Эймс Элисон

В ловушке

Элисон Эймс

В ловушке

Автор: Элисон Эймс

Книга: «В ловушке»

Жанр: Эротика, фэнтези, космос

Серия: «Приговоренные»

Возрастное ограничение: 18+

Перевод: Kassandra37, Obraz, schastlivka

Редактура: Nikolle, Ольга Третьякова

Русификация обложки: Poison_Princess

В книге всего: 24 главы+Эпилог

Перевод осуществлен для группы: https://vk.com/paranormal_love_stories

И для сайта: http://ness-oksana.ucoz.ru/

Внимание!

Текст предназначен исключительно для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой материальной выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Администрация группы, переводчики, редакторы не несут ответственности за распространение материала в сети.

Глава 1

9015

Пронзительный звук сигнала тревоги привлек внимание кадета Аннабеллы Вест. Она поспешно закрепила оставшиеся пробирки в хранилище.

— Совершенно не о чем волноваться, — спокойный голос пилота потрескивал в её военном шлеме.

Белла шлепнула по нему, устраняя помехи. Большая часть её снаряжения уже неоднократно ремонтировалась, так что с трудом нормально функционировала.

Она отказывалась думать, что это значило непосредственно для изношенных частей шаттла. Какой в этом смысл? Даже если технологические ноу-хау станут лучше прежнего, то ресурсы практически отсутствовали ещё до её рождения. Белла наградила шлем ещё одним вовсе не слабым ударом.

— Просто атмосферные изменения сильнее, чем ожидалось. — Остальная часть заявления прозвучала четко и ясно. — На время полета лучше сесть. Вход в атмосферу планеты всегда сопровождается тряской.

— Ты можешь сесть рядом со мной, кадет Вест. — Младший офицер Пог, ведущий солдат исследовательской миссии «Уинтроп-Человечество», похлопал рукой возле себя по узкой стальной скамье, которую использовали для посадки. Он похотливо ухмылялся. — Я хорошо затяну на тебе ремень и туго. Люблю, когда красивые женщины в коже и металле.

Взрыв смеха раздался от ряда мускулистых солдат, сидящих рядом с Погом.

Сволочи.

Белла прошла мимо с прямой спиной, её сердце билось быстрее, чем ей хотелось бы.

Она всегда с огромным уважением относилась к солдатам, которые обеспечивали ей и остальным ученым безопасность, но Пога и его команду оказалось уважать труднее, чем других. А что поделать? Четыре тысячи световых лет от Земли, строгие правила Совета и пятнадцать недель на космической станции, которую она и другие в настоящее время называли домом, не оставляли выхода. Особенно без риска привлечь внимание руководства Совета.

— Не позволяй им доставать себя. — Старший офицер Совета доктор Джим Уинтроп был руководителем научной группы экспедиции и высший по рангу офицер на борту. Он ободряюще улыбнулся, когда она села рядом с ним, его голова покачивалась в такт движущегося корабля. От движения замысловатая отметина Совета за его правым ухом больше напоминала размытое пятно. Иронично на самом деле, принимая во внимание её важность. — Ты волнуешься?

— Волнуюсь. Напугана. — Белла проверила застежки на своей серой форме, прежде чем затянуть ремни — и заметила, что её руки трясутся. Черт. Она сплела пальцы в замок на коленях и натянула невозмутимую улыбку. До сих пор ей удавалось скрывать неприязнь к закрытым, узким пространствам. — Надеюсь, мы найдем что-то полезное.

— А я надеюсь, что мы не столкнемся с каким-нибудь заключенным, — кадет Дэвис пробормотала комментарий, идя по проходу, вспышки предупредительных огней окрашивали её шлем и видимую часть лица в оттенки зеленого и желтого. Тем не менее цвета не скрывали беспокойства в темных глазах. То же волнение пыталась не показать и Белла.

Ева Дэвис, как и Белла, была младшим научным стажером, которая недавно окончила факультет естественных наук Академии Совета. И этим их сходство начиналось и заканчивалось. К концу первого учебного года кадет Дэвис значительно продвинулась к получению высшего звания офицера Совета командования, такой должности Белла никогда не добьется.

Её будущая начальница казалась достаточно компетентной, но они мало пересекались. Во время обучения Дэвис проживала с подобными ей в предоставленном Советом жилье, а не в переполненных казармах, и появлялась на занятиях, когда ей хотелось.

Наверное, это здорово. Но с другой стороны, Дэвис поступила в Академию не на стипендию. Если бы Дэвис выгнали, она могла рассчитывать на поддержку своей богатой, со связями семьи. Если бы Белла облажалась, то ей и её семье пришлось бы голодать.

— Исправительная колония в трехстах метрах от центра планеты, — успокаивал доктор Уинтроп, его голос вибрировал в унисон с кораблем. Он был самым дружелюбным представителем Совета. — Место нашей посадки в шестиста метрах в противоположном направлении. Мы приземлимся, возьмем образцы растений и почвы, и вернемся на корабль прежде, чем заключенные на планете узнают. — Нарушив протокол, он сжал руку Беллы в перчатке, его темно-зеленые глаза сузились. — Обычный полет. Не беспокойтесь.

Белла взглянула на Дэвис. Её коллега приподняла бровь. Белла не нуждалась в пояснении. Дэвис заметила, что интерес Уинтропа выходил за рамки наставник-подопечная. К счастью, она больше забавлялась, чем осуждала. Как можно менее заметно Белла отодвинула руку к своему бедру.

Джим Уинтроп умный, симпатичный парень и к тому же порядочный, чем большинство из его родни, но он из Совета, её начальник, и если честно, она не искала на свою голову каких-либо осложнений. Она перечеркнула и принесла в жертву всё, чтобы пройти тщательный отбор в Академию для подготовки ученых младшего уровня, самого высокого положения не потомок члена Совета мог добиться, женившись на представителе элиты Совета. Белла не имела права на ошибку, особенно ту, которая из-за одной ночи может поставить под угрозу её положение. Совет не известен своим великодушием.

— Вот увидите. — Доктор Уинтроп наклонился вперед. — Вы станете частью чего-то исторического. Попомните мои слова.

— Это было бы замечательно. — Улыбка заиграла на губах Дэвис, но не коснулась её глаз.

Белла её понимала. Трудно представить, что именно эта миссия станет успешной после стольких неудачных экспедиций под началом куда лучшего руководства, но кто знает? Миллиарды жителей, входящих в Совет и нет, уже погибли и ежедневно умирают, поэтому любая зацепка, пусть даже незначительная, стоила исследования.

— Мы вошли в воздушное пространство Драгаш-25. Убедитесь, что ваши ремни пристегнуты, — голос пилота вновь прозвучал в наушниках. — Мы приземлимся через десять минут.

— Ненавижу эту часть. — Их специалист по связи Стив Майерс, сидящий слева от неё, слабо улыбнулся. Как и большинство персонала низкой квалификации, все солдаты и Белла не имели отметки Совета за ухом. — Но ближе к передней части шаттла, безусловно, лучшее место. Меньше турбулентности.

Белла одарила его сочувственной гримасой и медленно, глубоко вздохнула, когда шаттл затрясло. Она посмотрела на пару других ученых, чувствующих тоже, что и она. Терренс, сидящий рядом с Дэвис, — по обыкновению — был зеленый. Бедный парень. Его тошнило практически при каждом приземлении, а в этот раз посадка была жестче, чем обычно.

Белла взглянула в конец шаттла и едва не нахмурилась. Солдаты и правда были занозами в заднице, но им выпала самая сложная часть в этой поездке. Хотелось бы надеяться, что никто из них не страдает космической болезнью. При такой посадке солдаты жизненно необходимы. Хотя в каждой исследовательской миссии присутствовал элемент опасности, высадка на планете на окраинах человеческой территории, которая, как известно, полна жестоких преступников, казалась вдвойне сумасшествием.

И всё же, если гипотеза доктора Уинтропа верна — а это под большим вопросом, поскольку полет на Драгаш-25 на дроиде всегда билет в один конец и только для заключенных — возможно, часть планеты процветала, несмотря на жесткие погодные условия. Никто не знал наверняка, так как ранние записи, связанные с колонизацией планеты, были уничтожены во время Великой войны и последующего за этим хаоса. Но несколько дроидов недавно вернулись с интересными образцами растительности, прилипшими к протектору или стабилизатору. Последующий разведывательный дроид подтвердил обнадеживающие возможности, хотя и не полностью.

Вот почему Белла и остальная команда Уинтропа здесь.

Если эти результаты подтвердятся, Драгаш-25 действительно даст людям надежду на выживание. Трудно представить, что планета, которую более двух тысяч лет назад превратили в место изгнания для худших из худших, сможет в конечном итоге воспроизвести новый урожай выносливых растений, которые спасли бы умирающую Землю. Дать сил сокращающейся численности населения, которое вынуждено жить в переполненных, пыльных специфичных поселениях неподалеку от последних оставшихся водохранилищ. И если слепо верить оптимистичным мечтам Уинтропа, восстановит человечество — нынче находящееся под полным управлением Совета командования — почти до того уровня, когда на планете растения и вода были в изобилии.

Так почему у неё так противно сосало под ложечкой?

Череда пронзительных звонков раздалась в кабине. Сигнальные огни, погруженные в корпус корабля, вспыхнули красным.

— Приступили к протоколу аварийной посадки. — Голос пилота уже не звучал таким спокойным. — Мы столкнулись с непредвиденным электрическим возмущением. В начале это казалось простым атмосферным изменением, но сейчас…

Слова пилота оборвались. Зловещие статические потрескивания прошли по линии связи.

Белла встретилась взглядом с Дэвис.

Корабль падал.

* * * * *

Белла очнулась, хватая ртом воздух.

Голова кружилась. Полная растерянность. С трудом разлепив глаза, Белла почувствовала боль в груди и плече. Вопящая сигнализация лишь усилила её замешательство.

Один взгляд вокруг, и всё стало ясно. Треск огня. Струйка дыма. Сладкий аромат крови и едкий запах горящей плоти. О нет, нет, о нет. Шаттл разбился. Трещины вились по её шлему и ограничивали видимость.

Белла лихорадочно стянула шлем и прищурилась сквозь дым. Пока возилась с ремнями, изможденные, полные надежды лица её родственников стояли перед глазами. Они зависели от неё.

Крик застрял в её горле. Слева от неё Стив Майерс незрячими глазами смотрел на неё сквозь забрало шлема, струйка засохшей крови оставила след на его носу.

Белла выбралась из ремней безопасности, споткнулась об искореженный кусок стали в двух дюймах от её ботинок и, шатаясь, пошла через проем, руками оперевшись о теплые бедра.

Ладонь сжалась вокруг её запястья.

— Кадет Дэвис? — пронзительно закричала Белла от испуга. — Дэвис? Ты слышишь меня?

— Вест? — Слово больше напоминало стон, но он заставил сердце Беллы взмыть ввысь.

— Корабль потерпел крушение. Нам нужно выбираться отсюда. — Белла нащупала ремни безопасности коллеги, собираясь их отстегнуть. — Где болит?

— Я… я не знаю… У меня голова болит, а ещё нога.

— Посмотрим, когда выберемся отсюда.

Белла высвободила из захвата свою руку. Справа от Дэвис лежал Терренс, уставившись назад, не моргая, его шея была повернута под невозможным углом. Бедный мужчина. Он никогда вновь не восхитится Дэвис.

— Они были правы. Мне… мне не следовало лететь сюда. — Голос женщины звучал монотонно, её руки свисали по бокам, как будто ей всё равно, вытащит её Белла или нет. — Я… я желала смерти, и вот посмотри, что я натворила.

Белла подняла голову.

— Это не твоя вина. Это несчастный случай.

Сбитая с толку, Белла заставила себя сосредоточиться на поиске застежки на ремнях безопасности коллеги. В нормальной ситуации она бы заставила ту всё объяснить. Дэвис всё-таки принадлежала привилегированной элите Совета. Смерть — последнее, о чем она должна была думать.

Но сейчас не подходящее время это выяснять.

Грубый нейлон обдирал подушечки пальцев Беллы, когда она пыталась отыскать проклятый размыкающий механизм.

Наконец-то щелчок. Дэвис свободна.

— Я собираюсь обхватить тебя рукой, — инструктировала Белла. — Обопрись на меня и попробуй удержаться на ногах.

Дэвис тихо поблагодарила, когда Белла обняла её за талию, и они вместе, пошатываясь, кое-как присели на корточки и встали. Белла ощутила плечом весь вес Дэвис, которая прижалась к ней, но постаралась отстраниться от боли.

— Белла? — Рука вынырнула из дыма, пытаясь схватить её за руку.

Белла резко остановилась.

— Доктор Уинтроп? — Она не позвала его по имени, в отличие от него. Распоряжение Совета было предельно ясным на этот счет.

— Мне… мне больно, — голос Уинтропа дрожал. Нехороший знак.

— Мы поможем. — Она старалась скрыть тревогу в голосе. — Нам нужно наружу. Быстро.

— Уходите. — Видно, от шока голос Уинтропа странно изменился. Он снял шлем дрожащими руками. — Огонь разгорается сильнее.

— Идемте с нами. — Белла повернулась к Дэвис. Её коллега сняла свой шлем, обнажив ужасную шишку на лбу, а одна нога определено функционировала неправильно, но её взгляд казался более ясным, чем секунду назад. — Дэвис, ты можешь дойти до запасного выхода без меня?

— Давай я помогу. — Искренность слышалась в её голосе. Как и боль.

— Дойди до выхода, — настаивала Белла. — Вот этим ты поможешь мне. Мы скоро будем.

Дэвис схватила Беллу за плечо и тихо произнесла:

— Позволь мне попытаться. Ты не должна здесь умереть.

— Больше никто не умрет. — Белла мягко подтолкнула её, изумленная и тронутая тем, что кто-то вроде неё предложил такое. — Иди. — Когда Дэвис по-прежнему отказалась уходить, Белла проявила жесткость. — Ты только замедлишь нас. Иди!

Она справится позже с любыми последствиями от подобного обращения с членом Совета… если они все выживут.

Дэвис сжала губы в тонкую линию и не пыталась спорить. Или выказывать надменность. Произнеся очередное предупреждение не умирать, Дэвис просто поковыляла прочь, её неуклюже прихрамывающую фигуру мгновенно поглотил уплотнившийся дым.

Белла вернулась к Уинтропу.

— Вы можете встать? — Она прошлась пальцами по удерживающим ремням Уинтропа, дергая и ища, где отстегивается. Наконец раздался радостный щелчок.

Белла обвила руками талию Уинтропа, и её левый бок мгновенно намок. Кровь. Она тут же впиталась в её одежду. Белла выдавила из себя улыбку и поднялась.

— Вы должны помочь мне.

Его голова накренилась, подбородок опустился к её виску. Он почти что мертвый груз в её руках. Они никогда не поднимутся.

— Доктор Уинтроп? Пожалуйста, — её голос надломился. Слишком много уже смертей. — Вам нужно сконцентрироваться. Нужно встать. Сейчас.

Ответа не последовало.

— Помогите. — Поначалу слабый, призыв в нескольких шагах впереди становился всё громче и громче, сопровождаясь паническим кашлем.

Прислонив Уинтропа обратно к сиденью, Белла кинулась вперед, отмахиваясь от густого дыма и намеренно избегая смотреть на двух мертвых солдат по бокам.

— Мой ремень заклинило. — В ту минуту как офицер Пог увидел её, то рванул вперед, пытаясь вырваться из заключения. — Я не могу освободиться. — Он пнул ботинком что-то на полу перед ним. — Это мой нож. Перережь.

Взявшись за нож двумя руками, Белла разрезала удерживающий ремень.

— Прекрати дергаться. Я вызволю тебя.

— Быстрее, — убеждал он.

Последний разрез, и потрепанный ремень упал. Пог с ревом вскочил:

— Пойдем. Огонь разгорается быстро.

— Подожди. Ты должен помочь мне с доктором Уинтропом. Он не может идти самостоятельно.

— Нет времени. У него всё равно ничего не получится. — Пог отвернулся.

— Нет. — Белла набросилась на него, ногтями вонзившись ему в плечо. Она смирилась с его постоянными нападками, потому как выходцы не из Совета поддерживали друг друга, к тому же он отличный солдат с полезными навыками выживания. Ей необходим сейчас этот опыт. Они все в этом нуждались. — Я не бросила тебя. Возьми Уинтропа за руку. Поставь его между нами. Мы сможем его вытащить.

Пог по-прежнему не сдвинулся с места. Белла отчаялась.

— Помоги. Или я расскажу Совету, как ты отказал в помощи одному из них. Думаешь, твоя жизнь будет чего-то стоить после этого?

Пог сжал зубы, и на секунду Белла подумала, что он ударит её, но затем он прошел мимо неё, толкнув бедром на скамью, а сам плечом уперся в живот Уинтропа и, подняв его, понес на плече.

— Иди, — крикнул Пог.

Зная, что он позади неё, она поспешила вперед.

Справа раздался стон.

Белла повернулась на звук, но Пог большим телом толкнул её, заставив споткнуться.

— Больше не стоит. Ты нас погубишь. Не останавливайся.

— Но…

— Иди. Или я оставлю тебя и твоего драгоценного воздыхателя Совета. — Пог пихнул её сильнее.

— Мы просто не можем оставить других здесь умирать!

Без лишних слов Пог вновь толкнул Беллу, ноги Уинтропа ударили ей по бедру, и она упала вперед, ахнув с болью в голосе.

— Шевелись, или я пройду прямо по тебе.

Трусливый ублюдок. Умолял её спасти его, а сам отказывался сделать это для другого.

— Белла? Это ты? Белла, ты почти у выхода, — раздался впереди испуганный голос Дэвис. — Ну же.

Ненавидя себя, ненавидя Пога, Белла пошла, спотыкаясь, по проходу. Горло мучительно жгло, стало трудно дышать. Пог следовал по пятам, готовый тут же её затоптать. По обе стороны коридора темные пятна упрекали её с вероятностью других незримых глаз.

— Ты сделала это. — Нежные руки схватили её за руку, направляя через дыру в обломках, которую она даже не видела.

Белла упала на колени. Запрокинув голову, она втянула сухой, горячий воздух. Высоко в небе светили два оранжевых солнца. Вокруг, насколько видел глаз, простирался пустынный утес, и пыль кружила ковром мрачного коричнево-ржавого цвета. Даже небо было цвета запекшейся крови. Про растительность не стоило и упоминать.

Полет был напрасным.

Пог толкнул Беллу, всё ещё держа находящегося в бессознательном состоянии Уинтропа.

— Отойди от шаттла, — проорал он. — Сейчас рванет.

Следом за ними вышли несколько солдат. Видимо, Стив Майерс ошибался. На сей раз задняя часть шаттла оказалась самым безопасным местом. По меньшей мере, десять военных остались живы, в то время как вся научная команда, кроме неё, Дэвис и доктора Уинтропа погибли.

Белла встретила взгляд Дэвис. Они отошли подальше от горящего шаттла.

— Все эти смерти зря.

Скупая слеза скатилась по измазанной сажей лицу коллеги.

— Но мы выжили.

Нечеловеческий вопль сотряс воздух.

Все замерли. Вытаращив глаза, солдаты подняли оружие, целясь на скопление камней, где кто угодно мог укрыться.

Волосы на затылке Беллы встали дыбом.

Да, они выжили. Но надолго ли?

Глава 2

— Ты не можешь просто оставить их здесь.

Яростный женский голос донесся до заключенного 673 через каменистый каньон. Он замер, подняв голову. Вдохнул воздух, но ничего не учуял, кроме обычного засушливого запаха грязи и пыли.

После стольких лет в одиночестве такой громкий крик резал ухо. К тому же голос женский? Его член среагировал: дернулся и встал. Пять лет назад последний раз дроиды бросили женщину на Драгаш 25. Банде 225-го удалось захватить её первыми. Она продержалась пять минут.

Хорошее напоминание, что хрупкие вещи здесь не выдерживали. Ничего, даже долгожданная телка, не стоило того, чтобы рискнуть жизнью.

— Ты слышишь эти вопли? Они идут. — Голос столь же разъяренного мужчины пронесся по каньону, предусмотрительно выдавая его точное местоположение. — Наш шаттл пронесся по небу, словно приглашая «можешь прийти и забрать меня» всё уголовное население: убийц и психопатов. У нас нет времени выкобениваться. Мы не успеем, если нас кто-то станет замедлять. Мы уходим.

— Ты трус. Я спасла твою жизнь. Меньшее, что ты можешь сделать, это попытаться отплатить тем же.

673 вовремя выглянул из-за каньона и увидел здорового рыжеволосого солдата в военной униформе, который удерживал значительно меньше себя женщину в разорванной серой форме, её ботинки волочились, когда он сильно её тряс.

673 напрягся всем телом. Ему не нравились громилы. Он опустился на корточки. Сработал инстинкт, и 673 прокрался вперед, охватывая взглядом всё происходящее. То, как солдатский ублюдок берег правый бок. Большой пистолет висел в кобуре. Второй — за спиной. То, как разорванная униформа женщины обтягивала её соблазнительное тело, а её спина в гневе выпрямлена, хотя мужчина был в два раза крупнее неё. Остальные девять самодовольных солдат с толстыми шеями и однотипной военной стрижкой под «ежик» стояли рядом, не имея понятия, какую 673 представлял опасность — их внимание было сосредоточено на женщине.

В следующее мгновение женщина упала в грязь. На прекрасную в форме сердечка попку.

Застыв на месте, 673 ожидал, что произойдет дальше.

— Отлично, — прокричала женщина, поднимаясь на ноги. — Иди. Но я не уйду. Мы что-нибудь придумаем.

— Свои похороны.

Солдатский ублюдок схватил мешок с земли и перекинул на плечо рядом с таким же.

— Оставь хоть один. — Женщина ринулась вперед, ухватившись за мешок, но солдатский ублюдок отскочил от неё подальше.

— Теперь не такая важная и могучая, кадет Вест? На деле, похоже, что ты и твои друзья из Совета всё-таки в нас нуждаетесь. — Солдатский ублюдок похлопал по мешку. — Это выдали для военной команды, а ты знаешь, как строго Командный Совет следит, чтобы ресурсы расходовались по назначению. Если ты переживешь ночь, я буду готов выслушать, что ты желаешь сделать за неразрешенную дегустацию. — Хитро взглянув на неё в последний раз, солдатский ублюдок перешел на бег трусцой. — Вперед, солдаты.

Странная дрожь нерешительности охватила 673. Он хотел это оружие. Хотел знать, что в тех мешках. Но он пришел совершено по другому поводу, и раз солдаты ушли, оставшиеся станут легкой добычей.

Странная штука — выбор. Слишком долго единственным выбором было выживание. Ему не нравились альтернативы. Это вновь заставляло его почувствовать себя человеком.

— Вест, пожалуйста, — произнесла темноволосая женщина в такой же серой форме, прохромав туда, где стояла первая женщина, качество её сапог указывало на её принадлежность к Совету даже без необходимости проверить наличие метки на её коже. — Иди с ними. Ты уже столько сделала для нас. Зачем тебе тоже умирать?

673 уже обратил внимание на вторую женщину и раненного офицера Совета, лежащего на земле, отклоняя их как угрозу. По сути, девушка-воин и её спутники ходячие мертвецы — в этом солдатский ублюдок прав. Сильные здесь еле выживают. У раненых же нет ни единого шанса в этом аду.

Казалось, его девушку-воина это не волновало. Его? Нет, она не его. Она просто ничто, зародившаяся грязь на Драгаш 25.

Он давно научился не подставлять свою шею за кого-то ещё. Сохранить свою жизнь итак достаточно трудно.

Тут поднялся ветер, касаясь кожи 673 и сообщая о начале очередной пыльной бури. В течении получаса это место занесет грязью и мусором, всё попавшееся на пути будет погребено под слоем грязи и камней.

— Я не оставлю тебя. — Девушка-воин подалась вперед, её волнистые, черные, как сажа, волосы касались её попки… так легко схватить и обернуть вокруг своего запястья. — Давай найдем что-нибудь, чтобы я могла перетащить доктора Уинтропа.

Женщина развернулась в его сторону, и он полностью рассмотрел её: сперва широко открытые глаза, затем полные розовые губы и упругую, высокую грудь, достаточно полную, чтобы поместилась у него в руках.

Его тело взбунтовалось, мужчина в нём, тот, которым он был когда-то, проснулся с беззвучным рыком, раскаленная добела похоть заполнила его вены. 673 резко дернулся, позабыв все уловки, всю осторожность. Нехватка прикосновений за долгие восемь лет внезапно отдалась мучительной болью на коже.

— Смотри! — Она указала в ту сторону, где стоял 673, и его сердце замерло. Он не сомневался, что его заметили. Но затем она повернулась к своей подруге. — Похоже на пещеру, но высоковато. Если мы сможем подняться туда, то спрячемся там.

— Но…

— Без но. Мы сделаем это. — Она опустилась на колени рядом с раненным офицером. — Никто больше не умрет. Центр направит поисково-спасательную команду, чтобы расследовать катастрофу. Нам только надо выжить до её прихода.

Вновь раздались пронзительные крики банды 225-го. Уже совсем близко.

Напоминание охладило похоть 673, заставляя его вновь думать.

Его взгляд метался между женщиной, теперь лихорадочно работающей с подругой — они заворачивали мужчину в какую-то ткань — и разбросанным, обгоревшим грузом. 673 сжимал и разжимал кулаки.

Выбор.

Его разум говорил одно, а член — другое. Дерьмо. 673 на самом деле ненавидел выбор.

Он двинулся вперед.

*****

— Протяни ткань под его боком.

Белла сунула пальцы под спину Уинтропа и с трудом нащупала конец рубашки. Они обнаружили её свисающей с обломка. Она даже не хотела думать, откуда её принесло.

— Я почти закончила.

Очередной ужасающий крик сотряс воздух. Громче, чем раньше. Сердце Беллы подскочило. Казалось, ветер также покрепчал. Большие куски камней и грязи впивались ей в кожу. Это место ещё более не гостеприимно, чем Земля во время частых сильных бурь.

— Еще немного, — настаивала Белла. — Я…

— О черт.

Белла резко подняла голову от проклятий Дэвис.

Белла резко упала на задницу. И раскрыла рот в безмолвном крике, ужас сдавил горло. Скала ожила и направлялась к ним, ржаво-красное огромное чудовище в вихре пыли олицетворяло опасность.

Белла вновь моргнула, и скала оказалась человеком. Большим, мускулистым, темноволосым мужчиной. Из одежды на нем были лишь набедренная повязка и сапоги; каждый дюйм его мускулистого тела и лица покрывала грязь того же красного цвета, что и камни. Угроза исходила из каждой его поры.

Заключенный планеты их нашел.

Белла отползла на заднице прямо к Дэвис. Мужчина был на голову выше и плотнее, чем Пог, самый большой и сильный из солдат в их миссии. Беллу так и подмывало вскочить и бежать что есть мочи, но Дэвис не могла. Нога её коллеги не выдержит и нескольких шагов.

Белла не сводила глаз от приближающейся угрозы, позади себя она пальцами загребала грязь, лихорадочно ища какое-нибудь оружие. Камень или обломок. Всё, что могло замедлить его, тут его тень упала на неё, и его широкие плечи заслонили солнце.

Он остановился в нескольких дюймах от её ботинок. Белла посмотрела вверх, прямо под капюшон, в темные глаза. Пустота, холод охватили её. Ужасные истории преступлений, совершенных заключенными Драгаш 25, пронзили её разум. Она сгребла грязь, приготовившись бросить. Этого не так много, но она не сдастся без боя.

Затем он прошел мимо, его цепкий взгляд высмотрел новую цель — скрученный металл позади неё.

Белла взглянула на Дэвис.

На лице коллеги-стажера была та же смесь паники и замешательства.

— Какого черта? — пробормотала Дэвис.

Белла пожала плечами. Кто знает? Но она не собиралась упускать возможность.

Не издав ни звука, Белла подсунула руки под Дэвис и аккуратно, спокойно её подняла. Пока Дэвис двигалась, Белла следила за грязным мужчиной, который даже сейчас целеустремленно пробирался через обломки. Он намерен их изнасиловать, а после убить? Надеется, что они побегут, а он станет преследовать? Белла терялась в догадках, но один взгляд на его мускулистые спину и руки, мощные бедра говорил, что он мог сделать с ней всё что угодно, если схватит. Она не даст ему такого шанса.

— Прыгай к тем скалам. Только тихо, — прошептала она в ухо Дэвис, когда они отступили назад. Ей оставалось лишь молиться, что позади нет других таких же, как грязный заключенный.

Её коллега покачала головой:

— Я больше не оставлю тебя.

— Я иду следом за тобой. Но если он внезапно повернется и последует за нами, мы разделимся. Ему будет за чем погоняться. Ты сможешь добраться до пещеры. Я найду тебя там.

Очередной жуткий вопль расколол воздух, прекратив их обсуждение. К страшному крику присоединились ещё и ещё.

Дэвис сжала плечо Беллы. Мурашки выступили на её коже. Такой дикий звук она никогда не слышала.

Это её воображение, или грязный человек стал двигаться быстрее? Он ни разу не поднял голову, просто перешагивал через обломки, отбрасывая куски направо и налево, без колебаний переступая через мертвых.

Поняв намек, Белла двинулась быстрее, увеличивающееся расстояние от непрошеного посетителя придавало ей немного больше уверенности. Вопли, казалось, заставили её коллегу прекратить сопротивляться. Дэвис качнулась назад, почти потащив за собой Беллу, ветер обрушился на них, мусор от нарастающей бури впивался в их плоть.

Белла посмотрела в сторону Уинтропа, который теперь покрылся тонкой пеленой грязи. Несмотря на зловещий ветер, он оставался лежать неподвижно на земле, только неровно подымающаяся и опускающаяся грудь доказывала, что он ещё жив.

Беллу охватила бессильная ярость. Уинтроп умрет — и ужасной смертью, судя по приближающимся звукам чего бы то ни было — а она не могла придумать, как его спасти. Белла почти не сомневалась, что они с Дэвис выживут.

— У нас нет выбора. — Взгляд Дэвис был также прикован к их начальнику.

— Знаю.

Они почти добрались до скалы, когда грязный мужчина крякнул, выдернул что-то из обломков и засунул в мешок на спине. Он развернулся, и его взгляд безошибочно их нашел.

Белла затаила дыхание. Её ноги стали ватными.

Мужчина помчался к ним, пока Белла тащила Дэвис. Её коллега бубнила «о нет, о нет, о нет», а сердце Беллы гулко билось, и ей хотелось кричать в небеса от ярости и…

Он прошел мимо них так близко, что она ощутила плечом тепло его большого тела. Затем она уже смотрела ему в спину, на которой играли мускулы, когда он поднимался на скалу, подобно проклятому горному козлу, оставив их позади дышать пылью.

— Подожди! — Слово вырвалось прежде, чем она успела подумать.

— Белла, нет, — прошипела Дэвис.

Но было слишком поздно. Словно слова Беллы — закон, грязный мужчина замер на выступе.

Белла глубоко вздохнула:

— Помоги нам. Пожалуйста. -

Он не шелохнулся. -

Иначе мы не выживем. — От правды она ощутила в горле привкус горечи.

— Белла, нет…

— Пожалуйста, — умоляла Белла, игнорируя Дэвис. Она подумала о своих сестре и брате. О том, как с них быстро снимут защиту Совета, если она не вернется на Землю.

— Я… Я сделаю всё, что ты захочешь, если поможешь нам.

Он приземлился на корточки у её ног.

Каждое неистовое сердцебиение ощущалось словно сотня лет, когда он встал перед ней, возвышаясь на полторы головы, его теплое дыхание коснулось её лба. Он находился так близко, что она видела горбинку, где был сломан нос, длинные, густые ресницы и темно-синий ободок вокруг зрачков, от чего его глаза казались чернильно-черными. Так близко, что она видела четко очерченные скулы, которые придавали ему зловещий вид.

Защищаясь, она отступила назад.

Грубыми руками он обхватил её предплечья, удерживая на месте.

— Всё? — произнес он низким, хриплым голосом.

Белла собрала всё мужество, её взгляд скрестился с его бездонно черным.

— Всё.

Глава 3

Белла помогла Дэвис спуститься по скальной стене, а следом спрыгнула на землю сама, она почти задыхалась. Их быстрый подъем по скалистой тропе потрепанного сухими ветрами утеса забрал последние силы Беллы. Но даже звуки тяжелого дыхания и песчаной бури не могли заглушить пронзительных криков, раздававшихся далеко внизу.

Беллу охватила дрожь. Кто бы там ни был, они добрались до обломков корабля. Рядом с ней Дэвис зажала руками уши, раскачиваясь взад и вперед.

Белла с трудом удержалась, чтобы не сделать тоже самое. Дикий визг и треск шаттла, разрываемого на куски, был ужасным. Не помогало даже то, что она и её коллеги находились глубоко в скрытой пещере, а буря замела их следы. Белле оставалось только молиться, чтобы взрыв шаттла помог мгновенно умереть экипажу, которому она не смогла помочь.

Даже не запыхавшись, грязный мужчина положил у её ног всё ещё находившегося без сознания Уинтропа.

Их взгляды встретились.

— Спасибо. — Белла именно это и подразумевала. Без него они никогда бы не ушли далеко. Мужчина среди обломков нашел металлическую планку и согнул её так, чтоб Дэвис смогла использовать её как трость. Белла не ожидала, что он осторожно перекинет Уинтропа через плечо и с легкостью вскарабкается по склону. Когда заключенный двигался, его поражающая масса мускул напрягалась.

— Идем. — Мужчина протянул мозолистую ладонь.

Белла с трудом сглотнула, окинула взглядом его хмурое лицо, широкую грудь и мускулистые бедра. Пора платить.

— Нет. — Дэвис схватила Беллу за руку, смотря на грязного мужчину. — Это неправильно. Возьми меня.

Его хмурый взгляд углубился.

— Всё нормально. — Белла поспешно вложила свою руку в его.

Предложение Дэвис было невероятно смелое, но Белла никогда бы этого не допустила. Её коллега была из Совета — и ранена. Она не переживет этого. К тому же, с самого начала идея сделки принадлежала ей. И Белла не сожалела об этом. Не тогда, когда они всё ещё живы.

Его кожа грубая — и удивительно теплая.

Дрожь пробежала по её спине. Белле потребовалась секунда, чтобы понять, что мужчина совершенно не двигался. Его взгляд был прикован к их сплетенным ладоням. В его жестких чертах лица отразилось что-то, похожее на удивление.

Белла взглянула на Дэвис. Её коллега выглядела точно также смущенно.

Тут Беллу осенило. Контакт между людьми. Мужчина реагировал на чувство осязания. Радуясь таким простым вещам, как тепло её ладони в его руке.

Её накрыла волна сочувствия. Этот мужчина, может, и преступник, но он так же живое существо. И находился в одиночестве очень долгое время.

Инстинктивно Белла сплела свои пальцы с его, плотно сжимая их руки.

Мужчина вздрогнул, затем закрыл глаза и поднял лицо, подобно человеку, радующемуся солнечным лучам на лице после тяжелой, темной зимы. Грудь Беллы сдавило.

Будучи много лет просто ещё одним ртом, который нужно кормить, ещё одним телом, чтобы одеть и использовать постоянно сокращающиеся ресурсы Земли, чувствовать нужной кому-то было чуждо — и прекрасно.

— Всё в порядке. — Эти слова она говорила прежде, но на этот раз она имела в виду именно это. — Мы на твоей стороне… Д-друзья.

Мужчина открыл глаза, его хватка усилилась, теперь более властная, чем ласкающая. Все намеки на уязвимость исчезли.

— Я не ищу друга.

Он поставил её на дрожащие ноги, его голос звучал хриплым рычанием, словно он не пользовался им долгое время. Их тела находились настолько близко, что её опаляло его теплом.

Стоя в дюймах от него, Белла чувствовала себя ещё меньше, своей макушкой она едва достигала его груди. Белла пыталась удержать образ изумления, которое видела на его лице, но от этого не осталось и следа. Теперь он выглядел опасным и голодным.

«Я не ищу друга». Не многообещающее начало.

Вопреки своей воле, она взглянула на набедренную повязку, которая не скрывала свидетельство его желания. У неё свело желудок. Грязный мужчина выглядел везде большим и толстым.

Он сжал её руку.

Белла запрокинула голову.

— Твоя сделка. Твой выбор. — Мужчина ослабил хватку — красноречивое послание.

У неё во рту всё пересохло. Белла поняла. Он её не принуждал. Она сама предложила сделку. Именно ей выбирать, что произойдет дальше.

Не совсем то, что она ожидала от уголовника с Драгаш-25, но то же самое можно сказать обо всем, что он сделал до сей поры.

Её взгляд метнулся к Дэвис, Уинтропу и к проходу в пещеру, где даже сейчас ужасные пронзительные крики доносились за незащищенным входом. Взгляд Беллы проследовал дальше. Она посмотрела на металлический костыль Дэвис. Вспомнила, как Уинтропа осторожно уложили на землю. Затем посмотрев в лицо мужчине, Белла вложила свою ладонь ему в руку.

Прочистив горло, она ответила:

— Ты выполнил свою часть сделки. Я сделаю, что ты хочешь.

Его ноздри раздувались. Без слов мужчина обхватил ее за талию и наполовину понес, наполовину повел вглубь пещеры.

Белла услышала страдальческий вздох Дэвис, когда та пыталась встать, и шарканье позади них. Белла по-настоящему оценила неизменную готовность коллеги к борьбе за неё, но Дэвис ничего не могла с этим поделать. Никто из них ничего не мог сделать.

Заключенный был достаточно большим и сильным, чтобы взять её, не дав ничего в замен. То, что он не просто использовал грубую силу, что спрашивал, что желал уйти подальше, о чем-то говорило. Но бесить его неразумно. Один вскрик, и те злобные ублюдки узнают о их присутствии.

Они в безопасности, но грязный человек всё ещё держал их жизни в своих руках.

— Дэвис, пожалуйста. Я буду в порядке. Присмотри за доктором Уинтропом, — произнесла она через плечо, её голос на удивление прозвучал ровно.

Ответ её коллеги приглушился, когда грязный мужчина с Беллой повернул за поворот сужающейся пещеры. С каждым торопливым шагом вглубь скалы невозмутимость Беллы выветривалась. Если он хотел ей навредить, то уже бы сделал это.

Невозможно было поверить, что это происходило на самом деле. Этим утром она проснулась в своей опрятной кровати женского помещения на исследовательском шаттле Академии, младший сотрудник с скромной надеждой буквально спасти мир, а теперь её возьмет — и бог знает, что ещё сделает, — на жестком полу пещеры преступник с холодными, темными глазами.

Она не могла забеременеть или заразиться какой-нибудь ужасной болезнью, благодаря ежегодной инъекции, предложенной всей Академии наук, но такие меры предосторожности не могли уберечь от всего остального.

Она напряглась, желая сопротивляться, ударить и убежать, прежде чем он поймет, что произошло, но такой поступок был более чем глупым. Грязный мужчина слишком сильный, мощный и опасный. Она серьезно пострадает, если попытается с ним бороться.

Словно зная о её мыслях, грязный мужчина сжал её крепче и притянул к своему боку.

Белла приглушенно ахнула.

Мужчина всё равно услышал. Он свел темные брови над полуночным взглядом и посмотрел на свою руку, что обхватывала её запястье. Затем ослабил хватку.

— Впереди проход сужается. Оставайся рядом или порежешься.

Белла глупо моргнула. Его голос походил на мрачный, сексуальный рокот, от чего мурашки побежали по спине, а при других обстоятельствах её чувства пустились бы вскачь. Сейчас это просто её смутило. Он… он на самом деле пытался оградить её от ран?

Прежде чем Белла придумала, как спросить, он вновь двинулся вперед, решительно удерживая её запястье в своей руке и плотно прижимая её к себе, поскольку стены пещеры сузились, и путь перед ними потемнел. От близости заключенного легкие Беллы наполнил его землистый, мужской запах, гораздо более привлекательный, чем она ожидала, учитывая, что грязь покрывала каждый его дюйм. Они находились так близко, что грубые кусочки грязи терли её левую руку в тех местах, где она обнаженной кожей касалась его бока.

Рубашка Беллы стала влажной. Воздух нагрелся. Затем без предупреждения они обогнули острый угол и остановились.

Она вскинула голову, резкий вздох сдавил горло от потрясающего вида в нескольких футах впереди.

Её охватило изумление.

Лучи подернутого дымкой солнца сквозь маленькие трещины пещеры ярко освещали бирюзовый водоем. Он блестел, словно драгоценный камень, а изумрудного цвета растения с большими, сложными, веерообразными листьями росли вдоль берегов. Пальмы. По-настоящему растущие, великолепные, здоровые пальмы. Из семейства арековых, если она не ошибалась, хотя у них нет такого же неразветвленного стебля, как в учебном пособии. Нежно-фиолетовые плоды росли из их разделенных стволов. А запах… Белла глубоко вдохнула, почувствовав странный, чудесный аромат. Цветочный. Богатый. Живой.

Ничего подобного не существовало на Земле уже несколько столетий. Но здесь… её сердце затрепетало. Уинтроп оказался прав. В конце концов, возможно, для Земли была надежда.

Белла скользнула вперед. Только её остановила неподвижная привязь вокруг её запястья. Её взгляд схлестнулся с голодным, темным взглядом.

— Раздевайся.

Эйфория Беллы тут же угасла. На краткий миг она обо всем забыла.

Но с каждой секундой грязный мужчина надвигался на неё, его темный взгляд сверлил её, наблюдая, ожидая, его челюсти сжаты, твердые мускулы напряглись. Её охватила реальность того, что должно произойти.

— Я не стану тебя заставлять. — Его слова походили на рык, но их смысл был тем не менее четко ясен. Мужчина вновь предлагал ей выбор.

Её дыхание сбилось.

Сейчас она может ещё пойти на попятную. Может отказаться от сделки. Похоже, он на самом деле позволял ей уйти. Но без его помощи она, Дэвис и Уинтроп никогда не дождутся поисково-спасательной команды. Никто не узнает, что она сегодня нашла здесь.

Белла перевела взгляд на веерообразные растения. «Теперь у меня есть ещё одна причина выжить», — сказала она себе. Это место. Эти растения. Они могут быть ключом к спасению её сестры и брата.

Как только мелькнула эта мысль, она оттолкнула воспоминания о милых лицах своих родственниках. Белла не хотела, чтоб они каким-то способом были связаны с тем, что предстояло случиться.

— Мой выбор. — Неловко Белла расстегнула верхнюю часть своей униформы, трясущиеся пальцы затрудняли движения. Рядом с ней грязный мужчина пугающе застыл.

«Это не так, как раньше заниматься сексом ради секса», — напомнила она себе. Долгие часы учебы, работы и сведения концов с концами не позволяли ей ничего большего, чем несколько быстрых, неуклюжих перепихов с товарищами по казарме, лишь гася телесный пожар. Конечно, она знала их больше пяти минут, и никто не имел уголовного прошлого, и не было эмоциональной связи.

Сегодня тоже самое. По крайней мере, она пыталась убедить себя.

Когда бегунок опустился до её пупка, она глубоко вздохнула и позволила покрытой грязью униформе соскользнуть с её рук, и одним махом стянула её с бедер. Одежда скомкалась у её ног, оставив на ней только белый лифчик и трусики. Её кожу покалывало от холодного воздуха, соски сморщились в тугие бутончики.

Приглушенное проклятие привлекло внимание Беллы.

