МакДональд Донна

Маркус 582

«Маркус — 582»

Серия: «Киборги: Измененное Человечество — 3»

Донна МакДональд

◈ Автор: Донна МакДональд

◈ Книга: «Маркус — 582»

◈ Серия: «Киборги: Измененное Человечество — 3»

◈ Главы: 19 глав

◈ Переводчик: Panther Lily

◈ Редактор: Иришка К.

◈ Вычитка: Настёна К.

◈ Обложка: Wolf A.

Переведено для группы «Золочевская Ирина и её ДРУЗЬЯ»

Внимание!

Текст переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Создатели перевода не несут ответственности за его распространение в сети. Любое коммерческое или иное использование, кроме ознакомительного чтения, запрещено.

Приятного прочтения!

Глава 1

Маркус шел, опустив голову, чтобы избежать любопытных взглядов прохожих на пешеходной дорожке, которых часто привлекали его тату. Дело не в том, что он боялся осуждения за татуировки, он просто не хотел создавать неловкую ситуацию, встречаясь с ними взглядами. Он ненавидел, когда люди замечали его поношенную одежду, но она закрывала то, что нужно было прикрыть, и позволяла ему сливаться с толпой.

Эрик сказал бы, что после реставрации над его социальными навыками нужно поработать… и его друг, вероятно, был бы прав. Он почувствовал облегчение, когда наконец вошел в многоквартирный дом Рэйчел, который находился практически по соседству с «Нортон Индастриз». Теперь он мог вообще перестать обо всем этом думать.

Несмотря на то, что он посещал это место ежедневно, едва разумный бот с искусственным интеллектом, сидевший за стойкой регистрации, всегда относился к нему так, как будто он никогда не видел его раньше. Трудно было поверить, что в устройстве не было достаточно памяти для записи и сохранения изображений для распознавания арендаторов. У «Нортон», вероятно, была какая-то извращенная причина запрограммировать охранника на стойке регистрации обращаться со всеми как с незнакомцами, но их логику он определенно не понимал. Он просто боялся видеть страдание на лице Рэйчел каждый раз, когда плохо запрограммированный бот заставлял ее чувствовать себя чужой в собственном доме.

Через семь месяцев Маркус хорошо знал процедуру входа, но ждал, пока программа бота не сработает настолько, чтобы подсказать дорогу. Если двигаться слишком быстро, бот путался и проявлял то, что легко могло бы сойти за человеческую тревогу. Впрочем, сегодня утром у него не было настроения задерживаться в вестибюле, пока бот-охранник медленно просматривал все свои вторичные коды, чтобы найти лучший способ справиться с его спешкой. У него может возникнуть соблазн придушить этот отстойный агрегат, возможно тогда у «Нортон» не останется иного выбора, кроме как его заменить.

Не то чтобы он думал, что один бот с искусственным интеллектом намного лучше другого. По его мнению, у всех ИИ была какая-то проблема с процессором. Все они доводили его ограниченное терпение до предела, что было человеческой чертой, которую он считал дефектом.

Наблюдение за тем, как почти некомпетентный бот пытается выполнить простейшую программу, всегда заставляло Маркуса задаваться вопросом, был ли и он таким до своего восстановления. У него были все воспоминания о контрактах в качестве кибермужа, но не было чувств, по которым можно было бы судить, был ли он скорее машиной, чем человеком. Одна жена по контракту дала ему плохую оценку. Другая, оценила его высоко. Бесстрастные данные были бесполезны для ответа на его реальные вопросы…, например, почему этой программе вообще было позволено осуществиться.

Маркус старался успокоиться и сказал себе, что этим утром стоит набраться терпения, чтобы больше не заставлять его разум беспокоиться о тривиальных вещах. Чрезмерный анализ своего раздражения по поводу бота истощил то, что он считал своим «человеческим мышлением». Впрочем, доктор Уинтерс сказала, что он «беспокойный» от природы. Но независимо от точности, такое описание ему все равно не нравилось.

— Положите руку с идентификатором на сканер, — приказал бот.

Жесткий механический голос устройства раздражал его кибернетические уши… и человеческие нервы… но Маркус подчинился без жалоб и комментариев.

— Ваша личность… подтверждена… Маркус 582. Вам разрешено… войти… в эту резиденцию. Укажите свой точный… пункт назначения. Я сообщу… жителю.

— Рэйчел Логан. Резиденция 37.

Он наблюдал, как устройство несколько раз мигнуло, когда уведомление было отправлено по беспроводной сети.

— Житель… согласился… на ваш вход. Вы можете войти… Маркус 582. Медленно пройдите через… сканер.

Маркус прошел через элегантно выглядящую арку, которая безуспешно пыталась скрыть свое истинное назначение. Он проигнорировал мигающие по краям желтые предупредительные огни, так же, как и бот-охранник. Доктор Уинтерс позаботилась о том, чтобы его идентификационная информация полностью обосновывала его кибернетические усовершенствования. Фактически, роботы-охранники с искусственным интеллектом… даже те, что были лучше запрограммированы… больше не обращали на него никакого внимания. То, чем он был на самом деле, теперь соответствовало данным о нем в Объединенной Коалиции Наций (ОКН).

Однако в течение короткого периода времени, вскоре после того, как его восстановили, у него были серьезные проблемы с охранниками в таких местах, как банк. Впрочем, его очень большой депозит от ОКН побудил их вручную внести изменения в свои идентификационные данные о нем. Даже школа его детей в конечном итоге приспособилась к его присутствию, но Маркус знал, что дело скорее в телефонном звонке, который сделал Пейтон после того, как Эрик сообщил ему о проблеме.

После того, как он прошел сканер, металлический голос подтвердил разрешение фальшивыми добрыми пожеланиями.

— Счастливого дня, Маркус 582.

Когда Маркус подошел к лифту и вошел внутрь, он покачал головой, услышав банальность, которую, как он чертовски хорошо знал, бот был не способен понять.

— Тридцатый этаж, — хрипло приказал он, раздраженный, как тем, что его это заботило, так и плохой охраной здания.

Двери тихо закрылись как раз перед тем, как лифт начал бесшумно подниматься.

***

Рэйчел вздохнула, когда система мониторинга сообщила, что Маркус 582 находится за ее дверью. Она задавалась вопросом, ненавидит ли он слышать, как система идентификации дома называет его имя и номер киборга так же сильно, как и она.

Ее отвращение ко всем подобным вещам значительно возросло после того, как доктор Уинтерс обнаружила, что ее мучитель также пометил ее номером во всех официальных базах данных. Всякий раз, когда боты или сканеры объявляли об ее кибернетической регистрации, она тихо кричала в своей голове, чтобы этого не слышать.

Черт возьми, она была Рэйчел Логан. Наличие схем в голове не изменило ее гены, принадлежавшие человеческому существу.

— Я не киборг, — сказала она вслух, нарушив молчание, которое до прошлой недели было для нее тюрьмой.

Как только она это произнесла, Рейчел осознала иронию своего голосового бунта. Она наклонила голову, пока ее подбородок не коснулся груди… раздражающая привычка, которую она приобрела после своего обращения.

Хотя ее фиктивный файл кибержены был удален из публичных источников, ничто не могло полностью стереть воспоминания о том, что она перенесла от рук доктора Брэдли Смита, который… помимо прочего… лишил ее способности говорить. Она прошла курс терапии, чтобы забыть о двухмесячном насилии с его стороны. Во время этого она быстро отказалась от попыток записать все злые мысли, которые у нее были об этом человеке. Ее негодование было слишком велико, чтобы его можно было выразить словами.

Лучше всего ей помогла доктор Уинтерс, позволившая ей работать вместе с кибернетически, а также поведенчески модифицированной версией человека, который изменил ее без ее разрешения. Кира Уинтерс сделала с Брэдли Смитом именно то, что он намеревался сделать с как можно большим количеством людей. И доктор Уинтерс сделала с ним даже больше, чем этот кибернетик- извращенец сделал с ней.

Киборг Брэд смотрел на нее каждый день, вообще не узнавая. И это позволило ей притвориться, что из-за него с ней не случилось ничего серьезного. Кто бы ни сказал, что жизнь в отрицании — это плохо, он, очевидно, никогда не превращался в киборга против своей воли.

Когда она пошла открыть дверь своей квартиры, Рэйчел протянула руку и несколько раз нажала крошечную кнопку, чтобы увеличить громкость небольшого устройства, которое доктор Уинтерс установила ей в горло. Прежде чем ее установить, они консультировались со многими специалистами, но никто не смог найти физический переключатель, позволяющий снова включить ее голосовые связки. Не желая заменять их без необходимости, на случай, если однажды они найдут способ восстановить ее естественную речь, следующим лучшим решением было подключить к ней резонансный имплантат, который подчинялся ее голосовому аппарату. Было большим облегчением наконец-то иметь возможность разговаривать с людьми, даже если за разговоры пришлось заплатить болезненную цену.

Она одновременно открыла дверь и рот.

— Привет… Маркус. Я… готова… идти.

Рэйчел поняла, что звук ее компьютеризированного женского голоса потряс его, но Маркус быстро пришел в себя. Если бы она не видела его пять дней в неделю в течение последних семи месяцев, она, возможно, не заметила бы мелькнувшего на его лице удивления. Этот человек все время был настолько сдержанным, что ей часто приходилось напоминать себе, что Маркус вовсе не был стоиком, когда его только восстановили.

Когда она впервые увидела Маркуса, мужчина постоянно плакал и учитывая все, что он перенес и пережил, на это были веские причины. Как и все первые триста сорок два киберсолдата, Маркус потерял десятилетие своей жизни, живя в трансе, вызванном процессором искусственного интеллекта. Ей повезло, что Брэдли Смит не лишил ее возможности осознавать течение времени.

Она была рада прогрессу, достигнутому Маркусом с тех пор, как его восстановили, но не могла сказать, что воссоединение со своей человеческой стороной сделало этого человека более довольным своей жизнью. В последние несколько месяцев он разыскал свою прежнюю семью, но не получил теплого приема. Постепенно он вернул привязанность своих детей. Однако ему пришлось признать безвозвратную потерю жены, которая почти десять лет назад нашла другого мужчину. Судя по всему, его бывшая жена списала Маркуса со счетов во время войны и снова вышла замуж, как только он вступил в программу «Кибермуж».

Судя по историям, которые она слышала, работая на доктора Уинтерс, реинтеграция киборгов в общество происходила таким же образом для большинства восстанавливаемых солдат. По их мнению, они только что вернулись с войны, но все их семьи продолжили жить дальше за десятилетие, прошедшее без них.

— Эй… послушай себя. Ты наконец-то заговорила, — заявил Маркус, придавая своему голосу энтузиазм. Трудно было скрыть, как он был недоволен тем, что Рэйчел так напоминала устаревшего бота с ИИ дежурившего внизу.

Рэйчел фыркнула на комментарий Маркуса, легко прочитав его потрясенное выражение лица.

— Я знаю… я говорю, как… бот читающий объявления… на авиатранспортной… станции.

Наградой за ее признание стала искренняя улыбка. Это было немного, но она восприняла бы это как положительное доказательство того, что его юмор спасет ее от допроса. Когда выражение его восторга сменилось искренним беспокойством, она подавила вздох. Маркусу не следует о ней волноваться. У него было достаточно своих проблем, с которыми нужно было разобраться.

— Тебе не обязательно было это от меня скрывать. Теперь я знаю, почему ты носишь все эти шарфы. Тебе больно говорить? — он спросил.

Рэйчел игнорировала его в течение минуты, чтобы закончить надевать солнцезащитную куртку. Его тихий вопрос был вдумчивым, как и многие другие, которые Маркус время от времени ей задавал.

— Больно только … когда я смеюсь, — наконец ответила она. Он продолжил пристально на нее смотреть, и Рэйчел неохотно отказалась от попыток относиться к этому беззаботно. Маркус все равно мог определить, когда она пытается врать, и всегда ей об этом говорил.

— От вибрации… у меня… болит горло … но это лучше… чем набирать… каждое слово… на коммуникаторе. Нужно… быть более… краткой. — Она улыбнулась, когда Маркус тяжело вздохнул. — Хорошо… я… никогда не была… болтушкой.

Наконец она улыбнулась, накинув на плечи рюкзак, одобренный «Нортон Индастриз». Хотя официально Маркусу больше не поручали следить за ее деятельностью, он все равно приходил каждое утро провожать ее на работу и каждый вечер домой. Он делал это, хотя «Нортон» находилась всего в двух домах от того места, где она сейчас жила.

Независимо от того, что она сообщала ему с помощью набора текста или языка тела, онаРэйчел не могла отговорить его от того, чтобы быть ее личным провожатым. Теперь, по крайней мере, она могла спорить об этом устно. Она открыла рот, тщательно обдумывая, как выразить это как можно меньшим количеством слов.

— Рэйчел, не заставляй свое горло болеть из-за споров. Это будет просто тратой твоей энергии. Защищать тебя сейчас моя единственная работа. И я намерен продолжать это делать.

Удивившись его твердо выраженным заявлением, Рэйчел закрыла рот и тут же вернулась к выражению себя языком тела. Она громко вздохнула, кивнула, а затем пожала плечами.

У нее не было другого выбора, кроме как позволить ему следовать за ней, когда она открыла дверь и вышла в холл. Или был? Возможно, она просто не была достаточно уверенна в себе с этим настойчивым мужчиной.

Решив, что она сдалась слишком быстро, Рэйчел повернулась, чтобы сделать еще одну попытку. Маркус был занят, придерживая за ними дверь. Он настоял на этом, и она научилась позволять ему это делать.

Она беззвучно повернулась и заметила, что Маркус разглядывает ее голые ноги под коротким платьем с пышной юбкой, которое она надела. Ее сердцебиение участилось… что ее удивило. Она не могла решить, было ли это беспокойство по поводу его мужского интереса или волнение от желания снова почувствовать себя нормальной женщиной.

Ей нужно было время, чтобы обдумать свою реакцию, и Рэйчел решила, что лучше притвориться, что не заметила. Вместо этого она опустила подбородок и направилась к лифту, быстро преодолевая короткое расстояние ногами в ботинках. Конечно, длинные ноги Маркуса почти сразу же привели его к ней.

Замкнутое пространство лифта сжалось, когда она осознала, что он потенциально заинтересованный мужчина. Ей очень хотелось повернуться и встретиться взглядом с Маркусом… может быть, увидеть, что таилось в глубине его серо-голубых глаз… но почему ее вдруг заинтересовали его мысли? Еще пару месяцев назад Маркус был ее тюремщиком. Его ежедневное присутствие все еще заставляло ее чувствовать себя наказанной за то, что она стала жертвой какого-то сумасшедшего кибернетика. Недовольство тем, что он постоянно находился рядом, задержалось в ней, как раздражающая заноза, застрявшая под ногтем.

И почему ее должны волновать мысли человека, который был ярким примером того, чем она боялась стать от рук такого человека, как Брэдли Смит? Она по-прежнему не полностью доверяла доктору Уинтерс, хотя и проработала у этой женщины несколько месяцев. Как она могла найти себе покой? Женщина зарабатывала на жизнь создавая киборгов. Только Богиня знала, что Кира Уинтерс могла с ней сделать. Возможно, что-то гораздо хуже, чем то, что замышлял Злой Брэд.

Ей стало не по себе, когда она почувствовала, как Маркус украдкой смотрит на ее лицо. Она скрыла свою нервозность первой дурацкой мыслью, пришедшей в ее запутанный мозг.

— Потратила… слишком много… времени этим… утром. Ненавижу… опаздывать, — сказала она вслух.

Хотя она всего лишь пыталась заполнить тишину, Маркус воспринял ее комментарий как проблему. Ей следовало быть осторожней.

— Расслабься, Рэйчел. Ты не опоздаешь. Нам понадобится всего четыре целых семь десятых минуты, чтобы дойти до здания. Пройти сканер занимает в среднем одну минуту и двенадцать секунд. Ты прибудешь в лабораторию доктора Уинтерс за десять минут тридцать пять секунд до назначенного срока. Ты не опоздаешь.

Рэйчел закатила глаза, услышав столько точных данных. Следующий парень в ее жизни определенно не будет киборгом, даже один из самых милых из числа восстановленных. Если… нет… когда она снова начнет встречаться, мужчина, которого она выберет, будет обычным человеком, чей мозг не будет функционировать как станция связи. Она больше не будет встречаться с кибернетиками. Больше никаких заядлых геймеров. Определенно никаких симпатичных чудаков со скрытыми злыми намерениями. И никаких бывших киберсолдат. Нет… просто нет. Ее либидо придется смириться с этим, какими бы привлекательными ни были для нее такие парни, как Маркус.

Она взглянула на его зад, следуя за ним из лифта. Его походка была уверенной и дело было не только в том, что он был мужчиной, а не мальчиком. Но его задница… даже в ужасных джинсах, которые он обычно носил… как она выяснила, была для нее воплощением сексуальных мечтаний.

Были веские причины, по которым Рэйчел решила в колледже изучать искусство и гуманитарные науки … решение было принято задолго до того, как ее похитили. Теперь, когда она не могла петь, и возможно уже никогда не сможет, ей придется выбрать другую карьеру. В двадцать шесть лет она уже была старшей студенткой. Ей будет за тридцать, прежде чем ее образование будет завершено.

Жаль, что она не пошла в какую-нибудь медицинскую сферу. В наши дни этот карьерный путь был полон возможностей. Но каждый раз, когда она заходила в «Нортон», она могла думать только о том, что это не более чем гигантское здание, полное печальных ситуаций.

Пока она была занята обдумыванием своих быстро приходящих прозрений, они с Маркусом, как обычно молча, шли к «Нортон». Она не могла перестать думать о Маркусе, смотрящем на ее ноги, и о том, что это может означать. Она также не могла избавиться от осознания того, что это было всего лишь еще одно типичное, скучное утро в монотонной жизни, которую она не хотела. Ей нужны были перемены…, и они у нее будут. Как и у любого другого человека на планете, в ее жизни были проблемы и испытания, но только она могла действительно что-то с ними поделать.

— Доброе утро, Рэйчел Логан. Пожалуйста, положите руку с удостоверением на сканер.

Рэйчел машинально улыбнулась в ответ на вежливую просьбу, притворившись, как всегда, что охранник был человеком. Задавший вопрос ИИ-бот был версией с самосознанием, который, в отличие от бота в ее многоквартирном доме, всегда узнавал ее визуально.

Он также называл ее настоящим именем, по крайней мере, пока она не прошла через сканер. Когда встроенный идентификационный чип окрасил арку сканера в зеленый цвет, она быстро вышла, чтобы избежать повторения охранником заявления о допуске, предусмотренного ОКН. Если она будет достаточно быстрой, он пропустит это и просто пожелает ей счастливого дня. Сегодня ей действительно не помешало бы везение.

Ее тревога за Маркуса раздражала Рэйчел. Ей не нравилось, что он все время вьется вокруг нее. Он не хотел слушать ее жалобы. Тогда почему ее волновали его чувства?

Ее стремление к самосохранению всегда было сильным, и именно поэтому она выжила, когда в течение двух месяцев ее использовали в качестве сексуальной рабыни, домработницы и лакея в научной лаборатории. Этим утром она не могла побороть желание быть откровенно непослушной, особенно если это означало шанс на жизнь, в которой она, наконец, сможет контролировать ситуацию.

Остановившись посередине сканера, она повернулась к Маркусу и спокойно солгала, используя для этого свой новый дребезжащий механизированный голос.

— Не… приходи… проводить меня домой. — Она остановилась, чтобы нервно вздохнуть. — У меня… свидание… со… старым… другом… по колледжу. Он… проводит меня… домой.

Она быстро отвернулась, чтобы закончить сканирование, но не пропустила вспышку разочарования в глазах Маркуса. Отказываясь поверить, что она сокрушила какую-то человеческую его часть своей новостью, Рэйчел вызывающе уставилась на ИИ-бота… который, казалось, был озадачен ее необычными действиями больше, чем шокированный ее словами киборг с открытым ртом.

— Вам разрешен вход в здание Рэйчел 235. Пожалуйста, пройдите через сканер.

Услышав, как к ней обращаются ненавистным прозвищем киборга, она подняла подбородок и пошла вперед, не оглядываясь назад. Сканирующая система могла идентифицировать ее, как бы ей ни хотелось, но она никогда не будет думать о себе как о киборге.

***

— У меня свидание.

Маркус повторил заявление Рэйчел вслух, чтобы проверить, звучат ли слова более правдоподобно, когда он их произносит. Все, что делала женщина, это ходила на работу в «Нортон» и возвращалась домой. Как ей удалось назначить свидание так, чтобы он об этом не узнал? Рэйчел встречалась с друзьями и развлекалась, еще в меньшей степени чем он… если только к ней не приставал кто-то из «Нортон».

Когда он официально следил за ней в интересах доктора Уинтерс, он поручил Эрику установить скрытое наблюдение за ее жилым помещением. Когда ситуация изменилась, он оставил оборудование для наблюдения на месте. Он сделал это по сложным и нелогичным причинам, по общему признанию основанным на неуместном интересе, с которым становилось все труднее и труднее бороться. Его рассуждения… хотя они и оставались в его голове расплывчатыми… теперь вызывали у него ощущение тошноты.

В то время, когда он принял решение продолжать следить за Рэйчел, у него было достаточно проблем в жизни. Он тогда работал и продолжает работать, над тем, чтобы дети его не боялись. К счастью, их отчим оказался порядочным человеком, который помог ему вернуться в их жизнь.

Ему также потребовалось больше времени, чем он ожидал, чтобы полностью признать, что потерял жену. Она вообще не хотела, чтобы он делал улучшения киберсолдата. Они часто и ожесточенно спорили из-за его решения задолго до его фактического обращения, но он не хотел отправлять свое воинское подразделение без него. В конце концов, он продолжил без ее согласия.

Ему пришлось принять потерю единственных настоящих супружеских отношений. Но это причиняло ему сильную боль и превратилось в боль, которая вызывала слезы в течение многих бессонных ночей. Эта потеря наглядно показала, сколько иллюзий стояло за тем, что помогало ему оставаться в здравом уме во время войны.

За последние семь месяцев ему пришлось отбросить еще много идей. Жизнь, которую он вел до улучшений, не была похожа на жизнь, которую он вел сейчас. Война разрушила его настоящий брак, и у него не было шансов исправить ситуацию после участия в программе «Кибермуж». Неверность была изменой матери его детей, независимо от того, по обоюдному согласию с его стороны или нет. Она подала все документы на развод с ним и вышла замуж за другого вскоре после окончания войны. Возможно, это произошло даже до того, как его назначили к его первой жене по контракту. Он избегал смотреть на даты.

Логически, Маркус не мог винить свою бывшую за то, что она ушла, но реальность того, что он никогда больше не будет со своей семьей, все еще было на удивление трудно принять. В отличие от воспоминаний о четырех женщинах, купивших его… воспоминаний, которые он сознательно отправил в хранилище данных… многие замечательные годы его брака до войны навсегда сохранились в его человеческих воспоминаниях.

Сегодня казалось, что он потеряет еще одну женщину. Заявление Рэйчел о свидании означало, что ему потребовалось слишком много времени, чтобы принять решение о том, как поступить со своим растущим к ней влечением. Назвав свой затяжной шок самым убедительным доказательством того, что он правильно расслышал ее слова, он признал, что все поступающие данные указывают только на один вывод. Он оставался в жизни Рэйчел Логан дольше, чем следовало, и теперь ему предстояло страдать, наблюдая, как она уходит к другим мужчинам. Маркус объяснил свое бездействие тем, что он ожидал признака того, что она исцеляется от жестокого обращения Брэдом.

Эрик постоянно стоял над душой из-за того, что он бездействовал, но он так и не придумал, как подойти к Рэйчел и предложить встречаться. Она была намного моложе его и гораздо менее измотана жизнью. К тому же, она ненавидела его за то, что он киборг сильнее, чем его жена. Черт, он был почти на сто процентов уверен, что Рэйчел до сих пор не смирилась с тем фактом, что она сама киборг. Возможно, ее процессору не хватало логической схемы такого уровня. Он понятия не имел, что происходит в ее человеческом разуме или ее кибернетических компонентах. В любом случае никто из ее окружения никогда не заподозрит, что Брэд с ней сделал. Все, что они когда-либо увидят, это короткую юбку, длинные ноги и…черт. Ему нужно было перестать думать о том, как эти ноги обвивают его. Ему не нужны были такие пытки.

Вернув себе способность говорить, Рэйчел, конечно же, не стала терять времени и сказала ему, чтобы он исчез. Но ее заявление о свидании все равно его раздражало. Когда ей удалось установить необходимый социальный контакт с другими мужчинами, который привел бы к свиданию? Было совершенно нелогично зацикливаться на том, что она это сделала, но он будет мучиться, пока не узнает, как это произошло.

Рэйчел была травмирована худшим из кибер-гиков. Теперь женщина ненавидела большинство технологий и отказывалась носить с собой портативный компьютер. Как, черт возьми, этот парень с ней связался, если у нее не было устройства? Даже родители не могли этого сделать.

Был только один вывод, который имел хоть какой-то смысл: она лгала. Однако, он не мог смириться с мыслью, что Рэйчел так отчаянно пытается от него избавиться.

Должно быть ее заявление было реакцией на сегодняшнее утро. Он оплошал и позволил ей поймать себя на том, как он рассматривает ее ноги в этой чертовой короткой юбке. Было невозможно не таращить глаза, как влюбившийся мальчишка. Наверное, ему следовало бы чувствовать себя виноватым из-за дискомфорта, который он сразу в ней почувствовал… но он не чувствовал.

Часть его хотела, чтобы она знала… ему хотелось посмотреть, как она на него отреагирует. Если только его сенсоры не работали со сбоями, Рэйчел нравилось его мужское внимание. Либо так, либо ее повышенная реакция была вызвана тем, что он был единственным мужчиной, которого она видела регулярно. Его кибернетика изо всех сил пыталась проанализировать ситуацию, но догадки о чувствах — это не то же самое, что достоверные данные, подтвержденные действиями. Если только она не бросится в его объятия и не потребует поцеловать, Маркус не знал, как, черт возьми, он узнает, что чувства взаимны.

Тихо застонав от разочарования, Маркус посмотрел на арку сканера, за которой исчезла Рэйчел. Его киборгская сторона указала, что у него есть разрешение следовать за ней до ее рабочего места и потребовать объяснений, но его человеческая сторона склонялась к тому, чтобы оставить все как есть немного дольше. Он не хотел бы, чтобы Рэйчел на него разгневалась.

Когда бот-охранник обратился к ней по зарегистрированному имени киборга, Рэйчел выглядела готовой сломать дружелюбного и компетентного бота. Интересно, что бы она с ним сделала, если бы он ее выследил и потребовал, чтобы она с ним встречалась?

Размышление о ее возможной реакции на такую конфронтацию заставило его процессор послать в мозг мигающие огни. Если их будет слишком много, то это приведет к головной боли. Вздохнув, Маркус провел рукой по лицу, его человеческая сторона полностью взяла верх и чисто мужское сексуальное разочарование охватило каждую клетку его малоиспользуемого тела.

Как и все киборги, он ненавидел внутренние конфликты. По правде говоря, у него не было ни минуты покоя с тех пор, как он снова смог соприкоснуться со своими эмоциями.

Учитывая перспективу увидеть, как Рэйчел встречается с другими мужчинами, он не ждал, что его ситуация улучшится в ближайшее время.

Глава 2

Сита оторвала голову от своего отчета. Обычно данные записывала ее ассистент, но Рэйчел даже не осталась в комнате, пока она устраняла неполадки в руке их последнего пациента.

— Рэйчел, прекрати то, что делаешь, и поговори со мной. С тех пор, как ты пришла сюда сегодня утром, ты топала по лаборатории и стучала инструментами по каждой поверхности. Я думаю, ты напугала красивого лейтенанта, который только что ушел. Досадно… пока ты топала он все время смотрел на твою задницу. Он даже не взглянул на мою значительно улучшенную попу.

Рэйчел остановилась и потерла лоб.

— Я… не… топаю…. И я… никогда бы… не стала встречаться с… киборгом.

— О, чёрт, детка. Когда началось заикание? Вчера ты прекрасно разговаривала. Дай мне посмотреть, что происходит, — потребовала Сита, направляясь к своему помощнику. Она несколько раз корректировала резонансный протез. Он почему-то не синхронизировался с процессором Рэйчел. Ей еще предстоит выяснить причину.

Рэйчел подняла руку.

— Нет… больше никаких… исправлений…

Сита затормозила, фыркнула и уперла руки в бедра.

— Мы не оставим тебя в таком состоянии. Не ставь пока на мне крест. Я собираюсь выяснить в чем дело.

— Никто… не может… меня исправить. — Рэйчел покачала головой, сильно злясь из-за того, что слова звучали не так, как ей хотелось.

Подойдя к двери, Рэйчел широко открыла ее и чуть не сбила с ног Киру Уинтерс, входящую в их зону. Она взглянула на печально известного кибернетика, которая уже исправила более сотни киберсолдат, но не смогла исправить ее.

Рэйчел, нуждаясь во времени и расстоянии, чтобы справиться со своими эмоциями, выбежала из комнаты в коридор. Она услышала, как Сита зовет ее по имени, но не обернулась.

***

Кира повернула голову в сторону теперь закрытой двери.

— Я чему-то помешала?

Сита вздохнула, пожала плечами, а затем рассмеялась.

— Нет. Ничего серьезного. Рэйчел была в ярости с тех пор, как пришла сюда сегодня утром. Я пыталась понять, почему, когда ты к нам пришла. Ее резонансный имплант по-прежнему неисправен… и становится все хуже.

Кира вздохнула.

— Я подозревала, что так и произойдет. Он не будет синхронизироваться с ее процессором.

Сита энергично кивнула.

— Знаю. Но она расстроена моими попытками подправить его. Я так понимаю, ты все еще пытаешься найти окончательное решение?

Кира повернула голову и уставилась в точку на полу.

— На самом деле, я разобралась, но Рэйчел не хочет даже слышать о таком решении. Она все время избегает разговора на эту тему.

Взгляд Ситы остановился на ее боссе.

— Так… ты полностью завладела моим вниманием. Каково реальное решение?

— Установка обновленного процессора, — категорически заявила Кира. — Та модель, которую использовал Брэд, была взломанной. Вероятно, он не хотел рисковать, чтобы его заклеймили как корпоративного вора, поэтому он использовал незарегистрированный прототип. Хуже того, он добавил кое-что свое. Например, беспроводной пульт дистанционного управления, чтобы активировать ее болевой контроллер на умеренных расстояниях. Насколько я могу судить, успех Брэда в том, чтобы заставить Рэйчел замолчать, на самом деле был случайностью, какую бы заслугу он себе не приписывал. Я не говорю, что новый процессор исправит ее голос без какой-то тонкой калибровки. Но тот, который у нее есть, делает ее более дефектной, чем любого киборга, которых мы восстанавливаем.

Сита вздохнула.

— Новый процессор потребует некоторой переустановки проводки и использования других чипов. Рэйчел никогда не станет киборгом в еще большей степени. Она не хочет быть похожей на ребят, над которыми мы работаем.

Кира фыркнула.

— Ну, она никогда и не будет, это можно гарантировать. Каким бы гениальным злодеем ни был доктор Смит, его работа над Рэйчел, похоже, была уникальной и в некоторой степени, неповторимой. Брэд всегда экспериментировал с устройствами и технологиями. В случае с Рэйчел он применил свою любовь поковыряться в механизмах к реальному человеку. Неро нашел его записи. Практически все, что ему удалось с ней сделать, было чистым везением.

— Хочешь сказать, что ее кибернетические проблемы происходят потому, что она счастливая случайность? — заявила Сита, разочарованно потирая лицо рукой.

— Да, но она все еще по большей части человек с недостатками. Я думаю, она предпочла бы быть такой, чем исправленным, нормально говорящим киборгом. Вот почему я ничего не сказала. Меня беспокоит больше, чем ее проблемы с речью то, что ее уникальный процессор в конечном итоге выйдет из строя настолько сильно, что вызовет и другие проблемы. В таком случае все, что мы сможем сделать, это установить новый. Надеюсь, она примет решение, прежде чем нам придется решать за нее.

Сита закусила полную нижнюю губу и неохотно кивнула.

Кира вздохнула.

— Однако моя забота о Рэйчел не была причиной, по которой я к тебе пришла, Сита. У меня есть еще один киборг с уникальной проводкой, которому пригодятся твои знания по калибровке.

Брови Ситы приподнялись.

— Разве каждый киборг, которого мы реставрируем, не представляет собой проблему?

Кира кивнула.

— Да. Так или иначе. Кибернетика и человеческие части естественным образом не работают вместе, поэтому всегда необходимы некоторые настройки. Но в данном конкретном случае… Я знаю, в чем дело. Просто мы не можем подойти достаточно близко, чтобы физически это исправить. Этот киборг устроен особым образом, и было бы крайне опасно слишком сильно в нем ковыряться.

— Что ты имеешь в виду?

— Этот киберсолдат неудачник программы, которого держат в изоляции. Если мы попытаемся что-нибудь сделать с его кибернетикой, подключенная к нему взрывчатка взорвется. Человек, который превратил его в киборга, встроил в него предохранитель, предотвращающий легкий демонтаж. Гипотетически эти меры были предприняты на случай, если солдат попадет в руки врага. Если киборг сойдет с ума из-за неудачных или некачественных улучшений, это будет так же опасно.

— Что ты хочешь, чтобы я сделала? Я не эксперт по бомбам.

Кира выпрямилась и выдержала взгляд Ситы.

— Я знаю, что это не так. Я хочу, чтобы ты нашла способ просканировать его кибернетику на наличие отклонений и синхронизировала код процессора, ни к чему не прикасаясь. Пейтон и Кинг рассчитали, что в случае неудачи минимальное безопасное расстояние для процедуры составляет 100 метров. Взрывчатка, установленная в кибернетике, имеет гораздо более широкий радиус действия, поэтому для защиты кибернетику придется одеть скафандр. Мы не ожидаем, что ты проведешь фактическую калибровку. Риск слишком высок. Мы просто хотим, чтобы ты помогла нам найти безопасный способ, которым один из нас сможет это сделать.

Сита потерла лоб.

— Я не программист по баллистике, но даже я знаю, что пульты, которые они используют для взрыва, беспроводные. Если калибровочное устройство будет посылать неправильные сигналы… что ж, его жизнь будет под вопросом.

— Не его жизнь… ее… ее жизнь будет спорной, — тихо сказала Кира. — Киборг в данном случае женщина. Она служила в спецназе, и я подозреваю, что ее без ее согласия включили в программу «Кибержена». Она была по контракту с моим бывшим мужем как его жена, и это одна из причин, по которой мы с ним так и не помирились. Доктор Брэд Смит контрпрограммировал ее убить Джексона… по крайней мере, так мне сказал Брэд. В данном случае я ему верю. Женщина стала настолько нестабильной, что ее пришлось изолировать.

— Вот блин. Ты знаешь все это о ней и по-прежнему хочешь попытаться спасти ей жизнь? — потребовала Сита.

— Да, — заявила Кира, позволяя одному слову выразить свою искренность.

— Доктор Уинтерс… ты когда-нибудь задумывалась, что тебе может понадобиться консультация психотерапевта?

— Сита, почему ты так говоришь? Кинг был начинен взрывчаткой. Но мы же от него не избавились. Во время его реставрации я ее нашла. Я вызвала специалиста по баллистике, и мы удалили все детали, которые могли взорваться. Сейчас он здоров, но это потребовало некоторой работы.

Рот Ситы открылся.

— Ты хочешь сказать, что мой муж когда-то был ходячей бомбой?

Кира кивнула.

— Да. Разве Кинг тебе не сказал?

Сита покачала головой, слишком ошеломленная, чтобы сказать больше. Кинг был подключен к бомбе. Его могли убить. Они могли взорвать его в любой момент во время войны. Она могла никогда его не узнать. Дрожь осознания пробежала по ее спине.

— Сита? С тобой все в порядке? — спросила Кира.

Сита покачала головой.

— Нет… но от моего шока Земля не перестанет вращаться.

Кира протянула ладонь и потерла ее руку.

— Когда мы создавали киборгов, военные предоставили каждому солдату свой чип. Он работал вместе с нашим процессором. Пока мы не обнаружили аномалии у Уильяма, я не понимала, какой контроль над человеком имеет военный чип. Очевидно, они включили эту женщину в программу «Кибержена», чтобы ее спрятать. Я не знаю, как или почему Джексон выбрал ее для своего эксперимента. Но незадолго до убийства Джексона было обнаружено, что радиация кибернетики сводит на нет репродуктивную систему женщины, перегревая ее яйцеклетки. Программа «Кибержена» была публично объявлена провальной, приостановлена, а все дальнейшие обращения женщин запрещены.

— Но они все равно это делали, — заключила Сита.

Кира кивнула в подтверждение.

— Да. Делали. На данный момент мы нашли три записи, и я сомневаюсь, что это все. Двух женщины до сих пор не нашли. Представь себе, какова ценна на черном рынке для полностью контролируемой, но по большей части человеческой женщины. Я убеждена, что Брэд пошел по его стопам, когда работал над Рэйчел.

Сита в смятении покачала головой.

— Человечность человека всегда прорвется. Посмотри на Уильяма. Не знаю, почему так происходит, но я в этом убеждена. Я думаю, если бы у него была такая возможность, он бы не задумываясь убил своего создателя.

— Вот именно. А что, если таких же опасных женщин окажется больше? Что, если они запрограммированы ментальными триггерами, заставляющими их убивать по команде или рисковать своими жизнями? Уильям все еще разбирается со своим прошлым и со всем, что ему пришлось сделать. Он является для меня живым напоминанием о том, что происходит, когда люди заходят в своих манипуляциях слишком далеко.

— Ладно, — сказала Сита, уходя. — Мне нужно сейчас перестать думать об этом, иначе ты обнаружишь меня в углу, где я, вернувшись в прежнее состояние, буду сосать большой палец. Пришли мне сегодня на починку руки и ноги. Мне нужно чувствовать, что мы побеждаем это дерьмо.

— Постараюсь. Ты подумаешь о том, что я спросила, Сита? Просто сделай это средним приоритетом… на случай, если твой список ожидания невелик.

Сита кивнула. Что она могла сказать? Почему-то она не думала, что услышанное «черт возьми, нет» смутит Киру Уинтерс. Она просто вернется, когда шок пройдет и спросит еще раз. Разве не так она в конечном итоге работала над Уильямом… киборгом, который пытался ее убить? Казалось, что Кира никогда не была так эмоционально затронута событиями, как она. Эта женщина просто не осознавала, что не все могут так стоически относиться к людям, пытающимся с тобой покончить.

— Я подумаю, что можно сделать. Но то, о чём ты спрашиваешь… Сомневаюсь, что это когда-либо делалось. Я также не уверена, что это безопасно. Если настройки неправильные… — Сита не закончила предложение.

Она почувствовала, как Кира снова гладит ее руку.

Несколько мгновений спустя она осталась наедине со своим смутным обещанием и тревожащими сомнениями.

***

Выйдя из лаборатории, Рэйчел быстрым шагом пошла по коридору. Ее мысли были о том, как сильно она ненавидела, когда с ней обращались как со сломанной машиной и… врезалась головой в твердую поверхность, с силой отскочив назад.

Когда ее мысли вернулись к настоящему, она с удивлением обнаружила себя нескладной кучей на полу, уставившейся на мужчину примерно ее возраста. Он ползал на коленях и что-то искал. Следя за его движениями, она увидела его пропавшие очки, выглядывающие из-под кучи электроники. Она перекатилась на колени и потянулась, чтобы поднять их из вещей, выбитых из его рук во время столкновения.

— Вот, — сказала она, ее механический голос плавно произнес односложное слово.

Она услышала, как он пробормотал слова благодарности, надевая обратно очки. Мало кто носил на глазах устройства для коррекции зрения. Они показались ей странными, но под темной оправой его бирюзовые глаза выглядели очень привлекательными и задумчивыми. Он был настоящим компьютерщиком… и, следовательно, был под запретом… но его обтягивающая одежда обнажала мускулы, которыми он явно гордился. Он не был классически красивым и не обладал точеным прессом, как у солдат, но и не был хилым интеллектуалом.

Он вызвал у нее интерес, несмотря на обещания, которые она дала самой себе.

— Я знаю, что мне нужно восстановить глаза, но у меня аллергия на анестезию… — он остановился и уставился на нее. — Тебе больно?

Рэйчел поднялась на ноги и потерла задницу. Она фыркнула, когда его взгляд проследил за ее рукой.

— Нет. Просто… ушибленное… эго, — ответила она, опустив голову и улыбнувшись, когда он засмеялся.

Парень указал на ее горло.

— Я имел в виду твой имплант… больно… когда ты говоришь?

— Когда… это… случилось? — сказала Рэйчел, прикоснувшись к своей шее и притворившись шокированной, когда почувствовала имплантат.

Он засмеялся во второй раз и его смех поднял ей настроение сильнее, чем что-либо за последние дни. При этом, их разговор двух сумасшедших, очень походил на флирт.

— Тебе пришлось его установить из-за несчастного случая? — спросил он.

— Да.

Простой ответ, состоящий из одного слова, легко слетел с языка. Даже если бы ей захотелось разглагольствовать об истинной причине перед случайным красивым незнакомцем, которого она сбила с ног, объяснение потребовало бы больше способностей, чем у нее были на сегодняшний день.

— Мне жаль. С моей стороны было не вежливо спрашивать. Иногда я становлюсь слишком любопытным, и…

— Не хочешь… выпить… ко…фе… после… работы?

Рэйчел смотрела, как он потер лицо, а затем широко ухмыльнулся.

— Да, мне бы этого очень хотелось, — ответил он, кивая. — Какой номер твоего наладонника?

— У меня его нет, — ответила Рэйчел, покачав головой.

— Ладно. Без проблем. — Он улыбнулся и вытащил из кармана карточку, чтобы передать ей. — Это я… и ты можешь связаться со мной по этому номеру. Я новичок в «Нортон». Я программист. А где ты работаешь?

Рэйчел вздохнула и указала на лабораторию.

— Восс… та… нов… ление… ки… бор… гов.

— Ух ты. Впечатляет. Ты инженер или учёный?

Рэйчел покачала головой. Когда он наклонился, чтобы поднять свою электронику, она опустилась на колени, чтобы помочь.

— Я… техник… лаборант…

— Мне показалось, что ты выглядишь немного молодо. К тому же, ты одета слишком пикантно, чтобы быть ученым.

Рэйчел улыбнулась комплименту, но не ответила.

— Так ты студентка? Поэтому работаешь рядовым лаборантом?

— Нет. Просто… от… бедности, — усмехнулась Рэйчел. Или попыталась… но не смогла издать ни звука. Было лестно думать, что она все еще выглядит достаточно молодой, чтобы походить на студентку. Она приложила руку к горлу, когда почувствовала жужжащую вибрацию в голосовых связках.

Его сочувствующая улыбка была подобна объятию. Она приложила руку к груди.

— Я… Рей… чел.

— Я Натан, — произнёс он, перетасовывая груз в руках. — Я бы похлопал себя по груди, если бы мои руки не были заняты.

Рэйчел фыркнула. Было странно смеяться после каждого предложения. Натан был забавным парнем.

— Было приятно с тобой столкнуться… ну, в основном приятно. По крайней мере, мы встретились. Теперь мне лучше вернуться к работе. Где мне тебя встретить?

Рэйчел улыбнулась.

— Ска… нер? Око… ло… пяти… да?

Натан кивнул.

— Конечно. Идеальное время. Увидимся.

Она смотрела, как Натан уходит, а затем повернулась в том же направлении, чтобы вернуться в лабораторию.

Встреча с Натаном за кофе, по крайней мере, скрыла бы ложь, которую она сказала Маркусу.

Теперь все, что ей нужно было сделать, это найти лучший способ зарабатывать деньги и фею-крестную, чтобы исправить ее прошлое.

— Ха… ха… ха… — пробормотала Рэйчел, возвращаясь назад.

Глава 3

Все еще находясь в шоке от того, что какой-то парень на самом деле ждал Рэйчел у сканеров, Маркус последовал за ними в кофейню в четырех кварталах от здания «Нортон». Он колебался, стоит ли заходить внутрь, потому что не хотел рисковать, что Рэйчел его поймает. Наблюдая через дверь, он нахмурился, увидев, как она смеется над тем, что сказал странноватый парень.

Честно говоря, взгляд парня не отрывался от лица Рэйчел все время, пока она говорила. В отличие от его взгляда, который после этого утра был на ее ногах все время, пока он незаметно за ней следовал. Его растущая физическая одержимость ею, вероятно, объяснялась тем, что он не занимался сексом с тех пор, как покинул программу «Кибермуж». Это не сулит ничего хорошего для его шансов отказаться от воздержания, когда единственная женщина, которую он хотел, была сейчас на свидании и улыбалась другому мужчине.

Возможно, Рэйчел не лгала. Этот чудаковатый парень выглядел достаточно молодо, чтобы быть ее другом по колледжу. И все же было в нем что-то не так… и не только тот факт, что он заставлял Рэйчел улыбаться почти всему, что он говорил.

Маркус чувствовал, как его кибернетически усиленный мозг работал изо всех сил, пытаясь найти истинные причины внутреннего беспокойства. Возможно, дело в нем, а не в том парне. Он больше не был уверен. Беспокойство за Рэйчел заставило его процессор весь день усиленно работать.

Приказав себе войти в более спокойное состояние, Маркус сосредоточился на своем сопернике. Что его беспокоило? Возможно, ему нужно было составить список.

Во-первых, у чудаковатых парней обычно не было грудных мышц как у тяжелоатлета, выпирающих под рубашкой.

Во-вторых, мускулистые парни обычно не носили с собой столько техники, что ее хватило бы провести военные учения. Его старая команда не брала и половины электроники что были в руках чудаковатого парня, когда они отправились вызволять жену Кинга из рабочего лагеря ОКН. И все же… наличие технологий не обязательно означало, что этому человеку нельзя доверять. Иногда Эрик носил с собой столько же оборудования, когда не работал.

Обойти неизбежное было просто невозможно. Чтобы по-настоящему оценить ситуацию, ему нужно было подойти поближе и посмотреть, сможет ли он понять, что этот парень на самом деле пытался получить от Рэйчел.

