым. — Мне плохо, — Эмбер рассеянно почесала руку. — Чешется. Мои губы покалывает. Чёрт! Ты разговаривал с шеф-поваром, так что этого не может быть, — её глаза были широко раскрыты и выглядели дикими.

— У тебя одна из твоих… реакций?

Блядь. Её кожа побледнела и всё же местами покрылась пятнами.

Глаза Эмбер были так чертовски широко раскрыты, что это пугало. Её сердце бешено колотилось. Она прикрыла рот рукой, издав страдальческий звук.

— Меня сейчас вырвет.

— Хорошо. Сделай это. Это может помочь, — Лэнс сократил расстояние между ними.

— Туалет, — она застонала сквозь пальцы. Эмбер издала болезненный звук сквозь пальцы.

— Конечно.

Он поднял её с кровати и быстро отнёс в ванную. Как только он опустил её, Эмбер практически навалилась на фарфоровую миску и её вырвало.

— Блядь, — прорычал Лэнс. Он не знал, что делать. В конце концов, он отвёл назад её волосы. Ее тело несколько раз дернулось, прежде чем её, наконец, вырвало. Это продолжалось некоторое время. Она вцепилась в сиденье унитаза, тяжело дыша между приступами рвоты.

Когда Эмбер, наконец, закончила. Он помог ей подняться, чтобы она могла умыться. Лэнс одернул её платье. Её сердце забилось ещё быстрее, а дыхание до сих пор было прерывистым.

— Мне нужна моя сумочка. Вызови скорую, — её глаза были безумными, а губы выглядели… припухшими. Они определённо были чертовски припухшими.

Лэнс держал её, чтобы она не упала. Пятна на её шее были ещё хуже.

— Я с тобой, — прорычал он. Чувствуя себя более бесполезным, чем когда-либо прежде.

— У меня шок. Помоги мне, — глаза Эмбер закатились. — Моя ручка. Моя… — она пошатнулась на ногах, и Лэнс подхватил её.

Даже её руки выглядели опухшими. Она хрипела, как будто ей было трудно дышать. Лэнс отнес ее в комнату и положил на кровать.

— Моя ручка. Нужна моя ручка.

На кой черт ей понадобилась ручка в такое время? Она, должно быть, бредит.

Лэнс набрал номер администратора.

— Нам нужен неотложка… нет, доставьте вертушкой. Чёрт! — прорычал он. — Человек, Эмбер, в беде. Она съела пищу, которая ей не подходит.

— Я могу прислать какие-нибудь антациды… — сказал идиот на ресепшене. — Я сомневаюсь, что…

— Она умирает. У людей могут быть аллергии, которые могут их убить. Она страдает от одной из этих аллергий. Она не может дышать и у неё отёк. Если ты не позовёшь кого-нибудь, она умрёт. У меня нет времени объяснять. Позови целителей. Я попробую и посмотрю, что я могу сделать, — Лэнс сказал всё это в спешке и не стал дожидаться ответа женщины.

Он напоит её своей кровью.

— Моя сумочка, — Эмбер пыталась встать. — Лекарство.

Её глаза закатились. Она была чертовски бледна. Опухоль усилилась. Её дыхание стало хуже. Ебать! Его сердце бешено заколотилось, когда Лэнс схватил её сумочку и вывалил содержимое на кровать.

Вот оно. Это было похоже на ручку и даже сбоку было написано ЭпиПен. У неё был синий колпачок, который он снял. Он увидел острую иглу на кончике.

— Да, — невнятно пробормотала Эмбер. — Моё бедро.

Её голос звучал так, словно она боролась за то, чтобы дышать. Её руки потянули за одежду, как будто, потянув за неё, она могла набрать больше воздуха. Она кашляла и хрипела.

Лэнс воткнул иглу ей в бедро. Он не был уверен, что сделал это правильно. Некоторое время он прижимал иглу к ней, наблюдая, как она продолжает стягивать с себя одежду. Пытаясь дышать. Он чувствовал себя беспомощным. Женщина умирала. Он поднёс запястье ко рту. К чёрту человеческую медицину. Его кровь поможет ей. Как раз в тот момент, когда его клык был готов прокусить кожу, её дыхание участилось. Она набрала полные лёгкие воздуха и, наконец, открыла глаза.

— Спасибо.

— Что я могу сделать? — в его голосе звучала паника. — Я ещё раз проверю, была ли вызвана помощь.

— Да, — она вздохнула. — Мне нужна больница. В моём шкафу есть ещё одна ручка. Принеси её. Это может повториться.

Эмбер почесала горло, а затем руку. Кожа покраснела. Её лицо всё ещё выглядело опухшим. Она по-прежнему хрипела.

Лэнс рывком открыл шкаф и стал вытаскивать её вещи, пока не нашёл в глубине шкафа ещё одну баночку с лекарствами. Где, чёрт возьми, был вертолёт?

— Что еще я могу сделать? — спросил он, присаживаясь на корточки рядом с ней. — Чёрт возьми! — он дёрнул себя за волосы. — Ты в порядке? Блядь! — он встал с кровати. — Конечно, ты не в порядке.

— Прекрати расхаживать, — она схватилась за живот и издала хныкающий звук.

— Что такое? — спросил он, подбегая к ней.

— Я в порядке. Меня всё ещё немного подташнивает, и у меня болит живот, — Эмбер коснулась его лица. — Ты симпатичный, — Лэнс видел, что её глаза затуманились. — Очень красивый.

Лэнс улыбнулся.

— Ты опухшая.

— О боже, — она провела рукой по лицу. Эмбер выглядела опьянённой. — Не такая красивая, но ты достаточно хорошенький за нас обоих, так что… ладно…

— Эмбер, — Лэнс коснулся её щеки. — Останься со мной, — он видел, что она изо всех сил старается держать глаза открытыми. Он похлопал её по щеке и позвал по имени. — Блядь! — взревел он, вытаскивая телефон из кармана и набирая номер администратора. — Где скорая помощь?

— Помощь уже в пути, — сказал кто-то на другом конце провода.

— Поторопитесь, — Лэнс завершил вызов.

Лэнс похлопал Эмбер по щеке, и её глаза снова открылись. Её руки были на нём, сжимая его рубашку.

— Такой чертовски красивый. Ты слишком красивый. Очень, очень, слишком красивый, — она продолжала невнятно бормотать, её взгляд блуждал по его лицу. Это также выглядело медленно и ошеломлённо. — Мм-м-м… — Эмбер хихикнула. — Мне нравится заниматься с тобой сексом.

— Приятно это слышать. Мне тоже нравится заниматься с тобой сексом, так что тебе нужно поправиться, чтобы мы могли продолжать это делать, — Лэнс убрал волосы с её лица. — Останься со мной, помощь скоро будет здесь, — он ненавидел видеть её такой. Это убивало его.

— Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой? — она хихикнула и покачала головой. — Я нужна тебе только из-за моего тела… Ты не хочешь, чтобы я оставалась, — она хихикнула ещё немного, её глаза закатились. — Лжец, — невнятно пробормотала Эмбер. — Ты меня не хочешь.

— Хочешь, чёрт возьми, поспорить? — он сжал её подбородок. — Открой глаза.

Эмбер покачала головой.

— Хочу спать.

— Нет, — прорычал он. — Останься со мной, милая.

Блядь, наконец-то. Кто-то подошёл к двери. Дыхание Эмбер и цвет лица продолжали улучшаться, но она всё ещё была не в себе.

К сожалению, этим кем-то была Бекки. Маленькая человечка покачала головой. Она бросила на него взгляд, полный отвращения.

— Я должна была знать, что ты будешь вовлечен. Что ты сделал?

— У человека аллергия на моллюсков и орехи. Шеф-повар подал нам креветки, которые мы отправили обратно. Я не понимаю, как это произошло. Эмбер не ела ничего из того, на что у неё аллергия.

— Этот идиот, вероятно, использовал тот же нож или доску, что и для приготовления креветок, — она покачала головой. — У нее, вероятно, аллергия на микроэлементы, — женщина начала проверять Эмбер. Она приподняла веки и проверила пульс на запястье.

Лэнс кивнул.

— Да, она упомянула, что у неё очень сильная аллергия. Вот почему она всегда носит с собой лекарства.

— Повезло, иначе она могла умереть, — Бекки продолжила осмотр.

— О… привет, — Эмбер хихикнула. — Тебе не кажется, что он симпатичный? — невнятно пробормотав, она наполовину указала в его направлении.

Бекки фыркнула.

— Симпатичный… скорее, хорошенько трахнутый на голову, — пробормотала она. — Я справлюсь с этим. Ты можешь идти.

Доктор посмотрела на дверь. Затем она достала инструмент, чтобы послушать дыхание Эмбер. Она всё ещё тяжело дышала, но, по крайней мере, воздух поступал в её легкие свободнее.

— Э-э-э-эй, — протяжный невнятный звук. — Не смей т-т-так с ним разговаривать. Хорошенький, но не трахнутый… на голову.

Бекки закатила глаза.

— Ещё одна из твоих многочисленных обожающих поклонниц. Дверь там, — она махнула рукой, продолжая осмотр.

— Я никуда не уйду, — Лэнс скрестил руки на груди. — Я останусь с женщиной.

— Она всё равно не сможет дать тебе то, чего ты добиваешься, — Бекки пожала плечами. — С таким же успехом ты можешь уйти.

— Свидание… — голова Эмбер склонилась вперёд. — Мой кавалер. Он такой…

— Ей нужен кислород, и мне нужно подключить капельницу. Она страдает от гипоксии.

— С ней всё будет в порядке? — Лэнс услышал беспокойство в своём голосе.

Бекки кивнула.

— Будет, когда поставят капельницу, — на секунду она забеспокоилась. — Мне нужно отвезти её в медицинский центр для людей.

Почему он об этом не подумал? Они создали обычную клинику на случай, если какой-либо из женщин потребуется уход, находясь на территории вампиров. Бекки руководила учреждением. С другой стороны, он упорно трудился, чтобы избегать женщин, так что имело смысл, что он не подумал об этом. Она была врачом, который принимал роды у близнецов Стефани. Она видела Лэнса в его худшем проявлении.

Мрачнейшем из мрачных.

Самом низком из низких.

— Он не предназначен для решения каких-либо серьёзных медицинских проблем, — Лэнс нахмурился.

— Анафилаксия — это серьёзно, особенно при таком уровне аллергической реакции, но лечение довольно простое. Мы будем следить за ней и перевезём её в больницу Суитуотер, если потребуется. Нам нужно немедленно отвезти её в больницу. Мне не нравится, что она дезориентирована. Её лёгкие тоже не в порядке. Возможно, мне придётся сделать ей ингаляцию.

Лэнс не был уверен, о чём она говорит. Бекке мог не нравиться он, и она могла быть жесткой, но она была чертовски хорошим врачом.

Вошли два охранника, которые топтались в дверях. Один из мужчин наклонился над Эмбер. Он протянул руки вниз. Ублюдок планировал поднять её. Лэнс отреагировал мгновенно, глубокий угрожающий звук вырвался из какой-то его части, которая была первобытной и необузданной. Мужчина замер, его взгляд метнулся к Лэнсу.

— Я понесу женщину.

Лэнс даже не пытался сдержать рычание в голосе. Он двинулся к женщине, которая выглядела так, словно уснула. Такая нежная. Такая чертовски уязвимая. Всё в нём ощетинилось. Его мышцы напряглись. К счастью, другой мужчина отодвинулся, так что он смог немного расслабиться.

Бекки вопросительно посмотрела на него.

— Я никогда не думала, что доживу до этого дня…

— Это не то, что ты думаешь, — ему сразу стало стыдно за свои слова. — Это не твоё дело, — добавил он, когда она ухмыльнулась.

— Не то чтобы меня это действительно волновало, но я рада, что ты, кажется, двигаешься дальше. Я знаю, что в последнее время ты не доставлял слишком много хлопот.

— Не твоё дело, — повторил Лэнс.

— Прямо сейчас, она — моё дело, — сказала Бекки, когда он взял Эмбер на руки. — Если ты её чем-то расстроишь…

— Я не буду её расстраивать.

Взгляд Бекки стал жестким.

— Ты переступаешь черту только один раз…

— О… — Эмбер смотрела на него с таким обожанием. С такой нежностью, что Лэнс почувствовал, как у него сжалось в груди. У него перехватило дыхание. — …вот и ты… — её глаза всё ещё были остекленевшими. Её дыхание было затруднённым, — …мы собираемся заняться сексом прямо сейчас?

Один из охранников захихикал, и Лэнсу пришлось приложить усилия, чтобы удержаться от того, чтобы снова не положить Эмбер и не заехать кулаком в рот ублюдку.

— Нет, милая.

— Почему нет? — она надула свои чрезмерно припухшие губы. Её глаза, трепеща, закрылись.

— Мы сказали, что подождём, помнишь? — он крепче прижал её к себе.

Эмбер покачала головой, на её красивом лице появилась глуповатая улыбка.

— Я не хочу ждать.

— Мы подождём, милая.

— Я не хочу прерывать этот трогательный обмен репликами, но нам нужно двигаться, она может регрессировать в любой момент, — Бекки сделала это глазами, чтобы показать своё раздражение.

— Я последую за вами, — произнёс Лэнс. — Вы двое можете молчать или, чёрт возьми, помочь мне, — он прищурился, глядя на мужчин, и они оба уставились себе под ноги.

Хорошо.

Эмбер вздохнула.

— Я не хочу ждать.

Она обняла его за шею и попыталась притянуть к себе. Её дыхание всё ещё было слишком затруднённым, на его взгляд. Её губы слишком припухли. Цвет лица был слишком бледным.

Лэнс продолжал идти. Охранники были позади них.

Эмбер крепче прижалась.

— Ты обещал, что будешь…

— Чш-ш, милая. Не разговаривай, — он быстро чмокнул её в губы, не желая перекрывать ей дыхательные пути. — Мы можем, пожалуйста, идти быстрее? — он рявкнул на маленького человека-доктора.

Бекки ускорила шаг.

— С ней всё будет в порядке. У меня есть ещё один автоматический инъектор на всякий случай.

— Еще что? — Лэнс пытался не показывать своего разочарования, но потерпел неудачу. Он чувствовал себя таким взвинченным. Так чертовски боялся за маленькую самку в его объятиях.

— У меня есть ещё лекарство, — Бекки бросила через плечо. — Не рычи на меня. Я ненавижу, когда мои пары делают это, ну, если только… — она покачала головой. — Неважно. Не делай этого.

— Извини. Просто я волнуюсь.

Ещё больше смешков со стороны охранников. Эмбер сказала, что хотела, чтобы все видели, что они встречаются. Чтобы убедиться, что она не стала ещё одной зарубкой на его поясе, как она выразилась… ну… это сработало.

Внимание киска.

Прямо сейчас он был гигантской. Огромной. И всё же Лэнс не мог заставить себя отпустить Эмбер. Он никак не мог уйти. Лэнсу нужно было убедиться, что с ней всё в порядке. Он чувствовал ответственность за этот беспорядок. Вот и всё. По крайней мере, так должно было быть.

Безумием было то, что ему было всё равно, что все о нём думают. Пусть думают, что он слабак. Это не имело никакого грёбаного значения. Он просто хотел, чтобы с Эмбер все было хорошо, и она была счастлива.

Глава 16

Эмбер открыла глаза. Они горели. У неё болела голова. В горле пересохло. Она облизнула губы. Язык казался слишком толстым, но, с другой стороны, и рот тоже.

Она втянула воздух. Последнее, что она помнила, это как её рвало… много раз. О боже! Лэнс был там. Должно быть, он дал ей лекарства. Это или скорая приехала очень быстро. Она была жива.

Позади неё было движение. Ей было действительно тепло и удобно. За исключением чего-то твёрдого, что впилось ей в спину.

— Эй, — тихо прошептал он ей в затылок. Рука с татуировкой шевельнулась. Это была рука Лэнса. Он притянул её ближе к себе. Он гладил её по спине. Глаза Эмбер округлились.

Гладил. Её. Спину.

— Как ты себя чувствуешь? — произнесено мягко.

— Хорошо, — сказала она, её голос немного дрогнул. Во рту был такой привкус, словно в нём что-то умерло. — Воды.