То, что Белла увидела, заставило её сердце забиться ещё быстрее. Больше нет холода, нет пустоты, темный взгляд грязного мужчины блестел чувственным голодом, блуждая по её груди, животу и бедрам. Изумление вновь вернулось. Белла заметила темно-синюю кайму, прежде чем зрачки расширились настолько широко, что почти их поглотил черный.

Белла инстинктивно прикрыла себя руками.

— Сними остальное.

От грубого приказа она снова уронила руки по бокам.

Судорожными движениями Белла скинула сапоги. Затем ловко расстегнула бюстгальтер и уронила его на землю, после стянула трусики по бедрам и переступила через них. Да. Она сделала это.

Белла заставила себя держать руки по бокам.

«Чтобы выжить. Чтобы выжить», — повторяла она слова вновь и вновь.

Секунды шли. Ничего не происходило. Единственными звуками в пещере были ритмичное капание воды и частое затрудненное дыхание Беллы.

Она посмотрела на заключенного.

— Прекрасна. — Сказанное им хрипло единственное слово её удивило. А так же его пристальный темный взгляд.

Мужчина сжал кулаки по бокам. Секунды шли. Он не сдвинулся с места, чтобы её схватить. Просто смотрел, будто запоминал каждый дюйм тела. Неуверенно она переступила с ноги на ногу, волна жара окатила её щеки и грудь. Изумление в его взгляде заставило горло Беллы сжаться, как при их первом прикосновении.

— Иди в воду. — Его голос прозвучал ниже, чем прежде.

Белла смутилась. Она ожидала, что он уже будет на ней.

— Ты в его крови, — это прозвучало почти обвиняюще. — Иди.

Белла хотела спросить, почему, черт возьми, это важно, но он уже стал снимать повязку с бедер.

Быстро развернувшись, Белла направилась к воде, не заботясь, что температура оказалась немного прохладнее, чем ожидалось, и едва отметив незнакомое маслянистое ощущение, когда вода прильнула к коже. Добравшись до более глубокой середины водоема, Белла присела так, что вода доходила до плеч, прозрачная вода мало что скрывала, но все-таки придавала спокойствия.

Прозвучал всплеск. Мощная рябь омыла её спину, подобно большой волне. Мужчина вошел в воду. Он шел за ней.

Трусость заставляла Беллу стоять там, где она была, закрыв глаза. Офицер в ней говорил, что она должна повернуться и посмотреть в лицо опасности.

Белла развернулась и обнаружила только маленькие пузырьки на поверхности воды. Чернильное красно-коричневое пятно, за которым следовала белая пена, растекалось во все направления. Затем темноволосая голова всплыла на поверхность, и он встал перед ней, по пояс в воде. Грязи на мужчине больше не было.

Белла открыла рот в изумлении.

Без грязи у мужчины были темные густые волосы, остриженные очень коротко, оливковая кожа, широкий лоб, низкие брови, твердые губы и квадратная челюсть. Крошечные капельки остались на длинных ресницах, в то время как струйки воды спускалась по точеным скулам, вниз по мускулистому торсу и животу к небольшой дорожке темных волос, которые вились от пупка и скрывались под водой. Шрамы различной длины и ширины прослеживались на безупречной, твердой мускулатуре.

Боже мой, грязный мужчина оказался из плоти и крови — и невероятно мужественным. Если бы она встретила его в Академии или в казарме на Земле, она бы не смогла оторвать от него глаз. Он был так прекрасен.

Затем он протянул руку, и её оцепенение прошло.

Шикнув, Белла попятилась.

Мужчина поднял темную бровь:

— Держи.

Белла посмотрела вниз и увидела маленький белый брусок в его руке.

— Это мыло, — произнес он грубым тоном. — Дроны сбрасывают мусор с Земли. Воспользуйся им.

Ещё одно длинное высказывание. Казалось, в этот раз оно ему далось легче. Словно он разминал голосовые связки. Будто мужчина вспоминал, как на самом деле разговаривать с кем-либо. Кроме того, Белла понятия не имела, что происходило здесь. Почему он тратил время, протягивая ей мыло. Чтобы её отмыть.

Белла ненавидела, что не могла прочитать его всего. Ей претило, что не могла понять, реальные или нет вспышки человечности, которую видела в его взгляде.

— Спасибо.

Ей потребовалось всё мужество, чтобы протянуть руку и взять брусок из его руки, прикосновение кончиков пальцев к его грубой ладони вызвало в ней всплеск адреналина. Но он по-прежнему остался стоять, позволив ей убрать руку с крепко сжатым в ней мылом, её сердцебиение замедлилось до болезненного ощущения.

— Я… я никогда раньше им не пользовалась. Академия разрешала только лазеры для очистки. Пользоваться водой запрещено давным-давно. — Белла замолчала.

Конечно, он это знал. Мужчина не из другой галактики, он с Земли. Просто его присутствие там больше нежеланно.

Он сжал губы в линию:

— Я здесь какое-то время, но не настолько долго.

Это была шутка? Его выражение лица ничего не подсказывало.

— Конечно. — Её руки дрожали, она взяла мыло и потерла о свою руку. Кровь осталась. Белла потерла сильнее.

Белла не ожидала этого… этого разговора. Или доброты в виде ванны… с мылом. Это сбивало с толку.

— Тебе нужна вода, чтобы намылить. — Грубые руки забрали мыло и окунули его в воду, делая такой же круг из пены, который она видела ранее.

— Повернись. — Его голос стал вновь хриплым.

Её загнанное сердце вновь застучало в два раза быстрее. Она не сделала ни шагу.

Мужчина выжидал дольше, чем она ожидала, прежде чем заговорил сквозь плотно сжатые зубы:

— Всё? — Это было напоминание. Упрек. Вызов.

Её последний шанс передумать.

Белла закрыла глаза.

«Я сделаю это. Я должна это сделать».

Белла развернулась, готовая, что её схватят. Ударят. Но нарочито медленное скольжение мозолистого пальца по выступам позвоночника поразило её сильнее, чем любой удар.

Глава 4

— Убери волосы на одну сторону. — Голос 673 прозвучал грубее, чем он собирался, но все его усилия уходили на то, чтобы держать себя в руках. Зверь в нем рычал, чтобы он повалил девушку и ворвался в неё. Чтобы взять, что ему полагалось. Как это принято на Драгаш-25.

И он мог. Он мог делать с ней всё, что хотел. Его сила дала ему это право. Беззащитность девушки сделала её легкой добычей. На Драгаш-25 правил не было. Не было чести. Только насилие и власть.

Но он не повалил девушку. Не вбивался в неё. Ощущение шелковистой мягкости под его пальцами слишком приятно, чтобы спешить. Промелькнули смутные воспоминания о человеке, которым он когда-то был. Те запахи и вздохи, и сексуальное мурлыканье женщины, находящейся на пике возбуждения, стоили ожидания.

То, что в нем ещё осталось даже такая малость того человека, которым он был когда-то, смутило его почти так же, как и разозлило. Но всё это отходило на второй план по сравнению с ощущением гладкой кожи, когда он провел кончиками пальцев по спине девушки.

Она осталась. Он не раз думал, что она уйдет. И приготовился к отказу. Человек, которым он когда-то был, внушал ему, что лучше уйти, пока он не превратился в монстра. Но она его удивила. И он не собирался терять возможность испытать то, что думал, никогда вновь не ощутит.

Он наклонился вперед, слегка проведя носом по её гладкому плечу. Святой ад. Запах её… женщины. Легкий. Нежный. Кожа сохранила слабый намек на ваниль.

Мыло треснуло в его ладони.

Это хорошее напоминание. Контроль необходим. Самообладание превыше всего, или хрупкая, дрожащая женщина перед ним превратится в пыль в его руках. Подобно всему остальному, что он когда-либо имел.

Он сказал ей повернуться, потому как вид её тела: этой сливочно-белой кожи, полной пышной груди, обрамленной идеальными розовыми сосками, фигура в виде песочных часов и обнаженный, аппетитный холмик — делал невозможным медленное продвижение к сексу. Но даже когда она стояла спиной к нему, он был в беде. Этот зад… призывал его даже сейчас.

Он наклонился ближе:

— Ты пахнешь… хорошо.

Она дернулась. Затем, казалось, заставила себя расслабиться.

— Трудно представить, но спасибо, — произнесла она высоким голосом, в котором слышалось принужденное веселье. Ему это не понравилось так же сильно, как и тогда, когда она приказывала тому ублюдку-солдату. — Я покрыта сажей, грязью и пылью. Даже мои волосы воняют.

673 посмотрел на её волосы. Он даже не обратил внимание на них, заметил только, что они длинные, волнистые и достаточно женственные, чтобы подходить ему по всем пунктам. Но теперь ему стало любопытно. Найдя в себе силы для самоконтроля, о которых даже не подозревал, он отбросил похоть, жестко на него давившую.

— Окунись.

Мгновение поколебавшись, девушка с глубоким вздохом погрузилась под воду. Тотчас её волосы путанным шелком расплылись веером в разные стороны. Неловко — его руки казались слишком большими и неуклюжими — 673 как можно осторожнее взял пряди, позволяя мылу скользить по ним и по розовой коже её головы. С её волос стекала грязно-серая вода, обнажая золотисто-коричневый цвет, который, он уверен, обратится в желтое золото, когда волосы высохнут. Его девушка-воин оказалась блондинкой.

По какой-то причине это принесло облегчение. Его жена была брюнеткой.

Он слегка потянул за волосы женщины. Сообразив, она вышла из воды, вытирая глаза.

Устав от ожидания, он с намотанными на кулак её волосами побрел вместе с ней к берегу. Они остановились на мелководье, где вода доходила девушке до бедер. Он потянул её к себе, не обращая внимания на то, что она застыла и ахнула от страха, пока не прижался пахом к её идеальной попке.

Стон сдавил его горло. Теплое прикосновение её мягкой, влажной кожи и ощущение пульсирующего члена, уютно устроившегося в расщелине её попки, — это лучшее, что он мог себе представить.

За исключением того первого прикосновения… теплой маленькой ладони, прижимающейся к нему, её пальцы добровольно переплелись с его… Боже, это почти поставило его на колени.

После первых нескольких лет на Драгаш-25 боль не занимала важное место в его жизни. Жизнь превратилась в чередование немых, унылых циклов. Но удовольствие… он думал, это ощущение исчезло навсегда.

Пока она не предложила ему всё что угодно.

Она задрожала, когда он заскользил руками по шелку её кремовых плеч, по рукам. Мыльная пена оставляла белые полосы. Он исследовал мягкость её теплой плоти — словно экстаз и ад в одном.

Он судорожно дышал, пытаясь удержаться и утопая в ощущениях. После восьми лет унылой пустоты пробудилось каждое нервное окончание, что почти причиняло боль. Поражающее изобилие чужого аромата, прикосновений и звуков почти невозможно было вынести. И всё же он не мог заставить себя остановиться.

Женщина была настолько миниатюрной, что его ладони легко покрывали её спину. И всё же она приняла вызов ублюдка-солдата и его. И сделала всё необходимое, чтобы спасти своих друзей. Возможно, у неё есть сила, чтобы выжить на Драгаш-25. По крайней мере, дольше, чем у большинства женщин.

— Хочешь узнать моё имя?

Руки 673 застыли. Ему стоило догадаться, что девушка-воин не сдастся просто так.

В словах, сказанных шепотом, звучал упрек.

— Кадет Аннабелла Уэст. Сокращенно Белла.

— Удобно. — «Но мне больше нравится девушка-воин».

Он гладил руками её полную грудь, перекатывая нежные розовые соски между большим и указательным пальцем. Такие гладкие. Такие тугие. Её резкий вздох заставил его член пульсировать сильнее.

— Я прилетела с миссией. — 673 играл с её грудью, и с каждой секундой её голос становился все менее твердым, дыхание учащалось. — Я прилетела, чтобы найти способ спасти Землю. К…

Он направил руку вниз по её плоскому животу и накрыл ладонью её холмик.

— Девушка-воин?

— Да? — Слово прозвучало сбивчивым шепотом.

— Заткнись.

673 покусывал её горло, пальцами прошелся по нежным складочкам лона, чтобы она привыкла к его прикосновениям. Напоминая ей, что должно произойти. Она не была внизу влажной. 673 и не ожидал этого от неё. Кое-что необходимо было наладить в первую очередь. То, что её разум должен принять прежде, чем последует её тело.

— Это не имеет значение. Прошлое миновало.

Один заключенный сказал ему тоже самое, когда он прибыл. Когда он всё ещё цеплялся за человечность, что теплилась внутри него. За жизнь, правила и нормы, что он знал на Земле. Урок спас ему жизнь.

— Жизнь на Драгаш 25-коротка. Уродлива. Жестока. Каждый день, что ты выжил, — это чудо. -

673 выдержал паузу, позволив словам до неё дойти. — Понимаешь, что я говорю, женщина?

Белла кивнула, но он всё равно заставил себя продолжить. На какое-то время он отвык говорить, но это было важно. Ему нужно, чтобы она поняла.

— Будет только удовольствие. Не боль. Я не наслаждаюсь болью.

Она успокоилась, и ему показалось, что услышал небольшое всхлипывание. Это вызвало странное стеснение в его груди. Ему не стоит больше упоминать о боли. Он явно давно не практиковался.

— Я не обижу тебя. — 673 большим пальцем скользнул к клитору, нежно, еле-еле. — На Драгаш-25 ты получаешь удовольствие, где можешь и когда можешь. Потому что завтра тебя может не быть в живых, чтобы что-то почувствовать.

Молчание, и единственный звук — это её частое дыхание, а затем, к его огромному удовлетворению, она расслабилась, разведя слегка ноги, чтобы приспособиться к его прикосновениям.

— Никакой боли — это хорошо. Я… я сделаю это.

Её смелость ударила по нему подобно запрещенному приему. Сбила его дыхание, скрутило мышцы, кровь бушевала в его венах, а тело требовало удовлетворения, в то время как его разум кричал убираться из этой пещеры, пока не поздно. Поджать хвост и бежать, прежде чем её бесстрашие приведет к чему-то, чего он никогда не желал.

За восемь лет ему стало наплевать на другую душу. Это удерживало его в здравом уме. Это сохраняло ему жизнь. Чувствовать что-то к этой женщине, кроме похоти, не входило в план.

Но прежде чем он последовал своим мыслям, Белла ладонью накрыла его руку, привязывая его с себе, её пальцы соединились с его так же, когда он в первый раз её коснулся.

— Всё в порядке.

Черт. Она утешала его. Успокаивала его, словно дикое животное, доказывая насколько она проницательна.

Он хотел стряхнуть её руку. И сказать ей, что не нуждается в этой хрени, но выбора не было. Не тогда, когда он надрывно дышал. Не тогда, когда не мог пошевелить рукой, даже если внезапно появится вся свора 225-го.

«Нет! Это погасит телесный жар. Воспользуюсь моментом. Ничего более».

Решившись, 673 заставил свое тело успокоиться. Скользя ладонями по её ногам, он заметил, как она вздрогнула, как сглотнула, когда он коснулся её под коленями, погладил по попке. Дыхание Беллы участилось, когда он кончиками пальцев провел по расщелине между ягодицами. 673 сжал её горло, и она задрожала, а он ртом припал к чувствительной плоти. С каждым

прикосновением его жажда нарастала.

Он понял, что его девушке-воину нравилось испытывать острые ощущения.

Совсем скоро мучительное пение раздалось в его разуме, его руки скользили по её мягкой коже, изучая её, переучивая себя, от усилий не торопиться по его спине стекал пот, и каждый мускул напрягся до боли.

К счастью, её мышцы наконец расслабились, бедра раздвинулись в знак подчинения, когда он пальцами стал ласкать лоно: скользя по влажности, горячей как ад, что только сильнее его возбудило. Она влажная, горячая. И в миллион раз эротичнее, чем любой сон, что он видел в последние годы одиночества.

Ему необходимо больше. Больше ощущений. Больше прикосновений. Больше её.

— Держись.

Без предупреждения 673 подхватил её на руки

и направился к берегу. У неё не было выбора, кроме как скрестить лодыжки за его задницей.

673 положил Беллу на мягкий мох, его руки больше не дрожали. Она убрала ноги с его талии. Он остался между ними, заставив её широко развести бедра. Вид её, распростертой под ним, заставил его застонать.

Её глаза увеличились втрое, беспокойство и нерешительность, но больше не страх, промелькнули в её великолепных зеленых глубинах. Изумрудно-зеленых. Подобно растениям вокруг него. Он раньше этого не замечал.

— Что ты собираешься сде…

Не успела Белла закончить вопрос, как 673 припал к прекрасному розовому лону. Его действия были красноречивым ответом. Он забыл этот аппетитный, острый вкус, эротический запах, невероятное ощущение. И его девушка-воин… вкуснее всего, что он помнил. Особенно, когда она слегка вскрикнула и развела шире ноги, впустив его. Доказывая то, что он жив.

Его контроль был окончательно сломлен.

Прорычав, 673 поднялся, обхватил её бедра и оторвал от земли, располагая их напротив члена. Их взгляды встретились, когда он пенисом дважды потерся о лоно, используя её соки в качестве смазки.

— Я вхожу, — заявил 673.

— Знаю, — произнесла Белла, тяжело дыша под ним. Её взгляд был ясным. Твердым. Она явно не забылась в своем удовольствии, как следовало, но на её щеках появился румянец, а прекрасная розовая щель была набухшей и влажной. Этого достаточно.

— Потрогай себя. Доставь себе удовольствие.

Он покачал головой, борясь за самоконтроль.

На мгновение она замерла, а затем в её глазах заискрились понимание и решимость, перевешивая стыд, смущение или страх. Наблюдая, как она пальчиками скользила по своим мягким складочкам, это почти заставило его упасть на колени.

Его взгляд замер на её руке, дрожа от страсти, он медленно входил в неё дюйм за дюймом. Её тугое влагалище позволяло ему лишь неспеша в неё погружаться. Её нарастающие стоны удовольствия подстегнули его желание, доводя до безумия. Пока он полностью не вошел в неё. Так глубоко, что его яйца прижались к её попке. Черт возьми, ощущать её было невероятно.

673 вошел в неё сильнее. Быстрее. Его бедра двигались почти с отчаянной скоростью, гонясь за наслаждением, которое он никогда не думал вновь почувствовать. Доведенный до края горячими как ад движениями её пальцев, скользящих по клитору все сильнее, быстрее и безумнее, её взгляд стал тяжелым, и он глубоко врезался в неё.

Соединен с другим человеком. Он не ожидал, что это случится вновь.

— Всё. Помнишь, женщина? — он произнес слова, почти рыча. — Ты сказала всё, и я хочу это. Я хочу, чтобы ты кончила для меня.

Словно ожидая его приказа, Белла кончила, её тело дрожало, пальцы сорвались, а влагалище сжало член, затягивая его жестко и глубоко, толкая его в собственный оргазм, его спина выгнулась дугой, когда волна наслаждения пронзила его, чертовски невозможно было сдерживаться, но всё равно он продолжал толкаться, не желая, чтобы это заканчивалось, пока не выжмет всё до последней капли удовольствия.

Ах ты черт! Он почти чувствовал… рай.

Пока не вспомнил, что это был Драгаш-25. И здесь всегда после наслаждения приходила боль.

****

Внезапное напряжение мужчины заставило Беллу очнуться от оцепенения. Она по-прежнему ощущала, как её тело сотрясал оргазм, толстый член находился глубоко в ней, её ноги широко разведены, а бедра всё ещё подняты к верху.

Их взгляды встретились. Мужчина выглядел настороженно. Разве не она должна выглядеть так?

Возможно, он не видел этого, но самые сильные эмоции, бушевавшие в ней в тот момент, были благодарность и гордость… и боль хорошо удовлетворенной женщины.

То, как о смотрел на неё… то, как обращался с ней… как будто она что-то ценное… словно прикасаться к ней — что-то необычное… она раньше такого не испытывала.

Люди так смотрели на выцветшие фотографии исчезнувших лесов, но на других людей? В мире, где люди, подобные ей, — без родителей и влияния Совета — были вынуждены спать друг на друге и плечом к плечу сидеть в переполненных закусочных, поедая синтетические, без запаха твердые куски еды, это воспринималось как должное, как необходимость терпеть, а не наслаждаться. Но с ним этого не чувствовалось. Белла не ощущала себя бременем. Белла испытывала… чувствовала, что она что-то значит.

Этот незнакомец — преступник — не причинил ей вреда. Вместо этого потребовал, чтобы она доставила себе удовольствие. И Белла ответила на вызов. То, что должно было стать адом, превратилось в рай. Может быть, это не имеет смысла для всех, но она сделала то, что должна, и испытала лучший секс в своей жизни.

— Как тебя зовут? — Белла должна знать.

Мужчина замер. Казалось, он вздрогнул.

Молчание затянулось.

Её настроение пропало.

— Ничего. Это неважно.

— 673.

— Это не имя. — Белла сохраняла свой тон легким, без вызова. Она не дура. И понимала, что секс с ним не делал её особенной. Но между ними, черт возьми, образовалась какая-то связь.

Он ещё больше нахмурился:

— На Драгаш-25 это имя.

— Но у тебя было имя на Земле.

673 с шумом опустил руки на землю с обеих сторон её головы. Никакой дрожи в руках, никаких следов уязвимости.

— Это не Земля, девушка-воин. Попытка притвориться не поможет ни одному из нас.

Она искала в нем любые признаки мягкости, она почти была уверена, что видела их раньше. Ничего.

Она вообразила себе зарождающуюся с ним связь? Приписывала ему больше человечности, чтобы создать весь этот обмен более приемлемым?

— Может, это не Земля, но мы всё ещё люди. Это не изменится.

— Ты ошибаешься. — 673 лег на Беллу и вошел в неё глубже, заставив ахнуть. — На Драгаш-25 нет имен. Нет человечности. — 673 толкнулся глубже. — Нет самоотверженности. — Ещё толчок. — И точно нет счастливой жизни. — Он запустил пальцы в её волосы, удерживая так, чтобы она не смогла отвести взгляд, если бы захотела. — Если ты хочешь остаться в живых, то примешь это сейчас.

Бела осторожно кивнула. Небольшое натяжение кожи на её голове в сочетании с трением толстого члена заставляли её с трудом сосредоточиться на его словах. Но его мрачный голос прозвучал ясно и громко. Как и его посыл.

Попытка смягчить его напоминанием о Земле не сработала. Ей казалось, что он думал, будто она принесет с собой одни неприятности. И какие бы чувства и сострадание она не разбудила в нем своим прикосновением, все это могло в один миг исчезнуть, будто и вовсе не существовало.

— Я… я поняла.

— Ты хочешь, чтобы я обеспечил тебе и тем двоим безопасность? — бросил он вызов. — Женщине и тому умирающему офицеру Совета?

— Он не умрет, черт возьми. — Яростно произнесенные слова вылетели прежде, чем она успела подумать.

673 застыл, сузив глаза.

— Это твой мужчина?

Воздух внезапно загустел от опасности.

— Доктор Уинтроп? Нет. Он мой начальник. Не более.

Захват на её волосах ослаб.

— Хорошо. Потому что я не делюсь. — Он начал вновь двигаться и рукой скользнул между их телами, чтобы потереть чувствительный клитор. — До тех пор пока ты понимаешь, чем ты и я занимаемся здесь и что требуется, это сохранит им жизнь, и всё будет хорошо.

— О боже.

Наслаждение нарастало в ней, и она сомкнула веки. Белла вытянула руки над головой, изогнула спину, чтобы лучше встречать его толчки. Гораздо легче раствориться в наслаждении, чем думать о том, что он требовал, и преднамеренно сдерживаться. До тех пор пока от жесткого рывка за её волосы, она не открыла глаза, не давая себе забыться.

— Ещё нет, женщина. — Он смотрел на нее темным взглядом, его пальцы замерли на клиторе, преднамеренно её контролируя. — Хочу прояснить. Ты используешь меня для защиты. Я использую тебя для удовольствия. Эта сделка, которую ты предложила, а я её принял. Всё просто.

Белла заставила себя сосредоточиться.

— Согласна.

Другого выбора не было. Какой смысл признаваться, что немного разочарована. Ей не нужно чувствовать себя особенной. Или обмениваться именами. Или видеть удивление в его взгляде. Ей нужно лишь, чтобы он придерживался их соглашения.

Это не так страшно, если сделка не бессрочна. Спасатели прибудут. Ей нужно лишь ублажить его на короткое время.

Он словно ощутил её скрытый протест и толкнулся глубже в неё.

— Ты делаешь то, что я говорю и когда говорю. Драгаш-25 не простое место для выживания.

Белла с трудом сглотнула:

— А кадет Дэвис? Ты оставишь её в покое?

— Раненная женщина? — 673 нахмурился. — Я не заинтересован в ней, пока ты рядом.

Не совсем комплимент, но сойдет и так.

— Т-тогда, да, поняла. Я согласна. На всё. Когда скажешь. Пока обеспечиваешь нам безопасность.

— Хорошая девочка.

Теперь он быстрее стал работать пальцами и вбиваться в неё сильнее. Толчки передавались от лона к её пальцам ног и вверх по позвоночнику. 673 вновь потянул её за волосы, пока не обнажил её горло, затем зубами прошелся вдоль её шеи и сомкнул губы на её ухе.

От уязвимости своего положения Белла задрожала.

— Девушка-воин? Ты хочешь называть меня по-другому, чем 673? Называй меня осужденный. Потому что с этого момента, — прошептал он, его теплое дыхание обдало ей ухо, — я тот, кто владеет твоей задницей.

Глава 5

Белла проснулась и несколько раз глубоко вздохнула. Что за шум? Она подавила стон, её тело протестовало даже от малейшего движения. Осужденный брал её столько раз, что она сбилась со счета, и заставлял её кончать ещё больше.

Она уже не видела того трепетного взгляда, но 673 прикасался к ней с таким отчаянием, словно думал, что она исчезнет в любую секунду. Он был неумолимым, яростным, его руки и губы были повсюду — но только не на её губах. 673 ни разу её не поцеловал.

Перекатившись на бок, Белла осмотрела комнату. Никого. Не то чтобы она уже не знала об этом. После нескольких часов над ней, внутри неё, позади неё — его запах и сила проникли в каждую её пору, его руки и губы отметили всю её — она остро реагировала на мужчину.

Паника охватила её, вызвав дрожь. Он же их не бросил? Получил, что хотел, и ушел?

Белла поднялась на колени и тогда увидела лежащую над её головой стопку аккуратно сложенной одежды. Её грязной униформы нигде не было видно.

Её сердце замедлилось. Он бы не оставил одежду, если бы не собирался держать слово, верно?

Потянувшись за одеждой, Белла подняла голову, прислушиваясь, неуверенная, неужто скалистая пещера играет с её воображением. Она вновь слышит странный шум? Тот же, что её разбудил?

Лишь медленно капающая вода эхом отозвалась позади неё. Белла сослалась на нервы и продолжила двигаться. Осужденный не давал ей никаких инструкций — она надеялась, что её действия его не разозлят. У нее так много вопросов: о пещере, о том, как он её нашел, здесь ли он живет, по поводу одежды и кто издает такие ужасные звуки? Но последние пару часов он не был настроен на разговор. У нее возникло досадное чувство, что, возможно, никогда и не будет.

Одежда оказалась на удивление мягкой, хоть и велика. Белла свернула вверх штанов под большую рубашку с длинным рукавом. Ей потребовалось какое-то время на то, чтобы понять, как работает закрывающийся механизм. У Командного совета Земли последние костюмы созданы из грубого синтетического материала и скреплялись магнитами, к которым только требовалось приложить пальцы вдоль шва, чтобы застегнуть. Мыло, одежда для преступников, вероятно, старые и сброшены с Земли. Но они теплые и чистые, намного лучшие, чем её чертова униформа. От нее не ускользнуло, что заключенный оставил её бюстгальтер и нижнее белье. К счастью, ботинки также здесь.

Яркие растения привлекли внимание Беллы, но она заставила себя пройти мимо. В первую очередь надо проверить как Дэвис и Уинтроп. Ей необходимо убедиться, что с ними всё в порядке. Кроме того, после жизни согласно протоколу Командного совета, в котором ежечасно велся учет производительности её действий, полная свобода сбивала с толку. Встретиться со всезнающим взглядом Дэвис будет непросто, но необходимо набраться храбрости. Как сказал заключенный, на Драгаш-25 другие правила. Кадет Дэвис должна понять и…

Тихое шипение пронеслось по пещере. Жуткое. Нечеловеческое.

Белла побежала, звук сошел на шепот и наконец прекратился.

*****

— Не приближайся! — Яростный приказ заключенного заставил Беллу остановиться.

У нее перехватило дыхание.

Дэвис прижалась к противоположной стене пещеры, возле её ног лежал бессознательный Унтропом и опрокинутое ведро воды. Заключенный стоял в набедренной повязке и сапогах, а на обнаженной груди красовался кровавый след от когтей. 673 широко расставил ноги, в одной руке держа большое копье.

В трех шагах от него стоял шипящий четырехногий зверь высотой в восемь футов и с огромными когтями. И с ещё большими клыками. Казалось, что об полосатую мускулистую тушу легко сломается длинная деревяшка в руках осужденного.

Мускусный запах распространился по пещере. Первобытная интуиция Беллы подсказывала, что это аромат зверя, но она не стала бы утверждать. Животные на Земле давно вымерли.

Стараясь не поддаваться панике, Белла осмотрелась в поисках какого-нибудь оружия. Острая скала? Ещё более острая палка? Проклятый Пог и остальные солдаты. Если бы они оставили ей пистолет, у нее бы был шанс против этого существа.

Белла нагнулась к земле и схватила несколько разбросанных неподалеку горных пород, затем осторожно шагнула с другой стороны к животному.

— Я сказал тебе не приближаться. — От низкого шипения заключенного зверь прижал уши назад. — Уходи к воде. Он не приблизится к ней.

Проигнорировав его, Белла осторожно шагнула вперед.

— Я не оставлю своих коллег здесь. Если смогу обойти его, то отвлеку, а ты отведешь их в безопасное место.

— Нет, — категорично отказал осужденный.

Белла делала ещё один шаг, грязь от горной породы прилипла к её потным рукам.

— Как быстро это существо бегает?

— Тигос очень быстрые. Ты ни за что его не обгонишь. Иди. Назад. Сейчас.

Тон заключенного заставил Беллу задуматься, стоит ли ей бояться его или чудовища.

— Я могу помочь.

— Не стоит.

Не успела Белла воспротивиться, заключенный прыгнул вперед и копьем нацелился прямо на злобные клыки тигоса.

Зверь сильно ударил лапами, широко раскрыв пасть.

Белла едва ринулась вперед с криком, когда заключенный уклонился от когтей тигоса. 673 проскользнул под брюхом зверя. В мгновение ока заключенный ударил копьем и пронзил уязвимый живот существа.

От удара тварь откинуло, и она испустила ужасный, пронзительный рев. В ответ заключенный схватился за конец копья и выдернул его из живота зверя. Кровь брызнула на пол пещеры. От сладковатого запаха у Беллы свело живот.

Осужденный поднял руку, чтобы ударить вновь.

Но животное попятилось, ударившись об стену пещеры, едва не задев Беллу, а затем бросилось вон из пещеры.

Кромешная тишина заполнила пещеру.

Белла прижала руку к стене, её колени ослабли. Благослови Боже осужденного. Проклятие, это было слишком близко.

Затем что-то грохнулось на землю, и прежде чем Белла смогла развернуться, руки грубо схватили её за плечи и развернули. Заключенный уставился на нее опасными темными глазами:

— Я сказал тебе не приближаться.

Белла проигнорировала тревожную волну страха.

— Я хотела помочь.

673 крепче её сжал:

— Ты сказала, что будешь слушаться. Разве ты не поняла, что здесь легко умереть?

— Я теперь всё хорошо поняла, но…

— Ты нарушила сделку. — 673 убрал руки, словно не мог к ней прикасаться.

Её охватило облегчение. Заключенный выглядел таким свирепым. Белла ожидала, что разделит судьбу тигоса.

Вместо этого он схватил копье и прошествовал к своей грязного цвета сумке.

Белла посмотрела на Дэвис, которая прижалась к стене и оберегала Уинтропа. Кадет выглядела бледной, взволнованной, но на её лице больше не было сажи, а нога перевязана свежей повязкой. В целом она выглядела лучше, чем когда Белла видела её в последний раз.

Уинтроп так же выглядел лучше, хотя всё ещё был без сознания. Его лицо теперь чистое, а грудь перевязана.

Это всё сделал осужденный, пока она спала.

— У вас полчаса.

Белла посмотрела на вход в пещеру.

Каторжник стоял у входа спиной к ним. Не оборачиваясь, он перекинул рюкзак через плечо.

— Я оставил ещё рубашку, которую сможете использовать на бинты и несколько батончиков, но я бы съел их на бегу. Тигос вновь унюхает кровь. Скоро их будет ещё больше. Это был самец тигос. Самка в пять раз больше и в сто раз яростнее. Не говоря уже о стае 225-го, которая услышала драку. Тебе лучше не быть здесь, когда они придут.

— Подожди. — Она бросилась вперед. — Куда ты уходишь?

— Куда угодно. — 673 сжал зубы и вышел из пещеры.

— Нет, пожалуйста. — Белла побежала за ним. — Я сожалею. Я не хотела тебя взбесить. — Белла бежала, чтобы не отставать, но он несся на своих длинных ногах по камням, легко увеличивая расстояние между ними. — Не уходи. Мы умрем без твоей помощи. Пожалуйста. — Последняя просьба застряла в горле, когда очертания его фигуры исчезли из виду.

Он ушел. Трахнул её и бросил без всяких колебаний.

— Прекрасно! Иди! — прокричала Белла туда, где он исчез.

— Я должна была знать, что ты не выполнишь часть сделки. Ты ничто иное как жалкий уголовник на Драгаш-25. Кому ты нужен?

Белла повернулась к пещере, когда землю сотрясло. От потрясения глаза Беллы расширились. Осужденный шел к ней с убийственным взглядом.

Она только занесла ногу, чтобы убежать, но сильные руки прижали её к теплой стальной груди. Царапаясь, брыкаясь, Белла пыталась вырваться, но безрезультатно. 673 обхватил одной рукой её вокруг живота, а другой вцепился в её волосы — она оказалась в ловушке.

— Правильно, девушка-воин. Я ничто иное как жалкий уголовник на Драгаш-25

673 с легкостью отнес её к большой скале, принимая её удары, словно от надоедливого насекомого. Её руки болели, волосы прилипли к шее, она тяжело задышала в тот момент, когда 673 прижал её к огромной глыбе.

— Остановись. — Белла пихнула его в грудь. Всё равно что сдвинуть скалу у нее за спиной.

— Уголовники не останавливаются. — 673 сжал в кулаке её рубашку, заставляя её встать на цыпочки, так что её лицо оказалось на уровне его. Он коленом скользнул между бедер Беллы, заставив развести их широко. — Мы берем. — 673 дернул её за волосы, а другой рукой провел по её телу. — Мы насилуем.

Он прошелся пальцем по поясу её завернутых штанов. Туда и обратно. Подобно дергающему хвосту тигоса. Опасность сквозила в каждом его неторопливом движении.

— Мы убиваем.

Сердце Беллы гулко билось, она пыталась успокоиться.

— Я… я не должна была говорить то, что сказала. Мне жаль.

— Правильно. Ты не должна была говорить это. — 673 туго обмотал свое запястье её волосами. — Так же как не должна была игнорировать мой прямой приказ.

— Я понимаю это сейчас.

Заключенный будто не слышал Беллу.

— Думаешь, здесь легко выжить. Думаешь, это шутка. Думаешь, я попал в этот гребаный ад на длинный срок чисто случайно.

— Нет.

— Я видел такое, во что трудно поверить. Я делал такое, что едва могу думать об этом. — Отголоски тех ужасов отразились на его лице. — Я делал это восемь лет и не собираюсь умирать сейчас.

Её грудь сдавило. Белла не думала, что выдержит в этом месте ещё несколько дней. Она не могла даже представить, как выживать восемь лет.

— Прости, ты прав. — Белла говорила быстро, слова вылетали из её рта, на этот раз более искренние. — Я не пыталась тебя убить. Хотела помочь. Я… я должна была слушаться. И… и не называть тебя… жалким. Я была напугана и зла. Я ценю всё, что ты сделал: укрыл в пещере, спас нас от тигоса. Даже принес воду и повязки моим коллегам. — Белла прокашлялась. — Ты придерживался сделки, это я облажалась.

673 не ответил, но расслабился.

— Здесь легко умереть.

— Но люди выживают. — Её голос дрожал. — Ты выжил. И я тоже смогу.

673 покачал головой, в его взгляде, казалось, отражалось сожаление.

— Ты нежная, хрупкая. — Хищные пальцы теперь уже ласкали её. — Сохранить твою жизнь будет почти невозможным. Даже при отсутствии твоего упрямства.

Новая и удивительная мысль охватила её, словно бомба для её разума. Возможно, не жестокость стала причиной ухода заключенного, а прямо противоположное? Он не хотел видеть, как она умрет.

— Я сильнее, чем ты думаешь. Понимаю, ты не знаешь меня, но я то знаю себя.

Его пальцы на её теле замерли, указывая на то, что он слушает.

— Когда последняя волна голода накрыла Землю, мне было четырнадцать, — продолжала Белла. — Мои родители умерли от голода через несколько месяцев. Осиротевшие, одинокие, каждый говорил, что я и мои младшие брат и сестра не продержаться больше месяца. Но я сохранила им жизнь. Мне приходилось воровать. Я работала на любой работе, что могла получить. Училась при каждом свободном моменте. Так я могла заработать баллы, от которых зависела моя стипендия Академии Совета, а также мои младшие брат и сестра имели право жить на мое пособие. И вот, что я натворила. У нас троих всё было хорошо, пока я не потерпела крушение на этой планете. — Белла втянула воздух. — Я переживу всё это. Поверь мне.

— Я никому не верю. — 673 погладил её по животу, а носом провел вдоль её шеи. — Женщина, ты хорошо пахнешь. Как ничто на Драгаш-25. На вкус ещё лучше.

После многих часов в его объятиях Белла узнала этот резкий голос, вызванный сильным желанием. 673 также понимал, что дает ей второй шанс. Белла подозревала, что он редко это делал.

Её тело ответило: кожа запылала, соски затвердели, а лоно запульсировало.

— Я больше не доставлю тебе хлопот. Прикоснись ко мне, зак… — она не хотела так его называть. Больше нет. Не после того, как он вернулся, несмотря на то что она его оскорбила. Может, он и заключенный на Драгаш-25, но также и мужчина. Тот, кому она доверилась, и сохранил больше человечности, чем он сам осознавал. — Если ты не скажешь свое имя, я стану звать тебя Герой. Это лучше подходит.

673 застыл:

— Совсем не подходит.

— Ты уже дважды спас меня и моих друзей. Это делает тебя героем.

Белла подумала, он будет доволен.

— Герой не делает того, что я собираюсь сделать, — прорычал он. — Раздвинь ноги.

Возможно, он пытался вызвать страх, но она лишь испытывала опаляющую похоть. 673 ранее не причинял ей вреда. Даже, когда она его оскорбляла.

Должно быть, это проверка. И она не намеревалась её провалить.

Она поступила так, как он велел. Белла впилась пальцами ему в плечи, когда он сдернул её штаны с бедер. Холодный воздух овеял её ягодицы.

— Всё ещё хочешь называть меня Герой? — 673 толстым пальцем исследовал её складочки, в его взгляде отражался вызов, затем большим пальцем закружил по клитору. Медленно. Демонстративно.

— Нет. — Её накрыло удовольствием. Белла хотела называть его по имени. Ей хотелось, чтоб 673 прекратил притворяться, что он хуже, чем есть.

— Хорошо. — Его голос снизился до шепота, пронизанного удивлением. — Ты влажная.

— Да. — Ей должно быть стыдно? Возможно, но его мозолистые руки воздействовали на ту часть её тела, где она нуждалась в нем больше всего, и её это заводило. К тому же это Драгаш-25. Она может создать собственные правила. Получать удовольствие, пока это возможно. С мужчиной, который намного сложнее, чем он хотел, чтоб она поверила. — Мне… мне нравится, что ты со мной делаешь.

Ноздри 673 раздувались, он дрожал всем телом. Похоже, она застала его врасплох. На мгновение что-то очень человеческое, что-то похожие на сожаление или вину промелькнуло в его взгляде, но исчезло в миг.

— Достань член. Впусти его в себя.

Наверняка он пытался доказать, что не является героем.

Белла вспомнила, как 673 встал между её коллегами и тигосом. Как он напал на существо, думая, что тварь набросится на нее. Проблеск надежды в его взгляде, когда она утверждала, что намерена выжить. Неоспоримо, он вернулся, несмотря на свой гнев.

Пальцы Беллы дрожали, она скользнула руками под набедренную повязку, ощутив ладонями жар его кожи, пытаясь его сжать. Член был настолько толстый, что Белла не смогла охватить его полностью. Она стояла на цыпочках, продвигая бедра вперед, при этом прижимаясь к скале и пытаясь впустить член внутрь.

Белла издала стон разочарования. 673 такой большой. А она очень маленькая. Неправильный угол проникновения. Она могла лишь потереться об заключенного.

— Я… я не могу.

Не успела она закончить фразу, как 673 скользнул сильными руками под её попку, поднял её, и их тела оказались в идеальном положении. Вместо того чтобы толкнуться в нее, он приставил кончик члена к её входу и застыл на месте — своего рода послание.

Белла пристально на него посмотрела.

Знал ли он, что она видит его примитивное желание, хотя он его отрицал.

— Скажи мне, — приказал 673.

Белла сразу поняла, о чем он.

— Я не смогу сделать это самостоятельно. Я нуждаюсь в тебе. Я хочу.

— Кого?

Ей следовало знать, что он и здесь победит.

— Тебя, заключенного. Ты нужен мне.

Победно фыркнув, 673 вводил член дюйм за дюймом в Беллу, пока она полностью его не приняла. Большими руками он двигал её вперед-назад так, что она скользила на нем по его прихоти.

По её телу, настолько чувствительному и напряжённому от страсти, пробежала дрожь. Она шире развела ноги, встречая его быстрые, судорожные толчки, приближающие оргазм. Нуждаясь в чём-то, за что можно было бы схватиться, она скользнула руками вниз по его огромной мускулистой спине. В этот момент 673 прижал губы к её уху и прошептал:

— Кончи для меня, девушка— воин.

Отдавшись нахлынувшему оргазму, её тело будто разлетелось на тысячу частичек.

Белла пыталась восстановить дыхание, когда 673 сильной рукой взял её за подбородок и наклонил так, чтоб она посмотрела в его бездонный взгляд.

— Жалкие преступники с Драгаш-25 имеют свою выгоду, — почти прорычал 673. — Не забывай.

Глава 6

— Отдохнём здесь.

Заявление заключенного заставило Беллу поднять взгляд, её ноги ликовали. Посмотрела на свои ноги, за последний час она с трудом их переставляла.

— Помочь?

— Я сам.

Конечно, он сам. Белла наблюдала за тем, как каторжник опускал находившегося без сознания Уинтропа на землю. Последние четыре часа 673 нес того на спине, почти бежал со своим копьем и рюкзаком, которые не выпускал из вида из-за опасного скалистого ландшафта. И всё это время жарко палило солнце.

Белла подозревала, что он сделал остановку не ради себя. Его дыхание даже не участилось, в то время как у нее каждая мышца на ногах болела, а Дэвис побледнела, и её белая рубашка пропиталась потом.

Если она немного поможет, это её не убьет.

