Антидемон. Книга 11

Глава 1

Окно начало потихоньку, чтобы не заскрипело, отворяться наружу. Архимаг сидел неподвижно, старался даже не дышать, несмотря на то что его товарищ, проснувшись, уже скастовал скрыт и на себя, и на других участников засады. Звуки он все равно не скрывал, только их фигуры. В заклинании на сокрытие звука нужды не было — они сидят неподвижно, и шуметь до того, как наступит время захвата лазутчика, не собираются. Они договорились заранее, что его попутчики отвечают за скрыт, а любые другие заклинания, включая боевые, он применяет по своей инициативе, как главный в этой засаде.

Наконец, окно открылось достаточно, чтобы гибкая фигура скользнула на подоконник. Света была очень мало, тучи снаружи заслоняли луну и звезды, и фигура казалась полностью черной. Даже лицо было черным. Впрочем, это могло быть из-за маски. Ну да, логично, что у взломщика будет маска!

Просидев секунд пять, шпион развернулся, явно чтобы слезть беззвучно в кабинет, нащупывая ногами пол. По крайней мере, поза была именно такой. Как вдруг архимагу пришлось зажмуриться — его ослепила невероятной яркости вспышка. Но он все же успел заметить, что взломщик, не став спускать ногу вниз, оттолкнулся обеими и прыгнул с окна наружу!

О сетях воды речь больше не шла — они слишком медленные, не догонят человека, летящего вниз. Но огромный опыт архимага позволил ему успеть и, временно ослепнув, скастовать «водяного преследователя». Этим заклинанием Казарис заслуженно гордился, обычно им овладевали только грандмаги. И лишь предельная близость к водной магии, достигнутая десятилетиями практики именно водных заклинаний, позволила ему освоить его.

Водный преследователь самонаводился — скастовавшему его магу было достаточно увидеть перед собой того, в кого он хотел отправить это заклинание, чтобы оно последовало за ним, несмотря на любые попытки свернуть в сторону. Догнав врага, заклинание делало из него решето десятком ударов сверхконцентрированных водных струй. Причем били они не одновременно, а с интервалом, давая сработать от первого удара артефакту защиты и оставляя врага беззащитным от последующих ударов. Заклинание с шумом вылетело наружу, вынеся стекло вместе с рамой, и полетело за шпионом.

Казарис рассудил, что раз шпиона не удалось взять живым, лучше хотя бы предоставить королю его тело — не то он совсем расстроится, и у всех, кто находился в засаде, будут серьезные проблемы. Если тот, кто появился на подоконнике, не архимаг с очень мощной пассивной защитой, водного преследователя ему не пережить!

— Пошли подбирать внизу тело! — сказал Казарис коллегам, вставая с неудобного стула. Зрение приходило в норму, он уже что-то начал видеть после той мощной вспышки. Обычный человек еще бы пару минут ничего не видел вокруг, но архимаги восстанавливались намного быстрее.

Его коллеги знали, что за заклинание он скастовал, поэтому были полностью с ним согласны. Шпиону, как бы он ни был ловок, не уйти живым!

Здание ожило от шума вылетевшего наружу окна, люди забегали в коридорах. Архимаги вышли через окно — оба владели заклинанием, позволявшим медленно опускаться с высоты. Их спутник попрыгал вслед за ними по кастуемым воздушным щитам.

Вот только когда они спустились вниз, к почтительно склонившимся перед ними патрульным, которые сбежались к выбитому окну, никакого тела найти не удалось. Получалось, что шпион перенес удар мощным заклинанием, а потом ушел в скрыт. Никаких следов крови — значит, он не пострадал. Казарис был разгневан и сбит с толку. Однозначно — получается, что шпионом был архимаг! Но он бы поклялся, что фигура на подоконнике принадлежит кому-то молодому и очень гибкому! Если это все же архимаг… то Казарис очень хотел бы узнать, как тот сохранил к почтенному возрасту такую гибкость!

Правда, этот вопрос волновал его меньше, чем грядущие проблемы с королем. Хотя… Несмотря на неудачу с поимкой шпиона, он улыбнулся. Теперь, когда выяснилось, что шпион был архимагом, претензии из-за провала засады предъявить будет намного сложнее. Чтобы поймать или убить архимага, нужен грандмаг. Ну или пятерка архимагов в одном месте, а не раскиданная по разным кабинетам.

Эйсон, Загинра

Определенные сомнения в том, что мой визит в Минфин может пройти как обычно, без проблем, у меня появились, когда я уже лежал на крыше гостиницы и смотрел на здание. И тихо все, как в прошлый раз, а вроде что-то не то все же.

Это ощущение легко было спутать с привычным мандражом, который всегда появляется, когда идешь в опасное место на разведку. Я и принял его за мандраж. Полезное чувство, помогает сохранять бдительность. Ну так и не буду ее терять.

Крыша Минфина была пуста, мой новый артефакт на ночное зрение позволил в этом быстро убедиться.

А вот когда я открыл заранее ослабленное окно и при помощи того же артефакта увидел, что задняя часть кабинета вдруг пропала из виду, то стало понятно, что это был вовсе не мандраж! Если ты смотришь внутрь кабинета и не видишь его часть, это означает, что там кто-то сидит в засаде под скрытом!!! Который никто ниже архимага наложить никак не может!

Встал вопрос, как унести отсюда ноги… То, что пока никто в меня ничем страшным не швырялся, означало, что меня хотят взять живым. Ждут, когда я слезу с подоконника, чтобы повязать меня, не дав уйти. Решение созрело мгновенно. Я прикинулся, что плохо вижу в темной комнате и хочу спуститься внутрь спиной, аккуратно опуская ногу на пол. После чего скастовал вспышку, воспользовавшись своим новым артефактом, и спрыгнул с подоконника в ночь.

После вспышки наверняка все, кто был поблизости и такого сюрприза не ждал, уже не увидят, что я тут же запрыгнул в эспандер. Он упал вниз, и через две секунды я вылез из него уже на земле. А глянув вверх, немедленно метнул артефакт подальше от здания — потому как сверху на меня неслась среди разбитых осколков стекла хорошо знакомая фигура из сплетенных водяных струй. Знаю я это заклинание, как же — оно самонаводящееся, и единственный способ от него сбежать — это надолго сбить его со следа или заставить врезаться в какое-то препятствие.

Так что следующую минуту я выпрыгивал из эспандера и тут же метал его подальше, прыгая по крышам, чтобы меня, после несомненно поднятой тревоги, никто не увидел на улице. Но высокоуровневое заклинание сдаваться не желало. Был вариант спрятаться на минуту в эспандере, не вылезая из него в надежде, что заклинание собьется со следа и самоликвидируется. Но я не знал точно, сработает ли это. А вдруг «водяной преследователь» раскрошит в крошки эспандер со мной внутри? Наконец, мне в голову пришла прекрасная идея. Рядом с Минфином же королевский дворец! И у него наверняка магический барьер высшего уровня «А», ведь Сисерия очень богатое государство и может себе это позволить!

Я тут же метнулся к дворцу. Три броска в нужном направлении — и я, выскочив из эспандера в очередной раз, запрыгиваю внутрь барьера, ограждающего дворец от любых угроз. А вот «водяной преследователь» проникнуть сквозь него не смог и разрядился о барьер, нанеся по нему с десяток мощных ударов один за другим. После этого взвыла тревога, раздались крики. Как же, охрана уверена, что кто-то пытается взломать магический барьер королевского дворца, это угроза высшего приоритета!

А я немедленно покинул территорию за барьером. Тут сейчас будет очень шумно и людно, это не отвечает моему ночному настроению. Хочется тишины и покоя, а не вот это все. И бросками эспандера принялся удаляться от него. Фух! Это было серьезно! Не знай я, что это за заклинание, мог бы и не понять, насколько оно опасно. В засаде сидел кто-то, кого я могу уважать…

На третьем броске остановился в небольшой роще. У меня возникла дерзкая мысль немедленно вернуться в Минфин и все же утащить бумаги из нужного мне кабинета. Что теперь стесняться — после того, как я только что сбежал из западни, меня там явно не ждут. Стоят кучками в здании и на улице, совещаются, как так вышло, что меня упустили. Боятся, небось, что их недовольное начальство скажет из-за промаха — люди всегда ведут себя одинаково. И теперь нет необходимости идти через кабинет с ослабленным окном — можно заходить сразу в нужный мне кабинет. И не выбирать долго и тщательно нужные мне бумаги, а забрать просто все, что под руку попадется!

Один только вопрос — не могли ли они подложить фальшивки, чтобы я их потащил домой? Тут же прикинул, что нет, очень вряд ли — если бы решили кормить меня фальшивыми данными, то никакой засады бы на меня не было. Напротив, и действующим патрулям велели бы закрывать глаза на любые подозрительные звуки. Тут уж либо так, либо так — половинчатые решения в такой ситуации никак не годятся.

Не было бы у меня обширного опыта подобных операций, ни за что бы не догадался вернуться вот так. Уж слишком нагло. Бежал бы и дальше по крышам до самой крепостной стены. Но опыт был. И я, забравшись на ближайшую крышу, помчался обратно к Минфину. Миндальничать не стал — привязал к эспандеру камень, да и закинул его в нужное окно пращей! Много тренировался в таких бросках, и наработанная сноровка не подвела — выскочив из эспандера, я оказался внутри кабинета. А бросок вышел такой силы, что стекло не осыпалось, его просто пробило в месте удара. Небольшая аккуратная дырка.

Внутри никого не было, как я и ожидал. Правда, и бумаг на столе не было, как я привык в прошлые разы. Ничего, я помнил, куда владелец кабинета кладет свежие бумаги, и тут же, сломав замок, рывком открыл двери нужного шкафа. Все, что было на верхних полках, принялся пихать в сумки. А закончив, тут же высадил стекло полностью огненным шаром и метнул отвязанный от камня эспандер вдаль, на одну из плоских крыш вокруг — места для того, чтобы взмахнуть пращей, в кабинете с высоким потолком хватало.

Выскочив из эспандера, тут же принялся швырять его дальше, к нужной мне крепостной стене. Внизу царила суматоха, кто-то бегал и кричал, имитируя бурную деятельность по моей поимке, стражники активно свистели в свои свистки, поднимая всех на ноги. Но чтобы иметь шанс меня поймать, нужно было ловить меня на крышах, а до этого никто пока во вражеской столице не додумался.

Доволен собой был полностью — из ловушки сбежал, намеченные трофеи забрал, да и вражеского короля его слуги, напуганные внезапной атакой на барьер, наверняка разбудили глубокой ночью. Хотелось, конечно, по-тихому все решить, но и так тоже можно ходить в разведку! Всего один разведчик, а десятки тысяч людей, как пришпоренные, будут до утра по улицам бегать. И закончится все это полным разочарованием, что очень деморализует противника.

Беспрепятственно убравшись из столицы, я забрался в безобидный портал в километре от нее, удобно устроился на высокой скале и принялся сортировать бумаги. Все, что мне мешало, так это сильный ветер, он буквально вырывал бумаги из рук. Пришлось пожертвовать удобством обзора и забраться в небольшую пещеру в соседнем горном массиве. Там уже и занялся сортировкой.

До обратного портала найти нужное не успел, пришлось снова все запихивать в сумки. Рассортировал уже все на месте, в своем шатре, потратив почти час. И главное — нашел все же то, за чем шел.

Келерт был поражен, увидев, сколько бумаг я притащил, да все с подписями и печатями.

— Больше туда уже не сунешься, засаду устроили, — развел я руками, извиняясь, что снова притащить такие богатые трофеи вряд ли получится.

— И ты сумел уйти из нее? — покачал головой командир. — Похоже, ты слишком рискуешь!

— Не планировал попасть в засаду, но всякое случается! — пожал я плечами. — Но для ректора и короля нужен всего лишь вот этот документ. Там много данных о вражеских потерях после последней битвы. Остальное можно скинуть в службу лорда Жардена. Уверен, они что-то полезное смогут для себя в тех бумагах найти.

Архимаг Казарис, Сисерия

Архимаг, согнувшись, стоял перед его королевским величеством. Король был разгневан. Он потребовал его личного доклада, как главы провалившейся засады на шпиона.

— Значит, считаешь, это был архимаг? — задал первый вопрос король, подняв голову от предоставленной ему сразу после бурных событий в Минфине докладной записки.

— В тот момент считал, ваше величество! — Казарис поднял голову, смотря прямо в лицо монарху. — Теперь моя точка зрения изменилась. Думаю, это был грандмаг.

— Грандмаг? — удивился услышанному король. — Пытаешься спихнуть с себя ответственность за провал вот таким образом?

— Нет, ваше величество, просто это полностью объясняет все произошедшее, — без страха ответил архимаг, — и пропадают всякие неувязки, что меня смущали. А именно — куда пропал противник, выпрыгнув из окна? И почему он решился вернуться обратно и украсть бумаги, несмотря на то что увидел засаду на себя?

— И как же это все полностью объясняется? — фыркнул король недовольно.

— Если считать, что мы столкнулись с грандмагом, то все становится понятно. Выпрыгнув из окна, грандмаг полностью ушел под скрыт. Поэтому мы его и не увидели, когда принялись тут же искать. Я знаю способы найти архимага под скрытом, но вот найти под скрытом грандмага, будучи архимагом, чрезвычайно затруднительно. А вернулся он, потому что понял по силе посланного мной заклинания, когда его отразила пассивная защита, что в засаде сидел архимаг. А к чему грандмагу бояться архимага? Вот потому он и вернулся так нагло, ничего не боясь и точно зная, что он в полной безопасности. А потом еще и на прощание атаковал ваш дворец, показывая, что ничего не боится. И верно, чего бояться грандмагу под скрытом, если его ищут архимаги?

— Хм… — протянул король задумчиво. — Но у меня есть информация от моих шпионов, что ни один грандмаг в Аргенте никогда ничем подобным не занимался…

— Я тоже о таком не слышал, но, возможно, если такой у них есть, ему и не нужно было демонстрировать свои умения, пока войны не было. Не исключен также и вариант, что Аргент попросту нанял иностранного специалиста. На рынке есть любые предложения, вы же сами знаете, вопрос только в цене.

Король не выглядел полностью убежденным, но и прежней агрессивности уже не проявлял. Подумав немного, он сказал:

— Если ты прав, то какие же предосторожности нам теперь придется принимать, чтобы защитить важную информацию от этого шпиона!

Казарис ничего говорить не стал — этот вопрос был не в его компетенции. Тут, скорее, король просто рассуждал вслух.

— А что касается магического барьера, защищающего Минфин… удалось обнаружить, как лазутчик за него так легко проник? — спросил монарх тут же, подтвердив его предположения.

— Увы, ваше величество, пока идей нет, — покачал головой Казарис, — ищем какой-то скрытый подземный ход, но пока безуспешно.

— Если это был грандмаг, то он мог использовать какое-то редкое заклинание, чтобы пройти прямо сквозь землю под барьером, не оставляя следов, — вновь принялся размышлять вслух король.

Казарис незаметно для него облегченно выдохнул — похоже, больше сомнений у монарха о статусе ночного гостя не было. И больше никаких обвинений в его адрес — он легко отделался!

Эйсон, военный лагерь

Наконец Келерт дал добро на то, чтобы мы осуществили операцию по поимке шпиона из Сисерии. Я, естественно, хотел главным образом уничтожить его пета, поэтому несколько исказил информацию. Сказал, что нет точной информации — архимаг или маг двенадцатого разряда этот шпион. Потому как мне нужно было уничтожить пета, а он-то точно минимум архимаг, и для того, чтобы его уничтожить, тоже нужны архимаги с соответствующим уровнем убойности заклинаний. Иначе маркон лишь прикинется дохлым, а потом прекрасно себе оживет, когда мы покинем здание.

Эти твари очень хороши в таких делах. Могут лежать все в крови в немыслимых позах, словно все лапы выломаны и вывернуты от мощи магического удара, а потом раз — все скрылись из виду, и он уже бодро топает, куда ему надо.

Потому Келерт для поимки возможного архимага выделил мне всех шестерых архимагов нашего отряда. Кроме них мы взяли еще два десятка человек с двенадцатым рангом.

Поместье у шпиона было богатым — добрались мы до него из леса, в котором на поляне открыли портал, минут за пять. Дом был в три этажа, да не просто каменным, а еще и отделанным плитами белого мрамора. Тут уж не ошибиться никак — здесь живет состоятельный человек! Об этом свидетельствовал и магический барьер, правда, начального уровня.

Один архимаг кастовал скрыт, его хватало, чтобы скрыть весь отряд.

Подошли вплотную к барьеру, и я приказал магам с двенадцатым разрядом окружить поместье, контролируя сотню метров вокруг дома. Пригибаясь к земле, они разбежались в стороны. Выждав минуту, чтобы они вышли на позиции, я кивнул. Тут же все архимаги скастовали по ледяному торосу. Общего удара отряда архимагов хватило, чтобы взломать барьер, он немедленно лопнул. Из дверей выскочили двое охранников — и тут же упали замертво, пронзенные воздушными копьями.

В дом мы ворвались быстро — нельзя было дать противнику понять, что происходит, и сбежать. Он же шпион, он соображает в таких делах. Но все же он почти успел — правда, на этот случай я и расставил два десятка магов вокруг дома. Пока мы рыскали по дому, выводя из строя прислугу оглушающими заклинаниями, он успел спуститься в тайный подземный ход и бросился бежать. Я рассчитывал на то, что любой подземный ход не будет тянуться дольше сотни метров, так оно и вышло — шпион выскочил вместе с петом из какого-то небольшого сарая прямо на двоих затаившихся в окружении магов из моего отряда. Они накинули на шпиона сеть, подали сигнал, и мы немедленно рванули из дома в нужном направлении.

Глава 2

Шпион, конечно, будучи магом двенадцатого разряда, просто сжег на себе сеть заклинанием огненного покрова, но на него тут же накинули еще одну, да взрывали рядом с ним огненные шары, чтобы его дезориентировать, но не убить. Смогли задержать, чтобы мой отряд архимагов подоспел к нему и осыпал его парой оглушающих воздушных заклинаний «Шокового удара». Попадая в голову, они вызывают шок, но не убивают. Досталось и пету — мохнатая тварь валялась рядом с хозяином. Ясное дело, только ловко прикидывалась оглушенной.

— Пета убить, хозяина связать и взять с собой, — велел я.

— Но такой пет хороших денег стоит! — возразил мне Теоном.

— Я тут отдаю приказы! — напомнил я. — Размозжите твари голову!

Архимаги были недовольны таким разбазариванием ресурсов, но что делать — двое из них скастовали «молот гнева», и тварь осталась без головы.

— Всё, забирайте пленника, я обыщу здание и присоединюсь к вам позже, — велел я, — не забудьте скастовать для меня портал в условленном месте через час.

Это мы обговорили заранее, потому без дальнейших вопросов архимаги открыли портал, и весь отряд покинул поместье. То, что ушли они молча, не означало, что вопросов у членов отряда не осталось. К примеру — почему я еще кого-то с собой не оставил для обыска здания? Или хотя бы для того, чтобы постоял на стреме, пока я буду обыскивать здание? Место тут хоть и было достаточно уединенным, но все же имелся риск, что кто-то в соседних поместьях услышал характерный шум разбитого барьера и сообщил в столицу.

Но я воспользовался привилегией командира ничего не объяснять. Не могу же я признаться, в конце концов, что собираюсь выпотрошить убитого высшего демона, чтобы изъять из него ценнейший трофей? Для них он был обычным демоном-петом, у которого в потрохах ничего ценного не имеется, помимо источника, а он не так и дорого стоит. Ценная добыча для какого-нибудь обычного портального охотника, но не для нашего уровня.

С потрошения пета я и начал. Изъяв ценный ресурс, прихватил и источник, потом сжег тело огненными шарами, чтобы непонятно было, что его вскрывали. И только после этого полез в здание искать тайники.

Прислуга — повар и несколько горничных — так и валялись оглушенными после встречи с архимагами, так что я просто их связал и вставил кляпы. Начал обыск с кабинета, ничего не нашел и направился в спальню. Работал, прислушиваясь к тому, что происходит за пределами дома, — в любой момент мог подойти патруль из столицы, вызванный на шум. На дворе все еще была глухая ночь, так что в том, что я смогу незаметно уйти, я не сомневался. В спальне нашел тайник в стене — он оказался набит бумагами. Также в нем лежало с десяток артефактов и несколько кошелей с золотом.

Уложив все это в припасенную сумку, я покинул дом. Конечно, тут может быть еще один тайник, где-нибудь в подземелье, но туда я спускаться не был готов. Легко сбежать, когда ты на втором этаже огромного дома, в случае появления тех, кого заинтересовал шум. Полно окон, кидай эспандер в ту сторону, с которой никого нет, да и убегай. А вот из подвала в такой ситуации сбегать затруднительно.

Принялся перемещаться подальше от дома при помощи эспандера. Выскочив из него во второй раз, услышал неподалеку разговор:

— Окружаем, да потихоньку, чтобы взломщики не услышали и не сбежали, пока есть дыры!

Меня от говорившего отделяло только несколько деревьев и кустов, и этого едва хватало, учитывая, что листьев из-за времени года на них не было. Поэтому пришлось забыть про пращу и перемещаться незаметными бросками эспандера рукой. И только через пару сотен метров я решился снова встать во весь рост и взмахнуть пращей.

Больше никаких проблем не возникло. Портал для возвращения я предусмотрительно приказал открыть в четырех километрах от дома, где мы навели шороху, так что, добравшись до места, сидел там в ожидании в полном одиночестве.

Сразу после того, как вернулся в лагерь, выгрузил полезные для клана трофеи и деньги в своем шатре, а все бумаги из тайников шпиона понес к Келерту.

— Отлично! — одобрительно кивнул он. — Я просмотрю их на предмет чего-нибудь полезного для нас, прежде чем передать вместе с пленником лорду Жардену, а ты отправляйся обратно в Сисерию, проверь, закончен ли ремонт в том лагере. Если закончен и туда уже ввели военные части, то проверь и тот лагерь, где уже видели сисерийских военных. Ну а если нет — то сразу возвращайся домой.

В принципе, я и сам собирался сделать все именно так — но Келерт все же начальник, так что должен отдавать приказы. Кивнув, я отправился на миссию.

В первой точке были перемены, но не те, что мы ожидали, — ремонт, по моим ощущениям, почти закончили, но никаких военных в отремонтированных бараках еще не разместили. Сразу отпала необходимость визита по другому адресу. Нет, мне было любопытно, как там обстоят дела, конечно, но слишком часто там шляться нельзя. Если засекут вражеского разведчика, быстро оттуда войска перебросят в другое место, и ищи их заново.

Так что вернулся в лагерь, сделал доклад Келерту, да и пошел спать.

Вылазка следующей ночью, наконец, принесла результат. Лагерь, где делали ремонт, начал заполняться военными. Их тут уже были тысячи. Сразу по возвращении отправился во второй лагерь. Повезло — он тоже не опустел. Вернувшись, доложил Келерту, и он кивнул. Время для следующей атаки пришло.

Утром отправились на доклад к ректору. Тот сразу повел нас к королю. Только мы вошли и начали доклад, как ворвался сенешаль:

— Ваше величество, атакован город Синеж, расположенный прямо на границе с Лукским графством!

— Это что же, противник решил расширить захваченную территорию? — вознегодовал король. — Надо срочно перебросить туда войска и отбить город!

— Если позволите, ваше величество… — решил я вмешаться.

Все — и король, и ректор, и Келерт — посмотрели на меня в изумлении. Как если бы табуретка заговорила. Ну да — я тут на птичьих правах, ниже всех по статусу, а они привыкли, что без королевского разрешения тут только ректор, как брат короля, может что-то сказать.

— Говори! — тем не менее разрешил король.

Я посмотрел на стоявшего в дверях сенешаля, потом на короля. Тот правильно понял мой взгляд и велел сенешалю выйти и плотно прикрыть за собой дверь.

— Ваше величество, это наверняка ловушка, — сказал я. — Уверен, что враг тщательно изучил местность около города, чтобы спровоцировать нас и заставить спешно перебросить войска в местность, которая не очень знакома нашим генералам. Наверняка они там и засады уже запланировали, где устроить. После недавней победы наши силы примерно равны, и они хотят, заманив нас в ловушку, перебить побольше сил у нас, чтобы снова получить преимущество по численности.

— И что ты предлагаешь? — изумленно спросил король.

— Насколько я помню, этот город не имеет никакого стратегического значения. Он в своеобразном тупике из-за замыкающих его с трех сторон гор и, по идее, вообще должен бы быть частью Лукского графства. Наверняка в этих горах уже и полно засад, где сидят полки врага. Пусть захватывают его беспрепятственно, без всякого сопротивления с нашей стороны. Пусть их воины устанут, сидя без толку в засадах на холодных камнях, а потом, вернувшись в лагеря, свалятся в сон без задних ног. Тут мы и атакуем те два лагеря, местонахождение которых уже выяснили.

Снова мощным отрядом магов проредим ряды элиты, а обычными отрядами завершим разгром. Ну а если противник вместо эвакуации захочет подкинуть подмогу, тем хуже для него. Мы будем полностью к этому готовы, перебросим в это место все свои части и, уверенно владея местностью, усугубим его потери. Еще одно-два таких же победоносных сражений, и после этого вопрос возвращения Синежа, как и Лукского графства, можно решать уже на переговорах по праву сильного. Кстати, стоит подумать и над тем, чтобы потребовать у врага отдать прилегающие к Лукскому графству территории глубиной в пару сотен километров. Там много рудников — медь, олово и даже серебро. Но ни в коем случае не присоединять новую территорию к Лукскому графству, сделать отдельное графство или герцогство. Потому как если все это станет одним графством, то оно слишком усилится. Так недалеко и до сепаратизма.

В воздухе повисла тишина. Потом король кашлянул и сказал, обращаясь к брату:

— На каком, говоришь, курсе у тебя учится этот парень?

Ректор прекрасно знал, что королю известен ответ на этот вопрос, но все же ответил:

— На первом, ваше величество!

— Не думал над тем, чтобы поменять профиль Академии на военный университет? — улыбнулся король. — Но ладно, шутки в стороны. Мне понравилось то, что я услышал. Кто согласен с предложенным планом? Высказывайтесь по очереди.

— Звучит очень разумно, — пожал плечами ректор, — но я не военный, пусть лучше Келерт выскажется.

— Согласен с предложенным планом, ваше величество! — тут же высказался и Келерт.

— Ну что же, тогда и будем его придерживаться! — сказал король. — Пусть противник один день потешится, захватив наш город. Зато ночью мы устроим ему очередную военную катастрофу.

А затем король рявкнул, заставив всех вздрогнуть:

— Сенешаль, созывай моих сыновей, устроим военное совещание!

— Сей момент, ваше величество! — крикнул сенешаль из-за двери.

Сыновья и их заместители прибыли в течение пяти минут. Зайдя внутрь, недовольно покосились на нас с Келертом — кому же понравится видеть каждый раз, когда король зовет на военное совещание, что вначале монарх явно советовался с нами.

Дальше король повел себя очень искусно. Дал высказаться сыновьям и их заместителям. Как и следовало ожидать, все они рвались в бой. Правда, кроме полковника Гансела — тот единственный призвал к осторожности, предложив подумать вначале над тем, что замыслил противник этой атакой. А уже затем король взял слово сам:

— Мы не будем играть по правилам противника. Пусть подавится этим провинциальным городишкой. К счастью, у нас есть информация о двух лагерях противника, где сосредоточены значительные силы противника. Дождемся ночи и нападем на них!

Король говорил с таким решительным видом, что никто из сыновей и тем более генералов не решился с ним спорить. Все тут же согласились с новым планом. Принялись обсуждать детали, снова сделав упор на полной секретности вплоть до момента атаки.

Закончилось совещание тем, что король подозвал к себе Гансела и сделал его генералом вместо полковника. Он по-прежнему оставался заместителем Тибора, но теперь соответствовал по званию такой высокой должности. Принцы не выглядели особо довольными — они помнили, что только Гансел призвал к осторожности, угадав последующий план короля. Ну и хорошо — по крайней мере, теперь они перестали коситься на нас с Келертом, найдя нового козла отпущения в его лице. Ничего-ничего, ради генеральского звания, о котором наверняка мечтал, потерпит.

Атаку мы наметили на три часа ночи. За два часа до нее я лично навестил оба лагеря, оценив еще раз всю местность с почтительного расстояния. И убедился, что вражеских войск в них полно.

После этого мы провели еще одно совещание у короля, в этот раз распределяя конкретные участки фронта между теми или иными частями. Наш отряд должен был напасть вместе с третьим корпусом на первый лагерь. Ну а на тот лагерь, что недавно отремонтировали, выделили силы первого и второго корпусов.

Четвертый, недавно сформированный корпус, остался в резерве — местность у двух лагерей, что мы собрались атаковать, не благоприятствовала тому, чтобы сразу перебрасывать туда много войск, мы бы мешались там друг у друга под ногами. Вот если противник решит устроить там генеральное сражение, перекинув подкрепление из других лагерей, тогда и этот корпус пригодится. Но всех грандмагов и архимагов из него собрали, чтобы усилить ударную группу магов, которая первой нападет на один лагерь, а через семь минут после этого обрушится на центр второго вражеского лагеря. В прошлый раз эта схема себя великолепно зарекомендовала, поэтому ее решили использовать и в этот раз без всяких колебаний.

Имелся еще и пятый корпус, но его решили вообще не использовать. Потому как пока что существовал он больше на бумаге. От запланированной штатной численности в нем имелось десять процентов, потому что подавляющее большинство мобилизованных кидали в четвертый, чтобы иметь хоть один новый корпус в нормальном виде.

Наконец, пришло время выступать. Я настоял на том, чтобы теперь разбираться с патрулями отправили лучших специалистов по этому делу из наемников.

Как скоро выяснилось, они меня не подвели. В этот раз мы атаковали оба лагеря внезапно, патрули были сняты наемниками безукоризненно.

Я собрал сокланов вокруг себя и врубил усадебный артефакт. Первые семь минут все наши самые серьезные маги будут громить другой вражеский лагерь, так что нам придется быть готовыми к тому, что мы можем столкнуться с серьезными вражескими магами ближе к центру вражеского лагеря. И нужно быть способными продержаться до подхода наших магов.

Первые пять минут мы уверенно пробирались сквозь вражеские порядки, громя всех, кто попадался на нашем пути. Потом я велел притормозить продвижение, услышав впереди характерный шум и увидев вспышки высокоуровневых заклинаний, которые используют только грандмаги и архимаги. Слева от нас шел третий корпус — похоже, что кто-то из него слишком быстро бежал вперед и наткнулся на высокоуровневых вражеских магов раньше нас. В этот раз, как и в предыдущей битве, все получили четкие инструкции не лезть на рожон — нам нечего противопоставить серьезным магам врага, пока не прибудут наши. Мы должны только выявлять места, в которых они находятся, чтобы потом сообщить о них нашим сильным магам. Но, видимо, кого-то взяло ретивое…

Земля затряслась от мощных ударов совсем рядом, и я дал сигнал отступать. Но немного припоздал — видимо, смельчаков, спровоцировавших вражеских магов, было немного, и с ними быстро разобрались. А затем, воодушевленные уверенной победой, вражеские высокоранговые маги рванули на нас.

Сразу несколько мощных заклинаний — огненный шторм, огненный болид, ледяной торос — врезались в наш барьер, скастованный усадебным артефактом, который был в дополнительной сумке на моем боку. После этого я движением руки его вырубил — три мощных заклинания уже выдержал, дальше рисковать им нельзя, может разрушиться.

— Шустрее отходим! — рявкнул я, но вид мощных заклинаний, разлетевшихся о мой барьер, подействовал еще лучше, прямо-таки волшебным образом.

Полсотни человек рядом со мной рванули прочь от вражеских магов с такой силой, что пришлось их догонять. Повезло, что слева на группу вражеских магов кто-то снова напал. Очередные энергичные, но не очень дружившие со здравым смыслом и приказами начальства смельчаки. И враги, не став преследовать нас, обрушились всей своей мощью на них. Ну и, вполне возможно, они боялись слишком уж быстро бежать за отступающим отрядом. Очень часто так на поле боя заманивают в западню. При наличии боевого опыта ты уже дважды подумаешь, стоит ли мчаться вдогонку поспешно отступающему неприятелю с той же скоростью, отрываясь от своих основных сил…

Мы, проявив благоразумие, отступили еще на сотню метров. И уже здесь таки дождались появления нашего отряда грандмагов и архимагов. Они обрушились на врага как гнев господень! В центре вражеского лагеря, куда они высадились при помощи порталов, стало светло, как днем, от той массы высокоуровневых заклинаний, что они обрушили на врагов.

— Зеленую ракету! — рявкнул я, и Корнел тут же достал и запустил ее в направлении той группы магов, от атаки которой нас спас магический барьер усадебного артефакта двумя минутами ранее.

Семь минут буйствовали наши маги на поле боя, сокрушая любое сопротивление. Опыт предыдущего недавнего поражения в такой же ситуации заставил противника начать открывать порталы и сбегать практически сразу же, как первые мощнейшие удары обрушились на него. Кто-то, кто не успел или не располагал достаточным количеством архимагов, чтобы открыть портал и сбежать, сдавался в плен. Но не все оказались такими умными, некоторые все же пытались сопротивляться. Вот их наш отряд грандмагов и архимагов и раскатал в пыль, прежде чем отбыть снова в другой атакованный лагерь, на случай если враг там приободрился или перебросил туда подкрепления.

Мы и сами старались держаться подальше от нашего отряда магов, пока он не отбыл. Ночь все же — легко перепутать, кто враг, а кто нет. Но как только отряд отбыл, тут же бросились снова в атаку.

Серьезного сопротивления теперь оказать нам было некому.

Мы победили, и в этот раз я воспользовался плодами победы по полной. До меня дошло, что у серьезных вражеских магов тоже есть марконы, а значит, часть из них погибла на поле боя вместе с хозяевами, когда лагерь атаковал наш отряд грандмагов и архимагов. Я попросил Виду учредить для наемников премии за тела марконов, которые удастся притащить с поля битвы, помалкивая о том, что это мой личный заказ. Так что в этот раз, когда мы вернулись в лагерь, я получил сразу три трупа марконов!

Расплатившись с командиром наемников, приказал отволочь тушки за пределы лагеря, в укромное место. Там я добыл сердца и источники, а потом трупы сжег магией. Не уверен, что все эти марконы принадлежали именно сисерийцам, у нас же тоже были потери, но трупы петов в любом случае никому особо не были нужны. Их точно искать никто не будет.

Доуэлс, военный лагерь

Пойманный Келертом на горячем куратор практики, которого послали на войну, чтобы искупить честной службой свою вину, очень болезненно воспринял тот неприятный факт, что оказался вдруг в составе отряда, который возглавляется Келертом. Хуже того — заместителем его является тот самый пацан, которого Доуэлс так пытался убить, но ничего из этого не получилось. Когда он узнал об этом, то испытал настоящий шок, он даже поверить в это не мог какое-то время.

Ну а дальше мысли о реванше, понятное дело, уже спать ему не давали. Попытался он было восстановить былые связи с «Могучими», но в отряде не было ни одного профессора из этого клана, а студенты… Они прекрасно знали, как он провалил прошлую охоту на Эйсона и сколько членов клана погибло, поэтому хоть что-то обсуждать с ним не захотели. Профессор понял, что, скорее всего, кто-то из членов клана, проваливших ту охоту на Эйсона, наплел остальным, что именно он, Доуэлс, является одной из причин этого провала! Понятно, конечно, хотел спихнуть часть вины на чужака, но это означает, что «Могучие» ему в игре против Эйсона теперь не помощники.

Сдаваться Доуэлс не привык. Все чаще и чаще ему приходила в голову мысль о том, сколько денег ему могут отвалить сисерийцы, если удастся сообщить им какую-то значимую информацию об Эйсоне, которая позволит его поймать или убить. Это до войны им был абсолютно не интересен какой-то студент, а сейчас он — видный военный командир, неоднократно побывавший на приемах у короля, что весь лагерь постоянно обсуждает, уязвляя этими темами Доуэлса.

Боязно, конечно, было, но имелась и неплохая мотивация — профессор вспоминал, какие взгляды кидал на него Эйсон на практике, когда окончательно уяснил, что Доуэлс помогает его убить. Да уж, забыть их невозможно — этот парень однозначно будет ему мстить. И это означало, что его жизнь висит на волоске, который не перерезан, скорее всего, только потому, что в данный момент Эйсон попросту забыл о профессоре. Доуэлс делал все возможное, чтобы не попадаться ему на глаза, чтобы так оно и оставалось, но понимал, что везение не может быть бесконечным. А ведь Эйсон, на минуточку, заместитель командира их военного отряда. И это означает, что когда он вспомнит о нем, то тут же может придумать для него какую-нибудь самоубийственную миссию из тех, с которых не возвращаются. К примеру, выставит в ближайшей битве на позицию напротив вражеского грандмага.

Заместитель командира в военное время — это огромная власть над рядовыми. А ума Эйсону не занимать, чтобы придумать, как именно его угробить. Так что лучше действовать на опережение.

Мог бы он открыть портал — сбежал бы сразу к врагу. Но покидать отряд на территории своего королевства и брести несколько недель с каким-нибудь караваном до ближайшей границы, рискуя быть пойманным и казненным за бегство из армии в военное время, — это слишком опасный вариант. Значит, нужно наладить контакт с врагами, слить им важную информацию в обмен на щедрое вознаграждение. В идеале — подставить им Эйсона, чтобы убили или взяли в плен, можно и с Келертом, если получится. И тогда для него могут и портал открыть, чтобы его эвакуировать в признательность за службу Сисерии!

Подняв в памяти все свои знакомства, Доуэлс припомнил, к кому можно обратиться как к посреднику для связи с сисерийцами. Но теперь главное — сразу предложить им такую информацию, которая заставит понять его ценность. И Доуэлс принялся старательно собирать любые сведения как о Келерте, так и об Эйсоне. Обращаться только с благими намерениями к врагу нет смысла. Это никак не оценят.

Глава 3

Король Арден Благостный, Сисерия

Новость об очередном поражении привела короля в полное неистовство. Он вообще, если его будили посреди ночи, всегда был в дурном настроении, а пробудиться от таких новостей… Его первый и пятый, вновь формируемый, корпуса были почти полностью разбиты. Враг снова нашел местоположение части военных сил Сисерии…

Горечь очередного поражения смягчала только мысль, что в этот раз вину уже не повесят полностью на него. Два дня назад наследный принц был провозглашен главнокомандующим, о чем торжественно объявили по всему королевству. Пусть Хендо ощутит, каково это — быть главным над войсками, когда они проигрывают. Король прекрасно помнил разговор с сыном, когда он его призвал, чтобы сделать главнокомандующим.

— Давно пора, отец! — с совершенно наглым видом сказал Хендо. — А то твои генералы, похоже, одряхлели и больше ничего в войне не смыслят. Не понимаю, на что ты рассчитывал, ставя над армией таких замшелых дедов?

Честно говоря, после такого заявления захотелось его розгами высечь, а не отправлять в действующую армию главным над генералами. Король тогда чудом сдержался, чтобы не наброситься на сына, забывшего о своем месте в иерархии. И понял, что все его опасения по поводу Хендо были совершенно обоснованными. Если к нему придут серьезные заговорщики с предложением свергнуть отца, он, похоже, на это предложение согласится, явно считая его таким же дряхлым и замшелым, как и его генералы… Но ничего, теперь он встретился с реальностью, и посмотрим, что он скажет, оказавшись в роли побежденного главнокомандующего…

Наследный принц Хендо, Сисерия

Когда его разбудили и доложили о чудовищных потерях, Хендо устроил истерику. Он орал на всех, кто был рядом, хотя они сами только что узнали обо всем случившемся. Пощечиной сбил на землю хранителя армейской печати, не сумевшего ответить ему на вопрос, как все это произошло? Это и не входило в его функции, он просто бегал везде за главнокомандующим с печатью, отвечая за ее сохранность головой. Потом Хендо приказал казнить на месте генералов, возглавлявших первый и пятый корпуса. Визжал и орал на них, требуя ответить, почему они живы после такого поражения и когда именно они продались врагу?

Генералов казнили — никто не осмелился за них вступиться. Даже дядя принца, герцог Бербейский, приставленный к нему отцом, чтобы предотвращать наиболее одиозные поступки, не осмелился остановить казнь, видя по принцу, что он себя полностью не контролирует, и если вмешаться, то казнят троих, а не двоих. И плевать ему будет, что лицо королевской крови нельзя казнить без решения Высокого суда. Канцлер утешал себя только тем, что принц сам себе подрывает репутацию, а это снижает возможность его скорого прихода к власти. Он тоже опасался переворота в пользу принца и того, что его самого после этого отправят в тюрьму или казнят. Теперь любой заговорщик дважды подумает, стоит ли приводить к власти короля, который настолько импульсивен, что вместо благодарности может казнить его самого…

Понаблюдав за казнью, принц, казалось, немного пришел в себя. Почти сразу же он заявил:

— Ну что же! Раз противник не готов к честной схватке, мы должны не оставить ему выбора! Приказываю собрать все корпуса в одном месте! Тогда у него не будет иного выхода, как сражаться в открытом бою, их армия против нашей армии!

Эйсон, военный лагерь

Что я сделал после того, как по возвращении в лагерь уже привычно пристроил всех пленных представителям короны? Обратился к Келерту, измученному очередной бессонной ночью, но очень довольному ее результатами:

— Тут такой вопрос, нужна ваша помощь! Я кое-что придумал, что очень не понравится врагам…

— Эйсон, ты думаешь, мы этой ночью сделали недостаточно? — изумился он.

— Ну, на войне, пока не одержал победу, никогда нельзя расслабляться! — ответил ему.

— Что же, излагай! — вздохнул Келерт, смотря на меня как-то странно. Словно сомневается в моем психическом здоровье… Хотя я ему никаких поводов для этого не давал. Он даже еле слышно что-то проворчал, я едва разобрал смысл фразы — что он не хотел бы быть моим врагом.

— Это исключено, сэр, мы никогда не будем врагами, только соратниками! — бодро сказал я ему.

Он снова горестно вздохнул, пожаловался на то, что у кое-кого слишком острый слух, и предложил мне, наконец, перейти к делу. Но сразу попросил проявить немного милосердия и оставить королю Сисерии хоть несколько солдат в живых, чтобы он мог сдаться нам с достоинством, как полагается особе королевской крови.

— Ну это как получится, сэр, не могу обещать! — пожал плечами я, подыгрывая ему, и перешел к делу. — Я взял на себя смелость организовать один трюк этой ночью. Четверо наемников по моей с ними договоренности переоделись во вражескую униформу, чтобы отступить вместе с противником. Связавшись с ними, мы узнаем, где находятся другие военные лагеря противника, и можно планировать очередную битву! Обошлось мне это недешево, но расходы возмещать не надо, пусть это будет моим вкладом в эту войну!

Келерт помолчал с минуту — похоже, утомился сильно этой ночью и плохо соображал. Я уже думал сбегать к себе в шатер и притащить ему один эликсирчик, который и мертвого из могилы поднимет и заставит шевелиться. Но, слава всем богам, он все же отмер и сказал:

— Ну вот совсем не удивлен!

— Вы уже организовали то же самое? — удивился и обрадовался я. Вот оно — похоже, те военные таланты, которыми Келерт будет славен в будущем, начинают у него пробуждаться!

— Нет, это решительно невозможно! — почему-то разозлился Келерт. — Тебе не сложно общаться со мной, не вызывая у меня чувство собственной неполноценности?

— Что вы, сэр, как можно! — сказал ему укоризненно.

— И перестань называть меня сэром, договорились же, что наедине это совсем необязательно! — продолжил бушевать он.

Посидели немного в тишине.

— Так можно приказать архимагам связаться с нашими шпионами? — напомнил я ему, с чем пришел. — Их же, если что не так, и вытаскивать тоже надо будет срочно!

— Да, конечно, иди! — велел мне Келерт. — И решай там дальше, что делать, а я спать. Все равно, по факту, сплю я или бодрствую, эту войну мы не можем проиграть!

Меня порадовал его оптимизм — эта черта уверенного в себе военачальника. И я помчался к четверке архимагов, с которыми заранее познакомил засланных к врагу наемников. А именно — к Теону, Карой, Ахгелу и Фокрену.

— Начинайте вызывать! — скомандовал я.

Все четыре наемника были магами, хоть и с небольшими разрядами, и с ними договорились, что архимаги будут устанавливать коммуникационный портал каждые пятнадцать минут, а уже они решат, могут ли ответить сразу или им нужно уйти подальше от людей. С двумя удалось связаться сразу — они уже достаточно удалились от лагеря, в который попали при переброске. При попытке связаться с третьим коммуникационный портал вообще дал странный сбой — и кастовавший его Карой покачал головой:

— Видел я уже такое однажды, когда вызывал своего товарища. Потом выяснилось, что он погиб во время портальной охоты. Так что…

Возможность того, что при эвакуации кто-то из подосланных наемников погибнет, была. Потому каждый из них и потребовал от меня по полторы тысячи золотых монет. Ну что же, конкретно этому не повезло — скорее всего, погиб от дружеского огня при отступлении вражеских сил, к которым примкнул.

А четвертый наемник не отвечал. Ну, хоть жив.

С теми двумя, с которыми удалось связаться, все было ясно. Они попали в один и тот же лагерь, где-то на жарком юге, возле мангровых болот, и сейчас вместе из лагеря и сбежали, пользуясь суматохой. Передали нам координаты, где их можно забрать, и я тут же приказал открыть туда портал. Оба выскочили из портала через пару секунд после его открытия. Спешили, понятное дело.

— Огромный лагерь, сэр! — доложил один из них. — Успели установить, что там размещен третий корпус.

Первую часть положенного я уже им заплатил, сейчас выдал вторую часть. Архимаги оценили размер суммы, и когда наемники, которых я поблагодарил за успешное выполнение непростой задачи, ушли, Теоном сказал:

— А неплохо Келерт расщедрился!

— Нет, это из моих средств, — покачал головой я. — Моя операция, сам и оплатил.

Сказал правду не для того, чтобы покрасоваться, а чтобы по лагерю не начали ходить слухи о том, что у Келерта огромная казна для боевых действий. А то в следующий раз захочешь нанять для какой-то задачи наемника, а он запросит намного большую сумму…

Четвертый наемник вышел на связь только через час. Как выяснилось в разговоре, он был ранен, ждал в очереди на лечение, поэтому и задержался. И ценность его сведений заключалась не только в том, что он дал нам координаты еще одного вражеского лагеря, в котором располагался четвертый корпус врага, но и в подслушанном разговоре вражеских офицеров. Когда перебросили его порталом в лагерь, он передал его содержание:

— Говорили о том, что в штабе принято решение собрать все армейские корпуса в одном месте. Чтобы в случае, если мы снова нападем, эта битва стала уже генеральным сражением — все против всех. Похоже, что пришли в отчаяние из-за того, что мы легко находим местонахождение их корпусов и атакуем их по отдельности.

— Куда именно будут перебрасывать, не говорили? — спросил я.

— Нет, сэр, — покачал головой наемник и пошатнулся, — не был бы я ранен, я бы остался, в надежде узнать и сообщить вам. Но ранение было в голову, побоялся, что потеряю сознание. И где потом очнусь — кто его знает, может быть, и у палача, если что-то заподозрят.

— Ничего страшного, молодец, сейчас тебя наш архимаг еще подлечит, чтобы точно все было в порядке, — я взглянул на Фокрена, и тот кивнул. — Вот твои деньги и премия за ценную информацию. Так, а теперь закиньте меня туда же, откуда забрали его, — обратился я к другим архимагам, а потом к наемнику. — Снимай свою одежду, она мне будет почти что в пору.

Для наемников мы раздобыли одежду рядовых пехотинцев, забрав ее у пленных с предыдущей битвы.

— Не слишком это опасно, барон? — покачал головой неодобрительно Теоном. — Все же вы не рядовой наемник, а заместитель командующего крупным отрядом. Может, поищете другого добровольца?

— Дело не терпит отлагательств! — сказал я, переодеваясь в окровавленную одежду наемника. Его рана в голову привела к обильному кровотечению, и весь мундир был заляпан. Меня это не смущало — если кто спросит, не ранен ли я, всегда можно ответить, что был ранен, но меня подлечил один из лекарей. Особой опасности для себя я не видел — любой лагерь, в который внезапно отступили с поля битвы тысячи солдат и офицеров, будет адским смешением всех и вся, и эта неразбериха — благодатная ситуация для опытного разведчика.

Для меня тут же открыли портал в то место, откуда забрали наемника. Выйдя среди высоких деревьев, я поежился. Снега под ногами сантиметров тридцать. Ветер был сильным даже среди деревьев, что же будет, когда я выйду на открытое пространство?

Пошел назад по следам наемника. Увидев через пять минут среди деревьев множество костров, тут же посредством эспандера переместился на сотню метров вправо. Вдруг кому-то показались подозрительными ведущие в лес следы, и около них решили устроить засаду. Поэтому мне лучше появиться возле лагеря в другом месте.

Костры были повсюду, выбраться незаметно оказалось сложно, пришлось воспользоваться эспандером, закинув его в кусты метрах в пятидесяти от края лагеря. Из них я вышел, демонстративно застегивая ширинку, так что вопрос, что я там делал, не должен был никого взволновать.

Ночной лагерь не спал. У костров сидело значительно больше человек, чем обычно было принято, по десять-двенадцать. Похоже, что беглецов подселили к кострам солдат местного корпуса, и они тоже не спали. Ночное нападение на два лагеря, похоже, взбудоражило солдат так сильно, что они боялись засыпать, чтобы не проспать атаку на этот лагерь. Люди выглядели подавленными, говорили между собой отрывистыми фразами. Никаких тебе песен у костра или задушевных разговоров.

Увиденное мне очень понравилось. Сисерийские солдаты откровенно деморализованы, если даже спать боятся. С такой вражеской армией воевать гораздо приятней, чем с мотивированной на победу и уверенной в себе.

Между кострами бродил не только я. И другие солдаты, и офицеры ходили по лагерю с подавленным видом. Офицеры пытались, впрочем, приободрить солдат, но у них это откровенно не получалось. Мой путь лежал в центр лагеря, поближе к штабным палаткам и местному генералу. Уж очень мне хотелось попытаться подслушать, куда именно будут перекидывать этот корпус. А если не удастся подслушать, то придется ждать момента переброски и отправляться с ним. Риск тогда возрастет, но куда деваться — это жизненно важная информация!

Глава 4

Много лет, служа в армии солдатом, я точно так же ходил между кострами, так что особо притворяться мне не было нужды. Я выглядел как бывалый солдат, шел как солдат, кивал встречным солдатам так же, как они мне. И совсем не сложно было вытягиваться в струнку при появлении рядом офицеров.

Я даже немного шатался, чтобы было видно, что я из подвергшегося нападению лагеря и толку с меня ноль — бравый, но недавно подлеченный и, вполне возможно, ничего особо не соображающий. Такого ни дрова рубить отправить нельзя, ни выругать за то, что бродит ночью в офицерском центре лагеря, вместо того чтобы спать. Вполне может быть, просто заблудился, лагерь-то для него незнаком!

Наконец, я добрался до огромных шатров, в которых обычно размещаются самые важные офицеры и штаб. Шатры светились, в них мелькали ходящие по ним фигуры — все верно, внутри совещаются и работают над военными вопросами. Пробрел мимо восьми часовых и вскоре нашел уютное местечко, чтобы подслушивать. Около штаба стояла шикарная пушистая ель, которая была прекрасно видна часовым. Вот только я закинул в ее крону эспандер с такого угла, что они точно не должны были его увидеть. Рассчитал все до доли секунды, чтобы появиться в кроне в нужный момент, перехватив летящий вниз эспандер. И умудрился не слишком сильно сотрясти ветви дерева, повиснув на них. Хотя больше всего этому я был обязан не своей ловкости, а тому, что дерево и ветви были огромными, так что мне сложно было своим весом сильно их тряхнуть.