— Да… конечно. — Он потянулся через неё к боковому столику и налил стакан воды из пластикового кувшина. Лэнс, с другой стороны, пах действительно вкусно. Конечно, он пах.

Эмбер выпрямилась. На ней был один из тех больничных халатов. Вот и всё. Только халат. К одной из её рук была прикреплена капельница.

Лэнс протянул ей стакан. Он улыбнулся ей, выглядя… обеспокоенным. Его грудь была обнажена, джинсы всё ещё были на нём. Застегнуты и подпоясаны.

— Как ты себя чувствуешь? — он приподнял бровь, выглядя мило. Ему шла взлохмаченная прическа. Кого она обманывала? На нём всё выглядело хорошо.

Эмбер сделала большой глоток воды. На втором глотке она поболтала водой во рту. Это не помогло.

— Спасибо, — она вернула стакан Лэнсу.

— Я так рад, что твоё дыхание нормализовалось. Ты заставила меня поволноваться, — он нахмурился. — Действительно волноваться.

— Ты осталась со мной.

— Конечно. Может, я и высокомерный мудак, но я не полный придурок. Кроме того, по сути, мы встречаемся, — Лэнс улыбнулся. — Если бы я не остался, это выглядело бы плохо.

Эмбер снова легла, чувствуя лёгкое головокружение.

— Ты в порядке? Мне вызвать врача? — его брови приподнялись, и он коснулся её руки.

Она покачала головой.

— Я думаю, со мной всё будет хорошо. Скажи мне… мои пальцы распухли, а во рту странное ощущение, — она посмотрела на него. — Всё плохо?

Лэнс усмехнулся.

— Тебе не следует беспокоиться о глупых, неважных вещах.

Эмбер провела рукой по лицу.

— Плохо, не так ли? — той же рукой она запустила пальцы в крысиное гнездо, которое раньше было её волосами.

— Честно говоря… ты выглядишь прекрасно, — он выглядел так, словно говорил искренне.

— Я не считала тебя лгуном, — она увидела себя после того, как отреагировала. Это было некрасиво. Нисколько.

— Кто я? — Лэнс прикоснулся рукой к своей груди. — Ни за что. Тебе не о чем беспокоиться, Эмбер.

Он продолжал смотреть на неё так, словно действительно это имел в виду. Затем его глаза сузились, глядя на неё.

Что он задумал? Эмбер ничего не сказала.

Он слегка улыбнулся.

— Что? — она нахмурилась.

— Ты сказала, что я симпатичный. Ты говорила это всем, кто был готов слушать, — Лэнс усмехнулся. Ублюдок.

Она почувствовала, как запылали её щёки.

— Я была не в себе.

— Я думаю, что на самом деле ты находишь меня привлекательным, хотя и использовала слово «хорошенький». Наркотики и недостаток кислорода сделали тебя честной, — он прикусил губу. — Но ты не хочешь этого признавать.

Эмбер слегка покачала головой.

— Ну и что, что я считаю тебя симпатичным. Ты явно меня привлекаешь, иначе я бы не стала… заниматься с тобой сексом, — последнее она прошептала себе под нос.

— Просто, чтобы ты знала, прошлой ночью ты пыталась заняться со мной сексом. Ты умоляла об этом, — Лэнс выглядел смертельно серьёзным.

Эмбер ахнула.

— Я этого не делала, — она могла в это поверить. Гипоксия подействовала на неё, как опьянение.

— Ты это умоляла, но не волнуйся… — он напрягся. Его челюсть фактически сжалась на несколько секунд. — Я угрожал этим охранникам смертью, и я не шутил. Я подумал, что ты не захочешь, чтобы все знали, что ты была без ума от меня.

Эмбер покачала головой. Почему-то прямо сейчас и в этот момент это не беспокоило её так сильно, как должно было бы. Почему он был так мил с ней?

Женщина высунула голову из-за косяка. У неё были вьющиеся волосы до плеч, и в руках она держала папку. Выражение её лица было суровым. Оно стало жестким, когда она посмотрела на Лэнса.

— Мне нужно поговорить с моей пациенткой.

Затем она повернулась к Эмбер.

— Я Бекки, твой врач. Мы встречались прошлой ночью, но почему-то, судя по тому, как ты на меня смотришь, я не думаю, что ты помнишь.

Она сверкнула улыбкой, прежде чем стать серьёзной. Бекки вошла в комнату, взяла рубашку и бросила её Лэнсу.

Он нахмурился, но поймал предмет одежды.

— Тебе не обязательно уходить, — прошептала Эмбер, не сводя глаз с Лэнса. Он видел её обнаженной раньше и остался на ночь в той же постели. Какой от этого может быть вред?

— Да, обязательно, — Бекки открыла файл и пролистала его.

— Нет, правда, я не возражаю.

Лэнс стянул рубашку через голову и сел на край кровати, чтобы надеть носки. Его челюсть была сжата. Хмурый взгляд стал ещё более заметным. Не похоже было, что он хотел уходить.

Доктор сделала странную вещь, она понюхала воздух во многом так же, как, как она видела, иногда делают вампиры.

— На самом деле тебе не помешал бы душ.

Что курила эта женщина? Что бы это ни было, это определённо было нелегально, что немного беспокоило, поскольку она была врачом Эмбер.

— От него хорошо пахнет, — в её голосе определённо слышалось раздражение. — Ты, наверное, чувствуешь мой запах. У меня был небольшой сеанс с унитазом.

Бекки на мгновение растерялась. Она перевела взгляд с Лэнса на Эмбер и обратно. Затем она взглянула на часы.

— Иди и прими душ. Дай нам пятнадцать минут, — то, как она это сказала, не оставляло места для споров.

Лэнс кивнул.

— Я вернусь всего через несколько минут, — он поцеловал Эмбер в висок. В этом не было ничего сексуального, но в то же время это было не то, что сделал бы друг. На самом деле, она зашла бы так далеко, что сказала бы, что это было чертовски интимно. Ей пришлось сдержаться, чтобы не вздохнуть или не прикусить губу.

Что, чёрт возьми, с ней не так? Ей больше нравилось, когда он был груб. Границы стали размытыми.

Нет! Поцелуй ничего не значил. Лэнс беспокоился о ней. Он чувствовал ответственность за то, что произошло. Ей не следовало придавать этому значения.

Она отвергла это.

Дверь за ним закрылась с мягким щелчком.

— Верно, — Бекки направилась к ней. На ней был стандартный белый халат. — Ты можешь сесть? Капельница достаточно длинная.

Эмбер кивнула. Она спустила ноги с кровати.

— Хорошо. Ты можешь наклониться вперёд, опираясь на бёдра. Как ты себя чувствуешь?

Эмбер на секунду зажмурила глаза.

— Я устала, и у меня немного кружится голова. Ещё у меня болит голова. В целом, у меня всё хорошо.

— Дай мне закончить осмотр, и я принесу тебе что-нибудь.

— Спасибо.

Бекки проверила её глаза, горло. Она провела руками от ушей вниз по бокам шеи. Затем она сняла стетоскоп с шеи и вставила в уши штучки. Бекки послушала её сердце, а затем проделала то же самое с лёгкими, перемещая диск по груди и спине.

— Ещё один вдох для меня, — сказала Бекки.

Эмбер сделала, как она просила.

Она что-то написала в карте.

— К счастью, твои лёгкие пришли в норму. Нам пришлось сделать тебе ингаляцию. Тебе капают адреналин, — она коснулась щеки Эмбер. — Ты всё ещё страдаешь от небольшого ангионевротического отёка. Ничего серьёзного. Может потребоваться день или два, чтобы отечность полностью спала. — Пристальный взгляд врача был сосредоточен на её губах. Эмбер знала, что они опухли. — У тебя также небольшая крапивница, но она острая и распространяется только на горло и предплечья. Я могу прописать крем с кортизоном, но я думаю, что хорошего антигистаминного средства должно быть достаточно.

Эмбер взглянула на свои руки и, конечно же, они были покрыты красной сыпью. Агрх!

— Думаю, со мной всё будет в порядке.

Значит, она действительно выглядела так плохо, как думала. Может быть, даже хуже. Отстой!

Бекки кивнула. Она что-то записала в файл.

— Мы всегда можем прописать что-нибудь позже, если понадобитсяю

— Хорошо, спасибо, — сказала Эмбер, надеясь, что её родителям не звонили. Она внесла их в свой список контактов в экстренных ситуациях.

— Как давно ты встречаешься с Лэнсом?

Какое это имело отношение к делу?

— Эм… прошлой ночью было наше первое свидание.

Бекки подняла брови. Она посмотрела на Эмбер так, словно у той только что выросли два рога или что-то в этом роде.

— Хорошо… Я твой врач, а это значит, что это строго конфиденциально. Как давно ты с ним встречаешься? — повторила она, и это дало понять, что прошлая ночь была не первой с Лэнсом.

Она с трудом сглотнула, глядя на Бекки.

— Я не уверена, как это связано с моей аллергической реакцией.

Доктор скрестила руки на груди и склонила голову набок.

— Тебе нельзя заниматься сексом в течение следующих двадцати четырёх часов.

Эмбер прочистила горло.

— Это прекрасно.

— Нет, правда. Я не хочу, чтобы у тебя участилось сердцебиение или чтобы ты как-то напрягалась. У тебя была действительно плохая реакция, Эмбер. Если бы не автоматический инъектор, ты могла бы умереть, — она вздохнула. — Ты понимаешь, что у тебя в любой момент может возникнуть другая реакция?

— У меня аллергия на моллюсков, древесные орехи и укусы пчел. Я уже проходила через это пару раз. У меня всегда с собой лекарства.

— Ты не можешь быть одна. Если что-то случится…

— Эм… Я попрошу…

Чёрт! Кого она могла спросить? Бетани? Другая женщина, скорее всего, была с Джошуа. Может быть, одну из женщин-вампиров?

— Лэнс уже сказал, что останется с тобой. На самом деле, он настоял, — Бекки улыбнулась. — Послушай, твои отношения с ним — не моё дело, — затем она закрыла глаза на несколько секунд. Казалось, она о чём-то размышляла. — Ты же понимаешь, что он видит в тебе свою пару, не так ли?

Эта женщина определённо принимала наркотики. Эмбер покачала головой.

— Нет. Между нами все не так, — она чувствовала, что разинула рот.

— Я думала, ты сказала, что встречаешься, — глаза Бекки сузились, и она скрестила руки на груди.

— Я думала, ты сказала, что это не твоё дело, — ответила она резким тоном.

Бекки посмотрела ей прямо в глаза.

— Я решила сделать это своим делом. Ты мой пациент.

— Какое это имеет отношение к чему-либо? — раздражённо и отрывисто.

— Лэнс неуравновешен. Он полностью сошёл с ума около года назад. Я не психолог, но полагаю, что он страдал от психического расстройства или одной из форм посттравматического стрессового расстройства. Это совпало с серьёзным инцидентом в его жизни. Я не могу сказать этого наверняка, но всё указывает в этом направлении. Его поведение стало непредсказуемым, иррациональным и откровенно жестоким.

Эмбер с трудом сглотнула, она почувствовала, как участилось её сердцебиение.

— Я не хочу обсуждать это с тобой. Это не моя история, чтобы её рассказывать, — Бекки покачала головой и присела на край кровати.

— Он рассказал мне, что потерял свою пару, — медленно произнесла Эмбер. — Он упомянул, что вроде как, потеряв её, он совершал плохие поступки.

Бекки кивнула.

— Выражаясь довольно мягко. Проблема была не в потере его пары. Он винил во всём это, но он был неправ. У него случился нервный срыв, — она задержала дыхание в лёгких на несколько секунд. — У него выработались механизмы совладания. Я видела, как ему постепенно становилось лучше, особенно в последние несколько месяцев. Я не знала его до того, как всё это произошло.

— Хорошо… Я всё ещё не уверена, какое отношение это имеет ко мне… к нам, — было странно говорить о них как о паре.

— Лэнс видит в тебе свою пару. Я вижу признаки.

— Нет! — выпалила Эмбер, пожалуй, слишком резко. — Ты сильно ошибаешься на этот счёт. Я признаю… — она вздохнула. — Это останется между нами?

Бекки кивнула.

— Да, я твой врач. Всё, что сказано между нами прямо сейчас, является конфиденциальной информацией.

— Ты права. Прошлая ночь была не нашим первым свиданием… Ну, это неправда, это было наше первое свидание, но… — она не закончила фразу. Эмбер хотела поговорить об этом, но в то же время не знала, как это сделать.

— У вас был секс, — Бекки улыбнулась. — Ты же знаешь, что любой, кто увидит вас двоих вместе, сможет заметить это за милю? То, как вы смотрите друг на друга. Маленькие прикосновения.

Ох… нет. Правда? Ни за что! Что?

Бекки тихонько рассмеялась.

— Извини… У тебя такой вид, будто ты в шоке. Я не думаю, что кто-то знает, кроме меня и двух охранников, дежуривших прошлой ночью. Иначе до меня дошли бы слухи, — она покачала головой и слегка поморщилась. — Ни один из охранников тоже не заговорит, это точно. Не после того, как Лэнс напугал их до полусмерти. В том-то и дело, что он защищает тебя. Прошлой ночью он был напуган. Он продолжал рычать и кричать и не позволял никому другому прикасаться к тебе или нести тебя. Он смотрел на тебя с такой любовью. Я не думаю, что поверила бы в это, если бы не увидела собственными глазами. Лэнсу не всё равно. Он без ума от тебя.

Эмбер покачала головой. Ей захотелось заткнуть уши пальцами и заглушить голос доктора.

— Нет. Ты ошибаешься. Мы не нравимся друг другу, по крайней мере, он мне не нравится, совсем.

Бекки фыркнула и похлопала Эмбер по колену:

— Ты продолжаешь говорить себе это.

— Нет… Меня влечёт к нему… очень сильно.

— Что ж, это чувство определённо взаимно.

— Мы трахаемся, — выпалила Эмбер. — Много… это по крайней мере… мы так делали. Это сексуально. Ты права, он влюблен, но не в меня, он влюблён в мою вагину.

Бекки расхохоталась.

— Да, он влюблён, и я не сомневаюсь, что ему нравится твоя вагина, но это не всё, во что он влюблён. — Доктор посмотрела на неё так, словно ей стало её жаль. — Он перешёл в защитный режим, огрызаясь на любого, кто приближался к тебе. Он даже зарычал на меня, когда я вставила иглу для внутривенного вливания тебе в руку. Он настоял на том, чтобы спать с тобой, чтобы он мог присматривать за тобой; только он не спал. Ни разу не моргнул. Я проверяла тебя каждый час, и он не спал… Не пугайся.…он пристально смотрел на тебя. Гладил твои волосы. Он тратил каждую минуту каждого часа, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке. Это ненормальное поведение. Он также не хотел уходить прямо сейчас.

— Он не особо сопротивлялся.

Бекки невесело улыбнулась.

— Его руки были сжаты в кулаки, челюсть сжата, всё в нём было напряжено. Лэнсу пришлось заставить себя уйти, и, — она взглянула на часы, — у нас есть всего несколько минут, прежде чем он вернётся. Поверь мне в этом. Он будет отсутствовать пятнадцать минут и ни секундой больше. Он не может, потому что его инстинкты сильно влияют на него.

— Что это за инстинкты? — голос Эмбер был едва слышен.

— Его инстинкты защищать свою пару.

Эмбер ахнула. Нет. Это было неправдой. Она покачала головой.

— Да. Возможно, вы оба не хотели, чтобы это случилось, но это произошло. Вы оба, кажется, всё отрицаете, и это нездорово. Не с таким мужчиной, как Лэнс, — Бекки прикусила нижнюю губу, её хмурый взгляд был глубоким. — Ты сказала, что вчера вечером у вас было первое свидание, но ты также сказала, что ваше общение носит чисто сексуальный характер. Ты изучаешь отношения?

Эмбер покачала головой.

— Мы не планируем никаких реальных отношений. Это не так. Это глупо с моей стороны, но я не хотела, чтобы все знали, что мы… что, ну… — она, казалось, не могла выдавить это из себя.

— Что вы друзья по перепиху?