— Я вернусь, чтобы скрыть наши следы. Оставлю немного воды и оставшиеся батончики. — 673 протянул гладкий небольшой камень с отверстием на концах. — Если возникнут какие-либо неприятности, брось это. — Затем протянул копье. — Не мешкай. Что бы ни появилось перед вами.

Белла посмотрела на оружие:

— Если копье у нас, что ты будешь использовать?

Он с предостережением посмотрел на нее:

— Возьми.

Белла напряглась, но сделала, как он велел. 673 почти исчез из поля зрения, его непередаваемый золотистый оттенок кожи переливался словно шелк, когда он умчался, и она вдруг поняла, что не спросила, что перед ними может появиться. Но было уже слишком поздно.

После нервного осмотра скалистого ландшафта Белла опустилась рядом с Дэвис, которая проверяла повязку Уинтропа.

Они встретились взглядом, затем отвели его друг от друга.

Впервые они могли поговорить наедине. После того как Белла и заключенный вернулись после ссоры, она выглядела раскрасневшейся с растрепанными волосами. 673 сунул в руки ей с Дэвис припасы, забросил на себя Уинтропа и отдал команду следовать за ним. Он задал быстрый темп, и разговаривать было невозможно. Белла и Дэвис обменялись мрачными взглядами и на этом всё.

— Ты в порядке? — спросила Дэвис тонким голосом.

— В порядке. — Существовали гораздо более важные темы для разговора, чем её эмоциональное состояние. — Я не знаю, куда он нас ведет, но насколько могу, прокладываю направление по солнцу. Мы вернемся на место крушения и к спасателям, когда придет время. До тех пор лучше оставаться с ним.

— Возможно так, но…

— Ты боишься, что он придет за тобой? Он дал слово, что этого не произойдет. Пока я с ним.

— О боже. — Дэвис прекратила притворяться, что возится с бинтами Уинтропа и сморщилась. — Мне очень жаль. Я… я ненавижу, что ты должна делать это ради нас. Ради меня. Потому, что я из Совета и…

— Я это сделала не потому, что ты из Совета.

Дэвис покачала головой, как бы опровергая утверждение:

— Я не должна была позволять тебе. И быть такой трусихой.

— Нет, пожалуйста. — Белла сжала худое плечо коллеги. Да, прикасаться к члену Совета без разрешения было серьезным нарушением протокола, но нет причин, почему замечание заключенного о других правилах на Драгаш-25 не работало так же и в этом отношении, а Дэвис, видимо, нуждалась в чем-то большем, нежели просто в словах. — Не говори так. Это не то, что ты думаешь.

— Не лги мне. Я слышала тебя. Знаю, что он делал с тобой. — Дэвис прикрыла глаза, прижавшись к руке Беллы. — Я ненавижу себя за то, что позволила этому случиться. Я бездействовала, пока он причинял тебе боль. Я… я знаю, что это такое… И теперь… — Она сложила руки на коленях. — Теперь я позволила этому случиться с тобой. Я ужасная трусиха.

— Он не причинял мне боль. — От смущения горло Беллы стиснуло. И одновременно от печали. Кто-то причинил боль Дэвис. Плохой признак, если у женщины трясутся руки.

Ободряя, Белла взяла Дэвис за трясущиеся руки. На удивление та вцепилась в её.

— То, что ты слышала, это не боль, это… это наслаждение, — призналась Белла, глубоко вздохнув. — Он делал то, от чего я чувствовала себя замечательно. Раньше я такого не ощущала. Я… я этого не ожидала, но это так.

Дэвис шокировано посмотрела на Беллу.

— Он не такой, как ты думаешь. — Белла странно ощущала себя в роли защитника.

— Он каторжник на Драгаш-25. Мужчина заставил тебя заниматься с ним сексом. — Голос Дэвис в конце дрогнул.

— Он меня не принуждал, — мягко произнесла Белла. Признание коллеги сделало этот разговор более деликатным, чем она ожидала. — Мы заключили сделку. И до сей поры он дал больше, чем взял.

Дэвис молчала.

Белла сжала её руку.

— Мне жаль, что кто-то тебя обидел. По правде сказать, я хотела бы найти того ублюдка и скормить его тигосу, но моя ситуация другая. Он резок и груб, но не монстр. Даже когда злится, не причиняет мне вреда. И он уже сделал для нас больше, чем Пог когда-либо. Мы живы благодаря заключенному.

— Заключенный? Это… это его имя?

— Нет, но он настаивает, чтобы его так называли.

Дэвис приподняла бровь.

Белла пожала плечами:

— Он здесь восемь лет. Думаю, он не любит вспоминать, что когда-то был человеком.

— Или, возможно, тот человек потерян навсегда, — предупредила её коллега. — Не возлагай надежды на того, кто уже потерян. Он не очень хороший человек, если оказался здесь. — Дэвис закрыла глаза. — Не… не дай себя обмануть. Я… я знаю, что не должна говорить о делах Совета, и думала когда-то, что мой жених хороший человек. Потом он сделал из меня личную боксерскую грушу. — Дэвис покачала головой, раскрыв слезящиеся глаза, и осмотрела пустынный пейзаж. — Я хотела лишь свободы. И посмотри, что получила взамен.

— Это ещё не конец. — Белла старалась своим голосом не показывать потрясение. В коллеге крылось гораздо большее, чего она предполагала. Не говоря уже её глупом предположении, что быть частью элитной семьи Совета означало конец всем заботам.

— Ты по-прежнему свободна, Ева.

Ева слегка улыбнулась, услышав свое имя, и Белла поняла, что выбрала правильный ход. После того, о чем они признались друг другу, казалось слишком жестоким и смешным использовать фамилии членов Совета. На Драгаш-25 другие правила, как говорил заключенный.

— Белла? Кадет Дэвис? — раздался тонкий сиплый голос Уинтропа, прервав их разговор. — Что произошло?

Белла села на пятки. Их командир жив и в сознании.

— Не пытайтесь встать. — Очередной раз игнорируя протокол, она слегка нажала на его грудь, когда он попытался подняться. — Произошла авария. Вас ранило.

Белла не знала, как много Уинтроп вспомнил за последние день или полтора. Уинтроп смотрел им в лица мутным взглядом, а красивое лицо исказило от боли и усталости, кожа так побледнела, что темная метка Совета сильнее, чем обычно, выделялась на шее.

— Вы обе в порядке?

— Мою ногу немного задело, но я в порядке, — ответила Ева.

— Я в порядке.

Белла ощутила вину. Кроме нескольких царапин и болевшего плеча, которое на самом деле ныло, когда на него давило что-то тяжелое, она на удивление невредима, в то время как их коллеги мертвы. Она боялась сказать это Уинтропу.

— Слава богу. — Уинтроп схватил Беллу за руку. — А другие?

— Пог и несколько солдат тоже живы. — Белла отвела от него взгляд. — Остальные нет.

— Черт. — Скорбь отразилась на его обычно веселом лице. — Где Пог сейчас? Я… я помню, кто-то нес меня. — Он изо всех сил пытался сесть. — Мне нужно его поблагодарить.

Белла и Ева переглянулись.

— Это не Пог. Он и его команда бросили нас.

— Что? — Возмущение Уинтропа началось как рев, а закончилось болезненным шипением, он рукой схватился за грудь. — Боже, как больно. — Он отбросил их попытки проверить его повязку. — Бросили нас? Совет займется Погом. А также его свободой. Его единственная цель — оберегать наши жизни.

— Пог испугался за свою жизнь. — Белла не защищала, а просто объясняла. Она ненавидела Пога с тех пор, как он «случайно» коснулся её задницы вовремя тренировки. Его действия после крушения шаттла только подтвердили её первоначальное предположение о его характере. — Наша авария привлекла заключенных Драгаш-25.

— Они следят за нами? — Уинтроп попытался подняться. Но его локоть соскользнул, и он со стоном рухнул обратно.

— Мы в безопасности. Прекратите метаться.

Ева помогла Белле удерживать их командира на спине. Белла не единственная, кто временно осмелел за пределами Совета. Тем не менее Ева бросила на Беллу настороженный взгляд, прежде чем вновь посмотрела на Уинтропа:

— Белла нашла нам помощь.

— Помощь? — Уинтроп закрыл глаза. Даже такое простое усилие его изнуряло. — Слава богу. Думаю, мне нужно больше времени, прежде чем смогу сбежать отсюда.

Подобные самокритичные шутки он всегда держал наготове. Белла улыбалась, её глаза покалывало от слез, на неё накатило облегчение от того, что Уинтроп жив, что они живы.

Ева улыбалась, её глаза тоже слезились.

— Может быть, вам дать немного воды. — Ева вскочила, поспешив к бурдюку, что оставил заключенный.

— Белла, я так рад, что ты в порядке. — Уинтроп прижал её руку к своей щеке, удивив её. — Я понял, когда увидел тебя, что ты удивительная. Такая красивая. Такая решительная. — Уинтроп повернул голову и поцеловал её ладонь; его теплый рот оставил нежелательный отпечаток на её коже. — Я не должен был позволять Совету сдерживать себя. Я… я хотел рассказать тебе так давно. Я… я позабочусь о тебе. Больше не позволю протоколу стоять у меня на пути. Хочу, чтобы мы были намного больше, чем коллеги. Мое положение имеет достаточное влияние, чтобы выдержать любой урон, что они могут причинить нашему союзу. — Его хватка усилилась.

— Спасибо, что ты нашла способ спасти нас, дала мне время очнуться.

Уинтроп в шоке. Скорее всего он не соображал, что говорил. Ну и самомнение. Невероятное высокомерие. Всё ещё… он её начальник. Белла отодвинулась в нерешительности, её лицо горело, разум искал правильные слова.

Белла сомневалась, что он её так благодарил бы, узнав правду о том, как она поступила, чтобы их спасти.

— Ну разве это не мило.

Белла посмотрела вверх.

Заключенный нависал над ними и смотрел на руку Уинтропа поверх её.

— Вижу, он наконец очнулся.

Уинтроп крепко сжал её руку:

— Кто это?

Воздух завибрировал от угрозы.

Белла с трудом встала на колени.

— Заключенный, это доктор Уинтроп, старший сотрудник нашей миссии. Доктор Уинтроп, это заключенный. Мужчина, который бесчисленное множество раз спасал наши жизни. — Делекатно, насколько это возможно, Белла пыталась освободить свою руку из руки Уинтропа. Но тот не отпускал.

У заключенного раздувались ноздри.

Ева вернулась с водой, её тревожный взгляд метался между мужчинами.

— Я… я хочу поблагодарить вас, мистер… ах, заключенный. Мы ценим все, что вы сделали для нас.

Ева протянула воду Уинтропу, вынудив его выпустить руку Беллы.

Освободившись, Белла встала:

— У тебя были проблемы?

— Ты беспокоилась обо мне, девушка-воин?

Белла ощущала на себе буравящие взгляды Уинтропа и Евы. От этого ей хотелось поджать хвост и бежать. Вместо этого Белла сжала колени.

— Я беспокоюсь за всех нас. Я не хочу, что бы кто-то пострадал.

Осужденный посмотрел на Уинтропа, прежде чем вновь обратил свой взор на нее.

— Иногда боль усиливает наслаждение. — Он поманил Беллу к себе, взгляд был холодным и тяжелым, как и вовремя встречи с тигосом. — На этот раз я покажу тебе, что имею в виду.

— О чем он говорит? — прозвучал яростный голос Уинтропа за её спиной.

— Ты не знаешь? — Холодная полуулыбка исказила лицо заключенного. — В обмен на весь этот героизм и спасение ваших жизней, я беру её.

— Её?

— Твою драгоценную Беллу. Я трахаю. Когда захочу. И как хочу.

Если бы появилась воронка и поглотила Беллу целиком, она бы была благодарна.

— Нет, — возразил Уинтроп почти шепотом. Ева всхлипнула.

Осужденный вновь обратился к ней:

— Ты пойдешь со мной за тот холм или хочешь расплатиться перед ними? Для меня не имеет значения. Я хочу тебя на четвереньках. Задницей кверху.

Белла подавила подступающую тошноту.

Повзрослев, Белла усвоила что, гордость редко сочетается с выживанием. Она сделала то, что необходимо, и теперь ей стоит двигаться дальше. И всё же часть её печалилась. Независимо от предупреждений заключенного, она продолжала обманывать себя, полагая, что он может быть тем, кем не являлся. В конечном счете не имело значения, что она думала о нем. Он по-прежнему их лучший вариант выбраться отсюда живыми.

— Я иду с тобой. — Не глядя на коллег, она пошла вперед.

— Белла, нет, — закричал Уинтроп. — Ева, останови её.

Ева только громче заплакала.

Впервые Белла испытала жестокое желание, чтоб Уинтроп оставался без сознания. У нее было сильное ощущение, что ничего бы не случилось, если бы он не очнулся.

— Тебе не нужно ложиться под этого ублюдка. — В голосе Уинтропа звучало разочарование от своей беспомощности. — Мы можем выжить без него. Я Совет, черт подери. Не уходи. Не делай этого с нами.

Заключенный даже не замедлился. Его полное безразличие, абсолютная уверенность, что Уинтроп ничего не сделает, чтобы его остановить, оскорбляло.

Белла не выдержала и развернулась назад:

— У нас нет оружия. Мы не знаем местности. Нет еды. Нет воды. Нет инструментов. Вы и остальное наше начальство говорили, что мы будем в безопасности, что это легкая миссия, просто туда и обратно, и вы не подготовили нас. — Белла приподняла подбородок. — Вы не хотите поблагодарить меня за то, что я делаю, хорошо. Но не лгите мне и себе. Ваша принадлежность к Совету не сможет нам помочь сейчас. Мы не продержимся и часа без его помощи.

Белла не торопилась догонять заключенного, а он не собирался её ждать. Когда она оказалась на полпути к скалистому каньону, 673 исчез из поля зрения. Белла брела в одиночку вдоль скал, всё больше и больше раздражаясь от каждого спотыкания о мусор.

Когда она достигла вершины скалы, то с радостью воображала, как спасатели Совета используют оглушающее оружие на ублюдке, приказывая ему ползти на четвереньках. Задницей кверху.

Белла обогнула скалу и затаила дыхание, замедлив шаг.

Глава 7

Белла оглядывалась с благоговением, её взгляд метался повсюду. Между бесплодных скалистых утесов расположился рай, который она даже не могла себе представить. Покрытый пышной растительностью каньон был усеян высокими остроконечными деревьями и веерообразной фиолетово-оранжевой флорой. Место ещё более красивое, чем скрытое в пещере. Пальмы раскачивались лениво на ветру, отбрасывая тени на медленно плещущееся кристально-розовое озеро, которое мерцало в лучах солнца. Это… это энергия, спокойствие и красота. Это пропитание. Это надежда.

— Тебе нравится? — Заключенный появился из-за большого камня. Суровость на его лице при разговоре с Уинтропом сошла, расслабив его черты.

— Это… невероятно, — призналась она неохотно. Ей хотелось бы получше всё рассмотреть, но без него.

— Я наткнулся на это место несколько лет назад. Есть пару мест, подобных этому на Драгаш-25, но до сих пор никто не знает об этом. Я подумал, тебе это понравится.

— Ты хотел показать его мне?

Он отвел взгляд:

— Я заметил, насколько тебе понравилось в пещере. И подумал, что захочешь это увидеть. Озеро здесь, по крайней мере, на пятнадцать градусов теплее, чем в пещере.

Подобно качанию маятника, её чувства накренились в обратном направлении, внутри вспыхнуло что-то почти близкое к любви к заключенному.

— Удивительно. — Белла сделала несколько боязливых шагов ближе к краю обрыва и посмотрела вниз. — Не могу поверить, что это реально. Я никогда по-настоящему не верила, что на Драгаш-25 мы найдем что-то полезное, но вот оно. Наяву. Живые, растущие дикие растения. У нас нет никаких растений дома уже целую вечность. — Белла от восторга захлопала в ладоши. — Ты понимаешь, что это означает? В конце концов миссия не провалилась. Возможно, ты только что спас Землю.

673 отпрянул, будто от удара.

— Мне плевать на Землю. — Он ожесточился. — Что, черт возьми, кто-то там сделал для меня, кроме как бросили в эту дыру и ожидал, чтоб я умер? Я скажу так: гибель Земли — это свершившееся правосудие.

— Но миллионы людей умирают. — Белла ударила кулаком об ладонь. — Ты не можешь искренне желать им смерти. Там мои брат и сестра. Они ничего тебе не сделали.

Заключенный пожал плечами, оскорбительно не отвечая на её слова.

— Не важно, что мы думаем. Мы не можем ничего изменить.

— Но мы можем, — поправила Белла, молясь, что приняла правильное решение, доверившись ему. — Прибудет поисково-спасательный челнок. Это стандартная процедура после крушения. Они прибудут для расследования и поиска живых. Они спасут нас, и мы передадим полученные данные. Мы будем героями. Все мы, включая тебя. — Когда 673 нахмурился, Белла поспешила добавить: — Потому что ты тот, кто показал это место. Я очень четко изложу свою позицию по этому вопросу. Расскажу Командному совету, что ты сделал для нас. Уверена, они поспособствуют сокращению твоего приговора. — Белла задолжала ему хотя бы это.

Заключенный фыркнул:

— Для такой умной женщины ты действительно не понимаешь.

— Прости? — опешила она.

— Мне не сократят приговор. Командный совет хочет, чтобы я умер на Драгаш-25, и это ничто не изменит. Вы рассчитываете на спасателей? — Он покачал отрицательно головой с жалостью во взгляде. — У них ничего не получится. Подумай, случайно ли твой шаттл разбился?

Чернильное облако страха растеклось по её венам.

— О чем ты говоришь?

— О том, что Совет понятия не имеет, что здесь происходит. О том, что вы не первое научно-исследовательское судно, пытающееся приземлиться здесь. О том, что стая 225-го сбила ваш шаттл, как и тех, кто ранее прилетал сюда, и они сделают то же самое, когда прибудут следующие.

— Это не правда.

673 подошел к ней:

— Так вот почему ты так любезна? Ты надеялась на спасение? Вообразила, что наша небольшая сделка понадобится только на короткий срок? Что ты всего лишь несколько дней будешь страдать от члена отброса общества. — В его смехе не слышалось веселья. — Сожалею, девушка-воин, но никакого спасения не предвидится.

— Ты лжешь. Они прилетят.

— Стая 225-го допускает только дроидов, потому как им нравится, что те приносят еду, одежду и людей для рабского труда или перепиха, и они не хотят, чтобы что-то заподозрил Командный совет, пока они готовятся с ним сразиться.

— Сразиться с ним?

— Думаешь, если оставить группу преступников одних на тысячи лет, то те не построят собственное общество? Требуется лишь один идеолог-психопат со способностью заставлять большое количество последователей делать всё, что он захочет, и каторжная планета, полная безжалостных преступников, на которой до этого царил хаос, превратится в хорошо организованный учебно-террористический центр. И это то, чем стал Драгаш-25.

— Этого не может быть.

— Возможно, ты не слышала на Земле из-за цензуры Совета, но этой планетой сейчас управляет стая убийц с манией величия, которые довольно серьезно не довольны Советом. В довершение всего, они разобрались, как блокировать электронные системы корабля, заставляя их без предупреждения падать. Я видел, они на пути к созданию машины, которая сможет сделать большее. Возможно, даже поможет покинуть планету и отправиться в космос. — Он поднял рюкзак, который всегда находился недалеко от него. — Им всего лишь не хватает важных деталей и некоторых ноу-хау. Они это в конечном счете получат.

— Нет. — Белла шагнула назад. Затем ещё. — Ты лжешь. Спасатели прилетят. И я улечу отсюда. Ева и доктор Уинтроп тоже.

— Осторожно, — рявкнул заключенный, уронив рюкзак в грязь, протянул руки и поманил её к себе. — Ты на краю.

Белла еле его слышала.

— Мы расскажем им о растениях. Об их способности расти в суровой жаре и грязи, в среде, схожей на измененную Землю. Они согласятся на необходимость дальнейшего изучения, и мы дадим Земле и моей сестре и брату шанс на полноценную жизнь.

— Остановись, — произнес он яростно и жестко.

Белла покачала отрицательно головой, вытирая слезы с лица.

— Я больше не стану тебя слушать. — Её ботинок, соскользнул у края, но она продолжила отступать, нуждаясь в расстоянии, чтобы оградиться от его ужасного рассказа.

— Вернись.

Земля поддалась под её ногами.

Белла закричала. Сильные руки схватили её за предплечья.

— Черт побери. — Заключенный притянул её ближе, оттаскивая от края. Звук падающих камней эхом отдался в её ушах. — Что я говорил тебе в первый день, женщина? — Заключенный слегка встряхнул Беллу. — Ты должна оставить свои мечты о Земле. Тебе нужно смириться с тем, что ты теперь на Драгаш-25. — 673 вновь её встряхнул. — Ты должна понять это, иначе никогда не выживешь.

— Я думала, это на короткий срок, — закричала Белла в ответ, толкая его в грудь. — Я не думала, что это навсегда. Скажи мне, что ты врешь.

— Не вру.

— Нет! — Белла боролась, пытаясь вырваться. От его слов. От искренности в его взгляде. От ужасной истины, что ожидала её брата и сестру.

В договоре Совета прописано, если её объявят пропавшей без вести или мертвой, то все иждивенцы будут выдворены из защищенного корпуса Совета и ограждены от распределения ресурсов. Её любимых брата и сестру отправят обратно в сиротские приюты, где выросла она. Бездушное, жалкое место, где жизнь — это голод, смерть и грабители. И на этот раз её там не будет, чтоб их защитить.

— Ты ошибаешься, — настаивала Белла. — Спасательный шаттл прилетит спасти нас. — Она сильнее надавила на него, затем толкнула. А 673 по-прежнему держал её. Его хватка была жесткая, но безболезненная. Он просто пережидал её истерику.

До тех пор пока её судорожные вздохи не сменились на рыдания, а её руки не упали безжизненно по бокам.

— Я не… не хочу остаться здесь навсегда.

С мрачным выражением заключенный притянул её к себе и крепко обнял.

— Всё хорошо, девушка-воин. Всё хорошо.

Но это не так. Белла сомневалась, что когда-нибудь будет именно так.

*****

Заключенный держал её крепко, пытаясь успокоить их обоих. Даже на Земле 673 не очень-то хорошо с этим справлялся. Он был пилотом и солдатом и, даже приезжая домой на побывку после заданий Командного совета, он с женой жили довольно разными жизнями. Он понимал, что находился дома редко. Жене пришлось устраивать свою жизнь. Но не знал, что она спала с женатым представителем Совета из их округа.

— Заключенный?

— Да? — Он не хотел, чтоб прозвучало так грубо, но Белла смотрела на него, по её лицу стекали слёзы, а пальцы сжимались на его груди, от увиденного у него стал ком в горле.

На мгновение 673 подумал, что потеряет её у обрыва, не успеет добраться до нее вовремя, и его сердце по-прежнему сжимало от страха. Глупее не придумаешь. Привязанность ко всему на Драгаш-25 являлось рецептом разочарования.

— Никто не прилетит? — Её голос звучал тихо. Совсем не похоже на его девушку-воина.

Он ничего не мог сказать, кроме как правду.

— Они прилетят, но не выживут.

Белла вздрогнула:

— Я не могу позволить этому случиться.

673 играл с кончиками её волос, наслаждаясь мягкостью шелкового локона в ладони.

— Это невозможно остановить. Выжить на этой планете достаточно сложно. Попытка сразится с 225-м и его сворой только погубит тебя вместе с ними.

— Но ничего не остается… — она прервалась, всхлипывая.

— Помнишь, что я говорил. — 673 пытался сохранить неизменным свой голос, но это было непросто. Её мягкость — любая мягкость — напоминала ему о его первоначальном выводе, что она не протянет долго, и это раздражало его больше, чем должно. — Законы Земли здесь не работают. Переживай за себя.

Белла не ответила. Заключенный также промолчал, наслаждаясь тем, что держал её теплую, желанную и доверившуюся ему.

— Заключенный? — Ему следовало бы знать, что молчание долго не продлится. Его девушка-воин любила поговорить. — Почему ты говоришь об этом загодя? Почему заставил думать Уинтропа и Еву, что забрал меня, чтобы трахнуть?

Он почувствовал, как член дернулся. Ему нравилось слышать это слова из её полных губ.

— Потому что это я и собираюсь сделать.

Белла изучала его, будто могла видеть его сердце, что, конечно, невозможно. Он давно потерял этот орган.

— А насчет боли?

673 неловко переступил с ноги на ногу:

— Возможно, это небольшое преувеличение. — Он поднял её лицо за подбородок, чтобы встретиться с его твердым взглядом. — Теперь ты моя. Не его. Здесь, мать его, засранец Совета не может ничего поделать, он там лежит на земле, так что пусть привыкает к этому. Вам двоим лучше к этому привыкнуть.

— Я не хочу быть с ним. Я не была с ним и до крушения, — она даже не колебалась.

Что-то внутри него отпустило. Он даже сразу и не понял, что внутри всё сжалось.

— Хорошо.

— Знаю, у меня нет реальных оснований просить, учитывая условия нашей сделки, — её голос дрогнул, стегнув его подобно кнуту, — но я… я бы была признательна, если бы ты намерено не унижал меня.

Черт. Когда 673 увидел, как она обняла самодовольного ублюдка-ученого голубых кровей, ему захотелось его уничтожить. Чтобы было ясно, как день, что она больше не коснется ублюдка. И да, чтобы она чувствовала себя хреново: унижено, грязно и дерьмово, как он ощущал себя, что никогда не будет соответствовать уважаемому, высокооплачиваемому ученому Совета с кучей ученых степеней и без судимостей.

Что делало его тупым идиотом. И глупцом тоже

Правда в том, что он не хотел, чтобы его девушка-воин чувствовала себя плохо с ним. Не хотел, чтобы она его ненавидела. Или от отчаяния села в шаттл и улетела отсюда на световые годы.

Дело в том, что он полюбил её.

Заключенному нравилось, как она пахла. Подобно ванили, женщине, свету, надежде, добру и всего, чего у него никогда не было. 673 нравились изгибы её талии и полные груди. Он любил, как она издавала слабые звуки, когда он входил в нее. Ему нравилась её душа, мужество и забота о своих коллегах, брате и сестре. Он любил её твердость и настойчивость, стойкость и чувство справедливости. Её ярость, когда он вел себя как засранец.

Преисподняя, она чертовски близка к совершенству. Он никогда не думал искать такую женщину. Не только на Драгаш-25, но и в любой точке вселенной.

— Больше этого не повторится. — 673 поднял её подбородок, и она увидела искренность в его глазах.

Белла улыбнулась:

— Я не должна была набрасываться на тебя из-за правды о спасательном шаттле и о том, как обстоят дела. Я не поступлю так вновь.

— Мы квиты.

Это был странный разговор. Обнимать её вот так. Как нормальный человек.

Странно. Приятно. И ужасно. Потому как он не нормальный человек, и Драгаш-25 не обычная планета.

— Квиты, — повторила Белла его слова. — Мне это нравится. — Она выглядела довольной. Как он и предполагал. Затем на её лице отразилась грусть. — Мы в безопасности от этого 225-го и его своры?

— Никто не защищен на этой планете, но я знаю, где 225-й и его свора любят проводить время. Пока я не беспокою их, они не трогают меня. Они знают, что я могу причинить им много хлопот.

— Так они не придут за нами?

Он задавал себе тот же вопрос.

— Они знают, что после крушения остались выжившие. Я скрыл наши следы, но ваши солдаты не слишком осторожны. Надеюсь, ваши солдаты займут свору 225-го, и те никогда не поймут, что есть ещё выжившие.

Если свора прознает, что выжившие — это женщины, их ничто не удержит. Вот почему он уходил как можно быстрее подальше от места крушения.

— А если Пог и другие расскажут? — спросила Белла.

673 сомневался, что им выпадет шанс даже закричать о пощаде. 225-й и его свора намного более дикие, чем тигос. Но он также знал, несмотря на то что солдатские ублюдки бросили их, она не захочет услышать такого ответа. Так что он решил её отвлечь:

— Ты пытаешься отказаться от нашей сделки?

— Что? Нет. — Белла выглядела восхитительно смущенной и немного рассерженной. Лучше это, чем её испуганный взгляд ранее.

673 развернул Беллу, прежде чем та успела возразить, и притянул к себе, давая ей ощутить давление жесткого, толстого члена к её попке.

— Ты уверена в этом? — Заключенный скользнул губами вдоль её шеи. Боже, он любил, как она пахла. — Возможно, я преувеличил на счет боли, но не об остальном. Пришло время расплаты, и я хочу тебя на четвереньках. Сейчас.

Глава 8

По настоянию заключенного, Белла встала на колени. Он устроился сзади, его жесткое тело на допускало споров.

Смятение клубилось внутри Беллы. Её разум кружил на грани неопределенности. Возможно, её будущее навсегда связано с Драгаш-25. Она может больше никогда не увидеть сестру и брата.

Белла не хотела об этом думать. Или о коллегах, погибших на этом шаттле. О судьбе поисково-спасательной команды, которой она не могла помочь. Несколько минут она не хотела думать ни о чем, только ощущать мощные руки заключенного. Слышать звук его голоса, низкий, хриплый и властный, от чего её кожа становилась горячей, а лоно влажным.

Белла издала низкий стон, когда 673 мозолистыми руками скользнул под рубашку и стал играть с её грудью, пощипывая соски, заставляя её стонать. Белла изогнулась от его прикосновений.

Затем он положил ладонь ей на спину, наклоняя её вперед, пока она не оказалась на четвереньках, локтями в грязи, а попкой вверх. Так, как сказал 673.

Он стянул с Беллы штаны, и воздух овеял её обнаженное тело. Она ждала секунду, а затем его руки скользнули по её бедрам, накрыв попку, вызывая у нее мурашки.

По правде говоря, Белле нравилась эта поза. Такая уязвимость. Она не знала, к какой части тела он прикоснется. Белла задрожала, и тело стало покалывать, когда 673 лизнул её теплым мягким языком.

— О боже. — Каждый нерв ожил. — Как же хорошо.

673 тихонько усмехнулся в лоно, вкушая её, будто она сладчайший крем. С каждым прикосновением его шершавого языка к набухшему комочку нервов, он заводил её сильнее и сильнее. Белла широко развела ноги и прижалась к нему, отчаянно пытаясь кончить и желая всегда парить в экстазе.

Затем заключенный скользнул двумя пальцами в лоно, и тогда выбора не осталось. Белла словно разлетелась на части, её накрывало удовольствием волна за волной, она кончала, кончала и кончала.

Белла всё ещё кончала, тяжело дыша. 673 схватил её за бедра и, удерживая на месте, дюйм за дюймом скользнул глубоко в нее, пока яйцами не прижался к её попке.

— Тебе нравится?

— Да.

673 пальцами коснулся клитора, заявляя права и играя с ним.

— Теперь всё кажется не так плохим, правда, девушка-воин? — Его рука остановилась. — Правда?

Он на самом деле хотел получить ответ?

— Нет, — выдохнула она, откинувшись на него. От его ласки она отчаянно нуждалась во втором освобождении. Для большего забвения. — Всё хорошо. Очень, очень хорошо.

— Именно. — 673 скользнул пальцем по клитору и выше через складочки к розовому анусу. — Мы можем делать всё, что захотим. Как нам вздумается. — Он пальцем прижался в тугому входу, желая проникновения.

Белла непроизвольно застонала. Непривычное прикосновение заставило её гореть. Дискомфорт от растягивания не оставлял ей выбора, кроме как смириться с его прикосновениями здесь и сейчас.

— Боль и удовольствие, — произнес он мрачным хриплым голосом у её уха. — Так ты знаешь, что жива, девушка-воин. Так ты знаешь, что у тебя ещё осталось, что отдавать.

Будто он видел причину её борьбы.

Её дыхание перетекло в судорожные вздохи от глубокого проникновения его пальца в её попку. Раскаленное до бела удовольствие пронзило её, когда 673 другой рукой занялся клитором, его пальцы погружались и выходили в такт с членом, наполняя, захватывая её, заставляя её чувствовать себя живой, в этот момент она была сама собой как никогда раньше.

— Кончи со мной, — потребовал он — и Белла покорилась. Вопреки всем трудностям. Вопреки боли и беспокойству, к чистому, ошеломляющему блаженству. Её пальцы погрузились в грязь, когда на нее обрушился оглушительный оргазм. Их скользкие тела слились воедино, и волна за волной накатывало удовольствие, унося их за край.

От усталости её колени стали разъезжаться, и она бы распласталась на земле, если бы не осужденный. Поймав Беллу, 673 притянул её к груди, точно пресыщенную тряпичную куклу, её дыхание по-прежнему было тяжелым, а тело купалось в блаженных отголосках оргазма. 673 продолжал медленно толкаться в нее, его движения были нежными.

Белла повернулась и улыбнулась ему.

И была поражена увиденным: его глаза сверкали, а губы изогнулись в усмешке. В его взгляде отражалось изумление.

На нее обрушилось понимание. Конечно, они трахались, как животные, но в их соединении было что-то спасительное, обнадеживающее. Грубо. Горячо. Но искренне. Захватывающе. По-настоящему.

Ева и Уинтроп, возможно, не понимали, но ей всё равно. Речь уже шла не о сделке. А о ней и осужденном. О том, что 673 заставил её почувствовать.

Белла не отказалась от идеи покинуть эту планету и вернуться в семью, но начала понимать, что в то же время нужно извлекать уроки.

Всю свою жизнь она только и делала, что терпела. Но здесь она меньше всего ожидала, что увидит другой путь. Возможно, её прибывание на Драгаш-25 не такое уж мрачное, как она представляла. Может быть, дело не только в том, чтобы выжить. Возможно, так же есть место для радости и удовольствия.

— Осужденный? — Белла ждала, пока он встретится с ней взглядом. — Я рада, что ты первый оказался на месте крушения.

673 втянул воздух.

Белла всё ещё ждала ответа, когда в воздухе раздался пронзительный свист.

*****

— Подожди. — Осужденный остановил её, рукой обхватив за живот.

Белла натянула штаны и тут же хотела бежать обратно к лагерю на звук тревоги.

— Ева и Уинтроп в опасности. — Белла напряглась в его объятиях. — Я должна помочь.

— Просто подожди. — 673 притянул её к себе, словно она ничего не весила. — Нам нужно посмотреть, что там внизу.

— А если это тигос…

— Они уже мертвы. — 673 подтолкнул её к скале. — Останься здесь. Я приду за тобой, как только станет безопасно.

— Ни за что. Я могу помочь. Я…

— Без возражений.

Белла стиснула зубы от разочарования.

— Хорошо. Но если ты задержишься, я подумаю, что ты в беде, и приду.

673 бросил на нее раздраженный взгляд, но не стал спорить. Вместо этого втиснул сумку в небольшую щель над её головой и размазал грязь с соседней скалы на своем лице и груди, а затем сорвался с места.

Белла затаила дыхание, прислушиваясь к звукам, но всё было тихо, никакой подсказки относительно того, с чем он и другие столкнулись. Белла пнула грязь, сосчитав до ста, и решила подождать только минуту, когда….

Появился 673 со зловещим выражением лица.

— Это тот солдатский ублюдок с остатками своих людей.

От облегчения Белла оперлась на скалу.

— Это не так уж плохо.

Сейчас не время обижаться. Пог и его сослуживцы обладали бойцовскими навыками. С их помощью шанс на выживание увеличивался. К тому же, пусть они не совсем надежны, но зато ей знакомы. Сейчас ей не помешает небольшая поддержка.

— Не знаю, — ответил заключенный. — Ни один из них не выглядит веселым.

Белла нахмурилась:

— Ученые и солдаты недолюбливали друг друга ещё до крушения. Бьюсь об заклад, Уинтроп зол на Пога за то, что тот бросил нас. — Белла прикусила губу в раздумье. — Что ты думаешь?

— Думаю, лучше проигнорировать вызов. — 673 закрыл ей рот, когда она начала протестовать. — Знаю, ты будешь меня доставать, пока мы не увидим, в чем дело. Итак, мы спустимся. Но ты будешь стоять за моей спиной. Если я скажу тебе бежать, ты делаешь именно это. Без возражений. Поняла?

Белла кивнула. 673 не убрал руку, так что ей ничего не оставалось.

Тот же самый страх бушевал у нее внутри прямо перед крушением шаттла. Тем не менее ей придется идти. Это её коллеги. Их нужно предупредить о своре 225-го и глушительном устройстве.

— Идем.

Не успели они спуститься до середины хребта, как Пог с солдатами их заметили и без колебаний направили пушки на осужденного. Белле захотелось выйти из-за спины 673 и закричать, что она и осужденный не угроза, но сдержалась. Понимала, что может получить обратный эффект.

Как только 673 ступил на ровную землю, напряжение в воздухе возросло ещё на сто градусов. Сейчас с Погом находилось семь солдат из десяти, что пережили крушение. Может, они подкрадывались со спины, чтобы их окружить? Или где-то в другом месте? Белла не хотела даже рассматривать третий вариант.

— Кадет Вест, иди спокойно и медленно, — самодовольно произнес офицер Пог, его грудь вздымалась, он нацелился в голову заключенного. Копье 673 лежало сломанным у ног Пога. — Этот отморозок больше не навредит тебе.

Уинтроп, очевидно, всё рассказал — и не в пользу осужденного.

— Я в порядке, — заверила Белла.

— Солдаты здесь, чтобы защитить нас, Белла. Теперь ты в безопасности. — Уинтроп выглянул из-за спины Пога. Осужденный издал тревожный свист, и Белла крепко схватила его за руку. — И этот человек скоро узнает, что случается с теми, кто игнорирует протокол Совета.

Очевидно, Уинтроп решил забыть про дезертирство Пога и её непокорность, но прощать осужденного не собирался.

— Я на самом деле в порядке. — Белла осталась стоять на месте. От нее не ускользнуло, что она единственная, кто мешает Погу и другим открыть огонь. — Этот человек, — она предпочитала не называть его осужденным, — не причинил мне вреда. Он никогда меня не обижал. Он хороший парень.

Ей показалось, или заключенный почти споткнулся?

— Тебе больше не нужно притворяться или тешить его самолюбие, — настаивал Пог. — Мы теперь здесь.

— Он спас нас от пыльной бури и злобного зверя. Он укрыл нас от других заключенных на планете. Он кормил и поил нас, сохранив нам жизни. Вы должны опустить оружие.

Никто не сдвинулся с места.

Делу не помогало и то, что заключенный, покрытый грязью для маскировки, больше походил на дикое животное, чем на человека.

— Фигня, этот парень не спаситель. Выходи из-за его спины. — Пог хмурился сильнее, чем раньше. — Тогда мы опустим оружие.

Белла понимала, что Погу не понравился её отказ — это не позволило ему сыграть героя.

— Я говорю правду. Он на нашей стороне. Но есть группа заключенных, которые управляют этой планетой. Это те, кто сбил наш корабль. — Белла пренебрегла скептическими взглядами Пога и его людей. — Они планируют сделать то же самое со спасательным шатлом, что летит к нам. Нам нужно найти способ их остановить.

— Твой похититель солгал. — Пог крепче сжал оружие. — Не позволяй ему манипулировать тобой.

— Белла, иди сюда, — уговаривал Уинтроп, — и мы с радостью поговорим о твоих беспокойствах.

— Осужденный? — прошептала Белла. — Есть идеи?

— Просто стой, где стоишь, — произнес 673 низким голосом, но дыхание его оставалось спокойным. — Это ненадолго.

Ненадолго? В этом не было никакого смысла.

Белла понимала, что всё зависело от нее, и она изменила тактику.

— Кадет Дэвис, доктор Уинтроп, вы же знаете, что он спас вам жизни. Скажите им.

Уинтроп сжал губы. Он ей не поможет.

Ева выглядела ещё более взбудораженной.

— Он причинил тебе боль? Он сказал… он сказал, что будет больно.

Чертов осужденный и его дурацкий гнев.

— Нет, Ева, он не причинял мне боли. — Белла осознано использовала её имя. — Клянусь. Этот раз не отличался от других. С ним я чувствовала себя хорошо.

Низкий смех заключенного удивил — и вызвал раздражение. Нашел время над, чем посмеяться. Белла попыталась ущипнуть его за талию. Его тело было таким твердое, что ухватиться особо не за что.

— Я пытаюсь исправить ситуацию, — раздраженно прошептала Белла.

— Я ценю. Но хвастовство моей доблестью только больше раздражает Уинтропа и Пога.

Белла быстро огляделась. Осужденный прав. Оба мужчины выглядели убийственно.

— Ты отпускаешь её прямо сейчас, — крикнул Унтроп, — или тебя убьют.

— Он спас тебе жизнь, — закричала она в ответ.

— Мне вот интересно. — Спокойные слова заключенного привлекли больше внимания, чем крики. — Как ты нашел нас? Я думал, что достаточно хорошо скрыл наши следы.

Сумасшедший мужчина, ведет себя так, будто не слышал угроз Уинтропа.

Пог выглядел раздраженным.

— Нам не нужно идти по чьему-либо следу. У доктора Уинтропа под кожу вшито устройство слежения, и спасательная команда зафиксирует это. Устройство работает до тех пор, пока он жив. Нам нужно было лишь следовать за сигналом, и вот мы здесь.

Неудивительно, что Пог вернулся. Он не изменил свое мнение и не беспокоился об их благополучии. Пог понял, что Уинтроп выжил, и вернулся, чтобы быть возле доктора и так же спастись.

— Это стандартная процедура? — В голосе осужденного звучало лишь любопытство.

Белла с Евой переглянулись. Они обе знали, что это не так. Обычно устройство отслеживания находилось на корабле. В аварийной ситуации выживших учат необходимости оставаться рядом с кораблем, чтобы спасательная команда могла найти их возле места крушения. Конечно, семья Уинтропа среди элиты Совета занимала высокое положение, возможно, это привело к изменениям в политике.

— Какое это имеет значение? — Уинтропу стало не по себе.

— Да, у меня есть чип. Они нас нашли. Осужденный, ты не главный. Я главный. И по протоколу Совета имею влияние даже в этой дыре. — Уинтроп сжал губы. — Белла, подойди, или вы оба пострадаете.

Беллу охватила нерешительность. Она не хотела, чтоб заключенный пострадал.

— Может, мне пойти?

— Стой на месте, — потребовал 673.

Тихий щелчок пистолета Пога отозвался эхом, словно крик.

— Нам надоело ждать. — Нам? Разве решения принимал не Уинтроп? Неожиданно, гораздо больше, чем судьба осужденного, казалось, разваливалось на глазах.

Поддавшись импульсу, Белла попыталась подвинуть осужденного. Тот не сдвинулся с места, а схватил её за локоть и потянул обратно за спину. В этот момент фигура заслонила пистолет Пога.

— Ева, нет. Отойди, — произнесла Белла пронзительно и резко.

— Нет. — Ева стояла неподвижно на одной здоровой ноге и не отрываясь смотрела на Пога. — Не тебе решать, что будет дальше. — Затем Ева посмотрела на Уинтропа. — И простите за то, что говорю это, но вы должны быть независимы от того, что диктует протокол Совета. Драгаш-25 не Земля. На ней не действует протокол Совета, и Белла заслужила право быть услышанной, нужно уважать её мнение. — На этот раз в голосе Евы звучала надменность члена Совета. — Белла сделала больше, чем кто-либо другой, спасая наши жизни. Она настоящий герой.

Белла улыбнулась коллеге за её трогательные, трепетные и смущающие слова. Ева стала другом — и нашла в себе силы сказать свое слово.

Но взглянув на Пога, который со злобой смотрел на Еву, Белла прекратила улыбаться. Стало ясно, что Ева нажила врага на всю жизнь.