Замер на месте в ожидании, не поднимут ли часовые тревоги. Через несколько секунд даже показалось, что провалился, — двое часовых заговорили о чем-то на повышенных тонах. Но тут же облегченно выдохнул, разобрав, о чем они говорят, — оказывается, их должны были сменить десять минут назад, и они волновались, почему сменщиков нет. Замерзли и проголодались, понятное дело, а еще опасались, что из-за всей этой суеты после появления в лагере войск разбитого корпуса о них банально забыли.

Через пару минут я окончательно убедился, что меня никто не заметил, солдаты были слишком озабочены вопросом смены, чтобы проявлять повышенную бдительность. Врубил острый слух, чтобы начать слушать, что говорят внизу, в огромных шатрах.

Заклинание не подвело, я слышал почти все. Много ругани, много эмоций, преимущественно отчаяния. Выражения недоумения в связи с тем, что произошло в шатре наследного принца. О, я и не знал, что он теперь официально главнокомандующий вражеской армии! Когда я его навещал в прошлый раз, все выглядело так, словно он в ссылке. А теперь Хендо — главный армейский начальник и уже успел развернуться. Офицеры обсуждали, как он приказал казнить генералов разбитых нами корпусов, при этом осторожничали в оценке, явно побаиваясь, что кто-то из присутствующих может стукануть принцу, но точно не радовались произошедшему. Ну да, обрадуешься тут, если можешь стать следующим! Позорная смерть, которая к тому же ударит по статусу кланов, к которым принадлежали генералы. Это они тоже осторожно обсуждали.

А у меня сразу же закрутились шестеренки в голове — надо выяснить, что это за кланы и насколько они оскорблены произошедшим… Может, удастся устроить в Сисерии славный государственный переворот? Новому королю точно станет не до войны, ему свою власть укреплять нужно будет. Это поставит Аргент в выгодное положение на переговорах…

И с чего королю пришло в голову назначить Хендо главнокомандующим? Я и то, совсем немного его зная, уже понял, что парень, мягко говоря, неуравновешенный и с бешеными тараканами в голове, неужто папаня не в курсе? Это что, последняя надежда Сисерии в этой войне — ставка на палача собственных генералов?

Но наконец, разговор перешел в ту сферу, что мне была особенно интересна, — потрясение от новости про казнь генералов прошло, и в шатрах завели речь о планах. Выяснилось, что через два часа лагерь переводят на новую площадку, в чистое поле, прямо рядом с Сисерией. Хендо решил расположить все свои корпуса вдоль крепостной стены столицы. Рассчитывая, видимо, что она станет безопасным тылом и можно будет использовать всю армию, чтобы противостоять очередному нашему нападению.

Ну что же, вот я и узнал то, за чем и пришел. Немного досадно было, что мы и так бы об этом скоро узнали, — такой военный лагерь прямо под стенами столицы никак не скрыть надолго. Но ладно, все равно выбрался сюда не зря. Раньше получил информацию, буду иметь больше времени на то, чтобы ее покрутить в голове и обдумать, что с ней делать. Да и новости про Хендо и его стиль командования оказались интересными. И перспективными, да…

За следующие полтора часа я узнал еще много интересного. Оказалось, что сисерийцы наконец догадались, что мощный отряд магов, который на них внезапно обрушивался в обеих битвах, — это не один из корпусов, в котором много магов, а сборная солянка из всех наших серьезных магов. Хендо уже отдал приказ о том, чтобы в новом лагере все маги от двенадцатого разряда и выше тоже были собраны в такой вот отряд. И уже на постоянной основе.

Ну а последние полчаса никакой интересной информации уже не принесли. Сборы для перемещения достигли уже этой части лагеря, ей всегда занимались в последнюю очередь, чтобы не тревожить господ офицеров переездом слишком долго. Офицеры из шатров вышли, их торопливо начали упаковывать солдаты. Затем начали открываться порталы, один за другим по всей округе, и вскоре я остался один там, где еще недавно было более тридцати тысяч человек.

Убедившись в этом, слез посредством броска эспандера с дерева и побрел на место, где для меня должны были скоро открыть обратный портал. Спать хотелось неимоверно, но бдительность я старался не ослаблять. Такие моменты самые опасные — возникает ощущение ложной безопасности, и ты можешь легко попасть в переплет, если расслабишься. Это кажется, что переброс войск завершен, но я знал, что такое переместить огромную массу людей. Обязательно забудут что-то важное перевезти на новое место, так что в любой момент в любом месте лагеря может открыться портал, и из него выйдут те, кто должен заняться этим вопросом.

Все же мне такие порталы и группы не попались, я добрался до места эвакуации и через двадцать минут вернулся порталом в свой лагерь.

Стряхнув с себя сонливость, пошел к шатру Келерта. Сидевший на входе у костра тощий охранник тут же подскочил и доложил:

— Господин барон, в лагере все спокойно! Господин Келерт изволит почивать! Главным на это время в лагере является господин Вида!

О как! Келерт не шутил, а действительно завалился спать! Кстати говоря, господином его охранник величал потому, что последним армейским званием Келерта было лейтенантское. Учитывая размер нашего отряда, называть его главу лейтенантом ни у кого язык не поворачивался. Со мной было еще сложнее, у меня вообще не было никакого звания. Поэтому меня все величали бароном. Ректор уже обратился по этому поводу к королю, и в недрах королевской бюрократии неспешно решали, какие звания можно присвоить Келерту и мне, но пока что вот так все и было… В голову пришла забавная мысль. Интересно, успеют ржавые шестеренки бюрократии провернуться до конца войны, или мы так и закончим ее «Господином Келертом» и «Бароном Эрегарским»?

— Когда у тебя смена? — спросил я охранника.

— Через три часа, сэр!

— Тогда, если до этого увидишь господина Келерта или его денщика, передай, что у меня есть важные новости после разведки, могут сразу меня будить.

— Да, господин барон!

Побрел в свой шатер. Раз такое дело, тоже вздремну. На полпути пришла в голову важная мысль, и я свернул к шатру Виды. Тот не спал и, улыбнувшись, поприветствовал меня:

— Теперь я уверен, что удача улыбнулась нам в тот день, когда вы отшили сисерийских эмиссаров и наняли нас для Аргента! Никогда еще мой отряд не наслаждался такими безоговорочными победами и такими богатыми трофеями! Нам после этой военной кампании будут завидовать наемники всего мира!

Приятно видеть такого довольного человека с утра пораньше! Отреагировав так же позитивно, я перешел к делу, ради которого пришел:

— Обратил сейчас внимание, что Келерт зачем-то сократил свою охрану до одного человека. Меня это тревожит, учитывая, что войска противника возглавил наследный принц Сисерии, а он противник непредсказуемый. Давай сделаем так — я буду платить по сотне золотых за ночь, а ты найдешь десяток толковых наемников, которые разожгут пару костров неподалеку от шатра Келерта и будут всю ночь его охранять?

Даже не задумываясь, Вида ответил:

— Барон, какие деньги за такую важную миссию? Среди нас нет никого, кто бы не ценил командующего, при котором мы можем так успешно и красиво сражаться! Охрану поставлю прямо сейчас, и никакой платы не надо. Мы сами будем со всем старанием охранять свою золотую шахту!

Поблагодарил его и пошел к своему шатру.

У его порога нес вахту Долен. Я удовлетворенно кивнул — чтобы приучить парней к службе в армии, велел, чтобы всегда кто-то охранял шатер, раз уж мне охрана, как заместителю, не полагалась.

Поболтали с ним пару минут, особых новостей у него не было, он только в себя приходил после ночной битвы. Похлопав его по плечу, я побрел спать.

Вида, военный лагерь

После разговора с Эйсоном Вида тут же распорядился отправить десяток дозорных к шатру Келерта, а потом, подумав, отправил еще десяток к шатру самого Эйсона. Как раз в этот момент подошел Рроку и тут же спросил его:

— Случилось чего, раз такие меры принимаешь?

— Да заходил ко мне Эйсон, предлагал деньги за охрану Келерта, а зачем нам позориться и брать деньги за то, что и так в наших интересах? Нам с ним такая удача прет, что нужно его беречь как зеницу ока!

— Ну ладно, а зачем послал такую же охрану к шатру самого Эйсона?

Вида усмехнулся и сказал:

— А тут еще хороший вопрос, кто из них двоих больше важен для нашего успеха!

— Да ладно? — удивился Рроку. — Парень невероятно хорошо дерется, это факт, но какое отношение это имеет к военным успехам Келерта?

— А ты не заметил? — хмыкнул Вида. — У него всегда невероятно свежая информация о враге. Вот сейчас он мимоходом сказал мне, что у Сисерии новый главнокомандующий, принц Хендо. Ты вот знал об этом? То-то же! Уверен, что разбуди сейчас Келерта и спроси — окажется, что он об этом тоже не знает. Так он еще и охарактеризовал этого принца как человека непредсказуемого. Я вот слышал о нем раньше только имя.

— Еще какие-то слухи ходили недавно, что он по мальчикам, — решил продемонстрировать свою осведомленность Рроку.

— Да какое это имеет отношение к стилю ведения военных действий? — махнул рукой Вида. — Я тебе хочу сказать, что эта пара, Келерт и Эйсон, это и есть причина нашего успеха. Потеряем одного из них, и все может накрыться медным тазом.

— Ну, если так…

Эйсон, военный лагерь

Проснулся от того, что Корнел потрепал за плечо:

— Там к тебе дозорный прибежал от Келерта!

Я встал и посмотрел на часы. Поспал два часа, откровенно маловато. Но имеющаяся у меня информация была слишком важна, требовалось немедленно сообщить ее Келерту. Смена диспозиции вражеской армии и ее тактики — это информация первостепенной важности!

Выйдя из шатра, увидел неподалеку два новых костра. У них сидел десяток наемников, которые тут же меня поприветствовали. Я сразу же отверг идею, что Вида перепутал и послал охрану вместо шатра Келерта к моему. Он мужик очень умный, в этом я уже убедился, таких глупых ошибок не совершает. Впрочем, можно было проверить лично.

Я проверил. Неподалеку от шатра Келерта тоже было два костра и десяток наемников около них. Шесть возле того, что был ближе к шатру, и четверо у того, что подальше.

Келерт в полной мере оценил то, что услышал от меня.

— Собирайся! — велел он. — Немедленно отправляемся к ректору.

— Да я, собственно, уже и готов выступать, — ответил ему.

Ну а что? Я же в полной мере понимаю, что за информацию доставил. И что без высоких визитов теперь не обойтись. А Келерт все еще старается обучить меня никому не доверять в вопросах получения бонусов за собственные действия. Раз я добыл эту информацию, то должен быть рядом с командиром, когда ректор будет хвалить за нее.

Ну мне-то что — неплохой шанс повидаться с Джоан лишний разок. Ну и кормежка опять же шикарная… Постоянно на свежем воздухе — ясно, что аппетит зверский!

Ректор пришел в возбуждение от наших новостей:

— Эйсон, король высоко оценил прежнюю информацию про потери врага, что ты добыл из вражеской столицы с риском для жизни! Но эта информация не поблекнет даже на фоне блистательной победы в ночной битве! Немедленно отправляемся в королевский дворец! Переоденьтесь подобающе, и встречаемся во дворе!

Через десять минут мы уже входили в королевский дворец. Через двадцать минут король нас принял.

Мы с Келертом стояли, вытянувшись в струнку, пока ректор докладывал. Это позволяло мне также не смотреть на магического питомца короля, примостившегося около его ног, как обычно. Когда на него не смотришь, легче контролировать свою ненависть к нему и не думать о том, что он рядом. А то специальные драже, позволяющие блокировать эмоции, часто пить не стоит. Кто его знает, не вредно ли будет это для здоровья?

— Хендо, значит… и армия прямо у стен вражеской столицы… — задумчиво проговорил король. — Келерт и Эйсон, что посоветуете?

Первым, конечно, по старшинству выступил мой начальник.

— Необходимо хорошо обдумать, что враг замыслил, расположив войска у стен своей столицы, ваше величество, — сказал Келерт. — Думаю, он планирует задействовать в случае атаки и все мирные ресурсы столицы на время боя. К примеру, со стены армию могут поддерживать те маги, которых не мобилизовали. Столичные лекари опять же могут быть оперативно задействованы в лечении раненых и возвращении их на поле битвы.

— С этим согласен, — кивнул король, — Эйсон?

— Уверен, что враг ни в коем случае не должен получить то, чего жаждет — генеральную битву. Несмотря на то, что после ночного сражения можно полагать, что по численности наша армия стала сильнее, уж слишком большие потери понесли враги, генеральная битва всегда непредсказуема. Да и, как говорят, дома и стены помогают. Расположившись у стен собственной столицы, вражеская армия будет сражаться до конца, ее мораль будет высокой.

— Так и что ты предлагаешь? — спросил меня король.

— Диверсии, сэр, множественные диверсии. Не давать им спать ни ночью, ни днем, выматывать. Постоянно что-то должно взрываться в лагере, из-за чего всех будут подымать в штыки, считая, что началось наше наступление. Проведут вот так ночь — и наутро у них всякое воодушевление от того, что они под стеной своей столицы, пройдет. А когда они вымотаются и лягут спать днем, стоит начать делать молниеносные набеги силами нашего мощного отряда высокоуровневых магов. Напасть с одного края, уничтожить всех перед собой, тут же переместиться порталами к другому краю, там все перемешать с землей. В длительное сражение не ввязываться, иначе враги обязательно подтянут такой же свой отряд, и мы понесем большие потери. Будем чередовать нападения и днем, и ночью, пока они не поймут, что их стратегия полностью провалилась, и не запросят переговоры о мире.

— А почему ты думаешь, что нападать следует только с краев, там же простые солдаты? Почему не обрушиться на врагов, открыв порталы по центру лагеря, как в прошлый раз, чтобы нанести наибольший ущерб магам и офицерам?

— Уверен, что прямо сейчас они оборудуют свой лагерь защитой от открытия порталов, ваше величество! В корпусных лагерях никто ее не ставит — очень неудобно по множеству причин. Невозможно перебрасывать собственные войска прямо в лагерь, сложно отступить в случае внезапного нападения слишком сильного врага. Но когда они собрали свою армию у стен столицы, они немедленно займутся установкой такой защиты. Даже если они проиграют битву, можно отступить в город через крепостные ворота. И там занять на стенах новую линию обороны.

— И кто займется этими диверсиями?

— Позвольте мне заняться этим, ваше величество! — предложил королю. — Я в этом неплохо разбираюсь. Подготовлюсь в течение дня, и этой же ночью лагерь врага спать уже не будет.

— Знаешь толковых специалистов в диверсиях, значит? — спросил Драск. Он решил, видимо, что я не лично собираюсь этим заниматься, а организую тех же наемников, к примеру.

— И это тоже, сэр! — не стал разубеждать короля.

— Ну что же, брат, мне нравится стратегия, предложенная молодым человеком. Враг достать наши войска не может, его разведка, похоже, полностью провалилась. А в предложении Эйсона есть здравый смысл. К чему нам нести дальнейшие потери, если мы и так на начальном этапе войны потеряли столь многих?

Ректор одобрил мою идею тоже.

— Да уж, необычно у нас в последнее время идут военные действия, — задумчиво сказал король, — такой манеры ведения войны и не припомню из военной истории! Вполне может быть, что историки будущего назовут ее «войной разведок», к примеру. Именно наша способность раздобыть новейшие и точные разведданные и позволила нам дважды нанести врагу такой тяжелый урон.

Ректор и Келерт инстинктивно посмотрели на меня, и от взора короля это не укрылось.

— Да, барон, я понимаю, кому мы этим обязаны, почему-то вовсе не моим шпионам, что обходятся мне так дорого! — сказал мне король. — Такие таланты, несомненно, заслуживают награды, и вы без нее не останетесь. Надо только выбрать награду так, чтобы вам не пришлось пожалеть о ней!

О чем говорил король, понимали без лишних слов все в этом зале. Награды от короля — это признак того, что человек становится фаворитом. А в этом деле есть очень острая конкуренция среди придворных. Никому не нужны новые фавориты, так что можно нарваться на неприятности из-за ревности тех, кто боится потерять свое влияние на короля. Хорошо, что сам король совершенно ясно это понимает и сам не хочет подставлять меня. Ну что же, остается надеяться, что награду его величество выберет с умом. Совсем без награды он и сам не захочет меня оставить…

Глава 5

Добро от короля на осуществление диверсий было получено, и я отпросился у ректора в город, чтобы повидаться с Джерелом. Он уже был посвящен мной в секреты взрывателей из будущего и добился в их изготовлении большого мастерства. Ясное дело, что я не хотел больше никого посвящать в эти секреты, чтобы они не стали достоянием всех желающих. Хотя сейчас, конечно, попроси я короля, мне бы дали возможность работать с лучшими грандмагами-артефакторами нашей страны. Нет, я уж лучше продолжу работать с молчаливым Джерелом, бережно хранящим те тайны, которыми я с ним делюсь, в надежде получить от меня новые в будущем!

Старик моему появлению обрадовался, хотя и поворчал для вида, как же без этого в его возрасте. Я описал ему, что за заказ мне нужен и для каких целей, и он отказался брать у меня плату:

— Я, знаешь ли, патриот, Эйсон! Просто пообещай, что взорвешь как можно больше сисерийцев!

Я пообещал, конечно, что в этом он может быть уверенным.

Прежде чем меня отпустить, он также спросил:

— Если понадобится и взрывчатка, то захвати с собой кого-нибудь, я вас щедро нагружу. У меня запасы о-го-го какие!

Обманывать его я не стал, сказал, что собираюсь воспользоваться той взрывчаткой, которую сисерийцы приготовили, чтобы сражаться с нами. Так что мне нужны только взрыватели.

Самого Джерела, к счастью для меня, не мобилизовали. Все же он, как артефактор, был ценен для короля и просто оставаясь гражданским лицом. Но его загрузили по уши военными заказами, так что пользу фронту он приносил несомненную.

Дальше я отправился в Академию, где перекусил во время завтрака с Джоан. Потом она убежала на занятия, отец настоятельно рекомендовал ей их не пропускать, а я обождал Келерта и вернулся с ним в лагерь. Выспался уже там как следует, потом принялся прикидывать, как лучше работать этой ночью. Был большой соблазн натаскать получше Корнела, Тивадара и Хастера в диверсионной работе, и я решил от него не отказываться. Риск, конечно, есть, куда без этого, но и парням нужно развиваться.

Посвятил их в детали предстоящей вылазки, особенно подробно обговорил вопросы безопасности. Рассказал, как обычно выглядят в лагерях склады взрывных артефактов, какие меры безопасности принимаются по их охране. И в целом, как правильно осуществлять диверсии прямо на виду у противника.

К Джерелу я сходил один, взрыватели много места не занимают. Два десятка уместилось в небольшую сумку. Вернувшись порталом назад, распределил взрыватели среди своих спутников, оставив себе пять штук.

Вначале сам смотался на разведку — что новый военный лагерь будет размещен у стен Загинры, я знал, но понятия не имел, где именно, а столица была огромной. Так что провел разведку и вскоре нашел, где разместили вражескую армию. Запад и юго-запад от столицы, прихватили двое городских ворот с этих направлений.

Вернувшись, отдал приказ архимагам — куда нас отправлять и откуда забирать после диверсионной акции.

Стемнело всего час назад, вовсю шел снег, землю устилало сантиметров пять снежного покрова. На место мы прибыли, облаченные в обмундирование, снятое с пленных вражеских солдат. В военном лагере, жизнь в котором размерена, один бесцельно перемещающийся в темное время солдат может вызвать логичные вопросы от офицеров. Это я в прошлый раз использовал прибытие нескольких тысяч беглецов, чтобы затеряться среди них, а сейчас лагерь у стен Загинры уже устоялся. И меры безопасности будут на порядок выше.

Так что мы разбились на пары. Я пошел с Хастером, Корнел с Тивадаром. Внутрь лагеря забрались, зайдя в густые кусты рядом с его окраиной. Подсмотрели, что туда периодически заходят солдаты с понятными целями. Пробрались сквозь густые ветви, и вышли как ни в чем не бывало, словно тоже заходили справить нужду.

Конечно, уже наверняка вырыты туалеты. Но кто был в армии, тот знает, что многим солдатам на окраине лагеря идти до них просто лень. Так что ничего необычного.

Пройдя немного по лагерю, нашли пустую палатку и тут же в нее забрались. Взяв большой сундук, стоявший там с какими-то целями, потащили его по лагерю, словно так и надо. Вот теперь мы уже не солдаты-бездельники, вызывающие начальственный зуд у любого встречного офицера, а солдаты, выполняющие чей-то приказ.

Я посвятил час допросам пленных, прежде чем отправиться на вылазку. Так что обе наши двойки точно знали, к какому подразделению вражеской армии мы «принадлежим», и имена всех офицеров в нем. Это важная деталь для безопасности.

Вскоре приметили одну из тех палаток, которые искали. Пленные подтвердили, что взрывные артефакты обычно складируют в длинных прямоугольных шатрах. И там всегда есть охрана. Описанию увиденный нами шатер полностью соответствовал. Да и расположен удачно. С трех сторон прикрыт другими шатрами, обычными, островерхими и округлыми, причем выходы из них были с других сторон от нужного нам шатра. Охранник стоял прямо у входа в шатер, и по нетронутому снегу вокруг него было видно, что обходы он не делает, просто стоит, переступая с ноги на ногу, чтобы не замерзнуть, прямо у входа.

Поволокли сундук в сторону трех шатров, что стояли вокруг нужного нам. Там мы поставили сундук на снег, якобы решив отдохнуть. Выбрав момент, когда никого у входов в шатры и на дороге не было, я метнул свой эспандер в зону за шатрами.

Вылез из него прямо у задней стены в прямоугольный шатер, прислушался. Тишина. Аккуратно надрезал своим арским кинжалом полотно и тут же залез внутрь. Амулет на ночное зрение показал два ряда сундуков прямо передо мной. Пробравшись тихонько между ними, я обнаружил, что людей в палатке нет, а у другой стены шатра стоят еще сундуки в два ряда. Приоткрыв один из них, удовлетворенно кивнул — внутри лежали взрывные артефакты.

Принялся аккуратно открывать сундуки, активировать лежащие в них артефакты и снова закрывать. В один из сундуков положил и активированный на взрыв через два часа взрыватель. Джерел сделал все как я просил: обезвредить активированный взрыватель будет очень сложно, на нынешнем уровне развития артефакторики в этом направлении — практически невозможно. Через пять секунд после активации артефакт выбрасывал липкие паутинки, которые прилипали ко всему вокруг, в том числе и к закрытой после активации крышке сундука. После этого любое сильное шевеление, включая попытку открыть крышку сундука, неминуемо влекло за собой взрыв.

Был большой соблазн снять верхние сундуки, чтобы добраться до нижних и там тоже активировать взрыватели, но я от него удержался. Шум может услышать караульный у входа и поднять тревогу, сорвав мне всю операцию. Да и Хастера надолго оставлять одного у сундука нельзя. Два солдата, остановившиеся отдохнуть у сундука, который тащат куда-то явно по приказу, не вызовут особых подозрений. А вот один у большого сундука — вполне. Ясно, что он не может тащить его один…

Но и так, по моим оценкам, я активировал больше двух тысяч артефактов, так что когда рванет, после взрыва останется воронка метров пять в глубину и двадцать — двадцать пять в ширину. Ну и можно представить, сколько урона нанесет такой взрыв для вражеский армии, когда взрывная волна пойдет по лагерю… Счет убитых и раненых в таком скученном пространстве будет идти на сотни… а уж сколько всякого нужного для вражеской армии имущества будет выведено из строя!

Закончив, выбрался через тот же разрез. Вернулся к Хастеру, выбрав момент, когда никого на тропинке не было. Кивнул ему, подтверждая, что первый шаг сделан. Подняли сундук и потащили дальше.

Еще дважды нашли такие же палатки, только теперь в них забирался уже Хастер. Сам попросился, чтобы набраться опыта. Я не протестовал, ничего особо сложного, что можно запороть, тут не было. Он достаточно ловок, так что не должен ни крышку сундука уронить, привлекая внимание часового, ни еще какую-то глупость сделать. Только взрыватели он оставлял и активировал теперь другие — что взорвутся не через два часа, а раньше. Джерел хорошо освоил науку будущего о взрывателях с отложенным взрывом и даже доработал схему. Теперь у меня была очень широкая линейка взрывателей.

Найдя четвертый прямоугольный шатер, я испытал раздражение. Караульный около него зачем-то решил ходить вокруг него, вместо того чтобы, как все другие, почти неподвижно стоять у входа. Либо натура у него кипучая, либо замерз. При этом я точно знал, что Устав он нарушает, поскольку должен не спускать глаз со входа. Подкараулить его за задней стеной и тихонько зарезать? Опасно. Во-первых, нет гарантий, что получится тихо, — снег скрипит под ногами, часовой может услышать, когда будешь к нему подкрадываться, и поднять тревогу. А во-вторых, любой проходящий мимо офицер, знающий, что такие шатры не должны оставаться без охраны, может насторожиться, найти труп и дать сигнал лагерю.

Пришлось действовать иначе. Я закинул эспандер ко входу в шатер, когда караульный в очередной раз скрылся за углом со своим обходом и никого поблизости не было, чтобы меня заметить, и зашел внутрь. Сделал там всю работу, установил таймер на взрыв через час. Дождался, когда охранник снова скроется за углом, высунулся, увидел, что никого нет поблизости, и выскочил из шатра. Правда, тут же показался кто-то из-за угла шатра в двух десятках метров отсюда, так что я перебрался при помощи эспандера за угол к Хастеру и сундуку. Только вылез из артефакта, только мы подняли сундук, чтобы нести его дальше, как нас все же решил проверить какой-то офицер, внезапно вышедший с другой стороны тропинки.

— Кто такие? Что за сундук? — начальственным голосом спросил он.

Когда подошел поближе, я увидел, что это пехотный капитан. И не из того подразделения, о принадлежности к которому мы придумали легенду.

— Девятая пехотная рота третьего полка второго корпуса, сэр! Несем сундук по приказу капитана Хегмута, командующего девятой роты, к лекарям второго корпуса, сэр! Что в сундуке — знать не положено, сэр!

Хастер прилежно вытянулся рядом, как я его и учил.

— Почему здесь с сундуком? Здесь расположение третьего корпуса!

— Заблудились, сэр! Темно, сэр! Может быть, господин капитан подскажет, куда надо двигаться, сэр?

— Вот еще! Валите обратно, откуда пришли, там и наводите справки! — окрысился капитан и поспешно пошел прочь от нас.

— Ловко ты его! — прошептал Хастер, когда он скрылся за шатрами.

— Ну так опыт! Ни один офицер не захочет возиться с тупыми заблудившимися солдатами, провожая их в нужное место. У них другое на уме вечером — карты, выпивка! А тут еще и столица рядом — небось, прикидывают, как и к девкам в бордель в самоволку сбегать. Совсем не до нас, сиволапых! — вздохнул я.

Хастер беззвучно рассмеялся, и мы потащили сундук дальше.

Заминировали еще один шатер, караульный у которого послушно стоял у входа, и я понял, что пора с этим заканчивать. В любой момент могут обнаружить дыру в стенке у одного из шатров, полезть в него, чтобы проверить, есть ли кто внутри, обнаружить, что артефакты активированы, и поднять тревогу. Или сразу нарваться на сундук со взрывателем и устроить первый взрыв, попытавшись его открыть.

Так что мы потащили сундук к окраине лагеря. Мы давно уже запутались во всех этих шатрах, но помогали встречающиеся на пути солдаты, указывая нужное направление. Солдат солдату не откажет в такой мелочи, это тебе не офицер.

Но все равно выбраться из лагеря до взрывов не успели. Либо наш, либо установленный Корнелом и Тивадаром заряд сработал. Повезло, что не рядом, хотя мы были готовы и к этому, — я сделал особый акцент на том, что при сильном взрыве поблизости нужно немедленно запрыгивать в артефакт. Земля ощутимо вздрогнула, рвануло примерно в полукилометре от нас. Вспух гриб взрыва, одновременно до нас домчалась ударная волна — правда, уже сильно ослабленная, поэтому нас не повалила, а просто покачнула. Все вокруг забегали и закричали. Бросив сундук, мы тоже помчались. Теперь можно, теперь мы ничем не будем отличаться от остальных. Единственный нюанс — в отличие от тех, кто бегал заполошно, не зная, что делать, мы целенаправленно мчались к краю лагеря.

На самой окраине уже могли и сообразить, что если взрыв был внутри лагеря, то сейчас из него могут убегать диверсанты. Так что на самый край мы бежать не стали. Выбрав тупичок между несколькими шатрами в полусотне метров от конца лагеря, мы достали пращи и закинули эспандеры в прилегающий к лагерю лес. Выбравшись из них, оказались в семидесяти метрах от лагеря. И надежно отгороженные от него деревьями.

Побрели по снегу к намеченному заранее месту общей встречи, периодически пользуясь эспандерами, чтобы путать следы, если кто-то будет по ним пробовать искать диверсантов. Заплутать мы не могли, потому что на месте встречи оставили путеводный камень, и уверенно к нему двигались. Он хорош не только для охоты в портальных локациях, но и для таких вот ночных вылазок. Корнел с Тивадаром тоже его чувствовали, так что главное — чтобы они благополучно выбрались из вражеского лагеря, как и мы.

Минут через десять раздался еще один взрыв, сотрясший землю у нас под ногами. Я прикинул по времени — рановато для установленных мной таймеров. Похоже на то, что людей отправили проверять, не заминированы ли другие склады со взрывными артефактами, и кто-то попытался открыть сундук со взрывателем, тем самым активировав его.

А еще через пару минут раздались два взрыва практически подряд, с разницей всего в несколько секунд. Исходя из моего опыта, скорее всего, взрыв одного из заминированных нами или Корнелом с Тивадаром складов произошел рядом с другим заминированным складом и вызвал на нем детонацию.

Мы встретили Корнела и Тивадара живыми и невредимыми на условленном месте, чему очень обрадовались. Корнел тут же начал делиться подробностями того, как они осуществили первую в своей жизни диверсию. Сундук им найти не удалось, так что они таскали по лагерю большой свернутый ковер, найденный в пустующей офицерской палатке. Никаких вопросов им никто не задавал вообще. Ну да, это не сундук, возбуждающий любопытство офицеров своим содержимым, тут все полностью понятно — кто-то из высокопоставленных офицеров улучшает свой быт, послав солдатиков за ковром, и нечего их даже и тормозить, чтобы не нарваться на гнев хозяина ковра. Кто его знает, вдруг он вообще один из генералов!

Ну а затем подошло время сработать остальным взрывателям. Земля под ногами затряслась намного сильнее от серии взрывов, последовавших с небольшим интервалом один за другим. Подкинув вверх эспандер, я взлетел над лесом и увидел семь больших клубов дыма, вздымавшихся над лагерем. Неподалеку дымило еще четыре, но там дым расползся, значит, взрывы были раньше. Итак, всего мы смогли заминировать и взорвать одиннадцать складов со взрывными артефактами, нанеся противнику огромный урон в живой силе и армейском имуществе. Ну и паника теперь точно будет налицо — как заснуть после серии таких внезапных мощных взрывов? Только и будешь думать о том, не раздастся ли такой же взрыв снова рядышком, убив тебя или оторвав руки-ноги?

На этом наша миссия не закончилась — раз обещали королю тревожить врага всю ночь, не давая выспаться, то так и сделаем.

Дали врагу пару часов на то, чтобы немного успокоиться после взрывов и ликвидации их последствий, прежде чем продолжить нашу диверсионную деятельность. Правда, уже через час обнаружили, что в лес отправили отряды солдат на поиски диверсантов, правильно догадавшись о том, откуда они появились. При этом они шли плотной цепочкой по лесу, чтобы никто не мог сквозь эту цепь прорваться, не обнаружив себя. Что делать в таком случае, я с ребятами обсудил еще перед походом. Выбрав высокое дерево, около которого на снегу не было наших следов, мы оснастили эспандеры липучками и забросили их повыше, прилепив к огромному стволу сосны среди множества крупных сучьев. Тут же, запрыгнув в эспандеры, оказались на высоте примерно десяти метров.

Небо было темным, с земли никого в таких густых ветвях на высоте не разглядеть. Тем более что мы и подстраховались, запрыгнув в эспандеры, когда цепочка солдат подошла вплотную к дереву. Когда мы вылезли из эспандеров, внизу уже никого не было, они ушли вперед. Тут же на дереве дождались и когда они вернутся в лагерь — слишком далеко их гонять не стали. Бессмысленно — там вообще наших следов не было. Если возле лагеря мы еще немного наследили, то дальше любой бы увидел, что после снегопада никто там не появлялся.

Глава 6

Больше никакой поисковой активности не было, и спустя час мы соскользнули с деревьев и двинулись к лагерю. Шли осторожно, опасаясь того, что в лесу могли оставить засады. Но нет, ничего такого нам не попалось. Добравшись до окраины лагеря, разделились и пошли каждый по отдельности. Смысл был в том, чтобы атаковать лагерь в разных местах. Большого вреда мы в этот раз не принесем, но если кому-то все же удалось заснуть, то он у нас обязательно проснется.

В удобном для атаки месте, где лес немного вдавался в расположение лагеря, я забрался на высокое дерево, на самую его верхушку. Естественно, выбрав дерево, которое росло среди еще более высоких деревьев, чтобы их верхушки меня прикрывали от обзора со стороны лагеря. Выждав договоренное с другими время, достал лук и открыл стрельбу по лагерю стрелами с активированными взрывными артефактами. Артефакт весит немного, летит стрела с ним далеко, до полутора сотен метров. Взрыв не такой и сильный, но все же он может убить пару солдат, если произойдет рядом с ними, повалить шатер, а то и устроить пожар.

Первая стрела долетела и взорвалась, когда я запускал уже третью стрелу. Почти сразу услышал и взрывы с других концов лагеря, куда отправились мои сокланы. Все шло по плану.

Стрелы с артефактами толще обычных, и больше двадцати пяти штук даже в большой колчан не влезает. Я расстрелял их все, надел лук обратно на плечо и достал пращу. Отлично запустил эспандер из нее, вылез из него уже далеко в лесу. Метров сто тридцать он точно пролетел!

Пошел, уже не особенно спеша, к точке сбора, почаще пользуясь эспандером, чтобы путать следы. Портал там будет открыт уже через двадцать минут, так что вряд ли любые поиски со стороны лагеря нас там смогут застать. Их еще организовать надо, а без эспандера пробираться с нашей скоростью по заснеженному лесу никак не получится.

В назначенное время мы собрались на нужной поляне уже все вчетвером и шагнули в открывшийся портал.

До рассвета оставалось еще два часа. Как раз все это время во вражеском лагере и будут суетиться, ликвидируя последствия второго нападения и усиливая бдительность. Наверняка устроят обыски по всему лагерю, пытаясь найти вражеских диверсантов, снова пошлют отряды в лес. Уймутся только к рассвету, не раньше, поняв, что диверсантов давно уже ни в лагере, ни около него нет.

Улягутся спать, успокоившись тем, что враг при свете дня уже вряд ли осмелится снова напасть, и примерно через час наш отряд высокоуровневых магов и обрушится на лагерь, в котором солдаты и офицеры только что заснули после тревожной и бессонной ночи. Такая побудка заставит их первые секунды после пробуждения недоумевать, не кошмар ли им попросту приснился? А уж сопротивление вообще оказывать будет очень сложно.

Келерт не спал, дожидался нас. К нападению высокоуровневых магов нас с ним не привлекли, забрали только архимагов и почти всех магов двенадцатого разряда. Хоть Келерт и был магом двенадцатого разряда, то, что его не взяли, я одобрил — рисковать командиром в таких миссиях нет нужды.

С трудом уговорил его лечь спать. Помогли только аргументы, что всё, чтобы наши эту войну выиграли, мы на сегодня сделали. Хотя мы и не будем участвовать лично в этом набеге высокоуровневых магов, он отправляется в атаку на вражеский лагерь сугубо с нашей подачи. Не придумай мы это, его бы там не было, как и не было бы всего того ущерба, что он нанесет врагу.

Такая постановка вопроса честолюбие Келерта, рвавшегося в бой, успокоило, и он согласился отдохнуть.

Вышел я из шатра, прекрасно выспавшись, как раз когда наши маги, участвовавшие в нападении, вернулись в лагерь. Оживленно обсуждая атаку, они гурьбой шли к шатру Келерта, и я примкнул к ним. Сам вопросов не задавал, достаточно было слушать.

Все прошло не блестяще, но и не плохо. Потери были, враг не был беззубым, но вражеские потери оказались на порядок выше. Отряд раз пять нападал, отступал и снова нападал с другого конца лагеря. Самым результативным нападением было совершенное со стороны города. Это я придумал такой вариант, после того как проанализировал ситуацию. Будь я на месте вражеского командования, не имея большого опыта военных действий, там бы я и расположил самые ценные войска и самое ценное армейское имущество. Сисерийцы рассчитывали по привычке, что крепостная стена дарует безопасность. Надо было этой иллюзией воспользоваться.

Кстати, и наша ночная вылазка мои предположения подтвердила — чем ближе мы подходили с Хастером к крепостной стене, тем больше видели там палаток офицеров и в целом больших шатров. Корнел с Тивадаром тоже согласились с тем, что именно вдоль крепостной стены у врага наивысшая концентрация офицеров и их имущества.

Так что первое нападение наш отряд высокоуровневых магов совершил именно со стороны города, открыв порталы прямо в столице около стены. И пока местные жители, раскрыв рты от изумления, глазели на несколько сотен магов в богатом облачении, они начали действовать. Для высокоуровневых магов никаких хлопот не составило быстро взобраться на стену при помощи магии и уже с нее атаковать вражеский лагерь самыми мощными заклинаниями. На эту атаку изумленный враг почти и не огрызался.

Четыре остальных атаки произвели на огромный лагерь с разных сторон из лесу. Вот тут уже и в ответ досталось, в особенности в четвертый раз, когда случайно атаковали возле большого скопления вражеских серьезных магов. Больше двух минут каждую из атак не проводили, так что все же больших потерь не понесли, отступая тогда, когда сопротивление нарастало.

Рассказывая о военных успехах набега, участники нападения упоминали о том, что значительная часть вражеского лагеря оказалась разрушенной и выжженной еще до их атаки. Это их сильно удивило. Архимаги из нашего отряда, которые отправляли нас четверых на ночную вылазку, посмеивались, но никаких комментариев не делали. Все верно, я сам их попросил не трепаться лишний раз о моих ночных вылазках. Хотя, как оказалось, не для всех они были тайной.

Примерно через час после возвращения наших магов ко мне прибежал посыльный от Кароя с просьбой встретиться не у него и не у меня, а в шатре Теонома. Странная просьба тут же пробудила у меня интерес, и я немедленно проследовал по указанному адресу.

Карой оказался уже там, сидел за столом напротив Теонома. Тут же предложил мне присесть, после чего сказал:

— Мне тут рассказали недавно занятную историю о том, как ты проходил практику. Раньше, конечно, это никому не было интересно, но когда ты стал заместителем главы нашего отряда, сам понимаешь, о тебе разговоры всякие пошли. Всем же любопытно, как первокурсник оказался на такой высокой должности и что он из себя вообще представляет.

Я кивнул — мол, конечно, понимаю.

— Так я узнал о ваших непростых взаимоотношениях с профессором Доуэлсом. О том, что он у тебя был куратором на практике и запорол свои обязанности очень серьезно. Был на грани увольнения, только война и спасла от этого. И на нее Доуэлса сразу же и отправили, одним из первых.

Я пожал плечами — мол, ничего подтверждать, как и отрицать, не буду. Сплетнями не занимаюсь. Ну а что — стоит ли обсуждать с одним из моих будущих профессоров другого профессора, говоря о нем плохое? С моей точки зрения, такое никто не оценит.

Карой понял меня правильно, не обиделся.

— Так погоди — в чем вопрос-то сейчас! Ко мне по возвращении в лагерь после боя подошел Доуэлс. Так-то у нас отношения были всегда неплохие, почти дружеские. Начал вдруг тебя расхваливать и потихоньку переводить разговор на тему твоих ночных отлучек. Мол, ходят слухи, и все такое… И не известно ли мне случайно, куда именно ты путешествуешь порталами?

Вот тут меня и проняло.

— Спасибо за информацию. В условиях войны она может оказаться очень важной.

— Так и я о том! — хлопнул рукой по колену Карой. — Зная о том, что вы серьезно поцапались, я совсем иначе отреагировал, чем если бы не знал. Задавать такие вопросы о заместителе командира военного отряда, когда война в разгаре… попахивает это очень плохо. И, если что, я знаю, где палатка Доуэлса.

— Но вы его, мастер, не спугнули, надеюсь? — спросил я.

— Вот тут я и порадовался, что у меня густая борода и не видно вообще, как у меня лицо изменилось от неприятной догадки. Так-то я актер паршивый, если честно. Ответил ему туманными фразами — мол, кое-что знаю, но детали, сам понимаешь… Добавил только в последний момент, по наитию, словно не удержался от того, чтобы горячей новостью поделиться, что сегодня ночью ты снова отправишься на вылазку. Пойдешь разведывать вражеский лагерь к Южным воротам Загинры. Мол, решил оценить ущерб, нанесенный вражеской армии сегодняшней вылазкой. И выкинем мы тебя буквально в километре от Южных ворот.

— Вот за это большое спасибо, мастер! — широко улыбнулся я. — Только просьба больше ничего не делать, я сам хочу заняться дальше этим делом. Обещаю, что никакой напраслины не будет, чтобы не переживали за Доуэлса. Если не виноват, трогать не буду.

Вышел из палатки, очень благодарный Карою и его сообразительности. Доуэлс явно что-то плохое задумал. Подзабыл я о нем, честно говоря. Мозги кипят в попытке придумать что-то полезное, что поможет приблизить нашу победу. Не до этого пакостника совсем было. А зря… он меня помогал убивать «Могучим», очень старался, кстати! Его бы воля, я там на равнине и помер бы. А сейчас бывший куратор оказался под моим командованием. Можно только представить, как его ненависть ко мне нашла новую почву. Я цвету и пахну, а он искупает допущенную серьезную ошибку. И перспектив у него в Академии никаких больше нет после войны.

Без промедления отправился в шатер Виды. Тот был на месте и сразу понял, что у меня к нему серьезный вопрос. Я изложил всю ситуацию кратко, высказал свои опасения. Спросил, есть ли у него среди наемников тот, кто может успешно проследить за Доуэлсом, не спугнув?

— Мы наемники, у нас на любой вкус и цвет товар есть, — усмехнулся Вида, — а уж по поводу предателя принять меры — так это вообще удовольствие. Сделаем все чисто и аккуратно, он и не поймет, что за ним следят, даже когда он в туалет отлучается!

Я вспомнил, что Карой знает, где живет в лагере Доуэлс, и предложил отправить спецов по слежке сразу к нему.

— Через десять минут найдем и отправим! — пообещал Вида с весьма кровожадным видом. — Если все подтвердится и он предатель, он тебе вообще живым нужен?

— Конечно! Уверен, что ему очень понравится встреча с королевским палачом.

— А ты молодец! — с уважением сказал Вида. — Согласен. Так оно лучше для смердящего предателя, чем просто грохнуть его в каком-то уголке.

Я ушел сразу, чтобы не мешать ему работать. Про деньги с ним даже не заикался. Мы в одном лагере находимся, поймать вовремя предателя — это наша общая безопасность. Если он сольет информацию о нашем местонахождении, нас всех одновременно убивать будут, не разбираясь, кто именно Доуэлса обидел. Впрочем, надеюсь, ему хватит ума не сливать врагу именно эту информацию. Должен сообразить, что при масштабном нападении его самого тоже могут грохнуть.

Сразу пошел к Келерту. Зайдя, бросил взгляд на его денщика. Келерт мгновенно сообразил, что у меня разговор, не терпящий огласки, и отправил его с поручением найти для нас свежий хлеб. Денщик у него исполнительный, унесся сразу же.

Сели за узкий стол друг напротив друга, и я тихим голосом, не забывая, что караульный прямо около входа в шатер, рассказал о подозрениях Кароя по поводу Доуэлса. И впервые откровенно о том, что тот на самом деле пытался меня убить во время практики. Об этом Келерт и сам догадывался, но одно дело догадки, другое — моя полная уверенность.

Келерт спросил, стоит ли пригласить людей лорда Жардена. Я сказал, что пока нет смысла — Вида уже послал своих лучших специалистов. Тем более шпионы Жардена пока что в этой войне не блистали, а Вида все, что обещал сделать, делал четко и неукоснительно. Келерт с этим согласился.

— Вот что надо сделать, так это удвоить патрули вокруг лагеря и провести проверку, насколько мы готовы к экстренной эвакуации в случае, если сисерийцы все же прознают про наш лагерь!

Порадовал меня Карой, порадовал! Удивительная бдительность для этого времени, когда войны так редки. И ведь не постеснялся высказать свои подозрения студенту про такого же, как он, преподавателя, стал над корпоративной этикой.

Что касается меня, то тема борьбы с предателями после войны с демонами мне была очень близка. Много народу мы из-за них потеряли. И мне сейчас было стыдно, что я так увлекся боевыми действиями, что напрочь позабыл про этот фактор.

Является ли Доуэлс предателем на самом деле или просто что-то неудачное ляпнул при Карое? Скорее всего — да, он предатель. Дальше буду ждать новостей от Вида.

Дору и Глад, военный лагерь

Два брата-наемника считались лучшими специалистами по слежке и тайным операциям среди наемников. Богатый опыт позволял им постоянно быть востребованными и неплохо зарабатывать. Были варианты и более денежные, но там и риски были несоразмерны. Тем более что братья уже попробовали один из таких вариантов и чудом остались живы.

Дело было так. Достигшие определенных успехов в слежке братья подрабатывали свободным наймом, предлагая свои услуги любому желающему в Шенском королевстве. Платили им очень хорошо, намного больше, чем удавалось зарабатывать в отряде наемников. Но однажды, после того как они с блеском справились с очередным заданием, их решили пустить в расход — уж больно деликатная информация стала им известна. Местный богатый купец остался очень доволен их работой, но опасался шантажа. Или просто не хотел, чтобы существовали люди, знающие, что его жена ему изменяет с местным герцогом. Старый и пузатый, купец женился на молодой, очень красивой, но бедной аристократке, согласившейся на этот брак лишь для того, чтобы спасти свой род от нищеты.

Вот тогда и пустили по следу Дору и Глада отряд убийц. Выжили они лишь чудом, и после этого надлежащие выводы сделали. Примкнули к мощному отряду наемников. Деньги были совсем не те, но наемники подчинялись определенному кодексу чести и своих всегда защищали. Если беспредельничать, конечно, то никто тебя защищать не будет, но братья вели себя нормально и всякой ерундой не маялись.

Приказ от Виды проследить за потенциальным шпионом, который может выдать то ли их командиров, то ли весь лагерь вражеской армии, был ими воспринят как дело чести. Получив нужную информацию от Кароя, они немедленно приступили к своей работе.

Доуэлс, когда они появились возле его палатки, вначале отсутствовал. Дору выяснил это, заглянув в палатку, якобы ошибившись с поручением от Виды по поводу распределения пайков. Внутри был только второй обитатель палатки, профессор с длинными волосами и острым носом, резко отличающийся по описанию от Доуэлса.

Последующее уже было делом техники. Дору поменял шапку и засунул за щеки кожаные подушечки, чтобы обитатель палатки, если выйдет, его не узнал, и они с братом пристроились к разным кострам в окрестностях палатки. Общаться они умели, рассказали студентам Академии, сидевшим у костров, несколько забавных историй, поделились сушеным мясом и быстро стали своими. Никаких конфликтов между наемниками и студентами в лагере не было. Студенты, несмотря на то что среди них было много богатых и знатных, были шокированы историей с гибелью почти целиком четвертого курса. Они поняли за счет этого, что война — это очень серьезно, отбросили аристократические замашки в сторону, и теперь с уважением относились к наемникам, которые сумели выжить на множестве войн.

Доуэлс появился через полчаса, наемники сразу его узнали по описанию архимага. Сидевший возле костра поближе к палатке Дору прекратил болтать со студентами, сказав, что ему надо помолиться своему богу. К религиозным процедурам все относились уважительно, так что когда он сел в позу для медитации, скрестив ноги, и закрыл глаза, студенты стали разговаривать потише. А Дору, будучи магом шестого разряда, активировал острый слух. В ухо, которое было обращено к студентам, он незаметно для них вставил восковую пробку, а второе ухо направил на палатку.

Глава 7

Следующие два часа ничего не происходило. В палатке говорили о всяких академических делах, никакого интереса не представлявших. Но Дору знал, что иногда значение имеет совсем небольшой разговор, поэтому прислушивался к каждому слову. И наконец, услышал то, что могло оказаться важным.

— Михлер, ты когда на обед пойдешь, сделаешь мне коммуникационный портал с нашим общим другом из Хельского королевства, профессором Мунке, хорошо?

— Да я уже и иду, давай, сделаю, и сам ему привет передам, прежде чем идти.

Дору знал, что в военном лагере коммуникационные порталы должны идти только через особую палатку в целях безопасности. Но все же такие умные, почему бы и не помочь другу?

Михлер установил портал, поздоровался с общим знакомым и вышел из палатки. Полминуты была тишина, а потом Дору услышал, как оставшийся в палатке Доуэлс перешел на громкий шепот. Наемнику пришлось в транс войти, чтобы его разобрать. Повезло, что студенты как раз примолкли, и у костра установилась тишина, нарушаемая только треском дров.

Он совершенно отчетливо разобрал слова «Сисерия», «посредник», «сочтемся». Смысл разговора стал ему ясен — подозрения в отношении Доуэлса не напрасны. Медлить больше было нельзя — а то и информация о координатах лагеря может к врагу уйти.

Резко встав, он сказал опешившим студентам:

— Именем барона Эрегарского, приказываю вам помочь мне в задержании сисерийского шпиона!

Это был разумный шаг — он выяснил у архимага, что у Доуэлса десятый разряд, так что он и его брат для него не соперники, чтобы его задерживать. Поэтому с самого начала Дору рассчитывал, что сможет положиться на такую вот поддержку.

Если студенты вначале и замерли, то не потому, что не хотели помочь. Просто все это было неожиданно. А когда осознали, что наемник не шутит, то были счастливы помочь. Это же то, о чем потом всю жизнь можно рассказывать — что не просто воевал, но и лично охотился на вражеских шпионов!

Всей гурьбой они ввалились в палатку, заставив изумленного Доуэлса смолкнуть.

— Рядовой Доуэлс! — шагнул вперед Дору. — Вы арестованы по приказу барона Эрегарского по подозрению в измене! Немедленно прекратите разговор и замолчите!

В этот момент и Глад подоспел со студентами от своего костра, тоже счастливыми от возможности помочь схватить вражеского шпиона.

Подозреваемый не стал сопротивляться. Он был слишком шокирован таким поворотом дел. Доэулсу связали руки за спиной, накинули мешок на голову и вытащили из палатки. Его притащили к Виде, а тот приказал вызвать людей лорда Жардена. Пусть они со шпионом и разбираются!

Король Арден Благостный, Сисерия

Ночь наступила на улице, но король приказал не зажигать свет в тронном зале. Пусть обстановка соответствует его мрачным мыслям. Заодно и выгнал всех из помещения.

«Вот и все», — думал король, сидя на троне в звенящей тишине. Новая тактика по размещению войск под стенами столицы не помогла — армия понесла тяжкие потери, сократившись на десять тысяч солдат и офицеров за одну ночь и день. По всем расчетам, вражеская армия теперь должна быть на четверть крупнее по численности. Враги отказались от генеральной битвы, не пожелав приводить под стены Загинры всю свою армию. Присылают только отряды грандмагов и архимагов, да каких-то чрезвычайно ловких диверсантов, способных нанести колоссальный ущерб. Ни одного не поймали, а от взрывов больше тысячи погибших…

И что теперь делать? Провести тотальную мобилизацию, призвав всех магов, и спрятать армию где-то подальше от столицы? А толку-то — полководцы Аргента, неизвестным способом тут же вычисляя, где находятся его войска, будут и дальше уничтожать их. Чем больше призовешь магов в армию, тем больше потеряешь.

