Кайли Маркус

Повелитель орков

Глава 1

Ривер

Кожаные изделия на моих ногах мало защищают их от корней и камней. Мне нужно обратиться в совет с просьбой о более прочной обуви, потому что, конечно, мужчины получили ботинки, но женщинам пришлось довольствоваться этими вещами, которые больше похожи на тапочки.

— Ах, черт!

Я прикусываю губу, когда мой голос эхом разносится вокруг меня.

Я опускаюсь на корточки, прежде чем плюхнуться на задницу, проверяя ногу. Я поправляю завязки на своей обуви, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться, что никто больше не слышал моего крика, прежде чем снова подняться.

Согласно нашим источникам, клан короля орков перенес свой базовый лагерь недалеко отсюда. В настоящее время мне поручено шпионить за ними, так как меня повысили еще на один уровень за высокую способность к маскировке и быть незаметной.

Плюс, в прошлые выходные я обменяла крылья феи на волшебный порошок, который замораживает любого противника, на которого я его брошу. По словам моего лидера, этого достаточно, чтобы вытащить меня отсюда, если меня поймают.

Продвигаясь на цыпочках вперед, я осматриваю деревья, выискивая любой признак того, что орки где-то здесь. Шум игры доносится у меня из-за спины, перекрывая любые звуки, которые могут издавать орки. Они что-то планируют, и мы это знаем, но никто не знает, что именно, поэтому весь лагерь находится в состоянии повышенной готовности. Орки любят войну и устраивают ее при любой возможности. Секрет победы над ними в том, чтобы свергнуть их короля.

Жар проходит сквозь меня, когда образы короля Кейда приходят на ум. «Боже, он горяч». Никто не должен выглядеть так хорошо, как орк, из всех вещей, но он справляется с этим. Как он выглядит без грима? Я подозреваю, что кем бы он ни был, когда мы не играем, это не выдает того факта, что под всей этой мужественной внешностью он тайный гик, как и я.

Рядом что-то трещит, словно бревно раскалывается пополам, и я поворачиваюсь, чтобы найти укрытие, когда врезаюсь в гладкую зеленую грудь.

— Уф!

Две огромные руки хватают меня за плечи, удерживая в вертикальном положении вместо того, чтобы швырнуть на землю.

— Шпионка, — говорит он.

«Это намек на веселье в его тоне?»

— Конечно, это ты.

Его слова пронзают меня насквозь, вызывая более интуитивную реакцию, чем следовало бы, и я поворачиваюсь, чтобы встретиться с ним взглядом.

Боже, он действительно незаконный элемент в этой игре. Здесь должен быть бар, и если бы он был еще сексуальнее, то ты не смогла бы играть, потому что это чертовски отвлекало. Хотя и очень сильно.

— Я? Я просто ведьма, которая ищет кое-какие травы.

Я хлопаю ресницами и пытаюсь не ухмыляться.

Он бросает на меня притворный хмурый взгляд.

— Лесная ведьма? Больше похожа на волшебницу эльфийку. Не думай, что ты сможешь одурачить меня, эльф.

— С чего бы я должна думать, что смогу обмануть короля орков? Ты такой умный, сильный и храбрый.

Я провожу рукой по его массивному бицепсу и еще сильнее пытаюсь не обращать внимания на вспышку восторга, пронизывающую меня насквозь.

Его костюм мало что оставляет для воображения, за исключением одной вещи, которую я хочу увидеть. Вот уже несколько месяцев мы вот так играем друг с другом. Кокетливое подшучивание никогда никуда не приводило, кроме как прямиком к моим ночным фантазиям, когда я воображаю все, что хочу с ним сделать, с помощью моего бойфренда-на-батарейке.

«Мои пальцы гладят его кожу, в то время как мои мысли уносятся прочь от игры. Он действительно принимает участиев этой ситуации с зеленой кожей. Он также покрасил свой член и в эти выходные? Боже, где же хороший ветерок, когда он так нужен?»

— Лесть ничем тебе не поможет, эльф. Я знаю, кто я такой.

Мои глаза возвращаются к его лицу, и его ухмылка заставляет меня на полсекунды задуматься, мог ли он читать мои мысли в реальной жизни.

— О?

Я резко вдыхаю, когда смотрю на его массивные клыки. «Тебе больно носить их все выходные?» Он говорит без шепелявости, присущей большинству других игроков, так что, должно быть, он придумал способ носить их с комфортом.

— Если бы я не знал тебя лучше, я бы заподозрил, что ты приходишь сюда так часто только для того, чтобы увидеть меня.

Я фыркаю, закатывая глаза.

— Зачем мне это делать?

Он наклоняется ближе и вдыхает, рыча так низко, что грохот сотрясает также и меня. Его белоснежная улыбка коварно расползается по лицу.

— Я думаю, мы оба знаем.

Он же на самом деле не может чувствовать запах возбуждения, не так ли? Это чистая фантазия.

Хотя, он не ошибается. Мы уже несколько месяцев «сталкиваемся друг с другом» в игре. Главным образом потому, что я — мотылек летящий на пламя. Я не могу, чтобы не увидеть его, поэтому мы играем по выходным, а если я его не вижу, то в итоге возвращаюсь в свою реальную жизнь, чувствуя глубокое разочарование. Помимо очевидного эскапизма, он определенно является для меня изюминкой этой игры.

— Тогда попроси мой номер во время тайм-аута, болван.

Я отталкиваю его от себя, вытирая руки в тех местах, где, как я ожидаю, на меня должна попасть зеленая краска. Но это не так. Черт, мне нужно вытянуть из него название этого продукта. Это хорошая вещь.

Орк приподнимает бровь, безмолвно упрекая меня за нарушение приличий, поэтому я прочищаю горло.

— Я бы никогда не опустилась до общения с таким грубияном, как ты. Мой высший разум никогда не смог бы выжить с таким диким, тупым существом.

— Может быть, в следующий раз я буду терзать не только твой высокий интеллект, эльф, — говорит он низким, хрипловатым голосом, загоняя меня все дальше в лес, пока моя спина не упирается в дерево.

Я оказываюсь зажатой между стволом дерева и им.

Его твердое, массивное тело затмевает мое. Несмотря на то, что я высокая для девушки, мне все равно приходится вытягивать шею, чтобы посмотреть на него — в нем должно быть семь футов роста.

— Это угроза или обещание? — шепчу я, сдерживая волнение в своем голосе.

Я чувствую, как его член свисает у него между ног под покрывалом, похожим на килт, которое он носит. Это, должно быть, в полутвердом состоянии, и умоляет обратить на него внимание, необходимое, чтобы он ожил. Я хочу дать ему это. Я представляю, как опускаюсь на колени, проскальзываю под ткань и беру его в рот, пока он трахает меня так сильно, что я давлюсь.

Черт возьми, я так сильно хочу им подавиться.

— В следующий раз, когда я найду тебя в этих лесах, эльф, я отдам приказ, чтобы тебя схватили на месте и привели в мою палатку. В этих краях мы превращаем эльфов в рабов, а когда заканчиваем с ними, от них остаются ошметки, которые мы бросаем на погребальный костер.

Еще одна дрожь возбуждения пробегает по мне. «Ладно, это игра, Ривер. Он играет в эту игру. Это пустые угрозы, чтобы быть в образе». Но, черт возьми, я стала бы его сексуальной рабыней уже через минуту.

— И это обещание.

Его глаза вспыхивают, словно внезапно загорелись, и у меня пересыхает во рту, когда я смотрю на него.

Мгновение между нами тянется дольше, чем я ожидала, а затем он резко отстраняется, направляясь обратно через лес к своему лагерю.

Я выдыхаю, закрываю глаза и кладу голову на кору. Мои бедра промокли, и мне так сильно нужно кончить. Как, черт возьми, ему удалось сделать это с помощью одних только слов?

Я открываю глаза, и оглядываюсь по сторонам, чтобы определить, есть ли у меня время кое-что потереть, прежде чем отправиться обратно в лагерь. Лес — это открытое пространство, по которому могут бродить все виды животных. Любой мог пройти здесь и застать меня с двумя пальцами в глубине, когда я выкрикиваю имя короля орков.

Я никогда больше не смогу снова показаться здесь, и я не смогу жить с мыслью, что никогда больше не увижу короля Кейда.

Черт, с этим придется подождать до момента, когда буду ложиться спать.

Делая глубокий вдох, я выпрямляюсь и пытаюсь стряхнуть с себя возбуждение, как бы тяжело это ни было. Сексуальное напряжение между нами нарастало месяцами, но это был первый раз, когда он заронил в мою голову фантазию, о которой я и понятия не имела, чего хочу.

С другой стороны, это напоминало принцессу Лею в бикини, и, честно говоря, став взрослой, я всегда хотела, чтобы эта сцена разворачивалась по-другому. Мой взгляд устремляется в том направлении, где он исчез. Может быть, в следующий раз и получится, и он будет называть меня принцессой Ривер.

Я улыбаюсь про себя, поворачиваюсь и спешу обратно к своему лагерю. Надеюсь, следующие выходные наступят достаточно скоро, потому что в следующий раз я найду их лагерь, и буду одета в самый сексуальный маленький эльфийский наряд, какой только смогу сшить.

Он захочет вывернуть меня наизнанку, если я сначала не заставлю его упасть замертво от удовольствия.

— Приветствую тебя, волшебница! Что ты обнаружила во время своего путешествия?

Я поворачиваюсь к рыцарю, обращающемуся ко мне, и не могу сдержать ухмылки, расползающейся по моему лицу.

О, я обнаружила, что в следующий раз, когда я увижу короля Кейда, мы отправимся на побочный квест наших ролевых фантазий.

И я, блин, не могу дождаться.

Глава 2

Кейд

После долгих выходных, когда мы играли в ролевые игры, мои планы заняться чем-нибудь еще рушатся. Я даже не хочу готовить ужин. А просто завалиться на диван и посмотреть что-нибудь пошлое на Нетфликс, и одновременно съесть три или четыре пиццы, — это именно то, что мне нужно.

Наверное, поэтому в местной пиццерии меня теперь знают в лицо и по имени.

— Кейд! Как дела, приятель? Убил кого-нибудь из эльфов в эти выходные?

Жизнерадостный полный владелец пиццерии улыбается мне, смеясь так, словно это была шутка. Мои ролевые игры завораживают и являются для него шуткой.

— Каких-нибудь эльфов? — задумчиво говорю я, мои мысли возвращаются к рыжеволосой, которую я поймал при попытке проникнуть в наш лагерь.

Возникшего в моем воображении её образа достаточно, чтобы я вздрогнул.

Я хочу убить её, это точно, но не так, как он говорит. Единственное оружие, которое я планирую использовать против нее, — это мой огромный член, и я хочу использовать его во всех смыслах, когда дело дойдет до этой маленькой шалуньи-волшебницы.

В течение нескольких месяцев волшебница Алаэса и король Кейд танцевали вокруг друг друга. Но мы смертельные враги, насколько гласит игра. Мы ни за что не можем разработать сюжетную линию, которая сводила бы нас вместе чаще, чем те несколько раз, когда я ловил ее при попытке шпионажа за нами. И между прочим, она плохо умеет шпионить.

— Не в эти выходные.

Я пожимаю плечами, вытаскивая бумажник из заднего кармана джинсов и достаю четыре двадцатки, чтобы оплатить свой заказ.

— Вот, как обычно, мой друг.

Он заходит за духовки и берет стопку коробок с моим именем на них, прежде чем вернуться к прилавку.

— Ровно шестьдесят пять долларов.

Я протягиваю ему наличные, не ожидая сдачи. Именно так мы делаем это каждый воскресный вечер.

— Вот твои пятнадцать.

— Оставь их себе.

Я ухмыляюсь этой игре. Она уже должна была надоесть, но это не так.

— О, я не могу. Моя мама перевернется в гробу.

— Тогда используй их, чтобы купить цветы.

Я улыбаюсь еще шире, а затем беру коробки.

— Извини, руки заняты. Тебе придется подержать их для меня.

— До следующего раза.

— Да, до следующего раза.

— Чао.

Я легко удерживаю четыре коробки в одной огромный руке и поднимаю другую, чтобы попрощаться. Когда я иду через пиццерию к двери, над головой звенит колокольчик, и я вовремя отступаю в сторону, чтобы не сбить с ног своими коробками с пиццей того, кто пришел.

— Извини.

Мой член пробуждается к жизни. Я бы узнал этот голос где угодно.

Опуская стопку, я разглядываю белый, черный и зеленый рисунки. Электрический разряд проходит сквозь меня, когда я вижу ее в реальной жизни. И как бы чертовски сексуальна она ни была в своем наряде маленькой волшебницы… ее футболка с «Игрой престолов» поверх обтягивающих леггинсов в равной степени достойна «банка шлепков»(прим. пер.:ментальная, реже физическая и цифровая коллекция изображений или ситуаций, сохраненных для последующего вызова во время мастурбации).

— Кейд.

— Волшебница.

— Точно. Извини. Я Ривер.

Она улыбается, и темно-розовый румянец заливает ее щеки.

— Все еще Кейд.

— Неужели? — смеется она. — Не так уж много людей используют свое настоящее имя. Им нравится немного побыть кем-то другим.

Я киваю в знак согласия. За исключением меня, перевоплощение — это единственное время, когда я могу быть самим собой, когда на меня не пялились, отгораживались, боялись и прочей ерунды, которая сопутствует тому, чтобы быть живым, дышащим орком в мире людей.

— Это имеет значение для короля Кейда.

— Верно, — усмехается она, ее взгляд опускается на мои руки, скользя по ним и вдоль шеи. — Эта краска действительно делает свое дело, не так ли?

Я приподнимаю бровь, удивленный тем, что она не знает правды. Я решил, что другие ребята, которые играют в «орков», уже разболтали обо мне всем подряд. Может быть, слухи до нее еще не дошли.

— Что-то вроде этого.

— Когда-нибудь мне нужно будет узнать у тебя название бренда. Я хочу начать пользоваться военным макияжем, но каждый дизайн, который я пробую, смывается через пару часов.

— Это кожа, — говорю я прямо.

Она быстро достает свой телефон.

— О, потрясающе, как это пишется по буквам? К-О-Ж-А? К-О-Ж-А?

Она все еще бормочет варианты того, как пишется «кожа» иначе, чем обычно, когда я прочищаю горло.

— Собираешься поужинать?

Она отрывает взгляд от своего телефона, в силиконовом чехле «Ведьмин котел», не меньше, и кивает.

— Ах, да. Я переехала сюда недавно. Моя кухня — это катастрофа, и вместо того, чтобы пытаться это исправить, я избегаю проблемы по-взрослому, и заказываю еду на вынос.

Она быстро заканчивает говорить, а затем как-то странно смотрит на меня. Я поднимаю брови, словно задавая вопрос, но она качает головой.

— Это странно.

Она указывает на меня.

— Разговариваю с тобой о нормальных вещах. Обычно это все «послушай это» и «приветствуй то». Зелья, опыт и оружие.

— Я поклонник средневековой артиллерии.

Она расплывается в улыбке, глядя на меня.

— Ты не находишь это странным?

— Больше всего меня поражает мысль о том, что судьба снова свела нас вместе. Это, или ты думаешь, что, преследуя меня в местной пиццерии, ты сможешь узнать секреты о том, что орки запланировали на следующую встречу.

— А если бы я преследовала тебя? — застенчиво спрашивает она, с усмешкой приподнимая бровь.

Я подхожу ближе, стараясь не задеть ее коробками, но достаточно близко, чтобы, когда я говорю, владелец не услышал.

— Кажется, я говорил тебе, что мне придется забрать тебя обратно в свой дом и сделать своей рабыней.

Этот восхитительный аромат, который я могу ассоциировать только с ней, наполняет мои ноздри. Преимущество того, что ты клыкастый и зеленый, является невероятное обоняние, достаточно тонкое, чтобы сказать мне, когда она возбуждена.

Точно так же, как раньше.

Может быть, ей нравится идея быть привязанной к моей кровати, пока я наслаждаюсь каждым дюймом ее тела.

— Не давай обещаний, которые не собираешься выполнять, король Кейд.

Я медленно провожу зубами по нижней губе, разглядывая ее не только с жадностью к пицце. Черт, эта женщина что-то делает со мной. Но будет ли она меня по-прежнему желать, если узнает, что это не костюм?

— У меня достаточно пиццы, чтобы поделиться, — киваю я на коробки. — Я с удовольствием, если хочешь?

Ривер смотрит на меня. Я пытаюсь понять, не ошибся ли я в оценке ситуации. Может быть, все это часть игры. Волна неуверенности в себе захлестывает меня, и так же быстро, как это происходит, расцветает и гнев.

Нет.

Я знаю, что она чувствует. Никто не флиртует с кем-то другим во время наших игр. Если бы они это делали, то половину игры все бы просто трахались в лесу. Между нами, что-то есть, и теперь судьба свела нас вместе, чтобы дать нам шанс увидеть, что из этого может получиться.

Кроме того, я чертов охотник — чертовски зеленый охотник, но, тем не менее, охотник. Я знаю, как хорошо обращаться с женщиной. Я хочу кого-нибудь, кому можно было бы поклоняться до чертиков, и в идеале я хочу, чтобы это была Ривер.

Ей повезло, если бы она выбрала меня.

— Конечно.

Широкая улыбка расплывается на моем лице между ее резким ответом и моим самонадеянным поведением.

— Превосходно.

— Могу я помочь и понести одну из них?

— Я справлюсь.

Я разминаю перед ней мышцы и тут же чувствую себя тупым спортсменом из-за того, что делаю.

Честно говоря, стать орком — это, наверное, лучшее, что когда-либо случалось с моей тощей, прыщавой задницей. Некоторые люди из моего города ненавидят то, что с нами случилось, но я не могу быть счастливее. Люди косились и шептались обо мне как о чокнутом парне, так что я могу справиться с этим как большой, чудовищно выглядящий чувак.

— Я открою дверь.

Она ухмыляется, словно может прочитать мои мысли, и открывает ее, придерживая для меня, когда я, шаркая ногами, выхожу.

— Где ты живешь?

Я киваю в сторону улицы.

— Недалеко. Я пришел сюда пешком, так как я не вожу машину.

— О? Как ты добираешься на игры?

— Ну, я должен сказать, что я не вожу машину, потому что я с трудом помещаюсь в любом стандартном транспортном средстве. Итак, я езжу верхом.

— Мотоцикл?

Хотел бы я быть таким же крутым. Вместо этого я морщусь, признавая это.

— Скутер.

— Нравится «Веспа»? Как далеко вообще ты можешь на нем уехать?

— Далеко ехать не надо — только сюда, домой, чтобы повидаться с друзьями, и в место для игры.

— А как насчет работы?

Я пожимаю плечами.

— Я программист.

Ладно, это немного мягко сказано. Я был программистом, пока игра, которую я разработал, не стала популярной, и теперь я владею компанией по разработке игр. Хотя многие наши сотрудники работают удаленно, у нас есть местный офис для физического обеспечения, поскольку мы давным-давно переросли, чтобы он находился у меня дома.

— Я программист-фрилансер!

— Неужели?

Я ухмыляюсь, не в силах скрыть свое волнение от мысли, что у нас есть нечто большее, чем просто ролевые игры и то, что мы гики.

— Да, это отличный вариант. Я хожу по мере необходимости, чтобы отредактировать коды, с которыми сталкиваются их команды. Компаниям это нравится, потому что это проще, чем нанимать нового программиста, и получить новые траты. Они платят мне только за установленный контрактом период, что экономит их деньги, но позволяет мне устанавливать свои гонорары по мере необходимости. Я наткнулась на это, и для меня это было идеально.

— Это круто. Итак, зачем переезжать сюда?

Ривер пожимает плечами.

— Нужно было начать все сначала. Потом я нашла здесь недорогое заведение, которое вроде как ставит все галочки. Кроме того, это значительно сократило мою поездку на ролевые игры. Я была за рулем по пять часов, каждые выходные я приезжала и снимала номер в отеле.

— Уф.

— Большой уф.

Улыбается она.

У меня даже в голове не укладывается мысль, что эта великолепная богиня — моя идеальная пара — играет в ролевые игры, явно зануда, кодирует, не боится глютена или молочных продуктов и, в довершение всего, выглядит так, будто она может быть моделью, насколько я понимаю. Выигрыш. Выигрыш. Выигрыш. Выигрыш.

Честно говоря, это должно быть расплатой за то, что я случайно стал орком. Словно вселенная решила: «Нам жаль, что это случилось с тобой, но взамен мы сделаем твою жизнь потрясающей».

Потому что на самом деле? Мне не на что жаловаться. В конце концов, быть монстром довольно круто.

— Это здесь.

Я киваю на здание. Это старая витрина магазина, которую кто-то купил и переделал в несколько квартир. Таким образом, это дает мне прямой доступ ко всему в городе и хорошее историческое здание, в котором я могу жить.

Я хватаюсь за дверь и придерживаю ее для нее, балансируя коробками в одной руке, любуясь ею, пока она проскальзывает мимо меня.

Да. Я чертовски везучий орк.

Глава 3

Ривер

Его квартира в точности такая, какой я себе ее представляла — логово гика. На самом деле, она почти точно такая же, как моя, за исключением того, что обустроена с учетом его специфических интересов. Я наклоняюсь, чтобы расстегнуть свои конверсы, но не отрываю глаз от его декора, впитывая все это.

— Уф.

Я вздрагиваю, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него с дразнящей ухмылкой на лице.

— Фанат «Звездных войн»?

Я выпрямляюсь и указываю на конструктор «Лего Антрепризе», который находится рядом с подписанной фотографией парадного входа «Комик-кон».

— Да. И что?

— Придется вычесть баллы, — дразню я, протягивая руки, чтобы забрать у него коробки, пока он снимает обувь и куртку.

Он приподнимает бровь, на мгновение становясь смертельно серьезным, прежде чем ухмыльнуться и передать мне пиццу.

— Я бы никогда не подумала, что ты фанат «Звездных войн».

— До глубины души и до смертного одра. Возможно, мне придется обратить тебя в свою веру.

Кейд вешает куртку, прежде чем забрать коробки и отнести их на кухню, а я следую за ним.

— Ты умрешь, пытаясь.

— Это достойное дело, — обещает он, ставя коробки на пол и открывает шкаф.

Я прикасаюсь к его шелковистой, нежной, зеленой коже.

— Пожалуйста, не доставай тарелки из-за меня. Если мы будем есть из коробки, я не против.

Он смотрит на меня с легкой ухмылкой, прежде чем кивнуть и закрыть шкаф.

— Ты пьешь пиво?

— Конечно.

Пока он открывает холодильник, чтобы достать нам напитки, я восхищаюсь его упругой задницей в джинсах и, честно говоря… идеально. «Благодарю тебя, Боже».

Если мне повезет, я волью в него достаточно пива, чтобы убедить, что нам следует отрепетировать несколько сцен до следующих выходных, прежде чем я сдамся в качестве его эльфийской секс-рабыни.

— Есть классная крафтовая пивоварня, которой управляет мой друг. Это похоже на кафе с настольными играми, но и на пивоварню. Он предложил мне новую партию, чтобы я попробовал, и, если ты не возражаешь, побыть подопытным кроликом.

Кейд протягивает бутылку.

Я тянусь к нему, и наши пальцы соприкасаются, посылая ударные волны по моему телу и превращая мой желудок в яму желания.

— Я открыта для того, чтобы стать любым объектом экспериментов, каких ты только хочешь.

Я стремлюсь изобразить знойную ведьму, но в ту минуту, когда слова слетают с моих губ, я не могу воспринимать себя всерьез. Мгновение мы смотрим друг на друга, а затем я фыркаю от сдерживаемого смеха.

Улыбка появляется на лице Кейда, когда смех эхом отдается в его груди, и он качает головой.

— Я понятия не имею, что с тобой делать, Ривер.

— У меня есть несколько идей. Но нам, вероятно, следует что-нибудь съесть, прежде чем расходовать эту энергию.

В попытке возобновить флирт, я подмигиваю, прежде чем отхлебнуть пива, чтобы не сказать чего-нибудь еще.

Кейд собирает коробки и следует за мной обратно в свою гостиную. Это комната в стиле лофт с лестницей, ведущей наверх, туда, где, должно быть, находится его спальня. Великолепный второй этаж из дерева и железа нависает над жилым пространством.