Прежде чем Белла смогла разрядить растущее напряжение, темная и длинная тень скользнула над землей, заслонив солнце.

— Черт возьми. — Трое солдат Пога направили оружие в небо.

Белла подняла голову и затаила дыхание. Прямо как из доисторической истории Земли, гигантское, оранжевое птицеподобное существо с крыльями в ширину их шаттла летело по небу, и крючковатым острым клювом издавало пронзительный крик. Который звучал странно знакомо.

— О боже. — Белла застыла от ужаса, когда это существо спускалось всё ближе и ближе.

Вокруг нее начался хаос, все начали кричать, кто-то призывал бежать, кто-то стрелял. Все, кроме осужденного.

Спокойный, как всегда, 673 вытянул её из-за спины, обхватил рукой за талию, и они вдвоем начали медленно отступать, откуда пришли.

— Это сейбак. Он прилетел, услышав брачный зов, на свист Уинтропа, — произнес он шокирующе беззаботным тоном. Будто у него впереди целый день для объяснений. Будто их не собирался съесть живьем дышащий динозавр. — Я специально его ждал, это даст мне дополнительное преимущество. Сейбак не может противостоять этому звуку, и у них отличный слух.

— Угу. — Белла кивнула, почти не слушая, с ужасом смотря на приближающееся существо.

— Они выглядят угрожающе, но на самом деле безобидны…

— Огонь, — крикнул Пог.

Лучи красных лазеров рассекли воздух.

— …пока ты не сделаешь это, — закончил осужденный.

От ярости существо вскрикнуло, и оранжевые перья изменились в ярко-красные. С шипением оно извергло изо рта пламя. Один солдат закричал, ухитрившись на дюйм увернуться от потока огня.

— Идем! Сейчас же идем. — Осужденный подтолкнул её обратно к скале. — Они отвлеклись.

— Но они погибнут. Мы не можем их оставить.

В мгновение Белла оказалась перекинута через его плечо.

— Знал, что ты будешь занозой в заднице, — пробормотал 673, переходя на бег.

— Отпусти меня.

Белла не смогла бы от него отбиться, но попытаться вывернуться — да. Белла приподнялась, и её взгляд встретился с глазами Евы. Коллега спряталась под скалистым выступом.

Белла ощутила резкую боль на заднице и замерла.

— Прекрати драться и послушай. Сейбаки не могут постоянно нападать. Пройдет время, прежде чем он повторно атакует. Меньше, чем через двадцать секунд, он вернется. С твоими коллегами всё будет в порядке.

Ей понадобилась секунда, чтобы понять его слова, пока она висела вниз головой.

— Ева?

— Без нас, у твоей подруги будет меньше причин рисковать собой ради тебя.

Белла вздохнула:

— Тогда отпусти меня, и давай убираться отсюда.

Лучше подождать и поговорить с Погом и Уинтропом в отсутствии осужденного и Евы. Между тем Уинтроп присмотрит за Евой. Пог будет сохранять Уинтропу жизнь, так как доктор связан с Советом и являлся его билетом домой.

Мир Беллы вновь перевернулся, когда заключенный поставил её на ноги. 673 тащил её вперед, обнимая, пока она не восстановила равновесия. Затем Белла поднялась на скалу сама, а позади нее шел 673, подталкивая её. Он не позволял Белле перевести дух, до тех пор пока она не добралась до вершины. 673 вытащил свою сумку из тайника и направил Беллу по другому пути. Она не жаловалась, ведь 673 вел её к оазису. К тому же она едва дышала. Тут уж не до разговоров.

Спустя время, когда всё стихло, и они оказались на равнине, Белла нашла силы, чтобы спросить:

— Куда мы идем?

— Домой.

Белла споткнулась. У нее в голове не укладывались такие понятия как осужденный и дом. Это придавало происходящему налет постоянства. К этому она не была готова. Скорее предполагала, что проведет вдали от своей команды несколько часов, самое большее — день.

— Это… это далеко отсюда?

— Далеко. — 673 твердо прижимал руку к её пояснице, подталкивая её всё дальше и дальше от всего и от всех, кого она знала. — Нас не побеспокоят. Никто.

Белла колебалась, стоило ли успокаиваться или ужаснуться его заявлению.

Глава 9

— Это очень далеко? — Белла осматривала горизонт, пытаясь вспомнить, повернули они влево или вправо на последнем расколе в скалистых утесах. Посреди милей одинаковых рыжеватых скал и обломков было трудно отличить одну часть местности от другой. С вершины скалы оазис определенно выглядел намного ближе.

Она уже с трудом верила, что при необходимости сможет вернуться в лагерь к коллегам.

— Ещё немного. — В одной руке заключенный держал копьё, другую положил на поясницу Беллы, подталкивая её вперед, и оглядывал территорию вокруг, его плечи были напряжены.

Такой же ответ Белла получила от него полчаса назад.

— Может, расскажешь побольше об этой радиоэлектронной глушилке. Где они её держат? Насколько сложно было её создать?

— Зачем? — Его голос звучал жестко.

— Любопытно.

— Я тебе уже говорил, что никто не выстоит против 225-го и его банды. Их не меньше трех тысяч пятидесяти человек — психи один другого хуже. И они не проявляют милосердия. Если они тебя схватят, ты будешь мечтать о смерти.

Беллу сотрясла дрожь.

— Всё же должен быть какой-то способ их остановить.

— Только твоя смерть.

Какое-то время они шли молча.

— Мне жаль коллег. — Она больше не могла молчать. Слишком много времени оставалось для раздумий, особенно о том, правильно ли она сделала, уйдя с осужденным. — Они испуганы и в нерешительности, и относятся ко всему как к угрозе. В следующий раз я смогу до них достучаться.

Если он и отметил её тонкий намек на то, чтобы снова их увидеть, то не подал вида.

— Они не дураки и будут настороже, — отозвался 673. — Это единственный способ выжить на этой планете. Тем не менее это не столь важно. Большинство из них будут мертвы в течение месяца.

Суровый взгляд заключенного помрачнел на мягкий вздох Беллы

— Тебе нужно стать жестче. — 673 крепче сжал копье. — Не забывай, что эти солдаты — те самые ублюдки, что бросили тебя и твоих друзей на погибель в первый день. Они заслуживают всего, что с ними происходит.

Расстроенная Белла промолчала. Но сомнения разбирали её изнутри. Она продолжала доверять человечности, что увидела в осужденном, постоянно говорила себе, что то, как он к ней прикасался, значило больше, чем его слова, но может она обманывала себя? Неужели выбрала не ту сторону? В голове зловеще отдавалось напоминание Евы, что осужденный находился на Драгаше-25 не просто так. Хуже того, разве 673 сам не предупреждал её, что он не из хороших парней?

Вопросы застряли у Беллы в горле, их слишком много, чтобы решить за раз. Если его заявления о том, что случится с любым, кто попытается их спасти, были правдой, что это означало для их сделки? Собирался ли он какое-то время использовать её, а затем, когда устанет от нее, вернуть к остальным? Должна ли она вернуться сейчас? Рискнуть и вернуться к солдатам и Уинтропу?

Может быть, ей стоит сбежать, когда он ослабит бдительность… Может, в итоге так будет легче для них обоих.

Она осторожно взглянула на его профиль. Плечи осужденного были напряжены, глубокие морщины собрались вокруг глаз, когда он перевел взгляд с неё на окрестности. Он определенно не походил на человека, который вскоре ослабит бдительность. И тут он подтолкнул её в спину.

Прошло, по крайней мере, полчаса, прежде чем Белла попыталась снова завязать разговор.

— Как ты нашел этот свой дом? — Видит Бог, его не так то легко найти.

— Случайно.

Она ждала. Осужденный ничего не добавил.

— Ты специально пытаешься меня заткнуть или просто не понимаешь, что я пытаюсь завязать разговор?

673 продолжил идти, но нахмурил лоб:

— Может быть, немного и того, и другого.

— Ну, по крайней мере, ты честен. — Хотя за то время, что Белла провела на Драгаше-25 с осужденным, который отказывался рассказывать о себе, для него это было длинным предложением.

— Я всегда говорю правду.

Он выглядел так серьезно, что Белла торжественно кивнула:

— Рада слышать.

Он перепрыгнул через большой камень, а затем повернулся, чтобы помочь ей. 673 часто так делал. Наверное, лучше всего сосредоточиться на таких приятных вещах, чем на её тревогах.

Затем он удивил Беллу, добровольно поделившись информацией, о которой она даже не просила.

— Эта сторона планеты намного более изолирована. Большинство осужденных остаются на той стороне, где Совет построил бараки. На этой же стороне Совет осуществляет сброс дроидов; и потому здесь так мрачно, он также менее популярен среди тигов и других хищных животных.

— Весьма привлекательно, — пошутила она.

— Вовсе нет. — Он не улыбнулся. — Бараки заключенных… ужасны. — Он стиснул зубы от уродливых воспоминаний, заставив Беллу пожалеть о своей бесцеремонности. — Бараки доступны для всех, но хуже всего в дни, когда дроиды сбрасывают свежее мясо.

— Свежее мясо?

— Так называют новоприбывших заключенных.

Белла вздрогнула, вспомнив дикие крики.

Приговоренный выглядел таким же обеспокоенным.

— Выживет только сильный.

Внезапно его убежденность в том, что спасти всех невозможно, приобрела больше смысла. Ему приходилось наблюдать за тем, как новоприбывших насиловали, избивали и рвали на части. Неудивительно, что он стал таким суровым.

В соответствии с необходимыми уроками, которые преподали всей молодежи вне Совета, Земля была столь же беззаконной и жестокой, пока Командный совет не установил порядок. Ясно однако, что Совет остался безразличным к тому, что происходило за пределами планетарных границ.

Не в силах сопротивляться дольше, Белла положила руку на предплечье осужденного. Бледная кожа на бронзовой. Жар его кожи грел её.

— Значит, ты ушел?

Его взгляд остановился на её руке.

— Становиться членом шайки 225-го я не захотел. Но и жизнь на этой стороне планеты тоже имеет свою цену. Это территория тигов, и здесь более частые песчаные бури, поэтому большинство заключенных не заходят сюда, или если заходят, то не протягивают долго. — Его рука накрыла руку Беллы, словно он не мог сопротивляться. — Я убегал от самки тигос и трех её детёнышей, когда наткнулся на оазис. Мне едва удалось выбраться из той стычки живым.

Грудь Беллы сдавило.

— Я этому рада.

Медленно, но верно, 673 делился информацией о себе, о своей жизни, и всё, что он говорил, заставляло Беллу лишь больше им восхищаться.

Она не могла себе представить, как осужденный может жить, уверенный, что так и умрет на на Драгаш-25, без надежды на спасение или помилование. От этого можно было свихнуться. И всё же, осужденный не допустил, чтобы насилие и уродство этого места его уничтожили. Ему может и тяжело, но он никогда не проявлял жестокость и бессердечие.

В груди всё затрепетало. Он действительно был необыкновенным человеком.

О нет. От направления её мыслей сердце Беллы забилось сильнее. Она начинала заботиться о заключенном. Больше, чем следовало. Это перешло грань благодарности. Больше, чем похоть.

Пот покатился по спине. Этого не будет. Не тогда, когда он не мог покинуть Драгаш-25, а ей придется уйти. Не тогда, когда она не могла позволить себе привязываться.

Белла сделала глубокий вдох и открыла рот, чтобы сообщить, что возвращается назад.

— Стой.

Белла застыла, глубокий вдох — и её заявление — застряли в её легких. 673 поднял голову, прислушиваясь.

Белла зеркально повторила его движения, её сердце гулко забилось.

Он услышал тигоса? Или другого сэйбака? Ей не понравилось узнать, что это была основная территория тигосов. Будь её воля, она бы больше никогда в жизни не хотела увидеть ни одного.

Но как бы Белла ни старалась что-то расслышать, её барабанных перепонок достигла лишь мрачная тишина пустынной скалы и редкий свист ветра.

— Ничего не слышу, — прошептала она.

673 промолчал, ещё сильнее нахмурившись.

Они так долго стояли, что её ноги одеревенели. Затем внезапно осужденный поразил её низким, свирепым шепотом:

— Видишь тот большой валун впереди? Высотой примерно с двух мужчин? — Когда она кивнула, он сунул копье в её ладонь, затем отдал свой тюк. — Иди туда, прислонись спиной к скале, чтобы ты могла видеть, что происходит — и не шевелись.

— Ты куда?

— Я что-то слышал.

Она обхватила его бицепс.

— Так давай вместе выясним. — Белла точно не хотела остаться одной.

673 покачал головой и отцепил от себя её руки.

— Иди, сейчас же. — Его слова звучали беспрекословно. — Не двигайся, пока я не приду за тобой.

Был ли осужденный солдатом? Его тон кричал об армии. Так же как и то, что он исчез в мгновение ока. И почему Белла задумалась об этом сейчас? Она поспешила выполнить его приказ и прижалась спиной к твердой скале, присела на трясущихся ногах, сжимая обеими руками копье и тюк между ногами. Наверное, потому что была в ужасе, и миллионы беспорядочных мыслей пробегали в голове.

«Возьми себя в руки, Белла».

Делая глубокий вдох, а затем ещё один, она заставила себя успокоиться. Вспоминала всё, через что она уже прошла. Через минуту её дыхание стало намного более спокойным. Достаточно, чтобы она смогла услышать абсолютную тишину. Ни звука шагов. Или борьбы… Даже вскрика.

Она подождала ещё несколько минут. Согнула ноги. Изучила видимую территорию. Осужденного всё ещё не было.

Казалось, прошли часы, и Белла выглянула, вытянувшись во весь рост, чтобы осмотреть как можно больше вокруг. Но 673 так и не увидела.

Она сделала пробный шажок от скалы. Затем ещё один. Да, 673-й сказал ей не двигаться, но у него могут быть проблемы. Трусить и оставить других разбираться с проблемой — это не про нее. Кроме того, у неё было копье. Это должно что-то значить.

Двигаясь в ту же сторону, куда направился осужденный, Белла перепрыгивала через камни и трещины, тяжелый вес копья делал её медленнее, чем ей бы хотелось.

Внезапно раздался звук глухого удара. Будто что-то сбросили со скалы позади — её Белла невнимательно осмотрела.

— Черт, да! — прозвучал незнакомый грубый, бездушный голос. — Живая киска.

Белла вскинула правую руку, но было уже поздно.

Её горло, дергая назад, пока её ноги не повисли в воздухе, сжало мясистое предплечье. Копье выскользнуло из рук.

Нос обжег запах гнилой рыбы.

— А 225-й думал, что на борту только солдаты-мужчины. — Не реагируя на ногти, вонзившиеся в его руку, схвативший Беллу громила уткнулся носом в её волосы. В легких Беллы оставалось всё меньше и меньше воздуха, перед глазами заплясали черные пятна. — Выходит, у меня сегодня ночка удачного траха.

Её швырнули на живот на плоский валун, дыхание прервалось, когда боль пронзила ребра и бедра.

Рукой напавший прижал её за затылок.

— Я должен принести обратно то, что найду, — усмехнулся мужчина. — Но это будет нашим маленьким секретом, ведь так?

Шокированная, Белла лишь через мгновение сообразила, что её ноги свисают с камня

Напавший уже сдернул штаны с её задницы, когда она отбрыкнулась, попав каблуками ботинок по его бедрам. К несчастью, удар Беллы лишь разозлил мужчину.

Несмотря на все её усилия, рука на шее давила, перекрывая воздух.

— Не стесняйся бороться. Все это делают. — Волосатые бедра плотнее прижали её ноги к грубой скале, сдирающей кожу. — В итоге ты закончишь изнасилованной и мертвой — всегда одно и тоже.

Беллу захлестнуло странное чувство отрешенности. Когда весь воздух вышел, в ушах прозвучал утешительный гул. Боль ушла. Белла зашла так далеко. Но даже ей не выжить.

Внезапно ужасный вес нападавшего исчез. Затем последовал громкий звук удара плоти о плоть. В оцепенении Белла отчаянно втянула воздух и повернулась.

Осужденный.

Его грудь вздымалась, выражение лица было суровым как никогда. Он схватился с лысым гигантом на две головы выше него, с узкими серыми глазами и плоским тупым носом. Внутри Беллы всё сжалось.

Они врезались в один из валунов, затем в другой. Мелькали кулаки. Оба мужчины

сыпали проклятиями и кряхтели. Предупреждающий крик застрял в горле Беллы, когда заключенный уклонился от подлого удара, потом подскочил и нанес молниеносный удар по челюсти гиганта. Затем Белла моргнула, и чужак упал на спину на острый камень, 673 наносил удары в молниеносном темпе по лицу и животу мужчины. Его сила и быстрота поражали.

Но противник 673-го тоже не был слабым. С ревом он рванулся вперед, дико размахивая руками.

Белла оттолкнулась от камня, её движения были неуклюжими, когда она подтянула штаны. Ей нужно найти копье. Нужно помочь.

Едва нечеткий план Беллы сформировался в вялом сознании, осужденный легко обошел чужака, по инерции тот проскочил мимо. Затем быстро, как тигос, мощные руки 673-го сжались вокруг шеи мужчины.

Его взгляд встретился с взглядом осужденного.

Они были как никогда черными и нечитаемыми.

Он крутанул руками. Раздался слабый хруст. Тело нападавшего дернулось.

Его рот раскрылся в безмолвном крике.

Осужденный опустил руки.

Нападавший свалился на землю, прищуренные серые глаза были открыты и пусты.

673 убил за неё.

Глава 10

Белла смотрела на мертвеца.

— С тобой всё в порядке? — Заключенный перешагнул через тело, его грудь вздымалась. — Он тебе навредил?

При напоминании Белла обхватила болевшее горло, переводя взгляд с 673 на мертвого парня.

Осужденный продвинулся вперед, загораживая ей обзор, отстраняя её подальше от мертвеца.

— Не теряй ни минуты на 015-го. Он пытал и убил одиннадцать женщин, прежде чем его отправили на Драгаш-25. Его давно должен был кто-то убить.

Её вновь охватила дрожь.

— Белла?

673 поднял руки. Белла глупо моргнула. Он произнес её имя. Её настоящее имя. Она даже не была уверена, что он его запомнил.

— Да? — Он хочет её поддержать? Боже, она так надеялась; его сила ей бы очень сейчас пригодилась. Но через мгновение он опустил руки по бокам и сжал их в кулаки.

— Ты уверена, что в порядке?

От нежности в его голосе у нее навернулись слезы. Или может быть, от разочарования, что ей так и придется рассчитывать только на себя.

— Я в порядке, — хрипло прошептала она. Хуже того, необъяснимая усталость, которая охватила её несколько минут назад, улетучилась, оставив после себя головную боль, ком в желудке и дрожь в ногах. Всё могло быть и хуже. — Ты пришел вовремя. Ты спас меня.

— Белла обняла себя, её дрожь усиливалась с каждой секундой. — Как на счет тебя? Ты в порядке?

673 посмотрел на свои руки, как будто увидел их в первый раз в жизни. Кровь и царапины покрывали костяшки.

— Я в порядке, — ответил 673, перехватив её взгляд. В его глазах отражался вызов. — Он получил по заслугам.

— Я глубоко признательна тебе, что ты оказался рядом и совершил правосудие. — Если он думает, что она станет ругать его за убийство монстра, который пытался убить её, то ошибался.

Осужденный рассеяно кивнул, проведя пятерней по своим волосам. Стоя на расстоянии вытянутой руки от него, Белла ощутила его взвинченную энергию, темнота всё ещё бушевала в нем.

— Откуда он появился? — Логичный вопрос, но слова, вылетавшие изо рта, казались незнакомыми. Будто вместо этого она должна кричать. Или распадаться на части.

— Он был ищейкой у 225-го. Он и пара-тройка других, возможно, следовали по следам твоих солдат с места крушения.

— Пара-тройка других? — запаниковала она.

— Они тебя не побеспокоят.

Ей понадобилась секунда, чтобы понять. Заключенный их тоже убил.

673 мог легко уйти, но он этого не сделал. Вместо этого он на них охотился и убирал, прежде чем те навредят кому-то ещё.

Волна благодарности — и чего-то более примитивного — омыла её. Он предупреждал, что на Драгаш-25 нет человечности и самоотверженности, но солгал.

— Спасибо.

673 насторожился:

— Не думаю, что это конец. 225-й пошлет ещё больше людей на поиски. Особенно, когда те не возвращаются. Ему не нравится, когда оспаривают его власть.

— Мы должны предупредить остальных.

— Не сегодня.

— Но…

— Не сегодня. Уйдет пара дней, пока 225 и его свора учуют, что что-то не так. Это даст нам достаточно времени, чтобы замести следы и придумать план, как убедить их, что выжившие теперь мертвы.

Белла чуть не заплакала; она так обрадовалась. Мысль об их возвращении и вступлении в очередную мерзкую конфронтацию с Погом и доктором Уинтропом превышала то, что она могла вынести в тот момент. А план осужденного хорош.

— Ну… ну мы должны похоронить тело?

673 отрицательно покачал:

— Драгаш-25 позаботится об этом. Утром не останется никаких улик.

Белла вновь ощутила по телу дрожь. Осужденный прав. Это планета на самом деле адская бездна. Белла не могла поверить в то, как ему так долго удавалось здесь выжить.

Наконец они добрались до места, где он приказал ей ждать. Его мешок по-прежнему был там.

— Остановись на минутку, — попросил он. — Я хочу осмотреть твои раны.

— Я в порядке.

На его лице дернулся мускул.

— Всё равно сделаю.

Вздохнув, Белла остановилась и склонила голову так, чтоб он мог осмотреть её шею. Она не понимала, зачем сопротивляется. Признание наличия синяков не сделает происходящее более реальным. Её чуть не изнасиловали. Это серьезное напоминание о том, что для нее всё могло плохо закончится, если бы осужденный был плохим человеком.

Осужденный мозолистыми пальцами коснулся её шеи, почти ласково.

— Ублюдок, — в отличие от прикосновений, резкие слова он прорычал. — Очень больно?

— Не так сильно. — На самом деле его прикосновения облегчали боль.

673 полез в свой мешок. Лишившись его тепла, Белла вновь задрожала.

— Дай посмотреть на твои ладони. — Он сунул под мышку темно-серую бутылку.

Белла без колебаний вытянула руки.

Ей было стыдно признаться, что она наслаждалась его прикосновениями. Она не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то так заботился о ней. Как старшей, ей всегда приходилось ухаживать за другими.

Заключенный наклонился, чтобы осмотреть её руки, его дыхание обдало теплом её шею.

— Есть нехорошие царапины. — 673 втирал легкими, но сильными движениями прозрачное вещество ей в ладони. От жидкости покалывало, а не обжигало и слабо пахло цветами.

— Что это? — её слова прозвучали немного невнятно. Адреналин схлынул, и от ритмичных движений теплых рук 673-го она начала успокаиваться и погружаться в расслабленное состояние.

Осужденный пожал плечами:

— У этого нет названия. Я обнаружил его случайно. Если разрезать листья длинного остроконечного растения, что растет в Оазисе, сочится вещество. Оно

отлично подходит для заживления порезов и предотвращения инфекций.

— Ты на самом деле удивительный.

Рука осужденного замерла.

— Думаю, ты в шоке.

Белла уставилась на него в изумленном молчании.

— Ты только что пошутил?

— Не знаю. Возможно. — 673 скривил губы в полуулыбке. — Прошло много времени.

Белла в ответ улыбнулась головокружительной улыбкой, радуясь, что они выжили. Она и осужденный ещё живы. Они здесь друг с другом, несмотря на всё, что преподносит им Драгаш-25.

Всплеск облегчения продлился пять секунд.

Её улыбка угасла. Вырвался всхлип. Бурлящие эмоции внутри нее сменили направление. Она не выдержит и минуты. Она нуждалась в его силе, чтобы стереть страх от нападения на нее.

— Ты обнимешь меня? Пожалуйста.

Долго не думая, 673 обнял её, бутылка под рукой упала на землю.

— Всё хорошо, Белла. — Он притянул её ближе, положив подбородок ей на голову, она прижалась к его твердой груди, она жаждала этого всё это время. — Ты в безопасности.

Белла тоже обняла его, плача, свернулась калачиком в его сильных объятиях и глубоко вдохнула. Позволяя его запаху — силе и мужскому теплу — просочиться внутрь нее и успокоить.

— Эти последние несколько дней трудно принять. — Белла почувствовала, что необходимо объясниться.

— Знаю. — 673 успокаивающе поглаживал её по спине верх-вниз. — Я видел, как взрослые люди плачут, словно дети, когда прибывают сюда. Ты сильнее, чем любой из них.

Белла скрыла дрожащую улыбку. Кто знал, что её заключенный такой милый?

— Прости, что не осталась там, где ты сказал, — прошептала она ему в грудь. — Я понимаю, как сильно тебе хочется накричать на меня, и спасибо, что ты сдерживаешься.

Он прекратил поглаживать.

— Мы должны поговорить об этом как-нибудь.

— Только не сейчас.

— Согласен.

673 снова стал медленно её поглаживать. С каждым нежным движением его руки её самообладание потихоньку возвращалось. Да, она немного испугалась. Она в порядке. На самом деле ей лучше, чем в порядке. Она жива. В безопасности. В объятиях мужчины, который заступился за нее, как никто другой за долгое время. Она забыла каково это, когда кто-то о тебе заботится.

Её сомнения, оставаться с ним или нет, испарились. На данный момент именно здесь она хотела быть. Она справится с последствиями в другой раз.

— Спасибо тебе за то, что ты сделал сегодня. — Она прильнула к нему и коснулся губами его груди напротив сердца.

Он втянул воздух.

Белла скрыла слабую улыбку. И поняла, что может влиять на сильного, несгибаемого осужденного.

— Ты спас меня. — Белла вновь поцеловала его в грудь. — Ты спас моих коллег. — Ещё раз поцеловала.

— Я сделал это не ради них. — Его голос снизился до низкого урчания, которое ассоциировалось у нее с невероятным наслаждением.

— Это было очень смело. — Белла провела языком по плоскому соску, упиваясь тем, что тот затвердел в её рту. — Знаю, ты сказал не называть тебя героем, но я ничего не могу поделать с собой. Для меня ты герой.

673 отстранился, насколько позволяли ему объятия, и поймал её взгляд.

— Я не герой.

Она не заинтересована спорить. Белла скользнула руками по твердому плоскому животу и ниже, накрыв толстый член.

— Кем бы ты ни был, что бы ты ни сделал, я рада, что ты со мной здесь.

673 издал низкий стон, но не устремился в её объятия.

— У меня… у меня внутри как-то не так. — Его взгляд пересекся с её. — Я на грани. Мы должны подождать. Я… я не думаю, что смогу быть нежным.

Это проклятое жжение снова возникло в её глазах.

— Я не хочу нежности. — Хотя то, что он готов повременить с ней, снова её тронуло. — Я хочу тебя. Хочу то, что ты дал мне за эти последние несколько дней. — Уверенно Белла ещё раз осыпала легкими поцелуями его ключицу и горло, пока рукой поглаживала его твердую длину. — Я хочу, чтобы ты взял меня, как будто в первый раз. А затем вновь и вновь. Я хочу кричать, извиваться и умолять. — Белла замолчала, её вдруг озарило. — Только когда потерпела крушение на этой планете и встретила тебя, я познала, что такое удовольствие. Каково это, когда к тебе прикасаются, будто ты имеешь значение. — Добывая пропитание семье, я забыла, что такое вообще возможно. — Белла провела языком вдоль его подбородка. — Ты напомнил мне об этом, заключенный. Я не хочу ничего забывать. Особенно теперь. — Белла не хотела скрывать свои чувства. Особенно перед таким невероятным мужчиной.

Его ноздри раздулись.

— Называй меня Кейн.

— Кейн? — Слово странно ощущалось на языке. — Это твое имя?

— Когда-то им было.

Белла пропустила в тишине несколько ударов сердца, прежде чем смогла говорить.

— Мне нравится, — наконец промолвила она, понимая, что выиграла самый большой приз. — Прикоснись ко мне, Кейн.

Услышав свое имя, он застыл. Затем с хищным рычанием припал ртом к её горлу, заставив её застонать, а руками блуждал по её телу. Помечая её. Заявляя на нее права. Ублажая.

Кейн говорил, что не сможет быть нежным, но его прикосновения оказались мягкими. Белла ощутила себя вновь чистой. В безопасности. Желанной. Такой близости с другим человеком она никогда раньше не чувствовала. В очередной раз доказав, что с красотой можно столкнуться когда угодно, в самом неожиданном месте, с самым невероятным мужчиной.

*****

Сердце Кейна ёкнуло. Было странно слышать, как она называет его собственным именем. И он не мог отрицать, что ему понравилось. Гораздо больше, чем он мог себе представить.

Он не понимал, почему сказал ей. Только вдруг он не смог вынести, как она называет его осужденным. Не тогда, когда его сравняли с той же категорией животных, что причинили ей боль.

Для ублюдка быстрая смерть оказалась слишком легкой. Кейн не хотел расстраивать девушку-воина больше, чем она уже была.

В последний раз он убивал методично, неторопливо и с мрачной решимостью, что это необходимо сделать. Но не в этот раз. Не было никакой логики, никакого чувства долга. Сегодня желание убить было гораздо более первобытным. Более инстинктивным. Хищник защищал то, что принадлежало ему.

Каким-то образом всего за несколько дней его девушка-воин перешла из категории удобной возможности во что-то гораздо большее.

Недостаточно умно. Хотеть кого-то — это одно. А нуждаться в ком-то — совсем другое.

Он давно научился избегать последнего.

— Войди в меня, — голос Беллы прозвучал низко и хрипло, она рукой обхватила член и направила к влажной сердцевине. Ему не отказаться. Он не сможет сохранить расстояние. — Я не хочу больше ждать. И не успокоюсь, пока не почувствую тебя глубоко внутри.

Застонав, Кейн позволил ей задать темп. Она замешкалась с набедренной повязкой, затем вынула член. Белла начала тереться о головку члена, запрокинув голову и застонав.

Это только заставило его больше затвердеть.

Она потрясающая. Ничего не должно сдерживать и подавлять её дух. Белла всегда находила способ дать отпор. По правде говоря, она сбила с него спесь.

— Кейн. — Произнесенное хриплым голосом его имя вынудило его застонать в слух. Ему чертовски нравилось слышать свое имя из её уст. — Войди в меня. Сейчас.

Схватив её за попку, Кейн поднял её и вошел в её жар. В первые он нашел успокоение, после того как увидел, что она подверглась нападению. Она с ним. Она в безопасности.

И он не имеет право вновь облажаться. Ему стоит смотреть в оба. Убедиться, что не повторит ошибок прошлого.

Всё ещё внутри нее, Кейн взял её за подбородок.

— С завтрашнего дня ты изучишь защитные приемы, что помогут тебе при нападении.

— Хорошо.

Её глаза были полуприкрыты, а зрачки расширены. Кейн не был уверен, что она его полностью слышала.

— Научу тебя определять приближающуюся непогоду и находить лучшие места для укрытия.

— Мммм. — Белла сжала внутренние мышцы, показывая, что в нетерпении. — Поговорим… позже.

Кейн подавил стон. Заставил себя сосредоточиться.

— Ты научишься распознавать хищников и как избежать их, или не выйдешь наружу.

Медленно моргая, Белла некоторое время смотрела на него — эти глаза цвета зеленой травы пронзали его темноту. Затем она удивила Кейна. Белла наклонилась и поцеловала его над сердцем. Так же как раньше.

— Есть понятие чести на Драгаш-25. И самоотверженность. Спасибо, Кейн. За всё.

Место, где поцеловала Белла, горело, будто его обожгли. Его сердце билось так сильно, словно он пробежал милю.

Внезапно его выдержка лопнула. Кейн глубоко погрузился в нее, её красивые всё понимающие глаза закрылись, когда удовольствие охватило её, и она с легкостью отвечала его яростным толчкам. Словно они созданы друг для друга.

Белла на самом деле думала, что он один из лучших парней, и, черт возьми, он хотел быть для нее таким. Даже если уже поздно. Даже если то, что произошло с его женой, сделало это невозможным.

Но когда он находился глубоко внутри девушки-воина, и она обернула ноги вокруг его талии, а её полная грудь терлась об его, его не заботило, насколько это глупо. Кейн хотел быть для нее всем. Он хотел стать для нее героем навсегда.

Нравилось ему или нет, но это значило, что ему придется её отпустить.

Осознание пронзило ему грудь, словно ржавое лезвие. Уже скоро не будет никаких прикосновений. Больше не будет соединенных ладоней, её тонких пальцев, удерживающих и успокаивающих его. Больше не будет мягкого шелка волос под кончиками его пальцев и стонов у его уха, и наблюдения за ее взглядом, в котором загорался трепет, когда он показывал ей новое расположение растений и деревьев.

Он всегда знал, что это всё закончится.

Даже обладая впечатляющим духом, девушка-воин долго не проживет на Драгаш-25. Не со сворой 225-го на хвосте. Сегодня это стало ясно.

— Всё в порядке? — Её обеспокоенный тон вернул его обратно в настоящее.

Кейн не заметил, как прекратил двигаться.

— Конечно, девушка-воин. — Кейн поднял её выше, сдвинув под углом так, что ладонью скользнул вниз по её животу, чтобы поиграть с клитором. — Всё так, как должно быть.

Он не был хорошим парнем и не мог удерживать её вечно, но может сделать что-то правильное в своей жизни, вернее, что от нее осталось. Он сделает всё, что потребуется, чтобы вернуть её на спасательный челнок и спасти её драгоценную Землю, которую она хочет защитить. Когда придет время, он отпустит её — и сам разберется со сворой 225-го.

Но ни минутой раньше, чем это необходимо.

Да, он эгоистичный ублюдок. Но также он уверен до мозга костей, это лучший шанс остаться в живых, пока не прибудет спасательная команда.

Кейн не смог спасти свою жену, но защитит Беллу.

Наблюдать, как она кончает, а её кожа покрывается румянцем, грудь покачивается вверх и вниз, пока она объезжает его и… в тоже время это был чертовски утешительный приз. Он станет прокручивать это вновь и вновь, когда она вернется обратно, и он останется один.

Глава 11

Сначала Белла ударилась о землю плечом, даже зубы клацнули.

Уставшая, потная, её мышцы ныли, когда она плюхнулась на спину и посмотрела на ржавого цвета потолок пещеры. Такой же спартанский, как и всё остальное в доме Кейна.

У нее не было возможности осмотреться, когда они добрались сюда вчера поздно ночью. Изнуренная дорогой и событиями дня, она еле могла держать глаза открытыми.

Судя по тому, что увидела при свете дня, она ничего не потеряла. За зоной с оружием, позади которой лежала Белла, располагалась кухонная зона с

ямой для огня, запасами еды, воды и отдельная зона с кроватью. На удивление кровать оказалась удобной, и ей хотелось сейчас находиться в ней.

Вроде в одной из задних пещер находился теплый источник, но никаких его признаков пока не наблюдалось. Кейн был слишком увлечен её обучением. Хотя никто не следил, когда она проснется, как было в соответствии с уставом Совета, сейчас её положение особо не изменилось.

По правде говоря, теперешний Кейн казался таким же жестким. Подобно его дому. Всё в его доме было аккуратным, опрятным и практичным. Не было ничего, что не служило бы определенной цели. Ничего не располагало к легкомыслию и веселью. Ничего не указывало на то, чем он занимался последние восемь лет, кроме как пытался выжить.

— Думала, в тот раз у меня получилось. — Это не правда, но если она будет говорить это достаточно часто, возможно, он поверит, что её навыки улучшились, и прервется. Белла не предполагала, что он будет так усердно её тренировать.

— Ещё раз.

Без предупреждения Кейн схватил её за запястье и поднял на ноги, его хмурый вид никуда не делся. Белла думала, что они вчера сблизились, но видно это однодневный сценарий, по крайней мере, с его стороны. Нежность после вчерашнего нападения сегодня не ощущалась. Вместо этого он стоял на страже, что она не приветствовала и не понимала.

Если бы они не занимались сексом. Тогда она чувствовала то же отчаяние, что он демонстрировал при их первой встрече. Когда она проснулась этим утром, он трахал её, словно в последний раз. Затем он брал её ещё трижды. Ноги Беллы до сих пор были словно ватными.

Белла глубоко вздохнула и напомнила себе, что не стоит делать поспешных выводов. В конце концов, он жил сам по себе долгое время. У них мало времени для обучения. Кейн привык к тяжелому образу жизни. Не говоря уже о том, что ему потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к тому, что кто-то всё время мешается под ногами.

Этот список оправданий можно продолжить. Кроме того, немаловажно, что Кейн настаивал на том, чтобы она могла защитить себя от монстров, подобных тому, с которым она столкнулась вчера, — и ей тоже хотелось этого. Хотелось суметь защититься от всего, что попадется ей на пути. Тем более, что ещё верит, что прибудет спасательный шаттл Совета, и она вернется на Землю.

— Не забывай смотреть налево. Ты забываешь всякий раз. Кейн присел, и мерцающий свет от факелов на стенах заплясал на рельефных мышцах его живота, подчеркивая каждый изгиб. Сексуальная дорожка волос исчезала под поясом его выцветших камуфляжных брюк, низко сидевших на его бедрах. Честно говоря, мужчина был само искушение.

А вот снятая набедренная повязка пошла в стирку или это признак того, что он сохранил в себе прежнюю человечность? Белла восприняла это как хорошее предзнаменование.

Кейн дал ей выцветшую футболку. Та оказалась большой, как и последняя, но чистая от песка и грязи и свисала до колен — это было хорошо, потому как она до сих пор не носила нижнего белья. Снаружи ветер и пыль били о толстые стены пещеры так громко, словно работал двигатель шаттла.

Песчаная буря, начавшаяся рано утром, не позволила им предупредить команду о 225-м и охотниках. Кейн успокоил Беллу, сказав, что люди 225-го также оказались в ловушке.

Дыхание Беллы сбилось, когда её свалили с ног.

Кейн набросился на нее, пока она предавалась раздумьям. Белла сжалась, приготовившись к жесткому приземлению. Как и в прошлый раз, Кейн поймал её в последнюю минуту, смягчая её падение. Но всё же её плечо заболело.

— Ты зазевалась, — рявкнул Кейн. — Ты должна оставаться начеку. Быть готова ко всему. Любой отвлекающий фактор может погубить тебя.

Лежа на спине, Белла посмотрела на стоявшего над ней со скрещенными руками на груди Кейна. Даже хмурясь, он был прекрасен. Эти точеные скулы и квадратная челюсть олицетворяли чистую мужественность. Его бронзовая кожа была покрыта мускулами. Иссеченное шрамами тело доказывало, что он до мозга костей воин. Ни намека на слабость. Ни в теле. Ни в поведении. Ни в характере.

Её решимость быть оптимистичной заколебалась. Неужели Кейн уже сожалел, что привел её к себе домой?

Может, её бы это не беспокоило, если бы она всё ещё думала о нем, как о кратковременной необходимости. Но её чувства постепенно менялись, шаг за шагом — возможно, даже с того момента, как он впервые прикоснулся к ней с тем трепетным взглядом — а после вчерашнего укрепились. Желание угодить ему всё больше подпитывалось не только инстинктом выживания и их сделкой.

Может, Кейна и сослали на Драгаш-25; возможно, он делал ужасные вещи в прошлом, но с ней он был другим.

Всю жизнь Беллу окружали люди — в переполненных, тесных помещениях, для оптимизации дефицитных ресурсов и пространства — но даже тогда она чувствовала себя одинокой. Изолированной своими обязанностями и честолюбием. Конечно, она изредка встречалась с мужчинами и предавалась быстрому сексу, когда становилось невтерпеж, но ни один из этих романов не длился дольше нескольких недель. Никто не стоил того, чтобы рискнуть своим положением и позволить себе сблизиться.

Кейн другой. Она должна положиться на него или умереть, и постепенно, несомненно, раскроется ему как ни для кого другого. От этого она чувствовала себя широко распахнутой и… уязвимой… может быть, даже несколько неловко и неуверенной.

Кейн много значил для Беллы. Она хотела быть значимой для него тоже.

Его отчужденность этим утром тревожила.

Оперевшись на локти, Белла изучала Кейна, ища любые подсказки, о чем он думал.

— Давай сделаем перерыв. Может, поговорим? Я знаю так мало…

— Никаких перерывов.

В следующий миг Белла летела по воздуху и приземлилась на ноги.

— Хватит уже. — Белла стряхнула с себя его руки. — Я сама могу подняться.

Кейн поднял бровь:

— А сможешь ли ты устоять?

— На этот раз проиграешь, умник. — Раздраженная, Белла присела на корточки, бормоча про себя. — Левая рука у лица. Вес перенести на ноги. Схватить его за запястье, повернуть, использовать инерцию его тела…

Затем Кейн подошел к Белле, и времени уже на раздумья не было. Только действовать.

Её плечо вновь встретилось с землей.

— Вот и всё.

Белла перекатилась, села, локтем оперлась о колени. Да, она хотела научиться защищаться, но ей нужно время, чтобы прояснить голову.

— Ты достаточно избил меня за утро. Мне нужно отдохнуть.

На его челюсти дернулся мускул.

— Думаешь, люди 225-го пощадят тебя? — Кейн шагнул вперед, пока их ноги не соприкоснулись. — Я не могу находиться возле тебя постоянно, — напряженно произнес он. — Пойдем, Гвен, хотя бы, черт возьми, попытайся.

Она встрепенулась и вся превратилась в слух.

— Гвен? Кто такая Гвен?

Его лицо стало непроницаемым.

— Не волнуйся об этом. — Он снова принял атакующую позу, будто ничего не произошло. — Давай вернемся к тренировке, девушка-воин. Держи равномерно распределенным свой вес. Ты можешь сделать это.

Белла не шевельнулась.

По какой-то дурацкой причине она не подумала, что в его жизни могла быть женщина. По которой он скучал. О которой думал каждый раз, когда её трахал её.

— Меня зовут Белла. Не девушка-воин. — Вдруг ей стало важно, чтоб он назвал её по имени. Чтобы её имя слетело с его губ.

— Что?

— Я хочу, чтоб ты называл меня Белла.

Кейн сжал губы в тонкую линию.

— Думаешь, имеет значение, как я называю тебя?

— Ты должен хотя бы знать имя женщины, с которой трахаешься.

Кейн вытянулся в полный, пугающий рост, напряженная тишина заполнила комнату; зловещая, давящая.

Её сердце сильнее забилось в груди, все глупые, счастливые фантазии рассыпались в пыль.

— Знаешь что, Белла? — произнес он наконец её имя, и оно прозвучало, как ругательство. — Ты права. Нам обоим нужен перерыв.

От тренировки? Или от сделки? Белла боялась спросить — вдруг ей не понравится его ответ. Она проследила за тем, как Кейн прошел на кухню и схватил стакан с водой. Видела, как его кадык скользил вверх и вниз, пока он пил большими глотками. Белла наблюдала за сексуальным изгибом его губ, когда он держал стакан у рта — вроде он так близко, но в то же время так же далеко, как солнечная система.

Глава 12

— Над чем ты работаешь?

Устав от тупиковой ситуации, державшей весь последний час их по разным углам пещеры, Белла подошла к Кейну, который сгорбился над мешаниной из разноцветных потрепанных проводов и поврежденных цепей. Должно быть, потребовались годы, чтобы накопить всё это.

— Неважно, — произнес он, не поднимая глаз.

— Это двигатель запуска для космического корабля?

Кейн фыркнул.

Да, она взаправду так думала, но девушке можно же помечтать.

— Что это тогда?

— Сейчас это куча мусора.

— А когда всё закончишь?