В его сторону направилась большая группа, похоже, настоящих студентов. Маркус достал из рюкзака легкую куртку и вязаную шапку. Он надел их, стараясь быть как можно более незаметным. Водрузив на нос большие солнцезащитные очки, он опустил подбородок и последовал за группой внутрь, держась с краю, пока не увидел гораздо лучшее место для наблюдения.

Сразу за вращающимся рекламным щитом стоял свободный столик. Постоянно сменяющиеся рекламные ролики были идеальным прикрытием. Внимание любого, кто смотрит в этом направлении, в первую очередь будет привлечено к вращающейся панораме. В том числе и чудаковатого парня, которому он не доверял, и женщины, которую он защищал, и которая случайно сидела к нему спиной. Маркус подсчитал, что в большинстве случаев его присутствие будет совершенно незамеченно, особенно если он будет держать голову опущенной.

Вытащив небольшой портативный компьютер, Маркус включил его и сделал вид, что интересуется чем-то на экране. Что он действительно сделал, так это мгновенно настроился на разговор Рэйчел с парнем, его кибернетика легко отфильтровывала остальные голоса вокруг.

***

Рэйчел отпила кофе и посмотрела через край чашки на привлекательного мужчину, сидевшего напротив нее. Он был очень хорош собой. Тогда почему же она не получала удовольствия от свидания? Возможно, все испортила ее ложь Маркусу. Без веской причины она определенно чувствовала себя виноватой.

— Значит, ты помогаешь легендарной доктор Уинтерс восстанавливать киборгов.

Рейчел кивнула и сделала глубокий вдох, прежде чем попытаться заговорить.

— Да.

— Должно быть, это интересная работа. Я всегда могу определить киборга, когда прохожу мимо них по коридору. Они чем-то напоминают сложные агрегаты с искусственным интеллектом, которыми оснащены сканеры безопасности в большинстве зданий ОКН. Они кивают, но редко разговаривают, если вы первым с ними не заговорите. У меня есть всего два слова, чтобы описать такое поведение… очень жутко.

Рэйчел пожала плечами.

— Ты… к ним… привык… нешь.

— Возможно, — ответил Натан, пожимая плечами. — Ты уже встречала какого-нибудь вышедшего из-под контроля?

— Вышедшего из-под контроля? — Рэйчел задала вопрос, и на ум сразу же пришел капитан Уильям Тален.

— Да. Знаешь, о которых говорят в новостях. Вышедшие из-под контроля. Киборги, которыми вы не можете управлять или которым нельзя помочь. Они больше машины, чем люди.

Умозаключение Натана не ускользнуло от нее, хотя она наверняка видела доказательства того, что может произойти, если кибернетика киборга запрограммирована неправильно. Однако это не касалось обычных парней, которых Сита калибровала и исправляла. В основном они с Ситой ремонтировали просто неработающие кибернетические руки и ноги.

Мозг большинства киборгов был лишь немного более развит и не представлял для нее особой угрозы. Это был сверхразумный человеческий мозг, которого она научилась бояться. Ведь ее погубила гениальность Злого Брэда. Кира Уинтерс, возможно, и не была злой, но она была более устрашающей.

Тем не менее, несмотря на все свои сомнения, Рэйчел считала такое отношение Натана несправедливым, учитывая жертвы, которые киберсолдаты принесли во имя глобальной войны. Независимо от того, поддерживали вы кибернетику или нет, они были единственной причиной, по которой люди обрели мир.

Она подняла подбородок и встретилась с вопросительным взглядом Натана.

— Никаких… вышед…ших… из-под… контроля. Все… нормальные… пока, — сообщила Рэйчел, тщательно выговаривая каждый слог, чтобы он не мог неправильно ее понять. Глядя в его недоверчивый взгляд, она поняла, что не сказала бы ему больше, даже если бы могла говорить свободно. Его негативные комментарии значительно уменьшили удовольствие от знакомства с ним.

— «Нормальный» странное определение для людей, превратившихся в роботов. Я даже слышал, что в сверхсекретном центре заключения «Нортон» есть женщина-киборг, которая вышла из-под контроля. Ходят слухи, что она постоянно громит свою камеру содержания. Они не могут отключить или уничтожить ее из-за установленной на ней какой-то технологии высокого уровня. Также говорят, что она пыталась убить нескольких своих смотрителей. Я не понимаю, почему бы им просто не выпотрошить ее кибернетический отсек и заново перепрограммировать. Я тщательно изучал превращение киборгов. Перед смертью доктор Ченнинг разработал несколько различных способов преодолеть склонность киборгов к насилию. Я не понимаю, почему их не используют на ней.

Глаза Рэйчел расширились. Шок от его экстремистского высказывания, должно быть, отразился на ее лице, потому что Натан прекратил разглагольствовать и сдал назад так быстро, как только мог.

— Боже, мне очень жаль, Рэйчел. Я говорю о работе… о твоей работе… и все, что я знаю о ней, только слухи. Вероятно, тебе хватает повседневной драмы с киборгами и без моей болтовни. Я просто очарован всей этой программой восстановления. Это кажется таким высоким риском… и таким ненужным… учитывая, насколько успешно ими управляли.

— Но… они… люди….

Рэйчел наблюдала, как Натан кивнул в ответ на ее комментарий, но он отвел взгляд и было ясно, что он не согласен. Она задавалась вопросом, что же в прошлом Натана заставило его так противиться восстановлению киборгов, особенно когда он был так молод. Она была еще подростком, когда появились первые солдаты-киборги. Натан, вероятно, был на несколько лет моложе ее.

— Полагаю, тебе приходится так думать, чтобы продолжать делать то, что ты делаешь, Рэйчел. Честно говоря, я чувствовал себя лучше, когда правительство контролировало киборгов. Надеюсь, ты не думаешь обо мне плохо из-за того, что я придерживаюсь такой точки зрения.

Рэйчел слегка вздохнула, но пожала плечами. А потом ей стало интересно, как Натан воспримет ее механизированное состояние. Считает ли он, что правительство должно ее контролировать и тоже следить за ней?

— По… опре… деле… нию… я… ки…борг, — решительно призналась Рэйчел, просто чтобы посмотреть, что он скажет.

Он выглядел шокированным ее откровением, и Рэйчел передумала спрашивать его напрямую, похлопала себя по горлу. Натан, вероятно, с криком выбежал бы из-за стола, если бы она протянула руку и открыла свой кибернетический отсек. К ее искреннему удивлению, он тут же покачал головой. Она почти закатила глаза. Натан был самым привлекательным мужчиной, с которым она проводила время за долгое время, но это импровизированное свидание разочаровывало так же, как и все остальное в ее жизни.

— Имплант не одно и то же… совсем не то же самое, — возразил Натан. — У тебя есть единственный протез, от которого ты не можешь избавиться. Твой мозг не был полностью перепрограммирован. Ты не запрограммирована быть бесчувственной машиной для убийств. Следовательно, ты не киборг по определению.

— Надеюсь… нет, — произнесла Рэйчел. Про себя, она подумала, хорошо, что ее грусть не отразилась в монотонном ответе.

Она не ожидала, что Натан воспримет ее комментарий как шутку, поэтому очень обиделась, когда он рассмеялся. Его пренебрежительное отношение к киборгам слишком беспокоило ее, и она не могла больше наслаждаться его привлекательностью. Чрезмерное упрощение Натаном работы по обращению в киборгов, которая сделала таких людей, как Маркус, тем, кем он был… ну, это было несправедливо. Было очевидно, что Натан ничего не знал о настоящих киборгах.

— Я тоже надеюсь… ты слишком милая, — сказал Натан, подмигивая ей.

Рэйчел почувствовала, как ее рот сжался. Это было единственное, что удерживало ее от того, чтобы выпалить правду своему недалекому спутнику. Возможно, она не была полностью киборгом, но и не была полностью человеком. Ни у кого не было определения того, кем она была, даже у нее самой. Она была научным экспериментом Брэдли Смита, который пошел не так, но Натан не имел об этом ни малейшего представления.

Наличие полноценного кибернетического отсека… для которого потребовалось удаление части человеческого мозга… означало, что ее обращение невозможно было повернуть вспять. ОКН внесла ее в свою базу данных как киборга вместе со многими другими, обученными быть машинами для убийства. Отсутствие сострадания Натана к тому, о чем он, очевидно, не задумывался всерьез, внезапно настолько разозлило ее, что она даже не стала допивать кофе.

— Надо… идти, — твердо проговорила Рэйчел, поддавшись желанию уйти. Она встала и перекинула через плечо свою маленькую сумку.

— Ты уже уходишь? Сейчас? Ох, ладно. Мне понравилось наше свидание за чашкой кофе, — сказал Натан, тоже вставая.

— Сви… дание… верно, — повторила Рэйчел без каких-либо интонаций. Но слово, описывающее время, проведенное вместе, теперь было для нее шуткой. Она потратила час своей жизни с мужчиной, который никогда ее не примет. Вряд ли это соответствовало ее представлению о начале хороших отношений.

— Могу я проводить тебя домой? — спросил Натан.

Рэйчел покачала головой. Впервые она скучала по молчаливому мужчине, который, казалось, всегда с ней ходил. Не то чтобы Маркус со всеми его проблемами тоже был отличной компанией, но, по крайней мере, ей не пришлось скрывать от него то, что с ней произошло. Она никогда не сможет сказать правду такому человеку, как Натан.

— Нет… спа…сибо, — осторожно сказала Рэйчел. — У… меня… все… хо…рошо. Еще… уви…дем…ся, На…тан.

— Ты имеешь в виду, типа на работе. Конечно. Я буду искать тебя в коридорах. Можем ли мы как-нибудь поужинать? Посмотреть видео? Я свободен всю следующую неделю.

Рэйчел пожала плечами.

— Может… быть, — неопределенно сказала она, потому что отказ сказал бы ему больше, чем она хотела, чтобы он знал о ее тревожных чувствах. Неопределенность была лучше. Если сказать неопределенно, то это не вызовет вопросов, если ей нужно будет его в дальнейшем избегать.

Она опустила голову, прошла сквозь толпу и вышла за дверь.

Вот такое вышло ее первое возвращение в реальный мир. Отметьте этот эксперимент как полный провал.

Она опустила взгляд и сосредоточилась в основном на дорожке, проходя мимо других людей, которые были не дома в тот вечер.

Промчавшись четыре квартала, которые они с Натаном медленно прошли с работы до кафе, она вздохнула с облегчением и направилась в свое здание. Продолжая думать о тревожном разговоре, она машинально прошла мимо стойки регистрации и дежурившего на ней бота. Сигнал тревоги сканера прозвучал прежде, чем она осознала, что натворила.

— О… нет.

— Стоять… Рэйчел 235… вы… нарушаете… процедуры входа… проживающих. Пожалуйста, выйдите из… сканера и отойдите… в сторону… для проверки. Не… продолжайте… движение… к вашему… месту назначения.

Она могла бы убежать от него, но охранник с ИИ в конце концов просканировал бы свои протоколы в поисках ответных действий. Даже несмотря на то, что он обрабатывал данные слишком медленно, он, несомненно, заблокировал бы ее жилище прежде, чем лифт сможет доставить ее на нужный этаж.

Виноватый взгляд Рэйчел полностью переключился на бота, который теперь поднимался, чтобы ее схватить. Услышать, как он изо всех сил пытается говорить после того, как она изо всех сил пыталась сделать то же самое, было определенно проверкой реальности. Должно быть, именно так она звучала для мира. С ней случился такой же глупый сбой голосового аппарата, хотя по большей части она была человеком. Нравится вам это или нет, но официально она теперь была не лучше, чем сломанный бот с искусственным интеллектом, который не мог нормально говорить.

— Куча… дерьма, — пробормотала она, не желая принимать очевидного.

Завтра утром она позволит Сите снова попытаться ее исправить. И она сделает это еще семнадцать тысяч раз, если это будет тем, что нужно, чтобы говорить хотя бы полунормально. Продолжение сопротивления не поможет ей справиться с этой ситуацией. Посмотрите, что чувство жалости к себе уже наделало?

Из-за своего нынешнего эмоционального срыва она создала еще больше проблем. Обход сканера безопасности здания означал автоматический личный досмотр, от которого она не могла отказаться. Она всхлипнула и попыталась не жалеть себя еще больше. Потому, что последнее, что ей было нужно этим вечером, это осмотр бесчувственным андроидом.

— Это… было… слу…чайно.

Рэйчел закрыла глаза, чтобы не думать о том, что должно было произойти. Единственная слеза жалости к себе покатилась по ее щеке. С таким голосом она не могла кричать или выражать разочарование, которое она чувствовала. Все ее эмоции были заперты внутри нее, и у них не было возможности вырваться наружу.

Она чувствовала себя бессильной помешать тому, чтобы самый отстойный день, который у нее был с момента ее спасения от Брэдли Смита, закончился еще хуже, чем начался. Она держала глаза закрытыми, ожидая худшего, но бот так до нее и не добрался. Раздался лязг металла, какой-то грохот, а затем сигнализация на сканере отключилась.

— Все в порядке, Рэйчел. Теперь ты можешь открыть глаза.

Рэйчел сделала, как было предложено, открыла глаза и обнаружила, что Маркус держит голову бота в одной руке, а остальную часть его теперь уже инертного тела в другой. Ее брови взлетели вверх.

— Дерь… мо, — пробормотала она.

— Теперь «Нортон» наконец-то придется обновить эту хрень. Мне чертовски понравилось разбирать этого медлительного ублюдка.

— О… моя… боги…ня. — Рэйчел прижала руку ко рту. Если бы она могла посмеяться, она бы это сделала. Что Маркус наделал?

— Клянусь, для него все закончилось очень быстро. Он ничего не почувствовал, — пообещал Маркус, и на его губах появилась самодовольная ухмылка. Он бы сказал что угодно, лишь бы Рэйчел не заплакала. Единственная слеза, вырвавшаяся наружу, было все, что он мог вынести. Даже это довело его до насилия.

Рэйчел закусила губу. Затем она глубоко вздохнула.

— Хо…рошо. Спа…сибо… На…вер…ное.

Маркус посмотрел на свисающие части бота в своих руках и рассмеялся над тем, что она имела в виду.

— Да, у меня тоже есть некоторые сомнения. Как думаешь, мы сможем попросить Ситу завтра его починить? Это могло бы исключить меня из черного списка посетителей.

Рэйчел покачала головой и засунула дрожащие руки в карманы куртки. Маркус буквально оторвал боту голову.

— Ду…маю… он… слиш…ком… сло…ман.

— Возможно ты права.

Вздохнув, Маркус повернулся и положил тело бота на сиденье, которое металлоголовый охранник обычно занимал. Он осторожно положил оторванную голову на вершину кучи, надеясь, что она не упадет.

Посмотрев на панель сканера, он быстро нашел контроллер управления камерой наблюдения. Используя код доступа к зданию, который Эрик дал ему несколько месяцев назад, он возобновил запись видео, сделанную за последний час. Удаление никогда не стирало данные полностью, но в конечном итоге камера будет записывать прямо поверх трека, показывающего уничтожение бота его руками.

Прежде чем отойти, он перевел сканер в постоянный зеленый режим, который позволил бы любому входить и выходить в здание. С временным нарушением безопасности ничего не поделаешь. Позже он напишет Эрику и посмотрит, что можно сделать, чтобы удержать ситуацию под контролем. Эрик многому научился за время, проведенное с Неро. Возможно вместе, они могли бы ускорить решение.

Когда Маркус снова посмотрел на Рэйчел, она смотрела на то, что осталось от бота.

— Не волнуйся. Его кибер-реинкарнация гарантирована. То, что они могут сделать с киборгом, ничто по сравнению с улучшением одного из них. Все его детали подлежат вторичной переработке.

Рэйчел посмотрела на груду металла в кресле. Вероятно, они разберут его на части, а затем их переплавят. Поскольку Маркус, казалось, ждал ответа, она несколько раз кивнула, показывая, что услышала то, что он сказал.

— Пошли. Я провожу тебя до твоей квартиры.

Она снова кивнула на предложение Маркуса, слишком ошеломленная, чтобы спорить. Человека, который мог оторвать голову ИИ боту, нельзя было просто оставить стоять в вестибюле… как бы вы ни были шокированы.

Внутри лифта она наконец повернулась, чтобы внимательно его рассмотреть. Маркус всегда казался ей немного пугающим из-за своих татуировок и растительности на лице. Иногда ей было трудно думать о нем как об отце, но она знала, что его предыдущая семья была фактом его жизни, точно так же, как Брэдли Смит был фактом ее жизни. Его мужественность превосходила любого другого мужчину, которого она когда-либо знала, Маркус был слишком хорош, и она не могла себе представить, что когда-нибудь сможет его заинтересовать. Хотя, от того, что было в его взгляде каждый раз, когда он на нее смотрел, внутри расцветало что-то трепещущее и женственное.

Маркус был киборгом. Умнее и способнее ее. Крупнее, чем такие люди, как Натан. Сильнее, чем ИИ-бот. Она даже не могла себе представить, что голыми руками оторвет боту голову, как он только что сделал.

— Никто… никогда… не… убивал… ради… меня, — медленно сказала Рэйчел.

Заявление прозвучало более ясно, чем она надеялась. Возможно, после сегодняшнего сумасшедшего дня она наконец-то успокаивалась.

Маркус фыркнул, глядя в ошалевший взгляд Рэйчел. Ему хотелось, чтобы она не видела последствий того, что он вышел из себя, но не собирался позволять плохо запрограммированному тупому боту коснуться ее, прямо на его глазах.

— Разобрать ИИ-бот — это не то же самое, что действительно кого-то убить. На самом деле он вовсе не мертв. В настоящее время он просто неработоспособная машина. Останавливая его, я даже не вспотел. Возможно, тебе трудно поверить после того, что ты только что видела, но защищать тебя действительно самая легкая работа, которую я когда-либо выполнял.

Рэйчел фыркнула. Защищать ее. От чего? От ее неспособности обращать внимание на свои действия? Бот умер сегодня вечером, потому что она была эмоциональной и глупой из-за парня, которого только сегодня встретила.

— А кто… прикры…вает… спину… тебе… Мистер… крутой… парень?

Маркус ухмыльнулся ее насмешливому вопросу, когда они вышли из лифта.

— Полагаю, позиция открыта. А почему спрашиваешь? Тебя интересует эта работа или как?

Рэйчел открыла дверь ключом, прежде чем ответила.

— Или… как, — сказала она наконец.

Она видела, как Маркус опустил голову и ухмыльнулся. Казалось он нервничал… но был взволнован тем, что она произнесла. Без сомнения, это был самый интимный личный разговор, который у них когда-либо был. Подумает ли он, что она с ним флиртует? Она на самом деле флиртовала? Рэйчел практически видела, как Сита закатывает глаза.

— А это «или как» означает ужин сегодня вечером? — спросил Маркус.

Рэйчел посмотрела ему в глаза и кивнула. Когда он улыбнулся и показал все свои ровные, белые зубы, ее горло перехватило и начало пульсировать, как сердцебиение. Она проглотила нервозность, от которой у нее образовался ком в желудке. Невозможно было отрицать, насколько сексуально она себя чувствовала, узнав, что Маркус сделал, только чтобы ее спасти.

— Спасибо… тебе… я… гово…рю …серьез…но, — тихо сказала она.

— Пожалуйста… и это не просто слова, — ответил Маркус, сохраняя свой голос и тон такими же мягкими, как и у нее.

Желая проверить их новое понимание друг друга, он поднял руку и легко провел кончиками пальцев по горлу Рэйчел. Некоторые из его спешащих мыслей удивили его, особенно та, где он хотел, чтобы она стала его женой по контракту. Он был бы не против, если бы его основной работой было жить с Рэйчел и заботиться обо всех ее нуждах. Не то чтобы она ему позволила. Он полагал, что это просто мужская фантазия. Рэйчел, похоже, не хотела испытывать желание, вызывающее всплеск адреналина и учащенный пульс. Или, по крайней мере, она не хотела, чтобы именно он вызывал у нее эти чувства. По иронии судьбы, Маркус не мог представить, чтобы это делал кто-то, кроме него.

Он вздохнул и откинул волосы с ее лица, желая, чтобы у него хватило смелости поделиться своими мыслями. Но тогда она почувствует, что должна ответить. Все, что он хотел, это избавить ее от этого.

— Больно говорить? — спросил он.

Рэйчел кивнула в ответ на тот же вопрос, что задал Натан. Она нервничала из-за того, что Маркус прикасался к ней. Кончики его пальцев нежно касались кожи и после всего, что он сделал у нее на глазах, ее это поразило.

Одно можно было сказать наверняка… мужчина перед ней не был робким мальчиком. И возможно для нее это было самым страшным. Мужчина, готовый разорвать для вас бота на части, не будет уговаривать, как Натан, приглашая на свидание… или о чем-то еще, чего он хочет от женщины. Она воображала, что решительно настроенный Маркус не отступит, если когда-нибудь решит заполучить ее. Но он убил бота ради нее, и сделал это, зная, что, скорее всего, заплатит за это. Его действия… которые завтра могли привести к неприятным последствиям… сегодня вечером спасли ее от унизительного личного досмотра. Этот героический поступок стоил, по крайней мере, пиццы, пары бутылок пива и достойной благодарности.

Она расслабилась под его поглаживающей рукой и встретилась с его серо-голубыми глазами. В его взгляде были доброта, дружелюбие и забота.

— Да… это… «или… как»… означает… ужин.

Рэйчел почувствовала, как внутри ее живота взлетели тысячи бабочек, когда Маркус улыбнулся и последовал за ней внутрь.

Глава 4

Сита ухмыльнулась, наблюдая, как еще одна прекрасная задница с важным видом выходит из двери ее лаборатории. Она ценила прекрасную форму каждого пациента-киборга и считала получение удовольствия от просмотра одним из преимуществ своей работы.

Их второй пациент-киборг тем утром пришел на костылях, но ушел, как обычно, на двух ногах. Благодарный за то, что его починили, он обнял ее и подмигнул отвлеченной Рэйчел. Но ее помощница даже не заметила восхищенных взглядов мужчины.

В тот момент, когда дверь лаборатории изолировала людей в коридоре, Рэйчел повернулась к ней с глазами, полными отчаяния.

— Ис…правь… меня. Не… волнуй…ся… о… боли.

Сита вздохнула, но кивнула.

— Хорошо. Я могу попытаться настроить его еще раз, но нам нужно выяснить, почему настройки не сохраняются, и исправить это. Ты уже знаешь об этом, верно?

Она взяла сканер и приложила его кончик к резонансному имплантату Рэйчел, чтобы снять показания. Когда информация начала собираться, она фыркнула и строго посмотрела на своего помощника.

— Видишь? Эти показания именно то, о чём я говорю… настройки резонанса остаются прежними. Это твоя органика постоянно меняется. Если бы я не знала, что это невозможно, я бы поклялась, что твои голосовые связки восстают против резонансного имплантата.

После завершения сканирования Сита прочитала данные. Тяжело вздохнув, она откалибровала новые настройки устройства.

— Я собираюсь приспособиться к потоку перемен, который ты испытываешь. Тон твоего голоса может быть немного выше нормы, но зато калибровка должна продлиться немного дольше. Конечно, я основываю свои поправки на истории твоей болезни, и это скорее догадка, чем научное исследование.

— Про…сто… сде…лай… это, — приказала Рэйчел.

Сита подняла медицинский калибратор в воздух. Ей следовало бы позволить Кире быть вестницей плохих новостей, но, черт возьми, это она работала с Рэйчел каждый день. Ей очень не нравилось, что настоящее решение держат в секрете. По ее мнению, ничего не достигнешь, если щадить чувства людей.

— Рэйчел… есть способ навсегда это исправить. Он отстойный, но это единственное, что действительно поможет. — Сита тяжело вздохнула, когда Рэйчел отошла в сторону. — Нет… а теперь вернись сюда… и перестань трясти головой. Не я нашла выход, но я согласна с таким решением проблемы. Я изучаю твое дело с тех пор, как пришла сюда работать. Причина, по которой настройки твоего резонансного имплантата не работают, заключается в том, что твой процессор представляет собой прототип, который постоянно не поддерживает настройки. Тебе нужен более мощный процессор. Кира слишком труслива, чтобы сказать тебе, что это единственный способ решить твои проблемы.

Сита затаила дыхание, когда Рэйчел снова подошла и закрыла глаза.

— Нет… это… не сможет… пожа…луйста… просто… исправь… меня.

Выругавшись, Сита неохотно прикоснулась калибровочным инструментом к порту устройства. Слезы собрались на глазах Рэйчел, но так и не упали.

— Почти у цели, дорогая. Еще немного постой неподвижно. Вот. Все закончилось.

Когда все закончилось, она схватила Рэйчел за руку. Девушка тряслась от мучительной боли из-за повторного растяжения связок.

— Теперь поговори со мной, — приказала Сита.

Рэйчел открыла рот. Ничего не вышло.

— Вот дерьмо, — воскликнула Сита, предполагая худшее.

Рэйчел положила руку на грудь Ситы и покачала головой.

— Нет. Погоди. Это сработало. Просто… очень больно. Черт… покалывает.

Сита выдохнула.

— Хорошо. Какое облегчение. Теперь ты можешь отпустить мою грудь.

Рэйчел посмотрела туда, куда скользнула ее рука, и засмеялась, убирая ее.

— Извини. Я не хотела… тебя щупать.

— Я поняла, что ты просто выражаешь благодарность, как и другие мои пациенты, но, к сожалению, сегодня утром я не в настроении заниматься чем-то типа девочка с девочкой. Ну, на самом деле я никогда не буду к этому готова. Я не лесбиянка.

Рэйчел фыркнула и ухмыльнулась.

— Я тоже традиционной ориентации.

Сита ухмыльнулась в ответ.

— Что ж, я поверю в это, когда услышу, как об этом мне скажет мужчина. Я буду думать о твоих происках до конца дня и беспокоиться о том, что это значит. Возможно, мне даже придется позвонить Кингу, для срочного секса. Если хорошенько подумать, полагаю, мне нужно это прямо сейчас.

Рэйчел рассмеялась и провела рукой по лицу.

— Я никогда… не стану… снова нормальной… не так ли?

Сита фыркнула, но тоже отвела взгляд. В такой деликатный момент отвечать на этот вопрос определенно не стоит с излишней честностью.

— Я дам тебе мой лучший совет, малышка. Определи нормальность по своим собственным стандартам. Мое определение радикально изменилось за последнюю пару лет.

Рэйчел скрестила руки на груди.

— Что произойдет… если я не сделаю… обновление?

Сита занялась раскладыванием инструментов. Так, у нее было несколько минут подумать, как приукрасить объяснение, чтобы Рэйчел больше на нее не злилась.

— Сита… мне нужно… услышать… правду.

Их взгляды встретились.

Сита вздохнула, сдаваясь.

— Хорошо. Я скажу тебе, что произойдет. Твой голос будет ухудшаться, но и другие вещи могут начать давать сбои. Все, что контролирует твой процессор, может выйти из строя. Быть рассинхронизированным для киборга — это как…

— …человеческое психическое расстройство, — закончила Рэйчел.

Сита кивнула.

— Да. Я думаю, это неплохая аналогия. Поскольку ты уникальное творение, ни в чём нет уверенности. Но учитывая то, что я видела в тех, над которыми мы здесь работаем…

— …ты на девяносто девять… процентов… соображаешь правильно, — закончила Рэйчел, много раз слышав, как Сита драматично выражала свои чувства.

Сита подтвердила это заявление молчаливым кивком головы, сочувствуя, когда Рэйчел вздохнула и коснулась своего горла. По крайней мере, девочку временно поправили. Если бы захотела, Рэйчел могла бы продолжать жить в отрицании еще немного. Но когда этому времени придет конец, ее помощнику придется позволить Кире Уинтерс закончить работу злого Брэда по превращению ее в киборга. Другого выбора действительно не было.

— Я ненавижу это так же сильно, как и ты. Но Кира права насчет решения. После этого ты станешь новой женщиной.

— Нет… я не могу… пока не будет… другого выбора.

Сита кивнула и наблюдала, как Рэйчел уходит в себя, готовя лабораторию к следующему сломанному киборгу, переступившему их порог. Зная, как мало у Рэйчел было выбора в отношении приобретения нового процессора, Сита внезапно почувствовала глубокую признательность за твердую решимость Киры индивидуально исправить всех и каждого, в чем бы они ни нуждались.

Когда она приступила к этой работе, ей никогда не приходило в голову, что придется помогать людям, с которыми она работает изо дня в день. Видя трудности Рэйчел, она теперь была чрезвычайно благодарна и за то, что все, что Кинг потерял в своем окончательном восстановлении, — это доступ к некоторым воспоминаниям.

***

Маркус встал за плечом Эрика и указал пальцем.

— Вот. Это он. Его зовут Натан. Я так и не узнал его фамилию. Он никогда ее не произносил.

Эрик усмехнулся.

— И мы наводим справки об этом чудаковатом парне, потому что…?

— С каких пор тебе нужен повод проверять кого-то ради меня? — Маркус нахмурился, когда Эрик рассмеялся над его недовольством.

— Невероятно. Ты лжешь себе… и почти лжешь мне, — резко сказал Эрик, ухмыляясь, глядя на свирепый взгляд, который он получил за свои слова.

— Нет. Я никогда не лгу, — сухо оветил Маркус.

Эрик пожал плечами.

— Отрицание. Враньё. И то, и другое побуждает человека искать рациональную причину поступка, который, по его мнению, иррационален и/или неправилен. У таких людей, как ты, это интерпретируется как молчаливое отрицание.

Маркус прищурился и позволил себе подумать о нескольких плохих способах стереть ухмылку Эрика.

— Тебе нужно как можно скорее отсюда уходить, умник. Ты начинаешь походить на Неро.

Эрик снова ухмыльнулся и поднял средний палец.

— Ладно, тупица. Позволь мне уточнить, чтобы даже такой мускулистый и безмозглый парень, как ты, смог понять. Ты ревнуешь Рэйчел к пацану, который пил с ней кофе и рассмешил ее. Признай, что испытываешь слабость к слишком молодой для тебя женщине, пойми, насколько это глупо, и продолжай жить дальше. Я уже говорил тебе: либо ухаживай за ней, либо держись от нее подальше.

— Я не ревную ни к какому странному парню, — заявил Маркус. — Мне просто нужна его чертова информация. Что-то с ним было не так, Эрик. Ты постоянно используешь свою интуицию, чтобы принимать решения о людях. Ну, а я сейчас использую свою. Наведи о нем справки, черт возьми.

Эрик фыркнул, привыкший к тому, что Маркус раздражался, когда они в чём-то не соглашались. Обычно это было весело.

— Хорошо… Я думаю, что это пустая трата моего времени, но, если ты настаиваешь… — глаза Эрика расширились, когда он стал изучать информацию на экране. — Опаньки…

— Что? Что значит это опаньки? — потребовал ответа Маркус.

— Странный парень… он… подожди, это не может быть правдой. Во-первых, он слишком молод.

Пальцы Эрика летали, когда он вводил команды и делал перекрестные ссылки. Информация была в обоих местах… ее даже не прятали.

— Ну, черт возьми. Похоже, в данном случае твоя интуиция была права. Загадочный парень на свидании с Рэйчел — киборг. Его зовут Натан 180. У него такая же управляющая плата, как и у нас, но, насколько я могу судить, никаких протезов. Его усовершенствования состоят из нескольких нейронных имплантатов. Они также включают в себя современный логический чип для управления этими нейронными имплантатами, что, вероятно, делает его умнее большинства систем связи. У него также есть высокоскоростной процессор, который передает импульсы через специальную программу бодибилдинга, более сложную, чем наша военная программа. Он уже около полугода наращивает кубики на животе, которые у него выпирают под облегающей рубашкой, в которой он на фотографии в удостоверении для «Нортон».

Маркус подошел к стулу возле Эрика и тяжело сел.

— Каким образом получилось, что новый вид киборгов в конечном итоге работает на компанию, которая предпочла бы, чтобы все созданные ими киборги превратились в безмозглых рабов с ИИ?

Эрик пожал плечами.

— Я не знаю… но у меня есть еще один вопрос. Кто, черт возьми, его обратил? Натан 180 существует в базе данных, но в его файле киборга не указан создатель. «Нортон» явно классифицировал его как кибернетический гибрид человека. Любой сканер в мире опознает его именно так. И это означает, что кто-то здесь, в «Нортон», нанял его, точно зная, что он с собой сделал.

— Я видел пацана. Ему не могло быть больше двадцати пяти лет, Эрик. О чём, черт возьми, он думал, делая такие вещи в таком возрасте? Раньше минимальный возраст был сорок лет, потому что они хотели убедиться, что твое тело прошло все естественные циклы роста. Ты один из немногих парней, которых я знаю, кого обратили до тридцати. Мне это не нравится.

Эрик кивнул.

— Я был особым военным случаем, и я тебя понимаю. Мне это тоже не нравится.

— Рэйчел сказала, что он ее старый друг из колледжа. Может быть, я попрошу у нее дополнительную информацию о нем.

Эрик рассмеялся.

— Чувак… не будь таким старомодным. Она не знала его в колледже. Женщина, которую ты постоянно преследовал, солгала тебе о парне, чтобы ты не совал свой заинтересованный нос в ее дела.

Маркус проигнорировал остроумие в критике Эрика, но игнорировать истинность его заявлений было невозможно.

— То, что Натан — киборг, для меня не является объяснением того, что уловило мое чутье. Рэйчел ушла от него, потому что он все время говорил о киборгах-изгоях и о том, что, по его мнению, все киборги должны контролироваться правительством. Она очень разволновалась и ушла после десяти минут его разглагольствований. Именно из-за того, что она была расстроена, она пролетела мимо сканера в своем здании.

— Возможно, этот парень устроил для нее представление. Интересно, почему он почувствовал необходимость лгать? — Эрик скрестил руки на груди и изучал изображение на экране. — Теперь и у меня странное чувство. Если он каким-то образом получил индивидуальные кибернетические улучшения, сколько еще других людей сделали нечто подобное?

— И мне хотелось бы знать, почему он не заявил, кем он был, тогда нам было бы легче выяснить, — сказал Маркус, нахмурившись и пустым взглядом глядя через комнату. Он едва мог вспомнить какие-либо подробности реальной внешности Натана. Единственным образом, который сегодня был у него в голове, единственная слеза, катящаяся по щеке Рэйчел, когда она смотрела на робота-охранника.

— Я почти на сто процентов уверен, что Рэйчел понятия не имеет, что он был киборгом. Думаю, он ей просто понравился, потому что был привлекательным и забавным.

Эрик рассмеялся разочарованию в тоне своего друга.

— Чувак… ты слишком долго обходился без секса, если тебе начинают нравиться парни.

— Да, я определенно воздерживался слишком долго, — согласился Маркус, не в силах даже вспомнить свою последнюю близость. Он приказал Кире вытащить чип кибермужа и стереть все записи. В то время он хотел забыть всех женщин, особенно свою бывшую жену, которая его больше не хотела. Впрочем, к сожалению, воспоминания о ней не хранились на чипе.

Маркус скрестил руки на груди.

— Итак, парень превратил себя в то самое, чего он притворно боится. Это бессмысленно. Я сидел прямо за ним, Эрик. Он говорил совершенно искренне.

Эрик пожал плечами.

— Может быть, он неадекватный. Трудно сказать, что эти нейронные имплантаты делают с его разумом.

Маркус взглянул на Эрика, обдумывая это.

— Я надеялся, что парень, преследовавший Кинга, был последним чокнутым в «Нортон». Неужели здесь не работают нормальные люди?

— Дай определение нормальному, — сказал Эрик, снова глядя на экран. — Вот тебе вызывающая тревогу теория. Что, если этот парень действительно не знает, что он киборг? Тот, кто продолжал программировать Уильяма, нашел способ заставить его забывать, кем и чем он был.

Маркус снова посмотрел на экран, обдумывая такую возможность. Все, что он видел, это относительно привлекательный парень, у которого было достаточно обаяния, чтобы рассмешить Рэйчел… по крайней мере, так было до того, как он начал говорить о киборгах. Как ни странно, он также почувствовал к нему прилив сочувствия. Вчера вечером он пытался завязать светскую беседу за пиццей, но не смог добиться ни единого смешка в ответ на свои старания. У него не только не было возможности поцеловать Рэйчел на прощание, но ему пришлось рано уйти, чтобы избежать неловкости, которую его усилия, казалось, между ними вызвали.

— Думаю, я заставляю Рэйчел нервничать, — признался Маркус. Его разозлило, когда Эрик громко рассмеялся над его признанием.

— Ого… ты думаешь? На случай, если твой процессор не улавливает нюанс моего тона, да, я саркастичен. После Кинга ты самый устрашающий парень в нашей группе. Наверняка, ты знаешь это о себе.

Маркус фыркнул. Нет, на самом деле он этого не знал.

— Пугающий? Чем я могу запугать?

Эрик отвернулся от монитора и махнул рукой.

— Посмотри на себя, Маркус. Все эти татуировки. Недостаточно частое бритье. Ты носишь одежду, которую даже беженцы от войны не носят. Я понимаю, что ты в депрессии из-за потери семьи, но тебе нужно пересмотреть свой имидж, чувак. Я бы тоже не стал с тобой встречаться. Ты похож на сумасшедшего сталкера… ой, подожди… ты же один из них.

— Не нахожу это смешным… и не верю в это, — сказал Маркус.

Эрик взмахнул на парня на мониторе.

— Посмотри на него, Маркус. Возможно, этот парень и киборг, но он не страшен.

Маркус фыркнул.

— Черт побери, это так.

— Видишь? Вот о чём я говорю… тебе нравится выглядеть так, как ты выглядишь. Я думаю, тебе нужно расслабиться, если ты хочешь, чтобы Рэйчел рядом с тобой чувствовала себя комфортно. Перестань периодически оглядываться назад. Научись получать удовольствие от того, что Рэйчел так сильно возбуждается, когда ты рядом, что не может нормально с тобой разговаривать. На самом деле это положительный знак.

Маркус бросил на него сердитый взгляд. Если бы Эрик упомянул о ее выбросах адреналина или о том, как она пахнет в возбужденном состоянии, он бы его нокаутировал.

— Откуда ты, черт возьми, знаешь, что Рэйчел меня избегает?

Эрик рассмеялся и ухмыльнулся.

— Может быть, потому, что я уделяю пристальное внимание женщинам с такими ногами, как у нее… точно так же, как и тот привлекательный чудаковатый парень.

— Опять сарказм… я понял, умник, — заявил Маркус. — Откуда ты знаешь, что Рэйчел поступает так из-за меня?

Эрик засмеялся и похлопал себя по животу.

— Это инстинкт, Маркус. Когда дело доходит до понимания дам, я отточенная машина для угадывания.

Маркус вздохнул и закрыл глаза, когда в его голове пронеслись образы ног Рэйчел. Ему было неприятно терять контроль, когда она была рядом. Его беспокойство по поводу того, что она о нем думает, было еще сильнее.

— Я выгляжу жалким, когда надеюсь, что ты прав насчет ее интереса ко мне?

— Нет, — заявил Эрик, шлепнув Маркуса по колену. — На этот раз ты ведешь себя как настоящий человек. Используй это. Я хочу, чтобы ты разобрался во всем этом, чтобы спасти девушку от самой себя. Процессор Рэйчел умирает. Я слышал, как Неро и Кира спорили, что с этим делать.

— О чем тут спорить? Процессор можно легко заменить, — произнёс Маркус, пожав плечами.

— Не ее, чувак. Рэйчел понадобится более масштабный ремонт… больше похоже на процедуру полной переустановки чипов Уильяма и, возможно, новую проводку, чтобы процессор работал с ее имплантатами.

Маркус провел рукой по лицу. Пейтон и другие приняли капитана из трудового лагеря в свою группу. Но Уильям никогда не казался ему полностью стабильным. Реабилитация капитана, подвергавшегося пыткам оказалась не совсем такой, как у большинства других. Мужчина всегда выглядел готовым перерезать себе или кому-нибудь еще горло.

Юношеский энтузиазм Рэйчел, который мог превратиться в такую тьму, был просто неприемлем.

— Она никогда не согласится позволить им так сильно модифицировать ее кибернетические компоненты. Рэйчел не хочет быть полным киборгом, — сказал наконец Маркус.

Эрик пожал плечами, встретившись взглядом со своим другом.

— Слишком поздно для таких желаний. Она уже киборг. Ее процессор все это время просто не работал в полную силу. Злой Брэд сократил его функционирование, чтобы попытаться оставить в ней как можно больше женских эмоций. Очевидно, женщины немного сходят с ума, если им не удается справиться с гормональными всплесками. Все побуждения Рэйчел в данный момент подавлены… так же, как и ее голос.

— Гребаный ублюдок. Я должен был убить его, когда у меня была такая возможность.

Эрик покачал головой.

— Злой Брэд — человек-робот. Он ходячий пример того, что «Нортон» пыталась из нас сделать. Думаю, именно поэтому Кира держит его здесь и постоянно снимает на камеру, чтобы каждый мог увидеть его судьбу. То, что с ним случилось, хуже смерти. Потому, что он не может оставаться самим собой.

Маркус задумался об этом… а затем о том, как расстроилась Рэйчел из-за того, что с ней произошло. Стать тем, что она ненавидела, было бы для нее хуже смерти. Для его душевного спокойствия было крайне важно, чтобы она оставалась живой и в мире с самой собой.

— Как мне убедить Рэйчел, что жить в качестве киборга это нормально? Я оказался в худшем положении, по сравнению с другими. Я потерял все важное для меня, потому что стал киборгом. Моя жизнь не изменилась несколько месяцев назад, когда Док нас освободила. Она изменилась, потому что я решил стать кибернетически усиленным для войны. Даже тогда я знал, чего мне это будет стоить, и все равно это сделал. Из-за этого решения я потерял семью.

Эрик пожал плечами.

— Ты просто один из тех людей, которым приходится жить, несмотря на то, что зачастую, все идет не так как планировалось. Вот почему все кажется таким нелогичным, если все, что ты делаешь, это исследуешь собранные данные. В конечном итоге жизнь будет кусать тебя за задницу снова и снова, повторяя твою самую сложную задачу, пока ты либо не сойдёшь с ума, либо не решишь её загадку. Никто не может объяснить, почему и как это всегда происходит с такими людьми, как ты. С другой стороны, такая неразбериха, как твоя, имеет тенденцию со временем разрешиться сама собой, даже если ты ничего не предпримешь.

Маркус откинулся на спинку стула и прищурился.

— Я понятия не имею, о чем ты только что сказал. Все, что я слышал, было бла-бла-бла… жизнь укусит тебя за задницу, Маркус. Черт, я и так об этом знал.

Эрик рассмеялся и покачал головой.

— Я сказал, что Рэйчел нужно пройти модернизацию и научиться жить с тем, что она ненавидит. А тебе, придется найти способ ей понравиться, несмотря на то, кем ты являешься.

— Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю, — заявил Маркус.

— Хорошо, я скажу. Ты не можешь сообщить Рэйчел, что у нее только что было свидание с киборгом. Если ты это сделаешь, то она тебя возненавидит, и кто знает, что она скажет в следующий раз, когда увидит этого компьютерщика. Судя по тому, как она относится к своему нынешнему состоянию, последнее, что ей нужно знать, это то, что она окружена киборгами, которые страстно ее желают.

Маркус провел рукой по своим лохматым волосам, которые, как он знал, остро нуждались в стрижке.

— Так что же мне сделать, чтобы не облажаться по-королевски, Доктор Психотерапевт Теоретик?

— Ух ты… это был отстойный сарказм, Маркус. Но, по крайней мере, ты пытаешься… — дразнящая улыбка Эрика быстро сменилась хмурым выражением, когда он увидел, насколько серьезно обеспокоен Маркус. — Если ты действительно хочешь тратить свое время на то, чтобы за кем-то следить, начни преследовать Натана 180. Посмотри, что ты сможешь о нем разузнать, прежде чем нам придется рассказать об этом Кире и Пейтону. Они должны о нем знать.

Вставая, Маркус кивнул и похлопал Эрика по плечу.

Глава 5

— Он… купил мне… чертов… портативный компьютер.

Сита хихикнула.

— Вполне логично. Какой еще любовный подарок купил бы любитель технологий женщине, которая ему интересна? Не каждый мужчина дарит цветы. Кинг, например, приносит мне еду.

Рэйчел нахмурилась.

— Я… отка…за…лась.

Она покраснела от раздражения, когда Сита протянула руку и постучала по наладоннику в ее руке.

— И все же здесь он лежит во всей своей сияющей красе.

Рэйчел уставилась на ярко-красный металлический предмет, ненавидя свою слабость.

— Он… оставил его… с… ИИ-охранниками. Они… заставили меня… принять… это. Под…лый… ублю…док.

Рэйчел бросила сердитый взгляд, когда Сита хихикнула и отвернулась.

— Не…смеш…но … Си…та. Я… не… хочу его… вни…ма…ния.

Сита махнула рукой и ушла.

— Я не могу тебе помочь. Ты думаешь, что мужчины-киборги красивы, но не будешь с ними встречаться, включая того сексуального Маркуса, который каждый день провожает тебя на работу и обратно. Так что, ты сама по себе со своей проблемой в виде навязчивого компьютерщика, малышка.

Рэйчел уставилась на телефон, но, наконец, нажала кнопку питания, чтобы его включить. Как она и опасалась, от Натана уже пришло сообщение. Она прочитала и закатила глаза.

«Мне очень, очень жаль, если я оскорбил тебя и твою работу. Пожалуйста, дай мне еще один шанс. Обещаю больше тебя не злить».

Он закончил сообщение анимацией плачущего человека.

— Коро… лева дра… мы, — сурово сказала Рэйчел, все еще злясь, потому что позволила Натану себя обмануть. В следующий раз она будет смотреть, куда идет, в этом чертовом фойе.

Теперь перед ней стояла проблема найти способ вернуть наладонник, не общаясь напрямую с Натаном. Но она найдет способ… или устройство попадет в корзину для переработки «Нортон». Меньше всего ей хотелось, чтобы у любого мужчины была возможность постоянно быть с ней на связи.