Эмбер поморщилась.

— Да, за исключением того, что мы на самом деле даже не приятели, мы просто… — она не смогла этого сказать.

— Блядь! — Бекки выглядела удивлённой.

Эмбер кивнула. Её щёки так покраснели, что она была уверена, что в любую минуту может воспламениться.

Бекки что-то промурлыкала.

— Ага… это возможно, так и начиналось, но всё изменилось. Лэнс, возможно, даже не осознаёт этого, но он видит в тебе нечто большее. Что оставляет тебя перед выбором, — она сделала паузу. — Либо ты чувствуешь то же самое, и в этом случае тебе нужно сказать ему. Ты, вероятно, напугаешь его до усрачки, но он придёт в себя… в конце концов… или тебе нужно оставить его, чёрт возьми, в покое. Всё это просто грёбаное дело, это должно прекратиться.

— Я всё ещё думаю, что ты ошибаешься, — женщина должна ошибаться. Просто не было никакого способа.

Бекки встала.

— Используй это, не используй его. Лэнс через многое прошёл. Он только начинает выбираться из ямы, в которой был, и я не хочу видеть, как он снова в неё попадает. Более того, я не хочу, чтобы ты или кто-то ещё пострадал, когда он снова перейдёт грань. На этот раз пути назад может и не быть.

Должно быть, она преувеличивала.

Бекки взглянула на часы.

— Как раз вовремя, — она постучала по циферблату своих часов и понимающе улыбнулась.

Раздался стук в дверь.

— Войди, — Бекки закатила глаза.

Вошёл Лэнс. Его плечи были напряжены, а челюсть сжата. Его взгляд смягчился в тот момент, когда остановился на ней. Эмбер почувствовала, как что-то внутри неё изменилось. Этого не могло быть, но это было так. Она видела, как заметно изменилось его поведение. Она придавала этому слишком большое значение. Как и Бекки.

— Как я и говорила… — Бекки натянула латексные перчатки. — Будь очень спокойна в течение следующих двадцати четырёх часов. Не стесняйся звонить мне, если тебя что-то беспокоит, — она многозначительно посмотрела на Лэнса.

Бекки потянулась к руке Эмбер, той, к которой всё ещё была подключена к капельнице. Она осторожно сняла ленту с иглы и высвободила её, прижимая комок ваты к маленькому кровоточащему пятнышку.

Верхняя губа Лэнса приподнялась, когда он обнажил клыки. Он выглядел сердитым, его взгляд был прикован к её руке. Его руки были сжаты в кулаки. Бекки была неправа. Так и должно было быть. Он чувствовал ответственность. Вот и всё.

— Надави, — она жестом велела Эмбер взять на себя давление на вату.

— Под «спокойна» я подразумеваю отсутствие секса, — она снова многозначительно посмотрела на Лэнса, чьё лицо было непроницаемой маской. — Твои лекарства здесь, — Бекки посмотрела на Эмбер, но протянула Лэнсу бумажный пакет. — Новый автоматический инъектор и рецепт на антигистаминные препараты. Всё помечено. Я снова увижу вас завтра для дальнейшего обследования, — она вернулась с небольшим кусочком пластыря, который наклеила на ватный шарик. — Позвони мне, если тебя что-то беспокоит. Я организую инвалидное кресло.

— В этом нет необходимости, — голос Лэнса был глубоким. — Я понесу Эмбер.

— Ты не…

— Я настаиваю, — сказал он, обрывая её, и это было окончательно. — Кроме того, она останется со мной в моей комнате.

Она заметила, как Бекки прикусила нижнюю губу, пытаясь скрыть улыбку. Эмбер встретилась взглядом с Лэнсом.

— С моей комнатой всё нормально, я…

— Нет! — заявил он грубо и отрывисто. — Моя комната ближе к медицинской. Это не обсуждается. Ты останешься со мной, пока не получишь стопроцентную справку о состоянии здоровья.

Бекки небрежно пожала плечами.

— Он прав. У тебя мог бы быть ещё один эпизод. Известно, что он может случиться и через несколько дней.

Эмбер пристально посмотрела на своего врача.

— Со мной такого раньше никогда не случалось.

— Хотя это может случиться, — настаивала Бекки, приподняв брови.

— Я сомневаюсь в этом, — настаивала Эмбер. — У меня есть ЭпиПен, так что я уверена, что со мной всё будет хорошо.

Лэнс так сильно сжал челюсти, что она действительно услышала, как скрипнули его зубы.

— Эмбер, — он прорычал её имя так, что волоски у неё на руках встали дыбом, а сердце забилось быстрее. В его голосе было что-то вроде «не шути со мной», что заставило её захотеть немедленно подчиниться.

— Ладно. Отлично, — она подняла руку. — Ты победил.

— Я договорился взять следующие несколько выходных.

— Тебе не нужно…

— Всё готово, — он сердито посмотрел на неё, его глаза впились в её. Затем, просто так, они смягчились. — Это всё моя вина, поэтому я должен поступить правильно, — он одарил её полуулыбкой.

— Моя работа здесь закончена. Увидимся завтра, — Бекки подмигнула Эмбер. Подмигнула. Она также одарила её понимающей улыбкой. Слегка покачав головой, она взяла папку. — Увидимся завтра. И Лэнс? — все выражение её лица было наполнено юмором. — Перестань быть такой собственником и властным. С Эмбер всё будет хорошо.

Он бросил на неё угрюмый взгляд.

— Вряд ли. Эмбер — моя женщина… — его взгляд метнулся к полу, а затем обратно к Бекки. — Мы встречаемся, и это отношения. Мне позволено реагировать таким образом. Человечка чуть не умерла. Тебя не было рядом, когда она теряла сознание.

Бекки пожала плечами.

— В чём-то ты прав… я полагаю, — затем она вышла из комнаты.

Примерно через полминуты Лэнс втянул в себя воздух.

— Не слушай её. Она намекает, что у меня есть чувства к тебе, которые заставляют меня действовать иррационально, — он встретился с ней взглядом. — Я чувствую ответственность. Мне не нравилось видеть тебя такой. Хотя ничего не изменилось. Я буду заботиться о тебе, чтобы ты могла поправиться, — Лэнс сделал паузу, наблюдая за Эмбер. — Я с нетерпением жду возможности снова оказаться внутри тебя. Услышать, как ты выкрикиваешь моё имя. К ощущению, как твоя чертовски тугая киска сжимает меня. Я не могу обладать тобой, пока тебе не станет лучше, — его глаза сузились. — Я всё тот же мудак, которым всегда был. Не принимай мои действия за проявление привязанности. Ни черта не изменилось. Ты ведь понимаешь это, не так ли?

Эмбер кивнула, слишком напуганная, чтобы заговорить. Почему у неё возникло ощущение, что он слишком старается убедить её? Убедить их обоих.

— Хорошо.

Лэнс поднял её и притянул к себе. Казалось, его нос зарылся в её волосы. Как будто он вдыхал её запах или что-то в этом роде. Она почувствовала лёгкое, словно пёрышко, прикосновение к своей щеке. Его губы. Он поцеловал её. Это было полной противоположностью его словам.

Чёрт. Её врач ошиблась. Она должна была.

Глава 17

Два дня спустя

Лэнс поставил стакан молока и несколько печений на кофейный столик у её ног. Домашнее зефирное печенье с шоколадной крошкой.

Эмбер с трудом подавила стон. Они восхитительно пахли и выглядели ещё лучше.

— Что бы ты хотела, чтобы я заказал на ужин? Стейк? Пиццу? — он перегнулся через спинку дивана, полностью сосредоточившись на ней.

— Тебе нужно остановиться, — Эмбер покачала головой. — Я в порядке. Ты слышал Бекки. Я снова в норме. Ты можешь перестать со мной нянчиться.

После ухода из медицинского центра Лэнс привез её к себе домой. Затем он собрал для неё вещи. Он организовывал все её приёмы пищи, даже настоял на том, чтобы готовить всё самому, потому что не мог доверять поварам. В первый день он мыл её губкой, а во второй настоял на том, чтобы принять душ вместе с ней. Он потер ей спину и вымыл шампунем волосы. Если бы это зависело от него, он бы отнес ее в ванную и обратно. Он настоял, чтобы Эмбер разделила с ним постель, чтобы он мог присматривать за ней.

Это было чудесно и в то же время ужасно.

Он держал её за руку и оставлял нежные поцелуи на её плече или виске. Он ни разу не пытался заняться с ней сексом. Это заставляло Эмбер нервничать. Слова Бекки продолжали звучать у неё в голове. Снова и снова.

— Ешь, — Лэнс сел рядом с ней. Он взял печенье и поднёс к её рту. — Оно ещё тёплое. Только что из духовки.

Она проигнорировала печенье.

— Ты меня беспокоишь.

— Не начинай снова на меня наезжать. Развесели меня, пожалуйста. Ещё одна ночь нежностей, и завтра всё вернется на круги своя, — он вздохнул. — Мне следовало бы ещё раз проверить на кухне.

Эмбер не удержалась от смеха.

— Ты даже не знал о моей аллергии. Вот что происходит, когда двое людей начинают спорить, вместо того чтобы разговаривать.

— Что ж… — он внимательно посмотрел на неё. — Мы обязательно поговорим о важных вещах в будущем. Это не должно повториться. Мне следовало проверить твоё досье.

— Моё личное дело? — Эмбер покачала головой. — Помнишь, не так давно ты ругал Бринн за то, что он тебя преследует? Боюсь, ты начинаешь походить на сталкера.

— Чушь собачья! Это касается твоей безопасности. Я несу ответственность.

— Нет, это не так.

— Да, пока мы встречаемся.

— На самом деле мы не встречаемся.

Он издал какой-то горловой звук.

— Я знаю это. Было бы плохо, если бы ты умерла, пока я притворялся, что встречаюсь с тобой. Мне нужно поддерживать репутацию.

— Репутацию. Правда? — Эмбер не удержалась от смеха. Лэнс даже не моргнул. Он просто не сводил с неё своих прекрасных голубых глаз. Его футболка туго обтягивала грудь. Его татуировка была повсюду. — У тебя репутация распутника, но ты даже пальцем меня не тронул. Вчера я была готова уйти.

— Нет, это не так.

— Забудь о вчерашнем. Бекки ушла почти три часа назад. Мне выдали справку о состоянии здоровья, а ты даже не попытался прикоснуться ко мне. Почему это так? Что с тобой происходит?

Возможно, Бекки была права. Пожалуйста, нет. Нет. Это ни к чему не приведёт. Не так ли? Конечно, нет. Лэнс ей не нравился. Возможно, она больше не испытывала к нему ненависти, но он ей определённо не нравился. Не так ли? Может быть, совсем немного. Девушка ничего не могла с собой поделать. Он был слишком мил. Слишком уж мил.

Лэнс прищурился. Она видела, что он обдумывает это.

— Ты уверена, что с тобой всё хорошо? — он выглядел неуверенным.

— Да, я полностью пришла в норму, — Эмбер повернулась к нему лицом и поджала под себя ноги.

— Мне не понравилось видеть тебя такой, Эмбер. Ты напугала меня до полусмерти. Я… — он с трудом сглотнул, смущённый и не похожий на себя обычного, самоуверенного мужчину. Это было совершенно обезоруживающее. — Я не знаю…

Раздался стук в дверь.

Тёмное облако сгустилось над Лэнсом. Всё его тело напряглось.

— Чёрт, — он покачал головой. — Не обращай внимания. Может, они уйдут.

— Я так понимаю, ты никого не ждешь, — она не смогла сдержать улыбку.

Он нахмурился еще сильнее.

— Нет.

Раздался ещё один стук, на этот раз громче.

Эмбер вздохнула.

— Мы оба знаем, что они не уйдут.

Он провёл рукой по волосам.

— Я бы чертовски хотел, чтобы они это сделали, — Лэнс умоляюще посмотрел на неё. — Прости.

— Это не твоя вина. Ну, по большей части, это не твоя вина, — она улыбнулась шире. Его посетитель должен был вывести её из себя, хотя бы немного, но этого не произошло.

— Это не моя вина, — он встал одним грациозным движением и оказался у двери прежде, чем она успела моргнуть. — Что? — выпалил он.

Она услышала, как кто-то заговорил. Это определённо был женский голос, хотя она не могла разобрать, что именно говорил человек.

— Не заинтересован, — Лэнс практически зарычал. Раздался громкий хлопок захлопнувшейся двери.

Эмбер не удержалась от смеха, увидев сердитое выражение лица Лэнса.

— Это ты сам виноват. У тебя определённая репутация. — Это был второй раз за последние два дня, когда, как она застала у двери Лэнса пришедшую женщину. — Они знают, куда прийти, когда хотят горячего секса без обязательств. — Он не выглядел удивленным. — Я права, не так ли?

У Лэнса перехватило дыхание.

— Да, это было бы правильно. По крайней мере, так было раньше.

Затем он наклонился и поцеловал её. В губы. Сначала нежно, а потом он жадно впился в ее рот. Было что-то эротичное в том, что тебя целовали с такой неистовой страстью, не прикасаясь к тебе. Ни единым пальцем. Только его губы на ее губах. Его дыхание смешалось с ее дыханием.

Эмбер уже собиралась забраться к нему на колени. Чтобы взять всё в свои руки, когда он схватил её за талию. Лэнс поднял её на руки. Легко. Он встал с дивана и заключил её в объятия, ни на секунду, не отрываясь от ее губ. Казалось, что прошло всего несколько секунд, и они оказались на его кровати. Мягкий матрас за её спиной. Его твёрдое тело навалилось на неё. Его рот, его губы, он сам.

Лэнс обхватил её лицо обеими руками. Юбка высоко задралась на бёдрах. Эмбер обхватила его бёдрами, чувствуя, как он напрягся.

Эмбер застонала, когда он потёрся об неё, медленно двигая бёдрами. Затем он сделал это снова. Лэнс действительно умел двигаться. Он сел и стянул рубашку через голову. Он прикусил нижнюю губу, пока его взгляд блуждал по её телу. Во взгляде, которым он одарил её, было нечто большее, чем просто вожделение. В его взгляде была сосредоточенность, которой не было раньше. Она отвела взгляд, сосредоточившись на его теле, в котором не было ничего, кроме силы. Его татуировка делала с ней то, что она никогда не считала возможным.

Им нужен был грязный секс. Сейчас. Вернуться к тому, как всё было. Ей действительно нужно было перестать обращать внимание на то, чего, вероятно, не было.

Эмбер стянула с себя топ и расстегнула лифчик. Лэнс не сводил с неё пристального взгляда. Чёрт! Он словно заглядывал в её проклятую душу. Как она ни старалась, она не могла отвести взгляд.

— Прекрасна, — пробормотал он, проводя руками вверх и вниз по ее бедрам, и от этого прикосновения по телу Эмбер пробежала дрожь. Лэнс обхватил руками её лодыжки и приподнял её ноги, перекинув их через плечо, чтобы стянуть с неё стринги. Его ноздри раздувались, а глаза были самого яркого и совершенного голубого цвета.

Проклятье.

Такая красивая.

Слишком красивая.

Это было правдой в любой день, но прямо сейчас, когда он был полностью сосредоточен на ней. Его движения были медленными и мягкими, от них захватывало дух.

— Лэнс, — прошептала она. Что это? Что мы делаем? Слова вертелись у нее на кончике языка.

Он стянул с неё трусики и раздвинул ей ноги, положив по одной на каждое плечо. Её бёдра приподнялись над кроватью. Его взгляд не отрывался от неё, когда он опустился между её бёдер, и тогда она потеряла дар речи. Господи, помоги ей, но Эмбер была не в состоянии связно мыслить.

Она издала испуганный звук. Ох. Почему это прозвучало именно так, было выше её понимания. Особенно учитывая, что она точно знала, на что способен Лэнс. Его рот и руки были созданы для того, чтобы доставлять удовольствие женщине. Не говоря уже о других частях его тела.

Она не могла отвести от него глаз, наблюдая, как он облизывает её клитор, используя ту же нежную ласку. Он лизал, она извивалась; он лизал, она хныкала; он лизал, она стонала.