Мой взгляд скользит по полке перед массивным восьмидесятидюймовым телевизором с настройкой, которую можно описать только как восторг геймеров.

— Живя здесь, я бы захотела полностью уединиться, потому что никогда не захотела бы уезжать.

Я плюхаюсь на диван, прежде чем оглянуться на него.

— Ты не хочешь принять душ перед тем, как мы поедим? Я тебя подожду.

Он странно смотрит на меня, прежде чем покачать головой.

— Не-а, я не хочу, чтобы пицца остыла.

Кейд садится рядом со мной, несмотря на остальные четыре подушки, на которые он может сесть, и его широкое бедро трется об меня. Я совсем не возражаю против близости.

— Есть какие-нибудь начинки, которые тебе не нравятся?

Он открывает первую коробку, чтобы показать выбор мяса, прежде чем отодвинуть её на край кофейного столика и открыть следующую.

— Я фанат пиццы с фруктами, так что, надеюсь, у тебя есть гавайская?

— Убирайся, — произносит он холодным голосом, граничащим с гневом.

Мое сердце останавливается, и я должна напомнить ему, чтобы оно билось снова. Мои глаза расширяются, когда я оцениваю выражение его лица. Он смертельно серьезен. Он выгоняет меня из-за ананаса в пицце? Какого хрена в самом-то деле?

Я начинаю подниматься, и черты его лица снова меняются, когда он смеется, качая головой.

— Правда? Ты думала, я говорю серьезно?

— Чувак! Ты выглядел серьезным!

Я бью его по руке, а затем улыбаюсь, облегченно выдыхая, когда Кейд достает гавайскую пиццу из самого низа стопки.

— Возможно, я был серьезен, если бы ты достала меня из-за всей этой истории с фруктами в пицце. Любому, кому не нравится сочетание сладкого, острого и пикантного на языке, доверять нельзя.

Я выдыхаю еще немного, приказывая своему организму успокоиться, прежде чем издать дрожащий смешок и тянусь за пиццей.

— Это именно то, что я чувствую.

— Видишь, я знал, что ты идеально подходишь мне. Я имею в виду, если отбросить в сторону недостатки из-за «Звездных войн».

Я снова бью его, на этот раз неловко, держа свою пиццу. Кейд поворачивается, бросая на меня такой обжигающий взгляд, что у меня между ног внезапно разливается тепло. Я вспоминаю, как хорошо я кончила прошлой ночью, представляя, как он вбивается в меня сзади, и мне требуется все силы, чтобы не застонать.

— Если ты продолжишь меня шлепать, мне придется связать тебе руки.

Можно ли кончить только благодаря словам? Потому что я думаю, что я только что это сделала. Мои пальцы сжимаются вокруг пиццы с такой силой, что ногти протыкают основу из теста, размазывая соус между пальцами.

— Обещаешь? — удается мне слабо пискнуть.

Он переводит взгляд с беспорядка в моих руках к моему рту.

— Ривер…

Между нами проходит доля секунды, а затем он хватает меня за шею и практически притягивает к себе. Не то чтобы ему требовалось так много силы. Если бы я могла летать, я, должно быть, сделала бы это, потому что в одну минуту я рядом с ним, а в следующую — у него на коленях, прижатая к его губам, как будто кислород вокруг нас больше не подходит для моих легких. Только его, только он — это все, что мне больше нужно.

Его мощная рука обхватывает меня за талию, притягивая вплотную к себе. Никогда в своей жизни я не считала себя крошечной женщиной в пять футов одиннадцать дюймов, но вот я здесь, впервые чувствую себя маленькой, когда он обнимает меня.

Давление его пальцев на мое горло божественно, когда они поглаживают мой пульс, который учащается от его прикосновений. Его язык скользит по моей нижней губе, обводя контур, когда он молча просит разрешения войти. Я открываюсь для него, задыхаясь. Весь жар, разливающийся по моему телу, концентрируется в моей сердцевине, когда его язык движется вдоль моего.

Когда я прижимаюсь к нему, его член твердеет, и на этот раз мне не нужно представлять, как это выглядит под его костюмом. Я собираюсь удостовериться, что то, что у него в джинсах, уничтожит меня наилучшим образом.

Стремясь углубить нашу связь, я пытаюсь найти правильный угол, чтобы приблизиться, пока мы целуемся вокруг его клыков, выступающих из нижней челюсти. Я обхватываю пальцами слоновую кость. Когда я дергаю, чтобы освободить его от костюма, его голова опускается и сталкивается с моей, заставляя звезды танцевать у меня перед глазами.

— Блядь!

Мы оба ворчим, когда я отклоняюсь назад, удивленно потирая лоб.

— Каким гребаным клеем ты пользуешься?

Я щурюсь от боли, расцветающей в висках, потирая быстро появляющуюся новую шишку.

Когда я снова смотрю на Кейда, он смотрит на меня в замешательстве. «Я чего-то не понимаю. Должно быть, так оно и есть». Оторвав руку от новой шишки с размером в гусиное яйцо, я снова провожу пальцами по клыку.

— Клей? — повторяю я.

Кейд удивленно смеется.

— Ух ты, ты понятия не имеешь, не так ли?

— Не имею понятия о чем?

Сказать, что настроение испорчено, — это самое меньшее из того, что нужно. О чем, черт возьми, он говорит?

— Клыки, кожа… Ты все еще не врубилась.

Я внезапно чувствую раздражение на него, словно он издевается надо мной, и я до сих пор не знаю почему. Слезая с его колен, я падаю обратно на диван и пытаюсь не пялиться на пятно от пиццы, которое я оставила у него на щеке, пока мы целовались.

— Что насчет этого? Это ведь твой костюм, не так ли?

— Нет, Ривер. Это не так. Это всего лишь я.

Я в замешательстве морщу лоб.

— Твое перевоплощение в роль впечатляет, но прямо сейчас мы не играем, Кейд. Это реальная жизнь.

— Да, — соглашается он, — это так.

Он наклоняется, хватает салфетку, которую принес вместе с пиццей, и облизывает ее, прежде чем потереть о лицо.

— Я мог бы пойти принять душ, но уверяю тебя, когда я вернусь, я все еще буду зеленым. А эти, — он дергает за клыки, прикрепленные к его лицу, — все еще будут там, потому что они встроены в мой череп.

Все мое тело замирает, пока я сижу там, переваривая то, что он говорит. Я понимаю слова и контекст, но это все равно не имеет смысла. Орки нереальны. Как бы сильно я ни желала, чтобы это было когда-то давно, реальность лишь раз за разом доказывала, что я застряла с настоящими человеческими мужчинами.

Когда я все еще молчу, Кейд дергает за свой клык еще раз и пробует снова.

— Я действительно орк.

Ладно… может быть, это и не так.

Глава 4

Кейд

— Это правда? — шепчет она, снова касаясь моего лица.

Простое прикосновение ее кончиков пальцев к моей щеке посылает взрыв жара, обжигающего мое лицо, опустившегося через грудь прямо к моему члену.

Это, должно быть, незаконно, что эта женщина оказывает на меня такое воздействие. Это кажется маловероятным, и все же, даже в разгар ее кризиса реальности, я все еще задаюсь вопросом, позволит ли она мне уложить ее на этот диван и поглотить.

— Это правда, — подтверждаю я кивком головы, цепляя ее запястье своим клыком, когда она удивленно отстраняется.

— Это реально, — восхищается она, ее глаза возвращаются к своему нормальному размеру, когда они встречаются с моими.

— Это слишком много для тебя?

— Нет. Я имею в виду, да, но нет.

Я смеюсь, потирая затылок.

— Что это значит?

— Только то, что, да, это много, но не в том смысле, что я с воплями собираюсь выбежать отсюда, чтобы вызвать полицию.

— Это хорошо, потому что, честно говоря, у меня никогда раньше не было такой реакции, поэтому я не уверен, как я справился бы с этим.

— Верно.

Ривер снова смотрит на меня, прежде чем покачать головой и тихо рассмеяться.

— Орки, охренеть, реальны. Настоящие гребаные орки.

Она проводит рукой по моему бедру, как будто подтверждает, что я настоящий, а у нее не галлюцинации.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке?

— Да.

Она смотрит на меня, но, что примечательно, не убирает руку.

Я воспринимаю это как хороший знак. Все еще прикасаясь ко мне, должно означать, что ее влечение ко мне не изменилось. В конце концов, я определенно этого не делал, и все это время я привлекал ее именно таким образом.

— Как это произошло? Ты родился…

— О, нет. Я из Кричащего Леса. Ну, раньше это называлось Лесной Ручей, но они изменили название после того, как мы все… изменились.

Я подаю сигнал сам себе.

— Значит, есть и другие, похожие на тебя.

— Много. Фактически, целый город. Впрочем, как и этот город. В этом районе естественно произрастает растение, при употреблении которого в пищу, ладно… ты меняешься. Некоторое время назад у нас дома была вечеринка в честь Хэллоуина, и кто-то принес пунш, с добавлением этого растения, не подозревая, чем это обернется. И вот, весь город изменился. Соответственно моими лучшими друзьями стали циклоп и тролль.

— Циклоп. И тролль.

— Да.

— Как они… живут?

Я пожимаю плечами.

— Эти города похожи на любые другие. Люди здесь либо уже знают о монстрах, либо привыкли к ним. Ты привыкнешь к этому, — успокаиваю я ее.

Ривер снова пристально смотрит на меня. Я могу сказать, что ее разум прокручивает в голове все происходящее.

Я нежно обхватываю ее щеку и провожу по ней большим пальцем.

— Наверное, я понял, что, когда я изменился, я не хотел прекращать жить своей жизнью, как это делали другие. Я не могу измениться обратно, так что было бы несправедливо также перестать жить.

— Конечно, — медленно говорит она, не отстраняясь от моего прикосновения.

На самом деле, она почти наклоняется к нему, и жар в моем животе снова разгорается.

— Если тебе нужно уехать, потому что тебе нужно обдумать это, я понимаю, но я надеялся, что ты все же захочешь остаться.

— Нет. Нет, вовсе нет. Я удивлена, и, честно говоря, у меня никогда не получалось делать сюрпризы, но это… хороший сюрприз.

— Хороший?

— Да, я имею в виду… ты чертовски сексуален, как орк, и теперь, когда я знаю, что ты всегда будешь так выглядеть?

Рычание. Она смеется и придвигается ближе, хватая меня за запястье и позволяя своей хватке скользнуть вдоль моего предплечья.

— Честно говоря, я немного устала от человеческих мужчин.

Я пристально смотрю на нее, ожидая, что она продолжит, если захочет.

— Я переехала сюда после того, как развелась.

Ривер пытается отвести взгляд, но моя рука на ее щеке удерживает ее взгляд прикованным к моему, побуждая ее продолжать.

— Я вышла замуж за свою школьную любовь, — пожимает она плечами. — Я думала, что это была настоящая любовь, но оказалось, что в основном я пыталась стать той женщиной, которую он хотел, хотел видеть, потому что он никогда не любил меня, такой какой я была.

— Мне очень жаль. Никто никогда не должен чувствовать, что должен измениться, только чтобы его любили.

— Теперь я это знаю, но тогда я была слишком наивна. Он даже не знал о ролевых играх. Я сказала ему, что посещаю курсы в колледже по выходным, чтобы получить больше дипломов. Он никогда не сомневался в этом, а я никогда не утруждала себя тем, чтобы сказать ему правду. Будучи Алаэсой, я чувствовала, что могу быть собой один день в неделю. Я была свободна.

На моем лице появляется хмурое выражение. Я ненавижу, что эту красивую, забавную, умную женщину когда-либо заставляли чувствовать себя неполноценной.

— И вот ты здесь.

— Я здесь.

Она улыбается, забираясь обратно ко мне на колени.

— Итак, давай попробуем это еще раз. Не могу сказать, что я когда-либо раньше работала с клыками, но я готова посмотреть, как это будет происходить.

— Ты привыкнешь к этому, — обещаю я во второй раз, скользя рукой по ее щеке в волосы и обхватываю ее голову, когда наши губы снова соприкасаются.

Ривер колеблется, но, когда я пытаюсь отстраниться, чтобы дать ей пространство, ее рука сжимает мое плечо и заставляет меня оставаться на месте. Ее розовый язычок высовывается, касаясь моих губ, когда она ищет возможность углубить поцелуй. Если она не собирается слишком много думать об этом, то и я не буду. Мне нужно верить, что она скажет мне, если не хочет, чтобы я что-то делал. И все, что она говорит мне прямо сейчас, это «да».

Обхватив другой рукой ее талию, я притягиваю ее ближе, поворачивая голову, чтобы мои клыки не поцарапали ее нежную кожу. Ривер скользит по моему члену, покачивая бедрами. Невозможно скрыть, к чему она хочет, чтобы это привело, и она не приходит в ужас от этой идеи, когда безудержно трется о мой член.

Стон вырывается из ее груди, с грохотом срываясь с ее губ.

— Кажется, ты обещал привязать меня к своей кровати в следующий раз, когда поймаешь меня за шпионажем, — злобно шепчет она, и на ее лице появляется улыбка.

— Ты шпионила, маленькая волшебница?

Я игриво шлепаю ее по заднице, прежде чем подхватить на руки и опрокинуть на диван, зависнув у нее между ног.

— Возможно, так оно и есть, поскольку теперь я знаю твой секрет.

Ривер проводит пальцами по моему лицу, по груди, пока не достигает подола моей футболки. Скомкав ткань в кулаках, она стягивает ее через мою голову, быстро извиняясь, когда та цепляется за мои клыки.

— Черт, извини! Опять испортила момент.

— Не волнуйся. Это случается каждый раз.

Я помогаю ей стянуть футболку через голову и отбрасываю в сторону.

Ее глаза блуждают по моей зеленой волосатой груди. Она проводит пальцем по редким черным завиткам, рассыпанным по моей груди, прежде чем улыбнуться еще шире.

— Орки реальны.

— Очень реальны, и мы зверски проголодались.

Я наклоняюсь, покусывая ее шею, прежде чем лизнуть укус языком.

Теперь моя очередь провести руками по ее мягкому животу, наслаждаясь его полнотой, прежде чем стянуть футболку с изображением «Игры престолов» на ее грудь, обнажив ярко-фиолетовый кружевной бюстгальтер. Снять футболку через ее голову значительно легче, чем через мою собственную. Мои глаза блуждают по ее груди, прежде чем я наклоняюсь, чтобы покрыть поцелуями верхушки мягких холмиков, отодвигая ткань, чтобы втянуть в рот темно-розовый сосок.

Ривер воркует, ее спина выгибается подо мной, когда я увеличиваю интенсивность сосания, позволяя зубам царапать чувствительную плоть. Она хватается за клыки, царапающие середину ее груди.

Я отстраняюсь.

— Извини.

— Нет, не останавливайся.

Другой рукой она прижимает мой рот к себе, все еще держась за клык другой, пока я возвращаюсь к работе.

Покачиваясь слева направо, я ласкаю ее груди, пока они не приобретают глубокий оттенок розового и туго набухают от моих прикосновений. Затем я облизываю ее живот до верха леггинсов. Ее глаза прикрыты тяжелыми веками, а грудь быстро поднимается и опускается от возбуждения.

— Не останавливайся, — выдыхает она.

Я улыбаюсь и целую идеально расположенную веснушку. Просовывая пальцы под ее леггинсы, я снимаю их, чтобы увидеть пару хлопчатобумажных трусиков, украшенных единорогами в стиле каваи. Это так по-детски и очаровательно. Это заставляет меня смеяться.

Она издает тихий рык смущения.

— Когда я выходила за пиццей, я и не думала, что собираюсь переспать с горячим орком.

— У нас действительно есть склонность подкрадываться к нашей добыче, — говорю я, наклоняясь, глубоко вдыхая ее сладкий мускусный аромат, атакующий мои чувства.

Какой бы ни была эта ароматическая смесь, она опьяняет, и я больше никогда в жизни не хочу вдыхать ничего другого.

— Мне не терпится узнать, так ли ты хороша на вкус, как пахнешь.

Спускаю трусики с ее ног, и вижу ее влажный холмик, и это самое божественное зрелище, которое я когда-либо видел.

— Совершенство, — шепчу я, когда отодвигаю ткань в сторону и нежно раздвигаю ее половые губы, чтобы насладиться каждой восхитительной деталью ее киски.

Наклоняясь, я запечатлеваю теплый, влажный поцелуй на ее клиторе, позволяя своим клыкам тереться о чувствительную плоть ее половых губ, и это делает свое дело, потому что прежде, чем мои губы соприкасаются, Ривер уже воркует от восторга.

С ее ароматом, остающимся на моих губах, мне нужно больше, когда я провожу линию от ее задницы к клитору, как животное, лакающее воду после нескольких дней жажды. После пятого резкого движения моего языка она извивается подо мной, подбираясь ближе к краю, за который я не могу дождаться, когда она упадет.

— О, черт, Кейд. Не останавливайся. Я так близко!

Возвращаясь к ее клитору, я концентрирую на нем все свое внимание, одновременно скользя одним пальцем вверх, обводя ее вход, пока смазываю его ее соками.

Ее бедра сжимаются вокруг моего лица, побуждая меня прижать ее к себе, и когда я вхожу в нее своим толстым средним пальцем, ее стенки пульсируют, готовые освободиться. Итак, я увеличиваю темп своих посасываний и поцелуев, вводя палец внутрь нее, чтобы поразить точку G.

Когда я прикасаюсь к ней, Ривер вскрикивает, когда волна удовольствия захлестывает все мои чувства. Наблюдаю за ней из этого священного места у нее между ног, она извивается подо мной, словно разваливается на части и отчаянно пытается взять себя в руки. Но так не пойдет. Я продолжаю ласкать ее киску даже после того, как она начинает кончать.

Ее рука скользит к моим волосам, когда она накручивает на пальцы длинные пряди.

— Это слишком много.

Я поднимаю голову достаточно надолго, чтобы заговорить, и ругаю ее взглядом.

— Это не так, детка. Ты можешь снова получить удовольствие. Если ты собираешься взять мой член сегодня вечером, ты должна быть в состоянии взять мой язык и пальцы.

— Кейд…

Ривер дрожит, ее веки опускаются от вожделения, когда она прикусывает губу.

Это не отказ, поэтому я возвращаюсь к своей еде. Я увеличиваю темп движения своего пальца, когда трахаю ее, прежде чем через секунду ослабить, растягивая ее еще больше. Тем не менее, обхват двух массивных пальцев не сравним с моим чудовищным членом. Именно поэтому мне нужно убедиться, что она сможет вместить всего меня, потому что она это сделает… и скоро.

Мой член пульсирует под моими джинсами в предвкушении, страстно желая проникнуть в ее жар и наполнить ее таким глубоким чувством удовлетворения, что ей больше никогда не понадобится другой мужчина или монстр.

Глава 5

Ривер

Это слишком много и в то же время недостаточно. Легкое жжение, когда его толстые пальцы растягивают меня, и прикосновения его языка к моему чувствительному клитору заставляют меня чувствовать себя как на иголках, натянутой. Если он снова прикоснется ко мне, я могу взорваться. И все же я не хочу, чтобы Кейд останавливался, потому что он гребаный гений.

Кто бы мог подумать, что все, что мне нужно для буквально умопомрачительного секса, — это трахнуться с настоящим монстром?

Его рот присасывается к моему клитору, как шланг, и сосет так, словно пытается вытащить мою душу из тела. В промежутке между этим и ласками моей киски у меня перед моими глазами вспыхивают звезды, а мои крики удовольствия эхом разносятся вокруг нас.

У меня есть мимолетная надежда, что его стены звуконепроницаемые, но опять же, мне все равно, пока он продолжает дарить животворящие оргазмы.

Когда я снова опускаюсь, Кейд улыбается, демонстрируя блестящий подбородок с клыками, его пальцы все еще небрежно ласкают мою сердцевину.

— Я же говорил тебе, что ты можешь еще один раз.

— А теперь я выдохлась, — задыхаясь, смеюсь я, без сил плюхаясь на диван.

Я хочу продолжать, но мне нужно восстановить свою энергию. Такое чувство, что он высосал из меня каждую унцию моей силы. Прямо сейчас я не могу пошевелить и пальцем, хотя и хочу.

— Ты еще даже ничего от меня не получила.

— Это было идеально, я клянусь.

То, как он это говорит, заставляет меня чувствовать, что вот и все — это все, чем мы будем заниматься остаток ночи, и мое сердце подпрыгивает в груди. Я хочу большего, и все же… сейчас я устала.

— Кейд…

Он целует верхнюю часть моей киски, прежде чем подняться между моих ног.

— Я не хочу, чтобы ты переутомилась.

— Я не собираюсь этого делать. Я хочу это, — я обвиваю рукой орудие, торчащее спереди из его джинсов, — я хочу тебя.

Наши глаза встречаются, и я заставляю себя сесть, чтобы доказать, что, несмотря на два безумно сильных оргазма, я способна трахнуть его до полусмерти.

Кейд только посмеивается, обнимая меня за талию, когда он переворачивается на бок и притягивает меня к себе, обнимая.

— Ты получишь меня, маленькая волшебница. Ты наложила свое заклинание несколько месяцев назад, и с тех пор мне конец.

Он целует меня в висок, прежде чем наклониться надо мной, чтобы взять пульт от телевизора.

— Новое шоу «Уиллоу»?

Разочарование захлестывает меня. Почему он призывает прекратить это?

— Мне нужна минутка, я обещаю, тогда мы продолжим.

— Это не обязательно должна быть минута, Ривер. Я обещаю. Как бы сильно я ни хотел войти в тебя по самые яйца, мой член не похож ни на что, что у тебя было раньше. Я не хочу заходить слишком далеко, и тебе будет больно. Поверь мне, я не хвастаюсь, хотя и есть чем.

Если он пытается убедить меня, что я не доберусь до него, то у него чертовски плохо получается.

— Хорошо, что ж, теперь мне нужно увидеть этот огромный член, мистер Самоуверенность.

Кейд смеется, приподнимая бровь и пристально смотрит на меня.

— Так это значит «нет» для «Уиллоу»?

Он отбрасывает пульт в сторону и снова садится.

— Ты скажешь мне, если это будет слишком, хорошо? Я не хочу, чтобы ты выходила за пределы своей зоны комфорта ради моего удовольствия.

— Ты очень милый, много думаешь и чрезмерно оптимистичный.

Кейд смеется, прежде чем покачать головой, когда встает, расстегивая джинсы наименее волшебным способом, какой только существует. Без всяких церемоний он стягивает джинсы со своих мощных бедер, и внезапно я обнаруживаю, что смотрю на то, что определенно является самым огромным членом, который я когда-либо видела.

— Это… Ах…

У меня пересохло во рту, но я все еще ловлю себя на том, что сглатываю, потому что вид этого заставляет меня вспомнить все те разы, когда я представляла, как кладу его в рот, и, честно говоря, я никогда не делала этого должным образом. Производитель… я, блядь, не шучу.

— Я же говорил тебе.

— Ты говорил…

Я поражаюсь, садясь сильнее, когда подвигаюсь к краю дивана и обхватываю одной рукой головку, прежде чем понимаю, что мои пальцы не могут прикоснуться.

— Господи… Блядь… Боже.

Мой взгляд скользит по его лицу, но мои руки остаются на месте. Он не ошибается. Как бы сильно я ни хотела принять его прямо здесь и сейчас, этого не произойдет. И потребуется много удовольствия, чтобы моя киска была готова к этому.

Но, в конце концов, сидеть на вершине всего этого, доставляя удовольствие нам обоим, слишком заманчиво, чтобы сказать «нет». Однако это не значит, что мы все еще не можем немного расслабиться.

Положив руки ему на грудь, я направляю его к дивану и толкаю на задницу. Мои глаза замечают его массивный член, завораживающе подпрыгивающий у него между ног, прежде чем я опускаюсь перед ним на колени.

— Ривер…

— Заткнись, Кейд. Я мечтала об этом в течение нескольких месяцев. Мое тело, может быть, и устало, но мой рот готов к тяжелой работе этой ночью.

Он смеется, поглаживая большим пальцем мою щеку, и, как и в любой другой раз, от этого по моему телу проносится стайка бабочек, которые начинают кружиться в животе.