Ей следовало бы попросить Маркуса вернуть телефон Натану, но это ввело бы Маркуса в заблуждение. Было достаточно скверно, что ей продолжали сниться сексуальные сны о ее татуированном телохранителе. Вчера вечером, после его ухода, они были такими плохими и такими частыми, что сегодня утром было невозможно удерживать его взгляд дольше трех секунд.

Но независимо от ее физических потребностей, она была полна решимости, больше не позволять гормонам управлять ее здравым смыслом. Ни у одного мужчины не будет никаких технических средств для ее отслеживания. И она не собиралась давать Маркусу дополнительного повода для вожделения. Приняв такое решение, она специально сегодня оделась в свою самую уродливую одежду. Все, что она получила за свои усилия, это приподнятая бровь и тихая ухмылка от мужчины, чей взгляд останавливался на ее ногах каждый раз, когда он ее видел.

Рэйчел шумно выдохнула и нажала кнопку, чтобы выключить это дурацкое устройство. Когда индикатор питания продолжил светиться, она разочарованно вздохнула. Здорово. Прокачанный наладонник, который не выключался. Именно то, что ей было нужно. Теперь она официально его боялась. Решив позже проверить, не сдох ли он сам по себе, она засунула портативный компьютер в сумку и продолжила работу по подготовке лаборатории.

Прежде чем ее рабочий день закончился, к ней пришли четыре киборга, чтобы их починили. Последним в этот день был мужчина постарше… старше даже капитана Эллиота… если можно верить его серебристым вискам и небольшому количеству седых прядей в волосах.

Сита починила его руку, а затем, поскольку ей нужно было уйти, она передала ей лейтенанта Эдварда Дженсена, закончить отчет о его ремонте. Стараясь не стесняться своей речи, Рэйчел сбивчиво задавала необходимые вопросы и тщательно записывала ответы.

Лейтенант Дженсен улыбался каждый раз, когда их взгляды встречались. Наконец он сказал то, что она увидела в его взгляде.

— Надеюсь, ты не поймешь это неправильно, но ты слишком красива, чтобы прятаться здесь и работать над такими сломанными солдатами, как я. Почему-то мне кажется, что ты не планировала стать инженером-лаборантом. Что, черт возьми, ты здесь делаешь, милая?

— Кра…си…ва? С… ваши…ми… глазами… все… в… порядке? — сбивчиво спросила Рэйчел, улыбнувшись его комментариям и взглянув на свои длинные брюки и слишком большую рубашку. Должно быть он видел ее вчера. По крайней мере, тогда она выглядела сексуально.

То, что на ней было сегодня, было ее антисексуальным нарядом. Она носила его дома, когда чувствовала себя настолько одинокой и сексуально обделенной, что подумывала о том, чтобы отправиться на охоту на мужчин в барах. Одежда заставляла ее чувствовать себя уродливой и на несколько ступеней снижала ее безумное либидо.

И это было хорошо, потому что она совершенно не могла себе позволить пойти и найти на одну ночь еще одного Брэда Смита.

Сегодня она надела этот наряд, чтобы Маркус не смотрел на нее так долго и пристально. Уже несколько недель ей непрерывно снились сексуальные сны. Когда она заметила, что он смотрит на ее ноги, это еще больше усугубило ситуацию. Теперь ее тело начинало возбуждаться всякий раз, когда он был рядом, но она отказывалась использовать Маркуса только для секса. И для этого у нее были веские причины.

Во-первых, с ним было достаточно сложно справиться, не добавляя при этом осложнений. И во-вторых… что, если она захочет повторить… а потом еще? Она не собиралась влюбляться в человека, который может рвать ботов на части, когда захочет.

Тихий смех пациента вернул ее внимание к мужчине перед ней. Она могла только представить, какое выражение было у нее на лице, когда она думала о Маркусе.

— У меня с глазами все в порядке, солнышко. И они видят не только ужасную одежду, которую ты носишь. А что у тебя с голосом?

Рэйчел пожала плечами и склонилась к портативному компьютеру, набирая слова.

— Несчастный случай, — солгала она. И удивилась, когда собеседник громко и немного резко рассмеялся.

— Верно. Ты имеешь в виду тот же несчастный случай, который произошел со мной? Тот, что послал меня сюда починить мою механическую руку.

К ее удивлению, он протянул руку и слегка коснулся той стороны ее головы, где за волосами была скрыта ее кибернетическая панель.

Виноватый взгляд Рэйчел встретился с его понимающим взглядом. В глазах Эдварда Дженсена было сочувствие, а не жалость. Каким-то образом она сразу поняла, что этот опытный выживший никогда не осудит ее за то, что она сделала, чтобы выжить. Было странно, насколько интуитивно она стала разбираться в мужчинах, работая с киборгами. Некоторые в конечном итоге соприкоснулись со своей человечностью больше, чем когда-либо могло быть у большинства настоящих мужчин. Наконец она кивнула, потому что поняла, что у нее нет желания скрывать от него правду. Если она была наивна, доверяя ему, то, по крайней мере, это было лучше, чем все время оглядываться в прошлое.

— Да… такого же типа. — Она вдохнула и выдохнула. — Меня… похи…тили, — она сделала паузу, — и… изменили.

— Без сомнения, какой-нибудь киберученый, — резко сказал Эдвард, скатывая рукав вниз и застегивая его обратно, не встречаясь с ней взглядом. — Извини за грубость, милая. Честно говоря, если бы мог, ради тебя я бы убил этого ублюдка голыми руками. Ты молода и красива… чиста. Боже мой, в твоем возрасте ты не заслуживаешь того, чтобы иметь дело с этим дерьмом.

— А… что… насчет… вас? — спросила Рэйчел, изучая эмоции на его выразительном лице. — Вы… в… по…рядке?

Эдвард пожал плечами и встал.

— Буду ли жить? Да. Я в порядке? Нет. Моя настоящая жена умерла пять лет назад, и я понятия не имел об этом до прошлой недели. Она умерла, не зная, что я все еще ее люблю. Теперь двое наших детей не хотят иметь со мной ничего общего, потому что считают, что я какая-то вышедшая из-под контроля машина для убийств. Иногда мне хочется, чтобы доктор Уинтерс оставила меня таким, какой я был. Как кибермуж, я заключил контракт с довольно приличной во многих отношениях женщиной. В моем случае, я думаю, неведение действительно было блаженством. Теперь у меня нет ничего и никого.

Рэйчел положила руку ему на плечо.

— Нет. Не…выби…рать… самому… хуже. Поверь…те… мне.

Под своей ладонью она почувствовала, как все тело Эдварда вздыхает от почти невыносимой эмоциональной тяжести. Она знала, что многие киборги несут такой же вес. Она видела это каждый день. Эдвард был еще одним Маркусом… еще одним человеком, потерявшим всю свою семью из-за того, что он вызвался сделать и стал солдатом.

— Жизнь… ста… нет… луч… ше. Вы… должны… идти… дальше… Эд… вард.

— Ну, это то, что я пытаюсь сделать, но мне приятно услышать это от человека, который тоже это испытал. Возможно я о слишком многом прошу, но, можно тебя обнять?

Рэйчел почувствовала, как у нее задрожали губы.

— Да… мне… бы… тоже… не… поме…шало… объятие.

Его руки, обнявшие ее, были странными, но в то же время успокаивающими. Она позволила себе слегка к нему прислониться. Его губы коснулись ее виска, прежде чем он мягко ее отпустил. Она слегка шмыгнула носом и отступила назад.

— Спа… сибо.

Эдвард фыркнул.

— О, милая, это я благодарен. Ты дала мне первую настоящую надежду на то, что, возможно, я смогу начать все сначала.

Он поднес руку к ее лицу и положил на щеку. Рэйчел улыбнулась доброте в его прикосновениях.

— Рэйчел… пора идти. Технически ты отсутствовала на работе двадцать три минуты.

Они с Эдвардом обернулись, услышав резко отданную команду. На другом конце комнаты Маркус пристально смотрел на них со своего поста в открытой двери. Рэйчел выпрямила спину и ответила ему таким же сердитым взглядом. Разговор с Эдвардом был самой приятной связью, которая у нее была с человеком за чертовски долгое время. Она не позволит Маркусу испортить ей все своим… своим… чем? Ревностью?

Она изучала его лицо. Его взгляд продолжал скользить по Эдварду.

Здорово. Только этого ей не хватало. Очередное мужское эго, с которым приходится иметь дело.

Она почувствовала руку Эдварда, сочувственно погладившую ее спину, и фыркнула. Искреннее утешение от человека, который был практически незнакомцем. Похоже, ее инстинкты были правы, по крайней мере, насчет него.

— Ревнивый бойфренд? — спросил Эдвард тихим шепотом.

Старомодный термин, который он применил к Маркусу, заставил ее хихикнуть. Она повернулась к Эдварду и покачала головой.

— Нет… хуже. Он… тот… от… кого… невоз… можно… изба… виться.

Словно до этого они поделились тысячей шуток, Эдвард тихо рассмеялся и кивнул.

— Просто хочу предупредить, зайка… этот мужчина тоже видит не только твою уродливую одежду. Я знаю, о чем говорю.

Несмотря на то, что она не очень хорошо знала Эдварда, она ударила его по груди потому, что он дразнил ее из-за того, что Маркус ее привлекает. Этот шлепок принес ей еще один смешок и снова сделал счастливой. Она не могла припомнить, чтобы кто-то так сильно нравился ей за очень долгое время.

Когда Эдвард начал уходить, Рэйчел удивилась еще больше, потянув его назад. Она не была готова позволить ему просто уйти из ее жизни. Ей нужен был друг, который не работал с ней в «Нортон». Похоже, Эдвард, для этого вполне подходил.

— За…ходи…те… еще.

— Ты мне тоже нравишься, милая. Если тебе надоест этот бандит, который все время сердито на тебя смотрит, я знаю несколько хороших мужчин твоего возраста. Мы можем организовать это прямо сейчас.

Рэйчел фыркнула на его предложение, а затем увидела обиженное выражение лица Маркуса. Ее внутренности сжались, когда он опустил взгляд. Хотя его наблюдение за ее жизнью постоянно ее раздражало, она не могла смириться с тем, что кто-то ранил его чувства. Ее вздох эхом разнесся через имплант.

— Мар…кус… лучший… чело…век… какого… я… знаю.

Она увидела, как вопросительный взгляд Эдварда снова обратился к Маркусу.

— Ради его же блага, надеюсь, что это так, потому что с этого момента я буду за тобой присматривать. У тебя есть наладонник?

— Да. Рэйчел кивнула.

— Тогда позволь я дам тебе свои координаты.

Эдвард взял ее портативный компьютер и в конце отчета о нем, над которым она все еще работала, напечатал свои контактные данные.

— Запиши их в свои контакты и позвони мне завтра в обед, — приказал он.

Когда она кивнула, он похлопал ее по щеке и направился к Маркусу, который держал дверь открытой.

— Относись к ней правильно, Морпех. Не заставляй меня искать тебя, чтобы надрать задницу.

Маркус кивнул, разрываясь между разочарованием и непонятной виной. Неужели он действительно показал себя каким-то бесчувственным засранцем? Мужчина назвал его бандитом.

— Ладно. Всего хорошего, сэр.

Когда он повернулся назад, на Рэйчел была куртка, сумка, и на ее лице было такое хмурое выражение, какого он никогда не видел. Он открыл было рот, чтобы извиниться, но сожаления так и не вышло.

— Когда у тебя появился наладонник? Где он?

Ему очень хотелось знать. Рэйчел менялась каждый день, а он почему-то не мог наблюдать за ее развитием.

Рэйчел закатила глаза. Конечно, портативный компьютер был бы первым, чем он озаботился. И неважно, что он выкрикивал ей приказы в присутствии одного из ее пациентов. Не говоря уже о том, что она может чувствовать себя неловко из-за его попытки показать, что он каким-то образом контролирует ее время.

— По…шел… к… черту, — заявила Рэйчел. Она еще сердитей посмотрела и пошла к лифту без него.

Маркус покачал головой в знак поражения.

— Блин. Может быть, я действительно мудак, — сказал он себе, позволяя двери лаборатории за ним запереться.

***

Они молча дошли до многоквартирного дома Рэйчел, где их приветствовал обладающий самым развитым самосознанием ИИ-бот, какого Маркус когда-либо видел. Судя по всему, Эрику удалось модернизировать охранного бота до топового уровня.

— Добро пожаловать домой, Рэйчел Логан. Вы можете пройти через сканер. Ваш гость должен сначала зарегистрироваться.

Рэйчел повернулась и посмотрела на Маркуса. Он пожал плечами и шагнул вперед, чтобы приложить ладонь к сканеру удостоверений.

— Добро пожаловать, Маркус 582. Ваша личность занесена в нашу базу данных посетителей. Вы оба можете пройти через сканер.

Рэйчел быстро прошла через арку. Она оглянулась и увидела Маркуса, идущего за ней по пятам.

— Хорошего дня, — сказал охранник, прежде чем вернуться на свою позицию.

Пока они ждали лифт, Маркус оглянулся на ИИ.

— Надеюсь, эта модель задержится здесь надолго.

Рейчел тоже на это надеялась, но вместо того, чтобы сказать об этом, пожала плечами. Она не хотела разговаривать с Маркусом. Вероятно, он просто задал бы ей кучу вопросов об Эдварде, на которые она не хотела отвечать.

Когда двери лифта открылись, Рэйчел быстро подошла к своей двери. Она сделала паузу, прежде чем вытащить из сумки ключ доступа.

— Спо… кой… ной… ночи… Мар… кус.

Ее сбивчивая, механическая речь не сделала предложение уйти менее ясным. Маркус засунул руки в карманы потрепанной спортивной куртки, купленной в магазине подержанной одежды. Эрик был прав. Он мог бы немного улучшить свой имидж. Но он привык выглядеть плохо, потому что это помогало ему сливаться с толпой.

— Рэйчел, я… — он остановился, когда она повернулась и подняла на него взгляд. В балетках она была ниже ростом, но, как ни странно, выглядела более устрашающе. Он изучал ее сердитое и неумолимое выражение лица. Его вздох эхом разнесся по пустому коридору. — Послушай… мне жаль, что я прервал тебя посреди планов, которые ты строила с тем парнем в лаборатории. Но я думал, что ты ненавидишь киборгов, и не знал, задерживает ли он тебя…

Ее ладонь, надавившая на его грудь, заставила его от удивления отпрыгнуть назад.

— Что? Что такого я сказал?

— Я… могу… знако… миться… с… кем… за… хочу. Иди… Ухо… ди.

Маркус покачал головой.

— Рэйчел, подожди. Мне жаль. Я не имел в виду… черт… я ревновал. Хорошо… я это признаю. Я думал, он приглашает тебя на свидание. Я… плохо отреагировал.

Сумка соскользнула с плеча, когда она взмахнула рукой в жесте полного неверия.

— Эд… вард… был… просто… был… добрым. Не… не… будь… таким…

Ее рука снова взлетела, когда она произнесла «вежливое» слово.

— Хорошо, — заявил Маркус, подняв обе руки. — Я понимаю, о чем ты говоришь. Но я ни на что не намекал. Просто меня не может не волновать то, что с тобой происходит.

— Почему? — потребовала ответа Рэйчел, ее голосовой аппарат заскрипел, а горло сжалось.

— Почему? — повторил Маркус. Что это был за вопрос? Он посмотрел налево, направо и снова налево. — Мне нужно о тебе заботиться. Ты моя работа.

— Нет… не… нужно. Пошел… нафиг, — и подняла средний палец, чтобы подчеркнуть сказанное.

Маркус ничего не мог с этим поделать. Ее яростная реакция заставила его рассмеяться. Улыбка ранила его лицо, и ему пришлось его потереть. Все это время Рэйчел стояла и на него смотрела.

— Трус… нес… част… ный, — подразнила она. Рэйчел сильно на него давила, но ничего не могла сделать. — Мне… не… нужно… чтобы ты… следил… за мной.

Его смех умер, но улыбка не исчезла.

— Может быть, я не нужен тебе, но ты нужна мне. Мысль о том, что я не вижу тебя каждый день, повергает меня в панику, которая заставила бы Киру вернуть меня в клетку, если бы она знала, насколько все плохо. Ненавижу каждый день оставлять тебя одну в «Нортон» на семь с половиной часов… и да, я знаю, что это слишком большая паранойя. Эрик постоянно читает мне об этом лекции.

— Тебе… нужна… мен… таль… ная… помощь. — заявила Рэйчел.

Затем она закрыла глаза и досчитала до десяти, пытаясь успокоиться. Это не помогло ей остыть. Когда она снова открыла их, Маркус стоял в шести дюймах от нее. Она почувствовала тепло его тела.

— Нет, мне нужна ты… как мужчине нужна женщина. А я тебе нужен, Рэйчел Логан? Я не могу сказать наверняка, и незнание меня убивает. Я, наверное, слишком стар для тебя… и, наверное, слишком уродлив… и уж точно у меня мозги набекрень… но мне бы очень хотелось тебя поцеловать… хотя бы один раз. Я думал об этом несколько месяцев.

— Месяцев? — повторила Рэйчел, пытаясь осознать то, что Маркус так долго скрывал свой интерес.

— Да… месяцев. Я это почувствовал вскоре после того, как мы встретились, и стало еще хуже, когда я понял, что моя семья больше меня не хочет. Я ничего не сказал… и не действовал в своих интересах… потому что старался не торопить тебя. У тебя были свои собственные демоны, от которых нужно было избавиться. Я решил, что тебе не нужны еще и мои, — признался Маркус.

— Ты… властный… и… злой… на… мир. С тобой… совсем… не… по… весе… лишься.

Маркус усмехнулся этому преуменьшению.

— Эрик говорит, что я мудак.

— Иногда… да, — согласилась Рэйчел, кивнув.

— Эй. Ты могла бы с этим не соглашаться, знаешь ли, — заявил Маркус, снова смеясь.

Рэйчел почувствовала, как у нее дернулся рот.

— Слишком… правда… чтобы… отрицать.

Маркус провел рукой по волосам. Он шел на дно. Его процессор бешено вращался.

— Ладно. Я мудак. Как ты думаешь, у меня вообще есть какие-то положительные качества?

— Не… много… есть.

Снова посмеиваясь, Маркус подошел ближе. У него закружилась голова, когда Рэйчел не отошла.

— Я так восхищен тобой. У тебя имплант, чтобы ты могла говорить. Ты работаешь вместе со Злым Брэдом и до сих пор его не убила. Я мечтаю об этом почти каждый день.

— А… я… нет. Слишком… заня… та… мечтая… о… тебе, — призналась Рэйчел, затаив дыхание.

Она заметила, что Маркус долгие мгновения смотрел на ее рот, прежде чем, наконец, склонить голову для поцелуя, который очень долго ждал случая. В ее горле началась вибрация, когда его губы нежно коснулись ее губ. Он скользнул по ним в одном направлении, затем повернул голову и наклонил их в противоположную сторону. Она скользнула в уютную, густую дымку похоти, где имело значение только то, что они делали.

Когда Маркус позволил ей снова вздохнуть, она прошептала лишь одно слово.

— Еще.

Маркус вернул голову в исходное положение и еще больше углубил поцелуй. Рэйчел помогла, открыв рот, чтобы впустить его язык внутрь, и обняв его за шею, притянула ближе. Он поднял ее с пола и прижал к двери. Ее ноги обвили его… те невероятные ноги, которыми он так часто восхищался. Это ощущалось очень правильно.

— Я избавился от большей части своих воспоминаний о том, как я это делал. Оставишь ли ты вместе со мной воспоминание, которое я буду рад сохранить на всю оставшуюся жизнь? Прошло слишком много времени с тех пор, как женщина меня искренне хотела.

Его слова опустились внутрь нее, заставив ее влечение к нему расцвести. Рэйчел позволила своему телу отяжелеть и прижаться к нему. При этом ее промежность зацепилась за выпуклость в его потертых джинсах. Первые стадии блаженства вызвали у нее дрожь. Если он не будет с ней в ближайшее время, она просто взорвется.

— Я… тоже… тебя… хочу, — призналась она ему в рот.

Маркус застонал, услышав ее признание, и от этого звука ее затрясло еще сильнее.

— Могу я войти внутрь? — спросил он.

— Пото…ропись, — улыбаясь, приказала в ответ Рэйчел, двигаясь вверх-вниз.

Маркус рассмеялся над ее флиртом.

— Я имел в виду твою квартиру, но я с радостью принимаю и это предложение.

Он обхватил ее бедра одной рукой, чтобы удержать на месте, а затем наклонился, чтобы поднять ее сумку с пола.

Рэйчел порылась в сумке, не обращая внимания на портативный компьютер, который задел ее пальцы. Наконец она вытащила свой ключ доступа и передала его Маркусу. Несколько секунд спустя он перенес ее через порог и застыл, покрывая легкими покусывающими поцелуями ее губы.

Когда Маркус прижал ее к двери, его руки под ее бедрами раздвинули ее ноги, так что он мог уверенно протолкнуться между ними. Его эрекция, прикасаясь к ней, ощущалась великолепно. Никаких сомнений по поводу того, что она делала, не было.

— Ты… вообще… не… ощуща… ешься… старым…, — прошептала она.

Маркус ухмыльнулся комплименту и поцеловал ее глубже, осмеливаясь позволить своему языку тоже давать обещания. Во время одного из таких исследований женщина в его руках вцепилась в его поглаживающий язык и пососала. Удовольствие от этого охватило его, затмив все, кроме необходимости завершить их физическую связь всеми возможными способами.

Когда они подошли к кровати, Маркус последовал за Рэйчел вниз, лежа на ней в блаженстве. Он отстранился от их поцелуя и посмотрел на ее покрасневшее лицо и опухшие губы. Откинул волосы с ее лица и воспользовался моментом, чтобы запомнить, какой счастливой она выглядела.

— Ты такая красивая. Ты в этом уверена?

Ему ответом было то, что ее руки между ними занялись делом, а ее ноги зацепились за его колени. Маркус застонал и прижался своим лбом к лбу Рэйчел, позволяя ей делать свое дело. Каким-то образом она спустила с него штаны и вскоре стала гладить его в медленном ритме, заставив забыть обо всем, кроме проникновения в нее.

Когда он смог заставить себя пошевелиться, его рука залезла ей под рубашку и ловко расстегнула тонкую кружевную ленту, удерживающую его от рая. Как только Маркус освободил грудь, он обхватил ее ладонью, ее острый сосок доказывал, что она так же сильно его хочет.

Его рука покинула ее грудь и присоединилась к другой, когда он снимал с нее штаны. Он также снял рубашку и избавился от бюстгальтера, все еще свисавшего с ее рук. Он скинул джинсы и наклонился над Рэйчел, позволяя ей медленно втянуть себя внутрь. Это соединение было лучше, чем он ожидал. Ее тело пульсировало вокруг него, когда он мягко, но уверенно в нее входил.

После нескольких серьезных толчков, отключающих сознание, она выгнула спину, и это стало сигналом, которого он ждал. Он скользнул руками под ее поясницу, чтобы помочь удержать ее в этом положении. Через несколько секунд Рэйчел вздохнула и радостно сжалась вокруг него.

— Черт… Я мог бы смотреть, как ты делаешь это весь день, — прошептал он. — Позволь мне показать тебе еще кое-что.

Он приблизился к ней еще дальше и изменил угол наклона, погружаясь глубоко и удерживая. Когда он отступил, выскальзывание было медленным и мучительным, и Рэйчел извивалась, пытаясь остановить его отступление.

Маркус улыбнулся и прижался губами к ее лбу, прежде чем позволить им скользнуть к ее уху.

— Возможно, ты знаешь это. В постели я тоже привык командовать, — прошептал Маркус, погружаясь в нее сильно и до упора.

Он снова медленного вышел. Ее тело прижалось к нему в полном соответствии с тем, о чем он просил. Когда он занимался любовью, его хорошо отработанная способность попадать в идеальное место была талантом, которым он был более чем счастлив, поделиться с невероятной женщиной в своих объятиях.

Незадолго до того, как он потерял рассудок, тело Рэйчел резко сжалось под его телом. Ее вышедшие из-под контроля оргазмические рывки почти сумели оторвать его от нее. Маркус засмеялся над ее бурной реакцией и сильно надавил, позволив себе наконец обрести благословенное облегчение. Когда его разум прояснился, Рэйчел замерла. Улыбаясь, он поцеловал ее лицо, остановившись у ее горла, чтобы отдать дань уважения своего рода жертве, которую он хорошо понимал.

Он позволил себе мягко выскользнуть из нее в последний раз, посмеиваясь, когда она застонала и снова попыталась сопротивляться.

— Еще… раз, — медленно сказала она, проведя рукой по его покрытой щетиной челюсти, которая крайне нуждалась в бритье.

Маркус улыбнулся. Гордость переполняла его, когда он наклонился ниже и положил голову на ее гладкий, как шелк, живот.

— Как хочешь, столько раз, сколько хочешь, — мягко поклялся он.

Ответом Рэйчел было то, что ее рука агрессивно потянула его голову назад, чтобы она могла целовать его до потери сознания. Впервые с момента своего восстановления Маркус почувствовал себя самым счастливым человеком на земле.

Глава 6

Рука Рэйчел поднялась к горлу, когда она поймала себя на том, что пытается напевать уже в двадцатый раз за день. Она потерла кожу вокруг резонансного имплантата. И впервые задалась вопросом, поможет ли ей приобретение нового процессора от него избавиться.

Когда дверь лаборатории открылась, она быстро повернулась, ожидая увидеть нового пациента. Вместо этого внутрь вошел Эдвард и улыбнулся ей. Каким-то образом ему удалось уговорить охрану предоставить постоянный доступ туда, где она работала. Она бросила свои дела и подошла, чтобы его обнять.

— Ух ты. Какое приятное приветствие. Сегодня ты выглядишь намного счастливее. Бандит обращается с тобой правильно?

Рэйчел ухмыльнулась и кивнула, стараясь не рассмеяться. Смеяться теперь больно. И говорить снова становилось все труднее. Она начала принимать обезболивающие, чтобы предотвратить худшие проявления постоянного дискомфорта.

— Обед? — спросила она с надеждой.

Эдвард кивнул, высвобождаясь из ее объятий.

— Да… Боже, да. Давай пообедаем и займемся чем-нибудь обычным. Чертовы консультации наконец-то навсегда закончились. Что, черт возьми, может понять человек моложе тебя о жизни, которую я прожил? Ничего. «Нортон» зря тратит свои чертовы деньги. Они должны заплатить за консультацию тебе. Я чувствую себя лучше, просто глядя на тебя.

Рэйчел улыбнулась и указала на свои сумку и куртку, висевшие на стене возле двери. Он снова кивнул и пошел их забрать.

Она взяла свой рабочий портативный компьютер и отправила Сите сообщение по внутренней связи, чтобы сказать ей, куда она направляется. Положив его обратно, Рэйчел скользнула в куртку, которую держал для нее Эдвард.

— Расскажи… мне… все, — прохрипела она, довольная тем, что держит его за руку, когда они открыли дверь лаборатории, чтобы уйти.

К сожалению, возле нее стоял Натан с поднятой рукой, чтобы постучать. Это сразу же испортило ее день. Ей хотелось порыться в сумке и вернуть ему наладонник, который до сих пор так и не выключился. Однако, она не хотела портить себе хорошее настроение или обед с Эдвардом, устраивая сцену.

— Ой… извини. Привет. Это твой отец? — спросил Натан.

Она видела, как его взгляд скользнул по Эдварду и тут же его покинул. Ей было интересно, что подумает Натан, если поймает ее с татуированным Маркусом. Будучи человеком, склонным говорить правду, Рэйчел мгновенно покачала головой.

— Свидание… за… обедом, — сказала она так гордо, насколько мог передать ее механический голос.

Что-то странное мелькнуло в глазах Натана, но исчезло так быстро, что Рэйчел подумала, возможно, неловкость с ним заставила ее это вообразить. Он пожал плечами и улыбнулся.

— О… ладно. Я собирался проверить, свободна ли ты… но, конечно, вижу, что нет… так что увидимся.

Рэйчел вежливо кивнула и обняла Эдварда, чтобы вытащить его за дверь. Оставив Натана, который чесал затылок, они оказались в лифте прежде, чем она смогла с облегчением вздохнуть.

— Еще один бойфренд? — спросил Эдвард, слегка усмехнувшись.

Рэйчел фыркнула.

— Плохое… плохое… свидание… за чашкой… кофе.

— Я так понимаю, это не тот человек, которого легко обескуражить, — прокомментировал Эдвард.

Рэйчел повернула голову и увидела, что Эдвард выглядит серьезным.

— Он… странный.

Эдвард кивнул и прислонился спиной к стене.

— Солнышко, я только что подумал о том же.

***

Маркус провел рукой по голому подбородку. Даже ИИ-боты у сканеров странно на него смотрели. К потере волос на лице придется привыкнуть, но ему хотелось узнать, что об этом думает Рэйчел.

Он вошел в лабораторию и опустился на стул рядом с Эриком.

— Твоя задница приклеена к этому сиденью? Каждый раз, когда я тебя ищу, ты оказываешься у этой чертовой консоли.

Эрик повернул голову, намереваясь нанести ответный удар, но зрелище лишило его дара речи.

— Кто ты, черт возьми? — спросил он. И засмеялся, когда Маркус сильно ударил его по плечу.

— Я побрился и постригся… по твоему совету. Так что не пытайся меня подколоть. Я и так неловко себя из-за этого чувствую. Я даже не представлял, что это так, пока ты не сказал, как плохо я выгляжу. Держись подальше от моего мозга.

Эрик усмехнулся, его взгляд скользнул вверх и вниз.

— Новые джинсы. Новая рубашка. Никаких дыр, кроме тех, что у тебя в голове. Так как долго ты спишь с Рэйчел? — его ответом был еще один сильный удар по руке. Эрик рассмеялся, ее потирая. — Я так понимаю, ты пришел не об этом поговорить?

Маркус оперся локтем на стойку с виртуальной клавиатурой перед собой и повернулся, чтобы посмотреть на своего ухмыляющегося друга.

— Я следил за нашим странным киборгом три дня. Он никогда никуда не ходит, кроме дома и в «Нортон» на работу. Он не встречался с другими женщинами, поэтому меня сильнее беспокоит то, что он сосредоточится на Рэйчел. Я думаю, он недавно переехал из дома своей матери, потому что в его доме появилась какая-то пожилая женщина. Она была там десять минут и ушла в слезах. Он последовал за ней на улицу и продолжал повторять, что не собирается возвращаться домой.

Эрик усмехнулся.

— Похоже на реалити-шоу.

— Так и было, — согласился Маркус. — Что ты узнал?

Эрик снова сосредоточил свое внимание на консоли.

— Нечто, что удерживало мою задницу на этом сиденье несколько дней. Файл Натана 180 имеет запечатанную версию примерно на три уровня ниже. Злой Брэд не смог взломать код. Еще более тревожно то, что я нашел еще двадцать девять таких же, как он. Прослеживается закономерность, каждые два месяца делается новая запись. И это продолжается уже много лет. А также представь.… они все в той или иной степени странноватые компьютерные программисты. Кроме того, можно отличить ранних по их хорошо развитым грудным мышцам. Вот такой прикол. Хотя, Натан только начинает наращивать мышцы.

— Почему их нет в списке тех, кого нужно спасать?

Эрик откинулся назад и скрестил руки на груди.

— Чтобы спасать от чего? Они не участвуют в программе «Кибермуж». Их не отправляют в трудовые лагеря. Они все находятся в обычном обществе и выполняют нормальную работу. Мы обычно обходим их стороной при поиске в базе данных, потому, что по большей части они похожи на восстановленных киборгов. Плюс их незначительные преобразования не привлекают наше внимание.

— Значит, они прячутся на виду, — заявил Маркус.

— Да, но я пока не могу узнать, где этих ребят… а они пока все парни… делают. Я уверен, что ответ где-то на этих закодированных уровнях.

Маркус провел рукой по голому подбородку. Ему это казалось таким странным. Небольшое косметическое изменение может сбить вас с толку. Чувство неловкости по поводу своей внешности мучило его до тех пор, пока у него не осталось другого выбора, кроме как действовать. Теперь же он жалел, что сначала не спросил мнение Рэйчел.

Эрик указал на экран.

— Нейронные улучшения не являются чем-то новым. Людям, которые не могут найти себя в обществе, постоянно вставляют нейронные имплантаты. Именно так Кира Уинтерс начала заниматься кибернетикой. Она разработала чипы, код и систему доставки, которые лечили психические заболевания. Это позволило людям с такими проблемами жить в основном нормальной жизнью. Однако это не считается полной кибернетической конверсией. Именно грудные мышцы рассказывают историю наших странных киборгов.

— Как это? — спросил Маркус.

Эрик поднял одно плечо.

— Они должны быть полностью подключены, чтобы связать свой процессор с нервной системой, иначе для импульсов не было бы никакой электрической цепи, по которой они могли бы передаваться. Самый старый из таких киборгов-компьютерщиков в базе данных теперь выглядит как Кинг. Думаю, его мускулы также созданы не только для показухи.

— Думаешь, что существует черный рынок превращений в киборгов?

Эрик посмотрел на потолок.

— Возможно. Гики, как правило, хорошо зарабатывают. Тебе стоит увидеть шикарную тачку Неро. Это не то, что мы с тобой когда-либо сможем себе позволить.

— Будут ли мышцы достаточным основанием для того, чтобы эти парни обратились?

Эрик рассмеялся и улыбнулся.

— Ты побрился и подстригся для кого-то, не так ли?

— Это немного другое.

— Маркус. Маркус. Маркус. У тебя когда-нибудь были проблемы с тем, чтобы с кем-то перепихнуться? Думаю, нет, иначе мне не пришлось бы тебе это объяснять.

Маркус фыркнул.

— Не совсем так… Я имею в виду, что мне не так повезло с дамами, как Кингу… но я отказался от этого после того, как женился.

— Именно, — сказал Эрик. — Эти парни от природы не умеют обращаться с женщинами. Кажется, что генетика благоприятствует либо вашему мозгу, либо мускулам, но редко и тому и другому. Большинство из этих ребят, вероятно, жили дома со своей матерью до того, как приняли это решение. Я думаю, наличие грудных мышц меняет для них многое. И импульсы полезны и в других отношениях… если ты знаешь, как разумно их направить. Талантливый в сексе киборг вполне мог бы сделать достаточно счастливыми двух или трех женщин. Я никогда лично не проверял эту теорию, но бывают случаи, когда я могу работать всю ночь и не уставать.

— Значит, благодаря этому преобразованию ребята, делающие это, мгновенного превращаются из любителей компьютерных игр в жеребцов, — заявил Маркус.

Эрик кивнул.

— Это могло бы объяснить привлекательность таких людей, но мне интересно, что происходит с их генетически одаренным мозгом, когда весь этот тестостерон начинает прокачиваться через их тела. Наши процессоры через некоторое время должны были стабилизироваться и просто нас поддерживать. Экстремальные мышцы Кинга в основном такие от природы. Однако мы с тобой не похожи на Кинга, потому что мы не запрограммированы выглядеть как он. Судя по тому, что я видел у первого парня до его обращения, его мышцы не перестанут развиваться, пока его тело не потеряет способность вырабатывать тестостерон.

— Но даже тогда, всегда есть уколы, — сказал Маркус, думая об этом.

— Это еще страшнее, — заявил Эрик. — Я думаю, пришло время поговорить об этом с остальными. Несмотря на то, что я научился скрывать свои поисковые запросы, появление «Нортон» на этом рынке лишь вопрос времени. Если мне удастся расшифровать один из этих заблокированных файлов, в отдел ИТ «Нортон» будет отправлено уведомление о нарушении безопасности.

— Должен ли я продолжать следить за нашим дамским угодником? — спросил Маркус.

Эрик кивнул.

— Есть вариант лучше. Поставь на него метку… и на Рэйчел. У меня плохое предчувствие.

Маркус нахмурился, волнуясь теперь больше, чем когда-либо.

Глава 7

Недовольный Эрик поплелся за Пейтоном. Обычно, когда тому нужно было поговорить с сумасшедшей дамой, с ним шли Кинг или Маркус. Сегодня Маркус в свой выходной следил за их киборгом компьютерщиком, а у Кинга были неотложные дела в ресторане. Больше никого не было, и у него не было оправдания, чтобы отказать Пейтону, не признавшись в том, что они с Маркусом расследовали. Поэтому он поплелся за Пейтоном, желая снова оказаться за консолью и работать над расшифровкой файла странного киборга.

Они спустились на два уровня вниз и оказались в том, что по сути представляло собой подземный резервуар, переделанный в современное бомбоубежище. Женщина ходила по камере, напоминая тигра, ходящего по кругу внутри клетки. Эрик почувствовал покалывание в спине, когда ее взгляд остановился на нем. Он мог только представить, какой ад она видела в своей жизни. Ее глаза были более дикими, чем у любого поврежденного киборга, которого он когда-либо видел… включая глаза Уильяма.

Основываясь на отрывочной информации в файле Эвелин 907, он подсчитал, что она ненамного старше Маркуса. Ее тело было превосходным, более прекрасным, чем следовало бы, учитывая ее обстоятельства. Волосы были чистыми, но остро нуждались в укладке. Одежда была стандартной для заключенных. Технически, она и была заключенной.

Пейтон подошел к решетке клетки на расстояние вытянутой руки и не отступил назад, когда Эвелин к нему подошла.

— Я вижу, что кодированный сигнал помогает, — сказал Пейтон.

Эрик наблюдал, как она резко кивнула.

— Немного. Сейчас я схожу с ума только две трети времени. Маниакальные эпизоды значительно уменьшились. Желание убивать людей, приносящих мне еду, почти исчезло.

Ее голос был мягким, как виски, но Эрик услышал боль за храбростью. Видимо, Пейтон тоже. Когда капитан заговорил его голос смягчился.

— Это скоро закончится. Мы приближаемся к решению проблемы. Ты была права насчет военных чипов. Когда доберемся до твоего, мы позаботимся о том, чтобы его извлечь.

Когда она повернулась и прошла через камеру, тело Эрика тревожно напряглось. Она потерла лоб. Было ясно, что она держится на волоске, стараясь не сорваться. Ему было больно за ее душевные муки. А если серьезно… никому с такой задницей, как у нее, не следует носить эти ужасные медицинские штаны цвета лайма.

— У тебя проблема с моей одеждой? — резко спросила Эвелин.

Тело Эрика напряглось.

— А что? Разве я сказал, что у меня с ней проблема? — он не помнил, чтобы что-то говорил.

Ее взгляд скользнул назад и пригвоздил его.

— Ты думаешь очень громко. Не так, как, мистер Сильный или Молчаливый. Могу поспорить, что твой мозг мечется повсюду, не так ли? И держу пари, что тебе чертовски трудно удерживать внимание на чём-либо дольше пяти секунд.

Несмотря на крики самосохранения, Эрик придвинулся ближе к решетке. Однако, покашливание Пейтона привлекло его внимание. Покачивание головы начальника заставило его остановиться вне ее досягаемости.

— Извини. В будущем я постараюсь думать тише.

Эвелин фыркнула и посмотрела на Пейтона.

— Он не похож на тупиц, которых ты обычно с собой приводишь. Они отгораживаются от меня, думая о таких вещах, как еда и траханье женщин. А мозг этого человека работает как чертов компьютер. Ты пытаешься узнать, смогу ли я синхронизироваться с ним, не так ли? Что ж, избавлю тебя от необходимости спрашивать, капитан Эллиот. Не могу… пока. Но учитывая скорость развития моего мозга, это лишь вопрос времени.

Пейтон вздрогнул, когда острая стреляющая боль пронзила его череп.

— Прекрати это. Нет смысла причинять мне боль. Я знаю, что ты можешь сделать. Ты уже показывал мне это раньше. Помнишь?

Действуя инстинктивно, Эрик схватил Пейтона за рубашку и швырнул его назад, пока более крупный мужчина не ударился о стену. Физическая боль от падения, должно быть, нарушила работу какого-то нейронного пути, по которому она с ним синхронизировалась по беспроводной сети, потому что Пейтон выругался и поднялся на ноги.

Ее взгляд метнулся в сторону Эрика, заставляя его инстинкты сходить с ума. Она выпрямилась и скрестила руки на груди.

— Думаешь, у тебя иммунитет? — спросила она.

Эрик фыркнул.

— Боже, нет… Я думаю, что ты сексуальная. Разве ты не читала мои мысли всего минуту назад?

Он представил, как стоит перед ней, срывает с нее одежду и прижимает ее обнажённое тело к своему полностью одетому. Это трудно было назвать неприятным развлечением, несмотря на то, какой оборванной она выглядела. Однако стоявшая в клетке Эвелин вскрикнула от гнева, каким-то образом перехватив изображение. Она взяла небольшой металлический столик и сбила лежащую на нем книгу на пол. Столик как ракета полетел в решетку и был нацелен прямо на него.

— Черт… Держу пари, в постели ты как дикая кошка, — заявил Эрик.

В ответ Пейтон схватил его за одежду и дернул назад, когда он двинулся вперед к клетке, чтобы встретиться с ней лицом к лицу.

— Черт возьми, ты что творишь?

— Защищаю нас, Пейтон. У нее работает какой-то беспроводной передатчик, и он, кажется, может синхронизироваться с кем бы то ни было поблизости… если только она не отвлечется. Я отвлекал ее процессор… или что-то еще, что она использует. Блин, я не знаю что. Просто импровизирую. — Эрик перевел взгляд на женщину, смотрящую на него. — Я тебя не боюсь, Эвелин. Я хочу помочь. Перестань быть мстительной сукой и позволь мне это сделать.

— Хватит, Эрик. Мужчины не были к ней добры… если ты меня понимаешь. Что бы она ни делала, разговаривай с ней уважительно. Я ясно выражаюсь?

Женщина в клетке закрыла лицо. Он готов был поспорить, что она была больше смущена мгновенной защитой Пейтона, чем оскорблена всем, что он ей сказал, но Эрик слышал, как она всхлипнула. Он размышлял, насколько искренней была ее реакция, но не мог решить.

— Яснее некуда, капитан, — ответил он наконец.

Пейтон повернулся лицом к клетке, но промолчал, когда Эвелин подняла руку.

— Нет. Не рассказывай мне больше, как ты делаешь все, что можешь. Я создана, чтобы умереть. Это только вопрос времени. Либо я вообще взорвусь, либо у меня мозг сломается. Запечатайте это место и взорвите меня. Я устала от этого дерьма, Пейтон. Учитывая то, что со мной сделали Джексон Ченнинг и Брэдли Смит, я слишком сломана, чтобы жить. Мы оба это знаем.

— Нет, — твердо сказал Пейтон. — Это то, чего такие люди, как они, от нас ожидают. Мне никогда не нравилось быть предсказуемым. Тебе тоже не следует этого делать. Морской пехотинец не оставляет другого морпеха умирать. Мы с моими людьми выбрались из кибер ада, сможем вытащить и тебя капитан.

— Капитан, — сказала Эвелин. — Это же просто смешно. Они были готовы пообещать мне что угодно, лишь бы я оказалась в том проклятом медицинском кресле. Все, чем я была после этого, каким-то правительственным секс-ботом, которым торговали, чтобы продемонстрировать, насколько умны их программы. Что ж, они ошиблись. Они мертвы, а я еще нет. К чёрту их и их намерения.

Эрик наклонил голову. Джексон Ченнинг был мертв. Брэдли Смит был… ох дерьмо. Едва он представил себе Брэда в лабораторном халате, как она повернулась в его сторону и прищурилась.

— Спасибо, умник. Я знала, что этот подлый ублюдок найдет способ остаться в живых. Ты только что дал мне повод продолжать бороться, чтобы выбраться отсюда. У меня еще есть кого убить. Это должно сделать оставшегося создателя счастливым.

Пейтон пристально на него посмотрел. Все, что он мог сделать в ответ, это пожать плечами.

— Ты не говорил мне, что она умеет читать мысли, Пейтон.

— Потому что она не могла прочитать других, — заявил Пейтон. — Она не может читать мои мысли. Хотя может настроиться на меня, но только потому, что мы оба одного и того же ранга. Это стандартное программирование на чипе, который у нее есть, но она научилась с этим справляться.

Эрик потер лицо, ему не понравилось, как она удовлетворенно ему улыбнулась. Он мог сказать, что ей приятно видеть, как он навлек на себя неприятности.

— В следующий раз я буду лучше подготовлен к встрече с ней. Может быть, я сделаю себе шапочку из фольги.

— Замечательно. Еще одна задача, которую я с нетерпением жду, — сказала Эвелин.

Эрик повернулся и увидел, как слезы беспрепятственно текут по ее лицу. Их присутствие превратило холодность ее слов в ложь. Она либо игнорировала свои слезы, либо больше не чувствовала, как они падают. В любом случае, ему было жаль той роли, которую он сыграл сегодня и причинил ей дополнительную боль.

— Прошу прощения за то, что я заставил тебя представить вместе со мной. На самом деле я бы никогда так не поступил с женщиной. Даю слово.

— Ничьи слова не имеют для меня значения, и мысли людей никогда не совпадают с тем, что они говорят. Я вижу гораздо больше, чем позволяю кому-либо знать. У каждого есть личная заинтересованность. У всех… даже у него.

Эрик наблюдал, как ее голова склонилась в сторону Пейтона.

— Он хочет знать, сколько еще существует таких, как я. Их были десятки… десятки… вначале. Женщины слишком опасны, чтобы оставлять их в живых. Теперь их пять. Мы были настроены на то, чтобы постоянно осознавать присутствие друг друга. Я каждый раз чувствую, когда еще одна умирает.

— Тогда помоги нам спасти последних пятерых, капитан. Я помогу тебе найти способ, — предложил Эрик. Он почувствовал, как она пристально смотрит на него, прежде чем резко от него отвернуться.

— Убери его отсюда, Пейтон. Он меня бесит.

Пейтон покачал головой и указал на дверь. Эрик повернулся в том направлении, но затем повернул обратно.

— Какое твое настоящее имя, Эвелин? — он услышал ее фырканье.

— Если бы я это знала, я бы тебе сказала. Они стерли все, кроме того, кем они хотели, чтобы я была. Я больше ничего не знаю, — ответила она, держась к ним спиной.

Эрик взглянул на книгу на полу.