Долгое молчание. Бушевавшая снаружи пещеры буря только усилила тишину внутри.

— Прекрасно. — Белла отвернулась, её голос прозвучал жестко и резко. — Нам не обязательно разговаривать. Молчание тоже хорошо.

Кейн рукой обхватил её лодыжку, удерживая на месте.

— Белла, я молчал восемь лет. — На этот раз произнес её имя без гнева. — Я больше не нуждаюсь в общении.

Чувство вины тяжестью легло в её животе. Возможно, она по жизни надеялась только на себя, но Кейн по-настоящему был одинок. Ни братьев, ни сестер, которые улыбнулись бы ему и обняли. Нет коллег, с которыми можно обсудить последние теории. Никаких соседей по койке, чтобы посочувствовать поздней ночью за бутылочкой пронесенного тайком запрещенного напитка.

Какое имеет она право завидовать его воспоминаниям о людях из его прошлого? Или принимать близко к сердцу? Возможно, она никогда не будет иметь значения для него, но они могут сосуществовать. Белла проглотила застрявший ком в горле и сделала вид, что ей не больно.

— Хорошо. — Белла плюхнулась на пол рядом с ним, бросив своего рода оливковую ветвь. — Могу я помочь? — Она указала на его изобретение.

— Конечно. — Кейн протянул пару незакрепленных проводов. — Посмотрим, сможешь ли ты очистить обгоревший слой. Этот больше не годится, но провод внутри всё ещё может быть полезным.

Белла принялась за работу. Сидеть бок о бок и работать в тандеме… расслабляло. Умиротворяло. Смывало остатки напряжения между ними. По просьбе Кейна Белла рассказала о своем детстве, о сестре и брате, и о её работе. Хотя Кейн не говорил много, ей удалось узнать, что он вырос на одной из редких действующих ферм, которые существовали лет двадцать назад, и побывал в чертовски многих местах на Земле.

Было приятно находиться вместе. Белла изучала его повадки. То, как он сводил брови, когда концентрировался. То, как потирал шрам на правом большом пальце, слушая её рассказы с легкой улыбкой на красивом лице.

Спустя какое-то время Белла встала, чтобы попить воды. Кейн продолжал работать. Его изобретение ничего ей не напоминало.

— Уверен, что это не двигатель космического корабля, который может увезти нас отсюда?

Кейн взял стакан с водой, что она протянула, его кадык двигался вверх-вниз, пока он пил большими глотками.

— Всё ещё мечтаешь о том, что мы выберемся отсюда девушка-во… Белла?

— Конечно. В конце концов, все хорошие парни побеждают, — пошутила она, благодарная ему, что он потрудился назвать её по имени.

— Хорошие парни, да? — Кейн пристально посмотрел на путаницу проводов. — Что, если бы я сказал тебе, когда доделаю, что это нечто похожее на оборудование, что использует свора 225-го, которое выводит из строя компьютеры шаттла?

— Это то, что привело нас к катастрофе? — Белле вдруг не захотелось смотреть на приспособление. Зловещее. Смертоносное.

Кейн рукой провел по одному из проводов:

— Именно.

— Зачем тебе делать подобное? — произнесла Белла пронзительнее, чем намеревалась, вспоминания о крушении стиснули её горло.

Пальцы Кейна замерли.

— Как ты думаешь почему?

— Не знаю, но уверена, что не для той же цели, что 225-й. Ты не убийца.

— Разве? — То, как неторопливо Кейн поставил на землю свою работу и встал, возвышаясь над Беллой, говорило, что они снова ступили на опасную территорию. — Я убил ищейку.

— Это совсем другое.

— Правда? Жизнь отнять всё едино.

Белла встала, пытаясь сократить расстояние между ними.

— Если бы ты не убил тех мужчин, то они убили бы нас. Ты действовал в целях самозащиты.

— Не всегда, — признался он суровым шепотом. — Ты говоришь, что я вроде хороший парень, но вот эти руки, которые лапали тебя везде. Проникали глубоко в твое лоно и доставляли тебе удовольствие. Эти руки, которые, как ты думаешь, легко последуют за тобой, когда ты улетишь с Драгаш-25. Это руки убийцы, девушка-воин. — Кейн вытянул их перед собой, сжав в кулаки, на которых проявилась паутина молочно-белых шрамов на фоне бронзовой кожи. — Это невозможно смыть. Или притвориться кем-то другим. Несмотря ни на что.

— Люди могут измениться, — ответила она слегка отчаянно, не понимая, как они пришли к этому. И почему он осознанно пытается её оттолкнуть. — Люди совершают ошибки, а затем исправляют их и двигаются дальше.

Кейн шагнул ближе, его голос прозвучал низко и угрожающе:

— Что если я не думаю, что совершил ошибку? Что если я совершу то же самое, что приведет меня сюда вновь?

Белла попятилась, уверенность в его голосе, признание своей вины, убежденность, что его не стоит спасать, вызывало в ней сомнения.

— Я не… — Белла честно сомневалась, что ответить, но одно она точно знала. — Что бы ни случилось в прошлом, ты не можешь воспользоваться этим устройством, чтобы сбить ещё шаттл. Это сделает тебя монстром.

Кейн сжал руки по бокам.

— Пойду подышу свежим воздухом. — И направился к выходу.

— Но там пыльная буря. Не стоит выходить.

— Уже стихло.

Белла не могла допустить этого. Она не позволит ему уклониться от проблемы, потому как боялась его неодобрения или хуже того.

— Я не позволю тебе использовать устройство на другом шаттле, как на моем.

Кейн остановился, положив руку на дверную ручку и стоя спиной к ней.

— Люди могут измениться?

— Да. — Облегчение пронзило её. Может, она достучалась до него.

— Уверена, что веришь в это, девушка— воин? — Кейн посмотрел через плечо, плотно сжав челюсть. — Потому что я никогда не говорил, что собрав устройство, намереваюсь сбить шаттл.

Белла раскрыла рот, чтобы ответить. И не произнесла ни звука.

— Так поступают садисты вроде 225-го и его своры, — продолжил он. — Может я убийца и преступник, но не похож на них. Я запланировал использовать мой глушитель, чтобы захватить контроль над одним из пилотных дроидов, которые сбрасывают мусор дважды в год. Не так давно я пытался создать помехи, подобно тому, что может остановить 225-го и спасти твою драгоценную поисково-спасательную команду, которая заберет к черту вас с Драгаш-25.

Кейн плотно закрыл за собой дверь.

От Беллы не ускользнуло, что он упомянул только об её отъезде.

Или то, что впервые всё было наоборот, и он нуждался в ней, чтобы быть его героем — чтобы верить в него, несмотря ни на что — она облажалась.

Глава 13

— Я скоро вернусь. — Тяжело дыша, Кейн втиснул на место последний из валунов перед дверью.

Белла пыталась сдержать свое беспокойство. Буря на самом деле утихла, но шторм между ней и Кейном не прекратился. Он не ушел далеко, находился рядом со входом в пещеру, но оставался там довольно долго. Спустя какое-то время, покрытый красной пылью, Кейн зашел, только чтобы сообщить ей, что погода улучшилась настолько, что он пойдет предупредить её коллег. Затем стал таскать валуны размером с маленькие планеты.

Кейн явно не хотел говорить о том, что только что произошло.

— Уверен, что мне нельзя с тобой? — Белла следовала за ним на большом расстоянии. — Без меня тебе вряд ли удастся заставить их слушать.

— Я постараюсь.

Кейн прикрепил нож к карману камуфляжных штанов и схватил копье. Ещё до их ссоры он был непреклонен, отказываясь брать её с собой. Белла понимала — она только его замедлит. Тем не менее ей была ненавистна мысль о том, что Кейн рискует собой, а она не может его прикрыть. Тем более, когда между ними и так всё усложнилось.

— Если по каким-то причинам я не вернусь через несколько часов, — предупредил Кейн, — имеются дополнительные светящиеся палочки в третьем ящике сверху. А на кухне сухие пайки, которых хватит до конца жизни.

— Уверена, ты вернешься задолго до конца жизни. — Её шутка не удалась, и голос прозвучал неуверенно даже для её собственных ушей.

Кейн сунул сухой паек в мешок.

— Правильно. Но на всякий случай. — Кейн по-прежнему не поднимал головы. — Помни, что я говорил. Не выходи наружу ни под каким предлогом.

Белла посмотрела на большую кучу валунов, что теперь блокировали дверь.

— Не думаю, что это будет сложно.

Кейн застыл.

— Лучше бы не было. — Он наконец посмотрел на Беллу, морщинки вокруг его глаз углубились. К её удивлению, взгляд Кейна потемнел от беспокойства. Но никакого гнева. — Не забудь наложить больше мази на свои синяки. Здесь легко подхватить инфекцию. Не рискуй и не ходи в дальние пещеры без меня. Можно заблудиться или поскользнуться.

Вдохновленная заботой, Белла ухватилась за его руку, она едва смогла обхватить его плечо.

— Я сожалею о произошедшем.

— Всё в порядке.

— Нет. Не в порядке. Я не должна была говорить, что ты собираешься использовать свое изобретение для крушения пилотируемого шаттла. Я не… не знаю о твоем прошлом, но с тех пор как мы познакомились, ты честный, терпеливый и щедрый. Страх на минуту овладел мной. Этого больше не повторится.

Кейн кивнул, его лицо как всегда ничего не выражало.

— Хорошо.

Не самый приятный из ответов.

— Думаю… думаю, я не привыкла от кого-то зависеть. Поэтому веду себя как дурочка. — Белла кинула быстрый взгляд в его сторону.

Белла подумала, что Кейн улыбнется. Вместо этого он медленно судорожно вздохнул.

— Послушай, Белла, всё в порядке. Это в новинку для нас обоих. Мы разберемся.

Не совсем тот ответ, на который она рассчитывала. Его смирение только её пугало. Он ощущал её нарастающие чувства и не знал, как бы оттолкнуть её помягче? Или на самом деле этот страшный и ужасный человек просто милый? Или желает сейчас, чтоб Гвен находилась рядом с ним?

— Я не хочу быть обузой. — Белла глубоко вздохнула и произнесла: — Если хочешь, чтоб я ушла до момента твоего возвращения, только скажи.

*****

Внутри Кейна всё застыло.

— Что ты сказала?

— Я хочу знать, если ты устал от нашей сделки и желаешь, чтоб я ушла. — Белла отвела взгляд. — Всё в порядке, если это так. Просто скажи прямо.

Кейн изо всех сил постарался сохранить голос неизменным.

— Хочу, чтобы ты была здесь.

— Ты так говоришь, — произнесла Белла с сомнением в голосе, — но…

— Без но. Так и есть.

Белла могла всё усложнять, могла пробуждать воспоминания и героические порывы, которые лучше оставить в прошлом, но это ничего не значило. Он не позволит ей уйти, пока не останется другого выбора.

Белла медленно кивнула, как будто по-прежнему сомневалась.

Кейн понимал, что всё шло не так, как Белла надеялась, но они вовремя разрешили проблему. Им стоит свыкнуться со слабыми сторонами друг друга. Он найдет способ привести мозги в порядок. Как остановить войну за одну минуту, чтобы заняться сексом, трахая её жестко и глубоко, будто стремиться слиться с ней, а в следующую минуту оттолкнуть её подальше, чтобы когда придет время — отпустить.

Он постарается вновь не произносить имя Гвен. Кейн понимал, что упомянув Гвен, оттолкнул от себя девушку-воина, заставил её беспокоиться о его прошлом, снова думать о нем как об осужденном с Драгаш-25 и сомневаться, может ли она доверять ему, и даже передумать об их сделке.

— Только я смогу защитить тебя, — напомнил Кейн Белле, не слишком гордясь тем, что использует козырную карту, припрятанную в рукаве.

— В этом я уверена, — быстро согласилась Белла. Слишком быстро. Белла теребила пальцами подол рубашки.

Смущенный Кейн провел рукой по мягким волосам. Он не хотел уходить и в то же время не знал, что сказать. Белла хотела от него большего, но он не заинтересован ворошить свое прошлое — хотел, чтобы она смотрела на него с уважением.

К тому же все эти разговоры делают его глупым и заставляют сердце биться, а горло сжиматься. Один тюремный врач сказал, что это посттравматический стресс. Вина указывала на иное. Что бы это ни было, Кейн не мог сейчас позволить себе отвлекаться на эмоции. Он должен оставаться сосредоточенным.

— Мне нужно идти. — Но Кейн не мог сопротивляться желанию притянуть её к себе, вдыхая её сладкий запах, запоминая мягкость. — Я хочу вернуться до следующей пыльной бури. — Кейну оказалось трудно думать о том, что Белла несколько часов будет одна. Он не собирается позволить шторму удержать его надолго вдали от нее. — Когда я вернусь, мы отправимся в Оазис. Ты сможешь взять образцы. Исследовать. Если захочешь, мы сможем поплавать.

Кейн затаил дыхание.

Казалось, что прошло несколько часов, но Белла в конце концов наклонилась к нему. Чувствовалось её напряжение, но она по-прежнему обнимала его за шею, её большие зеленые глаза сияли с какой-то неуверенной теплотой, видя которую, он чувствовал, что все будет в порядке, если они смогут остаться вместе. Кейн хотел, чтоб все оставшееся время, проведенное с Беллой, было отличным.

— С удовольствием. Спасибо. — Белла поднялась на цыпочки и поцеловала его в подбородок — это хороший знак. — Если Пог и другие не послушают, не оставайся и не пытайся убедить их, хорошо? Мы придумаем что-нибудь другое. Просто… Просто будь осторожен.

Кейн пытался не беспокоиться.

— Я очень скоро вернусь.

— Не подвергайся ненужным рискам.

Его темный взгляд пронзил её.

— Слишком поздно.

Кейн мог судить по её озадаченному выражению, что она не поняла. Наверное, это к лучшему. Если бы Белла поняла, как важна для него, то, возможно, сделала бы что-то глупое, к примеру, стала бы говорить об искуплении и то, что люди меняются, и попытается убедить его пойти с ней, когда он придумал, как заставить глушащее устройство работать в их пользу. И как бы он ни хотел выбраться из этой дыры, он понимал, что это невозможно. Если, конечно, он хочет, чтобы Совет забрал Беллу живой с этой планеты. Они никогда не позволят ему попасть в шаттл, тем более на Землю, и он подвергнет её большей опасности, если попытается.

Кейн понимал, что больше не может задерживаться, отступил, пристально посмотрел на нее… И подпрыгнув, ухватился за край окна. Без усилий он закинул ногу и проскользнул в окно, падая несколько секунд, прежде чем его ботинки стукнулись о землю.

Кейн взглянул вверх и увидел белокурую голову и великолепные обеспокоенные глаза, смотрящие на него.

— Ты в порядке?

— В полном. Осторожно на этом столе. — Ему не понравилось, что она взобралась на этот шаткий предмет. Черт, ему не нравилось все это. В его отсутствие так чертовски легко и просто убить её. — Закрой окно, как мы планировали. Я не уйду, пока не буду уверен, что это сделано.

Узнать, что Гвен развлекалась на стороне от него, было нелегко, но он понял. Они поженились молодыми и глупыми и знали друг друга около шести месяцев. И хотя они заботились друг о друге, с самого начала были предзнаменования того, что они не совместимы в долгосрочной перспективе. При всех ее достоинствах — а их оказалось не мало — Гвен было не так комфортно в одиночестве, как они оба предполагали. Гвен становилась все более обидчивой и в конечном итоге появился кто-то другой, кто смог позаботиться о ней в его отсутствие.

По правде говоря, как только он совладал со своим эго, ему полегчало. Кейн хотел, чтобы Гвен была счастлива, и пожелал ей всяческих успехов. Пока он не узнал, с кем она связалась. Женатый член Совета из их района, который жил словно король, в то время как остальное население получало ограниченное количество продовольственных товаров. Её новый любовник оказался коррумпированным и плохим человеком. Кейн предупредил Гвен, но она его не послушала. Она слишком сильно хотела внимания, легкой жизни, защиты. И Кейн не смог защитить её от самой себя.

В итоге им двоим это стоило всего.

Кейн не собирался совершать те же ошибки с девушой-воином.

По спине Кейна стекал пот, пока он ожидал, что Белла исполнит четкие указания. Он пытался представить, как она выполняет его инструкции. Белла закрыла деревянными рейками окно, а затем подняла один большой камень и так раз за разом, пока не построила мини-версию баррикады, которую он соорудил перед дверью. Ни один тигос не сможет попасть внутрь. И насильники тоже.

— Готово, — прокричала Белла, её голос звучал приглушенно из-за барьера. — Удачи. Я буду здесь, когда ты вернешься.

Твою ж ***, лучше бы так и было.

Глава 14

Белла ткнула пальцем в грязь, создавая миленькую ямку для одного из семечек, которые нашла прилипшими к ее ботинку. Она посмотрела на два других горшка, куда посадила семена из запасов Кейна. Затем на ту пародию на чашку, которую попыталась выстрогать себе ножом из запасов древесины Кейна.

У нее закончились все варианты занять себя.

Нетерпеливо вздыхая, она направилась в кухонную зону, чтобы помочить руки под струйкой воды и перемешать смесь зерен и мяса, которые решила попробовать приготовить после наблюдения за тем, как Кейн утром это делал. Приготовление пищи над кучей горячих камней лучше, чем синтетическая еда Академии, Белла чувствовала вкусный запах. Если еда хоть наполовину такая же вкусная, она была бы довольна первой попыткой. Может, и Кейн тоже.

Кейн хотел, чтоб Белла находилась здесь, и она согласилась с этим. Не сомневаясь и не поддаваясь нелепой неуверенности. Не зацикливаясь на этой Гвен и на его преступлениях. И не требуя большего, чем есть сейчас между ней и Кейном. По ее подсчетам, осталось минимум пять дней до прилета спасательного шаттла, и если поход Кейна пройдет успешно, она решила провести остаток дней с ним. Просто наслаждаться моментом так долго, как это возможно.

И она это осуществит. Как Кейн вернется. Белла перестала пытаться извлечь пользу из своего одиночества. Она просто хотела, чтобы он вернулся. Ей нужно знать, что он в безопасности.

Белла запрыгнула на стол с копьем в руке, услышав слабый звук снаружи. Сухой затхлый воздух ударил ей прямо в лицо. Да, недавно она сняла баррикаду с окна и открыла доски.

Белле не нравились маленькие, закрытые пространства. Никогда. Белла ощущала себя, будто в гробнице, пока не убрала камни, доски и не впустила немного свежего воздуха. Она сразу почувствовала себя великолепно, несмотря на изнуряющую жару.

Хотя её импульсивный поступок был вызван чистым раздражением, она понимала, что проход настолько мал, что заходить в него придется по одному и очень медленно. Высоко подняв копье, Белла приготовилась к любому незваному гостю.

Белла беспокойно обегала взглядом пространство за окном. Ничего. Она мрачно ударила по камню.

А потом, словно по ее хотению, на тропинке появилась темноволосая голова и широкие плечи Кейна, его копье и рюкзак висели за спиной, а от знакомой грациозной, властной походки у нее перехватило дыхание.

Казалось, ему потребовалась целая вечность, чтобы добраться до пещеры. Медленно он перекинул через окно свои длинные ноги в черных сапогах.

Кейн приземлился на пол.

— Ты вернулся! — Прислонив копье к стене, Белла бросилась вперед от восторга. — Тебя не было так долго. Все прошло нормально?

— Окно не закрыто.

Белла замерла, она хотела обнять его, но руки самопроизвольно опустились по сторонам.

— Я начала беспокоится о тебе. — Не стоит упоминать о том, что окно открыто довольно давно.

— Есть все основания держать окно закрытым.

Белла наблюдала за Кейном. Он был напряжен, но не агрессивен. На нем не видно новых царапин или синяков. Но что-то было прямо под поверхностью его кожи, от чего по ее телу побежали мурашки. Он выглядел… напуганным.

— Я хотела подышать свежим воздухом, — наконец объяснила она.

— Ты обещала мне держать окно закрытым. — Кейн бросил рюкзак на землю, от чего Белла подпрыгнула. — Если не могу доверять твоему слову, то как я могу оставлять тебя?

Безусловно, не такое возвращение она представляла.

— Я в порядке. — Белла широко развела руки. Хотелось, чтоб он прекратил обращаться с ней словно с хрупкой вазой. — Мне даже лучше, чем нормально. Я побыла одна. Впервые в моей жизни. В маленьком, темном пространстве, которое мне не всегда нравилось. И я справилась лучше, чем предполагала. Еще лучше, что ты вернулся целым и невредимым. Мы должны отпраздновать.

— Я не знал, что у тебя клаустрофобия. Ты должна была сказать мне.

— Я справилась с этим.

Кейн выдохнул.

— Это здорово, но ты не должна рисковать.

— Ты прав. — Почувствовав, что он смягчился, Белла положила свою руку на его. — Я буду осторожнее. Но помни, что я на самом деле сильнее, чем выгляжу. Теперь не мучай меня и расскажи, что случилось? Тебе удалось поговорить с моими коллегами? Все в порядке?

Кейн помрачнел.

— Эти идиоты солдаты пошли дальше и разбили лагерь, оставив следы, по которым их могли бы найти охотники. Я зачистил, но не смогу скрывать их лагерь вечно, особенно без их усилий.

Ее корыстные планы провести какое-то время с Кейном рухнули.

— Так они не захотели выслушать?

— Выслушать? — фыркнул Кейн. — Они стали стрелять, как только я появился на виду.

Белла еще раз осмотрела его, убедившись, что он цел и невредим.

— Мне так жаль.

— Я другого и не ожидал.

— В следующий раз пойду я. Пог, возможно, не послушает, но Уинтроп и Ева прислушаются.

— Ты и близко к ним не подойдешь. Не будь так уверена, что это что-то изменит. Твоя подруга упряма.

Кейн помнит, какой Ева бывает настойчивой.

— Ты говорил с ней?

— Знал, что ты станешь волноваться. Я с легкостью пробрался в лагерь и нашел ее.

Ее желудок свело при мысли, что он рисковал. Если Пог или другие солдаты поймают его, то убьют на месте.

— Ты говорил мне, что не станешь рисковать, — упрекнула она его.

Кейн посмотрел на окно.

— Думаю, мы оба дали обещания, но не сдержали его.

Черт возьми. Белла не понимала, почему он так сильно заботится о глупом окне. Но опять же, она никогда не была такой трусливой. Лучше ему узнать об этом сейчас. Если он собирается двигаться дальше и желает видеть в ней нечто большее, чем игрушку для секса, лучше ей быть настоящей.

Сейчас она решила оставить это. Были более насущные проблемы.

— Что сказала Ева? Она держится?

— Нога по-прежнему беспокоит ее и не похоже, что она достаточно ест и пьет, но держится. Она беспокоилась о тебе. — Кейн подхватил рюкзак и стал распаковывать его, выкладывая каждый инструмент и коробку на свое место. — Ева вздохнула с облегчением, узнав, что ты в безопасности.

— Ева — хороший человек. Страшно подумать, что она в столь опасном месте.

— Я пытался уговорить Еву пойти со мной, но она отказалась.

Грудь Беллы сдавило от волнения, что он хотел взять на себя ответственность за другого человека.

— Почему Ева не пошла? Думаешь, она подумала, что это уловка?

— Я спросил ее о том же. Она сказала, что верит мне. — Кейн очень заинтересовался, рассматривая один из ее горшков с грязью. — Сказала, что видела, как я уносил тебя от сейбака. Ей ясно, что я никогда не причиню тебе боль. Что сделаю все возможное, чтоб защитить тебя.

У Беллы замерло сердце. Ева видела в нем то же самое, что и она. Кейн — хороший человек. Единственная проблема в том, что никогда не знаешь, защищает ли он тебя, потому что он такой хороший человек или потому что считает тебя особенной.

Кейн поставил обратно горшок с грязью.

— Ева попросила передать, что сожалеет, но она не может уйти сейчас. Она сказала, что ты поймешь. Их команда вчера потеряла двух солдат. Одного в пыльную бурю, а другого от какого-то пищевого отравления. Напряжение нарастает, и Ева беспокоится о твоем приятеле Уинтропе.

— Он умирает? — Чувство вины охватило Беллу. Она не должна была их оставлять.

— Он в порядке, — резко произнес Кейн.

Белла сделала вид, что не заметила.

— Тогда почему Ева беспокоится?

— Унтроп и Пог не ладят. Каждый обвиняет друг друга в твоем исчезновении, и с каждой минутой Пог все больше злится на приказы Уинтропа. Идет борьба за власть, и Ева не уверена, на сколько хватит влияния Уинтропа и что натворит Пог, если в ближайшее время не появится спасательная группа.

— Тем более ей стоит находиться подальше от Пога. — Белла понимала нежелание Евы оставлять то, что кажется безопасным. Белла готова простить слишком многое, когда дело касалось Уинтропа и Пога просто потому, что они знакомы. Оглядываясь назад, Белла осознала, что все слишком отчаянно цепляются за правила и жизненные порядки Совета. Без сомнения, побочный эффект взросления в обществе требовал неоспоримого соблюдения установленной иерхической власти. Белла поняла, глядя на Кейна, что доверяла не тем мужчинам.

К сожалению, на кону не только ее интересы.

Белла провела рукой по лицу, желая получить ответы на свои вопросы.

— Ты рассказал Еве о спасателях?

— Да, и она не поверила. Она отказалась в это верить, — вздохнул Кейн. — Она просто похлопала меня по руке и заверила, что я ошибаюсь. Сказала, что в последнее время шаттлы оборудуют по последним технологическим достижениям. Что спасательная команда знает, что делает. Что они найдут способ приземлиться. Затем она загрустила… бормотала что-то о том, как сбежала от семьи и что с Советом будет непросто.

Белла подняла бровь от последнего комментария. История Евы явно куда более долгая и неприятная, чем казалось.

— Можем ли мы похитить Еву? В конце концов, свора 225-ого найдет лагерь.

— Нет. У ваших солдат слишком много оружия, и они достаточно нервные. Шпионить за ними издалека и то рискованно.

Белла медленно выдохнула, в груди все сжалось.

— Вот почему мне нужно пойти к ним и рассказать, что происходит.

Кейн напрягся.

— Ты к ним не вернешься.

— Не тебе решать. — И все же, беспокойство пронзило ее. Кейн не намекал, что станет удерживать ее против воли? Кейн так непреклонно утверждал, что именно она должна сделать выбор, чтобы сохранить их

сделку, и она не думала, что он когда-либо позволит ей ее разорвать.

— Не мне? — Кейн шагнул ближе. — Мы заключили сделку. Ты обещала мне всё в обмен на безопасность. И я говорю тебе, ты не вернешься назад. Это слишком опасно.

Белла стояла на своем.

— Они мои коллеги.

— Ты забыла, что случилось в прошлый раз? — Кейн провел рукой по своим коротким волосам. — Если бы не тот сейбак, то все бы кончилось намного хуже.

— Это потому что ты был со мной. Этого не произойдет, если я буду одна.

— Одна? — взревел Кейн. — Ты хочешь пойти одна? Ни за что.

Она, возможно, сошла с ума, потому что, несмотря на свое раздражение на его своеволие, ее согревала и утешала его защита. Было бы проще для него согласиться. Быстро и безболезненно отправить ее своим путем, сняв с себя тяжелое бремя. Вместо этого Кейн нахмурился и напрягся, широко расставив ноги и препятствуя ее передвижению, доказывая, что он на самом деле хотел, чтоб она осталась.

Боже помоги ей, но она тоже не хочет его покидать. По правде говоря, если бы дело было только в ее потребностях, наверняка, она бы не хотела улетать. Белла предпочитала найти способ принять его заступничество. Узнать его прошлое. Насладиться настоящим. И обратить его чрезмерную опеку в нечто большее.

Но зарыться головой в песок невозможно.

— Прости Кейн. — Белла сглотнула комок в горле.

— Моим коллегам нужна моя помощь. И мы оба знаем, что я не могу оставаться здесь навеки. — ЗДЕСЬ. Конкретно отмечено. Белла затаила дыхание, ожидая реакцию Кейна.

— Это из-за сегодняшнего утра? — На лице Кейна задвигались желваки. — Потому что я сказал. Что хочу, чтоб ты осталась.

Белла подняла руку, чтоб прикоснуться к нему, но тут же прижала ладонь к своему бедру.

— Дело… дело не в этом. Это… это не про нас.

Кейн шагнул ближе, его грудь вздымалась, красный шрам проступал на его точеных скулах.

— Ты уверена насчет этого? Уверена, что не боишься? Познакомилась с настоящим преступником с Драгаш-25, и тебе просто не понравилось то, что ты обнаружила?

— Нет! — Ее сердце быстро забилось. Очень быстро. Заставляя ее задуматься, правдивы ли его сомнения. Не потому что ей не понравилось, что она обнаружила. А потому что ей понравилось — он понравился — очень сильно. Слишком сильно, чтобы остаться чем-то временным.

Но дело даже не в этом. Она это тоже понимала.

— Неправильно находиться здесь, когда я должна помочь своим коллегам.

Кейн сузил глаза и раздул ноздри.

— Коллеги? Или тот доктор из Совета?

— Коллеги. — Белла набралась смелости, чтоб сказать то, что должно быть сказано. — Почему не сейчас? Мы оба знаем, что мне придется вскоре вернуться. Мои брат и сестра и все находящиеся на Земле ждут моего возвращения, так что оставаться рядом с Уинтропом — это единственный вариант.

Кейн стиснул челюсти и перевел взгляд с нее на кучу проводов в углу.

— Ты хочешь им помочь? Останься и помоги мне запустить глушитель. Твой член Совета может быть ключом к приземлению спасательного шаттла, но никакие спасатели никогда не смогут приблизиться к нему на сотню метров, если глушитель не заработает.

— Но тебе не нужна я, чтобы работать над…

— Нужна. — Кейн по-прежнему не смотрел на нее. — Ты мне действительно нужна.

Ее сердце екнуло и помчалось вскачь. Возможно, они говорили не только о глушителе?

— Дай мне несколько дней. — Кейн перевел пристальный взгляд на нее, выражение его лица вновь стало нечитабельным. — Я посмотрю, что можно сделать с глушителем, а тем временем передам сообщение от тебя Еве. Возможно, записка, написанная твоей рукой, убедит ее в опасности. И я позабочусь, чтоб ты вернулась с ним… — Кейн тяжело сглотнул, — с Уинтропом, когда придет время. — Кейн кивнул один раз. — Я отправлю тебя домой, Белла. Клянусь.

Ее. Кейн отправит ее домой. Не их двоих.

Белла потерла ладонью себе грудь.

— Хорошо. — Все решено. Ее беспокойство рассеялось. Кейн вернет ее обратно, когда придет время. Так почему у нее чувство, будто грудь разрывает на части?

— Хорошо? — Кейн поднял бровь и расслабил плечи. — Точно?

— Я верю тебе, Кейн. Если ты сказал, что отправишь меня домой, значит, так и будет.

Кейн кивнул, сильно сжав зубы.

Прекратив бороться с собой, Белла обняла Кейна, по крайней мере, насколько смогла. У его твердой груди, как всегда, так уютно и тепло.

— Спасибо тебе за всё.

Мгновение Кейн стоял неловко, немного напряженно и очень неуверенно. Затем обнял ее и крепко прижал к себе.

— Не стоит благодарности, — произнес он хрипло.

Белла отдала бы все, чтобы знать, о чем он думает.

Проклинал ли он их сделку и бремя дополнительной ответственности и риска, навалившиеся на него? Или, как и она, он был поражен, обнаружив, что, если бы не ее беспокойство за братьев и сестер и приближающийся спасательный шаттл, она могла бы остаться в его объятиях навсегда и быть счастливой?

Глава 15

Теплая вода, падая на плечи Беллы, успокаивала нервы.

Хотя остальная часть дома Кейна выглядела более чем скудной, но эта часть все компенсировала — лоскутное покрывало из ярко-изумрудного мха и красных круглых камней окружало небольшой чистый родник. Возможно, здесь и нет ярких растений или розового озера из Оазиса, или фиолетовых фруктов, или веерообразных пальм из первой пещеры, но Кейн привел её в столь же прекрасное тихое место. Даже мелодичный звон конденсата, скользящий обратно в воду, успокаивал.

Именно то, что ей сейчас нужно.

Белла пришла сюда после напряженного ужина. Кейн съел пищу, которую она приготовила, похвалив её старания, усердно двигая челюстями и притворяясь, будто мясо не пережарено. Если бы она ещё не считала его хорошим парнем, то это бы все ей доказало.

Но напряжение по-прежнему вибрировало между ними. Вопросы о будущем, беспокойство о завтрашнем дне вернулись с удвоенной силой, как только она вышагнула из его объятий. Она должна вернуться домой. Вот что Белла знала точно. От мысли, что Кейн останется здесь один, у нее сводило желудок и сжимало горло.

Вздохнув, Белла зачерпнула пригоршню воды. Капли проскальзывали сквозь пальцы, как бы сильно она ни пыталась сжимать пальцы. Так же как Кейн.

Её руки расплывались. Белла быстро моргнула.

То, что ей нужно, так это дистанция. Некоторая перспектива. Даже если она как-то убедит Кейна пойти с ней, чего ей ожидать? Между ними что-то получится? Белла всё ещё младший ученый, связанный правилами Совета, который делает все, чтобы обеспечить её брата и сестру. К тому же она понятия не имела, что ждет Кейна, если он вернется на Землю. И его прошлое, если на то пошло. Что Кейн натворил, что его отправили на Драгаш-25? И кто такая, черт возьми, Гвен?

Может быть, Ева права. Возможно, её мечты о будущем с ним нелепы. Может, они не более чем отчаянная иллюзия, основанная на напряжении момента.

Белла ударила кулаком о гладь воды, плеснув себе в лицо.

— Не мешаю?

Белла обернулась на хриплый голос Кейна, её зрение прояснилось, когда вода скатилась с лица.

У Беллы перехватило дыхание.

Кейн стоял на берегу, вытянув руку над головой, а пальцы спрятал в выступе скалы, а другую руку завел за спину.

Во всей позе читалась нарочитость, но разве это важно? С обнаженной грудью, широко расставленными ногами, низко спущенными штанами, эта поза выставляла напоказ каждый дюйм его аппетитного мускулистого тела.

Её соски затвердели, кровь воспламенилась. Медленно на лице Кейна растянулась полуулыбка, он точно знал, что она смотрит на него.

Даже если удивительный секс — это все, что у них было на самом деле, но это того стоило.

— Ты совсем не мешаешь. — Намерено выходя на мелководье, Белла в медленной ласке провела мылом по груди. — Я просто моюсь.

Его пальцы на выступе сжались крепче, он следил за каждым её движением.

— Ты пропустила одно местечко, — Кейн больше прорычал, чем сказал.

Белла сдержала улыбку. Водопад мог немного расслабить её, но только в объятиях Кейна все проблемы на некоторое время исчезали.

— Хммм. Хочешь помочь мне с этим?

— Черт возьми, да. — Кейн шагнул вперед и резко остановился. — Э-э, нет.

Белла нахмурилась. Кейн не из тех, кто колеблется.

— Если дело в том, что я сказала об уходе…

— Нет, — прервал её Кейн. — Я понимаю, почему ты сказала это. Мне не нравится твой план, но я восхищаюсь, как ты заботишься о своих коллегах и брате с сестрой. — Кейн глубоко вздохнул. — Это нечто другое. — Кейн отвел руку из-за спины. — Я хотел отдать тебе это раньше.

Её грудь сдавило.

Большой рукой он сжимал буйство красок, сплетенные стебли и лепестки голубых, фиолетовых, желтых и розовых цветов. Некоторые стояли на прямых стеблях, а некоторые спускались по его руке.

— Цветы. — Белла быстро моргнула. — Ты принес мне цветы?

— Да. — Кейн переминался с ноги на ногу. — Они немного помялись в рюкзаке. — Кейн тряхнул головой. — Я хотел отдать их сразу, но отвлекся.

— Они прекрасны. — Белла подалась вперед, вытянув руки, такое же буйство красок разгоралось в её груди. — Это лучший подарок в моей жизни. — На самом деле единственный, который она получила. — Где ты нашел их?

— В Оазисе. Фиолетовые растут у берегов, розовые и желтые на деревьях.

Белла представила, как Кейн собирает цветы, и это чуть не поставило её на колени. Кейн так много для нее делал. Оберегал её. Убил, защищая её. А теперь это.

Забудь о расстоянии. Забудь о перспективе. Прекрати притворяться, что не тронуто сердце. Белла хотела воспользоваться каждой минутой и собиралась найти способ, забрать Кейна с Драгаш-25. Даже если им не быть вместе в конечном итоге. Даже если Кейн бросит её через секунду после того, как они вернутся на Землю. Возможно, она не знает о его прошлом и о той Гвен, что повлияла на его жизнь, но узнала о нем достаточно, и он не заслуживал смерти в одиночестве на Драгаш-25. Она вытащит его из этой адской дыры и вернет жизнь хорошему человеку, как он и заслуживает. С его помощью или без нее.

Белла протянула руку. Медленно Кейн присел на край выступа и передал их. Обняв цветы, словно ребенка, она осторожно, не давая выскользнуть из рук, поднесла их к носу и вдохнула.

Аромат был потрясающим. Цветочный. Сладкий. Все смешалось: драгоценная жизнь, красота и надежда. Так же Белла чувствовала себя в объятиях Кейна.

— Я хочу, чтоб ты была рядом, Белла.

Белла посмотрела на Кейна.

— Знаю, я бываю занозой в заднице. Знаю, я иногда немного слишком сильно забочусь о безопасности. Знаю, что не болтливый. Но я всегда думаю о тебе. — Кейн прочистил горло. — Я рад, что ты здесь. — Кейн перевел взгляд с её глаз на губы и обратно. — Понимаю, что тебе придется в конце концов уйти. Но пока это время не наступило, я хочу, чтоб ты была рядом со мной. Не только потому что смогу лучше защитить тебя. Или из-за сделки. — Кейн глубоко вздохнул. — Просто… просто потому что.

Это ещё один невероятный подарок. Тем более ценный, что Белла знала, как сложно ему было признаться.

— Я хочу быть рядом. — Белла посмотрела на стоявшего на выступе скалы Кейна, такого красивого и одинокого, и у нее защемило сердце. «Пожалуйста, пожалуйста, дай мне найти способ спасти Кейна».

— Не потому что ты можешь защитить меня или из-за сделки, но… но просто… просто потому что…

Может, ей стоит сказать больше. Возможно, ей следует признаться, как она чувствует себя, или рассказать о своих планах. Но она не могла этого сделать. Не тогда, когда их будущее такое неопределенное.

— У нас все хорошо? — В его взгляде читался голод.

Последний раз глубоко вдохнув аромат цветов, Белла окунула стебли в воду и аккуратно разместила их на безопасном расстоянии от края.

— Лучше, чем хорошо. — Белла вновь протянула руки, на этот раз к нему. — Присоединишься ко мне?

В следующее мгновение вода хлынула на берег. Грудь Кейна была теплой и гладкой, его мокрые штаны хлопали по её ногам, а затем он поднял и прижал её к себе.

Смеясь, Белла обняла ногами Кейна за талию, доверяя ему удерживать её на плаву.

— Не терпится?

Капли воды прилипли к длинным, заостренным ресницам, делая его выражение лица серьезным.

— Я использую каждую секунду, что у меня есть.

От его слов улыбка сошла с её лица.

— И я тоже. — Белла, как и Кейн, закрыла глаза и обхватила его квадратную челюсть руками, касаясь друг друга лбами. — Просто потому что.

Глава 16

— Я, наверное, никогда не смогу двигаться. — Белла скатилась с гладкого тела Кейна, плюхнулась на спину и посмотрела на пышные кроны оазиса. Она все еще лихорадочно дышала от их последнего занятия сексом, её кожа покраснела от полуденного зноя и возбуждения. Теплая озерная вода плескалась у её ног.

— Ммм. — Кейн обхватил рукой её попку и притянул ближе, прижавшись боком к её бедру.

После пяти счастливых дней, проведенных вместе, Кейн по-прежнему не много говорил, но доводил до сведения, что ему хорошо.

— Спасибо, что привел меня сюда сегодня. — Белла изучала необычную фиолетовую цветущую лозу, что высоко свисала на одном из деревьев, обещая себе, когда вновь сможет встать, рассмотреть её поближе. Цветы, которые впервые подарил ей Кейн, все еще были её любимыми, но с тех пор она обнаружила еще немало других сортов, пополнив свою впечатляющую коллекцию и углубив научное понимание хрупкой окружающей среды.

— Не за что. — Кейн переплел пальцы с её, соединив их ладони вместе. Это стало привычкой. Одна из её любимейших.

— Мне тоже здесь нравится, — произнес он хриплым от секса и сонливости голосом. — Не понимаю, почему я никогда не проводил здесь время.

Белла подавила улыбку. Она знала почему. Еще несколько дней назад Кейн не знал, что значит отдых. Он проводил все время, бодрствуя: охотясь, тренируясь или работая над глушителем. Неудивительно, что был так сильно измотан. Он просто забыл, что в жизни есть нечто большее, чем просто выживание.

Кейн первый, кто доставил ей удовольствие, убеждая её в том, чтоб она стремилась к большему, чем к боли и тяжелой работе, но его определение удовольствия ограничивалось сексом. В свою очередь она показала, что ему предоставлена такая же возможность и что секс не единственный способ. Честно говоря, Белла все еще работала над этим. Кейн оказался куда более упрямым, чем она.

В первый раз, когда они пришли в оазис, Белле потребовалось приложить массу усилий, чтобы заставить его расслабиться хоть немного. Кейн с копьем в руке наблюдал за окрестностями, словно ястреб, пока она бегала по округе, слишком взволнованная, чтобы остановиться, рассматривая успешно произрастающие здоровые растения и беря образцы плодородной почвы, и наслаждаясь тем, что ни один ботаник Земли в течение ста лет не мог вообразить. Конечно, она привлекла его внимание, когда разделась и вошла в озеро. Это был прекрасный способ закончить необыкновенный день.

С тех пор они возвращались в оазис еще раз пять, каждый раз находя что-то столь же чудесное. Белла не хотела, чтоб это время закончилось.

Но это в скором времени свершится.

Белла похолодела и прекратила улыбаться. Несмотря на все её усилия, она по-прежнему не придумала блестящей идеи, как убедить Командный совет позволить осужденному преступнику сесть в спасательный шаттл. Подробный рассказ о героизме Кейна и то, как он спас жизнь Уинтропу, может сократить ему несколько лет или улучшить снабжение, но Кейн прав. Вряд ли это вытащит его с Драгаш-25. Это определенно не потянет на его помилование. Белле необходимо большее.

— Если ты хочешь успеть исследовать внешний предел оазиса, то должна отложить отъезд. — Его настороженный тон вклинился в её мысли. Как и она, Кейн игнорировал факт, что их время в месте приходит к концу. Особенно, когда настало время возвращения Беллы в лагерь команды. С другой стороны, Кейн трахал её, словно пытался наверстать упущенную возможность за всю свою жизнь.

Белла не жаловалась. Она так же отчаянно нуждалась в его прикосновениях.

Белла желала, чтобы хоть раз Кейн поцеловал её в губы. Очевидно, он не хотел переходить эту черту. На самом деле она понимала. Белла едва осмысливала, как оставит его, если не найдет решения, даже зная, чему это будет стоить её семье и всем остальным на Земле.

— Нам нужно вернуться в пещеру до заката, — напомнил он, хотя не предпринял попыток встать.