Его руки оставались на её бёдрах. Его язык оставался на её клиторе. Медленно, нежно, мучительно. Эмбер вцепилась в простыни. Она попыталась покачать бёдрами, чтобы трахнуть его лицо, но он не позволил ей.

— Лэнс, — выдохнула она. Отчаянная мольба.

В уголках его глазах появились морщинки. Ублюдок улыбался, продолжая наседать на неё. Его руки крепче сжали её бёдра, а горячий рот переместился к её сверхчувствительному клитору. Он нежно посасывал её. Лёгкое прикосновение пёрышка, вызвавшее ещё один приступ испуга, ох, глубоко в её горле.

Лэнс ущипнул нервный узел. Это было больно, и Эмбер стиснула зубы. Затем он полностью присосался к ней. Она не была уверена, но судя по вибрации, исходившей от его рта, он рычал. Она ничего не слышала. Не тогда, когда её охватил оргазм такой силы. Не тогда, когда напряглась каждая мышца. Эмбер выгнулась ему навстречу. Она застонала, когда к ней медленно вернулись чувства. Всё это время Лэнс продолжал посасывать её плоть, всё нежнее и нежнее, пока, наконец, не перестал. Его глаза не отрывались от неё, пока он скользил по ней. Он снимал штаны.

Затем он оказался внутри неё. Входя в неё медленными, уверенными движениями. Его губы прижались к её губам. Она почувствовала вкус собственного мускуса. Эмбер затаила дыхание, когда Лэнс вошёл в неё до конца. Его бёдра соприкоснулись с её бёдрами.

Лэнс перестал двигаться. Казалось, что его член пульсирует внутри неё. Она была сверхчувствительна после этого оргазма. Одного его прикосновения к ней было достаточно, чтобы у Эмбер перехватило дыхание. Она вцепилась руками в мышцы на его спине. Её бёдра были раздвинуты невероятно широко. Его поцелуй оставался нежным. Он не сводил с неё глаз.

Они были наполнены такой нежностью, такой… Это не было трахом. Это было так далеко от секса, что Эмбер почувствовала, как напряглась. Она почувствовала, как её глаза расширились. Лэнс задвигался. Медленно и глубоко. Она застонала, и её глаза почти закатились. Будь он проклят. Медленное и нежное, вполне возможно, было приятнее, чем жесткое и быстрое.

Они занимались любовью.

Занимались любовью.

Его рука обхватила её подбородок, когда он углубил поцелуй. Он провёл большим пальцем по линии её подбородка, когда его член снова вошёл в неё. Твёрдый и в то же время нежный. Так медленно, что его дыхание смешалось с её дыханием. Так медленно, что её крики экстаза слились с его тихими стонами. Никогда еще Эмбер не было так хорошо. Она сомневалась, что что-то когда-нибудь будет. Они занимались любовью. Это был не секс. Это было не так.

Это нужно было прекратить.

Это нужно было прекратить прямо сейчас.

***

Он почти потерял её. Это восхитительное создание. Эту силу природы. Эту женщину. Этого человека. Её.

Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз испытывал такое чувство спокойствия. Чертовски много времени. Он сжал её бедро и снова вошёл в неё, задержавшись, чтобы насладиться прикосновением, прежде чем отстраниться. Застонав, Лэнс снова нашел утешение в её гостеприимной плоти.

Эмбер.

Эта женщина.

Несравненно красива.

Дело было не в том, что её киска была такой влажной. Дело было не в том, что её плоть была такой чертовски упругой. Дело было не в её сладком запахе. Дело было в том, как она могла поставить его на колени одним взглядом. Как она не боялась наброситься на него или обвинить в том, что он делает. Она ничего от него не хотела. На самом деле, это он преследовал её. На каждом чёртовом этапе своего пути. Он всё ещё был таким, если быть честным с самим собой.

Лэнс почувствовал острую боль, которую мог назвать только печалью, при мысли о том, что он устанет от неё. Это произойдёт скоро, и это будет к лучшему. А пока она, чёрт возьми, оставалась прямо здесь, в его постели, под ним. Если бы она попыталась уйти от него первой… Нет… этого, чёрт возьми, не случится.

Глаза Эмбер широко раскрылись. Её дыхание стало прерывистым. Это было похоже на то, что она была на грани оргазма или паники, что не имело никакого смысла. Почему она паниковала?

Используя силу, о которой Лэнс и не подозревал, она крепче обхватила его бёдрами и перевернула на спину. Эмбер положила руки ему на грудь и начала скакать на нём верхом. Она откинула голову назад и насаживалась на него сильными быстрыми толчками. Она выглядела дикой и прекрасной. Она застонала, выгибая спину.

— Да, — прошипела она. — О боже!

Ему должно понравиться это. То, как она трахала его, было нереально, и это раздражало Лэнса. То, как напряглись его яйца, когда он просто наблюдал за ней, раздражало его.

Ни хрена себе.

Как бы ему ни нравилось, что такая милая, невинная девушка, как Эмбер, объезжает его, Лэнса это возмутило. Она только что прошла через серьёзное испытание, и ей не следовало напрягаться. Кроме того, он больше наслаждался ею там, где она была. Лэнс перевернул её на спину, наслаждаясь лёгким выдохом, который вырвался из её лёгких.

— Нет… Я… — он поцеловал её, прежде чем Эмбер успела что-либо сказать. Он приподнял её ноги над своим телом, изменяя угол проникновения, пока не почувствовал, как она вздрогнула.

В то место.

Прямо здесь.

Ещё одна дрожь.

Да!

Медленно и непринуждённо. У них был весь этот грёбаный день, насколько он мог судить. Весь этот грёбаный день. Эмбер попыталась перевернуть его на спину, но Лэнс прижал её бедрами, его член был глубоко внутри. Её киска затрепетала, но затем его член начал пульсировать. Она попыталась сделать это снова, и он поцеловал её ещё крепче.

Маленькая шалунья прикусила ему язык, что заставило его яйца приподняться. Его живот напрягся, и, короче говоря, Лэнс кончил так сильно, что несколько секунд ему было трудно дышать. Он взревел, когда из него вырвалось семя, и застонал, когда извергся второй, более мощный поток. У него болели яйца. Казалось, что у него на голове вот-вот лопнет вена. Если уж на то пошло, то на обеих головах.

Эмбер вскрикнула, когда её киска прижалась к нему. Её ногти впились ему в спину. Его клыки причиняли боль, они были такими чертовски длинными. Он почувствовал, что у него потекли слюнки. Потребность выпить обрушилась на него, как тонна кирпичей. Её киска сильно дёрнулась, заставляя его кончить.

Лэнс не думал, что секс может быть лучше.

Он никогда не был так счастлив, что ошибся.

— Боже, — прохрипел он. — Мне нужно, чтобы ты кусала меня почаще. — Его лицо уткнулось в изгиб её шеи. Его бёдра продолжали двигаться. Он не мог насытиться этой женщиной. — Кто бы мог подумать, что прикус языка может быть таким…

— Пожалуйста, скажи мне, что ты использовал презерватив. По ощущениям там очень скользко.

Его дыхание по-прежнему вырывалось с трудом.

— Чёрт! — выругался Лэнс, но продолжал покачивать бёдрами. Это было чертовски приятно.

Он почувствовал, как Эмбер напряглась.

— Я приму это за «нет».

— Ты была бы права, — последнее вырвалось у него, как стон. — Это не имеет значения. — Его член снова затвердел. Конец света мог наступить прямо сейчас, и ему было бы наплевать.

Раздался сильный шлепок по его руке.

— Что значит, это не имеет значения? — чёрт, её голос звучал раздраженно.

Лэнс замер. На мгновение он прижался лбом к её лбу. Затем Эмбер снова ударила его и попыталась отстранить от себя.

Он отстранился. Разозлённая — это ещё мягко сказано. Её глаза сверкали, а челюсть была сжата.

— Ничего страшного, — повторил он. Лэнс попытался убрать непослушную прядь волос с её лица, но Эмбер оттолкнула его руку. — У тебя нет течки. Всё в порядке.

— Течка тут ни при чём. Это серьёзно. Что, чёрт возьми, с тобой не так? Только парам, собирающимся соединиться, разрешается заниматься сексом без презерватива. Мы просто трахаемся, помнишь?

— Да, это так. В обозримом будущем ты будешь здесь, со мной… в моя грёбаной кровати. У нас эксклюзивные отношения, и мне понравилось быть внутри тебя без презерватива. Мне это чертовски понравилось, Эмбер. Скажи, что тебе было плохо. — Он попытался дотронуться до неё, но она оттолкнула его руку.

— Отстань от меня. — Она сделала глубокий вдох и покачала головой. — Нам действительно нужно поговорить.

— О чём тут говорить?

— Нам нужно поговорить о том, что только что произошло. О нас. Чёрт возьми, Лэнс, отстань от меня. — Она толкнула его в грудь. Серьёзность её тона обеспокоила его. — Я не могу вести серьёзный разговор, когда твой член внутри меня.

— Я сделал тебе больно? Чёрт. Не было похоже, что тебе было больно, — его грудь тяжело вздымалась. — И по звуку тоже не было похоже.

— Ты не причинил мне боли, чёрт возьми. Я не думаю, что когда-либо в своей жизни кончала так сильно, и это проблема.

— Проблема? — пробормотал он, услышав замешательство в собственном голосе. В её словах не было никакого смысла. — Разве это проблема?

— Это был не трах, Лэнс. Это было занятие любовью. Я надеюсь, ты это понимаешь, — в её голосе слышалась такая же паника, какой Эмбер выглядела.

Он выскользнул из неё, ненавидя чувство утраты, которое сопровождало это действие.

— Занимались любовью?

Ни за что.

Он никогда раньше не занимался любовью. Ни дня в своей жизни. Конечно, он трахал её медленно, но только потому, что не хотел, чтобы всё закончилось слишком быстро. Он также не хотел причинять ей боль. С Эмбер всё было по-другому. Речь шла не о погоне за конечным результатом, а о путешествии.

— Я не хотел причинять тебе боль. Только не после того, что тебе пришлось пережить.

— Ты несёшь чушь. — Она натянула на себя простыню. — Ты же знаешь, что я в порядке.

Лэнс схватил полотенце и протянул ей.

— Вот, возьми его, — он остановился. — Ты чуть не умерла.

Эмбер поморщилась, но взяла полотенце и вытерлась с его помощью, не забывая прикрываться простыней до подмышек.

Она посмотрела ему в глаза.

— Почему ты не воспользовался презервативом?

— Прости. — Он не шутил. — Я не специально его не использовал. Я бы не стал этого делать, клянусь. Я просто не подумал об этом.

— Ответь мне честно, ты обычно занимаешься таким сексом?

Он нахмурился.

— Без презерватива?

— Нет, — отрезала Эмбер разочарованно. — Ты обычно занимаешься сексом… медленно? Нежно?

Лэнс уставился на неё.

— Нет, но я никогда не был в отношениях и ни с кем не встречался. Я также никогда не был с женщиной, которая чуть не умерла. Так что я отнёсся к тебе снисходительно. Ничего страшного.

— Это важно, — парировала она в ответ. — Это было нечто большее. Мы больше не в отношениях. Я ухожу и хочу, чтобы ты позвонил той женщине, которая только что ушла. Скажи ей, что готов к сексу с девушкой.

Лэнс нахмурился.

— Какого чёрта я должен хотеть этого? Я не хочу… — и тут его осенило. — Ах да. Это та часть, где я говорю тебе, что хочу только тебя и что никакая другая женщина мне не подойдёт. Это всё?

Блядь! Это было правдой. Он не хотел никого другого. По крайней мере, не сейчас. Но это было временно. Она бы не поняла, поэтому он ничего ей не сказал.

Эмбер скрестила руки на груди и подняла брови.

— Прекрасно, — прорычал он. — Мы не обязаны быть в отношениях, — но, если другой мужчина хотя бы взглянет на неё… он, блядь, умрет. Они были в отношениях, даже если это не было официально.

— Ладно. Я дам Бринну знать, что мы всё ещё можем встречаться и, возможно…

— Ни за что на свете! — взревел Лэнс.

— Видишь? — Эмбер ткнула в него пальцем. — У тебя появились чувства ко мне. Черт! — она выглядела растерянной. — Как это случилось?

— Успокойся, чёрт возьми.

— Успокойся ты.

Его мышцы были напряжены, а челюсть сжата. Сердце бешено колотилось, дыхание было прерывистым. Лэнс заставил себя расслабиться, но у него ничего не вышло.

— Ну и что, что я буду трахать тебя медленно? Я был осторожен. Ну и что, что я забыл надеть презерватив. Прошло несколько дней с тех пор, как мы в последний раз занимались сексом. Ты просила об эксклюзивности и просила о свидании. Эти критерии не имеют ко мне никакого отношения. Не меняй ситуацию.

Несколько секунд Эмбер выглядела неуверенной, а затем глубоко вздохнула.

— Может, я и спросила, но ты нарушил все свои правила и согласился. Я знаю, что увидела в твоих глазах. Ты занимался со мной любовью. Если я так неправа, то тебе не должно быть дела до того, чем всё закончится. Для тебя это ничего не должно значить.

— Ты неправа, Эмбер. Чертовски неправа. Мне нравится заниматься с тобой сексом. Так подай на меня в суд, чёрт возьми, — Лэнс встал. Несмотря на то, что они спорили, его член всё ещё был твёрдым для неё, несмотря на то, что они спорили… о чём-то серьёзном.

Какого хрена?

Однако она была права. Лэнсу не нравилось, как сильно он начинал нуждаться в ней. Не только для секса, но это всё ещё было. Он пообещал себе, что никогда больше не даст другому человеку власти над собой. Тем не менее, это происходило. С Эмбер. Этот крошечный человечек каким-то образом проник ему под кожу.

Он провёл рукой по волосам и сжал затылок.

— Ты права насчет того, что между нами всё кончено. — Он кивнул. — Это не из-за того, что я что-то чувствую к тебе. Не пойми меня неправильно. Это сделано. Я сообщу своему королю о том, что забыл презерватив. Тебе не придётся ничего объяснять. Как бы то ни было, мне понравилось проводить время вместе. Возможно, будет лучше, если мы закончим на хорошей ноте. — Часть его расслабилась, в то время как другая часть напряглась до предела. Это был правильный поступок. Так и было. — Я помогу тебе собрать вещи.

Глаза Эмбер были широко раскрыты, а лицо на фоне тёмных волос казалось бледным. Она прикусила нижнюю губу и издала страдальческий звук.

— Что случилось на этот раз? — спросил Лэнс резче, чем намеревался.

Она посмотрела на него почти несчастным взглядом.

— Как это произошло?

— Что? — спросил он, выпятив челюсть. — Ты больна?

— Нет… Я чувствую себя… обиженной. — Эмбер прижала руку к груди, словно желая подчеркнуть свою мысль. — Мне не нравится, что ты встречаешься с другими женщинами. Я ненавижу это. Я чувствую ревность при одной мысли об этом. Я не хочу встречаться с другими парнями.

Спасибо, блядь!

Что? Он не имел права так думать.

— Мне невыносима мысль о том, что я уйду, что я больше не увижу тебя. — Её сердце бешено колотилось, а дыхание было прерывистым. Она вцепилась руками в простыню. — Ты понимаешь, что это значит? Чёрт, Лэнс.

— Нахуй всё! — прогремел он. — Это значит, что ты уезжаешь.

— Это означает, что… Мне кажется, я влюблена в тебя. И ты тоже чувствуешь то же самое. — Её глаза всё ещё были широко раскрыты, а губы дрожали. — Как это произошло?

— Нет, — закричал Лэнс, требуя, чтобы она замолчала. — Ты сама не понимаешь, что говоришь. — Ей нужно было уйти, и прямо сейчас, чёрт возьми. — Я не знаю, что, по-твоему, я чувствую к тебе, но это ничто. Меньше, чем грёбаное ничто. У тебя тугая киска и фантастическая пара сисек. На этом всё начинается и заканчивается.

Он видел, как исказилось лицо Эмбер. Он чувствовал её боль. Ему было больно это видеть, и это его смущало.

Нахуй всё.

Лэнс схватил её одежду и сунул ей в руки. Он прошёлся по комнате, бросая её вещи в сумку.