— Тяжело, — бормочет он.

— Это уж точно.

Я провожу большим пальцем по щелочке его огромной, выпуклой головки и слизываю предсемя со своего пальца, не сводя с него глаз, когда делаю это.

— Черт возьми, Ривер.

Его пальцы сжимаются вокруг моих волос на затылке.

— Прижми этот хорошенький маленький ротик к моему члену.

— Как пожелаешь, мой король.

Я начинаю опускаться к нему, когда он тянет меня назад, и качает головой.

— Эльфы не называют орков «королем». Ты моя рабыня, маленькая волшебница, поэтому ты будешь называть меня повелитель.

Я не могу сдержать ухмылку, которая расплывается на моем лице, меня охватывает трепет от того, как легко мы возвращаемся к нашим персонажам игры и как чертовски естественно это ощущается. Кейд так идеален для меня, бета на улице, но альфа в постели? Да, черт возьми, пожалуйста.

— Да, повелитель.

Я хлопаю ресницами.

— Могу я теперь отсосать твой член, пожалуйста?

— Да, — рычит он, перемещая мою голову к его члену, когда я раскрываюсь как можно шире, чтобы принять как можно больше внутрь.

Но мы оба знаем, что это невозможно, не так, как это получилось бы с человеческим мужчиной.

У меня едва получается засунуть головку в рот, как моя челюсть протестует против растяжения, но это не останавливает поток влаги у меня между ног — или мою решимость.

Мои руки обхватывают его, чередуя поглаживания с обеих сторон, пока я посасываю головку, поощряя ее погружаться как можно глубже. Слюна вытекает из уголков моего рта, когда Кейд осторожно покачивает бедрами в такт заданному мной ритму. Кулак на моем затылке крепко держит меня, но все в нем кажется таким нежным.

Мы двигаемся вместе, поощряя большее его проникновение в мой рот, и я никогда в жизни не чувствовала себя такой набитой. Почти нечем дышать, и его головка пульсирует на моем языке от потребности в большем.

— Посмотри на себя, берешь мой член, как хорошая маленькая волшебница.

Он гладит меня по голове, заставляя меня напевать вокруг него.

— Это и есть твоя настоящая магия.

Его рука останавливается на моем затылке, удерживая его на месте, когда он сильнее вдавливает в меня свою массивную длину. Это слишком, и каждый инстинкт кричит отстраниться, но я хочу сделать это для него. Я хочу показать ему, что могу это вынести. Я хочу, чтобы он знал, как сильно я хочу принять это.

Но мой рот не может открыться так сильно, и мы оба понимаем это, когда Кейд наконец отпускает меня и полностью выходит.

— Ты просто потрясающе справилась, — хвалит он, посылая через меня поток тепла.

— Я еще не закончила.

Сбитый с толку, он наклоняет голову.

— Ривер, ты не можешь взять меня полностью. Все в порядке. Я знал, что ты не сможешь.

— Я не могу вобрать в себя всю твою длину, но как насчет этого?

Я обхватываю его яйца, которые сравнительно меньше его члена, но намного больше, чем все, что я держала раньше. Они размером с мой кулак, но я уверена, что смогла бы засунуть одно в рот.

— Э-э, я никогда… не пробовал этого.

Он выглядит неуверенным.

Я ухмыляюсь ему.

— Сядь поудобнее, повелитель. Позволь мне пососать твои яйца.

Я провожу большим пальцем по тугому зеленому шарику, прежде чем наклониться и обхватить губами одно из них, втягивая его в рот, пока он не входит с хлопком.

— Черт возьми!

Кейд подпрыгивает, застонав, сжимая диван так сильно, что его пальцы впиваются в подушки.

Я улыбаюсь ему, наблюдая за его реакцией и наслаждаясь гордостью в его глазах. Потянувшись назад одной рукой, я продолжаю поглаживать его, посасывая и проводя по нему языком, наслаждаясь ощущением его пульсации у меня во рту по мере приближения к оргазму.

На этот раз он держит свои руки при себе, позволяя мне усердно работать, чтобы доставить ему удовольствие, которого он заслуживает, после этого представления своим ртом. Я теряюсь, доводя его до грани, представляя все те грязные, забавные вещи, которые мы могли бы сделать вместе.

— Я вот-вот кончу, — выдыхает он, бормоча между моими чавканьями и своими стонами.

Отличается ли сперма орков по вкусу от человеческой? Я отползаю от него и возвращаюсь к головке его члена, располагая свой рот напротив нее. Он легко обхватывает свой кулак по всей длине, яростно поглаживая себя, пока я сижу в ожидании.

— Отдай мне все, Кейд. Я хочу все это.

Если бы я не знала его лучше, я бы поклялась, что в его глазах светится любовь, когда он снова гладит меня по голове.

— Я дам тебе все, — тихо бормочет он, — что ты можешь себе представить, и даже больше.

Струйки спермы вырываются из него, забрызгивая мой язык и лицо, пока он отвечает на мой вопрос.

На вкус он как рай.

Глава 6

Кейд

Прошлая ночь была невероятной. По общему признанию, у меня нет большого опыта в сфере секса или знакомств, если уж на то пошло. Тем не менее, те немногие разговоры, которые у меня были с женщинами, которые не испугались моей чудовищной внешности, никак не влияли на то, что мы с Ривер пережили прошлой ночью.

Может быть, это все сексуальное напряжение, которое мы испытывали за последние несколько месяцев, или, может быть, это что-то большее… более сильное… почти сверхъестественное, чему ни один из нас не может дать названия. В любом случае, это была, без сомнения, лучшая ночь в моей жизни.

И я надеюсь, что Ривер чувствует то же самое.

Нам не удалось поговорить об этом за завтраком, как я надеялся, когда она поспешила покинуть мою квартиру около семи утра, поскольку это ее первый рабочий день, она не хотела опаздывать. Чувство, которое я понимаю, как бы сильно я ни хотел убедить ее остаться.

Схватив свое игровое кресло, я разворачиваю его и сажусь в него, включая монитор, прежде чем войти в канал «Slack», который мы используем для общения с сотрудниками.

Мой партнер по бизнесу, Зейн, немедленно отправляет мне сообщение:

«Измени масштаб?»

Я открываю программу и отвечаю на ссылку, которую он отправляет. Отпирая тормоз наклона кресла, я небрежно кладу ноги на стол.

— Сегодня я собираюсь поработать из дома.

— Очевидно.

Мой деловой партнер смеется, отрывая взгляд от экрана, чтобы с кем-то поговорить.

— Скажи ей, что я буду там через минуту. Спасибо.

Зейн снова поворачивается ко мне.

— Ты не мог бы одеться перед тем, как появиться на работе?

— Я одет. На мне спортивные штаны.

Я указываю на свои колени, прежде чем снова посмотреть на экран.

— И я вошел в систему не для того, чтобы сразу отправиться на встречу. Я думал, что весь день буду присутствовать анонимно.

— Приятно знать, что ты не собирался показывать мне свои сиськи зеленого человечка.

Я смотрю на свою грудь, напрягая грудные мышцы, чтобы они двигались вверх и вниз, прежде чем рассмеяться, когда я снова смотрю на Зейна.

— Ты ведешь себя так, как будто не видел этого раньше.

— Ты сегодня в ужасно хорошем настроении.

Яркая улыбка расплывается на моем лице.

— Так и есть. Спасибо, что заметил.

Бровь Зейна поднимается достаточно высоко, чтобы я мог видеть это через веб-камеру. Наступает тишина, пока он внимательно изучает меня, прежде чем спросить.

— Есть какая-то особая причина? Орки выиграли войну в эти выходные, гик?

Я рычу.

— Мы ничего не выиграли, но мы также не предпринимали никаких атак. Мы собираем информацию о наших врагах, чтобы начать внезапную атаку в следующие выходные. Ты должен прийти. Тебе бы это понравилось.

Зейн был таким же гиком, как и я, но он предпочитал, чтобы его ролевые игры оставались на экране. Этот человек мог бы забыться на сотню часов подряд, играя в любую новую РПГ, выпущенную на игровой консоли. Но когда я просил его поиграть в ролевую игру или выйти поиграть в настольную игру, он смеялся надо мной, словно каким-то образом его версия ролевых игр была менее неуклюжей, чем моя.

— Пас, — типичный ответ Зейна.

— Поступай как знаешь. Итак, по поводу чего эта встреча?

— Точно.

Он съеживается.

— Я надеялся, что ты видел, и мне не пришлось бы приносить плохие новости.

Мои ноги соскальзывают со стола, и я сразу же сажусь прямее. Это было не то, что я хотел услышать в тот, вероятно, единственный понедельник, которым я когда-либо наслаждался в своей жизни.

— Все в порядке…

— Инвесторы «Орк Мастер» вышли из игры.

На меня как будто вылили ведро ледяной воды. Плоть на моих руках покрывается рябью, а волоски встают дыбом. Но все это никак не влияет на тошноту, поселившуюся в моем животе, невыносимо бурлящую.

— Они сказали почему?

Зейн сжимает переносицу, закрывая глаза, и я понимаю, что потеря наших инвесторов была не худшей из его плохих новостей.

— Ходят слухи, что наша игра является плагиатом какой-то инди-игры из Великобритании.

Я немедленно открываю веб-браузер и набираю название моей новой игры в поисковой системе. В прошлую пятницу она возглавляла все списки «самых ожидаемых игр года», а теперь появилось множество сообщений о том, что мы мошенники и воры.

— Блядь…

Я просматриваю один за другим и вижу сравнения моего кода и дизайна со сравнениями инди-игры.

— Это правда? — спросил я.

Я снова смотрю на экран увеличения.

— Насколько я знаю, нет. Но мы должны глубже погрузиться в прошлое каждого, чтобы быть уверенными. Если кто-нибудь работал над этой игрой или знает кого-то, кто это делал, нам крышка. Итак, я связался с нашими юристами, и они хотят провести встречу сегодня днем. Извини, что разрушил ту атмосферу, которая была у тебя этим утром.

Зейн машет кому-то за кадром.

— И я нанял консультанта, чтобы он пришел и провел глубокое расследование.

— Уже? — спросил я.

Я хмурюсь.

— Как давно ты знаешь об этом?

Мои глаза перескакивают на даты в статьях. «Суббота».

— С субботы, — говорит Зейн в тот же момент, когда я делаю открытие.

— И почему ты мне не сказал?

— Ну, во-первых, ты был в Мордоре или каком-то подобном дерьме в субботу, поэтому я предположил, что у тебя не было с собой телефона.

Правда, не было.

— Это не Мордор, — бормочу я, на чем глупо зацикливаться, но я так делаю. — Ладно. Почему ты не сказал мне об этом вчера?

— Я уже занимался этим, и не был уверен, когда ты вернешься домой из Ротгарианских гор.

Я фыркаю на его отсылку на «Древние свитки» и закатываю глаза.

— Но вот говоришь мне о том, что у тебя уже есть разработка?

— Нет, но я действительно хотел обсудить, что мы собираемся сказать команде.

— Все знают?

Зейн отрывает взгляд от компьютера и смотрит на дверь своего кабинета, очевидно, наблюдая за офисом, куда сотрудники могут приходить и уходить, когда им заблагорассудится.

— Моральный дух по-прежнему на высоте, так что я думаю, что нет. Но это ненадолго. Все такие же, как мы, у них есть выделенные слова для своих новостей, и это будет вопросом минут, а не часов, прежде чем они все узнают.

Черт возьми, он прав. Я уже встаю, переключая совещание на свой телефон.

— Хорошо, я сейчас оденусь и приеду. Собери всех на совещание, включая всех, кто работает на удаленке. Если они смогут явиться, скажи им, чтобы они сделали это сейчас. И держи их пока подальше от телефонов. Может быть, это поможет нам выиграть время. Да, и скажи консультанту, чтобы он начал глубокое изучение работы программистов. В некоторых статьях сравнивался реальный код игры, указывая, где именно было обнаружено сходство, но они бы не получили этот код в свои руки, если бы кто-то из команды не поделился им где-нибудь. Выясни, кто это. Мы начнем оттуда.

Адреналин бурлит во мне, и, хотя я не собираюсь вступать в битву с эльфами и волшебниками, ведение этого бизнеса дает мне такой же кайф. Мне не нравится быть придурковатым альфа-боссом — особенно учитывая мою внешность, — но я знаю, как быть главным, когда того требует момент. Мои собратья-орки не просто так называли меня королем Кейдом.

— Хорошо, скоро увидимся.

Мы отключаемся, и я бросаюсь к своему шкафу, чтобы натянуть что-нибудь, что говорило бы «Сегодня я босс, а не твой друг», что, по-моему, является тем сообщением, которое мы должны передать прямо сейчас. Кто-то в команде облажался или солгал, и в любом случае это может стоить всем нам карьеры.

Если мы не исправим это сами, суд общественного мнения исправит это за нас.

Мой телефон звонит на прикроватной тумбочке, куда я бросил его, чтобы одеться. Я открываю сообщение и фыркаю.

Зейн: Прости, что разрушил твою атмосферу «У меня только что был секс».

Я: Откуда ты знаешь? Это был не секс.

Зейн: Тогда, извини, что разрушил твою атмосферу «Прошлой ночью у меня было несколько оргазмов».

Я смеюсь еще громче, когда заканчиваю застегивать рубашку, беру пиджак и телефон и начинаю спускаться вниз, отправляя заказ на «Убер». К сожалению, этот костюм не предназначен для скутера, и это также странный способ показаться, когда ты пытаешься сказать всем, что ты главный.

Я: Все еще не сказал мне, как ты узнал.

Зейн: Ты один из моих лучших друзей, Кейд. Я могу читать тебя, как книгу. Итак, когда мы закончим разбираться в этом, я хочу услышать, кто она такая. Ты практически светишься. Ты думаешь, она твоя пара?

Я мгновение смотрю на это слово, прокручивая его в голове. По словам Зейна, другие монстры вроде меня могли бы спариться со своей единственной настоящей любовью. Мне всегда казалось, что это вымышленная концепция, но тогда… то, как я отношусь к Ривер, не что иное, как сверхъестественное.

Я: Подобрал ее в Азероте.

Это был вымышленный мир из «Мир Варкрафта», чтобы соответствовать его поддразниваниям. По правде говоря, в мифах нашей игры в реальном времени говорилось, что орки были из Раграха, но Зейну было все равно. Ему нравилось дразнить меня, и я был счастлив подыграть.

Зейн: Горячий орк?

Я: Нет. Эльфийка. Выезжаю. Буду там через минут десять.

Зейн: Предатель.

Я смеюсь, открывая дверь машины из «Убер», ожидающей возле моего многоквартирного дома. Орки и эльфы — смертельные враги, но это противоположно тому, куда, по моему мнению, направляемся мы с Ривер. Хотя, я должен признать, притворяться нашими персонажами чертовски круто.

Даже с этими дерьмовыми новостями о работе я все еще чувствую легкость и счастье и с нетерпением жду встречи с Ривер снова в следующие выходные. Я собирался взять ее номер сегодня утром, прежде чем она уйдет, но она так спешила, что я не хотел ее задерживать.

Хорошо, что я знаю, где ее найти, когда захочу увидеть снова. Однако ожидание встречи с ней в течение недели может убить меня.

— Адрес запомнил? — спросил я.

Я неловко устраиваюсь на заднем сиденье, пока водитель в ужасе смотрит на меня из зеркала заднего вида.

— Э-э… да… сэр, — продолжает он, его кадык дергается, когда он делает медленный, явно болезненный глоток.

— Отлично. Если ты сможешь доставить меня туда минут за десять, я дам тебе тридцать процентов чаевых.

Я одариваю его улыбкой, прежде чем снова посмотреть на свой телефон. Я считаю, что лучше не пялиться, когда они уже это делают, и, возможно, обещания больших чаевых достаточно, чтобы заставить его перестать таращиться.

С другой стороны, они почти никогда этого не делают.

Глава 7

Ривер

Моя новая работа находится в компании по производству видеоигр на фоне текущего скандала. Такие вещи трудно исправить, как только они начинают происходить, но хорошая детективная работа обычно делает свое дело. И поскольку компания игр — в настоящее время — не подает на них в суд заявление о нарушении, мне поручена работа, которую мог бы выполнить юрист в случае судебного разбирательства.

Первое, что я должна сделать, это сравнить эти две игры. В мои руки попала контрабандная копия инди-игры «Королевство Краул» (KK), в которой утверждается, что видеоигра «Орк Мастер» (OM) является плагиатом. Теперь мне нужна копия прототипа игры, который все еще находится в стадии бета-тестирования.

Но меня это вполне устраивает. Мне нужно только увидеть две игры в действии и кодировку, чтобы понять, есть ли какие-либо основания для этих слухов.

Затем мне нужно провести расследование среди сотрудников компании, чтобы определить, кто или кем мог быть вор.

У меня много дел на этой работе, так как время поджимает, но я рада помочь, вот почему я первым делом сбежала от Кейда этим утром. Как бы ни было восхитительно обниматься с ним в постели, каждая минута, проведенная в его великолепных зеленых, сильных объятиях, означала еще одну минуту, которую я могла уделить этой компании, которая нуждалась во мне.

Когда я подхожу к офисному зданию компании, мне ничего так не хочется, как написать ему смс. Потом я понимаю, что в спешке забыла взять его номер телефона сегодня утром. Паршиво, что я не увижу его до следующей субботы, если только не появлюсь у него дома, но, возможно, в интересах компании, чтобы я не отвлекалась на моего горячего короля орков… повелителя. Мне не позволено называть его королем.

— Привет, я Ривер Хьюз. Я здесь, чтобы увидеть мистера Мэдсена?

Я улыбаюсь парню, сидящему за стойкой регистрации.

Его наушники обмотаны вокруг шеи, пока он стучит по контроллеру, который держит в руке. Он нажимает на кнопку и смотрит на меня с дружелюбной улыбкой.

— Зейн сказал мне отправить тебя к нему, как только ты приедешь.

— Отлично.

Я перекидываю сумку через плечо и жду, пока он отойдет от своего стола.

Он ведет меня вокруг стены с огромной неоновой вывеской с надписью «Сверхъестественные видеоигры». Я обращаю внимание на все — и каждого в отдельности, пока он проводит меня по главному офису. Это офис с открытой концепцией и атмосферой стартапа. Компьютеры «Mac» стоят на столах, а огромные экраны подключены к консолям, на которых запущены различные видеоигры, созданные компанией. По всему помещению разбросаны различные кресла-мешки и надувная мебель, на которой работают люди.

Пока администратор ведет меня дальше, я осматриваю закусочную со стеной из конфет и других продуктов, которые можно взять бесплатно. Мне нравятся подобные компании, которые серьезно относятся к балансу между работой и личной жизнью. Если бы я не занималась тем, чем занимаюсь, это было бы именно то место, где я могла бы работать.

Мои глаза натыкаются на чью-то собаку, свернувшуюся у его ног, и я улыбаюсь еще шире.

— Если хочешь устраивайся здесь, я позову Зейна.

Он указывает мне на надувной диван, который выглядит как нечто прямиком из девяностых. Я подхожу к нему, соскальзывая вниз, осторожно, чтобы обнаженная кожа под юбкой не коснулась пластика. Последнее, что мне нужно, это вляпаться во что-то до того, как я встречусь с владельцами.

Администратор засовывает голову в комнату и с кем-то разговаривает. Я наклоняюсь вбок, чтобы попытаться разглядеть этого парня, Зейна, с которым я говорила по телефону. Он казался достаточно милым, изрядно обеспокоенным этим скандалом, но в остальном невозмутимым.

— Он подойдет к тебе через секунду. Хочешь кофе или что-нибудь еще?

— Да, можно мне двойной эспрессо со льдом?

Он кивает и направляется обратно к закусочной.

— И кислые мармеладные червячки? — кричу я ему вслед.

Его смех дает мне знать, что он услышал меня, когда я откидываюсь на спинку дивана, пытаясь сообразить, как на нем удобно расположиться. Из-за моего веса все это покачивается назад, поэтому я снова сажусь прямо. Эта штука непрактична, если вы ищете какую-либо эргономичную поддержку, но, вероятно, это не та атмосфера, к которой они стремятся.

Боже, неужели я старею? «Эргономичная опора». Я чуть не смеюсь вслух. Хотя после вчерашнего моей челюсти и шее нужна вся возможная эргономичная поддержка. Я ухмыляюсь, позволяя воспоминаниям о предыдущей ночи пронестись перед моими глазами. Мое воображение пестрит идеями о том, что мы можем сделать в следующий раз, потому что я начну работать над своей растяжкой… если вы понимаете, что я имею в виду.

— Держи.

Администратор вырывает меня из задумчивости, и я мгновенно сажусь прямее, как будто он чувствует исходящий от меня запах возбуждения.

— Спасибо, — бормочу я, забирая у него вазочку с мармеладом, прежде чем сделать глоток эспрессо.

Пока он все еще смотрит, я опрокидываю кофе в себя, как рюмку, и одновременно кладу на язык пару кусочков льда, с хрустом проглатывая их.

— Тогда ладно, — говорит он с легким смешком. — Я буду у входа, если тебе что-нибудь понадобится.

— Наслаждайся своей игрой.

Он показывает мне знак мира, прежде чем уйти. Я с усмешкой качаю головой, проглатывая еще один кусочек льда, чтобы унять жар, оставшийся на моем языке.

Пока я жду Зейна, я наслаждаюсь своим завтраком из кислых мармеладных червячков, и когда я медленно засасываю одного в рот, Зейн выходит из своего кабинета. Вместо того чтобы сохранять спокойствие, как нормальный человек, я паникую из-за червяка, наполовину высунувшегося у меня изо рта, пытаюсь его засосать, и это глупый выбор, поскольку я им давлюсь.

— Ух.

Он подходит ко мне, быстро похлопывая меня по спине.

— Полегче.

Я выплевываю остатки чертового червяка в вазочку и морщусь.

— Ну вот, это первое впечатление.

Он смеется и протягивает мне руку.

— Я видел и похуже. Зейн Мэдсен.

— Ривер Хьюз.

Пока мы пожимаем друг другу руки, я поднимаюсь с дивана, так что мы почти стоим глаза в глаза.

Он немного выше меня, но ненамного. Я разочарована. За короткое время, проведенное с Кейдом, я привыкла и наслаждалась тем, что у меня есть мужчина крупнее меня. Затем меня поражает мысль, что все эти каблуки, от которых я неохотно отказываюсь на время свидания, я могла бы надеть с ним. На моем лице появляется улыбка, когда я сразу же думаю о том, какую пару обуви на каблуке я хочу приобрести на следующие выходные.

— Приятно познакомиться.

Рука Зейна задерживается в моей.

Он думает, что я так улыбаюсь из-за него. Я убираю руку и киваю.

— Мне тоже. Я очень удивлена, что компания не находится в режиме паники.

Я киваю в сторону главного офиса.

— Почему все такие спокойные? Вы раздавали жевательные резинки «КБД» по всей компании?

Зейн смеется и качает головой, потирая шею.

— Они еще не знают. Мы стараемся держать это в секрете на случай, если кто-то виноват и знает об этом. Мы не хотим спугнуть их и заставить усугубить ситуацию.

— О, конечно. Но ты знаешь… в наше время — это не будет вечно оставаться секретом, верно?

— Нет, но мы собираемся сделать все, что в наших силах. Мой партнер и я созываем всех на совещание. Тогда мы сообщим новости, но, возможно, будет лучше, если ты на минутку отойдешь, пока мы им расскажем. Новое лицо может насторожить их в преддверии плохих новостей.

— Конечно, это даст мне время осмотреться и настроить доступ к вашим серверам. При условии, что ты сможешь оставить своего парня на ресепшене?

— Мика? Конечно, это прекрасно.

— Отлично. Я также хотела спросить, не мог бы ты дать мне копию видеоигры «Х-Бокс». Я хочу проиграть в нее, чтобы сравнить с видеоигрой «Королевство Краул».

Зейн заставляет меня замолчать, оглядываясь через плечо с каким-то безумным выражением в глазах. Все остальные спокойны и собраны, но этот парень внутренне разваливается на части.

— Тогда давай назовем это «КК», — улыбаюсь я.

Зейн издает фырканье.