— Разум и Чувства. Я несколько раз читал ее в колледже. Изучал литературу. Тебе нравится эта книга?

Она повернулась и посмотрела туда, куда та упала, но не попыталась ее поднять.

— Она меня успокаивает, когда ничто другое не помогает, — неохотно сказала Эвелин.

По его мнению, могла быть только одна причина, по которой она ухватилась за такую книгу со всеми своими проблемами. Эрик прокручивал в уме женские персонажи, видя каждого из них на невидимом портативном экране, который носил в голове.

Элинор. Марианна. Маргарет.

Нет. Она не была похожа ни на одну из них.

Люси?

Ее голова поднялась и повернулась к нему. Он увидел вспышку в ее взгляде. Эрик кивнул один раз. Теперь у него была зацепка.

— Стоит попробовать. Я посмотрю, что смогу для тебя разузнать.

Он снова повернулся к Пейтону, который кивнул, когда они вышли. Такой ответ он всегда получал от своего бывшего капитана, когда делал что-то правильно.

***

Только что приняв душ, Кира вошла в свою домашнюю лабораторию и опустилась в кресло напротив мужа. Он работал там с тех пор, как они вернулись домой. Маркус и Эрик зайдут позже по поводу чего-то, что они не хотели обсуждать в «Нортон». Руки ее мужа, как всегда, выглядели такими привлекательными, но она боялась просить об объятиях, потому что не доверяла себе и не станет умолять отнести ее в постель. Ей очень хотелось забыть сегодняшний день, но на этот раз ее муж выглядел хуже, чем она.

— Как прошел ваш визит? Она вообще была счастлива?

Пейтон покачал головой.

— Нет. Она снова попыталась взорвать мне мозги. Но Эрик ее остановил. Она смогла читать его мысли. Он нанес встречный удар. Ни у кого это не получалось. Когда узнала, что Брэдли Смит все еще жив, она сразу оживилась. По крайней мере, на этот раз мы не оставили ее в слезах.

Кира тяжело вздохнула. Задержка дыхания только что вызвала у нее головную боль.

— Ты никогда не лгал ей, Пейтон. Просто позволил ей предположить, что Брэд и Джексон мертвы.

— Сегодня я потерял ее доверие, Кира. Я чертовски надеюсь, что Эрик действительно узнает, кем она была. Это может вернуть доверие обратно.

Кира наморщила лоб, затем его потерла. С той скоростью, с которой она двигалась, ее лицо через год будет выглядеть на сто лет старше, если она не избавится от части стресса.

— Я снова отвлеклась. Может, мне нужно выпить зеленого чая, чтобы быть более внимательной. Она вспомнила что-то еще?

Пейтон покачал головой.

— Нет. Помнишь ту книгу, на экземпляре которой она фанатично настаивала… ту, которой я изначально ее подкупил, чтобы заставить заговорить?

Кира попробовала вспомнить несколько названий классической литературы, которые она, возможно, читала, но ничего не нашла.

— Я специализировалась в науке… и ничего не помню. Просто скажи, Пейтон. Не заставляй меня гадать.

— В любом случае название книги не имеет значения. Эрик думает, что одна из женских героинь носит настоящее имя Эвелин. Он думает, что поэтому, она так странно к ней привязана. Видела бы ты ее лицо, когда он сказал, что ради нее собирается расследовать это дело.

— Это никогда не сработает, — сказала Кира. — Кроме того, после восстановления она может чувствовать себя по-другому. Например, Уильям лишь наполовину кровожаден, по сравнению с тем, каким он был. Я думаю, это зависит от того, как много они помнят.

— Что, если ее процессор и проводка были взломаны так же сильно, как и у Рэйчел?

Кира положила голову на стол.

— Можно мы поговорим сегодня вечером о чем-то другом, кроме моих неудач? Я устала, Пейтон. Мне нужны объятия. Мне нужен чай.

Чувствуя себя виноватым из-за своего непонимания, Пейтон встал со стула и подошел к ней. Он поднял жену на ноги, а затем снова усадил ее к себе на колени.

— От вас так приятно пахнет, леди.

— Как здорово. В конце концов, из этого дня может выйти что-то хорошее, — промолвила Кира, уткнувшись лицом в шею мужа, когда он засмеялся.

Пейтон погладил Киру по спине и пожалел, что не может прямо сейчас отвести ее в постель и показать, что он не дразнит. Отличный секс поможет им обоим почувствовать себя лучше. Так было всегда. И ему нравилось находить новые способы сделать ее счастливой.

— Ты хоть представляешь, чего хотят Эрик и Маркус? И может ли это подождать до завтра?

Кира покачала головой.

— Маркус был очень обеспокоен, когда зашел в мой офис и попросил. Я не смогла ему отказать. Возможно, это была его прическа. Его татуировки даже были закрыты рубашкой с длинными рукавами. Он был похож на какого-то исправившегося киллера, внезапно обретшего религию. Лично мне его новый облик показался в десять раз более пугающим, чем старый.

Пейтон усмехнулся.

— Я думаю, что Маркус внезапно нашел путь в Рэйчел.

Кира хихикнула над грязной шуткой мужа и заслужила объятия за ответ на нее.

— Ну, этих двоих не помешало бы немного приободрить. Я надеюсь, что их отношения сложатся так же хорошо, как и наши.

Пейтон притянул ее ближе, ему нравилось, как она обвилась вокруг него.

— Все у нас получилось, как нельзя лучше, да?

— Да, — согласилась Кира. — Да, получилось. Я никогда не воспринимаю даже минуту с тобой как нечто само собой разумеющееся. Когда я думаю обо всем, через что мы прошли… ну, на самом деле я не позволяю себе об этом думать. Я просто стараюсь наслаждаться тем, что в моей жизни есть кто-то, кто знает, как меня обнять.

— А еще я очень хорошо завариваю чай, — прошептал Пейтон.

— Да, это так, и это было бы замечательно. Но мы спешим. Не пользуйся чайником. Мы сделаем это завтра утром. Прямо сейчас мне нужен стимулятор, прежде чем сюда прибудут Эрик и Маркус.

— Хорошо. Пойдем, принесём тебе немного пищи для мозга. — Пейтон снял ее со своих колен, но не хотел отпускать. Его удовольствие от Киры никогда не уменьшалось, и было основной причиной, по которой он держал ее за руку. — Идем на кухню, составь мне компанию.

Кира кивнула в знак согласия и улыбнулась, взглянув на руку, за которую он ее тянул, пока они шли по дому.

***

Потребовалось всего пятнадцать минут, проведенных с Эриком и Маркусом, чтобы разрушить ее нынешнее представление о том, что ее работа приносит пользу. Кира встала из-за стола и подошла, чтобы прислониться к компьютерному столу в своей лаборатории.

На каждом шагу в коде создателя киборга, который она помогала разрабатывать, была написана еще одна ужасная история. Были ли эти новые люди частью неудержимого кибернетического будущего, о котором Дэн Мастерс предупреждал Уильяма и Пейтона? Оно уже наступает? Она без сомнения знала, что какой-то невидимый кукловод управляет струнами, о существовании которых эти люди, вероятно, даже не подозревали.

Вздохнув, она снова посмотрела на Эрика, который был более серьезным, чем она когда-либо видела.

— Сколько таких ты нашел?

— Тридцать одного, — сказал Эрик, наблюдая, как сжимаются челюсти Киры. — Все говнокодеры… я имею в виду программисты. Это продолжается уже несколько лет. Изначально их было много. Теперь каждые два-три месяца незаметно регистрируется новый. Единственная причина, по которой они находятся в основной базе данных киборгов, — это физические улучшения. Если бы все, что у них было, это нейронные имплантаты, они бы значились только в базе модифицированных.

Кира кивнула.

— Да, ты прав. Однако попадание в базу модифицированных гарантировало бы, что они не смогут занимать высокопоставленные должности в корпорациях с оборотом в триллион долларов или работать на правительство.

Маркус фыркнул.

— Ты имеешь в виду, что они не смогут работать в таких местах, как «Нортон»?

Кира снова кивнула.

— Да… именно. Меня не удивляет, что мы упустили их из виду в нашей работе. Из полутора тысяч существующих киборгов мы сосредоточились только на тех, кто находится в плену. Если то, что вы подозреваете верно, они все живут среди нас.

Пейтон сидел в конце стола для переговоров, который они добавили к ее лаборатории. Это было единственное место, где они могли разговаривать, не опасаясь слежки. Неро с другими об этом позаботились. Он много раз был ему благодарен. Это позволяло им говорить свободно, что являлось редкой способностью в их строго контролируемой жизни.

— Несколько столетий назад парни принимали стероиды и работали в тренажерных залах, чтобы получить такие тела. Наука тогда еще не дошла до импульсных технологий. Помимо того, что их преобразования производятся незаконно и, по-видимому, без создателя, нарушили ли эти ребята какие-либо настоящие законы? Или могут подвергнуть кого-нибудь опасности?

Маркус сжал губы, но покачал головой. Само существование Натана беспокоило его, но он не мог сказать, что пацан сделал что-то противозаконное.

— Тот, кого мы нашли, и благодаря которому все это выявили, работает в «Нортон». Он пил кофе с Рэйчел. Я как бы следовал за ними и подслушивал.

— Перевожу… Маркус, как обычно, преследовал Рэйчел, — пояснил Эрик.

— Хорошо, что преследовал, иначе мы бы никогда о нем не узнали, не так ли? — не обращая внимания на ухмылку Эрика, Маркус пристально посмотрел на Пейтона. — Этот парень все говорил о неуправляемых киборгах и о том, что, по его мнению, правительство должно их всех контролировать. Рэйчел надоела его крайняя предвзятость в отношении киборгов, и она оставила его сидеть за столом. Потому что мне не понравилось то, что он говорил, моя тупая ревнивая задница заставила нашего умника провести расследование.

— Ха! Я знал, что ты ревнуешь.

— Заткнись, Эрик, — приказал Маркус, взглянув на Эрика, прежде чем продолжить. — Когда Натан вдруг оказался киборгом, я не знал, что и подумать. Он не говорил, как киборг. Я следил за ним, просто чтобы узнать, чем он занимается в своей обычной жизни. Все было очень типично, за исключением посещения секс-клуба на улице Джонсон и Лаймстоун. Я не стал заходить в заведение. Он пробыл там три часа и вышел более счастливым. Остальная часть его социальной жизни была сосредоточена вокруг посещения магазина геймеров и просмотра последних ужастиков. Все довольно типично для компьютерщика… Я имею в виду, такого умного парня, каким он кажется.

Взгляд Киры метнулся между Эриком и Маркусом.

— Мы можем продолжать за ними следить, но нам действительно не о чем сообщить миру. Если они добровольно участвуют в своих преобразованиях, а похоже, что так и есть, то никаких суперкиберпреступлений с ними не происходит. Мы могли бы утверждать, что их обращение само по себе является незаконным, но мне не хотелось бы поднимать этот вопрос вместе со всеми остальными вещами, которыми нам нужно заниматься.

— Даже если у первого парня, который это сделал, мышцы больше, чем у Кинга? — спросил Эрик.

Кира вздохнула и кивнула.

— Да. Даже тогда. Как зовут того, что в «Нортон»?

— Натан 180, также известный как Натан Блэнтон, — ответил Маркус. — Кира, что будет с этими парнями, если производство тестостерона не замедлится, как у нас?

— То же самое, что случилось бы с любым мужчиной, вырабатывающим слишком много тестостерона. У него разовьются агрессивные тенденции, которые ему будет трудно контролировать. В поисках выхода для них его сердце в конечном итоге взорвется даже от умеренного напряжения после того, как его годами просили перегружаться. Проведя такую гормональную перестройку в двадцать пять лет, я предполагаю, что первый парень вот-вот столкнется с какой-то тестостероновой стеной. Если шестимесячный новичок уже посещает секс-клубы, у первого, скорее всего, в подвале прикована женщина… или парень. Извините, я слишком гетеросексуальна.

Пейтон решил, что их предположения ни к чему не привели.

— Отправь мне список тех, кого ты опознал, Эрик. Я хотел бы его просмотреть. Если кто-то производит киборгов на черном рынке, в конечном итоге нам придется остановить этот процесс. Мы не можем изменить судьбы первых обращенных. Только у последних есть шанс отменить начавшиеся изменения… но это еще зависит от того, насколько сильно они были взломаны.

Эрик кивнул.

— Конечно. Завтра сделаю. В любом случае мне нужно поработать над тем новым проектом, который ты мне сегодня дал. — Его комментарий вызвал кивок со стороны Пейтона. Вероятно, позже из дома он начнет искать настоящее имя Эвелин. Неро помог ему настроить новейшее портативное устройство, которое легко подключалось к «Нортон» и не подвергалось постоянному контролю.

Маркус заерзал на стуле.

— Если все в порядке, я буду присматривать за парнем-киборгом, работающим в «Нортон». Меня до сих пор беспокоит его интерес к Рэйчел.

Кира фыркнула.

— Маркус, как много Рэйчел рассказывала тебе о том, что Брэд с ней сделал?

Маркус покачал головой.

— Ничего. Я также не уверен, что хочу это слышать. Полагаю, то, что случилось с нами обоими, осталось в прошлом и не имеет значения.

— Это здравый настрой и в большинстве случаев мудрый, поэтому я опущу самые кровавые подробности. Однако есть кое-что, что тебе нужно учитывать. Брэду нравилось ее контролировать. Если Рэйчел… которую он переименовал в Глорию… не звонила ему каждый час, он в качестве наказания по беспроводной сети подвергал ее электрошоку. Я удивлена, что она так долго терпит твою постоянную слежку. Это должно напоминать ей то, от чего она сбежала. И вообще-то, ты должен был перестать за ней следить несколько месяцев назад.

Маркус потер голову.

— Знаю. Я особо за ней не слежу. Просто защищаю.

— От чего? Всю жизнь? — потребовала Кира. — Рэйчел уже начала лгать тебе, просто чтобы побыть наедине с собой. Сколько еще способов бунтовать ей нужно найти, прежде чем ты поймешь, что твоя защита приносит больше вреда, чем пользы?

— Ладно, — проговорил Маркус. — Я немного сдам назад. Я не знал о том, что он с ней сделал.

Кира скрестила руки на груди.

— Тебе также нужно знать, что у Рэйчел есть более насущные проблемы, чем безответная влюбленность какого-то парня.

— Я знаю, Док. Я слышал, что у нее умирает процессор, — сообщил Маркус, игнорируя предупреждающий взгляд Эрика.

Кира кивнула.

— Да. Она сейчас в опасности. Мы никогда не позволяем киборгам попасть в ее состояние из-за риска повреждения мозга, если процессор выйдет из строя до того, как его заменят.

— Повреждение мозга? Чёрт. Ты ей это сказала? — потребовал Маркус.

Кира пожала плечами.

— Да, и сегодня я пыталась сказать ей еще раз. Она не слушает. Надеюсь, завтра Сите удастся сильнее привлечь ее внимание. Но если Рэйчел прислушается к твоему совету, я предлагаю тебе попробовать с ней поговорить. Сита сказала, что ее последние настройки резонанса держались всего один день. Устройство в ее горле в порядке. Так что сбой дает синхронизация с ее кибернетикой. Заикание Рэйчел верный признак того, что состояние ее процессора ухудшается.

— Хорошо. Я поговорю с ней сегодня вечером.

Кира опустила голову.

— Мне жаль, что я усугубила твое беспокойство. Я просто не смогла заставить себя настоять на том, чтобы Рэйчел позволила его заменить. Меньше всего я хочу действовать без ее разрешения, но я не могу допустить, чтобы с ней что-нибудь случилось. Так что я понимаю твою дилемму… правда понимаю. Забота о человеке, который сильно пострадал, всегда непростая задача. Но я обнаружила, что в конце концов всегда стоит делать то, что необходимо.

Маркус тяжело сглотнул и, вставая, кивнул. В его челюсти был тик, который не проходил. Меньше всего ему хотелось, чтобы Рэйчел снова на него рассердилась, но у него не было выбора.

— Мы только наконец-то сошлись. Я не могу допустить, чтобы сейчас с ней что-нибудь случилось.

Кира кивнула и потерла его руку, когда он проходил мимо нее. У нее были слабости ко всем мужчинам из команды Пейтона, но страдания Маркуса сильнее всего ранили ее сердце. После того, как Эрик и Маркус ушли, она подошла к мужу и заключила его в объятия, изо всех сил стараясь не плакать.

— Этот разговор с Маркусом, безусловно, объясняет, почему твой день был таким паршивым, — мягко сказал Пейтон, потирая ее спину.

Кира шмыгнула носом на его груди и кивнула.

— Рэйчел предпочитает верить, что дело только в том, чтобы говорить хорошо или не говорить вообще. Она слишком плохо разбирается в кибернетике, и не понимает, что приобретение нового процессора также спасет ее жизнь. Сегодня мне дважды пришлось отослать от себя Брэда. Потому, что Эвелин не единственная, кто постоянно желает его смерти.

Пейтон кивнул и притянул свою кровожадную жену ближе.

— Насколько новый процессор ее изменит?

Кира закрыла глаза.

— Больше, чем она этого хочет. В этом и проблема.

Глава 8

Рэйчел положила салфетки рядом с тарелками, а затем осторожно положила на них столовое серебро. Это был первый раз, когда она пригласила людей на ужин с тех пор, как переехала в квартиру, предоставленную «Нортон». Ну, не считая тех нескольких раз, когда она неохотно кормила Маркуса. Думая о нем, она пошла в свою спальню как раз вовремя, чтобы увидеть, как он выходит из ванной.

В струящемся из окна свете она могла ясно видеть надпись на протезе его руки. Написанная каким-то причудливым древним шрифтом, она все еще была разборчива… единственное обещание оставаться верным самому себе. Учитывая то, что Маркус сделал с телом, в том числе пожертвовав оригинальной рукой и обеими ногами, то, что он решил разместить ее там, где он не мог не видеть каждый день, было верхом иронии.

За последнюю неделю его тело стало привычным пейзажем. Рэйчел понятия не имела о происхождении других его татуировок, за исключением рисунка на нижней части живота, который частично скрывал длинный неровный шрам. Эта татуировка говорила сама за себя. Изумленное выражение его лица, когда она спросила об этом вчера вечером, помешало ей слишком сильно на него надавить. Но он все равно ей сказал.

Известие о том, что его схватили и пытали, временно лишило ее желания. Впрочем, она целовала рисунок, до тех пор, пока Маркус в знак благодарности не произнес ее имя, и к счастью, это вернуло к жизни бурлящую похоть. Она едва могла выносить мысли о своих собственных эмоциональных проблемах. Так что, разделять боль Маркуса было слишком тяжело.

Подойдя, она провела рукой по его груди, чтобы схватить полотенце, закрученное на его талии. В его взгляде загорелся очень мужской вызов, побуждающий ее действовать. Молчаливый разговор заставил ее улыбнуться. Все те месяцы, которые она провела в разговорах с ним, в основном посредством языка тела, неосознанно натренировали их быть очень внимательными друг к другу любовниками. Не говоря уже о том, что его удовлетворение от того, что он доставил ей удовольствие, было самым замечательным событием, которое она когда-либо испытывала в своей жизни.

Она игриво дернула полотенце.

— Соблазни…т… тель…но… но у нас… нет… в…вре…мени.

Когда Рэйчел отпустила его, внезапная крепкая хватка Маркуса на ее подбородке удержала на месте. Его яростный взгляд напомнил ей, что под сиянием их новых отношений Маркус все еще был тем же властным киборгом, который никогда не переставал за ней следить.

— Рэйчел… заикание становится все хуже. Тебе необходимо обновить процессор.

Рэйчел с трудом сглотнула и кивнула. Горло у нее было сдавлено. Разговаривать было очень больно, но ей не хотелось портить вечер своими проблемами.

Когда они вернулись с работы домой, Маркус баловал ее райским сексом, до тех пор, пока она не была слишком пресыщена, чтобы отказываться слушать его агитацию на тему «замени это». Он потратил впустую свои усилия, в течение часа читая ей лекцию, но она не удосужилась тратить свои силы, чтобы ему об этом сообщить.

Завтра ей придется принять решение, которое, как она знала, ей доведётся сделать. Но сегодня вечером на ужин придёт Эдвард. И она с нетерпением ждала, когда у ее нового друга появится реальный шанс встретиться с мужчиной, в которого она, возможно, действительно влюбилась.

— За… в… тра. О…бе…щаю.

У нее закружилась голова, когда Маркус прижался к ней своим уверенным ртом. Его поцелуй был нежным и в то же время очень настойчивым. Это отражало его противоречивую натуру, которую по многим причинам она научилась ценить.

Его хватка соскользнула, когда Маркус пошел за свежими джинсами и рубашкой из большой спортивной сумки, которую он спрятал в углу ее полупустого шкафа. Она все еще привыкала к стильной стрижке, которая ему шла. Он засмеялся, когда она отказалась позволить ему снова сбрить бороду.

Прозвучал оповещатель и объявил о посетителе, которого она ждала. Когда Рэйчел широко улыбнулась, Маркус закатил глаза и подтолкнул ее к себе рукой. Если бы люди находились рядом с ними достаточно долго, то вероятно, подумали, что они никогда не разговаривают.

Она закрыла дверь спальни, чтобы дать Маркусу возможность закончить одеваться. Улыбаясь и испытывая искреннее удовольствие от того, что оба мужчины находятся с ней под одной крышей, она поспешила к двери, чтобы впустить Эдварда.

***

Он осмотрел вестибюль и с облегчением увидел, что вокруг нет других людей. Хотя, создатель Омега послал помощь, но она не прибыла вовремя…, впрочем, как всегда. Ему было приказано действовать в любом случае, именно это он и сделает. На самом деле, чтобы выполнить большинство дел, он не нуждался ни в чьей помощи.

Поскольку устройство в его руке было беспроводным, он вздохнул, потому что для достижения максимального эффекта ему придется использовать его на близком расстоянии.

— Приветствую, сэр. Пожалуйста, поместите руку с вашим идентификационным чипом на сканер.

Он подошел и сделал, как просили. Когда ИИ-охранник здания повернул голову, он осторожно поднял устройство в другой руке и нажал крошечный переключатель, приказывая ему отправить сообщение. ИИ-бот продолжил работу и начал сканировать данные, перемещающиеся по экрану. Его быстро мигающие глаза были единственным индикатором того, что вирус отключения работает.

С нетерпением ожидая… он сосчитал до десяти.

Он ненавидел ждать. Он ненавидел быть терпеливым.

Он жил ради того дня, когда ему больше не придется иметь дело ни с тем, ни с другим. Однажды люди будут стараться ему быстро услужить, когда бы он ни появился.

— Добро пожаловать… На-а-а…тан-н-н… 1…8…0.

Движения охранника замедлились, пока он не замер на полуслове. Натан фыркнул и обошел стойку. Его пальцы порхали по панели, стирая запись, настоящее удостоверение личности и все доказательства того, что он когда-либо находился в помещении. Затем он выключил все камеры и прежде чем их выключить стер записи за последние два часа. Когда он закончил с подменой данных, двое опоздавших мускулистых мужчин наконец вошли в дверь.

— Наконец-то вы сюда добрались. Всю самую тяжелую работу я уже сделал. ИИ-бот стерт и находится в процессе полной перезагрузки, которая займет около часа. Впрочем, чтобы забрать Рэйчел 235 нам не понадобится так много времени. Когда ИИ-охранник перезапустится, он увидит, что все отключено, и предпримет шаги, чтобы вернуть все в нормальное состояние. К тому времени, когда его выход из строя будет официально проверен, окажется, что это была не более чем случайность. Вирус распространится по его цепям в виде крошечных электрических замыканий. Это будет похоже на небольшой сбой в подаче электроэнергии.

— Портативный компьютер, который ты подбросил Рэйчел 235, показывает, что в настоящее время с ней находятся двое мужчин. Поскольку она отказалась проводить с тобой время, Создатель Омега заподозрил, что она привязалась к киборгу, с которым познакомилась во время работы в калибровочной лаборатории. Перекрестная идентификация образцов голоса с базой данных «Нортон» показывает, что оба мужчины киборги. Маркус 582 представляет собой самую большую угрозу, поскольку он один из прототипов. Если он не находится на нужной частоте то, потенциально невосприимчив к разрушителю. Другого можно ограничить достаточно спокойно, поскольку мы определили, что он использует стандартный беспроводной сигнал.

Натан нахмурился.

— Разрушитель может нанести непоправимый ущерб прототипу процессора доктора Смита. Он не смог завершить бета-тестирование до своего неудачного и прискорбного преобразования. Если мы воспользуемся этим устройством, Рэйчел 235 также окажется под угрозой.

— Если ей будет нанесен ущерб, то это риск, на который мы должны пойти, чтобы ее заполучить. В большинстве ситуаций при сбое ее процессор получит доступ к резервной мощности, чтобы предотвратить на короткий период деградацию клеток. По текущим оценкам, повреждение мозга не произойдет в течение двадцати одной минуты.

Натан покачал головой.

— Мы не сможем доставить ее Создателю Омеге в столь ограниченные сроки. Как вы думаете, будет ли от нее какая-нибудь польза, если ее разум после модификации не сможет функционировать?

Он восхищался телами двух приближенных Создателя Омеги, но не их когнитивными способностями. В настоящее время они были способны делать только то, что им говорили. Это был неудачный побочный эффект первых нейронных усилителей. Теперь он знал, почему Создатель Омега дал ему новейший прототип. Ему нужен был кто-то с умом от природы, чтобы ему помогать. Тот, чей разум мог функционировать под любым давлением.

Когда боевики переглянулись и пожали плечами, Натан изо всех сил постарался не вздохнуть. Он не хотел, чтобы они знали, как они его раздражают. Он определенно не хотел, чтобы его благотворитель узнал, что он потерял самообладание.

— Решение есть. Я уберу Рэйчел 235 из помещения, прежде чем вы воспользуетесь дезинтегратором. Это означает, что вам придется отвлекать киборгов мужчин и держать их занятыми до того момента, пока я с ней не выйду. Это может включать в себя физическую борьбу с ними. Вы согласны, что это служит планам Создателя Омеги?

— Драка? Отлично, — с азартом сказали они оба.

Потрясенный их полным пренебрежением к серьезным последствиям такого решения, Натан наблюдал, как они хлопнули по рукам. Действительно ли это было следующее поколение кибернетических героев? Или это были всего лишь два неудачных эксперимента, которые Создатель Омега пытался сохранить и использовать наилучшим образом? Если Рэйчел 235 останется только с этими двумя, то она станет безмозглым сосудом, прежде чем у нее появится шанс быть модифицированной.

Он покачал головой.

— Пошли. Мы потратили десять минут, разговаривая об этом. Теперь у нас осталось меньше времени.

Они направились к лифту. Его походка была более пружинистой, потому что он был рад ее забрать. Создатель Омега пообещал, что для настройки его предпочтений у Рэйчел 235 будет использоваться последний разработанный код. Было бы здорово иметь постоянную женщину, готовую потворствовать ему и его потребностям. В будущем ему придется посещать секс-клубы только в том случае, если он захочет заняться чем-то, требующим более одной женщины. Возможно, однажды он заработает еще одну. В конце концов, сохранил же Создатель Омега для личного пользования первые два прототипа.

Если бы доктор Смит не пожадничал, у ученого сейчас было бы все, что человек может пожелать в жизни. Натан был более чем счастлив занять его место, и его нейронные имплантаты помогли сделать это возможным. Поскольку он быстро учился, не было ничего лучше, чем быть суперумным. Его необыкновенный ум позволит ему создать такую жизнь, о которой большинство людей даже не мечтали.

***

Когда в квартире прозвучал сигнал оповещения, но не объявил о гостях, Маркус посмотрел на Рэйчел.

— Ожидаешь новых гостей?

Ее растерянный взгляд сказал ему больше, чем покачивание головы.

— Хорошо, я проверю.

Он встал из-за стола и направился к двери. Прежде чем он туда добрался, дверь открылась, сигнал системы безопасности отключился. Два мускулистых парня вошли внутрь и встретились с ним лицом к лицу. Его сканеру на теле потребовалось менее десяти секунд, чтобы обнаружить их процессоры. Он знал, что сталкивается с киборгами, задолго до того, как первый из них заговорил.

— Маркус 582? Я ожидал кого-то гораздо крупнее. Твой процессор нуждается в обновлении.

Когда второй засмеялся над комментарием первого, Маркус переводил взгляд с одного парня на другого, а затем на вошедшего в дверь Рэйчел третьего со знакомым лицом. Двое первых не беспокоили его очень сильно. А вот третий заставил его кровь закипеть. Потому, что он знал, Натан 180 оказался здесь исключительно из-за Рэйчел.

— Я знаю, что вы такое, — сказал Маркус. — Вы все. Как и многие другие.

Два мускулистых парня рассмеялись над его заявлением.

— Мы кажемся тебе глупыми? Мы тоже знаем, кто вы все, — съязвил второй, насмехаясь над его словами.

Маркус посмотрел поверх них на Натана 180 и встретился с его вызывающим взглядом.

— Я не убивал со времен войны, но твоя смерть доставит мне огромное удовольствие.

— После улучшений она тебя даже не вспомнит. После сегодняшнего вечера ты, возможно, тоже ее не вспомнишь, — предупредил Натан. Он протянул руку и толкнул мускулистого парня номер два в плечо. — Меньше разговоров — больше дела. Очистите мне путь к Рэйчел 235. У нас мало времени.

Маркус отступил назад, чтобы выработать лучший план атаки. Он оглянулся как раз вовремя, чтобы увидеть Эдварда, идущего прямо перед Рэйчел. Это ответило на все важные вопросы о возросшей роли этого мужчины в жизни Рэйчел.

Снова посмотрев вперед, он увидел одного из бойцов с оружием в руке. Оно было небольшим. Но Маркус знал, что размер не имеет никакого отношения к тому, насколько смертоносным оно может быть. Он бросился на безоружного и швырнул его во второго. Оружие разрядилось, и киборг, которого он использовал в качестве щита, дважды дернулся, прежде чем замер под руками второго.

Маркус был разочарован, когда второй вытащил из кармана еще одно оружие.

Он услышал, как Натан кричит «нет». В голове у него зашипело. Он и услышал, и почувствовал это. Затем увидел лишь беззвучно двигающийся рот Натана.

Поворот головы потребовал от него огромного усилия. Его сердце в панике ускорилось, когда он увидел, что Рэйчел лежит на полу. Эдвард рухнул рядом с ней, в его взгляде читался вопрос… что, черт возьми, происходит. Маркус тоже хотел бы знать.

Когда он повернул голову назад, он увидел, что второй парень теперь держит по пистолету в каждой руке. Электрический удар, который он получил, когда один из них выпустил в него весь свой заряд, буквально поставил его на колени.

Прежде чем потерять сознание, Маркус увидел, как Натан выбил оба пистолета из рук боевика.

Глава 9

Сознание вернулось мгновенно и резко. Панический хриплый крик Рэйчел наполнил воздух. Когда первоначальный шок от услышанного собственного голоса утих, она попыталась поднести руку к горлу, но не смогла. Она посмотрела вниз, насколько позволяли ее ограничители. На груди у нее был ремень, а на лбу ещё один. Кто-то позаботился о том, чтобы она не могла двигаться.

В поле ее зрения внезапно появилось лицо мужчины. В руках у него был крошечный фонарик, которым он пытал ее глаза.

— Привет. Ты знаешь, кто ты? — спросил он.

Рэйчел сглотнула. Ее горло болело, но в то же время оно казалось на удивление нормальным.

— Что со мной случилось? — спросила она.

— Кое-кто не выполнил приказ, и ты пострадала сильнее, чем мы ожидали. Теперь нам нужно дать твоему мозгу немного времени на исцеление, прежде чем закончим твое восстановление, — спокойно сказал он. — Ты можешь назвать имя нынешнего Верховного канцлера ОКН?

— Кто вы? Где я? Где Маркус? — потребовала ответа Рэйчел.

— Я не понимаю ее ответа. Почему она его помнит?

Рэйчел повернула голову настолько, насколько позволял ремень на лбу, чтобы видеть говорящего.

— Кто ты?

Молодой человек подошел ближе и нахмурился.

— Она должна была забыть его, а не меня. Что за бардак. Это все их вина. Я сказал им подождать, пока я ее оттуда не вытащу.

Она изучала взгляд, направленный на нее. Кто он такой? Ее разум потянулся к ответам. Он выглядел немного знакомым. Она обернулась и заметила, что старший мужчина теперь пристально смотрит на младшего. Если это было медицинское учреждение, то тот, кто с фонариком задавал все вопросы, очевидно, был главным врачом.

— Натан, нам что, нужно еще раз обсудить твое нетерпение? — потребовал главный врач.

Она услышала смиренный вздох молодого человека в ответ.

— Нет, Создатель Омега. Нет, не нужно. Я просто слегка разочарован такими результатами.

Заинтересованный взгляд старшего врача вернулся к ее лицу.

— То, что она потеряет, а что сохранит, невозможно было просчитать, Натан. Эффекты разрушителя не были достаточно проверены, чтобы делать прогнозы. Ее реакция на сделанное мной восстановление, называется избирательной амнезией и представляет собой человеческое приспособление, которым воспользовался ее мозг.

— Я все равно не понимаю, — резко сказал Натан.

— Тогда ты никогда и не поймешь. Это что-то непредсказуемое с точки зрения логики. Маркуса 582 стоило запомнить. А тебя нет. Положи свое эго в карман, мальчик. И исправь его в удобное для тебя время.

Рэйчел наблюдала, как тот, кого звали Натан, нахмурился и неохотно кивнул. Ему не понравилось, что его отругали.

— Конечно, вы правы, — услышала она его слова. — Я написал код. Я знаю, то, что вы говорите, правда. В конце концов ее воспоминания о киборге это не конец света. Как только она будет чипирована как Компаньон Нового Мира, ее симпатия к нему больше не будет иметь значения.

Главный врач фыркнул в ответ.

— Ты хвастаешься неправдой. Брэдли Смит написал код «Кибержена». А ты просто подправил одну крошечную часть. Тот факт, что киберученый теперь является не чем иным, как роботом, не означает, что его предыдущие достижения не заслуживают уважения. Без его работы ты все равно был бы не более чем говнокодером без будущего. Именно благодаря ему ты сам с каждым днём становишься умнее.

— Прошу прощения. Вы правы. Доктор Смит достойный герой Эволюции Нового Мира. Как долго нам нужно ждать, прежде чем Рэйчел 235 смогут для меня чипировать?

— Пока ее мозговые волны не вернутся к нормальному уровню… если тебе нужен компаньон, который сможет вести приличный разговор. Если все, что тебе нужно, это безмозглый овощ, который не может связывать предложения за исключением стандартных ответов программы, мы можем чипировать ее для тебя прямо сейчас. Мне лично все равно. Я хотел вернуть эту модель-прототип, пока на нее не обратили слишком пристальное внимание. Это все что в отношении ее меня беспокоило.

Рэйчел поблагодарила Богиню, когда молодой человек покачал головой. Она не знала, что происходит, но быстро поняла, что ее судьба была в первую очередь в его хвастливых руках.

— Умному мужчине не нужна тупая женщина, которая постоянно на нем висит. Я так долго ждал. Могу подождать еще немного, чтобы ее правильно починили. Спасибо, что поправили меня.

— Наконец ты используешь свой интеллект. Давай оставим наш объект в покое, чтобы она не волновалась из-за наших о ней разговоров. Пока эта не будет готова тебя сможет развлечь одна из моих компаньонов. На это уйдет несколько дней, впрочем, она никуда не денется.

— Хорошо. Это звучит как разумное решение.

Рэйчел увидела, как главный врач улыбнулся и положил руку на плечо молодого человека. По ней пробежала дрожь. У нее болела голова каждый раз, когда она пыталась вспомнить этих мужчин. Болела сильнее, чем горло. Ее горло. Раньше оно болело потому, что у нее был резонансный имплантат. Внезапно она была очень уверена в этом факте.

— Вы вынули мой имплантат? Но раньше я не могла без него говорить. Как вы меня исправили?

Оба мужчины посмотрели на нее довольными взглядами.

— Видишь, я же говорил тебе, что стоит подождать, — сказал пожилой мужчина. — Вспоминание отличный признак того, что повреждение ее мозга было минимальным. Похоже, с ней все будет в порядке. Ее когнитивные способности можно будет спасти.

Младший кивнул, и они оба ушли. Они выключили свет и погрузили комнату во тьму.

Рэйчел закрыла глаза, так как ничего не могла видеть в тусклом свете. В любом случае это облегчило головную боль.

Опираясь на другие чувства, она решила, что сидит в огромном кресле. Медицинское кресло. От этого осознания у нее по желудку прокатилась тошнота. В ее голове пронесся образ другого мужчины, и у нее снова появилось ощущение, что она была здесь раньше. От изображения третьего мужчины ей стало плохо. Ее тело было под таким наклоном, что она не могла позволить себе вырвать. Она зажмурилась, чтобы побороть панику и слезы.

— Думай о чем-нибудь позитивном, — приказала себе Рэйчел. Хорошо. Что еще она знала? — Теперь я могу говорить.

В горле у нее першило и было некомфортно, голос был грубым и скрипучим, но она, по крайней мере, могла говорить. Раньше что-то мешало ей говорить, но что именно, она не могла ясно вспомнить. Вот почему ее собственный голос звучал так странно для ее собственных ушей.

Она пошевелила запястьями, но это не помогло. Через пару минут она перестала сопротивляться.

Наконец, слезы потекли по ее щекам, пока ее разум не нашел единственный выход, который смог найти. Затем на нее как облако опустилась тьма.

Где-то глубоко внутри она почувствовала, как что-то встало на место и начало жужжать.

***

Маркус открыл глаза и попытался пошевелить головой, но она была слишком тяжелой.

И ни одна из его конечностей, казалось, не работала, когда он пытался пошевелиться. Его разум посылал сигналы встать, но ноги и руки не слушались. Ну, за исключением его единственной органической руки и ладони. Он использовал их, чтобы повернуть свое тело. В другом конце комнаты он увидел распростертое и неподвижное тело Эдварда. Он был в неестественной позе, как будто его только что отбросили в сторону. За ним не было никаких признаков Рэйчел.

Он обернулся и посмотрел на дверь. Она была закрыта, охранная сигнализация включена. Все выглядело нормально, как обычно.

Контроль над его беспроводной передачей был почти нулевым, и он мог сказать, что его кибернетическая энергия ослабевает. Если бы Пейтон постоянно не был на него настроен и не слушал, он бы зря тратил время, пытаясь использовать оставшуюся энергию, чтобы послать за помощью. Но судя по отсутствию реакции тела, его единственным выбором было послать слабый сигнал бедствия.

Ожидая ответа, Маркус безуспешно пытался подтянуть свое тело по полу. Он никогда не осознавал, насколько тяжелой была его кибернетика, когда она не была включена. Используя только свою органическую руку, это было похоже на попытку протащить по полу реактивный самолет.

***

Пейтон отправился в лабораторию, чтобы забрать свою жену. Кира принесла домой работу и не оторвала от нее взгляда, когда он принес ужин. Еда, которую он приготовил для нее, была съедена лишь наполовину. Она сидела, опершись головой на руки.

— Пойдем спать, Кира. Отдых тебе поможет. Ты уже несколько дней не спала полноценно. Какие бы проблемы у тебя ни возникли, завтра они могут показаться не такими уж пугающими.

— Код Неро безупречен, Пейтон. Я не ищу проблемы. Я ищу способ не устанавливать логический чип. Проблема в том, что для запуска работы протезов процессор использует логический чип. Поскольку она была полностью преобразована, любой менее контролирующий чип не сможет запустить код, необходимый для исправления речи Рэйчел. Сейчас у нее такого нет, а резонансный имплант со старым не синхронизируется.

Пейтон подошел к жене сзади и начал легкий массаж. Ее плечи были сильно напряжены.

— Не буду притворяться, что поначалу мне нравился мой логический чип, но как только я привык работать с информацией, которую он предоставляет, я нашел его в основном полезным.

— Ты военный… а не молодая женщина, которая когда-то планировала стать профессиональной певицей.

Пейтон перестал массировать.

— Хорошо. Я понимаю твою дилемму. Значит, ты работаешь над кодом Рэйчел, пытаясь смягчить последствия установки в нее логического чипа?

Кира кивнула.

— Да. Но каждый раз упираюсь в стену. С помощью логического чипа Сита, возможно, сможет помочь ей снова петь. Я просто не могу предсказать, захочет ли она по-прежнему это делать… когда речь и пение станут не чем иным, как простыми кибернетическими функциями.

— Я думаю, это звучит как довольно хорошее решение.

Кира похлопала мужа по руке. Она ценила его поддержку, даже если в данном случае он был не прав.

— Если что-то и характеризует киборга, так это наличие логического чипа. Их способность быстро обрабатывать большие объемы данных и принимать решения, на принятие которых обычному человеческому разуму ушли бы дни, это первое качество, о котором большинство думает, когда упоминается термин «киборг».

— И что? Умнее и быстрее — это неплохо. Она адаптируется. Мы все адаптировались.

— Рэйчел адаптируется, но адаптация — это не принятие, Пейтон. То, что протез киборга может функционировать без логического чипа, было первой большой ложью, которую мы сказали солдатам. В обычном протезировании логика встроена в само устройство. Но эта часть не всегда подчиняется воле человека. У киборгов… их мозг — это устройство, и их протезы всегда ведут себя хорошо. У киборгов протезы являются просто мертвым грузом на теле, когда им не говорят, что делать. Мы с самого начала знали, что логический чип должен оставаться для поддержки протезов, независимо от того, что мы делали или не делали с процессором.

Пейтон скрыл свое раздражение, услышав еще одну неприятную правду. Он знал, что его чувства не заставят жену раскаиваться сильнее, чем она уже раскаивалась. Какие бы ошибочные идеи ни были у нее в начале программы «Киберсолдат», Кира теперь делала все возможное, чтобы их искупить.

— Идем спать. Уже поздно и ты устала. Факты не исчезнут утром, но остальное, по крайней мере, позволит тебе лучше мысленно справиться с тем, что тебе предстоит сделать.

Кивнув, Кира поднялась из-за компа. Она и Пейтон вместе вышли из лаборатории. Когда он замер, она тоже остановилась.

— Что случилось?

Глаза Пейтона расширились.

— Сигнал бедствия. Очень слабый. Я думаю, что это Маркус. Плохо слышу.

Кира помчалась обратно в лабораторию и схватила сумку, в которой хранила вещи на случай экстренных ситуаций. Когда она появилась снова, они с Пейтоном побежали к двери и к летающему автомобилю, который они оставили припаркованным у обочины.

***

Его органическая рука дрожала от усилий перетащить свой неестественно большой вес по полу. Чтобы добраться до Эдварда, потребовалась целая вечность. Он услышал ответ Пейтона о том, что он приедет, но ему не хватило мощности сигнала, чтобы положительно отреагировать на эту новость. Все, на что он мог надеяться, это то, что Пейтон и Кира выяснят, где он находится, когда не найдут его дома.

Он положил дрожащие пальцы на шею Эдварда и почувствовал слабое сердцебиение. Мужчина был еще жив, но едва. Что бы случилось с Пейтоном, если бы его ударило, то оружие, которое использовали против него и Эдварда? У Пейтона было кибернетическое сердце. Если бы его резервная батарея не сработала, Пейтона, скорее всего, тоже не было. Его бывший капитан погиб бы в считанные часы.

Маркус закрыл глаза. Его процессор призывал его отдохнуть и восстановить силы, но он боялся отключиться. Сознание поддерживало передачу беспроводного сигнала настолько полно, насколько это было возможно. Сон же отправит сигнал в спящий режим.

Прошло еще двенадцать минут, прежде чем он снова заставил себя открыть глаза. Охранная система сообщила, что пришли Кира и Пейтон, но он не смог впустить их внутрь.

— Нужна… помощь, — закричал Маркус, удивленный тем, насколько слабо прозвучала просьба.

Через несколько секунд раздался сигнал обхода системы безопасности, и дверь распахнулась. Шаги Пейтона поглотили расстояние, на преодоление которого ему потребовалось целая вечность.

— Парень, о котором я тебе говорил… Натан 180… забрал Рэйчел. Ему помогали два качка. Один из них применил против нас какое-то электромагнитное оружие. У меня настолько низкий уровень энергии, что я не могу провести диагностику. Кажется, оно убило нашу кибернетику и отключило почти все функции. Эдвард все еще жив, но с тех пор, как это произошло, он без сознания. Я очнулся примерно через два часа после их ухода.

Кира открыла сумку и достала диагностический инструмент.

— Посади его вертикально, Пейтон. Мне нужен доступ к его панели.

Пока Пейтон держал Маркуса на руках, она осмотрела его чипы.

— Процессор все еще работает. Но все чипы… они все отключены… даже логический чип. Если мы не активируем их в ближайшее время, начнется повреждение мозга… если уже не произошло.

Ее руки взлетели, и она достала из сумки большой кейс.

— Маркус, этот логический чип… он… ох черт… скорее всего, он снова задушит твои эмоции. На нем не установлен мой обновленный код, но это все, что у меня есть, чтобы тебя починить.

— Сделай это, док. Я здесь просто как мертвый груз. В таком состоянии совершенно бесполезен, но я не готов умирать, — заявил Маркус.

Кира кивнула.

— Хорошо. Стисни зубы. У меня нет способа облегчить боль.

Она быстро выдернула логический чип, не обращая внимания на дергающееся в руках Пейтона тело Маркуса. Она вставила новый логический чип на место и провела рукой по своему лицу. Над головой Маркуса она встретилась с сердитым взглядом мужа.

— Мне нужно перезагрузить Маркуса, чтобы процессор синхронизировался с новым логическим чипом. Я не знаю, что с ним будет, когда я это сделаю. Я бы предпочла менять один чип за раз, чем заменять их все сразу… даже вышедшие из строя. Здесь не контролируемая среда медицинской лаборатории. Если Маркус плохо справится с новым логическим чипом, тебе придется его сдерживать.

— Понятно, — ответил Пейтон, сжимая губы. — Эрик уже в пути. Я также послал за Кингом, но пока не получил от него ответа. Делай, что должна, я справлюсь с Маркусом. Не случайно нас с Кингом сделали сильнейшими в нашей команде.