— Одевайся и уходи.

— Нам нужно поговорить об этом, — её голос сорвался. Черт возьми! Он не мог этого вынести. Ей нужно было уйти.

— Я не разговариваю, детка, я трахаюсь, так что ты можешь наклониться или выйти, выбор за тобой. Если подумать, я тебя отымел, — Лэнс пожал плечами. — Конец. Уходи.

Он вздрогнул от того, как это прозвучало, от того, как вырвались слова, и почувствовал себя загнанным в угол и напуганным, на пороге чего-то опасного. Эмбер ахнула, и слеза скатилась по её щеке. Он был самым большим мудаком на свете, но так было лучше. Позже она поблагодарит его, осознав, что это ничего не значило, не должно было значить. Им нужно было вернуться на несколько шагов назад, к тому времени, когда она ненавидела его. Так было проще.

Эмбер прижала одежду к груди, как щит.

— Ты же не серьёзно, — хрипло прошептала она. Боль, отразившаяся в её глазах, была почти невыносимой для него.

У него болело в груди. Его глаза горели.

— О, да, я серьёзен, — Лэнс натянул брюки, затем ботинки. Не утруждая себя носками или рубашкой. — Я вернусь позже. Я хочу, чтобы ты ушла.

— Нет, не уходи, нам нужно поговорить. Ты не можешь просто сбежать.

— Следи за мной.

Он закрыл за собой дверь. Лэнс прислонился спиной к дереву. Он чувствовал себя странно. Больным. Его тошнило. Он провёл рукой по лицу, смутившись, когда оно стало мокрым.

Затем он бросился бежать. Прошло несколько часов, прежде чем он упал, слишком измученный, чтобы продолжать путь.

Глава 18

Три дня спустя…

Страж вылил воду на голову юного принца. Его пушистые волосы прилипли к голове. Он тихонько вскрикнул. Его маленькие кулачки забарабанили по бокам в попытке вырваться. Таня крепко держала его. Она что-то прошептала ему на ухо, и малыш расслабился.

— Крёстные отцы должны выступить вперёд. — Мужчина был одет в длинную малиновую мантию.

Лэнс и Ксавьер сделали шаг вперёд. Мужчина вручил им кинжал, инкрустированный драгоценными камнями. Он держал золотую чашу под запястьем Ксавьера. Мужчина провёл лезвием по своему запястью. Струйка крови попала в чашу, прежде чем его кожа зажила.

Ксавьер протянул ему нож. В последнюю секунду мужчина повернул лезвие рукоятью вперёд. Он прищурился, глядя на Лэнса. Протянуть нож лезвием вперед было расценено как «пошел ты». Похоже, принц передумал в последнюю секунду.

Лэнс коротко кивнул и принял оружие. Он повторил те же движения, чувствуя, как мгновенно напрягается его плоть.

Страж поднял чашку.

— Готово.

Он подошел к Тане, которая держала извивающегося ребёнка. С максимальным старанием мужчина нарисовал красный крест на лбу ребёнка, а затем капнул немного крови на губы малютки. Дитя жадно слизало кровь. Таня поморщилась.

Все собравшиеся за их спинами разразились аплодисментами. Зейн хлопнул его по спине. Брант быстро обнял Ксавьера. Женщины захихикали и обнялись. По крайней мере, они попытались, но у Тани были заняты руки. Бекки запрыгала на месте. Женщина улыбнулась ему во время церемонии. Это был жалостливый жест, но, по крайней мере, она больше не сердилась на него. Чудеса не прекращались.

Таня просияла. Малыш подпрыгивал и визжал. Точная копия Зейна, только с большим количеством волос.

— Ты должен присутствовать на празднике, — приказал Зейн, привлекая его внимание.

Лэнс сдержанно кивнул.

— Но я ненадолго.

Зейн хотел что-то сказать, но Таня сунула ребёнка ему в руки, чтобы обнять Бекки и Стефани. Процессия двинулась прочь.

Стефани всё ещё не смотрела на него. Он бы даже сказал, что она отвернулась, чтобы избежать зрительного контакта. Лэнс не винил её. Не то чтобы он пытался привлечь её внимание каким-либо образом. У него внутри всё сжалось. Напряжение в зале было ощутимым. Хотя зал часовни был заполнен до отказа, празднование обещало быть интимным. Вампиры выходили один за другим. Казалось, что все говорят одновременно.

Стены давили.

— Ты выглядишь нездоровым, — взгляд Ксавьера был тяжёлым. Все ждали, что он облажается. Это было очевидно.

Лэнс вздохнул.

— Я…

Что он мог сказать? Что он не ел и не спал с тех пор, как… с тех пор, как… Блядь! Бринн навещал Эмбер каждый день. Каждый грёбаный день. Между ними ничего не было, но это терзало Лэнса. Почему она просто не уехала? Почему она должна была оставаться здесь и продлевать боль? Чем скорее она уедет, тем лучше.

Боль.

Это была интересная идея. Он чувствовал себя опустошённым. Чертовски усталым. Он не чувствовал боли. Ни за что. Он имел в виду её боль. Проблема была в том, что ему не нравилась мысль о том, что ей так грустно. Он чертовски ненавидел это.

— Черт! — Ксавье пробормотал что-то себе под нос. — Тебе следует уйти.

Именно тогда он осознал, что скрипит зубами.

— Я в порядке, — прошептал Лэнс, едва сдерживая рычание. — Я приду на церемонию.

Ксавьер на секунду закрыл глаза. Он раздраженно выдохнул.

— Возможно, тебе не стоит. Я знаю, что Зейн…

— Мой король попросил меня присутствовать, и я буду там.

Ксавьер кивнул, его серебристые глаза стали больше похожи на серо-стальные.

— Я попрошу Гриффина и его приятеля остаться с тобой.

— Я что, похож на ребёнка? — Лэнс сделал глубокий вдох, изо всех сил стараясь успокоиться. Он прекрасно понимал, почему все так себя ведут. Ксавьер отвечал за межвидовые отношения. Если что-то пойдёт не так, как надо…

— Ты не хочешь, чтобы я отвечал на этот вопрос, — ответил Ксавьер, его недовольство было очевидным.

— Я останусь с Гриффином. Я… в порядке. Я контролирую ситуацию.

— Держись подальше от волка и его пары, — выдавил Ксавьер. Он произнёс эти слова так тихо, что Лэнс едва расслышал их.

— Я сделаю это. Я сказал, что у меня всё под контролем. Я не буду устраивать сцен, — поклялся он.

Ксавьер не сводил глаз с Лэнса.

— Ты паршиво выглядишь. Всё это тяжело сказалось на тебе. Если в любой момент ты почувствуешь, что можешь… облажаться… уйди. Разворачивайся и уходи. Ты сможешь это сделать?

Лэнс кивнул.

— Я в порядке.

Он и близко не был в порядке, но как он объяснит, что это не имеет никакого отношения к тому, что он снова увидит Стефани?

— Хорошо. — Затем Ксавье странно посмотрел на него. Мужчина положил руку ему на плечо и сжал его. — Послушай, я рад видеть, что тебе намного лучше, но ты всё ещё выглядишь ужасно, — он натянуто улыбнулся Лэнсу.

Лэнс кивнул. Ему нечего было сказать.

Самец отошёл. Когда Лэнс повернулся, зал был почти пуст. Самец в первом ряду издал низкое рычание. Его зелёные глаза вспыхнули ярче.

Красивая маленькая девочка, сидевшая у него на коленях, заметно вздрогнула. Её глаза были такими же ярко-зелёными. Это был альфа-волк. Это был Уорд, пара Стефани. Он не мог винить его за такую реакцию. Лэнсу нужно было держаться как можно дальше от самца. Это было королевское торжество. Он позаботился о том, чтобы ничего не пошло не так. Были те, кто рассчитывал на него, и он не собирался их подводить.

Это было бы легко, так как он чувствовал себя опустошённым. Внутри было пусто. Он ушёл, не оглянувшись. Несмотря ни на что, напряжение, которое Лэнс всегда чувствовал, было где-то под поверхностью, и он знал, что оно всегда будет там. Это не давало ему покоя, как раньше. Вместо этого его место заняла тяжесть. Она не была тёмной, но и не была светлой, скорее серой. Пустой.

Хорошо!

Идеально.

Лэнсу нравилось это новое место, в котором он оказался. Ему всё чертовски нравилось. Празднование проходило на свежем воздухе. Спасибо, чёрт возьми. Он, может, и был пуст, но всё равно чувствовал себя как дома. Он чувствовал запах роз. Скоро всё вернётся на круги своя. Не то чтобы его поведение было нормальным. Это было так сложно.

Лэнс держался в стороне от группы. Выбирая тень от ближайших деревьев.

Гриффин заметил его. Он кивнул и улыбнулся. Затем что-то прошептал своей женщине, и они вдвоём направились к нему. Взявшись за чертовы руки. Как мило.

— Что с тобой случилось? — Гриффин улыбнулся. — Где ты был? — он понюхал воздух. — Я надеялся, что ты, возможно, скрываешься с человеком, но, как вижу, я ошибался, — он нахмурился.

— Я взял несколько выходных, — Лэнс пожал плечами.

— Возвращаюсь к моему первоначальному вопросу… что с тобой случилось? — затем его глаза расширились. — Это та человеческая женщина, с которой ты развлекался. Что произошло? — когда Лэнс не продолжил, выражение лица Гриффина изменилось. — Вы, ребята, расстались, не так ли?

— Это не наше дело, — Сара дёрнула Гриффина за руку и бросила на Лэнса извиняющийся взгляд. — Ты не обязан отвечать.

Лэнс нахмурился. У него возникло искушение сделать вид, что он не понимает, о чём говорит мужчина.

— Ничего не произошло. У нас не было отношений, так что никакого разрыва не было.

— Ты с ней больше не встречаешься?

— Я никогда с ней не встречался, — огрызнулся Лэнс.

Гриффин только бросил на него тяжёлый взгляд.

— Ты несёшь такую чушь.

— Я трахал её, — пробормотал Лэнс себе под нос. Он не хотел, чтобы другие знали, потому что Эмбер не хотела, чтобы они знали. Ей было стыдно за него, за них. Эта мысль причиняла боль. Чёрт возьми! — Я порвал с ней. Она становилась слишком навязчивой.

— Ходят слухи, что ты присылал ей цветы. Много цветов. Что ты встречался с ней. Что она жила с тобой какое-то время, — он покачал головой. — Ты отталкивал других женщин. Ты всё ещё так делаешь.

Лэнс отвёл взгляд, чувствуя, как нарастает тревога.

— Я не хочу обсуждать это с тобой. Женщина чуть не умерла на моём попечении, поэтому я счёл своим долгом присмотреть за ней, пока она не поправится. Затем она ушла. Конец. Нам больше не о чем говорить.

— Когда ты пил в последний раз?

Лэнс поколебался, затем пожал плечами. Это не имело значения.

— Я знаю признаки, — ответил Гриффин, не унимаясь.

— Что за чёртовы знаки? — сказал Лэнс, начиная злиться. — Не придавай этому значения. Я возьму женщину, как только уйду отсюда. — Его мысли мгновенно вернулись к Эмбер. Всё внутри него напряглось. Затем он отогнал эту мысль. — Я в порядке.

— Знаменитые последние слова, — произнёс Гриффин с лёгкой насмешкой. — Ты всё отрицаешь, Лэнс. Я слышал, что эта женщина всё ещё на территории вампиров. Я думал, она до сих пор здесь, чтобы с тобой… моя ошибка. Суть в том, что ещё, чёрт возьми, не слишком поздно. Ты мог бы найти себе пару.

— У меня была пара. Всё закончилось плохо. К чёрту это! — ему пришлось заставить себя говорить тише.

Сара слегка коснулась его руки.

— Мы беспокоимся о тебе, — её глаза были широко раскрыты и умоляли. — Ты сам на себя не похож.

Под этим они подразумевали тёмные круги под его налитыми кровью глазами. Его лицо было изможденным, и он был немного бледен. Да, что ж, дерьмо случалось. Лэнс поищет женщину, когда будет уходить отсюда. Женщину-вампира. Больше никакого эксклюзивного дерьма.

— Тебе не о чем беспокоиться. Я не нападу на волка и не причиню вреда Стеф, — его голос дрогнул. Он причинил ей боль. Плохо. Это было то, что не давало ему покоя. Женщина не могла даже взглянуть на него. Причинять боль женщинам было тем, в чём он был хорош. Ему нужно было держаться подальше.

Внезапно Гриффин заключил его в объятия.

— Что за хрень? — Лэнс напрягся, совершенно сбитый с толку. Мужчина сильно похлопал его по спине. Лэнс откинул голову назад, устремив взгляд в голубое небо над головой. Глаза жгло. В последнее время они часто так делали. Возможно, ему придётся обратиться к врачу.

— В тот момент тебе нужны были мужские объятия, — проговорил Гриффин, отпуская его. — Я твой друг, так кто же может обнять тебя лучше, чем я?

Лэнс закатил глаза, но, несмотря на это, ему пришлось улыбнуться. Тяжесть немного спала.

— Спасибо. — Он посмотрел на Гриффина и Сару. — Я серьёзно.

— В любое время, — сказала она. — Днём или ночью. Если мы тебе понадобимся, мы всегда рядом. Мы оба. — Она тоже обняла его.

Лэнс подмигнул ей, когда она отстранилась, и увидел, как она покраснела.

— Спасибо, Чопорность. Сомневаюсь, что Гриффу понравился бы сценарий «втроём», но мне тоже нравится «в любое время».

Его друг зарычал.

— Я в игре, — он снова подмигнул.

Гриффин снова зарычал, на этот раз громче, и Лэнсу пришлось рассмеяться. Он посмотрел на группу. Стефани стояла у стола с едой. Она накладывала две тарелки.

Ему нужно было кое-что сделать. Все сказали держаться подальше. Он, вероятно, попал бы в ад за это, но ему было всё равно. Он никогда не смог бы… двигаться дальше… за неимением лучшего слова. Если бы не поговорил с ней. Ему нужно было извиниться.

— Что ты делаешь? — спросил Гриффин, хлопнув его по плечу.

Он был уже на полпути к ней. Лэнс остановился.

— Мне нужно это сделать.

— Это плохая идея, — предупредил Грифф, выглядя встревоженным. — Тебе было запрещено приближаться к ней.

Лэнс пожал плечами.

— Раньше меня это никогда не останавливало. Оставайся здесь.

Он ускорил шаг и остановился задолго до того, как подошёл к ней. Он не хотел пугать её или вторгаться в её личное пространство.

— Стефани, — сказал Лэнс, стараясь говорить тихо.

Она заметно ощетинилась. Её спина выпрямилась и напряглась. Она втянула воздух.

— Извини за беспокойство, — он действительно сожалел.

— Ну, тогда не надо, — она не обернулась. Её голос был отрывистым.

— Пожалуйста, можно тебя на минутку? — он поймал себя на том, что затаил дыхание.

— Нам не о чём говорить. — Во всяком случае, её поза стала более напряжённой, а голос — более резким.

— Я хотел извиниться. — Лэнс сделал паузу, пытаясь подобрать слова. Разговоры никогда не были его сильной стороной. Лэнс копал глубоко. — То дерьмо, которое я вытворял… то, что я делал… Мне так жаль, что я заставил тебя пройти через это. Я был не в своём уме, но это не оправдание. Я был неправ. Мне очень жаль. Я не жду, что ты простишь меня. Я рад, что ты счастлива и что в твоей семье всё хорошо.

Её плечи опустились, и она тяжело вздохнула. Стефани повернулась, снова обретая самообладание. Она кивнула, хотя и неохотно.

— Ты тоже страдал. Я понимаю это. Я могу только надеяться, что ты не позволишь чему-то подобному случиться снова.

— Я не позволю, — пообещал он и глубоко прочувствовал это обещание. — Я уже не тот человек, каким был тогда.

Она ответила не сразу, изучая его лицо. Но, в конце концов, она снова кивнула.

— Я понимаю.

Лэнс понял, что она закончила. Он сказал то, что должен был сказать. Он слышал, как люди говорили о сбрасывании тяжести, и ему определённо стало легче. Чуть менее мрачный, намного менее серый, хотя серость всё ещё присутствовала. Его демоны, может, и не исчезли, но стали меньше.