— Согласна. — Благодаря двум солнцам, день на Драгаш-25 длился на пять часов дольше, чем на Земле, а ночь намного короче — всего три часа. Хищники на планете наверстывали упущенное время, охотясь со всей свирепостью, совершая шесть или семь убийств за ночь, прежде чем вернуться в подземные логова. Белла слышала из безопасной пещеры Кейна доносящиеся ужасные крики и звуки терзаемой плоти, поэтому хотела оказаться внутри к тому времени, как наступят сумерки.

— Дай мне еще две минуты, чтобы прийти в себя, и продолжим работу.

— Мы можем вернуться завтра. — Кейн сжал её руку. Белла сжала ему в ответ.

Белла знала, что Кейн пытается игнорировать неизбежное. Еще… еще один день с Кейном?

Белла обрадовалась, но в ту же минуту её окатила волна вины. Она не имела право так рисковать, ей следует находиться рядом с Уинтропом, когда прилетит шаттл. У нее нет права наслаждаться, пока брат и сестра находились в шатком положении, выживание спасательной команды под вопросом, а в лагере Ева с Уинтропом продолжали бороться с Погом.

Но Белла не могла ничего с этим поделать. Она только хотела провести вместе еще один день. Лишь вдвоем.

И не потому что хотела уклониться от своих основных обязанностей.

Они большую часть дня занимались глушилкй. Та пока не функционировала, но то, что Кейн успел сделать, на самом деле было просто чудом. Только когда требовался перерыв, они тренировались или ходили в оазис, или — её любимое — занимались любовью. Они расставались только для того, чтобы Кейн проведал Еву.

Неужели это так плохо, провести вместе еще один день, пока это возможно? Ни с кем в своей жизни она не чувствовала себя так комфортно и удовлетворенно. Свободу и радость, которые обрела, живя с ним, раньше она не могла себе вообразить.

Конечно, она бы постаралась прояснить еще кое-какие вопросы, если бы все было не таким неопределенным. Иногда взгляд Кейна затуманивался, и он отстранялся. Когда из взгляда Кейна исчезали удивление и страсть, казалось, он находится в миллионе километров. И он больше не упоминал имя Гвен. И ничего не рассказывал о том, как стал преступником и оказался на Драгаш-25.

Кейн рассказывал ей о другом. Например о том, как окончил Академию и служил в качестве пилота и солдата — это её не удивило. Что его родители умерли, когда он был ребенком, и жил на одной из последних оставшихся ферм с дядей и тетей, пока и они тоже не пришли в упадок.

Как и она, Кейн многое потерял в своей жизни.

Это одна из тысячи причин, почему она не оставила его, когда у них заработала глушилка. Неважно, что он совершил раньше. Неважно, что он говорит о невозможности вернуться на Землю. Важно то, что он заслужил второй шанс, который дал ей.

Белла просто не знала, что сделать или как убедить его доверять ей.

— Хорошо, соня. Прошло больше двух минут. — Кейн рукой обхватил её запястье, и неожиданно оказалось, что она стоит на нетвердых ногах.

Больше удивленная, чем возмущенная, Белла выдернула руку из захвата.

— Прекрати меня лапать!

— Забавно, несколько минут назад ты не жаловалась.

Как она могла злиться, когда он шутил? С каждым днем все больше и больше. К тому же, его утверждения правдивы.

— Ты прав. — Белла подошла ближе, скользя ладонями по скульптурным мышцам. — Мне нравится, что ты берешь инициативу на себя, когда мы трахаемся.

Его ноздри раздулись. Она увернулась, прежде чем он успел её схватить. Забавно, но ему действительно нравилось слышать это слово из её уст, и она была не прочь использовать это в своих интересах.

— Ну уж нет, — поддразнила она его. — Мне строго приказано приступить к работе.

Кейн отрицательно покачал головой, но в глазах отражался не гнев, а только азарт.

— Я не знал, что ты такая послушная.

— Я не послушная.

Кейн подошел к ней.

— Мы еще посмотрим.

Белла, наконец-то, послушно приступила к работе, после двух часов секса и трех потрясающих оргазмов. Еще через час она измерила как минимум шесть неизведанных видов деревьев и растений, а так же собрала пару перспективных образцов семян и почвы, для ассортимента к прорастающим экземплярам в самодельных горшках возле пещеры Кейна. В то же время пришел Кейн с копьем в руке, ему удалось поймать двух элкинов, крошечных существ, имевшие сходство с кроликами, ранее обитавшими на Земле.

Белла хотела, чтоб этот день никогда не заканчивался.

Затем что-то сбоку привлекло её внимание. От любопытства она направилась туда, опустилась на колени и просеяла почву.

— Посмотри на это.

Кейн заглянул ей через плечо.

— Я видел их много в местной грязи, но никогда такого большого и целого, как этот. Что это?

— Какой-то минерал. — Белла провела пальцем по неровному краю. По форме похожий на большой наконечник стрелы, кусок был длинный и тонкий и, самое интересное, мерцал на солнце, как зеркало. — Не уверена, но это может объяснить, почему почва, которая кажется такой неблагоприятной для растений, способна их поддерживать. В отличие от остальной почвы, оно прохладное на ощупь — это указывает на то, что оно отражает, а не поглощает солнечные лучи. — Белла сунула драгоценный кусочек в карман. — Посмотрим, смогу ли я найти еще.

— У тебя три минуты. Затем мы должны вернуться.

— Да, сэр. — Белла повернулась и оказалась в дюйме от его губ. Так близко что, если она немного отклонится, то они сольются в поцелуе.

Кейн резко встал.

Белла попыталась не показывать волнение.

— Мне кажется, вон там я видел еще, — произнес Кейн нарочно небрежным тоном, указывая на что-то блестящее в грязи в нескольких шагах от него.

— Отлично, — выдавила она из себя вялую улыбку и попрекнула себя, что у них и так достаточно забот. И лучше некоторые грани не пересекать.

Они работали в тишине еще несколько минут.

Она была благодарна отразившемуся вдалеке от скал реву тигоса.

— Раздается не слишком близко. — Белла отковыряла в грязи еще одно интересное семя. Она всегда могла полностью погрузиться в работу.

— Хватит пропускать мимо ушей. Пойдем.

— Еще минуту. — Белла поспешила вперед, чтобы подобрать еще один образец.

Но путь ей пересек большой ботинок Кейна.

— Нет. Сейчас.

Белла хотела запротестовать, но взглянув на его серьезный вид, только кивнула.

— Хорошо сейчас.

Кейн не улыбнулся.

— Держись тропы, — рыкнул он, в первый раз за несколько дней.

Белла подчинилась и, идя следом за ним, только сейчас заметила, что два солнца опустились намного ниже, чем в прошлый раз, когда они возвращались домой из оазиса.

Они выбрались на узкую тропинку, ведущую к дому Кейна из оазиса, без происшествий.

Белла уже мечтала о хорошей еде и способах выманить несколько улыбок от Кейна, когда внезапное шипение заставило её замереть на месте.

— Ты слышишь это? — прошептала Белла.

Кейн был уже наготове метнуть копье.

— Встань за мной.

Понимая, что спорить бесполезно, Белла припала к скале и сжалась. Кейн рукой притянул её сзади к себе.

— Двигаешься, когда двигаюсь я. И будь готова бежать, если скажу.

Белла кивнула, прижавшись подбородком к его спине.

В такие моменты она задавалась вопросом, почему они вообще вышли из дома. Но без еды они будут голодать. Белла не могла оставаться внутри до конца своей жизни. Если Драгаш-25 — её будущее, то она должна встретиться с этим лицом к лицу.

Медленно и уверенно они двигались по извилистой дороге.

— Дерьмо. — Услышав проклятия Кейна, Белла выглянула из-за его плеча.

— Что это? — от страха она произнесла громче, чем хотела. Гигантское ржаво-красное существо, похожее на змею, толщиной в три широких ствола дерева, перегородило путь к их дому. Острые, тонкие зубы торчали из продолговатой морды, существо толкнуло что-то под одной из скал, дергая хвостом назад и вперед.

— Это пифил.

Наверняка было что-то еще, что нужно о нем знать.

— Это опасно?

— Да. Они двигаются быстро. Быстрее, чем мы можем бежать. Такие зубы не для показухи, а для того чтобы обхватить еду и сдавить до смерти, прежде чем разорвать.

Возможно, он был прав, когда только сказал название.

— Давай вернемся назад, — произнесла она низким голосом. — Оно нас еще не заметило.

— Благодаря ветру. — Он относит наш запах в сторону. Кейн попятился назад, а взгляд его остался прикован к существу. — Подождем в соседней пещере на гребне. Мы можем переночевать там. Не роскошно, но останемся живы.

Белла была полностью согласна.

Они прошли несколько метров, а затем за её спиной раздался низкий рык, от чего по её рукам побежали мурашки. В нескольких метрах позади нее стоял тигос. Хуже того, в отличие от змееподобного существа, взгляд хищника был прикован к ней.

Глава 17

Тихое проклятие Кейна заставило Беллу действовать.

— Пойдем, — она подтолкнула Кейна к пещере.

Он схватил ее за руку, притянув к себе.

— Держись рядом. — Он рванул вперед так быстро, что ее ботинки едва касались земли. Еще один рык прозвучал близко и громко, словно гром.

— Не оглядывайся назад, — прокричал Кейн. — Когда прокричу тебе падай, делай это.

— Что ты задумал?

Но Кейн уже развернулся.

— Падай! — Он толкнул ее вниз, прыгнув над ней с поднятым копьем.

Ее сердце ушло в пятки.

В первый раз, когда он бился с тигосом, было ужасно. Теперь, когда Кейн стал ей небезразличен, это вдвойне мучительно.

Белла затаила дыхание, ее ноги застыли на земле, а руки она вытянула так, как если бы могла прижать Кейна к себе. Пространство настолько ограничено, что он не мог воспользоваться той же техникой убийства, что в прошлый раз. И все же человек и зверь бросились друг на друга.

Белла открыла рот, чтобы прокричать его имя, но затем закрыла. Он не должен отвлекаться. Вместо этого его имя прозвучало призывным шепотом. Белла прижала руки к бокам.

Кейн ошеломил ее, подбежав к обрыву утеса и в мгновение ока бросил вызов гравитации акробатическим прыжком. Он на секунду завис над существом — крик Беллы застрял в горле — затем перевернулся в воздухе и приземлился на спину животному, обхватив ногами толстую шею тигоса.

Белла инстинктивно закрыла глаза. Затем широко распахнула их, не желая отрывать взгляд ни на мгновение, как будто сила ее взгляда могла уберечь Кейна.

Существо встало на дыбы, чтобы стряхнуть ношу.

С ревом Кейн вонзил в его шею копье, но шкура в этом месте оказалась тверже, чем на брюхе. Кровь засочилась, а не хлынула. Взбешенный тигос тряхнул головой, зацепив клыком ногу Кейна.

Тошнота подступила Белле к горлу. Багровые полосы проступили на теле Кейна.

— Нет. — Сбросив с себя оцепенение, Белла побежала к ним, схватила в руку тыкву. Это не оружие, но если кинуть метко, то поможет выиграть Кейну несколько решающих секунд.

— Не подходи, — крикнул он, за секунду вонзив копье в толстую шею тигоса.

Белла бы не послушала, но с другой стороны донесся новый звук, который игнорировать было нельзя, и она резко развернулась.

С другой стороны быстро приближался пифил, которого привлек запах крови. Его тело оказалось настолько широким, что оно терлось по обе стороны каньона. Пифил не отрывал взгляда от человека и твари, сверкая голодными глазами.

У Беллы пересохло во рту.

Они в беде.

Казалось, все замедлилось: ее сердце, стучащее о ребра, неглубокое дыхание и даже скользящие движения пифила, угрожающие ей.

Она знала, что делать.

Отчаянно прыгнув на стену каньона, Белла искала опору. Трещину. Все, что могла использовать, чтоб подняться. Царапая ногтями. Вонзаясь подушечками пальцев об острые выступы. Она благодарила Кейна за его тренировки, которые сделали ее крепче и сильнее. Ее плечо разболелось — старая травма из-за крушения, но это ее не остановило. Белла продолжала искать.

Она почти закричала от облегчения, когда нашла расщелину и потянулась вверх. Ногами она яростно налегала на стену скалы, тянувшись другой рукой. Еще и еще. Отказываясь смотреть вниз, боясь потерпеть неудачу.

Пока змееподобный зверь проползал мимо, даже не глянув на нее, поток ветра хлынул по ее икрам. Успех!

Секунда и Белла спрыгнула. Как и планировала.

Только вместо изящного приземления на ноги, Белла оцарапалась о скалу, каждый острый камень безжалостно коснулся ее плоти, она с грохотом упала на одну ногу, а вторая подогнулась. Мучительная боль пронзила лодыжку.

— Нет, что ты делаешь? — проревел Кейн. — Вернись наверх.

Белла же хотела, чтоб он побеспокоился о себе.

Прыгая на здоровой ноге, Белла вынула тыкву из кармана, глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, и изо всех сил ее швырнула.

Тыква врезался в шкуру существа. Никакого воздействия и никакой раны. Ни одной чертовой царапины. Повернись ублюдок, повернись!

Словно услышав ее просьбу, животное повернуло голову. Его ноздри трепетали, определяя новую угрозу.

Не теряя времени, Белла вынула из кармана зеркальный наконечник. Пифил потерял к ней интерес за секунды и пополз на запах крови, прямо к Кейну.

Дрожащими руками Белла наклоняла минерал и так и сяк, бормоча себе под нос, пока, к счастью, это не сработало. Солнце, преломившись от минерала, сверкнуло прямо в глаза существу.

Змей зашипел и покачал головой, спрятав в пасти раздвоенный язык длиной с человеческую ногу.

— Правильно, большой парень, — произнесла Белла дрожащим голосом, поворачивая минерал и так и этак, похромав назад по трапе. — Не хочешь пойти за мной? Хочешь узнать, что это?

Шипя и щелкая языком, пифил ринулся за ней. Он быстро моргал узкими красными глазами, пытаясь увернуться от света.

На тропинке Белла слышала крики Кейна, но не разбирала слов. Понимала лишь то, что пифил убрался подальше от Кейна, а он, в свою очередь, в крадчайшие сроки убьет тигоса. На самом деле она рассчитывала на это.

Пройдя двадцать шагов, Белла осознала, что ее тактика отвлекающего маневра подходит к завершению.

У нее зашевелились волосы на затылке. Пифилу это наскучило. Возможно, змей приспособился к свету. Его зрачки, которые были большими и широкими с самого начала, сузились до щелок, делая глаза жутко красными. В то же время он дергал хвостом все сильнее и сильнее.

Не нужно быть экспертом, чтобы понять, что пифил готов к нападению.

С криком Белла побежала, не обращая внимания на протесты своей лодыжки. Пот бежал по спине. Глаза жгло. Она не останавливалась и не оглядывалась.

Пещера, словно яркий луч надежды, располагалась менее чем в пятидесяти шагах.

Кейн оставил еще одно копье сразу за дверью. Если она достанет его, то есть шанс ударить зверя и помочь Кейну. Или умереть в бою.

В любом случае, она попробует.

Земля содрогнулась под ее ногами, подтверждая, что пифил сокращал расстояние между ними.

Затем змей оказался так близко, что его теплое дыхание ударило ей в спину. Сильная вонь заполнила ее легкие.

Белла сжала руки в кулаки и закрыла глаза. Она не собиралась делать это. Вся ее затея… Кейн… У нее перехватило горло.

Затем пифил внезапно пронзительно взвизгнул.

Белла вздрогнула и обернулась. В оседающей пыли вырисовывался силуэт Кейна, его выражение лица было свирепым, он вновь и вновь бил копьем в хвост пифилу, который корчился от боли.

— Уходи, — принуждал Кейн. — Зайди внутрь. Забаррикадируй дверь.

Белла на автопилоте побежала. У нее ныл бок и лодыжка. Казалось, потребовался миллион часов, чтобы доковылять к пещере.

К счастью, Белла наконец открыла дверь, отчаянно разыскивая в темноте копье.

Ее рука сомкнулась на гладкой древесине. Облегчение обрушилось на нее.

«Кейн, продержись еще минуту».

Белла повернулась, чтобы выбежать на улицу.

Только врезалась в неподвижный объект.

Кейн. Он стоял в дверях, его грудь вздымалась, и на красивом теле виднелись царапины и кровь. Главное — живой.

Белла уронила с грохотом копье.

— Слава богу. Ты убил его. Ты спас нас. — Белла тоже уставилась на него, измученная, чтобы двигаться, слишком ослабленная, чтобы что-то сделать, кроме как растянуть губы в сумасшедше широкую улыбку. — Ты должен признать, что использование наконечника довольно гениально. — За его широким плечом вырисовывалось общее очертание пифила, лежавшего в грязи. — На мгновение я на самом деле подумала, что эти ублюдки нас достанут. Я…

— Куда ты собралась с этим? — оборвал он ее, пристально глядя на копье у ее ног.

Тревога пронзила Беллу. Что-то не так. Кейн вел себя… неправильно. Его взгляд еще жестче, чем в их первую встречу.

Белла отступила на пару шагов, ее лодыжка пульсировала.

— Я хотела помочь.

— Я велел тебе оставаться внутри. — На его челюсти желваки ходили ходуном. — Так же я сказал остаться на утесе. Так же я тебе сказал бросить этот чертов наконечник и бежать.

— И оставить тебя биться в одиночку? Ни за что.

Его ноздри раздулись.

— Так ты думала, что вместо этого умрешь?

— Я надеялась, это будет не один из нас.

Казалось, это разозлило его еще больше.

— Надеялась? Надежда на этой чертовой планете приведет тебя к смерти. — Кейн закрыл дверь.

У Беллы сложилось впечатление, что он не столько закрыл дверь, сколько запер.

Белла отошла назад.

— Но этого не произошло, — заговорила она задабривающим тоном, который использовала с пифилом. — Я в порядке. Ты в порядке. Мы оба живы.

— Не в порядке. — Кейн приближался к ней, сжав кулаки по бокам. В первые с тех пор, как он назвал ей свое имя, она насторожилась рядом с человеком, который стал для нее защитником. — Я должен заботиться о твоей безопасности. Я должен сохранить тебя в живых… Ты хочешь знать, кто такая Гвен?

Страх охватил Беллу. Но она все равно кивнула.

— Она была моей женой. — Его лицо исказило от страдания. — Я не уберег ее. Гвен была упрямой и глупой и, не послушав меня, умерла. Убита продажным ублюдком, потому как отказывалась прислушиваться к моим предупреждениям. Теперь она ничто иное как грязь, в то время как я отбываю наказание в аду, для которого даже не требуется загробная жизнь.

— Мне жаль, — промолвила Белла почти шепотом.

Кейн как будто ее не слышал. Словно старые демоны схватили и заглушили все остальное.

— Я не позволю подобному случиться с тобой. — Кейн дернул за ремень для отбивания мяса на столе, обернув вокруг кулака, туго натянув. — Думал, мы договорились в прошлый раз, похоже, нет. Тебе необходимо вернуться домой. Наверно, я слишком мягок, позволив всему зайти слишком далеко. Пока ты со мной, будешь подчиняться мне. Вбей в свою красивую и упрямую головку, что получишь отныне диктаторский режим. Ты подчинишься моим правилам. — В его руках зловеще треснул ремень.

— Ты можешь меня ненавидеть, когда мы закончим, но если это то, что нужно, чтобы ты выжила, то так тому и быть.

— Нет. — Белла быстро отступила, ударившись о табурет, прежде чем восстановила равновесие. — Ты не в себе. То, что ты планируешь сделать, ничего не решит.

Кейн отбросил ногой табурет со своего пути.

— Это убережет тебя.

Белла помчалась к двери. Но Кейн с легкостью поймал Беллу, обхватив рукой за талию, и понес ее брыкающуюся и кричащую к кровати.

Белла приземлилась посередине кровати. Пыталась бороться, но Кейн легко подавил ее и перевернул на живот, схватив ее за запястья одной рукой. Белла оказалась прижата щекой к грубому одеяла. Кейн коленом упирался ей в позвоночник, не причиняя боли, но по-прежнему удерживая.

— Я никогда не прощу тебя.

— По крайней мере, ты останешься жива.

Кейн спустил ее штаны с бедер, оставляя задницу оголенной. Ее кожу покалывало.

Белла отвернулась, готовясь к боли.

— Не думала, что ты трус, но сейчас рада это узнать.

Кейн затих над ней.

— Я не трус.

— Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? — Она дернула руки из его захвата. Кейн не поддался. — Пять удивительных дней вместе, а теперь думаешь, что конец рядом, и вновь отталкиваешь меня, чтобы ничего не чувствовать. Тебе не нужно рисковать и заботиться еще о ком-либо, кто сможет оставить тебя или умереть. — Белла сдержала рыдания. — Это почти то же, что умолять меня ненавидеть тебя, чтоб можно было вернуть все на круги своя.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь. — Его хватка ослабла.

Белла воспользовалась возможностью, сбросила его со спины и перевернулась. Он нависал над ней, по его груди стекал пот, в тяжелом взгляде читалась неуверенность, в кулаке болтался бесполезный ремень.

— Ты хочешь, чтоб я тебя возненавидела. Чтоб оставила тебя здесь. — Она пристально посмотрела на Кейна. — Все это время ты даже не рассматривал возможность убедить Командный совет смягчить приговор и избавить тебя от этого, черт возьми, а я думала… думала, может потому что ты не уверен во мне. Не уверен, что я заступлюсь за тебя там, как ты это делаешь для меня тут. Но теперь вижу, что это не так. Проблема не во мне. И не в Драгаш-25. А в тебе. Ты боишься. Боишься надеяться и верить в лучшее, чем это жалкое существование. — Белла возилась со своей одеждой. — Не знаю, что случилось с твоей женой, но лучше умру тысячу раз, чем провести оставшееся время с кем-то, кто слишком боится рискнуть и по-настоящему жить.

Кейн закрыл глаза и, съежившись, сел на пятки.

Белла была слишком зла, чтобы беспокоиться.

Белла ударила ногой ему в грудь. Кейн упал на край кровати.

Воспользовавшись преимуществом, как учил Кейн, она спрыгнула с кровати и встала над ним. Белла знала, что он больше ее не тронет. Он никогда не причинит ей боли. Это не в его характере. И отталкивать ее… ну, очевидно, это в его крови.

— Совет высадил тебя на Драгаш-25, но ты сам себя сделал несчастным и одиноким. Посмотри на это место. — Белла развела руки в стороны. — Оно похоже на тюрьму. Только во время секса ты позволяешь себе наслаждаться. Ты наказываешь себя без причины.

Кейн прорычал ей в ответ:

— Ты находишься на этой чертовой планете две недели. Думаешь, у тебя есть право судить? Драгаш-25 — одна из самых опасных планет во вселенной. Нужно оставаться настороже все время или умрешь.

— Какое прекрасное оправдание. Оставаться настороже снаружи не то же самое, что защищаться от любого вида радости и счастья. От любого другого человека.

Кейн ощетинился и вскочил на ноги, заставив ее отступить.

— Не понимаю, на что ты жалуешься. Наша сделка — это защита за удовольствие. Я выполнил свою часть и даже больше.

— Ты прав. — Ее пронзила боль. — Ты ничего другого не обещал. Ты дал мне все, на что согласился и даже больше. — Белла сделала шаг назад, затем еще один. — Я всегда буду благодарна за то, что ты спас меня и моих коллег. Буду благодарна за твое тепло и доброту, когда мог применить силу и взять, ничего не давая взамен. Но я не останусь с тобой, если страх это все, что ты можешь предложить.

Кейн сжал руки в кулаки.

— Ты совершаешь ошибку. Там слишком опасно без меня.

— Возможно, и так, но я готова рискнуть. Мы можем иметь кое-что прекрасное даже на Драгаш-25, но ты не позволишь этому случиться. — Белла рукой накрыла защелку на двери. Затем оглянулась, бросив последний взгляд на комнату, где была удивительно счастлива эти последние несколько дней. — Похоже, я солгала в чем-то?

Она встретила его пристальный взгляд.

— До свидания, Кейн. Будь в безопасности. Я искренне желаю тебе только самого лучшего. Можешь не верить в это, но тюрьма или нет Драгаш-25, но ты заслужил это.

Глава 18

— Мне нравится, как ты наклонилась, кадет Вест. Развивает фантазию у мужчины.

Проигнорировав грубые комментарии Пога, Белла просунула руки немного ниже под тяжелый валун и попыталась его поднять. Не удалось. Валун не сдвинулся с места. Спустя неделю ее вывихнутая лодыжка почти исцелилась, но это не значило, что она может поднять такую огромную глыбу.

Белла спрятала свою гордость подальше.

— Есть шанс, что ты подхватишь с другой стороны этот булыжник? Мне нужно положить его к остальным.

— Ни за что. — Пог поднял глаза к небу. — Я ни черта не сделаю, чтобы помешать прилету спасательной группы.

— Даже если это означает смерть? — Белла сто раз рассказывала ему про Кейна, объясняя, что произошло с их кораблем и что случится после их попытки приземлиться.

— Только потому что ты веришь в бред заключенного, который застрял надолго на этой планете, не означает, что я тоже должен.

Пог изначально был против ее убеждения. Только поддержка Уинтропа не давала остальным мешать ее плану.

Возможно, Пог прав. Но Белла так не думала. Вот почему, несмотря на недовольство Пога, она все равно выкладывала камнями предупреждение. Конечно, это до смешного низкотехнологично, но это, по крайней мере, лучше, чем ничего.

— Ты в конце концов поможешь мне укрепить оборону нашего лагеря? — Белла надеялась, что найдет способ ослабить напряжение между ней и Погом. — Я хочу использовать оставшиеся камни для сужения входа в пещеру. — Она хотела быть готовой ко всему, особенно к будущему на Драгаш-25. Ее жизнь казалась бесцветной без Кейна.

Белла потерла себе грудь, которая не прекращала болеть. Возможно, все это время Кейн был прав. Может быть, Драгаш-25 — то место, которое не приносит ничего, кроме боли.

Белла не собиралась сворачиваться калачиком и ждать смерти.

Куда бы Белла ни шла, она носила с собой копье. Оно не так хорошо и качественно сделано, как у Кейна, но помогало против зверя и мужчины. Ей даже удалось поймать одного тощего элкина, хотя это скорее везение, нежели мастерство.

На Беллу упала тень, пока она ожидала ответа от Пога. У нее екнуло сердце. За неделю Кейн так и не появился. Похоже конкретный орган не мог смириться с тем, что больше она не увидит его.

Но это не значит, что с глаз долой и из сердца вон. Белла по-прежнему намеревалась сделать все, что от нее зависит, для его освобождения от наказания, если, конечно, она и ее команда каким-то чудом спасутся. Независимо от того, как все закончилось между ними, Кейн все же хороший человек. Он не заслужил смерти на Драгаш-25. Защитить Кейна стало важным для нее, как защита ее брата и сестры и всех других, которые зависели от ее миссии, которая спасет их от голода и смерти. К счастью, ростки уже пущены.

Прикрывая глаза от солнца, Белла оглянулась на источник тени и улыбнулась.

— Здравствуйте, доктор Уинтроп. Как вы себя чувствуете? — После ее возвращения между ними возникла явная неловкость.

— Лучше, спасибо. — Он жестко похлопал себя по груди.

— Бинты действительно помогают, защищают ребра, — произнес он с неуверенной улыбкой. — Благодаря тебе я скоро восстановлюсь на сто процентов.

— Но не сегодня, — насмехался Пог. Он шагнул вперед, заставив Уинтропа отступить. Напряжение между двумя офицерами усилилось. — Куда его тебе, Белла? — Его притворство о сотрудничестве казалось явным, он напрягся, поднимая камень, которым под силу двум мужчинам. — Доктор явно сейчас с этим не справится, а я могу. Я могу продолжать столько, сколько тебе необходимо.

К несчастью для Беллы, у Пога имелся бесконечный запас раздражающих намеков.

Честно говоря, Белла не знала, как лучше обращаться с этим человеком. Ей нужен он и его оружие, и это больше похоже на сделку с дьяволом. Сделка, которая медленно рассыпалась. Его ухмылка после ее возвращения раздражала, а от его подглядывания у нее по коже бегали мурашки. Будто она его собственность. И куда бы она ни пошла, Пог следовал за ней. Обещал и выказывал грубые комментарии. Белла боялась, что пройдет немного времени, прежде чем влияние Совета ослабнет и он перейдет от намеков к действиям.

Это еще одна причина, почему у нее под рукой копье.

Белла хотела украсть пистолет и сбежать вместе с Уинтропом и Евой, но они категорически отказались. Уинтроп с типичным высокомерием члена Совета заверил, что справится с Погом. Ева была одержима грунтом на ближайшем хребте и с каждым днем у нее нарастала неуверенность, что прибудет шаттл. Белла убеждена, что раскрытие загадок земли Драгаш-25 — ключ к спасению не только Земли, но и ее самой.

Если они не передумают, то Белла застряла с Погом. Она вновь не оставит Уинтропа и Еву.

— Пожалуйста, отнеси камень ко входу в пещеру. — Пока Пог готов сотрудничать, Белла взяла небольшой камень и пошла боком к пещере, показывая ему точное местоположение. — Я хочу сузить проход, так чтобы мог только один человек войти. Это отверстие будет слишком мало для тигоса и даст нам возможность устранить любых незваных гостей одного за другим.

— Кровожадная. — Пог уронил камень и приблизился слишком близко. — Я знал, ты гораздо больше, чем пышная задница.

— Отвали. — Раздраженная, Белла уперлась локтем ему в бок.

Он даже не хрюкнул.

— Почему? — прорычал он отвратительно. — Ты даешь только жалкому каторжнику?

— Офицер Пог, — за ним появился Уинтроп, его лицо исказилось от ярости, — может, мы и не на шаттле Совета, но протокол все еще применяется. Осторожнее или Совет услышит больше, чем твои первоначальные поступки.

Лицо Пога стало ярко-красным от злости.

— Я тоже прослежу за тобой, док. Эта планета — опасное место. — Пог ушел, а угроза повисла в воздухе.

Белла смотрела ему вслед, ее беспокойство нарастало.

— Прости, — Уинтроп отвел извиняющийся взгляд на недостроенную башню из горных пород. — Я не хотел прогонять его, когда ты так нуждаешься в помощи.

— Нет, я благодарна. Он с каждым днем все агрессивнее.

Унтроп провел рукой по волосам, его обычную короткую стрижку в Академии сменила длинная кудлатая шевелюра, которая придавала ему еще более мальчишеский вид.

— Проклятая планета превращает всех в кого-то другого. Дикари, преступники; невозможно распознать, кем они стали. А Пог, вероятно, думает, если трахалась с заключенным, то станешь трахаться со всеми. — Уинтроп вздрогнул. — Это не значит, что ты…

— Нет, и прекрати уже ходить вокруг да около. — Белла глубоко вздохнула. Она никогда бы не высказывалась прямолинейно на Земле, но все изменилось. Она изменилась. — Мне жаль, что ты разочарован некоторыми моими действиями, но я поступила так, как считала лучшим для себя, моих брата и сестры и тебя. Я не жалею об этом. Ни секунды. — Белла встретила взгляд Уинтропа.

— Кейн не просто какой-то каторжник. Он хороший человек.

— Так почему ты не осталась с ним, раз он так хорош? — В голосе Уинтропа слышался гнев.

— Я хотела большего, чем он мог дать. — Странно говорить об этом вслух. Белла даже не обсуждала это с Евой. Слишком больно. — Все говорят, Драгаш-25 так отличается, но когда это касается людей, то у нас тоже самое, что и на другой планете. Те же потребности. Те же глупые ссоры. Так же злимся и раним друг друга.

Очевидно, чем больше заботишься о ком-то, тем больше злишься, когда они разочаровывают тебя, и ты себя глупее ведешь впоследствии.

— Мне никогда не везло в отношениях на Земле, — призналась Белла. — Думаю, пора понять, что путешествие на другую часть вселенной не поможет изменить этого. Но это не значит, что Кейн не заслуживает нашей помощи. Он спас наши жизни. Он так же должен получить такую возможность.

Уинтроп сжал ее руку.

— Какой кошмар. — Кончики его ушей покраснели. — Я думал, мы прилетим сюда, найдем ответы для спасения Земли и вместе ты и я обретем почести и славу и… больше. — Уши покраснели еще больше.

— Эта безрассудная фантазия офицера, которого поглотила работа.

На этот раз Белла улыбнулась без фальши.

— Это не безрассудная фантазия. Ты заслуживаешь все это. — Белла сжала ему руку. — Тебе просто необходимо найти подходящую девушку.

Уинтроп стал серьезен.

— И убраться с Драгаш-25.

Белла глубоко вздохнула.

— Если это вообще возможно. — Белла перевела взгляд на груду камней, прежде чем нашла свою. — Ты знал до вылета, что другие корабли, летавшие до нас, были сбиты? Ты это имел в виду, говоря, что эта миссия не простая, сложно долететь и сложно вернуться?

Уинтроп пнул ботинком грязь.

— Совет сообщил мне о неприятностях с несколькими кораблями, но причины крушений не известны. Не было оснований думать, что это не ошибка пилотов. Или просто невезение. Конечно, не было и повода удерживать нас от гуманитарной миссии. — В его глазах не отражался обман, а читалась мольба. — Я бы никогда не подверг тебя опасности, если бы думал, что у нас есть шанс разбиться.

— Спасибо. Этого достаточного. — У них с Уинтропом никогда не будет четких, протокольных отношений, которых они

придерживались до крушения, но они на пути построения чего-то более реального.

— Постарайся не волноваться, — посоветовал он. — Спасательная команда, безусловно, будет осторожна. Списать это последнее крушение на ошибку пилота будет не так просто.

— Откуда нам знать, что они вообще прилетят? Возможно, они решат, что это слишком опасно.

— Они прилетят. Они знают, что, по крайней мере, один из Командного совета выжил. — Кончики его ушей вновь покраснели. — Вот почему мы внедрили маячок в меня, а не в корабль. Пришлось смириться с таким сценарием. Не говоря уже о том, что Командный совет отчаянно хочет знать, что мы нашли. Вот почему они настаивали, чтоб я помалкивал о потенциальной опасности миссии. Я не должен обсуждать дела Командного совета, но им нужна успешная миссия. — Уинтроп понизил голос. — Они нервничают. Многовато неудач и голода, и они теряют контроль над людьми.

Запутанная логика.

Она могла только представить, насколько все усложнится, если Командный совет узнает, что воспроизведение тех же условий на Земле, что и на Драгаше-25, будет невозможно без обширных запасов воды. Раса должна была не только цивилизоваться, а затем лишить Драгаш-25 всех его растений и почвы, но и всей его воды. Совет ни перед чем не остановится, чтобы защитить свою власть и пополнить казну. Сценарий, который она не думала, что 225-й и его стая легко допустят. И Кейн окажется в самой гуще событий.

Белла тяжело сглотнула. Теперь, благодаря откровениям Уинтропа, она знала, что предпринять.

Уинтроп посмотрел на небо.

— По моим подсчетам они будут через день. — Его лицо посветлело. — Мы сможем полететь домой.

Нет, если разобьется шаттл.

Уинтроп, как и все остальные, отрицал это. Несмотря на то, что знал о предстоящем крушении, он почти осознано отказывался рассматривать повторение этого при посадке спасательного шаттла. Белла замечала за ним это раньше. Уинтроп предпочитал зарыть голову в песок, когда предсказанный исход не соответствовал его желаниям.

Но на этот раз Белла не позволит ему выйти сухим из воды. Она не спасет остальных, особенно Кейна и брата с сестрой, если допустит крушение шаттла.

— Мы должны придумать, как предупредить их. Мы не можем просто надеяться на лучшее. И думать, что моя жалкая груда камней будет достаточным предупреждением об опасности. — Белла не думала, что Кейн прекратит работу над глушителем, но не знала наверняка, и даже он не уверен, что сможет заставить прибор работать. — Давай встретимся через час и устроим мозговой штурм. Но сначала я отнесу еще несколько камней для защиты. Ева должна проверить твою повязку. И скажи ей, что мы помирились. Она беспокоилась за нас.

Белла повернулась, чтобы уйти. Но почувствовала на плече руку Уинтропа.

— Я не хочу, чтоб ты думала, что произошедшее ранее… с этим заключенным… имеет значение. Как только мы покинем эту адскую дыру, все это будет казаться дурным сном. Без труда забудется.

У нее свело желудок. Белла знала, что он говорил это без зла, но что, если она не хочет забывать? Кейн — память, которую она хотела сохранить навсегда. Она никогда не станет прежней, живя по протоколу Командного совета. Белла понимала, почему Уинтроп цепляется за нее. У него свой интерес. А Белла хотела лучшего для брата и сестры. Для себя.

— Пог, сюда, скорее! — панический крик одного из солдат привлек ее внимание. Через секунду Белла спешила к столпившимся солдатам. Уинтроп шел следом.

— Что случилось? — произнесла Белла хрипло.

Пог выглядел обеспокоенным.

— Ренсом говорит, что не может найти Пратта и кадета Дэвис.

— Что? — Белла схватила за руку Ренсома. Парень низкого роста с неизменным пустым взглядом, довольный тем, что выполняет приказы и не задает никаких вопросов, идеальный подчиненный для Пога. — Где вы последний раз их видели?

— На плато. — Ренсон указал вверх и влево. — Я нес вахту.

Это небольшое плато, на которое они все поднимались много раз. Ева особенно там заинтересовалась в сборе образцов почвы в последние пару дней. Грязь — ее специальность, и Ева подтвердила, что отражающие минералы в виде кончиков стрел могут стать самым важным открытием в этой миссии. Белла заметила, что ее коллега просто уходит туда смотреть на небо, с затравленным выражением на лице.

— Кадет Дэвис работала, — продолжил Ренсом, — а Патт должен был заменить меня на вахте. Я видел, как они спускались со скалы рядом с пещерами. Вдруг что-то яркое вспыхнуло над головой и… и я, должно быть, моргнул. Когда посмотрел снова — они исчезли.

— Черт. — Митчелл, заместитель Пога и первоклассный засранец в своем деле, забеспокоился, его вечная ухмылка исчезла.

— Один из них, возможно, упал. Или был ранен. — Белла потянула за руку Ренсома. — Покажи мне, где ты в последний раз их видел. Мы должны найти их прежде, чем кто-то другой.

Ренсом отрицательно покачал головой, погрузив ботинки в грязь, не сводя взгляда с Пога.

— Я искал их по пути вниз. — Ренсом с трудом сглотнул. — Я нашел только пистолет Пратта.

— Этого не может быть.

Ренсом хмурился.

— Говорю тебе. Я искал. Кричал. Их нет там. Только пистолет Пратта. Никаких признаков драки. Следов. Они просто исчезли.

— Где-то они должны быть, — огрызнулась Белла.

— Мы должны расширить зону поиска.

Пог снял с плеча ружье и направил наизготовку перед собой. Он обвел взглядом периметр.

— Нам нужно добраться до нашей пещеры.

Без колебаний Ренсом встал рядом с ним. Остальные солдаты сделали тоже самое.

— Нет. — Белла не могла поверить, что Пог снова так поступает. — Мы не можем прятаться в пещере. Нам нужно их найти.

— И умереть с ними? — усмехнулся Митчелл.

Пог пронзил Беллу тяжелым взглядом.

— Я уже потерял слишком много людей. И не хочу больше терять. — Пог взглянул на Уинтропа с вызовом. — Уверен, что Командный совет согласится, поскольку это стандартный протокол. — Пог подал сигнал выдвигаться. — Держите оружие наготове, парни. Мы не знаем, что там. — Воздух наполнился пылью, когда солдаты зашаркали ботинками.

Уинтроп схватил ее за руку.

— Протокол Совета или нет, я пойду с тобой посмотрю. Уинтроп стоял рядом с ней с решительным выражением лица. — Мы не улетим без Евы.

Беллу охватило облегчение, но оно длилось недолго. Белла быстро осмотрела Уинтропа, он тяжело дышал даже после короткой пробежки. Более красноречиво то, что он охватил ребра рукой, показывая истинную степень боли. Уинтроп не сможет ей там с кем-либо помочь.

Только один человек мог с этим справиться.

— Джим, спасибо. — Белла накрыла его руку своей, скрывая легкую улыбку, от того, как его глаза расширились от удивления, когда она дерзко назвала его по имени. — Ты должен остаться здесь. — Она продумывала объяснение, которое могло сохранить остатки его гордости. — Мы понятия не имеем, в каком состоянии будут Ева и Пратт, когда я вернусь с ними обратно. — Белла отказывалась рассматривать другую альтернативу. — К моему возвращению мне нужно, чтоб ты был готов. Мы знаем, что Пог ни черта не сделает.

— Это безумие. Ты не можешь идти одна.

Белла сжала руку Джима.

— Я… я не одна.

Уинтроп понял, в его глазах вспыхнули боль и негодование, прежде чем его лицо дрогнуло.

— Понятно.

У Беллы нет времени мягко обращаться с эго Командного совета.

— Кейн — лучший шанс для Евы. — По крайней мере, она на это надеялась. После ужасного расставания Белла не знала, поможет он ей или нет. Она станет умолять, унижаться. Она сделает все, что угодно, лишь бы найти Еву.

Белла, крепко сжав копье в руке, побежала.

Через несколько метров на ее пути встал крупный объект.

Глава 19

Белла хотела закричать, взметнув вперед копье.

— Это я. — Кейн перехватил рукой ее выпад.

— О боже мой, прости. Я увидела тень. Подумала на что-то иное. — Белла прошлась взглядом по нему. Царапины зажили, и он выглядел лучше. Такой сильный. И достаточно близко, чтобы коснуться. Ее грудь сдавило.

— Я причинила тебе боль?

Кейн покачал отрицательно головой с мрачным выражением лица.

— Ты думаешь, что я нужен Еве.

Удивление отразилось на ее лице.

— Ты знаешь?

— Я слышал.

— Как?

Тишина.

— Я наблюдал.

— Наблюдал? — не понимала Белла. — Ты видел, что их забрало?

На его лице промелькнуло сожаление.

— Я не наблюдал за Евой. — Его взгляд пронзал Беллу.

Потому как Кейн наблюдал за ней.

Беллу охватило теплое чувство. Все это время она думала, что Кейн отпустил ее без боя, но он все это время находился рядом с ней. Все еще защищал ее. До сих пор охранял ее. Несмотря на все, что произошло.

Так многое нужно сказать, но сейчас только одно она могла спросить:

— Ты поможешь мне найти ее?

— Конечно.

Что и требовалось.

Следующие несколько часов они провели в поисках. Они начали с последнего места, где их видели, и обошли большую территорию, обыскали пещеры и окрестности.

В итоге они ничего не нашли. Что означало, что искать здесь нечего. Никаких следов. Никаких признаков борьбы. Никаких подсказок, что произошло с Евой и солдатом Праттом. Навыки отслеживания Кейна удивительны и дотошны, если бы было что-то, он бы нашел.

Когда наступил вечер, отчаяние облачило Беллу подобно тяжелому плащу. Мысли о подруге, раненной и испуганной, вновь и вновь прокручивалось в ее голове, сводя ее с ума.

— Белла, посмотри.

Резкое обращение Кейна заставило ее поднять голову. Белла поспешила к нему. Она так сосредоточилась на прочесывании земли, что не поняла, как оказалась близко у края обрыва.

— Думаю, тебе нужно остановиться. — Его темный взгляд блеснул в свете освещающей палки, которую он достал из вещевого мешка.

— Нет. Не остановлюсь. Ты… ты должен уйти. Я знаю, будет опасно с наступлением ночи, и не хочу, чтоб ты столкнулся с Погом и его людьми. Не знаю, как отблагодарить тебя за все, что ты сделал.