А как все хорошо начиналось! Лукское графство, чрезвычайно лакомый кусочек, почти полностью оккупировано, сам граф и большинство богатых жителей попали в плен. Две битвы — и в обеих не хватило совсем чуть-чуть, чтобы полностью разгромить врага. Казалось, третья битва станет решающей и победа будет одержана полностью, Аргенту можно будет диктовать любые условия. А потом вот как оно все повернулось… совершенно ужасно.

Да, надо уметь признавать сложившуюся реальность, как бы тяжко это ни было. Война проиграна. Хорошо хоть, он успел назначить наследного принца главнокомандующим, а тот успел проявить себя не лучшим образом. Теперь горечь поражения будут связывать и с его именем. А уж армия, после того как он казнил двух генералов без суда и следствия, и вовсе никогда не поддержит любой переворот против короля, в результате которого Хендо может стать монархом. Так что война проиграна, но он еще побудет королем столько, сколько ему будет угодно.

С самого утра надо посылать к этому говнюку Драску Великодушному посольство с предложением перемирия и сразу же начинать обсуждение условий окончания войны. Лукское графство придется вернуть, ясное дело, но этим, конечно, дело не ограничится. Надо тщательно прикинуть, что могут потребовать за победу кровососы из Аргента и что им можно отдать из этого. Впрочем, возможно, отдать придется все, что они запросят, не доводить же дело снова до войны. Эх, как жаль, что он не смог оценить всю ситуацию до того, как начал войну… Как же так вышло-то?

Хендо, наследный принц Сисерии, военный лагерь

Главнокомандующий сисерийской армии собрал совещание ранней ночью у себя в шатре. Люди почти сутки не спали, так что генералы и полковники сидели с темными мешками под глазами. Настроение у всех было похоронное. Хендо чувствовал, как злость подступает к самому его горлу, мешая говорить. Но, собравшись, все же заговорил:

— Выше нос, наша доблестная армия не проиграет эту войну! Пусть все кажется плохим, но мы не сдадимся перед обстоятельствами! Собрать войска — через полчаса мы выступаем! Вражеские войска прячутся от нас, как трусы, — мы не будем их искать! Когда атакуем вражескую столицу, Гилею, вражеская армия туда тоже явится! Я все сказал!

Канцлер, герцог Бербейский, судорожно сглотнул. Он двадцать минут назад разговаривал с королем по коммуникационному порталу, и тот ни о каком штурме вражеской столицы не говорил. Это еще что такое? Канцлер знал, что вражеская армия уже намного сильнее армии Сисерии, а если напасть на столицу, то ситуация еще более усугубится. Столица — место сосредоточения самых сильных магов любой страны. Атакуешь ее — и к вражеской армии присоединится толпа помощников, сражающихся за свой дом и свой квартал. Множество магов не подлежат мобилизации из-за выполняемых особых функций — кто занимается изготовлением оружия, кто артефактов и эликсиров, кто слишком немощен. Но в такой ситуации — сражаться будут все!

И родные стены им будут помогать — они же знают каждую улицу, каждый поворот на ней, а вторгшиеся войска, да еще и ночью, непременно заблудятся в огромном городе. Не говоря и о международной реакции, которая непременно последует и будет очень жесткой для Сисерии, — такие вот атаки на крупные города считаются варварством и осуждаются. Толку в них ноль, только огромный вред для обеих сторон, поэтому их фактически и не практикуют.

Собравшись со всем своим мужеством, канцлер встал:

— Я считаю, необходимо вначале спросить короля. По моим сведениям, у него другая точка зрения. Эта атака не имеет смысла!

Принц только мрачно кивнул, и двое его помощников тут же метнулись и схватили пожилого канцлера под руки.

— Вот из-за таких вот изменников у нас и появились проблемы в последние дни! — провозгласил принц. — Уверен, что, переметнувшись на сторону противника, канцлер предупреждал его о каждом нашем шаге. Охрана! Вытащить наружу и казнить предателя!

Канцлер был архимагом, и погибать просто так не собирался. Но охрана принца состояла из трех грандмагов, которые тут же разрушили созданный им барьер и помогли выволочь канцлера наружу. Принц заранее распорядился о палаче, предвидя чьи-нибудь возражения на этом военном совете, так что через несколько секунд раздался и глухой удар топора, отрубившего голову его дяде. Никто не был рад такому неожиданному повороту на совете, кроме, вероятно, нескольких помощников Хендо, радовавшихся возможности выслужиться перед ним, но все благоразумно молчали. Если уж своего дядю наследный принц приказал казнить в нарушение всех законов без суда и следствия, то у них и вовсе не будет шанса уцелеть, если начнут возражать из-за этого приказа.

— Предательство — тяжкий грех! — сказал Хендо, назидательно размахивая пальцем в воздухе. — Чтобы не допустить очередного предательства, все участники этого совещания теперь будут находиться в сопровождении моих доверенных лиц. Любые коммуникационные порталы запрещены, чтобы никто не мог сообщить врагу, что мы обрушимся на него. Разберите карты, которые мы для всех приготовили, на них обозначены удары по районам вражеской столицы, которые надлежит нанести, и корпуса, которые будут их наносить. Я сам с первым корпусом займусь атакой на Королевскую Академию Магии!

Эйсон, военный лагерь

Ночью мы вчетвером с Корнелом, Тивадаром и Хастером собирались вновь наведаться ко вражескому лагерю. Как сказали обезвредившие Доуэлса наемники, никакой информации, подкинутой ему Кароем, врагу он слить не успел — его повязали в момент, когда он только договаривался с посредником из Хельского королевства о гонораре, что тот получит, если свяжет его с сисерийцами. Так что никто сегодня ночью меня не должен был ждать по его наводке у сисерийской столицы. Хотя я был уверен, что после бурных событий прошлой ночи во вражеском лагере сисерийцы, несомненно, резко усилят бдительность, но на то у нас и эспандеры, чтобы их засады преодолеть. Не мог же я оставить их военный лагерь без ночных развлечений?

Но все наши планы оказались нарушены. Внезапно прогремела тревожная мелодия горна. Ну хоть не та, которой отмечают нападение на лагерь, уже хорошо. Эта требовала немедленно всем подготовиться для выступления. Похоже, сисерийцы что-то предприняли, и нам нужно реагировать. Ох, как бы хотелось, чтобы наши военачальники в этот раз снова не продемонстрировали свои слабые навыки военных действий! Последние военные операции, проведенные по нашей с Келертом инициативе при поддержке ректора и короля, серьезно уменьшили ранее доминировавшую над нами вражескую армию, теперь она слабее нашей, но ведь плохой генерал может проиграть и при лучших силах, чем у противника.

Я и мои сокланы примчались к шатру Келерта, прихватив оружие. Тот уже тоже в полном снаряжении стоял перед шатром. Увидев меня, торопливо заговорил:

— Сисерийцы словно с цепи сорвались! Напали внезапно на нашу столицу! Один из корпусов явно нацелился на Академию, так что от нас требуется отбить их нападение и защитить Академию. Хорошо, что они не смогли высадиться рядом с ней, там мозаично разбросана защита от открытия порталов как раз на такой случай, но двигаться им туда не так и долго. Сейчас грандмаги и архимаги из Академии откроют для нас порталы в те места, куда можно их открыть, и будем перебрасывать ими основную часть нашего отряда.

Не прошло и нескольких секунд, как первые порталы открылись неподалеку. Келерт с охраной поспешил к ним, чтобы вступить в бой с врагом, а на мне оставил задачу перекидывать наш отряд к Академии. Вот так всегда — самое интересное начальство зажимает для себя! Хотя и выход тоже прост — надо самому становиться начальством.

Наемники, студенты и профессора, ополченцы из Лукского графства, примкнувшие к нам, все подходили и подходили, а я направлял их к тому или иному порталу. Пока занимался этим, признал, что Келерт поступил правильно, поставив меня на эту работу, — я этим уже много занимался в прежней жизни и имел немалый опыт. Без правильной организации тут бы быстро могла образоваться давка.

Наконец, поток воинов стал иссякать, и я понял, что теперь моя работа закончена и я с сокланами тоже могу двигаться на войну. Распределив по порталам последние две сотни солдат, приказал своим сокланам:

— Всё, теперь и наш черед! И помните, что можем сразу после высадки попасть под вражеский огонь!

— А то ж! — успел сказать Корнел, прыгая впереди меня в портал. Ну да, свой опыт у него уже в этом отношении есть. Улыбнувшись, я последовал за ним.

Повезло, портал не привел нас прямо на поле битвы. Шум сражения гремел в нескольких сотнях метров левее. В небе было светло, несмотря на ночь — с левой стороны, откуда неслись и звуки битвы, постоянно сверкали всполохи мощных заклинаний, используемых в битве между магами. Я сразу узнал улочку, на которой мы вышли, переполненную нашими войсками, — это юго-запад от Академии. Неподалеку отсюда находится и выход из нашего секретного прохода.

Сразу же расстроился, сообразив, что в ходе боевых действий могут сгореть наши арендованные склады, показав всем выход из нашего туннеля. Поставил себе заметку сразу после битвы наведаться сюда и проверить, как будет обстоять дело с ними. Конечно, в том случае, если Академию целиком не снесут с лица земли. В этом случае это будет уже не важно.

Мозг уже не кипел от необходимости распределять тысячи солдат между десятками порталов, так что появилось время задуматься над тем, что происходит. В прошлой жизни я не слышал ничего о серьезном нападении сисерийцев на нашу столицу. Но с этим все понятно — в тот раз меня тут не было, и наши, повоевав, наверняка проиграли Сисерии, потеряли Лукское графство, выкупили пленников, и война особого отпечатка в сознании жителей столицы не оставила.

Но в этот раз случился я, и война пошла по совсем другому сценарию после того, как я смог применить опыт будущей войны с демонами для успеха нашей армии. Похоже, Хендо так разозлился из-за того, что постоянно проигрывает, что попросту отбросил здравый смысл в сторону и решил сделать хоть что-то, а именно — напасть на нашу столицу.

Глупейший ход с точки зрения любого толкового военного стратега… Уже сейчас я видел в толпе наших воинов присоединившихся добровольцев из жителей столицы. Они отличались по внешнему виду — сразу видно, что повыскакивали из своих домов, не успев как следует одеться, но оружие в руках сжимали и вид имели очень решительный. Чем дольше будет идти этот бой, тем больше народу к нашей армии присоединится. В отличие от сисерийцев, что будут нести только потери. Наши полководцы должны быть совсем бездарными, чтобы проиграть в такой ситуации битву за столицу. Хотя… нет пределов для глупости, увы.

— Хегеден! — крикнул я, увидев спину знакомого офицера из нашего отряда. — Почему стоим? Какие приказы от Келерта?

— Нас в резерв кинули, господин барон! — тут же ответил тот, развернувшись и узнав меня. — Улицы тут узкие, ни мы, ни сисерийцы не можем вывести всех бойцов на линию схватки. Нам велено ждать вашего появления, а для вас, господин барон, есть приказ — принимать командование резервом и действовать по вашей инициативе, как разберетесь! Нас тут полторы тысячи, сотня подошла из Академии, отряд из семи сотен наемников, остальные — из Лукского графства! И постоянно добровольцы прибывают.

Глава 8

Ну что же — тянуть я не стал.

— Хегеден, ты временно за главного, я на разведку. Своди пока всех магов в отдельный отряд!

Сделав знак Корнелу и остальным сокланам оставаться, я побежал по узкому переулку в сторону битвы. Услышал, как Корнел останавливает нескольких наемников, которых, видимо, приставил ко мне Вида для охраны по своей инициативе. Все правильно, мне сейчас в разведке лишние глаза не нужны.

Скрывшись за поворотом, я встал в слепую зону видимости из ближайших окон, прицепил к эспандеру липучку и тут же закинул его на крышу самого высокого дома поблизости. Вылез из артефакта и понял, что не прогадал, — видимость отсюда на поле боя была отличной. И дом высокий, и стоит на одном из самых высоких пригорков в окрестностях Академии.

Бой между сисерийцами и основными силами нашего отряда шел на добрых пяти улочках на протяжении восьми сотен метров. Там, где шла схватка, сотни домов уже лежали в развалинах, и наши сражались с врагами прямо в них. Понаблюдав с полминуты, увидел, что линию фронта мы везде уверенно держим. Еще бы — это окрестности Академии, которые знают как облупленные все наши офицеры-преподаватели, а наемникам и ополченцам из Лукского графства не так и трудно все объяснить. Ну и, конечно, перебросив нас сюда порталами, все преподаватели Академии, что не были мобилизованы, наверняка потянулись на передовую линию. А это, на минуточку, два грандмага и сотни магов, включая несколько десятков архимагов.

Как бы еще и студентов первых двух курсов с собой не прихватили, подумал я, сразу ощутив беспокойство за Джоан и Эрли. Впрочем, Эрли постоянно рядом с Джоан, а ту постоянно охраняют два архимага по приказу ректора, так что буду надеяться, они их в совсем опасное место не пустят.

Ну и в любом случае сейчас я был вторым по значению командиром в нашем отряде, так что мне нельзя было отвлекаться на такого рода размышления. Мне нужно внести важный вклад в победу, чтобы она наступила побыстрее. И вскоре я уже знал, что могу для этого сделать. Как и сказал Хегеден, линия схватки была слишком короткой, чтобы в бою могли принять участие все воины. Я приметил темную массу вражеских солдат, столпившихся с левого фланга. Заметил и то, что она потихоньку движется по единственной широкой улице в попытке обойти наших и ударить им во фланг. Ну так для того и нужны резервы, чтобы предотвращать такие фортели со стороны противника!

Прикинув путь, которым мы, в свою очередь, могли зайти им в тыл, я тут же покинул свой наблюдательный пункт. Вернувшись к своим, начал отдавать приказы:

— Все за мной! Флаги держим повыше, на случай если наткнемся на своих! Вначале маги, потом все остальные! Движемся бегом. Сразу, как наскакиваем на врагов, используем свои самые убойные заклинания, разрезая их массы, и движемся дальше, в прорыв ворвутся все остальные. Пленных не берем, у нас нет на это времени. Наша задача — разгромить подкрепления врага и ударить в тыл сражающимся. Это наш город, и мы его защитим, сисерийцам тут не место!

— Сисерийцам тут не место! — согласно рявкнули в ответ солдаты и офицеры, и мы рванули бегом вниз по улице.

Мы мчались так быстро, что зашли в тыл ко вражеским солдатам уже через две минуты. Просто внезапно для них выскочили из-за угла на площади, по которой они медленно и осторожно, не зная города, продвигались. И тут же по моей команде все наши маги атаковали врагов. Я тоже присоединился к общей атаке. Использовал «огненные осадки» — маны это заклинание жрет много, но для несведущего противника очень напоминает огненный шторм, который кастуют немногие умеющие архимаги и грандмаги. Увидев такое в небе над своим отрядом, легко удариться в панику. А скастовать настоящий огненный шторм у нас в отряде, к сожалению, оказалось некому. Парочку архимагов было, но они, видимо, не смогли еще овладеть этим сложным заклинанием.

Враги вначале и ударились в панику и бегство — конечно, не из-за моих заклинаний, а из-за нашей мощной и внезапной атаки. Мы перебили и ранили сотен пять солдат противника, пока, наконец, вражеским офицерам не удалось прекратить бегство с поля боя, после чего они попытались нас остановить. Я тут же активировал свой усадебный артефакт, чтобы защитить всех, кто вырвался, как и я, вперед, но не понадобилось — на врагов неожиданно пролился настоящий и очень мощный «огненный шторм», вызвавший новую волну паники и обративший вспять вражескую контратаку.

Громкие и радостные крики приветствия со стороны наших войск заставили меня зашарить глазами по площади. Виновника я обнаружил на одном из балконов второго этажа. Древний седой старик, похожий больше на скелет, обтянутый кожей, стоял в распахнутом халате, опираясь локтями на женщину и подростка, и кастовал уже следующее заклинание. Именно он и угостил неприятеля этим сюрпризом.

Архимаг или даже грандмаг, вставший со смертного одра, чтобы атаковать перед смертью неприятеля? Не знаю, но появление этого старика очень сильно нас всех воодушевило. Стыдно было бы, будучи молодым и сильным, не сражаться так же энергично за свою страну и свою столицу, как делал это едва живой старик прямо на наших глазах!

— За Аргент! — закричал я, и мой небольшой по меркам идущего в столице сражения отряд с удвоенной энергией насел на врагов.

В этот раз наш противник не смог больше собраться с силами для контратаки, и мы так и погнали его с площади, а потом и по улицам, в нужном направлении, чтобы нанести удар в тыл основным силам врага. Мы убивали солдат и офицеров противника, пока, наконец, не ворвались вместе с остатками отступавшего подразделения в тылы врага, сражавшегося с основными силами нашего отряда на подступах к Академии.

Вот тут сразу стало жестко. Да, определенный элемент паники во вражеские ряды удалось внести, но сразу после того, как мы ударили по тылам, часть магов и солдат противника развернулась в нашу сторону и контратаковала. Вот тут все же и пригодился наш усадебный артефакт. Я успел вырубить его в самый последний момент, перед тем как бы он сломался, но по моим оценкам — он спас нас от четырех мощных заклинаний. И главное, что за это время мы успели отступить обратно, за развалины домов, и перегруппироваться. А наш основной отряд, увидев, что происходит, принялся выдавливать врага с позиций.

В нашем направлении противник отступать опасался — серьезного вреда нам нанести не удалось, усадебный артефакт защитил так хорошо, что создал иллюзию, будто у нас тут много архимагов, скастовавших защитившие нас барьеры. Так что, наверное, враги предполагали, что мы сильны и заманиваем их в ловушку. Поэтому на протяжении примерно двухсот метров сисерийцы принялись отступать не назад, а вбок по линии обороны, уплотняя свои ряды. Ну что же, главное, что на этом фланге речь про наступление на Академию теперь не идет, враг уже рад тому, что может держать оборону.

В покое мы противника не оставили — мы же в его тылу, и надо этим пользоваться. Я послал Корнела незаметно залезть на ближайший высокий дом и сообщить нам после этого о любых опасностях и перспективах для нашего отряда. А сам провел своих воинов эти самые двести метров, и мы принялись, выскакивая из-за развалин, наносить атаки по тылу скученного противника, вынужденного сражаться с основными силами и одновременно огрызаться на наши атаки со спины.

Корнел появился рядом через две минуты.

— Глянул — если пройдем еще три сотни метров, сможем атаковать противника с тыла на площади Славы короны. Там большие резервы у них собираются, надо их сдержать, чтобы их не пустили в ход, расширив линию фронта. Они еще не обнаружили, возможно, но там очень хороший выход через парк герцога Аншега для этих целей. Предлагаю напасть на площадь как раз с направления этого парка, чтобы они через него не увеличили линию фронта для Келерта.

— Молодец, это достойная цель для нас! — одобрил я, и наш отряд по моему приказу рванул вниз по практически разрушенной улице Серебряных ив, а потом по почти нетронутой аллее Милосердия к нужному месту в парке герцога Аншега, чтобы через него напасть на врагов на площади Славы короны.

Корнел нас не подвел — прибыв на место, мы обнаружили, что враги уже сообразили о возможностях, которые открывает парк герцога Аншега, и послали в него передовые отряды. На их фланг мы неожиданно и обрушились, с ходу разгромив две сотни человек, что вели разведку. После чего сами тоже отступили. Усадебный артефакт я уже включить не осмелюсь — скорее всего, он просто разрушится, не отразив ни одного серьезного заклинания. Нужны минимум сутки, чтобы он восстановился. А в основном составе вражеского отряда наверняка с магами получше, чем в нашем небольшом и разномастном отряде.

Враг очень серьезно воспринял потерю своих передовых подразделений в парке и снова двигаться в него не решился. Мы простояли так пять минут, готовые притормозить очередное наступление, если оно снова состоится, как вдруг среди нас появился ректор в сопровождении обоих грандмагов, пятерых архимагов, Джоан и Эрли.

— А, Эйсон, вы тут притормозили врага, я так понимаю? — Ректор указал на трупы врагов, валявшиеся по парку перед нашим отрядом. — Очень хорошо! Келерт только заметил этот маневр врага и как раз просил нас его задержать на этом направлении. Но раз нас тут столько, то мы можем сделать намного больше. Так, мы взламываем оборону врага и обеспечиваем барьер для защиты, а вы расширяйте прорыв. Вперед?

— Вперед! — согласился я, помахав Джоан и Эрли.

Обе девушки выглядели очень воинственно и, главное, были в полном порядке. У меня как камень с души свалился — как бы энергично я тут ни воевал, но за сестру и невесту волновался и постоянно о них вспоминал. Ну, в такой компании, что им обеспечил ректор, можно и в атаку идти, не сильно переживая за свое здоровье!

Наше наступление при такой мощной поддержке развивалось просто прекрасно. Грандмагов у противника в тылу не оказалось, они были задействованы на передовой линии, так что остановить нас было некому. Противник был просто в панике, враги разбегались в стороны в поисках укрытия, о сопротивлении многие уже и не думали. Внезапно прогремели фанфары — старый способ запросить перемирие.

Хендо, Гилея

Принц перебросил в Гилею все свои войска до последнего солдата, даже вновь формируемые корпуса, в которых численность еще не составила и трети от штатной и части солдат не было выдано оружие. Атаку сосредоточили на пяти направлениях — королевском дворце, Терменеле, армейских казармах на центральной площади, Королевской Академии Магии и богатом купеческом районе, расположенном в восточной части на холмах. Это позволит при их захвате контролировать треть города. Советники, правда, недоумевали, к чему атаковать Академию, не имеющую никакого стратегического значения, но принц, не слушая их, просто отдал приказ. Не объяснять же им, что там Лорейн, которая должна пострадать за то, что отвергла его!

Сам принц руководил атакой на Академию. Вот только атака с самого начала не задалась. Как выяснилось при попытке открыть порталы непосредственно у Академии, огромная часть территории вокруг нее была попросту заблокирована, не давая такую возможность. Из трех десятков порталов, что попытались открыть для переброски войск к ее куполу, открылся всего один. Отправлять войска одним порталом на штурм такого стратегического объекта было глупо, поэтому принялись искать новые точки, подальше от Академии. Схожие проблемы, что вполне ожидалось, возникли около Терменела и королевского дворца. Между тем по другим направлениям атаки все было в порядке, порталы туда открылись, и войска отправились в Гилею. Это означало, что противник узнал о нападении на столицу и тоже начал действовать, укрепляя ее оборону на всех значимых направлениях.

Наконец, большинство порталов открылось, и войска начали перебрасывать во все запланированные места. Выйдя из портала и получив первые разведданные, Хендо заскрежетал зубами — войска вынужденно высадились очень далеко от своей цели.

Король Арден Благостный, Сисерия

Король только, как ему показалось, лег спать, как его разбудили.

— Ваше величество! — негромко крикнул сенешаль. — Ваше величество, беда! Принц Хендо казнил канцлера и атаковал вражескую столицу.

Не сразу вырвавшись из объятий сна, король переспросил:

— Как атаковал? Как казнил? Без суда? Без моего разрешения? Моего брата?

— Все верно, ваше величество! — сказал сенешаль. — Казнив канцлера, он запретил всем участникам военного совета открывать коммуникационные порталы, приставив к ним наблюдателей, и мы только сейчас узнали обо всем! Битва в Гилее вовсю идет, и герцог Регкен, что все же ухитрился сообщить нам обо всех этих печальных событиях, говорит, что никаких шансов на победу нет. Принц разбросал войска в пяти точках, тем самым ослабив свою армию, успех достигнут только в одной точке — захвачены пустые казармы в центре. Но стратегический или тактический смысл в этом захвате отсутствует…

Вражеские войска возвращены в столицу и успешно сдерживают наши войска во всех других точках. А около Академии и Терменела армия Аргента даже успешно перешла в контратаку. Там очень много добровольцев примкнуло ко вражеским войскам.

Окончательно проснувшись, король заорал:

— Конечно! Имела смысл только атака всей армией на Терменел, а с одним корпусом там делать нечего — это же змеиное гнездо, самые могучие кланы Аргента! Хендо сошел с ума! Он хочет уничтожить все, что осталось от нашей армии! Принца немедленно отстранить! Собирай мою охрану, отправляемся в Гилею, призовем к перемирию! Кто-нибудь, наконец, поможет мне одеться?

Эйсон, Гилея

Фанфары меня, конечно, удивили. Смысл на нас нападать, чтобы через полчаса запросить о перемирии? Тем не менее, как и положено по традиции, мы остановили сражение. Очень жаль, успех мы развивали весьма стремительно.

— Найти раненых, оказать помощь! — приказал я. — Вражеских солдат и офицеров, оказавшихся в нашем тылу, взять в плен.

Прошло минут пять. А затем снова прозвучали фанфары. Это означало, что наступило перемирие. Я уже узнал, что сигнал отказа сыграли бы на горне.

М-да, предельно странно все это было…

Король Арден Благостный, Сисерия

Примчавшись с охраной в ставку командования около Академии, король приказал трубить в фанфары. Трубачей отправили и на другие поля сражений. Принц попытался было возразить, но король придавил его бешеным взглядом. Ругать своего сына на людях он не мог, но по этому взгляду принц понял, что командовать он больше не будет.

Дальше разъяренный всем произошедшим король ждал, чем ответят на его предложение перемирия, и отдавал приказы в случае отказа в перемирии немедленно начинать эвакуацию из вражеской столицы. Можно было бы и так начинать отступать, но традиция требовала дождаться ответа на собственное предложение. Кратко переговорив со всеми, кроме собственного сына, он убедился, что никаких перспектив эта атака Гилеи не имела.

К счастью, в ответ на его предложение тоже прозвучали фанфары. В экстренном отступлении больше не было нужды. Стороны начали сортировать своих раненых и убитых. Даже по примерной оценке соотношение было не в пользу войск Сисерии.

Завершив с этим, король приказал трубить отступление. И заслал посольство к королю Аргента с предложением переговоров. Теперь уже тянуть смысла не было… Но переговоры, конечно, начнутся уже утром.

Войска вернулись в лагерь. Со всеми хлопотами управились только через час. По предварительным оценкам, авантюра принца с атакой вражеской столицы стоила армии более пятнадцати тысяч солдат. Из них более двух тысяч было магами. Оставалась только надежда, что часть из них попала в плен, а не погибла.

Король, конечно, жаждал пообщаться со своим отпрыском. Но тот, видимо, поняв тональность предстоящего разговора, куда-то запропастился.

Лишь к утру выяснилось, что пропал не только принц. Пропало еще четыре десятка человек из его окружения, а также вся армейская казна, в которой было артефактов и золота на полмиллиона золотых монет. Неожиданность, которую никак нельзя было назвать приятной.

Известие об этом поразило короля. Да, он сурово наказал бы сына, но ведь не казнил бы его! У него же нет другого наследника… Получалось, что тот променял королевство на полмиллиона золотых монет…

Глава 9

Эйсон, столица Аргента

Перемирие заключили на сутки, так что можно было немного расслабиться. Собрали раненых и убитых, передали пленных королевскому тюремному управлению. Затем отправили войска в лагерь под командованием Виды. Келерт вернулся, очень всем довольный, и разрешил мне остаться в Академии. Особо благодарил за обе мои спонтанные контратаки. Сказал, что если бы он меня специально попросил их организовать, лучше бы не вышло. Но он был слишком занят в бою, чтобы отдавать такие приказы, и только увидел полностью устроивший его результат.

Я рассказал ему про старика мага, поддержавшего нашу атаку с балкона «Огненным штормом».

— Это Хекля, грандмаг, наш бывший профессор, вышедший на пенсию пять лет назад. Не так давно ходили слухи, что он помер, я тогда наведался к нему, узнал, что он жив. Он в то время уже был незрячим. Настоящий подвиг — в таком состоянии встать с кровати и помочь нашим! Наверное, ему родственники подсказывали, в каком направлении нужно атаковать.

Перед тем как возвращаться в Академию, я проведал склады, скрывавшие выход из нашего тайного туннеля. Они оба таки были уничтожены в ходе военных действий — к счастью, обломками завалило и наш ход. Тут же отправился в особняк, снятый нами для членов клана, живущих в городе. С облегчением узнал, что никто из них не погиб, — они узнали о нападении, поскакали в направлении Академии, чтобы нам помочь, но пока собирались и скакали, уже установилось перемирие. Весть об этом разнеслась по всему городу, и они вернулись обратно за пару минут до моего приезда. Бретера и Клыка не было — их мобилизовали в армию пару дней назад.

Описал Скале ситуацию с нашим подземным ходом. Выделил две тысячи золотых на покупку материалов, чтобы с самого утра члены клана взялись за восстановление разрушенных складов своими силами. Ясно, что профессиональных строителей привлекать нельзя, они увидят туннель и все поймут. Поучаствовать в этом деле взялся каждый, включая оставленного мной здесь Ху-Сина.

Тут же набросали план работ. Прежде всего, после того как обломки будут растащены в стороны, надлежало закрыть большими щитами вход в туннель, чтобы никто из проходящих по улице зевак его не увидел. И только после этого приступать к работам по восстановлению складов.

Вернувшись в Академию, я обрадовался тому, что Джоан не спала и ждала меня у себя. Объятиями дело, конечно, не ограничилось. Через час, когда мы немного подустали, Джоан сказала:

— Отец мне сообщил хорошую новость! Сисерийский король прислал посольство для ведения переговоров. Похоже, он понял, что эта война для него проиграна и он ничего не может изменить. Так что есть шанс, что сегодня была последняя битва в войне с Сисерией!

Конечно, я обрадовался. Только дурак проливает кровь без необходимости. Если в самом деле война закончится… Но одновременно… адские демоны, я ощутил какую-то пустоту после мысли об этом! Так уже привык к ежедневным боям, как когда-то на войне с демонической армией, что при слове «мир» ощутил некую оторопь и растерянность. Это что, я снова стану студентом-первокурсником? А ведь верно… Лекции, семинары каждый день? И преподавать мне будут профессора, мои бывшие подчиненные по отряду? Обалдеть!

Джоан догадалась по моему лицу, что я растерялся от такой перспективы.

— Ну, Эйсон! Главное, если так все и будет, что я перестану каждую минуту думать, не погиб ли ты! И у меня складывается отчетливое ощущение, что король даст разрешение на нашу свадьбу.

— Ну да, со свадьбой теперь точно должно быть полегче! И не переживай, что я несколько ошалел, — нелегко вот так сразу перестроиться. У меня постоянно были одни размышления — как больше нанести ущерб врагам, как их достать посильнее…

Джоан нахмурилась. Я понял, в чем допустил промашку. М-да, нехорошо получилось.

— Ну и про тебя, конечно, тоже все время думал. Так обрадовался сегодня, когда увидел, что вы с Эрли в компании грандмагов в безопасности!

— Ну-ну! — погрозила мне пальчиком Джоан, но обижаться, к счастью, не стала.

На следующий день информация подтвердилась. Детали рассказал Келерт на обеде:

— Был только что у ректора. Посольство от сисерийцев уже вовсю ведет переговоры с нашей делегацией. Мир вполне возможен. От лорда Жардена доложили королю, а тот сказал ректору, что на сисерийцев оказывают огромное давление даже их союзники. Мол, что за варварское нападение на столицу, давно уже не принято так воевать между цивилизованными странами. Еще недавно мировое сообщество было настроено против нас — мол, отдайте Лукское графство Сисерии и заключайте мир, хватит бессмысленно проливать кровь, сисерийцы слишком сильны. А теперь, после совершенной ими глупости, отношение к нам других государств радикально изменилось. Этому, кроме нападения на столицу, способствовали и наши военные успехи последних дней — все увидели, как мы славно разгромили сисерийцев. Так что теперь никто не против, если мы вернем полностью свою территорию и потребуем часть территории сисерийцев на переговорах. Не говоря уже об очень солидной денежной компенсации.

Через пару часов по Академии пролетел слух, что суточное перемирие продлили на неделю. А это уже явно означало, что за переговоры взялись по-серьезному…

Вечером, когда я прибыл в условленное место для отправки в лагерь вместе с Келертом, тот появился один, без грандмага или архимагов, что должны были открыть портал для возвращения.

— Сегодня еще остаемся в Академии, Эйсон, переговоры идут очень успешно. Я бы сказал, что примерно восемьдесят процентов можно поставить на то, что война уже не возобновится. Тут еще шпионы Жардена такое разузнали…

Подойдя ко мне поближе и понизив голос, Келерт сказал:

— У сисерийцев разброд и шатание. Теперь там с нами охотно делятся информацией. Оказалось, что наследный принц Сисерии, возглавив армию, начал рубить головы военачальников налево и направо. А нападение на столицу и вовсе не было согласовано с королем! Он о нем узнал уже после того, как все началось, и лично остановил атаку. А Хендо сбежал с армейской казной, утащил с собой полмиллиона! И теперь у сисерийского короля нет официального наследника в собственном королевстве. Формально Хендо еще не вывели из этого статуса, но что он сбежал, все уже знают. Очень слабая позиция, и наш король стремится выжать на переговорах все возможное из сисерийцев. А те вынуждены идти навстречу, им не до войны. Установить бы побыстрее мир да заняться решением государственных вопросов. Нужен новый наследник, нужно укреплять власть короля, расшатанную всеми этими событиями.

О как! Сколько неожиданных поворотов! Хотя я уже после новостей о планах Хендо убить мою невесту сообразил, что в голове у него непорядок, и он, дорвавшись до власти, тут же это и доказал. Правда, нужно было теперь обдумать, что исчезновение Хендо означает лично для нас. Я сразу понял, что плюсов не так и много. Теперь сисерийский король не будет подвергаться требованиям наследного принца убить Джоан. Но… У Хендо теперь полностью развязаны руки, и денег, как и соратников, полно. Как бы он не решил напористо взяться за прежний план по убийству Джоан лично!

Договорились с Келертом, что утром встретимся после его визита к ректору, и я, озабоченный услышанным, вернулся к Джоан.

— Сорвались переговоры о мире? — испугалась она, увидев мое лицо.

— Нет, с этим как раз полный порядок, — ответил я, после чего рассказал новости о Хендо.

— Так что, мне теперь снова ходить везде с охраной? — расстроилась Джоан. — Надоело — каждое утро приходят архимаги и провожают меня на занятия. В обед — снова они меня ведут до дома и потом провожают на занятия. Вечером отводят домой с занятий и просят до утра никуда не высовываться. Знаешь, кстати, что они сейчас и живут в тридцати метрах отсюда? Там, в пустой аудитории на углу здания, для них оборудовали квартиру. Я уж надеялась, что окончание войны что-то изменит к лучшему…

— Паршиво, кто спорит, ну а какой у нас выбор? Можно ли рисковать твоей жизнью?

— И что, совсем ничего нельзя сделать? — капризно надула губки Джоан.

Так-то она у меня сильная духом, но и у сильных женщин бывают моменты слабости. А ее вопрос натолкнул меня на одну идею.

— Ну почему же нельзя? Можно попытаться сделать одну вещь, хотя в этом у нас будет полно конкурентов. Постараться найти Хендо да и грохнуть его, чтобы больше не опасаться его навязчивой жажды твоей смерти.

— Звучит очень неплохо! — оценила мое предложение девушка. — А почему у нас будет в поисках много конкурентов?

— Ну, сама посуди. Хоть Хендо и сбежал, а все же он пока что официально наследный принц одного из самых сильных государств в мире. Огромный соблазн для других государств найти его, приручить да попытаться сделать королем Сисерии, чтобы присвоить себе все ресурсы этой страны. Единственное, чего они не знают, так это что он псих, и любые договоренности с ним он нарушит сразу, как взойдет на престол. Но, поскольку не знают, то будут пытаться — это точно.

— Ага, или его можно найти и держать у себя под стражей, чтобы шантажировать короля Сисерии — мол, не будешь делать того, что скажем, убьем его или вместо тебя королем сделаем.

— Все верно. Так что искать его будет много кто, наверное, в том числе и сам король Сисерии, который все это прекрасно понимает.

— И как нам преуспеть?

— Деньги у нас есть. Нужно нанять лучших из лучших сыщиков и надеяться, что именно они опередят остальных. Сам я теперь снова стану студентом, как война окончится, так что не получится мотаться по миру и нанимать сыщиков, но можно поручить это Аркошу.

Закончив разговор, я решил, что войду в транс и попытаюсь припомнить все, что я знаю про хороших сыщиков до войны с демонами…

На войне с демонической армией я узнал истории из жизни многих наших воинов. Никто не стеснялся рассказывать о том, чем занимался до войны. В нашей армии все были равны — торговцы и поэты, бандиты и воры, юристы и сыщики, маги и крестьяне. Так что я принялся припоминать, рассказывал ли кто-то о хороших ищейках в нашей армии…

С первого раза не получилось, только голова разболелась, пришлось отдохнуть часик и заняться этим снова. Вторая попытка результата тоже не принесла. Жаль, но похоже было, что никаких выдающихся сыщиков мне на войне с демонами не попалось. Хотя, в принципе, понятно — хорошего сыщика попробуй еще найди. Желающих этим делом заниматься много, а настоящие профессионалы редки. Выдающиеся киллеры и то в этом плане были лучше известны. Да и им, возможно, было легче выжить в хаосе войны, чем сыщикам, — навыки более подходящие…

Договорились с Джоан, что сразу с утра она через одного из архимагов, которые придут проводить ее на занятия, свяжется с Аркошем и поручит ему заняться этим вопросом.

Задумался ночью также о моей роли в этой войне. Голова сильно болела после транса, все равно не спалось. Итак, благодаря поддержке ректора неожиданно получилось из простого рядового скакнуть в должность, с которой можно влиять на важные решения и даже предлагать их. Если бы я не вмешивался, то, судя по всему, Сисерия бы выиграла. Все было бы так же, как и в прошлый раз. Аргент бы проиграл, и к нему бы относились достаточно снисходительно на мировой арене. Мол, слабаки. Гораздо позже бы начали чесаться, когда демоническая армия начала свое победное шествие по миру. Но теперь Аргент победил так триумфально, что его будут опасаться, против него будут заключаться коалиции. Значит, в этом варианте истории демонам уже не удастся так лихо начать войну, как в прошлый раз. А все, что усложняет демонам жизнь, на пользу человечеству.

Ну и что касается меня, то мне война точно пошла на пользу. Заработал себе неплохую репутацию в определенных кругах Аргента, больше за обычного мальчишку меня считать не будут. Еще смог добыть четыре сердца высших демонов, и в результате нам хватит этого редчайшего ингредиента надолго, чтобы ускорять свое магическое развитие.

Успокоенный этим выводом, заснул.

На следующее утро Келерт велел мне вместе с ним пойти к ректору. Сразу из столовой к нему и отправились.

— Ну что же, новости у меня самые хорошие — принципиальные вопросы с сисерийцами все улажены, — бодро сказал ректор. — Они прогибаются под наши условия, понимают, что другого выхода у них нет. Лукское графство освобождают без вопросов, торгуемся только за то, какую по размеру территорию Сисерии отдадут нам взамен. Мы потребовали контрибуцию за нападение на столицу и разрушения, обсуждаем ее размер. Так что, скорее всего, воевать больше не придется. Тем не менее вас попрошу пока вернуться в расположение отряда и заняться военными тренировками со студентами. Сейчас не понадобится — на будущей войне пригодится. Максимально задействуйте опытных наемников, пока они в нашем распоряжении. Всё, можете идти!

— Хотел попросить о личном разговоре, — сказал я, когда Келерт поднялся выходить.

— Конечно, Эйсон! — кивнул ректор.

С Келертом договорились, что встретимся через полчаса на привычной точке для отправления в лагерь. А ректору я изложил все свои соображения насчет Хендо. По сразу потускневшему лицу Картана понял, что он так увлекся переговорами, что про этот аспект подзабыл.

— Ты прав, Эйсон, риски для Лорейн увеличились, этого сумасшедшего теперь никто и ничто не сдерживает. Я тоже поищу, кого можно нанять для его поисков, как из специалистов нашего королевства, так и из других. И охрану Лорейн не буду снимать ни в коем случае…

Вопрос о том, что делать, если удастся найти принца, мы сейчас не поднимали, не было нужды. Глядя в глаза ректора, я не имел ни малейшего сомнения, что он отправит убивать Хендо и обоих грандмагов, и всех профессоров-архимагов, если понадобится. По моим глазам он тоже не питал иллюзий, что я буду призывать к милосердию. Главное — найти!

Договорились, что будем обмениваться информацией о ходе поисков и найме сыщиков. Чтобы не вышло так, что одних и тех же специалистов попытаемся нанять… Они, конечно, деньги возьмут, но зачем платить вдвойне?

Определились и с тем, что сразу много давать денег не надо, лучше сулить грандиозную награду за успех в поисках, чтобы дать хороший стимул стараться.

— И кстати, мы позабыли еще об одном варианте, — сказал я, когда мы почти закончили обсуждение, — охранять Хендо будут хорошо, но сам он все же не архимаг. Значит, у хорошего убийцы есть шанс до него добраться. Думаю, надо разместить и заказы у профессиональных убийц. Не только у сыщиков.

— Но с условием предоставления твердых доказательств выполнения заказа, — кивнул ректор одобрительно, — чтобы никаких трюков с якобы состоявшимся убийством не было.

— Само собой, — согласился я.

— И нужна полная анонимность заказчика, — продолжил рассуждать он, — одно дело — заказ на поиск, другое — плата за смерть. Искать кто угодно может, это не запрещено, мало ли какие у тебя цели. А вот если просочится информация о нас, как о заказчиках убийства принца… Мы же не знаем, какие чувства испытывает король Сисерии к сбежавшему принцу. Хендо, конечно, подгадил ему во всем, да еще и обокрал, но он все же его сын и единственный наследник. Так что король, вероятно, захочет отомстить за его смерть. Или превентивно убить тех, кто разместил такой заказ. Сисерия, конечно, проиграла в этой войне, но остается крупным и серьезным государством. Деньги и исполнителей на это Арден Благостный найдет.

— Даже если он ненавидит сына, месть за него нужна для его престижа, — полностью согласился я, — никто не поймет короля, убийцы сына которого наслаждаются жизнью и свободой. Он в любом случае будет должен найти заказчика и отомстить.

— Ну, если так рассуждать, то и заказы на поиск надо делать анонимно, — вздохнул ректор, — да, ты прав, лучше перестраховаться. Мы же ищем его не для того, чтобы букет цветов вручить. Удачный поиск и последующее убийство — нетрудно сопоставить два этих факта и понять, что заказчик один и тот же. Кстати, у тебя есть на примете хороший убийца?

— Ван без изъяна — лучший из лучших, к нему и пойду, — решил я не делать особой тайны из своих знакомств. Все равно мы с ректором уже по-родственному разговариваем…

— Слышал о нем, но выхода на него у меня нет, — кивнул ректор. Лицо у него при этом было… интересное. Словно он и хотел удивиться моим познаниям в этой сфере, но не стал. Устал, похоже, человек удивляться.

Глава 10

Король Драск Великодушный, Аргент

Совещание, что устроил король, проводилось в малом кругу по вполне понятным соображениям — монарх не хотел, чтобы информация о предмете обсуждения распространилась. Присутствовали на нем сам король, канцлер да сенешаль.

— Меня не может не беспокоить вопрос, что мы выиграли эту войну сугубо из-за случайного фактора. Мой брат Картан решил создать собственный военный отряд из студентов и преподавателей Академии, а я был вынужден разрешить ему это сделать из-за огромных потерь на четвертом курсе. А сразу после этого, за какие-то полторы недели, появление этого отряда вместо поражения привело нас к невероятной по эффективности победе. Давайте обсудим, как же это оказалось возможно?

— Но, ваше величество, все же основные победы в ходе последнего этапа войны не были бы возможны без ударов всей армии по врагу! — осторожно возразил канцлер.

— Пугает, что направления для этих ударов и то, как именно их наносить, определяли не мои военачальники — на них надежды было мало, — а вчерашний проректор Келерт и его помощник, студент-первокурсник. Они так все логично излагали, что я каждый раз их поддерживал. И они ни разу меня не подвели… вы же согласитесь, что это ненормально? Эта странная пара обошла не только моих сыновей, но и всех генералов Сисерии! Легко и на первый взгляд без особых усилий. Ясно, что на нашу столицу Хендо напал уже от отчаяния и в бессильной ярости. Келерт и Эйсон уничтожали его армию днем и ночью, вот он и сорвался с цепи.

— Я бы отметил тот факт, ваше величество, что без вас эта победа была бы невозможна, — сенешаль решил не противиться аргументам короля, а указать на некоторые другие моменты. — Только ваша мудрость позволила понять, что предложения Келерта и Эйсона разумны и их стоит использовать. Другой король остался бы глух к тому, что прозвучало от профессора и студента, опираясь на мнение генералов, а вы немедленно использовали полученные предложения к своей выгоде и выгоде Аргента!

Канцлер по благосклонному взгляду монарха на сенешаля почувствовал, что неправильно начал этот разговор, и поспешил исправиться:

— Да, ваше величество, одно дело — предложения от кого бы то ни было, а другое — то, что ваш гений отточил их и превратил в оружие несравнимой мощности!

Король покачал головой и вздохнул:

— Вот и смысл с вами советоваться — с тем же успехом мог бы слушать эхо от собственного голоса! Ну ладно, подхалимы, посоветуйте хоть, что можно сделать с нашей королевской благодарностью. Как наградить этих двоих? Тут же тоже все очень непросто… Слишком хорошей будет награда, знать почувствует себе угрозу и начнет травить эту парочку. Вплоть до смертоубийства… А они мне нужны живыми и здоровыми, вдруг новая война? А плохо наградишь — могут обидеться и покинуть мое королевство. И тогда в случае новой войны с кем-то именно они могут возглавить вражескую армию. Сами понимаете, чем для нас это может закончиться.

На такой вопрос оба собеседника короля сразу не нашлись, что ответить. Король долго ждать не собирался. Под его выразительным взглядом канцлер решился заговорить первым.

— Думаю, ваше величество, основная награда должна достаться именно Келерту. Ясно, что именно он был центром принятия решений, ну что такое мог ему предложить студент-первокурсник?

Король вздохнул. Он себе полного представления о роли Эйсона не составил, но имел несравнимо больше информации о том, что тот сделал и на что оказался способен, чем канцлер и сенешаль. Как бы все не оказалось наоборот, в отличие от наивного предположения канцлера…

— Согласен с канцлером, ваше величество! И что касается награды, думаю, Келерта нужно сделать графом. И отвести ему земли в графство. И раз уж у него такой хороший военный талант, то выделить их из тех земель, что нам передаст Сисерия из своей территории. Пусть сисерийцы помнят о том, что на их границе живет граф, который их разгромил, им это полезно будет, если вдруг в голову очередные дурные мысли полезут, — высказался и сенешаль.

— Ну, жить он там вряд ли будет — сомневаюсь, что мой брат отпустит его из Академии после всего, но предложение мне нравится. Толковое.

— И думаю, ваше величество, раз значение Келерта и Эйсона с военной точки зрения так велико, стоит рассмотреть запасной вариант… Если они решат покинуть наше королевство, то их надлежит убить… — предложил канцлер.

— Ну а что еще делать? Разумное предложение… — неожиданно легко согласился монарх.

Канцлер едва сдержался от вздоха облегчения. Рискованно было сказать такое в отношении тех, кого король только что так расхваливал. Но главное — что он угадал.

— Хорошо, но что с наградой для Эйсона? — спросил обоих король. — И так будет куча завистников, что парень женится на моей племяннице. Не хотелось бы добавлять еще и тех, кто обзавидуется из-за слишком щедрой награды — высокого титула или большого имения.

— Но все равно, ваше величество, от всех завистников его не защитить. Вызовы на дуэль обязательно будут. И если он отклонит их, то опозорит и себя, и свою невесту… — сказал сенешаль.

— Это я понимаю, и тепличных условий создавать ему не буду, — пробурчал король, нахмурив брови. — Проследите только, чтобы на каждом балу или приеме, что он будет посещать, присутствовал мой лучший лекарь. Если ему вообще можно будет помочь после неудачной дуэли, он это сделает.

Эйсон, Гилея

Ректор отправил Келерта в лагерь одного, а мы с ним задержались, чтобы еще раз встретиться и определиться с тем, кого будем нанимать по душу Хендо. Согласовав свои действия, принялись за работу. Я отправился в маске к юристу, что принимал заказы для Вана без изъяна, и тот, первоначально испытав определенные колебания, все же решился принять заказ. Сумма, конечно, тоже была нестандартной — он запросил в десять раз больше, чем за обычную мишень. Учитывая то, что 5000 золотых монет аванса я просто физически не мог принести с собой, а адвокат и сам не хотел, чтобы я приходил еще с кем-то, ограничились авансом в 3000 золотых монет — тридцать процентов от финальной суммы. Я специально упомянул, что данный принц-беглец украл армейскую кассу на полмиллиона полновесных золотых монет, и сказал, что мне неинтересно, что будет с этой кассой после смерти принца. Ван без изъяна и так очень хорошо работает, а тут у него еще и дополнительная мотивация будет весьма неплохой.

Набив снова сумку золотом, я навестил еще одну контору по сыску, которую мне горячо рекомендовал один пронырливый юрист, охотно выполнявший для меня всякие деликатные поручения в последние месяцы. Те сыщики, которых он мне рекомендовал раньше, были хороши, но они работали только в столице. Мне нужно было что-то побольше масштабом, с опытом работы за рубежом, и такой вариант он мне тоже смог предложить.

«Вепри» официально считались гильдией портальных охотников, но это было лишь прикрытием. Сделки они заключали в одной из таверн, где у них имелось несколько своих кабинетов. Пошел туда я тоже в маске, конечно. Назвав пароль от юриста, я быстро нашел взаимопонимание с главой этой компании, худым блондином среднего возраста, тоже носившим маску. Озвучив свой заказ по поиску Хендо с его компанией, даже под маской я увидел изумление собеседника масштабом мишени. Но от работы он все же не отказался, однако запросил аванс в две с половиной тысячи золотых монет и предупредил, что финальная сумма будет зависеть от расходов на поиски. Это я и сам понимал, так что меня все устроило. Договорились, что информацию они будут передавать тому самому юристу, что меня к ним отправил, а он уже имеет выход на Аркоша, который знает, как быстро меня найти.

«Вепрям» я уже ничего про казну в полмиллиона не говорил. Не то у них еще появится мыслишка обмануть заказчика и договориться с найденным Хендо о большей сумме за то, чтобы его «не нашли». В Ване без изъяна я был уверен. У него многолетняя репутация честной работы, он сделает все, чтобы выполнить контракт. Главное — чтобы он сумел найти сбежавшего принца и сесть ему на хвост… Трудно убить кого-то, если не знаешь, где он находится.

Закончив с этими хлопотами, я вернулся в Академию, и ректор распорядился отправить меня в лагерь.

Следующие три дня пролетели быстро. В первый же день в лагере появился Варадер, получивший демонический источник и рвавшийся в бой. Пришлось его разочаровать, что новых битв, возможно, уже и не будет.

Студентов я загрузил работой с лучшими из наемников. Учили их незаметно передвигаться и убирать часовых, схваткам на поле боя в группах и больших отрядах, маневрированию, боям без магии. Ну а я потратил эти дни на тренировки членов клана. В основном занимались диверсиями и тайным проникновением на объекты. Я рассказывал, как обнаруживать и обезвреживать или обходить разные виды сигнализации, как эффективнее размещать принесенную с собой взрывчатку для подрыва живой силы врага, как работать в одиночку и с напарником. Лучше, конечно, было бы изучать это в городе, а не в чистом поле, но даже такие тренировки лучше, чем ничего. Попадем в город, поработаем и там.

А наутро четвертого дня все забегали, потому что по лагерю молнией пронесся слух, что война закончена. Мол, Сисерия подписала все, что полагается, и выводит войска из Лукского графства.

Спустя полчаса слухи подтвердились — в лагерь прибыл ректор. Для него быстро возвели трибуну из камня и льда посередине лагеря — постарались архимаги, — и он с нее объявил, что война закончена нашей безоговорочной победой. Поздравил всех, включая наемников, поблагодарил за верную службу и объявил, что наш отряд с этого дня распущен.