— Спасибо, что поговорила со мной, — Лэнс засунул руки в карманы. — Ваши дети…

Глаза Стефани расширились. Она ахнула, а затем в него врезался товарный поезд. По крайней мере, так Лэнсу показалось. Ревущий товарный поезд сбил его с ног и опрокинул на спину. Его голова ударилась о террасу с такой силой, что он услышал треск. Лэнс заскрежетал зубами. Он и раньше терял сознание. Всегда было одно и то же: в одну секунду он был там, а в следующую просыпался с ужасающей головной болью. Этот раз не был исключением.

Он застонал.

Всё было как в тумане. Казалось, что кто-то внутри его головы размахивает огромной кувалдой. Он снова застонал и приложил руку ко лбу. Комната обрела четкость. Зейн склонился над ним. О, чёрт. Может быть, самец снова вырубит его.

Ему удалось прохрипеть.

— Прости.

Зейн улыбнулся. Он действительно улыбнулся.

— В этом нет необходимости.

Что?

Очевидно, он ударился головой сильнее, чем думал.

— Судя по тому, что я слышал. Ты был вежлив и извинился, это Уорд слишком остро отреагировал, хотя, — он пожал плечами и приподнял брови, — технически, я не могу винить мужчину.

В голове Лэнса пульсировала боль. Он поморщился.

Зейн усмехнулся.

— Стефани была взбешена. Она строго отчитала Уорда. Как тебе такой расклад сил?

Пульсация замедлилась. Проклятье. Ему нужно было выпить. Единственная причина, по которой он остался лежать и все еще чувствовал это, заключалась в том, что он был на пределе.

— Тебе следовало держаться подальше, но я понимаю, почему тебе нужно было поговорить с ней. Завершение. Может, теперь ты сможешь заняться той женщиной?

— Только не ты, — простонал Лэнс. — Мне нужна женщина, но не она.

— Ты уверен?

— Чертовски уверен. Тебе лучше вернуться на праздник. Не каждый день происходит помазание королевского наследника.

Зейн кивнул.

— Да… эльфийский принц — тот ещё придурок. Он выглядит сердитым, как будто может сорваться в любой момент. Ксавьеру не помешала бы помощь. Межвидовые отношения — сложная штука. Наши самки проявляют интерес к своим самцам, а наши самцы хотят превзойти их. Должен сказать, что волки, похоже, стремятся к дальнейшему развитию отношений с нашими самками. Возможно, нам стоит подумать о запуске программы, которая объединила бы их обоих. Особенно учитывая, что наши самки могут выносить волчат.

— У меня от тебя голова болит ещё больше, — состроил гримасу Лэнс. — Я не тот человек, с которым стоит об этом говорить.

Зейн выглядел погружённым в свои мысли.

— Я собираюсь кое-что обсудить с Уордом.

— Всё, что сделает тебя счастливым. — Его король, несомненно, сошёл с ума.

— Поправляйся. Титан улетает через два дня, так что мне нужно, чтобы ты сосредоточился на защите людей.

Он кивнул, радуясь, что обсуждает безопасную тему.

— Нет проблем.

Но, черт возьми! Он совсем забыл о своих новых обязанностях.

Зейн посмотрел на него как на сумасшедшего.

— Ты действительно паршиво выглядишь. Приложи лёд к шишке на голове и найди себе женщину… любую, блядь, женщину. Разберись со своим дерьмом.

— Да, босс.

Зейн фыркнул.

— Хорошо, что ты вернулся. Такой же самоуверенный, как и всегда.

Он действительно чувствовал себя лучше, хотя его череп и кричал на него. Лэнс ухмыльнулся.

— Вот мужчина, которого я знаю и люблю, — он легонько похлопал Лэнса по руке.

— Иди уже.

Мужчина что-то проворчал. Он вышел из комнаты.

Лэнс, должно быть, задремал, потому что, вздрогнув, проснулся, когда совершенно обнажённая женщина обвилась вокруг него. В тумане, вызванном сном, он сначала подумал, что это Эмбер. Он даже обнял её и притянул к себе. Он вдохнул её аромат.

Неправильный.

Сработал сигнал тревоги.

Его тело напряглось, и не в лучшем смысле этого слова. Его член вообще не реагировал. Его глаза распахнулись, и самка одарила его ленивой улыбкой. Она продемонстрировала ему пару длинных клыков. Она была длинноногой. Очень хорошенькой. Она не была Эмбер.

Блядь.

Откуда взялась эта мысль?

— Кое-кто сказал мне, что ты нуждаешься в помощи. — Женщина повернулась и покрутила перед ним задницей. Своей очень голой, очень упругой задницей.

Лэнс отвернулся. Ничего не произошло. Его тело оставалось совершенно равнодушным. Может быть, если бы он прикоснулся к ней.

Лэнс стиснул зубы и придвинулся к ней сзади. Её спина была длинной и изящной. Её ноги тянулись на целые мили. Он положил руки ей на бёдра, и она вздохнула, выгибая спину ещё сильнее. Он почувствовал запах её возбуждения. Её кожа была нежной.

Ничего.

Ни черта.

Лэнс фыркнул. У него защипало в глазах. Что с ним было не так? Что, чёрт возьми, происходило?

— Я готова для тебя, — она слегка пошевелила бёдрами. — Ты бы хотел, чтобы я… — она обернулась, чтобы взглянуть на него через плечо. На её лице отразилось беспокойство. — О, милый… ты в порядке? Лэнс?

— Я в порядке, — он зарычал, крепче сжимая её бёдра в ответ. — Откройся шире.

— Ты не в порядке, — она нахмурилась. — Чёрт! Ты… ты… — она с трудом сглотнула. — У тебя что-то на щеке.

Он провёл рукой по лицу. Она осталась мокрой.

— Что за хрень? — сказал он себе, встревоженный и потрясённый. — Мне нужно обратиться к врачу. С этим что-то не так. Мои… мои глаза, — он глубоко вздохнул, — моя грудь. Это больно.

Женщина повернулась и села. Она скрестила ноги.

— Если бы я не знала тебя лучше, я бы сказала, что ты страдаешь от разбитого сердца.

— Это чушь собачья, — тут же ответил Лэнс, изо всех сил пытаясь отшутиться. Не повезло, чёрт возьми. Боль в его груди только усилилась. — Мне нужно к целителям, — он потёр грудь.

— У нас уже был секс раньше. Ты был как животное. С самого начала ты был твёрдым и неподатливым, — она указала на него. — Это не ты.

— Я же говорил, мне нужна медицинская помощь. Я болен. Я вынужден это сделать.

— Да, ты страдаешь от любви. Это из-за человека, не так ли? До меня доходили слухи.

Почему они, чёрт возьми, не могли оставить его в покое?

— Ни тебя, ни кого-либо другого это не касается. — Он впервые разглядел её черты. Длинные, до талии, светлые волосы. Потрясающие зелёные глаза. Пухлые губы. Он ни хрена её не узнал. — Ты уверена, что мы были вместе? Что мы…

— Трахались? — она кивнула. — Я совершенно уверена. Ты заставил меня кончить так быстро и так сильно, что это было непристойно. Ещё более непристойным было то, как быстро ты заставил меня уйти. Второго раунда не было. Не было времени прийти в себя. Просто бум, бабах и всё.

Это прозвучало примерно так.

— Прости. Как тебя зовут?

— Брук, — она улыбнулась, явно забавляясь.

— Я прошу прощения за то, что не нашёл времени спросить, как тебя зовут, и за то, что так быстро тебя выгнал. Это было… неправильно с моей стороны.

Она пожала плечами и тихонько рассмеялась.

— Всё было в порядке. Я пришла, чтобы хорошенько отдохнуть, и это то, что я получила. Я не жаловалась тогда и не буду жаловаться сейчас. Ты уверен, что ты… — её глаза расширились, и она просунула руку себе между ног.

Лэнс покачал головой.

— Нет, спасибо. Я же сказал, я болен. Мне нужна серьёзная помощь.

— Твоя потеря, — она пожала плечами и встала с кровати. Брук натянула платье и неторопливо вышла из его комнаты.

Лэнс не почувствовал никакого чувства потери, когда дверь закрылась. У него не было желания звать её обратно. Не было желания искать другую женщину на её место.

Ему нужно было найти целителя, и прямо сейчас. Брук была права, он был сломлен.

Глава 19

В тот же вечер…

Бринн положил руку ей на спину, и Эмбер напряглась.

— Прости, — пробормотал он. — Я ничего не пытался сделать, — он поднял руки. — Клянусь. Я хороший парень. Я бы никогда не попытался воспользоваться ситуацией. Ты сейчас не в лучшей форме.

Это было преуменьшение года. Нет, ей было гораздо лучше. Лэнс, кто?

— Он мудак. Засранец. Высокомерная свинья. Я с ним покончила, — солгала она сквозь зубы.

Они остановились в холле отеля. Бринн посмотрел на неё так, словно она была в восторге от этого.

— Я согласен, у него есть все эти качества и даже больше. Тупой идиот был бы первым в списке. Но не стоит говорить то, чего ты не имеешь в виду. Мы оба знаем, что ты ещё не забыла его.

Эмбер упёрла руки в бока.

— Я забыла. — Возможно, если бы она сказала это достаточно громко и достаточное количество раз, то почувствовала бы это. — Я полностью забыла этого придурка.

Бринн ободряюще улыбнулся ей.

— Я уже понял, что ты на вампирской территории из-за моей увлекательной компании.

— Чепуха. Мы стали хорошими друзьями. Мне нравится проводить с тобой время.

— Но ты всё ещё здесь не из-за меня. Ты надеешься, что он передумает. Что он признается в…

— Даже не говори этого, — быстро сказала Эмбер, чтобы заставить его замолчать. — Я думаю, что, возможно, я совершенно неправильно всё поняла. — Она почувствовала, как задрожали её губы. Эмбер пожалела, что не может взять себя в руки. Скатилась слезинка. Всего одна маленькая слезинка. С таким же успехом их может быть тысяча. Она стёрла её. — Вот почему я не могу поехать домой. Это не имеет никакого отношения к этому придурку. Ну, не совсем. Я не могу встречаться с родителями или ходить на работу каждый день. Я в полном беспорядке, — скатилась ещё одна слезинка. На этот раз Эмбер не обратила на это внимания. — Думаю, я ошибалась, думая, что он… любит меня.

Эта мысль всё это время не выходила у неё из головы. Она не позволяла себе даже подумать об этом, не говоря уже о том, чтобы произнести вслух. Её голос дрогнул. На глаза навернулись слёзы.

Ладно, она плакала… много.

Бринн погладил её по спине, как хороший друг, которым он и был. Он проводил её в гостиную. Он был так мил с ней. Эмбер поймала себя на том, что жалеет, что не влюбилась в него, вместо того, чтобы…

— Ты должна знать… — Бринн перестал тереть спину.

Эмбер порылась в сумочке в поисках салфетки. Она не выходила из дома без неё. С другой стороны, это была её первая прогулка с тех пор, как они с Лэнсом… расстались.

— Я думаю, что у него действительно есть чувства к тебе.

Эмбер опустила взгляд на свои руки. Бринн был таким милым, и он заслуживал женщину, которая была бы по уши влюблена в него.

— Действительно? — сказала она хриплым голосом. — Он говорил мне такие ужасные вещи. Слова, которые по-настоящему ранили, потрясли меня до глубины души.

— Я не могу говорить за мужчину. Всё, что я знаю, это то, что он не был ни на каких элитных тренировках и не проработал ни одной смены. Если верить слухам, он даже не взял ни капли крови.

Когда он замолчал, Эмбер наклонилась к нему.

— Что? — ей нужно было знать. Любая информация была лучше, чем ничего. С другой стороны, это было неправдой. Нисколько. Были вещи, о которых она предпочла бы не знать.

— Он не брал к себе в постель другую женщину. Он продолжает их отвергать. Я думаю, что это…

Эмбер не слышала, что говорил Бринн. Мысль о том, что он ушел, убивала её. Но вера в то, что он вернулся к своим прежним похождениям, помогла. Даже если это было не так, это всё равно ничего не значило. Не так ли?

Бринн сжал её руку.

— Эмбер.

Она перевела взгляд на него.

— Но это не может продолжаться вечно. Он не может обходиться без крови бесконечно. Лазарь упомянул, что завтра он вернётся к тренировкам. Что его обязанности в качестве лидера человеческой стражи начнутся через два дня. Ему нужно быть в лучшей форме, а это значит… — он выглядел огорчённым.

Эмбер подняла руку.

— Я знаю, что это значит. — Её остатки спокойствия испарились. Лэнсу нужно… двигаться дальше сегодня. Она кивнула. — Мне нужно собрать вещи и уезжать. Ты прав… Я идиотка… — она прикусила губу. — Я надеялась, что он вдруг поймёт, как сильно любит меня и не может без меня жить.

— Ты не идиотка. Лэнс — идиот.

— Я тоже…… Мне не следовало в него влюбляться. Я всё отрицала, отказывалась верить, думала что ненавижу его, когда всё, что я чувствовала, — страх быть отвергнутой. Я должна была догадаться.

— Жизнь очень редко идёт по плану.

Бринн провёл рукой по щетине на подбородке. Его красивые серебристо-серые глаза и ямочка на подбородке были сексуальными. Он был высоким и хорошо сложенным, но… не для неё.

— Ты совершенно прав в этом. Почему я не могла влюбиться в тебя? — Эмбер на секунду взяла его за подбородок. — Однажды ты сделаешь кого-то очень счастливым, Бринн, — твёрдо сказала она ему. — И какой счастливой женщиной она будет.

Его улыбка была величественной, но с оттенком сожаления.

— Я бы хотел, чтобы ты тоже влюбилась в меня, но эй… что ты можешь сделать? У меня есть ещё две горячки, чтобы найти свою пару.

— Ты найдёшь её. — Эмбер с трудом сглотнула, поднимаясь на ноги. — Я намереваюсь собрать вещи. Было бы действительно здорово, если бы мы могли поддерживать связь.

— Я навещу тебя.

Её глаза расширились при мысли о том, что скажут её родители.

— Тебе придётся говорить с французским акцентом.

Он усмехнулся.

— Ни за что. Ты должна им сказать. — Бринн тоже встал, на мгновение задержав её руку в своей.

— Да, возможно, ты прав, — Эмбер разгладила платье, пока они шли к лифтам.

— Я буду скучать по тебе, Эмбер. — Его глаза расширились. — Как по другу.

— Ты приедешь, и мы продолжим общаться. Я не могу дождаться встречи с женщиной, которая покорит твоё сердце.

Он смущённо улыбнулся. Они уже нажали на кнопку вызова лифта, когда секретарша в приёмной прочистила горло. Эмбер обернулась.

Лэнс нравился женщине-вампиру. Она была очень хорошенькой.

— Ты должна знать…

Двери лифта открылись, и Бринн протянул руку, чтобы удержать их в таком положении.

Женщина выглядела неуверенной. Затем она демонстративно поправила свой значок.

— Лэнс был здесь, — она вздохнула.

— Что? — это сорвалось с её губ тихим вздохом.

Женщина кивнула.

— Да… Он заходил дважды. Он выглядел взволнованным.

— Где он сейчас?

Она пожала плечами.

— Он оставил сообщение?

Администратор покачала головой.

А-а-агрх! Лэнс был здесь. Дважды. Искал её. Возможно, он пришёл, чтобы признаться ей в вечной любви и сказать, что не может без неё жить. Эмбер задумалась на несколько секунд. Правильно!

Ублюдок.

Она прекрасно понимала, зачем он пришёл. То, что его тренировка начиналась завтра, не было совпадением.

Бринн поднял вверх большие пальцы.

— Я же говорила тебе, что он…

— Ты ошибаешься, — отрезала она. — Я иду к нему в номер. Мне нужно сказать ему пару вещей. Мне нужно назвать его несколькими подходящими именами. — Она издала звук разочарования.

Бринну приходилось идти быстро, чтобы не отстать от неё.

— Я не могу дождаться, когда смогу стереть улыбку с его лица. Я ненавижу его до глубины души. Я не могу поверить, что когда-то любила его. Он не заслуживает моей любви. Ни капли.