— Потому что они трахают нас прямо сейчас?

— Эй, — я касаюсь его плеча, возвращая его внимание ко мне, — ты знал, что это возможно?

— Нет. Вовсе нет.

Он такой искренний, когда отвечает.

У меня не возникает ни малейшего сомнения в его искренности, и я киваю.

— Тогда нет причин для беспокойства. Мы выясним, как это произошло — если это произошло, — и будем исходить оттуда. Полагаю, ты последовал моему совету и связался со своим адвокатом?

— Да, мы встречаемся сегодня днем, чтобы вместе выработать план действий.

— Хорошо, ты хочешь быть в курсе всего этого. Если в заявлениях нет никаких оснований, вам все равно предстоит проделать огромную работу, чтобы очистить свое имя. Вам понадобится помощь ваших адвокатов в этом.

— Верно.

Он кивает, вздыхая с облегчением.

— Спасибо за это, Ривер. Я не знаю, что в тебе такого, но ты заставляешь меня чувствовать себя… спокойно.

— Я часто это слышу. Мне говорили, что я… волшебница.

Я думаю о Кейде в ту минуту, когда говорю это, и улыбаюсь еще шире.

— Да, верю. Надеюсь, ты сможешь наложить заклятие на этот бардак, а не только на меня.

Он подмигивает мне.

Такое чувство, что он флиртует, но, возможно, Зейн подумал, что я тоже флиртую со всей своей улыбкой. Не думаю, что я пока встречаюсь с Кейдом. Мы… партнеры по ролевой игре с выгодой для себя? Черт, я понятия не имею, кто мы такие. Так что, я полагаю, безобидный флирт с другими мужчинами — это нормально.

Как только я узнаю, в каком положении мы с Кейдом находимся, тогда я прекращу это.

Глава 8

Кейд

После того как такси из «Убер» высаживает меня, я захожу в офис, радуясь, что Мики нет на стойке регистрации. Надеюсь, это означает, что все ждут меня в конференц-зале.

По общему признанию, это будет самая серьезная встреча, которую мы когда-либо проводили в этом зале. В основном мы используем его для вечеринок — дней рождения, праздников, для приема новых сотрудников, а если у кого-то рождается ребенок или он сочетается браком, мы устраиваем для него праздник на рабочем месте. За все время нашего пребывания здесь нам никогда не требовалось это помещение для чего-то такого масштаба.

Я прохожу мимо своего кабинета в комнату для совещаний, где Зейн пытается всех успокоить непринужденной беседой за круглым столом.

— Всем привет.

Я улыбаюсь как можно ободряюще, несмотря на растущий комок нервов внизу моего живота.

Вся легкость, оставшаяся после проведенного времени с Ривер, улетучивается из моего организма в ту минуту, когда я вхожу в зал, и реальность того, к чему мы собираемся приступить, поражает меня. Все это имеет отношение к моей компании не на жизнь, а на смерть. Если мы не справимся с этим, мы закроемся, потому что никакие другие инвесторы не подойдут к нам и на десятифутовое расстояние.

— Извините, что мы нарушили все ваши планы на этот день, но мы благодарны всем, кто пришел так быстро.

Я делаю паузу, чтобы посмотреть на экран, где работники, находящиеся слишком далеко, чтобы прийти, регистрируются на собрании.

— И спасибо, что присоединились к нам удаленно.

Я прохожу в переднюю часть зала и выдвигаю свой стул, расстегивая пуговицу на пиджаке, прежде чем плюхнуться на него, как я обычно делаю. Здесь все должно быть нормально, за исключением, может быть, моего наряда.

Я смотрю на свой выбор костюма и сомневаюсь в нем с полсекунды, прежде чем снова посмотреть на всех.

— Хорошо, что ж, я уверен, вам всем интересно, почему мы созвали это собрание так внезапно.

— И попросили всех не пользоваться своими технологиями, — добавил Зейн, поскольку это была крайне необычная просьба.

— Верно. Именно так, — кивнув, согласился я, прежде чем посмотреть на небольшое количество сотрудников, которые помогли нам сделать эту компанию такой, какой она была.

Наш оборот был небольшим, потому что мы с Зейном согласились, что процветание сотрудников — единственный путь к успеху. Если бы люди верили в компанию так же сильно, как мы верили в них, никто из нас не был бы недоволен нашим успехом.

— К сожалению, до нашего сведения дошло, что СМИ сообщают, что видеоигра «ОркМастер» является плагиатом инди-игры под названием «Королевство Краул».

Я внимательно всматриваюсь в лица передо мной, ища любую реакцию, которая могла бы указать на то, что это не было новостью для кого-то. Конечно, это могло означать, что они видели новости, но это также могло быть признаком вины.

— Насколько нам с Кейдом известно, это необоснованные претензии. Однако средства массовой информации делились фрагментами игры и ее кода, чтобы показать сходство, а это значит, что они каким-то образом получили доступ к видеоигре и нашему коду.

Я продолжаю вглядываться в лица в поисках подсказок, но ни по чьему выражению лица ничего нельзя понять.

— Понятно, что мы проведем тщательное расследование источника, откуда они получили свою копию, и, если произошла утечка или, что еще хуже, плагиат, мы будем иметь с ними дело на законных основаниях. Мне неприятно это делать, но вы подписали соглашение о неразглашении правил в отношении продуктов компании при приеме на работу, поэтому любое нарушение приведет к судебному иску.

Даже когда я говорю своим суровым голосом короля орков, у меня внутри все мерзко. Я не хочу быть таким человеком, но тот, кто хочет надуть нас, не оставил мне никакого выбора. Я никогда не хотел угрожать своим сотрудникам, главным образом из-за моей внешности, но также и из-за моей власти в компании как их босса. Теперь у меня не осталось выбора.

Задняя дверь открывается, и входит Мики, за которым следует человек, которого я меньше всего ожидаю увидеть в «Сверхъестественных видеоиграх». Мое сердце ускоряется, пускаясь в галоп в груди при виде нее. Она сексуальна в своем наряде эльфийского рейнджера, сексуальна в леггинсах и футболке… но она восхитительна в ярко-розовой мини-юбке с леопардовым принтом и блузке. Все еще очевидно такая Ривер, но, тем не менее, деловой профессионал.

— Это Ривер Хьюз, — говорит Зейн рядом со мной, не подозревая о том, как на меня влияет ее присутствие.

Я сглатываю, чтобы язык не вывалился наружу, словно я Джим Керри в маске, и прочищаю горло, когда сажусь прямее.

Ее глаза, наконец, встречаются с моими, и тот же миг по ее лицу, я понимаю, что она узнала меня, прежде чем она меняет выражение лица. Затем она надевает маску консультанта Ривер, как у любительницы ролевых игр, которой она и является.

— Привет, команда!

Она мило машет рукой и обходит стол спереди, чтобы встретиться с нами.

— Ривер была привлечена в качестве консультанта. Она специализируется на исправлении кодов и решении проблем, поэтому всю неделю будет находиться в офисе, проверяя все учетные записи и тестируя игру. Мы хотим, чтобы к ней относились как к члену команды, потому что в обозримом будущем так оно и будет.

— Вы не возражаете, если я скажу пару слов?

Она поворачивается ко мне, по ее тону не видно, что мы знаем друг друга. Но она также никак не отреагировала на мое сходство с орком, что также может выдать Зейна, поскольку он единственный, кто знает, что мы официально не встречались.

— Конечно, — говорю я, снова прочищая горло, чтобы выдавить слова.

— Я не хочу, чтобы вы думали обо мне как о враге. Я здесь не для того, чтобы разрушать чью-либо жизнь или карьеру. Я здесь как друг компании. Вы хотите, чтобы это увенчалось успехом, и это тоже моя цель. В лучшем случае здесь никто не виноват, и необходимо разобраться с внешней ситуацией. Я хочу очистить репутацию компании «Сверхъестественных видеоигр» в игровом сообществе, чтобы вы могли продолжать предлагать геймерам лучшие фэнтезийные видеоигры. Честно говоря, я люблю «Книгу из Ада». Перед вами лучшая из всех существующих видеоигра о демонах РПГ.

Она улыбается, и в зале все заметно расслабляются. Она невероятна, по-настоящему волшебна, и они тоже это чувствуют. Пока я восхищаюсь ею, мой взгляд оценивающе скользит по ее изгибам.

«Не смотри на ее задницу. Не смотри на ее задницу». Ривер так близко и так многообещающа в этой обтягивающей юбке. Я так и делаю, ненадолго, но это все, что требуется.

— Черт возьми.

Все в зале поворачиваются ко мне, и, если бы орк мог покраснеть, мое лицо было бы в гребаном огне. Я сказал это вслух? «Трахните меня».

— Э-э…

Зейн смотрит на меня так, будто я потерял гребаный сюжет, и, вероятно, так оно и есть.

Ривер, с другой стороны, смотрит на меня со смешанным чувством веселья и ужаса.

— Это здорово, Ривер, — продолжает Зейн. — Мы ценим, что ты на нашей стороне. Итак, с учетом сказанного, Ривер, тебе будет временно предоставлен доступ ко всем нашим электронным письмам, файлам кода и другой интеллектуальной собственности компании. Если у кого-то возникнут какие-либо вопросы по этому поводу, наш юрист будет в офисе позже во второй половине дня и будет рад объяснить документы, которые вы подписали при приеме на работу. Что-нибудь еще, Кейд?

Зейн смотрит на меня так, что ясно говорит: «И не ругайся больше, потому что это бесполезно».

«Ни хрена себе, Шерлок».

— Нет, все свободны. Ривер, как ты думаешь, мы можем поболтать в моем кабинете?

Я быстро встаю, застегивая пиджак так, чтобы он прикрыл там, где заметно растет мой стояк. Я почти выбегаю из комнаты прежде, чем половина персонала покидает свои места.

Ривер даже не успевает ответить.

Как только я попадаю в свой кабинет, я выдыхаю и откидываю голову назад, а затем закрываю глаза.

— Возьми себя в руки, ты, неандерталец. Она теперь работает на тебя… вроде как. Ты не можешь пялиться на нее на глазах у всей команды, — тихо бормочу я.

— Можно ли классифицировать орков как неандертальцев, если они технически не люди, а просто гуманоиды? — окутывает меня ее голос, как тяжелое одеяло, и я возвращаюсь на землю, успокоенный ее близостью.

— Наверное, нет, но я не родился орком, так что, думаю, это все еще имеет значение.

Я медленно поворачиваюсь к ней лицом, сопротивляясь любому желанию еще раз пробежаться глазами по ее телу, прежде чем улыбнуться.

— Так это и есть та новая работа, о которой ты говорила?

— Думаю, мне следовало быть немного более конкретной прошлой ночью, чтобы нас не застали врасплох.

— Тебя застали врасплох? Ты выглядела там довольно невозмутимой.

— Очевидно, я здесь лучший ролевик, — поддразнивает она, закрывая дверь в мой кабинет, прежде чем пройти дальше в комнату. — Я имею в виду, что я должна усерднее работать над своей ролью. Для тебя это так естественно.

Она машет рукой вдоль моего тела, как Ванна Уайт, когда подходит ближе.

Я подхожу к ней, намереваясь схватить эти сочные бедра и притянуть ее к себе.

Ривер чувствует мое намерение и обходит меня быстрым движением.

— Это тормозит все, что мы начали прошлой ночью, Кейд.

— Почему?

Я знаю ответ, честно говоря, знаю, но я все равно задаю этот вопрос, потому что глубоко эгоистичной части меня все равно, и я не хочу отказываться от того, к чему мы направляемся.

— Кейд, — она выдыхает мое имя и качает головой. — Я не могу встречаться с тобой, пока я работаю консультантом в твоей компании, особенно когда так много поставлено на карту. Наши отношения только создали бы вам больше проблем и выставили бы меня заинтересованным лицом. Я здесь, чтобы помочь, а не усугублять ситуацию.

— Тебя обвинили бы в непредвзятости только в том случае, если бы я был замешан, а я таким не являюсь, так что это не имеет значения. Тебе даже не нужно было бы относиться ко мне предвзято.

— Я бы отнеслась предвзято к твоей компании, потому что она принадлежит тебе, и все знали бы, что я езжу верхом на этом огромном члене.

— Еще нет, — по-детски замечаю я. — Мы до этого не добрались.

— И мы не можем сделать это, пока моя задача не будет выполнена, и я не получу другую работу. Только тогда мы могли бы рассказать всем, что мы здесь встретились.

— Они довольно скоро поймут, что мы знаем друг друга по ролевой игре. В этом твоем плане много недостатков.

— Это всего на неделю, Кейд. Может быть самое большее на две. Мы танцевали друг вокруг друга в течение нескольких месяцев. Мы можем подождать еще несколько недель.

Мои пальцы сжимаются в кулаки по бокам, все еще страстно желая прикоснуться к ней.

— Может быть, ты и сможешь. Ты, в конце концов, не пробовала вкус девушки своей мечты только для того, чтобы она сказала тебе остыть.

— Нет, но я наконец-то попробовала вкус парня моей мечты. Так что, поверь мне, мне тоже это нелегко, но это то, что мы должны делать до тех пор, пока этот скандал не будет улажен. Хорошо?

Говоря это, Ривер подходит к двери, берется за ручку и сверлит меня взглядом, который вынуждает меня согласиться.

Наконец, я сильно вздыхаю и киваю.

— Хорошо.

— Хорошо.

Она улыбается так, словно на нее это совершенно не повлияло, открывает дверь и выходит.

Глава 9

Ривер

После того, как мы с Кейдом поговорили, я беру видеоигру у Зейна и возвращаюсь к себе, чтобы посмотреть обе игры. Это занимает у меня почти всю ночь, но к тому времени, как я заканчиваю, у меня есть один вывод.

Видеоигры удивительно похожи.

Теперь мне нужно доказать, что никто в офисе никогда не играл в «KK» или не работал над этим, так что это ни в коем случае не плагиат. За исключением того, что вероятность того, что это правда, равна нулю. Не при таком сходстве.

Кто-то из их сотрудников что-то упустил в своем резюме, когда перечислял предыдущий опыт работы дизайнером, и теперь моя работа — выяснить это.

После обильной порции латте и двойного эспрессо я захожу в офис, готовая к работе, имея за плечами всего четыре часа сна. Я пообещала Зейну и Кейду, что докопаюсь до сути, и я это сделаю.

— Не возражаешь, если я устрою здесь конторку? — спрашиваю я служащего, указывая на незанятый стол.

Она устало смотрит на меня, прежде чем кивнуть.

— Отлично, спасибо.

Я ставлю свой латте рядом с бутылкой воды, прежде чем поставить сумку на ноги.

Когда я заканчиваю приводить все в порядок по своему вкусу, я беру свой напиток и бреду через общее пространство обратно в кабинет Зейна.

— Знаешь, немного странно иметь офис с открытой концепцией, но вы с Кейдом закрываетесь здесь, — говорю я вместо стука, когда вхожу в его дверь, сияя улыбкой. — И, кстати, доброе утро.

— Доброе утро, Ривер.

— Кейда сегодня нет в офисе?

— Обычно он работает из дома.

Я проглатываю свое разочарование из-за того, что не могу хотя бы смотреть на него в течение дня, но затем решаю, что это, вероятно, к лучшему. Он был бы помехой, несмотря на все мои усилия.

— О, хорошо. Я надеялась побеседовать с вами обоими сегодня, чтобы узнать историю создания концепции видеоигры «ОркМастер».

Зейн вздыхает и откидывается на спинку стула. Он проводит рукой по своим волосам, оставляя их торчащими во все стороны.

— Я могу попросить его, чтобы он пришел, если хочешь.

Я быстро качаю головой.

— Нет, нет. Давай не будем надоедать ему. Я не хочу, чтобы мое присутствие кому-то мешало. У тебя есть номер, по которому я могла бы связаться с ним вместо этого? Сойдет и телефонный звонок.

Может быть, это мой хитрый ход, чтобы раздобыть номер его мобильного, чтобы мы могли хотя бы поговорить, если не будем трахаться, как кролики, пока я на работе.

— Да, конечно.

Он хватает липкий листок от блокнота и записывает номер, прежде чем протянуть его мне.

— Почему бы мне не пригласить тебя на ланч в знак благодарности за то, что ты согласилась в последнюю минуту, чтобы пораскинуть мозгами вместе с нами?

— О, это великодушно с твоей стороны…

— Это деловые расходы. Мы можем списать это со счетов.

Я смеюсь.

— Точно. Думаю, я не могу отказаться от бесплатного обеда.

— Отлично. Я зайду за тобой около одиннадцати?

Я киваю и поднимаю листок блокнота.

— Я посмотрю, сможет ли Кейд присоединиться к нам.

По лицу Зейна пробегает тень разочарования, но он улыбается так быстро, что я думаю, что я все выдумала.

— Конечно, звучит неплохо.

Я благодарю его, прежде чем вернуться в офис, останавливаясь, чтобы на всех посмотреть. Число участников значительно сократилось по сравнению с тем, кто присутствовал на вчерашней встрече. Возможно, на встречу пришли люди, которые обычно работают удаленно. Я надеюсь, что это не тот случай, когда виновный пытается скрыться. С доступом, который предоставили мне к профилям своих сотрудников компании «Сверхъестественных видеоигр», спрятаться негде. С годами мои навыки взлома улучшились, поэтому, даже если кто-то удалил файлы или электронные письма, я знаю, как их восстановить.

Открываю свой ноутбук, захожу в систему и подключаю его к офисному «Mac», настраивая все так, чтобы у меня был удаленный доступ дома. Я должна признать, что эта работа заставляет меня трепетать от волнения. Я чувствую себя шпионом в триллере, который отличается от того, что я обычно делаю, и мне это нравится.

Пока программа запускается, я беру свой телефон и ввожу номер Кейда. Открывая новое сообщение, я печатаю свое приветствие.

«Повелитель, я получила твой номер от твоего лучшего друга. Я думала, ты сегодня будешь на работе».

Я прикрепляю надутую гримасу для пущей убедительности, прежде чем отправить ему.

Сообщение сразу становится синим, сообщая мне, что у него тоже есть айфон, но значок о том, что его не прочитали остается висеть дольше, чем я ожидала.

У меня нет времени сидеть здесь и смотреть на него, чтобы переключиться на чтение, поэтому я зацикливаюсь на списке задач, которые у меня есть для себя. Время от времени мой взгляд скользит к телефону, проверяя, прочитал ли он сообщение, но оно остается непрочитанным.

После первого часа я перебираю в уме варианты того, почему Кейд не отвечает. Это не может быть потому, что он избегает меня. Он не хотел приостанавливать то, что начиналось между нами, но это не значит, что мы не можем поговорить. Может быть, немного пофлиртовать, если уж на то пошло, это только придало бы правдоподобия нашей истории о том, как мы влюбились друг в друга, пока я работала у него.

Может быть, он относится ко всему этому серьезнее, чем я. Вероятно, мне следует последовать его примеру, как бы это ни было отстойно. В конце концов, я была тем, кто настоял на этом в первую очередь.

Вздыхая, я выключаю телефон, убираю его подальше, чтобы больше на него не смотреть, и возвращаюсь к компьютеру, начиная свое глубокое погружение в их коды. Я запускаю программу, чтобы найти и скомпилировать все сходства в документ.

Проходит немного времени, прежде чем на моем экране появляется отражение тела за моими плечами, и я оборачиваюсь, чтобы обнаружить там стоящего ухмыляющегося Зейна.

— Готова обедать?

Мой взгляд устремляется на часы, и удивление наполняет меня. Уже перевалило за полдень. Я действительно увлеклась этим.

— О, определенно.

Как по команде, мой желудок урчит в знак протеста против того, что я довольствуюсь только большим количеством кофе и конфетами.

— Отлично. Извини, я немного позже, чем собирался. Я снова разговаривал по телефону с адвокатами.

— Нет проблем. Честно говоря, я не заметила. Я собирала все воедино, чтобы понять, с чего начать поиски.

Говоря это, я встаю, хватаю свою сумку и засовываю в нее свой «MacBook», прежде чем повесить ее на плечо.

— Куда мы? — спросила я.

Зейн выходит из офиса первым, ведя меня через парковку к тому месту, где припаркована его машина.

Я останавливаюсь, любуясь винтажным Роллс-Ройсом, и медленно насвистываю.

— Черт, это отличная машина.

Я провожу рукой по спинке, когда подхожу к пассажирскому сиденью.

— Да, — говорит Зейн с тихим смехом, забираясь на сторону водителя. — Когда мы получили первую премию в компании, я, возможно, раскошелился… очень много. Хотя, честно говоря, импортные пошлины, чтобы доставить ее сюда, стоят почти столько же, сколько машина.

— Могу себе представить.

Я еще немного удивляюсь, прежде чем осторожно открыть дверь и забраться внутрь.

— Боже, она прекрасна.

Я провожу руками по передней приборной панели, прежде чем посмотреть на него.

— Ты счастливый человек.

Он издает смешок и пожимает плечами.

— Она единственная женщина в моей жизни, так что, может быть, и нет.

Он подмигивает, и на этот раз определенно чувствуется, что он флиртует.

Я отворачиваюсь и хватаю свой ремень безопасности, перекидываю его через колени и застегиваю. Я делаю это самым медленным из возможных способов, чтобы дать себе шанс позволить тому, что было, рассеяться, прежде чем я снова посмотрю на него.

— Итак, я планирую выделить части кода, видеоигры и сюжета, похожие на «КК». Затем я воспользуюсь информацией, чтобы посмотреть, кто конкретно работал над этими произведениями. Я надеюсь, что мне удастся сузить круг поисков до горстки сотрудников, чьи имена фигурируют во всех одних и тех же частях, что совершенно очевидно, насколько это возможно. К счастью для вас, ребята, с такими вещами, как это, всегда есть след. Никто не может полностью замести свои следы.

— Это хорошо. Умница.

Зейн смотрит на меня и снова улыбается, но это только еще больше выводит меня из себя. Возможно, согласие пойти с ним на ланч было наивной ошибкой. Очевидно, Кейд не рассказал своему деловому партнеру о нашем прошлом, так что, возможно, мне тоже не стоит ничего упоминать, чтобы помешать любым достижениям.

— Итак, куда мы идем на ланч?

— Есть милое местечко под названием «Чайная комната» на берегу озера, куда я решил тебя свозить.

— Отлично.

Я улыбаюсь, наклоняясь, чтобы достать телефон из сумки. Снова открываю строку сообщений Кейда, я разочарована, что он все еще оставил его непрочитанным. Я игнорирую комок в моем животе, когда набираю другое сообщение.

Я: Направляюсь в «Чайную комнату» на берегу озера с Зейном, чтобы поговорить об игре. Было бы здорово, если бы ты присоединился к нам. Я хотела увидеть тебя сегодня.

Что касается моей совести, на этот раз я прикрепляю к нему сердечко. Фиолетовое, так что оно не кажется совсем уж милым, но чувство, я надеюсь, отображает.

Этот обед строго по работе, никакой романтики, потому что я не хочу Зейна. Когда все это закончится, единственный, кого я хочу, будет даже не человек — это мой король орков. Мой Повелитель Кейд.

Глава 10

Кейд

Я чувствую себя полным идиотом.

Ривер написала, и вместо того, чтобы ответить ей как мужчина, я игнорирую ее сообщения. В ту минуту, когда я вступлю с ней в контакт, я захочу большего, чем она может предложить.

Я уважаю и понимаю ее решение держаться друг от друга подальше, пока она работает на компанию. Но от этого не становится легче, когда все, что я делал, — это мечтал о ней всю неделю. Однако, чем дольше я нахожусь вдали от офиса, тем подозрительнее это выглядит. И я не хочу заканчивать все это с тем, что Ривер разозлиться на меня за то, что я игнорировал ее все это время.

Кроме того, есть тот факт, что Зейн достал меня из-за того, что я не был в офисе на этой неделе из-за кризиса. Он продолжает говорить мне, что это плохо сказывается на моральном состоянии сотрудников, и это все выглядит подозрительно после того, как мы подняли большой шум в понедельник. При любых других обстоятельствах для меня было бы обычным, если не необычным, появиться в офисе дважды в неделю.