Кира кивнула.

— Хорошо. Приступим. Она прикоснулась инструментом к его процессору. Тело Маркуса дернулось от энергии, снова хлынувшей через его кибернетику. Его глаза быстро затрепетали в ответ на то, что его мозг стал быстро обрабатывать данные. Наконец его глаза открылись.

— Я, Маркус 582, — сказал он.

Кира сжала губы.

— Здравствуй, Маркус 582. Ты пострадал в результате нападения. Запусти диагностику и расскажи нам, что узнаешь. Поиск воспоминаний о событиях за последние четыре часа. Полученные данные помогут нам помочь тебе.

Маркус принял сидячее положение. Он посмотрел на мужчину, который его держал.

— Капитан Эллиот?

— Да. Верно. Давай послушаем отчет о твоем состоянии, сержант.

Маркус моргнул.

— Мой военный чип неисправен. Но некоторые данные из него остаются в хранилище. Я его использовал, чтобы опознать тебя.

Взгляд Киры метнулся к мужу, когда они поднялись на ноги.

— Он не тот, что был раньше, но и уже не тот человек, которого я восстановила.

Пейтон кивнул, тик челюсти сводил его с ума. Насколько уязвимы были его люди? Насколько он сам был уязвим? Если с ним что-то случится, что будет с Кирой?

— Ты работоспособен, Маркус?

Маркус плавно поднялся на ноги.

— На данный момент моя работоспособность составляет шестьдесят семь и девять десятых процента. Многие из установленных у меня чипов недоступны. Жизнеобеспечение находится на уровне девяноста пяти процентов. Моим кибернетическим конечностям… один момент, нужно усвоить данные… так я их получил. Все кибернетические компоненты тела перепрограммируются моим процессором. Анализ исходной проблемы… кибернетическая функция была нарушена из-за разряда направленного электромагнитного импульса с близкого расстояния. Вывод о неисправности, заряд распределился по всем компонентам моим процессором.

Кира вздохнула и прошипела злобное ругательство, которое напугало ее мужа. Какой-то ублюдок завладел ее кодом и использовал его против киборгов.

— Маркус… блокируй пиратский блок Альфа 785 Зулу по приказу Создателя 2 из 2. Твой процессор должен случайным образом переключать входные беспроводные каналы каждые тридцать минут, пока не будет получено указание прекратить переключение.

— Подтверждено Создатель 2 из 2. Обрабатываю команды, — сказал Маркус.

Кира отвернулась и вскрикнула от разочарования.

— Какой-то ублюдок использовал мой код, и построил устройство, отключающее киборгов.

Пейтон видел ее гнев, но не позволял себе чувствовать тоже самое.

— У нас нет времени злиться. Ты должна привести в порядок другого парня, если еще не слишком поздно.

Кира повернулась, пока ее взгляд не упал на Эдварда.

— Ты хочешь, чтобы я сегодня сделала еще одного робота-киборга? Потому что именно это произойдет, когда я заменю его чип. Он не запрограммирован, как Маркус. У лейтенанта Дженсена установлена последняя версия кода.

— Лучше смерть ментальная, чем физическая, — твердо сказал Пейтон.

Кира схватила свою сумку и подошла к лейтенанту Эдварду Дженсену.

— Сита сказала, что Эдвард Дженсен и Рэйчел стали хорошими друзьями. К тому времени, когда его превратили, бездумные реакции у киборгов были доведены до совершенства. Мне пришлось работать изо всех сил, чтобы вернуть ему способность чувствовать, и когда я это сделала, он показался мне более человечным, чем большинство других. Восстановить это одновременно проще и сложнее всего. Однако после нынешнего отключения я не знаю, сможет ли он думать не по шаблону, не запуская код.

— Просто исправь его, чтобы он сегодня не умер, — приказал Пейтон. — Об остальном позаботимся позже.

Кира кивнула.

— Хорошо. Маркус, можешь прислонить Эдварда к стене, чтобы он принял сидячее положение?

Маркус повернулся и подошел к Создателю 2 из 2, стоявшему на коленях рядом. Он взял мужчину за подмышки и помог ему сесть.

— Спасибо, — сказала Кира.

Маркус изучал молчаливого мужчину, пока она открывала его кибернетический отсек. Эдвард дернулся, когда она вытащила старый логический чип. Он смотрел, как она вставляет другой.

— Он будет жить? — спросил Маркус.

Кира прекратила свою работу и повернулась.

— Я не знаю, — ответила она. — Почему ты задал этот вопрос?

Маркус наклонил голову и поднял одну руку. Голова ужасно болела. Он начал очередной этап диагностики. Тем временем его человеческие воспоминания предоставили ему образы для рассмотрения.

— Он пытался спасти… Рэйчел 235. Его функции отказали из-за оружия… точно так же, как и мои. Я не могу его прочитать.

Кира кивнула и коснулась своим инструментом перезагрузку процессора. Тело Эдварда рядом с ней дернулось, и он издал стон. Его глаза открылись и быстро моргали, пока продолжалась перезагрузка. Она повернулась к Маркусу.

— Кто такая Рэйчел 235? — спросила она, проверяя его память. Прежде чем ответить Маркус сделал паузу чтобы сформулировать свои мысли. Она увидела, как его рука снова коснулась головы. — У тебя болит голова, это означает, что твои человеческие синапсы пытаются создать точки пересечения. Постарайся ослабить свои усилия… может быть, процентов на пятьдесят.

Маркус наклонил голову, глядя на Создателя 2 из 2.

— Рэйчел 235 это Рэйчел Логан. Она киборг. Она часто говорит, что ненавидит быть такой. Она очень опытна в качестве сексуального партнера. Мы… вместе.

Кира кивнула.

— Да. Это верно. Вы вместе. Возможно, мы выйдем из этой ситуации лучше, чем я надеялась.

Пейтон подошел и протянул руку уже пришедшему в себя мужчине у ног Киры.

— Привет, Эдвард. Ты помнишь, кто ты?

— Конечно, помню, но сейчас я не в очень хорошем состоянии. Слишком слаб, чтобы встать. — Эдвард положил руку себе на голову и позволил Пейтону Эллиоту помочь ему подняться. Он покачнулся. — Капитан Эллиот, приятно наконец встретиться с вами. Хотелось бы, чтобы это произошло при лучших обстоятельствах. Если вы и доктор Уинтерс здесь, я думаю, это означает, что ублюдкам удалось похитить Рэйчел.

Кира встала и кивнула.

— Да, они это сделали, лейтенант Дженсен. Они применили против вас с Маркусом какое-то электромагнитное оружие. Кажется, на тебя это не повлияло так сильно, как на него.

— Мои инстинкты сработали, когда я услышал, как третий ругался на двух других, пока Маркус их сдерживал. Я изменил настройки беспроводной сети непосредственно перед тем, как они нажали кнопку «Начать». Когда сигнал попал в мой процессор, я ни черта не смог сделать, кроме как послать кибернетике команду отключить питание. К счастью, я вовремя перенес большую часть важных вещей в офлайн-режим. Мне никогда не приходило в голову, что они затронут программы жизнеобеспечения. Теперь, когда моя диагностика запущена, я могу сказать, что у меня осталось около двух часов. Этот разрядник был эффективнее импульсной пушки.

Кира посмотрела на Маркуса.

— Можешь ли ты опознать людей, которые похитили Рэйчел?

Маркус покачал головой.

— Мои воспоминания об этом событии не восстановлены. Я знаю, что произошло, только по сигналу, оставленному оружием.

Эдвард выругался, разговаривая с человеком, который подарил ему достаточно времени, чтобы спастись.

— Маркус, ты назвал одного Натаном. Ты помнишь кого-нибудь по имени Натан? — он переключил свое внимание на Киру. — Я встретил его в лаборатории в первый день, когда мы с Рэйчел вместе обедали. Он был влюблен в нее и приревновал ко мне. Могу сказать, что все эти парни были киборгами с процессорами, но они не были военными. Их беспроводная технология больше походила на компьютерную сеть.

Кира щелкнула пальцами.

— Конечно. Вот как они это сделали. Их создатель вложил в их компоненты коммуникативные чипы. В пределах нужного диапазона они могут разговаривать друг с другом и подключаться к стандартной связи. Гениально. Он использовал план, который я хотела использовать с самого начала.

— В самом деле? — заявил Пейтон. — Я не верю, что Маркус считает это настолько гениальным.

— Конечно… ты прав. — Кира кивнула, чувствуя, что ее отругали, но в то же время была воодушевленной. Она определенно могла бы создать чип, имитирующий этот процесс. Их электромагнитное оружие было настроено на то, чтобы не работать с коммуникационными сигналами.

— Эдвард, скажи своему процессору постоянно переключать беспроводные каналы каждые тридцать минут. Это вызовет небольшое усиление фонового ментального шума, но уменьшит вероятность того, что это оружие снова на тебя подействует.

— Конечно, доктор Уинтерс. Что будет с Маркусом?

Кира покачала головой.

— Я еще не знаю. Ему придется пройти дополнительную замену чипа.

— Он влюблен в Рэйчел…, и она любит его. Они это потеряли? — спросил Эдвард.

Кира пожала плечами.

— Любовь — это человеческое чувство. Кибернетическим компонентам и логическим чипам обычно трудно справиться с гормональными реакциями, которые вызывают эти чувства. Я научилась не строить гипотезы, когда речь идёт об отношениях. Ты хоть представляешь, чего эти люди хотели от Рэйчел?

Эдвард покачал головой.

— Нет. Этот Натан пришел за ней. Это все, что я знаю.

Пейтон указал на дверь.

— Эрик пришел в «Нортон». Он сказал, что в базе данных есть информация, которая нам нужна, чтобы отследить парней, похитивших Рэйчел. Я сказал ему, что мы встретим его там.

Глава 10

Когда Рэйчел снова проснулась, она уже была не в кресле. Вместо этого она находилась в тюремной камере, окруженной решеткой. Когда она села, у нее закружилась голова. Кто-то уложил ее на жесткую койку с накинутым на нее тонким одеялом. Мрачное ощущение дежавю заставило ее почувствовать тошноту. От головной боли кружилась голова и это вызывало шум в ушах.

Она моргнула, приспосабливаясь к приглушенному свету, который ее похитители оставили в комнате.

За дверями клетки она увидела двух женщин, неподвижно лежащих на медицинских столах. Они были одеты в сексуальное нижнее белье и туфли на высоком каблуке.

Попытавшись встать, она заметила, что к счастью все еще была обута в свою обычную обувь. Рэйчел почувствовала, как ее тело трясется от усилий. К ушам на мгновение или два прилила кровь, и прежде чем отступить вызвала в них шум.

Оглядевшись, она поняла, что находится в какой-то клетке посреди комнаты. Она походила на ту, которую использовали для удержания только что восстановленных киборгов, пока не проходил их шок. Окружающие ее решетки, кажется, гудели от какого-то заряда, проходящего через них. Она могла сказать, что это был электрический ток, потому что каждый раз, когда она приближалась, волосы на ее затылке поднимались дыбом. Инстинкт и, вероятно, здоровая доза самосохранения подсказали, что хвататься за решетку, чтобы проверить свою теорию, было бы очень плохой идеей.

— Привет, — прохрипела она, ее голос надломился.

Ее рука поднялась к горлу, когда она обнаружила, что ей снова трудно говорить. Металла там больше не ощущалось, хотя мозг подсказывал ей, что он должен быть. Она не могла быть уверена не имея зеркала, чтобы проверить, но ей казалось, что она чувствует шрам, запечатанный холодным лазером. Если это правда, она могла бы поспорить, что он запечатал то место, где когда-то находился ее резонансный имплант. Она прочистила горло. Это действие причинило боль, но ее голос стал сильнее, когда она закричала через всю комнату.

— Привет. Вы не спите? Вы меня слышите?

Ни одна женщина не пошевелилась. Вздыхая от своей неспособности общаться с ними, Рэйчел вернулась к койке и села. Ей казалось, что ее кто-то избил. Все ее тело болело. Ее кожа была чувствительной к прикосновениям. Даже волосы болели. Хуже всего болело горло, хотя общий дискомфорт мог бы с этим поспорить.

Шум в ее голове становился громче каждый раз, когда она пыталась что-то вспомнить, а затем постепенно стих, когда она перестала пытаться понять, что же случилось. Освободившись от любых помех, вызывавших у нее жужжащую головную боль, ее чувства настроились на окружающую ее обстановку. Да… решетки определенно гудели. Она все еще могла чувствовать их, даже сидя на койке.

Когда дверь в комнату открылась, внутрь вошел врач, который ранее нависал над ней в кресле. Она осталась на койке, притворяясь равнодушной к своему плену. Он подошел к клетке, достал из кармана пульт и остановил гудение решеток. Теперь в ее голове не было ничего, и ничто в комнате не издавало ни звука.

Тишина должна была принести некоторое облегчение, но этого не произошло. Его улыбка, когда он увидел ее сидящей на койке, нервировала. Врач казался слишком довольным собой.

— Рэйчел 235… с возвращением.

— Что значит с возвращением? Кто вы? — спросила Рэйчел.

Он широко раскинул руки и снова улыбнулся.

— Я удивлен, что ты меня не узнаешь. Я твой создатель.

— Вы имеете в виду похититель? — спросила Рэйчел.

Мужчина пожал плечами.

— Роза под любым другим названием… нет, я думаю, эта старая цитата Шекспира не совсем подходит в моем случае, не так ли? — он подошел к решетке и всмотрелся в нее. — Серьезно. Я пришел проверить твое состояние. Как ты себя чувствуешь?

На мгновение Рэйчел подумала не отвечать, но она не первый раз была пленницей. На собственном горьком опыте она усвоила, что лучше не сопротивляться и узнать, как можно больше.

— Если вы действительно хотите знать… меня все время тошнит. И у меня ужасно болит голова.

Она видела, как он кивнул, что понял. Его взгляд не был сочувствующим. Это было больше похоже на то, что она была проблемой, решение которой еще не было найдено. Она услышала, как врач тяжело вздохнул.

— И то, и другое досадные побочные эффекты твоего нового оборудования. К нейронным имплантатам нужно немного привыкнуть, но со временем ты адаптируешься.

Ее наполнил ужас.

Имплантаты? Дополнительные импланты?

— Что именно вы со мной сделали? — спросила она.

Его улыбка была холоднее, чем у любого кинозлодея.

— На данный момент я сделал только то, что было необходимо, чтобы вылечить тебя и сохранить тебе жизнь, — резко ответил он.

— Вы исправили мой голос. Я знаю это. Что еще вы со мной сделали?

Она услышала, как он тихо рассмеялся.

— Не так много, как я намереваюсь, и ничего, что ты, с твоим ограниченным интеллектом, могла бы понять, — заявил он. — Прежде чем мы продолжим, мы должны позволить твоему человеческому мозгу еще немного исцелиться.

— Может быть, я понимаю больше, чем вы думаете. Я работаю над киборгами почти каждый день.

Рэйчел съежилась, когда он засмеялся.

— Очень хорошо. Вот тебе объяснение. Дизраптор вызвал эквивалент сильного сотрясения мозга. Твой процессор все равно умирал, поэтому его потеря не имела большого значения. К тому времени, как Натан привел тебя сюда, ты была почти мертва и кибернетически превратилась в tabula rasa (прим. — чистый лист). Все твои данные были стерты и компоненты были готовы к моим изменениям. Мне очень приятно видеть, что ты пережила первый раунд обновлений, а твой человеческий разум все еще в основном функционирует.

— Значит, вы заменили мой процессор и сделали меня киборгом в еще большей степени, — обвинила Рэйчел. Она нахмурилась, когда он пожал плечами в ответ.

— Ты всегда была киборгом, моя дорогая. И нужно было либо заменить процессор, либо смотреть, как ты наверняка умрешь. Меня не удивляет, что Кира ждала до последней минуты. Она всегда была такой, откладывая важные решения до тех пор, пока ее устаревшая мораль не исчерпала оправданий. Теперь посмотри, насколько тебе стало лучше. Восстановление твоих голосовых связок заняло меньше часа после того, как я установил новый процессор и снова подключил тебя к сети.

Рэйчел скрестила руки на груди. Она задавалась вопросом, сколько еще новых деталей он в нее установил. Кира никогда бы ничего с ней не сделала, не получив ее разрешения. Теперь она жалела, что не позволила Кире это исправить. И смогла бы избежать этого бардака.

— Откуда вы знаете доктора Уинтерс?

— Я знаю Киру лучше, чем кто-либо другой, — тихо ответил он, снова широко улыбаясь.

Рэйчел изо всех сил старалась не дрожать под его неприятным взглядом и еще более гадкими намеками.

— Она мало рассказывает о своей личной жизни.

— Неудивительно, учитывая, что она привязалась к одному из своих творений. Очень плохой тон для доктора Франкен-Уинтерс влюбиться в собственного монстра, как бы высоко его ни оценивали в спальне. Ей должно быть стыдно, что она позволила своей сексуальной слабости управлять ее суждениями.

Рэйчел скрестила руки на груди.

— Ваша аналогия не имеет доказательств. Капитан Эллиот не монстр.

— Пейтон 313 это то, чем он является. Точно так же, как Рэйчел 235 будет такой, какой я решу. Это одно из многих преимуществ быть Создателем Омега. Именно я создаю твою индивидуальность. У тебя нет права голоса в этом вопросе. Во всем что касается тебя, я твой бог.

— Никогда этого не будет. Они вас отыщут и найдут способ остановить то, что вы делаете, — сказала Рэйчел.

— Ну, они меня еще не нашли, так что пока я просто буду придерживаться своего первоначального плана. Увидимся утром, Рэйчел. Я думаю, еще одного дня будет достаточно для исцеления. Наслаждайся последним днем этой части твоей обычной жизни. Послезавтра тебя ждет новое великое приключение. Как «Женщина Спутница» нового мира, ты станешь частью эволюции женского рода.

— Возможно, он не успеет прийти сюда вовремя, чтобы предотвратить то, что со мной может случиться, но Маркус рано или поздно придет, — заявила Рэйчел.

К ее величайшему ужасу, врач рассмеялся над ее заявлением. В его взгляде было веселье. В животе у нее образовался комок страха. Потому, что ее угроза не была смешной.

— Если они не добрались до него вовремя, твой татуированный киборг уже мертв. По крайней мере, он определенно больше не тот киборг, которого ты, как тебе кажется, знаешь. Личности киборгов очень легко стереть, хотя у Маркуса 582 ее никогда и не было. Он был фигляром даже до своего обращения. А вот Кингстон Уэст… был довольно интересным. Обрати внимание на то, как уникально он отреагировал на потерю памяти. Большинство киборгов просто эмоционально отключаются. Кингстон же это принял и начал над этим работать.

Гнев быстро нарастал и толкнул Рэйчел с места. Она направилась к решетке, понятия не имея, что собирается сделать, чтобы освободиться или помешать мужчине в белом халате ее мучить. Ей хотелось встряхнуть его и заставить отказаться от своих слов.

Маркус не умер, она отказывалась принять такую возможность.

Но прежде чем она прикоснулась к решетке, она увидела, как он достал из кармана пульт. Гул электричества вернулся. Она остановилась в нескольких дюймах от нее, глядя сквозь металлические прутья. Позади них улыбался ее мучитель.

— О, если бы я только мог найти способ позволить тебе сохранить твою эмоциональную смелость. Я уверен, что после завершения программирования с тобой уже будет невозможно весело проводить время. К сожалению, чтобы сделать тебя компаньоном, мне придется подавить твое желание сражаться или бежать. Лишь недавно я нашел способ, с помощью которого логический чип может работать с твоим мышлением. Если мне это удастся, ты, по крайней мере, сможешь решать головоломки лучше, чем самый современный компьютер. Полагаю, ни один учёный не должен ожидать, что сможет добиться всего, лишь на третьем прототипе. Хотя формально ты была первым… пока Брэдли не позволил тебе попасть в чужие руки.

— Технически я буду вашим последним прототипом, — твердо сказала Рэйчел, не зная, откуда взялась ее смелость. Что она теряет, взбунтовавшись? Ничего. Сегодня, возможно, последний день, когда у нее был голос, чтобы высказывать свое мнение. Ей наконец-то нечего было терять.

— Отменить альфа-ланкастер 985…

Давление в ее голове стало расти, а затем остановилось, когда он замолчал. Она наблюдала, как его голова двигалась назад и вперед.

— Нет. Если подумать, полное отключение только создаст больше работы на твоих только что восстановленных чипах. Увидимся утром. Отдыхай или нет. Выбор пока что за тобой.

Рэйчел смотрела, как он идет к женщинам на столах. Он достал из кармана пульт и по очереди направил его на каждую из них. Их внезапные и быстрые движения на столе после долгой неподвижности ее встревожили.

Были ли это какие-то человекоподобные боты с искусственным интеллектом? Это выглядело, как будто врач их включил. Но придавать слишком реалистичный вид ботам с искусственным интеллектом противоречило всемирным законам.

Или, возможно, это были те самые прототипы, о которых он намекал?

Она не могла принять… не хотела принять… что то, чему она стала свидетелем, станет ее будущим.

— Компаньоны встать и следовать за мной. Мне нужны развлечения.

Рейчел смотрела, как они обе поднялись в сидячее положение и свесили стройные голые ноги в сторону. Они были примерно того же возраста, что и она, и имели схожий цвет волос. У каждой из них также был пустой взгляд, когда они соскользнули с кровати и легко приземлились на пол в своих безупречных туфлях на высоком каблуке.

Как идеально запрограммированные боты, они последовали за доктором, который вышел наружу и придержал дверь открытой для их выхода.

А потом в комнате снова воцарилась полная тишина, если не считать гудения прутьев ее клетки. Она снова осталась одна, и ее настиг ужас. Рэйчел закрыла лицо руками.

Что, если Маркус действительно был мертв?

И что они сделали с Эдвардом? Бедный Эдвард. Он оказался там только потому, что был ее другом.

Сила печали отражалась в огромной боли в груди при мысли, что она непреднамеренно причинила боль двум лучшим мужчинам, которых она когда-либо знала.

В эмоциональной агонии Рэйчел свернулась калачиком на койке и обняв колени, молилась богине, чтобы Маркус был еще жив.

***

Эрик сидел за столом и смотрел на человека, которого знал не хуже любого другого из своих братьев. Все, о чём он мог думать, это то, что, должно быть, они были такими, когда находились в программе «Кибермуж». Мужчина сидевший напротив за столом переговоров был очень вежлив и совсем не Маркус. Не было никаких жалоб на бездействие, никакого беспокойства по поводу того, что могло случиться с Рэйчел, что было чушью, которую невозможно выразить никаким ругательством.

Вместо этого Маркус был пугающе спокоен и сосредоточился только на том, что было логично сделать. Но проблема не имела логического решения. Чертовы ублюдки из ОКН и их сумасшедшие кибернетики. Его сердитый взгляд метнулся к Кире Уинтерс, единственной, кого ему не хотелось прибить.

— Ты не можешь оставить его в таком состоянии, Док. Однажды ты его починила. Сделай это еще раз.

Кира подняла подбородок и встретилась взглядом с Эриком.

— В данный момент требуется терпение. Я могу заменить логический чип, который я вставила в него, на другую модель, более удобную для восстановления, но я позволяю Неро сначала попытаться восстановить его предыдущую модель. Хотя логический чип не контролировал всю его личность, он работал в сочетании с его обновленным военным чипом и всеми остальными, которые Маркус решил оставить. Мы хотим, чтобы то, что на них хранится, можно было восстановить, если мы сможем это сделать.

— Я не могу видеть его таким, — заявил Эрик.

— Все не так плохо, как кажется. Его процессор относится к этому новому логическому чипу как к обновлению. Все остальные чипы в данный момент его игнорируют, поэтому он ничего не может с ними сделать. Я не хочу травмировать Маркуса больше, чем необходимо, поэтому оставила его в некотором кибернетически переходном состоянии. Я предпочитаю вернуть его таким, каким он был, и больше ничего не сделаю, пока не увижу, что это невозможно.

— Если Неро не сможет починить свой старый чип, станет ли Маркус когда-нибудь снова прежним человеком?

— Ну, я бы не стала сбрасывать со счетов его человеческий мозг, который в конечном итоге гарантирует, что все воспоминания с момента его восстановления будут переданы для обработки. Весь смысл восстановления в том, что разум Маркуса это гораздо больше, чем какой-либо один чип, процессор или деталь, — объяснила Кира. — Я признаю, что степень правдивости этого утверждения еще не до конца доказана. Нескольких месяцев едва ли достаточно, чтобы сформулировать заслуживающие доверия теории.

— К черту теории. Посмотри на него, — заявил Эрик, поднимая руку. — Это не Маркус. Это обычный киборг. Он вообще почти не осознает себя.

Маркус повернулся к Эрику.

— Это утверждение неверно. Я очень хорошо осознаю свою личность. Я Маркус 582. Ты Эрик 754.

— Нет, — сказал Эрик. — Ты Маркус Келлс, и ты мой чертов друг. Вот кто ты такой.

— Эрик 754, ускоренное сердцебиение указывает на уровень стресса, который опасен для твоих органических частей. Если это будет продолжаться без перерыва, было бы целесообразно провести повторную калибровку твоих компонентов.

— В самом деле? Ну, перекалибруй это, тупица, — заявил Эрик, подняв средний палец.

Когда Маркус посмотрел на него без каких-либо признаков обиды, разгневанный Эрик как пуля вскочил со стула. Он не мог этого вынести. Он не мог. Было несправедливо, что где-то в мире находилось оружие, из-за которого Маркус мог ходить и говорить, но был наполовину стерт как личность.

Теперь он сожалел, что не проявил большего сочувствия к ситуации Кинга. Неудивительно, что Кинг был так непреклонен в отслеживании каждой чертовой детали, которую он обнаружил. Он пытался убедиться, что не произойдет дальнейших потерь.

И помоги Бог Эвелин… или Люси, кем бы она ни была. Каково ей было все время жить в ментальной тьме? После своего исследования он был в основном убежден, что ее настоящее имя Люси, но все еще существовало слишком много пробелов. Военные тщательно скрывали ее настоящую личность. Но почему? Для него это не имело никакого смысла. Ведь они не удосужились скрыть кем был Кинг.

Эрик повернулся и посмотрел на Маркуса, который просто спокойно на него смотрел.

— Твое нынешнее бестолковое существование для меня неприемлемо, Маркус 582. Я хочу вернуть своего тупого друга. Вставь эту дилемму в свой новый логический чип и позволь своему разуму поработать над ней. Вспомнить, кем ты был раньше, единственная задача, стоящая твоего времени и усилий.

Эрик наблюдал, как Маркус перевел взгляд на стол, пока пропускал его утверждения через процессор для анализа.

— Док… я буду в комнате наблюдения, если тебе понадоблюсь. Для своих исследований я собираюсь использовать компьютерную станцию Неро.

Кира кивнула.

— Я не отказалась от идеи вернуть его в нормальное состояние, Эрик.

— Да… ну… нормальное… в этом ведь проблема, не так ли? Для большей части мира то, кем он сейчас является, нормально для киборгов. Просто я хочу вернуть его раздражающую, надоедливую и властную версию. Нахрен, нормальную.

Эрик вышел из комнаты и не обернулся. Пейтон и Кинг выслеживали Натана 180, который случайно в тот день не пришел на работу. Его же оставили помогать Кире с Маркусом, но ему было чертовски тяжело видеть, как его друг ведет себя как едва разумная машина.

Он с тяжелым сердцем вернулся к своим исследованиям. Впрочем, он надеялся, что в мозгах Киры и Неро скрывается еще одно чудо.

Глава 11

— У них есть секс-клубы по всему Новому Орлеану. Ты когда-нибудь бывал в таком заведении?

Пейтон отвернулся от места наблюдения за фонарным столбом и посмотрел на Кинга.

— Секс-клубы? Нет. Я жил в Калифорнии и целыми днями вытаскивал красоток в бикини с пляжей. Ты что, когда-нибудь чувствовал необходимость связать женщину, чтобы заняться сексом?

— Нет, но некоторые дамочки спрашивали, — похвастался Кинг, ухмыляясь шоку своего друга. Никто, глядя на Пейтона, никогда бы не подумал, что он был таким стеснительным. — Я признаю, что мысль о полном контроле над такой властной женщиной, как моя жена, имеет определенную привлекательность. Если она когда-нибудь попросит узнать мою темноту, я, конечно, не против использовать все, что нужно, чтобы потакать ее фантазиям… веревки, ремни, цепи… черт возьми, я непредвзят.

— Да ладно. Хватит молоть чушь, — заявил Пейтон. — Ты бы никогда не связал Ситу. Ей удалось остаться в живых в трудовом лагере в течение двух лет. Так что, как только ты ее освободишь, она отрежет тебе яйца.

Кинг от души рассмеялся.

— Разве Кира не сделала бы с тобой то же самое?

— Нет, — грустно сказал Пейтон. — Она бы просто перебралась из нашей спальни и никогда больше ко мне не прикоснулась.

— Ой… блин. Я забыл, Пейтон. Я посмотрел запись, где Злой Брэд признается ей в том, что сделал ее бывший. Ты знаешь, я бы никогда по-настоящему не связал Ситу. Если я не могу уговорить ее сделать то, что я хочу, думаю, нам не нужно этого делать. Она просто идеальная любовница, о которой я когда-либо мечтал. Более того, с ней приятно проводить время. Вообще, мне жаль женщин в таких местах. И всегда было жаль. Что, черт возьми, они могут здесь искать?

— Я не знаю. Но если мы найдем там Рэйчел со слизняком, Маркус сравняет это место и Натана 180 с землей. Нам придется посадить Маркуса в клетку, когда он придет в себя, просто чтобы не дать ему наброситься или сделать что-нибудь с собой. Он чертовски чувствителен, и все это случилось в самый неподходящий момент. Он только что наладил свою жизнь.

Кинг кивнул, соглашаясь с его словами.

— Ты прав. Сможет ли Кира вернуть его в прежнее состояние?

Пейтон на ходу пожал плечами.

— Она еще не знает. Они с Неро работают над решением.

— А с Эдвардом Дженсеном все в порядке?

— По большей части. С его сознанием все в порядке, но в кибернетике около тысячи ошибок. Сита пытается его откалибровать. Судя по всему, это будет для нее работой на целый день в течение нескольких дней. То, что произошло, было плохо, хотя он нашел способ предотвратить худшее.

Кинг замедлил шаг и повернулся к своему другу.

— Так что же нам делать, чтобы проникнуть в клуб и не потревожить гребаных посетителей?

— Ха. Ха. Мистер Юморист. Я не пропустил твою чертову двусмысленность. Так уж получилось, что у меня есть план, как проникнуть внутрь, не встревожив их. Мы собираемся притвориться, что ты мой мальчик-игрушка, — сказал Пейтон, ухмыляясь шоку Кинга.

— Как случилось, что мы перешли от разговоров о связывании наших жен к тому, чтобы притвориться парой мужчин любовников? Мы выглядим достаточно геями, чтобы это осуществить?

Пейтон тихо фыркнул от смеха, когда они подошли к входной двери.

— Геи уже более ста лет не ищут пару. Кроме того, я слышал, что разнообразие делает вещи интересными, дорогая. Мы просто пробуем что-то новое.

Кинг опустил голову и застонал. Подняв её, он ухмылялся.

— Хорошо. Но я буду парнем. А ты станешь моей королевой.

— Если я королева, могу ли я называть тебя королем?

— Чувак, у тебя жалкие шутки. Разве Кира не может установить в тебя чип юмора? Мне надоели твои грустные шутки и неумение их рассказывать.

— Эй вы, две королевы, собираетесь стоять на улице и спорить, или войдете?

Они оба повернулись к мужчине, собирающему оплату, чтобы войти внутрь.

— Мы определенно заходим, — уверенно заявил Пейтон.

Он перевел печальный взгляд на Кинга.

— Давай, Кингстон. Ты обещал. Сегодня мой день рождения. И ты сказал, что мы могли бы разделить женщину.

Кинг фыркнул и посмотрел на Пейтона.

— Королева моя, твои фантазии меня убивают.

Слушая восторженный смех Пейтона в ответ на его оскорбление, Кинг повернулся к мужчине и спросил, сколько стоит вход. Поскольку Пейтон уже упомянул, что у него день рождения, у Кинга не осталось другого выбора, кроме как раскошелиться на возмутительную цену за вход.

Он снова повернулся к Пейтону.

— Надеюсь это стоит того, чтобы потратить все эти деньги. Я делаю это только ради Маркуса.

Пейтон кивнул и попытался выглядеть благодарным. По крайней мере, его улыбка не была фальшивой. Было чертовски весело видеть Кинга таким раздраженным.

Закатив глаза, вышибала впустил их внутрь.

— Что дальше? — угрюмо спросил Кинг, когда они остановились в коридоре, стены которого были украшены ярко-красной тканью. — Мы останемся вместе или разойдемся, чтобы его поискать?

— Ничего не надо делать, сладкий. — Рука Пейтона на руке Кинга повернула его к сцене, где Натан склонил над столом женщину. Кинг вздохнул и направился вперед, чтобы забрать парня, но Пейтон рукой оттащил его назад.

— Погоди. После того, как он закончит, он станет слабее. Знаешь, молодые ребята… пять минут, и все кончено. Нам не придется долго ждать.

В тот момент, когда Кинг фыркнул, Натан закричал, и толпа вокруг него разразилась аплодисментами. Даже если женщине это тоже нравилось, она не стала ничего комментировать, лишь поправила свою одежду. Однако, судя по всему, Натан публике нравился. Они видели, как он публично убрал свой «агрегат», в то время как люди хвалили его за выступление. Спустя несколько мгновений счастливый жеребец направился к ним, очевидно намереваясь уйти, поскольку они не прошли от двери дальше трех футов.

— Неужели его будет так легко забрать? — спросил Кинг.

Когда их цель прошла мимо, Пейтон выставил руку.

— Привет. Мы здесь впервые. Кажется, ты знаешь, что к чему в этом месте. Не подскажешь, чем здесь можно заняться? — он увидел, как глаза Натана расширились, когда в них вспыхнуло узнавание.

Парень отошел от него, но снова оказался в больших руках.

— Эй, — прошептал Кинг на ухо их цели. — Вижу, что ты один из агрессивных типов, но мы только что встретились, милашка.

Взгляд Натана скользнул через плечо вверх, встретившись с глазами Кинга.

— Я знаю, кто вы такие. Что вам от меня нужно?

Пейтон достал из кармана устройство.

— Мы слышали, ты любишь использовать игрушки, чтобы кончить. Мы подумали, что возможно ты захочешь протестировать это.

Он прикоснулся беспроводным электрошокером к одной из крепких грудных мышц Натана 180. Парень упал практически мгновенно. Если бы Кинг не поддержал его, тело Натана рухнуло бы на грязный пол.

— Эй, это дерьмо покалывает, королева моя. Ты мог бы меня предупредить, что собираешься ударить его током.

— Поскольку ты крутой парень в нашей паре, я знал, что ты справишься. И ты также сможешь его нести, — приказал Пейтон, улыбаясь поверх обвисшей головы Натана.

Кряхтя, Кинг перекинул парня через плечо.

— Тогда ты объяснишь охраннику, почему мы уходим с одним из их постоянных клиентов сразу после того, как зашли.

Пейтон указал на гигантский знак выхода. Одинокий полуодетый мужчина незаметно выскользнул наружу, пока они наблюдали.

— Поскольку наши дела закончены, я подумал, что мы воспользуемся выходом для бизнесменов.

Кинг рассмеялся.

— Тебе всегда чертовски везло.

— А ты всегда был достаточно сильным, чтобы поддержать меня, когда мне не очень везло, — заявил Пейтон.

Они вышли и обошли сзади, чтобы охранник у входа не заметил, как они уходят.

***

Неро все еще работал над ремонтом логического чипа Маркуса. У нее не было другого выбора, кроме как воспользоваться любой доступной помощью. Кира подняла взгляд на мужчину, склонившегося над медицинским столом и смотрящего на ее бессознательного пациента вместе с ней.

— Есть идеи, кто он, Брэд?

— Да, доктор Уинтерс. Как вы хорошо знаете, я подключен к базе данных ОКН по беспроводной сети. Субъект представляет собой модифицированного человека, занесенного в каталог как Кибернетическая единица Натан 180. Он также зарегистрирован во всех базах данных как Натан Блэнтон. Заядлый геймер. Турбокодер. Субъект работает в компании «Нортон», разрабатывает код искусственного интеллекта для подразделений правительственной охраны. Недавно его повысили, и он занял должность, которую раньше занимал ныне покойный Дэн Мастерсон.

Кира кивнула.

— Хорошо. Давай проведем анализ. Кто-то установил этому мальчику кибернетическую панель и процессор, которые используются для стимуляции как нейронных имплантатов, так и импульсов, отвечающих за мышцы, которые у него растут. Так что технически он лишь частичный киборг. Можешь ли ты выдвинуть теорию о том, почему он мог это с собой сделать?

— Очевидный вывод состоит в том, что он фанатик самосовершенствования, — сообщил Брэд. — Он хочет получить преимущества безупречной машины, в то же время машиной не являясь. У него нет зарегистрированных улучшений. Сканирование всего тела на медицинском столе подтверждает отсутствие протезов.

Кира взглянула на молодого человека, на ее столе.

— Есть какая-нибудь теория о том, кто его создал?

— Есть только два создателя, — произнес Брэд. — Все остальные считаются репликаторами согласно документу ОКН № 98632F87.

— Хорошо. Кто тогда его копировал? — спросила Кира.

Брэд быстро заморгал.

— Его не реплицировали. Он был создан. У него уникальный код, которого нет у других киборгов.

— Создатель 1 из 2 мертв. Создатель 2 из 2 не создавал его. Постулируй теорию, принимая во внимание эти факты.

Брэд поднял голову и встретился с ней взглядом.

— Создатель 1 из 2 не умер, или есть другой создатель.

— Как может существовать другой создатель?

Кира задала вопрос вслух, просто чтобы услышать слова. Ее разум быстро отвергал возможные варианты. А может быть, ему просто так захотелось. Брэд продолжил работу над проблемой и предложил теорию, от которой у нее застыла кровь.

— Другой создатель мог существовать только в том случае, если программисту удалось соединить оба набора кодов создателей-киборгов. Только тогда можно будет разработать некую комбинацию этих двух факторов в качестве исходного кода нового создателя.

Кира фыркнула.

— Ты когда-нибудь пытался разработать новый исходный код создателя?

— Ответ утвердительный.

— Каков был процент успешности твоих усилий?

— Сорок девять целых, триста восемьдесят пять сотых процента.

Кира кивнула.

— Именно поэтому я настояла на том, чтобы было два набора кода. Джексон и я действительно единственные люди, способные создавать новый исходный код создателя. Поскольку он мертв, а я этого не делала, значит, этот парень проводит очень изощренную хакерскую работу. Но этот хитроумный взлом… не настолько хорош, по сравнению с тем, что ты сделал с Рэйчел… по крайней мере, этот человек использовал зарегистрированный процессор. Парень не сталкивается постоянно с неудачами, даже если его жизнь в конечном итоге закончится одной из них, если его не вернут к нормальной жизни.

— Он мог бы быть прототипом. Рэйчел 235 является прототипом… первым из трех, — заявил Брэд.

— Что? — взгляд Киры метнулся к ее помощнику. — 1 из 3? Ты сделал из нее нечто большее?

— Не я. Я создал Глорию. А Создатель Омега усовершенствовал код, используемый в остальных. Его прототипы успешно создали спрос на персонализированных компаньонов.

— Кто, черт возьми, этот Создатель Омега? — потребовала ответа Кира.

Брэд склонил голову.

— Он высший творец. Он может выбирать. Все великие умы преклоняются перед его интеллектом.

Кира остановилась, открыв рот. Она не знала, что сказать.

— Ты поддерживаешь связь с этим Создателем Омега?

Брэд наклонил голову.

— Поддерживаю связь?

— Я имею в виду… ты когда-нибудь с ним разговаривал? Он связывается с тобой здесь, в «Нортон»?

— Он связывается со мной, когда ему нужны мои услуги… так же, как вы, — заявил Брэд.

— Ты открыл лабораторию и впустили его к Уильяму? — спросила Кира, забыв о парне на столе, поскольку смирилась с тем фактом, что сама создала утечку.

— Я ничего об этом не помню.

— Где ты был, когда в лаборатории произошло нарушение безопасности?

— Мое местонахождение во время этого неизвестно. Я получил приказ удалить этот фрагмент памяти.

Кира оперлась руками о стол.

— Это какая-то неделя унижений, и я далеко не так умна, как думала.

— Вы второй самый умный человек на планете.

— Действительно? Ты уже говорил мне это раньше. А кто тогда самый умный человек? Ты? — спросила Кира.

— Нет. Мои кибернетические модификации ограничили мое воображение, которое является основным источником истинной силы разума. Мой интеллект теперь подобен машине. Безошибочная логика не способствует развитию гениальности.

— Хорошо. Так кто же умнее меня?

Прежде чем Брэд успел ей ответить, в дверь вошел Пейтон.

— Готово?

— Нет. Я отвлеклась. Брэд превратился в болтуна, и я узнала много разных вещей…, например, какая я глупая.

— Ваш вывод неверен. Определение глупости — это….

— Прекрати, — приказала Кира, глядя на него. — Я говорила несерьёзно.

Она снова посмотрела на Пейтона.

— Я бы хотела оставить Натана для дальнейшего изучения, но меня беспокоит время, которое мы теряем. Мы должны… — Кира остановилась. Она не собиралась снова вести себя глупо. — Брэд, ты спросишь Ситу, могу ли я одолжить ее биомедицинский измерительный прибор? Сходи к ней и принеси его.

— Конечно, — сказал Брэд.

Она и Пейтон посмотрели, как он идет к двери. Когда дверь за ним закрылась, Кира вздохнула.

— Кто-то, у кого есть свобода приходить и уходить сюда, в «Нортон», думает, что он создал новый исходный код создателя. Брэд был с ним на связи. Я думаю, что именно он саботировал первоначальную реставрацию Уильяма. Даже не представляю, что Брэд рассказал ему о нашей деятельности.

— Хочешь, чтобы я прямо сейчас убил Брэда? Или ты сама хочешь это сделать? — спросил Пейтон.

— Нет. Он нужен нам живым в качестве наживки. Наш псевдотворец называет себя Создателем Омега. Могу поспорить, что именно он получает зарплату от «Нортон» и делает за них грязную работу. Он обращает таких как этот парень и участвует в создании так называемых «индивидуальных компаньонов». Похоже, все что сказал Дэн Мастерсон, является правдой.

— Может быть, нам все-таки следовало его защитить, — заявил Пейтон.

Кира покачала головой.

— Нет. Это просто заставило бы их еще больше уйти в подполье. Давай чипируем этого парня и вернем его обратно. Он должен поверить, что его компоненты выходят из строя, иначе он никогда не отправится на базу.

— Сможешь ли ты сломить его сопротивление, не причинив вреда?

Кира фыркнула.

— Конечно. Видимо, это становится моей специальностью.

***

Натан проснулся один посреди коридора в «Нортон». Его электронные устройства были разбросаны вокруг него. Он увидел, как Пейтон Эллиот вышел из одной лаборатории и посмотрел в его сторону.

— Привет чувак. Ты в порядке?

Длинные ноги мужчины быстро сокращали расстояние между ними. Натан вздрогнул, когда более крупный и пожилой мужчина схватил его за руку и поднял на ноги. Что он почувствовал? Это был страх? Или просто стыд, что его поймали в момент слабости?

— Голова кружится? Тошнит? — Пейтон засмеялся и понизил голос. — У тебя похмелье?

— Нет. Конечно, нет. Я не употребляю алкоголь. Он убивает клетки мозга, — ответил Натан. — Как я сюда попал? У меня же сегодня выходной.

Пейтон фыркнул.

— Я никогда сюда не прихожу, если в этом нет необходимости. Ненавижу это чертово место. Слушай, я немного спешу. Если ты в порядке, то я пойду. Позволь мне помочь тебе собрать вещи, чтобы тебе не пришлось снова наклоняться.

— Конечно. Спасибо, — ответил Натан, протягивая руки, чтобы позволить Пейтону сложить в них свои вещи. — Мы встречались?

— Наверное, ты видел меня на национальных телешоу. Я часто в них участвовал, — заявил Пейтон. — Береги себя.

Натан видел, как он ушел. Он стоял неподвижно, пока его процессор искал данные в нейронных имплантатах. Казалось, все в порядке, но он все еще не мог понять, почему он здесь. Ведь он должен был помочь с обращением Рэйчел 235.

Он вытащил портативный компьютер из кармана. Было еще раннее утро. Ух ты. Возможно, он вчера перестарался. Он пошел в секс-клуб и купил время с Триной. Он ушел… или нет?

Покачав головой, повернулся, чтобы вернуться в свой кабинет. Он скажет, что ему плохо, и уйдет.

Глава 12

Эрик проверил устройство слежения.

— Я потерял сигнал, но держу пари, что он там. Он не смог бы уйти очень далеко.

Пейтон кивнул. Кинг повернулся к Винсенту и Стиву.

— Никаких убийств. Только поймать. При необходимости используйте импульсные пушки, но сначала попробуйте устройства, которые вам дала Док. Это должно их нокаутировать.

Впятером они побежали от самолета к большой металлической двери. Кинг схватил ручной открыватель и начал его проворачивать. Дверь от его усилий застонала, но наконец начала двигаться. Когда он сдвинул ее настолько, что образовалось отверстие, в которое могли пройти Винсент, Стив и Эрик, он остановился, чтобы перевести дух.

— Тяжелая зараза, — сообщил Кинг.

— Особенно, когда ты не в форме из-за того, что ешь еду собственного приготовления, — заявил Пейтон. — Ты набрал по меньшей мере пятьдесят фунтов, тебя даже генератор импульсов не смог сбить с ног.

Кинг, возвращаясь к работе, бросил на своего друга недобрый взгляд.

— Я не вижу, чтобы твоя накачанная, спортивная задница предлагала помощь.

Пейтон ухмыльнулся.

— Я не смог бы ее сдвинуть за вдвое большее время, чем удалось тебе.

— Это ты верно подметил, — сказал Кинг. — Подвинься, Королева моя. Они ушли уже слишком далеко.