Кейн уставился на нее, разочарованно сжав челюсть, а Белла приготовилась к сцене, подобно случившейся у него дома, но он не промолвил ни слова. Не гаркнул приказ, не подкрался к ней. А лишь неодобрительно посмотрел в ее сторону, повернулся и продолжил поиски.

Если бы она так не боялась за Еву, то утешила бы и поблагодарила. Но сейчас не время, Белла сильно моргнула, и в глазах у нее сильно защипало, затем она вновь вернулась к утомительному изучению любых знаков, которые рассказали бы ей, что случилось с подругой.

Через два часа светящаяся палка стала тускнеть, в то время как шипение и вой тигоса и других ночных существ на Драгаш-25 становились все громче и громче, что аж почву выбивало из-под ног. Настолько, что Белла пропустила большой камень прямо перед собой.

Она споткнулась и упала бы, если бы ее не подхватили сильные руки.

— Вот и все, — утверждение Кейна на этот раз не вызывало возражений. Только решимость, не гнева, не дикости. Кейн поставил ее на ноги и убрал руки.

Белла скучала по его теплу.

— На сегодня мы закончили поиски, — объявил Кейн. — Мы должны восстановить силы, если есть шанс найти Еву.

Кейн прав. Белла знала, что он прав и все же… трудно сдаваться.

— Не пойму, почему мы не можем найти ни малейшего намека на то, что их забрало или куда они направились.

— Точно странно, — Кейн произнес как-то неуверенно.

— Почему это прозвучало так, будто ты знаешь что-то, но не говоришь?

Кейн переместил свой вес с одной ноги на другую.

— До меня доходили слухи от других заключенных об исчезновении в воздухе.

— Их схватил кто-то вроде сайбака? — Ее затошнило от мысли, что Ева сейчас в когтях летающего зверя.

— Нет, эти существа — вегетарианцы. Они используют огонь при угрозе и не похищают людей, унося в небо. — Кейн сжал челюсть, будто обдумывал, стоит ли говорить больше.

— Расскажи мне, пожалуйста.

— Прибыв сюда, ходили слухи, что Земля не единственная, кто использует эту планету. Заключенные шептались, чтоб не попадаться в одиночку. До сегодняшнего дня я думал, это слухи, что это тактика запугивания 225-го и его людей, чтобы держать остальных в тонусе.

— Не единственные? Ты… ты имеешь в виду… инопланетяне?

Пару веков назад ученые выяснили, как добраться до соседней солнечной системы, — удивительное достижение, которое вселило надежду на будущее человечества, только другие планеты были не пригодны к обитанию людей. На этом исследователи не остановились и стали выяснять, как путешествовать на большие расстояния, но первая волна голода и запустения заставила отказаться от задуманного. Хотя ходили слухи, что дальнейшие исследования не только открыли пригодные для жизни планеты, но и произошел контакт с инопланетной цивилизацией.

Подумать только, это произошло. На Драгаш-25. Еву захватил один из них…

— О боже, — прошептала Белла. — Если это пришельцы, то мы никогда ее не найдем.

Кейн сжал руки в кулаки.

— Я не сказал, что это правда. Просто и это мы должны рассмотреть. Мы завтра узнаем больше, когда возобновим поиски. Я хочу посмотреть на пещеры при дневном свете.

— Хорошо.

Белла посмотрела на его руки. Ей хотелось, чтоб он разжал их и обнял ее. Прикоснулся. Обнимал ее. Утешал. Но факт в том, что она не имела права просить. В их сделку это никогда не входило.

Белла не уверена, где они сейчас находятся.

Напряжение вибрировало между ними током осознания, которое она не понимала, как интерпретировать. Кейн не ставил никаких условий за помощь в поиске Евы. Белла не хотела, чтоб он обмолвился об этом, хотя от мысли, чтоб попрощаться и уйти, у нее вновь защипало глаза.

— В пяти метрах отсюда есть небольшой выступ, где забрали Еву, — наконец промолвил Кейн. — Там и останемся на ночь.

Так… она остается с ним.

Ее накрыло облегчение, отчего даже расшатанные нервы успокоились. Они никогда не были любовниками в истинном смысле слова, но все же Кейн лучше знал ее тело, ее темные желания, чем кто-либо. Самые первые его прикосновения подарили ей удовольствие. Он видел в ней лучшее и худшее. Белла чувствовала себя рядом с ним так, как никогда не чувствовала ни с одной другой живой душой. Уязвимой. Слишком уязвимой.

Белла не передумала насчет того, что наговорила ему после атаки тигоса, но теперь считала, что не все стоит делить на черное и белое. Белла обвинила его в боязни, но она тоже боялась. Испугалась быть отвергнутой. Страшилась стать не более чем минутным удовольствием. Боялась, что ему все равно. Боялась, что она никогда не сравнится с его женой, о которой даже не подозревала. Поэтому она сбежала прежде, чем дала ему время все исправить.

Сейчас она не бежала. Потому что время проведенное вдали от него позволило ей осознать, как бы больно ни было иметь только малую часть его, но гораздо больнее не иметь его вовсе.

Белла решительно шагнула под навес. Мягкий, успокаивающий свет осветил все вокруг, так как Кейн зажег еще одну светящуюся палочку. Его тяжелая рука легла ей на плечо.

— Белла?

Она развернулась, в горле сдавило. Ей нравилось слышать свое имя из его уст.

— Мне жаль.

Белла смотрела на него в упор, сердце бешено билось. Кейн сожалел по поводу исчезновении Евы? Или о том, что произошло между ними? Его мрачное выражение ни о чем не говорило.

— Помощь в поисках Евы сегодня, — начала Белла, — это больше, чем я смогу возместить.

— Мне не нужны возмещения. — Светящаяся палочка упала с глухим стуком на землю. Кейн обнял ее за плечи, его голос стал хриплым и низким. — Я ничего не хочу возвращать. — Он прочистил горло. — Я не должен был идти за тобой. Я говорил, что ты в безопасности со мной, а затем совершил немыслимое.

— Думаю, ты коснешься старого вопроса. — Белла не стала ходить вокруг да около. — О своей жене и что с ней произошло.

— Этому нет оправдания. Я обучался на солдата и пилота и много лет сражался на Земле. Но ни разу не поднимал руку на женщину. Даже когда мы с Гвен не ладили. Даже когда она спала с кем попало. Не думаю, что заслуживаю похвалы за это. Просто так ведет себя настоящий мужчина. Но… но я сорвался из-за тебя, — Кейн выдохнул, — я сотворил много дерьма в своей жизни, но до этого момента мне никогда не было стыдно.

Желая прикоснуться к Кейну, Белла заскользила руками по его коже, пока ладонями не накрыла его широкие плечи.

— Как ты сказал, это место всех нас выворачивает наизнанку. Ты хороший человек.

Белла с трудом верила, что Кейн делится с ней стольким.

Кейн с трудом сглотнул.

— К тому времени, когда мы встретились, я стал ближе к зверю, чем к человеку. Жил в одиночестве. Заботился только о себе. Но ты все изменила. Прикасаться к тебе, быть с тобой, наблюдать, как ты заботишься обо всех и обо всем — вот, что вернуло мне самого себя. Мысль о потере всего… потери тебя… — Кейн усилил хватку. — Ты на сто процентов права. Я боялся. Я не хотел впускать тебя в мой мир. Не хотел возвращаться к тому, кем был раньше до тебя… но я все равно потерял тебя.

— Ты меня не потерял. — Белла прижалась к нему всем телом. Знание того, что она не безразлична Кейну, и что также важна для него, как и он для нее, стало главным, что она надеялась услышать. — Я здесь.

Кейн обнял Беллу.

— Я заслуживаю большего, чем дерьмовую жизнь на Драгаш-25, и гораздо большего, чем стать трусливым бандитом. — Кейн прижался к ее лбу своим. — Дай шанс доказать это тебе.

— Я знаю это. — Белла запустила пальцы в его короткие волосы на затылке.

— Я собрал устройство. — Кейн сжал кулаки.

— Нет стопроцентной гарантии, но думаю, я смогу заставить работать эту кучу проводов, чтобы заклинить оружие 225-го и помочь твоей команде благополучно приземлиться. — Кейн прочистил горло. — Белла, ты сможешь вернуться домой.

— Боже мой, — Белла подпрыгнула, чуть не ударив головой его подбородок. Белле с трудом верилось в это. Кейн сможет спасти тех людей. Больше никто не умрет. Ее сестра и брат будут в безопасности. И как только приземлится спасательный шаттл, то они присоединятся к поискам Евы. Ее подругу найдут. Это все благодаря Кейну. — Ты удивительный. Большое спасибо.

Кейн сильнее ее обнял.

— Никаких гарантий. Просто помни об этом. Все может пойти не так, как надо.

— Понимаю. — Белла пыталась не тешить себя надеждой. — На Драгаш-25 не бывает легко.

Кейн большим пальцем провел по ее нижней губе.

— За исключением прикосновений к тебе.

Ее сердце затрепетало.

— Так прикоснись ко мне. — Белла ногтями провела по его спине. — Я скучала по тебе.

Кейн скользнул руками вниз по ее телу, мгновенно подняв Беллу, он удерживал ее в плену своим темным взглядом, шагая обратно под навес.

— Я тоже скучал. Оказалось ни черта не получилось остудить боль. Я всюду видел тебя. Твой запах на нашей кровати. Слышал твой голос на ветру. Пещера, горный хребет, источник, оазис… везде без тебя чертовски одиноко.

Белла поцеловала его в подбородок.

— И ты пришел присмотреть за мной. Спасибо.

— Я следил за тобой с того момента, как ты ушла. — Он сильнее обхватил ее, в его взгляде скрывалась уязвимость, которой раньше не было. — Я умру, чтобы защитить тебя Белла.

— Никто не умрет, — яростно произнесла Белла.

— Благодаря тебе, мы вдвоем улетим с этой несчастной планеты.

Кейн напрягся.

— Кейн? Ты же знаешь, что мы вдвоем покинем эту планету? Твое устройство не только спасет остальных, но и тебя. — Белла обхватила его подбородок. — Покинув твою пещеру, я не собиралась оставлять тебя. Мы все полетим домой.

Кейн поцеловал ее ладонь.

— Я не могу вернуться, Белла.

Глава 20

Кейн спустил ее вниз вдоль своего твердого тела, как будто устанавливая дистанцию между ними.

Белла ухватилась за плечи Кейна, прижимая его к себе.

— Вот только не надо кормить меня этим «ты убийца и заслуживаешь наказания». Я не знаю, что ты натворил, но знаю тебя достаточно, чтоб понимать, что за этим стояла серьезная причина.

— Это важно для меня. — Но он все еще был отстраненным.

— Расскажи мне, — упрашивала она, — расскажи, что произошло.

Ей не нужно слушать его историю, чтобы понять, что у него имелась веская причина совершить преступление — она знала, что он за человек, но чувствовала, что ему нужно выговориться.

Белла так же была готова, что он впустит ее в свой мир.

Кейн вздохнул.

— Это не очень приятная история.

Он отвернулся. Белле стало холодно без его большого теплого тела. — Моя жена Гвен была хорошим человеком, но не всегда делала правильный выбор. Через год после замужества она связалась с женатым мужчиной из Совета, с печально известным бабником, который спал со всеми подряд. Звали парня Хендрикс.

Белла пыталась не сморщиться. Она слышала о Хендриксе из Совета. Вряд ли любимый населением, но он сумел занять руководящий пост в Совете и стать третьим влиятельным человеком в правительстве Земли.

До Беллы дошел пессимизм Кейна. Если это Хендрикс отправил сюда Кейна, им придется пойти против всего Совета, чтобы вытащить его.

— Когда я узнал о Гвен и Хендриксе, — продолжил Кейн, по-прежнему стоя спиной к ней с напряженными плечами, — я подал на развод. Гвен была вне себя. Она умоляла меня передумать. Клялась, что любит меня. Клялась, что порвет с ним. Но я не этого хотел. Я хотел уйти.

— Вполне понятно. Все имеет свой конец.

— Гвен не могла быть одна. Я знал, но я… я прогнал ее, решив, что это уже не моя проблема.

Белла почувствовала, как сдавило в груди. Стоило ли удивляться его противоречивым чувствам из-за необходимости нести ответственность за нее в последние дни?

— Кейн, она взрослая женщина. Она сама ответственна за свой выбор.

Кейн никак не отреагировал.

— Когда Гвен поняла, что я совершенно серьезен, она побежала к своему советнику. — Кейн сжал руки в кулаки.

— Я предупреждал ее, что с этим ублюдком ее не ждет ничего хорошего. Но она на послушала. Она настаивала, чтоб он бросил жену ради нее. Не сомневаюсь, что парень пообещал ей. Он лживая змея, которая охотится на одиноких солдатских жен. Но я не смог ее убедить.

— Упрямая? — Белла положила руку на плечо, нуждаясь в его прикосновении.

— Да. Похожа на кое-кого еще. — Кейн повернул голову, прижавшись подбородком к ее пальцам. — Гвен пошла к нему. Устроила сцену перед женой советника и множеством других важных сановников. Конечно, Хендрикс отрицал, что он знает ее. Возможно, она была очень зла, потому как раскрыла все детали, чтоб доказать, что он лжец. Она также рассказала, что он использовал средства Совета на их свидания. Он выгнал ее и жестоко избил. Она пришла ко мне испуганная и плачущая. Я сказал ей держаться подальше, пока не разберусь во всем, но… — Кейн покачал отрицательно головой, — она, наверное, пошла к нему. Через два дня ее задушенной нашли в мусорном контейнере рядом с моим домом. По слухам с улиц, младший брат Хендрикса избавился от нее. Никто не стал проверять брата и тем более члена Совета. В то же время произошла еще одна вспышка эпидемии. Люди пытались выжить.

— Так ты пошел за ее убийцей?

— Я… я однажды подвел Гвен. И не мог сделать это вновь. — Кейн глубоко вдохнул. — Я не планировал убивать. Я хотел, чтобы брат Хендрикса признался и сел в тюрьму. Именно он пришел ко мне с ножом. И какая-то часть меня была этому рада. Он убил Гвен. Я хотел, чтобы умер он.

Белла поцеловала Кейна в лопатку, удовлетворенная тем, как его тело покрылось мурашками.

— Думаешь, это делает тебя убийцей? Я думаю, что это делает тебя героем.

— То, что я совершил, не являлось героическим, но

охотно заплатил бы за то, что забрал жизнь другого убийцы. Только советник подставил меня, выставив преступником, а ведь я ничего подобного не совершал. Вскоре меня заклеймили психопатом и серийным убийцей и приговорили к ссылке на Драгаш-25.

— Такого больше не повторится. У тебя теперь есть союзники.

Кейн повернулся с мрачным выражением лица.

— Тогда у меня были союзники, девушка-воин. Я был заслуженным героем с немалой поддержкой друзей и семьи. Но это ничего не значило. Хендрикс подкупил и разорил всех, кто пытался защитить меня. Он фальсифицировал доказательства так, что оказалось, я не только убил его брата, но и Гвен и еще нескольких людей, которые оказались угрозой членам Совета. Он сделал из меня монстра и стал еще могущественнее. Он не позволит мне вернуться на Землю, чтобы раскрыли его тайну. Ценю твой оптимизм, девушка-воин, но я улечу с Драгаш-25 только в ящике.

— Не говори так. — Белла схватила Кейна за руку. — Возможно, у тебя имелись союзники, но не было меня. У нас не было оазиса. Поверь мне Кейн. Пожалуйста. Между нами говоря, мы уничтожим этого продажного ублюдка. Клянусь. — Белла сжала ему ладонь. У нее были большие планы, но она их пока придержит при себе. — За тебя. За Гвен.

Выражение на его лице оставалось унылым.

— Если у нас не получится, ты улетишь. Без возражений.

Белла скрыла свою боль, пошутив:

— Разве ты не знаешь меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что этого никогда не произойдет?

Как и ожидалось, Кейн сузил полушутя глаза, но тон остался серьезным.

— Вот отчего я называю тебя девушкой-воином. Не потому, что не вижу, какая ты, а потому что на самом деле вижу, Белла. Я точно знаю, кто ты. Неординарная, сильная и добрая. Настоящий герой. — Кейн руками заскользил по ее шее и обхватил лицо. — Та, из-за кого стоит жить. Из-за кого стоит умереть.

Он губами коснулся ее губ. Трепетно. Медленно.

Ее сердце дрогнуло. Кейн целовал ее. Впервые. Без сделки. Не потому, что он мог. А потому что он хотел. Потому что готов впустить ее к себе в сердце.

Белла издала низкий стон. Его слова, его поцелуи — все, чего она желала.

Как будто ожидая сигнала, его поцелуй изменился, его губы завладели ее ртом, а пальцы он запустил ей в волосы и притянул ближе. Ее язык переплетался с его. Его вкус отдавал силой, свирепостью, смелостью, надеждой — это было лучше, чем она представляла себе.

Когда Кейн отстранился, его глаза по-прежнему были закрыты, их губы находились в дюйме друг от друга, а руки не разжимали объятий, они оба тяжело дышали.

У нее дрогнуло сердце. Снова оно! Удивленное выражение на его лице. Как будто она что-то особенное. Словно она сама жизнь.

Затем Кейн распахнул глаза. Белла напряглась, готовясь к перемене. А именно возвращению настороженности, которая всегда отражалась в его глазах. Но нежность осталась.

— Я не хотел нуждаться в тебе, Белла, — произнес он тихо, прижимая ее к себе. — Я ужаснулся, поняв, что постоянно нуждаюсь в тебе. Как-то так вышло, что ты стала незаменима. Ты стала всем. Я бы не доверился никому другому, кроме тебя.

Ее руки, обвитые вокруг шеи Кейна, дрожали. Ей потребовалось мгновение понять почему. Кейн дрожал. Как в первый раз, когда они коснулись друг друга.

Она испытала благоговейный трепет. Свирепый воин, который отбивался от злобного зверя и убивал из-за нее, боялся. Боялся своих чувств к ней.

— Все в порядке. — Белла проскользила руками к его колотящейся груди. — Я поддержу тебя, так же как ты поддерживаешь меня. Клянусь. — Губы Беллы, словно легкий взмах крыльев бабочки, коснулись его подбородка и проследовали далее вдоль челюсти. — Я не разочарую тебя, обещаю. Потому что тоже нуждаюсь в тебе. — Белла с трудом сглотнула. — Не для выживания. Не для защиты, а из-за того, кто ты. Ты пробуждаешь во мне чувство. Как будто я что-то значу. Как будто я могу сделать все. Словно я по-настоящему жива. Я люблю тебя за это, Кейн. Я…

Прежде чем Белла успела закончить, Кейн припал к ее губам. Свирепо. Дико. Отчаянно. Большими руками он гладил каждый дюйм ее тела. Кейн касался Беллы так, как она любила. Пока она не начала извиваться под ним. Они были обнаженные, скользкие и возбужденные. Белла обхватила ногами его бедра и зашептала ему на ухо, чтоб он взял ее. Соски у нее напряглись. Лоно ее увлажнилось и заныло.

— Нам нужна кровать, — проворчал Кейн. — Я хочу, чтоб все было идеально.

Белла предупреждающе прикусила его за подбородок.

— Мне все равно, где мы находимся, я жажду, чтобы ты через десять секунд погрузился в меня.

У его глаз образовались морщинки, а уголки рта поднялись.

— Такая требовательная.

Кейн уложил Беллу поверх их одежды. Белла застонала, ощущая его твердость и готовность погрузиться в нее.

— В следующий раз все будет лучше.

Белла приподняла бедра, давая ему лучший доступ.

— Ты до сих пор не понял? Это всегда идеально, когда я с тобой.

Кейн перестал улыбаться, став серьезным, отчего Белла заволновалась.

— С тобой все хорошо?

Кейн кивнул.

— И не просто хорошо. — Обхватив руками голову Беллы, Кейн вошел в нее медленно, с обожанием, дюйм за дюймом, пока не наполнил ее. — Я так сильно тебя люблю, Белла.

Ее пульс учащенно забился, все тело покраснело от удовольствия.

— Правда? — прошептала она.

— Правда. — Кейн прижал свои ладони к ее, переплетая пальцы, словно их первое прикосновение. — Я не знаю, что ждет нас в будущем, но знаю лишь то, что мне никогда не было так хорошо, как когда твоя рука была в моей.

Она потерялась в красоте его слов. Потерялась в чуде их связи. Потерялась в изысканном, эротическом блаженстве его скольжения в ней, в то время как их ладони оставались плотно сжатыми, и все его страхи и тени, его надежды и его потребности отражались на его лице.

— Кейн, — прошептала Белла его имя и ногами обвила его талию, чтобы они стали еще ближе.

— Белла! — Кейн припал к ее губам, его пристальный взгляд и руки стали ее спасательным якорем от водоворота наслаждений, которое сильнее, чем любая пыльная буря, пронзила ее напряженные мышцы. Белла выгнула спину от глубокого проникновения, и ее накрыло чистое наслаждение.

Кейн вбивался в Беллу с невероятной скоростью, и она стонала ему в ухо, влажные от пота они извивались синхронно и парили за гранью, отдавая друг другу все, как она и обещала когда-то.

Прошло несколько минут, но Белла по-прежнему обвивала его ногами, ощущая до сих пор волну восхитительных толчков. Любовники смотрели друг на друга с глупыми полуулыбками на лицах, трепет и изумление окутывало их, словно волшебная пыль.

Когда Белла наконец восстановила дыхание, то обхватила его лицо ладонями.

— Мы выберемся отсюда вместе.

Кейн перестал улыбаться.

— Я бы с удовольствием, — наконец произнес он, — но всякое дерьмо случается. Не так легко будет вытащить тебя, а тем более нас двоих с этой планеты. Даже если глушитель сработает.

— Ты не станешь жертвовать собой ради меня.

— Качество против количества, детка. — Кейн уткнулся носом в ее ладонь. — Ты вернула мне самого себя. Я вечно тебе буду за это благодарен.

Белла, быстро и сильно моргнув, ощутила тупую боль в глазах.

— Для парня, который редко говорит, порой ты выдаешь сладкие речи… Но я не хочу твоей благодарности. Я хочу тебя.

Кейн провел большими пальцами по солоноватым слезам на ее щеках. Она даже не заметила, что плачет.

Кейн прижался губами к ее губам. Медленно. Нежно.

— Я никогда бы не подумал, что ссылка на Драгаш-25 — это лучшее, что могло со мной случится, но это так. Ты все изменила. Если у меня будет возможность пойти с тобой, я пойду.

Ну хоть так.

— Ты обещаешь?

— Обещаю.

— Ну разве не мило. — К виску Кейна прижали серый ствол. Пог маячил позади. — Боюсь, ваш план не сработает, голубки.

Глава 21

— Руки вверх, подонок с Драгаш-25, или тебе не понравятся последствия. — Пог сильнее вдавил пистолет в висок Кейна. За его спиной кругом стояли шестеро солдат, яркий свет, исходящий от их готового к бою оружия, придавал их лицам угрожающий зеленый оттенок.

Сердце Беллы гулко билось.

— Пог, положи пистолет, — произнесла Белла командным голосом. Ей было нелегко, ведь она прижималась грудью к груди Кейна, а ее одежда кучей валялась под ногами солдат. — Он на нашей стороне.

— Я так не думаю, кадет Уэст. — Пог, ссылаясь на ее звание, даже не усмехнулся. Его зрачки расширились, и он уставился на ее обнаженное тело. — Произойдет все вот так: твой парень отодвинется от тебя медленно и аккуратно, и в итоге вы оба почувствуете, как вас ударит раскаленное солнце.

— Ты угрожаешь нас оглушить? — Возможно, ей не следовало удивляться, но она была шокирована. — Это возмутительно. Мы не сделали ничего плохого.

— Пог, — хрипло и угрожающе произнес Кейн, — отдай кадету Уэст одежду. Тогда мы отодвинемся.

— Сейчас ты отодвинешься, — самодовольным тоном произнес Пог. — Как будто другие раньше не видели пару сисек, хотя отсюда они выглядят вполне симпатичными. — Низкий ропот отвратительного смеха раздался со стороны солдат.

Ее взгляд пересекся с взглядом Кейна.

— Все хорошо. Отпусти меня. — Белла с трудом сглотнула. — Это всего лишь кожа.

Кейн не шелохнулся, каждая мышца его большого тела напряглась.

— Не зли его, — взмолилась она. — Я не хочу, чтоб ты пострадал.

— Вот. — Белла увидела свою рубашку, которую протянул хмурый Рэнсом.

Белла быстро протянула руку. Пока Пог кричал на Рэнсома за личное действие без приказа, Белла дрожащими пальцами натягивала рубашку, не отводя взгляд от Кейна.

Белла по-настоящему впервые вздохнула, когда длинный подол рубашки Кейна коснулся ее бедер, бесконечно благодарная за ее длину.

— Больше никаких промедлений, — отрезал Пог.

— Расслабься, — ответил Кейн Погу, — я не собираюсь доставлять тебе хлопот, пока ты не беспокоишь Беллу. -

С серьезным выражением лица Кейн поцеловал ее в кончик носа. — Все будет хорошо. — Кейн передвинулся и подтолкнул Беллу, чтобы она встала позади него прежде, чем Пог и его солдаты успели среагировать.

Мгновенно на Кейна нацелилось семь пушек.

— Станешь сотрудничать, и никаких проблем не будет. — Пог перевел пистолет, целясь Белле в лоб. — Доставишь мне неприятности, и она испытает на себе последствия.

Кейн тихо зарычал.

— Офицер Пог, в этом нет никакой необходимости. — Бледный Уинтроп, о котором она понятия не имела, что тот здесь, вышел из-за спины одного из солдат и даже не смотрел на нее. — Кадет Уэст — наша коллега.

— Была нашим коллегой, — оспорил Пог без почтения в голосе, противореча Уинтропу. — Теперь она с врагом.

Очевидно от исчезновение двух членов экипажа в голове Пога перемкнуло, провоцируя его еще больше отклониться от протокола, претендуя на лидерство. Это не могло произойти в менее подходящее время.

— Мы не враги, — опровергла Белла. — Мы на вашей стороне.

— Тогда почему вы убили Дэвис и Пратта? — рявкнул Пог.

— Мы ничего с ними не делали.

— Прекратите целиться в Беллу, — голос Кейна звучал спокойно. — Мы можем ответить на ваши вопросы и решить все без причинения вреда.

Белла знала, что Кейн сдерживается от драки, чтобы защитить ее.

— Руки за спину, — резко приказал Пог.

— Я сделаю в знак доброй воли, — высказался Кейн, и его мышцы напряглись. — Я жду от вас достойного поведения с Беллой.

Пог ничего не ответил. Неопределенность пронзила Беллу. Правильно ли они поступают, пытаясь вразумить Уинтропа, Пога и остальных? До сих пор это не срабатывало. Найти Еву более вероятно с их помощью, и это особенно важно, так как не будет выхода Кейну из этой адской дыры без поддержки Уинтропа.

— Видите, доктор Уинтроп? — Белла намеренно обратила свое внимание на него. — Кейн сотрудничает. Он на нашей стороне.

Уинтроп кивнул, но ничего не сказал. Один из солдат шагнул вперед и защелкнул пару наручников Совета на запястьях Кейна. Наручники расширились, охватив руки Кейна от запястья до предплечья.

— Ничего не напоминает, заключенный? — насмехался Пог.

— Не разговаривай так с ним. — Белла едва могла дышать от страха. Но это Пога не смягчило. Казалось, наоборот, имело противоположный эффект. — Он сделал то, что ты хотел. А теперь отвали и дай объяснить.

— Ты права, Белла, — усмехнулся Пог. — Извиняюсь, что заговорил с твоим драгоценным заключенным. — Без предупреждения Пог ударил оружием между лопаток Кейна. — Он лучше понимает насилие.

— Нет! — Белла прыгнула вперед, но была отброшена назад Митчелом, заместителем Пога, он обхватил ее за талию и приподнял над землей.

Если они думают, что это все, то они ошиблись. Благодаря тренировкам Кейна, Белла согнула ноги в коленях, выведя ублюдка из равновесия, и ударила сапогом его ногу. Он разжал руки и завопил.

— Я сказала отвали от него! — Белла побежала к Погу. Время идти навстречу закончилось. Но как только она подбежала к Погу, ее оттолкнули в сторону и подхватили разъяренный Митчелл и другой солдат.

Белла услышала рев Кейна. Затем крики солдат и хруст костей — это Кейн стал драться, чтобы добраться до нее, но безуспешно. У них было оружие. Его руки скованы за спиной. Она не настолько натренирована, чтоб справиться с опытными солдатами. Хотя она сражалась, как сумасшедшая методом Кейна, ее вскоре обездвижили.

Митчелл заключил ее в медвежьи объятия, а другой солдат схватил ее за ноги, удерживая ее навесу между ними, так что она почти не могла шевелиться. Она моргнула, и тут капля крови из пореза попала ей в глаз. Может это кровь Митчелла? Белла сделала несколько хороших ударов.

Но этого не достаточно.

Сердце Беллы сжалось, когда она увидела Кейна. В отличие от нее, Кейн победил. На его лице и груди образовались новые синяки, он стоял прямо и свободно посреди корчащихся и лежащих солдат. К сожалению, Пог не был одним из них.

— Не делайте ей больно. — Кейн прекратил драться.

— Уходи, Кейн. Беги, — закричала Белла.

Кейн упрямился и даже не шелохнулся.

— Я не стану сопротивляться. Только не делайте ей больно.

— Переживай за себя. — Сверкая глазами от ярости, Пог направил дуло пистолета на Кейна, заставляя его встать на колени.

— Прекрати! — Белла взбрыкивала в руках Митчелла, желая разорвать каждого солдата голыми руками.

— Возможно, тебе стоило подумать прежде, чем давать отпор? — Пог размахнулся ногой и ударил Кейна в живот с такой силой, что того отбросило назад на несколько шагов.

Остальные солдаты неуверенно поднялись на ноги, выражение на их лицах менялось от дискомфорта до ликования.

— Уинтроп, прикажи ему остановиться. — Белла высматривала в свете светящихся палочек советника, которым она когда-то восхищалась, и нашла его с застывшим выражением ужаса на лице. — Кейн помогал мне в поисках Евы. Он только пытался помочь. — Это ее вина. Она столкнула лбами Кейна с этими монстрами. — Вы бьете невиновного человека!

Уинтроп с неуверенностью переминался с ноги на ногу. Испуганный, словно потерялся без протокола и без атрибутов Командного совета.

— Пог, возможно, вам стоит…

— Он опасный преступник, — прорычал Пог, обрывая Уинтропа и тут же пиная Кейна, его красивое тело дернулось вперед от силы удара. — Он промыл мозги кадету Уэст. — Пог еще раз пнул. — Он представляет опасность для нас и Совета. — Пог наклонился, пот с его виска закапал на неподвижное тело Кейна. — Расскажи нам, что ты сделал с Праттом и Дэвис, подонок с Драгаш-25, или тебе не понравится, что произойдет дальше.

Белла не видела лица Кейна. И не знала в сознании ли он еще. Он не произнес ни звука с начала избиения. И не заговорил сейчас.

— Он ничего не делал, — кричала Белла. — Он пытался их отыскать. К тому же он нашел способ уберечь спасательную команду. Он герой, а вас ублюдков будут судить за нападение на него.

Пог лишь рассмеялся.

— Поразительно. Он вытрахал из тебя весь мозг. Думаешь, это совпадение, что он появился как раз в то время, когда исчезли Пратт и Дэвис? Поищем вокруг и мы, вероятно, обнаружим, что из их кожи сделан новый аксессуар.

— Это отвратительно. Кейн никогда бы так не поступил.

— Да ну? Мы нашли следы его лагеря рядом с нашим. Козел преследовал нас.

— Он никого не преследовал. Он присматривал за мной. Защищал меня.

— Ве-е-ерно, — произнес с сарказмом Пог. — Потому что ты на самом деле важна для него, как хорошая узкая дырка, в которую он может воткнуться, когда захочет. — Его сослуживцы вновь рассмеялись.

Белла ударила головой о хихикающего ублюдка, который держал ее руки за спиной, остановив его смех довольно резко. Но с другой стороны, это вызвало ужасную боль, пронзившую ее череп и шею. Белла медленно моргнула, чтоб прекратился звон.

— Сука сломала мне нос, — взвыл ее захватчик.

— Не нравится? Отпусти меня. — Белла решительно дернулась, и ее ребра едва не сломались от жесткого захвата Митчелла. Солдат, державший ее за ноги, побледнел.

— Белла, успокойся, — тихий приказ Кейна вызвал у нее чувство облегчения. Он жив. И в сознании.

Кейн встал на колени и повернулся к ней лицом.

— Поверь, мне бывало и похуже. Не давай им повода причинять тебе боль.

Белла всхлипнула. Кровь текла по его лицу. Его красивая, мощная челюсть уже начала распухать.

Дерьмовый с нее защитник.

— Мне очень жаль, — ответила Белла Кейну. — Мне не следовало просить тебя о помощи. Я не должна была предлагать тебе эту сделку. Ты прекрасно справлялся сам. Я… я сделала все намного хуже.

Выражение его лица ужесточилось.

— Найти тебя было лучшее, что случилось со мной. Не забывай об этом. — Кейн перевел взгляд на Пога. — Любой, кто тронет хоть волосок на ее голове, будет мертв к завтрашнему дню.

Даже стоя на коленях, он такой уверенный и гордый. Такой властный и полный достоинства. Ей сдавило грудь. Кейн действительно удивительный человек.

— Ты на самом деле считаешь себя героем? — От смеха Пога в жилах Беллы стыла кровь. — Ты всего лишь осужденный подонок. Никому нет дела, если умрет еще один заключенный на Драгаш-25. — Пог приставил пистолет к спине Кейна и нажал на курок.

Сотни вольт зловещего разряда ударили по телу Кейна, даже в темноте это можно было увидеть. Кейн упал на землю, закрыв глаза, а его тело содрогнулось от падения.

— Нет! — Белла билась изо всех сил.

Пог убрал с Кейна электрошокер и направил его на Беллу.

— Тебе стоит успокоиться, иначе тебя сочтут угрозой нашему выживанию и будут обращаться с тобой так же, как с твоим любовником-врагом.

— ДА ПОШЕЛ ТЫ! — Белла продолжала бороться.

— Довольно. — Уинтроп пробрался вперед.

— Не вмешивайся, Уинтроп, — прорычал Пог. — Нам нужно, чтоб ты остался в живых, и ты больше не главный. Эта ситуация теперь является угрозой для нашего выживания. Это моя территория.

Уинтроп накрыл рукой шею, словно проверяя, на месте ли метка Командного совета. Он открыл рот, но не произнес ни слова.

— Эта сука заслуживает то, что получит. — Митчелл заполнил тишину, беря пример со своего лидера и по-прежнему удерживая Беллу в железной хватке. — Если ты спишь с животным, то с тобой нужно обращаться, как с животным.

Лишь Рэнсом и Уинтроп не кивнули в знак согласия.

— Всегда говорил, что хочу видеть этого человека связанным и обузданным, — произнес с ужасающей улыбкой Пог.

Белла старалась не клюнуть на их наживку.

— Это все еще миссия Совета. — Белла пристально посмотрела на Кейна, воодушевляясь тем, что его грудь поднималась и опадала. — Уинтроп, ты здесь старший офицер. Ты решаешь, что будет дальше. — Достучаться до него — это единственная надежда. — Не потому что ты член Совета, а потому что ты хороший человек, который знает, что правильно. Если мы на Драгаш-25, это еще не означает, что мы отказались от порядка и правосудия.

— Теперь я главный, — прорычал Пог. — Не он. Не Совет. Я!

— Уинтроп, — взмолилась Белла, — не позволяй этому случиться. Это неправильно. Ты прилетел сюда, чтобы спасти человечество. Ты рисковал своей жизнью ради того, что считаешь правильным. Не запятнай это сейчас. Не позволяй нам стать ничем иным как зверьем.

Уинтроп дерзко шагнул к Погу. Затем Уинтроп взглянул на суровые взгляды других солдат и тут же инстинктивно отступил, уйдя в себя, плывя по течению без права на мантию Совета. Уинтроп протянул руки ладонями вверх в умиротворяющем жесте, от чего желчь подступила к горлу Беллы.

— Я не… это… это глупо. — Он не смотрел ни на нее, ни на Пога. — Нам всем нужно глубоко вздохнуть и все обдумать. Белла может пойти со мной, пока вы допрашиваете пленника. Мы всего лишь пытаемся поступить правильно.

Разочарование окатило Беллу. Уинтроп вновь зарыл голову в песок.

— Я не оставлю Кейна.

— На этот раз она права. — Пог подошел, крадучись, к мешку Кейна. — Ты не уйдешь отсюда с ней, — ответил Пог Уинтропу, — и мне не нужно больше времени. — Пог разорвал рюкзак и порылся внутри.

От страха у Беллы свело желудок.

— Сюрприз, сюрприз. — Пог вытащил кучу искореженных проводов и обломков. — Оружие! — Он протянул это Уинтропу, тряся в руке, отчего провода колыхались. — Он хочет убить нас, а она защищает его.

— Нет, — запротестовала Белла. — Он собрал глушитель, чтобы помочь нам. Я уже говорила тебе, что наш шаттл был сбит преступной бандой. Они намерены сделать то же самое со спасательным шаттлом. Кейн собрал его, чтобы заглушить их оружие и спасти людей. Нас спасти.

— Чушь собачья, — прорычал Пог, но про остальную часть слов забыл, когда над головой раздался рев. Высоко вверху с левой стороны в черном небе мелькнул крошечный металлический диск.

— Срань господня. Это спасательный шаттл. — Пог уронил глушитель Кейна в грязь. — Мы спасены.

Сердце Беллы подпрыгнуло, а затем резко упало. Ее взгляд метнулся к комку проводов у сапог Пога.

— Нам нужно использовать механизм Кейна. Иначе эти люди умрут.

К сожалению, ее никто не слышал. Все были слишком заняты криками и указаниями в сторону мерцающих огней над головой.

Используя возможность, Белла ударила ногой отвлеченного солдата, который держал ее за ноги, отчего тот отступил назад. Митчелл потерял равновесие и с проклятием ее отпустил.

Белла жестко приземлилась на задницу. Пробираясь вперед, Белла увернулась от рук своего захватчика и подползла к Кейну, перевернула его. Ее сердце успокоилось, когда она увидела, как поднимается и опускается его грудь.

— Кейн? — Белла лихорадочно искала защелку, которая освободила бы его от пут. — Ты слышишь меня, милый? Нам нужно…

Белла не успела освободить Кейна, так как ее подняла чья-та грубая рука, и ее понесли.

— Я так не думаю. — Горячее дыхание Пога обдало ее ухо. — Пора попрощаться с твоим парнем, кадет Уэст. Как только мы окажемся в космосе, я с радостью покажу тебе, на что способен настоящий мужчина.

Прежде чем Белла успела замахнуться, Пог подхватил ее повыше на руки, сжав так сильно, что черные точки заплясали перед глазами. Она впилась ногтями в его кожу, но это не произвело никакого эффекта. Без воздуха она не могла даже кричать, не говоря уже о борьбе.

Пог повысил голос, чтобы его люди услышали сквозь нарастающий рев.

— Нам нужно вернуться на поляну, чтобы шаттл смог приземлиться. Давайте уберемся с этой чертовой дыры.

— Нет, нам… нужен этот… механизм. Нам нужен… Кейн. Хрипя, размахивая руками, Белла билась в руках Пога, пока ее взгляд не встретился с взглядом Уинтропа. — Иначе, эти люди… умрут… и… это будет… наша вина.

Уинтроп побледнел, а Пог проигнорировал ее.

Она отчаянно втянула воздух.

— Ты не можешь… просто оставить его здесь.

Пог перебросил Беллу через плечо, словно она ничего не весила.

— Он гребаный подонок-уголовник. Скоро ты будешь благодарить нас за то, что мы тебя спасли. Он все равно ничего не сделает, кроме как умрет здесь, на этой планете.

Брыкаясь и царапаясь, Белла боролась за свободу, но это оказалось бесполезно. Против некоторых других мужчин у нее, возможно, был шанс. Но не с Погом.

— Кейн! — Белла боролась, выкрикивала его имя, пока Пог бежал вниз по холму, другие солдаты следовали за ним, а неподвижное тело Кейна слишком быстро исчезло из виду.

Глава 22

— Руки вверх, подонок с Драгаш-25, или тебе не понравятся последствия. — Пог сильнее вдавил пистолет в висок Кейна. За его спиной кругом стояли шестеро солдат, яркий свет, исходящий от их готового к бою оружия, придавал их лицам угрожающий зеленый оттенок.

Сердце Беллы гулко билось.

— Пог, положи пистолет, — произнесла Белла командным голосом. Ей было нелегко, ведь она прижималась грудью к груди Кейна, а ее одежда кучей валялась под ногами солдат. — Он на нашей стороне.

— Я так не думаю, кадет Уэст. — Пог, ссылаясь на ее звание, даже не усмехнулся. Его зрачки расширились, и он уставился на ее обнаженное тело. — Произойдет все вот так: твой парень отодвинется от тебя медленно и аккуратно, и в итоге вы оба почувствуете, как вас ударит раскаленное солнце.

— Ты угрожаешь нас оглушить? — Возможно, ей не следовало удивляться, но она была шокирована. — Это возмутительно. Мы не сделали ничего плохого.

— Пог, — хрипло и угрожающе произнес Кейн, — отдай кадету Уэст одежду. Тогда мы отодвинемся.

— Сейчас ты отодвинешься, — самодовольным тоном произнес Пог. — Как будто другие раньше не видели пару сисек, хотя отсюда они выглядят вполне симпатичными. — Низкий ропот отвратительного смеха раздался со стороны солдат.

Ее взгляд пересекся с взглядом Кейна.

— Все хорошо. Отпусти меня. — Белла с трудом сглотнула. — Это всего лишь кожа.

Кейн не шелохнулся, каждая мышца его большого тела напряглась.

— Не зли его, — взмолилась она. — Я не хочу, чтоб ты пострадал.

— Вот. — Белла увидела свою рубашку, которую протянул хмурый Рэнсом.

Белла быстро протянула руку. Пока Пог кричал на Рэнсома за личное действие без приказа, Белла дрожащими пальцами натягивала рубашку, не отводя взгляд от Кейна.

Белла по-настоящему впервые вздохнула, когда длинный подол рубашки Кейна коснулся ее бедер, бесконечно благодарная за ее длину.

— Больше никаких промедлений, — отрезал Пог.

— Расслабься, — ответил Кейн Погу, — я не собираюсь доставлять тебе хлопот, пока ты не беспокоишь Беллу. -

С серьезным выражением лица Кейн поцеловал ее в кончик носа. — Все будет хорошо. — Кейн передвинулся и подтолкнул Беллу, чтобы она встала позади него прежде, чем Пог и его солдаты успели среагировать.

Мгновенно на Кейна нацелилось семь пушек.

— Станешь сотрудничать, и никаких проблем не будет. — Пог перевел пистолет, целясь Белле в лоб. — Доставишь мне неприятности, и она испытает на себе последствия.

Кейн тихо зарычал.

— Офицер Пог, в этом нет никакой необходимости. — Бледный Уинтроп, о котором она понятия не имела, что тот здесь, вышел из-за спины одного из солдат и даже не смотрел на нее. — Кадет Уэст — наша коллега.

— Была нашим коллегой, — оспорил Пог без почтения в голосе, противореча Уинтропу. — Теперь она с врагом.

Очевидно от исчезновение двух членов экипажа в голове Пога перемкнуло, провоцируя его еще больше отклониться от протокола, претендуя на лидерство. Это не могло произойти в менее подходящее время.