Бринн промолчал. Он, очевидно, знал, что такое сердитая женщина, и Эмбер никогда в жизни не была так зла. Они быстро добрались до его двери. Она постучала дважды. Затем постучала ещё раз.

— Я знаю, что ты там… — нет, она этого не знала, но она была зла, чёрт возьми. Более чем зла. Она была вне себя от ярости. — Открой, ты…

Дверь открылась в тот момент, когда в неё постучали. Лэнс ухмылялся. Этот ублюдок ухмылялся ей. Он, очевидно, подумал… что за полный придурок. Эмбер стиснула зубы, а затем влепила ему пощёчину. Такую сильную, что звук эхом разнесся по коридору. Так сильно, что её ладонь обожгло. Он резко повернул голову в сторону, но сохранил свою ужасную понимающую ухмылку.

— Я здесь не для этого, — взвизгнула она. — Перестань улыбаться.

Бринн хихикнул.

— Я ухожу.

— Нет, не уходи. — Она хотела повернуться и посмотреть на него, но взгляд Лэнса был слишком свирепым.

— Да, ты здесь для этого. — Он положил руки ей на талию и втянул внутрь, захлопнув дверь, как только она оказалась внутри.

Эмбер попыталась упереться каблуками, но ей было не сравниться с его явной силой.

— Нет… Я… не… — она извивалась и пыталась оторвать руки от своего тела. — Я пришла, чтобы высказать тебе всё, что я думаю. — Она пнула его в голень и взвизгнула, схватившись за палец на ноге. — Вампиры сделаны из стали или что-то в этом роде?

— Да… мы такие и есть. Это твоё мнение… — он издал какой-то мурлыкающий звук. — Мне нравится, как это звучит. А теперь сними платье, чтобы мы могли начать.

Эмбер уставилась на него, разинув рот.

— Ты высокомерный засранец. Я ненавижу тебя так сильно, что готова закричать.

— Это именно то, что я имел в виду… Я рад, что мы, чёрт возьми, на одной волне.

— О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — она фыркнула, смущённая, но возбуждённая.

— Ты закричишь… громко и несколько раз. Почему на тебе всё ещё надето платье? — его прекрасный лазурный взгляд блуждал по её телу.

Эмбер скрестила руки на груди.

— Не смей так на меня смотреть. Ты вообще не имеешь права смотреть на меня, не говоря уже о том, чтобы так смотреть. Я пришла сюда не для того, чтобы… Я не приходила сюда…

— Чтобы трахаться? — Лэнс ухмыльнулся.

— Нет! — её грудь тяжело вздымалась. Воздух не мог ни поступать в её легкие, ни выходить из них достаточно быстро. Её руки были сжаты в кулаки. Эмбер издала звук, похожий на невменяемый. — Я пришла сюда не для того, чтобы…

— Трахаться? — он приподнял брови. На этом засранце были джинсы и простая белая футболка. Он смотрел… он смотрел… как последний ублюдок. Восхитительный ублюдок.

— Ты ужасный человек.

— Хорошо, что я не человек, — Лэнс шагнул к ней. — Я вампир, — его голос был низким и проникновенным. Его глаза завораживали. — Я рад, что ты пришла сюда не трахаться.

Воздух со свистом покинул её легкие. Что? Её охватило разочарование. Она возненавидела его ещё больше за то, что он заставил её так себя чувствовать. Эмбер стиснула зубы, изо всех сил стараясь сдержать слёзы. Слёзы гнева, досады и отчаяния.

— Ч-что? — пробормотала она, запинаясь.

— Я так рад, — он сделал ещё один шаг вперёд, и её задница с глухим стуком ударилась о дверь. Его голос был мягким и нежным. — Я не хочу трахать тебя, Эмбер, я хочу заняться с тобой любовью.

— Что? — повторила она, но нахмурилась, увидев, что ситуация снова изменилась в лучшую сторону. — Я пришла сюда не для того, чтобы…

— Чушь собачья. — Он с трудом сглотнул. — Перестань нести чушь хоть раз в жизни, и я тоже. Прости, что говорю тебе такие вещи, хотя я имел в виду каждое слово.

— В твоих словах нет абсолютно никакого смысла. Я хочу ударить тебя и расцарапать, и ты мне не нравишься…

Он взял её за подбородок, и она невольно потянулась к нему.

— Я думаю, у тебя потрясающие сиськи и ещё более потрясающая задница. Мне нравится твоя тугая киска…

Эмбер толкнула его в грудь.

— Ты такая чёртова свинья. Не могу поверить, что когда-то позволила себе влюбиться в тебя.

— Я так рад, что ты это сделала, потому что я люблю тебя. Очень сильно люблю, — Лэнс обхватил ладонями её щёки. — Я был напуган. Я всё ещё напуган. Ты нужна мне, и я думаю, что я тоже нужен тебе. Перестань качать головой.

Эмбер даже не осознавала, что делает.

— Ты просто хочешь секса.

— Я действительно хочу секса. Много секса. Я хочу секса с тобой. Только с тобой. — Он улыбнулся. Это было чертовски неприлично. — Вот почему ты здесь, верно?

Она уклонилась.

— Нет.

— Да, это так. Ты хочешь меня и любишь.

— Нет, не люблю.

— Эмбер, — то, как он произнёс её имя, полностью завладело её вниманием. — Я очень расстроился, когда Стефани ушла. Я знаю, что это также во многом связано со смертью.

— Что? — испуганно переспросила Эмбер.

— Я умер. Потребовалось несколько дней, чтобы прийти в себя. Дни были сущим адом. У меня помутился рассудок. Единственное, на чём я мог сосредоточиться, так это на том, что Стефани куда-то утащили. Я сказал себе, что если я верну её и помирюсь с ней, то весь этот хаос исчезнет. Что всё будет хорошо. Но я был неправ. Я никогда по-настоящему не любил Стефани. Мы никогда не были парой. Ты моя пара. Это ты. — Он провёл большими пальцами по её подбородку. — Боль, которую я испытал, потеряв её, была ничем по сравнению с потерей тебя, — Лэнс слегка улыбнулся. — Я думал, что заболел. Мои глаза не переставали слезиться. Я не мог смотреть на другую женщину. Мысль о том, что ты даже на секунду уйдёшь от меня, разрывала меня изнутри. Ты моя. Я твой. Мы созданы друг для друга. Жаль только, что мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать это.

Эмбер почувствовала, что смягчается.

— Ты плакал?

Его кадык дёрнулся.

— Нет… мужчины не плачут. У меня из глаз потекли слёзы.

— Ты серьезно плакал? — она не смогла сдержать улыбку и обхватила его за бёдра.

— В самом деле? Я говорю тебе, как сильно я тебя люблю. Как сильно я люблю каждую частичку тебя. — Его взгляд на секунду опустился к её груди. — Как же я хочу заняться с тобой любовью и ничего не делать? Я рассказал тебе о своих… глазах, и это всё, что ты можешь сказать? Ты действительно странная женщина, Эмбер. На самом деле, совсем другая.

— Да, наверное, так и есть. Ты любишь меня?

Он кивнул и попытался поцеловать её.

Она отстранилась.

— Ты это серьёзно, от всего сердца?

— У нас эксклюзивные отношения, — Лэнс нежно поцеловал её. — Мы встречаемся, — он поцеловал её снова. — Мы спариваемся, как будто это было вчера, и я собираюсь заняться с тобой любовью, по крайней мере, сто тысяч раз, начиная прямо сейчас…

Эмбер привстала на цыпочки и поцеловала его в ответ.

— Ладно. У меня это хорошо получается. Можем ли мы делать перерывы между занятиями любовью?

— Эм… — Лэнс на секунду прикусил нижнюю губу, глядя на её рот. — Короткие перерывы. Мы можем взять очень короткие. Мы должны наверстать упущенное за время твоего отсутствия.

Она почувствовала, как вспыхнули её щёки.

— Ты никогда не позволишь мне забыть это, правда?

Он покачал головой.

— Нет. Нам нужно многое наверстать. Мне нужно многое наверстать. Я ублюдок, помнишь? — затем он крепко поцеловал её, и всё остальное не имело значения. Даже самую малость.

Глава 20

Постарайся не думать об этом.

Сосредоточься на чем-нибудь другом.

— Я всё ещё не могу поверить, что Кай исчез на несколько дней, никому не сказав, куда он идёт и что делает, — проговорила Эмбер.

Лэнс бросил на неё взгляд.

— Он был с человеческой женщиной, нарушив все правила, которые есть в книге. Конечно, он никому не сказал.

— Это неправильно, — она искоса взглянула на Лэнса. — Бринн сказал, что Кай вёл себя совершенно не в своём духе. Он также упомянул, что Кай всё ещё ведёт себя странно, как будто тоскует по женщине, с которой был, или что-то в этом роде.

— Если бы я не знал тебя лучше, то сказал бы, что ты ревнуешь.

— Это не так, и если бы я не знала тебя лучше, то сказала бы, что ты тоже ревнуешь… ревнуешь?

— Ни хрена подобного, — из его горла вырвался разочарованный звук. — Кай — молодой парень.

— А ещё он очень высокий, хорошо сложенный и исключительно привлекательный.

Всё это было правдой, но этот парень её не интересовал.

Лэнс пожал плечами.

— Он не такой, как я, поэтому он недостаточно хорош для тебя. — Он выпятил грудь и напряг мышцы.

Эмбер не удержалась от смеха. Звук замер у неё на губах, когда она поняла, где они находятся. А именно, на полпути к её дому. В котором жили её родители. В котором она выросла.

Лэнс, должно быть, почувствовал её нерешительность, потому что положил руку ей на спину и подтолкнул вперёд.

Эмбер попыталась повернуться, но он обнял её за талию.

— Я не готова к этому, — пискнула она, уткнувшись лицом ему в грудь. — Пожалуйста, не заставляй меня.

— Ты сильная женщина. Ты справишься, — он провёл рукой по её спине. — Мы справимся.

— В этом-то и проблема, — Эмбер отстранилась и вздрогнула, заметив боль, промелькнувшую в его глазах.

— Ты стыдишься меня? Я думал, что…

Эмбер обвила руками его шею.

— Я люблю тебя, но с моими родителями иногда бывает так трудно. Они всё ещё видят во мне свою маленькую девочку. Моя мать может быть настоящей стервой, когда дело касается парней, с которыми я встречаюсь. Не то чтобы я встречалась со многими парнями, но всё же… она бывает странной.

Она отпустила Лэнса и провела рукой по лицу.

— Ты можешь изменить свое мнение обо мне. Ты можешь решить, что это требует слишком больших усилий.

— Этого, чёрт возьми, никогда не случится. Твои родители полюбят меня, — он подмигнул ей.

Эмбер раздраженно выдохнула.

— Конечно, они полюбят, — пробормотала она. — Очень высокомерный? — она не удержалась от смеха, когда они продолжили свой путь к её дому.

— Просто констатирую факты, — его красивые глаза озорно блеснули.

— Честно говоря, ты можешь быть придурком.

Лэнс притянул её ближе.

— Я обещаю вести себя наилучшим образом.

— Мне жаль Кая. — Она не была готова постучать в дверь. — Я не думаю, что со стороны королей было справедливо поступать так, как они поступили. Я думаю, что его наказание было слишком суровым.

— Если он не может держать свой член в штанах, значит, он заслуживает всего, что получает.

— Это очень круто слышать от тебя, блядун.

Лэнс прищурился. Он ненавидел, когда она так его называла. Женщины-вампиры всё ещё стучались в их дверь. Даже сейчас, когда она переехала к нему. Может быть, когда они спарятся… У неё скрутило живот, когда Эмбер поняла, где они находятся.

— Я всё ещё блядун… но только в том, что касается тебя, — он издал рычащий звук и притянул её к себе. Что-то твёрдое упёрлось ей в живот.

Ее глаза расширились.

— Лэнс… Ты же не возбуждаешься в такой момент… не так ли? — он возбуждён. Она вела себя глупо, даже задавая этот вопрос. Эмбер чувствовала, что это так. Большинство парней занервничали бы при мысли о встрече с родителями. Только не Лэнс.

Он усмехнулся.

— Я всегда возбуждаюсь, когда нахожусь рядом с тобой. Надеюсь, ты будешь вести себя тихо. — Он приподнял брови и улыбнулся ей.

— О нет. Даже не думай об этом. Мои родители поселят нас в разных комнатах. Это само собой разумеющееся.

Эмбер покачала головой, чувствуя себя подавленной при мысли о сексе под родительской крышей. Затем она ощутила дрожь возбуждения от этой перспективы. Что с ней было не так? Нет! Они не могли. Этого не должно было случиться.

Лэнс пожал плечами.

— Чего они не знают, того не будет… — его ноздри раздулись, и он улыбнулся. — Ты хочешь, — он ухмыльнулся. Придурок!

— Даже не говори этого… Лэнс, нет. — По тому, как он смотрел на неё, Эмбер поняла, что он её не слушает. — Н.Е.Т. Не очаровывай. Нет!

— Мм-м-м. Я, блядь, не могу дождаться, — он поцеловал её. Схватил её за попку, притянул к своему члену и поцеловал ещё немного. Страстнее.

Как всегда, её тело отреагировало, даже если её разум летел со скоростью мили в минуту. Его губы, язык и покусывающие клыки творили с ней ужасные вещи. Вещи, которые заставили её притянуть его ближе.

Наконец, он отпустил её.

— Я в игре, но… — Лэнс рассмеялся. Его грудь прижалась к её.

— Чёрт, — когда она успела взобраться на него, как на столб? Её ноги обхватили его бёдра и её юбку. — О, боже, — она приземлилась на ноги. Ее щёки пылали.

Лэнс схватил её за бёдра, чтобы она не упала на задницу.

— Больше так не делай, — она погрозила ему пальцем.

— Прости, милая. Я не могу ничего обещать, — он поправил её юбку. — Как бы сильно я ни любил твою задницу, я не хочу, чтобы кто-то ещё её видел. Хорошо, что этот двор такой большой.

— Веди себя прилично, пожалуйста, — руки Эмбер снова задрожали, во рту пересохло.

— Всё, что угодно, ради тебя. — Он подмигнул. — Пойдём. — Его пальцы коснулись её поясницы.

— Может быть, я могла бы сказать им, что плохо себя чувствую. Мы можем это отложить.

Он покачал головой.

— Мы сделаем это. Ты уже сказала им, что не ездила в Париж.

Эмбер кивнула, чувствуя, как с каждым шагом кровь стынет в жилах.

— Ты сказала им, что я вампир.

Она кивнула.

— Не думаю, что они мне поверили.

— Теперь поверят. — Его рука крепче сжала её, и Лэнс практически понёс её к двери. Парадной двери дома, в котором она выросла. Дома, который она называла домом… по крайней мере, так было несколько недель назад. — Милое местечко, — он присвистнул.

Да, её родители действительно преуспевали все эти годы. У них был большой дом. Слишком большой для семьи из трёх человек. Сады были большими и ухоженными.

Лэнс постучал в дверь. Было странно ждать снаружи. Это был её дом. Был.

— Милая, — воскликнула её мама. Пожилая женщина полностью проигнорировала Лэнса и обняла Эмбер.

— Мама, — она обняла её в ответ.

— Мы так по тебе скучали. Это последний раз, когда ты садишься в самолёт, юная леди. — Знакомый запах матери окутал её. Клубничный запах её шампуня. Цитрусовый аромат её духов.

— Марджери, дай ей подышать свежим воздухом, — упрекнул её отец. — Кстати, меня зовут Кен.

Эмбер украдкой заглянула через плечо матери. Её отец выглядел встревоженным. Он сильно хмурился.

— Лэнс. — Ей показалось, что он улыбался, но она не могла его видеть.

— Было холодно? Ты следила за тем, что ела? — её мама всё ещё не отпускала её. — Там были пчёлы?

Эмбер оторвалась от мамы и раздражённо выдохнула.

— Я же говорила тебе, что меня не было в Париже. Я была недалеко от Суитуотера.

— Хорошо, — сказала она и приподняла брови. — Тогда откуда у меня это? — она протянула Эмбер открытку с изображением Эйфелевой башни.