— Если ты продолжишь меня так называть, я забуду, какой ты сильный, и надеру тебе задницу, — заявил Пейтон.

Кинг усмехнулся и последовал за ним через отверстие. В конце первый туннель разветвлялся на несколько рукавов. Пейтон заглянул в каждый из них.

— В левом полы не подметены, и похоже, что им особо не пользовались. Кинг, вы с Эриком идите посередине. Винсент, Стив и я пойдем направо. Глядите в оба. Наши переговоры здесь глушатся. Чтобы оставаться на связи используйте радиоприемники, которые сделал Эрик.

***

Рэйчел уставилась на еду, которую ей принесли два мускулистых парня. Она была очень голодна, но боялась есть. Брэд регулярно добавлял в ее еду наркотики, и она до сих пор не забыла шок, когда, проснувшись, обнаружила себя обнаженной рядом с ним.

Когда ее мучитель в белом халате придет ее забрать, чтобы позже сделать с ней то, что он планировал, она хотела быть полностью способной сражаться, пока он не заберет эту силу. Она будет бороться за себя и за Маркуса. Она сделает это ради Ситы, которая пережила свой собственный ад. Она сделала бы это ради таких людей, как Уильям Тален, которого, превратили в убийцу по индивидуальному заказу, руки кого-то вроде ее мучителя.

И пока она ждала своей участи, она молилась Богине, чтобы ее разум в конце концов прорвался сквозь все, что с ней сотворили, и сделал что-нибудь чрезвычайно плохое с доктором. Она отказалась от желания оставаться человеком и теперь стремилась быть больше похожей на женщину-киборга, которую Кира и Пейтон держали взаперти. Она надеялась, что станет неуправляемой и уничтожит их всех.

— Лучше ешь, пока можешь, — сказал ей один из мускулистых парней.

— Не голодна, — сообщила она.

— Для тебя так будет проще, — произнес он, и получил затрещину от второго мускулистого парня за то, что дал непрошеный совет.

Рэйчел вздохнула.

— Как вы можете ему помогать творить все это со мной?

— Потому что он сделал это с нами, — похвастался второй мускулистый парень, напрягая мышцы. — Посмотри, какие мы удивительные.

— Удивительные? — воскликнула Рэйчел. — Вы два хулигана, работающие головорезами у какого-то безумного ученого.

Когда дверь открылась, она ожидала увидеть доктора в белом халате. Однако, все было еще хуже. В дверь вошел разгневанный Натан.

— Эти парни тебя трогали? — потребовал он ответа.

Рэйчел фыркнула и посмотрела на него.

— Нет. Но я уверена, что в конце концов они своего добьются. У Брэда не было проблем с тем, чтобы пустить меня по кругу, когда его это устраивало.

Натан нахмурился.

— Я бы никогда не поступил так со своим компаньоном. Я написал твой код. Ты будешь для меня особенной.

Рэйчел покачала головой и отвела взгляд.

— Нет, не буду. Я буду девушкой-роботом, которую тебе придется заставлять заниматься с тобой сексом. Но в конце концов мой разум вырвется на свободу, Натан. Он взломал код Брэда. Он пробьется и через твой… или любого другого сумасшедшего ученого. У некоторых людей воли больше, чем у других. У меня ее много.

— Создатель Омега сказал, что на этот раз этого не произойдет.

Рэйчел фыркнула.

— Ага… ну, я видела много киборгов, проходивших через лабораторию, где я работаю. Почти все они так или иначе вырвались из своей программы. Однажды все это безумие программирования обрушится на тех, кто этим занимается. Вашего Создателя Омегу постигнет та же участь, что и Джексона Ченнинга. Одно из его творений сделает с ним тоже, что сделала кибержена доктора Ченнинга.

Натан провел рукой по голове.

— Так не должно было быть, Рэйчел. Я позволил тебе столкнуться со мной в коридоре. И сделал это намеренно. Я должен был тебе понравиться. Я изучал тебя, когда ты училась в колледже, и превратился в того парня, с которым тебе понравилось бы встречаться. Я всеми возможными способами старался быть хорошим. Я знал, что тебе не нравится быть киборгом. Вот почему я притворился, что ненавижу их. Но за индивидуальной кибернетикой будущее. Ведь чтобы стать лучше, вовсе не обязательно все заменять. Ты можешь быть похожей на нас. Мы — новая эволюция.

Рэйчел махнула рукой между ним и мускулистыми парнями.

— Ты думаешь, меня впечатляют твой интеллект или их мускулы? Без доброго сердца вы просто хулиганы и злодеи, которые слишком глупы, чтобы это осознать. И что бы ты со мной ни сделал, тебе придется жить, зная, что я добровольно предпочла в качестве парня настоящего киборга, а не тебя. Маркус, возможно, и не совсем человек, но он никогда не причинит мне вреда.

— Мы убили твоего сторожевого пса-киборга. Его больше нет, поэтому нет смысла говорить о ком-то, кого ты больше никогда не увидишь, — заявил Натан.

Разгневанная его заявлением, Рэйчел постучала себя по груди.

— Маркус никогда не умрет, пока мое тело дышит. Он живет здесь, в моей человечности, в моем сердце. Он был моим выбором как любовник, и я его не забуду. Тебя… я всегда буду ненавидеть… всегда. Вставь это в свой продвинутый нейронный имплант и обработай полученную информацию, потому что это абсолютная истина. Ты можешь сделать со мной то же, что вы сделали с другими женщинами, но внутри я все равно останусь той же Рэйчел Логан, которая тебя ненавидит. И независимо от того, насколько ты умён или хорош физически, внутри ты всегда будешь «озабоченным» мудаком, который издевается над женщинами.

— Ты не понимаешь. Это будущее. Это лучшая жизнь. Люди могут быть кем угодно. У них может быть индивидуальный спутник жизни, такой, какой им нужен, — кричал Натан.

Он стряхнул руки смеющихся мускулистых парней, охранявших ее. Казалось, они всегда над ним посмеивались. Однажды, когда он займет место Создателя Омеги, он полностью сотрет это веселье с их лиц. Он еще увидит, как смешно им будет потом.

Рэйчел фыркнула и посмотрела на него.

— Когда они наконец найдут меня, Кира Уинтерс сделает с вами, ребята, то же, что она сделала со Злым Брэдом. Я просто надеюсь, что у меня хватит разума чтобы этим насладиться.

Разозлившись на нее, Натан стукнул руками по все еще гудящей решетке. Когда он вскрикнул от боли, мускулистые парни засмеялись и схватили его с обеих сторон. Они буквально вытащили его через дверь, а он кричал, чтобы они его отпустили.

Спустя несколько мгновений мускулистые парни вернулись. Оба улыбались ей и хихикали. Рэйчел скрестила руки на груди и посмотрела на них так же, как на Натана.

Потом они оба потеряли к ней интерес. Один поднял знакомый пульт, чтобы показать другому.

— Что ты сделал? Ты украл это у Создателя Омеги? — она услышала, как один мускулистый парень спросил другого.

— Нет, — ответил второй, размахивая пультом. — Я украл его у плаксивого осла, оно выпало из его кармана. Думаю, Создатель Омега предложил ему доступ к девочкам, потому что он был в ужасе, когда сюда приехал. Этот придурок вчера вечером напился и сюда не вернулся. И теперь из-за этого злится.

Рэйчел наблюдала, как он нажал на пульт. Женщины проснулись и потянули конечности, слегка постанывая от усилий. Мускулистые парни ухмыльнулись, когда женщины сели и свесили свои стройные ноги в сторону.

Внезапно, пронзительный звук тревоги расколол воздух над их головами, отвлекая их пристальное внимание от женщин. И прежде чем Рэйчел успела моргнуть, оба мускулистых парня выбежали за дверь.

Означал ли звук тревоги, что появились ее спасители?

Она горячо на это надеялась.

Женщины на столе внезапно обернулись и посмотрели на нее. Выражения их лиц были безмятежны и нечитаемы.

— Если вы ждете указаний, что делать, то вытащите меня из этой клетки, — приказала Рэйчел.

К ее полному изумлению, обе женщины легко соскользнули на пол и подошли к клетке. Одна подошла к стене и набрала на панели код, который остановил гудение решеток. Другая набрал код на двери клетки, и она мгновенно открылась.

Еще несколько мгновений Рэйчел была в шоке, а затем решила воспользоваться единственным шансом, который у нее появился, чтобы сбежать. Выйдя на свободу Рэйчел ломала голову, пытаясь вспомнить.

Что же им сказал доктор?

— Компаньоны, идите со мной. Мне нужны развлечения, — приказала Рэйчел.

Она увидела, как они быстро моргнули и повернулись к двери лаборатории.

Рэйчел проскользнула мимо них и приоткрыла дверь. Она никого не увидела ни в одном направлении. Придержав дверь открытой позволила женщинам пройти мимо нее. Оглянувшись назад, она увидела пульт дистанционного управления, лежащий на полу там, где его уронил чрезмерно встревоженный мускулистый парень.

Она взяла его и направилась следом за ними, оказавшись в каком-то подземном туннеле.

— Отведите нас к ближайшему выходу из этого здания, — скомандовала она.

Ни разу не споткнувшись, обе женщины двинулись вперед в своих туфлях на высоких каблуках.

***

Кира нервно вздохнула. Они с Неро были в ее домашней лаборатории, потому что она не хотела ремонтировать Маркуса в «Нортон», где их записали бы на видео. По той же причине, она не стала там приводить в порядок Эдварда. Они с Пейтоном согласились, что им нужно оставить этот новый вызов в тайне.

Кира держала в руке только что отформатированный логический чип.

— Сколько тебе удалось сохранить?

Неро пожал плечами.

— То, что осталось от того, что ты вытащила, было слишком нечитаемым, чтобы провести правильные расчеты. Я собрал кусочки данных и наложил их на копию логического чипа, который мы настроили для киборгов прототипов. Я не знаю, какой процент был на сгоревшем чипе, но я могу сказать, сколько мне удалось передать, если тебе нужна такая информация.

— Нет, это не имеет значения, — смирившись, Кира вздохнула. — Мы сделали все возможное, чтобы его вернуть. Если это наш лучший шанс, пусть будет так.

Неро протянул руку и прежде чем она вставила новый чип в Маркуса, остановил ее.

— Я вел учет всей команды Пейтона. Так что все остальные логические микросхемы были основаны на их чипах. В общем, у меня была точная копия того, что мы изначально дали Маркусу. Поэтому то, что я передал, должно сразу встать на место и показаться ему естественным. Возможно, этих кусочков будет достаточно, чтобы усилить воспоминания его человеческой стороны.

Кира кивнула.

— Мне очень хочется в это верить.

— Тогда сделай это, — призвал Неро. Он отдернул руку. — Теперь ты можешь его вставить. Мы в правильном настроении, и наши души в согласии.

Кира засмеялась.

— Вижу, ты возвращаешься к работе с энергиями.

— Тебе не помешало бы больше духовной практики, Кира. Это может успокоить ту воинственную душу, которую ОКН в тебе пробудила. Постоянно быть сосредоточенным на конфликте вредно для здоровья.

Кира фыркнула, когда чип встал на место. Внутри нее все сжалось. Она принимала все слишком близко к сердцу. Сейчас, ее объективность была дерьмовой. Ведь работать над Маркусом было так же плохо, как и работать над Пейтоном.

— Трудно не волноваться, особенно теперь, когда я знаю, что кто-то так успешно взломал мой код. Если бы я не видела, как кремировали Джексона, я бы поклялась, что он воскрес из мертвых. Создатель Омега подошел к созданию нового исходного кода ближе, чем кто-либо другой. На его фоне Брэд похож на детсадовского программиста.

Неро кивнул.

— Я согласен, что новости тревожные. — Он уставился на Киру. — Хочешь, я выполню перезагрузку?

— Нет, — тихо сказала Кира. — Я сама это сделаю.

Она прикоснулась инструментом к переключателю процессора. Энергия хлынула через тело Маркуса. Кира и Неро отступили назад. Его яростный крик, когда он пришел в сознание, нарушил тишину.

Маркус пристально посмотрел на Киру.

— Почему я в твоем кресле, Док? Что ты со мной делаешь?

Кира закусила губу и шагнула вперед.

— Еще десять минут, и я тебя освобожу. На вас было нападение…

— Рэйчел… где она? С ней все в порядке? — его взгляд стал сердитым. — Нет. Она не в порядке. Тот парень компьютерщик ее забрал.

— Правильно во всех отношениях, — заявила Кира. — Пейтон взял ребят и пошел за ней.

Маркус закрыл глаза.

— Был… кто-то еще… я не могу вспомнить.

— Лейтенант Дженсен, — произнесла Кира, закрывая его панель. Она наблюдала, как Маркус покачал головой, явно не в состоянии вспомнить. — Он друг Рэйчел. Он был там, когда на тебя напали. Над ним все еще работают, но со временем с ним все будет в порядке. Тебе было намного хуже. Твой логический чип сгорел.

— Отпусти меня. Я должен до нее добраться, прежде чем они причинят ей вред, — заявил Маркус.

— Еще шесть минут… и потом ты сможешь связаться с Пейтоном. Когда Рэйчел вернется, мы проведем тест на когнитивные способности.

— Натан… того придурка зовут Натан, — заявил Маркус.

— Приятно видеть, что так много возвращается. Компьютерщик тоже киборг. Ты это помнишь?

— Нет. Все запутано… и туманно… но я помню Рэйчел, — сказал Маркус.

Кира посмотрела на Неро.

— Ну, ему намного лучше, и похоже, он сохранил самую важную информацию.

Неро кивнул.

— Возможно, его человеческие воспоминания помогут ему заполнить пробелы.

Маркус разочарованно вздохнул, обратив на себя все их внимание.

— Прошло пять минут и двадцать секунд, и мне бы хотелось, чтобы ты перестал говорить обо мне так, как будто я тебя не слышу.

Кира засмеялась, открыла замки и ловко освободила ремни, удерживающие его на месте. Она отошла, когда Маркус встал. Он провел рукой по лицу.

— Я чувствую себя странно.

— Большую часть твоих чипов можно было спасти, поэтому я их оставила. Дезориентация будет происходить до тех пор, пока твой процессор и логический чип не смогут полностью синхронизироваться с остальными. Обычно день или два покоя облегчают процесс. Но я понимаю, что в твоем случае лучше об этом не просить. Ты уже можешь подключиться к Пейтону по беспроводной сети?

Маркус закрыл глаза и попытался, но безуспешно.

— Я не могу с ним связаться.

Неро покачал головой.

— Возможность поймать сигнал спутника зависит от того, куда они пошли и находятся ли они над землей. Так что пока не волнуйся. Настрой повторяющееся сообщение, которое будет периодически транслироваться, пока ты занимаешься чем-то другим.

— Например, чем? — спросил Маркус.

— Например, посмотри на файл, который тебе оставил Эрик, — резко сказал Неро, идя забрать его с компьютерной станции Киры. — Я не могу поверить, что он сгубил дерево, чтобы это распечатать. Ведь с твоим зрением все было в порядке. И ты с таким же успехом мог бы прочитать это на своем наладоннике.

Маркус открыл папку и улыбнулся тому, что увидел.

— Везде стоят рукописные пометки. Он такой умник. Должно быть, он действительно думает, что я слишком туп, чтобы во всем разобраться.

Кира засмеялась.

— Я думаю, он будет очень рад услышать это от тебя. Обязательно скажи ему, когда в следующий раз его увидишь.

Маркус кивнул.

— Могу ли я пойти посидеть на кухне и почитать? Без обид, но лаборатории меня до сих пор пугают.

— Я не обижаюсь, — сказала Кира. — Но можно я сначала тебя обниму?

Маркус опустил голову и усмехнулся.

— Парень расплакался перед женщиной всего один раз, и она теперь думает, что должна вечно о нем заботиться.

— Чертовски верно, так она и думает, — смеясь проговорила Кира, когда Маркус поднял ее и развернул.

— Если не считать того, что я странно себя чувствую, со мной все в порядке, Док.

— И я очень счастлива, — ответила Кира, крепко его обнимая. — С возвращением.

Глава 13

Рэйчел последовала за своими подругами по бегству по тускло освещенным коридорам туннеля. Они поворачивали так много раз, что она задавалась вопросом, не допустила ли ошибку, последовав за ними. Сколько бы вопросов она ни задавала, они просто молча шли вперед. Было так, как будто они не могли обработать никакую полученную от нее информацию, пока первая команда не была полностью выполнена.

Все время, пока она шла за ними, больше всего она думала о том, что ей суждено было разделить их судьбу. Она отбросила ужас от этой мысли, потому что у нее не было времени предаваться психическому срыву из-за того, что могло произойти. Или что все еще может случиться, если она не сбежит.

Как только Рэйчел решила снова приказать им остановиться, они обе остановились. Когда одна из них повернулась, чтобы встретиться взглядом с другой, в ее голове появился какой-то шум. Произошло какое-то молчаливое общение, которого она не могла услышать, но которое, очевидно, была способна почувствовать. И на мгновение задалась вопросом, читают ли они ее панические мысли.

Она поняла, что потеряла над ними полный контроль, когда они удвоили скорость движения и ушли от нее, не сказав ни слова или не взглянув с сожалением.

— Эй! Вы куда собрались? — позвала их Рэйчел.

Чтобы не отставать, ей приходилось идти так быстро, что она чуть ли не подпрыгивала в своих туфлях на плоской подошве. Ее взгляд продолжал опускаться на их ноги, пребывая в смятении от их способности так легко маневрировать на каблуках. Ведь она сама носила такие же туфли, но они всегда были для нее испытанием. И определенно бегать в них было практически невозможно.

Они прошли два пересекающихся туннеля, когда она услышала голоса, доносившиеся из одного из них. Шаги женщин ускорились, когда они поспешили к источнику звука. Вскоре они остановились перед дверью со сканером безопасности. Там был старомодный кард-ридер, но Рэйчел увидела, как одна из них спокойно ввела код, чтобы его обойти.

Дверь открылась, и женщины спокойно вошли. Следуя за ними, Рэйчел остановилась и оглядела комнату. Она увидела до боли знакомого мужчину в белом халате, который метался по ней. Он взглянул вверх, увидел женщин и остался очень доволен. Но потом он увидел ее.

Внезапно он лихорадочно стал что-то искать в карманах куртки и брюк.

Тревога пробежала по спине Рэйчел. Была ли она уже подключена к пульту? Сможет ли он ее контролировать?

Она развернулась на пятках и побежала обратно той же дорогой, что и пришла, надеясь, что сможет обеспечить достаточное расстояние между собой и любым сигналом, передаваемым его устройством. Она не оглядывалась назад, пока не пробежала зигзагами как минимум пять туннельных коридоров.

Потом, она услышала еще мужские голоса… к счастью, на этот раз некоторые она узнала.

— Капитан Эллиот… — позвала она, пытаясь перевести дух и закричать громче.

— Рэйчел?

— Да. Это я.

— Оставайся на месте. Мы тебя найдем.

Рэйчел ждала, глядя в обе стороны. Ее ноги начали дрожать, когда в поле зрения появились Пейтон и двое других мужчин с военными стрижками. Это был первый раз, когда она почувствовала, что у нее действительно есть шанс на спасение.

— Я сбежала… мне помогли две женщины. Но теперь они у доктора, — сказала Рэйчел.

— Доктора? — спросил Пейтон.

— Какой-то мужик в белом халате, с жуткими глазами и плохими намерениями. Он что-то сделал с этими женщинами. И он контролирует все, что они делают. Он пользуется вот этим, — объяснила она, протягивая пульт.

Пейтон кивнул и взял устройство.

— Сможешь нам показать, где они находятся?

Рэйчел закусила губу, прежде чем заговорить.

— Он собирался… ну, вообще-то я не уверена, что он собирался делать. Он, казалось, удивился, увидев меня, и начал ощупывать карманы. Я сбежала прежде, чем он нашел то, что искал. Я боялась, что он и меня сможет контролировать.

— Теперь ты в безопасности, но нам нужно выяснить, кто он, — произнёс Пейтон. — Давай вернемся той же дорогой, по которой ты пришла, и посмотрим, что мы сможем обнаружить.

Рэйчел посмотрела на двух других мужчин, которые их охраняли, глядя в разных направлениях. Была ли она в безопасности? Она вспомнила, как легко Натан и мускулистые парни расправились с Маркусом и Эдвардом. Внезапно ей стало необходимо узнать правду.

— Маркус жив?

Пейтон кивнул.

— Да. Как и Эдвард. Кира и Сита сейчас их чинят.

Рэйчел вздохнула с облегчением. Значит, Натан солгал ей… или он не знал, что Маркус жив.

— Мне сказали, что он умер. Они были очень убедительны.

— Никогда не доверяй плохим парням, — сказал Пейтон, взяв ее за руку и повернув в том направлении, куда им нужно было идти.

Рэйчел кивнула и двинулась вперед.

— Есть две женщины… или, по крайней мере, я думаю, что они настоящие женщины… но ведут они себя как боты. Ими управляют с помощью пульта, который я вам дала. Я почти уверена, что именно это и планировал сделать со мной доктор. Он сказал, что Брэд потерпел неудачу, но с ним этого не случится. Он назвал меня прототипом.

— Он исправил твой голос, — прокомментировал Пейтон.

Рэйчел нахмурилась.

— Да. Но трудно быть благодарной, когда я не знаю, что он еще сделал. Что-то продолжает гудеть в моей голове. Все, что я знаю, они не завершили то, что планировали. Потому, что сегодня доктор собирался сделать еще кое-что. Хорошо, что вы, ребята, пришли первыми.

— Мы установили трекер на Натана 180, и он привел нас сюда.

Рэйчел сглотнула.

— Натан сказал, что разработал мой код. Если то, что он придумал, находится во мне, я определенно хочу, чтобы доктор Уинтерс это удалила.

— Уверен, у Киры с этим не возникнет проблем, — ответил Пейтон.

Через несколько туннельных коридоров, Рэйчел огляделась.

— Они все выглядят одинаково. Я услышала голоса, и мы пошли на звук.

Пейтон кивнул. Протянув руку, он осторожно толкнул Рэйчел в сторону и назад.

— Встань здесь, чтобы оказаться вне зоны действия моего сканера. Он активировал инфракрасное излучение на своих кибернетических глазах. Красные лучи осветили коридоры. Вскоре он обнаружил тепловой след за одной из дверей.

— Сюда.

Он начал было идти, но остановился, когда понял, что Рэйчел не последовала за ним.

— Испугалась? — спросил он.

— Может ли Маркус выстрелить лучами из глаз, как только что сделал ты?

Пейтон фыркнул и покачал головой.

— Нет. У Маркуса нормальные глаза.

— А что он может сделать?

— Много всего, — ответил Пейтон с усмешкой. — Спроси его как-нибудь. Он тебе расскажет.

— Я слышала истории о том, на что способны киборги, но… — Рэйчел сделала паузу, чтобы перевести дух. — Это совсем другое видеть, как вы, ребята, делаете это в реальной жизни.

Пейтон кивнул, затем посмотрел на Винсента и Стива.

— Следите за ней. А я собираюсь взглянуть на то, что находится за дверью.

Он побежал вперед, заняв оборонительную позицию, открыл дверь и выглянул из-за нее. Внутри он увидел аварийный люк с древней откидной лестницей. Внизу лежали два брошенных комплекта туфель на высоких каблуках, похожих на те, которые Кира иногда для него надевала.

Он подошел, взял их и просканировал на предмет органического материала. Лишь по остаткам, которые он увидел на стельках, он понял, что у владельцев были человеческие ноги. Но одному Богу было известно, из чего сделаны остальные части их тел.

Он взглянул на открытый люк наверху. Снаружи он слышал шум тротуара. Тот, кто выбрался наружу, вероятно, уже ушел. Поэтому Пейтон вернулся в зал, неся туфли в руке.

Рэйчел скрестила руки на груди.

— Эти туфли принадлежат тем женщинам. Они ушли?

— Если ты имеешь в виду, сбежали ли они… ответ — да. Должно быть, они были в порядке, если смогли подняться по лестнице и выбраться наружу.

Увидев, как Рэйчел согнулась от облегчения при известии о том, что женщины пропали, а не мертвы, Пейтон посмотрел на своих парней.

— Давайте вернемся туда, откуда мы пришли. Я не могу отсюда связаться с Кингом, и радиостанции тоже не передают сигнал. Надеюсь, он будет ждать нас там. Потому, что мы можем в поисках друг друга провести остаток дня, и это было бы плохо.

Рэйчел шла вместе со своими спасателями, пораженная тем, как легко они нашли выход из немаркированных туннелей. Себя она чувствовала крысой, заблудившейся в лабиринте.

Через несколько мгновений после того, как они подошли к выходу из подвала, свет замигал. Что-то изменилось и в воздухе. Глаза Пейтона быстро моргнули, а затем он засмеялся.

— У них был скремблер, работающий на наших частотах. Нас блокировали. Эрик просто выключил его.

Рэйчел закусила губу. Она ничего не почувствовала. Возможно, ей было не так плохо, как она боялась. Возможно, все, что сделал этот сумасшедший доктор, просто заменил ей процессор и удалил резонансный имплант.

Вскоре появились Кинг и Эрик. Они нашли клетку, в которой ее держали, а неподалеку лабораторию с медицинским креслом, которое она вспомнила.

Рэйчел вздрогнула, когда Кинг схватил ее и крепко обнял. Этот мужчина был намного сильнее, чем он думал.

Когда Кинг наконец отпустил ее, Эрик положил руку ей на плечо, сильно сжал и вздохнул.

— Слава Богу, с тобой все в порядке. Возможно, теперь мы все сможем вернуться к нормальной жизни.

— Нормально — звучит хорошо, — заявила Рэйчел.

Эрик улыбнулся.

— Ты тоже хорошо звучишь. Очень сексуально. Маркусу понравится твой голос… когда он достаточно выздоровеет, чтобы оценить его.

Рэйчел вздохнула.

— Его пришлось связать? Насколько он сломлен?

Откашливание Пейтона прервало их обсуждение.

— Маркус прислал мне сообщение. Он в порядке. Я свяжусь с ним, когда мы отсюда выберемся. — Он посмотрел на Кинга. — Еще кого-нибудь нашли?

Кинг покачал головой.

— В этой канализации нет крыс. Однако, уходя, они бросили первоклассное оборудование. Выглядит как полномасштабная операция… и все очень похоже на домашнюю версию лаборатории Киры.

Пейтон кивнул, ожидая этого.

— Мы оставим один из транспортов. Винсент и Стив смогут на нем вернуться, а пока они будут охранять оба выхода. Нужно заварить люк, это не позволит попасть сюда случайным пешеходам с улицы. Если Кира захочет сообщить об этом месте, мы сообщим о нем в ОКН как о незаконной организации.

Рэйчел вздохнула, когда они подошли к большому летающему автомобилю. Она смотрела на него с восхищением, забираясь на одно из задних пассажирских сидений.

— Это похоже на новую машину Ситы.

Кинг фыркнул.

— Это и есть новая машина Ситы. Не напоминай мне об этом. И, пожалуйста, не говори ей, что мне начинает нравиться этот чертов хрустальный мотоцикл. На нем мы с Пейтоном приехали сюда за двадцать минут до того, как Винсент и Стив появились на подержанном автомобиле Пейтона.

— Эй… у меня были дела поважнее, чем потратить деньги на новый летающий автомобиль. Не все из нас высокооплачиваемые инженеры, — сказал Пейтон, забираясь на пассажирское сиденье.

— Именно поэтому я купил компактную версию, — заявил Кинг.

— Он слишком для тебя мал. По крайней мере, я купил что-то достаточно большое, что мне соответствовало. Тебе же приходится практически вытаскивать свое тело из твоего крохотного автомобильчика, Кинг.

Когда машина Ситы плавно, без рывков, поднялась, Рэйчел откинула голову назад и улыбнулась. Она слушала споры Пейтона и Кинга о транспорте и думала, насколько они похожи на обычных мужчин.

Она снова улыбнулась, когда услышала свой вздох. Звук ее собственного голоса был прекрасен, даже если он действительно походил на голос женщины, занимавшейся сексом по телефону. И здорово быть свободной. На этот раз она была полна решимости не терять ни минуты своего освобождения. Первое, что она планировала сделать, это рассказать Маркусу Келлсу правду о своих к нему чувствах.

***

Военная жизнь привила ему терпение, но оно не было для него естественным. Он страдал больше, чем можно было предположить, каждый раз, когда ему приходилось чего-то ждать. Многочасовое напряжение исчезло с его лица, когда сообщение, которого он так ждал, наконец пришло и новости были лучше, чем он ожидал.

Он закрыл глаза, испытывая облегчение.

— Пейтон и Кинг возвращаются. Рэйчел с ними. С ней все в порядке… насколько они знают. Она даже разговаривает.

Кира подняла голову, оторвавшись от чая.

— А что насчет Натана?

— Пропал, — ответил Маркус. — Они также искали врача и двух женщин, о которых им рассказала Рэйчел. Ни их, ни Натана, ни мускулистых парней не было видно. Однако, они обнаружили нелегальную лабораторию, где работали над Рэйчел.

Он поднялся со стула и отнес чашку к кухонному очистителю. Аккуратно положил ее на стойку, стараясь не сломать старинный материал. Повернувшись, он прищурил глаза.

— Я иду за ним. У Натана куча дорогих технических игрушек. Он их не бросит.

— Я об этом ничего не знаю, Маркус. Кто-то только что без оглядки покинул лабораторию по созданию киборгов, — сказала Кира. — Зачем же Натану возвращаться за своими игрушками?

— Потому что именно это ты делаешь в его возрасте, когда не объезжаешь тестостеронового зверя. Тебе нужны все возможные отвлекающие факторы.

Кира усмехнулась.

— Полагаю, ты прав. Ведь ты знаешь, что и сам недалек от этого.

Маркус улыбнулся.

— Дальше, чем ты думаешь, и, вероятно, дальше, чем кто-либо знает. Потому, что у моего сына скоро наступит половая зрелость. А она моложе меня более чем на десять лет. Я слишком стар для нее, не так ли?

— Если ты говоришь о Рэйчел… нет, это не так. Из-за протезов и сигналов от имплантов ты будешь стареть намного медленнее. Возможно, сейчас тебе кажется, что ты для нее слишком стар, но подожди несколько лет, и все выровняется. У нее нет ничего, что могло бы сохранить ее молодость. Однажды Рэйчел будет выглядеть старше тебя, и ей это очень не понравится.

— А как насчет того, что внутри? — спросил Маркус. — Я всегда буду больше киборгом.

— Никто не знает, что это означает в долгосрочной перспективе. Ты один из прототипов, поэтому устанавливаешь планку. Я тебя восстанавливала, но даже я едва могу думать о краткосрочной перспективе. Лучшее, что я могу сделать, это дать вам, ребята, возможность самим узнать, что будет дальше. И мне жаль, что я не пришла к этому до того, как ты потерял жену и детей.

— Это все равно должно было случиться, Кира. Моя жена не хотела, чтобы я получил усовершенствования. Я сделал это без ее согласия, потому что чувствовал, что у меня нет выбора. Рэйчел, возможно, и не хочет быть киборгом, но, похоже, ее не слишком беспокоит то, что я один из них… несмотря на то, что она говорит обратное. Мне придется поработать над тем, чтобы вести себя с ней более нормально. Хотя, мне не так легко это делать, как Эрику. Иногда он вообще не кажется киборгом.

— Ну, немногие обращенные мужчины похожи на Эрика. Пейтон, определенно, нет, но я бы ничего не стала в нем менять. Имей в виду, что Рэйчел тоже всегда будет киборгом. Я не могу исправить то, что Брэд с ней сделал. Это невозможно. Кибернетика установлена взамен части удаленного мозга. Она изменилась навсегда. Ее единственный выход адаптироваться, но мне жаль, что она так это ненавидит.

— Я могу задать личный вопрос о кибернетике Рэйчел?

Кира кивнула.

— Учитывая ваши отношения думаю, это нормально.

— Если ее речевые способности можно исправить, сможет ли Сита откалибровать ее так, чтобы она могла петь?

— Это прекрасная идея… и ответ таков: я не знаю. Было бы полезно, если бы у нас были измерения голосовых связок Рэйчел. Музыкальные инструменты постоянно настраиваются. И мне кажется, что можно было бы заставить ее кибернетику настроить ее голосовые связки. Я уверена, что Сита изучит этот вопрос, если ты ее об этом попросишь. Она обожает Рэйчел.

— Я знаю. Я тоже, — сказал Маркус.

Кира вздохнула.

— Ладно. На минуту я буду походить на твою мать, дающую тебе совет, но меня это больше не волнует. Как я заметила, самое сложное, чему, приходится научиться большинству восстановленных киборгов, это позволить себе искать собственное счастье. Стремление к удовольствиям заложено в человеке. Это начинается, когда мы еще невинные дети. Однако большинство киборгов, которых я восстанавливаю, похоже, чувствуют себя недостойными своего счастья. Я не смогла определить, происходит ли это от стыда за замену органических частей кибернетикой или просто от того, что они были солдатами. И на этом, пожалуй, все.

Маркус наклонил голову и улыбнулся.

— Единственная причина, по которой я получил улучшения, заключалась в том, что я был солдатом. На мой взгляд, солдат и киборг взаимозаменяемые термины с обеих сторон. Я знаю, кто я, и не жалею об этом. Я просто сожалею о той боли, которую причинил людям, которые мне дороги.

— Именно это я и имела в виду. Многие нормальные солдаты, не являющиеся киборгами, вернулись домой психически и эмоционально поврежденными в результате борьбы за то, что мы теперь называем миром во всем мире. Не присоединяйся к ним, Маркус. Ты заплатил достаточно высокую цену за свою службу. Остальное пусть уходит. Ты заслуживаешь быть счастливым. И ты знаешь лучше других, как быстро это можно отобрать.

— Ты права, Док. И действительно говоришь, как моя мать, — Маркус подошел к столу и наклонился, чтобы обнять. — И я не против… поскольку моя настоящая мать со мной почти не разговаривает. Она еще не совсем свыклась с тем фактом, что я воскрес из мертвых… иначе известных как участники программы «Кибермуж».

— Я уверена, что она будет в порядке, — сказала Кира. — Теперь иди. Сообщи Пейтону, когда окажешься достаточно далеко, чтобы он как твой капитан, не смог тебя остановить с помощью слияния разумов. Я не отключила в нем эту способность. Он следит за вами, ребята, несколько раз в день. Я его за это ругаю, но он меня не часто слушает. Несмотря на всю эту кибернетику, он очень типичный мужчина.

Ухмыляясь тому, с какой любовью это прозвучало, Маркус быстро поцеловал ее в щеку, прежде чем выбежать за дверь.

Глава 14

Когда два дня назад из ОКН ей наконец перезвонили, она уже вернулась в «Нортон». Теперь она ходила перед монитором конференц-зала, не в силах сидеть. Комната была маленькой и невозможно было по ней метаться, особенно, когда она была так взволнована. Но Кире все же удалось максимально использовать пространство, заставляя взгляд канцлера за ней следить.

Пейтон все еще не вернулся с Рэйчел, но он ей позвонил и сказал, что она мирно спит на заднем сиденье автомобиля Ситы. Ей хотелось бы, чтобы муж присутствовал при этой конкретной конфронтации, однако его отсутствие было вызвано самыми благими причинами.

— Скажите мне что-нибудь, советник Оуэнс. Как вы думаете, что произойдет, если сотни или тысячи умных молодых людей, тех, кто не хочет тратить время на развитие мышц естественным путем, получат эти мини-кибернетические преобразования? Я расскажу вам, что произойдет. Эти умные от природы молодые люди либо умрут от проблем со здоровьем, связанных с тестостероном, до того, как им исполнится пятьдесят. Либо станут рабами своих гормональных побуждений и не принесут реальной пользы миру. Если позволить такому виду физического приспособления случайно появиться в нашем обществе, цивилизация будет отброшена назад к тому моменту в нашей истории, когда только грубая сила определяла наших лидеров. Без обид, советник, но это не сулит ничего хорошего большинству мужчин… и женщин… служащих в ОКН. Ценность интеллектуалов станет нулевой.

Она сердито взглянула, когда ее враг фыркнул и закатил глаза. Но перед его драматическим отрицанием, она также заметила в них вспышку тревоги. Она знала, что привлекла внимание всех, кто подслушивал их разговор, даже если никто из них не хотел признавать, что она была права.

— Тридцать кибернетических изменений на черном рынке вряд ли можно назвать широко распространенной тенденцией, доктор Уинтерс. Вы слишком остро реагируете…, впрочем, как всегда. Эти немногие, вероятно, отправились в отпуск в какой-нибудь нерегулируемый правительством сектор, чтобы сделать что-то подобное. Женщины постоянно совершают глобальное паломничество в поисках сомнительных косметических корректировок. Почему вас так беспокоит горстка молодых людей, желающих выглядеть лучше, чем их тела могли бы позволить им естественным путем?

— Мы составили список из тридцати официальных мини-конверсий, в которых использовались зарегистрированные процессоры «Нортон». Эти серийные номера находятся в базе данных киборгов ОКН. Тридцать изменений советник, что на двадцать девять больше, чем вообще можно было позволить сделать. Мало того, что эта тенденция вызывает тревогу, использование для этой цели тридцати процессоров «Нортон» еще и преступно. Или вы хотите сказать мне, что кто-то из ОКН одобрил использование кибернетических компонентов для превращения этих молодых людей в мускулистых бодибилдеров?

Кира услышала его вздох поражения, но это ее не удовлетворило. Он намеренно строила доводы против ее аргументов. Она наблюдала, как он кивнул, придавая выражению лица то, что она стала считать его политическим лицом.

— Я признаю, что использование деталей, ограниченных правительством, вызывает беспокойство. Вы уверены, что утечка информации связана не с кем-то из вашей команды? Ваши люди имеют самый свободный доступ к кибернетическим процессорам и чипам.

Кира фыркнула.

— Да, я уверена. Мы проверили всех, кто на меня работает, даже тех, кому я доверяю. Один из членов моей команды недавно подвергся преследованию и нападению со стороны нового сотрудника «Нортон», который около шести месяцев назад подвергся мини-конверсии. Теперь он загадочным образом исчез, и в его деле говорится о каком-то необъяснимом переводе в другое место. Нет сомнений в том, что с «Нортон» в этом вопросе имеет место какой-то сговор. Я рекомендую выследить, задержать и допросить всех тридцать молодых людей, пока мы не найдем и не арестуем источник их изменений.

Тишина наполняла воздух в течение длительного времени после того, как она закончила свою речь. Советник Оуэнс сразу не ответил. Вместо этого он посмотрел на нее и потер подбородок. Волосы на затылке встали дыбом. У нее возникло то же неловкое чувство, когда он пытался подкупить ее, чтобы она продолжила работу по программе киборгов. Сразу за этим чувством осознание ударило ее в живот, заставив почувствовать себя глупой из-за того, что она не поняла правду раньше.

Советник Оуэнс точно знал, что происходит. Коварный ублюдок просто ее дразнил.

Почему? Что, черт возьми, он действительно хотел узнать, участвуя в этих фальшивых дебатах? Почему он просто не отправил ей официальное письмо и не отказался обсуждать эту тему?

Прежде чем она успела полностью обдумать свою новую теорию, Кира получила ответ.

— Доктор Уинтерс, объясните мне кое-что. Как кибернетик с чёрного рынка манипулирует кодом создателя? Я думал, что вы и Джексон Ченнинг должны были быть единственными людьми, которые могли каким-либо образом изменить код. Мы все знаем, что доктору Смиту удалось взломать его, конечно, с сомнительными результатами, но, по крайней мере, ему удалось им манипулировать. Теперь вы обнаружили еще одного человека, которому, похоже, удалось подправить ваш сверхсекретный файл. Похоже, он довольно умело делал это в течение нескольких лет, поскольку об этих молодых людях никто до сих пор не знал.

Кира кивнула, не имея другого выбора, кроме как признать его утверждения. Она схватилась за спинку стула, стоявшего возле конференц-стола, крепко сжимая его край. Как она ненавидела раскрывать свои секреты ублюдку, насмехающемуся над ней. Однако единственным способом донести информацию до остальных советников ОКН было наконец… и официально… рассказать миру о том, что она сделала.

— Я не знаю, как это происходит. Для меня, мое непонимание делает эту ситуацию еще более тревожной. Военные чипы были лазейкой для использования кода создателя. Причина, по которой это работает, заключается в том, что базовый код военного чипа был создан для сосуществования с процессором Киберсолдата. Военный чип никогда не воспринимался как проблема. Я пришла к выводу, что Джексон намеренно установил эту связь. Уверена, что он обучил какого-то военного программиста модифицировать чип для достижения разрушительных результатов, которые мы видели в Капитане Талене. У него военный код использует протокол, который заставляет работу такого чипа стать приоритетной. Но недавно я сделала все, чтобы подобное никогда не произошло ни с одним из восстановленных киборгов.

— Я не понимаю вашего объяснения. Вы хотите сказать, что новый создатель использует в этих молодых людях свою версию наших военных чипов?

— Нет. Я вообще-то видела содержимое одной из кибернетических мини-панелей конверсии. С мини-конверсиями ситуация другая. Новые киборги используют специальные процессоры и еще более специализированные чипы, предназначенные для определенных физических и умственных способностей. Хотя на первый взгляд код действительно является взломанной версией, это элегантный беспорядок, способный без проблем работать бесконечно долго. Я убеждена, что новый псевдосоздатель — не обычный хакер, взломавший код. Его знания в области кибернетики могут соперничать с моими. Единственное ограничение, которое у него есть, это то, что он абсолютно не может настроить все, что хочет, без моей половины уравнения.

Она поежилась, пока советник изучал ее с отвисшей челюстью. На целую минуту воцарилось молчание, пока он переваривал то, что она ему говорила. Или был в шоке от того, что ей каким-то образом удалось сохранить свое стратегическое преимущество в работах по восстановлению киборгов.

— Вы либо очень проницательны для ученого, либо очень высокомерны в отношении своих талантов, доктор Уинтерс. На данный момент я не уверен, какое описание подходит вам лучше всего. Мог ли кто-то вроде Джексона Ченнинга сделать больше для изменения кода создателя, чем то, что, по вашим словам, сделал с ним этот псевдосоздатель?

— Нет, — ответила Кира, скрестив руки на груди. — Еще до того, как мы с Джексоном развелись, я была уверена, что он никогда не сможет этого сделать. Мы начали спорить об этике того, что мы сделали с киберсолдатами еще за несколько лет до того, как расстались. Его твердая позиция в том, что киборги больше не люди, заставила меня перестать доверять его профессиональному суждению. Я пересмотрела свою часть кода создателя и незаметно распространила ее через обновления у кибермужей. К тому времени, когда через несколько лет после этого решения мы фактически расторгли наши супружеские отношения, мой новый код уже работал во всех киборгах. Я категорически отказалась отдать ему свою половину. Наша первоначальная договоренность заключалась в том, что ни у кого из нас не будет всех данных, необходимых для создания нового кода. И просто сделала, чтобы было именно так. Удивлена, что он вам об этом не сказал. Потому, что я открыто ему в этом призналась.

— Учитывая состояние его ума в конце нашего с ним сотрудничества, я тоже этому удивлен. Поскольку мы знаем, что он что-то от вас скрывал, я предполагаю, что ваш муж тоже вам не доверял. Он даже ни разу не упомянул, что у вас были разногласия в профессиональном или ином плане, а сегодня вы признаетесь нам в своей семейной дисгармонии. Возникает интересная мысль, что ваш неудачный брак может быть единственной причиной, по которой не появилось ни одного настоящего создателя, который занял бы ваше место или место доктора Ченнинга.

Кира напряженно кивнула. Он был удивлен ее признанием не меньше, чем она. Она даже своему новому мужу не рассказала, насколько глубоко зашел ее бунт.

— Даже если бы мы с Джексоном были лучшими любовниками и друзьями в наших личных отношениях, уверяю вас, что все равно приняла бы те же меры предосторожности с любым профессиональным партнером, выражающим столь узкие взгляды. Я по-прежнему убеждена, что никто не должен иметь неограниченной власти над своими собратьями. Как я уже много раз говорила, люди не являются товаром. Вы согласны, советник Оуэнс? Существование ОКН призвано способствовать индивидуальной свободе, а не технологическому рабству.

Кира наблюдала, как он кивнул аудитории, слушавшей их дискуссию. Но в его взгляде она увидела раздражение от того, что она рассказала, а это могло означать только одно. Когда он и советник Ли заключили дополнительное соглашение с Брэдли Смитом о том, чтобы взять на себя работу Джексона, они действительно думали, что Брэд сможет дать им новый код создателя. Она всегда это подозревала, и разочарованный взгляд Оуэнса был сильным тому подтверждением.

Когда молчание снова затянулось, Кира откашлялась.

— Моя рекомендация в этом вопросе состоит в том, чтобы ОКН рассмотрела вопрос о введении глобального запрета на все новые кибернетические преобразования. Это не остановит учёных чёрного рынка, но любое появление новых киборгов облегчит выявление тех, кто их создает и прекратит их деятельность. Потому, что лаборатории по кибернетическим изменениям недешевы в строительстве и обслуживании, и я уверена, вы это хорошо знаете.

— Несомненно, — твердо сказал советник Оуэнс. — Поверьте, что ваша рекомендация будет должным образом обсуждена и будут предприняты какие-то шаги. Спасибо за вашу честность, доктор Уинтерс, хотя она и приходит довольно поздно.

Когда экран погас, Кира осталась на месте. Каждый инстинкт подсказывал, что Оуэнс был хорошо осведомлен о мини-преобразованиях. Если это правда, то ОКН незаметно санкционировала киберэволюцию, о которой упоминал Дэн Мастерсон. Осознание их двуличности заставило ее почувствовать себя старой, грустной и еще сильнее, чем когда-либо, пожалеть о том, как она использовала свои таланты.

Она еще даже не закончила восстановление всех киберсолдат. Станут ли эти мужчины и женщины в конечном итоге кибернетическими стражами человечества в широко распространенном кибернетическом будущем, которое она, похоже, не могла предотвратить для всего человечества?

Напряжение от головной боли охватило всю верхнюю часть ее тела, делая почти невозможным избавиться от осознания, к которому она пришла.