— Мы не враги, — опровергла Белла. — Мы на вашей стороне.

— Тогда почему вы убили Дэвис и Пратта? — рявкнул Пог.

— Мы ничего с ними не делали.

— Прекратите целиться в Беллу, — голос Кейна звучал спокойно. — Мы можем ответить на ваши вопросы и решить все без причинения вреда.

Белла знала, что Кейн сдерживается от драки, чтобы защитить ее.

— Руки за спину, — резко приказал Пог.

— Я сделаю в знак доброй воли, — высказался Кейн, и его мышцы напряглись. — Я жду от вас достойного поведения с Беллой.

Пог ничего не ответил. Неопределенность пронзила Беллу. Правильно ли они поступают, пытаясь вразумить Уинтропа, Пога и остальных? До сих пор это не срабатывало. Найти Еву более вероятно с их помощью, и это особенно важно, так как не будет выхода Кейну из этой адской дыры без поддержки Уинтропа.

— Видите, доктор Уинтроп? — Белла намеренно обратила свое внимание на него. — Кейн сотрудничает. Он на нашей стороне.

Уинтроп кивнул, но ничего не сказал. Один из солдат шагнул вперед и защелкнул пару наручников Совета на запястьях Кейна. Наручники расширились, охватив руки Кейна от запястья до предплечья.

— Ничего не напоминает, заключенный? — насмехался Пог.

— Не разговаривай так с ним. — Белла едва могла дышать от страха. Но это Пога не смягчило. Казалось, наоборот, имело противоположный эффект. — Он сделал то, что ты хотел. А теперь отвали и дай объяснить.

— Ты права, Белла, — усмехнулся Пог. — Извиняюсь, что заговорил с твоим драгоценным заключенным. — Без предупреждения Пог ударил оружием между лопаток Кейна. — Он лучше понимает насилие.

— Нет! — Белла прыгнула вперед, но была отброшена назад Митчелом, заместителем Пога, он обхватил ее за талию и приподнял над землей.

Если они думают, что это все, то они ошиблись. Благодаря тренировкам Кейна, Белла согнула ноги в коленях, выведя ублюдка из равновесия, и ударила сапогом его ногу. Он разжал руки и завопил.

— Я сказала отвали от него! — Белла побежала к Погу. Время идти навстречу закончилось. Но как только она подбежала к Погу, ее оттолкнули в сторону и подхватили разъяренный Митчелл и другой солдат.

Белла услышала рев Кейна. Затем крики солдат и хруст костей — это Кейн стал драться, чтобы добраться до нее, но безуспешно. У них было оружие. Его руки скованы за спиной. Она не настолько натренирована, чтоб справиться с опытными солдатами. Хотя она сражалась, как сумасшедшая методом Кейна, ее вскоре обездвижили.

Митчелл заключил ее в медвежьи объятия, а другой солдат схватил ее за ноги, удерживая ее навесу между ними, так что она почти не могла шевелиться. Она моргнула, и тут капля крови из пореза попала ей в глаз. Может это кровь Митчелла? Белла сделала несколько хороших ударов.

Но этого не достаточно.

Сердце Беллы сжалось, когда она увидела Кейна. В отличие от нее, Кейн победил. На его лице и груди образовались новые синяки, он стоял прямо и свободно посреди корчащихся и лежащих солдат. К сожалению, Пог не был одним из них.

— Не делайте ей больно. — Кейн прекратил драться.

— Уходи, Кейн. Беги, — закричала Белла.

Кейн упрямился и даже не шелохнулся.

— Я не стану сопротивляться. Только не делайте ей больно.

— Переживай за себя. — Сверкая глазами от ярости, Пог направил дуло пистолета на Кейна, заставляя его встать на колени.

— Прекрати! — Белла взбрыкивала в руках Митчелла, желая разорвать каждого солдата голыми руками.

— Возможно, тебе стоило подумать прежде, чем давать отпор? — Пог размахнулся ногой и ударил Кейна в живот с такой силой, что того отбросило назад на несколько шагов.

Остальные солдаты неуверенно поднялись на ноги, выражение на их лицах менялось от дискомфорта до ликования.

— Уинтроп, прикажи ему остановиться. — Белла высматривала в свете светящихся палочек советника, которым она когда-то восхищалась, и нашла его с застывшим выражением ужаса на лице. — Кейн помогал мне в поисках Евы. Он только пытался помочь. — Это ее вина. Она столкнула лбами Кейна с этими монстрами. — Вы бьете невиновного человека!

Уинтроп с неуверенностью переминался с ноги на ногу. Испуганный, словно потерялся без протокола и без атрибутов Командного совета.

— Пог, возможно, вам стоит…

— Он опасный преступник, — прорычал Пог, обрывая Уинтропа и тут же пиная Кейна, его красивое тело дернулось вперед от силы удара. — Он промыл мозги кадету Уэст. — Пог еще раз пнул. — Он представляет опасность для нас и Совета. — Пог наклонился, пот с его виска закапал на неподвижное тело Кейна. — Расскажи нам, что ты сделал с Праттом и Дэвис, подонок с Драгаш-25, или тебе не понравится, что произойдет дальше.

Белла не видела лица Кейна. И не знала в сознании ли он еще. Он не произнес ни звука с начала избиения. И не заговорил сейчас.

— Он ничего не делал, — кричала Белла. — Он пытался их отыскать. К тому же он нашел способ уберечь спасательную команду. Он герой, а вас ублюдков будут судить за нападение на него.

Пог лишь рассмеялся.

— Поразительно. Он вытрахал из тебя весь мозг. Думаешь, это совпадение, что он появился как раз в то время, когда исчезли Пратт и Дэвис? Поищем вокруг и мы, вероятно, обнаружим, что из их кожи сделан новый аксессуар.

— Это отвратительно. Кейн никогда бы так не поступил.

— Да ну? Мы нашли следы его лагеря рядом с нашим. Козел преследовал нас.

— Он никого не преследовал. Он присматривал за мной. Защищал меня.

— Ве-е-ерно, — произнес с сарказмом Пог. — Потому что ты на самом деле важна для него, как хорошая узкая дырка, в которую он может воткнуться, когда захочет. — Его сослуживцы вновь рассмеялись.

Белла ударила головой о хихикающего ублюдка, который держал ее руки за спиной, остановив его смех довольно резко. Но с другой стороны, это вызвало ужасную боль, пронзившую ее череп и шею. Белла медленно моргнула, чтоб прекратился звон.

— Сука сломала мне нос, — взвыл ее захватчик.

— Не нравится? Отпусти меня. — Белла решительно дернулась, и ее ребра едва не сломались от жесткого захвата Митчелла. Солдат, державший ее за ноги, побледнел.

— Белла, успокойся, — тихий приказ Кейна вызвал у нее чувство облегчения. Он жив. И в сознании.

Кейн встал на колени и повернулся к ней лицом.

— Поверь, мне бывало и похуже. Не давай им повода причинять тебе боль.

Белла всхлипнула. Кровь текла по его лицу. Его красивая, мощная челюсть уже начала распухать.

Дерьмовый с нее защитник.

— Мне очень жаль, — ответила Белла Кейну. — Мне не следовало просить тебя о помощи. Я не должна была предлагать тебе эту сделку. Ты прекрасно справлялся сам. Я… я сделала все намного хуже.

Выражение его лица ужесточилось.

— Найти тебя было лучшее, что случилось со мной. Не забывай об этом. — Кейн перевел взгляд на Пога. — Любой, кто тронет хоть волосок на ее голове, будет мертв к завтрашнему дню.

Даже стоя на коленях, он такой уверенный и гордый. Такой властный и полный достоинства. Ей сдавило грудь. Кейн действительно удивительный человек.

— Ты на самом деле считаешь себя героем? — От смеха Пога в жилах Беллы стыла кровь. — Ты всего лишь осужденный подонок. Никому нет дела, если умрет еще один заключенный на Драгаш-25. — Пог приставил пистолет к спине Кейна и нажал на курок.

Сотни вольт зловещего разряда ударили по телу Кейна, даже в темноте это можно было увидеть. Кейн упал на землю, закрыв глаза, а его тело содрогнулось от падения.

— Нет! — Белла билась изо всех сил.

Пог убрал с Кейна электрошокер и направил его на Беллу.

— Тебе стоит успокоиться, иначе тебя сочтут угрозой нашему выживанию и будут обращаться с тобой так же, как с твоим любовником-врагом.

— ДА ПОШЕЛ ТЫ! — Белла продолжала бороться.

— Довольно. — Уинтроп пробрался вперед.

— Не вмешивайся, Уинтроп, — прорычал Пог. — Нам нужно, чтоб ты остался в живых, и ты больше не главный. Эта ситуация теперь является угрозой для нашего выживания. Это моя территория.

Уинтроп накрыл рукой шею, словно проверяя, на месте ли метка Командного совета. Он открыл рот, но не произнес ни слова.

— Эта сука заслуживает то, что получит. — Митчелл заполнил тишину, беря пример со своего лидера и по-прежнему удерживая Беллу в железной хватке. — Если ты спишь с животным, то с тобой нужно обращаться, как с животным.

Лишь Рэнсом и Уинтроп не кивнули в знак согласия.

— Всегда говорил, что хочу видеть этого человека связанным и обузданным, — произнес с ужасающей улыбкой Пог.

Белла старалась не клюнуть на их наживку.

— Это все еще миссия Совета. — Белла пристально посмотрела на Кейна, воодушевляясь тем, что его грудь поднималась и опадала. — Уинтроп, ты здесь старший офицер. Ты решаешь, что будет дальше. — Достучаться до него — это единственная надежда. — Не потому что ты член Совета, а потому что ты хороший человек, который знает, что правильно. Если мы на Драгаш-25, это еще не означает, что мы отказались от порядка и правосудия.

— Теперь я главный, — прорычал Пог. — Не он. Не Совет. Я!

— Уинтроп, — взмолилась Белла, — не позволяй этому случиться. Это неправильно. Ты прилетел сюда, чтобы спасти человечество. Ты рисковал своей жизнью ради того, что считаешь правильным. Не запятнай это сейчас. Не позволяй нам стать ничем иным как зверьем.

Уинтроп дерзко шагнул к Погу. Затем Уинтроп взглянул на суровые взгляды других солдат и тут же инстинктивно отступил, уйдя в себя, плывя по течению без права на мантию Совета. Уинтроп протянул руки ладонями вверх в умиротворяющем жесте, от чего желчь подступила к горлу Беллы.

— Я не… это… это глупо. — Он не смотрел ни на нее, ни на Пога. — Нам всем нужно глубоко вздохнуть и все обдумать. Белла может пойти со мной, пока вы допрашиваете пленника. Мы всего лишь пытаемся поступить правильно.

Разочарование окатило Беллу. Уинтроп вновь зарыл голову в песок.

— Я не оставлю Кейна.

— На этот раз она права. — Пог подошел, крадучись, к мешку Кейна. — Ты не уйдешь отсюда с ней, — ответил Пог Уинтропу, — и мне не нужно больше времени. — Пог разорвал рюкзак и порылся внутри.

От страха у Беллы свело желудок.

— Сюрприз, сюрприз. — Пог вытащил кучу искореженных проводов и обломков. — Оружие! — Он протянул это Уинтропу, тряся в руке, отчего провода колыхались. — Он хочет убить нас, а она защищает его.

— Нет, — запротестовала Белла. — Он собрал глушитель, чтобы помочь нам. Я уже говорила тебе, что наш шаттл был сбит преступной бандой. Они намерены сделать то же самое со спасательным шаттлом. Кейн собрал его, чтобы заглушить их оружие и спасти людей. Нас спасти.

— Чушь собачья, — прорычал Пог, но про остальную часть слов забыл, когда над головой раздался рев. Высоко вверху с левой стороны в черном небе мелькнул крошечный металлический диск.

— Срань господня. Это спасательный шаттл. — Пог уронил глушитель Кейна в грязь. — Мы спасены.

Сердце Беллы подпрыгнуло, а затем резко упало. Ее взгляд метнулся к комку проводов у сапог Пога.

— Нам нужно использовать механизм Кейна. Иначе эти люди умрут.

К сожалению, ее никто не слышал. Все были слишком заняты криками и указаниями в сторону мерцающих огней над головой.

Используя возможность, Белла ударила ногой отвлеченного солдата, который держал ее за ноги, отчего тот отступил назад. Митчелл потерял равновесие и с проклятием ее отпустил.

Белла жестко приземлилась на задницу. Пробираясь вперед, Белла увернулась от рук своего захватчика и подползла к Кейну, перевернула его. Ее сердце успокоилось, когда она увидела, как поднимается и опускается его грудь.

— Кейн? — Белла лихорадочно искала защелку, которая освободила бы его от пут. — Ты слышишь меня, милый? Нам нужно…

Белла не успела освободить Кейна, так как ее подняла чья-та грубая рука, и ее понесли.

— Я так не думаю. — Горячее дыхание Пога обдало ее ухо. — Пора попрощаться с твоим парнем, кадет Уэст. Как только мы окажемся в космосе, я с радостью покажу тебе, на что способен настоящий мужчина.

Прежде чем Белла успела замахнуться, Пог подхватил ее повыше на руки, сжав так сильно, что черные точки заплясали перед глазами. Она впилась ногтями в его кожу, но это не произвело никакого эффекта. Без воздуха она не могла даже кричать, не говоря уже о борьбе.

Пог повысил голос, чтобы его люди услышали сквозь нарастающий рев.

— Нам нужно вернуться на поляну, чтобы шаттл смог приземлиться. Давайте уберемся с этой чертовой дыры.

— Нет, нам… нужен этот… механизм. Нам нужен… Кейн. Хрипя, размахивая руками, Белла билась в руках Пога, пока ее взгляд не встретился с взглядом Уинтропа. — Иначе, эти люди… умрут… и… это будет… наша вина.

Уинтроп побледнел, а Пог проигнорировал ее.

Она отчаянно втянула воздух.

— Ты не можешь… просто оставить его здесь.

Пог перебросил Беллу через плечо, словно она ничего не весила.

— Он гребаный подонок-уголовник. Скоро ты будешь благодарить нас за то, что мы тебя спасли. Он все равно ничего не сделает, кроме как умрет здесь, на этой планете.

Брыкаясь и царапаясь, Белла боролась за свободу, но это оказалось бесполезно. Против некоторых других мужчин у нее, возможно, был шанс. Но не с Погом.

— Кейн! — Белла боролась, выкрикивала его имя, пока Пог бежал вниз по холму, другие солдаты следовали за ним, а неподвижное тело Кейна слишком быстро исчезло из виду.

Глава 23

Белла сильно ударилась о землю, ее подбородок врезался в грязь. Кадет сморгнула мутную пелену, и в этот момент чьи-то руки вцепились в нее, перевернув. Темноволосый мужчина с одним серым глазом и морщинистым шрамом маячил перед лицом.

— Попалась, — злобно произнес он.

Белла замахнулась, но мужчина оказался быстрее. Она склонила голову набок, но он сильно ударил ее по щеке. Потом схватил ее за бедра. Белла подняла кулаки, чтобы дать отпор, но тут нападавший упал. Уинтроп стоял над ней.

Он протянул руку:

— Давай.

Чувствуя головокружение и благодарность, она потянулась к его руке. И тут получила удар, так как другой заключенный врезался в Уинтропа, сбив его на землю. Следом на нее обрушился огромный вес, выжав весь воздух из легких.

Грубые руки царапали ее плоть, щипали, хлестали. Их слишком много для нее, чтобы одолеть. Она попыталась свернуться в клубок, но они тянули ее за руки, хватали и щипали. Ее лодыжка хрустнула. Она закричала в агонии. Попыталась представить себе лицо Кейна. Попыталась вспомнить лучшие времена. Радость. Удовольствие. Все, что у нее было.

Белле раздвинули ноги. Ткань порвалась.

Затем раздался рев, громче, чем вопли заключенных.

Давящие тела иcчезли.

Белла моргнула. Определенно это ей снится.

Над ней стоял Кейн, по лицу текла кровь, а грудь испещрена порезами. Вокруг него лежала груда тел.

Он пришел за ней.

Кейн вонзил копье в ближайшее тело. Затем еще в одно. Пока вокруг не осталось никого живого, кроме нее и Уинтропа.

— Держись. — Кейн подхватил ее, прижал к груди и побежал. Уинтроп захромал следом.

Белла не спросила, как Кейн нашел ее, и не стала возражать, что он держал ее. Белла не могла бежать и знала, что Кейн не оставит ее. Они бы только потеряли драгоценное время на споры. Вместо этого Белла просматривала путь к шаттлу и выкрикивала предупреждение всякий раз, когда приближался очередной заключенный. Белла задерживала дыхание каждый раз, когда копье Кейна свистело в воздухе, убивая любого, кто пытался их остановить. Что бы ни случилось далее, она очень рада, что Кейн рядом, такой теплый, прижимался к ней, а ровное сердцебиение билось в унисон с ее.

Грохот его сапог по трапу казался самым прекрасным звуком, который она слышала.

— Не стреляйте. Мы хорошие парни. — Уинтроп размахивал руками над головой, пытаясь успокоить охранников, стоящих на трапе. Они уничтожали всех заключенных, которые приближались слишком близко. — Миссия Совета Д-25642.

Надежда поглотила Беллу. Они успели.

Внезапная вспышка света, и Кейн заворчал, ослабляя хватку. Белла ахнула, ухватившись за его плечо, когда начала падать, но Кейну удалось восстановить равновесие и подять ее повыше.

— Не волнуйся, — прошептал он ей на ухо. — Я держу тебя, девушка-воин.

Белла хотела улыбнуться, но от слов Уинтропа кровь застыла в ее жилах.

— Ты ранен.

— Где? — запаниковала Белла, обследуя ладонями грудь Кейна, в поисках раны. — Отпусти меня. Ты не должен меня нести. Я могу сама. Мы сделаем это вместе.

— Это царапина. Не о чем беспокоиться. — И все же Кейн позволил ей соскользнуть вниз по его телу.

Кровь текла из бедра Кейна. На это не было времени. Когда вопли нападающих заключенных становились все ближе.

Проскользнув под плечом Кейна, чтобы поддержать его, Белла вместе с ним прохромала последние несколько шагов вверх по трапу к двери шаттла. Уинтроп следовал за ними. А два охранника прикрывали их спины.

Внезапно в дверях появился Пог.

— Только не он. — Пог навел пистолет на Кейна. — Он один из них. Грязный заключенный с Драгаш-25. Выбросите его.

— Нет, — запротестовала Белла, встав перед Кейном. — Ты не имеешь права. — В следующую секунду Кейн задвинул ее себе за спину.

Уинтроп одновременно закричал:

— Этот мужчина — герой! Он с нами.

Охранники наводили пистолеты то на Кейна, то на

Пога. У них были лишь секунды, чтобы принять решение перед следующей волной заключенных, что штурмовали трап.

— Кейн спас меня от заключенных, — настаивала Белла. — И тебя он спас.

К счастью, солдат из спасательной группы направил оружие на Пога.

— Опусти пистолет, — приказал солдат Погу. — Мы все поднимемся на борт.

— Ты веришь словам преступника больше, чем моим? — В ярости Пог нажал на курок. — Я герой, а не он.

— Нет, — закричала Белла.

Но было слишком поздно.

В тот момент, когда огонь из орудия солдата настиг Пога, и тот свалился с края трапа, пистолет Пога разрядился, рассекая кожу и мышцы. От этого в воздух поднялся едкий запах горелой плоти.

Уинтроп рухнул как подкошенный на землю.

Прямо под ноги Кейну.

— Нет. — Белла упала на колени, боясь, что причинит боль начальнику, и держала руки на весу над зияющей раной у него на груди. — Не… не двигайся. Все будет хорошо. — Белла желала, чтобы он получил все, что хотел. Она хотела увидеть, как он спасет Землю и встретит подходящую девушку, как… он всегда мечтал. Она хотела, чтобы он стал тем лидером, каким хотел.

— Даже… даже ты не сможешь… на этот раз спасти меня, — произнес Уинтроп слабым скрежещущим голосом, он печально и с добротой улыбался, как тогда, когда она сидела рядом с ним на той металлической скамейке, и это было так давно. — По крайней мере… в конце концов я стал героем, — он говорил уже слабее, глаза его закрылись. — Найди Еву… она тоже заслуживает героя.

Белла не осознавала, что плачет, пока не попыталась заговорить. Она не могла вымолвить и слова.

Времени больше не было, так как один заключенный запрыгнул на трап. Еще двое позади.

— Нам надо идти. — Словно координатор, Кейн подхватил Беллу и передал ее одному из солдат. Затем он закинул Уинтропа себе на плечи. — Мы не оставим его.

Другие солдаты все поняли. И не сказав ни слова, стали прикрывать спину Кейна и охранять тело Уинтропа, пока они не пересекли порог шаттла.

— Выжившие спасены, — воскликнул один из спасателей, споткнувшись. — Закрыть двери. НЕМЕДЛЕННО.

Белла ощущала вибрацию под ногами при взлете шаттла, пока двери еще закрывались. Крики внизу затихли за ревом двигателей. Спокойное, методичное

жужжание корабля дезориентировало после такого хаоса. Белла ошеломленно обмякла и, прислонившись к металлической стене шаттла, осторожно балансировала на здоровой ноге.

Из тридцати пяти членов экипажа только она осталась в живых. Уинтроп мертв. Ева пропала без вести. Дрожь прошла по всему телу от всхлипывания. Затем Белла посмотрела на Кейна.

Он аккуратно передавал Уинтропа двум солдатам.

Ее сердце екнуло. Да, слишком много смертей, слишком много потеряно хороших жизней, но и произошло нечто прекрасное. Кейн смог сбежать живым с Драгаш-25.

По крайней мере, на данный момент.

От ее внимания не ускользнуло и то, что два солдата по-прежнему держали нацеленным оружие на него, их взгляды были настороженными.

— Опустите оружие, — настаивала Белла. — Это он спас вам жизнь. Без него ваши двигатели бы заглохли, и вы бы упали беззащитными к этим монстрам.

Человек с суровым лицом и волосами цвета соли и перца, в хрустящей униформе Совета, а так же с регалиями капитана, шагнул вперед.

— Это правда? — он задал вопрос Кейну.

— Я сумел создать из запчастей глушитель, чтобы нейтрализовать механизм, что сбивал другие шаттлы, сэр. — В его быстром, без излишеств, ответе легко было услышать солдата, которым Кейн всегда оставался.

— А вы кто такая, мэм? — спросил ее капитан, оценивающим взглядом ее рассматривая.

Белла потянула за подол, внезапно осознав, что на ней нет ничего, кроме большой старомодной рубашки Кейна. А не официальная униформа Совета.

Вложив в голос столько металла, сколько смогла, Белла отдала честь представителю Совета.

— Я кадет Уэст. Один из младших ученых под руководством доктора Уинтропа, — она произнесла его имя с дрожью в голосе, — приписана к исследовательской миссии на Драгаш-25. Когда наш шаттл разбился, Кейн спас мою жизнь. Он сделал то же самое и для других коллег.

— Значит, этот человек — заключенный, а не сотрудник миссии?

Белла обменялась быстрым взглядом с Кейном. Он хотел, чтобы она вышла из этой ситуации иначе, поэтому не давал ей ни малейшего намека.

— Совершенно верно, — согласилась Белла. — Но его первоначальный приговор был противозаконным сам по себе, и его усилия за последние две недели спасли не только мою жизнь, но и жизнь вашему экипажу.

Мучительные секунды бежали, пока капитан обдумывал ее слова. Наконец он кивнул, и его взгляд встретился с взглядом Кейна.

— Мы в долгу перед вами.

Белла глубоко вздохнула. Особенно, когда нацеленное на Кейна оружие опустили.

— Я бы хотел, чтобы кадета Уэст осмотрел врач, — указал Кейн, — а потом мы можем обсудить, что сделать со мной.

— Как насчет тебя? — эхом отозвалась Белла. — Безусловно, тебя тоже нужно осмотреть, Кейн. В тебя стреляли. Затем мы вернемся на космическую станцию, а… после на Землю и позаботимся, чтоб мир узнал, что ты сделал для нас сегодня.

— Не все сразу, — ответил капитан, он переводил взгляд с одного на другого, словно пытаясь установить истинную суть их отношений. — Вы оба выглядите изрядно потрепанными. Медики осмотрят обоих. Затем они покажут вам комнаты, где вы сможете помыться и отдохнуть. Но завтра утром, в восемь часов, я жду вас в своей каюте. Мне нужен полный отчет. Много людей будут задаваться вопросом, что, черт возьми, здесь произошло. Особенно, почему я возвращаю заключенного с Драгаш-25, как одного из выживших.

— Мы придем, — ответил Кейн и предостерегающе посмотрел на Беллу, чтобы она не проронила ни слова.

Капитан стал отступать в сторону, чтобы медики смогли выполнять свою работу. Но он вдруг остановился.

— На вашу миссию, кадет Уэст, возлагали большую надежду на будущее Земли. У вас есть хорошие новости?

— Да. — Это замечательное чувство, когда можешь дать такой ответ, и у нее вновь сдавило грудь от мысли, что не хватает здесь Уинтропа и Евы, чтобы ответить вместе с ней. — Наша миссия открыла реальную возможность сделать Землю вновь здоровой и пригодной для жизни. — Белла глубоко вздохнула. — Я обязательно проконтролирую, чтоб вся информация была передана командному Совету, как только буду уверена, что все улажено с Кейном.

Капитан поднял брови. Белла услышала, как Кейн произнес ее имя с предупреждающим рычанием. Ей было все равно. Он защищал ее и ее коллег, как только мог. Теперь настала ее очередь сделать то же самое для него.

Глава 24

Гул голосов в коридоре разбудил Беллу. Она села, ее сердце бешено колотилось, а взгляд скользил по блестящим металлическим стенам скудной корабельной каюты, по пустым койкам слева и справа от нее, по приглушенному искусственному освещению, которое никогда не выключалось полностью, и по ее чистой новой форме Совета.

Ей это не приснилось. Они с Кейном на самом деле выбрались с Драгаш-25 живыми.

Стараясь не задеть гипс на лодыжке, Белла неловко поднялась и захромала к двери. Медики привели ее порядок гораздо быстрее, чем Кейна. После душа и еды она легла на кровать и стала ждать его. Очевидно, она заснула.

То, что Кейн не пришел для того, чтобы разбудить Беллу, только еще больше ее встревожило.

Дверь скользнула в сторону под нажимом ее ладони. Кейн стоял посередине коридора, а по обе стороны от него стояли два охранника Совета. Очевидно, капитан не совсем уверен, что с ним делать. Охранники следовали и за ней тоже, но они оставили ее, как только привели в каюту. Кейн явно полон решимости остаться.

— Привет, — произнесла Белла, прислонившись к дверному косяку. Кейн принял душ и одел чью-то форму Совета, которая подчеркивала каждый дюйм широких плеч и длинных ног Кейна. Он выглядел прекрасно — и более отдалившимся от нее.

— Ты проснулась. — Кейн повернулся к Белле, оставив охранников напротив двери, его обычная изящная походка омрачалась хромотой. Медики отлично потрудились. Все его порезы и ушибы были обработаны, а лазерная рана перевязана.

Его взгляд прошелся по ней сверху донизу.

— Ты в порядке? Медики отказались сообщить мне о твоем состоянии.

Его слова помогли ей успокоиться.

— Я в порядке. Всего лишь сильное растяжение лодыжки. Белла протянула руку и стерла каплю воды, что упрямо цеплялась за его колючие волосы. Кейн резко втянул воздух, в его глазах отразился голод. Этот момент напомнил Белле то, как она впервые увидела его настоящего. Когда он окунулся первый раз в пещере и показал себя. Было замечательно думать о том, как сильно она хотела этого мужчину, который принадлежал ей. Не только для краткосрочной защиты, но и на всю жизнь, какую бы они ни решили выбрать. Кейн стал ее миром.

— Как ты? Как твоя нога?

— Просто царапина.

Белла не ожидала, что Кейн скажет что-то еще.

Между ними повисла тяжелая тишина.

Белла видела беспокойство в его глазах. Но и еще кое-что. Ту же настороженность, что и при их первой встречи.

Белла посмотрела на охранников. Они любезно хотели показать, что не подслушивают.

— Хочешь войти? — спросила она Кейна. Белле было все равно, что подумает капитан о том, где спит Кейн. Белла хотела, чтобы он был с ней.

Кейн замер, будто она его удивила.

— Наверное, не самая лучшая идея. Нам… нам наверное, стоит подождать какое-то время.

Было ли что-то более болезненное, чем когда парень пытается не причинять боль твоим чувствам? И все же Белла не собиралась бежать от правды. После Драгаш-25 она понимала, что справится с чем угодно.

— Подождать какое-то время? — препиралась Белла. — Если сейчас, когда мы возвращаемся на Землю, что-то изменилось и ты больше не хочешь быть со мной, просто скажи.

Белла не позволит ему вновь отдалиться — это слишком серьезно. В прошлый раз Кейн сказал, что сделал это, потому что боялся потерять ее, и впредь это оправдание не сработает. Она стояла здесь. Готовая прожить с ним остаток жизни. Если бы он протянул руку и прикоснулся к ней.

Кейн обхватил большими руками ее предплечья.

— Конечно, я хочу быть с тобой.

— Сэр? — настороженно произнес охранник. Второй в этот момент потянулся за оружием. — Какие-то проблемы?

Кейн напрягся, но не опустил руки.

— Нет никаких проблем, — пророкотал он сердито. — Дадите нам минуту?

Возможно, странно отчитываться перед другим после восьми лет, проведенных в полном одиночестве.

— Мы в порядке, — поддержала Кейна Белла, зная, что охранники должны услышать ее ответ. — Мы поговорим в моей комнате. Это будет менее неловко для всех.

Охранники обменялись неуверенными взглядами.

— Пожалуйста. Не имеет значения, стоите ли вы за пределами моей комнаты или его, — уговаривала Белла, — пока вы стоите на страже. — Она всю жизнь имела дело с протоколом Совета. И знала, как обойти его, когда это необходимо.

Ни один из охранников не выглядел особенно счастливым, но они не протестовали, когда Кейн прошел с ней через дверной проем, и дверь закрылась за ними со свистом.

Они молча смотрели друг на друга.

— Ты говоришь, что хочешь быть со мной, — произнесла наконец Белла, — тогда почему ты отстраняешься.

— Я не отстраняюсь. — Кейн выглядел расстроенным. — Просто… хочу дать тебе немного времени, чтобы убедиться, что я тот, кто тебе нужен. То, как отреагировали эти охранники… то, как люди смотрят на меня… так будет всегда, если ты останешься со мной. — Кейн покачал головой. — Сейчас мы не на Драгаш-25. У тебя есть выбор.

Ей следовало догадаться. Как раз это и получаешь, когда влюбляешься в настоящего героя.

Белла придвинулась ближе, прижавшись к нему всем телом и скользнула руками по его талии.

— Неважно, где именно во Вселенной мы находимся. Кейн, ты именно тот, кто мне нужен. Ты. Никто другой.

Кейн тяжело сглотнул. Даше не пошевелил руками.

— Если бы я был настоящим мужчиной, то между нами не было бы никакой сделки.

Его слова прозвучали подобно удару.

— Я не понимаю. — Белла не хотела, чтобы Кейн сожалел об их сделке. Быть с ним — это единственный хороший момент, который произошел после аварийной посадки на Драгаш-25.

— Увидел тебя. И тут же захотел. Потом овладел тобой. Я сказал себе, что это стезя Драгаш-25. И это неправильно.

Теперь Белла поняла. Вина съедала его. Кейн задавался вопросом, заслуживает ли он лучшего конца, чем одинокая смерть на Драгаш-25.

— Я тоже должна чувствовать себя виноватой? — спросила Белла, прижимая ладони к груди Кейна, и ровное биение его сердца успокаивало ее. — Я не знала тебя, но попросила рискнуть своей жизнью ради меня и моих коллег. Я совершила обмен, использовав твою доброту и твое одиночество. Я взяла и воспользовалась.

— Нет. — Кейн обхватил ее плечи руками. — Ты дала мне так много.

— Тогда мы квиты. — Белла впилась в глаза Кейна, желая, чтобы он смотрел на вещи ее глазами. — Это была честная сделка. Не считай себя плохим парнем, когда это не так. Это было нечто хорошее. Для нас двоих. Не жалей об этом, — произнесла она дрогнувшим голосом. — Пожалуйста.

Кейн твердой рукой взял ее за подбородок.

— Я никогда не жалел, что был с тобой. Когда бы то ни было.

Облегчение окатило Беллу.

— Я люблю тебя. — Белла больше ни секунды не могла держать это в себе. Ей нужно было сказать Кейну еще раз. И услышать, что он ей скажет в ответ. Сейчас. Когда они далеко от Драгаш-25 и все возможно.

Белла затаила дыхание.

Кейн прижался лбом к ее лбу, прищурив глаза мило и сексуально.

— Я никогда не думал, что скажу такое. Оказаться на Драгаш-25 — это лучшее, что случилось со мной, и каждый год из этих несчастных восьми лет того стоил, так как я встретил тебя. — Кейн обхватил лицо Беллы руками. — Ты для меня все, девушка-воин. Я готов умереть за тебя.

— Но ты тоже будешь жить для меня? Будешь ли ты сражаться с тем, что предстоит мне?

— Я же сказал тебе. Я люблю тебя. Все просто и ясно. Если ты хочешь быть со мной, я сделаю все, чтобы быть с тобой всегда.

— Я тоже.

Белла провела пальцем по шву ворота своей униформы, наслаждаясь тем, как темный пристальный взгляд Кейна задерживался на каждом дюйме медленно открывающейся кожи. Наслаждаясь этим чудом и желанием, он даже не пытался скрыть это.

— Возможно, впереди нас ждут некоторые трудности, но я верю в нас. Нет ничего настолько плохого, с чем мы уже не сталкивались на Драгаш-25. Вместе.

Кейн соединил свои ладони с ладонями Беллы, притянув ее ближе, кожа к коже.

— Где бы мы ни были, Белла, куда бы мы ни пошли, ты всегда будешь моим домом.

Белла не ожидала найти что-то настолько прекрасное или совершенное на Драгаш-25, но это так. Остались еще тысячи вопросов о будущем Земли, о судьбе Евы, о приговоре Кейна, но она знала, что они справятся с ними как можно лучше. Она и Кейн прошли испытание Драгаш-25, и они стали сильнее и лучше. Соединенные узами, которые никогда не разорвут.

Из семян разрушения и опасности выросло нечто чудесное.

Эпилог

— Белла! — Яростный рев сотряс стены барака.

Белла низко присела. Замерла на одном уровне.

У её укрытия промелькнула размытая фигура.

Белла прыгнула, ее ладони коснулись твердой, теплой плоти. На мгновение ее рука обхватила горло мужчины — лишь на мгновение. Но кулак сжал только воздух.

Проклятие. Он вывернулся.

Ругаясь, Белла размахивала руками над головой. Твердый пол приблизился слишком быстро.

Она зажмурилась, готовясь к удару, только для того чтобы не пострадать. Мощные руки притянули ее ближе, скручивая обе ее руки в воздухе. Вскрикнув, Белла приземлилась на твердое тело. Как обычно при падении, Кейн принял на себя основной удар.

— В этот раз я тебя почти сделала. — Быстро вздохнув, она уставилась в бездонные черные глаза, без которых не могла жить. Ее сердце трепетало так же, как всегда, когда она видела мужчину, а кожа начала медленно гореть. Спустя почти восемь месяцев Кейн все еще сводил ее с ума. Может, он и был одет в парадный мундир Совета, но никогда не терял той опасной дикости, которую имел со дня их встречи.

— Почти. — Кейн поднял великолепную голову и поцеловал ее в кончик носа. — Ты лучше справляешься.

— У меня был хороший учитель. — К тому же она практиковалась, как одержимая. Именно в этот момент. Ее взгляд упал на диск в его руке, трудно не заметить отличительную золотую печать Совета. — Это нам?

Диск изогнулся в его хватке.

— Я пока еще ничего не говорил.

Белла пожала плечами. Ее не пугал ни Кейн, ни его резкий тон. Теперь она знала причину его грубости. Историю мужчины. Его инстинкты. Его укоренившуюся необходимость защищать ее. И это лишь немногое из всего того, что Белла любила и ценила в этом мужчине. Но также знала, что он не позволит своим страхам одержать верх ни над кем из них. Они слишком доверяли друг другу, чтобы прошлое им помешало.

— Ева и так слишком долго ждала, пока мы придем и найдем ее. — Каждый раз сердце Беллы щемило от мыслей о своей пропавшей подруге, о том, как Ева думает, что ее бросили, в то время когда в реальности это не так. — Я знаю, что тебя так же, как и меня, тошнит от всех этих проволочек и оправданий командного Совета. Давно пора взять это на себя.

Белла не знала, в каком состоянии будет ее подруга, когда они найдут ее, но знала одно: Ева никогда не перестанет бороться за свою свободу. После общения с семьей подруги и ее женихом Белла лучше представляла источник силы Евы… и ее раны.

Кроме кроткой матери с печальными глазами и синяком на подбородке, Белла находила остальных родственников Евы высокомерными, презренными и жуткими до глубины души. Когда Кейн и Белла предложили свою помощь, то родственники Евы прямым текстом сказали, чтобы те не лезли не в свое дело. По тому, как они разговаривали — как будто Ева была вещью, которую нужно вернуть, — стало ясно, что они намерены вернуть ее, но возвращение домой не будет счастливым.

До встречи с ними Белла думала, что семьи Совета — счастливчики.

— Ева заслуживает свободы, которую всегда хотела. Она не получит свободу, если семья найдет ее раньше.

— Ты права. — Кейн опрокинул голову на пол. — Это в прошлом. Для нее. И для нас. Кроме того, даже тигос и пифилы не так опасны, как эти мудаки из Совета.

Шутки в тему. Кейн все чаще и чаще шутил.

Сердце Беллы гулко застучало.

— Так мы едем?

Кейн долго и громко вздохнул.

— Вероятно, ты будешь в гораздо большей безопасности, когда мы все же уберемся с этой планеты.

Он не ошибся. Благодаря недавним маневрам, она была не самым любимым человеком в командном Совете — и не только из-за Евы.

Живя в соответствии со своим прозвищем девушки-воина, Белла использовала закрытую информацию, которую дал ей Уинтроп о растущем шатком положении командного Совета, а также свои выводы о земле Драгаш-25, чтобы шантажировать Совет и заставить его помиловать Кейна. Это было не так-то просто. Члены Совета предпочитали защищать своих. Но когда они столкнулись с возможностью потерять информацию о потенциальных источниках пищи и воды, которые могли бы помочь им сохранить энергию, то довольно легко бросили одного из своих.

Конечно, на этом Белла не остановилась. Она также использовала эту информацию для борьбы за лучшую еду и жилье для всех людей, не входящих в Совет. Ничего революционного, но достаточно, чтобы все стало немного более справедливым. И существенно ослабив утвержденный протокол. Лишь немногие в Совете одобрили это.

Вот почему Кейн так беспокоился о репрессиях Совета. Он выдавал свою долю устрашающих взглядов во время обязательных заседаний Совета. И хотя он не говорил ей об этом, она знала, что он участвовал в нескольких физических «дискуссиях» в коридорах с недовольными членами Совета и их наемными помощниками. И все это ради ее безопасности.

— А ты когда-то думал, что Драгаш-25 — самое опасное место во вселенной, — поддразнила Белла.

Кейн фыркнул.

Обрадовавшись, Белла поцеловала в уголок его губ, увидев намек на улыбку. Это был хороший знак. Несмотря на проблемы с Советом, Кейн был счастлив. Они счастливы.

Хотя Кейн ворчал и протестовал о том, что Белла рискует собой ради него, но она могла сказать, что камень упал с души, как только он получил свое прощение. Воссоединение с большой семьей и друзьями также имело большое значение для исцеления старых ран. Но что действительно заставило его улыбнуться, это когда советник Хендрикс и его брат были признаны виновными в более чем пятнадцати убийствах. Они уже отбывали тройное пожизненное заключение, по иронии судьбы, в новой исправительной колонии, по слухам, еще более суровой, чем Драгаш-25. Для Гвен, наконец-то, восторжествовала справедливость.

Теперь еще одна женщина нуждалась в тех, кто будет бороться за нее.

— Нам разрешили взять шаттл, и он готовится к вылету. Материалы и питание доставлены.

Белла поцеловала его в губы.

— Совет явно хочет, чтобы я убралась с этой планеты как можно скорее.

На этот раз Кейн не рассмеялся. В его взгляде отразилась печаль.

— Хантер и Хлоя вряд ли будут счастливы. Они уже привыкли к тому, что ты рядом.

И Кейн тоже привык находиться рядом с ее братом и сестрой. После стольких лет одиночества ему явно нравилось быть частью большой семьи.

— Ты прочитал задание полностью? — спросила Белла.

На лице Кейна появилось застенчивое выражение.

— Только первый абзац, где говорится, что мы были оправданы, чтобы вернуться в воздушное пространство Драгаш-25, на поиски кадета Дэвис. После этого… я, эм… перестал читать и пошёл тебя искать.

Чтобы он мог наорать на нее за то, что она все ускоряет.

— Ну что ж, — произнесла Белла, радуясь, что сообщит ему хорошие новости, — ты будешь доволен. Хантер и Хлоя тоже получили разрешение лететь. — В восемнадцать лет Хантер был почти такого же роста, что и Кейн, а благодаря доступу к лучшему питанию, он, наконец-то, начал терять изможденный вид, который всегда беспокоил Беллу. Хлоя также выглядела более здоровой, чем когда-либо, ее расцветающая красота притягивала все больше взглядов. Как старшая сестра, Белла беспокоилась о том, чтобы снова оставить их, но благодаря их обучению пилотированию и астрофизике, ей не придется этого делать.

В душе росло удовлетворение. Ее семья. Все вместе. Все здоровы. После стольких лет борьбы. Белла была очень благодарна судьбе.

Конечно, Белла не дура. Она жила на Драгаш-25 и понимала, что возвращение сопряжено с риском. Но у нее не было выбора. Ее подруга нуждалась в ней. Кроме того, влачение жалкого существования на Земле под строгим правлением Совета уже не имело той привлекательности. Не тогда, когда она познала, что жизнь может предложить гораздо большее.

Но на этот раз они вернутся на планету, погруженную в борьбу. Выслушав доклад Беллы об оазисе и показания Кейна относительно 225-го и его своры, Совет объявил войну. Сотни солдат отправились на Драгаш-25, слишком много, чтобы глушители 225-го могли повлиять на них. Тысячи заключенных были убиты, но все еще существовали значительные очаги сопротивления, и 225-го и его свору еще не поймали и не убили. Драгаш-25 оставался опасным, беззаконным местом.

Словно прочитав ее мысли, Кейн провел пальцем по ее лбу, разглаживая морщинки от беспокойства.

— Не волнуйся, я не допущу, чтобы что-то случилось с тобой или твоими братом и сестрой, и мы найдем твою подругу. Чего бы это ни стоило.

Вновь успокоившись, Белла обвила руками его широкую грудь.

— Я тоже не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. — Она крепко и быстро поцеловала его в губы. — У нас будет все прекрасно.

— Вместе, — прорычал Кейн.

Любовь и надежда переполняли Беллу. Конечно, будущее неизвестно, и перед ней еще стояли сложные задачи, но рядом с Кейном она знала, что сможет справиться с чем угодно. Вместе где угодно они могут найти удовольствие, радость и красоту. Это то, что любовь сделала возможным даже на Драгаш-25.

Content

Эймс Элисон В ловушке

Элисон Эймс В ловушке