Я думаю, он прав. Я не хочу находиться возле Ривер, и не иметь возможности прикоснуться к ней, попробовать эти сладкие губы или прижать ее тело к своему и делать все то, что я представляю, когда нахожусь рядом с ней. Особенно теперь, когда я знаю, как она выглядит под одеждой.

Без особого энтузиазма я решаю, что сегодня тот самый день, и надеваю свой обычный рабочий костюм, прежде чем сесть на свой скутер и отправиться в офис. Когда я прихожу туда, там тише, чем обычно. Хотя для пятницы это, вероятно, не типично. Все больше людей работают удаленно по пятницам, и пока рабочая нагрузка не становится несбалансированной, мы не возражаем, когда они это делают.

Я нервно оглядываю комнату в поисках ее. Мое тело наэлектризовано осознанием того, что она так близко. Я прохожу через главную комнату, направляясь в коридор, где находятся наши кабинеты, и как только я оказываюсь в нескольких футах от кабинета Зейна, смех Ривер доносится из открытой двери.

Я останавливаюсь, чтобы заглянуть внутрь, не позволяя им увидеть меня. Наблюдая, как Зейн рассказывает Ривер шутку, я внимательно изучаю язык ее тела, когда она смотрит на него, заправляет волосы за ухо и снова смеется, качая головой. Затем она берет свой ноутбук и поворачивает его, чтобы показать ему что-то, и он наклоняется ближе.

Хотя их разделяет письменный стол, на мой вкус, между их телами недостаточно места. Я сразу же жалею, что не предупредил Зейна, что Ривер — моя девушка.

Когда он снова смеется, во мне нарастает необузданный гнев. А затем я на мгновение задумываюсь. Это не гнев — это ревность. Зейн ничего не может поделать с тем, кто он есть, и вряд ли Ривер понимает, что мужчина перед ней — сирена.

Это в его натуре флиртовать и быть очаровательным — заставлять людей соглашаться практически со всем, чего он от них хочет. Когда мы только начинали работать вместе, он пообещал держать свою силу под контролем в отношении других сотрудников и меня. Но я не могу сказать, что мы не используем его способности в наших интересах при привлечении инвесторов.

Тем не менее, я не могу не задаться вопросом, использует ли он их на Ривер, потому что она кажется ему не столько сотрудником, сколько возможностью. Это заставляет меня чувствовать ревность к тому, что если бы не мое обещание Ривер, это мог бы быть я.

И, честно говоря, я немного завидую, потому что она не сказала Зейну то же самое, что сказала мне. Похоже, она приберегла это мнение для того, что расцветало между нами.

— Кейд, — перебивает ход моих мыслей голос Зейна.

Я моргаю, чтобы прояснить зрение, и увидеть, что они смотрят на меня. Я заставляю себя улыбнуться, когда захожу в дверь и отодвигаю второй стул рядом с Ривер, небрежно усаживаясь на него.

— Привет. Поскольку ты так настаивал, чтобы я пришел, я решил, что лучшего времени, чем сейчас, не найти.

— Это заняло у тебя достаточно много времени, — дразнит Зейн, прежде чем его взгляд перемещается на Ривер. — К счастью для меня, твое отсутствие позволило нашему маленькому консультанту остаться здесь наедине со мной.

Черты лица Ривер меняются, и я ловлю себя на том, что внимательно изучаю ее. Это был румянец? Конечно, женщины краснели от подобных комментариев только в том случае, если они что-то чувствовали по отношению к комментатору. Я проглотил рычание, нарастающее в моей груди.

— Полагаю, тебе повезло, — говорю я, глядя прямо в глаза Ривер. — Как продвигается расследование?

Мне нужно как можно скорее превратить этот непринужденный разговор в профессиональный. Чем дольше я буду размышлять об очевидной и удивительной привязанности Зейна к Ривер, тем хуже я буду себя чувствовать.

— Хорошо. Мне не нужно было говорить с тобой о твоей стороне истории, так как Зейн объяснил, что идея была более или менее его. Он сказал, что этот вопрос был поднят в ходе мозгового штурма с парой других сотрудников. Итак, эта информация помогла мне сузить круг подозреваемых до двух. Но, очевидно, я не хочу называть никаких имен до того, как буду знать наверняка. Я надеюсь, что у меня будет ответ для вас к понедельнику.

Зейн протягивает руку.

— Подожди секунду. Ты все еще с ней не разговаривал?

Он удивленно смотрит на меня.

— Кейд самый дружелюбный парень, которого я знаю. Несмотря на внешность, он разговаривает с любым, кто захочет ему возразить.

Я пожимаю плечами.

— Я думаю, что мои мысли были больше заняты инвестиционными вопросами и юристами, чем расследованием. Я полагал, что Ривер не будет нуждаться во мне до самого конца расследования.

Зейн переводит взгляд с одного на другого, очевидно, не улавливая в чем суть.

— Тем не менее, я дал ей твой номер, и я думаю, что она пыталась позвонить или написать тебе. Ты не ответил? — удивленно спрашивает он.

Ривер поворачивается всем телом, приподнимая бровь, как бы говоря: «Да, черт возьми, что с этим не так?»

Я уклончиво пожимаю плечами.

— Просто мне не показалось, что это что-то срочное. И я подумал, что ты передашь ей всю информацию, которая у меня была, потому что это было твоим детищем, — указываю я, поворачиваясь к нему спиной.

Зейн подозрительно смотрит то на одного, то на другого. Он знает, что что-то происходит, но я не буду разговаривать об этом в присутствии Ривер, потому что не знаю, что сказать.

Вместо этого я хлопаю руками по бедрам и поднимаюсь со стула.

— В любом случае, я хотел сообщить тебе, что я здесь. И если ты захочешь поковыряться в моих мозгах или что-то еще, я буду в своем кабинете. Возможно, в кондитерской…

— Закусочная, — поправляет Зейн. — У нас есть не только конфеты.

Я смеюсь, немного расслабляясь.

— Нет, мы этого не делаем, потому что, когда я предложил вам закусочную «просто сладости», вы сказали мне, что люди хотят питаться здоровой пищей.

Я встречаюсь с ним пристальным взглядом.

— Итак, теперь у нас есть яблоки.

Я поворачиваюсь, чтобы с усмешкой посмотреть на Ривер.

— Сладкие яблоки.

Зейн от души смеется и качает головой.

— Я не думаю, что ты смог бы заставить этого парня питаться здоровой пищей, даже если бы попытался.

Ривер пожимает плечами и одаривает меня трогательной улыбкой, в которую я уже влюбился.

— Я такая же. Дайте мне вазочку мармеладных червячков вместо вазочки винограда в любой день.

Я прикусываю внутреннюю сторону своей щеки и заставляю себя улыбнуться, прежде чем повернуться и, извинившись, покинуть его кабинет. Мой находится всего в нескольких шагах, но кажется, что между мной и Ривер целые мили, которая все еще наедине с Зейном, моим деловым партнером-сиреной.

Я всего несколько минут работаю на своем компьютере, когда кто-то стучит в мою дверь. Меня не удивляет, что Ривер стоит там, приподняв брови в безмолвном беспокойстве, когда я поднимаю взгляд.

Она оглядывается через плечо, прежде чем войти в кабинет и закрыть за собой дверь.

— Итак, — говорит она в качестве вступления. — Ты игнорировал меня?

— Может быть, — признаю я, отталкиваясь от своего стола, чтобы встать и обойти его, чтобы встретиться с ней лицом к лицу. — После того, как ты сказала мне, что мы ничего не можем сделать, я не хотел искушать себя. И ты здесь, в офисе, заставляла бы меня наблюдать за тобой каждый божий день и знать, что я не мог бы дотронуться до тебя или бессмысленно поцеловать так, как я хочу… что ж, было безопаснее держаться подальше.

— А текстовые сообщения? — спрашивает она.

— Честно? Если ты хочешь, чтобы я играл по твоим правилам, мне нужно держаться от тебя подальше.

Я поднимаю плечи, а затем опускаю их.

— Это было единственное, что я мог сделать, потому что в течение последних нескольких месяцев я жил с мыслью, что знаю, что ты где-то там, но я понятия не имел, где. Так что я не мог зациклиться на тебе. Все, что я мог сделать, это с нетерпением ждать каждой субботы, чтобы я снова мог увидеть тебя, даже если это будет мимолетно. А потом мы столкнулись друг с другом в прошлое воскресенье, и наши миры столкнулись в результате события, столь же катастрофического для меня, каким был Большой взрыв для этой галактики. Внезапно быть вдали от тебя и точно знать, где ты находишься, стало тяжелее, чем раньше. Так что, прости за то, что был мудаком и игнорировал тебя всю неделю. Но, честно говоря, это было единственное, что я мог сделать, чтобы не сойти с ума, потому что, что бы это ни было, — жестом указал я между нами, — это поглощает меня, и это единственное, о чем я могу думать.

Во время моей речи ее взгляд становится нежным и понимающим. И когда я заканчиваю, между нами повисает момент, когда ни один из нас не осмеливается заговорить. Когда, наконец, кажется, что прошло достаточно времени, Ривер облизывает губы и подходит ближе, неуверенно кладя одну руку мне на грудь, как будто боится, что даже этого контакта будет достаточно, чтобы сломить нашу решимость.

— Ты мог бы написать мне ответное сообщение и сказать, чтобы я уважала пространство, о котором я просила.

Она делает ударение на «я», поскольку берет на себя ответственность за всю эту чертовщину.

Я киваю.

— В следующий раз я так и сделаю. Обещаю.

Она убирает руку, и я сразу же чувствую ее потерю, страстно желая заключить ее в свои объятия. Это похоже на момент, когда я должен ее поцеловать. Во всяком случае, именно это произошло бы в романе. Но мы здесь, все еще притворяемся, что не чувствуем того, что мы есть на самом деле.

Затем, я делаю шаг назад, чтобы устоять перед искушением.

— Итак, Зейн?

Как только слова слетают с моих губ, я ненавижу себя за них.

На ее лице отражается шок.

— Между нами ничего не происходит, и мне не нравится, на что ты намекаешь.

Повернувшись, Ривер хватается за дверную ручку и резко открывает ее. Она поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Почему я должна отказывать себе в шалостях, — она смерила меня взглядом, который, полагаю, я должен понять, — но пойти за ним, когда я была окружена такими всю свою жизнь?

Она бросает на меня такой взгляд, который, на этот раз, говорит, что Ривер считает меня сумасшедшим. Затем она выходит из кабинета и закрывает за собой дверь.

Я полагаю, что это мне ответ, и разумный человек принял бы его. Но я орк, и в нашем виде нет ничего рационального.

Глава 11

Ривер

Знание того, что «Сверхъестественные видеоигры» — это компания Кейда, мотивирует меня найти утечку быстрее, чем я могла бы это сделать. Всю неделю я просматривала каждый дюйм информации про каждого сотрудника в поисках связей с «KK».

И вот я нахожу ответ, который искала все это время. Некто по имени Майк Грант. В его профиле «LinkedIn» говорится, что он работал в компании, которой принадлежит «KK», примерно за два года до выхода «KK». Однако на создание большинства видеоигр уходят годы, так что нечего и говорить о том, что Майк не работал над «KK» во время своего пребывания в компании.

Итак, в пятницу днем, когда в Англии уже за полночь, я отправляю сообщение владельцу компании с вопросом о Майке. В моем электронном письме говорится, что я хочу нанять его на работу, что лишь слегка вводит в заблуждение. Технически, он уже работал на компанию, с которой у меня контракт. Но все, что мне нужно, это подтверждение того, что Майк работал над игрой, и у меня есть источник Кейда.

Мой телефон звонит в субботу утром, когда я готовлюсь к нашей игре. Возможно, мои правила и заключались в том, что мы с Кейдом не можем продолжать отношения, находясь в офисе, но в эти выходные мы не Кейд и Ривер. Мы король Кейд и Алаэса Мистическая. Так что, насколько я понимаю, для нас нормально такое общение. На самом деле, мы можем это сделать, благодаря сюжетной линии, над которой мы работали в течение нескольких месяцев.

Я надеваю на себя самый сексуальный корсет, который у меня есть, и подгоняю «девочек». Я любуюсь своим видом в зеркале в полный рост. Кейду лучше оценить страдания, которые мне предстоит вынести, надевая эту штуку на десять часов подряд.

Довольная своим нарядом, я тщательно заплетаю волосы в сложную корону из косичек и завитков, прежде чем подправить макияж. Закончив, я хватаю свой телефон и нахожу ответ от владельца компании.

Это оно.

Мое сердце учащенно бьется, когда волнение разливается по мне. Я заканчиваю собирать все, что мне нужно, и направляюсь к своей машине, с еще большим нетерпением ожидая встречи с Кейдом теперь, когда у меня есть хорошие новости, чтобы сообщить ему.

* * *

После того, как мастера игры, одним из которых является Кейд, закончат с планами мероприятий на день, у меня назначена встреча со своей гильдией. Когда это закончится, я наконец смогу отправиться на свою миссию по проникновению к оркам.

Когда я пробираюсь через лес к лагерю Кейда, мое сердце бьется в груди от волнения, и чем ближе к лагерю Кейда, тем сильнее оно становится. Это больше не имеет никакого отношения к моему вчерашнему открытию. Я хочу увидеть его снова и иметь возможность вести себя так, как мы вели себя до тех пор, пока реальная жизнь и ролевые игры не слились воедино, что немного усложнило нам жизнь.

Наверное, именно поэтому я так люблю ролевые игры. Ничто из нашей реальной жизни здесь не имеет значения. Единственное, что имеет значение, — это игра и правила. Если ты сможешь следить за ними и за историей, ты сможешь делать все, что захочешь, в том числе целовать до смерти сексуального короля орков.

Когда Кейд вчера произносил свою речь о том, как тяжело было видеть друг друга, я чувствовала то же самое. Как бы меня ни раздражало, что он проигнорировал мои сообщения, я его понимаю. Видеть его, быть рядом с ним… все, что я хочу сделать, это поцеловать его и обвиться вокруг него.

И, наконец, мы можем. Хотя бы как наши персонажи. Надеюсь, больше, если мы сможем куда-нибудь улизнуть. И это не должно быть так, но мысль о том, чтобы взять этот огромный член посреди леса, вызывает у меня трепет.

Замедляя шаг, я останавливаюсь между двумя деревьями и выглядываю из-за одного, чтобы рассмотреть лагерь орков. Другие ролевики ходят вокруг, общаются и играют, позволяя мне сравнить их костюмы и грим с костюмом Кейда. Сейчас это для меня кажется безумием, что я когда-то верила, что он ненастоящий. Отсюда я так ясно вижу разницу. Это как день и ночь.

Что о нем думают остальные? Очевидно, что никого это не волнует, поскольку никто не подал жалобу по этому поводу мастерам игры.

Два орка пробираются через лагерь в мою сторону, словно собираются уйти в лес.

Теперь у меня есть шанс.

Я выскальзываю из своего укрытия и притворяюсь, что пытаюсь проникнуть в лагерь, хотя у меня это плохо получается. Я спотыкаюсь о линию палаток, приземляясь прямо перед ними. Они издают серию ворчаний, которые не похожи ни на один из звуков, издаваемых Кейдом, прежде чем направляются в мою сторону. Я нащупываю зелье, висящее у меня на поясе, ведя себя так, словно буду защищаться, когда тот, кто добегает до меня первым, хватает меня за руку.

— Отпусти меня!

— Шпионка! Мы должны отвести ее к королю.

От их слов меня охватывает трепет, и требуется сосредоточенное усилие, чтобы не широко улыбнуться моему успеху. Я притворяюсь, что сражаюсь с ними, когда они тащат меня к главной палатке в центре их лагеря.

В отличие от других, которые представляют собой простое полотно, эта украшена красной краской, напоминающей кровь, наряду с оркскими символами, обозначающими палатку вождя. Один из орков наклоняется, чтобы поднять набор фальшивых цепей. Он заставляет меня вытянуть руки, пока застегивает наручники на моих запястьях.

Он делает это агрессивно, в режиме глубокого персонажа, но затем просовывает палец между моим запястьем и манжетой, проверяя, не слишком ли туго она затянута. Мы встречаемся глазами, и я киваю, чтобы сказать ему, что все в порядке, прежде чем он хватает цепи и тащит меня за занавеску палатки.

— Король Кейд, мы обнаружили эту шпионку эльфийку на нашем периметре. Она споткнулась, когда входила в лагерь.

Они оба смотрят на меня как на идиотку из-за моей неуклюжести, но мой взгляд прикован к Кейду, когда он поворачивается ко мне лицом.

Я ожидаю, что он улыбнется или, по крайней мере, увижу огонек возбуждения в его глазах. Но выражение его лица ничего не выдает. Я стараюсь не чувствовать разочарования и говорю себе, что он играет в эту игру. В этом мире король Кейд не был бы рад видеть Алаэсу. Должно быть, так оно и есть.

— Что нам с ней делать, ваша ужасность?

Говорящий парень использует между словами странную серию хрюканья и фырканья, которые больше напоминают мне свинью, чем орка.

Мы с Кейдом смотрим на него, но парень не замечает, что мы встревожены его акцентом.

— Ваша ужасность? — повторяет он.

Кейд заметно закатывает глаза.

— Прояви наше орочье гостеприимство, а затем отправь ее восвояси. Напомни ей, что мы делаем со шпионами, если ее снова поймают.

Двое орков, которые привели меня сюда, выглядят разочарованными этим, но начинают тянуться к моему поясному ремню, решив ограбить меня.

— Эй, ты! Остановись!

Я хлопаю его по руке, прежде чем посмотреть на Кейда.

— Ты это несерьезно, не так ли?

Орки перестают двигаться, хмурясь и переводя взгляд с Кейда на меня.

— Э-э, это часть игры? — говорит новичок, когда я меряю Кейда суровым взглядом.

— Нет.

— Да.

Мы с Кейдом говорим одновременно, отвечая совершенно по-разному. «Что за черт? Что он делает?»

— Э-э-э…

— Кейд, ты сказал мне, что в следующий раз, когда меня поймают, ты бу…

— Я помню, что я сказал.

Я резко вдыхаю и пристально смотрю на него. Если бы я не знала его лучше, я бы подумала, что он злится на меня. Но что я такого сделала, что он разозлился на меня? Когда я вчера уходила из офиса, все казалось прекрасным.

— Уберите ее. Сейчас же.

Орк рядом со мной тянется к моему локтю, но я отстраняюсь от него. Я делаю шаг к Кейду, что явно не в моем характере.

— Нет. Ты не следуешь сюжетной линии, которую мы придумали.

Человек, который дышит ртом, прочищает горло.

— Ребята, вы не хотите сделать паузу, пока разберетесь с этим? Мы… э-э, пойдем. И ты можешь решить, что ты хочешь делать.

Он говорит намного лучше без всех этих ворчаний и фырканья, к тому же разумно. Он кивает остальным и выводит всех из палатки, в то время как я кладу руки на бедра.

— Просто дайте знать, когда будете готовы продолжить.

С этими словами он выходит из палатки, оставляя нас с Кейдом пялиться друг на друга.

— В чем твоя проблема?

Опять же, мы говорим одновременно, даже когда мы явно находимся на разных страницах; мы все равно находимся на одной и той же.

— У меня нет проблем, — фыркает он, подходя к трону, сделанному из костей — ну, возможно, из пенопласта, но кто-то тщательно вырезал из пенопласта кучу человеческих черепов и укрепил их в виде трона для установки.

— Очевидно.

Я стараюсь не делать этого, но мои глаза закатываются, когда я следую за ним к трону.

— Ты сказал, что в следующий раз, когда меня поймают, ты сделаешь меня своей рабыней. Ну, вот я здесь.

— Ты нарочно сделала, чтобы тебя поймали.

Он снова фыркает, увеличивая мое раздражение.

— Конечно, я это сделала! Я хотела тебя увидеть. Я хотела провести время с тобой в эти выходные. Быть пойманной, был единственный способ сделать это. Иначе орки и эльфы не общаются.

— Это портит игру, Ривер.

Если он пытается причинить мне боль, это работает. Мне требуется вся моя сила, чтобы сдержать внезапный приступ слез.

— Неужели, никогда бы не подумала, что ты такой засранец.

Он поднимает взгляд на мои слова, и я отворачиваюсь. Я пытаюсь обхватить себя руками за талию, но из-за наручников я не могу так согнуть руки.

Спустя долгое мгновение Кейд вздыхает, и его одежда шуршит, когда он встает и подходит ко мне, сокращая расстояние двумя огромными шагами.

Глава 12

Кейд

— Ты флиртовала с ним, — говорю я, более осуждающим тоном, чем я хотел, но я ничего не могу с собой поделать после того, как чувствую, что она меня предала.

Она сказала, что между ней и Зейном ничего не происходит, особенно учитывая, что она не могла проводить время со мной.

— О чем ты говоришь?

Ривер сердито вскидывает руки, цепи, свисающие с ее запястий, гремят.

— Я не флиртовала с Зейном. Ни разу. Никогда. Все это время я находилась в мысленной петле беспокойства о том, какие у нас отношения и что я должна делать. Подай на меня в суд за то, что я была слегка сбита с толку тем, что ты не рассказал о нас своему деловому партнеру. Я подумала, что ты, по крайней мере, расскажешь ему, что произошло, чтобы мы оба были на одной волне на случай, если что-нибудь всплывет относительно нас.

— Да, ну…

Не часто случалось, чтобы я терял дар речи, но вот я стоял, тупо уставившись на нее, в то время как каждое слово на английском языке вылетело у меня из головы. Так что вместо этого включился мой мозг гика, и орочий легко слетел с моего языка.

— Я не знал, как объяснить ему про нас, потому что казалось безумием говорить ему, что я влюблен в тебя.

Весь гнев на лице Ривер исчезает в мгновение ока, когда она смотрит на меня.

— Послушай, я не так сильна в оркском, но я почти уверена, что только что перевела это как «заявить права», что, насколько я понимаю, в точности тоже самое, что и любить.

Я выдерживаю ее взгляд, медленно моргая, а затем пожимаю плечами.

— Да, ну, я знаю. Это безумие, но я долгое время восхищался тобой издалека. Несмотря на то, что мы провели вместе всего одну ночь, это подтвердило все, что я чувствовал. Это самая безумная вещь, которую я когда-либо испытывал. Я имею в виду, мы ведь даже не встречаемся, не так ли?

Она развела руками, как бы говоря:«Я не знаю».

— Это безумие, верно?

Мне вдруг стало неловко.

— Я так не думаю, — она замолкает. — Технически, мы разговаривали месяцами, но как король Кейд и Алаэса. На самом деле мы никогда не разговаривали как Кейд и Ривер. Мы знаем, что это, — она указала между нами, — работает. Но откуда нам знать, что это будет работать в реальном мире?

Я пожимаю плечами.

— Честно? Этот персонаж не так уж сильно отличается от того, кем я являюсь на самом деле, помимо того, что в целом являюсь королем племени орков. Но я являюсь владельцем компании по производству видеоигр, в которой, по сути, играю роль короля. В остальном моя личность здесь такая же, как и в реальности.

Легкая улыбка приподнимает уголок ее рта.

— Я не могу сказать, что я не привнесла в Алаэсу определенные аспекты своей личности. Трудно этого не сделать. А кто не хочет разыграть фантазии о том, чтобы быть самим собой в вымышленном мире?

Я киваю в знак понимания. Другие люди, с которыми я играю, чувствуют то же самое.

— Итак, я предполагаю, что это означает, что в течение последних нескольких месяцев мы разговаривали и узнали друг друга лучше. Мы просто делали это в рамках игры. Но я не знаю, смогу ли я смириться с тем, что ты фанат «Звездного пути», — грустно говорит она.

Я качаю головой, сдерживая смех.

— Ты думаешь, у тебя проблемы? У меня кризис идентичности, потому что моя потенциальная будущая девушка увлекается «Звездными войнами».

Мы оба смеемся с минуту, прежде чем настроение Ривер снова портится.

— Но это не объясняет, почему ты думаешь, что я флиртовала с Зейном.

— Хорошо, — говорю я, отворачиваясь от нее, чтобы подойти к сумкам, стоящим в задней части палатки.

Все это кожаные ранцы в соответствии с нашей тематикой ролевых игр, но все носят с собой мобильные телефоны на случай чрезвычайных ситуаций. Я достаю свой и открываю цепочку сообщений от Зейна, показывая скриншоты сообщений, которые она отправила ему.