Что?

Там был небольшой абзац, в котором говорилось, что она потрясающе проводит время. Что она любила каждую минуту и фактически оно было подписано её именем, только это был не её почерк.

Что?

— Мардж, мы можем, пожалуйста, зайти в дом? — её отец выглядел недовольным. — Нам не обязательно вести этот разговор в дверях, не так ли?

Её мама пожала плечами и забрала открытку.

— Просто пытаюсь прояснить ситуацию. Я в замешательстве. На самом деле, я в замешательстве.

Из-за этого их стало двое.

— Что тут непонятного? Эмбер никогда не была во Франции. Мы это уже обсуждали. — Её отец стоял в стороне. — Пожалуйста, входите, — он взглянул на Лэнса. — Это моя жена Марджери, — он указал на её маму.

Её мама покачала головой.

— Я познакомлюсь с молодым человеком, как только мы всё уладим, — она поджала губы. В её глазах застыло серьёзное выражение.

— Ты грубишь, мама.

— Ты солгала нам, дорогая. — Её мама не сводила глаз с Эмбер.

— Я люблю вас обоих, но вы слишком властны. Что, если бы я сказала вам, что собираюсь в замок вампиров?

— Чтобы стать частью той… программы? — её мама состроила гримасу. Как будто всё это было ей неприятно.

Эмбер посмотрела на Лэнса. Он ободряюще улыбнулся ей и слегка кивнул головой.

— Да, чтобы стать частью Программы, — твердо сказала Эмбер, оглядываясь на маму.

Она покачала головой.

— Почему ты не могла найти обычного парня? А как насчёт того парня, с которым ты встречалась? Парикмахера?

— Кто… Фредди? Ты ненавидела его.

— Нет, я этого не делала. — Она всё ещё не смотрела на Лэнса.

Эмбер расправила плечи.

— Я не должна была лгать вам. Это было неправильно, и я признаю это, но вы бы меня отговорил. Мне двадцать семь лет, и я всё ещё живу дома со своими родителями. Я всё ещё работаю на вас. Это ненормально.

— В этом нет ничего плохого, — мама схватила её за свободную руку. — Ты была болезненным ребёнком. Ты всё ещё болезненна и всегда будешь моей малышкой, — мама сжала её руку и покачала головой.

Эмбер высвободила свои пальцы из маминой хватки.

— Это нужно прекратить…… Я больше не ребёнок и не больна. Только потому, что у меня аллергия… — она глубоко вздохнула. — Мне жаль, что я солгала, но я не жалею, что поехала, — Эмбер взглянула на Лэнса, который, казалось, ничуть не расстроился из-за жестокого поведения её матери. Напротив, он выглядел удивлённым. Она посмотрела в глаза своей матери. — Я люблю Лэнса. Я выхожу за него замуж. Я счастлива. Я надеюсь, что вы, по крайней мере, дадите ему шанс. Я хочу, чтобы мы могли навещать вас. Я хочу, чтобы мои дети знали своих бабушку и дедушку.

Её мама побледнела и схватилась за грудь.

— Тебе не кажется, что мы слишком торопимся, дорогая? Милая… — она посмотрела на мужа. — Скажи Эмбер, что ей нужно сбавить обороты. Если только, — выдохнула она, — ты не беременна. В этом-то всё и дело, не так ли?

Её охватило отчаяние.

— Нет, это не так. Мы подождём. Я выхожу замуж за Лэнса не из-за этого или по какой-либо другой причине, кроме как потому, что люблю его. — Эмбер замолчала, думая, что всё настолько плохо, насколько она ожидала. — Мы планировали остаться на ночь и вернуться завтра, но, возможно…

— Ты должна остаться, — выпалила её мама.

— Я Лэнс. — Его глубокий завораживающий голос заполнил прихожую. Её маме пришлось вытянуть шею, чтобы посмотреть ему в глаза. Это был первый раз, когда она по-настоящему посмотрела на него. Как она могла не смотреть? Лэнс был из тех парней, которые заполняют собой комнату, привлекают к себе внимание. Как только ты посмотришь, по-настоящему посмотришь, уже трудно будет отвести взгляд. Он сжал руку её мамы… которая дрожала… обеими своими. — Приятно наконец-то с вами познакомиться. — Голубизна его глаз поглотила её.

Он облизал губы, и её мама издала писклявый звук.

— Я очень люблю вашу дочь. Я с нетерпением жду возможности сделать её самой счастливой женщиной на свете, — он нахмурился. — Я не умею подбирать слова и говорю то, что люди хотят услышать, — Лэнс с трудом сглотнул, его кадык дёрнулся. — Я не могу дождаться, когда смогу провести с ней вечность. Нет необходимости ждать или медлить, когда ты знаешь. И я знаю.… Мы с Эмбер оба знаем, что я создан для неё, а она для меня, и в этом нет ничего большего.

Её мама покраснела. Это началось у неё на шее и, поднявшись, разлилось по щекам. Её глаза заблестели, и она захихикала. Семейная черта. Её мама нервничала.

— О! — это прозвучало шокированно. — Ну… когда ты так говоришь. Почему ты сразу не сказала об этом, Эмбер, дорогая? О! О боже…

Лэнс улыбнулся. Это была самая озорная улыбка, которую она когда-либо видела у него, и это о чём-то говорило.

Лэнс отпустил её руку, и её мама неуверенно шагнула вперёд. Она явно была очарована Лэнсом. Эмбер с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Пф-жалуйста!

— Сэр… — Лэнс повернулся к её отцу. — Я не знал, что по человеческим традициям мужчина должен сначала попросить у родителей… более того… у отца руки дочери. Я бы хотел…

Её отец хлопнул Лэнса по спине.

— Я вижу, что вы увлечены друг другом, — он посерьёзнел, улыбка исчезла с его губ. — Я должен сказать, для протокола, если ты причинишь ей боль, если ты…

— Боже мой, папа, — Эмбер широко раскрыла глаза, пытаясь сказать отцу, чтобы он заткнулся.

— Нет, ангел. Я твой отец. Я уверен, Лэнс понимает, что мне придётся прийти за ним с ружьём, если он причинит вред моему ребёнку.

Лэнс оставался абсолютно серьёзен. Она почти ожидала, что он рассмеётся. Её отец ничего не мог поделать с вампиром. Вместо этого её жених кивнул.

— Я понимаю, сэр. Меньшего я и не ожидал.

— Тогда всё в порядке, — её отец улыбнулся и кивнул.

— Спасибо, сэр. Я ценю это, — они пожали друг другу руки.

— Пока мы открыты и честны, — Лэнс прочистил горло. — Я отправил эту открытку, — он указал на ту, что была в руках у её мамы. Эмбер уставилась на него с отвисшей челюстью. Он пожал плечами. — Ты волновалась, что твои родители расстроятся, не получив от тебя вестей, поэтому я взял на себя смелость… — на полсекунды он смутился.

Чёрт возьми, она любила его.

Это было так неожиданно.

— Когда ты отправил её?

Он удивлённо приподнял брови.

— Пока ты выздоравливала?

— Значит, ещё до того, как мы стали встречаться… официально? — Лэнс не переставал удивлять её.

— Выздоравливала после чего? — в голосе её мамы звучала паника.

Эмбер проигнорировала её. Может быть, она бросит это.

— Ты такой милый, — она потянулась и поцеловала его в щёку. Его лёгкая щетина коснулась её губ.

— После чего ты выздоравливала Эмбер Джейн Мерл Рэйтуайт? Даже не думай лгать своей матери… снова, — она никогда не позволит Эмбер забыть об этом. Никогда.

— Ты говоришь так, будто я тебе всё время вру, — её мама иногда приводила её в бешенство. — Возможно, у меня была стычка с креветками, — пробормотала она.

— У тебя была реакция, — взвизгнула она. — У тебя был шок и ты не сказала нам?

Её отец удивленно поднял брови.

— Это очень безответственно, милая.

— Это была моя вина, — сказал Лэнс, нахмурив лоб. — Я организовал ужин. Я хотел, чтобы он был особенным. Я не сообщил шеф-повару.

Её мама выглядела раздражённой. Она притопывала ногой, уперев руки в бока.

— Что?

— Он не знал о моей аллергии, — быстро добавила Эмбер. — Лэнс спас мне жизнь… Я могла бы умереть, если бы не он.

Немного драматично, но это правда.

— Моя малышка, — мама схватила её и крепко обняла. Судя по всхлипыванию, Эмбер могла сказать, что та плачет.

— Мам, я в порядке. Я приняла свои лекарства. Лэнс оставался со мной, несмотря ни на что.

— Ты должна была сказать нам. Может, вам двоим стоит переехать сюда? — глаза её матери были широко раскрыты и умоляли.

Лэнс положил руку на плечо её матери.

— Вашей дочери больше не придётся беспокоиться о своей аллергии.

Подождите что?

Для Эмбер это было новостью.

Мама отпустила её и так сильно покачала головой, что волосы упали ей на лицо.

— Отрицание — верный путь к катастрофе. Мы пытались снизить чувствительность, но это не сработало. Эмбер — одна из тех людей, которые будут страдать от этого недуга всю оставшуюся жизнь. Аллергию просто так не излечишь. Только не в зрелом возрасте. Не так ли, Кен?

Её отец начал кивать.

— Излечишь, если спаришься с вампиром, — Лэнс подмигнула её маме.

У мамы отвисла челюсть. Она захихикала, как школьница. Это было странно.

Её отец нахмурился.

— Как такое вообще возможно?

— В этом есть доля науки, — произнёс Лэнс.

— Какая наука? — её мама выглядела взволнованной. — Ты должен рассказать нам всё об этом. Лекарство. Ты уверен?

Лэнс кивнул.

— Эмбер приобретет некоторые вампирские черты, когда мы будем связаны узами, — он задумчиво поднял глаза, — брака. Она станет сильнее, будет лучше видеть, проживёт дольше.

— Да, — она услышала шок в своём голосе, но смирилась с этим. — Я совсем забыла об этом.

— Ты вылечишься, — он заглянул ей в глаза.

— Я вылечусь, — она улыбнулась. — Это потрясающе.

— Я всё ещё не совсем понимаю… — Ее мама улыбалась. — Как именно…?

— Магия. Вампирская магия, — объяснил Лэнс.

Её мама слегка подпрыгнула и захлопала в ладоши.

— Магия. Ты слышал это, Кен?

У её отца был такой вид, будто он не совсем поверил в это.

— Да, дорогая, я так и думал.

Затем её мама прочистила горло, казалось, впервые осознав, что они всё ещё стоят в коридоре у входной двери.

— Пожалуйста, входите… как грубо с нашей стороны. Кен, покажи им их комнату.

— Нашу комнату? — сказала Эмбер потрясённым тоном.

— Ну, ты же помолвлена. Я полагаю, ты можешь жить в одной комнате со своим будущим мужем, — её мама схватила Лэнса за руку. — Сюда.

Лэнс оглянулся и ухмыльнулся ей. Придурок!

Эмбер всё же не удержалась от улыбки. Это было нереально. Всё это.

***

Эмбер закончила чистить зубы. Было странно находиться в своей комнате. В которой она выросла. Казалось, что прошли годы, а не недели. Столько всего произошло. Так много изменилось.

Она вернулась в свою спальню, едва не споткнувшись, когда увидела Лэнса, растянувшегося на её кровати во всей своей обнажённой красе.

Он улыбнулся ей.

— Иди сюда, — он похлопал по кровати рядом с собой.

— Что ты делаешь? Надень что-нибудь.

Это было бы пустой тратой сил. Его рельефный пресс, эти широкие плечи, эти грудные мышцы, от которых слюнки текут. Видеть его обнажённым, не имея возможности воспользоваться этим… может быть, они могли бы немного подурачиться.

Нет!

Это было бы неправильно. Этого просто не могло быть. Её родители были совсем рядом.

— Я могу вести себя тихо, если ты можешь. — Он облизнул губы. Почему он должен быть таким чертовски привлекательным? Почему?

Эмбер покачала головой, не в силах отвести от него глаз.

— Ни за что.

Он улыбнулся.

— Мне нужно тебя кое о чём спросить. — Это не давало ей покоя весь вечер. Может, это отвлечёт его от мыслей о сексе. Эмбер присела на край кровати. — Ты серьёзно говорил, что я вылечусь? Я имею в виду… Ты сказал это не для того, чтобы подбодрить моих родителей?

Его тон смягчился.

— Я бы никогда не сказал ничего подобного, просто чтобы подбодрить их или заработать очки, — Лэнс потянулся и коснулся её щеки. — Со временем ты вылечишься. Я посоветовался с нашими целителями, и Бекки согласилась. Я видел это у других самок, у которых были пары.

— В самом деле? Я имею в виду, волшебство? — спросила она с некоторым благоговением, но не до конца в это веря.

Лэнс усмехнулся, притянул её ближе и поцеловал в лоб.

— Ты такая чертовски милая. Нет… в этом нет никакой магии.

Эмбер шлёпнула его по руке.

— Почему ты солгал моим родителям? Что это была за история с магией?

— Правда в том, что чем больше мы будем трахаться… — он наклонился ближе, так что их разделял всего какой-то дюйм. — Тем больше моей генетики ты будешь перенимать.

— О!

Его взгляд стал горячим и опустился на её губы.

— Тебе также следует начать брать немного моей крови. Ты и так уже время от времени кусаешь меня, так что… теперь… — Лэнс поцеловал её. Мягко и нежно. — Позволь мне взмахнуть моей волшебной палочкой, — он притянул её к своей эрекции.

Эмбер невольно хихикнула.

— Ты такой плохой.

— Это магия, милая. Вампирская магия.

— Да, конечно.

Эмбер подняла руки, когда он стянул с неё ночную рубашку через голову. Они не должны были этого делать.

— Нам нужно как можно скорее вылечить тебя. Вернёмся к моему первоначальному вопросу. Ты можешь быть тихой?

— Лэнс… — это прозвучало с придыханием, особенно учитывая, что его руки были на её груди. — Мы не можем… — она застонала, и он проглотил этот звук своим ртом.

Его пальцы были на ней, внутри неё. Затем он оказался внутри неё. Погружённый так глубоко, что все её нервные окончания ожили одновременно. Это должно было стать настоящей пыткой.

— О, да, мы можем, — он улыбнулся ей в губы.

— Ты ублюдок. Ты знаешь, что… ох…, — он снова вошёл в неё.

— Ублюдок и засранец, — Лэнс продолжал двигаться, и Эмбер откинула голову назад, приоткрыв рот. Ублюдок, который точно знал, что делает.

Она судорожно вздохнула.

— И придурок.

— Я покажу тебе, придурка, — он снова вошёл в неё.

— Ох, — выдохнула она. Громкий вздох.

— Ш-ш-ш… — грудь Лэнса затряслась от смеха. — Тише, у твоего папы есть дробовик, а твоя мама никогда не простит мне, если я испорчу её ковры. Пятна крови — неприятная штука, от которой сложно избавиться.

Эмбер отвесила ему затрещину.

— Это не смешно.

Он прикусил её шею, когда снова вошел в неё, и она снова выдохнула:

— Ох!

— Мне нравится, как потрясённо звучит твой голос… каждый раз…… Мне это чертовски нравится, — Лэнс нежно убрал волосы с её лба, заглядывая глубоко в глаза. Его член был глубоко внутри неё. Его бёдра соприкасались с её бедрами. — Я надеюсь, что и через сто лет твой голос будет звучать так же потрясённо. Я собираюсь сделать своей миссией, как твоя пара, заставить тебя произносить этот короткий слог.

Эмбер почувствовала, как к горлу подкатил комок.

— Это так мило. Может, ты и придурок, но я люблю тебя, — она коснулась его губ своими.

Он отстранился, а затем вошёл в неё… сильно. Она застонала ему в рот. Он прервал поцелуй, прижавшись лбом к ее лбу.

— Что скажешь, если мы вылечим тебя? Оргазм за оргазмом.

Затем ей пришлось прикусить губу и крепко держаться. Кто бы мог подумать, что тихий секс может быть таким взрывоопасным. Опять же, это был Лэнс.

Конец

Content

Хартнеди Шарлин Пара для Лэнса