Студенты и преподаватели вернутся в Академию, к мирной жизни. Наемников отправят на те земли, что были сисерийскими, а теперь в компенсацию нанесенного Аргенту ущерба будут переданы ему. Им предстояло следить там за порядком в процессе передачи земель. Добровольцев из Лукского графства отправят в те города, в которых мы их завербовали. Всем дали час на сборы, потом будут работать инспекторы из королевской казны, принимая захваченные на войне трофеи от жителей Аргента и деля трофеи, захваченные наемниками, после чего к работе приступят грандмаги и архимаги, перебрасывая народ по назначению порталами.

Да уж — вот так тут и воюют, совсем для меня непривычно. Несколько недель — и война закончена. Только разогреешься и войдешь в нужный режим, только вспомнишь, как правильно воевать, — здравствуй, мир!

Через два часа после выступления ректора мы уже были на территории Академии. Закончились времена, когда по моему приказу в бой шли архимаги. Теперь я снова обычный студент, который может рассчитывать только на свой молодой клан. Неприятное ощущение, надо сказать… Но отрезвляющее. Любая власть дурманит, придется мне быстро адаптироваться к новой реальности.

В этом мне помогли возобновившиеся занятия. Снова четыре пары в день, словно и не было войны. О ней напоминали главным образом пустые аудитории четвертого курса и большое количество пустых мест в столовой, которые обычно занимали четверокурсники. Осталось их совсем ничего из прежней огромной компании, так что четверть столовой, что они обычно занимали, начала походить на место скорби.

Первые несколько дней студенты третьего и четвертого курсов, что были под моим командованием, еще вздрагивали, встретив меня где-нибудь в коридоре или в столовой, не привыкнув, что я уже не начальство. Но потом втянулись обратно в мирную жизнь и пообвыкли.

Ну и, конечно, несмотря на победу, студенты сразу в себя не пришли после участия страны в войне. Поликовали, естественно, первое время, а потом всплыло много нюансов. Очень уж много наших магов погибло или было взято в плен в первые недели войны… И это очень серьезно отразилось на многих кланах. На новом состязании по пересмотру королевской иерархии произойдут очень драматические изменения, места многих кланов сильно изменятся. Кто-то пострадал меньше, такие кланы взлетят в иерархии. Кто-то пострадал сильнее — и они серьезно провалятся.

У многих студентов родственники или погибли, или попали в плен, и кланы собирали выкуп сисерийцам. Некоторые кланы настолько утратили былую мощь из-за слишком больших потерь, что у них возникли серьезные затруднения с тем, чтобы собрать нужные суммы.

Уже через два дня после начала занятий я увидел в коридоре плачущую дочку графа Лукского. Виконтесса Альта, красотка и первая модница в Академии, до войны всегда окруженная кучей завидующих ей подружек, брела по коридору одна, с двумя дорожками слез на ее щеках. Правда, увидев меня, она тут же смахнула слезы и попыталась сделать вид, что все в порядке.

Лезть к ней с расспросами я не стал, не настолько близко мы знакомы. Но через пять минут встретился с Джоан в столовой и задал ей вопрос об увиденном. Мы как раз успели одними из первых — наша большая компания, к которой присоединились после вступления в клан Долен, Роже и Фарук, до столовой еще не добралась. Только Эрли уже пришла, но сейчас паслась возле пункта выдачи еды, пытаясь понять, чего ей сегодня хочется.

— Ну так а что удивляться? — ответила Джоан мне вопросом на вопрос. — Бедняга жила как в сказке. Баснословно богатый отец, множество студенток, трущихся около нее в попытке приобщиться к тому богатству и влиянию, что от нее исходило. А что сейчас? Лукское графство разорено, сисерийский король вывез оттуда все, что имело хоть какую-то ценность во время оккупации, даже коров угнал. Отец сидит в сисерийской темнице, запросили за него совершено баснословную сумму выкупа — полмиллиона золотых. Вчера я узнала от папы, что Альта обращалась к нашему королю с просьбой выделить средства для выкупа отца. И король отказал — мол, война разорила казну, какие тут полмиллиона на выкуп графа!

На самом деле, как думает мой отец, король просто решил поставить надменного графа на место. Он перед войной уж слишком независимо себя вел, словно и не подданный Аргента. Решил сбить с него спесь — пусть посидит несколько месяцев в камере, подумает о жизни и о своих манерах. Потом, наверное, все же выкупит или назначит на его место другого графа, если совсем уж обижен на пленного.

В результате бедняжка Альта сидит без гроша в кармане, вынуждена надевать уже ношенные ранее платья, чего раньше никогда не делала. Подружки ее, которые вились рядом из-за ее богатства, тут же разбежались, когда поняли, что у нее больше нет денег. Сам понимаешь, пережить такое тяжело…

— Как-то нехорошо получилось, — сказал я. — Почему бы нам не проявить благородство и не пригласить ее в нашу компанию? Пусть на будущее запомнит разницу между лизоблюдами, что вьются около нее ради ее богатства и влияния, и теми, кто готов дружить с ней и в беде.

Джоан внимательно посмотрела на меня. Смысл этого взгляда я понял правильно.

— Нет, у меня нет к ней никаких чувств, и мы с тобой идем по тому же пути — любовь, брак и все такое. Мне просто жалко ее стало, не надо воображать себе всякую ерунду.

— Это тебе сейчас ее просто жаль, а так-то она красотка что надо! — встряла в наш личный разговор подошедшая Эрли. — Джоан, не слушай его. Парни вечно подбирают щенков и котят, а обратно их на улицу уже не выкинешь. Будешь везде на них по своей квартире потом натыкаться. Так что пусть эта красотка немножко пострадает, ей полезно на будущее, авось станет разбираться лучше в людях.

— Фу, как вульгарно, Эрли! — фыркнула Джоан. — Когда я уже научу тебя манерам!

— Я сейчас не про манеры говорила, а про жизнь, — не сдавалась Эрли. — Сама подумай, нужна ли тебе конкуренция со стороны этой красавицы? Ты глянь, какая у нее грудь, какие ножки длинные и ровные! Эйсон, ты точно просто жалеешь ее из-за того, что ее отец в тюрьме? А все эти прелести тебе так, побоку?

Я только молча головой покачал. Эрли — такая Эрли! Разве мне не понятно, что на самом деле она переживает, что Альта станет лучшей подружкой Джоан вместо нее самой. Вот и ревнует, всячески стараясь не допустить конкурентку в близкий круг подруги.

— Так, Эрли, теперь я точно уверена, что с Альтой нужно поближе познакомиться, — решительно сказала Джоан, тоже правильно поняв мотивы моей сестрички.

И встав из-за стола, направилась к столу, за которым сейчас в одиночестве сидела виконтесса. Какой это был раньше шумный стол, за ним никогда не сидело меньше десятка девчонок! Большой стол, как и у нас, сдвинутый из трех отдельных столиков. Тем заметнее было, что она теперь сидит там совсем одна.

Я остался сидеть за нашим столом вместе с надувшейся Эрли. Наверное, она думала, что своим молчанием меня наказывает, — но нет, я с удовольствием ел себе в тишине и посматривал на то, как Джоан беседует с Альтой.

Глава 11

О чем они говорят, слышно не было. Можно было судить только по жестам. Джоан предлагала, Альта, смущаясь, отказывалась. Но наконец, через пару минут моя девушка все же ее уговорила. Альта поднялась, Джоан дружески взяла ее под руку, и они направились к нашему столу.

Лицо Альты порозовело от смущения, когда она уселась за наш столик. Я тут же постарался вовлечь ее в вежливый диалог. Погода там и все такое, о чем воспитанные, но малознакомые люди говорят, когда сидят за одним столом. Эрли сидела первое время надувшись, но потом стол чуть заметно дернулся — я так понял, Джоан ее слегка пнула, — и моя сестричка быстро переосмыслила свое поведение. Стала хоть и натужно, но улыбаться. Джоан ее достаточно легко выдрессировала — Эрли обожала выпечку с кухни герцога и прекрасно знала, что за плохое поведение доступ к ней будет утрачен. Еще бы Джоан придумала, как стимулировать ее работу над источником…

Подошедшие к столу парни обалдели, увидев прибавление в нашей компании. Альта была красоткой на загляденье, и братьев у нее не было, так что ее будущий муж вполне мог унаследовать в дальнейшем Лукское графство. Только Тивадар не участвовал в бросании взглядов на красотку в попытке оценить свои шансы. Эрли мне уже доложила, что из-за того, что война сорвала наши планы по отправке Джюэль в королевство Сорока островов, она снова пленила его сердце. И даже вроде стала обходиться с ним помягче, чем раньше. Ну да — он и на войне побывал, а также стал братом не просто Эйсона, а Эйсона, барона Эрегарского… Этак она его и в постель может завлечь, и тогда процесс его спасения от этой девушки легкого поведения может существенно осложниться.

Но все остальные парни с энтузиазмом включились в гонку за внимание красотки. Тем более что Джоан была не против — она постоянно демонстрировала, что у нее есть добыча в моем лице и другие парни ей совсем не интересны, а Эрли ребята уже привыкли рассматривать больше как сестренку. Особенно активничал Рабош. Он единственный не смутился, увидев Альту за нашим столом, а сразу воодушевился. То ли отец ему поставил задачу закадрить знатную и богатую красотку, то ли он сам на это нацелился, но старался он изо всех сил.

Мне просто захотелось сделать добрый поступок, когда я увидел плачущую Альту, но я не знал, к чему это приведет. За какие-то пару дней опасения Эрли сбылись — Джоан и Альта так сблизились, что Эрли перестала быть лучшей подруженцией моей девушки. Даже ночью, когда мы ложились в постель, Джоан делилась со мной подробностями своего общения с новой подругой. Та как-то очень быстро ее очаровала. С каждым днем Джоан все больше и больше переживала за Альту, сокрушаясь о тех трудностях, которые на нее обрушились. А однажды заявила мне, когда мы ужинали перед сном:

— Эйсон, мы как-то должны помочь ей! Именно мы с тобой!

— Ну так одолжи ей денег на новые платья, — пожал я плечами, прикидывая, съесть ли еще одну булочку или уже хватит. — Дарить не стоит, так она вряд ли их возьмет, а если скажешь, что одалживаешь, то, по идее, согласится.

— Я уже это сделала, практически сразу! — топнула она ножкой. — Речь о ее отце. Пока он в сисерийской тюрьме, всеми делами заправляет ее дядя. А он тот еще жук. Каждый день она просит его ускорить сбор денег на выкуп отца, а тот отговаривается обещаниями. Мол, нужно копить деньги на закупку скота, зерно закупать для посева, отстраивать разрушенные здания, и вообще, мол, полмиллиона трудно быстро собрать!

— Так и чего ты хочешь от меня? — не понял я, решив, что одна булочка в меня еще вполне влезет. — Убить ее дядю, что ли? Сразу откажусь — я понятия не имею, тянет ли он с выкупом или там и правда большие проблемы после оккупации.

— Нет, конечно! — Джоан наморщила лоб. — Я уже обращалась к отцу с просьбой заплатить этот выкуп за графа Замнера. Он мне решительно отказал — говорит, что граф, мол, тот еще субчик, и не факт, что деньги потом вернет. Да и король может обидеться, если он выкупит графа. Все же он его там держит, чтобы показать его место в Аргенте и сбить спесь…

— Ты намекаешь, чтобы я выкрал этого графа Замнера? — попытался я понять, чего от меня хотят, потихоньку жуя булочку. — Так сразу скажу, что это очень плохая идея. Я понятия не имею, где его держат, — это раз. Во-вторых, после того освобождения из плена студентов и профессоров в Сисерии наверняка так усилили меры безопасности, что это сделать будет суперсложно. Ну и, в-третьих, и для разведки, и для спасения из плена нужны архимаги, а еще лучше грандмаг. И порталы открывать надо для разведки, и перемещаться под скрытом во время освобождения. А если твой отец против участия в выкупе графа, то наверняка и грандмага с архимагами не выделит. Так что тут сплошные проблемы без решения.

— Да я не дура, сама все это понимаю, так что и не планировала тебе это предлагать, — вздохнула Джоан, — но я вспомнила про деньги Зерелиуса, что он тебе оставил. Там же тьма-тьмущая золота, вполне хватит на этот выкуп!

Я чуть не уронил вторую булочку, которую как раз потянул со стола. Выпечка все же на кухне герцога отменная! Не зря Эрли ей так очарована.

Откашлявшись, спросил Джоан:

— Полмиллиона золотых монет? Без всяких гарантий? Даже когда твой отец прямым текстом говорит, что граф может их потом не вернуть?

— Уверена, что ты со временем будешь ворочать и не такими суммами! — гордо выпрямившись, сказала Джоан. — К тому же Альта обещает, что заставит отца непременно вернуть мне все деньги. Она говорит, что он очень запаслив, и у него наверняка есть тайники, которые сисерийцы не нашли, хоть и искали неделями во время оккупации.

Я призадумался. Надо же, всего-то шел по коридору несколько дней назад и пожалел плачущую девушку, а как оно все повернулось! Хотя, конечно, и приятно слышать от Джоан о ее уверенности, что для меня со временем такие суммы станут обыденными. Или это обычная лесть, чтобы меня убедить? Будь еще деньги мои, а не Зерелиуса… свои-то не страшно потерять, если что. А вот если граф окажется скупердяем, то когда старикан вернется, неловко будет ему говорить, что я уничтожил такую значимую часть его состояния. А если еще рассказать причину… Адские демоны, да я даже представляю себе, как Зерелиус на меня при этом взглянет. Мол, олух ты, Эйсон, несусветный!

Девушки, когда хотят чего-то добиться, бывают чертовски убедительными. Джоан больше ничего и не говорила, просто смотрела на меня с жалостливым видом оставшуюся часть трапезы. Даже есть расхотелось. Ну, разве что еще третью булочку утоптал — вспомнил, что на обеде выпечку не ел, заболтался с парнями про ночную охоту.

— Ладно, я как раз обратил много не дающей прибыли недвижимости Зерелиуса в наличные, так что такая сумма у меня есть, конечно, — сказал я наконец, — но Альта должна будет тебе дать не простое обещание, а клятву, что вернет всю сумму сама, если папаша ее заартачится. Настоящую клятву, со ссылкой на кару одного из богов за нарушение, а не просто девичье — ой, да конечно! И меня в это дело не впутывай — пусть считает, что это твои карманные деньги. Пусть ее папаша потом обалдеет и больше уважает ректора, раз у его дочери такие деньги лежат на наряды и булавки.

И кроме того — авось он побоится не возвращать деньги за выкуп племяннице короля. Не простому первокурснику из Академии все же, про такой долг некоторые знатные подданные нашего короля вполне могут и позабыть… да и не хочется мне светиться с такими суммами, мало ли граф болтливый окажется. Потянется очередь деньги одалживать, а то и еще чего придумают какие озорники. К тебе-то побоятся приставать с такими просьбами.

— Ой, спасибо тебе! — обрадовалась Джоан. — Я с самого утра тогда Альту обрадую. Жаль, что сейчас уже слишком поздно!

Назавтра у нее все срослось. Альта, узнав о готовности Джоан помочь, сияла весь день, как начищенная медная монетка. Парни, напротив, посмурнели. Они начали подозревать, что одному из них улыбнулась удача с покорением ее сердца, и пытались понять, кто именно счастливчик. И почему он от всех скрывается? А самое страшное подозрение — что он не из их числа…

Келерт, Академия

Проректор заглянул к одному из своих друзей, Древчу, поболтать. Война закончилась, но он все никак не мог перестроиться на прежний ритм мирной административной работы в Академии. То и дело ловил себя на том, что подолгу сидит, уставившись пустым взглядом в окно своего кабинета. И о чем в эти минуты думал, даже и вспомнить не может.

Чтобы встряхнуться, ходил почаще по друзьям, уходя из кабинета под любым благовидным предлогом. В надежде, что эти походы помогут ему «вернуться с войны» не только телом, но и душой.

А к Древчу вообще заглянул под конец рабочего дня. Да еще и с бутылкой хорошего вина. Ну, не совсем бутылкой, бутылью. Особая поставка, ограниченная серия, емкостью в три литра. Может, если выпить в хорошей компании, это тоже поможет прийти в себя быстрее?

Древч был одним из немногих профессоров, кто плевать хотел на административные позиции своих собеседников и их титулы. С ним всегда было легко общаться. Он с улыбкой достал из шкафа два бокала, вытер с них пыль, разлил вино и поддержал беседу. Быстро уловил подавленное настроение собеседника и спросил с удивлением:

— Келерт, дружище, да что ты такой смурной? Ты же герой войны! Тобой все гордятся, и совершенно заслуженно! Да тебя всем студентам следующие двадцать лет преподаватели в пример будут ставить — вот какие у нас проректора!

— Мне нелегко все это далось. Столько крови… Столько ответственности за жизнь других людей… Да еще и не просто незнакомых раньше солдат, а студентов и коллег. До сих пор часто не могу понять, где я и что делаю в своем кабинете. А Эйсон… как ни увижу его где-нибудь, так он постоянно улыбается и в компании своих друзей. Словно для него и не было никакой войны.

— Чего ему не улыбаться, он же был под твоим крылышком. Ты брал на себя всю ответственность, ему было легко и просто выполнять твои приказы.

— Ох, дружище, как же ты не прав… Это мне было легко и комфортно работать с ним. Я знаю, что ты не будешь болтать, поэтому только тебе и скажу — пока я сидел в нашем лагере в безопасности, Эйсон ходил на невероятно опасные задания… Почти каждую ночь. А потом еще и в битвах днем участвовал.

— Ну надо же! — искренне удивился Древч. — Я знаю, что он парень весьма талантливый, но к чему было им так рисковать? Неужто постарше и поопытнее послать никого нельзя было?

— Поопытнее, — с горькой усмешкой покачал головой Келерт, — да не было в нашей армии никого, кто мог задумывать и реализовывать те вещи, что он совершал. И ведь, паскудник такой, тоже с улыбкой и так, словно это само собой разумеется. У меня сердце кровью обливается, вернется ли он живым, а он совершает подвиг и тут же в нетерпении просит открыть к врагу портал, чтобы следующий совершить. Реализуем его задумки, раздолбаем врага в пух и прах, а у него уже наготове новый список неприятных сюрпризов для бедных сисерийцев… Мне их реально в конце уже жалко было. Ни одного шанса у них не стало в этой войне, когда этот энергичный первокурсник взялся за дело. Мы стали их избивать, словно детей.

— Ну надо же! — шокированный услышанным Древч снова повторил то, что уже говорил. Других слов у него просто не нашлось.

— Меня тут все хвалят за успехи нашего отряда, а мне очень стыдно. Да не было бы никаких успехов, если бы не подсказки Эйсона! Нас к королю вызывают, мне вообще нечего сказать, а Эйсон на любой вопрос его величества заливается соловьем, да так складно, что король тут же приказывает все так и делать. И каждый раз сокрушительный успех, словно у Эйсона дар провидца. Я подавлен, дружище! Кто из нас двоих был назначен командиром нашего отряда, а кто его заместителем в этой войне??? Этому пацану сколько лет — семнадцать, восемнадцать? А мне сколько? Как это возможно вообще?

Древч хотел в третий раз сказать пресловутое 'Ну надо же, но понял, что это прозвучит совсем глупо. Молча поднял бутыль и налил себе побольше вина. Он вначале сильно удивился, зачем Келерт притащил такую огромную бутыль, но теперь не был уверен, что этого им хватит на сегодняшний вечер… вечер удивительных открытий.

Эйсон, Академия

Сразу, конечно, выкупить графа не получилось. Вначале по моему указанию собирали на одном счете в банке нужную сумму. Банк пришлось выбрать новый, из тех, что имели счета и у нас, и в Сисерии. Зато был и плюс: золото на такую огромную сумму в другую страну отправлять не придется — из нашего отделения просто подтвердят в отделение в Сисерии, что сумма на счету, и то отделение само передаст деньги за выкуп.

Затем начались уже согласования между нашим чиновником из Минфина и чиновником из Минфина Сисерии. Альта уведомила их, что собрала нужную сумму и готова к уплате выкупа.

Наконец, через два дня все шестеренки провернулись, все согласования были получены, деньги уплачены и граф вернулся домой. По такому случаю Альту ректор отпустил домой на два дня, встречать отца.

Ну а нас с Джоан тем временем «обрадовали» новостью — по итогам победы в войне с Сисерией будет устроен огромный бал. На нем будут в том числе и награждать особо отличившихся воинов. Начнется бал через два дня в два часа пополудни, и по самым оптимистичным оценкам раньше двенадцати ночи он не закончится.

Сразу по возвращении в Академию из военного лагеря начались и обычные хлопоты — походы в порталы за трофеями. Джоан мы с собой взять не могли, это немного омрачало охоту. Она и сама по этому поводу нервничала. Источник, конечно, можно прокачивать в мастерской, но важные умения и навыки вырабатываются наиболее эффективно в битвах. Я пытался компенсировать ей отсутствие регулярных вылазок, к которым она уже привыкла. Проводил с ней больше учебных дуэлей, чем с другими членами клана, но это, конечно, уже полюбившуюся ей охоту в порталах заменить никак не могло.

Через неделю после окончания войны королевские бюрократы прислали герб для «Суровых». Узнал я об этом случайно — Келерт вызвал.

Хоть война закончилась и он теперь был проректором, а я студентом, Келерт не спешил забывать старое. Общался он со мной один на один совершенно по-дружески, только при других мы разыгрывали привычные для Академии роли.

— Заходи, я решил, что ты должен на это глянуть, — сказал он со смешинками в глазах. — Представляешь, война давно закончилась, отряд тоже давно расформирован — и только сейчас чиновники, наконец, нарисовали, согласовали и прислали нам герб отряда.

Герб, изображенный на большом плотном листе бумаги, лежал на столе. Неплохо получился — на нем были и два грифона сверху, и острые скрещенные мечи снизу. И красиво, и жестко — самое то для отряда «Суровых».

— Я так понимаю, что еще неделька-другая, и нам флаг тоже сделают и пришлют, — усмехнулся Келерт. — Вот уж кто работает, не обращая внимания на то, что вокруг происходит.

— Ну что же, забавно, конечно, что бюрократы такие неразворотливые, но герб нам все же пригодится, — сказал я. — Может быть, стоит в музее Академии создать отдельный стенд, на котором разместить герб и изложить, чем конкретно занимался отряд? Упомянуть и погибших, и их подвиги.

— Вот и ректор то же самое сделать предложил, — улыбнулся Келерт. — Ну что же, займемся этим.

Варадер был изрядно зол, что война закончилась раньше, чем он успел к ней присоединиться. Ему после приговора сисерийского суда имелось что сказать сисерийцам на поле брани. Да и сражаться он самозабвенно любил, это я прекрасно помнил. Так что теперь не везло монстрам в тех портальных локациях, куда мы его брали. Пришлось даже серьезно поговорить с ним — поскольку он часто пренебрегал нормами безопасности. Один на один, конечно, потому что островитянин был обидчив. И под пиво, которое он обожал.

— Понимаешь, дружище, так дальше продолжаться не может. Ты слишком рискуешь во время охоты!

Варадер посмотрел на меня недоуменно. С его точки зрения, что охота, что война — это высшая цель существования воина и охотника. И только боги решают, кто должен победить. Такие уж у них верования на островах, это я тоже прекрасно знал. Так что передо мной стояла нелегкая задача…

— Тут в чем дело… если бы ты охотился один, то ничего страшного. Но мы ходим в портал командой. Ты опытный воин и охотник, ты знаешь, как пройти по грани между жизнью и смертью и победить. В принципе, и я тоже. Но те ребята, что ходят с нами, — у них нет такого опыта. А они пытаются тебе подражать, восхищаются тобой. Понимаешь, чем это неизбежно закончится?

— Кто-то из них погибнет? Но не нам же это решать! Охоте и войне следует отдаваться со всей страстью! Иначе ради чего тогда вообще жить?

— Ну, есть ради чего жить вообще-то. Девушки, например, да то же пиво, — напомнил я ему про то, что его тоже очень интересовало. — И не все так просто. Я вожу на охоту студентов, причем тайно от руководства Академии. Если хоть один из них погибнет, в Академии устроят грандиозные поиски. Наш подземный ход обязательно найдут, и больше мы с тобой на охоту ходить не сможем.

Варадер задумался. Нечасто он это делал, так что я его не торопил. Наконец, он вздохнул:

— Понял. Мне необходимо сдерживаться, вести себя осторожнее. Ради конспирации, чтобы не подвести клан и не лишить вас секретного хода, верно?

— Все верно. Спасибо, что понимаешь и помогаешь мне воспитывать из молодежи умелых охотников!

Если Варадер давал обещание, то он его выполнял. Прежнего удовольствия он, конечно, от охоты больше не получал, но вести себя стал значительно аккуратней, чем раньше. И очень хорошо, потому что я боялся не только того, что ему будут подражать, но и того, что он и сам все же однажды может не рассчитать степень риска и погибнуть.

Как-никак, возможности у него резко изменились за последнее время. Вместо прежнего куцего источника он получил мощный, с быстрым обновлением маны, и еще к нему полностью не привык. В такой ситуации легко чрезмерно понадеяться на новые возможности, а они не так велики. Новые, более мощные заклинания он только начал осваивать. А мы ведь ходили на серьезных монстров, которые ошибок не прощают.

Ху-Син, терпеливо дождавшись окончания войны, получил от меня обещанные тренировки. Он был очень хорош, и прогресс у него отмечался после каждого занятия. Есть люди, буквально созданные для боя без магии, и он точно был одним из них. Прекрасная реакция, бесстрашие, природная хитрость, гибкость и сила, азарт, великолепная память… После нескольких тренировок я решил, что надо сделать какой-то хитрый ход, чтобы и дать ему возможность больше тренироваться, и меньше тратить время на походы в арендованный особняк для тренировок с ним. Что сделать, придумал быстро — привел его в Академию к Джамиру.

— Тренер, испытай его. Думаю, я нашел тебе неплохого помощника!

Джамир испытал. Все схватки Ху-Син проиграл, но тренер тоже понял, какой у него сумасшедший потенциал. А он был фанатиком своего дела, так что сказал мне:

— Парню надо развиваться, это безусловно. Глядишь, через год он и тебя побить сможет. Ассистентом взял бы его с удовольствием, но у меня ставок нет. Разве что попробовать выпросить у ректора…

— В этом нет нужды — я сам буду платить ему. У меня одно условие — гонять его так, чтобы он через год имел шансы меня побить!

Джамир усмехнулся так зловеще, что Ху-Син, который в этот момент смотрел на него из дальнего угла огромной комнаты и мог только догадываться, о чем мы говорим, вздрогнул. Даром, что он опытный и много всего повидавший наемник, Джамир умел запугивать не только студентов.

— Вот на это можешь смело рассчитывать, барон!

Вспомнил я и про профессора Норкела, который потерял на войне руку и ногу при неудачной переброске четвертого курса. Ректор, конечно, оставил его на работе, но главная проблема заключалась в том, что боевой маг из него теперь был никакой. Ни в портал отправиться на охоту, ни на войну. Без руки еще можно кастовать боевые заклинания, но на обычном ножном протезе шансы погибнуть будут слишком велики. Даже в не очень опасном портале может появиться очень опасный хищник, и тогда тот, кто не успеет убежать, погибнет. Ну, или погибнет вся команда, пытаясь спасти того, кто быстро бежать не в состоянии. Есть много достойных команд, с которыми скорее произойдет второе, чем первое.

Как руки и ноги отращивать заново, я не знал. Но зато у меня была информация об одной технологии изготовления ножных протезов, которой сейчас не обладали. Одна из наших команд, раскапывая разрушенные в ходе войны с демонами особняки на территории бывшего Хельского королевства, нашла в тайнике совершенно необычный протез, интегрированный с загадочным артефактом явно работы древних. Не сразу, но наши архимаги-артефакторы разобрались, что это такое и как устроено. Редкий случай, когда они не только поняли принцип работы артефакта древних, но и смогли его воспроизвести. Суть заключалась в следующем — в обычных ситуациях этот протез с артефактом был не лучше и не хуже других. На нем можно было лишь неуклюже ковылять. Если отсутствовала нога выше колена, то устанавливали еще и шарнир, позволяющий сгибать протез.

Изюминкой была возможность активации экстренной функции этого протеза. К примеру, во время охоты человек на этом протезе натыкается на слишком сильного монстра. Активируя экстренную функцию, он за счет маны, запасенной в источнике артефакта, получал возможность пользоваться протезом как родной ногой на несколько минут. Чем крупнее был установленный в артефакте магический источник, тем на большее количество минут можно было активировать эту функцию. Артефакт синхронизировал протез со здоровой ногой, и увечная нога на протезе была полностью как здоровая. То есть можно было убегать вместе с отрядом к порталу со скоростью здорового человека.

Правда, эта технология была доступна только для мага. Активация происходила за счет команды от собственного источника. И артефакт на протезе после включения синхронизировался с магическим источником мага, обеспечивая то, что было похоже на чудо.

Для нас на войне эта технология оказалась чрезвычайно полезной — уж очень много магов-инвалидов, пострадавших в сражениях с демонической армией, у нас было. Многие из них рвались снова в бой, и эти протезы, сделанные по технологии древних, дали им возможность полноценно сражаться против демонической армии.

Так что я спросил, где находится кабинет профессора Норкела, и постучался к нему после второй пары.

Сегодня, как я уже выяснил, занятий у профессора не было, и я, зайдя после полученного разрешения, тут же учуял в воздухе пары спиртов. Потеряв руку и ногу, профессор явно отчаялся и нашел утешение в алкоголе.

— А, Эйсон! — приветственно махнул он мне рукой. — Слышал, слышал, все только и говорят о том, как ты отличился. Горд, что был в одной с тобой армии. И очень жаль, что повоевать успел всего несколько секунд.

Я тактично сделал вид, что не замечаю ни запаха, ни винных пятен на ковре от опрокинутых по пьяному делу бутылок, ни странно блестевших глаз профессора и его не совсем внятной речи.

— Если помните, профессор, я обещал вам, что у меня будет для вас предложение.

— Предложение? Помню, конечно. Я тот проклятый день теперь во всех деталях буду всю жизнь помнить, вплоть до своего печального конца…

— А что, если я скажу вам, что существует технология древних, позволяющая человеку без ноги эффективно охотиться даже в опасных порталах?

Профессор не был настолько пьян, чтобы не понять, что я имею в виду. Он вначале замолчал, осмысливая услышанное, потом медленно проговорил:

— Это точно не какая-то шутка?

— Разве я похож на человека, который будет шутить на такую тему? — укоризненно спросил его.

Профессор очень хотел побыстрее протрезветь, чтобы обсудить со мной услышанное. Схватив со стола графин с водой, он выхлебал не меньше литра. Знал бы, прихватил бы с собой эликсир для протрезвления. У профессора его явно не было, потому что он не планировал быть трезвым.

Немножко придя в себя, он жадно принялся расспрашивать меня о деталях. Я все рассказал и предложил ему нарисовать готовую схему для изготовления артефакта. Он дрожащими руками немедленно протянул мне лист бумаги. Я нарисовал схему и передал ему. Он долго смотрел на нее, потом сказал мне:

— Спасибо… Мои друзья артефакторы в Академии быстро сделают этот протез. Только я не знаю, чем могу отплатить за эту бесценную информацию…

— У меня одна просьба — никому не рассказывать, что вы получили ее от меня. И можете, если желаете, поделиться с другими людьми, которые нуждаются в таком протезе. Делать тайну из такой вещи — преступление.

— И больше ничего? — очень удивился профессор.

— Да, мне ничего не нужно. Вы пострадали, сражаясь за свою страну. Удачи вам!

Ну что же, остается надеяться, что возможность снова ходить на портальную охоту профессора оживит. И он прекратит жалеть себя, заливая горечь от ран алкоголем.

Наконец, настал день бала, устроенного королем по случаю победы на войне. Мероприятие обещало быть не только очень длительным, но чрезвычайно помпезным и пафосным. Одно было хорошо — нам с Джоан дали возможность за два дня до него вместо занятий выбраться в столицу, чтобы обновить гардероб, это улучшило наше настроение. В день бала ректор тоже нам разрешил на занятия не ходить. И посоветовал с утра подольше поспать, чтобы легче было выдержать минимум десять часов на балу. Причем большая часть его будет отведена на танцы.

Меня также проинформировали из королевского дворца, что я не должен покидать бал ни на минуту, потому что король будет меня награждать. Как, чем и когда — все это сохранялось в тайне. Мне, конечно, было любопытно, что там у короля за идеи по этому поводу. И не только мне — Джоан вся извелась, прикидывая:

— Точно должны разрешить нашу свадьбу. Папе король тоже ничего не сказал, но я практически в этом уверена! Король обещал, что если ты отличишься на войне, он это обязательно сделает. А ты отличился, да еще и как! А вот дальше сложно все. Он тебя только бароном сделал недавно и имение подарил. Вряд ли он решится дать тебе более высокий титул, чтобы не гневить знать, которая иногда десятилетиями ждет возможности получить новый титул… Даже короли не совсем свободны в своих решениях.

— Ну вот и посмотрим, даже интересно, что же там будет. Как он выкрутится…

— Ты, главное, перестань делать недовольное лицо, когда про бал думаешь. Ты теперь не хромаешь, танцевать научился, давай просто постараемся получить удовольствие! И не ворчи так… раз женишься на мне, нам теперь часто придется ходить на такие мероприятия. Положение королевской племянницы обязывает. А когда еще и наш клан высоко поднимется в иерархии, то вообще приглашений на такие мероприятия будет очень много!

Я улыбнулся, хотя эмоции испытывал совсем противоположные. Ну, если балов, которые надо посещать, будет очень много, то я, пожалуй, буду с нетерпением ждать новой войны с демонами! Вот уж когда точно будет не до балов!

Глава 12

Отправились мы на королевский бал с ректором и Келертом. Про Хендо пока никакой информации не было, так что нашу карету усиленно охраняли. Помимо архимагов ректор прихватил и одного из грандмагов. Всю охрану мы оставили у площадки, возле которой из портала высаживались гости из более отдаленных локаций, чем Академия. В этот раз карету ректору не предоставили, как тогда, когда мы ходили к королю на совещания. Видимо, дело было в том, что народу тут было полно, и карета просто не смогла бы ехать по дороге ко дворцу, не мешая остальным гостям.

К дворцу мы подходили в шумном потоке дорого одетых аристократов всех возрастов. Разве что младше десяти лет никого не было, по понятным причинам, они бы такой длинный бал не выдержали. Увидел, что не все разрушения от недавнего ночного нападения уже устранены в округе, но строительные работы по восстановлению разрушенных или поврежденных зданий были в самом разгаре. На нашу небольшую компанию то и дело косились, но вслух не обсуждали. И не поймешь, кто из нас больше привлекал внимание. Ректор, брат короля? Его дочь? Двое никому внешне неизвестных мужчин, почему-то составлявших им компанию на таком важном мероприятии? Я был уверен, что имена Келерт и Эйсон после войны на слуху, но лишь немногие знают, как мы выглядим…

В бальном зале королевского дворца я еще ни разу не был. А он стоил того, чтобы в нем побывать. Невероятно огромный — достаточно сказать, что крыша опиралась на четыре десятка двадцатиметровых колонн. Пиршественные столы, пока что пустые, стояли вдоль трех стен, гости толпились посередине зала, а у четвертой стены возвышался огромный мраморный трон. Из-за того, что зал был таким просторным, трон сделали раза в три большим по размеру, чем он был в тронном зале, в котором я уже побывал. Иначе бы он выглядел мелким и смешным, что никак бы не порадовало короля.

Возле трона виднелась казавшаяся крохотной с большой дистанции точка — это спал, свернувшись в клубок, демонический питомец короля. Других я в зале, к своему удивлению, не увидел — странно, обычно их таскали с собой на пиры и балы вполне свободно, в том числе и для демонстрации своего богатства. Я рассудил, что, вероятно, на балу столь высокого уровня бедных людей, которые не могли бы себе позволить такого питомца, и нет, так что и смысла никакого нет им хвастаться. Ну или есть какой-то этикет, не позволявший тащить их на подобные балы. Возможно, только король и держит тут своего питомца, показывая тем самым свой уникальный статус.

Через десять минут гости перестали прибывать. Часы на стене пробили два часа, и огромные двери закрыли. Не удивлюсь, если опоздавших попросту уже в зал не пустят, да еще и внесут в черные списки. Это же не просто бал, а бал в честь великой победы над более сильным соседом. Он имеет важнейшее символическое значение для всей страны. Если на такое мероприятие опаздываешь, то могут решить, что тебя не радует победа твоей страны. Могут и лорда Жардена попросить разобраться, кто это там и почему страну и короля не любит…

Ректор провел нас по блестевшему мраморному полу поближе к трону, имел право. И тут же познакомил меня с членом своей семьи, о котором — вернее, которой — я, конечно, слышал, но раньше ее никогда не видел:

— Келерт, Эйсон — позвольте представить вас моей тетушке, герцогине Рогенрат.

Герцогиня, которая была к тому же и грандмагом, выглядела как энергичная добродушная старушка. Вот только я точно знал, что никаким добродушием там и не пахнет, это всего лишь маска. Все, кто знал ее хоть сколько-нибудь близко, считали ее стервой. Самой что ни на есть. Ни с кем не считавшейся, кроме короля. По всем предположениям, короля она уважала только потому, что свергать его и занимать трон почему-то не хотела.

Вполне возможно, догадывалась о том, что за внешней ширмой самой приятной работы на свете — властвовать над миллионами — на самом деле скрывается адская головная боль. Быть герцогиней и грандмагом явно было намного веселее. Тем более боевым грандмагом, регулярно посещающим опасные портальные локации.

Естественно, все эти отзывы о герцогине я получил в будущем, во время болтовни у костров. Тогда она была генералом в демонической армии, поскольку завела питомца одной из первой, подпав под его влияние задолго до начала войны. Наши архимаги смогли ее уничтожить во время грандиозной операции — заманили ее в ловушку, в которой было столько активированной взрывчатки, что даже пассивная защита боевого грандмага не совладала со взрывной войной. Мне тогда было лет двенадцать, и я помню, как вдохновила всех эта новость, показавшая, что и без собственных грандмагов мы способны убивать вражеских!

Рогенрат улыбалась нам так, что аж ямочки на щеках появлялись! Кто не знает ее натуры, сразу поверит, что она вечерами вяжет носки, чтобы потом раздать их бедным. Но меня эти ласковые голубые глаза не могли обмануть. Информация — сила.

Ректор сказал ей пару слов про меня с Келертом. Мол, мы руководили большим военным отрядом и очень серьезно потрепали противника на недавней войне. На Келерта милая старушка и не взглянула, а вот я привлек ее внимание.

— Тот самый? — спросила она тихо, наклонившись к уху ректора. Но недостаточно тихо, чтобы я не услышал.

Тот кивнул.

Дальнейшее общение с непростой старушкой прервал голос сенешаля. В этот раз, в отличие от тронного зала, он использовал для усиления какой-то артефакт, потому что его голос прокатился по огромному залу рокотом обрушившейся на песок пятиметровой морской волны:

— Его величество Драск Великодушный!

Король важно вышел из большой двери за троном и пошел к нему. Все склонились в поклоне, который не принято было прекращать, пока король не усядется на трон. И правильно, нечего глазеть на короля, когда он поднимается по крутым ступенькам к трону. Он же тоже человек, мало ли поскользнется, нечего на это смотреть подданным. Они должны быть уверены, что короли непогрешимы настолько, что даже и поскользнуться не могут!

Ну а дальше началось награждение.

Одного за другим вызывали тех, кого король решил почтить лично, пригласив на этот бал.

Первыми, естественно, пошли принцы. Каждый получил в награду по древнему артефакту и имению. Меня больше интересовали артефакты, но, к сожалению, названия их не оглашали, просто выдавали принцам в красивых коробках. Жаль, было бы познавательно узнать, что именно они получили.

Затем наградили всех генералов, включая новоиспеченного генерала Гансела. Тут уже раздавали титулы или имения. Ганселу дали имение, остальным — более высокие титулы. Видимо, кому чего не хватало.

А вот затем позвали Келерта, и сенешаль посмотрел на меня, когда его вызывал. Намек понятен — приготовиться.

Келерт стал графом, получил чин полковника, а также графское имение. И я даже понял по названию, где оно находится, — ему отвели земли на бывшей территории Сисерии, примыкавшей к Лукскому графству, которые я прекрасно изучил с целью возможных атак на них. Теперь эти земли Сисерия потеряла в наказание за то, что напала на нас, и я тут же оценил награду Келерта. Черт, да там будет по размеру примерно с половину Лукского графства! И расположение прекрасное — там проходят две из трех дорог, что сделали Лукское графство таким богатым за счет транзита огромного количества товаров.

Адские демоны, наш проректор становится очень состоятельным и влиятельным аристократом! Теперь самое главное, чтобы он не бросил работать в Академии — зарплата здесь для него больше не сможет представлять никакого интереса. У меня даже холодок по спине пробежал, когда я представил возможные последствия его увольнения. Поселится в своем графстве, да еще не дай боги прикупит себе маркона. И не будет потом никакого гениального полководца Келерта, противостоящего демонам, будет еще один генерал в демонической армии у них на поводке!

Но дальше развить мне эти пугающие мысли не дали — сенешаль, едва Келерт, пятясь, вернулся после награждения на прежнее место, громко сказал:

— Эйсон, барон Эрегарский!

Так, теперь моя очередь. Интересно, что подарят мне за мой скромный вклад в эту победу?

Я встал перед троном и поклонился. Опущенный взгляд закономерно уткнулся в демонического питомца, дремавшего около ноги короля. Я знал, что так и будет, поэтому выгнал из головы все мысли о ненависти к демонам, пытаясь разжечь в себе любопытство по поводу награды.

— Эйсон, барон Эрегарский, за мужество в бою и умелое руководство на своем посту награждается воинским чином капитана и личным питомцем его величества!

Вот так награда! Нет, если бы мне разрешили его прибить и извлечь сердце, то награда вполне себе меня бы устроила… Эликсиры полезные из него наделал бы. Но питомцев, принадлежащих королям, понятное дело, дарят не для этого. Это явно какой-то знак отличия… Понять бы еще, насколько важный!

Возле питомца тут же появился какой-то человек, небрежно подхватил его за ошейник, поднял на ноги и потащил ко мне. Знал бы он, что тащит высшего демона в ранге минимум архимага, — обделался бы от ужаса на этих же ступеньках. Но нет, нельзя думать об этом, нельзя. Настоящее испытание на контроль своих эмоций — ведь эту тварь подтащили ко мне и бросили около моей левой ноги! Держаться, держаться! Небо голубое, дворец красивый, питомцы пушистые и симпатичные, тра-ля-ля!

Краем глаза выхватил несколько лиц незнакомых аристократов слева от себя — те нахмурились. А раз хмурятся, значит, мне оказали большую честь, необычный подарок очевидно является очень ценным.

А затем сенешаль, вместо того чтобы дать мне знак поклониться королю, поблагодарить за подарок и отойти назад, продолжил:

— Также его величество Драск Великодушный оглашает свое решение о подготовке свадьбы своей племянницы Лорейн, дочери герцога Картана, с Эйсоном, бароном Эрегарским!

Я надеялся это услышать, и вот оно — король не нарушил свое обещание! Вот теперь сенешаль дал знак вернуться на место, и я последовал требованиям ритуала. Оказавшись рядом с Джоан, взял ее за руку — теперь имею право! Ситуацию портила только тварь, сидевшая около моей ноги. Но я даже думать себе об этом запрещал!

Бывший маркон его величества короля Драска Великодушного, королевский бал

Полтора года маркон пробыл королевским питомцем, старательно устанавливая связь, которая должна поработить короля, и вдруг его сделали подарком для безмозглого юного барона. Если бы взглядом можно было убивать… Но нет, прикидывающийся безобидным и полезным питомцем высший демон не мог себе позволить нарушить маскировку даже яростным взглядом… Дисциплина и терпение прежде всего, чтобы однажды людишки встали на свое место в пищевой цепочке…

И что теперь — вместо того, чтобы собирать информацию прямо у королевского трона и принимать важное участие в силу этого в совещаниях своих собратьев, он будет годами сидеть в каком-то затхлом поместье, где никогда ничего интересного не происходит? Какое падение! Какое разочарование! Ну ничего, его счет к людям только вырастет за это время. С каким наслаждением он будет убивать их и жрать, когда наконец придет время выступать!

Но что плохо — все его труды по подчинению воли короля своей теперь пошли насмарку. Не хватило всего-то полугода… Если бы он успел, то король покорился бы его воле, сиди он сам хоть в болоте за тысячу километров от столицы. Но теперь всю работу с самого начала предстоит выполнять уже его преемнику. Одно утешает — без питомца король не останется, ему немедленно купят нового маркона. И авось в этот раз это будет грандмаг, а не архимаг, как он. Тогда процесс подчинения пойдет быстрее.

А ему придется смириться… В конце концов, важнее всего общее дело — приближающее тот миг, когда человечество будет порабощено.

Герцог Ражген, королевский бал

— Отец! — зашипел в ярости на ухо герцогу его сын. — Слухи подтвердились! Король все же решил нанести нам это нестерпимое оскорбление! Отказать нам, чтобы выдать племянницу за безродного баронишку!!!

— Тише ты, еще кто-нибудь услышит! — шикнул на него отец. — Для всего есть свое время, и мы этого так не оставим. У нас будет возможность отомстить!

Герцог Жентель, королевский бал

Герцог молчал, молчал и его сын. Вот только молчание это ничего не значило. Хорошо знавший обоих аристократов человек, взглянув на них, мог бы подтвердить, что оба сейчас в ярости. Смертельной ярости.

Ну а припомнив, что только что огласил сенешаль, понять и причину. Два года назад сын герцога сватался к дочери герцога Картана, Лорейн. Был ей высмеян и получил решительный отказ. А теперь вот оглашена эта информация о грядущей свадьбе…

Герцог и граф посмотрели друг на друга. Потом взглянули на Эйсона. Потом снова друг на друга. И одновременно кивнули. Отец и сын были единодушны — так оскорбительно обращаться с главой клана, входящего в двадцатку, и его наследником без последствий нельзя. И это оскорбление можно будет смыть только кровью.

Герцог Джелли, глава клана «Могучих»

Это было… унизительно. Видеть, как король осыпает почестями главного врага клана, и не иметь никакой возможности хоть что-то делать. И что же там такое этот Эйсон совершил, пока был в армии, что получил в подарок личного питомца короля? В отличие от многих аристократов вокруг, возмущенных возвышением «выскочки», Джелли не считал, что Эйсон получил свои награды просто по факту грядущей женитьбы на королевской племяннице. Когда провалилось столько попыток убить молодого парня, да еще с такими потерями, нужно быть дураком, чтобы считать его пустышкой…

Нет, это очень опасный враг, к тому же прекрасно соображающий. Взять хотя бы то письмо, что он прислал после начала войны, предлагая примириться на ее время. Он же не оставил ему выхода, кроме как ответить таким же письмом с согласием. Правда, Эйсону это письмо не отдали — свой человек в Академии зарегистрировал его как полученное, но студенту в руки не передал. Мало ли все же подвернулась бы удобная возможность убить его. В этом случае письмо тут же бы и «потерялось». Но ответить согласием было нужно, мало ли копия этого письма была отправлена и королевским чиновникам. Тогда могла нагрянуть проверка, и вот в этом случае письмо бы немедленно «нашлось», демонстрируя, что клан законопослушен и старательно соблюдает правила.

Герцог решил, что пора переговорить с достигшим генеральской позиции членом клана, Ганселом. Давно такого не было, чтобы кто-то из клана стал королевским генералом… лет сто пятьдесят так точно. Наверняка он хоть что-то знает о том, за что Эйсон получил свои награды. Надо прямо на балу договориться о личной встрече завтра с утра. И не спеша, тщательно все обсудить в клановом особняке.

Отомстить очень хотелось поскорее, но спешка, как показала практика, против этого необычного врага не помогает, а только мешает. Учитывая уже понесенные кланом потери, с Эйсоном надо разбираться предельно аккуратно, все как следует просчитав. Но и тянуть тоже нельзя, надо управиться до свадьбы. Одно дело убить обычного студента, другое — мужа королевской племянницы.

Эйсон, королевский бал

Церемония награждения длилась еще почти час. Знатные аристократы выходили один за другим, получая имения, артефакты и титулы. Даже интересно — все ли из награжденных хоть раз были на поле боя? Отметил — больше никому ничего личного из собственности короля не подарили. Похоже, подаренный мне маркон действительно был знаком особого благоволения со стороны его величества!

Едва закончилась процедура награждения, как король милостиво кивнул, и тут же заиграла музыка. Стоявшие неподвижно аристократы тут же расслабились. Начались громкие разговоры и поздравления награжденных.

Прежде всего, конечно, все поздравили нас с Джоан по случаю получения разрешения на свадьбу. Это сделали все аристократы, стоявшие неподалеку. Я и не знал большинства из них! А затем настало время и для выражения почестей новоявленному графу.

— Граф, мои поздравления! Но, надеюсь, вы не покинете Академию? — обратился ректор к Келерту.

Видно было, что тот все еще ошеломлен щедрым подарком. Учитывая размер подаренных земель, Келерт внезапно превратился из обычного проректора с самым низким титулом эсквайра в важного аристократа, способного быстро сколотить миллионное состояние. И то, что он стал графом, тоже, конечно, приятно, но первое было важнее. Безземельных графов в королевстве хватало, а вот обладателей таких огромных имений, да еще и расположенных в лакомом месте, а не где-нибудь на отшибе, всегда было не так и много. Да многие герцоги, наверное, сейчас капали слюной, завидуя новоиспеченному графу!

— Я тоже рассчитываю на то, что вы останетесь в Академии, граф, — сказал я, — без вас она не будет прежней!

Келерт помолчал немного и ответил:

— И действительно, не представляю себя сидящим в замке и считающим налоги, полученные с разводчиков овец и проезжающих по моим дорогам купцов. Если вы, ваша светлость, не против, я останусь работать проректором!

Фух! Я обрадовался. Не получится из Келерта классического феодала. Он будет по-прежнему работать в Академии, а значит, у него не будет своего демонического питомца. Правда, это его решение в данный момент, пока на него не обрушился золотой поток с его нового имения. Деньги часто меняют людей… Остается только надеяться, что это не случай Келерта…

Глава 13

С ритуалами закончили, и Джоан тут же наклонилась к моему питомцу и начала его тискать:

— Ух, какой пушистый! Повезло тебе, Эйсон, сам король тебе его пожаловал! Обычный питомец стоит под сотню тысяч золотых монет, а подаренный королем и вовсе бесценен!

— В два раза дороже стоит, наверное? — спросил я ее.

Джоан огляделась, словно прикидывая, не слышал ли нас кто-то не из нашей компании. А потом наклонилась к моему уху и прошептала:

— Личный питомец короля — это награда почище твоего баронского титула и имения! Это уникальная вещь! И его вовсе нельзя продавать — такая награда бесценна. Если ты его продашь, то тем самым дашь королю сигнал, что не уважаешь его. После такого лучше сразу бежать из страны! А так — купить, конечно, у тебя его купят. Минимум за полмиллиона золотых монет…

Да уж! Не то чтобы я собирался продавать демонического питомца. Это же фактически передать кому-то лично демонического хозяина. На такое я не способен, я готов только убивать этих тварей, а не помогать им порабощать людей. Так, спокойно, Эйсон, спокойно! Думай о другом!!!

О другом… Тут же пришла в голову новая мысль.

— А помнишь, мне принц Тибор недавно артефакт со своей шеи снял и подарил. Тот, что я тебе отдал. Его можно было передаривать? Я не нанес ему этим обиду? И как со стоимостью этого артефакта?

— С этим попроще. Из-за того, что он принадлежал принцу, — да, артефакт станет дороже другого подобного. И продавать его тоже не стоит. Хотя тут все не так фатально. Был бы Тибор королем, тогда другое дело…

От питомца пока что удалось избавиться. Я подошел к тому же слуге, что привел мне маркона, и спросил, куда его девать — ведь скоро нужно будет танцевать. Тот предложил пока что присмотреть за ним. Я тут же согласился, и демонического питомца увели куда-то из зала. Сразу же вздохнул поспокойнее — тяжело каждую секунду контролировать свои мысли.