— Ты отправила ему фотографии своих персонажей — сексуальных, могу добавить. То, чего я еще даже не успел увидеть.

Она смотрит на меня с минуту, прежде чем рассмеяться.

— Это ты считаешь флиртом?

Я поднимаю и опускаю плечи.

Она смеется громче.

— Гребаные гики, — бормочет она, открывая сумку у себя на поясе.

Она достает свой телефон и, по-видимому, открывает сообщения между ней и Зейном.

Ривер протягивает его мне.

— Прочти всю переписку.

Я смотрю на телефон, читая переписку с того места, где она изначально началась, с ее вопроса, как он встретил меня. Зейн объясняет, как они встретились на съезде фанатов, потому что мы оба играли малоизвестных персонажей из «Знания о Вархаммер». Итак, она просит показать фотографию его персонажа, прежде чем предоставить ему свою собственную фотографию. После этого они в течение часа обмениваются фотографиями всех различных костюмов, которые они оба носили. В этом не было ничего сексуального — просто два гика зациклились на своей общей любви к фэнтези.

Я громко фыркаю своим носом.

— Ну, в его устах это звучало не так, — говорю я, защищаясь.

— Да?

Она выгибает брови.

— И как он говорил об этом?

Сейчас мой момент оправдать свое поведение, но я тут же замолкаю, переигрывая разговор. Он прислал мне фотографии со словами: «Черт возьми, ты видишь, насколько сексуальна эта девушка Ривер?» И поделился фотографиями со мной. Наверное, я воспринял его приход к другу, чтобы поговорить о сексуальной девушке, с которой он познакомился, вырванным из контекста, вместо того чтобы сказать ему: «Эй, кстати, это девушка, с которой я переспал на прошлых выходных».

Я издаю низкое рычание.

— Ладно, так что, может быть, это из-за меня.

Она смеется.

— Ты думаешь?

— Что я могу сказать? Орки глупы и привязаны к территории.

Я подхожу к ней, хватаясь за цепи, свисающие с ее запястий.

— С тобой чертовски сложно вести серьезный разговор, когда ты стоишь здесь с видом принцессы Леи, ожидающей ДжаббуХатта.

— Может быть, это то, к чему я стремилась, — усмехается она.

Я хмуро смотрю на нее.

— Это сделало бы меня Джаббой в данной ситуации.

Ривер снова смеется, и это что-то делает со мной, заставляя мой желудок сделать сальто. Ужасный разряд электричества проходит через меня, прямо к моему члену.

— Очевидно, ты сексуальнее ДжаббыХатта, — многозначительно говорит она. — Но ты монстр в этой ситуации.

— Милый способ составить расовый портрет своего парня.

Ривер смеется громче.

— Ты мой парень?

— Я хочу им быть. Тебя это устраивает?

Она наклоняет голову.

— Это так ты собирался спросить меня?

Я смеюсь и поднимаю руки.

— Я не знаю, что еще тебе сказать, Ривер. Я уже признался, что влюблен в тебя, а мы еще даже не встречаемся. Черт возьми, на оркском я практически сделал предложение.

— Хорошо, но сделай это серьезно, Кейд. Я хочу услышать, что за этим стоит.

— Ты хочешь услышать о моих намерениях?

Она кивает.

— Ладно. Я намерен сделать тебя своей девушкой и сказать всем в офисе, что ты моя. Я намерен приводить тебя в свою квартиру каждую ночь, или мы можем пойти к тебе домой, в зависимости от ситуации, — быстро добавляю я. — Я намерен снова прикоснуться ртом к твоей восхитительной киске и увидеть, как твои губы напрягаются, чтобы обхватить мой член, прежде чем я подниму тебя и усажу на него, пока мы оба не станем потными и задыхающимися, бессмысленно трахая друг друга. Я намерен просыпаться рядом с тобой каждое утро и целовать тебя перед сном каждую ночь. Таково мое намерение, Ривер. Тебя это устраивает?

Она долго смотрит на меня, заставляя меня думать, что, возможно, я сказал что-то не то. Наконец, она спешит ко мне, и я едва успеваю поймать ее, как она прыгает в мои объятия, накидывая цепь мне на шею.

— Да, меня это более чем устраивает.

Она наклоняется, чтобы поцеловать меня.

Я отклоняюсь назад.

— Ого, держи себя в руках. Каковы твои намерения? Я всего лишь бедный орк, живущий в человеческом мире. Откуда я могу знать, что ты не используешь меня в своих интересах, потому что я маленький грязный ублюдок-монстр?

— Ну, теперь это так, благодаря тебе.

Она широко улыбается.

— Черт возьми, да, это ты.

Я самодовольно ухмыляюсь. Мой член сильно пульсирует под ее ягодицами. Он ждал этого момента всю неделю с тех пор, как ее рот коснулся его. Держать свои чувства при себе все это время было адом. Однако я не могу упустить возможность подразнить ее.

— Но я не могу позволить тебе воспользоваться моим бедным зеленым сердцем.

Ривер фыркает, качая головой.

— Мои намерения — это твои намерения, Кейд.

— Нет, этого недостаточно.

Я снимаю ее с себя, просовывая голову под ее цепи, отступаю назад и оглядываюсь. Мой взгляд останавливается на троне, и внезапно мне в голову приходит очень порочная идея.

— Если ты не можешь рассказать мне о своих намерениях, мне придется вытянуть их из тебя, рабыня.

Ривер удивленно ахает, когда я перекидываю ее через плечо. Я несу ее к трону и бросаю на него. Бесцеремонно я переворачиваю ее и беру за руки. Поднимая их над ее головой, я обвиваю ими массивный череп на спинке трона, оставляя ее беспомощно висеть задницей ко мне.

— Что ты делаешь, Кейд?

Я сильно шлепаю ее по заднице.

— Для тебя, эльфийка, я повелитель.

Она одобрительно мычит, выгибая спину и пододвигая ко мне свою задницу. Я шлепаю ее снова, прежде чем подойти к ней сзади и потереться о нее своим членом. Теперь она точно знает, каковы мои намерения.

Глава 13

Ривер

— Мы в твоей палатки посередине лагеря. Нас может услышать кто угодно.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него через плечо, в моих словах мольба, но желание, растекающееся по моему животу, говорит о чем-то совершенно другом. Мысль о том, чтобы трахаться, пока все вокруг нас развлекаются, не должна возбуждать меня и вполовину так сильно, как это происходит на самом деле. Может быть, они не обратят внимания на то, что происходит в палатке… пока я способна вести себя тихо.

В чем, честно говоря, я не совсем уверена, что смогу это сделать.

Но мы вот-вот это выясним. Кейд тянется к моему лицу и поворачивает мой подбородок к себе. Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, в то время как его другая рука скользит вверх по моему бедру, задирая юбку моего костюма.

— Маленькие эльфийские волшебницы не должны вот так разгуливать с выставленными сиськами и думать, что на них не нападут.

Рука на моем подбородке отводит мои волосы в сторону, прежде чем опуститься на грудь и сжать ее, прежде чем потянуть за корсет. Одна грудь освобождается, и его грубые пальцы перекатывают мой твердый сосок между кончиками, вызывая у меня стон.

Я прикусила губу, пытаясь остановить звук, эхом разносящийся вокруг нас.

Рука у меня за спиной все еще натягивает ткань на мою задницу, когда он рычит мне в ухо.

— И она не носит нижнее белье.

Его толстые пальцы скользят по моей щели, найдя мой клитор твердым и пульсирующим между моих половых губ. Он едва прикасается к нему, и я воркую от желания, снова прижимаясь к его руке, требуя большего.

Зная, что он скрывает под брюками, и не имея возможности видеть друг друга всю неделю, я сделала то, что сделала бы любая разумно настроенная в сексуальном плане женщина. Я купила несколько фаллоимитаторов, чтобы подогнать себя под его размер, зная, что ему понадобится вся возможная помощь, когда придет время.

Я так и не достигла самого большого размера, который купила, но я подобралась достаточно близко, чтобы это не было слишком ужасно.

— Моя сумка, — выдыхаю я, когда он медленно входит и выходит из меня своими пальцами.

Рука на моей груди на мгновение исчезает, когда Кейд тянется к сумке, открывает ее и достает маленький флакончик смазки, который я засунула туда этим утром.

Он ухмыляется мне в ухо.

— О? Было ли какое-то намерение принести это с собой в мой лагерь, маленькая волшебница?

Щелчок крышки, когда он открывает ее, вызывает дрожь, пробегающую по моей спине.

— Может быть, — шепчу я, когда позади меня взлетают предательские брызги.

Прохладный гель касается моих горячих частей тела, и я резко вдыхаю. Мои глаза закрываются, когда его палец проникает в меня. Его прикосновение на мгновение исчезает, и я быстро оборачиваюсь, чтобы посмотреть через плечо, чтобы понять, что происходит.

Кейд прекращает расстегивать брюки, чтобы улыбнуться мне.

— Не волнуйся, маленькая волшебница. Ты получишь свой чудовищный член.

— Хорошо, — шепчу я, мои щеки заливаются краской от желания.

— После того, как ты расскажешь мне о своих намерениях, — добавляет он с коварной ухмылкой.

Я подпрыгиваю от неожиданности, когда его член касается моего входа, прежде чем коснуться клитора и послать шок удовольствия по телу. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы сдержать стон, который желает вырваться.

— Я намерена…

Его член снова скользит по моему клитору.

Звезды, взрывающиеся в моем видении, обрывают мои слова на полуслове. Трудно удержаться от того, чтобы не отклониться и не насадиться на него. Чувствовать его так близко и жаждать его прикосновений достаточно, чтобы мой разум полностью перестал функционировать.

— Я намерена…

Он делает это снова, но на этот раз посмеивается, показывая, что намеренно пытается меня помучить.

— Кейд, — пытаюсь твердо сказать я, но вырывается жалобный скулеж.

Он снова смеется, раскачиваясь вперед. На этот раз он соскальзывает, головка прижимается ко мне сильнее, чем Кейд, вероятно, хотел, если судить по рычанию, которое он издает.

— Я не могу вечно держать свои руки в таком состоянии. Они станут бесчувственными и бесполезными.

— Верно.

Он быстро убирает мои руки с трона, прежде чем расстегнуть застежки.

— Обопрись на руки. Тебе не разрешается прикасаться к себе.

Я колеблюсь мгновение, страстно желая дотронуться до своего пульсирующего клитора. Это требует внимания, большего, чем он готов уделить этому прямо сейчас. Но мне также нравится эта ролевая игра, которую мы начали.

Итак, я делаю, как он просит, и хватаюсь за подлокотники трона, собираясь с силами.

— Мы играем с огнем, если будем действовать слишком медленно. Другие игроки могут вернуться в любую минуту, и я не хочу, чтобы кто-нибудь застал меня в таком виде, словно кошку в течке.

Кейд снова рычит.

— Этого не произойдет. Ни одна душа не увидит, что принадлежит мне.

Его рука опускается на мою задницу, заставляя меня снова подпрыгнуть и застонать.

— И когда они уходили, повесили табличку с надписью «Перерыв», чтобы люди знали, что здесь что-то происходит. Я должен поменять ее обратно, когда мы закончим.

— О.

Я киваю с облегчением.

— Хорошо.

Тем не менее, я слегка откидываюсь назад, чувствуя, как он глубже вжимается в меня.

Его руки крепко обхватывают мою талию.

— Непослушная маленькая волшебница. Отвечай на мой вопрос.

— Кейд… пожалуйста.

— Ривер, — с осуждением говорит он, и это пронзает меня, как ожог.

— Я не прочь умолять, и я всю неделю ждала этого члена.

— Ты?

Я снова раскачиваюсь, закусывая губу, надеясь на большее давление там, где я отчаянно в нем нуждаюсь.

— Да.

— Тогда ты можешь подождать еще немного.

Он снова отстраняется от меня, на этот раз заставляя меня зарычать.

Если он пытается меня помучить, то у него это хорошо получается. Я никогда в своей жизни так отчаянно не нуждалась в сексе. Все мое тело горит от желания, и, если он не раскроет меня так, как мне нужно, я взорвусь.

Поворачиваясь, чтобы посмотреть через плечо, я беспомощно смотрю на него.

— Пожалуйста. Мне нужен твой член. Отдай это мне.

Слезы отчаяния покалывают уголки моих глаз, когда эмоции переполняют меня.

Его взгляд смягчается, когда он понимает, насколько я смертельно серьезна.

— Ривер, детка…

— Пожалуйста!

Я задыхаюсь, закусывая губу.

Он больше не заставляет меня страдать. Его пальцы сжимаются вокруг моей мягкой талии, притягивая меня к себе, когда он расслабляется внутри меня. Растяжка великолепна, когда смесь боли, переходящей в удовольствие, омывает меня.

Я прижимаюсь лицом к пенопласту передо мной, когда стон, поднимающийся из моего горла, становится громче, чем должен быть. Кейд останавливается на полпути, отстраняясь, чтобы дать мне расслабиться, прежде чем снова войти. Он продолжает делать это, постепенно растягивая меня до его размера, и, хотя я еще не приняла его полностью, мой оргазм нарастает.

Мои пальцы до боли сжимают подлокотники трона, желая прикоснуться к себе, страстно желая броситься к краю, потому что блаженство, которое это обещает, делает меня целеустремленной.

Меняя позу, я использую одну руку, чтобы опереться на спинку трона, прежде чем скользнуть одной рукой к своей сердцевине. Пальцы отчаянно потирают клитор, доводя удовольствие до предела.

— Вот так, маленькая волшебница, получай свое удовольствие. Заставь себя кончить.

Я киваю, испытывая облегчение от его разрешения, пока гонюсь за оргазмом. Пока я нажимаю на клитор, Кейд продолжает давить и растягивать меня. Моя киска на ощупь полнее, чем когда-либо за всю мою жизнь. Раздается еще одно хлюпанье смазки, и давление ослабевает, когда он полностью входит. Между ощущением того, как он наполняет меня, и трением о мой клитор, мое тело взрывается, и я вскрикиваю.

Я прикусываю губу так сильно, как только могу, заставляя себя проглотить звуки, которые мне так хочется издать. Мое тело дрожит под ним, и, если бы не его руки, крепко держащие меня за талию, я бы упала на трон.

— Черт возьми, да! Вот и все, Ривер. Ты такая хорошая девочка, которая приняла весь мой член, — говорит он, поглаживая рукой мой позвоночник.

Когда оргазм утихает, я боюсь пошевелиться.

— Ты такая приятная на ощупь, Ривер, такая горячая и влажная, — шепчет он, отпуская мою талию, чтобы обхватить одной рукой мой живот и притянуть меня к своей груди.

Все, на чем я могу сосредоточиться, это не забывать дышать и то, как он ощущается внутри меня, когда моя киска требовательно пульсирует.

Когда я не отвечаю на его похвалу, Кейд наклоняется ко мне через плечо, чтобы видеть мое лицо, но под этим углом он только входит еще глубже.

— Ты в порядке?

— Да… — отвечаю я, задыхаясь, мои глаза закрываются. — Я так… чертовски… наполнена.

— Так и есть, маленькая волшебница. Наполнена мной, и ты вот-вот будешь наполнена моей спермой.

Еще один всхлип вырывается у меня, когда я отчаянно киваю.

— Да, пожалуйста. Наполни меня.

— Нет, пока ты снова не кончишь, Ривер. Ты знаешь, какие красивые ты только что издавала звуки?

Он целует меня в затылок.

— Теперь я хочу посмотреть, как прекрасно ты будешь выглядеть, когда снова кончишь.

Кейд отстраняется, прежде чем развернуть меня, с легкостью поднимая на свои мощные руки. Он опускает взгляд лишь на мгновение, чтобы вернуть головку своего члена на место, прежде чем вес моего тела опускает меня по самую рукоятку.

На этот раз, когда он входит в меня, это легко, так как моя обильная смазка помогает нам. Тем не менее, я хнычу от желания, и его нос касается моего, прежде чем его губы заявляют на меня права.

— Когда ты будешь готова, я хочу, чтобы ты пошевелилась. Мы будем двигаться в твоем темпе.

Я понимающе киваю, оставаясь неподвижной, пока жду, когда утихнет волна моего оргазма. Когда я, наконец, набираюсь смелости, то шевелюсь, я обвиваю руками его шею и подтягиваюсь, прежде чем позволить силе тяжести усадить меня обратно на его член.

Постепенно мой ритм нарастает, и с каждым толчком становится легче, как будто мое тело создано для того, чтобы принимать член такого размера. Теперь, когда нам обоим удобно, мы входим в наши роли, когда я подпрыгиваю на нем, а он помогает мне держаться. Его тело становится скользким от пота, в то время как мои мышцы горят от усилий, и звуки, которые он издает, только подстегивают меня двигаться сильнее и быстрее.

— Черт возьми, Ривер… если ты будешь продолжать в том же духе, я взорвусь.

— Я тоже близко, Кейд.

Мой лоб прижимается к его лбу, я смотрю в его глаза, пока мы гонимся друг за другом к блаженству. Мой желудок сжимается, когда я подгибаю пальцы ног, глубже вдавливая пятки в его спину.

— Не… останавливайся…

— Никогда. Ты моя… теперь…

Обещает он, снова ловя мой рот своим.

Оргазм мчится на меня, как бык, с головой погружая в наслаждение, когда я задыхаюсь напротив его рта. Я едва помню, что нужно вести себя тихо, когда он снова проникает в мою киску, а затем замирает. Его член, так интенсивно пульсирующий внутри меня, только усиливает удовольствие.

Мы долго прижимаемся друг к другу, прежде чем он, наконец, с гримасой отвращения отводит от меня голову.

— Черт, извини.

— Что? — испуганно спрашиваю я, когда он помогает мне слезть с него и подняться на ноги.

Я едва могу стоять, поэтому, спотыкаясь, возвращаюсь к трону позади себя.

— Я не хотел кончать в тебя. Я потерялся в этом моменте.

Пока он говорит, она вытекает из меня, пропитывая мои бедра, и я ерзаю на сиденье, на удивление возбужденная этим ощущением.

— Я говорила тебе, что хотела, чтобы ты наполнил меня, Кейд. Я принимаю противозачаточные. Все в порядке.

— О, правда?

— Да. Правда.

Я протягиваю руку между бедер и прикасаюсь к влажности, прежде чем поднести пальцы к губам. На вкус он такой же вкусный, каким я его помню, и я не могу сдержать гордую ухмылку на своих губах.

— Я хотела, чтобы ты наполнил меня, чтобы я могла провести остаток дня, чувствуя тебя на своих бедрах, зная, что мы здесь делали. Я намерена позволять тебе наполнять меня каждую ночь, когда мы будем вместе, так долго, как только сможем. Я намерена любить тебя каждый день, когда ты мне позволишь. Таковы мои намерения, Кейд.

Пока я говорю, он подходит ко мне и падает передо мной на колени.

— Слава богу, — восклицает он.

Даже, когда он стоит на коленях, мы все еще смотрим друг другу в глаза, поэтому я наклоняюсь и целую его.

Глава 14

Кейд

Мой член наполняется жизнью, когда я наблюдаю, как Ривер скользит пальцами по своим бедрам, пробует мою сперму и одобрительно мурлычет. Если бы нам не нужно было возвращаться к нашей игре, я бы снова насадил ее на свой член и заставил кончить в третий раз.

За исключением того, что у нас нет такой привилегии, потому что люди вокруг нас ждут продолжения. Она хочет провести остаток дня, чувствуя, как моя сперма стекает по ее ногам, а я не хочу, чтобы ни одна капля была потрачена впустую на эту поролоновую мебель.

Пробегая двумя пальцами вверх по ее шелковистому бедру, я собираю все, что могу, прежде чем погрузить пальцы обратно в ее лоно.

— Похоже, маленькая волшебница, что наши намерения весьма схожи. Итак, что это значит для нас?

Я засовываю свои пальцы внутрь нее и лениво поглаживаю ее клитор изнутри.

Ривер мурлычет, откидываясь на спинку трона, когда ее глаза закрываются, погружаясь в блаженство.

Я продолжаю доставлять ей удовольствие, крепко сжимая пальцы, когда наклоняюсь, чтобы поцеловать ее бедро.

— Ривер, детка.

Она тихо вздыхает, ее глаза распахиваются, когда она смотрит на меня.

— Предположительно, это означает, что мы теперь встречаемся?

— Хорошо.

Я улыбаюсь, касаясь ее кожи, игриво покусывая плоть, прежде чем неохотно вынимаю пальцы из ее складочек.

— Тогда, полагаю, я знаю, что королю Кейду придется делать со своей маленькой пленницей.

Я поднимаюсь на ноги и протягиваю руку.

Ривер внезапно задыхается.

— Я совсем забыла.

— Что?

Множество сценариев проносится в моей голове, и холодная хватка страха сжимается вокруг меня, посылая электрический разряд в мое сердце.

— Кажется, я обнаружила утечку.

Я выдыхаю с облегчением и улыбаюсь.

— Конечно, ты это сделала. Но не нужно было объявлять об этом таким образом. Я подумал, что что-то не так.

Ривер берет меня за руку и встает.

— О.

Она смеется.

— Нет. Все в порядке. Я наконец-то получила удовлетворение после долгой недели, когда чувствовала себя самой возбужденной женщиной в мире.

Я провожу пальцами по ее лбу, отводя в сторону выбившиеся детские волосики.

— Я надеюсь, что тогда ты усвоила свой урок. Не говори своему парню-орку, чтобы он держал свои руки подальше от тебя, потому что он это сделает, и это почти убьет нас обоих.

Она смеется, качая головой.

— Ты так драматизируешь.

— Это правда, и ты это знаешь.

Я наклоняюсь, чтобы коснуться ее губ своими.

Ее руки обхватывают мои щеки, удерживая нас вместе еще на мгновение, когда Ривер углубляет поцелуй, ее язык скользит по моим губам, когда она просит открыться. Пока наши языки танцуют в такт, мои руки крепко сжимают ее талию, прежде чем я неохотно отстраняюсь. Мой взгляд обещает то, что я намерен сделать с ней сегодня вечером, когда мы закончим.

— Итак, утечка?

Она кивает.

— Тем не менее, мы не должны задерживать всех остальных. Ты можешь подождать, и я попозже все тебе расскажу?

Она права. Не похоже, что сейчас я могу что-то с этим поделать. Я пока не намерен покидать игру.

— Конечно. Меня это вполне устраивает.

Я целую ее в лоб, прежде чем улыбнуться.

— Хочешь зайти ко мне вечером? Я намерен снова хорошенько оттрахать тебя, а потом мы сможем заняться надлежащим уходом, потому что, как бы жарко это ни было, мне неприятно оставлять тебя в таком состоянии.

— С перестроенными внутренностями? — дразнит она, прежде чем покачать головой. — Я в порядке. Немного болит, но ничего такого, с чем я не смогла бы справиться. К тому же, я подозреваю, что следующие несколько часов мне предстоит провести в клетке?

Она приподнимает бровь, чтобы соответствовать ухмылке на ее лице.

Я киваю и рычу.

— Если ты думаешь, что я выпущу тебя из виду, маленькая волшебница, ты ошибаешься.

Я хватаю ее за запястье и притягиваю к себе, запечатлевая еще один горячий поцелуй на ее губах, прежде чем наклониться мимо нее, чтобы схватить цепи.

Удовлетворяющий щелчок наручников, соединяющихся на ее запястьях, что-то делает со мной, когда мой член наполовину натягивает мои брюки.

— На колени, я вновь созываю свой совет.

* * *

Эльфам не понравилось, что мы взяли в плен их волшебницу, и в лагере вспыхнула потасовка. Возможно, я случайно отпустил Ривер в какой-то момент среди этого хаоса, потому что решил, что эта ролевая игра, когда в плену на коленях весь день, вероятно, не была тем, чем она хотела наслаждаться.

Быстро поцеловавшись украдкой, мы условились увидеться на парковке, прежде чем она умчалась обратно в свою гильдию.

Однако нам нужно будет разработать план, как сделать так, чтобы она попадала в мой лагерь на постоянной основе. Я не уверен, насколько она открыта для убийства Алаэсы и выбора нового персонажа, более… похожую на орка.