Но если она не перестанет думать о том, как все это ужасно, она будет выведена из строя к тому времени, когда ей придется работать с Рэйчел. Ей пришлось вернуться к основам… вернуться к тому, о чем ей постоянно напоминал Пейтон. Она сосредоточится на исправлении киборгов одного за другим, пока не восстановит всех тех, кого помогла преобразовать.

Затем… после того, как это будет сделано… они смогут подумать о спасении новых. Она просто надеялась, что цифры останутся такими же низкими, как сейчас.

***

У Рэйчел не было бейджа, поэтому она ввела код и прошла в лабораторию. Первым делом она увидела Ситу, склонившуюся над коленями Эдварда. Если бы не инструмент в руке Ситы, позиция выглядела бы настолько компрометирующей, что она рассмеялась. Звук ее голоса эхом разнесся по тихой лаборатории. Две пары испуганных взглядов обратились в ее сторону.

— Привет, Эдвард, — сказала Рэйчел, улыбаясь звуку своего голоса. Говорить было очень приятно.

— Привет, милая. Очень рад тебя видеть, — произнёс он.

— Привет, Сита. Твой муж в коридоре. Пожалуйста, не позволяй ему поймать тебя в позе, когда ты держишь голову на коленях у Эдварда. Он чуть не сломал мне спину, когда обнимал. Могу только представить, что он может сделать с Эдвардом.

— О, моя богиня. Твой голос. Он такой красивый, — заявила Сита, поднимаясь на ноги. — И к твоему сведению, я работала над его чертовым коленом. Мне все равно, как это выглядело.

— С того места, где я стояла, это точно не было похоже на операцию по восстановлению колена, — заявила Рэйчел.

Сита засмеялась и сделала два шага. Рэйчел встретила ее на полпути и бросилась в объятия своего босса. Они все еще были вместе, когда Кинг вошел в дверь. Он улыбнулся им обеим.

— Черт возьми. Я слышал, что он размером с гору, но, черт… он действительно большой. Спасибо, дорогая. Я думаю, ты только что спасла мне жизнь, — заявил Эдвард, глядя на Кинга со своего кресла.

Рэйчел хихикнула, услышав комментарий Эдварда, и отстранилась.

— Мой голос исправлен, но это все хорошие новости, которые у меня есть. Я не знаю, что еще они со мной сделали. Все, что я знаю, они не закончили то, что намеревались сделать.

— Это не имеет значения. Кира выяснит, что они сделали, и исправит, — сказала Сита.

— Но не сегодня, — тихо произнёс Кинг, касаясь спины жены. — Пейтон нашел Киру в ее офисе, уставившуюся в пространство. Он говорит, обычно это означает, что у нее сильная головная боль. Поскольку с Рэйчел в целом все в порядке, я собираюсь проводить ее домой и убедиться, что на сегодняшний вечер она в безопасности. Маркус сказал, что ее квартира снова заперта и безопасна. Когда я закончу доставку и проверку, я вернусь за тобой.

Сита кивнула.

— Хорошо. — Она посмотрела на Рэйчел.

Рэйчел улыбнулась.

— Я чувствую себя хорошо… правда. Я хочу домой. Я хочу…

— Увидеть Маркуса? — закончила Сита.

Рэйчел кивнула и снова улыбнулась.

— Да. Пейтон говорит, он отправил ему сообщение, что Кинг забирает меня домой. Я уверена, он скоро будет там. Все нормально. Я не останусь долго одна… и мне нужно время, чтобы подумать о разных вещах.

— Все в порядке, малышка. Тебе не нужно передо мной оправдываться. Я понимаю, что тебе нужно побыть в одиночестве. Вау, твой голос прекрасен. Так приятно слышать, как ты нормально говоришь.

— Вы с Кирой были правы насчет того, что мне нужен новый процессор. Нужно было тебя послушать и позволить Кире это сделать. Видимо, это и было источником моей проблемы с речью.

Сита снова обняла ее.

— Ну, как бы то ни было… ты выздоровела, и это все, что имеет значение. Кира позаботится о том, чтобы все было хорошо.

— Да. Теперь я в это верю, — ответила Рэйчел. — И я позволю ей это сделать. Может быть, даже попрошу ее сделать меня умнее. Я узнала, что это можно сделать, почти ничего не меняя. Когда встретила несколько умников, у которых вообще нет никакой морали.

Сита поднесла руку к молодому и все еще невинному лицу подруги.

— Все возможно, но некоторые вещи делать не очень мудро. Будь осторожна с тем, о чем просишь. Потому, что иногда трудно жить с тем, что получишь.

— Все нормально. В основном я дразнила, — заявила Рэйчел. Она обняла Ситу в последний раз, затем подбежала и обняла Эдварда. — Поправляйся. Я хочу в ближайшее время снова поужинать… без появления плохих парней.

Эдвард фыркнул.

— Может мне захватить свою импульсную пушку?

Кинг посмотрел на интригующего пациента своей жены.

— У тебя есть импульсная пушка?

— Да. Та, которую я построил сам. Она не зарегистрирована, но работает нормально. У нее есть две настройки: человек и киборг. Следующий человек, который направит на меня устройство, которое я не узнаю, будет чертовски удивлен.

Кинг рассмеялся.

— Я тебя понимаю.

— Ты был таким большим до… ну, знаешь… изменения? — спросил Эдвард.

— Скажем так, им не пришлось очень много работать, чтобы превратить меня в то, что они хотели. Однако кибернетика просто держит меня в тонусе. Я управляю рестораном, так что в моем случае это очень хорошо. Неизвестно, какого размера я был бы в противном случае. Потому, что люблю поесть.

Рэйчел ухмыльнулась, когда рот Эдварда скривился от удивления.

— Ресторан, да? Как-нибудь нужно будет к тебе заглянуть.

— Заходи. Это отличное место, чтобы устроить свидание, — сказал Кинг.

— А также отличное место, чтобы с кем-нибудь познакомиться, Эдвард. И пока ты ждешь, пусть Франко усадит тебя на последнее место перед барной стойкой. В этом стуле есть какое-то волшебство, — проговорила Сита.

Рэйчел опустила голову и захихикала, когда Кинг повернулся к жене и зарычал. Она вмешалась, пытаясь спасти Ситу от ее собственного рта. Ее поддразнивания по поводу других мужчин не всегда нравились ее мужу-собственнику.

— Думаю, сейчас мне нужно идти домой, особенно до того, как у Ситы начнутся новые неприятности. На сегодня мне насилия хватит.

Она улыбнулась, когда ее комментарий рассмешил Ситу и Кинга.

Она чуть не подавилась, когда Кинг притянул Ситу ко рту и добился своего на глазах у нее и Эдварда. Мужчина не щадил ничью тонкую душевную организацию в чувственной атаке. Ее лицо покраснело, а взгляд широко раскрылся, когда Кинг наконец отпустил Ситу. Глаза ее босса остекленели от похоти, но в них не было ни капли смущения. Рэйчел боролась с желанием вздохнуть и проиграла.

— Ну, что ж. Думаю, это один из способов уладить спор. Теперь я очень скучаю по Маркусу.

— По крайней мере, тебе есть к кому пойти домой, дорогая. Думаю, мне нужен чертовски холодный душ, — жалуясь заявил Эдвард, и ухмыльнулся.

Улыбнувшись Эдварду, Кинг кивнул подбородком на дверь. Рэйчел помахала все еще улыбающимся Эдварду и Сите, прежде чем последовать за ним.

Глава 15

Он и его команда все еще были подключены к беспроводной сети, и большую часть времени Маркус ценил этот факт. Из-за этого он почувствовал приближение Эрика, даже когда его друг был еще на приличном расстоянии. Он не повернулся, чтобы его поприветствовать. Вместо этого он продолжал смотреть вперед на фешенебельное здание. Там было полно роскошных частных резиденций, и он был почти уверен, что найдет здесь цель, готовую навсегда исчезнуть из своей уютной жизни. Чип, который Кира и Пейтон установили на Натана, все еще работал.

— Извини, что вытащил твою задницу из удобного кресла возле компа Неро, но мне была нужна помощь, чтобы победить повернутого киборга. Ты проиграл, когда бросали жребий, кому быть в команде огневой поддержки… снова, — пошутил Маркус.

Смех Эрика принёс такое облегчение, что Маркус даже забыл, как дышать. Возможно, из-за войны он одну семью потерял, но во время нее приобрел другую. Мужчина рядом с ним был близок ему как брат.

Наконец он повернулся и встретился с любопытным взглядом Эрика.

— Я не помню всего, но думаю, что все самое важное помню. И я слышал, то что ты сказал Кире обо мне… так что спасибо. Мне не хотелось вести себя как зануда, но я ничего не мог с собой поделать. Не должно существовать того уровня контроля над разумом, и я не могу поверить, что мы жили так десять лет. Это как быть полуживым.

Эрик кивнул.

— Да, я согласен. Это полный бардак, когда замена нескольких частей может так подействовать на человека. Ты всегда для меня как заноза в заднице, но, по крайней мере, ты полная жизни заноза. Киборги в состоянии, в котором был ты на самом деле страшны. Я рад, что никогда таким не был.

Маркус рассмеялся над хвастовством своего друга.

— Э-э… ненавижу сообщать тебе эту новость… но мы оба настолько настоящие, насколько это вообще возможно для киборгов.

Он повернулся и наклонил голову в сторону здания.

— Но тот парень наверху не настоящий киборг. У него просто мания величия. Он считает, что большие мускулы делают его более талантливым в постели. И я позвал тебя сюда, чтобы не дать мне убить его за такую глупость.

Эрик ухмыльнулся.

— А кто сказал, что я не убью его сам?

— Ты это сделаешь? — спросил Маркус.

Эрик хмыкнул, а затем засмеялся.

— Нет…, пожалуй, нет. На самом деле, мне его как-то даже жаль. Несмотря на весь свой интеллект, он понятия не имеет, что он с собой сотворил. Док думает, что тот, кто сделал это с ним, установил какие-то невидимые ограничения. Я думаю, что она права. И вот это уже страшно.

Маркус посмотрел на здание и кивнул.

— Чертовски верно. И ты можешь жалеть его сколько угодно. Но он чуть не убил меня и лейтенанта Дженсена. Он забрал Рэйчел. Так что у меня здесь нет никакой объективности. Я определенно хочу его убить.

Эрик хлопнул друга по спине.

— Тогда хорошо, что ты мне позвонил. Я получил от тебя массу объективности. Думаю, у тебя она развивается, потому что ты так много сидишь за компьютером.

Они вошли в здание и подошли к стойке охраны. Неотвечающий ИИ смотрел прямо перед собой. Вся остальная система безопасности так же была отключена, за исключением ворот, блокирующих путь через сканер.

— Отстой. Кто-то что-то задумал, — заявил Маркус.

Каждый из них схватился за половинки металлических ворот и тянул, пока они не поддались и полностью не сломались.

— Эти ворота не очень эффективны, — заявил Эрик. — Они должны быть крепче.

— Не думаю, что это было сделано для защиты от киборгов. — Маркус фыркнул на оценку Эриком их безопасности и направился к лифту. — Я также не думаю, что эти мозговитые версии нас понимают ценность скрытности.

На этаже Натана они направились по коридору к его резиденции. Свет над его дверью не мигал, сигнализируя о незаконном вторжении, но дверь все равно была приоткрыта. Маркус занял одну сторону, а Эрик — другую. Затем он открыл дверь и заглянул внутрь. Все, что он увидел, это тихое, ухоженное жилое пространство.

Тихо переступив порог, Маркус прошел через гостиную на кухню. Он увидел на обеденном столе сумку, полную электроники, и указал на нее Эрику.

Эрик кивнул в ответ на предсказуемость компьютерщика, а затем огляделся вокруг и посмотрел вверх. Не было никаких признаков конфликта… никаких признаков взлома. Тому, кто вошел внутрь, не пришлось для этого прилагать особых усилий.

Затем они пошли обыскивать спальню.

— О-о, — сказал Эрик, подбегая к безмолвному мужчине. Он ощупал его шею. Нет пульса. — Кто-то тебя опередил, Маркус. Этот чувак мертв.

Натан 180 лежал ничком на кровати, глядя в потолок. Его все еще по большей части невинные глаза были широко открыты и выражали шок. Его кибернетический отсек был совершенно пуст… ни процессора, ни чипов. Все, что осталось, это несколько свисающих проводов, выходящих из металлической коробки.

— Кто-то определенно заметал следы. Они намеренно не оставили его подключенным к системе жизнеобеспечения. Его мозг умер бы в течение часа. Вскоре после этого остальные органы последовали бы за ним.

Маркус протянул руку и опустил веки Натана. Они легко двигались. Трупное окоченение еще не наступило. Смерть Натана произошла не так давно.

Он повернулся к Эрику.

— Есть идеи, кто мог уничтожить нашу цель раньше меня?

Эрик кивнул.

— На самом деле, у меня вроде как идея есть. Рэйчел сказала, что в том месте, где ее держали, был врач. Она сказала, что он превратил пару женщин в людей-роботов. Моя теория состоит в том, что это тот же парень, который обращал компьютерных умников. Кажется, он увлекается экспериментами. Рэйчел сказала, что он продолжал называть ее прототипом, который он создал.

Маркус кивнул и нахмурился. Он надеялся, что Кинг все еще с Рэйчел, но, зная Рэйчел, она могла его прогнать. Ее чувство опасности было не очень высоким.

— Можешь остаться и позвонить Пейтону? Мне нужно добраться до Рэйчел. Она может оказаться следующей.

Эрик кивнул.

— Конечно. Идти. Увидимся позже.

Маркус повернулся и буквально выбежал за дверь.

***

После ухода Кинга Рэйчел наконец позволила себе вздохнуть. Было приятно снова оказаться в своем собственном пространстве. Также было хорошо побыть одной и не бояться за свою жизнь.

Какая-то добрая душа убрала остатки ее испорченного ужина с кухонных столов и запихнула их в мусороуборочный комбайн. Неиспользованная посуда и столовые принадлежности так и остались на столе в ожидании следующего обеда.

Она огляделась и вздохнула, увидев признаки нормальности, разбросанные по ее жилому пространству. Через дверной проем спальни она заметила, что кровать была разгромлена, вероятно, после ее последнего секса с Маркусом. Судя по тому, что она вспоминала о том дне, они стали немного более энергичными, чем обычно.

Рэйчел сняла и повесила запасную куртку, которую нашла в лаборатории. Рядом лежала ее другая куртка и дорожная сумка. Потянувшись к сумке, она ощупала ее, пока не нашла портативный компьютер, который Натан обманом заставил ее принять. Он все еще был включен и работал, хотя она так и не удосужилась его перезарядить. Хотя она никогда не слышала о неограниченном источнике энергии, эта штука работала уже почти две недели без подзарядки.

Она вдруг взглянула на ненавистное устройство новыми глазами. Покрутив его в руке, она изучила пульсирующий индикатор уровня зарядки. Без сомнения, именно это устройство использовалось, чтобы отследить ее до места жительства. Как еще Натан мог так легко узнать, где она живет?

Почувствовав необходимость исправить свою ошибку, она пошла на кухню и тут же выбросила дорогую компьютерную игрушку в переработчик мусора поверх испорченной еды. Она запустила агрегат и вздрогнула, когда портативный компьютер с хрустом разломался и умер насильственной смертью.

С запозданием Рэйчел подумала, возможно, ей следовало отнести портативный компьютер в лабораторию, чтобы Сита его исследовала. Возможно, в нем даже были опасные материалы. Вина за то, что она, возможно, делает с окружающей средой, помешала ей освободиться от еще одного символа своей глупости. Она стояла на кухне, кусая губу, и задавалась вопросом, почувствует ли она когда-нибудь себя зрелой.

Домофон сообщил о посетителе, но не сказал, кто это. С подозрением Рэйчел посмотрела на переработчик мусора и вздохнула. Сейчас, ей почти захотелось все вернуть обратно. Ее бунтарское принятие решений всегда случалось в самый неподходящий момент. Снова вздохнув и не желая самостоятельно иметь дело с нежеланным гостем, она все же решила взглянуть на того, кто пришел. Это определенно был не Маркус. Потому, что теперь у него был свой ключ.

Когда она подошла к двери, система безопасности дала сигнал открыть замок. Ее худший кошмар вошел внутрь, заставив инстинктивно попятиться назад.

— Нет… — сказала Рэйчел, хотя он еще не выдвинул никаких требований. Его улыбка была холодно-уверенной. Взгляд был такой же, когда он объявил, что является ее создателем и может делать с ней все, что захочет.

— Здравствуй, Рэйчел 235. Ты постоянно от меня убегаешь, когда у нас есть какие-то важные незавершенные дела. Должен сказать, что с твоей стороны было очень любезно отмахнуться от своих телохранителей-киборгов. Ты значительно облегчила мне задачу.

— Они скоро вернутся, — заявила Рэйчел.

— Да, уверен, что они вернутся. Но на этот раз они прибудут слишком поздно, чтобы меня остановить. Мне нужны все чипы из твоего кибернетического отсека, и они нужны мне сейчас. Ты не можешь ходить с доказательствами моей работы в своей голове.

— Что ж, вы не можете получить их обратно, — твердо произнесла Рэйчел.

— Твой бунт, основан не более чем на слепом упрямстве, именно поэтому превращение тебя в специализированного компаньона имело такой большой смысл. Наслаждение твоим телом никогда не перевесит утомление от твоего постоянного сопротивления разумным внушениям и приказам, которые потенциально могут спасти тебя от самой себя. Однако у меня больше нет времени, чтобы тратить зря. Вместо этого я признал, что мне не суждено осуществить твое превращение. Но я также не могу позволить тебе вернуть для проверки «Доктору Добродетель» все созданное мною тяжелым трудом. Потому, что Кира только взглянет на логический чип и сразу поймет кто я. На данный момент это не соответствует моим потребностям.

Рэйчел покачала головой. Она не хотела, чтобы его вещи были в ней, но и не хотела, чтобы он снова их вынимал.

— Ваших мускулистых парней здесь нет, и они не смогут вам помочь. Вы ничего у меня не заберете. Я буду сражаться и сделаю все возможное, чтобы вы не украли мои… кибернетические компоненты.

От его многострадального вздоха по ее рукам побежали мурашки. Ее глаза расширились, когда он вытащил из кармана пульт.

— Я твой создатель, Рэйчел 235. Все в тебе принадлежит мне. К сожалению, прежде чем мы покинули лабораторию нам не удалось удаленно протестировать твой контроллер. Так что, нам просто придется довольствоваться его тестированием в реальном времени.

Рэйчел почувствовала, как в ее голове снова звенит. Ощущение неуклонно усиливалось и казалось, ее барабанные перепонки сейчас лопнут.

— Прекратите, — взмолилась она, затыкая руками уши, когда больше не могла выносить громкость звука.

Она видела, как он провел пальцем по чему-то на пульте. Уровень боли резко возрос, а звук стал громче, чем она могла себе представить. Звезды затанцевали у нее перед глазами, и она почувствовала, как ее колени подкосились. Как кто-то мог выдержать такое звуковое давление внутри черепа?

К тому времени, когда он подошел к ней, боль была настолько сильной, что Рэйчел даже не могла чувствовать, что он с ней делает. Ее кибернетический отсек распахнулся, и это движение слегка ее испугало. Она почувствовала рывок, несколько щелчков, а затем вспышка молнии беспрепятственно пронеслась через ее голову, поразив все тело электрическим током. К счастью, жужжание прекратилось, но на смену ему пришла самая сильная слабость в конечностях, которую она когда-либо испытывала.

Она открыла рот, чтобы накричать на него, но обнаружила, что не может. Оказалось, что она снова потеряла дар речи.

Рейчел наблюдала, как он наполнил свои карманы ее компонентами, а затем отошел от нее, собираясь уйти.

— Нет времени аккуратно снять процессор, а если его вырвать, то это приведет к его разрушению. Боюсь, нам придется избавиться от этого по старинке. Ему придется поджариться внутри тебя. Ненавижу терять технологию, но такова цена настоящей науки. С другой стороны… после этого ты больше не будешь киборгом. Я знаю, как сильно ты их ненавидишь.

Он снова поднял пульт, но опустил его, когда услышал голос у двери, выкрикивающий ее имя. Как в старом боевике, ее мучитель прижался к стене. Маркус ворвался внутрь и тут же побежал к ней. Ее мучитель проскользнул через дверь и незаметно выбрался в коридор.

Она попыталась указать на него, но это не помогло. Маркус не смотрел ни на что, кроме нее.

— Голова, — прошептала Рэйчел беззвучно, прежде чем головокружение полностью ее охватило. Она закрыла глаза и с облегчением растворилась в объятиях Маркуса.

Глава 16

Маркус ощупывал кожу головы Рэйчел, пока не нашел кнопку, открывающую ее панель. Когда она поддалась, он заглянул внутрь и выругался. Она была без сознания… и неудивительно. Единственное, что осталось в ее кибернетическом отсеке, это процессор злодея. Его охватила паника.

Может ли процессор сам по себе обеспечить работу жизнеобеспечения, чтобы поддерживать жизнь ее мозга? Может ли Рэйчел умереть из-за того, что у нее пропали все чипы? Он должен был знать ответ и быстро. Порылся в карманах, пока не нашел свой портативный компьютер. У него дрожали руки, когда он связался с Кирой.

— Маркус, все в порядке? — спросила она, сразу же ответив.

— Док, они забрали у нее все ее чипы. Остался только процессор. Рэйчел умрет?

Вместо ответа он услышал, как Кира позвала Пейтона и на напряженный момент исчезла из кадра. Когда она вернулась, он понял серьезность ситуации еще до того, как она заговорила. Его взгляд упал на женщину в его объятиях. Этого не могло случиться… ни с Рэйчел… ни с ним.

— Маркус, слушай меня внимательно. Мы с Пейтоном уже в пути. Эрик собирается добраться туда первым. Делай то, что говорит Эрик, как бы безумно это ни звучало. Мне придется разорвать эту связь на случай, если Эрику понадобится позвонить кому-нибудь из нас. Просто… следи за ее дыханием.

Коммуникатор отключился, и что-то внутри Маркуса тоже. Он закрыл глаза и поборол слезы разочарования. Все время, которое он провел, наблюдая за ней, было напрасным. Она здесь умирала, а он ушел мстить. Все те месяцы, когда он ее охранял, ему следовало потратить это время на то, чтобы научить ее быть более бдительной. Его эго было слишком занято тем, что он был ее защитником. Он должен был научить ее бороться за себя. Рэйчел была его самой большой неудачей. Она была так молода… так красива. Она еще не должна умирать.

Поскольку рядом не было никого, кто мог бы стать свидетелем его срыва, он склонился лицом к Рэйчел и заплакал. Теперь она никогда не узнает, что он любит ее… что он влюбился в нее в тот момент, когда она бросила вызов Брэду Смиту, чтобы помочь спасти их всех. Когда Эрик вбежал во все еще открытую дверь, его друг нашел его со слезами, текущими по щекам. Маркуса это даже не волновало.

— Они украли все ее чипы, Эрик. Я думаю, она умирает. Кира мне не сказала… но я видел это по ее лицу.

Глаза Эрика сверкнули.

— Нет. Рэйчел не умрет. Ты вытащишь мой логический чип и вставишь его ей.

Маркус недоверчиво посмотрел на него.

— И смотреть, как ты умрешь вместо нее? Что это за ответ, черт возьми? Никто не должен умирать, чтобы исправить это дерьмо. В любом случае, она не совсем киборг. Она не подписывалась на эту жизнь. Ее выживание не должно зависеть от каких-то отсутствующих кибернетических частей, которые ей никогда не были нужны.

— Перестань сходить с ума, Маркус. Никто не собирается умирать, особенно я, — заявил Эрик. — Слушай, я бы сам выдернул чип, но это физически невозможно. Это придется сделать тебе. Помнишь, когда мы проходили обучение тому, как оживить умирающего киборга с помощью чипов другого, поврежденного и не подлежащего ремонту? Ну, это не совсем такая ситуация, но близкая к ней. У меня есть запасной логический чип, и мы можем его использовать.

Маркус впился взглядом.

— Ты лжешь, и я не принесу тебя в жертву, Эрик. Не проси меня выбирать между двумя людьми, которые мне небезразличны. Что, если я потеряю вас обоих? Тогда я останусь совершенно один.

Эрик опустился на колени, пока не оказался лицом к лицу с Маркусом.

— Я знаю, что тебе тяжело, но ты должен успокоиться и выслушать. Я понимаю, что ты боишься потерять ее, но это не должно произойти. У меня двойная проводка. Всегда была. Я дважды киборг… две панели, два процессора и два чертовых логических чипа, которые управляют функцией жизнеобеспечения мозга. Я могу работать либо на одном, либо на другом. Они полностью повторяют друг друга, поэтому я прихожу в себя быстрее, чем остальная часть команды. Но технически чтобы выжить, мне нужен только один логический чип. Рэйчел же он нужен до того, как начнется повреждение мозга. Это единственный путь, Маркус.

— Кира и Пейтон уже в пути. Когда Кира приедет сюда, то сама сможет все это сделать. Я не техник.

Эрик покачал головой и положил руку на плечо друга.

— Я знаю, что Кира придет, но она не успеет добраться вовремя. Они слишком далеко, а Рэйчел ждала достаточно долго. Док заставила меня бежать сюда из квартиры Натана, потому что знала, что я — лучший шанс для Рэйчел.

— Что, если я вытащу не тот чип? — засомневался Маркус.

— Не вытащишь. Логический чип самый большой. Просто не трогай остальные. А после того, как ты вытянешь мой… ну, ты побудешь какое-то время в одиночестве, пока другой не активируется. Во время моей отключки, тебе придется немедленно установить логический чип в Рэйчел. После этого используй свою встроенную батарею и подай небольшой разряд на процессор, чтобы начать перезагрузку.

Маркус сглотнул.

— Я не могу всего этого сделать, Эрик… Я не могу держать обе ваши жизни в своих неуклюжих руках. Почему ты просишь меня это сделать? Разве мы итак не прошли через многие испытания?

Эрик сжал плечо Маркуса и сильно его встряхнул.

— Ты можешь это сделать, и ты чертовски хорошо это сделаешь. Мы не позволим Рэйчел просто лежать здесь и умирать у тебя на руках. Она выживет и расскажет нам, кто тот ублюдок, который сделал с ней такое. А потом мы пойдём за этим сукиным сыном и уничтожим его. Черт возьми, Маркус. Вытащи один из моих логических чипов и вставь эту хрень в Рэйчел.

Эрик протянул руку и нащупал панель компонентов на стороне, ближайшей к Маркусу. Он наклонил голову так, что открытое отделение оказалось почти перед носом его друга.

— Просто сделай это.

Маркус сердито вздохнул и пытаясь успокоиться, сосредоточился на той своей стороне что являлась киборгом. Он сделал два глубоких вдоха.

— На случай, если все пойдет к черту, тебе, наверное, следует знать, что я люблю тебя как брата.

— А эти крутые татуировки что, просто для галочки? Боже, ты такой мягкотелый. Мне придется заставить тебя взять себя в руки. Я тоже тебя люблю, тупица. А теперь хватай свои яйца и вытаскивай чертов чип.

Маркус выругался и полез в отсек компонентов Эрика. Он выдернул самый большой чип из металлического паза. Эрик издал сдавленный звук и повалился вперед, в это же время желудок Маркуса сделал такое же движение. Неужели он только что убил своего друга?

Все время ругаясь, дрожащими пальцами он вставил чип в соответствующий слот внутри отсека компонентов Рэйчел. К тому времени, когда он выполнил эту задачу, он дышал так, будто взобрался на пятидесятиэтажное здание, а это главное, для чего он был создан.

Он посмотрел на согнутое, полусидящее тело Эрика. Затем, на совершенно инертную Рэйчел.

— Пожалуйста… пожалуйста, пусть это сработает, — взмолился он. Маркус надавил на ноготь и вытащил титановый шип. Он никогда не использовал его для этой цели, но мог посылать через него самый маленький электрический разряд, какой только возможно. Осторожно, очень осторожно он прикоснулся шипом, проводящим электричество к процессору Рэйчел. Он вздрогнул, когда посланная к ней энергия, вернулась к нему. Тело Рэйчел дернулось в его руках. Ему пришлось держать ее очень осторожно, чтобы шип не причинил ей вреда, пока он не сможет его извлечь. Эти маленькие шипы позволяли ему взбираться на любые поверхности, но они также могли пробить протезы вражеского киборга. Он просто был не создан для деликатных задач.

Болезненные стоны Рэйчел вызвали боль во всем его теле. Маркус снова поборол слезы. Пока он застыл и не мог пошевелиться, прошло несколько напряженных минут. Сгорбившийся Эрик, наконец, прорвал его испуганное оцепенение. Протянув руку, он схватил Эрика за шею и осторожно опустил, пока его находившийся без сознания друг не растянулся рядом с ним. Рэйчел все еще лежала на руках Маркуса, лишь изредка издавая звуки, как раненое животное.

В этот момент, больше, чем когда-либо, он ненавидел всех киберученых. Два человека, о которых он заботился, могли умереть из-за своей чертовой кибернетики, а он был беспомощен, чтобы это предотвратить. Потому, что сейчас им управляли не позволяющие двигаться эмоции, и в таком состоянии его статус киборга казался шуткой.

Слушая болезненные стоны Рэйчел и полное молчание Эрика, Маркус почувствовал беспомощность, какую никогда раньше не испытывал. Это было так же плохо, как если бы его держали в клетке под током и заставляли смотреть, как его товарищей-киборгов расчленяют по кусочкам. Его мучительное прошлое органично слилось с настоящим моментом. Процессор настолько вышел из-под контроля, что пока тревожился, он даже не мог отслеживать прошедшее время.

Глубокое облегчение заставило его задрожать, когда Кира Уинтерс, по крайней мере, раскаявшийся ученый, сломя голову ворвалась в дверь Рэйчел.

Сразу приступив к работе, Кира с ним даже не заговорила. Она опустилась рядом с Эриком и начала проверять его все еще открытую панель. Затем, вздохнув, она ее закрыла, прежде чем проползти через тело Эрика, чтобы добраться до девушки. Маркус заметил, что Кира не встречалась с ним взглядом, пока исследовала то, что он сделал для Рэйчел.

Рэйчел пошевелилась и застонала от толчков Киры. К его шоку, Кира подняла голову и довольно сильно ударила Рэйчел по щеке. Глаза Рэйчел неохотно открылись, и ее взгляд медленно сфокусировался.

— Здравствуй. Кто ты? — спросила Кира.

Они оба смотрели, как Рэйчел пытается сформулировать ответ. Ее рука поднялась к горлу и потерла место, где раньше был установлен резонансный имплант.

Ее голоса почти не было, не более чем скрипучий шепот, когда она наконец произнесла несколько слов.

— Я Эрик… нет… я… Рэйчел 235, — прохрипела она.

Маркус видел, как Кира заметно оттаяла. Она села на задницу и обняла колени, всхлипывая в руки, которые устало на них скрестила. Кира просидела так целых шестьдесят секунд, прежде чем наконец подняла на него свой измученный взгляд.

— Ты спас ее, Маркус. Я так боялась, что ты не сможешь все сделать как надо. И даже в данном случае… иногда это не работает. Я знала, что не успею все сделать сама.

Маркус посмотрел на спокойное, но растерянное лицо Рэйчел. Он погладил ее по щеке и нахмурился, когда она отстранилась от его прикосновений.

— Кто ты? — спросила она.

Маркус почувствовал, как по его лицу потекли новые слезы. С тех пор, как его восстановили, он никогда не чувствовал себя менее похожим на киборга. Столкнувшись с пустым взглядом Рэйчел, он был всего лишь человеком, который боялся потерять самого важного человека в своей жизни. И чистосердечно ответил.

— Меня зовут Маркус Келлс, а ты Рэйчел Логан, женщина, которую я люблю. Разве ты не помнишь нас?

Когда она покачала головой у него на коленях, это была сладчайшая из пыток. Он не потерял Рэйчел из-за смерти, но, возможно, он потерял ее из-за чего-то худшего. Он закрыл глаза и приказал себе найти хоть какой-то чертов контроль над своими эмоциональными реакциями. Рэйчел была жива. Ему нужно было перестать жалеть себя и быть благодарным хотя бы за это.

Сделав глубокий вдох, он открыл глаза и посмотрел рядом с собой.

— Эрик меня обманывал или с ним действительно все будет в порядке?

Кира потерла глаза ладонями. Она застонала, а затем рассмеялась.

— Нет. Он тебя не обманывал. Таким он был создан, но не для этой конкретной цели. Я подумала, что он уже должен в себя прийти. Нам нужно доставить всех в мою лабораторию. Неро готов встретить нас с запасными частями для Рэйчел. Я должна восстановить ее в течение нескольких часов. Выяснению того, что произошло, придется подождать, пока я не смогу расследовать, что с ней сделали. Я собираюсь заменить ее процессор, чтобы увеличить у нее запас прочности. И не оставлю никаких технологий, которые сделают ее чьей-то марионеткой.

Маркус кивнул и осторожно закрыл панель Рэйчел. Он поправил ее волосы, чтобы снова скрыть кнопку доступа. К тому времени, как он закончил, она выглядела почти нормальной. Все время, пока он прикасался к ней, она просто тихо изучала его лицо.

Рядом с ним Эрик наконец пошевелился и вздрогнул. Друг схватил его за руку и сильно сжал.

— Ты все-таки набрался смелости? Это сработало?

Маркус грустно улыбнулся и кивнул.

— Да, я взял себя в руки. И это сработало, умник. Ты счастлив?

Эрик рассмеялся и кивнул.

— Да. — Он посмотрел на Рэйчел. Она лежала на коленях у Маркуса и молча смотрела на них обоих.

— Привет, красотка. Как ты себя чувствуешь?

Все наблюдали, как она снова покачала головой.

— У нее снова проблемы с речью, — сказал Маркус.

Эрик нахмурился, услышав эту новость.

— Ну, черт побери. Тебе никогда не приходилось слышать ее сексуальный голос, не так ли?

Маркус усмехнулся, отчего голова Рэйчел покачнулась у него на коленях. Но, по крайней мере, на этот раз она снова прижалась к нему. Ему было достаточно знать, что их связь проявляется, несмотря на травму.

— Ее улыбка говорит все важное, что мне нужно знать. Меня не волнует, заговорит ли она когда-нибудь снова, лишь бы она была жива и могла мне улыбнуться.

Эрик фыркнул от его поэтической речи, предназначенной для Рэйчел. Маркус ухмыльнулся и опустил взгляд на девушку, которая с трепетом на него смотрела. Он пригладил ей волосы.

— Ты действительно самая красивая женщина, которую я когда-либо знал. И потерял самообладание, когда подумал, что ты умрешь.

Все взгляды обратились к двери, когда Пейтон вошел в нее, более разъяренный, чем когда-либо за то долгое время, что они его знали.

— Чертово новейшее устройство искусственного интеллекта было уничтожено с помощью вируса, переданного по защищенному беспроводному каналу, который не должен быть общеизвестным за пределами «Нортон». Он вообще не поврежден, просто проходит полную перезагрузку. Этот чертов бот после этого не будет иметь ни малейшего понятия о том, что случилось за последние несколько часов. Что, черт возьми, происходит? Это похоже на то, что сделали в здании Натана 180. Все записи службы безопасности были стёрты за промежуток времени, пока происходило всё это дерьмо. Создатель Омега либо очень проницательный программист по безопасности, либо он создал гиков, которые могли это сделать.

— Он подошел ближе всех к созданию исходного кода нового создателя, — грустно призналась Кира, позволив мужу поднять ее на ноги. — И что хуже всего, я думаю, что ОКН знает, кто он такой и что именно он делает. Я не удивлюсь, если узнаю, что они финансируют его усилия.

— Это не имеет значения. Мы найдем его с помощью ОКН или без нее, — заявил Эрик. — Когда к Рэйчел вернутся все ее воспоминания, мы его найдем и не позволим ему сделать это снова.

Эрик протянул руку и помог Рэйчел встать. Она слегка пошатнулась, но, похоже, не удивилась, когда Маркус обнял ее, чтобы удержать.

— Если тебе нужно помочь, я с радостью тебя отнесу.

Когда Рэйчел покачала головой и стала выглядеть встревоженной, Маркус рассмеялся над ее реакцией.

— Сегодня все договоренности отменяются. Я не буду умолять тебя принять мою помощь. Я просто буду делать то, что велит мне мое сердце, — предупредил он. — И не отстраняйся от меня, иначе я сделаю это прямо сейчас. Я еще не оправился от того, что ты почти умерла, так что не проси меня выпустить тебя из поля зрения. Детка, этого не произойдет еще очень, очень долго.

Маркус широко улыбнулся, когда в ее глазах вспыхнул огонь.

— Это потому, что я люблю тебя, — твердо произнёс он. — Я должен был сказать тебе раньше. Я тебя люблю. Уже давно.

Огонь потух и сменился смятением. Он схватил ее за подбородок.

— Все получится… так или иначе. Ты жива. Я жив. А мой самый умный во всем свете лучший друг все еще жив и мучает меня. Это все, что меня сейчас волнует. Об остальном позаботимся завтра. Хорошо? Просто позволь мне сейчас помочь. Я не хочу, чтобы мир увидел, как я снова слетаю с катушек.

Ее кивок в ответ заставил его почувствовать себя легче. Ее рука, поглаживающая его по щеке, успокаивала. Действительно, именно из-за таких мелочей жизни стоило жить.

— Эрик, когда снова будешь полностью работоспособен, я хочу, чтобы ты установил в этой квартире самую крутую систему безопасности, которая когда-либо была построена, — приказал Маркус.

— Тогда мне, возможно, придется ее изобрести, — заявил Эрик. — Потому, что эта была самой лучшей.

— Тогда придумай, — заявил Маркус. — Рэйчел и я чертовски устали каждые пять секунд оглядываться в поисках плохих парней с продвинутыми техническими игрушками, которых вообще не должно быть.

Он ухмыльнулся, когда голова Рэйчел кивнула у него на плече в знак согласия. Он поцеловал ее волосы и позволил себе почувствовать благодарность за то, что у них было.

Глава 17

Прежде чем продолжить Кира сосредоточилась на поставленной задаче, радуясь, что ей удалось определить краткие характеристики процессора и его кода. Неро оставил ей расходные материалы и вернулся к своей работе, недовольный ее решением установить в Рэйчел еще не проверенный процессор, отвечающий за кодирование связи. Но она следовала своим инстинктам… и своим представлениям о том, как должны работать кибернетические контроллеры. Позже ей нужно будет самой взглянуть на старый процессор… или, может быть, сделать это завтра. Потому, что на кухне сидел Эрик и ждал, когда ему вернут запасной чип. Это должно быть на первом месте.

— Хочешь, я заставлю его уйти? — тихо спросил Пейтон.

Кира покачала головой, точно понимая, кого имел в виду ее муж.

— Зачем мне заставлять его уйти? Тебя ведь я не заставляла уходить.

— Это другое.

Кира остановилась и подняла взгляд на мужчину, который был ей нужен как воздух. Хотя, ее постоянно удивляло, что ей может понадобиться кто-то, обладающий такой огромной способностью ее раздражать.

— Ты видел, как я полностью восстановила каждого из твоих людей, включая того, что топчется возле двери. Чем отличается желание Маркуса увидеть восстановление Рэйчел?

Пейтон сделал вид, что задумался. У него не было ответа. Это просто было его мнение по этому вопросу. Он уже научился некоторые вещи не анализировать….

— Это просто мое мнение, — заявил он, стараясь не улыбнуться, когда Кира закатила глаза. Его не удивило несогласное фырканье жены, когда она снова сосредоточила свое внимание на Рэйчел.

— Я не так уж далека от завершения. Я использую существующую проводку, потому что прямо сейчас у нас нет времени заниматься ее заменой. Если после этого она по-прежнему не сможет говорить, мы подумаем о том, чтобы заменить и ее.

Игнорирование обоих мужчин, раздражающихся от каждого ее заявления, отнимало много энергии, но, в конце концов, оно того стоило. Кира успешно установила новый процессор и необходимые чипы, а также два прототипа, которые Неро сделал специально для Рэйчел. Это была еще одна вещь, из-за которой он расстраивался, но, к счастью, она привыкла к тому, что ее ассистент постоянно выражал свое недовольство ее решениями.

Однако на каком-то уровне предупреждение Неро завладело ее сознанием. Кира засомневалась, это заставило ее остановиться и трижды проверить сделанную работу, прежде чем начать перезагрузку.

Была ли она ничуть не лучше, чем Создатель Омега?

Она вставила что-то экспериментальное почти в половину киборгов, которых в итоге восстановила. Потому, что иногда их чипы были недостаточными, устаревшими или их кодировка просто не подходила для интегрирования в новую жизнь. Разве это не то же самое, что поместить в Рэйчел несколько экспериментальных компонентов? Единственная разница в том, что у нее были месяцы, чтобы решить, что нужно Рэйчел.

Закрыв глаза, Кира помолилась всему списку божеств, который она исследовала в Интернете и записала чтобы выучить наизусть. После комментариев Неро о ее не впечатляющей духовной жизни она решила, что объединиться с некоторыми положительными мощными энергиями не будет лишним, даже если они были невидимыми. Никому не нужно было убеждать ее в том, насколько силен разум человека, движимый сильной верой.

— Хочешь, я начну перезагрузку? Думаю, я смог бы. Потому, что много раз наблюдал, как ты это делаешь, — предложил Пейтон.

Кира открыла глаза и увидела беспокойство во взгляде мужа.

— Нет. Я просто глубоко кое о чем задумалась. Но я уже в порядке. У меня нет никаких сомнений по этому поводу.

Она коснулась кнопки сброса на процессоре, и тело Рэйчел дернулось от прошедшей через него первой волны энергии. На несколько мгновений ее охватила грусть, когда Кира осознала, что худший кошмар девушки о киборгах только что стал ее неизбежной реальностью. На самом деле она ничего не могла сделать по-другому, чтобы это предотвратить. Она просто надеялась, что Рэйчел простит ей творческие вольности, которые она позволила себе с версией программного обеспечения ее кибернетики.

— Ладно. Установка завершена. В новом процессоре была предустановлена команда, позволяющая ей находиться в спящем режиме, пока он собирает данные и создает хранилище памяти. Вы с Маркусом можете отправиться с ней обратно в «Нортон», пока я снова вставляю логический чип Эрика. Когда он проснется, мы вместе отправимся обратно в «Нортон» и встретимся с вами там. Три комнаты-клетки пустуют, выберите для нее какую хотите. Просто свяжитесь с Неро, чтобы он мог настроить мониторинг. Я полагаю, когда там окажется Эрик, он захочет перехватить контроль.

— Комната-клетка? — спросил Пейтон.

— Но я хочу отвезти ее домой, — заявил Маркус.

Кира проигнорировала вопрос мужа и сосредоточилась на самом важном мужчине в жизни ставшей киборгом Рэйчел.

— Впереди у Рэйчел около девятнадцати часов обработки данных. Мы не знаем, сколько она вспомнит и какой будет, когда проснется. На случай, если она никого из нас не вспомнит, было бы лучше сдержать ее, чтобы она никому не причинила вреда, так же, как и себе самой. Клетка не для наказания, Маркус. Это для ее безопасности. К тому же, там мы сможем ее лучше охранять.

Маркус покачал головой. Он не мог смириться с тем, чтобы посадить ее в клетку.

— Я присмотрю за ней. Обещаю.

— Нет, — заявила Кира. — Я на собственном горьком опыте научилась думать, как мой муж. Человек, преследующий Рэйчел, приходил за ней дважды. Нет никакой гарантии, что он не вернется, чтобы ее прикончить. Она сейчас более уязвима, чем когда-либо, и я не хочу, чтобы у него был шанс заполучить вас обоих. Пока мы не придумаем, как надежно обезопасить хотя бы одну из ваших квартир, Рэйчел лучше жить в «Нортон», где, как я знаю, камеры работают. Плюс там мы сможем лучше о ней позаботиться, если восстановление не пройдет гладко. Если она проснется и вспомнит все что случилось, я уверена, она поймет, где она и почему мы ее туда поместили. Как только мы увидим доказательства ее стабильности, мы ее выпустим.

Маркус провел рукой по голове. Его волосы снова отрасли и стали лохматыми. Рэйчел сказала, что с бородой, которую он теперь подстригал, это выглядело сексуальнее. Все, чем он был в данный момент, было связано с женщиной, которую ему теперь придется запереть в клетке.

— Я не могу… — начал он, но затем увидел по лицу Киры, что выбор действительно был не его. — Хорошо, Док. Если в клетке находиться нельзя, я останусь с ней в комнате.

Кира на минуту задумалась.

— Это приемлемый компромисс, но нужно морально готовиться к худшему. Если она проснется, злясь на мир, как это делают некоторые, ты услышишь о том, как сильно она тебя ненавидит. Ты уверен, что готов услышать от нее столько правды?

Маркус напряженно кивнул. Он лгал, и его разболевшаяся голова убедительно это доказывала, но он все равно хотел быть там. На самом деле, он не мог себе представить, что его там не будет, какой бы ни была реакция на него Рэйчел.

— Хорошо. Но нести ее буду я, — сказал он, подходя к медицинскому креслу. Кира уже сняла ремни. Рэйчел выглядела так же, как тогда, когда он думал, что она умрет. Он надеялся, что завтра она будет выглядеть живой, независимо от того, что она помнила или не помнила.

Кира согнулась, наблюдая, как Маркус уносит находящуюся в коме Рэйчел, к их летающему автомобилю. Она повернулась к мужу.

— Я не доверяю его суждениям. В данный момент он очень ранимый человек. Тебе нужно за ним присматривать… за ними обоими, Пейтон.

Пейтон наклонился и поцеловал жену.

— Завари себе чашку чая, прежде чем приступить к работе над Эриком. Я позабочусь о Маркусе и Рэйчел, и пока меня не будет тебе придется позаботиться о моей жене.