Ну а затем начался бал! И естественно, право на первый танец отвели нам с Джоан, исходя из нашей особой ситуации. Несмотря на то, что на балу, конечно, присутствовала и дочка короля. И я даже увидел ее, когда закружил Джоан в танце под заигравшую музыку. Принцесса стояла и смотрела на нас с такой завистью, что я даже посочувствовал ей. Надеюсь, король все же найдет ей жениха…

Пока аристократы танцевали, обслуга, выходя из дверей прямо напротив столов, шустро их сервировала. Соблазнительные запахи потянулись по всему залу. Устроено тут все было разумно — остыть невероятно вкусным блюдам никто бы не дал, так что, едва столы накрыли, музыка затихла, и сенешаль пригласил всех занять места за пиршественными столами.

Герцог уверенно двинулся к небольшому столу на три десятка мест, расположенному ближе всего к трону. Мы с Джоан потянулись за ним. К Келерту тут же подскочил один из слуг и предложил провести его к месту, отведенному ему. Естественно, не за этим столом для приближенных короля, куда пошли остальные участники нашей компании. Вот тебе и один из главных героев только что выигранной войны с очень сильным противником… Впрочем, по его лицу я понял, что он вовсе не обиделся. Таковы порядки, которым сотни лет, он и так внезапно подскочил вверх в иерархии королевства, став графом. Не говоря уже о тех богатствах, что получит с таких ценных земель. За своим столом, надеюсь, он будет звездой.

Меня посадили между тетушкой Рогенрат, сидевшей сразу за принцами, и Джоан. Судя по тому, что я знаю об этикете, это жирный намек на то, что хотя мы с Джоан браком еще не сочетались, меня уже рассматривают в качестве ее будущего мужа.

На такого рода мероприятиях принято поддерживать светскую беседу. Тетушка-грандмаг немедленно принялась задавать мне множество вопросов. Обо всем на свете, начиная с того, какая погода обычно в это время года в моем родном городе, и до того, хорошо ли я спал предыдущей ночью. Вопросы казались поводом для бессмысленной болтовни, но я не расслаблялся — нет никаких гарантий, что пятнадцатый или двадцатый вопрос не будет по-настоящему важен для собеседницы. Грандмаг все же, а они всегда знают, что делают. Так что я улыбался, отвечал на вопросы, но был настороже. И оказался прав — вслед за кучей бессмысленных вопросов я получил следующий:

— А после свадьбы кто в вашей семье будет главным, барон? Не страшно жениться на королевской племяннице?

— Любовь, мастер, любовь будет главной в нашей семье, — не задумываясь, ответил я ей.

— Хорошо выкрутился! — хмыкнула старушка.

Похоже, тетя короля сама или по просьбе короля решила прощупать, планирую ли я быть подкаблучником у Джоан. Вот и зачем им это нужно знать?

Тем не менее вопросы от Рогенрат не особенно мешали насладиться прекрасной кухней. Да и в целом, по сравнению с войной было спокойнее. И в принципе, после того как повоевал, мирная атмосфера всегда расслабляет.

Я, по понятным причинам, предварительно навел справки у Джоан, возможны ли неприятности на этом балу. Ясное дело, я догадывался, что многим не понравится и очередная награда от короля в мой адрес, и наш предстоящий брак с Джоан. Да и «Могучие» вряд ли угомонятся. Но она сказала, что на такого рода балу вряд ли кто-то осмелится вызвать меня или кого-то еще на дуэль. Чревато…

Король, организуя такое пышное событие, вовсе не хочет никакой конкуренции за внимание — все оно должно быть уделено исключительно ему. Так что теоретически можно устроить скандал и вызов на дуэль, но последние лет пятнадцать этого никто не делал. Хватило уроков предыдущих зачинщиков дуэлей на королевских балах. Три раза инициировали дуэли при нынешнем короле на его балах, и все три инициатора очень плохо кончили. Один вскоре попал в тюрьму по обвинению в государственной измене, один был изгнан после победы на дуэли, причем ему не дали даже возможности продать свое имущество, оно было обращено в доход казны. А третий, проиграв дуэль, но уцелев на ней, был бесславно зарезан какими-то бандитами через пару дней в темном переулке. Аристократы намек поняли и старались теперь вести себя спокойнее. Есть множество других мероприятий, на которых нет проблем бросить вызов на дуэль, к чему же рисковать, зля короля?

Так что, несмотря на то что вокруг было наверняка полно тех, кто меня ненавидел, я достаточно расслабленно проводил сегодня время. Даже начал какое-то удовольствие получать, к своему удивлению. Кормежка была отменной, королевская кухня заслуженно считалась лучшей в стране. Правда, несколько лет подряд ей небезуспешно бросал вызов граф Лукский, но это было до войны. Вряд ли в ближайшее время ему будет до того — надо восстанавливать разрушенную экономику. Ну и вернуть мне мои полмиллиона, разумеется.

Только я вспомнил про графа, как тут же мы с Джоан наткнулись на Альту, очень довольную, прямо-таки сияющую, которая шла под ручку с невысоким седым человеком.

— Лорейн, Эйсон! — радостно сказала она. — Познакомьтесь с моим отцом, графом Замнером. И примите нашу благодарность за вашу помощь!

В отличие от своей дочери, граф Замнер никакой радости на лице не выказал. Он старался, да, но ничего не получалось. Интересное и очень выразительное у него было лицо, с узкими хитрыми серыми глазами и с мясистым носом. Ничего похожего на красотку Альту — она, видимо, в мать пошла. Лично я видел лицо скупца, который очень не хочет возвращать долг. Он бекал и мекал про неизбывную благодарность за помощь в адрес моей спутницы, но тут же старательно намекал на то, что с деньгами сейчас очень туго, экономика разрушена войной, и просил подождать.

От такого откровенного нежелания своего отца платить по долгам и Альта расстроилась. Вся ее радость исчезла, и она смотрела на нас извиняющимся взглядом. Мне стало ясно, что она-то точно не притворялась, одалживая у нас деньги, и собиралась их вернуть! Хоть какой-то шанс есть.

Мы, наконец, отошли от Замнера с дочерью, и тут снова заиграла музыка. Мы с Джоан тут же закружились в танце. Я молчал, и она не выдержала:

— И что ты молчишь? Почему не говоришь, что ты предупреждал меня? Ведь тоже уже понял, что Замнер планирует мутить с долгом…

— Ой, не переживай ты так! — сказал я ей. — Деньги мы вернем! Правда, вряд ли это будет легко, но мы же не боимся трудностей, верно?

— Не боимся, когда сами их себе не создаем, — уныло ответила она. — А я себя чувствую сейчас дурой!

Постарался утешить ее, напомнив, что король сегодня разрешил нашу свадьбу, и я не потерплю от нее уныния в такой важный день. Это мою невесту быстро взбодрило.

Наконец, бал закончился. Люди начали расходиться, мне немедленно привели маркона. Эх, и куда его девать? В мое поместье везти нельзя, там никого сейчас нет, питомцу нужно особое помещение и присмотр. Давать ему сбежать никак нельзя — король явно обидится, если я утрачу его подарок.

К счастью, на время проблема решилась. Видя мое замешательство, ко мне неожиданно подошла тетя короля:

— Если питомца негде держать, можешь пока что отвести его в магазин марконов неподалеку отсюда. У них полно пустых вольеров, за небольшую плату они согласятся его подержать, пока ты не подготовишь помещение.

Поблагодарил Рогенрат за подсказку и так и сделал. Учитывая, кто преподнес мне этот подарок, ректор даже сопроводил меня до магазина и подождал, пока я уладил все формальности. Передержка питомца обошлась мне в десять золотых в день. Только три вольера из десяти были заняты, как и говорила грандмаг. Заодно я и уточнил цены — марконов продавали от восьмидесяти до ста тысяч золотых монет. Цена колебалась в зависимости от размера и окраса. Приведенного мной питомца сразу же узнали — именно из этого магазина его и продали какому-то важному аристократу, а тот подарил его королю. Ну и, услышав, что это королевский подарок для меня, обращались со мной чрезвычайно учтиво.

По пути в Академию думал о том, что делать с неожиданным подарком. Первая мысль, конечно, была подстроить ему несчастный случай. Хоть сердце извлеку на эликсиры, уже подарок не будет бесполезным. Но нельзя. Всенепременно кто-нибудь представит гибель питомца как мое пренебрежение королевским подарком. Мол, кормил плохо или не ухаживал за ним вообще. Никто же не знает, что это замаскированный высший демон-архимаг, который может полгода голодать и прекрасно себя чувствовать. А то и грандмаг, который и год протянет без пищи. Так что тварь придется пока что поберечь…

Решил, в конце концов, что поищу строителей, чтобы они оборудовали в подвале моего поместья мощную клетку для маркона. А также найму несколько человек, чтобы следили за ним, кормили и все такое. Наверняка мне в магазине подскажут, где можно нанять таких специалистов. Ну а затем я начал думать над тем, как бы убить тех марконов, которых увидел сегодня в клетках в этом магазине. Взорвать, что ли, вместе с магазином?

Размышления прервало окончание поездки. Все очень устали, так что тут же разошлись к себе. Через десять минут я прокрался в квартиру Джоан. Нет, у меня не было сомнений, что архимаги, охранявшие ее, замечают мои маневры, включая ночевку, но я был уверен, что им на это плевать. Вряд ли они очень счастливы, что ректор поручил им охранять свою дочку, так что за ее моральным обликом они точно следить не будут. Это уже слишком для магов такого высокого уровня.

Я обнаружил, к своему удивлению, что, несмотря на позднее время, внутри уже радостно щебечет с Джоан Эрли, успевшая к подруге раньше меня. Да еще и девчонку какую-то со второго курса привела, с которой недавно сдружилась, когда Джоан стала много времени проводить с Альтой. Я только имя этой ее подружки знал — Аллин. Провинциалка — может, потому Эрли с ней так и сдружилась. И почему Джоан их пустила к себе в такое позднее время?

— Такой важный день у вас сегодня! Король разрешил вам пожениться! И когда у вас будет свадьба? — спросила Аллин Джоан, едва я уселся за стол к ним. — Может, на следующей неделе и сыграете, чтобы не тянуть до сессии?

Джоан усмехнулась. Да, я помнил ее рассказ, что дело это не такое простое, как кажется провинциалке. Сам уже был в этой ситуации… Но тем не менее Джоан вполне терпеливо принялась отвечать. Я так понял, ей самой было приятно говорить обо всех этих важных процедурах:

— Сначала будет торжественная помолвка — теперь, когда король разрешил нам пожениться, ее можно провести. Думаю, в течение пары недель нам получится провести эту церемонию… Если будем быстро бегать. Ну а сама свадьба… Думаю, месяца через четыре, не раньше. Сразу после помолвки нам придется покинуть на несколько месяцев Академию. По традиции нужно будет посетить пару десятков приемов, организованных различными кланами и герцогами. Но обязательно нужно посетить приемы в десяти ведущих кланах. Чтобы они могли познакомиться с мужем королевской племянницы.

— Вот оно как! — искренне поразилась Аллин. — А что так все сложно-то?

— Потому что я лицо королевской крови, — горделиво сказала Джоан, — и мой муж получает право на наследование престола. У Эйсона даже свой номер в очереди будет. Несложно посчитать — он будет на пятом месте. Вначале три принца, мой отец, а затем Эйсон, как мой муж. Поэтому вся аристократия и должна познакомиться с тем, кто может однажды, хотя бы и чисто теоретически, получить право на престол.

— А как же ты, как племянница? И тетя короля? И принцесса, его дочь? Вы же все прямые родственницы короля, в отличие от Эйсона? — удивилась Аллин.

— В нашем королевстве женщины идут в счет, только если никого не осталось по мужской линии. Да и, в принципе, трудно ожидать, что женщина взойдет на престол. Все зависит от поддержки высшей знати. А ей легче найти какого-нибудь амбициозного герцога с древней родословной… Вот где-нибудь на островах это совсем не важно, вполне может править и королева.

— Надо же, какая дискриминация, — покачал я головой, эта информация была новой и для меня. — А что там с детьми у принцев? Они же наверняка будут ближе, как наследники?

— Только мальчики, но пока сыновей у принцев нет. Есть только две девочки, по одной у старших братьев. А Тибор еще даже и не женат.

— Ясно… — кивнул я.

Да уж, просто все не будет! И если на права наследования мне было наплевать, то вся эта тягомотина со свадьбой немного напрягала. Напоминала смотрины, что устроили лично мне, у высшей аристократии королевства. С другой стороны, было и два несомненных плюса. Первый — на какое-то время мы с Джоан покинем Академию. И нас при этом не отчислят, а потом спокойно переведут на второй курс. Очень даже неплохо, отдохнем от занятий! Второй — вот ни в жизнь не поверю, что все эти приемы для высшей знати будут проходить пресно и скучно. Наверняка меня не раз и не два попытаются убить, вызвав на дуэль. Всякие там бывшие женихи Джоан, да и «Могучие» вряд ли будут сидеть на попе ровно. Это бодрит! Приятно будет поставить зазнавшихся аристократов на место. Ну и проредить их ряды, отправив часть на тот свет. Все равно все они владельцы демонических петов, так что либо порабощены ими, либо скоро будут порабощены…

Ну а что касается прав на престол, то меня это не интересовало от слова совсем. Почти вся высшая знать располагает своими демоническими питомцами, которые ее порабощают. Даже если предположить, что я в силу цепочки смертей короля и других претендентов на престол получу возможность занять этот трон, то долго я на нем не продержусь. С каждым месяцем высшие демоны все больше и больше контролируют высшую знать, поэтому королем скоро сможет быть только тот, кто тоже находится под таким контролем. Поэтому король Эйсон не сможет долго просидеть на престоле. Либо его оттуда скинут и посадят своего, порабощенного, претендента, либо высшие демоны раньше намеченного времени выйдут из тени и начнут войну против человечества.

Вскоре Джоан напомнила гостям, что уже очень поздно. Я откланялся вместе с сестрой и Аллин, но, конечно, через пять минут тихонько вернулся обратно. Джоан уже успела запрыгнуть в кровать. Я сходил в душ и присоединился к ней. Сел на краешек кровати, вспоминая богатый на сюрпризы день. Я теперь — владелец демонического пета! Ну и дела!

— Что это вы притихли, капитан Эйсон? — с любопытством спросила Джоан, присевшая в постели, напоминая о том, что я сегодня получил еще и первый военный чин. — О чем думаете?

— И верно! — сказал я. — Смысл отвлекаться на мысли, если можно действовать? Офицеру в такой ситуации думать противопоказано!

И опрокинул довольно взвизгнувшую девушку на постель.

Назавтра, конечно, все начали расспрашивать меня и Джоан о том, что было на балу. Вскоре по Академии распространились слухи о том, что я стал капитаном и мне лично король подарил своего питомца. Этому удивлялись и постоянно подходили меня поздравить. Поздравляли и с грядущей свадьбой с Джоан, но вот этому как раз не удивлялись. Все уже привыкли, что мы, как сиамские близнецы, ходим везде вместе. И догадывались, что долго без оформления отношений никак не обойдется.

Хендо, Шенское королевство

Сбежавший наследный принц Сисерии нашел себе приют в большом городе Шенского королевства. Где он будет жить, пришлось выбирать наугад, принц был достаточно умен, чтобы не поехать ни в одно из тех мест, в которых он был раньше. Просто ткнул пальцем, зажмурившись, в карту на стене — так и был сделан выбор.

Конечно, он понимал, что его будут искать. Как минимум отец. Знать бы еще зачем — чтобы убить или чтобы простить. Проверять не хотелось — риск в случае ошибки слишком велик. Да и отец откровенно разочаровал Хендо — слабак! Так разозлился на него всего-то из-за казни горстки предателей и его решительной атаки на Гилею, столицу презренного Аргента. Назначь он его главнокомандующим в самом начале войны, Аргент был бы быстро захвачен весь, принц в этом не сомневался.

Приходилось маскироваться. Его люди арендовали скотоводческое поместье на окраине города, выгнали всех прежних работников и прислугу и сами изображали теперь из себя умелых скотоводов. Принц не выходил из дома без маски, на всякий случай.

В своих людях он был уверен. Первое, чем он занялся, когда отец назначил его главнокомандующим, — начал формировать личный отряд из преданных ему людей. Беседовал с каждым из тех, кто был в ставке, стараясь понять, как его переманить на свою сторону. В итоге при нем теперь были грандмаг и четыре архимага, не говоря уже про других магов более низких разрядов. Амбициозные, уверенные в том, что его время в качестве правителя Сисерии однажды настанет, и готовые ему в этом помочь в расчете на щедрую награду…

Казна, которую он прихватил с собой, была большой, но принц не занимался самоуспокоением. Денег никогда не бывает достаточно. Поэтому его люди регулярно осуществляли походы в портальные локации на охоту, тренируясь и увеличивая размеры казны.

Понять, на что решился в отношении него отец, было непросто. С одной стороны, не было никаких публичных объявлений о том, что он больше не наследный принц, это хороший знак. С другой — это могло быть всего лишь ловушкой, чтобы заманить его обратно. Нет, домой возвращаться рано. И хороший вопрос — стоит ли вообще возвращаться. Скорее всего, все же стоит, но не чтобы покорно склонить голову перед отцом, а чтобы стать новым королем Сисерии.

Будучи суеверным, Хендо решил, что пусть боги подскажут ему, какие строить планы. Загадал — если удастся убить посмеявшуюся над ним Лорейн, то он сделает все, чтобы стать королем Сисерии как можно быстрее. Ну а если нет… То как может претендовать на королевский трон человек, не способный справиться с такой малостью?

Лучшие сыщики Шенского королевства были наняты анонимно и посланы в Аргент, чтобы следить за каждым шагом Лорейн и выбрать нужный момент для покушения. Игра начинается! Игра, ставкой в которой станет престол Сисерии!

Глава 14

Наутро оказалось, что подготовка к помолвке — тоже не фонтан. Готовиться приходилось, оставаясь в Академии и почти не пропуская занятий. Удалось увильнуть от пар всего пару раз — когда ездили в город к портным заказывать три костюма и когда посещали их же для финальной примерки. Ну, это для меня три костюма, а для Джоан заказали пять платьев.

Я спросил ее, к чему столько одежды, — и получил ответ, что это самый минимум для начала, на помолвку и на первый выход в свет после нее. Во время помолвки придется менять одежду один раз, значит, нужно два костюма. А костюм, который я надену во время первого бала, что мы посетим после помолвки, нельзя больше надевать. Потому как высшая аристократия дважды в одной одежде на разных мероприятиях не появляется. Стоит так сделать, и неизбежно пойдут слухи о стесненности в средствах. Так что костюмы и платья мы в ближайшие месяцы будем заказывать десятками. А сейчас взяли самый минимум, потому как вдруг за эти пару недель мода изменится. Очень нехорошо идти на прием в устаревшем костюме, понимаешь ли.

И хотелось мне всю эту моду и эти обычаи послать по всем известному адресу, но нельзя — на кону репутация Джоан. Мне-то что — если какому аристократу моя одежда не понравится, то я всегда готов дать ему смыть его разочарование его же кровью.

Как я был рад, что я больше не нищий, как в первые дни моего появления здесь! Учитывая, что дешевле пяти сотен золотых монет ни один костюм на таком уровне пошить было нельзя…

Вскоре подтвердилось наше с Джоан впечатление, что граф Замнер возвращать свой долг нам пока что не собирается. Альта дико стеснялась на занятиях каждый раз, когда наши взгляды случайно пересекались, и в столовой сидела тихо, как мышка, потупив взгляд. После освобождения отца из плена прежняя популярность к ней возвратилась, но было приятно, что она сделала выводы. К той компании, что ее бросила, когда у нее закончились деньги, она больше не вернулась, хотя ее не раз пытались переманить. Это касалось и столика в столовой, теперь она всегда сидела вместе с нами. И несмотря на то, что ее финансовые проблемы остались позади, она оставила прежние привычки постоянно носить новые платья. То ли потому, что эти деньги тоже были одолжены у Джоан, то ли сделала правильные выводы о том, что имеет истинную ценность, а что незначимо в этой жизни.

И как-то она попросила Джоан о личной беседе. Они отошли в сторону от нашей компании к окну, но через минуту Джоан помахала мне рукой — мол, иди к нам!

Подошел, и Джоан сказала:

— Альта, ты знаешь, что мы с Эйсоном скоро поженимся. У меня от него секретов нет. Тем более что он мне давал советы, когда ты обратилась по поводу выкупа для твоего отца.

Альта помялась, помялась, но потом вздохнула и сказала:

— Отец меня очень расстраивает. Я знаю, что у него есть деньги, чтобы вернуть долг за выкуп, он сам мне сказал об этом. Мол, не надоедай мне больше, я не буду возвращать долг столько, сколько возможно. Потребовал у меня учиться правильному обращению с деньгами — говорит, держи деньги при себе, сколько возможно, они работают и приносят другие деньги, а слишком много денег никогда не бывает! Мне очень стыдно, я знала, что он прижимист, но что настолько — понятия не имела! Ума не приложу, как смотреть теперь в глаза вам! И как, самое главное, вернуть долг!

Джоан попыталась успокоить ее. Я помалкивал — девчонка все равно не знает, что деньги были от меня. Стоял и думал — как теперь их вернуть. Идеи были разные. Забраться ночью в родовое поместье должника и поискать там у него тайники? Но оно наверняка огромное, и тайники быстро не найти. Уверен, когда сисерийцы захватили Лукское графство, они все там перерыли в поисках графских тайников. Каждому известно, насколько богато это графство. Альта говорила, что все тайники не нашли, а значит, остались самые трудные из них. Да, я умею их искать, меня очень хорошо обучили. Но это все равно будет непросто, и это уже работа, а не возврат долга!

Кроме того, даже если найду золота на полмиллиона, то чтобы вытащить его, это же надо настоящий рейд организовывать… Один человек больше чем на три-четыре тысячи золота вряд ли утащит. Итого — расходы на порталы, нужно планировать несколько ночей на поиски, значит, порталов шесть минимум. А когда найду, еще два портала нужны: доставить команду, загрузиться, вернуться обратно. И нужно будет нанять где-то сотню-полторы человек дополнительно, чтобы все утащить за один раз. Таких, чтобы молчали потом о происшедшем… А это нереально… даже если обратиться частным образом к Виде и Рроку. Все равно кто-нибудь из наемников однажды проболтается в какой-нибудь таверне, что помогал тащить несметные запасы золота из имения Лукского графа после войны.

Вывод — чтобы забрать полмиллиона, взятые у Зерелиуса, таким путем, придется потратить кучу денег дополнительно. И их тоже забрать у графа — то есть, по факту, у нашей подруги Альты. Ну и вся эта операция из-за огромного количества пособников вряд ли останется в тайне.

Кто-то из них проговорится, информация дойдет до графа Замнера, он пойдет к стражникам требовать поиска тех, кто его ограбил. Архимаги, что должны открывать все эти порталы во владения графа, тоже уязвимое звено — услышав об ограблении, они могут сами прийти и сообщить все, что знают, о полученном заказе. Конечно, представляться им при найме необязательно, лучше замаскироваться как следует, но все это очень дурно пахнет. Если размотают все ниточки, то меня обвинят в уголовном преступлении. То, что граф нам должен, не дает мне права самому врываться к нему и искать эти деньги на его земле…

Значит, нужно действовать иначе. Без всех этих сложных шагов… Надо попытаться его припугнуть… Чтобы сам долг отдал.

— Скажи, Альта, а с кем твой отец дружит при королевском дворе? И с кем враждует? — спросил я.

Та посмотрела на меня несколько недоуменно. Непростой вопрос, требующий большого доверия к тому, кто его задает, чтобы отвечать.

— Я спрашиваю сугубо с одной целью — помочь Джоан вернуть долг. Так-то мне ни холодно ни жарко, с кем дружит или враждует твой отец.

— Альта, не сомневайся — так оно и есть, раз Эйсон так говорит. Он девушек не обманывает, — поддержала меня Джоан.

— Да, конечно, — торопливо кивнула Альта и начала рассказывать про всех, кто ее отца привечал при дворе, а кто смотрел на него косо. Уж больно ей было стыдно, что она так подвела Джоан с этим займом.

Запомнив фамилии, я пошел в переговорную комнату Академии и заказал разговор с Аркошем. Дал ему задание собрать всю необходимую информацию о названных Альтой персонах.

На следующий день мы с Джоан как раз отправились примерять заказанную одежду. По моей просьбе она удлинила наш визит, и часть времени мы потратили на то, чтобы прогуляться поблизости от Дворца милосердия. Его возглавлял один из друзей графа Замнера, герцог Даржек, но мне нужен был не он. Я ждал, когда выйдет его помощник.

Сначала домой уехал герцог Даржек, а через полчаса вышел и его помощник, барон Вагер. Он прошел совсем рядом с нами, мы специально прогуливались прямо около входа, невзирая на недоумение охраны Джоан. Но она не была обязана объяснять что-то архимагам, и им приходилось удивляться молча.

Я вошел в транс, когда барон Вагер проходил мимо меня. Нужно было запомнить мельчайшие особенности его внешности. А Джоан, как я ее и попросил, заговорила с ним. Она сейчас была в вуали, узнать ее было сложно. Но любому видно, что она молодая богатая аристократка, исходя из ее одежды и толпившейся за спиной охраны из архимагов.

Она спросила барона, в какое время можно переговорить с его начальником насчет пожертвований на благотворительность. Тот подробнейшим образом ответил, заставив меня облегченно выдохнуть. Голос как голос, такой вполне можно попытаться подделать. Не громогласный бас или фальцет, которым подражать очень сложно.

Джоан поблагодарила и закончила разговор. Вагер ушел. А затем мы поехали в Академию.

На следующий день, сразу после занятий, я принялся осваивать артефакт по смене внешности, принадлежащий Джоан. Тот самый, при помощи которого она первые месяцы дурила студентов нашего потока, прикидываясь провинциалкой. Мне предстояло превратиться внешне в барона Вагера. Ну а дальше уже как получится. Либо сработает, либо нет.

Через час, постоянно корректируя свою внешность перед зеркалом, я пришел к выводу, что получилось достаточно неплохо. Жену барона или его ближайших друзей я в длительном разговоре не обману, но кого-то, кто видел Вагера всего несколько раз в жизни, — вполне могу попытаться.

Важно пошагал в нашу переговорную комнату. Время специально выбрал такое, чтобы преподавателей было поменьше, они уже пообедали и разошлись по своим квартирам. Повезло — добрался до переговорной комнаты, не наткнувшись ни на кого, кто лично знает Вагера и захочет с ним поболтать. Все же он достаточно известный чиновник крупного министерства, риск такой имелся.

Снова повезло — очереди не было, дежурный маг принял от меня деньги и скастовал коммуникационный портал в адрес графа Замнера. Он вышел и плотно закрыл за собой дверь, как раз в это время и граф одобрил портал:

— Вагер? — тут же спросил он, узнав меня.

— Давайте без имен, граф! — торопливо сказал я, подражая голосу барона. — Вы и так создали всем проблем!

— Что ты имеешь в виду? — удивился Замнер.

— Король устроил вам ловушку, и вы попались в нее, как глупец! А отвечать будете вместе с теми, кто известен как ваши друзья! Как мой господин, к примеру!

— Какую ловушку? И что ты себе позволяешь? Забыл, кто я?

— Неважно, кто вы, кто я, если скоро все будем в одной камере, беседовать с палачами его величества! — отрезал я. — Король не хотел давать денег на ваш выкуп — но внезапно дал. Вы же не думаете, что такая сумма может быть в свободном доступе у дочки ректора? Вас ничего в этом не насторожило?

Я сумел-таки сбить графа с толку, все его попытки напомнить мне, кто он, а кто барон Вагер в иерархии, закончились. Он встревожился.

— А зачем он тогда дал деньги?

— Только сегодня узнали от человека при дворе, который нам сочувствует. Король решил проверить, достойны ли вы возглавлять такую важную область королевства, как Лукское графство! Он и так недоволен тем, что вы попали в плен к врагу без сопротивления. И это тест для вас, который вы почти провалили. Он знает, что у вас достаточно денег, что вернуть выкуп его племяннице. При вашем дворе полно шпионов лорда Жардена. Не вернете срочно деньги, в течение двух дней у Лукского графства будет новый хозяин! Я уже даже знаю его имя! А вас потащат в камеру по обвинению в пособничестве сисерийцам при захвате Лукского графства, и, естественно, не одного!

Граф побледнел. Он мне явно поверил, потому что тут же спросил:

— Проклятье! И кто же хочет присвоить мое графство?

— Герцог Женье. Он неплохо себя проявил на войне, и король решил дать ему еще один шанс. Все же он ваш дальний родственник!

— Знаю, он давно мечтает об этом! Вот же говнюк! — выругался граф.

— И герцог Даржек просил меня также передать вам строгий наказ, чтобы вы не вздумали его тревожить, пока не вернете деньги и не восстановите доброе отношение короля. Он вовсе не хочет пострадать вместе с вами. Ко мне тоже, пожалуйста, больше не обращайтесь. Предупредить — это все, что мы можем для вас сделать. Надеюсь, вам хватит здравого смысла поступить правильно. Прощайте!

Я закрыл портал и устало выдохнул. В горле першило, все же подражание чужому голосу легко не проходит. Так, теперь все зависит лишь от того, поверит ли граф Замнер в эту историю. Очень бы хотелось, но дальше ничего от меня не зависит. Либо граф купился и вернет деньги, либо нет. Пока что все выглядит так, словно он поверил в серьезность ситуации. К сожалению, нет никаких гарантий, что эта вера сохранится надолго. Мало ли рискнет все же связаться с одним из своих друзей при дворе и приведет своими расспросами их в полное изумление.

Граф Замнер, Лукское графство

Разговор с личным помощником герцога Даржека стал, конечно, неожиданностью, но одновременно прояснил некоторые неясные моменты. Граф Замнер прекрасно понимал, что перед войной несколько занесся в отношениях с королем и своим королевством. Вел себя слишком надменно, это факт. Денег было столько, что золото можно было повозками возить, да и король Сисерии очень даже успешно заигрывал с пограничным графом. Приглашал тайком на личную аудиенцию. Высказывал сочувствие, что в Аргенте никто не ценит тех грандиозных усилий, которые граф Замнер прилагает, чтобы сделать из Лукского графства образцовое хозяйство, приносящее большую прибыль. Граф слушал короля соседнего королевства и млел от того, на каком уровне общается. Ясно, что по возвращении на родину начинал задирать нос.

А потом болезненный урок — Сисерия внезапно нападает на Аргент, и он становится пленником короля, который еще недавно так ласково с ним разговаривал, а его графство почти полностью оккупировано. В темнице пришло отрезвление — сисерийцы с ним просто играли. Он же пограничный граф, который должен быть бдительным и яростно сражаться в случае вражеской атаки — а они ловко усыпили его бдительность, и он оказался совсем не готов к войне. Насколько он был хорош в хозяйственных делах, настолько же он провалился в военных.

Сидя в тюрьме, граф осознал, как глупо себя вел в предшествующие годы. Ему неоднократно намекали, что король им недоволен, но он лишь задирал голову и считал, что ничего плохого с ним не может случиться. А теперь его графство разграблено сисерийцами, его дочь осталась нищей, и у нее точно не будет денег на то, чтобы его выкупить. Как бы ему не пришлось сидеть в тюрьме годами и после окончания войны… Потому как графу было предельно ясно, что король не даст Альте денег для выкупа. Мало сисерийцы не запросят, это точно…

Конечно, запасливый граф наделал много тайников в собственном графстве и был уверен, что многие из них сисерийцы не найдут. Но сообщать о них врагам для своего выкупа бессмысленно — они просто заберут содержимое тайников, но его не выпустят. Есть четкая схема выкупа — заплатить должен кто-то из твоего королевства.

И вдруг, практически сразу после окончания войны, его выкупают. И изумленный граф узнает от дочери, что деньги, огромную сумму, дала королевская племянница. Вот с тех пор граф и волновался, не в состоянии понять, почему его выкупили. Явно же, королевская племянница не могла владеть такой огромной суммой, она же всего лишь студентка первого курса. А с ее отцом, ректором Королевской Академии Магии, у него и вовсе не сложились отношения. Так, шапочное знакомство, не больше. И он сам в этом виноват — вел себя слишком надменно… Поэтому он не спешил возвращать свой долг, хотя такая сумма у него в тайниках имелась — он хорошо их сделал, сисерийцы нашли далеко не все. Графа терзал вопрос — стоит ли возвращать одолженные деньги, или все совсем плохо и надо сбегать из Аргента? С такой суммой везде можно хорошо устроиться. Правда, гораздо лучше все же, если еще есть возможность остаться графом Лукским и зарабатывать новое состояние вместо разграбленного сисерийцами.

И только этот разговор с бароном Вагером смог хоть что-то прояснить. Хорошо все же, что у него сохранились друзья при дворе. Деньги дал лично король, теперь все понятно. Не от своего лица, потому что был очень им недоволен, а через свою племянницу. Это тест на то, осознал ли он, что вел себя неподобающе перед войной. Ему дают шанс показать, что он готов исправиться. И раз шанс есть, то лучше ответить на этот жест короля таким образом, чтобы у того не осталось сомнений, что граф Замнер может оставаться графом Лукским. Что он все осознал и не будет больше совершать ошибок.

Просто вернуть деньги — плохой вариант. Этак король все же будет сомневаться в его исправлении. Надо сделать что-то такое, что покажет, что у него нет прежних амбиций… Сознательно отказаться от части своих возможностей в качестве графа Лукского. Этот жест король точно должен оценить…

Эйсон, Академия

Граф Замнер не стал долго ждать со своим ходом. Во время обеда Альта ненадолго отлучилась, а потом прибежала очень довольная. Отозвала Джоан в сторону, а та позвала меня с собой, понимая, что речь будет идти явно о долге. Так оно и оказалось. Альта защебетала:

— Лорейн, отец связался со мной! Он прибудет сразу после окончания занятий и просил устроить аудиенцию с тобой! Надеюсь, он передумал и не будет больше тянуть с долгом!

— Хорошо, скажи отцу, что мы с Эйсоном встретимся с ним у меня дома. Сразу после занятий.

Альта убежала, скорее всего, в переговорную комнату, а мы с Джоан переглянулись.

— Думаешь, сработало? — спросила меня она.

— Подождем и узнаем, — пожал я плечами. — Что толку сейчас гадать.

Так что последние две пары мы с ней ерзали в нетерпении. Когда на кону такая сумма, есть из-за чего поволноваться. Тем более что это были не мои деньги, а Зерелиуса, и я не считал себя вправе их потерять. Все же я надеялся однажды увидеть старика снова… Сообщать ему, что потерял четверть его состояния, однозначно не хотелось.

Глава 15

Граф Замнер появился в назначенное время. Альта провела его до нашей двери, а потом тут же, повинуясь взгляду отца, убежала. Граф и на меня посмотрел так же многозначительно. Мол, а тебе, парень, что тут надо? Но я в ответ только улыбнулся, а Джоан сказала:

— Как вы знаете, граф, Эйсон мой жених, и у меня нет от него никаких секретов. Так что мы готовы обсуждать с вами те вопросы, по которым вы прибыли.

Замнер только усмехнулся — мол, молодо-зелено, какое может быть доверие, если брак еще не заключен. Но потом все же приступил к делу.

— Хотел, графиня Лорейн, еще раз поблагодарить за то, что дали моей дочери деньги на выкуп, и предложить вариант, как нам разобраться с этим долгом. Несомненно, я могу выплатить вам всю сумму наличными. Но у меня есть еще вариант, и, наверное, даже хорошо, что ваш жених сейчас тут. Как вы смотрите на то, что я вместо возвращения долга сделаю вам свадебный подарок в размере четверти моего графства? При этом честно скажу, что рыночная стоимость этих земель будет значительно превышать те полмиллиона, которыми вы меня так выручили.

Мы с Джоан ошеломлено переглянулись — дело пошло по неожиданному сценарию. Как правило, землевладельцы цепко держались за свои земельные участки — чем больше земли у тебя было, тем выше был твой статус. А уж если земля была не пустошью, а такой в высшей степени освоенной территорией, как Лукское графство, то это вообще было необычно. Большие деньги вовсе не позволяли купить все, что ты хочешь, — бо́льшая часть земель на территории королевства попросту не продавалась.

Но и у меня, и у Джоан была деловая хватка, так что отвергать такое щедрое предложение мы, конечно, не стали. Тут же повели графа к магическому глобусу Джоан и попросили показать те земли, что он нам предлагает вместо денег. И снова были ошеломлены — нам предлагали вовсе не худшую часть Лукского графства, а очень даже лакомую — один из центральных районов, с солидными кусками главной дороги, ведущей в Сисерию, и четырьмя городами.

Я кивнул, и Джоан тут же сказала:

— Хорошее предложение, граф. Мы даем свое согласие!

Еще больше мы изумились, когда граф достал дарственный свиток на эту землю. Он заранее все подготовил, не сомневаясь в согласии Джоан. Ну да, можно понять — кто же в здравом уме откажется от такого предложения. В свитке так и было написано — что это подарок на свадьбу моей невесте. Замнер вышел из квартиры и позвал Альту. Она вошла, мы освободили ее от данной клятвы по возврату долга, а граф передал нам этот свиток и откланялся, сославшись на срочные дела в графстве:

— Вы знаете, сисерийцы нанесли такой ущерб, такой ущерб!.. Столько работы!

Мы сидели с Джоан, приятно ошеломленные таким поворотом.

— И что это было? — все же спросила она. — Так дела не делаются…

— Похоже, мое вчерашнее представление сработало даже лучше, чем я планировал, — признал я.

— Ну ладно, пошли к отцу, надо его обрадовать. Мы теперь важные землевладельцы… ну, пока Зерелиус не вернется.

Король Драск Великодушный, Аргент

Отпустив своего брата, который прибыл с новостями о неожиданно щедром подарке к свадьбе от графа Лукского, король спросил сенешаля:

— Ну и что ты по этому поводу думаешь?

— Неожиданно, конечно, но вывод однозначный — граф Замнер сделал нужные выводы из всего произошедшего с ним и не хочет больше играть в глупые игры по поводу своей особой значимости в королевстве. Кажется, он подает сигнал, ваше величество, что хочет быть обычным лояльным подданным.

— Как необычно вдруг… такое смирение… Непонятно только, почему он подарил такие важные земли моей племяннице, а не, к примеру, наследному принцу? Выслужился бы перед будущим королем… Есть по этому поводу какие-то идеи?

— Похоже, он специально это сделал, ваше величество. Показывает тем самым, что хочет выслужиться именно перед вами. Это можно расценить как извинение за прошлые грехи и как личное уважение именно к вашему величеству. Вздумай он подарить эти земли вашему сыну, у кого-то могли появиться глупые мысли о заговоре против вас, которому он таким образом потворствует. Вы знаете, что ваш старший сын на такое не способен, но многие люди глупы, и такие разговоры могли бы подорвать ваш авторитет.

Король довольно кивнул. Уважение к себе он любил.

— Зато представь, какие рожи скорчат другие аристократы, когда об этом подарке узнают, — неожиданно развеселился он, — они же не могут сделать настолько щедрый подарок молодоженам. Получится, что граф Замнер их всех обставил. И это только вернувшись из плена, из которого его так неожиданно выкупила его дочь! А они будут выглядеть на его фоне скаредными и нищими…

Король теперь был настроен достаточно благосклонно к Замнеру. По всему выходило, что плен помог осознать графу истинное место во властной иерархии королевства.

— А мы даже денег не дали на его выкуп… — вспомнил он. — Ну, тем приятнее такое поведение с его стороны.

— Возможно, именно то, что вы не дали денег, и помогло ему понять, что он утрачивает вашу благосклонность, ваше величество! — предположил сенешаль.

— Даже если так, то это все равно хорошо. Вот бы и другие важные аристократы так же хорошо мои намеки понимали!

Герцог Джелли, глава клана «Могучих»

Разговор с Ганселом ничего главе клана «Могучих» не дал. Новоявленный генерал отделывался общими фразами о том, как Эйсон заслужил такую благосклонность короля на этой войне, хотя, несомненно, знал намного больше. Наконец, завершил разговор, сославшись на то, что у него перед Эйсоном долг жизни, и он теперь не может плохо про него говорить, и тем более замышлять против него что-то плохое. Только посоветовал в завершение короткой беседы перестать воевать с Эйсоном и заключить с ним союз. Мол, тот сам не намерен раскрывать кому-либо за пределами своего клана их теперь уже общую тайну о взрывной регенерации.

Герцог Джелли был очень недоволен таким чистоплюйством со стороны члена своего клана. Клан — прежде всего и выше всего! Как жаль, что Гансел, уйдя в армию, проникся другими ценностями. Но ничего уже с этим не поделать, давить на генерала он не мог. Впрочем, возможно, в этом и причина благосклонности короля к Эйсону — получается, что он спас королевского генерала!

И, конечно, глава клана «Могучих» не собирался заключать с Эйсоном никаких союзов. Столько потерь уже понесено из-за этой войны с ним… нет, эта вендетта должна закончиться его смертью. Ладно, Гансел ему в этом деле не помощник. Что же, клан достаточно велик, чтобы найти тех, кто справится с этой задачей!

Эйсон, Академия

Пока мы готовились к помолвке, другие дела тоже не затихали. На охоту я почти не ходил — всего пару раз не удержался. Решил, что достаточно подучил хельский язык, чтобы ознакомиться со всем, что попадется под руку на закрытом этаже библиотеки. У меня были все основания спешить… Тут же как — чтобы убедить ректора в своих способностях по вызволению наших из плена, пришлось сообщить ему, что я без проблем проникаю на этот самый закрытый для всех этаж. Когда я полез туда в первый раз по возвращении в Академию после войны, то с облегчением понял, что он никакого ответного хода не сделал, но мог же ведь? Хотя бы охрану усилить… Но похоже, он попросту забыл об этом. Не до того было, война все же. И нужно было спешить, пока он не вспомнил.

Читал все подряд на хельском, но в первую очередь брал книги, которые выглядели самыми древними. Чем старее книга, тем больше шансов, что там найдется крупица мудрости древних. Артефакты они делали такие, какие сейчас и лучшие артефакторы делать не умеют, поэтому я надеялся, что и в магии что-то очень интересное получится узнать.

А вот когда я пришел в библиотеку следующей ночью, то обнаружил, что ректор вспомнил о нашем с ним разговоре. Система охраны была усилена. В дополнение к прежней системе сигнализации, появилась еще одна новинка. В зале с книгами помимо артефакта, реагирующего на использование магии, разместили еще и артефакт, реагирующий на любой свет, хотя бы и от свечи. Действуя, как всегда, осторожно, я его выявил, пока стоял на пороге и запускал свои заклинания по поиску охранных артефактов. Как удачно вышло, что у меня есть артефакт для ночного зрения! При его помощи можно было без проблем читать даже мелкий шрифт, сидя под окошком.

А в следующий мой приход я обнаружил, что в двери поменяли замок. В прежнем была очень добротная дорогая сигнализация, но в новом оказалась еще более продвинутая система. Теперь, чтобы сигнализация не сработала, нужно было не только использовать ключ или отмычку из определенного металла, но еще и держать нажатой специальную кнопку на двери в десяти сантиметрах над замком.

И с тех пор какая-то охранная новинка появлялась каждую ночь, как я заходил в библиотеку. Конечно, я понимал, что для ректора все это носит характер какой-то игры. Проверяет он меня, не спалюсь ли я на той или иной охранной новинке. Потому как если бы он был настроен по-настоящему серьезно, то в любой момент мог лишить меня доступа к закрытому этажу. Да попросту поставил бы пару магов на лестнице перед дверью, вот и закончились бы мои посещения этого этажа. Это же своя библиотека, не вражеская, грубо действовать я тут не могу… Своих магов убивать нельзя… А в окошки запретного этажа библиотеки лезть тоже нельзя — там дорогущие и красивые старинные витражи. И очень добротно вставленные в раму — чтобы внутрь попасть, их только разбивать придется. Чего мне самому делать не охота, да и ректор мне бы это не простил.

Так что мы с ректором вот так, уже практически по-родственному, и играли в игру с запретным этажом библиотеки. Надеюсь, его мои способности по выявлению и обезвреживанию очередной ловушки радовали…

Читать на чужом языке удавалось все быстрее и быстрее — набирался опыта из-за постоянной практики. Ничего сенсационного не попадалось вплоть до пятой ночи. А вот на пятую ночь…

Я сидел на ковре, как раз обезвредив очередную новую ловушку, установленную по приказу ректора на потолке, и вдруг наткнулся на одну очень интересную вещь… И сразу понял, что вот он — тот самый обрывок знаний древних!

Наверняка и сам ректор читал ту книгу, которую я держал сейчас в руках, она совсем не была пыльной, но уверен, что он не понял, на что наткнулся. Чтобы это понять, надо было немного разбираться в магии высших демонов, а это мы научились делать только в будущем. Вполне может быть, что и древние не знали, на что меня натолкнут их размышления, попавшие в этот старый манускрипт. Но главное, что информация из него легла на имевшиеся у меня знания, и я сообразил одну очень важную вещь…

Дело в том, что я как раз уже подобрался к девятому разряду магии, но, естественно, не хотел через него переступать, чтобы по максимуму улучшить качество своей маны. А в манускрипте была информация, при помощи которой, в сочетании с уже имеющимися у меня знаниями о магии высших демонов, можно было дополнительно ускорить мое магическое развитие, пока я сдерживаю переход на новый разряд. Если я понял все верно, то еще процентов на двадцать пять вдобавок к тем пятидесяти процентам, что давал эликсир из сердец высших демонов. А это означало, что когда я все же перейду на девятый разряд, то и десятый будет не за горами. И это была наверняка только часть тех знаний, что имелись у высших демонов, — недаром среди них не было никого ниже архимага по развитию!

Что еще было хорошо, для этого не требовались никакие уникальные ингредиенты, как те же сердца высших демонов. Но и покупать все нужное для нового эликсира было нельзя. Требовалось делать его прямо в портальных локациях из самых свежайших ингредиентов. Ничего размороженное или засушенное не годилось…

Древние, несомненно, имели доступ к знаниям высших демонов, утраченным магами сейчас. В манускрипте указывались названия монстров, на которых нужно было охотиться, на языке высших демонов! Не зная этого языка, понять, на кого нужно охотиться, чтобы сделать этот эликсир, было попросту невозможно! Также с использованием терминов из языка высших демонов описывались и нужные процедуры по созданию эликсира. Хотя в целом книга была на хельском языке…

Что плохо — первый из нужных порталов был достаточно опасен. Подумав, я понял, что никого из своих вести туда совсем не готов. У тех, у кого есть нужная молниеносная реакция, нет еще опыта необходимых действий в условиях постоянного стресса. А у некоторых нет и молниеносной реакции… Ну что же, придется отправиться туда одному.

Портальная локация, в которую нужно было наведаться вначале, была ледяной. Ровная поверхность на девяносто пять процентов, по каким-то загадочным причинам снега практически нет, но лед — лед был везде. И единственный вариант охотиться там — на коньках.

Какой-то опыт катания на коньках у меня имелся из будущего, но дураком я не был, поэтому сразу в портал не пошел. Нет, мы с Джоан купили коньки и два вечера подряд по три часа добросовестно рассекали на них на одном из трех катков, что на зиму заливали во дворах Академии. На улице стремительно теплело, но ничего не мешало время от времени подмораживать тающий лед при помощи магии. В первые два часа я еще и дважды шлепнуться умудрился — вот что значит годами не кататься. А потом все навыки ожили, и дело пошло. Катался все быстрее, и все более изощренные виражи закладывал. От этого скоро моя жизнь будет зависеть.

На третий день ушел сразу после ужина в портал. Твари — журкуты — в ледяной локации были мощные, хорошая команда мне бы не помешала. Но нет, они все же не готовы к такому.

И защита бы мне тоже пригодилась. Был большой соблазн прихватить с собой наш усадебный артефакт. На одного человека купол был бы совсем небольшой и очень прочный. Но нельзя, никак нельзя. Среди портальных охотников бытовало устойчивое поверье, что риск нарваться на нетипично сильную для посещаемой локации тварь прямо зависит от редкости того, что берешь с собой. У меня и так при себе есть невероятная редкость в виде пространственного артефакта, и я сильно подозреваю, что мы так часто стали встречаться в портальных локациях с разными редкими и мощными тварями как раз из-за того, что такие артефакты у нашей команды появились. Добавлять к этому еще и усадебный артефакт, сделанный на основе уникального по своей величине магического источника Морского змея, — означает прямо напрашиваться на неприятности. Среди монстров, что могут заглянуть на огонек, есть такие, что ударов за пять просадят любую искусственную защиту, а затем схрумкают меня за пару секунд. И я даже не пойму, с какой стороны на мне сомкнулись челюсти.

Коньки надел сразу, просто не снимал с полозьев чехлы, чтобы не затупить, пока двигался по переходу. Скинул чехлы в последнюю секунду перед тем, как вышел в локацию. Вокруг ожидаемо царил полумрак, от которого меня спасал мой артефакт на ночное зрение. Без него дальше тридцати метров я бы ничего не увидел, а с ним — сотня была гарантирована. Впрочем, все эти сто метров в любую сторону можно было увидеть только лед, даже не сверкающий из-за того, что света было недостаточно. Плотные облака всегда затягивали небо этой локации, никто никогда не видел здесь солнца днем или звезд ночью.

Подманивать монстров тут было предельно просто. Все, что требовалось для этого, — находиться на поверхности льда, журкуты замечают потенциальную добычу очень быстро. Я тут же заскользил по льду, все больше разгоняясь. При этом начал петлять, что твой заяц. Логика в этом была предельно простая — часть этого льда покрывала не землю, а воду. А в ней и водились те самые монстры, за которыми я сюда явился. Твари шустрые и умные, они без проблем рассчитывали направление движения катающегося на коньках человека, стараясь подловить его там, куда он катится. Поэтому и нужно было хаотично менять траекторию, по которой движешься. Иначе…

Я понятия не имел, двигаюсь ли сейчас по льду над землей или водой, поэтому не расслаблялся ни на секунду. И ждал…

Долго мне томиться в ожидании не пришлось — по ушам ударил резкий хруст, и лед сбоку от меня, в месте, по которому я должен был прокатиться, если бы не свернул, взлетел высоко в воздух. Там осталась аккуратная полынья, размеры которой заставили меня присвистнуть. Крупный мне монстр попался, раз его магия смогла вырезать изо льда кусок диаметром почти метр и толщиной в полметра. Так целиком он и взлетел в небо, и высоко же полетел!

Я понесся дальше, стараясь еще чаще лавировать. За спиной через несколько секунд громыхнуло, лед под ногами тряхнуло. Но я не оборачивался — ясное дело, что подброшенный вверх огромный кусок льда должен был куда-то приземлиться. Секунд через десять снова взлетел вверх кусок льда слева от меня. Я как ни в чем не бывало покатился дальше — пока сделать я ничего не могу. Монстр под водой движется быстро и малоуязвим. Нет, теоретически, конечно, если скинуть после появления очередной проруби в нее взрывчатку, мало ему не покажется. Взрыв в воде причиняет гораздо больше вреда, чем на поверхности. Но смысла мне это делать нет — это не война, а охота. Если у меня получится оглушить или убить монстра, он попросту утонет. И никаких трофеев я с него не получу, не считая чувства глубокого удовлетворения. А я лучше все же возьму трофеями, мне для выражения чувств вполне хватит будущей женитьбы.

Третий раз кусок льда взлетает высоко в небо. Мощная же магия у журкута! Лед по-прежнему взлетал в воздух одним куском, края у него были ровные, как у скульптуры. И весил этот кусок не меньше тонны, в подробные расчеты я не вдавался, нужды не было.

А вот затем, наконец, произошло то, чего я ждал, — дико возмущенный совершенно безрезультатной стрельбой, монстр вынырнул из последней пробитой им проруби. Я как раз заложил большой вираж, развернувшись к ней боком, так что сразу его увидел. Как и было описано у Древча: длиной четыре с лишним метра, туловище гладкое, кожа черная, голова большая, лапы напоминают длинные ласты. Монстр благоразумно выскочил на поверхность только после того, как снова был способен скастовать свое заклинание. Так что, едва я приблизился на полсотни метров, как оно в меня и полетело.