Я добавляю это к списку вещей, о которых я хочу с ней поговорить.

Выуживаю ключи из сумки, сзади меня освещает свет, и я поворачиваюсь, когда приближается машина.

— У меня в багажнике есть ремни с трещотками, если ты думаешь, что мы сможем надежно закрепить эту штуку сверху.

Ривер паркуется рядом со мной, прежде чем выйти, чтобы открыть багажник. К своему ужасу, я замечаю, что она сняла корсет, но ясно, что это единственный бюстгальтер, который она носила весь день, поскольку ее груди мягко покачиваются под льняной сорочкой спереди.

Я взволнованно фыркаю, подходя ближе к ней, прижимаюсь к ее спине и обхватываю ладонями ее груди.

— Я могу надежно хранить эти вещи — вот так.

Она смеется, откидывая голову назад, чтобы прислониться к моей груди.

— Как бы это ни было заманчиво, мы должны отправиться к тебе домой — или ко мне. Куда-нибудь, где нам не нужно беспокоиться о том, что нас увидят или помешают, и обо всех этих забавных вещах. Я просто хочу сосредоточиться на этом.

Она трется о мой член, доводя его до полного возбуждения.

Я стону ей в ухо. Мои пальцы сжимаются на ее талии, когда я разворачиваю ее, прижимая спиной к задней пассажирской двери. Я обхватываю ее шею и наклоняю ее лицо к своему, и мы поглощаем друг друга голодными, отчаянными поцелуями пары, словно мы не трахались несколько часов назад, как животные. Хотя, на мой взгляд, у нас есть целая неделя, чтобы наверстать упущенное, потому что все те сеансы, которые я провел самостоятельно, были далеко не такими приятными, как она.

— Кейд… — стонет она мне в рот.

Мой член снова пульсирует. Неправильно, что эта женщина может так свести меня с ума, но это все, чего я не знал, в чем я нуждаюсь. С ней я могу быть самим собой, настоящим орком. Я никогда не стыдился того, кто и что я такое — страстный, но первобытный и чудовищный. И для Ривер ни одна из этих вещей не является плохой.

— Прекрасно, — рычу я, отрываясь от ее тела и поднимаю руки. — Я больше не могу рисковать, прикасаясь к тебе, потому что у меня нет самоконтроля.

Она смеется, ее лицо освещено мягким лунным светом позади меня.

— То же самое.

Ривер поворачивается и идет к своей машине, на ходу вытаскивая ремни с трещотками.

— Хорошо, как ты думаешь, мы сможем прикрепить эту штуку, или я слишком оптимистична?

Я бросаю взгляд на свой скутер, прежде чем посмотреть на ее машину, и качаю головой.

— Я ни за что не влезу в эту крошечную штуку, детка. Я даже не знаю, как ты туда помещаешься?

— Ну, водительское сиденье отодвинуто назад настолько, насколько это возможно, но это работает. И, честно говоря, до сих пор хороший расход бензина был в некотором роде мотиватором для того, чтобы это сработало.

В ту минуту, когда она это говорит, до меня доходит, что она работает по контракту. Иногда эта работа удаленная, и ей приходится много ездить

Неприятное чувство пронзает меня изнутри, когда я на мгновение смотрю на нее, желая любой чрезмерной реакции в ответ.

— Теперь, когда ты закончила в «Сверхъестественных видеоиграх». Куда ты дальше отправишься?

Она наклоняет голову и корчит гримасу, как бы говоря, что не знает.

— С тех пор как я купила свой дом, я хочу провести здесь время, делая в нем ремонт и обустроиться. Моя следующая работа удаленная, поэтому я планирую выбрать еще несколько удаленных контрактов, пока не закончу с домом.

— А потом?

Мое сердце колотится, когда я мысленно приказываю ему успокоиться.

— А потом, может быть, я могла бы поработать на своего парня, как только у меня будет достаточно свободного времени после работы, которую я выполняла в его компании?

— Неужели? — удивленно спрашиваю я, когда она пожимает плечами.

— Да, мне нравятся твои видеоигры. Было бы здорово заняться игровым дизайном. Это не та сфера, в которой я работала программистом. Я привыкла делать программы для стартапов. Это то, чем я занималась после школы.

— Ты бы отказалась от этой классной консалтинговой штуковины, которую создала для себя? Для меня?

— Я не хочу этого делать, если это означает, что меня не будет с тобой.

— Да, но преимущество того, что я владелец компании, в том, что я могу работать удаленно, когда это необходимо. Может быть… я мог бы путешествовать с тобой, когда придет время?

Она улыбается и кивает.

— Тогда у нас впереди много вариантов. Но сейчас нам не нужно беспокоиться об этом. Мы можем побыть здесь некоторое время и сосредоточиться на себе.

— Мне нравится, как это звучит.

Я страстно желаю приблизиться и поцеловать ее снова, но сопротивляюсь, зная, каким соблазнительным может быть один поцелуй.

— Ты так и не рассказала мне об утечке.

— О, точно.

Она вздыхает, прежде чем отвернуться, чтобы закрыть свой багажник.

— Какой-то парень по имени Майк Грант.

Майк. Я помню его. Зейн привлек его, не проверив. Он признался мне, что использовал свои силы на нем, чтобы увидеть его способности, и я поверил этому.

Черт. Зейн будет раздосадован этим.

Глава 15

Ривер

Как ни странно, квартира Кейда уже кажется мне домом, когда я с глубоким вздохом падаю на кровать. Я измотана — по множеству разных причин, — но в основном потому, что меня трахнули до бесчувствия, а затем отправили восвояси, чтобы я следующие пять часов вела себя так, словно ничего особенного не произошло.

А это не так. Физически, то есть. Эмоционально и, вероятно, духовно у меня все отлично. Мысленно — ну, у меня есть несколько вопросов, но сейчас они немного поверхностны. Кроме того, с ответами можно разобраться по ходу дела, когда все образуется. Но никто никогда не обвинял меня в том, что я терпеливая женщина.

Тот факт, что со мной все было в порядке последнюю неделю, пока я ждала шанса добраться до Кейда, практически невероятен. Но, возможно, мой разум и мое сердце знали, что нам нужно это время, чтобы подготовиться, потому что, как только я посвящу себя ему, пути назад не будет.

Поворачиваюсь на бок, мой взгляд блуждает по его спальне. Я улыбаюсь, чувствуя себя здесь такой желанной и непринужденной. Он расстегивает массивный меховой пояс, который носит как часть своего костюма, и аккуратно вешает его, чтобы ничего не помялось. Затем он снимает обтягивающие трусы, которые носит, чтобы удержать свой огромный член на месте, а не выставлять на всеобщее обозрение, и поворачивается ко мне совершенно обнаженным.

Я упиваюсь его видом, когда жар наполняет мой живот, а желание разливается не только по моей киске. Это все мое. Он принадлежит мне. Ухмылка растягивает мое лицо, и Кейд вопросительно приподнимает бровь.

— Ты в порядке?

— Идеально.

Я блаженно откидываюсь на подушки.

Кейд смеется.

— Чувствуй себя как дома.

Его тяжелые шаги, приближающиеся ко мне, и мое тело пьянеет от предвкушения. «Что он будет делать дальше? Пожалуйста, прикоснись ко мне».

Он поднимает мою ногу.

— Позволь мне помочь.

Он расстегивает молнию на моих ботинках и тихо застегивает их.

— Что?

— Я не могу поверить, что ты носила эти ботинки на каблуках последние десять часов. Твои ноги, должно быть, убивают тебя.

— Оно того стоит, — тихо говорю я.

Я ахаю, когда он погружает большой палец в подушечку моей стопы и массирует узлы на ней.

— О, черт, да.

Кейд смеется.

— Как боль может стоить этого?

— Ты первый мужчина, с которым я встречалась, чтобы мне не нужно было превращаться в съежившуюся фиалку, просто чтобы быть рядом. Даже когда я пытаюсь встречаться с кем-то выше меня, в ту минуту, когда я надеваю красивые туфли на каблуках и встаю рядом с ним, мы, по крайней мере, смотрим друг другу в глаза, или я оказываюсь выше него. Это обратная сторона того, чтобы быть высокой женщиной.

Я с сожалением вздыхаю, вспоминая обо всех туфлях, которые у меня никогда не было возможности надеть из-за моего роста.

— И что? Какое это имеет значение?

Его большой палец скользит между моими пальцами, потирая чувствительные мышцы и вызывая у меня еще один стон одобрения.

— Большинство мужчин не хотят, чтобы их женщина была выше их. Они считают это лишением мужественности.

— Патриархальное дерьмо, — бормочет он, переключаясь на другую мою ногу.

Он осторожно снимает другой ботинок, прежде чем массировать мои нежные мышцы.

— Да, но это не меняет того, что это происходит.

— Если ты встречалась с кем-то, чья мужественность была под угрозой из-за твоей женственности, ты встречалась не с теми людьми.

— Я не думаю, что угрозой была моя женственность.

— Да, так и было, — твердо говорит он, останавливаясь достаточно надолго, чтобы посмотреть на меня горящими глазами. — Только потому, что ты не пятифутовый комочек женщины, не делает тебя менее женственной, чем те, кто ею является. Разве ты не должна просить разрешение, чтобы носить каблуки, если это то, что заставляет тебя чувствовать себя сексуальной. Нет — тебе не нужно разрешение, чтобы носить каблуки. Я не должен был так говорить, извини. Ты носишь каблуки, если это то, что заставляет тебя чувствовать себя сексуальной. Понятно?

Я смеюсь.

— Да, понятно. Но это больше не проблема. Посмотри на себя. Ты огромный. Я могу носить пятидюймовые каблуки и все равно касаться твоего подбородка.

Его массаж на мгновение замедляется, когда он смотрит на меня.

— Я не всегда был таким большим.

— Нет?

— Не-а. Когда-то я был человеком ростом всего пять футов восемь дюймов. Я не знаю, кто был больше удивлен моим размером, когда я изменился: я или мои родители. Ни один из них не является крупным, поэтому казалось безумием, что, став орком, я стал таким высоким. Я едва помещаюсь в половине комнат дома моего детства.

— Извини…

Я не могу сдержать вырывающийся смех.

— Твой рост — это то, что больше всего застало твоих родителей врасплох? Это не из-за зеленой кожи, клыков или нижнего прикуса?

— Моя мама была разочарована из-за неправильного прикуса. Они потратили много денег на брекеты, когда я был подростком.

Кейд смеется вместе со мной.

— Но нет. Они были там, когда это случилось. Они видели, как это происходило со всеми. Они знали, что это произошло не по нашему желанию.

— На что это было похоже?

— Изменение?

Я киваю, когда он заканчивает с моей ступней и скользит руками вверх по моим ногам, хватаясь за гольфы до бедер, которые я носила весь день, чтобы согреться.

— Ничего интересного. Если бы не моя внезапная смена ракурса, я, вероятно, не заметил бы, что что-то происходит, пока не посмотрел в зеркало. Высота выдала это, а также вздохи и крики.

Он морщится, когда хмурое выражение пересекает его черты.

Ему требуется время, чтобы закончить снимать гольфы, прежде чем скомкать их и выбросить. Затем он двигается дальше вверх по моему телу, задирая сорочку и ожидая, пока я подниму руки, прежде чем натянуть ее над головой.

— Это, наверное, было хуже всего, — наконец говорит он. — Паника, страх, этого было… много. Люди, которые не изменились, не были добры к тем, кто изменился. Подозреваю, не намеренно, но ты ничего не можешь поделать со своей первоначальной реакцией, и это была первоначальная реакция каждого на их новые формы. Для некоторых людей эта реакция — это все, о чем они думали с тех пор. Что касается остальных из нас, то мы более или менее справились с этим и двигаемся дальше. Я бы солгал, если бы не сказал, что были ночи, когда я просыпался в поту и тяжело дышал от кошмарных воспоминаний. Но, к счастью, меня окружают люди, которым наплевать на мою внешность, и я давно понял, что мое тело не решает, кто я. Тела, даже человеческие, меняют форму, поэтому привязывать свою личность к чему-то непостоянному вредно. То, кто я есть, зависит от моего сердца, а не от моей кожи.

У меня щиплет глаза, когда я смотрю на него, восхищаясь этим умным, проницательным, добрым, заботливым и уверенным в себе человеком. Я бы спросила, где он был всю мою жизнь, но я знала, по крайней мере, последние несколько месяцев, что был.

— Ты в порядке?

Кейд нависает рядом со мной, его встревоженные глаза смотрят в мои, пока я сдерживаю слезы, внезапно выступившие у меня перед глазами.

— Эй, детка!

Он вытирает мои щеки.

Я со смехом качаю головой.

— Я люблю тебя.

Выражение его лица сразу смягчается, когда красивая улыбка расплывается на его лице, и он обхватывает мою щеку.

— Я тоже тебя люблю.

— Я хотела сказать это, когда мы не ссоримся, и не потому, что мы должны это сказать. Я хотела сказать это сейчас, чтобы ты знал, что я говорю серьезно. Даже если это безумие, и мы только начали встречаться. Но я люблю, и то, что я провела последние несколько месяцев, узнавая тебя как короля Кейда, подготовило меня к этому чувству.

— Конечно, я чувствую то же самое. Это нормально чувствовать это, понимаешь?

Он снова выглядит обеспокоенным, и это, вероятно, из-за всех этих эмоциональных слез, текущих по моему лицу.

Я смеюсь, чтобы успокоить его.

— Да, я понимаю. Прямо сейчас я так наполнена любовью, что она вырывается наружу в виде слез.

— Хорошо, — неуверенно говорит он, заключая меня в объятия и крепко целует.

Это начинается мягко и нежно, как шепот о том, что мы хотим сообщить друг другу, прежде чем станет грубее и отчаяннее. Его клыки трутся о мои щеки, но они больше не беспокоят меня, потому что я привыкла к ним, и я нахожу утешение в том, как они касаются моей кожи.

Кейд обхватывает мою задницу, когда я перекатываюсь на него сверху и трусь о массивную выпуклость между нами. Мое возбуждение растет по мере того, как мой разум кружится от желания сесть на него.

Рука на моей заднице скользит между моих ягодиц, чтобы коснуться моего центра, и я мычу от желания. Он лениво проводит пальцем между моих губ, дразня мой клитор, прежде чем погрузиться в мой вход.

— Уже такая мокрая, маленькая волшебница.

— Это часть моей магии, — шепчу я с усмешкой.

Прижимаясь к нему бедрами, моя влажная киска скользит по его члену, и выступы вдоль него восхитительно касаются моего клитора.

— Черт, я могла бы кончить, просто делая это.

— Так заставь себя кончить.

Его влажный палец кружит по моей заднице.

Я задыхаюсь, и мои ногти впиваются в его кожу, заставляя его рычать. Я снова раскачиваюсь, на этот раз сильнее прижимаюсь к его пальцу, пока двигаю бедрами вдоль него, сильнее прижимаясь ко всем тем местам, которые так приятны на ощупь. Моя пустая киска беспричинно ноет, но я сомневаюсь, что получать удовольствие от его члена — это единственное, что я буду делать сегодня вечером. Это прелюдия, и с орком в качестве моего парня мне нужно будет поработать над своей выносливостью.

Его палец глубже погружается в мое тугое кольцо, и я чувствую, словно мое тело фейерверк, когда оно взрывается на миллион крошечных кусочков. Мои бедра неумолимы, когда я яростно трусь об него, растягивая свой оргазм так долго, как только могу, пока мои мышцы не становятся такими напряженными, что я едва могу двигаться.

Кейд берет верх, прижимаясь ко мне и глядя на меня с такой любовью и преданностью в глазах, что я чувствую себя богиней.

— Вот так, моя маленькая волшебница, получи свое удовольствие. Это все твое. Возьми все, что тебе нужно. Я твой.

— Мой, — задыхаясь, шепчу я, обхватывая руками его член, прежде чем сесть на него.

Это будет долгая ночь, но это никак не повлияет на то, чтобы провести с этим мужчиной вечность.

Глава 16

Кейд

После долгой ночи, когда мы наверстывали упущенное, Ривер настаивает, чтобы мы лично сообщили Зейну новость о утечке. Это крайне важная ситуация, и я не хочу задерживать ее еще дольше, чем это уже есть. Нанесенный нам ущерб впечатляет, что я едва могу думать об этом, и нам придется контролировать все это. И если честно, я немного волнуюсь о том, как мы будем выбираться из этой ямы.

Итак, я понимаю, почему Ривер хочет сделать это сегодня, вместо того чтобы весь день валяться в обнимку в постели. Но с его способностями сирены есть хороший шанс, что Зейн выйдет из себя. Будучи мастерами манипулировать эмоциями, сирены не очень хорошо справляются со своими собственными, и я не хочу, чтобы Зейн сделал что-нибудь глупое и причинил боль Ривер.

— Ладно, хорошо, мне нужно кое-что рассказать тебе о моем деловом партнере, — говорю я, как только снимаю шлем, сдерживая легкий смешок, когда Ривер снимает свой, и ее волосы торчат в разные стороны.

— О чем?

Она пытается уложить их, но из-за ветра и шлема, эта задача практически невыполнима.

— Зейн… не человек.

Она перестает возиться со своими волосами, и ее брови удивленно приподнимаются.

— В самом деле? Он выглядит таким…

— Нормальным?

Ривер пожимает плечами, и я улыбаюсь, благодарный за то, что она пыталась подобрать другое слово, чтобы не задеть мои чувства. Однако я качаю головой, чтобы сказать ей, что все в порядке. Я уже настолько привык к своему состоянию, что давно смирился с тем, что нормальный — это последнее, чем я или кто-либо из моих друзей могут быть.

— К счастью для него, его состояние вступает в силу только тогда, когда он находится в воде. Где он должен находиться по крайней мере восемь часов в день, иначе он заболеет.

— Он… водяной?

Она ищет в своем сознании монстра, которому нужна вода.

Я смеюсь.

— Вроде того, но не совсем. Он — сирена.

— Сирена. Как в Одиссее?

— Да, сирена. Мифический монстр, который своим голосом заманивает людей на верную смерть.

Я помогаю Ривер слезть со скутера, — прежде чем проследить за ее взглядом в сторону дома.

— За домом есть огромное озеро с туннелями, соединенными с его подвалом. Это вроде как круто, когда думаешь об этом.

— Как?

— Зейн знаком с архитектором. Он нанял этого парня, чтобы тот построил для него это место.

— Верно.

Она снова поворачивается ко мне.

— Сирена, — повторяет она, пытаясь свыкнуться с этим. — Что это значит?

— В воде у Зейна есть хвост, у него чешуя по спине и бокам. И хотя у него не самый лучший голос, когда он поет, его сила в основном в убеждении. Он может включить ее и заставить любого сделать для него практически все, что угодно. Я никогда не видел, чтобы кто-нибудь отказывал ему в просьбе.

— Серьезно?

У нее от страха расширяются глаза.

Я беру ее за подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— Да, но у нас есть договоренность. Он никогда не будет использовать свои способности против тех, кто работает в компании. Так что тебе никогда не причинят никакого вреда.

Ей требуется мгновение, чтобы переварить это, прежде чем она медленно кивает.

— Хорошо.

— Я обещаю, что ты в безопасности. И он неплохой парень. Он просто…

— Монстр. Как и ты.

— Вот именно. Хотя слово «монстр» действительно имеет негативный оттенок.

— Не для меня, это не так. Это все равно, что сказать, что я человек. Это нейтрально.

Ривер улыбается, но проблеск волнения остается в ее глазах.

Я беру ее за руку и сжимаю ее.

— Все будет хорошо. К тому же сегодня воскресенье. Он будет не один.

У нее снова приподнимается бровь.

— Воскресенье — для убийств, — вот и все, что я говорю, ведя ее к дому.

Я вхожу внутрь, зная, что Зейн оставляет входную дверь открытой, и иду так, словно я здесь живу. Ривер не задает вопросов, когда следует за мной и заходит в игровую комнату.

Вокруг массивного деревянного стола расположилась группа огромных мужчин-монстров, перед которыми стояла настольная игра. Ривер резко останавливается и пристально смотрит на всех присутствующих в комнате. Здесь Рис, другой мой лучший друг — циклоп; Мэдден — минотавр; Таддеус — горгулья архитектор; и Дженсен — огр, кроме Зейна, который, как сказала Ривер, выглядит нормально.

— Кейд… Ривер?

Зейн хмурится, переводя взгляд с одного на другого, но затем лучезарно улыбается, отодвигая свой стул и поднимаясь.

— Решил присоединиться к нам?

— Нет, мы здесь не для того, чтобы прикончить Санди.

Я поднимаю руку, чтобы поприветствовать остальных.

— О, хорошо.

Зейн переворачивает лист бумаги, лежащий перед ним, прежде чем кивнуть остальным.

— Давайте сделаем перерыв на пять минут. Я сейчас вернусь.

Он подходит к нам и хватает меня за бицепс.

— Хочешь пойти на кухню или еще куда-нибудь?

— Здесь будет нормально. Вероятно, это больше не секрет. Когда это стало настольной игрой, мистер Пурист?

— Ха.

Зейн потирает затылок, одаривая меня застенчивой улыбкой.

— Во всем виноват Дженсен. Несколько недель назад он принес РПГ, и меня зацепило.

— И ты не потрудился сказать мне? Твоему лучшему другу? Твоему деловому партнеру? — мой тон обиженный, но я подшучиваю над ним.

— Если ты когда-нибудь выйдешь на бойню в воскресенье…

— Ты же знаешь, что мне нужны воскресенья, чтобы перевоплотиться.

— Верно, король Кейд изнуряет себя…

Его взгляд устремляется к Ривер.

— Может быть, не только ролевыми играми?

Я наклоняю голову к Ривер.

— Она обнаружила вчера утечку и настояла на том, чтобы сообщить тебе лично.

— Вчера… но ты играл…

Он все понял или, по крайней мере, сложил воедино достаточно фрагментов.

— Ты та самая девушка из ролевых игр, которую он трахнул.

— Ривер — моя девушка, — рычу я.

Наверное, я мог бы сказать это повежливее, но слышать, как он так грубо описывает то, что у нас есть, — у меня закипает кровь.

Зейн отступает назад, поднимая руки. Рис бросает на нас взгляд и подходит ближе.

— Ты только что сказал, что у тебя есть девушка?

Он переводит взгляд на Ривер.

— Да, но я здесь не за этим. Выставлять ее напоказ, как трофей, немного странно. Ривер, это Рис. Мы вместе выросли в Кричащем Лесу.

Рис вынимает руку из кармана и протягивает ей. Она застыла, уставившись в его единственный глаз, пристально наблюдающий за ней. Легкая улыбка появляется на его лице.

— Извини.

Она моргает и быстро пожимает ему руку.

— Приятно с тобой познакомиться.

— И мне тоже. Не волнуйся. Я к этому привык. Не каждый день видишь кого-то только с одним глазом.

— Верно.

Она улыбается, прежде чем посмотреть на меня.

— Мы отклонились от темы.

— Ага, значит утечка.

— Утечка? — спрашивает Рис.

— Та игра, о которой я тебе рассказывал, — бросает Зейн через плечо.

— Майк Грант — твоя утечка информации.

Ривер замолкает, пока Зейн резко вдыхает, переваривая информацию. Я не хочу, чтобы он пошел по спирали, поэтому говорю, пытаясь удержать его сосредоточенным.

— Это не твоя вина. Ты никак не мог знать, что весь этот талант основан на копировании.

Зейн качает головой.

— Ни за что. Это не имеет смысла. Я наблюдал, как он создавал код на месте. Зачем кому-то копировать чужую работу, когда он легко может создать свою собственную? Это невероятно и лениво.

— Я не знаю почему, Зейн. Все, что я знаю, это то, что имя Майка было на каждом скопированном фрагменте кода, сюжетной линии и дизайне. Он единственный человек, которого я нашла, который определенно работал в той же компании, которая производила «КК».

— «КК»? — прерывает меня Рис. — Вы ребята, теперь увлекаетесь эротическими ролевыми играми?

— Нет, это аббревиатура. «Королевство Краул», которое всю неделю было как член в моей заднице, — раздраженно ворчит Зейн.

Ривер кивает и продолжает.

— Владелец подтвердил, что он там работал и то, что он работал над видеоигрой.