Кира кивнула и на этот раз не стала спорить с мужем. Ей нужна была поддержка и еще одна внутренняя воодушевляющая беседа, прежде чем она сможет приступить к работе над еще одним киборгом, о котором она слишком переживала. Каждое восстановление, которое она делала, начинало ощущаться как работа на благо семьи. Ее объективность давно исчезла. Подумать только… она слишком близко принимала все к сердцу и это было той самой причиной, по которой она пошла в науку вместо того, чтобы изучать медицину. Вздыхая над иронией своей жизни, Кира направилась на кухню.

***

Рэйчел проснулась в темноте и огляделась вокруг. Где она? Ее охватило болезненное дежавю, когда она увидела, что потолок над головой превратился в металлические решетки. Она перекатилась на бок и натянула плюшевое одеяло до подбородка. В другом конце комнаты она увидела силуэт мужчины, молча сидящего в кресле, его глаза смотрели, ничего не видя, веки моргали через равные промежутки времени. Она сразу поняла, кто он. Это был киборг в состоянии покоя. Она не могла точно определить источник своих знаний, но уверенность в их точности составляла почти сто процентов.

Она вздрогнула под одеялом, когда он встал и начал ходить. Она услышала, как он вздохнул, словно устал больше, чем мог вынести. Для киборга, он казался очень эмоционально расстроенным. Киборги были не такими. Означало ли это, что ее охранник был человеком?

Когда он пошел к решетке ее тюрьмы, она закрыла глаза и надеялась, что он не заметил ее взгляда. Она так же почти пожалела, что увидела его. То, как он проводил рукой по волосам, придавало ему мальчишеский вид, он казался заботливым, и ей это очень нравилось.

Когда она поняла, насколько ей хотелось доверять языку его тела, то едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Черт возьми, кто-то посадил ее в клетку. Ее внимание должно быть сосредоточено на том, чтобы выбраться отсюда… а не потворствовать своему вышедшему из-под контроля либидо.

Честно говоря, она всегда плохо разбиралась в мужчинах. Разве не поэтому она попала в эту дурацкую ситуацию?

Потрясение от огромного количества возвращающихся воспоминаний заставило ее невольно подняться и сесть. Она моргнула, увидев все образы, внезапно промелькнувшие у нее в голове. Странный компьютерщик, с которым она встречалась, накачал ее наркотиками. Она пришла в сознание привязанная к стулу. Он спокойно объяснил, как собирается превратить ее в идеальную женщину. Сказал, что трансформация будет великолепной, поэтому впоследствии он собирался назвать ее Глорией.

Затем он надел ей на лицо дыхательную маску. Посреди ночи она проснулась в клетке… такой же, как эта. Она не могла говорить, и голова так сильно болела, что при любом движении она теряла сознание.

— Рэйчел? Ты в порядке?

Она повернулась лицом к шагающему по комнате мужчине с красивой задницей. Он двигался очень грациозно. Его литые мускулы и подтянутая фигура ему очень шли. Конечно, он был немного неуклюжим, но в его тоне звучала искренняя озабоченность. Она открыла рот, чтобы ответить на его вопрос… просто из вежливости.

Из ее рта вырвался хриплый, едва слышимый звук.

— Нет, — прохрипела она.

Ее рука переместилась к горлу и погладила его. Хоть какой-то звук все же был. Она определенно помнила, что вообще не могла говорить, когда раньше приходила в сознание. Должно быть, все происходило в разное время. Она повернула голову. Мужчина снаружи клетки определенно не был тем, кто сделал это с ней.

Она снова потерла горло. В ее голове мелькнул образ установленного там чего-то металлического.

— Резонансный имплантат исчез. Ты помнишь, что его удалили? — тихо спросил он.

Рэйчел покачала головой. От этого движения она так закружилась, что ей пришлось схватить ее обеими руками.

— Больно… очень.

Маркус схватил пальцами решетку, через которую он отказался пропускать электрический ток. У Рэйчел не хватило бы силы протезов, чтобы их согнуть. Он не мог обращаться с ней так же, как с восстановленными киберсолдатами.

— Я знаю, что это больно. Но будет лучше. Обещаю. Тебе следует постараться больше отдыхать. Прошло всего тринадцать часов. Осталось еще около шести, прежде чем процесс интеграции данных будет завершен.

Интеграция данных?

Руки Рэйчел упали на кровать.

Процессор?

Она яростно похлопала себя по груди, глядя на него.

— Киборг? Я? — прохрипела она.

Маркус схватился за прутья так сильно, что было удивительно, как он их случайно не погнул.

— Да, — правдиво ответил он. — Ты киборг. И теперь ты восстановлена… что бы это для тебя ни значило.

— Брэд… умер? — резко спросила она.

Маркус фыркнул и ударился лбом о решетку.

— Нет. Боже, как бы мне этого хотелось… но пока нет… к сожалению. Доктор Уинтерс превратила его в киборга из-за того, что он сделал с тобой… ну и ей. Ты помнишь что-нибудь из того что случилось? Это было несколько месяцев назад.

На этот раз она покачала головой медленнее, и испытала облегчение, когда головокружение прошло.

— Все в порядке, Рэйчел. Я уверен, что со временем все вернется. — Маркус тяжело сглотнул. — А меня ты помнишь?

Рэйчел наклонила голову и изучила его. Посмотрела ему в глаза. Да. Она определенно видела в них беспокойство. Не только это и по большей части ничего не имела против. Он был привлекательным… не ее обычный тип, но она все равно покончила с чудаковатыми мальчиками. Он выглядел немного знакомым, но она помнила не очень четко. Возможно, воспоминания о нем вернутся позже… как он и сказал.

— Все в порядке… мне пока не следовало спрашивать. Не думай об этом слишком усердно. Это только усиливает головные боли. Мы многое пережили… ты многое пережила… ты переживешь и это. Я просто рад видеть тебя живой, говорящей и…

Маркус поднял подбородок и выдержал ее взгляд. Он улыбнулся, увидев ее вопросительный взгляд. Он видел этот взгляд достаточно много раз, чтобы понять, что человек в ее голове — это, по крайней мере, она сама.

— Ты выглядишь так же молодо, свежо и красиво, как всегда для меня выглядела. Мне потребовалось много времени, чтобы признаться в своих чувствах к тебе, потому что всегда считал, что ты слишком неопытна и слишком хороша для такого сломленного человека, как я. Но даже если ты никогда нас не вспомнишь, ты должна знать, что спасла мне жизнь… Я имею в виду мою настоящую жизнь. Благодаря тебе я теперь знаю, что я намного больше, чем какая-то военная машина. Ты заставила меня снова обрести человечность. Думаю, за последние пару недель ты заставила меня почувствовать практически все возможные эмоции.

Рэйчел не знала, что ответить. Количество пережитых страданий в его словах, безусловно, заставило ее присмотреться к нему повнимательнее. Насколько хорошо она знала стоящего перед ней киборга?

Откинув одеяло, Рэйчел медленно поднялась на ноги. Она с тревогой посмотрела на свою одежду. Она были отвратительной… или, по крайней мере, слишком консервативной. Ее туфли были похожи на обувь, которую носят стопятидесятилетние женщины. Ого, она была одета ужасно. Почему-то ее одежда казалась ей неподходящей, но она не совсем понимала, почему так себя чувствовала.

Оглянувшись, она пошла вперед. Слегка улыбнулась, когда увидела, что его взгляд остановился на ее ногах, полностью закрытых консервативными брюками. И остановилась в нескольких дюймах от того места, где мужчина схватился за решетку.

— Да. Я знаю, как выглядят твои ноги. Нет. Обычно ты так не одеваешься. Видела бы ты, какую одежду носила, когда на меня злилась. Она была уродливее. Это одежда, в которой ты была в ту ночь, когда тебя похитили. Я думаю, ты оделась так, чтобы Эдвард чувствовал себя комфортно. Обычно ты носишь сексуальные короткие юбки, облегающие топы и ничего на своих голых ногах, которые, я точно знаю, ведут в рай. Ты можешь официально вернуться к их ношению. Я лучше буду беспокоиться о том внимании, которое ты получаешь, чем снова видеть на твоем лице это испуганное выражение, — мягко сказал Маркус.

Рэйчел отвела взгляд и попыталась не улыбнуться его комментарию. Но это, конечно, ответило на многое. На самом деле больше, чем она хотела знать.

— Мы… — она остановилась, чтобы прочистить горло. Говорить так больно. — Любовники? — прохрипела она наконец, остановившись на одном слове.

Мужчина, смотрящий на нее, медленно кивнул.

— Да. Мы друзья, любовники и все хорошее, чем могут быть друг для друга два человека. Ты делаешь мою жизнь стоящей. Защита тебя дала мне цель, которой у меня не было. Я надеюсь, что однажды ты позволишь мне попытаться отплатить тем же, сделав тебя счастливее, чем в твоих самых смелых мечтах.

Рэйчел моргнула, чувствуя, как все поплыло перед глазами. Чтобы собраться с духом, она протянула руку и обхватила его ладони своими руками. Он переплел свои пальцы с ее, удерживая ее на месте. Застонав, он прислонился лбом к металлу.

Через несколько секунд она услышала, как у него сбилось дыхание.

Он плакал… плакал из-за нее.

Ее сердце само открылось ему навстречу. Она практически могла чувствовать эмоции, которые испытывал он. Возможно, они оба киборги… но момент, произошедший между ними, был очень человеческим. Дежавю посетило ее снова… хотя на этот раз все ощущалось намного лучше.

Она сжала его руки, пытаясь дать ему знать. Воспоминания толкались и изо всех сил пытались прорваться, пока наконец не преодолели какую-то баррикаду в ее сознании. Когда они появились, они были полными и мощными. Она помнила, как они были вместе… как он целовал каждый дюйм ее тела.

— Марк…кус… Келлс, — прохрипела она прерывистым, взволнованным шепотом.

Его встретившийся с ней и полный надежды взгляд, вызвал другой образ. Здесь он был в такой же клетке, и он плакал на плече какой-то доброй пожилой женщины. А Брэд Смит был связан снаружи, потому что Маркус преодолел свою боль и сделал то, что должен был сделать. Маркус спас их всех от человека, который сделал это с ней.

Эмоции роились и сталкивались. Они вернулись к жизни, чтобы их можно было почувствовать… затем успокоились. Когда худшие из них утихли, Рэйчел почувствовала онемение. И задавалась вопросом, пришлось ли ему пройти через то же самое, когда он понял, что с ним случилось. И, конечно, такие вопросы были ловушками.

— Очень кружится голова, — прошептала она, ее пальцы выскользнули из-под его пальцев. Ее тело опустилось, и в конце концов ее колени ударились о холодный металл.

— Эрик. Открой эту чертову дверь, — крикнул Маркус. Металлический барьер отодвинулся в сторону прежде, чем эхо его требования затихло. Он ворвался в ее тюрьму и подхватил Рэйчел на руки.

— Марк…кус, — гордо прохрипела она, сразу решив, что ей нравится его хриплый смех от облегчения, когда она произнесла его имя.

Она использовала остатки своей энергии, чтобы погладить его по щеке, ее пальцы слегка коснулись аккуратной бороды на его подбородке. Пальцам стало щекотно. Рэйчел задавалась вопросом что почувствует, если это ощущение переполнит остальную часть ее тела. Возможно, это уже было. Возможно, повторится. Надежда заставила ее улыбнуться. Чувствуя себя в его объятиях безопаснее, чем до пробуждения, Рэйчел вздохнула и позволила сну завладеть ею.

Маркус отнес Рэйчел к кровати и сел на нее, просто обнимая. Если несколько слезинок капнули на ее уродливую рубашку, пока он заканчивает всхлипывать, он сомневается, что Рэйчел это будет волновать. Он видел ее шок, когда она наконец заметила, что на ней надето.

Кира была чертовски права. Человеческий разум был очень могущественной вещью. Внутри Рэйчел всегда собиралась оставаться той женщиной, которой она была на самом деле. Как он мог не применить то же самое мышление к себе? Хотели люди его или нет, это был только их выбор. Он по-прежнему оставался человеком, который в глубине души верил, что поступал только правильно.

Маркус фыркнул и выругался, когда услышал, как замок двери клетки тихо щелкнул и встал на место. Умник Эрик иногда знал его лучше, чем самого себя. Как и в данный момент, правда была слишком очевидна, чтобы ее не заметить. Теперь, когда Рэйчел его вспомнила, у него не было возможности оторваться от нее или оставить одну в клетке.

Желая обеспечить ей как можно больше комфорта, Маркус наконец уложил ее на крошечное спальное место и вытянулся рядом, чтобы согреть. Хорошо, что он попросил военных оставить его мускулы не перекаченными, иначе им обоим никогда не поместиться на металлической койке, предназначенной для одного солдата.

Он фыркнул про себя, когда понял, что вместо того, чтобы думать обо всех плохих вещах, он вообще-то радовался тому хорошему, что случилось. Он почти мог видеть, как Эрик в комнате наблюдения над этим смеется.

Но однажды Эрик тоже найдет женщину… или выберет одну из толпы которая его окружает. И тогда его друг узнает, каково это, когда твоя жизнь связана с чьим-то счастьем.

***

Поскольку он на нее не смотрел, Кира устремила взгляд в потолок, прокручивая в голове положительные моменты… снова.

— Ее жизненные показатели стабилизировались и нормальны. Ее речь не идеальна, но она, по крайней мере, может произносить правильные звуки. Ее воспоминания избирательны, что не так уж и необычно, учитывая большое разнообразие того, что мы видели в восстанавливаемых объектах. Я думаю, это здорово, что Рэйчел все помнит, вплоть до последнего похищения. Могу только заключить, что, когда я заменила процессор, я каким-то образом забрала у нее последние данные о похищении. Или, может быть, отсутствие у нее этих воспоминаний как-то связано с чипами, которые у нее забрал тот, кто ворвался в ее дом. Не стоит ожидать, что я получу ответы на все вопросы.

Неро изучал мозговые волны, пересекающие экран.

— Похоже, Рэйчел использует новые чипы с величайшей для себя выгодой. Прошло всего несколько часов, а она по своему желанию уже переходит из состояния Бета в состояние Альфа и обратно в Бету. Кира, ты понимаешь, что их установка вместе с твоим прототипом процессора экспоненциально увеличивает ее интеллектуальные способности. Она не только будет учиться быстрее, но и сможет применять полученную информацию так, как никогда бы не смогла сделать до своего обращения.

— Знаешь, я ненавижу, когда ты начинаешь говорить со мной этим профессорским тоном. Просто скажи очевидное, чтобы мы честно могли это обсудить, Неро. Сегодня у меня есть миллион других дел, требующих моего внимания. Я не очень хорошо разбираюсь в нюансах.

— Хорошо… вот в чем суть. Потенциально ты сделала Рэйчел Логан гораздо умнее, чем она была до своего обращения. Разве это было необходимо? Я думал, мы согласились, что оставить уровень интеллекта каждого человека на том уровне, на котором он развился естественным путем, было бы правильным решением при реставрации.

Кира скрестила руки на груди и опустила взгляд.

— Мы действительно об этом договорились… и обычно это то, что я делаю во время реставрации. Но у меня были причины для того, что я сделала с Рэйчел. Во-первых, мне нужно было проверить, будут ли работать чипы, прежде чем мы приступим к восстановлению Эвелин 907, которой потребуется полная кибернетическая переделка. Я не собиралась превращать Рэйчел в подопытную, но хотела, чтобы она получила некоторую компенсацию за то, что Брэд и новый псевдосоздатель у нее отобрали. Если она больше никогда в жизни не сможет петь, я хотела бы, чтобы она, по крайней мере, была настолько умной, насколько это возможно. Можешь подать на меня в суд… я приняла решение дать ей кибернетическое преимущество…, и я об этом не жалею.

— Она действительно может подать на тебя в суд, когда выяснит, что ты сделала. Рэйчел Логан вообще никогда не хотела быть киборгом, — заявил Неро.

— И не я сделала ее такой.

Кира вздохнула из-за их обостряющегося спора. Они оба обернулись и увидели, что Брэд внимательно их изучает. Понял ли он причину их спора? Осознал ли он, что изначально был ответственен за превращение Рэйчел в киборга?

В последнее время она слишком расслабилась с Брэдом. Ей нужно убедиться в том, что он в ближайшее время полностью сотрет данные на случай, если почерпнет что-то, от работы с ней и Неро.

— Брэд… явись завтра в службу поддержки для очистки данных.

— Анализ хранящихся данных показывает, что было использовано только сорок один целых семь десятых процента. В настоящее время техническое обслуживание не требуется.

— Все равно сделай это. Это приказ, — твердо сказала Кира.

— Подтверждаю, доктор Уинтерс. Завтра я явлюсь на техническое обслуживание.

Кира вздохнула и посмотрела на своего помощника.

— Неро, я не собираюсь вводить в привычку подобные корректировки. Но восстановление Рэйчел принесло нам две важные вещи, и она, похоже, благополучно развивается. Она с Маркусом вместе. И сегодня вечером я отпущу ее домой. Я не понимаю, в чем здесь проблема.

Неро фыркнул и покачал головой.

— Я уверен, что как это всегда и происходит, в какой-то момент в будущем вы поймете.

— Спасибо за отсутствие поддержки, — саркастически произнесла Кира, закатывая глаза.

— Тем не менее благодарю за напоминание о ваших моральных принципах, — ответил Неро, не поднимая глаз.

Кира обратилась к другому проклятию своей жизни.

— Брэд, давай проверим прибывающих киберсолдат и выберем следующего пациента.

— Да, доктор Уинтерс. У меня собраны все их данные, — сказал Брэд.

Кира направилась к двери, а за ней по пятам последовал Брэд.

Глава 18

— Добро пожаловать домой, Рэйчел Логан. Рад снова тебя видеть, Маркус Келлс.

Маркус был ошеломлен вежливым приветствием робота-охранника, назвавшего их имена. Он засмеялся, когда Рэйчел с недоверием на него посмотрела. Она по-прежнему мало что говорила, но ее взгляд определенно спрашивал, был ли настоящим бот-охранник говоривший женским голосом. Он понятия не имел, откуда взялась такая модель, но также задавался вопросом о том, кто его закодировал.

— Жители обычно регистрируются, если их нет более семидесяти двух часов. Пожалуйста, приложите руку к сканерам, чтобы выполнить этот запрос. Для вашего удобства здесь теперь есть два сканера.

Рэйчел положила руку на один из сканеров. Маркус положил свою на другой.

Они наблюдали как бот-охранник, который выглядел совсем не женственно, проверил экран и считал их информацию. Было ненатуральным то, что выглядевшая мужчиной машина может говорить женским голосом.

— «Нортон Тауэрс» благодарит вас за соблюдение их политики. Чтобы облегчить все будущие визиты, я добавил Маркуса Келлса в качестве зарегистрированного гостя Рэйчел Логан. Вы оба можете пройти через сканер, когда вам будет удобно. Хорошего дня.

Одновременно фыркнув от изумления при виде странно любезного нового охранника, они вместе прошли через сканер и направились к лифту.

— Странно, — прохрипела Рэйчел.

Маркус кивнул, а затем вздохнул, жалея, что не предупредил ее об остальном.

— Боюсь, впереди нас ждут еще более странные вещи. Я еще не видел эту установку, но, судя по тому, что он мне сказал, Эрик использовал военные разработки при создании твоей системы безопасности.

За дверью ее квартиры на стене был установлен сканер сетчатки. Рэйчел повернулась и посмотрела на него с отвращением. Маркус отвернулся, чтобы не ухмыльнуться, когда ее взгляд наполнился яростью. В этом нет никаких сомнений… его настоящая, девушка бунтарка вернулась.

— Это только один раз… обещаю. Потом все, что тебе нужно будет сделать, это посмотреть в камеру, когда ты придешь домой. Дверь откроется сама. Больше не нужно искать ключ. На самом деле так будет проще. У меня в глазу кибернетический чип. Эрик сказал, что он уже закодировал для меня возможность входить автоматически. У тебя нет таких чипов, поэтому тебе придется позволить устройству выполнить сканирование сетчатки твоего настоящего глаза.

Когда Рэйчел закатила глаза и пожала плечами, на техническую информацию, которую она явно не хотела слышать, Маркус вздохнул. Они вернулись к общению, используя только язык тела, что не уменьшило его опасений по поводу этой новой аппаратуры.

Он ввел код инициализации, чтобы добавить ее. Сканер сетчатки выдвинулся, и он жестом предложил Рэйчел подойти к нему. Он ненавидел быть педантом, но в данном случае процедуру нельзя было избежать. Он хотел, чтобы охрана сделала почти невозможным для незарегистрированного человека снова пройти через ее дверь.

— Помести правый глаз на оценочное кольцо, — приказал Маркус.

Когда Рэйчел неохотно сделала то, что он просил, Маркус подошел к ней сзади и наклонился, чтобы ввести команду сохранения на панели. Это действие заставило его прижаться к ее спине. Осознание того, что ее бедра прижались к его ногам, пронзило мужчину. Некоторые части его тела заметили это быстрее, чем другие. О чем бы он еще ни пытался думать, ни один дюйм этой части не игнорировал контакт.

— Я это ненавижу, — прохрипела Рэйчел.

Маркус надеялся, что она говорила о сканировании сетчатки, а не о том, что происходило в его джинсах.

— Я знаю. Давай покончим с этим, чтобы забыть навсегда. Дважды моргни, а затем держи глаза открытыми, пока не получишь подтверждение, что с тебя сняли информацию, — сказал он, и его слова звучали так же хрипло, как и ее.

К тому времени, когда процесс закончился, Маркус был болезненно возбужден. Он отступил назад и ушел от искушения. До этого момента он не позволял себе думать о том, как сильно он скучал по ней. Но Рэйчел все еще переживала то, что произошло. В одну минуту она злилась. В другую была в слезах. Поскольку у него самого все еще было много таких дней, последнее, что он планировал сделать, это причинить Рэйчел больше горя, заставив ее возобновить отношения, которые ей, возможно, даже не нужны.

Завтра они могли бы поговорить об этом… или он поговорит и по крайней мере расскажет ей, что он чувствует. Сегодня вечером он будет практиковать сдержанность. Воздержание не было для него чем-то чуждым. Однако он собирался настоять на том, чтобы остаться, даже если для этого придется провести ночь в кресле. В любом случае в этом положении его кибернетика лучше справлялась с техобслуживанием.

Наконец сканирование было завершено. С облегчением Маркус положил руки ей на бедра и потянул назад на несколько шагов. Это дало ему массу идей, которые он изо всех сил старался игнорировать.

— Теперь посмотри вверх. Тебе нужно дать камере три секунды, чтобы считать твой взгляд.

Когда она сделала, как он приказал, ее дверь щелкнула и открылась… все три защелки поддались одновременно.

К его великому удивлению, Рэйчел повернулась и схватила его за руку, буквально протащив за собой, пока входила внутрь. Она остановилась примерно в трех футах, и он воспользовался возможностью закрыть за ними дверь. Три замка, которые установил Эрик, мгновенно вернулись на место. В общем, так было лучше, чем привязывать ее замки к стойке регистрации. Теперь кому-то придется вручную преодолеть действие автоматики, чтобы получить доступ.

Маркус наблюдал, как встревоженный взгляд Рэйчел скользнул по комнате. Он вдруг понял, как ей, должно быть, тяжело. Рэйчел однажды похитили отсюда, и когда кто-то вломился во второй раз, чуть не убили.

— Возможно, нам нужно поговорить о твоем переезде. Не стоит оставаться в месте с таким количеством плохих воспоминаний. У меня все еще нет работы, поэтому я смогу провожать тебя до работы, если ты переедешь еще на несколько кварталов, — заявил Маркус.

— Нет, — заявила Рэйчел, ее хрипота сделала слово более твердым. — Я не… перееду. Я… дома.

Маркус потер грудь. Он влюбился немного больше, когда она высвободилась из его пальцев и подняв подбородок прошлась по каждой комнате. Он остался там, где был… ожидая. Он понятия не имел, для чего. Его процессору требовались данные, чтобы разобраться в этом, но кибернетика просто не могла ему в этом помочь.

Рэйчел исчезла на несколько минут, а затем внезапно вернулась. Она посмотрела на него через всю комнату. Маркус задавался вопросом, выглядел ли он хотя бы наполовину таким же нервным, каким себя чувствовал. Беспокойство, желание и множество других сбивающих с толку чувств заставляли его процессор усиленно работать, пока она на него смотрела.

Он замер, когда Рэйчел стянула через голову рубашку, которую носила, и уронила ее на пол. Вскоре за ней последовал ее бюстгальтер.

— Пойдем, — приказала она.

— Сначала ты… я терпеливый мужчина… по крайней мере, в постели, — пошутил Маркус, едва осмеливаясь дышать.

— Ха. Ха, — хрипло сказала Рэйчел, сбрасывая туфли.

Еще две секунды потребовалось, чтобы спустить с нее штаны и нижнее белье. Он уставился на них, пока она высвобождалась из кучи уродливой одежды. И выругался, когда она подошла к нему, хотя ничто и никогда не делало его более счастливым.

— Леди, я тут пытаюсь быть благородным, — предупредил он.

— Прекрати, — приказала Рэйчел.

Маркус рассмеялся над ее поддразниванием и ее решимостью. Но он все еще не мог решиться.

— Ты в этом уверена? Ты на самом деле не пришла в себя… не так ли?

Он боялся, что если сделает то, что хочет, то причинит ей еще больше вреда, еще больше боли. Он не хотел, чтобы их время, проведенное вместе, когда-либо смешивалось с тем, что она пережила.

— Тогда уходи… — грубо сказала Рэйчел, проводя руками по его рубашке и нажимая достаточно сильно, чтобы почувствовать мышцы под ней.

— Нет. Я никогда не уйду. Ты чертовски хорошо знаешь, что я не могу, — заявил Маркус.

Рэйчел усмехнулась.

— Хорошо, — прохрипела она. Смеяться было больно, но также было приятно осознавать, что ее чувство юмора сохранилось.

Маркус медленно выдохнул, когда она протянула руку и провела пальцами по его бороде. Улыбнулась, в ответ на его улыбку.

— Одно твое прикосновение делает меня безумно счастливым, — прошептал он. — Знаешь, как тяжело киборгу ощутить такое большое счастье? — Маркус поцеловал пальцы, которые она поднесла к его губам.

— Пойдем, — снова приказала она.

Когда ее рука скользнула к его ладони, Маркус позволил Рэйчел тянуть его за собой, пока они шли к кровати. Покрывала все еще были смяты после того, как они последний раз занимались любовью. Уютное зрелище заставило его наконец почувствовать себя дома… и желанным. Она заставила его почувствовать себя желанным.

Он притянул ее к себе в знак благодарности и накрыл ее рот своим. Он хотел быть нежным, но отчаяние не позволило ему сдержаться и не воспользоваться своим преимуществом. Рэйчел, раздевавшая его, наконец, перевесила чашу весов и освободила остальные его потребности. Их поспешность с его раздеванием заставила Маркуса снова усмехнуться.

Когда он был обнажен, он поднял Рэйчел так, что у нее не осталось другого выбора, кроме как обхватить своими потрясающими ногами его талию и крепко ухватиться.

Он расслабился внутри нее, когда они вместе упали на кровать. Ее тело выгнулось в знак приветствия. Она была такой упругой, такой идеальной. Он замер и задался вопросом, как, черт возьми, он смог бы пережить ее утрату, если бы она умерла.

— Не хватит слов, чтобы сказать, как я тебя люблю, — произнес Маркус, наслаждаясь тем, как ее тело отчаянно вцепилось в его. — Как ты думаешь, ты сможешь однажды выйти за меня замуж?

Рэйчел застонала от того, что Маркус не двигался. Она очень, очень нуждалась в нем. Ей это было очень нужно. Открыв глаза, она выдохнула.

— Завтра, — прошептала она.

— Ты выйдешь за меня замуж завтра? Или поговорим об этом завтра? — спросил Маркус.

Он непроизвольно вздрогнул, когда она сильно ущипнула его за очень упругую задницу. Его смешок ей в ухо заставил ее задрожать под ним. Улыбаясь рвению своей возлюбленной, он заставил ее кончить длинными требовательными толчками, а затем изменил угол и продолжил, пока она не вцепилась ему в спину и не заставила его самого оказаться на седьмом небе.

Ее дыхание стало прерывистым, когда она ударила его по заднице во второй раз. Его это не смутило… разве что снова возбудило.

— Контроль фрик, — прохрипела она.

Маркус кивнул ей в лицо и рассмеялся.

— Да. Но я контроль фрик, который тебя любит.

— В следующем году… поженимся, — прошептала Рэйчел.

— Хорошо, — тихо сказал Маркус, довольный ее уступкой. Он поцеловал дорожку вниз, пока не смог положить голову между ее грудей и услышать биение ее сердца. Он удовлетворенно вздохнул, когда она провела рукой по его лохматым волосам. Он был так счастлив и испытал такое облегчение, что почти не услышал следующих слов, произнесенных ею шепотом.

— Я… тоже… тебя… люблю.

Впервые после войны он почувствовал, как внутри него зарождается надежда. Он прижал ее к себе и стал целовать везде, где только мог.

Глава 19

Когда после реконструкции лица он попросил разрешения на неполный рабочий день в сфере технического обслуживания, они посмеялись над этой идеей и почти отклонили его просьбу. Он аргументировал преимущества и в конечном итоге выиграл свой запрос, продемонстрировав, какой доступ в компании имеют даже самые низшие сотрудники «Нортон». Что касается доступа к лабораториям и исходящим из них отчетам, он вскоре нашел свой собственный метод сбора этой информации.

Он взглянул на своего следующего пациента и улыбнулся от удовольствия, когда увидел, кто это был. Кира была весьма предсказуема в своих мерах секретности. Жаль, что он не понял этого до того, как ее восстание против ОКН стало проблемой. Возможно, если бы он не принимал на регулярной основе отупляющие наркотики, он мог бы достичь этого раньше. Он напомнил себе, что нужно перестать об этом думать и сосредоточиться только на положительной выгоде от текущей ситуации.

— Назови свою полную кибернетическую личность и цель сегодняшнего визита на техническое обслуживание.

— Я — кибернетическая единица Брэдли 360. Мой куратор, доктор Кира Уинтерс, приказала полностью очистить мои данные. Она требует, чтобы ей отправили доказательства вместе с копией всех полученных данных. Вам необходимо выгрузить их на переносной диск. Я должен подождать и вернуться с диском в руке.

— Понял. Ты знаешь порядок действий Брэдли 360. Присаживайся в мое кресло. Не могу дождаться, чтобы увидеть, какие замечательные новые лакомые кусочки ты собрал.

— Это был комментарий или вопрос, доктор? Если вопрос, не могли бы вы его перефразировать?

— Брэдли, она превратила тебя в свою чертову комнатную собачку. — Он сомневался, что его глаза смогут закатиться намного выше. — Натан меня так разочаровал, да и ты не намного лучше. Вам нужно намного больше, чем просто обслуживание.

— Мой процессор не поддерживает понимание метафорических или аналогичных утверждений. Пожалуйста, перефразируйте, если хотите, чтобы я ответил.

— И это именно то, о чем я говорю.

Он покачал головой, застегивая нагрудный ремень и ремень на лбу Брэда.

— Хотя я ценю использование твоих незначительных талантов, чтобы помочь мне ориентироваться в «Нортон», в настоящий момент я не могу получить от тебя реальной помощи в выполнении моих контрактов. Я не ожидал, что потеряю свою внешнюю лабораторию или Натана 180. Заменив тебя и в отличие от других, он действительно подавал некоторые надежды. И прямо сейчас я не знаю, чего мне больше не хватает… его или утраченной технологии. Его смерть была такой тратой мозгового вещества.

— Я — пустая трата мозгового вещества?

Он перестал подключать Брэда и посмотрел в его растерянные глаза. Он не мог не поднять бровь, услышав вопрос.

— Что заставило тебя задать такой вопрос, Брэдли? Ты действительно вырываешься из-под ее власти?

— Желание получить информацию заставило меня задать вопрос, доктор. Я не понимаю ваш другой запрос.

Он улыбнулся, глядя в доверчивые глаза Брэда.

— Насколько доктор Уинтерс в настоящее время контролирует твое поведение? Проанализируй и дай ответ с точностью до секунды.

— Восемьдесят восемь целых пятьдесят три сотых процента времени я вынужден делать все, что она просит.

— Это гораздо более низкий показатель, чем в прошлый раз, когда ты проверял. Я верю, что мы добились определенного прогресса. Теперь давай приступим к техническому обслуживанию, ладно? Я не хочу, чтобы Кира долго о тебе думала. Мне очень хочется заменить твой логический чип и посмотреть, снизит ли новый этот процент еще больше. Несмотря на неудачи, я чувствую, что сегодня мне очень повезло.

— Повысит ли новый чип мою способность понимать ваши вопросы?

Он засмеялся, а глаза Брэда замерцали, когда он начал слив данных.

— Брэдли, когда я сегодня с тобой закончу, ты станешь совершенно новым человеком.

***

— Мой проклятый выходной, — проворчала Рэйчел, выдергивая куртку из рук Маркуса.

— Мне жаль. Сите нужно с тобой встретиться, и она сказала, что это не может ждать. Если бы у тебя был портативный компьютер, ты бы сама получала эти сообщения. После того, как ты там закончишь, мы добудем тебе наладонник. Купи какой-нибудь, подходящий по цвету к твоей одежде, и если хочешь приклей на него блестки, но тебе все равно понадобится портативный компьютер. Да у тебя в голове больше технологий, чем в одном из этих устройств. Тебе просто нужен способ поддерживать связь с людьми, которым ты небезразлична. Ничего зазорного в этом нет. И на этот раз ты не выиграешь. Видимо, позволить тебе в сотый раз выкрутиться — это мой предел.

— Я бы так не сказала… наладонник это отстой, — возразила Рэйчел.

Она ударила Маркуса по руке, когда он вырвал у нее куртку и натянул ее на нее. Если бы Рэйчел могла говорить, она бы сказала Маркусу Келлсу, что хорошо, что он великолепен в постели. В противном случае она никогда бы не стала терпеть его властность ни сегодня, ни в любой другой день.

Какого черта его волнует, будет ли она работать сверхурочно в «Нортон»? Не то чтобы им нужны были деньги. Он оставил свое жилье и переехал к ней. «Нортон» заплатила за это место… не они. Плюс он в любом случае был при деньгах. У них появился летающий автомобиль, который он купил на прошлой неделе, и он настоял на покупке для нее стильной одежды.

— Даже если ты не можешь разговаривать по устройству, ты можешь хотя бы писать людям… и ты будешь им писать. Черт, Эдвард думает, что у тебя все еще есть тот портативный компьютер, который ты измельчила в мусоропереработчике, пока я не видел. Я не знаю, где, черт возьми, ты его взяла, но судя по обломкам что я обнаружил, что он выглядит как лучший в линейке. Я вздрагиваю при мысли о том, сколько денег ты на него потратила, прежде чем в порыве уничтожить.

Рэйчел фыркнула. Она нашла его обвинение забавным, особенно потому, что не помнила, чтобы делала то, что, по его мнению, она сделала. Маркус показал ей измельченные кусочки, поэтому она не сомневалась, что кто-то бросил эту штуку в переработчик. Ей определенно нравилось думать, что это была она. Она подумывала сделать то же самое с тем, который он планировал ей сегодня купить. От этой мысли она улыбнулась, выходя из двери.

— Отличные ноги не означают, что ты можешь устраивать истерики в любой момент, когда пожелаешь.

Маркус покачал головой и засмеялся, когда она непочтительно подняла над головой палец. Возможно, это было его воображение, но с каждым днем Рэйчел становилась чуть более дерзкой и бойкой. Иногда он не был уверен, что ему это нравится. Хотя, возможно, именно так выглядела уверенность в себе у темпераментной женщины.

Вздохнув, он вошел вместе с ней в лифт, благодарный, что она хотя бы придержала для него двери. Он взглянул на нее, когда ее пальцы сомкнулись с его.

— Истерика закончилась? Мы снова друзья? — спросил он.

Рэйчел фыркнула и сжала.

— Нет, — не согласилась она.

Маркус крепко сжал ее руку и улыбнулся ее упрямству. Он знал, что поможет ей избавиться от остального плохого настроения.

— Ты не против, если на следующей неделе я приглашу маму на ужин? Я бы хотел, чтобы она с тобой познакомилась. Может быть, мы сможем пригласить и Эдварда. Она одинока. Он одинок. Кто знает, какое волшебство может произойти, верно?

Ужас во взгляде Рэйчел и открытый от шока рот заставили Маркуса улыбаться всю дорогу до «Нортон».

***

Рэйчел не знала, сколько времени ей понадобится, чтобы справиться с гневом. Маркус настоял на том, чтобы проводить ее прямо до лаборатории. Ей надоело использовать свой голос, чтобы с ним ссориться, поэтому она просто позволила ему идти дальше. Когда он последовал за ней внутрь, она задалась вопросом, намерен ли он нависать над ней весь день. Пару ночей назад они долго говорили о его опеке. Она согласилась на чип слежения и на дорогой браслет, который Эрик превратил в радиомаяк. Какие еще метки ему нужны, чтобы расслабиться и позволить ей попытаться забыть, что с ней случилось? Если он будет продолжать в том же духе, она будет настаивать, чтобы Маркус обратился за консультацией.

Она сдернула с себя куртку и даже не оглядываясь вокруг, повесила ее на крючки у двери. Когда она это сделала, то обнаружила лабораторию, полную людей, которые молча на нее смотрели.

— Тебе потребовалось достаточно много времени, чтобы сюда добраться, — поддразнила Сита. — Я твой босс. И когда я звоню и попрошу тебя о помощи, ты сразу же должна примчаться с улыбкой на лице.

Рэйчел одарила ее взглядом, который она обычно приберегала для Маркуса, когда он тупил.

— Выход… ной, — прохрипела она, радуясь, что эти слова передают часть ее изумления.

Сита рассмеялась.

— Я знаю, что у тебя выходной, но мне пришлось синхронизировать кучу расписаний, чтобы собрать всех здесь. Сейчас я устраиваю вечеринку в честь твоего возвращения, подруга. Хотя бы попробуешь получить от этого удовольствие? Посмотри вокруг, я пригласила всех твоих друзей.

Рэйчел сделала, как приказала Сита. Действительно, это были ее друзья. Все, кроме трёх из дюжины или около того, были киборгами.

— Спасибо, — сказала она наконец. Рэйчел услышала, как Сита фыркнула в ответ на ее прохладный ответ.

— Давай, — скомандовала Сита, дергая ее за руку. — Ты получаешь почетное место на вечеринке. Уильям, вставай со стула.

Рэйчел не знала, что ответить, когда капитан Тален улыбнулся и подмигнул, покидая медицинское кресло. После этого Сита чуть ли не подтолкнула ее к нему. Она испытывала неловкость, ненавидя каждую секунду. И задавалась вопросом, заметно ли это.

Подняв глаза, Рэйчел увидела, что Сита берет с соседнего стола один из своих инструментов. Она не могла сдержать гневного взгляда, пока Сита шла с ним в руках.

— Я говорила тебе, что не собираюсь сдаваться, пока не найду способ заставить тебя снова заговорить. Что ж, это превзойдет мою самую смелую мечту и, возможно, твою тоже. Сегодня я притащила вас сюда, чтобы сделать еще одну попытку все исправить. Вопрос в том… ты позволишь мне это сделать?

Рэйчел скрестила руки на груди. Она привыкла к своему хриплому голосу. Маркуса, похоже, это не волновало. Пациентов это не волновало. Что, если после исправления все полностью перестанет работать? Кира уже предупредила ее, что, если ситуация ухудшится, может потребоваться перенастройка проводки.

Она покачала головой, не имея в виду «нет», скорее, она не была уверена, что риск того стоит. Все присутствующие в комнате внезапно замолчали, ожидая ее ответ. Если она не попытается, они подумают, что она трусиха. Если это не сработает, она снова вернется к тишине или, что еще хуже, проведет еще несколько часов в реставрационном кресле.

Рэйчел видела, как Эрик пробирается сквозь толпу, пока не смог присесть перед ней на корточки.

— Я провел небольшое исследование и нашел старые кадры, где ты училась в колледже. Мы взяли твой обычный голос из нескольких этих клипов и подвергли его анализу, пока не выявили образец голоса. Шаблон находится в настройках, о которых говорит Сита. Я знаю, что есть риск, что это не сработает, но если сработает, то сможет вернуть тебе настоящий голос. Тот, что дал тебе псевдосоздатель, был сексуален, но я думаю, твой настоящий голос намного лучше.

Мысль о том, что Эрик ради нее пошел на все эти хлопоты, заставила ее глаза гореть.

— Спасибо, — хрипло прошептала Рэйчел.

— Спасибо Маркусу. Это была его идея. Он слишком туп, чтобы сделать эту работу самому, поэтому он заставил это сделать меня. Ты не можешь себе представить, в какие неприятности он меня втянул за эти годы. Впрочем, мне трудно ему отказать.

Рэйчел услышала, как Маркус ругается где-то в толпе. Они с Эриком ухмыльнулись.

— В любом случае, я подумал, если бы ты знала, что это больше, чем просто возможность говорить, то это могло бы помочь тебе в принятии решений.

Рэйчел кивнула и наклонилась вперед, чтобы обнять. Когда она его отпустила, то обнаружила, что смотрит в глаза Маркусу, который поднял Эрика на ноги и развернул в другую сторону. Ей хотелось разозлиться на Маркуса за такое собственническое поведение. Вместо этого все, что она могла сделать, это засмеяться. Однако она указала на него пальцем.

— Плохой Маркус, — обличительно прохрипела Рэйчел.

Маркус только ухмыльнулся, услышав ее упрек. Она знала, что ее властный бойфренд, вероятно, воспринял это как комплимент.

Она огляделась в поисках Эдварда. Он был рядом и все еще ходил с тростью. Сита сделала его ноги достаточно функциональными, чтобы он мог подняться из передвижного кресла, но похоже, его протезы, возможно, придется заменить. Она протянула к нему руку. Эдвард прихрамывая подошел к ней и посмотрел вниз.

— Что… ду…маешь?

— Я? Я бы предпочел использовать язык жестов, а не говорить так, будто мне все время нужен ингалятор. Но я не ты, милая. И ты не я. Я сам пытаюсь принять решение об установке новых механизмов. Никто не может на самом деле сказать человеку, с чем ему следует или не следует жить всю оставшуюся жизнь. Что бы ты ни решила, это не изменит отношение людей к тебе… во всяком случае, не в том смысле, который имеет значение. Это только изменит твой образ жизни.

— Не помогло, — поддразнила Рэйчел.

— Таковы большинство лекций, — подмигнув ей, сказал Эдвард.

Рэйчел застонала от разочарования. Она звучала как умирающее животное. Теперь она говорила так же и в постели. Маркус клялся, что ему все равно, как она звучит, но иногда ее хриплые стоны заставляли его над ней смеяться.

— Хорошо… просто сделай это, — выдохнула она.

— Молодец. Просто продемонстрируй нам удивительную женщину, которая выбила Уильяма из строя нашим электромагнитным разрядником. Она сможет справиться с болью.

— Болью? — встревожено прохрипела Рэйчел, схватив Ситу за запястье.

Сита кивнула и посмотрела ей в глаза.

— Да. Это либо шесть часов медленно вариться на кресле, либо тридцать секунд огненного ада, шипящего на сковородке в твоем мозгу и горле.

Рэйчел опустила запястье.

— Ад, — выбрала она, решив поддаться пыткам.

Маркус опустился на колени возле ее кресла и взял за руку.

— О нет, парень. Освободись от нее, иначе и сам рискуешь поджариться, — приказала Сита. — Подожди, пока я вытащу калибратор… тогда ты сможешь держать ее за руку до конца процедуры.

— Приказ принял, мэм, — заявил Маркус.

— Не груби мне. Я стараюсь присматривать за вами обоими.

— Да, я знаю, — Маркус опустил голову и кивнул.

Рэйчел усмехнулась и похлопала его по руке, прежде чем схватиться за подлокотники кресла. Она почувствовала, как Сита открывает панель. Ни одно из обращенных к ней лиц не выглядело ни в малейшей степени встревоженным этим действием. С этими людьми ей никогда не придется притворяться тем, кем она не является… как бы она ни звучала.

Как и было обещано, она беззвучно кричала в огненном аду в течение самых долгих тридцати секунд своей жизни. Последние десять она, должно быть, сжимала руку Маркуса, потому что, когда боль начала стихать, она крепко ее сжала. Затем Рэйчел поняла, что ее тихий крик начал звучать и становится все громче.

— Черт возьми, Сита. Это было намного хуже, чем ты описывала, — воскликнула она. Потом засмеялась. Она услышала и это тоже. Она смеялась и говорила. И не походила на человека из службы секс-по-телефону. Она говорила своим голосом.

— Я могу говорить, — сказала она, глядя на Маркуса. Рэйчел повернулась к Сите. — Я могу говорить.

— Вижу. Надеюсь, я не пожалею об этом завтра, когда ты снова начнешь говорить со мной каждые три секунды. Я никогда не обращала внимания на косые взгляды и жесты, которые ты на меня бросала. Хотя я ненавижу дерзость.

Рэйчел рассмеялась.

— Очень жаль.

— Если споешь на моей свадьбе, я научусь с этим справляться, — заявила Сита, возвращаясь назад, чтобы убрать свой инструмент.

Рэйчел поднесла руку к горлу, глядя на мужчину, за которого собиралась выйти замуж. Два зарегистрированных киборга никогда раньше этого не делали. Пейтон сказал, что они с Кирой работают над изменением правил.

— Маркус, мне не больно разговаривать. Ты правда думаешь, что я теперь снова смогу петь?

Маркус поднес руку к ее красивому лицу, которое стало еще более удивительным, когда его осветила надежда.

— Кира и Сита думают, что ты сможешь переобучить свои голосовые связки. Если природа не поможет, мы просто продолжим работу над настройками калибровки, пока у тебя не получится. Сегодня я чувствую, что все возможно. Больше никто и никогда не заставит тебя замолчать, если это будет в моих силах.

Рэйчел бросилась со стула в его объятия. Он встал и развернул ее, скрывая за ее волосами свою эмоциональную реакцию на ее публичную демонстрацию привязанности.

Все начали аплодировать, когда услышали ее музыкальный смех. У него было ощущение, что к тому времени, как они вернутся домой, Рэйчел будет петь.

Конец

Content

МакДональд Донна Маркус 582