Глава 16

Насколько журкут был быстр под водой, настолько оказался медлителен и неуклюж на поверхности. Впрочем, это касалось только его движений, магию он кастовал исправно и целился метко.

Что касается того, как его убить, то тут были варианты. Черная кожа была не только красива, но и очень крепка. Собственно, в основном ради нее на журкута и охотились. После специальной обработки из этой кожи делали крепкие и легкие доспехи. Существовало несколько магов, владевших секретом обработки кожи таким образом, что готовый доспех приобретал еще и десятипроцентный шанс отразить магическое заклинание, которым тебя атаковали. Десять процентов кажется небольшой цифрой, но иногда они могут спасти тебе жизнь.

В моем случае было три варианта. Во-первых, можно было швыряться в него вязанками магической взрывчатки, по десять-пятнадцать штук. Но тут имелись и свои риски. Нужно было постараться самому не попасть под взрывную волну. И не проделать взрывами полынью, в которую монстр свалится и утонет, если удастся его убить или серьезно ранить. Существовал также риск подманить других монстров — взрывчатка наделает много шума.

Во-вторых, можно было использовать заклинание из браслета магоудара. Но мне было жаль его тратить, хотя цель и была достойной.

И наконец, третий вариант требовал наибольшей ловкости. Когда журкут не долбил своим заклинанием лед, а использовал его на поверхности, оно приобретало весьма необычные черты для заклинания, кастуемого монстром. Оно гонялось за целью! В точности как заклинание того архимага или грандмага, что поджидал меня в засаде в здании Минфина.

И местность в этой портальной локации очень способствовала успеху в охоте монстра при помощи самонаводящегося заклинания. Сплошь ровная, заклинанию не во что врезаться, кроме человека, что его потревожил. Правда, у меня по этому поводу были другие соображения. Хитрое заклинание от монстра убьет и его, если врежется в своего хозяина, а не в меня, как он задумал!

Если раньше мне нужна была скорость, то теперь мне требовалось двигаться еще быстрее! Заклинание летело за мной очень быстро, хотя и тормозилось, дергаясь в стороны, когда я закладывал очередной вираж. И мне нужно было успеть, пока монстр не скастует второе заклинание. От двух я уже вряд ли увернусь, придется мчаться к порталу и выскакивать из локации ни с чем.

И я успел! Заложив очередной вираж, помчался прямо на очень удивленного моей дерзостью монстра. Хотя все же он мою идею поначалу одобрил. Аж пасть невероятно широко распахнул, высоко подняв голову и создав у меня впечатление, что передо мной открылся большой чемодан с алой подкладкой. Но я не стал запрыгивать в его пасть для дальнейшего переваривания, как он планировал. Взял и свернул за полметра, заложив очередной вираж, а вот заклинание так быстро свернуть не успело. И садануло собственного владельца, снеся с него голову.

Она красиво так покатилась, заставив меня понервничать, и замерла, не докатившись всего полметра до полыньи, из которой и вылез журкут. Тело несколько раз дернулось в агонии, но тут уж ничего не поделать, без головы не выжить. А по льду начала быстро расползаться лужа крови — напоминание для меня, что действовать надо быстро. Если кровь журкута просочится в полынью, то как минимум я получу еще одного журкута, а то и кто посильнее может заявиться. На них наверняка кто-то охотится, кто знает запах их крови. У Древча не было написано ни слова про более мощных монстров в этой локации, а это могло означать, что они убили всех, кто мог бы о них рассказать, останься в живых.

Единственный относительно безопасный способ разделки, что и применялся при охоте на журкутов, — разделывать тушу, лежа прямо на монстре. Чтобы, если еще один журкут будет проплывать мимо, он увидел всего лишь своего собрата, лежащего на льду. Ну а что, имеет право, можно плыть себе дальше. Хотя, это пока кровь в полынью не попала… После этого остальные монстры будут иметь полное право проявить дополнительное любопытство по поводу происходящего.

Но мой главный трофей находился в голове, а она отлетела в сторону. Была бы она не такой тяжелой, я бы подтащил ее к туловищу, чтобы разделывать ее в безопасности, лежа на туловище монстра. Но она была невероятно тяжелой, да и я на коньках, даже не упереться ногами как следует. К счастью, мой арский кинжал помог мне сделать свое дело очень быстро. Магический источник и железа из мозга, прилегающая к глазам, были вырезаны за секунды. И я тут же шустро запрыгнул на тушу журкута, с облегчением выдохнув.

Из туловища мне еще нужна была печень, но придется забрать с собой и шкуру. Поверье о том, что охотник не должен бросать годные трофеи, вполне могло иметь под собой основания. Создатель этих порталов мог возмутиться, что я, убив монстра, не забрал все годные для использования трофеи, о которых знаю, а так рисковать я не хотел. Без определенной доли удачи в порталах и делать нечего, если жизнь дорога, а соваться в них с проклятьем — вообще очень плохая идея.

Начал я все же с печени, вдруг придется быстро убегать отсюда. Тушу набок было не развернуть, пришлось прорубаться к ней через спину, отвернув шкуру с этой части тела в сторону. Вскоре я был похож на чрезвычайно увлекшегося своим делом не очень аккуратного мясника, весь перемазавшись в крови. Но другого варианта добывать трофеи из журкута не было — по крайней мере, все, кто пробовал что-то новенькое, из портала не возвращались.

Добравшись до печени, я тут же бросил на нее добытую из головы железу. Та, как я и надеялся, тут же окуталась дымком. Отлично, все идет по плану, есть реакция! Теперь железа сможет сохраниться несколько дней до того момента, как из нее можно будет сделать нужный мне эликсир, добавив другие ингредиенты в следующем портале. Тут же упаковал ее в специально припасенный ящик и незамедлительно занялся свежеванием.

Снять всю шкуру я, конечно, не смогу, монстра перевернуть мне сил не хватит, но этого и не требовалось — шкура на брюхе была самой нежной и меньше всего годилась для доспехов. Ее и так все оставляли. Работать арским кинжалом было сплошное удовольствие, я нареза́л шкуру квадратами полметра на полметра и складывал в специально принесенный большой рюкзак. При этом косился на расширяющуюся лужу крови, все ближе и ближе подступающую к краю проруби.

Успел! Снял последний годный кусок шкуры как раз в тот момент, когда кровь потекла вниз по стенке проруби. Тут же закинул рюкзак со шкурой на спину, аж крякнув от усилия, — весил он очень прилично, хотя шкура, на удивление, и была достаточно тонкой. Соскочил на лед и начал разгоняться. И снова я мчусь на полной скорости, закладывая виражи, к порталу!

Путь до портала занял у меня полторы минуты. На меня никто не напал, но когда я уже к нему подъехал, лед под ногами сильно вздрогнул. Словно кто-то огромный, придя на запах крови, взломал одним ударом лед, чтобы добраться до освежеванной мной туши. Впрочем, я ничего против не имел, приятного аппетита!

Заскочив в переход, выдохнул. Да, вдвоем тут явно было бы легче, но правильно сделал, что решил управиться один. Ну его, такие риски для членов моей команды!

Снаружи портала меня уже ждали заготовленные заранее сучья, я немедленно разжег костер и начал переодеваться. Содрать с себя заскорузлую от крови одежду, очистить кожу от крови заклинанием, переодеться в свежее. Рюкзак, к счастью, был очень дорогим, являясь по сути большим артефактом, и свою функцию выполнял — от него не пахло кровью, и она не просачивалась наружу. Погасив костер, навьючил рюкзак на спину запасной лошади и поскакал обратно в столицу.

С походом в следующий портал тянуть не стал, все же у меня большой жизненный опыт для моего молодого возраста. Все что угодно может помешать сделать задуманное, если будешь слишком откладывать. Я вон тоже недавно на войну вовсе не рассчитывал, а она все мои прежние планы спутала. Хотя я и не внакладе оказался по итогам, но все же. У меня ингредиент, доставшийся мне высокой ценой, и свежим он будет только три дня. Так что нечего откладывать завершение эликсира!

Во второй поход я с удовольствием взял Хастера, Корнела и Тивадара. Джоан не мог из-за угрозы со стороны принца Хендо, Эрли побоялся — она у нас самый слабый член отряда. В нужном мне портале твари не использовали самонаводящиеся заклинания, но зевать в нем все равно было нельзя. Ну и был еще один аспект… В локации стояла такая жара, что все охотники раздевались практически догола. Маг может выдержать бо́льшую температуру окружающего воздуха, чем обычный человек, но одежда, сильно нагреваясь, доставляла большой дискомфорт. Пойдем в составе группы из парней, можно скинуть с себя вообще все, монстрам правила морали безразличны. А возьмешь с собой хоть одну девчонку, так уже сделать не получится.

Да и к чему Хастеру показывать мою почти раздетую сестру? Еще влюбится в нее… Не то чтобы я имел что-то против него в качестве мужа Эрли, но у меня было представление, что сама Эрли еще не готова к серьезным отношениям. У нее чуть ли не каждую неделю появлялась новая пассия… На уровне прожужжать все уши об этом Джоан, ну и всем, кто случайно окажется рядом, — не более того.

Портал был вулканический, поэтому в нем и было так жарко. Зашли внутрь без единой полоски одежды, даже артефакты снаружи оставили. Только сжимали в руках связки дротиков со взрывными артефактами, да я тащил на спине небольшой рюкзачок, в котором специальный артефакт охлаждал соприкасающуюся с моей спиной его часть. В нем была железа из журкута и пару других компонентов, что мне понадобятся для изготовления эликсира. Ну и только у меня в связке дротиков был еще и багор. Двухметровый, из особо прочного дерева, с острым клювом на конце. К нему я привязал и ножны от арского кинжала, чтобы они не касались тела. Учитывая ценность этого кинжала для быстроты разделки, без него я в локации уже и не ходил.

Мы вспотели, едва сделали внутри несколько шагов. Даже воздух был словно раскаленным. Организм прямо требовал немедленно покинуть эту локацию, но этого, конечно, никто из нас не собирался делать.

Нашей добычей должны были стать монстры, которых называли огненными саламандрами. Водились они в горячих источниках, которых тут было полно. Прыгать ни в один из них, чтобы искупаться, точно не стоило — можно было свариться заживо на месте.

Огненные саламандры примерно так и выглядели — ярко-красные, как будто раскаленные, верткие ящерицы. Были они самого разного размера. И обычным трофеем являлся их магический источник. Хоть он и был небольшого размера, мощностью он намного превышал магические источники даже крупных монстров. Для бытовых артефактов это было не очень важно, но для боевых, в которых важен вес готового артефакта, — несомненно, имело значение, поэтому эти источники и ценились.

Огненные саламандры плевались чем-то вроде лавы, лишь немного высовывая свою морду из воды. Если такой плевок в тебя попадет, то прожжет тело насквозь за пару секунд. Поэтому первое правило безопасности в этой портальной локации — не бродить между разными горячими источниками, чтобы не получить неожиданно плевок в спину.

Второе правило безопасности — огненные саламандры не были тут единственными опасными монстрами. Водились тут твари и пострашнее, хотя и встречались редко. Эшеры, огромные монстры, но очень быстрые и ловкие. Настоящие хищники, которые лишь немного не дотягивали до самых опасных монстров. Будь у них еще энергетическая защита и умение скрыта, тогда они бы и могли попасть в их число. А так — только скорость, мощные магические атаки заклинанием из магии воздуха, которое больше всего напоминало заклинание воздушников «мясорубка», острые когти и мощные челюсти, что могли тебя перекусить за один укус. Учитывая густой пар от источников, прятаться им было в этой локации легко, передвигались они практически бесшумно для туши весом в пару тонн, и поэтому двое членов нашего отряда имели только одну задачу — следить за тем, чтобы этот монстр неожиданно на нас не выскочил. Не отвлекаясь больше ни на что, потому что ловкость и скорость этой твари превосходили все обычные ожидания охотников. Именно на случай появления эшеров мы и тащили с собой столько взрывчатки…

Пока мы маневрировали между многочисленными источниками, приходилось постоянно держать воздушные щиты — огненные саламандры не упускали возможности плюнуть в нас. То и дело очередной плевок, шипя, сползал с воздушного щита, почти разрушая его, и его приходилось обновлять — следующий плевок он мог уже не выдержать. Какие-то полсотни грамм лавы выплевывались с такой скоростью и были такой высокой температуры, что щиты едва выдерживали, работая на пределе прочности. Наконец, минут через десять мы нашли подходящий вариант — источник, достаточно удаленный от всех других, чтобы не опасаться плевка в спину или в бок.

Выманить огненную саламандру из источника можно было только одним способом — свежей человеческой кровью. Чем свежее, тем для нее привлекательней. Судя по всему, почуяв кровь, монстр воображает, что серьезно ранил человека и пришло время вылезать и добивать его. Ну что же, у всех бывают иллюзии, и я не против использовать их, чтобы получить достойную добычу.

Я рванул к берегу источника, из которого меня тут же начали обстреливать почти невидимые в клубах пара и вздувающихся пузырях огненные саламандры. Только и успевал выставлять новые воздушные щиты вместо тех, что трещали от лавовых плевков монстров. Хастер страховал меня, выставляя воздушные щиты с тех направлений, где неожиданно всплывала огненная саламандра. Корнел и Тивадар на наши дела внимания не обращали, высматривая сухопутных монстров.

Наконец, я достиг берега источника. Выставил очередной воздушный щит в полуметре от берега, оставив под ним нишу высотой в сорок сантиметров, и аккуратно арским кинжалом разрезал кожу на руке. Кровь закапала в воду, я сделал шаг назад. Секунд пять потребовалось ближайшей к берегу саламандре, чтобы рвануть ко мне. Шустро перебирая лапами, тварь длиной с меня самого вылезла на берег, пролезла под воздушным щитом и уставилась на меня.

Правила охоты я знал, был уже на таких вылазках в прежней жизни. Не дожидаясь очередного плевка, я тут же обрушил на тварь лезвие своего багра. Сделанное из лучшей эссенской стали, оно пробило верхнюю челюсть, пригвоздив ее к нижней. Теперь монстр плеваться в меня не сможет. И я за ручку багра поволок тушу подальше от берега пруда.

Тварь хоть и была небольшой, но очень тяжелой, броня у нее была что надо. Так что, пока я, прикрываясь щитами, оттащил ее на достаточное расстояние от источника, чтобы обстрел прекратился, силы меня почти покинули. При такой жаре и ходить-то было тяжело, что уж говорить про такую непростую работу!

Но усталость усталостью, а слишком долго в этом портале задерживаться не стоило. Дал себе всего секунд десять, чтобы отдохнуть, после чего достал из ножен арский кинжал. Для начала отсек голову от тела и извлек сложный стрелковый аппарат, при помощи которого монстр генерировал лаву и плевался ей. Вне тела работать он уже не будет, но при помощи специальных кислот и мощного молота его можно сплющить, создав из него суперпрочный щит. Чем больше тварь, тем большего размера будет этот щит, и в продаже они минимум от семи сотен золотых монет. Ну а в таком виде их можно продать за сотню.

Впрочем, в данный момент добытый трофей меня интересовал сугубо в целях приготовления эликсира. Как я понял из книги в библиотеке, сразу после извлечения из тела он генерирует то ли какие-то частоты, то ли пары, которые важны для алхимической трансформации извлеченной из тела журкута железы. Не настолько я хорошо знал хельский язык и терминологию высших демонов, чтобы иметь полностью точный перевод. Но главное — нужно проделать этот процесс пять раз с небольшим промежутком, и тогда железа станет готова к финальному использованию для создания эликсира.

Продержав железу минуту в аппарате, я снова поместил ее в ящичек и побрел к источнику за новой тварью. За ту минуту, что железа подвергалась воздействию в стреловом аппарате огненной саламандры, я успел добыть из ее тела и магический источник. Теперь тушка больше никакого интереса не представляла, броня на теле не была никем востребована из-за чрезмерной тяжести.

Судьба предыдущей огненной саламандры ничему не научила ее товарок. Едва кровь из нового разреза упала в воду, как еще одна тварь поперла на берег в полной уверенности, что истекающая кровью добыча уже готова к употреблению. И снова я обезвредил ее багром и потащил от берега.

Когда закончил с ней, кивнул Хастеру и дал ему свой багор. Две подряд вылазки по такой жаре почти доконали меня, я чувствовал, что близок к обмороку. В принципе, мы этого ожидали, поэтому заранее договорились, что будем охотиться по очереди. Теперь он пошел к источнику за добычей, а мне надлежало его страховать.

Хастер сделал все правильно, но рухнул без чувств, едва дотащил свою огненную саламандру до безопасного места. Я положил его на бок, чтобы не захлебнулся, если затошнит, добил саламандру и принялся за работу над тушей. Мне за эти несколько минут получшело, мир вокруг перестал казаться багровым, так что медлить не было нужды. Пока обрабатывал железу, Хастер очнулся, перевернулся на живот, встал на колени. Подняв голову, извинился.

— Не майся дурью, это естественные пределы организма, ты над ними не властен. Приходи в себя, но пока не вставай, присаживайся на тушу саламандры, будешь следить за окрестностями вместо Тивадара. Он пойдет за четвертой саламандрой.

Тивадар, кивнув, взял у меня багор и пошел к пруду. Со своей задачей он справился блестяще, но в пятый раз я снова пошел сам. Решил, что достаточно очухался, чтобы самому сделать финальный шаг в этой охоте.

Ощущения меня не подвели, сил хватило, чтобы убить и приволочь пятую саламандру. Правда, пока разделывал ее и выполнял все необходимые процедуры с железой, багровые тени снова начали мелькать перед глазами. Передохнул немного, сидя на туше. И с удовольствием увидел, что ни в чем не ошибся, — железа, пробыв минуту в пятом стрелковом аппарате, приобрела фиолетовый цвет вместо алого. Все как и описывалось в манускрипте!

Остался последний шаг. Достал ингредиенты из ящичка, настойку из глаза теркута и вытопленный жир из брюха зенга. Они у меня с собой были в емкостях, тщательно отмеренных по рецепту, в соответствии с весом железы. Пятьдесят граммов первой настойки и сорок граммов жира. Начал лить их прямо в стрелковый аппарат, где лежала железа, из обоих флаконов сразу. Железа начала шипеть, когда на нее попали первые капли, а затем, когда вылил все жидкости полностью, моментально распалась на мельчайшие части. Я аккуратно размешал получившую смесь серебряной алхимической палочкой из ящика и перелил в пустую емкость, которая в нем лежала. Туда же сложил все добытые трофеи, места там хватало.

— Все, мы закончили, срочно уходим! — сказал я.

Хастер полностью в себя еще не пришел, его пришлось вести под руки. Снова прошли между горячими источниками, тщательно заслоняясь щитами. Их приходилось ставить столько, что мана серьезно просела, когда мы добрели до портала. Залезая в него, радовались, что не наткнулись ни на одного из сухопутных монстров. Сражаться с ними по такой жаре было бы очень проблематично…

В переходе немного оклемались, тут уже был нормальный воздух, а не раскаленный, а выход из перехода был вообще похож на праздник. На дворе было чуть ниже нуля, мы сразу ожили. По моей рекомендации все обтерли лицо слегка подтаявшим снегом, а потом долго и жадно пили специально подготовленную воду, в которую были намешаны минеральные соли. Только выйдя из такой локации, ты пьешь воду, которая вкуснее любого самого редкого и древнего вина, каждый глоток — настоящее блаженство! Заставил всех одеться потеплее, чтобы не простыли, а то ребята не могли до конца насладиться охватившей все тело прохладой.

Посидели полчаса у портала на снятых с лошадей сумках. В обычной ситуации мы бы разожгли костер, чтобы не замерзнуть, но сейчас никто об этом и не заикался. Мы не просто сидели счастливые на промозглом зимнем ветру, который обычно вызывает сугубо негативные эмоции, мы им наслаждались!

— Все получилось? — услышал я наконец вопрос, свидетельствовавший о том, что ребята вернулись в норму после такой жуткой локации. Его задал Корнел.

— Да, у нас теперь хватит эликсира на три месяца для всего клана. А потом снова вернемся сюда.

В сумках нашлись мензурки, чтобы сразу же разлить эликсиры по порциям. Помимо меня, выхода на следующий разряд достигли и намеренно сдерживали переход на него Корнел и Тивадар. Мы втроем выпили эликсир, Хастеру его нужно будет выпить, только когда он сам подойдет к следующему уровню.

После возвращения в Академию я выдал эликсир еще Эрли и Джоан, они тоже уже искусственно сдерживали переход на следующие уровни.

Глава 17

Вот, наконец, и подошло время для помолвки. Проходить она должна была в уже знакомом мне дворце герцога в городе. Дворец огромный, гостей пригласили больше тысячи, так что это было единственное подходящее для торжества место, наша родовая усадьба точно не годилась. А вот уже свадьба будет по настоянию короля проходить у него во дворце…

Эрли и радовалась за нас с Джоан, и убивалась, думая о том, что после помолвки мы на несколько месяцев покинем Академию и будем готовиться к свадьбе, проживая во дворце герцога. Вот и сегодня, когда мы готовились отбыть на помолвку, она увивалась вокруг нас, причитая:

— Это как же так! Я каждый день с утра на занятия… после обеда на занятия… а вы по балам рассекать будете? Изысканные блюда жрать? — сокрушалась она.

— Не жрать, а кушать, сколько раз тебе говорить, — вздохнула Джоан, — и что ты вообще так переживаешь? Не твоя же помолвка, не твоя свадьба…

— А вот это — дополнительный удар в спину! — расстроилась Эрли и убежала. Видимо, в надежде, что Джоан побежит за ней ее утешать. Но моя невеста и бровью не повела, только пробурчала что-то про капризных девочек, которым давно пора вырасти.

Далеко, конечно, Эрли не убежала — она же с нами на помолвку поедет. И платья ей Джоан заказала — правда, в город ей ректор отлучиться не разрешил, в отличие от нас. Также разжились новыми костюмами и члены моего клана, которым я смог пробить у ректора приглашение на собственную помолвку. Он только поставил мне условие, что все, кто не из знатных, должны подтянуть знания по этикету, чтобы не создать каких-нибудь проблем. Студенты согласились как один, им и так эти знания не помешают в будущем, а вот Скала и Варадер в ужасе отказались от обучения этикету, сказав, что желают мне удачной помолвки, но просят избавить их от посещения этого мероприятия. Они уже успели хорошо познакомиться, хорошо погудеть в окрестных барах, что было ожидаемо, много раз вместе поохотиться, и всякой «фигней для аристократов» страдать не хотели. Я разрешил не приходить, усмехнувшись. Наивные… на свадьбу я все равно их притащу. Никуда не денутся, будут изучать этикет.

Ну а Клык и Бретер застряли в армии. Ни в одной из битв они поучаствовать не успели после мобилизации, война слишком быстро закончилась. Но король решил, что раз он все равно призвал кучу народа, то надо пару недель подучить призывников совместным действиям в армейском корпусе на случай новой войны.

Что касается Зейлы… Не то это мероприятие, куда вообще прилично звать бывшую девушку. Известие о нашем расставании она восприняла спокойно, мы и так мало виделись перед разрывом из-за войны, да и дошел до меня слух, что они с Варадером посматривают друг на друга. Я даже специально переговорил с Варадером, намекнув, что Зейла моя бывшая девушка и никаких планов на нее я ни имею. Так что, если что — никаких претензий с моей стороны. Не то чтобы я думал, что у них получится что-то долговременное — Варадер тот еще бабник, я с ним много лет знаком, — но кто его знает…

Аркоша я позвал, но старик сказал, что не выдержит такое длинное мероприятие. Ну да, проверять не хотелось. Тем более что это не свадьба. Может, на свадьбу он все же созреет пойти. Мужик он хороший, всегда помогает, даже если не просишь, и его в клане уже начали воспринимать в силу возраста как общего добродушного дедушку.

Также я провел инструктаж со всеми членами клана, что посетят мероприятие, на тему, как себя нужно вести на помолвке. Это уже не королевский дворец, возможно все, поэтому строго предупредил, что с любыми выпадами в мой адрес разбираться буду сам. Вряд ли на меня полезет кто-то с малым боевым опытом. Скорее, пошлют кого-то серьезного меня задирать, и мне не нужно, чтобы из-за меня погиб кто-то из наших, успев перехватить вызов.

По традиции ко дворцу герцога на помолвку мы должны были подъехать в процессии из дорогих карет. И, в принципе, я должен был ехать отдельно от Джоан. Но вчера я по этому поводу сходил к ректору и попросил несколько изменить процедуру. Чтобы я мог ехать вместе с ней. В целях безопасности.

Ректор вначале фыркнул и спросил, какую такую безопасность я могу обеспечить, с какой не справятся трое архимагов, включая его самого? Я сказал, что все еще не вернул в поместье усадебный артефакт, который брал на войну, да и показал его. Специально с собой в сумке притащил в его приемную, удивив секретаршу, — с вещами к ректору обычно студенты не ходят. Картан впечатлился размером источника от морского змея, вздохнул и сказал, что согласен. И даже не из-за артефакта, а потому что ему нравится мое стремление защитить его дочь.

После этого я спросил ректора, почему с нами поедут не грандмаги, а только архимаги. Тот вздохнул, покачал головой и сказал, что он все же ректор, а не король. Он достаточно погонял стареньких капризных грандмагов во время войны, поэтому теперь с них необходимо слезть и дать им отдохнуть. Иначе сбегут в какую-нибудь другую Академию. И что старики в гробу видали любые балы, помолвки и свадьбы — им есть чем заняться в их лабораториях. Так что даже невозможно иметь их в нашей процессии в качестве почетных гостей. С тайным прицелом на то, что могут и пригодиться, если что. Нет, и все тут.

Всего в процессии было два десятка карет. Наша карета была, как положено, самой большой и ехала второй по списку, сразу после кареты с охраной. И только она была запряжена белыми скакунами, во все остальные запрягли черных. Мне не нравилось, что нашу карету так легко узнать, ее словно выделяют, как большую мишень, но тут уже ректор на поводу у меня не пошел. Сказал, что все старые традиции нарушать никак нельзя, хватит и того, что мы с Джоан вместе поедем в одной карете. Ну а что делать — пришлось согласиться.

В карету с нами, помимо ректора, сели Теоном и Фокрен. Мы по-приятельски пожали друг другу руки, но по их лицам я понял, что болтать по-дружески при ректоре архимаги готовы не были.

Выехали из Академии ровно в полдень, чтобы успеть во дворец к часу на случай заторов в городе. Время самое что ни на есть людное, множество карет и телег движутся во все стороны, так что это имело смысл. Я сразу настроил усадебный артефакт так, чтобы магический барьер не высовывался за пределы кареты. Уже по его цвету будет видно, что он очень мощный, не чета тому, что может выставить архимаг или не боевой грандмаг.

Джоан была в розовом платье. В одном из новых розовых платьев. В первом из двух на сегодня. Оба по традиции должны были быть розовыми. Я видел оба, но не совсем понял, чем они отличаются, и даже имел неосторожность сказать об этом вслух. Мол, может, и одного хватит, они же все равно практически одинаковые? После чего на всю жизнь запомнил, что так делать не стоит, — следующие десять минут Джоан читала мне лекцию о женской моде и привела восемь отличий одного платья от другого, которые непременно заметят все модницы, что будут на балу.

Остановить лекцию я смог, только делано восхитившись всем этим разнообразием отличий, после чего выкинул их из головы. Красиво смотрится, ну и хорошо! И идет очень моей девушке — в этом сомневаться не приходилось, она сияла, как бриллиант в красивом кольце. Вся такая красотка, вся такая милашка, что даже ректор сидел с непривычно благостной физиономией напротив нас. Я догадывался, о чем он думает, — еще недавно дочка маскировалась под дурнушку из провинции, чтобы парни не приставали, а теперь едет на собственную помолвку очень красивой девочкой, и без малейших возражений. Даже хотелось сказать ему, чтобы он свою улыбку прикрутил чуток, а то Джоан у меня девушка умная, может сообразить причину и взбрыкнуть по привычке. Но, увы, брат короля не тот человек, которому можно выставить такое пожелание безнаказанно. Приду потом на закрытый этаж библиотеки, а там стражники в карты на ступеньках играют. Так что, авось, Джоан и сама больше не захочет играть в прежние игры.

Напали на наш конвой неожиданно, всего в квартале от дворца. Сначала мы услышали характерный шум огненного шторма, а потом нашу карету разнесло прямо над нами, осталась только нижняя часть, защищенная магическим барьером. Все вокруг горело, включая карету, что ехала перед нами, и убитых на месте лошадей. Масштаб разрушений был таков, что я сразу понял — на нас скастовали сразу несколько огненных штормов грандмаги или архимаги. С оглушительным треском барьер моего артефакта не выдержал и лопнул, но кто-то из наших попутчиков-архимагов успел скастовать новый. После чего они со свирепыми лицами принялись высматривать наших врагов. Они явно атаковали с крыш или верхних этажей домов вокруг нас.

Я повалил Джоан на пол кареты, накрыв собой, и скомандовал:

— Хлопну по тебе рукой — запрыгивай в эспандер, и плевать, что увидят!

Кричал я ей в ухо, не боясь, что услышат ректор и архимаги, — вокруг все рушилось, и при этом шумно было так, что меня никто, кроме нее, точно не услышит. Прямо рядом с новым барьером рухнула стена двухэтажного дома, частично ударившись в него, — дом разнесли удары мощных заклинаний, которыми нас атаковали. К счастью, барьер выдержал, камни из стены просто сползли по нему. Трещал соседний трехэтажный дом — в нем что-то рушилось внутри. Испуганно ржали лошади, кричали перепуганные люди. Я поднял голову, высматривая признаки новых атак мощными заклинаниями, чтобы успеть предупредить Джоан, но в небо поднимались только столбы дыма и пыли от обрушившихся частей зданий, ничего сверху на нас не падало.

Спустя секунд десять стало понятно, что, скорее всего, новых атак не будет. В принципе, это логично — те, кто нас атаковал, имели все основания полагать, что убьют нас первой совместной атакой. И так бы оно и произошло, если бы не мой очень мощный усадебный артефакт. Вернее, мой только что доблестно погибший в бою уникальный усадебный артефакт. Теперь его не восстановить, как и источник, — остается только выкинуть то, что от него осталось…

Ну и нападавшие явно знали, что атаковали брата короля и его племянницу, поэтому имели все резоны немедленно убегать после атаки, понимая, что король всю столицу поставит на ноги после такого дерзкого нападения.

— Уходим порталом к Академии! — приказал герцог. Он вместе с Теономом и Фокреном скастовал портал прямо рядом с остатками кареты. Я восхитился им. Менее умный человек приказал бы открыть портал к своему дворцу, к которому мы и направлялись. Не подумав о том, что там нас может ждать вторая засада. Логично же, если выжил в дороге, отправиться туда, куда планировал прибыть. Умный же папаша у моей невесты!

Ректор настоял на том, чтобы мы с Джоан первыми шагнули в портал, и я с сожалением сделал это. Эх, проклятая секретность, вынуждающая меня скрывать свойства моего эспандера! Все, что мне хотелось сейчас, так это отдать Джоан на попечение ректора и помчаться вслед за нападавшими. Они, скорее всего, попытаются скрыться порталом, что логично, но у меня с моим эспандером есть шансы незаметно для них в него заскочить и потом проследить за ними. Но нельзя, слишком много будет свидетелей моего исчезновения. Пойдут слухи о чудесном артефакте, и в следующий раз нападать будут еще большие силы: к тем, что жаждут убить меня и Джоан, охотно присоединятся добровольцы, желающие отобрать этот артефакт. И одним нападением уже вряд ли все ограничится, уж больно много будет жаждущих обладать таким артефактом…

Вышли из портала прямо около главного здания Академии. Подняв голову, я увидел множество голов у стекол аудиторий. Не каждый день порталы открываются прямо во дворе — прекрасный повод отвлечься от лекции!

— Все здоровы, все в порядке? — спросил нас и архимагов ректор.

Мы подтвердили, что все в порядке.

— Тогда ждите. Я оповещу короля о происшедшем и распоряжусь проверить безопасность площадки возле дворца.

Приобняв дочь и панибратски ударив меня по плечу, он отошел немного в парк и открыл коммуникационный портал.

— И что это было? — впервые за все время спросила шокированная Джоан.

Она ни разу даже не пискнула во время атаки и эвакуации — вот что значит стальной характер! Многие девушки за это время дважды упали бы в обморок или визжали бы не переставая. Правда, наверное, имеет значение и то, что мы месяцами охотились на опасных монстров в портальных локациях. Так что обычной девушкой моя невеста отнюдь не была.

— Нас пытались убить, и атака была очень продуманной. Если бы не усадебный артефакт, мы все погибли бы.

— Ты прав, — пробасил озадаченно Теоном, — не будь твоего артефакта, у нас был бы только барьер, скастованный мной. А на нас обрушили пять огненных штормов с небольшим интервалом. Мой барьер проломило бы первым из них, а новые, сидя в карете и не ожидая такого, мы бы скастовать не успели. Даже если бы и успели, то один или два, и их бы тоже проломило… И вот кто это так озадачился?

Над этим вопросом я и сам непрестанно думал. И ответ у меня был только один:

— У меня, конечно, есть враги. Но нет таких врагов, что отважились бы атаковать меня в присутствии брата короля и племянницы. Значит, это покушение на Лорейн.

— Хендо, значит? — нахмурился Теоном. Он время от времени принимал участие в охране Джоан и знал, кто является для нее угрозой.

— Похоже, что так. Вот только я не знал, что он сбежал с таким впечатляющим количеством серьезных магов. Правда, денег он с собой унес, по слухам, достаточно, чтобы нанять кого угодно для такой вот акции.

— Судя по силе каждого из заклинаний, на нас напали боевой грандмаг и четверо продвинутых боевых архимагов, — высказал свои соображения Теоном. — Крепкая команда…

Вернулся ректор:

— Связался также с Келертом. Он подтвердил, что новых атак нет. Приказал процессии двигаться ко дворцу, без нас они никому не интересны. Продолжаем помолвку? Что скажешь, девочка, ты в порядке для этого?

— В полном, и так легко меня от помолвки какие-то неудалые убийцы не заставят отказаться. Согласен, милый?

— Ну да, такой настрой я в тебе и люблю!

— Ректор, мы тут обсудили ситуацию, — сказал Теоном, — сошлись на том, что удар нанес Хендо. И удар был хорош. Он имел все шансы достичь цели.

Отец Джоан кивнул и, посмотрев на меня, сказал:

— Спасибо, Эйсон, ты один серьезно отнесся к этой угрозе, как оказалось. Надо было брать грандмагов. Я недооценил наглость Хендо. И я возмещу тебе утраченный артефакт, в полном объеме.

Ну, я в этом сомневался — где же он возьмет такого размера источник. Да и в целом не собирался рвать на себе волосы из-за такой потери и попрошайничать, требуя замену. Очень жаль, конечно, но защитный артефакт для того и существует, чтобы защищать. И со своей задачей он справился просто великолепно.

— Знаете, в этом нет нужды, — сказал я ректору. — Этот артефакт спас в том числе и меня самого. Я и сам поищу ему замену.

— Приятно, конечно, видеть, что моя дочь выбрала настолько самостоятельного молодого человека, что ему от меня ничего не надо, но это дело принципа, — возразил ректор. — И дело чести. Это я должен был следить как следует за безопасностью моей дочери, она же еще не твоя жена. И раз ты выступил за меня, защитив ее, то я тебе должен как минимум возместить твои потери. И все, этот вопрос больше не подымаем.

Тут ректора вызвали коммуникационным порталом, и он пошел разговаривать, не дав мне ничего сказать. Ладно, если для него это настолько принципиальный вопрос…

Ректор еще трижды отходил в сторону — его вызывали для бесед. После последней из них он сказал:

— По всей столице идет поиск убийц, хотя, конечно, все понимают, что их давно уже здесь нет. Площадку возле моего дворца проверили трижды, там безопасно. Отправляемся!

Платье для Лорейн действительно сшили хорошее — оно совсем не пострадало во время атаки на нас, даже от того, что я опрокинул ее на пол кареты. Правда, карета была чуть ли не вылизана слугами, это к такому-то событию! Поэтому переодеваться ей не потребовалось. Мой костюм она лично осмотрела весьма придирчиво и признала, что он тоже в порядке. Но в этот раз мы отправились на бал уже в сопровождении обоих грандмагов, один из них и открыл портал.

Выйдя из портала, я увидел вокруг площадки множество магов, в том числе и в мундирах очень нелюбимого мной Королевского корпуса стражей. Сразу припомнил и что собирался разобраться с Аргелио. Возможно, время для этого и пришло — но я тут же заставил себя перестать думать об этом. Сегодня у нас с Джоан помолвка, это раз. И после того, что произошло, нужно думать в первую очередь о ее безопасности, это два. Об Аргелио подумаю позже, никуда предатель от меня не денется.

Увидел, что наш караван сюда уже добрался. Ведя за руку Джоан, подошел к Келерту:

— Какие у нас потери?

— Стражники, что ехали в первой карете, все погибли. Даже от тел почти ничего не осталось. Огненный шторм сам по себе не подарок, а их обрушилось на ваши две кареты несколько. Я был уверен, что и вам не выжить. Хотя, надо было мне вспомнить, что в этой карете ты, так что ничего плохого с ее пассажирами произойти не могло, — попытался неуклюже пошутить Келерт, но я видел, что он очень встревожен.

Было с чего, такой мощной атаки никто не ожидал. По крайней мере от беглого принца… Так атакуют, когда за убийцей стоят ресурсы целого государства. Вот только я практически уверен, что в данном случае это не так. Король Сисерии не осмелился бы пойти на такой шаг против Аргента, у него не было иллюзий после недавнего поражения, что он может справиться с нами. Такого рода нападения долго анонимными не остаются, значит, пришлось бы держать ответ. Получается, все это организовано Хендо на те ресурсы, что он забрал с собой, когда покинул двор.

Глава 18

Помолвка меня несколько разочаровала. Нет, не потому, что многочисленные гости были встревожены, опасаясь, что масштабное и мощное нападение повторится. Это стерпеть можно было. А потому, что я ожидал на балу в честь помолвки различных провокаций в свой адрес. Попыток вызвать меня на дуэль или отравить, чего-нибудь такого. Теперь же мы не в королевском дворце, так что никаких ограничений не существует.

Но мощная атака привела к ситуации, когда те, кто затаил зло против меня, действовать не решились. Понять их логику можно. После совсем свежего нападения на брата короля и его дочь Королевский корпус стражей прямо-таки жаждал найти хоть кого-то, кого можно потащить в казематы к палачам, чтобы узнать причины и заказчиков этого преступления. И, конечно, адресок, по которому за ними можно наведаться.

Стражам тоже не позавидуешь — король очень жестко будет спрашивать с них, он уверен, что нападение на лиц королевской крови не должно остаться безнаказанным, иначе его власть в Аргенте может пошатнуться. А поскольку я тоже был в той карете, любой выпад против меня могли счесть за продолжение попыток навредить королевской семье. Нужно было иметь чугунную голову и полное безразличие к доводам здравого смысла, чтобы в этот день напасть на меня.

Хотя я вот лично был бы совсем не против. Происшествие, в ходе которого мы с Джоан едва не погибли, а мой уникальный и дорогущий усадебный артефакт был безвозвратно утрачен, создало у меня огромное желание выплеснуть на кого-нибудь все те понятные эмоции, что у меня в связи с этим возникли. Но, увы, никто не захотел попасться мне под руку…

Ну а так, если не касаться этого момента, то все было красиво. Сначала ректор вывел меня и Джоан на специальную сцену, недавно сооруженную в его огромном зале для танцев, и сообщил официально о нашей помолвке. Потом выстроилась огромная очередь с подарками по случаю нашей помолвки, через час закатили пир горой, а потом пошли и танцы. Часиков за шесть со всем управились. Было забавно вспомнить, что не так и давно я был в этом зале на птичьих правах, а ректор посвятил меня на несколько часов в бароны, чтобы я мог сразиться на дуэли с высокомерным графом, так позорно слившимся на ней…

Ну а затем, когда все закончилось и гости покинули дворец, ректор со мной переговорил, прежде чем тоже уйти:

— Эйсон, спасибо тебе еще раз, что спас сегодня мою дочь. Я снова убедился, что она сделала правильный выбор. И мне даже неудобно говорить, что ты спас сегодня и меня… Давай, в благодарность я перестану оснащать закрытый этаж библиотеки новыми защитными артефактами?

— Да ладно, мне эта игра даже и понравилась, если честно, — улыбнулся я в ответ. — Полезно держать себя в тонусе. Мне уже интересно, что вы там новое приказали поставить, когда я иду чего-нибудь почитать…

— Ну ладно, если это так, — улыбнулся ректор. — Естественно, моя благодарность не ограничится такой мелочью. Но сейчас давай поговорим о другом. По возвращении в Академию я сразу же займусь мерами по усилению охраны дочери, найму грандмагов в телохранители. Куплю новый усадебный артефакт, который вы должны будете постоянно держать при себе. Лучше потерять сто тысяч золотых монет, чем жизнь, мы достаточно обеспечены, чтобы себе это позволить. По твоему погибшему артефакту переговорим чуть позже — я понимаю, что это была уникальная вещь, и ее так просто восстановить не получится. И новую охрану, и артефакт я привезу завтра. Думаю, до этого времени вы здесь будете в безопасности. Я попросил брата, чтобы за дворцом приглядывали, пока я не усилю охрану. Он очень зол на Хендо, так что пообещал сделать все необходимое для вашей безопасности. Осваивайтесь тут!

И он отбыл, передав меня в руки своего дворецкого. Старика лет восьмидесяти, двигающегося с таким достоинством, словно он и сам герцог. Звали его Туреном, и он отнесся к нам с отеческой заботой. Чувствовалось, что он рад предстоящему браку Джоан. А в целом ли рад, или потому что я, как ее будущий муж, пришелся ему по сердцу — такие нюансы было сразу и не понять.

Мне и Джоан показали наши комнаты. Вернее, мою огромную комнату и ее огромную комнату, которые находились даже не рядом, а в сотне метров друг от друга. И слуг вокруг роилось так много, что меня это категорически не устраивало. Похоже, тут без свидетелей даже ручку ей поцеловать не получится, а я собирался претендовать на много большее при возможности. Ну и были и другие моменты, не менее важные…

Я тут же решительно воспротивился такому раскладу и потребовал прислать к нам начальника охраны дворца. Через пять минут он был возле нас. Высокий статный мужчина около пятидесяти лет. Красивый костюм. Красивое породистое лицо. Как сказала Джоан, маг двенадцатого разряда, герцогу служит уже лет двадцать пять.

— Барон Эрегарский, позвольте представиться. Я Арпад, глава дворцовой стражи герцога Картана. Чего изволите?

Он был изысканно вежлив, и я чувствовал, что он уверен в своих силах настолько, словно он архимаг, а не обладатель двенадцатого разряда. М-да, больше смахивает на необоснованную самоуверенность…

— Рад знакомству, Арпад, — сказал я. — В свете недавнего покушения, нам предстоит пересмотреть схему размещения Лорейн, ее телохранителей и меня во дворце. Покажите нам другие комнаты, где мы можем разместиться.

— А что не так в этих? — удивился глава дворцовой стражи.

— Подойдите вместе со мной к окну, — предложил я, и он подошел. — Видите?

— Вижу, — сказал он, морща лоб в недоумении. — Красивый парк.

— Все верно, красивый парк, — подтвердил я, — лишь частично прикрытый магическим барьером у самой стены дворца. Множество деревьев, под прикрытием которых может незаметно подкрасться любое количество вражеских магов, обрушить серией атак магический барьер и тут же напасть на молодую госпожу. От начала атаки до того, как они смогут это сделать, пройдет максимум секунд двадцать. А это никуда не годится, это так же небезопасно, как жить в разбитой в этом парке палатке.

Видимо, эти соображения впервые пришли в голову начальнику дворцовой стражи. Не было похоже, что ему плевать на это, он попросту никогда об этом не задумывался. И понятно почему. Если ему пятьдесят, то получается, что герцог взял его к себе на работу в двадцать пять. Значит, вскоре после того, как он закончил Академию. И жизни-то почти не повидал. А потом четверть века тихой и спокойной службы на должности, на которой ничего и делать не надо. Кто же осмелится напасть на дворец, принадлежащий брату короля? Ясно, что он расслабился.

— Вы правы, барон, — сказал он обеспокоенно, — но что делать? Не размещать же молодую госпожу в подвал?

— Покажите нам другие комнаты, — распорядился я.

Арпад и Турен повели меня, Джоан и двух архимагов по коридору, то и дело распахивая двери других комнат, где нас можно было бы разместить. Дворец был большим, так что путешествовали мы долго. Я отверг два десятка помещений. Бедолага Турен, в силу возраста, и даже Джоан от скуки начали уставать. Наконец, мы пришли на новую сторону дворца, и тут мне сразу же понравилось.

— Вот здесь уже — другое дело! — удовлетворенно сказал я. — Видите?

— Что вижу? — опасливо спросил Арпад.

— Вместо парка у нас тут вид на соседний дворец. Он всего в ста метрах. Наш защитный барьер соприкасается с их барьером, и сюда так легко не подобраться. Сначала убийцам придется проникнуть на территорию соседнего дворца, сломав их охранный барьер, а потом уже ломать наш барьер. Это все потребует времени, которое так важно иметь в случае нападения. Ну и убийцам придется иметь в виду, что ими может заинтересоваться и охрана соседнего дворца. Кто там, кстати, живет?

— Герцог Батерс, — ответил Арпад.

— Это из клана первой десятки, «Вакуума»? — припомнил я. — Патриарх?

— Все верно, барон.

— Отлично, это богатый клан. Обязательно сходите к его начальнику дворцовой стражи, предупредите, что возможно нападение на наш дворец, которое может затронуть и его. Пусть охрана усилит бдительность.

— Схожу, — немедленно согласился Арпад.

— Тут только одна проблема — между комнатами нет внутренних дверей. Так не пойдет. Нам нужно три комнаты рядом, соединенные внутренними дверями. Чтобы можно было за несколько секунд перейти из комнаты в комнату. Ночевать будем в разных, чтобы любые внешние наблюдатели не могли собрать точную информацию, в какой именно из комнат ночует госпожа. Значит, так, сегодня здесь не ночуем, приглашайте мастеров и начинайте ремонт. Что вы говорили про подвал? Давайте осмотрим его.

— А это не слишком? — дернула меня за рукав притомившаяся Джоан. — Только же было покушение… Неужто вот так сразу снова могут напасть?

— Если бы тебя пытался убить кто-то разумный и хладнокровный, то было бы слишком, — ответил я, — но за твоей головой охотится настоящий псих. Капризный и избалованный принц. Что ему придет в голову — никто не знает, подозреваю, что и он сам. Это нормальный убийца будет после провала покушения долго и тщательно планировать очередное, а этот может хоть сегодняшним вечером обрушиться на дворец, прознав, что мы заночевали тут.

— Ну, если вспомнить про мой портрет, то ты прав, Хендо точно псих, — со вздохом согласилась Джоан.

— И еще мне нужно знать, где здесь потайной ход для эвакуации, — потребовал я, — надеюсь, в том самом подвале?

— Ага, пошли, я тебе покажу, а Арпад пусть займется теми задачами, что ты ему уже надавал, — сказала моя невеста.

— Знаешь и системы безопасности в туннеле? — спросил я. — Если не знаешь, то лучше идти с ним, чтобы нас там не завалило или не сплющило.

— Но у нас там нет ничего такого, — растерянно развел руками Арпад, — просто очень крепкий и надежный ход, отделанный камнем. Выходит в одно из зданий на площади, принадлежащее нашему герцогу. Там внутри пост охраны…

Я горестно вздохнул и покачал головой. Какая у мужика была хорошая работа до нашего появления! Такая дыра в защите, но никому это было не интересно. Тут же дворец брата короля, кто осмелится…

— Ясно, значит, мне нужно будет сейчас отлучиться и по возвращении заняться устройством сигнализации в этом туннеле, — сказал я.

— Мне с тобой нельзя? — вздохнула Джоан.

— Не стоит, нужна совсем другая охрана, если ты пойдешь со мной, чем если ты останешься здесь, — покачал головой я. — Сама же видела, что днем было.

Джоан снова вздохнула, но настаивать не стала.

— Пока меня не будет, позаботьтесь о госпоже как следует, хорошо? — обратился я к архимагам. Арпада я этим вопросом не озадачивал. Такого специалиста уже хорошо, если самого не украдут, а ждать, что он еще кого-то будет способен защитить…

— Можете не беспокоиться, барон, — ответили Теоном и Фокрен почти хором.

Джоан я отвел в сторону и проинструктировал:

— Если вдруг все же новое серьезное нападение… то просто убегай при помощи эспандера, не надейся, что тебя защитят. Забудь про дворец — деньги у отца есть — как разрушат, так он и восстановит. Забудь про архимагов — ты сбежишь, их оставят в покое. Забрось эспандер на любую крышу, соверши несколько прыжков на другие крыши — и ты в безопасности, они тебя попросту потеряют из вида. Не надо никого защищать, сражаться — ты еще не в том положении, чтобы сражаться с архимагами. Браслеты магоудара против них могут сработать, а могут и нет. Все же Джерел не боевой архимаг, а артефактор, его силы может не хватить, чтобы пробить их пассивную защиту. И с ними точно будет грандмаг, ему тебе и вовсе нечего противопоставить…

Джоан с серьезным видом кивнула. Ну, так мне будет спокойнее…

Естественно, что я помчался к Джерелу. Он всегда, делая что-то для меня, оставлял и для себя образец, чтобы не забыть, как все устроено.

Уже стемнело, так что я выехал из дворца на лошади, в маске и в простой одежде, чтобы шпионы, если они были, мной не заинтересовались. Впервые обрадовался, увидев, сколько в окрестностях дворца снует людей в мундирах Королевского корпуса стражей. Как и обещал герцог, на эту ночь король обеспечил нам неплохую внешнюю охрану.

Пристроил лошадь в ближайшей конюшне, и дальше принялся передвигаться при помощи эспандера по крышам. Сразу возникли воспоминания о Сисерии после моего визита во дворец Хендо без его разрешения — наша столица бурлила точно так же, как тогда вражеская. Множество стражников на улицах, таких больших отрядов я раньше и не видел. Король явно разозлился из-за покушения на своего брата и племянницу и заставил стражников искать устроивших это нападение днем и ночью. И я даже знаю, кто сегодня получил большой пендель от монарха, — отец Рабоша! Он же главный стражник в столице! Надеюсь, Рабош на меня за это не обидится. Зато, исходя из того, что я видел в Сисерии, и преступный мир как следует прижмут. Какое-то время не будут хоть в открытую торговать портальным наркотиком, это уже неплохо…

Джерел принял меня не так, как обычно. С гораздо большим интересом. Его причина вскоре выяснилась.

— Был у меня гость, значит, — сказал он, проводив меня в лабораторию. — Из старых друзей. И вот я от него узнаю́…

Он сделал многозначительную паузу, вынуждая меня что-то сказать.

— Что вы узнаете? — поддержал игру я.

— Что некий Эйсон, который меня время от времени посещает, — герой прошедшей войны с сисерийцами! А за это надо выпить!

Пришлось выпить с ним, не обижать же старика!

— А он сам про меня заговорил или… — спросил я на всякий случай. Я уж лучше буду слишком подозрителен, чем останусь без полезной информации. Если кто-то разузнал про нашу дружбу с Джерелом и подкатывает к нему, чтобы выведать мои тайны, это плохо.

— Сам, сам! — засмеялся архимаг. — Я даже и не сказал ему, что мы лично знакомы, хотя очень и хотелось. Наше соглашение в силе. Он попросту начал перечислять всех, кого наградили. И ты единственный, кого за эту войну наградили два раза. Она же короткая совсем была. А ты и бароном стал, и поместье получил, и личного магического питомца короля в подарок! Каково это — иметь при себе личного маркона короля?

— Да ничего особенного, если честно, — пожал плечами я, — я его после церемонии награждения и не видел. На территории Академии его держать невозможно, барьер не пропускает питомцев на территорию, а я там все это время и жил.