Зейн качает головой и отворачивается от нас. Я делаю глубокий вдох и смотрю на Ривер, безмолвно давая ей понять, чтобы она дала ему минуту переварить это. Рис стоит и молчит, как четвертый лишний, и делает мне озабоченную гримасу, когда наши взгляды встречаются.

— Как вы двое познакомились? — наконец спрашивает он, чтобы снять напряжение.

— Играли в ролевые игры, — отвечаю я.

Зейн поворачивается обратно к Ривер.

— Ты пытаешься подставить Майка, потому что злишься, так как я флиртовал с тобой всю неделю. Ты думала, что я знал об этом, — он указывает на нас, — и все равно флиртовала, чтобы отомстить мне и подставить Майка.

— Что?

Ривер удивленно отшатывается назад.

— Это безумная вещь, которую я когда-либо слышала. И огромный скачок в логике. Я знала, что ты не знаешь о нас. Это было довольно ясно. И если ты действительно флиртовал со мной, несмотря на то что все знал, то у Кейда больше причин злиться на тебя за это, чем у меня.

— Зейн, — предупреждающе говорю я.

Чтобы он ни думал, что делает, это обернется не в его пользу, и его громкий, измученный голос привлек всеобщее внимание. Мэдден, Таддеус и Дженсен все смотрят на нас.

— Тогда ты привлек ее, чтобы унизить меня! — указывает на меня Зейн.

Я уверена, что выгляжу такой же потрясенной, как и чувствую себя.

— Ты привлек ее, Зейн…

— Именно поэтому я и сказала тебе, что нам нужно подождать, пока работа не будет выполнена, — поворачивается ко мне Ривер, качая головой. — Все, о чем он может думать, — это о том, что мы вместе. Он не может видеть дальше этого, чтобы признать, что совершил ошибку. Это должно быть связано с нами.

Она закатывает глаза и вздыхает.

— Я ухожу. Это глупо.

Она проходит мимо меня и направляется к выходу из комнаты, а я поворачиваюсь обратно к Зейну.

— Иди поплавай и проветри голову, придурок. Я не обвиняю тебя в том, что ты сделал все это намеренно. Я говорю, что ты допустил ошибку, и теперь нам нужно вместе работать, чтобы исправить ее. Тебе не обязательно быть эмоционально незрелым говнюком и пытаться все свалить на нас.

Кто-то в комнате фыркает и повторяет: «Эмоционально незрелое дерьмо».

Я замечаю, что Дженсен ухмыляется.

— У него есть твой номер, Зейн. Ты все равно переворачиваешь доску, когда проигрываешь в «Монополию».

— Я не об этом, — говорю я, смеривая огра свирепым взглядом, прежде чем снова повернуться к Зейну. — Вернись в нужное русло и позвони мне, когда будешь готов исправить свою оплошность. Я должен пойти и убедиться, что моя девушка не бросит меня из-за того, что у меня есть друзья-дебилы.

Глава 17

Ривер

Проведя неделю с Зейном и познакомившись с его профессионализмом, я потрясена его реакцией. Может быть, меня спровоцировали его слова, но я на взводе и зла.

Я потратила целую неделю, делая все, что в моих силах, чтобы помочь им, чтобы их компанию не уничтожила вся эта ситуация, и когда я наконец, предлагаю им решение, с которым они могут работать, он бросает все это мне в лицо.

Выйдя из этого огромного дома, я ловлю себя на том, что смотрю на шикарный маленький скутер Кейда. Глядя на него сейчас, я впечатлена тем, что эта штука, может выдержать его орочьи размеры. Но это также ставит меня в ситуацию, когда я не могу уйти без своего парня, который все еще внутри, тратит свое время на этого кретина.

Я не сержусь на Кейда, но у меня нет намерения задерживаться здесь дольше, чем нужно, поэтому я достаю свой телефон и открываю приложение райдшеринга. Где я нахожусь? Я оглядываюсь по сторонам, но дом Зейна находится глубоко в лесу, в отличии от Кейда, который комфортно живет в городе. Очевидно, это как-то связано с тем, что ему нужно находиться в воде восемь часов, но мне не нравится, что мне также придется ждать, когда я уеду отсюда.

— Ривер.

Кейд трусцой спускается по ступенькам ко мне, на его лбу появляются морщинки.

— Я пытался предупредить тебя, что он может быть немного…

— Кретином? Возможно, ты пропустил эту часть.

Кейд с сожалением потирает затылок и морщиться.

— Ну, да, эта часть также застала меня врасплох. Я не ожидал, что он обернет это против нас с тобой.

— Это была, пожалуй, самая незрелая реакция, которую я видела за долгое время.

— Да… тоже самое. Он просто… — Кейд на мгновение замолкает, неуверенно облизывая губы.

Я приподнимаю бровь, заставляя его продолжать.

— Он довольно неуверенный в себе. Он был создан не так, как я. Он родился сиреной среди группы сирен, и он решил покинуть тот мир и перейти в наш. Я думаю, что часть его сожалеет об этом, но остальная часть неуверенна в себе, потому что, в отличие от того, когда он находится среди себе подобных, он не знает, нравится ли он людям за то, кто он есть, или из-за его магии. Я представляю, что это довольно изнурительное существование. Как бы сильно он ни старался не влиять на людей ради собственной выгоды, он ничего не может поделать с естественным излучением, которое всегда происходит.

Я хмурюсь и качаю головой.

— Не заставляй меня чувствовать себя виноватой перед ним, Кейд. Он вел себя, как кретин.

— Да, он был таким. И мне жаль, что он сказал то, что сказал. Подвергать сомнению твою честность — ужасный поступок, особенно когда ты ничего не сделала, чтобы заставить меня или кого-то еще усомниться в этом. Я просто говорю, что он, возможно, набросился на тебя, потому что эта ситуация, вероятно, вызвала у него сильную неуверенность, и обо всем, о чем он думает, — это защищаться. Он придет в себя и извинится… я надеюсь.

Он одаривает меня полуулыбкой.

Я не могу удержаться от легкого смеха над его застенчивым, очаровательным выражением лица.

— Я надеюсь на это. В противном случае, мне будет неловко находиться рядом с ним теперь, когда мы вместе.

— Ну, это, вероятно, поможет, если что. Теперь, когда твоя работа выполнена, ты можешь появляться в офисе только как моя девушка, а не как какой-то злой следователь, стремящийся разрушить нашу репутацию.

— Эй, — смеюсь я. — Я бы никогда не стала следователем, стремящимся разрушить твою репутацию.

— О, но ты признаешь, что ты злая.

Он игриво указывает на меня пальцем, словно уличил в каком-то секрете.

— Я простая волшебница эльфийка из приграничья.

— Хм. Ты все еще придерживаешься этой линии, не так ли?

Он ухмыляется, прежде чем подойти ближе, убирая прядь волос с моих глаз и нежно глядя на меня.

— Он знает, что ты здесь ради нас, что ты работала, чтобы помочь нам, а не навредить нам, и когда он перестанет думать своим эмоциональным мозгом и поймет, что независимо от того, кто втянул нас в эту хреновую ситуацию, в этом нет твоей вины.

Я киваю и вздыхаю, вытаскивая свой телефон так, чтобы он был виден мне за его телом, когда я отменяю машину и снова убираю его.

— Что ты собираешься теперь делать?

— Теперь пришло время для устранения последствий. Если я предоставлю это информацию владельцу видеоигры «Королевство Краул», мы сможем разработать соглашение, при котором обеспечим наказание ответственной стороне за обман. Затем мне придется отложить выпуск видеоигры «ОркМастер», чтобы я мог дать возможность команде изменить все, что имеет сходство с видеоигрой «Королевство Краул». Это отстой и будет стоить финансовыми издержками, но у меня хватило предусмотрительности создать игру и сидеть в ней.

Он пожимает плечами, когда я смотрю на него с интересом.

— Это не была такая уж блестящая идея, но некоторые члены команды были увлечены ею, поэтому мы позволили им работать над ней, а сами сосредоточились на тех, кто зарабатывает деньги. Теперь у нас есть игра в запасе, которую мы можем предоставить, что, надеюсь, смягчит нашу неудачу. И кто знает, может быть, я ошибаюсь, и игра станет бестселлером.

— Умный, однако. Ты прирожденный бизнесмен.

Я улыбаюсь, приподнимаясь на цыпочки, чтобы дотянуться до его губ своими. Когда он наклоняется мне навстречу, по моему животу пробегает волна тепла, и вся остаточная злость на Зейна улетучивается.

— Мы должны убраться отсюда.

Кейд одной рукой берет меня за руку, в то время как другая все еще лежит на моей пояснице, крепко прижимая меня к себе. Но никто из нас не садится на скутер, и увеличивающийся член между нами наводит на мысль, что он думает только об одном — о том, чтобы я поехала верхом.

— Например, пойти домой или?..

Его ухмылка становится озорной, и он внезапно опускает мою руку, чтобы обхватить меня за талию и перекинуть через плечо.

— Ого! Эй!

Я смеюсь, подпрыгивая у него на плече, пока он шагает к линии деревьев.

Я поворачиваю голову в сторону дома Зейна, чтобы убедиться, что никто не наблюдает, прежде чем листва поглотит нас, а Кейд продолжает свой путь. Должно быть, у него что-то на уме, потому что он не останавливается. Он продолжает идти мимо каждого места, которое кажется мне достаточно подходящим для быстрого секса. Затем он замедляет шаги, когда выходит на поляну, окруженную узловатыми и извилистыми деревьями, которые выглядят прямо как из сказки. Они вытягиваются и поворачиваются к небу, мох ползет вверх по стволам, растекаясь пятнами по мягкому земляному ковру. Посередине возвышается небольшой замшевый холмик, который выглядит так, словно это могла бы быть сказочная кровать. Она такая мягкая и манящая.

— Это место вообще реально? — спрашиваю я, когда мое тело скользит вниз по его груди, пока Кейд ставит меня на ноги.

— Оно просто волшебно, не так ли?

— Я бы сказала.

Поток солнечного света пробивается сквозь кроны ветвей и листьев над головой, отчего кажется, что все вокруг сверкает.

— Я наткнулся на это место случайно пару лет назад. Я наблюдал за собакой друга и пошел поиграть с Зейном, когда пес вырвался на свободу и направился прямо сюда. В ту минуту, когда я попал сюда, я почувствовал это…

Он смотрит на меня.

— Ты тоже это чувствуешь, верно?

Сначала я не совсем понимаю, о чем он говорит, поэтому закрываю глаза и слушаю. Тогда я чувствую это. Мягкий поток энергии, который ощущается немного как провод под напряжением, когда он проходит сквозь меня.

Поскольку теперь я чувствую лучше, я бы сказала, что это действительно может быть волшебством.

— Это место помогло мне понять, почему такие существа, как Зейн или я, существуют в этом мире. Магия реальна, она все это время была вокруг нас, но люди перестали искать ее и заглушили, заставив тех, кто знал, уйти в подполье.

Кейд подходит ко мне сзади, обнимает меня за талию и раскачивает нас в медленном ритме, который, о чем я скоро понимаю, соответствует гулу энергии вокруг нас.

— Слово «магия» дает людям неверное представление. Они изображают ведьм и волшебников в остроконечных шляпах.

Кейд смеется, его губы опускаются к моей шее.

— Ну, они действительно существуют. Они просто не носят остроконечных шляп.

— Приятно это знать.

Я поворачиваюсь в его объятиях, обвивая своими руками его шею, и мы снова целуемся.

Положив руки мне на задницу, он поднимает меня, и я обхватываю его ногами за талию, пока Кейд несет меня к холму. Под моим телом мягко и податливо, когда он укладывает меня, ложась на меня и раздвигает мои ноги. Его член почти твердый, напрягается под джинсами, когда он прижимается своими бедрами к моим. Я быстро справляюсь с ними, расстегивая молнию и просовывая обе руки внутрь, чтобы помочь ему освободиться.

— Ты сводишь меня с ума, маленькая волшебница. Все, чего я хочу, — это быть внутри тебя.

— В этом моя магия, — усмехаюсь я, проводя большим пальцем по его щелке и собирая капельки предсемени.

Пока я подношу руку к губам, чтобы попробовать, Кейд еще больше стягивает джинсы с задницы, прежде чем просунуть одну руку мне под поясницу и притянуть меня к себе.

Ему все еще приходится растягивать меня, когда он входит, но на этот раз боли меньше, а больше легкости, когда мое тело вздыхает с облегчением, что он вернулся…

Что он дома.

Эпилог

Ривер

Год спустя

Сегодня утром я забыла свой обед дома, когда торопилась уйти из дома. Если бы мне год назад кто-то сказал, что я больше не буду работать удаленно, потому что буду преподавать, я бы подумала, что он сошел с ума.

Я люблю программировать, ни одна из этих вещей не изменилась, но теперь я учу монстров, как это делать, и также поощряю к этому их любовь.

Оказывается, лучший друг Кейда, Рис, является директором колледжа для монстров, расположенного за городом между Манстоном и Кричащим Лесом. Около полугода назад во время воскресной игры «Убить», он спросил Кейда, не будет ли ему интересно вести занятия по программированию в колледже.

Кейд был слишком занят переделкой видеоигры «ОркМастер», чтобы отвлекаться от этого, но он сразу же предложил мою кандидатуру. Если наш друг-циклоп не заметил, мне было комфортно с монстрами, и я «была великолепна».

Очевидно, это было все, что нужно было услышать Рису, поскольку он нанял меня на месте — если я этого захочу.

Как ни странно, я так и сделала. И обнаружила страсть к обучению детей программированию. К счастью для меня, Кейд сегодня работает дома, поэтому он пообещал принести мне обед между занятиями. Итак, обнаружение моего огромного бойфренда-орка, стоящего в моем маленьком кабинете двенадцать на двенадцать, могло бы застать меня врасплох, если бы я не ждала его появления.

— Честно говоря, тебе следует пересмотреть предложение Риса, детка. Ты выглядишь сексуально во всем академическом центре.

Я восхищаюсь его широкой грудью, обтянутой твидовым жилетом, и белой рубашкой на пуговицах, закатанной до локтей. Эта ткань работает лучше всего, когда пытается прижаться к его мышцам, но я ценю усилия. Это довольно привлекательно для глаз.

Он наклоняется, чтобы поцеловать меня, заслоняя своим телом, в то время как его язык скользит по моему рту, ища тепла.

Я стону, хватаясь за жилет, чтобы удержаться, когда его рука охватывает меня за талию.

— Я подумал, что если я буду в кампусе, то с таким же успехом мог бы слиться с толпой как взрослый, а не как студент.

— Будь честен. Ты хочешь сыграть роль профессора и студента, потому что… я так подавлена.

В моих глазах вспыхивает похоть, но мой рот ухмыляется, когда он запечатлевает это в очередном горячем поцелуе, который обещает гораздо более грязные обещания, чем принесенный мне обед.

Рука на моей заднице сжимает ткань моей юбки и задирает ее, когда разворачивает меня к моему столу. Он отстраняется для того, чтобы пинком захлопнуть дверь и запереть ее, прежде чем навалиться на меня. Я отстраняюсь, деревянный край впивается мне в задницу, прежде чем он хватает меня за бедра и толкает на стол.

— Это действительно происходит?

Мои руки тянуться к молнии на юбке, но он хватает их, и прижимает ладонями вниз к столу, и встает между моих ног.

— Да, ты хотела свой обед. Я хочу свой.

Мое сердце колотится в груди, когда он опускается на колени, задирает юбку вверх по бедрам и хватает мои трусики, стягивая их вниз по ногам.

— Я возьму это с собой в качестве чаевых.

Кейд смотрит на меня с порочной ухмылкой.

Он наклоняется, просовывая свою большую голову между моих бедер. Кейд оставляет царапающие поцелуи на моей коже, и я вздрагиваю, когда его язык скользит по моей щелке.

Его рычание эхом отдается во мне, когда он вслепую поправляет мое положение так, чтобы при скольжении, он переходил от моего клитора к моей заднице. Мои ноги дрожат, и мои глаза закрываются, когда моя голова откидывается назад.

— О…

Я тихо ахаю, приподнимая свою задницу со стола и пытаюсь протолкнуть его язык туда, где я хочу, чтобы он был.

— Полегче, профессор. Я собираюсь получить дополнительный зачет.

Его толстый язык проникает в меня, облизывая мою сердцевину, словно это подношение меда. Я немедленно хватаю его волосы, крепко держа их, и в исступлении катаюсь по его лицу. Можно подумать, нашего утреннего секса было бы достаточно, чтобы продержаться до ужина, но я могу оторваться от Кейда, когда мы в одной комнате.

Я схожу с ума от вожделения в его присутствии, нуждаясь в том, чтобы он пожирал мое тело до тех пор, пока я не перестану двигаться. Однако на самом деле этого не может происходить, поскольку сегодня днем у меня урок. Но ничто в мире не сравнится с блаженством, которое я испытываю в его объятиях после того, как он лишил меня костей.

— Вставай! — задыхаюсь я, дергая его за голову. — Мне сейчас же нужен твой член.

— Как пожелаешь, моя маленькая волшебница.

Он улыбается, целуя меня так, что я чувствую вкус себя на его губах, и это только разжигает желание, бурлящее у меня в животе.

Мы работаем вместе, чтобы расстегнуть брюки, которые прячут его от меня. Когда его член освобождается, пульсирующий и толстый, я вздыхаю с облегчением, зная, что пройдет совсем немного времени, прежде чем я получу то, что мне нужно.

— Перевернись, детка. И держись.

Я сползаю со стола, держась за его край. Приподнимаю свою задницу навстречу ему и оглядываюсь через плечо, когда он нетерпеливо поглаживает себя, прежде чем прижаться к моей киске.

Больше нет никаких препятствий. Теперь я создана для него. Он легко скользит внутрь, позволяя мне облегать его, как сшитая на заказ перчатка. Я так переполнена, что моя сердцевина трепещет вокруг него, когда он выходит и снова входит в меня. На этот раз сила его движений сотрясает стол, сбивая мою бутылку с водой, но ни один из нас не останавливается.

— В ту минуту, когда ты написала, что хочешь, чтобы я принес тебе обед, я представил, как это делаю и наполняю тебя на весь день, так что, пока ты будешь читать лекцию, то будешь мучиться воспоминаниями обо мне.

— Ты… одержим, — выдыхаю я.

Кейд усмехается.

— Тобой и этой идеальной киской?

Его рот внезапно оказывается совсем рядом с моим ухом, горячий и влажный, когда он проводит языком по раковине.

— Да. Я. Я также одержим желанием наполнить тебя каждой каплей спермы, которая у меня есть. Мне нравится знать, что ты ходишь повсюду с остатками меня на теле. Любой монстр, который приблизится к тебе на расстоянии метра, все, что они учуют, — это меня. Они будут знать, что ты моя.

— Вся твоя, — обещаю я, когда он хватает меня за задницу и на этот раз входит в меня еще сильнее.

Его рука блуждает по моему боку, по груди, а затем обхватывает мою шею спереди. Как новорожденного, лишенного подвижности, он поднимает меня к себе и прижимает мой рот к своему.

Чтобы избавить его от необходимости держать меня, я поднимаю одно колено на стол, прежде чем поднять второе и упереться в него. Этот ракурс для него лучше. Он может стоять прямее, что позволяет ему вонзаться как можно глубже. К сожалению, он никогда не достигнет нижнего предела, но он заполняет все пространство внутри меня, и это чертовски невероятное ощущение.

В отражении окна я мельком вижу нас. Одна мощная зеленая рука обхватывает меня за талию, в то время как другая удерживает мою шею на месте, чтобы я могла наблюдать, как он, затаив дыхание, вонзается в меня.

— Посмотри на нас, Ривер. Посмотри, какая ты красивая, как хорошо ты сейчас принимаешь мой член.

Мои глаза скользят к промежутку между моими бедрами, где я вижу, как толстый, покрытый прожилками зеленый член скользит внутрь снова и снова. Это непристойно и прекрасно одновременно. Вид этого только еще больше разжигает мою похоть.

— Да… Я люблю тебя, Кейд.

— Я люблю тебя, маленькая волшебница. Теперь кончи для меня.

Рука, которая держала мою шею, опускается к клитору, отчаянно и грубо начинает очерчивать круги вокруг чувствительного бутона.

Огонь вспыхивает у меня в животе, когда пальцы ног поджимаются, а мышцы напрягаются от нужды.

— Черт! Черт! Да!

В отражении свет отражается от его члена, когда он покрывается моими соками. Между этим и тем, как я сжимаюсь вокруг него, он ворчит и толкается в последний раз, прежде чем замереть позади меня.

Мы стоим так долгое время, наши глаза прикованы к окну, прежде чем Кейд медленно выходит и помогает мне подняться с колен, усаживая обратно на стол.

На мгновение в моей голове проносится мысль о том, что мы можем испачкать его спермой мои студенческие работы, но это длится недолго, когда его пальцы трутся о мою чувствительность, заталкивая сперму обратно внутрь меня.

— Давай не будем тратить ее впустую.

Отдышавшись и позволив ему растирать меня, возвращая в состояние легкого возбуждения, я медленно, прерывисто выдохнула.

— Когда ты делаешь это…

Он смотрит на меня, целуя верхнюю часть моего бедра, прежде чем выпрямиться в полный рост.

— Ты же не делаешь это в надежде, что я забеременею, не так ли?

— Это был бы приятный побочный эффект. Иногда я думаю о том, как бы ты выглядела с красивым круглым животиком.

Кейд поглаживает мой живот, словно представляет это сейчас себе.

— И насколько лучше будет секс для тебя, со всей этой циркуляцией крови. Но нет, у меня нет намеренной мысли о том, чтобы ты забеременела.

То, как он говорит о моей беременности, должно было бы взволновать меня, но вместо этого это наполняет меня чувством страха, когда я смотрю на него.

— Кейд… Я не хочу детей.

Он стоит, не двигаясь, мгновение, прежде чем, наконец, кивает.

— Хорошо.

Мое сердце замирает. Это не совсем та реакция, которую я ожидала, хотя это лучше, чем я могла надеяться.

— Хорошо?

— Хорошо.

Он пожимает плечами.

— Мне не нужно быть отцом, чтобы быть счастливым, Ривер. У меня есть ты. У меня отличная компания друзей. У меня успешный бизнес. Все это приносит удовлетворение и делает меня счастливым. Дети могут и не быть частью этого.

— Но ты просто…

— Да? Итак? Иногда вы хотите в жизни того, чего не можете иметь, и вам нужно преодолеть это разочарование и двигаться дальше. Так что я тоже займусь этим.

— Хорошо, но это не то, с чем большинство людей «справляются».

Кейд смотрит на меня еще одно долгое мгновение, прежде чем обхватить ладонями мое лицо.

— Ривер, если ты беспокоишься, что сейчас говорю «хорошо», но через шесть лет буду злиться из-за этого решения, о котором я знал все это время, ты, конечно, должна знать, что я не такой человек.

— Нет, но… в моей голове ничего не изменится. Я всю свою жизнь знала, что не хочу детей. Я не испытываю ничего, кроме страха, когда думаю о том, чтобы завести детей.

— Хорошо.

Он целует меня в нос.

— Тогда я никогда больше не буду поднимать эту тему и продолжу выливать в тебя свою сперму, чтобы ты максимально была наполнена в течение дня.

Я не могу удержаться от смеха, и хлопаю его по груди и качаю головой.

— Наполнена?

Я скорчиваю гримасу.

— Фу. Отвратительно.

Он улыбается и снова целует меня.

— Я уважаю твой выбор, Ривер. Это твое тело, и я никогда не буду навязывать тебе то, чего ты не хочешь. Дети — это большое дело, и они не для всех.

— Спасибо.

Я обнимаю руками его шею и прячу лицо, закрываю глаза и позволяю облегчению затопить меня.

— Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя. А теперь, я могу накормить тебя обедом, потому что каким бы я был орком, если бы позволил своей женщине начать работать наполовину удовлетворенной?

— Повелитель.

Кейд кивает в знак согласия.

— И он появляется только по субботам.

Конец

Над переводом работали:

Перевод:Tanj

Сверка: Юлия

Редактор:Галина

Вычитка:Алена

Дизайн обложки:Оксана

Content

Кайли Маркус
Повелитель орков

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Эпилог