Джерелу я сказал правду. Наградного пета несколько дней подержали в магазине, а тем временем в подвале нашего родового особняка построили мощную клетку по всем правилам науки. Я также нанял две смены охранников из того же магазина, чтобы они его и охраняли. Никого больше в поместье не было, я по-прежнему слишком опасался нападения «Могучих», чтобы размещать там тех, кто мне дорог. Поэтому охранникам приходилось еду заказывать из ближайшего трактира, в поместье даже стряпухи не было. Обходилось все это недешево, но куда же деваться… Зато, в случае чего, меня не смогут обвинить в небрежном содержании питомца, подаренного королем, — меры безопасности те же, что и у всех, потому я и нанял охранников именно из магазина, который ими торгует. Они и про кормежку правильную все знают, еду для питомца я велел покупать только в магазине.

Хотя я, конечно, понимал, что маркон, будучи как минимум архимагом, от заворота кишок не помрет, но мало ли кто из моих врагов захочет его отравить. Из-за мер предосторожности, предпринятых мной, это уже не удастся выдать за пищевое отравление по моей небрежности, чтобы вызвать у короля гнев в отношении меня. А что делать, надо рассматривать разные варианты…

— Мне, конечно, неохота возиться с петом, да я и не боевой архимаг, чтобы он мне был особенно нужен, но если бы король мне его подарил, то я бы все время держал его при себе, — покачал головой Джерел. — Не повезло тебе, что ты живешь в Академии.

Полезную вещь он сейчас сказал, я сразу это понял. Адские демоны! А ведь теперь я несколько месяцев буду жить с Джоан не на территории Академии, а во дворце ректора. И едва кто-то из моих недоброжелателей узнает, что мой маркон не рядом со мной, а содержится в подвале моего поместья, то сразу же побежит с этими слухами к королю. Лично не вхож — так найдет, кому передать. Мол, новоиспеченный барон не ценит вашей награды, можно сказать, что относится к ней с презрением. Эх, придется эту тварь переводить во дворец ректора… И даже заходить к питомцу при свидетелях, гладить там, кормить лакомствами, изображать радость. Ну и дела!

Правда, я тут же понял, что в этом есть и полезная сторона. Чем выше я поднимаюсь в иерархии Аргента, тем чаще буду вынужден общаться с титулованными персонами, у которых есть при себе марконы. И часть из них телепаты… Так что мне объективно нужна тренировка в обращении с ними. Научиться не бросать на них убийственные взгляды, научиться прятать кровожадные мысли. Никто не сказал, что это будет легко, но научиться постоянному самоконтролю при нахождении в одном помещении с замаскированными высшими демонами жизненно необходимо. Значит, буду тренироваться на королевском подарке. Уже не зря заскочил к Джерелу, он не только как артефактор хорош…

Но отпраздновав победу, мы тут же занялись общением по его профилю. Узнав, что на мою невесту сегодня совершили покушение, и оно явно будет не последним, Джерел со всей серьезностью воспринял мою просьбу помочь с сигнализацией во дворце. Что-то у него уже было свое, что-то осталось в виде дубликатов от моих прежних заказов, все это я сразу положил к себе в сумку. И на несколько новых артефактов сделал ему заказ. Что-то знал, как обустроить, и рассказал ему все нюансы, а что-то только видел, как действовало и из чего сделано, — тут ему уже придется посидеть, поломать голову, чтобы понять, как сделать этот артефакт. Впрочем, именно этим заниматься архимаг-артефактор любил больше всего на свете. Легко сделать реплику по точному описанию, а вот разгадать интересную загадку… Хоть бы он есть не забывал, пока будет возиться с моим заказом.

Глава 19

Вернувшись во дворец, я с облегчением убедился, что все в порядке. Отметил, что и временная внешняя охрана не спала в шапку. Забрав лошадь из конюшни, я вынужден был три раза останавливаться за четыре сотни метров на близких подступах ко дворцу и отвечать на расспросы патрулей из Королевского корпуса стражей. Они без проблем позволяли всем спокойно выезжать из дворца, но заехать в него было не так и просто, как выяснилось. И моя простая одежда в этом отнюдь не помогала.

Особенно оказался бдительным караул у самого дворца. Пришлось вместе с патрульными подъехать к барьеру, где меня признали за своего видевшие сегодня дворцовые охранники.

Поцеловав в щечку не спавшую в ожидании меня Джоан, тут же попросил ее проводить меня в подземный ход. Ход оказался очень длинным, метров так триста, как и надлежит дворцовым подземным туннелям, чтобы не ясно было, где именно он выходит на поверхность. Ну а затем, отослав архимагов и Джоан, я занялся установкой сигнализации. Джоан я, конечно, хотел бы тоже обучить некоторым моментам в этой сфере, но тогда и архимаги бы их увидели, а они мои тайны хранить не обязались. Ну а оставить Джоан со мной одну после сегодняшнего нападения они тоже не согласились бы.

Часа полтора занимался работой в туннеле, но зато после этого был уверен, что бесшумно в него теперь снаружи никто не зайдет, даже грандмаг-артефактор. Некоторые из ловушек, что я устроил, попросту еще не были известны в этом времени, и они были хороши. И по идее, если такой рейд за нашими головами устроит грандиозный шум, когда мои ловушки сработают, и поймет, что не сможет появиться во дворце незаметно, то тут же повернет обратно и уберется туда, откуда пришел. Ясно, что это провал. Правда, за одним исключением… Если его не будет возглавлять лично принц Хендо. Человек, снедаемый ненавистью, трудно предсказуем. Трезвым расчетом и логикой в его действиях может и не пахнуть.

Хотя, с его низким, по молодости, магическим разрядом, ходить в подобные миссии посередине вражеской столицы — весьма неосторожно, мягко говоря. Это же не всегда будет так безопасно, как вышло в прошлый раз. Эх, если бы мы ехали в карете вдвоем, то я мог бы воспользоваться эспандером и проследить за врагами в тот раз… Сказал бы Джоан метнуть свой эспандер в окно одного из целых домов и затаиться там, а сам бы присел на хвост нападавшим. Но ладно, нечего жалеть об упущенных возможностях. Моей вины в этом нет — некоторые тайны очень важно сберечь. Ректор мог бы и промолчать, увидев использование эспандеров, — но нет никаких гарантий, что молчали бы два архимага, которые тоже были в карете. Хоть отношения у меня с ними вроде и дружеские, но я точно знал, как быстро распространяются горячие новости, если не была дана клятва о молчании.

Смог бы ректор заставить их принести такую клятву уже после того, как они бы все увидели? Не факт, все зависит от характера человека. Да и пока бы я вернулся и попросил его это сделать, информация уже могла бы выйти наружу. Вряд ли в тот момент, когда только что на нас обрушилось несколько «огненных штормов», ректор бы размышлял о важности сохранения моих тайн.

Этой ночью прямо в подвале мы и устроились. Я был уверен, что ремонт в наших комнатах сделают быстро, а одну ночь можно и потерпеть ради безопасности. Вот что умеют делать быстро в любом богатом дворце — так это ремонт. Многие знатные люди капризны и, выйдя поутру на террасу, вдруг могут подумать, что закат им хотелось бы встречать, не видя несколько уродливых колонн, торчащих в поле зрения. Так что управляющим, если они хотят сохранить работу, нужно знать строителей, которые тут же могут приступить к выполнению каприза и управиться очень быстро. Тем более что и строители очень заинтересованы в таких заказах — деньги, как правило, такие капризные заказчики на свои фантазии не жалеют.

Единственное — перед сном мы с Джоан обошли подвал по всем углам, и я показал ей, как именно надлежит спасаться в случае нападения, где можно спрятаться в эспандер, пока враги пробегут мимо, а потом сбежать. К счастью, любой подвал под большим дворцом — это множество закоулков и помещений, спрятаться тут легче легкого. Остается только сочувствовать тем, кто захочет тут найти человека, обладающего эспандером и умеющего им грамотно и хладнокровно пользоваться. Пожалуй, я могу быть уверен, что Джоан именно такой человек. Она может и покапризничать, и вспылить, на то она и девочка, к тому же королевская племянница. Но по опыту вылазок в портальные локации я знал, что в боевых ситуациях вся эта шелуха слетает прочь. Джоан мобилизуется и становится прекрасным бойцом.

Не знаю, как она будет вести себя, став могучим грандмагом… сила меняет людей, да и еще эти чертовы пять червячков в ее источнике могут сказаться. Но пока что ее контакты с кланом, который специализируется в контроле над разумом, явно дают положительный результат. Своих техник они не выдают, но с Джоан регулярно занимаются. Да и она сама, понимая проблемы с нестабильностью психики, связанные с источником на пяти червячках, постоянно тренирует свой самоконтроль. Так что в данный момент моя невеста — это надежный боец, с которым можно ходить на опасные задания.

А на следующее утро, едва мы выбрались из подвала и отправились на завтрак, прибыл герцог. Да не один. С ним было два седовласых старца, впрочем, вполне еще неплохо выглядящих. А при них было два маркона… Вот же засада! Так, теперь думаю о чем угодно, но не о марконах!

Краем глаза заметил, как оживились Теоном и Фокрен — сообразили, похоже, что их время работы телохранителями Джоан заканчивается. Они все же профессора, так что вряд ли были счастливы этим заниматься. Хотели бы — не работали бы в Академии, а сразу пошли в найм к какому-нибудь клану. Нет, им реально нравится читать лекции и проводить исследования, это их любимый и привычный образ жизни.

Подойдя к дочери размашистым шагом, ректор сказал:

— Познакомься — это твоя новая охрана, Лорейн, грандмаги Седнеш и Юрак. Держи также новый усадебный артефакт.

Герцог протянул ей увесистую сумку.

— Знаю, он тяжелый, но постарайся держать его около себя. Он почти такой же мощный, как тот, что был утрачен во время нападения. Пришлось посетить несколько королевств, чтобы найти эту вещь, у нас ничего похожего в продаже не было.

Ого! Герцог решил серьезно растрясти мошну. Впрочем, ситуация этому соответствовала — он уже один раз не оценил настоящую степень угрозы Хендо, и мы едва не погибли. Впрочем, уверен, что грандмагов он нанял не за золото. Золото те и сами могут легко добыть, сходив на портальную охоту. Думаю, тут речь шла о редчайших заклинаниях, которые хранились на запретном этаже библиотеки. Интересно, сколько их грандмагам было обещано за службу? Я ведь тоже знаю много неизвестных никому или почти никому заклинаний. Может, и мне также начать нанимать грандмагов для охоты в тех портальных локациях, куда самому идти чрезмерно опасно с моим разрядом?

Хотя я знал ответ на этот вопрос — так точно не стоит поступать. Это нормально, когда таким образом за найм расплачивается ректор Королевской Академии Магии, брат короля и герцог, сильный архимаг. Все и так знают, что у него наверняка есть подобные заклинания, а также знают, что нападать на него, чтобы получить эти заклинания силой, очень опасно. Будешь в ответ иметь дело со всем королевством.

Но стоит только пойти слухам о парнишке с восьмым разрядом, что нанимает магов в обмен на заклинания, которые интересны грандмагам, то судьба моя станет невеселой. На меня такая охота развернется… Как будто мне мало того, что сейчас происходит. И Хендо где-то строит зловещие планы, и «Могучие» пока себя не проявляют, но наверняка что-то планируют, и уверен, что есть и еще желающие со мной расправиться при удобном случае. Поднимать ставки рано, надо вначале стать сильнее и усилить свой клан.

— Что касается твоего утраченного артефакта, Эйсон, то нигде нет в продаже источника, сопоставимого с тем источником от морского змея. Но я оставил заявки на нескольких королевских аукционах, включая наш, — если такой артефакт будет выставлен на продажу в каталоге, меня известят. Жаль, что наш аукцион как раз проходит завтра, и на нем уже вряд ли такой источник появится. В последний день новые серьезные лоты крайне редко выставляют.

Ага! Тот самый королевский аукцион, на который мы выставили в продажу картины, раньше принадлежавшие Хендо. Жаль, что война успела закончиться раньше, чем прошел аукцион, цена за столь уникальные трофеи уже явно будет не такой высокой, как могла бы быть в разгар войны. Остается надеяться, что все же за них капнет серьезная сумма в наш бюджет. Хотя не видать мне этих денег все равно, поскольку, как договорились с Джоан, придется покупать на вырученную сумму другие красивые картины этого же художника…

— Спасибо, ректор! А можно ли нам с Джоан посетить завтра этот самый аукцион? — спросил я его.

Немного подумав, он кивнул:

— Учитывая, какая там будет охрана, и если отправиться туда порталом… Думаю, это вполне безопасно. Я тоже к вам присоединюсь. Ждите меня завтра утром, отправимся из дворца в одиннадцать.

После этого ректор отбыл, захватив с собой счастливых Теонома и Фокрена. Они особо и не скрывали, как рады, что больше не придется охранять дочь ректора. При этом Джоан на них не обижалась. Понимала, что работа телохранителями для них была в тягость.

Ну а затем пришло время знакомиться с новыми телохранителями невесты, да еще и в таком высоком разряде. Грандмаги всегда немного надменны, даже Зерелиус — и тот был не подарок в общении. Это чувствовалось и в разговоре с этими двумя. Да, ректор их нанял, но они себя очень ценили. Знали же, что магов такого высокого разряда всего несколько сотен на всей Земле. Точную цифру не знал никто, многие страны скрывали эти данные. Тоже можно понять — покажешь точную цифру, сразу же начнут прикидывать в странах, у которых грандмагов побольше, не напасть ли на тебя. А так, если эту информацию не светить — то остерегутся, опасаясь нарваться на неприятный сюрприз из-за того, что грандмагов у тебя окажется больше, чем они ожидали.

Хотя, у шпионских служб самых богатых государств, наверное, есть все же близкие к точным данные. Можно подкупать судей на соревнованиях кланов за места в королевских рейтингах — у них точно есть информация по соревнующимся в их разрядах кланах. Можно воровать бумаги из министерств, ведущих такой учет.

Так что, учитывая эту надменность и некоторую замкнутость, выяснить удалось немного. Седнеш — мужчина со смуглым лицом восточного аристократа — был родом из Хельского королевства. Юрак, немного внешне похожий на нашего Аркоша, — из Аргента. Оба были боевыми грандмагами, много занимались портальной охотой.

С Седнешем я тут же заговорил на хельском — надо же мне тренироваться разговаривать на этом языке. После этого он стал относиться ко мне более благосклонно, чем раньше. Хоть на чуточку, но уже приятно. Хотя и нашим языком он владел превосходно, многие грандмаги знают основные языки мира. Могучая память позволяет их быстро выучить, а вещь это полезная для поиска новых заклинаний и других ценных для мага знаний в книгах, ведь их пишут на множестве языков. А то, не владея языком, раздобудешь древнюю книгу, дашь прочитать тому, кто им владеет, — и какие гарантии, что он не украдет что-то интересное из той информации, которую узнает при переводе?

Поговорил с грандмагами немного, все же надо налаживать с ними контакт, но очень устал от общения. Ну а каково общаться с людьми, у ног которых постоянно возятся марконы? Я уже и нос задирал повыше, чтобы их не видеть, так было легче не думать о них. Но все равно, такая постоянная тренировка силы воли — не думать о марконах — сильно выматывает.

Вспомнив про разговор с Джерелом, отдал распоряжение Арпаду отправить людей в мое родовое поместье и переместить подаренного мне королем демонического питомца вместе с охраной во дворец. Уверен, что у него есть куда его поместить, комнат тут огромное количество. Услышав, что магический питомец подарен мне лично королем, он так низко поклонился, что я понял — приказ будет выполнен в точности, и пета разместят так, чтобы он точно не сбежал. Иначе Арпаду свое место не сохранить, он и сам это прекрасно понимал.

К пяти часам дня ремонт в трех комнатах, что я выбрал вчера для нас, закончили. Пробили проемы между ними и установили красивые двери. Мы тут же заселились.

Моего демонического питомца доставили во дворец и разместили вместе с его охраной в подвале. Там у герцога было что-то вроде тюрьмы, сейчас пустовавшей. Вот одна из камер и пригодилась.

А мне пришлось спуститься к нему в сопровождении Арпада и изобразить интерес к питомцу. Погладить его за ушами, да еще при этом изображать позитивные эмоции и думать о приятном, на случай если эта зараза из тех демонов, что способны читать мысли. Пять минут чесал высшего демона то за одним ухом, то за другим, изгоняя любую мысль о том, что знаю, кто он такой. Вроде получилось, но голова аж заболела от перенапряжения, когда вышел из этого подвала.

Ну а едва стемнело, я отправился на портальную охоту. Пришло время разжиться пространственным хранилищем. Хотя заработанные мной деньги позволяли купить такое, но отдавать несколько десятков тысяч золотых монет не хотелось. Тем более даже за такие деньги можно купить совсем небольшое пространственное хранилище, а мне хотелось что-то значительно больше по объему. Но такие стоят уже более ста тысяч…

Взять для этой цели деньги Зерелиуса? Неудобно как-то. Тот же источник морского змея, что я позаимствовал для усадебного артефакта, я планировал выкупить у него в случае его возвращения из Темного Пятна. Значит, если куплю на его деньги серьезное пространственное хранилище, то мне придется потом возвращать деньги за него. И, поскольку я хочу быть до конца честным с ним, еще и проценты за годы использования этой суммы. К чему, если мне улыбнется удача в портале и я такой артефакт там себе бесплатно отхвачу?

Те способы получения пространственных хранилищ, что были сейчас известны, требовали больших команд высокоуровневых магов. В портальные локации отправлялось по семь-восемь грандмагов и архимагов, и биться там в процессе поисков желанных артефактов приходилось поистине с выдающимися по степени опасности монстрами. Мне в таких портальных локациях делать было нечего, меня там задавят в первые пару минут пребывания.

Но, к счастью, где-то на предпоследнем году нашей войны с демонами был открыт третий вид портальной локации, где удача могла улыбнуться и одиночке. Более того, наблюдалась любопытная закономерность — чем слабее заходила команда, тем выше был шанс вернуться с желанным артефактом. Самой слабой командой, конечно, считался одиночка. Речь не шла об архимагах, они там чувствовали себя достаточно комфортно, но обычно возвращались ни с чем. Грандмагу там, наверное, вообще было делать нечего.

Ну, и одновременно был выше и шанс погибнуть там, отправляясь в одиночку, это тоже верно. Не будь у меня эспандера, я бы туда и сейчас не полез, вероятность погибнуть была бы процентов так девяносто девять. Все же обычно никто в эту портальную локацию ниже двенадцатого разряда не лез, а у меня только восьмой. Все дело было в наличии пассивной защиты, она там была очень нужна. Ну а я планировал заменить ее эспандером — по моим расчетам, должно было сработать.

Монстров в портале называли шнеками, и вели они себя очень неприятно для портальных охотников. Шустрые четвероногие твари не лезли в атаку напрямую, а предпочитали заваливать охотников каменными лавинами. Портальная локация была предельно трудной — сплошные ущелья и узкие хребты. При этом шансы заполучить пространственное хранилище имелись, только если ты передвигался по дну ущелий. Лазить по хребтам не было никакого смысла. По ним прыгали монстры, устраивающие лавины. Они предпочитали заваливать охотников камнями, а затем откапывать мясо, когда оно немного потомится и станет сочным. К живым охотникам они близко не подходили, не давая возможности себя убить.

А портальные хранилища образовывались, насколько удалось понять, лишь тогда, когда шнеки, обрушивая вниз лавину при помощи магии, истощали свои запасы маны. Именно последний каст порождал шанс, что вместе с кучей обычных камней вниз упадет и невзрачный с виду камешек, представляющий из себя одну из наибольших ценностей для любого мага — пространственное хранилище.

Поэтому убивать монстров не было никакой нужды. Гоняться за ними тоже не имело никакого смысла. Шнеки были невероятно ловкие и прыгучие, что те горные бараны или козы. Выберешься на хребет — они просто убегут, и можешь там куковать, пока тебе не надоест. А появятся они, только если ты спустишься вниз. Поэтому первая задача — выжить под постоянными лавинами. Вторая задача — найти заветный артефакт после последнего каста монстра среди тонн камня, обрушенного им вниз, если он вообще там есть. И надеяться на поверье, что чем ниже твой магический разряд, тем выше шансы найти такой желанный трофей!

Я надеялся на то, что мои шансы на удачу еще выше, так как точно знал, что именно нужно искать. Видел штук семь найденных в такой локации уцелевшими счастливчиками артефактов. Некоторые даже держал в руках. Перед тем, как отправиться на охоту, вошел в транс и вспомнил каждый раз, когда эти артефакты попадались мне на глаза в нашей армии. Надеясь на то, что по внешнему виду смогу сразу узнать, если такой попадется на глаза в обрушившейся вниз ущелья лавине.

Глава 20

Порталов на шнеков везде было полно. Они считались бросовыми, никто туда и не ходил сейчас. Зачем гоняться за неуловимыми монстрами, из-за их магического источника стоимостью в сто золотых монет, что ли? Разве это стоит риска погибнуть под одной из каменных лавин, без которых никак дело не обойдется? Полно порталов, в которых монстры сами бросаются на вошедшую команду, только успевай их убивать, если правильно все рассчитал с силой команды, и собирай трофеи.

Вскоре я уже был за городом. Абсолютно спокойный за Джоан — с новым усадебным артефактом да двумя грандмагами под боком Хендо ей не должен быть опасен. К тому же оказалось, что ректор приплатил грандмагам и за то, чтобы они помогли ей отшлифовать технику магических заклинаний, так что раз в час она ходила с ними на полигон в подвале и там тренировалась, а они подсказывали ей, как работать грамотнее. Хоть что-то полезное узнает от профессионалов такого уровня…

Учитывая, что творилось в городе после покушения на нас, я решил прихватить с собой Аркоша. Пусть последит за лошадьми, пока я в портале, а то портал недалеко от столицы, а всякие жулики должны сейчас из нее активно бежать, потому что стража лютует. Увидев лошадей без присмотра у портала, могут прихватить их, хотя обычно связываться с портальными охотниками избегают. За самого Аркоша я не опасался. Даже самый тупой бандит понимает, что если лошадей из выхода у портала охраняет маг, то внутри тоже маги, а не обычные портальные охотники. Полезешь на такого, а другие маги выйдут не вовремя — и будешь бежать и гореть, пока не помрешь.

Заехав за Аркошем, я наткнулся на Зейлу. Она сегодня вечером на портальную охоту не пошла, сказала, что устала и хочет денек отдохнуть. Не исключаю, что просто надеялась меня там увидеть. Ну что же, вот мы и встретились впервые за последние несколько недель.

Именно на этот случай я каждый раз, когда планировал навестить наш арендованный особняк, возил с собой подарок для нее. Передавать через Аркоша не хотел, это не по-мужски. Расстался с девушкой, так не избегай и объяснения с ней.

— Поздравляю с помолвкой! — сказала Зейла, чмокнув меня в щеку. — У нас, я так понимаю, теперь все?

— Да, — честно сказал я. — И я привез тебе подарок в благодарность за те месяцы, когда мы были вместе!

Никаких особо глубоких чувств между нами с Зейлой не возникло, и мы оба это понимали. К счастью, истеричкой она не была, да такие в порталах и не выживают — охотник должен уметь контролировать свои эмоции. Поэтому глаза Зейлы заблестели любопытством, когда я протянул ей хорошо узнаваемую коробочку, отделанную бархатом.

Экономить на разрыве отношений я не стал — купил в самой дорогой лавке города великолепный алмазный кулон на золотой цепочке. Да, у меня полно было трофейных драгоценностей, из которых тоже мог выбрать что-то подходящее. Но такие вещи имеют символическое значение. В той лавке мы однажды с Зейлой были, и она на этот кулон засматривалась. Так что точно теперь знает, что я его купил именно для нее. И ей, конечно, это было приятно… Так что прекратили наши отношения цивилизованно, без сцен.

Я помог Аркошу разложить привезенные с собой дрова для костра, помахал ему и зашел в портальную локацию, ведущую к шнекам.

Еще одна особенность этой локации — выход из портала был всегда расположен на хребте, иначе монстры давно бы завалили камнями любой портал, охотясь в своей привычной манере. А значит, выходя из этого портала, нужно быть осторожным, хребты тут узкие. Широко шагнув, можно и в ущелье полететь, кувыркаясь и ударяясь о его стены. Так что шаг на выходе я сделал маленький, и не ошибся — места там было совсем мало, небольшой приступочек.

Осмотрелся. Ну да, классика — все пространство передо мной, освещенное двумя солнцами над головой, изрезано узкими ущельями. С любой стороны. Никаких плато или долин, ничего привычного взгляду в других локациях. Как будто эти ущелья проложены огромным плугом, который то и дело подпрыгивал, когда его волокли, и менял направление.

Монстров поблизости не увидел, но по этому поводу не расстраивался. Шнеки и маскировались неплохо. Хочешь их увидеть — попросту спустись вниз и прогуляйся по ущелью. Эти твари обожают делать новые запасы консервов под завалами, так что долго скучать не придется.

А если при выходе из портала пошуметь, то прибежит не один шнек, а несколько. Поэтому так никто и не делал — там дальше дело по-разному может сложиться. Они могут подраться между собой за будущую добычу — проигравшие уйдут, и победитель начнет охоту в одно зубастое рыло. А могут начать швыряться лавинами все вместе. Ясное дело, что второй вариант ужасен — нелегко выжить, даже когда на тебя охотится один шнек.

А вот когда охота начиналась, весь этот шум лавин уже других шнеков обычно не привлекал — какие-то у них традиции такие, видимо, это уже совсем невежливо так поступать. Вроде говорили, что и такое бывает, прибегают и после начала охоты, но очень редко, — и вот тогда два шнека уже однозначно бьются смертным боем. После чего вниз падает тело проигравшего, а победитель, прежде чем продолжить лавинную охоту на человека, заваливает хорошенько камнями тушу побежденного соперника. Тоже, видимо, мясо про запас.

Медлить я не стал, спустился при помощи эспандера. И зашагал по такому узкому ущелью, что его стен можно было коснуться разведенными в стороны руками.

Шнек, который контролировал этот участок, ждать себя не заставил. Внимательно прислушиваясь к любым звукам, я вначале услышал небольшое шуршание сверху. Прислушивался я не только в ожидании шнека — очень редко, но тут появлялись и другие монстры, высокой категории опасности, их именовали скеками. Внешне похожие на шнеков, но раза в три больше, они охотились в самой распространенной манере портальных монстров — попросту лично нападая на потенциальную добычу прямо на дне ущелья. Высказывались и догадки, что сами шнеки — это маленькие детеныши скеков, которым родители запрещают в лоб нападать на добычу, чтобы не погибли из-за чрезмерного риска. Вот они и занимаются охотой с безопасной дистанции, обрушивая на жертву лавины.

Что-то в этом было, поскольку магия скеков была похожа — они атаковали чем-то вроде невидимой волны, которая разрывала незащищенного охотника на куски мяса. Вполне возможно, что именно таким заклинанием, направленным на склон, шнеки разрушают его целостность, создавая лавину. Потому как хребты, когда я по ним шел, под ногами не крошились и не ломались… Хороший, добротный камень, не склонный к обрушению. Но появлялся шнек — и вниз обломки летели прямо тоннами. А скеки, возможно, были слишком массивны, чтобы лазить по хребтам, вот и предпочитали охотиться прямо на дне ущелий.

Вслед за шуршанием сверху почти сразу раздался грохот падающих камней — да, это шнек, и тянуть с охотой на меня монстр не стал. Задрав голову, я увидел, что с высоты в полсотни метров надо мной сходит лавина, и в ней и небольшие камни есть, и весом в несколько сотен килограммов. Попадешь под такой обвал — и все, нет больше Эйсона.

Выждав пару секунд, чтобы лавина добралась до середины склона и я точно понял, куда полетят камни, швырнул эспандер вдоль ущелья так, чтобы выйти из него за пределами лавины. Мое появление в сорока шагах от прежнего места, которое сейчас с шумом и пылью заваливало камнями, было встречено недовольным клекотом сверху. Все верно, наверху шнек — так звуки, что они издавали в случае промаха, и описывали.

Снова шорох сверху, а спустя секунд десять пошла следующая лавина. Шнеки очень трудолюбивые монстры, консервы делать любят, и не сдаются, пока маны хватает. Я снова ушел из-под атаки при помощи эспандера. Да, без него бы мне тут было очень непросто. Вроде и есть несколько секунд, чтобы попытаться убежать из-под несущихся вниз камней, но под ногами в ущелье не уютная дорожка, а каменный хаос от предыдущих лавин, устроенных шнеками. Валуны всевозможных форм и размеров, валяющиеся совершенно хаотично и часто неустойчиво, и в спешке сломать или потянуть ногу здесь — плевое дело. Поэтому, вылезая из эспандера, я просто оставался стоять на месте. В ожидании новой лавины, которую обязательно спустит на меня шнек. При этом его так ни разу и не увидел — ловкая тварь умело маскируется на склонах. Впрочем, я и не рвался — убивать мне его совсем ни к чему.

Ждал, перемещаясь при помощи эспандера, когда мана у шнека истощится. Запас маны у них, как и людей-магов, разный. Понять, что мана иссякла, очень просто — убежав от одной лавины, ты не слышишь и не видишь следующую. Значит, все — маны больше нет, и шнек не запустит новую лавину, пока мана не восстановится. И следовательно, пришла пора срочно рыться в последней лавине в поиске желанной добычи.

В данном случае такой лавиной оказалась двенадцатая. С каждой очередной лавиной, из-под которой я ускользал, клекотание сверху становилось все более раздраженным. Ну а затем мана у шнека кончилась, и я, догадавшись об этом, швырнул эспандер обратно, к той самой двенадцатой лавине. Снял с пояса специальную кирку из эссенского металла для горнодобытчиков, купленную за три сотни золотых монет. Естественно, рядовые горнодобытчики такими не работают, жаба задушит такую сумму за инструмент отдавать, это товар для портальных охотников. Есть интересные локации, где кроме охоты на монстров можно и всякие полезные штуки из камней выковыривать.

Вернувшись к месту, где рассыпалась двенадцатая лавина, я вначале внимательнейшим образом ее рассмотрел. Камень с пространственным хранилищем может быть совсем небольшим по размеру, и было бы глупо завалить его другими камнями, не рассмотрев, если он лежит сверху. Минута изучения камней ничего не дала, и я принялся орудовать киркой, переворачивая крупные камни и разбивая их на части. Да, нужный мне артефакт мог оказаться прямо в толще одного из упавших камней. Лупить острой киркой я не стеснялся — любой пространственный артефакт очень прочен, эссенским металлом его не повредить. У меня в эспандере лежит его родственник, просто более полезный и редкий, чем пространственное хранилище для вещей. И тоже чрезвычайно прочный.

Монстр дал мне восемь минут на разбор обвала — а потом мана у него восстановилась, и он обрушил сверху новую лавину, завалив все поле моих раскопок. Вздохнув, я вылез из эспандера поодаль. Все, делать мне было здесь больше нечего. Не нашел артефакт за эти минуты после последней лавины — дальше шанса не будет. Даже если я начну разбирать новую лавину, чтобы добраться до той, в которой копался, монстр все равно через несколько минут, когда у него восстановится мана, обрушит следующую. Так быстро разобрать тринадцатую лавину, чтобы добраться до двенадцатой, я не смогу. С этим шнеком и порталом не повезло, придется отправляться в следующий.

Другим вариантом было убить этого шнека, чтобы пришел следующий, и начать с ним все с самого начала. Но если исходить из версии, что это дети скеков, а она мне казалась убедительной, то потом может появиться разгневанный родитель. Магия у него мощная, особо нужных мне трофеев с него не взять, связываться по своей вине с ним мне необходимости нет. Да и даже если это разные виды монстров, общее правило все то же — чем больше торчишь в сложной портальной локации, тем выше шансы появления более опасного монстра. К чему мне все эти трудности, если порталов со шнеками навалом, и мне легче выйти и проехать десять минут, чтобы зайти в новый? Заодно и развеюсь на свежем воздухе…

Так и поступил. Метнул вверх эспандер, выскочил из него, ловко приземлился на скастованный воздушный щит и полюбовался видом шокированного шнека, который никак не ожидал того, что я вот так внезапно появлюсь рядом с ним. Перепуганная серокожая, под цвет склонов, тварь рванула гигантскими прыжками по хребту, унося ноги. Я полюбовался невероятной цепкостью и ловкостью монстра — после прыжка метров восемь длиной шнек, приземляясь в любом месте, даже на почти отвесный склон, тут же совершал другой, ни разу даже не пошатнувшись. Просто невероятная координация!

Вылез из портала без добычи, развел руками и улыбнулся Аркошу, посмотревшему на меня с ожиданием. Чем буду заниматься, старику рассказал — он уже доказал, что ему можно доверять. Конечно, ему было любопытно, что из этого получится. Аркош в ответ махнул рукой — мол, не переживай, бывает. И то верно.

Потушив костер, поехали к следующему порталу. Нужный нашелся в ближайшем кластере.

И снова я бреду по ущелью в ожидании появления шнека. Ждать он себя не заставил, и понеслось!

У этого шнека резерв маны оказался поменьше, иссяк на десятой лавине. И снова я начинаю охотиться за сокровищем. И опять безо всякого результата, пока сверху не обрушивается одиннадцатая. Все, на выход, господин барон!

За следующие четыре часа я посетил еще пять порталов со шнеками, и везде итог один — никаких пространственных хранилищ для Эйсона! Я весь покрылся пылью — каждая лавина приносит с собой всю пыль, что годами копится на склонах. Поэтому, прежде чем вернуться в город, долго отряхивался, поднимая облака вокруг себя. Был ли я разочарован и зол? Нет, портальная охота не обязана быть легкой и сразу давать результат. Собирался ли я сдаться? Да ни за что! Я буду приходить в эти порталы каждую ночь, пока не получу то, что мне нужно!

Я по-прежнему чувствовал азарт. Это очень интересная эмоция, с которой нужно уметь работать правильно. Те, кто не умеет, теряют ее очень быстро. Меня обучали очень мудрые люди, что дома, что на войне. Азарт — это предвкушение успеха, а успех приходит к терпеливым и трудолюбивым. Я знал, что нужно делать, чтобы добиться успеха, и я буду это делать, пока не получу желаемое!

Как и на пути из города, сразу после въезда в него нас начали тормозить патрули. Но тут начались сложности — если на выезде наши объяснения, что мы едем на портальную охоту, принимали нормально, то теперь начались расспросы, почему мы возвращаемся без трофеев. Отвечал я одинаково:

— Глазомер хреновый, руки кривые. Почти ни во что не попал, а во что попал — не удержал.

Как правило, чувство юмора у патрулей было — нас быстро пропускали. До того момента, как я не наткнулся на патруль, глава которого оказался без чувства юмора. Аркоша я к тому времени уже вернул в особняк и сам почти вернулся во дворец, когда очередной начальник патруля, услышав мое объяснение, раскричался:

— Мы тут не шутки шутим! Недавно в городе было нападение на брата короля! Проследуйте с нами для выяснения личности!

Молодой маг, лет двадцати пяти. Явно недавний выпускник нашей же Академии. Максимум десятый разряд, исходя из возраста. Пухленькие щечки, много щенячьего энтузиазма. С ним пять солдат… Справиться с ними со всеми для меня бы заняло не больше минуты, но нехорошо оставлять трупы слишком ретивых патрульных в собственном городе.

Посмотрел на него так, что чрезмерно рьяный начальник патруля инстинктивно осадил лошадь, заставив ее сделать шаг назад.

— Я Эйсон, барон Эрегарский, и я был в той самой карете, которую тогда атаковали. Хотите заподозрить меня в нападении на самого себя?

Такого ответа он не ожидал.

— Э… а что вы там делали?

Один из солдат не выдержал и, подъехав к нему, начал шептать что-то на уху начальнику. Слух у меня хороший, я услышал:

— Герой войны… жених племянницы короля…

Вот тут до него дошло. Но вместо того, чтобы попрощаться, он решил со мной подружиться. И вызвался проводить до дворца:

— Времена сейчас неспокойные, господин барон! Извините, что потревожили, давайте для вашей безопасности проводим. Эсквайр Вазек, к вашим услугам!

Я милостиво разрешил. Но подружиться у нас не получится. Знаю я таких, получивших дворянство только за счет учебы в Академии и сразу же задирающих нос. Тут же спесь появляется, считают, что примкнули наконец-то к числу истинных хозяев жизни, и давай это всем демонстрировать. Да и тупой, скорее всего, раз шуток не понимает.

Стало ясно, что пока, наверное, все же стоит лучше по крышам передвигаться. Наверняка такие же патрули, требующие выяснения личности, будут часто попадаться. А значит, по городу пойдут слухи, что Эйсон, барон Эрегарский, по городу ночами один разъезжает. Начнут мои враги засады на меня устраивать, огненный шторм на голову обрушивать, мирных граждан, спящих в своих домах, случайно убивать. Оно мне надо? Значит, обойдусь без Аркоша, пока не успокоится все в столице. Буду выбираться из дворца в разных местах, чтобы трудно было выследить, потом по крышам до крепостной стены добираться, перед ней спускаться и арендовать лошадей в ближайшей к выезду из города конюшне. Пока так, а дальше посмотрим.

Хорошо, когда нет учебы с самого утра, — можно подольше заниматься охотой и потом высыпаться. Свои четыре часа сна я получил, несмотря на то что вернулся очень поздно. Джоан, прекрасно зная, что лег я под утро, не велела меня тревожить. В десять встал, поел, приоделся. Скоро прибудет ректор — и впервые в жизни меня ждет чрезвычайно престижный королевский аукцион!

Глава 21

Ректор прибыл домой вовремя, как и обещал. Тут же кивнул довольно головой, отметив, что мы полностью готовы к выходу, и всей компанией направились на единственную в окрестностях площадку, с которой можно было открыть портал.

Вот и пригодился мой третий костюм, пошитый заранее. Напомнил себе спросить потом Джоан, можно ли будет в нем пойти на один из балов, или посещение аукциона считается за выход в свет, и костюм теперь нужно надолго прятать в шкаф в надежде, что через пару лет все уже забудут, что меня в нем видели? Хотя… вряд ли так получится. Надо же, чтобы еще и мода совпала. Да и плечи у меня раздадутся, однозначно, уж очень активно я занимаюсь улучшением своей физической формы.

Аукцион последние сотни лет проводился в одном и том же здании неподалеку от королевского дворца. Повезло — оно не пострадало во время недавнего нападения сисерийцев, притом что на соседней улице дома лежали в развалинах. Правда, это недолго продлится: в этом районе земля очень дорогая, поэтому обломки зданий уже энергично разбирали сотни рабочих. Думаю, через месяц-полтора тут уже ничего не будет напоминать о войне.

В аукционах я кое-что понимал. Повезло, среди моих боевых товарищей был и бывший аукционист, тоже, как и все, травивший байки у костра о том, какой была прежняя жизнь. Перед аукционом, припомнив об этом, я прогнал в трансе его рассказы, которые тогда слушал краем уха. Он много полезных вещей рассказывал, тоскуя по прежним мирным временам. Абсолютно искренне, вряд ли он так бы болтал об этом до войны. Так что какие-то основы я теперь в этом деле имел.

В роскошном здании с отделкой из зеленого с синими прожилками мрамора, как и на помолвке, присутствовало сплошь высшее общество. Некоторых я даже начал узнавать, не первый раз пересекаемся. Ректор шел впереди, ему все кланялись, мы с Джоан под ручку шли вслед за ним, а два грандмага замыкали нашу процессию.

Сам аукцион проходил в огромном подземном зале, обустроенном в виде амфитеатра. Но туда мы попали после обязательных коктейлей, которые аристократы позволяли себе в зале для приемов наверху. По этикету тут нужно было провести минут тридцать до начала торгов, и мы этот этикет в полной мере соблюли. Ректор представил меня паре десятков человек, с которыми я еще не успел пересечься. Улыбались все вежливо, но в глазах я читал совершенно разные эмоции. Кому-то было все равно, но таких было меньшинство. Большинству же я пришелся явно не по душе. Ведь все были в курсе, что я безродный выходец из провинции, возвышенный королем во время войны. Аристократам, особенно потомственным, такие не нравятся.

Придется потом посидеть в трансе и заучить все эти имена, чтобы я уверенно узнавал всех представленных мне. Если ректор хотел, чтобы я их знал, значит, в этом есть смысл. Человек он умный.

Заметил в зале наследного принца и Тибора. Первый был с женой, второй пришел с совсем юной девушкой. Я вежливо кивнул обоим, оба ответили. Правда, Тибор сделал это вежливо, а наследный принц достаточно надменно. Да уж, я у него явно не в любимчиках…

Артефакты, которые будут продавать с аукциона, лежали на столиках вдоль аукционной трибуны, с которой их будут демонстрировать в процессе торгов. Очень разумное решение — дать людям посмотреть лоты поближе, чтобы им понравилось и они потом повышали ставки, торгуясь друг с другом. Тут стояли и две картины, что мы выставили на аукцион анонимно, — мимо них мы с Джоан прошли не останавливаясь, чтобы не дать тем, кто наблюдал, повод заподозрить наш интерес к ним. Все же я был на войне одним из командиров, а в описании прямо сказано, что это военный трофей. Кто его знает, как отразится на цене догадка, что это я добыл эти трофеи. А вот ректор вначале прошел мимо, а потом вернулся и внимательно разглядел обе картины. Как бы он сам не решил их купить — выйдет неудобно.

Взгляд на картины навел меня на какую-то еще мысль. Вертелось в голове что-то связанное с ними. Какая-то нестыковочка! И тут вспомнил — я же Джоан не рассказывал, как Хендо варварски обращался с ее портретом, чтобы не расстраивать ее. И вскоре уже художник, нанятый ректором по моей просьбе, обещает представить новый вариант. А недавно она сказала мне, что знает, что Хендо сделал с ее портретом. Я тогда внимания не обратил, это было вскоре после нападения, не до того было, а вот сейчас всплыло…

Отвел ее подальше от людей и спросил:

— Слушай, а откуда ты узнала, что Хендо сделал с твоим портретом?

Джоан виновато посмотрела на ректора, бродившего около лотов, что сразу дало мне ключ к разгадке, а потом ответила:

— Мне отец сказал. Когда я отказывалась от телохранителей. После этого согласилась. Но он очень просил тебе не говорить, что он мне рассказал. Можешь прикинуться, что ничего не знаешь?

Ну, если для того, чтобы она осознала, что Хендо на самом деле опасен, и согласилась взять телохранителей… ладно. Прощу, что он нарушил обещание.

— Хорошо, пусть это будет нашей тайной! — пообещал невесте.

Вернулись к лотам. В целом, тут было на что посмотреть. Прекрасные доспехи из лучших материалов, взятых в портальных локациях, — я заинтересовался бы, если бы Джоан не заказала уже для нас самые лучшие у мастеров Академии. Разнообразные артефакты, в том числе и работы древних — но, представляя суммы, что за них запросят, я уж лучше найду другой способ ими разжиться. Желательно под покровом ночи, а то никаких денег не напасешься. А потом я остановился как вкопанный перед вещью, которая описывалась как неизвестный по действию артефакт. Для меня очень даже известный… Они что, и в самом деле не знают, что это такое?

Предмет был похож на небольшую шкатулку с торчащей наружу воронкой. Артефакт разрешалось взять в руки, и при ближайшем рассмотрении я понял, что не ошибся — это однозначно та самая вещь. Очень тяжелая для своего небольшого размера, это главный признак. Делалась из черепных костей трех видов высших монстров, в портал к которым мне пока точно не стоит заглядывать. Сожрут и не подавятся. Специальным алхимическим составом кости разжижались, и после их смешения образовывалась масса, близкая по свойствам к очень прочному металлу. Из этой массы и выковывалась вот такая вот вещица.

Это все, что я о процессе изготовления сам узнал в будущем от наших лучших артефакторов. А им дал один такой артефакт для изучения архимаг, который такую штуку нашел в трофеях с могущественных нелюдей из Темного Пятна. К сожалению, чтобы изготовить такую вот шкатулку, еще много чего требовалось, и все нюансы так и остались неизвестны. Тогда это было уникальной вещью, и сейчас это уникальная вещь. Правда, не зная о том, что это такое, ее кто-нибудь может захотеть купить просто как забавную вещицу. Чтобы поставить на столик, как элемент интерьера, и так она и пропадет, когда дети, играя, где-нибудь ее потеряют. Сломать точно не получится, ее можно молотом кузнечным бить, и ей ничего не будет. Ну уж нет, эту вещь я не упущу! Она должна мне достаться!

Подумав как следует, я понял, почему никто не разгадал, что именно попало им в руки. Этот артефакт имел свойство бесследно поглощать самые мощные заклинания уровня боевого грандмага — три штуки так точно, нейтрализуя всякий урон для того, кто им владел. Вот как бы они это выявили? На слабые заклинания он никак не реагировал, это была вещица для самых сильных магов, которым слабые заклинания и не могут повредить из-за мощной пассивной защиты. Чтобы понять, на что способен этот артефакт, нужно догадаться позвать грандмага и попросить его атаковать «шкатулку». Тому, кто планирует ее продать и боится повредить, однозначно такая идея никогда не придет в голову.

Ценность артефакта повышало то, что потом владелец мог и выпустить эти заклинания в подходящий момент против своих врагов. Своеобразный аналог нашего браслета магоудара, только лучше. Браслет магоудара не поглотит могущественное вражеское заклинание, спасая владельца. И может содержать только одно заклинание. Так что, однозначно — я хочу эту вещь!

Правда, был у этого артефакта один изъян для меня на данный момент. Он уважал только сильного владельца, чтобы давать ему право атаковать с его помощью. Нужно быть по силе минимум боевым архимагом, чтобы он позволил выпустить пойманные ранее заклинания. Вот так-то… По защите — нужная прямо сейчас вещь, однозначно. А для атаки — сильно на вырост. Одна надежда, что артефакт признает меня до стадии боевого архимага, на более низком разряде, если и дальше буду так же усердно работать над качеством маны и прокачкой источника. Но никаких гарантий нет и быть не может.

Слишком долго задерживаться у артефакта не стал, чтобы не демонстрировать к нему слишком явный интерес. Многовато тут тех, кто меня не любит, могут специально начать торговаться за артефакт, чтобы меня уязвить.

Было тут еще много неплохих лотов, но ничто не могло сравниться с этой шкатулкой. Удачно я зашел!

Помня о том, что за мной следит много глаз, повертел в руках еще несколько лотов, словно испытывая к ним интерес. Может, даже сделаю пару ставок, чтобы раззадорить своих врагов, если они захотят поиграть в эти игры с повышением.

Наконец, аукционист, седобородый старик, державший себя с величием короля, попросил уважаемых участников занять места для начала торгов. Голос у него был зычный, дикция — превосходной, каждый предмет он описывал так мастерски, что тут же возникало желание купить его. И ведь это явно не магия, никто бы не позволил ему использовать магию для такой цели. Просто пример искусного владения голосом.

Всего лотов было девяносто, торговля шла достаточно оживленно. Если кто-то действительно хотел вещь, то сразу делал сильную ставку, говоря тем самым другим, что у него есть интерес. И не всегда другие участники торгов потом повышали, чтобы случайно не купить лот по слишком высокой цене из-за заинтересованного в покупке участника. А то он несколько раз повысит в борьбе с тобой, а потом вдруг возьмет и откажется от дальнейшего соперничества, чтобы если и не купить лот, то хоть навредить тебе. В результате можно купить вещь дороже, чем она стоит.

Особым моментом была заявка на покупку от членов королевской семьи. Оба принца по очереди сделали ставки на лоты — никто их цену перебивать не стал. Оба предмета ушли дешевле рыночной цены.

Настоящая борьба развернулась за картины из дворца принца Хендо. Аукционист слово в слово сказал все, что я велел в сопроводительном письме, отправляя вещь на аукцион. Что картины взяты из дворца наследного принца Сисерии во время войны. И что работы проверены на подлинность — они действительно значатся в каталоге картин королевской династии Сисерии. Тут же, к моей радости, взыграл патриотический интерес, развернулась активная торговля. В ней участвовал и наследный принц, притом забавно было наблюдать, что в этот раз ему не желали уступать этот лот.

Цена выросла до ста пятидесяти тысяч золотых монет, наследный принц сделал ставку в сто шестьдесят тысяч, и она выиграла. Весьма довольный собой, он кивнул в ответ на аплодисменты участников. Они раздавались редко, только когда борьба за лот была ожесточенной и финальная сумма оказывалась серьезной, больше ста тысяч золотых монет.

Выставили на торги лот, который я присмотрел для проверки, есть ли кто-то, кто хочет мне навредить, подымая цену, чтобы не дать купить желаемое. Артефакт, похожий на череп монстра, сделанный из хрусталя. Вот только он не был искусственным, это и был настоящий череп монстра высшего разряда опасности. Тварь была почти прозрачной и охотилась в тумане, царившем в той локации. А череп использовался в артефакторике для укрепления заготовок артефактов. Кладешь заготовку внутрь на ночь, и она станет крепче на пятнадцать процентов к утру. Вот такая интересная вещица. В лавках встречается очень редко, потому как артефакторами востребована. Но если появится, дешевле 15000 не купить.

Едва я поднял руку, предложив цену в 5000, как тут же среагировал наследный принц — ему тоже почему-то вдруг понравилась эта вещь. Выставил сразу цену в 15000 и высокомерно посмотрел на меня, проверяя, буду ли я перебивать его ставку. Ну, забирай, он же мне не нужен! И никто больше тоже ставок не делал.

Во второй раз, когда я снова сделал ставку, якобы желая приобрести меч из эссенской стали с артефактной рукояткой, усиливающей его остроту, огромный интерес к покупке тут же появился у кланлидера «Могучих». Я пару раз сделал ставки, он их азартно перебивал. В итоге я отдал ему лот, заставив переплатить пару тысяч золотых монет. Ну, пусть порадуется, бедолага, хоть этому. Убить-то меня у него никак не получается.

Выводы я сделал. Если начну торговаться за шкатулку, ничем хорошим это не закончится. Или принц, или кланлидер «Могучих» начнут перебивать мою цену. А денег у них завались…

Значит, попробуем избежать такого сценария. Я наклонился к Джоан:

— Милая, нам обязательно нужно купить лот номер семьдесят пять. За любые деньги. Я потом тебе расскажу почему, ты поймешь. Но участвовать в торгах будешь ты. Он выглядит как женская побрякушка, никто не удивится. И очень уж меня тут не любят, нечего мне напрашиваться на завышенную цену.

— За любые? — удивилась Джоан.

— До полумиллиона точно можно торговаться.

— Ой! — только и сказала пораженная ценой Джоан.

— Начни с пяти сотен. Держись спокойно, мол, для тебя это не очень важно. Слишком сильно не повышай при торговле. Держи длинные паузы, словно сомневаешься, что тебе это надо. Это заставит конкурентов тоже засомневаться в целесообразности борьбы с тобой за лот.

Что это за артефакт, она меня расспрашивать не стала. Прекрасно понимает, что место неподходящее для таких разговоров, мало ли кто подслушает. И решительно мне кивнула — мол, сделаю.

Наконец, настала пора и лота номер семьдесят пять. Хорошо, что он шел ближе к концу, — будем считать, что мне с этим повезло. Многие серьезные участники успели потратить немало денег — а они у всех не безграничны, даже у принцев. Большинство из посетителей аукциона заранее планировало не тратить больше определенной суммы, так что исчерпавшие или превысившие свой лимит теперь уже не будут сорить деньгами, как были склонны это делать в начале аукциона.

— Кто даст начальную цену, господа? — степенно спросил главный аукционист. — Уникальный артефакт! Владелец будет иметь шанс узнать, для чего он нужен. Не правда ли, увлекательная задача?

Особого энтузиазма ни у кого не возникло, несмотря на прямо побуждавший активно торговаться голос. Все прекрасно понимали, что этот аукцион один из лучших на всей Земле. И уж если лучшие специалисты-артефакторы, которых привлекают устроители для оценки лотов, не смогли понять, что это такое, то каковы шансы это выяснить у покупателя?

Наконец, Джоан подняла руку, сказав по-простецки, в стиле Эрли:

— Пятьсот золотых монет за эту шкатулочку!

Молодец! Здорово сыграла капризную девушку — как я и просил. Не зря, ох не зря она с моей сестричкой общается! Хоть и ругает ее постоянно за провинциальные манеры, а и сама набралась…

Жена какого-то аристократа сразу тоже заинтересовалась «шкатулочкой». Мол, если это королевской племяннице надо, значит, и ей может пригодиться.

— Восемьсот! — сказала она.

Джоан скривила рожицу — мол, я вся в сомнениях, надо ли мне это? Но потом все же подняла руку и сказала:

— Восемьсот пятьдесят.

Конкурентка было дернулась, явно собираясь надбавить, но ее муж зашипел на нее, и она замерла. То ли мужик решил, что деньги надо экономить, то ли не захотел злить брата короля, отняв у его дочери возможность купить безделушку. Земля — она круглая. Неизвестно, когда ему потом на глаза попадешься, — и вдруг он припомнит, что твоя жена его дочь расстроила?

— Продано! — сказал аукционист, и я, осознав услышанное, моргнул. Вот так просто? Бесценный артефакт? За восемь с половиной сотен? Нет, я точно теперь ни один аукцион не пропущу!

И могу себе представить, что бы тут творилось, пожелай я лично торговаться. Небось цену бы вздули, просто чтобы мне напакостить, до нескольких десятков тысяч золотых монет. Выше вряд ли бы рискнули из-за безделушки, но столько бы я точно заплатил. И ведь никуда бы не делся — отдать эту уникальнейшую вещь в чужие руки… Да легче разбежаться и башкой об стену!

Хотелось встать и пуститься в пляс. А также, — вот уже прямо невыносимо, — встать и рассказать, что именно я сейчас купил. Чтобы челюсти упали на пол… много аристократических челюстей. Да все до единой, когда осознают, что они имели шанс купить, но упустили… Но это был бы ребяческий поступок, так что нет, обойдусь.

Джоан вроде и сидела довольная, что выполнила мое поручение. Но на ухо мне прошипела:

— Я ж теперь вся изведусь от любопытства, что это я такое купила за гроши, хотя оно стоит полмиллиона!

— Лучше пока просто радуйся этому. Потихоньку выплескивай эмоции, чтобы не упасть в обморок от счастья, когда узнаешь, что именно ты купила.

— Ты вот мне сейчас совсем не помог! — прошептала в ответ Джоан и даже слегка пнула меня по ноге. Да уж, девушка она у меня непростая! Зато цельная — любить ее легко. С ней всегда интересно.

Даже ее отец обратил внимание на наши перешептывания. Чтобы не выдавать себя, мы притихли.

Расслабившись, с улыбкой, гулявшей по губам, я дождался окончания аукциона. Выходил оттуда, прижимая к себе запакованную в дорогую бумагу шкатулочку с совершенно благостным видом, словно только что познал божественную милость и горячо сочувствую всем невеждам, которым никогда не суждено добиться этого. Джоан глядела на меня и яростно сопела, страдая от неудовлетворенного любопытства. Поймал я на себе и озадаченный взгляд кланлидера «Могучих». Неприятно, да, когда твой враг счастлив просто до неприличия? Но большинство остальных, наверное, просто думало, что я очень рад скорой женитьбе на королевской племяннице. Ну а что, с точки зрения любого аристократа в стране — очень удачный брак для выходца из провинции. Точно есть чему радоваться.

Доставив нас до дворца, ректор пожелал нам хорошо провести остаток дня и отправился обратно в Академию. Мы же вошли в комнату Джоан, выгнали из нее ждавших хозяйку служанок, закрыли дверь.

— Что. Я. Купила? — прорычала мне Джоан, обернувшись от двери.

Я тихонько ей объяснил.

Джоан, осознав услышанное, набрала воздуха в рот, чтобы заорать от счастья.

— Не стоит! — прикрыл я ее рот ладонью. — Что подумают служанки и грандмаги за стеной? Грандмаги вообще могут ворваться, не поняв, что ты тут за эмоции испытываешь! Может, врагов увидела, вылезающих из-под кровати!

Тогда она впилась в мои губы поцелуем. Ну, можно и так отпраздновать удачную покупку!

Глава 22

Конечно, Джоан не терпелось испытать новое приобретение. Руки у нее так и чесались, когда она видела новую приблуду, — а тут такое чудо дивное! Совсем было невтерпеж. Пришлось ей объяснить:

— В данный момент мы можем эффективно использовать этот артефакт лишь для защиты, чтобы он вбирал в себя мощные заклинания, которыми нас пытаются убить. В наших интересах, чтобы он был абсолютно пуст в случае очередного покушения. Если набьем его заклинаниями доверху, то он попросту станет для нас бесполезен.

— Так а если он сейчас ими уже набит?

— Не, он точно пуст. Я еще поверю, что заклинания могут год или два сохраниться в артефакте. Но раз его выставили на аукцион, понятия не имея, что он из себя представляет, то он явно десятки, а то и сотни лет валялся без дела, переходя из рук в руки, пока не попал к тем, кто решил продать непонятную безделушку. А столько времени заклинаниям в нем никак не продержаться.

— Ну а когда нам удастся стать архимагами, как нам загнать в шкатулку мощные заклинания уровня грандмагов? — наморщила лоб Джоан. — Нужен очень надежный грандмаг, чтобы просить его о таком. Он же увидит, что скастованное заклинание неожиданно исчезло. И догадается, что это за артефакт…

— Об этом можешь вообще не волноваться! — махнул я рукой. — Нам не обязательно нужно, чтобы заклинание было скастовано именно человеком-грандмагом. Вполне годятся заклинания того же уровня, которые кастуют великие монстры. Есть много таких, что осыпают мощными заклинаниями любого, кто появляется в их портале. Надо всего лишь войти в такой портал, дождаться подхода монстра, впитать в шкатулку три заклинания подряд и откланяться. Монстр, конечно, будет в ярости, что его самые лучшие заклинания не причинили никакого вреда ничтожному человеку, может, даже заболеет от переживаний, но нам от этого будет не холодно и не жарко. У нас будет полная мощнейших заклинаний шкатулка!

Я вошел в транс, чтобы посмотреть, что у меня имеется из знаний по поводу этой шкатулки. Повезло, что хоть что-то помнил и смог безошибочно узнать этот артефакт. Транс увенчался успехом — я вспомнил, что еще мне рассказывали об этом артефакте, когда мне было четырнадцать лет.

— Значит так, — сказал я Джоан, закончив, — артефакт точно пуст. Он сигнализирует цветом, есть ли внутри заклинания. Вот такого, почти белого цвета — пуст. Одно заклинание появится — станет желтым. Два заклинания — зеленым. А три заклинания — черным.

Тем же вечером я снова отправился решать вопрос со шнеками. День сегодня прошел очень удачно с этой покупкой на аукционе — хотелось верить, что на сегодня приятные события для меня еще не закончились. Допрыгал по крышам до последней конюшни у крепостной стены, без проблем арендовал двух лошадей с седлами. Прикупил еще и вязанку дров — нужный товар зимой и ранней весной для отправляющихся за город портальных охотников, поэтому и в конюшнях им охотно торговали.

Зашел в портал со шнеками, в котором был вчера с самого начала. Интересно, попадется мне тот же самый шнек, который меня вчера пытался убить, или придется расстраивать своей увертливостью другого?

Впрочем, этот вопрос меня интересовал сугубо из-за хорошего настроения. На самом деле, конечно, мне был нужен шнек, который подарит мне пространственное хранилище! А уж каким он будет — знакомым, незнакомым… Без разницы.

Атаковали меня через две минуты. И судя по тому, что мана монстра истощилась после двенадцатой атаки, велики были шансы, что этот тот самый, вчерашний шнек.

— Ну-ка, принеси мне удачу, чертенок! — пробормотал я, внимательно рассматривая разбросанные камни последней лавины. Ничего не углядев, схватил кирку и принялся разбивать камни, откидывая осколки в сторону. Работал максимально быстро, скоро шнек восстановит ману…

Как же обидно сознавать, что ты не можешь успеть разобрать всю лавину до обрушения новой! Может, уже не раз в последней лавине и был мой желанный артефакт, а я просто не успевал добраться до него…

Время истекало, я буквально кожей чувствовал, как заканчиваются последние секунды до новой атаки монстра. Снова не повезло? Эх! Сверху раздается знакомый звук запущенной лавины. Вздыхаю разочарованно, прикидываю, куда перескочить, чтобы выйти из портала и отправиться в следующий… и тут вдруг замечаю знакомый по воспоминаниям камень под самой стеной. Одна беда — если я схвачу его, из-под лавины выбраться уже не успею…

Верх берет инстинкт самосохранения, я швыряю эспандер в сторону, уходя из-под лавины. При этом я не полностью уверен, в самом ли деле я видел артефакт, или мне всего лишь показалось? Бывает, когда что-то очень хочешь увидеть, зрение тебя обманывает. Тот ли это случай? Нет, все же я точно видел артефакт! Серого цвета, с желтыми прожилками. Похожих по цвету ни разу мне не попадалось при разборе всех предыдущих лавин.

Что делать в такой вот ситуации, когда камень обнаружен, но извлечь его не успеваешь, я заранее продумал. Взмахнул пращей, отправляя эспандер вверх. Рассчитал так, чтобы оказаться, когда вылезу, метров на десять выше шнека, копившего ману на следующую лавину. Если он ее обрушит, мне точно не достать камень, это уже будет работа на часы…

Выскочив из артефакта, скастовал воздушный щит и встал на него, высматривая шнека. Тварь, как оказалось, перескочила на другую сторону ущелья. Скастовал водяной всполох — надо развивать новые заклинания. Водяная плоскость метнулась к монстру и, почти разрезав пополам, скинула его с хребта в соседнее ущелье. Прочная оказалась тварь, надо же! Думал, без проблем пополам рассечет. Свалился шнек с оглушительным визгом. Ну, главное, что обратно уже не вылезет, чтобы порадовать меня очередной лавиной, ранение точно было смертельным.

Вернувшись в эспандер, я вылез из него на дне ущелья и тут же, размахивая киркой, ринулся разгребать новую лавину. Где именно увидел пространственное хранилище — если мне все же не показалось, — я помнил. Поэтому всю новую лавину, к счастью, разбирать не было нужды, только ее центральную часть. Мелкие камни я отбрасывал сразу в сторону, слишком крупные и тяжелые разбивал киркой на части, прежде чем отбросить.

Осторожность прежде всего, поэтому бдительность я не терял. Прислушивался к тому, что происходит вокруг, и каждые двадцать секунд оглядывался. Но о том, что ко мне движутся потенциальные проблемы, узнал не при помощи слуха или зрения — всем телом почувствовал вибрации. Усиливающиеся, словно их источник приближался. Та-а-к… Похоже, по мою душу заявился скек. Неужто услышал предсмертный визг своего детеныша, если верна версия про их родственные отношения, и бросился мстить? Или я попросту слишком часто посещал эти порталы и привлек внимание более редкого их обитателя?

Отказываться от добычи и убегать я не собирался. Да, этот монстр очень опасен, мои щиты никак не смогут сдержать его удар — магия скека прорвет их, как лист бумаги. Но с помощью эспандера у меня есть шанс его убить. И тут же возникла еще одна идея. Хм… А если еще и заставить его поработать на меня?

Дерзко, конечно, большинство охотников и двенадцатого уровня уже бросилось бы убегать из локации. Их пассивная защита хороша, но и она не выдержит больше одного удара от монстра такой силы, как скек. Но правильно продуманная дерзость в бою имеет право на существование. Это высшее искусство — использовать превосходящую мощь противника в собственных интересах. И я в нем не новичок. Ну что же, попробую!

Я прекратил разбирать лавину и замер на месте, прикидывая тактику будущей схватки. Вскоре, помимо усиливающейся вибрации, я услышал и звуки, издаваемые монстром, — он яростно пыхтел и топал, надвигаясь с севера. Недалеко от лавины, которую я разбирал, ущелье делало поворот, поэтому увидел я скека, только когда он выскочил из-за угла.

Ну что сказать, родство со шнеками вполне возможно. То же туловище со странными пропорциями, увеличенное в несколько раз. Голова только другая по форме, да еще присутствует мощный загривок, которого у шнеков нет. Ну, у людей тоже в подростковом возрасте, как правило, нет трех подбородков, как у некоторых взрослых, страдающих от лишнего веса. Окрас у скека также отличался — никакого маскировочного оттенка под скалы, цвет яркий, красный. Словно предупреждающий — я опасен, берегись!

Длиной монстр был метров за пять, высотой — примерно два с половиной. Весил он при его конституции точно тонны полторы, и от всей его туши веяло очень решительным настроем. Между нами было метров семьдесят, и он ни на мгновение не остановился, увидев меня. Лишь всхрапнул, как огромная лошадь, и мотнув огромной башкой, бросился ко мне.

Атаковал он магией с полусотни метров, как это обычно и бывает. Я стоял как раз напротив каменного завала, в надежде, что удар придется на него. В меня полетело что-то большое, прозрачное и пышущее жаром, быстро полетело, но моя праща была быстрее. Перед тем, как запрыгнуть в эспандер, я еще и ледяной торос в монстра скастовать успел. Пусть не думает, что тут курорт и только он один будет швыряться заклинаниями. Выскочив из эспандера, как и планировал, в воздухе над монстром, увидел, что мое заклинание не причинило скеку особого вреда, даже капли крови нигде не выступило. Скастовал на него огненную удавку. Что она его убьет, иллюзий я не имел — у монстра шея была толщиной с четырех меня, такую огненной удавкой при моем разряде не осилить. Рассчитывал только на то, что она его отвлечет. Успел также рассмотреть, что моя задумка удалась, — своим ударом по мне монстр смел часть всех камней, которые после двух лавин валялись на дне ущелья. Отлично, остался незатронутым только кусок завала у стены, где, как я надеялся, и лежал мой артефакт. Но и с него половина камней из-за исчезновения части лавины рассыпались, облегчая мне дальнейшую работу по расчистке.

Огненная удавка достигла шеи монстра, попытавшись обвить ее, и начала прожигать шкуру. Ну а я упал в эспандере сразу позади монстра и обнаружил, что у него имеется милый плюшевый хвостик. Схватился за него и тут же запрыгнул скеку на спину, крепко сжав в руке арский кинжал. Ну что же, если даже самые сильные мои заклинания для тебя не очень опасны, посмотрим, как тебе понравится мой кинжал, режущий все, во что его вонзаешь!

Оседлав монстра, чтобы получше держаться, я вонзил кинжал в мясистый хребет и потащил на себя, расширяя рану. Прочной была шкура, твердой была плоть — все же это монстр высокой степени опасности, — но арский кинжал уверенно справлялся. Эх, будь он еще подлиннее раза в два!

Скек не очень испугался, когда его шеи коснулась огненная удавка. Ну, жжется, — вероятно, подумал он, но ничего особенно страшного. Но когда он почувствовал, что творит мой кинжал, то сразу же бросился бежать вперед, как подбодренная шпорами лошадь. Я держался ногами, сжимая его хребет, и терпеливо наносил следующий разрез. Монстр догадался опрокинуться, чтобы раздавить меня об камни своим весом. Но когда сидишь на спине монстра вот так, легко почувствовать, как начинают сокращаться мышцы, которые до этого не использовались, и предугадать дальнейшее движение. Я успел покинуть его спину до того, как он, не снижая скорости, опрокинулся на бок и пропахал всей своей тушей по инерции еще несколько метров, заставив ущелье содрогнуться.

Ну а я невредимый вылез из упавшего позади эспандера и скастовал еще одну огненную удавку. Но уже не на шею, а на симпатичный плюшевый хвостик скека. Огромный монстр, неподвижно лежавший на боку и, наверное, полагавший, что и на мне, внезапно подскочил на ноги и с оглушительным визгом рванул прочь по ущелью. Я даже почувствовал себя неловко — подпортил ему такое украшение.

Кончено, я ожидал, что через несколько секунд монстр развернется и вновь меня атакует, поэтому очень удивился, когда он, прибавив скорости, бросился наутек. Так и исчез вдали, свернув за поворот в двух сотнях метров от меня. И судя по затихающему топоту, продолжил мчаться дальше. Поведение, несвойственное столь сильным монстрам, — обычно они бьются до конца.

В голову пришла мысль, что этот монстр, возможно, просто тупой. Потеряв меня из виду после того, как упал на бок, он мог решить, что раздавил меня и победил. А убежал отсюда, вообразив, что хвост загорелся и нужно потушить его в воде. Где в этих ущельях вода, я понятия не имею, но он-то точно должен знать. Ладно, даже хорошо изученные монстры могут удивить своим поведением, что уж говорить про скеков, которых почти никто и не изучал.

Ну вот, а не будь у меня эспандера, один шанс был бы выжить — сбежать до появления монстра. Уматывать из ущелья, прыгая по кастуемым вверх воздушным щитам. Уж больно мощное у него заклинание… Подойдя к месту его удара, я увидел, что тонны три камней отлетело с бывшего завала в стороны, а некоторые еще и раздробились на части. И взрывчатку против такого монстра особо в этих узких ущельях не используешь — самого охотника энергия взрыва может убить, или камнями от неизбежной лавины после взрыва завалить.

Вздумай скек вернуться, я узнаю издалека, очень уж характерно все трясется, когда такая туша передвигается. Поэтому, не став медлить, принялся разрывать остатки лавины в поисках артефакта.

И минут через шесть уже держал в руках то, за чем охотился вторую ночь подряд. Не показалось мне, тут он был, мой новый артефакт! Камень весом граммов сто, не больше. Четыре сантиметра на три. Неплохой экземпляр. Осталось ментально привязать его к себе и проверить, на что он способен.

Пространственное хранилище — вещь очень ценная, хоть и ниже классом, чем пространственный артефакт в моем эспандере. Да уж, локация пространщика дает совершенно уникальную вещь! Этим артефактом можно пользоваться сразу, заполучив его в руки, и вылезаешь из него строго в определенном месте. Если он в воздухе, то под ним, а если лежит на земле, то над ним.

А вот с пространственным хранилищем все было сложнее. Оно не будет работать, пока не осуществишь привязку. Ну и после этого есть нюансы… Так, вещи из него вываливаются с любой стороны в радиусе двух метров, в том числе и сверху. Причем сразу вываливается все, что в него положишь, нельзя достать только одну вещь. Живое существо в него засунуть невозможно. Вернее, есть вариант, но для этого нужно иметь еще один артефакт, переходник. Кстати, можно попробовать с Джерелом заняться его разработкой…

Что хорошо — вещи в пространственное хранилище класть можно частями, пока не исчерпаешь емкость. Все, что влезет, закидывай туда, и дальше будешь нести только сам артефакт, это никак не отразится на его весе. Бесценная вещь для дальних походов! Нужно взять с собой много взрывчатки на отряд — пожалуйста. Теплую сменную одежду в холодную локацию — нет вопросов. Посте́ли на ночь, шатер, дрова в пустыню, где нет никакого топлива, трофеи с монстров — никаких проблем. Главное, когда хочешь достать сложенное, отойти на пару шагов в сторону, чтобы на тебя все это сверху не упало.

Положив добычу в карман, я метнул эспандер вверх. Выскочив на хребте, сразу же переместился в соседнее ущелье, куда упала тушка смертельно раненного мной шнека. Правила охоты в порталах просты — убил монстра, с которого можно забрать трофей, забери его, иначе огребешь проблемы в будущем. Напрашиваться на проблемы я не хотел.

День такой хороший! Один артефакт бесценный купил за гроши, второй — добыл с восьмой попытки. Да я просто в восторге! А когда дела у меня хорошо складываются, я особенно настораживаюсь, потому что за все приходится платить. Может, кто и не поймет такую особенность моего мышления, но оно у меня сложилось на войне. Только расслабишься, решишь, что жизнь повернулась к тебе хорошей стороной, и бац — ты покойник. А жить я хочу, так что соблюдаю все правила, чтобы не накликать на себя беду и быть готовым к любым проблемам.

Тело шнека нашлось на дне ущелья, я быстро извлек магический источник, и вскоре уже заходил в портал. А через минуту вышел из него, и тут же всей грудью вдохнул чистый морозный воздух и закашлялся. Такая уж локация, пыли в ней из-за всех этих лавин и работы с камнем просто немерено!

Оглядевшись вокруг, никаких проблем не заметил — лошади паслись спокойно, разгребая копытами траву. Пространственное хранилище жгло карман, хотелось побыстрее привязать его к себе и проверить емкость. Но для этого в транс входить надо, а здесь это делать рискованно. Приметил неподалеку подходящий безобидный портал с травами, шагнул в него.

Забрался повыше на скалы при помощи эспандера. Тут меня точно никто быстро не найдет, даже если и следил за тем, как я вошел в портал. Надрезал свою руку, залил пространственное хранилище кровью. Потом уселся поудобнее, сжал его в сомкнутых руках и вошел в транс. Минуту за минутой пытался настроиться на резонанс с ним, пока не почувствовал ответ. Все, теперь он должен работать.

Глянул на валун, лежавший около моих ног, притронулся к нему и пожелал перенести в артефакт. Валун исчез. Работает! Фух!

Глава 23

Очень довольный жизнью, я принялся бродить и закидывать новые и новые валуны в хранилище, старательно прикидывая, прежде чем отправить внутрь, сколько каждый из них примерно весит. Одиннадцатый валун уже не влез, но меня это совсем не расстроило. По моим прикидкам, сейчас внутри артефакта было валунов тонны на две. Это очень приличная емкость!!! Я нашел артефакт хоть и не максимального, но достойного среднего размера из возможных в той локации. И найти такой в продаже очень сложно. Смысл продавать такую полезную вещь, если сейчас их добывают с большими проблемами в очень опасных локациях? Правильно, на продажу идут только самые крохотные артефакты, в которые можно засунуть вещей на несколько сотен килограммов.

Казалось бы, вот тебе новый способ охоты на крутых монстров! Взлетай при помощи эспандера в высоту — и бомби их оттуда валунами. При помощи магии я не могу сбросить на них ничего тяжелее полутора сотен килограммов, а тут — две тонны!

Но все намного сложнее. Во-первых, существует проблема неточного появления содержимого из хранилища — эти валуны могут упасть тебе же на голову. Вот и поохотился! Во-вторых, монстры не тупые, как правило. Бесшумно валуны падать вниз не будут, воздух будет свистеть вокруг них. Монстры вполне в состоянии поднять голову, услышав странные звуки, обнаружить несущийся сверху подарок и отпрыгнуть в сторону. В-третьих — все, что я смогу убить при помощи двух тонн валунов, я смогу убить и так, своими заклинаниями. А что мне хотелось бы убить, но магический разряд не позволяет, две тонны валунов, сброшенные с высоты, тоже не позволят убить.

Вот сто процентов уверен, что если я найду сейчас скека и скину на него две тонны камней, и он даже любезно подождет на месте, чтобы они на него упали, то он только крякнет, помотает башкой недоуменно и побежит себе дальше. И это еще неплохой вариант. Поскольку есть также вариант, что он может поднять свою башку и не просто посмотреть, а зарядить в летящие на него валуны свое фирменное заклинание, отбросив их обратно в меня.

Хотя, тут же пришла в голову мысль, что потенциал у такого вида охоты все же есть. Есть разного рода неприятные создания, как правило, ядовитые, убивать которых обычными способами на близкой дистанции достаточно рискованно. Чем дальше от них находишься, тем лучше для тебя, если хочешь жить. Так что можно забраться повыше, кинуть вниз артефакт, приказать ему выкинуть свое содержимое и надеяться, что тварь не догадается убраться из-под камней. А потом спуститься, забрать трофеи и свой артефакт. Так что для охоты на слабых, но ядовитых монстров может и такой вариант сгодиться. Но меня, конечно, интересовало, как при помощи пространственного хранилища убивать могучих монстров…

Я присел на землю. Ночь только началась, время есть. Принялся обдумывать, как все же избежать всех этих проблем при охоте на сильных монстров. Так, а если первую проблему попытаться решить следующим образом? Встать на воздушный щит, привязать артефакт за веревочку и опустить его вниз на несколько метров. Тогда неважно, где именно появится груз, он все равно уже мне на голову не упадет, а полетит под действием силы тяжести вниз. Хотя нет, все же одна проблема нерешаема. Груз может появиться в районе веревочки, уничтожить ее, и артефакт полетит вниз вместе с высвобожденными камнями. Метать вниз эспандер в надежде выскочить и поймать? Нет, если он перемешается с валунами, то уже и не поймаешь. Так себе вариант получается, высок риск из-за бомбежки монстра камнями утратить и свой артефакт. Мало ли он сожрет его и убежит? У некоторых монстров пасть напоминает чемодан по размеру, а у некоторых — кровать. А если вспомнить пасть морского змея, то там все еще хуже.

Получается, все эти варианты с валунами не имеют никакого смысла, учитывая риск утратить дорогущий артефакт. Так, а если внутри будут не две тонны валунов, а две тонны взрывных артефактов? Активировать их, потом спрятать в хранилище, а потом высвободить вот так же, из артефакта на веревочке? Две тонны активированных взрывных артефактов… да на земле после такого взрыва воронка окажется размером с фундамент для дворца! Такой взрыв уничтожит большинство известных мне монстров высокой категории, даже если они отойдут чуток в сторону, чтобы странные вещи с неба не упали прямо на них.

Правда, высок и риск самому погибнуть. Если активированные взрывные артефакты высвободятся в районе веревочки, то сразу и взорвутся, задев ее. Ну и нельзя забывать о том, что опасные монстры быстро реагируют и обладают серьезными заклинаниями. Поднимет башку, увидит тебя и артефакты, скастует на них какую-нибудь молнию, которой владеет. Все рванет в воздухе — поближе к тебе, подальше от него. Эффектная смерть, будешь долго падать мелкими кусочками на землю.

Надо думать, короче. Пока что ничего не складывается. До меня умные люди думали и ничего не придумали, так что непросто будет что-то новенькое изобрести. Но это не повод сдаваться…

В этот раз мне повезло с первого захода в портальную локацию. Вот и пойми, почему вчера было семь безуспешных ходок… Может, и правда — сегодня день, когда мне везет?

Впрочем, с этим никогда не угадаешь… Так… Возвращаться обратно в город слишком рано. Стоит ли мне попытаться найти еще один пространственный артефакт?

Из всего, что я знал о порталах, — соваться снова в такой же портал точно не стоило. Приз я получил шикарный, и новый поход за очередным таким же хозяин порталов может счесть за несусветную наглость и неблагодарность. И в ответ на меня может напасть монстр, который будет способен меня угробить, даже несмотря на наличие эспандера. Или вообще, вход в портал переместится куда-нибудь километров на двадцать в любом направлении, обеспечив мне недельку поисков его среди «дружелюбно» настроенных шнеков и скеков.

Так что использую я лучше эти четыре часа, охотясь за монстрами в других локациях! Ничего слишком сложного не стал выбирать. Сегодня буду охотиться в таких портальных локациях, где все, что найдется, мне точно по силам. Исключая, конечно, всегда имевшийся шанс нарваться на редкого опасного монстра…

К четырем часам утра я набил трофеев больше чем на тысячу золотых монет, и с огромным удовольствием закидывал их один за другим в новенькое пространственное хранилище, уже освобожденное от валунов.

Затем вернул лошадей в конюшню, по крышам вернулся ко дворцу, не объясняясь с ретивыми патрульными, и залег спать. Но, даже падая уставший в постель, успел перед засыпанием удивленно помотать головой по поводу исключительно хорошего на приятные сюрпризы дня.

Поутру, после завтрака, зашел в комнату к Джоан. О своих походах по локациям в попытке раздобыть пространственное хранилище я ей не говорил. Решил — если получится разжиться таким, то сюрприз будет!

— Показать, что я вчера раздобыл в одном из порталов? — спросил ее с таким видом, что она сразу поняла — ей это будет очень интересно.

— Давай-давай! — попросила заинтригованная девушка.

Подошел к тумбочке у ее кровати, коснулся ее рукой — и она исчезла.

— Ой! — радостно хлопнула в ладоши Джоан. — Ты добыл пространственное хранилище?

— Ага! — подтвердил я.

Отойдя в сторону от артефакта, велел тумбочке появиться. Она упала прямо на кровать, хоть без шума обошлось. Но не очень хорошо, что вместе с тумбочкой на кровать выпали и все вчерашние трофеи. Вчера не стал их сдавать в лавку, решил побольше накопить, чтобы по мелочам не бегать. Тем более что внутри артефакта они все равно не могут испортиться. Но крови на них было полно, так что покрывало точно придется стирать.

Поспешно убрал трофеи обратно, касаясь каждого рукой с соответствующим приказом. Джоан нахмурилась, но я был уверен, что это никак не связано с испачканным покрывалом. Так оно и оказалось.

— Но я же точно знаю, что пространственные хранилища можно добыть только в порталах, где никому, кроме группы архимагов, а желательно и грандмагов, не стоит даже появляться? — озадачилась она. — Так как ты умудрился???

— Ты не все знаешь, — улыбнулся ей в ответ. — Есть еще один не очень опасный портал. Кстати, надо будет в него отправить всех членов нашего клана по очереди. Только обязательно нужно брать с собой эспандер для мгновенных перемещений, без него портальная локация станет смертельной.

Джоан еще сильнее нахмурилась:

— А как же я?

Ну да, ей пока что никуда не выбраться…

— Для тебя за артефактом я схожу через недельку. Раньше, сама понимаешь, такой мой визит хозяину порталов может показаться наглостью.

— Ох, как же мне надоело это вечное сидение дома! — топнула она ножкой.

— Ну или можешь взять мой сейчас, а я себе добуду через неделю, — предложил другой вариант я.

— Да нет, он тебе на портальной охоте реально полезен, а мне зачем во дворце? Расчески складывать?

И в этот момент мне кое-что пришло в голову.

— Послушай… Нас забрали из Академии, сорвав с учебы, ради балов, на которых меня представят высшей аристократии. А где эти балы-то?

— Сегодня должен был состояться первый. Но после нападения на нас в столице ввели усиленные меры безопасности. Все балы на ближайшую неделю отменили. А почему ты спрашиваешь, предлагаешь вернуться на эту неделю на учебу в Академию?

— Нет, что ты! — поспешно отказался от такого варианта я. — Есть у меня другая идея. Пойдем-ка к твоим телохранителям, попросим организовать коммуникационный портал с твоим отцом.

Я задорно улыбнулся, и Джоан, сообразив, что идея ей, скорее всего, понравится, не стала медлить.

Ректор Королевской Академии Магии

Вызов от одного из новых телохранителей дочери заставил герцога Картана взволноваться. После того покушения он все никак не мог успокоиться. И знал, что будет теперь всегда благодарен Эйсону за то, что парень потащил с собой на помолвку громоздкий усадебный артефакт.

Но все оказалось хорошо. Вначале перед ним появилась улыбающаяся дочь и приветственно помахала ему рукой, а затем он увидел и Эйсона.

— У меня есть предложение, — после приветствия приступил тот сразу к делу, что ректору всегда нравилось, хоть и нарушало некоторые условности этикета. — Лорейн соскучилась сидеть в четырех стенах, балы пока все отложили из-за той засады. Можем мы с ней в компании уважаемых Седнеша и Юрака отправиться в какое-нибудь отдаленное королевство на портальную охоту? Так будет даже безопаснее, чем сидеть во дворце, ведь нас там никто искать точно не будет. А Лорейн под защитой двух грандмагов отработает в порталах заклинания, чему-нибудь новому научится от экспертов такого уровня. Да и денег с трофеями никогда слишком много не бывает. Естественно, мы поделимся добычей с уважаемыми грандмагами.

Ректор задумался. Нравился ему Эйсон. Другой бы, став женихом королевской племянницы, закинул бы ногу за ногу и сидел бы во дворце, считая, что схватил птицу счастья за хвост. А этому не нравится жить на всем готовом, ему самому всего добиться хочется… да и про Лорейн он верно отметил — дочка заскучала. Причем сильно заскучала, это может плохо закончиться. Сбежит попросту из-под охраны, и Эйсон ей препоны делать в этом не станет: любовь у молодежи важнее всего — и безопасности, и здравого смысла. Нет, так-то он очень здравомыслящий молодой человек, но сдать свою импульсивную и капризную невесту отцу и телохранителям — означает потерять Лорейн. Конец всей любви. Значит, придется пойти молодежи навстречу.

— Согласен, если вы уважаемых грандмагов уговорите, они не на такое подписывались. И никаких порталов повышенной опасности, куда они обычно ходят, — только школа молодого мага. Максимально — куда маги не выше десятого уровня ходят. И связь со мной дважды в день, чтобы я не волновался.

Видно было, что начало Эйсона воодушевило, а продолжение, когда ректор ограничил уровень опасности порталов, расстроило. Но он все-таки тоже ответил согласием. А что он хотел? Ну да, так он и разрешил бы им ходить в порталы повышенной опасности! Это после того, как он узнал во время войны, что парень постоянно невероятно рискует на вылазках в тылу врага. Этак Эйсон умудрится и грандмагов завести куда-нибудь, где им придется свою жизнь спасать.

— Мы все же будем периодически появляться во дворце и около него, — сказал Эйсон. — Пусть шпионы Хендо думают, что мы там живем, и не ищут нас где-нибудь еще.

— Разумно, — согласился Картан.

Закрыв портал, ректор усмехнулся. Все же Лорейн еще долго продержалась в роли послушной дочки. И наверняка только из-за влияния на нее Эйсона. Какова все же сила любви! Эх, молодость, молодость!

Эйсон, дворец

Мы закончили разговор с ректором — я расстроился, а вот Джоан бросилась ко мне на шею с благодарным поцелуем. Грандмаги, увидев, как расцвела девушка после разрешения отца заняться портальной охотой, усмехнулись понимающе. Слишком долго она просидела под охраной, ей сейчас и порталы без большого риска в радость.

С Седнешем и Юраком договорились без труда — им тоже было скучно сидеть без дела во дворце. Были бы они артефакторами или алхимиками — еще могли бы потихоньку чем-то заниматься в своей комнате. Но они же боевые грандмаги, портальная охота — их прямая специализация. И, возможно, им тоже нравилась идея спрятаться в какой-нибудь глуши, чтобы не находиться в постоянном напряжении, ожидая нападения на дворец. Договорились, что если они увидят, что мы не справляемся с монстрами и для Джоан есть угроза, то они вмешаются в нашу охоту и после заберут трофеи себе. А если их помощь не потребуется — то они ни на что не претендуют.

Ну да, такой расклад соответствует традициям портальных охотников. И логичен для грандмагов. Если два студента с чем-то способны сами справиться, то, по их разумению, каких-то ощутимых на уровне грандмага денег им за трофеи с таких монстров не получить. А вот если прибежит какая-нибудь редкая тварь, то это дело другое. Тут уже и чем-то стоящим можно с нее разжиться.

Тут же начали собираться. Я напомнил Джоан не брать слишком много вещей с собой — мы всегда можем заскочить во дворец за всем нужным порталами. Для грандмага открыть куда-то портал — это так, безделица. А у нас их с собой целых два. А Джоан напомнила мне, что нам нужно дня за три до бала заглянуть к портным — заказать новую одежду на него и на пару следующих. Авось за оставшееся время мода не изменится.

А еще меня моя идея выбраться на охоту порадовала тем, что грандмаги не стали брать с собой марконов. Оставили их во дворце ректора рядом с моим. Портальной охотой обычно даже грандмаги предпочитают заниматься без питомцев. Все же понятно, что это портальные твари, и хотя они очень послушны, но кто его знает… Во время портальной охоты надо концентрироваться на опасных монстрах, а не следить за тем, чтобы собственный питомец не сбежал.

Какое облегчение, не придется больше постоянно напрягаться в их присутствии, забивая себе голову левыми позитивными мыслями, чтобы не думать о своей ненависти к ним!

Куда отправиться, мы выбрали просто — Джоан показала на своем глобусе несколько мест, в которые отец ее никогда не возил. Вот в первое же из них Седнеш и открыл портал. Юнекское королевство, одно из тех, что располагались на окраине Темного Пятна. Разумеется, в целях безопасности мы отправились в ту его часть, что была далеко от Пятна. А то мало ли какой отряд нелюдей оттуда вырвется, или особо опасный монстр сквозь охрану проскользнет. А четыре сотни километров — достаточная дистанция, чтобы они себя на ней проявили и на них началась охота.

Глава 24

Выбрали для проживания глухую и отдаленную от других населенных пунктов деревушку. Там точно не будет ни одного мага двенадцатого разряда, способного открыть коммуникационный портал и разболтать всему белому свету о появлении в этих краях чужаков. Пару дней поживем, потом выберем другую такую же дремучую деревушку в другом королевстве. А то если задержаться больше чем на пару дней, то все равно информация о нас распространится даже в этой глуши. Кто-нибудь из крестьян поедет торговать в город, и вся конспирация на этом и провалится.

Добрались на место. Деревня как деревня, полтора десятка старых домов, давно не крашенных, с чинеными-перечинеными крышами, окруженных плодовыми деревьями. Поля вокруг зеленели травой и цветами. Из-за особенностей местного климата тут уже было тепло и прочно царила весна, это Джоан удачно местечко выбрала. Все цветет, красота! Джоан сразу же себе и венец из цветов начала плести, пользуясь случаем.

К нам выскочил староста. Пять золотых монет — и он, бесконечно счастливый, согласился съехать со всей семьей из своего дома, самого большого в деревне, на то время, что нам заблагорассудится тут пробыть. Подтвердил он также, что никаких магов в деревне нет уже лет сто, а последние заезжие охотники были в прошлом году. Да, это удачно, совсем глухое место выбрали, тут даже лавки нет для сдачи трофеев из порталов. Впрочем, теперь необходимости особой в этом и нет — я могу все добытые трофеи складывать в пространственное хранилище, там ничего не испортится. А вернемся в город, тогда и до приличной лавки с ними доберусь.

Пока староста съезжал и приводил жилище в порядок для гостей, сразу и сходили на охоту. Порталов вокруг хватало, как и везде, кроме королевства сорока островов. Ближе всего оказался портал с ферками, они и были выбраны нашей первой жертвой. Все как ректор и приказал — на таких монстров охотятся маги не выше десятого уровня. Быстрые стайные твари, бегают по пять-семь штук, их желчный пузырь ценен для алхимиков. Трава в локации густая и высокая, в ней они и подкрадываются, чтобы атаковать всей стаей.

Хотя вообще-то на них обычно ходят отрядом из пяти человек, грандмаги не возражали — формально я указание ректора не нарушил. Ну а если мы себя переоценили — есть кому ситуацию выправить. Не одни же мы внутрь пойдем…

— Могу ли я рассчитывать, мастера, что все, что мы с Джоан тут продемонстрируем, останется в тайне? — спросил я у грандмагов, когда мы заходили внутрь.

Само собой, я бы не хотел, чтобы мои враги знали, что я способен использовать и заклинания десятого уровня при своем восьмом разряде.

— Конечно, это входит в стандартное соглашение о найме телохранителя. Нельзя разглашать тайны, узнанные во время работы на заказчика, — ответил мне Седнеш.

С этим возникал другой вопрос — насколько двум нанятым ректором грандмагам важна их репутация как телохранителей, чтобы соблюдать все условия соглашения. Что-то мне говорит, что не очень. Но лучше так, чем никак, и в любом случае большего я от грандмагов не вытребую.

— Я снаружи посторожу, — сказал Юрак.

Все верно, в портале такого уровня и один грандмаг избыточен. Для подстраховки и архимага бы хватило…

Зашли в локацию. Если снаружи царила красивая весна, то тут было глубокое лето. Трава по пояс, мощная, зеленая, колышется на ветру. Я сразу же прикинул, откуда он дует — это самое безопасное направление для нас сейчас. А вот на том направлении, куда он дует, и надо сосредоточить все свое внимание.

— Повторяй все за мной пока что, а как ближе монстры подойдут — действуй по обстоятельствам, — сказал я Джоан.

Та кивнула в ответ. Счастлива, что вырвалась на охоту. Глаза горят, длинные волосы развеваются на ветру, лук сжат в руке — хоть картину пиши красавицы-портальной охотницы!

Ферки очень ловко передвигаются в траве, но недостаточно ловко для того, чтобы я их не заметил. Ветер дул сильный, над травой мы заметно возвышались — нас быстро то ли учуяли, то ли увидели. Минуты через четыре я увидел неестественное шевеление травы примерно в том направлении, с которого и ожидал нападения.

Терпеливо ждал, пока монстры не подошли на сотню метров, затем пустил стрелу с разрывным артефактом им на головы. Джоан незамедлительно сделала то же самое.

Ферки твари невысокие, но могучие. Разрывным артефактом, что по размеру можно разместить на стреле, их не убить. Но поранить и вывести из себя — вполне. Взорвавшиеся посередине стаи стрелы свою функцию выполнили. Монстры разозлились и, перестав скрываться, рванули к нам на всей скорости. Среди травы образовалось шесть просек, все нацеленные на нашу группу.

Лук я закинул на плечо, Джоан сделала так же. В руку взял связку дротиков с разрывными артефактами. Начал выставлять воздушные щиты в двадцати шагах от нас. Сначала боковые, с двух сторон вдоль того направления, по которому монстры скоро окажутся на этом месте, потом щиты перед нами. Джоан помогала, так что мы успели закончить к моменту, когда твари приблизились к нам на эту дистанцию, врезавшись в щиты, выставленные перед нами. А затем внутрь щитов полетели две связки дротиков с активированными взрывными наконечниками, Джоан кинула свою почти одновременно со мной.

Я присел, и она присела. Раздались почти одновременные взрывы. Щиты как не давали большинству осколков полететь в нашем направлении, так и усиливали мощность взрыва. Немного, правда, — не тот эффект, что был бы в полностью замкнутом помещении, — но все же достаточно для того, чтобы выставлять их имело смысл.

Пятеро погибли на месте. Но один монстр все же вырвался оттуда, уцелев. Возможно, его от взрыва заслонили туши других тварей. Как живой таран, он помчался на нас, наклонив голову с крепким лбом. Взлетел в воздух за пять метров от нас, разинув пасть, и я использовал ледяную глыбу, чтобы его остановить. Несмотря на большую массу тела ферка, заклинание было таким мощным, что монстр перевернулся от удара в воздухе и шлепнулся на землю уже мертвым, с оторванной головой. Ледяная глыба была мной направлена так, чтобы точно не повредила трофеи.

Раздались аплодисменты. Оказалось, что нам хлопал грандмаг.

— Чувствуется огромный опыт и верная рука, — сказал Седнеш. — Пожалуй, мне учить вас нечему. Хотя…

— Что «хотя»? — мгновенно отреагировала Джоан, сообразив, как и я, что пришедший в хорошее настроение грандмаг явно хочет нам что-то предложить. И это точно должно нас заинтересовать. Грандмаги полны знаний и умений, даже для меня. Да, я много в будущем узнал того, что сейчас неизвестно, начитался всякого и в закрытой библиотеке герцога — но в нашей армии в будущем не было ни одного грандмага, только архимаги. Архимаги делились всем, что сами знают, но они не знают всех секретов грандмагов…

— Есть одна техника, которая имеет большую ценность, в особенности на низких разрядах, и точно не является бросовой даже на высоких. Но вначале мне нужно будет обговорить этот вопрос с герцогом. Если он захочет, чтобы я этому вас обучил, ему придется раскошелиться.

— Если вопрос в деньгах, то я и сам могу заплатить, — сказал я.

— О нет, вовсе не в деньгах, — усмехнулся грандмаг. — Деньги для меня не важны, сами должны понимать.

— Понятно, знания… — кивнул я. — Но скажите, потом никто не придет убивать нас из-за этой тайны? Как бы и так достаточно проблем в этом направлении…

— Умный вопрос, — признал Седнеш. — Нет, это была плата моему отцу, когда он служил одному королю. Получил ее, когда имел двенадцатый разряд, сорок лет назад. Нельзя было разглашать за пределами семьи. Но месяц назад вся династия погибла в результате переворота, так что ни отец, ни я больше не связаны клятвой.

— Намекните хоть, о чем идет речь. — В голове моей крутилось множество предположений, трудно было удержаться от такого вопроса. — А то вдруг мы уже владеем этим знанием. И вы зря потратите время на переговорах с герцогом.

Седнеш искренне рассмеялся.

— А ты парень не промах, — сказал он. — Напоминаешь меня самого в юности. Да, это я могу, все равно по описанию сделать ничего нельзя без самой техники. Вот смотри, ты можешь скастовать воздушный щит, который на твоем уровне продержится три минуты, верно? Я сужу по твоей ледяной глыбе.

— Верно, — кивнул я.

— А я могу научить тебя кастовать щит, который будет в несколько раз слабее. К примеру, если ты его используешь как ступеньку, чтобы забраться высоко, — к чему тебе такой мощный щит, который будет потом висеть в воздухе три минуты? Достаточно того, что тебя выдержит, пусть и сможет провисеть потом всего минуту. И так с любым заклинанием. Эта техника позволяет регулировать его мощность.

Мои глаза расширились. Не знал я ничего о такой технике. Но это действительно очень крутая вещь. Далеко не всегда нужны самые мощные заклинания, и если Седнеш действительно научит нас регулировать их силу… Помимо экономии маны, что очень важно, есть и другие плюсы. Да я сразу же сообразил, какая это будет мощная фишка на той же дуэли или при любой личной схватке с врагом, примерно знающим твой разряд. Скастовать пару мощных заклинаний в треть силы — и он, отразив их, будет уверен, что ты остался без маны. Да и что слабак, раз твои заклинания так легко было отразить. Утратит осторожность, и…

Я лихорадочно думал, что делать дальше. Не рисковать, позволить ему обратиться к ректору, чтобы тот предложил ему за эту технику какое-то заклинание из своих запасов? Но сразу будет нюанс — ректор, естественно, договорится о том, чтобы эта техника была ограничена в использовании нами двумя. Нет, тремя — наверняка и сам захочет тоже изучить. И клятвы наверняка придется принести серьезные о запрете распространения. А мне очень хочется это заклинание для всего нашего молодого клана. Но с чего вдруг ректору расщедриваться на весь клан «Дерзких»? Он пока даже не знает, что его дочь в нем состоит. Придется сказать однажды, конечно, но лучше это сделать поближе к свадьбе, чтобы ничего не сорвалось.

Эх, ладно, рискну! Седнеш не выглядит подлым засранцем, с которым опасно договариваться… Это тот случай, когда риск для меня оправдан огромным потенциалом использования для всего клана.

— А что вы скажете об обмене этой техники на секрет, который может продлить жизнь на двадцать процентов? — спросил я его. — С возможностью использовать для всей вашей семьи и разрешением использовать вашу технику для всего моего клана.

— И ты так просто об этом говоришь? — удивился грандмаг, который, очевидно, сказанное оценил. Ну да, чем старше человек, тем ему интересней такого рода предложения. — Знать такие вещи опасно для человека с твоим разрядом.

— Один недавно погибший грандмаг мне завещал этот секрет, — грустно сказал я — надо же правдоподобно объяснить, откуда у меня такое… — А вы, мастер, выглядите честным человеком, который не похитит меня, чтобы бесплатно узнать эту тайну.

Ну да, и кроме того, он нанят герцогом, чтобы защищать Джоан. Нанести ей вред он не может из-за клятвы. Похить он меня, Джоан расскажет всему свету, что произошло, и за ним будут охотиться по всему миру. Нет, не чтобы спасти меня, — все будут думать, что грандмаг посредством пыток получил от меня секретное знание и убил, да и плевать на меня всему миру… А чтобы прижучить Седнеша и узнать у него эту тайну продления жизни. Даже грандмаги не жаждут стать объектом охоты… даже на них можно найти управу…

Седнеш долго не колебался.

— Признаю, что это достойное знание, чтобы обменять его на мою технику. Есть еще какие-то условия?

— Есть, — кивнул я. — Чтобы продлить свою жизнь, надо съесть кусок сердца определенного монстра прямо в локации с ним. И самому мне охотиться в этой локации не под силу. А прожить подольше тоже хочется…

Седнеш рассмеялся.

— Ты пойдешь один?

— Хотел бы взять с собой еще семь друзей.

— Со мной, значит, будет девять, на грани… Годится! — кивнул грандмаг. — Давай обменяемся клятвами.

Джоан все это время, пока мы вели торг, помалкивала, только переводила взгляд с меня на грандмага. Явно ей было что сказать, но она вела себя очень сдержанно. Чем заслужила высокую оценку в моих глазах, уж я-то знаю ее темперамент!

Неспешно принесли нужные клятвы. Я поклялся в обмен на технику, принадлежащую Седнешу, передать ему в личное пользование информацию, как продлить жизнь на двадцать процентов, и в том, что я полностью уверен в действенности способа. Он поклялся передать взамен свою технику по дозированию маны на заклинания, обучить ей, а также поохотиться со мной на нужных монстров, чтобы я и мои друзья тоже могли продлить жизнь. То, что мы клялись прямо в портале, делало наши клятвы еще более серьезными — портальные охотники верили, что помимо богов, которых мы призвали засвидетельствовать нашу клятву, дополнительным свидетелем будет хозяин порталов.

После этого занялись сбором трофеев. И так с этим делом затянули — могли уже прогневать хозяина порталов, если он решит, что мы вовсе не собираемся этого делать и зря истребили портальных тварей.

Грандмаг очень впечатлился, увидев, что трофеи куда-то исчезают, и догадался, что у меня есть пространственное хранилище. Когда последние трофеи скрылись в артефакте, Седнеш сразу и начал учить нас дозировать ману. Усадил в транс прямо в этом же портале, окружив барьером. И Джоан, и я легко вошли в транс — мы знали, что мы в полной безопасности под охраной грандмага. Не только потому, что он обязался ее охранять, но и потому, что очень заинтересован получить от меня секрет продления жизни. Ради такого в пожилом возрасте что угодно сделаешь… Если имеешь шанс вместо ожидаемых в его возрасте дополнительных пятидесяти лет прожить шестьдесят — это очень серьезно.

Хендо, Шенское королевство

Провал первого покушения на Лорейн сильно расстроил беглого принца. Его шпионы в Королевской Академии Магии сработали просто великолепно — он точно знал, что грандмагов для сопровождения праздничного кортежа, следующего на помолвку, в этот раз брать не будут. А все провалилось. Он требовал все же решить этот вопрос! И вот сегодня к нему пришел грандмаг Акерус, возглавлявший его боевой отряд. Передав ранее через слуг, что что-то придумал.

— Ваше высочество! — склонил голову перед ним грандмаг. — Есть хорошие новости. Мы придумали, как убрать охрану Лорейн и оставить ее беззащитной перед нашим нападением.

— Планируете ворваться во дворец ректора? — недоуменно нахмурил брови Хендо. — Все же нашли подземный ход, как я вам велел? Но даже если так, то куда денется охрана?

— Нет, подземный ход мы не нашли, ваше высочество! Пока что не получается у наших шпионов. Там везде вокруг тщательно охраняемые имения высшей знати Аргента. Пару раз в день если наши шпионы туда заходят, чтобы просто кинуть взгляд, уже хорошо. Но мы нашли место для атаки, где Лорейн точно будет… и в этот раз мы сделаем так, что никого выше мага двенадцатого разряда при ней не окажется. Да, и как вы и хотели, ее жених, Эйсон, тоже будет рядом с ней. Убьем их вместе!

— И как же вы так сможете сделать? — спросил удивленный принц.

Акерус изложил ему план.

— Хм… — наморщил лоб Хендо. — Сработает-то сработает… Но маски выберите глухие, никто никогда не должен связать меня с этим. Уж больно много важных запретов нарушим… За такое нас везде проклянут, если будут уверены, что это наших рук дело.

— Сначала доказать надо, ваше высочество! — усмехнулся грандмаг. — А мы это сделать не позволим. Не будет вокруг никого, кто сможет атаковать нас, убив хоть одного человека, которого потом можно опознать как вашего приближенного. А под масками может скрываться кто угодно.

Конец одиннадцатой книги

Nota bene

Книга предоставлена Цокольный этаж, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Антидемон. Книга 11

Content

Антидемон. Книга 11

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Nota bene